По воле обстоятельств Офелия Вест оказывается на острове в компании привлекательного Себастьяна Рейна, переживающего личную драму. Вскоре он берется научить ее флиртовать. Ласковый океан, прекрасные пейзажи, уединение — и очень быстро флирт переходит в нечто большее. Однако сможет ли робкая Офелия влиться в мир Себастьяна, полный риска и опасностей?
Отличительной чертой характера Лии — одной из четырех детей семейства Вест — была робость. Конечно, все относительно, и ее нельзя было бы назвать пугливой ланью или неприспособленной к жизни трусихой. Просто уверенностью в себе и смелостью Лия всегда заметно уступала родственникам и друзьям и была из тех, кто прыжкам с парашютом предпочитает чтение, а горячему спору — молчаливое согласие. Ну и что тут такого? Если вспомнить, что недостатки являются продолжением достоинств, то и вовсе можно сказать, что Офелия Вест была крайне благоразумной особой.
Конечно, некоторые все же считали ее чересчур замкнутой и застенчивой и советовали поменьше работать и побольше выходить в свет и заводить знакомства. Да только ей вполне хватало имеющегося узкого круга друзей, тем более что хорошие друзья, как известно, на дороге не валяются.
Вот Томас, к примеру, — математик-криптолог, деловой партнер и настоящий друг. Его уверенности в себе с лихвой хватает на двоих, и к тому же он владеет самым доступным для Лии языком — языком кодов. И когда возникла необходимость уединиться, чтобы сосредоточиться и попытаться взломать хитрую компьютерную защиту и прочесть некий документ, именно Томас предложил ей отправиться на его личный остров, где никто не будет отвлекать от дела и лезть с ненужными вопросами.
Так она и оказалась снова на родине — в Австралии, и от пункта назначения ее отделяла всего лишь небольшая поездка по бескрайним водам Тихого океана.
«Томас здорово придумал! Очень мило с его стороны. Это отличная идея», — твердила себе Лия, поднимаясь на борт рыболовецкого катера «Марлин Третий» и вежливо спрашивая у капитана, где взять спасательный жилет. Под молчаливым удивленным взором моряка она сняла свой тонкий пиджачок, нацепила жилет, потом опять надела пиджак. Никогда не была с океаном на «ты», так что предосторожность не помешает.
Яркое солнце, синее небо, спокойная морская гладь и сияющий катер под управлением лучшего капитана, которого ей порекомендовали в Кернсе. Борт оснащен системой GPS-навигации и радаром, а капитан в ее присутствии заполнил путевой лист и вручил его диспетчеру порта. Настоящий профессионал, все по технике безопасности. С другим бы она и не поплыла.
Сначала все было хорошо, но вдруг подул отнюдь не попутный ветер и стали сгущаться облака, так что путешествие несколько затянулось и стало малоприятным. Однако капитан не унывал. Посверкивая голубыми глазами, этот долговязый морской волк заявил, что погода как нельзя лучше подходит для морской прогулки, а уж кто-кто, а он-то в этом деле толк знает. Как-никак, двадцать лет у штурвала. Единственное, что вызывало беспокойство капитана Мола, так это пункт назначения.
— А Себ точно знает, что вы скоро будете? — в сотый раз уточнил он.
— Да, — в сотый же раз подтвердила Лия. — Знает.
— А то я что-то никак не могу с ним связаться.
— Да, я уже поняла.
В течение последнего часа Мол каждые десять минут пытался выйти на связь с Себастьяном Рейном. Одновременно он старался быть радушным хозяином, так как Лия щедро заплатила за рейс вперед. Например, предложил ей устроиться в специальном рыболовном кресле над водой. Однако она категорически отвергла эту идею:
— Нет, благодарю вас. Я не любитель рыбной ловли. — «И любых других активных действий на воде», — добавила она про себя и вслух продолжила: — Я читала «Старик и море», так что имею общее представление, а подробности меня не интересуют.
Мол рассмеялся и заверил ее, что техника рыболовства с тех пор шагнула далеко вперед, но настаивать не стал. Минут через тридцать до него дошло, что Лия боится, причем с каждой минутой все сильнее.
— Что, у вас какие-то проблемы с Себом? — поинтересовался он, оглядываясь туда, где за его спиной на расстоянии вытянутой руки стояла пассажирка.
— Да нет пока, — отозвалась Лия. — По крайней мере, я не в курсе. Просто, знаете, как некоторые боятся высоты, например, так и я боюсь, когда вокруг много воды. Океан такой огромный и бездонный. И случись вдруг что, дорога одна — вниз, на дно. Я по мере возможности стараюсь вообще по воде не путешествовать. К сожалению, в данном случае это единственный способ попасть на остров.
— А Себ не мог вас сам встретить?
Лия, подавив тревогу и страх, улыбнулась и пояснила:
— Так ведь я не к нему еду. Мы с ним, собственно, даже незнакомы. — Сказав так, она замолчала. И Мол, не дождавшись продолжения, предложил ей сесть с ним рядом и налить им обоим по кружке кофе из термоса. В руке у него оказались белые кубики сахара-рафинада, и он, не спрашивая даже, молча бросил в ее кружку три кусочка и велел выпить.
В попытках скрасить спутнице поездку и поднять настроение капитан предложил включить музыку, но выяснилось, что его душа лежит к року, причем самому крутому — тяжелому металлу, под который впору не успокаиваться, а поднимать войска или, наоборот, слагать головы в славном бою за правое дело. Тогда он в очередной тридцать восьмой раз завел светскую беседу:
— Так чем вы занимаетесь?
— Я придумываю шифры, пишу коды. Например, для обеспечения безопасности онлайн-операций.
— Вроде криптологии? — уточнил Мол и довольно ухмыльнулся, увидев удивление на лице Лии. — То же, чем и Том занимается.
— Именно, — кивнула она. — Мы с Томасом вместе работаем, у нас одно дело. Поэтому он и предложил мне отправиться на этот остров.
— Так вы уверены, что Себ вас ждет? — опять переспросил капитан.
— Уверена, — подтвердила Лия и подумала, что, судя по волнению невозмутимого в остальных случаях морского волка, она явно располагает не всей важной информацией о живущем на острове брате Томаса. — Может, поделитесь со мной? Я чего-то не знаю?
— Хороший вопрос, — пробормотал Мол. — А что вам вообще о нем известно?
— Что он богат. Что они с Томасом на пару приобрели этот остров и что Себастьян сам спроектировал и построил там дом. А чем он вообще занимается?
— Да чем хочет, тем и занимается. Как правило, — откликнулся капитан.
— Не могли бы вы быть чуточку конкретнее? — попросила Лия.
— Он инженер-судостроитель. Его компания обслуживает морские буровые установки, они же занимаются каптажем и закрытием скважин. А уж что он там сейчас делает на острове — бог его знает. — Тут Мол уставился на нее мудрым взглядом голубых глаз. — Вы понимаете, что, кроме него, на острове вообще никого нет?
— Понимаю. Но ведь там имеется дом для гостей. Предполагается, что я остановлюсь именно там. Том договорился с Себом, так что не вижу тут проблемы.
— Вот тогда и попробуйте сами с ним связаться.
Лия без возражений устроилась у радио: так она хотя бы могла отвлечься от созерцания пугающе бескрайних водных просторов. Но к тому моменту, как «Марлин Третий» пришвартовался у небольшого пирса, устроенного в живописной бухте, имеющей форму подковы, никто на их позывные так и не откликнулся, и Лия была на взводе.
— Его квадроцикл здесь, — сообщил Мол, вытаскивая на пирс ее чемодан и поворачиваясь, чтобы подать ей руку.
Лия сняла спасательный жилет и, замявшись на мгновение, оперлась о его руку. От внимательного взгляда капитана не укрылась эта ее нерешительность. В ней не было ничего личного по отношению к просоленному морскому волку, просто Лия всегда была сверхосмотрительна. Чтобы сгладить неловкость, она слегка улыбнулась и, шагая на пирс, поблагодарила капитана.
Наконец-то! Земля! — было первое, что пришло ей на ум, когда она выбралась из лодки. Твердая почва под ногами. Осталось лишь сделать пару шагов! Сразу за этим до нее дошел смысл слов капитана.
— Говорите, квадроцикл Себа здесь?
— Да, вон там, за ангаром.
— Это ангар? — удивилась Лия, глядя на вытянутое строение, начинающееся на пляже и уходящее вдаль метров на пятьдесят. — Он там что, подводную лодку держит?
— Знаете, я бы не больно-то смеялся на этот счет, — сухо ответил Мол. — Это одновременно и склад, а иногда и убежище. Там на чердаке есть спальное место. Я сам тут пару раз в непогоду укрывался.
Кинув обеспокоенный взгляд на небо, которое быстро заволакивали темные облака, Лия напомнила:
— Как договорились, вы меня забираете через две недели или раньше, если потребуется. Зарезервируйте за мной время, я уже заплатила!
— Да-да, заплатили, зарезервирую. Но, сами понимаете, там все будет зависеть от погоды. Правда, прогноз ничего плохого не предвещает.
— А эти вот облака вам тоже ничего не предвещают?
— Ха! Это пустяки! — Капитан Мол вынул из кармана телефон и показал ей свою любимую заставку на экране. — Вот это облака!
Спроси у нее, и Лия бы сказала, что так изображают разнузданно разгулявшийся целый атмосферный фронт.
— Рада, что вы не стали показывать мне это на катере. Это вы сами с лодки снимали?
— Ага!
— Жуть какая! — Лия поежилась.
— Вы что, на самом деле так не любите океан?
— Ни океан, ни реки, ни озера. Предпочитаю сауну.
Капитан Мол хмыкнул, Лия ухмыльнулась. Он ей понравился. И довез ее сюда быстро и без проблем.
Так они дошли до входа в ангар, и Мол заколотил в огромную железную дверь с гигантской ручкой и болтавшимся массивным амбарным замком. Ответа не последовало, тогда капитан толкнул дверь, которая оказалась не заперта.
— Он что, настолько людям доверяет? — удивилась Лия.
— Нет, — коротко отрезал Мол и окликнул: — Эй, Себ!
Ответа не последовало. Они заглянули в складские помещения, прошли мимо сияющего белого катера, посмотрели в крошечном захламленном кабинетике. Обнаружился хозяин на чердаке.
Не подавая признаков жизни, он лежал лицом вниз, распластавшись на одной из раскладушек. Мол вздохнул, а Лия молча уставилась на Себастьяна Рейна, и не только потому, что на нем не было рубашки. Он оказался настоящим гигантом: ноги свисали далеко за край лежанки, и казалось, что, будь спальное место хоть на сантиметр уже, плечи свисали бы тоже.
Джинсы красиво облегали сильные, мускулистые бедра и круглые упругие ягодицы. А спина… Идеальных пропорций и с ровным бронзовым загаром, она могла бы служить наглядным пособием для изучения рельефов человеческой мускулатуры. Такая спина — предел мечтаний любого скульптора и художника, которые бы с огнем в глазах созерцали эту красоту, чтобы запомнить каждый изгиб, каждую впадину и попытаться передать затем в своих творениях.
Что уж говорить о Лии Вест? Она тоже с безмолвным восхищением упивалась представшим зрелищем. Кто знает, а вдруг придет когда-нибудь в голову заняться живописью или ваянием?
Спина мерно вздымалась, а цвет лица, которое, впрочем, почти полностью скрывалось за спутанными черными волосами, был вполне нормальным. И рядом с раскладушкой валялась полупустая бутылка виски. Стало быть, он не мертв, а всего лишь мертвецки пьян.
— Мисс Вест, рад вам представить нашего хозяина, — издевательским тоном произнес Мол, затем нагнулся и толкнул лежащего мужчину: — Эй, Себ!
Тот хрипло простонал, а потом, не стесняясь в выражениях, не очень членораздельно посоветовал капитану убираться восвояси.
— Себ! — еще громче позвал Мол и потряс его за плечо. — Я к тебе сегодня не с пустыми руками!
— Брось тут где-нибудь на пол, — пробормотал Себ, и от звука его глубокого, хриплого ото сна голоса по телу Лии побежали мурашки.
— Ну-ну, непременно, — ответил Мол и повернулся к Лии: — Еще несколько минут, и он придет в себя. Может, вам лучше подождать в кабинете?
— Ничего страшного, — ровным тоном откликнулась она. — Видала я и не такое. У меня, знаете ли, есть братья.
— Братья, которые пьют не просыхая?
— Братья, которые творят что хотят. — И Лия, опираясь руками в колени, нагнулась и заглянула лежащему в лицо. О, это было лицо падшего ангела, бунтаря и повстанца. Пожалуй, стоит и его запечатлеть в памяти, как и спину.
— Мистер Рейн? Я Офелия Вест. Мы с вами разговаривали по телефону. Я напарник Томаса. Приехала поработать.
Длинные темные ресницы приподнялись на миллиметр и тут же снова опустились, но Лия успела заметить за ними блеск лесной зелени.
— Я что, умер? — пробормотал он.
— Не совсем.
— Точно?
— Точно. — Лия выпрямилась и повернулась к Молу: — Уверена, сейчас он выдавит из себя что-то вроде «добро пожаловать на остров».
Но вместо этого раздались невнятные ругательства и сдавленный всхлип.
— Дайте мне пять минут, — проговорил капитан, решительно поставил протестующего Себа на ноги и поволок через весь ангар, а затем и через прибрежную полосу к океану.
Лия стояла на пирсе и наблюдала, как двое мужчин забрели в воду по пояс и как капитан Мол бесцеремонно отпустил Себа и направился обратно к берегу, а Себ побрел на глубину, потирая руками голову, и вдруг плавно нырнул. Да, этот явно боязнью водных пространств не страдает.
— Сейчас он быстро очухается, — пообещал подошедший Мол. — Последние пару месяцев ему нелегко пришлось. В аварии на буровой погиб его бизнес-партнер, а еще один сотрудник полностью оглох. Себ винит себя в произошедшем. А вам что же, Том не рассказал об этом?
— Ни слова, — ответила Лия и сделала мысленную заметку при случае разобраться с Томом.
— Точно не хотите вернуться? Могу вас прямо сейчас и отвезти. Найдете какой-нибудь милый домишко на побережье… — предложил Мол.
— Поверьте, я бы с радостью, — ответила она, бросая взгляд на Себа, который уже выбирался на берег. Лия даже на расстоянии ощущала исходящую от него силу и чувственность, и это будоражило и пугало одновременно. — Но не могу. Как считаете, мне тут с ним ничего не угрожает?
— Не думаю, чтобы он мог навредить вам физически, если вы об этом. Но вот на крепкое словцо нарваться вполне реально.
— А как насчет пьянства?
— На самом деле все не так уж плохо, — заверил Мол. — Он не столько пьян, сколько измотан. Себ очень устал.
— От чего? — удивилась Лия. — От наблюдения за проплывающими косяками рыб?
Лия часто не могла решиться сделать выбор. Вот и сейчас она не знала, какому из инстинктов довериться — тому ли, что велит возвращаться сию же минуту на материк с Молом, или тому, который уверяет, что с Себом ей ничего не грозит.
В конце концов, Себ — брат Томаса, а Томас — ее друг, который всегда знает, когда поддразнить, а когда протянуть руку помощи. Иногда он даже слишком опекает. И уж точно не послал бы сюда, грози ей тут хоть какая-нибудь опасность. Не может ведь быть, чтобы Себ совсем не был похож на брата?
Себ шагал к ним с видом хозяина мира и оскалом, которым можно было пугать маленьких детей. Но не оскал напугал Лию, а собственная реакция на близость этого мужчины и его внешность. Она то ловила себя на мысли, что прикидывает в сантиметрах ширину его плеч, казавшихся еще шире по сравнению с узкой талией, то замечала, как учащается пульс и сбивается дыхание, то с удивлением понимала, что ей хочется оказаться поближе к нему.
Это было необычно, потому что в повседневном общении с людьми Лия всегда старалась соблюдать дистанцию в прямом смысле — она оберегала личное пространство и не подходила к собеседнику ближе чем на расстояние вытянутой руки, а еще лучше — целого стола. Это распространялось даже на Томаса, с которым она проработала уже больше двух лет.
Себастьян Рейн шагнул к ней, оказавшись очень близко. Но привычная система защиты, которая должна была заставить Лию автоматически отойти, на этот раз не сработала. Лия сделала глубокий вдох и, стараясь не опускать взгляд ниже его подбородка, протянула руку:
— Что ж, мистер Рейн, вторая попытка? — Она старалась, чтобы голос звучал максимально ровно и спокойно. — Меня зовут Лия Вест. Полагаю, вы ожидали моего прибытия.
Где-то позади весело хрюкнул Мол. А прямо перед ней Себ Рейн перевел взгляд с ее лица на руку и обратно и с едва уловимой ноткой скептицизма промолвил:
— Я весь мокрый.
— Да, я заметила, — кивнула она, не позволяя, чтобы в голос прокралось осуждение или сарказм.
А еще Лия заметила, что глаза его действительно глубокого темно-зеленого цвета с серыми вкраплениями и желтыми искорками. И ей по-настоящему хотелось пожать ему руку — скорее всего, чтобы подчеркнуть деловую природу отношений между ними. Ведь они все заранее обсудили, и он сам согласился, чтобы она приехала. Ну и, конечно, просто не терпелось ощутить его прикосновение к своей руке.
Рука оказалась большой, предсказуемо влажной, а еще теплой и мозолистой. Рукопожатие продлилось совсем недолго, но и этого хватило, чтобы жар теплым потоком разлился по телу Лии.
— Сколько времени вы намерены здесь провести? — тихо спросил Себ.
— Не знаю, — честно ответила Лия. — От двух дней до двух недель. Чуть дольше, и я просто с ума сойду.
— Все мы немного сумасшедшие, — философски заметил Себ и обратился к Молу: — Ты остаешься?
— Не могу. У меня чартер на утро заказан.
— Отмени.
— Никак, приятель. Так что гостья поступает в твое полное распоряжение.
— Я бы так не сказала, — возразила Лия. — Но в любом случае мое присутствие в какой-то степени нарушит ваш привычный уклад. Возможно, Томас был не в курсе некоторых ваших… э-э-э… личных обстоятельств, когда предлагал воспользоваться вашим с ним гостеприимством. Вы уверены, что мое присутствие вас не отяготит, мистер Рейн? Я не собираюсь вам мешать, но… — Лия пожала плечами, стараясь говорить безразлично, — это все-таки ваш остров. Я могу сейчас же уехать вместе с Молом.
Себастьян Рейн провел рукой по волосам и устремил взор в сторону океана, будто ища там ответы на глобальные жизненные вопросы. Лия хотела было съязвить, что человечество тысячелетия бьется над ними и вряд ли истина откроется ему здесь и сейчас, но сдержалась. Она старалась не выдавать волнения и вообще не смотреть на Себа, что было непросто из-за его габаритов. В то же время Мол пристально уставился на хозяина острова.
— Я правда вас совсем не побеспокою, — добавила Лия, когда молчание затянулось и стало действовать на нервы. — Я ведь работать приехала. Вы меня и не увидите, обещаю.
— Раз Том вас прислал, оставайтесь, — наконец выговорил Себ. — Это весь ваш багаж? — уточнил он, подходя к ее сумке.
— Да.
— Квадроциклом управлять умеете?
— Пляжным трайком умею.
— А катером?
— Нет. Честно говоря, мистер Рейн, я на дух не переношу все, что плавает.
— Сами-то плавать умеете?
— Так, постольку-поскольку. — Она взглянула на океанские просторы. — Только если недалеко и недолго.
— Она предпочитает сауну, — вклинился в разговор Мол, словно подводя черту под темой плавания.
Лия улыбнулась, а Себ окинул взглядом Мола, потом ее, словно гадая, уж не затащила ли она капитана в джакузи по дороге на остров. Иначе откуда ему было знать о подобных предпочтениях пассажирки? Хорошо, что он не догадывается, что никто раньше не примерял к Лии образ соблазнительницы, и ей было сейчас очень приятно почувствовать себя этакой роковой женщиной, пусть даже всего на пару мгновений.
— У меня еда заканчивается, — заявил Себ.
— Могу привезти, когда за твоей гостьей вернусь, — предложил Мол, и мужчины пошли по пирсу к «Марлину Третьему». Лия осталась на месте, не желая подслушивать дальнейший разговор. Пусть пообщаются с глазу на глаз, они явно в хороших отношениях, и им есть что сказать друг другу.
Кроме того, она сможет немного отдышаться и отойти от рукопожатия. Всего лишь мимолетное касание, а она вся горит, трясется и вообще чувствует себя не в своей тарелке.
Себ уже возвращался. Мокрые джинсы плотно облегали длинные мускулистые ноги. Взгляд Лии случайно скользнул к его промежности, она сглотнула и быстро отвела глаза. Да уж, эту часть его тела лучше не запечатлевать в памяти, а то на других мужчин никогда больше смотреть не захочется.
Катер Мола заурчал и отчалил. Лия помахала ему вслед, стараясь сохранять спокойствие и глядя, как приближается Себ.
— Итак, с чего начнете? Вам слово, — неприветливо бросил он, остановившись рядом.
— Так, — начала Лия, раздумывая, что у хозяина сейчас, скорее всего, раскалывается голова, и лучше его не злить. — Пристройте меня куда-нибудь, где есть компьютер и кружка крепкого кофе, и моя благодарность не будет иметь границ. Такой вариант вас устроит?
— Вполне, — кивнул он, бросив на нее странный взгляд, значение которого Лия не поняла.
Гостья абсолютно не соответствовала тому, что он ожидал увидеть. Томас сказал, что Лия — серая мышь с непомерным интеллектом. Но Себу и в голову бы не пришло назвать Офелию Вест мышью.
Да, он заметил, что она спокойна, тиха, старается подстроиться под обстоятельства, терпимо относится к слабостям окружающих. Но у нее умные голубые глаза, безупречная кремовая кожа, волосы цвета ириски, позолоченной солнечными лучами, и гибкое, стройное тело, на которое ему, по большому счету, совершенно не следовало бы обращать внимание.
А еще были губы — первое, что он заметил, открыв глаза. Он тогда сразу же понял, где именно на себе хотел бы ощутить прикосновение этих губ. И это должно было бы послужить тревожным сигналом. И послужило. Себ твердо решил тут же отправить ее обратно с Молом, но в какой-то момент она обратилась к нему как к человеку слова. И вот уже он понял, что Мол уезжает, а Офелия Вест остается. И все ждут, что он покажет себя настоящим джентльменом. Такая вот интересная ситуация. Что ж, черт побери, он постарается. По крайней мере, попробует.
Себ прошел в кабинет, выудил из груды хлама солнечные очки, нацепил их и тут же облегченно вздохнул, так как все вокруг подернулось милосердной серой дымкой, и свет перестал терзать глаза. Прикинув все в уме еще раз, он подумал, что Лия все же вполне вписывается в окружающую обстановку и дела его не так уж плохи. Наверное, ему просто показалось, что во время рукопожатия зрачки ее расширились, а губы приоткрылись. Ее изящная ручка тогда практически утонула в его ладони…
Так, бекон и кофе — вот что его спасет. Много кофеина и очень много жира! Заправиться хорошенько, а гостью запихнуть в кабинет Тома. И если они с его братом — два сапога пара, то можно будет забыть о ней на несколько дней. Уткнется в свой компьютер, и будет ее не видно и не слышно. Отличный план!
Себ взял ее сумку и направился к квадроциклу. Заведя двигатель, он устроился на водительском сиденье, морщась от шума мотора, который болью отзывался в голове. Да, кофеина и бекона — и побольше!
— Ну, вы как, со мной? — спросил он, и Лия молча скользнула на сиденье за ним. Ее сумка стеной стояла между ними. И никаких рук на его талии, никаких тебе веселых подколов и флирта. Просто коллега Томаса, приехавшая сюда поработать.
До дома было пятнадцать минут езды. Сначала по грязи и бездорожью взбирались вверх по крутому холму, а потом ехали по равнине, с которой открывался чудный вид на бесконечный океан, на линии горизонта переходящий в беспокойное сереющее небо. Ветер путался в их волосах, и в какой-то момент на лицо Себа упал каштановый локон, а потом скользнул по шее, почему-то навевая мысли о плети и хлысте…
Себ сжал зубы, ругая свои тесные мокрые джинсы, и изо всех сил нажал на газ, пытаясь выжать из транспорта максимальную скорость. Так они преодолели самый трудный участок пути, обогнули горный хребет, и тут показался дом. Колеса, как всегда, немного пробуксовывали на гладких камнях, и на этот раз руки Офелии Вест вцепились в его плечи.
По телу его тут же пробежал мощный разряд — не первые осторожные предвестники плотского интереса, а ничем не прикрытая дрожь сильнейшего желания. Себ мрачно подумал, что слишком долго обходился без женщин и чересчур долго отшельничал на острове, где компанию ему составляли тоска и унылые, безрадостные мысли.
— Простите, — пробормотала Лия и поспешила убрать руки, как только квадроцикл снова выровнялся.
— Лучше уж держитесь, — посоветовал Себ. — Дальше дорога будет еще хуже.
Тогда она взялась за пояс его джинсов, видимо ошибочно полагая, что так будет более целомудренно, чем касаться его обнаженного торса. Как же она заблуждалась! Тело Себа восприняло этот жест как свидетельство того, что вскоре джинсы будут сняты за ненадобностью.
Все пятнадцать минут, что они добирались до дома, прежде чем укрыться за стенами от усиливающегося ветра, Офелия Вест с любопытством озиралась по сторонам, но так ни слова больше не проронила. Себу бы радоваться: девица явно не ищет с ним дружбы, не пытается втянуть в разговор. Но почему-то радости он не чувствовал. Ее упорное молчание лишь разбудило любопытство: интересно, что за мысли бродят в ее умной голове? Что она думает об острове и о доме?
Дом словно вырастал из скалы. Из любого окна открывался прямой вид на океан. Себ сам разработал проект и во время строительства практически все тоже делал сам. И теперь дом горделиво демонстрировал свою грубую, резкую красоту, заставляя дивиться смелости задумки.
Но что бы там эта серая мышка ни думала о доме, высказывать свое мнение вслух она явно не собиралась.
— Не могли бы вы показать, где у вас ванная комната? — попросила она.
Себ объяснил дорогу, а сам отправился на кухню.
Кофе поможет. Просто не может не помочь! А потом он проводит ее в кабинет, а сам вернется, зажарит себе бекон и уйдет на весь день. Пусть она себе работает, в чем бы там ни заключалась эта работа. А ему нужно развеяться, избавиться от похмелья, мерзкого настроения и навязчивой мысли о присутствии маленькой серенькой мышки, которая изо всех сил старается не причинить ему беспокойства. Прямо вот из шкурки вон лезет, лишь бы не обременить его. И тем самым, напротив, умудряется вызвать к себе такой интерес, какого он ни к кому не испытывал за многие-многие годы!
Себ насыпал в блестящую нержавеющими боками кофеварку намного больше молотого кофе, чем полагалось, облокотился о стол и уперся головой в стенной шкафчик. Закрыв глаза, он попытался вспомнить, что еще его брат рассказывал о Лии Вест. Неплохо было бы также вспомнить, а не имеет ли на нее виды сам Том, а если имеет, то как далеко все у них зашло.
Наверное, имеет… Она такая умная, элегантная, чувствуется воспитание. Вполне себе миленькая девочка. В то время как сам Себ всегда предпочитал женщин самоуверенных, с авантюрной жилкой и склонностью к запретному.
— Как вкусно пахнет кофе, — раздался тихий, ровный голос, заставивший Себа выпрямиться и открыть глаза.
Лия неуверенно топталась на пороге.
— Он и на вкус ничего. — Это что он сейчас произнес? Это хриплое кваканье простуженной жабы — его голос? — Там где-то сахар есть, если поискать. И стерилизованное молоко. Не знаю только где, посмотрите сами. — Тут Себ припомнил, что молоко, скорее всего, в кладовке в ангаре. Надо будет как-нибудь завезти его сюда.
— Да я без молока пью, и сахара одну ложечку.
Ах, этой женщине с идеальными губами и огромными мозгами много не надо. Она сняла пиджак и осталась в джинсах и серо-сизой футболке, которые подчеркивали стройную фигуру и тонкую кость, а также аккуратные упругие грудки и длиннющие ноги. Да уж, мужчине, который захочет добиться ее расположения, нужно будет действовать очень осторожно с этой женщиной-статуэткой. И нужно будет ее беречь…
— Есть хотите чего-нибудь? — спросил он, повторяя про себя: «Мышка, серая мышка моего братишки». Или напарница? Деловой партнер? Надо выяснить поскорее…
— Нет, спасибо. Я хорошо позавтракала.
