Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.

© А.Бартова, 2013

© ООО «Написано пером», 2013

Три года спустя.

Начинало темнеть, когда кое-где на небе уже появились первые звездочки. Затихло пение последних птиц; проходящие люди заметили, что будет гроза. Тонкий, почти бесцветный серп серебряного месяца слабо освещал мостовую, придавая ей холодный блеск. Где-то далеко громко и с надрывом закричал ребенок. С моря подул пронизывающий ветер, гнавший тяжелые черные тучи.

Старая, давно не смазанная, но прочная тюремная дверь душераздирающе заскрипела голосом. Она открывалась медленно, казалось, что ей не хотелось выпускать из стен неприступной тюрьмы заключенных. Заржавелые петли еле двигались, как бы колеблясь перед роковым поступком. Но суровые сторожа Бастилии заставили ворота открыться.

Наконец дверь отворилась, и на мостовую тяжелыми шагами вышел высокий японец в черном атласном кимоно, расшитым алыми драконами. Позади него стояли два суровых крепких пирата. Тюремные ворота тяжело и громко захлопнулись. Ян глубоко вдохнул пьянящий воздух свободы и, подняв голову, громко и пугающе рассмеялся. Этот леденящий душу смех нагнал столько страху на сторожей тюрьмы, что они поспешили скрыться за воротами. В этот момент в десяти шагах от них появилась девушка в черном платье и, быстро приблизившись, в почтении поклонилась японцу.

— Сэр Ян, я рада, что наконец-то вы свободны. Простите, что вам пришлось столько ждать, но поверьте, я делала все возможное!

— Кэти, — Ян растянул узкие губы в улыбке и резко, так, что девушка напугалась, обхватил ее за плечи.

Обдав лицо Кэти тяжелым дыханием, Ян грубо, со звериным ожесточением начал ее целовать. Под этим властным потоком горячих поцелуев Кэти съежилась от страха, который всегда испытывала рядом со своим господином. Через минуту Ян отпустил ее из железных объятий и кивнул своим соратникам. Высокий и мускулистый разбойник, чье лицо было украшено кривым шрамом, с почтением протянул три запечатанных письма.

— Запоминай, — металлическим голосом приказал Ян Кэти, — это письмо отправишь полковнику Штефарду, это — генералу английского флота, а это, — на губах у японца появилась злая улыбка, — Рыжей Мэри.

— Как прикажете, сэр, — сухо, но довольно кивнула та.

— Ступай, — приказал Ян и обернулся к ожидавшим его чуть поодаль разбойникам. — Моя месть будет жестокой, и никто из моих врагов не сможет от нее скрыться!

— Наша месть, — по-змеиному прошипела Кэти за его спиной.

— Наша, — жестко произнес Ардан, потирая шрам от левого глаза до правого края губы. — Я припомню сэру Леводу все!

— Передо мной у них тоже есть долги, — желчно усмехнулся Батлл, сплевывая на землю.

— Тогда вперед, — оскалился Ян и быстро направился к порту.

Трое союзников решительно последовали за ним.

Яркое утреннее солнце упало своими теплыми приветливыми лучами на щеки мирно спавшей супружеской пары. Нежные искрившиеся лучики игриво перебегали с одного лица на другое. Черноволосый мужчина широко, сладко зевнул и нехотя открыл слипающиеся глаза. Понежившись еще минутку, он нерешительно высунул из-под одеяла одну ногу. Вылезать из уютной постели не хотелось, но было необходимо вставать, хотя бы ради вкусного завтрака. Прищурившись от яркого света, он невольно перевел взгляд на лицо жены, спокойно и ровно спавшей на белоснежной перьевой подушке. Накрахмаленная, отутюженная простыня бережно окутывала щеку молодой женщины. Улыбнувшись ласковому, мирному утру, милорд Вэндэр поднялся с кровати и нехотя натянул дорогой халат.

В эту минуту в дверь постучали, милорд Вэндэр удивленно взглянул на бронзовые часы и выглянул в коридор. За дверью стоял пожилой дворецкий, держа в руках серебряный поднос с письмами.

— Ваша почта, милорд.

— Отнеси в гостиную, — поморщился Патрик и, закрыв дверь, проворчал: — Ведь говорил же ему письма оставлять в гостиной.

— Что-то случилось? — садясь на мягкой кровати и потягиваясь, сонно осведомилась миледи Вэндэр.

— Почту принесли, — отмахнулся тот. — Как спала, Сеси?

— Великолепно, — лениво зевнула она.

Патрик кивнул и присел в кресло, о чем-то задумавшись. Но тут в дверь снова постучали. Получив разрешение, в спальню грациозно вплыла полная няня. Поклонившись господам, она учтиво доложила:

— Ваша дочь уже проснулась, прикажете одеть ее к завтраку?

— Да, Панчита, одень Сюзи, — недовольно кивнула Сесилия и встала с кровати.

Когда няня ушла, Патрик повернулся к жене и небрежно предложил:

— Сегодня будет охота, ты поедешь?

— А как же Сюзанна?

— Оставишь ее с няней, — улыбнулся тот, — она уже большая девочка, целых два года. Соглашайся, Сеси, неужели ты пропустишь свою любимую забаву?

— Уговорил, — улыбнулась миледи Вэндэр, направляясь в гардеробную для выбора платья к завтраку.

Через несколько минут в спальню поспешно зашли слуги, помогая господам умыться и одеться.

После полудня десяток охотников со свитой и дюжиной собак выехали из замка Вандармин. Когда люди разъехались по обширному лесу, принадлежавшему Вэндэрам, началась охота. Слышались выстрелы, лай собак, испуганные крики барышень, сопровождавших охотников, и восторженные восклицания слуг. Патрик, забрав трех борзых, помчался следом за лисицей, оставляя своих соперников далеко позади.

Миледи Вэндэр, решив оставить погоню за животным, свернула на тихую поляну. Дождавшись, пока голоса охотников скроются в чаще леса, Сесилия зарядила ружье дробью. Осторожно прицелившись в сидящую на ветке дерева птицу, она выстрелила. Испугавшись громкого звука, птица целехонькая взмыла в небо. Миледи Вэндэр с досадой закусила губу и, прицелившись, еще раз выстрелила. Дробь прошла мимо уносящейся птицы, слегка задев только ее хвост. Одинокое перо, медленно кружась, полетело вниз. Миледи Вэндэр ошеломленно застыла на месте, оружие выпало из ее рук, гулко ударяясь о камень.

Открытие, что она не может попасть в цель, ошеломило и испугало Сесилию. На лбу у нее выступил пот, во рту пересохло. Это был уже не первый случай. В последние месяцы миледи Вэндэр стала замечать за собой, что не может, как раньше, держать четко цель. Но только сейчас она с ужасающей ясностью поняла это.

— Что это со мной? Неужели я нервничаю? — тихо произнесла она.

Тряхнув головой, Сесилия соскочила с лошади и, вытащив из седла пистолет, прицелилась в сучок дерева. Она не спешила стрелять, медленно и старательно она целилась. Небывалое ранее волнение подкатывало к горлу, нервы, бывшие раньше железными, начинали сдавать, всегда твердые руки стали мокрыми от холодного пота и задрожали.

— Сеси!

Миледи Вэндэр вздрогнула и от неожиданности выстрелила. Пуля прошла в дюйме над веткой, сорвав несколько листков.

— Сеси, — повторил Патрик, слезая с лошади, — я лису подстрелил.

— Хорошо, — нервно улыбнулась жена.

— Что-то случилось? — озабочено спросил он, мгновенно перестав улыбаться.

— Ничего.

— Сесилия, что происходит?

Поколебавшись мгновенье, миледи Вэндэр произнесла:

— Пат, ты окажешь мне огромную услугу, если мы сейчас займемся фехтованием.

— Что?!

— Ты не ослышался. У тебя есть шпаги?

— Нет, но у кого-то из гостей есть. Если хочешь, я могу за ними съездить.

Сесилия медленно кивнула и отвернулась. Мрачные, тоскливые мысли, тягучие как болото, одна хуже другой лезли ей в голову. Ей казалось, что она попала в трясину, которая слишком глубоко засосала ее, чтобы была хоть какая-то надежда на спасение. То, что она потеряла форму, было скверно, слишком скверно. Сейчас ей было необходимо проверить, сможет ли она фехтовать с прежней сноровкой. Но, даже не беря в руки оружие, миледи Вэндэр понимала, что силы уже не те, что раньше. Понимала, что годы бездействия и праздности лишили ее проворства и былой отчаянности.

Вскоре приехал Патрик со шпагами и кинул одну жене. Она не подхватила ее на лету, а, дождавшись, когда оружие упадет, подняла с земли. Сбросив с ног туфли, а с головы шляпку, приготовилась отражать выпады.

— Готова?

— Да, — мрачно выдавила она.

Ловко и быстро, чего не ожидала от него жена, Патрик бросился в наступление. Немного растерявшись и упустив нужный момент, она была оттеснена назад и теперь лишь защищалась. Сжав зубы и унимая учащенно бившееся сердце, Сесилия пошла в наступление. То, что она уже пять месяцев не брала в руки клинка, было заметно. Поединок шел на равных, но миледи Вэндэр прекрасно видела, что Патрик ей подыгрывал; от этого на душе стало еще гаже.

— Не помогай мне, — процедила она сквозь зубы, злясь на свою неповоротливость.

В этот момент позади сражавшихся послышались шаги. На мгновенье Сесилия обернулась, и в этот же миг острие шпаги коснулось ее груди.

— Я проиграла, — глухо произнесла она, — спасибо, Пат, что помог мне понять очень важную вещь.

Милорд Вэндэр поспешно отбросил шпагу и хотел обнять жену, но та отстранила его и, быстро натянув туфли и шляпу, села на коня и погнала его вглубь леса. Она гнала скакуна все быстрее и быстрее, ей хотелось забыться, хотелось не вспоминать унизительного поражения. Дело было даже не в этом, а в том, что муж ей подыгрывал. Ей! Это было хуже оскорбления, больнее удара. Сесилия с силой ударила коня, тот жалобно заржал и встал на дыбы. Не удержавшись в седле, наездница больно упала на землю. Тяжело дыша и стараясь унять приступ безудержного отчаяния, Сесилия схватила коня под уздцы и, быстро вскарабкавшись, погнала его галопом.

Подъехав к опушке, где уже сидели за плетеными столиками гости, Сесилия направилась к дамам. Вежливо поприветствовав женщин, она присела на свободное плетеное кресло рядом с сестрой мужа. Мангала, увидев, что волосы миледи Вэндэр всклокочены, придвинулась ближе и тихо, так, чтобы слышала только Сесилия, спросила:

— Что-то случилось?

— Нет, все в порядке, — хмуро отозвалась та, отворачиваясь, но тут же добавила, — спасибо за заботу, Мангала.

Мисс Вэндэр удовлетворенно кивнула, отмечая, что в этом году Сесилия стала отвечать ее требованиям миледи Вэндэр. Это уже не была та безумная разбойница, она стала настоящей леди. С подобающими манерами и степенными движениями, с нежным взглядом и сдержанной речью, Сесилия разительно отличалась от человека, которого когда-то именовали «грозой морей».

Вечером, когда большинство гостей разъехалось по домам, Вэндэры направились в оперу. Сидя в отделанной красным бархатом карете, запряженной четверкой белоснежных выхоленных лошадей, Сесилия без особого интереса поддерживала затянувшийся разговор Мангалы и Патрика. Неожиданно странная мысль пришла ей в голову. Чем больше она старалась ее отогнать, тем назойливее становилась эта мысль и тем печальней было на душе.

— Дорогая моя, — обратилась к Сесилии Мангала, — что с твоим лицом? Почему у тебя сегодня такое плохое настроение?

Зная, что никто ее не поймет, миледи Вэндэр промолчала.

— Может, ты плохо сегодня припудрила носик? — продолжала заботливо ворковать сестра мужа, отчего Сесилии становилось только тоскливей. — Ты сегодня на себя не похожа. Плохо выглядишь…

— Я выгляжу так, как последние три года, — тихо произнесла та. — А насчет моего лица… Может, ты забыла, но несколько лет назад люди Яна изрядно постарались испортить его! Сломанный нос заживал полгода.

— Сесилия, что случилось?! — вспылил муж.

Холодный и неприветливый взгляд Патрика заставил ее остудить огненный пыл. И от этого серая, вязкая тоска навалилась с новой силой. Не выдержав угнетающего состояния, миледи Вэндэр негромко заговорила:

— Так странно, ведь прошло всего несколько лет, а я так сильно изменилась.

Теперь Патрик и его сестра смотрели на нее колючими и отчужденными глазами. Особенно Патрик. Он осуждал ее, словно судья перед вынесением приговора.

— Я говорю, что три с небольшим года назад моя жизнь сводилась к постоянной войне, а сейчас… — она запнулась, не решаясь продолжать. — Знаешь, иногда у меня такое чувство, что Рыжей Мэри была не я, а кто-то другой.

Наступила тишина. Сесилия вздохнула и, стянув с правой руки перчатку, начала разглядывать синюю татуировку в виде якоря, разбивающего связанную в узел цепь. Медленно и тихо она добавила:

— Это да, пожалуй, шрамы — единственное, что связывает меня с прошлым.

Муж хотел что-то сказать, но в этот момент карета остановилась возле оперы, и услужливый лакей отворил дверцу. Трое мрачных господ покинули карету, обстановка в которой накалилась до предела. Семья шла молча, избегая взглядов и стараясь не выдавать внутренних волнений каждого. Пройдя по лакированному паркету холлов, Вэндэры заняли свою ложу. Вскоре началось выступление примы. Никто из Вэндэров не слушал ее, каждый был погружен в свои нерадостные думы. Когда затянувшееся представление было окончено, мисс Вэндэр направилась поговорить со своими друзьями, оставляя семейную пару наедине.

— Сеси, что происходит?! — требовательно обернулся к жене Патрик, — ты весь день сама не своя. И зачем ты подняла эту тему при Мангале? Ты знаешь, как болезненно она относится к твоему прошлому.

— Ты стесняешься меня? — с вызовом и легкой улыбкой осведомилась та.

— Ты знаешь, что нет.

— Тогда почему ты избегаешь говорить о моем прошлом?! Почему?!

— Сеси, прошу, успокойся, — примирительно улыбнулся милорд Вэндэр, оглядываясь по сторонам. — На нас смотрят.

— Значит, тебя больше волнует то, что о тебе подумают другие, а не твоя жена?!

На лице милорда Вэндэра выступили красные пятна.

— Пат, это не только мое прошлое, но и твое тоже; или ты забыл, что с нами было?.. — невольно миледи Вэндэр увидела лицо мужа и осеклась.

— Послушай, Сеси, я ничего не забыл, но прошу, не надо говорить об этом при моей сестре, — он невольно понизил голос до шепота. — Ты знаешь, как долго она привыкала к тебе и как болезненно для нее всякое напоминание о твоем происхождении.

— Для нее ли одной? — прошептала жена.

Патрик ничего не ответил. Сесилия сжала зубы и, опустив голову, замолчала.

— Что было, то прошло, — попытался примириться Патрик, чувствуя, что происходит непоправимое. — Поздно жалеть о былом. Прошлое не вернуть, Сесилия.

— А ведь когда-то ты говорил иначе, — с тоской протянула миледи Вэндэр.

Повисла напряженная, неловкая пауза. В эту минуту в ложу вернулась Мангала и объявила:

— Я пригласила к нам гостей — это Темполтоны. Надеюсь, вы не будете возражать. Они разбавят наше общество. Это такая милая семейная пара.

— Хорошо, — резковато согласился Патрик, оборачиваясь к сестре.

— Разбавят, — глухо повторила Сесилия.

Вскоре пришли и сами Темполтоны. Это были высокие вежливые люди, постоянно улыбающиеся и не прекращающие говорить ни на минуту. Говорили они в основном о балах, банкетах и новых представлениях, постоянно перемежая свою речь бесчисленными шутками и извинениями. Сесилия грустно взглянула на мужа и обреченно вздохнула.

Замок Вандармин.

Величественный и с виду неприступный, замок готовился к приезду господ. На кухне суетливо бегали повара, комнаты поспешно убирали горничные, а конюхи в очередной раз причесывали выхоленных маститых лошадей. Все были заняты делом, и никто не заметил, как быстро и неуклонно наступила ночь.

Под покровом темноты, нарушаемой легким и холодным сиянием месяца, к замку приблизились три сумрачные фигуры. Это были двое суровых мужчин с жестокими лицами, которые быстро и тихо следовали по пятам стройной, с безликими глазами, женщины. Свернув к черному входу для поваров, который сейчас был открыт, они незаметно вошли в замок. Так же бесшумно и незаметно для остальных они миновали первые два этажа и длинный коридор третьего. Остановившись возле одной из дверей, женщина кивнула на нее.

— Кэти, ты уверена, что она там? — прошептал высокий разбойник со шрамом.

— Да, Ардан. Я следила за ними около месяца, девчонка здесь.

Ардан кивнул Батллу и, нажав на дверь плечом, вошел в уютную комнату. Внутри никого, кроме маленькой играющей в кубики девочки, не было. Услышав, что кто-то пришел, малютка оглянулась; ошеломленная видом незнакомцев, она в страхе отбросила игрушки и испуганно закричала. В этот же миг Кэти подлетела к девочке и, выхватив из кармана платок, плотно прижала его ко рту и носу малышки. Сделав два больших вздоха, дочь Вэндэров погрузилась в принудительный сон. Кэти отбросила платок и ловко подхватила ее на руки.

— Кто вы? — послышался слабый испуганный возглас полной няни, прибежавшей на крик ребенка и растерянно остановившейся в дверях.

Ардан многозначительно посмотрел на Батлла. Тот понял приказ мгновенно. Быстрым движением он схватил Панчиту за руки и, втащив ее в комнату, с силой ударил по затылку. Перепуганная до смерти женщина не успела и вскрикнуть, как потеряла сознание.

— Бери ее и уходим, — скомандовал Ардан.

— Зачем? — возмутился подчиненный. — Лучше прикончить ее здесь.

— Капитан приказал доставить для девчонки няньку! — отрезала Кэти.

— Для чего? — не унимался Батлл. — Это глупость какая-то.

— Приказы капитана не обсуждаются! — гаркнул первый помощник. — А если еще раз назовешь слова Яна глупостью, я у тебя кишки вырежу.

Батлл отшатнулся и поспешно взял на руки Панчиту. Кэти, держа на руках бесчувственную девочку, быстро направилась к двери. Пройдя темными коридорами замка, трое злоумышленников вышли в темный ночной парк. Обогнув Вандармин, они подошли к дороге, где их ожидала повозка. Быстро забравшись в нее, Ардан приказал кучеру направляться в порт. Когда повозка оставила замок далеко позади, Батлл от души расхохотался.

— Не думал, что забрать отродье Рыжей Мэри будет настолько легко!

Ардан скривил рассеченные губы в усмешке. Батлл продолжил:

— Я готовился к бою, думал, там за каждым поворотом солдаты стоят или тайные ловушки.

— Ян думал так же, — хмуро отозвался Ардан, — поэтому и послал нас. Если бы он знал, что все будет настолько просто, Кэти пошла бы одна.

— Похоже, Рыжая забыла о нас, — протянула Кэти. — Вероятно, с рождением Сюзанны, — она кивнула на девочку, — Рыжая Мэри исчезла, а на смену ей пришла миледи Вэндэр.

— В любом случае она не уйдет от расплаты! — кровожадно оскалился первый помощник Яна.

Кабинет полковника Штефарда.

Был уже поздний вечер, когда полковник Штефард тяжело поднялся из-за стола и, потерев обвисшие красные щеки, начал нехотя просматривать почту. Пробежав глазами три служебных письма, он отбросил их в сторону и взял с серебряного подноса последний конверт. На конверте ровным жестким почерком были написаны лишь инициалы полковника. Штефард удивленно поднял брови и быстро сломал сургучную печать. На помятом листке было написано:

Штефард медленно осел на стул. Глаза его лихорадочно забегали по кабинету, дышать стало трудно, в горле сжался тяжелый ком. Полковник с ужасом перечитал письмо еще раз и, не задумываясь над тем, что фамилию Хартн слышит первый раз в жизни, решился ехать.

Этим же вечером, наскоро собравшись, Штефард отплыл из Лондона во Францию, где уже четыре месяца жила его супруга.

Две великолепные кареты, украшенные золотыми завитками и обитые бархатом, подкатили к парадным дверям замка. Одетые с иголочки лакеи помогли гостям выйти из экипажа и проводили в Вандармин. Сесилия и Мангала направились следом за приглашенными Темполтонами, Патрик покидал карету последним.

Захлопнув за господином дверь и проследив, чтобы экипаж удалился, лакей громко окликнул милорда Вэндэра. Недоуменно подняв брови, Патрик обернулся к слуге.

— Что ты хотел?

— Ваша светлость, разрешите обратиться к вам с ничтожной просьбой, — лилейно проворковал тот. — Прошу, окажите милость, разрешите мне поправить ваш камзол. Как это ни прискорбно, но на спине он не очень хорошо сидит.

— Не нужно, — отмахнулся милорд.

— Милорд Вэндэр, прошу, позвольте. Для меня это будет лучшая награда.

— Хорошо, только быстро, — поморщился Патрик.

— Я вас не задержу, — как-то чересчур довольно улыбнулся лакей.

Пожав плечами, Патрик повернулся спиной к слуге. В этот же миг на его затылок обрушилось что-то тяжелое, в глазах потемнело и он лишился сознания.

Отбросив в сторону камень и обхватив милорда Вэндэра под мышками, лакей громко свистнул. В эту же минуту другой лакей, стоявший все это время у дверей и наблюдавшей за сценой, покинул свой пост и скрылся за углом замка. Через минуту он подошел к сообщнику, ведя под уздцы двух длинноногих коней. Вскочив на рысаков и положив на одного скакуна милорда Вэндэра, разбойники поскакали прочь от замка.

Замок Вандармин.

Усевшись в большой гостиной на первом этаже, Темполтоны беззаботно и весело завели разговор о французской кухне. Мангала кивала, вставляла незначительные реплики и всячески поддерживала беседу, не переставая думать о том, почему задержался брат. Сесилия и не пыталась поддержать скучный и затянувшийся разговор. Стараясь как-то развлечь себя, она взяла утреннюю почту и начала ее просматривать. Было всего два письма: одно от Эльзы, на другом же ничего, кроме адреса, написано не было. Заинтересовавшись, миледи Вэндэр распечатала конверт и вытащила сложенную вчетверо бумагу. Быстро развернув ее, она увидела, что весь лист был испещрен резким узким подчерком. Надписи были сделаны не чернилами, а бурым вязким веществом. Мгновенно Сесилия поняла, что это кровь. Расширив глаза, она побледнела, и ужасная догадка пронзила ее молнией. С излишней поспешностью миледи Вэндэр начала читать. Начиналось письмо странными, понятными только ей одной словами: «Той, кто забыла свое настоящее имя». Дальше следовал текст, от которого Сесилии стало трудно дышать, а пальцы похолодели.

Сесилия, шедшая быстрой твердой походкой, неожиданно замерла, услышав позади себя конский топот. Через минуту из-за темного поворота вынырнул худощавый всадник с перепуганными не на шутку глазами. Увидев миледи Вэндэр, он резко натянул поводья и, спрыгнув с коня, кинулся к ней. Сесилия, еще не понимая — друг это или враг, крепко обхватила рукоять кинжала, готовая в любое мгновенье пустить его в ход.

— Миледи, миледи Вэндэр, умоляю, скажите, с вами все в порядке? Вы целы? Что на вас надето?! На вас напали…

— Вы мистер Темполтон? — резко прервала его женщина.

— Да, — совсем растерянно отозвался он.

— Передайте Мангале, чтобы она не волновалась, — усмехнулась та. — Скажите, что я исправлю сложившееся положение.

И в это же мгновенье, оттолкнув мистера Темполтона, запрыгнула на коня и, ударив его в бока, погнала скакуна вперед по дороге.

На шее коня и на лбу наездницы появились бисеринки пота, но сердца обоих стучали ровно и твердо. Глаза Сесилии светились непримиримым огнем ненависти, рот искривила опасная улыбка хищницы, напряженные плечи расправились. Сейчас она была готова на все, лишь бы вернуть семью. Было что-то пугающе решительное в этой неудержимой отчаянной скачке.

Мистер Темполтон удивленно смотрел вслед миледи Вэндэр, пока она не растворилась во тьме. Обреченно вздохнув, он повернулся и побрел обратно к замку, опасливо оглядываясь на каждый ночной шорох.

Прошло около получаса, прежде чем Сесилия очутилась в Лондоне. Проезжая по темным узким улочкам города, где на нее не обращали внимания, и стараясь сокращать дорогу, она выехала к порту. Поведя своего коня шагом, миледи Вэндэр направилась вдоль пристани, напряженно вглядываясь в названия кораблей.

Вдруг она увидела «Победу». На судно по трапу поднимались двое похитителей, таща бесчувственного Патрика. Сжав поводья, Сесилия с силой хлестнула ими скакуна. Конь громко заржал и припустил к «Победе». В этот момент подняли трап, и корабль стал медленно отчаливать. В отчаянии Сесилия начала подгонять жеребца, но «Победа» неумолимо удалялась все дальше и дальше от причала. Тогда миледи Вэндэр решилась на отчаянный поступок. Прикинув расстояние от причала до нижней палубы «Победы», она развернула скакуна и, сильно хлестнув его, погнала вперед, вынуждая перепрыгнуть с пристани на корабль.

Люди на «Победе» замерли, с интересом наблюдая за прыжком; кто-то стал готовить оружие, кто-то бросился звать капитана.

В тот момент, когда передние копыта коня уже оторвались от земли, солдат, бывший неподалеку, с невероятной скоростью обхватил шею разъяренного животного и заставил остановиться. Встав на дыбы, конь дико заржал и, попятившись назад, упал на бок. Прыжок его жизни не удался.

Разбойники на «Победе» громко засмеялись и засвистели. И тут на капитанском мостике отчетливо вырисовалась темная высокая фигура Яна. Своим безжалостным змеиным взглядом он наблюдал за Сесилией, за ее неудачей. Громко, так, чтобы было слышно на берегу, он произнес леденящим душу голосом:

— Надеюсь, Мэри, ты получила мою инструкцию. Сделаешь все в срок!

Сесилия горящими глазами посмотрела на солдата. В этом взгляде читалось все ее презрение и ненависть к помешавшему ей человеку. К этому моменту конь поднялся, и миледи Вэндэр вновь была верхом. Солдат, не видя темных серых глаз женщины, но понимая, что на него смотрят, добродушно проговорил:

— Мисс, вероятно, вашу лошадь напугала змея. Я спас вас от неминуемого падения в воду. Эти животные бывают порой так глупы… Позвольте представиться…

— Ты, каналья, мне жизнь сломал, — сквозь зубы процедила Сесилия, изо всех сил сдерживая все увеличивающуюся злость.

Солдат отшатнулся назад. Резко развернув жеребца, миледи Вэндэр медленно двинулась вглубь порта. От напряжения руки ее слегка дрожали, взгляд обострился. Неожиданно до острого слуха Сесилии донесся разговор двух матросов.

— Да говорю, этот Франсуа Асканио, как там его дальше… он может помочь. Говорят, он мастер таких дел.

— Ты думаешь, что он справится с шантажом?

— Конечно. Ты найдешь его в «Веселой кружке»…

Тут голоса парочки смешались с гулом веселых матросов. Сесилия остановила коня. Унимая накатившуюся волну гнева, она заставила себя хладнокровно мыслить. Надо было решить, что делать дальше. «Франсуа — знакомое имя. Где же я его слышала? Может, пират? Нет, вряд ли. Ладно, не важно. Первым делом надо спасти Сюзи и Патрика. Для этого нужен корабль и люди. Корабль… Попрошу Эдуарда, он достанет. Люди… Эдуард и команду наберет, но это не то. Нужны преданные и заинтересованные в успехе люди. Нужны враги Яна. Кто? Эдуард? Да. Лучший друг — Кристофер? Где я его найду? Нужно будет найти. Кто же еще? Где же я слышала имя Франсуа? Уж не тот ли это человек, что говорил со мной в ночь побега Яна? Да, это он. Он помог Яну сбежать, но, не получив от него обещанной оплаты, предал. Да, он-то мне и нужен. Значит, Франсуа».

С этими мыслями Сесилия поехала по порту, осматривая трактиры, пивные и пабы, ища название «Веселая кружка». Искать пришлось недолго. «Веселой кружкой» оказался трактир с обтрепанной вывеской и грязными окнами. Привязав коня рядом с двухэтажным домом трактира, Сесилия поправила на поясе кинжал и, набрав в грудь воздуха, распахнула скрипнувшие двери.

В этот же миг на нее пахнуло давно забытым запахом кислого пива и дешевого табака. Трактир был полон народу. Шумные пьяные матросы обнимали пышногрудых девиц. Вооруженная компания в углу заведения играла в кости на крупную сумму денег, несколько бродяг с вороватыми глазами курили трубки, поглядывая, что бы украсть у напившихся ротозеев. Сесилия, слегка улыбаясь, подошла к хозяину заведения, который, откупорив бутылку рома, наливал напиток в мутный бокал.

— Что надо? — грубо осведомился он, отодвигая бутылку.

— Мне нужен Франсуа, — с безразличием протянула миледи Вэндэр.

— Первый раз слышу это имя, — буркнул хозяин, пододвигая стакан с ромом одному из посетителей.

Сесилия резко перехватила бокал и, не сводя глаз с трактирщика, сделала несколько глотков обжигающего напитка. Знакомая жидкость потекла по ее горлу, в глазах появился азартный блеск. Хозяин удивленно хохотнул:

— Непривычный напиток для тебя, да, милочка?

— Я спрашиваю еще раз, где мне найти Франсуа? — более жестко произнесла та.

Стоявшие рядом посетители с интересом начали оборачиваться. Хозяин заулыбался и, посмеиваясь, произнес:

— Дорогуша, зачем тебе Франсуа? Если только на танцульки пригласить.

— Не твое дело, толстый боров, знать это. Говори, где он! — с металлическими нотками злости произнесла Сесилия.

— Кто?! — взревел трактирщик.

От этого крика все посетители замолчали и с интересом уставились на молодую отчаянную женщину у стойки. Видя, что внимание ей обеспечено, Сесилия, слегка прищурив правый глаз и наклонив голову набок, вызывающе заговорила, так, чтобы ее слышали все.

— Ты, я вижу, еще и глухой, — она нагло улыбнулась. — Что ж, немудрено оглохнуть в этом свинарнике. Или тебе больше нравится слово хлев? По моему, к этому месту подходят оба названия! Смотрю, и посетители здесь соответствуют заведению…

Не дав ей договорить, мужчина, который так и не дождался своего рома, с силой залепил посетительнице звонкую пощечину. На губе у Сесилии проступила кровь. Медленно и, как показалось трактирщику, с насмешкой, она провела по раненой губе языком и тихо произнесла:

— Зря.

В этот же миг незадачливый посетитель получил сильнейший удар ногой ниже пояса, а еще через мгновенье на его спину обрушился стул и он повалился на пол. В ту же секунду на Сесилию бросились трое матросов. Схватив со стойки трактирщика полную бутыль, она, ловко увернувшись от занесенного кулака, огрела бутылкой одного матроса. Действуя с быстротой разъяренной львицы и нанося резкие и поражающие удары, Сесилия уложила на пол еще двоих противников.

В трактире наступила гробовая тишина. Кто-то из завсегдатаев бара громко икнул. Молниеносным движением Сесилия выхватила кинжал и, приложив его к горлу хозяина, грубым и угрожающим голосом приказала:

— Говори, где Франсуа.

— Вторая комната направо, второй этаж.

Убрав кинжал и криво усмехаясь, миледи Вэндэр обернулась к посетителям трактира и, подняв вверх правую руку, так, чтобы было видно татуировку, громко объявила:

— Мое имя Рыжая Мэри, передайте всем, что я вернулась!

С шумом пройдя мимо замолчавших людей, она скрылась за дверью на втором этаже. Трактирщик шумно вздохнул и стер со лба пот.

Остановившись возле нужной ей двери, Сесилия медленно вынула из ножен кинжал и, сжав его в руке, постучала. Ответа не последовало. Осторожно, готовая к любой неожиданности, миледи Вэндэр толкнула плечом дверь. Беззвучно шагая в полумрак комнаты, Мэри напряженно оглядывала пустое помещение. Неожиданно позади нее раздался до боли знакомый щелчок, и холодное дуло пистолета прикоснулось к затылку. Рыжая Мэри усмехнулась и, бросив на пол кинжал, подняла руки.

— Хороший ход, — одобрительно произнес мужчина позади.

— Ты Франсуа? — сухо спросила Сесилия, опуская руки.

— Мэри, — рассмеялся тот, — неужели я тебе понадобился?

— Да. А теперь убери пистолет, знаю, что он не заряжен, — холодно улыбнулась гостья.

Франсуа опустил оружие и, захлопнув дверь комнаты, протянул Сесилии руку. Миледи Вэндэр крепко пожала ее. Обменявшись многозначительными взглядами, они присели на два старых стула. Подумав, Мэри заговорила:

— Ян вышел из тюрьмы. Он жаждет мести.

Черные глаза Франсуа начали напряженно сверлить гостью, под черными волосами на лбу выступили бисеринки пота. Сесилия продолжила:

— Он похитил моего мужа Патрика и нашу дочь Сюзанну. Не знаю почему, он не убил их… Сегодня от него пришло письмо, там угрозы и какие-то требования, не знаю, я его не дочитала.

— И что ты хочешь от меня?

— Если я смогу добыть корабль и команду, поплывешь ли ты со мной, на встречу с Яном?

— Почему я? Ведь я не моряк.

— Ты заинтересован в том, чтобы Ян погиб.

— С чего ты взяла? Ведь я ему оказывал немало полезных услуг.

— При его побеге ты поднял охранников тюрьмы. Ты натравил их на него. Из-за тебя его арестовали французы, — выдержав эффектную паузу, Мэри закончила. — Думаешь, за эти услуги он тебя поблагодарит?

— Мэри, — напряженно улыбнулся Франсуа, — ты умеешь вести переговоры.

Сесилия довольно улыбнулась и протянула руку. Немного подумав, Франсуа пожал ее и другим, деловым тоном, осведомился:

— Когда отплываем?

— Я тебе сообщу. А пока найди мне одного человека. Я знаю, ты в этом профессионал. Его зовут Кристофер Эскью, он врач. Но скорее ты найдешь его за карточным столом или взламывающим дверь какого-нибудь богатого дома. Когда разыщешь его, приезжай в Вандармин. Я буду ждать.

— Мэри, ты знаешь, это потребует некоторых расходов…

— Я заплачу, — коротко бросила она и быстро вышла в темный коридор.

Пройдя мимо прячущего глаза трактирщика и с интересом оглядывающих ее посетителей, Сесилия покинула «Веселую кружку». Запрыгнув на своего скакуна, Рыжая Мэри погнала его во весь дух к поместью командора Левода.

Когда часы во всей Англии пробили четыре часа утра, когда Франсуа покинул «Веселую кружку», когда Мангала проводила семью Темполтонов, Сесилия подъехала к особняку Леводов. С первого взгляда на пустую конюшню Сесилия поняла, что хозяина нет. То, что Эдуард находился в Лондоне, было очевидно. Остановившись возле трехэтажного белого здания, миледи Вэндэр привязала своего скакуна и направилась к черному входу, который обычно не запирался.

Пройдя по темным, но хорошо изученным коридорам и лестницам, миледи Вэндэр вышла к спальне Эльзы. Плотная дубовая дверь комнаты была слегка приоткрыта. Из спальни в темноту коридора падал слабый и холодный свет месяца. Не зная почему, но движимая старой привычкой и не подводившей ее интуицией, Мэри насторожилась. Стараясь не шуметь, она вытащила кинжал и, беззвучно приоткрыв дверь, зашла в комнату. То, что она увидела, оправдало все ее худшие догадки.

Над кроватью мирно спящей Эльзы стоял вооруженный разбойник. Неторопливо заряжая свой пистолет, он насвистывал мотив веселой пиратской песни. Серые глаза Сесилии налились кровью, расправив сильные плечи и с негодованием сжав зубы, она беззвучно двинулась к мужчине. Убийца, продолжая насвистывать, приставил пистолет ко лбу спящей и приготовился выстрелить.

В этот же момент в его спину вонзилось холодное заточенное лезвие. Разбойник издал крик раненого буйвола и, круто обернувшись, выстрелил в нападавшего. Рыжая Мэри отскочила в сторону, и пуля лишь поцарапала ей щеку. Между наемником и Сесилией завязалась драка. Эльза открыла глаза, увидев в своей комнате двух дерущихся незнакомцев, истошно закричала. Где-то на первом этаже послышались суетливые шаги слуг.

Раненый и от этого еще более опасный разбойник, пытался повернуть кинжал Мэри так, чтобы направить против нее самой. Сесилия, прикладывая все силы, выдернула оружие и вонзила его в сердце преступника. Тот качнулся, издал последний вздох и упал замертво. С ненавистью глядя на врага, Сесилия произнесла:

— Мое имя Рыжая Мэри. И никто не смеет угрожать моей лучшей подруге.

В этот миг в комнату с канделябрами в руках вбежали две служанки. Увидев убитого разбойника и возвышающуюся над ним незнакомку, испачканную кровью, одна из женщин выронила подсвечник и лишилась чувств. Другая медленно осела на пол и, закрыв лицо дрожащими белыми руками, приготовилась к смерти.

— Эльза, с тобой все в порядке? — прерывая наступившую тишину, осведомилась Рыжая Мэри.

— Д-да, — заикаясь, отозвалась та, отказываясь верить происходящему.

— Одевайся, мы уезжаем в Вандармин.

Эльза не двинулась с места. Как завороженная, она смотрела на миледи Вэндэр и с ужасом понимала, что спокойная жизнь кончилась.

— Эльза! — стараясь вывести подругу из оцепенения, крикнула Сесилия.

Тряхнув золотой копной волос, миссис Левод медленно спустила с кровати ватные ноги. Сесилия вздохнула, быстро подойдя к сжавшейся в углу горничной, схватила ее и, тряхнув, поставила на ноги. Перепуганная женщина залепетала мольбы пощадить ее.

— Помоги миссис Левод одеться, — властно приказала Мэри.

Горничная быстро закивала и бросилась к Эльзе. Миледи Вэндэр еще раз вздохнула и вышла из комнаты. Обдумывая про себя дальнейшие действия, она бесцельно мерила шагами большую гостиную.

Неожиданно взгляд ее упал на стены. Между большими окнами, на стене, висело оружие: две скрещенные, украшенные затейливой гравировкой шпаги, чуть выше пистолет. Это был некогда принадлежавший ей пистолет. Сделанный из дорогого металла, украшенный тончайшим золотым узором, он был подарен ей в то время, когда она была провозглашена как Рыжая Мэри, в тот день, когда была выбита татуировка на правом запястье. Дуло оружия было украшено тремя рубинами, а на задней части красовалась золотая виноградная лоза, в листьях которой покоились изумруды. Это был подарок дяди, единственное, что от него осталось. Всю пиратскую жизнь этот предмет являлся для Сесилии гордостью и знаком того, что она — Рыжая Мэри, хозяйка и гроза морей. Подарив его Эдуарду, она приняла решение стать миледи Вэндэр и навсегда отречься от прошлого. Три года ей удавалось прятаться от воспоминаний и былых времен, оставаясь в тени. Но сегодня прошлое заставило ее вернуться, жестоко напомнив о себе. Страшное прошлое, которого она боялась, пришло за ней, напоминая, что невозможно спрятаться от былых поступков и давних врагов. Прошлое настигло ее нежданно, и от этого она чувствовала себя еще слабее.

Но она не собиралась сидеть сложа руки. Она желала все изменить.

Слегка улыбнувшись своим мыслям, Рыжая Мэри протянула руки и, сняв пистолет со стены, засунула за пояс.

«Веселая кружка».

Когда время давно перевалило за три часа ночи, в обшарпанный и пропахший кислым пивом трактир зашла стройная светловолосая женщина с прозрачными глазами. Кивнув некоторым из завсегдатаев заведения, она направилась к хозяину и, понизив голос, спросила:

— Скажи, Верпер, Франсуа у себя?

— Нет. Ушел час назад, куда — мне не сообщил, — хмурясь, отозвался трактирщик грудным басом.

— Что с тобой, Верпер? — слегка усмехнулась посетительница. — Ты вроде как не в духе… а, может, напуган?

— Не твое дело, Кэти, — огрызнулся тот.

— Но-но! — властно и холодно предостерегла Кэти, выпрямляясь. — Не забывай, с кем ты разговариваешь! Я все-таки женщина Яна.

— Извини, — через силу выдавил Верпер и потупил глаза. — Зачем тебе Франсуа?

— У него перед Яном долг. Хочу его вернуть.

В это время к говорившим подошел небритый, с растрепанными темными волосами, мужчина. Он был выше трактирщика и, стараясь быть более незаметным, сильно опускал голову. Глаза его, с масляным налетом, скользили по пышным формам женщин легкого поведения. Однако, когда взгляд его переходил на мужчин, лицо приобретало хитрый и агрессивный оскал. Слегка улыбаясь, он снял с головы потрепанную треугольную шляпу и обратился к хозяину трактира.

— Верпер, ты не представишь мне свою собеседницу?

Трактирщик скривил полные губы в подобие улыбки и многозначительно посмотрел на Кэти. Та приосанилась и негромко проговорила:

— Мое имя Кэти.

— Она близкая подруга Яна, — добавил Верпер.

Темноволосый мужчина закашлялся и отступил на шаг назад. Взгляд его стал по-собачьи преданным и угодливым. Более мягко и с почтением, он представился.

— Кэти, позвольте представиться. Я — Конор. Скажите, давно ли вернулся сэр Ян?

— Нет, недавно, — отозвалась та.

— Я рад его возращению. Могу ли я быть ему полезным?

— Не думаю.

— Я настаиваю. Я могу оказать любую услугу.

Кэти медленно перевела взгляд на Верпера. Оглядев Конора тяжелым взглядом, трактирщик пожал плечами и кивнул знакомой.

— Пойдем, поговорим, — холодно приказала Кэти, направляясь в угол зала.

Усевшись за стол и удостоверившись, что их никто не слышит, Кэти заговорила:

— Конор, ты знаешь Рыжую Мэри?

— Что за вопрос, ее каждый знает! Ее смелости нет равных.

— Ян хочет уничтожить ее и ее сообщников.

— Замечательная мысль, — тут же поменял свое мнение Конор. — Этой собаке давно пора подохнуть. Она заслужила смерть, как никто другой.

— Я не имею право рассказать тебе планы Яна, но скажу так: тебе будет необходимо найти Рыжую Мэри, узнать о ее планах и следить за ней. Если она будет набирать команду, что вероятней всего, ты должен наняться и плыть с ней.

— Куда, черт подери?

— Ты узнаешь это от Рыжей. Когда вы достигнете нужного места, ты должен будешь попасть на «Победу» и предупредить капитана обо всем, что узнаешь. — После секундного молчания она добавила: — Сделаешь все, как я велела, Ян не останется в долгу, получишь хороший куш.

— Но нужны определенные деньги сейчас…

— Этого должно хватить, — произнесла Кэти, кинув Конору увесистый мешочек.

Взвесив кошелек, тот кивнул и, проговорив несколько обещаний верности, покинул трактир. Проводив Конора долгим бесцветным взглядом, Кэти зевнула и, подавляя дрожь в голосе, прошептала.

— Надеюсь, Ян оценит мое рвение и помощь… Надеюсь.

Окраина Лондона. Час спустя.

— Ну что, еще одну партию? — потирая длинные пальцы и поблескивая зелеными глазами сквозь стекла очков, произнес мистер Эскью.

— Может, кто еще присоединится к нашей скромной компании? — со смехом осведомился его партнер. — Заодно и поживимся. А то нам с тобой друг с другом играть не прибыльно. Только время тратим.

Мистер Эскью согласно кивнул и крикнул несколько слов в гудящую толпу зала. Вскоре к паре игроков присоединились еще двое.

— А, Роберт, дружище, ты сегодня тоже здесь, — заулыбался мистер Эскью тонкими губами, быстро перемешивая карты. Переведя взгляд на нового человека, он с любопытством осведомился, — как ваше имя? Я вас здесь раньше не видел.

— Конор, — отозвался тот. — Раньше у меня не было денег, чтобы посещать такие места.

— А сейчас, стало быть, есть, — оживленно блеснул глазами тот, еще более ловко перебирая карты.

В этот же момент человек, названный Робертом, ударил под столом мистера Эскью. Тот кашлянул, давая понять, что понял намек, и стал быстро раздавать карты, улыбаясь новичку. Предыдущий партнер мистера Эскью довольно прищурился, понимая, что трем шулерам не составит проблем развести одного неопытного новичка.

— Приятно познакомиться. Я — мистер Эскью, но вы можете называть меня Кристофером, — приветливо улыбнулся Крис.

Были сделаны мелкие ставки, и игра началась. Вскоре Конор, довольно ухмыляясь, положил на стол последние карты, демонстрируя другим игрокам свой выигрыш. Кристофер с наигранной горечью вздохнул и печально произнес:

— Выиграть у меня в первой же партии… Поздравляю.

Сосед Кристофера сдержал улыбку, другой приятель мистера Эскью хлопнул в ладоши, привлекая внимание, и объявил.

— Ставки увеличиваются втрое. Конор, вы играете?

Конор кивнул и выложил на стол половину суммы, переданной ему Кэти. Игроки многозначительно переглянулись, после чего Кристофер начал раздавать карты. Вторая партия была более напряженной. Удача улыбалась Конору только в начале игры. Карты как будто сами шли ему в руки, все его ходы удавались. Однако в конце партии фортуна резко повернулась к нему спиной, и в самый решающий момент он проиграл. Кристофер пододвинул к себе выигрыш и, пожав плечами, сказал:

— Не повезло. Хотите отыграться? Я ставлю все.

Тяжело вздохнув, Конор положил на стол кисет Кэти. На этот раз он играл один на один с мистером Эскью. Тщательно следя за руками противника, он напряженно пытался просчитать свой следующий ход. Напряжение возрастало с каждой секундой, воздух показался спертым, а освещение чересчур тусклым. Неожиданно Конор заметил, что в руках у Кристофера на одну карту меньше, чем мгновенье назад.

— Кристофер, вы мошенник, — резко и с негодованием произнес Конор.

— О чем это вы? — слегка улыбаясь, переспросил мистер Эскью.

— Вы шулер! У вас на одну карту меньше, чем было до этого, — со злостью пояснил тот, вскакивая на ноги и ударяя кулаком об стол.

— Вы ошибаетесь, — сухо урезонил его Роберт.

— Нет, я прав!

— Конор, ты проиграл, — жестко отозвался второй друг Кристофера, — и обвиняешь всех в мошенничестве, чтобы вернуть деньги.

— Я видел, как он подтасовывал карты!

— Зачем ты сюда пришел, если не умеешь достойно проигрывать? — все с той же легкой улыбкой спросил Кристофер.

Конор сжал кулаки и угрожающе сделал шаг вперед, негодующе глядя в наглые зеленые глаза противника, он потребовал:

— Верните мне мои деньги, сейчас же!

— Ты уйдешь по-хорошему или тебе помочь? — резко и тоже угрожающе спросил Кристофер, вставая.

— Убирайся, щенок, — грубо посоветовал приятель мистера Эскью, кладя руку на пистолет.

Конор опасливо попятился, видя, как трое игроков одинаково враждебно смотрят на него. Круто повернувшись, Конор плюнул на пол и, опустив голову, быстро покинул помещение. Через несколько минут, разделив на троих выигрыш, Кристофер также вышел на улицу. Следом за ним неслышно, как тень, и оставаясь не заметным, покинул заведение и черноволосый мужчина в низко надвинутой черной треугольной шляпе и закутанный в черный дорогой плащ.

«Победа».

Медленно Патрик поднял налитые свинцом веки. Голова шла кругом, в горле образовался тошнотворный комок, губы пересохли, а глаза с трудом различали очертания предметов. Прошло около минуты, прежде чем милорд Вэндэр вспомнил последние события. Когда зрение, наконец, обрело прежнюю резкость, он, медленно повернув голову, огляделся.

Патрик находился в небольшом сыром помещении, пахнущем смолой и тиной. В нескольких шагах впереди была большая клетка, разделяющая пространство на две неравные части. Справа от милорда Вэндэра находилась небольшая ниша в стене, незаметная с первого взгляда. Сам Патрик сидел на прогнившей скамье в неудобной позе.

Неожиданно он почувствовал ноющую боль в запястье. Быстро переведя глаза, он увидел, что его правая рука закована в кандалы и прикреплена толстой цепью к стене сзади. С ужасающей ясностью Патрик понял, что находится в трюме «Победы», в плену у Яна. Ему стало тяжело дышать, страх неизвестности и желание выбраться обжигающими волнами окатили его. Щеки милорда побледнели, губы сжались, и он еще раз с отчетливостью осознал безысходность и беспомощность своего положения. Отчаяние и жалость к самому себе наполнили все его существо.

Хотя, почему беспомощность? Он все еще жив, руки и ноги у него целы, голова по-прежнему ясно мыслит, значит, еще не все потеряно. Его жена, Рыжая Мэри, сбежала с этой самой скамьи, когда была избита до полусмерти, а он, целый и невредимый, будет отчаиваться? Нет, он сможет выкрутиться, сумеет преодолеть неожиданные трудности.

В этот момент дверь в трюм отворилась, и по лестнице тяжелыми шагами стал спускаться первый помощник капитана. Высокий и сильный Ардан походкой короля перед пленником направлялся к Патрику. Взгляд его сделался жестким и презрительным, когда он повернулся к милорду Вэндэру. Патрик гордо выпрямился и ответил на пристальный осмотр смелым и решительным взглядом. Ардан скривил изуродованное шрамом лицо и, встав напротив пленного, поставил рядом с ним миску с едой.

— Отравить меня хочешь? — иронично улыбнулся Патрик, не отрывая глаз от лица Ардана.

— Нет, — сквозь зубы выдавил тот. — Ян хочет, чтобы ты был жив, когда прибудет Рыжая.

— Сесилия не станет плясать под вашу дудку! Она не придет.

— Придет, — довольно оскалился пират. — Ведь на кону жизнь ее дочери и твоя.

— Что?! Сюзи, — ошеломленно проговорил Патрик, отчаянно пытаясь понять, насколько плохо его положение и где сейчас его дочь.

— Она здесь, на «Победе», — хищно пояснил тот, с удовлетворением наблюдая замешательство пленного. — Она в безопасности, рядом с Яном.

Милорд Вэндэр побледнел от негодования, в голову ударила кровь. Ардан, довольный, что смог задеть Патрика за живое, издевательски засмеялся. Этот презрительный смех, эти холодные, ненавидящие глаза пирата, вывели милорда Вэндэра из себя окончательно. Он больше ничего не боялся, его трясло от напряжения, он готов был начать действовать, не задумываясь о последствиях и не боясь расплаты.

— Где моя дочь? — процедил он, придвигаясь ближе к разбойнику.

— Я о ней позабочусь! — гоготнул тот, наклоняя свое лицо к Патрику.

В этот момент милорд Вэндэр краем глаза заметил, что на поясе у Ардана висит ключ. Сам не понимая почему, Патрик был уверен, что этот ключ от его кандалов. Движимый минутным порывом, он решился на безумный шаг.

Резким движением, напрягая мышцы, он ударил ногами по коленкам пирата. Потеряв равновесие, Ардан повалился на бок. Но не успел он принять какие-либо меры, как Патрик молниеносным движением схватил его за плечи и, обвив толстую шею пирата цепью, стал тянуть руку на себя. Ардан напряг могучую спину, пытаясь освободиться, руки его яростно схватили удушающую цепь, зубы заскрежетали. Однако решимость и гнев Патрика были лучшими источниками силы и, не позволяя Ардану высвободиться, он обхватил его плечи и руки ногами, плотнее сжимая петлю. Пират захрипел, ноздри его быстро заходили, бешено втягивая воздух, которого катастрофически не хватало. Неожиданно силы предали могучего Ардана и в глазах у него померкло. Безвольной куклой он рухнул на пол.

Тяжело дыша, Патрик разжал ноги и, быстрым движением сорвав ключ с пояса лежавшего разбойника, принялся открывать замок. Через несколько секунд пленник сбросил с затекшей руки металлический браслет и, отбросив ключ, забрал у Ардана шпагу. Взлетев по лестнице, он с силой ударил ногой в дверь, крича, чтобы ее открыли. В это же мгновенье дверь отворилась.

Лицо сторожа, ожидавшего увидеть первого помощника Яна, окаменело. Но не успел он схватиться за оружие или поднять тревогу, как острое лезвие вонзилось в его грудь. Испуская последний вздох, он повалился к ногам своего врага. Патрик выскочил из трюма и побежал по узким лестницам корабля, ведущим к каютам. Он прекрасно помнил расположение кают и коридоров на «Победе», помнил также, что времени у него мало.

Не встретив на своем пути разбойников, Патрик успешно завернул за угол и очутился в коридоре, где располагались каюты. Возле одной из дверей сидели трое пиратов, вяло о чем-то говорившие. Милорд Вэндэр бросился к ним. Мгновенно охранники заметили сбежавшего пленника и, схватившись за оружие, кинулись в атаку. Патриком двигала лишь одна мысль — его дочь в руках Яна. Он знал, что если он даст слабину, если проиграет, то она погибнет. Он не мог этого допустить, не мог позволить Яну радоваться удачно исполнившемуся плану.

Как разъяренный лев, который знает, что должен погибнуть и которому уже нечего терять, Патрик орудовал шпагой. Меньше чем через минуту его противники были повержены. Переводя дыхание, милорд Вэндэр отбросил в сторону окровавленный клинок и ударил плечом дверь. С пронзительным скрипом тяжелая дубовая дверь отворилась, впуская в каюту нежданного гостя.

Перепуганная до безумия няня, крепко обхватившая полными руками его дочь, со страхом взирала на своего господина.

— Сюзи, — облегченно выдохнул Патрик, делая шаг к малышке.

В этот момент сильные руки схватили его за плечи и грубо выпихнули из каюты. Дверь маленькой комнаты с шумом захлопнулась перед лицом отца. Патрик попытался вырваться, но подбежал еще один пират и начал быстро перетягивать за спиной кисти милорда колючей веревкой. В следующий миг руки Патрика были связаны и двое разбойников потащили его к трюму. Как он ни сопротивлялся, как ни дергался, все усилия были тщетны. Двое суровых людей Яна втолкнули его в трюм, откуда всего несколько минут назад он так удачно сбежал. Краем глаза Патрик с удивлением заметил, что Ардана в его темнице нет, но размышлять о судьбе разбойника ему долго не пришлось. Пираты разрезали его путы и ловким движением сковали правую руку, заставляя пленника сесть на прежнее место. После этого левую руку милорда Вэндэра настолько туго привязали к правой, что Патрик не мог даже слегка подвигать кистью.

— Достаточно, — послышался властный голос возле двери в трюм.

Милорд Вэндэр быстро оглянулся. В его темницу спускался Ардан. Живой и невредимый, с горящими ненавистью глазами, сжатыми железными кулаками, к нему шел сам Ардан. От вида этого грозного пирата смелость Патрика поколебалась, решительно сжатые губы дрогнули.

— Вон, — приказал первый помощника капитана.

Двое пиратов, не смея перечить разгневанному командиру, быстро покинули трюм.

— Думал, что хватит сил убить меня?!

