Игорь Дравин Тёмный

Глава 1 Мертв так мертв

Султан Рашид с легкой усмешкой смотрел через полупрозрачную занавеску на гостей, которые неторопливо передвигались по громадному залу. Очередное торжественное действо, посвященное не менее очередному дню рождения султана, находилось в самом разгаре. Ни одна страна на Сатуме не могла позволить себе проигнорировать это событие, да и с Ритума прибыло много гостей.

— Отец, — в комнату, расположенную рядом с залом, зашел черноволосый мужчина, — вы звали меня?

— Садись рядом со мной, Джайд, — сказал султан. — Что скажешь о моих гостях? Какое у них настроение? О чем вообще они говорят?

— Отец… — Принц сел рядом со стариком. — В последние годы вы стали нетерпеливы, — улыбнулся Джайд. — Неужели вы не можете подождать доклада вашей тайной стражи? Слуги, которые разносят напитки и еду, скоро дадут полный отчет начальнику вашей тайной стражи. Моих любимых братьев вряд ли обрадует то, что вы уделяете мне повышенное внимание на своем тезоименитстве.

— Мне мало осталось, Джайд, — усмехнулся султан, — не хочется терять времени. А что касается моих сыновей, твоих братьев, которые так дороги тебе, они и без того косятся на тебя. Не совершай моей ошибки, Джайд. Никакая политическая целесообразность не стоит смуты в султанате после твоей смерти. Жаль, что я это понял слишком поздно. У тебя должна быть только одна жена, тогда среди твоих сыновей не будет такой исступленной ненависти друг к другу. Хотя и у северян бывают проблемы с переходом власти от отца к сыну. Рассказывай, Джайд.

— Отец, — начал принц, — боюсь вас огорчить. Тема вашего здоровья и всего остального не вызывает, как обычно, повышенного интереса среди ваших гостей. Почти никто не обсуждает главного в последние годы вопроса — мол, сколько еще осталось жить этому старому стервятнику?

Султан расхохотался.

— Большинство, — продолжил принц Джайд, — активно интересуется друг у друга одним известным вам событием на Ритуме. Я неправильно выразился, отец. Большинство послов и лиц королевской крови в вежливой форме атакуют ваших гостей с Ритума. Но и те не особо знают подробности резни, которая была проведена рейнджерами одиннадцать дней назад. Был рейд под руководством Далва Шутника, а почему и зачем — пока неизвестно. Эльфы не распространяются о причине бойни, а дозоры егерей Драконьего хребта видели только последствия рейда Шутника. Великий герцог Кирала, который знает причину резни, набрал в рот воды, заперся в замке и окружил себя стеной телохранителей. В кои веки Ингар эл Кирал не соизволил присутствовать на вашем дне рождения. С уверенностью можно утверждать одно. Только вы и я, кроме руководства гильдии рейнджеров и наверняка гильдии охотников, знаем полностью историю, которая привела к силуиэнской резне. Я…

— Джайд, — прервал принца султан, — ты опять неправильно выразился. Мы знаем только то, что рассказал нам Далв. В этой истории есть некие моменты, которые он опустил или изящно обогнул. Далв — хитрая бестия. Одна его идея о турнире менестрелей чего стоит! А детали проведения турнира, которые он обрисовал в своем послании, вызывают у меня восхищение. Кстати, про заклинание, которое Шутник называет «Голливуд», никто из магов султаната даже не слышал. Ты правильно догадался насчет гильдии охотников. Рейнджеры наверняка уведомили о предстоящей акции своих собратьев и заручились их поддержкой. Но ты зря сбрасываешь со счетов королевские дома Литии и Мелора. Как долго герцогиня эл Чанор не появлялась в Теоле после твоего неудачного сватовства? А присутствие на этом празднике старой кобры говорит только о том, что и Ловия Литийская что-то знает о происшедшем событии. Скоро информация просочится, и мы потеряем возможность удивить и заставить задуматься об истинных возможностях султаната Айра наших гостей. Да и отстанет наконец-то от меня глава Торговой палаты. Надоел он мне хуже чеснока. Каждые три дня является во дворец с отчетом и ненароком выспрашивает о неких событиях, которые недавно произошли в Зеркальной пустыне. Пора начинать турнир, Джайд. Посмотри его вместе со мной.

Султан шевельнул рукой, и один из воинов, находящихся в комнате, склонил голову и удалился. Через несколько секунд в центр зала вышел вельможа и поднял руку — легкая музыка, которую непрерывно играли музыканты, стихла. Гости с недоумением начали смотреть на наглеца, который посмел нарушить протокол проведения мероприятия, утвержденный еще прапрапрадедом султана Рашида. Более четырехсот лет он оставался неизменным.

— Леди и господа, — возвестил вельможа, — вы все присутствовали не один раз на турнирах воинов и на схватках магов. Повелитель Неба и Благословенной Земли решил дать вам возможность посмотреть на другой турнир, на котором вы никогда еще не были. Вы станете первыми в истории Арланда зрителями турнира менестрелей! Правила простые. Каждый из двадцати лучших трубадуров Сатума, приглашенных на тезоименитство Повелителя Неба и Благословенной Земли, исполнит одну песню. Победителя будет определять весьма уважаемая всеми здесь присутствующими разумными королева Ловия Литийская!

Принц с недоумением посмотрел на султана.

— Я все прекрасно понимаю, Джайд, — улыбнулся старик. — Учитывая, что большинство менестрелей будут петь о любви, для старой кобры этот турнир превратится в пытку. Это моя маленькая шутка над ней. Незачем было Ловии Литийской так нагло мне врать. «Я соскучилась по тебе», — передразнил султан королеву. — Вынюхивать старая кобра сюда приехала. Зато, услышав последнюю песню…

— Что скажешь, Джайд? — спросил султан.