Ну конечно. Себ был готов биться об заклад, что хороший завтрак в ее понимании — это маковая росинка и капелька обезжиренного йогурта.
— Я вам положу продуктов в сумку-холодильник, отнесете в дом для гостей. А там есть нормальный холодильник, включите сами. Не знаю, заправлена ли кровать. Дам вам с собой постельное белье.
Пожалуй, ему стоило бы предварительно проверить дом на предмет пауков, ящериц и змей… Да, прием гостей явно не входил в число его талантов.
— Хотя нет, поступим по-другому, — проворчал он. — Я сам там все подготовлю. А вы занимайтесь тем, для чего приехали. Том в подробности не вдавался…
Офелия Вест пожала плечами:
— Для простых смертных это не очень интересно. Но мне не терпится взглянуть на ваш компьютер. Томас говорил, это нечто сногсшибательное.
— Ах, вы фанатка компьютерного труда! Что ж, идемте, покажу вам.
Дом был встроен в скалу, и складывалось впечатление, что задняя стена — это сплошная холодная горная порода, в которую уходит белый потолок и выложенный серой плиткой пол. Себастьян так до сих пор и не надел рубашку. Лия пыталась вникать в то, что он говорил и показывал, но мысли все время переключались на него самого.
Дойдя до конца коридора, Себ распахнул дверь, и Лия проследовала за ним в кабинет. Комната оказалась отлично спланирована и располагала двумя окнами с пола до потолка, через которые открывался прекрасный панорамный вид на океан. На стенах красовались фотоснимки плавучих буровых платформ и трубопроводов — судя по всему, результат деятельности Себастьяна. Среди них бросался в глаза вставленный в рамку лист с написанным от руки почерком Томаса доказательством некоей теоремы. Здесь же имелся огромный чертежный стол и два мощных компьютера известной марки.
Все в этом помещении радовало глаз и соответствовало высочайшим стандартам, кроме самого важного. Лия в шоке уставилась на компьютеры.
— Что-то не так? — спросил Себастьян.
Лия оглянулась и увидела, что тот пристально за ней наблюдает.
— Очень надеюсь, что нет. То есть, я хочу сказать, это отличное место для работы, не поймите меня неправильно. И вид такой, аж дух захватывает. Для тех, конечно, кто любит такие пейзажи. Но вот компьютеры — это совсем не то, о чем говорил Томас.
— А о чем он говорил?
— Обещал золотые горы, — поведала Лия и осеклась, увидев хитрый смеющийся взгляд манящих зеленых глаз.
— А-а, это вам тогда в пещеру Аладдина, — вкрадчиво проговорил Себ, пересек комнату и открыл дверь, которую Лия до этого не замечала. Протянув руку, он пошарил у косяка, включил свет и отступил в сторону. — Вот, земля обетованная!
Лия осторожно подошла, заглянула внутрь, и изо рта ее вырвалось восклицание, которое она подцепила у одного из братьев и которое в переводе на литературный язык означало нечто вроде «хвала Всевышнему, это чудо из чудес».
«Пещера» была заставлена системами охлаждения и мониторами. Провода, судя по всему, проходили в стене, так как под ногами ничего не мешалось и не путалось. А почти до половины одной из стен громоздились блоки памяти. Томас Рейн построил себе суперкомпьютер!
— Ну как, мисс Вест, эти горы для вас достаточно золотые?
— Можете звать меня Лия, — рассеянно откликнулась она, запуская системы одну за одной. — Спасибо! Спасибо, что разрешили остаться. — Она остановилась и окинула взглядом доставшиеся ей в распоряжение богатства.
— Полагаю, теперь у вас есть все для работы? — сухо поинтересовался Себ.
Лия искренне улыбнулась и отметила, что он почему-то удивился этой ее улыбке.
— О да! — с благоговением воскликнула она.
— А игрушками вы тоже увлекаетесь? — спросил Себ от двери, наблюдая, как Лия включает мониторы. Как и полагается настоящему фанату своего дела, она, казалось, забыла о его существовании, как только увидела компьютерную сокровищницу Тома. Себ не знал, обижает его это или забавляет, и наконец решил, что испытывает понемногу и то и другое.
— Так, поигрываю иногда, — пробормотала она, разглядывая оборудование. — А вы?
— Временами. И с Томом играли?
— Угу. — Зажегся очередной монитор, и загудела лопастями вентилятора система охлаждения.
— С ним или против?
— И так, и так.
— Побеждали его когда-нибудь?
— Пару раз.
— А спали с ним?
Тут Лия непонимающе мигнула и подняла наконец на него удивленные васильковые глаза:
— Что вы сказали?
— Вы спали с моим братом?
— Я… Нет. — Ее слова прозвучали твердо, но, как ни странно, в то же время без особой убежденности.
— А хотелось бы? — продолжал свой странный допрос Себ.
— О чем вы говорите? — Она не возмущалась, а на самом деле искренне не понимала, что на него нашло.
— Ладно, забудьте, — пробормотал он. — Просто пытаюсь понять, какие между вами отношения. Может, у него на вас виды. Не мешало бы узнать.
— Зачем вам?
— Чтобы, черт побери, быть хорошим мальчиком и не трогать игрушки брата. — Себ заметил, как расширились ее зрачки, как разомкнулись губы, когда до нее дошел смысл его слов.
Взгляд Лии скользнул по его груди ниже и на мгновение задержался на промежности. Решимость быть хорошим мальчиком тут же испарилась, и румянец, заливший щеки гостьи, никак не способствовал ее возвращению.
— Я… э-э… — Она прокашлялась и начала снова: — Да, ваш брат имеет на меня виды. Большие. Просто огромные. — Взгляд ее снова упал в область его паха.
Себ позволил себе слегка улыбнуться:
— Неужели?
— О да!
Врать она совсем не умела. Себ недоверчиво вскинул бровь и широко улыбнулся. Встретившись с ним взглядом, мисс Офелия Вест покраснела еще сильнее и продолжила:
— Все ждет, когда же я стану смелой, дерзкой, сексуальной пышечкой. Тогда он сразу же упадет к моим ногам и будет всячески почитать и боготворить. Обещал сразу дать знать, как только я начну удовлетворять его требованиям.
— На вас, значит, тоже жарить яичницу с беконом?
— Что?
— Вы же хотите стать пышечкой. — И Себ изобразил в воздухе предполагаемые формы — весьма объемистые. Лия, как завороженная, следила за его руками. — Могу вам бекону побольше положить. — И он криво усмехнулся.
Лия покачала головой и мимолетно улыбнулась в ответ:
— Нет, спасибо.
— Похоже, вы не очень-то стремитесь угодить моему братишке, — проговорил Себ. — Видимо, ждете свой идеал — тощего замкнутого айтишника-ботана?
— Конечно, жду не дождусь.
— Ясно. — Хотя ясно ему не было. — Так, кофе в кофеварке на кухне, — добавил Себ. Все-таки он считал себя в некоторой степени джентльменом и хорошим братом, поэтому решил еще как следует поразмыслить над сложившейся ситуацией. — Угощайтесь сколько угодно.
Лия слышала, как звенели на кухне чайники-сковородки. Вскоре вслед за тем запахло жареным беконом, но Себастьян Рейн больше не появлялся. Наконец она услышала рокот его квадроцикла и увидела в окно, как он уезжает в неизвестном направлении.
Он переоделся в укороченные бежевые свободные брюки и черную футболку, но впечатление, которое этот мужчина производил на Лию, совершенно не сгладилось. Она по-прежнему не могла отвести от него глаз и чувствовала непреодолимое влечение.
Лия напрягла память, пытаясь сосчитать, скольких мужчин она прежде желала столь же сильно. Это не заняло у нее много времени, так как считать было попросту нечего.
Заглянув в гостиную, Лия забрала свою сумку и отправилась в кабинет. Там она достала привезенные с собой жесткие диски, подключила их и принялась за работу. Для начала нужно было понять, какая защита стоит на компьютерах Томаса. Разобравшись, Лия с удовлетворением потерла руки: никто вне стен этой комнаты не способен был бы узнать, чем она тут занимается. Закончив же то, ради чего приехала, она собиралась тщательно замести все следы и «откатить» систему назад на тот момент, когда она еще не начала с ней работать.
Постепенно мысли о работе вытеснили из головы образ Себастьяна. Лия полностью погрузилась в процесс, радуясь, что можно не волноваться и не оглядываться, не смотрит ли кто-нибудь в монитор. Впервые за много недель она смогла сконцентрироваться на деле. Пришла пора узнать, куда подевался ее старший брат, чем он, черт побери, занимается и для кого старается.
— Давай, Джаред, — пробормотала она. — Где же ты? Я обязательно выясню и ни перед чем не отступлю.
Уже вечерело, когда Лия оторвалась от монитора и прошла на кухню в поисках кофе. Непредсказуемый Себастьян до сих пор не вернулся, и ее это, как ни странно, вполне устраивало. В данный момент ей требовался кофеин и время подумать, что же делать с внезапно возникшим интересом к этому мужчине. А самое главное — что делать с интересом, который он явно проявляет к ней самой.
Нельзя забывать, что он пережил серьезную потерю. И что здесь, вдали от людей, он просто, возможно, стосковался по человеческому общению. Ему, наверное, всего лишь нужно отвлечься — на что угодно, будь то спиртное или женщина. Главное — перестать думать об аварии, которая унесла жизнь одного его друга и сделала инвалидом другого.
Лия не знала, как ей реагировать на информацию, полученную от Мола. Не знала, насколько сильно чувство вины, завладевшее Себом, и каковы его последствия. А также не понимала, что ей делать со своим желанием — поддаться или же оставить бедолагу Себа в покое.
Она вспоминала Джареда, которого тоже преследовало чувство вины. Лия поняла это, еще когда они вместе сидели в больнице на неудобных пластиковых стульях и ждали результатов операции, которую делали их сестре. Джаред страдал мучительно и молча, словно на себе ощущая всю боль ранений Лены. Услышав от врачей, что она в безопасности, он добился разговора с сестрой, пообещал ей, что все будет хорошо, поклялся отомстить тем, кто их предал, и исчез. С тех пор прошло семь месяцев и двадцать восемь дней.
Другого опыта общения с мужчиной, снедаемым чувством вины, у Лии не было. И если уж она не смогла помочь брату побороть его боль, каким образом она собирается облегчить ношу Себастьяна Рейна? Она может оказаться полезной ему лишь в одном случае — если он сам хочет развеяться с ее помощью: пофлиртовать, покрасоваться, пообниматься… Слепая страсть, чистое сексуальное влечение, никаких личных эмоций — что в этом плохого?
Пошарив на кухне, Лия обнаружила жестянку с печеньем. Она вовсе не хотела хозяйничать в чужом доме, но и упасть в обморок от нервного напряжения вкупе с голодом не хотела тоже.
Тут послышался шум мотора, вслед за этим раздались неторопливые шаги, и в дверях нарисовался Себастьян, сразу заняв собой все пространство и показав, кто в доме хозяин.
— Я тут еще кофе сварила, — поделилась Лия, борясь с непроизвольным желанием спрятать руки за спину, как слуга, которого хозяин застукал за чем-то неприглядным. — И стащила у вас пару печений.
Она изо всех сил старалась не пялиться на сильное, тренированное тело, которое поражало воображение даже в такой затрапезной одежде. Пыталась не засмотреться на лицо и не утонуть в бездонных глазах. Одним словом, стремилась сохранять хладнокровие, хотя на самом деле кровь бурлила и кипела.
— Закончили на сегодня? — спросил Себ.
— Да, можно уже прерваться.
Он подошел ближе, внося с собой запах моря:
— Гостевой дом готов.
— Спасибо. Объясните только, где он находится.
— Я лучше покажу. Где ваша сумка?
— У двери. — Лия одним глотком допила кофе, залила кружку водой и поставила в раковину. — Дайте мне пять минут, я выключу компьютеры.
— Мы говорим об абсолютных пяти минутах или относительных, которые имеют свойство затягиваться и превращаться в пять часов, как только в кабинет попадает любитель гаджетов?
— Об абсолютных нормальных пяти минутах. Максимум о десяти.
— Ну-ну, посмотрим. — Себастьян направился к кофеварке, по пути бросая на нее оценивающий взгляд, от которого кровь в ее венах заволновалась еще сильнее. С трудом сдерживаясь, чтобы не побежать, Лия направилась в «пещеру».
Через десять минут она присоединилась к нему в гараже. Вместе они подошли к квадроциклу.
— До гостевого дома далеко? — Лия была уверена, что основное здание и домик для гостей должны быть друг от друга в шаговой доступности, а не на противоположных концах острова, и удивилась, что они собираются добираться туда на транспорте.
— Пешком двадцать минут вниз по холму. На квадроцикле вдвое быстрее. Гостевой дом находится ровно посередине между основным домом и пристанью, если вам так будет понятнее. Там есть еще один квадроцикл, так что сможете самостоятельно передвигаться по острову. Садитесь! — Лия села, оставив впереди себя место для водителя. Но тень усмешки искривила губы Себа. — Двигайтесь вперед, вы поведете.
Лия подвинулась, подоткнув подол между ногами. Не очень красиво, но он, похоже, не заметил.
— Ключ. — Его рука коснулась ее плеча, когда он потянулся показать, где зажигание. Лия повернула ключ. — Ногу на тормоз. — Лия последовала его инструкциям, на этот раз соприкасаться было нечем. — Переведите переключатель скоростей в нейтральное положение. — Себ показал, где коробка передач. — Теперь жмите старт-кнопку.
Двигатель ожил, и Себастьян скользнул на сиденье за спиной Лии, только на этот раз между ними не было кордона в виде сумки, которая сейчас висела у него на плече, и, судя по всему, перемещать ее он никуда не собирался. Лия оглянулась на Себа, на сиденье позади себя, на его длинные сильные ноги, сглотнула и чуть подвинулась еще вперед, оставляя Себу побольше места. В конце концов, он человек немаленький, ему нужно много места. И ей тоже!
Очень медленно она двинулась по скалистому участку пути. Каждый раз, как его бедра толкали ее ягодицы, она пыталась сохранять невозмутимый вид, словно все это ей не впервой и словно сердце сидит себе спокойно на месте, а не рвется выскочить из грудной клетки, когда на очередном ухабе она и Себ придвигались друг к другу все ближе.
Через пять минут пути он наклонился к ее уху и велел на развилке свернуть направо. Вскоре показался гостевой дом — на вид более уютная и веселая версия большого дома. Среди материалов все так же преобладало стекло и металл, но размеры были поскромнее и не подавляли величием. Классическая крыша уголком и просторная веранда с множеством разномастных стульев и гамаков придавали строению демократичный вид и тот милый отпускной шарм, которого не хватало основному дому при всей его изощренной архитектуре и лаконичной обстановке.
Если коленки Лии и дрожали, когда она слезала с квадроцикла, то исключительно по вине Себа. Как и то, что, поднимаясь вслед за ним в дом и глядя в широкую спину, она споткнулась и прикусила губу.
Внутри дом создавал впечатление вполне обжитого: ни пылинки, полностью обставлен. Огромная кровать застелена тонким белоснежным бельем, а с кольца под потолком свисает противомоскитная сетка-полог, заткнутая пока за подушки.
— Что с вашей губой? — вдруг резко спросил Себ, и Лия оторвалась от созерцания кровати и пальцами дотронулась до рта.
— Ничего, — ответила она, так как на пальцах ничего не осталось. Но он продолжал смотреть на нее, прищурившись. — А что там, крошки от печенья?
— Вы ее прикусили по дороге.
— А, ну да, немного. — Отвернувшись, она сделала вид, что поглощена изучением обстановки. Лия понятия не имела, как вести себя в сложившейся ситуации, когда мужчина и женщина, познакомившись лишь пару часов назад, откровенно заинтересовались друг другом.
Вместо штор на окнах были лишь светофильтры. А с белой стены на Лию уставился геккон.
— Они безвредные, — сообщил Себ, проследив за ее взглядом. — Ванная и кухня в задней части дома. Квадроцикл под навесом за домом, ключ в замке зажигания. — Он поставил ее сумку рядом с кроватью. — В холодильнике рыбное рагу с карри и всякая другая еда. Можно разогреть в микроволновке.
— Спасибо. — Вот это она умеет — благодарить, вежливо улыбаться, скрывая свое нервное состояние.
— Телефона здесь нет, — продолжал он. — Если нужно позвонить, придется пойти в большой дом, там есть спутниковый телефон. Он работает хоть и не постоянно, но чаще всего.
— Вы тут действительно практически в полной изоляции!
— А разве Том не предупредил?
— Предупредил, — глухо бросила Лия. — Просто я не думала, что он говорит буквально.
— Ничего, привыкнете. Как проснетесь, приходите в кабинет, когда вам только понадобится. Чувствуйте себя как дома. Меня, скорее всего, вы редко когда застанете.
— А чем вы тут занимаетесь?
— Рыбачу, купаюсь, по скалам лазаю и всякое такое.
— Угу, — кивнула она. Знаком ей этот типаж — мужчина с непреодолимой потребностью покорять не важно что. — Еще один вопрос, мистер Рейн.
— Себ. — Он шагнул за порог и оглянулся.
Лия не была уверена, что сможет произносить его имя, не рискуя оказаться в плену очередного приступа желания.
— Я не вижу, где ключи от входной двери, — сообщила она.
— Их нет. Потерялись.
— Тогда как же запирать дверь?
— Никак!
— Как это? Совсем никак?
— Ну-ка я догадаюсь: вы живете в большом городе в многоквартирном доме, и вокруг снуют толпы незнакомцев, — хмыкнул Себ.
— Вы сама проницательность, — тихо ответила Лия. — Я разъезжаю между Оксфордом и Сиднеем. Отец в Гонконге. Мне там очень нравится. Куча людей, и замков, и ключей…
— Ладно, расслабьтесь, дитя мегаполиса. Дверь запирается изнутри. Главное, когда уходите, следите, чтобы замок был заблокирован и она не захлопнулась. Гарантирую, все ваши вещи будут в полной сохранности. На острове никого больше нет.
— А вдруг пираты? Жертвы кораблекрушений? Какой-нибудь Джон Сильвер?
На этот раз Себ снизошел до улыбки, и все внутри Лии перевернулось.
— Если вдруг какой-нибудь Джон Сильвер — кликните.
— Вы очень любезны.
— Да, знаю. Я буду сегодня брату звонить, что-нибудь от вас передать?
— Э-э… — Лия неуверенно посмотрела на него. — Передайте спасибо за то, что позволил приехать.
— Еще что-нибудь?
Но Лия не понимала, что еще она должна была передать Томасу.
— Никаких «скучаю», «тоскую», «жить без тебя не могу»? — с готовностью подсказал Себ.
— Ах, вы в этом смысле… — До Лии теперь дошло, что он говорит о сообщении одного влюбленного другому. Да только она понятия не имела, что там они друг другу могут говорить. — Да, конечно. Передайте ему… — Тут она запнулась, удивленная тем, как замер Себастьян в ожидании ее ответа. — Передавайте ему большой привет.
Себ разогрел рыбное рагу, поужинал и пошел в душ. Через пару дней, максимум — недель эта мозговитая тихоня, крошка Лия Вест отбудет с его острова восвояси. И он тоже. Пора выбраться на материк, кое-чем заняться.
Себ нашарил шампунь и выдавил его прямо на голову. Пожалуй, нужно пообщаться с сотрудниками. А потом он найдет себе какую-нибудь красотку и забудется с ней. Какую-нибудь опытную голубоглазую блондинку, которая понимает правила игры и не будет ждать от него чего-то большего, чем удовлетворение конкретного желания в конкретном месте и в конкретный момент времени.
Но Лия Вест, с ее золотисто-каштановыми локонами, васильковыми глазами и загадочным поведением, на эту роль совершенно не годится. Себ прикрыл глаза и потер голову, стараясь не обращать внимания на дрожь, охватившую тело при мыслях о Лии. Но дрожь от этого стала лишь сильнее.
Намылив грудь, он взял губку. В постели Лия наверняка очень податливая. Может быть, немного неопытная, но точно крайне отзывчивая на ласки. Тут Себ вслух выругался, давая волю словам, которые весь день вертелись на языке.
Даже если у них с Томасом ничего нет, не стоит связываться с его бизнес-партнершей. Том привык во всем добиваться совершенства, в том числе в выполнении обязанностей старшего брата. Это он вытаскивал Себа из депрессии, когда того бросила первая любовь, променяв на мальчика-мажора аристократических кровей. Это он убедил Себа получить высшее техническое образование, а не коротать дни рядовым рабочим на буровой. Он же в свое время поддержал идиотскую идею создать команду специалистов по ликвидации последствий аварий на буровых.
Не сразу, но постепенно, успешно выполнив несколько заказов, Себ поверил в свои силы и способности. Да, умом и изысканностью манер он не стал бы тягаться с Томасом. Но все-таки Себастьян Рейн тоже кое-чего да стоил — пока одно неверное решение не отняло жизнь у одного его сотрудника и слух у другого. Это были его люди, и он нес за них ответственность.
Себу крайне хотелось выпить. Он всеми силами хотел бы вернуть своего друга. А еще, продолжая созданные им же самим традиции саморазрушения и достижения недостижимого, он чертовски хотел девушку брата.
Себ ополоснулся, выключил воду и, не одеваясь, прошел в спальню. Вытерся, нашарил в шкафу свободные хлопковые шорты. Потом вышел в кабинет, стараясь не обращать внимания на витавший там легкий цветочный аромат, и позвонил Тому.
— Получил твой подарочек, — заявил он, когда брат поднял трубку. — Какого дьявола она здесь делает? — Помимо того что дразнит его своей близостью…
— Работает, — озадаченно ответил Том. — По крайней мере, так предполагалось. А что случилось? Что она делает?
— Работает, — мрачно передразнил Себ. — Дело не в этом. Объясни, почему тебе понадобилось присылать ее именно сюда? У тебя на нее виды? Ты что-то задумал? Хочешь нежданно нагрянуть?
— О чем ты? — удивился Том.
— Господи, вы с ней даже говорите одинаково, — проворчал Себ. — Ты на нее запал? Простейший вопрос. Просто скажи, да или нет.
— А что, если да? — резко спросил Томас.
— Тогда лучше тебе приехать и забрать ее, пока я еще помню, что у меня есть брат. Понял намек?
Старший Рейн громко и замысловато выругался. В промежутках между непечатной лексикой крылась фраза «Я не запал на нее».
— И не собираюсь, — добавил он после непродолжительного молчания. Себ почувствовал, как напряжение, скопившееся в груди, отпускает его. — Только не думай, что я послал ее туда для тебя. Хочешь поразвлечься — найди другое место.
— Как же, и бросить городскую девочку одну на острове? Она и так трусит оставаться одна в гостевом доме.
Том молчал, поэтому Себ продолжил:
— А она не может поработать где-нибудь в другом месте? — В его устах это звучало почти как мольба о пощаде. — Потому что, если хочешь, чтобы я держался от нее подальше, ей нужно уехать.
— Она не может уехать, — сказал Том. — Поверь. Ей нужно спокойное, тихое место. Дай ей две недели, Себ. Прошу тебя. Бог с ним, хотя бы два дня. Уж два-то дня ты сможешь продержаться и не затащить ее в постель?
— Такая аппетитная, — промурлыкал Себ. — Сто лет ничего вкуснее не встречал.
— Себ, возьми себя в руки. — В голосе Тома появились панические нотки, но было уже поздно. Себ выяснил, что хотел. — Себ, я серьезно. Относись к ней как к сестре.
— Понятия не имею, как это. У нас же нет сестры.
— Тогда, ради бога, относись к ней как к моей начальнице!
Лия долго не могла уснуть в первую ночь на острове. Она думала о Себастьяне и представляла, как они занимаются любовью. В воображаемой реальности Лия не была ни робкой, ни застенчивой. А Себ не укорял ее за неопытность и юный возраст и не бормотал, нервно накидывая на нее помятую одежду и торопливо выпроваживая: «Ах, господи прости, я ведь не знал!» Мечты, мечты…
Когда ровно в восемь утра Лия зашла в большой дом, Себа уже не было. Поэтому она со спокойным сердцем запаслась апельсиновым соком, музыкальными дисками из коллекции Томаса и расположилась в своем компьютерном логове. Погрузившись в работу, она совершенно случайно услышала, что в кабинете надрывается телефон.
Какое-то время она размышляла, стоит ли подойти и ответить, или же у Себа есть автоответчик. Однако, рассудив, что у спутникового телефона может и не быть такой функции, поспешила в кабинет и приняла звонок.
— Наконец-то! — выдохнули в трубке. — Я уж думала, ты не ответишь. Думаю, тебе интересно будет узнать о возможной утечке в Тиморском море. Мы беремся?
— Алло? — произнесла Лия. — Вам, наверное, нужен Себ.
— А кто это? — насторожилась неизвестная женщина на том конце.
— Так вам Себа? — терпеливо повторила Лия. — Если да, я с удовольствием передам ему вашу информацию, если это важно.
— А вы сами-то кто?
— Знакомая Тома.
— А, брата Себа. — Голос мгновенно потеплел.
— Да. Себа сейчас нет, и, честно говоря, понятия не имею, где он.
— В таком случае, пожалуйста, передайте ему, что в месторождении Монтара зафиксирована утечка. Персонал эвакуирован, я пытаюсь связаться с компанией-оператором, уточнить подробности. Там сейчас полная неразбериха. И скажите, чтобы он как можно скорее перезвонил Венди.
— Сказать или попросить?
— Попросите, но по возможности так, чтобы он не смог отказаться.
— Ладненько. Попробую. — Лия нажала отбой, бросила тоскливый взгляд в сторону «пещеры» и направилась к квадроциклу.
В ангаре Себа не оказалось. Вспоминая, что он говорил о своих планах, Лия медленно двинулась вдоль берега. Он рыбачит, лазает по горам, плавает и всякое такое… Что тут трудного? Она его запросто отыщет.
Пробираясь по острову, Лия заметила, что все ее чувства обострились. Она замечала запах кустарника, росшего по одну сторону тропы, и моря — по другую; обращала внимание на сочную зелень растительности и бирюзу неба и моря, иногда разделяемые полоской желтого песка. Ветер трепал ее волосы, солнце грело лицо, квадроцикл мирно шумел двигателем. Казалось, будто время замедлилось. Может, поэтому и Себастьян Рейн произвел на нее такое впечатление?
Через какое-то время на одном из пляжей она увидела квадроцикл Себа. Вздохнув, стала вглядываться в воду. Тут заметила на некотором расстоянии от берега, что вода волнуется: десятки острых черных плавников рассекали волны. Неподалеку от них Себастьян поднялся на мелководье и выдернул из воды руку с арбалетом. В другой руке он держал стрелу, пронзившую яркую рыжую рыбину. Подводная рыбалка в компании десятка любопытных акул?..
Себ явно играет со смертью, причем не только на работе, но и на отдыхе. Лия приложила ладони к губам и прокричала его имя. Когда он обернулся, она поднялась на цыпочках и замахала ему изо всех сил. Хочет распрощаться с этим миром — скатертью дорожка, но только, пожалуйста, не на ее глазах!
Любитель экстрима направился к берегу, и акулы нарезали вокруг него круги, держась на совсем небольшом отдалении. Когда Себ вышел на песок, в руке он сжимал стрелу с добычей и улыбался, явно собой довольный. И ни капли страха!
— Доброе утро, — спокойно поприветствовал он Лию, но той было не до хороших манер.
— Что за безответственный, самонадеянный п… — Тут она осеклась, вовремя вспомнив, что перед ней не один из братьев. Какое-то время она молча смотрела на Себа, размышляя, что ее не должно волновать его намерение погибнуть в результате несчастного случая. Ее задача — просто передать ему информацию и, желательно, спровадить с острова. Поэтому, взяв себя в руки, она сдержанно проговорила: — Здравствуйте.
— Что это вы сказали, я не расслышал? Что-то на букву «п». Парень? Пьяница? Спешу вас обрадовать, я не пьян. — Он прервался, давая ей возможность ответить и сверля ее самоуверенным дразнящим взглядом. — Пес поганый? Боюсь, и здесь придется с вами не согласиться, я вполне себе чист и свеж. Или вы, может быть, имеете что-то против подводной рыбалки?
— Я не могу вам запретить ловить рыбу, но не горю желанием смотреть, как вас самого поймают на обед.
