Катрин запихнула свою одежду в один из пустых шкафчиков, натянула свою темно-синюю униформу, кроссовки и, в надежде улучшить отношения с ее новой начальницей, пошла разыскивать Марго. Она нашла ее за чтением стопки бумаг в комнате отдыха персонала – маленькой комнатке, без окон зажатой в заднем углу неотложки. Помещение было довольно пустое и функциональное – единственным его украшением оказалась информационная доска с перечнем правил и инструкций на все случаи жизни.

– У нас есть минутка для разговора? – спросила Катрин, наливая кофе из кофеварки.

– Я сожалею, что не смогла встретиться с тобой в июне, когда у тебя было собеседование. – Она махнула рукой в сторону кресла напротив.

– Я тоже, – Катрин сохраняла спокойный голос, ее лицо ничего не выражало. Она размышляла, взяла ли бы ее на работу Марго, если бы они встретились тогда. На данный момент заведующую скорой не особо радовало наличие ее в штате. Катрин еще повезло, что ее предыдущая начальница смогла воспользоваться своими связями и выбить для нее интервью в одной из немногих больниц при университетах, в которых еще было отделение экстренной травматологии. Большая часть больниц, таких как клиника Святого Михаила, имеют отдельное отделение травматологии для работы с ранениями и отдельный блок для скорой медицинской помощи. В ФМУ, однако, врачи скорой оценивали и стабилизировали даже самые сложные ранения, пользуясь консультацией хирурга только тогда, когда пациент был готов к переводу в операционный блок. Это оказалось самое близкое к хирургии место, куда пока могла подобраться Катрин. На какое-то время. Признайся себе – может быть навсегда. Она отбросила эту мысль вместе с оттенком боли, которая ее сопровождала. – Это было слишком поспешное решение.

– Да, то, как ты сюда попала, немного необычно. – Марго изучала глубокие голубые глаза Катрин, стараясь найти намек на неудобство или неловкость. Взгляд хирурга был прямым и на удивление невозмутимым. Не то, чтобы спокойствие было не тем, что Марго ожидала от хирурга, но не от данного конкретного хирурга. В особенности после того, как она стала свидетельницей столь решительных действий при срочной операции. Какое интересное сочетание противоречий. А может она отличный игрок в покер?

С раздражением осознав, что отвлеклась, Марго проговорила более резко, чем собиралась. – Я не знаю, что тебе говорили раньше, но здесь тебе придется работать не только с хирургическими вопросами. – Мы...

– Мне не говорили ничего, кроме того, что у меня есть работа. – Катрин встряхнула головой с легчайшим проблеском ухмылки. – Это все еще так?

Помимо своей воли, Марго рассмеялась. – Ну, учитывая то, что этим утром экзамен по практическому знанию ты сдала на отлично, я должна сказать "да".

– Хорошо, а то я уже заплатила за квартиру на несколько месяцев вперед.

Марго, оборвала себя на полуслове, собираясь спросить, где Катрин поселилась. По какой-то причине она не могла сосредоточиться только на профессиональных вопросах, что для нее было совсем нехарактерно. Она поддерживала дружеские отношения со всеми своими коллегами, но большую часть времени она была поглощена административными заботами или пациентами. Она не общалась близко ни с кем, кроме Линды и практически не виделась с другими докторами вне стен больницы. Возможно, мне просто любопытно, потому что она появилась так внезапно. Не похоже, чтобы тут была какая-то большая загадка. Так что я просто проведу этот небольшой вводный инструктаж, и мы вернемся к своим делам.

– Скоро начнется обычная для понедельника суета, – начала рассказывать Марго, – поэтому давай я проясню тебе несколько основных правил. Мы стараемся осмотреть пациента сразу после прибытия. Очевидно, если дело серьезное, с ним разбираются в первую очередь.

Катрин кивнула, глядя, как Марго непроизвольно вертит на пальце кольцо. У заведующей скорой были красивые руки – узкие, гибкие с длинными пальцами. Эти руки были такие же, как и сама женщина – красивая, грациозная и сильная. Она вдруг поняла, что не слышала последней фразы Марго. – Извини, что?

Марго посмотрела на нее испытующе. – Я сказала, что не против, если ты не будешь работать с пациентами, проблемы которых окажутся нехирургическими. Это логично. Но если человек в критическом положении или кто-то ждет помощи слишком долго, тебе придется их осмотреть, даже если это просто медицинская проблема.

– Я этого ожидала, – спокойно ответила Катрин, – я активно штудировала экстренную медицинскую помощь последние пару недель. – Она слегка пожала плечами. – Я не настолько давно закончила учебу, чтобы не помнить, как обращаться с медицинскими вопросами. Я слегка отстала в том, что касается новых лекарственных методов лечения, но уверена, что догоню.

– Уверена, что догонишь, – Марго встала. – Пока ты не почувствуешь себя уверенней в вопросах, с которыми мы тут работаем, не стесняйся спросить совета, если ты в чем-то сомневаешься. Я уверена, что работа тут сильно отличается от того, к чему ты привыкла в больнице Святого Михаила.

Катрин впервые отвела взгляд, и ее шея слегка вспыхнула румянцем. Всего четыре месяца назад, все чего она хотела – это стать хирургом в больнице Святого Михаила, а не начинающим доктором скорой, в самом низу иерархии. – Да, я тоже так считаю.

Пока они возвращались к главному помещению, Марго продолжила объяснения. – В каждой двенадцатичасовой смене будет не менее четырех докторов. Я запишу тебя на дневные, на первые несколько недель, чтобы ты могла освоиться. Фактически ты будешь работать два дня через один выходной с некоторыми изменениями, чтобы устроить личные дела и тому подобное. Те же смены что и я, пока не смогу тебе доверять настолько, чтобы оставить одну.

– Хорошо. – Поскольку у Катрин не было близких друзей в городе и никаких планов, ее не особенно волновало в какое время работать. Она только хотела быть занятой, потому что время в одиночестве означало время для лишних мыслей.

– Вот и ладно. Я буду рядом, если возникнут вопросы.

– Спасибо, – Катрин глубоко вздохнула, подошла к стойке и взяла первую попавшуюся карту пациента. Основная жалоба: боль в животе.

Это должно быть мне по зубам.

Двадцать пять минут спустя, Катрин нашла Линду за записью жизненных показателей пожилой женщины, чьей главной жалобой была боль в пояснице, мучавшая ее в течение последних пяти лет. Как это часто случается в городских больницах, отделения скорой помощи часто служили в качестве амбулатории первой медицинской помощи для горожан, у которых не было медицинской страховки или семейного доктора.

Линда подняла глаза на Катрин и улыбнулась. – Как успехи?

– Неплохо. Спасибо. Хм… как мне найти хирурга-педиатра?

Линда похлопала пациента по руке – Я пришлю кого-нибудь осмотреть вас через минуту, хорошо? – Затем она предложила Катрин следовать за ней к посту медсестер. Там, она указала на несколько списков прикрепленных к пробковой доске за стойкой. – Вот имена и номера пейджеров докторов разных специальностей на текущий месяц. Кто-то меняется раз в день, кто-то раз в неделю, кто-то работает весь месяц. Что у тебя?

– Острый аппендицит.

– Девятилетний ребенок с болью в животе?

– Угу. Лейкоциты повышены. Низкая температура и мышечные спазмы при физическом осмотре.

– Быстро же ты поставила диагноз.

– Я же говорю, типичный случай.

– И тебя не беспокоит, что ты будешь оперировать не одна? – Линда все еще не могла понять, почему кто-то способный на то, что сделала этим утром Катрин, мог с легкостью отказаться от этого. И ее девизом всегда было: «Хочешь что-то узнать – спроси».

Катрин рассеяно потерла зудящую левую ключицу. Ее лицо выражало мысль о том, как это весело – проводить аппендектомию девятилетней девочке.

– Да, беспокоит. – Внезапно смутившись, она моргнула, опустила руку и принялась изучать список. – Так значит… Бейкер, верно?

– Да, я вызову его для тебя, и позвоню, когда он ответит. Или, если хочешь, я могу зачитать ему жизненные показатели и передать, что ты думаешь.

– Конечно. Если у него будут вопросы, просто найди меня. И спасибо. – Катрин уже потянулась за следующей картой, но внезапно обернулась и протянула руку. – Кстати, меня зовут Катрин Макгауер.

– Линда О'Малли

Катрин кивнула в знак признательности и вытянула следующую карточку из стопки. Она вздрогнула, когда прочла основную жалобу пациента – головная боль. Она задумалась над тем, не засунуть ли эту карточку обратно и поискать что-нибудь поинтересней, но вспомнила правило "первого обслуживают первым". Думаю, мне это по силам.

Глубоко вздохнув, она сунула карточку под мышку и направилась в кабинет номер восемь.

В тот вечер в 18:45 Марго закончила выписку по последней карточке и окинула взглядом приемную скорой. В общем, все было в порядке. Кроме того факта, что Катрин Макгауер стояла возле одной из смотровых, прислонившись к стене, хмуро уставившись в свой карманный компьютер. Устало вздохнув, Марго поднялась и подошла к ней.

– Проблема?

Катрин удивленно подняла взгляд. – Нет, не совсем. Я просто никак не могу запомнить дозировки Аугментина для детей.

– Боль в горле?

– В ухе.

– А, – Марго сказала ей дозировки антибиотика, – Здесь ты это быстро запомнишь.

– Даже не сомневаюсь, – Катрин потерла лоб, внезапно осознав, что ее только что обставили. Она чувствовала себя уверенно весь день, что в прошлом не было для нее таким обычным делом. Все же, это работа отличалась от той, к которой она привыкла в операционной, и прошло уже довольно много времени с тех пор, как она работала полную смену. И еще больше с тех пор, как она все время чувствовала себя отстающей.

– Как прошел день? – Марго внезапно сжалилась над молодым хирургом. Она приглядывала за Катрин в течение дня и заметила, что та работала постоянно, практически не останавливаясь, даже чтобы перекусить. Не снижала темпа и, к ее чести, справлялась со своей частью обычных медицинских жалоб. Да, она хирург, но не выставляет это напоказ и не требует к себе особого отношения.

– Нормально, в целом. Только приходилось звать на помощь пару раз. – Катрин криво улыбнулась, вспомнив время, когда ей самой приходилось звонить другим. В качестве управляющей. – Давно я не чувствовала себя такой бессильной.

Марго не могла не услышать разочарования и, к своему удивлению, некоторой грусти в голосе Катрин. У нее на языке вертелся вопрос, почему Катрин согласилась на эту работу, но это было не ее дело. Это было бы в ее компетенции попросить разъяснений, если бы у нее была возможность провести собеседование с Катрин до того, как ее наняли. Но сейчас – нет. Сейчас это уже был свершившийся факт.

– Тебе положен перерыв на обед, ты в курсе?

– Я не привыкла к расписанию. Я лучше поработаю. Так я, по крайней мере, чувствую себя полезной. Как будто последние 10 лет не были потрачены впустую.

– Ну что ж, дело твое. Увидимся завтра.

– Конечно, до завтра.

Катрин передала матери девочки рецепт на антибиотики вместе с направлением на осмотр педиатра через два дня. После того как она закончила с бумагами, она бросила карточку в корзину с обработанными картами и пошла в раздевалку. Она упаковала свою одежду, запихнула окровавленные джинсы в рюкзак и направилась к выходу.

Там она увидела Марго и Линду, выходящих вместе.

– Тебя подвезти куда-нибудь? – спросила Линда, когда они вместе прошли через главный выход.

Катрин не могла не заметить, что Марго слегка встревожило предложение ее подруги. Катрин отрицательно покачала головой. – Спасибо, у меня байк.

– Ого, – Линда восхищенно присвистнула. – У тебя есть мотоцикл?

– Нет, дорожный велосипед Фуджи.

– Велосипед? – переспросила Марго, еще больше удивившись. К этому времени, Катрин Макгауер сумела разрушить все предубеждения Марго. Она даже была вынуждена сделать скидку ее самоуверенности.

– Я живу всего в паре миль отсюда в Моррисе, – сказала Катрин.

– Эй, да мы же практически соседи, – обрадовалась Линда. – Мы с Марго живем всего в паре домов от перекрестка Скулхаус Лейн.

– Это... здорово. – Катрин засунула руки в карманы, замечая, что Марго Блейк медленно удаляется от них в сторону автостоянки, – Ну, тогда спокойной ночи.

Катрин наблюдала, как две женщины быстро уходят, потом повернулась и пошла в противоположном направлении к стойке с велосипедами. Очевидно, она не ошиблась в своем утреннем впечатлении, что заведующая скорой, не слишком обрадовалась ее появлению. Обычно ее не волновало, что о ней думают другие – за исключением прежней начальницы Сакстон Синклер. Но ее беспокоило мнение Синклер, потому что она хотела быть похожей на нее. Каждый хирург, который побывал в клинике Святого Михаила, хотел быть похожим на Синклер. Она была хирургом хирургов – лучшие руки, самый быстрый ум, лучшая в их первоклассной команде.

Причина, по которой Катрин хотела, чтобы Марго хорошо к ней относилась, была более сложной, чем просто желание профессионального признания. Конечно, она бы не была против, если бы заведующая скорой была впечатлена ее умением или высоко оценила ее сообразительность и интуицию. Но Марго оказалась не просто ее начальницей, но и привлекательной, интересной женщиной. В те моменты, когда Марго не знала, что за ней пристально наблюдают, Катрин заметила, какими мягкими становятся ее глаза, когда она улыбается, и как ее губы приподнимаются вверх, когда она смеется. Это случалось редко, но этих моментов стоило ждать. Катрин была бы не прочь стать той, для кого Марго бы так улыбалась.

Как бы не так. Помни свое правило номер один. Никогда не связывайся с замужними женщинами.

Катрин закинула рюкзак за плечи, забралась на велосипед и направилась в сгущающиеся сумерки. Что ей точно не было нужно сейчас, так это увлечение кем-нибудь, особенно ее боссом и, особенно ее очевидно недоступным боссом.

– Господи, Марго, ты не могла бы быть не такой грубой? – возмутилась Линда сворачивая на Виссахайкон Авенью и направляясь на север к окраине Германтауна.

– Что значит грубой? – Марго поняла, что она повысила голос и, краснея, постаралась сбавить тон. – Только потому, что я не вешаюсь на нее, как одна из моих знакомых?

– Я совершенно точно не вешалась на нее, фыркнула Линда, – я всего лишь старалась быть вежливой. И гостеприимной.

– Ну конечно. Если бы этот велик оказался мотоциклом, я думаю, ты бы забралась на него и умчалась вместе с ней за горизонт.

Линда задумалась. – Не думаю, что у меня получилось бы сегодня. Робин с детьми должны уже вернуться с футбольной тренировки и, к тому же, сегодня моя очередь готовить ужин.

Марго рассмеялась. – В самом деле, почему она тебя так заинтересовала?

– А тебя разве нет? – Линда притормозила и припарковалась. – Признай, что она красива, и, судя по всему, довольно умна и еще очень приятна в общении. И я не могу понять, почему она работает в скорой. Так что, мне интересно.

– Вот и я о том же. У нее нет мотивов, чтобы быть здесь. Нет хороших мотивов. – Марго взяла свой портфель и открыла дверь, чтобы выйти. – Поэтому я попридержу пока свое мнение.

Линда издала раздраженный возглас и тоже вышла из машины. – Мнение о чем? О том, что она красива?

– Ну, хорошо, я согласна, – Марго пришлось признать даже самой себе, что с этим никто не мог бы поспорить. Катрин Макгауер была волнующе привлекательна в своем темно-ирландском стиле. – Что же касается ее ума и того, как она будет справляться с работой – посмотрим.

– Ну ладно, – Линда поняла, что уперлась в каменную стену. Это был не сдвигаемый объект, который можно было раздробить, только откалывая маленькие кусочки в течение долгого времени. – Не хочешь собрать свое семейство и заглянуть к нам на огонек?

– По-моему ты говорила, что сегодня ты готовишь? – с сомнением в голосе спросила Марго

– Ха-ха-ха. Захвати с собой вино.

– Хорошо. – Марго поняла, что вечер в кругу друзей, как раз то, что ей сейчас нужно, чтобы держать свои мысли подальше от внезапного вторжения Катрин Макгауер в ее старательно организованный мир.

Катрин остановила свой велосипед у трехэтажного здания и пристегнула его замком к водосточной трубе. Ее квартира занимала половину второго этажа и имела два выхода в разные стороны здания. Поднявшись на второй этаж по деревянной лестнице, Катрин вставила ключ в замок задней двери, которая вела на кухню, длинную узкую комнату, сейчас почти полностью заставленную коробками. Осторожно обходя препятствия, она прошла в коридор, который пересекал всю ее квартиру.

Все комнаты были заполнены не распакованными коробками, разбросанными частями мебели и несколькими чемоданами. Спальный мешок все еще был разложен посреди комнаты на матрасе, и у нее было чувство, что сегодня она снова будет спать таким образом. Она повернулась, оглядывая незнакомое помещение.

Что я здесь делаю? Как, черт возьми, я здесь оказалась?

Оглядываясь назад, цепочка событий, изменившая всю ее жизнь, брала начало чуть более четырех месяцев назад, но отдельные ее части как в калейдоскопе сложились в один бесконечный кошмар, не имеющий ни логики, ни смысла. Она не могла понять смысл всего этого, сколько ни пыталась. Она не верила в удачу, карму или судьбу. Иногда плохие вещи просто случаются. Но такой взгляд на происходящее не сильно ее утешал.

Она понимала, что ей надо поесть, но к собственному удивлению, не чувствовала голода. Она знала, что ей надо поспать, но была слишком взбудоражена для этого. Телефон валялся на полу недалеко от нее. Промелькнула мысль, а не позвонить ли женщине, с которой она встречалась время от времени, пока была в ординатуре в Нью-Йорке, но решила, что разговор с Бет наполнит ее пустотой. Они ходили на случайные вечеринки, несколько Бродвейских шоу, их связывала физическая близость, которая, если и не выбивала у них почву из-под ног, то, по крайней мере, доставляла удовольствие. Они не были близки. Фактически, они были чуть больше, чем просто знакомые.

Катрин не смогла довериться Бет, когда ее мир опасно накренился и стал рассыпаться, в основном потому, что она не привыкла ни с кем обсуждать свои проблемы. И в особенности не с теми, кому она не могла полностью доверять. Странно, мы спали вместе, но я не знаю ее настолько, чтобы доверять.

У нее не было времени думать о таких вещах, когда она работала по 18 часов в сутки в хирургии. Сейчас, когда она оказалась на должности, на которую никогда не стремилась, одна в неожиданном окружении, у нее было гораздо больше времени для размышлений. Тихо постанывая, она потерла лицо, глядя в потолок и стараясь забыть прошлое. Но будущее представить было еще труднее, особенно учитывая ее сегодняшний сомнительный дебют.

На мгновение она задумалась о том, были ли Марго Блейк и Линда любовницами. Они так легко общались друг с другом, и она даже пару раз заметила, как Линда задумчиво смотрит на нее. Не то, чтобы она следила за ней, но Катрин чувствовала интерес. Может быть, именно она была тем человеком, чье кольцо украшало безымянный палец Марго.

Так незаметно и быстро Катрин оказалась перед еще одной мыслью, над которой не хотелось задумываться. Поддавшись усталости, в равной степени эмоциональной и физической, она растянулась на спальном мешке и закрыла глаза.

– Марго, – прошептал мягкий глубокий голос.

Мгновенно проснувшись, Марго рывком поднялась в кресле и увидела бледно-голубые глаза в считанных сантиметрах от ее собственных глаз. – О боже, я что заснула?

Робин Хендерсон, крепко сбитая рыжеволосая девушка, с улыбкой профессионального убийцы, слабо улыбнулась. – Примерно на середине "Поля Чудес".

– А где Арли? – Марго терла лицо, стараясь разогнать туман смутных обрывков сна в ее голове. Марго не могла точно вспомнить, что ей снилось, но осталось ощущение тревоги и... предстоящей опасности. Нет, не может быть. Что в моей жизни может представлять угрозу? По какой-то непонятной причине, лицо Катрин Макгауер мелькнуло у нее в голове. Это бессмысленно. Наверное, ты просто устала.

– Она у себя в берлоге. Там идет какая-то серьезная битва в игре "Властелин Колец". Хочешь поужинать?

– Да, пожалуйста, – с благодарностью ответила Марго, поднимаясь и потягиваясь. – Дети уже поели?

– Да, мы их покормили и разогнали по комнатам, чтобы мы могли заняться своими взрослыми делами. – Робин шла впереди, направляясь в столовую, где Линда накладывала ей спагетти под соусом в огромную тарелку, которой бы хватило, чтобы накормить роту солдат.

– Выглядит превосходно. – Марго проскользнула на свое обычное место.

– Тебе придется забрать часть этого домой, у нас осталось гораздо больше, чем мы можем осилить. Жаль, что не получилось уговорить Филлис остаться на ужин.

– Ты же знаешь, по понедельникам у нее покер, – ответила Марго, вспоминая любовь своей свекрови к азартным играм. – Ничто на свете не удержало бы ее здесь.

Робин положила себе на тарелку щедрую порцию макарон и передала блюдо Марго. – Линда сказала, что у вас появился новый доктор.

Марго на секунду застыла с вилкой в воздухе и бросила настороженный взгляд на Линду. Она была уверена, что замечание Робин было совершенно бесхитростным, но она также знала, что рыжеволосая девушка была достаточно наивной, чтобы быть легким орудием в руках ее менее порядочной партнерши. И Линда, которая отказалась оставить самостоятельно возложенные на себя обязанности личного секретаря Марго, выглядела подозрительно невинной, нарезая чесночный хлеб.

– Верно. – Марго, старалась говорить непринужденно.

– Хирург, да?

– Верно.

– Очень талантливый, симпатичный хирург, – добавила Линда.

– Она лесби?

– Если она не лесби, то я тоже, – категорически заявила Линда.

– Это же хорошо, да? – Робин вопросительно смотрела то на одну женщину, то на другую.

– Что именно? – проворчала Марго. Я знаю, что именно так радует Линду. Если бы я не знала, что она на самом деле любит меня и хочет помочь, я бы на нее очень сильно рассердилась.

– Ох... – Робин осеклась, чувствуя холодок, пробежавший по комнате. – Я вмешалась во что-то?

Тряся головой, Марго не могла не рассмеяться. Робин, консультант по программному обеспечению, которая работала на дому и занималась парой детей шести и девяти лет, была одной из самых милых женщин, которые ей встречались. Марго не могла вспомнить, чтобы когда-либо злилась на нее.

– Нет, но твоя подруга просто не может не совать свой нос во все на свете.

– О, – Робин запнулась, бросила на Линду глубокий взгляд и вернулась к прерванному ужину. – Что еще нового?

– Ха-ха-ха, – рассмеялась Линда в ответ. Наклонилась к Робин и, мягко воркуя, поцеловала ее в ухо.

– Черт возьми, может, отставите уже эту тему, а? – Марго возмутилась, но ее голос был игривый. Ей нравилось, как девушки заботились друг о друге, и вместо того, чтобы огорчаться при виде того, чего она сама была лишена, их счастье позволяло Марго чувствовать себя менее одинокой.

– Так ты пригласишь ее на барбекю на следующей неделе? – спросила Робин.

– Нет, – быстро ответила Марго.

– Конечно, да, – возразила ей Линда.

– Линда... – тон Марго был угрожающий.

– Да ладно тебе! Она новенькая в отделении и в городе. Это всего лишь простая вежливость.

Марго вздохнула, понимая, что Линда права. Она даже не знала, почему ей не нравится эта идея. Катрин Макгауер не сделала ничего плохого и, похоже, была достаточно квалифицирована. Не вина Катрин, что ее приняли на работу, не предупредив Марго. И не ее вина, что она была хирургом и, что Марго не очень нравились ее, по большей части эгоцентричные и зачастую равнодушные коллеги по цеху. И совершенно точно не было виной Катрин, что из всех женщин, которые встречались Марго, у нее были самые глубокие голубые глаза. И то, что Марго по какой-то причине не могла забыть, с какой точностью и грацией двигались руки Катрин, тоже не было ее виной.

– Ну ладно, хорошо.

Линда улыбнулась и передала спагетти.

– Ты не видел доктора Макгауер? – спросила Марго Тома Финли, одного из медбратьев скорой. – В шестом блоке пациент с переломом челюсти, я хочу, чтобы она его осмотрела.

– По-моему, она в десятом, занимается восстановлением связок.

Марго приподняла одну бровь. – Здесь?

Обычно все травмы конечностей серьезнее рваной раны или открытых переломов передавались в отделение ортопедической или пластической хирургии. Но Марго заметила, что с тех пор как Катрин начала работать в скорой, все чаще их осматривали на месте. Шла всего лишь вторая рабочая неделя Катрин в скорой, но уже сейчас другие доктора отдавали ей все, что хоть немного походило на хирургическую проблему. Катрин быстро становилась одной из самых востребованных докторов в отделении.

Финли, худощавый чернокожий, пожал плечами. – Если это помогает пациентам и решает наши проблемы, то я не против. Ты же знаешь, как долго приходится ждать, пока орто или пластик спустится к нам для консультации.

Марго не могла с этим спорить. Она бы предпочла, чтобы пациента осмотрели, выдали необходимое лечение и выписали, вместо того, чтобы несколько часов ждать специалиста из другого отделения. Длительные задержки приводили к заторам в ее отделении и раздражали пациентов. И все же, при таких условиях, Катрин грозила опасность переутомления. Марго уже заметила, что новенькая приходит раньше и уходит позже положенного.

– Спасибо. Десятый блок, говоришь?

– Последний раз я видел ее там.

Марго осторожно отодвинула штору и заглянула внутрь. Катрин и один из стажеров скорой сидели по обе стороны от каталки, на которой лежал молодой мужчина с испанской внешностью, его рука лежала на специальной опоре. Рваная рана пересекала его предплечье по всей ширине. С того места, где стояла Марго, она могла видеть оголенные мышцы, несколько разорванных сухожилий и сгусток крови в области лучевой артерии выше большого пальца. – Ты можешь говорить?

Катрин приветливо улыбнулась. – Конечно, входи.

Марго с любопытствующим взглядом повела головой в сторону пациента, который не отреагировал на ее появление.

– Анестезия этанолом, – объяснила Катрин. – Пациент был пьян и после того, как стажер ввел ему лидокаин, чтобы обезболить рану, сразу уснул.

– Нерв задет? – Марго наклонилась через плечо сидящего стажера, чтобы лучше рассмотреть глубину раны. Чтобы стажер мог работать с раной, Катрин держала ее края открытыми при помощи двух небольших стальных ретракторов^{1}, похожих на миниатюрные грабли.

– Достало до чувствительной ветви коренного нерва, но срединный нерв цел. Повезло е... Эй, Зебровски, не надо хватать конец сухожилия зажимом, ты его растреплешь, и он не выдержит твой шов.

– Простите, – промямлил стажер, его руки тряслись, пока он пытался провести тонкую синюю нить Пролин через концы рассеченных связок.

– Веди прямо от центра сухожилия.

– Так хорошо? – неуверенно спросил Зебровски, касаясь иглой сухожилия.

– Вот, уже лучше, – комментировала Катрин, глядя, как он делает первый стежок. – Теперь затяни его зажимом и сделай еще один такой же, как этот.

Она подняла глаза и увидела, что Марго смотрит на нее с серьезным выражением в ее золотистых карих глазах. Катрин, повела бровью. – Что?

– Ничего. – Все, о чем думала Марго это то, что Катрин не только прекрасный хирург, но и хороший учитель. Внешне она полностью подходила под описание в резюме – великолепное дополнение к персоналу скорой. Если, конечно, не учитывать того, что картинка у Марго все еще не складывалась. Зачем кому-то с опытом Катрин работать в скорой? Все, что могла представить себе Марго, это какое-то нарушение этического плана, который стоил ей карьеры хирурга. Эта мысль сильно беспокоила Марго, потому что было сложно не симпатизировать новому энергичному врачу.

Катрин следила за тем, как стажер заканчивает сшивать сухожилие, и в то же время старалась понять, что она только что увидела в глазах Марго. Заинтересованность, смущение, и, к ее удивлению, сопереживание. Это было очень сильное и волнующее сочетание эмоций. Катрин задержала дыхание, пытаясь утихомирить быстро забившееся сердце. В следующую секунду оно уже успокоилось, и она постаралась не замечать небольшой всплеск тревоги. – Я тебе нужна?

– Когда будет время, посмотри снимки двенадцатилетнего мальчика, который перевернулся через руль своего велосипеда. По-моему, у него трещина в нижней челюсти, но я не уверена. На рентгене не просматривается, а внешний осмотр не дает четкого представления.

– Хорошо. Как только мы наложим шину мистеру Гарсиа, я сразу приду.

Марго заметила темные круги под глазами Катрин и только сейчас поняла, что доктор выглядела смертельно уставшей. Она знала, что Катрин работает не жалея сил – они все работали практически без остановки от двенадцати до четырнадцати часов в день – но было не похоже, что загруженность в скорой сильно отличалась от той, что была у Катрин раньше. И снова, чувствуя, что она что-то недопонимает, Марго почувствовала внезапно накатившую волну заботы. – Не торопись.

Десять минут спустя, опершись рукой о стену, Катрин рассматривала развешанные на подсвеченных панелях рентгеновские снимки мальчика с подозрением на перелом челюсти.

– Что ты думаешь? – спросила Марго, подойдя сзади.

Она тоже наклонилась вперед, чтобы внимательнее рассмотреть снимок и ее плечо коснулось плеча Катрин. Она смогла рассмотреть слабую линию между двумя нижними зубами. – Похоже на трещину вот здесь. Возможно это старое повре...

– Марго, извини, что отвлекаю, – вмешалась Линда с нехарактерным волнением в голосе, – только что из машины позвонила Робин, не похоже, что там что-то серьезное, но произошел несчастный случай.

– О боже, – лицо Марго побледнело, и на мгновение она покачнулась. Произошел несчастный случай. Нам очень жаль, но мы должны сообщить вам...

Катрин почувствовала, как задрожала Марго, увидела панику в ее глазах и непроизвольно положила руку на ее спину, мягко ее поддерживая. Вид страдающей Марго отозвался болью в самой Катрин.

– Марго, – резко сказала Линда, положив обе руки на плечи подруги, – с ней все в порядке. Они будут здесь с минуты на минуту.

Не осознавая, что делает, Марго прижалась к Катрин, ища опору, пока воспоминания захлестывали ее. Сердце выпрыгивало из груди, голосом полным ужаса, она спросила:

– Что произошло?

– Я точно не знаю. Что-то про один мяч и две головы.

– Она в сознании? Может говорить? – Марго старалась думать спокойно, но знала, что ее мысли спешат друг за другом, чем больше ее переполняет страх. Произошел несчастный случай.

– Я не знаю подробностей. Все, что я слышала, это две фразы по телефону. – Линда растерянно тряхнула головой.

– Самое важное, что передала Робин это...

Марго вырвалась из рук Линды и побежала к главному входу в приемный зал. Катрин последовала за ней и увидела крепкую женщину в залитой кровью футболке и спортивных шортах, на руках которой, тихо плакала светловолосая девочка. Ее лицо и шея были залиты кровью, марлевая повязка закрывала часть лба и левый глаз.

– Кто это? – спросила Катрин, быстро шагая, чтобы поспеть за Линдой.

– Это ее дочь.

В тот момент, когда девочка повернулась к ней, и дрожащая улыбка пробежала по лицу ребенка, паника Марго начала отступать. Она в сознании, повреждения головы нет. О, слава Богу. Ее живот все еще сводило от ... прошедшего страха, но она улыбнулась и постаралась контролировать свой голос, когда подошла к своему ребенку. – Привет, милая. Давай я подержу тебя немного. Тете Робин, наверное, нужно отдохнуть.

– Я могу ходить, – капризно сказала девочка, но все равно протянула руки к Марго.

– Я знаю, что можешь, просто я хочу тебя сначала обнять.

Робин осторожно передала ребенка Марго, которая крепко прижала дочь к себе, как будто той было два года, а не почти восемь. Марго осмотрела девочку, на наличие симптомов повреждения мозга. – Думаю, ты ударилась головой, так?

– Дженни ударила по ней, – пожаловалась Арли с остатками слез и негодования в голосе.

Марго посмотрела на Робин с заботой. – С Дженни все в порядке?

– У нее шишка на лбу, но больше ничего. – Она потянулась и потрепала Арли по голове и посмотрела на Линду. – Мне надо бежать. Дети в машине перед входом, я попросила охранника присмотреть за ними.

Линда быстро обняла Робин. – Давай, милая. Я тебе позвоню.

Пока они направлялись в ближайшую смотровую, Марго объясняла Арли. – Нам надо будет снять эту повязку и посмотреть, что под ней, хорошо?

– Будет больно?

– А сейчас болит?

Арли немного задумалась, перед тем как ответить. – Чуть-чуть. Как моя коленка болела, когда я упала со скейтборда.

– Ну, может немного поболеть пару минут, пока мы положим лекарство, чтобы очистить ранку. Но совсем чуть-чуть.

– Ты сама это сделаешь?

Марго засомневалась. Она все еще не отошла от приступа паники вместе с внезапно проснувшимися старыми страхами и не была уверена, насколько точными будут ее движения. Прежде, чем она смогла ответить, заговорила Линда.

– Заешь что, Арли? Я думаю, мама должна держать тебя за руку, пока другие доктора будут тебя лечить. Что скажешь?

– А кто это будет?

Марго посмотрела на Катрин, тихо идущую рядом с ними, и вспомнила успокаивающие касания пальцами ее спины. Глубокие голубые глаза, полные сострадания встретились с ее глазами. Больше не раздумывая, Марго протянула свободную руку, и Катрин взяла ее, подходя ближе.

– Это доктор Катрин, Арли. Она хирург и она позаботится о тебе, хорошо?

– Хорошо.

Линда придержала штору, закрывавшую вход в первую смотровую, а Марго осторожно положила свою дочь на кушетку и придвинула стул, пока Катрин обходила кушетку с другой стороны.

– Я собираюсь снять этот большой пластырь с твоего лба, – объяснила Катрин, – ты почувствуешь небольшое натяжение, когда я буду это делать. Готова?

Арли, ухватилась за руку Марго и кивнула.

– Так, – продолжала болтать с маленьким пациентом, Катрин, разглядывая четырехсантиметровое рассечение прямо над бровью ребенка. – Бейсбол, баскетбол или футбол?

– Футбол, – сказала Арли, как будто ответ был очевиден кому угодно.

– Круто, – Катрин взглянула на Марго, которая не могла отвести глаз ото лба своей дочери. Подождав пока Марго посмотрит на нее, Катрин обнадеживающе улыбнулась. Марго ответила ей быстрой, немного дрожащей улыбкой. – Сейчас я посвечу тебе в глаз фонариком. Будет очень ярко.

Катрин достала небольшой фонарик-ручку из нагрудного кармана и проверила зрачки Арли – оба были одинакового размера и четко реагировали на свет. Затем она подержала указательный палец примерно в тридцати сантиметрах от лица девочки. – Я буду двигать палец, а ты следи за ним глазами. Хорошо?

– Зачем?

– Чтобы я была уверена, что твоя шишка на голове не помешает тебе видеть мяч в следующей игре.

Арли сосредоточенно кивнула и стала следить за движениями руки Катрин.

– Шея совсем не болит?

– Нет.

– Я пощупаю немного, а ты говори, если будет больно. – Катрин просунула пальцы под голову Арли и пальпировала ее шейные позвонки один за другим. Боли от прикосновений не было. Потом Катрин прощупала черепные кости вокруг глаз, скулы, нос и челюсти. Все было в порядке. Повернув голову к Марго, она прошептала: – Не вижу необходимости в рентгене.

– Хорошо, – у Марго пересохло в горле, и голос охрип от волнения. С каждой секундой она чувствовала себя лучше и спокойнее, благодаря ровному голосу Катрин и ее сопереживанию.

– Так, Арли, вот что мы сделаем, – Катрин наклонилась, чтобы девочка могла видеть ее лицо. – У тебя рана на лбу и нам понадобится наложить пару швов. Ты знаешь, что такое швы?

– Это маленькие тонкие нитки, которые помогают ранкам заживать. – Арли неуверенно взглянула на свою маму. – Это обязательно? – Впервые с того момента, как ее привезли, ребенок выглядел так, будто готов расплакаться.

– Мы их используем, когда пластырь слишком слабый чтобы помочь, милая. – Марго ободряюще улыбнулась.

– Да, но они не помогают при магических ранах, может быть, они и мне не помогут. – Нерешительно сказала девочка.

Катрин вздернула одну бровь. – Магические?

– Мистер Уизли, – заметила Марго, как будто это должно было все объяснить.

– А?

– Из Гарри Поттера, – объяснила все Арли, – отец Рона – маг, ему понадобилось наложить швы, но магическая медицина не помогает магам.

– А, понятно, – задумчиво кивнула Катрин. – Все логично. Но я думаю, тебе они помогут, ты ведь не маг?

– Наверное, нет. – Арли серьезно покачала головой. – Ты их наложишь мне?

– Ага. Но сначала я сделаю так, что ты ничего не почувствуешь, когда я буду их накладывать. – Разговаривая с ребенком, Катрин натянула перчатки, а Линда открыла ящик с инструментами. Повернувшись спиной так, чтобы девочка не видела, как она набирает в шприц лидокаин из ампулы, которую передала ей Линда, Катрин сказала:

– Так значит футбол? На какой позиции играешь?

– Вингер^{2}.

– В полузащите? У тебя, наверное, хороший пас.

– Обычно, да, – забыв о швах, Арли восторженно болтала с Катрин, – А ты играешь в футбол?

– Раньше играла, когда училась в колледже, – Катрин осторожно вытерла капли бетадина вокруг края рассечения.

– На какой позиции играла ты?

– В нападении.

– У тебя хорошо получалось?

Катрин рассмеялась и взглянула на Марго, которая слегка тряхнула головой и усмехнулась.

– О... ну, неплохо.

Катрин немного вышла из поля зрения Арли и наклонилась со шприцем в руках. – Сейчас я введу одно лекарство, и ты почувствуешь, как будто тебя укусил большой комар. Готова?

– Хорошо.

Глядя, как Катрин медленно и осторожно вводит местный анестетик, Марго мягко поглаживала руку дочери. Она знала, что главная хитрость для безболезненной инъекции это делать все очень медленно, но большинство хирургов пренебрегали терпением. Однако, Катрин не могла бы сделать это еще нежнее, ее руки действовали точно и спокойно. Глядя на то, как тихо лежит ребенок во время процедуры, Марго поняла, насколько одаренным хирургом была Катрин. Кто ты на самом деле, Катрин Макгауер?

После введения лекарства, Катрин взглянула на Марго. Ей приходилось видеть родителей, даже из опытных медиков, падавших в обморок, когда их дети получали травмы. Родители могут выдержать что угодно, кроме, очевидно, страданий их собственных детей.

– Ты в порядке? – мягко спросила Катрин.

На этот раз улыбка Марго была уверенной и сильной. – Нормально. Ты очень хорошо управляешься.

Катрин вспыхнула, ее сердце забилось чаще. – Арли, – вот кто молодец.

Через десять минут рана была очищена, промыта и зашита ровными стежками. Во время операции Арли и Катрин продолжали беседовать о преимуществах различных футбольных позиций и тактик, как будто ничего особенного не происходило. К тому времени, когда Катрин наложила полоску пластыря вместо повязки, девочка, похоже, совсем забыла о своей ране.

– Ты придешь на одну из моих игр? – горячо спросила Арли, вставая. Ее глаза внимательно смотрели на Катрин.

Уже второй раз, девочка застала Катрин не готовой к ответу. Она беспомощно посмотрела на Марго. – Ох...

– Катрин недавно в нашем городе, милая, – мягко сказала Марго, – у нее сейчас очень много дел.

– Ну, может, когда-нибудь, да?

– Может быть, – замявшись, ответила Катрин

– Спасибо, – мягко сказала Марго, помогая дочери спуститься с кушетки.

Катрин улыбнулась Марго, согретая мягкостью ее голоса. – Конечно.

– Мне придется уйти сегодня пораньше, чтобы отвезти ее домой. Увидимся завтра.

Кивнув, Катрин смотрела, как мать с дочерью и Линдой уходят, оставляя ее одну в пустой смотровой с грязными бинтами и использованными инструментами. Внезапно она почувствовала себя такой же брошенной, как и окружающая ее комната. Такое случалось довольно часто после эмоциональных всплесков, сопровождавших срочные операции, но в этот раз, ей не хватало больше, чем просто адреналина в крови. Ей не хватало теплого взгляда Марго.

Она проверяла ящик с инструментами, чтобы убедиться, что все иглы были помещены в отделение для использованных инструментов, когда вернулась Линда.

– Отличная работа, док.

– Прекрасный ребенок, – поделилась наблюдением Катрин. – Сколько ей? Восемь?

Линде пришлось остановиться и подумать, мысленно выстраивая в ряд ее собственных детей и Арли. – Почти. Она родилась, когда Марго заканчивала четвертый курс медицинского университета.

– Она как будто клонирована. У нее глаза Марго и все остальное тоже.

– Да, они очень похожи, – согласилась Линда, заинтригованная задумчивым выражением лица Катрин.

Катрин прочистила горло. – А... чем занимается муж Марго?

– У Марго нет мужа. – Линда сообщила это спокойно, заворачивая инструменты и одним глазом поглядывая на Катрин, чтобы оценить эффект, который оказали ее слова. Она улыбнулась, когда заметила скользнувшую тень удовольствия и последующий испуг, промелькнувшие по привлекательному лицу Катрин. Ага, да, она заинтригована.

– О, – Катрин прислонилась к косяку двери, обдумывая вероятности. Расстались? Это бы объяснило, что она оставила обручальное кольцо. Развелись? Нет, она бы тогда не носила это кольцо, не так ли? Лесби? Может быть, поскольку Линда точно, учитывая, как она обняла рыженькую в приемной. Катрин мысленно встряхнулась. Вне зависимости от ответа, ее это не должно касаться, потому что кольцо означает недоступность. – Мне лучше вернуться. Карточки, наверное, накапливаются?

– Как обычно. Слушай, мы планируем барбекю у меня в субботу во второй половине. Будут многие из персонала скорой и кое-кто из соседей. В час дня.

Первой реакцией Катрин было под выдуманным предлогом отказаться от приглашения. Она не очень любила компании, в которых не было знакомых лиц. С другой стороны, там будет Марго. Да, как будто от этого легче. К своему удивлению, она обнаружила, что отвечает:

– Конечно. Спасибо. Мне что-нибудь принести?

– Как насчет вина? Мы постоянно забываем купить его.

– Без проблем.

– Отлично. Будет весело.

– Спасибо еще раз.

Линда смотрела вслед Катрин, раздумывая о том, как Марго смотрела на молодого хирурга, пока та занималась раной Арли. С благодарностью, что было понятно. Но было еще нечто большее, чем просто благодарность. Что-то, чего она не видела на лице Марго уже много лет. Что-то очень похожее на влечение. Это напомнило ей лицо Катрин, когда та спросила о муже Марго. С интересом и надеждой. О да, вокруг столько всего интересного.

Чуть раньше семи вечера Катрин выглянула из поста медсестер, чтобы увидеть Марго. Красный цвет ее рубашки давал отблеск в ее волосах, ее темные глаза мерцали теплотой и обещанием улыбки. На мгновение Катрин позволила себе просто любоваться ее видом. Она поняла, что Марго смотрит на нее вопросительно, и, что сама, похоже, смотрела на заведующую скорой, открыв рот. Второй раз за день Катрин покраснела.

– Все в порядке? – спросила Катрин, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более непринужденно, но стук ее сердца отдавался в ушах.

Марго кивнула, заметив взгляд Катрин и, вопреки своим опасениям, наслаждаясь им. – Я ушла в спешке и забыла закончить кое-какую бумажную работу.

– Как наш пациент?

– Сейчас она устроилась перед телевизором с огромным пакетом льда у лба и бабушкой, суетящейся вокруг нее. – Марго мягко улыбнулась. – Она в порядке. На самом деле, она очень сильная и уже спросила меня, можно ли ей пойти на завтрашнюю футбольную тренировку.

– Хорошо, – Катрин присела на один из стульев на колесиках в полуметре от Марго. Ее лицо оказалось на уровне груди Марго, поэтому она старалась смотреть в другую сторону, но ничто не мешало ей чувствовать тепло, исходящее от тела Марго. Она ощущала ее сладкий запах, и манящий сексуальный аромат. Катрин не могла вспомнить, чтобы на нее так действовало присутствие другой женщины.

Марго оперлась бедром о стойку. – Я бы хотела поблагодарить тебя за то, как хорошо ты управилась с ней сегодня.

– Пожалуйста. Только не надо благодарностей, я рада, что с ней не случилось ничего плохого.

– Это ее первая серьезная спортивная травма, – Марго криво улыбнулась, – И раз уж она так легка на подъем, то я уверена, что не последняя.

– Ну, надеюсь, тебе не понадобятся мои услуги слишком часто.

– Нет, – мягко ответила Марго, думая о том, какой осторожной и мягкой была Катрин, – Надеюсь, не понадобятся.

Катрин удивилась, когда Марго наклонилась и дотронулась до ее плеча, но прежде чем она смогла ответить, Марго повернулась и вышла. Катрин оставалось лишь смотреть ей в след, ее собственная грудь часто вздымалась. Усилием воли, она напомнила себе, что это абсолютно невинное движение и что события прошедшего дня показали, что Марго совершенно недоступна для обычного флирта. Не просто замужем, но еще и с ребенком. Соберись.

А обычный флирт – это все, что сейчас интересовало Катрин. Ее жизнь была еще слишком неустановившейся, чтобы думать о чем-то другом, даже, если бы она захотела. А она не хотела.

Катрин сконцентрировалась на завершении работы с бумагами по оставшимся пациентам и, сорок пять минут спустя, вышла из главного входа приемной под лютый летний ливень. Катрин выудила свою джинсовую куртку из рюкзака, натянула ее на плечи и подняла воротник в тщетной попытке защититься от дождя, норовящего забраться ей за шиворот, пока она отстегивала свой велосипед.

– Слишком опасно ехать в такой ливень, – окликнула ее Марго.

– Мне недалеко. Все будет в порядке. – возразила Катрин.

– Ты с ума сошла, – Марго схватила Катрин за руку и потянула. – Пойдем, спрячем твой велик ко мне в машину, и я отвезу тебя домой.

Катрин не видела смысла в том, чтобы спорить, пока они обе не промокли до костей. Схватив велосипед, она поспешила за Марго. Наспех запихнув велосипед в Субару, они забрались на передние сиденья.

– Тебе не приходило в голову, что поездка на велосипеде в такой дождь, это прямое приглашение молнии ударить в тебя.

– Шансов один на миллион, – ухмыльнулась Катрин.

– Все-таки, я бы предпочла не дефибриллировать тебя.

К удивлению Марго, Катрин побледнела. Это был первый раз, когда Марго видела подобную реакцию Катрин. И даже больше – на ее лице проскользнула легкая тень боли. Не раздумывая, Марго положила руку на ее бедро, чувствуя, как напряглись мышцы Катрин в ответ. – Ты в порядке?

Катрин посмотрела вниз, не понимая, что рука Марго делает на ее ноге. Изящные пальцы, мягко охватывавшие изгиб ее бедра смотрелись там вполне естественно. Катрин пришлось бороться с желанием положить свою ладонь поверх руки Марго. От прикосновения ее пронзило током, и желудок скрутило волной внезапного возбуждения. Она неподвижно сидела, и боролась с собой, пытаясь ответить.

– Да, – голос Катрин был низким и хриплым. – Все нормально.

Марго чувствовала, как мелко дрожит Катрин под ее пальцами. Она также чувствовала, что ей нравится прикасаться к этому стройному, тугому бедру. Как можно более непринужденно она убрала руку.

– Мы обе промокли, нам стоит поторопиться.

– Мой дом в конце квартала, – заметила Марго. Это были первые слова с тех пор как они отъехали от больницы. – А ты где обитаешь?

– Тут за углом, на Моррис. Я могу пройтись...

– Конечно, нет, – решительно сказала Марго, – Я просто сделаю круг по кварталу и высажу тебя. Никаких проблем.

– Спасибо. Я очень благодарна.

Две минуты спустя Марго притормозила возле дома, на который указала Катрин. – Ну, значит, увидимся завтра.

– Увидимся, – Катрин открыла дверцу автомобиля, опустила ногу на подножку и обернулась. – Спасибо еще раз, Марго.

Марго лишь кивнула, и подождала, пока Катрин вытащит свой велосипед и добежит до крыльца. На мгновение она подумала пригласить Катрин к себе домой на ужин. Она не знала, почему ей пришла подобная мысль. Для нее было совершенно нехарактерно принимать спонтанные решения. Все, что она знала, это то, что ей не хотелось прощаться с Катрин. И этой мысли было достаточно, чтобы заставить ее действовать. Быстро взглянув в зеркало заднего вида, она отъехала от бордюра, направляясь к успокаивающей безопасности своего дома.

Марго припарковалась на узком участке перед своей половиной трехэтажного викторианского дома и вошла через заднюю дверь, ведущую прямо в кухню. Ее свекровь, Филлис Мерфи, мыла посуду у мойки возле окна. Филлис жила во второй половине дома – зеркального отражения половины Марго.

Хотя ее возраст и приближался к шестидесяти, с еще довольно стройной фигурой, красивой грудью и волосами без каких-либо признаков седины, Филлис выглядела лет на пятнадцать моложе своих ровесниц. Взгляд ее голубых глаз был яркий и пронзительный и, в этот момент они сверкали особенно.– Ты как в спектакле. Промокла до нитки. Скидывай свои калоши и беги наверх сразу под горячий душ.

Марго молча сбросила туфли. Филлис была ей как вторая мать, Марго знала ее еще будучи подростком. Сейчас, когда ее родители отдыхали на пенсии, перебравшись ближе к юго-западу, сбежав от холодных зим, она виделась с ними лишь во время больших праздников. Филлис же стала основной частью их с Арли повседневной жизни. Она не только заботилась о девочке, но и стала для Марго одной из лучших подруг.

– Где мой гномик?

– Я оставила в духовке тарелку для тебя. Как только примешь душ и переоденешься, спускайся и поешь.

Марго знала, что лучше не спорить. Проходя мимо Филлис, она нежно обняла ее, – Она в порядке?

– Похоже на то. Она почти не думает об этом, а когда вспоминает... я думаю, она собой гордится.

– Гордится? – приподняла бровь Марго.

– Я думаю, она мечтает показать завтра эти швы всем своим друзьям.

Марго рассмеялась. – Значит, похоже, что выживет. Я вернусь через минутку, и тогда ты можешь идти к себе, если хочешь.

– Я не тороплюсь, – ответила Филлис, начиная загружать посудомоечную машину.

На пути к главной лестнице в конце коридора Марго заглянула в гостиную с большим кирпичным камином. Телевизор был настроен на канал "природа", ее дочь, свернувшись, лежала на диване, и темная кучерявая масса расположилась у нее на коленях. При ближайшем рассмотрении, бесформенная масса превратилась в обычного черного пуделя, энергично виляющего хвостом.

– Привет, дорогая моя, – Марго наклонилась, чтобы поцеловать дочь в лоб и одновременно почесать пуделя за ухом. – Привет, Песик.

– Привет, мам, – Арли улыбнулась и снова сосредоточила свое внимание на стаде диких животных, бегущих через африканскую саванну.

Марго присела на краешек дивана и коснулась пальцами шеи Арли, мягко ее почесывая. – Как твоя голова?

– Немного болит, но вообще нормально.

– Хорошо. – Марго приподняла подбородок Арли, чтобы рассмотреть ее лицо, – Ммм... У тебя фонарь под глазом.

– А что это?

– Такая черно-синяя отметина, какая бывает, когда ударишься коленкой...

– Или во время игры.

– Угу, только на этот раз она вокруг глаза.

– А почему его называют "фонарь"?

Марго задумалась... – Понятия не имею.

– Но это же круто?

– Очень. Я сейчас переоденусь и уложу тебя в кровать, – Марго наклонилась и еще раз поцеловала дочь. – Поднимешься, когда я тебя позову, хорошо?

– Угу, ты мне почитаешь еще раз ту часть про магическую медицину?

– А ты не хочешь сегодня сама почитать вслух?

Арли потрясла головой. – Почитаешь?

– Ну конечно.

Пять минут спустя Марго стояла под горячим душем. Тяжело вздохнув, она прислонилась к скользкой плитке и закрыла глаза. Было прекрасно чувствовать теплую воду после холодного дождя и насквозь промокшей одежды. Она была эмоционально выпотрошена стрессом и паникой из-за травмы Арли. Но, даже будучи смертельно уставшей, она чувствовала неожиданное скрытое возбуждение, ощущение предвкушения, она сама не знала чего. Странно, задумалась Марго. В моей жизни не происходит ничего неожиданного.

Внезапно образ Катрин склонившейся над Арли, ее пронзительные голубые глаза, всколыхнули память Марго. В следующую секунду она ощутила упругие мышцы ее стройного бедра под своими пальцами и снова увидела, как Катрин стряхивает капли дождя со своих волос. Она была такой... дикой и сексуальной тогда. Дрожь пробежала по позвоночнику, зашевелилась в солнечном сплетении и заставила Марго затаить дыхание – такое давно забытое чувство, что она едва смогла его узнать.

О нет, я, наверное, очень устала. Это только потому, что она была так мила с Арли. Ничего более. Благодарность.

Похоже, что ее дочь утомилась сегодняшними событиями больше, чем думала Марго, потому что девочка заснула едва она начала читать. Марго осторожно закрыла книгу, выключила прикроватный светильник и бесшумно выскользнула за дверь.

Внизу она увидела Филлис за простым деревянным кухонным столом с кружкой кофе перед ней и Пухом у ног, смотрящим на женщину с надеждой.

– Ты же не кормишь его со стола? – Марго налила себе чашку кофе и села напротив свекрови.

– Ему достаются только суши, потому что он любит есть с палочек.

Марго кивнула, как будто это все объясняло. – Спасибо, что вернулись из школы пораньше, и позволили мне вернуться в больницу.

Филлис работала администратором в школе «Грин Стрит Френдс», где учились дети Робин и Линды – Деннис и Ким – и Арли. Обычно Робин забирала всех троих после занятий, и они были у нее, пока Филлис не забирала Арли в конце своего рабочего дня. Поскольку Робин была одним из футбольных тренеров, все трое играли в футбол. Летом дети были в лагере, поэтому распорядок не менялся.

– Не нужно благодарности, – тихо сказала Филлис, – Я просто счастлива, что у нее такая крепкая голова.

Марго представила, что Филлис, наверное, была потрясена так же, как и она сама, хотя первыми словами, которые она услышала, когда позвонила ей в школу, чтобы узнать о травме Арли, были о том, что это небольшое происшествие и все. Хотя она и понимала, что никто из них не мог бы услышать слова "несчастный случай" без того, чтобы ощутить непроизвольную волну ужаса. Марго положила свою ладонь на руку Филлис и сжала ее.

– С ней все будет в порядке.

– Я знаю, – улыбнулась Филлис – Вообще-то она болтала без умолку. Похоже, у нее в больнице появился друг.

Марго с любопытством взглянула на свою свекровь.

– Кто-то с именем Катрин.

– А, – вздохнула Марго – Это новый доктор неотложки, Катрин Макгауер. Это она накладывала швы.

– Судя по всему, она редкое сочетание спасителя и звезды футбола.

– Сомневаюсь. Но она хорошо управилась с Арли.

Филлис услышала нотку недосказанности в голосе Марго. – Она тебе не нравится?

– Нет, – быстро ответила Марго, краснея. – Нет, все совсем не так. Все... сложно.

– Как сложно?

– Я не знаю, кто она на самом деле, – Марго задумчиво провела рукой по своим волосам, хмурясь собственным спутанным мыслям. – Ее наняли, не спросив моего мнения, это меня раздражало в начале. Ее квалификация не совсем подходит для этой работы, и это заставляет меня подозревать, что в ее прошлом не все чисто.

– Что значит "не совсем подходит"?

– Ее не обучали оказанию экстренной медицинской помощи. Она хирург. Не могу понять, почему она пошла на эту работу.

– Она хорошо работает? – Филлис продолжила свои осторожные расспросы, они с Марго часто обсуждали победы и неудачи на работе. Более того, Филлис чувствовала, что ее невестка обеспокоена.

– Да, замечательно. Учитывая, чему она обучалась, лучше, чем я могла надеяться, – Марго глотнула кофе, наконец, почувствовав тепло внутри. – Она много работает, ни на что не жалуется и с пониманием относится ко всему, что должно быть для нее сложно в таком положении.

– Похоже на отличное дополнение к вашей команде.

– Наверное, ты права, – Марго не глядя поставила свою кружку на стол, уставившись на клубящийся пар от напитка. – Я просто не могу отделаться от мысли, что она что-то скрывает.

– Марго, у каждого из нас есть вещи, о которых мы предпочитаем не говорить, – напомнила ей Филлис. – Эти воспоминания не обязательно плохие, просто иногда они причиняют боль.

Марго подняла глаза, и посмотрела на Филлис. Как это часто случалось, их сейчас объединяло чувство грусти и взаимопонимания.

Катрин моргнула, стряхивая капельки пота с глаз и, не обращая внимания на дрожащие руки. С трудом подняв штангу очередной раз, она опустила ее на упоры. Со вздохом облегчения, она закрыла глаза и оставила руки безвольно висеть по сторонам, восстанавливая дыхание. Она не делала серьезных упражнений уже несколько месяцев, но, несмотря на то, что ей посоветовали возвращаться к ним постепенно, весь последний час она старалась изо всех сил. Сейчас все ее тело так устало, что Катрин не была уверена, что сможет встать. Она безучастно потерла зудящую область над левой грудью.

– Я не думала, что ты сможешь сделать последний жим, – произнес над ней мягкий женский голос, заметно растягивая слова.

Катрин повернула голову, подняла веки и увидела чьи-то изумрудно-зеленые глаза в нескольких сантиметрах от себя. Эти искрящиеся глаза, оттененные длинными золотистого цвета ресницами, смотрели на нее с лица Мэрил Стрип, обрамленного густыми светлыми волосами. Катрин моргнула.

– Привет?

Широкие полные губы растянулись в ленивой улыбке. – Сама привет. Меня зовут Мэнди.

– Катрин.

Мэнди, присевшая рядом с Катрин, была одета в черный спортивный бюстгальтер и спортивные шорты, которые оставляли ее подтянутый живот неприкрытым и подчеркивали остальные прелести ее тела. Она легко коснулась пальцами плеча Катрин. – Знаю, звучит так, как будто я к тебе клеюсь, но ты ведь новенькая в городе?

– Я тут уже пару недель, – засмеялась Катрин, рывком поднялась на скамейке тренажера и повернулась лицом к сидящей на корточках девушке. – Но здесь в первый раз.

– Я один из персональных тренеров. Хотела спросить, нужна ли тебе помощь, но вижу, что вряд ли. – Мэнди окинула взглядом тело Катрин. Взгляд Мэнди был открыто оценивающим, и от Катрин не ускользнуло, что рука Мэнди сейчас так мягко покоилась на ее колене. Внезапно, сердце Катрин забилось чаще.

Мэнди рассмеялась и убрала руку. – Боже, по-моему, я почувствовала искру.

Катрин покраснела, быстро подавив вздох. – Думаю, это называют статическим электричеством.

– Неужели, – недоверчиво произнесла Мэнди, наклонив голову и лениво улыбаясь Катрин. – Как бы ты это ни называла, это было здорово.

Катрин резко поднялась и почувствовала головокружение. Подождав пока оно пройдет, Катрин сказала: – Мне пора бежать. Было приятно познакомиться с тобой, Мэнди.

Мэнди поднялась, преграждая дорогу Катрин. – Мне тоже было приятно с тобой познакомиться, Катрин. Надеюсь, скоро увидимся снова.

– Я уверена, что встречу тебя здесь. Пока.

Было уже начало одиннадцатого, и, решив принять душ дома, Катрин быстро собрала свои вещи. Дождь снаружи прекратился, оставив после себя лишь плотный липкий туман, который мерцал в воздухе и давил на кожу. До ее дома было около десяти минут пешком, и она решила прогуляться более длинной дорогой через парк.

Влажный воздух, создавал сияющие ореолы вокруг уличных фонарей, и, пока Катрин проходила через темноту от одного светлого пятна к другому, она чувствовала себя уединенно и жутко одиноко.

Раньше она была слишком занята и сосредоточена, чтобы замечать это. Находясь в вечной гонке с тех пор, как ей исполнилось пятнадцать и она, пропустив год в высшей школе, поступила на ускоренный курс по объединенной медицинской и общей программе. Пока ее ровесники заканчивали колледж и размышляли о преимуществах годового академического отпуска перед поступлением в магистратуру, она поступила в интернатуру. На ее пути не было препятствий, ничто не мешало ей, пока все не развалилось с грохотом, когда она, наконец, почти уже достигла своей цели.

Катрин так увлеклась своими воспоминаниями, что, когда чей-то силуэт появился из тени, она вскрикнула от удивления и остановилась как вкопанная. Понимая, что это всего лишь очередной любитель ночных прогулок, она двинулась дальше. Когда фигура приблизилась, она стала вглядываться, думая поначалу, что ей лишь мерещится знакомая походка и фигура, которую невозможно было не узнать.

– Марго? – Спросила Катрин.

Марго остановилась на расстоянии вытянутой руки, и Песик послушно сел у ее ног. Она поправила волосы одной рукой, делая паузу, чтобы скрыть неловкость. Марго как раз думала о Катрин, снова вспоминая события прошедшего дня, и ее внезапное появление сбило с толку. – Привет... Я... это..., – она кивнула в сторону Песика. – Собаку выгуливаю.

– Понятно, – Катрин наклонилась, протянув руку собаке, и почувствовала теплый липкий язык на своих пальцах – Привет, песик.

– Именно, – рассмеялась Марго, – Это он. Песик.

Катрин приподняла бровь.

– Его так зовут – Песик.

– А-а, – рассмеялась Катрин. – Надо же, какой он послушный.

– Это случайность, уверяю тебя, – Марго улыбнулась, чувствуя себя глупо из-за своей неловкости.

– А ты как тут оказалась? Поздновато для прогулки.

Катрин указала на свою сумку. – Тренируюсь.

Марго покачала головой. – Ты хоть когда-нибудь расслабляешься?

– У меня был выбор – потренироваться или распаковать вещи, – пожала плечами Катрин, – для меня выбор оказался очевиден.

Как будто негласно договорившись, Марго развернулась и они вместе направились в сторону дома.

– Как я поняла, ты переезжала в спешке. – попыталась поддержать разговор Марго.

Катрин немного поколебалась, прежде чем ответить.

– Я не была уверена, что меня возьмут на эту работу, а когда меня взяли, у меня было всего пара недель, чтобы найти где жить. Мне повезло, что я нашла квартиру так близко к работе.

– Ты собираешься ездить на велосипеде всю зиму?

– Как можно дольше. Я всегда могу пройтись, если погода слишком испортится.