— Отец, — начал принц, — почти все присутствующие в этом зале леди в полном восторге. Романтически настроенные юнцы не отстают от них. Послы едва сдерживают зевоту и мечтательно смотрят на столы с едой и напитками. Опытные воины и маги из ваших гостей спят с открытыми глазами. Хорошо, что предпоследний участник сейчас закончит свой скулеж о несравненной и единственной, о неповторимой и неописуемой, иначе кто-то из этих бойцов просто рухнет на пол. Поздравляю, отец, ваш турнир удался на славу!

— Рано поздравлять, — усмехнулся султан, — посмотрим, какова будет реакция моих подданных и гостей на песню Малика. Да и не меня нужно хвалить, а Далва. Он не хитрая бестия, он — невероятно хитрая бестия.

Менестрель закончил петь, поклонился публике и под вежливые аплодисменты сошел с импровизированного возвышения в центре зала. На смену ему вышел юноша лет восемнадцати в подчеркнуто строгой одежде северного покроя и с маленькой арфой в руках.

— Леди, господа, — объявил менестрель, — меня зовут Малик эл Рисо. Сегодня все мои собратья по искусству пели про любовь. Это великое чувство, но сейчас я спою вам о дружбе. О дружбе между мужчиной и женщиной.

На лицах большинства юных и не совсем таковых леди появилось слабое разочарование. А мужская часть аудитории слегка усмехнулась. Мол, знаем мы такую дружбу.

— О дружбе, — продолжал Малик, — между мастером-рейнджером и высокородной эльфой.

Послы различных стран подобрались и перестали сглатывать слюну, косясь при этом на столы. Вернулись в зал из своих снов бойцы, которых утомили любовные истории. Ловия Литийская бросила кинжальный взгляд на занавеску, за которой находился невидимый всем присутствующим султан. Герцогиня эл Чанор, не переставая улыбаться окружающим ее мужчинам, стиснула свой веер.

— Между Далвом Шутником и Кенарой эл Лайнистиной. Я спою вам балладу о дружбе, которую я написал со слов, воспоминаний и кристалла иллюзии рейнджера, а их мне передал Повелитель Неба и Благословенной Земли, — закончил Малик.

В зале мгновенно настала полная тишина. Взгляды всех присутствующих скрестились на менестреле. Малик начал перебирать струны арфы с темно-синим кристаллом в навершии. Мягкая необычная музыка стала тихими волнами накатываться на присутствующих, а над головой менестреля возник молочный шар метров шести в диаметре. Легкий шепоток пронесся среди разумных. Иллюзии, соединенной с музыкой и песней в исполнении одного мага-менестреля, они еще не видели.

— Арфа! — догадался кто-то.

Тем временем звук все нарастал — казалось, он шел отовсюду. В шаре показался лес и пять воинов в полной броне, которые стремительно нагоняли пятерых беглецов. Малик запел. Его голос проникал в душу каждому разумному. Присутствующие в зале стали слушать и смотреть удивительную историю о спасении из рук шкеров рейнджерами благородной эльфы, которую слуги Проклятого намеревались принести в жертву бхуту. Герцогиня эл Чанор усмехнулась, все кавалеры покинули ее и стремительно влились в толпу, которая окружила Малика. Жестокий бой у Закрытого леса закончился, четверка темных полегла, но из рейнджеров верхом остался только Далв Шутник.

— Не нужно всем знать, как на самом деле все происходило, — пробормотал султан. — Особенно как Кенара путешествовала в седьмой поселок. Конечно, на драке, как же иначе?

За время путешествия рейнджер и эльфа стали друзьями, продолжил петь менестрель. Прощание и расставание рейнджера с эльфой. Далва ждали леса дальнего пограничья, нары и схватки с тварями. Бой с темными, которые тайно приехали с Бароса в третий поселок, решив отомстить Шутнику за гибель бхута. Убитый рейнджер, блокирование поселения, тщательные поиски и захват уцелевших шкеров живьем. Гнев магистра гильдии рейнджеров и отданный им приказ Шутнику произвести разведку на Баросе.

— Вот тут-то Далв темнит, — проворчал султан.

Мастер-рейнджер сумел через несколько месяцев пробраться неузнанным в логово слуг Проклятого, в самый центр насилия, алчности и разврата. Пять ночей подряд он выходил на охоту и убивал темных. А на шестую взорвался Восточный замок. Вид рассыпающейся цитадели темных исторгнул довольный вопль из уст всех присутствующих в зале. Паника и хаос охватили нижний город. Начавшиеся утром тотальные проверки всех разумных слугами Проклятого заставили рейнджера спрятаться под пирсами гавани, где он, к своему удивлению, вновь увидел эльфу.

— И тут Далв темнит, — усмехнулся Рашид.

Тогда рейнджер и узнал, почему Дом Папоротника не смог защитить свою принцессу от темных и серых. Мало того, самому Дому грозит опасность. Дом Мечей прилагал все усилия, чтобы заполучить в свои руки эльфу живой, или она должна стать мертвой. Возмущенный подобной гнусностью рейнджер предложил Кенаре свою помощь и защиту. Девушка приняла покровительство бойца, а в ответ поклялась верой и правдой служить ему. Через несколько суток, в одну из ночей Далв и Кенара пробрались на корабль, спрятались в трюме и утром покинули остров.

— Хорошо поет, — вздохнул султан, — даже меня пробирает песня о мужестве и благородстве Далва, о решимости и гордости Кенары, хотя это действо я уже вижу в шестой раз.

Далв решил спрятать Кенару там, где никто и никогда не подумает искать эльфу. Он позвал нескольких своих друзей и отправился на юг Сатума. Рейнджеры и эльфа прибыли в Теолу. Наимудрейший государственный деятель современности, светоч благородства и чести султан Рашид спустя несколько дней узнал о том, что отряд рейнджеров находится в его столице, и предложил Далву работу. На торговом пути из султаната в королевство Мелор стали пропадать караваны. Наверняка в этом были замешаны твари. Кому, как не рейнджерам, решить эту проблему?