Патрик молча опустил глаза. Ардан желчно усмехнулся.

— Ну, сбежал, а что дальше? Ты на «Победе», в открытом море! И лишь воля капитана отделяет тебя от мучительной смерти.

При этих словах Ардан нанес пленнику удар такой силы, что Патрик отлетел назад, ударяясь головой о стену трюма. Из разбитой скулы милорда Вэндэра засочилась багровая кровь. Пират схватил Патрика за плечо и хотел ударить еще раз, но в этот момент в трюме появился сам капитан.

— Ардан, — с нескрываемой насмешкой обратился он к подчиненному, — слышал, тебя чуть не удушил закованный лорд.

От этих слов первый помощник побагровел и вторично ударил своего пленника. Патрик облизнул разбитые губы и выплюнул сгусток крови.

— Вон из трюма, — с раздражением приказал Ян. — Он должен быть живой, когда прибудет Рыжая.

Ардан хмуро кивнул и, бросив испепеляющий взгляд на Патрика, быстро покинул помещение. Капитан «Победы» вышел следом и коротко отдал распоряжение одному из пиратов:

— Не кормить, не поить три дня.

— А потом, сэр?

— Давать глоток воды и кусок хлеба. Мне не нужно, чтобы он раньше положенного времени протянул ноги.

Разбойник кивнул и поспешно запер дверь в трюм.

Ардан, злой и раздраженный, решительно направился к каютам. Вскоре он уже в нетерпении подгонял пиратов, которые уносили тела своих соратников.

— Пленная требует капитана, — доложил один из матросов, устанавливая замок на двери.

Ардан скривился. Через минуту был поставлен новый караул и первый помощник зашел внутрь; дверь за ним поспешно захлопнулась.

В каюте не было ничего, кроме узкой жесткой кровати, встроенного столика и табуретки. На кровати, испуганно вытаращив глаза, сидела полная низенькая женщина, в ночном платье. Около ее ног, спрятавшись под стол и забившись в угол, сидела заплаканная малышка.

Ардан с презрением оглядел эту сцену и громким басом спросил:

— Вы требовали поговорить с капитаном?

— Д-да, — заикаясь от страха, произнесла бледная няня, унимая дрожь.

— Говорите! — велел Ардан, все еще ощущая на горящей шее прикосновение удушающей цепи.

— Мое имя Панчита, я являюсь няней леди Вэндэр, или Сюзанны…

— Ближе к делу, — прервал пират, с ненавистью глядя на девочку.

Собравшись с мыслями и вложив в слова остатки храбрости, Панчита робко спросила:

— По какому праву вы нас здесь держите… и куда вы нас везете? Что с милордом Вэндэром? Я требую, чтобы нас немедленно освободили!

От упоминания о Патрике Ардана передернуло. Запрокинув голову назад, он громко и презрительно расхохотался. Этот смех, полный превосходства, силы и ненависти, навел на Панчиту неописуемый ужас, а Сюзи вновь разразилась плачем. Первый помощник капитана резко выдохнул и с излишней четкостью угрожающе произнес:

— Вы ничего не можете требовать! Вы можете только молить о пощаде! Вам приносят еду дважды в день, смотрите, чтобы это отродье Мэри не умерло. Если с девчонкой что-то случится, вы будете больше не нужны. Попытаетесь сбежать — умрете. Вам, Панчита, — он сделал ударение на ее имени, — все понятно?

Не в силах произнести и слова, бледная как мел женщина кивнула. Когда Ардан вышел, няня закрыла лицо руками и судорожно вздохнула.

Добравшись до Вандармина рано утром, Сесилия обнаружила в гостиной бледную Мангалу. Глаза ее были застланы пеленой слез, руки сильно дрожали, в лице не было ни кровинки, красные веки опухли. Увидев жену брата, она молча протянула к ней руки и умоляюще указала на письмо. Присев напротив Мангалы, Сесилия взяла испещренный кровавыми надписями листок бумаги. Прежде чем начать читать, она спокойно спросила:

— Где Темполтоны?

— Ушли, — отрешенно прошептала мисс Вэндэр. — Мистер Темполтон, красный от возмущения, пришел через два часа, взял жену, и они уехали.

— Хорошо, — холодно произнесла Сесилия и, обернувшись, позвала Эльзу.

В эту же минуту в дорого уставленную гостиную зашла испуганная и озабоченная Эльза. Увидев Мангалу, она радостно улыбнулась и быстро присела рядом с ней. Только тут сестра Патрика обратила внимание на внешний вид Сесилии. Но, ни о чем не спрашивая и стараясь не удивляться, попросила ее прочесть письмо вслух. Миледи Вэндэр вздохнула и, опустив глаза, негромко начала читать.

В полдень богатая карета, запряженная шестеркой быстроходных лошадей, покинула Вандармин, увозя из окрестностей Лондона Эльзу и Мангалу. Они направлялись в Уэльс к тете сэра Левода: об этом месте не знал никто, кроме самого командора, Сесилии, старого дворецкого и двух испуганных женщин, бегущих из Вандармина в поисках безопасного места.

После сытного ленча Сесилия и Франсуа сидели в плетеных креслах в парке возле замка и обсуждали последние события. Вскоре в кованые ворота с вензелями въехал мистер Эскью. Через минуту Кристофер уже снимал со скакуна свою немногочисленную поклажу, передавая ее лакею, а еще через минуту присел рядом с союзниками. Сесилия кивнула Кристоферу и продолжила незаконченный разговор.

Неожиданно следом за доктором в ворота зашел похожий на Кристофера по сложению мужчина с небритой щетиной и растрепанными, коротко постриженными коричневыми волосами. Маленькие злые глаза незваного гостя были подернуты пеленой учтивости, а голова почтительно опущена. Незнакомец самоуверенной походкой приближался к друзьям. Кристофер вздрогнул и быстро заговорил:

— Сеси, это Конор, тот самый, у которого я вчера выиграл в карты. Если он сейчас пришел по мою душу, я надеюсь, ты вмешаешься.

— Крис, я тебе говорила, что твои шулерские наклонности бросаются в глаза.

— Мэри, я тебя как друга прошу!

— Ладно, не бойся. Ты мне еще нужен живым.

Франсуа вздернул темные брови и с интересом стал наблюдать за многообещающей сценой. Конор приблизился к сидящим в плетеных креслах людям. Но произошло совсем не то, чего все ожидали. Вместо оскорблений или нападок на Кристофера, Конор учтиво кивнул Сесилии и доброжелательно произнес:

— Рыжая Мэри, я пришел поприветствовать вас. Я рад, что вы вернулись.

— А вы, собственно, кто? — с легкой усмешкой осведомилась она, бросая косой взгляд на доктора.

— Мое имя — Конор…

Но тут он осекся, заметив мистера Эскью. На мгновенье лицо его потемнело и, казалось, Конор готов прямо здесь задушить своего врага. Однако он быстро справился со своей слабостью и, опять приветливо улыбаясь Сесилии, договорил:

— Могу ли я вам чем-либо помочь, Мэри?

— Помочь в чем? — резко осведомился доктор.

— Я не с тобой разговариваю, — огрызнулся Конор, отворачиваясь от шулера.

— Так в чем мне нужна помощь? — с прежней усмешкой спросила Сесилия.

Конор на секунду замялся, и Франсуа, как большой знаток в таких делах, уловил, что он готовится врать. Не дав ему заговорить, Франсуа сухо спросил:

— Откуда вы узнали, что Рыжая Мэри вернулась и где она находится?

— Так это же не секрет, — рассмеялся гость, бегая глазами по саду. — Уже все люди нашего круга знают, что Рыжая Мэри снова в деле. А про место я краем уха услышал в «Веселой кружке», уж не помню, от кого.

— Так зачем ты пришел? — бросил Кристофер.

— Я хочу наняться в команду к вам, Мэри… — в этот миг Конор уловил настороженные и неприветливые взгляды всех троих и поспешил объяснить. — Я слышал, что Ян вернулся и решил, что вы захотите с ним встретиться. Чтобы раз и навсегда уничтожить эту гадюку! Я слышал о вашей смелости и незаурядных авантюрах, слышал, что в море вам нет равных. И я уверен, что вы отправитесь к Яну и убьете его! Поэтому я умоляю вас, Мэри, возьмите меня в свою команду. Я буду драить палубы, буду смолить трюмы, только позвольте мне быть в вашей команде.

— Зачем? — еще более сухо и напряженно спросил Франсуа.

Глаза Конора снова обежали сад, механически он почесал небритую щеку и, сглотнув, понизив голос, произнес.

— Я буду с вами откровенен, — он выдержал эффектную паузу, какие выдерживают актеры в театре. — Я заинтересован в смерти Яна. Четыре года назад он надругался над моей сестрой, после чего убил ее. Теперь я не успокоюсь, пока его сердце не перестанет биться.

— Как благородно, четыре года ждал, а сейчас решил мстить, — сострил Кристофер. — А как сестру-то звали?

Конор бросил на него убийственный взгляд и, скорбно вздохнув, произнес:

— Джанет.

— Конор, — медленно и обдуманно произнесла Сесилия, — отойди, нам нужно поговорить.

Покорно кивнув, Конор отошел на значительное расстояние и начал с интересом рассматривать клумбы. Франсуа тихо и быстро заговорил:

— Не нравится он мне. Слишком у него глаза бегают. Я бы мог навести по своим каналам справки о его сестре, но на это нужно время. Кроме того, я и без справок могу сказать, что он лжет.

— Что ты предлагаешь? — спросила Мэри, изучая спину Конора.

— Придется верить ему на слово… Я не верю ни единому слову.

— На слово?! Мэри, что за чушь?! — вскричал Кристофер. — Ты даже мне не верила, хотя мы тогда провели трое суток в открытом море, в шлюпке.

— Крис, твое отношение к Конору понятно, — задумчиво проговорила Сесилия.

— Мое отношение к нему — совершенно правильное. Сама посуди: пришел неизвестно кто, неизвестно зачем, стоит здесь, душещипательные истории сочиняет и напрашивается в команду. Может, его вообще Ян подослал!

— Возможно, но маловероятно. Зачем Яну этот цирк?

— Не знаю, — протянул Франсуа. — А зачем ему это письмо? Почему он просто не явился сюда и не прикончил нас здесь? Мы бы к этому не были готовы.

— Я уверена, что Ян этого клоуна в глаза не видел, — заметила Рыжая Мэри. — Он бы не потерпел в своей команде таких людей. Насчет его сестры я полностью с вами согласна, что это ложь. Но у него есть причина ненавидеть Яна, это видно, однако он не хочет о ней говорить.

— Сеси, даже не думай его брать, ты пожалеешь! — встрепенулся Кристофер.

— У него есть заинтересованность и он не глуп, раз нашел нас и не говорит всей правды, — заметил Франсуа. — У меня нет однозначного решения, но скорее я против него.

— Почему?

— Я видел вчера ночью, как он избил человека за то, что тот задел его плечом. Он таким образом сорвал гнев за проигрыш у Кристофера, — пояснил Франсуа.

— Конор, — властно крикнула Мэри.

Тот встрепенулся и быстро подошел. Заговорила Сесилия.

— Какова настоящая причина, по которой ты хочешь плыть к Яну?

— Мэри, — серьезно произнес он, — я задолжал большую сумму одному человеку, он грозится меня убить. Мне нужно срочно исчезнуть из страны. Я не могу плыть на английских судах, за меня дают неплохую награду. Никто, кроме вас, из пиратов здесь не появлялся. Вы — единственная моя надежда спасти жизнь.

— Ты считаешь, что «Победа» — это место, где можно спастись?

— Нет… Но как говорится в пословице: «Кто должен быть повешен, не боится утонуть».

После недолгого молчания Франсуа спросил:

— Ты можешь как-то доказать свои слова?

— Нет, — растерялся Конор, не ожидавший такого вопроса.

— Не можешь, — многозначительно произнес Кристофер. — Я так и думал.

Бегающие глаза Конора зло впились в доктора, и он сухо сказал:

— А ты можешь доказать обратное?

Наступило молчание, Рыжая Мэри кивнула и отчетливо произнесла свой вердикт.

— Хорошо, Конор, по рукам.

Этим же вечером, когда Рыжая Мэри набирала команду, а сэр Левод хлопотал насчет судна, генерал Дерв меланхолично просматривал свою почту. Откидывая в сторону одно письмо за другим, пробегая глазами лишь некоторые из прошений или срочных сообщений, он сонно зевнул и потянулся в мягком кресле. Взяв в руки очередное письмо, генерал так же безучастно вскрыл его и уже собирался выбросить, как вдруг взгляд его прояснился, а лицо приняло сосредоточенное выражение. Забыв об усталости, он принялся читать с немалым интересом. Мелкий, но в то же время твердый и жесткий шрифт заставлял его глаза напрягаться, но, вопреки обычному порядку, это его ничуть не смущало. Дочитав письмо, он громко крикнул своему секретарю.

— Позови полковника Штефарда! Это не терпит отлагательств!

Секунду спустя, секретарь заглянул к генералу Дерву и быстро доложил:

— Разрешите доложить, полковник Штефард уехал.

— Куда? — с непривычной жесткостью потребовал ответа генерал.

— Не имею чести знать, сэр.

— Вы свободны, — мрачно отозвался тот.

Секретарь поклонился и поспешил удалиться, но генерал остановил его у двери приказом:

— Пригласите ко мне сэра Вуда.

Через пять минут к генералу Дерву зашел молодой человек двадцати трех лет с приятной и несколько избалованной внешностью. Быстро закрыв за собой дверь, сэр Вуд улыбнулся и, своевольно развалившись в кресле, напротив генерала, лениво протянул:

— Отец, у вас есть закурить?

— У меня для тебя новости, Стэнли, — сдерживая раздражение, произнес генерал.

— Какие? Вы нашли мне очередную богатую красотку?

— Сэр Вуд, следите за словами! — гаркнул Дерв, как это умел делать только он. Иногда сын раздражал его. — Я только что узнал, что миледи Вэндэр, жена милорда Вэндэр, надеюсь, ты его знаешь…

— Конечно. Милорд дает незабываемые обеды и балы.

— Так вот, миледи Вэндэр является известной пираткой, авантюристкой, разбойницей, одной из опаснейших убийц и воровок — Рыжей Мэри.

Стэнли выпрямился и сглотнул, ему расхотелось курить. Новость была достаточно ошеломляющей и невероятной, чтобы забыть все остальное. Видя реакцию сына, отец кивнул и с холоднокровием военного продолжил:

— Пока это слух. Ты должен это проверить, и если это правда…

— Как я проверю дешевую сплетню?! Мало ли кто что скажет!

— Ты должен взглянуть на правое запястье миледи; если там будет татуировка — это Рыжая Мэри, если нет, ты принесешь ей свои извинения.

— Отец, Вэндэры являются одними из самых почитаемых и богатых людей Европы. В любом случае, нам не избежать скандала. Я не хочу быть в нем замешан, это отразится на моей карьере.

— Отразится… — многозначительно произнес генерал Дерв. — Если это так, то полетят многие известные тебе высокие головы. — Помолчав, он пояснил: — Полковник Штефард исчезает при весьма странной ситуации, вероятно, бежит, узнав, что правда выплыла наружу. Командор Левод готовит к отплытию военный корабль с командой из ста пятидесяти человек. Возможно, для своего бегства. Его жена и мисс Вэндэр уезжают из окрестностей Лондона, и никто не знает куда. Это не совпадение.

— Я вас не совсем понял, что вы хотите сказать, — с горящими от возбуждения глазами спросил Стэнли.

— Буду краток. Если ты разоблачишь Рыжую Мэри, то займешь место командора Левода, а он пойдет под трибунал.

— Отец, — выдохнул ошеломленный юноша. — Я отправлюсь в Вандармин завтра же и клянусь, добьюсь места командора.

Генерал Дерв кивнул и бросил взгляд на подпись в конце письма. Четким почерком бурых чернил значилось: «С почтением, мосье Денизе Ян».

Замок Вандармин.

Сесилия, решившая дождаться Эдуарда, осталась ночевать в гостиной на первом этаже. Франсуа, не доверявший Конору и получивший от Кристофера небольшую плату, увел незваного гостя ночевать в «Веселую кружку». Довольный медик расположился на ночь в замке.

Твердо решив не смыкать глаз, пока не появится Эдуард с вестями, миледи Вэндэр уселась в кресле. Но не прошло и часа, как легкая дремота начала окутывать ее, и Мэри, не в силах бороться с ней, опустила отяжелевшие веки. Возможно, она отвыкла долго не спать, возможно, сказалась прошлая бессонная ночь, а возможно, что после долгого мира Сесилия, наконец, почувствовала настоящую угрозу и переживания. Какова бы ни была причина, через минуту миледи Вэндэр уже спала.

Вдруг твердая мужская рука легла ей на плечо. Сесилия вздрогнула, открыла глаза и резко повернулась. Командор Левод, стоявший над ней, улыбнулся и задумчиво протянул:

— Если бы три года назад я тебя так разбудил, ты бы приставила мне к горлу нож.

— Это еще не поздно сделать, — криво и невесело улыбнулась та.

— Мэри, — серьезно произнес Эдуард, — мне очень не хочется это говорить, но… Тебе не кажется, что за последние годы ты несколько утратила форму?

— Я знаю, — сухо отозвалась Сесилия. — Ты разбудил меня, чтобы проверить мою реакцию или сообщить новости?

— И то и другое, — спокойно и по-дружески сказал сэр Левод, присаживаясь на диван. — Я нашел корабль и команду. Мы отплываем завтра в пять утра. Теперь насчет тебя. Ты идешь на встречу с Яном. Думаю, ты, как никто другой, понимаешь создавшееся положение. За время, пока мы будем плыть, ты обязана вспомнить все навыки, которыми три года назад владела в совершенстве.

— Странно, что это говоришь ты, блюститель законов, — раздался задорный голос позади собеседников.

Эдуард резко обернулся. В нескольких шагах от него стоял Кристофер и хитро улыбался. Командор Левод побледнел от негодования, глаза его с ненавистью впились в шулера. Секунду спустя он овладел собой и быстро спросил:

— Сесилия, что этот человек здесь делает?

— Он плывет с нами.

— Что?! — с негодованием воскликнул Эдуард. — Мэри, может, ты забыла, но это английское судно, а не пиратский корабль! Этот мошенник появится на нем только как пленник его величества!

— Осторожней в выражениях, командор, — спокойно, но зловеще произнесла хозяйка дома. — Или вы не помните, что я — Рыжая Мэри?! Может, я что-то и забыла, но только не кто и чего стоит. Кристофер поплывет с нами, это не обсуждается.

Сэр Левод окинул доктора холодным взглядом, тот принял самый благожелательный вид и приветливо протянул командору руку. Эдуард отвернулся от предложенной руки, Кристофер спокойно пожал плечами, довольный заступничеством Рыжей Мэри.

— Хорошо, — наконец с силой выдавил Эдуард, — в конце концов, он тоже враг Яна. Надеюсь, что больше никто из твоих знакомых, Сесилия, не поплывет.

— Зря вы на это надеетесь, — улыбнулся Кристофер.

— Поплывет Франсуа, — пояснила миледи Вэндэр. — Это очень полезный и умный малый, многое умеет и достаточно верен своему слову. На него можно положиться. Второй — Конор — темная личность…

— Мерзкий тип, — вставил медик.

— Он мне заранее нравится, — заметил Эдуард, косясь на шулера.

Крис готов был ответить, но жесткий взгляд пылающих серых глаз Рыжей Мэри быстро остудил его пыл. Спокойно и требовательно она произнесла:

— Эдуард, ты обязан принять моих людей. Их не так много, и ты должен понимать, что в данной ситуации они более полезны, чем сотня твоих солдат.

— Как бы они не переметнулись, — мрачно заметил командор.

— А сам-то ты не переметнешься?! — вспылил Кристофер, поблескивая стеклами очков и сжимая бледные узкие губы.

Скрипнув зубами, Эдуард ждал, пока волна гнева на этого человека успокоится. Выждав около минуты, так же мрачно он произнес:

— Только ради Патрика и Сюзи…

В пять часов утра Сесилия, закутанная в дорогой черный плащ, прикрывающий ее пиратский наряд, и в черной аккуратной, женственной шляпке, шла по порту. Ее короткие волосы, чтобы не привлекать внимания, были тщательно собраны под шляпкой. Казалось, это обычная светская леди, однако спина ее была чересчур пряма, а походка слишком решительна и тверда, глаза горели, а на губах играла легкая вызывающая улыбка.

На расстоянии в пятьдесят шагов до корабля Сесилия услышала позади себя странный окрик:

— Эй, барышня в черном, постойте.

Миледи Вэндэр остановилась и с любопытством обернулась. К ней приближались два подвыпивших матроса. Чуть поодаль от них остановился коренастый мужчина в бедной одежде и с интересом начал наблюдать за происходившим. Двое высоких матросов приблизились к молодой женщине. Один из них развязным движением схватил Сесилию за правый локоть и подтянул к себе, говоря на ходу слегка заплетающимся языком.

— И что это такая красавица делает так рано в порту, совершенно одна?

Молниеносным движением Рыжая Мэри выхватила левой рукой пистолет и, приставив его к толстому животу, тихо произнесла:

— Ты действительно хочешь это знать?

Матрос отшатнулся назад, его товарищ в недоумении переводил взгляд со своего друга на заряженный пистолет. В этот момент с палубы судна выглянул Франсуа и громко крикнул:

— Ты еще долго?

Матросы переглянулись и быстро побрели вглубь порта. Однако человек, с любопытством театрального зрителя наблюдавший за долгожданной сценой, поспешил к Сесилии. Остановившись возле нее и почтительно поклонившись, он произнес:

— Желаю удачной охоты, Рыжая Мэри. Рад вашему возвращению.

Сесилия кивнула и без лишних промедлений поднялась по трапу на судно под названием «Надежда». Отойдя чуть поодаль, коренастый мужчина улыбнулся своим мыслям. Через пять минут к нему приблизилась женщина со светлыми волосами и бесцветными глазами. Сказав несколько слов, она в ожидании смерила мужчину высокомерным взглядом.

— Рыжая Мэри и все ваши враги отплыли. Скоро сэр Ян их встретит.

— Куда отправилась миссис Левод? — сухо осведомилась дама.

— Уэльс, поместье мисс Кэмонд.

Женщина с безликими, но коварными глазами кивнула и, протянув мужчине несколько франков, направилась к поджидавшему ее извозчику.

В то время, когда диалог двух союзников еще не окончился, мимо проходил Стэнли. Он шел к пирсу, желая застать там миледи Вэндэр и командора Левода, однако, заметив отплывающий фрегат, перестал торопиться. Остановившись возле угла здания, он закурил. Но не успел он выкурить и половины сигары, как услышал странный разговор. С досадой отбросив окурок в сторону, он сделал несколько шагов и столкнулся нос к носу с мужчиной. Незнакомец поспешно оглядел военную форму Стэнли и, ловко увернувшись, попытался скрыться. Но сэр Вуд не позволил ему такой роскоши и, схватив господина за руку, заставил остановиться.

— Что вам нужно? — хмуро осведомился тот.

— Что ты говорил о Рыжей Мэри?

— Я не понимаю, о ком вы говорите, — отозвался он.

Стэнли смерил мужчину в обношенной одежде надменным взглядом. Внезапно он понял, что угрожать или что-то выпытывать у этого человека бесполезно. Уяснив это, сэр Вуд избрал иную тактику.

— Ты получишь сто золотых, если расскажешь все, что знаешь о Рыжей Мэри.

— Сначала деньги, — отозвался тот.

Сэр Вуд недовольно отстегнул от пояса дорогой кожаный кошелек и протянул его незнакомцу. Мужчина молча взвесил полученную сумму, после чего с довольной улыбкой протянул.

— Рыжая Мэри вернулась, она отправилась на охоту.

— И это все?!

— А я не говорил, что знаю больше, — расхохотался собеседник и, выскользнув из цепких рук, бросился бежать.

Стэнли сглотнул душившую его обиду. Только что он отдал свое месячное жалование — и за что? За несколько слов! Хотя эти слова были очень полезны. Теперь Стэнли точно знал, что Рыжая Мэри вернулась. До этого момента он даже не верил в ее существование, воспринимая все как глупый розыгрыш или неуместную легенду. Зато теперь все приобретало другой оборот, и если догадки отца правдивы, то можно объяснить многие странные поступки миледи Вэндэр и командора Левода.

Больше не медля, сэр Вуд направился к своему отцу.

Мрачный как туча, в кабинет генерала Дерва зашел его сын. Генерал с интересом и любопытством посмотрел на него. После недолгого молчания сэр Вуд заговорил глухим голосом:

— Взяв дюжину солдат, я пришел в Вандармин. Но выяснилось, что никого из господ в замке нет. Мисс Вэндэр и миссис Левод уехали, слуги не знают куда; милорд Вэндэр исчез несколько дней назад; а миледи Вэндэр вместе с командором Леводом и странным на вид человеком уехали сегодня утром. Я последовал за ними, но опоздал, фрегат отплыл несколькими минутами ранее. Когда господа вернутся, неизвестно.

— Странно, — протянул генерал, — надеюсь, объяснения будут достаточно правдоподобные, иначе сэру Леводу ой как не повезет.

— Это не все, — просмаковал Стэнли. — Я выяснил, что Рыжая Мэри действительно вернулась и принялась за старое.

— Это ничего не доказывает, — резко оборвал его отец.

«Надежда».

Быстроходный, хорошо вооруженный фрегат, носящий название «Надежда», стремительно рассекал лазурные пенные волны. Яркое солнце ласкало туго натянутые паруса, легкие белоснежные облака с легкостью обрамляли горизонт. Сильный ветер гнал своим дыханием фрегат и, казалось, ничто не могло его остановить.

Команда корабля подчинялась всем приказам своего капитана, который, в свою очередь, выполнял указания командора Левода. Солдаты, безоговорочно выполнявшие указания Эдуарда, с азартом перед предстоящей охотой, обсуждали легкую, по их мнению, стычку с пиратами.

Эдуард, уже успевший поругаться с Кристофером и понявший, что Конор ему крайне неприятен, на удивление быстро сошелся с Франсуа. Этот человек производил на командора странное впечатление. Казалось, в нем одновременно сочетаются понятие чести, верность слову, изысканные манеры и вместе с тем — хитрость, заточенный под преступный мир ум и легкое чувство превосходства. Вспоминая первую встречу с Франсуа, Эдуард невольно улыбался. Он прекрасно помнил, как отдавал приказы схватить этого шантажиста, и невольно восхищался его безрассудной смелостью.

Кристофер и Конор находились по разные стороны палубы. Каждый из них втайне побаивался удара ножом в спину от своего врага. Противники с первого взгляда оценили друг друга и, поняв, что принадлежат к одному кругу, старались избегать встреч. На двухпалубном фрегате, среди матросов и солдат, это не составляло труда.

Сесилия осталась одна в кают-компании и, провозившись около двух часов с картами, направилась к Эдуарду. Оторвав его от посредственной беседы с Франсуа, она тихо произнесла несколько слов, и они пошли в кают-компанию. Закрыв на щеколду дверь, Эдуард начал отодвигать к стенам столы и стулья, а Сесилия достала две шпаги. Освободив, насколько это было возможно, каюту от мебели, командор принял у Сесилии шпагу и, слегка улыбаясь, шутливо произнес:

— Миледи Вэндэр, позвольте преподать вам первый урок.

Сесилия усмехнулась, и в ту же секунду послышался лязг металла.

Этим же вечером, когда на небе уже ярко сверкали звезды, а месяц холодным блеском освещал начищенную палубу, Сесилия и Эдуард встали у борта. Миледи Вэндэр, прикрываясь плащом и грустно провожая взглядом безмятежные барашки волн, тихо сказала другу:

— Эд, мне нужно пострелять, у меня давно не было практики.

— Мэри, неужели у тебя еще остались на это силы? Я после целого дня фехтования и парирования твоих ударов уже еле стою на ногах.

— Близится встреча с Яном, и я должна быть к ней готова. Это твои слова.

— Хорошо. У тебя с собой оружие?

— Что за вопрос? — улыбнулась она, доставая заряженный пистолет.

Сэр Левод кивнул и указал Сесилии на небольшую балясину. Мэри прицелилась и выстрелила, пула прошла в дюйме от резной опоры, даже не задев ее. Эдуард вздохнул и понимающе посмотрел на Сесилию.

В этот момент, услышав выстрел, матрос и двое солдат подбежали к месту, откуда исходил звук. Увидев Эдуарда, они остановились и недоуменно посмотрели на своего командира. Сесилия спрятала руку с пистолетом под плащ. Эдуард властно посмотрел на подчиненных и произнес:

— Вольно, не обращайте внимания на выстрелы.

— Сэр, — негромко сказал один из солдат, — если вы решили пострелять, так не лучше ли сделать это утром? Мы найдем мишени…

— Я глава этого судна, и я решаю, когда и где мне стрелять. Вы свободны.

Пожав плечами и удивленно переглянувшись, они удалились. Эдуард взглянул на Сесилию и с грустью произнес:

— Мэри, тебе придется очень многое вспомнить, а времени у нас слишком мало. Стреляй, сколько хочешь, пули и порох я тебе принесу, команда тебя больше не побеспокоит.

— Спасибо, — коротко и несколько осипшим голосом отозвалась она.

Путешествие «Надежды», которая рассчитывала подойти к острову на третьи сутки, затянулось. Каким бы быстроходным не был фрегат, как бы ни были хорошо поставлены его паруса и профессиональны матросы, морской ветер непредсказуем. На третий день пути корабль попал в штиль. Ясная и безоблачная погода, радовавшая разве что Конора, угнетала всех остальных. Сесилия, у которой появилась лишняя возможность для тренировок, пребывала в худшем из настроений. Она понимала лучше других, что каждый час промедления приближает кончину ее близких. Осознание своего бессилия перед стихией и неопределенность будущего были самыми страшными и удручающими.

Чтобы как-то занять себя, решили устроить стрельбу по тарелочкам. В порохе недостатка не было, и около полудня организовали забаву. Почти все солдаты приняли в ней участие, Франсуа, Кристофер и Конор также не остались равнодушными. Только Эдуард и Сесилия стояли чуть поодаль, тихо переговариваясь и наблюдая, как Франсуа разбивает очередное блюдце.

В этот момент к Эдуарду приблизились двое подчиненных и предложили своему командиру поучаствовать. Покосившись на Мэри, сэр Левод спросил:

— Возможно, наша гостья не откажется и составит мне компанию?

— Ваша светлость, вы стреляете? — изумился солдат, восторженно осматривая женщину в темном плаще.

— Да, — заметил сэр Левод, скрывая улыбку, — и весьма недурно.

Через минуту миледи Вэндэр и командор уже стояли на палубе, держа в руках оружие. Кристофер подошел к Франсуа и тихо сказал:

— Ставлю пять фунтов на Мэри.

— Ставлю десять на Эдуарда, — произнес Конор, неожиданно появившийся рядом с ними.

Франсуа принял пари, и все трое, затаив дыхание, посмотрели на палубу. Бросили тарелочки, последовало два выстрела. Мишень Эдуарда была поражена, однако выстрел Сесилии ушел в воздух.

Конор издевательски расхохотался, Кристофер сжал зубы и, поправив очки, сжал кулак так, что захрустели кости. Конор испуганно замолчал.

— Еще раз, — властно крикнула миледи Вэндэр.

— Пять на Мэри, — повторил медик, не отрывая своих пылающих глаз от врага.

— Пять на Эдуарда, — усмехнулся тот.

Последовали два выстрела. Тарелочка Эдуарда разлетелась на мелкие куски, тогда как мишень Сесилии упала в воду целехонькой. Конор довольно улыбнулся и многозначительно посмотрел на доктора. Франсуа перехватил этот взгляд и демонстративно положил руку на эфес шпаги.

— Еще раз, — приказала Мэри.

— Пять золотых на Эдуарда, — громко, так что было слышно на палубе, произнес Конор, хищно улыбаясь.

— Десять золотых на миледи Вэндэр, — еще громче отозвался Кристофер.

Сесилия нервно усмехнулась, прекрасно понимая, что ее авторитет сейчас зависит от одного выстрела. Сэр Левод, ясно осознавая происходящее, твердо решил промахнуться.

Бросили мишени. Последовало два выстрела. Тарелочка Рыжей Мэри была пробита ровно в центре и разлетелась на мельчайшие кусочки, другая мишень раскололась на три крупных осколка. Солдаты зааплодировали, Франсуа довольно улыбнулся и, посмотрев на Конора, деловито произнес:

— Прошу отдать деньги.

— Пусть этот жулик сначала отдаст мне, что должен!

Кристофер угрожающе сделал шаг вперед, Конор не шелохнулся. Черные глаза Франсуа впились в небритое лицо молодого разбойника, и железным тоном, который заставлял даже Яна содрогаться, он произнес:

— Немедленно отдай мистеру Эскью его выигрыш.

Глаза Конора трусливо забегали, сам он как-то сжался и отступил.

— Сейчас же, — велел Франсуа, обернувшись к Кристоферу, — верни Конору деньги, что он выиграл.

Под пристальным надзором властных глаз Франсуа противники отдали друг другу деньги. После этого Конор резко повернулся и, бросив на Кристофера убийственный взгляд, ушел. В эту минуту к друзьям подошла Сесилия и поинтересовалась:

— Что произошло?

— Ничего, — буркнул доктор.

— Мэри, пойдем, потренируемся в фехтовании, — безмятежно предложил Франсуа, слегка улыбаясь и мягко беря Сесилию за локоть.

Пожав плечами, миледи Вэндэр направилась в кают-компанию.

Этим же вечером, когда склянки пробили время ужина, Кристофер, удобно устроившись на верхней палубе, с удовольствием вдыхал аромат жареного мяса. Только он хотел откусить жирный кусок свинины, как к шулеру подошел Конор и, не сводя глаз с еды, любезно произнес:

— Приятно подавиться.

— Убирайся, — прошипел Кристофер.

Конор брюзгливо фыркнул и присел рядом с доктором. Крис процедил что-то нелестное и быстро поднялся на ноги. Не успел он еще встать, как Конор подхватил тарелку мистера Эскью и впился зубами в сочное мясо. Кристофер с минуту наблюдал, как молодой авантюрист поглощает его порцию, затем криво усмехнулся и направился прочь. Вскоре Кристофер уже входил в трюм, где висели гамаки.

Кристоферу не потребовалось большого труда, чтобы найти место сна своего врага. Тут же под гамаком находились и вещи Конора. Присев на корточки, он принялся обследовать содержимое небольшого тюка. Крис не собирался ничего красть, он хотел найти нечто такое, что компрометировало бы Конора, чтобы Рыжая Мэри вышвырнула его с «Надежды». Не зная точно сам, что именно он хочет найти, Кристофер высыпал все немногочисленные пожитки Конора на пол. Перебирая вещь за вещью, он складывал их обратно.

Неожиданно позади него кто-то кашлянул. Кристофер вздрогнул и поспешно оглянулся. Позади него стоял Конор и нагло улыбался.

— Так ты еще и вор, — негромко произнес тот.

Кристофер вскочил на ноги, в этот же миг молодой разбойник выхватил из-за пояса кривой нож. Крис замер, правая рука его стремительно шмыгнула в карман. К великому сожалению, там не было ничего кроме длинной отмычки. Решив, что лучше что-то, чем ничего, Кристофер вытащил отмычку, сжимая ее так, будто в руке был кинжал.

Наступила непродолжительная, но мучительно тягостная пауза. Стремительно Конор бросился на своего врага, пытаясь поразить того в сердце. Кристофер, сжав добела руку, ударил зубцами отмычки по костяшкам противника. Конор заскулил, и рефлекторно пальцы его разжались. Закругленный нож со звоном упал на пол, Кристофер поспешно отшвырнул ногой оружие в сторону.

В тот миг, когда Конор готов был ударить медика, в трюм вошел один из матросов «Надежды». Увидев двух разъяренных врагов, он поспешно встал между ними и, посмотрев на Кристофера, сухо потребовал объяснений.

— Тебя это не касается. Уходи, — мрачно процедил тот, не спуская глаз с хитрого лица Конора.

— Касается, — отрезал тот. — Что между вами произошло?

— Уйди, это не твое дело, — еще более мрачно отозвался шулер.

Матрос вопросительно обернулся к Конору. Вместо того, чтобы еще раз повторить слова медика, Конор выдавил жалостную гримасу и жалобно просипел:

— Этот человек мечтал ограбить меня, а когда я это обнаружил, он напал на меня и хотел убить.

В качестве доказательств он продемонстрировал содранную кожу на руке и разбросанные вещи.

— Ложь! — вмешался Кристофер. — Все ложь.

— Вы двое, пройдите к сэру Леводу, — хмуро отозвался матрос. — Он вас рассудит.

— Уж он-то рассудит, — с иронией отозвался мистер Эскью.

— Я согласен, — масленым голосом сказал Конор.

Вскоре Конор и Кристофер стояли перед Эдуардом. Сэр Левод отпустил матроса и, смерив двух одинаково неприятных ему людей взглядом, холодно спросил:

— В чем дело?

— Он хотел меня ограбить и напал на меня, — пояснил Конор.

— Ложь, — отозвался Кристофер, — это он напал на меня.

— Зачем вы, мистер Эскью, осматривали вещи Конора? — тоном судьи осведомился Эдуард.

— Я скажу это только Рыжей Мэри.

Сэр Левод, которому уже надоели препирательства этой парочки и которого задели слова карманника, не выдержал и вспылил.

— Знаете, мне глубоко наплевать, что там у вас произошло! Если бы не Рыжая Мэри, я бы избавился от вас двоих! Если еще раз устроите нечто подобное, я сдержу свое слово.

— Какое слово? — окрикнула Сесилия, приближаясь к собравшимся.

— Мэри, ну наконец-то, — с искренним облегчением выдохнул Кристофер.

— Это твои люди, ты и разбирайся! — бросил сэр Левод Сесилии и, резко повернувшись, удалился.

— Что произошло?

Конор и Кристофер вновь повторили свой диалог. Рыжая Мэри коротко кивнула и, подумав несколько секунд, задала совершенно неожиданный вопрос:

— Так чего вы хотите?

— Избавься от него, пока еще есть время, — отозвался Кристофер, косясь на побледневшее лицо Конора.

— Я хочу справедливости, — заметил тот.

— Справедливости, — желчно усмехнулась Рыжая Мэри. — По справедливости, Конор, тебе веревка полагается.

— Но ведь виновен Кристофер!

Глаза Рыжей Мэри вспыхнули холодным огнем, голос стал твердым, рука легла на тщательно спрятанный эфес кинжала, однако мужчины заметили этот жест. Сдерживая гнев, она негромко заговорила:

— Я знаю Кристофера давно, а тебя всего несколько дней. Если ты дашь мне повод еще раз пожалеть, что ты оказался на «Надежде», поверь, ты долго здесь не задержишься. И если с Кристофером что-то случится, я буду уверена, что ты, Конор, приложил к этому руку.

— М-мэри, ну зачем ты так, — забормотал Конор, струхнувший не на шутку. — Я всегда относился к Кристоферу по-дружески…

Рыжая Мэри презрительно скривилась, Конор выдавил гримасу покорности и быстро отступил назад.

— Убирайся, — приказала Сесилия.

Конор не замедлил воспользоваться этим предложением.

— Спасибо, — благодарно отозвался Крис и нехотя отошел в сторону.

Сесилия проводила медика долгим взглядом. После этого вздохнула и устремила задумчивый взор на морскую гладь, такую мирную и спокойную, что на душе становилось гадко.

Через два дня штиля и суток быстроходного плавания «Надежда» приблизилась к острову, указанному Яном. Все это время, не жалея ни себя, ни других, Рыжая Мэри занималась всем тем, чем когда-то владела в совершенстве. Она фехтовала, стреляла, дралась и все время думала о Сюзи и Патрике. Она уже не боялась встречи с Яном, как в тот момент, когда получила кровавое письмо, она была к ней готова. В глубине души Рыжая Мэри даже жаждала неминуемой встречи со старым и заклятым врагом. Тяжелым молотом в голове била одна ужасающая мысль: ее семья в опасности, и никто, кроме нее, не сможет им помочь. И Ян пожалеет об этом, как жалела она, что, когда у нее была возможность, не убила его.

В это время Франсуа стоял около борта и искоса наблюдал за разговором двух беспечно болтающих солдат. Увлекшись чужим диалогом, он не заметил, как рядом с ним встал Эдуард. Чтобы привлечь к себе внимание, сэр Левод негромко кашлянул. От неожиданности Сальвино де Мальвинор вздрогнул и, быстро повернувшись, устремил на командора горящие темные глаза. От этого взгляда Эдуард невольно отступил назад. Франсуа негромко осведомился:

— Вы что-то хотели, сэр Левод?

— Нет, ничего, — задумчиво протянул тот.

Франсуа внимательно оглядел собеседника. Казалось, его пристальные глаза проникают в самую душу, извлекая на свет потаенные мысли и страхи.

— Близится встреча с Яном, — наконец произнес Асканио.

— Да, — глухо отозвался Эдуард.

— Каков ваш план, командор?

— Думаю, сотни моих людей вместе с Рыжей Мэри и мной хватит, чтобы одержать победу над пиратами.

— Значит, вы хотите войны, — сдержанно, но не скрывая сарказма, заметил Франсуа.

— А что предлагаешь ты?! — вспылил Эдуард, не выносивший насмешек.

— Узнайте незаметно, где остановилась «Победа», разбейте ее пушками. Когда наши враги будут повержены, заберитесь на корабль и найдите Патрика с дочерью.

Такого четкого и краткого ответа сэр Левод не ожидал и на мгновенье растерялся. Собравшись с мыслями и втайне восхищаясь выдержкой и умом Франсуа, он сказал:

— Сесилия на это не пойдет. Она не подвергнет свою семью такому риску.

— У нее есть план?

— Не знаю, но думаю, что нет, — со вздохом отозвался тот. — Она никогда не совершала опрометчивых поступков, но сейчас ею движут ненависть к Яну и желание освободить семью.

— У Рыжей Мэри слишком горячая кровь. Она может ее погубить.

— Франсуа, вы всегда столь хладнокровны? — не выдержал сэр Левод.

Собеседник пожал плечами, но было видно, что он польщен. Минуту спустя Эдуард сказал:

— Мы пойдем на «Победу» и достойно встретим наших врагов.

Франсуа встрепенулся и тихо, чтобы скрыть волнение, заметил:

— Ваши люди знают, что идут на смерть?

Сэр Левод нахмурился и опустил глаза. Несколько помедлив, Франсуа продолжил:

— А вы, командор, знаете, что с «Победы» не будет обратного пути?

Снова последовало молчание.

— Эдуард, разве вы не понимаете, что это ловушка? Ян больше всего жаждет, чтобы вы и Рыжая Мэри сами пришли к нему, а уж он-то вас не выпустит…

— Довольно! — жестко приказал тот и, повернувшись лицом к Франсуа, горячо заговорил. — Если нам суждено погибнуть на «Победе», то Ян не забудет нас. Я и Рыжая Мэри унесем с собой столько жизней разбойников, сколько сможем. Я не отступлюсь! Мы должны пойти на «Победу» и пойдем!

— Ваша смерть не спасет Патрика и Сюзи, — спокойно заметил тот.

Тяжело втягивая воздух, Эдуард отступил и глухо отозвался:

— Вы правы, но у меня нет лучшего плана.

В этот момент с капитанского мостика крикнули, что показался берег. Сэр Левод удрученно кивнул и направился приглашать в кают-компанию Сесилию, капитана и офицеров. Когда все собрались и Эдуард закрыл дверь, он с удивлением заметил, что рядом с миледи Вэндэр сидит Франсуа. Появление незваного гостя странно повлияло на командора. Присутствие Франсуа приободрило и несколько успокоило накаленные нервы сэра Левода.

Один из офицеров недовольно взглянул на командора и негромко спросил:

— Сэр, позвольте узнать, что эта леди здесь делает?

— Женщина на корабле к беде, — пробурчал капитан.

— Господа, прошу внимания, — громко заговорил Эдуард, собираясь с мыслями. — Хочу представить вам миледи Вэндэр, она является женой милорда Вэндэра, вероломно похищенного пиратами, и матерью девочки, также находящейся в плену у разбойников. Я считаю, что миледи Вэндэр имеет полное право присутствовать здесь, ведь речь идет о ее семье.

— Командор, — вставая, спросил капитан, — позвольте узнать, зачем миледи Вэндэр отправилась с нами? Ведь, если я правильно понял, это военная операция. Так позвольте узнать, зачем женщине высокого положения…

— Капитан, — прервал его Эдуард, — вы должны подчиняться распоряжениям, а не задавать вопросов.

Капитан недовольно фыркнул и сел на свое место. Сэр Левод продолжил, ловя на себе неодобрительные взгляды подчиненных и получив поощрительный кивок Франсуа.

— Итак, «Победа», судно пиратов, находится где-то вблизи этого острова. У них в заложниках милорд Вэндэр и его дочь. Наша задача — освободить пленников и захватить злоумышленников.

Франсуа подавил насмешливую улыбку, командор понимающе посмотрел на него и, сдержав горестный вздох, продолжил:

— Отряд в десять человек высадится на берег и найдет место, где стоит «Победа». После этого мы подойдем с наиболее выгодной для нас стороны. Затем на «Победу» обрушатся наши пушки, после чего мы дадим пиратам бой. Застав морских крыс врасплох, мы одержим победу.

Сесилия не сдержала горькой улыбки. Франсуа многозначительно посмотрел на нее и кивнул, угадывая мысли морской волчицы. Набрав в грудь воздуха, миледи Вэндэр встала. Эдуард невольно замолчал. Все присутствующие вопросительно посмотрели на молодую женщину, которая так нагло и неуважительно себя повела. Рыжая Мэри заговорила, и тон ее не был похож на речь убитой горем дамы, скорее на смертельно оскорбленного человека, который жаждет справедливой расплаты.

— Во-первых, Яна нельзя застать врасплох; во-вторых, нападение на «Победу» — безумие. На «Победе» больше пушек в два с половиной раза и, вероятно, команда тоже больше по численности…

— Миледи, что вы себе позволяете! — воскликнул один из офицеров.

— Не суйтесь туда, в чем не смыслите, — поддержал второй. — Вас здесь вообще быть не должно.

— И в-третьих, — повысила голос Рыжая Мэри, — лучше пробраться на «Победу» маленьким отрядом, освободить пленных и попытаться скрыться.

— Что?! — вскричали сразу несколько человек, возмущенные такой наглостью. — Как вы смеете оспаривать приказ командора!

— Если при спасении заложников возникнут трудности, — поддержал Сесилию Франсуа, — то «Надежда» может дать бой пиратам.

— А кто вы такой? — вспылил старший офицер.

— Я правая рука генерала Дерва, — лукаво улыбаясь, отозвался Франсуа.

Все присутствующие замолчали и с почтением переглянулись. Эдуард невозмутимо и с повиновением, подходящим чину Франсуа, спросил:

— Так что прикажете делать, сэр?

— На «Победу» проникнет небольшая группа и освободит пленных. «Надежда» должна быть готова по условленному сигналу начать бой, а в случае необходимости быстро отчалить. Кто пойдет на «Победу», решим позже.

Присутствующие в кают-компании единодушно одобрили план помощника генерала Дерва. Через несколько минут, оставшись втроем, друзья напряженно заговорили.

— Откуда ты узнал о генерале Дерве? — спросил Эдуард.

— Слышал, как его обсуждали твои подчиненные. Не забывай, я умею использовать информацию.

— Хорошо вышло, — хмыкнул тот. — Мэри, ты уверена, что этот план лучше?

— Абсолютно. Если Ян увидит, что на него нападают, он убьет Патрика и Сюзи. Не забывай, Эдуард, он назначил встречу только мне.

— Мэри, это западня! Он убьет вас всех! — вспыхнул Франсуа.

— Я знаю, — сухо и решительно произнесла Рыжая Мэри.

— Я не оставлю тебя, — отозвался Эдуард. — Если суждено, мы погибнем, сражаясь бок о бок.

— Франс, — обратилась Сесилия, — ты и Кристофер останетесь на «Надежде».

— Рыжая, ты знаешь, что я не останусь!

— Останешься. Потому что, если мы не вернемся, вы спасете мою дочь. Прошу, вызволи ее из рук Яна. Больше мне не на кого положиться.

Франсуа тяжело вздохнул и протянул Сесилии руку, она молча пожала ее.

Три часа спустя небольшая шлюпка с пятью солдатами, Эдуардом и Сесилией, чье присутствие вызвало всеобщее возмущение, встала на пенные волны. Солдаты перешептывались, косились на миледи Вэндэр, но, видя суровое лицо командира, не решались озвучить свои мысли. Медленно и, как казалось, колеблясь перед опасностью, лодка приближалась к чужому берегу.

«Победа» была спрятана за скалами так, что при приближении к ней с моря какого-либо судна оно неминуемо подверглось бы обстрелу пушек. Однако, если бы корабль обошел одну из отвесных скал, то «Победа» была бы незащищена. Но Ян был уверен, что таких безумцев, отважившихся обойти скалы, нет. «Победа» стояла возле полуразрушенного пирса, еще недавно служившего сносной пристанью.

Остановившись возле берега, люди покинули лодку и, вскинув на изготовку ружья, стали ожидать приказа Эдуарда. Вместо этого металлическим голосом, в котором не было ничего женственного, заговорила миледи Вэндэр.

— Я пойду на «Победу» в открытую, остальные должны проникнуть на нее незаметно. У вас на это не более трех минут. Найдите Сюзанну и уходите.

Видя взволнованный взгляд Эдуарда, она добавила.

— Я и Патрик сумеем выпутаться, за нами не возвращайтесь.

— Сэр, что она говорит? — не понял один из солдат.

— Выполняйте и не спрашивайте, — жестко отозвался Эдуард и замолчал.

Сэр Левод, гордый и неприступный, грозный и суровый для своих врагов, неожиданно печально вздохнул и с непередаваемой тоской посмотрел на молодую женщину. Мэри грустно улыбнулась и обреченно кивнула. Оба они понимали, что Сесилия идет на смерть и уже никогда не вернется.

Через четверть часа Рыжая Мэри, избавившись от плаща и шляпы, распустив короткие волосы, одетая в свой привычный пиратский костюм и вооруженная всеми видами оружия, шагнула на трап. Твердой и решительной походкой гладиатора перед боем она поднималась на палубу «Победы». Около трапа тут же собралась толпа пиратов. За одну минуту безлюдные палубы наполнились всей командой корабля Яна. Больше трехсот разбойников не отрывая глаз смотрели на безрассудный шаг Рыжей Мэри. Вступив на палубу, Мэри пошла по острию ножа, зная, что теперь от верной смерти ее уже более ничего не отделяет.

Криво улыбнувшись одним краем губ, она оглядела пиратов. Ни один из них не смел к ней приблизиться, хотя почти каждый держал наготове пистолет или кинжал. Рыжая Мэри, гордо подняв голову, направилась к капитанскому мостику. Разбойники, следившие за каждым ее взглядом, быстро расступались, пропуская гостью вперед. Остановившись возле места капитана, Сесилия подняла горящие ненавистью, серые решительные глаза. На капитанском мостике стоял Ян.

Жестоко и с ненавистью смерив ее взглядом, он еле заметно кивнул. В этот же момент Ардан, приставил к горлу Мэри нож, крепко обхватив ее другой рукой за плечи. Сесилия не сопротивлялась, она ожидала, что будет дальше. Спустившись с капитанского мостика, Ян посмотрел на двух других пиратов и те поспешно удалились.

Зловещее молчание японца, его уверенный ястребиный взгляд и несгибаемая спина угнетающе действовали на Рыжую Мэри и ее смелость. Медленно и от этого еще более ужасающе в ее сердце стали проникать леденящие душу длинные пальцы страха. Больше всего ее пугала не сталь у горла, не толпа озлобленных и беспрекословно повинующихся капитану разбойников, а именно суровое молчание Яна и острый, как его сабли, взгляд.

Неожиданно появились два отосланных пирата. Один из них держал за плечо бледного Патрика, приставив к его горлу кинжал, второй, обхватив за талию бесчувственную Сюзи, поднес к ее нежной шейке острое лезвие. Сесилия до крови закусила нижнюю губу, стараясь совладать с душившим ее гневом и страхом за дочь. Разбойники с Патриком и Сюзи встали в пяти шагах напротив Мэри. Ян оценивающе оглядел пленных и, встав между ними, повернулся лицом к Сесилии и зловеще заговорил.

— Знаешь, Рыжая, три с лишним года назад ты опозорила меня перед всеми пиратами, ты унизила меня, зная, что для самурая лучше смерть. Три года я ждал мщения. Наконец этот день настал, — с этими словами он рассмеялся ледяным смехом, от которого пробирал озноб. — Ты думала, что можешь обмануть меня? Глупая девчонка, я предусмотрел все! — повернувшись к команде, капитан приказал. — Привести остальных.

Последовала минутная пауза, в которую Сесилия не сводила горящих глаз с бледного и заросшего черной щетиной лица мужа и бесчувственной дочери.

Ардан, чувствуя, как напрягаются плечи Рыжей Мэри, прижал нож к ее горлу с такой силой, что выступила кровь. Сесилия почти не почувствовала этого. В этот миг на палубу привели Эдуарда, няню Сюзи и пятерых солдат. Ян приподнял лысую блестящую голову и убийственным взглядом оглядел собравшихся. Растянув узкие губы в усмешке, он произнес:

— Рыжая, ты не находишь, что наших зрителей несколько больше, чем планировалось?

Миновав двумя шагами разделяющее его и пленников расстояние, Ян вытащил одну из своих сабель, всегда хранящихся на спине и, оглядев дрожащую Панчиту, отсек ей голову. Брызнула кровь, обагряя рядом стоящих. Эдуард стиснул зубы, Патрик судорожно вздохнул. Сесилия не отрывала глаз от капитана, с облегчением подумав, что дочь без сознания. Ян подошел к солдатам, переносившим плен менее стойко, чем их командир. Японец занес саблю над следующей жертвой, солдат испустил панический крик и быстро затараторил мольбы о пощаде. Ян не стал его слушать. В несколько секунд были убиты все пятеро, палуба обагрилась алой кровью. Несколько пиратов принялись поспешно убирать тела. Патрик с отвращением отвернулся, чувствуя, что к горлу подкатывается дурнота, Эдуард плотнее сжал зубы, понимая, что он следующий.

Обернувшись к Сесилии, Ян жестоко сказал:

— Они погибли из-за тебя, Рыжая. Ты привела их ко мне, ты виновна в их смерти…

— Не слушай его! — закричал Эдуард, за что получил удар прикладом в бок.

— Ян, — сиплым от переполнявшего ее гнева голосом произнесла Рыжая Мэри. — Ты хочешь убить у меня на глазах моих близких — в этом твоя месть?

— Рыжая, ты слишком хорошо обо мне думаешь, — рассмеялся капитан. — Я прикажу привязать их к пушкам «Победы» и заставлю тебя смотреть, как поджигают порох.

Сесилия вздрогнула всем телом, Патрик сделался белее мела, обычная храбрость Эдуарда предала его. Ян продолжил:

— А тебя, Мэри, если не тронешься рассудком, мои люди доставят в Лондон. Там, обвинив тебя в убийстве мужа, командора Левода и дочери, тебя повесят, как пиратку. Скажи, когда ты отплывала, тебя еще не ловили?

Эдуард стремительно осмысливал слова Яна, глаза его бегали, ища выхода с корабля, сам он был готов сию же секунду начать драться на смерть. Тем более что он был уверен, что умрет. Так пусть от его смерти будет смысл. Нужно попытаться, пусть это даже будет последний героический поступок в его жизни.