– Я думаю, ты изменишь свое мнение ближе к январю. Попробую узнать, что можно сделать, чтобы тебе выделили свободное место на парковке. Они там большая редкость, но мне кое-кто должен пару услуг.

– Не утруждай себя, – не раздумывая, сказала Катрин, – Я не вожу машину.

– Что? Ты не умеешь водить?

– Нет, я... эмм... не вожу машину, – и быстро добавила, – никаких автомобилей.

Марго вскинула голову и вопросительно уставилась на Катрин. Она лжет. Она была в этом уверена на все сто процентов. Но почему?

– Все равно спасибо, – неловко сказала Катрин.

– Вот мой дом, – сказала Марго, указывая на свое жилище, спрятавшееся в конце улицы за белым заборчиком.

– Спокойной ночи, Марго, – мягко сказала Катрин.

– До завтра. – Марго быстро развернулась и пошла по улице, таща за собой Песика и игнорируя свое желание оглянуться и посмотреть, как Катрин исчезает из виду. Но как бы она ни старалась, она не могла отрицать, что уже ждет завтрашней встречи с Катрин.

Марго склонилась над постелью, приложив стетоскоп к груди десятилетнего астматика, слушая как воздух проходит внутрь и наружу при каждом вдохе и выдохе. Отрывочные свисты еще иногда прослушивались, но она была довольна, что подействовали ингаляции, которые она прописала, чтобы облегчить спазмы в бронхиальных проходах мальчика. Она подняла голову, когда Линда высунула голову из-за шторы. Выражение на лице Линды заставило Марго поспешить к ней.

– Что случилось? – Глядя на тревогу на лице подруги, она ожидала услышать новость про множественную аварию на магистрали Шуйлкилл, и что им надо быть готовыми принять сразу нескольких пациентов с серьезными травмами.

– Родни только что позвонил с работы. Произошел несчастный случай.

– Несчастный случай? Какой несчастный случай?

– Я не знаю. Что-то случилось с Терри, потом приехала скорая и Родни пришлось уйти.

– Скорая? Для Терри? – сердце Марго едва не выпрыгивало из груди, – Что-то случилось с Терри? Что произошло?

– Это все, что мне сказали, милая. Это все что я знаю.

Марго осмотрела приемную скорой так, будто видела ее впервые. Все было таким белым, стерильным, таким невероятно безликим. Терри. Они везут Терри сюда. Марго второй год проходила здесь стажировку и до этой минуты она думала, что может справиться с чем угодно. Терри. Она сделала глубокий вдох, напоминая себе, что это была ее территория, ее царство. Она могла справиться с тем, что ее ожидало. Вот что она сделает. Она позаботится о Терри.

– Они ничего не сказали о том насколько все серьезно? – ее голос был хриплым, но ровным.

– Ничего, – глаза Линды округлились, а зрачки расширились, – Родни… не сказал ничего осмысленного. Мне очень жаль.

У Марго в груди все сжалось, каждый вдох давался ей с трудом, и, когда она решила пройти в первую приемную, она обнаружила, что ноги ее практически не слушаются. Конечно там ничего серьезного. Рабочие часто получают травмы. Вывихнутые колени, защемление суставов, шишки на голове. Боже, надеюсь, она не связалась опять с плотниками. Она знает, как я ненавижу, когда она возится с этими инструментами. Она должна быть бригадиром – организовывать работу людей, а не тратить время ремонтируя эти проклятые дома своими руками!

– Ты можешь связаться со скорой по радио? – Марго, наконец, смогла пошевелиться, – Узнать подробнее про ее состояние.

– Конечно, – Линда живо кивнула. – Сейчас свяжусь.

Прежде чем Линда успела позвонить, двери приемной распахнулись и три медбрата, толкая каталку, ворвались внутрь. Одного взгляда на неподвижную фигуру, затянутую в жесткий корсет, с песочными мешками по обеим сторонам бледного лица оказалось достаточно, чтобы ноги Марго стали ватными. Не просто небольшое происшествие. О, Боже мой.

Она попыталась что-то сказать, но слова застревали в горле. Она попробовала поднять руку, но та как будто налилась свинцом. Словно во сне, почти парализованная, она смотрела, как Линда направила бригаду в процедурную. Два доктора скорой, еще один стажер и несколько медсестер поспешили вслед за ними. Наконец, и Марго смогла последовать за всеми.

На пороге Марго остановилась, уставившись на суету вокруг ее любимой. Она знала что делать, но чувствовала себя настолько не на своем месте, когда Терри неподвижно лежала там. Спустя мгновение все замерло, и Линда появилась из толпы со странным выражением на лице. Она подошла к Марго и взяла ее за руку. – Пойдем со мной, милая.

Марго сопротивлялась, в то время как Линда старалась увести ее из комнаты. – Нет. Я должна ей помочь. Я должна о ней позаботиться.

– Марго… Марго, милая, у нее сломана шея. Похоже, что все произошло мгновенно, – лицо Линды было белым, – Они ничего не могут сделать. Она мертва.

– Не может этого быть. Глупости, – Марго повернулась и попыталась вернуться в первую смотровую. На этот раз, она как будто плыла против сильного течения. Как бы сильно она не пыталась, она не могла сдвинуться с места. Было трудно смотреть, в глазах было так много воды. Она все время вытирала их, но влага покрыла ее щеки, застилая взгляд. Из-за собственных всхлипов и непрекращающихся слез она едва могла слышать голос Линды, мягкий и успокаивающий.

– Марго, ее больше нет.

Когда Марго удалось протиснуться сквозь толпу, слезы застилали ей глаза. Тогда-то она и поняла, что они все ошиблись. Терри просто спала. На ее лице и теле не было никаких повреждений. Глаза были мирно закрыты, выражение лица оставалось безмятежным. Когда Марго коснулась ее щеки, она была теплой. Ее любимая выглядела точно так же, как этим утром, завернутая в одеяло, когда Марго поцеловала ее на прощанье. Конечно, она была жива.

– Терри, милая. – Марго склонилась над ней, ее губы едва касались уха Терри. Она уловила легкий аромат ее шампуня. – Это Марго, любимая. Ты можешь открыть глаза на минутку? Я просто хочу услышать твой голос, и потом ты снова можешь заснуть. Я обещаю.

Слезы Линды бежали по ее щекам и капали на руки, обвитые вокруг пояса Марго. – Милая, она тебя не слышит. Ее больше нет.

Разгневанная Марго выпрямилась. – Перестань так говорить. Разве ты не видишь, она просто спит.

За спиной Линды она могла видеть лица ее друзей и коллег. На их лицах была жалость, грусть, сострадание. Она потянулась вперед и взяла левую руку Терри, поглаживая большим пальцем золотую полоску на пальце супруги, такую же, как у нее. Другой рукой она поглаживала волосы Терри, потом наклонилась еще раз и мягко поцеловала ее губы. – Я люблю тебя. Ты ведь знаешь это. И всегда буду любить.

Марго с криком вскочила на постели. В комнате было темно, повернув голову, она увидела, что до звонка будильника еще 15 минут. Лежа на скомканной простыне с бьющимся сердцем, она ждала пока пройдет боль в животе.

Боже, как давно я не видела таких снов.

В первый год после смерти Терри, она видела это бесконечное число раз – и во сне и наяву. Иногда видения были кристально четкие, каким был этот сон; иногда это был беспорядочный ворох обрывочных образов, как будто она искала Терри в черном тумане среди страшных теней, зная, что она ждет ее на границе пробуждения. Но каждый раз она просыпалась в одиночестве.

С течением лет кошмары становились реже и постепенно совсем прекратились.

Шесть лет и мне все еще так тебя не хватает.

Арли было чуть больше года, когда умерла Терри, поэтому она ее совсем не помнит. Марго не была уверена хорошо это или плохо. С одной стороны она была счастлива, что ее дочери не пришлось страдать от потери матери. С другой стороны, ей всегда будет грустно от того, что Арли не знала Терри, которая так мечтала о ее зачатии и воспитании вместе с Марго.

Со вздохом отбросив воспоминания, Марго направилась вниз, чтобы сделать себе кофе. Скоро придет Филлис, чтобы забрать Арли в дневной лагерь. Она как раз налила себе первую чашку кофе, когда задняя дверь открылась и вошла Филлис.

– Тяжелая ночь? – спросила Филлис, наливая себе кофе.

– Как у тебя это получается?

– Что получается? – Филлис провела рукой по взъерошенным волосам на голове Марго.

– Всегда угадывать.

Филлис пожала плечами. – У тебя очень выразительные глаза. И сейчас они полны грусти.

– Просто плохой сон. – Грустно улыбнулась Марго, зная, что дальше объяснять ничего не нужно. Филлис переехала к Марго и Арли сразу после смерти Терри, и они жили вместе в течение полугода перед тем, как она "вернулась" на свою половину дома. Она знала про все ночные кошмары и крики и горечь утраты, терпеливо снося свою боль ради поддержки возлюбленной своей дочери.

– Случилось что-то из-за чего ты такая взволнованная?

– Нет, почему ты спрашиваешь? – Марго знала, что ее голос звучит резко, но сама не могла понять почему. К счастью, Филлис не обиделась.

– Прошло много времени, с тех пор как ты была такой взволнованной. Когда так случается, обычно это значит, что что-то произошло.

– Ничего не произошло. – Марго резко поднялась и, схватив чашку с кофе, направилась к задней винтовой лестнице, ведущей из кухни на второй этаж. – Мне лучше поторопиться, а не то я опоздаю.

Филлис безмолвно смотрела, как она уходит. Она любила Марго ничуть не меньше чем Терри и, видеть ее такой подавленной, причиняло ей почти такую же боль, как потеря дочери. Печать этой утраты навсегда изменила их жизни, и ей всегда будет не хватать Терри, но со временем у нее получилось перестать думать об этом. Она надеялась, что когда-нибудь у Марго тоже получится.

Каждый познает свою истину в свое время, напомнила она себе. С Марго будет так же.

– Вот наш новый бесстрашный хирург. –Прокомментировала Линда, обгоняя едущую на велосипеде Катрин. Дождь уже прекратился, но дороги все еще оставались мокрыми и скользкими.

Марго выглянула из окна пассажирского сиденья, когда они проезжали мимо Катрин. – Боже, как думаешь, у нее хватило разума хотя бы надеть шлем?

– В это время дороги не слишком загружены, а на этой улице вообще всегда мало машин. – Линда с удивлением обратила внимание на то, как много эмоций слышалось в голосе Марго

– Одной машины достаточно, чтобы сбить человека.

– Ты в порядке?

– Да, конечно.

Линда бросила на подругу быстрый взгляд, замечая темные круги у нее под глазами. – Что-то не похоже. С Арли все в порядке?

– С ней все хорошо. Первое, что она сделала, проснувшись сегодня утром – подбежала к зеркалу и посмотрела какой у нее синяк. Она не может дождаться, чтобы показать его всем в школе.

Обе девушки засмеялись.

– Ну, тогда в чем дело?

– Ни в чем, – настаивала Марго, – я просто не очень хорошо спала сегодня ночью.

– Хорошо, я не стану приставать с расспросами.

– Все обещаешь и обещаешь.

Забрав портфели с документами и пакеты с едой из машины, они направились к входу в отделение скорой. Катрин подъехала на велосипеде и оказалась неподалеку.

– Привет, – окликнула их Катрин, стряхивая с плеч рюкзак.

– Привет, – Линда весело улыбнулась и слегка взмахнула рукой.

– Тебе бы следовало обзавестись шлемом, – сухо заметила Марго, проходя мимо.

Катрин посмотрела ей в след. И тебе доброе утро.

– Мне нужен твой совет, – тихо сказала Катрин, сложив руки на стойке и глядя на Марго, которая сидела напротив. Когда взгляд золотисто-карих глаз встретился с ее глазами, пульс Катрин участился. Она прочистила горло. – Если у тебя есть свободная минутка.

– Конечно. – Марго подписала отчет лаборатории, который она просматривала, подшила его к карточке пациента и спокойно взглянула на Катрин. Они едва ли обменялись парой слов за прошедшие десять часов рабочего дня. Это был загруженный день, но, даже учитывая это, у нее сложилось впечатление, что они обе умышленно избегали друг друга. И все равно, при виде Катрин теплая волна всколыхнулась внутри Марго. Стараясь говорить спокойно, она спросила:

– Что там у тебя?

– Девочка семнадцати лет с острой болью в области живота, тошнотой и рвотой.

– Воспаление тазовой области? – Одной из наиболее частых причин подобной боли у молодых девушек была инфекция уретры или фаллопиевых труб от заболеваний передающихся половым путем – чаще всего гонореей. Марго удивило, что Катрин спрашивает совета о таких болях у нее, поскольку это был один из обычных симптомов, диагностировать которые обучали всех хирургов.

– Нет. – Катрин повернулась к Марго, когда та вышла из-за стойки. Они стояли на расстоянии вытянутой руки, но воздух между ними был такой плотный, что его можно было пощупать. – Она отрицает наличие недавних сексуальных контактов, и я ей верю. Осмотр ничего не дал.

– Если ты думаешь, что проблема не хирургическая, то я приму у тебя пациента.

– Нет, не думаю. Сначала я считала, что это просто вирусный гастроэнтерит, – хмурясь, сказала Катрин, – но симптомы слишком ярко выражены для этого.

– Пищевое отравление?

– Это мой предварительный диагноз, но он не совсем подходит. – В рассеянности, Катрин провела рукой по своим волосам. – Девочка говорит, что это из-за плохих морепродуктов, которые она ела прошлым вечером у своей подруги.

Марго кивнула, глядя, как глаза Катрин темнеют почти до пурпурного. Она так напряжена, так сосредоточена, так... Внезапно Марго потянулась к медицинской карте пациентки, отрывая свой взгляд от лица Катрин и заставляя себя сосредоточиться.

– У нее есть жар или головная боль?

– Нет. И она говорит, что боли начались пару часов назад.

– Где она? Тут что-то не так...

Катрин провела ее в смотровую к пациентке. Когда они вошли, Катрин сказала: – Карен, это доктор Блейк. Я попросила ее взглянуть на тебя.

Девочка выглядела напуганной, бледной и вся тряслась. – Зачем? Что-то не так?

– Мы как раз хотим это выяснить, – приветливо сказала Марго. Она взяла Карен за запястье и пощупала пульс – он был слабым и быстрым, а ее рука на ощупь была влажной от пота. Пока Марго проводила осмотр, крупная слезинка скатилась с ресниц девушки. Потом еще одна. Девочка, похоже, не замечала своих слез.

– Мы не можем помочь тебе, если у нас не будет всей информации, – сказала Марго. Ее глаза устремились на лицо девочки. Еще одна слезинка скатилась по бледной щеке.

– Может быть, ты съела что-нибудь необычное помимо... морепродуктов?

Катрин наблюдала, стоя с противоположной от Марго стороны кушетки. Глаза Марго были полны сострадания, но от нее исходила такая непреодолимая сила и веяло такой уверенностью, что Катрин захотелось прикоснуться к ней. Боже, откуда у меня такие мысли?

– Что вы имеете в виду? – голос девочки дрожал.

– Кто-нибудь из твоих друзей тоже заболел?

Друзей? Катрин не могла понять, что происходит, но Марго явно к чему-то вела.

– Я не знаю. Я ушла... – Девушка выглядела отрешенной.

– ...с вечеринки, – закончила за нее Марго.

Девочка медленно кивнула.

– Когда это произошло?

– Сегодня днем. Вечеринка у бассейна сегодня днем.

– И вы все ели грибы?

Грибы? Какого черта? Катрин встряхнула головой. Я должна была это понять.

Взглянув на жалостливое выражение лица девочки, Марго повернулась к Катрин.

Отравление a. muscaria... Непроизвольная лакримация, тошнота, рвота, острая боль в области живота, излишнее слюноотделение и еще пачка других симптомов. Дети пробуют грибы, думая, что они галлюциногенные, но как правило эти грибы просто ядовитые.

– Лечение? – сухо спросила Катрин.

– Физраствор внутривенно, промывание желудка и активированный уголь, чтобы связать все токсины, которые еще не впитались в кровь и кое-какие препараты, чтобы нейтрализовать то, что уже внутри. Я вернусь с медикаментами через минуту. – Она снова повернулась к девочке. – Мне нужен адрес дома, где проходит эта вечеринка, и нам придется сообщить твоим родителям.

– Они в Винограднике Марты.

– Полагаю, им придется вернуться.

Марго и Катрин понадобилось почти три часа, чтобы стабилизировать состояние пациентки и двух ее друзей, которых полиция обнаружила в схожем состоянии интоксикации в доме одного из подростков. К тому времени на часах уже было почти девять вечера.

– Боже, я рада, что позвала тебя на осмотр. – Катрин выгнула спину и застонала. – Если бы я отправила ее домой, кто знает, что могло бы произойти. Боже.

Марго услышала нотки самобичевания в голосе Катрин. – Послушай, самое главное, что ты почувствовала, что происходит что-то необычное – вот что здесь самое значимое. Никто не ждет, что ты будешь знать все.

– Похоже, что ты знаешь все.

– Да. Но это потому, что я тут босс.

Их глаза встретились на секунду и обе девушки рассмеялись.

– Так, я могу угостить тебя поздним ужином? – Поддавшись импульсу, спросила Катрин. Увидев, как Марго вспыхнула, она поняла, что приглашение было неуместным. Черт побери, да что со мной такое?

– Хм, спасибо, но мне стоит вернуться домой. Моя свекровь сейчас с Арли и...

– Все в порядке. Я понимаю, – быстро сказала Катрин. – Спасибо за помощь, Марго, я очень это ценю.

– Без проблем. – На мгновение Марго колебалась, думая о том, что она может позвонить Филлис и попросить ее остаться с Арли чуть подольше, но потом взяла себя в руки. Что я делаю? Я не могу идти ужинать с ней! Смешивать работу и удовольствие всегда плохая идея, а у Катрин Макгауер проблемы просто на лбу написаны.

Марго резко отстранилась. – Спокойной ночи, Катрин.

Катрин лишь кивнула в ответ, чувствуя себя необыкновенно глупо и неописуемо разочарованной.

– Так что случилось с теми грибниками? – спросила Линда, раскладывая на блюде морковь и стебли сельдерея. – Извини, я не могла задержаться на работе и помочь. Робин нужно было бежать на боулинг.

– Без проблем, Катрин осталась. Мы промыли им желудки и стабилизировали их состояние где-то к девяти. – Марго смешала сметану с луковым соусом и перелила смесь в небольшую чашу. – Не видела ничего подобного с тех пор, как училась в колледже. Слава Богу, у меня хватало ума не пробовать эту дрянь.

– Удивительно, что ты распознала это.

– Обычные проявления, – пожала плечами Марго. – Все это есть в учебниках.

– Конечно, как и тысячи других вещей.

– Мне повезло – у меня хорошая память на эзотерические процессы.

– Угу. – Линда знала, что Марго не без причины занимала пост главы отделения скорой помощи в таком молодом возрасте. Она выделялась еще будучи студенткой, у нее как будто было какое-то шестое чувство, талант, который делал некоторых людей настоящими терапевтами. У Марго было и мастерство, и навыки врача. – Но мы обе знаем, что просто помнить, что написано в книге, недостаточно для того, чтобы распознать это, когда столкнешься с этим в действительности.

Смущенная похвалой, Марго опустила глаза. – На самом деле, Катрин первая заметила, что что-то не так. Я всего лишь была на подхвате.

– Конечно, – хмыкнула Линда, сортируя кусочки курицы по чашам. – Хотя, я согласна по поводу Катрин. У нее не только замечательные руки, но и хорошая интуиция.

Марго подумала о руках Катрин, о том, как они похожи на саму Катрин. Спокойные и уверенные в решающие моменты, движущиеся с хирургической точностью, и в тоже время на удивление нежные и мягкие, когда она заботилась об Арли. Головокружительная смесь, особенно для женщины такой уверенной, такой привлекательной, такой...

– Марго? Ау!

– А? – Марго вздрогнула. – Извини, я... задумалась.

– Да уж, я заметила, – Линда вздернула голову и внимательно посмотрела на Марго. – Что происходит?

Марго покачала головой и потянулась за луком.

– Совершенно ничего.

Катрин стояла посреди своей большой комнаты и медленно поворачивалась, оглядывая произошедшие изменения. – Неплохо.

Она приделала две книжные полки к стене напротив окон и распаковала большую часть книг. Диван и телевизор были расположены так, чтобы она могла сидеть на первом и смотреть на второй. Она поняла, что ей нужен журнальный столик. Ей некуда было положить ноги или ужин, когда она будет смотреть новости. Она не покупала много мебели, пока была в Манхэттене, потому что во время стажировки снимала полностью меблированную квартиру. Катрин планировала купить квартиру, после того, как устроится на новой должности в больнице Святого Михаила. Но сейчас, она не могла предположить, что с ней будет даже через год.

Нет смысла продолжать здесь, надо начинать обустраивать спальню. Катрин попыталась вспомнить, где она видела коробку с надписью "простыни". Идя по коридору, она взглянула на незамысловатые круглые часы, которые она повесила на кухне. Почти полдень. Она замерла на месте.

– Черт! Мне еще надо принять душ, переодеться и найти, где здесь можно купить вино. Волна счастья, пробежавшая по телу, заставила Катрин улыбнуться.

– Похоже, я больше не могу заниматься распаковкой вещей.

Тридцать минут спустя, она была готова. Заскочив в винный магазин, она потратила пару минут на выбор бутылки красного и бутылки белого вина. Потом ей пришло в голову, что следует принести что-нибудь для хозяйки дома.

– Где Джуд, когда мне на самом деле нужен ее совет? – пробормотала она про себя. Сакстон Синклер была больше, чем просто бывшей начальницей Катрин. Заведующая отделением травматологии в больнице Святого Михаила и ее подруга, Джуд Касл, режиссер-документалист, были ее хорошими подругами.

Год стажировки, когда она проводила три четверти времени в обществе Синклер, был очень напряженным периодом. В дополнение к их постоянной близости и схожим профессиональным задачам, они нашли еще много общих интересов. Своей нынешней работой, Катрин была обязана Сакс, а большей части своего сохраненного рассудка – Джуд.

– Марго, ты можешь открыть дверь? – Линда была по запястья в картофельном салате, когда в дверь позвонили.

– Конечно. – Марго достала полотенце и вытерла руки по дороге к двери. Она толкнула сетчатую дверь и посмотрела на женщину, стоявшую снаружи с пакетами в руках, в темно-синей рубашке, которая так гармонировала с ее глазами и мягкими контурами ее фигуры. Марго нравилось, как она выглядит со смущенно-наглым выражением на ее красивом лице. – Привет, Катрин.

– Привет. – Первое удивление появлению Марго, открывшей ей дверь, быстро затмило другое, когда Катрин увидела ее в обычной одежде. Она была в светлых шортах и белой футболке, которые подчеркивали мягкий загар ее тела. Ее волосы были собраны сзади, чем-то вроде галстука, и она выглядела лет на двадцать.

Обе девушки вздрогнули от голоса Линды за ними.

– Я подумала, что ты заблудилась, Марго. Привет, Катрин.

Линда переводила взгляд с одной девушки на другую, обратив внимание, что обе чувствовали себя не в своей тарелке. Улыбнувшись самой себе, Линда протянула руки. – Я так понимаю, это для меня?

– Ага, – пробормотала Катрин, передавая пакеты, – Я принесла красное и белое вино, потому что никак не могла выбрать какое из них купить.

Марго и Линда рассмеялись. Марго отодвинулась, давая Катрин пройти.

– А это тебе и твоей семье, – Катрин держала в руках прямоугольный пакет размером с коробку для обуви.

– Ого, подарок! – Линда без тени смущения схватила коробку и прижала к себе, перекинув вино в руки Марго. – Я обожаю подарки. Идемте на кухню, я хочу его открыть.

Не дожидаясь ответа, Линда развернулась и поспешила вперед, оставляя Катрин и Марго позади.

– Как ты узнала? – Улыбнувшись, спросила Марго.

– Узнала что?

– Что она обожает подарки.

– Просто догадалась.

Марго взглянула на Катрин, зная, что та не отрываясь, смотрела на нее, пока они шли через весь дом. – Очень мило с твоей стороны.

– Было очень мило с ее стороны пригласить меня.

Да, и я не хотела, чтобы она это делала. Сейчас Марго не могла вспомнить почему. Она была неописуемо счастлива видеть свою новую коллегу.

Линда подняла крышку коробки и аккуратно отогнула край бумаги, тихонько вскрикнув от восторга, и осторожно подняла стеклянный "восточный ветер". Изящные палочки разной длины от четырех до десяти дюймов из прозрачного стекла, подвешенные на нейлоновых лесках к блестящему серебряному диску, переливались всеми цветами радуги. Когда она легонько коснулась их пальцами, раздался высокий и чистый звук.

– Как красиво, – у Линды перехватило дыхание. Она с благодарностью посмотрела на Катрин. – Большое тебе спасибо. Это так мило с твоей стороны.

– Рада, что тебе понравилось, – покраснела от смущения Катрин.

– Думаю нам стоит повесить это на дереве на заднем дворе. Марго, как ты считаешь?

– Конечно. Когда окна будут открыты, ты сможешь наслаждаться умиротворяющими звуками из вне.

– Ты можешь сделать это сейчас? – Линда с надеждой смотрела на Марго. – Ну пожа-а-алуйста.

Марго улыбнулась, встряхнув головой. – Разве кто-нибудь может тебе отказать?

– Я такого не припомню, – нежно сказала Робин, входя через заднюю дверь. Она кивнула Катрин и протянула руку: – Привет, я Робин, супруга Линды.

– Катрин Макгауер.

– Смотри, милая. – Линда подняла подарок и стеклянные палочки снова зазвенели. – Катрин купила это для нас. Разве не прекрасно?

– Красота. – Робин обняла Линду за талию и поцеловала в щеку. – Я сама повешу это для тебя, но позже, я только что разожгла гриль. Пора, наверно, что-то начать готовить?

– Ты иди, займись барбекю, – сказала Марго, взяв подарок, – А я повешу это на дерево. Где у вас лестница?

– В гараже, – ответила Робин, – Если дашь мне минутку, то я принесу ее.

Марго покачала головой.

– Не стоит, я сама смогу найти. Инструменты там же, верно?

– Подожди, Робин тебе поможет, – сказала Линда. – Я не хочу, чтобы ты забиралась на это дерево одна. Что нам точно не нужно это, чтобы ты упала и сломала себе шею...

Лицо Линды побелело, ее саму поразили слова, сорвавшиеся с ее губ.

Марго моргнула и мягко улыбнулась подруге. Когда она заговорила, голос ее был ровным. – Не надо беспокоиться.

– Я ей помогу, – во внезапно наступившей тишине вызвалась Катрин. Она взглянула на Марго, пытаясь определить выражение на ее лице. Это было не несчастье, а скорее мучительная грусть.

– Если ты не против, – нерешительно добавила она.

– Замечательно, – сказала Линда, пожимая руку Марго и взмахнув рукой, прогоняя их, добавила, – все на выход, мне нужно навести здесь порядок. Робин, кто следит за детьми?

– Филлис играет со старшими в «Trivial Pursuit»^{3}, а Билл и Сью дежурят возле бассейна

– Выглядит довольно людно, – заметила Катрин, оглядывая сборище мужчин, женщин и детей всех возрастов. У нее появилось чувство, будто она не на своем месте, но когда она посмотрела на Марго, ей стало все равно. Ей просто нравилось быть рядом с ней.

– Вечеринки у Линды и Робин все знают. К тому же, раз они приглашают друзей своих детей, им приходится приглашать и родителей тоже. В основном тут все друг друга знают, потому что интересуются футболом.

– Здесь любят футбол, мне это по душе, – заметила Катрин, стоя позади, пока Марго поднимала дверь гаража.

– Можно сказать и так, – рассмеялась Марго, – Начиная с середины лета и до самой зимы вся наша жизнь вращается вокруг футбола. Дневные тренировки, игры утром по субботам – которые, к слову, начинаются со следующей недели – и все остальные события с этим связанные. Это целое социальное явление.

– Звучит отлично, – Катрин поняла, что на самом деле так думает. Она не занималась ничем, кроме учебы и работы уже лет десять. Она участвовала в спортивных состязаниях во время учебы в колледже, но с тех пор, как начались практические занятия в клиниках, а потом стажировка, у нее не оставалось времени ни на что, кроме работы.

Держа молоток, Марго повернулась и заметила задумчивое выражение на лице Катрин. Эти пронзительные голубые глаза смотрели на нее, но Марго не думала, что Катрин сейчас ее видит. Она выглядела блуждающей в собственных мыслях, на ее лице виднелся легкий намек меланхолии и смирения. Это удивило Марго и, в то же время, тронуло до глубины души. На какой-то момент, она ощутила необъяснимое желание дотронуться и погладить ее по щеке.

– Ну что, приступим, – мягко сказала Марго.

Катрин пришла в себя и застенчиво улыбнулась.

Взяв необходимое снаряжение, они направились к дому.

– Это спальня Линды и Робин. – указала Марго, – Если мы повесим твой подарок вон на ту ветку, то они смогут его слышать, находясь в доме.

Катрин наклонила голову и прикинула расстояние: – До этой ветки метров шесть, как ты себя чувствуешь на большой высоте?

– Ерунда, – Марго внимательно посмотрела на Катрин. – А что?

– Я... это... я ненавижу находиться на высоте выше полуметра над уровнем моря. Мне приходится принимать валиум, прежде чем сесть в самолет.

– Что такое, доктор Макгауер? – Марго не смогла сдержать смех, видя, как искренне покраснела смущенная Катрин. – Я бы никогда не подумала, что такая обворожительная мужественная женщина как ты, может испугаться чего-либо.

Рот Катрин распахнулся от удивления в тот самый момент, когда глаза Марго расширились от осознания только что произнесенного...

О Боже, не могу поверить, что я это сказала.

Она только что сказала, что я обворожительна?

– Я имела в виду...

– Ой... Я...

Марго, наконец, сумела совладать со своим голосом, и, указав вверх молотком, она спросила: – Ну что, приступим?

Когда Марго поставила ногу на первую ступеньку, Катрин прошептала: – Я очень рада, что Вы оказались более мужественной, чем я в данной ситуации, доктор Блейк. Как бы странно это ни звучало.

Шея Марго немного порозовела от смущения. – Просто держи крепко.

– Не беспокойся, – спокойно ответила Катрин. – Я не собираюсь отпускать.

Марго повернулась и посмотрела вниз в глаза Катрин. Спокойная сила в ее взгляде действовала успокаивающе. – Спасибо.

– С удовольствием.

Когда Марго почти добралась до самого верха лестницы, рядом с Катрин появилась Арли. – Привет, Катрин.

– Привет, Арли, – Катрин коротко взглянула на девочку и снова сосредоточилась на Марго, – Как у тебя дела?

– Швы чешутся.

– Ах-ха, – Катрин не могла оторвать глаз от Марго. Не тянись так далеко, о Боже!

– А что мама там делает?

– Она подвешивает "восточный ветер".

– Это та штука сейчас звенит?

– Угу. – В горле Катрин пересохло.

– Круто, – удовлетворив свое любопытство, Арли вернулась к своим друзьям.

К полному облегчению Катрин, Марго начала спускаться по лестнице. Сейчас, когда ее тревога улеглась, Катрин смогла оценить приближающиеся к ней загорелые бедра и соблазнительную заднюю часть. Она стояла, расставив ноги по обеим сторонам лестницы, двумя руками удерживая ее чуть выше уровня плеча. Спустившись, Марго оказалась зажатой между Катрин и лестницей. Волосы Марго коснулись ее щеки, ее губы оказались в нескольких миллиметрах от шеи Марго. Ее грудь слегка прикоснулась к спине Марго. Если бы она слегка двинула бедрами вперед, то она коснулась бы мягких округлых ягодиц Марго.

– Катрин, – голос Марго звучал низко и хрипло.

– Да? – слова вырвались вместе с теплым дыханием, которое пошевелило волосы на затылке Марго.

– Я не смогу слезть, если ты не отойдешь. – Она повернула голову, ее губы едва не коснулись уха Катрин. Все тело Катрин было словно разогретый горн, выделяющий столько тепла, что его хватило бы, чтобы прогреть Марго насквозь, чтобы обжечь те части ее тела, которых так давно никто не касался. Это ощущение испугало Марго, она вздрогнула. – Пожалуйста.

– Извини, – быстро сказала Катрин, отступая назад. Боже, что я делаю? Она же замужем! Но почему все выглядит иначе?

Марго спустилась вниз и повернулась. Ее голос дрожал, но она улыбалась. – Без проблем. Спасибо за помощь.

– Ага.

Катрин поднесла руку к лицу Марго, отчего глаза Марго округлились. Катрин осторожно провела рукой по волосам Марго. – У тебя листик застрял в волосах.

Марго затаила дыхание, пока мягкие пальцы Катрин доставали его из спутавшихся волос. Перед ее мысленным взором были руки Катрин, ласкавшие бьющееся сердце. Такие восхитительные руки.

– Ну вот, готово, – Катрин выпустила листик. Ее глаза встретились с глазами Марго. Ты такая красивая.

– Мне следует отнести все это обратно в гараж, – Марго указала на лестницу и инструменты, но не сдвинулась с места. Я не хочу, чтобы ты меня касалась. Не хочу.

Катрин тряхнула головой: – Я сама отнесу. Думаю, твое присутствие необходимо в другом месте.

Марго посмотрела в направлении, в которое указала Катрин. Арли махала руками, стараясь привлечь к себе ее внимание. Было похоже, что она готова плюхнуться в бассейн.

– Похоже, мне надо идти.

– Да.

Не двигаясь с места, Катрин наблюдала, как Марго подходит к бассейну и садится на край, свесив ноги, пока Арли с полудюжиной других детей резвится в воде. Солнце блеснуло в ее волосах, и Катрин вспомнила, как эти мягкие локоны скользили между ее пальцами всего пару минут назад. Казалось, прошла вечность, прежде чем дрожь в ее коленях унялась настолько, что Катрин смогла сдвинуться с места.

Марго, болтая ногами в прозрачной голубой воде, смотрела на водовороты и брызги вокруг своих ног. Она так крепко ухватилась за край бассейна, что костяшки пальцев побелели. Что со мной происходит?

– Мам, смотри, как я умею, – позвала Арли.

Марго послушно подняла голову и улыбнулась дочери, глядя, как та прыгает в бассейн. Терри учила Арли плавать, когда та была совсем маленькой и Арли чувствовала себя в воде так же уверенно, как и на суше. Когда девочка вынырнула и посмотрела на нее, Марго одобрительно кивнула, но мысли ее были сейчас совсем о другом. Она повернула голову назад и посмотрела в сторону дома. Катрин все еще стояла под кленом, одной рукой опершись на лестницу. Смотрит так, будто кроме меня тут никого нет.

Марго быстро отвернулась. Ее сердце колотилось, она все еще чувствовала упругое тело Катрин. Чувствовала, как грудь Катрин мягко касается ее спины, безошибочно узнала ощущение сосков, твердеющих под тонкой тканью. И своих и Катрин. Дрожа, она закрыла глаза. Волна возбуждения, сопровождавшая этот непродолжительный контакт, переполняла ее. Это было совсем не то, что она ожидала почувствовать. Самая далекая от ее мечтаний вещь. Она не искала и не ждала возбуждения, но ее тело приняло это так же естественно, как очередной вдох. Марго была ошеломлена и напугана и очень взволнована. Я не хочу этого. Я не хочу.

Катрин не думая, механически отнесла лестницу и инструменты обратно в гараж и, встала на углу дома, оглядывая широкий прямоугольный задний двор. Деревянный стол для пикника стоял под огромным кленом в компании нескольких садовых стульев, рассыпанных вокруг. Длинная дорожка из аккуратно подстриженной зелени пробегала через весь двор и ныряла под ограду. Значительное пространство занимал бассейн, который сейчас являлся центром всеобщего внимания. Почти все дети были в нем, а большая часть родителей сидела вокруг.

Но лишь одна фигура поглотила все ее внимание.

Других людей как будто не существовало. Сила, притягивающая ее к Марго, возникла с самой первой их встречи и, хотя она этого не понимала, это чувство было слишком сильным, чтобы его отрицать. Ей хотелось сидеть там, рядом с ней, под горячим солнцем, наблюдая, как резвятся дети, разговаривая обо всем и ни о чем одновременно. Она хотела, чтобы рука, лежащая на влажном бортике бассейна покоилась на ее бедре, как это было не так давно в машине. Легко, непринужденно и уверенно – как будто это собственное бедро Марго.

Катрин прошла через весь двор и разместилась за столом для пикника, с того места она могла видеть профиль Марго. Она все еще чувствовала ее запах, яркий и соблазнительный. Она все еще чувствовала ее тело, теплое и сильное, в момент когда они соприкоснулись.

Наблюдая, как Марго легким движением отбросила волосы со лба своей дочери, Катрин желала положить свою голову ей на колени и ощутить на себе утешительное прикосновение этих нежных пальцев. Она хотела лежать с ней в темноте после бурного излияния страсти и рассказывать все свои секреты.

Это невозможно. На то существует немало причин. Тогда почему я не хочу, прекратить это?

И она знала почему. Она смотрела как Марго снова подняла руку, чтобы убрать непослушные локоны со своего лица. Это бессознательное движение казалось невероятно нежным и одновременно уверенным. Каким-то образом Катрин знала, что так же эти руки будут прикасаться и к ней. И она страстно желала этого. И всего, что последует за этим.

Филлис перехватила Линду на пути из дома с очередным подносом с закусками. – Неплохая вечеринка, моя дорогая.

– Веселитесь?

– Очень. – Филлис, одетая по случаю в свободные брюки из темного хлопка, расшитую яркой вышивкой блузку и огромную соломенную фермерскую шляпу, оглядела толпу гостей. – Я заметила, тут есть и одна интересная новенькая.

Линда проследила за взглядом Филлис, и увидела Катрин, – Горячая штучка, не правда ли?

– Ммм. Она, похоже, очарована Марго.

– Ух... Боже, это же свекровь Марго!

– Это должно быть... Катрин, не так ли?

– Как вы догадались? – Линда обратила удивленный взгляд на Филлис.

– По двум причинам. – Филлис протянула руку и взяла стебель сельдерея, покрытый сливочным сыром.

– Арли не переставала говорить о ней с того дня, как ей наложили швы на разбитую голову. А еще Марго раздражается каждый раз, когда упоминают ее имя. Плюс еще Марго плохо спит, и эта девушка выглядит весьма изголодавшейся.

– Да, это Катрин. Я поняла, вы в курсе, что она новый доктор у нас в скорой.

– Угу. А еще я заметила, что они с Марго не очень-то ладят. – Филлис приложила ладонь козырьком ко лбу, выглядывая Арли в бассейне. Она заметила, что Марго выглядит оглушенно-шокированной. Должно быть что-то случилось. Эта красавица вывернула тебя наизнанку, милая?

Линда колебалась, раздумывая, стоит ли обсуждать дела своей подруги за ее спиной.

– Не обращай внимания, мне просто любопытно, – Филлис понимающе похлопала по ее руке. – И тебе не нужно ничего рассказывать. Я просто не могла не заметить, что Катрин последние десять минут не смотрела ни на кого, кроме Марго.

– Это вас... ну... беспокоит? – осторожно спросила Линда.

Филлис промолчала и Линда быстро добавила: – Черт бы побрал, мой длинный язык. Извини, Фью. Это было неуместно.

– Нет, все в порядке, я не против. – Филлис снова похлопала по ее руке. – Люди обычно не спрашивают об этом, потому что боятся, что упоминание об умерших вызовет воспоминания. Как будто мы не носим постоянно их частичку с собой. – Она улыбнулась. – Говорить и вспоминать о Терри для меня не мучение, она была светом моей жизни, как Марго и Арли сейчас.

– Ты могла бы и ко мне относиться как к дочери? – искренне спросила Линда. Ее мать все еще отказывалась принимать ее однополый брак и детей.

– Разве ты не знаешь, что я считаю своей семьей и тебя и Робин и Ким с Денни? – Филлис обняла Линду за талию. – Так же как и моих двух девочек.

Линда лишь кивнула, боясь расплакаться, если попытается заговорить.

Филлис посмотрела через дворик на Катрин. Разные чувства обуревали ее в данный момент. В основном это было желание защитить свою семью. У Марго остались глубокие раны, которые все еще кровоточили и Филлис бы сделала, что угодно, чтобы не позволить снова причинить ей боль. Как будто ты можешь этому помешать. Пока ты живешь, ты всегда рискуешь своим сердцем. А если ты никогда не идешь на риск... Она вздохнула.

– Беспокоит ли меня, что кто-то может заинтересоваться Марго? Или что Марго кем-то заинтересуется? – Филлис смотрела, как ее внучка подплыла к Марго и смотрит на нее со сверкающей улыбкой. Марго наклонилась и убрала мокрые волосы с лица дочери, сказав что-то, от чего Арли скорчила рожицу и улыбнулась. – Ты можешь себе представить, как бы сильно я хотела, чтобы Терри могла видеть, как растет эта девочка и воспитывать ее вместе с Марго?

– Нет, не могу, – мягко сказала Линда, – Но я знаю, как я этого хотела.

– Думаю, я зря возражала пять лет назад. И три года назад тоже, – Филлис качнула головой. – Марго очень одинока и сама даже не представляет себе насколько.

– Да.

Филлис протянула руки и взяла поднос из рук Линды. – Так что, нет, меня это не беспокоит. Не в том случае, если это будет подходящая женщина.

Линда смотрела, как Филлис несет поднос к столу для пикника и предлагает Катрин попробовать «hors d’oeuvres»^{4}. Катрин Макгауер. Кто же ты на самом деле?

– Привет, – сказала Филлис, опуская поднос на стол перед Катрин. – Я Филлис Мерфи, бабушка Арли.

Катрин вскочила на ноги, протягивая руку и в тайне надеясь, что женщина не заметила, как она таращится на Марго. – Катрин Макгауер, миссис Мерфи. Приятно познакомиться.

Улыбаясь, Филлис взяла протянутую руку, находя ее учтивые манеры весьма очаровательными. – Передо мной уже очень давно никто не вставал.

Катрин улыбнулась. – Мир заполонили невежды.

– В самом деле. – Смеясь, Филлис присела, похлопав по соседнему месту. – Прошу.

– Арли похоже идет на поправку. – Сказала Катрин, присаживаясь обратно.

– Да, и очень быстро. Кстати, вы ее новый герой.

Катрин покраснела. – Это она держалась как герой. Она и Марго.

– Марго?

– Она была превосходна. Порой, самая трудная часть в работе с детьми – это общение с их родителями. Дети копируют их поведение и если родители в истерике, то ребенка успокоить просто невозможно.

На лице Катрин появилось отстраненное выражение.

– Мне приходилось уводить детей в операционную и вводить им успокоительные препараты, чтобы можно было обработать даже самые незначительные повреждения. С некоторыми из них можно было справиться сразу в смотровой, если, конечно, родители это позволяли.

– Думаю, значительно проще, если родители сами врачи, как Марго.

– Вы даже не можете себе представить, – сказала Катрин смеясь, – Боже храни меня от родителей-врачей. Но Марго была великолепна, спокойная и уравновешенная. И она позволила мне спокойно делать свою работу.

– Наверное, она тебе очень доверяет, если позволила позаботиться об Арли.

Катрин взглянула в сторону Марго и не смогла отвести взгляд. – Я надеюсь.

Филлис улыбнулась и взяла морковку с подноса.

– Кстати, – спросила Катрин, – Арли – это сокращение от какого имени? Я не обратила внимания, когда заполняла ее карточку.

– Это сокращение от Арлин, и это, на самом деле, ее второе имя... Ее полное имя Мерфи Арлин Блейк.

– Какое замечательное имя. Удивительно, что никто не зовет ее Мерф.

Застигнутая врасплох Филлис, слегка замешкалась, и потом произнесла мягким голосом: – Наверное, так бы и было, но так, люди обычно звали мою дочь.

Катрин оторвалась от Марго и встретилась взглядом с Филлис. – Супругу Марго?

– Да. Терри.

Так люди обычно звали мою дочь. Катрин не нужно было никаких объяснений, она все поняла по глазам Филлис. О, Марго.

– Мне очень жаль.

– Спасибо.

Катрин не знала, что еще сказать.

Глядя на нее, Филлис заметила, как эмоции волнами прокатываются по лицу Катрин и водоворотами кружатся в ее невероятно синих глазах. Ее утешало молчаливое понимание, и часть ее тревоги за Марго улеглась. Она понятия не имела, что жизнь еще приготовила ей, еще меньше знала про Марго, а об этой крепкой молодой незнакомке – совсем ничего. Но она могла видеть ее сопереживание и видела, как та смотрела на Марго. Если что-то и могло вернуть Марго к жизни, то только такое сочетание любви и нежности.

Филлис похлопала по руке Катрин, как будто этой девушке, а не ей, нужно было утешение. – Робин готовит лучшее барбекю в округе. Когда ужин будет готов, тебе стоит сесть за стол рядом с Марго, Арли и мной. Арли будет просто в восторге.

От удивления, Катрин не смогла придумать ничего, кроме как согласиться. – Спасибо. С удовольствием.

– А теперь я пойду и освобожу Марго от обязанностей телохранителя Арли на какое-то время.

Катрин поднялась из-за стола вместе с Филлис. – Было очень приятно познакомиться с вами.

– Мне тоже было приятно, моя дорогая.

Катрин раздумывала не проводить ли Филлис к бассейну, но раздавшийся сзади голос ее остановил.

– Привет, красотка. Не ожидала встретить тебя здесь.

С удивлением, она обернулась и увидела Мэнди, стоящую так близко, что плечо Катрин коснулось ее груди. Быстрый взгляд вниз открыл ей вид на очередной спортивный топ, на этот раз, заканчивавшийся над пупком, и коротко обрезанные обтягивающие шорты. Мэнди была в отличной форме.

– Хм... здравствуй.

– Мэнди, помнишь меня? – интонации в голосе светловолосой девушки не оставляли сомнения, что она даже не предполагала, что кто-то может ее забыть.

– Конечно. – Катрин озадаченно огляделась в поисках партнера или ребенка Мэнди.

Как будто прочитав ее мысли, Мэнди рассмеялась и положила руку на обнаженное предплечье Катрин. – Я исключение в этой компании. Одинокая и бездетная лесби.

Катрин не могла не рассмеяться в ответ. – Значит нас таких уже двое.

– Вот видишь, у нас уже так много общего кроме пристрастия к физическим нагрузкам и... – Мэнди приподняла одну бровь. – Других физических необходимостей, – закончила она.

– Так значит, как я понимаю, ты подруга Робин и Линды? – без задней мысли спросила Катрин.

– Ммм. Хочешь верь, хочешь нет, я выросла здесь в Германтауне и все еще живу в квартале отсюда. Я сужу соревнования по футболу. – Ее пальцы скользили вверх и вниз по руке Катрин.

– Я уже много лет знаю Линду и Робин.

– Мир тесен, я полагаю. – Катрин заметила, что Мэнди придвинулась еще ближе, пока они разговаривали, и почувствовала прикосновение бедер Мэнди к своим. Она отстранилась как можно более непринужденно.

– Так... эээ... значит, ты занимаешься футболом? – Катрин была не в настроении флиртовать. На самом деле, насколько бы ни была привлекательна Мэнди, у Катрин не было ни малейшего интереса в развитии отношений с ней.

– Хмм... – Пальцы Мэнди с легкостью пера прошлись по животу Катрин. – Я немного играла в школе. Плюс мой отец владеет спортивным залом, так что я – хорошая реклама для бизнеса.

– Тебе нравится играть? – Настойчивые прикосновения начинали раздражать.

– Конечно. Всегда много интересных женщин вокруг. – Мэнди провела рукой по своим волосам – отработанное движение, демонстрирующее ее грудь.

Катрин отступила еще раз, когда Мэнди попыталась вернуть свою руку на ее бедро. – Угу.

– Давай найдем более уединенное местечко, где мы могли бы вместе поужинать.

– Спасибо, но я ужинаю с Марго и ее семьей, – быстро ответила Катрин.

– Правда? – Мэнди приподняла одну бровь.

– Мы с Марго работаем вместе.

– Как мило. – Ее интонации, с другой стороны, вовсе не предполагали, что в этом есть хоть что-нибудь милое.

Марго прошла в кухню, сильно хлопнув дверью. – У нас закончилась кола. Робин сказала, что где-то здесь есть еще.

– Тебя вывело из себя то, что у нас закончилась газировка? – Линда, руки которой были в соусе для барбекю, взмахом головы откинула волосы со лба и сделала жест в сторону кладовки. – Напомни мне, почему я люблю устраивать вечеринки? Я не выходила за пределы этой кухни дольше, чем на пятнадцать минут.

Линда прислонилась спиной к столу и вытерла бумажным полотенцем руки, задумчиво глядя на Марго. – Дорогая, кто испортил тебе настроение?

Марго развернулась на месте, держа по упаковке из шести банок колы в каждой руке. – Тебе в самом деле нужно приглашать ее на каждую вечеринку?

– Дай мне минутку, я переведу, – Линда уставилась в пространство. – Мэнди здесь и она уже успела вывести тебя из себя.

– Да, она практически шарит в трусах Катрин посреди заднего двора.

Линда на мгновение потеряла дар речи, потом сорвалась с места и поспешила к двери

– Ей Богу, кому-то следует надеть на нее намордник, – Марго шмякнула упаковками об стол так, что тарелки с закусками подпрыгнули и зазвенели.

Линда повернулась, изумленно глядя на Марго. – Ты все еще злишься за то, что случилось много лет назад? Она была ребенком, когда приставала к Терри.

– Она не была ребенком, ей было восемнадцать лет! И она не просто приставала к Терри, она зажала ее в углу на вечеринке и поцеловала! – Марго вспыхнула от нахлынувших воспоминаний. – Если бы я застала ее тогда, то убила бы.

– Насколько я помню версию Терри, это продолжалось не больше секунды, после чего Терри в недвусмысленных выражениях объяснила ей, что она перешла все границы. – Линда вспомнила, как Терри рассказывала ей о том, как Мэнди поймала ее на вечеринке и в каком шоке была Мэнди, когда Терри попросила ее убираться ко всем чертям. Это было смешно тогда и было все еще смешно сейчас, но Линда сдержала смех, потому что было совершенно очевидно, что Марго расстроена. Правда Линда не была до конца уверена, что именно ее так расстроило. Она практически шарит в трусах Катрин…– Ах, вот оно…

– Ах, вот оно… что?

– Ничего, – быстро сказала Линда. – Так как там Катрин?

– Понятия не имею и, вообще, мне плевать.

– О-о-окей. Если ты не собираешься убивать Мэнди прямо сейчас, то, как насчет помочь мне с курицей?

Марго уставилась сначала на Линду, потом на курицу. Похоже, я схожу с ума. – Конечно, дай мне самый большой нож.

Подруги улыбнулись друг другу и весело рассмеялись.

Катрин пробралась сквозь толпу, собравшуюся вокруг мангала для барбекю к тому месту, где Марго расставляла тарелки с едой, которые ей передавала Робин. Рядом стояло два больших блюда, на которых горками были сложены куски курицы и бургеры.

– Надеюсь, ты не против, что твоя... свекровь... пригласила меня составить вам компанию, – сказала Катрин, непонятно почему, чувствуя себя очень смущенно. В больнице Катрин знала как вести себя в общении с доктором Блейк, но сейчас было совсем другое дело. Марго казалась здесь совершенно другой. Да и сама Катрин, тоже. Вне стен скорой помощи Марго выглядела неприступной, отстраненной – как будто она не хотела, чтобы к ней кто-нибудь приближался, кроме Линды и Робин. Катрин, как и многие хирурги, привыкла справляться с эмоциональной холодностью. Но все, чего она хотела сейчас – это найти брешь в невидимом щите Марго, чтобы та взглянула на нее с той особенной улыбкой в глазах. Такая жажда внимания оказалась для самой Катрин в новинку и чертовски ее пугала.

– Почему я должна быть против? – сказала Марго, не поднимая головы. Она все еще не отошла от того всплеска гнева вызванного образом Катрин с Мэнди. Она почти... ревновала. И это было нелепо и смешно.

– Я просто не хотела бы помешать вашему семейному общению, – Катрин потянулась к блюду с жареной курицей. – Давай я тебе помогу.

Движением, которое поразило их обеих, Марго сжала пальцами предплечье Катрин, остановив ее. Заглянув в глаза Катрин, она улыбнулась. – Все в порядке. Я думаю, все будет хорошо. И уверена, что Арли будет прыгать до неба от восторга.

– Отлично. Хочу на это посмотреть. – Сердце Катрин колотилось в три раза быстрее обычного и в коем-то веке, это доставляло ей удовольствие. – Давай я отнесу это к столу.

– Спасибо. Я думаю, Арли и Филлис заняли место под деревом. – Пальцы Марго ласково скользнули по руке Катрин. Она даже не поняла, что сделала, пока не почувствовала легкую дрожь Катрин и не увидела, как синева ее глаз темнеет. Хриплым и низким голосом Марго произнесла. – Иди, я скоро подойду.

– Я буду ждать. – Катрин отступила на шаг, потому что Марго, судя по всему, не могла пошевелиться, пока ее рука касалась Катрин, неважно насколько легко. – Подержу для тебя местечко.

Марго кивнула с благодарностью. Ты очаровашка, Катрин Макгауер. – Мне все равно, даже если придется сидеть на земле. Главное сохрани для меня что-нибудь из еды – я умираю от голода.

– Я сделаю еще лучше, отложу тебе что-нибудь. – Катрин улыбнулась легко и непринужденно. – Что тебе больше нравится – ножка или... грудь?

Губы Марго вздрогнули, растянулись в широкой улыбке, и она громко рассмеялась. – Крылышко.

Катрин тоже смеялась, радуясь, что ее руки заняты, потому что ей отчаянно хотелось провести большим пальцем по маленькой ямочке на подбородке Марго. Ей пришлось заставить себя отойти: – Увидимся через минутку.

После того, как Катрин принесла курицу и отложила порцию для Марго, она нашла Арли и Филлис сидящих за маленьким стеклянным столиком под большим зеленым парусиновым зонтиком. У всех были одноразовые тарелки, заполненные едой, пластиковые стаканчики с напитками и счастливые улыбки на лицах.

– Привет, Катрин, – с восторгом воскликнула Арли.

Катрин устроилась рядом с ними в плетеном кресле и поставила тарелку себе на колени. – Привет, Арли. Как дела?

– Великолепно! У меня фонарь под глазом!

– Да, я вижу, – серьезно сказала Катрин, щурясь и наклоняясь вперед, чтобы взглянуть на швы. Ни опухолей, ни покраснения, рана чистая. – Очень впечатляет.

– Ага, а еще это очень круто.

– Без сомнения.

Марго взяла тарелку с кресла возле Катрин и тоже присела. – Спасибо тебе. – Она улыбнулась Арли. – Утром мы сделали снимок для ее фотоальбома.

Катрин улыбнулась. – Круто.

– Я тоже так сказала, – заметила Арли.

– Так, Катрин, – вмешалась Филлис, – откуда ты?

– Вы имеете в виду, где я родилась? – после кивка Филлис, Катрин продолжила. – Недалеко от Питтсбурга. Мой отец был сталеваром.

– Значит, других докторов в семье не было?

– Ни в каком виде, – Катрин, улыбаясь, покачала головой. – Оба моих брата пошли по стопам отца и стали сталеварами, как мой отец и его отец до него. Мама была домохозяйкой.

– Они, наверное, очень тобой гордятся.

– Для них это было... неожиданностью, – уклончиво ответила Катрин, думая о том, что ее родители практически ничего не знали о ее достижениях и амбициях.

– А вы чем занимались, Миссис Мерфи? Позвольте мне угадать... вы либо психиатр либо... частный детектив.

Филлис рассмеялась от удовольствия. – Во-первых, зови меня просто Филлис. Во-вторых, скажи, почему ты так подумала?

– Все просто. Вы заставляете людей рассказывать о себе, и они об этом даже не подозревают, и вы такая очаровательная, что они не злятся, когда понимают это.

– Бабушка работает в моей школе, – с серьезным видом поведала ей Арли, а Филлис снова рассмеялась.

– Ого, учителем?

– Когда-то работала учителем. Сейчас я одна из заместителей директора, – объяснила Филлис. – Марго сказала, что вы недавно начали работать в нашей больнице.

– Катрин только-только закончила обучение в Манхэттене, – объяснила Марго.

– Представляю, какой разительной переменой оказался для тебя наш городок, – сказала Филлис.

– Да, но очень приятной переменой, – Катрин показала на собравшихся людей, – Это не тот стиль жизни, к которому я привыкла.

– Мам, – Арли положила руку на колено Марго, – Можно мне еще поплавать?

– Ты больше не хочешь есть?

Арли оживленно помотала головой.

– Я думаю, тебе стоит подождать, пока остальные закончат с ужином, чтобы взрослые могли присмотреть за вами в бассейне.

– А можно я принесу что-нибудь из дома?

– Спроси Линду и Робин, милая, – сказала Марго – Это их дом и это будет вежливо. Хорошо?

– Ладно.

– Так значит, ты хирург, Катрин, – сказала Филлис, продолжая свой мягкий допрос, когда Арли вприпрыжку умчалась.

Катрин покраснела. – Вообще-то Миссис Мер... Филлис, я доктор скорой помощи. Но я прошла и обучение хирургии.

– Все равно это наверняка оказывается полезным.

Катрин взглянула на Марго, которая сидела, уставившись в свою тарелку. – Иногда. Я еще многому должна научиться.

– Уверена, это не займет у тебя много времени, – мягко сказала Филлис.

– Я надеюсь...

– Катрин, – горячо воскликнула Арли, подскочив к ней, – Хочешь поиграть?

Катрин внимательно посмотрела на Арли и улыбнулась, когда увидела в ее руках футбольный мяч. Катрин вопросительно посмотрела на Марго.

– Как хочешь.

– Конечно, сказала Катрин, вставая и кладя руку на макушку Арли. Она осмотрелась и указала в сторону задней части лужайки. – Нам лучше пойти туда, чтобы мяч не угодил в тарелку кому-нибудь из гостей.

– Окей, – радостно ответила Арли.

– Она очень милая, – заметила Филлис, глядя, как Катрин с девочкой уходят.

– К чему весь этот допрос с пристрастием? – Марго откинулась в кресле, внимательно изучая Филлис.

– Мы всего лишь весело поболтали.

– Я думала, ты сейчас спросишь, свободна ли она.

– Нет, – Филлис наклонилась, чтобы забрать недоеденную куриную ножку с тарелки Марго. – Это был бы мой следующий вопрос, но сначала я бы спросила, где она живет.

– Почему тебя это так интересует?

Филлис встретилась с Марго взглядом. – Похоже, она тобой увлечена.

Марго вспыхнула и даже, несмотря на то, что она уже привыкла к прямоте Филлис, смутилась. – Между нами ничего не было.

– Я и не думала, что что-то было, милая, – Филлис огляделась и нашла взглядом свой ледяной чай. Взяла стакан и немного отпила. – А ты бы хотела, чтобы было?

– Нет, – быстро сказала Марго. – Нет, не значит ни с кем, но только не с ней.

– Разве она сделала что-то не так?

Марго встала, оглядываясь поверх сидящих вокруг людей, занятых ужином. Катрин и Арли пинали футбольный мяч в дальнем конце двора. Она видела, как ее дочь смеется. – Нет, но она что-то недоговаривает. Я не уверена, что я ей... доверяю.

– Ах. Да, это может быть проблемой.

– Да, может. – К своему облегчению, Марго увидела, как к ним идет Робин. Она больше не хотела говорить о Катрин Макгауер или о том, почему она считает, что ее новый хирург что-то скрывает. Она не хотела думать о том, как Катрин смотрела на нее или о том, что она чувствовала под этим спокойным внимательным взглядом. Она не хотела думать о том, чего хочет или не хочет или боится получить.

Робин чмокнула Марго в щеку. – Веселитесь?

– Даже очень. Спасибо, Робби, отличный обед.

– Еще бы. – Робин удовлетворенно вздохнула и окинула взглядом двор. Дети толпились в дальнем конце двора. – Катрин собрала приличную толпу.

– Да уж.

Последние несколько минут дети всех возрастов пробирались к тому месту, где играли Катрин и Арли. Сейчас это выглядело как импровизированная футбольная команда, с Катрин в центре, окруженной стайкой детей, которые внимательно наблюдали за ее действиями.

– Она как Гамильский крысолов, – поделилась наблюдением Робин, – И она очень хорошо играет. Я думаю, стоит нанять ее тренером.

Марго даже не успела возразить, как Робин уже отошла от них.

– А ты знаешь пару финтов, Катрин.

Катрин повернулась к Робин и ухмыльнулась, сказав тихим голосом. – Нетрудно хорошо смотреться, когда твоему самому серьезному сопернику девять лет от роду.

Робин рассмеялась. – Слушай, нам бы не помешал еще один тренер в команде. Что ты об этом думаешь?

– Я? – Катрин посмотрела на шумно мельтешащих детей. – Ох, Робин, я не знаю. У меня нет опыта в общении с детьми.

– Пока ты неплохо справляешься, как я посмотрю. К тому же дети сейчас в таком возрасте, когда они делают все, что им скажешь. Они как послушное стадо овечек.

– У меня довольно плотный график на работе. – В голосе Катрин слышалось сомнение, она никак не могла решиться. На ней будет лежать большая ответственность, но, с другой стороны, ей нечем было занять свободное время, и ей было весело с детьми.

– Ну, хорошо, если ты считаешь, что не будет проблемой, если я пропущу пару тренировок.

– Никаких проблем. – Робин похлопала ее по спине. – Великолепно. Давай обменяемся телефонами. Расписание тренировок и соревнований, Линда принесет тебе на работу.

– Хорошо.

Арли подбежала к ним и схватила Катрин за руку: – Ты можешь еще раз нам показать упражнение с пасом, Катрин?

– Конечно. – Она ухмыльнулась Робин и последовала за Арли обратно в толпу детей.

Все произошло так быстро, что у нее даже не было времени сообразить. Один из ребят постарше с очень сильными ногами со злостью нанес по мячу удар такой силы, что этот удар был бы достоин Мии Хэмм. К сожалению, его точность еще отставала от физического развития, и мяч прошел очень далеко от своей цели. Катрин увидела, как мяч сорвался с ноги мальчика, и поняла, что он летит прямо в годовалого ребенка. Она сделала два быстрых скачка и подбросила свое тело в воздух, почти параллельно земле вытянув руки. Ей удалось перехватить мяч, но при этом она так вытянулась, что не могла контролировать свое падение. Катрин всем своим весом упала на левое плечо, и боль мгновенно ослепила ее. Со стоном она перекатилась по земле, отчаянно стараясь сдержать тошноту.

– Катрин! – вскрикнула Арли дрожащим голосом. Она смотрела то на Катрин, стонущую на земле, то на Марго, чьи зеленые глаза расширились от волнения. – Мама, она ушиблась?

– Дай мне взглянуть, милая, – Марго посмотрела на Робин, – отведи детей подальше, Робби.