— Так все и было, — довольно улыбнулся султан, — а если у кого-то есть другое мнение, то мои палачи быстро и доходчиво объяснят, как правильно нужно понимать происходящее. Что до остального, так пусть хоть в песне меня называют Рашидом. А то я стал забывать свое имя, которого лишился, когда стал султаном.

А менестрель уже описывал жестокий бой у стен гробниц с духами Песка. Малик пел, как три рейнджера и замаскированная под воина дальнего пограничья эльфа спасали жизни неизвестным воинам и магам. Зал только ахал, видя картину боя. Вздыхал, когда эльфа оказывала помощь Далву и неизвестным. Негодовал, когда Сингар потребовал от Кенары возвращения на Ритум. Замолчал, когда Кенара объяснила Далву, на что она пошла, чтобы сохранить свой Дом, свое слово и свою честь. Зал зашумел, когда рейнджер предложил эльфе выйти за него замуж. Далв не хотел, чтобы Кенара была отверженной.

— Вообще-то все было не совсем так, но не суть важно, — усмехнулся султан.

Малик запел о подлом ударе ночью в спину рейнджерам теми, кого они спасли. Теми, кого вытаскивала с того света Кенара.

— Отец, — сказал принц Джайд, — хорошо, что перед входом во дворец все гости оставляют оружие. Смотри, как многие воины ищут эфесы своих несуществующих мечей и кинжалов.

— Да и магию не могут здесь применять, — погладил свою бороду султан. — Кенара умерла именно так, Малик, но рейнджеры не становились у ее тела на колени и не давали клятвы мести на окровавленном мизерикорде[1] Далва, прикасаясь к нему губами. А с другой стороны, не буду же я указывать поэту, как нужно правильно отобразить горе и ярость отряда. Каждый должен заниматься своим делом. А вот теперь получайте, гости мои дорогие, свою кость в виде объяснения причин силуиэнской резни. Хорошо, что Далв вместе со своим сообщением прислал нам кристалл с иллюзией. Почищенной иллюзией, но все же прислал.

Общий стон, наполненный ненавистью, раздался в зале после того, как менестрель описал ответ Далву главы Дома Мечей и попытку убийства рейнджера эльфами из Дома великого князя. А дальше в музыке и словах Малика слышался рокот Восточного моря, свист ветра в снастях кораблей, которые везли рейнджеров. Шум леса, равнодушно взирающего на фигуры пробирающихся в полной тишине мстителей. Тихие щелчки арбалетов и шепот клинков, вынимаемых из тел дозорных. Ярость внезапного штурма и отчаяние схваток, разгоревшихся по всему поместью главы Дома Мечей.

— Отец, — сказал Джайд, — я в который раз смотрю этот видеоклип, как называет происходящее Далв, и никак не могу насмотреться. Это заклинание Голливуд, мастерство ваших магов иллюзии, искусство Малика — все вместе создали шедевр. Эту балладу менестрели будут петь столетиями!

— Ты прав, сын. Но не упоминай слова «видеоклип», да и заклинание Голливуд должно остаться тайной нашего дома. Шутник наверняка не сообщает всем об этом плетении. А ведь какое хорошее заклинание. Если нужно что-то изменить или подчистить, а потом показать иллюзию всем желающим, так ничего лучше придумать невозможно.

В шаре, висящем над головой менестреля, завершилась казнь четверых разумных. Музыка почти стихла. Малик молчал и едва перебирал струны арфы. Придворные и гости смотрели на полыхающий Силуиэн, смотрели на сделанный из него гигантский погребальный костер для девяти рейнджеров.

— Никто не может безнаказанно обижать рейнджеров и членов их семей, — прогремел голос Малика на весь зал.

— Поздравляю, отец, — улыбнулся принц Джайд, — твой турнир не просто удался на славу, он великолепен. Посмотри на лица леди. Они же все плачут в три ручья, их платки выжимать можно. А мужчины… Хорошо, что в Теоле нет сейчас ни одного эльфа из Дома Мечей или из Дома Лилии. Хорошо, что здесь нет эльфов вообще. Боюсь, что иначе все присутствующие на вашем дне рождения покинули бы ваш дворец и стали оспаривать друг у друга право на поединок с ушастыми.

Арфа замолчала, менестрель поклонился всем присутствующим. Оглушительная тишина била по ушам. Малик сошел с возвышения и направился к группе менестрелей, которые стояли в левом дальнем углу зала. И тут гости султана взорвались громом аплодисментов и ревом одобрения. У менестреля не получилось слиться с остальными соратниками по искусству: не судьба.

— Отец, — предупредил султана принц Джайд, — по-моему, вам стоит присоединиться к вашим гостям и подданным. Малик нужен султанату Айра живым. Сейчас же его мужчины распотрошат на сувениры, а что с ним сделают женщины?

— Ты прав, сын, — рассмеялся султан. — Малик мне нужен живым и здоровым. Кстати, судя по взгляду старой кобры, меня ждет допрос с пристрастием. Ничего, переживу и это. Главное, чтобы Ловия Литийская не стала бить посуду о мою голову. Должны же соблюдаться хоть какие-нибудь внешние приличия! Хотя жаль, что я в свое время не взял ее в жены, и хорошо, что я этого не сделал, иначе… Какая женщина! Джайд, глядя на ее разъяренное лицо, я чувствую себя молодым, я снова могу влюбиться в женщину! Далву я благодарен только за это, не говоря уже обо всем остальном. Кстати, выясни, Джайд, почему Ловия так нервно реагировала на балладу. Что связывает эту старую кобру и Далва? Займись этим немедленно. Хотя, — султан посмотрел на сына, который стремительно вышел из комнаты, — это бы она, юная принцесса Каросы, женилась на мне, если бы захотела этого.