— Вы о рифовых акулах? — Себ оглянулся на океан. — Они, Лия, совершенно безобидны. Сущие котята океана. Предпочитают лакомиться морскими ежами. — Тут он криво ухмыльнулся и добавил: — Может, хотите их покормить?
— Покормить? — Лия уставилась на него, как на умалишенного. Потому что, судя по всему, он и был умалишенным, да еще своей болтовней и поведением отвлекал ее от того, ради чего она сюда пришла. — Этих вы тоже предлагаете покормить? — И она указала туда, где коралловый риф уходил в глубину и на его фоне скользила быстрая зловещая тень. Рифовые акулы поспешили покинуть опасное место.
Себ прищурился:
— Нет, эту не стоит. Она просто мимо проплывала. Хотя спасибо за предупреждение, весьма признателен. — Он поразмышлял немного и предположил: — «П» — значит «погибший при подводной рыбалке»?
— Как вариант, — пробормотала Лия, наблюдая, как просто проплывавшая мимо хищница приближается к мелководью. Теперь можно было разглядеть темные полосы на ее спине. Похоже, навестить их решила четырехметровая тигровая акула. Как хорошо, что Себ уже вышел на берег. — Какая огромная! Никогда не задумывались над тем, чтобы натянуть противоакульи сетки на входах в бухты?
— Нет, до сих пор необходимости не было. Сейчас, пожалуй, задумаюсь.
Проинспектировав мелководье, акула не нашла ничего достойного внимания и отправилась обратно в океан. Пора было вернуться к тому, ради чего Лия искала Себа.
— Звонила Венди. Просит перезвонить. Она сказала, цитирую: в месторождении Монтара зафиксирована утечка. Людей эвакуировали, а она пытается уточнить подробности у оператора буровой.
— Она не сказала, чья буровая?
— Нет.
— Ясно. Заинтриговала. Чтобы я наверняка перезвонил. — Он сразу посерьезнел. Прищурившись, Себ наблюдал за удалявшейся акулой и о чем-то думал. О проблемах на буровой? Или о том, что и в его райском уголке, оказывается, человеку могут грозить опасности? А может, он и сам знал об этой акуле?..
— Ладно, мне пора, — тихо проговорила Лия.
— Давайте я тоже сейчас поеду.
Лия отметила, что не очень-то Себ заторопился, получив сообщение от Венди. Может быть, ему нужно собраться с мыслями, прежде чем решить, отправлять ли своих людей на аварийную буровую? Лия вдруг ощутила сильнейшую потребность шагнуть к нему поближе. Раньше за ней такого не водилось. Наверное, это опасная близость акулы так подействовала. И личность Себастьяна Рейна, с которым ей почему-то намного комфортнее, чем со всеми остальными, здесь вовсе ни при чем.
— Последняя попытка, — произнес вдруг он, когда Лия уже направилась к своему квадроциклу. — Вы тогда хотели сказать «притягательный»? «привлекательный»? «прекрасный принц»?
Обернувшись, Лия мило улыбнулась и промурлыкала:
— Ближайшее по смыслу печатное слово — идиот.
Себ задержался на пляже минут на пять. Он не хотел тащиться за ней по пятам, но и оставлять ее одну без присмотра почему-то тоже не хотелось. Лучше побыть еще немного одному, собраться с мыслями перед звонком Венди. Предстояло выяснить, какие еще бригады есть поблизости от места утечки, располагают ли они необходимым оборудованием. А может быть, сама компания-оператор в состоянии ликвидировать последствия. Так намного дешевле для владельцев буровой и безопаснее для его сотрудников.
Наконец он вернулся в дом, забросил улов в холодильник, взял сыр и хлеб и соорудил себе сэндвич. Потом, подумав немного, сделал еще один — для Лии. В конце концов, она потратила время, разыскала его. Итак, бутерброд с сыром для малышки Лии, к нему — кофе, все это на небольшой поднос. Для Тома, забывавшего обо всем на свете за работой, он тоже иногда так делал.
Постучав в «пещеру», он прокричал:
— Обед!
Лия выглянула из двери, смущенно улыбнулась, пробормотала слова благодарности и, взяв поднос, нырнула обратно. Одно слово — одержимая. Когда речь идет о работе и компьютерах, поведение Лии Вест вполне можно предсказать. Как и его реакцию на ее присутствие.
Себ воззвал к небесам, чтобы послали ему сил продержаться еще пару дней. Максимум — три. А потом они оба уедут с острова, а там — видно будет.
Сев за свой компьютер и глотнув обжигающего кофе, он призвал себя забыть на время о чувстве неуверенности и растерянности, которое овладевало им при мыслях о работе и о женщине, скрывшейся за стенкой, и решительно взялся за телефон.
Надо же, он принес ей поесть! И хотя угощение было скромным, желудок возликовал, а от близкого присутствия Себа — всего-то через стенку, в кабинете, — ликовало все тело. Услышав, что он говорит по телефону, она надела наушники и прикрыла дверь, чтобы дать человеку поработать спокойно и чтобы еще раз подчеркнуть: ее присутствие никак не скажется на привычном образе жизни хозяина.
Съев неожиданно доставшийся ей сэндвич, Лия вернулась к работе. Ей предстояло разгадать шифр, который создавался для того, чтобы его невозможно было разгадать. Дело было за малым — найти ключ, чем она и занималась. Но тут, спустя, казалось бы, всего каких-то минут двадцать, Себ вновь постучал в полуприкрытую дверь, и Лия недовольно оглянулась.
Себастьян закатил глаза, подошел к ней, приподнял один из наушников и произнес прямо в ухо:
— Уже шесть часов вечера, Лия. Вы как, планируете остаться на ночную смену? Или, может, пойдем поедим?
Лия встала и потянулась, решив, что можно и прерваться. Опять она с удивлением отметила, что близость Себастьяна ее не пугает, не отталкивает, что в его присутствии ей так же спокойно, как в кругу семьи. Он обращался с ней так, будто знает особенности ее характера и не находит их странными. Никаких неудобных вопросов или комментариев, от которых чувствуешь себя ненормальным. Он просто принял ее такой, какая она есть.
Что ж, это делает ему честь. Особенно если учесть, что сама она проявляет далеко не такую же терпимость к его эксцентричным увлечениям вроде купания в компании акул.
— Что там с аварией на буровой? — поинтересовалась Лия.
— Власти сами этим займутся.
— То есть вы не будете подключаться?
— Скорее всего, нет. У владельцев платформы хватит своих ресурсов, они справятся. Но мы будем с ними на связи. Если нужно, присоединимся. А как ваша работа продвигается?
— Не очень, — призналась Лия. Они зашли на кухню, и тут она почувствовала, что зверски проголодалась. — Что готовите?
— Рыбное жаркое.
— Как вчера.
— И вовсе не как вчера! — возмутился Себ. — Я еще фасоль положил.
Лия заулыбалась, заглядывая в жаровню, источающую вызывающие аппетит ароматы.
— Чем вы еще тут развлекаетесь? — спросила она.
— Вы что, флиртуете со мной?
— Нет, — честно ответила Лия, никогда не умевшая флиртовать. Правда, Себастьяну знать об этом не обязательно. С ним вообще все по-другому. Можно, что называется, начать с чистого листа, потому что он о ней практически ничего не знает.
— А что, если хотите, пожалуйста! Не стесняйтесь! — И он заговорщически улыбнулся.
— Хотите, чтобы я с вами заигрывала? — медленно переспросила Лия.
— Только если вам хочется. Надо же чем-то время занять. Да и практика никогда лишней не бывает.
— Практика? — Лия поразилась простоте решения. Действительно, может, все дело в отсутствии практики? — Вы полагаете, она мне нужна?
— Трудно сказать, — пробормотал Себ. — Вы сами-то как считаете?
— Возможно, вы и правы. Лена, моя сестра, однажды пыталась показать мне, как нужно флиртовать. Все это кончилось не очень хорошо.
— Для вас?
— Для него. Мы тренировались на приятеле нашего старшего брата — Триге. Причем ни мне, ни ей он не нравился. Просто под руку подвернулся. Сейчас я думаю, нам следовало предупредить и его, и Джареда, что все это, так сказать, в учебных целях.
— Все мы задним умом крепки, — согласился Себ. — Значит, Триг ответил на ваши заигрывания, и ваш брат его побил. Угадал?
— Нет. Триг был абсолютно невозмутим, и побила его Лена.
— Бедняга. Вот парень влип. Он был обречен. И что он сделал? Сбежал?
— Нет. Пошел работать в спецслужбы вместе с братом. А через год и Лена поступила туда же. С тех пор конфликт между Леной и Тригом перешел на другой уровень.
— Почему это? — удивился Себ.
— Да мы сами все задаем себе этот вопрос, — улыбнулась Лия. — Триг боготворит землю, по которой она ступает. Он, конечно, об этом вслух не говорит. Но все, кто с интересом наблюдает за этой мелодрамой, надеются, что Лена однажды догадается и снизойдет до бедолаги. Правда, несчастным он совсем не кажется. Похоже, Триг наслаждается ситуацией. Вот вы, как мужчина, объясните, что происходит?
— Что-что… Охота за редким экземпляром, вот что. А что ваш брат обо всем этом думает?
— Кто бы знал… Джаред пропал, и от него нет вестей уже восемь месяцев. — Лия засунула руки в карманы хлопковых брюк. Флиртовать расхотелось. — А вы не хотите поесть? Я, например, умираю от голода.
Они молча съели по порции жаркого, а потом Себ стал перечислять доступные им варианты досуга:
— Где-то был сборник судоку, могу поискать, если хотите.
— Нет, спасибо, мне и без судоку головоломок днем хватает, — покачала головой Лия.
— Может, партию в трехмерные шахматы? Вы точно выиграете, я точно проиграю.
— Если вы знаете, что точно проиграете, нет смысла и начинать.
— Ладно, еще имеется бильярдный стол, — сообщил Себ.
— Это уже лучше, — оживилась она. — И мозг не сильно нагружается, и поразмяться будет полезно. Правда, думаю, минут через тридцать мой мозг уйдет в спящий режим за ненадобностью.
— Слушайте, мисс Офелия, — притворно возмутился Себ, — если вам непременно нужно занять свой мозг, во время партии могу вас параллельно натаскивать по флирту.
Вскоре они прошли в бильярдную. За окнами, через которые и здесь открывался обширный вид на океанские просторы, было видно, как усилился ветер, гоняющий по воде пенные гребни. Себ включил музыку и под смесь старого доброго рока и горячих аккордов южного блюграсса[1] приготовил напитки. Лия выбрала лимонный ликер, а сам он ограничился огромным бокалом колы со льдом. Похоже, его пылкая любовь к бутылке виски сошла на нет.
— Итак, представьте, что вы в баре, — начал Себ, натирая мелом кий. — И вам приглянулся молодой человек, вы не прочь узнать его поближе. Ваши действия?
— Так вы… Вы что, на самом деле собираетесь учить меня флирту? — недоверчиво уточнила Лия.
— Да хотя бы просто узнать ваш уровень подготовки.
— А-а. — Лия не смогла сдержать довольной улыбки. Она почувствовала себя ребенком, которого привели в магазин сладостей и разрешили выбирать. Все складывалось как нельзя лучше: даже под дулом пистолета не смогла бы она заигрывать с незнакомцем. Ей предстояло учиться и учиться, причем желательно в приватной обстановке и под руководством заинтересованного человека, которого при этом она бы не стеснялась и который не догадывался бы, насколько отстала по предмету его ученица. Лучшей возможности и представить себе было трудно! — Значит, молодой человек в баре, — задумчиво повторила она, следя за результатом своего первого удара. — А я с ним уже знакома?
— Предположим, нет. Что будете делать?
— Установлю зрительный контакт, — ответила она, выразительно глядя на белый шар, будто он и был тем самым молодым человеком.
— И что?
— И улыбнусь ему своей неотразимой улыбкой.
— А дальше?
— Дальше? Разве этого недостаточно? — удивилась Лия.
— А вы не хотите для начала узнать, один ли он пришел? — Себастьян наклонился, примеряясь к первому удару. Под светом лампы его непослушные волосы блестели черным глянцем.
— Я бы не стала вообще ничего предпринимать, если бы не была уверена, что он один.
— Кто знает? Может, вас такие мелочи не останавливают.
— Останавливают, — пробормотала она. — Я бы посмотрела, есть ли у него на руке обручальное кольцо. Если я вижу кольцо, либо подружку, либо дружка, детей, дедушек-бабушек рядом — все, занавес. Итак, у него жена, трое детей и злобная теща. Я разворачиваюсь, смотрю, нет ли еще вокруг кого-то интересного…
— Так? И?
— И никого не нахожу.
— Ладно вам придираться. Вы же не избранника на всю оставшуюся жизнь пришли искать, а просто слегка пофлиртовать. Смотрите лучше!
— Хорошо, есть один.
— Опишите его.
— Интересный. Любитель черного цвета, попивает лимончелло. На бритом черепе милая татуировка в виде паутины. Можно ее использовать как повод для разговора.
— Продолжайте, — подбодрил Себ, загоняя шар в лузу.
Лия сдула упавшую на глаза челку, чтобы ничто не мешало любоваться техничной игрой партнера.
— Бармен тоже ничего. Красивые глаза. Улыбчивый. Поскольку я немного нервничаю, не мешало бы выпить. — Лия и правда нервничала, но совсем немного. В игровой ситуации всегда намного больше свободы действий. Можно не задумываться о последствиях. Отличная возможность для учебного флирта. Лия улыбнулась собственным мыслям.
— Вот это улыбка! Сражает наповал, — проговорил Себ. — И сулит все счастье мира. Бармен мчит к вам во весь опор, забыв других клиентов.
— Правда?
— Не сомневайтесь.
— Как посоветуете поступить?
— Скажите ему, что вы бы хотели что-нибудь наподобие солодового виски со льдом. И спросите, что бы он порекомендовал.
— Виски — ваш любимый напиток? — спросила Лия.
— Как правило. — Зеленые глаза смотрели оценивающе. — Мне показалось или я слышу нотку осуждения? Хотите выяснить, нет ли у меня проблем с алкоголем?
— А у вас с ним проблемы? — тихо проговорила она.
— Нет. То утро, когда вы приехали, — исключение. Можете, конечно, не верить. Сами увидите.
— Отчего же, я вам верю. — Лия пожала плечами.
— Доверчивая какая, — пробормотал Себ. — Начинаю опасаться за вашу безопасность.
— Не стоит. Так. Я заказываю что-нибудь с джином. Бармен предлагает джин с лимонным соком или «розовую даму» с гранатовым. Оба варианта мне не нравятся. Думаю, мы с ним не сойдемся.
— Не стоит во всем искать знаки судьбы. Воспримите его выбор как комплимент. Скажите что-нибудь вроде «я девушка сладкая, но не настолько», улыбнитесь снова своей сногсшибательной улыбкой и старайтесь не терять с ним зрительный контакт. И не краснеть! А то вы склонны заливаться румянцем, если вас посещают нескромные мысли. Это сразу лишает вас всякого преимущества и отбрасывает с лидирующей позиции.
— Может, я и не стремлюсь лидировать, — спокойно ответила Лия. — Может, для меня важно установить контакт, а не доминировать. Что, если мне нравится, если мужчина заставляет меня краснеть?
— Лия, вы слишком раскрываетесь. Это нехорошо. Я бы, например, сразу потерял интерес, — недовольно заявил Себ.
— Слава богу, я не с вами флиртую, — холодно напомнила она. — Бармен предлагает коктейль с апельсином и лимоном. Я соглашаюсь. И он спрашивает, давно ли я в городе. — Лия изучила расположение шаров и изящным движением отправила один в лузу. Она чувствовала на себе взгляд Себа, но не стала оглядываться. — Мне удалось завоевать его внимание, но вы правы. Не стоит быть слишком доверчивой и наивной, чтобы не пришлось потом жалеть.
— Наконец-то она начала понимать! — проворчал Себ. — Скажите, что вы здесь проездом, и спросите, где можно перекусить.
— А если я не хочу есть? Может, я живу неподалеку.
— Это вовсе не значит, что вам обязательно надо будет пойти туда и поесть. И не говорите, где живете. Снова раскрываетесь!
Лия разыграла следующий шар точно как задумала — загнала в боковую лузу.
— Где вы учились играть? — с подозрением поинтересовался Себ.
— У брата есть стол дома. В плохую погоду это его любимое занятие. Мы играем на желания. Он уже должен мне три уборки ванной комнаты и натирку паркета. — Следующий шар ушел под слишком большим углом. Лия вздохнула: вот она, цена за чрезмерную сосредоточенность на широких плечах партнера. — Ну вот. Бармен протягивает мне меню и отходит. Приглашения на ужин не последовало. Нет, я его не зацепила.
— Успокойтесь, он просто решил сделать вам еще коктейль. Сейчас вернется.
— Вернется — принять заказ на рыбу с картошкой. Нет, типичное не то. Мысли о бармене меня в краску не вгоняют.
— Да, я тоже считаю, что он вам не подходит. Так что давайте расплачивайтесь и возвращайтесь за столик. Вы ведь с коллегами пришли. Вон Том вам улыбается и машет. Что вы ему скажете?
— «Ты почему не на работе?» — не колеблясь ответила она.
— Что ж, хорошее начало, — сухо отметил Себ.
— Я не столько выпила, чтобы флиртовать с Томасом. Наверное, в прошлый раз я недостаточно ясно выразилась, но я слишком дорожу хорошими отношениями с вашим братом как с коллегой. В случае чего второго такого не найти. Так что заигрывания с Томасом невозможны даже в воображаемом баре, — категорично заявила Лия.
— Ладно, ладно. В бар вошел брат Тома, и Том вас знакомит. Что будете делать?
— Мы что, теперь на вас тренируемся? — Она удивленно посмотрела на Себа. — Все в том же баре или уже здесь, в бильярдной?
— Как угодно. — Лицо его медленно расплывалось в довольной ухмылке.
— Тогда лучше в баре, — тихо проговорила Лия. — На этот раз сначала ваш ход. Я слишком занята, разглядывая вас и размышляя о том, что вы намного крупнее брата и гораздо более…
— Покладистый? — предположил Себ.
— Опасный. Я нутром чую, что вы обожаете купаться в компании акул, смеетесь в лицо пожарам на буровых и разбиваете женские сердца каждый божий день.
— Про сердца-то вы откуда знаете?
— А что, так и есть?
— Стараюсь не злоупотреблять. Этим, между прочим, не каждый отличается.
— Кроме того, я пытаюсь догадаться, есть ли у вас в данный момент дама сердца, — добавила Лия. — Кольцо вы не носите, но сомневаюсь, что вы свободны. Так что я, пожалуй, пас.
— Я свободен. И Том упомянул об этом между делом. Я интересуюсь, что вы пьете и не хотите ли еще порцию.
— Да, пожалуйста, минералку с лаймом.
— А вы знаете, что лайм в минералке свидетельствует о том, что вы дамочка с запросами?
— Правда? Так, может, я такая и есть.
— Нет, вы не такая.
— Что ж, пусть это будет для вас приятным сюрпризом. И не забудьте про лайм.
— Вот упрямица, — пробубнил Себ.
— Вам такие, наверное, и должны нравиться. Сдается мне, самоуверенные в себе женщины вам больше по нраву, чем тихони. Я решила сменить имидж.
— В самом деле? — Он внимательно уставился на ее легкую голубую футболку с коротким рукавом и облегающие серые брюки. — А что на вас надето?
— Короткое черное платье с пышной юбкой и светлый тренчкот. Это самый сексуальный мой наряд.
— Тренчкот — ваш самый сексуальный наряд? — повторил Себ, сокрушенно качая головой. — Как все запущено!
— Не надо недооценивать возможности дизайнерской одежды, Себастьян. Эту вещь подарила мне будущая невестка, которая знает толк в моде и пользуется бешеным успехом у окружающих. Так что выгляжу я что надо.
— Ладно, ладно, я заметил. И что дальше?
— Дальше я интересуюсь у вас, приходилось ли вам прежде играть в бильярд в здании из стекла и бетона, одиноко возвышающемся на пустынном острове, под завывания ветра и раскаты грома.
— Я отвечаю, что да, приходилось.
— И кто тогда выиграл?
Себ быстро загнал в лузы еще два шара, прицелился к третьему и коротко ответил:
— Я. — Он бросил на нее взгляд и вздохнул. — И это вы называете флиртом?
— А что? Может, достаточно мне будет просто стоять в сторонке и привлекать присутствующих своей неотразимой внешностью?
— Нет, этого мало. Попробуйте пару заигрывающих жестов. При следующем порыве ветра поежьтесь и придвиньтесь поближе ко мне. Тогда я, возможно, поинтересуюсь, все ли с вами в порядке.
— Не слишком ли это? Будто я беспомощная трусиха.
— Мне нравится чувствовать, что женщина во мне нуждается.
— Всем нравится быть нужными. Только я за равноправие: оба должны быть одинаково нужны друг другу. Только так.
— Хорошо. Оставим образ несчастной бедняжки. Но на будущее — он действительно может сработать. Что ж, представьте себя тогда женщиной-вамп. Этакой Мэрилин Монро в тренчкоте.
— И что я должна делать?
— Изучите расклад партии и встаньте точно туда, куда бы я перешел для следующего удара.
Это было просто. С аналитическими способностями у Лии все было в порядке. Только поведение мужчин не поддавалось, по ее мнению, никакому здравому объяснению. Она переместилась к лузе, куда Себ тут же загнал белый шар. Затем он взял со стола с напитками ее бокал, подошел к ней и проинструктировал:
— Возьмите и при этом коснитесь моих пальцев. — Лия так и сделала, и он улыбнулся. — Вот теперь вы привлекли мое внимание. — Отворачиваясь к столу, он задел ее плечо, и она почувствовала тепло его тела.
— Вы вторглись в мое личное пространство, — заметила она.
— Это проверка: если не нравится, отойдите. Если вас это не отпугивает, повернитесь ко мне. — С этими словами он вернулся к Лии и заправил ей за ухо выбившуюся прядь волос.
— Это что, тоже проверка?
— Может быть, и так. Посмотреть, как вы отреагируете.
— Посмотрели?
— Да. Мне понравилось, как приоткрылись ваши губы и чуть участилось дыхание. Но, как истинный джентльмен, я делаю шаг назад и возвращаюсь к столу.
— Может, мне лучше подвинуться, чтобы не мешать вам играть?
— Если вы во мне заинтересованы, не надо.
— А что надо?
— Пододвиньтесь ближе так, чтобы касаться меня плечом и локтем. И следите за игрой.
— Слежу. Трудная комбинация. Вряд ли у вас получится! — заметила Лия.
— На что спорим?
— Десять долларов, что не выйдет!
— Поцелуй, если выйдет.
Лия посмотрела, не шутит ли он.
— Мы ведь флиртовать тренируемся, — напомнил ей Себ.
— Ладно. — Черт побери, что она делает?
— А вот теперь можете отойти, — сказал Себ, отвернулся к столу и загнал мяч в лузу.
Воцарилось молчание, разбавляемое только звуками музыки и биением сердца Лии. Наконец она осторожно поинтересовалась:
— На самом деле вы же не ждете от меня поцелуя? Здесь, в нашей реальности, а не в воображаемом баре…
— Зависит от того, насколько далеко вы готовы зайти в овладении наукой флирта, — спокойно ответил Себ. — Можете взамен помыть туалет.
— Лучше поцелуй. Это быстрее.
— Можно и так посмотреть.
Но можно было посмотреть и иначе, и Лия об этом знала. Какими терминами тут ни играй, назови это исследовательским интересом или необходимостью практиковаться, но ей страстно хотелось ощутить прикосновение его губ к своим. Призвав на помощь всю свою решимость, она положила руки ему на грудь, потянулась на цыпочках и поцеловала Себастьяна Рейна.
Себ искренне думал отступить, пока не поздно, покончить с уроком флирта и переключить разговор на более безобидные темы. Например, узнать у Лии, когда она планирует окончить работу, то есть когда они уже смогут покинуть остров. Ему крайне необходимо было заняться решением некоторых вопросов на материке, в том числе укрощением своего либидо. Благие намерения…
Себ не знал, чего он ждал от этого поцелуя, но точно не того, что ощутил. Губы Офелии Вест оказались мягкими и пышными, и никакая сила не способна была бы помешать ему попытаться проникнуть за них. Медленно, нежно, аккуратными касаниями языка он проложил себе путь в ее рот, и сладостный вкус ее заставил Себа издать протяжный стон удовольствия.
Он схватился за бильярдный стол, пытаясь не увлекаться слишком и не настаивать на продолжении. У него мелькнула мысль, что Лия, возможно, девушка в плотских утехах совершенно неопытная. Кто их разберет?
Руки Лии взлетели сначала к его плечам, а потом легли на шею под затылком. Себ не шевелился. Закрыв глаза, он, как гурман, упивался внезапно доставшимся угощением: то не торопясь и смакуя, то жадно и напористо, когда забывался. А забывался он то и дело.
Лия придвинулась к нему поближе, и, одной рукой по-прежнему держась за стол, другой Себ притянул ее к себе еще плотнее, сначала нежно и аккуратно, а потом, издав звук, похожий на звериное рычание, резко и так сильно, что она ощутила его напрягшуюся плоть.
Дыхание Лии сбилось и стало поверхностным и частым. Наступила полная тишина. Себ стоял, не открывая глаз, и лишь поносил себя всеми словами, чувствуя, как руки ее отпускают его шею, а губы отрываются от его рта. Он убрал руку с ее бедра, открыл глаза и напомнил себе о необходимости дышать.
Васильковые глаза смотрели изумленно. Затем Лия начала сбивчиво извиняться, хотя было совершенно непонятно, за что именно.
— Я… ох… Я, наверное, не должна была… — не уверенно пролепетала она и сделала шаг назад. — Вы так добры ко мне, а я…
Себу случалось проявлять в жизни доброту, но явно не здесь и не сейчас. О чем она говорит?
— Вы разрешили потренироваться на вас, — словно прочитав его мысли, пояснила Лия.
— Пустяки… Прошу только, скажите, вы ведь имеете хоть какой-нибудь опыт в этих делах? Ну, там, поцелуи и все такое?
Молча они сверлили друг друга взглядами, казалось, это длилось целую вечность. Наконец Лия пожала плечами, всем своим видом демонстрируя вызов.
— Хоть какой-нибудь — имею.
«Боже правый, смилуйся надо мной!» — взмолился Себ и решил уточнить:
— Хоть какой-нибудь — это какой?
— Себастьян, я не маленькая девочка. — Губы ее сжались в тонкую линию. — Опыт у меня достаточный.
Как ни хотелось ему в это верить, все же не удавалось отделаться от ощущения, что Лия совершенно невинна.
— И что теперь? Продолжим с того же места, где остановились? — пробормотал он.
— Я… Э-э-э…
Точно, девственница. Или просто нерешительная? Хотя так ли это важно? Себ попытался поставить себя на ее место. Молодая женщина приехала поработать, волей случая оказалась втянутой в шутливый флирт и не знает, хочет ли продолжать. При этом, что немаловажно, женщина в некотором роде от него зависит: он предоставил ей крышу над головой, еду и является ее единственным проводником в большой мир. Если уж ему все это в голову пришло, кто знает, что сейчас в ее мозгу творится…
— Вот что, — произнес он. — Предлагаю списать все на погоду, а завтра с утра начать все с чистого листа. «Привет, я Себ, брат Тома, чувствуйте себя как дома на этом острове», вроде того.
Лия смотрела на него в нерешительности.
— Ваша очередь, — подбодрил ее Себ. — Ну же? «Я Лия. Отвлекать вас вовсе не является целью моей жизни. Случай привел меня на этот остров…»
Нерешительность сменилась заинтересованностью.
— Считайте, что я так и сказала.
— Нет, не сказали. Произнесите сами! — Обходя бильярдный стол и скрываясь за ним, как за баррикадой, Себ надеялся, что этого будет достаточно, чтобы удержаться от решительных действий. Один лишь взгляд, и он готов был плюнуть на все условности и приличия. — И самое главное, постарайтесь говорить искренне.
— Привет, меня зовут Лия, — послушно произнесла она. — Спасибо за ваше гостеприимство, и урок флирта, и поцелуй. Он был просто…
— Удивительный? Незабываемый? Только не говорите, что ужасный!
— Я и не собиралась…
— Давайте, давайте. Смелее. Комплименты — сильное оружие.
— Верю. Что ж, я, пожалуй, завершу на этом наш урок.
— Спасаетесь бегством?