– Я в порядке, – хрипло пробормотала Катрин, изо всех сил стараясь, чтобы ее голос звучал ровно. Она открыла глаза, зрение затуманилось слезами, острая боль в плече была почти невыносимой. Она сумела выдавить из себя улыбку, когда увидела, что Арли смотрит на нее. – Я в порядке, малышка. Просто... неудачно приземлилась.

Арли серьезно кивнула. – У меня тоже так было, когда я упала с качелей. – Она повернулась к Марго, стоявшей на коленях рядом с Катрин. – С ней же все будет в порядке, правда, мам?

– Да, милая. А сейчас иди с тетей Робин, – мягко сказала Марго.

Когда дети оказались на достаточном расстоянии и не могли их слышать, Марго наклонилась к Катрин и приложила пальцы к ее шее чтобы почувствовать пульс. Ускоренный, но сильный. – Скажи мне, где болит.

– Плечо, – с трудом произнесла Катрин, – вывихнуто. О Боже, Марго... так больно.

– Ты не повредила ребра? Или спину? – Марго сосредоточилась на деле и выбросила из головы все остальное – и резкие вскрики боли, и затрудненное дыхание, и испарину, выступившую на бледном лице Катрин. Она отбросила страх, который пронзил ее в тот момент, когда она увидела, как Катрин упала и замерла. – Чувствуешь онемение где-нибудь? Катрин? Шея в порядке?

– Только... плечо. Больше ничего.

Марго провела беглый неврологический осмотр, проверяя, как движется каждая из конечностей, и проверила зрачки Катрин. Зрачки синих глаз Катрин были расширены и полны боли. Ох, дорогая, мне так жаль.

Линда упала на колени с другой стороны от Катрин. – Боже, что случилось? Мне вызвать скорую?

– Да, – резко сказала Марго. Глядя, на мучения Катрин, ей самой становилось плохо. Она сжала зубы и сосредоточилась. – Я побуду с ней, а ты сбегай, вызови неотложку.

– Нет, – проскрежетала Катрин. Она попыталась перевернуться на спину, но это вызвало еще один взрыв боли в руке. Она застонала. – Старая травма. Марго... ты сможешь его вправить.

– Нам все равно нужно в больницу. Мне необходимо ввести обезболивающее. Линда, звони девять-один-один...

– Все пройдет... легко. Пожалуйста, просто сделай это. – Катрин снова застонала.

Линда посмотрела на подругу поверх распростертого тела Катрин. – Ей очень больно, Марго. Давай попробуем?

На секунду Марго засомневалась. – Одна попытка. Если не получится, вызываем скорую.

Линда Кивнула. – Как скажешь. Просто говори мне, что надо делать.

Марго нежно прикоснулась рукой к правому плечу Катрин и прошептала. – Нам надо тебя перевернуть, Катрин.

– Хорошо, – она крепко сжала зубы, чтобы не закричать.

Марго и Линда вместе осторожно перевернули Катрин на спину, ее левая рука безвольно лежала вдоль тела под неестественным углом. Выступ плеча оказался продавлен, очертания искажены. Огромное деформирующее руку вздутие образовалось сразу под тем местом, где должен быть сустав. Один конец плечевой кости выскочил из чашечки образованной из ключицы, лопатки и прилегающих мышц.

Сильное давление на нервные окончания и растяжение связок сустава вызывали острую боль. Если это оставить так слишком долго, то повреждение нервной ткани может стать необратимым.

– Линда, – обратилась Марго к подруге. Лицо ее было спокойным, а глаза сфокусированы на лице Катрин, – Придави коленями ту сторону ее тела. Тебе надо будет крепко ее держать, пока я вправляю сустав. – Она подождала пару секунд, пока Линда приготовилась. – Катрин, ты уверена?

Катрин открыла глаза и сфокусировала взгляд на лице Марго. Улыбка промелькнула на ее губах. – Да. Не дай... детям увидеть это. Они... испугаются.

На секунду спокойствие оставило Марго, и она нежно провела пальцами по волосам Катрин. Ее голос слегка дрожал. – Они все возле дома и не могут это увидеть. А сейчас закрой глаза.

Катрин подчинилась и Марго подвинулась так, чтобы она могла крепко взяться за ее левую руку, согнуть локоть и повернуть ее от себя, пока головка плечевого сустава не станет на место. Марго встретилась взглядом с Линдой и кивнула. – Держи ее.

Когда Марго дернула и повернула плечо Катрин, девушка напряглась и резко вскрикнула, а потом обмякла, хватая ртом воздух. Марго нежно положила руку Катрин поперек живота и поддерживала ее там ладонью. Она тяжело дышала, а ее живот свело судорогой.

– Катрин? Все хорошо?

– Лучше. – Катрин глубоко выдохнула и открыла глаза. На этот раз ее улыбка была намного увереннее. – В тысячу раз лучше. Спасибо.

– Нам все равно надо в больницу, чтобы сделать рентген и провести соответствующий осмотр. Но я отвезу тебя сама – никаких машин скорой помощи.

– Нет необходимости. Такое случалось прежде.

– Это не обсуждается, доктор Макгауер, – лицо Марго окаменело, – Мне необходимо убедиться, что ты не повредила ключицу или лопатку и мне нужен, полный неврологический осмотр.

– Да говорю же тебе...

– А я говорю тебе, что без осмотра ты завтра на работу не выйдешь.

Катрин резко выдохнула и попробовала поднять плечи и сесть. Линда машинально обняла Катрин за плечо со своей стороны, чтобы помочь.

– Хорошо, – слабо ответила Катрин. Ее голова кружилась. – Пожалуйста, могу я попрощаться с детьми?

– Конечно, – Марго посмотрела на нее с нежностью, ее всплеск гнева и страха уже прошел. – Ты сможешь стоять?

– Думаю, что смогу.

Марго и Линда с обеих сторон поддержали Катрин, помогая ей встать. Марго закрепила руку Катрин на своем поясе и приняла на себя большую часть ее веса. – Так нормально?

– Только не отпускай, – пробормотала Катрин. Пот стекал по ее лицу и шее, пока она поддерживала поврежденную руку.

– Даже не думала об этом, – голос Марго звучал глухо. Пронзительно нежное выражение ее лица и утешительная близость ее тела заставили Катрин забыть о боли.

– Спасибо.

– Это был классный бросок, Катрин, – прошептала Марго, пока они медленно поднимались к группе людей, собравшихся под кленом.

– Раньше у меня получалось намного лучше. Лет десять назад.

Марго мягко рассмеялась. – Это все еще выглядело впечатляюще.

– Слава Богу, а то я чувствую себя очень неловко.

– Для этого у тебя нет никаких причин, – Марго неосознанно прижала ее крепче, – У тебя отличная реакция.

Робин встала и подошла к ним, ее лицо переполняло беспокойство. – Господи, Катрин, ты в порядке? Ох, это смотрелось так жестоко.

– Уже все хорошо. Я выбила это плечо, когда мне было девятнадцать и с тех пор, оно меня постоянно беспокоит. Я просто неудачно на него приземлилась.

– Ты уверена, что все в порядке? – Она вопросительно посмотрела на Линду и Марго.

– Я собираюсь ее осмотреть, но, похоже, что все нормально, – заверила ее Марго.

Катрин слабо улыбнулась Робин. – Это будет стоить мне места на новой работе?

На миг Робин растерялась, а затем взорвалась хохотом. – Конечно, нет. Чтобы уволить тренера, мне нужно нечто более серьезное, чем вывих плеча. Вот, если ты сейчас расплачешься навзрыд, это уже будет другое дело.

Катрин ухмыльнулась. – Не беспокойся, я потерплю.

После того, как она заверила Арли и других детей, что с ней все в порядке, Катрин позволила Марго помочь ей забраться в машину и пристегнуть себя на переднем сиденье. Пока они ехали к больнице, Катрин думала о том, что она будет делать, когда настанет время Марго осмотреть ее.

Заехав на парковку для докторов, Марго осторожно остановила машину и заглушила мотор. Повернувшись к Катрин, она положила руку на ее бедро.

– Как ты?

Катрин медленно повернула голову набок и открыла глаза. – Не так уж плохо. Пульсирующая боль, но я могу с ней справиться. А вот мой желудок просто сходит с ума.

Марго с состраданием кивнула. – Могу себе представить. Мы добудем тебе компазина^{5}, как только попадем внутрь.

– Ты можешь кое-что для меня сделать?

– Конечно, – ответила Марго, слегка нахмурив брови, – Что тебе нужно?

Катрин вздохнула. – Ты можешь попытаться сделать так, чтобы никто другой не видел моих снимков или медицинских записей?

– Я посмотрю, что можно сделать, – мягко сказала Марго. Она понимала, как трудно для доктора быть на лечении в учреждении, где она работает. Любопытство – обычная человеческая черта и все захотели бы узнать подробности, если бы кто-то из сотрудников больницы заболел или был травмирован. Марго мягко погладила Катрин по бедру. – Давай позаботимся о тебе. Я зайду с другой стороны и помогу тебе выбраться.

– Думаю я могу...

– Катрин, сиди на месте, – резко указала ей Марго, когда Катрин потянулась к ручке двери.

– У меня нет выбора, – выдохнула Катрин, чувствуя себя более слабой, чем сама предполагала, ее замутило от внезапно возросшей боли, пронзившей ее грудь.

Мгновение спустя Марго открыла дверь, отстегнула ремень безопасности с Катрин и нагнулась, чтобы просунуть руку за спину девушки. – Другой рукой держись за мое плечо.

– Я тяжелее, чем выгляжу.

– А я сильнее, чем выгляжу. Теперь держись за меня.

Катрин поджала ноги под себя и оттолкнулась от сиденья, крепко хватаясь за плечо Марго здоровой рукой, и немного покачнулась. – Господи, мои ноги мне отказывают.

– Слабость и парестезия^{6}? – спросила Марго с оттенком паники в ее голосе. Боже мой, не говори мне, что я не заметила повреждения позвоночника! Мне следовало вызвать сюда медбратьев. Надо было привезти кат...

– Нет, ничего такого, – уверенно сказала Катрин, чувствуя, о чем беспокоится Марго. Она успокоительно погладила девушку по руке. – Извини, я не хотела пугать тебя. Просто ноги слегка ватные.

– Ты уверена? Я могу притащить сюда коляску через секунду.

– Я уверена. Это из-за плеча, Марго. Я уверена в этом.

– Давай доберемся до приемной, чтобы я тоже была уверена.

Как только они вошли в двери приемного покоя, Марго схватила одну из колясок выстроенных у входа и подкатила к Катрин. – Давай, садись, и я отвезу тебя прямо в одну из смотровых. У тебя, может, карточка соцстрахования с собой?

Катрин покачала головой. – Новой из ФМЦ (Филадельфийский Медицинский Центр) нет. Я еще не успела сделать. Но могу тебе дать мои страховые данные из Нью-Йорка.

– Ладно. Сначала я хочу разобраться с тобой. Всю информацию мы можем сообщить администратору позже.

– Ты здесь босс.

Пока они говорили, Марго толкала коляску через холл, маневрируя между медицинским оборудованием и каталками, кивнула дежурной медсестре, которая удивленно посмотрела на них, когда они проходили мимо поста медсестер. В ответ на вопросительный взгляд, Марго сказала: – Нэнси, вызови мне рентгенолога, пожалуйста.

– Хорошо, доктор Блейк. Могу я еще чем-нибудь помочь, – окликнула их Ненси.

– Я дам тебе знать, спасибо.

Марго отодвинула штору в сторону, завезла коляску в смотровую и обошла ее спереди, чтобы помочь Катрин подняться. Она наклонилась в тот самый момент, когда Катрин встала, и они почти соприкоснулись. Как будто это было самое естественное движение на свете, Марго обвила свои руки вокруг талии Катрин и придвинулась ближе. В то же время правая рука Катрин миновала плечи Марго и та почувствовала, как пальцы Катрин коснулись волос у ее плеч. Грудь Катрин прижалась к ее груди и их тела без единого усилия слились вместе.

Они были практически одного роста и тело Марго безупречно подходило к телу Катрин. На какой-то момент, до того как она смогла отреагировать, до того как ее разум смог воспротивиться, она почувствовала идеальное совпадение, как будто находиться в объятиях Катрин Макгауер, было назначено ей судьбой. Она слышала сердцебиение Катрин и свое собственное. И потом звук обоих сердец бьющихся в унисон, будто две мелодии слились в одну в идеальной гармонии. Это так прекрасно. Так естественно. Разве такое возможно?

Марго напряглась, почувствовав теплое дыхание Катрин на своей шее и в ее животе затрепетали теплые волны. Своими бедрами она чувствовала бедра Катрин, слышала ее мягкий стон, и тепло превратилось в пламя. Ей захотелось прижаться сильнее, она жаждала слиться своей плотью и кровью с Катрин, и она знала, что не может этого сделать. Не должна этого делать. Но даже, если ее разум нашел выход, ее тело все равно страдало.

Вспомнив о травме Катрин, Марго положила свои ладони на ее бедра и мягко оттолкнула девушку. Когда она заговорила, в горле у нее пересохло, а голос был хриплым от внезапного возбуждения. – Необходимо, чтобы ты легла на кушетку. Ты сможешь?

Катрин молчаливо кивнула, пытаясь выкинуть все из головы и найти какое-то подобие контроля. Все, чего она сейчас хотела, это чтобы Марго снова ее обняла. Не потому что у нее болело плечо, но потому что у нее болело глубоко внутри. И потому что она знала, что через считанные минуты, ее тайна станет явью и она потеряет все шансы на утешение в объятиях Марго.

Она уже и так слишком долго откладывала это признание.

– Да, думаю, что смогу. – На все еще дрожащих ногах, Катрин вышла из теплого поля вокруг Марго и с ее помощью забралась на край покрытого винилом смотрового стола и с трудом села, оставив ноги болтаться за краем кушетки. Движения вызвали новый приступ боли в плече.

– Нам придется снять твою майку, – Марго спокойно встретила взгляд Катрин, молча принимая всю интимность того, что между ними только что произошло. – Хочешь, я позову кого-нибудь из медсестер помочь тебе?

Катрин медленно почала головой. – Нет. Я справлюсь, если ты мне немного поможешь.

– Хорошо, – Марго приблизилась к ней, а Катрин раздвинула ноги, позволяя ей подойти вплотную, чтобы помочь. – Вытяни майку из своих джинсов.

Катрин правой рукой высвободила майку из-за пояса. – Я могу поднять левую руку.

– Хм. Я знаю. Сделаем все постепенно, – Марго мягко улыбнулась. – Давай сначала освободим правую руку, а потом уже разберемся с левой.

Кивнув, Катрин подняла правую руку и встряхнула плечом, помогая Марго, тянущей за рукав, освободить ее от одежды. Майка осталась болтаться на ее шее, наискосок прикрывая грудь и поврежденное плечо.

– Если ты поднимешь низ майки, я смогу высвободить голову, – предложила Катрин.

Когда Марго приподняла майку, стало очевидным, что под ней ничего не надето. Пока они освобождали девушку от одежды, Марго старалась смотреть на лицо Катрин. Наконец, все, что оставалось сделать, это стянуть майку вдоль поврежденной руки.

– Просто держи левую руку на колене, чтобы не напрягать сустав, хорошо? – распорядилась Марго, спуская поло вдоль руки Катрин. Делая это, она опустила глаза к поврежденному плечу и вдруг остановилась, упершись взглядом в свежий хирургический шрам на пару дюймов ниже левой ключицы Катрин. Легкая припухлость тканей распространилась от этого места до верхнего края груди.

Марго смотрела на шрам, узнавая, но отказываясь принимать то, что он означает. Это просто невозможно. Она подняла глаза и встретилась взглядом с Катрин, чье выражение лица было странно раскаивающимся. – Катрин?

– ИСД.

Имплантируемый сердечный дефибриллятор. Марго потрясла головой. – Я не понимаю. Почему мне не сообщили об этом? Что, черт побери, происходит? О, Катрин. Нет.

– Я...

Марго подняла руку и отошла шаг назад. – Нет. Мне надо сначала закончить дело.

Под пристальным взглядом Катрин, Марго наклонилась, и достала из нижнего ящика белый медицинский халат. Профессионально и эффективно она закончила снимать поло с поврежденной руки Катрин и накинула на нее халат. Полностью прикрыв Катрин, Марго равнодушно посмотрела на нее. – Я принесу карточку. Мне понадобится твоя полная история болезни.

– Марго...

– Где данные по твоей страховке? – Марго сосредоточилась на процедуре оформления, заученной и знакомой настолько, что для нее это было так же естественно как дышать. Так ей не надо было думать об устройстве, имплантированном в грудь Катрин или о том, что это все значило. – Я должна передать их в приемную, чтобы они оформили тебя.

– В моем бумажнике, – Катрин потянулась назад, достала бумажник и положила на колено. Через пару секунд она перестала пытаться достать карточку одной рукой и безмолвно протянула бумажник Марго. – Она где-то внутри.

Марго просмотрела карточки внутри, пока не нашла нужную. Ее руки тряслись.

– Марго, пожалуйста, это не то, что ты думаешь.

– Ты понятия не имеешь, что я думаю, – взорвалась Марго. Затем она сделала долгий глубокий вдох, и, когда заговорила снова, ее голос был ровным и спокойным. – Извини. Я вернусь через минуту.

Марго вышла из смотровой, задернула штору и сделала несколько шагов по коридору. Затем остановилась, прислонилась к стене и закрыла глаза. Медицинские вопросы были последним, о чем она сейчас думала. Она могла подозревать Катрин в злоупотреблении наркотиками, алкоголизме, супружеской неверности, нарушении этических норм, даже учитывая, что ни одна из этих вещей не соответствовала ее представлению о Катрин. Но она никогда бы не подумала, что Катрин может быть больна. Она не могла справиться с этой мыслью сейчас, но она должна была.

– Доктор Блейк?

Глаза Марго распахнулись, и она выпрямилась. Нэнси Хикок, старшая медсестра, смотрела на нее с интересом и заботой. Марго выдавила из себя улыбку.

– Нэнси, пожалуйста, ты не могла бы принести мне карточку? И проследить, чтобы она не осталась валяться где-нибудь, где ее может увидеть кто угодно.

– Конечно. Рентгенолог просил передать, что она только что закончила снимки лицевых костей пациента. Она будет готова принять вас через пятнадцать минут, если вы можете подождать.

– Хорошо.

Марго вышла в приемный покой и нашла старшего администратора, мужчину, которого она знала уже много лет, и чьему умению хранить секреты она безоговорочно доверяла, и передала ему карточку страхования Катрин. – Джим, надо зарегистрировать доктора Макгауер. Я бы хотела, чтобы ты это сделал сам и потом передал бумаги прямо в руки Нэнси.

– Конечно, док. – Он смотрел на нее, как будто собирался спросить о чем-то еще, но выражение лица Марго его остановило. – Это займет пару секунд.

Пять минут спустя Марго вернулась в смотровую комнату с карточкой на металлическом планшете и со всеми оформленными бумагами. Она открыла историю болезни, сняла колпачок с ручки и взглянула на Катрин. – Тебе двадцать восемь лет, правильно?

– Да.

Марго сконцентрировалась на записях. – Аллергии на лекарства?

– Никаких.

– Какие медикаменты принимаешь сейчас?

– Аспирин, кордарон, бетапейс.

Марго без заминки записала названия кардиологических препаратов. – Другие заболевания?

– Я… – Катрин глубоко вдохнула. Она хотела рассказывать об этом Марго при совсем других обстоятельствах. Вообще-то она не думала, что ей придется об этом рассказывать. Ей было совершенно необязательно рассказывать о своем прошлом, и она не хотела, чтобы это было первым, о чем узнают люди при знакомстве с ней. Но у Катрин не заняло много времени, чтобы понять что она хотела рассказать все Марго по личным, а не профессиональным мотивам. Она просто не знала, как это сделать. Сейчас было уже поздно, и все происходило совсем не так, как она хотела. – Марго, я хотела рассказать…

– Давай запишем необходимые данные, Катрин, – спокойно сказала Марго, – я хочу сделать снимки твоего плеча и груди.

Голос Марго полностью соответствовал ее должности. Профессиональный, непредвзятый, спокойный и уверенный. Когда она взглянула на Катрин, ее глаза были совершенно пусты, и это было хуже, чем беспокойство, обвинение или гнев. Эмоции были бы, по крайней мере, персональными, а не безликими, а Катрин очень хотела, чтобы то, что происходит между ними было как можно более личным и интимным. Вздохнув, она выложила Марго факты. Факты, правда, не имели ничего общего с правдой о том, что ей пришлось пережить. С тем, о чем она не хотела даже думать.

– Четыре месяца назад у меня проявился вирусный миокардит, начавшийся, я думаю, как респираторная инфекция и, через несколько дней воспаление распространилось на сердце.

Я едва не умерла, прежде чем поняла, в чем проблема. Я была молода и здорова и раньше никогда не болела. Я не хотела, чтобы Синклер думала, что я не смогу выдержать напряженной работы. Она не терпит задержек, я даже не уверена, что она когда-нибудь спит. Но потом вдруг…

– Катрин? – голос Марго был мягкий. Кровь отлила от лица Катрин. – Хочешь прилечь?

Катрин покачала головой. Она продолжила хриплым голосом: – У… кхе… у меня, очевидно, развилась фиброзная ткань, которая вызвала аритмию. Сердечный ритм какое-то время был в полном беспорядке.

– Насколько серьезно? – Марго радовало, что ее голос звучит ровно.

– У меня был случай желудочковой тахикардии и остановки сердца во время операции.

Марго опустила ручку и посмотрела в глаза Катрин. Она даже не могла подумать о том, чтобы делать вид, будто мысли о том, что случилось, ее не трогают. Даже мысль о том, что Катрин едва не погибла, причиняла ей физическую боль. Желудок встряхнуло, и каждый вдох вызывал жжение в груди. Она могла лишь представить, как это, должно быть, было ужасно для Катрин, пережить это. Сейчас она не только жила с памятью об этом, но еще должна была терпеть страх того, что это может повториться. – О, Катрин. Мне так жаль.

Катрин слабо улыбнулась. – Не все было так плохо – область рубцевания оказалась очень небольшой. Моя сердечная функция в полном порядке. – Она провела рукой по волосам и вздохнула. – Что на самом деле плохо, так это то, что не удалось взять под контроль аритмию.

– И поэтому тебе нужен имплантируемый дефибриллятор, на случай, если это случится опять. – Вслух произнесла Марго, осознавая, что некоторые аритмии могли сопровождаться значительным риском внезапной остановки сердца. ВОС… внезапная остановка сердца. Эти слова ножом рассекли мысли Марго.

– Это было всего пару месяцев, – сказала Катрин, – Существует вероятность того, что со временем чувствительность сердечной мышцы уменьшится, и я поправлюсь настолько, что мне больше не понадобится дефибриллятор.

– Конечно, – с натужным оптимизмом сказала Марго. Она снова подняла ручку. – Когда был установлен дефибриллятор?

– Два месяца назад.

– Как часто он срабатывал?

Катрин так долго молчала, что Марго оторвалась от записей. Выражение лица Катрин было безрадостным.

– Четыре или пять раз.

Желудок Марго свело судорогой. Боже, ее даже не стабилизировали. О чем они думали, позволяя ей работать?

– Мой кардиолог знает об этом, и он считает, что этому не стоит придавать особого значения. Иногда дефибрилляторы просто очень чувствительные, в зависимости от настройки. Он корректирует настройку, но, похоже, не слишком обеспокоен.

– У тебя проявляются какие-либо симптомы?

Катрин пожала плечами. – Время от времени бывает ускоренное сердцебиение. Очень редко на пару секунд я чувствую головокружение. Я даже не уверена что это из-за сердца.

– Твой сердечный ритм отслеживается телеметрией?

– Мне полагается каждую неделю отправлять данные сердечного ритма в выбранном наугад отрезке времени.

Марго приподняла бровь. – Полагается? Когда последний раз твой кардиолог просматривал эти данные?

– Это было... пару недель назад... переезд, новая работа и все такое. Я просто откладывала.

– Боже, Катрин, – резко сказала Марго, ее эмоции, наконец, прорвали плотину самоконтроля. – Ты хотя бы принимаешь назначенные лекарства?

– Я не сумасшедшая, Марго. Да, я их принимаю.

– И все равно я запишу тебя на телеметрию для наблюдений.

– Марго, у меня сейчас не с сердцем проблема. Сердце в порядке. А вот мое плечо, черт побери. – Закипая, Катрин сжала правый кулак. – Вот, что у меня болит.

Марго вскинула голову и встретилась взглядом с Катрин. Глаза обеих пылали огнем.

– Почему ты мне не сказала? – потребовала ответа Марго.

– Мне было стыдно.

Марго моргнула. На секунду она не могла найти, что сказать. Ей внезапно очень захотелось коснуться Катрин. Не для того, чтобы утешить ее, а просто коснуться, чтобы почувствовать ее. – Ты же не виновата.

– Ты можешь честно сказать, что относишься ко мне так же, как относилась час назад?

– При чем тут это?

Катрин стиснула зубы, и все ее тело напряглось. Это единственное что имеет значение.

Марго смотрела в сторону, потому что не могла лгать Катрин, она знала, что Катрин увидит правду в ее глазах. Понимание этого изменило все. Но с этим она разберется позже.

– Есть что-нибудь еще, что мне нужно знать о твоей истории болезни?

Катрин скривилась от боли в сердце. – Разве может быть что-то еще, после того, как ты узнала об этом?

– Я приму это как "нет". Как твой живот?

– Лучше. А вот по моему плечу как будто кто-то бьет молотом.

– Ты сможешь продержаться без компазина?

– Да, но я была бы не против обезболивающего.

– Я сейчас попрошу Нэнси что-нибудь тебе принести, а потом мы сделаем тебе рентген. – Марго потянулась к шторе, чтобы одернуть ее, но прежде чем она сделала это, она задала самый важный вопрос, который мог определить, возможна ли дальнейшая дружба между ними. – Кто-нибудь здесь в ФМЦ знает о твоей проблеме?

Катрин смущенно посмотрела на нее. – Конечно.

– Кто?

– Глава отделения хирургии. Я предполагаю, заведующая больницей тоже, поскольку он говорил с ней перед моим собеседованием.

Но мне, никто ничего не сказал. И ты тоже предпочла умолчать об этом, Катрин. Как я после этого могу тебе доверять?

Марго была одна в маленькой комнате для просмотра снимков, когда Линда открыла дверь и вошла.

– Эй, – поприветствовала ее Линда, – Как дела у Катрин?

Вздрогнув, Марго опустила снимок и повернулась к подруге. – Что ты здесь делаешь?

– Я беспокоилась и хотела выяснить, что происходит, – Линда встала рядом с Марго перед световой панелью для просмотра рентгеновских снимков и вопросительно посмотрела на Марго. Ее подруга выглядела озабоченной, или даже больше, она была в смятении. – Что происходит? Все оказалось хуже, чем ты думала?

– Я так не думаю, – вяло сказала Марго, все еще не в силах принять, насколько все было плохо на самом деле, – Но я сейчас с этим разбираюсь.

– А чей рентген груди ты сейчас смотрела?

– А… – Марго хотела найти какую-то отговорку, но не смогла ничего придумать. Выражение ее лица, должно быть, говорило само за себя.

– О Боже, это снимок Катрин?

Марго со вздохом вернула пленку на панель. – Раз уж ты все равно видела, то нет смысла отпираться. – Она вновь принялась рассматривать рентген, уже зная, что там увидит, но все равно продолжая смотреть до тех пор, пока не сможет в это поверить.

Небольшое устройство с батарейкой внутри, в запечатанном пластиковом корпусе расположилось прямо над главной мышцей Катрин. Электроды в силиконовой изоляции тянулись от устройства через подключичную вену, проходили под ее лопаткой и устремлялись прямо в сердце. Датчики на концах этих электродов посылали информацию в процессор внутри дефибриллятора, позволяя при помощи электрических импульсов, регулировать сердечный ритм Катрин, если он становился нестабильным. Это если предположить, что дефибриллятор функционирует нормально и продолжает считывать данные сердечного ритма. В противном случае, у нее в считанные минуты может развиться смертельная аритмия, и она погибнет.

– Это водитель ритма? – голос Линды напрягся от волнения.

Марго покачала головой. – Имплантируемый дефибриллятор.

– Ох, бедная Катрин. Боже, Марго, она в порядке? –Линда приблизилась и ободряюще прикоснулась рукой к спине Марго. А ты?

– Ее ключица и плечевая кость, похоже, в норме. Имеется значительный отек мягких тканей вокруг плечевого сустава, что в принципе ожидаемо, но…

– Что у нее с сердцем?

Марго вытянула палец и указала на темное пятно на снимке. – Размер сердца нормальный. Ритм хороший. Давление тоже в норме. Я жду результатов ЭКГ. Пока никаких признаков какой-либо нестабильности.

Линда, наклонив голову, смотрела на Марго, пока та монотонно перечисляла факты. – Марго, ты в порядке?

– В норме. – Марго продолжила изучать рентгеновский снимок. Сердце Катрин выглядело нормальным. Но только выглядело. Марго хотелось сорвать снимок и порвать на части, как будто уничтожение свидетельства болезни изменит реальное положение дел. Она хотела, чтобы это был чей-то другой снимок, кого угодно, только бы не Катрин. Ее голос звучал глухо – всепроникающая бессильная ярость заглушала все остальные эмоции. – Мне никто не сказал об этом, Линда.

– Она больна? – сейчас Линда и сама чувствовала себя нехорошо. Ей нравилась Катрин. И она знала, что Марго тоже.

– Пока не знаю. – Марго, наконец, смогла оторвать взгляд от рентгеновского снимка, который как будто издевался над ней, напоминая о том, что, несмотря на все, чему она обучалась, весь ее опыт, она не могла ничего сделать, когда это было на самом деле необходимо. Ни в происшествии с Терри, ни теперь с Катрин. Она повернулась, зацепившись бедром за край стойки. Только сейчас она поняла, насколько устала. – У меня не было возможности завершить осмотр. Если не считать плечо, она, похоже, в полном порядке.

– Так значит это не так плохо, правда? – Линда кивнула в сторону снимка.

– Смотря, с какой стороны посмотреть. – Марго издала короткий невеселый смешок. – Катрин находится в потенциально летальном состоянии, которое в данный момент очень плохо контролируется, и ей, черт побери, двадцать восемь лет. Черт. – Марго закрыла глаза, но лицо Катрин все равно было перед ее мысленным взором. Эти сверкающие глаза, подобные бриллиантам, эта гипнотизирующая улыбка, эти невероятные руки. Ни к кому не обращаясь и не ожидая ответа, Марго тихо прошептала – Почему жизнь так несправедлива?

Линда слышала боль в голосе Марго и понимала, что это не только из-за Катрин. Марго потеряла любимую и, осознавала она это или нет, хотела она этого или нет, она уже заботилась о Катрин. И сейчас Марго сражалась с болью прошлого и страхом настоящего в схватке, которая была бы слишком большим испытанием для кого угодно. Линда обняла Марго рукой за талию, слегка встряхивая ее. – Марго, милая, тебе не следует говорить так. Эти мысли сведут тебя с ума.

Марго склонила голову на плечо Линды и грустно улыбнулась. – Да, знаю. Наверное, я просто устала.

– Понятное дело. Это был тот еще денек. – Линда быстро чмокнула Марго в лоб. – Ну, где сейчас Катрин?

– В третьей. Я хотела госпитализировать ее, но она отказалась. Боже, какая она упрямая.

Линда улыбнулась, обрадовавшись ноткам раздражения в голосе Марго. Уже лучше. – Не может быть, упрямый хирург? Кто бы мог подумать. Я даже знаю некоторых заведующих скорой, которые лишь чуть-чуть упрямее.

Марго смерила Линду осуждающим взглядом, но уже то, что Линда была с ней, помогало успокоиться. Она была не совсем уверена, что именно состояние Катрин повергло ее в такое душевное смятение. Марго не была способна разобраться во всем этом. Ощущение паники, которое не покидало ее, затуманивало рассудок. И это было совершенно на нее не похоже. – У тебя есть что-то существенное, что ты бы могла добавить или ты просто намерена трепать мне нервы до вечера?

Намного лучше. – Почему ты хочешь ее госпитализировать?

– Потому что она не была под должным наблюдением уже несколько недель, и она сказала мне, что дефибриллятор срабатывал всего пару дней назад! – Голос Марго становился тоньше от страха, сжавшего ее горло. – Ты хочешь, чтобы она коньки отбросила?

– Конечно, нет. – Мягко сказала Линда, не обижаясь на тон Марго. Она достаточно хорошо знала свою подругу, чтобы понять, что Марго была не в себе. Она была настолько напугана, что перестала быть похожей на саму себя. – Ты ведь следишь за ее сердечным ритмом, правда?

– Да, данные должны скоро появиться.

– Хорошо. Может, ей надо сделать поддерживающую повязку для плеча?

Марго потерла лоб, раздумывая о том, что важнее. Сейчас, когда у нее было о чем подумать, кроме шокирующего шрама на груди Катрин и о том, что под ним, стеснение в груди ослабло. – День или два пусть носит. Ей нельзя оставлять руку неподвижной дольше, потому что при сращивании сустава могут возникнуть нежелательные спайки. Вообще, сейчас для нее хорошо бы двигаться.

– Точно. Я помогу ей с фиксирующей повязкой, пока ты изучаешь результаты ЭКГ. Если все будет в порядке, то, что ты думаешь о том, чтобы Катрин провела ночь у нас с Робин?

– У тебя?

– Почему нет? – Линда пожала плечами – Если ее сердце в порядке, значит, ее не нужно госпитализировать, правильно?

– Только из-за плеча, конечно нет.

– Но она живет одна, и никто из нас не будет чувствовать себя спокойно, отпустив ее в пустой дом. У нас достаточно места.

– Ну, хорошо. – Мягко улыбнулась Марго. – Извини, что накинулась на тебя. Не понимаю, что со мной.

Линда пожала ее руку. Я знаю, что ты не понимаешь. Так что, давай, разберемся. И тогда, возможно, когда ты поймешь, что тебя ранит, ты сможешь с этим справиться.

Когда штора отодвинулась, и в маленькую смотровую вошли Линда и Марго, Катрин сидела на краю кушетки. Она улыбнулась Линде, но глаза ее следили за Марго, которая держала ее карточку и смотрела куда-то поверх головы Катрин.

– Привет Катрин. – Нежно сказала Линда. – Как твое плечо?

– Какое плечо?

Линда рассмеялась. – Ах-ха-ха. Какие мы крутые.

– Да, я такая. – Марго, почему ты злишься? Почему ты не смотришь на меня?

Линда наклонила голову, внимательно посмотрев на Катрин. Она выглядит больше обеспокоенной, нежели больной. И уж точно не выглядит умирающей. Если бы я не видела тот снимок собственными глазами... неудивительно, что Марго так трудно справиться с этим. Я сама не могу в это поверить. – Я собираюсь достать тебе фиксирующую повязку, крутая девчонка. Вернусь через пару минут.

Оставшись наедине с Марго, Катрин отчаянно хотела понять, что та чувствует. Она не беспокоилась о своем сердечном ритме, результатах рентгена груди или плеча, ее беспокоила отстраненность в глазах Марго. Она ощущала разочарование и горечь, и, кроме всего прочего, что-то еще, что именно – она не совсем еще понимала. Оно было похоже на страх. – Марго, все в порядке?

Марго легко качнула головой в ответ. – Твой снимок груди в порядке. У тебя бывают лишние толчки в сердечном ритме, но нет ничего, что казалось бы мне проблемой. Конечно, твой кардиолог должен сопоставить эти данные со своими записями.

– Я первым делом позабочусь о том, чтобы он их увидел в понедельник. – Быстро сказала Катрин. Пожалуйста, не расстраивайся так. – Я обещаю.

– Хорошо. – Марго замялась на секунду. – Я бы хотела, чтобы ты взяла пару выходных, Катрин.

У Катрин внутри все сжалось. – Я могу работать, Марго. Подобное уже случалось раньше и мое плечо не будет таким подвижным пару дней, но...

– Дело не в твоем плече. – Тихо перебила ее Марго. – Дело в состоянии твоего здоровья.

– И что с ним? – У Катрин пересохло в горле.

В данный момент я не уверена, что тебе следует работать в скорой. – Марго нервно вдохнула. Это было труднее, чем она СЕБЕ представляла, потому что она знала, что это причинит боль Катрин. Но как глава отделения скорой помощи, она несла ответственность за здоровье пациентов так же, как и за здоровье своего персонала. – Никто не проинформировал меня о твоем состоянии. Если бы это было сделано, не уверена, что тебя бы приняли на работу.

Волна паники накрыла Катрин. Она могла потерять все... снова. Но на этот раз, это было бы гораздо хуже. Это касалось не только ее работы, на этот раз это касалось всего, что было важным и существенным в ее жизни.

– Марго, прошу тебя. Я хочу работать. – Ее руки тряслись, и она крепко прижала их к бедрам. Единственное, что ее спасало последние несколько месяцев – это обещание Сакстон Синклер, что она сможет работать, обещание помочь найти такую должность, которая позволила бы ей немного забыть о том, что случилось. – Мне необходимо работать.

– А мне необходимо, чтобы ты и пациенты были в безопасности. Это же не обычная перевязочная, черт побери. Пару дней назад ты делала открытую торакотомию^{7} прямо в процедурном кабинете. Что, если бы тогда у тебя... остановилось сердце? – Даже произнося эти слова, Марго чувствовала тошноту.

– Ты была там со мной. – Заметила Катрин. – Ты бы могла сделать все, что делала я.

– Может быть. – Марго снова вспомнила открытое сердце с рваной раной, быстрые точные движения рук Катрин, умение, которое выходило за рамки чего-то, чему можно обучиться и ставшее каким-то особенным даром, обладали которым лишь считанные единицы. Она не была уверена, что могла бы сделать то же, что сделала Катрин, она не была уверена, что кто-нибудь другой смог бы. – Может быть.

– Я прошла медицинское освидетельствование, позволяющее мне работать, Марго. – Катрин старалась, чтобы ее голос звучал ровно. – Руководство больницы утвердило меня на этой должности.

– Не поставив меня в известность. – Сорвалась Марго. – Администрация больницы понятия не имеет о том, с чем нам здесь приходится иметь дело, и ты это прекрасно знаешь.

– Ты думаешь, я стала бы работать, если бы представляла опасность здоровью пациентов? – Глаза Катрин не отрывались от глаз Марго. Ты на самом деле так плохо обо мне думаешь? Ты на самом деле не доверяешь мне?

– Нет. – Выражение лица Марго смягчилось и, несмотря на свое решение, она коснулась рукой плеча Катрин и мягко его погладила. – Я думаю, ты бы не стала. Но дело не в том, что я думаю, Катрин.

– Тогда в чем? – Голос Катрин был шепотом страсти и отчаяния. Она так устала от этой борьбы и особенно проигрывать снова и снова. Неосознанно она потянулась в утешительную теплоту прикосновения Марго.

– Катрин, мне нужно поговорить с моим начальством и с юристами больницы. – Марго изо всех сил сопротивлялась желанию прижать голову Катрин к своей груди и запустить пальцы в гриву роскошных темных волос. Она физически ощущала страдания Катрин. – С медицинско-юридической стороны... если бы что-то... с тобой случилось... что-то, что хотя бы чуточку могло бы быть представлено как угроза безопасности пациентов... Это было бы кошмаром.

– Ты думаешь, я этого не знаю? – Катрин устало закрыла глаза и когда она снова открыла их, они были полны отчаяния. – Как ты думаешь, почему я здесь, а не в больнице Святого Михаила?

– О чем ты говоришь?

– Я здесь потому, что не могу получить страховку от судебного преследования, а без нее я не имею права быть практикующим хирургом. – Катрин закрыла лицо здоровой рукой и сделала глубокий вдох. – Как специалист по травмам я должна быть одна в операционной. В ночную смену, иногда и днем тоже, рядом не будет другого хирурга готового заменить меня, если я вдруг стану... недееспособной.

– Хирурги невзаимозаменяемые. – Тихо сказала Марго, начиная понимать. Если бы Катрин вышла из строя во время важной части хирургической процедуры, ни сестры, ни анестезиологи не смогли бы заменить ее. А другие доступные хирурги могли не иметь достаточно опыта, чтобы занять ее место.

– Верно. Если бы мне пережало аорту и мое сердце вздумало бы отказать, к тому времени, как они нашли бы кого-нибудь, кто мог бы завершить работу, пациент мог бы уже скончаться. – Катрин вздохнула. – Вот почему, по закону, должно быть два кардиохирурга на каждую операцию и два общих хирурга для большей части операций на брюшной полости, которые гораздо менее сложные. Ни одна из страховых компаний даже не посмотрит в мою сторону.

– А у нас всегда не менее трех докторов в приемной – Подытожила Марго – И поэтому ты можешь быть спокойна, что тебя прикроют в случае чего.

Катрин кивнула. – В скорой у меня всегда была бы быстрая замена.

– Я все равно удивлена тем, что тебя взяли.

– Я тоже, честно говоря. Я квалифицированный работник...

Марго коротко рассмеялась, взяв Катрин за руку. – Это большое преуменьшение.

– Спасибо. – Слабо улыбнувшись, Катрин резко выдохнула. – Наверное, они поняли, что взять меня на работу будет выгодно с финансовой стороны. И возможно, кто-то из администрации беспокоился о том, что я могу сослаться на "Закон об Инвалидах", если моя болезнь станет причиной отказа мне в работе.

– Знаешь, а ты могла бы. – Тихо сказала Марго. – Если бы я возражала против того, чтобы тебя взяли на работу.

– Боже, Марго. – Катрин бросила на нее неодобрительный взгляд. – Как ты могла подумать, что я так поступлю?

– Нет. Нет, я не думаю, что ты бы так поступила. – Вздохнула Марго. – Катрин, прости меня. Мне все еще надо обдумать всю эту ситуацию.

– Я не буду противиться тебе, Марго. – Так же тихо ответила Катрин. – Это твое отделение, и я понимаю твою озабоченность. – Катрин осторожно соскользнула со стола, сжав зубы, когда ее движения отозвались болью в плече. – Я приму любое твое решение.

– Куда ты направляешься? – Быстро спросила Марго, когда Катрин медленно направилась к выходу.

– Домой. – Ее голос был полон усталости и смирения.

– И как ты планируешь туда добраться?

– Я вызову такси. – Катрин добралась до шторы закрывающей вход в смотровую. – Спасибо за заботу обо мне.

– Черт побери. – Марго быстро догнала Катрин и схватила ее правую руку. – Подожди минутку, Макгауер. Линда принесет тебе фиксирующую повязку, после чего я отвезу тебя домой.

– В этом нет необходимости.

Марго мягко развернула Катрин и посмотрела ей в глаза. Она подняла руку и провела ладонью по щеке Катрин. – Я хочу это сделать. Пожалуйста.

Тишина накрыла их, когда они, закрыв глаза, прильнули друг к другу. Веки Катрин отяжелели, ее горло сдавило, пока она смотрела, как губы Марго медленно раскрываются. Все ближе и ближе. Еще чуть-чуть. О, Боже, да!

Штора отъехала в сторону, и Линда издала легкий вскрик удивления, обнаружив их с другой стороны, за мгновение до поцелуя. – Ох... эй, привет! А я повязку принесла.

Ошеломленная ее появлением, Марго отступила назад. Ее сердце едва не выпрыгивало из груди. O, Боже, я собиралась поцеловать ее. Это безумие.

– Ты хочешь, чтобы я надела повязку на нее? – Линда держала в руках подбитую мягкой тканью перевязь и неуверенно переводила взгляд со своей подруги на Катрин. Марго выглядела смущенной, практически пораженной, а выражения лица Катрин было достаточно, чтобы растаяла любая женщина.

Марго хрипло произнесла. – Да, давай. – Она осторожно обошла Катрин и вышла в коридор. – Я закончу с бумагами, и мы можем выдвигаться.

Катрин послушно стояла на месте, пока Линда регулировала ремни повязки, даже не замечая дискомфорта от движения плечом. В тот момент Катрин не думала ни о своей медицинской карьере, ни о состоянии своего здоровья, ни о чем другом, кроме выражения глаз Марго, когда их губы едва не соприкоснулись. В них была нежность, сострадание, забота и вместе со всем этим… желание.

– Ты в порядке, милая? – спросила Линда, отступив на шаг назад и удовлетворенно осматривая свою работу.

– Нет, не думаю. – Вздрогнула Катрин.

Линда проследила за ее взглядом и издала мягкий смешок. – Все будет хорошо.

Катрин посмотрела на нее с нерешительностью и недоверием. – Понятия не имею как.

– Просто дай ей немного времени. – Она положила руку на талию Катрин. – А сейчас я отвезу тебя к себе домой.

– Я в порядке, – уверила ее Катрин.

– О, я не сомневаюсь. Но я буду чувствовать себя гораздо лучше, если ты проведешь эту ночь с нами.

– Очень мило с твоей стороны, но...

– Если ты не останешься с нами, Марго будет настаивать на госпитализации. Ты на самом деле хочешь связываться с ней еще раз?

Катрин устало вздохнула. – Я на самом деле сейчас не в самом боевом состоянии. Поэтому, спасибо, я принимаю твое приглашение.

– Все готово? – Спросила Марго, вновь присоединяясь к ним. Она внимательно осмотрела Катрин. Бледна, но выглядит спокойной. Надеюсь, она поедет домой со мной, а не с Линдой. Эта мысль заставила ее вздрогнуть, и последующие слова прозвучали более звонко, чем она хотела. – Нам пора.

– Где ты припарковалась? – Спросила Линда, останавливаясь возле своего Вольво.

Марго прошла пару метров вперед и остановилась рядом с Катрин. – Чуть дальше, на своем обычном месте.

Прислонившись к открытой двери своей машины, Линда предложила. – Почему бы тебе, не зайти к нам выпить чего-нибудь, после того как ты подбросишь Катрин? Я думаю, вечеринка уже закончилась, так что мы можем посидеть и расслабиться.

– Спасибо, пожалуй, я просто подберу Арли, и хватит на сегодня. – Тихо сказала Марго. Она была все еще взбудоражена сегодняшними происшествиями, не говоря уже о том моменте, когда они чуть не поцеловались. Я уже не соображаю, что делаю.

– Филлис забирала Арли домой, когда я собиралась в больницу.

– Ну, значит, я поеду домой и дам Филлис немного передохнуть.

– Линда может меня отвезти, если хочешь, – тихо сказала Катрин, чтобы Линда не могла услышать. – Я и так потратила уйму твоего времени и благодарна тебе за все, что ты сделала для меня.

Сейчас, когда Марго все знала, Катрин не могла винить ее за озабоченность юридическими последствиями состояния здоровья своей подчиненной. И не зависимо от того, что повлекут за собой ее действия, Катрин не могла злиться на Марго.

– Нет, я сама хочу отвезти тебя, – настаивала Марго. Сегодняшний день для нее был как американские горки: сначала пришлось на месте вправлять сустав Катрин, потом шок от того, насколько серьезным оказалось состояние ее здоровья на самом деле. Марго боялась, что стоит ей сейчас отвернуться и пойти домой, то она утонет в ощущении беспомощности, тревоги и гнева. Она отчаянно хотела всего лишь пары минут в машине наедине с Катрин. Она была поражена осознанием того, что это единственное, о чем она может думать сейчас. – Я живу всего в паре домов от Линды, так что для меня это не будет проблемой. Если ты не против.

– Я очень даже не против. – Улыбнулась Катрин, желая только одного на свете – быть вместе с Марго. – Я буду очень рада поехать с тобой. Спасибо.

– Пожалуйста. – Марго мягко улыбнулась безупречной учтивости Катрин, даже в такой ситуации. – Твоя мама хорошо тебя воспитала.

– Ей было бы приятно услышать это. – Серьезно ответила Катрин, и усмехнувшись добавила. – Были времена когда, я уверена, у нее были сомнения в этом.

– Ну и почему же мне в это очень даже верится? – Смеясь и чувствуя внезапный прилив бодрости, Марго помахала рукой Линде и повела их к своему Субару. Придерживая пассажирскую дверцу для Катрин, Марго машинально положила руку на ее талию, чтобы помочь Катрин забраться внутрь и вдруг ощутила слабое покалывание в своей руке. В то же самое время Катрин задрожала и издала легкий стон.

Ощущение казалось настолько мимолетным, что Марго не обратила бы внимания, если бы она не была так чувствительна к сложившейся ситуации. Она тут же поняла, что легкая вибрация, которую она ощутила, была последствием сработавшего дефибриллятора Катрин. Сфокусированный электрический разряд был безболезненным, но достаточно сильным для того, чтобы человек, который находился в тот момент в физическом контакте с Катрин, ощутил его.

– Катрин? – Марго постаралась говорить легко, хотя ее собственное сердце застучало гораздо быстрее.

– Я в порядке. – Катрин моргнула, потом слабо улыбнулась. Черт, в самый неподходящий момент!

– Это первый раз, когда он сработал с момента сегодняшнего происшествия? – Спросила Марго, внимательно изучая лицо Катрин.

– Да, – решительно ответила Катрин, – до этого он срабатывал два дня назад, когда я была в тренажерном зале. К счастью, Мэнди подумала, что это статическое электричество, и мне не пришлось объясняться.

Глаза Марго сузились. – Мэнди, дотронулась до тебя?

Удивленная резкостью в голосе Марго, Катрин пожала здоровым плечом и закатила глаза. – У нее шаловливые руки.

Не смешно. Придерживая Катрин за талию, пока та не расположилась на переднем сиденье, Марго проглотила резкий ответ на эту фразу и сосредоточилась на том, что произошло. – Были ли еще какие-либо симптомы, тогда, в тренажерном зале?

– Небольшая нестабильность сердечного ритма, но не в этот раз. – Пальцы Катрин легко коснулись руки Марго. – Спасибо. Сейчас я в полном порядке.

– У тебя сейчас где-нибудь болит?

– Нет. Марго, я в порядке.

– Головокружение? Совсем ничего?

Катрин потрясла головой. – Нет. Совсем ничего. Честное слово.

– Хорошо. Это хорошо. – Сердце Марго не находило себе места, но Катрин, похоже, не беспокоилась, и это действовало успокаивающе. Тем не менее, ее заботило, что дефибриллятор сработал, поскольку это указывало на то, что сердечный ритм Катрин нестабилен. – Катрин, мне не нравится, что он срабатывает так часто.

– Примерно в двадцати процентах случаев он срабатывает, когда в этом нет необходимости. – Катрин вздохнула. – Дэн Кароли, мой кардиолог, говорит, что это небольшое неудобство, но беспокоиться не о чем. Возможно, это как раз такой случай.

– Это больно? Когда он срабатывает. – Ей было не по себе от мысли, что Катрин больно.

– Не больно. Это удивляет и дает небольшую встряску, но все проходит довольно быстро. – Она ободряюще улыбнулась, тронутая заботой в глазах Марго. – Я в порядке. Честное слово.

– Хмм… Ну ладно, – прошептала Марго. Она коснулась своими пальцами плеча Катрин, слегка поглаживая его. – Я хочу, чтобы сегодня ты осталась у меня.

Глаза Катрин округлились, а рот раскрылся от удивления. – Извини?

Марго нежно улыбнулась ей. – Я хочу, чтобы ты осталась ночевать в моем доме, не в доме Линды. Я уверена, что с тобой все в порядке, но меня немного волнует то, что дефибриллятор сработал так скоро после твоей травмы. Ты сильно ушиблась левым плечом, а в той области проходят электроды.

– Это довольно крепкое устройство, Марго, – заметила Катрин. – Ты же знаешь, у Дика Чейни^{8} – такой же и ему позволили сохранить работу.

– У него друзья в высших кругах. – Марго закрыла дверь, обошла машину с другой стороны и села за руль. – Но ты намного важнее, чем Дик Чейни, поэтому, если у тебя это снова повторится, я бы хотела быть рядом. Линда замечательная и очень опытная, – она завела мотор и, глядя назад через плечо, выехала со стоянки задним ходом, – Но я здесь босс, не забыла?

– Понятно. – Катрин откинулась назад, уставшая от боли в плече. На самом деле ей хотелось поехать к Марго. Она не хотела оставаться одна, не потому что волновалась за состояние своего сердца или из-за адской боли, что рвала на части ее плечо. Она просто хотела быть там, где Марго, потому что она чувствовала что-то, когда Марго была рядом, что-то, что она никогда не чувствовала рядом с другой женщиной. Ей нравилось смотреть на нее, слушать ее голос, смотреть, как она возится со своей дочерью. Ей нравились легкие ласкающие прикосновения Марго, которые она дарила Катрин, даже не замечая этого, и те драгоценные моменты, когда она забывалась и позволяла своим пальцам задерживаться на ней. И она не могла забыть, как раскрылись губы Марго за мгновение до несостоявшегося поцелуя. – Поверь мне, я помню, что ты босс. – Рассмеялась Катрин. – Я очень хорошо это помню.

– Отлично. Значит, не спорь со мной. – Марго протянула руку и похлопала Катрин по колену. – Ты сохранишь мне много нервных клеток тем, что будешь там, где я могу присмотреть за тобой.

– Я ценю твою заботу, в самом деле. Спасибо тебе.

Марго смотрела перед собой, понимая, что это было больше, чем просто забота и гораздо больше, чем ее чувство профессиональной ответственности. Если бы был хоть малейший шанс, что с Катрин может что-то случиться, она бы хотела быть той, кто придет на помощь. И даже более того, она наслаждалась тем чувством, которое она испытывала, когда Катрин была рядом. Она наслаждалась подспудным чувством привязанности, восторга и, неожиданно для себя, ощущением легко завязавшейся дружбы.

Почти все свое свободное время она проводила либо с Филлис и Арли, которых она любила больше жизни, либо со своими хорошими подругами Робин и Линдой. Но уже много лет она не общалась с такой восхитительной и интригующей женщиной как Катрин. Она даже не думала, что хотела бы этого или нуждалась в этом. Однако, за последние несколько дней Марго убедилась в том, что это так.

Когда они повернули на улицу, на которой жили Марго и Линда с Робин, Марго нажала на клаксон и притормозила возле машины Линды. Линда опустила стекло своей дверцы и Марго жестом попросила Катрин сделать то же самое.

Перегнувшись через Катрин чтобы видеть Линду, Марго сообщила. – Я отвезу Катрин к себе.

– Все в порядке?

– Да, просто небольшое изменение в планах.

Линда выглядела удивленной и заинтригованной, но просто кивнула в ответ. – Окей. Если что-нибудь понадобится, звони нам. Мы будем дома. Береги плечо, Катрин.

– Обязательно. – Ответила Катрин. – Спасибо, что помогла сегодня.

– Без проблем, милая. До завтра. – С этими словами, Линда тронулась с места.

Марго проехала за Линдой пол квартала и свернула на дорожку к своему дому. Заглушив мотор, она повернулась на сиденье и снова положила руку на колено Катрин. – Я скажу Филлис и Арли только то, что сегодня ты остаешься у нас из-за твоего плеча. Им не нужно знать об остальном, хорошо?

– Спасибо. Катрин на секунду замялась, потом положила свою руку поверх руки Марго. – Ты уверена, что Филлис будет не против, если я останусь?

Марго удивленно приподняла одну бровь. – Почему она должна быть против?

– Я… хм… я бы не хотела, чтобы она подумала что-нибудь дурное.

– И о чем же она могла бы подумать, Катрин? – Мягко спросила Марго, неосознанно повернув свою руку так, что их ладони соединились. Когда их пальцы сплелись, она не убрала руку.

– Ты же была в браке с ее дочерью, разве не так?

Марго вздрогнула, захваченная врасплох этим вопросом и тысячами образов Терри, которые пронеслись перед ее мысленным взором. Ее рука задрожала в руке Катрин. – Да.

– Ты все еще носишь ее кольцо.

– Да. – Голос Марго был едва слышен.

– Я бы не хотела, чтобы Филлис… или ты… думали, что я не отношусь к этому с уважением.

– О, Катрин. – выдохнула Марго, благодарная Катрин за эти слова и тронутая ими. – Понимаю, что сегодня был непростой день, но я надеюсь, что ты считаешь меня своей подругой.

– Конечно. – Даже сказав это, от всей души, она все равно понимала, что ее чувства к Марго были гораздо глубже. – Но…

– Нет. – Быстро сказала Марго, обуреваемая настолько противоречивыми чувствами, что голова шла кругом. – Пусть этого будет достаточно. Прошу тебя.

Катрин слышала дрожь в голосе Марго, но, не обращая внимания на собственное разочарование, тяжелым камнем упавшее на сердце, она кивнула. – Конечно.

– Филлис и Арли будут рады твоей компании. – Марго сжала пальцы Катрин и мягко убрала руку. Потом она глубоко вдохнула и, нервно улыбнувшись, добавила: – И я тоже

Катрин последовала за Марго через заднюю дверь в уютную кухню и остановилась на пороге, внезапно почувствовав себя неловко. Арли сидела на стуле стоявшем возле кухонного стола, и ловко управлялась с Гейм Боем^{9}. Рядом с ней стоял стакан молока. Филлис была поглощена приготовлением салата, а стойка возле мойки, где она стояла, была завалена зеленью и овощами в разной степени готовности. Эта сцена навеяла Катрин мысли о тех временах, которые она уже давно забыла, о ленивых летних днях и семейных ужинах. Последние двенадцать лет ее жизни она без устали карабкалась по лестнице профессиональных достижений, совсем не уделяя времени личной жизни. Ей было невдомек, что ей чего-то не хватает, пока вся ее жизнь с грохотом не разрушилась несколько месяцев назад. Тогда она оглянулась вокруг и поняла, что она одна, а ее жизнь пуста, если не считать работы. Если бы не дружба с Сакс и Джуд, она бы вряд ли выкарабкалась.Мне здесь не место. В доме Марго, в жизни Марго. На что я вообще надеялась?

– Катрин! – Арли соскочила вниз и подбежала к ней, остановившись в паре сантиметров и уставившись широко раскрытыми глазами на плечо Катрин и синий ремень с завязками и пряжками. – Ух ты! Что это? Тебе больно? Тебе еще долго это носить? Это значит, что ты не сможешь быть нашим тренером по футболу?

Рассмеявшись, Катрин почувствовала, как ее неловкость улетучивается. – Это называется фиксирующая повязка, и она мне понадобится всего на пару дней. Нет, мне почти не больно и, конечно, это не удержит меня от тренировок с вами.

– Это здорово! – Арли повернулась к Марго. – Мам, как ты вылечила плечо Катрин?

– Найди мне свою книжку «Анатомия в картинках» и я покажу тебе.

– Ого, здорово. Я сейчас. – Арли выбежала из кухни.

– Она всегда такая резвая? – Рассмеялась Катрин.

– У нее два скоростных режима: быстрый и очень быстрый. – Объяснила Марго.

Филлис внимательно оглядела Катрин. Ее кожа была бледной, под глазами появились круги, которых всего несколько часов назад не было. – Как ты себя чувствуешь, Катрин?

– Болит совсем чуть-чуть. – Заверила ее Катрин.

– Угу. – Филлис указала на кресло. – Садись сюда. Надеюсь, ты останешься на ужин?

– Вообще-то… – Вмешалась Марго. – Катрин останется с нами на пару дней.

На пару дней? Брови Катрин взлетели вверх от удивления, но Марго спокойно продолжила – Эта фиксирующая повязка на плече не позволяет ей нормально управляться одной рукой, и я подумала, что будет лучше, если она побудет с нами.

– Разумно. – Согласилась Филлис. Она заметила небольшую недосказанность, промелькнувшую между двумя девушками, но в данный момент ее вполне устраивало такое объяснение. Катрин очевидно нужна была помощь, казалось, что она сейчас свалится с ног. – Ужин будет готов примерно через час. Катрин, может быть, ты хочешь ненадолго прилечь?

– От меня однорукой немного пользы, но я все равно попытаюсь помочь вам с ужином. – Сказала Катрин.

Филлис рассмеялась в ответ. – Спасибо, но мне нравится готовить. Это позволяет мне чувствовать себя полезной.

Марго быстро обняла Филлис. – Полезной, это не то слово. Ты же знаешь, что мы просто не смогли бы без тебя.

– Марго, лучше отведи Катрин наверх, – указала Филлис, – что-то мне подсказывает, что это плечо болит сильнее, чем она хочет показать.

Катрин покраснела. – Похоже, от вас ничего не утаишь.

– Я уже много лет имею дело с шишками, синяками и крутыми девчонками, притворяющимися, что им не больно. – Сказала Филлис, с нежностью и заботой глядя на Катрин.

В этот самый момент Арли проскользнула обратно в кухню, разворачивая книжку с анатомическими иллюстрациями. – Вот! Покажи мне, что ты делала с Катрин.

– Сейчас покажу, милая, потерпи минутку. Я только отведу Катрин наверх, чтобы она могла прилечь.

– Может она хочет подняться вместе с нами и взять книжку с собой? – Осторожно спросила Катрин, заботясь об авторитете Марго перед ее ребенком. – Я бы тоже хотела посмотреть.

– Хорошо, ты победила. – Смеясь, Марго подняла руки. – Пойдемте, вы обе.

Катрин окинула взглядом теплую, удобно обставленную комнату, мгновенно чувствуя себя как дома. Здесь было то, чего не хватало ее собственному жилищу – уюта. Небольшие коврики на деревянном полу, светлые шторы на окнах, стены и мебель в теплых, мягких тонах. Она была утомлена и сходила с ума от боли, и поэтому двуспальная кровать с узорчатым стеганным одеялом показалась ей чрезвычайно притягательной. – Просто великолепно. – Она взглянула на Марго, желая выразить ей, как много для нее значит находиться сейчас здесь. Хриплым голосом она произнесла. – Спасибо тебе.

– Не нужно. – С комом в горле ответила Марго. Глаза Катрин были полны боли, и Марго почувствовала внезапную необходимость взять ее за руку, подвести к кровати и прилечь рядом. Она хотела прижаться к ней и не отпускать всю ночь. Желание оказалось таким сильным, что отдалось болью во всем теле. – Почему бы тебе, не полежать какое-то время, я позову тебя, когда ужин будет готов.

– Думаю, я скоро прилягу. – Катрин села на край кровати и указала Арли место рядом с собой. – Давай, Арли, присаживайся. И мама покажет нам, что она сделала.

Марго тоже села на кровать с другой стороны от Арли. Она взяла книжку, нашла в ней рисунок с человеческим скелетом и пока Арли с восторгом смотрела на картинку, показывала строение различных областей вокруг плечевого сустава. Потом она простыми словами объяснила, что случилось с Катрин, когда она упала. – Вот, чтобы это исправить, надо переместить кости, чтобы они снова встали на свое место.

Арли серьезно посмотрела на Катрин. – Тебе было больно?

– Болело, когда я вывихнула сустав, – объяснила Катрин, – но когда твоя мама вправила его на место, я сразу почувствовала себя лучше.

– Значит, с тобой будет все в порядке, да?

Катрин кивнула. – Через пару дней все будет в норме. – Печально улыбнувшись, она взглянула на Марго поверх головы Арли. – Как будто ничего не произошло.

Полными печали глазами, Марго выдержала взгляд Катрин. Никогда еще она так не хотела облегчить чьи-то страдания. Осознание того, что она внесла значительный вклад в несчастье Катрин, заставляло ее чувствовать себя еще хуже. Она прочистила горло и мягко сказала – Милая, теперь нам следует дать Катрин отдохнуть. Может, ты хочешь посмотреть, не нужна ли бабуле помощь с ужином?