— Эдуард, — тяжелым басом произнес Ардан, ослабляя хватку, — мне говорили, что твоя Эльза прехорошенькая. Когда тебя не станет, я оценю ее красоту по достоинству.

— Ардан, почему все хорошее достается тебе? — наигранно, разочарованно воскликнул Батлл, ухмыляясь.

— Не волнуйся, я поделюсь с тобой, а, может, и еще с кем, — расхохотался первый помощник капитана, убирая с плеч Рыжей Мэри руку и указывая на шрам во все лицо. — Эдуард, помнишь это?

Сэр Левод побагровел от гнева, глаза его налились кровью, на шее выступили вены. Он походил на раненого тигра, который перед своей смертью хочет отомстить обидчикам. На мгновенье глаза Ардана и Эдуарда встретились. Они смотрели пристально, не отрываясь и, казалось, могли убить друг друга взглядом.

В этот момент по палубам пронесся недовольный шепот, и большинство пиратов обернулись в сторону трапа. Капитан повернулся и сделал несколько шагов в сторону. Сесилия, почувствовав, что нож Ардана уже с меньшей силой прижимается к ее горлу, переглянулась с Патриком и Эдуардом, те взглядом дали понять, что готовы к последнему, отчаянному рывку. Ян злобно глянул в сторону шума.

Пружинистым шагом по палубе в сторону капитана шел Конор. Его темные, коротко остриженные волосы развевались от ветра, трусливые, бегающие глаза со страхом и угодничеством смотрели на окружавших его пиратов. Увидев плененную Сесилию, разбойник слегка успокоился, и на лице его заиграла блеклая торжествующая улыбка. Плохо понимая, что он мешает, Конор продолжал идти к капитану.

Первым не выдержал Батлл. Резким движением он вытащил пистолет и шагнул вперед, преграждая дорогу гостю. Конор замер и, переведя взгляд с Батлла на капитана, с подленькой улыбочкой поклонился и сказал:

— Сэр Ян, помните доктора Кристофера?

Ян сухо кивнул.

— Он здесь. Я думал, что вам будет приятно убить его, и запер его в кают-компании.

— Ты кто такой? — крикнули сразу несколько голосов.

— Я — Конор, искренне ваш слуга. Меня наняла Кэти, — сказал он, снова поклонившись.

— Крыса, — процедила Рыжая Мэри сквозь зубы.

Увидев потемневшее лицо Сесилии, Конор нервно и не без страха вздрогнул. Встав ближе к Батллу, авантюрист покосился на Яна.

— Пойдем, — властно приказал капитан, подходя к Конору.

За полчаса до этого.

Конор уважал и по-настоящему боялся на «Надежде» только Франсуа и Рыжую Мэри. Но прославленной разбойнице, как он считал, пришел конец, а Франсуа с безмятежным и даже равнодушным видом стоял возле борта. Солдаты были заняты в трюмах, готовя пушки и вооружаясь; матросы натягивали паруса, готовясь к какому-то сложному маневру, а капитан отчитывал медлительного боцмана. Выждав момент, когда возле Франсуа никого не останется, Конор приблизился к нему, пряча за спиной пистолет.

Услышав тихие шаги, Франсуа резко обернулся и метнул на разбойника ястребиный взгляд черных глаз. Конор выдавил улыбку и вдруг, выразив на лице смертельный испуг, указал рукой на море. Франсуа обернулся. В этот же миг Конор с силой ударил прикладом своего врага по голове и, подхватив, потащил к каютам. Несколько матросов остановились и осведомились, что произошло. Конор быстро заговорил:

— С ним случился обморок, ему плохо, отнесите его в каюту.

Матросы не заставили себя ждать. Конор, не имевший к Франсуа никаких претензий и не собиравшийся его убивать, удовлетворенно кивнул и направился в каюту доктора. Через минуту он уже открывал незапертую дверь. Кристофер, заметив краем глаза тень в коридоре, молниеносным движением сунул в карман сюртука связку отмычек. Вошел Конор. Доктор вздрогнул и, отступив назад, стал искать рукой на столе нож. Конор криво усмехнулся и, прикрыв за собой дверь, негромко спросил:

— Ну что, жаба, допрыгался? — с этими словами он наставил на шулера черное безжалостное дуло.

— Конор, убив меня, ты сильно навредишь себе, — со всем возможным хладнокровием, чтобы голос его звучал спокойно, отозвался Кристофер.

— Чем это? — с некоторым беспокойством изумился тот.

— Ты ведь подослан Яном? — с ироничной улыбкой спросил тот, бегло осматривая каюту. — Так ведь Яну я нужен живым.

— Блеф, — оскалился Конор, наводя пистолет.

— Приди к капитану «Победы» и скажи, что убил Кристофера Эскью, увидишь, что будет.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Может, я хочу насладиться еще тремя минутами жизни, — хитро улыбнувшись, заметил тот.

— Пойдешь впереди меня, попробуешь закричать, я тебя убью и сообщу солдатам, что ты — пират и намеревался убить сэра Левода.

Гордо подняв волевой раздвоенный подбородок и выпрямив почти облысевшую голову, Кристофер демонстративно вытащил руки из бездонных карманов сюртука и покинул каюту. Конор, спрятав пистолет и воровато озираясь, пошел следом. Через несколько минут на воду была спущена шлюпка. Команда «Надежды» не удостоила и взглядом людей, отправляющихся на остров. Кристофер медленно греб, осматривая своего врага и подсчитывая, сколько у него оружия. Конор, поглядывая на фрегат, держал шулера на прицеле. Достигнув берега, аферисты молча вышли из лодки и направились по шатким мосткам к «Победе». Теперь Конор шел в шаге позади доктора, плотно прижимая к его левой лопатке холодное дуло. Подойдя к страшному и внушавшему такой ужас судну с потрепанной обшивкой и спущенными парусами, Кристофер невольно замер. Лицо его побледнело, а длинные пальцы нервно задрожали. На что он надеялся, когда предлагал Конору этот план? На отсрочку? На удачу? На светлое озарение? Медик стиснул зубы и заставил себя шагнуть вперед.

Когда они поднялись по трапу, к нежданным гостям тут же подошли трое пиратов. С удивлением заметив, что один из двух мужчин держит под прицелом второго, они потребовали объяснений.

— Скажите капитану, что я привел Кристофера Эскью, — гордо объявил Конор.

Видно, это имя ничего не говорило разбойникам, тогда Конор пояснил.

— Он заклятый враг капитана Яна. Я хочу, чтобы эту гадину, — он кивнул на Кристофера, — заперли. Посторожите его, пока я обрадую капитана.

— Ян занят, — сухо отозвался один из пиратов.

— Занят? — наморщился Конор, плохо знавший нрав Яна. — Думаю, что ради такого пленника, как Кристофер, он выслушает меня.

Такое самонадеянное заявление вызвало на лицах разбойниках многозначительные улыбки.

— Хорошо, попробуй, — сдерживая злорадный смех, произнес один из них.

Сопровождаемые тремя пиратами Конор и Кристофер направились к кают-компании, где разбойники решили запереть доктора до прихода капитана. На пути им не встретился ни один пират и, отметив про себя это обстоятельство, доктор с жалостью подумал о Вэндэрах. Когда они достигли нужной двери, на мраморно бледных щеках Кристофера проступил слабый румянец и он поспешил выполнить приказ, заходя внутрь каюты. Возможность отделаться от Конора зажгла в душе Кристофера огонек надежды.

Взяв пистолет в левую руку, Конор обшарил правой карманы доктора. Вынув из них нож, несколько монет и пуль, он довольно кивнул и сорвал с гвоздика возле двери ключ. Уже покинув каюту, Конор подумал, что запереть пленного недостаточно. Трое пиратов с нескрываемым презрением наблюдали за действиями афериста. Для надежности, Конор навел на ногу Кристофера пистолет и, почти не прицелившись, выстрелил. Испустив сдавленный, полный боли крик, доктор схватился за ногу и упал. Конор запер дверь и передал ключ ожидавшим в стороне пиратам. Довольный своими действиями, он поспешил обрадовать капитана. Двое пиратов остались сторожить пленного, третий пошел с Конором.

Как только шаги затихли, Кристофер замолчал и поспешно вскочил на ноги. Довольно улыбаясь, он извлек из подкладки кармана сюртука связку отмычек и бросился к двери. Начав работу, он пробормотал:

— Глупый желторотый мальчишка. Тебе до мастерства моих рук никогда не дойти. На мое счастье, ты и стрелять-то не умеешь.

Вскоре, с характерным щелчком, дверь податливо распахнулась, и пленник выскользнул в коридор. В этот же момент один из пиратов выхватил кинжал, другой саблю. Стараясь действовать быстро и тихо, Кристофер сделал шаг вперед и сильным движением, которого от него никто не ожидал, выбил кинжал одного из врагов. Второй замахнулся саблей, но страх перед Яном придал Кристоферу и сноровки, и смелости. Подхватив упавший клинок, он увернулся от предназначенного удара и нанес свой. Кристофер был медиком и прекрасно знал, куда нужно бить. Увидев, что его товарищ упал замертво, второй разбойник кинулся на Кристофера, но тот ловким движением вонзил оружие ему в худощавую шею и бросился бежать.

Стараясь оставаться в тени и быстро, но без суетливости осматриваясь вокруг, Кристофер очутился на нижней палубе. Оглядываясь назад, пригибаясь и стараясь успокоить бешено колотившееся сердце, Кристофер побежал к трапу. Пробежать хоть и по пустой палубе «Победы» было для него жутким испытанием. Путь казался вечностью. Очутившись возле трапа, он не медля бросился бежать без оглядки вниз. Спустившись на берег, он оглянулся на корабль. На нижней палубе появились пираты; один из них показывал на вторую шлюпку, другой на приближающийся из-за скалы фрегат, третий направился к кают-компании. На «Победе» началась какая-то суета, громко позвали Ардана, послышались проклятья и стрельба. Считая, что этот шум из-за него, мистер Эскью со всех ног бросился вглубь острова, поросшего пышной зеленью.

«Победа».

Сэр Левод мрачно и тяжело взглянул на Конора. Ян еще раз оглядел своих врагов и направился следом за нежданным гостем. Шумная толпа пиратов плотным кольцом подступила к пленникам. Разбойник, державший на руках Сюзи, отвернулся, отвечая на вопрос товарища.

Эдуард переглянулся с Сесилией и Патриком, затем резко шагнул назад. В этот же миг пират, державший возле его горла нож, от неожиданности упал. В ту же секунду Рыжая Мэри ударила со всей силы Ардана локтем в солнечное сплетение, от резкой боли он согнулся пополам, Мэри вывернулась из сильных рук, выхватывая пистолеты. Метко и быстро рыжеволосая разбойница выстрелила в пиратов, держащих Сюзи и Патрика. В это время Эдуард уже с яростью размахивал шпагой, отступая к борту. Милорд Вэндэр одной рукой подхватил на руки дочь, отнимая другой шпагу у убитого командором пирата. Короткая, нежданная и смертельная схватка завязалась между тремя бесстрашными пленниками и командой Яна. Никогда еще Патрик, Эдуард и Рыжая Мэри не сражались столь яростно, стремительно и беспощадно. Все движения были быстры и точны, каждый удар или выстрел смертелен. Каждый из них знал, что не имеет права на ошибку.

— Ардан! — закричал Батлл, убегая от кинжала Рыжей Мэри.

— Мэри, надо уходить! — выкрикнул Эдуард.

— Ян вернется через минуту! — прокричал Патрик, стирая чужую кровь с лица.

Рыжая Мэри оскалилась и, выкрикнув проклятья, выстрелила в очередного врага, собиравшегося убить Патрика.

В это время «Надежда», незамеченная друзьями, вышла из-за скалистого утеса, слишком быстро приближаясь к «Победе».

— Там корабль! — закричало сразу несколько голосов.

— Открыть по нему огонь! — выкрикнул Ардан, целясь в Рыжую Мэри и не обращая должного внимания на крики подчиненных.

— Мы не можем! «Победа» стоит так, что наши пушки не заденут его.

— Тогда нужно ее развернуть. Живо!

Половина разбойников, находившихся на верхней палубе, побежала исполнять приказ. Пользуясь суматохой, неверным решением первого помощника и уменьшением численности пиратов, Эдуард, Патрик и Рыжая Мэри стали продвигаться к борту. В это время фрегат все ближе приближался к «Победе», тогда как сам прославленный корабль начал медленно и лениво разворачиваться. Для «Надежды» и ветер, и сам маневр вражеского корабля были только на руку. Через мгновенье она уже была на расстоянии пушечного выстрела.

Сесилия выхватила у убитого разбойника карабин и выстрелила в канат, держащий парус. Пуля рассекла крепкую веревку, один конец которой упал к ногам мужа. Милорд мгновенно выпустил из руки шпагу и, крепко обхватив канат, разбежался и перелетел на палубу «Надежды».

— Эд! — выкрикнула Рыжая Мэри, оттесняемая все дальше от друга.

— Ян идет! — прокричал сэр Левод. — Беги!

С горечью, кинув прощальный взгляд на Эдуарда, Сесилия за две секунды одной рукой обвязала вокруг себя тонкую веревку беседочным узлом и прыгнула за борт. В следующее мгновенье ее уже втаскивали на «Надежду» два солдата.

В этот миг «Победа» открыла пушечный огонь, и хорошо вооруженный фрегат, стоящий к боевому кораблю незащищенным носом, был вынужден прекратить сближение. Разгневанный и крайне недовольный капитан уже поднимался на верхнюю палубу. Сэр Левод, понимая, что в руках Яна его ждет мучительная смерть, отшвырнул от себя пирата, как надоедливую собачонку, и прыгнул за борт. Мимо него проносились пули, уходя в воду, кто-то метнул нож. Не щадя себя, Эдуард со всех сил плыл к спасительному берегу. В этот момент пушки «Победы» открыли огонь не только по военному фрегату, но и по берегу. Эдуард, шатаясь на разбитых в кровь ногах, оглушенный и с путающимися от удара мыслями, вылез на берег и бросился к спасительной чаще острова. Позади него клочьями взлетала земля под яростными и частыми выстрелами пушек. Падая через каждые пять шагов от силы разрыва ядер, продвигаясь вперед походкой пьяного, сэру Леводу наконец удалось скрыться за густой растительностью. Бросив печальный взгляд назад, Эдуард с горечью заметил, что «Надежда» удаляется от острова и от грозной, ужасной «Победы».

«Надежда».

— Мы обязаны вернуться за командором Леводом! — выкрикнул солдат, хватая Франсуа за запястье.

— Я уже отдал приказ. Мы отступаем и возвращаемся в Лондон, — стальным голосом произнес тот. — Или вы хотите неприятностей, рядовой?

Эти слова были произнесены с такой властностью, что солдат почтительно отступил и крикнул несколько слов капитану.

— Мы не можем бросить Эдуарда! — отирая с лица пот, перемешанный с кровью, воскликнул Патрик.

— Милорд, — сдерживая горькую усмешку, произнес Франсуа, — нас меньше, у нас меньше орудий и этот мерзавец Конор сделал брешь в пороховом трюме.

— Франсуа, это подло! — подхватила Сесилия.

— Это единственный выход, — отрезал он. — А теперь, Мэри, приведи себя в порядок, пока еще не вся команда увидела тебя в таком виде.

— Да мне плевать, кто меня увидел! — взорвалась та. — Мы не можем взять и бросить Эдуарда!

— Мы вернемся, — сдержанно отозвался он.

— Да пока мы вернемся… — начал громко возмущаться Патрик, но Франсуа, повысив голос, перебил его.

— Если вы хотите умереть, вперед! Идите, спасайте сэра Левода! Но тогда Ян убьет Сюзи, вас и всех, кто здесь находится. Вы думаете, что сбежали от него? Да вы только еще больше разозлили пиратов! Разумней пойти за подкреплением и, имея преимущество во всем, вернуться. Мэри, уходя, ты, просила меня спасти твою дочь, я это и хочу сделать.

— Ладно, — с тяжестью на сердце отозвалась Рыжая Мэри.

Подгоняемая попутным ветром, «Надежда» направлялась к далеким берегам Англии.

Чувствуя неминуемую расплату за то, что они упустили врагов, большинство пиратов поспешили в пороховые трюмы или на верхушки мачт. Более глупые и менее предприимчивые остались на палубах, с интересом ожидая возвращения Яна.

Медленно втягивая воздух расширяющимися ноздрями, Ян шагнул к Ардану. Узкая бородка капитана подрагивала, глаза горели убийственным, мрачным огнем гнева, тонкие губы злобно сжались, на гладком, блестящем на солнце лбу образовалась суровая морщинка. Механически Ян поднял руку и вытащил из-за спины кривую, блестящую на солнце, изогнутую саблю. Первый помощник капитана, свирепый и мускулистый Ардан, рядом с высоким японцем казался провинившимся гимназистом.

— Я жду объяснений, — потребовал капитан.

Желая отвратить от себя неминуемый гнев, Ардан жестко и немилосердно посмотрел на своего помощника. Пират, чувствуя на себе убийственные взгляды сразу двух главарей, попятился назад и, неуверенно кашлянув, огляделся по сторонам. На глаза ему попался Конор, с интересом рассматривавший бак. Желая выслужиться и боясь быть убитым, флибустьер с еще большим негодованием, чем Ардан, произнес, указывая на гостя.

— Он виновник.

Ян, Ардан, его помощник и еще с дюжину не менее враждебных глаз, причастных к бегству врагов Яна, устремились на Конора. Тот сдавленно усмехнулся и отступил. Капитан обернулся и властно приказал схватить виновника. В тот же миг Конор был схвачен.

— Из-за тебя они сбежали, — медленно проговорил капитан. — Ты умрешь так, как должны были погибнуть мои враги. — Повернувшись к стражам Конора, он крикнул: — Привязать его к пушке.

Пираты поволокли бледного, со стучащими зубами, Конора на верхнюю палубу, Ян шел следом. Опомнившись и понимая, что его жизнь норовит вот-вот оборваться, высокий и худой разбойник отчаянно закричал:

— Но ведь меня наняла Кэти!

— Хоть сам король Георг, — хохотнул капитан. — С Кэти я разберусь.

От этого смеха желудок Конора свело судорогой, а сердце глухо упало.

— Сэр, я могу вам пригодиться… Я знаю все о Рыжей…

— Я тоже, — блеснул глазами Ян, поправляя черное атласное кимоно.

Процессия уже миновала лестницу и двое разбойников начали подталкивать Конора к чугунной, уже заряженной пушке. От вида этого предмета мысли пленника заработали с новой силой, и он громко выпалил:

— Я знаю этот остров, его жителей, как часто сюда ходит корабль с провизией! У меня есть карта поселения!

— Остров необитаем, — холодно заметил капитан, давая знак пиратам остановиться.

— Английские колонии поселились здесь два с половиной года назад…

— Продолжай.

— Пощадите, и я скажу все, — умоляюще и жалобно заскулил Конор.

— Говори!

— Поклянитесь, что не убьете, — выпалил тот, падая на колени. — Все, что произошло, — жестокая случайность! Я всецело на вашей стороне!

Капитан презрительно отвернулся. В этот момент подошел Ардан и произнес капитану на ухо несколько слов.

— Хорошо, — скрипя зубами, произнес Ян, — сегодня ты не умрешь.

— Благодарю! — закричал Конор, распластываясь по палубе.

Ян с отвращением глянул на Конора и тихо сказал первому помощнику:

— Распорядись, чтобы никто из команды не ходил в поселение. Пока мы все не выясним, люди не должны знать о нашем присутствии. — Подумав немного, он добавил, — Рыжая вернется, я в этом уверен, она не бросит своих друзей, воспользуемся же этим. Найти докторишку и командора.

Ардан кровожадно оскалился. Заметив это, Ян растянул тонкие губы в улыбке и сказал:

— Можешь делать с ними все, что захочешь, но не убивать.

Остров.

Медленно и с невыносимым усилием Эдуард поднял отяжелевшие веки и приподнялся на локтях. Он лежал посреди густых полутропических зарослей леса, мышцы у него болели, голова раскалывалась, многочисленные ушибы и ранения ныли. Мысли путались, каждый вздох отдавался болью, тяжелым молотом било в висках. Резко выдохнув, командор сел и тут же ощутил жгучую боль в правом боку. Быстро опустив глаза, он увидел, что бок его перевязан бурой от сочащейся крови повязкой.

— Проснулся?

Послышался резковатый и насмешливый голос позади. Сэр Левод обернулся и увидел Кристофера, с интересом наблюдавшего за ним.

— Ты?! — воскликнул Эдуард, не в состоянии вымолвить большего.

— Если бы не я, ты бы давно кровью истек, — мрачно сообщил медик. — Где остальные?

— Они на «Надежде», идут на всех парах в Лондон.

— Что?! Нас бросили?!

Эдуард проглотил ком в горле и величественно ответил.

— Я отдал им приказ уходить.

— Ты?! Приказ?! — иронично воскликнул Крис, нервно протирая очки.

— Тебе что-то не нравится?

— Нас бросили!! Рыжая нас бросила… Привезла сюда, к Яну, и бросила!

— Они ушли, потому что иного выхода не было.

— Может, и так, но уж точно не потому, что ты приказал отступить, — язвительно заметил доктор, поднимаясь на ноги.

Эдуард тоже встал и, сделав шаг к Кристоферу, надменно заметил:

— Интересно, когда мы сражались за свои жизни, в какой конуре ты отсиживался?

— Ты, наверно, мечтал, чтобы меня убили? — процедил тот, приближаясь к сэру Леводу. — А может, сам хотел это сделать?

— Не скрою, три года назад я с удовольствием бы тебя повесил.

— Я тебе жизнь спасаю, перевязываю… — иронично протянул мистер Эскью, отступая, — хорошая благодарность, ничего не скажешь, командор.

— А я не просил тебя ухаживать за мной! — резко заметил Эдуард.

— Отлично, в следующий раз я оставлю тебя умирать.

Кристофер с таким презрением смерил взглядом сэра Левода, что тот невольно опустил глаза. Наступило тягостное и продолжительное молчание. Первым прервал его Эдуард, чувствуя, что слегка погорячился.

— Рыжая Мэри вернется, я уверен.

— Тогда зачем она уплыла? — безучастно спросил тот.

— Чтобы набрать большую команду и с численным превосходством вернуться. Уверен, через несколько дней она появится…

В этот момент послышались тихие и осторожные шаги. Мужчины переглянулись и спрятались за куст. На поляну, где они находились, вышла девушка, закутанная в плащ. Не замечая постороннего присутствия, она присела на корточки и, откинув капюшон, начала срезать какое-то растение.

Эдуард, мертвенно бледный, скосил глаза на Кристофера и почти беззвучно произнес:

— Это невозможно, я видел, как они отплыли…

— Это она… — одними губами отозвался тот.

Сэр Левод резко встал и в два шага приблизился к девушке. Незнакомка, услышав шаги, обернулась, но, увидев забрызганного кровью и перевязанного мужчину, испуганно вскрикнула и упала на спину. Не обращая внимания на то, что волосы дамы были длиннее, чем у Сесилии, на ее более юный возраст и на ее испуганный вид, Эдуард радостно улыбался. Подав руку, он довольно произнес:

— Ну, Рыжая, это поразительно! Я ведь был уверен, что вы уплыли, — видя, что девушка, не подав ему руки, поднялась, он осекся.

Выйдя из-за куста, Кристофер встал рядом с Эдуардом и, обращаясь к незнакомке, проговорил:

— Прошу прощения, мисс, за это недоразумение. Мы вас перепутали с одной нашей знакомой. Извините за недостойное знакомство.

— Разве можно обращаться к даме словами «рыжая»? — высокомерно вскинула брови та, поправляя свою прическу.

Эдуард, пораженный внешним сходством, с горечью подметил, насколько сильно отличается высокий голос этой дамы от звучного, повелительного тона Сесилии.

— Разрешите представиться, — улыбаясь самой любезной улыбкой, проворковал Кристофер, — мистер Эскью.

— Сэр Левод, — сдавленно отозвался Эдуард.

— Мисс Увильф, — выдавила кислую улыбку собеседница. — Откуда вы здесь?

— Э-э, как командор…

— Мы путешественники, — прервал Эдуарда Кристофер. — Но на нас напали разбойники, поэтому наш вид несколько изменился.

— Ну да, — недоверчиво отозвалась та, оглядывая вооруженных мужчин.

В этот миг из глубины острова послышался низкий голос:

— Луиза, сколько тебя можно ждать?

— Я здесь, отец, — крикнула мисс Увильф, оборачиваясь назад.

Через минуту к ним подошел невысокий, седой, достаточно крупный мужчина. Увидев, что его дочь не одна, он приосанился и сухо произнес:

— Я губернатор этого острова и требую, господа, чтобы вы немедленно представились и объяснили, почему, прибыв в колонию, вы не явились сразу ко мне.

Сэр Левод величественно выпрямился и с чувством собственного достоинства ответил:

— Я — командор его величества Георга, сэр Левод. А это врач — мистер Эскью. — Слово «врач» Эдуард произнес с уловимой лишь Кристофером насмешкой. — С какой мы здесь целью, вас не должно касаться. Скажу лишь, что мы избавляем землю от ненавистных всем пиратов.

— Сэр Левод, прошу прощения за недостойный прием, — почтительно отозвался губернатор. — Надеюсь, вы не откажетесь посетить наше скромное жилище?

— Спасибо за приглашение, мы с радостью его примем, — поспешил сказать Кристофер, боясь, что Эдуард откажется.

Губернатор, довольный, что может угодить столь высоким гостям, улыбнулся и сказал:

— Можете располагать мной, как вам будет угодно. Да, и если вас это не оскорбит, можете называть меня просто Гордон.

Эдуард коротко кивнул, опасливо вслушиваясь в голоса на берегу.

— Вы уже познакомились с моей дочерью Луизой?

— Да-да, — отозвался сэр Левод, ясно слыша голос Ардана вдали. — Ну что ж, вы были любезны предложить нам кров, мы с удовольствием согласились…

Гордон понял прямолинейный до неприличия намек и повел гостей по знакомой лишь ему тропе. Грозные голоса пиратов оставались далеко позади. Эдуард облегченно выдохнул, выпуская рукоять шпаги из побелевших от напряжения пальцев.

Четверть часа спустя путники очутились в небольшом селении, которое составляли два или чуть больше десятка домов, несколько сараев и протоптанные дороги. Здесь проживало меньше сотни человек. Губернатор этого острова прошел к отдаленному двухэтажному, самому богатому дому и, улыбнувшись, пригласил гостей внутрь.

Кристофер и Эдуард поспешно прошли в дом, их провели в столовую. Чересчур пышная мебель и вычурные картины были безвкусно расставлены в комнатах, аляповатые вазы в изобилии стояли в гостиной, подчеркивая, что у хозяев отсутствует чувство меры и вкус. Дешевые и помпезные вещи, казалось, были выставлены специально на самые видные места. Больше всего обстановка дома характеризовала губернатора как человека, вырвавшегося из бедности и стремящегося показать гостям свой достаток.

Вскоре гости и хозяин дома уселись в столовой, Луиза начала поспешно подавать на стол уже готовую еду. Кристофер неловко поежился, Эдуард скованно кашлянул и попытался начать беседу.

— Милый у вас домик. А где же хозяйка? Нам бы хотелось познакомиться.

— Моя жена умерла, — со вздохом заметил Гордон.

— Наши соболезнования, — произнес скорбно Кристофер, с любопытством оглядывая Луизу. — Скажите, а эти чудесные волосы ваша дочь унаследовала от матери?

— Да, — сдержанно отозвался губернатор.

Кристофер кивнул, обдумывая новую мысль. Эдуард начал говорить что-то о службе, но, казалось, его никто не слушал. Через несколько минут Луиза села за стол и начался обед. Полный седоволосый губернатор сидел напротив Эдуарда, а его юная дочь напротив доктора.

— Скажите, а ваша колония сообщается с материком? — совершенно не к месту поинтересовался сэр Левод, перебивая рассказ губернатора о дождях.

— Да, раз в месяц к нам приходит корабль, — удивленно протянул Гордон, задетый таким бесцеремонным обращением.

— И когда он придет следующий раз? — оживился Эдуард.

— Дней через десять-двенадцать.

— Да, к этому времени нас уже не будет, — горестно выдохнул Кристофер, занятый теми же мыслями, что и сэр Левод.

Луиза удивленно вскинула бровь. Эдуард вынужденно рассмеялся:

— Мы уедем раньше, хотел ты сказать.

Луиза перестала есть, слегка наклонила голову набок, усмехнулась левым уголком губ и, прищурив правый глаз, пронзительно посмотрела на Кристофера. Доктор вздрогнул, от этого пристального взгляда по спине у него поползли мурашки. Этот жест был только у Сесилии, и смотрела она так только перед тем, как броситься в атаку. Сходство было настолько очевидно, что мистер Эскью не сдержался и спросил:

— Мисс Увильф, а у вас, случайно, нет сестры?

На этот раз вздрогнула Луиза. На мгновенье лицо Гордона исказила гримаса, но он совладал с собой и, опустив глаза, спокойно ответил:

— Нет, мистер Эскью, Луиза — единственная моя дочь. А почему вы интересуетесь?

— Да, Кристофер, почему? — ехидно спросил Эдуард, которому было крайне интересно, как тот выкрутится.

— Просто во Франции я встречал даму, очень похожую на вас, — улыбнулся сэру Леводу Крис. — Кажется, она работала кухаркой или кем-то в этом роде.

— Многие люди похожи друг на друга, — заметил Гордон.

— Да, — подхватил Эдуард. — Скажите, мисс Увильф, а что вы делали в лесу?

— Я увлекаюсь ботаникой, — холодно отозвалась та. — Я люблю заваривать травы, смешивать настои, делать лечебные отвары. Люди приходят ко мне за лекарствами, я их лечу.

— Странное увлечение для дамы, — протянул медик.

— Я знал дам и с более странными увлечениями, — отпарировал Эдуард.

— Мисс Увильф… — начал Кристофер.

— Называйте меня Луизой, я так не люблю официальности, — хмыкнула та.

— Луиза, а вы умеете готовить яды?

Хозяйка дома чуть заметно побледнела, губернатор многозначительно кашлянул, посмотрев на командора. Эдуард не заставил себя ждать.

— Мистер Эскью, как вы можете предполагать, что эта хрупкая леди может заниматься такими мерзостями?!

— Простите меня, мисс, — любезно извинился тот, бросая косой взгляд на спутника. — У меня был чисто профессиональный интерес, я ведь врач.

— Господа, — произнес Гордон, поднимаясь из-за стола, — прошу извинить, но мне с дочерью нужно ненадолго отлучиться. Мы скоро вернемся.

Степенно и с достоинством хозяева прошли в гостиную, оставляя гостей одних. Как только дверь за ними закрылась, Кристофер быстро зашептал:

— Эдуард, ты понимаешь, у кого мы в доме? Это же тот самый Гордон, отчим Рыжей Мэри. Она про него рассказывала. А Луиза, получается, сводная сестра…

— В отличие от тебя, Кристофер, я это давно понял. Но не нужно так откровенно выдавать себя. Зачем ты намекнул на сестру?

— Говоришь, Рыжая сюда вернется? — усмехнулся тот. — Хотел бы я посмотреть на эту встречу родственничков.

— Меня сейчас больше волнует команда «Победы». Они знают, что мы на острове. И Ардан с Яном не успокоятся, пока не найдут нас.

В этот момент вернулись радушные хозяева и проводили гостей в гостиную. После получасового однообразного и скучного разговора Луиза удалилась в свою спальню. Губернатор, желая угодить командору, предложил ему переодеться и снять с себя оружие.

— Спасибо, — непринужденно улыбнулся сэр Левод. — Но за годы службы я так сроднился со шпагой и прочим, что не могу с ними расстаться.

— Командор даже дома ходит вооруженным, — поддержал Кристофер, опасавшийся скорой встречи с Яном.

— Как хотите, но чистую сорочку я вам дам.

Эдуард благодарно кивнул. Остаток дня они провели в тягостном и напряженном ожидании прихода по их души пиратов. Но эти ожидания не оправдались и вечером. Немного успокоенные, гости начали готовиться ко сну в выделенной для них гостиной на втором этаже. Сэр Левод уже погасил свечу и улегся на диване, когда в соседней комнате послышались тихие голоса. Кристофер насторожился и прислушался. Голоса хозяев стали еще тише. Тогда шулер разулся и тихо, как профессиональный вор, выскользнул за дверь. Очутившись возле комнаты, где находились хозяева, он прильнул к стене и, почти не дыша, прислушался.

— Они что-то знают, — пробормотал коренастый Гордон. — Они не случайно завели речь о Лоре и ее дочери.

— И что с того? — хмуро осведомилась Луиза.

— Ты думаешь, они случайно пришли к нам? Этот командор прислан, чтобы высмотреть, вынюхать и сместить меня с поста губернатора.

— Отец, почему тебя должны сместить? — холодно спросила она. — Ведь Лора Лоунфер умерла от разрыва сердца, это подтвердил врач. Неужели ты забыл, что это несчастный случай?

— Я поражаюсь твоему хладнокровию, Лу. Но я обеспокоен не этим. Я уверен, что с этой стороны к нам не подкопаться. Что, если они узнают о судьбе твоей сводной сестры? Будет скандал. А скандал — опасная штука, если ты занимаешь пост губернатора.

— Они не сумеют узнать, — почти беззвучно произнесла Луиза. — Ведь ты сам это говорил. Даже Лора соглашалась, что о Сесилии нужно помалкивать.

— Почему ты не называешь ее матерью?

— Лора Лоунфер не любила меня, она всегда сравнивала меня с этой выскочкой, с сестрой, которую я в глаза не видела.

— Лу, ты же была внебрачным ребенком моей родной сестры и отца Сесилии, — произнес губернатор. — Когда они погибли во время шторма и выяснилась вся правда о твоем происхождении, я был вынужден сделать предложение Лоре и выдать тебя за ее дочь. Тем более что ты была так похожа на свою сестру. Правда, мне потребовалось некоторое время, чтобы избавиться от нее. Но вспомни, хоть Лора и не была твоей матерью, она любила тебя и заботилась о тебе так же, как о Сесилии.

— Ты говоришь о ней с такой теплотой, — презрительно отозвалась Луиза. — Но ведь ты, отец, предложил мне два года назад приготовить для нее яд.

— Она начала высказывать слишком много недовольства, — прошептал губернатор, и в голосе его более не слышалось сожаления. — Главную свою задачу она выполнила, признала тебя своей дочерью. Когда мы с ней поженились, я тебя удочерил, у меня же не было своих детей, — со вздохом прибавил он. — А в наследнике я нуждался.

— Так что с нашими гостями? — резко прервала Луиза поток признаний.

— Держаться учтиво и помалкивать. Если они не те, за кого себя выдают, и приехали сюда, чтобы разоблачить нас, то мы должны быть гостеприимными и радушными.

— Как прикажете, отец, — с ноткой недовольства в голосе произнесла та.

Кристофер, скорее почувствовав, чем услышав шаги, бесшумно метнулся к гостиной и, поспешно захлопнув за собой дверь, перевел дыхание. Заметив, что Эдуард уже спит, Крис горько кивнул и прошептал:

— Хороша семейка. Сдается мне, что Рыжая Мэри по сравнению с Луизой добрейшей души человек.

Полночи Кристофер не мог уснуть, прислушиваясь к шумам за окном и зловещей тишине дома. Разговор хозяев упорно не вылетал у него из головы. Не выдержав потока мыслей, он растолкал Эдуарда и произнес:

— Эдуард, мы хоть и не друзья, но и не враги. Слушай, что я узнал.

Пробудившись на утро после напряженной ночи, Кристофер и Эдуард наскоро оделись и принялись чистить оружие. Немного успокоившись от этой процедуры, они покинули спальню. После завтрака, в обществе Гордона, доктор и командор удобно расположились в гостиной. Потягивая крепкий чай, губернатор поселения чувствовал, что необходимо начать разговор, чувствовал, что требуется какая-то пустая и не обязывающая ни к чему тема, но не мог ее найти. Он робел перед напряженным и решительным лицом Эдуарда, не в силах заговорить. А вид оружия сэра Левода заставлял его каждый раз улыбаться еще дружелюбней. На счастье, затянувшееся молчание нарушил Кристофер.

— Скажите, а вашей дочери здесь не скучно?

— Почему мне должно быть скучно? — холодно спросила Луиза, заходя в комнату и присаживаясь рядом с губернатором.

— Не знаю, — протянул мистер Эскью, уже пожалевший о своей фразе. — Уединенный остров, деревня. Ни балов, ни гостей. Нет никаких светских развлечений.

— Они мне не нужны.

Луиза с таким презрением и насмешкой окинула взглядом медика, что Кристофер поежился. На миг ему показалось, что на него смотрит Ян, а не молоденькая барышня. Почувствовав создавшееся неловкое положение, Гордон небрежно взял в руки колоду карт и, дружески взглянув на Криса, предложил:

— Может, сыграем?

Не успел тот согласиться, как Эдуард решительно отрезал:

— Мистер Эскью не играет.

— Что? — ошеломленно вымолвил шулер.

— К сожалению, — хмуро добавил сэр Левод, многозначительно кашлянув.

Гордон вздохнул и отложил карты на журнальный столик. Неожиданно Эдуард вспомнил мучавший его со вчерашнего дня вопрос.

— Скажите, Гордон, почему порт на вашем острове в таком плохом состоянии?

— Порт? — иронично улыбнулся тот. — Вы имеете в виду полуразвалившийся пирс? Все просто. Два месяца назад был сильный шторм, он все и разрушил. Теперь от порта остался лишь один мосток, да и тот еле стоит.

— Для «Победы» его хватило, — прошептал Кристофер Эдуарду.

— А как же торговое судно, о котором вы говорили? — изумился командор. — Почему они не восстановили порт?

— Обещали заняться этим при следующем визите, — отозвался губернатор.

В этот момент в дверь громко и требовательно постучали. Луиза быстро поднялась и поспешно направилась в прихожую. Гости ожидающе замерли. Тихо скрипнула входная дверь, и послышался до ужаса знакомый голос Ардана.

Рука сэра Левода невольно легла на эфес шпаги, с которой он отказывался расстаться, пальцы Кристофера скользнули в карман, где лежал короткий нож. Говорили тихо, к тому же Гордон, видя напряжение гостей, начал что-то громко рассказывать, слов Ардана было невозможно различить. Звонко цокая каблуками, в комнату вернулась Луиза с горящими от возмущения щеками. Крис побледнел и крепко сжал рукоять ножа.

— Отец, там гость, хочет вас видеть, — пояснила Лу.

Гордон поспешил к двери. Эдуард, стараясь обуздать накатившие на него эмоции, встал и, насвистывая что-то под нос, подошел к окну. Осторожно и как бы невзначай отодвинув штору, он выглянул на улицу. Ему потребовалось меньше мига, чтобы опустить штору и поспешно отшатнуться в сторону.

— Сэр Левод, что с вами? — поинтересовалась хозяйка.

— Солнце в глаза попало, — напряженно выдавил улыбку Эдуард, которая показалась Луизе мученической.

Присев рядом с Кристофером, он тихо прошептал:

— На улице еще трое.

Доктор с отчаянием выпустил из побелевших от напряжения пальцев ножик и, не отдавая себе отчета, взял со стола колоду карт и принялся их тасовать. Прошла мучительно долгая, тягостная минута ожидания. Наконец в гостиную зашел Гордон. Все присутствующие, как по команде, резко обернулись. Губернатор слегка улыбнулся и непонимающе посмотрел на лихорадочные, привыкшие к картам руки шулера. Кристофер уловил взгляд и отбросил карты.

Гордон не спешил говорить, вальяжно плюхнувшись в кресло, он протянул:

— Мистер Эскью, вы же, вроде, не играете в карты…

— Я фокусник, — напряженно отозвался тот. — Не играю, но с картами знаком.

— Вы же говорили, что врач.

— Это так. Фокусы — мое увлечение.

— А-а, — протянул Гордон с плохо скрытым недоверием.

— Отец, кто этот человек?! — не выдержала Луиза.

— Он назвался подданным его величества. Сказал, что на наш остров сбежали двое преступников. Просил сообщить ему, если что-то узнаю.

— И что ты сказал? — не отрывая напряженных глаз от гостей, осведомилась Луиза.

— Правду. То, что никаких преступников не видел и не знаю. А вы, командор, не знаете?

— Я же вам говорил, что мы здесь с целью поимки пиратов. Возможно, этот человек был послан сюда с той же целью.

— Так, может, пригласить его? — серьезно спросил Гордон, уже поднимаясь.

— Нет! — воскликнул Кристофер, лихорадочно перебирая в уме пути отступления.

Луиза усмехнулась, губернатор замер, ожидая пояснений.

— Мистер Эскью хотел сказать, — осторожно подбирая слова, начал Эдуард, — что не стоит приглашать совершенно незнакомого человека в дом.

— Незнакомого? Бросьте, Эдуард, мы с вами тоже не были знакомы… — чересчур добродушно улыбаясь, ответил Гордон, направляясь к двери.

— Нет! — вскричал Кристофер, вскакивая на ноги. — Послушайте, сэр. Я… я его знаю и… мы не очень ладим. Я смертельно боюсь его! Мы поссорились еще давно. Это старая вражда… Прошу, не приглашайте его!

Гордон медленно сел. Луиза, не отрывая своих колючих глаз от гостей, о чем-то напряженно думала. Кристофер поежился. В присутствии этой девушки доктор чувствовал себя так же, как рядом с Конором или Арданом. Эдуард неодобрительно покосился на Кристофера, в душе радуясь, что встреча с заклятым врагом миновала.

— Скажите, — наконец произнес губернатор, — кто сюда приходил?

Стараясь удержать на одном объекте неистово бегающие глаза, Кристофер выдавил улыбку. Мысли носились бешеным вихрем, но подходящих не было. Вскоре он уверенно заговорил:

— Я не знаю, кто он и откуда. Могу сказать лишь одно, он — мой враг.

— Сэр Левод? — вопросительно посмотрел Гордон.

— Я ничего об этом не знаю, — шутливо отозвался Эдуард.

Кристофер негодующе скрипнул зубами, злясь, что Эдуард не хочет ему помочь. Гордон бросил несколько банальных фраз, после чего вежливо откланялся и поднялся на второй этаж. Через минуту Луиза проследовала вслед за отцом. Оставшись наедине, Кристофер горячо зашептал:

— Что, так сложно было поддержать меня?

— А ты не мог сдержаться? Или хотя бы что-то поумней придумать? — огрызнулся Эдуард.

— Послушай, Эд, нам надо убираться отсюда! — не обращая внимания на колкость, проговорил мистер Эскью.

— Куда уходить? На «Победу», к Яну?! Или шататься по поселению, в поисках ночлега получше? Нет, Кристофер, нам некуда идти… Пока не придумаем, как покинуть остров, придется жить здесь.

— Эдуард, — стараясь удержать внутреннее негодование и говорить убедительно, произнес доктор, — после услышанного разговора я с опаской ем и пью. Мне страшно здесь даже спать. У меня такое чувство, что мы живем в доме друзей Яна. Послушай, здесь нельзя оставаться. Я нутром чую, что нас продадут пиратам.

— Так уходи! — вспылил сэр Левод, мучаемый подобными мыслями, но стыдясь признаться в этом даже самому себе. — Беги, раз боишься! Трус!

— Я не доставлю тебе такого удовольствия, — прошипел тот.

Эдуард резко выдохнул и замолчал. Тишина нарушалась лишь скромным, почти беззвучным тиканьем настенных часов. Выдержав паузу, сэр Левод добавил уже другим тоном.

— Надо держаться вместе.

Кристофер презрительно скривил губы и отвернулся.

Подгоняемая попутным ветром необычайной силы, «Надежда» вошла в Лондонский порт днем третьего дня. Было решено, что вопрос о большем судне или хотя бы увеличении команды займет весь оставшийся день. Поэтому основная часть команды и почти все военные разбрелись по кипящему жизнью порту. Франсуа и милорд Вэндэр должны были вести переговоры, но перед этим отправить Сюзи к сестре Патрика.

Последний раз поцеловав рыдающую дочь, Сесилия передала ее на руки мужа и, стерев со щеки одинокую и горькую слезу, кивнула. Через четверть часа мужчины стояли около двери скромного чистого дома. Патрик непонимающе посмотрел на Франсуа, тот коротко пояснил:

— Здесь живет женщина, она мне обязана по гроб жизни, очень надежна. Мы отдадим ей малышку, пусть доставит ее в Уэльс к твоей сестре.

— Совершенно незнакомому человеку? — возмутился милорд.

Франсуа, не объяснив, постучал. В ту же минуту дверь открылась и на пороге появилась высокая бледная дама. Увидев гостей, она просияла и радостно всплеснула руками. Франсуа деликатно улыбнулся и заговорил:

— К тебе есть дело, Вероника.

— Что угодно, Сальвино де Мальвинор Асканио? Я все сделаю, как прикажете.

— Эта малышка моя племянница, — медленно произнес он. — Ты должна как можно скорей доставить ее по этому адресу, — Франсуа протянул женщине бумажку. — Отдашь ее в руки мисс Вэндэр. Если с ребенком что-то случится, ты ответишь передо мной, — с этими словами черные глаза Асканио загорелись опасным огнем. — Если кто-то узнает от тебя об этом адресе или о девочке…

— Я все поняла, сэр, — прошептала дама с таким страхом, что Патрику стало ее жаль. — Я все сделаю, как вы приказали. Мы покинем Лондон через час.

Франсуа кивнул и, откинув назад черные как смоль волосы, пошел от дома. Патрик прижал всхлипывающую Сюзи и, поцеловав в лоб, отдал даме. Вскоре путники очутились около четырехэтажного длинного здания, построенного полукругом, с множеством выходов и входов. Патрик знал это место, здесь находились кабинеты высоких людей, генералов, здесь работал полковник Штефард и периодически появлялся Эдуард.

— Мы идем к генералу Дерву, — пояснил Франсуа.

— Лучше бы к полковнику Штефарду, — заметил милорд Вэндэр, оглядывая стоящих рядом трех господ. — Он наш друг. Жаль, что он уехал.

— Необычайное совпадение, — иронично улыбнулся Сальвино де Мальвинор и собрался идти, но милорд Вэндэр удержал его за руку и знаком заставил замолчать.

Франсуа удивленно вздернул брови, тогда Патрик многозначительно кивнул на стоящих рядом людей. Друзья замолчали и прислушались к громкому разговору господ.

— Не может быть… Чтобы миледи Вэндэр! Это розыгрыш. Почему на него обратили внимание? Такие письма приходят в контору десятками.

— Я узнал это от самого секретаря генерала, — шепотом пояснил рассказчик. — Я слышал, что на фрегат уже отправлены люди для выяснения всей правды. Знаете, кто возглавляет операцию? Сам Стэнли Вуд, сын генерала.

Патрик сжал зубы и, с ненавистью посмотрев на господ, прошептал другу:

— Я иду на «Надежду». Видимо, нам не придется рассчитывать на помощь.

— Я все же попытаюсь.

— Хорошо. У тебя полчаса. Боюсь, как бы нам не пришлось уплывать раньше.

— Через полчаса я буду на корабле.

С этими словами мужчины поспешно разошлись, каждый из них боялся только одного — что уже слишком поздно что-то исправить.

«Надежда».

На палубах уже не было ни одного человека, только десяток матросов, которым некуда было идти и нечем заняться, о чем-то спорили в трюме. Сесилия, переодевшись в простое серое платье и сняв все оружие, стояла на верхней палубе, сосредоточенно обдумывая дальнейшие действия.

В этот момент на военный фрегат поднялись двенадцать солдат, впереди них шел самоуверенный, с надменно поднятой головой и презрительными глазами, молодой человек. Его светлые волосы были аккуратно уложены, сапоги тщательно вычищены, одежда сверкала роскошью. Гордая осанка говорила многозначительней его вида. Казалось, что на палубу ступил сам король. Нежданные гости остановились на нижней палубе, а их командир поднялся наверх и, подойдя к Сесилии, остановился, будто ожидая чего-то.

Он не спешил говорить. Сэр Вуд знал, что если он ошибется, будет грандиозный скандал; однако, если он прав, то Рыжая Мэри может и убить его. Поэтому, не решаясь начать щепетильный, но неизбежный разговор, он переминался с ноги на ногу, пристально осматривая миледи Вэндэр.

— Чем обязана такой чести? — величественно и непринужденно поинтересовалась Сесилия, вспоминая угрозы Яна.

— Миледи Вэндэр, позвольте узнать, вы случайно никогда не меняли имени? — несколько нервозно осведомился Стэнли.

— Что за странный вопрос? — с наивным удивлением испуганно спросила та, готовясь в любой миг к неожиданной атаке и собираясь с мыслями.

— Миледи, — скованно улыбнулся сэр Вуд, — у нас есть основания требовать у вас ответа. Ответьте, ведь это же не тайна.

«Требовать», мысленно подчеркнула Сесилия, прикидывая, что может быть известно этому человеку.

— Конечно, нет, — светски рассмеялась она. — У меня всегда было одно имя, Сесилия Вэндэр, по отцу Лоунфер.

— Миледи Вэндэр, — с уважением, но разочарованно произнес тот, — позвольте одну просьбу, и я больше не буду вам докучать. Одно доказательство, и вы больше никогда меня не увидите.

Сесилия подметила, что этот гордый молодой человек уже не чувствует себя королем. Плечи его опустились, спина ссутулилась, однако глаза остались столь же высокомерными и уверенными в своей непоколебимости.

— Доказательство? — улыбнулась она.

— Да. Прошу, покажите ваше правое запястье.

— Конечно, — просто отозвалась миледи Вэндэр, пристально вглядываясь в бегущего к причалу мужа.

Медленно даже для знатной особы, как заметил сэр Вуд, Сесилия начала расстегивать пуговицы на манжете. Патрик взбежал по трапу и что-то недовольно спросил у солдат. В этот миг миледи Вэндэр схватилась левой рукой за сердце, издала жуткий стон и тяжело дыша повалилась на палубу. Сэр Вуд в испуге стал обмахивать бедную женщину накрахмаленным платком. В этот время Патрик подбежал к Стэнли и, отодвинув сына генерала, заботливо склонился над женой.

— Что с ней? — с испугом воскликнул он.

— Я не знаю, — растерянно проговорил сэр Вуд, стирая набежавшие капли пота. — Вероятно, солнечный удар, у женщин при таком солнцепеке это часто случается.

— Я отнесу ее в каюту, — властно произнес милорд Вэндэр, подхватывая Сесилию и быстро удаляясь.

— Но я еще не договорил с миледи!

— Через четверть часа она вернется к вам, обещаю. Ей нужно время, чтобы восстановить силы. У нее слабое здоровье. Располагайтесь, где вам будет угодно, господа.

Пораженный и сконфуженный, молодой командир спустился к подчиненным и приказал сойти на берег. Стэнли, боясь авторитета милорда Вэндэра и понимая безумие своего предприятия, счел за лучшее подождать. Ведь даже если он прав, Рыжая Мэри не сумеет спуститься на берег незамеченной. Поэтому сэр Вуд со спокойной совестью сошел с фрегата и, сев на скамью возле трапа, вместе со своими подчиненными стал ждать.

Очутившись на лестнице, ведущей в трюм, Сесилия спрыгнула и быстро проговорила:

— Иди в трюм, прикажи матросам немедленно отплывать.

Патрик бросился к ближайшей двери и громко выкрикнул приказания. Пораженные люди поспешили выйти, миледи Вэндэр преградила им дорогу и властно произнесла.

— Солдаты возле трапа пришли арестовать контрабандистов. Я знаю, что большинство из вас промышляют именно этим. Если они увидят, что вы готовите судно к отплытию, это покажется странным. Но нам необходимо немедленно отчалить…

— Мы все поняли, миледи Вэндэр, — гнусаво произнес прокуренный матрос. — Благодарю, что предупредили нас.

Сесилия довольно кивнула, команда поспешила наверх. Обернувшись к Патрику, Рыжая Мэри коротко осведомилась:

— Когда будет Франсуа?

— С минуты на минуту.

— Боюсь, его не пустят на фрегат.

— Я знаю, как его провести, — хитро улыбнулся Патрик. — Жди нас здесь.

Сэр Вуд закурил дорогую сигару и, лениво потянувшись, стал мерить шагами причал. Неожиданно с корабля сбежал милорд Вэндэр и, бросив несколько непонятных слов, растворился в толпе порта.

— Ничего, ничего, — стараясь успокоиться, проговорил себе под нос Стэнли. — Если это не она, нечего напрасно беспокоить этих уважаемых и богатых людей. Если же она, что вряд ли, то ей некуда бежать.

Через десять минут возле сына генерала остановился милорд Вэндэр, поторапливая подтянутого мужчину с черными волосами и повелительным взглядом.

— Милорд, прошу, представьте вашего спутника, — скорее приказал, чем попросил сэр Вуд.

— Я семейный доктор Вэндэров, — учтиво отозвался тот, подмечая натянутые паруса фрегата. — Милорд сказал, что миледи Вэндэр нужна моя помощь.

— А что с ней? — обеспокоился Стэнли, опасаясь, как бы этот инцидент не вышел ему боком.

— У нее непереносимость солнца, ей становится дурно в жаркие дни.

— Господа, но прошу, как только миледи сможет со мной поговорить…

— А что, собственно, вам от нее нужно? — холодно спросил муж.

На миг сэр Вуд замялся, но тут же нашелся и заговорил:

— Милорд Вэндэр, у меня к ней очень важное и срочное дело. Мне необходимо поговорить с миледи Вэндэр наедине.

— Она непременно спустится, как только ей станет лучше, — уверил Патрик, поднимаясь по трапу.

Спустя десять мучительных минут ожидания, в которые Стэнли продумывал извинения перед миледи Вэндэр за беспокойства, послышался тихий всплеск. Сэр Вуд вытянул длинную шею и начал с любопытством осматривать оборванцев у паба.

— Разгоните их, все равно здесь вы вряд ли понадобитесь, — приказал он подчиненным, уже уставшим от ожидания.

Сесилия убрала подзорную трубу от глаза и скомандовала:

— Пора.

В эту же минуту военный фрегат, почти бесшумно, отчалил. Сэр Вуд с интересом наблюдал, как его солдаты разгоняют бродяг, как вдруг услышал, что в воду что-то упало. Он обернулся. На воде покоился трап, а «Надежда» быстро отходила от берега.

— Догнать! — закричал сын генерала.

— Сэр, — обратился к нему подбежавший моряк. — Мы не можем. Чтобы подготовить корабль к отплытию, нужно время. А когда он будет готов, фрегат уйдет слишком далеко, и мы не сможем определить его курс.

Ничего не понимающий в морском деле Стэнли замер, не зная, что предпринять. Моряк пожал плечами и добавил:

— Рано или поздно они все равно вернутся.

— Это подождет, — кивнул Стэнли, радуясь, что снова смог избежать скандала.

Мужчина отдал честь и ушел. Невольно рука его скользнула к карману, где лежали несколько золотых. Неожиданно он вспомнил лицо человека, давшего ему деньги, его отчаянные глаза и пугающую поспешность.

В то время, когда солнечный диск лениво полз к горизонту, когда стремительная «Надежда», подгоняемая северно-западным ветром, спешила к страшному острову, Батлл, вытянувшись, докладывал Яну.

— Мы обыскали весь остров, их нигде нет. Мы объявили Эдуарда и Кристофера изменниками и опасными преступниками, но люди отрицают их присутствие.