— Хотя бы и так. Если я не достаю до дна и не выплыву на безопасную глубину, то утону. Так что сейчас я собираюсь выплыть на безопасную глубину и пожелать вам спокойной ночи.
— Мудро. Я наслышан о ваших умственных способностях. Спокойной ночи, Офелия.
— Спокойной ночи, Себастьян, — ответила Лия, но так и не сдвинулась с места.
Кивая в сторону двери, он подсказал:
— Дом для гостей — там.
Лия покраснела, потупила взор, аккуратно положила кий на стол и ушла.
Через несколько минут она уже заводила квадроцикл под навес за домом для гостей. Войдя в дом, она прошла на крошечную кухню и включила свет. По стене прошмыгнула ящерица и скрылась за шкафом, оставив торчать наружу лишь хвост. Лия наклонилась к шкафу и произнесла в щель, где притаилась ее единственная потенциальная собеседница:
— Представь, ящерка, он меня поцеловал. Никто никогда еще меня так не целовал!
Ящерица развернулась так, что стал виден нос.
Лия приободрилась и продолжила:
— У меня просто земля из-под ног ушла, понимаешь. Я буквально растаяла. Это было как-то неожиданно. — Теперь из-за шкафа поблескивали оба глаза: ящерица явно была любительницей девчачьих разговоров о парнях. — И знаешь, думаю, это не последний наш поцелуй! — торжественно заверила Лия свою слушательницу.
Утро Себастьян начал с небольшого заплыва и чашки крепкого кофе. В доме было тихо, и это немного действовало на нервы. Приходилось признать: он ждал, когда же появится Лия, и постоянно прокручивал в голове события предыдущего вечера.
Да, он первый начал. И сам же положил конец поцелую, но только после того, как Лия вдруг окаменела в его руках. Если бы не это, проснулись бы они сегодня в одной постели, он принес бы ей кофе и, пожалуй, снова занялся бы с ней любовью. Уж он бы постарался, чтобы они оба получили максимум удовольствия. При таком сценарии ближайшие дни обещали быть весьма приятными, а потом, когда пришло бы время ей уезжать, они расстались бы, довольные друг другом.
Но не сложилось. С чем он столкнулся — с невинностью или осторожностью? Или с чем-то совсем другим? Вот над чем он ломал голову все утро и еще над тем, какое ему, собственно, дело до всего этого. Да она вообще не в его вкусе: слишком уж робкая и непримечательная. Как говорит брат, серая мышка.
Тут дверь без стука отворилась, и в дом вошла изящная, стройная женщина с глазами цвета васильков в обрамлении густых темных ресниц и с каштановыми волосами, забранными на затылке в толстый хвост. Все мысли мигом улетучились из головы Себа, и осталось одно лишь чувство первобытного голода мужчины по женщине.
— Есть свежий кофе, — поспешил сообщить он, заметив, что Лии не терпится скорее скрыться в своей компьютерной берлоге. — Крепкий, без молока, одна ложечка сахара, так?
— Верно. — Плечи ее понурились. Лия шагнула к Себу и проговорила: — Насчет вчерашнего вечера…
— Да, слушаю.
— Я подумала, что сама вас запутала. И хотела поблагодарить, что вы остановились. Вы прямо джентльмен. В глубине души.
— В глубине, значит? А что же на поверхности? — поинтересовался он.
— Безразличие. Безрассудство.
— Лия, вы продолжаете меня запутывать.
— Ох. Тогда, наверное, кофе не надо, пойду я поработаю.
Но Себ уже протягивал ей кружку:
— С собой возьмите.
Лия робко улыбнулась, поблагодарила его и, взяв кружку, скрылась среди своих компьютеров.
День не задался. Время обеда уже прошло, но Себ больше не появлялся. И защита никак не хотела поддаваться. Где-то около четырех часов пополудни Лия вышла на кухню. Себа там не было, но на скамье обнаружилась сумка-холодильник и записка, сообщавшая, что обед внутри. Да уж, из него получился намного более успешный радушный хозяин, чем из нее — благодарный гость. Причем у Лии сложилось впечатление, что во всем, что касается флирта и поцелуев, Себ решил с ней больше не связываться.
И его можно понять. То сама соглашается на поцелуй, то вдруг каменеет в его руках. Скрывается от него весь день, а потом ждет, что он окажется на месте в тот момент, когда она наберется наконец дерзости взглянуть ему в глаза.
Лия отвезла еду в гостевой дом, постояла минут пять, задумчиво глядя на океан, а потом, выругавшись, снова завела квадроцикл и отправилась в бухту, где накануне обнаружила Себа. И вовсе она его не искала. А так просто…
И хорошо, что не искала, потому что в бухте его не оказалось. Она прошла по берегу в обе стороны, а затем закатала брюки до колен и ступила в воду, глядя, как за коралловым рифом мелькают черные плавники безобидных, как сказал Себ, акул. Тоскливо следя за ними, она раздумывала над собственной осторожностью, массой возможностей, упущенных в жизни, и сотней рисков, на которые она так и не решилась.
— Решили махнуть до ближайшего коралла? — раздался вдруг за спиной голос Себа. Обернувшись, она обнаружила его стоящим прямо за ее спиной в широких шортах и с маской для подводного плавания — мужчина, открытый всем чудесам и удовольствиям, которые жизнь может ему предложить. — Я бы мог показать вам интересные местечки.
— Очень мило с вашей стороны, но, спасибо, нет.
— Ах да, там же акулы…
— У меня нет с собой купальника.
— Да какая разница? Вы и так уже наполовину вымокли. Плывите как есть.
Лия снова бросила взгляд на риф, прикидывая, что до него всего-то метров двадцать, притом в этом месте, как кажется, не очень глубоко.
— А сейчас прилив или отлив? — уточнила она.
— Прилив, — обрадовал ее Себ.
— А водоворотов там нет?
— Только у самого входа в бухту, совсем слабые. Давайте же. Вам ведь хочется! И я с вами. Даже могу одолжить мою маску.
— Какая щедрость. — Лия слабо улыбнулась.
— Я такой, — согласился Себ и протянул ей руку. — Решайтесь. А то странно будет побывать на тропическом острове и ни разу не сплавать.
Лия прикидывала расклад: позади несколько дней безуспешной борьбы с неподдающимся кодом, рядом — живое напоминание ее полной безнадежности и бестолковости в деле заигрываний с противоположным полом, даже если представитель оного вызывает в ней сердечный трепет. А впереди — зеркальная гладь океана, манящего и дразнящего. Может она, в конце-то концов, одержать хотя бы одну маленькую персональную победу и решиться окунуться в океан? Это означало бы побороть давний страх и сделать хоть что-то, чтобы окружающие перестали считать ее серой трусливой мышкой.
Лия шагнула вперед и тут же погрузилась до талии. Похоже, что у коралла будет глубже, чем она ожидала. Тут Себ взял ее за руку и потянул вперед, обернулся и ободряюще улыбнулся. Она крепко сжала его руку, сердце билось, как сумасшедшее. И тут Лия разжала пальцы и поплыла к кораллу.
Себ не отставал. «Всего двадцать метров!» — не переставая твердила себе Лия. Она уже не могла нащупать дно под ногами, но Себ все время был рядом.
— Держитесь за мои плечи, — велел он. — Теперь смочите голову. — Он протянул ей маску с трубкой. — Раньше плавали с маской?
— Нет.
— Если не понравится, скажете. Но попробовать надо обязательно. Если не нырять, а плыть по поверхности, то спокойно сможете дышать через трубку во рту. Если погрузились, то, когда вынырнули, сразу нужно сильно дунуть в трубку, чтобы выгнать воду, — резко и сильно. Вот и вся наука. Я подержу вас, а вы надевайте.
— Себ, я…
— Давайте, Лия. Во всем этом нет ничего особенного и рискованного. Теперь я подгоню под вас маску. Вот так. Я все время буду рядом. Если что, хватайтесь за меня, не стесняйтесь. А теперь вы увидите, почему я решил приобрести этот остров.
И вот он — коралл, в полном великолепии цветов: зеленого, пурпурного, голубого. Рыбки не уступали ему расцветками: ярко-желтые малюсенькие, черно-белые полосатые со смешными курносыми носами, серебряные с сиреневыми хвостиками и еще какие-то, похожие на золотых рыбок. Все они сновали взад и вперед вокруг коралла, проплывали между ветками, в общем, жили своей удивительной отдельной жизнью. Лия резко подняла голову из воды, выдернула изо рта трубку и глотнула воздух.
— Так, ну-ка, верните на место трубку, обхватите ее ртом как следует и дышите через нее. Получается? — Лия кивнула. — А теперь давайте снова под воду и на этот раз не забывайте дышать.
Они снова опустили голову под воду, и на этот раз Себ взял Лию за руку и буксировал за собой вперед, указывая на серый камень, возвышающийся из песка. На первый взгляд в нем не было ничего интересного, но тут Себ отпустил Лию на мгновение, опустился глубже и коснулся камня рукой. Камень ожил и оказался большой черепахой, которая с видом оскорбленного достоинства снялась с места, решив передислоцироваться подальше от непрошеных визитеров. Ее маневры вызвали на лице Лии улыбку.
Потом Себ показал ей морских ежей, покачивающихся в такт течениям колонии губок, морских огурцов и тончайшие кружева ярко-оранжевых веерных кораллов. Они переплывали от коралла к кораллу, и каждый открывал им новую красоту, а вода вокруг переливалась и лучилась голубизной.
В компании Себа Лия постепенно стала чувствовать себя уверенней. Она ныряла за ним на глубину, задержав дыхание. Он часто касался ее, и прикосновения эти действовали на нее волшебным образом. И когда они в очередной раз вынырнули, чтобы набрать в легкие воздуха, она вдруг обнаружила, что они заплыли уже далеко от бухты в открытый океан. Лия тут же в ужасе прильнула к Себу.
— Полагаю, это не в знак благодарности за экскурсию по рифу? — невозмутимо произнес он.
— Нет. — Тело ее сотрясала дрожь, и Себ прижал Лию к себе покрепче.
— Я так и думал. А в чем, собственно, дело? Акул ведь здесь нет.
— Дело во мне! — выдавила из себя Лия и чуть не передавила ему горло, пытаясь ухватиться понадежнее.
— Вот оно что. Хотите вернуться?
Лия кивнула.
— Может, отвлечетесь на кораллы? Нет? Больше не сработает? — поинтересовался Себ. Лия помотала головой, и он предложил другие варианты: — А если я вас поцелую?
— Ради бога. Это не самое страшное, что может случиться со мной.
— Отрадно слышать. — Он улыбнулся. — Ладно, Офелия, расцепляйте руки и поплыли к берегу. Сами поплывете или за меня будете держаться?
— Сама! — Хотя так хотелось просто крепко ухватиться за него, чтобы быстрее выбраться отсюда. Но ведь Лия знала, что хорошо плавает. По крайней мере, в бассейне фитнес-клуба. Она сможет!
— Вот и умница. — Себ взял ее за запястья, мягко отцепил ее руки от своей шеи и положил себе на плечи. Затем опустил руки ей на талию, скользнул ниже по бедрам к ногам, обхватившим его ноги. Когда Лия разжала свои судорожные объятия, он спокойным сильным броском отправился в сторону берега, и было видно, что в воде ему абсолютно комфортно. Несколько метров она держалась за его плечи, а потом отпустила их и поплыла самостоятельно.
До берега добрались довольно быстро. Лия вышла из воды, сильно дрожа, и прятала взгляд, пока Себ не протянул ей полотенце.
— Лия, вы очень хорошо плаваете. Может, объясните, что это была за паническая атака? — В голосе его не было ни капли осуждения, только интерес.
Лия зарылась лицом в полотенце, потом вытерла голову и протянула полотенце Себу, но он жестом показал, чтобы она оставила его себе.
— Я однажды попала в водоворот, когда была маленькой, — начала она и поежилась. — Вместе с братом. А когда выбрались, то оказались далеко от берега в открытом море. — Она взглянула на океан и добавила: — Очень далеко.
— И что брат?
— А что брат? — удивилась Лия, а потом поняла, что Себ, вероятно, предполагает, будто у истории был трагический финал. — С ним как раз все в порядке. Деймон обожает море. А я до сих пор боюсь — боюсь утонуть, боюсь опять оказаться без сил и ориентиров, когда самым простым кажется просто… — Она взмахнула рукой.
— Просто что? — Себ хотел, чтобы она договорила мысль.
Лия вспомнила, как лежала в тот день на спине, как слабость и невесомость растеклись по всему телу, а вокруг словно звучала песня сирен, обещавшая покой: «Просто перестань плыть, отдайся нам, и все кончится!»
— Просто сдаться, — тихо проговорила она.
— Но вы не сдались.
— Нет. Я себя поборола, но тогда это не казалось победой.
— Сколько лет вам было?
— Восемь. А брату семь. Он бы вам понравился. Вы с ним даже похожи. Вы бы ему тоже понравились.
Себ слегка выгнул бровь, и Лия пояснила, улыбаясь:
— В хорошем смысле слова. Как собрат-адреналинщик. — Она снова посмотрела на океан. — Я много лет не купалась в океане. Думаю, можно сказать, что сегодняшний заплыв с вами — тоже своего рода победа.
Себастьян помолчал немного, внимательно глядя на нее, и Лия не могла понять, что скрывается за его серьезным взглядом. Наконец он произнес:
— У всех нас свои демоны, Офелия. Только не все находят в себе силы в этом признаться и взглянуть им в лицо. А вы смогли.
— У вас тоже свои демоны? — спросила Лия.
— А как же. Просто совсем другие, чем у вас.
— Может, расскажете хотя бы об одном? Откровенность за откровенность? Поступок джентльмена, чтобы дама не чувствовала себя слишком уж неловко?
Себ мгновение помедлил, а потом произнес:
— Как сказать погибшему, что ты принял неверное решение? И как объяснить потерявшему слух, что ты раскаиваешься?
— Произошла авария? — Лия поняла, о чем он говорит, но ему-то не было известно, что она слышала о случившемся.
— Взрыв на буровой. А я отправил туда своих людей.
— Но вы же действовали не единолично? Такие вещи ведь происходят с согласования властей… Ваши люди — профессионалы с многолетним опытом за спиной? — Себ кивнул, и Лия продолжила мысль: — Тогда они наверняка знали, на что идут. Согласитесь, что это был их выбор — заняться именно этим ремеслом. Попробуйте учесть эту переменную, когда пытаетесь вычислить степень своей вины. Уверена, результат будет уже другим.
— Нет, не помогает, — покачал головой Себастьян.
— Хорошо. Тогда скажите, если бы ваши коллеги обладали той же информацией, приняли бы они такое же решение, что и вы?
— Не знаю.
— Советую узнать. Что вы теряете? У вас всегда остается возможность сбежать на далекий остров в обнимку с бутылкой виски.
— Ой-ой! — в притворном возмущении воскликнул Себ.
— Знаете, у меня у самой брат пропадает бог знает где, и все потому, что чувствует себя виноватым за травму, которую получила сестра, выполняя его приказ. И вот его мне тоже ни капельки не жаль. Сначала я ему сочувствовала, но теперь жду не дождусь, когда наконец разыщу его и выскажу, какой же он самовлюбленный, эгоистичный идиот.
— И снова «ой»!
— А вы что, думали, я вас расцелую из жалости? — ядовито поинтересовалась Лия.
— Что-то в этом роде. — В глазах его появился блеск, а на губах мелькнула тень улыбки. — Или хотя бы обнимете и на этот раз, для разнообразия, не застынете от ужаса в моих руках. Как думаете, вам такое по плечу?
— У нас что, опять тренинг по флирту?
— Как скажете.
— Не знаю, что и сказать. У некоторых флирт — врожденная способность, вроде умения дышать. Я не из таких.
— Что вы говорите?
— Да. Это не значит, что я не стремлюсь овладеть этой наукой. Стараюсь практиковаться при каждом удобном случае.
— Практиковаться, — хмыкнул Себ. — А может, просто прислушаться к себе и действовать интуитивно?
— Вы прямо как мои братья. Это их любимая песня: вот встретишь суженого, все само получится.
— Абсолютно с ними согласен, — сообщил он с легкой ноткой отчаяния.
— А я — нет, и жизнь доказала, что они заблуждаются. Я не считаю, что любовь — непременное условие для успешных отношений. И мне бы хотелось научиться флиртовать. Очень рассчитываю, что вы позволите вновь на вас потренироваться.
— Потренироваться, — задумчиво повторил он.
— Ну да. Как вчера.
— Лия, если помните, вчера все кончилось не очень-то гладко.
— Да, я знаю, мне еще учиться и учиться.
Себ покачал головой и спросил:
— А с чего вы решили, что я подходящий учитель?
— Вы ведь уже помогли мне справиться с одним комплексом. Вы превосходный педагог: терпеливый, спокойный. С вами не страшно.
— Это вы про наш заплыв?
— Именно. А теперь вы могли бы помочь мне преодолеть страх общения с мужчинами. Поднатаскать меня, так сказать.
Себ молча сверлил ее взглядом, тогда Лия предложила:
— Я могу заплатить. Репетиторам ведь всегда платят.
Теперь он уставился на нее в веселом ужасе:
— Боже, вы что же, за альфонса меня держите?
— Нет. За наставника, — поспешно поправилась она.
— Наконец-то она разродилась комплиментом, — пробормотал Себ.
— Можно без секса, — продолжала Лия. — Мы можем оговорить правила. Никакого секса, минимум прикосновений. Все, что хотите. Вот как вчера, до поцелуя.
— Точно: альфонс-импотент со склонностью к мазохизму! — Он все так же смотрел на нее с изумлением.
— Это значит «да»?
— Нет!
— Наверное, вам нужно время подумать.
— Нет, Лия. Еще раз «нет». Рискну показаться вам эгоистом, а я такой и есть, но скажу, что для меня все это лишняя морока.
— А как же радость передачи опыта молодому поколению?
— Вы что, серьезно?
— Серьезней не бывает, — заверила его Лия. — Послушайте, я вовсе не хочу вас обидеть никоим образом. Просто для меня это реальная возможность поучиться. А вы отлично подходите на роль учителя.
— Лия, я с вами с ума сойду. Том скажет, что я ему больше не брат. А ваши родственники и вовсе попытаются со мной расправиться. Если я возьмусь вас учить, мужскому населению грозит реальная опасность!
Они некоторое время молча смотрели друг на друга, и наконец Лия покраснела.
— А вот краснеть больше не надо. Отныне на моем острове это табу! — строго произнес Себ.
— А я и не краснела. Это загар!
— Ладно. Я пришел сюда купаться, и я искупаюсь. Все это попахивает безумием, но жду вас в бильярдной через час. Проведем следующий урок по теме «Отношения полов».
— Какие-то особые распоряжения? Захватить мне что-то на занятие? — уточнила она.
— Захватите мой здравый смысл, если он вам где-то встретится.
— Обязательно. Я с вами поделюсь, моего на всех хватит. Спасибо вам огромное!
— Не спешите с благодарностями. Вы еще не знаете, во что ввязались!
— Итак, мы в баре. — Себ отхлебнул свой виски с колой. Он успел принять душ, побрился и переоделся в белую футболку и шорты. На учителя он не походил совершенно, но выбирать не приходилось. К тому же выглядел Себастьян просто отлично даже в таком демократичном наряде.
Сама Лия выбрала для урока простые бежевые брюки и белую майку с рукавом три четверти и вырезом лодочкой.
— А обязательно в баре? Может, где-нибудь еще? Например, в фойе отеля? — спросила она, прицеливаясь к шару.
— Кто из нас учитель? — строго произнес Себ, сверкая зелеными глазами.
— Все, молчу.
— Итак, мы в баре в фойе отеля, — терпеливо продолжил он. — Посетителей битком.
— Во что вы одеты?
— Брюки и рубашка.
— С галстуком?
— Нет.
— Ботинки?
— Разумеется. Но вас это не должно волновать. Потому что я ваш наставник, а не потенциальная жертва.
— Ну и что, все равно вы отлично выглядите, — заявила Лия, и Себастьян тяжело вздохнул. — А на мне короткое платье-трапеция без рукавов, серо-голубое, и черные туфли. Платье довольно скромное, но обувь я покупала вместе с будущей золовкой, так что туфли отпадные.
— А будущая золовка в курсе вашего горячего стремления научиться флиртовать?
— Нет. Вы единственный, кто в курсе моего горячего стремления.
— Я везунчик, — проворчал Себ и воскликнул: — Черт побери, чем вы в подростковом возрасте занимались, что не научились флиртовать? Допустим, ваша семья не из простых, это я понял. Но взгляните на себя! Даже в скромных нарядах вы красавица. Вам что, по жизни только слепые парни попадаются?
— Нет. Но в моем окружении мужчины, как правило, всегда старше меня. Я закончила школу в четырнадцать и в пятнадцать поступила в университет. Мне было не до дискотек и прочих тусовок. В университете тоже — в том числе еще и потому, что я была намного младше всех.
Пару минут они оба изучали расположение шаров на столе, потом Себ приготовился ударить и спросил:
— А потом?
— А потом меня взяли на стажировку в исследовательский центр. Там у всех одна работа на уме. Я очень старалась, работала-работала, никуда не выходила, нигде не бывала. И все, поезд ушел. Сейчас я чаще бываю на людях, пытаюсь наверстать упущенное. Например, хожу в балетную студию.
Себ поморщился.
— Люблю голливудские криминальные драмы.
— Это уже лучше, — прокомментировал он.
— Получила права на вождение самолета и сейчас учусь на вертолете. Обожаю летать.
Брови Себа взметнулись ко лбу, и он заявил:
— Так, беру этот шар! — И отправил его в лузу.
— Ну-у, — протянула Лия. — Так нечестно. Могли бы поддаться и уступить его мне.
— Поддаться? Вы юный гений математики и пилот вертолета. Должен же я хоть как-то отыграться за свое ущемленное самолюбие!
— Логично, — согласилась Лия, и они начали новую партию.
— Чем еще вы в свободное время занимаетесь?
— Еще я люблю путешествовать. И если нам с Томом удастся расшириться и взять еще сотрудников, то появится больше времени. Я бы тогда поездила! Первым делом в Тунис, туда, где был Карфаген. Какой-нибудь особый тур с поиском сокровищ и романтикой.
— Карфаген? Угу. А скажите-ка, как состыкуются ваш заоблачный ай-кью и попытки соблазнить мужчину?
— Было бы, конечно, неплохо найти кого-нибудь себе под стать.
— Ну-ну, удачи, — сухо откликнулся Себ.
— Но ведь я могу и не говорить про свой ай-кью!
— Бедный парень, мне его уже жаль, — заявил он и разыграл сложный шар. — Итак, мы в баре. Вы выпиваете и видите мужчину в красной рубашке, туфлях, брюках и галстуке. С ним компания человек десять. Парень смотрит на вас. Похоже, что он пользуется популярностью у спутниц, но явно ни с кем из них не встречается. Ваши действия?
— Улыбнусь ему.
— Он улыбается в ответ. Поднимает бровь и смотрит на меня. Я не замечаю. Тогда он снова переводит взгляд на вас.
— Отрицательно качаю головой, показываю, что мы с вами не вместе. Вы и этого не замечаете. Вы вообще сегодня какой-то невнимательный.
— Это потому, что я заприметил в углу интересную блондиночку и к тому же продолжаю выигрывать у вас в бильярд. Не могу сосредотачиваться на нескольких вещах одновременно. — Он прицелился по шару и промазал.
— Ах, какая досада, — пропела Лия и одарила Себа невинным взглядом широко распахнутых глаз, когда он возмущенно повернулся к ней.
— Кстати, а почему это вы все еще рядом со мной? Ваша цель — мужчина в красном. Пора уже сменить диспозицию. Пройдитесь к окну, полюбуйтесь видом. Полистайте меню.
— Уже иду. На что спорим сегодня?
— Проигравший готовит завтра обед.
— А почему вы решили, что я умею готовить? — удивилась Лия.
— Не умеешь — научись. Не ваш ли девиз? — ответил Себастьян. — Ну-ка, смена декораций. А то вы к бару уже привыкли и нисколько не боитесь показаться доступной и открытой. К счастью или к несчастью для вас, это уж вы как хотите, но у меня есть решение.
— Даже не сомневалась! Какое же?
— С этого момента тренироваться будем на мне. Предупреждаю сразу: я не святой и никогда раньше флирту не обучал, так что даже не представляю, куда все это нас может завести. Это так, на случай, если вам до сих пор не страшно.
— Уже страшно.
— Не похоже. А теперь вам вот такое задание: пригласите меня на танец. Прикосновения либо заставляют сосредоточиться, либо же, наоборот, возбуждают и выводят из равновесия. Вы ведь не против?
— Нет, — искренне ответила Лия. — Учиться так уж учиться.
— Только предупредите меня заранее, не случалось ли с вами чего-нибудь ужасного, связанного с прикосновениями. Чтобы не получилось как сегодня, когда мы заплыли далеко от берега и вы чуть в панике меня не придушили.
— О нет, ничего такого, — робко улыбнулась она.
— Тогда вперед, жду. Буду на балконе, приходите, как почувствуете, что готовы. — Он взял бокал и вышел.
Он был почти уверен, что Лия не выйдет за ним и не станет приглашать его танцевать. Он блефовал, хотел окончить урок, пока ситуация не вышла из-под контроля. И пока он сам из-под контроля не вышел и не счел, что Лия — отличная кандидатура, с которой можно на время забыть свой комплекс вины.
Уже стемнело. Балкон освещался лишь светом из окна и звездами. Слишком интимная обстановка. Она не решится. Осталось лишь дождаться, пока Лия уйдет. Тогда он ляжет спать с чистой совестью, не дав волю грязным помыслам.
И тут дверь отворилась, и тихой тенью к нему скользнула Лия.
— Привет, — едва слышно проговорила она. — Я заметила, что вы один. А вечер такой замечательный, и музыка такая красивая. Давайте потанцуем?
— Неплохо, неплохо, — пробормотал он.
— Честно! — оживилась Лия. — Это был экспромт.
«Боже, что же будет, когда она станет продумывать сознательные стратегии?» — подумал Себ. Лия протянула руку, и он, замирая, взял ее. Вдруг мозг озарила вспышка: одно дело — желание развеяться, а другое — втягивать в борьбу со своими проблемами эту девочку. Лия Вест была такой хрупкой и ранимой. Но и себя в этот момент Себ чувствовал таким же.
— Итак, — начал он, пытаясь не забывать о роли учителя, — танец как разговор: нужно внимательно слушать и отвечать. И стараться показать партнеру, что вы абсолютно счастливы оказаться с ним здесь и сейчас.
Лия улыбнулась и тихо проговорила:
— А вы до сих пор морем пахнете.
— А вы — имбирем и корицей, — откликнулся он.
— Это ваш гель для душа.
Себ осторожно вел ее в медленном-медленном вальсе. Очень скоро руки его опустились ей на талию, а ее — легли ему на плечи. Сейчас она смогла бы его поцеловать, только встав на цыпочки. И то при условии, что он наклонится. Но и без поцелуев на Лию обрушился шквал чувственных впечатлений: ощущение его тепла, сильных, мускулистых бедер. Вдруг он медленно провел пальцами вверх-вниз по ее спине, и Лия охнула.
— Правильная реакция, — одобрил Себ. И почувствовал, как ее руки скользнули ему на грудь и остановились на затвердевших под тканью футболки сосках.
Лия почувствовала, как жаром наливается низ живота, и тихо спросила:
— Что дальше делать?
— Что хотите, — хрипло откликнулся он, и ладони Лии забрались под футболку и снова легли на грудь. Тут он рывком стянул с себя футболку и снова заключил ее в объятия. На этот раз между ними почти не осталось пространства, и двигаться в танце они практически перестали.
— И вы меня не остановите? — уточнила Лия, проводя большим пальцем по его соску и чувствуя, как Себ затаил дыхание.
— Пока нет. Наша цель — дать вам привыкнуть к мужским прикосновениям.
Лия губами коснулась основания его шеи, а его руки тем временем переместились ниже и слегка сжали ее ягодицы. Тогда она сделала то, о чем давно мечтала: коснулась языком его соска, затем обхватила зубами и снова обвела языком, а потом сомкнула губы и стала слегка посасывать его сосок.
В то же мгновение она обнаружила себя прижатой спиной к стене с ногами вокруг его талии и руками на шее. Его губы требовательно опустились на ее рот.