– А можно мне остаться здесь с Катрин? Я могу почитать ей, как ты читаешь мне, когда я болею.

– Может быть, позже, – нежно сказала Марго, – А сейчас беги.

– Окей. – Арли с надеждой взглянула на Катрин. – Увидимся позже, правда?

– Еще бы. – Арли спрыгнула с кровати и умчалась вниз. – Арли - это что-то. – улыбнулась Катрин.

– Да, – Рассмеялась Марго. – У тебя неплохо получается ладить с ней.

– Я стараюсь, – с улыбкой призналась Катрин, – У меня не слишком большой опыт общения с детьми.

– Как я уже говорила, у тебя очень хорошая интуиция.

Катрин встретилась взглядом с Марго. – Ты так считаешь?

– Да. – Ты великолепное сочетание всего, чем я восхищаюсь. Испугавшись того, что Катрин каким-то образом сможет прочесть ее мысли, Марго наклонилась и потянула Катрин за правую ногу, стягивая с нее кроссовки. – Ты сейчас заснешь, Катрин. Давай устроим тебя под одеялом.

– Я справлюсь.

Марго покачала головой и потянула за вторую ногу. – Не сомневаюсь. Но будет проще, если я помогу. Джинсы тоже хорошо бы снять. Так тебе будет удобнее спать.

– Это я возьму на себя. – Непреклонно ответила Катрин.

– Конечно. – Марго вспыхнула. Боже, о чем я думаю? Мне нельзя раздевать ее. Только не сейчас, когда я безумно хочу дотронуться до нее. Всего лишь дотронуться.

– Может быть, у тебя найдется аспирин? – Тихо спросила Катрин, вставая. Все что мне нужно – чтобы ты дотронулась до меня. Я сдамся, если ты тоже сдашься.

– Я принесу тебе еще обезболивающего. – Марго отвернулась, поняв, что Катрин собирается расстегнуть молнию своих джинсов, и решительно направилась к выходу. – Я вернусь через пару минут.

Когда Марго вернулась, Катрин уже спала. Она не стала снимать рубашку-поло, потому что для Катрин, справиться с повязкой на плече в одиночку было практически невозможно. С трепещущими под закрытыми веками глазами, она казалась молодой и беззащитной. На одно мимолетное мгновение Марго представила механическое устройство, находящееся в груди Катрин – безмолвное свидетельство ее уязвимости. Мысли о том, что Катрин потеряла в жизни, болью отозвались в Марго.

Очень осторожно, кончиками пальцев, она коснулась щеки Катрин. Это было прикосновение нежности и заботы, но едва различимое тепло исходящее от кожи Катрин зажгло в Марго ответный огонь, который едва не застал ее врасплох. Она успела забыть волшебство мгновенной вспышки страсти, бьющей в тот момент, когда меньше всего ждешь. Она никогда не думала, что снова сможет почувствовать такое волнение и отзвук желания, который нарастал внутри нее, и который нельзя было спутать ни с чем другим. Это было ощущение торжества и ужаса одновременно.

О, Катрин. Что ты со мной сделала?

Вокруг было темно. Какое-то время Катрин не могла сообразить, где она, и небольшая волна тревоги прокатилась внутри нее. Это было ощущение, на которое многие не обращают внимания. Что до нее, то даже узнав дом Марго и успокоив свое сердце, Катрин не могла побороть спазмы в животе и пульсирующий в ней страх. В течение нескольких недель с начала ее болезни, Катрин привыкла более внимательно относиться к биению собственного сердца, и не проходило и пары часов, чтобы она не вспоминала про дефибриллятор внутри ее груди и провода, имплантированные в ее сердце.

В ожидании разряда, которого не было, Катрин размышляла о том, наступит ли когда-нибудь время, когда она сможет забыть о том, что ее жизнь зависит от устройства в груди. Она даже не смела себе представить, что когда-нибудь дефибриллятор может быть удален, хотя краешком сознания продолжала на это надеяться.

Необходимость в дефибрилляторе не сильно отличается от других наших нужд, с которыми мы сталкиваемся каждый день, и от которых зависит выживание наших хрупких клеток и уязвимых органов, которые могут быть уничтожены несчастным случаем или заболеванием. Это только кажется неестественным.

Вот, что говорила себе Катрин и, во что отчаянно хотела верить.

Она также напомнила себе то, что говорили ей кардиолог и Сакс – что у нее не было причин, чтобы не вести нормальный образ жизни. Но все это было сложно принять, учитывая, что карьера, которую она себе выбрала, потерпела фиаско, и запасной вариант грозил последовать за основным. И вот сейчас, лежа в постели в доме Марго, она размышляла, возможно ли для нее иметь нормальную человеческую жизнь и нормальные отношения с другими людьми. Будет ли честным по отношению к остальным, и в особенности по отношению к такой женщине как Марго, которая уже потеряла любимую – будет ли честным стремиться к близости и привязанности, в то время как состояние здоровья Катрин делает ее жизнь такой хрупкой.

А вот на этот счет никаких сомнений у Катрин не было – она хотела отношений с Марго, отношений, которые бы вышли за грань дружбы. Она почувствовала, что у них с Марго есть что-то общее с того момента, когда они встретились, и каждое мгновение, проведенное вместе, лишь усиливало это чувство. Катрин притягивала сила и уверенность Марго и ее нежное сострадание. Она не могла отрицать, что желание охватывает ее при каждой мысли о ней, и это желание превращается в адское пламя, когда Марго находится рядом. Звук ее голоса, прикосновение руки, изгиб ее губ при улыбке – все приводило Катрин в возбуждение.

Она не слышала ни единого шороха в доме, и к тому же утратила присущее ей чувство времени, вероятно, из-за обезболивающих. Хоть она и предполагала, что все уже легли спать, Катрин поняла, что сна у нее ни в одном глазу. Мысли о Марго будоражили сильнее одиночества. Она чувствовала невероятно сильное возбуждение, ничего подобного она не испытывала даже до того, как недавняя болезнь затмила в ней сексуальные потребности. Раньше, секс для Катрин был приятной формой развлечения и неплохим способом выпустить пар. Физиологический голод, который она ощущала сейчас, был болью, которая тянулась до самой души и каким-то краем сознания она понимала, что только Марго могла бы удовлетворить эту нужду.

Катрин отбросила одеяла и свесила ноги с края кровати. Фиксирующая повязка держала ее руку привязанной у живота, стесняя движения и обещая превратить процесс раздевания в целое испытание. И тем не менее, сейчас ей был просто необходим душ, чтобы отвлечься от настойчивого волнения, бьющегося между ее бедер. Она предположила, что сможет утихомирить внезапно возникшее вожделение своими же руками, но этот вариант не выдерживал никакой критики. Облегчение от удовлетворения потребностей тела, но не души, не принесло бы ей удовольствия.

Она поднялась, нашла свои джинсы, сложенные на ближайшем кресле и, со штанами, перекинутыми через здоровую руку, пошла босиком к двери. Через тускло освещенный коридор, она почти добралась до ванной комнаты, о которой упоминала Марго, когда прямо из комнаты напротив вышла сама Марго.

В глубокой тишине спящего дома, они молча смотрели друг на друга.

– Мне показалась, что я услышала твои шаги. – Тихо сказала Марго. По правде говоря, она уже несколько часов лежала без сна, думая о Катрин, вспоминая ее спящей, и свои ощущения, когда прикоснулась к ней. Марго понимала, что ей хотелось дотронуться до нее снова… везде, и призналась себе, что хотела бы почувствовать ответное прикосновение. Никого еще ей так не хотелось, с тех пор как умерла Терри.

– Прости. – Прошептала Катрин, отчаянно пытаясь понять, что именно мелькнуло в глазах Марго. Она распознала желание в ее взгляде, и, хотя ее разум противился желанию поддаться этому, ее тело не сомневалось в том, чего хочет. Низ живота Катрин свело от вожделения. Где-то на краю сознания всплыла мысль, что она сейчас без одежды, если не считать рубашки и трусиков. Как будто извиняясь, она показала Марго на джинсы в ее руке. – Я собиралась принять душ.

Взгляд Марго скользнул по телу Катрин, по ее обнаженным стройным ногам. Темно-синяя рубашка заканчивалась чуть ниже пояса, и небольшой белый треугольник виднелся между ее бедер. Марго усилием воли постаралась вернуть свой взгляд к лицу Катрин. Сердце выпрыгивало у нее из груди, а ноги дрожали. Ее желание было безумным, иррациональным и нереальным, но острым и ясным, как проблеск молнии в летнюю грозу. Убийственно жаркая и неудержимая смесь.

– Тебе понадобится помощь с твоим плечом. – Хрипло сказала Марго.

– Да.

– Мне позвать Филлис... или я могу тебе помочь?

– Ты. – Катрин не могла отвести взгляд от глаз Марго. Она сомневалась, что Марго догадалась, о чем говорят ее глаза – о высохшей равнине жаждущей ливня и предвкушении раскрытия бутонов от поцелуя влаги на своих лепестках.

Если я сейчас коснусь ее, она не станет меня останавливать. Если я коснусь ее, я не смогу остановиться. Но коснуться ее сейчас будет слишком рано, потому что она еще сама не понимает, о чем кричат ее глаза. Ее тело примет меня, но не ее душа…

Колени Марго мелко дрожали, руки тряслись. Она себя просто не узнавала и не могла понять, что сейчас ощущает. Или, может быть, понимала и была поражена этим. Как я могу так сильно ее желать? Почему я чувствую, что, если она не прикоснется ко мне, я умру от вожделения?

Катрин отступила на шаг, понимая, что, если она останется на расстоянии вытянутой руки, то никакие разумные доводы не смогут побороть ее желание провести пальцами по округлому плечу под мягким белым халатиком.

– Если ты мне поможешь, хотя бы с застежками и ремнями, я смогу справиться с остальным.

Марго кивнула, не в силах выдавить и слова из пересохшего горла. – Хорошо. Я найду тебе что-нибудь из белья и оставлю в ванной. Когда будешь одеваться... Я тебе помогу.

– Отлично. Звучит отлично. – Катрин нащупала ручку двери за своей спиной и, открыв дверь, проскользнула в ванную. Марго последовала за ней, и они оказались в еще более сближающей маленькой закрытой комнате.

– Как ты себя чувствуешь? – Спросила Марго, отстегивая первый ремень, придерживающий руку девушки возле груди. Когда она осторожно вытягивала его, пальцы скользнули поверх рубашки по округлостям груди Катрин.

Катрин закусила губу, безуспешно желая, чтобы ее сосок не напрягся в этот момент. Видимо, периферическая нервная система не подчиняется мысленным командам. Следующие несколько минут Марго освобождала ее от ремней, а Катрин придерживала свою поврежденную руку, пока та не сняла последнюю лямку, перекинутую через шею и повязку с плеча.

– Хорошо? – прикосновение Марго было нежным и мягким.

– Нормально, – ответила Катрин. Внезапно, она почувствовала себя обнаженной, в одном белье и рубашке.

Марго подняла глаза и встретилась взглядом с Катрин, ей было приятно заметить, как в голубых глазах девушки мелькнуло удовольствие и признательность. – Теперь рубашка.

Катрин кивнула. – С этим мы хотя бы практиковались.

– Хм... Напомни мне принести тебе что-нибудь с пуговицами. – И снова Марго осторожно и аккуратно освобождала Катрин от одежды, пока та не предстала перед ней совершенно обнаженной. Сама того не желая, или, может быть, желая – она больше не была уверена в своих намерениях, Марго задержала свой взгляд на груди Катрин. Она была прекрасна – высокая и упругая, с розовыми затвердевшими от возбуждения сосками. Она медленно подняла руку, ее пальцы дрожали. Боже, что я делаю? Это ошибка… но она такая... такая красивая.

– Катрин, я... – Уставившись в пространство, Марго шагнула вперед.

Кольцо на пальце блеснуло серебристо-золотой искрой, когда она потянулась, чтобы коснуться лица Катрин. Возможно сама она этого не заметила, но не Катрин.

– Марго... – Катрин часто дышала, от предложенной ласки в ее груди все сдавило, живот свело судорогой, которая отозвалась болью во всем теле. – Мне... следует... принять душ.

– Да. – Чуть ли не печаль прозвучала в голосе Марго. Она позволила своей руке безвольно повиснуть и отступила, чувствуя, как все внутри нее скрутилось в тугой узел. – Я принесу тебе чистую одежду.

– Спасибо. – Катрин опасалась, что если сейчас, когда пространство между ними не заполнено ничем, кроме желания, она останется наедине с Марго еще хоть одну секунду, она не сможет больше сопротивляться. Подсознательно, она чувствовала, что Марго будет жалеть, если что-то произойдет сейчас, и это может воздвигнуть между ними высокую стену, которую уже не преодолеть, или создать пропасть, через которую не перебраться. Они были связаны, и Катрин отчаянно надеялась, что Марго тоже это чувствует. Но она не хотела рисковать и потерять все ради того, чтобы удовлетворить свое желание сейчас. – Наверное, мне стоит запереть дверь, на случай если Арли проснется и захочет войти. Ты можешь оставить одежду на столике в коридоре.

– Конечно. – Марго тряхнула головой, как будто приходя в себя. – Зови меня, когда оденешься, я помогу тебе с повязкой. Моя комната прямо напротив.

– Спасибо, – мягко сказала Катрин, – Пока мне ничего не нужно.

Приняв душ и надев серые штаны и мягкую медицинскую рубашку из голубой хлопковой ткани, которые она нашла сложенными на небольшом столике в коридоре, Катрин тихо приблизилась к комнате Марго. Дверь была немного приоткрыта, и Катрин, сжав пальцами круглую ручку, с будоражившим предвкушением внизу живота, засомневалась. Не уверена, что спальня будет безопасным местом, если даже ванная им не была.

Дверь бесшумно отворилась, пропустив луч света, который пронесся через комнату к кровати, на секунду очертив фигуру Катрин на пороге комнаты, перед тем как все снова скрылось во мраке.

Лежа в темноте и чувствуя, как ее сердце забилось в предвкушении, она прислушалась в ожидании мягких звуков движения в темной комнате, таких обычных и таких желанных. Тихие шаги, звук расстегиваемой молнии и мягкий шорох одежды, спадающей с утомленного тела. Ее плоть пробудилась и ответила на ожидание знакомых, таких возбуждающих прикосновений, ее ноги дернулись под одеялом. От ощущения близости присевшей на край кровати девушки, кровь прилила к низу живота и настойчиво забилась вожделением в возбужденном теле. Зовущая влага смочила ее бедра, а ее еще нетронутые соски напряглись в голодном ожидании.

– Я тебя разбудила? – Спросил мягкий голос, и нежная рука мягко коснулась ее щеки и спустилась вниз к шее.

Пальцы скользнули по ее шее, провели по мягкому выступу ключицы и остановились на ее груди. Большой палец привычно нашел сосок, и она застонала от пронзившего ее наслаждения.

– Нет, я... ждала... – Она подняла взгляд, чтобы встретить теплые губы, опираясь одной рукой и приподнимаясь в постели. Ее грудь коснулась чужой груди, соски скользнули по мягкой шелковистой коже и напряглись так, что ей стало больно.

Издав стон наслаждения, она отбросила одеяло, обнажая свое тело и прижимая свою возлюбленную к себе. Раздвинув ноги, она приподнялась, призывая любимую. Когда упругое бедро коснулось центра ее возбуждения, она выгнула спину, и резкий вскрик вырвался из ее груди. Плачущий и одновременно восторженный стон сорвался с ее губ в высшей точке наслаждения.

Испугавшись остаться одной на остром пике возбуждения, она прижалась своими губами к губам любимой. Пока она тонула в омуте своей страсти, ее язык искал убежище меж чужих губ. Ее клитор пульсировал в такт движениям бедра между ее бедер. Мышцы живота конвульсивно сокращались с каждой накатывавшей волной наслаждения. Вскрикивая и дрожа на грани оргазма, она вцепилась пальцами в упругую напряженную спину над ней, выгибаясь вперед до тех пор, пока каждый сантиметр ее плоти не слился с чужой разгоряченной плотью.

Она почувствовала зубы на своей шее, горячее дыхание на своей покрывшейся потом коже и вожделение скользким приливом растекающееся по ее бедрам.

– Давай... вместе... – Сказала она, задыхаясь от всепроникающего возбуждения.

Ответом была лишь беспомощная дрожь и глухой стон. Услышав призыв своей любимой, чувствуя всепоглощающее желание, которое сводило ее с ума, она с неистовым криком провалилась в объятия оргазма. Пока крик наслаждения рвал ее на части и сжигал всю без остатка, она чувствовала трепет любимой в своих объятьях, и вместе с ней они сдались напору их страсти. Бездыханная и торжествующая, она благословляла их чудесный союз.

Когда Марго открыла глаза, солнце уже вовсю сияло, и комната была погружена в тепло летнего воскресного утра. Она была одна. Несколько секунд Марго лежала неподвижно, наблюдая за обрывками облаков медленно плывущих за окном по небу, которое было таким синим, что не верилось что оно настоящее. Но эта красота снаружи была настоящей, как и небольшие волны наслаждения, все еще прокатывающиеся по ее телу.

Вздохнув, она перевернулась на спину и закрыла глаза, почувствовав влагу между своих бедер и слабые пульсирующие отголоски оргазма. Она не проснулась на пике возбуждения, но задержалась на последствиях всплеска страсти, купаясь в роскоши мягких объятий любимой.

Объяснений этому, от научных до психологических, было мало. И ни одно из них ничего не значило, потому что Марго просто знала правду. Когда она ложилась спать она хотела другую женщину. Когда она закрывала глаза, образ другой женщины пылал в ее голове. Когда она спала, эта женщина пришла к ней и дала ей все, чего она желала. И Марго не могла отрицать, что она приняла это с радостью, наслаждалась этим, приветствовала это слияние.

Она коснулась правой рукой своей левой руки и нежно дотронулась до полоски обручального кольца. У нее не было никого кроме Терри. Но не Терри она представляла, закрывая глаза, пока тело пылало желанием. Другая женщина, одним прикосновением заставила ее забыть обо всем и отдаться всепоглощающей страсти.

Марго почувствовала грусть оттого, что в ее жизни наступил момент, когда Терри перестала быть той единственной, которую она любила и которая полностью заполняла ее мысли.

Это был сон, всего лишь сон.

Но она знала, что это было нечто большее, и в уголке ее сердца, где раньше жила лишь боль и горечь утраты, она чувствовала то, что не могла ощутить уже много лет. Она слышала шепот счастья.

Еще не было шести утра, когда Марго появилась на кухне чтобы заварить кофе. Десять минут спустя она стояла перед окном с чашечкой горячего "Гавайского Синего Вуду" в руке и смотрела на задний двор. Катрин расположилась в плетеном кресле под большой ивой, откинув назад голову и закрыв глаза. От одного ее вида Марго словно ударило током. Самым приятным током на свете. Она немного колебалась, но потом наполнила вторую кружку кофе и тихо выскользнула наружу.

– Где твоя повязка? – Спросила Марго, устраиваясь в соседнем кресле.

Катрин повернула голову в ее сторону, открыла глаза и застенчиво улыбнулась. – Я ее потеряла.

– Угу, как удачно. – Не смогла не улыбнуться Марго, протягивая ей кофе. – Могу я тебя взбодрить этим?

– Если этот кофе на вкус хотя бы вполовину так хорош, как он пахнет, ты можешь просить мою бессмертную душу в обмен на эту чашку. – Она взяла кофе и сделала глоток, затем закрыла глаза и довольно вздохнула. – Боже, это великолепно.

– Ммм... – Марго нравилось быть причиной нескрываемого наслаждения Катрин. Возможно, даже слишком. Но этим летним, теплым утром ей было все равно.

Улыбнувшись, Катрин лениво поинтересовалась. – Так что я тебе должна?

– Ну, твоя душа, наверное, пока в безопасности. – Делая вид что размышляет, улыбнулась, наконец, Марго. – Я приду к тебе, когда придумаю что-нибудь подходящее.

– Окей, – неспешно ответила Катрин, – Просто дай мне знать что, когда и где.

Хриплые интонации в голосе Катрин не ускользнули от внимания Марго, хоть она и отказывалась признать приятное тепло наполнившее ее в ответ. Вместо этого она отпила свой кофе и всмотрелась в лицо Катрин. Под ее глазами пролегли легкие тени, но взгляд казался чистым, без следа боли. – У тебя вообще получилось поспать?

– Немного. – На самом деле, после душа ей было ничуть не легче заснуть, чем до него, и она ворочалась всю ночь. Все, о чем она могла думать, это ее встреча с Марго, полутемный коридор, повисшее молчание, и ее мольбы о том, чтобы Марго к ней прикоснулась. Сильное возбуждение, сопровождавшее эти воспоминания, не было подспорьем для спокойного сна. – Я рано проснулась и когда выглянула наружу, решила, что просто обязана сюда спуститься. В Манхэттене такого утра не увидишь.

– Нет, наверное, не увидишь. – Марго поставила свою чашку и вытянула ноги, замечая, что рука Катрин неподвижно лежит поперек живота. – Как плечо?

– Лучше. Все еще плохо двигается... примерно, как я и ожидала.

– Ты не попросила меня помочь с твоей повязкой после душа.

– Я попробовала, – ответила Катрин, чувствуя себя немного смущенной и немного виноватой. – Но когда я заглянула в твою комнату, ты уже спала.

Да и мне снилась ты. Марго покраснела. – Прости. Ты могла меня разбудить.

Катрин пожала здоровым плечом. – Могла. Но я подумала, что в этом нет особой необходимости.

– Ого, неужели?

– Знаешь, я ведь тоже доктор.

– А еще ты крутая, а я знаю, как крутые относятся к травмам – игнорируют их и делают вид, что ничего не случилось.

Катрин рассмеялась. – Виновата, признаю. – Она задумчиво отхлебнула свой кофе. – А как насчет тебя? Ты нападаешь на меня так, будто сама тоже крутая в семье.

– Не особенно. Обычно я была слишком занята учебой. Терри была главной в нашей семье.

Слова вырвались сами собой, и Марго застыла с каменным лицом. Обычно она не говорила про Терри, по крайней мере, ни с кем кроме Линды, Робин или Филлис. Она понятия не имела, зачем рассказала это Катрин.

– Она тоже любила футбол? – непринужденно спросила Катрин, заметив внезапное замешательство Марго, но решив, что эту тему необходимо продолжить. Марго сказала, что они подруги и, если это на самом деле так, и даже, если дружба окажется единственным, что может быть между ними, то Терри не должна стать для них запретной темой.

– Футбол, софтбол, американский футбол – что угодно. Она играла во все. – Марго запнулась, потом слегка улыбнулась одними уголками губ. – Она вечно расшибала себе что-нибудь.

– О-о, теперь я поняла фразу Филлис о крутых девчонках и синяках.

Марго внимательно смотрела на Катрин, размышляя о том, что должна была удивиться тому, что Катрин знает даже про Терри, но удивления не было. Катрин оказалась одним из самых проницательных людей, которые встречались ей в жизни. – Ты все замечаешь, не правда ли?

– Я внимательная, – тихо ответила Катрин. Особенно когда это так много для меня значит.

– Я в курсе.

Катрин хотела знать все о женщине, которую любила Марго, с которой дала жизнь ребенку. Не из простого любопытства – по крайней мере, если бы она сказала честно, не столько из-за этого – но из-за глубокого желания узнать Марго как можно ближе. Но она также интуитивно понимала, что нельзя быть слишком навязчивой и благоразумно сменила курс на более безопасное направление. – Ты поднялась довольно рано для воскресенья.

– Я сегодня работаю в дневную смену.

– А, точно. – Глаза Катрин потемнели от того, как быстро их дружеская болтовня вернулась к истинной причине их отношений. Марго была ее начальницей и намеревалась принять решение, которое повлияет на всю дальнейшую жизнь Катрин. В ее голосе послышалось слабое раздражение и тонкая тень недовольства. – Я тоже должна была работать сегодня, но потом... ну ты в курсе.

Услышав гневные нотки в голосе Катрин, Марго сначала отвернулась, но потом заставила себя взглянуть ей в глаза. – Сегодня воскресенье и я не смогу связаться ни с кем по поводу этой... ситуации.

– Я и не ожидала, что что-либо решится раньше следующей недели. – Тихо ответила Катрин, заставив себя выглядеть спокойной. Все равно она не хотела ссориться с Марго, и в глубине души Катрин понимала ее чувство ответственности. – Если решишь поговорить с моим кардиологом, я могу дать тебе его координаты. – Она немного замялась. – И подпишу разрешение, чтобы тебе предоставили историю моей болезни.

– Не думаю, что в этом будет необходимость, но спасибо за предложение. – Марго понимала, какое это вмешательство в личную жизнь Катрин, и была благодарна за ее стремление к сотрудничеству. Вздохнув, она потерла лоб. – Извини, что заставила тебя пройти через это, Катрин, но я глава отделения и обязана удостовериться, что все непредвиденные обстоятельства учтены.

Катрин стиснула зубы и промолчала, лишь кивнув в ответ.

– Всего этого можно было бы избежать, если бы Мэри Энн не приняла тебя на работу до того, как я смогла провести собеседование. – Едва слышно проговорила Марго.

– Что ты имеешь в виду? – с напряженным и внимательным выражением лица, Катрин подалась вперед.

Марго ответила ей спокойным взглядом своих темных глаз. – Что бы ты сказала, если бы я спросила тебя, почему ты отказалась от карьеры практикующего хирурга? А я бы обязательно спросила.

– Я бы сказала, что по медицинским обстоятельствам не могу этим заниматься.

– А если бы я спросила подробности?

– Я бы все тебе рассказала, – немедленно ответила Катрин.

– Вот именно. – Марго провела рукой по волосам. – Мэри Энн великолепный администратор и я очень рада, что она моя начальница, когда дело касается переговоров по зарплате или о том, чтобы удержать отделение хирургии от поглощения моего отдела. – Марго рассмеялась в ответ на удивленно приподнятую бровь Катрин. – Это правда и ты это знаешь. Вы все просто банда захватчиков.

– Она не спросила меня, Марго. – Резко выдохнула Катрин. – Мне нужна была эта работа, и я не собиралась анонсировать то, что поставило бы под угрозу мои шансы на это место.

– Это можно понять. – Кивнула Марго. – Но я несу ответственность за отделение скорой помощи, Катрин, и на определенном этапе, я должна участвовать в процессе принятия решений.

– Похоже, теперь я понимаю, почему ты не очень-то обрадовалась моему появлению. – Катрин протянула руку и дотронулась до ее плеча. – Прости.

Марго вспыхнула, удивленная прикосновением, потому что раньше Катрин редко становилась инициатором сближения, и пристыженная своим поведением в тот день, когда Катрин поступила на работу. – Я была раздражена… вообще-то, я была просто вне себя из-за того… что Мэри Энн за моей спиной наняла кого-то. В этом не было твоей вины. Прости меня за холодный прием, ты его не заслуживала.

– Уже не важно. – Катрин поставила пустую кружку на колено, неподвижно уставившись на зеленый двор Марго. На какой-то момент ей показалось, что они единственные люди на земле. Мягким голосом она, наконец, спросила то, что действительно было важно. – Ты бы приняла меня на работу?

Марго услышала нотку неуверенности в голосе Катрин и увидела легкую дрожь в пальцах, обнимавших керамическую кружку. Возможно, впервые за все время, она на самом деле поняла, как трудно пришлось Катрин – женщине, которая всегда и во всем привыкла быть первой, которая добилась гораздо большего, чем другие в ее возрасте – и вдруг, внезапно оказаться на должности, где ее ценность ставилась под сомнение. – Было бы очень трудно тебе отказать.

Катрин повернула голову к Марго и слабо улыбнулась. – Сказано словами истинного администратора.

– Нет, я совершенно серьезно. – Марго протянула руку и положила ее поверх руки Катрин. – Ты неплохой улов, Катрин Макгауер.

Теперь настала очередь Катрин краснеть. – Это твое профессиональное мнение?

– Отчасти.

– А от другой части? – Катрин обнаружила, что, затаив дыхание, смотрит, как глаза Марго наполняются глубоким, ровным и насыщенным цветом.

– Личные… впечатления. – Голос Марго был густой как мед. – Ты чуткая, добрая и нежная. Все отличные качества… доктора скорой помощи.

– И на чем основаны твои выводы? – Катрин была смущена, но в тоже время польщена словами Марго. – На моей безупречной учтивости по отношению к пациентам?

– Нет. – Пальцы Марго скользнули вниз по руке Катрин и остановились, накрыв ее ладонь. – Они основаны на том, как ты обращалась с моей дочерью. И со мной.

Катрин наклонилась вперед, привлеченная нежностью во взгляде Марго. – Она выявляет мои самые лучшие черты.

– Немного погоди и узнаешь, какие черты она может выявить в один из ее плохих дней. – Прошептала Марго, следя за движениями губ Катрин и завороженная тем, что они обещали.

– Буду ждать с нетерпением. – Катрин внезапно обнаружила, что ей трудно вдохнуть полной грудью, потому что она боялась, что любое даже незначительное движение нарушит установившуюся хрупкую связь. – Наверное, в этом она похожа на тебя. Ты тоже… выявляешь во мне… различные черты.

– Хорошие черты? – Голос Марго звучал так глухо, что слова были едва слышны.

– Замечательные черты.

Их разделяли считанные сантиметры, их тела почти соприкасались, их пальцы переплелись. Воздух вокруг казался густым и горячим, и где-то зазвучали колокольчики, отправляя свою мелодию в ясное утреннее небо.

– Катрин.

– Да?

Марго моргнула, и ее взгляд сфокусировался на ней, как будто она только что очнулась ото сна. – Мне пора на работу.

– Знаю. А мне пора домой. – Катрин откинулась на спинку кресла, почему-то довольная, несмотря на то, что Марго отодвинулась, и их руки разъединились. В разговоре, они затронули те вещи, которые преградой стояли между ними. Ее болезнь. Терри. И это было только начало.

– Но прежде, я хочу надеть на тебя фиксирующую повязку, – заявила Марго.

Катрин застонала.

– Да! – Тон Марго не допускал возражений. – Филлис придет с минуты на минуту и приготовит завтрак. Останься хотя бы до этого времени, хорошо? – Это выглядело как обычная просьба, и Марго не видела оснований для Катрин думать, что ей просто хотелось, чтобы она задержалась чуть дольше. Хотя втайне, становилось все труднее и труднее отрицать, что она наслаждалась тем, как Катрин расшевелила ее. Она чувствовала себя обеспокоенной, взбудораженной и живой.

– У меня с аппетитом все в порядке. – Безапелляционно заявила Катрин, вставая с кресла и потягиваясь. – Если Филлис готовит завтрак, значит, я остаюсь.

– А, значит, ты из тех женщин путь к сердцу которых, лежит через желудок.

– Когда как, – улыбнулась Катрин. Для тебя этот путь гораздо короче.

Заметив отражение чувственности, в глазах Катрин, Марго покраснела. – Тогда идем со мной, доктор Макгауер. Давай отыщем твою пропавшую повязку и только потом – завтрак.

Понимая, когда стоит признать свое поражение, Катрин просто кивнула. Но пока они шли к дому, улыбка не покидала ее лица.

Четырнадцать часов спустя Марго притормозила на дорожке около своего дома, заглушила двигатель и откинула голову назад, закрыв глаза и глубоко вздохнув, перед тем как встретиться со своей семьей. После долгого рабочего дня она была уставшая до изнеможения.

Первое, что она заметила, войдя через заднюю дверь, это безошибочно узнаваемый аромат пиццы. Она застонала в благодарном предвкушении. Никакой готовки, никакой возни с грязной посудой. Слава Богу.

Следующим, что она услышала, оказалась восторженная болтовня Арли, обрывки которой ей удалось уловить. Похоже, что ее дочь с кем-то обсуждала печень и почки. На ужин?

Марго бросила свой портфель на кухонном столе и прошла через весь дом к большой комнате, где застыла, пораженная увиденным. Арли и Катрин сидели на полу перед разложенной между ними газетой покрытой чем-то напоминающим… части тела. Очень маленькие части тела.

– Привет.

Арли взглянула вверх, ее глаза засверкали. – Привет, мам! Смотри, мы рисуем органы.

Сузив глаза, Марго приблизилась и опустилась на корточки между Катрин и своей дочерью. – Вижу. Желтая печень и пурпурные почки. Мило.

– Это «Видимая Женщина», – с энтузиазмом сообщила ей Арли, указывая на две половинки пластмассовой фигуры с анатомически правильно расположенными внутри органами. – Катрин принесла ее для меня.

Марго взглянула на Катрин, потом посмотрела снова, когда ей показалось, что она увидела на щеке девушки кровавые полосы. При ближайшем рассмотрении кровь оказалась красной краской. Марго протянула руку и, улыбнувшись, стерла пятно большим пальцем. – Правда?

Глаза Катрин расширились от мягкого прикосновения, которое было почти лаской, но постаралась сохранить свой голос спокойным и легким. – Передо мной стоял выбор: распаковать чемоданы или пройтись по магазинам. Выбор оказался очевиден. – Она указала на свою левую руку, послушно покоящуюся в фиксирующей повязке. – К тому же мне не следует перегружать поврежденную руку, поэтому работа по дому была отложена.

– Ах, значит вот теперь у тебя серьезная травма. – Смеясь, сказала Марго. – А где Филлис?

– Я здесь, дорогая. – Сказала Филлис, входя со стопкой одноразовых тарелок и пиццей. – Этим утром я пообещала Катрин зайти к ней на ужин. Вместо этого, она принесла ужин сюда. Мы как раз разогрели его к твоему приезду.

Марго была счастлива. Еда пахла восхитительно, и ее не нужно было готовить. Арли была надлежащим образом занята, интересным для нее делом, а Катрин, которую она не ожидала увидеть еще как минимум пару дней, сидела на полу ее дома, и выглядела изумительно по-домашнему в джинсах и свежей белой майке. Это, наверное, должно было напугать Марго, но нет. Впервые за долгое время, все было в точности как должно быть.

– Было очень мило с твоей стороны принести ужин. И особенно подарок для Арли. – Мягко улыбнулась Филлис, когда они с Катрин остались наедине. – Девочка была в восторге.

Слегка смутившись, Катрин пожала плечами. – Это было самое меньшее, что я могла сделать после того, как вы так гостеприимно приняли меня в своем доме. – И я просто хотела еще раз увидеться с Марго.

– Ты будешь желанным гостем в любое время. – Филлис облокотилась о кухонную стойку и с интересом посмотрела на Катрин. – Сколько тебе лет, Катрин.

– Двадцать восемь.

– Ты кажешься старше.

– Правда? Почему?

– Ну, дай подумать... Ты только что переехала сюда, поступила на новую работу, получила травму, – Филлис показала на плечо Катрин, – И, тем не менее, ты хорошо держишься. Это весьма впечатляет.

– Не особенно хорошо, – рассмеялась Катрин,– Я все еще живу на чемоданах, ужасно беспокоюсь, что из-за моего плеча, или даже не из-за плеча, Марго решит меня уволить... – Она запнулась и покраснела – Ох...

– Как я сказала, – спокойно заметила Филлис, делая вид, что пропустила фразу про Марго мимо ушей, – ты удивительно спокойна.

Устроившись на одном из стульев, Катрин всерьез задумалась над словами Филлис. – Я не совсем уверена, что я на самом деле спокойна. Просто где-то внутри меня есть убежище, в котором все происходящее вокруг, замирает на какое-то время. И когда мне кажется, что события в моей жизни движутся слишком быстро, я просто мысленно возвращаюсь к этому месту, чтобы подумать.

Филлис нежно улыбнулась способности Катрин так просто объяснять такие важные вещи. – Думаю, на свете достаточно людей, которые бы многое отдали за то, чтобы у них тоже было такое место. Это, наверное, очень помогает во время операций.

– Да, – задумчиво ответила Катрин, – В операционной, даже во время самой операции, я могу почувствовать себя там... и все становится понятным, точным и очень-очень четким.

– Очень важное умение, как мне кажется. – Филлис была заворожена выражением лица Катрин, удивленным и в тоже время грустным.

– Не уверенна, что это умение, – Катрин одарила Филлис слабой улыбкой, – Наверное, я просто так устроена.

Марго выглянула из комнаты напротив, уловив остатки разговора своей свекрови и женщины, противиться которой она едва была способна. С того места, где она стояла, она могла видеть профиль Катрин и слышать, как она рассказывает про операции. Марго вспомнила их первую встречу над телом пациента с огнестрельным ранением в грудь. В тот день, первым, что она заметила в Катрин, была ее энергичность и уверенность, наряду с хорошей порцией присущей всем хирургам заносчивости. Сейчас, глядя на нее, она все еще улавливала эти черты, но на этот раз, именно исключительная нежность и чувствительность Катрин занимали большую часть внимания Марго. Заметив, как печаль скрывает все остальные чувства Катрин, Марго хотелось лишь одного – пересечь комнату, подойти и обнять ее. Тебе больно, я чувствую это. Боже, как я ненавижу себя за то, что причиняю тебе еще большую боль.

Притворившись, что ее настроение гораздо лучше, чем на самом деле, Марго вошла в кухню и объявила. – Время вышло, нам пора идти. – И взглянув на Филлис, добавила. – Я только сделаю с Песиком небольшую пробежку вокруг квартала.

– Не торопись, я просто посмотрю телевизор, пока ты не вернешься. У меня на сегодня нет никаких планов. – Кивнув Марго, Филлис обратилась к Катрин. – А тебе следует хорошенько отдохнуть. Я уверена все будет в полном порядке.

Все вокруг продолжают твердить это. Но я до сих пор не понимаю, как все может быть в порядке. Катрин поднялась со стула. – Спокойной ночи, Филлис. Было приятно снова вас увидеть.

Сидя перед дверью и виляя хвостом, Песик уже томился возле выхода. В его взгляде и наклоне головы явно читалось нетерпение, а низкое поскуливание не оставляло в этом никаких сомнений.

– Еще секундочку, – проворчала Марго в его сторону, выуживая поводок из шкафа, – Черт, кто бы мог подумать, что прогулка по кварталу и обнюхивание всякого мусора может быть таким волнующим событием.

Катрин громко рассмеялась. – Хотела бы я, чтобы моя жизнь была настолько простой.

Марго смеялась вместе с Катрин, пристегивая поводок к ошейнику. Они вместе спустились вниз с заднего крыльца с Песиком радостно тянувшим их вперед.

Было примерно начало десятого и еще полностью не стемнело. По воздуху лениво плыл слабый аромат позднего ужина, приготовленного на гриле на чьем-то заднем дворе. Катрин глубоко вдохнула и к своему удивлению обнаружила, как часть ее усталости и напряжения уходит. Она посмотрела на женщину идущую рядом с ней. Марго переоделась в другие шорты и свободную футболку с логотипом клиники. Она выглядела прямо как студентка медицинского колледжа, за которую ее приняла Катрин во время их первой встречи.

Как будто почувствовав на себе ее взгляд, Марго повернула голову, посмотрела в глаза Катрин и улыбнулась. – Что?

Катрин не хотела говорить, о чем она сейчас думает, но в ее сердце не было места для еще одного секрета – ни от себя, ни от Марго. – Учитывая все, что на меня свалилось в последнее время, я не могу понять, почему я чувствую себя такой счастливой. Мне кажется это как-то связано с тобой.

Марго на секунду утратила дар речи. От любой другой женщины подобная реплика означала бы заигрывание, но Катрин сказала это с такой кристальной искренностью, что Марго и в голову не пришло ответить своим обычным быстрым отказом.

За прошедшие годы немало женщин, проявляли интерес к общению с ней. Часть из них была их с Терри общими знакомыми, которые просто выждали определенное, на их взгляд подходящее, время, перед тем как позвонить и пригласить на вечеринку или ужин. Другие были знакомыми по работе или соседями, и ничего не знали о ее прошлой жизни, по крайней мере, не от нее. Марго была уверена, что если порасспрашивать в округе, то можно услышать несколько интересных версий о том, что случилось с ее супругой. Это была не та история, которой она легко делилась с кем-либо. Она ответила отказом на все попытки вытащить ее из своего панциря и, со временем, звонки и приглашения, по крайней мере, на свидания, прекратились.

– Прости. – Тихо сказала Катрин в повисшем молчании. – Я не хотела тебя огорчить...

– Нет, – прервала ее Марго, – Нет, ты не огорчила меня. Мне... тоже доставляет удовольствие общение с тобой.

Марго понимала, что она может оставить все как есть, и чувствовала, что Катрин не станет ее торопить. Но это ей казалось немного несправедливым, а у Катрин в жизни было так много несправедливого в последнее время, что Марго не желала добавлять еще и это. – Мне очень нравится общаться с тобой, Катрин. Больше чем с кем бы то ни было за последнее время. Но...

– Марго, тебе не нужно ничего объяснять...

– Я знаю. – Марго протянула руку и погладила пальцы Катрин. – Просто я сама хочу объяснить.

Сказав это, Марго не знала, что говорить дальше. Катрин никогда не давала ясных оснований предполагать, что заинтересована в чем-то большем, чем просто дружба. Но невозможно было отрицать, что между ними было некое притяжение, которое выходило за рамки взаимоуважения и дружеских отношений. Существовало эмоциональное и, да, физическое притяжение, заставляющее ее совершать поступки, на которые она бы, ни за что, не решилась всего пару недель назад. Черт побери, я чуть не поцеловала ее вчера в смотровой.

Сделав глубокий вдох, Марго распрямила плечи и подалась вперед. – Я не... не встречалась ни с кем... ни с какой другой женщиной... с тех пор как умерла Терри. Я не хотела этого. Я об этом даже никогда не думала.

В груди у Катрин защемило, а пульс забился так сильно, что она немного забеспокоилась. Она была полностью уверена, что хочет услышать то, что Марго намеревалась произнести, но хранила молчание, чувствуя, что сейчас это самое правильное.

– Мы с Терри были вместе с седьмого класса, – Марго тихо рассмеялась, – Однажды Филлис внезапно вернулась домой и застала нас за этим в гамаке на заднем дворе. Я никогда в жизни не была так напугана как в тот раз.

– Могу себе представить, – ответила Катрин. – Или, на самом деле, не могу. Боже.

– Пока мы собирали нашу одежду, она сказала нам, что если я собираюсь остаться на ужин, то он будет готов примерно через час. – Марго поправила волосы, глядя, как Песик пытается вытянуть конфетную обертку из-под куста с другой стороны забора. – Мы не были точно уверены, значило ли это, что мне следует остаться, но, в конце концов, решили, что должны пройти через это.

– Пока не похоже, что Филлис тебя мучила.

– Я практически видела на ее лице, как она решала мою судьбу в тот момент, когда застала нас с Терри. Она безумно любила Терри. – Марго дернула за поводок Песика, и они снова пошли вдоль забора. – Она сказала, что нам следует быть осторожнее, потому что не все могут принять то, что мы хотим быть вместе. – Марго снова рассмеялась. – А еще она сказала, что если мы хотим спать друг с другом, то это следует делать в доме, желательно в комнате Терри.

– Ого, как вам повезло.

Марго задумчиво кивнула. – Да, на самом деле так. Повезло по всем пунктам.

Катрин не могла не заметить любовь в голосе Марго, к Филлис и Терри. Странно было, что она не чувствовала боли, как ожидала. Было трудно завидовать счастью Марго с кем угодно. Катрин прочистила горло. – Я очень сожалею о том, что случилось с Терри.

– Тебе кто-то рассказал? – Марго остановилась на пересечении их улицы с улицей Катрин и прислонилась плечом к большому дереву. Ее лицо оказалось в тени почти полностью, но лицо Катрин было озарено светом расположенного неподалеку уличного фонаря. Марго была рада укрыться в тени, потому что не была уверена, что Катрин может увидеть на ее лице.

– Нет. – Катрин хотела шагнуть к Марго и прикоснуться к ней, чтобы как-то утешить, но осталась неподвижно стоять, позволяя Марго сохранить контроль над ситуацией. Какая-то часть ее хотела сказать Марго, что ничего не нужно объяснять, но она понимала, что Марго поделится с ней только тем, что она сама захочет рассказать.

– Мы были вместе почти девять лет. Первые годы после школы мы жили у Филлис. Мои родители не очень-то обрадовались моему выбору и отношениям с Терри, но понимали, что не могут ничего изменить. Я поступила в колледж и потом в школу медицины прямо здесь, в Германтауне.

Песик, наверное, заметил изменившиеся интонации в голосе Марго, потому что подошел и уселся у нее ног. Она провела пальцами по его макушке и слегка почесала за ухом.

– Долгое время я не могла решить: хочу я быть доктором или архитектором, но все чего желала Терри это строить. Она была так хороша в этом деле и с самого детства помогала соседям по части ремонта. Сразу после школы она начала работать в строительной бригаде, получила профсоюзный билет и очень скоро стала бригадиром. – Марго рассмеялась. – Я не думаю, что они даже подозревали, что она берет власть в свои руки вплоть до того дня, когда она вдруг стала их начальницей.

Катрин не оставляло ощущение, что Марго и Терри были во многом похожи, но она держала эту мысль при себе.

– Однажды... – Горло Марго внезапно сдавило так, что она едва могла говорить. – О Боже, прости меня.

– Марго, – тихо окликнула ее Катрин.

– Все в порядке, правда.

Боль в голосе Марго и осознание, что она ничем не может ее облегчить, просто убивали Катрин. – Мое жилище в паре домов отсюда. Что ты скажешь, если мы немного посидим на крыльце?

– Да. Хорошо. – Марго дернула за поводок Песика, указывая ему дорогу, и последовала за Катрин. Они обошли здание по узкой дорожке и подошли к заднему крыльцу.

– Тебе лучше взять меня за руку. – Сказала Катрин, когда они приблизились к лестнице, ведущей, к площадке с входом на кухню. – Там довольно темно. С Песиком все будет нормально?

– С ним ничего не случится. Он бы лазал по деревьям, если бы я ему позволяла. – Марго взяла руку Катрин в свою, и они молча стали подниматься наверх.

На верхней ступеньке она отпустила руку Катрин и они уселись плечом к плечу, а Песик растянулся за ними, опершись на их спины. Уже совсем стемнело, и небо над ними было совершенно чистым. Вышла луна, сияли звезды, и ночь была такой прекрасной, какой может быть только летняя ночь.

Марго сделала глубокий вдох и постаралась вспомнить подробности того утра, когда в скорую привезли Терри. – Ее бригада ремонтировала подвал дома, а Терри проверяла балки перекрытий. Что-то случилось, никто точно не знает что именно, но одна из поддерживающих перекладин обрушилась, когда Терри была прямо под ней.

Катрин почувствовала, как задрожала Марго, и одними кончиками пальцев мягко коснулась ее бедра.

– Это был несчастный случай, – Когда Марго смогла продолжить, ее голос был ровный, но пустой и совершенно лишенный эмоций. – Балка ударила ее в заднюю часть шеи. Вот так вот. Секунду назад она была жива, а мгновение спустя ее уже не было.

– Мне так жаль...

– Они привезли ее в отделение скорой, но я уже ничего не могла сделать.

Боль в груди Катрин усилилась и, сама не осознавая, что делает, она взяла Марго за руку. Пальцы Марго, сомкнувшиеся вокруг ее пальцев, были холодны, и Катрин притянула руку Марго к себе и прижала, словно теплом своего тела пытаясь облегчить боль Марго. Мысль о том, как Марго переживала утрату Терри, была невыносимой.

Марго встряхнулась, как будто очнувшись от дурного сна, и издала легкий дрожащий смешок. – Прости. Не хотела нагружать тебя всем этим. Я раньше никому не рассказывала.

– Все хорошо, – мягко сказала Катрин. – Ты в порядке?

– Немного смущена.

– Боже, почему?

– Ты точно не просила рассказывать историю моей жизни. – Марго осторожно высвободила свою руку из руки Катрин, чувствуя, как ей снова становится холодно, несмотря на теплый воздух вокруг.

– Ты же сказала, что мы подруги, правда?

– Да, сказала. – Марго тряхнула головой, чувствуя себя немного потерянной. – И я как раз хотела сказать тебе, что я очень ценю нашу дружбу, но это все, чего я хочу. Все, что я могу предложить.

– Я понимаю. – Катрин заставила свой голос звучать спокойно и ровно, представляя, как сейчас, должно быть, уязвима и эмоционально обнажена Марго, после воспоминаний о смерти Терри. Она не хотела сказать или сделать что-то, что усилило бы дискомфорт. – Марго, мне очень жаль, что Терри погибла. Я чувствую ответственность, что ты доверилась мне настолько, чтобы рассказать об этом.

– Мне стало легче. – Марго повернулась в тесном пространстве и посмотрела в лицо Катрин. Их колени соприкасались, и хоть она и хотела снова взять Катрин за руку, но не сделала этого. – Ты замечательная женщина, Катрин Макгауер.

– Я в этом не так уверена, но все равно, спасибо.

И тогда Марго ее коснулась, лишь кончиками пальцев дотронулась до щеки Катрин. – Я очень сожалею, просто трудно выразить словами, как я сожалею о ситуации, которая сложилась у нас на работе. Я постараюсь разобраться со всем этим как можно скорее, я обещаю.

– Я знаю, что ты постараешься. – Катрин встала, потому что ей нужно было почувствовать расстояние между ними, чтобы попрощаться. – Позвонишь мне, как только что-нибудь прояснится?

Марго кивнула, тоже поднимаясь. – Конечно. Это может занять день или два, пока я смогу встретиться с нужными людьми.

– Я буду здесь. – Катрин кивнула в сторону своего дома.

– Ну, значит спокойной ночи. – Марго начала спускаться по лестнице, Песик пробирался следом. Пройдя несколько шагов, она обернулась и окинула взглядом замерший в темноте силуэт Катрин. – Мне стало лучше от того, что я рассказала тебе про Терри. Спасибо тебе, Катрин.

– Пожалуйста. Будь осторожна по дороге домой.

С этими словами, Катрин развернулась и исчезла за дверью своего дома.

Марго вернулась домой и, повесив поводок Песика на ручку задней двери, прошла через весь дом в большую комнату. Филлис сидела в кресле и, практически выключив звук, смотрела одно из псевдо-судебных телешоу. Марго наклонилась к ней, поцеловала в макушку и уселась рядом. – Все спокойно?

– Даже ни звука.

– Ее, наверное, и пушкой не разбудишь.

– Да уж, это точно. – По экрану побежали финальные титры, и Филлис нажала кнопку дистанционного пульта и выключила телевизор, после чего обернулась к Марго. – Хорошо прогулялись?

– Да, великолепная ночь.

Филлис немного помолчала, глядя на задумчивое выражение Марго. Объяснение не заставило себя долго ждать.

– Я рассказала Катрин про Терри. О том, что с ней случилось.

– Она тебя спросила об этом? – Филлис оставила свое удивление при себе, Марго редко обсуждала смерть Терри с кем-либо.

– Нет, она не спрашивала. Просто... я сама хотела ей рассказать.

– Как ты себя чувствуешь? – Мягко спросила Филлис, придвигаясь ближе, чтобы обнять Марго за плечи.

– Не очень, – Марго положила голову на плечо Филлис и вздохнула, – Мне ее так не хватает.

– Мне тоже, – Филлис слегка прижала ее к себе, – Ты в порядке?

– Да, все хорошо. – К своему удивлению, Марго поняла, что сказала правду. Утрата Терри жгла ее до глубины души, и, наверное, никогда бы не оставила. Но острые лезвия боли, которые заставляли ее сердце кровоточить, сейчас ощущались не так остро как раньше. Она не была уверена, когда ее боль ослабла, но знала, что это произошло только после того, как рассказала обо всем Катрин.

– Как Катрин отнеслась ко всему этому?

– Она?… просто замечательно.

Катрин безуспешно пыталась успокоиться. Она не могла перестать думать о Марго и Терри. Вместе с детства – сказка для влюбленных. Понятно, почему Марго все еще носит кольцо Терри.

Чувство, которое она слышала в голосе Марго, не могло быть ничем иным кроме любви. И даже время не смогло смягчить боль Марго. Катрин напомнила себе свои же слова, которые она произнесла, когда в первый раз увидела Марго Блейк. Никогда не связывайся с замужней женщиной.

Сейчас, когда ее карьера висела на волоске и чувства к женщине, от которой зависело ее будущее, оказались сильнее, чем она могла себе позволить, было самое время, прислушаться к собственному совету.

– Линда, ты можешь сделать парню седьмой укол титануса и связаться с лабораторией по поводу результатов посева крови и теста на свертываемость?

– Конечно. – Линда наклонилась, опершись локтями о стойку, и внимательно посмотрела на Марго, которая делала пометки в карточке пациента. Марго была настораживающе тихой все утро, и иногда даже казалось, будто она всех избегает и в особенности Линду. – Что-то случилось?

– Укус коричневого отшельника.

Линда едва сдержала резкий ответ. – Кроме того, что у тебя пациент, которого укусил паук.

– Не-а, – коротко ответила Марго, не отрываясь от краткой выписки для студента колледжа, который решил, что было бы очень здорово провести прошлую ночь в парке с друзьями. Теперь все, что у него осталось на память об этой ночи, это похмелье и воспаленный участок размером с ладонь на внутренней стороне бедра. Если повезет, укус пройдет без необратимых повреждений кожи.

– А где сегодня Катрин? – настаивала Линда. – Разве она не должна выйти в дневную смену?

Марго подняла взгляд, ее глаза вспыхнули раздражением. – Есть ли какая-то причина, по которой ты считаешь, что я должна знать где она?

– Хм… как насчет того, что ты заведующая отделением скорой и ты составляешь рабочее расписание?

– У нее будет пара выходных, – Марго захлопнула металлический планшет с карточкой и бросила его в отделение с надписью «Осмотрены». – Кто следующий?

Линда повела бровью, но ничего не сказала.

– Что? – с усилием сказала Марго, не в состоянии больше игнорировать пристальный взгляд своей подруги.

Ответом ей было молчание.

– Если ты вдруг не заметила, – указала Марго с деланным терпением в голосе, – у нас тут пациентов немерено. Так что, может быть, мы все же ненадолго сконцентрируемся на работе, хорошо?

– О, конечно же. Вот если бы у нас был хирург, который мог бы нам помочь, то мы бы, возможно, могли позаботиться о мальчике в десятой смотровой с рассечением подбородка и, может быть, даже о пожилой даме в двенадцатой, которая упала и, похоже, сломала шейку бедра.

Марго скрипнула зубами и мысленно сосчитала до десяти. – Я осмотрю возможный перелом бедра прямо сейчас. Может ли главная медсестра заняться рассечением?

– Да, доктор Блейк, – сладко ответила Линда.

– Спасибо. – Марго вытащила карточку пациента в двенадцатом кабинете и удалилась.

Марго плохо спала, она проснулась уставшей и сейчас была на взводе и сильно не в духе. Как только она смогла связаться с кем-то из администрации, она назначила встречу с одним из юристов госпиталя, специалистом по нарушениям врачебной этики. Конечно же, ближайшее свободное время, на которое она могла рассчитывать, было завтра утром. И это означало, что самое раннее, когда она могла получить ответ для Катрин – лишь завтрашний полдень.

Два дня. Два дня это не так много. Это совсем чуть-чуть.

Несмотря на тот факт, что Катрин работала в скорой совсем недолго, спустя всего пару часов без нее, Марго не могла не заметить, что чувствует, будто бы не хватает чего-то важного. Это чувство отзывалось в ней ноющей болью, которая делала Марго раздраженной, рассеянной и недовольной.

Хватит придавать этому больше значения, чем есть на самом деле. Это просто обычное безумное утро понедельника. Никто не хочет проводить выходные в скорой, но сейчас, вдруг каждая незначительная болячка это катастрофа. Это не имеет никакого отношения к тому, что Катрин сегодня нет. Я совершенно точно не скучаю по ней. То есть, мне не хватает ее экспертной оценки. Но я не скучаю по ней.

Удовлетворенная тем, что все шло не так уж плохо, Марго отодвинула штору, и с улыбкой на губах вошла в маленькую смотровую комнату. Она заглянула в карточку, а потом на пожилую женщину на постели. – Мисс Ричардс? Меня зовут доктор Блейк. Вы можете мне рассказать, что с вами произошло этим утром?

Час спустя Фионе Ричардс сделали рентген, дали обезболивающего и перевели в палату ортопедического отделения. К счастью, перелом был без смещения, и все могло обойтись и без хирургического вмешательства. Марго закончила с оформлением бумаг и посмотрела на часы. Ее удивило, что еще только полдень. День тянулся очень медленно и при таком темпе обещал оказаться бесконечным.

– Добрый день, доктор Блейк, – окликнул ее Том Финли, – а доктор Макгауер сегодня будет? Там мужчина, в третьей, с онемевшей ногой. Я предполагаю возможную закупорку артерии и думал, что она...

– Нет, ее сегодня не будет, Том. Что там с пациентом? – Марго уступила дорогу технику, который не очень внимательно толкал передвижной аппарат для рентгена. Ей пришлось вжаться в стену, чтобы не быть раздавленной, и Том последовал ее примеру.

– Все как обычно. Заядлый курильщик, давние боли в колене при ходьбе. Но он говорит, что проснулся сегодня утром и не чувствует своей ноги.

– Похоже, ты прав насчет закупорки, – пробормотала Марго, – Я быстро взгляну и, если пульс не прощупается, то отправим его на изучение тока крови. Дай мне минутку.

– Конечно.

На обратном пути к посту медсестер ее окликнула девушка, которая стажировалась в скорой второй год.

– О, доктор Блейк! У меня подросток пятнадцати лет с переломом запястья. А доктор Макгауер...

– Нет, – отрезала Марго, – вызови кого-нибудь другого.

И вдруг оказывается, что все отделение без нее не может? И следующие несколько часов были точно такими же – ровный поток пациентов, который держал Марго постоянно при деле и не оставлял времени для лишних раздумий. Но даже, во время самых кратких передышек, она всегда вспоминала Катрин. Она думала, как легко было рассказывать ей даже о таких болезненных и глубоко личных вещах как смерть Терри. Марго могла положиться лишь на очень близких, этим людям она могла бы доверить свою жизнь. Терри, Филлис и, в последнее время, Линда. И все же, всего лишь парой добрых слов и нежных прикосновений, Катрин позволила почувствовать спокойствие и защищенность.

Трудно поверить, что всего пару дней назад я сказала Филлис, что не доверяю ей. Как я могла так ошибаться?

Вопрос Линды вырвал Марго из забытья, – Как насчет сделать перерыв на обед?

– Спасибо, – Мягко улыбаясь, ответила Марго. – Я не очень-то голодна.

– Я могла бы достать пару хот-догов у уличных торговцев за углом, – сказала Линда с интонацией, как будто сосиска, обильно приправленная соусом, такой же деликатес как черная икра.

– Спасибо, не нужно. – Рассмеялась Марго. – Извини, я была груба с тобой.

– Линда! – окликнул ее администратор, – Доктор Макгауер просит позвать Вас к телефону.

Линда удивленно повела бровью. – Меня?

– Угу. Третья линия.

Бросив на Марго недоумевающий взгляд, Линда сняла трубку ближайшего телефона и нажала соответствующую кнопку. – Катрин? Привет, это Линда.

Марго придвинулась ближе. – С ней все в порядке?

– Что-что? – переспросила Линда в трубку, отмахиваясь от Марго, – Ах, да конечно.

– Линда, с ней все в порядке?

Когда Линда сделала шаг в сторону, Марго еле удержалась, чтобы не последовать за ней, стараясь услышать, о чем они говорят. C первой секунды она поняла, как отчаянно хочет услышать голос Катрин. Она хотела спросить, как ее плечо, как она спала, есть ли какие-нибудь проблемы с сердечным ритмом. Она хотела сказать ей, как много для нее значит их вчерашний разговор.

– 372... ага... ага... Отлично. Конечно, нет проблем. Увидимся.

Когда Линда положила трубку и обернулась, лицо Марго было в считанных сантиметрах от нее. Линда даже подпрыгнула от неожиданности. – Черт, да что с тобой такое сегодня?

– Ничего. – Покраснев, Марго отступила назад. Усилием воли она постаралась подавить чувство тревоги, вспыхнувшее в ней в тот момент, когда она узнала, что звонит Катрин. Стараясь говорить как можно непринужденнее, она спросила. – С ней все нормально?

Линда вздернула подбородок и внимательно посмотрела на подругу. – Сначала ты.

– Что я? – нетерпеливо спросила Марго.

– Сначала, ты скажешь мне, что с тобой происходит, а потом я, может быть, поведаю тебе, зачем звонила Катрин. – Линда скрестила руки на груди и прислонилась к стене с совершенно непоколебимым видом.

Раздраженная Марго, резким движением поправила волосы, чувствуя, как снова теряет самообладание. – Я не знаю... возможно, снова один из таких дней.

– Как правило, у тебя не бывает таких дней, в которые ты кидаешься на людей, не хочешь есть, и из кожи вон лезешь.

– Прости, просто в голове полный бардак. – Марго вздохнула и виновато улыбнулась Линде. – Честное слово. Простишь меня?

– Хорошо. – Линда одной рукой обняла Марго за плечи. – Не могу сказать, что верю тебе, но я все равно тебя люблю.

– Спасибо. Так... – Марго вернулась к своему вопросу, – что там случилось у Катрин?

– Я как раз собиралась тебя об этом спросить. – Выражение лица Линды было абсолютно серьезным. – Она ведь не из-за плеча не пришла на работу, не так ли?

Застигнутая врасплох, Марго отвела взгляд. – Есть пара административных вопросов, которые необходимо уладить. Надеюсь, это не займет много времени.

– "Надеюсь"? – У Линды от удивления перехватило дыхание. – Ты что шутишь? Ты ведь не думаешь уволить ее?

– Ты думаешь, я бы этого хотела? – Слова вырвались прежде, чем Марго сумела сдержаться, и по выражению лица Линды она поняла, что выдала себя с головой и, тут же, пошла на попятный. – Мне нужно возвращаться к работе. Просто скажи, с ней все в порядке?

– Похоже, что все в норме. Она спросила наш домашний телефон, чтобы узнать у Робин, где сегодня будет тренировка.

– Черт побери, ей нельзя тренировать с таким плечом.

– Марго, ты можешь держать ее подальше от отделения скорой, – Тихо сказала Линда, – но я не думаю, что твоя власть простирается и на футбольные поля тоже.

Осуждение в голосе подруги больно отозвалось в сердце Марго, но она едва могла винить Линду, потому что сама ничего ей не объяснила. А она не могла поделиться с Линдой всеми обстоятельствами отсутствия Катрин, поскольку это выдало бы Катрин еще больше. И что самое важное, она не могла объяснить Линде свое поведение, потому что сама толком не понимала природу своих чувств. Не проронив больше ни слова, она взяла очередную карточку пациента и вернулась к работе.

Юристы, подумала Марго. Почему им так сложно объяснять все простыми словами? Боже.