— Подождите еще, у нас есть время. Если ничего не изменится, предложите за них вознаграждение, — холодно улыбнулся Ян. — Возможно, тогда жители острова будут более сговорчивыми.

— Две тысячи фунтов?

— За каждого.

Батлл кивнул и направился исполнять указания.

Два дня спустя.

Губернатор нехотя поднялся с кресла и пошел открывать дверь. На пороге стоял высокий мужчина, этот же человек приходил к нему, сообщая о том, что его гости преступники. Именно его так испугался Кристофер и, наверное, поэтому посетитель заинтересовал губернатора. Гордон был умен и решил не спешить с действиями. Сегодня этот человек предлагал за них деньги. Гордон с достоинством выслушал сообщение и, решив подождать еще день, в надежде, что плата возрастет, выпроводил гостя. Зайдя в гостиную, он застал там Кристофера, беседующего с дочерью о лечебных травах. Эдуард сидел в кресле, глубоко погруженный в свои тяжелые думы. Присев рядом с сэром Леводом, Гордон поинтересовался:

— Скажите, Эдуард, вы не знаете, что за корабль стоит возле нашего берега? Для ежемесячного торгового судна еще рано. «Победа», кажется…

Командор еле заметно побледнел и быстро ответил:

— Не имею ни малейшего представления.

Гордон кивнул и, выйдя из гостиной, задумался. Четыре тысячи было не плохо, однако он понимал, что может запросить больше. Так же он понимал, что слова и Эдуарда, и высокого посетителя — ложь. То, что людям на «Победе», кем бы они ни были, нужны его гости, стало очевидно. Губернатору были безразличны их взаимоотношения, сейчас его интересовало только одно — деньги. Решив отправиться на «Победу» и самому назвать цену, он покинул дом.

Обойдя остров с другой стороны, «Надежда» бросила якорь. Вооружившись и переодевшись, трое друзей спустили шлюпку и покинули фрегат. Очутившись на берегу и удостоверившись, что команда их не видит, Сесилия скинула плащ. Патрик поправил на поясе шпагу.

— Нужно направиться в глубь острова, — произнес милорд Вэндэр. — Если Крис и Эдуард еще живы, то где-то скрываются.

Осторожно и осмотрительно продвигаясь вперед, друзья, сами того не замечая, вышли на узкую, едва уловимую тропинку. Несколько минут они шли молча, неожиданно Франсуа остановился.

— Кто-то идет, — прошептал он, доставая карабин.

Патрик и Сесилия напряженно замерли. Темный силуэт человека приближался, шаги становились более отчетливыми. Сердце милорда забилось быстрее, зубы сжались, рука обхватила рукоять шпаги. Рыжая Мэри прищурила правый глаз и слегка наклонила голову набок, рот ее искривила опасная усмешка, зрачки сузились. Человек был уже совсем близко.

Шаг — и крупный седой мужчина очутился перед лицом Франсуа. Незнакомец от неожиданности вскрикнул и отшатнулся назад, незаметным движением Франсуа спрятал карабин. Оправившись, мужчина возмущенно воскликнул:

— Вы кто такие? Если вы с «Победы», так передайте своему капитану, что они у меня и что я хочу четыре тысячи за каждого.

— Кто они? — напряженно осведомился Патрик.

— Ну, враги ваши… Этот Эдуард и Кристофер.

— Капитан вам обязательно заплатит, — уверенно произнес Франсуа. — Но сначала отведите нас к ним.

— Сначала деньги, — расхохотался тот, — знаю я вашего брата. Не получишь до сделки — не получишь никогда.

— Ты нас отведешь к ним, или я тебя убью, — жестко произнесла Рыжая Мэри, делая шаг вперед.

— Ты будешь выполнять наши условия или не получишь ничего, — дополнил ее муж.

— Как скажете, — промямлил Гордон, мгновенно потеряв всякое желание спорить.

Подгоняемый, он направился к дому. Теперь мысли его были заняты не деньгами, а рыжеволосой женщиной с пронзительными глазами. Сходство с его дочерью было столь очевидно, что ему становилось жутко от мысли, что это Сесилия Лоунфер. И если она узнает правду, если поймет, кто он… Гордон знал, что в этот же миг его удачная до этой минуты жизнь оборвется.

Они приблизились к дому, и губернатор провел людей через черный вход. Молясь, чтобы пиратка не встретила его дочь, он со щемящим сердцем зашел в гостиную. В комнате сидели командор и медик. Увидев, кто к ним пришел, Эдуард вскочил с дивана и бросился вперед. Но в этот же миг Патрик замотал головой, Франсуа поднес палец к губам, а Рыжая Мэри провела большим пальцем по горлу. Сэр Левод отступил. Губернатор, стоящий к ним спиной, с удовлетворением подметил перемену в Эдуарде.

— Это они, — мрачно произнес Патрик, подходя к Кристоферу и подмигивая.

— Эти собаки за все ответят перед капитаном! — с ненавистью воскликнула Рыжая Мэри. — Они еще не знают, с кем имеют дело!

Кристофер с невероятным усилием подавил смех и выдавил гримасу ужаса. Эдуард бросил косой взгляд на губернатора, затем на Патрика и еле заметно кивнул.

— Нас так просто не возьмешь! — воскликнул сэр Левод, выхватывая шпагу.

Быстрым движением милорд Вэндэр схватил друга за руки и, как показалось Гордону, выволок на улицу. Сесилия наставила на Кристофера пистолет и приказала выйти. Франсуа сухо кивнул и бросил губернатору:

— Через час вам принесут десять тысяч.

— А донесут ли? — с сомнением протянул Гордон. — Лучше я сам за ними схожу.

Франсуа ничего не ответил и быстро покинул чужой дом. Очутившись на улице, друзья довольно рассмеялись и направились в сторону фрегата.

— Мэри, а ты знаешь, у кого ты была в доме? — спросил Кристофер.

— Кристофер, — прикрикнул Эдуард, толкая шулера в спину.

— У губернатора поселения, — сдавленно закончил фразу тот.

Полуразрушенный причал.

Команда «Победы», беря пример со своих вожаков, не любила и презирала Конора. Молодой авантюрист чувствовал эту неприязнь и пытался как можно больше времени проводить на суше. Бродя один по каменистому берегу, он заметил фрегат. Удивившись неожиданной находке, приблизился к тому месту, где стояла пустая шлюпка. Остановившись возле лодочки и прикинув расстояние до корабля, Конор задумался. Нужно было идти обратно и доложить все капитану, но он медлил, чего-то ожидая. С одной стороны, он хотел выделиться в глазах Яна, с другой, не желал встречаться с его командой. Раздумывая, что ему делать, он разглядывал шлюпку.

В этот момент из зарослей вышла Рыжая Мэри. Конора пробрал озноб, сердце его тяжело упало, дышать стало сложно, а глаза, словно остекленев, смотрели, как рыжеволосая женщина в синем платье приближается к нему. Когда расстояние между ними составило десять шагов, Конор решил сделать последнюю попытку перед тем, как получить пулю.

— Мэри, — умоляюще воскликнул он, осипшим голосом, — прости! Меня заставили! Я бы никогда тебя не предал!

Девушка остановилась и непонимающе взглянула на пирата.

— Я не хотел! Рыжая Мэри, ты же знаешь, меня заставили… — заскулил тот.

— Мое имя Луиза, — холодно прервала незнакомка.

Страх сменился еще большим удивлением. Нижняя челюсть Конора медленно опустилась вниз, глаза округлились. Да, теперь он видел, что это была не Рыжая Мэри. Это была просто очень похожая, но совершенно обычная девчонка с рыжими волосами и подтянутой фигурой.

— Мое имя Луиза, — повторила она. — Кто вы?

— Конор, — глупо ухмыльнулся он и, все еще не веря неожиданной удаче, повторил. — Так значит, вы не Рыжая Мэри?

— Я — дочь губернатора.

— Я путешественник, — обаятельно улыбнулся Конор, и глаза его стали масляными.

— Ну да, такой же путешественник, как и те люди позади вас.

Конор испуганно обернулся. К нему по берегу приближался сам Ян, а позади него шли семеро самых крупных пиратов. Конора опять пробрал холодный озноб, он почесал давно не бритую щеку и отступил назад. Луиза не двинулась с места, вопросительно оглядывая высокого японца с двумя изогнутыми саблями за спиной. Остановившись в пяти шагах от Луизы, Ян с интересом смерил ее холодным взглядом.

— Это Луиза, — негромко пояснил Конор, — дочь губернатора.

— Я вижу, что не Рыжая Мэри, — резко оборвал капитан, буравя девушку бездонными глазами. — Скажи, — обратился он к Луизе, — Сесилия — твоя сестра?

— Н-нет, — с дрожью в голосе отозвалась та.

— Не лги мне, — прошипел Ян, приближаясь вплотную к лицу девушки.

Луиза выпрямилась, но не отступила, взгляд ее стал упрямым. Капитан улыбнулся и негромко заговорил:

— Я вижу, что это имя тебе знакомо. Ты видела Сесилию?

Луиза отрицательно покачала головой.

— Никогда?

Она повторила жест.

— Ты любишь сестру?

— Она мне не сестра! — выпалила та на одном дыхании.

— Ты ее ненавидишь?

Луиза не шелохнулась. Ян довольно кивнул и произнес:

— Я хочу убить ее. Помоги мне ее найти.

— Я не знаю…

— Она на острове и никуда отсюда не уплывет, — с этими словами он крикнул несколько слов пиратам.

В этот же момент разбойники забрались в шлюпку и направились к «Надежде». Через пять минут на палубе «Надежды» послышались крики, удары в колокол и выстрелы. Меньше чем через две минуты все затихло. В это же время спустили флаг, и на флагшток было поднято пиратское черное знамя.

— Ты со мной, Луиза? — спросил капитан, отрывая глаза от флага.

— Да, сэр, — отозвалась она. — В доме моего отца находятся сэр Левод и Кристофер. Если вам это интересно.

— Конор, — брезгливо прикрикнул капитан, — отправляйся с Луизой в этот дом. Через несколько минут я пришлю к вам еще людей.

— Но, сэр, — жалко выдавил тот, — командор и Кристофер не обрадуются, увидев меня…

— Ты не слышал приказа? — раздраженно бросил Ян, надеясь, что Конор погибнет при этой встрече.

Повернувшись, капитан направился к своему кораблю. Когда он поднялся на «Победу», к нему подошел Батлл и, негромко сказав несколько слов, указал на полного седого человека, чувствующего себя явно неуютно. Ян прищурил глаза и подозвал гостя. Губернатор поселения поспешно приблизился и, приосанившись, с видом короля заговорил:

— Ваш человек сказал, что я могу получить от вас четыре тысячи золотом, если выдам вам двух господ. Я шел сюда, когда встретил людей из вашей команды. Они пообещали, что вы дадите мне десять тысяч. Они вывели из моего дома сэра Левода и мистера Эскью и велели идти к вам за деньгами. Я жду мои десять тысяч.

— Кто вам обещал? — жестко спросил капитан, тяжело втягивая воздух.

— Н-не знаю.

— Ты что, слепой?!

— Два вооруженных молодых человека, — затараторил Гордон, чувствуя, что может лишиться денег. — У них черные волосы, один пониже, другой повыше. С ними была молодая женщина, лет двадцати-двадцати пяти.

— Рыжая?

— Немного.

— Старый набитый опилками дурак, — пробормотал Ян сквозь плотно сжатые зубы.

— Что?

— Пошел к черту!

— Сэр, позвольте, — с достоинством отозвался Гордон. — Я губернатор этого острова и я требую, чтобы вы немедленно извинились. Также, — он многозначительно кашлянул, — вы мне должны заплатить.

— Или что? — тихо спросил капитан, делая шаг вперед.

— Я сообщу кому следует, что на моем острове находятся пираты, преследуемые по закону.

Ледяные глаза Яна налились кровью, тонкая острая бородка дернулась, лицо исказила гримаса злобы. Молниеносным движением он выхватил острую, блестящую саблю и резким ударом отсек гостю голову. На палубу упало безжизненное тело Гордона, вокруг тут же образовалась бурая лужа еще теплой крови.

— Убрать немедленно! — крикнул капитан, вытирая заточенное лезвие. — Сообщите Луизе, что ее отца убила Рыжая Мэри, а я выражаю ей свои глубокие соболезнования.

В полумиле к северу.

Сесилия и Патрик, не отрывая глаз, смотрели, как развевается на «Надежде» черный флаг с черепом и костями. Франсуа мрачно кивнул, Кристофер нервно протер очки проворными пальцами, Эдуард сдержал горестный вздох. Закусив губу, Рыжая Мэри отступила в лес.

— Другой выход есть? — спросил Кристофер, первый беря себя в руки.

— Дней через семь, может, больше, может, меньше, должно прийти торговое судно, — задумчиво произнес командор, зачесывая назад светлые волосы.

— Так что же, ждать и прятаться?! — негодующе возмутился Патрик.

— Пока не придумаем план — да, — безжизненно отозвалась жена.

— Эдуард, надеюсь, сейчас ты не будешь винить меня, что я не рвусь в бой? — вздернул брови Кристофер.

Сэр Левод надменно оглядел спутника и отвернулся.

— Нам нужно найти убежище, — негромко заметил Франсуа.

— В деревню возвращаться нельзя, — стал размышлять Патрик.

— Остается лес, — резко оборвал командор. — Нас будут искать. Нужно найти место, которое не приметят или куда побоятся сунуться.

— Ты нам на «Победе» переночевать предлагаешь? — улыбнулась Мэри.

— Нет. Идите за мной.

Друзья последовали за сэром Леводом. Вскоре они вышли на небольшую опушку леса. В конце опушки было небольшое углубление почвы, напоминающее пологую яму. Овраг порос травой и мелкой порослью. Там, где он заканчивался, начинался непроглядный лес.

— Эд, по-твоему, это незаметное место? — насмешливо осведомился Кристофер, указывая на яму. — Лучше уж сразу идти к Яну с поднятыми руками, чем остаться здесь и ждать его прихода.

— Я имел в виду заросли, — оскалился Эдуард.

— Вообще-то там змеи водятся, а может, кто и похуже!

— Хватит, — резко скомандовал Патрик, видя, что сэр Левод готов ударить доктора. — Можно будет остаться в яме, она достаточно глубока, чтобы мы спокойно сидели. Накроем ее сверху ветками и листьями.

Эдуард согласно кивнул, отворачивая гневные глаза от нагло поблескивающих очков Кристофера.

Уэльс.

В то время, когда «Надежда» в первый раз подходила к обозначенному Яном острову, карета с Эльзой и Мангалой остановилась возле поместья мисс Кэмонд, тетки Эдуарда. Мисс Кэмонд была пожилая щуплая дама. Жила она в скромном двухэтажном доме, в прислуге у нее была одна повариха, она же подруга. Мисс Кэмонд любила Эдуарда, хотя не видела племянника последние четыре года. Лишенная всякого общества, мисс Кэмонд с радостью встретила Эльзу и ее спутницу. Выделив им одну комнату, мисс Кэмонд обрадовалась, что некоторое время ей не придется изнывать от скуки. Тем более что ее гостьей была сама мисс Вэндэр. Тем, что знатная гостья оказала ей такую честь, поселившись у нее, мисс Кэмонд была неслыханно поражена. Зная и боясь, что дамы могут обидеться и уехать, она предоставила им все необходимое и не собиралась ни в чем препятствовать.

На следующий день Эльза и Мангала, наняв кэб, отправились в оперу. Постановка была чудесная, однако Эльзу не покидало чувство, что на нее постоянно кто-то смотрит. Несколько раз она оборачивалась, оглядывала соседние ложи, но не могла заметить пристальных глаз. Однако мысль, что на нее устремлен враждебный взгляд, становилась все более навязчивой. Страх перед неизвестностью начал закрадываться в душу. Выйдя из оперы и садясь в экипаж, она заметила, что это чувство не пропало, оно усилилось и переросло в уверенность. Эльзе стало по-настоящему страшно; но, боясь показаться смешной Мангале, она ничего не рассказала о своих мыслях.

Приехав к мисс Кэмонд и ложась спать, Эльза с радостью подумала, что будет спать в комнате не одна. Присутствие Мангалы хоть немного, но успокаивало. Плотно задвинув зеленые шторы и закрыв на щеколду дверь, Эльза с облегчением смогла отделаться от гнетущих мыслей. Спрятавшись под тяжелым одеялом и растворившись в огромной перьевой подушке, она, наконец, почувствовала себя в относительной безопасности и безмятежно заснула.

Тихо, как тень, Кэти просунула руку в приоткрытое окно и отодвинула щеколду. Отворив створку окна, она забралась на подоконник и бесшумно опустилась на пол комнаты. Отодвинув тяжелую штору и вытащив пистолет, любовница Яна приблизилась к мирно спящей жертве. Положив палец на курок, она наставила оружие на золотоволосую головку Эльзы.

Но она медлила. Нужно было выстрелить, всего одно движение — и ненавистный враг заснет навек, но она медлила… В ушах Кэти звучал властный голос Яна, приказывавшего убить жену командора Левода, лучшую подругу Сесилии. Но она медлила. Кэти не могла противиться Яну, не могла подвести господина, которого боялась и любила. Кэти поправила перекосившийся пучок и оттерла со лба пот. Нужно было выстрелить! Но она медлила… Нет, она не сможет это сделать. Не сейчас. Но в таком случае Ян ее уничтожит. Он не простит ей минутной слабости и малодушия. Разве не она клялась ему в верности и делилась мечтами о мести? Но она не могла выстрелить. Не могла хладнокровно застрелить спящую беззащитную Эльзу. Кэти судорожно вздохнула и, убрав пистолет, вышла на улицу тем же путем, что и зашла.

Очутившись на воздухе, она вдохнула бодрящую ночную прохладу и прикрыла створку окна. Вдруг Кэти поняла, что нужно делать, чтобы избежать гнева капитана. Она поднимет шум, Эльза должна будет обратиться к властям, и тогда никто не обвинит Кэти в малодушии. Злоумышленница сглотнула и, испуганно оглядевшись по сторонам, выстрелила в стекло спальни. Звук выстрела и бьющееся стекло разбудили всех в доме. В этот же миг Кэти быстро растворилась в ночной темноте.

Рано утром Эльза решилась поехать в Лондон к полковнику Штефарду, другу и помощнику мужа. К полудню она уже входила в четырехэтажное здание. Люди, знающие Эдуарда, с почтением проводили его жену, однако вместо кабинета полковника миссис Левод провели к другой двери. Через несколько минут молодая женщина вошла в кабинет генерала Дерва.

Генерал поправил напудренный парик и оценивающе оглядел гостью. Миссис Левод с трепетом и страхом выдержала осмотр и, слегка ссутулившись, негромко сказала:

— Сэр, простите за беспокойство, но здесь какая-то ошибка. Я шла к полковнику Штефарду.

— Я знаю, — сухо и с иронией отозвался величественный генерал. — Садитесь.

Эльза покорно села, забыв оправить смявшийся подол. Генерал медленно набил свою трубку терпким табаком и закурил. Эльза закашлялась. Генерал сухо улыбнулся и, выпустив в лицо миссис Левод дым, отложил трубку. Сердце Эльзы учащенно забилось, руки вспотели, колени предательски задрожали. Минута прошла в тягостном молчании. От этой зловещей тишины Эльзе стало жутко. Больше всего она желала уйти из этого кабинета, скрыться от безжалостных глаз генерала. Он небрежно спросил:

— Зачем вам был нужен полковник?

— Я хотела сказать ему, что этой ночью на меня напали, — робко отозвалась та.

— Так почему вы пошли именно к полковнику?

— Но полковник Штефард — друг моего мужа, — перебирая тонкими пальцами оборки платья, заметила Эльза, не поднимая глаз. — Он знает всех врагов Эдуарда. Я хотела, чтобы этим делом занялся именно он.

— Миссис Левод, каким делом? — насмешливо спросил генерал, чувствуя раздражение к этой хрупкой даме.

— Этой ночью меня хотели убить. Стреляли в окно спальни.

— Почему вы так уверены, что это был выстрел? Может, соседский мальчишка бросил камень в ваше окно.

— Это не первый случай.

— Да? — оживился генерал. — Расскажите мне о прошлом.

В этот миг Эльза интуитивно поняла, что должна молчать. Сама не зная почему, она твердо и ясно произнесла:

— В прошлый раз жизнь мне спас Эдуард, я спала и ничего не знаю.

— Миссис Левод, — раздраженно отозвался Дерв, — я уверен, что вы преувеличиваете события. Кто и почему может желать вашей смерти?

Эльза молча потупила глаза, во рту у нее пересохло. Генерал недовольно забарабанил пальцами по столу, но, не дождавшись ответа, продолжил:

— Скажите, куда направился сэр Левод и зачем?

— Не знаю, он не посвящает меня в свои дела.

— А миледи Вэндэр и милорда вы знаете?

— Знаю, — глухо отозвалась она.

— Расскажите о них.

— Я знаю их не больше, чем остальные. Они дают пышные балы, иногда приглашают меня с Эдуардом. Мы ведем светские беседы, не более. Но сэр, меня очень волнует то, что на меня напали…

— Миссис Левод, — еще более раздраженно прервал генерал, — я уверен, что все ваши страхи ни на чем не основаны. Вы остались одна, и поэтому вас пугает каждый шорох. Мальчишка разбил стекло вашей спальни, а вы считаете, что на вас напали… Чушь! Мой вам совет — полечите нервы.

Эльза обомлела от такого ответа и, встав, выдавила слова прощания. Направляясь к двери, миссис Левод не чувствовала от пережитого унижения под собой ног. Спустившись по мраморной лестнице и почти не замечая, как по ее белой щеке бежит горькая слеза разочарования, она вышла на улицу. Тяжело дыша и нервно стирая слезинку, миссис Левод подозвала экипаж и, назвав ему адрес, откинулась на мягкое сиденье.

Генерал Дерв, тут же после ухода Эльзы, позвал своего сына. Тот явился незамедлительно. Прямо посмотрев на отца, он доложил:

— О «Надежде» никаких вестей.

— Как прибудет в порт, сразу же проверь наши догадки. Осмотри правое запястье миледи Вэндэр, там должна быть метка.

— А если нет?

— Я почти уверен, — с нажимом произнес Дерв, — что Рыжая Мэри вернулась и убила сэра Левода, а полковник Штефард — либо ей помог, либо тоже убит. Для тебя, Стэнли, было бы идеально, если бы мои догадки оказались правдой, — мечтательно отозвался он. — Место командора освободилось бы, а преступница была бы повешена.

Экипаж, везший миссис Левод, достаточно быстро добрался до Уэльса. Бледная, с дрожащими руками, на подгибающихся ногах Эльза вышла из кэба и вяло протянула извозчику деньги. Молодой мужчина молча принял монеты, не обращая внимания на то, что данной суммы недостаточно, и сочувственно посмотрел на миссис Левод. Она выдавила улыбку.

— У вас что-то случилось, мэм?

— Нет, все хорошо, — глухо отозвалась та, смахивая набежавшие слезы.

— Может, я смогу вам помочь? — вежливо предложил кучер.

Миссис Левод судорожно вздохнула и быстро, нервно заговорила:

— Да разве вы поможете? Меня хотят убить, а человек, который должен был меня защитить, посмеялся надо мной и назвал сумасшедшей. Мой муж, сэр Левод, и еще два человека могли бы мне помочь, но они уехали. И я не знаю, вернутся ли они вообще! Чем же вы мне можете помочь? — с этими словами она расплакалась.

— Значит, Эдуард уехал, — задумчиво произнес извозчик.

— Вы его знаете?

— Миссис Левод, кто же не знает командора Левода? — протянул тот и, несколько помедлив, спросил. — Скажите, кто уплыл вместе с ним?

— Я не говорила, что они путешествуют по морю…

— Я догадался. Скажите, это очень важно. Кто еще?

— Я вас в первый раз вижу! — испуганно воскликнула она, пятясь назад.

— Зато я вас знаю, — уверенно произнес он, хватая ее за запястье. — Вы Эльза. Вы были на «Победе», когда Рыжая Мэри пленила Яна.

— Кто вы?!

— Я Джеральд, я помог Рыжей Мэри бежать и отвлек Яна при схватке.

Эльза истерически рассмеялась и обессиленно осела на землю.

— Вы меня вспомнили? — громко спросил мужчина, стараясь вывести Эльзу из шока.

Миссис Левод слегка качнула головой. Джеральд тяжело выдохнул и, присев на корточки рядом, огляделся. Уже стемнело, на небе стали проступать неясные звездочки, в поместье рядом зажгли свечи, какая-то пожилая дама вышла на крыльцо и стала близоруко оглядывать дорогу.

— Поймите, Эльза, — с несвойственной для его грубого голоса мягкостью заговорил Джеральд. — Я хочу помочь. Ян мой враг тоже. Можно, я заеду к вам завтра?

— Пойдемте в дом сейчас, я вам все расскажу. Но я знаю немногое.

— А вы не боитесь впускать в дом пирата? — улыбнулся тот.

— Я вас вспомнила, — твердо произнесла миссис Левод, — другим знать всю правду не обязательно. Особенно мисс Вэндэр. Но знайте, если с кем-то из нас что-то случится, мой муж вам этого не простит. А если не он, так Рыжая Мэри спросит с вас.

— Не беспокойтесь. У нас общие враги.

После этих слов они прошли в дом. На пороге стояла мисс Кэмонд. Увидев Эльзу, она радостно всплеснула руками и удивленно посмотрела на ее спутника.

— Это мой гость, — пояснила та.

Пройдя в гостиную, они столкнулись с Мангалой, которой, в отличие от радушной хозяйки, этих нескольких слов было недостаточно. Джеральд галантно улыбнулся и произнес:

— Добрый вечер, мисс Вэндэр, вы так похожи на своего брата!

— Раньше этого не замечали, — холодно отозвалась Мангала, оглядывая незнакомца. — Эльза, кто этот человек?

— Сэр Джеральд, знакомый Эдуарда и милорда Вэндэра, — пояснила та, избегая упоминаний о Сесилии.

— Сэр, — брезгливо обратилась Мангала, — этот дом не так велик, как хотелось бы, а ложимся мы рано, поэтому прошу через четверть часа удалиться.

Сдержанно кивнув, Джеральд в сопровождении Эльзы прошел в соседнюю комнату. Прикрыв дверь, миссис Левод села и поспешно пересказала гостю все то немногое, что знала о последних событиях. Несколько раз кивнув, тот медленно и задумчиво заговорил:

— Я купил дом Рыжей Мэри, на Тартуге. Три года я жил там, совершенно не заботясь о безопасности. Узнав, что Ян вернулся, я убрался оттуда, быстро, как только мог. Мне нужны были деньги, и с помощью нескольких знакомых меня устроили в извозчики. Меня это устраивало, ведь Ян не станет искать меня среди кучеров.

— Джеральд, скажите, Эдуард вернется?

— Не знаю, — глухо отозвался он. — Я приеду к вам утром, а пока запритесь и никого не пускайте. Люди Яна еще вернутся.

Эльза покорно кивнула. Проводив гостя, она заперла двери и закрыла ставни на окнах. Вернувшись к Мангале, Эльза более спокойно вздохнула.

— Кто он? — требовательно спросила мисс Вэндэр.

— Мангала, я же сказала…

— Это ложь. Я хочу знать правду.

— Он знакомый миледи Вэндэр.

— Миледи Вэндэр или Рыжей Мэри?

— Какое это имеет значение?..

— Пират! Так я и знала, — в сердцах воскликнула та, отбрасывая вышивку. — Зачем ты его впустила в дом? Неизвестно, что у него на уме!

— Он хочет помочь!

— Помочь, как же! У таких людей в голове только преступления.

— Он спас жизнь Сесилии, помогал Эдуарду и Патрику.

— Эльза, — поучительно заговорила та, — приводя его в дом, ты впускаешь несчастье.

— Несчастье, Мангала, пришло в то время, когда Сесилия получила письмо от Яна. Сейчас же может прийти помощь.

Поджав губы и недовольно кашлянув, мисс Вэндэр величественно отвернулась от собеседницы. Немного помолчав, она холодно спросила:

— А что о тебе подумает наша хозяйка или соседи? Твой муж уехал, а ты приводишь в дом незнакомого мужчину… Пойдут слухи, Эльза.

Миссис Левод вспыхнула. Щеки пошли красными пятнами, ей стало душно. Стараясь скрыть дрожь негодования в голосе, она твердо произнесла:

— Не думала, Мангала, что дешевые сплетни для тебя важнее, чем жизнь родного брата и его семьи.

Мангала побелела и прикусила язык. Чувствуя, что от перенесенных переживаний сейчас расплачется, Эльза выбежала в соседнюю комнату и выпустила на свободу душившие ее слезы.

«Веселая кружка».

Этой же ночью Кэти посетила трактир, хозяином которого был ее знакомый. Приказав налить себе бокал дешевого красного вина и купив жесткое, жилистое мясо, сообщница Яна села возле трактирщика. Медленно поглощая еду, она тихо подозвала хозяина заведения. Верпер, крупный мужчина с бегающими крысиными глазами и длинными, зачесанными назад грязными волосами, собранными в хвост, подошел к посетительнице. Вытерев жирные волосатые руки о грязный передник, он наклонился к Кэти. Разбойница огляделась по сторонам безликими, но холодными глазами и негромко заговорила:

— Послушай, Верпер, как думаешь, что будет, если я не выполню поручение Яна?

Верпер усмехнулся и недоверчиво покосился на посетительницу.

— М-да, — вздохнула Кэти с тоской. — Не могу я ее убить… Понимаешь?

— Кэти, неужели тебе стало кого-то жаль? — желчно осведомился он.

— Не знаю. Но я не могу этого сделать… А ты можешь?

— Я?

— Да, Верпер, ты. Я уверена, тебе не составит труда проникнуть в дом, где живут три беззащитные женщины и убить их.

— Кэти, я привык наливать выпивку, а не проливать кровь.

— Верпер, ты же сам смеялся над моей жалостью. Я надеялась, ты более решительный… Эльза, мисс Вэндэр и бабка, у которой они живут, — вот и все твои противники. Уверена, ты с ними легко покончишь.

— Что ж, — мрачно произнес трактирщик, поглаживая щетину на подбородке, — я исполню твою просьбу. Но я потребую плату.

И приблизившись к Кэти, он прошептал несколько слов ей на ухо. Кэти побледнела, пальцы ее задрожали, но тут же она взяла себя в руки и, радушно улыбнувшись, ответила согласием. Верпер отошел в сторону, бросая через плечо, что исполнит все завтра ночью. Кэти несколько раз кивнула, провожая его долгим тяжелым взглядом. Когда трактирщик удалился, она глухо рассмеялась и подумала: «Не много ли ты хочешь? Ночь со мной. Что же, прощай, Верпер. Ты убьешь их, а я разделаюсь с тобой. Ян будет доволен. Завтра ночью, Верпер, тебя арестуют за убийство и приговорят к виселице».

Выйдя из трактира, Кэти направилась в место, в которое больше всего не хотела идти и которого больше всего боялась. Через полчаса она стояла на площади возле четырехэтажного желтого здания. Около центрального выхода стоял караул. Кэти боязливо поежилась и, унимая душившую ее дрожь, на подгибающих ногах подошла к солдатам. Мужчины недоуменно покосились на хрупкую бледную женщину с выбившимися из-под шляпки пшеничными волосами. Воспоминания о неприятном трактирщике придали Кэти решимости, и с дрожью в голосе она произнесла.

— Доброй ночи, господа.

Один из солдат вздернул брови, другой кивнул. Кэти продолжила:

— Я знаю, что завтра ночью в Уэльсе, в поместье мисс Кэмонд, может совершиться убийство мисс Вэндэр.

— Что?!

— Мои сведения точны, не упустите убийцу.

Не дожидаясь, чтобы ей начали задавать вопросы, Кэти круто обернулась и, борясь с порывом броситься наутек, шагом направилась за угол. Солдаты пораженно переглянулись.

На следующий день, когда Мангала и мисс Кэмонд садились за стол, верхом на сером арабском скакуне прискакал Джеральд. Распорядившись, чтобы его коня отвели в стойло, он подошел к дамам и, любезно поклонившись, еще раз представился. Мангала встретила его приход с молчаливой враждебностью, мисс Кэмонд недоуменно оглядела гостя. Вскоре пришла Эльза и вместе с Джеральдом удалилась в сад. Мангала проводила их долгим взглядом и осуждающе цокнула языком.

— Сэр Левод знает, что его жена… — многозначительно начала мисс Кэмонд, уже начиная беспокоиться о своем племяннике.

— Это не так, — оборвала ее Мангала. — Этот человек друг Эдуарда и приехал узнать о нем.

— Надеюсь, это так.

— Это так, мисс Кэмонд, — холодно произнесла Мангала тоном, не терпящим возражений. — Надеюсь, вы не будете причиной распространения нелепых и необоснованных слухов.

— Ну что вы, конечно нет. Я вам полностью верю, — мягко и доверительно улыбнулась пожилая хозяйка.

Мисс Кэмонд удовлетворилась таким объяснением, и больше этот неприятный разговор не поднимался. Джеральд пробыл в поместье до вечера.

Уже совсем стемнело, и на узкую, как извивающаяся на песке змея, пыльную дорогу опустился белесый туман. Небо было темным и неприветливым, рваные облака заволокли небосвод и не давали слабым звездочкам пробиться сквозь плотную пелену. Темный лес, неподалеку от поместья, навевал неприятные воспоминания о детских страшных сказках, и казалось, что из него вот-вот должна выскочить ведьма. От тумана и сырой земли веяло холодом. Ночь выдалась на редкость мрачной и холодной.

— Оставайтесь на ночь, — хрипловато произнесла мисс Кэмонд Джеральду.

— А мисс Вэндэр и миссис Левод не будут против?

— Сэр, — улыбнулась пожилая дама, — им с вами будет спокойней. С тех пор, как произошло нападение, они почти не спят. Эльза боится выходить из дома и постоянно оглядывается. Если вы их друг, то прошу, погостите у меня несколько дней. Я не могу смотреть, как молодая миссис тает на глазах. Разве вы не заметили, как она похудела от переживаний?

Через час Джеральду предоставили маленькую каморку. Около полуночи все улеглись спать. Оставшись один, мужчина сел возле зеркала и оглядел себя. Ему было не больше тридцати пяти, но возле глаз уже пролегли морщины, а темные волосы на висках поседели. Давно не улыбающийся рот придавал его лицу жесткое, суровое выражение, а на выбритом подбородке виднелся старый тонкий шрам. Глаза его казались бы грустными, если бы не были столь решительно сдвинуты черные брови. За последние пять лет он совсем не изменился. Джеральд вздохнул и отодвинул зеркало.

Вдруг в прихожей скрипнула доска паркета. Джеральд быстро схватил шпагу и бесшумно вышел из комнаты. Очутившись в прихожей, он стал оглядываться — никого. Однако он знал, что здесь кто-то есть, давно натренированное чутье подсказывало ему, что он не один. Он сжал рукоять и медленно двинулся к гостиной. Неожиданно тяжелый удар обрушился на него сзади, Джеральд покачнулся и, потеряв сознание, упал.

Грузный, но проворный Верпер оттащил Джеральда в сторону и, связав ему за спиной руки, отобрал шпагу. Стараясь не шуметь, трактирщик «Веселой кружки» направился к запертой комнате, где спали Эльза и Мангала. Нажав на ручку и поняв, что дверь закрыта изнутри, Верпер разбежался и ударил преграду плечом. В этот же момент в спальне послышались слабые и испуганные голоса. Дверь дрогнула, но осталась на месте. Верпер выругался и, взяв стоящий рядом столик, начал таранить дверь.

— Джеральд! Что ты делаешь?! — завизжала на смерть перепуганная Эльза.

Испуганно озираясь по сторонам, Мангала надела халат и по привычке завязала лямки ночного чепца. Окно было закрыто ставнями снаружи, бежать было некуда. Миссис Левод в отчаянии испустила оглушительно громкий вопль ужаса. Под сильными ударами дверь начала поддаваться, нижняя петля отлетела. Дамы замерли в паническом, подавляющем волю, страхе. Переглянувшись, они сели на кровать рядом и взялись за руки. Удар, еще удар. Сердце Мангалы билось с необычайной скоростью, зубы стучали, на лбу выступил холодный пот. Эльза была бледнее мела, глаза ее остекленели и смотрели на содрогающуюся дверь, в безумном отчаянии, парализовавшем все ее тело и сознание. Неминуемая гибель приближалась.

Петля оторвалась, и дверь с грохотом обрушилась на пол. В этот же момент в дверном проеме показался крепкий трактирщик. Мгновенно оценив свое превосходство, он вынул пистолет и навел его на Эльзу.

В тот момент, когда палец его нажимал на курок, подбежал Джеральд, обхватил его за плечи и заставил поднять руку. Выстрел ушел в потолок. Разъяренный разбойник развернулся и с силой ударил противника. Джеральд был ниже и стройнее, но в силе не уступал Верперу. Быстро вскочив на ноги и выплюнув на пол выбитый трактирщиком зуб, он встал у него на пути. Верпер шагнул вперед. Джеральд сжал кулаки и бросился на врага.

Мангала с отвращением отвернулась, на щеках Эльзы начал проступать еле заметный румянец, взгляд стал более осмысленным. Верпер и Джеральд катались по полу, нанося друг другу удары. Наконец Джеральду удалось дотянуться до своего ножа и, крепко схватив Верпера за запястье, он приставил клинок к его горлу, собираясь нанести последний удар.

Неожиданно входная дверь особняка распахнулась, и в дом вбежали десять вооруженных солдат. В эту же минуту на Джеральда и Верпера были наставлены ружья со штыками. По приказу мужчины быстро поднялись, бросив на пол все оружие.

— Эти двое напали на вас? — спросил командир у женщин.

— Нет, он, — Эльза указала на Джеральда, — нас спас. Если бы не он, мы погибли бы.

— Что он здесь делает?

— Он наш гость, — величественно отозвалась Мангала. — Отпустите его немедленно. Без него нас давно убили бы.

По приказу командира Джеральда отпустили и принесли извинения.

— Сэр, — обратился командир отряда к бывшему пирату, — вам все равно придется пройти со мной. Вы должны будете дать показания, что на вас напали.

— Разумеется, я пойду, — согласился тот, оттирая с лица сочащуюся кровь.

— Может, наше присутствие тоже необходимо? — спросила Эльза, поднимаясь.

— Нет, миссис. Вы можете остаться, одного свидетеля вполне достаточно.

Через несколько минут все ушли, оставляя перепуганных женщин одних. Тяжело выдохнув, Мангала качнулась и лишилась чувств. Жена Эдуарда заботливо погладила подругу по руке, состояние ее было близко к истерике.

Около пяти утра Джеральд сидел в кабинете Стэнли. Сэр Вуд, еще толком не проснувшись, допивал вторую чашку крепкого турецкого кофе и прикуривал дорогую сигару.

— Курить будете? — спросил Стэнли, протягивая гостю сигары.

Джеральд учтиво отказался. Сэр Вуд пожал плечами и лениво протер слипающиеся глаза. Широко зевнув, он начал записывать показания посетителя. Сыну генерала хотелось спать, дела до этого нападения ему не было. Желая быстрее закончить тяготившие его обязанности, он приложил все силы, чтобы ускорить бумажную волокиту. Когда все было сделано, сэр Вуд перечитал записи и поднял на Джеральда глаза.

— Сэр, получается, вы спасли госпожу Вэндэр? — начиная просыпаться, переспросил Стэнли.

— Да, и миссис Левод.

— Но этого не может быть! — вскричал сын генерала, выпрямляясь. — Миледи Вэндэр уплыла. Я сам видел, как «Надежда» выходила вчера в два часа дня из порта. Это невозможно! Вы не могли спасти миледи Вэндэр сегодня ночью.

— Вы говорите о миледи Вэндэр? — спросил Джеральд, тоже приосанившись на стуле.

— Да, о миледи Вэндэр.

— А я предотвратил нападение на мисс Вэндэр или Мангалу, сестру милорда.

— А-а, — разочарованно протянул тот. — Извините сэр, за последние двое суток я спал всего три часа и плохо соображаю.

— Скажите, — улыбнулся Джеральд, — милорд и миледи Вэндэр вчера были в Лондоне?

— Да, — мрачно протянул Стэнли. — А вы их знаете?

— Кто же не знает Вэндэров и командора Левода? — непринужденно рассмеялся Джеральд.

— Командора не было на «Надежде». — Немного помедлив, сэр Вуд негромко добавил. — Знаете, мне кажется, что сэр Левод убит.

— Убит?! Кем же?

— Не знаю, ходят разные слухи. Сейчас я ни в чем не уверен.

— Сэр Вуд, а куда направился корабль с милордом и миледи Вэндэр?

— А кто его знает куда, — отмахнулся тот. — Мне лично нет до этого дела. Чем позже они вернутся, тем лучше.

«Значит, и ты замешан в этой истории», — подумал Джеральд, а вслух сказал:

— Было приятно побеседовать с таким интересным человеком, как вы, сэр Вуд. Спасибо за теплый прием.

— Мне тоже было приятно с вами познакомиться. Казнь преступника состоится вечером, я там буду. Можете подойти ко мне, пообщаемся.

После этого Джеральд покинул кабинет сына генерала.

В это же утро в поместье мисс Кэмонд приехала худая женщина с испуганными глазами и попросила встречи с мисс Вэндэр. Мангала, все еще бледная от пережитой ночи, вышла на улицу и увидела на руках незнакомки заплаканную Сюзи. Глаза ее потеплели, руки потянулись к малышке. Женщина покорно отдала девочку и прошептала несколько непонятных для сестры Патрика слов, связанных с Сальвино де Мальвинором. Поклонившись, гостья поспешно ушла.

В шесть часов вечера состоялась казнь. Трактирщика Верпера повесили под гул толпы и пристальный взгляд прозрачных глаз Кэти, оставшейся незамеченной. Джеральд присутствовал на казни и с интересом осматривал собравшуюся публику. Неожиданно глаза его остановились на бледной женщине, прячущейся за углом. Что-то в ее позе было противоестественное, слишком уж она была напряжена, слишком довольно улыбалась, слишком опасливо оглядывалась на жандармов. Джеральд, отодвигая плечом собравшихся, двинулся к незнакомке. Заметив его, Кэти отвернулась и поспешно направилась прочь от эшафота. Джеральд ускорил шаг, Кэти тоже. Вскоре Кэти побежала, Джеральд бросился за ней. Петляя по улочкам и заворачивая за углы, они выбежали к покосившемуся пабу. Оглянувшись назад, испуганная Кэти поспешила зайти в шумное заведение. Помедлив мгновенье, Джеральд проследовал за ней.

Очутившись в шумном и дымном пабе, Джеральд потерял из виду Кэти и, сделав несколько шагов, стал быстро оглядывать присутствующих. Несколько человек злобно покосились на посетителя, кто-то достал нож. Джеральд сжал зубы и, засунув руку в карман сюртука, крепко сжал заряженный пистолет. Еще двое бродяг оторвались от пива и стали тихо перешептываться. Люди не показывали вида, но каждый посетитель паба исподтишка наблюдал за Джеральдом. Вдруг Джеральд увидел бледную женщину с волосами цвета сена. Она тоже увидела его, но теперь она выглядела дерзкой и коварной, королевой положения. Кэти поджидала, когда ее преследователь приблизится к ней.

Подойдя к Кэти, Джеральд сурово произнес:

— Я задам лишь один вопрос. Где Рыжая Мэри?

На мгновение в небесных глазах Кэти Джеральд уловил страх. Однако она с мерзкой улыбкой ответила:

— Там, где через минуту будешь ты, а завтра и Эльза.

Джеральд покосился по сторонам. Половина посетителей паба встали со своих мест, кто-то доставал оружие. Джеральд вытащил из кармана пистолет, кладя левую руку на эфес шпаги. Кэти ехидно рассмеялась и негромко добавила:

— Зря ты влез в эту историю, Джеральд. Сидел бы ниже травы, и Ян бы не вспомнил о тебе. Но теперь ты причинил нам слишком много проблем. Из-за тебя повесили Верпера! — воскликнула она, подначивая посетителей паба.

От последних слов по залу пробежал негодующий шум.

— Кто ты?

— Мое имя Кэти, — величественно ответила та. — Левая рука Яна.

Обернувшись назад, она повелительно указала на Джеральда. В эту же секунду прозвучало несколько выстрелов. Увернувшись от двух пуль и поймав третью плечом, Джеральд убил ближнего к нему врага. В одно мгновенье он опрокинул стол и спрятался за ним от выстрелов. Несколько человек стали оттаскивать его убежище, кто-то начал долбить сверху стулом. Джеральд выждал еще несколько секунд, после чего выпрыгнул из-за своего укрытия и защищаясь шпагой и всеми подручными предметами, стал по столам пробираться к выходу. Кто-то рассек ему ногу, кто-то с силой ударил по бедру. Шатаясь, но понимая, что ждать помощи неоткуда, Джеральд приближался к спасительной двери. Вдруг прогремел очередной выстрел, и мужчина почувствовал жгучую боль в плече и темную липкую кровь, медленно ползущую по ключице. Ему стало дурно, голова начала кружиться. Выкрикнув проклятие, он отвел руку со шпагой назад и нанес несколько сокрушительных ударов. Выиграв несколько секунд, он в два прыжка очутился возле двери. Оставалось только бежать. Но в этот миг кто-то с силой ударил его в нос и, не совладав с собой, Джеральд повалился на спину. Краешком рассудка он понял, что это конец.

В этот миг в двери паба зашел новый посетитель, ничего не знавший о грандиозной драке и желающий одного — смочить горло. Воспользовавшись мимолетным замешательством, Джеральд поднялся на ноги и, прижимая левую руку к кровоточащей ране, бросился прочь. За ним слышалась погоня, редкие выстрелы. Но подгоняемый единственным желанием — выжить, Джеральд бежал со всех ног. Обессиленный и раненый, он не отдавал себе отчета, что еле движется. Разбойники уже дышали ему в спину. Как вдруг Джеральд заметил неподалеку привязанную лошадь. Он достиг ее одним прыжком и, обрубив веревку, погнал скакуна во всю прыть. Прикладывая все усилия, Джеральд старался удержаться в седле, ежесекундно увертываясь от свистящих рядом пуль. Преследователи не желали отступать.

За очередным поворотом показалась площадь, где недавно произошла казнь. Джеральд подстегнул кобылу. Еще секунда, и он уже был на спасительной площади, где изумленные люди тут же уставились на раненого всадника. Преследователи, боясь быть схваченными, в нерешительности замерли за поворотом, выкрикивая угрозы своему врагу и начиная пятиться назад.

Тяжело выдохнув, Джеральд сошел на землю и обессиленно опустился на мостовую. Через минуту к нему уже бежали жандармы. Чувствуя, как силы покидают его вместе с кровью, Джеральд тяжело отпустил руку от простреленного насквозь плеча и откинул голову назад. Время замерло, на мгновенье показалось, что его окутала беспроглядная тьма.

Он не знал, сколько прошло времени, прежде чем с трудом приподнял опухшие веки. Ему было дурно, голова гудела. Кто-то рядом облегченно заговорил, кто-то стал его перевязывать. Десять минут Джеральд справлялся с невероятным головокружением и гулом в ушах. Когда стало немного легче, он хрипло попросил воды, кто-то заботливо поднес стакан к его губам. Он сделал маленький глоток и поперхнулся. Вновь открыв глаза, он обнаружил, что лежит в госпитале, а возле него сидит Стэнли. Доктор подал ему лекарство, Джеральд покорно проглотил горькую смесь.

— Кто на вас напал? — сухо спросил сэр Вуд, закидывая ногу на ногу.

— Я видел их впервые, уличные попрошайки, — тихо отозвался Джеральд.

— Так, — многозначительно произнес Стэнли и встал. — Если вы не скажете мне правды, я ничего не смогу для вас сделать.

Джеральд, за долгие годы пиратства и контрабанды, привык никому не доверять. И сейчас, видя перед собой избалованного жизнью Стэнли, он прекрасно понял, что этот человек преследует только свои цели. Однако Джеральд также не считал себя простаком и, подумав несколько секунд, решил извлечь пользу из этой встречи.

— Хорошо, сэр Вуд, я расскажу вам правду, — отозвался он.

Стэнли не ожидал такого ответа. Довольно потирая руки, он сел.

— Недавно, — продолжил Джеральд, — милорду и миледи Вэндэр пришло письмо с угрозами от неизвестного разбойника, похитившего их дочь. Вы знаете, что сэр Левод знаком с Вэндэрами. Они рассказали командору о письме. Тогда сэр Левод снарядил корабль и вместе с ними отправился спасти заложницу. Я не знаю, почему они возвращались в Лондон, это я узнал от вас. Сегодня я хотел разузнать кое-что об этом бандите и случайно встретился с его сообщниками. Дальше вам несложно догадаться.

— Так, — протянул сэр Вуд. — Это многое объясняет. Но позвольте, откуда вы все это знаете?

— Мне рассказала сестра милорда Вэндэра.

— А вы знаете, куда именно направились Вэндэры и сэр Левод?

— Точные координаты? Да, я знаю.

Глаза сына генерала загорелись, руки нетерпеливо стали расстегивать мундир, вся его поза свидетельствовала о нетерпении. Он признал в своем собеседнике человека, достойного своего общества.

— Я знаю, вы отправитесь туда, — неспешно проговорил Джеральд, в полной мере пользуясь создавшимся положением. — Я вам скажу координаты, с одним условием.

— Вы смеете мне ставить условия? — взорвался Стэнли.

— Я поплыву вместе с вами.

— Это нелепо! Никогда.

— Как хотите, — безразлично пожал плечами Джеральд, откидываясь на подушку.

Сэр Вуд нетерпеливо забарабанил носком туфли по полу. Джеральд безучастно разглядывал потолок. Сын генерала Дерва ждал пять минут, после чего топнул и громко заявил:

— Я согласен. Но знайте, на моем корабле за вами не будут бегать.

Джеральд довольно улыбнулся и произнес координаты острова. Когда Стэнли удалился, Джеральд подумал, что человеку, служившему под командой Рыжей Мэри, а затем и Яна, уже ничего не страшно.

Остров.

Проснувшись, Сесилия стерла со лба выступившую за ночь испарину. Воздух в яме, прикрытой ветками и крупными листьями, был спертый и пропахший потом. Дышать было почти невозможно, хотелось пить. От удушливых запахов к горлу подкатывалась дурнота. Но хуже всего были москиты и мелкие мошки, налипавшие на израненное и мокрое от жары тело. Они щекотали, кусались, приносили раздражение и ужасный зуд. Ночью их было настолько много, что спать становилось просто невозможно. Насекомые кружились роем, жужжа и кусая самые больные места. В первую ночь никто не сомкнул глаз. Засыпая лишь на считанные минуты и вновь открывая глаза, человек в ужасе понимал, что облеплен кровопийцами. Отсутствие пресной воды изнуряло, лишало сил и энергии. Жажда была столь велика, что заглушала даже потребность в пище. Правда, голод был притуплен бананами и лесными ягодами, однако после еды еще мучительней хотелось пить. После двух суток, проведенных в этом убежище, нервы всех друзей были взвинчены до предела. Казалось, каждый готов драться со всей командой Яна, чем сидеть здесь. Закаленные и хладнокровные люди стали отчаиваться, злясь без причины друг на друга и раздражаясь на любую мелочь. Голодные, молчаливые, вымотанные насекомыми, изнуренные ожиданием, они бросали друг на друга мрачные взгляды.

— Эй, Мэри, — негромко окликнул Кристофер, — сдается мне, что тогда, на лодке, наше положение было более радостным, чем сейчас.

— Там был воздух и морская вода, — стирая пот, отозвалась Рыжая Мэри.

— Радовались бы, что мы еще живы, — хмуро заметил Эдуард.

— Сам-то ты не особо радуешься, — оскалился Крис, протирая запотевшие стекла очков.

— А ты за мной не следи, — процедил тот.

— Считаешь, что ты здесь главный? Думаешь, что если тебя назначили командором, можешь всеми командовать?!

— Тобой-то точно могу!

— Что?! Не многовато ли на себя берешь?! — сверкая зелеными глазами, спросил медик, приближаясь к лицу Эдуарда.

— Я уж сам разберусь, — сквозь зубы произнес сэр Левод, с силой отталкивая от себя Кристофера.

Резким движением Крис сорвал с переносицы очки и, сунув их в руки Патрика, схватил Эдуарда за ноги и повалил на спину. Быстро перевернувшись, командор избежал предназначенного для него удара. В следующий миг Эдуард и Кристофер валялись вдвоем в центре лесной ямы, поросшей зеленью.

Франсуа, следивший за опушкой и лесом и не обращавший ни малейшего внимания на дерущихся, резко обернулся и произнес:

— Хватит, сюда идут.

— Справишься, говоришь?! — негодующе закричал Кристофер, ударяя Эдуарда в нос.

— Сюда идут! — прикрикнул Франсуа.

Сесилия и Патрик стали растаскивать врагов, но в полусогнутом положении и стараясь не производить много шума, это было крайне сложно. Оттолкнув Сесилию, которая одновременно сгоняла с раны москита, Эдуард схватил доктора за грудки и, проломив им хрупкие ветки убежища, выкинул на лесную опушку. Кристофер вскочил на ноги, но сэр Левод не дал ему возможности ответить. Сильным движением он ударил доктора так, что тот отлетел в заросли и упал за пышные кусты.

— Что ты теперь скажешь? — довольно расхохотался Эдуард, гордо выпрямляясь и чувствуя себя победителем.

— Что ты дурак, — негромко произнес низкий голос позади.

Сэр Левод быстро обернулся. Из леса прямо на него шел Ардан. На Эдуарда и на троих друзей, уже покинувших убежище, смотрели восемь черных дул ружей.

— Двое на каждого, — с опасной для врагов улыбкой хищного зверя заметила Рыжая Мэри, сжимая кинжал. — Было и хуже.

Один из людей Ардана свистнул. В тот же миг с разных сторон послышались голоса пиратов. Франсуа быстро обвел лес взглядом, разбойники приближались отовсюду. Патрик выронил очки друга, быстро кладя руку на эфес.

— Вы окружены, — спокойно произнес Ардан, не сводя горящих ненавистью глаз с Эдуарда. — Бросайте оружие, поднимите руки.

Рыжая Мэри оскалилась и с угрозой посмотрела в глаза Ардана. Патрик и Франсуа покосились на нее, ожидая сигнала. Первый помощник капитана перевел глаза на Сесилию. Мэри вызывающе вздернула бровь. В ее взгляде читались холодная решимость и железная воля. Ардан ответил презрительной усмешкой и полным силы кивком. Несколько долгих секунд длилось молчаливое сражение двух тяжелых и непоколебимых взглядов предводителей. Никто не предпринимал атаки, ожидая решения командира.

— Тебе некуда бежать, Рыжая, — с угрозой произнес Ардан.

Сесилия сжала зубы и неожиданно опустила глаза. Сильный кулак ее обессиленно разжался, выпуская острый, блестящий на солнце клинок. Кинжал описал в воздухе пируэт и глухо упал на листву, знаменуя поражение. Патрик и Франсуа в недоумении переглянулись: того, что Рыжая Мэри сдастся, они не ожидали.

— Снять оружие! — крикнул один из пиратов.

Франсуа, Патрик и Сесилия бросили на землю шпаги, пистолеты и все остальное. Эдуард, находившийся до этой минуты в ступоре, пришел в себя и, издав воинствующий крик, выхватил шпагу и бросился на Ардана. Резким движением тот выбил из рук сэра Левода оружие и, выкрутив ему руку, заставил встать на колени. Обернувшись к своим людям, он приказал:

— Ведите их на «Победу». С этим я сам разберусь.