— Не двигайся, — глухо велел он и стал крепко целовать ее, пуская в ход язык, а руками изучая одновременно ее тело. Лия чувствовала его напрягшуюся плоть, упершуюся ей в живот. Стало не хватать воздуха, тогда она откинула голову назад и застонала, прикрыв глаза и чувствуя, что по телу побежали первые сладостные разряды — предвестники приближающегося взрыва удовольствия.
Ей не хотелось, чтобы все закончилось так быстро. Лия попыталась расслабиться, но ее тело слишком долго ждало мужских прикосновений… Себ целовал ее шею, и Лия прошептала:
— Пожалуйста, только не останавливайся!
Тогда он приподнял ее повыше и прижался губами к ямочке на шее. Лия судорожно стащила с себя футболку. Себ чертыхнулся, стянул с ее плеч бретельки бюстгальтера и коснулся языком набухшего соска. Движения его рта и языка не были более ни мягкими, ни нежными. Это был мощный натиск изголодавшегося мужчины, жаркий и влажный. Лия вскрикнула от удовольствия и запустила руку в его волосы, не давая ему поднять голову.
Себ переместился к другому соску, а Лии показалось, что из ее тела испарились все кости и мозг вместе с ними. В голове не осталось ни одной мысли, лишь открывшееся ей наслаждение. Себ тем временем вернулся к ее губам, а руку опустил вниз, расстегивая на ней брюки.
Палец его быстро нащупал под трусиками свою чувственную цель и стал совершать ритмичные поглаживающие движения. Лия содрогнулась от мощного всплеска удовольствия, тогда Себ ввел палец в нее — совсем чуть-чуть. И вот она уже на самой вершине сладостных ощущений, которые мужчина и женщина могут доставить друг другу.
Вынимая руку из ее влажного жара, Себ напомнил себе, что сам велел ей быть отзывчивой. Ученица попалась из способных. Он и не ожидал, насколько самозабвенно она может откликнуться на его ласки, как не ожидал, что это пробудит в нем такую небывалую нежность.
Но ведь он не причинил ей вреда, так? Ничего такого, что не могло бы с ней уже давным-давно произойти на школьной дискотеке или заднем сиденье машины однокурсника…
Лия спрятала лицо у него на плече. Грудь ее тяжело поднималась и опускалась. Себ вернул на место бюстгальтер, а Лия медленно опустила на пол ноги, но так и не подняла головы.
— Эй, с тобой там все в порядке? — забеспокоился Себ.
— Да. И я ни о чем не жалею, — глухо откликнулась она.
— Отрадно слышать. Думаю, тебе лучше избегать медленных танцев в общественных местах, — тихо проговорил он и разжал объятия. Тело его ныло от неудовлетворенного желания, но он старался держать себя в руках. Возможно, ему удастся убедить ее, что между ними не произошло ничего особенного. Так, простая чувственная разрядка, обычное дело… А вовсе не обнажение истинных чувств… Было бы неплохо и самому в это поверить.
— Могу я… что-нибудь для тебя сделать? — спросила она у его груди.
— Нет, — рявкнул он и резко отшатнулся. Все имеет свои границы, и его самоконтроль тоже.
— Уверен? — уточнила Лия, выразительно посмотрев на него. В ее чистых глазах читалась искренняя забота. — Тебе ведь не очень комфортно сейчас?
— Я справлюсь. Офелия, мне сейчас трудно себя контролировать. Ты стой где стоишь, а я лучше еще отойду.
— Господи, если у кого из нас и есть проблемы с самоконтролем, то точно не у тебя! Как, по-твоему, я тогда должна сейчас себя чувствовать?
— Ты должна чувствовать, что твое любопытство удовлетворено, и потерять всякий интерес к вопросам флирта.
Лия какое-то время молча смотрела на него, а потом закусила губу и покачала головой:
— Нет, не сказала бы.
— Тогда лучше пока помолчи, — посоветовал Себ. — Понимаешь, есть все же некоторая разница. Если ты теряешь контроль над собой, мы просто оба получаем удовольствие. Но если я потеряю контроль, тебе это дорого обойдется.
Он почти слышал, как вертятся шестеренки в ее мозгу, размышляя над услышанным. Затем она выдала:
— Может, мне тебя напоить? Я слышала, что у пьяных мужчин все затормаживается…
— Боже, где ты этого понабралась? Нет, Лия, если я увижу тебя голой, меня уже ничем не затормозишь. Все, урок окончен. — Он подобрал их футболки, надел свою, а вторую протянул ей. — И, честно сказать, не думаю, что осилю еще один.
Лия вела квадроцикл и размышляла, что уже становится традицией возвращаться к себе вот так затемно и в полном смятении чувств. Она решила, что непременно должна принять ванну.
Ванная комната в гостевом доме была роскошной: сама ванна вделана в пол, и, сидя в ней, перед собой купающийся видел три полностью стеклянных стены. Можно было при желании опустить шторы, но у Лии сегодня такого желания не возникло. Она хотела искупаться при зажженных свечах в компании звезд, хорошей музыки и бокала вина.
Никогда она не была распутницей, но на этом острове Лия почему-то сплошь совершала несвойственные ей поступки: флиртовала, манипулировала лестью, жаждала мужской ласки так, что готова была молить о ней.
Нанося на тело гель для душа, она гадала, чем сейчас занимается Себастьян. Наверное, принимает душ с той же грациозностью движений, с какой плавает в океане. И вода струится вниз по его сильному телу, обтекая и лаская все рельефы, как он сегодня ласкал ее…
Разумеется, отчасти ее одержимое стремление оказаться в его объятиях объясняется простым желанием изведать наконец любовь мужчины. Но лишь отчасти. Лия Вест отчетливо поняла, что ей нужен не просто мужчина, а именно Себастьян Рейн.
— Отзови ее обратно в Лондон! — потребовал Себ, как только Том снял трубку.
С утра он уже попотел в спортзале, принял душ и разработал план.
— И тебе с добрым утром, — бодро откликнулся брат. — Что там она натворила?
— Она сводит меня с ума. И похоже, она девственница.
— Что?
— Не знаешь — посмотри в словаре.
— Погоди, не понимаю, что на тебя нашло. Она закончила работу?
— Откуда мне знать, — огрызнулся Себ.
— Ты же вон какие интимные подробности знаешь… — пробормотал Том.
— Она не в моем вкусе!
— Тогда в чем проблема?
Себ точно знал только одно: проблема в Лии Вест, потому снова потребовал:
— Просто сделай так, чтобы она уехала. Все, о чем я прошу!
— Не могу. Она не уедет, пока не закончит то, ради чего приехала.
— Да ладно. Это ведь всего лишь работа.
— Нет. Это личное. Лия должна сделать это — ради семьи и брата. — Себ не отвечал, тогда Том спросил: — Ты ведь не в курсе дела, да? Слушай, прежде чем тащить ее в постель, неплохо было бы узнать девушку получше.
— О чем я ей и твержу. Мол, сначала нужно полюбить, а там все само пойдет. Но она ведь не слушает!
Оба помолчали, потом Том предложил:
— Почему бы тебе не развеяться и не съездить на материк?
— Как только ты соизволишь явиться за ней, ноги моей в тот же день здесь не будет! — горячо заверил Себ.
— Не знаю, как тебе это удалось, но результат налицо! — заявил Томас Лии по телефону на следующее утро. — Думаю, можно остановиться.
— Ты о чем? — Лия выбралась из-за компьютера, только чтобы ответить на звонок.
Себастьяна все утро не было видно. Наверное, зависает где-нибудь на скале или уже покоится в желудке какой-нибудь акулы. Лия тщетно пыталась убедить себя, что все это ее не волнует, и так же тщетно старалась сконцентрироваться на работе.
— Себу не терпится уехать с острова! — пояснил Том, возвращая собеседницу к реальности. — И все благодаря тебе! Ты отлично постаралась, спасибо!
— Не за что. Я не специально.
— Не важно. Он там уже слишком долго, давно пора сменить обстановку. А как твои дела?
— Уже все перепробовала, пока впустую. Послушай, если твоему брату так не терпится уехать, он вполне может оставить меня и отправляться.
— Нет, не может.
— Том, мне не нужна нянька. В конце концов, я могу позвать кого-нибудь, есть масса любителей почувствовать себя суперменом. Нужно лишь твое согласие.
— Почему же мое? Тебе лучше Себа спросить.
— Спросила бы, только его нигде нет… Ты что-то еще хотел мне сказать?
Себастьян вскоре вернулся в дом и развил бурную деятельность в кабинете, разговаривая по телефону, отдавая указания и меряя комнату широкими шагами. Было очевидно, что ему страстно хочется активности, причем вне острова. Оставалось лишь гадать, связано ли это было с Лией или нет.
Лия с утроенной силой взялась за взлом защиты, дважды под ее натиском зависал самый мощный компьютер и отключалось электричество, но открыть файлы Джареда она так и не могла.
Себ научил ее запускать генератор так, чтобы она при необходимости сама могла устранять последствия своего ударного труда.
— Мне очень жаль, — извинялась Лия. — Работа не движется. А утром звонил Томас и сказал, что вам нужно уезжать. Мне очень неловко, что вам приходится задерживаться только из-за меня. Не представляю даже, сколько еще времени потребуется. Поэтому предлагаю вам ехать, а я позову кого-нибудь из знакомых побыть со мной здесь.
— Кого, например? — насторожился Себастьян.
— Например, Трига или еще кого-нибудь из друзей Джареда. Они все очень хорошие, надежные ребята. У пиратов не будет ни одного шанса проникнуть сюда!
— Нет!
— Тогда сестру Лену. Она могла бы уже завтра быть здесь. — Лия благоразумно умолчала о тяжести ранений, полученных сестрой.
— Лия, работайте спокойно. Просто держите меня в курсе, как идут ваши дела, чтобы я мог планировать свои.
— Не получится. Это такая работа, что либо у меня получится, либо нет. Тут не может быть промежуточных результатов.
Себ задумчиво посмотрел на нее и сказал:
— Том посоветовал спросить у вас самой, чем именно вы тут занимаетесь.
— О, я… — Лия замялась. — Это долгая история. Если вкратце, пытаюсь найти пропавшего брата.
— А чем занимается ваш брат?
— В подробности он не вдавался.
— Ясно. Шпион? — Лия промолчала. Тогда Себ продолжил: — А что говорят его работодатели об этой ситуации?
— Говорят, что занимаются этим вопросом.
— И теперь вы тоже? Томас сказал, вы один из лучших криптологов в мире!
— Правда? Очень мило с его стороны. Себ, я лучше пойду. По-моему, опять один из вентиляторов накрылся.
— То есть не расскажете? — Себу не нравилась эта таинственность. — Значит, тело свое мне доверяете, а секреты нет? Как ваш изощренный мозг допускает такое противоречие?
— Спокойно. Это не мои секреты.
Разговор с Лией ясности и спокойствия не принес. Себ утешал себя лишь тем, что ввиду отсутствия на острове интернет-подключения Лия точно не взламывает правительственные сайты. Хотя кто сказал, что она уже этого не сделала до приезда сюда? Чем же она занимается? Изучает какие-то документы? Пытается взломать чужие файлы? Засекреченные правительственные файлы, полные опасных государственных тайн, которые могут пролить свет на местонахождение брата?
Себ попеременно ощущал то ужас оттого, какими неприятностями для Лии чреваты эти проделки, если вдруг ее поймают, то восхищение ее решимостью и смелостью. Вот вам и серая мышка со стальными нервами! Дерзкая, отважная, решительная, верная. И такая привлекательная! Она перевернула его жизнь с ног на голову за какие-то пару дней. И вот он одновременно боится за нее и желает ее больше, чем любую другую женщину за всю свою жизнь.
Если сначала он хотел уехать с острова, чтобы остаться джентльменом и не соблазнять беззащитную девушку и начальницу Томаса, то теперь мотивы его стремления поскорее выбраться отсюда были намного сложнее и включали в себя в том числе нежелание вдруг обнаружить, что Офелия Вест обладает всеми качествами, которые он ценил и искал в женщинах.
Полдня он провел на мелководье, не получая удовольствия от ныряния: все мысли были заняты тревогами за Лию. Вернувшись домой все в том же тревожном настроении, он обнаружил, что гостья до сих пор за компьютером.
— Вам обед сюда принести или пойдете на кухню? — поинтересовался он. Лия подняла глаза от монитора и уставилась на него отсутствующим взглядом. — Еда! Пора поесть! — повторил Себ. — Ладно, я вам сюда принесу.
— Я… Я сейчас… Просто… — невнятно забормотала Лия, мыслями витая где-то далеко.
— Давайте, давайте. Немного поднапрячься, и к тому моменту, как я принесу обед, вы даже вспомните, как меня зовут.
— О, этого мне не забыть. Как и вашего лица и фигуры. — Она пожала плечами и тихо улыбнулась. — Потерпите меня еще немного!
Помешивая паэлью, Себ размышлял о Лии. Оказывается, она отлично может флиртовать и дразниться. Очень способная ученица. Дальнейшее обучение не требуется! Программа освоена в полном объеме! Она вполне способна привлечь и удержать внимание мужчины и заставить его томиться мечтой о большем. Не это ли называется искусством соблазнения? Надо взять себя в руки и дать ей спокойно доделать работу. Остается лишь надеяться, что осталось немного, и скоро он сможет выбраться с острова.
Тут снова погас свет. Из компьютерной «пещеры» раздались тихие, но крепкие ругательства, достойные словаря какого-нибудь портового грузчика. Взяв из буфета свечу, Себ направился к распределительному щитку и встретил там Лию. Она выглядела измученной и подавленной, и сердце его наполнилось жалостью.
— Простите, — тихо проговорила она.
— Ничего, бывает.
— Я попробую сама включить?
Себ не возражал. Лия быстро и успешно включила электричество, будто всю жизнь только этим и занималась. Чего еще он о ней не знает?
— Вы надумали сделать перерыв? — спросил Себ.
— Да-да, я сейчас к вам приду. Только перезапущу компьютер и проверю, все ли с ним в порядке. — Дрожащей рукой она провела по волосам. — По-моему, я нашла ключ. Как раз перед тем, как вырубился свет. Только, пожалуйста, не спрашивайте больше ни о чем.
Это было не просто, но Себ удержался от расспросов и вернулся на кухню ждать. Накрывая на стол, он то и дело поглядывал в сторону коридора, откуда должна была появиться Лия, и ничего не мог с собой поделать. Наконец раздался ее голос:
— Пахнет очень аппетитно!
— Как там компьютер? Жив?
— Вентилятор сгорел, я его поменяла. А в остальном все в порядке. Можем завтра ехать.
— Правда? Неужели получилось? — Себ заметил, что Лия расслабилась, а в глазах ее светится удовлетворение и радость. — Поняли, где скрывается ваш брат?
— Отчасти.
— И что теперь? Отправитесь за ним?
— Нет, это в мои планы и не входило. Главное, я выяснила, что он жив-здоров. — Голос ее дрогнул. — Мы ведь даже этого не знали. Теперь обсудим все в семейном кругу. Лена будет настаивать на том, чтобы как-то с ним связаться. А Деймон скажет, что вмешиваться не стоит. И я, пожалуй, с ним соглашусь.
Себ налил обоим белого вина и поднял бокал:
— За ваши успехи! И пусть ваш брат вернется домой целым и невредимым. Хотя лично я бы с него семь шкур спустил только за то, что вам из-за него приходится подвергать себя опасности и совать нос куда не следует.
Решив оставить эту реплику без ответа, Лия сделала вид, что поглощена изучением вкуса вина.
— Ну вы и штучка, — протянул Себастьян. — А сначала-то казались этакой беспомощной тихоней-заучкой, а на самом деле у вас хватка будь здоров! Вы прекрасно понимаете, что вам нужно, осознаете все риски. Смелая и в то же время осторожная. Я чувствую себя полным дураком!
— Да нет. Я такая, какая есть, — во мне всякого понамешано. В чем-то я разбираюсь, в чем-то совершенно нет. Моя работа связана с секретностью, и я никогда о ней не болтаю. То, что я делала здесь у вас, — это не работа, это личное, поэтому я с вами кое-что и обсуждала. Какая уж тут осторожность! Смелость? Не назвала бы себя смелой, но я над этим работаю: в океане вот плавала, с вами целовалась. Я чувствую, что меняюсь. И надеюсь, к лучшему.
Оба замолчали. Когда обед подошел к концу, Лия сообщила:
— Я бы завтра с самого утра уехала. Позвоню Молу, сможет ли он меня забрать.
— Нет необходимости. Я и сам выезжаю, возьму вас с собой.
— О, спасибо большое. — Она помолчала, а потом добавила: — Я думала над тем, как обратиться к потерявшему слух. Напишите ему записку, и пусть он видит ваше лицо, когда читает.
— Вот так просто, да? — Себ усмехнулся, а потом серьезно сказал: — Лия, я не знаю ваших планов. Но завтра я ночую в отеле в Порт-Дугласе. Может, поужинаем вместе?
— С удовольствием, — просто ответила она. — Я смогу на практике испытать новые навыки: пофлиртую вживую, так сказать. Будете жертвой моего обаяния.
— Что ж, попробуем, — улыбнулся он.
Встречу назначили в баре отеля — одного из тех тропических курортных местечек, которые служат ярким примером рая на земле. Вокруг, насколько хватало глаз, тянулись бассейны и искусственные пруды, и всюду царила атмосфера роскоши.
Деньги никогда не были для Лии проблемой: она родилась в состоятельной семье, а позже и сама стала неплохо зарабатывать. Поэтому она могла позволить себе остановиться в этом роскошном отеле, а еще раскошелилась на новый наряд: темно-серое платье, облегающее фигуру и свободно струящееся дальше до самых лодыжек, и черные босоножки со шнуровкой и на высоком каблуке.
В баре было многолюдно, все посетители как с обложки глянцевого журнала — привлекательные и уверенные в себе. Себ чувствовал себя как рыба в воде. Присутствовавшие в баре женщины с интересом поглядывали на него, как, впрочем, и мужчины, насторожившиеся от появления потенциального соперника.
Лии стало не по себе: она чувствовала себя не в своей тарелке среди такого множества людей. Все это не ее. Ей было намного комфортнее на уединенном острове с его акулами, чем здесь. Вот такой она несветский человек.
Глубоко вздохнув и призвав на помощь все свое самообладание, она попросила Себа заказать виски и застыла рядом с ним, всеми силами желая оказаться сейчас где-нибудь в другом месте.
— Не знаю, как себя вести, — тихо призналась она.
— Попробуйте расслабиться. Вот увидите — поможет, — посоветовал Себастьян.
Тут бармен подал напитки, и Лия выпила свой виски одним глотком.
— Нет-нет, это не то, — покачал головой Себ. — Давайте начнем с простого: улыбнитесь.
Но даже это оказалось для Лии непосильной задачей. Себ отметил, что вся ее уверенность в себе, вчерашний боевой настрой и решимость оттачивать на нем мастерство флирта куда-то испарились. Хотя выглядела она прекрасно. Ему нравилось, как Лия одевается, нравились ее лицо и фигура. И похоже, не ему одному. Добрая половина мужчин в баре обратили внимание на его спутницу.
Но умница и красавица Лия Вест попросту не выносила людные места. Себ предложил поужинать на открытой веранде ресторана, где было не так много народу, и Лия понемногу расслабилась. Решив для разнообразия обойтись на этот раз без морепродуктов, они заказали стейк для Себа и утку-гриль для Лии.
Немного придя в себя, она стала расспрашивать Себастьяна о его работе.
— Многие стремятся попасть на буровую, — начал рассказывать он, — считая, что это легкие деньги. Но это не так. Не все, отработав первую вахту, возвращаются. Нужно быть человеком особого склада характера: спокойно относиться к тому, что малейшая оплошность может обойтись в миллионы, а то и миллиарды, а иногда даже стоить кому-то жизни. И конечно, нужно не бояться океана и практически полной изоляции от цивилизации.
— А женщины у вас работают? — поинтересовалась Лия.
— В офисе — да. А в группе ликвидаторов у меня только один раз была женщина — врач, превосходный специалист. Но все же для слабого пола условия работы слишком тяжелые. И можете называть меня сексистом, но это так.
— И в мыслях не было. А что, вас часто в этом обвиняют?
— В лицо — нет.
Тут подошел официант, принес заказ, непринужденно поболтал с ними, отвесив попутно пару комплиментов. И все — очень естественно и, похоже, не прилагая никаких усилий. Лия завистливо следила за тем, как он лавирует между столиками, свободно общаясь с посетителями.
— Бессмысленный треп — не ваш стиль, — подмигнул ей Себ. — Полюбите себя такой, какая вы есть. Найдите способы сделать жизнь комфортной. Вы интроверт? Так купите тоже себе остров.
— А почему вы решили купить остров? — спросила она.
— Уединиться. Мне нужно было побыть одному, и хотелось, чтобы вокруг была вода. Выбор невелик: либо яхта, либо остров. Том настоял на острове, и я не жалею. Но вам, как ни странно, там не очень понравилось, хоть вы и стремитесь к замкнутости.
— Главным образом потому, что я вам мешала, — пояснила Лия. — А так очень даже понравилось. Кровать в гостевом доме удивительная, и рассветы такие живописные. Мне понравился коралловый риф и трассы для квадроцикла. Жаль, что не было времени обойти пешком весь остров по берегу. И еще раз понырять в океане.
— Авантюристка, — покачал головой Себ.
— На самом деле — нет. Вы еще моих братьев не видели.
— Никогда ни с кем себя не сравнивайте. Особенно если сравнение не в вашу пользу, — назидательно произнес он.
— Возьму себе на заметку, — кивнула Лия и хитро усмехнулась. — И даже перестану завидовать официанту.
— Для начала и это неплохо. Кроме того, вы вполне можете все это испробовать в следующий раз, когда будете на острове.
— А будет следующий раз?
— А вам бы хотелось? — вопросом на вопрос ответил Себ.
— Не боитесь, что я опять к вам приставать начну?
— Тоже мне испугали! Кстати, у вас намного лучше получается флиртовать, когда вы отвлекаетесь и об этом не задумываетесь, — заметил он.
Лия расслабилась совершенно и начала получать удовольствие от вечера. А у Себастьяна появилась новая навязчивая идея — разгадать ее, понять, что ею движет, что для нее в жизни главное. Беседуя с ней, он понял, что хочет общаться с этой женщиной еще и еще, наслаждаясь ее скромным остроумием и теплотой. Сделалось важным суметь заставить ее улыбаться снова и снова.
Заигрывать с Лией, флиртовать и вызывать ее интерес — вот на чем сконцентрировался Себ в этот вечер. Избитые комплименты здесь не подходили, и он старался находить общие темы для разговора, новые совместные впечатления. Зачерпнув ложечкой десерт с ее тарелки, Себ отправил его себе в рот и предложил Лии попробовать свой. Он просто упивался исходящей от нее чувственностью, о существовании которой сама она, похоже, даже не догадывалась.
— Какие у вас планы на завтра? — осведомился он.
— Поеду к брату на побережье, проведаю Лену. Позвоню Деймону и отцу. Соберем семейный совет, — откликнулась Лия. — А у вас?
— Навещу коллегу, который потерял слух. И семью погибшего.
— У него осталась семья?
— Да, жена Бонни и сын Кэл, ему семь лет.
— Скажете, что его отец погиб как герой?
— Он и был герой.
— А Бонни что скажете?
— Что мне очень жаль. Что весь месяц я провел, анализируя ту аварию, причины взрыва, чтобы найти способ минимизировать риски для остальных. И чтобы в принципе аварии подобного рода происходили реже.
— Как это правильно! — восхитилась Лия. — И как, успешно?
— Лишь отчасти. Не было никакой ошибки, ничто не предвещало этот взрыв. Но можно усилить систему мониторинга, чтобы отслеживать, что происходит на нестабильных узлах. Я собираюсь вынести этот вопрос на заседание совета директоров. Предложу создать научно-исследовательское подразделение, которое занималось бы этим направлением. Тогда мы могли бы не только исправлять то, что уже случилось, но и предотвращать аварии.
— Это вы тоже Бонни расскажете?
— Да нет, не собирался.
— Зря. Пусть знает, что ее муж не просто герой, а еще и катализатор серьезных изменений в системе работы компании. Думаю, это важно. Мне было бы приятно услышать такое.
— Да? И никаких упреков? Она, наверное, жалеет, что Кэм не выбрал себе другую работу…
— Вряд ли. Ведь она полюбила именно такого Кэма, — спокойно возразила Лия, точно определяя, как всегда, самую суть вопроса. — Уж кто-кто, а Бонни прекрасно понимает, что он был из тех, кто не может жить не ходя по краю. И это не значит, что он был безрассудным или неосмотрительным, что он искал смерти. Просто это такой тип людей.
— А ведь и вы, Лия, ходите по краю? Идете на серьезный риск, занимаясь такими опасными вопросами, как тот, что вы решали на острове…
— Да, не без этого, — с ноткой удовлетворения ответила она. — Раньше я всегда считала себя человеком рассудительным и осторожным, живущим в тени. И все привыкли и ждут от меня именно этого. Но люди иногда меняются, как внутренне, так и внешне. Сейчас я понимаю, что хочу от жизни большего. Хочу новых впечатлений. Хочу искупаться голышом в Тихом океане, хочу ничего не бояться. Жить одним днем, будто завтра не наступит. Хочу любить. И так каждый день. Может быть, такое настроение не надолго и уж точно не навсегда. Но сейчас я чувствую именно так. — Она перевела дыхание и выпалила: — Вы не против заняться со мной любовью сегодня?
И эта женщина говорит, что не умеет флиртовать?
— Идем! — хрипло велел Себ, встал из-за стола и пошел к выходу.
Лия последовала его примеру. Молча Себ подписал счет, одновременно лихорадочно вспоминая номер сьюта, в котором остановился, и прикидывал, как бы побыстрее добраться туда, не прижимая спутницу ко всем попутным стенкам в попытках хоть немного утолить свой чувственный голод.
Им удалось дойти до комнаты, ни разу друг друга не коснувшись. Захлопнув за ними дверь, Себ спросил, не хочет ли Лия выпить. Она попросила стакан воды. Себастьян налил два — для нее и для себя. А Лия тем временем оглядывала помещение с тем же непроницаемым видом, с каким она впервые осматривала его дом на острове. Совершенно невозможно было угадать, о чем именно она сейчас думает. При этом гостья даже и не думала завязать светский разговор. Правда, ему и самому сейчас было не до болтовни.
— Если бы мне захотелось прикоснуться к тебе, с чего было бы лучше начать? — спросила Лия.
— С чего угодно: плечи, грудь, кисти рук.
Лия прошла через комнату и остановилась перед ним. Положила одну руку ему на талию, а другой скользнула вверх к груди. В глазах затаился вопрос, и прошла, казалось, целая вечность, прежде чем ее губы решились притронуться к его рту.
— Вот так? — прошептала она, прижимаясь к его губам в легком, мимолетном поцелуе. — Если я вдруг начну делать что-то, что тебе неприятно, ты скажи. — Ресницы ее опустились, и кончиком языка она прикоснулась к уголку его губ — всего на мгновение. И вдруг улыбнулась ему, как улыбнулась бы лесная фея заблудшему страннику — с обещанием чудес и волшебства. Улыбка ее была одновременно робкой и манящей.
Себ поймал ее руку и положил себе на шею, сам спрятал руки за спиной и ртом мягко коснулся ее губ. На этот раз Лия уже примерно знала, чего ожидать от его поцелуя. Она представляла его вкус и уже однажды испытала, на что способны его губы. Например, нежно прижиматься к ее рту или покрывать легкими поцелуями одну только нижнюю ее губу. Прикрыв глаза, она приготовилась к новым чудесным открытиям. Жадно прижавшись к его губам, она словно хотела сполна насладиться его теплотой и вкусом.
Лия не знала, куда девать руки. И с трудом сдерживала стон наслаждения, опасаясь, что Себ неверно истолкует его и остановится. Себастьян тем временем оторвался от ее рта и через щеку и подбородок добрался до уха.
— Почему ты ко мне не притрагиваешься? — еле слышно спросила она и почувствовала кожей, что он улыбается.
— Растягиваю удовольствие, — пробормотал он и опустился ниже по шее.
— О, Себастьян, пожалуйста, — протянула Лия.
— Чего ты хочешь?
— Тоже хочу растянуть удовольствие, но только при этом побыстрее перейти к главному.
— Пока рано, — хрипло выговорил он, однако подхватил ее на руки, шагнул к постели, сел и усадил Лию к себе на колени, раздвинув ей ноги. — Так лучше? — прошептал он в ее шею и наклонился ниже — туда, где начинался ворот платья. Руки его легли ей на талию, и большие пальцы медленно рисовали круги в направлении ее груди.