У нее болела голова от постоянного напряжения. Встреча с представителями администрации оказалась сложнее, чем она себе представляла. Обсуждать Катрин в ее отсутствие, оценивать ее медицинские навыки, и риск, связанный с выполнением ее обязанностей так, будто это был гипотетический вопрос для абстрактного анализа, все это оставило у Марго осадок предательства и эгоизма. Катрин была чем-то большим, чем просто "новый работник", который представлял сложную задачу для специалистов по оценке риска. Она была талантливым хирургом с благороднейшей целью, которая старалась изо всех сил в нелегких для нее сложившихся обстоятельствах, и которая не заслуживала, чтобы ее карьеру ставили под угрозу потому, что все доктора до смерти боятся слов "судебное разбирательство".

И я одна из таких докторов. Что со мной? Когда я начала бояться делать то, что считаю правильным?

Марго вернулась в приемную, испытывая к себе отвращение и борясь с желанием увидеться с Катрин. Эти два дня она редко думала о чем-то другом. Когда она не занималась своими обязанностями на работе или семейными делами, ее мысли полностью занимала Катрин. Для нее, стало практически невозможным различить, что она должна была сделать как глава отделения и что она хотела сделать как подруга.

Подруги. Я сказала ей, что мы подруги. Я совершенно точно не веду себя как подруга. А она ни разу не пожаловалась или попыталась использовать нашу... дружбу как преимущество для себя.

Марго взглянула на часы.

5:45. Они, наверное, еще на тренировке.

Она нашла одного из докторов скорой и договорилась с ним, что уйдет пораньше.

Поскольку у Линды был выходной, Марго приехала на своей машине. Уже через пять минут она была в пути, а еще через десять поворачивала на парковочную площадку по соседству с футбольным полем. Подтянутая фигура Робин, бегающая вдоль боковой линии и раздающая указания своим маленьким подопечным, была заметна издалека. Катрин в спортивных шортах и футболке, узнаваемая даже на таком расстоянии, работала с небольшой группой детей. Марго сидела в машине и наблюдала за тем, как Катрин демонстрирует технику ведения, проворно перебегая по полю и направляя мяч ногами. Глядя на нее, Марго вновь увидела ту уверенность, силу и талант, которые она заметила в Катрин еще в момент их первой встречи во время операции.

Дети, среди которых была и Арли, старались повторять за Катрин каждое движение, и походили на вереницу утят, следующих за матерью. Марго улыбнулась, не в силах отвести взгляд от завораживающей своими движениями девушки, которая, судя по всему, даже не подозревала о силе своего обаяния.

Катрин Макгауер, неужели у тебя все получается так естественно, как будто ты это знаешь с рождения? В самом деле как гамельнский крысолов^{10}.

Прошло пять минут, пока Марго боролась с собой не в силах принять решение. Сейчас, когда она серьезно подумала обо всем, ей уже не казалась такой хорошей идея, обсуждать дела с Катрин в нерабочее время. Вероятно, более подходящим способом, не говоря уже о более профессиональном подходе, было бы позвонить ей и назначить встречу.

С другой стороны, Катрин тренирует футбольную команду моей дочери и это совершенно нормально для меня, приехать и посмотреть.

До того, как она успела признать, что придумывает себе оправдания, Марго вышла из машины.

– Мама! – Радостно вскрикнула Арли, отделяясь от остальных детей и несясь навстречу Марго.

Когда Катрин увидела приближающуюся девушку, в горле у нее пересохло. Один взгляд на внезапно появившуюся на тренировке Марго вызвал мягкую волну возбуждения, которая прокатилась по всему телу и мгновенно парализовала. Все что она могла – это заворожено смотреть, как движется Марго, как уверенно ступают ее длинные стройные ноги, как чудесно переливаются золотом на солнце ее волосы. Одно присутствие Марго переворачивало весь мир Катрин – все заботы, все страхи и волнения – все исчезало. И это ощущение, будоражило и пугало одновременно. Хоть она и осознавала всю глупость, само ощущение было настолько приятным, что она не могла желать его исчезновения.

– Привет, – сказала Марго, останавливаясь в паре шагов от Катрин и одной рукой прижимая Арли к себе. Она наклонилась и поцеловала дочь в макушку, – Привет, милая.

– Мам, сегодня Катрин показала нам новые приемы ведения. У меня очень здорово получилось.

– Не сомневаюсь, что ты была просто великолепна. – Марго машинально потрепала Арли по плечу, не отрывая взгляда от Катрин и пытаясь определить рады ее появлению или нет. Во взгляде Катрин были вопросы, это уж точно, но важнее этого было то, что в ее глазах была радость встречи. Впервые за последние два дня Марго почувствовала, как напряжение оставляет ее.

– Привет, – улыбнулась Катрин. Она пожонглировала мячом, подкидывая его ногой все выше и выше, затем подцепила его носком ноги и он упал прямо ей в руки.

– Классный финт, – бесстрастно заметила Марго.

Ухмылка скользнула по уголкам губ Катрин. – Девчонкам такое нравится.

– А меня можешь научить? – Настойчиво спросила Арли.

Мгновенно краснея, Катрин смущенно переводила взгляд с Арли на Марго и обратно. – Я… хм…

– Уверена, она может. Но позже. – Марго потрепала свою дочь по голове. – Разве тебе не следует сейчас заниматься упражнениями?

– А сегодня ты придешь к нам на ужин, Катрин? – Арли не сдвинулась с места.

– Ну…

– Нам с Катрин нужно поговорить, – с серьезным видом вмешалась Марго, – А тебе следует вернуться к тренировке. Давай, иди заканчивай.

Арли замялась на секунду, после чего развернулась и побежала прочь.

– Прости меня за те слова, – смиренно сказала Катрин, – Вырвалось.

– Ничего, – Марго рассмеялась и схватила Катрин за руку, – Ничего страшного не случилось. Думаю, она уже знает, что одним девочкам нравятся мальчики, а другим девочки, но вряд ли она что-то поняла.

Катрин взглянула в сторону детей. Их родители стояли вокруг небольшими группками, болтая и иногда подбадривая детей возгласами. Среди них была значительная часть однополых пар. – А она знает… Ну ты понимаешь… разницу между натуралами и нет?

– Ну, не в таких подробностях. Она знает, что у некоторых детей есть папа и мама, а у других только мама или только папа, а у третьих две мамы или двое пап.

Катрин покачала головой и усмехнулась. – Не уверена, что я могла бы это так просто объяснить.

Катрин хотела спросить знает ли Арли про Терри, но подумала, что сейчас не место и не время. Она даже не была уверена, почему все, что касалось Марго и Арли так ее интересовало.

– Значит, ты просто пришла посмотреть как тренируется твоя дочь?

Марго покачала головой. – Нет, я пришла поговорить с тобой.

– Хм?

– Во сколько закончится тренировка?

Катрин взглянула на часы, подаренные отцом. – Еще пятнадцать минут или около того.

– Как насчет того, чтобы я подождала, и потом мы вместе перекусили бы где-нибудь? Я бы хотела с тобой поговорить.

– Сначала мне надо переодеться, – Катрин, показала на мокрую футболку и шорты.

– Робин может забрать Арли вместе со своими детьми, а я могу подвезти тебя домой. Так пойдет?

До того как Катрин успела ответить, она услышала, как кто-то позвал ее по имени. Мгновение спустя, теплые руки обвили ее бедра, и мягкие пальцы скользнули по ее руке.

– Катрин! Как твое плечо? – улыбнулась Мэнди ослепительной улыбкой. – У нас только что закончилось собрание по составлению расписания и тут как раз ты. Это был довольно опасный прыжок на воскресной вечеринке. – Она красиво надула губки. – Ты сбежала прежде, чем я даже успела подойти и посмотреть, что случилось.

– Нормально. Уже гораздо лучше. – Катрин, быстро взглянув на Марго, чьи карие глаза потемнели до опасного оттенка, попыталась вызволить свою руку.

Проследив за взглядом Катрин, Мэнди бросила мимолетный взгляд в сторону Марго. – О, привет.

– Здравствуй, Мэнди. – Спокойно сказа Марго, в то время как ей хотелось разорвать ее на кусочки.

Мэнди снова повернулась к Катрин. – Знаешь, моя другая работа – массажный терапевт. И я очень искусна в шведском массаже. – Она понизила голос и мягко положила другую руку на середину груди Катрин и нежно провела по ней. – Я запишу тебя на сеанс в спортзале. Очень полезно для твоего плеча.

– Вообще-то, – быстро вмешалась Марго, – не полезно. Сейчас слишком большое напряжение мышц может вызвать еще большее воспаление. Так что тебе лучше найти другое применение своим рукам.

– Ох, Марго, ты всегда такая серьезная. У тебя нет никакого чувства юмора. – Не спуская глаз с Катрин, Мэнди убрала руку с ее груди и вопросительно провела вдоль поврежденной руки. – Мы бы могли начать с чего-нибудь простого и милого. Может быть с горячей ванны. Позвони мне.

– Благодарю. – Сказала Катрин, наконец, высвобождая руку и выходя из радиуса досягаемости Мэнди.

– В любое время. – Мэнди слащаво улыбнулась Марго и неторопливо отошла.

– Когда-нибудь я ее убью.

– За что?

Марго густо покраснела, поняв, что она сказала это вслух. – Ты можешь сделать вид, что не слышала этого?

– Конечно, нет, – смеясь, ответила Катрин, – В чем она провинилась?

– Давай просто скажем, что у нее есть очень раздражающая привычка класть свои руки и другие части тела туда, где им не место.

Глаза Катрин сузились. – Она к тебе клеилась?

– Нет. – Задумчиво пробормотала Марго, глядя, как Мэнди улыбается и машет рукой практически каждой лесби на футбольном поле. – К Терри.

– А. Ну, я не могу себе представить, что Терри могла бы даже взглянуть на Мэнди, когда у нее была ты.

Марго встретилась взглядом с Катрин, и в этот момент она не думала о Терри. Она думала о мягком рокочущем голосе Катрин и о том, как это сказывалось на работе ее сердца. Она улыбнулась и, когда снова заговорила, ее голос был хриплым. – Очень ловко, Макгауер.

– Я на самом деле так думаю.

А ты? Ты чувствуешь то же что и я? Краснея, теперь от удовольствия, Марго тихо произнесла. – По-моему тренировка закончилась.

– Мне следует вернуться и помочь.

– Я подожду.

– Спасибо, это не займет много времени.

Проводив Арли к машине Робин, Марго с удовольствием наблюдала за Катрин. Девушка легко двигалась среди детей, терпеливо и серьезно отвечая на их вопросы и одновременно напоминая о том, чтобы они сложили свои вещи. Она сопроводила каждого отдельно или небольшими компаниями к ожидающим их машинам. Наконец, Марго и Катрин остались одни на футбольном поле.

Близился закат, и Марго стояла в золотом сиянии уходящего света отбрасывающем косые тени на зеленое поле. Все, что она сейчас чувствовала, это чистое и простое удовольствие от улыбки одной единственной женщины. Катрин шла к ней, ее легкая поступь и уверенные движения ошеломляли сами по себе, но то, что было в глубоких голубых глазах девушки, заставило губы Марго раскрыться в улыбке, а ноги задрожать.

– Все готово? – мягко спросила Марго.

Катрин кивнула, думая, что в этот момент, на свете нет ничего, чего бы она хотела, кроме компании Катрин. – Ага.

– Моя машина рядом. – Марго пошла вперед, сопротивляясь желанию взять Катрин за руку. Ей пришлось напомнить себе, по какой причине она здесь. Это было дело, и дело, которое могло превратить столь приятное начало в очень сложный и долгий вечер.

Устроившись в машине, Марго завела мотор и выехала в направлении дома. – Как твое плечо?

– Неплохо. Все еще не совсем подвижное, и мне, наверное, помог бы массаж.

Марго одарила ее выразительным взглядом и Катрин рассмеялась.

– Массаж плеча.

– Ну… – ядовито начала Марго – если ты не хочешь провести время, сопротивляясь не очень тонким намекам или получая гораздо больше, чем нужно твоему плечу, то я бы посоветовала тебе назначить встречу кому-то кроме Мэнди.

Катрин наклонила голову и пристально посмотрела на Марго, чьи зубы оказались крепко сжатыми, и мышцы выделялись на ее изящно очерченных щечках. – Тебе она действительно не нравится, не так ли?

Марго повернула голову и на одну долгую секунду встретилась взглядом с Катрин, прежде чем снова посмотреть на дорогу. – Она потянулась своими руками к тому, что принадлежало мне. Я не терплю этого ни от кого.

Смертоносная уверенность в голосе Марго заставила Катрин почувствовать непривычную легкость в животе. Раньше она никому не принадлежала, даже тем, кто этого очень хотел. Это не было чем-то, чего она хотела или в чем нуждалась. Но сила в голосе Марго заставила ее изменить свое мнение. Было что-то невероятно эротичное в мысли о том, чтобы принадлежать другой женщине. Не просто женщине. Марго.

– Прости, я не хотела вспоминать старые истории. – Марго постаралась, чтобы ее голос звучал мягче. Говорить с Катрин о Терри становилось так легко, что она даже не подумала, что Катрин, может быть, не желает слышать рассказы о ее прошлом.

– Ничего, – тихо ответила Катрин, – удивительно, что ты еще оставила ее в живых.

Марго блеснула улыбкой. – Если такое еще раз случится, то уж точно не оставлю.

Сердце Катрин сделало сальто, но ее внутренний голос сказал, что Марго просто пошутила, не задумываясь над своими словами. Это было единственное объяснение, раз уж Марго всего пару дней назад предельно ясно дала понять, что не видит в своем будущем места для серьезных отношений.

– Я живу здесь, – Катрин указала на дом кремового цвета в Викторианском стиле.

– Я помню. – Подъехав к дорожке, ведущей к дому, Марго выключила зажигание и повернулась к подруге. – Катрин, наш разговор тем вечером, для меня очень много значит. Я просто хочу, чтобы ты это знала.

– Тебе никогда не стоит беспокоиться о том, что ты обсуждаешь со мной Терри или что-то еще. – Катрин слегка коснулась бедра Марго. Выйдя из машины, она обернулась и поймала на себе взгляд Марго. – Ты идешь?

Сдавленным голосом, переполняемая эмоциями, о которых она не смела думать слишком долго, Марго прошептала. – Да.

Невозможное возможно. Катрин не могла поверить, что Марго сидит на диване, у нее дома. – Так… хм… что мне следует надеть?

– Надеть? – нахмурилась Марго.

– Ну, из одежды. Мы же собираемся поужинать?

И только сейчас Марго поняла, что все это становится слишком похожим на свидание. Этого она совсем не планировала, но трудно было отрицать, что мысль о нескольких часах наедине с Катрин – не на работе, не дома, без присмотра друзей или родных – будоражила ее. Она тут же вспомнила о небольшом ресторанчике неподалеку, один из самых укромных уголков в округе.

– Что-нибудь, что тебе нравится кроме джинсов.

– Я быстро.

Марго прошла в кухню и остановилась у задней двери, задумчиво оглядывая площадку снаружи. Всего две ночи назад она сидела на этих ступенях, позволяя Катрин заглянуть в самые потаенные уголки своего сердца. Слушая, как шумит вода в душе прямо за стеной, она размышляла о том, как легко, без каких-либо усилий Катрин вошла в самый центр ее сознания. Она не давила, не совала нос не в свое дело, не создавала напряжения вокруг Марго. Простые удовольствия обретали глубину и силу благодаря присутствию одной единственной женщины.

Марго подпрыгнула, когда за спиной раздался охрипший от волнения голос. – Я готова.

Желая выглядеть раскованной, Марго повернулась и тут же поняла, что все ее надежды пошли прахом. Она чувствовала, как жар поднимается к ее щекам, и знала, что ее реакция не осталась незамеченной даже в слабом вечернем освещении. Катрин надела темные брюки – такие синие, что они казались черными и простую белую рубашку, оставив две верхние пуговицы не застегнутыми. Мокрые волосы составляли замечательное небрежное сочетание. Катрин стояла всего в двух метрах от нее, и Марго чувствовала легкий аромат ее духов.

При первом же взгляде, волна наслаждения вырвалась из глубины Марго и, спустя несколько секунд, лавина смешавшихся эмоций – вожделения, похоти и шока – удивительным образом нахлынули на нее.

– Что-то не так? – тихо спросила Катрин. Она не была уверена, что ей сейчас сделать – остаться или исчезнуть. У Марго на лице застыло очень странное выражение, как будто она в первый раз увидела Катрин. – Марго?

Марго вздрогнула и смущенно рассмеялась. – Нет, все в порядке. Ты великолепно выглядишь. Идем.

– Куда мы направляемся? – Катрин последовала за Марго к выходу, по дороге прихватив связку ключей с небольшого столика у двери.

– Есть одно небольшое заведение в паре кварталов отсюда. – Марго остановилась на пороге и обернулась к Катрин. – Мы можем прогуляться... если ты не против.

– Нисколько, – тут же ответила Катрин, – я люблю гулять. Я все еще привыкаю к новому району.

Марго рассмеялась. – Тогда позволь мне быть твоим гидом.

К тому времени, когда они добрались до места, было уже почти восемь. Поскольку это был рабочий день, для них без труда нашелся свободный столик у окна в отделенной от общего зала зоне. Обстановка была уютной и интимной.

Катрин оглядела маленький аккуратный ресторанчик, отметив акварели местных художников на стенах и приглушенный мягкий свет от расположенных на стенах светильников матового стекла. – Очень мило.

– Рада, что тебе понравилось. – Марго задумалась о том, как положение, в котором она оказалась и которое просто обязано было быть неловким – ужин с девушкой, которую она едва знала, и знакомство с которой вовсе не пошло как по маслу – как это положение могло стать для нее таким естественным и непринужденным. Но Марго и так уже знала ответ. И ответом была Катрин.

– Знаешь, ты очень необычный хирург, – задумчиво сказала Марго.

Катрин оторвала взгляд от меню, и вопросительно посмотрела на Марго. – Мм?

– Ты не спешишь. Ты просто позволяешь событиям идти своим чередом.

Не то, что Марго сказала, но как она в этот момент смотрела на Катрин – внимательно, с восхищением – вот что заставило Катрин позабыть об ужине и всем остальном. В тот момент для нее существовала лишь Марго. – Самые важные события нельзя торопить.

– Тебя никогда не утомляло ожидание?

Катрин задумчиво кивнула. – Да, иногда утомляло. Пока ждешь, тебе может стать очень одиноко.

Губы Марго раскрылись от удивления. – Ты... одинока?

– В данный момент, нет. – Уголок губ Катрин дернулся вверх. – Сейчас я почти на седьмом небе от счастья.

– Почти?

Катрин вздохнула, внезапно сделавшись серьезной. – С тех пор как у меня начались проблемы со здоровьем, у меня было достаточно времени подумать о том, чего я хочу в жизни. До этого все, о чем я думала, была карьера хирурга.

– А теперь? – То, что она только что услышала, казалось Марго критически важным.

Катрин пожала плечами. – Теперь я хочу жить не только карьерой. – Она покраснела и на мгновение отвела взгляд, а потом снова посмотрела на Марго. – Я бы хотела, чтобы у меня тоже было то, что есть у тебя.

Глаза Марго расширились от удивления, и она переспросила. – Что есть у меня?

– Да, – мягко сказала Катрин – Друзья, семья, дети. Вещи, которые наполняют твою жизнь по возвращении с работы.

– И любимая? – Голос Марго звучал низко от переполнявших ее чувств. Или ты просто была слишком добра, не упоминая это?

– Да. Важнее всего остального.

Марго смотрела на девушку сидящую перед ней. Такую красивую, восхитительную, обворожительную, исключительно нежную. – У тебя все это когда-нибудь будет.

– Я терпелива и не против подождать.

– Как я уже сказала, – Марго выдавила улыбку, не уверенная, что разговор идет, как ей хотелось, и напуганная тем, как сильно стучит кровь в ее висках, – Ты очень необычный хирург.

Катрин беззлобно рассмеялась. – Я больше не хирург.

– Прости.

– Да нет, все в порядке. Не надо извиняться. – Катрин протяжно выдохнула. – Ты собираешься сказать мне, о чем ты хотела со мной поговорить?

– Да, – уверенно сказала Марго, – Она протянула руку и похлопала Катрин по тыльной стороне ладони, – Но это будет после ужина, хорошо? Давай сначала получим удовольствие от этого замечательного места.

– Мне бы очень этого хотелось.

Два часа спустя они возвращались домой. Дойдя до маленького сквера треугольной формы, приютившегося в одном из изгибов улицы, ведущей от реки к их кварталу, они уселись на скамейку под деревом, слушая звуки проносящихся мимо автомобилей. Было уже темно, но света уличных фонарей оказалось достаточно, чтобы они могли видеть друг друга.

Катрин протянула руку и положила ее на спинку скамейки так, что рука оказалась за плечом Марго и едва его не касалась. – Замечательный ресторан, спасибо, что показала мне его.

– Не надо благодарности, я получила массу удовольствия от того, что со мной была ты.

Катрин понадобилась вся сила воли, до последнего грамма, чтобы не коснуться пальцами шеи Марго и мягких прядей волос, легко спадающих на ворот рубашки. Они сидели настолько близко друг к другу, что Катрин достаточно было бы слегка наклониться, чтобы заключить Марго в свои объятия. Она желала этого последние несколько часов, несколько дней, и, теперь она желала этого больше всего на свете. Это чувство пробирало ее до костей.

– Ты как-то молчалива, – мягко сказала Марго, – Все в порядке?

Катрин провела ладонью по своему лицу. – Боже, Марго, даже не знаю, – она резко выдохнула, – Скажи, о чем ты хотела со мной поговорить?

– Хорошо. – Марго выпрямилась и стала говорить громче. – Сегодня я встречалась с юристами больницы по поводу твоего страхования от медицинских ошибок и случаев, с которыми мы обычно сталкиваемся в скорой.

– И моего... состояния. – Катрин не смогла сдержать горечи в голосе, когда произносила последнее слово.

– Да, – мягко сказала Марго, – Относительно состояния твоего сердца.

– И?

– После продолжительных дебатов, мы пришли к соглашению, что тебе должно быть позволено работать в скорой помощи.

Катрин внимательно изучала настороженное лицо Марго. – Но?

– Но будут некоторые ограничения для разных случаев, с которыми тебе придется иметь дело.

Катрин вскочила на ноги так быстро, что Марго подпрыгнула от испуга. – Боже, Марго, ты хочешь сказать, что мне нельзя будет оперировать? Что мне придется иметь дело только с медицинскими случаями, но не с хирургическими?

– Нет! – Марго тоже вскочила и положила обе руки на плечи Катрин, слегка встряхивая ее. – Это совсем не то, что я собиралась сказать. – Катрин, все в порядке. Присядь и послушай.

На какое-то мгновение Марго подумала, что Катрин собирается просто повернуться и уйти.

– Пожалуйста.

В конце концов, Катрин уступила и опустилась на скамейку, но на этот раз расстояние между ними было гораздо шире.

Как можно спокойнее, Марго продолжила. – Ты не можешь проводить операции, без прямой доступности вышестоящего специалиста скорой, который бы имел возможность принять ответственность за пациента.

– Что, черт побери, это значит? – В голосе Катрин подозрение смешалось с разочарованием.

– Это значит без меня.

Прошла минута. Затем другая. Катрин поднялась, сделала несколько шагов в сторону, повернулась, снова подошла к скамейке и села. – Ты будешь присматривать за мной как за ребенком?

– Нет. Я буду тебя контролировать. – Прежде чем Катрин снова начала протестовать, Марго придвинулась ближе и положила руку чуть выше ее колена. – Катрин, это не сильно отличается от ситуации, когда хирурги-выпускники должны отработать дополнительный год практики перед окончательными экзаменами.

– Выпускникам нужна практика под присмотром. Мне – нет. – Это добавляло к ее физической травме еще и профессиональное оскорбление, и сердце Катрин разрывалось от обиды и несправедливости.

– Конечно, тебе это не нужно. Я это понимаю. Но таким образом госпиталь будет в безопасности, если... если что-нибудь случится. – Марго могла лишь догадываться, как это должно быть унизительно для хирурга такого класса как Катрин. – Про это никто не должен знать. Мне не нужно быть рядом с тобой во время операции, тебе просто придется держать меня в курсе дел, что, впрочем, ты и так должна делать. Это просто формальность.

– Как долго? – безучастно спросила Катрин. Она не могла сопротивляться. Она не хотела сопротивляться Марго.

– Шесть месяцев. Этого времени будет достаточно, чтобы удостовериться, что дальше не будет никаких проблем. – Марго рискнула потрепать Катрин по руке. – И я не думаю, что они возникнут.

– Хорошо. – кивнула Катрин.

Марго сжала ладонь подруги. – Катрин...

– Все хорошо. Как скажешь. – Катрин встала и огляделась, только сейчас заметив, что они были одни. – Нам пора возвращаться.

– Хорошо. – Марго хотела сказать, что она очень сожалеет, но это бы прозвучало так банально. Разобраться в этом вопросе была ее инициатива, и, несмотря на то, что Катрин это расстроило, Марго находила окончательное решение справедливым. Тем не менее, ей было горько слышать боль в голосе Катрин.

Некоторое время они шли в молчании, потом Катрин спросила. – Значит ли это, что я всегда должна буду выходить в те же смены, что и ты?

– Да.

– Ну что же, есть в этом хоть что-то хорошее.

Марго бросила быстрый взгляд на Катрин и та улыбнулась ей в ответ. В следующий миг, они уже вместе тихонько хихикали.

– Ты понимаешь, что мне это не нравится так же, как и тебе? – спросила Марго.

– Что именно? Контролировать меня или...

– Нет. – Горячо прервала ее Марго. – Мне не нравится то, что ты теряешь что-то очень важное, несмотря на то, что в этом нет твоей вины, и ты и так уже много настрадалась. Несправедливо, что ты должна страдать еще больше.

Катрин резко остановилась посреди улицы и схватила Марго за руку, разворачивая девушку так, что бы их лица оказались друг напротив друга. Она наклонилась вперед, их тела едва не соприкасались. – Я рада, что я здесь. Рада, что встретила тебя. Все будет хорошо.

Завороженная выражением силы и энергии на лице Катрин, Марго нервно рассмеялась. В моменты подобные этому, проявлялся образ совершенно другой женщины, бурлящий под внешним спокойствием Катрин. В ней чувствовался огонь. Марго практически ощущала его жар. Ей хотелось бросить себя в это пламя страсти Катрин и пылать вместе с ней. Ее тело желало этого, и она боялась, что ее сердце желало того же. – Я тоже. Очень рада.

– Хорошо. Значит все хорошо. – Катрин заставила свои пальцы разжаться и отпустила руку Марго. – Так, завтра мне выходить на работу?

– Ровно в семь утра.

– Я не опоздаю.

– Знаешь, с твоим плечом, тебе не стоит ездить на велосипеде еще пару дней.

– Возможно, ты права, – согласилась Катрин, – Здесь не очень далеко, я могу пройтись пешком.

Марго покачала головой. – Конечно же не можешь. Подходи к моему дому примерно в шесть пятнадцать, выпьем по чашечке кофе, и вместе подберем Линду. Мы с ней подвозим друг друга по очереди.

Лишь секунду посомневавшись, Катрин кивнула. – Замечательно. Спасибо.

– Хорошо, значит, договорились.

Катрин не хотелось говорить ей "спокойной ночи", но она знала, что ей надо зайти в дом. Находиться рядом с Марго было самой сладкой мукой, которую она когда-либо испытывала, и ей оставалось лишь сдерживаться. Она чувствовала себя уставшей и расстроенной и больше всего на свете хотела забыться в объятиях Марго. Наклонившись вперед, Катрин коснулась губами ее щеки. – Спасибо тебе за все, Марго.

Прежде чем Марго смогла подумать, прежде чем смогла придумать повод или обдумать или пожалеть, она сделала шаг навстречу, обвила руками шею Катрин и поцеловала ее. Она почувствовала, как Катрин напряглась от неожиданности и как ее губы, прижатые к губам Марго, распахнулись с мягким стоном. Спустя лишь мгновение, руки Катрин были на ее бедрах, мягко притягивая их еще ближе. Дрожь пробежала по всему телу Марго, когда она почувствовала, как ее грудь, ее живот и бедра прижимаются к Катрин. Едва держась на дрожащих ногах, Марго скользнула пальцами в волосы Катрин, лаская ее затылок, в то время как язык чувственно исследовал поверхность губ Катрин.

Их языки встретились, сначала исследуя, затем лаская друг друга. Марго тихонько застонала, пораженная неистовостью обычного поцелуя. Губы Катрин пылали, ее пальцы обжигали пламенем и, касаясь живота Марго, заставляли ее кровь вскипать от давно забытого вожделения.

– Марго, – Катрин отвела свою голову назад, ее голос сорвался на низкий печальный стон, – нам нельзя этого делать.

– Я знаю. – Марго дрожала, всем телом прижавшись к Катрин, не уверенная, что сможет устоять на месте. – Я не знаю... Мне очень жаль... Не понимаю почему...

– Я хочу заняться с тобой любовью, – прошептала Катрин прижавшись губами к уху Марго, – Каждый раз, когда я смотрела на тебя сегодня, я хотела прикоснуться к тебе.

– О, Катрин. – застонала Марго, вжимаясь лбом в правое плечо Катрин и отчаянно стараясь собраться с мыслями в тумане страсти и желания.

– Я хочу еще больше, – Катрин подняла подбородок Марго и встретила ее глаза своим пронзительным взглядом, – Я хочу заниматься с тобой любовью, пока ты не начнешь кричать от наслаждения, пока я не начну кричать от наслаждения. Но еще, я хочу всего, что должно быть до и после этого.

Слова Катрин медленно всплывали в памяти Марго

– Друзья, семья, дети. Вещи, которые наполняют твою жизнь после возвращения с работы.

– И любимая?

– Да. Важнее всего остального.

– Катрин, – срывающимся голосом сказала Марго, – Я не уверена, что смогу снова.

– Знаю. – Катрин очень мягко отступила назад, и поднесла руки к щекам Марго, легонько поглаживая их пальцами. – И именно поэтому мы не можем этого делать.

Марго молчала, заставляя свое тело успокоиться. – Спасибо. Надеюсь, я не... смутила тебя.

Катрин скептически рассмеялась в ответ. – Ты заставила меня почувствовать очень много всего. Смущения среди этого точно не было.

– Увидимся утром? – Голос Марго наполнился тоской и грустью. Пожалуйста, скажи "да".

– Я приду.

– Спасибо.

Единственное, что удержало ее от того, чтобы пригласить Марго к себе в постель это уверенность в том, что если бы она это сделала, то потеряла бы сердце Марго навсегда. А ее сердце было тем, чего Катрин желала больше всего. Комок возбуждения в ее груди был таким ощутимым, что она боялась задохнуться. Желание, страсть и отчаянное вожделение волнами проносились в ней. Катрин тихо застонала.

Не включая свет, она по памяти прошла к спальне, где теперь лежал ее матрас и, не раздеваясь, легла на спину, закрыв глаза тыльной стороной ладони. Она все еще ощущала Марго каждым сантиметром своей кожи, чувствовала ее вкус на своих губах, слышала ее запах.

Она боялась, что этим мимолетным поцелуем могло все и ограничиться. Ее мучение отдавало сладкой горечью, чем больше воспоминания мучили ее, тем больше она хотела мысленно воспроизводить их. Прошло довольно много времени, прежде чем Катрин смогла провалиться в прерывистый, неспокойный сон, но даже в нем, образ Марго не оставлял ее ни на секунду.

Марго повернула голову на стук по стеклу с водительской стороны. Линда стояла в темноте, наклонившись к машине, и приветственно улыбаясь. Немного замявшись, не особенно уверенная в том, что она сейчас хочет разговаривать, Марго в конце концов опустила стекло.

– Привет, – задумчиво сказала она.

Линда оперлась локтями на дверь машины и поинтересовалась. – Ты стоишь здесь с включенным двигателем уже пятнадцать минут, – она подняла запотевшую бутылку "Красного Пса", – Хочешь выпить?

– Да, – ответила Марго, протягивая руку за пивом. Она сделала долгий глоток и благодарно вздохнула, – Не желаешь присоединиться?

– Конечно.

Пока Линда обходила машину, Марго заглушила двигатель, откинула голову назад, закрыла глаза и прижала холодную бутылку ко лбу. – Спасибо за пиво. – повернула голову Марго и открыла глаза, когда захлопнулась пассажирская дверь.

– Я чувствовала, что тебе оно может понадобиться, раз уж ты сидишь одна в темноте в половине двенадцатого ночи. – Линда отхлебнула из своей бутылки и отодвинула сиденье так, чтобы она могла вытянуть ноги. – Когда Робби вечером привезла Арли, она сказала, что ты гуляешь с Катрин. Кстати, Арли спит наверху вместе с Ким.

– Спасибо. Я думала позвонить, когда начало темнеть, но знала, если Филлис задержится, то Арли побудет у тебя.

Линда пожала плечами. – Конечно. Фил созвонилась с нами около семи. У нее случился внезапный неотложный ужин с, цитирую: «уже пожилым, но еще хоть куда, учителем изобразительного искусства».

– Вот и хорошо, – прошептала Марго, – Последние шесть лет она провела в заботах о нас с Арли. Самое время для нее наладить собственную личную жизнь.

– Не могу себе представить, что должно случиться в жизни Филлис, что могло бы изменить ее любовь к вам. – Линда вздернула голову и уставилась на свою подругу. Она видела ее полностью раздавленной после смерти Терри, видела, как Марго выбиралась из агонии этой потери и депрессии. Но еще ни разу не слышала, в ее голосе подобной смеси раздражения, огорчения и грусти. – Марго, что происходит? Что-то случилось с Катрин?

Марго рассмеялась коротко и громко, и в ее голосе не было ни намека на веселье. – Можно сказать и так.

– Как?

– Вот так, я кружила по городу целый час, пытаясь это понять.

– Вы поссорились?

– Нет, – Марго сделал глоток из бутылки и крепко сжала руль левой рукой, медленно поворачивая его как будто раздумывая над тем, чего она все еще не могла понять. Наконец, она взглянула на свою лучшую подругу, на ее лице выражение неуверенности боролось со смущением. – Я поцеловала ее.

– Это был дружеский поцелуй или «клянусь-Богом-самый-настоящий» поцелуй?

В горле Марго стоял комок, и голос хрипел от одного только воспоминания о прикосновениях Катрин. – Я хотела оказаться в ее постели... Хотела, чтобы она любила меня, пока я не позабуду обо всем на свете, кроме ее рук.

От удивления Линда открыла рот и резко выдохнула. – Ну, теперь и на меня это подействовало. Мне надо срочно принять холодный душ.

Марго откинулась на спинку сиденья и рассмеялась, не глядя протягивая руку к Линде, и чувствуя пальцы подруги обхватившие ее ладонь. – Не знаю, что бы я без тебя делала.

– Не трать свои силы размышляя об этом, потому что подобного никогда не произойдет. – Линда сжала руку Марго. – Так что случилось? Почему ты так завелась?

– Она сказала "нет", – со вздохом произнесла Марго, – Мне кажется я даже рада этому. – Она повернула голову и серьезно посмотрела на Линду. – Не могу перестать думать о ней, но не уверена, что это не потому, что после Терри это первая женщина, которая заставила меня что-то чувствовать.

– Это само по себе говорит о многом, ты не находишь? – Линда изо всех сил сдерживалась, чтобы не закричать: "Не отворачивайся от нее. Она – лучшее, что могло с тобой случиться!"

Марго кивнула. – Поразительно, но я до сих пор не могу понять, что все это значит.

– Тебе обязательно это знать? – Увидев замешательство на лице Марго, Линда продолжила, – Почему ты не можешь просто следовать своему чувству и посмотреть, куда оно тебя приведет?

– Такой я была с Терри, но тогда мы были слишком молоды. Сейчас, мысль об отношениях с кем-то, пусть всего лишь физических, кажется чем-то очень важным. – Марго смотрела перед собой, но тихой ночной улицы она не видела. Перед ее взором стояло лицо Катрин в тот самый момент, когда она отступила, прервав их поцелуй, ее взгляд выражал сожаление и непреодолимое желание. – Я почти уверена, что Катрин хочет большего, чем просто покувыркаться в постели.

Марго, милая, ты тоже хочешь большего. Линда вспомнила, как Катрин смотрела на Марго на пикнике, как будто кроме нее вокруг никого не было. Сейчас она разгадала, ту задумчивость на лице Катрин, и такую же поразительную сосредоточенность, с которой Катрин делала практически все. Было нетрудно поверить в то, что Катрин хочет большего, чем просто мимолетная связь. – Ну и на чем вы расстались?

Встряхнув головой, Марго подняла обе руки и уронила их на рулевое колесо. – Она сказала, что ей нужно больше чем просто секс, а я сказала, что не уверена, что способна на нечто большее.

– И она начала настаивать?

– Катрин? – Марго улыбнулась мягкой грустной улыбкой, – она бы никогда этого не сделала. Она сказала, что понимает, и что мы увидимся завтра на работе.

Линда издала глухой звук очень похожий на стон. – Боже, как все-таки хорошо, что Робин так великолепна в постели. Иначе, мне бы пришлось бороться с тобой за Катрин.

– Да уж, конечно. Как будто ты когда-нибудь посмотришь на кого-то кроме Робин.

– Посмотрю, может быть, – рассмеялась Линда, – Пусть это прозвучит банально, но даже, если бы она не была матерью моих детей, я бы не хотела никого кроме нее.

Марго встретилась взглядом с Линдой. – Я тоже не думала, что захочу кого-то кроме Терри.

– А сейчас хочешь?

– Кажется, да. – Марго посмотрела вниз на свою левую руку, ее обручальное кольцо слабо мерцало в свете уличных фонарей. – Даже представить себе не могла, что такое может случится.

– Милая, ты также не могла представить, что окажешься без Терри. – Линда протянула руку и нежно обняла Марго за плечи. – Но так случилось, и нет ничего плохого в том, чтобы продолжать жить.

Марго положила голову на плечо подруги и вздохнула. – Разумом я это понимаю, но не уверена, что все остальное во мне с этим согласно.

– Похоже, твое тело уже знает ответ. – Линда крепко обняла подругу. – Возьми небольшую передышку, дай себе время все обдумать и если ты все еще захочешь этого... Я думаю, Катрин прекрасно подходит.

– Не уверена, что знаю, что надо делать. Я же ни с кем кроме Терри не встречалась, и мы были всего лишь озабоченными подростками, которым повезло влюбиться в подходящего человека. – Марго криво усмехнулась. – К тому же, после того, что случилось сегодня, Катрин может не поверить, что она меня действительно интересует.

– Поухаживай за ней, милая, – рассмеялась Линда, – Думаю, она поймет намек.

Поухаживать. Могу ли я? Марго закрыла глаза. – Сейчас я слишком устала, чтобы думать об этом. Я могу забрать своего гномика?

– Не-а. Она отрубилась, а ты знаешь, как она спит. Позволь ей остаться, – Линда открыла дверцу, – Робби сможет управиться еще с одним. – Она немного помедлила, прежде чем выйти из машины. – На самом деле, последнее время, она говорит об еще одном ребенка.

– О Боже, это будет просто чудесно! – Марго посмотрела на выражение лица Линды, – Или нет?

– Ее последняя беременность прошла не очень легко и ей уже тридцать шесть лет, – Улыбка скользнула по лицу Линды, – Но все равно, да! Я готова опять вскакивать в два часа ночи для кормления ребенка и неделями жить без секса.

Марго рассмеялась от всего сердца. – Держи меня в курсе. Увидимся утром. Да, кстати, Катрин поедет с нами.

– Заманчиво.

Довольная Линда выскользнула из машины.

Утром, на сорок пять минут раньше обычного, Марго была готова к выходу на работу. Она нетерпеливо сновала по кухне, доставая сначала один набор кофейных чашек, затем другой, и все же решила, что будет лучше использовать обычные кружки. В десять минут седьмого в заднюю дверь постучали, и сердце Марго едва не выпрыгнуло из груди.

– Привет, – сказала она, открывая дверь. Кожаный рюкзак болтался на правой руке Катрин, а в голубых глазах, под которыми пролегли тени, читались непростые вопросы. Эти следы несчастья были погибелью Марго. – Я всю ночь думала о тебе.

– Я тоже, – голос Катрин дрожал от напряжения и усталости. Она плохо спала, проснулась взволнованной и возбужденной. В какой-то момент ночью, она сняла с себя всю одежду и, лежа под простынями совершенно обнаженной, проваливалась в призрачные образы теплых белых рук и настойчивых объятий, а уснув, начинала дрожать и биться в своих грезах. Когда она, наконец, открыла глаза навстречу серому рассвету, возбуждение переполняло все глубины ее души и тела. Дрожащими пальцами, она прикоснулась к своей груди, медленно скользнув ими к животу и потом еще ниже, чувствуя, что от облегчения, пусть всего лишь физического, ее отделяют считанные секунды. Когда бедра напряглись, а очередной вдох застрял в ее груди, она вскочила и на нетвердых ногах направилась в душ. Она хотела оргазма, и ей было бы нетрудно получить его, но она желала, чтобы руки Марго сделали это. И этого она готова ждать, сколько хватит сил. – Это был тот еще поцелуй.

– Я не соображаю, что делаю, – Марго прислонилась к дверному косяку.

Катрин стояла за порогом, в считанных сантиметрах от нее, отчаянно желая прикоснуться к Марго. Но вне зависимости от силы своего желания, она бы ничего не сделала, без приглашения. – Все так сложно и запутанно.

– Да уж, – Марго коротко усмехнулась, – Это точно.

– Какие-нибудь предложения?

– Думаю пригласить тебя на свидание.

Катрин глубоко вздохнула и когда снова заговорила, ее глаза светились радостью. Она осторожно предложила. – Может быть, нам сводить Арли в зоопарк? Я читала, что здесь он должен быть очень интересным... Там есть воздушный шар, на котором можно подняться и увидеть весь город с высоты птичьего полета.

– Ей бы очень понравилось и мне тоже. – Марго потянулась к Катрин и взяла ее левую руку, осторожно затягивая девушку внутрь, и не в силах отвести глаз от губ Катрин, вспоминая их вкус и нежность. Она проглотила комок страсти, застрявший в ее горле и мешающий говорить. – Но я бы хотела, чтобы на первом нашем свидании были только мы вдвоем.

– Марго? – прошептала Катрин, закрывая дверь за собой и роняя рюкзак на пол. Рука Марго все еще оставалась в ее руке и всего несколько сантиметров разделяли их.

– Да? – Марго часто дышала, зачарованная тем, как внезапно потемнели глаза Катрин.

– Можно ли поцеловаться еще раз до первого свидания?

Марго придвинулась, и их тела слились, ее рука провела по волосам Катрин, притягивая ее голову к себе. Едва не касаясь губ Катрин, Марго прошептала. – Не вижу причин, почему нельзя.

Катрин так ждала этого момента всю долгую, неспокойную ночь, что теперь ощущение близости и тепла мягких объятий зажгло чистейшим желанием каждую клеточку ее тела. Издав слабый стон, она крепче прижала Марго к себе, ее руки держали бедра девушки, а язык уже изучал то, что находилось за мягкими жаждущими ласк губами. Ее бедро протиснулось между бедер Марго, призывая к страстной встрече. Как будто издалека она услышала слабое постанывание. Пальцы в ее волосах сжались, и девушка в ее руках задрожала всем телом.

Катрин отвела свои губы и срывающимся голосом прошептала. – Прикажи мне остановиться. Прикажи, потому что сама я остановиться не могу.

– Ты... просишь... слишком многого. – задыхаясь прошептала Марго и прижала обе ладони к груди Катрин, пальцы правой руки поглаживали твердый сосок под ее рубашкой. Марго мягко оттолкнула Катрин от себя. – Прошлой ночью ты просила большего, а сегодня... меньшего.

– Видишь, что ты со мной делаешь? – Катрин уткнулась своим лбом в лоб Марго, ее грудь тяжело вздымалась, а желудок скрутило в тугой узел. – Я совсем запуталась.

– Я думаю, ты прекрасна, – Марго провела пальцами по щеке Катрин, – Скажи, почему ты хотела остановиться?

Катрин нервно рассмеялась, ее руки все еще обнимали талию Марго. – Кроме того, что Линда придет с минуты на минуту и нам пора на работу?

– Да, кроме этих мелочей есть что-то еще? – мягко спросила Марго, стараясь игнорировать возбуждение, мучительно пульсирующее между ее бедер в такт биению сердца. Она так хотела Катрин, что едва могла думать, но сразу, за гранью всепоглощающей страсти, простилалась острая жажда, как можно ближе узнать Катрин. Понять эту женщину, сметавшую все барьеры, которые Марго считала неприступными, обнажившую ее желания, которые Марго считала похороненными вместе с Терри. Кто ты, Катрин, и как у тебя получается делать это со мной?

– Прошлой ночью я сказала правду, – прошептала Катрин глубоким, хриплым, с ноткой волнения голосом, – Самые важные вещи нельзя торопить.

– Ты всегда так хорошо контролируешь себя?

– Вот, значит, как ты обо мне думаешь? – Катрин тряхнула головой, вздрогнув от еще одной волны вожделения, поднявшейся снизу и прокатившейся по позвоночнику, – Я сейчас так близка к потере самообладания, что даже не могу внятно ответить.

Ноги Марго подкосились при этих словах, и она негромко застонала. – Боже, мне надо отойти от тебя подальше, иначе, все это грозит закончиться занятием любовью прямо здесь на полу.

– Отличная идея, – дрожащим голосом согласилась Катрин.

– Которая из них? – затаив дыхание, спросила Марго.

– Обе.

Приложив усилия, но не отрывая взгляда друг от друга, девушки отступили. Теперь их соединяли лишь кончики пальцев и разделяли считанные сантиметры.

– Насчет этого свидания, – напомнила Катрин.

Марго приподняла одну бровь – Да?

– Какой день у тебя был на уме?

– Вечер пятницы? – Всего минуту назад она готова была сорвать с себя одежду и умолять Катрин любить ее, а сейчас Марго внезапно почувствовала смущение. – В Анненберге пройдет представление японских барабанщиков. Думаю, что еще успею достать билеты.

– Мм... Было бы здорово, только...

Сердце Марго замерло. – Не подходит?

– Это должно быть ранним вечером, потому что в субботу утром наш первый футбольный матч. Я должна быть в лучшей форме.

– В самом деле. – Марго слегка нахмурилась. – Я определенно не хотела бы мешать другим твоим важным делам.

– Ты точно не помешаешь. – Улыбнувшись, Катрин наклонилась, и нежно поцеловав Марго в губы, промурлыкала. – Даже не знаю, как я доживу до вечера пятницы.

Марго глубоко и с облегчением выдохнула. – У тебя будет столько работы, что даже не заметишь, как пролетит время. Собрав всю свою волю в кулак, она высвободилась из объятий Катрин, и пошла за кофе. Линда может зайти в любую секунду. Надо собраться.

– Жду не дождусь.

Марго обернулась через плечо, держа в руках кофейник. – Чего именно? Того как я заезжу тебя на работе или нашей прогулки?

Сердце Катрин дернулось так, будто ее сейчас снова тряхнет током, но на этот раз от чистого удовольствия. – И того и другого, доктор Блейк.

Улыбаясь, с облегчением на сердце, которого она не чувствовала уже много лет, Марго отвернулась, испугавшись, что Катрин увидит в ее глазах больше, чем она готова была раскрыть. – Крутая как всегда, доктор Макгауер.

Линда рухнула рядом с Марго в одно из кресел поста медсестер и тяжело вздохнула. – Боже, ну и денек.

– Ты видела Катрин?

Линда улыбнулась. По ее подсчетам, это уже десятый раз, когда Марго спрашивала об этом с тех пор, как они втроем приехали на работу восемь часов назад. Линда сомневалась, что Марго осознает, какой становится взволнованной и невыносимо ворчливой всякий раз, когда Катрин исчезает из поля зрения. – Думаю, она шаманит над переломом ладьевидной кости в седьмой смотровой. Художник, который упал с лестницы и приземлился на руки.

– А, точно.

– Хорошо, черт побери, что Катрин вернулась на работу сегодня. – Линда окинула приемный покой мимолетным взглядом. – Здесь половина пациентов с хирургическими проблемами.

– Она полностью отрабатывает свою зарплату, это уж точно. – Повернувшись в кресле, Марго взглянула на широкую доску, со списком прибывающих пациентов, времени их поступления, выписки и основных жалоб. Поток пациентов на самом деле проходил быстрее, и отчасти, причиной этому было то, что из людей с хирургическими проблемами лишь небольшая часть ожидала осмотра, потому что Катрин занималась этими вопросами сама. – Я просто не хочу, чтобы она сгорела на работе.

– Не думаю, что тебе стоит об этом беспокоиться, – фыркнула Линда, – Она невероятно быстро расправляется с делами, и я бы не сказала, что она выглядит уставшей.

– Думаю, ты права. – Марго постаралась сказать это как можно более непринужденно, но Линда слишком хорошо ее знала.

– Что тебя тревожит? – Линда всмотрелась в тени, пляшущие в глубине глаз Марго и тихо спросила, – Ты беспокоишься о ее здоровье?

– Нет, конечно, нет.

– Да, беспокоишься. Почему? У нее какие-то проблемы с сердцем? – Увидев, как сжались челюсти Марго, Линда нетерпеливо добавила, – Я уже знаю что с ней не так, помнишь? Ты не раскроешь никаких секретов.

Плечи Марго слегка обмякли. – Я не знаю, что меня беспокоит. С виду с ней все в порядке. Я видела, как она бегает с мячом по полю вместе с детьми и, поверь мне, она полностью работоспособна.

– Ты бы и в половину так не беспокоилась, если бы не была влюблена в нее.

– Я не влюблена в нее. – Марго встала и собрала свои бумаги. – Пойду, выпишу мужчину из первой с болью в груди. Его ЭКГ в норме и рентген груди ничего не показал. У него спазм пищевода, надо будет сделать эндоскопию. Можешь дать ему телефон гастроэнтерологического отделения, чтобы он мог записаться на обследование?

– Конечно. – Линда поспешила встать и перегородила выход. Громким шепотом она сказала. – А еще я видела, как вы смотрели друг на друга сегодня утром. Я думала мне придется окатить вас холодной водой из шланга, прежде чем сесть в машину.

Марго не смогла не улыбнуться. – Она прекрасна, не так ли?

– Она действительно прекрасна. – Линда быстро и нежно обняла Марго. – И ты тоже. Я так рада за тебя.

– Пока особо нечему радоваться. Мы всего лишь идем на обычное свидание.

– Свидание!

– Ш-ш! Боже, ты не могла бы потише? – Марго подозрительно оглянулась, с облегчением убедившись, что рядом никого не было. – Ненавижу, когда по больнице ходят сплетни, и тем более не хотела бы, чтобы это были сплетни обо мне.

– Когда?

– В пятницу.

– Кто кого пригласил? – Линда едва сдерживала свое волнение. Она была от природы любопытной и любила выведывать подробности из жизни других людей, а это событие без сомнения казалось Линде самым волнующим. Марго идет на свидание!

– Я пригласила. – Марго покраснела и отвернулась. – Мне пора идти, пациенты ждут. – Повернувшись к выходу, она едва не врезалась в Катрин. Быстро отступив, она пробормотала. – Привет. Все в порядке?

– Великолепно, – с улыбкой ответила Катрин. Одним из лучших моментов рабочего дня был тот, когда она поднимала взгляд и видела рядом Марго, изучающую рентгеновский снимок, объясняющую что-то стажеру или склонившуюся над медицинской карточкой. Каждый раз, когда Катрин видела ее, удовольствие бабочками трепетало у нее в животе. – А у тебя как?

– Хорошо. Нормально, – поспешно сказала Марго, избегая взгляда Катрин, потому что каждый раз, когда смотрела в эти голубые глаза, она забывала о том, что собиралась сделать. Когда пламя этих глаз наполняло Марго, все о чем она могла думать это то, что может случиться, если они сейчас прикоснутся друг к другу. Марго была уверена, что еще никогда в жизни она не была так постоянно возбуждена. – Я… – Марго показала карточку в своей руке, – Пациент… У меня пациент.

– Да, у меня тоже. Увидимся позже?

Марго проскользнула мимо нее, осторожно, чтобы их тела случайно не соприкоснулись. – На тренировке. Может быть.

Катрин повернулась и с выражением немого вопроса на лице посмотрела вслед спешащей по коридору Марго. За ее спиной тихо рассмеялась Линда.

– Когда-то, давным-давно, она могла говорить предложениями длиннее двух слов, – сухо заметила Линда, – Забавно, не правда ли?

– Она восхитительна, – прошептала Катрин.

Линда закатила глаза.

– Ну, что там дальше? – оживленно спросила Катрин. Выражение ее лица стало решительным, когда она снова сосредоточилась на работе.

Катрин уже была занята процедурой ультразвуковой диагностики желчного пузыря пятидесятилетней женщины на предмет камней, когда Линда просунула голову в смотровую. – Доктор Макгауер, доктор Блейк попросила передать, что у нас ожидается двое пострадавших первого уровня.

– Сейчас подойду, – спокойно ответила Катрин, отодвигая аппарат для ультразвука. Она улыбнулась миссис Ламонт. – Простите, мне надо отлучиться на какое-то время, но я скоро вернусь.

Когда Катрин вышла из кабинета, она сразу увидела спешащую к приемному покою Марго и побежала за ней. – Что случилось?

– Первая машина везет байдарочника, которого они вытянули из Шуйлкилла. У него остановка сердца и дыхания.

– Боже.

Марго мрачно кивнула. – И в вертолете на крыше прибыла женщина с химическими ожогами обеих рук. Про это подробностей не знаю.

– Кого мне следует взять?

– Бери ожоги, – тут же ответила Марго.

– Возможно, мне придется делать эскаротомию, – тихо сказала Катрин, имея в виду разрезы на ожоговых струпьях, которые делаются для улучшения циркуляции крови и уменьшения стягивания. Возможно, мне придется оперировать. Как раз то, о чем все так беспокоились.

Спокойный и уверенный взгляд Марго встретился со взглядом Катрин. – Вне зависимости от того, что об этом думают другие, ты хирург, Катрин. Займись этим, я буду неподалеку.

Катрин едва успела кивнуть, как двери распахнулись, и в приемный покой ворвалась целая орда медбратьев, толкающих перед собой две каталки. Марго указала первой группе налево – Катрин увидела на пронесшихся мимо носилках утонувшего байдарочника, бледного и безжизненного.

– Сюда, – Катрин показала группе медбратьев у второй каталки на большой процедурный кабинет.

Следующий час она была полностью поглощена реанимацией двадцатипятилетней женщины, которая поскользнулась, и, пытаясь удержаться, погрузила обе руки в едкое дезинфицирующее вещество. После обычного первоначальной процедуры подключения физраствора и введения обезболивающего, Катрин обратила внимание на циркуляцию крови в руках женщины. Пальцы девушки были белые и холодные.

Как Катрин и предполагала, была необходима безотлагательная операция, чтобы освободить руки от давления сжимающихся поврежденных тканей и восстановить кровообращение. Хоть пациента и перевели бы потом в ожоговое отделение для дальнейшего лечения, но хирургическое вмешательство было необходимо именно сейчас, прежде чем повреждения станут необратимыми. Это была сложная операция, требующая точности, потому что в запястьях в опасной близости от связок и других важных тканей проходит большое количество нервных волокон и кровеносных сосудов. Катрин сделала несколько уверенных точных разрезов ожоговых струпьев на обоих запястьях, ослабив давление, сдерживающее свободный ток крови. Кожа под ногтями, ранее мертвенно бледная, тут же порозовела.

Когда Катрин удостоверилась, что пальцам девушки ничто не угрожает, она отложила инструменты в специальный лоток рядом с ней и выпрямилась, потягиваясь и разминая спину и затекшие плечи.

– Сделайте перевязку стерильной марлей с сильвадином, – сказала Катрин ассистировавшей практикантке, – Она готова к переводу в ожоговое.

– Спасибо, – сказала девушка с благоговением в голосе.

– И не забудьте закончить оформление медицинской карты.

– Без проблем, – ответила практикантка вслед выходящей из кабинета Катрин.

Не найдя Линду на посту медсестер, Катрин направилась к процедурному кабинету, куда Марго отправила первую бригаду медбратьев. Перед распахнутой дверью она резко остановилась. Марго стояла на коленях верхом на каталке, делая непрямой массаж сердца, раздавая стажерам и Линде указания о введении целого коктейля кардиостимуляторов. С того места, где стояла Катрин, она могла видеть напряжение на лице Марго и капли пота, стекавшего по ее лицу и шее.

Подойдя к Линде, Катрин тихо спросила. – Как долго уже она это делает?

Линда бросила быстрый взгляд на часы. – Пятьдесят шесть минут.

– В каком состоянии пациент?

– Прибыл без пульса. Без изменений.

Катрин знала, что почти утонувшие люди, которые поступали без пульса, имели очень небольшие шансы на выживание. Как правило, жертвами подобных случаев оказывались молодые люди, и, если прекратить попытки реанимации всегда было трудно, то в случае с молодыми людьми это было трудно в особенности.

Катрин подошла к Марго. – Как насчет того, чтобы я подменила тебя ненадолго?

Марго бросила на нее быстрый взгляд, затуманенный каплями пота. Последние полчаса она работала на автомате, уже практически не чувствуя рук. – Да, хорошо. Спасибо.

Катрин положила свои руки поверх рук Марго и продолжила ритмичные надавливания, как только та изъяла свои. Катрин нажимала руками на грудную клетку, считая про себя – пять нажатий на каждый искусственный вдох. Респиратолог помогал пациенту дышать при помощи аппарата для искусственной вентиляции легких, подключенного через введенную в горло мужчины эндотрахеальную трубку. Катрин слышала, как Марго дает инструкции Линде о введении нового цикла препаратов.

– Давай тряхнем его еще раз, – минуту спустя сказала Марго, – Заряжайте дефибриллятор на 300. – Положив электроды на бледную грудь пациента, она встретилась взглядом с Катрин. – Отойди подальше от кушетки, Катрин.

Катрин кивнула, и, когда Марго сказала "Разряд", отступила на несколько шагов в сторону, понимая, что даже малейший контакт с телом пациента или металлической каталкой или даже стальными элементами поверхности пола, может стать проводником тока и причиной аритмии ее собственного сердца. Как только дефибриллятор произвел разряд, она тут же подскочила обратно и продолжила оказывать помощь. Они повторили это еще дважды, но все безрезультатно.

– Хватит, – весьма недвусмысленно сказала Марго и врачи с неохотой прекратили тщетные попытки реанимировать пациента.

Марго посмотрела на часы и безучастно сказала. – Время смерти – семнадцать часов, пять минут.

Катрин смотрела, как Марго поворачивается и выходит, затем обернулась к безжизненному телу – бледному, но еще не остывшему. Ее взгляд встретился со взглядом Линды. – Вы здесь разберетесь?

– Да, мы обо всем позаботимся, иди – ответила Линда, пряча в голосе печаль человека, для которого ужасы профессии не в новинку, но никогда не станут чем-то привычным.

В маленькой комнате отдыха для персонала не было никого, кроме Марго, которая сидела в одиночестве у одного из столиков. Мокрые от пота пряди ее волос темными полосами прилипли к щеке, рубашка прилипла к груди, руки дрожали на серой поверхности стола.

Катрин подошла к автомату с содовой, скормила ему долларовую банкноту и нажала на кнопку с изображением диетической колы. Потом повторила еще раз и вернулась с двумя бутылками к столу, открутила крышки и поставила одну из них перед Марго.

– Тебе лучше это выпить. Возможно у тебя обезвоживание.

– Спасибо, – Марго безучастно взяла бутылку и залпом выпила почти половину.

Катрин тоже сделала большой глоток, и присела рядом с Марго. – Я могу чем-нибудь помочь?

Марго со вздохом покачала головой. – Нет. Полиция сейчас ищет его семью, если они позвонят, я с ними поговорю.

– Ты в порядке?

Марго подняла одну бровь, как будто эти слова Катрин задели ее за живое. – Почему я должна быть не в порядке?

– Не знаю, – тихо сказала Катрин, – Что-то мне подсказывает, что тебе больно, когда ты теряешь пациента, даже не по своей вине. Наверное, лучше сказать – когда ты не можешь спасти каждого.

– Это ведь то, чем мы тут занимаемся, не так ли? Спасением людей.

– Да. Тех, кого мы можем спасти. – Большинство людей не заметили бы горечи в голосе Марго, но не Катрин. Она положила свою руку поверх руки Марго, – Я сожалею, что нам не удалось спасти этого человека. И всех тех, кого никто не мог спасти, но за кого ты чувствуешь ответственность. И Терри тоже.

– Все хорошо, – мягко ответила Марго, ее пальцы слегка переплелись с пальцами Катрин. Она легонько сжала их и убрала руку. – Спасибо что помогла. Дэниелс был занят ребенком с эпигглоттитом^{11}. Вообще-то, мне стоит проверить как у него дела. Как твой пациент с ожогами?

– Уже на пути в ожоговый центр.

– Даже не знаю, как бы мы без тебя управились. – Марго заставила себя улыбнуться, и это было для нее непросто. Пациент, которого они потеряли, все еще стоял у нее перед глазами. Она знала статистику смертей, понимала и разумом принимала реалии своей работы, но каждый раз, всего на несколько мгновений, перед ее мысленным взором снова всплывала Терри. Марго чувствовала, что Катрин знает об этом, и благодаря ей, ощущала себя не такой одинокой перед этой болью.

Катрин смотрела, как тени в глубине глаз Марго постепенно исчезают, и часть ее грусти уходит вместе с ними. – Даже не могу представить.

Улыбнувшись, Марго встала из-за стола. – Что думаешь о том, чтобы покончить на сегодня с работой и убраться отсюда? Ты, Линда, Робин и дети приглашены ко мне на ужин. Я закажу что-нибудь из китайской кухни.

Катрин тоже поднялась, сопротивляясь желанию взять Марго за руку. – Я бы не смогла придумать лучше.

Марго с удивлением обнаружила, что верит этим словам.

К десяти вечера дети уже спали, кто где смог примоститься, да и родители не слишком от них отставали. Линда свернулась калачиком в объятиях Робин на одном конце дивана, Марго сидела на полу у другого конца дивана, а Катрин заботливо разминала ей плечи. Телевизор вещал программу местных новостей.

– Так лучше? – наклонившись вперед, нежно спросила Катрин. Ее губы коснулись уха Марго, а большие пальцы продолжали двигаться вдоль позвонков, массируя напряженные мышцы.

– Ммм… – Отклонившись назад к Катрин, Марго задрожала всем телом, чувствуя теплое дыхание, скользнувшее по ее уху. Колени Катрин слегка касались плеч Марго, и она оказалась окутанной теплом девушки. Горячее, тяжелое наслаждение медленно растекалось по телу, оставляя чувствительную Марго в ощущении возбуждения. – Я в раю.

– Так и есть, – прошептала Катрин. Волосы Марго дразнили своей шелковистой мягкостью ее руки. Она представила себе раннее утро, эти шелковые локоны, разметавшиеся по ее торсу и ощущение мягкой щеки Марго на ее груди. Желание ударило ее с такой силой, что она едва удержала стон, слишком велик был соблазн коснуться губами нежной шеи Марго. – Я рекомендую теплый душ и крепкий здоровый сон.

