- Куда прёшь, деревня!

   Водила на заляпанной грязью Нексии попытался вклиниться между мной и стеной тоннеля, чтобы опередить хотя бы одну машину. И где он только грязь нашёл? В Москве уже недели три дождя не было. Думает, что он самый умный и поэтому считает возможным расталкивать еле ползущих в пробке? А она всё уплотняется и уплотняется. Вонь выхлопных газов стала проникать в салон. Ещё раз проверил, все ли стёкла подняты. Значит, салонный угольный фильтр, который поменял всего месяц назад, оказался 'левым'. В прошлом году купил в магазине для праворульных авто и проблем не знал месяцев восемь. А в этот раз, покупая в крупном сетевом магазине автозапчастей масло и фильтр, заодно взял и его. Фирма та же, а свойства утратились очень быстро. Лето в самом разгаре, без климат-контроля можно сдохнуть в московских пробках.

   По прикидкам, я уже где-то посредине Лефортовского тоннеля. Поток машин почти не движется, так, в час по чайной ложке. А тут ещё этот наглый моргает светом, чтобы пропустили. И чёрт меня дёрнул согласиться съездить на Преображенку, забрать прибор из поверки. Уже было проехал под площадью Гагарина и начал перестраиваться, чтобы свернуть на Варшавку, где находится филиал нашего НПО, где я провожу девять часов своего времени, включая обеденный перерыв, как позвонил главный геолог.

   Прибор не мой, в смысле, не я им пользуюсь. Но подошло время очередной поверки, и его, в числе многих, отвезли туда. Все уже со свидетельствами вернулись обратно, а один не прошёл испытания. Грешат на нас, уверяют, что повредили во время эксплуатации. Врут, собаки... Сами сломали, а свалили на нас. 'Нужную плату из-за границы ожидали два месяца'. Но это их слова. По опыту знаю, что срок поставки таких деталей не меньше четырёх. Значит, или починили старую, а денег сдерут как за новую, или сняли с другого прибора, а их владельцам наврут, как и нам.

   А вчера позвонили и сказали, что можно забирать. Тот сотрудник, на котором числится этот прибор, уже месяц как в 'поле', 'Во глубине Сибирских руд...'. Вернее, нефтеносных полей. И Главный попросил, чтобы я кому-нибудь из своего отдела, поручил его забрать. А я сдуру сказал, что и сам это сделаю. Тут мне ехать всего минут десять, дольше вызванивать буду. Да и не факт, что порученец не воспользуется возможностью появиться на работе только после обеда.

   И вот я застрял в этом чёртовом тоннеле. Скорей бы врубились вытяжные вентиляторы, иначе можно угореть. Что-то с автоматикой случилось или концентрация угарного газа не достигла определённого уровня? Перевёл климат-контроль на внутреннюю циркуляцию. Не сразу, но дышать стало легче. Не завидую я тем, кто ездит на изделиях отечественного автопрома. В абсолютном большинстве, они без кондеев. А импортный 'автохлам', как любит называть подержанные иномарки наш 'всенародно избранный', уже сто лет им оснащается. Что только не делают, чтобы не дать людям возможность ездить на нормальных машинах! И пошлины поднимают с регулярностью, которою бы применять 'в мирных целях'... И утилизационный сбор придумали... Да ещё с таким тарифом, что он превышает стоимость самой машины!

   Если ты так заботишься о том, чтобы не покупали 'автохлам', а ездили на новых машинах, то запрети совсем комиссионную продажу авто старше трёх лет. Даже передачу по доверенности. Иначе, почему импортная четырёхлетка считается 'автохламом', а точно такая же или старше, но продающаяся внутри страны, таковым не является? Наверное, эксплуатация машины на родных дорогах и на отечественном топливе, останавливает сам процесс старения.

   Впрочем, я отвлёкся. Да и не мудрено. За последние десять минут не проехал ни одного метра. Пожилая пара в жигулях-четвёрке уже впала в панику. Судя по грузу, который на багажнике и в салоне, едут на дачу. Сегодня пятница. Вот они и решили, пораньше выехать, чтобы в конце дня не стать намертво в бесконечной многочасовой пробке. Похоже, что не они одни такие предусмотрительные. Вон впереди через одну машину, какой-то автомобиль, не видно толком марку, на багажнике везёт старые оконные рамы.

   А этим слева уже явно стало плохо. Женщина смочила платки водой и они дышат через них. Если так дело пойдёт, то 'скорую' им придётся вызывать. Впрочем, какая 'скорая'? Как она сюда сможет пробраться? А соседний тоннель? Там-то, пробки нет, скорее всего... Приедут по нему и перейдут в этот... Нет, не получится, Лефортовские тоннели не проходят рядом. Это между Крылатским и Строгино, они идут вместе, да и не только там, а везде. Хотя, вон какие-то двери есть по бокам. Может это аварийные выходы? По логике, без них нельзя.

   Вентиляторы, было, загудели, но через десять секунд стихли. Пару раз моргнул свет. От перегрузки, наверное. Ладно, предупрежу Володю, своего шефа. По времени, я уже должен созвониться с ним, и сказать, что прибор забрал, и он действительно работает. Ага, размечтался! Сети нет... Ретранслятор не работает? Или его вообще здесь нет? Этим тоннелем езжу очень редко. И мобильником пользоваться не приходилось. Ничего, у меня аппарат с двумя 'симками', попробую через другую... Но и тут облом... Сеть отсутствует... Пить хочется... А толку, воды всё равно нет. Не буду же я просить у тех, кто в Жигулях. Не потому, что гордость не позволит, а потому, что выходить из машины в эту газовую камеру, в которую превращается тоннель, не самый лучший способ самоубийства.

   А это что за пешеход и откуда он здесь взялся? Извиняюсь, судя по экипировке, это мотоциклист. Но без байка, на своих двоих. Судя по всему, даже он не может проехать. Вот и проситься в Форд, стоящий сзади меня, чтобы не угореть. Молодцы те ребята, впустили! И я бы не прогнал, жалко, что ли. В баке больше половины, можно не волноваться. Плохо, что радио не работает, скучно стало. А диски я принципиально не вожу, не люблю отвлекаться... Вру! Пару лет назад брал с собой в отпуск. Может так в бардачке и валяются? Отстёгиваю ремень и наклоняюсь над пассажирским сидением. Да, чего здесь только нет! Вываливаю всё это на седушку и на самом дне нахожу комплект из трёх дисков. Это ничего, что поют по-китайски. Три-четыре песни мне у них нравятся. Воткнул первый диск. Теперь можно и расслабиться... Голоса мелодичные, музыка убаюкивающая... Я даже зевнул.

   Но-но, с этим осторожней, можно и не проснуться. Жаль, что я навигатор по городу не вожу. Там у меня книги закачаны и пара фильмов. Да и 'паука' можно было-бы разложить... Свой ноутбук и планшетник на работу не таскаю, только в отпуск беру. А сейчас бы не помешал. Полазил бы по интернету, да в тоннеле не получится. Тогда слушаем китайцев и ни о чём не думаем... Можно даже глаза закрыть и поискать чакру... Или что там с нею надо сделать?

   Не заметил, как задремал. Проснулся от того, что смолкла музыка. Значит надо сменить диск. Открываю глаза и ничего не вижу. Полная темнота! Не понял ничего... Ночь, что ли уже наступила. Только собрался посмотреть на часы, как вспомнил, что я в тоннеле, а здесь всегда ночь. Да, но почему темно и тихо? Я, что, фары выключил случайно? Стало ещё более душно. Потянулся было прибавить холода, как понял, что двигатель не работает. Заглох? Повернул ключ, но двигатель не завёлся. Попробовал включить свет, но и он не загорелся. Вот так попал! Эвакуатор придётся вызывать...

   Но какой эвакуатор в забитом тоннеле и без связи! Тут я обратил внимание, что вокруг вообще нет света. Может все разъехались, а я остался один? На ключах был брелок с фонариком. Вытащил их из замка зажигания и включил. Нет, всё нормально, я не один. Как стояли эти машины рядом, так и стоят. Хотя, какое там нормально, когда нет света и двигатель не работает?!

   Что-то мне совсем не нравиться эта ситуация. Вдруг пожар? Надо вспомнить, где я видел ближайший аварийный выход. Да вот он, на правой стороне.

   Что я всё о плохом. Лучше представлю, что сейчас твориться в коридорах городской власти. Руководству доложено о ЧП в тоннеле... Отдаются команды... Десять тысяч одних курьеров, то бишь, спасателей мчаться на помощь... Десятки телевизионных бригад толкаются у портала, чтобы занять место получше. А где взять столько эвакуаторов, чтобы вытащить тысячи машин?

   Так, мне кажется или действительно, за неплотно прикрытой дверью в стене тоннеля мелькнул свет? Наверно, это и есть кто-то из дорожной службы или ДПСа. А зачем ему средина тоннеля? Вот ещё раз мелькнул свет. Что-то не торопятся выходить. Хотя бы кто-нибудь объяснил, что произошло и сколько нам здесь стоять. Опять появился свет. Что-то он там какой-то стеснительный. Пойти самому спросить? А почему бы и нет. Уже взявшись за ручку двери, опомнился. Да там же душегубка настоящая! Вообще-то, минут пятнадцать, двигатели не работают. Если не больше, я ведь не знаю, сколько времени проспал.

   Потихоньку опущу стекло и принюхаюсь. Но от нажатия клавиши оно и не подумало стронуться. Да, разогнался. Стеклоподъёмники электрические, а его и нет. Ладно, была, не была. Быстренько заскочу в ту дверь, а там и отдышусь. Мысленно досчитал до восьмидесяти и выскочил их машины. Шутка конечно. Считал всего лишь до трёх, дальше я не умею. Нажал было на кнопку на пульте, и сделал шаг от машины. Но тут повернулся, повторно надавливая на ключ. Привычного захлопывания замков не было, и сигналка не пискнула. Я всё никак не привыкну, что машина обесточена. Пришлось закрывать вручную.

   Всё это время зажимал нос платком. Но от сухого толку мало. Снова развернулся и потянул за ручку двери аварийного выхода. Распахивать сильно не стал, приоткрыл, только чтобы можно было пройти. Быстро захлопнул, чтобы не проник дым, я обернулся. У какого-то электрощита стоял мужик или парень. Определить было трудно, так, как он был в чёрном комбинезоне. Капюшон закрывал голову. От резкого звука, электрик, кто же ещё будет ковыряться в таком оборудовании, вздрогнул и быстро повернулся в мою сторону. При этом, что-то там щёлкнуло и очень яркая вспышка ударила по глазам, что я зажмурился.

   Но всё равно, даже с закрытыми глазами я видел какой-то цветной калейдоскоп, вращающийся в разные сторону. Потом пошли разматываться двойные спирали, чем-то напоминая молекулу ДНК. Потом настала очередь ритмичных вспышек. Сначала это было похоже на звёздное небо, на котором в хаотичном порядке гасли и появлялись звёзды. Под конец их осталось мало, и их вспышки напоминали морзянку. Длилось всё это, наверно пару секунд, но мне казалось, что прошёл целый час.

   Наконец, всё прекратилось и стало полностью темно. Медленно открыл глаза и увидел свет. Но не яркий, как от фонаря или от солнца, а обычный и какой-то рассеянный. Сфокусировал взгляд и понял, что он проникает через полотно. Повернул голову и увидел, что я лежу в палатке. Ну ладно, хоть во сне побуду при дневном свете, а то тоннельная темнота надоела. И воздухом заодно свежим подышу. Во, даже слышно, как какие-то птички чирикают. Лес, наверное, рядом.

   Вот только лежать неудобно, жёстко очень. Похоже, доски одни под спальником. Но я-то понимаю, что лежу на автомобильном сидении и мне на самом деле мягко. Вдруг я неожиданно чихнул.

   - Валера, будь здоров! - крикнул кто-то снаружи.

   - Спасибо, буду, - автоматически ответил я.

   Тут левую руку укусил комар. Возмездие последовало незамедлительно. Прихлопнув его, я посмотрел на руку. Кровь настоящая, боль тоже. Что-то очень реалистичный сон, получается. Или это не сон? Читал, что надо ущипнуть себя. Руку щипать не буду, она и так боль чувствует. Дёрнул за мочку правого уха. Больно! И по-настоящему! Интересно, может такое быть или нет? Должно. Иначе, если допустить, что это не сон, то, как я могу вместо тоннеля оказаться в палатке в лесу?

   Хотя, в фильмах и книгах это происходит довольно-таки легко и просто. Вот будет смеху, если выясниться, что я в июне сорок первого. Уж я знаю, как нужно действовать. Первым делом выхожу на Берию, а он потом начну Сталина учить, как надо воевать! И 'пятилетку за три года!'. Аж самому смешно. Ни ноутбука, ни Истории Великой Отечественной Войны в нескольких томах у меня с собой нет. А вдруг есть?

   Повернул голову влево. Рядом стоит сколоченный из струганных досок столик. На нём какие-то блокноты, простые карандаши, газета, керосиновая лампа с сильно закопчённым самодельным стеклом из банки. На полке из тех же досок, стоят книги по математике, истории КПСС. В крышку от стеклянной банки вделана лампочка. Провода от неё идут к каким-то аккумуляторам. Оружия нет. Вот и славно. Значит на дворе не военное время. Повернулся на бок и почувствовал под спальником твёрдый предмет.

   Засунул руку и вытащил кобуру, с чем-то тяжёлым. Открыл её и увидел пистолет. Сразу узнал свой ТТ. Чтобы проверить догадку, схватил со стола газету. Это оказались Известия. Всмотрелся в дату. Всё сходится... И палатка и пистолет...

  Кухня была сколочена из необрезной доски, всё равно по осени разбирать и перевозить на новое место. За длинным столом мог уместиться весь отряд. Кирпичная печь, топившаяся дровами, была напротив входа. Хозяйничавший здесь рабочий, на которого возложили обязанности повара, удивился моему появлению.

  - Валера, я думал ты ещё лежишь.

  - Надоело. Все бока отлежал. Это же не дома, на мягком матрасе.

  - Согласен, на досках не тот комфорт. Чаю?

  - Да, и покрепче.

  - А мы жидкий и не пьём.

  Это я помню. Основную массу рабочих составляли бывшие сидельцы. Работягами были добросовестными, если не запьют. Работали по несколько лет. Зимой жили в тайге, рубили профиля и магистрали. В экспедиции во Владике была и общага с комнатами гостиничного типа. Там жили ИТР, но и не только. Было несколько комнат, которые являлись ведомственной гостиницей.

  На плите уже закипал синий эмалированный чайник. Повар распечатал пачку уже позабытого мною 'тридцать шестого' чая. Высыпал заварку прямо в чайник и отставил на край, чтобы потомился. Спустя пять минут, попивая чай с сушками, я начал обдумывать ситуацию, в которой оказался.

  Сильно этому не удивился, подсознательно воспринимая как разновидность сна или галлюцинацию. В этом случае нужно просто досмотреть сон и дождаться пробуждения. А если принять за правду то, что произошло, то скорых решений не найти.

  Есть два пути, или даже три. Первый путь - жить как жил, и постараться не наступать на одни и те же грабли по второму разу. Максимально используя знания о будущем. Здесь, возможностей для того, чтобы устроить свою и жизнь близких и друзей, наиболее благополучно, вполне достаточно. На следующий год начнут развиваться кооперативы. И вполне можно начать с них путь к достатку. Правда, рэкет тоже не будет сидеть, сложа руки. Значит, нужно будет взять в компаньоны знакомых, которые работают в силовых структурах. А владея информацией о ГКЧП, развале Союза, 'шоковой терапии', приватизации, МММ и прочих пирамидах, можно в итоге подняться очень высоко. На одних компьютерах и видаках можно сделать состояние. Тем более, помню, что за импортный телик и магнитофон можно было купить квартиру. Сам читал объявления, что двухкомнатную квартиру в Москве меняли на 'Волгу'.

  Или можно далеко не ходить, а начинать делать дела уже здесь. Скоро разрешат свободный выезд за границу и ввоз подержанных авто. А то сейчас доходит до полного абсурда. Тот же моряк, чтобы купить и привезти машину, должен отработать на судах загранплавания пять лет. Потом, на общесудовом, то есть, профсоюзном, собрании, должна быть рассмотрена его просьба, и проведено голосование, разрешать или нет.

  Затем, выписка из протокола судового комитета, оправляется в комитет плавсостава пароходства, то есть в профком. В ней сообщается, что собрание ходатайствует перед комитетом плавсостава, на покупку капитаном или матросом автомобиля в иностранном порту. Тот, в свою очередь, должен внести этот вопрос в повестку очередного заседания. Там тоже проводится голосование. Затем, уже выписка из протокола их собрания отправляется на судно, о том, что комитет плавсостава даёт или не даёт добро.

  Однажды был случай, когда на судне прошли эту процедуру, но из пароходства ещё не было разрешения. А машину моряк купил в последнем порту. Собрания ведь проходят не очень часто, а из Японии ходу от суток до трёх, смотря из какого порта. Когда таможенники потребовали разрешение, то показал выписку из судового собрания. Этого не достаточно, заявили они, машину конфискуем. Тогда моряк зацепил её судовым краном и вместо берега, оправил на дно бухты.

  Второй вариант немного вытекает из первого. Заработать значительную сумму и свалить за бугор, подальше от потрясений, которые ожидают СССР и Европу. А там, если бы я был хорошим болельщиком, то смог бы сколотить состояние на спортивных тотализаторах, так, как 'Альманаха', как в одном фильме, у меня нет.

  Третий путь требует совсем авантюрных персонажей, к коим я себя причислить не смогу. Он подразумевает изменить будущее самым радикальным образом. Но, предугадать, каким оно получится, в результате вмешательства, никому не дано. Хотя, есть мнение, что историю творят личности. Но я не люблю высовываться, а тем более выступать в роли пророка о грядущих событиях. Впрочем, если захотеть, можно спокойно переплюнуть Вангу. Да ещё как!

  Понятно, что для того, какой путь выбрать, недостаточно выпить кружку чая. А уж посвящать в свои планы кого бы ни было, верх безумства. Кто не поверит, да и ладно. А вот если, кто воспримет это на полном серьёзе, то моей жизни грош цена, после того, как поделюсь информацией о будущем.

  Ладно, время у меня есть, хоть отбавляй. А пока поживу, осмотрюсь. А там видно будет.

  Допивая чай, услышал, что едет грузовик, судя по звуку. Надо сказать, что не каждый день здесь ездят машины. Вышел из кухни, посмотреть, кто к нам пожаловал. Или может просто мимо проезжает. ГАЗ 53 остановился напротив палаток, откуда тоже вышел народ. Открылись дверцы, и водитель с пассажиром подошли к нам.

  - Здорово, геологи! - поприветствовал всех старший машины, здороваясь с каждым за руку. Имя его тоже не помню, но вижу не первый раз.

  - Привет, но мы геофизики, - традиционно ответил Сергей.

  - Да какая разница.... Для меня вы все геологи.

  - Что, опять ягоды-грибы собирать приехали?

  - А чем ещё можно здесь заниматься?

  Дело в том, что наш лагерь расположился на месте ежегодной стоянки сборщиков грибов. Желающие заключают договор с потребкооперацией. Те, в свою очередь выделяют тару для вымачивания груздей. Это очень широкие, но низкие бочки или кадушки. Также их снабжают бочками для засолки, самой солью и прочими ингредиентами. Оговаривается цена и количество. Некоторые ещё дополнительно договариваются с директорами ресторанов и сверх плана заготавливают и им. Но уже за другие деньги. Грибов здесь хватает и разных видов. От белых до волнушек и маслят. С маршрута мы всегда возвращаемся с полными накомарниками. И это при том, что специально их не ищем, а подбираем те, которые растут на профилях.

  - Аралию, элеутерококк копать. А если повезёт, то и женьшень найти можно.

  - А почему бы вам самим за это не взяться?

  - Иногда берёмся, не без этого.

  И это верно. Когда бывает вынужденный простой, ребята копают корни. Сушат и сдают в аптеки и в ту же потребкооперацию.

  - Как у вас в этом году, всё нормально? - это уже вопрос ко мне.

  - Да, всё по-прежнему.

  - Нашли что-нибудь?

  - Здесь и без нас давно всё найдено. Мы только уточняем место залегания и объём запасов.

  - Ну и ладно. Ребята помогут разгрузить? Рассчитаюсь, как положено.

  - Если напьются как в прошлом году и не выйдут завтра на работу, то лично спущу бочки в речку. Пусть китайцы вылавливают.

  - Какое там напьются! А то сам не знаешь, какая проблема с водкой. Литр только сумел достать, и то с трудом.

  Я и забыл. Второй год в стране действует полусухой закон.

  - Ребята. Помогите разгрузить машину, а то им в Уссурийск надо успеть сегодня вернуться.

  Машина завелась и подъехала к месту выгрузки, рядом со столовой. Сами сборщики появятся чуть позже. Поставят палатки, рядом с бочками. Мужики нормальные, никаких конфликтов с ними не было ни разу. Они приехали сюда на заработки, а не водку пить и бездельничать. Разгрузка заняла всего полчаса и машина уехала. Ребята с двумя бутылками 'Пшеничной' пошли в столовую. Сейчас за ужином остограммятся и завтра даже по ним и не скажешь, что выпивали, работать смогут вполне.

  Кстати,

  - Серёг, а почему сегодня не ходили на работу?

  - Ты что, забыл?

  Вот блин.... Так можно и проколоться...

  - Да у меня все дни перепутались.

  - Батареи новые обещали привезти. А без них ВЭЗ-ВП не сделаешь.

  - Ах да, вспомнил. Я думал, что уже привезли.

  - Обещали сегодня-завтра.

  - На 'магнитку' тоже нет батарей?

  - Почему нет, есть. В четыре часа студенты вернулись. Прошли одиннадцатый и двенадцатый профиля.

  - Молодцы, а то я подумал, что сегодня никто не работал.

  ВЭЗ-ВП, или Вертикальное Электрическое Зондирование Вызванной поляризации, производится при помощи батареи в четыреста вольт. Она размещена в деревянном ящике и носится отдельным человеком. А 'магнитка', то есть Магниторазведка, делается прибором, наподобие теодолита. Не совсем, конечно, но схожесть в том, что магнитометр крепится к треноге. Только этим и напоминает геодезический прибор. Для него подходит батарея на тринадцать вольт, в виде кубика.

  После ужина приехал начальник отряда геологов.

  - Привет, вижу, что ты оклемался. Молодец!

  Похоже, моя болезнь стала темой номер один для неизбалованных новостями обитателей тайги. Знать бы, чем это я болел, почему и сколько времени. Что-то я этого совсем не помню.

  - Да поправился.

  - Значит, завтра как договорились?

  Знать бы, о чём договаривались.... Но ничего не остаётся, как сделать вид, что помню.

  - Да, как договорились.

  - Тогда с утра и съездим, чтобы послезавтра можно было отправить людей на выброс.

   Незаметно пролетел вечер. Потом долго не мог уснуть. И не только от того, что на досках лежать отвык. В голове ворочались мысли, как, всё-таки, дальше жить. Подумал, что вот усну, а проснусь дома или в тоннеле?