— Ты как, сестренка? — поинтересовался подошедший принц Ингар Мелорский у герцогини эл Чанор.

— Нормально, брат, — вздохнула Алиана. — Вот, значит, как примерно обстояло дело, Ингар. — Герцогиня огляделась по сторонам.

— Никого вокруг нас нет, — успокоил ее принц, — все присутствующие бросились калечить менестреля. Даже тайная стража султаната, которая небезуспешно изображает из себя слуг, сейчас временно недееспособна. Прекрасно их понимаю: я сам потрясен этой балладой. Да и знаю я, что ты, Алиана, хочешь мне сказать. До своей увлекательной прогулки по Зеркальной пустыне, о которой мы узнали шесть дней назад, Далв побывал на одном интересном острове. Честно говоря, этого от него я не ожидал. Мне даже в голову не приходило, что он может оказаться причастным к одному занимательному событию. В балладе Влад вроде бы не имеет отношения к разрушению Восточной цитадели Крия, но я в это не верю. Сестренка, а твой муж точно человек? Он убивает в погани и пограничье опасных тварей с пугающей регулярностью. Про некое графство я не вспоминаю. Про его отношения с серыми можно написать три баллады. Добавляем сюда темных и эльфов. Алиана, тут что-то нечисто. Не может обычный человек все это совершить. Не может мастер магии иметь на своем счету полдюжины поверженных Повелителей, включая Кенару. А вампиры? Кстати, султан Рашид уже успокоил своих гостей и спас своего менестреля, а теперь королева Литии вручает Малику главный приз. А кому же еще? Думаю, к этому чуду, что мы видели сейчас, тоже приложил руку Далв. А его магическая школа? Я несколько сумбурно излагаю свои мысли, Алиана, но ты меня понимаешь. Тут что-то нечисто. Я как можно быстрее обсужу с султаном Рашидом все тонкости контроля нашими странами торгового пути через Зеркальную пустыню. Думаю, что в три дня уложусь. Ты веселись и развлекайся, а потом мы возвращаемся в Вайлу и начинаем теребить отца. У него больше возможностей выяснить правду о некой интересной личности. Приветствую вас, Ловия Литийская, — повернулся принц Ингар к подходящей к нему королеве.

— Привет, принц, — буркнула королева. — Иди и утешь какую-нибудь дуру, которая до сих пор рыдает, их тут много наберется. Мне нужно потолковать с твоей сестрой. Чего стоишь? Мне тебя по-другому послать? Ты подумала над тем, — повернулась королева к герцогине, — о чем я говорила тебе в Белгоре на свадьбе Орхета Пятого? Ингар, ты еще здесь? Пшел вон, мерзавец, не лезь в наши женские дела! Вот так-то лучше. Так вот, я считала тебя умной девочкой, Алиана, но, судя по твоему поведению, ты круглая дура. Почему ты до сих пор не помирилась с Владом?

— Ваше величество, — холодно улыбнулась герцогиня, — я прилагаю для этого все усилия, но не считаю нужным давать вам отчет. Это не ваше дело.

— Не мое? — делано удивилась королева. — Ты ошибаешься. Я могла бы подсказать тебе, как ловко снова пролезть в постель к Владу, но такой дуре нет смысла помогать. Ты все равно умудришься опять с ним поссориться, убив очередного его подданного. А чему ты удивляешься? Графство Артуа представляет серьезный интерес для короны Литии. Моя третья канцелярия внимательно отслеживает все происходящее в нем. А голова на плечах у меня, в отличие от тебя, есть. Даже если ты додумаешься сама своими куриными мозгами до нужных действий, до правильного понимания ситуации, то все равно умудришься споткнуться на ровном месте! Что я тебе говорила на свадьбе Орхета Пятого? Ты должна быть с Владом полностью откровенна. Идиотские тайны, интересы королевского дома Мелора ты должна засунуть себе знаешь куда? Молчать! Я не смогла однажды этого сделать и потеряла охотника, я потеряла деда Влада. Но у меня не было выбора. Или он — или моя страна, или охотник — или мой внук. Ты сама понимаешь, кого и что я предпочла. У тебя есть выбор, не потеряй Влада. У тебя есть преимущество передо мной. Ты — его жена. Влад бесится и лезет из одной авантюры в другую. Когда Прокопий ушел от меня, он долго не прожил. До сих пор я вою на луну, когда вспоминаю его. На тебя мне наплевать, Алиана, мне похрен интересы короны Мелора. Более того, я бы с радостью дала тебе пинка под зад и подобрала бы Владу нормальную девушку, а не дуру с чистой душой, которую он почему-то имеет глупость любить. Что выпучила глаза, корова? Если я тебе не сказала о твоей же чистенькой душонке в Белгоре, то это не значит, что я не знала тогда об этом. У Влада и так много своих проблем, твои ему не нужны. Говорю тебе об этом в лоб: завуалированных намеков и предложений ты не понимаешь или не хочешь понимать. Веселись и развлекайся, но если не сделаешь выводов, то сама себя накажешь, как наказала себя я. Бывай, третьего разговора на эту тему между нами не будет.

Королева Литии отвернулась от герцогини и решительно направилась к султану Рашиду.

— Чего хотела старая шлюха? — поинтересовался у задумчивой герцогини подошедший спустя пять минут принц.