Лия почувствовала, что грудь будто налилась свинцом, соски напряглись, а Себастьян продолжал свой нежный натиск по всем направлениям. По ее бедрам прошла дрожь, и она решила больше не притворяться, а дать себе волю, и заерзала на его коленях, устраиваясь поудобнее, дивясь про себя, насколько же еще хватит его терпения, потому что ее уже было на исходе.
Тут Себ наклонился и сомкнул губы вокруг ее соска через ткань платья. Лия вскрикнула и открыла глаза, увидев, как он обеими руками приподнимает ее груди, а потом приникает к одной из них в глубоком, горячем поцелуе.
— Мое платье, — невнятно произнесла она, и руки его со знанием дела переместились к молнии на спине, а губы переключились снова на подбородок.
— Отличное платье, согласен, — довольно проурчал он.
— Оно так мешает!
В следующее же мгновение молния оказалась расстегнутой, как и бюстгальтер. Насладившись зрелищем ее обнаженных плеч, Себ очень медленно стянул с нее бюстгальтер и платье.
— Ты только не подумай, что я жалуюсь или выражаю недовольство, но не мог бы ты чуточку поторопиться? — взмолилась Лия, когда его губы стали неторопливо прокладывать дорожку от одной груди к другой.
— Да ладно тебе, Офелия, — глухо проговорил он где-то между ее грудями. — Ты что, куда-то опаздываешь? — Но тут же обхватил губами уже обнаженный ее сосок, и руки ее взлетели к его волосам.
Лия изогнулась навстречу его жаркому умелому рту и вскрикнула, когда он сомкнул губы и стал посасывать ее грудь.
— Еще! — потребовала она, и он повиновался — с такой силой и напором, что ласки его граничили с наказанием. Лия дрожала и трепетала, сжимала пальцы в его волосах и не ослабила хватку, даже когда Себ, ругнувшись, повалил ее на кровать и прильнул голодным ртом ко второй груди.
Лия лежала и упивалась новыми ощущениями: весом его тяжелых сильных ног на своих ногах, давлением пуговиц его рубашки на ее живот и жаром его рта, двигавшегося теперь через ее живот ниже, увлекая за собой платье. Лия схватилась руками за простыню, не в силах отвести глаз с Себастьяна, который полностью стянул теперь с нее платье, трусики и босоножки. Следом полетела его рубашка, и губы его вновь прижались к ее губам. А когда поцелуй вдруг прервался, Лия подняла голову и выгнулась всем телом, не желая останавливаться. Тут она поняла, что он задумал: Себ двигался по ее шее далее к животу и ниже.
Очень медленно, скользя обнаженным телом по ее телу, Себастьян опустился вниз и устроился между ее раскинутыми ногами. Он поцеловал ее живот, внутреннюю поверхность бедра, потом подложил руку под ее ягодицы и слегка приподнял, чтобы они оказались ближе к губам.
Легко и невесомо, словно перышком, он стал касаться губами и языком ее горячей нежной кожи бедер, и Лия вся подалась навстречу этому поцелую. Медленно, словно тщательно исследуя каждый миллиметр ее тела, Себ добрался до заветной цели, и Лия прикрыла глаза, сладостно замирая от предвкушения. Грудь ее тяжело вздымалась и опускалась, дыхание сделалось прерывистым и шумным. Все ее существо сосредоточилось на движении его губ. Лия напряглась, всеми силами желая поскорее узнать, что же будет дальше.
И вот рот Себастьяна коснулся ее горячей нежной плоти. Глаза Лии на мгновение распахнулись и снова медленно закрылись, когда он стал ритмично ласкать языком ее кожу. Дышать стало еще труднее. Лии казалось, что под его руками, под его опытными, умелыми губами тело ее стало невесомым, словно из него разом испарились все кости. Хватая ртом воздух, она чувствовала, как нарастает сладостный шквал, и, наконец, вся она будто бы вспыхнула, взорвалась и рассыпалась на сотни сияющих искр.
Облокотившись на кровать на уровне ее талии, Себ дал Лии перевести дыхание и прийти в себя. Пальцы его лениво выводили круги на ее животе. Улыбнувшись, он поинтересовался, не хочет ли она повторить. Лия кивнула, но, когда он вновь коснулся пальцем чувствительного узелка между ее ногами, она покачала головой и возразила:
— Нет, Себастьян. Так не пойдет. Палец меня больше не устроит. — Она нащупала рукой пуговицу и молнию на его брюках, расстегнула и прижала ладонь к его твердой напрягшейся плоти. — Согласна только вот на это.
В следующее же мгновение Себ освободился от оставшейся одежды и предстал перед Лией во всем своем обнаженном великолепии: тени играли на его упругом животе, мускулистых бедрах. Он ждал, пока Лия насладится открывшимся зрелищем. Потом она опустилась на колени и положила руку на его возбужденную плоть. Себ откинул голову и взглянул на нее сквозь полуприкрытые глаза.
— Крепче, — подсказал он, и Лия обхватила его рукой, а он положил ладонь поверх ее руки и показал, как следует двигаться, чтобы доставить ему удовольствие — медленно, настойчиво и с гораздо большим напором, чем она предполагала. Тут Себ лег на кровать, увлекая Лию за собой. Найдя в тумбочке презерватив, он быстро его надел и велел Лии: — Садись сверху.
Лия повиновалась и закрыла глаза, чувствуя под собой его сильное, большое, жаркое, твердое тело. Но пока, к сожалению, только под собой, а не в себе… Оба вопросительно посмотрели друг на друга. Тут она оперлась ладонями о кровать над его плечами и наклонилась, чтобы поцеловать. Себ приподнялся на локтях, откликаясь на поцелуй, и тут же неуверенность и волнение Лии как рукой сняло.
Она хотела, чтобы это произошло. Хотела этого мужчину, и желание ее граничило с одержимостью. Лия нетерпеливо снова опустилась на него и легла грудью на его грудь. Тут она почувствовала, что он легонько проводит языком по ее шее, и тихо вскрикнула.
Себ обхватил ее одной рукой за ягодицу и сел так, чтобы сделать возможным проникновение. Вены на его руках и шее вздулись, глаза потемнели, лицо напряглось.
— Я не буду пока двигаться. Настройся. Я подожду, — хрипло проговорил он.
Лия на мгновение замерла, потом прижалась ртом к его губам и обхватила за плечи. Она задвигалась, пытаясь ускорить процесс, и тут же у нее перехватило дыхание, но на этот раз далеко не от наслаждения. Она отпустила его губы и прижалась лбом к его лбу, опустив глаза вниз, пытаясь посмотреть, что вызвало у нее такой дискомфорт.
— Вот это да. Мне бы лучше поменьше, — слабым голосом проговорила она.
Себ улыбнулся и положил палец ей на губы:
— Это ты сейчас так говоришь!
Тогда Лия опустилась еще чуть-чуть, Себ наклонился и обхватил губами ее сосок, а большой палец опустил на горячую чувственную точку внизу ее живота и начал совершать круговые движения пальцем и языком, немного подавшись бедрами вверх, чтобы проникнуть в нее побольше.
С этого мгновения Лия вела счет времени не в секундах, а в миллиметрах, пока наконец где-то внутри ее тела снова не зародилась волна наслаждения. Себ почувствовал перемену в ее поведении и, притянув ее к себе руками за бедра, сделал решительный рывок вперед. С этого момента Лия перестала быть невинной девушкой.
— Как ты? — Себ смотрел на нее с тревогой. Он понимал, что только что произошло.
Лия кивнула, не в силах вымолвить ни слова. В теле словно не осталось ни капли энергии, она не могла, казалось, даже дышать и шевелиться. Не разжимая объятий, Себ перекатился, положив Лию на кровать и оказавшись сверху.
— Дыши, — шепотом напомнил он, и Лия сделала глубокий вдох. — Поцелуй меня, — попросил он затем, и она вновь потеряла всяческое чувство реальности, погрузившись в чувственный плен поцелуев. — Доверься мне, — прошептал Себ, целуя уголок ее рта.
Постепенно Лия пришла в себя и начала двигаться в такт движениям Себастьяна. Так они поймали единый ритм, и с этого момента главным мерилом бытия для Лии стало наслаждение во всех его проявлениях: от легкого удовольствия от осознания, что это она — причина его чувственных стонов, до все возрастающего удовлетворения от ощущения себя в его власти. Наконец Лия откинула всякое стеснение, обвила ногами его талию и вскоре вскрикнула, достигнув кульминации. А пару минут спустя вновь ощутила максимальное наслаждение, на этот раз одновременно с Себом.
Потом Себ на руках отнес Лию в душ. Она позволила ему помыть себя. Это было так приятно: сильные нежные руки, скользящие по мыльной пене, покрывшей ее тело. Себ улыбался, и Лия поймала себя на том, что спокойно улыбается ему в ответ.
— И как, твои ожидания оправдались? — поинтересовался он, когда Лия перехватила инициативу и стала наносить гель для душа на его мускулы.
— Не то слово! — откликнулась она и с удовлетворением отметила, как от ее прикосновений напряглись его соски. — Ты лучший из моих любовников.
— Я польщен. Думаешь, я не догадался, что я также первый из твоих любовников? — В голосе Себа слышалось удовольствие с легкой ноткой озабоченности.
— Думаю, нет смысла спрашивать, как ты оценишь меня в качестве любовницы, — продолжила Лия, не отвечая на его вопрос. — Я только учусь. Но очень стараюсь. Слышала, что все приходит с опытом.
— У тебя отлично получается.
— Да что там получается? Я ведь ничего и не делала. Практически тебя не касалась. — И она медленно провела ладонями по его плечам, затем вниз по рукам к талии и обратно, изучая его тело. Ведь до этого она была слишком сосредоточена на собственных ощущениях. Себ не вмешивался, а лишь оперся спиной о стенку душевой кабины. — Это ведь неправильно, так?
— Зависит от обстоятельств. В нашем случае ты все делала как надо.
— А сейчас?
— Смотря чего ты хочешь.
— Тебя! И как можно больше, — проворковала Лия. — Мы ведь еще не все испробовали? Что скажешь?
Себ ничего не сказал, лишь наклонился и поцеловал ее. И сила поцелуя без всяких слов выдала всю мощь его желания.
Работая на острове, Лия привыкла просыпаться с первыми лучами солнца, но шторы в гостиничном номере надежно защищали от света. И когда она открыла глаза, часы на прикроватной тумбочке показывали уже половину девятого. Лия медленно села, огляделась, в порыве стыдливости натянув простыню по самую шею. Однако порыв этот никто не оценил, так как в комнате никого не было. Простыня сползла к талии, а Лия тихо позвала:
— Себ?
Ответа не последовало. Лия встала и накинула гостиничный халат, который еще вчера заприметила в ванной. Быстро окинула взглядом все поверхности в номере, но ни на столах, ни на тумбочке, ни на кушетке не обнаружила ничего похожего на записку. При этом дорожная сумка Себастьяна все еще лежала на полке для багажа рядом с гардеробом, а в ванной обнаружился его черный несессер. Из чего Лия могла предположить, что он еще планирует вернуться в номер. В конце концов, это его номер.
Может, ей полагается уже убраться восвояси? Лия запустила руку в волосы и попыталась рассмотреть все имеющиеся у нее варианты действий. Она не имела ни малейшего представления, как должна вести себя и что вообще люди обычно делают наутро после первого секса. Особенно если учесть, что ночь выдалась запоминающейся, полной сладких чувственных открытий и удовольствия.
А еще говорили, мол, подожди, придет время, все узнаешь. Подожди, пока не появится человек, к которому ты будешь испытывать влечение. И вот ждала она, ждала, дождалась, влечение испытывала, и Себ был ласков и терпелив с ней. И думал в первую очередь о том, чтобы ей было хорошо. Из-за этого он ни разу за всю ночь не потерял над собой контроль и не отдался полностью во власть страсти. За всю ночь Лия не заметила и намека на тот ураган чувств, который ощущался между ними пару вечеров назад, когда они танцевали на балконе его дома на острове. Нет, ему, конечно, тоже было приятно, в этом Лия не сомневалась. И ему хотелось этой близости. Но он не дал себе окунуться в этот омут с головой. Не дал себе потерять ощущение реальности. Похоже, он попросту испытывал более слабое влечение, чем она к нему.
Эта мысль решила проблему «утро после секса», которая стояла перед Лией: нужно просто вернуться в свой номер. Нужно дать мужчине свободу, личное пространство. Очевидно, именно в этом он нуждался, иначе был бы рядом, когда она проснулась.
Взяв фирменный блокнот с логотипом отеля, Лия быстро начеркала: «Я к себе, потом на завтрак» — на тот случай, если выводы ее были ошибочны. Одевшись, она пошла в свой номер. И ее совсем не волновало, что встретившиеся в коридоре постояльцы могут плохо о ней подумать.
Ничего плохого ведь и не произошло: она сама хотела этого, хотела Себа, и стыдиться тут совершенно нечего. Единственное, из-за чего Лия переживала в это утро, было состояние самого Себа: как он себя чувствует, о чем думает. И как, если с его стороны все нормально, намекнуть на то, что она не против повторить то, что было между ними прошлой ночью.
Себастьян Рейн не находил себе места. Он уже сходил на причал к яхте и проверил, надежно ли закреплены швартовы, хотя в этом не было ни малейшей необходимости, так как все это он уже проверял накануне, причем дважды. Однако ему требовалось пройтись, проветрить голову и хорошенько разобраться в том, что он чувствует и думает о событиях прошлой ночи. Также необходимо было определиться с тем, что же теперь делать с Лией Вест.
Она ведь сама хотела набраться опыта, поучиться. И он ей помог. Сама заговорила о близости, и он не отказал. И он держал себя в руках и постарался, чтобы ей было хорошо, чтобы первая ночь, проведенная с мужчиной, попала у Лии Вест в разряд приятных воспоминаний.
Но уже под утро, в перерыве между ласками, он поймал себя на мысли о том, что хочет остаться с этой женщиной, хочет проводить с ней больше времени, больше ночей, причем не таких сдержанных, а диких и необузданных. И больше дней — подобных дню, который они провели вместе накануне.
Однако Себ не имел ни малейшего представления о том, как эти его пожелания соотносятся с жизненными планами самой Лии. Как знать, может, для нее эта ночь — всего лишь очередной шаг по преодолению себя, своих страхов? Может, она просто решила воспользоваться удачным случаем, а теперь готова вернуться к своей обычной жизни?
Себ нашел Лию в ресторане. Она сидела за столиком на двоих у окна с видом на лагуну. Внешне в ней не произошло никаких изменений: ни в одежде, ни в выражении лица. Ничто не говорило о том, что теперь это женщина с сексуальным опытом, а не невинная девушка, которая приехала в этот отель вчера. Наряд, как и прежде, сдержанно консервативен, а поведение немного скованно.
Взгляды их встретились. Лия смотрела слегка настороженно, и то, что она прочла во взгляде Себа, заставило ее покраснеть и опустить глаза. Себ улыбнулся и сел за столик.
Так, так, так. Интересно. Похоже, все всегда анализирующая, продумывающая и просчитывающая Офелия Вест не проработала заранее развязку этой истории.
— Что посоветуешь? — спросил он, кивая на ее полупустую тарелку.
— Яйцо-пашот с беконом вполне пристойно. И арбуз сладкий и сочный. — Лия отложила вилку и нож и потянулась за чаем. — А ты забыл оставить инструкции по поведению наутро после секса.
— А они тебе нужны?
— Да, не помешали бы.
— Иногда нужно просто следовать своим инстинктам, — глухо проговорил Себ. — Вот как, например, я сейчас, когда собираюсь спросить тебя, обязательно ли тебе ехать к брату прямо сейчас, и как долго ты намерена там пробыть, и каковы твои дальнейшие планы.
— Почему тебя это интересует?
— Так, любопытно. — Себ откинулся на сиденье, пытаясь понять, насколько он готов перед ней открыться. За все утро она ни разу к нему не прикоснулась и его прикосновений тоже не искала. Возможно, ей и правда требуется пара подсказок насчет того, как дать понять мужчине, с которым был первый секс накануне, что он желанный. А может, она просто делает то, что велят интуиция и инстинкты, как он сам только что советовал.
— Я должна рассказать своим о том, что узнала о Джареде, особенно Лене. А она как раз сейчас у брата. Там есть бассейн с подогревом, она в нем упражняется.
— Упражняется? — переспросил Себ.
— Да, реабилитационная гимнастика. У нее было огнестрельное ранение брюшной полости восемь месяцев назад. Пуля задела позвоночник, и теперь она временно не чувствует ног. Лена сейчас заново учится ходить и надеется восстановиться полностью. И делает успехи. — Лия печально покачала головой. — По крайней мере, так говорят врачи.
— А ты так не считаешь?
— Я не уверена, что она когда-либо сможет вернуться в прежнюю форму. И думаю, что она боится сама себе в этом признаться. Лена до сих пор говорит о том, что собирается вернуться на прежнюю работу, хотя это, мягко говоря, маловероятно.
— А что у нее за работа?
— Разведка. Разведывательное спецподразделение. То же, в котором служат Джаред и Триг. Они все вместе были в Восточном Тиморе, осматривали заброшенную фабрику, и там ее подстрелили. Лена говорит, что их ждали, что там была засада. А Джаред на эту тему вообще почти ничего не рассказывает. Он был командиром группы. И считает, что несет личную ответственность за Ленино ранение. Он очень тяжело все это перенес.
— Могу себе представить.
— Считает, что это он виноват.
— И это мне понятно, — кивнул Себ.
Лия немного расслабилась и улыбнулась:
— Не сомневаюсь.
— И теперь он отправился расставить точки над «і»? Разобраться в том, что случилось? Отомстить? Ты поэтому так за него волнуешься?
— Может быть, — пожала плечами Лия.
Себ понял, что она все еще не решила, стоит ли доверять ему чужие секреты. И здесь не имеет значения, что вчера она доверила ему свое тело. Это совсем другое, и Себ вполне ее понимал, хотя ему такая скрытность была и не по душе. Кстати, он до сих пор так ее и не коснулся. Пора исправить это упущение.
Себастьян встал, подошел к ней, положил одну руку на спинку ее стула, а другой оперся о стол, наклонился и накрыл ее рот поцелуем — сначала легким, но впоследствии переросшим в крепкий и требовательный. Лия с готовностью ответила на поцелуй.
— Хочешь еще кофе? — спросил Себ, когда они наконец оторвались друг от друга.
— Спасибо за прошлую ночь, — тихо проговорила Лия. — И нет, спасибо, кофе больше не надо, а вот от арбуза я бы не отказалась.
Себ заказал себе еще кофе и пошел к стойке шведского стола за арбузом.
— А у тебя самого какие планы на ближайшие дни? — спросила Лия, когда он вернулся к ней с тарелкой.
— Договориться с Бонни о встрече, — сообщил он. И так уже слишком долго откладывал он это дело. — Давно пора.
— Бонни живет в Дарвине?
Себ кивнул и продолжил:
— И надо появиться в офисе, пока Венди опять не пригрозила мне уволиться. И дел уже накопилось, на них тоже время уйдет. А ты раньше в Дарвине бывала?
— Нет.
— Хочешь побывать?
— Ты что, приглашаешь меня с собой?
— Пока еще нет. Прощупываю почву. Хочу сначала понять, как ты вообще к этому относишься, а потом уже выступать с инициативой.
— Вот как, — пробормотала Лия. — Ловко устроился.
— Да. Что касается правил поведения наутро после секса, тут я не лучший наставник.
— Мне нравится идея снова тебя навестить, — просто откликнулась Лия, поднимая чашечку с чаем изящными пальцами. — И даже не столь важно где. — Она посмотрела на него, улыбаясь глазами. — Я не слишком откровенно выражаюсь?
— Мне нравится твоя прямота. Иногда она весьма уместна.
— Отлично. Осталось придумать, где бы нам встретиться. Это должно быть место, куда нам обоим было бы относительно просто добраться — мне из Оксфорда, тебе из Дарвина. Как ты смотришь на Дубаи?
— Без особого энтузиазма.
— Сингапур? Гонконг?
— Аналогично.
— Почему? — удивилась Лия.
— Может, мне хотелось бы навестить тебя в твоей обычной обстановке, посмотреть, как ты работаешь. И чтобы ты тоже посмотрела на меня в моем обычном окружении. Хотелось бы понять, интересую ли тебя я сам или только секс со мной.
— Тебе что, кажется, будто я тебя использую? — Лия не могла скрыть возмущения. — Ну вот. Говорю же, мне еще учиться и учиться. Себастьян, взгляни на вещи моими глазами. Я чуть ли не умоляла тебя переспать со мной. При этом, насколько я могу судить, ты согласился лишь из жалости…
— Нет, брось. Вовсе не из жалости, — резко ответил Себ.
— Я же должна была дать тебе лазейку, путь к отступлению.
— Считай, что дала, и я им не воспользовался.
Лия смотрела на него недоверчиво:
— В таком случае буду очень рада твоему приезду ко мне в дом брата через пару дней, если это не нарушит твоих планов. И в Оксфорд приезжай. Можно будет остановиться у меня или Томаса, ближе к делу видно будет. И я не собираюсь скрывать нашу связь, если к тому времени она еще будет жива.
Связь. Ни к чему не обязывающее слово. Никакой ответственности. И никакого восторга в голосе.
— Тебе понравилась вчерашняя ночь? — уточнил Себ.
— Да. И ты ведь все для этого сделал. Я не слишком откровенна?
— Нет.
— А тебе самому-то понравилось? — в свою очередь спросила Лия.
Надо же! Она, похоже, даже не догадывается, какое удовольствие доставила ему вчера: удовольствие наблюдать, как она открывает для себя новые ощущения, как с головой отдается им и получает наслаждение.
— Мне понравилось, — кратко ответил он.
— А то, знаешь, временами мне казалось, что ты как будто сдерживался, не расслабился по-настоящему.
— Нет, все было замечательно, не к чему придраться. — Себ наклонился и подложил ей на тарелку еще арбуза.
— Ладно, значит, мне показалось.
— Это не то, над чем тебе стоит ломать голову. Ешь лучше арбуз.
Лия пристально на него посмотрела, и Себ не отвел глаз. Лия подцепила на вилочку кусок арбуза, поизучала его некоторое время, прежде чем откусить.
— У меня такое впечатление, что ты любишь постоянно контролировать ситуацию, — проговорила она.
— У меня такое впечатление, что ты тоже.
— Даже не представляю, почему у тебя сложилось такое мнение.
Себастьян улыбнулся:
— Интуиция.
Распрощались они после обеда. Лии нужно было лететь на юг, и рейс ее отправлялся на двадцать минут раньше, чем самолет, который вез Себа в Дарвин. Они вместе доехали до аэропорта и прошли проверку безопасности.
Это было еще одно новое для Лии ощущение — когда тебя видят вместе с мужчиной; когда ты можешь спокойно прикасаться к нему на глазах у десятков людей. Но она старалась не злоупотреблять своими новыми возможностями, по крайней мере, ей так казалось. Но когда она поймала завистливый взгляд барменши, наблюдавшей за ними, то с трудом удержалась, чтобы не прижаться к нему всей грудью. Вместо этого Лия отвернулась и сделала вид, что изучает табло отправлений, как и многие другие посетители бара.
Перед расставанием они обменялись адресами и телефонами, и Лия также дала Себу адрес Деймона, вдруг он и правда выберется к ним в ближайшие дни, хотя это и было маловероятно.
— Волнуешься, как пройдет разговор с Бонни? — спросила она, когда они вместе ждали, пока объявят посадку на ее рейс.
— Есть немного, — нехотя признался Себ. — Что-то посоветуешь?
— Я сама с такой ситуацией не сталкивалась. Мама умерла, когда родился Деймон, но это было очень давно. Если чувствуешь, что Бонни нужно поговорить, дай ей выговориться. И возьми кого-нибудь с собой, если тебе так будет легче. Вот и все советы.
Себ наклонился к ней, упираясь локтями в колени и положив голову на ладони.
— Хорошие советы. — Он мельком взглянул на нее и продолжил: — У меня есть фотография. Кто-то снял Кэма за день до гибели: на голове шлем, в руках пожарный шланг, весь в грязи и улыбка до ушей. Как думаешь, отдать ей?
— Конечно. — Лия кивнула и сморгнула внезапно навернувшиеся слезы. — Думаю, ей понравится.
Добравшись в домик на берегу, где проживал Деймон, Лия обнаружила там не только Лену, но и Трига. Лена тут же поспешила сообщить, что они спят в разных комнатах, хотя это было совершенно не обязательно. Любой, понаблюдав за Леной и Тригом пять минут, сразу бы понял, что отношения у них сложные и не предполагающие сна под одним одеялом. Триг был на взводе, ему хотелось схватить Лену в объятия и понянчиться с ней, чего Лена, разумеется, не допускала, причем в категорической форме. От парочки исходили волны раздражения и отчаяния. Сплошные эмоции и ни капли здравого смысла. В этой обстановке делиться новостями о Джареде Лия сочла неуместным.
— Ты как-то изменилась, — заметила Лена, с подозрением глядя на Лию и протягивая ей стакан содовой. — Триг, правда ведь, Лия изменилась?
Триг смерил Лию взглядом прищуренных теплых карих глаз и возразил:
— Да нет.
— Это что, твоя принципиальная позиция — во всем мне противоречить? — взвилась Лена.
— Ты спросила, я сказал то, что думаю. Тяжкое преступление, понимаю. Казни меня, — проворчал Триг, но повернулся и еще раз внимательно изучил Лию. Та задрала подбородок и велела себе не краснеть. Вряд ли можно невооруженным взглядом разобрать, что девушка стала женщиной. По крайней мере, не в этой обстановке. — Нет, ничего не вижу. Такая же милашка, как и раньше. А что такое? Постриглась? Покрасилась? Помаду сменила? Что еще может непредусмотрительно не заметить мужчина, за что его тут же жестоко карают?
— Глупость своих поступков, — сухо откликнулась Лия. — Надо позвонить Деймону, но я не знаю, защищенная ли здесь линия.
— Нет, тут обычный телефон, — хором ответили Лена и Триг.
— Я влезла в личное дело Джареда, — сказала Лия и увидела, как вмиг посерьезнели и будто подобрались ее собеседники. — Подробностей там немного. Личный номер, место начала операции — Стамбул. Какие-то даты. Самые свежие — пять недель назад и шесть дней назад. А в самом начале что-то вроде названия или указания на уровень доступа или название должности. Не знаю, что оно обозначает — всего одно слово «часовой».
— Впервые слышу, — отозвалась Лена. — Триг?
Триг покачал головой, но Лия следила за ним все то время, что говорила, поэтому заметила то, чего не видела Лена: мгновенную тень узнавания в его взгляде, когда он услышал слово «часовой». Он также будто замер на краткий миг. Лия решила попытать Трига на этот счет, но позже. А теперь, в присутствии Лены, она включилась в игру, которую вел Триг.
— В любом случае, — продолжила она, — все это говорит о том, что кто-то из его начальства явно в курсе его местоположения и планов. Вы говорили, что попали в засаду, что вас ждали. Может, произошла утечка, кто-то из ваших продался, и Джаред получил задание выяснить, кто именно. Возможно, в его деле нет данных о результатах операции, потому что он работает не по обычной схеме.
— Или же ты влезла не в тот файл, — предположила Лена.
— Это Деймон раздобыл файл, — тихо возразила Лия. — И это все, что ему удалось найти. Хочешь сказать, он не знает, где и что искать?
Лена скептически поморщилась, но Лия видела, что та согласна с ее доводами. Деймон взламывал компьютерные системы по заданию правительства и тех, кто стоит над правительством. Если уж Деймон не смог найти информацию, то никто бы не смог.
— Если Джаред копает под своих и работает под спецприкрытием, нет никакого смысла пытаться его найти, — произнес Триг.
— Мы не знаем наверняка, — упрямо покачала головой Лена. — Если он там один без поддержки, ему, может быть, нужна наша помощь — больше, чем когда-либо.
— Своим вмешательством мы можем выдать всю группу и все испортить, — добавил Триг.
— Это всегда так было. Только раньше почему-то это тебя не останавливало, когда он так же пропадал, а мы отправлялись на его поиски, — напомнила Лена.
— Потому что раньше у нас совсем не было данных. А теперь есть хоть что-то. И есть смысл подумать, а может, стоит перестать волноваться, может, лучше отступить и дать ему спокойно делать свою работу!