   Но чуда не произошло. Проснулся от укуса комара, залетевшего под полог. Сперва не мог понять, откуда у меня в квартире комары, если даже тараканов сто лет не видел. Но потом вздохнул чистым таёжным воздухом и всё вспомнил. Открыл глаза и увидел то же, что и при вчерашнем пробуждении. Было слышно, что кто-то прошёл мимо палатки. Наверное, к речке умываться или уже на кухню.

   Так, где тут у меня мыльно-рыльные принадлежности? Ага, нашлись на полке. Глянул на себя в зеркальце. Так, шкиперской бородки, которую я однажды отрастил, нет. Уже сбрил или ещё не отращивал? С сомнением взял в руки зубную щётку. Даже не знаю, считать её своею или чужой? Поискал глазами на полке, но другой не видно. Будем считать, что она перенеслась вместе со мной. Рядом лежал тюбик болгарской пасты 'Поморин'. Насколько я помню, вкус у неё солоноватый, отвык уже от такого.

   За кружкой горячей воды для бритья пришлось сходить на кухню. Там всегда грелось ведро воды. И посуду помыть и побриться. Электробритвой никто не пользовался, так, как ни у нас, ни у геологов генератора не было.

   На завтрак была гречка с тушёнкой. Да, в ней действительно было мясо, а не хрящи и жилы. Уплетал за обе щёки, так как еда, приготовленная на дровах и поглощаемая на свежем воздухе летним утром, очень раздразнила аппетит. За столом ребята чего-то там обсуждали, но я не прислушивался особо, так, как снова погрузился в свои мысли.

   По транзистору, стоящему в столовой, передавали о ходе работ по ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Вот, если бы я оказался здесь в апреле, то постарался бы предупредить об этом. Что ещё такого произошло в восемьдесят шестом году? Землетрясение в Армении? Нет, это позже. Где-то в конце восемьдесят восьмого. 'Нахимов' столкнулся, кажется... Точно, в ночь на первое сентября. Вот о нём я успею предупредить. Только, кто меня будет слушать? Надо будет что-нибудь такое придумать, чтобы поверили. Например, за час до отхода позвонить и сказать, что на теплоходе заложена бомба. Пока будут искать, грузовое судно придёт в порт и они не столкнуться.

   Тут меня привлёк шум, разгоревшийся по поводу спора, насчёт даты какого-то изобретения.

   - Жаль, нет интернета, без него сейчас плохо, - вырвалось у меня.

   - Ишь, размечтался о болгарских. Я тоже мечтаю о 'Стюардессе', а Вадик о 'Ту-134'. Кури вон 'Астру', как все, - со смехом сказал повар.

   - Со стюардессой нужно в самолёте знакомиться, а не здесь о ней мечтать. Летай чаще и познакомишься. А вместо Ту, можно и на Боинге летать. И при чём здесь курево? - недоуменно спросил я.

   - Ты же сам сказал, что нет 'Интера', нет... Это мы и так знаем. Привозили месяц назад ' Опал', так всего по блоку досталось.

   - Какого интера? Я про интер..., тут я осёкся, поняв, о чём идёт речь.

   За столом все стихли, с интересом прислушиваясь к нашему разговору.

   - Валер, ты всё-таки, ещё не выздоровел. Куда тебе ехать на выброс... Давай я съезжу вместо тебя, - сказал Сергей.

   - Да нормально всё! Тем более, я уже больше пятнадцати лет не курю!

   Тут я опять поймал на себе удивлённые взгляды. Ребята стали переглядываться и перешёптываться. Я понял, что снова сморозил, на их взгляд, очередную глупость.

   - Сколько, говоришь, лет? Ты ночью с топчана не падал, головой не ударялся?

   - Я хотел сказать, часов. А 'Астру' не люблю.

   - Это понятно, она такая подмоченная никому не по вкусу.

   Я не стал больше здесь задерживаться и ушёл в палатку, пока ещё чего-то не ляпнул. Вспомнил, что тогда я ещё курил. Но после перемещения сюда, курить не захотелось ни разу. А то, что сигареты намокли, виноват тот самый геодезист. Когда его везли на участок в кузове грузовика, то начался дождь. Он потянул на себя брезент, которым были накрыты продукты. Банкам то ничего не стало, а сигареты промокли. Их хотя и просушили потом, но вкус изменился. Их брали только тогда, когда других не было.

   Так, пора собираться, скоро подъедет начальник геологов. Точка, куда мы собрались ехать, на высоте тысяча триста метров, значит, нам нужно подняться ещё на восемьсот. Но подъём будет затяжной, километров двадцать. Вернёмся к вечеру. Схожу, возьму поесть с собой, а то, после лазанья по сопкам до ужина не дотяну. В продуктовой палатке взял по банке тушёнки, сгущёнки и завтрака туриста. На кухне отрезал полбуханки хлеба. Ему, правда, уже больше двух суток, но и так сойдёт.

   Котелок, заварка и кружки всегда лежат в любой геологической машине. Что ещё с собой взять? 'Энцефалитку' надеть или штормовку? Нет, в энцефалитке очень жарко. Клещей сейчас мало, а особо по зарослям ходить не придётся. Куда положить банки? Авоськи нет, да и не серьёзно с ней в тайге. Ладно, возьму рюкзак. Он у меня не Абалаковский, гораздо меньше. Побросал банки, особо не укладывая, так, как не на спине тащить.

   Только прилёг, как услышал звук грузовой машины. У геологов был ЗИЛ 157, вот он едет, громыхая бортами. За рулём был сам начальник отряда. Блин, как же его зовут? И спросить ни у кого нельзя. Подошёл к машине. Тот не стал выходить, только махнул рукой, чтобы садился.

   Дорога была разная. Это не в средней полосе, где колея по полметра. А здесь всё-таки горы, называемые сопками. Соответственно, слой грунта небольшой, под ним камень. Несколько раз приходилось переезжать одну и ту же речку. Но для такой машины это семечки. Да и любая легковая здесь проедет спокойно. Это после тайфуна здесь будет такой поток, что снесёт.

   Двигатель натужно гудел, но тянул. Подъём был затяжной. Дорога особо не петляла, а так, слегка отклонялась то в одну, то в другую сторону. Ехали молча, я с интересом осматривал окрестности. В прошлой действительности тоже так ехали, но тогда всю дорогу болтали, и я не смотрел по сторонам. А сейчас даже не знаю, о чём говорить. Вернее, знаю, но не могу. А пока полюбуюсь на окрестности. В те годы можно было относительно безбоязненно ходить по тайге, хотя уже и было известно выражение, что самый страшный зверь в тайге, это человек. И встречи с ним следует избегать.

   Два, нет, три года назад, естественно, в той реальности, узнал, что не далеко есть несколько пещер. Это, когда мы стояли здесь первый год. На работе была пауза в несколько дней. А к Сергею приехал брат из Владика. Отдохнуть, собрать грибов. Вот он и уговорил меня сходить к пещерам.

   Нужно было перевалить через этот хребет, только по соседней долине Дороги в ней не было, только тропа. Мы перешли через гряду слева и пошли вверх. Когда перевалили через хребет, стало смеркаться. А мы всё не могли найти подходящее место, где остановиться на ночёвку. Когда нашли, уже почти стемнело. Еле успели поставить палатку и собрать дров. Фонарики у нас были, но батареек только по одному комплекту, поэтому их берегли для пещер.

   Наутро, пошли дальше вниз. Метров через пятьсот, увидели не далеко от тропы навес из полиэтилена. Возле него двоих человек. На сучках кедра висели ружья. Мы прошли мимо их, не сводя глаз, друг от друга. И благодарили судьбу, что стали на ночёвку выше их. Если бы мы прошли ещё немного, то они бы увидели нас, а мы бы их. И тогда нам нужно было бы или уйти в соседний распадок, или пройти ещё на несколько километров ниже, что в наступившей темноте было бы сложно. Тропа постоянно переходила с одного берега ручья на другой. Приходилось перепрыгивать по мокрым, замшелым камням. При очередном таком форсировании, я поскользнулся, и чтобы не упасть, схватился за деревце. Но оно оказалось сгнившим, и я вместе с ним упал в воду, намочив кварцевые часы. Они, естественно, остановились. Потом пришлось назавтра, после просушки, устанавливать время по компасу. И довольно точно, разница была всего в четыре минуты.

   Но всё равно, ночевать было бы страшно, зная, что за спиной неизвестные с ружьями, а у меня тогда ещё пистолета не было. Да и не помог бы он, в темноте. Скорее всего, палатку бы не ставили и костёр бы не стали жечь, чтобы не выдать себя.

   Дорога была по-прежнему пуста, так, что можно и подумать, что будет дальше. Значит, так. Ни у нас, ни у геологов, машин больше нет. Когда появится начальник партии геологов, я не знаю, не интересовался. Наш должен приехать дня через три-четыре. То есть, сегодня сюда точно никто не приедет, узнать, почему мы не вернулись. Впрочем, не исключаю вариант, что кто-нибудь из грибников-заготовителей приедет сегодня. Естественно, его могут попросить съездить. Но это будет ближе к ночи. До темноты особо дёргаться не станут.

   Кстати, а почему в милицейской машине нет рации? Может, потому, что она без специальной раскраски? А может она вовсе и не милицейская, он просто ездит на ней? Или в рации нет смысла, так, как кругом сопки и дальность радиосвязи будет минимальная? А она бы мне, ох, как пригодилась!

   Приехав туда, увидят ЗИЛ и пепелище. Не думаю, что они будут его разгребать. Хотя, допустить это можно. Увидят или нет, обгоревшие трупы, поедут обратно. Во-первых, по рации сообщат в экспедицию. Во-вторых, заявят о происшедшем в милицию.

   Раньше утра те ничего не предпримут. Пока то, да сё. В общем, в розыск меня объявят не раньше обеда. Вот, только в каком качестве? Как без вести пропавшего или подозреваемого в совершении преступления? Значит, передадут приметы. А приметы у меня, какие? Костюм геологический летний, а проще говоря, выгоревшая штормовка и ботинки. Первая задача, сменить одежду. А где? В магазине, конечно. Кроме своих денег, у убитых бандитов собрал почти триста рублей. Очень большие деньги, для этого времени. Человек с червонцем в кармане, считался богачом. Естественно, что это когда эти деньги просто так в кармане, а не за покупками собрался. Обычно, в среднем около трёх рублей.

   Немного позже, в карманах постоянно носимая сумма увеличилась значительно. Но вовсе не из-за поднявшейся зарплаты. Виной всему расширившийся список дефицита. Поэтому, люди стали носить при себе больше денег, чтобы суметь купить что-то, внезапно появившееся на прилавке. Или, как говорили тогда, ″выбросили″. И оказаться в этот момент случайно рядом, считалось большой удачей. И очень становилось обидно, когда нужной суммы при себе не было.

   Дорога продолжала свой спуск, даже более пологий, чем с другой стороны перевала. Внизу была долина реки Партизанской. Или, как её называют все местные, Сучанская долина. И это слово совсем не ругательное. Он по реке Сучан, которая сейчас Партизанская.

   Дело в том, что после вооружённого конфликта за остров Даманский, в 1972 году в Приморском и Хабаровском крае и Амурской области, произведено массовое переименование китайских названий. Переименовывались районы, города и другие населённые пункты. Кроме этого, переименовали горы, перевалы и горные хребты. Реки, озёра, заливы и бухты Японского моря. Всего, около трёхсот названий. Местные жители за десятилетия так привыкли к прежним, что в основном ими и пользуются.

   Под горячую руку попали и не только китайские названия, но и русские. Залив Америка, в котором находится бухта Находка, переименовали в Залив Находка. Хотя к США это название никаким боком не относится. ″Америкой″ назывался русский корвет, который открыл залив и бухту. Заодно переименовали и перевал на трассе Владивосток-Находка, перед самым городом. Но я ещё не встречал ни одного человека, который бы назвал Американский перевал Находкинским, хотя такой дорожный знак и стоит с двух сторон.

   Эту долину, также называют и Золотой. И не только по селу Золотая Долина, бывшее Унаши. А потому, что это очень широкая и ровная долина. С севера она закрыта горным хребтом, высотой полтора-два километра. С юга прикрыта от морского солёного ветра сопками Брат, Сестра и Племянник. Правда, от Брата осталось меньше половины. На нём взрывами добывали известковый камень, который шёл и на строительство порта Восточный в бухте Врангеля, с другой стороны залива, напротив Находки. Климат долины от этого немного изменился в худшую сторону. А внутри сопки разрушились все пещеры с наскальными рисунками, в которых были стоянки первобытных людей. От них остались только кучи раковин, из которых они добывали моллюсков. И таких куч полно по берегам залива. И не только возле Находки. Когда-то, будучи во Владивостоке, ребята свозили меня на пароме на мыс Песчаный, на другом берегу Амурского залива. И там впервые я увидел эти кучи. Даже удивительно, что они сохранились за несколько тысяч лет.

   Через двадцать пять километров, как я отъехал, дорога вышла на асфальтовую. Это трасса Находка-Преображение. Влево она пошла на Лазовский перевал. Эти места мне очень хорошо знакомы, приходилось здесь работать. Дальше вдоль трассы пойдут населённые места. Надо выбрать место и перекусить, потом будет не до этого. Появились встречные машины. Через пять километров увидел знак ″Монакино″. Снизил скорость и сразу после села свернул влево. Через триста метров, за поворотом, чтобы меня не было видно с трассы, остановился.

   Дальше не поеду, хотя эти места знаю, как свои пять пальцев. Ещё студентом проходил здесь первую практику, а потом бывал не раз по работе и в походах в пещеры. За ещё одним поворотом будет село Алексеевское. Может, оно раньше и было селом, а сейчас к нему больше подходит определение, хутор. Там остался только один дом. Живут всего два человека, старик со старухой. Светиться перед ними не хочу, так, как они знают наши машины с экспедиции очень хорошо. И меня могут вспомнить. А вдруг знают и эту машину? Дальше, через пятнадцать километров, только зимовье.

   Развернулся и задом загнал машину за деревья. С котелком, прихваченным с ЗИЛа, сходил к речке. Пока он закипит, а я перекушу. Горбушу поем и так, я ещё не видел никого, кто бы грел рыбные консервы. Конечно, это если не считать вьетнамцев, которые жарят селёдку. Но мне, к счастью, этого видеть не пришлось. Тому, кому ″повезло″, вспоминают тот запах с таким содроганием, что даже жалко на них смотреть.

   Нарезал хлеба и достал банку. Воткнул нож и начал открывать. Но брызнувший сок не был ожидаемого рыбного запаха. Вынул нож и поднёс к носу. Рыбой и не пахнет. А чем же? Быстро закончил с открыванием и отогнул крышку. Никаких кусков горбуши в банке не было. Она была заполнена мясом. Не веря глазам, подцепил кусок и уложил на хлеб. Принюхался и даже лизнул. Точно не рыба. Ещё раз поднёс банку к глазам и вчитался в этикетку. Про мясо ничего не написано. Вспомнилось бессмертный афоризм от Козьмы Пруткова: ″Если на клетке слона прочтёшь надпись ″буйвол″, не верь глазам своим″. Решился и откусил хлеб вместе с тем, что лежало сверху.

   М-да, ничего вкуснее не ел до сих пор. Это была тушёнка. Да не просто тушёнка, а ТУШЁНКА! Не свиная, ни говяжья, ни ещё какая. То, что ни разу не ел ничего подобного, это точно. Аппетит разыгрался не на шутку, что не заметил, как банка закончилась. Может, это случайно попалась одна такая? Пошёл к машине и с другого ящика вынул ещё одну банку. Быстро открыл. Но и в ней оказалось мясо.

   Только отъехал, как рука привычно потянулась к магнитоле. А тут эта опция не предусмотрена. Ни рации, ни приёмника. Надо ситуацию выправлять. Это в моём времени любую рацию можно купить без проблем, а здесь только украсть. Тогда нужно хотя бы радио заиметь. Где здесь магазин с радиотоварами? Медленно проехал по улице и через квартал увидел вывеску ″ Культтовары″. То, что надо.

   Что хорошо в старые времена, так это нет проблем с парковкой. Где захотел, там и остановился. Помня о том, что в машине полно оружия и патронов, поставил её почти у входа, чтобы можно было за ней поглядывать в окно. В магазине была в основном ребятня, толпящаяся возле детских книжек и игрушек. Нашёл полку с радиотоварами справа от продавца. Выбор был для этого времени неплохой. Так, что выбрать? Смотря, что мне нужно в нём. Если просто так, новости там послушать или музыку на радиостанции ″Юность″, то пойдёт любой.

   А если ещё что-нибудь, то нужно иметь с короткими волнами. Вон стоит ″Океан-214″, рядом ″Горизонт-220″. Всё у них есть. Но и вес порядочный, килограмма четыре в каждом. А вот ″ВЭФ-214″ будет легче. А этот приёмника, совсем не ожидал здесь увидеть. ″Ленинград-015С″, это вещь, кто понимает. Стерео, куча диапазонов. Ценник завалился назад, так, что не видно, сколько стоит. Половина оставшихся денег уйдёт, не меньше. Да я бы и не взял, весу в нём под семь килограмм, куда мне такой.

   На другой полке были транзисторы поменьше. Тут мои глаза разбежались. Я удивился, увидев ″Вегу -342'. Дело в том, что внизу были цифровые часы. С их помощью, как было понятно по имевшемуся справа рычажку, можно автоматически включать в заданное время и ещё как будильник. Я уже стал готовить деньги, но тут разглядел, что нет КВ диапазона, а есть УКВ. Нет, не пойдёт. По этой же причине забраковал ″Сигнал-304″, хотя и таймер включения и будильник мне бы пригодились. В итоге купил ″ Россию-203-1″. Вес великоват, полтора килограмма, но зато два поддиапазона коротких волн, ″вражьи голоса″ можно слушать. Отдал за него шестьдесят рублей. Батарейки пальчиковые тоже взял, два комплекта.

   Можно и уходить. Пробежался глазами по витринам и уже собирался пойти к дверям, как что-то показалось знакомым. Ещё раз посмотрел туда-сюда, гадая, за что мог глаз зацепиться. А, понял я! Это был театральный бинокль. Стал смотреть, что там, рядом ещё есть, но другого ничего подходящего не нашлось. Платить двадцать пять рублей за трёхкратный бинокль? Обойдусь. В крайнем случае, воспользуюсь прицелом с карабина.

   Рядом был ещё один магазин с невзрачной вывеской ″Бакалея″. Зашёл и стал смотреть, чего мне в нём полезного взять. Крупы и кисель мне точно не нужны. Тут в самом углу увидел то, что мне сможет помочь в трудной ситуации. На полке лежал табак. Но не только курительный, но и нюхательный. А против собак это самое верное средство, как и перец. Меня даже охватил азарт. Попросил у продавщицы по десять пачек табака, махорки и молотого перца. Заодно и пачку соли, совсем про неё забыл.

   Теперь, точно, всё. Время не ждёт, придётся поднажать. Фото фиксаторов нарушений ещё не придумали, а гаишников, в основном, только в городе можно встретить. Ехал со скоростью, которую позволяла развить дорога. До Находки добрался быстро. Минут через пять повернул направо. На выезде из города увидел указатель.

   ″Аэропорт 147 км″

   ″Владивосток 180 км″

   Тут я сильно задумался. Лично меня могут посчитать подозреваемым, не раньше завтрашнего дня. Да и то, на уровне районных властей. Пока до краевых дойдёт.... Никакой компьютеризации ещё нет. Проследить, за моими перемещениями по стране, оперативно не получится. Так, что я вполне к этому времени уже буду в Москве. Сейчас уже не помню, сколько туда рейсов в сутки. Точно знаю, что есть под утро. С прошлого года, самолёты летят напрямую до Москвы, аэропорт стал принимать и ИЛ-62. Раньше приходилось делать пересадку в Хабаровске.

   Может мне взять и улететь в Москву? Нет, понятное дело, что не домой. Или всю жизнь прятаться здесь? А если и решу добираться через всю страну ближе к дому, то, как это делать? Гораздо проще улететь сейчас. Денег хватит. Билет, насколько я помню, стоит сто тридцать четыре рубля. Но тогда тоже придётся скрываться в лесах. Возле Москвы попадусь быстро. А куда тогда перебираться? По работе мне знакомы места на границе Калужской и Смоленской области. И знакомые в одной деревне есть. Правда, я в этой действительности, с ними познакомлюсь только через три года, но это не важно.

   Ещё знаю леса в Житомирской области, у границы с Киевской. Был там пару раз в детстве. Вот, только проблема есть. В апреле рванул Чернобыль. От Припяти, до тех мест, по прямой меньше ста километров. До ближайшей зоны отселения, около тридцати. С одной стороны, легче спрятаться. А с другой, к этим местам особое внимание. Сейчас там самый разгар ликвидации последствий аварии. Когда я через месяц после Чернобыля прилетел в Приморье, то очень эмоционально рассказывал о страхах и всяких слухах, царящих в Европейской части СССР. Но, к своему удивлению, в глазах местных жителей было абсолютное равнодушие. Им было до наших проблем также далеко, как нам до наводнения в Бангладеш.

   Думай, Валера, думай. Через четыре часа можно будет покупать билет на самолёт. Но тогда нужно избавиться от арсенала. С собой не возьмёшь и в багаж не сдашь. Или багаж ещё не просвечивают? Эх, уже вечер, рабочий день закончился! А так можно было бы отправить весь груз багажом железной дорогой. Там уж точно никому до него нет дела. Уложил в ящик, заколотил крышку и на багажную станцию. За три недели дойдёт.

   Посмотрел на часы. Полседьмого. Сегодня уже поздно, только завтра. Багаж-то успею отправить, а сам? Теоретически, дневным рейсом смогу улететь. А не встретят ли меня у трапа и под белые ручки увезут в казённый дом? Пятьдесят на пятьдесят.

   За раздумыванием и не заметил, как поднялся на Американский перевал. На прежнем месте и парусная шхуна ″Надежда″. В ней ресторан и бар. В отличии подобных заведений на Чёрном море, которые стоят у берега, эта находится на вершине перевала. От города километра четыре или пять. Но это не отпугивает желающих. Пока ещё не наступила массовая автомобилизация, добираются на такси. А для тех, кто не озаботился транспортом на обратный путь, к закрытию подают автобус ПАЗик. Уже в Москве недавно узнал, что её продали и сожгли по причине ветхости, чтобы на её месте построить такую же, но из стекла и бетона. Впрочем, в Москве такое происходит сплошь и рядом.

   Подъезжаю к Техасу. Вот так новость! А он теперь, не Тихоокеанский, а Фокино. Надо же, а я и не помню, когда его переименовали. Ладно, мне не до этого. Вот и пост. Шлагбаум поднят. Матросики сидят в будке. Проезжаю спокойно. Уф, пронесло, успел до темноты. Дальше боятся нечего. Солнце почти село. До Владивостока ещё часа два, не меньше. Приеду уже в темноте. Так, так.... А куда я приеду? Что-то у меня на этот счёт ничего конкретного нет. К знакомым не пойду. Можно и в гостинице переночевать. Но как я всё оружие потащу в номер? Автомат, пистолеты с патронами не проблема, уместятся в рюкзаке. А винтовка? И в машине полно всякого добра.