— Всего и много, — тихо огрызнулась Алиана. — Леди Ловия откровенно поговорила со мной по поводу одного известного тебе охотника. Второй раз поговорила. О первом я не рассказывала, потому что считала это своим личным делом. Для начала, принц Ингар Мелорский, вдовствующая королева Литии вполне могла оказаться бабушкой Влада и до сих пор сожалеет об упущенной возможности. Как вам это известие, принц? Не надо, ваше высочество, так бледнеть, вспоминая обстоятельства моего замужества. Нанесла корона Мелора оскорбление короне Литии — и что с этого? Кстати, Ловия знает обо мне почти все. Все, кроме обстоятельств моего рождения. Брат, тебя поддержать под руку, чтобы ты не упал? Суть ее монолога состояла в том, что мне надо прекратить портить жизнь Владу. Хорошо, что Ловия еще не знает о последнем безумстве этого сумасшедшего, этого ненормального. Не знает о том, что этот, этот… что Влад схлестнулся с друидами и умудрился остаться в живых. Ловию еще не успели проинформировать о стычке моего мужа с хранителями, иначе бы она меня стерла в кровавую кашу прямо здесь. Так что развлекаться несколько дней в Теоле у меня не получится. Я сегодня же вечером перейду в Вайлу. Когда Ловия узнает о стычке, а это будет скоро, мне нужно находиться от нее как можно дальше. Придется тебе самому принимать удар. Брат, ты же мужчина! Не надо так испуганно смотреть на то, как старая шлюха строит в вежливой форме султана Рашида. День прошел не зря, брат. Теперь королевский дом Мелора знает, что, помимо гильдий охотников и рейнджеров, королевств Декары, Айры и Орхета, за Влада впишется еще и Лития.

— Алиана, — вздохнул принц, — ну у тебя в последнее время и словечки стали проскальзывать. Что означает «впишется»? Насчет «строить» ты мне дала уже пару месяцев назад пояснения.

— В последнее время новых слов у меня не было, — грустно улыбнулась герцогиня. — А слово «впишется» означает помощь, поддержку, заступничество и месть. Выбирай любое значение, брат. Кстати, отец был прав, Влад умудрился разорвать привязку душ — и я догадываюсь как. Брат, хватит так бледнеть, все претензии моего мужа к короне Мелора я беру на себя.

— Короче, — продолжил я давать ценные указания Роверу, — вы ждете меня здесь. Через пару дней я перейду сюда — и будем думать, как нам жить дальше. Надеюсь, что долго и счастливо. До встречи, родич.

Я хлопнул вампира по плечу и прыжком переместился на отдаляющийся от берега плот. Прощай, любимый берег королевства Кароса. Через пару дней плавания на плоту по Правой реке меня должно вынести к берегу герцогства Тария. Вернее, к берегу бывшего герцогства. Что там сейчас происходит, не знает никто. Спасибо кракену, однако. Блин. Не удалось мне откосить от следующей хохмы ткача — я улегся на бревна, — а я так старался, так старался!

Я повесил зеркала и сферу молчания[2] на плот. Что-то в последнее время для меня это стало рутиной. Так, собраться и не раскисать. И так как трус сбежал из своего бывшего графства, чтобы не встречаться с Дуняшкой и Арной, которые со дня на день должны были приехать из Белгора. Какие на хрен друиды? Эти две фурии наверняка бы меня сами порвали, как Рекс подушку. Одна с криком «ты обещал меня не бросать», а вторая с воплями: «Брат, ну ты скотина, — я о тебе мечтала всю жизнь, а ты подохнуть собрался». Не надо мне этого счастья, не надо. Лучше в рейд, гораздо лучше. Так целее и упитаннее буду. А чего мне бояться в рейде? Что там со мной сделается? Просто прогулка, и все! Оздоровительно-ознакомительная прогулка. Правая река, текущая с северо-востока Сатума, встречается с Левой, которая течет с северо-запада. Встречаются они, блин, подружки, и сливаются во взаимном экстазе перед бывшим герцогством. Текут дальше строго на юг вместе и через десяток километров образуют Пресное море. Остров Крайс там находится, со всеми своими прибабахами, это о птичках. А еще через пару сотен километров Пресное море дает начало тройке рек, которые, извиваясь, как шлюха под клиентом, текут на юго-восток, юг и юго-запад Сатума. Великолепная транспортная магистраль. Купец грузит на корабль или галеру товар — и езжай куда хочешь.

Я поднял голову. Нет, показалось. Только одна есть проблема. В месте слияния Правой и Левой реки, в этой долбаной дельте, так сказать, в самом начале Смуты завелся один нехороший организм. Кракеном его обзывают. А почему кракеном? Да черт его знает. Вроде бы морская зверушка типа осьминого-кальмара, а тут на тебе, в пресной воде изволит находиться. Те, кто это сделал, вернее, те, кто призвал этого морского гада, претендуют на высокое звание лучшего террориста всех времен и народов. Моментально было разрушено сообщение между севером и югом Сатума. Почти разрушено, остались только второстепенные пути сообщения и порталы. Зато связки султанат Айра и королевство Мелор, Белый халифат и королевство Нарина стали грести бабло по полной программе. Наверняка кто-то из предков нынешних больших шишек этих государств приложил руку к появлению кракена на главном торговом пути Сатума. Вот ведь нехороший организм головоногого происхождения. Любые суда — да что эти громадные лоханки, — даже маленькие баркасы топит, сволочь! И чего ему не сидится под водой? Сколько раз этого гада пытались на ноль помножить! Абзац, в смысле песец, пришел тем, кто решил совершить сей героический подвиг. Ха-ха пятнадцать раз. А когда драконы завалили единственный сухопутный путь в герцогство, немногочисленным оставшимся в живых после бойни, устроенной тварями в этой точке на карте, стало совсем грустно. Да и нет там сейчас никого живого из разумных наверняка. А вот в неживом состоянии — вопрос другой. Вот и еду я это проверить. Вернее, плыву, а может, иду? Да мне все фиолетово! Почти год назад я уехал в дальнее пограничье. Я выбрал место и время, но теперь я могу сказать точно только одно. Я совершил тогда ошибку: я ждал удара, а мне нужно было атаковать. Вот скоро я это и сделаю. Лучшая защита… и так далее. Кстати, этот долбаный амулет контроля кракена, который по теории должен мне помочь взять под свою руку половину грузопотока на Сатуме, кто изготовил? Как он оказался в логове бхута вместе с короной короля? Откуда призвали эту пресноводную медузу в наш мир? Наш, я подумал «наш»? Да к черту все. Это уже мой мир. Вопросы, вопросы — и никаких ответов. Я расхохотался. Совсем недавно некоторые ответы я получил…

«Здесь, у клена мы расстанемся с тобой…»

— Бой!!!