— Тут я согласна с Тригом, — вступила Лия. — То, что удалось узнать, внушает надежду. Не думаю, что нужно продолжать его искать.
— Ты-то откуда знаешь? Сколько ты разведзаданий выполнила, Лия, чтобы так уверенно утверждать?
Лия промолчала, глядя, как Лена медленно поворачивается, осторожно встает и уходит через стеклянные двери во внутренний дворик, а там мимо бассейна в сад.
Триг тяжело вздохнул и прошелся пятерней по своим коротким темно-каштановым волосам.
— Она не хотела тебя обидеть, — произнес он.
— Я знаю, — кивнула Лия.
— Она перетрудила мускул на правой ноге. Физиотерапевт предупреждал, что не нужно превозмогать боль, упражняя ногу, но ты ведь знаешь Лену. Теперь ей категорически противопоказано делать упражнения на растяжку. Врач пригрозил, что снова положит ее в больницу на постельный режим, если она продолжит заниматься.
— Ох! — Лия сочувственно покачала головой. — Да, несладко вам тут.
— И не говори, — трагически вздохнул Триг с видом байроновского героя.
— Можно дать совет?
— Конечно.
— Тебе лучше уехать на время. При тебе Лена совсем себя не щадит. Так всегда было. То ли хочет произвести впечатление, то ли перещеголять тебя, уж не знаю. Да она и сама, наверное, до конца не понимает, что ею движет. Но пока ты здесь, Лена не станет прислушиваться к потребностям своего тела и не даст себе отдыха. Кроме того, ты ведь знаешь что-то про этого «часового». Тебе и самому сейчас не терпится уехать и раскопать, что там и к чему.
— Ты такая же вредина, как и твоя сестра!
— Спасибо, Адриан, — пробормотала Лия, называя приятеля настоящим именем, которым пользовались лишь она да его собственная мать. — Ты мне льстишь.
— Ладно, дай мне пару дней кое с чем разобраться, и я уеду. Но лишь потому, что у меня дела. А не потому, что ты думаешь, будто твоя сестра будет больше отдыхать, когда меня нет рядом. Это ерунда.
— Как скажешь, — покорно проговорила Лия. — Кто сегодня готовит ужин?
— Ты, — язвительно отрезал Триг.
Лена дошла до воды, развернулась и зашагала к Лии. Обняв сестру, она печально произнесла:
— Прости, Лия. Я очень переживаю из-за своей беспомощности, нервы на пределе, мне нужно совсем немного, чтобы завестись. Я знаю, что вывожу Трига из себя. И сама уже давно не в себе.
— Только если совсем чуть-чуть. — Лия принялась уже готовить ужин: овощное рагу с курицей, которая обнаружилась в холодильнике. — Эй, официант, — окликнула она Трига, — принесите-ка нам выпить и снимите пробу!
Триг послушно подошел и шутками-прибаутками несколько разрядил обстановку. После ужина он ушел в кабинет Деймона, и, хотя Лена нахмурилась, когда он выходил, попыток остановить его она не предпринимала.
— Наверное, хочет дать нам возможность поболтать с глазу на глаз, — тихо предположила Лия. — Триг — парень проницательный.
— Расскажи, как там на острове Томаса?
— Красиво. И совершенно безлюдно, вдали от цивилизации.
— А что там за брат?
— Себастьян? — Лия кивнула и залпом осушила свой бокал. — Ничего себе так, хороший брат.
Бонни выглядела исхудавшей, под глазами залегли тени, но улыбка была по-прежнему дружелюбной. Она пригласила Себа зайти и провела его на свою уютную кухню.
— Кэл играет во дворе с друзьями, — сообщила она. — Они решили ночевать в палатке. Костер и все дела, все по-настоящему. — Она прошла к двери на задний дворик и крикнула сына.
Минуту спустя Кэл кинулся к Себу и потянул с собой на задний двор. Себу, разумеется, пришлось выслушать все о планах заночевать в платке, а также проверить, как она поставлена, как оборудован душ — садовый шланг, перекинутый через бельевую веревку, натянутую во дворе, как разведен костер и как печется картофель.
Себ вернулся в дом. Бонни ждала его на веранде и, не затрагивая сразу больную тему, молча прошла в комнату. Себ отметил, что держится она замечательно.
— Как у вас с деньгами? — спросил Себ, беря у нее из рук бокал с пивом. — Уже получили страховку и компенсацию?
— В процессе, — тихо ответила Бонни. — Сумма очень большая, я на такую даже не рассчитывала. Мы теперь обеспечены надолго. Благодаря тебе.
— Это часть соцпакета, предусмотренного корпоративными правилами.
— Но ведь ты хозяин компании.
— Не я один. Акции Кэма перейдут тебе. Будете получать по ним небольшие дивиденды, или продашь, если захочешь.
— Нет, продавать не буду, — покачала головой Бонни. — Эта работа много значила для Кэма. И для меня тоже.
У Себа встал ком в горле. Он не мог выговорить ни слова, не в состоянии пока говорить про Кэма. Глотнув пива, он произнес:
— Мы собираемся создать собственное научно-исследовательское подразделение, чтобы найти более эффективные способы отслеживать проблемы на буровых.
— Молодцы! Хорошая идея. Чем еще ты занимался, кроме обдумывания столь глобальных планов?
— Ну, я познакомился с женщиной.
Бонни улыбнулась:
— Очередная из толпы твоих приятельниц?
— Нет, это особый случай.
— Расскажи, какая она.
— Умная. Застенчивая. Мне все кажется, она вот-вот сбежит.
— С чего бы ей убегать?
— Слишком рискованно любить человека моей профессии.
— Любить вообще рискованно, — возразила Бонни. — Для меня это ярчайшее проявление героизма.
— Ты не жалеешь, что была с Кэмом?
— Было непросто. Такие, как вы, постоянно ходят по краю, часто гибнут молодыми. Но Кэмерон, мой Кэмерон, умел не только рисковать жизнью. Он умел любить — жизнь, меня, сына… Чаще всего нам было очень хорошо вместе. Лучшего в моей жизни не будет. Как же я могу о чем-либо жалеть?
— Я говорил ей про тебя и спросил, стоит ли показывать тебе вот это, — произнес Себ, протягивая Бонни фотографию Кэма. — И она сказала: обязательно.
Бонни взяла снимок, и глаза ее наполнились слезами. Она кивнула, поблагодарила и провела пальцем по лицу мужчины на фотографии.
— Спасибо тебе. Прикрепим на холодильник. Кэлу понравится.
— Ладно, мне пора, — пробормотал Себ, не в силах смотреть на ее слезы.
— Да, конечно. А то можешь остаться полюбоваться, как я рыдаю.
— Нет, спасибо. — И они улыбнулись друг другу.
Бонни вытерла глаза и сообщила:
— Мне нравится твоя новая знакомая. И я тоже дам тебе совет: любовь не всегда разумна. Люби, пока любится, и никогда об этом не жалей. Твоя девушка думает так же, уверена. И если уж она отдала тебе свое сердце, то никуда она не сбежит.
Выйдя от Бонни, Себ направился в аэропорт. Хотя его и ждали в офисе, но он решил, что должен увидеться с Лией до того, как она вернется в Оксфорд. Прилетев в пункт назначения, он взял напрокат машину и направился по адресу Деймона, который дала ему Лия. Пока разобрался с дорогой, звонить и предупреждать было уже поздно.
Себ позвонил в дверь, сам не зная, что скажет Лии при встрече. Но открыла не она, а стройная брюнетка, окинувшая его полным нетерпения взглядом.
— Очень надеюсь, что вы не продаете вакуумные пылесосы! — немного раздраженно произнесла она.
— Вы, наверное, Лена. А Лия дома?
— А вы кто?
— Тот, кто стоит на пороге и гадает, пустите ли вы его в дом.
— Конечно нет, пока вы не представитесь.
— Себастьян Рейн.
— Брат Томаса?
Себ с досадой отметил, что Лия, судя по всему, не рассказала сестре о том, что между ними произошло. Лена тем временем осторожно повернулась, пропуская его внутрь. При этом она покачнулась и схватилась побелевшими руками за дверной косяк.
— Вы в порядке? — встревожился Себастьян.
— Ой, вот только этого не надо. Просто мышцу потянула. Пустяки, не стоит об этом и говорить. Никому! — Она посмотрела в сторону бассейна. — Детишки резвятся в воде. Хотя нет, Лия уже вышла.
Себ проследил за ее взглядом и заметил Лию в желто-красном бикини. А рядом с ней — накачанного загорелого Адониса, выбравшегося из воды и снисходительно улыбающегося в ответ на какую-то ее фразу. Не похоже было, чтобы Лию как-то стесняла близость практически обнаженного мужчины, и проблем в общении с ним она тоже явно не испытывала.
Странное чувство, похожее на ревность, начало зарождаться где-то в глубине души, но Себ быстро подавил его. Может, это просто кто-то из ее братьев?
Тут Лена крикнула:
— Лия, к тебе пришли!
Лия обернулась, и глаза ее расширились от удивления.
— Себ?
Тут стоявший рядом с ней Адонис тоже обернулся и, завидев Себа, шагнул еще ближе к Лии и накинул ей на плечи свое полотенце, потому что свое она так и не успела развернуть. После этого все успокоительные мысли о братьях вылетели из головы Себа, уступив место одной — о кровавой жестокой мести.
— Все в порядке? — Лия направилась к Себастьяну.
— Не знаю, — ответил он. — А ты как считаешь?
— Я? — Лия растерялась.
— Познакомь их, — вмешалась Лена. — Думаю, всем сразу станет легче.
Лия покраснела, а Адонис произнес, обращаясь к Лене:
— Теперь и я вижу, о чем ты тогда говорила — будто бы Лия изменилась.
— Да здесь же все очевидно! — воскликнула Лена.
— Себ, — начала Лия и коснулась гостя рукой, еще гуще покраснев. — Это моя сестра Лена и друг семьи Адриан.
— Только попробуйте назвать меня Адрианом, и я буду вынужден вас побить, — дружелюбно сообщил друг семьи.
— Всегда к вашим услугам, — учтиво откликнулся Себ и пожал протянутую руку.
— Лия, надо бы поподробней, — посоветовала Лена.
— Адриан также известен как Триг, — поспешно добавила Лия. — Я тебе о нем говорила, когда мы обсуждали… э-э… навыки успешной коммуникации. — Тут она обратилась к сестре и Тригу: — А это Себастьян Рейн, брат моего коллеги. Я жила у него на острове. Компания Себа занимается ликвидацией аварий на буровых. А еще мы с ним… — Тут Лия замялась. — Себ, что-то я не припомню, как это правильно назвать. Кто мы с тобой друг другу?
Себастьян заметил, как Триг и Лена понимающе переглянулись. Он немного расслабился и посмотрел на растерявшуюся Офелию, подняв вопросительно бровь:
— Называй, как тебе будет угодно.
— О, не стоит, думаю, мы поняли, — вклинилась Лена.
— Проклятие, Лия, а я-то думал, ты себя для меня бережешь, — шутливо возмутился Триг.
— Наверное, она устала дожидаться, пока ты повзрослеешь, — язвительно произнесла Лена. — Помоги мне вернуться на кухню, Триг. По-моему, я опять мышцу потянула.
Триг побледнел и в следующее же мгновение подхватил Лену на руки и направился к дому. Из-за его плеча Лена заговорщически подмигнула Себу и Лии.
— Я не понял, она на самом-то деле потянула мышцу или нет? — пробормотал Себ.
— Потянула. Лена ни за что бы не призналась при Триге в каком-то недомогании или слабости. Только если ей на самом деле плохо. И Триг это знает. Пойду заварю ей чаю. Дадим ей обезболивающее. Ты что-то выпьешь?
«Тебя», — подумал Себ и прижал ее к себе, прильнув к ее губам. Руки ее взлетели к его шее, и полотенце соскользнуло с влажных плеч. Поцелуй ее говорил красноречивее всяких слов, а в комплиментах Лия никогда сильна не была. Себ почувствовал, что он нужен ей.
— Здравствуй, — прошептала Лия, когда Себ оторвался от ее губ, напомнив себе, что их могут увидеть.
— Привет, — пробормотал он, чувствуя себя неопытным мальком. Лия улыбнулась и повела его на кухню. — Здесь очень красиво. Чем занимается твой брат? — Судя по всему, неведомый Деймон в деньгах не нуждался.
— Он компьютерщик, — откликнулась Лия.
— Как ты?
— Примерно.
— Ты всегда так расплывчато говоришь о своей семье!
— Привычка. Могу тебе про отца рассказать. О нем можно. Он финансист. Что еще сказать? Мы все получили хорошее образование. Все не дураки. И у всех работа связана с секретностью в той или иной степени.
— А обычных людей среди вас нет?
— Да что уж в нас такого необычного? — покривила душой Лия и, повысив немного голос, окликнула сестру: — Лена, дать тебе обезболивающее?
— Давай, причем всю пачку.
— Я сейчас приду. — Лия налила стакан воды, взяла упаковку лекарства и вышла туда, где расположились Лена с Тригом. Когда она вернулась, на губах ее играла улыбка. — Они собираются ехать в больницу.
— Чему же ты радуешься?
— Наконец-то она согласилась. Оказывается, нога у нее уже несколько дней болит.
— Почему же Триг просто не взял и не отвез ее к врачу?
— Себ, Лена не маленькая девочка. И Триг ей не отец. Ему непросто: с одной стороны, хочется опекать ее и оберегать. С другой — он понимает, что таким образом очень быстро ее потеряет.
— Ах он бедняжка, — проворчал Себастьян.
— Не иронизируй, Себ. Триг — член семьи. Когда ты вошел, он просто изучал тебя, оценивал потенциальную опасность. Инстинкт защитника — это у него в крови. Так что ничего личного, — спокойно пояснила Лия.
— Ну раз ты так говоришь…
— Говорю, — подтвердила она и хитро улыбнулась. — Так что постарайся с ним поладить, и я прослежу, чтобы он поладил с тобой.
— Ты у него в авторитете?
— Временами.
Себ улыбнулся. Ему понравилось, как держатся друг с другом сестры и Триг. Он даже не ожидал, что в кругу семьи Лия так раскрепощена. Ни капли робости. Очевидно было, что она любит своих домочадцев и они отвечают ей взаимностью.
— Ладно уж, постараюсь, — со вздохом согласился он. — Но обещать ничего не могу. Такой уж я негодяй.
— Никто не ангел. — Их взгляды встретились. Глаза Лии лучились новым знанием, которое она обрела благодаря ему. И Себ был намерен продолжить ее обучение в этом направлении.
Где-то в доме хлопнула дверь. Себ оторвался от созерцания глубокой синевы глаз Офелии и оглянулся.
— Уехали, — тихо проговорила Лия. — Мне нужно принять душ. Я вся соленая: в бассейне морская вода. Вряд ли тебе понравится…
Себ был уверен, что такая мелочь, как соленая кожа, не способна уменьшить силу его влечения. Он взял Лию за руку и привлек к себе.
— На сколько ты приехал? — спросила она.
— Завтра я должен быть в Дарвине. Вообще-то я и сейчас там должен быть. — Он наклонился и провел языком по ложбинке в основании ее шеи. — Знаешь, морская соль тебя совершенно не портит. — Он откинул голову и пристально взглянул на Лию. Она молча смотрела на него слегка затуманенным взором. Потом он снова ее поцеловал, и на этот раз дал волю своему темпераменту.
В это же мгновение ее пальцы взялись за пуговицы его рубашки. Он же проворно потянул завязки ее бикини, и вот грудь ее уже свободна.
— Полагаю, мы сейчас на той стадии, когда люди никак не могут друг другом насытиться, — сообщила Лия и вскрикнула от неожиданности, потому что Себ подхватил ее на руки и понес, выискивая ближайшее укромное местечко. За первой дверью оказалась кладовка.
— Тут, между прочим, и спальни есть, — поведала Лия. — Много-много спален. Моя, к примеру, в конце коридора справа от тебя.
Себу показалось, что этот коридор справа от него простерся на километры. В какой-то момент он потерял терпение, ему пришлось остановиться и прижать Лию к стене, чтобы стащить с нее трусики бикини. Как только они спланировали на ковер, туда же последовали его ботинки и брюки. А следом на пол опустился Себ, увлекая за собой Лию, до сих пор влажную и скользкую от воды.
— Дай мне минуту, — прохрипел он и полез за презервативом.
Лия терпеливо улыбалась, а потом быстро устроилась сверху. И не успела она наклониться, чтобы поцеловать его, как он уже вошел в нее — быстро и решительно.
Себ спохватился, не слишком ли грубо он действует. Но прикосновение ее губ к его губам развеяло его опасения.
— Давай же, — подбодрила его Лия.
Но Себ поднялся, затем поднял ее, снова прижал к стене и, закинув ее ноги себе на талию, вновь вошел в нее, на этот раз более нежно. Лия что-то прошептала и легонько прикусила мочку его уха, а затем занялась губами. К тому моменту, как они добрались до ее спальни, Себ уже с трудом сдерживал себя и тут же повалился вместе с ней на кровать.
— Только на этот раз не осторожничай со мной, — горячо попросила Лия. Себ пошел навстречу ее пожеланию, и сама она тоже не сдерживалась и бурно отвечала на его ласки, забыв всякие страхи и сомнения.
Себ опустился вниз и расположился между ее ног, лаская языком влажную горячую плоть. Лия застонала и выгнулась ему навстречу. Теперь его действия были не такие сдержанные и просчитанные, как в прошлый раз. Себ шел напролом, скорее торопясь утолить свой голод.
Под ласками его языка Лия испытала волшебные ощущения, и, пока по ней все еще пробегали волны от пережитого только что удовольствия, Себ поставил ее на колени и вошел в нее сзади, рукой поглаживая чувственный бугорок между ее ног. Лия закрыла глаза и прерывисто задышала, задвигалась в такт его движениям, стараясь прижаться к нему еще ближе. И так в течение каких-то считаных минут он вновь доставил ей невероятное удовольствие.
Лия легко откликалась на все его ласки, он мог делать с ней что угодно. Тут Себ замедлил движение и вышел из нее, вновь меняя позу. Ему хотелось видеть ее лицо. Он уложил Лию на спину, завел ей руки за голову и переплел ее пальцы со своими. Лия вновь поймала его ритм и задвигалась с ним, как единое целое. Сначала медленно, потом все глубже и глубже, быстрее и быстрее он проникал в нее, и поцелуи его были жаркими и влажными. На этот раз они одновременно достигли высшей точки наслаждения, а потом долго лежали, обессиленные, в объятиях друг друга.
Солнце еще не взошло, а Лия уже открыла глаза. Себ спал, закинув на нее руки и ноги. При этом он умудрился занять почти всю кровать, а она в свою очередь натянула на себя почти все одеяло. Сердце ее радостно подскочило и забилось быстрее, когда она почувствовала его теплый поцелуй на своем виске. На мгновение Себ прижал ее к себе покрепче, а потом ослабил хватку и вновь провалился в сон.
Они оба устали от бурной ночи. Но Лия напомнила себе, что одежда их осталась валяться где-то в коридоре и неплохо было бы собрать ее и принести в комнату. Она натянула коротенькую серебристо-серую ночную рубашку и выскользнула из комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь. Первым ей на глаза попался черный носок. Его собрат исчез куда-то в неизвестном направлении. Зато Лия обнаружила плавки, брюки и ботинки — на счастье, оба. А потом и свои трусики. Рубашки Себа тоже не было видно. Неужели она осталась в кладовке?
Но в кладовке ее не оказалось, как и в кухне. Зато в кухне обнаружился Триг. Красуясь обнаженным, влажным после душа торсом, он сидел за столом и завтракал.
Лия отметила про себя, насколько по-разному действует на нее вид обнаженной груди Себа и Трига. Она всегда считала, что Триг — мужчина привлекательный. Однако, глядя на него, она не чувствовала того жара, той непреодолимой потребности коснуться его, как при виде Себастьяна. Приятно было сознавать, что, став женщиной, она не превратилась в сексуально озабоченную особу, готовую бросаться на первого встречного. Ее интересовал один-единственный мужчина на свете.
Триг задумчиво посмотрел на груду одежды в ее руках и потянулся за коробкой с мюсли. Рядом на столе стояла бутылка молока и глубокая тарелка.
— Доброе утро, — осторожно поздоровалась Лия. Взгляд его не предвещал ничего хорошего.
— Что, с утра большая стирка? — елейным голоском осведомился Триг. Тут он потянулся к стоящему рядом стулу и поднял верхнюю часть ее бикини. — Тогда, думаю, это тебе тоже понадобится.
Лия изо всех сил старалась не покраснеть, но тщетно. Правильно Себ говорит, пора вообще отвыкать от этой вредной привычки.
— Спасибо, — пробормотала она и потянулась за бюстгальтером, но Триг отдернул руку.
— Адриан! — Лия смотрела на него, прищурившись. — Отдай!
— Лия, что ты о нем знаешь? — Все-таки он решил поиграть в старшего брата, коим его и считали в семье Вест.
— Я знаю, что он всячески старается мне угодить. И я довольна.
— Ты имеешь в виду, в постели? Будто тебе есть с чем сравнивать!
— Ты что, собираешься отчитать меня за то, что я слишком быстро легла с ним в постель? Или твой упрек касается того, что мой сексуальный опыт весьма ограничен? Выражайся яснее.
Триг на мгновение смешался, и Лия воспользовалась моментом и выхватила у него бикини.
— Себастьян Рейн мне нравится. И в постели, и вне ее. Я очень долго не могла сказать этого ни об одном мужчине, согласись, Адриан.
— Согласен. Но он заявился сюда и…
— И что? Составил тебе конкуренцию? Заявил на меня свои права? Если бы он вел себя по-другому, ты все равно нашел бы к чему придраться.
— Этот мужчина — собственник, Лия.
— И что с того?
— В конце концов ты от него устанешь.
— Если устану, это будут мои проблемы. Честно говоря, по мне, он не больший собственник, чем ты или Деймон с Джаредом. Ты считаешь, у меня есть какие-то проблемы в общении с вами?
— Я просто сказал…
— Не стоит. Ты видел его три минуты. Да, возможно, ты прав. А может быть, и нет. Ты ведь даже не пытался узнать его получше. Возможно, твое мнение было бы другим. — Лия выросла среди борцов по натуре и солдат по профессии. Она умела постоять за себя, хотя сама выбрала себе более мирное занятие, чем ее сестра, брат и друг семьи. — Я не хочу быть забитой серой мышью. Я прекрасно осознаю, что мне нужно. И сейчас мне нужно, чтобы Себу в этом доме был оказан теплый прием. У тебя два варианта: либо ты мне поможешь в этом, либо я тебя побью. — Развернувшись, она направилась на выход. Она высказала свою точку зрения и не хотела вступать в препирательства на этот счет.
— Лия! — окликнул ее Триг, когда она уже почти вышла с кухни.
— Что? — В голосе ее угрожающе звенел металл. Обернувшись, она увидела, что Триг протягивает ей белую рубашку Себа.
— Ты, наверное, это искала?
Когда Лия заходила в спальню, Себ открыл глаза. На этот раз она не так старалась соблюдать тишину. Хотя ее и трудно было вывести из себя, но Триг уж очень постарался.
— Скажи, ты собственник? — прямо спросила она, сваливая одежду на кровать и быстро вскарабкиваясь на обнаженного Себастьяна, не давая ему встать с постели.
— Если речь о тебе, то, пожалуй, да, — проговорил Себ, устраиваясь поудобней, обнимая ее за талию и выводя пальцами круги на ее коже. — Дай-ка я догадаюсь: ты встретила Трига?
— Он считает, что у тебя на меня собственнические притязания, — кивнула она. — А это может оказаться проблемой. Так как у меня и так уже есть два брата, которые порой грешат чрезмерной опекой. Да еще и Триг, который считает себя для всех нас старшим братом. А еще Лена. Она, я тебе гарантирую, просто решит вырвать твое сердце голыми руками, если ты вдруг вздумаешь разбить мое.
— Да что ты говоришь? — Себ лениво улыбнулся. — А как там Лена, кстати?
— Черт побери! — Она совершенно забыла спросить у Трига про Лену. — Не двигайся и никуда не уходи.
Лия пробежала по коридору и застала Трига на прежнем месте за поеданием мюсли.
— Вторая попытка? — поднял бровь Триг. — Ладно, мне твой друг понравился. Надо спросить у него, где он рубашки покупает.
— Он спросил у меня, как Лена, а я и не знаю, — откликнулась Лия.
Триг улыбнулся и отложил ложку:
— Врачи говорят, ничего страшного. Но решили сделать новый рентген, записали на четверг. Выписали ей более сильное болеутоляющее и велели оставаться на постельном режиме до особого распоряжения. Сейчас она спит.
— Ты что, дал ей двойную дозу?
— Нет, но в три часа ночи она сама приняла новые таблетки. Они отлично действуют.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я сидел у ее кровати, как какая-нибудь мать Тереза. Она держала меня за руку, Лия, и не выпускала, — сказал Триг потеплевшим голосом.
— Ох. — Лия заморгала, прогоняя навернувшиеся слезы. Надо же, беспомощная Лена и сильный заботливый Триг. Как это трогательно! Она наклонилась через стол и поцеловала Трига в лоб. — Спасибо тебе. Наверное, тебе лучше поспать. — И она развернулась уходить.
— Лия, — позвал Триг. Лия нехотя обернулась. Ей очень не хотелось ссориться с ним, но если он сейчас опять начнет читать нотации… Но Триг вместо этого с улыбкой сказал: — Один — ноль в его пользу!
— Лена приняла обезболивающее и спит в своей комнате, — сообщила Лия, снова забираясь на Себа. — Триг тоже пойдет поспит. Надеюсь, у него хватит ума послушаться.
— Они понимают хоть, что это ты тут всеми ими руководишь? Хоть кто-нибудь просек, какая у тебя железная сила воли? — спросил Себастьян, поглаживая ее по животу.
— Ты что это, хочешь сказать, что я тиран? — Лия широко улыбнулась.
— Как можно, что ты! — воскликнул он. — Я просто заметил, что окружающие тебя люди зачастую делают в конце концов именно то, что хочешь ты. Причем, как кажется, без особых усилий с твоей стороны. Никакой ругани, никаких угроз и обманных маневров.
— Да, это у меня дар такой.
— Заставляет задуматься, — пробормотал Себ. — Взять, к примеру, меня. Думаешь, я собирался лишить невинности начальницу своего брата? Нет. Думаешь, я заранее планировал приехать к тебе? Нет.
— И что же заставило тебя приехать? — Лия наклонилась и покусывала его губу.
— Ты еще спрашиваешь? А как же это? — И он крепко поцеловал ее.
Лия почувствовала, как знакомое уже тепло начинает разливаться по низу живота.
— Ну а кроме этого?
— Я был у Бонни. Отдал ей фотографию, — приглушенно сказал Себ, целуя ее в шею. — И все, о чем я мог думать после этого, это как бы поскорее увидеть тебя. Мы с тобой еще не закончили! Совсем не закончили!
Лия подумала, что этот мужчина способен доставить ей наслаждение одними только словами. Она таяла от них так же, как от его взгляда и прикосновений. Лия почувствовала, как он возбужден, положила руки ему на плечи и слегка поерзала на нем, и шелк ее трусиков добавил особой чувственности этому движению.
— С тобой так просто, — прошептал Себ.
— Как ты заблуждаешься.
Лия закрыла глаза и продолжила движение. Ей казалось, что она никогда не сможет до конца утолить жажду по этому мужчине, его телу и тому наслаждению, которое он способен ей дать.
— Мне — просто.
— Что ж, ладно, рада за тебя.
Тут Себ перекатил ее на спину и оказался сверху, как ей и хотелось в это утро.
— И что я сейчас с тобой сделаю?
— Полагаю, что много всего, — беззастенчиво ответила она.
Они вышли перекусить на кухню, где их встретили подчеркнуто учтивый Триг и слегка сонная Лена. Триг был за повара этим утром, но он был совершенно не против разделить обязанности. В итоге Лия стала нарезать и укладывать на тарелку арбуз, а Лена занялась тостами.
Себу Триг протянул лопатку, которой переворачивал бекон, и прокомментировал:
— Лия, смотри, я торжественно вручаю ему это важное оборудование и поручаю яичницу с беконом. Это есть с моей стороны проявление высочайшего доверия и симпатии. При всем желании не знаю, как можно было бы выразить свое приятие более явно.
— Или более пафосно, — проворчала Лена.