   Вовремя вспомнил о винтовке. Я даже не знаю, как она бьёт. Надо бы проверить и пристрелять. Но не в городе и окрестностях это делать. Значит так. Пока не стемнело, ищу место в тайге. Палатку можно не ставить. Переночую, а утром пристреляю. К тому времени решу, куда мне дальше. Отправлять всё в Москву, на имя надёжного человека, а самому самолётом. Или же, оставаться здесь. Но тогда нужно точно знать цель. Годами прятаться в тайге не получится, это не Сибирь.

   Проехал Шкотово, с его перевалом Большой тёщин язык. Дальше Артём. Не попадись мне сегодня тот солдатик, отправил бы уже отсюда багаж. А потом бы поехал в аэропорт, который здесь рядом. Впрочем, кто знает, что лучше.

   Только сейчас я вспомнил, что мне так и не принесли обещанный камуфляж. Так, что не зря я оставил их без вознаграждения за тротил. Ну и поделом им, не будут обманывать.

   Перед самым въездом в город, свернул влево. Дорога сразу запетляла, следуя рельефу. По обеим сторонам начался лес. Назвать его тайгой не решаюсь, так, как хвойных деревьев почти не осталось, вырубили в своё время, когда строился Владивосток. На короткое время показалась северная оконечность Уссурийского залива. Потом дорога пошла между сопок и моря не стало видно. Пропетляв, дорога круто повернула влево и стала спускаться к заливу, а потом пошла вдоль него. Между дорогой и берегом показался какой-то пионерлагерь. Нет, это не тот, что мне нужен.

   Тут дорога стала удаляться от моря, и подниматься вверх, а внизу показался полуостров со строениями. За ним была бухта Емар, на берегу которой недавно построили лагерь 'Океан', Дальневосточный аналог 'Артека'. Не всем детям, особенно жителям Чукотки, Камчатки, Якутии и Магаданской области, на пользу пребывание на Чёрном море. Да и сам перелёт очень долгий, плюс разница в часовых поясах. А здесь тёплое море, в котором можно купаться до октября.

   Что, в своё время сыграло не на пользу жителям Приморья. Хрущёв в начале октября 1959 года, по дороге из Пекина в Москву, прилетел во Владивосток. Очень удивился, что местные жители ходят в рубашках с короткими рукавами и стоит замечательная летняя погода. А в Москве, мол, уже первый снег прошёл. И отменил северную надбавку. Это ему и спустя десятилетия не могли простить.

   Выбрал наиболее удобное место и остановился. Да, жаль, нет бинокля. Правда, на СВТ есть прицел. Но он так крепко закреплён, что даже пытаться не буду снимать. Впрочем, сам лагерь мне не особо интересен. То, что я хочу сделать, к этому месту имеет опосредованное значение, хотя и занимает главное место в предстоящих событиях. Вот такой парадокс.

   Долго не стал здесь задерживаться и поехал дальше, внимательно осматривая окрестности. Справа от дороги построили городок для сотрудников лагеря. Стали чаше попадаться встречные машины.

   А вот знаменитая Шамора, воспетая Мумий-Троллем. Она, как и многое, переименована. Сейчас это бухта Лазурная. В 'той жизни', через два месяца, по случаю попаду на Фестиваль Авторской песни 'Приморские струны'. Добираться будем во время тайфуна. Ручеёк, делящий пляж надвое, который воробью по колено, придётся преодолевать по пояс, борясь с сильным потоком, чтобы не унесло в море.

   Где-то посредине бухты, дорога резко повернула вправо. Буквально через сто метров перекрёсток, с отходящей влево дорогой. Я, озадаченный увиденным, остановился. Достал Атлас и стал искать это место. Та, что влево, кое-как обозначена. А той, что пошла прямо, и явно поперёк полуострова, нет и намёка. По той, что есть на карте я и проезжал в своё время. Она так и будет, петляя, долго идти вдоль берега, а потом войдёт в город, в районе бухты Тихой. А вот эта, неизвестная, меня заинтересовала. Решил проехать по ней, сколько возможно.

   Вначале она шла по ровному месту. Слева даже был какой-то аэродром, с лёгкими самолётами. Потом, дорога неуклонно стала подниматься вверх, иногда отклоняясь в стороны. В одном месте был очень крутой поворот вправо, а потом снова влево. Поднявшись на невысокий перевал, я увидел Амурский залив. Потом пошёл плавный спуск. Больше крутых изгибов не было. По обеим сторонам пошли дачные посёлки и наконец, я выехал на трассу. Это была дорога Владивосток-Аэропорт, а далее на Хабаровск и Находку. Определиться бы, только в каком месте я оказался.

   Повернул налево. Только проехал совсем не много, как всё мне стало ясно. Это был район станции Океанская. Дождавшись, когда проедут встречные машины, я довольный, развернулся, и поехал обратно. Всё стало понятно. И явно недавно положенный асфальт, и место, где дорога выходит на трассу.

   Назад ехал медленно, сосредоточенно осматривая то, что находится по бокам от дороги, изредка останавливаясь, чтобы разглядеть более детально. Но, пока такого, что могло меня устроить, я не находил. Вот впереди показался участок дороги с двумя крутыми поворотами. Приглядевшись, я понял, что он более всего подходит для задуманного. Для исключения сомнений, я проехал до бухты. Больше ничего подходящего не нашлось.

   Останавливаться в приглянувшемся месте не стал, а проехал дальше. Немного погодя, проехав одиноко стоящий прямо на перевале дом, увидел, что вправо и влево уходят наезженные грунтовки. Выбрал правую. Почти сходу она стала очень круто изгибаться в разные стороны, и также круто подниматься вверх, далеко уводя меня от дороги. Наконец она вышла на хребет и пошла вниз. В одном месте увидел с обеих сторон какие-то канавы. Остановился посмотреть. Судя по всему, это были старые окопы. Наверно, ещё с гражданской войны остались. Заодно осмотрелся по сторонам, восхищённый открывшимся видом. Ни разу не приходилось наблюдать одновременно и Амурский и Уссурийский заливы. Эх, жаль, нет с собой даже завалящего фотоаппарата. Мой 'Зенит' остался в палатке. Решил осмотреться и запомнить как можно подробнее, то, что можно увидеть с этого места. Даже пришлось воспользоваться компасом и сделать пометки на Атласе.

   Между Амурским заливом и тем местом, где стоя я, было какое-то озеро или водохранилище. Решил проехать столько, сколько возможно. Для меня это очень важно знать. Наконец, она пошла слегка вниз. Дальше был небольшой подъём. Я остановился. Не похоже, что она куда-то выведет. Осмотрелся по сторонам и, найдя промежуток между деревьями, загнал машину в него, чтобы не попалась никому на глаза. Дальше пойду пешком, тем более что справа от дороги деревьев становилось всё меньше, и машина бы просматривалась издалека. Минут через пять, за деревьями, увидел забор из колючей проволоки. За ним было свободное пространство, с бетонными выпуклостями, крашеными пятнами в три цвета. Дорога обходила территорию слева, а потом только с обратной стороны вела к воротам. Перед ними был домик с высокой будкой, из которой выглядывал солдат.

   Здесь мне делать нечего. Посмотрел в сторону Уссурийского залива. Склон, обращённый к нему, в нескольких местах также был огорожен и имелись всякие строения. Чем ниже, тем их становилось больше. Я слышал, что на сопках в окрестностях города много частей, но не думал, что столько. Пришлось возвращаться назад. Но на асфальтированную дорогу не стал выезжать, а постарался лесом подъехать как можно ближе к интересующему меня месту. Но всё равно, метров за сто пришлось остановиться.

   Вышел из машины и поискал глазами дорогу. Отсюда не видно. Значит, и меня с дороги тоже не видать. Теперь нужно выбрать место для подготовки, а заодно всё обдумать в деталях. Деревья были до самой кромки обрыва. На этом подковообразном участке при прокладке дороги срезали часть склона. Длина метров сто, а высота от одного до шести метров. На самом верху была нависающая кромка, держащаяся исключительно из-за дёрна.

   Стараясь не высовываться, прошёл весь участок и выбрал самое подходящее место. Время было три часа дня. Значит, засветло смогу всё подготовить, а завершение наметил на ночь. Финишную работу придётся делать, спустившись к дороге. Ночью можно вовремя успеть увидеть появившейся автомобиль. Правда, от перевала со стороны Уссурийского залива ехать всего метров двести. Так, что придётся делать всё очень шустро.

   Ввернулся к машине и приступил к разгрузке. Первыми выгрузил газовые баллоны. Потом уже, то, что мне принесли солдаты. Закончив с этим, решил хорошо поесть, чтобы потом не отвлекаться. Хотя, дров кругом было навалом, но воспользовался примусом. И себя не выдам и его освою.

   Плотно поел и стал перетаскивать груз к дороге. Баллоны пришлось катить, что было очень неудобно, из-за деревьев и кустарника. Всё оружие пришлось взять с собой, так, как не хотелось оставлять его без присмотра, даже в закрытой машине. При себе оставил только ПМ. Расстелил полиэтилен и уложил на него первый баллон. Потом стал приматывать изолентой на одну сторону двухсотграммовые тротиловые шашки. На один баллон решил закрепить десять зарядов. Приматывал их в шахматном порядке. Потому, что если крепить их в одну линию, то все десять не поместятся, так, как надо ещё вставлять электродетонаторы.

   Поставил баллон и стоя на коленях только начал оборачивать вокруг него моток чёрной ленты, как вспомнил про железнодорожные костыли. Пришлось сходить за ними к машине, они так и лежали под ногами пассажирского места, вот я о них и забыл. Приложил с противоположной от тротила стороны и стал приматывать их заодно с ним.

   - Помочь? - неожиданно раздался голос за спиной.

   Я резко обернулся. Метрах в пяти за толстым деревом стоял мужик, вернее парень, лет тридцати, явно младше меня. Тьфу ты, всё мыслю старыми категориями. Для меня нынешнего, он старше. Одет по 'моремански'. В смысле, что так в основном одеваются моряки загранплавания. Джинсы, кроссовки, майка с надписью 'Сингапур″ и головой льва, лёгкая ветровка. На голове бейсболка. За спиной что-то висит, так как на левом плече видна синяя лямка. Чего его занесло именно в это место? Загадка. Вряд ли меня выследили. Милиции ни к чему этот маскарад. Кроме него, больше никого не видно. Но не факт, что он один. И что мне с ним делать? Стрелять? А за что, только за то, что оказался в ненужное время в ненужном месте? Прогнать? А если он расскажет, что видел меня за подготовкой к диверсии? Ладно бы, если после того, как всё произойдёт, а вдруг раньше? Может сыграть в открытую? Если не привлеку на свою сторону, то хотя бы не навредит.

   Вот и машина. Ужинать решили здесь, чтобы не привлекать огнём от костра излишнего внимания. Нашлась небольшая ямка, закрытая со всех сторон кустарником. В дровах тоже недостатка не было. А вот с водой, была проблема. Александр сказал, что неподалёку он видел родник, но пить не пробовал. Я дал ему котелок, а сам принялся за разведение костра. Когда он вернулся с водой, огонь уже горел.

   Достал трофейную тушёнку и попросил Александра открыть банки, чтобы подогреть её. Он, разглядел этикетку, и очень удивился, что я собираюсь греть рыбные консервы. Я же ответил, что мне лучше знать. Покачав головой, он открыл две банки, заглянул под отогнутые крышки и, удивившись ещё раз, поставил их ближе к огню. Нарезал хлеба и достал всё, что нужно к чаю, стали ждать, когда закипит вода. К этому времени разогрелась и тушёнка. Я начал есть первым, ловя на себе изучающий взгляд Александра. Потом и он взял в руки банку и ложку.

   Понюхал содержимое. Потом ещё раз посмотрел на этикетку. Он её перед тем, как поставил у костра, содрал, чтобы не загорелась. Любопытство пересилило, и он ложкой вытащил первый кусок. Уже стемнело, но от костра было ещё достаточно видно, как он осторожно засунул в рот первую порцию. Пожевал и с удовольствием проглотил.

   - Это что за конспирация? Зачем тушёнку маскировать под рыбные консервы?

   - Это, можно сказать, и стало первопричиной того, что я здесь. Со временем узнаешь подробности. А пока ешь, если мало будет, возьми ещё банку.

   Когда перекус закончился, с тал убирать всё обратно в машину и вспомнил про водку. Зачем мне её с собой таскать? Две бутылки были от браконьеров, мне и хватит, на всякий случай. А эти нужно куда-то деть. А что, если усилить ими огневую мощь фугаса? Нет, водка не пойдёт, был бы спирт, тогда другое дело. Можно и бензин вместо спирта, всё равно останется. Выставил коробку на землю, и только собрался выливать на траву, как передумал. Вынул чайник и стал сливать туда водку.

   - Валера, ты это зачем, глинтвейн собрался делать?

   - Да вот, нужны пустые бутылки.

   - Ну, у вас там, в будущем свои причуды. Как, удалось победить пьянство и алкоголизм? Или спиртным больше не торгуют?

   - Я же говорил, у нас всё, как на Западе. Спиртного хоть залейся.

   - Дорогое?

   - Разное. Водка начинается от четырёх поездок на метро и до бесконечности.

   - Так дёшево?! Получается, нынешними двадцать копеек.

   - Не знаю, дёшево или нет, но одна поездка стоит больше буханки хлеба.

   - Ничего не понимаю! Это хлеб дешёвый или проезд дорогой?

   - Не ты один не понимаешь. Давай-ка, лучше держи канистру, буду бензин с бака сливать.

   Потом заполнили смесью бензина и масла четыре бутылки. Вылезла проблема с пробкой. Они были не винтовые, а алюминиевые. Пришлось выстругивать из дерева, вставлять и заматывать изолентой. Уже полностью стемнело. Пора приступать к закладке фугаса. Нагрузились лопатой, киркой, верёвками, плёнкой и оттащили это всё к дороге, свалив около самого обрыва. Потом перенесли баллоны с взрывчаткой, катушку с кабелем, бутылки с бензином.

   Сидели, болтали, в основном, Сашка расспрашивал о будущем. Я заодно фиксировал интервал между машинами. За это время, в обе стороны проехало семнадцать автомобилей, в основном со стороны моря. Так я ничего не успею сделать! За второй час проехало восемь. Уже лучше. Можно начинать.

   Сначала выбрали точное место. Ещё днём, я решил закладывать фугасы в тридцати метрах друг от друга. В кортеже, будут не меньше двух одинаковых лимузинов. В которой из них будет Генсек, я не знаю. Поэтому, буду взрывать две бомбы одновременно, чтобы взрывом поразить обе. Дождавшись, как только проехала очередная машина, выбежали на дорогу. Расстелили плёнку и стали ссыпать на него вынутый грунт. Заодно, я смотрел на перевал, а напарник вниз, чтобы вовремя увидеть свет фар. Яму копал в склоне обрыва, на метр выше дороги, но с уклоном к ней.

   Когда первая уже была почти готова, снизу появилась машина. Не стали лезть наверх, а спрятались ниже другой обочины. После того, как она проехала, бросились обратно. Киркой и лопатой, в четыре руки, управились быстро. Поднялись наверх. К баллону привязали две верёвки. Вставил запал с присоединёнными проводами. Дождались проезда очередного автомобили и стали опускать фугас, равномерно потравливая верёвки. Когда он лёг на место, вдоль баллона уложил две бутылки с бензином, прижав их камнями. Затем быстро присыпали закладку вынутым грунтом, а остаток, отнесли подальше от дороги и рассыпали в кустах. Снова ждали машину, чтобы посмотреть, как это место выглядит в свете фар, а не фонарика. Немного выделялось, так что, пришлось ещё доработать.

   Второй фугас уложили быстрее, да и машина за это время всего одна проехала. Затем настала очередь соединить фугасы одним кабелем и замаскировать его. На каждый баллон высыпали по пачке перца и табака, а потом, когда присыпали землёй, повторили. Когда со всеми делами управились, уже было два часа ночи. Одному мне пришлось бы провозиться до утра.

   - Ну что, до утра можно и поспать.

   - А во сколько появиться Горбачёв?

   - Понятия не имею. Даже не помню, какого числа это произойдёт.

   - Ты собираешься сидеть здесь несколько суток?!

   - У тебя есть другие варианты?

   - Нет...

   - Вот видишь, ничего не остаётся, как наблюдать за активностью на дороге и слушать новости. Кстати, давай послушаем радио и узнаем, где он сейчас.

   Из выпуска последних известий узнали, что он посетил авиазавод в Комсомольске на Амуре. Если он и прилетит завтра, то вряд ли в первый же день поедет в пионерский лагерь. Хотя.... Завтра, то есть сегодня, надо будет выбрать место, с которого хорошо видна та часть дороги, где заложен фугас. В тёмное время решили больше костёр не жечь и фонариком не пользоваться.

   - Сань, а тебя дома не хватятся?

   - Я один живу.

   - Чего так?

   - Родители развелись очень давно, жил с отцом. А три года назад он провалился под лёд во время зимней рыбалки.

   - Утонул?

   - Нет, успели вытащить. Но получил двухстороннее воспаление и умер.

   - Соболезную.... А свою семью, почему не завёл?

   - Была жена....Да развелись через год....

   То, каким тоном было сказано, не настраивало на продолжении разговора на эту тему. Палатку решили не ставить, на эту высоту туман от моря не доставал. Я лёг в машину, а он на надувной матрас.

   Справа пылал УАЗ, а сзади с пистолетом был милиционер. Я же не стал стрелять в ответ для острастки, и мы скрылись за крайними деревьями, и там остановились. Бежать в темноте вглубь леса без света не стоит. Но и воспользоваться фонарём было бы безрассудством. Подождём, пока уедет милиция, и вернёмся на дорогу. Или пойдём вдоль края леса. Пожарный автомобиль не стал останавливаться и поехал к горевшей машине. Милиционеры о чём-то совещались у открытой двери, вероятно, докладывали по рации.

   - Саня, нужно скорее уносить отсюда ноги. Если пришлют подмогу, да ещё с собаками, нас быстро схватят.

   - Тогда давай быстро до перевала, а потом перебежим на ту сторону дороги. Пока нас будут искать здесь, мы дворами доберёмся до дома.

   - У тебя перцовая смесь ещё осталась? - спросил его уже на бегу.

   Он порылся в кармане и ответил: - Совсем чуть-чуть.

   - Разбросаешь перед дорогой. Не думаю, что у них будет больше одной собаки. Но на всякий случай, надо бы сбить их со следа.

   - Предлагаю тормознуть такси или ″левака″ и уехать в другую сторону.

   - Неплохо. Только лучше на разных машинах и в разные стороны. А потом поодиночке доберёмся до дома.

   За разговором, мы перевалили на другую сторону сопки и остановились. Дорога была пустая. Понятно, что за пять минут, что мы бежали, подмога к ним не добраться бы не успела. Быстро перебежали на ту сторону и устремились к домам. Там перешли на шаг и осмотрелись.

   - Кстати, у тебя деньги на такси есть? - спросил Александр.

   - Пятёрка имеется, думаю, хватит.

   - Вполне. Пора разделяться, не надо, чтобы нас видели вместе.

   Так и сделали. Я спокойным шагом пошёл влево, подальше от его дома. Спустился почти до Луговой, когда удалось ″поймать бомбилу″ на 412 Москвиче. Попросил подвезти на мыс Чуркин, к проходной рыбного порта. Сошлись на двух рублях. Когда подъехали прямо к проходной, я на его глазах вошёл внутрь. Но дальше тамбура не пошёл. Когда через три минуты вышел, его уже не было. Пешком отправился обратно. Добирался часа два, так, как этот район совсем не знал. Запомнил только некоторые ориентиры, когда ехали сюда.

   Издалека наблюдал за домом. Как и условились, вместо верхнего света, он включил настольную лампу в комнате, выходящей окнами во двор. Ещё раз осмотрелся. Вокруг никого не было. Что нормально для трёх часов ночи. Во всём доме горели только два окна. Сразу к подъезду не пошёл, а двинулся вдоль дома. Дойдя до угла, остановился. Никого. Хорошо ещё, что напротив нет дома, в котором кто-нибудь мог страдать бессонницей или быть любителем астрономии. Не стал шуметь лифтом, а пешком поднялся на этаж. Толкнул её от себя. Всё верно, не заперто.

   В прихожей появился обеспокоенный Сашка.

   - Наконец-то. Чего так долго?

   - От рыбного порта шёл пешком, да немного поплутал.

   - А я доехал до площади. Потом опять на морвокзал. А там всех досматривают. Спустился к ″Трансфлоту″ и от проходной порта уехал на попутке до Баляева.

   - Как с патрулями?

   - Прибавилось. Но меня не видели. Давай поешь или кофе? Я уже перекусил.

   - Ничего не хочу. Глаза слипаются, мне бы до кровати быстрее добраться. А пока пойду в ванну.

   Когда я вышел, диван был уже приготовлен.

   - Давай новости посмотрим, что ли.

   - Ты чего? Телевизор уже не работает. Только утром начнётся вещание. Я радио послушал. Наше и западное.

   - Давай, рассказывай.

   - Главным по похоронам назначили Алиева. А ″голоса″ сказали, что было покушение.

   - Ничего себе! Вот так дела! Азеры и так почти все в Россию переехали, торговлю под себя подмяли, а что тогда будет, когда земляк во главе СССР станет.

   - Думаешь, будет как при Сталине?

   - Не дай Бог! Но вряд ли. Посмотрим ещё, что Пленум решит. А теперь я пойду спать.

   - Я с утра съезжу в порт, должен мой пароход подойти. Запасные ключи на столике в прихожей, если вдруг надумаешь куда выйти.

   - Хорошо. Но мне лучше остаться дома. Не хочу светиться перед соседями.

  - Как знаешь... Спокойной ночи.

  - Кстати, в моём времени, трамвай во Владивостоке ликвидировали.

  - Ничего себе! А что вместо него, троллейбус?

  - Его тоже собирались убрать, оставался только небольшой кусок. Машин слишком много. Первое место в России по количеству личных авто на душу населения.

  Будильник я завёл на пять часов. Привёл себя в порядок, позавтракал плотно, чтобы весь день не хотелось. Потом нажевал несколько пачек жвачки и стал формировать себе новое лицо. Провозился изрядно долго. Попросил у хозяина чёрный карандаш и стал прорисовывать морщины, чтобы казаться старше. Переоделся в одежду Сашкиного отца и стал выглядеть лет на сорок-сорок пять, не меньше. Чтобы скрыть голову без единого седого волоса и модную причёски, на голову надел фуражку. Александр, оглядев полностью завершённое преобразование, очень поразился перемене образа. Достал листок с моим фото и сравнил.

  - Нисколько не похож. Совершенно точно. Если бы не проверка документов, можно было бы спокойно сесть на поезд или автобус.

  - Мне главное, выбраться из Приморья, а там будет намного легче, - только я это сказал, как он расхохотался.