А почему меня окружила вьюга, собственно говоря, я прыгнул к самой кромке Закрытого леса, — вы посылаете против меня зверушек? Хранители, вы думаете, что они смогут пройти через вьюгу с Натой? Тьфу, через плетение школы Льда, усиленное в пять раз холодом? Опасное заблуждение, очень опасное. Хранитель, клайд рассек голову особо тупому вепрю, который не понимал, что он уже секунд пять как мертв, шаг в сторону. О чем это я? Я скрутил корпус, пригнулся, и лесной кот, пролетевший над моей головой, был ласково принят Пушком в копыта. Так вот, хранитель, тебе животину не жалко? Вы же гринписовцы, мать вашу!

Пушок, хозяева лесочка не вышли на мое вежливое постукивание в дверь. Хранитель, шаг в сторону — и клайд вспорол брюхо очередному тупому вепрю, а я ведь тогда не совсем шутил в своих мыслях насчет уничтожения твоей лесополосы. Ты и твои лесные братья, тесак разрубил на две части измененного волка, который умудрился прорваться сквозь вьюгу, можете быть какими угодно разумниками, но это не значит, что вы можете сравниться с мастером-охотником по боевому опыту. Пушок, а давай мы пойдем в этот полыхающий лесок и начнем собирать грибы! Ты их любишь? М-да, череп очередного лесного кота разлетелся от удара копытом драка. Наверно, ты, Пушок, не совсем умеешь их жарить. Короче, мне все это надоело. Тебе тоже? Отлично, развлекаемся дальше. Главное в грибах — я побежал в глубь Закрытого леса — это соус. Любой дурак сможет их отварить и пожарить, а вот подливка… Я бросился на землю — и что-то вроде копья огня[3] снесло дерево за моей спиной.

Вот это да, лифт поднял меня в воздух, — проф, твое плетение знают и друиды! Наверное, твое плетение. Не пойми какой таран впечатал мою тушку в дерево. Хамство, однако. Мне в пуховик всю свою силу вливать? Он и так ее тянет будь здоров. А вот Пушка я обижать не дам! Клайд с трудом преодолел защиту хранителя. А без головы тебе гораздо лучше. Это мое личное дизайнерское мнение, и я его никому не навязываю. Пушок, пришел в себя? Держись рядом со мной. Не подставляйся под плетения. Мы выбежали на громадную поляну. Пушок, тут нам будет весело, смотри какой комитет по встрече присутствует. Если бы я умел бояться — мы с драком бросились в разные стороны, — мне стало бы жутко. Не пойми что взрыхлило землю на несколько метров в глубину. Два десятка хранителей против беззащитных нас! Пушок, я завертелся вокруг своей оси, бур[4] сменялся тесаком, и наоборот, нас уважают, мать его! Не лезь вперед батьки в пекло.

Я прыжком подскочил к пытающемуся что-то изобразить хранителю и укоротил его на голову. Хорошая у него защита. Была. Молнии[5] покинули мои клинки. Кстати, я вообще опустел. Я скользнул внутрь своего сознания и принял розовый свет Тайи. Пуховик вновь развернулся вокруг моей тушки. Хорошее плетение, прыжок вперед и назад, хрен его пробьешь, пока у меня есть энергия. Опять я стал зигзагами перемещаться по поляне. Хрен вы возьмете меня в свою артиллерийскую вилку! Расслабились вы, хранители, на местном укропе. Привыкли, что вас все боятся. Со мной такой номер не проходит. Умереть — да это не ново для меня! Один раз я нечто подобное уже делал. У меня это действо почти вошло в привычку! Силы у вас, хранители, до хрена, а вот опыта схваток маловато. Поверьте мнению эксперта. Только и можете разъяренного Пушка на расстоянии от себя держать. А то, что я буром и тесаком проверил на прочность вашу защиту, то, что я выявил ее слабые места, — так это никому не интересно. Кстати, двумя прыжками я смог обмануть еще одного лесовика и сделать его меньше ростом: иметь принципиально одинаковую защиту у всех, хранители, не есть гут. Берите пример с охотников-магов! У каждого есть свои наработки, о которых другие не знают. Все, анализ завершен, Воз, на выход.

Я остановился в центре поляны, боже, какой у Сестер изумительный свет! Вперед. Нити спрессованного в сотни раз воздуха, покрытого оболочкой из воды, заполнили пространство. Я рухнул на колени. Блин, почему у меня так мало энергии по жизни? Все, я пуст, рассчитывать могу теперь только на холод. Оставшиеся в живых целых семеро хранителей, как вам моя новая наработочка массового действия? Как вам нечто среднее между буром и тесаком, да еще и растянутое по времени после первого мощнейшего удара нападение? Проф, полевые испытания сети[6] прошли успешно. Жаль, что ты об этом не узнаешь. Я не торопясь направился к ближайшему хранителю, который судорожно отмахивался от моего плетения. Не получится, милый, — меч снес голову друиду, я направился к следующему, — ничего у тебя не получится.

Удар клайдом в очередной раз сократил популяцию лесовиков. Вы даже с места сдвинуться не можете! Держит вас моя сеть. Удар. Отдельное спасибо за помощь в разработке этого плетения мертвому шалунишке Диксу. Подсказал он нам с профом, подсказал. Удар. Я не понял, а где остальные хранители? Удар. Пушок, оставь его в покое, не горячись ты так. Подумаешь, не можешь пробить его защиту, так я это сам сейчас сделаю. Удар. Я направился к последнему пока еще живому хранителю. Я бы сам не мог пробить защиты этих гавриков, если бы не холод. Блин! Насчет остальных хранителей был неправ. Признаю.