— Спасибо, Адриан. — Лия мягко улыбнулась. — Смотрю, ты всем задания раздал. Сам-то чем теперь займешься?
— Сварю кофе и угощу нашего нового знакомого. И конечно, проконтролирую, чтобы он не сжег бекон. Потом заведу беседу о его работе. Ты только не волнуйся, Лия, у меня и в мыслях не было рассказывать ему о твоих недостатках. Например, что, если уж ты что-то задумала, сбить тебя с этого пути невозможно. И я даже не стану советовать ему бежать со всех ног и поскорее. — Триг весело обратился к Себу: — Ты ведь хорошо бегаешь?
— Куда уж тут бежать с подводной лодки, — возразил Себ. — То же самое, кстати, и с горящими буровыми. Остается лишь надеть пожарную каску, делать, что должен, заливать разбушевавшуюся «дамочку», чем под руку попадет, и уповать на судьбу, что все обойдется.
— Значит, буровая — женщина? А когда на ней все в порядке? — уточнила Лена.
— Буровая — всегда женщина. Можете спросить любого, кто когда-либо там работал, — ответил Себ.
— Понятно. Итак, мы посреди океана, с неба сыплются искры, брызжет нефть, взрывается газ, и вы пытаетесь умаслить разбушевавшуюся «дамочку» чем только можно. И что дальше? — Глаза Лены светились от смеха.
— Все просто. Дальше надо бороться, пока не победишь.
Сразу после завтрака Себу нужно было ехать в аэропорт, чтобы успеть до обеда в Дарвин. Лия провожала его со смешанным чувством удовлетворения и грусти. Их отношения явно перешли на более высокий уровень. Они стали лучше понимать друг друга. Конечно, дело усложняло то, что Лии предстояло вскоре вернуться в Оксфорд, а Себастьян работал в Дарвине. Однако эта проблема не была из разряда нерешаемых, так как оба в деньгах не нуждались, а транспортное сообщение было вполне удобным.
— Ты приедешь ко мне перед отъездом? — спросил Себ, когда они стояли рядом с его взятой напрокат машиной.
— Что же мне там делать?
— Что хочешь. Могу показать тебе город, компанию. Познакомлю с сотрудниками — теми, кто не на выезде, конечно.
— Это что, вроде знакомства с родителями?
— Примерно. А ты хотела бы познакомиться с моими родителями?
— Я уже с ними знакома. Том как-то приводил их, когда они были в Англии.
— Отлично. Значит, этот пункт программы у нас выполнен, — улыбнулся Себ.
— Все так запутанно. Боюсь, с Томом будут проблемы… — пробормотала Лия.
— Проблемы будут у меня, когда они объединятся с Леной по выработке плана мести на случай, если я вдруг тебя обижу. Серьезно, Том будет только рад. — Но Лия даже не улыбнулась. Себ вздохнул и уже без тени юмора проговорил: — Послушай, нам хорошо вместе. Но мы сошлись в специфическом месте при специфических обстоятельствах. Скажи, хотела бы ты продолжить, только уже в обычной повседневной обстановке? Если да… — Себ пожал плечами, пытаясь сохранять самообладание и казаться спокойным и собранным. — Всегда буду рад.
— Он хочет познакомить меня со своей командой, — сообщила Лия Лене и Тригу, вернувшись в дом. — Не слишком ли рано?
Лена задумчиво посмотрела на сестру:
— Судя по тому, как светятся все это время твои глаза, я бы скорее сказала, что нет.
— Он боится, что я не впишусь в его образ жизни, — посетовала Лия.
— Это он так сказал?
— Нет. А должен бы был.
— Наверное, ты сама боишься не вписаться? — мягко спросила Лена.
— Есть немного. — Лия выдохнула и решила выговориться, поделиться своими опасениями. — Вернее, очень. Не то чтобы я боялась, что они будут мне хамить. Просто…
— Люди. Общение с людьми, — подсказал Триг.
— Именно. Тут я пас. Особенно когда речь идет о больших скоплениях народа, причем это совершенно незнакомые мне люди, на которых непременно нужно произвести положительное впечатление.
— Но ведь с Себом ты отлично поладила, — задумчиво проговорила Лена.
— Да, только для этого потребовалось забраться на заброшенный остров с тигровыми акулами и постоянно вылетающими предохранителями, которые не выдерживали моего натиска на местные компьютеры. Я все испорчу. Я точно знаю.
Лена вздохнула. Триг молчал.
— В этом месте нужно сказать: «Нет, что ты, не испортишь», — подсказала Лия.
— Ты только не обижайся, — начал Триг, — но уже долгие годы я наблюдаю, как ты ударяешься в панику в обществе новых людей. Так что скажи ему, что познакомишься обязательно со всеми, но по очереди. И может, через годик.
— Не думаю, что это лучшее решение, — возразила Лена, нахмурившись. — Это спаянная команда, такова уж специфика их работы. И Себу нужно, чтобы Лия нашла общий язык со всеми ними. Уверена, что его уже бросали нервные барышни, как только получали представление о его мире и работе. — Лена обратилась к Лии: — Не обязательно становиться там сразу своей для всех. Но тебе придется попробовать. Ты должна справиться.
— Знаю. — Лия посмотрела на бассейн, через сад в сторону пляжа и океана. Тут уж либо пан, либо пропал. — Это проверка.
На следующее утро Лия уже была в Дарвине. Невероятная жара компенсировалась живописными видами и крепкими объятиями встречавшего ее в аэропорту Себастьяна.
— Завтра утром я вылетаю в Лондон. Мне пора возвращаться, — предупредила Лия, когда он наконец ослабил хватку.
— Не волнуйся, я тебя провожу, не опоздаешь. Я все понимаю и не прошу тебя пожертвовать ради меня своей работой. Я просто хочу, чтобы ты получила представление о моей жизни до того, как мы привяжемся друг к другу еще сильнее.
Лия не стала говорить, что и так уже привязалась к нему сильнее некуда. Вместе они дошли до машины, и Себ привез Лию в свою квартиру. Нормальная квартира, с запирающейся дверью. Ничего нового о Себастьяне Лия там не узнала. Зато снова побывала в его жарких объятиях. Некоторое время спустя, когда они насладились друг другом, Себ со стоном потянулся и встал с кровати. Ему нужно было ехать в офис. Он предложил Лии на выбор несколько вариантов: поехать с ним, а потом самой осмотреть местные достопримечательности; отдохнуть в квартире; взять его машину и проехаться по городу.
Лия решила отправиться вместе с Себом в офис, чему он был очень рад. У Лии был план: во-первых, показать, что хочет узнать побольше о его работе; во-вторых, произвести впечатление на его сотрудников или как минимум не показаться полной чудачкой. Лена снабдила ее целым списком стандартных фраз для поддержания разговора, и по дороге Лия то и дело вспоминала его.
— Только, надеюсь, знакомство с твоей работой не предполагает поездки на буровую? — уточнила она, когда они шли по набережной к офисному зданию кремового цвета. — Думаю, что тут мне достаточно будет фотографий. У меня богатое воображение.
— Как дама пожелает, — проговорил Себ, пропуская ее через массивные стеклянные двери.
Сначала Себастьян показал ей переговорную комнату, где, к счастью, на тот момент никого не было. Вся обстановка говорила о том, что компания не бедствует. К сожалению, потом все пошло не очень гладко.
В приемной Себа сидела секретарь Венди, с которой Лия как-то говорила по телефону. Она быстро напомнила ему о планах на день, поделилась новостями по текущим проектам и сообщила, что некий Джоэл чем-то очень опечален и все никак не разберется с данными, полученными с аварийной буровой. Было ясно, что у Себа дел по горло, и Офелия предложила перенести ознакомительную экскурсию по компании на другой раз. Тогда Себ протянул ей ключи от машины и квартиры, сказав, что, если он не освободится через пятнадцать минут, ей действительно лучше заняться своими делами.
Когда Себ вышел, Венди без тени дружелюбия осведомилась:
— Вы та девушка с острова? Подруга Тома? И чего это Себу вздумалось тащить вас сюда? — Лия молчала, гадая, что должен означать тот факт, что Себ, судя по всему, не сообщил секретарю об их отношениях. Тогда Венди продолжила допрос: — А Том тоже приехал?
— Нет, Том в Лондоне.
— Но он был с вами на острове?
— Нет. Мы с Томом вместе работаем. И он предложил мне поехать на остров, чтобы выполнить кое-какую работу. Мы с ним не так близки, как вы подумали.
— А с Себом?
— А с Себом я познакомилась только на прошлой неделе. — Лия не знала, как отвечать на этот вопрос. Венди многозначительно посмотрела на ключи в ее руке и поджала губы. Чтобы прекратить эту пытку, Лия спросила: — Могу я подождать в его кабинете, чтобы не мешать вам?
— Пожалуйста, вторая дверь слева. Будьте как дома.
Весь стол был завален распечатками графиков, таблиц и диаграмм — данные по давлению, уровню вибрации, объему утечки, массе труб и так далее. Лию всегда успокаивали цифры. Сначала она старалась не совать нос в чужие дела, но в конце концов сдалась и, вооружившись карандашом, стала изучать документы, с головой погрузившись в расчеты. Так ее и застал Себ.
— Привет, — поздоровалась она, подняв голову и увидев, что он пришел не один.
— Познакомьтесь: Джоэл Грейнджер, Лия Вест. Лия работает с моим братом.
— С чокнутым гением? — откликнулся Джоэл.
— Она его начальница.
— И весьма любопытная.
— Я просто от нечего делать. — Лия посмотрела на Себа. — Мне, пожалуй, лучше уйти. Ты сильно занят. — А про себя она думала над тем, что он вновь не представил ее как свою подругу. Что бы это могло означать? Можно ли, уходя, поцеловать его в щеку? Никогда она в этих вещах не разбиралась!
— Давай я сначала быстро все тебе покажу, а потом поедешь. Не зря же ты приехала. Всего десять минут, — предложил Себ.
Джоэл нахмурился, но Себ настоял на своем. Так она познакомилась с остальными присутствовавшими в тот день в офисе сотрудниками. Выдавливая из себя улыбки, она чувствовала, как потеют ладони, а лицо бросает то в жар, то в холод. Она не чувствовала себя здесь своей и держалась скованно. Теплые улыбки быстро сходили с губ сотрудников Себа, когда они сталкивались с ее сдержанной реакцией. Себ то и дело гладил ее по спине, пытаясь помочь расслабиться.
Наконец он спросил, не хочет ли она кофе, чтобы хоть как-то отвлечь ее и успокоить. Лия кивнула и, извинившись, отпросилась в дамскую комнату. Там, без сил опустившись на стульчак в одной из кабинок, только чтобы побыть одной и отдышаться, она вдруг услышала, как вошли еще женщины. Разговор шел явно о ней.
— Что-то не больно она многословна! — сказал один голос.
— Может, ей и сказать-то нечего, — предположил другой. — И что только Себ в ней нашел?
— Симпатичная мордашка.
— Да, но одевается она тускловато. И слишком уж тощая. Я думала, Себу нравятся женщины с формами.
— Видимо, вкус его изменился. Венди говорит, она шибко умная. Может, она его этим привлекла.
— Чтобы привлечь умом, надо уметь разговаривать. — И обе захихикали.
— Посмотрим, что Рорк скажет, когда ее увидит. Рискнет ли исполнить свое обещание увести следующую подружку Себа?
— Вообще-то Себ никого у него не уводил. Не виноват же он, что она сама переметнулась, вернее, попыталась, но зря. Себ сразу разгадал в ней корыстную стерву.
Когда голоса удалились, Лия сделала глубокий вдох, вышла, быстро вымыла руки и отправилась на поиски Себа.
Лия не очень хорошо держалась сегодня и явно не произвела впечатления на его подчиненных, только вот Себ не знал, в чем причина. То ли дело в ее неприятии этого образа жизни как такового, то ли в природной робости и застенчивости. Так или иначе, женщина, покорившая его, взявшая в плен его тело и душу, совершенно потерялась среди новых людей.
Встретив ее в коридоре, он вручил ей кружку с кофе. Лия смотрела на него неуверенно.
— Себ, те данные у тебя на столе — они с взорвавшейся буровой?
— Да, — кивнул он.
Тут к ним присоединился Джоэл и стал молча слушать.
— Я бы хотела, если можно, еще раз на них взглянуть. И еще неплохо было бы проверить алгоритмы вычислений, на которых они основаны.
— Это еще зачем? — резко спросил Джоэл.
— Очень уж гладкая картина получается. Не мешало бы все перепроверить, — спокойно ответила она.
— Себ, она это серьезно? — обратился к Себу Джоэл. — И ты ей позволяешь совать нос в наши данные? Она что, эксперт? У тебя что, своей головы нет на плечах? — взвился он.
— Не понимаю, в чем проблема? — пробормотала Лия. — Что вы теряете?
Джоэл смерил ее испепеляющим взглядом и, ничего не сказав, стремительно зашагал прочь. Себ вздохнул:
— Он программист, расчеты, которые ты смотрела, — его детище. Но все равно я дам тебе все данные. Однако сейчас мне лучше пойти поговорить с ним. Я быстро. Ты продержишься без меня еще пять минут?
В глазах Лии мелькнул ужас, но она кивнула.
— Может появиться тип по имени Рорк и начать к тебе клеиться. Это долгая история. Я бы его давно придушил своими руками, но он пару раз спасал мне жизнь и вообще мне дорог. Так что дай уж ему понять, чтобы зря не старался.
— Хорошо, — снова кивнула она.
И Себ ушел. Лия прошла в помещение, которое ей показали как комнату отдыха. К сожалению, там уже были люди, но выходить она не стала. И практически следом за ней вошел мужчина огромного роста и вызывающе привлекательной внешности.
— Я слышал, наш бесстрашный предводитель привел в офис красавицу! — с порога начал он. Кто-то хихикнул. Все взоры устремились на Лию. — Хочу заявить свои права!
— Попробуй. Ставлю десятку, что тебе не удастся раскрутить ее и на пару фраз, — произнес кто-то из присутствовавших.
— Я Рорк, — сообщил мужчина, подходя к Лии.
— Офелия, — представилась она.
— Ты любишь состоятельных? Я богат, — продолжил Рорк.
— Я тоже не бедствую, — пробормотала Лия. — Это не критерий для меня.
— Черт побери, обычно это срабатывало. Ладно, а еще я в настоящий момент совершенно свободен. И я по всем параметрам крупнее его!
— Врешь! — возразил кто-то, а Лия постаралась не задумываться над тем, откуда у них информация о таких интимных подробностях.
— Мы с ним не встречаемся, — произнесла она, надеясь остановить тем самым Рорка.
— Но у тебя же его ключи!
— Точно, и я сейчас же ими воспользуюсь, — продолжила Лия.
— Ткнет ему в глаз, — предположил кто-то.
— Нет, уеду.
— А что мне сказать Себу? Что, едва взглянув на меня, ты поняла, что он тебе не пара? С удовольствием передам ему.
Лия оглянулась на море лиц, окруживших ее. На них не было злости, но такие люди либо тебя принимают, либо нет, третьего не дано. И Лию они явно принимать не собирались.
— Простите, — тихо проговорила она, ставя чашку к мойке. — Просто передайте, что мне нужно было уйти.
Лия сидела за столиком кафе и невидящим взором смотрела в лежавший перед ней журнал. Ее визит в офис Себастьяна обернулся полным провалом: нажила врага в лице программиста, даже с секретарем не смогла поладить, да еще и сбежала на глазах у большей части сотрудников. Все выпады Рорка были игрой, шуткой, причем ее предупредили заранее, но Лия не сумела включиться должным образом в эту игру. Ей следовало взять себя в руки, призвать на помощь свое остроумие, но не вышло.
Сегодня в ней одержала победу серая мышка. И вот теперь она в очередной раз переживает о своей неспособности социализироваться — на этот раз здесь, под лучами тропического солнца. Интересно, во сколько Себ заканчивает работу? Часы показывали половину пятого. Вскоре ей придется посмотреть ему в глаза. И вот тогда она ясно увидит, что совершенно не создана для той жизни, которую он избрал, и что он уже передумал поддерживать с ней отношения. И винить его за это не приходится…
На столик опустилась тень. Лия подняла глаза и увидела Венди.
— Не будете против, если я к вам присоединюсь? — спросила та.
Лия не могла определиться, как лучше ответить — вежливо или честно. Тут Венди прищурилась, и вежливость перевесила.
— Да, пожалуйста.
— Вас не так-то легко найти, — сообщила Венди, устраиваясь за столиком.
— Вам же удалось.
— Случайно увидела машину, когда ехала на почту. А Себ весь день пытается до вас дозвониться.
— Я, похоже, забыла телефон в его квартире.
— Хотите знать, как разворачивались события после вашего ухода? — спросила Венди. — Значит, так. Себ вызвал всех инженеров и поручил заново проанализировать исходные данные с взорвавшейся буровой. Джоэл был вне себя, твердил, что он сто раз все перепроверил. Только теперь данные сопоставили с отчетами о технических работах и выявили, что на тот момент был неисправен один клапан, который давал искаженную информацию по уровню давления. Тут все вздохнули с облегчением, потому что, получается, не было никакой вины с нашей стороны. Кстати, у них на это ушло полдня, а Себастьян мне сказал, что вы бы просчитали все за несколько минут. Но хорошо, что ребята будто бы сами нашли ошибку.
— Понимаю, — кивнула Лия.
— Так, что еще? Да! Еще была сцена в комнате отдыха. Когда вы ушли, явился Себ, увидел, что вас нет, а Рорк скалится до ушей. Тут Рорк совершил ошибку — сообщил Себу, что вы сказали, будто не встречаетесь с ним.
— Я так сказала? — переспросила Лия.
— Именно, — подтвердила Венди. — В жизни не видела, чтобы мужчина так застыл. Он, казалось, всех нас сейчас одним взглядом испепелит. Все, по-моему, даже дышать боялись. Тут Рорк понял свою оплошность, извинился и обещал вернуть вас. Себ сказал, что не нужно. Но после этого человек пять-шесть все же отправились к квартире Себа в надежде вас обнаружить. Наивные!
— Ну надо же!
— Думаю, вы еще не успели понять о Себе следующее. У него специфический взгляд на отношения. Возможно, он уже поставил крест на желании завести семью. Ему нужна женщина особого склада, такая, что смогла бы примириться с тем, какая опасная у него работа. Себ это понимает. Поэтому, если его пассия решает уйти, он ее не удерживает.
— И зачем вы мне это рассказываете?
— Потому что у меня серьезные подозрения, что вас он тоже удерживать не станет. Но лично я не думаю, будто вы убежали из-за того, что у Себа опасная работа. По-моему, это мы сами вас напугали — мы, люди, а не дело, которым мы занимаемся. Вы застали нас не в самый удачный момент. Все были в отчаянии после аварии и от того, что так и остались неясными причины произошедшего. Да еще Себа так долго не было. Мы нервничали и спускали пар, кто как мог. Вы попали нам под горячую руку, так сказать. И вот еще что: если бы вы только дали нам еще один шанс, мы могли бы поладить.
— Почему вы считаете, что я опять все не испорчу? — взволнованно спросила Лия. — Я не самый общительный человек. Мне непросто с людьми. Я сразу теряюсь. Я даже уговорила Себа научить меня поддерживать разговор с мужчиной.
— Что вы говорите! — воскликнула Венди.
— Именно так. Возможно, Себ и сам будет рад, когда между нами все закончится. Кому нужна недотепа, неспособная продержаться и пяти минут в комнате отдыха его персонала.
— Я ведь объяснила, в чем там было дело. И нам так всем крепко от него влетело за вас, хотя он ни слова на эту тему не сказал. Но он не мог оставить компанию и броситься за вами. А сейчас он вас не ищет, так как не уверен, от кого же вы сбежали — от нас или от него. С этим надо что-то делать. Рорк сейчас обрабатывает Себа, а я вот искала вас. Вам надо увидеться с ним и понять, что делать дальше. Спросите его напрямую, что он думает.
— Всего-то! Думаете, все так просто! — вздохнула Лия.
— А я ничего про «просто» не говорила, — возразила Венди. — Это риск, но он окупится с лихвой, если только сделать шаг и дать людям второй шанс.
Лия сама частенько думала о том, чтобы ей дали второй шанс.
— Наверное, мне нужно вернуться сейчас в офис, — сказала она.
— Я тоже так думала, только уже поздно, рабочий день на исходе. У меня идея получше!
Себ мерял шагами кабинет. При виде просунувшейся в дверь физиономии Рорка он сдержал стон разочарования.
— Звонила Венди, — сообщил Рорк. — Хочет, чтобы ты заехал к ней что-то забрать по дороге домой. От Офелии есть вести?
— Да, звонила. Спросила, забрать ли меня из офиса. Договорились встретиться дома.
— Вот видишь. Она вернулась. Наверное, просто весь день по магазинам проболталась.
«Или же обдумывала причины бросить меня», — хмуро подумал Себ, а вслух сказал:
— Хорошо, если так. Но сильно сомневаюсь. Она недостаточно спокойна для нашего образа жизни. Она не любит рисковать. Если только речь не идет о большой и светлой любви, она не пойдет на риск, а лучше отступит. И ради меня она тоже не станет рисковать своим спокойствием…
— А ты ее спрашивал?
— Я ведь пригласил ее сюда. Для нее это было рискованно.
— Но она ведь пришла сюда! — напомнил Рорк.
— Ну да, и сбежала.
— Трудно ее винить, — пробормотал Рорк.
— Рорк, я люблю ее. Но я не могу отказаться от всего этого, от моей жизни, от всех вас. Я такой, какой есть. И она тоже. Как бы отыскать золотую середину?..
— Вам просто нужно найти какую-то нейтральную территорию и свить там свое гнездышко!
— Да ты просто гений сегодня.
— Знаю. Значит, так: ты найди ее и попроси дать нам еще один шанс. Это важно, запомни.
— Ну-ну, только как это все заставит ее меня полюбить?
— Ладно, можешь это приберечь напоследок, главное — не забудь! Скажи, что со временем все у нее получится. Потом раздень ее и признайся в любви. Все очень просто!
— Куда уж там!
— Побори свой страх! — торжественно произнес Рорк.
— Может, лучше сначала ее раздеть?
— А ты соображаешь, парень! К счастью.
— Для нее?
— Для себя!
Лия снова была в баре. Только на сей раз это было небольшое помещение для посвященных в подвале дома Венди: бетонный пол, обшитые деревянными панелями стены, гаражные раздвижные двери и электрический свет. Здесь можно было сыграть в покер, а также выбраться к бассейну.
Самой примечательной деталью была барная стойка — из красного дерева, с медными ножками. Были здесь два холодильника, набитые пивом и безалкогольными напитками. На одном были наклеены плакаты с любимыми певцами хозяйки.
Тут начали прибывать посетители. Едва переступив порог, они совали двадцати— и пятидесятидолларовые купюры в кувшин на барной стойке. Кого-то Лия встречала в офисе, а кого-то видела впервые — судя по всему, это были супруги и партнеры тех, с кем она познакомилась пару часов назад.
— И часто вы тут собираетесь? — поинтересовалась Лия у Венди. Та представляла Лию всем как подругу Себа.
— Не очень. Главным образом по какому-нибудь случаю, а не просто так. Например, когда команда возвращается с задания. Или у кого-нибудь ребенок рождается. Отмечаем тут хорошие события. Сегодня, например, собрались отметить, что нашлась причина аварии на той буровой. Все просто измучились от неопределенности.
— А почему именно здесь?
— Спасибо моему покойному мужу. Он говорил, что после работы ему нужно выпустить пар, расслабиться. Я решила, что пусть лучше расслабляется у меня на виду. Так и прижилось.
— И Себ скоро приедет?
— Рорк обещал его привезти. И не волнуйся, Рорк тебя больше не тронет. — Вдруг Венди закричала изо всех сил: — О, Роджер! Хочешь выпить?
Пожилой мужчина улыбнулся и сказал, глядя перед собой:
— Это она мне? Опять она пытается докричаться до глухого! Ладно, читай по губам: мне виски!
Тут кто-то произнес:
— Себ приехал!
— Подвинься-ка, приятель, — позвала Венди Роджера. — Лия хочет сидеть возле бара.
— Правда? — удивилась Лия.
— Помнишь, ты говорила, что брала уроки по общению с мужчинами на примере разговора в баре. Пора продемонстрировать, чему ты научилась, — улыбнулась Венди.
Лия сдвинулась к концу стойки, радуясь возможности скрыться на время за спинами других. Ей нужно было время собраться с духом. Она понятия не имела, что сейчас будет. Знала только, что Себ уже близко. И ей во что бы то ни стало нужно продемонстрировать свою готовность прижиться в мире, который он выбрал своим.
Тут Роджер протянул ей свой виски, и она осушила стакан одним глотком, а потом вытерла вспотевшие ладони прямо о скромные бежевые брюки.
Вот к стойке подобрался Себ. Венди предложила и ему виски, но он отказался, мотивируя тем, что ему надо ехать домой. Тут толпа расступилась, и он заметил Лию. Рот его приоткрылся от удивления.
— Куда это вы так торопитесь? — тихо улыбнулась она.
Себ подошел к ней, улыбаясь:
— Вы здесь одна?
— Вроде того. Я кое-кого жду.
— Не следовало ему оставлять вас одну.
— Может, у него срочные дела, — проговорила она.
— Что может быть срочнее? — возразил Себастьян. — Он просто идиот.
— Жизнь слишком коротка, чтобы разменивать ее на идиотов. Предпочитаю мужчин умных, рисковых и привлекательных. — Лия смерила его взглядом с ног до головы. — Вы вполне симпатичный, я сразу заметила. Вы далеко отсюда живете?
— Может, и не очень. — Себ соблазнительно улыбнулся и сверкнул зелеными глазами.
— Не подскажете, где можно перекусить?
— Может, и подскажу.
— А на бильярде вы играете?
— Да, — продолжал улыбаться он. — А вы?
— И я. У нас с вами много общего! — проворковала Лия.
— Да, я заметил, — кивнул Себ. — А что вы думаете о далеких пустынных островах?
— Обожаю!
— А о купании с акулами?
— Только если в компании с вами.
— А о мужчинах, руководящих компаниями по устранению аварий на буровых?
— Это герои! Такие люди нам нужны!
— Я, я! Это же я! — вмешался Роджер.
Себ повернулся к нему:
— Ты что, опять по губам читаешь?
— Только по ее. Кому интересно, что ты там говоришь, — захихикал Роджер.
— Мне интересно, — сказала Лия и положила руки на широкие плечи Себа, заставляя его подвинуться так, чтобы Роджеру не было ее видно. — Так на чем мы остановились?
— Ты говорила, что тебе нужен герой! Только что ты с ним будешь делать? — спросил Себ.
— Любить. Очень. Никогда не пытаться изменить его. Буду поддерживать, если ему только потребуется моя поддержка.
— Потребуется!
— И надеяться, что однажды он ответит мне взаимностью. Только я не буду его торопить!
— Думаю, он тоже не хотел бы тебя торопить, — кивнул Себ. — Особенно если учесть, что у тебя мало опыта в общении с мужчинами. Он будет действовать осторожно. Даст тебе свободу действий, не будет ни к чему принуждать. Даже если ты решишь уйти, он не станет мешать. Ведь если бы он прямо сейчас предложил тебе серьезные отношения, как бы ты поняла, что принимаешь правильное решение?
— Интересно, а сколько должно у женщины перебывать мужчин, чтобы ты счел ее достаточно опытной для принятия такого решения? Пять? Десять?
Себастьян нахмурился.
— А может, я все ловлю на лету? Может, мне и трех достаточно? — Лия взяла паузу, а потом сладко улыбнулась. — А если я вообще гений и все мои решения правильные заведомо? Может, я вообще не ошибаюсь?
— Ты просто чудо какое-то!
— Так не упусти! — Лия соскользнула с барного стула, на котором сидела, подошла к Себу и положила ему одну руку на плечо, а другую на грудь в области сердца.
Он обнял ее и с сомнением произнес:
— Но если ты вообще не ошибаешься, как же с этим жить?
— Придется тебе с этим мириться.
— Придется, — согласился Себ и поцеловал ее.
И Лия обняла его за шею и ответила на поцелуй, забыв о том, что вокруг них люди.
— Итак, представь, что мы в баре, — прошептал он. — И я тебя люблю.
— Хороший бар, мне нравится, — шепотом ответила она.
— Я рад.
— И должна тебе сказать…
— Что?
— Я тоже люблю тебя!
Блюграсс (англ.