Подгоняемые оружием, Вэндэры и Франсуа были вынуждены покинуть опушку. Эдуард внутренне содрогнулся, но еще сильнее напряг затекшую руку.

— Ян сказал только одно — не убивать, — прошептал пират на ухо командору. — Ты оставил мне один шрам, поверь, я так не поскуплюсь.

Говоря это, он достал короткий кривой нож и крепче сжал вывернутую руку пленника. Эдуард скрипнул зубами, он не мог пошевелиться. При малейшем движении его кости сломались бы. Ардан поднес нож к лицу пленника. Глаза сэра Левода расширились, мышцы лица нервно дернулись, он уже ощущал холодное прикосновение обагренного кровью ножа. Ардан желчно хохотнул, впервые он видел в лице Эдуарда страх.

В этот момент раздался выстрел. Нож выпал из рук пирата, хватка ослабла. Эдуард вырвал свою побелевшую руку и отскочил в сторону. На левом плече Ардана было алое пятно крови. Качнувшись, он прохрипел несколько слов и, корчась, повалился на землю. Кристофер перезарядил пистолет и, спрятав его за пояс, присел на корточки, ища очки. Сэр Левод поспешно подобрал их и бережно передал доктору. Тот молча принял.

— Спасибо, — медленно промолвил Эдуард.

Кристофер кивнул и, подобрав все оружие друзей, стал закреплять его на себе. Сэр Левод неловко переступал с ноги на ногу, прекрасно понимая, от чего его спасли. После недолго молчания он скованно произнес:

— Я не ожидал от тебя такого… Поверь, я благодарен.

— Думал, я буду наслаждаться видом твоей крови? — вздернул брови Кристофер. — Может, я и повздорил с тобой, но это не значит, что я получу удовольствие, глядя, как тебя пытает Ардан.

— Прости, я ошибался в тебе, — с трудом произнес сэр Левод.

— Не в первый раз, — заметил тот, слегка улыбаясь. — Ладно, пойдем. Сейчас нужна наша помощь.

Эдуард кивнул и протянул Кристоферу сильную руку. Медик пожал ее ловким и быстрым движением. Кинув еще один взгляд на поверженного врага, они направились к «Победе».

Через десять минут Ардан поднял грязное лицо и, с трудом перевалившись на спину, закричал, призывая на помощь. Лес ответил глухим молчанием. Первый помощник Яна прорычал проклятия и повторил крик, но результат был тем же. Тогда, тяжело дыша, он прижал руку к ране и прошептал злым голосом:

— Проклятый слепец. Лучше бы ты меня убил, — он сжал зубы и застонал.

Ардан не знал, сколько времени он так пролежал, прежде чем заросли раздвинулись и на поляну вышли Конор и Луиза. Увидев раненого, Луиза бросилась вперед, чтобы помочь, но Конор схватил ее за руку, не позволяя идти. Первый помощник капитана тяжело посмотрел на высокого худого авантюриста и, еле ворочая языком, произнес:

— Помогите.

— А если нет? — усмехнулся Конор, почесывая темную щетину на шее.

— Помогите, — прохрипел Ардан, чувствуя, как пульсирует выходящая из плеча кровь. — Если я выживу, получите золото, уважение.

— Поклянись, что не убьешь нас и будешь защищать перед капитаном.

— Клянусь «Победой» и своей кровью, — простонал тот.

— Идет, — кивнул Конор. — Лу, помоги ему.

Девушка надменно осмотрела лежащего и, величественно подойдя, начала накладывать повязки, на которые Конор пустил свою рубашку. Вскоре Ардан был перевязан, и с помощью Луизы Конор закинул его на плечи и потащил к дому губернатора.

Через час рана была обработана и первый помощник Яна, потягивая виски, отдыхал на роскошном бархатном диване. Луиза и Конор сидели в смежной комнате и негромко разговаривали, лакомясь холодным мясом и выдержанным дорогим вином.

— Ты думаешь, он сдержит слово? — спросила девушка озабоченно.

— Должен, — оживленно отозвался Конор, и его масляные глаза ощупали пышные формы Луизы. — Ты красивей своей сестры, — заметил он, допивая содержимое хрустального бокала.

— Она мне не сестра, — игриво улыбаясь, отозвалась Луиза.

— Конечно, — улыбнулся он, кладя свою руку ей на плечи и прижимая к себе. — У такой девушки, как ты, не может быть сестры убийцы и воровки.

— Рыжая Мэри глупа, — произнесла Луиза бархатным голосом.

— Почему же? — искренне удивился такому заявлению тот.

— Она вернулась на этот остров за своими людьми. Глупо и недальновидно.

— Ты бы не вернулась, красавица, — обворожительно сказал Конор, хватая Луизу за шею и начиная страстно целовать.

Через несколько минут Луиза отстранилась и прошептала: «Мы не одни». Конор досадливо взглянул на дремавшего Ардана. Молодые люди вновь принялись за холодное мясо. Вскоре завязался разговор, плавно и незаметно беседа вновь перешла на Рыжую Мэри.

— Более того, я считаю, она поступила трусливо! — воскликнула Луиза. — Почему она не убила Яна, когда была возможность?! Она испугалась. Она глупая трусливая девчонка, считающая себя героем. И зачем, зачем она вернулась? Эти двое все равно погибнут… Безумный поступок. Лучше бы нашла себе убежище, вместо того чтобы рисковать жизнью ради двух таких же глупцов.

Слыша, как изящная девушка ругает известную хладнокровную пиратку, которая способна на все ради своих целей, Конор резко и неприятно расхохотался. В этот момент послышался из соседней комнаты грубый и повелительный голос Ардана:

— Рыжая Мэри сволочь и шельма, но достойный противник! Считая ее трусливой дурой, вы обманываетесь. Она заставила уважать себя, а вы, кроме презрения, ничего не заслужили. Рыжая Мэри способна на большее, чем вы, идиоты, вместе взятые!

— На большее?! — прошипела Луиза. — А знаешь ли ты, что я убила свою приемную мать, Лору Лоунфер?

На мгновенье повисла тишина. Ардан молча скривил губы, Конор зааплодировал и громко произнес:

— Да, вы совсем непохожи.

— Это не комплимент, — добавил Ардан, но его никто не услышал.

Франсуа, Патрик и Сесилия стояли на коленях, со связанными за спиной руками, на нижней палубе «Победы». Они находились друг от друга на расстоянии пяти шагов. К голове каждого было приставлено по два пистолета, перед ними, скрестив руки, возвышался Ян. Прошло уже более десяти минут, как привели пленников, а Ардан с Эдуардом так и не появились.

— Он его там что, до смерти забить хочет? — не выдержал Ян.

Пираты молчали. Сесилия опустила глаза, стараясь не отчаиваться. Патрик с гневом смотрел на капитана. Его воображение отчетливо рисовало измученного, обессиленного Эдуарда, которого сюда тащит Ардан. Франсуа судорожно вздохнул. Ян измерил палубу шагами, часть пиратов стала расходиться. Капитан выругался и пошел на капитанский мостик оглядеть берег. Сесилия слегка подняла голову и увидела, что за ее спиной стоит Батлл. При виде знакомого, хотя и враждебного лица, в Мэри зажглась слабая, трепещущая, еле уловимая надежда.

Может, удастся с ним договориться? Кто знает. Хоть он и прослужил столько времени с Яном, но поживиться, видно, не прочь. Ведь помог же он ей уйти, когда под ее руководством ходило пиратское судно. Нужно попытаться. Другого выхода Мэри не видела. Про Эдуарда было страшно думать, на нем, вероятно, уже живого места нет. А Кристофер? Скорей всего и он получил немало от Ардана. Вся надежда теперь была на сделку с Батллом.

Оживившись от этой мысли, Рыжая Мэри приосанилась. Нужно было избавиться от второго пирата, караулившего ее. Усмехнувшись, Сесилия развязно и вызывающе произнесла, слегка повернув голову к разбойнику.

— Слушай, дорогуша, может, принесешь мне чего глотку промочить?

— Что?! — взревел тот, взбешенный такой наглостью.

— Я подумала, что скоро меня убьют. А выполнить последнее желание осужденного — это закон, — безмятежно произнесла она, ловя недоуменные взгляды мужа. — Так что ты обязан принести мне выпить.

Разбойник ошеломленно оглядел пленницу, но тут ему в голову пришла какая-то мысль и, грубо расхохотавшись, он опустил свой пистолет.

— Капитан велел нам оставаться на месте, — крикнул пират возле Франсуа.

— А ты попробуй ему доложить, что я ушел!

Сплюнув на палубу, он со злобным лицом направился в трюм. Оглядевшись по сторонам, Сесилия ударила локтем Батлла по колену. Тот согнул ногу, и лицо его очутилось рядом с губами Рыжей Мэри. Она быстро зашептала:

— Батлл, помоги мне выбраться. Развяжи мне руки, я хорошо заплачу.

— У тебя ничего нет, Рыжая, — негромко отозвался он, выпрямляясь и держа пистолет возле затылка пленницы. — Тебе нечем платить.

— Возьми мое обручальное кольцо и кольцо Патрика, — прошептала она так тихо, что никто, кроме Батлла, не услышал. — Это золото с бриллиантами.

Присев на корточки, пират стянул со связанных рук кольцо, украшенное тремя крупными камнями. Попробовав его на зуб, он спрятал его в карман. В этот момент подошел второй охранник Рыжей Мэри, неся в руке мутную бутыль; Батлл быстро распрямился.

— Вот твое последнее желание, — произнес тот, обнажая желтые зубы.

Демонстративно отпив несколько глотков, он перевернул бутыль и вылил ее содержимое на палубу.

— Пей, если хочешь.

Пираты одобрительно захохотали. В глазах Рыжей Мэри заиграл холодный огонь войны, левый уголок рта напряженно дернулся. Приказав напарнику вернуться на прежнее место, Батлл отошел от Сесилии и присел за спиной Патрика.

— Что это значит? — воскликнул один из охранников.

— Я должен осмотреть его руки, — процедил Батлл, стягивая кольцо.

Незаметно спрятав добычу, Батлл вернулся на свое прежнее место. Патрик враждебно смерил пирата взглядом, тот довольно ухмыльнулся. Мэри многозначительно кашлянула. Батлл усмехнулся и оценивающе посмотрел на капитанский мостик, откуда спускался Ян. Через мгновенье, так, чтобы было слышно и остальным пленным, Батлл произнес:

— Я не хочу проблем с капитаном, поэтому у меня их и не будет.

— Что?! — вскричала Рыжая Мэри, порываясь встать на ноги.

Рядом стоящий флибустьер грубо ударил ее по плечу, Мэри упала на колени и замолчала. Ледяное дуло, сильнее, чем ранее, впилось в затылок.

— Все изменилось, Рыжая, — самодовольно произнес Батлл. — Я три года просидел из-за тебя в одной камере с Яном и Арданом.

— Что происходит? — спросил капитан, приближаясь к пленным.

— Я говорил Рыжей Мэри, — по-собачьи преданно отозвался Батлл, — что после ее смерти золото ей уже не понадобится.

— Мэри, ты меня поражаешь, — расхохотался Ян. — Неужели ты пыталась подкупить одного из самых верных моих людей?

Разбойники вновь загоготали, кто-то засвистел. Сесилия опустила голову, стараясь не смотреть на возвышавшихся над ней врагов. Щеки ее вспыхнули от негодования, плечи обессиленно опустились. Ян сделал шаг вперед и, впившись пальцами в подбородок Рыжей Мэри, заставил ее поднять голову и посмотреть на него. Сжав зубы, Сесилия с ненавистью взглянула на самодовольного капитана.

— Ты на моем корабле, — негромко произнес он.

Скривившись, Рыжая Мэри плюнула Яну в лицо. Повисла пауза. Капитан медленно вытер щеку, не сводя своих змеиных глаз с пленницы. Затем молниеносным движением и с ужасающей силой он ударил ее по лицу. Мэри пошатнулась, но Батлл и другой разбойник заставили ее занять прежнее положение. Ян ударил ее с новой силой еще несколько раз.

— Она же женщина! — выкрикнул Патрик, порываясь встать.

Капитан обернулся и, смерив его взглядом, прищурился. Пираты, державшие милорда, крепко впились ему в плечи, не позволяя шевельнуться. Ян вытащил изогнутую саблю, которая в лучах полуденного солнца кидала на палубу серебряные блики. Патрик гордо поднял голову, готовый принять свою судьбу. Вопреки всеобщим ожиданиям капитан обернулся к Рыжей Мэри.

— Нет, — прошептал ее муж.

— Я планировал все несколько иначе, — холодно улыбнулся Ян, приближаясь к ней. — Но ничего, я готов отказаться от своих планов ради такого удовольствия.

Сесилия попыталась отшатнуться, но сильные руки не позволили ей этого. Хуже, чем создавшееся положение, еще не было. Еще никогда Рыжая Мэри настолько ясно не заглядывала в лицо смерти. Всегда оставалась надежда, сейчас надежды не было. В один миг перед глазами пролетела вся жизнь. Сердце бешено колотилось, в висках застучала кровь.

Франсуа опустил глаза, не в силах смотреть. Патрик же, окаменев как статуя, с ужасом и гневом наблюдал за страшной картиной. Впервые в жизни он ощутил неудержимое желание расправиться с Яном и его людьми. Сесилия бросила на мужа последний, полный нежности взгляд.

Ян замахнулся и сделал длинный, но неглубокий порез ниже ребер пленницы, рассекая наискось туловище от одного бока до другого. Сесилия с усилием сдержала крик боли, закусив до крови нижнюю губу. Перед глазами у нее заплясали черные пятна, к горлу подкатилась тошнота. Не в силах сдержаться, она согнулась пополам.

— Ты, Рыжая Мэри, умрешь только тогда, когда увидишь гибель друзей и мужа, — произнес Ян, отирая саблю, и приказал. — Отвести их к пушкам.

В тот же миг сгорбленная Сесилия, готовый к сражению Патрик и негодующий Франсуа были поставлены на ноги. Понукаемые сзади, друзья стали подниматься на верхнюю палубу. Батлл и Ян шли позади пленных. Набравшись смелости, один из пиратов спросил:

— Сэр, а как же Кристофер и этот военный?

— Они мертвы, — звучно отрезал предводитель.

Патрик, не в силах сдержать раскаленные до предела нервы, выкрикнул проклятия. Сесилия прикрыла глаза, из которых медленно сползали две крупные тяжелые слезы. Франсуа, державший себя в руках до этой минуты, почувствовал, что загнан в угол, из которого нет выхода.

Очутившись на верхней палубе, сопротивляющихся Патрика и Франсуа поставили спинами к заряженным пушкам. Сейчас на пленных смотрело около двадцати любопытных глаз, остальные пираты были отосланы капитаном. Франсуа бросил печальный взгляд на бледного милорда Вэндэра и тихо произнес:

— Не думал, что таков будет наш конец, друг.

— Спасибо за все, друг.

Ян потер узкую бородку и, обхватив железной рукой Сесилию за плечи, заставил ее стоять ровно. Рыжая Мэри, не обращая внимания на жгучую боль, выпрямилась и попыталась броситься вперед, но капитан с такой силой надавил на ее плечи, что потемнело в глазах. Сесилия замерла и испустила протяжный крик отчаяния.

В этот момент кто-то на нижней палубе громко позвал капитана, голос был знакомым. Ян недовольно поморщился и отправил Батлла разобраться, в чем дело. Через мгновенье крик повторился, на этот раз капитана «Победы» звал его помощник:

— Сэр Ян, быстрее сюда!

Ян негодующе нахмурился и, перепоручив Рыжую Мэри трем подчиненным, направился к лестнице. Обернувшись, он выкрикнул приказ:

— Поджигайте! — с этими словами он удалился наверх.

В тот момент, когда пламя почти коснулось фитиля, когда мощь пушек «Победы» была готова вырваться на свободу, произошло невероятное.

Эдуард, перепрыгнув через борт, рассек путы Патрика. Милорд Вэндэр упал ничком на палубу как раз в тот миг, когда вылетело мощное ядро. Через секунду трое пиратов, державших Франсуа, были повержены, а сам Асканио уже отчаянно дрался. Не успел никто произнести ни слова, как прозвучало два выстрела, раздался лязг металла, новые выстрелы, крики. Пираты, державшие Рыжую Мэри, отпустили ее, бросаясь на врага. Сесилия быстро оглянулась, но, как это ни было странно, пираты с нижних палуб не спешили на помощь своим союзникам. Через минуту, тяжело переводя дыхание и стирая набежавший пот, сэр Левод с чувством произнес:

— Надо уходить!

Переводя дыхание, трое друзей нервно рассмеялись, еще не веря в свое счастье. Подбирая оружие убитых, они с трудом унимали бешено колотившиеся сердца и трясущиеся руки. Эдуард нетерпеливо оглянулся назад.

— Быстрее! — прикрикнул сэр Левод. — Скоро придет Ян.

Повторного предложения не потребовалось. В одно мгновение Патрик перелез через борт и, цепляясь за прикрепленные снасти, принялся поспешно спускаться вниз. Сесилия, сжимая бешено пульсирующую рану, последовала вслед за мужем. Милорд Вэндэр уже стоял на обветшалом пирсе, подгоняя жену.

В этот момент на Рыжую Мэри навалилась неведомая до этого мига слабость. Из раны вырвалась новая струйка крови, унося с собой и последний остаток сил. Руки Сесилии безвольно разжались, и она выпустила тугую веревку. Теряя сознание, она осознала, что падает.

Больно ударившись спиной, Патрик все же успел подхватить на руки Сесилию. Не оглядываясь, милорд Вэндэр что было сил побежал к лесу.

— Давай ты! — скомандовал Эдуард, видя, что на верхней палубе их наконец заметили.

— А вы? — спросил Франсуа, проницательно оглядывая командора.

— Я остаюсь. На палубе Кристофер, я его не брошу.

— Тогда я с тобой. Ведь я обязан вам жизнью, сэр Левод.

Удостоверившись, что Патрик с Сесилией скрылись за пышной растительностью, Эдуард кивнул Франсуа, и они двинулись к верхней палубе.

Спустившись по лестнице на нижнюю палубу, Франсуа и Эдуард пораженно замерли. Они рассчитывали увидеть отчаянно сражавшегося Кристофера, возможно, уже убитого, вместо этого их взору предстала следующая картина. Мистер Эскью стоял напротив капитана и деловым тоном что-то объяснял, в руках у шулера был белый флаг. Собеседников окружила большая часть команды «Победы».

При виде освобожденного пленника глаза Яна сузились, тонкая бородка дрогнула и сильной рукой он схватил доктора за горло. В этот же миг на Эдуарда и Франсуа были направлены пистолеты, гости «Победы» также продемонстрировали свое оружие. Но никто не стрелял, все чего-то ждали.

— Сэр, отпустите, — прохрипел Кристофер, задыхаясь.

— Ты лгал мне! — прогремел Ян.

— Нет, — сипло возразил тот. — Убив меня, вы ничего не узнаете.

Тонкие губы капитана растянулись в змеиной улыбке. Держа правой рукой Кристофера за горло, он левой вытащил пистолет и направил на голову сэра Левода. Крис едва заметно побледнел.

— Говори, — приказал капитан.

— Убивайте, — с пугающим хладнокровием сказал шулер, — он мне никто. За эту информацию я продам только собственную безопасность. Мне плевать, что вы сделаете с остальными. Моя шкура дороже.

Ян оценивающе оглядел волевой раздвоенный подбородок доктора и его своенравные глаза. С каменным лицом он разжал руку. Кристофер спокойно вздохнул, потирая шею.

— Взять их! — приказал капитан. — Отвести в трюм.

Не успел Ян договорить приказ, как Эдуард уложил трех разбойников, а Франсуа с невероятной ловкостью схватил Батлла и, приставив ему клинок к горлу, властно окрикнул капитана. Ян обернулся. Батлл был один из немногих, чью жизнь он ценил. Хоть умом он и не отличался, но был верен как пес и готов был выполнить любой приказ. Остальные пираты тоже это знали. По наступившей паузе опытный парламентер и шантажист догадался обо всем. Надежно прикрывшись Батллом от выстрелов, Франсуа заговорил:

— Дай нам уйти, и он не умрет.

— Что мне за дело до простого матроса? Убивай, — рассмеялся Ян.

— Если ты так говоришь об одном из любимцев, то насколько капитану безразлична судьба остальной команды, — спокойно произнес Франсуа, понимая, на что нужно давить. — И зачем тогда такой вооруженной и сильной команде капитан?

— Заткнись! — закричал взбешенный предводитель.

— Почему? Неужели грозный Ян испугался? — беспечно рассмеялся тот.

Пираты возмущенно загудели, некоторые с откровенной враждебностью покосились на своего вожака.

— У них есть оружие, самый быстроходный корабль, «Победа». Зачем им главарь, который их унижает и ни во что не ставит их жизнь? Возможно, и не всегда платит. Почему они должны выполнять приказы, которые считают бессмысленными? Думаю, нанимаясь к тебе, они хотели поживиться, а не бегать по острову из-за твоей мести.

Ян облизнул пересохшие губы. Еще никогда угроза бунта не подходила так близко. Не зря он всегда опасался этого величественного, хладнокровного и умного Сальвино де Мальвинора. Если Батлл умрет, поднимется бунт, этого было нельзя допустить. Как сильно бы Ян ни желал смерти своим врагам, но сохранение власти было дороже.

— Уходите, — проскрежетал он.

Озираясь по сторонам и цепко держа в заложниках Батлла, Франсуа и Эдуард двинулись к трапу.

— Кристофер уйдет с нами, — приказал Франсуа, не отрывая глаз от капитана.

— Он вас предал.

— Это наше дело. Он уйдет с нами!

Ян сжал зубы, с ненавистью глядя на мастера переговоров. Кристофер, ловко вывернувшись, поспешил к трапу. Медленно, под тяжелыми взорами враждебных глаз, друзья спустились на берег.

— Уходите в лес, живо, — приказал Франсуа.

Бросив на него восхищенные взгляды, Эдуард и Кристофер подбежали к лесу. Скрывшись за деревьями, они сменили направление и, отбежав на безопасное расстояние, стали следить за другом. Франсуа стоял на берегу несколько минут. Команда «Победы», как завороженная наблюдала за ним. Ян начал спускаться по трапу. Зная, что как только он отпустит заложника, его убьют, Франсуа стал пятиться к лесу. Остановившись в нескольких шагах от первого куста, он резко ударил Батлла и бросился за широкое дерево. В ту же секунду ряд пуль и дроби застучали по толстому стволу. Через несколько мгновений прозвучали пушки «Победы». Присев сначала на корточки, а потом почти распластавшись по земле, Франсуа пополз в спасительные заросли. Он чувствовал, что сейчас погони не будет. Команда не в том состоянии, чтобы выполнять приказы Яна. Потребуется время, чтобы он смог вновь подчинить себе людей и подавить мятежников. Надеясь на это обстоятельство всем сердцем, Франсуа пробирался в глубь леса. К счастью, его надежды оправдались.

Вскоре Эдуард и Кристофер помогли Франсуа подняться, и все вместе поспешили удалиться от берега. Очутившись на безопасном расстоянии, Кристофер ухмыльнулся и самодовольно спросил:

— Ну, как я вам? Убедительно сыграл?

— А что ты говорил? — с профессиональным интересом спросил Франсуа.

— Всякую чушь, — отмахнулся тот. — Что знаю место, где находится дочь Мэри, Эльза. Что никто, кроме меня, этого не знает и тому подобное.

— Странно, что Ян поверил, — улыбнулся Эдуард.

— Он и не поверил, — заметил Франсуа. — Он просто тянул время. Не вмешайся я, нас бы уже убили.

— С тобой опасно враждовать, — одобрительно заметил сэр Левод.

Сальвино де Мальвинор оценил похвалу и улыбнулся.

— Где Вэндэры? — резко перебил Кристофер.

Франсуа побледнел и взволновано произнес:

— Ян ранил Сесилию. Они не могли далеко уйти.

— Мы должны их немедленно найти, — сказал Крис и быстро огляделся.

Через тридцать минут тщательных поисков друзья услышали тихие знакомые голоса. Приблизившись, они увидели распростертую на земле Сесилию и склоненного над ней мужа. Грязная изорванная сорочка и полосатая тельняшка Рыжей Мэри были пропитаны бурой кровью, а место раны было плотно перемотано одеждой Патрика, больше походившей на тряпки. Сам милорд Вэндэр остался в одних брюках и сапогах.

— Сесилия, — в ужасе прошептал доктор.

Подбежав к ней, он быстро скинул повязки и стал тщательно осматривать рану. С трудом приоткрыв глаза, Рыжая Мэри слабо улыбнулась:

— Крис, ты жив…

— Жив и тебя спасу, — заверил он, хотя голос предательски дрогнул.

Тщательно осмотрев ранение, медик отошел в сторону и задумался. Патрик, ободряюще улыбнувшись жене, быстро приблизился к другу, тот сосредоточенно водил ногой по земле.

— Что происходит?! — резко потребовал ответа милорд Вэндэр, выводя Кристофера из оцепенения.

Доктор вздрогнул и, не поворачиваясь, тихо заговорил:

— Эта сволочь Ян хорошо рассчитал удар. Видно, он был отработан…

— О чем ты?

— Эта рана не смертельна. Но при отсутствии необходимой помощи она умрет от потери крови, мы не сможем ее остановить.

— Ты сможешь!

— Как? Зашью ее пальцами? — горестно воскликнул он. — Патрик, пойми, мне нужны инструменты, спирт, вода, наконец. Я не знаю, где это можно взять.

— Я знаю, — с жесткой решимостью произнес Эдуард.

Патрик и Кристофер резко обернулись. Сэр Левод коротко пояснил:

— В доме губернатора. У Луизы. Она же вроде увлекалась медициной.

— Эдуард, ты, наверное, забыл, — осторожно подбирая слова, начал Кристофер, — что Луиза не очень жалует Сесилию.

— Они знакомы? — удивился Патрик.

— Я помню, что они враги, — отозвался командор, смотря в глаза медика и не обращая внимания на слова милорда Вэндэра. — Но кто сказал, что нам нужно ее согласие?

Кристофер криво улыбнулся, сэр Левод твердо кивнул. Патрик непонимающе посмотрел на друзей.

— Бери Мэри, по дороге я все расскажу, — велел Кристофер.

— Не смей! — оскалился Эдуард. — Она не должна этого знать.

— Я сам могу решать, что и кому говорить! — взвился доктор.

Эдуард хотел сказать что-то колкое, но потом резко выдохнул и, махнув рукой, произнес:

— Делай, как знаешь.

— Крис, я надеюсь, ты все пояснишь, — многозначительно заметил Патрик.

Франсуа взял на руки ослабевшую Сесилию и пошел следом за Эдуардом. Кристофер и Патрик шли позади, негромко разговаривая о давно забытом прошлом семьи Лоунфер.

Медленно переведя взгляд на серое, затянутое облаками небо, Луиза тихо вздохнула и слегка улыбнулась Конору.

— Скверная погодка, — безразлично проговорил тот, закуривая. — Можно посочувствовать тем, кто не успеет убраться вовремя.

— Неужели тебе знакомо слово сочувствие? — тихо засмеялась девушка.

— Я слышал о нем, — обнажая мелкие зубы, заулыбался тот. — Как Ардан?

— Он слаб, но скоро поправится.

Прогремел гром. Молодые люди замолчали, Луиза покосилась на надвигающуюся черную тяжелую тучу. Где-то вдали сверкнула молния, с моря начал подниматься ветер. Приближалась буря. Луиза сдержала короткий вздох. Конор масляным, похотливым взглядом заскользил по фигуре девушки. Пробегая глазами высокую лебединую шею, пухлые губы, он внезапно остановился на серых, колючих, почти враждебных глазах, устремленных вдаль. Неожиданно Конору стало не по себе, слишком уж походила его знакомая на Рыжую Мэри, особенно сейчас.

— О чем ты думаешь? — негромко спросил он.

— Я вспоминаю отца, — глухо отозвалась Луиза. — Знаешь, я никогда не прощу это бесчувственное животное за то, что она сделала.

— Кто? Что сделал?

— Рыжая Мэри, — с ненавистью произнесла та. — Она убила моего отца!

— Что?!

— Да, — глухо отозвалась Луиза. — Сэр Ян первый сообщил мне эту новость. Он сказал, что Рыжая Мэри узнала Гордона сразу. А мой бедный покойный отец не очень хорошо обращался с ней, и она…

Закрыв лицо руками, Луиза подавила рыдания. Конор решил не спорить и, полностью согласившись с этой версией, выразил свою неприязнь к Сесилии и ее друзьям.

В этот миг в дверь громко и требовательно постучали, очевидно, ногой. Хозяйка недоуменно пожала плечами и направилась к входу, Конор пошел следом. Отодвинув засов, Луиза открыла дверь и в ужасе отшатнулась назад. На нее смотрело черное дуло карабина и жесткое лицо командора Левода.

Вдруг Эдуард увидел опасливо озиравшегося Конора, быстро пятившегося назад.

— Кристофер, здесь твой друг, — крикнул он, слегка обернувшись.

В одну секунду Кристофер, очутившись возле врага, нанес ему сильный удар. Конор повалился назад, доктор выхватил пистолет и уже готов был выстрелить, как из смежной комнаты появился бледный Ардан. В это время Вэндэры, Франсуа и Эдуард, уже стояли в гостиной. Дверь на улицу была заперта. Увидев первого помощника капитана, командор вздрогнул и удивленно расширил глаза. Ардан направил два заряженных мушкета на сэра Левода и Кристофера. Почти в это же мгновенье Патрик достал свое оружие, угрожая Ардану. Воспользовавшись тем, что на нее не обращают внимания, Луиза схватила со стола пистолет Конора и направила его на Патрика. Повисла напряженная тишина. Враги с напряжением смотрели друг на друга. Каждый был готов стрелять.

Франсуа, единственный, кому не угрожали и бывший не в состоянии сам кому либо угрожать, так как на руках у него лежала бесчувственная Сесилия, сделал шаг вперед и заговорил:

— Мы можем перестрелять друг друга, но тогда погибнете вы все.

Глаза Конора испуганно забегали: он не собирался умирать. В этот момент он походил на крысу, которая попалась в капкан человека. Луиза с деланным спокойствием гордо произнесла:

— Вы не убьете даму, духу не хватит.

— А я не вижу здесь дамы, — оскалился Кристофер. — Я вижу доносчицу, врага.

Руки Луизы едва заметно задрожали, губы пересохли, но она совладала с собой и заговорила тоном хозяйки.

— Вижу, вам нужны медикаменты. Если вы нас убьете, то не сможете их найти. Я храню все настои в сейфе, вы не сможете их достать без моей помощи.

— А я вскрою сейф, — отозвался Кристофер.

— На это уйдет время, когда вы его откроете, Рыжая Мэри, — Луиза с презрением оглядела раненую и избитую женщину, — умрет.

— Ты, — Франсуа кивнул Луизе, — дашь мистеру Эскью то, что он потребует.

— Никогда!

— Либо ты поможешь спасти Мэри, либо вы все умрете!

— А если она поможет, — быстро заговорил Конор, — откуда нам знать, что потом вы нас не убьете?

— Мы не собираемся давать никаких гарантий, — повелительно произнес Франсуа, оценивающе оглядывая еще слабого Ардана. — Нас больше. Сила на нашей стороне! Если начнется перестрелка, вы погибнете!

— Луиза, ты же не хочешь, чтобы меня убили? — умоляюще заскулил Конор, с испугом поглядывая на Кристофера. — Помоги им.

Девушка посмотрела на Ардана, ожидая его решения.

— Выполняй, — приказал тот, опираясь спиной на стену.

Опустив Сесилию на диван, Франсуа вынул свое оружие и сменил Кристофера. Патрик, Эдуард и Франсуа оттеснили Ардана и Конора в конец гостиной. Стоя друг напротив друга, они молча впились взглядами в лица своих врагов. Кристофер поспешно суетился вокруг Сесилии, Луиза нехотя выполняла его приказания.

— Ну что, Асканио, решил повоевать? — рассмеялся Ардан, прикрывая этим свою слабость и выступившую на лбу испарину. — Помнится, ты говорил, что этим не занимаешься.

Франсуа промолчал, но на лбу у него пролегла глубокая морщина.

— Или за шантаж сейчас мало платят? — продолжил первый помощник Яна. — Насколько я помню, у тебя был неплохой доход. Шантажи, выкупы, побеги, угрозы… Зачем ты им помогаешь? Ты же любишь оставаться в стороне, наблюдать. Открытая война не для тебя.

— Все меняется, — коротко оборвал Сальвино де Мальвинор. — И я вижу, ваши с Яном запросы тоже изменились. Не думал, что в вашей команде держат таких крыс, — он с отвращением кивнул на Конора.

— Его наняла Кэти, — мрачно сообщил Ардан, всегда уважавший силу даже во врагах. — Я от него тоже не в восторге.

— Неужели эта гадюка связалась с Яном? — поразился Эдуард.

— Более чем, — усмехнулся первый помощник и, тяжело дыша, осел на пол, но оружие не выпустил.

— Кристофер, долго еще? — нетерпеливо крикнул Патрик.

— Несколько минут.

— Вам не победить, — зловеще прошептал Ардан. — Вы можете убить нас троих, но вам не справиться с тремя сотнями лучших бойцов. Вы загнаны на этом островке, отрезаны от мира.

— Замолчи или я выстрелю! — прикрикнул Эдуард.

— И тогда Лу не поможет вам. Хотя стреляй, Кристофер уже попытался.

Сэр Левод шагнул вперед, руки его побелели от напряжения, на висках вздулись вены. Ардан довольно расхохотался, негромко продолжив:

— Вы проиграли и знаете это. Не сегодня-завтра вас поймают. Помощи ждать неоткуда. Каждый из вас понимает, что надежды уже нет.

— Надежда есть всегда, — оборвал Патрик с уверенностью.

Кристофер уже зашил и обработал ранение Рыжей Мэри. В тот момент, когда он доставал иглу, от резкой боли Сесилия очнулась и сдавленно закричала.

— Все, уже все, — быстро зашептал доктор, стараясь улыбнуться. — Принеси виски или еще чего-нибудь, — резко крикнул он на Луизу.

Через минуту хозяйка послушно принесла стакан с темной жидкостью. Встав так, чтобы Сесилия не могла ее увидеть, она протянула стакан доктору. Крис взял бокал и собирался поднести его к губам раненой, как вдруг заметил холодный пристальный взгляд Луизы. Резко выпрямившись, медик быстро подошел к Конору и, сунув ему в руки бокал, приказал:

— Пей!

— Я? Я…

— Пей! — закричал Кристофер.

Опасливо озираясь, Конор дрожащими руками поднес стакан к губам.

— Нет! — взвизгнула Луиза.

Кристофер прищурился и, посмотрев на Конора, повторил:

— Пей это или отравишься свинцом.

— Нет! — произнесла Луиза и, схватив со стола какой-то острый предмет, приставила его к горлу Сесилии.

Вновь повисло напряженное молчание. Никто не хотел начинать вражду первым, понимая, что может проиграть. Франсуа тяжело перевел дыхание, он не знал, как разрешить ситуацию в этот раз. Он мог нагородить всякой чуши, но слишком много здесь было кровных врагов и слишком накалены были нервы.

— Когда Ян с вами покончит, — тяжело заговорил Ардан, — я из-под земли достану твою жену, Эдуард, — он впился в него глазами. — Думаю, эта красавица меня оценит, а если не меня, так других ребят.

Этих слов было достаточно, чтобы сэр Левод вспыхнул как спичка. Он сделал к первому помощнику Яна еще шаг. В этот же миг Ардан схватил его за ноги, и Эдуард повалился на спину, роняя карабин. В один миг завязалась драка. Резко обернувшись, Патрик увидел, как Луиза наливает в стакан бурую жидкость и подносит ее к губам бесчувственной жены. Одним прыжком миновав гостиную, он оттолкнул ее и, подхватив Сесилию на руки, распахнул ногой дверь. Из леса к дому губернатора приближался небольшой отряд пиратов.

— Уходим! — закричал Патрик.

— Мы с ними справимся, Пат! — отозвался командор, заваливая Ардана.

— Сейчас же!

В этот момент перепуганный до полусмерти Конор схватил дрожащей рукой пистолет и, приставив его к спине командора, произнес фразу, которая поразила абсолютно всех.

— Уходите, и я его отпущу.

Не раздумывая, Кристофер и Франсуа вышли за дверь. Отпустив Эдуарда, Конор попятился назад.

— Быстрее! — закричал Патрик.

В следующее мгновенье друзья покинули дом. Ардан с гневом посмотрел на Конора, которого презирал всем своим существом и готов был с радостью убить.

— Ты поклялся помогать мне! — испуганно выговорил Конор.

— Да, — с невероятным трудом произнес тот. — Но ты позволил им уйти.

Конор попятился назад. Сделав шаг вперед, Ардан сжал могучий кулак и с силой ударил им по столу. Конор сжался. Бешено вращая белками, Ардан произнес:

— Это предназначалось тебе. Если бы ты не потребовал с меня в лесу клятвы, я бы убил тебя!

В это время в дом вбежали пираты. Все они с почтением посмотрели на первого помощника капитана, ожидая команды.

— Рассредоточиться по деревне, найти наших врагов. Живыми или мертвыми привести к капитану.

— Сэр, но жители… — слабо попыталась возразить Луиза.

— Молчи, девчонка! Выполнять немедленно, — крикнул он пиратам.

— Ардан, — сказал один из них, — капитан объявил охоту.

Друзья бежали по узкой тропе между домами. Грозовое, свинцовое небо, казалось, придавливает беглецов своей тяжестью. С черных туч начали падать на пыльную землю первые тяжелые капли дождя. Стало холодать, с моря дул пронзительный ветер. Небо сотрясли суровые раскаты грома, белым огнем сверкали молнии. Крупные капли дождя стали чаще. На землю начали опускаться гнетущие сумерки.

— Надо найти укрытие! — крикнул Патрик.

Неожиданно дверь одного из маленьких домиков отворилась, и на пороге появился пожилой господин. Казалось, он наблюдал за беглецами и сейчас вышел им навстречу.

— Заходите ко мне, скорее, — быстро проговорил он, шагнув внутрь.

Союзники резко остановились, не зная, как отнестись к нежданному приглашению. Хозяин, видимо поняв ход их мыслей, добродушно улыбнулся и негромко сказал:

— Чего вы боитесь? Здесь нет никого кроме меня. А я — слабый старик.

Первым в дверь зашел Эдуард, быстро оглядев помещение, он кивнул остальным. Хозяин сдержал грустную улыбку, видя этот жест. Друзья поспешили зайти. Когда все очутились в помещении, пожилой господин плотно закрыл дверь и, с трудом переставляя ноги, попросил гостей следовать за ним. Переглянувшись, друзья прошли в небольшую, но уютно устроенную кухоньку. Проведя их в угол комнаты, хозяин указал на люк в полу.

— Откройте, силы у меня уже не те, — вздохнул он.

Одной рукой Эдуард отворил погреб и вопросительно посмотрел на старика, тот кивнул, протягивая сальную свечу. Взяв слабый трепещущий огонек, сэр Левод стал осторожно спускаться вниз. Погреб оказался довольно глубоким и большим. Он проходил под всем домом, здесь хранились старые ржавые инструменты, банки с соленьями, несколько бутылок, покрытых пылью, и бочка меда. Когда друзья спустились вслед за Эдуардом, хозяин негромко спросил:

— Те, кто гонятся за вами, способны на то, чтобы ворваться в чужой дом и перевернуть здесь все?

— О, да, — с чувством ответил Патрик.

— Тогда оставайтесь здесь, — с этими словами он захлопнул крышку погреба.

После этого, тяжело дыша, хозяин дома с трудом нагнулся и прикрыл погреб половиком. В этот момент в дверь требовательно постучали. Не дожидаясь приглашения войти, дверь распахнулась, и в дом ворвались трое головорезов. Не обращая внимания на тихие возмущения старика, разбойники бесцеремонно обошли маленькое жилище, заглядывая во все места, где мог поместиться человек.

— Их здесь нет! — крикнул один из пиратов, выходя на улицу.

— Они не могли далеко уйти, кто-то их прячет, — с ненавистью проговорил второй, покидая кухоньку.

— Старик, — обратился первый пират, — если увидишь четверых мужчин и женщину, одетую, как последний оборванец, сообщи дочери губернатора, Луизе. Она ведь теперь здесь главная. Тебе хорошо заплатят.

— Кто они?

— Они преступники. Враги всех порядочных людей.

С этими словами разбойники покинули дом, громко хлопнув дверью. Тяжело вздохнув, пожилой господин зашел в кухню и вскоре уже закрывал изнутри погреба люк. Еще через минуту он достал из запыленного ящика старые и подъеденные молью одеяла и протянул их гостям. С все возрастающим недоумением, Кристофер принял одеяла и, расстелив их на дощатом полу, кивнул Патрику, тот быстро уложил Сесилию. Пододвинув нетвердой рукой табурет, хозяин медленно на него опустился и перевел дыхание. Эдуард неопределенно кашлянул и спросил:

— Почему вы это делаете?

— Вы нуждались в помощи, — просто ответил тот. — Я был в состоянии оказать ее вам.

— Мы вам очень признательны, — с чувством произнес Патрик, слегка поежившись от прохлады сырого погреба.

Хозяин с сочувствием посмотрел на обнаженный торс гостя. Чувствуя на себе взгляд, милорд Вэндэр отвернулся, поворачиваясь к старику спиной, на которой красовался длинный трехлетней давности шрам. Пожилой господин пристально осмотрел шрам и тихо сказал Эдуарду:

— Молодой человек, пойдемте со мной наверх, поможете мне.

Через пять минут они вернулись. Эдуард нес три миниатюрных табурета, сорочку и тарелку с ячменными печеньями.

— Оденьтесь, — почти приказал старик Патрику.

— Скажите, сэр, почему вы это делаете? — ошеломленно спросил милорд, натягивая сорочку. — Вы ведь не знаете нас.

— Я делаю то, что считаю правильным, — улыбнулся хозяин, присаживаясь.

— Многие считали бы правильным выдать нас дочери губернатора, — отозвался Кристофер, — или убить.

— Почему?

— Да потому, что у нас многоговорящая внешность, — глухо отозвалась Сесилия, уже полностью придя в себя и поднимаясь на локтях. — Посмотрите на меня. Много вы видели дам в таком наряде, с таким оружием?

— Я много что видел, — раздумывая, отозвался хозяин. — И могу сказать точно, что не привык судить о человеке по его одежде. Сейчас я скорее вижу раненую и избитую женщину, которой нужно безопасное место. — Он вздохнул и продолжил. — Я не знаю, кто вы, и не уверен, что хочу знать. Но я считаю, что вы, больше чем кто-либо на этом острове, нуждаетесь в помощи.

— Вы очень добрый человек, — улыбнулась Сесилия. — Я не встречала таких, как вы. Извините нашу подозрительность, но нас много раз предавали.

— Не думайте обо мне лучше, чем я есть, — мягко улыбнулся тот. — Я тоже не идеален. А вы, — он пристально посмотрел на Сесилию, а затем на Эдуарда, — не бойтесь принимать помощь.

Сесилия усмехнулась, но этот жест был скорее горестным, чем вызывающим. Сэр Левод тяжело вздохнул и покосился на Кристофера, который с интересом изучал содержимое банок с соленьями. Эдуард сдержал улыбку и шепотом спросил у доктора:

— У тебя есть деньги?

— Нет, — отозвался тот. — Спроси у Франсуа.

Незаметно подойдя к почти растворившемуся в темноте другу, Эдуард задал тот же вопрос. Быстро осмотрев содержимое своих карманов, Франсуа протянул командору три золотые монеты.

— Сэр, — с уважением обратился Эдуард, — не могли бы вы продать нам немного еды и воды? — с этими словами он протянул деньги.

— Хорошо, — спокойно отозвался тот, будто ожидая чего-то подобного, и слегка дрожащей рукой принял деньги.

Вскоре были открыты несколько банок с едой, принесена вода и друзья впервые за долгие дни напряжения смогли спокойно поесть и насладиться живительной влагой. Через некоторое время гостеприимный хозяин удалился наверх, оставляя путников одних. Спустя час Патрик сладко зевнул, удобнее усаживаясь в углу. Он отчаянно боролся с навалившимся сном, но постоянное напряжение и усталость давали о себе знать. Время тянулось медленно и лениво, тихо потрескивали свечи, будто напевая колыбельную. Сесилия, закутавшись в одеяло, крепко спала, рядом лежали Франсуа и Кристофер, накрывшись одним сюртуком. Эдуард, облокотившись на бочку меда, находился в забытье, которое обычно бывает после сильного напряжения. Патрик еще раз зевнул и тихо встал. За последние дни их так много раз пытались убить, что милорд Вэндэр просто не мог оставить караул.

Разминая затекшие ноги, он приблизился к стене. Присмотревшись, милорд Вэндэр заметил небольшую вытяжку. Это была узкая труба, выходившая на улицу, по которой поступал свежий воздух. По трубе то и дело скатывались холодные капли дождя. Закрыв глаза, Патрик отчетливо представил себе царившую непогоду. Крупный проливной дождь хлестал как из ведра, уже стемнело, с моря дул холодный, пронизывающий ветер. Тяжело вздохнув, он вернулся на прежнее место и, прикрыв глаза, задремал.

Никто не знал, сколько прошло времени, как вдруг тонкий слух Сесилии уловил до боли знакомые голоса. Моментально пробудившись от сладостного сна, Рыжая Мэри быстро села и прислушалась. Голоса заглушал яростный стук дождя. Затаив дыхание и не двигаясь, она прислушалась.

— Слушай, а что, если мы не найдем их до утра? — спросил Конор.

— Я спросил это у капитана, он злой как черт, — отозвался Батлл, — дал нам время до завтрашнего вечера. Эти канальи здорово его разозлили.

— Наверно, все с «Победы» сняты на поиски?

— На «Победе» Ян и Ардан, никто не посмеет туда сунуться без беглецов, — расхохотался Батлл. — Зато на «Надежде» осталось человек пять, готовят фрегат к отплытию через час.

— Зачем? — поразился Конор.

— Ян не делится своими планами…

В этот момент ударил гром, заглушая разговор. Послышались шаги удаляющихся разбойников. Сесилия поморщилась, но, как она ни прислушивалась, не могла различить ничего, кроме быстрых, безудержных ударов дождя. Опираясь о стену, Рыжая Мэри встала и прошлась по подвалу. Ходить она могла, силы постепенно возвращались. Подойдя к вытяжке, она задумалась. Им предоставлялся шанс бежать с острова, второй попытки может и не быть. То, что она задумала, было безумием, но оставаться здесь равнялось самоубийству. Медлить было нельзя, и она решилась. Набрав в грудь воздуха, Рыжая Мэри отчетливо произнесла:

— Через минуту Ян будет здесь!

Эти слова, как выстрел из пушки, пробудили всех мгновенно. Подпрыгнув и непонимающе озираясь по сторонам, друзья схватились за оружие. Сесилия сдержанно рассмеялась и коротко пояснила:

— Шутка. Нужно же было вас всех поднять.

— Животики надорвешь, — нервно огрызнулся Эдуард, убирая шпагу.

— Смотрю, тебе стало легче, — холодно заметил муж.

— У меня есть план, — объявила Сесилия и, опустившись на пол, заговорила. — Мы должны незаметно подойти к «Надежде», ее готовят к отплытию через час, так что времени у нас не так много. На корабле сейчас всего пять человек. Мы сумеем захватить фрегат и покинем этот проклятый остров.

— А как насчет того, что нам придется пройти по деревне, переполненной разбойниками, которые жаждут нашей крови? — с иронией спросил Кристофер.

— И миновать лес, — поддержал Франсуа. — Ночью, в дождь, по непроглядной чаще. При дневном свете и то лес не очень приветлив.

— Ну, по лесу могу провести я, — скромно заметил Патрик. — У меня хорошая память на местность, думаю, к берегу сумею найти дорогу.

— Ночью? — вскинул брови Кристофер.

— Послушайте, у нас нет времени спорить, нужно действовать, — произнес решительно Эдуард.

— Это невозможно! Мы заперты на острове! Мы не сумеем выбраться, — в панике произнес доктор. — Остается только ждать английского судна.

— Кристофер, неужели ты отчаялся? — ровным голосом спросила Сесилия, но муж заметил, как блеснули ее глаза.

Медик промолчал. Рыжая Мэри оценивающе оглядела спутников и твердым голосом командира произнесла:

— Сегодня мы покинем остров. Если кто-то хочет остаться и ждать, пока его убьют, оставайтесь! Но если вы готовы рискнуть своей жизнью ради безумной цели спасения, если не боитесь неизвестности и жаждете свободы, если все еще хоть немного надеетесь и готовы на все, то мы сумеем бежать! Мы уже совершили то, о чем многие боялись бы думать. Разве не мы дважды бежали с «Победы», уходили из рук Яна, сражались с сотней пиратов, спасались от самой смерти? Неужели после всего, что мы пережили, вы испугаетесь ночного леса и дождика?! Я привела вас на остров, я и выведу вас! Это говорю вам я — Рыжая Мэри!

— Я с тобой до конца, каким бы он ни был, — решительно произнес Патрик, помогая жене подняться на ноги.

Эдуард кивнул и встал рядом. Франсуа положил руку на эфес шпаги. Слегка улыбнувшись, Кристофер поправил очки и негромко сказал:

— Вы же не справитесь без меня.

— Тогда вперед, — скомандовал Патрик, поднимаясь по лестнице.

Очутившись на маленькой кухоньке, друзья заметили дремлющего в кресле пожилого хозяина. Услышав шаги, он поспешно открыл глаза и вопросительно посмотрел на гостей.

— Спасибо вам за все, но нам нужно идти, — как можно более мягко и признательно произнес милорд Вэндэр.

— Ступайте, — кивнул тот, — и помните, не все люди так плохи, как вам кажется. Я тому пример, — он улыбнулся.

Когда мужчины прошли к входной двери, Сесилия задержалась около старика и негромко сказала.

— Вы спасли нам жизни. Я никогда не забуду вашей доброты. Спасибо вам и прощайте.

Когда друзья вышли на улицу, их обдал холодный ночной воздух и окатил с головы до ног прохладный летний дождь. Ветер стих. Погода взбодрила всех разом. Оглядевшись по сторонам, сэр Левод кивнул на лес, до которого оставалось только два дома. Сесилия выглянула в одну сторону, Франсуа в другую, пиратов видно не было. По сигналу друзья быстро покинули свое убежище и перебежали за стену ближнего строения. Неожиданно послышались быстрые шаги. Кристофер, Эдуард и Патрик, тесня друг друга, спрятались за небольшой выступ в стене амбара. Франсуа и Сесилия, затаив дыхание, вжались в холодную стену дома. Пират приблизился к дому и, остановившись за углом, в двух шагах от Рыжей Мэри, прислушался. Сесилия окаменела, казалось, она слилась с гладкой стеной. Не дыша, она начала считать секунды. Пират потоптался на месте и только собрался уходить, как из дома, возле которого прятались друзья, выбежала собака.

Услышав новые движения, разбойник остался на месте, быстро оглядываясь по сторонам, пытаясь понять, откуда идет звук. Дождь усилился, темнота стала непроглядной. На расстоянии пяти шагов уже нельзя было ничего увидеть. Подбежав к Франсуа, собака начала обнюхивать его колени, мужчина дернул ногой, пытаясь отогнать глупое животное. Собака зарычала. Преследователь обернулся и шагнул к углу дома. В этот момент Патрик нащупал в кармане мешочек с порохом и, не раздумывая, бросил в противоположную сторону. Собака насторожила уши и побежала к мешочку, разбойник прислушался и быстро направился за собакой.

За несколько секунд друзья перебежали ко второму дому и огляделись. В маленьком окошке скромного жилища горел свет. Заглянув внутрь, Франсуа в ужасе отпрянул назад. В доме за столом сидели Луиза и два пирата с «Победы». В этот момент разбойник, преследовавший невинную собаку, видимо, нашел мешочек с порохом и крикнул своих союзников. Пригнувшись, Сесилия и Кристофер стали пробираться под окнами второго дома. Эдуард остался позади, прикрывая друзей. Крик пирата был заглушен дождем, тогда разбойник, решив вытащить своих товарищей из уюта теплого дома на поиски, направился именно к тому месту, где находился Эдуард.

Сесилия и Кристофер уже зашли в лес, Патрик и Франсуа миновали строение и, пригнувшись, бежали по пустырю к лесу. Эдуард миновал окно, разбойник приближался. Франсуа и милорд успели добежать до первых деревьев и растворились в темноте. Сэр Левод замер, миновать пустырь он уже не успеет; сражаться — значило привлечь слишком много внимания; оставалось одно — оставаться на месте и ждать. В этот же момент пират остановился возле двери и, осмотрев непроглядные заросли, постучал.

Ему отворил рослый молодой шкипер. Увидев промокшего до нитки матроса, он громко расхохотался. Замерзший и мокрый, пират с черной завистью осматривал теплую комнату, где горел уютный камин, а на полу лежал мягкий ковер. Сжав зубы, он процедил:

— Они где-то неподалеку, я слышал их шаги и нашел это, — он показал мешочек.

— Так ищи их, — безмятежно заметил здоровяк. — Ян тебе награду даст.

— Я не справлюсь один, пойдем со мной.

Выйдя на веранду, флибустьеры остановились около стола. Эдуард замер, все мышцы его были напряжены, нервы походили на перетянутую струну, готовую лопнуть в любой момент.

— Я готов отказаться от награды, лишь бы не выходить сейчас из-под крыши, — протянул шкипер и оглянулся на оставленную комнату.

— Если ты мне не поможешь, я сообщу твои слова капитану, — огрызнулся тот, с ненавистью оглядывая сухую одежду.

— Уговорил, пойдем.

— Нужно позвать остальных. Кто еще в доме?

— Там боцман и Луиза, — отозвался флибустьер. — Звать их не имеет смысла.

Спустившись с веранды, пираты завернули за угол дома. Выдохнув, Эдуард миновал пустырь и скрылся за кустом, где его ждали друзья. Несколько привыкнув к темноте и уже слабо различая черные очертания деревьев, спутники углубились в лес. Через несколько шагов темнота стала такой, что увидеть что-то дальше вытянутой руки было невозможно. Дождь продолжал поливать с безжалостной силой, что ухудшало положение.

— И как мы найдем дорогу? На ощупь? — взвился Кристофер.

— У нас не больше сорока минут, — напомнил Франсуа.

— Нам налево, — произнес Патрик с уверенностью.

Повернув налево, они медленно двинулись дальше. Темные ветки рвали одежду и царапали лицо, большие мокрые листья неприятно хлестали плечи, ноги утопали в грязной воде по щиколотку. Несколько раз Кристофер, не в состоянии увидеть хоть что-то через залитые дождем очки, спотыкался о корни и падал на мокрую землю. Патрик, идущий впереди, свалился в неглубокую глинистую яму. Края и дно ямы скользили, не позволяя встать, мутная жижа, наполнявшая ее, подступала милорду к горлу. С помощью Франсуа и Эдуарда Патрик сумел выбраться, и они продолжили мучительную дорогу к свободе. Сальвино де Мальвинор два раза наткнулся на слившиеся с темнотой деревья. Эдуард, поддерживая еще слабую Сесилию, изучал дорогу, боясь налететь на камень или корень. В одном месте Франсуа и Кристофер чуть отстали, и сэр Левод шепотом спросил:

— Мы действительно идем в нужном направлении?