  - У тебя и голос изменился. Стал стариковским. Ладно, пора. Ты выходи первым и походи по окрестностям, посиди на лавочке. Но только, чтобы видеть гаражи. Как я загружусь, то можешь садиться на трамвай и ехать к багажному отделению. А адрес я сам напишу, ты главное дай тот, кому отправляешь груз.

  С этим делом я справился ещё вчера. Долго перебирал своих знакомых, решая, кому направить ящики. Хотел все направить по разным адресам. Но была вероятность, что органы на них могут выйти. Если не на всех, то даже одного достаточно, чтобы понять, что я перебрался в эти места. Решил, что отправлю нашему сотруднику, который только в сентябре к нам устроится после института. Мы с ним станем приятелями. Поэтому, его адрес я хорошо знаю. Милиция и КГБ на него выйти никак не сможет. Как только отправим, то позвоню ему из автомата. Вот только надо придумать, что сказать.... Нет, нельзя. Я почти уверен, что весь межгород прослушивается. Позвоню, только тогда, когда выберусь из края. Насколько я помню, багаж едет три недели. И на станции может храниться месяц. Так что, мне нужно будет за полтора месяца добраться до Москвы. Иначе я пропаду. А так, есть шанс переждать смутное время.

  - Знаешь, я передумал ехать с тобой.

  Сашка удивлённо уставился на меня, ожидая продолжения.

  - Нет, я не испугался. Просто не вижу смысла. Лучше я поеду на Первую Речку.

  - Зачем?

  - Там большая железнодорожная станция, где формируются грузовые составы. Посмотрю, насколько реально забраться в вагон. Я не вижу никакого легального способа выехать из края. Не век же мне тут околачиваться. Тем более, когда багаж отправиться, мне же нужно будет его получить. Неизвестно ещё, сколько времени уйдёт на дорогу.

  - Может ты и прав. Но, если идти туда, то лучше бы выглядеть как бич, собирающий хрусталь.

   Я, было, хотел переспросить, откуда взяться хрусталю на станции, но потом вспомнил, что так здесь называют пустые бутылки. Он прав, на бича меньше бы внимания обращали. Но я уже побрился. А чтобы сойти за него, нужно иметь как минимум трёхдневную щетину и мятый вид.

  - Придумаю что-нибудь. К примеру, что ищу работу или приятеля. По месту определюсь, что сказать. А ты, когда вернёшься, не забудь про условный сигнал на окне.

  - Честное слово, просто смешно это слышать в наше время. Прям, как в кино про Штирлица.

  - Ничего лучше в данный момент не придумаешь.

  - Хорошо. Делай, как считаешь нужным.

  Я вышел первым, соблюдая все меры предосторожности, дабы не попасть на глаза соседям. Направился было, на остановку, но потом передумал. Ещё вчера Сашка мне нарисовал приблизительную карту окрестностей. Насколько смог, запомнил. Брать с собой, не рискнул. Да, сейчас особо остро ощутил, что мне не хватает интернета! Не торопясь, чтобы соответствовать новому облику, дошёл до площади Баляева. А оттуда, по одноимённой улице стал спускаться в долину, где была товарная станция и депо. С непривычки, спускаться с сопки в туфлях, было тяжело. Кроссовки были ещё в дефиците. А туристические ботинки, не соответствовали тому, что было на мне одето. За полчаса, добрался до железной дороги. В действительности всё оказалось намного масштабнее. Вначале шло депо, вагономоечный комплекс, а только потом пути с товарными вагонами. Приходилось обходить длинные составы, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания тем, что вроде бы прилично одетый, а лазает под вагонами. Да и самому не хотелось испачкаться.

  Особое неудобство доставляли бетонные заборы. Но и в них, подчас в неожиданных местах, удавалось найти пролаз. Пару раз меня окликали, интересуясь, кого я ищу, но я делал вид, что не слышал их. Через два часа блужданий, когда уже подкашивались ноги от блужданий по шпалам и междупутьем, да и июльский полдень давал о себе знать, вышел за территорию. Пересёк основную магистраль, ведущую к вокзалу, и уселся на поваленное дерево. Здесь был не-то бывший сквер, не-то кусок леса. Перекус не занял много времени, и я отправился на другую часть станции, отделённой от первой автомобильной эстакадой.

  Здесь, в отличие от предыдущего места, здесь было много составов с цистернами, сказывалось присутствие соседней нефтебазы. Они не годились для долгого переезда. Всё время на виду, да и воняет от цистерн сильно. Вдобавок и грязно. Платформы с морскими контейнерами тоже не подходили. А вот полувагоны, с обычными контейнерами, меня устраивали вполне. Дело в том, что контейнера были разной высоты. И если низкий находился между высокими, то на нём можно было вполне комфортно устроиться. Поперёк всех путей проходил виадук, имевший посредине спуск к платформе. Поднялся на него и оттуда открылся отличный обзор всей станции. Заодно стал наблюдать за формированием состава. Пока я присматривался к системе, как их грузят и готовят к отправке, ко мне подошёл один тип. На железнодорожника он не походил нисколько. Но чувствовалось, что это его вотчина, настолько нагло он себя повёл.

  - Ты кто такой? - спросил, перекатывая во рту спичку.

  - А ты, как думаешь?

  Он окинул взглядом меня от ботинок до фуражки, посмотрел по сторонам и, выплюнув спичку, и процедил сквозь зубы:

  - Значит, слушай сюда. Сейчас ты делаешь разворот на сто восемьдесят градусов и никуда не сворачивая идёшь до упора. Потом можешь вправо или влево. Про обратный курс забудь. Если снова пересечёмся, то потом пеняй на себя.

  Я понял, что это он из тех, кто высматривает, где и какой груз находится. А потом по дороге их выдёргивают. Меня он принял за конкурента, а не за соглядатая, иначе бы так не разговаривал. Впрочем, я почти всё здесь узнал и мог уйти сам по себе, но быть выгнанным в шею, меня не прельщало. Тем более, я хотел дождаться отправления хотя бы одного состава с контейнерами. Мне нужно узнать, поднимаются ли составители или грузчики по приваренным скобам наверх, чтобы заглянуть внутрь.

  - Ты знаешь, что я могу тебе посоветовать сделать то же самое.

  От подобной наглости он настолько опешил, что так и застыл с открытым ртом, не зная, как ответить. Потом подошёл вплотную и буквально прошипел:

  - Если через секунды ты не начнёшь сваливать отсюда, то тебя будут в гроб складывать по частям, потому, что ты пролазил под вагонами, а поезд возьми и тронься.

  Я оглянулся по сторонам. Электричка ушла минут пять назад. Пассажиры разошлись. Следующая будет не скоро. На выезд из города вытягивается состав с порожними вагонами из-под угля. Навстречу едет пассажирский поезд. На соседнем пути формируют состав, и вагоны с лязгом ударяются один об другой. Диспетчер кого-то вызывает по громкой связи. В общем, обычная рабочая обстановка. И людей почти не видно. Только ходят вдоль состава пара сцепщиков, но им незачем вверх смотреть.

  - Хорошо-хорошо, ухожу. А может тебе денег дать, чтобы позволил мне побыть здесь до вечера? - и я полез в правый карман. Выстрел прозвучал громко только для меня. А за всем этим шумом и лязгом, его было слышно не далее, чем пять метров.

  Я тут же подхватил, начавшего было оседать незнакомца. Ещё раз оглянулся. Всё нормально. Резко присел, двумя руками рванул за ноги уже покойника и перебросил через перила вниз, как раз в проходящий пустой вагон из-под угля. Подобрал гильзу, обтёр её и забросил в другой вагон. Затем быстро, не поднимая головы, перешёл в сторону пригородных касс и скрылся в растущих вокруг зарослях. Там снял пиджак и кепку, сложил в сумку, в которой был термос и бутерброды. И не спеша пошёл к трамвайным путям.

  Проехал одну остановку. Потом пересел на автобус, а затем уже на трамвай, идущий до Луговой. Домой возвращаться было рано. Увидел неподалёку кинотеатр ״Владивосток״. Взял билет и посмотрел фильм ״Письма мёртвого человека״, с Роланом Быковым в главной роли. Он был явным ответом на американский фильм ״На следующий день״, о последствиях ядерной войны.

  Даже после фильма, возвращаться было рано. Пошёл в парк Минного городка. Там оказался ещё один кинотеатр, на этот раз детский, ״Буратино״. Насколько помню, фильм назывался ״Детство Бемби״. Сюжет абсолютно не помню, так как весь фильм проспал.

  После сеанса обнаружил, что солнце уже село и пора идти к дому. Издалека взглянул на окна и убедился, что можно спокойно возвращаться. Сашка встретил меня сильно обеспокоенным. Нехорошие мысли тут же зароились в моей голове.

  - Как багаж, отправил?

  - Багаж? Ах да, ящики отправил. Там всё нормально обошлось.

  - Что же тогда случилось, раз ты места себе не находишь?

  - Дело в том, что специмущество придётся везти в Ванино.

  - Что за спец имущество и, причём здесь оно?

  - Так у нас по документам проходят ракеты.

  - Какие ещё ракеты?!

  - Да те, которые с Чукотки мой пароход привёз.

  Всё оставшееся время готовились к предстоящему отбытию с судна. Если пришвартуют ночью, то после ноля будет вахта Александра, и он найдёт предлог отправить вахтенного матроса минут на пять от трапа. Вот только, куда я пойду среди ночи? Впрочем, там видно будет. А пока, от нечего делать, смотрел в иллюминатор. Вскоре на горизонте показались вершины гор. Это был Сахалин. Сашка сказал, что до него километров сто. А слева берег всего лишь в десяти километрах. Но каюта у него с правого борта. Глядя на волны, задумался и не сразу услышал, что меня окликнули.

  - Валер, ты что, оглох?

  Я обернулся и посмотрел на него.

  - Я тебя три раза позвал.

  - Крикнул бы громче.

  - Ага, чтобы кто услышал, что у меня в каюте кокой-то Валера, когда на судне нет никого с таким именем.

  - Ну извини. Чего звал-то?

  - По радио такие новости передали, что я офигел. Правда, услышал только окончание, так как, только что вышел из туалета.

  - И что там, наверно нового генсека выбрали?

  - Про генсека может, и говорили, но это тебе лучше знать, ты же в каюте был.

  - Задумался о своём, да и громкость на самом минимуме стоит.

  - В общем, компартии каких-то республик решили выйти из КПСС.

  - Как это выйти из КПСС?

  - Откуда я знаю, как. Насколько я понял, они обиделись, что их людей не избрали в Политбюро.

  - Погоди, сейчас достану приемник, и послушаем Запад.

  - Давай, попробуем.

  Но на моём транзисторе все диапазоны глушились. Сквозь сильный гул можно было разобрать только отдельные слова. Не стали себя мучить и выключили транзистор. Эх, надо было раньше включить, когда были далеко от берега. А сейчас уже поздно, скоро Совгавань. Переключил на ״Маяк״, через десять минут будут ещё Новости. Нетерпеливо поглядывали на часы, и вынуждено слушали Брамса. Наконец прозвучали позывные, и диктор стала читать выпуск ״Последних известий״.

  Да, тут было от чего тронуться. После вчерашнего решения Пленума о новом составе Политбюро, Первые секретари и большая часть членов ЦК из одиннадцати республик, за исключением Белоруссии, Молдавии и Киргизии, вылетели к себе. Срочно созвали свои Пленумы и к полудню приняли решение выйти из подчинения союзной КПСС. А прибалтийские, азербайджанские, грузинские, узбекские и туркменские коммунисты решили вынести на завтрашние сессии Верховных Советов, вопрос о выходе из СССР. Народных волнений или других проявлений силового характера не происходило. А может, замалчивают, чтобы не накалять обстановку раньше времени. Пленум, не смотря на то, что опустел на половину, осудил демарш коммунистов Союзных республик и призвал их к отмене принятых решений и готовность пересмотреть своё вчерашнее постановление.

  Через полчаса, в следующем выпуске, уже сообщалось, что студенты некоторых московских вузов, забросали баночками с тушью и чернил, здания представительств тех республик, которые приняли вышеупомянутые решения. Зданиям нанесён незначительный ущерб. Хулиганы успели скрыться до приезда вызванных сотрудников милиции.

   Интересно, откуда студенты в начале августа в Москве? Правда, два месяца назад, когда наши выиграли у венгров со счётом 6:0, на чемпионате мира по футболу в Мексике, то толпа студентов нечто подобное сделало с посольством Венгрии. Но тогда было начало июня, сессии в разгаре и все студенты в городе.

  - Пойду в столовую, гляну, что по телевизору показывают. И в радиорубку загляну, может какой циркуляр пришёл.

  Вернувшись, поделился новостями. По телеку визуальная картинка только с пленума, с мятежных республик никаких телерепортажей. Президиум Верховного Совета СССР постановил о созыве на завтра Внеочередной Сессии Верховного Совета. По тому, прилетят ли делегаты из всех республик, станет ясно, удастся ли нормализовать прежние отношения, либо конфронтация продолжиться.

  Помполит мечется, не зная, что ему радировать в партком пароходства. От всех требуют доложить, как складывается обстановка на судах, ввиду наличия в экипажах уроженцев почти всех республик. Тем более, капитан ״Кирдищева״ эстонец. А в трюме ракеты.

  - Чего им бояться ракет, их же невозможно применить?

  - Может, бояться, что примет решение уйти в Японию, она под боком.

  - Оружие у него есть?

  - Я точно не знаю, но ходят слухи, что у каждого капитана в сейфе лежит пистолет. Когда стану им, тогда и узнаю. Грузовым помощником я стал всего лишь в этом году и на этом судне.

  - Чувствую, что усилят охрану при выгрузке этих изделий. Как бы нам не помешали.

  - Если и будет усиление, то коснётся груза, а не экипаж.

   Так и вышло. Пришвартовались сразу правым бортом. Когда два буксира швартовали наше судно, то на другом берегу узкой бухты, я заметил паром ״Сахалин -5״. Вот, оказывается, как он выглядит! Приходилось слышать о паромной переправе Ванино-Холмск, но никак не ожидал увидеть всё так близко. Свет в каюте погасил, чтобы меня случайно не увидел кто-нибудь из экипажа, выйдя на причал.

  Нас уже ждало оцепление из десятка солдат и лейтенанта. Поднялась носовая часть и выдвинулась аппарель. Вахтенный матрос и второй штурман заняли там своё место. По судну постоянно сновало несколько человек из экипажа, несмотря на второй час ночи. Сашка меня постоянно информировал по телефону о том, как складывается обстановка. Потом он и сам появился. Забрал рюкзак и отнёс его в помещение возле аппарели, чтобы мне помочь. Решили дождаться смены вахты, потому, что началась выгрузка, а его прямая обязанность контролировать её и потом оформить все бумаги.

  Я сидел в полной готовности покинуть судно. Жевательную резинку уже затолкал на свои места. Вдруг и здесь уже моё фото появилось. По любому, нужно садиться в поезд уже в новом образе, а не менять его в пути, шокируя попутчиков. Правда, не представляю, как я буду питаться. Ладно, что-нибудь придумаю.

  Между тем, выгрузка продолжалась в интенсивном темпе. Разобранные ракеты вытаскивались из трюма и тут же грузились в крытые вагоны, стоявшие напротив нас.

  В очередной раз позвонил он и сказал, чтобы я шёл на выход. Схему судна и путь к грузовой аппарели я выучил наизусть. Как и договаривались, я спокойным шагом прошёл по коридору и вышел на палубу. На голове у меня была обычная строительная каска рыжего цвета, чтобы походить на грузчиков. Когда я спустился вниз, Александр куда-то отослал вахтенного матроса. Быстро набросил на плечи рюкзак и сошёл на причал.

  Сашка уже был на берегу, сменившись с вахты.

  - У меня есть не больше часа. Через проходную не пойдём, тут есть калитка, которая не запирается. Там поищем, на чём добраться до вокзала. Вообще-то, здесь полтора километра, управлюсь, по любому. Поезд из Совгавани прибудет около десяти утра. Стоянка 15 минут. Мы, скорее всего, уже уйдём обратно, отсюда груза нет.

  Перешли через пути, и вышли на дорогу. Машин ни в одну, ни в другую сторону не было. Повернули направо, и пошли, поминутно оглядываясь, надеясь на транспорт. Рюкзак несли по очереди. Когда до вокзала оставалось метров триста, нас догнали ״Жигули״, но нам авто уже ни к чему. В этот ранний час, в зале ожидания было всего два человека. За билетом пошёл Сашка. Вернулся минут через пять, весьма довольный.

  - Тебе повезло, какая-то семья сдала билет, им удалось достать на самолёт. Никому не охота семь с половиной суток отпуска тратить на дорогу. Правда, этот поезд не подарок. В Комсомольске будет стоять больше четырнадцати часов, а в Хабаровске почти пять.

  - Ничего себе! Почему так?

  - Это только в расписании, он прямой. А так, состоит из кусков. А уже с Хабаровска поедет полноценным. Ну ладно, мне пора. Адрес помнишь, буду рад, если узнаю, что у тебя всё благополучно сложится.

  Пожали друг другу руки, и распрощались. Впереди меня ждал очередной отрезок. Не только пути, но и жизни. В поезде не спрячешься и незаметно не скроешься. У меня даже нет специального ключа, чтобы в случае чего открыть дверь. В зал ожидания вошёл милиционер. Я постарался сделать расслабленный вид. Он скользнул взглядом по немногочисленным пассажирам и вышел. Отлегло от сердца. Даже не знаю, чтобы я делал, спроси он документы. Стрелять на смерть не стал бы. Но и скрыться мне бы никто не позволил. Уже рассвело, а леса рядом нет. Центр посёлка, как-никак. Что будет, если документы захотят проверить в пути? Даже гадать не стану. Посмотрел на часы. Шесть часов утра. До поезда ещё четыре.

  Управление КГБ по Приморскому краю.

  Виктор Чебриков проводит последнее заседание перед вылетом в Москву. Неопределённый статус, в котором он оказался, не прибавлял уверенности в его работе.

  Формально, он, Председатель КГБ при Совете Министров СССР, член Политбюро, подчиняется Николаю Рыжкову. Фактически же, Генеральному секретарю. А сейчас, его заместитель Владимир Крючков входит в Политбюро, а он нет. Генсек так и не назначен. Теперь приходится докладывать и отчитываться обо всём, своему заму. Абсурд полный!

  Ввиду неопределённости своего статуса и патовой ситуации в верхах, упало и рвение на местах. Даже здесь, во Владивостоке, не смотря на его присутствие, которое затянулось сверх всякой меры.

  Внимательно окинув взглядом всех собравшихся. Особого толку от проведения сегодняшнего заседания он не ожидал, так, как вся информация в первую очередь попадала к нему. Но ритуал следовало соблюдать.

  - Итак, товарищи. Прошло две недели со времени покушения на товарища Горбачёва. Главного успеха - поимки преступников, совершивших это преступление, мы не добились. Прошу доложить, что нам известно на данную минуту. Начнём с Вас, Константин Александрович, - обратился он к Начальнику Управления.

  Генерал-лейтенант Григорьев, бросил взгляд на лежащие перед ним бумаги. Их содержимое он знал уже наизусть.

  - На данную минуту нам известно следующее:

  - В покушении принимало участие не менее двух человек Абсолютно точно известно имя одного подозреваемого, это геофизик Московского НИИ геофизики, Валерий Доронин. Второй соучастник не известен. Версия, что это мог быть лейтенант Плавшуда, ничем, к сожалению, не подтверждается.

  - А у Начальника УВД есть косвенное подтверждение, - перебил его Председатель. - Анатолий Андреевич, это так?

  - Так точно. В Нерюнгри, перед загрузкой углём для Владивостокской ТЭЦ-1, в одном из вагонов был обнаружен труп Медведева, Николая Григорьевича, сторожа базы номер пять, Приморского ОРСа. Причиной смерти стало огнестрельное ранение в грудь. Дату смерти установить удалось приблизительно. Пять-шесть суток. Пуля, извлечённая из тела убитого, была выпущена из пистолета Макарова, принадлежавшего лейтенанту Плавшуде.

  - Удалось установить, - продолжил, как ни в чём не бывало генерал-лейтенант, - что Валерий Доронин, приобрёл два баллона с газом в посёлке Смоляниново, за двое суток до покушения. Свидетели подтвердили, что он был в автомобиле УАЗ один.

  - Может сообщник его поджидал в стороне?

  - Работники, грузившие баллоны в автомобиль, утверждают, что в салоне больше не было свободного места, чтобы там мог ещё кто-нибудь поместиться.

  - Тогда откуда взялся второй?

  - Это мог быть житель Владивостока, раз преступник скрылся в направлении города, а потом сжёг УАЗ в его пределах.

  - А если это Медведев и есть сообщник, а Доронин его и убрал, заметая следы?

  - Мы опросили его знакомых и родственников. В момент покушения он находился в Уссурийске. Подтверждается несколькими свидетелями.

  - Какие ещё есть подтверждения пребывания подозреваемых в городе?

  - Больше никаких.

  - Из того может следовать только два вывода. Они залегли глубоко на дно, либо покинули пределы города, а возможно, и края. Добавлю ещё информацию,- продолжил Чебриков, - Московские коллеги изъяли письмо, которое Доронин направил родителям. Прошу копию письма раздать присутствующим.

  Помощник Начальника Управления положил перед каждым фотокопию письма. Минуты три стояла тишина, все углубились в чтение.

  - Насколько, сведения, изложенные в письме, соответствуют действительности? - спросил заместитель Начальника УВД.

  - Если верить тому, что написано в письме, то всё сходится. Но эти слова подтвердить некому. Если допустить, что произошёл трагический случай, и Доронин оказался в безвыходной ситуации, а затем совершил действия, которые описал, то дальнейшее не укладывается в образ жертвы обстоятельства. Хладнокровно подготовить и совершить убийство Генерального секретаря и других, не имеющих никакого отношения к инциденту в тайге - это уже за гранью понимания. Это не похоже на спонтанное поведение или действия, совершенные в состоянии аффекта.

  - А если допустить, что кто-то, узнав о таком его положении, и шантажом вынудил участвовать в преступлении?

  - Сидеть у дороги и ждать, что появиться человек, которого можно задействовать в теракте? - вопросом на вопрос ответил докладчик.

  - Тем не менее. Второй участник был и от этого нам не отмахнуться. А кто из них был на каких ролях, это мы узнаем, когда задержим всех участников покушения. Дальнейшее руководство расследованием возлагаю на генерал-лейтенанта Григорьева, - подвёл итог Виктор Чебриков.

  Конечно, глупо было надеяться на то, что примут мои условия. Так и получилось. Диктор ни разу не запнулся при перечислении городов и точного времени в них. Понимаю, что эта постоянная заставка воспроизводится в записи, но один раз можно и вживую сказать.

  Хорошо поразмыслив, я понял, что ничего бы не доказал, а сам засунул бы свою голову в петлю. Мой рассказ о событиях, которые произошли в моей истории, все бы восприняли как бред. Но и пожизненное содержание в клинике закрытого типа, мне не светила. На закрытом процессе вынесут смертный приговор и расстрел на рассвете. И Александра за компанию, как соучастника. А уж вынудить меня во всё сознаться и выдать соучастников, методы найдутся.