Марго повернулась, позволив себе положить голову на бедро Катрин и заглянуть в глубокие голубые глаза девушки. Наслаждение, порхающее у нее в животе, вспыхнуло от неприкрытого желания на лице Катрин. – А ты идешь?

Катрин кивнула, медленно ведя одним пальцем вдоль подбородка Марго, спустившись по ее шее и остановившись на маленькой впадине между ключицами. – Сегодня выдался трудный день, и ты устала.

Я не чувствую усталости. Я была бы просто счастлива, если бы ты никогда не прекращала прикасаться ко мне. Марго подняла взгляд на их подруг. Подбородок Робин покоился на макушке Линды и обе они, похоже, крепко уснули. Марго ласково улыбнулась, – Наши ряды редеют.

Очень медленно, Катрин наклонилась и коснулась губами губ Марго. Это было лишь малой, но все равно невыносимо сладкой, толикой того, чего она желала. – Мне пора.

– Я не хочу, чтобы ты уходила, – прошептала Марго.

Комок застрял в горле Катрин и, на секунду, она закрыла глаза. Дрожащими пальцами, она коснулась влажной кожи над грудью Марго, прежде чем убрать руки. Когда Катрин встретила взгляд Марго, страсть в глазах девушки едва не сломала всю ее решимость. – Из-за тебя мне очень трудно помнить о том, почему нам нельзя спешить.

Губы Марго растянулись в удовлетворенной улыбке:

– Это хорошо.

Позади них, издала звук и, моргая спросонья, приподнялась на диване Линда. – Какое оживленное собрание.

Четыре подруги весело рассмеялись. Марго с неохотой поднялась и, протянув руку Катрин, вытянула ее с дивана на ноги. Пока Робин и Линда будили своих детей, Марго проводила Катрин к задней двери. Стоя снаружи, на крыльце, она обвила обеими руками шею Катрин и прижалась к ней. За мгновение до того, как их губы нашли друг друга, Марго хрипло прошептала. – Я обожаю твои прикосновения.

Катрин обняла Марго за талию и забылась в страстном поцелуе, чувствуя лишь грудь Марго, прижатую к ее собственной. Руки Марго ласкали ее шею и спину, в то время как бедро плотно вжалось между бедрами Катрин.

– Хм… я бы посоветовала заниматься этим наверху, – сухо заметила Линда, появляясь в паре метров от них.

Марго крепче уткнулась в объятия Катрин и лениво окинула взглядом подругу. – О, большое спасибо, сама бы никогда не додумалась.

Улыбнувшись, Катрин медленно отодвинулась от Марго. – Доброй ночи, Линда. – Она нежно поцеловала Марго. – Увидимся завтра.

– Будь осторожна по пути домой, – прошептала Марго, нежно погладив Катрин по щеке. Она смотрела, как Катрин спускается по лестнице и исчезает в ночи, затем повернулась к Линде. – Нашла время появиться.

– Да ты должна мне спасибо сказать, – рассмеялась Линда, обнимая Марго за талию, пока они возвращались в гостиную, – Прикинь, как было бы стыдно, наконец, придя в сознание, обнаружить себя голой на собственном заднем крыльце.

В памяти Марго мелькнул образ, когда Филлис застала ее с Терри, практически обнаженными в похожей ситуации. Казалось, это было в прошлой жизни. Марго нежно сжала руку Линды. – Если меня надо будет спасать, я подам сигнал.

– Думаю, с этим ты уже опоздала, – улыбнулась Линда, поднимая на руки одного из своих детей, пока Робин несла другого.

Марго расцеловала подруг у двери и затем перенесла в постель свою спящую дочь. Она уложила Арли, включила ночник в виде фигурки одного из героев комиксов и прислонилась к косяку двери, с любовью глядя на ребенка. Марго думала о тех вечерах, когда вот также стояла с одним лишь желанием – чтобы Терри могла разделить с ней это невероятное чудо – видеть, как растет их дочь. И о всех ночах, когда она ложилась спать одна, думая о том, как она сможет прожить свою жизнь с таким чувством пустоты в груди.

Пока она шла к своей одинокой кровати, Марго вдруг поняла, что там, где раньше она чувствовала только одиночество и боль, появились радость и призрачная надежда. Включив прикроватный светильник, она подошла к комоду. Осколки ее будней, россыпью лежали на нем – ключи, мелочь, перьевая ручка, несколько обрывков бумаги с неразборчивыми телефонными номерами. Рядом стояла шкатулка для драгоценностей и фотография в рамке. На ней была Терри, снятая во время софтбольного матча за несколько месяцев до ее смерти. В спортивных шортах и безрукавке, она выглядела очень молодой и полной жизни. Перчатка, зажатая под мышкой, легкая улыбка на невероятно привлекательном лице.

Марго осторожно взяла фотографию обеими руками и повернула к свету, глядя в глаза Терри. Кончиками пальцев она коснулась лица возлюбленной. – Я люблю тебя. Ты ведь знаешь это, правда? И всегда буду любить.

Марго осторожно поставила фотографию обратно. Она очень аккуратно сняла свое обручальное кольцо и положила его в шкатулку. Некоторое время, она смотрела на его матовый золотой отблеск на черном бархате и затем осторожно закрыла крышку.

– Я пригласила Катрин съездить со мной в Анненберг в пятницу вечером, – тихо сказала Марго, поворачиваясь к свекрови, – Ты можешь присмотреть за Арли?

– В пятницу я свободна, – ответила Филлис, – Отведу ее в кино на этот мультфильм, о котором все говорят.

– Было бы здорово. Спасибо. – Марго задумалась, машинально потянувшись к кольцу на пальце левой руки. Испуг от того, что кольца не оказалось на месте, на какое-то мгновение охватил ее.

Филлис видела знакомое ей движение, от нее не утаилось внезапное напряжение на лице Марго, она медленно подняла взгляд и встретила неуверенные карие глаза невестки, которые будто замерли в ожидании приговора. – Катрин мне нравится.

– Мне тоже. – Голос Марго был хриплым. – Это... свидание... в пятницу вечером.

– Знаешь, – сказала Филлис, поднимаясь из-за стола и подходя к Марго, – Я люблю тебя не только потому, что ты любила мою дочь. Я люблю тебя потому, что ты замечательная, чуткая, нежная девушка. И единственное, чего я хочу, это, чтобы ты была счастлива.

Марго прикусила губу, ее глаза наполнились слезами. Прошло уже много времени с тех пор, как она искала утешения в чьих-то руках, но сейчас был самый подходящий момент, чтобы положить голову на плечо Филлис и выплакать последние слезы о прошлом, которого она не могла изменить.

– Не знаю, что бы мы с Арли без тебя делали.

– Ну, я пока не собираюсь оставлять вас, так что тебе нечего волноваться. – Филлис отклонилась назад и отерла слезы с лица Марго. – В Катрин есть что-то особенное – это ясно как день. И мне нравится то, как она на тебя смотрит.

Марго покраснела, надеясь, что Филлис все же не замечает всего, что происходит между ней и Катрин. – Мы не... То есть мы еще не...

Филлис рассмеялась и потрепала Марго по щеке. – Я узнаю, хотят ли Ким и Деннис с нами в кино. Дети могли бы потом переночевать у меня, я даже согласна взять Песика на ночь. Дом будет полностью в твоем распоряжении.

– Спасибо, – сказала Марго, все еще пылая краской. Она старалась не думать о том, что может случиться в пятницу после концерта. Единственное, в чем она была уверена это то, что она вряд ли сможет выдержать еще несколько ночей мечтая о Катрин в своей постели. Eе эротические фантазии становились все более и более навязчивыми, и хотя они и должны были приносить физическое облегчение, Марго часто просыпалась, мучаясь от желания граничащим с болью.

Мысль открыться Катрин, или кому-то еще, после всех этих многолетних тревог беспокоила ее, но мысль остаться в одиночестве, казалась еще более тяжким испытанием.

В пятницу вечером, освеженная душем, и все еще в своем любимом бесформенном халате, Марго постучала в приоткрытую дверь комнаты Арли и просунула голову внутрь. – Тебе помочь собрать рюкзак?

– Я не могу найти свою пижаму. – Игрушки, любимые книжки и одежда в беспорядке валялись на кровати Арли. Ее рюкзак с изображением Гарри Поттера лежал открытым на полу.

– Какую?

Арли с изумлением посмотрела на Марго. – С динозаврами конечно.

– А, точно, – серьезно кивнула Марго, – Она внизу в корзине для белья.

– Супер, схожу за ней.

– Как тебе идея сходить сегодня в кино?

– Здорово! Ким и Дэнни тоже идут, а потом мы пойдем к бабушке есть мороженое.

– Похоже, вам будет очень весело.

Арли радостно кивнула. – Вы с Катрин тоже можете прийти.

– Может быть, как-нибудь в другой раз. Сегодня у нас другие дела. Только для нас.

Арли присела на краешек кровати и внимательно посмотрела на свою маму. – Что-то вроде... свидания?

Подняв брови от удивления Марго подошла к дочери и, расчистив место на кровати, присела рядом. – Ты знаешь, что такое свидание?

– Не совсем.

– Свидание – это когда два человека, которые нравятся друг другу проводят время вместе. Так что, да, это вроде как свидание.

– Тебе очень нравится Катрин?

– Да, очень.

Арли подпрыгнула на кровати. – Мне тоже.

– Хорошо.

– Тебе нравится Катрин так же, как нравилась Терри?

Вопрос прозвучал настолько невинно, что Марго даже не почувствовала привычную боль от упоминания имени Терри. Раньше, когда Арли спрашивала о фотографии Терри в комнате Марго, девушке приходилось говорить, что когда-то они втроем жили одной дружной семьей как Линда, Робин и их дети. Арли видела фотографии, где она была совсем маленькой вместе с Марго и Терри, но сама она не помнила Терри.

– Каждый, кто нам дорог, становится особенным для нас, правильно? – спросила Марго с легким намеком на беспокойство в голосе.

– Угу.

– Но в то же время, каждый дорог нам как-то по-своему. Ты понимаешь?

Арли серьезно обдумала слова Марго и кивнула. – Как я люблю и тебя и бабушку, только по-разному.

– Именно, – улыбнулась Марго, – Так что мне очень дороги они обе – и Катрин и Терри.

– Окей, – Арли спрыгнула с кровати, – Пойду за пижамой.

Оставшись наедине, Марго рухнула на кровать, прямо поверх разбросанных вещей дочери и, уставившись в потолок, принялась размышлять о свидании с Катрин, до которого оставались считанные часы. В ее мыслях, будоражившее предвкушение смешалось с приличной дозой переживаний и опасений. Марго колебалась между уверенностью, что она еще не готова к серьезным отношениям и полным осознанием того, что ее непреодолимо влечет к Катрин Макгауер. Раз уж она не могла найти выход из этой ситуации при помощи разума, Марго решила следовать зову своего сердца.

В 18:30 зазвонил телефон, и сердце Марго замерло. Она хочет все отменить.

Марго позволила телефону звонить, сомневаясь, стоит ли ей брать трубку. Секунду спустя она схватила ее, браня себя за трусость. Со спокойствием, которого она не ощущала, Марго тихо произнесла: – Алло?

– Ну, что ты надела?

Марго с облегчением выдохнула. – Черт, Линда! Ты меня напугала.

– А?

– Ничего.

– Ну? Давай выкладывай.

Улыбаясь, несмотря на нервозность, Марго откинулась на спинку дивана, одним глазом посматривая на входную дверь. – Мы едем в Анненберг, Линда. Это не похоже на официальный прием.

– Это твое первое свидание. Я хочу знать подробности.

– Черные широкие шелковые брюки и блузка классического синего оттенка.

– Та, у которой верхняя пуговица на уровне сосков и которая открывает прекрасный вид на твои прелести.

Марго взорвалась хохотом. – Никогда не думала, что ты обращаешь на это внимание.

– Ты, может быть, и моя лучшая подруга, но я все равно замечаю. – Линда одобрительно хмыкнула. – Даже не надеюсь, что ты мне ответишь, есть ли на тебе лифчик?

– Нее, на это я отвечать не стану.

Даже по телефону было слышно, как Линда надула губы. – Тебе лишь бы всем удовольствие испортить. – И внезапно посерьезнев, она спросила. – Нервничаешь?

– Немного, – призналась Марго, – Мне нравится Катрин, но я не совсем уверена, что это хорошая идея. Мне с ней еще работать и, если у нас ничего не сложится, то будет очень неудобно.

– Катрин производит впечатление надежного человека. Не могу представить, чтобы она доставляла тебе неприятности, что бы между вами не произошло. – От чистого сердца сопереживая Марго и желая развеять беспокойство подруги, Линда добавила. – Я знаю, что она тебе нравится, и знаю, что ты нравишься ей. Сегодня просто постарайся повеселиться.

В этот момент раздался звонок в дверь, и Марго подпрыгнула на месте. Сердце выпрыгивало из груди, пока она рассматривала силуэт за дверью через просвечивающую занавеску. – Мне пора. Она пришла.

– Повеселись, милая. И позвони мне утром, я хочу знать все, до мельчайших подробностей.

Еще один взрыв смеха немного ослабил напряжение, и Марго, попрощавшись, положила трубку. Затем она поспешила к двери и распахнула ее. Некоторое время Марго просто наслаждалась видом девушки. На Катрин был светло-серый льняной блейзер, такие же брюки и облегающая рубашка из черного шелка. Элегантные туфли и тонкий черный пояс дополняли образ городской модницы.

– Здравствуй.

– Привет, – нежно сказала Катрин, протягивая букет из полевых цветов и одной белой розы. Она улыбнулась, скользнув взглядом по лицу Марго, спускаясь вниз по элегантной фигуре и вновь вернулась к пленительным карим глазам. – Ты великолепно выглядишь.

– Спасибо, – ответила Марго, взяв букет и прикрывая им свое смущение и очарование. Цветы. Не могу поверить, она принесла мне цветы. Неужели кто-то еще так делает? Марго сдержала внезапный натиск удовольствия, прокатившийся по ее телу. – Они восхитительны. Проходи, я пока поставлю их в вазу.

Марго остро чувствовала присутствие Катрин за своей спиной. Воздух вокруг казался густым и напряженным, как перед летним ливнем. Ее колотила мелкая дрожь, кожу покалывало, а волоски на руках встали дыбом.

Пройдя в кухню, Марго непринужденным тоном сказала. – Одну минуту, и мы можем идти.

Катрин ждала, наблюдая за быстрыми и точными движениями Марго. Ей нравилось смотреть, как Марго что-то делает, но предчувствие грядущего вечера копилось в ней всю неделю, и все, чего она сейчас хотела, это коснуться Марго. Из-за страха, что она не сможет сдержаться, что это будет слишком преждевременно, Катрин засунула обе руки в карманы брюк. – Арли уже ушла в кино, да?

– Да, она просто не могла дождаться вечера. – Марго повернулась, и ее забрезжившая улыбка угасла, когда она встретила взгляд Катрин. Эти глубокие голубые глаза теперь были почти пурпурными от страсти, а всегда внимательный взгляд, стал таким острым, что все тело Марго мгновенно напряглось. Она закусила нижнюю губу и усилием воли сдержала свой порыв протянуть руку и прикоснуться к Катрин, зная, что если дотронется до нее сейчас, то уже не сможет остановиться до самого рассвета. Охрипшим от волнения голосом она продолжила. – Арли спросила меня, свидание ли у нас сегодня.

Моргая, Катрин вытянула себя из тумана фантазий, как она скользит ладонями под роскошным шелком блузки Марго. – Она не против?

– Она считает, что это здорово. – Марго придвинулась на шаг ближе, чуть наклонила голову набок и легонько поцеловала Катрин в губы. Прежде чем искушение запустить пальцы в волосы Катрин и прижаться еще ближе, полностью поглотило ее, Марго отступила, поймав руки Катрин в свои. – И я с ней полностью согласна. Так что, идем.

Поскольку у нее не было иного выбора, да она бы и не сделала другого, Катрин позволила Марго повести ее за собой. Прочь от всего, что она знала или могла представить, навстречу тому, о чем она едва осмеливалась мечтать.

В сумраке концертного зала несколько прожекторов высветили почти обнаженных мужчину и женщину, сидящих на полу с огромными барабанами, зажатыми между ног. Их мускулистые руки отбивали ритм, пронизывающий воздух, пол и тела завороженных зрителей. Пот искрился на гладкой коже, ноздри раздувались от напряженного, разгоряченного дыхания и кровь бурлила в жилах. Ритм был такой первобытный, такой древний, что коллективное сознание исполнителей и аудитории слилось и пульсировало вместе с ним. Сердца и желания слились воедино в старинном обряде.

В какой-то момент, когда напряжение достигло своего пика, барабанщики с выражением невероятной страсти и желания изогнулись и начали бить огромными колотушками так быстро, что их руки невозможно было разглядеть. Катрин, покачивающаяся на волнах этой безудержной страсти, взглянула на Марго, глаза которой, обращенные к сцене, сияли возбуждением, а полные, чувственные губы были слегка раскрыты. Катрин была уверена, что никогда раньше не видела столь великолепной женщины.

В тот же момент Марго повернулась к ней и замерла, захваченная пылкостью на лице Катрин. Когда Катрин безмолвно повернула лежащую на подлокотнике левую руку ладонью вверх, Марго сплела свои пальцы с пальцами девушки. Почувствовав укол электрического разряда, глаза Марго расширились от волнения и заботы. Она наклонилась и приблизилась губами к уху Катрин. – Это была ты?

Катрин быстро подняла их сцепленные руки и, поцеловав запястье Марго, покачала головой. Повысив голос, чтобы ее было слышно за грохотом барабанов, она прокричала. – Нет. Это были мы.

Потрясенная чувством облегчения и величием момента, Марго положила руку Катрин себе на колени и держала обеими руками все время, пока барабанщики бушевали в одном ритме с ее сердцем.

Марго продиралась сквозь дорожное движение позднего пятничного вечера. Ее глаза были устремлены на дорогу, но разум был занят только мыслями о женщине сидящей рядом. Она не особенно задумывалась о том, какое будет представление, когда приглашала Катрин. Марго видела японских барабанщиков раньше и обожала энергию и страсть их искусства. Смущаясь, она гадала о том, почувствовала ли Катрин хоть часть того возбуждения, которое чувствовала Марго, когда пульсирующий ритм пронзал их. Она не могла вспомнить, чтобы когда-либо испытывала нечто настолько сексуальное и надеялась, что Катрин не подумает, что она нарочно устроила столь откровенное первое свидание. Марго сильно беспокоило, что с тех пор как они покинули концертный зал, Катрин не произнесла ни слова.

– Все в порядке? – Наконец, решилась спросить Марго.

Катрин протянула руку и скользнула пальцами по волосам Марго, отрывая шею. Наклонившись так далеко, насколько позволял ремень безопасности, она провела губами по краю уха Марго. – Все просто прекрасно.

– Катрин, – резко выдохнула Марго. Ее желудок, сделав сальто, медленно возвращался на свое обычное место, – Не делай так, когда я за рулем.

– Должно быть, поэтому я не могу получить страховку на машину, – задумчиво сказала Катрин, перемещаясь губами на точку чуть ниже уха Марго, – Проблема в экспертной оценке.

Марго сжала руль обеими руками, стараясь игнорировать мучительную дрожь во всем теле. – Верни себя назад на свое сиденье.

Тихо рассмеявшись, Катрин отодвинулась, не убирая, впрочем, руки с бедра Марго. – Это первое свидание покончит со всеми другими первыми свиданиями.

– Надеюсь на это, – без промедления ответила Марго. Потом она покраснела и замялась, – Я имела в виду… черт… я только...

– Я отлично провела время, – честно призналась Катрин, – Эти барабанщики, просто бесподобны.

– Я знаю.

– Марго, – нежно сказала Катрин, – Я не обижусь, если ты отвезешь меня домой.

Марго притормозила и взглянула на Катрин. – Ты этого хочешь?

Катрин покачала головой. – Нет.

Кивнув, Марго прибавила скорости и, пролетев половину квартала, припарковалась на дорожке у своего дома. Заглушив двигатель, она повернулась на своем сиденье так, чтобы видеть лицо Катрин. В полутьме она отыскала руки девушки и крепко их сжала. – Я думала о сегодняшнем вечере уже много дней. Не могу сказать, что полностью понимаю то, что чувствую, или даже, что я совершенно уверена в том, что чувствую, но я хочу, чтобы ты вошла в дом вместе со мной. – Ее голос дрожал, но ей нужно было закончить. Это было бы честно по отношению к Катрин и к ней самой. – Сегодня. Но завтра… Я не знаю.

Катрин могла уйти. Она могла настоять на том, что им лучше подождать еще, пока Марго не будет готова сказать ей все, что Катрин хотела услышать. Вместо этого, она провела большим пальцем по безымянному пальцу левой руки Марго. – На тебе нет обручального кольца.

– Нет, – тихо ответила Марго.

– Как же так? – Голос Катрин был низким и хриплым, полным томительной заботы.

– Потому… – Марго сглотнула, стук сердца отдавался в ее горле. – Потому что я хотела, чтобы сегодня были только мы.

– Я обещаю, – Катрин наклонилась вперед, ее губы осторожно коснулись губ Марго, и она прошептала, – Так и будет.

Марго подождала Катрин возле машины, потом взяла ее за руку и они взошли на крыльцо. Она безмолвно провела Катрин по тускло освещенному коридору. Подойдя к лестнице, ведущей на второй этаж, где располагалась ее спальня, Марго повернулась и встретилась взглядом с Катрин.

– Можем выпить чего-нибудь в гостиной и послушать какую-нибудь музыку, или…

– Знаешь, – мягко прервала ее Катрин, – тебе пришлось принимать столько важных решений в последнее время. Настал момент и мне взять на себя ответственность.

В ответ на вопросительный взгляд Марго, Катрин улыбнулась. – Ты пригласила меня на свидание, помнишь? И ты пригласила меня в свой дом только что. Я понимаю, что это не было для тебя легко и просто. Скользнув кончиками пальцев по затылку Марго, Катрин обхватила ее лицо обеими руками и осторожно приблизившись к губам девушки, поцеловала ее медленным, затяжным поцелуем, после которого они обе какое-то время не могли восстановить дыхание. – Позволь мне первой сказать, что я хочу заняться с тобой любовью. Прямо сейчас.

– Да. – Голос Марго звенел от уверенности и желания. Поднимаясь по лестнице, она еще крепче сжала руку Катрин.

Оказавшись в спальне, Марго отпустила руку Катрин, чтобы подойти к лампе в противоположном углу комнаты. Мягкий свет озарил спальню теплым золотистым сиянием. Марго нерешительно повернулась к Катрин, ожидавшей у двери. – Или ты хочешь, чтобы мы выключили свет?

– Все просто великолепно, – уголки губ Катрин слегка приподнялись, – Я хочу смотреть на тебя так же сильно, как и прикасаться к тебе.

Марго задрожала, хотя ее тело горело огнем. – Я... хочешь верь, хочешь нет, но для меня это в новинку.

– Для меня тоже. – Подойдя на расстояние нескольких сантиметров, Катрин заглянула в глаза Марго. – Я никогда не была с женщиной, которую хотела так сильно и так долго. – Катрин коснулась кончиками пальцев щеки Марго. – Я хочу смотреть на тебя, касаться тебя, познать тебя. Всю тебя, везде.

– Катрин, – нежно прошептала Марго. Она скользнула руками под блейзер Катрин и, наслаждаясь предвкушением, осторожно, стараясь не коснуться тела девушки, сняла его. А потом обвила руками шею Катрин и слилась с ней.

Каждое их объятие ощущалось так же естественно как вдох и выдох. Со стоном наслаждения, Катрин сделала то, чего она страстно желала последние пять часов – она скользнула руками по талии Марго, медленно вытянула ее блузку из шелковых брюк и прикоснулась к обнаженной спине Марго. Плоть под ее пальцами была горячей, а мышцы непроизвольно сокращались. Пройдясь пальцами по обнаженной спине, она спустилась к ягодицам, все крепче прижимаясь к Марго животом и бедрами.

Плавно покачивая бедрами в едином ритме, Марго слегка покусывала шею Катрин, проделывая чувственную дорожку к линии подбородка, и направляясь к мочке уха, захватывая нежную кожу зубами, прежде чем лизнуть эти легкие тики сладкой боли кончиком языка. Просунув руку между ними, Марго ловко расстегнула пуговицы на рубашке Катрин и скользнула под нее, поместив ладонь на нижнюю часть ее живота, едва касаясь кончиками пальцев края трусиков.

Катрин дернулась от этого прикосновения и прижалась губами к ямке между ключицами Марго. – Я так давно этого хотела.

– О-о, – выдохнула Марго, чувствуя, как под ее прикосновением сокращаются мышцы Катрин, – Обожаю, как ты реагируешь на мои прикосновения, ты становишься такой упругой. – Марго медленно провела ногтями вверх по животу Катрин, не отрывая губ от ее уха. Когда Катрин задрожала и издала еще один стон, она прошептала. – А тебе нравится?

– Ты хочешь меня убить.

Марго откинула голову и удовлетворенно рассмеялась глубоким хриплым смехом. – Пока нет, еще нет.

Пытаясь очистить затуманенный от желания мозг, Катрин поцеловала шею Марго, а затем медленно провела губами вниз к центру груди. Ее пальцы расстегнули верхнюю пуговицу синей блузки Марго и обнажили ее, таким образом, чтобы можно было погрузить свою голову между грудей Марго. Когда Катрин повернула голову и поцеловала упругую плоть, пальцы Марго вплелись в ее волосы и притянули ее еще ближе.

– У тебя такие мягкие губы. – Простонала Марго, пока язык Катрин поддразнивая ласкал краешек ее соска.

От неприкрытого возбуждения в ее голосе, голова Катрин пошла кругом. Волна вожделения, прокатившая по ней, была настолько сильной и острой, что Катрин едва удержалась на ослабленных ногах. Она желала коснуться каждого сантиметра Марго – пальцами, губами. Желала слиться с ней, проникнуть в нее и полностью раствориться. Ее желание было таким непреодолимым, что оно ужасало саму Катрин. Задыхаясь от волнения и нетерпения, она дрожащими пальцами принялась расстегивать остальные пуговицы блузки Марго. Наконец справившись с этим, Катрин почти с благоговением поместила свои ладони на грудь Марго, ее большие пальцы принялись поглаживать твердые соски.

– Ох! Я... я думаю самое время прилечь, – голова Марго была откинута назад, ее спина выгибалась, в неосознанной попытке прижаться грудью к рукам Катрин еще крепче.

– Позволь мне раздеть тебя для начала. – Катрин зажала твердый сосок между зубами и неожиданно потянула его на себя.

Испуганный вскрик наслаждения вырвался из горла Марго, и она не чувствуя ног повисла на руках Катрин. – Детка, прошу тебя...

Столь неожиданное ласковое обращение, заставило Катрин забыть о самообладании. Она упала на колени, ее ловкие руки профессионального хирурга уже трудились над молнией брюк, пока ее губы занимались животом Марго, оставляя следы поцелуев на нежной коже вокруг пупка. Одной рукой она спустила шелковую ткань вниз, обнажая ноги девушки, другой, в это время поглаживая бархатистую кожу внутренней стороны бедер Марго.

Марго удерживала себя за плечи Катрин. Кровь волной прилила к низу живота. Она чувствовала дразнящие ловкие пальцы Катрин и жаркие губы, которые двигались вниз по ее животу. Марго так желала этих прикосновений, так долго ждала их, что в этот момент чувство наслаждения было столь острым, что она оказалась близка к взрыву. Призывая всю свою силу воли, Марго подняла подбородок Катрин и встретила затуманенный вожделением взгляд девушки. – Не сейчас. Иначе меня не хватит надолго.

Катрин застонала, но руки Марго держали ее крепко. – Скажи мне, чего ты хочешь?

Марго ослабила хватку и скользнула пальцами по лицу Катрин, коснувшись ее губ и медленно погрузив кончики пальцев внутрь. – Я хочу, чтобы ты любила меня, пока я не начну кричать. Пока ты не начнешь кричать.

Все еще стоя на коленях и прикрыв глаза, Катрин посасывала кончики пальцев Марго, осторожно их покусывая. В это же время, ее руки расстегнули свои пояс и брюки соскользнули к коленям. Освободив палец Марго, она поднялась и быстро скинула с себя остатки одежды. Не отрывая взгляда от глаз Марго, Катрин отыскала руку девушки и, дрожа от возбуждения, подняла ее к своим губам. – Все что угодно.

Марго медленно оглядела прокачанное, обнаженное тело Катрин, светящееся капельками пота на ее округлых формах. Она положила обе руки, на живот девушки, затем повела ими вверх, массируя танцующие под упругой кожей мышцы, по выступающим на вдохе ребрам, пока ее руки не накрыли груди Катрин. Когда она слегка их сжала, Катрин низко застонала, ее веки почти закрылись, и она уронила голову, коснувшись своим лбом лба Марго. Одним пальцем Марго нежно провела по шраму на груди Катрин, который резко выделялся бледным тугим жгутом на бархатной коже.

Катрин накрыла ладонями руки Марго. – Все хорошо.

– О, да! – Прошептала Марго, убирая руки Катрин и наклоняясь, чтобы поцеловать шрам, – Все просто замечательно.

– Не уверена, что могу выдержать еще хоть чуть-чуть, – прошептала Катрин, коснувшись губами шеи Марго и вздрагивая каждый раз, когда их обнаженные тела соприкасались, – Мне нужно коснуться тебя.

– Я очень хочу, чтобы ты это сделала.

Они вместе подошли к кровати. Марго легла, протянула руки к Катрин и притянула ее в свои объятия, разводя ноги и приветственно приподнимая бедра. Когда Катрин без усилий уместилась на ней, прижимаясь упругими мышцами к ее нежной возбужденной плоти, Марго застонала. – О-о, это просто божественно.

Катрин разместила свои руки по обе стороны над плечами Марго и мягко подалась вперед, ощущая волнующий трепет от того, как бедра Марго поднимаются навстречу ей. Она почувствовала скорое приближение оргазма и поняла, что должна быть осторожной. Ей хотелось, чтобы в их первую ночь Марго почувствовала всю глубину ее желания и купалась в удовольствии. Она могла бы держать себя в руках, если бы Марго не приподнялась на кровати и не схватила губами сосок Катрин. Внезапный взрыв наслаждения, волной пронесшийся по телу, едва не уничтожил ее.

– О, Боже! – закричала Катрин. Ее клитор конвульсивно дернулся, и она поняла, что от оргазма ее отделяют считанные секунды. Она попробовала чуть-чуть отодвинуться, чтобы ослабить напряжение между ее ног, но Марго протестующе застонала. Хриплым срывающимся голосом она шептала. – Подожди, Марго... о... пожалуйста подожди.

Через плотную завесу переполнявшего ее желания, Марго услышала отчаянную мольбу Катрин. Обхватив спину любовницы, она перевернулась так, чтобы Катрин оказалась под ней, и оседлала ее бедра. Тяжело дыша, она откинула волосы со своего лица и начала ритмично двигаться верхом на девушке. – Ты такая... такая сексуальная.

Теперь была очередь Катрин сомкнуть ладонями грудь, что покачивалась над ней. Когда она зажала свои пальцы на возбужденных сосках, Марго неистово застонала.

– Сейчас я кончу... на тебя! – Закричала Марго, вонзаясь в предплечья Катрин.

– Да, о да! – Катрин еще сильнее сдавила соски Марго, с каждым движением пальцев приближая ее к кульминации. Ее собственные бедра бессознательно метались вверх и вниз, а она сама парила на грани оргазма. В этот момент Марго казалась невероятно красивой, сильной и страстной, что Катрин хотелось кричать от восхищения. Она бы и закричала, если бы могла набрать полную грудь воздуха, но бедра Марго двигались все быстрее и быстрее, мощными бросками приближая ее к оргазму и все, что могла в этот момент Катрин, это ощущать восторг и восхищение каждой клеточкой своего тела.

– О-о! – вскрикнула Марго одновременно с удивлением и восторгом. Ее тело сжимало и сводило судорогами в невероятном потоке удовольствия. Откинув голову назад и закрыв глаза, она схватила руки Катрин и прижала их к своей груди, их пальцы переплелись, как спасительный якорь в бушующем море страсти.

Глядя на Марго в высшей точке блаженства, Катрин не могла сделать ни вдоха. Пораженная красотой этого момента, она даже не замечала, как ее сердце мечется в груди от неизбывной страсти. Марго издала последний слабый стон и рухнула на постель. Катрин подхватила ее, одной рукой обнимая за талию а другой придерживая голову Марго, и притягивая ее в свои нежные объятия.

– Марго, – благоговейно выдохнула Катрин, прижимаясь губами к влажной щеке девушки, – О, Марго.

Все еще дрожа от высвобожденной страсти, Марго уткнулась лицом в шею Катрин и стиснула в объятиях ее сильные плечи, пытаясь найти в них опору, пока внутри нее бушевала уходящая буря. Практически раздавленная натиском эмоций, Марго не могла говорить, не могла думать. Эти ощущения были чем-то большим чем просто секс – Катрин дотянулась до самых потаенных уголков ее сердца, которых так долго никто не касался, что пробуждение ее души казалось сродни перерождению. Это наслаждение, болью отдавалось во всем теле Марго.

– О Боже! – простонала Марго.

Катрин поглаживала ее спину, плечи, касалась лица, уже без страсти, но с невыразимой нежностью. Она не на шутку перепугалась, когда почувствовала горячие слезы на своей шее от все еще дрожащей Марго. – Марго? – прошептала Катрин. – С тобой все в порядке?

Марго кивнула и сдвинулась, положив голову на плечо Катрин. – Угу.

Живот Катрин свело судорогой. – Тогда что с тобой?

– Я не ожидала что почувствую это.

Боже, что? Горечь? Сожаление? Катрин попыталась проглотить комок страха, застрявший у нее в горле. – Скажи мне.

Марго провела ладонью от середины груди Катрин вниз к упругим мышцам живота и улыбнулась, когда Катрин вздрогнула от этого прикосновения. – Я думала, что почувствую облегчение от... отношений с тобой. – Она застенчиво хохотнула. – По правде говоря, я надеялась, что не забыла, как это делать.

– Поверь мне, ты ничего не забыла. – Катрин изо всех сил старалась сконцентрироваться на том, что Марго говорит, но прикосновения дразнящих пальцев, крадущихся все ниже и ниже, этому, отнюдь, не способствовали. Ее бедра приподнялись в молчаливой мольбе, кровь снова прилила к перевозбужденной плоти, вызывая новую волну желания. Она потянулась вниз и накрыла руку Марго, останавливая мучительно сладкое прикосновение. – Ты расстроилась?

– Нет, – с удивлением сказала Марго, – Я чувствую себя... восхитительно.

Восхитительно? Облегчение, сменившее страх, закружило голову Катрин и заставило сердце забиться еще быстрее. – О... это хорошо. Очень хорошо.

Марго приподнялась на локте и коснулась ладонью щеки Катрин, наслаждаясь красивыми чертами ее смуглого лица в бледном свете торшера. – Одного твоего присутствия в такой близости от меня достаточно, чтобы я слетела с катушек. Со мной... со мной такого никогда не случалось.

– Я никогда не испытывала ничего более восхитительного, как быть с тобой. – Прошептала Катрин, касаясь дрожащими пальцами лица девушки. Легкий вздох вырвался из груди Катрин, когда рука Марго скользнула между ее бедер. – О, Боже!

– Ты такая красивая, Катрин. – Глаза Марго сверкнули, зрачки расширились от внезапно вернувшегося возбуждения. Медленно и осторожно она гладила клитор Катрин, чуть-чуть сжимая его пальцами и погружая их ниже, в манящую теплоту ее плоти.

Катрин прижалась губами к ладони Марго, пытаясь впитать каждую каплю волшебных ощущений – тепло тела Марго, аромат ее возбуждения, мучительно медленные сладкие ласки. Ноги Катрин напряглись, в животе все сжалось, а из горла вырывалось хриплое неровное дыхание. Она с отчаянием посмотрела в глаза Марго. – Я хочу кончить. Сейчас можно?

Губы Марго сложились в нежную улыбку, а глаза озарило чем-то похожим на торжество. Она наклонилась к Катрин так близко, что ее губы коснулись губ Катрин. – Да. Можно.

Первая же волна наслаждения пронеслась по ее телу, отрывая Катрин от кровати. Сдавленный крик вырывался из ее груди. Ошеломляющие судороги заставили ее сложиться пополам и она свернулась в руках Марго, отчаянно хватая ртом воздух.

Не прекращая своих нежных ритмичных движений, Марго привела Катрин к еще одному оргазму, просунув пальцы внутрь и глубоко пронзив ее. Окутанная бархатной горячей плотью, она забыла обо всем, и продолжала бы это вечно, если бы Катрин не остановила ее, схватив Марго за запястье.

Хватая ртом воздух Катрин прохрипела. – Боже, хватит. – И затряслась от смеха. – Обычно меня хватает только на один.

– Неужели? – голос Марго дрогнул, когда она поцеловала кончик подбородка Катрин, – Не думаю, что сейчас обычная ситуация.

– Я тоже так не думаю.

Марго не глядя нашла рукой чистую накрахмаленную простынь, которую положила на кровать днем и накрыла их обеих. Лежа на спине и прижав к себе Катрин, Марго обняла ее обеими руками и поместила одну ногу между ног любовницы. Марго не смогла бы выдержать если бы какие-то части их тел не соприкасались. Что бы это ни было, раньше я такого не испытывала.

– Марго? – пробормотала Катрин и накрыла ладонью грудь любовницы, сражаясь со слабостью, нахлынувшей после наслаждения.

– Ммм?

– Ты уверена, что все в порядке?

Черт, я понятия не имею. Марго откинула волосы с глаз Катрин и провела большим пальцем по ее щеке, слегка прижимая ее к себе. – Мне хорошо с тобой. Это все, что я могу сказать.

Катрин погрузилась в сон мыслью, что ей не просто хорошо с Марго. Она была для нее всем.

Марго медленно просыпалась с ощущением теплого меда, тягучего и сладкого, текущего по ее рукам и ногам. Издав легкий стон удовольствия и радости, она потянулась. Медленно и грациозно, словно кошка. Ее левая рука коснулась упругих мышц, и она напряглась, внезапно сбитая с толку чьим-то присутствием там, где никого не было уже много лет. В следующее мгновение она вспомнила, как затащила Катрин к себе в постель, и дикий танец их страсти, последовавший за этим. Немного смутившись, она почувствовала, как на нее снова нападает истома.

Мягкие губы коснулись ее уха, теплое дыхание пощекотало шею, а знакомый сильный голос прошептал. – Прости, не хотела тебя будить. – Ловкие пальцы скользнули по ее груди, заставляя соски Марго снова затвердеть. – Так рано.

– Мммм. – Марго наблюдала за Катрин сквозь опущенные веки, чувствуя, как по коже бегут мурашки, и ощущая тяжелый комок желания внизу живота. – Ты давно не спишь?

Катрин приподнялась на локте и пригладила волосы Марго, другой рукой в это время лаская живот и бедра девушки. – Минут пять.

– Ты все это время... трогала меня? Это то, что привело меня в такое возбуждение?

– Каюсь. – уголок рта Катрин приподнялся в удовлетворенной улыбке. – Ты не против?

Кончик пальца Катрин медленно проследовал от пупка Марго к внутренней стороне бедра, и у нее снова засосало под ложечкой. Слова выходили вперемешку со стонами. – Это... о Боже... это очень интересный способ сказать "Доброе утро".

– Погоди, я еще далеко не все сказала, – прошептала Катрин, наклоняя голову, чтобы осторожно прихватить нижнюю губу Марго зубами, а ее пальцы нежно поглаживали Марго между ног. С каждым движением бедер Марго, навстречу ее прикосновениям, сердце Катрин билось все неистовее. Лаская клитор Марго кончиками своих пальцев, Катрин повторяла те же движения языком во рту Марго – долгие дразнящие бесконечные ласки. Она не спешила, даже несмотря на то, как стонала и извивалась Марго. Ее собственное возбуждение сжалось тугим комком в ее животе, подобно дикому зверю, приготовившемуся к броску. Но Катрин сдерживала свое вожделение. В этот раз все, что она хотела – это доставить удовольствие Марго.

– Не могу дождаться остального. – Задыхаясь прошептала Марго, после чего Катрин прервала поцелуй и остановила свою руку. – О, только не останавливайся.

Катрин лениво улыбнулась и сделала легкое дразнящее движение пальцами, глядя, как зрачки Марго сверкнули в ответ. – Скоро ты все узнаешь.

– Пожалуйста, скажи сейчас. – Марго протянула руку к волосам Катрин и зажала их в кулаке, притягивая ее ниже, к себе для поцелуя. В то же самое время, она приподняла свои бедра и сомкнула их вокруг руки Катрин, постанывая от удовольствия, пульсирующего в ней, от нажатия пальцев Катрин внутри нее. Откуда-то издалека до нее донесся стон Катрин. На этот раз, ее поцелуй оказался голодным и настойчивым, отдаваясь эхом в глубине тела Марго.

У Катрин закружилась голова, когда бархатные мускулы сомкнулась вокруг ее руки, но она упорно сохраняла контроль над собой, отказываясь следовать призыву настойчивых бедер Марго. Находясь глубоко внутри нее, Катрин оторвала свои губы от губ любовницы и прошептала. – Еще слишком рано.

– Ты чувствуешь меня? – пальцы Марго дрожали на шее Катрин, она коротко всхлипнула, – Я так близко...

– Я знаю, – прошептала Катрин, наслаждаясь ритмичными спазмами плоти вокруг ее пальцев. В качестве ответа, она опустилась ниже, и позволила своим губам присоединиться к пальцам, открываясь желаниям Марго. Она двигалась медленно, нежно целуя и мягко посасывая твердый пик Марго, еще больше дразня и будоража возбужденную плоть.

Марго постанывая извивалась на кровати. Одна ее рука запуталась в волосах Катрин, другая крепко вцепилась в простыни. Ее бедра напряглись, уступая возбуждению, сжавшемуся в тугой жаркий комок под губами Катрин. – О... Я кончаю... Детка... Я кончаю!

Едва дыша, Катрин подождала первую волну коснувшуюся ее губ и затем, почти высвободив свои пальцы, она снова погрузила их, приводя Марго к оргазму.

Марго хрипло вскрикнула и выгнула спину, прижимая губы Катрин к своей возбужденной плоти. Сердце молотом стучало у нее в ушах, а живот сводило судорогами. Она огласила свое избавление громким криком и безвольно рухнула на кровать. Слабым, потрясенным голосом она прошептала. – О, Катрин. Катрин.

Катрин осталась в ней, нежно успокаивая, все еще пульсирующий клитор, легкими прикосновениями языка. Когда Марго затихла, Катрин осторожно вытащила пальцы и скользнула вперед, забирая Марго в свои объятия. Прижимаясь к Катрин все еще немного дрожащим телом, Марго издала тихий стон. Катрин прижала свои губы ко лбу Марго и легонько покачала ее. – Все в порядке, милая?

Не в силах сказать ни слова, Марго лишь кивнула, уткнувшись в шею Катрин и обнимая ее плечи обеими руками. Ее живот все еще сводило от минувших потрясений, но больше, чем неожиданной мощью, с которой ее тело ответило на ласки, она была ошеломлена силой, которой обладала Катрин. Силой дотягиваться до самых потаенных уголков ее души. Тех, которые она считала потерянными навеки.

Медленно приходя в себя, Марго заметила, что Катрин тоже дрожит. Ее сердце бешено колотилось и только сейчас Марго увидела всю хрупкость момента, и еще более реальную слабость женщины в ее руках. И Марго испугалась. Испугалась того, что она чувствовала сама, того, что она ощущала в биении сердца Катрин, того, что она может снова это потерять, если позволит себе довериться чувству. Марго поднесла руку к груди Катрин и приложила ладонь к ее бьющемуся сердцу. Отклонившись назад, Марго заглянула в глаза Катрин. – А с тобой все в порядке?

Какое-то мгновение озадаченная Катрин смотрела на нее, а потом мягко расхохоталась. Прислонившись лбом ко лбу Марго, она тихо ответила. – Мне никогда не было лучше. Если не учитывать тот факт, что я без ума от тебя.

К своему удивлению, Марго почувствовала. что краснеет. Ничего из того, что было между ними, даже безумие их близости, не тронуло ее так сильно, как это простое признание. И это после того, что она только что для меня сделала... О, Боже. Марго коснулась пальцем подбородка Катрин и, стараясь сохранить спокойствие в голосе, сказала. – Я имела в виду твое сердце.

– И я тоже. – Совершенно серьезно ответила Катрин и нежно поцеловала губы Марго. – Я отлично себя чувствую. – Она задумалась, стоит ли ей продолжать, и в тоже время понимая, что даже небольшая недосказанность может поставить под угрозу единственное, чем она не могла рисковать – доверие Марго. – Я первый раз занималась любовью с тех пор как заболела.

Марго замерла. – О, Катрин. Ты должна была сказать мне. Черт, я даже не подумала...

– В этом был весь смысл, – быстро прервала ее Катрин. Держа Марго в своих объятиях и легонько сжимая, Катрин провела рукой вниз, по ее спине к небольшой ямочке у поясницы. – Я хотела, чтобы ты забыла обо всем со мной. Не хотела, чтобы ты думала о чем-то, и в особенности о моем чертовом сердце.

– Не похоже, что ты думала о том, чего хотела бы я. – Чтобы смягчить свои слова, Марго провела пальцами вдоль линии подбородка Катрин.

Катрин поцеловала кончики пальцев Марго. – Я подумала об этом и решила сделать по-своему.

Марго тихо зарычала. – Надеюсь, что это не станет твоим обычным modus operandi^{12}.

– Я хирург, – Катрин поймала указательный палец Марго и нежно засосала его, – Не в моих правилах спрашивать совета перед тем, как принять решение.

– Неужели? – Марго положила обе руки на плечи Катрин и одним движением перевернула ее на спину. Потом она нависла над ней, глядя на дерзкое красивое лицо, прежде чем наклониться и прикусить нижнюю губу Катрин. – Похоже, над этим нам придется еще поработать.

– Это будет как... домашнее задание? – Катрин провела языком по мягким губам Марго, – Возможно, мне надо будет попрактиковаться.

– Катрин, – серьезно сказала Марго, – это был твой первый раз... – Она рассмеялась и потрясла головой. – Черт, не могу поверить, что после всего, что мы устроили прошлой ночью я еще могу смущаться перед тобой. Это был твой первый оргазм с момента операции?

Катрин со вздохом кивнула. Увидев, как Марго нахмурилась, она поспешно добавила, – Мне не ставили никаких ограничений по поводу секса. Мой кардиолог сказал, что все в порядке. Просто раньше не было подходящей возможности.

Брови Марго дернулись. – Вообще-то я скорее рада. Я немного беспокоилась по поводу Мэнди.

– О, пожалуйста. – Катрин улыбнулась и снова поцеловала Марго, – Правда я была несколько раз близка к оргазму, когда думала о тебе.

Вспомнив о своих ярких снах о Катрин и связанных с этим ночных радостях, Марго, к ее ужасу, снова покраснела. – Должна сказать, здесь мы были на одной волне.

– В самом деле? – Катрин улыбнулась, – Значит ты... думала обо мне?

– Обычно, после простой встречи я не испытываю острого желания сорвать с женщины одежду и забраться на нее в эротическом экстазе, – сухо сказала Марго. – Так что, учитывая, что произошло прошлой ночью, я думаю, можно с уверенностью сказать, что я... тебя страстно желала.

Катрин перевернулась набок и провела рукой по бедру Марго, одобрительно промурлыкав: – Если ты продолжишь говорить мне подобные вещи, сегодня мы из постели не выберемся, а у меня важный матч.

– А я думаю, что моя дочь и ее бабушка нагрянут сюда через час или около того, – ответила Марго, взглянув на часы на прикроватном столике.

– Боже, – Катрин вскочила на кровати, – Мне надо убираться отсюда.

Рассмеявшись, Марго притянула ее обратно, пока их лица снова не оказались друг напротив друга. Она провела рукой по волосам Катрин, внезапно понимая, что не хочет позволять ей вставать. Она не хотела ее отпускать. Не хотела провести весь день вдали от нее. Эти чувства были незнакомы ей, и они одновременно пугали и возбуждали Марго. – У тебя есть еще несколько минут. Сегодня суббота и, учитывая, что дети скорее всего полночи не спали, не думаю, что они появятся так рано.

– Мне бы не хотелось расстраивать Арли, – тихо сказала Катрин.

– О, ты такая милая, – прошептала Марго, перекатившись на Катрин, она одарила ее глубоким чувственным поцелуем. Они вместе двигались в плавном ритме обольщения, Марго устроила свою ногу между ног Катрин и издала одобрительный стон, когда бедра Катрин крепко сомкнулись вокруг нее. Она ритмично вжималась в Картин, одновременно изучая ее рот и, наслаждаясь ее жаром и голодом. Услышав резкий вскрик и почувствовав напряжение в ее теле, Марго подняла голову, наблюдая, как страсть заполоняет Катрин. Увиденное ошеломило ее.

Глаза Катрин заволокло туманом вожделения, мышцы на ее шее напряглись. Марго снова увидела ее такой уязвимой и невероятно красивой, открытой и доверчивой и такой удивительно честной в желании получать и дарить любовь. – Катрин, – зачарованно выдохнула Марго.

С изумленным криком дернувшись всем телом, Катрин сильно сжала ногу Марго между своими бедрами. То, что началось небольшой рябью пробежавшей вдоль позвоночника, превратилось в мощную волну оргазма, бьющуюся в жилах и сжигающую всю ее без остатка. – О Боже!

Несколько долгих мгновений для Катрин не существовало ничего, кроме объятий Марго, и высшей точки сексуального наслаждения. Даже своих слез она не замечала.

– Все хорошо. Все хорошо, – шептала Марго крепко прижимая к себе Катрин. Я никому не позволю обидеть тебя. Я обещаю.

– Марго ты просто волшебница, – прошептала Катрин, – То что я чувствую... Я раньше не знала, что такое возможно.

У Марго не было слов. Она ожидала физическую страсть, потому что влечение было таким сильным с самого начала. Но она не ожидала такой нежности и пугающего душевного голода. Она не ожидала, что захочет, чтобы Катрин была рядом, не ожидала, что захочет заботиться о ней и чувствовать ее частью своей жизни.

– Ты пугаешь меня, Катрин Макгауер.

Катрин коснулась дрожащими пальцами щеки Марго. – Почему?

– То, что я чувствую... я не уверена, что хочу этого.

– Но, может быть, когда-нибудь захочешь? – Сердце Катрин замерло в ожидании ответа. Только не закрывай передо мной дверь. Пожалуйста.

Марго глубоко и нервно вдохнула и сказала таким тихим голосом, что Катрин едва расслышала ее слова. – Может быть.

– Я уже говорила, что умею ждать.

Марго не была уверена, говорит ли Катрин от чистого сердца, но знала, что сейчас не может дать больше, не может ничего обещать ей. Марго неохотно отодвинулась от Катрин. – Я вчера настраивала таймер на кофе-машине. Должно быть кофе уже готов. Ты можешь принять душ, если хочешь, или просто поваляться здесь, пока я его принесу.

Катрин остро почувствовала отчуждение Марго, но не сделала попытки ее удержать. – Я просто умоюсь, а душ приму потом у себя.

Марго поцеловала ее и выскользнула из постели. – Я скоро вернусь.

Через пару минут Марго вернулась в спальню с двумя кружками ароматного кофе. Катрин была одета и стоя возле комода смотрела на фотографию посередине. Марго подошла к ней и протянула кружку. – Держи.

Катрин улыбнулась и взяла кофе, прошептав. – Спасибо. – Она сделала глоток и удовлетворенно замурлыкала. Кивнув в сторону фотографии, она спросила. – Терри?

– Да. – Марго взяла фотографию и несколько секунд внимательно смотрела на нее, после чего взглянула на Катрин, пытаясь понять о чем она думает. Ты знаешь, что я все еще люблю ее? Это может нас разлучить?

Протягивая руку, Катрин осторожно спросила. – Можно?

Марго молча передала ей фото и наблюдала за Катрин, пока та смотрела на Терри. Когда она подняла взгляд, в ее глазах была печаль.

– Она такая молодая.

– Была. – Марго вздохнула. – Ей было двадцать шесть, когда сделали этот снимок. Она умерла год спустя.

Катрин осторожно вернула фотографию на место, затем повернулась к Марго и спокойно посмотрела в ее красивые карие глаза. – Если бы я могла попасть в прошлое, то я бы исправила то, что случилось. Даже если бы это означало, что мне не быть рядом с тобой. – Катрин сделала глубокий вдох. – А я хочу быть с тобой больше всего на свете.

Губы Марго раскрылись в удивленной улыбке, а руки задрожали так сильно, что ей пришлось поставить чашку, чтобы не разлить ее содержимое. Катрин хотела помочь ей, но Марго жестом остановила ее. – Нет. Все в порядке.

– Прости. – Поспешно сказала Катрин. Она безумно хотела коснуться ее, до дрожи в коленях, но не сдвинулась с места. – Я не хотела тебя расстроить.

– Ты не расстроила. Напротив. – Дрожащая улыбка мелькнула на губах Марго. – С самой первой нашей встречи ты постоянно удивляешь меня.

– Это плохо?

– Я пока не знаю. – Марго придвинулась ближе и положила ладони на грудь Катрин, поглаживая кончиками пальцев ее ключицу и постепенно поднимаясь к шее и дальше к затылку. – Я очень сильно ее любила. И до сих пор люблю.

– Я знаю. – Катрин слегка наклонила голову, на ее губах появилась улыбка такая же нежная как выражение ее небесно голубых глаз. – Ты думаешь я хочу это изменить?

– А ты хочешь?

– Нет. – Катрин положила обе руки на талию Марго, но не стала придвигаться ближе. – Все, чего я хочу, это то, что ты сама хочешь мне дать.

– А если этого будет недостаточно?

Катрин наклонилась и нежно поцеловала Марго. – А если не будет?

– Если ты не перестанешь так на нее пялиться, то прожжешь в ней дырку.

Марго подпрыгнула от неожиданности и, повернувшись, выразила Линде свое раздражение. – Ты когда-нибудь прекратишь ко мне подкрадываться? Я вообще, понятия не имею, о чем ты говоришь.

– Я говорю о том, как ты смотришь на нашего нового тренера, – сладким как патока голосом ответила Линда, – Как изголодавшийся зверь. Ну, ты понимаешь.

– Я присматриваю за своей дочерью. – Ледяным тоном сказала Марго, игнорируя ухмылку Линды. Она специально стала поодаль от восторженной толпы родственников и друзей, собравшихся посмотреть, как играют их дети. Она была не в настроении для пустой болтовни, даже с Линдой. Все, что она могла делать во время завтрака с Филлис и Арли – это сохранять внешнее спокойствие, но единственное, о чем она думала, или о чем хотела думать в тот момент, была ее ночь с Катрин.

И не только о том, что она чувствовала, когда касалась Катрин, или когда Катрин касалась ее. Невероятную свободу и необузданную энергию жизни, что само по себе было почти чудом. Марго думала и о том, как Катрин держала в руках фотографию Терри – с нежностью и такой искренней печалью в глазах – и это потрясло Марго до глубины души. Ей было трудно поверить, что Катрин может смириться с тем, что частичка сердца Марго навсегда осталась с Терри, но ее глаза не оставляли в этом ни малейшего сомнения. У Марго не было оснований сомневаться в том, что Катрин на самом деле заботилась о ней настолько, чтобы хотеть изменить прошлое – удивительное признание, которое до сих пор волновало ее.

– О-о, кто-то сегодня встал не с той ноги? – Линда взяла Марго под локоть и легонько толкнула ее плечом.

Не дождавшись остроумного ответа, Линда окинула Марго изучающим взглядом. На скулах девушки играл легкий румянец, а глаза, следящие за каждым движением Катрин, пылали огнем.

Не могу поверить! Они переспали. Катрин, наверное, обладает каким-то мистическим даром, если Марго подпустила ее к себе настолько близко. И похоже, что сейчас Марго до смерти напугана этим.

Линда молча схватила руку Марго и сжала ее.

– Этой ночью мы были вместе, – Марго мягко сжала пальцы подруги в ответ, отвечая благодарностью на утешение и безмолвную поддержку. Она все еще не могла в это поверить. Нет, она уже знала ответ, потому что каждая клеточка ее тела вибрировала от особенного сочетания возбуждения и удовлетворения, причиной которых мог быть только хороший секс. Но она все еще не могла принять тот факт, что позволила Катрин дотянуться до уголков своей души, находящихся за гранью физического контакта. И то, как легко ей это далось. Слишком легко. Сейчас, глядя как эта темноволосая девушка грациозно парит над футбольной площадкой, иногда останавливаясь, чтобы отряхнуть чьи-то грязные коленки или подбодрить кого-нибудь из ее маленьких подопечных, Марго с удивлением думала о том, какое удивительное сочетание чувств вызывает в ней Катрин – восхищение, уважение и безумное влечение. Боже, что я наделала. Что же из всего этого выйдет?

Линда прочистила горло. – Подробности можешь рассказать после. С тобой все в порядке?

Марго продолжала смотреть прямо перед собой. – Я немного удивлена. Она очень привлекательная, очень милая и наверное... – Марго пожала плечами, – Наверное, я немного увлеклась.

– Увлеклась. Угу. – Линда обдумала эту мысль. – Марго, милая, ты никогда не увлекаешься. Это не в твоем стиле.

– Прошлой ночью, это точно было в моем стиле. – Марго не могла отрицать, что ее влекло к Катрин с их первой встречи. Но это ничего не объясняло, ведь Марго предполагала, что для такой привлекательной женщины как Катрин, вполне естественно возбуждать сексуальное влечение в окружающих. – Она очаровательна.

– Да? Если тебе нравятся такие горячие красотки, то я с тобой согласна.

Марго одарила Линду еще одним сердитым взглядом. – Я решила насладиться ее обществом. Это преступление?

– Не вижу в этом проблемы, если дело касается только... секса. – Линда сделала над собой усилие, чтобы не закатить глаза. – Вполне естественно. Каждому время от времени необходим здоровый секс.

Не совсем понимая почему, Марго почувствовала раздражение, услышав такую безликую фразу, как будто Катрин была всего лишь куклой с красивым телом и симпатичным лицом. – Конечно, она мне нравится. Как она может кому-нибудь не нравиться? Она умная, добрая, ласковая и... Ну, ты понимаешь.

– Да. – мягко ответила Линда, думая о том, сколько времени пройдет, прежде чем Марго осмелится признать все остальное. – Я знаю.

Марго смотрела, как Арли практически идеально выполняет замысловатый пас и мысленно видела в ее движениях Катрин. Эта мысль согрела ее, хоть и испугало еще одно доказательство того, насколько глубоко Катрин проникла в ее жизнь.

– Я боялась, – очень тихо произнесла Марго, – боялась, что когда она будет меня касаться, я буду думать о Терри.

Линда закусила губу, стараясь сдержать нахлынувшую волну сочувствия. За минувшие шесть лет были времена, когда ей хотелось обнять Марго, и укачивая, как одного из своих детей, забрать всю ее боль себе. Потому что свою боль переносить гораздо легче, чем быть свидетелем страданий Марго. Конечно, это было невозможно, и Марго не так просто сломать. Испытания выпавшие на ее долю пытались согнуть ее, но она не поддалась. Может быть, причиной этому была Арли. Но несмотря ни на что, Линда благодарила силу, которая была с Марго. Она бы не выдержала утрату их обеих.

– Но ты же не думала о ней. – Нежно спросила Линда, с трудом представляя, как, должно быть трудно, было сделать первый шаг для Марго. И как сильно она хотела Катрин, чтобы решиться на него. – Тебе было... хорошо?

Марго кивнула. – Я ни о чем не думала. А если и думала, то не помню. – Она обратила смущенный, нерешительный взгляд на Линду. – Если честно, то я не помню ничего, кроме Катрин.

– Думаю, именно так и должно все происходить. – Линда улыбнулась замешательству в глазах Марго и только потом вспомнила, что Марго и Терри были практически детьми, когда поддались влечению и вкусили плод любви. – Значит, в общем, ты всем довольна?

– Я еще не совсем поняла. – Голос Марго был спокойным. Она не сомневалась, что сможет во всем разобраться. Марго вздрогнула, поймав на себе взгляд Катрин с другого конца поля, затем улыбнулась и махнула рукой. Катрин помахала ей в ответ. – Катрин не торопит меня и не подталкивает к серьезным отношениям, что на самом деле хорошо.

Линде понадобилась вся ее воля, чтобы сдержать возглас изумления. Неужели, только ей было понятно, что происходит между этими двумя? Нет, у Линды было ощущение, что Катрин Макгауер точно знает, что происходит. Интересно, как долго Катрин позволит Марго не замечать этого. – Угу. Да, это на самом деле здорово.

Услышав странные нотки в голосе подруги, Марго удивленно приподняла бровь. – Что не так?

– Ничего. – Линда лишь мило улыбнулась в ответ. – Так почему бы вам с Арли и Катрин не заглянуть к нам сегодня после матча? Уверена, что Робин и Катрин захотят обсудить каждый эпизод игры. А дети могут поплавать.

Не услышав ответа, Линда проследила за взглядом Марго и увидела, на что смотрят пылающие гневом глаза подруги. Мэнди, в обтягивающей футболке и таких же черных джинсах на другой стороне поля разговаривала с Катрин и, в своей обычной манере общения с женщинами от восемнадцати до восьмидесяти, ее пальцы блуждали по руке Катрин. Линде показалось, что она услышала, как ее подруга тихо рычит. – Прости, что ты сказала?

– Я сказала, – сквозь зубы процедила Марго, – что, если она не уберет свои руки, то однажды я их оторву и забью ее, ими же, до смерти.

Линда едва не подавилась пытаясь сдержать приступ ликующего смеха. Ага. Всего лишь небольшое эротическое увлечение.

Растянувшись в плетеном кресле рядом с Робин. Катрин с удовольствием наблюдала за Арли, съезжавшей с горки в бассейн головой вперед, проплывающей несколько метров и выныривающей как морской котик, плавно и почти без брызг. – Ого, а этот ребенок отлично себя чувствует в воде. Ей следовало бы записаться в группу по плаванию.

– Она просто обязана хорошо плавать. По-моему, ей еще не было и двух месяцев, когда Терри пустила ее в воду. – Робин быстро взглянула на Катрин, не в силах прочесть ничего на ее лице. – Ох...

– Наверное ты хорошо ее знала.

– Да. – Чувствуя себя очень неловко, Робин оглядела задний двор, надеясь на спасение в лице своей супруги. Эмоции и отношения между людьми были по части Линды. Она могла говорить о чем угодно с кем угодно и всегда знала, что сказать. Это устраивало Робин, поскольку сама она была не особенно разговорчивой. Но Катрин была ее приятельницей, и не было никакого смысла отрицать, и без того очевидное, что между ней и Марго что-то происходило. К тому же, Робин понимала, что Катрин предпочитает, говорить напрямую. – Все любили Терри. Она была по-настоящему хорошим человеком и была без ума от Марго.