— Я не зна… — начал Патрик, но жена быстро оборвала его.

— Да, это нужное направление.

— Да? — в один голос изумился Эдуард и милорд Вэндэр.

— Да, — твердо ответила Сесилия, тяжело дыша. — Патрик, иди дальше, я верю в тебя.

Пораженный, милорд Вэндэр оглянулся по сторонам и, заметив знакомый изгиб дерева, свернул в сторону. Вскоре Франсуа и Кристофер нагнали остальных. Шли молча, лишь глухие хлюпающие шаги да барабанная дробь крупных капель нарушали тишину. Каждый шаг давался все труднее и труднее, в некоторых местах ноги по колено утопали в грязи. Силы предательски покидали. Они уже не выискивали место, куда встать, а шли напролом, не избегая луж и канав. Становилось холодно, ночные шорохи леса настораживали и без того напряженных людей.

— Может, передохнем? — неуверенно предложил Франсуа, поднимаясь из грязной илистой лужи.

Сев на более-менее защищенное от дождя место, они перевели дыхание. Стирая с вымотанного, с синяками, оцарапанного лица грязь и капли влаги, Сесилия почувствовала, что за ней наблюдают. Мэри оглядела друзей, никто из них на нее не смотрел, однако она явственно чувствовала чей-то пристальный взгляд. Ничего, кроме темноты джунглей вокруг, она увидеть не могла. Рыжая Мэри твердо понимала, что этот взгляд враждебный. Неожиданно ей стало страшно. Холодный, как дождь, страх перед неизвестным врагом пугал ее больше, нежели открытая встреча с командой «Победы».

— Надо идти дальше, — резко произнесла она, вставая на ноги.

— Почему? — изумился Патрик, поворачиваясь к жене.

Вдруг взгляд его остановился, глаза расширились. Из-за темноты Сесилия не сумела заметить эту внезапную перемену, поэтому продолжала стоять, как и прежде. Послышался непонятный быстрый топот. Мгновенным, машинальным движением Патрик выхватил заряженный пистолет и выстрелил. В этот же миг в дюйме от Рыжей Мэри упало что-то тяжелое. Сесилия резко обернулась. Позади нее лежало тело дикого кабана. Кабан завизжал душераздирающим, громким криком и попытался подняться на ноги. Франсуа подбежал к кабану и выстрелил еще раз, заставляя его замолчать навсегда.

— Что ты наделал?! — сорвался Эдуард. — Выстрел и этот вопль слышало чуть ли не пол-острова!

— Мне нужно было дать ему разорвать Сесилию?! — воскликнул Патрик, вскакивая на ноги.

В этот момент в зарослях послышались шаги, все замерли. Мэри, чей слух был самым острым, поняла, что к ним приближается один человек.

— Уходим, — коротко приказал Патрик и, вытащив кинжал, отодвинул мокрый кустарник, двигаясь вперед.

Трое мужчин последовали за ним, Сесилия шла последней. Из-за ранения и усталости, которая с каждым новым шагом давала знать о себе все больше, она отстала. Шел дождь, смывая шаги друзей, силуэты мужчин растворились в темноте уже после четырех шагов. Как бы Сесилия не вглядывалась, она не могла понять, в каком направлении они ушли, дождь поглощал собой все звуки, а темнота нагнетала сложившиеся ситуацию. Решившись, Сесилия шагнула вперед. Но не успела она сделать и четырех шагов, как почувствовала чье-то присутствие. Она замерла, вслушиваясь. Стояла тишина, только дождь быстрыми каплями ударялся о хлюпающую землю и большие листья. Вдруг шеи миледи Вэндэр коснулось мокрое холодное лезвие и смутно знакомый голос произнес:

— Не ждал-с, что найду-с тебя-с, Рыжая-с Мэри-с, здесь.

— Порадуешь капитана, — громко произнесла Сесилия, надеясь перекричать дождь и докричаться до друзей.

— Пойдем-с, — приказал пират низкого роста.

К огромному удивлению Сесилии, через несколько шагов они очутились на берегу, возле фрегата «Надежда». Пока они шли по берегу, Рыжая Мэри отчаянно пыталась вспомнить этого человека, но не могла. В памяти всплывали какие-то смутные образы из событий трехлетней давности, но все было не то.

— Где-с твои-с друзья-с? — тихо спросил пират, подталкивая ее к трапу.

— Идут следом за нами, — усмехнулась та.

— Как же-с, так-с и идут-с, — недоверчиво и с ноткой восхищения произнес тот.

Сесилия недоуменно покосилась на пирата, но тот только подтолкнул ее дальше. Они поднялись на «Надежду». Очутившись на фрегате, пират вместо того, чтобы сообщить своим товарищам, что поймал главного врага, быстро повернул к баку. Пройдя по пустой палубе, они свернули к кают-компании. Быстро отворив дверь, разбойник втолкнул Рыжую Мэри внутрь и убрал свой заточенный клинок. Сесилия непонимающе оглянулась. Пират закрыл дверь и подошел ближе. Разбойник оказался китайцем, низким, но сильным.

— Что ты делаешь? — изумилась Мэри.

— Меня послали-с в селение-с с поручением-с, но я не собирался-с его исполнять-с. Я хотел-с найти-с тебя, Рыжая-с Мэри-с. Мне-с посчастливилось встретить-с тебя здесь-с.

— Кто ты?

— Ты-с не узнаешь-с меня-с? — тихо спросил он.

— Нет, — неуверенно произнесла Сесилия.

— Я-с — Тао Линь. Три-с года-с назад, ты-с, Рыжая-с Мэри-с, сохранила-с мне-с жизнь-с.

— Когда? — ошеломленно переспросила она.

— Это я-с должен был-с выбросить-с тебя-с в море-с. Это я-с и бедняга Хант-с не привязали-с к тебе-с ядро. А потом-с, когда ты-с поймала-с меня-с и Ханта-с, ты-с и офицер-с спорили-с, убить нас-с или-с нет-с. Ты-с отстояла-с нашу-с жизнь-с. Нас-с спустили-с в шлюпки-с в море, без еды-с и компаса. Мы-с спасли-с.

— Тао Линь, — повторила Сесилия, вспоминая, как лежала на палубе «Победы», а два пирата решали, привязывать к ней ядро или нет. Этот миг было невозможно забыть при всем желании. — Ты не собираешься сдавать меня капитану?

— Нет-с.

— Тогда зачем ты привел меня сюда?

— Ты-с — Рыжая-с Мэри-с, — произнес китаец с таким видом, будто сделал открытие. — Ты-с способна-с на многое-с.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я возвращаю-с тебе-с долг-с, — сказал Тао Линь и бесшумно вышел из кают-компании, предоставляя Рыжей Мэри свободу действий.

— Действительно не знаешь, от кого ждать помощи, — усмехнулась известная авантюристка и выглянула на палубу.

На нижней палубе никого не было. Сесилия, пораженная, прошла дальше, попутно осматривая фрегат. Корабль был полностью готов к отплытию, оставалось только сделать лишь несколько мелочей. В этот момент Рыжая Мэри заметила, как по трапу поднимаются ее спутники. Увидев Сесилию, Патрик подбежал и быстро заговорил:

— Мы думали, он убьет тебя… А где все?

— Я видел, как пять человек удаляются вдоль берега, в сторону «Победы», — заметил Кристофер, протирая очки.

— На фрегате никого нет, — с уверенностью произнесла Рыжая Мэри. — Мы отплываем. Поднять трап, я к штурвалу, Эдуард, поставь бизань-гафель и направь грот-гафель на норд-вест. Пат, затуши тот факел, Франсуа, проверь трюмы.

Через несколько минут «Надежда» отчалила.

Тяжело дыша, грязные, мокрые от дождя, израненные и с множеством синяков, друзья радостно обнимались и пожимали друг другу руки. Запрокинув голову назад, подставляя побитое лицо освежающим каплям, Сесилия громко рассмеялась. Удача была столь невероятна, что еще не укладывалась в голове. Обхватив за плечи мужа, Мэри страстно поцеловала его в горячие губы и щетинистый подбородок. Сэр Левод глухо засмеялся и похлопал Кристофера по плечу, доктор довольно протянул ему руку.

— Я все же не понимаю, Рыжая, — спросил Франсуа, — как тебе это удалось?

— Мне помог Тао Линь, — отозвалась Сесилия, отворачиваясь от Патрика. — Я пощадила его три года назад, он вернул долг. Это он все устроил, подготовил фрегат, увел пиратов. Здесь нет моей заслуги. Не в этот раз.

— Поразительно, сколько у тебя друзей, — заметил сэр Левод.

— Врагов не меньше, — улыбнулся Патрик.

— Эдуард, а ведь я пощадила этого Тао Линя из-за тебя, — проговорила Сесилия. — Мы тогда были врагами, я хотела тебе насолить и помиловала его. Так что в нашей удаче замешан и ты.

— Скоро пираты поймут, что мы сбежали, — прервал Кристофер поток радостных мыслей. — Сколько у нас времени?

— Пока они поймут, пока команда Яна соберется, пока подготовят «Победу», мы будем уже далеко, — довольно произнес Эдуард.

— Часа четыре у нас точно есть, — улыбнулась Рыжая Мэри. — Может, больше.

— Неплохо было бы переодеться, — заметил Патрик, стряхивая с рваных штанин липкую грязь.

— Мы радуемся, что еле ноги унесли, а ты уже недоволен, что немного запачкался? — рассмеялся Кристофер. — А? Милорд Вэндэр?

Патрик шутливо раскланялся. Все снова засмеялись. Через несколько минут Вэндэры стояли у штурвала. Сесилия плавно поворачивала руль, муж расположился рядом. Оба молчали, не отрывая напряженных, уставших глаз от горизонта. На небе вдали затеплился рассвет, дождь начал ослабевать, ветер стал более теплым.

— Скажи, ты ведь не верила, что я найду дорогу к фрегату? — тихо спросил Патрик.

Сесилия не ответила, она продолжала молча изучать горизонт.

— Тогда почему же ты сказала, что мы шли в верном направлении?

— Я хотела, — слегка дрогнувшим голосом произнесла она, — чтобы ты поверил в свои силы. Думала, что если ты поверишь в себя, то сможешь найти нужное направление. В конечном счете, — она улыбнулась, — ты нашел.

— Спасибо. Сеси, может, ты немного отдохнешь? — забеспокоился он, видя, что жена изменилась в лице и потирает недавнюю рану. — Скажи, как держать штурвал и можешь смело идти.

— Держи все время прямо, через час я вернусь, — отозвалась она, убирая руку от нывшего шва. — Если что, зови Эдуарда, он задаст новый курс.

Вскоре Сесилия, с наслаждением представляя, как растянется на жесткой постели, толкнула дверь каюты, которая при путешествии на остров принадлежала ей. Вопреки ожиданиям, дверь не поддалась. Тогда Мэри слегка нажала на дверь плечом, но результат был тем же. Выйдя на палубу, Сесилия громко позвала Кристофера. Через мгновенье к ней подошел доктор.

— Бери свои отмычки, у меня для тебя дело.

— Мы здесь не одни? — с напряжением спросил он, обшаривая карманы.

— Сейчас и выясним.

Через десять минут профессиональный взломщик с торжеством посмотрел на Сесилию. Дверь скрипнула и отворилась. Рыжая Мэри достала кинжал и сделала шаг в темное душное помещение. В углу, на кровати, повалившись на бок, громко храпя, спал пират. Кристофер покосился на Мэри, та сделала ему знак оставаться на месте. Бесшумно, как дикая кошка, она приблизилась к спящему врагу и взглянула в его лицо. В каюте спал Батлл.

Сесилия облизнула пересохшие губы, сердце ее учащенно забилось. Она не сомневалась, что окажись Батлл на ее месте, он перерезал бы ей горло и не моргнул, но она не могла. Убить в сражении, смотря врагу в лицо — одно, но убить спящего… Рыжая Мэри перевела взгляд на доктора. Увидев в этих стальных и безжалостных для врагов глазах сомнение, Кристофер потупил взгляд. Глубоко вздохнув, Сесилия приняла решение.

Одним движением она рассекла себе палец и убрала кинжал. Надавив на рану так, чтобы пошла кровь, она написала на стене возле глаз Батлла:

«Ты ошибся, я все еще жива. Р. М.»

Двигаясь так же бесшумно, Сесилия приблизилась к небольшому секретеру и начала осматривать ящики. В первом же отделении она обнаружила два обручальных золотых кольца. Вернув кольца, она покинула каюту, Кристофер тут же принялся ее запирать. Когда дело было закончено, Сесилия протянула ему одно кольцо, говоря:

— Передай Патрику.

— А ты?

— Я немного отдохну.

Взломщик с сомнением посмотрел на нее, но не стал возражать. Через минуту Сесилия зашла в соседнюю каюту и прилегла на кровать. Но не успела она сомкнуть глаза, как за стеной послышались возня и негромкий возглас разбойника. Рыжая Мэри довольно улыбнулась. Дальше последовали ругательства Батлла, он шумно поднялся и попытался выйти. Поняв, что он заперт, Батлл принялся неистово бить ногой в дверь. Сесилия быстро встала, при резком движении недавний шов отдался дикой болью во всем теле. Вытерев на лбу выступившую испарину, она перевела дыхание и вышла к запертой каюте. Удары становились все сильнее. Рыжая Мэри, прильнув к стене, вытащила из-за пояса пистолет и быстро осмотрела. К ее ужасу, порох полностью отсырел. Мэри сжала зубы и приготовила к атаке кинжал. Но в этот момент удары прекратились и пират, поняв безуспешность своих попыток, отошел от двери. С восхищением подумав о мастерстве Кристофера взламывать и запирать двери, Сесилия вернулась к себе в каюту.

Через два часа, когда уже полностью рассвело, ветер стал утихать. Море становилось все более спокойным, волны уменьшались с каждой минутой. Эдуард, вставший у штурвала, постоянно менял курс, и фрегат с неизменной скоростью стремился вперед. Соленые брызги летели на палубы, натянутые паруса трещали от натуги.

Занятые продвижением вперед, уставшие и обессиленные, спутники не заметили, как с юга к ним приближался военный корабль, превосходящий их в количестве пушек и величине в два раза.

Устало повернув руль, сэр Левод понял, что без помощи Сесилии управиться не сможет. Повернувшись, он внезапно увидел корабль. От неожиданности он встрепенулся, но в тот же миг облегченно вздохнул, это была не «Победа». Заметив английский флаг, командор радостно улыбнулся. К ним на выручку плыли союзники, друзья. Все складывалось настолько удачно, что походило на сказку. Они живы, спасены, преследования нет, встречают помощь…

В этот миг сказка оборвалась. Военное судно, приблизившись, открыло огонь из пушек. «Надежда» затрещала по швам. Фрегат, не готовый к яростной атаке, занимал наихудшее положение. Через минуту, накреняясь на бок, суденышко жалобно заскрипело.

Эдуард отлетел назад, повалившись на спину, он заметил свой собственный флаг. Они были столь заняты побегом, что забыли про него. На флагштоке развевался черный флаг с черепом и костями. Пушки ударили с новой силой.

— Что происходит?! — истошно закричал Патрик.

— Найдите что-нибудь белое! — прокричал в ответ Франсуа.

Слова его были заглушены новым залпом. Сорвав с себя давно уже не белую сорочку, Кристофер поднял с палубы кусок дерева и соорудил флаг. Крепко держа палку, он полез вверх по снастям, так как палубы уже давно были погружены в черный беспроглядный дым. Очутившись на достаточно высоком расстоянии, он начал неистово махать флагом. Минуту спустя пушечная атака прекратилась, английское судно пошло на сближение. В этот миг «Надежда» жалобно хлюпнула и начала медленно погружаться в воду.

— Мы тонем! — закричал Эдуард, кашляя от порохового дыма.

Судно подошло уже достаточно близко и несколько человек из команды кинули абордажные крюки и кошки, стягивая корабли. В одно мгновенье на «Надежде» очутилось около дюжины солдат. Увидев командора Левода, они поспешно подбежали к нему.

— Здесь все друзья, — тяжело дыша, резко произнес он. — Помогите перейти на ваш корабль. Нас пять человек.

В это время Патрик бросился к каюте, где находилась его жена. Но не успел он достигнуть цели, как перед ним появился статный, одетый с иголочки, с надменными глазами сэр Стэнли Вуд. Оглядев израненного, побитого, измученного Патрика, в рваной мокрой одежде, измазанной грязью и кровью, он высокомерно вздернул брови.

— Милорд Вэндэр? — с нескрываемой насмешкой спросил сын генерала.

— Вы?!

— Удивлены? Я тоже. Что ж, пройдемте на наш корабля, вам окажут врачебную помощь.

— Мне не нужна помощь. Мне нужно попасть в каюту.

— Перейдите на наш корабль, милорд, — жестко произнес Стэнли, преграждая Патрику дорогу.

— Пустите меня. В каюте моя жена!

В лице Стэнли что-то дрогнуло, но он спокойно произнес.

— Мои люди о ней позаботятся. Идите.

— Никуда я без нее не пойду! — яростно закричал Патрик, с силой отталкивая Вуда.

В этот момент два солдата схватили его под руки и потащили назад. Милорд Вэндэр отчаянно сопротивлялся, ругался, требовал, но утомленные мышцы не могли противостоять железной хватке двух молодцов.

— Это для вашей же пользы! — крикнул Стэнли ему вдогонку.

Патрик прокричал что-то в ответ, но громкий треск ломающегося борта заглушил его слова. Никто из его друзей не видел и не слышал этой сцены, только Эдуард искоса заметил довольную, зловещую улыбку сэра Вуда.

Удостоверившись, что милорд Вэндэр его не видит, сэр Стэнли Вуд подозвал одного из подчиненных и холодно спросил:

— Вы перевели всех на наше судно?

— Не знаю сэр, — отрапортовал тот. — Милорд Вэндэр, командор Левод и месье Сальвино де Мальвинор Асканио сейчас на нашем корабле.

— Хорошо. Уводите людей и можете расцеплять суда.

Через несколько минут, когда сын генерала покинул «Надежду», солдаты стали быстро снимать сцепные крюки и кошки. Наполовину сломанная, мачта фрегата дрогнула, жалобно затрещала, и «Надежда», качнувшись, отлетела назад. Сэр Вуд удовлетворенно вздохнул, сдерживая радостную улыбку.

— Где моя жена?! — требовательно и с угрозой закричал Патрик.

— Она здесь, — сухо отозвался Стэнли и, обратившись к своим людям, произнес. — Проводите милорда Вэндэра в его каюту.

— Я никуда не пойду, пока не удостоверюсь, что она здесь!

Патрик потянул руку к тому месту, где должна была быть шпага, но ее не было. Минутой назад один из солдат Стэнли вытащил ее. Патрик с негодованием сжал кулаки и сделал шаг вперед. Преодолеть столько трудностей и потерять Сесилию здесь было просто невозможно. Сын генерала многозначительно посмотрел на своих подчиненных. В этот же миг четверо солдат подхватили Патрика и силой потащили к каютам. Милорд Вэндэр начал сопротивляться, но двое солдат бесцеремонным образом ударили его ниже пояса и, втолкнув в каюту, с шумом захлопнули дверь. Громко повернулся ключ. Патрик в бессилии ударил кулаком дубовую дверь. У него было такое чувство, что он снова оказался в ловушке на «Победе», в руках Яна, который жаждет разделаться с его женой.

Получив от подчиненных ключ, Стэнли быстро оглянулся назад, где стоял сэр Левод. Позади командора стояли трое солдат, они не проявляли агрессии, но Эдуард был уверен, что в случае сопротивления они могут их и убить. Он видел, что случилось с Патриком, и решил избрать другой путь. Стэнли не спускал с Эдуарда высокомерных глаз.

— Странные эти лорды, — задумчиво протянул Эдуард, ища глазами Франсуа. — Вы же ясно сказали, что миледи Вэндэр здесь. Что ему неймется? Не понимаю…

— Да, — протянул Стэнли, отворачиваясь, и более доброжелательно спросил, — командор, скажите, вы верите в то, что миледи Вэндэр не та, кем кажется?

— Верю, — усмехнулся Эдуард.

В этот момент он заметил Франсуа, который под конвоем четверых солдат шел к сэру Вуду. Остановившись перед ним, один из солдат доложил:

— Сэр, по вашему приказу мы привели этого человека.

— Хорошо, — кивнул Стэнли, с брезгливостью оглядывая Франсуа.

Сальвино де Мальвинор выдержал осмотр с видом короля, которого осматривает осмелевший простолюдин.

— Скажите, почему я и мой друг под конвоем? — обратился Эдуард. — Мы что — пленные? Объяснитесь немедленно, сэр!

От этого властного тона сын генерала вздрогнул, он не привык к такому обращению. Но, собрав всю гордость, он холодно ответил:

— Вы правы. Отпустите их.

Солдаты отошли в сторону и через несколько секунд удалились вовсе; сэр Левод едва уловимо кивнул другу. Подойдя к Эдуарду, Франсуа слегка улыбнулся, показывая, что готов к неминуемой и тяжелой борьбе. Сэр Левод положил руку на эфес кинжала.

«Надежда».

Фрегат трещал по швам, лопались снасти, рвались паруса, бизань-мачта переломилась пополам, грот-мачта с ужасом скрипела, угрожая упасть в любой момент, что значило мгновенную гибель фрегата. Некоторые реи оторвались и проломили палубы, обнажая трюмы и каюты. Обшивка лопалась, половина трюмов уже была наполнена водой. «Надежда» слегка наклонялась на бок, обещая затонуть в ближайшие двадцать минут.

Кристофер с тяжелой гудящей головой поднялся на ноги. Во время первого выстрела на него что-то обрушилось, и только сейчас сознание вернулось к нему. Оглядевшись вокруг, доктор моментально сообразил, что фрегат тонет и надо выбираться. Медик быстро направился к борту, выкрикивая изо всех сил имена друзей. Никто не отвечал. Остановившись перед разволновавшимся морем, Кристофер с тоской посмотрел на разворачивающийся военный корабль. Неужели его снова бросили?

В этот миг из глубины фрегата послышался знакомый голос, который нельзя было ни с кем перепутать. Кричала Рыжая Мэри, она звала мужа, Эдуарда, Франсуа и его.

— Рыжая! — радостно воскликнул Крис и бросился вперед.

Не успел взломщик очутиться на нижнем ярусе, где находились каюты, как раздался оглушающий грохот, и огромное дерево бизань-мачты, проламывая все на своем пути, полетело вниз. Только Кристофер успел отскочить назад, как центральная мачта, пробив с десяток кают, полетела ниже. Дверь в каюту Сесилии и нескольких соседних были снесены.

— Мэри, прыгай!

Отступив назад, Сесилия разбежалась и перепрыгнула толстую пробоину, Кристофер крепко схватил ее за руки, не давая упасть. Фрегат наклонился набок еще сильнее, стоять становилось все сложнее и сложнее.

— Надо уходить на палубу, иначе мы покойники! — прокричала Сесилия сквозь шум разваливающегося фрегата.

— Не так быстро, Рыжая! — гаркнул Батлл, перепрыгивая трещину и преграждая путь друзьям.

В одно мгновение Кристофер, Батлл и Рыжая Мэри выхватили холодное оружие. Так же мгновенно Крис и Сесилия атаковали пирата. При всем мастерстве Рыжей Мэри, недавний шов не позволял ей выполнять многие маневры, и страшная слабость наваливалась тяжелой дурнотой. Зато Батлл был настолько разозлен, что казалось, еще минута, и он одержит победу, как вдруг фрегат затрещал и резко накренился. Не удержавшись на ногах, пират закричал и повалился в глубокую щель, пробитую мачтой. Сесилия ухватилась за косяк двери, Кристофер за перегородку кают.

Скрипя зубами, превозмогая жуткую боль в месте ранения, Рыжая Мэри подтянулась и оказалась возле лестницы на палубу. Силы уже немолодого Кристофера оказались не столь велики. Цепляясь руками за все выступы, он стал продвигаться к лестнице. Придерживаясь за перила, Мэри помогла другу взобраться, и они вместе стали пробираться наверх, впиваясь руками в покореженные ступени. Судно продолжало медленно, но решительно погружаться в воду.

Очутившись на свежем воздухе, Рыжая Мэри и Кристофер схватились за снасти и взобрались на тонкую веревочную сетку, служившую раньше лестницей. В этот момент фрегат хлюпнул и встал полностью вертикально. Уже половина судна была скрыта под водой.

— Когда скажу, прыгнем! — срывающимся голосом крикнула Сесилия.

Кристофер кивнул, поспешно снимая круглые очки и пряча за пазуху. Рыжая Мэри вздохнула и посмотрела вниз, на утопающее судно. Вдруг глаза ее сузились, губы напряженно и хищно растянулись в оскале. По снастям и канатам к ним лез Батлл. Резко и болезненно развернувшись, Сесилия уперлась руками в лежащую рядом бочку и столкнула вниз. Пират ловко увернулся. Бочонок пролетел рядом с его ухом и шлепнулся в воду. Кристофер побледнел и, близоруко сощурившись, стал быстро оглядываться. В это время Батлл достиг уже сетки, на которой сидели друзья, и, ухватившись одной рукой за канат, взял сжатый в зубах нож. Кристофер спустил ногу и с силой пнул разбойника в плечо. Батлл отлетел на канате назад, хватаясь за основания сетки, куда друзья не могли дотянуться со своего места. Одну за другой Батлл стал перерезать прочные веревки крепления.

— Может, прыгнем? — предложил доктор.

— Высоко, — напряженно отозвалась Рыжая Мэри, впиваясь глазами в пирата.

— Мэри, может, его застрелить?

— Весь порох вымок, — отозвалась она, доставая изогнутый кинжал.

В этот миг сетка дрогнула, и две последние веревки, не выдержав нагрузки, лопнули. Ухватившись за тонкие снасти, друзья полетели вниз. Теперь сетка висела параллельно фрегату, который уже на две трети погрузился в воду. Батлл кровожадно оскалился и, оттолкнувшись на своем канате, подлетел к врагам. Но не успел он зацепиться за сетку, как Кристофер ловко оттолкнул его, и пират полетел назад. Сесилия посмотрела на кинжал в своей руке.

— У тебя один шанс, — заметил медик.

— Крис, ты в меня веришь? — с напряжением спросила Рыжая Мэри, беря клинок для броска.

Батлл снова оттолкнулся, приближаясь к друзьям.

— Абсолютно!

Замахнувшись, Сесилия выбросила вперед правую руку и метнула кинжал. Острое лезвие со свистом разорвало воздух и вонзилось в сердце разбойника. Батлл побледнел и бесчувственной куклой полетел в бурлящую пучину.

— Прыгай! — закричала Рыжая Мэри.

Отпустив руки почти одновременно, Сесилия и Кристофер прыгнули вниз. Темная, неприветливая вода тут же поглотила пришельцев. Отплевываясь, Кристофер вынырнул первый и огляделся по сторонам, чуть поодаль от него под воду уходила Рыжая Мэри. Рядом на воде было множество досок, о которые при прыжке она ударилась. Плохо видя и боясь потерять нужное место из виду, Кристофер изо всех сил плыл. Волны мешали двигаться, тонущее судно образовало воронку и заглатывало в нее все в округе, однако он плыл вперед, не жалея себя. Набрав в грудь воздуха, Кристофер нырнул в темные воды. Плохое зрение подводило, все расплывалось, к горлу подступала паника. Снова набрав воздуха, он погрузился глубже, уворачиваясь от досок и обломков фрегата. В каждом неясном предмете ему мерещилась Сесилия, каждая тень казалась ее фигурой. Наконец он увидел ее. Из последних сил, сопротивляясь все возрастающей воронке, Кристофер обхватил Рыжую Мэри и всплыл. С наслаждением вдыхая воздух, он положил Сесилию на обломок палубы и, упершись в него руками, начал отчаянно грести ногами.

Взгляд его был устремлен на корабль, остановившийся неподалеку, а ноги все сильнее и сильнее отталкивали воду. Но сколько бы сил он ни прикладывал, неудержимая стихия тянула его назад. Фрегат почти полностью скрылся под водой, воронка приобрела такие размеры, что бороться с ней было немыслимо. Однако Кристофер не сдавался, еще оставалась надежда, безумная, но надежда. Все его усилия сейчас сводились к тому, чтобы остаться на одном месте и не приблизиться к губительной воронке. Попади он в нее, его неминуемо засосало бы под воду, где обломки корабля покалечили бы и убили. Кристофер отчаянно барабанил ногами, не желая сдаваться. Но вода была сильней и, как бы доктор ни пытался, но небольшой плот с двумя людьми неумолимо тянуло к погибшему кораблю, обрекая несчастных на ту же участь.

Сэр Вуд еще раз оглядел затонувший наполовину фрегат и с некоторой опаской обернулся к командору Леводу. Эдуард сделал два больших шага вперед и тихо, но требовательно произнес:

— Где миледи Вэндэр и мистер Эскью?

— Они здесь.

— Где «здесь»?!

— Командор Левод, на каком основании вы позволяете себе говорить со мной в таком тоне? — с развязностью спросил Стэнли, поворачивая высокомерное лицо к Эдуарду и Франсуа.

В этот момент Франсуа уловил движение возле обломков «Надежды» и увидел темно-рыжие волосы.

— Эдуард, смотри, — произнес он, указывая в сторону воронки.

— «Здесь», говоришь? — злобно произнес сэр Левод.

С силой оттолкнув Стэнли в сторону, Эдуард выхватил кинжал и стал быстро перерезать длинную веревку у борта. Франсуа встал за спиной друга, готовый прикрыть его с любой стороны. Вскоре Эдуард уже бросал один из концов веревки, другой конец остался прикрепленным к корме. На то, что он сможет докинуть тонкий канат до друзей, надежды было мало. Однако вода, которая подхватывала все предметы и утаскивала в воронку, быстро закружила и веревку, увлекая ее к тонущему фрегату. Через несколько секунд Кристофер уже обвязал веревкой свой плот и махал рукой другу.

В тот момент, когда Франсуа и сэр Левод уже стали вытягивать друзей из пучины, сын генерала властно произнес:

— Немедленно отпустите веревку!

— Что?!

— Отпустите, командор, или по прибытию в Лондон вы будете разжалованы.

Эдуард сделал очередное усилие, Стэнли бесшумно достал пистолет. Продолжая тащить, Франсуа покосился на сэра Вуда, черные глаза авантюриста опасно блеснули, но сын генерала этого не заметил. Медленно осмотрев оружие, он наставил его на Эдуарда и сказал:

— Отпустите или пожалеете. А по прибытию в Лондон, я, поверьте, сумею представить все так, что посмертно ваше имя будет смешано с грязью. Подумайте и о миссис Левод, с ней постыдятся общаться, ее будут избегать. Меня же — наградят. Отпустите веревку, и всего этого не произойдет. Если нет… — щелкнул предохранитель.

Франсуа и Эдуард замерли и переглянулись. Сэр Левод коротко оглянулся и отпустил веревку, Франсуа схватил ее и намотал на руку. Плот Кристофера покачивался на волнах, более не приближаясь к судну.

— Отойдите от борта, — приказал Стэнли Эдуарду.

Сэр Левод сделал осторожный шаг к сыну генерала.

— Вы сделали правильный выбор, командор, — довольно протянул сын генерала. — Они погибнут, а вы останетесь при своем звании.

Глаза Эдуарда налились кровью, зубы негодующе сжались. Резким движением он выбил пистолет из рук юноши и с силой заломил ему руку. Этот прием Эдуард узнал от Ардана, который держал его так на острове. От резкой боли Стэнли согнулся пополам, на его глазах выступили слезы. Сэр Левод чувствовал, что, приложи он еще немного сил, и захрустят кости.

— Слушай меня, мальчишка, — жестко заговорил Эдуард, — я прошел через такое, что тебе и не снилось. На этом судне главный по званию — я, и пока мы в море, ты будешь делать, что я прикажу!

— Вы пожалеете об этом, командор! В Лондоне отец…

— До Лондона нужно доплыть, — скрипя зубами процедил тот, сильнее нажимая на руку пленника. — Франсуа, тащи.

Франсуа с новой силой налег на веревку, Эдуард наклонился к уху Стэнли и спросил:

— Кто приказал тебе убить миледи Вэндэр?

— Не удивлюсь, если Ян, — заметил Сальвино де Мальвинор.

— Никто не приказывал, — застонал Стэнли, чувствуя, что еще усилие, и он станет калекой.

— Почему ты хочешь ее смерти?! — закричал Эдуард, нажимая.

— Отец, все он! — заорал от боли тот. — Умоляю, отпустите, отпустите! Во всем виновен генерал Дерв! Только отпустите!

Эдуард с брезгливостью резко разжал пальцы, Стэнли упал на колени и принялся с жалостью гладить белую дрожащую руку. Подняв с палубы пистолет, Эдуард наставил его на жалкого сэра Вуда.

— Ни ты, ни твои люди и пальцем не посмеют тронуть миледи Вэндэр!

— А если вы не сдержите слова, — заговорил Франсуа, — то вся Англия узнает о вас и вашем отце. Если же вы сделаете что-то командору, то я приложу все силы, чтобы вы пожалели об этом.

— Помогите миледи Вэндэр подняться на борт, — мрачно крикнул Стэнли подчиненным, которые до этой минуты не смели приблизиться.

Медленно, прикладывая огромные усилия для борьбы с грозной сопротивляющейся стихией, Эдуард и Франсуа притянули плот к борту корабля. В это время Кристофер помог Сесилии встать на неустойчивой, качающейся на волнах доске. Обхватив свисающие снасти, Рыжая Мэри впилась глазами в знакомые лица у борта. Вскоре, под мрачным взором сэра Вуда, друзей подняли на палубу. Не дав им отдышаться, собраться с мыслями или обменяться мимолетными взглядами, сэр Вуд, чья гордость была уязвлена, жестко спросил:

— Миледи Вэндэр, немедленно ответьте, почему вы так одеты и почему вооружены?

— Она… — начал говорить Франсуа, но Стэнли прервал его властным жестом.

Преодолевая боль во всем теле, Рыжая Мэри гордо выпрямилась. Подняв голову с коротко постриженными волосами, она ясным голосом ответила:

— Мою одежду сожгли пираты. У меня не было выбора, кроме как одеть это. А оружие… Скажите, почему вооружены вы?

— Миледи Вэндэр, разве можно это сравнивать? — слегка смешался тот. — Я военный, мне положено. Да и мало ли какие могут возникнуть трудности, — он покосился на Эдуарда, что не ускользнуло от проницательной Мэри.

— Хоть мне и не положено, но я размышляла примерно так же, отправляясь на спасение дочери, — спокойно отпарировала она.

Этот спокойный, полный уверенности и силы голос, пристальные, готовые на все, холодные глаза и слегка подернутые усмешкой губы заставили Стэнли отступить на шаг. Эдуард горделиво встал рядом с Сесилией, Кристофер и Франсуа стояли в полушаге от них.

— Покажите правое запястье, — приказал сэр Вуд.

Резким движением Сесилия сорвала грязную тряпку, которая некогда была рукавом сорочки. Стерев ладонью грязь и запекшуюся кровь, она вытянула вперед правую руку. Кристофер, Эдуард и Франсуа, казалось, были готовы уничтожить взглядом сэра Вуда. Стэнли нагнулся вперед и посмотрел на запястье. На руке красовалась татуировка в виде якоря, разбивающего сплетенную в узел цепь. Символ главарей пиратов. Сэр Вуд присвистнул и поднял тяжелые мрачные глаза на Сесилию.

— Значит, это — правда, — задумчиво произнес он. — Значит, вы, миледи Вэндэр, являетесь Рыжей Мэри.

— Нет, это ложь, — решительно произнес сэр Левод.

— Вас я вообще попрошу молчать! — прикрикнул тот. — А вас, — он сверкнул глазами на Сесилию, — попрошу объяснить, откуда взялась эта татуировка.

Одно мгновенье миледи Вэндэр колебалась, но в следующий миг она заломила руки и, повалившись на колени, разрыдалась. Друзья ошеломленно переглянулись. Видеть, как бесстрашная Рыжая Мэри рыдает перед этим чванливым мальчишкой, было странно и даже смешно. Франсуа догадался первым о мыслях Сесилии и, присев на корточки, стал гладить ее по спутанным волосам и громко успокаивать. Стэнли смотрел на сцену с таким видом, будто увидел самое большое в мире чудо.

— Ну, ну, он не знал, — заботливо ворковал Франсуа. — Он не хотел вас обидеть, миледи. Он же не знал, как это для вас больно. Миледи, вы же понимаете, что значит эта татуировка, вы же знаете… Конечно, самое разумное было бы подумать, что вы — Рыжая Мэри. Это же самое простое решение…

Сесилия разразилась новыми рыданиями. Франсуа погладил ее по синяку на щеке и перевел умоляющие глаза на Стэнли. Сэр Вуд сглотнул и негромко, более мягко потребовал:

— Прошу, объясните, в чем дело.

— Я… я… — задыхаясь, начала сбивчиво Сесилия. — Мне ее сделали насильно… Это сделал Ян… Поверьте, я не могла этому противиться. Мне самой омерзительна эта гадость на руке!

— Что?

— Это так, — грустно кивнул Франсуа. — Миледи Вэндэр стала жертвой варвара. Для того, чтобы ее унизить, пират и сделал эту татуировку.

— Но… — пробормотал Стэнли, не зная, какую выбрать тактику. — Можете ли вы это как-то доказать?

— А вы можете доказать, что это ложь?! — вспыхнул Эдуард.

Франсуа бросил на командора огненный негодующий взгляд, лицо сэра Вуда посуровело, вспомнилось недавнее унижение. Боясь упустить момент, Франсуа мягко и убедительно заговорил:

— Посмотрите на нас, сэр. Посмотрите на миледи Вэндэр, на ее шрамы, синяки и прочее. Разве это не доказательство? А будь она, как вы говорите, Рыжей Мэри, разве она сидела бы здесь, рыдая? Разве стояла бы известная гроза морей перед вами на коленях вся в слезах?

— Однако ни одна женщина не носит оружие и мужскую одежду.

— Иногда приходится жертвовать гордостью, — жалобно произнесла Сесилия.

Сэр Вуд вздохнул, откашлялся и, пробормотав извинения, удалился, велев своим людям предоставить гостям каюты. Наедине Эдуард одобрительно хлопнул Мэри по плечу. Сесилия резко отдернула его руку и, шепотом выругавшись, сказала:

— Эд, у меня там пуля прошла.

— Рыжая, ты молодец, — улыбнулся Франсуа, — лучше даже я придумать не смог бы.

По приказанию Стэнли, не до конца поверившему миледи Вэндэр, Сесилию проводили в каюту мужа, после чего дверь тут же заперли. Эдуарда, Франсуа и Кристофера поселили вместе, но, из страха перед командором, дверь оставили открытой. Однако возле двух кают были выставлены по двое вооруженных солдат. Через четверть часа к Вэндэрам был прислан корабельный врач, который, выполнив свой долг, вскоре удалился.

Сэр Стэнли Вуд глубоко вдохнул холодный морской воздух и задумчиво посмотрел на своего собеседника.

— Ну, что скажете? — негромко спросил сын генерала.

— Могу сказать только одно — командор Левод груб и бестактен.

— Да уж, — скривился Стэнли, потирая руку. — А что насчет миледи Вэндэр?

— Вам решать, — уклончиво отозвался Джеральд, — я лично не могу составить своего мнения, пока не увижу этих людей.

— Вы же друг милорда Вэндэра, вы должны были видеть его жену.

— Одно дело на балу, и совсем другое — здесь, в море.

— Хорошо. Заодно извинись перед милордом от моего имени.

— Непременно, — покладисто улыбнулся бывший разбойник. — Сэр Вуд, позвольте узнать, что вы намерены делать с этим пиратом… Яном?

— Мы идем полным ходом к острову. Там бросим якорь, высадимся. Узнаем, что в действительности происходит в колонии. Если нужно, возьмем под стражу или дадим отпор всем разбойникам.

Джеральд не стал давать оценку этим действиям, а только кивнул. Через минуту по приказу сэра Вуда охрана открыла дверь и впустила мужчину в каюту. Как только он вошел, дверь тут же закрылась.

В полумраке маленькой душной комнаты на кровати лежала перевязанная Сесилия, рядом с ней сидел муж. Увидев темный силуэт мужчины, Патрик быстро положил руку на пистолет. Джеральд сдержал улыбку и сделал шаг вперед.

— Кто ты?! — крикнул милорд Вэндэр, наставляя на гостя оружие.

— Я — друг, — поспешно заверил тот. — Я — Джеральд. Милорд Вэндэр, неужели вы забыли меня? Три года назад я был на «Победе»…

При этих словах Патрик спустил предохранитель.

— Я помог вам бежать! Я отвлек Яна при поединке с Рыжей Мэри.

— Давно не виделись, Джеральд, — слабо улыбнулась Сесилия, открывая глаза.

Патрик опустил оружие и пожал гостю руку.

— Как ты здесь оказался?

— Долгая история, — отмахнулся тот. — Сейчас важно не это. Где «Победа»?

— Не знаю. Вероятно, идет следом, — отозвался Патрик.

— Джеральд, что случилось? — спросила Рыжая Мэри.

— Вас заперли в две каюты, — заговорил он, — Кристофер с остальными находится за этой стенкой. Сейчас сэр Вуд хочет бросить у острова якорь и удостовериться в рассказах о пиратах лично.

— Он поверил в наш спектакль? — с жаром спросила молодая женщина.

— Он решил оставить все решать генералу Дерву.

— Мы не можем позволить им вот так прийти в руки к Яну! Идти на встречу с разбойниками — идти на смерть, — прервал его Патрик. — Меня Ян уже достаточно раз пытался убить. Больше я на «Победу» не сунусь!

— Джеральд, ты сможешь отговорить Вуда? — быстро спросила Сесилия.

— Не думаю. Я уверен, он хочет удостовериться во всем своими глазами.

— Черта-с два, — нахмурилась Рыжая Мэри. — Ладно. Как думаешь, каковы наши шансы при встрече с «Победой»? Пиратов около трехсот.

— Силы равны, в пушках у нас перевес.

Патрик закусил губу и несколько раз кивнул. Еще раз пожав милорду руку и кивнув своей бывшей предводительнице, Джеральд покинул каюту. Как только дверь за ним закрылась, Патрик схватил пистолет и подошел к указанной стене. Несколькими ударами приклада он выбил кусок доски величиной с кулак. В эту же минуту в отверстии показалось гневное лицо Эдуарда.

— Нас держат здесь, как пленников! — сорвался на крик он.

— Мне уже не привыкать, — холодно улыбнулся милорд Вэндэр, остужая пыл друга.

В нескольких словах Патрик рассказал последние известия. Франсуа скривил губы.

— Сбежали, — горько произнес он. — От судьбы, как говорят, не сбежишь.

— Я предпочитаю строить свою судьбу сам, — решительно отрезал Патрик.

— Нам нельзя допустить встречи с Яном, — отозвался Кристофер. — Мэри, есть план?

Сесилия пожала плечами и безразлично ответила:

— Отговорить сэра Вуда.

— Сейчас не до шуток! — прервал Эдуард. — Нужно всеми силами, повторяю, всеми, не допустить возвращения на остров.

— Командор, на что вы намекаете? — наигранно изумился Кристофер.

Патрик сдержанно улыбнулся, Франсуа одобрительно кивнул, Рыжая Мэри села на кровать, глаза ее светились решимостью.

Пока происходил этот разговор, сэр Вуд ожидающе глядел на Джеральда, тот пожал плечами.

— На мой взгляд, она — миледи Вэндэр, правда, странно одета. Но, разумеется, вам виднее.

— Пусть решает генерал Дерв, — отозвался Стэнли и резко замолчал.

Неожиданно глаза его расширились, взор устремился в одну точку. Джеральд проследил за его взглядом и увидел то, чего больше всего опасался. Подгоняемая северным пронизывающим ветром, под черным флагом смерти, бегущая по острым гребням волн, к ним приближалась «Победа». Сильные, не щадящие никого волны разбивались о ее корму в мельчайшие брызги, слабое солнце бледными лучами освещало ее туго натянутые паруса, чуть позади начал подниматься туман. Неукротимая, быстроходная и опасная для врагов, «Победа» сейчас готовилась атаковать. О «Победе» ходили легенды, но даже половина из них не отражала того, что в действительности творилось на корабле Яна. Джеральд сжал челюсть и негромко произнес:

— Необходимо дать полный назад.

— Не трусьте, мы пойдем на сближение и дадим бой.

— В таком случае, лучше полностью разгромить корабль.

— Чего вы боитесь? — недовольно поднял брови сын генерала. — Если нам повезет, то мы возьмем в плен этого пирата… японца… как его?

— Его зовут Ян, — глухо отозвался Джеральд, унимая внутреннюю дрожь. — И он вас не пощадит.

В это время, резко распахнув дверь каюты, Эдуард столкнулся с двумя солдатами, преградившими ему дорогу.

— Приказ сэра Вуда — никого не впускать и не выпускать, — сказал один.

— Приказ, значит, — повторил сэр Левод, для которого эти слова были последней каплей. — Скажи, кто старший по званию на этом корабле? Я — командор Левод, старший офицер его величества, правая рука полковника Штефарда, награжденный самим Уильямом — или сэр Вуд, о чьих заслугах я даже не слышал?

Солдаты переглянулись — полная негодования и презрения речь Эдуарда произвела даже больший эффект, чем тот ожидал. Отдав честь, они молча расступились, пропуская командора вперед; сэр Левод принял это как должное. Выйдя на верхнюю палубу, Эдуард заметил, как поспешно перестраивают судно на новый курс и с какой торопливостью вносят на палубы мушкеты. Окинув этот улей пристальным взглядом, Эдуард увидел сэра Вуда, он стоял на капитанском мостике и срывающимся голосом отдавал новые приказы. Откинув назад грязные светлые волосы, сэр Левод направился к нему. Но не успел он приблизиться к капитанскому мостику и на пять шагов, как Стэнли заметил его и приказал остановиться на месте. Глаз Эдуарда негодующе дернулся, но он остановился.

— Сэр Левод, почему вы здесь? — холодно спросил сын генерала.

— Я не ваш пленник, — еще более холодно ответил он.

— Пока, — многозначительно прибавил Стэнли.

— Объясните, что здесь происходит!

— Мы скоро разнесем пиратский корабль на щепки, только и всего.

— Сэр Вуд, — быстро заговорил Эдуард осипшим голосом, — вы должны знать, нос «Победы» оборудован двумя пятнадцатифунтовыми пушками.

— Это невозможно, — высокомерно рассмеялся тот. — Такой корабль не в состоянии выдержать этой нагрузки. Вы ошибаетесь!

— Я не знаю, как он выдерживает такую тяжесть, но это так! Вы должны мне поверить! Если вы продолжите идти выбранным курсом, вас обстреляют, а вы «Победу» даже не заденете!

— Я все сказал!

— Послушайте, — с ноткой мольбы крикнул Эдуард. — Вы должны сменить курс, иначе вы потерпите поражение!

— Я сам знаю, что я должен! — отрезал Стэнли и, чувствуя свое превосходство, добавил. — Если вы не покинете палубу, сэр Левод, мои люди вам помогут это сделать.

Обреченно закрыв глаза, опытный командор медленно отошел в сторону. Самоуверенный сэр Вуд довольно улыбнулся. Облокотившись о корму, Эдуард тяжело вздохнул. Он не мог не понимать, что Стэнли погубит всех их, однако сделать что-либо было невозможно. Его не желали слушать, его притесняли, но он знал, что его помощь была необходима. Бездушный ветер навевал унылые мысли и заставляющие сердце биться быстрее воспоминания о Яне.

Неожиданно на плечо Эдуарда легла твердая рука и спокойный голос произнес:

— «Победу» проектировал лучший кораблестроитель, и, чтобы он не раскрыл своих секретов, Ян убил его.

Эдуард резко обернулся. Позади него стоял крепко сложенный, чисто выбритый мужчина тридцати с небольшим лет.

— Мое имя Джеральд, — улыбаясь, произнес он. — Мы встречались три года назад, я помог вам на «Победе». Выслушайте мой план.

Подойдя к каюте, где находились Кристофер и Франсуа, Эдуард приказал солдатам выпустить месье Асканио. Вскоре на палубу вышел Франсуа, вопросительно оглядывая сэра Левода и незнакомца. Джеральд быстро представился, Франсуа с обычным спокойствием кивнул.

— Время поджимает, нужно действовать, — напомнил Эдуард.

Франсуа недоуменно посмотрел на союзников, Джеральд кратко объяснил свой план.

Через пять минут, когда Стэнли зашел в свою каюту, раздался стук. Сэр Вуд вытер подбородок накрахмаленным белым платком с вензелем и медленно открыл дверь. В следующий миг на его голову обрушился удар такой силы, что Стэнли лишился сознания. Последнее, что уловил его затухающий взгляд, были черные горящие глаза на обросшем щетиной лице. Обезвредив на время сына генерала, Франсуа быстро покинул каюту и, улыбаясь встречным солдатам, направился к Вэндэрам.

Эдуард тем временем поднялся на капитанский мостик и громким голосом стал отдавать новые приказания.

— Сэр Левод! — закричал один из приближенных к Стэнли. — Почему командуете вы? Что с сэром Вудом?

— Ему стало плохо, он попросил меня на время принять управление кораблем, — пояснил командор.

— Рад, что вы оказались так вовремя на нашем судне, — улыбнулся тот. — Я многое слышал о вас, сэр Левод.

Многие из солдат знали Эдуарда, почти все слышали о его заслугах, и никто не сомневался в его праве командовать. Короткий разговор разрешил оставшиеся сомнения, и команда безоговорочно начала выполнять распоряжения сэра Левода. Задав новый курс, он велел заряжать орудия и готовиться к быстрому, но жестокому бою.

Стэнли, держась за голову и шепча проклятия, поднялся на ноги. Голова его раскалывалась, перед глазами все прыгало. Нетвердой походкой он опустился на стул и взглянул на часы. Он был без сознания около четверти часа. Это было немыслимо, невероятно. Забыв о своих прямых обязанностях, Стэнли принялся отчаянно вспоминать лицо злоумышленника. Но, как бы он ни старался, образ недавнего гостя ускользал от него. Внезапно в голове всплыло лицо Франсуа. Стэнли не был уверен, что именно этот человек приходил к нему, поэтому не спешил с действиями. Осмотрительный и боящийся скандалов, он решил немного подождать.

В этот момент громкий выстрел сразу пяти пушек нарушил хаотичные мысли сэра Вуда. Стэнли вскочил на ноги, желая покинуть каюту. Как вдруг корабль сотрясся ответными выстрелами «Победы». Не удержавшись на ногах, сын генерала повалился на спину и, ударившись о край стола, вновь потерял сознание.

Очнувшись, Стэнли сделал глоток воды и поспешно выбежал из каюты. Увиденное поразило его настолько, что он тут же забыл о ноющей боли в голове. Его корабль добивал пушками почти разгромленную «Победу», а его люди покорно исполняли приказы Эдуарда. Нет, такое оскорбление сэр Вуд снести не мог. Сначала командор Левод чуть не сломал ему руку, затем посылает какого-то человека оглушить его, а возможно, и сам делает это, после чего провозглашает себя командиром. Это уже слишком. Хоть сэр Левод и имел звание выше, чем у него, но его методы и его отношение к нему перечеркивали все его победы. Неважно, чего он достиг и какой у него опыт, важно другое, его, сына генерала Дерва, оскорбили. Стэнли уже знал, какую вину вменит Эдуарду, знал, в чем его уличит. Уверенный, что ему не посмеют перечить, сэр Вуд уже обдумывал, как бы приписать Эдуарду неверное ведение боя.

Стэнли слегка улыбнулся своим мыслям и решительно направился к капитанскому мостику.

За полчаса до этого.

Подойдя к каютам своих друзей, Франсуа с удовольствием заметил, что приказ Эдуарда выполнен и охрана снята. Однако комната Вэндэров была по-прежнему заперта. Заглянув к Кристоферу, Франсуа произнес:

— Крис, можешь открыть соседнюю каюту?

— Что за вопрос, — хмыкнул взломщик. — Конечно, могу. А зачем тебе?

— Думаю, что Стэнли вскоре будет меня искать. Хотел спрятаться.

Вскинув брови, но не задавая больше вопросов, Кристофер вышел в коридор. Нагнувшись, искусный взломщик стал быстро искать слабые стороны замка. Франсуа терпеливо ожидал.

— Готово!

Франсуа зашел в каюту, Кристофер вопросительно взглянул на него. Тот коротко сказал:

— Закрой. Если меня будут искать, скажи, что не видел.

Мистер Эскью нагнулся, уже готовый запереть друзей, но в этот момент к двери подошла Сесилия и, требовательно взглянув на друга, спросила:

— Что происходит, Крис?!

— Ничего. Франс чем-то насолил Стэнли.

— Это я поняла. Что с «Победой»?

— Не знаю.

Рыжая Мэри впилась глазами в доктора, но он действительно ничего не знал. Резко обернувшись, Сесилия уставилась на Франсуа, тот опустил голову.

— Что происходит?!

— Стэнли командует нападением на «Победу», — спокойно пожал плечами тот.

— Не лги мне!

— Я сказал тебе правду.

— Франсуа, твоя ложь не для меня! Я — Рыжая Мэри, и я требую, чтобы ты мне ответил! — лицо ее побелело от напряжения.

— Я вырубил Стэнли, Эдуард командует операцией, — сдавленно сообщил Асканио.

— Почему вы не сообщили нам? — напряженно спросил Патрик.

— Эдуард не хотел, чтобы Мэри проявила инициативу и выдала себя.

— Значит, мне уже не доверяют и лучшие друзья?! — вспыхнула она.

— Он думал, что так будет лучше…

— Он думал! — взвилась Рыжая Мэри. — Чем он думал?! Он думал, что я отсижусь в стороне, пока он будет драться?! Может, он еще скажет, что я теряю сознание от вида крови, а?..

Глядя на эту сцену, Кристофер слегка улыбнулся, подмигнул Патрику и бесшумно закрыл дверь. К тому времени, когда Сесилия замолчала, заскрипел замок и послышались шаги. Рыжая Мэри обернулась и бросилась к двери — та была крепко заперта. Ошарашенно глядя на дверь, Сесилия обернулась к дыре в соседнюю каюту, через которую на нее смотрел Кристофер.

— Прости Мэри, но Эдуард прав, — сдерживая улыбку, произнес он. — У тебя слишком горячая кровь. Это не твоя драка.

— Что?..

— Ты слышала. Я согласен с Эдуардом, ты не должна выдать себя.

Сесилия обернулась на мужа, тот согласно кивнул и произнес:

— Это не твоя битва.

Не говоря больше ни слова, Рыжая Мэри медленно опустилась на кровать и тяжело вздохнула. Лицо ее, всегда живое и энергичное, сейчас ничего не выражало, в глазах были пустота и безразличие, на сердце был многотонный камень. Патрик ласково положил руку ей на плечо, она сбросила ее, отстраняясь к стене. Муж грустно вздохнул, Франсуа понимающе кивнул.

— Франс, прячься под кровать, я прикрою тебя одеялами, — произнес милорд Вэндэр.

Быстро забравшись в свое новое убежище, Франсуа прижался к стене и подтянул ноги. Патрик натянул покрывало, скрывая нового жильца каюты. Теперь заметить Асканио стало просто невозможно.

Раздались выстрелы пушек.

«Победа». Двумя часами ранее.