  Как говорил один исторический деятель, ״Мы пойдём другим путём״. Или, как я обозвал её для себя, ״Заняться самовывозом״. Зря, что ли такой арсенал приволок сюда. Составил список из десяти фамилий, носители которых осознанно или нет, но приложили руку к подталкиванию страны к пропасти.

   Уже отвык, поминутно проверять карманы, в поисках мобильника. Тем более, имея его и находясь в подобной ситуации в моём времени, пришлось бы рисковать быть обнаруженным. Один день посвятил поиску информации о персоналиях. И легко обошёлся без интернета. Приехал на Киевский вокзал и подошёл к киоску ״Мосгорсправки״. Заплатил сущие копейки и получил справку с адресом. Потом позвонил из автомата и спросил номер телефона этого субъекта и тут же бесплатно мне его продиктовали.

   В одном месте интересовался только одним человеком. Благо, этих киосков было много, чуть ли не у каждой станции метро. Успел даже проехать к дому одного персонажа. Видеокамер на каждом углу ещё не навешали. Поэтому спокойно наблюдал за домом, определил подъезд, этаж и окна квартиры. Вот только в подъезд не стал пробовать входить.

  В общем, к исходу недели побывал по всем адресам и несколько раз звонил на домашний номер. Мне даже говорили, когда отсутствующий имярек будет дома. Как сказали бы сейчас: ״Страна непуганых идиотов״. Но я с этим определением не согласен, вовсе не идиотами мы были. Это уже потом, нас запугали до смерти. А железными дверьми стали обзаводиться уже в конце восьмидесятых, с развитием кооперативов и растущей по этому случаю криминализацией.

  Долго наблюдать за каждым, у меня не было времени. Поэтому, поздно вечером, почти в полночь, я расположился в укромном месте у дома первой жертвы. Он должен подъехать на служебной машине около полуночи. Дело в том, что он Главный редактор популярного еженедельника, а завтра выходит очередной номер.

  Почему он является целью номер один? По вреду, который принесла его деятельность. Ведь промывка мозгов и подталкивание мыслить в нужном направлении, ничуть не вреднее самих действий. Достаточно вспомнить, что ״Капитал״ направил миллионы людей в ту сторону, в которую они даже и не смотрели. А с каким риском, большевики провозили в Россию ״Искру״, а потом ״Правду״? Они хорошо понимали силу печатного слова, даже изрекли: ״Из ״Искры״ возгорится пламя!״. Гитлер тоже начал свой путь к вершине власти, с написания ״Майн Кампф״.

  Вот показалась, въезжающая во двор кооперативного дома, черная ״Волга״. Быстро заскочил в подъезд и встал в тамбуре. Фары осветили дорогу и стоявшие вдоль тротуара машины. Машина сбавила скорость и, скрипнув тормозами, остановилась у подъезда. Только бы она уехала сразу! ״Макаров״ снят с предохранителя и пока зажат в левой руке, пусть только она пока потеет от напряжения.

  Осторожно смотрю в окно. Пассажир стоит у открытой двери и что-то говорит водителю. Потом захлопывает дверь и поворачивается к дому. Свет от фонаря освещает лицо, и я убеждаюсь, что это тот, кто мне нужен. Только бы никто не вздумал в эту минуту выйти из дома! Машина трогается и отъезжает от тротуара. Быстро перекладываю пистолет в правую руку и отступаю на два шага, в тень от уличного фонаря, светящего сквозь окно.

  Дверь подъезда открывается и в тамбур входит невысокого роста мужчина. Я пинком отправляю ему под ноги пустую консервную банку. Он инстинктивно опускает голову, разглядывая предмет. То, что мне и нужно, он даже не успел разглядеть меня, тем более, на голове у меня накомарник. Стреляю в правое колено, а когда он упал, простреливаю левое. Грохот от выстрелов дал по ушам, а тут ещё и его крик добавил шума. Переступаю через него и выбегаю из подъезда. Но не на тротуар, а бегу вдоль дома по отмостке, прижимаясь к стене, чтобы меня нельзя было разглядеть из окон.

   На последнюю электричку я опоздал, да и не поехал бы на ней. Там можно легко засветиться. Тем более, на утро у меня намечен ещё один адрес, где нужно повторить подобное действие. А заночую я на чердаке дома, неподалёку от второго адреса.

  Надел на себя синий халат, и так шёл пешком почти час, хотя общественный транспорт ещё ходил. Главной задачей было успеть укрыться от случайных прохожих, что я и делал, сворачивая в сторону. Вот я и на месте. Это дом, я обнаружил случайно. Старый московский двор, в пределах Садового кольца. Первый этаж кирпичный, второй деревянный. В нём располагалась строительная контора. Ночного сторожа или еще, какой другой охраны не имелось. Дверь и окна, конечно стояли на сигнализации, да мне внутрь и не надо.

  По задней стене, была закреплена железная пожарная лестница. По ней я взобрался на крышу и через отсутствующее стекло чердачной двери, пролез внутрь. На моё счастье, там лежали стопки бумаг, перевязанные шпагатом. Судя по датам на документах, эта контора здесь находится с пятидесятых годов, если не раньше.

  Минут сорок я всматривался в окно, опасаясь того, что меня кто-то заметить. Но всё было тихо. Будильник уже стоял на пять часов. Ничего, отосплюсь у себя в лесу, если доберусь.

   Вставать решительно не хотелось, хотя и уснул как убитый. Умылся из бутылки, заранее припрятанной в кустах перед домом. Если повезёт, то удастся избавиться ещё от одного деятеля, приложившего руку к тем потрясениям, что случились со всеми нами.

  К дому внука известного писателя в Хамовники, прибыл довольно рано, первым поездом метро. Этот персонаж, не смотря на его не спортивную фигуру, по утрам делал пробежку. Маршрут пролегал и через небольшой парк. Или это был большой сквер? Кроме него, подобным занятием баловались ещё двое-трое любителей бега трусцой.

  Укромных мест, где можно устроить засаду, почти не было. Пришлось забраться в густой кустарник, отделявший сквер от проезжей части. Приготовил оружие, всё тот же милицейский пистолет. Время тянулось медленно. Вот этого я не учёл! Появились редкие граждане с собаками, и некоторые облаивали кусты, за которыми я улёгся. Один владелец четвероного было сунулся, но увидел лежащего незнакомца в рабочем халате и сильно храпящего. Быстро оттащил собаку за поводок и стал выговаривать ей, что от таких дядей можно нахвататься блох.

  Снова стал наблюдать за дорожкой. Двое бегунов любителей пошли на второй круг, а моей цели не видно. Неужели сегодня не появится? Ничего, подожду ещё полчаса и надо уходить. Пережду в тихом месте до вечера, у меня ещё есть на сегодня работа в другом месте.

   Когда я уже не надеялся на результат, появился тот, кто мне нужен. Но не один. С ним бежал неизвестный мне человек, выше и стройнее первого. Вот же незадача! Сегодняшнее дело явно сорвалось. Кто-то поставил свечку за ״Реформатора״. Сейчас уходить нельзя, заметят. А вот, когда побегут обратно, тогда и ретируюсь.

  Эта пара бежала не торопясь, как и положено, о чём-то оживлённо переговариваясь. Когда они подбежали совсем близко, я не поверил своим глазам. Меня как током ударило. Рыжие волосы подсказали, кто передо мной. Я и не знал, что они уже знакомы, думал, что это Ельцин их свёл, когда стал Президентом России. Вот оказывается, когда они задумали свои реформы. Возможно, и намерения были самые добрые, а в итоге произошла катастрофа. Вот, к НЭПу переход был совсем другой и результат не заставил себя ждать. Ну, ничего, попробую немного поправить ход истории.

  Когда они пробежали дальше, я огляделся. В мою сторону никто не идёт. Быстро выбрался из зарослей и пошёл в ту сторону, куда побежали за здоровьем беглецы от инфаркта. Надел на голову накомарник, но сетку пока на лицо не опускал. Руку с пистолетом засунул в карман халата. Наклонил голову и палкой стал разгребать траву, словно выискивая пустую посуду. Раз меня приняли за бомжа, тогда и не буду выходить из этого образа.

  Двое уже бежали обратно. Когда оставалось десять метров, я опустил сетку и повернулся к ним лицом. Они прекратили разговор, с любопытством разглядывали чудака в накомарнике. Пять метров. Пора! Вытаскиваю пистолет и, направив его на внука писателя, нажимаю курок. Тот поднял руку, прикрывая голову, но пуля попала в бедро. Тут же перевёл оружие на рыжего, который остановился, с удивлением глядя на падающего соратника. Выстрел! Нога так и подломилась в простреленном колене. Быстро сделал еще по одному выстрелу по коленям и, снимая халат с накомарником, нырнул в кусты. Через десять секунд уже оказался на другой стороне дороги и спустя две минуты спокойно спускался по эскалатору станции ״Спортивная״.

  В вагоне снял куртку и остался только в рубашке. Через двенадцать минут вышел на ״Юго-Западной״ и сел в рейсовый автобус, едущий во Внуково. По дороге сошёл и по прежнему опыту, на заправке за три рубля попросился подвести до Малоярославца. Оттуда уже на электричке вернулся до станции Латышская и лесом добрался до палатки.

  Евгений Примаков, новый Председатель КГБ, собрал Начальника Московского Управления генерал-лейтенанта Николая Челнокова и Владимира Крючкова, Начальника Первого Главного Управления, а проще, внешней разведки, в кабинете первого заместителя. Прошло только два дня, как похоронили Виктора Чебрикова, и он пока не решался занимать кресло, в котором тот покончил с собой.

  - Евгений Максимович, раз ты меня вызвал, то полагаешь, что этот террорист уже за границей? И без моей агентуры его не поймать? - с иронией спросил генерал Крючков, всматриваясь в лицо нового Председателя.

  - Шутить изволишь, Владимир Александрович, мы сами не понимаем, зачем ты понадобился какому-то маньяку, средь белого дня, стреляющего в людей. Тем более, в центре Москвы. Ты же знаешь, что после покушения на Горбачёва, он скрылся, а спустя три недели объявился здесь. И что самое непонятное, хочет поговорить с тобой, - как смог, объяснил номинальный хозяин кабинета. И видя недоумение на лице генерала, продолжил. - Да ты прочти рапорт и послушай запись беседы с капитаном Красюком. А потом записанный звонок подозреваемого в терроризме Доронина. Может, хотя бы ты прояснишь нам, чего ему от тебя нужно и откуда он тебя знает.

  Владимир Крючков сосредоточенно вслушивался в записи, а потом внимательно прочёл рапорт. Отложил эти материалы в сторону и спросил:

  - А что ещё есть по этому персонажу?

  Евгений Примаков молча открыл ящик стола, достал папку с бумагами и протянул тому в руки. Крючков читал очень медленно, но никогда не возвращался на предыдущие страницы, видимо запоминал всё с первого раза.

  - Из этих документов следует, что за границей он не был. Значит, контактов с представителями иностранных спецслужб не имел. И на Родине в поле нашего зрения не попадал. То, что служил и работал на границе, ни о чём плохом не свидетельствует. Тем более что попыток и намерений уйти на сопредельную территорию не предпринимал, откровенно враждебных высказываний в отношении советского строя и руководителей партии и государства не вёл. Я правильно понял?

  - Всё верно ты определил. Но ответа, почему он вдруг стал таким, мы не имеем.

  - Да, я прочёл выводы психиатров. Они тоже не смогли обнаружить никаких психических отклонений. Я вот, что хочу понять. Отход ״Нахимова״ из порта должен был состояться на полтора часа раньше, тогда бы и не произошло рокового столкновения. Почему же так случилось, если вы решили предпринять некоторые меры предосторожности, после звонка Доронина?

  - Задержка с выходом произошла из-за того, что был отозван из отпуска начальник Одесского Управления, генерал-майор Крикунов, отдыхавший с семьёй в Сочи. Он и его жена не могли понять, зачем им нужно срочно прибыть в Новороссийск, чтобы сесть на теплоход, идущий в Сочи.

  - Получается, что если бы генерал не был отозван, чтобы предотвратить возможное столкновение, то теплоход бы отправился в рейс по расписанию и никакого столкновения бы не произошло?

  - В том-то и парадокс! Чертовщина какая-то. Откуда он мог знать, что мы так сделаем и случиться то, что случилось, хотя его звонок свидетельствует о том, чтобы это предотвратить.

  - Метафизика не по моей части, ты же знаешь. А вот если допустить её право на существование, то возникает ещё один парадокс, как ты выразился. То он убивает троих в тайге, потом генсека и ещё нескольких человек. Возвращается сюда.... Кстати, как так случилось, что он пересёк всю страну и его никто не обнаружил и не задержал?

  - Первое время вся транспортная милиция проявляла рвение, а потом, видимо, бдительность притупилась, - словно извиняясь за МВД, ответил Примаков.

  - Как же ему удаётся так точно и вовремя воспользоваться огрехами спецслужб? Ладно, продолжу. Возвращается, стреляет в троих, потом звонит и, проявляя человеколюбие, предупреждает о столкновении судов. А через несколько часов убивает на железной дороге. И апофеозом, сегодняшняя бойня в Лужниках. И причём здесь я? Может привлечь других врачей, пусть поработают над всеми этими материалами, соберут консилиум и поставят диагноз?

  - Так и поступим. А пока пытаемся понять, какая связь между теми людьми, которых он отстреливает по городу. Если допустить, что после Горбачёва он решил убрать его потенциального приемника, тогда, причём здесь журналист, и два экономиста? А сегодняшние жертвы...?

  Словно в подтверждение его слов, зазвонил телефон. Примаков снял трубку и выслушал беспристрастным лицом, не задавая никаких вопросов. После, он сообщил содержание звонка. В Ельцина попало две пули. Первая угодила в левую ключицу и задела лёгкое. Вторая, когда он уже упал, перебила позвоночник и спинной мозг. Вероятность, что восстановиться подвижность ниже двенадцатого позвонка, крайне мала. Бурбулис, Шахрай и ещё один неизвестный, скончались на месте, когда он добивал упавших.

  Николай Челноков понял, что очень скоро, может уже и завтра, он станет пенсионером. Пусть кто моложе ловят этого непохожего ни на кого, преступника.

  - А если сделать попытку заманить и схватить его, согласившись на контакт с ним? - предложил московский начальник.

  - Не думаю, что после череды убийств, он ещё надеется на такой контакт. Малый не дурак, и понимает, что ему не переиграть КГБ при возможном контакте. Все его познания основаны на фильмах, а мы прекрасно знаем, как оно есть на самом деле.

  - Тогда зачем ты меня позвал? - удивился в свою очередь Крючков.

  - Чтобы ты подтвердил или опровергнул, что он каким-то образом может быть полезен внешней разведки. Не покойного же Председателя или здравствующего начальника Московского Управления он вызвал на контакт. Теперь будем знать, что тебе он не нужен, и действовать станем соответствующе.

  Евгений Максимович, - вмешался генерал Чесноков. - Хотелось бы захватить его живым, чтобы выявить всех сообщников. А также, откуда у него сведения о маршруте кортежа Горбачёва. Не говоря уже о том, где он раздобыл оружие и взрывчатку.

  - НЕ забывай, что не найден его пистолет, второго геолога и милиционера.

  - А карабин, из которого сегодня стрелял?

  - Мало ли в тайге браконьеров. Мог припугнуть кого-нибудь и отобрать. Или здесь выкрасть или выменять за водку в любой деревне. Не то, откуда оружие сейчас важно, а то, кто ещё его потенциальная жертва. Вычислим это, тогда считай, что он у нас в кармане.

  - Кстати, а что это за люди, которые пострадали сегодня? - поинтересовался Крючков.

  - Первый раз сегодня услышал их фамилии. Как мне доложили, Бурбулис, завкафедрой Свердловского Института повышения квалификации. А Шахрай, ассистент юрфака МГУ. У них были удостоверения в карманах. Но всё равно, послали запросы, перепроверим. Третий, как я говорил, неизвестный. Опрашиваем свидетелей, которые не разбежались. Хотя, он стоял за трибуной и мог прийти один.

  - Если он ставил целью убрать Ельцина, то зачем убивать и совершенно не известных людей? Вошёл в азарт или ему больше нечего терять? Думаю, что теперь доктора свой диагноз изменят. Нормальный человек на это не решится, - высказался Крючков, вставая из-за стола.

  - Как я тебя понял, на контакт ты не пойдёшь и условного сигнала передавать не нужно?

  - Можешь передать, чтобы выманить и задержать, но мне он не интересен. Это твоё поле деятельности.

  - Хорошо. Тогда мы завтра же начнём передавать условный сигнал. Правда, ожидаю, что слушатели завалят Гостелерадио письмами, что дикторы стали плохо работать, если раз за разом оговариваются в эфире.

  - Да пусть пишут, значит им не безразлично, как у нас кто работает. Будет гораздо хуже, если никто не обратит внимание.

  Когда коллеги разошлись, Примаков отправил на Новокузнецкую улицу сотрудника, с письмом на имя Александра Аксёнова, нынешнего руководителя. В нём он просил сделать требуемую оговорку завтра и во вторник.

  Поручил проинформировать Красюка о возможном контакте с Дорониным и передать инструкции о том, что надо сообщить его знакомцу. Разрешил выдать в эфир согласованное сообщение о сегодняшней трагедии, в двадцать один час по московскому времени. Он посчитал сегодняшние события вызовом, брошенным лично ему прямо в лицо. И оттого, как быстро преступник будет пойман и понесёт наказание, будет зависеть ситуация в стране. Иначе, поднимут головы враги, внутренние и внешние, уверовав в неспособность спецслужб, а значит и государства, в обеспечение безопасности, как первых лиц, так и страны в целом.

  Генерал Крючков смотрел на лежащий перед ним лист бумаги, явно вырванный из тетради. Текст, разместившись лишь на половине странице, не прояснял ничего, а только запутывал.

  ״Выходит, Примаков подал сигнал от моего имени, тем самым подставив коллегу. Хотя, по большому счёту, какой он коллега. Это я, генерал, должен был занять кресло на площади Дзержинского, освободившееся после отставки Виктора Чебрикова, на которого свалили вину за покушение на генсека и аварию с автомобилем, в котором ехали Лигачёв и Яковлев.

  А может, всё наоборот? Евгений спасает его карьеру, став Председателем? Это генералам, в случае отставки, только и останется, что писать мемуары, а политик и учёный всегда будет востребован. Но мне и мемуары писать непозволительно.

  Что же, похоже, так оно и есть. Тем более, Примаков не ставил перед собой исключительно карьерных амбиций. Это выводит его за рамки привычного поведения, которому должен следовать тбилисский еврей, тем более, родившийся на Украине.

  Похоже, он решил всё-таки выманить ״приморского партизана״ из укрытия и схватить его. Судя по письму, этот малый не поверил ему. Но почему ему нужен я, ״широко известный в узком кругу?״ Допустим, его приятель, когда-то упомянул моё имя. Ну и что? Мало ли в ״конторе״ генералов. С таким же успехом, мог бы поставить на любого. На что он рассчитывает?

  Если это действительно он совершил все теракты, то зря надеется, что я смогу спрятать его от наказания, в одной из наших лабораторий. Судя по тому, что он столько времени не даёт себя поймать, у него ещё есть запас везения. Правда, пару раз он чуть было не оказался схваченным, но ускользнул.

  Вернувшись из Москвы, где у газетного киоска ожидал подвоза ״Вечерней Москвы״ и звонка по указанному в объявлении телефону, я стал думать, что делать дальше. Не имеет значение, поверят ли тому, что написал в тетради или нет, за меня возьмутся с утроенными усилиями. Надо убираться отсюда, пока есть деньги. Завтра же займусь приготовлениями.

  Как спала роса, а солнце поднялось выше, вытащил из палатки все вещи и принялся проводить ревизию своего имущества. На первый взгляд, куча была не большая. Это, если не учитывать палатку. Хотя, всё можно упаковать компактно и унести, правда, не далеко. Самой тяжёлой из этого, была тушёнка. Её ещё оставалось два ящика. Один здесь, а другой, поделённый пополам и спрятал в двух местах. Но не это меня озадачило. Куда девать оружие и патроны? Именно они составляли основной вес. Правда, один карабин я спрятал в Москве, пусть там и лежит. Но ещё два ППШ и один карабин, припрятаны в окрестностях. И почти четыре цинка патронов.

  Нечего и думать, унести это на себе. Если забирать всё, то нужен транспорт. Или оставлять оружие и патроны. И зачем я его столько набрал? С кем воевать собрался? Хотя, вряд ли найдётся такой, кто бы спокойно отнёсся к такому количеству оружия и остался равнодушным к нему. Оставит его здесь, значит бросить навсегда. Получается вроде того, как наши в войну выходили из окружения и прятали то, что стесняло их маневренность.

  Бензина осталось на день-два. Но заливать канистру больше не пойду, примус заправлю остатком и заберу. В последний день можно и на костре еду приготовить. Так, не надо отвлекаться от главного. Я ещё до сих пор и не решил, куда мне дальше двигаться, не выбрал главную цель.

  Спрятаться в другом лесу, подальше от Москвы? В палатке не выживу, а землянку не успею вырыть. Нет ни инструмента, и денег мало. Хотя, купить пару топоров, лопат и кирку хватит. Но нужно будет ещё печь сложить или буржуйку поставить. Но я опять не про то. Или найти заброшенную избушку. Ну, перезимую, а дальше что?

  А если попробовать уйти за кордон? Опять же, куда? В соцстраны соваться нет смысла, выдадут. В капстране вывернут наизнанку и всё придётся рассказать о службе и работе, иначе не оставят в стране и выдадут ״матёрого уголовника״. Про то, что из будущего, можно и не говорить, иначе разберут на молекулы.

  Если не в капстрану, то куда ещё? Как уже говорил, Китай и Корея отпадают. В Афгане война. Иран? Хрен редьки,... Тем более что из-за меня, начальник погранзаставы и ещё несколько человек пойдут под суд. Можно попытаться спрятаться на судне, уходящем в южную страну. Филиппины, Индонезию, Сингапур, Таиланд.... Но без сообщника на судне не получится. Сашка как-то сказал, что на осень и зиму их зафрахтовали японцы, вывозить из ЮВА автомобили. Только не помню, на гарантийный ремонт или просто бракованные? Хотя, это, кажется, одно и то же. Но если попадёмся, то обоим светит ״вышка״.

  Что-то я размечтался о тропиках. Наверное, оттого, что на улице уже прохладно, градусов десять. До Владика ещё добраться надо, а могу и не успеть, я ведь даже не поинтересовался, когда они уйдут. И до весны в Союз не вернутся.