– Это я уже поняла. И чувства были полностью взаимны. – Тихим задумчивым голосом произнесла Катрин. – Ее будет очень трудно заменить.

– Ты же не думаешь об этом всерьез?

Удивленно приподняв брови, Катрин взглянула на собеседницу.

Робин спокойно выдержала ее взгляд. – Ты не Терри, Катрин.

– Нет. – Катрин подумала о том, какое счастье она испытывает, находясь рядом с Марго, и о тоске, которая наполняет ее, когда Марго далеко. Она вспомнила, как радовалась во время их утренней прогулки. – Но я влюблена в девушку Терри.

– Ну... – Робин допила свое пиво и поставила пустую бутылку на землю рядом с креслом, – Я не очень-то разбираюсь в сердечных делах. Линда кое-как объяснила мне на нашем первом свидании, что я та девушка, которая ей нужна, и у меня хватило ума не спорить с ней. И не успела я оглянуться, как мы уже были женаты, и я была беременна.

Катрин рассмеялась. – Мне почему-то кажется, что мне это не грозит.

– Но. – продолжила Робин, тоже улыбаясь, – Я думаю, что тебе стоит поработать над тем, чтобы показать Марго, что теперь она твоя девушка.

Моя девушка. Захочет ли она этого когда-нибудь? Катрин посмотрела в сторону дома как раз в тот момент, когда дверь распахнулась и Марго с Линдой вышли, неся подносы с едой и напитками. Марго была единственной женщиной, одного взгляда которой было достаточно, чтобы сердце Катрин перестало биться.

– Привет, красотка, – Линда, наклонилась и громко чмокнула Робин в губы, – Очередная победа хозяев поля, да?

Робин равнодушно пожала плечами. – Да уж, наши детки сегодня надрали кое-кому задницы.

– Шшш! – Марго кивнула в сторону детей, – Они же услышат.

– Не беспокойся, – заверила ее Катрин, стараясь не рассмеяться, видя искреннее беспокойство в глазах Марго, – Мы постараемся не испортить их своими пороками.

– Они все узнают сами и скорее всего раньше, чем мы думаем. – Не отрывая взгляда от резвящейся в бассейне дочери, Марго присела на краешек кресла Катрин. – Для них будет лучше побыть детьми чуточку дольше.

– Дэнни и Ким говорили что-то про секцию карате. – Заявила Линда, открывая пакет с чипсами и передавая его по кругу. Она угнездилась на кресле между ног Робин, и привычно наклонилась, чтобы та могла обнять ее за талию.

– Я занималась карате в детстве, – с усилием сказала Катрин. Тепло от ладони Марго отвлекало, вызывая волну мурашек. Она почувствовала, как напряглись ее соски, ей безумно хотелось прижаться к спине Марго и ощутить удовольствие от контакта, как было утром, когда она проснулась с Марго в своих объятиях. – Это очень хорошая тренировка для тела и духа. К тому же, никогда не помешает быть уверенной, что сможешь защитить себя, особенно если ты девочка.

Марго вздохнула. – Если ваши дети начнут заниматься, то Арли тоже захочет. – Она повернулась к Катрин. – Это безопасно?

– С хорошим учителем, да. – Катрин отчаянно старалась не смотреть на грудь Марго, но все ее усилия были бесполезны. Марго была так близко, что Катрин чувствовала ее запах и от этого у нее кружилась голова.

– Наверное нам стоит подождать, пока они сами попросят, – прошептала Марго, зачарованная солнечными бликами в глазах Катрин. Не отдавая отчета в том, что делает, она начала поглаживать бедро Катрин, чувствуя, как упругие мышцы напрягаются под ее пальцами. – Может быть ты сможешь помочь выбрать школу карате?

– Конечно. – Катрин неуютно поежилась. Сердце стучало у нее в ушах, а живот свело судорогой от возбуждения. Как можно более непринужденно она встала, в полной уверенности, что если останется на месте, то не сможет больше себя сдерживать. – Я только на пару минут забегу в дом.

Зайдя в кухню, Катрин достала другую бутылку пива из холодильника и опершись рукой о дверцу, провела холодным стеклом по своему лбу. Боже. Боже, она прекрасна. Я ее хочу. Боже, я так ее хочу.

– Катрин? – Марго вошла в кухню, закрывая за собой дверь. От одного вида дрожащей с закрытыми глазами Катрин, опирающейся одной рукой о холодильник, страх прошиб Марго. Она подбежала к ней и осторожно коснулась ее спины. – Катрин? С тобой все в порядке?

– Нет. – Повернувшись, Катрин открыла глаза и не глядя поставила бутылку на стойку. Потом она положила обе руки на бедра Марго и крепко прижала ее к себе. – Нет, со мной ничего не в порядке.

Не обращая внимания на вопрос, готовый сорваться из уст Марго, она накрыла ее губы своими. С низким грудным стоном, она целовала Марго, не нежно, не спокойно, а грубо и агрессивно. Она прижалась грудью и бедрами к Марго, заставляя ее прогнуться в спине. Возможно, прошла всего минута, или, может быть, несколько часов, но Катрин не сбавляла свой натиск, пока не почувствовала, как пальцы Марго сжимаются в ее волосах, откидывая ее голову.

– Еще секунда и я займусь с тобой любовью прямо здесь у холодильника, – Хватая ртом воздух прохрипела Марго. Я возьму тебя прямо здесь, и не отступлю, пока ты не упадешь в изнеможении. О Боже, Катрин.

Катрин отыскала грудь Марго и сжала ее через мягкий хлопок рубашки и тонкий шелк бюстгальтера. Зажав твердый сосок, она хрипло произнесла: – Не раньше, чем я займусь тобой.

Глаза Марго блеснули. – Я бы с этим поспорила, но не вижу смысла. – Она провела по груди Катрин и опустила руку к низу живота. – В любом случае выигрывают все.

– Твои друзья снаружи, – задыхаясь сказала Катрин, ее живот сводило от прикосновений Марго, – И дети.

– Знаю. – Марго наклонилась к шее Катрин и укусила ее. – Ты занята сегодня вечером?

– Надеюсь, что да.

Губы Марго медленно сложились в удовлетворенную ухмылку. – Ты можешь на это рассчитывать.

Катрин осторожно постучала в заднюю дверь. Ей казалось, что в душной тишине позднего летнего вечера, стук ее сердца разносился по всей округе. Чувства Катрин обострились до предела, каждое мгновение наполнилось необыкновенным смыслом и все потому, что через несколько секунд она увидит Марго. Это было единственное, о чем она могла думать последние несколько часов и от каждой мысли об этом ее живот сводило судорогой, а дыхание застревало в горле.

– Катрин?

– Филлис! – Катрин покраснела, радуясь сумеркам, которые скрывали ее эмоции. – Простите. Мне показалась, что Марго сказала 8:30. Я просто за...

– Марго наверху, – рассмеялась Филлис и толчком открыла перед Катрин дверь, – Она уложила Арли и, как я думаю, сейчас принимает душ. Проходи.

Катрин смущенно последовала за Филлис в слабо освещенную кухню. Катрин поразила атмосфера семейности, пронизывающая все вокруг, и острое ощущение того, что кого-то не хватает. Она повернулась и посмотрела на Филлис, которая смотрела на Катрин добрым, и в то же время вопросительным взглядом.

– Хочешь кофе? – спросила она, – Я только что сварила.

– Было бы здорово. Спасибо. – Приняв из рук Филлис кружку, она добавила – Жаль, что вас не было на сегодняшнем матче. Арли была великолепна.

– Я ездила в город на дневной сеанс "Аренды".– Филлис взяла свою кружку и жестом предложила Катрин пройти на крыльцо, – Давай выйдем наружу. Сегодня такой красивый вечер.

Плечом к плечу, облокотившись на металлический поручень, они вдыхали теплый летний воздух. Катрин гадала, рассказала ли Марго что-нибудь Филлис об их отношениях. Она не хотела поднимать эту тему сама, потому что не хотела мешать личной жизни Марго, но у нее плохо получалось скрывать подобные вещи. А Филлис была слишком важным человеком для Марго и Арли, чтобы держать ее в неведении.

– Вам понравился вчерашний концерт? – спросила Филлис, чтобы поддержать разговор.

– Очень. Это было нечто. Все в тот вечер было таким особенным.

Филлис повернулась к ней, оперлась бедром о перила и улыбнулась. – Довольно необычная ситуация, не так ли?

– Да, – к собственному удивлению Катрин не почувствовала дискомфорта, наоборот ее стеснение стало постепенно уходить. Она привыкла встречать проблемы лицом к лицу. И хотя, только Марго могла решить, что для нее значит Катрин, сейчас инициатива была в руках Филлис. Если бы Марго не была так истерзана потерей Терри, то Катрин преследовала бы ее с той же настойчивостью и упорством, как она делала все в своей жизни. Но ей было достаточно один раз взглянуть на Марго, чтобы увидеть нерешительность в ее глазах и почувствовать острую боль все еще не оправившегося от утраты сердца. Лишь когда они касались друг друга, становилось ясно, как все должно быть между ними.

– Если это поможет, – продолжила Катрин, – Я хотела бы сказать, что Марго самая необыкновенная женщина, которую я встречала в своей жизни, а Арли удивительный ребенок. Я бы никогда не сделала ничего, что могло бы причинить им боль. – Катрин спокойно выдержала взгляд Филлис. – Или тебе, Филлис. Я бы всеми силами постаралась избежать этого. Но я не позволю Марго уйти от меня, если она сама не попросит отпустить ее.

– Если бы Терри была жива, – спокойно, без тени раздражения сказала Филлис, – Тебя бы не было рядом с Марго.

– Я бы сама не захотела им мешать, – голос Катрин был едва слышен, но ее лицо оставалось спокойным.

– Знаю, – Филлис мягко улыбнулась и нежно похлопала Катрин по плечу, – И именно поэтому я рада, что ты рядом с ней.

Катрин медленно выдохнула. – Спасибо. Это очень много значит для меня, но еще больше для Марго.

Филлис наклонила голову, ласково глядя на Катрин. – Похоже, что ты ее очень хорошо понимаешь. Как ты думаешь, почему?

– Не знаю. Я почувствовала что-то в ту же секунду, когда увидела ее в первый раз. Как будто... родственную душу. – Катрин пожала плечами. – Я не могу подобрать правильные слова, но мне кажется, это и не нужно. По крайней мере, не для меня. Просто я чувствую, что для меня это правильный выбор.

– Мне кажется, что ты нашла очень правильные слова, Катрин, – Филлис взяла в руки чашку, – Надеюсь, что Марго скоро спустится. Мне пора домой. Я собираюсь принять ванну и попробовать уговорить одного джентльмена на вечернюю автомобильную прогулку.

– Удачи, – сказала Катрин вслед спускающейся по ступенькам Филлис.

Улыбнувшись, Катрин вернулась на кухню, вымыла свою чашку и поставила ее в сушилку. Когда она обернулась, то увидела Марго, стоявшую в дверях и наблюдавшую за ней.

– Я спустилась сказать Филлис, что опаздываю. – Голос Марго был тихим и хриплым.

Воздух с шумом вырвался из груди Катрин, а в ее животе защекотало, как будто она оказалась в падающем лифте. Волосы Марго еще не высохли после душа, бледно-зеленый шелковый халатик, подвязанный на талии, доходил чуть выше колен. Она стояла босиком, несколько капель влаги просочились через ткань под бугорками ее груди. Катрин представила влажную гладкую кожу Марго под покровом одежды, и ее тело тут же отозвалось покалыванием, в горле внезапно пересохло и Катрин, указывая на дверь, едва смогла произнести. – Она только что ушла.

– Самое время. – Марго прислонилась плечом к дверному косяку и окинула взглядом Катрин, наслаждаясь потрясенным выражением ее лица. На Катрин теперь были черные джинсы и синяя рубашка. Ее стройная, красивая фигура сейчас была похожа на скрученную пружину, готовую распрямиться и броситься на Марго. Марго почувствовала острое желание броситься на нее первой. Она оттолкнулась плечом от косяка и сказала, – Арли заснула. Теперь ее и пушкой не разбудишь.

Ноги Катрин как будто приросли к полу. Она успела лишь спросить – Ты уверена? – а Марго уже прижала ее к холодильнику.

– Более чем. – Марго всем телом прижалась к Катрин, ее губы коснулись губ девушки. – Я хотела сделать это с тех пор, как мы были у Линды.

Марго впилась в губы Катрин с силой, которая удивила их обеих. Катрин закрыла глаза и полностью отдалась воле Марго, открывшись перед ней полностью, и телом и душой. Она ощущала силу языка Марго, своим языком, ничуть не уступавшим в страстности. Когда Марго просунула свою руку между ними и положила ладонь между ног Катрин, несильно сжимая ее, Катрин подавила внезапный стон и приподняла свои бедра, давая Марго сделать то, что она хочет. Марго оторвалась от ее губ и Катрин резко вдохнула.

– Но мы... не забудем... о благоразумии, – Марго задыхалась, ее взор затуманился жаждой, которая почти поглотила ее всю, – За зак… закрытыми дверями.

– О Боже, да! – дрожа всем телом, кивнула Катрин, – Я плохо соображаю... Я... Боже, я хочу, чтобы ты дотронулась до меня.

– Я знаю, детка, – прохрипела Марго, еще раз придавливая Катрин своими бедрами к холодильнику и проводя кончиками пальцев по ее лицу и раскрытым губам, – Знаю.

Катрин застонала, когда очередная волна до боли сладкой неги накрыла ее с головой. В отчаянном желании контакта с Марго, она схватила ее бедра обеими руками и прижала к себе. – Нам лучше пойти сейчас. Здесь, я больше за себя не ручаюсь.

Не отрывая взгляда от лица Катрин, Марго крепко взяла ее за руку. – Не беспокойся. Я держу тебя.

Спотыкаясь и едва переставляя ноги, Катрин последовала за Марго вверх по лестнице в спальню. Не в силах пошевелиться, она стояла посреди комнаты, пока Марго закрывала дверь на замок.

– Комната Арли в другом конце коридора, – тихо сказала Марго протягивая руку к пуговице на джинсах Катрин, – Сними рубашку.

Руки Катрин тряслись так сильно, что она едва справилась с этой несложной задачей. Звук расстегивающейся ширинки заставил ее клитор затрепетать, а когда пальцы Марго коснулись обнаженной кожи ее живота, Катрин задрожала всем телом, и из ее груди вырвался глубокий стон. – Когда ты так делаешь, я хочу сразу кончить.

– Ммм, – улыбнулась Марго, глядя, как сокращаются мышцы пресса Катрин, и продолжила дразнить ее медленно проводя ногтями по упругой коже, спускаясь все ниже и ниже до тех пор, пока она не услышала, как Катрин перестала дышать. – Я помню самый первый раз, когда я сделала так… ты точно также напряглась. Мне нравится делать это с тобой, – Марго подняла свой затуманенный взгляд на Катрин, – Мне нравится, что происходит со мной, когда я касаюсь тебя.

– Распахни свой халат, – прошептала Катрин.

Марго молча потянула за кончик своего пояса и медленно пропустила ткань между своих пальцев, но не развязала узел. – Я хочу, чтобы это сделала ты.

Не отрывая глаз от лица Марго, Катрин потянулась к ее поясу и, одним ловким движением руки, распустила узел. Продолжая держать ее взгляд, она мягко отвела пальцами края полураскрытого халата и, начиная с талии, медленно прошлась вверх. Мелкая дрожь и тихий стон наслаждения были ответом Катрин на легкие, словно перышки, прикосновения ее рук. Достигнув груди Марго, Катрин просунула свои руки под шелк халата, и прошлась ладонями поверх всей поверхности груди, чувствуя как затвердевают соски от трения под ее ладонями.

– О-о. – Марго резко дернулась и, покачнувшись от теплой волны возбуждения, поднявшейся от ее живота вверх, положила руку на плечо Катрин, чтобы устоять на ногах. – Я не знаю... если ты продолжишь трогать меня там...

Отодвинув легкий шелк ровно настолько, чтобы обнажить грудь Марго, Катрин обняла ее одной рукой за талию и засосала губами твердый розовый сосок. Когда она осторожно обхватила его зубами и слегка сжала, Марго издала тихий скулящий звук, от которого голова Катрин чуть не разорвалась. Ее собственное возбуждение было таким острым, что, когда Марго провела ладонью по внутренней стороне ее бедра и начала сладострастно ласкать разгоряченную плоть между ее ног, Катрин почувствовала первые всплески оргазма. Ее голова непроизвольно откинулась назад, она нащупала руку Марго и прохрипела сквозь стиснутые зубы. – Стой.

– О нет. Позволь мне... – Марго уткнулась лбом в грудь Катрин, наслаждаясь болью в своих напряженных сосках, требущих, чтобы руки Катрин вернулись к ним. – Позволь мне довести тебя до оргазма.

– О-о, я получу свой оргазм, – Катрин издала нервный смешок, – И если ты не будешь осторожна, то гораздо быстрее, чем ты думаешь.

Марго откинула голову назад, ее губы дрожали от желания, веки были опущены тяжестью ее возбуждения. – Не хочу быть осторожной. Не хочу ждать. Я хочу тебя сейчас, а потом еще снова и снова.

Позже, Катрин гадала, как у нее это получилось, но в тот момент она не раздумывала, и крепко сжав талию Марго одной рукой, просунула другую под коленями девушки и одним движением подняла Марго на руки и сделала три долгих шага к постели. Положив Марго на подушки, Катрин последовала за ней и накрыла тело возлюбленной своим разгоряченным телом. Ее губы уже икали губы Марго. Катрин поместила свою ногу между бедер Марго и тут же ощутила как руки Марго сильнее прижали ее бедро к своему центру. Они еще не успели улечься на постели, а их бедра уже отчаянно искали облегчения в ритмичных движениях напряженных мышц и горячей возбужденной плоти.

Не было ведущего, не было ведомого. Их желания идеально совпадали, их страсть была единой, их вожделение было одно на двоих. Катрин запустила свои пальцы в волосы Марго. Приблизив свои губы к уху девушки, она хрипло прошептала. – Я сейчас кончу. Давай вместе.

– Да! О да! – Марго вцепилась пальцами в напряженные мышцы Катрин и уткнулась лицом в ее шею, когда удовольствие накрыло ее бурным потоком. Она почувствовала, как рушатся все преграды ее самоконтроля, и попыталась заглушить собственный крик, прижимаясь ртом к Катрин.

Катрин замерла. Она услышала и почувствовала оргазм Марго и это стало спусковым крючком для ее собственного тела. Изо всех сил пытаясь сдержать рвущийся наружу крик, Катрин кончила на руки Марго, зная теперь, что этим рукам она может полностью довериться.

Очнувшись, Марго понятия не имела который сейчас час. В этот раз то, что рядом лежала Катрин ее не удивило, но Марго все равно подумала, что это чудо. Спустя некоторое время после того, как они обе рухнули в изнеможении, Катрин перевернулась на спину и сейчас Марго лежала рядом прижавшись к ней щекой и положив ногу на бедро Катрин. Ровное дыхание Катрин щекотало ее ухо, а стук ее сердца тихо подтверждал Марго реальность происходящего. Марго не могла пошевелить потяжелевшими конечностями, в которых еще чувствовалось остаточное явление от ушедшей волны возбуждения. И даже будучи полностью удовлетворенной, Марго не давала покоя ее жажда. Не только физических удовольствий, которые пульсировали в ее венах отдаленным барабанным ритмом. Больше всего она хотела тех наслаждений, которые дарила ей Катрин, заполняя пустоты в ее душе, которые никто не мог заполнить уже так долго. Марго задрожала, напуганная тем, как быстро и легко Катрин нашла себе место в ее сердце.

Катрин легонько провела рукой по волосам Марго. – Тебе холодно?

– Нет, – ответила Марго и нащупав мятую простынь лежавшую рядом, накрыла ею их обеих. – Я даже не думала, что смогу так.

– Как? – спросила Катрин, поглаживая Марго по спине, чтобы немного успокоить ее. Несмотря на то, что Марго лежала рядом, свернувшись калачиком и нежась в тепле их разгоряченных сексом тел, в ее голосе отчетливо слышалось беспокойство.

– Кончить одновременно с кем-нибудь. – Позволить тебе проникнуть так глубоко, что твоя кровь текла в моих жилах, твоя страсть наполняла мое тело, твое высвобождение стало моим блаженством. – Раньше у меня почти получалось... Но никогда... – Она уткнулась щекой в плечо Катрин, крепко закрыв глаза. – О Боже, Катрин, что происходит?

– Мы раскрываем друг друга.

Мы. Сама идея казалась Марго чуждой и незнакомой. Снова кого-то желать, в ком-то нуждаться. Марго задрожала. – Катрин, я не уверена, что у меня получится.

– Все хорошо. – Катрин крепче прижала к себе Марго но ее голос по-прежнему звучал спокойно и ровно. – Я не причиню тебе боль. Я обещаю.

– Не надо. Ничего не обещай.

Катрин нежно взяла лицо Марго в свои ладони и подняла так, что их глаза встретились. – Не буду, если ты так хочешь. Но будут эти слова сказаны или нет, это не изменит того, что у меня в сердце.

– Я не знаю, чего я хочу, – прошептала Марго, – Не знаю, что я могу дать взамен.

– Все в порядке. Мы узнаем это вместе. – Катрин приподняла голову, чтобы посмотреть на, светящийся красным циферблат, на прикроватном столике. Она поцеловала Марго в лоб и вздохнула. – Мне пора домой.

– Нет, – Марго прижалась еще крепче, ее хватка вдруг стала железной, – Я знаю, что это эгоистично, но я хочу, чтобы ты осталась со мной.

– Нет ничего эгоистичного в том, что я нужна тебе, милая. Ты тоже нужна мне – больше, чем ты можешь себе представить. – Катрин слышала страдание в голосе Марго, чувствовала дрожь в ее теле и хотела, хоть как-то, облегчить эту боль, но знала, что пока не в силах это сделать. Она нежно поцеловала Марго и опустила ее голову на свое плечо. – Я останусь. Я хочу быть с тобой всегда, пока ты сама хочешь этого.

С резким вздохом, Катрин проснулась в глубокой ночной тьме, она все еще ощущала покалывание от электрического разряда. Датчики внутри ее тела зарегистрировали неровный ритм и послали электрический импульс, который заставил клетки ее сердца снова биться синхронно. Катрин почувствовала облегчение от того, что разряд не разбудил Марго, все еще спавшую рядом, свернувшись калачиком. Катрин не хотела, чтобы она волновалась о том, чего нельзя изменить.

Третий раз за эту неделю. Черт. Мне должно становиться лучше, а не наоборот.

Осторожно повернув голову, Катрин взглянула на часы отметив, что уже начало шестого. Дождавшись, когда ее дыхание успокоится, а тревога, камнем упавшая на дно желудка, пройдет, она осторожно отодвинулась от Марго.

Чувствуя, как Катрин выскальзывает из ее объятий, Марго крепче прижала ее к себе, открыла глаза и сонно спросила. – Что ты делаешь?

– Мне надо идти, – шепотом ответила Катрин. Наклонившись, чтобы поцеловать Марго, она провела кончиками пальцев по ее щеке и волосам. – Мне не стоит быть здесь, когда придет Филлис и проснется Арли.

Полностью проснувшись, Марго села на кровати. Простыня соскользнула, обнажая ее наготу. – Боже, что уже утро?

– Почти. – Сидя на краю кровати и оглядываясь вокруг в поисках своей одежды, Катрин вздохнула. – Где же мои штаны?

Марго улыбнулась, вспомнив с каким удовольствием, она стягивала эти джинсы с бедер Катрин. Прижавшись к спине Катрин, она положила голову на ее плечо, и обняла ее за талию. Коснувшись живота Катрин, Марго начала водить рукой вверх и вниз, иногда намеренно сгибая пальцы и царапая живот Катрин, заставляя ее мышцы сокращаться.

– Они где-то на полу, – вяло подсказала Марго.

Катрин застонала. – Не делай так. Это меня так возбуждает, что я не могу думать.

– Правда? – в голосе Марго слышалось самое искреннее удивление, – Никогда этого не замечала.

– Черта с два. – Защищаясь, Катрин схватила руку Марго и остановила необыкновенно мучительные ласки. – У нас нет на это времени.

Время. Эхом пронеслось в голове Марго. Слишком мало времени. Потерянное время. Уходит прежде, чем наступит время. Она обняла Катрин второй рукой и подняла обе ладони выше, к ее груди. Марго не ласкала их и не дразнила, она всего лишь прижала их так крепко, как только могла. Как будто заключив Катрин в свои объятия она могла остановить ход времени.

Катрин положила свои ладони поверх рук Марго. Их пальцы сплелись. – Что с тобой?

Марго в ответ лишь не раскрывая глаз молча потрясла головой и еще крепче прижалась щекой к плечу Катрин.

– Милая, я чувствую, что тебе больно. Расскажи мне.

Тихим шепотом Марго сказала те слова, которые ей так трудно было произнести. – Я не хочу, чтобы ты уходила. Не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась.

Удивленная не только чувственностью, но и самим признанием, Катрин повернулась к Марго и коснулась пальцами ее подбородка. – Почему? Чего ты боишься?

– Я не знаю, – ответила Марго. Ее глаза сейчас казались двумя темными омутами, полными боли, – Ты сейчас рядом со мной, а потом... можешь не быть. Это все, что я знаю.

...один удар в основание черепа. Всего один. Она была, а в следующее мгновение… ее уже не было.

– О, нет – прошептала Катрин, ощущая боль Марго всем своим существом. Она взяла лицо Марго в свои ладони и нежно поцеловала ее лоб, потом закрытые веки, потом ее трепещущие губы. – Я собираюсь пойти домой и принять душ. А через несколько часов вернуться, чтобы мы втроем с Арли, сходили в зоопарк. Завтра мы с тобой увидимся на работе и потом вечером на тренировке Арли. Где-нибудь среди недели, кода Филлис сможет присмотреть за Арли, мы могли бы сходить в кино. В следующие выходные у нас очередной матч, после которого мы сможем обсудить нашу очередную победу у Робин и Линды. Вот что произойдет в ближайшее время.

– Когда ты это говоришь, то кажется, что все так просто. – Марго открыла глаза и встретилась взглядом с Катрин, найдя ту спокойную уверенность, на которую она могла опереться.

Уголок губ Катрин дернулся в ленивой улыбке. – Не просто и не спланировано заранее, но я уверена, что так и будет.

– Ты кое о чем забыла, – прошептала Марго, водя пальцами по подбородку Катрин и спускаясь по ее шее, пока наконец не остановилась на середине ее груди.

– О чем? – охрипшим голосом спросила Катрин, ее сердце не находило себе места, как и всегда, когда Марго касалась ее.

– О том времени, когда мы одни. Здесь или у тебя дома. И когда наши тела переплетаются. Когда вместе сплетаются наши надежды и мечты.

– О, нет. Я не забыла. – Катрин задрожала, охваченная возбуждением, поднимающимся от низа ее живота и грозящим новым извержением страсти. – Это будет. Всегда, пока мы вместе.

Теперь задрожала Марго. Она наклонилась к Катрин и поцеловала ее глубоким медленным поцелуем, который длился до тех пор, пока Марго не почувствовала уверенность в том, что сохранит его вкус до возвращения Катрин. – Тебе лучше уйти сейчас. Сейчас, потому что, если ты останешься еще хоть на минуту, я уже не смогу тебя отпустить.

Взяв себя в руки, Катрин заставила себя подняться. Но, даже оказавшись вне досягаемости Марго, она продолжала чувствовать ее прикосновения на своей коже. Хриплым от волнения голосом, она сказала. – Я чувствую тебя во мне прямо сейчас. И я хочу, чтобы это чувство оставалось со мной весь день. Каждый день. Каждый день до конца моей жизни. Скажи "да", Марго. Скажи, что ты хочешь того же, что и я.

Марго не могла сказать Катрин, как сильно она хотела, чтобы эти чувства всегда оставались неизменными. Из-за глубины переживаний, она не могла произнести ни слова. Но она чувствовала, как Катрин проникает за все преграды, и касается ее там, где она так отчаянно нуждалась в прикосновении. Она чувствовала страсть и нежную заботу, и слышала непреклонную уверенность в голосе Катрин. Марго боялась ответить, но впервые за долгое время, она позволила себе надеяться.

– Увидимся, – мягко сказала Катрин, собирая остатки своей одежды, разбросанной по полу.

– Я буду скучать, – наконец, сказала Марго.

Катрин натянула рубашку и подошла к двери. Протянув руку к замку, она оглянулась через плечо и посмотрела на смятую постель, посреди которой сидела обнаженная Марго. – Хорошо. Я хочу, чтобы ты скучала по мне.

Дверь тихо затворилась за Катрин, и как ни старалась Марго, она не смогла расслышать ее удаляющиеся шаги. Ты даже представить не можешь, как я буду скучать.

Когда пришла Филлис, было уже почти девять.

– Привет, Ба! – Арли сидела на своем стуле, и ложкой выкладывала бисквитное тесто из большой чаши на противень. Свидетельства ее кулинарных способностей виднелись и на полу, и на столе, и на самой Арли.

– Здравствуй, моя дорогая. – От светящейся в глазах Арли радости на сердце Филлис стало легко и приятно.

В те воскресенья, когда Марго не работала, это был их ритуал – завтракать втроем. Марго всегда рано просыпалась вне зависимости от того, надо было ей на работу или нет. Обычно к половине девятого завтрак уже был в полном разгаре.

– Я уже собиралась тебе звонить, – озабоченно сказала Марго, оторвав взгляд от плиты, – Боялась, что ты пропустишь завтрак.

– Как ты могла об этом подумать? – Филлис наклонилась и чмокнула Арли в макушку, – Ммм, как аппетитно выглядит.

Арли с гордостью улыбнулась. – Мама отмерила, но смешивала я сама.

– Замечательно. – Филлис переступила через Песика и подошла к Марго. – Я могу чем-то помочь?

– Не-а. Мы делаем омлет с овощами и домашние бисквиты. – Марго вылила на сковородку подготовленную яичную смесь и уменьшила огонь на плите. – Еще пара минут и все готово.

– Мы сегодня идем в зоопарк! – Радостно заявила Арли.

– Значит, вы здорово повеселитесь, – ответила Филлис, раскладывая столовые приборы на столе.

– Мы идем с Катрин. Это, вроде, как свидание.

Стоящая у плиты Марго поперхнулась.

– Не могу дождаться, когда вы вернетесь и все мне расскажете, – улыбнулась Филлис.

Покончив с завтраком, Арли с Песиком побежали играть на заднем дворе, а Марго и Филлис, приготовив себе кофе, расположились на террасе, наблюдая за ними.

– Что-то не так? – спросила Марго.

Филлис положила ноги на низкий стульчик и посмотрела на Арли, которая в этот момент пыталась играть в футбол с Песиком, – Невероятно, какая она ловкая. Не могу вспомнить, была ли Терри такой в ее возрасте.

– Терри была хороша во всем, – тихо сказала Марго.

– Сейчас кажется, что это так, не правда ли? – Филлис сделала глоток из своей кружки и снова посмотрела на Арли. – Со мной все в порядке, просто заспалась.

Марго посмотрела на Филлис с подозрением. – Раньше с тобой никогда такого не происходило. Ты точно хорошо себя чувствуешь? – Сейчас, вглядевшись, Марго заметила необычайно яркие краски играющие на лице Филлис. Как будто небольшое покраснение. – Кашель? Боль в горле?

– Не волнуйтесь, доктор Блейк, – смеясь ответила Филлис, – Просто я поздно легла и забыла завести будильник.

– Хорошо, – успокоилась Марго, – Если ты уверена, что все в порядке, значит, так оно и есть.

Филлис протянула руку и с благодарностью мягко сжала кисть Марго. – Я встретила Катрин перед уходом. Чем чаще мы с ней видимся, тем больше она мне нравится.

– Мне тоже.

– Арли уже почти влюблена в нее.

Очень может быть, что и я тоже.

Как будто услышав ее мысли, Филлис повернулась и взглянула в глаза Марго. – Тебе совершенно точно не нужно просить у меня разрешения, да и я бы не подумала вмешиваться. Но у этой девушки серьезные чувства по отношению к тебе, и мне очень приятно это видеть.

Застигнутая врасплох, Марго уставилась на свои руки, сплетая пальцы и держа их на коленях. – Она провела эту ночь здесь, со мной. – Марго подняла глаза и встретилась взглядом с Филлис. – Я не хотела... ни с кем быть с тех пор, как Терри...

– Значит Катрин на самом деле такая особенная, как я себе представляла.

Марго вспыхнула, все еще потрясенная тем, какой вихрь эмоций будоражит в ней Катрин. – Да, она особенная.

– Когда ты скажешь Арли?

– Скажу что? – удивление в голосе Марго было неподдельным.

– Что вы с Катрин встречаетесь.

– Ох, еще слишком рано для этого, – поспешила ответить Марго. – Мы едва знаем друг друга, и у нас была всего пара свиданий, к тому же Катрин может сказать, что не хочет готовую семью, и я даже не уверена, что хочу серьезных отноше...

– Я не предлагала тебе сказать Арли, что вы с Катрин женитесь, – рассмеялась Филлис, – Но, возможно, ты захочешь сказать Арли, что вы с Катрин близкие друзья, и что иногда, она может оставаться у тебя на ночь.

– На ночь, – Марго попробовала эти слова на языке. Закрыв глаза, она сосредоточенно потерла кончик своего носа, – Черт! Даже не думала, что все будет так запутанно.

– Такое случается чаще, чем мы думаем. – Филлис улыбнулась тихой незаметной улыбкой, вспомнив ее собственный вчерашний вечер. – Если хочешь, я могу с ней поговорить.

– Нет, я сама. Я просто думала, что у меня будет больше времени, чтобы... чтобы разобраться в отношениях с Катрин.

– Ты знаешь, какая у тебя умная дочь, она все понимает. Ей будет проще принять перемены в ее жизни, если ты позволишь ей быть частью того, что происходит между вами с Катрин.

– Я не уверена, что что-то может измениться, – попыталась возразить Марго.

– Ох, Марго. Что-то уже изменилось.

Прежде чем Марго нашлась что ответить, Арли издала радостный вопль. – Катрин!

– Привет! – Ответила ей Катрин. Она опустилась на одно колено и одной рукой схватила подбежавшего Песика за ошейник, чтобы обезопасить свое лицо от его языка, а другой рукой протянула Арли небольшую желтую коробочку. – Это тебе, специально по случаю нашего похода в зоопарк.

– Ого! Спасибо! – Арли схватила подарок и побежала через весь двор, чтобы показать его маме. – Смотри, Ма! Катрин подарила мне фотик!

Марго восхищенно цокнула языком, глядя на одноразовый автоматический фотоаппарат в руках Арли. – Как здорово, милая. Иди умываться, через пару минут мы отправляемся.

– Окей! – Забрав свой подарок из рук Марго, Арли побежала в дом.

От одного взгляда на Катрин, прислонившуюся к столбу крыльца, сердце Марго забилось чаще. Она выглядела как всегда обворожительно в темно-синей футболке, джинсах и кроссовках. Марго было трудно поверить, что они расстались всего пару часов назад, потому что единственное, чего она хотела, это сорвать с Катрин одежду и снова оказаться с ней в постели. Черт, мне не становится лучше. Не припомню, чтобы подобное творилось со мной, даже когда я только узнала, что такое секс.

– Доброе утро, – Филлис встала, держа в руках кружку, – Так приятно снова тебя увидеть.

– Спасибо. Мне тоже очень приятно, – улыбнулась Катрин, – Надеюсь, Вы приятно провели вчерашний вечер?

– Да, очень приятно, – чинно ответила ей Филлис. Она легонько похлопала Катрин по руке и пошла в дом, – И я даже не буду спрашивать, как прошел ваш вечер.

Марго посмотрела вслед своей свекрови и потом с подозрением взглянула на Катрин. – Вы же не обсуждали с ней наши сексуальные отношения?

Катрин посмотрела на дверь, ведущую в кухню, и, убедившись, что они с Марго одни, наклонилась и поцеловала ее в губы. – Нет. Только сексуальные отношения Филлис.

– Неужели, все члены моей семьи без ума от тебя, Катрин? – Слова вырвались прежде, чем спохватилась Марго. Смутившись, она быстро попыталась оправдаться. – Я имела в виду...

– Нет, не говори ничего больше, – Катрин снова ее поцеловала, – Эти слова прозвучали именно так, как надо.

Арли спустилась со своим новым фотоаппаратом в руках и улыбкой от уха до уха.

– Ма, я готова. Мы идем?

Внезапное ощущение всепоглощающей любви лишило Марго дара речи и она смогла лишь улыбнуться и кивнуть в ответ. Любовь пронизывала Марго. Она проявлялась в разных формах, так сильно отличающихся друг от друга, но от этого не менее важных. Марго взяла руку дочери в свою и вышла на крыльцо, протягивая другую руку Катрин. – Мы готовы к приключениям.

Катрин сплела свои пальцы с пальцами Марго. – Я тоже.

Марго подпрыгнула, когда на ее поясе вдруг завибрировал пейджер. Она взглянула на экран и поморщилась.

– Катрин, ты не могла бы присмотреть за Арли, пока я отыщу телефон и отвечу на вызов. Это из больницы.

Катрин оторвала взгляд от морских котиков и посмотрела на Марго с легким возмущением. – Я думала у тебя выходной.

– У меня должен быть выходной, и я оставила мобильник в машине. – Марго пожала плечами. – Скорее всего какой-нибудь административный вопрос и им нужно мое формальное разрешение. Это не займет много времени.

– Нет проблем, – ответила Катрин, – Мы потом пойдем к вольеру с обезьянами и подождем тебя там.

– Ага, Ма! – оживленно сказала Арли, – Мы собираемся пофотографировать их в естественной... среде обитания. – Она взглянула на Катрин, и та показала ей два больших пальца, в знак одобрения того, что девочка быстро запомнила новое слово.

– Просто здорово, дорогая. Я скоро вернусь, – Марго посмотрела на них шутливо-строгим взглядом, – Не угодите в неприятности.

Светловолосая девочка с лицом ангела и чертовски привлекательная брюнетка с голубыми глазами улыбнулись ей в ответ, и сердце Марго растаяло.

Минут через пятнадцать, Марго смогла пробраться через толпы посетителей к огороженным вольерам с обезьянами. Арли и Катрин нигде не было видно. Ощутив небольшой укол тревоги, Марго медленно осмотрела толпу. Арли стояла на нижней перекладине металлического ограждения, рва с водой, превращающего обитель обезьян в маленький остров. Перегнувшись как можно дальше и, держа фотоаппарат на уровне глаз, она замерла в позе, которую, Марго была уверена, служащие зоопарка бы точно не одобрили. Прямо за Арли стояла Катрин и придерживала ее за пояс шорт, и у Марго не было и мысли о том, что с ребенком может что-нибудь случиться.

Радость на лице ее дочери, и то, как легко и ласково Катрин обходилась с ней, всколыхнули в Марго еще одну волну счастья. Улыбаясь, она подошла к ним и коснулась плеча Катрин.

– Привет, – нежно сказала Марго.

– Все в порядке?

– Просто неразбериха со страховкой при переводе в другое отделение, – Марго ласково провела рукой по спине Катрин. – Похоже, что вам двоим тут очень весело.

– Да, очень. – Не отпуская Арли, все внимание которой было сосредоточено на очередном кадре, Катрин быстро наклонилась и поцеловала Марго, – Я скучала.

Губы Марго раскрылись от удивления и радости. Ее желудок сделал быстрое сальто и она почувствовала, как температура вокруг внезапно подскочила на пару градусов. Мышцы Катрин напряглись под пальцами Марго и она заметила, как голубые глаза девушки темнеют от желания. Этого оказалось достаточно, чтобы Марго захотела наброситься на нее прямо сейчас. – О Боже.

Катрин приподняла бровь и со смехом и удивлением в голосе спросила. – Ты сейчас со мной разговариваешь?

– Нет, конечно, – тоже смеясь ответила Марго, обнимая Катрин за талию одной рукой и прижимая к себе, – Куда дальше, капитан Катрин?

Ухмыльнувшись, Катрин повернулась к Арли. – Куда нам двигаться, штурман?

Арли, наконец, оторвалась от вольера с обезьянами. – Кто такой штурман?

– Человек, который показывает дорогу, – объяснила Катрин.

Изучив карту, с подсказками от Катрин, Арли указала направление, – Идем ко львам.

– Очень хорошо. – Марго встала и, вернув карту Катрин, величественно взмахнула рукой. – Вперед, к замку царя зверей!

Катрин только собралась ответить, когда Арли протиснула свою маленькую ладошку в ее руку. Посмотрев вниз, Катрин увидела, что девочка держится другой рукой за руку Марго, соединяя их вместе. Это казалось таким естественным и правильным, что Катрин на мгновение почувствовала, что так было всегда. Но потом, так же быстро, пришло осознание того, что если бы судьба не была так жестока и обстоятельства сложились иначе, кто-то другой стоял бы рядом с женщиной, которую она любит, и ее ребенком. Печаль, которая нахлынула на нее в этот момент быстро сменилась пониманием того, что прошлое, со всеми несчастьями и горестями, осталось позади. Судьба, как оказалось, очень переменчива и ей было суждено быть вместе с Арли и Марго. Она была в этом уверена как ни в чем другом.

– Веди нас, – хриплым от волнения голосом сказала Катрин, улыбнувшись Марго и получив долгий страстный взгляд, который был нежным и диким одновременно, – Я пойду за тобой.

– Иногда... – Марго провела взглядом по фигуре Катрин и медленно вернулась к ее голубым глазам. Ей очень нравилось вызывать блеск возбуждения в глазах любовницы. – Иногда мне нравится, когда ты главная.

Живот Катрин свело судорогой. Боже мой.

Арли дернула их за руки и потянула вперед. – Давайте! Нам нельзя ничего пропустить.

Смеясь, Марго и Катрин последовали за ней.

Вечером, того же дня, они устроили незапланированный пикник на заднем дворе Марго, после чего Арли уговорила Катрин, почитать ей на ночь Гарри Поттера.

– Катрин, – прервала ее Арли через несколько минут.

– А? – Катрин уже и сама была поглощена этой книгой и слегка растерялась.

– Тебе сильно нравится моя мама?

Ого. Катрин замерла от неожиданности. – Да, очень.

– Тебе нравится моя мама, как Линда и Робин нравятся друг другу?

О Боже, где же Марго? Катрин прочистила горло, проклиная себя за то, что не смогла предугадать такой поворот событий. – Я не знаю. Что ты имеешь в виду?

Арли закрыла книгу, повернулась к Катрин и очень серьезно на нее посмотрела. – Линде нравится Робин, и Робин нравится Линда, больше чем любая другая женщина на свете. И поэтому они живут вместе.

– Ну, твоя мама и ты тоже мне нравитесь, больше чем кто-либо другой, – Говорить правду, казалось Катрин единственным выходом и она отчаянно надеялась, что он был правильным. Прежде чем снова заговорить, ей пришлось сделать глубокий вдох, – Но жить вместе, это очень особенный шаг и надо серьезно подумать, прежде чем решиться на него.

– А ты об этом думаешь?

Боже, она такая целеустремленная. Когда она вырастет, то точно станет хирургом. Или президентом. Катрин заставила себя успокоиться. – Сейчас твоя мама и я пытаемся понять, нравимся ли мы друг другу также, как Линда и Робин.

– А, – ответила Арли. Было похоже, что ее уже клонит в сон, – А когда вы узнаете?

– Не волнуйся, – улыбнувшись, Катрин убрала книгу, – Мы сразу же тебе все расскажем. – Катрин подоткнула одеяло и наклонившись поцеловала девочку в лоб.

Когда она тихонько выходила из комнаты, то едва не столкнулась с Марго.

– Все в порядке?

Катрин быстро подхватила Марго под руку и вывела ее в коридор.

– Она уже уснула. – Катрин прислонилась спиной к стене. – Она расспрашивала о нас.

Марго изо всех сил пыталась не рассмеяться паническим ноткам в голосе Катрин. Ей так редко доводилось видеть, утратившую над собой контроль, Катрин. – Что именно о нас?

– Нравимся ли мы друг другу, – голос Катрин понизился до переполненного отчаянием шепота, – Ты понимаешь, в каком смысле.

– И что ты ей ответила? – Марго закусила губу, но смех вовсю напирал и готов был вырваться в любую секунду, несмотря на все ее попытки сдержаться. Катрин казалась такой милой, когда была в замешательстве.

Катрин провела рукой по своим волосам. Казалось, что она сейчас выдернет клок. – Я сказала, что ты мне очень нравишься, но мы еще не готовы жить вместе.

– Жить вместе? – тон голоса Марго поднимался синхронно с ее бровями, – Это довольно неожиданный поворот.

– Жаль, что тебя не было с нами в этот момент.

– Мне тоже, – Марго взяла Катрин за руку и потянула в сторону своей спальни, – Так что, хочешь остаться переночевать?

– Хочу, только вот... – желание как будто живое существо встрепенулось внутри Катрин, – Только я еще совсем не устала.

Марго подцепила пальцами пояс джинсов Катрин. – Это хорошо. Я тоже еще полна сил.

Она втолкнула Катрин в свою спальню, вошла следом и закрыла дверь на замок. Обвив руками шею Катрин, Марго издала легкий вздох, чувствуя, как их тела, наконец, соприкасаются. Она уткнулась лицом в шею Катрин. – Сегодня был замечательный день. Я бы не хотела менять в нем ни малейшей детали.

Катрин обняла Марго за талию, положив ладони на ее бедра и притягивая к себе. Коснувшись губами лба Марго, она прошептала – И?

– И, – медленно продолжила Марго, приближая свои губы к губам Катрин и слегка покачивая бедрами, – Мне казалось я умру, если не коснусь тебя как можно скорее.

– Ты можешь коснуться меня сейчас, – Катрин осыпала легкими поцелуями линию подбородка, постепенно приближаясь к ее уху. Зажав мочку уха и легонько сдавив ее зубами, она заставила Марго вскрикнуть и затаить дыхание.

– Ты за это еще поплатишься, – задыхаясь предупредила ее Марго, в это время вытягивая футболку из пояса Катрин.

– Обещаешь?

Вместо ответа Марго прижала свои губы к губам Катрин, отыскивая своим языком дорогу к языку возлюбленной. Катрин застонала. Не прерывая поцелуя, они стали пробираться к кровати и, споткнувшись, рухнули на нее. Расцепившись, они тихо рассмеялись, глядя друг на друга. Марго скользнула рукой под майку Катрин к ее груди и принялась дразнить ее соски, превращая их в твердые средоточия страсти. Катрин в то же время, задыхаясь от возбуждения, пыталась одной рукой расстегнуть пуговицы на шортах Марго и погрузить свои пальцы внутрь. Чувствуя, как ловкие пальцы Катрин справляются со своей задачей, тело Марго напряглось, а дыхание в груди сперло.

– Катрин... дорогая... это не совсем то, что я имела в виду под расплатой. – Плавным движением бедер она отодвинула руку Катрин и перевернулась, усаживаясь на девушку сверху. Улыбнувшись удивленному выражению на лице Катрин, она сняла через голову свою майку вместе с лифчиком и отбросила их в сторону. Марго выгнулась словно кошка и, прижимая обе руки к животу и поднимая их к твердеющим соскам, издала низкое утробное урчание. Когда Катрин приподняла плечи, чтобы прикоснуться к ней, Марго отрицательно покачала головой.

– Нет, я так не думаю, – Она обхватила свои груди и нежно их сжала, – Ты можешь смотреть, но не трогать.

Глаза Катрин расширились от неожиданности, пульс участился, а в горле пересохло. Возбуждение разлилось по ней расплавленным воском. – Ты знаешь, что это со мной сделает? – прохрипела она.

Марго выпрямила голову и улыбнулась медленной дразнящей улыбкой. Она щелкнула по одному из своих твердых сосков и едва сдержала в себе стон. Хватая ртом воздух, она сказала. – Давай это выясним.

Мышцы бедер Катрин были так напряжены, что она боялась, что их сведет судорогой от вида того, как Марго плавно двигая бедрами медленно стягивает с себя шорты. Справившись со своей одеждой, Марго расстегнула молнию на джинсах Катрин и скомандовала:

– Руки на кровать. Быстро. – Вернувшись назад, Марго села, расположив колени по обе стороны от Катрин, совершенно обнаженная, а Катрин изнемогала, глядя на нее и чувствуя аромат ее разгоряченного тела.

– Мне нравится, как ты на меня смотришь, – прошептала Марго, проводя кончиками пальцев правой руки по середине своей груди и дальше вниз по животу. Она смотрела на Катрин, чьи глаза неотрывно следовали за движениями ее пальцев, и это было почти так же, как если бы Катрин сама касалась ее. Возбуждение Марго нарастало, и она закусила губу, чтобы не потеряться в волне нахлынувших чувств. Она чувствовала свою влагу, чувствовала как пульсирует ее взбудораженная плоть, желая ощутить прикосновение рук Катрин. – Ты выглядишь такой необузданной и опасной.

– Я очень опасна. И моя цель – ты. – Катрин осмелилась коснуться бедер Марго, потому что больше не могла выносить напряжения. – Только ты. – Она провела руками по бокам Марго вверх и потом обратно вниз к ее бедрам. – Я хочу быть внутри тебя так же, как ты внутри меня.

Марго разместила пальцы между своих разведенных ног и обхватила пальцами центр своего возбуждения, слегка поглаживая себя кончиками пальцев. Раздался стон. Марго показалось, что это Катрин, или она сама – она не была в этом полностью уверена. Чистое блаженство угнездилось внизу живота Марго, ее веки закрылись, и она слышала лишь дыхание Катрин и чувствовала, как ее бедра двигаются между ног Марго. Она заставила свои пальцы замереть, испугавшись того, что может утратить контроль над собой. – Ты хотя бы представляешь, насколько я готова принять тебя?

– Марго, – взмолилась Катрин, сильнее сжимая ее бедра и подаваясь вперед, – Позволь мне насладиться тобой. Прошу тебя.

Не в силах больше сдерживаться, Марго наклонилась вперед и оперлась руками на изголовье кровати, позволяя Катрин коснуться ее тела губами. Почувствовав на себе теплые прикосновения, Марго не смогла сдержать вскрика. Ее голова безвольно повисла между расставленных рук, а ноги колотила мелкая дрожь. – О-о, – простонала она, – О, Боже, Катрин.

Катрин поглаживала спину Марго медленными движениями, которые вторили движениям ее языка, постепенно раздувая пламя страсти внутри Марго. Когда она почувствовала, как напряглась Марго и ощутила вкус неистовства на своих губах и поняла, что ее возлюбленная близка к кульминации, Катрин обхватила талию Марго обеими руками и удержала на месте. Прежде чем из Марго вырвался первый крик удовольствия, Катрин с безжалостной нежностью проникла глубже и сильнее прижала ее к себе.

Еще до того, как последний мучительный спазм принес ей облегчение, Марго рухнула в объятия Катрин. Она дрожала от все еще сильной, пост- кульминационной пульсации, утыкаясь лицом в шею Катрин. – Прошу, не отпускай.

Отвечая на ее мольбы, Катрин крепче сомкнула свои объятия, заставляя их тела слиться воедино. – Нет, – прошептала она, прижимаясь губами к влажным волосам Марго. – Нет, дорогая, я не отпущу.

Наконец, Марго замерла, и ее дыхание успокоилось. – Когда ты дотрагиваешься до меня, я чувствую себя такой беззащитной.

– Мне нравится то, как ты позволяешь мне касаться тебя, – Катрин погладила Марго по щеке и нежно поцеловала, – Ты можешь мне доверять.

– Я тоже так думаю.

Катрин закрыла глаза, благодарность и желание переполняли ее. – Кстати, ты можешь наказать меня в любой удобный тебе момент.

– Не думаю... что мой план сработал как надо. – Марго рассмеялась, вспомнив как легко она отдала всю себя Катрин и как она хотела, чтобы Катрин приняла ее. Черт, как у нее получается перевернуть все с ног на голову, и чтобы это выглядело так естественно?

Катрин нежно взяла руку Марго и поместила ее между своих бедер, тихо вздохнув, когда теплые пальцы коснулись ее изнемогающего от возбуждения клитора. – Мне кажется... он сработал... весьма неплохо.

– Правда? – рассмеялась Марго, опираясь на локоть и разглядывая лицо Катрин, пока ее пальцы медленно, но неумолимо приближали девушку к оргазму. Когда сосредоточенный на Марго взгляд Катрин затуманился, а ее живот свело судорожной страстью, Марго тихо застонала. Она чувствовала силу и смирение и одновременно благодарность за абсолютное взаимопонимание, которое она уже не надеялась испытать снова.

– Да, детка, – прошептала она, когда Катрин дрожа всем телом уткнулась лицом в ее грудь, – Правильно. Все отлично, просто отлично.

– О, – вздохнула Катрин спустя некоторое время, – Мне так хорошо с тобой. Все еще потрясенная до глубины души, она откинула голову и посмотрела в глаза Марго, – Так чертовски хорошо – везде.

Нежно улыбаясь, Марго провела кончиками пальцев по волосам Катрин и уложила ее голову обратно себе на грудь, наслаждаясь ощущением Катрин в своих объятьях. – Значит, мы в расчете, потому что мне тоже с тобой хорошо.

– Я счастлива, – пробормотала Катрин, медленно уплывая в царство снов, – Очень счастлива.

– Да, – едва слышно прошептала Марго, – Я тоже.

Пробуждение рядом с Марго для Катрин было, особым удовольствием. Лежа на боку, ее грудь прижималась к спине Марго, а рука обнимала девушку за талию. Марго была везде, была всем. Катрин уткнулась лицом в шею любимой, вдыхая аромат ее мягкой кожи. Улыбка мелькнула на ее губах, когда Марго сонно заурчала от удовольствия и двинула бедрами, сильнее прижимаясь к Катрин. Она не могла вспомнить ни одной вещи, которая волновала бы ее в этот момент, и хотела навсегда остаться здесь с Марго.

Едва снова не провалившись в умиротворяющее оцепенение сна, Катрин издала сладкий стон, когда до нее донесся глубокий насыщенный аромат свежеприготовленного кофе. О, Боже, да. Кофе.

Кофе?!

Глаза Катрин распахнулись. – Черт побери!

– Что? – сонно и немного ворчливо спросила Марго.

– Кофе. Филлис внизу… на кухне… варит кофе.

Марго схватила руку Катрин и крепко прижала к своей груди, удерживая девушку от поспешного бегства из постели. – Она всегда приходит в это время, когда мне надо на работу.

– Да, – тихо прошептала Катрин, – Но я же не всегда наверху в одной постели с тобой.

– Ммм… – Марго еще крепче прижалась бедрами к телу Катрин, вызвав ее испуганный, но в то же время довольный вздох, – Нам надо над этим поработать.

– А, может, мне лучше спуститься по веткам клена за твоим окном?

Хм, – пробормотала Марго оставляя руку Катрин у своей груди еще на секунду, прежде чем отпустить ее, – Похоже, сегодня мои чары на тебя не действуют. – Рассмеявшись, она перевернулась на спину и окинула Катрин удовлетворенным сонным взглядом. – Филлис не будет беспокоиться из-за того, что ты здесь.

– Да, но она же догадается, чем мы тут занимались.

Губы Марго сложились в широкую уверенную улыбку. – Очень сомневаюсь, что она может себе представить такое.

Катрин улыбнулась и не смогла сдержаться и не поцеловать эти красивые губы. Когда она прервала поцелуй, влажные глаза Марго светились нежностью. – Я имела в виду в общих чертах.

– Поцелуй меня так еще раз и она услышит все сама.

– О нет, ни в коем случае. – Катрин качнула головой, быстро поцеловала Марго и выскользнула из постели. – Я оденусь и постараюсь не выглядеть так, будто провела всю ночь наслаждаясь твоими прелестями.

Марго села на кровати и откинула волосы двумя руками, ее груди качнулись в такт движению. – А ты это делала?

– Что? – спросила Катрин, потеряв ход ее мысли, пока следила за движением ее груди.

– Наслаждалась?

– О, да! – Катрин провела ладонью по середине своей груди и дальше вниз по животу, неосознанно стараясь прогнать внезапно нахлынувшую волну возбуждения, – Я наслаждалась.

– Так значит, наслаждалась? – голос Марго стал низким и хриплым. Ее глаза следили за движением руки Катрин по округлостям ее груди и упругим мышцам живота, представляя свою руку на ее теле, – Или одевайся, или вернись в постель.

– Работа. Нам сегодня на работу. – Катрин оторвала взгляд от голодных глаз Марго и нашла свои джинсы. Она натянула их и дрожащими руками застегнула молнию. Ее футболка валялась на полу возле кровати, и когда Катрин наклонилась, чтобы поднять ее, она почувствовала, как пальцы Марго скользят по ее спине. По коже пробежали мурашки, Катрин резко выпрямилась и отошла за пределы досягаемости Марго. – Ты хоть чуть-чуть понимаешь, как сильно я тебя хочу сейчас? Ну хоть чуточку?

Через застилающий разум туман возбуждения, Марго услышала голос Катрин, полный агонии и страдания. Ее взгляд тут же сфокусировался, и она внимательно посмотрела на Катрин, напуганная мелькнувшей в ее глазах болью. Не раздумывая ни секунды, она выскользнула из постели и, нисколько не смущаясь своей наготы, приблизилась к Катрин. Взяв ее красивое лицо в свои ладони, и нежно поцеловав ее губы, Марго произнесла. – Я иногда причиняла тебе боль. Правда?

Катрин закрыла глаза и тряхнула головой. Положив обе руки на талию Марго, она ответила. – Нет. Иногда я чувствую… слишком много. Это причиняет боль. Но я не против. – Она открыла глаза и слабо улыбнулась. – Я бы не хотела, чтобы это было как-то иначе.

– Если ты в этом уверена. – Марго отбросила волосы со лба Катрин и нежно погладила ее по щеке. Я хочу дать тебе больше. Очень хочу. Я просто… не могу… пока.

– Я уверена, – Катрин улыбнулась, и на этот раз ее улыбка была сильной и уверенной, – Мне надо зайти домой и принять душ. А еще переодеться перед работой.

– Да, надо. Тебе лучше не опаздывать, – Марго слегка приподняла одну бровь, – Я слышала, что твой босс просто зверюга.

– Ага, – Катрин натянула свою футболку, – Но мне, вроде как, нравится.

– О, неужели? – сладким голосом пропела Марго.

Катрин не ответила, сосредоточенно оглядывая комнату. – Черт, я оставила кроссовки в комнате Арли, – Она с беспокойством взглянула на Марго, – Ей же не стоит знать, что я провела ночь с тобой?

– Она скорее всего отнесется к этому нормально, но я бы лучше сказала ей заранее. К тому же она наверняка захочет, чтобы ты осталась позавтракать. – Марго нежно похлопала Катрин по спине. – Я достану твои кроссовки и принесу их вниз. Еще слишком рано и она не проснется.

– Отлично, – выдохнула Катрин.

Пока Марго шла выручать ее обувь, Катрин натянула свои носки и спустилась вниз. Она надеялась, что Марго была права насчет Филлис. Существовала большая разница между тем, чтобы знать что-то в теории и тем, чтобы столкнуться с этим на практике. Вне зависимости от того, что скажет Филлис, она все равно мать Терри, а Катрин заняла место ее дочери в постели Марго и, может быть, даже в сердце.

Филлис с чашкой кофе в руках и широкой улыбкой на лице повернулась на звук шагов за спиной, и увидела Катрин – босую и смущенную в торчащей мятой майке и с всклокоченными волосами. В глазах Катрин застыла молчаливая мольба о пощаде. Катрин. Новая любовь Марго.

На одно короткое мгновение перед взором Филлис мелькнуло лицо Терри и ее улыбка, способная очаровать кого угодно и растопить любое сердце. О, милая. Я так по тебе скучаю.

– Привет, Филлис, – Катрин не сдвинулась с места, всматриваясь в лицо Филлис, – Прошу прощения за такое внезапное появление.

– Все в порядке, – Филлис показала Катрин на кофейник – Хочешь?

Катрин покачала головой. – Мне надо идти домой. Я только…

Марго возникла рядом с Катрин с ее кроссовками в руке. – Вот, держи. – Она провела рукой по спине Катрин, жестом дружеским, но тайным и, протиснувшись мимо девушки, вошла в кухню. – Доброе утро, Филлис.

– Привет, милая.

Пока Катрин, прислонившись спиной к стене, натягивала кроссовки, Марго налила кофе в походную кружку и протянула ее Катрин. – Если за весь день ты выпьешь только одну кружку кофе, то пусть это будет кофе приготовленный Филлис.

Наклонившись, Марго легонько чмокнула ее в губы. – Будь осторожна. Скоро увидимся.

Марго проводила взглядом Катрин, спустившуюся по ступенькам заднего крыльца и скрывшуюся из виду, после чего повернулась к Филлис и мягко коснулась ее руки. – Ты не против, что Катрин была здесь?

– Не против. – Филлис стояла опершись бедром о стойку, потягивая свой кофе и задумчиво глядя на Марго. Она видела ее почти каждое утро в последние шесть лет. Сегодня Марго выглядела иначе. Филлис только сейчас поняла, что за это время привыкла видеть пустоту в глазах Марго, след перенесенной утраты. Сейчас что-то заполнило эту пустоту. Что-то, что было очень похоже на счастье. – Не то чтобы я этого совсем не ожидала. На самом деле, я бы это даже приветствовала.

– И даже больше, – добавила Филлис. Я ждала, когда ты впустишь кого-нибудь в свое сердце.

Марго моргнула, выныривая из сладких воспоминаний. – Что? Прости…

Филлис остановилась посреди кухни с банкой арахисового масла в одной руке. Ее спокойный взгляд встретился со взглядом Марго. – Ты счастлива с ней?

На мгновение Марго закрыла глаза, испугавшись нахлынувших чувств. Потом снова открыла их и кивнула. – Да.

– Тогда я тоже счастлива.

Линда неодобрительно смотрела на закрытую штору смотровой в конце коридора. Она была уверена, что не отправляла туда никого из пациентов, поскольку комната была слишком маленькая для комфортной работы, и, обычно, ее использовали только в случаях, когда пациентов было очень много. К тому же в отделении для карточек этой смотровой ничего не было. Линда раздраженно потянулась к шторе. Последний раз, когда она проверяла смотровую, которая должна была быть свободной, она увидела, как кто-то из студентов-стажеров, сверкая голой задницей, трахал одну из ее медсестер. В последнюю секунду она решила не распахивать штору сразу, рискуя продемонстрировать то, что было за ней всему отделению. Отодвинув голубую ткань на несколько сантиметров в сторону, Линда осторожно заглянула внутрь. То, что она увидела, заставило ее быстро войти внутрь смотровой.

– С тобой все в порядке?

Обнаженная до пояса, Катрин взглянула на нее с процедурного стола, лежа на котором, безуспешно пыталась прикрепить датчики для ЭКГ к своей груди. Марго была на совещании, и Катрин подумала, что у нее будет достаточно свободного времени и уединения, для того, чтобы сделать ЭКГ и исследование ритма.

– Да, все в порядке. – Еще один из двенадцати датчиков отвалился. – Черт! – Бросив на Линду полный отчаяния взгляд, она взмолилась. – Послушай, ты можешь помочь мне с этим?