Ян дернул острой бородкой и устремил холодные безжалостные глаза на китайца. От этого проникающего в душу взгляда пират сжался от страха. Капитан скривил тонкие губы в презрительной усмешке и, отвернувшись, приказал:

— Расскажи еще раз.

— Батлл-с, сэр-с, — начал говорить Тао Линь, — сказал-с, что Рыжая-с находится-с на «Победе-с», сказал-с, что для ее-с поимки-с нужны-с все силы-с. Приказ-с нам-с всем-с уйти-с.

— Значит, Тао Линь, ты говоришь, что мой второй помощник дал ложную информацию, после чего сбежал на моем фрегате вместе с Рыжей Мэри, нашим лютым врагом? Так?! — не оборачиваясь, насмешливо спросил Ян.

— Да-с, сэр-с.

Капитан резко обернулся, и его взгляд не предвещал ничего хорошего для пирата. Тао Линь прикрыл глаза, он был готов к тому, что его могут убить. Ян потянулся за спину, и рука его обхватила рукоять сабли. Еще миг, и он уже приставил заточенное лезвие к горлу Тао Линя.

— Если ты мне не дашь доказательств вины Батлла, я тебя убью. У тебя две минуты.

Тао Линь поклонился, как это было принято у его народа, и поспешно удалился. Ян нетерпеливо ждал. Вскоре Тао Линь привел флибустьера, бывшего среди тех, что прибыли с фрегата. Этот пират также был китайцем.

— Говори! — приказал капитан «Победы».

— Клянусь могилой моих предков-сс, что Батлл остался на фрегате-сс.

Гнев на Батлла, которому он доверял и который так гнусно предал его, захлестнул капитана «Победы». Стараясь не сорваться на подчиненных, Ян процедил сквозь крепко сжатые зубы:

— Надеюсь, что Рыжая Мэри убила эту гнилую крысу! Если же он все еще жив, он будет молить меня о легкой смерти, но не получит ее… Вон! — крикнул он китайцам.

Китайцы быстро отошли в сторону. Через несколько минут Тао Линь передал пирату мешочек золота, а еще через минуту оба уже приступили к своим обязанностям.

Через два часа, когда Ян уже отдавал приказы открыть огонь, Луиза и Конор, стоя в стороне и скрытые от чужих глаз, негромко перешептывались. Во время разговора Конор искоса поглядывал на капитанский мостик, где находились Ардан и Ян; неожиданно для своей спутницы он сказал:

— Ардан не сдержит своего слова. Не нужно было его спасать.

— Почему не сдержит? — забеспокоилась Луиза. — Он же отдал нам обещанное золото, должен и перед капитаном представить нас в хорошем свете.

— Он — Ардан, — усмехнулся Конор. — Не думаю, что он знает, что такое благодарность или оплата услуг.

Луиза ничего не ответила, только ее холодные глаза загорелись недобрым огнем, а уголки рта растянулись в улыбке. В этот момент мимо пары проходил старый пират. Увидев девушку, он неодобрительно зашептал:

— Женщина на корабле — к беде.

— Что ты сказал?! — взвилась Луиза, делая шаг вперед.

Пират молча и с брезгливостью оглядел Луизу. В этот миг пушечный выстрел разнес бизань-мачту, а еще один переломил бушприт. «Победа» затрещала и наклонилась, щепки летели со всех сторон, нижнюю палубу окутал тяжелый, непроглядный дым черного пороха.

— Убить ее! — обезумев, закричал пират. — Все наши беды из-за этой женщины! Она приносит несчастье!

На его крик сбежались сразу пятеро разбойников. Конор, закрывая собой девушку, встал вперед, выставив пистолет.

— Любой, кто приблизится к нам, умрет!

Пираты стояли в нерешительности. Но в этот миг новые залпы пушек английского корабля пробили корму, открывая новые течи в трюмах. Это придало собравшимся решимости, и, как по команде, трое кинулись на Конора, а двое из них на Луизу. Девушка истошно закричала.

— В море ее! Если Посейдон ее получит, то вновь пошлет нам удачу, — крикнул кто-то.

Ян недовольно обернулся на визгливый крик. Но разглядеть что-либо на палубе через черную пелену дыма было невозможно.

— Огонь по левому борту! — крикнул капитан и, обернувшись к Ардану, сказал: — Иди, разберись.

Первый помощник не замедлил исполнить приказ. Спустившись, он увидел нескольких пиратов, которые тащили кого-то по палубе с криками «Смерть ведьме!». Ардан презрительно щелкнул языком и властно потребовал ответа у подчиненных. Один из разбойников сбивчиво рассказал о вине Луизы.

— Наши беды не из-за нее, а из-за Рыжей Мэри! — громко крикнул первый помощник, помогая Луизе встать. — Рыжая Мэри — вот кого мы должны убить! А эта, — он кивнул на Лу, — если ее кто-то тронет, то будет отвечать перед капитаном и мной!

— Ведьма! — крикнул зачинщик.

Ардан выкинул вперед руку и выстрелил в говорившего.

— Кто еще так считает? — спросил первый помощник, обводя остальных налитыми кровью глазами. Никто не решился ответить. — Тогда за работу, псы неблагодарные! Совсем распустились.

В этот момент к ним подбежал Конор, но вместо слов благодарности он быстро и с обидой заговорил:

— Ардан, помнится, ты обещал нам, что замолвишь за меня словечко перед капитаном, ты обещал мне уважение.

— Я твою девку спас, думаю, мы в расчете.

— Не говори обо мне с таким пренебрежением! — взвизгнула Луиза.

Ардан, чьих приказов уже давно ждали пираты на мачтах, не скрыл своего презрения к паре и, повернувшись к девушке, резко произнес:

— А ты вообще молчи! Ты здесь никто. Если еще раз будешь мне перечить, я лично отправлю тебя на встречу с Посейдоном.

Луиза пораженно закрыла рот. Конор, почуявший опасность, расплылся в почтительной улыбке. Ардан, хмурый и грозный, направился отдавать приказы. Два корабля продолжали стрелять. Взрывы лились непрерывным потоком огня. Маневры на воде сложнее, поломки на «Победе» были все серьезней. Неожиданно ветер сменил направление, что стало для «Победы» роковым. Не в состоянии выполнить сложный разворот, нос корабля оказался незащищенным и тут же подвергся сильной атаке. Через десять минут уже треть пиратов была убита, а оставшаяся половина ранена. Командовать становилось все сложнее, силы флибустьеров таяли на глазах.

Неожиданно раздался очередной выстрел, и Конор, стоявший неподалеку, был выброшен за борт. Никто кроме Яна и Ардана, стоявших на капитанском мостике, этого не заметил. Остальные пираты были заняты спасением собственной шкуры.

— Бросить ему канат? — спросил Ардан.

— Нет, — отрезал капитан. — Последнее время он стал забываться.

— Согласен с вашим решением, — довольно улыбнулся тот.

Еще через несколько минут «Победа» была почти уничтожена, но чтобы пустить ее ко дну, было необходимо еще несколько выстрелов.

Неожиданно пушки вражеского корабля замолкли. Пользуясь временной передышкой, Ян велел отходить. «Победа» начала медленно разворачиваться в сторону острова. По счастливой случайности, выстрелов, которых со страхом ожидали, больше не последовало, и вместо того, чтобы догнать пиратов и разбить их, английский корабль продолжал стоять на прежнем месте.

Тяжело дыша, из последних сил Конор подплыл к вражескому кораблю, который находился к нему ближе, чем «Победа». В этот момент в его сторону посмотрело сразу несколько матросов.

— Человек за бортом! — крикнул один из них.

Другой бросил в воду канат. Конор, уже чувствовавший холодное дыхание смерти себе в спину, немного приободрился. Стараясь как можно крепче обхватить непослушными, одеревенелыми пальцами канат, он облегченно вздохнул. Матросы потянули толстую веревку, и вскоре Конор уже лежал на палубе, выплевывая соленую воду и с трудом переводя дыхание.

Вдруг на верхней палубе послышались голоса. Большинство команды потянулось к говорившему, те, кто не мог прийти, обернулись. Конор, не в силах даже подняться, повернул голову в надежде разглядеть хоть что-то. Кроме множества ног он ничего не увидел, зато достаточно четко услышал.

— Сэр Левод, вы осознаете, что неоднократно нарушили закон?

Ответа не последовало.

— По прибытии в Лондон вы будете преданы суду! До этого времени вы будете находиться в трюме на правах военнопленного. Уведите его!

Конор весело рассмеялся. Он уже проникся уважением к командиру корабля и был полностью согласен, что Эдуард виновен во всем. От мыслей разбойника отвлек раздраженный голос командира.

— Поднимите его!

Двое матросов рывком подняли Конора. Шатаясь и стирая с лица воду, он испуганно, но враждебно посмотрел на говорившего.

— Кто ты? — жестко спросил тот.

— Конор.

— Это пират, я видел его на том корабле! — крикнул кто-то из команды.

— В трюм, — приказал подошедший сэр Вуд. — По прибытии в Лондон его повесят.

— Сэр, он сражался против нас. Может, его сейчас… — запальчиво начал матрос, бросивший канат.

— Исполнять! — прикрикнул Стэнли. — Все будет, как я сказал! Не советую вам повторять судьбу сэра Левода.

Люди замолчали. В то же мгновенье Конор был связан и его повели в трюм. На счастье пирата, у матросов хватило ума посадить его и Эдуарда в разные трюмы, разделенные несколькими стенами.

После этого сэр Вуд распорядился:

— Найдите Франсуа и приведите ко мне, я должен с ним поговорить.

— Сэр, а как же пираты?

— Их корабль почти уничтожен. Они не доплывут до острова, а затонут раньше. Это значит, что колонии ничего не угрожает и наше вмешательство не требуется. Мы возвращаемся в Англию.

Через полчаса после этого разговора в каюту Стэнли зашли двое солдат.

— Сэр, мы не смогли найти месье Сальвино де Мальвинора.

— Как не смогли? — пораженно спросил тот. — На корабле несколько сотен людей, кто-то же должен был его видеть.

— Конечно, его видели, но никто не придал этому значения. Понимаете, сэр Вуд, последний раз он был на палубе, когда начиналось сражение. Людям было не до него. Каждый был занят своим делом.

— Может, его вообще убили, — предположил второй.

— Если он все еще на корабле, рано или поздно мы его обнаружим, — поддержал первый.

Стэнли был обескуражен таким замечанием. Немного помолчав, он сухо заговорил:

— Опросите всех, кто-то должен был видеть, выходил ли Франсуа из моей каюты перед сражением или нет.

— Сэр, мы, конечно, опросим, но я больше чем уверен, что сейчас об этом никто не вспомнит.

Стэнли кивнул и отпустил подчиненных.

«Победа».

Луиза еще раз оглядела палубу и направилась к капитану. Ян и Ардан, разговаривая о неисправностях корабля, украдкой наблюдали за девушкой. Опустив голову, Луиза поднялась на капитанский мостик и, взглянув на Яна, отрывисто спросила:

— Сэр, где Конор?

— Он погиб, — холодно произнес капитан.

— Нет, — глухо пробормотала та, отступая на шаг назад. — Этого не может быть, нет. Это невозможно!

— Почему? — криво усмехнулся Ардан. — Что в этом странного?

Глаза Луизы расширились, от мимолетной догадки дыхание перехватило. Испытующе переводя взгляд с капитана на первого помощника, она заговорила тихим спокойным голосом.

— Это вы убили его. Он не нравился вам, и вы убили его…

— Знай свое место, девчонка! — повысил голос Ардан.

— Он тебе жизнь спас, а ты убил его! — закричала она.

Первый помощник не стерпел такого оскорбления и, замахнувшись, дал девушке звонкую пощечину. Схватившись за горящую щеку и тяжело дыша, Луиза с гневом посмотрела на Яна и с жаром произнесла:

— Сэр, вы направляетесь в колонию, где вас не очень рады видеть жители. Я — единственный представитель власти. Если ваши люди будут так ко мне относиться и если виновный в смерти Конора не понесет расплаты, то я сделаю все, чтобы команда «Победы» не получила материалов для починки корабля. Достаточно одного моего слова, чтобы люди в поселении признали в вас пиратов и врагов!..

— Надеюсь, ты все сказала? — жестко оборвал ее Ян, наклоняясь к Луизе и начиная буравить ее бездонными, злыми глазами.

Девушка замолчала и испуганно опустила взор, не выдержав холодного, бездушного взгляда капитана. Неожиданно в руках Яна оказалась одна из его сабель. Медленно, выразительно и с издевкой он произнес:

— Кто ты такая, чтобы ставить мне условия? Ты не Рыжая Мэри, ты не Сальвино де Мальвинор. Ты — никто. Это мой корабль, и я здесь устанавливаю правила. Если я захочу, ты умрешь. Ты можешь прямо сейчас последовать за Конором, — он приподнял блестящую в лучах полуденного солнца саблю.

При виде блеска отполированного оружия на губах капитана появилось подобие кровожадной улыбки. Луиза испуганно попятилась назад, на лице у нее было выражение ужаса. Ян презрительно смерил ее взглядом и, проводя пальцем по лезвию, заметил:

— На острове я могу справиться и без тебя, правда, потребуется больше времени. Знай, Луиза, тебя легко заменить, ты мне не нужна, — и Ян устремил на нее свои ястребиные, безжалостные глаза.

— С-сэр, — заикаясь от непреодолимого ужаса перед капитаном, забормотала она, — с-сэр, я приношу свои извинения. Я позволила себе лишнего, больше этого не повторится, клянусь, сэр Ян.

Тонкая бородка капитана дрогнула, он величественно кивнул.

— Конор не стоит того, чтобы о нем вспоминать, — дрогнувшим голосом продолжила Луиза, — вы поступили верно. Простите, что сразу не поняла этого… Я поддерживаю ваше решение и соглашаюсь с ним.

— Иди, — велел капитан, резким движением убирая саблю.

Луиза коротко поклонилась и быстро спустилась с капитанского мостика. Ардан посмотрел на Яна и коротко заметил:

— Она не похожа на Рыжую Мэри.

— Да, — задумчиво протянул тот. — Жаль, что в ней нет силы и дерзости Рыжей, я бы нашел им применение.

Эдуард раздраженно почесал подбородок и принялся мерить свою камеру шагами. Шел второй день его пребывания в этом трюме. Дважды в день ему приносили еду, солдаты с ним не разговаривали, игнорируя вопросы и высказывания пленного. Все его просьбы и требования воспринимались с сочувственными ироничными улыбками, помогать или хотя бы поговорить с ним никто не осмеливался. Одиночество угнетающе действовало на командора, неприязнь к сэру Вуду достигла наивысшей точки. Вспомнив его выхоленное, избалованное белое лицо с только пробивавшейся бородкой, сэр Левод начинал злиться. Состояние бездействия и неопределенность будущего полностью подорвали хладнокровие и решительность сэра Левода.

Сделав еще два круга в трюме, он вернулся к сырой куче соломы, служившей постелью. В соломе тихо пискнула мышь, единственная, кто составлял Эдуарду компанию. Вскоре в трюм зашел солдат с вечерней порцией еды. Эдуард презрительно отвернулся от гостя. Однако посетитель, вместо того, чтобы поставить похлебку и удалиться, подошел к заключенному и заговорил:

— Сэр Левод, я сожалею, что вы попали сюда.

Эдуард молча повел плечами, показывая, что жалость ему не нужна. Солдат посмотрел на утреннюю не тронутую порцию и негромко заметил:

— Сэр Левод, вы бы поели. От того, что вы морите себя голодом, хуже только вам, вы теряете силы.

— Я не притронусь к подачкам Стэнли, — сухо заметил Эдуард, однако повернулся и посмотрел на гостя.

— Возьмите вот это, — солдат протянул миску с похлебкой, — она еще теплая.

— Я не голоден.

— Сэр Левод, вам необходима пища, — с этими словами он поставил тарелку рядом с Эдуардом. — Знайте, я восхищаюсь вашим поступком.

Забрав утреннее нетронутое блюдо, посетитель вышел из трюма, не сказав более ни слова. Командор Левод подтянул к себе жирную посудину и, помешав похлебку, начал быстро есть. Опустошив тарелку наполовину, он отставил ее в сторону и перевел дыхание. От съеденного жгло горло и начал побаливать желудок. Эдуард глубоко вздохнул, хотелось пить. В горле образовался ком, дышать стало тяжело, на лбу выступили капельки пота. Минуту спустя появилась слабость, горло стянуло огненными тисками. С трудом втягивая прохладный сырой воздух, Эдуард повалился на пол. В голове ураганом закружились смутные мысли. В этот момент он понял хитрую уловку недоброжелателей, но было поздно. Надеясь только на одно, что яд подействует быстро, и осознавая, что помощи ждать неоткуда, Эдуард медленно сомкнул воспалившиеся глаза.

Четверть часа до этого.

Кристоферу было разрешено перейти на день в каюту Вэндэров. Воспользовавшись этим предложением, доктор быстро присоединился к друзьям. Сидя на кровати и негромко разговаривая, они не заметили, как настало время обеда. На большом подносе Вэндэрам принесли тарелки с пресной едой и небольшой бочонок слегка протухшей воды. Когда друзья остались в каюте одни, из-под кровати вылез Франсуа и, быстро взяв в руки бочонок, налил себе полную кружку.

— Пить хочется, — коротко пояснил он.

— Налей и мне, — попросила Сесилия, пододвигая кружку.

Не успев сделать желанного глотка, Франсуа отставил свой бокал и начал быстро разливать горьковатую воду. Так как на четырех людей приходилось всего три кружки, Кристоферу не из чего было пить.

— Между прочим, вода предназначалась мне, а не тебе, — шутливо сообщил доктор и ловким движением быстро взял кружку Франсуа.

— Кто из нас двоих пролежал в духоте, под кроватью? — вскинул бровь тот, хватая за руку Кристофера и стараясь перетянуть чарку.

— Это моя порция, — отозвался Крис и резко дернул руку.

От этого движения половина порции выплеснулась на пол. Не дав Франсуа заговорить, Кристофер демонстративно, одним глотком, выпил все содержимое. Франсуа негодующе отобрал кружку и стал наливать воду себе. Патрик, выпив всего лишь треть, поморщился.

— Горький привкус, — протянул он.

— Да, горький, — подтвердила жена.

Франсуа, который уже два часа изнывал от жажды, снова отставил от себя долгожданную воду, вопросительно посмотрев на Кристофера. Тот задумчиво причмокнул губами. Вдруг Асканио увидел, как лицо миледи Вэндэр бледнеет. Сесилия судорожно вздохнула и прилегла на кровать.

— Сеси, что с тобой? — обеспокоенно осведомился Патрик.

— Что-то голова кружится и… — слова ее оборвались из-за тяжелого дыхания.

— Что с тобой?! — закричал Франсуа, видя, как меняется в лице женщина.

— Трудно дышать, будто на грудь положили камень, — выдавила Сесилия, быстро втягивая воздух.

В эту минуту Кристофер устало осел на пол, во рту у него пересохло. Патрик, так же почувствовав тошнотворную слабость, быстро сел.

— Нас отравили, — глухо произнес милорд Вэндэр. — Крис, ты можешь помочь?

Быстро взяв в руки бочонок, Кристофер понюхал содержимое и, попробовав воду на вкус, задумался. Мысли доктора путались, сконцентрироваться и вспомнить давно забытое название было невозможно.

— Кристофер! — глухо окликнула Сесилия.

— Я не знаю, что это за яд!

— Крис, сделай, что-нибудь! — закричал Патрик. — Иначе мы умрем!

— Без знания, что это за яд, я не могу сделать противоядие, — с трудом ворочая языком, выдохнул медик. — И мне нужны разные ингредиенты…

— На корабле есть врач, — быстро произнес Франсуа. — Может, у него есть то, что тебе нужно?

— Не знаю, — с трудом выдохнул тот, оттирая со лба испарину. — Без знания яда все остальное бессмысленно.

— Я узнаю, — отозвался Асканио. — Сколько у нас времени?

— При хорошем раскладе минут двадцать.

— Франсуа, я пойду с тобой, — вмешался Патрик.

— Нет, — властно оборвал тот, — береги силы.

— Но тебя ищут.

— Лучше думай о себе, а я справлюсь сам.

Быстрым движением Франсуа вытащил кривой нож и громко постучал в запертую дверь. В это же мгновенье в каюту зашел один из охранявших солдат. Не успел он увидеть Франсуа, как авантюрист уже приставил к его горлу нож. Охранник инстинктивно потянулся к шпаге, но Франсуа плотнее прижал оружие к жертве и прошептал ему на ухо:

— В воде, которую ты принес, был яд. Кто приказал отравить этих людей?

Солдат с испугом и непониманием осмотрел обитателей каюты и дрогнувшим голосом сказал:

— Я не знал, что вода отравлена, не знал.

— Кто ее отравил?! — властно крикнул Патрик.

— Я не знаю, — растерянно отозвался тот.

— Зато я догадываюсь, — мрачно сообщил Франсуа и быстро убрал оружие. — Немедленно организуй мне встречу с сэром Вудом или я сообщу всем, что ты убийца.

Солдат, перепуганный видом отравленных Вэндэров и встречей с человеком, о котором по кораблю уже ходили легенды, поспешно согласился на сделку. Выйдя в коридор и бросив два слова своему напарнику, он провел Франсуа в кают-компанию. Постучавшись, солдат заглянул внутрь и быстро проговорил:

— Сэр Вуд, я привел Франсуа.

— Отлично, — улыбнулся Стэнли, — пригласи его.

В этот момент Франсуа сильным движением отпихнул неудачливого подчиненного и громко захлопнул за собой дверь.

— Если сюда кто зайдет, сэр Вуд умрет! — отчетливо крикнул Сальвино де Мальвинор солдату, который уже собирался бежать за помощью.

Стэнли побелел от страха, нервным движением он выхватил шпагу. Отбросив назад черные как смоль волосы, Франсуа усмехнулся и, вытащив из-за пояса заряженный пистолет, наставил его на сына генерала. Стенли отшатнулся.

— Говори, что за яд ты дал Вэндэрам и Кристоферу!

— Яд? Какой яд? — ошеломленно произнес Стэнли. — Я не давал никакого яда!

— Ты пытался утопить миледи Вэндэр и Кристофера, запер милорда Вэндэра и теперь говоришь, что желаешь им добра?! По твоей вине умирают милорд и миледи. Говори, какой яд ты им дал!

— Я не желаю смерти милорду! — выкрикнул Стэнли, чувствуя, как его спина упирается в угол. — Я не знаю ни о каком яде!

Черные проницательные глаза Франсуа загорелись огнем, и на мгновенье Стэнли показалось, что сейчас он выстрелит. Но вместо выстрела прозвучал напряженный как струна, властный вопрос:

— На этом корабле есть пленные?

— Да, один пират.

Повисла напряженная тишина. Стэнли, чувствуя, как нежданный гость сверлит его взглядом, ощущал себя провинившимся гимназистом перед строгим учителем. Франсуа молчал, казалось, он чего-то ждет. Наконец, сэр Вуд заговорил. Асканио сдержал вздох облегчения.

— Послушайте, — неуверенно произнес Стэнли, — сейчас за этой дверью стоят солдаты, готовые убить вас. Я могу отозвать их и предоставить вам в течение пятнадцати минут полную свободу действий. Если, конечно, вы поможете спасти Вэндэров. Мне не нужна смерть самых богатых и уважаемых людей Англии.

— Их необходимо спасти любым путем, — холодно согласился Франсуа, убирая оружие.

— Тогда действуйте, сэр.

Быстро ступая по лестнице, Франсуа направлялся в трюм, где держали Конора. Позади него шли четверо солдат, готовые в любой момент не только помочь, но, если потребуется, и выстрелить в спину. Франсуа прекрасно осознавал, на что идет, но иного выхода не было. Зайдя в трюм, он велел своим конвоирам ждать снаружи. Взяв на изготовку пистолет, Асканио двинулся к сидящему на бочке пирату. Пленник удобно расположился на своем месте, сидя спиной к двери в трюм. Франсуа приблизился к нему бесшумно как тень и, взяв разбойника на прицел, негромко кашлянул.

— Что-то ты сегодня долго, — ворчливо заметил Конор. — Я уже проголодался.

— Пообедаешь свинцом или расскажешь, что это за яд? — пробирающим душу ледяным тоном спросил Франсуа.

Конор подпрыгнул на месте и резко оглянулся. Когда его глаза встретились с безжалостным, решительным взглядом Франсуа, разбойнику стало жутко, желудок свело судорогой.

— Что это за яд? — угрожающе повторил Франсуа.

— Я не скажу, — прошипел Конор. — Ты можешь убить меня, Асканио, но тогда не узнаешь, чем я их отравил.

Франсуа дернул черной густой бровью и, опустив пистолет, выстрелил. Конор закричал от невыносимой боли. Схватившись за простреленную левую ладонь, он завыл и согнулся пополам. На глазах разбойника появились слезы, лицо исказилось.

— Говори, — приказал Асканио, заряжая оружие.

— Нет, — прошипел тот. — Если они умрут, Ян поможет мне избежать виселицы. Он спасет меня.

— «Победа» и Ян разбиты, — отрезал Франсуа. — Ты остался один. Скажи, что за яд или… — и он выстрелил так, что пуля прошла в дюйме от уха преступника.

— Ты не посмеешь меня убить! — заскулил он, — мы на английском корабле, здесь не потерпят суда Линча.

— Я вне закона и вне правил, — отрезал Асканио и еще раз выстрелил.

На этот раз пуля оцарапала щеку преступника.

— Хорошо! — перепуганно взвизгнул Конор. — Это яд бумсланга.

Не говоря больше ни слова, Франсуа поспешно вышел из каюты. Нельзя было терять ни минуты. Ему в голову пришла внезапная мысль. Высказав ее, он поспешил проверить свою догадку. Вскоре он уже стоял в трюме, где держали Эдуарда.

Сэр Левод, с трудом вдыхая обжигающий горло воздух, распластался на полу. Губы его потрескались, на лбу бисером выступил пот. Увидев смутное, но знакомое очертание гостя, через полусомкнутые веки Эдуард с трудом приподнял руку. Это движение стоило немыслимых усилий, сил у командора не было даже на то, чтобы полностью открыть глаза.

— Я спасу тебя, — быстро выговорил Франсуа и бросился к Кристоферу.

Он нашел друга лежащим на кровати в каюте корабельного врача. Доктор суетился вокруг Кристофера, давал ему всякие микстуры, но состояние мистера Эскью становилось только хуже. Увидев Франсуа, Крис выдавил вымученную улыбку и негромко заметил:

— Похоже, мы все-таки проиграли.

— Нет, — с уверенностью, граничащей с безумием, выкрикнул Франсуа. — Нам нужно только противоядие. Это яд бумсланга.

— Яд тропической змеи? — встрепенулся корабельный врач. — На него нет противоядия, он смертелен.

Франсуа бросил на медика такой испепеляющий взгляд, что тот поспешно замолчал. Кристофер, борясь со слабостью во всем теле, сел на кровати и, тяжело дыша, произнес:

— Противоядие есть, мне о нем рассказал один негр. Но у меня не хватит сил его приготовить. Франсуа и вы, доктор, выполняйте мои инструкции.

— Но… — попытался возразить врач, однако осекся и замолчал.

Кристофер, еле ворочая огненным, распухшим, часто заплетающимся языком, начал называть ингредиенты. Вскоре мистер Эскью ослабевшим хриплым шепотом закончил:

— Поставьте на огонь ровно на четыре минуты. Если продержите меньше, оно будет не эффективно, если больше, то смертельно.

Дрожащей от волнения рукой врач зажег керосинку и водрузил на нее маленький котелок. Франсуа взял часы и стал по секундам отсчитывать время.

В этот момент в каюту ворвался сэр Вуд и закричал на Франсуа:

— Миледи Вэндэр уже еле дышит, милорд близок к тому же! Мало того, я узнал, что отравлен командор Левод! Вы обещали разобраться и спасти их, так чем же вы занимаетесь сейчас?!

— Выполняю обещание, — процедил Франсуа, отрывая глаза от секундной стрелки.

— Время! — выкрикнул перепуганный до смерти корабельный врач.

Франсуа быстро взглянул на часы. Котелок простоял на огне на двадцать секунд больше. Резким движением сняв его, Асканио принялся дуть на кипящее снадобье. В этот миг Кристофер, с трудом дыша, упал на кровать, глаза его лихорадочно забегали по каюте.

— Мы приготовим заново, — заверил доктор, которого уже начал трясти озноб.

— Нет времени, — прохрипел Крис. — Франсуа, дай мне чайную ложку…

Речь оборвалась, мистер Эскью замер. Доктор, потеряв от волнений всякую возможность мыслить и действовать, беспомощно наблюдал за происходящим. Набрав твердой рукой в чайную ложечку черной кипящей жидкости, Франсуа поспешно влил ее в рот Кристофера. Стэнли, подавляя внутреннюю дрожь, с волнением следил за действиями Франсуа. Полминуты прошли в гробовой тишине, никто не осмеливался заговорить или двинуться с места. Из всех присутствующих Асканио, у которого на мраморном лице энергично бегали глаза, казался самым живым из всех людей, обратившихся в недвижные статуи. Эти тридцать секунд показались для Франсуа вечностью, сэр Вуд скорбно снял шляпу.

Наконец Кристофер открыл глаза и громко задышал ртом. Послышался вздох облегчения. Еще плохо владея языком, Кристофер сказал:

— Нельзя терять времени. Спасите остальных.

Эти слова подстегнули всех троих. Сорвавшись с места, они быстро принялись разливать противоядие в два сосуда. Не доверив жизнь Вэндэров черноволосому проходимцу, корабельный доктор направился к милорду и миледи, Сальвино де Мальвинор поспешил на помощь к Эдуарду. Вскоре Франсуа уже стоял на коленях возле лежащего друга и вливал ему живительный отвар.

Эдуард лежал на полу в той же позе, как его оставил Франсуа. В отличие от Кристофера, через тридцать секунд он не открыл глаз и не задышал. Глаза его были прикрыты, лоб мраморно бледен. Франсуа осторожно опустил палец на сонную артерию, пульса не было. Стараясь не отчаиваться, Асканио влил в рот командора еще чайную ложку противоядия. Сэр Левод не шевелился. Он походил на статую, высеченную из гранита, холодную и бездвижную. Разумом Франсуа понимал, что прошло слишком много времени и командору уже ничего не поможет. К горлу всегда сдержанного Сальвино де Мальвинора подкатил ком горечи.

— Нет!

Вместе с этим криком отчаяния Франсуа со всей силы ударил Эдуарда в грудь, туда, где находилось сердце. Вскрикнув, сэр Левод распахнул глаза. Сильное сердце командора с новой энергией начало отбивать бешеную дробь. Франсуа запрокинул голову назад и засмеялся. Этот смех был настолько пропитан радостным облегчением, что Эдуард невольно подхватил его.

— Не думал, что снова увижу тебя, — с трудом выговорил командор.

— Ты спас меня от пушек Яна, теперь мы квиты.

— Кто меня отравил?

— Конор, — мрачно произнес Франсуа. — Он здесь, на корабле.

Эдуард ничего не ответил на эту новость, только между бровей у него появилась сосредоточенная складочка. Франсуа еще раз радостно улыбнулся и стал помогать другу подняться на ноги.

По приказу сэра Вуда, Эдуарда поместили в отдельную каюту, которую охраняло четверо солдат. Караул с кают Кристофера и Вэндэров был снят, а к больным каждые десять минут наведывался доктор. Патрик и Сесилия пришли в себя быстро, но по приказу врача не вставали с кроватей. После этих приготовлений Франсуа подошел к высокомерному Стэнли и негромко заметил:

— Я спас их, как и обещал.

— За это я не повешу вас на рее, — проговорил сын генерала, усмехаясь своим мыслям. — Ты, как и Конор, предстанешь пред судом.

— За что? — сдерживая гнев, поинтересовался тот.

— Вы, Франсуа Сальвино де Мальвинор Асканио, пытались угрожать мне.

Не успел Стэнли закончить предложение, как в каюту зашли двое солдат с ружьями. Франсуа с насмешкой наморщился.

— Отведите его в трюм, где находился сэр Левод, — велел Стэнли.

Позволив связать себе руки, Франсуа в сопровождении двух конвоиров спустился в трюм. Покорно зайдя в камеру, пленник проследил, как толстая дверь за ним захлопнулась и крякнул увесистый, сложный замок. Вздохнув, Асканио сел в угол, на кучу сырой соломы. Рядом пискнула мышь, постоянный обитатель этого трюма. Однако Франсуа не успел сосредоточить свои мысли на дальнейших действиях, как дверь его новой тюрьмы отворилась и к нему зашел гость.

— Джеральд! — радостно воскликнул Франсуа.

— Неужели знаменитый Сальвино де Мальвинор, который может устроить побег из любой темницы, сам оказался под стражей? — с иронией осведомился Джеральд.

— Ты, смотрю, остр на язык.

— Да, жизнь под командой Рыжей Мэри, Яна, а теперь и сэра Вуда кое-чему меня научила.

— Ты хочешь предложить мне план побега?

— Не побега — бежать здесь некуда, а перемещения. Скажи, где ты отсиживался до этого?

— В каюте Патрика и Сесилии.

— Можешь с таким же успехом отсиживаться в моей.

— Как мы пройдем через охрану?

— Сейчас тебя никто не охраняет, все носятся вокруг этих отравлений. Вуд уверен, что за ближайшие полчаса ты не сбежишь.

Джеральд улыбнулся и велел Франсуа следовать за ним. Когда они очутились возле двери, Джеральд выглянул в узкий темный коридор, ведущий на нижнюю палубу. Коридор был пуст. Выйдя, Джеральд запер пустой трюм на большой железный замок, после чего вместе с Франсуа стал подниматься на палубу.

— Где ты взял ключи?

— В кармане у Стэнли, он даже не заметил пропажи.

Поднявшись, Джеральд велел Франсуа надеть его сюртук и шляпу. После этого они незаметно свернули к каютам. Через несколько минут Франсуа уже прятался под кроватью Джеральда таким же образом, как и в каюте Вэндэров.

— Джеральд, — поинтересовался Асканио, натягивая покрывало, — почему у тебя отдельная каюта с кроватью, а не гамак в общем трюме?

— Я представился другом милорда Вэндэра и подружился с сэром Вудом.

— Не забудь вернуть ему ключи.

— Займусь этим прямо сейчас.

Три часа спустя, когда суматоха вокруг отравления только начала утихать, на голову сэра Вуда свалилась новая напасть — исчез Франсуа. О поступках этого человека и до этого ходили слухи, но теперь его имя стало легендой. Матросы перешептывались между собой, с уважением рассказывая о побеге. История обрастала все новыми невероятными подробностями, обнаруживались все новые очевидцы. Находились те, кто видел, как Франсуа был освобожден самим сэром Вудом и сейчас обедает с ним. Другие утверждали, что Франсуа умеет перемещаться сквозь стены. Третьи говорили, что этот человек и вовсе не был пойман. К вечеру побег и без того известного авантюриста выглядел так: Франсуа, запертый в трюме, со скованными руками и ногами, загипнотизировал своим голосом охранников. Они открыли все замки и двери. После этого Франсуа запугал охранников так, что те, под страхом смерти, молчат о своем поступке. Выйдя на свободу, он спустил шлюпку и покинул корабль в неизвестном направлении.

То, что все шлюпки на месте, не смущало рассказчиков, которые клялись, что видели все своими собственными глазами.

Стэнли рассуждал более здраво, но и для него исчезновение было большой загадкой. Было ясно одно — преступник бежал и его надо найти. Как и в прошлый раз, были обысканы все каюты, все трюмы и коридоры. Проверялся каждый человек, каждая щель. Несколько офицеров по собственной инициативе стали простукивать стены корабля, местами отдирая обшивку. Кто-то начал заглядывать в пороховые бочки и обшаривать камбуз. Сэр Вуд отдал распоряжение пресекать все сплетни о побеге, отчего это обстоятельство стало еще более интересным и загадочным. Но как усиленно ни обыскивали корабль, результат был тем же. При поисках сэр Вуд допустил только одну ошибку: он разрешил не осматривать каюты четырех офицеров и Джеральда. Поэтому загадка исчезновения Франсуа осталась нерешенной.

В этот же день простреленную руку Конора по приказу сэра Вуда обработал и перевязал корабельный врач. Преступник, увидев в этом жесте хороший знак, несколько успокоился и расслабился. Через час после этого Стэнли в сопровождении четырех приближенных офицеров и Джеральда, которого он уже считал хорошим другом, спустился в трюм, где держали Конора. Худощавый пират, увидев гостей, встрепенулся, напрягся и добела сжал челюсть, боясь увидеть среди них Франсуа. Но, не заметив врага, которого он боялся не меньше Яна или Рыжей Мэри, Конор успокоенно выдохнул. Сэр Вуд приблизился к пирату и, впившись в него властными глазами, несколько раз кивнул. Разбойник легко вынес этот взгляд, даже слегка улыбнулся. Остальные стояли чуть поодаль, наблюдая за встречей.

— Как вы смогли подмешать яд в еду командора Левода, мистера Эскью и семьи Вэндэров? — надменным голосом спросил Стэнли.

— Не скажу, — с легкой улыбкой отозвался Конор, развязно зевая.

Сэр Вуд сжал губы, он первый раз в жизни вел допрос настоящего разбойника. Конор чувствовал свою силу и неуверенность сына генерала, он знал свое преимущество и наслаждался создавшимся положением.

— Я спрошу еще раз: как был подмешан яд? — более жестко спросил Стэнли.

Конор пожал плечами, сэр Вуд быстро обернулся. Джеральд, который первый раз видел Конора, сразу его невзлюбил. Оценивающе оглядев преступника, он подошел к Стэнли и прошептал ему на ухо несколько слов.

— Сэр, почему вы думаете, что вам он расскажет правду? — недоверчиво вздернул брови сын генерала.

— Дайте мне несколько минут, и Конор вам все скажет. Одна просьба, оставьте нас одних.

— Это небезопасно для вас.

— Я сумею за себя постоять, — улыбнулся Джеральд, и в этой улыбке было столько бесстрашной дерзости, что Стэнли согласился.

Вскоре все, кроме Джеральда, вышли из трюма. Конор вопросительно и насмешливо покосился на оставшегося человека и тоном хозяина положения осведомился:

— И почему ты думаешь, что я все расскажу тебе?

— Я не думаю, я в этом уверен, — спокойно отозвался Джеральд, приближаясь к пленнику.

Конор с презрением рассмеялся, обнажая мелкие желтые зубы. Джеральд гордо поднял подбородок и, окинув пирата проницательным взглядом, властно заговорил.

— Ты думаешь, что я пришел с тобой нянчиться, уговаривая сказать мне правду? Ты ошибаешься. Я скажу так: либо ты скажешь Стэнли, что он хочет знать, либо умрешь.

— Ты не посмеешь убить меня, — оскалился Конор, повторяя фразу, сказанную Франсуа. — Это противозаконно.

— Не посмею? — Джеральд холодно усмехнулся.

В этот момент пленник с замирающим сердцем заметил выражение лица этого человека. Слишком обветренным и закаленным оно было для простого офицера, слишком хмуры и суровы глаза для обычного моряка, слишком властен тон для светского человека. Да, такой человек не бросал слов на ветер, и он мог исполнить свою угрозу. Глаза Конора испуганно забегали, жесты стали менее уверенны.

— Ты, Конор, — угрожающе заговорил Джеральд, — хотел отравить Кристофера, Патрика и Рыжую Мэри. Ты предал их на «Победе», ты сдал их Яну. И после этого, ты думаешь, я не посмею убить тебя? Для меня будет счастьем избавить Рыжую Мэри от такой надоедливой мухи, как ты.

Глаза Конора в ужасе сузились, сердце бешено отбивало чечетку, на лбу выступил липкий, ледяной пот. Он понял, кто стоит перед ним и чего можно от него ждать. Стараясь сохранить остатки самообладания, Конор нервно сглотнул и дрогнувшим голосом спросил:

— Если я расскажу сэру Вуду все, ты пощадишь меня?

— Смотря, что ты расскажешь.

Конор вздрогнул, руки его начали дрожать. Джеральд довольно кивнул и громко позвал остальных. Когда вошел Стэнли, Конор, потупив глаза, быстро заговорил:

— Луиза, девушка из поселения, дала мне на всякий случай смертельный яд. Сказала, что если я выпью весь пузырек, то мгновенно умру.

— Хороша подружка, — усмехнулся Джеральд. — Смотрю, она фору Кэти даст.

Конор бросил на него косой взгляд и быстро продолжил.

— Я подкупил человека, который разносил еду. Отдал ему пузырек с ядом, он должен был разделить его на всех врагов Яна. Остальное вы знаете.

— Кто такой Ян? — осведомился один из офицеров.

— Я вам потом расскажу, — перебил Джеральд и обратился к пленнику. — Кто этот человек, которого ты подкупил?

Нижняя губа Конора дернулась, он без малейших колебаний поднял руку, указывая на одного из приближенных офицеров Стэнли. Повисла гнетущая тишина. Первым встрепенулся офицер.

— Лжешь, собака! — гневно закричал он. — Не давал ты мне никакого яда!

— Это клевета, — решительно подтвердил Стэнли. — Я доверяю этому человеку, он не пошел бы на такой гнусный поступок.

Конор перевел злые, испуганные глаза на Джеральда и двусмысленно произнес:

— Это правда. Многие из нас скрывают свою настоящую сущность, верно?

Пальцы Джеральда легли на рукоять пистолета, Конор быстро умолк. Стэнли, по виду которого нельзя было сказать, что он удивлен услышанным, приказал отвести сообщника пирата в кают-компанию. Вскоре из трюма все удалились, оставляя Конора одного. К удивлению Джеральда, ареста офицера не последовало, вместо этого сэр Вуд велел оставить их наедине. Подстрекаемый любопытством, Джеральд бесшумно приблизился к кают-компании, где уже более десяти минут находились Стэнли и его подчиненный. Встав у двери напротив и делая вид, что он не может справиться с замком, Джеральд напряг натренированный слух. На его счастье перегородки были тонкими, а разговор становился эмоциональным.

— Зачем?! — возмущенно закричал сын генерала.

— Сэр Вуд, вы же велели избавиться от командора Левода и миледи Вэндэр. Это был замечательный случай. Все обвинения легли бы на пирата, если бы не этот ваш Джеральд, обо мне и не узнали бы.

— Милорд Вэндэр мог умереть. Был бы скандал!

— Зато мы бы избавились от командора Левода.

— Ты понимаешь, что твои действия незаконны и ты разоблачен? Ты понимаешь, что теперь мне придется отдать тебя под суд?!

— Сэр Вуд, я исполнял ваш приказ, — многозначительно произнес тот.

— Знаю, — раздраженно бросил Стэнли, начиная ходить по каюте. — Необходимо замять эту историю. Теперь о тебе знают. Джеральд знает. Тебе нужно бежать. Через месяц все забудут об этом происшествии, и тогда ты спокойно вернешься обратно. За это время придумай себе нерушимое алиби и причину отсутствия. Я помогу тебе восстановить репутацию. Людям объявим, что пирату помогал Франсуа, а тебя оклеветали.

— Благодарю, сэр Вуд.

— Послезавтра мы прибудем в Лондон. Сегодня, в два часа ночи, ты бежишь. В это время вахту несут верные мне люди. Собери все необходимое до вечера.

Джеральд стиснул зубы и, быстро пройдя по коридору, вошел в свою каюту. Закрывшись на ключ, он с негодованием ударил неповинную дверь ногой.

Франсуа, покинув свое убежище, потребовал объяснений. Кратко, но эмоционально Джеральд пересказал последние события.

— Пусть бежит, не вмешивайся, — здраво заметил Франсуа.

— Это же он отравил Рыжую Мэри!

— Я знаю, — сухо прервал тот. — Если хочешь остаться неразоблаченным, ты позволишь ему уйти.

— Ты лучше меня знаешь наш кодекс и наши правила! — гневно выкрикнул бывший пират. — Я не могу позволить ему спокойно жить после того, что он сделал!

— Можешь! — повысил голос Франсуа. — Мы не на Тартуге и не на «Победе».

— Франсуа, неужели ты забыл наши принципы?!

— Я помню их лучше тебя! Оставь это дело, и я обещаю заняться им сам.

Джеральд сел на стул, нетерпеливо барабаня жилистыми пальцами по столу. Франсуа напряженно следил за его действиями. Наконец, переломив себя, Джеральд выдавил:

— Хорошо, я не буду вмешиваться.

Два часа ночи.

Держа за спиной мешок с продуктами и всем необходимым, офицер смело шел к уже приготовленной ему шлюпке. Трое солдат приветливо улыбнулись ему, проходя мимо, кто-то из матросов пожелал долгих лет. Офицер подошел к шлюпке и, бросив в нее свою ношу, стал развязывать узлы, насвистывая веселую песенку.

Неожиданно что-то твердое уперлось ему между лопаток. Мужчина недовольно повел плечом, желая избавиться от мешающего ему предмета. Послышался характерный щелчок, и дуло карабина плотнее уперлось ему в спину. Офицер замер. Спокойный, расчетливый, властный, слегка насмешливый голос произнес:

— Я знаю, что ты виновен.

— Кто вы? — удивленно спросил союзник Стэнли.

— У меня много имен. Некоторые называют меня Сальвино де Мальвинор.

— Вы… — с суеверным страхом выдохнул тот.

— Сейчас ты сядешь в шлюпку и покинешь корабль. Но! Ты никогда, повторяю, никогда не вернешься на берега Англии.

— Сэр, — замялся офицер, — как же я не вернусь? Там мой дом, друзья.

— Если тебе дорога жизнь, ты не вернешься, — так же спокойно ответил Сальвино де Мальвинор. — Если же ты вернешься, я буду первый, кто об этом узнает.

— Я многое слышал о вас, — с уважением и страхом отозвался офицер. — Я выполню ваше требование.

Франсуа молча спрятал оружие. Быстро сев в шлюпку, офицер стал молча ждать, пока Асканио спустит ее на воду. Послышался тихий всплеск, и маленькая лодочка, подхваченная могучими водами, стала удаляться. Франсуа проводил ее долгим взглядом, после чего ниже надвинул шляпу одного из солдат и направился в свое временное убежище.

Лондон.

Полковник Штефард, недовольно пыхтя, сошел с корабля, вернувшегося из Франции. Рядом с ним стояла, возмущенная до глубины души, его жена. Полковник негодующе потряс обвисшими щеками и, тяжело переставляя крупные ноги, направился к карете. Жена засеменила рядом. Но не успел Штефард усадить супругу в экипаж, как к нему подошел невысокий господин и быстро заговорил. Штефард захлопнул дверь кареты и велел отвезти жену домой, сам же пошел следом за господином. Человек проводил пожилого полковника к роскошной карете, украшенной золотом, и попросил сесть. Штефард, борясь с одышкой, залез в карету, после чего дверь закрылась и шестерка лошадей тронулась.

Штефард в изумлении посмотрел на человека, сидевшего напротив него. Это был генерал Дерв. Полковник поспешно и с почтением поздоровался.

— Полковник, — резко заговорил генерал, — где и зачем вы были?

— Я был во Франции. Около месяца назад мне пришло письмо о том, что моя жена умирает, с просьбой немедленно приехать. Я тут же выехал. Моя вина, что не сообщил об этом вам.

— Надеюсь, с вашей супругой все хорошо? — с иронией спросил генерал.

— Да, сэр. Она не была больна, письмо было послано, чтобы я уехал из Лондона. Как только я это понял, я выехал обратно.

— Долго вы думали.

— Сэр, шесть дней была буря, я не мог выехать оттуда раньше.

— А письмо? Оно у вас?

Штефард молча вынул из-за пазухи смятый листок бумаги. Генерал Дерв перечитал его и, кивнув, задумался. Несколько минут они ехали молча, наконец, Дерв нарушил напряженную тишину.

— Кто-то еще видел это письмо?

— Мой помощник и еще двое подчиненных.

— Где сейчас, по-вашему, находится сэр Левод?

— Не знаю. Дома или на службе.

Генерал скривил губы и, наклонившись ближе к Штефарду, тихо сказал:

— Что вы знаете о миледи Вэндэр?

— Ничего. Милорд познакомился с ней во время круиза.

Дерв кивнул и, энергично хлопнув в ладоши, уже по-дружески произнес:

— Я вам верю, Штефард. Все это очень убедительно. Вы оправданы, и все обвинения с вас сняты. С вами сыграли злую шутку, но я доберусь до этого шутника.

— Обвинения? Сняты?

— Это уже не важно, — рассмеялся генерал. — Езжайте домой, успокойте свою жену, встретьтесь с друзьями.

Штефард задумчиво кивнул, медленно он стал догадываться, откуда дует ветер. Выйдя около своего дома, он попрощался с генералом и быстро зашел в свою усадьбу. Сев за стол, он написал несколько строчек, запечатал сургучом письмо и, передав лакею, приказал отдать лично милорду или миледи Вэндэр.

Через два часа лакей прискакал с письмом обратно к своему господину и доложил, что господа уехали, а мисс Вэндэр гостит в Уэльсе. Тогда Штефард сжег первое письмо и, написав другое, приказал лакею мчаться по указанному адресу.

Уэльс. Поместье мисс Кэмонд.

Мангала зевнула, но продолжила вышивку — до конца оставалось совсем немного. Уже давно стемнело, и на черном бархате неба легли россыпью бриллианты звезд. Был теплый, тихий вечер, мирно горели уютные огоньки свеч. Эльза уже уложила в мягкую кроватку дочку Сесилии и сама легла спать. Хозяйка дома, мисс Кэмонд, сидела в соседней комнате и с удовольствием допивала чай.

Неожиданно в дверь постучали. Мисс Кэмонд встала и направилась к двери. По приглашению хозяйки в дом кто-то вошел и сел в гостиной. Мангала удивленно отложила вышивку. Мисс Кэмонд зашла в ее комнату и сообщила, что пришли к ней. Сестра Патрика быстро обулась в домашние туфли и поспешила в соседнюю комнату. Хозяйка направилась на второй этаж.

Зайдя в комнату, мисс Вэндэр увидела женщину, сидящую к ней спиной. Мангала негромко кашлянула, делая шаг вперед. Гостья поднялась и резко обернулась. Мисс Вэндэр охнула и в страхе попятилась назад. Бледная женщина с безликими глазами и пшеничными растрепанными волосами вытянула вперед руку. В руке она сжимала пистолет. Мангала закричала и бросилась бежать. Кэти выстрелила. Схватившись за раненый живот, Мангала испустила вопль и, повалившись на пол, лишилась от боли чувств.

На звук выстрела вниз сбежала мисс Кэмонд. Увидев окровавленную Мангалу и бледную женщину с оружием, она вжалась в угол и задрожала. С пугающим спокойствием Кэти перешагнула через сестру Патрика и, быстро перезарядив пистолет, направила его на хозяйку дома.

— Где девчонка и Эльза?

Вместо ответа мисс Кэмонд вскрикнула и потеряла сознание. Кэти холодно усмехнулась и начала подниматься по лестнице. На втором этаже было две комнаты. Ступая тихо и осторожно, преступница заглянула в первую комнату, там стояла пустая колыбель. Сообщница Яна поправила светлые волосы и толкнула вторую дверь, она оказалась заперта. Кэти постучала, ответа не последовала.

— Если откроешь, я пощажу тебя! — крикнула Кэти. — Эльза, открой и я тебя не трону, мне нужна только девчонка!

— Ты ее не получишь. Лучше убей нас обеих! — послышался перепуганный крик миссис Левод.

— Если ты не откроешь, я убью еще и старушку, милую хозяйку! — с этими словами Кэти с силой ударила по двери пистолетом. — Открой, и хозяйка не пострадает!

— Не тронь ее! — выкрикнула та, и в комнате послышалось шевеление.

— Я устала ждать, Эльза! Я считаю до пяти и убиваю старуху. Раз…

— Я открою…

— Два… Три…

Эльза торопливо поворачивала в замке ключ.

— Четыре…

Наконец дверь отворилась, и перепуганная Эльза лихорадочно оглядела Кэти. Преступница окинула комнату беглым взглядом: дочери Рыжей Мэри не было. Угрожая миссис Левод пистолетом, она спросила:

— Где ребенок?

— Не скажу, — гордо подняла голову жена командора Левода. — Стреляй!

— Будь по-твоему, — спокойно произнесла Кэти и нажала на курок.

Но в этот момент сильная рука схватила ее запястье, и выстрел пришелся по ноге жертвы. Схватившись за правую икру, Эльза закричала и упала на пол. Неизвестный выбил у преступницы пистолет и, скрутив ей руки, связал за спиной. Усадив Кэти на стул и привязав руки к спинке, мужчина бросился к Эльзе.

— Где девочка? — быстро спросил он, укладывая миссис Левод на кровать.

— Я вас не знаю, — еле ворочая языком, выговорила та. — Я не скажу.

— Она в безопасности?

— Да.

— Хорошо. Перевяжите рану. Внизу лежит мисс Вэндэр, она ранена. Я должен отвезти ее к доктору, иначе она умрет.

— А как же Кэти?

Мужчина подошел к связанной преступнице и так сильно затянул путы, что запястья женщины стали мраморно бледными.

— Она не сбежит. Я не могу взять ее с собой, она будет меня тормозить. Вы сможете остаться здесь с ней еще полчаса?

— Приезжайте быстрее, — сквозь зубы произнесла Эльза, затягивая на ноге повязку.

Лакей Штефарда поклонился даме и выбежал из комнаты. Кэти и Эльза остались наедине. Миссис Левод сжала от боли зубы, на висках выступили вены, она тяжело дышала, лихорадочно бегали глаза. Из ноги сочилась алая кровь, бешено пульсировало в затылке, воздух казался раскаленным. Преступница оглядела свою жертву, и было в этом взгляде нечто похожее на сочувствие.

— Я не могла иначе, — негромко произнесла Кэти.

Эльза молча закрыла глаза, из которых хотели вырваться слезы боли.

— Я сделала это из страха перед Яном, — продолжила Кэти. — Мне надо было выбирать: либо ты, сестра Патрика и его дочь, либо я сама. Когда Ян узнает, что я не справилась, он убьет меня.

— Ты хочешь, чтобы я тебя пожалела? — презрительно спросила Эльза.

— Нет. Хочу, чтобы поняла.

— Никогда я тебя не пойму. Ты — убийца!

— Как и Рыжая Мэри, — с холодной насмешкой заметила та. — И все ее друзья.

— Она хочет защитить свою семью.

— А я — свою жизнь.

Повисла тяжелая пауза. В эту минуту Эльза больше всего желала оказаться одна. Она не могла вынести жгучего и, как ей казалось, высокомерного взгляда Кэти, смеющегося над ее страданиями. Из глаз потекли слезы, в носу защипало, в ноге новым приступом запульсировала боль. Присутствие Кэти, женщины, желавшей ее смерти, угнетало и заставляло напрягать измотанные нервы. Безвыходность ситуации подавляла; Кэти была связана и не могла уйти, Эльза была ранена и тоже не могла двигаться. Приходилось терпеть и ждать. Но ожидание становилось мучительным.

Неожиданно на лестнице послышались стоны и тяжелые шаги. Мисс Кэмонд, наконец, пришла в себя и спешно поднималась наверх. Увидев связанную преступницу и раненую Эльзу, добродушная хозяйка снова чуть не лишилась чувств. Но, удержавшись за косяк двери, качнулась и села на кровать к миссис Левод.

— Дорогая, как ты? — заворковала она. — Что она здесь делает? Где Мангала, где малютка? Что вообще происходит?