  В общем, решил. Бросать здесь ничего не буду, а заберу с собой. А для этого нужен транспорт. Раз своего нет, то воспользуюсь чужим. Уговаривать кого-то отвезти меня туда-то - нельзя, опознают и донесут. Значит, машину поведу сам. Вот, только я не умею угонять, не знаю, какие провода нужно замыкать, чтобы завести её. Остаётся только отобрать, чтобы ключи были при ней. Это в американских фильмах их оставляют в салоне за козырьком. Остаётся только решить, где найти подходящее место для этого. Хотя, с этим проблем меньше всего, желающих немного подзаработать найти можно без особых проблем. Но, так как, никто добровольно автомобиль не отдаст, то его придётся забирать под угрозой пистолета. Ладно, этим займусь завтра, а сегодня нужно перетащить всё оружие и патроны ближе к палатке, чтобы, не теряя времени, быстро погрузиться и уехать.

  Провозился с этим до самой темноты. Сначала приготовил место, куда его спрятать? Из-за промоины поперёк дороги, к палатке на машине не подъехать, поэтому перетаскивал тяжёлые цинки и автоматы туда, где буду грузиться. Место выбрал такое, куда грибникам нет резона идти, а то они народ глазастый, заметят изменения. Однажды, даже едва не столкнулся с ними лоб в лоб. Пришлось тихо опустить цинк и притвориться таким же грибником.

  Умаявшись, уснул как убитый. Но в тот день никуда не пошёл. Под утро начался мелкий и холодный дождь, который лил весь день, так что никуда идти не захотелось. Зонта нет, промокну до ниток. Пришлось готовить в палатке, экономно сжигая последний бензин. Немного сухих дров у меня припасено, но это на один раз. От нечего делать размышлял, куда же всё-таки податься.

  Видимо навеяла погода, что решил ехать на юг. Постараюсь добраться до Херсона. А туда заходят иностранные суда. Если удастся, попробую пробраться на какое-нибудь судно под ״удобным флагом״, кипрское или либерийское. Проделать на машине весь путь не дадут. Можно и по Днепру спустися. Правда, там полно плотин, их нужно будет как-то обходить. Хотя на пассажирском теплоходе сделать проще, да кто меня на него пропустит. Как вариант, можно наняться кем-нибудь на один рейс на грузовое судно, баржу там или что-то подобное. А куда тогда арсенал девать? Дилемма...

  Но, если я собираюсь уходить ״зайцем״, то всё оружие с собой не потащу. Тогда зачем его с собой и брать? В общем, куда ни кинь, всюду клин. Ничего здесь не оставлю, до Херсона ещё добраться надо. А если в Одессу? Нет, ״без помощника трудно будет״, как говаривал Киса Воробьянинов. Только где его взять? Начал перебирать в уме всех своих знакомых, по службе и учёбе, кто живёт по пути на юг. Троих нашёл, а что толку. Город или там, посёлок помню, а улицу там или номер дома нет, адрес записан в блокноте, который лежит дома. Хотя, вряд ли уже лежит. Следователи, наверное, уже всё подчистили. А за моими знакомыми, скорее всего, уже присматривают местные товарищи.

  Я прислушался к приёмнику, чтобы проверить время. Но слышно было очень тихо, сели батарейки. То у меня этого добра ещё хватает, заменил новыми. Теперь другое дело. Переключил на короткие волны, нужно послушать, что там говорят, на счёт наших дел. ״Голос״ и ״Свобода״ глушились. Но ״Немецкая волна״ из Кёльна, слышна была вполне нормально. Скоро семь, поэтому сейчас будут новости.

  Но тут передача о спорте прервалась, и взволнованный диктор скороговоркой передал поистине ошеломляющую новость: В Москве убит Председатель КГБ Евгений Примаков! Подробности пообещали сообщить через несколько минут.

  Вот так дела... Кому он мешал? Может он раскопал чего-то такое, что за это решились на убийство? Сел ближе к приёмнику, боясь пропустить даже слово. После позывных и слов на немецком и русском языках, диктор сообщил следующее:

  ״Сегодня, два часа назад, при выезде с территории двора на юго-западе Москвы, в Тропарёве, несколькими выстрелами, предположительно из карабина с оптическим прицелом, убит Евгений Примаков и его сопровождающий. Водитель получил ранение. Кто стоит за очередным убийством, ещё непонятно. Вспоминая недавние выстрелы в Лужниках, напрашивается сравнение. Ранее предполагалось, что за ними стоят силы, которые безуспешно занимаются его розыском и поимкой. Но сегодняшнее событие показало, что мы имеем дело с хорошо организованной и информированной преступной группой, стремящейся подобными действиями дестабилизировать обстановку в стране. И на этой волне привести к власти более реакционные силы, которым не по душе пришёлся курс, предложенный покойным генсеком Михаилом Горбачёвым.

  Об этих настроениях, кстати, свидетельствует массовое размещение на лобовых стёклах автомобилей портретов Иосифа Сталина. Мировое сообщество должно обратить пристальное внимание к обстановке в стране, обладающей самым крупным арсеналом как ядерного, так и обычного оружия. Если к власти в Советском Союзе придут они, то в мире резко возрастёт напряжённость и увеличится вероятность вооружённого вмешательства во внутренние дела других стран. Примером такого вмешательства является Афганистан.

  Теперь переходим к другим новостям״.

  ״Вот тебе бабушка, и Юрьев день!״. Сейчас все бросятся на мои поиски, как первого, на кого можно подумать. Кто-то воспользовался ситуацией и сыграл под меня. А то, что гильзы и пули выпущены не из того оружия, что стреляло в Лужниках, так, это могут сказать, что у преступника оно не одно. Или они нашли тот карабин, что я спрятал? Всё может быть...

  Теперь мне и носа из леса не высунуть. Да и здесь уже не безопасно. Если и придётся выбраться, то нужно так загримироваться, чтобы я сам себя не узнал в зеркале. А выйти необходимо. Бензина осталось на пару часов работы примуса. А жечь сырые дрова, чтобы дым было видно издалека, мне совсем не хочется. Или пойти сегодня. В темноте узнать меня будет трудно. Эту мысль стоит обдумать.

  Генерал Крючков, как первый заместитель Председателя КГБ, назначенный временно исполнять его обязанности, вызвал к себе начальников некоторых управлений. Предварительно, поручил спецам проверить кабинет на предмет отсутствия ״жучков״.

  Обведя взглядом собравшихся за длинным столом, он медлил с началом разговора. Ещё раз вспомнил записи Доронина. Принять его, как переместившегося из будущего, он ещё не готов. А вот предположить, что после того, как оказался в безвыходной ситуации при столкновении с браконьерами, он тронулся умом и стал видеть, что произойдёт на протяжении нескольких десятилетий, он готов поверить. Отсюда и его стремление убивать всех тех, кто, по его мнению, виноват во всех бедах. А его описание технических возможностей? Такое не придумать. Тем более, он назвал фамилии и фирмы, которых у нас знают только узкие специалисты. Тот, кто будет владеть ими, тот получит почти всё. И деньги и влияние. Разведчикам не придётся рисковать собой, перевозя документы через границы и тому подобное. Кое-что в его пророчествах явно невозможно. Допустить, что на кусочке пластмассы размером с почтовую марку можно уместить десятки тысяч книг? Явный бред. А остальное вполне можно допустить, но не на сто процентов. Но и этого достаточно, чтобы посчитать дело стоящее. Ставить палки в колёса пока некому. Сегодня ночью умер Ельцин, но пока об этом не сообщали, ждут до двух часов дня.

   Ладно, пауза затянулась, сотрудники уже начали чёртиков рисовать.

   - Дело очень срочное и важное, - начал он без предисловия. - Не преувеличу, если скажу, что это на одном уровне с ״Атомным проектом״. Говорю это сразу для того, чтобы вы поняли, насколько всё важно и крайне необходимо, даже, если оно на первый взгляд таковым не выглядит.

  Присутствующие сразу приосанились и перевернули страницы на блокнотах.

  - А вот записывать - не надо. Задача, вот какая. Нужно определить, кто из наших людей, справится с задачей особой важности. Если это удастся, то, не побоюсь этого слова, весь мир будет в наших руках.

  - Новый вид оружия? - спросил начальник Управления научно-технической разведки.

  - Своего рода. Но гораздо эффективнее. Кто из вас слышал слово ״Интернет״?

  - В нашем Управлении о нём всем известно, товарищ генерал. Но мы считаем, что это не имеет в дальнейшем серьёзной перспективы.

  Крючков посмотрел на сидящих напротив руководителей шести Управлений. Все асы в своём деле и хорошие аналитики. Но в рамках своего направления. Хотя, в науке уже давно все новые и главные открытия происходят именно на стыке наук. Поэтому, он и собрал вместе, людей, которым впредь предстоит работать на том самом ״стыке״.

  - Это хорошо, что все так считают. Возможно, что и в противоположном лагере. Поэтому, от всех требуется тончайшая работа. Чем тоньше она будет проделана, тем крепче будем держать мир в своих руках. А теперь, конкретика. Управлению нелегальной разведки поручается проанализировать, кто из наших людей ״дока״ в компьютерах или в электронике. Необходимо поставить им задачу внедриться фирмы Интел, Ай-Би-Эм, Майкрософт, и другие, подконтрольные Биллу Гейтсу. Пробираться наверх по карьерной лестнице, не считаясь со средствами и методами. Далее. Подобная задача ставится и для тех, кого направите в компанию Эппл. Следующей группе товарищей, необходимо установить, где находятся или планируется размещение так называемых серверов интернет провайдеров и закрепиться в этих компаниях. Вопросы?

  - Могу доложить, что необходимого числа нелегалов, обладающего необходимыми знаниями, в США нет, - заявил руководитель Управления ״нелегалов״, генерал-майор Юрий Дроздов.

  - В таком случае, отобрать недостающее количество из наших внутренних агентов, которые дали подписку о сотрудничестве. Убедить их эмигрировать из страны, даже если они и евреи. При этом даже можно позволить им продемонстрировать антисоветские настроения. Понятно, что смогут уехать не все члены семьи. Проделать это нужно максимально быстро.

  - Американцы удивятся такому массовому разрешению на выезд в их страну.

  - Не следует всем бежать за визами к ним. Охватите широким веером как можно больше консульств. Потом обеспечьте, чтобы они все оказались в Штатах.

  - Потребуется дополнительное финансирование.

  - Перебросим с других направлений. Эта задача, на данный момент - самая важная. Но это ещё не всё. Всей агентуре, не только тем, кто внедрится в выше названные компании, дать задание на скупку максимально возможное количество акций этих фирм. Финансовые средства будут выделены в самое ближайшее время.

  Обсудив ещё некоторые другие направления и отдав необходимые распоряжения, генерал вызвал начальника Седьмого управления, генерал-лейтенанта Расщепова. занимающегося оперативной работой.

  - Скажи, Евгений Михайлович, как долго твои люди ещё будут ловить Доронина?

  - Разрешите доложить, товарищ генерал.

  - Для этого я тебя и вызвал.

  - На данный момент выяснили, что он скрывается за пределами Москвы. А конкретнее, в юго-западном и западном секторе. Его предположительно опознали пассажиры электричек Киевского и Белорусского направления. Мы переориентировали большую часть сотрудников на этот участок.

  - А что выяснили соседи?

  - Кроме этого же, похожего человека по фото опознали в Дзержинском и Свердловском районе города.

  - Ты должен помнить, два года назад, проводили исследования о том, насколько наблюдательны обычные люди. Наши курсанты встречали своих знакомых и просили описать приметы того человека, кто сидел перед ними в метро или в другом каком транспорте. Только один из десяти смог приблизительно это сделать. Многие даже не помнили пол и возраст спутника, а ведь ехали вместе не менее получаса. И это по прошествии часа-полутора после поездки. А тут спустя несколько дней кто-то смог узнать по фото.... Не верю я всем этим свидетелям.

  -Другого способа пока не придумано.

  - Придумано и давно, ты это хорошо знаешь. Оруэлла читал ведь?

  - Так это всего лишь фантастика, товарищ генерал.

  - А представь, что было бы, если перед каждым домом, в каждом подъезде, в каждом магазине или конторе, в метро, в автобусе.... Одним словом - везде стояли бы видеокамеры. И тогда можно будет, не вставая с кресла, увидеть, что происходит или происходило в любом месте и в любое время.

  - Это где же взять столько денег и оборудования? Тот, кто будет это внедрять, станет миллионером.

  - В самую точку попал. А теперь, продолжим. Что можно ещё ожидать от Доронина?

  - Предполагаю, что он подастся в бега.

  - Почему же?

  - Он хоть и геолог, привычный жить в тайге круглый год, но здесь ему не там. Вряд ли у него есть переносная печь, чтобы отапливать палатку. Да и леса здесь не настолько глухие, чтобы долго оставаться неузнанным.

  - Ты полагаешь, что он живёт в лесу, а не в доме?

  - Где один дом, там и другой, третий. А в них люди. И кто-то сможет узнать на фото со столба или остановки, своего соседа. Он на такой риск не пойдёт. Лучше выберет место в лесу, в относительной доступности к магистралям. Сейчас почти средина сентября, погода, сами видите какая. А он боится всего и всех, даже толком костёр не разведёшь....

  - Ты так говоришь, словно побывал на его месте, - перебил его Крючков.

  - Работа такая, чувствовать себя на месте разыскиваемого и предугадывать его дальнейшие действия.

  - И то верно, иначе бы не дослужился до генерала. Что думаете ещё предпринять?

  - Усилить контроль на транспорте, на автодорогах. Оперативно реагировать на все случаи угона автомобилей. Особое внимание на южное направление. После сырого и холодного Подмосковья неосознанно все устремляются к теплу и солнцу.

  - Ты прям лирик, Евгений Михайлович. Значит, так и действуйте. Привлекайте любые силы и средства. В случае недопонимания некоторыми структурами, выходите напрямую на меня. При поимке нельзя позволить ему произнести даже одно слово. Полная изоляция. И немедленно проинформируйте меня.

  - Есть.

  - Можете идти.

  Глядя в спину уходящего генерала, Крючков был уверен, что через день-два, Доронин будет пойман. Во всяком случае - обезврежен. А история уже пошла другим путём, чем в его выдуманном или реальном мире.

  Проснулся ещё затемно от того, что сильно замёрз. Прислушался. Но дождь, который моросил двое суток, по палатке больше не шуршал. Выдохнул воздух, чтобы узнать, идёт ли пар, но в темноте не смог определить. Свернулся калачиком, чтобы согреться, но сон уже не шёл. Так бы и лежал в спальнике, но природа вынудила вылезть из него по надобности. Лихорадочно оделся и выглянул наружу.

  Лужи и резко вдруг опавшая листва, покрылись тонкой коркой льда. Небо прояснилось, и отчётливо чувствовался морозный ветерок. Осень, так толком и не начавшись, быстро перешла в предзимье.

   Теперь твёрдо уверился, что пора отсюда убираться, может, даже и сегодня. Взял примус и потряс его. По тому, как плескался внутри бензин, понял, что осталось его только разогреть тушёнку и вскипятить полкотелка для чая. Имевшийся запас дров использовать не буду. Не потому, что жалко, а только из-за того, что провоняюсь дымом, а мне нужно идти на трассу, искать машину. А небритый и вонючий мужик не вызовет доверия.

  Может побриться? Провёл рукой по подбородку и щекам. Щетина уже не кололась, а только стала сильней чесаться. Оно и понятно, четвёртый день не бреюсь, с тех пор, как вернулся из Москвы. Нет, оставлю как есть, так я менее узнаваем. Ещё малость поработаю над образом и сойдёт.

  Позавтракав, начал собирать и упаковывать вещи. Ящики, которые пришли с багажом, оставляю, на кой они мне. Вкладыши из спальника и всё остальное, что требует стирки, бросаю здесь, засунув в один ящик. Только палатку пока не стал собирать, мало ли что, вдруг не получится с машиной. Тогда переночую ещё раз и с утра снова пойду.

  Пистолет Макарова так и не стал выкапывать из-под дерева. С одним патроном он мне не нужен, только лишний вес. Надел штормовку и джинсы, оба пистолета под низ, снаряжённые магазины рассовал по карманам и пошёл по подмёрзшей дороге. Хорошо, что я тогда не пошёл в дождь, где бы потом сушился?

  Через час я уже стоял за деревьями напротив АЗС, наблюдая за машинами. Транспорт надо брать уже заправленный, чтобы уехать сразу как можно дальше, пока не хватились. Сразу отмёл те, где были пассажиры. Легковую или грузовик? Даже не знаю. Хорошо бы ״буханку״. И войдёт много и палатку не надо ставить. Но за всё время наблюдения таковой не увидел.

   Издалека увидел, как со стороны Москвы на заправку сворачивает грузовик ״ГАЗ-52״ с будкой. Машина с подмосковными номерами. В кабине никого из пассажиров не увидел. Оглядываясь по сторонам, перебежал через дорогу. Из кабины вылез мужик лет под сорок, набрасывая на плечи телогрейку. Понятно, в кабине тепло, а вот на улице, пока заправляешься, может просквозить, а вести машину в ней неудобно. Дождался, пока водитель отдал талоны и вернулся к машине, я подошёл к нему.

  - Здравствуйте.

  - Привет, - ответил он, слегка повернул ко мне голову, а затем снова стал наблюдать, как бензин тугой струёй льётся в бак.

  - Помогите отвезти пять мешков картошки с дачи, а то может помёрзнуть.

  - Почему же дотянул до морозов?

  - Кто же знал, что так рано похолодает? Я выкопал её всего неделю назад. А потом дожди пошли.

  - Что, больше некому?

  - Своей машины нет, обычно с соседями по даче, в конце сентября, кооперируемся и нанимаем кого-нибудь. А нынче видишь, какая погода, ждать ещё две недели не хочу.

  Водитель залил сорок литров и вытащил пистолет из бака.

  - Ну, так, как? Я заплачу, тем более, по дороге.

  - Сколько и куда ехать?

  - Пятёрку. А живу я в Балабаново. Это прямо по трассе.

  - Знаю я, где это Балабаново, садись.

  Быстро залез в кабину, почти на ходу, так, как сзади уже поторапливая, сигналила другая машина, чтобы быстрее отъезжали, раз заправились.

  - Показывай дорогу.

  - Ага. Вот на первом повороте, налево. От трассы всего три километра будет.

  Теперь надо как-то машину у него отобрать. В рукопашную, ясное дело, с ним вступать не буду. Пригрожу оружием, а потом? Кто связывать будет? Надо выманить из кабины до того, пока он не сообразил, что не туда едем. Чтобы придумать? Скоро поворот на просеку, а он сообразит, что по ней сто лет никто не ездит. Наконец, в голову пришла одна идея.

  - Тормозни, я велосипед заберу. Он тут в кустах у меня спрятан. В будке поместится?

  - Может подобрать на обратном пути?

  - А вдруг кто найдёт?

   Водитель съехал на обочину и остановился. Шофёр пошёл открывать будку, она у него была заперта на висячий замок. Пока он отпирал его, я достал ТТ. Он потянул за одну половинку и стал поворачиваться, чтобы показать, сколько там места. И тут он увидел направленный на него пистолет. В первый момент он так и застыл, не отводя взгляда, а потом поднял глаза на меня.

  - Ты чего?

  - Ничего личного. Просто мне нужна твоя машина.

  - Так я согласился же отвезти твою картошку.

  - Нет никакой картошки. А объяснять некогда, сейчас быстро поворачивайся. Лицом к машине, руки за спину. Так..., ноги расставь как можно шире. Молодец.

  Я достал два куска верёвки и связал руки. Как бы никто не появился на дороге, иначе всё сорвётся. Поторапливая его, заставил залезть в кузов по лесенке и, уложив лицом вниз, связал ноги. Приготовленным куском тряпки от вкладыша, сделал кляп. Закрыл дверь и полез на водительское место. Отвык от управления грузовиком, но ничего. Посмотрел на набалдашник рычага переключения передач, чтобы узнать, как включается первая скорость. Включил зажигание. Так, бак заполнен на три четверти. А сколько в него входит? Литров сто или меньше? Расход какой? Насколько помнится, около двадцати будет. Залил он сорок, сколько-то ещё оставалось. В общем, около трёхсот километров проеду без дозаправки. Пока нормально, а там поглядим.

  Не спеша тронулся и медленно поехал по просеке. Перед канавой развернулся и заглушил двигатель, спрятав ключ в карман. Обошёл будку и заглянул внутрь. Водитель лежал на спине поперёк кузова, упираясь ногами в стенки, чтобы не кататься по кузову.

  - Я скоро, не замёрзнешь. И не дрейфь, тебя не трону.

  Повесил замок и поспешил к палатке, метров пятьсот придётся тащить рюкзак со всем содержимым. Погрузившись в свои мысли, я не сразу сообразил, что слышу чей-то разговор. Резко остановился и, приседая, огляделся по сторонам. Никого. Но тут снова послышался чей-то голос. Определил направление. Впереди слева, метров десять. Осторожно, стараясь не наступить на ветки, двинулся на голос. А вот и голубчики. Я сразу узнал тех двух парней из троицы, которые хотели меня проучить на лесной тропинке, но их спугнули. Они стояли лицом в ту сторону, где моя палатка. А где третий?

  - Как делить деньги будем? Или это каждому будет по десять тысяч?

  - Хорошо бы, но вряд ли. Главное, чтобы подоходный налог с них не взяли.

  - Гриш, ты, на что их потратишь?

  - ״Яву״ куплю и в Гагры слетаю. Там море ещё тёплое.

  - На осенних каникулах, что ли?

  - Может нам освобождение от занятий дадут по такому случаю.

  - Слушай, а если Петруха скажет ментам по телефону, что это он выследил бандита? Тогда приз достанется ему одному.

  Тот, который Гришка, задумался, почёсывая затылок, явно не предполагал такого расклада.

   - А давай его обгоним и позвоним первыми? - предложил второй. - За двадцать минут он не далеко ушёл, а мы в Афанасовку сбегаем.

  Так, значит, минут через сорок тут будет беготня. Чекисты с милицией будут соревноваться, кто первым меня поймает. И что мне сейчас делать? Бросать рюкзак с палаткой, грузиться оружием и уезжать? Тогда я останусь гол как сокол. Стрелять этих дураков? Тоже не дело. Нет времени размышлять!

  Подкрался к стукачам метра на два и как крикну:

  - Всем лежать лицом вниз! Руки за голову!

  Парни упали как подкошенные. Пинками раздвинул их ноги на всю ширину и стал вынимать ремень из брюк Гришки.

  - Эй, мужик! Ты чё собираешься делать? - испуганным голосом прокричал он.

  - Совсем не то, что ты думаешь. Лежи и не дёргайся, а то прострелю башку.

  Выдернул ремень и стал гадать, как им одним так связать, чтобы не сбежал. Оглянулся по сторонам и придумал. Потянул первого к ближайшему деревцу. Левую ногу завёл слева, а правую руку справа и вместе связал. Подобное проделал и с его приятелем, не обращая внимания на их скулёж и просьбы отпустить. Теперь бы вставить кляп, чтобы не орали на весь лес. А из чего? Не долго раздумывая, оторвал воротники их рубашек и засунул каждому в рот. Ещё раз окинул их взглядом. Лежат не на земле, а на опавшей листве, сырой, правда. Не пропадут. Сами не отвяжутся, а там им подмога подоспеет.