Линда сложила руки на груди и мрачно посмотрела на Катрин. – Это зависит от...

– От чего?

– Ты собираешься сказать Марго, что происходит?

– Почему ты думаешь, что что-то происходит? – Катрин села на кушетке и прикрепила датчик возле колена. Когда она это сделала, еще один из шести контактов на ее груди отвалился. Катрин застонала.

– Я думала мы подруги, – тихо сказала Линда.

– Прости, – Покраснела Катрин, – Я не… не хочу, чтобы она узнала.

– Узнала что?

Катрин показала на свою грудь и шрам ровно посередине, где был имплантирован дефибриллятор. – Это она тебе рассказала?

Линда покачала головой. – Нет. Я увидела рентген твоей грудной клетки в тот день, когда ты вывихнула плечо. Марго не виновата, я просто на нее наткнулась.

– Это неважно. Я не против того, что ты знаешь. – Катрин раздраженно провела рукой по своим волосам. – Мне нужно отправить исследование ритма своему кардиологу в Манхэттен. Ты можешь мне помочь? Пожалуйста.

– У тебя проявились какие-то симптомы? Учащенное сердцебиение, головокружение, стесненность дыхания, боль в груди?

– Нет. – Катрин увидела выражение недоверия на лице Линды. – Дефибриллятор в последнее время срабатывает слишком часто, но я себя хорошо чувствую.

– Мы можем провести диагностику прибора и проверить установки и уровень напряжения.

– Я уже сделала это. Судя по всему, с дефибриллятором все в порядке. Поэтому я решила, что надо записать сердечный ритм и посмотреть, есть ли у меня отклонения в сердцебиении.

Линда задумчиво взяла запястье Катрин и прощупала пульс. Это движение настолько вошло у нее в привычку, что она даже не задумывалась об этом. – Почему ты не хочешь, чтобы об этом узнала Марго?

Катрин на секунду замялась. – Она будет беспокоиться.

Бровь Линды поползла вверх. – И почему это может быть плохо?

– Я хочу чтобы она была счастлива. Вернуть свет ее глазам. – Лицо Катрин омрачилось. – То, что она будет беспокоиться о состоянии моего сердца, не очень этому поможет.

Пока Катрин говорила, Линда сняла стетоскоп со своей шеи и приложила слуховую диафрагму к груди Катрин. – Помолчи минутку. – Послушав ее около тридцати секунд, Линда вернула стетоскоп обратно на его привычное место и смерила Катрин оценивающим взглядом. – Если она узнает, что у тебя проблема, а ты скрывала это от нее, это ее ранит. И это очень сильно разозлит меня. – Линда подняла руку, останавливая готовый сорваться с языка Катрин протест. – Более того, она будет чувствовать себя преданной, потому что она заботится о тебе, а ты ей не доверяешь. Это то, о чем ты будешь жалеть всю свою жизнь. Не будь дурой.

Катрин открыла рот и потом снова закрыла, не проронив ни звука. – Я немного схожу с ума по ней. Иногда мне трудно соображать, особенно, когда я боюсь, что могу все испортить. Спасибо. – Катрин сделала глубокий вдох. – Я скажу ей.

– Хорошо. – Линда оживленно принялась устанавливать датчики точными ловкими движениями. Потом она включила питание, наблюдая за бумажной лентой медленно выползающей из аппарата для электрокардиограммы. – В последнее время Марго выглядит счастливой. Я бы хотела, чтобы так продолжалось и дальше.

– Я тоже, – ответила Катрин, глядя, как Линда выключает прибор.

Линда встретилась взглядом с Катрин, выражение ее глаз было нежным и мягким. – Марго очень смелая и очень упрямая женщина. Она не оставит тебя только потому, что у тебя есть проблема. Ты этого боишься?

– Она уже потеряла женщину, которую любила, – Катрин выдержала взгляд Линды, – Я бы не стала ее винить за нежелание пережить что-то подобное снова.

– Марго потеряла ту женщину, которую любила. Сейчас дело не в Терри. Дело в тебе. – Линда покачала головой. – Марго сейчас с тобой, Катрин.

– Она этого не сказала, – едва слышно сказала Катрин

– А ей обязательно это делать?

Катрин вспомнила, как Марго касалась ее каждый день – физически и духовно – чувственно, нежно, любвеобильно и требовательно. Вздохнув, на этот раз не раздраженно, но умиротворенно, Катрин тихо призналась. – Нет, не должна.

– Удивительно, – прокомментировала Линда, снимая датчики и протягивая Катрин ее майку, – Хирург, который на самом деле способен услышать разумные доводы. Нам просто необходимо тебя оставить.

Марго стояла прислонившись к дверному косяку своего кабинета, пока Катрин звонила своему кардиологу. В руках у Марго были результаты ЭКГ Катрин, те которые они только что передали в Нью Йорк. Все казалось в норме, так же как и предыдущие десять раз, когда она просматривала эту ленту с результатами.

В ту же секунду, когда Катрин повесила трубку, Марго спросила. – Что он сказал? – Она постаралась, чтобы ее голос звучал спокойно, но ее желудок сводило от страха.

– Он не видит никаких отклонений.

– А как насчет разрядов дефибриллятора? – Марго расстроилась, когда Катрин рассказала ей о недавних случаях, отчасти потому, что Катрин не сказала ей сразу, но большей частью потому, что это напугало ее и заставило вспомнить о том, что состояние сердца Катрин все еще оставалось нестабильным.

– То же самое, что он обычно говорит. – Катрин пожала плечами. – Возможно, установки чувствительности дефибриллятора слишком низкие. А может быть, у меня короткие всплески тахикардии, которых я не замечаю.

– Тебе нужно приехать к нему на осмотр или заставить его приехать сюда. – Тон Марго был более резким, чем она хотела, но ей удалось сохранить большую часть своей профессиональной невозмутимости.

– У меня встреча с ним через три недели.

Марго стиснула зубы. – Три недели это слишком долго…

– Он сказал, что все должно быть в норме.

– А ему-то откуда, черт побери, это знать? Он даже не смог достать тебе эти чертовы лекарства.

Под этим гневом в голосе Марго, Катрин слышала страх. Она быстро пересекла комнату, взяла Марго за руку и, втянув ее внутрь кабинета, закрыла дверь. Нежно обхватив талию Марго под белым халатом, который та надевала во время дежурства в скорой, Катрин тихо сказала. – У меня нет никаких симптомов. Я отлично себя чувствую. И если ты вдруг не заметила, мое сердце многое испытало за последнее время и выдержало все это просто превосходно.

Марго положила свою ладонь на сердце Катрин. Низким, хриплым от волнения голосом она сказала. – Я заметила. Мне нравится, как бьется твое сердце, когда мы с тобой занимаемся любовью. – Она подняла взгляд своих карих глаз на Катрин. – Я не хочу каждый раз испытывать страх. Не хочу… – Она отвела взгляд и с трудом сглотнула навернувшиеся слезы. – Я не хочу потерять тебя.

– Ты меня не потеряешь, – Катрин прижала свои губы ко лбу Марго, – Люди в таком состоянии живут нормальной жизнью и я тоже смогу.

– Знаю. – Марго глубоко вздохнула, усилием воли останавливая бессознательный страх, поднимавшийся из темных глубин ее самых черных кошмаров и душивший ее. Она коснулась пальцами лица Катрин и нежно поцеловала ее губы. – Я знаю.

– Прости, мне надо вернуться к работе, – с нескрываемым сожалением сказала Катрин, – Я жду результаты анализов для моего пациента.

– Ты иди, я скоро тоже пойду.

– Ты в порядке? – голубые глаза Катрин потемнели от беспокойства за возлюбленную.

Марго выдавила улыбку и коротко кивнула. – Все хорошо. Мне просто надо сделать пару звонков.

– Значит, увидимся позже.

– Да.

Оставшись наедине, Марго прислонилась спиной к двери и закрыла глаза. У нее не было ни тени сомнения, что она не сможет пережить еще одну утрату.

О, Катрин, детка. Ты понимаешь, что ты значишь для меня?

Поздним пятничным вечером, Катрин вытащила Марго в коридор из смотровой, где та только что закончила оформлять целую стопку направлений на анализы и снимки для сорокалетнего строителя, который вернулся с работы и обнаружил, что не может вспомнить, как его зовут.

– Мне кажется, у нас возникла проблема, – сказала Катрин очень тихим голосом, чтобы ее не было слышно в соседних смотровых.

– В чем дело?

– У меня двадцатипятилетняя студентка у которой на протяжении двух дней наблюдаются боли в животе, тошнота и пониженная температура.

Марго вопросительно посмотрела на Катрин, поскольку эти симптомы были слишком общими и могли значить практически все что угодно. У них каждый день было по меньшей мере десяток пациентов с болью в животе. – В этом есть что-нибудь необычное?

Катрин кивнула. – Ее печень просто огромная, очень мягкая при пальпации, и поэтому я решила ее исследовать. Энзимы и билирубин повышены – у нее гепатит.

– Проклятие.

– Это еще не все, – озабоченно сказала Катрин, – если помнишь, пару дней назад я обследовала парня с острым гепатитом «А». Я спросила студентку где она ужинала последние несколько недель и потом позвонила первому пациенту, чтобы узнать, есть ли между ними что-то общее.

– Значит есть?

– Да. Мексиканский ресторанчик на Восточных Водопадах. – Катрин вздохнула. – Это могло бы быть совпадением, это довольно популярный ресторан. Но я думаю нам следует сообщить об этом в департамент здравоохранения и, возможно, в эпидемиологический центр.

– Согласна, – ответила Марго, подумав о грядущем административном кошмаре и решив, что она сможет справиться с этим, если займется как можно раньше. – Я сейчас же позвоню им. Возможно, что никакой опасности нет, но если у нас тут эпидемия в самом начале развития, то нам лучше связаться с соответствующими инстанциями как можно скорее.

– Да, я тоже так подумала.

Марго взглянула на часы. – Ох, черт. Это может затянуться, Бог знает на сколько, а у Филлис сегодня свидание. Она собиралась приготовить ужин Арли и уйти сразу, как я вернусь домой. – Она озадаченно потерла переносицу. – Надо позвонить Робин и Линде, они смогут присмотреть за Арли...

– У меня скоро закончится смена. Я могу присмотреть за ней.

Марго улыбнулась. – Катрин ты не обязана сидеть с ребенком. Я благодарна тебе...

– Я хочу этого, – голос Катрин был ровным и твердым, но в глазах светилась нежность, – Пожалуйста.

– Если ты уверена, – сказала Марго, все еще сомневаясь. Арли любила проводить время в компании Катрин, но это казалось Марго нечестным по отношению к Катрин. Они с Катрин встречались, но то, что она предлагала – этот простой знак внимания и участия говорил об отношениях намного более близких. Встречаться. То, что есть сейчас между нами, прекрасно. Не обязательно, чтобы оно переросло в нечто большее. Но, похоже, это уже случилось…

Катрин внимательно следила за внутренней борьбой, отражавшейся на лице Марго, которая надеялась, что это останется незамеченным. Марго как будто подсознательно сопротивлялась чему-то, что каждый раз сближало двух девушек, все теснее переплетая их судьбы. Катрин понимала, почему Марго противится, но каждый раз, когда она видела это, каждый раз, когда она чувствовала, что Марго пытается сохранить дистанцию между ними, внутри нее поднималась волна негодования. – Марго, ради Бога, когда ты позволишь мне стать тебе хоть чуточку ближе?

– Ты считаешь, что я не позволяю? – Слова вырвались прежде, чем Марго смогла обдумать ответ. Она оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что они по-прежнему одни. Понизив голос, она продолжила. – Ты хотя бы представляешь, чего мне стоит быть рядом с тобой? Касаться тебя? Заботиться о тебе?

– Да, представляю. – Катрин хотела взять ее за руку, но не могла. И не потому что они были на работе, а потому, что это было не тем утешением, в котором нуждалась Марго. И не тем, что Катрин хотела ей дать. Им обеим сейчас нужна была только голая правда. – Я люблю тебя, неужели ты до сих пор не поняла?

Губы Марго раскрылись от удивления, она могла лишь молча хлопать ресницами. Придя в себя, она улыбнулась. – Ты определенно умеешь выбрать подходящий момент, доктор Макгауер.

– Я совсем не так хотела сказать это в первый раз, – Катрин улыбнулась и пожала плечами, – У тебя здорово получается расстраивать все мои планы.

– Правда? – голос Марго звучал хрипло, – Никогда этого не замечала. Всегда казалось, что чувство момента у тебя... исключительное.

Как и всегда, этот легкий намек на предложение в голосе Марго вызвал теплую волну возбуждения прокатившуюся по телу Катрин. Она нервно вздохнула и тихо рассмеялась. – Ты пытаешься сменить тему разговора.

– Не совсем, – Марго легко коснулась кончиками пальцев руки Катрин, – То, что ты сказала... Я чувствую это внутри. – В глубине моего сердца и моей души. Она встретилась взглядом с Катрин. – Я не знаю, что тебе ответить. Не думаю, что сейчас смогу сказать что-нибудь.

Катрин кивнула, довольная хотя бы тем, что Марго не стала протестовать против выражения чувств Катрин. – Все хорошо. Я не потому это сказала.

– А почему?

– Потому, что это правда, – тихо ответила Катрин, – И потому, что это так приятно говорить.

– Хотелось бы мне, чтобы мы были сейчас одни. Где угодно, но не здесь. – Глаза Марго сверкали нежностью и желанием.

– Я тоже бы этого хотела. – Голос Катрин выдавал усилия, которые ей приходилось прилагать, чтобы сдержаться и не заключить Марго в свои объятия.

– Было бы замечательно, если бы ты присмотрела за Арли сегодня. Спасибо тебе. – Марго вздохнула и неохотно взялась за ручку двери. – Мне следует поскорее заняться этими звонками. Я позвоню тебе позже, когда определюсь что и как.

– Я оформлю госпитализацию этой студентки и потом сразу поеду к тебе домой.

– Спасибо. – Когда Катрин повернулась, чтобы уйти, Марго схватила ее за руку. Улыбнувшись, она сказала, – Это многое для меня значит. То, что ты сказала.

– Хорошо, – прошептала Катрин, – Увидимся у тебя.

– Это очень заботливо с твоей стороны, Катрин, – сказала Филлис, поспешно собирая вещи перед выходом.

– Мне нетрудно, – ответила Катрин, облокачиваясь на кухонный стол, – Уверена, нам с Арли будет очень весело вдвоем.

– Я могу остаться и приготовить ужин вам обеим...

– Нет-нет, идите, – мягко настаивала Катрин, – У нас все будет в порядке.

Арли вбежала в комнату, ее лицо сияло. Она вытянула обе руки перед собой. – Я вымыла. Куда мы идем ужинать, Катрин?

– А куда бы тебе хотелось?

– В МакДональдс!

Катрин бросила на Филлис вопросительный взгляд и, увидев, что та согласно кивнула, ответила, – Конечно. Я знаю один на Челтен Авеню. Мы прогуляемся пешком, хорошо?

– А потом ты побудешь со мной до тех пор, пока мама не придет, да?

– Да. По дороге мы зайдем в магазин и возьмем какой-нибудь фильм, чтобы было что посмотреть, пока мы ждем твою маму.

– А ты останешься на ночь, как бабушка иногда делает?

– Хм... – Катрин думала, когда же она запомнит, что Арли очень внимательна к составлению планов. Она также подумала о том, какая прекрасная карьера может быть у нее в будущем.

– Может быть, если твоя мама сильно задержится, – предложила Филлис, – То Катрин может остаться на ночь.

Глаза Арли загорелись. – Здорово. И мы все потом сможем вместе позавтракать. – Она взглянула на бабушку, – Правда?

– Правда, – рассмеялась Филлис и потрепала волосы Арли, – А теперь мне пора идти. Желаю вам хорошо повеселиться.

Катрин с благодарностью посмотрела на Филлис. Не только потому, что женщина помогла ей в непростом вопросе о том, где Катрин проведет ближайшую ночь, но и потому, что Филлис так тепло приняла ее в свою семью. – Спасибо Вам.

– Не надо благодарностей, – сказала Филлис, уже выходя, – Сейчас самое время.

Марго тихо вошла домой через заднюю дверь. На кухне было темно, а коридор тускло освещался бледно-голубыми отблесками телевизора в гостиной. Марго поставила свой портфель с документами на стол, подошла к холодильнику и тихонько потянулась за банкой пива. Одинокий Хайнекен стоял на нижней полке, открыв его, она сделала большой глоток. После этого она направилась на звуки удивительно знакомого голоса, который с ее приближением стал очень похож на то, как будто Элен Дедженерес говорила под водой.

Подойдя к двери в гостиную, она убедилась, что это на самом деле была Элен Дедженерес. Точнее, ее анимированная версия в мультфильме "В поисках Немо". Катрин сидела с одной стороны дивана, ее голова покоилась на спинке, а глаза были закрыты. Арли, в штанах от своей пижамы с динозаврами и рубашкой от другой пижамы с футбольными мячами, свернулась рядом с Катрин и спала. Марго не могла решить, кто из них в данный момент был красивее.

Она прислонилась к косяку, отпила из банки и стала смотреть на происходящее на экране. Напряжение уходило из ее тела, и Марго ощущала только приятное чувство покоя. Она посмотрела на Катрин и улыбнулась, встретив взгляд ее голубых глаз. Подойдя к дивану, Марго наклонилась и нежно поцеловала губы Катрин, – Привет.

– Привет, – прошептала в ответ Катрин. Она посмотрела вниз на спящую Арли и потом снова на Марго, – Может быть, мы сможем найти тебе местечко возле нас.

– Хмм... – Марго сложила руки на спинке дивана и уперлась в них подбородком, – Звучит заманчиво. Но я либо тоже засну, либо меня одолеют фантазии другого рода.

– Фантазии? – брови Катрин поползли вверх, а ее голос сделался на полтона ниже.

Марго медленно улыбнулась и кивнула, – Вообще-то они меня одолевают прямо сейчас.

– Хорошо-о-о, – Катрин взяла Арли на руки и встала, прижимая ребенка к своему плечу, – Решение принято. Я отнесу ее в кровать.

– Я с тобой.

Когда Катрин положила Арли на кровать, девочка проснулась на секунду, улыбнулась им и потом тут же повернулась на бок и снова уснула. Марго взяла Катрин за руку, и они вместе вышли из детской.

– Как у тебя дела? – нежно спросила Катрин, – Ты выглядишь избитой.

– Так и есть, – вздохнула Марго, – Ты знаешь, как это бывает. Куча бумажек, куча звонков, постоянно повторяешь одно и то же каждому в административной цепочке. Похоже, что в госпитале Темпл тоже есть двое заболевших. Все идет к тому, что их у нас будет гораздо больше, когда пройдет инкубационный период.

– Так себе новости.

– Да уж, – согласилась Марго, усаживаясь на край постели, – Но ты очень вовремя заметила эти два случая.

Катрин наклонилась и взяла ногу Марго, стягивая с нее ботинок и наклоняясь ко второй ноге. – Спасибо, – Марго с нежностью посмотрела на ловкие руки Катрин, которые расстегивали застежку брюк Марго. Взявшись за пояс брюк, она сказала: – Приподнимись и позволь мне снять это с тебя.

– Ты меня балуешь, – прошептала Марго, протягиваясь, чтобы поставить пиво на прикроватный столик.

– Я стараюсь.

Марго откинулась назад, опираясь на локти, и наблюдала за тем, как Катрин ее раздевает. Это расслабляло и возбуждало одновременно. – Что дальше, пижама?

Криво усмехнувшись, Катрин подняла глаза, отрываясь от расстегивания пуговиц на блузке Марго, – Думаю, ты заметила, что нам с Арли пришлось потрудиться, чтобы найти подходящие штаны и пижамную рубашку. Мы решили, что так будет интереснее. – Катрин расстегнула блузку Марго и сняла ее сначала вдоль одной руки, потом вдоль другой.

– Да, получилось очень мило и я уверена, что теперь это будет ее любимое сочетание. – Марго осталась только в лифчике и шелковых бикини, и когда Катрин провела ладонью по ее спине, она закрыла глаза от удовольствия. – Боже, как хорошо.

Осторожно, она расстегнула застежку лифа Марго и медленно сняла его. – Ты такая красивая, – благоговейно прошептала Катрин.

Губы Марго сложились в ленивую улыбку, а глаза томно осматривали Катрин из-под полуопущенных век. – Не помню, чтобы когда-нибудь чувствовала себя такой расслабленной и такой возбужденной одновременно.

Катрин стояла на коленях меж раздвинутых ног Марго, положив голову на живот возлюбленной. Одной рукой она ласкала грудь Марго, теребя кончиками пальцев маленький твердый сосок. Сердце Марго неистово стучало под щекой Катрин, и ее собственное сердце вторило сердцу Марго такт в такт. – Я люблю тебя.

Марго молча погладила Катрин по щеке и шее, и еще крепче прижала ее к себе. Пальцы на ее груди мяли возбужденную плоть, а ласка и внимание Катрин и ее нежные слова зажгли невероятный огонь в душе Марго. Несколько долгих мгновений она излучала чистое блаженство от ощущения, что Катрин так близко. – Мне так удивительно хорошо с тобой.

Опьяненная видом, голосом и запахом Марго, Катрин подалась вперед и вверх, нависая над распростертой под ней девушкой. Она посмотрела на полоску шелка между ног Марго и затем провела рукой вниз, полностью закрыв ткань ладонью. Марго выгнулась под ней и издала легкий стон.

– Я люблю тебя. – Катрин сдвинула тонкую преграду в сторону и скользнула пальцами внутрь Марго, не отрывая взгляда от ее прекрасных глаз.

– Ох... это так... так хорошо. – Из последних сил оставаясь в сознании, Марго смотрела в глаза Катрин, а ее бедра медленно вздымались и опадали следуя движениям пальцев Катрин. Вскоре она почувствовала, как волна чистого наслаждения, горячая и легкая, пробуждается в ней и проносится вдоль ее позвоночника. – О, да. Вот так, Катрин. Вот так.

Катрин стиснула простынь в своем кулаке, направляя свою собственную дикую нужду на то, чтобы ее умелые пальцы двигались все быстрее, глубже и сильнее внутри Марго. Как будто со стороны, она осознавала свое собственное возбуждение, острой болью отдававшееся в ней при каждом движении изнывающей от страсти Марго. Ее дыхание превратилось в жалкие всхлипы, эхом повторяющие резкие вздохи Марго. Ее мышцы дрожали от возбуждения, как и плоть Марго, сомкнувшаяся вокруг пальцев Катрин.

– Детка, я кончаю. Я кончаю. – Марго выгнула спину и резко дернулась навстречу пальцам Катрин. Это дополнительное напряжение послужило финальным толчком к кульминации, мгновение назад остававшейся в недосягаемости. С криком наслаждения, Марго поднялась на кровати и обхватила обеими руками плечи Катрин, уткнувшись лицом в ее шею.

– О, да! – простонала Катрин, прижимаясь к плечу Марго и придерживая девушку одной рукой, пока другая не прерывала своих аккуратных движений между ее ног. Постепенно Марго успокаивалась в объятиях Катрин, тихо постанывая от удовольствия. Катрин издала долгий дрожащий вздох. – Иногда в такие моменты, когда я так близко к тебе, мне кажется, будто мое сердце сейчас разорвется. И это такое приятное ощущение.

Телефонный звонок разбудил их около пяти.

– Блейк, – пробурчала Марго в трубку. Катрин зашевелилась возле нее, и Марго крепче прижала девушку к себе. – Да. Да. Хорошо. Понятно. – Она бросила трубку и застонала. – Команда врачей из эпидемиологического центра только что прилетела из Атланты и через сорок пять минут будет в больнице.

Катрин открыла глаза и уставилась в потолок. – Похоже, оркестр пригласить не успеем.

– Нет, скорее всего не успеем, – рассмеялась Марго, – Судя по всему, мне придется взять на себя все обязанности по встрече.

По всему району Филадельфии число заболевших приближалось к трем сотням. К сожалению, среди них было и два летальных исхода.

На пике развития эпидемии, команда из эпидемиологического центра собирала информацию у пациентов, составляла списки пострадавших и исследовала десятки потенциальных источников заражения. Марго постоянно висела на телефоне, советуясь как с докторами своего госпиталя, так и с коллегами из других городов. С Катрин они виделись мельком и исключительно на работе, поскольку когда Марго добиралась до собственного дома, времени у нее оставалось только на сон.

К вечеру пятницы количество новых пациентов пошло на спад и, наконец, выяснилось, что источник заболевания – зараженный контейнер с зеленым луком, привезенным из Мексики. Когда пик кризиса миновал, первое, что сделала Марго, выйдя из дверей госпиталя, это набрала номер Катрин на своем мобильном.

– Алло? – сказала Катрин.

Услышать ее голос, оказалось достаточно, чтобы на лице Марго появилась улыбка. – Это я. Ты сейчас свободна?

– Ну, не совсем.

– А... – Марго попыталась не показать разочарования в голосе. Она достала ключи от машины из своего портфеля, – Ну, тогда...

– Подожди секунду.

Другой голос послышался в трубке.

– Ма? Ты сейчас едешь домой?

– Милая? Что происходит? Где вы сейчас? – Марго скользнула на переднее сиденье своей машины и бросила портфель назад. Она не видела Арли всю неделю, потому что, когда приходила с работы, ее дочь уже спала. Насколько ей было известно, Арли сейчас полагалось быть с Филлис.

– Мы дома. Я вместе с Катрин делаю пиццу.

– Вы делаете пиццу? – Марго отбросила мелькнувший перед ней образ соуса для пиццы размазанного по стенам кухни. – А для меня там что-нибудь останется?

Марго услышала хихиканье и чье-то бормотание, но не смогла разобрать слов. Она уже вставила ключ в замок зажигания и завела двигатель, когда снова услышала голос Арли.

– Катрин говорит, что все будет готово через двадцать пять минут. Но мы очень голодные.

– Значит скажи Катрин, что я буду дома через пять и я тоже очень голодна.

Арли рассмеялась. – Окей, Ма. Мы с тобой поделимся.

Катрин ждала ее на заднем крыльце. Когда Марго припарковалась, она обошла машину, открыла водительскую дверь и, наклонившись, нежно поцеловала Марго. – Привет. Ужин скоро будет готов.

– Какой приятный сюрприз, – Марго схватила свой портфель и выскользнула из машины.

– Ты еще не видела кухню.

– Нет, но у меня хорошее воображение, – Марго улыбнулась, и одной рукой обняла Катрин за талию, – За тобой просто необходимо хорошенько присматривать.

– Главный повар наверху принимает ванну, – поведала ей Катрин, – Я подумала, что будет лучше, если она умоется до того, как ты ее увидишь.

– А где Филлис?

– На очередном свидании. – Катрин легонько коснулась губами виска Марго. – И даже не думай о том, чтобы благодарить меня. Я скучала по Арли всю неделю. И еще сильнее я скучала по тебе. – Ежесекундно.

Марго сбросила портфель на ступеньки, повернулась к Катрин и, обняв ее за шею обеими руками, крепко прижала ее к себе. Их поцелуй длился до тех пор, пока Марго не почувствовала Катрин каждой клеточкой своего тела. – Я тоже по тебе скучала.

– О, да, – Катрин удовлетворенно выдохнула и неохотно отступила от Марго, – Мне лучше сбегать наверх и помочь Арли в ванной.

– Я переоденусь и присоединюсь к вам.

Они взялись за руки и вместе взошли по ступеням.

– Мам, – спросила Арли на следующее утро, принимаясь за бекон и блинчики, – А вы с Катрин скоро станете жить вместе?

– Это очень непростое решение, милая, и нам с Катрин еще не приходилось всерьез говорить об этом. – Марго посмотрела на Катрин, сидящую напротив. Это был первый раз, когда Катрин после бурной ночи осталась на семейный завтрак. Они завтракали втроем, без Филлис, та позвонила и загадочно сказала, что "задерживается". – А что об этом думаешь ты?

– Я думаю, что это было бы здорово. Тогда у меня было бы две мамы как у Ким и Денни, правильно? – Арли переводила вопросительный взгляд с Марго на Катрин и обратно.

Катрин прочистила горло. – Помнишь я говорила, что мы скажем тебе сразу же как сможем?

– Угу.

– Хорошо, что ты будешь не против, если мы решимся на это, – осторожно произнесла Катрин, переводя взгляд с Арли на Марго, – Но твоей маме и мне нужно больше времени, чтобы все обдумать, поэтому мы хотим попросить тебя быть терпеливой, хорошо?

– Хорошо. – Арли допила остатки своего апельсинового сока. – Как долго мне надо быть терпеливой?

Катрин улыбнулась. – Ну, иногда приходится ждать, так же как во время футбольного матча, когда ты не бьешь по мячу до тех пор, пока не увидишь подходящего момента и поймешь, что все получится.

Арли серьезно кивнула и снова посмотрела на маму. – Ты же придешь сегодня на игру?

– Обязательно. – Марго улыбнулась вслед дочери, побежавшей собирать свое снаряжение. Она вздохнула и, скорчив рожицу, посмотрела на Катрин. – Прости, мне кажется, что мы снова услышим от нее эти вопросы.

– Это тебя беспокоит? – тихо спросила Катрин. Она конечно же заметила, что Марго постоянно избегает любых разговоров о серьезных отношениях. Катрин хотела быть частью жизни Марго и ей приходилось напрягать всю силу воли, чтобы не давить на возлюбленную.

– Нет, – мягко ответила Марго, – Это меня не беспокоит. А тебя? Моя жизнь не такая простая штука.

Катрин не смогла сдержать улыбку. – Ты имеешь в виду, из-за Арли?

– И из-за нее тоже.

– Она бесподобна. Я… я была бы рада быть частью ее жизни, – Катрин выдержала долгий взгляд Марго, – И твоей.

– Боже, ты лучшее, о чем только можно мечтать, – Марго наклонилась через весь стол и потрепала Катрин по щеке, – Надеюсь, ты понимаешь, что мне не все равно. Ты можешь потерпеть еще немного?

Катрин повернула голову и поцеловала ладонь Марго. – Наверное, у меня чуть больше силы воли, чем у семилетней девочки. – Марго рассмеялась, а Катрин добавила, – Но ненамного.

– Ммм, мне вспоминается, что ночью ты вовсе не была такой терпеливой.

– Это другое дело, – ответила Катрин, наклонившись и поцеловав Марго в губы, – Я не видела тебя целую неделю. Конечно же, я не могла больше ждать.

Кровь в жилах Марго потекла быстрее от одной мысли о безжалостных манящих губах Катрин, о ее руках и… Она задрожала и поднялась из-за стола. – Мне лучше убраться от тебя подальше. Ты… творишь со мной что-то невообразимое. Это пугает и удивляет одновременно.

Катрин захохотала вслед Марго. – Ты можешь бежать, но тебе не скрыться от меня.

Марго остановилась в дверях и нежно посмотрела на Катрин. – По-моему, я уже прекратила пытаться. А сейчас, мне лучше принять душ и подготовиться к сегодняшнему матчу.

Катрин смотрела ей вслед. Ее сердце настойчиво выстукивало «Я тебя люблю».

– Я видела, как вы с Катрин и Арли утром вместе выходили из дома, – сказала Линда, бочком придвигаясь к Марго, стоящей за боковой линией.

– Угу.

– Вы втроем неплохо смотритесь.

Марго повернула голову и пронзила Линду взглядом.

– Что бы ты ни хотела узнать, просто спроси, и дай мне спокойно посмотреть игру.

– Окей, – любезно ответила Линда, – Насколько у вас двоих все серьезно? Как она в постели? Она уже говорила, что любит тебя?

– Я не знаю наверняка. – Марго запнулась и взглянула на Катрин, стоявшую в нескольких метрах от нее, сосредоточив все свое внимание на своих маленьких учениках, – Да, она сказала.

– Похоже, что у вас все серьезно, – голос Линды тоже был очень серьезным, – Ты любишь ее?

– Я… – Марго запнулась, увидев, как Катрин повернулась к ней с растерянным выражением лица. Она увидела, как девушка прижимает правую руку к середине своей груди за секунду до того, как она рухнула на землю. Уже на бегу, Марго бросила Линде, – Вызывай неотложку и держи детей подальше от сюда.

Меньше, чем через пять секунд Марго уже стояла на коленях над Катрин. Та лежала на спине не двигаясь, ее глаза были закрыты. Когда Марго прижала два пальца к сонной артерии с правой стороны шеи Катрин, ее желудок свело судорогой, а в голове на несколько долгих секунд не стало ни одной мысли. Она не могла нащупать пульс. Выработанный годами тренировок рефлекс сработал, и сжатый кулак Марго, подталкиваемый горящей в ней решимостью, резко опустился на середину груди Катрин. Ты не умрешь. Я не потеряю тебя. Будь ты проклята, ты не можешь так со мной поступить.

Как только Марго, готовясь делать искусственное дыхание, надавила обеими руками на грудину Катрин, глаза девушки широко распахнулись. Марго затаила дыхание, когда несфокусированный взгляд голубых глаз встретился с ней.

– Марго?

– Все в порядке, детка. С тобой все в порядке. – Марго, почти обессиленная страхом и облегчением, изо всех сил старалась говорить спокойно, – Просто полежи на месте.

– Что случилось? – Катрин попыталась приподняться на локтях, но обнаружила, что ей это не под силу, – Голова немного кружится.

– Я знаю. – Марго сомкнула пальцы на запястье Катрин, и с невыразимым облегчением почувствовала ровный сильный пульс. – Ты потеряла сознание. Нам необходимо отвезти тебя в больницу, чтобы я могла оценить ситуацию.

Марго не видела смысла, говорить Катрин, что у нее произошла остановка сердца. Эпизод длился всего несколько секунд и одно нажатие в область сердца, запустило главную мышцу. Маловероятно, что это могло вызвать какие-либо повреждения, но тем не менее, существовала вероятность повторения аритмии, и в следующий раз, все может закончиться не так легко и быстро. Сейчас нужно было добраться до машины скорой, где под рукой был бы дефибриллятор.

– Мне кажется, все в порядке, – тихо сказала Катрин, начиная осознавать, что только что пережила. Лицо Марго было белым, как лист бумаги, а зрачки расширены настолько, что радужной оболочки было не видно. Боже, прошу тебя, не дай мне все потерять. Только не сейчас. – Милая, со мной все в порядке.

– Похоже, что так, но все равно необходимо сделать несколько тестов. – Марго провела пальцами по лбу Катрин, но второй рукой все же придерживала ее плечо, не давая девушке встать. – Детка, прошу тебя, не упрямься.

– Хорошо, – ответила Катрин, находя и крепко сжимая руку Марго, – Не буду. Могу я увидеть Арли, перед тем, как мы отправимся? Или ты считаешь, что ей лучше не видеть меня в таком состоянии?

Послышался звук приближающейся сирены. Марго осмотрелась вокруг и увидела, что их окружило кольцо взрослых, оставляя всех остальных за пределами круга. Линда стояла рядом, все ее внимание приковано к Марго и Катрин.

– Я приведу ее, если ты пообещаешь мне не двигаться. – Катрин утвердительно кивнула, и Марго направилась к Линде. – Побудешь с ней, пока я приведу Арли?

– Конечно. – Линда заняла место Марго и автоматически взяла Катрин за запястье. – Как у тебя дела, дорогая?

– Все в порядке, – Катрин повернула голову и попыталась проследить взглядом за Марго, пробирающуюся сквозь толпу. – Слушай, ты же позаботишься о Марго? Просто, если вдруг что-нибудь случится. Ей не следует самой браться за реанимацию, если этот чертов дефибриллятор снова сработает.

– Она не позволит никому другому даже прикоснуться к тебе, – тихо ответила Линда, – У вас обеих все будет в порядке. Вот идет Арли, так что соберись.

– Катрин? Ты заболела? – Арли присела на корточки рядом с Катрин между мамой и Линдой. Ее лицо выражало озабоченность, но она не боялась, потому что ее мама сказала, что бояться не нужно.

Катрин покачала головой. – Я чувствовала себя не очень хорошо несколько минут назад, но сейчас мне гораздо лучше. Твоя мама хочет отвезти меня в больницу, чтобы все проверить. Так что мы немного прокатимся в одной из машин нашей больницы, хорошо?

Арли серьезно кивнула и взглянула на Марго. – Мне можно с вами?

Марго положила руку на плечо Арли. – Я некоторое время буду занята заботами о Катрин. Линда привезет тебя попозже. Я обещаю.

– Хорошо.

Катрин похлопала Арли по колену. – Думаю, тебе пора вернуться к игре. Скоро увидимся.

– Пойдем, милая, – сказала Линда, сжимая руку девочки, – Ты нужна Робин на поле.

– С ней все будет в порядке? – спросила Катрин, когда Арли скрылась в толпе.

Марго кивнула, помахав подъехавшим медбратьям. – Да. Она понимает, что я врач и доверяет мне. Если она будет знать, что увидит тебя чуточку позже, то с ней все будет в порядке.

– Хорошо, – со вздохом ответила Катрин и закрыла глаза, – Прости меня за все это.

– Никогда больше не говори мне этого. – Слова прозвучали нежно, но когда она встала и начала раздавать указания медбратьям, в ее голосе явственно слышалась сталь. – Я доктор Блейк. Нам нужна машина в ФМЦ. У женщины аритмия и ее необходимо держать под наблюдением всю дорогу.

– Да, мэм, – сказал один из медбратьев, в то время как его напарник прикрепил к руке Катрин капельницу и присоединил датчики ЭКГ к ее груди.

Не отпуская руки Катрин, Марго наблюдала за действиями медбратьев, даже несмотря на то, что прекрасно знала, что они хорошо обучены и могут справиться с любой неожиданностью. Несмотря на всю тревогу и беспокойство, Марго позволила им делать свою работу, пока они ехали к госпиталю. Оказавшись в приемной скорой помощи, она отправила свой персонал собрать необходимое оборудование, а медбратья в это время вкатили каталку с Катрин в одну из смотровых.

Как это часто случалось, к тому моменту, когда все закончилось и Катрин уложили на кушетку, она чувствовала себя вполне нормально. Катрин лежала с капельницей на правой руке и обнаженным торсом, по которому рассыпались датчики ЭКГ. Переносной монитор возле ее кровати пищал с успокаивающей регулярностью, и ритм казался нормальным. Но стоило только Марго войти в комнату, монитор тут же выдал серию быстрых звуков, и Катрин почувствовала нарастающую пульсацию у себя в груди. Ту же дрожь она почувствовала перед тем, как потерять сознание на поле. Они обе смотрели на монитор. Несколько беспорядочных ударов сердца пронеслись по экрану и исчезли, а вместо них снова возник ровный ритм.

– Здесь что-то не так, Катрин. – Тихо сказала Марго, держа в руках кардиограммную ленту, – Я не уверена, что все дело в твоем сердце. У тебя на самом деле случаются отклонения от ритма, но они выглядят так, будто их вызывают не сокращения твоей сердечной мышцы, а сам дефибриллятор. Думаю, тебе следует его заменить.

– Он совершенно точно неправильно сработал сегодня днем. – Катрин сделала глубокий вдох и посмотрела в полные заботы глаза Марго, – Я почувствовала симптомы тахикардии, и могу точно сказать, что он не сработал. У меня было всего несколько секунд, прежде чем… – Прежде чем я потеряла сознание. Катрин задрожала. – Он не сработал.

– Я знаю, детка, – Марго коснулась руки Катрин и легонько ее сжала, – но сейчас ты под наблюдением и мы будем присматривать за тобой, пока все не исправим. – Марго была уверена, что то, что она сейчас скажет, Катрин не понравится. – Я хочу оформить тебя в отделение телеметрии до тех пор, пока я не найду кардиохирургов, чтобы тебя осмотрели.

– Я бы предпочла вернуться в Нью-Йорк и позволить моему кардиологу разобраться с этим.

– Я понимаю, но твое состояние слишком нестабильно для транспортировки. – Этих слов оказалось достаточно, чтобы вызвать приступ тошноты у Марго. Сейчас, когда самое опасное осталось позади, она больше не могла сдерживать то, что едва не смяло ее сознание, словно карточный домик. Она едва не умерла. Я едва не потеряла ее прямо там.

– Я не хочу потерять тебя, Катрин, – тихо сказала Марго, – Я люблю тебя.

– Ты определенно умеешь выбрать подходящий момент, доктор Блейк, – голос Катрин был нежным, а ее глаза светились любовью.

Марго закусила губу, внезапно испугавшись, что может расплакаться. Она проглотила слезы и заставила себя улыбнуться. – У тебя здорово получается портить мое чувство момента.

– Ты бы согласилась отправить меня в Нью-Йорк, если меня повезет машина скорой? – Катрин сделала глубокий вдох, моля о том, чтобы ей не пришлось объяснять. – Если им придется перемещать электроды, то это будет непросто. В первый раз с этим возникли проблемы.

– Какие проблемы? – голос Марго казался безжизненным, а ее глаза не проявляли ни капли тех мрачных предчувствий, которые роились у нее в голове.

– Они спровоцировали фибрилляцию, и я… о черт… у меня остановилось сердце во время операции.

– Понятно. – Не позволяя всему ужасу от только что услышанного, проникнуть в ее сознание, Марго прикинула возможные варианты. Периодом, в течение которого у Катрин могла случиться смертельная аритмия, было время до и во время операции. – Хорошо. Я сейчас же позвоню твоему кардиологу и выясню, сможет ли он найти хирургов для операции. Если он сможет, то мы перевезем тебя сегодня к вечеру. Но если он не сможет, или возникнет какая-нибудь задержка, мы не станем ждать.

– Согласна. – Прежде чем Марго отвернулась, Катрин схватила ее за руку. – Я люблю тебя, Марго. Люблю тебя и Арли. У нас все будет хорошо.

Марго наклонилась и нежно поцеловала Катрин в губы. Выпрямляясь, она прошептала. – Я люблю тебя. И мы пройдем через это вместе.

– Расчетное время – пять минут.

Наклонившись к перегородке, отделяющей кабину водителя от остального пространства машины скорой помощи, Марго устало кивнула. – Спасибо.

Катрин лежала рядом, на узких передвижных носилках с датчиками ЭКГ, прикрепленными к ее груди. Большую часть полуторачасовой поездки она проспала.

– Дорогая, – Марго провела рукой по волосам Катрин, – Мы почти на месте.

– Да, я слышала его, – Катрин повернулась, чтобы отыскать взглядом лицо любимой, – Как только меня устроят, ты можешь возвращаться до…

– Мы уже говорили об этом, – мягко сказала Марго, – Я не оставлю тебя. Если они проведут операцию сегодня, то завтра мы уже вернемся домой. Арли пока побудет в надежных руках Филлис.

– Знаю, я просто подумала… – Я просто подумала, что тебе было бы легче не ждать меня в госпитале. Ты сейчас, наверное, думаешь о Терри.

Марго наклонилась так близко, чтобы медбрат, который был пристегнут к маленькому сиденью на другом конце автомобиля, не мог их услышать. Ее шепот резал сталью. – О чем ты думала, Катрин, когда сделала практически невозможным не влюбиться в тебя? Ты думала, что я брошу тебя, как только мы столкнемся с первой проблемой? Даже самой незначительной?

Прошло не меньше минуты, прежде чем Катрин заговорила. – Я так сильно тебя хотела, что отказывалась думать о том, что может произойти, если… случится такое. – Катрин казалась полностью раздавленной. – Это было не очень справедливо, да?

– О, Катрин, – со вздохом сказала Марго, нежно покачивая головой, – Справедливость не имеет к этому никого отношения. Жизнь несправедлива. Любовь несправедлива. – Она провела пальцами по щеке Катрин. – Но если есть любовь, то это все меняет. А я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – Катрин потянулась к руке Марго и тихонько ее сжала. Ей было страшно. Она не столько боялась умереть, сколько ее страшила сама мысль о том, что она не сможет провести с Марго всю свою жизнь. – Я очень рада, что ты сейчас со мной, Марго.

– Хорошо. Тогда прекрати пытаться избавиться от меня.

Машина замедлила свое движение и не успела остановиться, как задние двери распахнулись. Марго удивилась, когда стройная темноволосая женщина в темно-синей робе забралась внутрь и не обращая внимания на медбратьев, присела рядом с Катрин.

– Черт, Макгауер. Во что ты вляпалась теперь?

Женщина потянулась к монитору ЭКГ и нажала несколько кнопок. Через двадцать секунд она оторвала ленту с сердечным ритмом Катрин и мельком взглянула на нее. – Ты выглядишь не настолько плохо, чтобы объявлять всеобщую тревогу. Совсем размякла на своей новой непыльной работенке?

– Простите, – холодно вмешалась Марго, – Но я считаю, что было бы благоразумно переместить доктора Макгауер в приемную, где она могла бы быть под должным наблюдением.

Новоприбывшая окинула Марго оценивающим взглядом, приподняв одну бровь. Стиснув зубы Марго, выдержала этот взгляд.

Прежде чем с них начали сыпаться искры, Катрин быстро представила девушек друг другу. – Доктор Сакстон Синклер, Доктор Марго Блейк, глава отделения скорой помощи ФМЦ. Марго моя…

– Ее возлюбленная, – быстро закончила за нее Марго. Она перегнулась через бывшую начальницу Катрин и, обращаясь к персоналу, сказала, – Давайте перенесем ее.

– Рада знакомству, доктор Блейк, – Сакс ободряюще улыбнулась Марго и отодвинулась, освобождая проход.

– Несите ее в травматологию, парни, – приказала Сакс медбратьям. Она посмотрела на Катрин. – Когда Кароли позвонил и сказал, что тебя уже везут, я нашла Висницки по телефону. Он ждет наверху в операционной на случай, если потребуется замена дефибриллятора.

– Он кардиохирург? – Марго прервала быструю речь Сакстон Синклер, которая во многом, напоминала саму Катрин. Они обе были темноволосыми, у обеих были голубые глаза и обе были вызывающе красивы. И вокруг них обеих витал тот самый, классический хирургический дух уверенности в себе, граничащий с хамством. Однако в одном Синклер очень сильно отличалась от Катрин. Первое, что отметила Марго, когда увидела Катрин, было необычайное спокойствие, прятавшееся под агрессивной внешностью. Это была одна из тех вещей, которые очень нравились Марго – спокойная, тихая уверенность. Синклер же, напротив, излучала так много энергии, что Марго удивлялась, почему она не чувствует покалывания, как от перенасыщенного электричеством воздуха. Все вокруг Синклер вибрировало, пропитанное этой необычайной энергией. – Он лучшее, что у вас есть?

– Он лучший на всем восточном побережье, – Сакс провела их через свое отделение травматологии и проследила за тем, как Катрин укладывают на кушетку. Мужчина со светлыми волосами появился рядом с ней. – Аарон, обычный набор тестов крови, плюс рентген груди. Я принесла ее старые снимки, чтобы мы могли сравнить. Повесь все это на панель для снимков. Сделаешь?

– Конечно, док.

– У меня с собой ее медицинские записи из Филадельфии, – сказала Марго, передавая огромный пакет Синклер.

– Спасибо, – Сакс одарила ее улыбкой, – Что ты думаешь о ее состоянии?

– А кого-нибудь здесь интересует мое мнение? – спросила Катрин, приподнимаясь на локтях.

Марго и Сакс вместе повернулись к ней и в один голос ответили. – Нет. Просто лежи спокойно.

Обе посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Отлично, – проворчала Катрин. Но, успокоенная тем, что женщина, которую она любит и женщина, которую она безмерно уважает, так легко нашли общий язык, она откинулась и снова расслабилась.

– Давай, я покажу записи, сделанные сегодня днем, и те, которые делали несколько недель назад, – предложила Марго, подходя к стойке у дальней стены, служившей письменным столом.

Пока Марго разговаривала с Синклер, прибыл кардиолог Катрин, доктор Кароли. Втроем, они просмотрели ленты ЭКГ и рентгеновские снимки груди и, наконец, Марго вернулась к Катрин.

– Твой кардиолог считает, что контакты сместились, – тихо сказала Марго. Она взяла руку Катрин и нежно ее сжала, – И я тоже. Возможно это произошло в тот день, когда ты упала и повредила плечо. Он хочет вернуть их на место и, заодно, заменить батарею дефибриллятора, для общей безопасности.

Катрин на секунду закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Когда она снова встретилась взглядом с Марго, выражение ее лица было решительным. – Хорошо, отличный план. Когда?

В этот момент Сакс подошла к кушетке. – Сейчас. Я думала помочь Висницки, просто на всякий случай.

– Возможно, неплохая идея, – сказала Катрин. Теплая волна благодарности комком застряла в горле, и слова давались ей с трудом. Она прочистила горло, – Он, наверное, очень спешит вернуться на поле для гольфа. Под твоим присмотром он вряд ли забудет присоединить что-нибудь существенное.

– Не беспокойся, – ухмыльнулась Сакс, слегка пожимая плечо Катрин, – К тому же, если он будет слишком медлителен, то я все сделаю сама и ты успеешь домой к ужину.

Марго проводила взглядом выходящую Синклер и потом посмотрела на Катрин. В ее взгляде светилась забота и ласка. – Она же не собирается в самом деле сама провести операцию?

Катрин замялась.

– О, ради Бога! – проговорила Марго, – Не знаю, как тебе удалось сохранить рассудок под руководством такого маньяка. – Тем не менее, Марго чувствовала странную уверенность и покой в присутствии Сакстон Синклер. Возможно, она ощущала ее любовь к Катрин, и этого было достаточно. О Катрин позаботятся даже, когда умения и знаний Марго будет не хватать.

– Ты готова, Катрин? – спросил Аарон, светловолосый ординатор.

Марго помогла собрать медицинские записи Катрин, и пошла рядом с каталкой, одной рукой касаясь плеча любимой. Аарон направлял движение каталки, умело обходя встречавшиеся на пути препятствия. Они прошли через весь коридор и остановились возле лифта.

– Эй! – гибкая, чертовски привлекательная рыжеволосая девушка окликнула их и поспешила навстречу. Задыхаясь, она подбежала к каталке, наклонилась и звучно поцеловала Катрин в губы, – Черт, я боялась, что упущу тебя. Как твои дела, дорогая?

– Я в порядке, – улыбнулась Катрин, – Все не так страшно. Просто эти врачи любят волноваться по пустякам.

Марго издала звук, напоминающий утробное рычание.

Катрин дотянулась до руки Марго и улыбнулась. – Марго, это Джуд Касл, девушка Сакс. Джуд, это Марго Блейк.

Марго протянула руку девушке, и они все вместе зашли в лифт, – Приятно познакомиться.

Джуд пожала руку Марго и задумчиво наклонила голову. – Ты приехала с Катрин из Филадельфии?

– Да, – Марго улыбнулась, взглянув на Катрин, – Похоже, она украла частичку моего сердца.

– Великолепно, – воскликнула Джуд, под звук открывающихся дверей лифта. Она обернулась на голос, позвавший ее по имени, и ее глаза тут же вспыхнули теплым, мягким сиянием. – Привет, доктор Синклер.

Марго не поверила бы, если бы не увидела это собственными глазами: одного взгляда на Джуд было достаточно, чтобы вся гиперактивность Сакстон Синклер сменилась выражением покоя и безмятежности. Потом Синклер улыбнулась, и чары рассеялись.

– Рада, что ты успела, – сказала Сакс обращаясь к Джуд, дотронувшись до плеча и погладив спину подруги. После чего, вновь обратила внимание на свою бывшую сотрудницу. – Мы готовы, Катрин. Ну что, по коням?

– Еще секунду, – ответила ей Катрин. Она взяла Марго за руку и прижала к себе, – Ничего страшного, со мной все будет в порядке. Я люблю тебя.

Марго крепко поцеловала Катрин и потом приблизила свои губы к уху любимой. – Ты просто обязана поправиться. Арли и я, мы любим тебя. Ты нужна нам. – Она выпрямилась и осторожно коснулась пальцами волос Катрин. – Скоро увидимся, детка.

– Да, – ответила Катрин сдавленным, от внезапно нахлынувших чувств, голосом, – Скоро увидимся.

После чего, Сакстон Синклер взялась за край каталки и толкнула ее вперед к раздвижным дверям, ведущим в операционную. Марго смотрела, пока створки дверей медленно закрывались, и вскоре Катрин исчезла за ними.

– Тебе что-нибудь принести? – предложила Джуд, – Что-нибудь из еды или чашку кофе?

Марго устало улыбнулась и покачала головой. – Нет, спасибо. – Она посмотрела на часы и с удивлением отметила, что уже седьмой час. Она ничего не ела с тех пор, как позавтракала, но голода совсем не чувствовала. Катрин была в операционной уже больше часа.

– Висницки – великолепный хирург, и вместе с ним Сакс. Поверь мне, она не допустит, чтобы с Катрин что-нибудь случилось.

– Доктор Синклер, похоже, всех вокруг заражает своей уверенностью, – устало заметила Марго. Только в те моменты, когда не доводит до белого каления.

Джуд улыбнулась, на этот раз глубокой всепрощающей улыбкой. – Она на самом деле так хороша, как о себе думает.

– Это очень обнадеживает, хотя, наверное, ты немного предвзята.

– Может быть. Если бы я не провела годы, глядя как она работает. Я без ума от нее, но я не преувеличиваю ее мастерство.

– Я видела кое-что из документальных фильмов, снятых здесь. Это была великолепная работа, – Марго заметила, что обычная болтовня помогает ей отвлечься от снедающего ее страха, который усиливался с каждым ее вдохом. Она ненавидела, что Катрин сейчас там, где она не может ее видеть. Не может о ней позаботиться. Марго понимала, что это чувство иррационально, но не могла вынести даже мысли о том, что Катрин может умереть, а она даже не сможет никак этому помешать. Она задрожала. Я не смогу вынести, если потеряю тебя. Я просто не смогу.

– Спасибо. – Джуд хотела сделать что-нибудь, чтобы утешить Марго, потому что не могла не видеть ее боль и страх. – Ты начальница Катрин, не так ли?

– Формально, да, но я бы сказала, что мы скорее коллеги. – Марго снова посмотрела в сторону операционной, как будто Катрин могла выйти через эти двери в любой момент. Ее голос звучал отстраненно. – И любовницы. Черт, я ненавижу это.

– Я могу чем-то помочь?

Марго с благодарностью посмотрела на рыжеволосую девушку. – Уже то, что ты составляешь мне компанию, помогает. Было видно, что Катрин тоже рада увидеть тебя.

– Мы все питаем к ней самые теплые чувства. У Сакс всегда были замечательные друзья, но Катрин особенная. Мне было очень жаль, что она не могла остаться… – Джуд тихо рассмеялась. – Но, похоже, что, в конце концов, все сложилось как нельзя лучше. Я так счастлива, что вы нашли друг друга.

– Я тоже.

– Уверена, Катрин думает так же… – Джуд подняла взгляд навстречу распахнувшимся дверям, из которых вышла Сакс.

Марго тут же вскочила и сделала несколько шагов навстречу, ее глаза впились в лицо Синклер. Сейчас для Марго в целом мире, не существовало ничего, кроме этих глаз – спокойных, сильных и уверенных.

– Как она…

– В порядке. Все в порядке. – Голос Сакс был такой же уверенный, как и ее взгляд. Она взяла Марго за руку, – Идем со мной, я введу тебя в курс дела.

Марго почувствовала внезапное головокружение. Ее ноги подкосились и она едва не упала на Синклер, с благодарностью опираясь на поддерживающую ее твердую руку хирурга. – Она проснулась? Как ее сердце?

– Присядь, – мягко сказала Сакс, подводя Марго к одному из мягких кресел в холле. Синклер подтянула второе кресло и поставила так, чтобы они могли смотреть друг другу в глаза. – Висницки заменил электроды и батарейки, с этим проблем нет. Но у меня есть новости получше.

В этот момент Марго больше не была доктором, а всего лишь испуганным и любящим человеком, который нуждался в поддержке и вере в то, что врач как-то сможет ответить на ее молитвы. Она не могла отвести взгляда от глаз Синклер.

– Поскольку Катрин была под наблюдением, и мы могли бы справиться с любой аритмией, кардиолог решил провести исследование сердца. Сейчас ее сердце намного лучше, чем было шесть месяцев назад. Центр раздражения очень мал.

Марго опустила голову и закрыла глаза, – О, слава Богу.

Сакс посмотрела в сторону Джуд и жестом попросила принести что-нибудь попить. Девушка сделала понимающий знак рукой и быстро встала. Сакс наклонилась и осторожно коснулась пальцами колена Марго. – Возможно, ей больше не нужен дефибриллятор, но Кароли хочет сохранять осторожность, так что пока мы его только заменили.

– Те проблемы с сердцем, которые у нее сейчас… – Марго подняла голову, ее голос почти срывался, – Это из-за технических неполадок с дефибриллятором, да?

– Вероятно, большая их часть. Такое случается.

– Ох, я понимаю. – Марго провела рукой по своим щекам, с изумлением обнаружив на них слезы. Она не чувствовала, как они лились по ее лицу. Взглядом, полным признательности Марго ответила Джуд, принимая холодную содовую из рук девушки. – Спасибо.

Сакс протянула руку ко второй банке, которую принесла Джуд, и одарила ее ослепительной улыбкой. – Спасибо, малыш.

– Все в порядке? – Джуд положила руку на плечо Сакс и легонько ее погладила с такой естественной интимностью, присущей давним любовницам.

– Ага. Катрин будет как новенькая, – Сакс сделала большой глоток из своей банки, – До конца года она просто обязана вернуться в хирургию, туда, где ее место.

Туда, где ее место? Живот Марго снова скрутило, на этот раз от совершенно другого страха. Вернуться сюда, в Нью-Йорк?

– Привет, – тихо сказала Марго, наклоняясь, чтобы нежно поцеловать губы Катрин, – Как ты себя чувствуешь?

– Все хорошо. – Катрин была единственным пациентом в послеоперационной палате. Она полулежала на кровати, подложив несколько подушек себе под спину. Улыбнувшись, Катрин коснулась руки Марго, – Я более-менее проспала всю операцию, хотя и помню, как смотрела на флюороскоп, когда Висницки устанавливал новые электроды.

– У тебя что-нибудь болит?

– Нет. Он делал все через старые разрезы поэтому я почти не чувствую никакого дискомфорта. Меня можно выписывать минут через пятнадцать.

– С тобой кто-нибудь уже разговаривал?

– Ты имеешь в виду по поводу состояния моего сердца? – Катрин сжала пальцы Марго. Она была все еще взбудоражена этой новостью, – Да. Кароли был здесь только что и ввел меня в курс дела. Он говорит, что есть хорошие шансы на то, что еще через шесть месяцев мне больше не понадобится дефибриллятор.

– Я так рада за тебя, детка. – Марго провела пальцами по волосам Катрин, – Это самая лучшая новость на свете.

– Я рада за нас. – Тихо сказала Катрин, не сводя глаз с лица Марго. – Я не хочу, чтобы ты постоянно обо мне беспокоилась, и не хочу, чтобы ты лишала себя того, чего на самом деле заслуживаешь.

Марго нахмурилась, ее глаза потемнели. – Я не думала, что встречу тебя, Катрин. Не думала, что смогу полюбить кого-то так, как полюбила тебя. И я совершенно точно никогда не мечтала о том, что с кем-то мне будет так хорошо, как с тобой.

– Марго…

– Нет, позволь мне закончить – мягко прервала ее Марго. – Я люблю тебя. Рядом с тобой я бесконечно счастлива. Я никогда не буду чувствовать себя лишенной чего-то, потому что в моей жизни есть ты. Когда я думаю о будущем, то вижу тебя. И это прекрасно.

– Я так тебя люблю, – голос Катрин был хриплым.

– Я тебя тоже, доктор Макгауер. – Марго смахнула слезы и улыбнулась. – Синклер говорит, что скоро ты снова сможешь оперировать. Она тебе сказала?

Катрин пожала плечами. – Да, но сейчас у меня уже есть другая работа. – Она улыбнулась и ее голубые глаза сверкнули. – А поскольку я неравнодушна к своей начальнице, то не собираюсь торопиться куда-то уходить.

– Ну, – промурлыкала Марго, – раз уж твоя начальница к тебе неравнодушна, то это очень приятная новость. – Марго сделала глубокий вдох, чтобы удостовериться, что ее голос звучит ровно и спокойно. – Когда придет время, возможно, ты рассмотришь позицию в хирургическом отделении нашей больницы, в качестве одного из вариантов?

– Если не там, то где-нибудь в Филадельфии точно нужен хороший хирург, – Катрин внимательно посмотрела на Марго, – Потому что у меня нет ни малейшего желания куда-то переезжать.

Марго еще раз ее поцеловала. – Так даже лучше.

– Ты не против позвонить Арли, с твоего телефона, я очень хочу поговорить с ней? – Катрин посмотрела в сторону одинокой медсестры в дальнем конце палаты, которая что-то записывала в медицинскую карточку. – Раз уж я здесь единственный пациент, то не думаю, что кому-то это сильно помешает.

– О, нет – рассмеялась Марго, – Если мы, конечно, не повлияем на телеметрию и датчики, которые на тебе, иначе Синклер уже через минуту будет здесь, и, прежде чем я успею ей что-то объяснить, она будет копаться в твоей грудной клетке.

Катрин улыбнулась. – Я уверена, что ты с ней справишься.

– Спасибо, – сухо ответила Марго, – Даже если так, я лучше позвоню из холла и скажу Арли, что ты перезвонишь ей, как только сможешь. Идет?

– Идет. Катрин откинулась на своих подушках. – А как насчет того, чтобы проверить расписание и узнать, можем ли мы сегодня успеть на поезд до Филадельфии?

Джуд пригласила нас остаться у них, – ответила Марго, – Мне кажется, нам следует согласиться. Так ты сможешь хорошенько отдохнуть перед поездкой.

– Не хочу пропустить ни один из завтраков Филлис, – Катрин подняла руку Марго и нежно поцеловала ее пальцы, – И я очень хочу увидеть Арли.

– Знаешь, большая часть людей прыгала бы от счастья, если бы им предложили остаться на ночь в Нью-Йорке без детей, – заметила Марго снова рассмеявшись. До того как она произнесла эти слова, она даже не задумывалась над тем, как легко она начала думать о них с Катрин, как о семье. Она взглянула в глаза Катрин и нашла в них ту самую спокойную уверенность, которая ей так нравилась.

– Дай мне хотя бы годик и, может быть, я тоже запрыгаю. Может быть. – Катрин встретилась взглядом с Марго, – Я позволила себе надеяться, что проведу еще лет пятьдесят-шестьдесят вместе с тобой.

– Поднимешь до семидесяти и по рукам.

Катрин стерла одинокую слезинку со щеки Марго. – Идет.

– Ты только что сделала мне предложение?

– Да.

– Хорошо, потому что я только что его приняла. – Не отпуская руки Катрин, Марго сняла свой мобильник с пояса и откинула крышку. Набрав номер, она снова встретилась глазами с Катрин и тихо сказала, – Надеюсь, на него не отреагируют никакие сигнализации.

– Я думаю с этим все в порядке, – прошептала Катрин.

– Филлис? – Марго внимательно следила за биением сердца Катрин на мониторе. – Передай Арли, что она может пока не ложиться спать. Мы с Катрин едем домой.