— Все будет хорошо, — успокаивающе проговорила Эльза, стараясь выдавить улыбку, от чего на лбу выступил пот.

— Хорошо?! — презрительно спросила Кэти. — Твой муж мертв, Вэндэры мертвы, друзья Рыжей тоже. Не я, так кто-то другой доберется до тебя и девчонки Мэри. Но даже если тебе повезет, у тебя никогда не будет спокойной жизни…

— Замолчи, язва! — воскликнула Эльза, из последних сил сдерживая подступившие к горлу рыдания. — Это ложь! Эдуард жив!

Кэти высокомерно улыбнулась, она чувствовала свое превосходство.

— Вас повесят, и я приду на вашу казнь, — проговорила мисс Кэмонд.

— Мой вам совет, — зевнула Кэти. — Не помогайте этим людям, а то и до вас доберутся. Отстранитесь, пока не поздно.

Мисс Кэмонд ласково погладила жену племянника по голове, та встретила этот жест приветливым взглядом.

— Щенячьи нежности, я сейчас заплачу! — язвительно воскликнула Кэти.

Мисс Кэмонд, пожилая, но рассудительная женщина, медленно поднялась с постели и, взяв носовой платок, направилась к Кэти.

— Ты что, старуха, задушить меня хочешь? — перепугалась та.

Аккуратным, но сильным движением мисс Кэмонд плотно завязала Кэти рот. Пленница возмущенно дергала головой, мычала, но слов было не разобрать. Эльза с облегчением вздохнула, улыбаясь пожилой хозяйке дома.

Через пятнадцать минут приехал лакей Штефарда в сопровождении трех жандармов. Коротко сообщив, что Мангала у доктора, он заботливо перенес раненую в экипаж. Вскоре в другой экипаж под конвоем была усажена и Кэти, после чего лошади тронулись. Эльзу доставили к врачу мисс Кэмонд, а преступницу к полковнику Штефарду.

Этим же утром Кэти уже сидела в одной из камер Лондонской тюрьмы.

Лондонский порт.

Сесилия, Кристофер и Патрик, уже полностью оправившиеся от отравлений и полученных на острове ран, прошли к трапу. Франсуа, которого так и не нашли, решил выбраться на берег только по наступлении сумерек. Первым на берег сошел сэр Вуд, который тут же отправил одного из подчиненных за отцом. По приказу Стэнли никто не сходил с корабля до прибытия генерала.

Вскоре подкатила богатая карета, и из нее неторопливо, гордой поступью вышел генерал Дерв. Оглядев сына, он одобрительно кивнул. Осторожно по трапу стали спускаться Вэндэры и Кристофер. Доктор, перепуганный официальностью приема, воровато оглядываясь по сторонам, со страхом опустил глаза перед генералом. Сесилия до боли сжала руку мужа.

— Милорд, миледи Вэндэр, — с уважением произнес генерал Дерв. — Приношу извинения за все неудобства. Прошу, если вас не затруднит, миледи Вэндэр, покажите мне правое запястье.

Без предисловий, без объяснений, Сесилия быстро засучила правый рукав рваной, измазанной грязью и кровью, сорочки. Генерал Дерв не смог сдержать возгласа удивления. На сильной, мускулистой руке миледи Вэндэр красовалась татуировка пирата.

— Не может быть, — прошептал он, наклоняясь над запястьем. — Неужели это правда?..

— Сэр, позвольте вам объяснить, — быстро заговорил Патрик. — Это изображение было сделано неделю назад, его сделал Ян, чтобы еще больше унизить достоинство миледи Вэндэр.

— Это ужасно! — заломила руки Сесилия и так натуралистично залилась слезами, что даже муж был поражен.

— Милорд Вэндэр, извините, но я вам не верю, — отозвался генерал. — Вашим словам нет ни малейшего подтверждения.

— Как? Неужели вам не достаточно моего слова?

Генерал сухо улыбнулся. Кристофер вздрогнул, он уже чувствовал, как на его шее затягивается петля. Патрик величественно выпрямился. В этот момент, расталкивая всех на своем пути, к собравшимся пробрался Джеральд. Галантно раскланявшись генералу, он спокойно произнес:

— Если слова многоуважаемого милорда Вэндэра правдивы и татуировка сделана недавно, то на ней должна образоваться тонкая корочка. Если же она старая, то ее не будет.

— Кто вы? — потребовал Дерв. — Почему вы вмешиваетесь?

— Он мой друг, — сконфуженно представил того Стэнли. — Простите его, генерал, Джеральд плохо обучен этикету.

— Проверим ваш совет, — протянул Дерв, сразу смягчившись.

Медленно и с трепетом генерал провел пальцем по татуировке. Изображение на руке было слегка выпукло, Дерв разочарованно причмокнул.

— Что ж, еще раз простите за все, милорд, миледи. Не смею больше вас задерживать.

Патрик, Сесилия и бледный Кристофер поспешно отошли в сторону. Каждый из них тяжело дышал, сердце глухо билось.

— Горло пересохло, — хрипло произнесла Мэри. — Там «Веселая кружка», раньше в этом трактире Франсуа жил. Можно туда зайти.

Через несколько минут по трапу под конвоем спустились связанные Конор и Эдуард.

— Командор Левод, вы все еще живы, — с разочарованием глядя на сына, протянул генерал. — Сэр Вуд, объясните мне все.

Стэнли начал распинаться перед отцом о нарушениях командора и о своих подвигах.

— Сэр Левод, вы пойдете под трибунал, — с плохо скрываемой радостью заключил Дерв. — Завтра, в десять утра, состоится суд. А это кто? — он кивнул на Конора.

— Пират. В дороге он пытался отравить милорда и миледи Вэндэр.

— Завтра утром повесить. А сейчас, — он устало зевнул, — в камеру обоих.

— Вы не имеете права так со мной обращаться! — возмутился Эдуард. — Я требую к себе другого отношения. Я не вор, чтобы меня сажали в тюрьму!

— Сэр Левод, завтра у вас уже не будет никаких особых преимуществ, — улыбнулся Дерв. — Я не хочу, чтобы до суда вы с кем-нибудь общались.

Лицо Эдуарда вытянулось, между глаз легла тяжелая складка, зубы до боли сжались. Стэнли сдержал самодовольную улыбку. Подталкиваемые сзади, Конор и Эдуард направились к городской тюрьме. Бросив на спутника косой взгляд, сэр Левод тяжело вздохнул. Через четверть часа достигли городской тюрьмы. Командор лучше других знал эту каменную лестницу, витиеватые коридоры; не одна сотня преступников была поймана с его помощью и помещена в эти стены. Наконец его втолкнули в решетчатую камеру, Конора поместили рядом. Враги были отделены друг от друга частой железной решеткой. Когда солдаты скрылись, пират неприятно засмеялся:

— Эдуард, завтра тебя разжалуют! Вот умора, командора Левода, страх всех пиратов, разжалуют! И за что? За чрезмерную активность! — разбойник расхохотался.

Как разозленный собакой лев, Эдуард подлетел к решетке и, просунув через нее руку, схватил Конора за горло. Тот стал отбиваться двумя руками, но стальные пальцы командора продолжали сжимать хватку. По тюремному коридору послышались шаги.

— Убил бы, да руки марать не хочется, — процедил сэр Левод. — Завтра все равно сдохнешь. — С этими словами он отшвырнул от себя Конора.

Схватившись за побелевшую шею, бешено вращая зрачками, пират упал на колени, громко кашляя. Мимо камер прошел охранник.

— Конор? — послышался знакомый высокий голос.

Эдуард и Конор быстро огляделись. Через проход, где только что прошел тюремщик, напротив них располагались две закрытые камеры с маленькими окошечками. В первой из них, приникнув к крошечному решетчатому отверстию, смотрело знакомое лицо. В первую минуту мужчины не могли понять, где они раньше видели эту женщину.

— Сэр Левод, и вы здесь? — с насмешкой воскликнула она.

— Кэти? — оторопел Конор.

— Надеюсь, тебя ждет веревка, — рявкнул Эдуард.

— Командор, а что ждет вас? — мерзко рассмеялась та. — Почему вы здесь?

Эдуард повернулся спиной к преступнице, усаживаясь на холодный, влажный от сырости пол. Кэти вопросительно посмотрела на Конора, тот расплылся в улыбке и во всех подробностях описал разговор с генералом. Видя, что этим сэра Левода уже не задеть, пират осведомился о делах Кэти.

— Эдуард, а разве ты еще не знаешь новостей? — наиграно удивилась сообщница. — Мисс Вэндэр умерла, я убила ее.

— Мангала? Но ведь когда-то вы были подругами.

— То время давно ушло. Малышка Сюзи отправилась вслед за теткой.

— Нет…

— И вот еще… Эльзы тоже больше нет!

— Нет! — вскричал командор, вскакивая на ноги и прижимаясь лицом к ржавой решетке. — Ты врешь! Врешь!

— Привет от Яна, — произнесла Кэти, уходя вглубь камеры.

С невероятной силой ударив решетку, Эдуард оперся об нее лбом. На суровых бесстрашных глазах заблестели слезы, сбегая струйкой по обветренным, щетинистым щекам. Скулы, напряженные до предела, дергались, дыхание перехватывало. В один миг вся его жизнь рухнула. Он лишился всего, чем дорожил: жены, службы. Остались друзья, но они сами были в таком же положении. Не хотелось больше бороться, хотелось покориться горькой судьбе и — будь что будет. Он сдался. Какая теперь разница, что его ждет? Будущее представлялось безрадостным и серым. Он потерял Эльзу, милую женщину, которая была единственным теплым огоньком в его жизни. А завтра его разжалуют. Но разве это теперь имеет значение? Что вообще теперь для него имеет значение?

С такими мыслями Эдуард провел ночь.

На следующее утро сэра Левода увели под конвоем. Пройдя в зал суда, где собралось, по меньшей мере, пятьдесят человек, Эдуард обреченно встал на указанное место. Слушание вел генерал Дерв. Сэр Левод, придавленный тяжестью своих проблем, не слышал того, что говорили против него, не видел тех, кто сидел в зале, он молча стоял и ждал приговора. Он не сомневался в исходе дела и поэтому даже не пытался оправдаться. Перед вынесением приговора был объявлен небольшой перерыв, и генерал Дерв, главный судья, вышел в соседнюю комнату. Он пробыл там меньше положенного времени и вернулся слишком взволнованным.

— Сэр Левод, вы обвиняетесь… — генерал осекся и, быстро обежав публику глазами, вздрогнул.

Наступила пауза, которой никто не ожидал. Эдуард с безразличным интересом поднял голову. Он смотрел на генерала не как преступник на судью, а как посторонний зритель. Ему было все равно, что тот скажет, было лишь слегка интересно, почему главный судья молчит. Взяв себя в руки, генерал Дерв вновь заговорил:

— Все обвинения сняты. Получите свою шпагу, командор.

С этими словами он протянул Эдуарду оружие. Пораженный сэр Левод принял из дрожащих рук генерала шпагу. Дело было закрыто, Эдуард оправдан. Оглядев зал, сэр Левод увидел Эльзу. Не веря своим глазам, с бешено бьющимся сердцем, он побежал к жене. Эльза вскочила и, опираясь на костыль, захромала по направлению к мужу. Подхватив ее на руки, забыв о приличиях, об окружающих, о своем внешнем виде, он прижимал драгоценную ношу к сердцу, покрывая ее лицо поцелуями.

Предыдущая ночь.

Медленно приоткрыв дверь каюты, Франсуа выглянул на палубу корабля. Никого. Ступая осторожно и бесшумно, прячась за любой выступ, он начал пробираться к борту. Неожиданно справа донеслись голоса трех моряков. Франсуа замер. Матросы шли в его сторону. Быстро вынув из кармана несколько монет, Асканио кинул их в противоположную сторону. Деньги, звеня, ударились о палубу, моряки замерли и оглянулись. Воспользовавшись моментом, Франсуа пробежал несколько шагов и спрятался за бочкой.

— Это деньги, — гнусаво произнес один.

— Не тронь их, — велел другой. — Они могут быть прокляты.

— Я не суеверен, а деньги мне не помешают.

Сказав это, матрос пошел собирать монеты, два его спутника, опасливо переглядываясь, направились за ним. Довольный, Франсуа подкрался к спуску с корабля. Сливаясь с темнотой ночи, Сальвино де Мальвинор спустил трап и через мгновенье уже стоял на берегу. Наклонив голову, он быстро миновал причал и направился в глубь порта. Окинув знакомые места беглым взглядом, авантюрист решил зайти в «Веселую кружку», переговорить с хозяином и узнать последние события.

Распахнув знакомую скрипучую дверь, черноволосый мужчина погрузился в голубой дым трактира и множество голосов. Подойдя к стойке и заметив грузную спину хозяина, Франсуа негромко окликнул его:

— Верпер, здравствуй. Надеюсь, моя комната еще свободна?

Трактирщик обернулся. Увидев незнакомое лицо, Франсуа замолчал.

— Верпера повесили, — сухо сообщил трактирщик. — Теперь заведение мое. Вы, наверно, Франсуа Сальвино де Мальвинор Асканио?

Франсуа утвердительно кивнул.

— Ваша комната свободна. Вас там ждут.

— Кто? — напряженно спросил тот.

— Рыжая Мэри, легенда морей. Разбойница, которой нет равных.

Асканио облегченно вздохнул и быстро взбежал по лестнице. Распахнув дверь комнаты, он очутился в слабо освещенном помещении. Патрик, Кристофер и Сесилия поприветствовали друга.

— Как прошел номер с татуировкой? — быстро осведомился Франсуа.

— Легко, — отмахнулся доктор.

— Накалывать изображение вторично было больно, — протянула Мэри.

— Надо радоваться, что Джеральд смог достать краску, — перебил муж.

— Что вы все здесь делаете? — спросил Франсуа, присаживаясь рядом с Кристофером.

— Обсуждаем план спасения Эдуарда, — пояснил милорд Вэндэр. — И для тебя главная роль. Согласен?

— Разве я могу отказаться? — с иронией рассмеялся тот.

На следующее утро в небольшую кофейню, которая располагалась через дорогу от суда, зашла богато одетая молодая пара. Присев за столик у окна и заказав по чашке кофе, Вэндэры стали неторопливо его пить. Хозяин кофейни был настолько польщен визитом столь уважаемых посетителей, что не мог сидеть сложа руки. Чтобы как-то занять себя, он начал рассматривать одежду гостей. Дорогой камзол милорда Вэндэра сверкал новизной, правда нечто тяжелое сильно оттягивало карман и продолговатый предмет некрасиво выпирал из-под верхней одежды. Миледи Вэндэр выглядела блестяще, в ней нельзя было найти погрешностей. От волнения хозяин заведения уронил ложку, наклонившись за ней, он невольно бросил взгляд на ноги молодой женщины. На миг ему показалось, что на щиколотке миледи блеснул металлический предмет, но это был только миг. Отогнав от себя дурные мысли, он отвернулся.

— Пора, — тихо произнесла Сесилия, увидев, как Стэнли Вуд входит в здание суда с черного входа.

В эту же минуту Патрик поднялся и вышел из кофейни. Кристофер, который все это время стоял на ступенях здания суда, увидел условленный знак и громко, пронзительно свистнул. Милорд Вэндэр вернулся в кофейню, доктор зашел в здание суда.

Франсуа, находившийся в здании, услышав свист, отворил окно кладовой на втором этаже и, встав на узкий выступ, пошел по карнизу к соседнему окну. Просунув руку в форточку, он отодвинул защелку и, распахнув ставни, ловко запрыгнул в комнату. В этот момент Стэнли начал свои обвинения против Эдуарда. Он говорил громко, эмоционально и долго.

— Быстрее, — проворчал Франсуа, нетерпеливо барабаня пальцами. — Быстрее.

Наконец сэр Вуд замолчал, его попросили удалиться. Он вышел в боковую комнату, ту самую, где его поджидал Франсуа. Скинув с себя парик, Стэнли вздохнул, и в эту минуту он заметил своего врага. От лица сэра Вуда отхлынула вся кровь, оно стало бледным как мел. Воспользовавшись заминкой, Франсуа мгновенно наставил на Стэнли пистолет и приказал:

— Произнесешь хоть слово, умрешь. Садись на стул.

Сын генерала беспомощно сел на указанное место. Продолжая держать левой рукой пистолет, правой Сальвино де Мальвинор быстро связал за спиной руки пленника. Перехватив оружие, Франсуа стал ждать. Сэр Вуд повел плечами. В зале послышались шаги. В этот момент в комнату зашел генерал Дерв, аккуратно прикрыв за собой дверь. Увидев плененного сына и шантажиста, Дерв тяжело задышал, глаза его налились кровью, на лице заходили желваки.

— Мои требования, — властно произнес Франсуа, и его черные глаза сверкнули огнем. — Вы снимаете с командора все обвинения, и он уходит.

— Он был в тюрьме, как он мог связаться с вами?!

— Я действую, исходя из своих собственных интересов. Со мной никто не связывался. Вы согласны на мои требования? — с этими словами он прижал пистолет к виску Стэнли.

— Да, — хрипло ответил Дерв.

— Тогда идите.

Пятясь назад и не спуская бешеных глаз с бледного сына и столь наглого преступника, генерал вышел. Он не собирался плясать под чужую дудку. Он закончит процесс, как и планировал, а там уж разберется. Встав лицом к залу, Дерв начал говорить. И в этот миг, как только слова обвинения были готовы сорваться с его губ, он взглянул на балкон. Худой, высокий человек, один из зрителей, держал в руках табличку, прикрывая ею свое лицо. Никто, кроме Дерва, не мог ее видеть. На табличке было написано: «Стэнли умрет». Генерал вздрогнул и коротко произнес слова, оправдывающие Эдуарда. Когда он вновь взглянул на балкон, ни худого человека, ни таблички не было. Не мешкая, генерал побежал в комнату, где находился его сын. Стэнли был так же привязан к стулу, но шантажиста не было, он исчез.

— Где он?! — закричал Дерв.

— Я не знаю. Он будто испарился, — растерянно протянул тот.

— Испарился?! — взревел генерал. — Ты находился с ним в одной комнате и не можешь сказать, куда он делся?!

— Я сидел к нему спиной…

— Бездарный мальчишка! Как ты мог позволить так легко связать себя?

Стэнли молча опустил голову. Генерал быстро зашагал по комнате. Преступника нигде не было. Это было невероятно, непостижимо. С раздражением развязав сына, Дерв вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Стэнли поспешил догнать отца. В этот же момент, осторожно отодвинув штору, вышел Франсуа. Распахнув окно, он посмотрел вниз: там стояла телега с сеном. Выйдя на узкий карниз и затворив ставни, Асканио прыгнул вниз. Как только он провалился в большой мягкий стог, кучер, закутанный в старое тряпье, с силой ударил лошадь. Скакун жалобно заржал и понесся по узким улочкам.

— Все в порядке? — крикнул кучер, оборачиваясь к Франсуа.

— Да, Рыжая. Ты все отлично придумала. Куда мы едем?

— В Вандармин. Тебя там не будут искать.

В это время, взбешенный неслыханной дерзостью и наглостью, генерал Дерв встал возле центрального выхода и каждого, кто покидал здание, лично сверял с человеком на балконе. Вскоре к нему подошел сын и встал по другую сторону двери. Люди стали негодующе перешептываться.

— Сэр Вуд! — неожиданно воскликнул один из господ. — Прошу, пропустите меня и моего друга. Для нас это унизительно!

Стэнли всмотрелся в говорившего и узнал недавнего знакомого. Это был Джеральд, рядом с ним стоял еще кто-то.

— Конечно, проходите. Вы вне подозрений, — приветливо улыбнулся Стэнли.

Джеральд, а с ним еще один господин в очках прошли мимо генерала, вежливо поздоровавшись с ним. Очутившись на улице, спутник Джеральда облегченно вздохнул:

— Не знаю, как и благодарить тебя. Как ты здесь оказался?

— Я знал, Кристофер, что вы не оставите Эдуарда, и пришел. Моя помощь оказалась не лишней. Куда ты теперь?

— В Вандармин. Мы условились встретиться там.

— Командор знает об этом?

— Он догадается.

— Хорошо, я присоединюсь к вам. Что насчет мисс Вэндэр и дочери Рыжей?

— Как только мы с тобой вышли на улицу, Патрик выехал за ними. Если все хорошо, то завтра утром они будут в замке.

В то время, когда суд над Эдуардом был в самом разгаре, в тюремный подвал спустился солдат и передал запечатанный пакет тюремщику. Увидев, что двух заключенных должны казнить, тюремщик довольно крякнул и пошел отпирать камеры. Связав руки Конору и Кэти, он выделил им трех солдат для охраны. Преступников вывели на улицу и повели по узким, петляющим улочкам Лондона на главную площадь, где уже была установлена виселица. Разбойников сопровождали трое жандармов и провожатый.

От страха перед неминуемой казнью зубы Кэти отстукивали дробь, пальцы мелко дрожали. Сама она, бледная, с растрепанными пшеничными волосами, с обезумевшими от страха прозрачными глазами, шла нетвердой, шатающейся походкой. Конор с презрением смерил Кэти взглядом и злобно процедил:

— Это ты виновата. Ты наняла меня. Из-за тебя я должен умирать!

Кэти не ответила, казалось, она не слышала этих колючих слов. Конор хотел выкрикнуть еще что-то, но железный штык жандарма не позволил ему этой роскоши. Еще несколько шагов они прошли молча. Неожиданно Кэти вскрикнула, споткнулась и полетела вниз. Упала она прямо на двух солдат, шедших спереди. Ее падение было столь неожиданным, что на миг все растерялись. Все, кроме Конора.

Обхватив связанными руками провожатого за горло, преступник стал душить его. Один из солдат вскочил на ноги и, прицелившись в Конора, выстрелил. Разбойник увернулся, пуля поразила провожатого, Конор выпустил его и, бросившись на землю, схватил за ноги стрелявшего. Оба упали, двое оставшихся мужчин стояли над ними с ружьями, целясь в преступника и приказывая отпустить их товарища. Неожиданно раздалось два выстрела, и двое солдат замертво упали. Кэти отбросила оружие убитого провожатого, в этот миг Конор разделался с последним врагом и, вскочив, стал быстро освобождать руки от пут.

— Бежим, — тихо, почти беззвучно произнесла Кэти.

— А знаешь, я понял, что Ян в тебе нашел, — беззаботно и весело рассмеялся Конор. — Ты, надеюсь, не держишь зла на мои слова?

Кэти поджала губы и, смерив спутника холодным взглядом, пожала плечами. Тот раздосадованно закусил губу. Быстро забрав оружие, они побежали в глубь узких темных улиц. Петляя мимо высоких неприветливых домов, минуя горы сваленного прямо на дорогу мусора, на котором сидели толстые крысы, союзники пробирались по беднейшему району города. Здесь они сливались с толпой, никто не обращал на них особого внимания. Бедняки, грязные, в рваной одежде, были заняты своими заботами и проблемами. Тяжело дыша от смрада этого квартала и бега, Кэти смахнула рукой струившийся по лбу пот. На мгновенье она остановилась, Конор встал рядом, нетерпеливо барабаня ногой.

В этот момент к Конору подбежал чумазый мальчишка и ловким движением срезал кошелек, который беглец забрал у солдата. Конор, заметив воришку краем глаза, схватил его за запястье и с такой силой сжал руку мальчика, что захрустели кости.

— Отпусти его, — приказала Кэти.

— Нет. Он хотел ограбить меня. Меня! — произнес разбойник, доставая пистолет.

— Конор, отпусти его!

Наведя оружие на перепуганного ребенка, Конор приготовился стрелять. Но в этот же миг Кэти резко дернула его руку, и выстрел прошел рядом, не причинив вреда мальчику. Разбойник выругался и, разжав пальцы, отпустил дрожащего ребенка.

— Больше не воруй, — тихо произнесла Кэти и направилась вперед.

Мальчик проводил долгим взглядом людей и, немного успокоившись, твердо решил последовать совету женщины. Когда Конор и Кэти оказались на окраине Лондона, они впервые услышали звуки погони.

— Куда теперь? — спросила союзница Яна.

— Куда?! — вспылил Конор, потирая щетинистую щеку. — Можно подумать, я знаю. Ты устроила наш побег, ты и решай, куда нам идти.

— В порт, — холодно произнесла та. — Спрячемся на первом же корабле, отплывающем отсюда.

Добравшись до порта, они увидели каравеллу, на которую арабы и негры грузили рулоны с тканями. Спокойно пройдя по пирсу и взяв один из рулонов, Конор направился к каравелле. Кэти пораженно взглянула на него:

— А как же я?

— Каждый сам за себя, — ухмыльнулся преступник и взошел на борт.

Кэти стояла на пирсе до конца погрузки, после чего, набравшись смелости, поднялась на борт. Боцман непонимающе покосился на гостью:

— А вы еще кто?

— Я прошу, разрешите плыть с вами.

— Это торговое судно, а не пассажирское. Мы плывем сначала в Сингапур, а потом в Индию, мы не берем пассажиров.

— Прошу, возьмите меня. Мне не нужна каюта, я готова проводить ночи на палубе, только позвольте отплыть с вами.

— А в чем собственно дело? — спросил подошедший шкипер.

— Мой муж сейчас в Сингапуре, он серьезно болен, я должна быть рядом с ним, — в этот миг Кэти заметила в порту солдат. — Умоляю! — вскричала она, падая на колени. — Войдите в положение бедной женщины!

— Мадам, встаньте, — смущенно проговорил шкипер, поднимая Кэти. — Конечно, у нас найдется для вас место. Не беспокойтесь, мы вам поможем.

Уэльс.

Патрик, сжав в объятиях дочь, счастливо улыбался.

— Моя Сюзи, — прошептал он. — Я думал, что уже никогда не возьму тебя на руки.

Подошел доктор. Положив руку на плечо милорда Вэндэра, он негромко кашлянул, привлекая внимание, и заговорил:

— Пуля прошла навылет, на счастье мисс Вэндэр, она не задела позвоночника и жизненно важных органов. Я зашил поврежденные ткани. Операция была долгой и утомительной. Я боялся, что леди ее не выдержит. Вчера она пришла в себя и заговорила. Думаю, вы можете идти к ней.

— Спасибо вам, — произнес Патрик, отдавая врачу деньги. — Спасибо.

Зайдя в светлую, чисто убранную комнату, милорд Вэндэр приветливо улыбнулся слабой сестре. Врач корректно закрыл дверь, оставляя родственников наедине. Сюзи, не выпуская из объятий шею отца, радостно вскрикнула, увидев тетю. Мангала слабо приподнялась на подушках.

— Патрик, ты вернулся… Ты жив… Как Сесилия?

— Все хорошо, — хмуро отозвался он и, сдерживая гнев, сухо спросил. — Кто в тебя стрелял?

— Кэти, и это не первое покушение.

Глаза милорда Вэндэра потемнели, губы невольно сжались, ноздри расширились, с силой втягивая воздух. Ему резко стало душно, комната показалось маленькой, захотелось на воздух.

— Когда-нибудь она будет поймана, — с ненавистью произнес он.

— Брат, она уже арестована.

Патрик резко выдохнул, от сердца у него отлегло, и он смог улыбнуться.

— Патрик, ты даже представить себе не можешь, какой я перенесла ужас за эти дни! — воодушевленно заговорила Мангала. — Бедная малютка, каково было ей! А Эльза, я не представляю, откуда у нее столько смелости. Она вела себя достойно… Патрик, мне было так жутко и страшно, ты не можешь себе представить, какой мы подвергались опасности!

— Поверь, Мангала, я могу представить, — усмехаясь воспоминаниям об острове, многозначительно произнес он.

Глаза Мангалы расширились, и она тихо поинтересовалась жизнью брата. Патрик шутливо улыбнулся.

— Если не считать того, что за нами гонялись три сотни пиратов, жаждущих нашей смерти, каждый день плата за наши головы увеличивалась, а Эдуард с Кристофером чуть не убили друг друга, то все было хорошо. В конце концов, — он опять улыбнулся, видя ужас на лице сестры, — мы же вернулись.

— Патрик! — воскликнула она и, прикрыв лицо, тихо заплакала.

— Все хорошо, мы рядом. Теперь ты в безопасности.

Брат ласково погладил ее по плечу.

Через четыре дня, вопреки уговорам доктора остаться в постели еще на сутки, Мангала пожелала отправиться в замок Вандармин. Поняв, что уговаривать сестру бесполезно, милорд Вэндэр согласился возвращаться домой. Когда миновали полпути, а дочка Патрика уснула, Мангала тихо спросила:

— Скажи, ты не жалеешь, что связал свою жизнь с пираткой?

— Нет. Иначе бы она была скучна, — с легкой иронией отозвался тот.

Мангала пристыженно опустила глаза, погруженная в свои мысли. Патрик погладил темно-рыжие волосы дочурки и умиротворенно закрыл глаза.

Сидя в удобном мягком кресле, Сесилия медленно потягивала старое, дорогое вино. Шли уже четвертые сутки, а вестей от мужа не было. Да, он и Мангала могли задержаться в дороге, но не на столько же. И где сейчас Сюзи? Если дочь была с Мангалой, то возникает вопрос, почему их все еще нет. Почему не едет Патрик? Сесилия судорожно вздохнула и залпом осушила очередной бокал. Думать не хотелось, одна ее догадка была страшнее другой. В мысли упорно лез образ Яна и его угрозы. Вот уже вторую ночь она не могла сомкнуть глаз. Не желая оставаться наедине со своими мыслями, миледи Вэндэр задержала в гостях Джеральда и Франсуа. Эдуард и Эльза в первый же день уехали к себе, забрав с собой Кристофера. Сэр Левод после своей удачной реабилитации чувствовал себя ему обязанным, и его дружба с Кристофером заметно укрепилась. Сесилия вновь вспомнила о муже, дочери и Мангале. На сердце был камень, хотелось действовать, но где находились сейчас ее близкие и как им помочь, она не знала.

В это время в комнату зашел Франсуа. Окинув хозяйку замка беглым взглядом, он сел в кресло напротив и задумался. Сесилия молча налила себе в бокал еще вина и предложила бутылку другу. Тот отрицательно покачал головой. Миледи Вэндэр опустила бутыль и поднесла бокал к губам.

— Хватит пить, — неодобрительно наблюдая за Сесилией, произнес Франсуа.

Рыжая Мэри вдохнула аромат напитка и сделала глоток. Асканио резко поднялся и, с силой выхватив из рук миледи Вэндэр бокал, громко поставил его на стол. Бокал жалобно зазвенел, хрустальная ножка треснула, а вино расплескалось.

— Что ты делаешь, Мэри?! — возмущенно заговорил Сальвино де Мальвинор. — Я знал тебя не с такой стороны. Никогда не думал, что ты способна сидеть одна, опустошая бутыли!

— Франс, они должны были приехать еще позавчера.

— Рыжая, это не повод, чтобы напиваться. Может, их кто-то задержал.

— Кто?! — с надрывом воскликнула Мэри. — Люди Яна?! Франсуа, ты знаешь, что это значит!

— Знаю, — холодно отрезал Франсуа. — Но надеюсь, что ошибаюсь.

Сесилия замолчала, опустив голову. Франсуа негромко сказал:

— Рыжая Мэри, ты должна чем-то заняться. Хватит уменьшать запасы спиртного. Найди себе дело.

В этот время в комнату зашел Джеральд, неся в руках пачку писем.

— Миледи Вэндэр, — шутливо начал он, — ваша почта, — он кинул письма на стол.

— Франс, посмотри, что пишут, — попросила Сесилия, откидывая голову на спинку кресла. — Я сейчас не совсем понимаю, что написано.

Франсуа, недовольный апатией Рыжей Мэри, начал быстро вскрывать письма, пробегая их глазами. Прочитав всю почту, он сообщил:

— Узнают о вашем с Патриком самочувствии, выражают сочувствие и все такое. В последнем письме — приглашение на сегодняшний бал.

— Только бала мне еще не хватало.

— Рыжая, а может, тебе правда туда сходить? — всерьез спросил Франсуа. — Развеешься, отвлечешься от мыслей.

— Я никуда не пойду.

— Будешь весь вечер глотать ром?! Да, достойное занятие, ничего не скажешь.

— Франсуа, какая тебе разница, что я делаю?! Это моя жизнь и мой дом!

— Что ж, если так, то я, пожалуй, пойду. Запомни, Рыжая Мэри, если ты продолжишь в том же духе, то я не хочу иметь с тобой больше ничего общего. Разбирайся со своими проблемами сама.

С этими словами он быстро поднялся. Сесилия выпрямилась и негромко окликнула друга, тот не обернулся. Миледи Вэндэр слегка усмехнулась и задумчиво произнесла.

— Даже если бы я и захотела пойти, то не смогла бы. Ведь появляться на людях одной по меньшей мере неприлично.

Франсуа быстро обернулся, лицо его довольно сияло. Он коротко сообщил:

— Джеральд пойдет с тобой.

— Что? — в один голос спросили Сесилия и Джеральд.

— Не могу же пойти я, — улыбнулся Франсуа. — Меня же сейчас весь Лондон ищет. Представь Джеральда как своего брата и друга милорда Вэндэра. Пусть он сопровождает тебя.

Сесилия тряхнула слегка затуманенной головой и согласно кивнула.

Этим же вечером карета Вэндэров подкатила к роскошному замку семьи Тэмполтонов, близких друзей Мангалы. Расправляя складки пышного черного платья, украшенного золотыми нитями и натягивая черные перчатки до локтя, миледи Вэндэр вышла из кареты. Рядом с ней тут же появился Джеральд, который был представлен хозяевам как брат миледи Вэндэр и друг Патрика.

Очутившись в сверкающем роскошью зале, ослепленный богатством и великолепием, Джеральд невольно замер, обводя восхищенным взглядом присутствующих. Сесилия усмехнулась и незаметно подтолкнула друга. Вскоре они уже сидели на обитом красным бархатом мягком диванчике. К новым гостям тут же подошли другие приглашенные. Джеральда представили, и завязалась поверхностная беседа. Подошли еще дамы, желая поздороваться с миледи Вэндэр. Дамы начали что-то рассказывать Сесилии, но она не слушала их, только мило улыбалась и кивала. Неожиданно слова миссис Темполтон вывели Рыжую Мэри из оцепенения.

— Представляете, он мог убить этого бедного мальчика!

— Простите, — перебила миледи Вэндэр. — Повторите еще раз этот занимательный рассказ, я прослушала начало.

Миссис Темполтон недовольно нахмурилась, но повторила:

— Несколько дней назад я опаздывала к модистке, и мой кучер решил сократить дорогу, проехав через район бедняков. Так вот, моя лошадь потеряла подкову, и кучер был вынужден остановить экипаж. Пока он занимался лошадью, я смотрела по сторонам. За углом один господин жуткого вида, я бы сказала, из низших слоев, приставил к голове мальчика пистолет и хотел его убить. Женщина, стоявшая рядом, не позволила ему. Это зрелище настолько меня поразило и испугало, что весь оставшийся день я ходила под впечатлением. Ведь он мог убить и меня! Какой ужас! Бедный ребенок! А в какой опасности побывала я — просто непостижимо.

— Бедняга, — сочувственно произнес кто-то.

— Вам тяжело это вспоминать? — смахивая набежавшие слезы сочувствия, спросила богатая дама.

— Немного, — томно выдохнула миссис Темполтон. — По спине до сих пор пробегают мурашки.

— Вы не могли бы вспомнить, как выглядели эти люди? — быстро спросила Сесилия, распрямляя спину.

— Ах, миледи, ужасно. Он был высокий, небритый, темноволосый, достаточно худой, а ее я не разглядела, помню только светлые растрепанные волосы.

— Неужели это Конор и Кэти, — беззвучно прошептала Сесилия, и ее серые глаза вспыхнули твердой ясностью мысли.

— Миледи, вы ведь тоже сочувствуете миссис Темполтон? — спросила дама со слезящимися глазами. — Она, бедняжка, подверглась такому риску!

— Риску? — переспросила Рыжая Мэри, и губы ее насмешливо скривились, а пронзительные глаза с азартом окинули дам. — Скажите, миссис Темполтон, какой в этом был риск? Вы сидели в карете, рядом с вами был кучер, преступникам до вас не было никакого дела. Так в чем же здесь риск?

— Миледи Вэндэр, — сдержанно произнес подошедший господин, — как вы можете быть такой жестокой? Миссис Темполтон была свидетелем зверской картины. Ведь этот человек чуть не расправился с ребенком!

— Пожалуй, для тех, кто не знал настоящего риска, увидеть нечто подобное действительно страшно, — насмешливо протянула Сесилия, на которую еще действовало выпитое спиртное.

Встав на ноги, миледи Вэндэр собралась уходить. Дамы пораженно переглянулись, хозяйка дома обиженно всплеснула руками. Этот рассказ должен был быть гвоздем сегодняшнего вечера. В этот момент раздался знакомый высокомерный голос:

— Полагаю, миледи Вэндэр, вы испытали настоящий риск.

Сесилия перевела взгляд на говорившего. Рядом с миссис Темполтон возвышался сэр Стэнли Вуд. Миледи Вэндэр сглотнула и, отступив назад, присела на диван рядом с Джеральдом. Стэнли не спускал с нее горделивого взгляда, Сесилия опустила глаза.

— Дамы и господа, — громко заговорил Стэнли, — хочу сообщить вам крайне интересную новость.

Треть гостей обернулась на сына генерала. Джеральд напрягся, он был готов к любой неожиданности. Сэр Вуд продолжил:

— Возможно, если я расскажу вам некоторую подробность из жизни миледи Вэндэр, вам будут ясны ее странные реплики.

— Он не мог узнать, — прошептал Джеральд так, что никто, кроме Рыжей Мэри, его не услышал.

Сесилия повела плечом, давая понять, что услышала друга. Голова ее, слегка гудевшая, резко прояснилась. Мысли, до этой минуты вялые и хаотичные, упорядочились и побежали с невероятной скоростью. Машинально она стала прокручивать варианты своих дальнейших действий и их последствий.

— Недавно миледи Вэндэр была пленницей на корабле известного пирата, — повышая голос, заговорил Стэнли. — Главарь разбойников, желая поглумиться над своей пленницей, сделал ей на руке татуировку. Дамы и господа, вы, вероятно, не знаете, что она означает? Эта татуировка означает, что миледи Вэндэр является преступницей и пираткой!

Повисла гнетущая пауза. Сесилия с такой силой сжала кулак, что хрустнули побелевшие костяшки, глаза ее горели ненавистью, сердце глухо билось, край губы дернулся, обнажая белые острые зубы.

— Каналья, — беззвучно прошептала она.

— …Вероятно поэтому, — продолжал сэр Вуд, — миледи Вэндэр и считает, что ее злоключения были более серьезны, чем ваши, миссис. Перенести такое оскорбление… Думаю, что многие порядочные дамы думали бы о том, чтобы закончить жизнь самоубийством. Не всякий выдержит — жить с клеймом пирата на руке!

Замолчав, сын генерала, не спуская глаз с Сесилии, направился к выходу. Джеральд шагнул следом, но Рыжая Мэри с силой схватила его за руку.

— Оставь. Не сейчас, — приказала она.

Джеральд сел. Сесилия огляделась. Взгляды почти всех присутствующих были обращены на нее. Даже оркестр замолк, пары перестали танцевать. Тишина была столь тяжелой, что Сесилия почувствовала себя в западне. Стараясь прекратить эту молчаливую пытку, она негромко сказала:

— Это событие было слишком тяжелым. Я не хотела говорить об этом. Для меня это очень больная тема.

— Миледи Вэндэр, а можно взглянуть? — попросила миссис Темполтон.

Сесилия чувствовала на себе жгучие, испытующие взгляды собравшихся. Каждое ее движение было встречено таким вниманием, что невольно она почувствовала себя зверем на арене цирка. Медленно стянув правую перчатку, она продемонстрировала татуировку. Резной якорь, разбивающий сплетенную в узел цепь.

По залу пробежал шепот. Дамы заохали, господа с отвращением и ужасом переглянулись, кто-то попятился назад.

— Вы увидели то, что хотели?! — требовательно спросила миледи Вэндэр, прерывая звенящую тишину.

— Ах, да, да, конечно, — затараторила хозяйка бала, поднимаясь на ноги.

Вновь заиграла музыка, снова на начищенный до блеска паркет вышли пары. Люди стали потихоньку расходиться, бросая косые взгляды на миледи Вэндэр. Опять начались пустые разговоры, начали обсуждать последние спортивные и политические новости. Но теперь никто не подходил к миледи Вэндэр, а те, кто стоял рядом, спешили удалиться. Гости даже не смотрели на нее, лишь иногда бросали украдкой взгляды. Сесилия, напряженная как пружина, медленно натянула перчатку. Она сидела неподвижно, только глаза бешено обшаривали зал. Вскоре возле миледи Вэндэр никого не осталось. Джеральд тихо проговорил:

— Пойдем отсюда.

Сесилия медленно поднялась на затекшие от напряжения ноги. С гордой осанкой и высоко поднятой головой, держа под руку Джеральда, она прошла к парадному входу. Швейцар почтительно открыл перед ними дверь. Выйдя, Сесилия остановилась на мраморных ступенях, втягивая свежий, морозный воздух. Джеральд наблюдал за тем, как на бледных щеках Рыжей Мэри начинает проступать краска. Держа Сесилию под руку, Джеральд двинулся к парку. Очутившись на одной из пустых аллей, друзья заметили сэра Вуда. Увидев знакомые лица, Стэнли деликатно откланялся, направляясь к ним.

— Я его так отделаю, что он забудет, как произносится твое имя, — мрачно произнес Джеральд, шагая вперед.

— Нет, ты должен остаться его другом, — жестко сказала Рыжая Мэри, цепко хватая его за запястье. — Не ты.

Джеральд удивленно взглянул на свою бывшую предводительницу — та как-то странно улыбнулась. К этому моменту Стэнли уже подошел к ним и обратился к Джеральду:

— Я слышал, вы брат миледи Вэндэр. Извините, Джеральд, если задел ваши родственные чувства.

— Зачем вы это сказали? — спросила Сесилия, глядя за спину сэра Вуда.

— Я посчитал это нужным, — наигранно беспечно пожал плечами тот, и на его губах появилась расчетливая усмешка.

— А я считаю нужным это, — отчетливо произнес Патрик, остановившийся за спиной Стэнли.

Сын генерала растерянно обернулся. В этот же момент милорд Вэндэр с силой ударил его, разбивая нос. Стэнли вскрикнул, отпрыгнул назад, оглянулся и схватил милорда Вэндэра за грудки. Неожиданно Патрику вспомнились все обиды и неудобства, причиненные этим человеком. Быстрыми, короткими, но сильными ударами он повалил Стэнли на спину. Через минуту сэр Вуд застонал, перевернулся на бок, выплюнул сгусток крови и тяжело дыша, прохрипел:

— Миледи Вэндэр, приношу извинения.

Рыжая Мэри коротко кивнула и с легкой улыбкой на губах направилась к выходу из парка, Джеральд следовал за ней. Когда жена и друг оказались на значительном расстоянии, Патрик сухо обратился к Стэнли.

— Ты оскорбил мою жену и поплатился за это. Если ты пустишь о ней еще хоть одну сплетню, то я вызову тебя на дуэль и убью.

Стэнли коротко кивнул — слова милорда Вэндэра вызвали у него одновременно и страх и удивление. С трудом поднявшись на ноги, Стэнли негромко прошептал:

— Вы, милорд, напоминаете мне сэра Левода. Смотрите, как бы вам не повторить его судьбу.

— Если вы мне угрожаете, — холодно заметил Патрик, — то я вас не боюсь.

— Это был совет, — отозвался Стэнли, опустив глаза.

Милорд Вэндэр резко повернулся на каблуках и направился прочь из парка. Проводив своего нового врага тяжелым взглядом, сэр Вуд направился в бальный зал. Своим видом он сразу же привлек внимание гостей и завоевал еще большое количество слушателей, чем в первый раз. Однако, к всеобщему удивлению, Стэнли не стал рассказывать гостям, кто на него напал и что произошло, отделавшись оправданием, что упал. Ему никто не поверил, но сэр Вуд больше ничего не добавил. Сев в углу залы, он задумался. Ему было о чем поразмыслить, и у него было для этого время.

Остаток вечера гости с упоением обсуждали внешний вид Стэнли и новости спорта. Но, безусловно, гвоздем разговоров была миледи Вэндэр и ее загадочное, непонятное поведение и позорная, отвратительная татуировка на руке — символ пиратства.

Карета быстро неслась по пыльной дороге, четверо господ и маленькая девочка говорили наперебой, они смотрели друг на друга и не могли насмотреться, радость встречи была столь велика, что все остальное не имело никакого значения.

— Мисс Вэндэр, — с уважением обратился Джеральд к сестре Патрика, — я вам искренне сочувствую.

— Спасибо, — безразлично отозвалась та.

— Я так поняла, что Джеральд появился очень вовремя, — зевнула Сесилия.

Мангала потупила глаза, ей казалось оскорбительным благодарить человека много ниже себя по происхождению. Брат уловил ход ее мыслей и с укоризной взглянул на сестру. Она отвернулась.

— Скажите, — обратилась Мангала к Джеральду, — вы останетесь у нас погостить?

В этом вопросе звучало столько холода и надежды на отказ, что мужчина саркастически улыбнулся.

— Мисс Вэндэр, не беспокойтесь, я не стесню вас своим присутствием. Я уеду сегодня же вечером.

— Как вам угодно.

Рыжая Мэри косо посмотрела на Мангалу, но промолчала. Патрик дружески улыбнулся и предложил другу хотя бы переночевать, но Джеральд был тверд в своем решении. Когда они вышли из кареты, бывший пират еще раз с грустью посмотрел на Мангалу и тихо сказал:

— Надеюсь, вы довольны.

Сделав вид, что она не слышала этой реплики, мисс Вэндэр поспешила в Вандармин. Патрик с дочкой последовали за ней, оставляя Рыжую Мэри и Джеральда наедине.

— Прощай, Рыжая. Был рад помочь.

— До встречи.

— Возможно, и так.

Они замолчали. Ночной туман влажной прохладой покрывал землю. Западный ветер легонько трепал волосы, подгоняя путников покинуть открытое место. Далекие звезды светили белым, чужим, холодным светом. Рыжая Мэри слегка приподняла голову и негромко спросила:

— Где мне искать тебя?

— Я думаю пока побыть в пределах Лондона, — неуверенно протянул тот. — На Тартугу мне возвращаться опасно…

— Так где мне искать тебя?

— Если ты захочешь, ты найдешь меня и на краю света, Рыжая Мэри, — лукаво улыбнулся он. — А теперь мне пора.

Молча они пожали друг другу руки. К этому времени лакей уже собрал немногочисленные вещи гостя и вынес на улицу. Подхватив сумку, он побрел вперед по пыльной дороге. Сесилия с грустью смотрела ему вслед, пока Джеральд не скрылся в темноте. Вздохнув, она направилась к замку.

Поднявшись на второй этаж и пройдя по длинному коридору, Сесилия услышала голоса мужа и Франсуа в своей гостиной. Прибавив шагу, она зашла в комнату. В маленькой гостиной хозяйки замка стояли три откупоренные бутылки, на круглом столике лежал треснутый бокал, вокруг которого была алая лужица вина. Миледи Вэндэр закусила губу, закрывая за собой дверь. Муж молча посмотрел на нее, она нервно усмехнулась.

— Сеси, ты уже по нам поминки устроила? — с горечью спросил Патрик.

— Да, — слегка дрогнувшим голосом ответила Рыжая Мэри, не поднимая глаз.

— Я же говорил, Пат, тебе не нужно сюда заходить, — невзначай подметил Франсуа, начиная вытирать стол.

Патрик долго и с грустью смотрел на жену, после чего вздохнул и зашагал по комнате. В этот момент в дверь постучали, и в маленькую гостиную заглянула Мангала. Сесилия бросила на мужа короткий умоляющий взгляд — одно мгновенье в его сердце происходила борьба. Наконец, он приветливо улыбнулся сестре и встал перед ней так, чтобы загородить стол. В это время Франсуа быстрыми, неуловимыми движениями спрятал бутылки. Медленно открыв перед сестрой дверь, Патрик отошел в сторону. Мангала непонимающе вскинула бровь и зашла. Повисла неловкая пауза. Сестра Патрика скованно спросила:

— Где сейчас Сюзи?

— Спит, — коротко отозвался брат. — Устала от дороги и переживаний.

Мангала неловко переминалась с ноги на ногу. Еще раз осмотрев присутствующих, она тихо вышла. С уходом Мангалы тишина стала еще более гнетущей. Сесилия кротко посмотрела на мужа, немного помолчав, он обратился к Франсуа:

— Неужели вы и в правду думали, что мы не вернемся?

Стараясь поддержать Рыжую Мэри, Франсуа утвердительно кивнул. Патрик шумно вздохнул и, подойдя к жене, примирительно обнял ее, Сесилия мягко улыбнулась.

На следующие утро из Вандармина выехал Франсуа. Попрощавшись с хозяевами замка, он сообщил, что едет в «Веселую кружку», после чего они расстались. Провожая его взглядом, Сесилия тихо произнесла:

— Мы не можем быть в безопасности, пока жив Ян.

— Да, но я надеюсь, что он не доплыл до острова, — отозвался Патрик.

Миледи Вэндэр не ответила на это замечание. Она тоже надеялась и мечтала, чтобы «Победа» затонула по дороге к острову. Однако эта мечта была столь прекрасна, что походила на сказку. Ощутив вкус горечи во рту, Рыжая Мэри с ужасающей ясностью поняла, что ее смертельный враг все еще жив. А если Ян жив, то она никогда не сможет ходить, не оглядываясь назад, нигде не сможет заснуть и почувствовать себя в безопасности. Чувствуя, как по спине пробежал холод, Сесилия прошептала:

— Боюсь, что мне еще предстоит встреча с Яном. И для одного из нас она будет последней.

Дом сэра Левода.

Эдуард мрачно взглянул на Штефарда, тот многозначительно кивнул и продолжил прерванный разговор:

— Да, именно так. За твоими передвижениями следят. После твоего восстановления, скажем так, генерал Дерв тебе не доверяет, он велел следить за тобой. И любой твой опрометчивый поступок будет воспринят как пособничество преступникам. Эдуард, мой тебе совет, заляг на дно, не высовывайся. Да, и вот еще, ты не знаешь, где люди, которые тебе помогли?

— Нет, — отозвался командор.

— Эдуард, мы с тобой старые друзья. Неужели ты и мне не доверяешь? — с укоризной спросил Штефард, потирая обвислые щеки.

— Один у меня в гостях, второй в Вандармине, — спокойно ответил тот.

— Смотри, Эдуард, как бы ваше знакомство не вылезло наружу. Да, тебе с Эльзой лучше уехать из Лондона на какое-то время, пока все забудется. Можешь отправиться к своей тетке в Уэльс.

— Я не побегу, — отрезал сэр Левод.

— Дело твое… Вот еще что, слух о татуировке миледи Вэндэр обошел почти всю Англию. Большинство ее жалеет, но есть и такие, кто рад, что безупречная репутация Вэндэров пошатнулась. Некоторые уже поговаривают о том, что с ними опасно находиться рядом или вести знакомство.

— Штефард, зачем ты говоришь это мне?

— Эдуард, первое время тебе лучше не поддерживать с ними отношений.

— Что? Ты же знаешь, через что мы прошли! Как я могу с ними не общаться?!

— Пока генерал Дерв склонен верить истории милорда Вэндэра, но если ты отбросишь хоть малую тень на них, то ваша ложь выплывет наружу. Кстати, как вы сделали этот фокус с татуировкой?

— Джеральд, один знакомый Рыжей Мэри, достал краску, а Франсуа выбил изображение вторично. Думаю, это было больно.

— Ясно, — протянул полковник, вставая. — Помни о том, что я тебе сказал. И вот еще новость: Кэти и Конор сбежали.

Коротко попрощавшись с другом, полковник Штефард покинул особняк. Выйдя в гостиную, сэр Левод застал там Кристофера и Эльзу. Они молча смотрели на него. Командор успокаивающе погладил жену по золотым волосам.

— Эдуард, — прервал молчание доктор, — ты долго будешь отмалчиваться? За каждым твоим шагом следят! Их, по меньшей мере, трое.

— Ты подслушивал?

— Это нет. Но у меня глаз заточен на такие вещи.

— Мне нечего сказать.

— Нечего сказать?! — возмутился Кристофер. — Ты что, считаешь, что побег Кэти и Конора, поиски меня и Франсуа по всему городу и скверное положение Вэндэров меня не касаются?

— Зачем мне что-то говорить, если ты и так все слышал?! — раздраженно повысил голос Эдуард.

Кристофер был готов мгновенно отпарировать, но вмешалась Эльза. Мелодичным, но повелительным голосом она заговорила:

— Зачем вы ссоритесь? Какая разница, кто и откуда это узнал? Сейчас нужно думать о другом.

Под взглядом жены сэр Левод успокоился и примирительно сказал:

— Крис, ты не можешь сейчас покинуть наш дом. Ты сам говоришь, что за мной следят, а ты находишься в розыске. Я не могу позволить, чтобы тебя поймали, особенно возле моего дома. Пока слежка не прекратится, ты будешь жить у нас.

— Надеюсь, вы не убьете друг друга за это время, — с улыбкой заметила Эльза.

После напряженного разговора и гнетущей обстановки эта простая фраза вызвала в мужчинах искренний, дружеский смех.

«Победа».

Бросив якорь близ острова, Ян с легкой усмешкой взглянул на Луизу.

— Надеюсь, ты осознаешь, на чьей ты стороне и что пути назад нет.

— Да сэр, — холодно ответила она. — Но люди в колонии настроены против меня и ненавидят вас. Они подчинялись моему отцу, так как он был губернатором, но они не станут исполнять моих указаний.

— Ты — дочь губернатора, — с расстановкой произнес капитан, — власть в твоих руках. Ты отдаешь приказы в этом поселении. — Оценивающе оглядев девушку безжалостными глазами, он приказал: — Заставь их повиноваться, или это сделаю я.

— Я не нуждаюсь в помощи, — резко произнесла Луиза.

— Хорошо, — улыбнулся капитан. — Тогда слушай. Мне нужны материалы для починки корабля, много материала и провиант. Если ты предоставишь это, то я не трону жителей. Если они не захотят сотрудничать, то я сотру в порошок всю деревню.

— Я их уговорю, — решительно произнесла она и направилась к трапу.

Когда Луиза скрылась из виду, к капитану подошел первый помощник. Почесав рассекающий лицо шрам, Ардан сказал:

— Луиза труслива и глуповата, но ее сердце холодное, как лед, и она ненавидит Рыжую Мэри.

— Именно поэтому она нам и нужна, — произнес Ян, растягивая узкие губы в зловещей улыбке змеи перед прыжком.

— Сэр, а если Луиза предаст нас?

— Она не предаст, она боится меня. И в этом ее главное достоинство. Страх — великая сила. Пока она боится, она будет повиноваться. Если же жители взбунтуются и нападут на нее, я не шевельнусь, чтобы помочь ей. Все же она сводная сестра Рыжей Мэри. Когда Луиза будет нам не нужна, ты избавишься от нее.

— С удовольствием, — кровожадно оскалился Ардан.

— Рыжая думает, что это конец, но она ошибается. Это — только начало.

— Начало конца для Рыжей Мэри, — хохотнул первый помощник.

Капитан потер узкую бородку и устремил свой стальной взор на берег. Волны разбивались об острые утесы скал, пиратский корабль слегка качался, а взгляд капитана становился все мрачней и решительней.