  Затем припустил к палатке. Выдернул колышки, скомкал её и побежал обратно. Мельком глянул, как пацаны извивались, пытаясь освободиться. Гаркнул на них, чтобы лежали смирно. Не добегая до машины метров сто, опустил свою поклажу и крадучись подобрался к автомобилю. Никого. Постоял минуту, прислушиваясь. Затем вернулся за вещами и забросил всё в будку. Пленник что-то промычал, но мне было не до него. За три ходки перенёс оружие и сразу тронулся в путь. ППШ с тремя магазинами положил на пассажирское сидение. С большим трудом подавлял желание давить на газ на всю катушку. Проехал деревню и перед Киевским шоссе и прижался к обочине. Ничего подозрительного не заметил. Не глуша двигатель, открыл будку и вытащил водителя. Поставил на ноги и привязал к дереву, дав ему метр свободы, чтобы его смогли заметить проезжающие.

  - Хотя ты мне и не отвёз картошку в Балабаново...., - и увидел, как зло сверкнули его глаза, и продолжил: - Так вот, пятёрку ты, так уж и быть, заработал. А вот тебе ещё два червонца. Это за бензин и моральный ущерб. Машину тебе вернут, я постараюсь оставить в удобном месте, но не гарантирую, мало ли как дело пойдёт. Ты на моём месте поступил бы также. Ладно, бывай.

  Повернул налево и поехал в сторону Балабаново. Надо определиться, по какой дороге ехать. В Обнинске трасса раздваивается. Левая пошла на Калугу, Брянск, а правая Малоярославец, Юхнов и в Белоруссию. В Малоярославце есть заправка. Долью бак до полного, пока меня не хватились. Правда, нет талонов. Но их можно купить за полцены у других водителей или просто расплатиться деньгами, тоже за полцены.

  Так и сделал. В бак вошло ещё сорок литров. Отдал шесть рублей. А на заправке для частных машин, мне бы обошлось в двенадцать. На окне увидел своё фото и описание примет. Что сказать, похож. Фото точно взяли из дому. Хотя я снимался с компанией, но остальных отрезали. Но со мной сегодняшним, оно имеет мало общего. Узнает только натренированный глаз.

   А теперь куда? Через полчаса всем постам будет известно про машину. В сторону Юхнова места мне знакомы. В деревне даже есть оплаченный дом. Но там дорога заканчивается, тупик. Возвращаться потом надо будет только на эту трассу, но уже будет поздно. А в деревне меня могут и сдать, участковый на центральной усадьбе имеется. Думай голова, думай.

  Достал атлас и стал изучать. Естественно, о том, что в нём всё нарисовано правильно, я не заблуждался. По любому, одна дорога идёт мимо Калуги и Брянска. Первый город я ещё успею проехать до перекрытия, а перед Брянском меня могут уже ждать. Или возле Калуги вспомнят, что я проезжал, и бросятся в погоню. Уйти в сторону? А в какую? Влево пойдёт Тульская и Липецкая области, лесов там меньше, чем в правой, белорусской стороне. Опять же, где-то в этих краях выпали радиоактивные осадки. Если уходить за границу, то через Белоруссию к ней ближе. А нужна мне эта ״братская״ Польша? Ярузельский, не думая, вернёт меня обратно. Время ״Солидарности״ и Валенсы ещё не настало.

   Решено, сверну влево. Для меня одного в местных лесах места хватит. Только нужно в ближайшем магазине купить еды и постельного белья, вместо оставленных вкладышей. Пару трусов и маек тоже нужно, сейчас не до постирушек. Тут же купил двадцать пачек молотого перца, чем вызвал удивлённый вопрос продавщицы. Ответил, что беру и для своих соседей в деревне.

  Процесс покупки занял минут десять. Народу в магазинах этот час было мало. Тем более, я никакого дефицита не покупал. Поехал в сторону Юхнова, но потом переулками выехал на калужскую дорогу, может это и поможет ввести в заблуждение возможных преследователей. На трассе не стал гнать машину, а пристроился за фурой. Но не совсем впритык, а метрах в пятидесяти, так меньше подозрений.

  По этой дороге ехал впервые. Поэтому, не знал, где находятся стационарные посты ГАИ. Но, по любому, один должен стоять на перекрёстке дороги, которая идёт в Калугу. Пост на повороте в город увидел издалека, о нём говорила высокая мачта с антенной. Я весь подобрался, подвинул пистолет ближе к себе, откинув укрывавший его кусок тряпки. Повезло ещё в том, что пост был на другой стороне дороги. Старался не глядеть в его сторону, делая вид, что смотрю в правое зеркало.

   Но все мои страхи оказались напрасными. Инспектор проверял документы у водителя синих Жигулей, даже не обращая внимания на дорогу. Но другой сотрудник смотрел на проезжающие машины через оконное стекло поста. У стены стоял припаркованный Москвич 412, сине-оранжевой расцветки, с синим колпаком на крыше. Да, а камера была над дорогой? Не обратил внимания, не до неё было. Если стояла, то могут потом проверить по записи, проезжал ли я через этот перекрёсток.

  Правда, таковым его можно было назвать с натяжкой. В Калугу дорога сворачивала по дуге. Поэтому, если нет других камер, то не смогут сразу определить, куда я поехал. Хотя, и без камер ясно, что в город на угнанном автомобиле не въезжают.

  После поста разогнался до максимальной скорости для этой машины, то есть, до сотни и стал выбирать место, где уйду с этой трассы. Появившийся через двадцать минут дорожный знак, предупредил меня о перекрёстке. Сбавил скорость, вертя головой в обе стороны. Но уходящие в обе стороны дороги меня совсем не вдохновили, их даже на карте не было. Опять надавил на газ, навёрстывая время.

  Вскоре появился указатель, что вправо будет поворот на Мещовск, а влево на Кудринскую. По карте потом будет Козельск. А ещё на него ведёт дорога через Сухиничи, которые будут впереди и в стороне от магистрали. А если попытаться проехать ещё с полчаса? Но где потом сворачивать? Объезжать Брянск справа, значит, приближаться к местам выброса с Чернобыля. А там могут стоять посты. Но то, что мне нужно уйти с трассы, не доезжая траверса Брянска, сомнений не вызывает.

  Решено, еду до следующего поворота влево и ухожу по местным дорогам, а то предчувствие нехорошее, боюсь, что исчерпан лимит на везение. Поймал себя на том, что больше смотрю в зеркала, чем вперёд, опасаясь погони с калужского перекрёстка. Скорость снизил до шестидесяти, чтобы не пропустить поворот. Развязку с поворотом на Сухиничи проигнорировал, не буду туда соваться, лучше объеду ״огородами״. Опасался возможного поста ГАИ, но он, хотя и имелся, но был закрыт.

  Переехал по мосту через железнодорожную ветку и вскоре увидел левый поворот на второстепенную дорогу. Пропустил встречные машины и свернул на дорогу с потрескавшимся асфальтом. После того, как проехал большое село и по переезду железную дорогу, наконец, остановился и вздохнул с облегчением. Помалу стало отпускать напряжение.

  Скоро сядет солнце. Пора выбирать место для ночёвки. Палатку разбивать не надо, устроюсь в будке. Только нужно выбрать место более укромное, а то уже мимо меня проехало две машины и мотоцикл.

  Завёл двигатель и поехал вперёд, высматривая место. Минут через десять увидел знак ״Сухиничи״. Остановился, достал атлас и стал думать. По дороге сюда, перед переездом, была только одна дорога, уходящая вправо. И, вроде неплохая, но когда поехал по ней, то увидел отходящие в сторону съезды с ״кирпичами״. Значит, кругом стоят ״точки״ и возможно дорога больше никуда не ведёт. Пришлось вернуться.

   Из Сухиничей, кроме той, что вела к Киевской дороге, имелась ещё одна, шедшая в нужном мне направлении. С этой стороны, где я остановился, никакого поста не было, да и ни к чему он здесь. Вперед шла улица с частным сектором. Попробую поехать на ней, и сверну на дорогу, которая мне нужна. Правда, она ведёт в Козельск. Но ничего, найду и там выход.

  Тронулся вперёд, выискивая улицу, по которой выеду на нужную дорогу. Один раз пришлось возвращаться, так как она оказалась тупиковой, упёршись в огороды. Вторая улица вывела меня за пределы Сухиничей. Слева от дороги был большой пруд, а справа заканчивалось строительство очень большого цеха или завода. Только стал выбирать, куда свернуть на ночёвку, как на первом же повороте влево увидел всё тот же ״кирпич״. Вот же досада!

  Свернул на первую же дорогу справа, на которой не было этого знака. Но она закончилась в деревне. Пришлось разворачиваться под удивлёнными взглядами сельских жителей, и уезжать. Вторая попытка закончилась подобным образом. А вскоре я подъехал к Козельску, как гласила табличка. Но в него въезжать не пришлось, так, как вправо и влево уходила объездная дорога. Повернул вправо и стал выбирать укромное место, так, как солнце уже село, а мне не хотелось, чтобы кто-нибудь увидел свет фар машины. Но, как назло, кругом были одни поля. Когда подъехал к деревне Волконское, то увидел за ней тёмную полосу леса. В нём свернул влево на какую-то грунтовку и проехал с километр, пока ветки деревьев не стали хлестать по кабине. Тогда свернул на ближайшую просеку и вскоре остановился, увидев небольшую полянку.

   Заглушил двигатель и поспешил проверить округу. Но ничего, что помешало бы мне тут остаться, не обнаружил. Зато, нашёл родник, чему несказанно обрадовался. Грузовик, насколько можно, загнал задом под высокие деревья. Из бака заполнил канистру и заправил примус. Тушёнка со свежим хлебом и грузинский чай прибавили настроение. Новости по радио ничего не прояснили на счёт меня, и я успокоился. Небо оставалось ясным и быстро похолодало. Ночью, как пить дать, снова подморозит. Вскоре продрог и засобирался в будку. Пока готовил спальник, примусом согрел воздух, чтобы не бояться раздеваться. Удобно устроился в нём и весь закутался, согреваясь. Но сон всё не шёл, прокручивались в голове сегодняшние события. Но усталость всё-таки дала о себе знать, и я уснул.

  Проснулся от того, что что-то жужжало в ухе. Покрутил головой, высматривая муху или пчелу, каким-то образом залетевшую в будку. Сквозь маленькое окошко над кабиной, в будку попадало немного солнца. Ничего летающего не увидел. Но звук не исчез, а только уменьшился. Тут я понял, что звук идёт снаружи. Начал вслушиваться и понял, что это вертолёт.

  Вот об этом я не подумал, что бросят на поиски авиацию. А может, это не меня ищут, а обычные полёты? Тут же воинских частей как грязи. Но, если допустить, что он по мою душу, значит, кто-то запомнил машину и направление, куда она пошла. Или я всё преувеличиваю?

  Скомандовал себе ״подъём״ и энергично взялся за дело. Раскочегарил примус, чтобы согреться и нагреть одежду. Завтрак был вдвое больше обычного, кто его знает, как сложится день. Здесь оставаться не буду. Если это меня ищут с воздуха, то могут подтянуться сюда и наземные розыскники, да ещё с собаками, от них не спрячешься. Проверил ещё раз оружие и выехал на просеку. Метров за двести до опушки, остановился. Взял ППШ и побежал на разведку. Минут десять наблюдал за дорогой, но ничего подозрительного не заметил. Быстро вернулся и выехал на неё. Дорога по-прежнему шла через лес. И была прямой как стрела. Это и плюс, и минус, одновременно. Как я смогу успеть заметить кого-то издали, так и меня видно на большом расстоянии. Когда лес закончился, впереди оказалась река, а через неё, основательный такой, бетонный мост. Знак информировал меня, что передо мной река Жиздра. Притормозил на минуту, всматриваясь в противоположный берег. Никакого поста не увидел.

  Чем быстрее перееду на ту сторону, тем лучше. Ни к чему иметь перед собой водную преграду, лучше оставить её сзади. Проскочил мост и въехал в деревню. Точнее, проехал деревню, так, как он сильно вытянулась поперёк дороги в обе стороны. Навстречу мне попался грузовик и легковая машина. А то я, было, подумал, что движение перекрыли.

  Привычно посмотрел в левое зеркало и увидел, как сзади появился милицейский Уазик. Я прибавил газу, сколько смог и поспешил быстрее въехать в лес, начинающийся за полем после деревни. Знать бы, что это случайность, а не погоня за мной. Станут преследовать, то мне на грузовике не уйти. А если у них стоит рация, то и подавно.

  К моему огорчению, лес быстро закончился. Впереди во все стороны пошли поля, и стало видно несколько деревень. Здесь мне не оторваться. Но тут успел заметить уходящую вправо вдоль леса укатанную гравийную дорогу и свернул с асфальта на неё. Мельком глянул в зеркало. Преследователей пока не видно.

  Через минуту увидел, что у дороги появилось одно ответвление в лес. Не раздумывая, свернул в него, не обращая внимания на висящий ״кирпич,״ успев в последний момент увидеть выехавший из леса УАЗ. Проехал сто метров, и оказался на круглой поляне или вырубке. Никакой просеки больше не увидел. Дальше впереди была колючая проволока и какие-то строения. Остановил машину справа у кромки леса, чтобы её не сразу можно было увидеть и, не глуша двигатель, выскочил из кабины. Взял ППШ и два магазина, побежал назад, к месту выезда на поляну. Спрятался за большим пнём и передёрнул затвор автомата.

  Звук автомобиля уже слышался отчётливо и неумолимо приближался. Ждать пришлось не долго. УАЗ на скорости выскочил на открытое пространство и остановился. От меня до них было метров двадцать. В машине было два человека. Сидевший справа от водителя увидел грузовик и показал на него рукой, видимо, предлагая тому подъехать ближе. Но тот покачал головой и они, посовещавшись, открыли двери, чтобы выйти.

  Я взял на прицел старшего машины и приготовился стрелять по ногам. Убивать их мне совсем не хочется, постараюсь просто вывести из строя. Обходя машину сзади, показался водитель, младший сержант. Его командир показал рукой в мою сторону и махнул вперёд. Как я понял, они хотят подойти к грузовику, укрываясь за деревьями. И пригибаясь, побежали на меня. Я только и успел выпустить в них длинную очередь, практически в упор.

   Упали оба. Первый не шевелился, а водитель, бежавший сзади слева, попытался вытащить из кобуры пистолет.

  - Не шевелись, брошу гранату! - крикнул ему.

  Тот замер. Выждал немного, я рывком бросился вперёд, не отводя нацеленного ствола от лежащего. Тот с не срываемой злостью смотрел на меня. Левой рукой, зажимая рану на бедре. Его напарник лежал без движения лицом вниз, а из-под него вытекала кровь.

  Забрал у обоих пистолеты, перевернул командира. В него попали три пули. Одна в бок, вторая в грудь, а третья в плечо. Пощупал пульс. Мёртв. И что теперь делать? Я отошёл на три метра и спросил у водителя:

  - Жгут есть?

  - В машине..., в аптечке....

  Побежал к ней. Открыл дверцу и выругался, по двум причинам. В машине была рация. Значит, вполне могли успеть сообщить, что меня обнаружили. И в неё попала одна единственная пуля. Теперь не послушать, где на меня устроена засада. Я покрутил ручки, пощёлкал тумблером. Тишина.

  Вытащил из-под сиденья аптечку и поспешил обратно. Водитель уже перевернулся на спину, силясь устроиться сидя. Бросил ему аптечку и, глядя, ка он пытается наложить жгут и забинтовать ногу, задумался. Если допустить, что по рации передали сообщение, то скоро здесь будут все, кто поблизости. И тогда мне придут кранты. Даже если захватят живым, подстреленных милиционеров мне не простят.

  Перегрузить всё в их машину и уходить на ней? Потеряю только время...

  - Эй, подстреленный! Успели передать информацию обо мне?

  Тот только зло глянул в мою сторону, бинтуя ногу и промолчал.

  - Молчишь? Твоё право, а я поехал.

  - Далеко не убежишь, гад....

  - Пистолеты верну, не переживай, - не отвечая на его выпад, сказал, направляясь к грузовику.

  Сел за руль. За колючей проволокой появился какой-то военный, всматриваясь в мою сторону. Неужели какая-то часть? Вполне моет быть. Значит, менту повезло, спасут. А вот обо мне быстро сообщат, с привязкой к местности. Развернулся и поехал в обратную сторону. Проезжая мимо водителя, выбросил в окно оба пистолета и вынутые из них магазины. Всё равно не успеет доползти до них и выстрелить вслед.

  Бежал, а сам радовался, что мне крупно повезло. Урожай убрали, а поле ещё не вспахали, иначе, мне тут и пришёл бы капут. Немного радости добавляли и огромные барабаны из соломы, их начали стаскивать в одно место, но ещё много оставалось там, где их вывалили. Хоть немного, но они прикроют меня от преследователей, если те выскочат на поле, раньше, чем я доберусь до леса. Немного сместился влево, несмотря на то, что удлинил себе путь, но за создаваемой скирдой меня не будет видно теми, кто, возможно, побежал следом за мной.

  Неумолимо приближались крайние деревья. Я уже не отвлекался на то, чтобы оглядываться. И мысленно хвалил себя за решение оставить рюкзак, иначе бы сдох на полпути. Всё равно бы пришлось бросить, но тогда было бы не до вещмешка с НЗ. Вот, наконец, и закончилось поле. Проскочил грунтовку вдоль него и почти нырнул в густую траву, оказавшуюся крапивой. На четвереньках пролез в какие-то кусты и повернулся назад. Слева выскочили на поле два человека с автоматами и, пробежав метров десять, остановились, крутя головой в разные стороны. Пристроил карабин и стал разглядывать их через прицел, благо солнце у меня за спиной. Офицера не видно, одни солдаты. Всего насчитал двенадцать человек. Бежать через поле они не стали, по всей видимости, ожидают командира.

  Но мне-то он не нужен, тем более что стал слышен приближающийся вертолёт. Я прополоскал рот и выпил пару глотков. А теперь побежали дальше! Пригибаясь, прошёл немного в лес и, выпрямившись, перешёл на бег. Но буквально через минуту я остановился сильно обескураженный. Лес закончился, и впереди опять было поле, вдобавок вспаханное. Хорошо только то, что оно было формы бумеранга и шириной метров двести. И это в том месте, где был я. К краям оно сужалось вдвое. Вертолёт ушёл в сторону той деревни, что мне попалась ранее. Потеряв на обзор местности секунд десять, я помчался дальше. Правда, тут не совсем подходит это слово. Бежать пришлось очень осторожно, чтобы не подвернуть ногу, иначе кранты.

  Как началась полоса невезения, так и продолжается. За лесом опять было поле. Хорошо ещё, что уже по нему прошлись бороной, возможно, что уже и засеяли. Мои следы отпечатывались идеально, зря только перец извёл. Но здесь мне пришлось понервничать, появился второй вертолёт и стал нарезать галсы. Потом сел где-то за лесом слева. Вероятно, высадил охотников за моей головой. Так, что, нужно быстрее уносить отсюда ноги. И я побежал вправо вдоль кромки леса, готовый в любую минуту юркнуть под деревья.

  И правильно сделал. Неожиданно над полем появился милицейский вертолёт. Я только и успел, что свалиться под низкие и густые ветки ёлок. Лежал лицом вниз, боясь повернуть голову. Когда его рокот удалился, я осторожно приподнялся и стал осматриваться, не спеша с выходом на открытое пространство. На первый взгляд, ничего не видно. Ноги готовы снова сорваться на бег, но голова в сомнениях и не даёт команду. Когда уже стал нервно прислушиваться и оглядываться назад, ожидая появления прежних преследователей, меня сильно огорчила очередная неприятность. Из-за лесополосы, где садился вертолёт, вышла редкая цепь из десятка человек. И что уж совсем меня расстроило, так это наличие у них двух собак. Ветер пока был в мою сторону, и они сами двигались влево от меня, но это было малое утешение. Если повернут сюда, придётся выбивать собак, иначе потом не уйти.

  Вернулся в лес и побежал по нему, стараясь увеличить разрыв. Но опять остановился. Лес, по которому я бежал, оказался островком. Впереди опять было поле. Местность вокруг меня была на возвышенности, а внизу был виден хороший такой лес, в смысле огромный по размерам. Поле это раз было картофельное. И эту картошку убирал комбайн, а сзади шли школьники под руководством учительницы, и подбирали выкопанные клубни в вёдра, а потом насыпали в сетки. Полные вёдра носили по двое. До леса за полем было рукой подать, но как остаться незамеченным? Впрочем, их мне бояться нечего, ловить не станут. А то, что покажут преследователям, куда я побежал, ну и что, те и так выйдут на мой след. Решено, карабин прячу в несколько еловых веток и с охапкой на плече, спокойно иду через поле, чтобы не привлечь лишнего внимания.

  Пока срезал их с ближайшего дерева, появился милицейский УАЗик. Он подъехал к трактору и что-то начал ему объяснять, показывая рукой на лес вокруг. Следом появился бортовой грузовик. Я понял, что это за детьми. И верно. Тракторист стал кричать подборщикам, чтобы садились в машину и ехали в деревню. Сам он стал приводить свой агрегат в транспортное положение, чтобы тоже покинуть поле.

  Я весь извёлся от ожидания, когда же они уберутся отсюда. Вдали на поле уже вышли давешние преследователи и общались с теми, кого высадили из вертолёта. Похоже, решали, куда идти дальше. Я не знал, что теперь делать. Бежать через поле поздно, а ждать уже нервов не хватает. Так и кажется, что выскочит сзади собака и прыгнет на спину. Раздражало всё - и дети, медленно подходившие к грузовику, и тракторист, чего-то долго ковырявшийся с копалкой, милиционер, заигрывающий с учительницей.

   Солдаты и милиция, тем временем, ушли к лесному массиву, в противоположной от меня стороне. Видимо посчитали тот кусок леса, где был я, не заслуживающим внимание, при наличии многих гражданских и милиции на машине.

  Только после этого меня отпустило. И уже спокойно смотрел на то, как детей усадили в кузов, тракторист забрался в кабину, а участковый сел в машину. И эта разномастная колона двинулась прочь отсюда. Оглянулся ещё раз. Никого. Собрался с духом и рванул по полю с картошкой. Эх, набрать бы килограмма два и запечь на углях! Ладно, потом, потом.... Сейчас перебегу дорогу, а там меня уже надо искать вдесятеро большими силами.

  Когда перебегал дорогу, посмотрел в обе стороны, и увидел, что справа, со стороны просек, едет колона из трёх тентованных ЗИЛ 131. Уверен, что меня они заметили, хотя и было между нами около километра. Чёрт! Одной минуты не хватило! Я поддал, сколько мог и за пару секунд оказался в лесу. Но не помчался прямо, как хотелось, а под острым углом ушёл влево.

  Чередовал бег с ходьбой, перепрыгивал через ручьи, высыпал последние две пачки перца. Минут через двадцать после того, как попался на глаза новой партии загонщиков, услышал вертолёт. Но он летал над предполагаемым маршрутом, от которого я отказался. Обрадованный тем, что их перехитрил, дал себе двухминутную передышку. Надо что-то придумать с винтовкой. Бежать с ней по густому лесу очень неудобно, постоянно цепляюсь за ветки. Пробовал держать обеими руками и одной, но всё равно плохо. Скорость сильно замедляется. И оставить не могу, когда такая вооружённая орава меня ищет.