Несколько десятков друидов возникли по краям поляны. Я сжал рукояти мечей. Вам уютно находиться рядом с полыхающими деревьями? Ваши трудности. Айдал закружился в воздухе, следом за ним полетели франциски[7] и метательные ножи. Фиолетово, этим скотам все фиолетово. Невероятная тяжесть прижала меня к земле. Сволочи, а Пушка-то зачем спеленали? Врешь, так просто меня не возьмешь. Пошатываясь, я встал на ноги. Блин, поймали как муху в сироп. Жаль, что я не могу убить вас холодом на расстоянии. Хотя почему не могу? Хозяев погани я ведь как-то сумел достать. Холодная ярость рванулась из меня. Боль по умершей эльфе вышла из меня наружу. СВОЛОЧИ! Есть! Один из друидов стал ледяной статуей. Следующий! Темнота.

Я с трудом открыл глаза. Интересно, а чем это меня так приголубили? Это первый вопрос. Второй: а почему я еще жив? Третий: а где Хизар? Почему его пятнистую морду я не видел в этот раз? Соскучился — я с трудом сел, — понимаешь, по нем, а эта сволочь и не подумала заглянуть на огонек.

— Очнулся, безумец? — доброжелательно поинтересовался знакомый мне дедок.

Зачем задавать риторические вопросы? Кстати, а правилам вежливости кое-кого я научил. Капюшон плаща у друида откинут, а глаза у него такие добрые-добрые.

— Я не безумец, — прохрипел я. — Выпить дай, хранитель. Что-то у меня в горле пересохло.

Так, прихлебывая березовый сок, емкость с которым по знаку дедка дал мне один капюшон, я стал в темпе прокачивать ситуацию. Понятно одно — что ничего не понятно. Почему я до сих пор еще жив?

— Хранитель, — откашлялся я, — а почему я еще здесь, а не там? Вроде друиды излишним милосердием не страдают. Лесок вам я слегка поджег. Кстати, хорошо, что вы его почти потушили. Экологию нужно блюсти и даже, не побоюсь этого слова, соблюдать. Хотя, — я присмотрелся к обугленным стволам деревьев, — соблюдать уже нечего. Зверушек ваших обидел до смерти, да и коллег твоих по стенкам размазал. Почему, хранитель? Я ведь не успокоюсь на достигнутом, у меня мерзкий и гнусный характер. Ты наверняка это знаешь.

— А за что тебя убивать? — поверг меня в ступор хранитель. — Ты пришел мстить за свою подругу. Ты не рассчитывал остаться в живых. Ты не привлек к своей мести никого из своих друзей и вассалов. Драк не считается — наоборот, для него твой поступок был милостью. Этим созданиям легче умереть в бою, чем медленно гибнуть на конюшне. Если убивать таких, как ты, то кто достоин жить? Зверушки — так, это расходный материал. Новые вырастут. Лес через неделю залечит свои раны. А мои коллеги, — хранитель грустно усмехнулся, — они знали, на что шли. Все они были добровольцами.

В моей голове с невероятной скоростью стали мелькать мысли. Твою тещу! Меня сделали! Меня вели как быка на скотобойню! Меня играли! Зачем, почему?

— Добровольцы? — изумился я. — На моей родине есть поговорка, хранитель. Вернее, житейская мудрость. Есть дураки, есть полные идиоты, а существуют еще и добровольцы. Хранитель, а зачем тебе нужно было, чтобы я стал считать друидов своими врагами вообще и тебя в частности?

— Зачем? — задумался хранитель. — Объясню тебе на пальцах, как ты любишь говорить. Как получаются из обычных вампиров высшие? А зачем ты поставил свой пуховик? То, что ты думаешь, написано у тебя на лице, Влад. Я не читаю твоих мыслей, твоя защита великолепна. Держи, — протянул хранитель мне сумку, — здесь еще три десятка флаконов с розовым туманом. Ты провел бой на грани смерти, за гранью смерти. Влад, ты овладел своим холодом на новом уровне. Теперь ты имеешь гораздо больше шансов выжить при очередном испытании. Тебе это было нужно, нам это было нужно. Не перебивай меня. Сейчас я расскажу тебе все, что могу. Кенара могла выжить. Как ты думаешь, почему одних рейнджеров мы отпускаем, а других убиваем? Молчишь… Правильно делаешь. Кенара, применив магию высшего уровня около Закрытого леса, была заражена семенем вьюна. В самом начале Смуты, когда наши предки отказались участвовать в войне, на Закрытый лес было наложено несколько плетений, заклятие зеленого вьюна было одним из них. Несколько сотен хранителей умерли во время проведения этого ритуала — им нужно было спешить, иначе наши прадеды были бы вовлечены во всеобщую бойню, происходившую тогда на Арланде. Но с тех пор мы недосягаемы в своих лесах ни для кого. Побочным эффектом этой церемонии явилось то, что и мы не имеем могущества за пределами Закрытого леса. Повторяю, Кенара была заражена, как и ты сейчас, но она могла жить, как будешь жить и ты. Опасайся яда, сделанного на основе корня женьшеня. Тогда вьюн пробудится в тебе, и ты умрешь. Может быть. А может, и нет, Владыка Льда. Мы убиваем рейнджеров, которые не могут противостоять вьюну, из милосердия, а не жестокости. Мы убиваем также тех, кто предрасположен к гнили. Надеюсь, Влад, ты понимаешь, что гниль и темнота — это не одно и то же. Кенара могла жить и дальше, если бы ты был чуть порасторопнее. Это был бы самый плохой вариант развития событий. Тогда ты был бы обречен. Эльфа умерла, и в твоей судьбе осталось два основных потока. Ты мог приехать ко мне с вопросами — или нет. Если бы я тебя не увидел, то ты бы скоро умер или перешел на другую сторону. У Крия Баросского через несколько лет появился бы отличный заместитель. Ты пришел, и я смог направить твой гнев на себя. Почему ты не испытываешь ненависти к ордену Слуг Создателя? Да только потому, что убил всех, кто участвовал в смерти твоих подруг. Ты очистил себя этим, ты избавился от ненависти. Сегодня ты сделал то же самое. Ты очистился, Влад. Я смог сделать так, чтобы ты овладел Льдом на новом уровне, не дожидаясь испытания и не срывая своей печати. Влад, не перебивай меня, я и так нарушаю все мыслимые традиции и законы хранителей. Тебе нельзя срывать третью печать. Второй Хелларен не нужен Арланду. Пройдет время — и ты сможешь овладеть Льдом полностью, не вспоминая того, что ты так хотел забыть. Теперь можешь говорить.