  Потом наткнулся на тропинку, которая вела в ту сторону, куда мне и надо было, и побежал по ней. Но недолго радовался такой удаче. Впереди показался двойной забор из колючей проволоки. С КСП между рядами. От леса его отделяла полоса открытого пространства метров десять шириной, с колеёй от машин. Территория за ограждением была большая. Вдали стояли бетонные ангары, дальше что-то кирпичное, возможно казармы. Ещё были видны две невысокие сторожевые вышки, правда, никого на них не было. А может просто наблюдатели спали. Тут и гадать нечего, какая-то часть. А если мне спрятаться на этой территории? Никому и в голову не придёт меня здесь искать. А что, мысль хорошая!

  Уже готовый к тому, чтобы искать способ пробраться на ту сторону, я остановился. А где я там спрячусь? Окинул взглядом то, что смог увидеть и не нашёл ничего подходящего. Тем более, я не знаю, через сколько дней снимут оцепление со всей округи. Не неделю же мне здесь сидеть как мышь. Ладно, еду растяну на этот срок. А фляжки воды мало будет. Да и кто мне даст столько времени и возможности выбирать место для укрытия.

  Всё, ухожу отсюда. Пока никого не видно, пробегусь по этой ״полосе отчуждения״, держась ближе к деревьям. Что и сделал, не теряя времени. Когда добежал до угла и собрался свернуть в лес, то увидел, как из ворот слева, выбегают солдаты, в колону по два и поворачивают в мою сторону. И вдобавок, их командир успел меня заметить. Он тут же что-то скомандовал и воины стали растягиваться в цепь. Откуда им стало известно, что я здесь? Датчик движения, спаренный с камерой наблюдения? Вполне может быть.

  Не убегу.... Их много и близко.... Свалился за дерево и передёрнул затвор. Начал прицеливаться. Солдаты были в неуклюжих бронежилетах. И где они их только взяли, здесь же не Афган? Мне это только на руку. Убивать их не хочу, достаточно вывести из строя. Так..., расстояние метров четыреста-пятьсот..., целюсь в самую середину, надеюсь, что винтовочная пуля не пробьёт защиту.

  Не видя меня и посчитав, что разыскиваемый убегает сломя голову, солдаты поднялись во весь рост. Не теряя времени, прицелился в самого здорового. Выстрел. Тот упал навзничь, попадали и все, кто стоял. Короткая пауза продолжалась не долго. Видимо, по команде, в мою сторону началась дружная стрельба короткими очередями. Я ждал этого, и поэтому лежал за толстой сосной, спрятав голову у самого основания. Серия выстрелов закончилась. Выждал чуть-чуть, снова посмотрел на место, откуда стреляли. Там уже бойцов поубавилось. Четверо понесли подстреленного воина обратно в часть. Это хорошо, пять - ноль, в мою пользу. Надо увеличить счёт. Двумя выстрелами свалил ещё двоих, в том числе и офицера.

  Переждал шквальный огонь, бросился прочь отсюда. А куда бежать? Понятия не имею. Солдатики за время службы здесь уже всё разведали, а я буду соваться как слепой котёнок. Ещё стоит приплюсовать сюда и около сотни остальных, которые подтянуться на выстрелы и сообщения по рации. Не стоит отбрасывать со счёта и вертолёты. И до темноты ещё далеко.

  Попалась какая-то тропинка, похоже, звериная. Побежал по ней, чтобы уйти отсюда как можно дальше. Что-то я превратился в совсем уж загнанного зверя. Только и делаю, что убегаю. А что ещё остаётся делать? Ввязаться в лесу в настоящую перестрелку? И долго я так продержусь против автоматов? Окружат и пристрелят, а я тоже отправлю на тот свет несколько человек ни за что пострадавших. Поэтому, главное для меня, увеличить разрыв между мной и преследователями. И выйти из создаваемого кольца окружения. А там уже найду способ, как выбраться из этих мест.

  Тут я едва не свалился в воду очередной речушки. Идти по ней, сбивая собачий след? Не поможет. Одна собака побежит по левому берегу, другая по правому. А я только время потеряю и намокну. Другое дело, оказаться в болоте. Да и то, если оно маленькое, окружат и будут ждать, когда мне надоест в нём сидеть.

  Так и бежал, не обращая внимания на рокот вертолёта над лесом. Пропадала одна тропинка, натыкался на другую и снова набирал скорость. Наконец, мне снова повезло, и я наткнулся на дорогу. Узкая просека разрезала лес, а по ней была проложена укатанная грунтовка. Судя по следам, ею часто пользовались.

  Я резко остановился, оставаясь под деревом, переводя дух. Побежать по ней? А куда она приведёт? Впрочем, всегда успею свернуть в лес. Он по-прежнему был густой и в основном хвойный. Опять же, про эту дорогу не могут не знать те, кто организовал облаву. И они могут предположить, что я смогу на неё выйти.

  Соблазн велик.... Посмотрел на часы. За время с начала беготни, я бы уже вышел к железной дороге, если бы не свернул в сторону. Но ещё не всё потеряно, если лес тянется в том направлении, то я всё равно на неё наткнусь. Быстрее надо решать, пока вертолёт где-то в стороне. И я припустил по ней, не опасаясь споткнуться о торчащий корень.

  Вскоре я остановился в растерянности, оказавшись на перекрёстке. Вправо под углом отходила точно такая дорога. Какую выбрать? Побежал прямо, часто оглядываясь. Впереди лес стал редеть и в конце просеки показались какие-то постройки. Я свернул с дороги вправо и, срезав угол, выбежал к опушке.

  Вот так-так... Лес кончился.... И рельеф окрестностей резко изменился. Впереди были холмистые поля, разделяемые небольшими участками леса, растущие по оврагам и взбиравшиеся наверх. И было видно две деревни. Вернуться назад на другую просеку? Посмотрел вправо, куда вела та дорога. Там лес был большим и продолжался далеко. После развилки я пробежал-то всего минуты три-четыре. А попытка пробраться здесь очень чревата. Местные жители могут заметить, и сверху я буду виден издалека. Но мне главное убежать подальше от этих мест. Ещё неизвестно, куда та дорога приведёт. А здесь можно воспользоваться тем, что имеется.

  Открытые участки преодолевал пешим ходом, чтобы не привлечь внимание случайного зрителя. А по лесу бежал. В овраги не спускался из-за возможных ручейков, бегущих по дну. Иногда приходилось ждать, когда проедут автомобили местных жителей из окрестных деревень. А их я уже успел насчитать четыре. И однажды мне пришлось делать большой крюк, обходя поле, на котором копали картошку. Это меня обрадовало. Значит, здесь ещё не проводится ״контртеррористическая операция״. Когда отдалился от леса больше чем на километр, из него по той просеке, выехали две машины с солдатами. Они спешились и стали растягиваться вдоль края, лицом к нему. Ясно, считают, что я ещё там. Не буду их разубеждать, а прибавлю ходу, пока кольцо обхвата не расширилось.

  Продолжил свой кросс по сильно пересечённой местности и уже подумывал, чтобы устроить привал на обед, как очень близко услышал вертолёт. Я даже присел от неожиданности. Дело в том, за лесопосадкой ходил трактор, выкапывая картошку и его тарахтение меня подвело. Надо было чаще оглядываться, блин.... Заметили или не заметили? Вот, в чём вопрос, важнее Гамлетовского. Я спрятался за деревьями, пережидая, пока он улетит дальше.

  Когда он отдалился довольно-таки далеко в сторону, я прибавил скорость. Но за последними деревьями меня ожидал очередной сюрприз. Впереди было большое открытое пространство. Похоже, что это не поле, а луг для выпаса скота, раз по нему паслось большое стадо коров. Его пасли двое на лошадях, сгоняя в кучу испугавшееся вертолёта стадо. Оглянулся по сторонам. Участки леса в оврагах были далеко, от меня по полкилометра в каждую сторону.

  Времени на раздумья нет. Сбросил рюкзак, снял штормовку и завернул в неё винтовку. Так, вещмешок обратно на спину, карабин на плечо и спокойным шагом пошёл вперёд. Проскакавший недалеко пастух поздоровался со мной, да и только. До леса оставалось всего ничего, как показался возвращавшийся вертолёт. Стараюсь изобразить обычное любопытство, поднимаю голову. И вижу в проёме открытой двери двоих военных, глядящих в бинокли. Один направил окуляры на меня. Быстро опускаю голову, только сердце бешено заколотилось.

  Вертолёт пролетел, и я прибавил шаг, а потом и побежал. Краем глаза успеваю заметить, как он пошёл на разворот. Всё, спалился! И чего я не сдержался, а ускорился? Вот и спасительные деревья. Вертолёт с грохотом пролетел над ними, срывая жёлтые листья с берёз, которые вихрем закружили, словно пурга. Бежать толку мало, надо перехитрить. Пусть думают, что я мчусь сломя голову вперёд, а сам побегу вдоль края леса. Уловка удалась. Тот кружил над предполагаемым маршрутом, когда я уже был далеко в стороне.

  Теперь можно перевести дух. Только вот, жалко, что с трудом отвоёванное расстояние и время потеряно. Выйдя к очередной опушке, я понял, что наступил конец моей беготне. Охватывая дугой окрестности, навстречу ехало, как минимум, с десяток бортовых автомобилей, не считая УАЗиков. Развернулся и помчался вглубь леса. Пока бежал, стал придумывать способы пересидеть облаву. А что, если взобраться на дерево и спрятаться в ветвях? Идея хорошая, если бы не собаки. Перца-то не осталось. Так, а на какое время выбывают они из строя, надышавшись его? Высыпал я его порядочно. И они с собой не весь питомник привезли. Впрочем, мне и одной достаточно, тем более, когда выведут её на свежий след.

  Бегу и верчу головой в поисках подсказки. Несколько раз пролетел вертолёт и пропал. Пробежал лес насквозь и тут же скрылся в другом, хоть и гораздо меньшем. Успел заметить, что вдали проехала одна военная машина. Понятно, охватывают все возможные места.... Тут моё внимание привлёк какой-то рукотворный холм. Обогнул его и увидел, что одна его сторона сделана в виде большой амбразуры, отделанной бетонными плитами. В центре вмурована железная дверь. Толкнул, но убедился, что она заперта на замок. Я уже видел что-то подобное из окна автобуса, но так близко ни разу. Интересно, для чего они? Да чего там гадать! Я достал пистолет и выстрелил пару раз. Потом с силой ударил дверь ногой. Та не поддалась. Но оказалось, что она открывается наружу. Потянул за ручку и увидел торчащий из пола железный люк, как на цистерне. Сбил замок и поднял крышку. Вертикально вниз шла железная лестница. Вытащил из мешка фонарик и напоследок оглянулся назад. С обеих сторон, появились солдаты. До них далеко, могли и не заметить меня на фоне холма.

  Зашёл внутрь и попытался чем-нибудь закрепить дверь. Но ничего подходящего не нашлось. Нашёл только какую-то щепку и вставил между дверью и коробкой и потянул на себя. Сама не распахнётся, и то хорошо. Посветил под ноги и, перебирая руками-ногами ступеньки, стал спускаться. Бетонное помещение было пустым. Тогда для чего оно? Правда, в торце была одна дверь, разумеется, тоже закрытая. И закрыто изнутри. Я думал, что это для кабелей связи.... Надо попытаться взломать дверь, может там ход куда-то ведёт. Не зря же столько военных точек размещено по окрестным лесам.

  Стрельба из ТТ ни чему не привела, хотя и извёл всю обойму. Из карабина стрелять опасаюсь, рикошетом свалит меня наповал. Жаль, топорик остался в рюкзаке.... Хотя, вряд ли бы помогло, тут взрывчатка нужна. В эту минуту послышались удары в железную дверь. Я метнулся по лестнице вверх, чтобы закрыть люк. Опустил его осторожно, чтобы не стукнул. Чем бы его закрепить? Как назло, ни проволоки, ни ничего другого подходящего.

  Есть вариант! Быстро выдернул ремень из брюк и стал привязывать крышку люка к верхней ступеньке. Стало слышно, как отворилась дверь, и несколько человек вошло внутрь. Кто-то попробовал дёрнуть за крышку. Она немного приподнялась, затянув узел.

  Я слез со ступенек и устроился в углу, взяв на прицел спуск вниз. Выложил все снаряжённые обоймы и приготовился отстреливаться, сколько смогу. Наверху о чём-то говорили. Несколько раз дёргали крышку. Потом им удалось что-то подложить под неё, образовав небольшую щель, так, как появилась полоска света.

  - Доронин! Мы знаем, что это ты! Бросай оружие и выходи!

  Не стал ничего отвечать, а только набиваю патронами пустую обойму. Всё стало как-то ничего не значащим, как говорится, по барабану. Не надо никуда и ни от кого бежать. Потянулся за фляжкой попить воды, а достал ту, которая с водкой. Первой мыслью было напиться. Но потом представил, как будут про меня докладывать, и убрал её обратно.

  В щель продолжал вещать какой-то командир, что мне сохранят жизнь и так далее. Несколько раз я прицеливался с вынутой обоймой в полоску света и щёлкал курком.

   Потом минут пятнадцать была тишина, видимо докладывалось вышестоящему командованию. А без его решения ничего не предпринимали. Потом я услышал, как сел вертолёт. Снова застучали сапоги по бетонному полу.

  - Доронин! Я командир спецподразделения КГБ, полковник Разбегаев. Приказываю сложить оружие и сдаться! Безопасность и жизнь на время следствия и суда гарантирую. Меру наказания определит суд, - и после паузы задал вопрос. - Вы меня поняли? Даю на размышление пять минут!

  Да хоть пять часов, нашли дурака, сдаваться. Мою судьбу ужу давно решил Крючков. Уверен, что этому Разбегаеву приказано удавить меня сразу, как только усядемся в вертолёт. В крайнем случае, доставят в бессознательном состоянии. Укольчик сделают или газом траванут. А вот это уже плохой вариант для меня в этом бункере.... Не думаю, что они станут рисковать и подставляться под пули. Засунут шланг и пустят газ. Или газовую гранату бросят. Я стал рыться в вещах. Достал две майки и смочил их водой, а потом сделал из них повязку.

  Я угадал. После истечения ультиматума, полковник снова стал меня уговаривать, а потом крышка люка рванулась вверх. А вниз полетела граната, оставляя дымный шлейф. Я несколько раз выстрелил в открывшийся проём. Мокрая тряпка не смогла удержать газ и у меня начало двоиться перед глазами и спазм останавливал дыхание. Я поднял пистолет, приставил к повязке, и широко открыв под нею рот, выстрелил.

  Померк свет, и разом исчезли все звуки....

  Тут до моего уха донёсся какой-то шум. Вздохнул полной грудью и втянул в себя тёплый воздух. Наверное, черти стучат по сковородам, где же ещё так будет душно и шумно. В Раю для меня вакансии быть не может, а здесь я давно себе место забронировал.

  В помещении было темно, только смутно угадывалось окно и стол перед ним. Зачем это здесь? Пошевелил пальцами правой руки. А где пистолет? Ах, да, в такие места никакого оружия с Того света попасть не может, иначе бы здесь чертям пришлось не сладко. Стоп, ״Тот свет״, это по другую сторону. Там был ״Этот свет״... Чёрт, совсем запутался! Немудрено, когда сам себе мозги вынес. А чем же я сейчас думаю? Что с одеждой? Может я голый? Провёл рукой по груди и на ощупь понял, что я в какой-то футболке. А на мне в тот момент была штормовка, а под нею свитер, рубашка и футболка. Значит, раздели, иначе в Аду можно упреть от жары. Да, а что там у меня с головой? Медленно повёл рукой вверх. Вот подбородок.... Тут я аж похолодел от того, как вспомнил, что было в последнее мгновение. У меня ведь и затылка нет, пуля всё вынесла.... Как-то пропало желание тянуться рукой выше подбородка, а тем более ощупывать затылок. Как представил, холодное и липкое на пальцах, то всего так и передёрнуло.

  Ладно, пока проверю, что там. Голова была на месте, а вот на лбу пальцы нащупали какую-то ткань или повязку. Странно, откуда она взялась? Я же закрывал только рот, чтобы не надышаться газом. Перевязан разнесённый пулей затылок? Не сразу, но решился и коснулся рукой того места. Там была та же повязка, а под ней прощупывалась твёрдая поверхность. Значит, голова цела.... А зачем тогда перевязали? Может, у меня не получилось правильно застрелиться, и пуля прошла другим путём? Или не успел это сделать, отключившись от газа. Тогда, получается, я в тюремной камере или больнице. Надо проверить.

  - Здесь есть кто-нибудь?

  Никто не ответил. Я повторил вопрос. Безрезультатно. Выходит, это ״одиночка״. Ещё бы, поймали государственного преступника номер два, если первым считать Троцкого. С трудом встал с кровати. То, что это была кровать, я понял по скрипнувшим пружинам. На ощупь подошёл к окну. Оказывается, оно было закрыто плотной тканью. Пошарил рукой и отцепил от низа, и ткань ушла вверх и там свернулась, а мне в глаза брызнул яркий солнечный свет.

   Значит я не в Аду, там солнца нет, а за окном точно было солнце и зелёные берёзы. Стоп! Почему зелёные, если они уже несколько дней как пожелтели и половина листьев опала? Ничего не понимаю.... Повернулся назад, оглядывая своё жильё. Комната в деревенском доме, судя по брёвнам, из которых сложены стены. Посреди печь-голландка. Стол, два стула. Трюмо. На столе ״Альпинист״, чёрно-белый телевизор ״Рекорд 306״.

  Посмотрел на настенные часы. Почти два часа. Скоро новости. Включу, пусть нагревается, скоро ״Вести״. Но телевизор не заработал. Крутнул ручкой выключателя несколько раз, а потом проверил, может, в розетку не воткнут. Всё нормально. Подошёл к выключателю, пощёлкал им. Так и есть, точнее, нет света. Так, а транзистор, как, живой?

  Только повернул ручку, как услышал, что диктор читает сообщение. Я машинально посмотрел на часы, отстают на три минуты. Учту. Так, послушаем новости.

  - Сегодня, наши войска, в результате стремительного броска, овладели крупным промышленным центром и столицей бывшего государства Пакистан, Исламабадом.

  Тут я чуть не упал от этой новости. Нащупал сзади стул и буквально рухнул на него.

  - На южном участке, передовые части индийской армии вышли к реке Инд и форсировали её в направлении города Карачи, где ранее нашими десантниками был захвачен международный аэропорт. Наземные части Советской Армии продолжают наступать в южном направлении, вдоль правого берега реки Инд.

  Ущипните меня кто-нибудь!

  - Бывший президент США, Рональд Рейган, обратился с покаянной речью к американскому народу. В ней он признал свою вину за подписание с Советским Союзом соглашения о ликвидации межконтинентальных ракет морского и сухопутного базирования, стратегических бомбардировщиков, и ракет среднего радиуса действия. А также всех ядерных боеголовок, мощностью более ста килотонн. Что развязало руки Советскому Союзу, обладающему огромным численным превосходством сухопутных сил над своими соседями.

  Я выключил приёмник. Что за чушь, где я? Потом опять включил. На этот раз, кто-то громко кричал на митинге. Среди шума, я разобрал слова о том, что осуществилась многовековая мечта русского народа о выходе к Индийскому океану. Стоп! Голос и эта идея мне показались знакомыми. Прибавил звук, и прислушался внимательнее. Ну, точно, это же сын юриста! И в подтверждение моей догадливости, диктор назвала его фамилию и должность. Тут я обалдел окончательно - ״Верховный правитель Великой России״.

  Вскочил на ноги и собрался выбежать на улицу, как заметил кого-то в зеркале. Резко обернулся. Никого, кроме меня. Подошёл ближе и понял, что это я. Не в смысле, узнал себя, а потому, что изображение повторяло все мои движения. Но в зеркале был не я, а другой человек, которого я никогда не видел.

  На вид ему было лет двадцать пять. Рост на пару сантиметров выше, и килограмм на пять легче. И главное отличие - парень в зеркале был рыжим! Ничего не имею против них, но я привык к своему цвету волос.

  Выходит, меня перенесло в чужое тело.... Разве так бывает...? Что-то голова от всего этого закружилась, пойду на свежий воздух. А как я выйду, если дверь заперта снаружи? Кстати, почему я так решил? На окне решётки нет, значит, не тюрьма.

  Подошёл к двери и нажал на ручку. Она пошла вниз, и я толкнул дверь. Дальше оказалась кухня, судя по печке с плитой и большой стол, явно обеденный. Окно было не зашторено. Справа была ещё одна дверью. Открыл её и вышел в сени. Буду это помещение так называть, раз дом, судя по всему, в сельской местности. Из сеней было две двери, справа и слева. Пошёл вправо и оказался на крыльце дома. Вниз шло три ступеньки и калитка на улицу. За забором была улица, с такими же деревянными домами. Кое-где раздавался лай собак и крик петуха. Вернулся внутрь и открыл левую дверь. Вниз уже вела крутая деревянная лестница, а ступенек было шесть или семь. Помещение было большим, почти как площадь дома. Служило оно сараем, кладовкой, гардеробом рабочей одежды. В общем, тут хранилось то, чего не надо тащить в жилой дом, но пользоваться им приходится часто. Во двор вела сбитая из простых струганных досок дверь, в данный момент, распахнутая настежь. И там кто-то чем-то периодически стучал.

  Выхожу за дверь и вижу парня, лет тридцати, выравнивающего на куске рельса гнутые гвозди. Он увидел меня и отложил молоток.

  - Андрей, как ты, оклемался?

  Значит, теперь меня так зовут. А он кто? Лицо не знакомое. И что мне отвечать? Может повторить ситуацию как в фильме ״Джентльмены удачи״? Придётся, другого выхода нет.

  - Стало лучше. Голова ещё немного побаливает. Но я ничего не помню, всю память, видимо, отшибло....

  - - Как это, ничего не помнишь? Что же тогда мы делать будем? Ты же обещал, что поможешь нам. И чего ты помчался, не глядя под ноги?

  - Ничего не помню. А где это было?

  - Так ты что, совсем память потерял?

  - Откуда мне знать, совсем или нет. Как телевизор и приёмник включать знаю..., читать - считать тоже..., может быть....

  - В следующий раз, в лесу смотри под ноги. Ещё раз споткнёшься об корень, а вместо бревна, лбом приложишься на камень.

  Теперь понятно, откуда на голове повязка. Но голова совсем не болит. А шишка совсем маленькая. Тут я вспомнил передачу по радио и спросил незнакомца:

  - Какой сегодня год?

  Тот удивлённо уставился на меня.

  - Что, ты даже это не помнишь?

  Я кивнул головой.

  - Девяносто пятый....

  - Тысяча девятьсот девяносто пятый? - уточнил я.

  - Знаешь что, иди-ка ты, полежи ещё, рано тебе вставать с постели. А я схожу к бабке Матрёне, узнаю, чем теперь тебя лечить.

  К о н е ц