— Могу? — усмехнулся я. — А что мне спрашивать у тебя, хранитель? Вы сидите в своих долбаных лесах — типа ни во что не вмешиваемся. Так? И на хрена вы всем долдоните об этом?! Что это было, как не вмешательство? Да, все формальности соблюдены. Я сам пришел к вам в лесополосу, и вы получили право на акцию, мать ее! Теперь я должен испытывать чувство вины? Мол, вы такие хорошие дяди и тети, а плохой мальчик вам герань сорвал? Я должен испытывать чувство благодарности за то, что смог овладеть холодом на новом уровне? Перебьетесь! Вы все мне на хутор не упали! А ты, я так понимаю, одна из главных скотин в местном муравейнике. Как ты себя чувствуешь после того, как спровоцировал меня на небольшую бойню, исходя из своих самых благих намерений? Да мне плевать на новый уровень владения холодом, если для этого нужна была смерть моей подруги! Совсем вы оскотинились в этих лесах.

— Чувство вины, — вздохнул хранитель, — чувство благодарности… Влад, да мне наплевать на твои чувства. Ты должен выжить в очередном испытании, а чувства… — Дедок улыбнулся и стиснул мой наплечник. — Чувства. Как ты думаешь, что чувствовали хранители более тысячи лет назад, когда могли помочь и не помогали, когда могли спасти, но проходили мимо? Что они чувствовали?! — крикнул дедок. — Влад, не говори о том, чего не знаешь. Пошел вон из моего леса!

— Перебьешься, — огрызнулся я. — Если за мои шалости я не понесу никакого наказания, то имидж друидов упадет ниже плинтуса. Одному можно — а почему нельзя другим? Как бы я к вам ни относился, друиды являются фактором стабильности на Арланде. Тем более что я уже не граф и не барон, некуда мне возвращаться, да и не хочу я этого делать. Там мне многое напоминает о ней. А чему мы удивляемся? Короче, утром приедут мои вассалы за телом павшего героя, это я о себе говорю, и ты объявишь им о заключении в тюрьму, или куда-то еще, моей бренной тушки. Мол, пока не отработает бывший граф морального и материального ущерба, из этой лесополосы не выйдет. В последнее время я сделал много глупостей, я не рассчитывал остаться в живых после встречи с тобой, селекционер героев хренов. Блин, идея! Вы даете некое тело моим бывшим вассалам и говорите им, что это я. Это будет лучший выход для некоего рейнджера, охотника и бывшего графа. Конечно, мои бароны и ученики будут знать правду. Да и некие другие личности тоже, но все остальные пусть считают меня мертвым. Договорились, хранитель? Кстати, если бы твои коллеги работали со мной в полный контакт, а не проводили долбаный контролируемый эксперимент, то скольких я бы смог убить?

— Договорились, — кивнул дедок. — Твоим домом будет теперь мой лес. Ты смог бы убить всего троих или четверых. Кстати, ты убил всего семерых. Не удивляйся. Мы умеем возвращать к жизни разумных: из двадцати одного убитого тобой мы смогли воскресить четырнадцать моих учеников. Ты отличный боец, Влад. Когда ты смог овладеть Льдом на новом уровне, нам пришлось постараться, чтобы остановить некоего безумца без особого вреда для нас и тебя. Дашь несколько уроков моим ученикам, Влад?

— Дам, — успокоил я сумасшедшего дедка. — Слушай, если мы перешли уже на «ты», то подскажи глупому мне: что за испытание, которое я забыл пройти, что за печать — и что я успешно забыл из своего прошлого?

— Влад, — вздохнул хранитель, — это будет слишком сильным нарушением наших законов. Я могу частично ответить только на один твой вопрос о том, что ты забыл сделать. Если ты настолько туп, что сам не смог понять моей подсказки, то я намекну тебе снова. Тогда ты не был воином и магом. Ты хотел что-то выяснить у своего друга, но потом успешно забыл об этом. Спи, тебе понадобятся силы с утра. Герцогство Тария ведь ждет тебя, охотник.

Я же просил тихо подъехать к Закрытому лесу и вежливо попросить у хранителей мое тело, Второй! Это ты называешь тихо?! Семь сотен конных латников в туниках цвета хаки совершенно по-хамски нарушали утреннюю тишину почти сожженного мной Закрытого леса. А кто остался на перевале каменных извращенцев? Хотя сотни три воинов там наверняка присутствуют. Добавляем еще четыре сотни бойцов, рассыпанных по графству, пять десятков котов, которые еще не успели вернуться в мой бывший замок после рейда на Ритум. Все сходится. Только есть несколько проблем. Что тут забыли пять десятков рыцарей из ордена Длани Создателя? Сенар, я все понимаю, но выводить в поле для разборок с друидами весь личный состав своей прецептории мне кажется лишним. Смотри, на одного рыцаря приходится пара сержантов и один оруженосец. Это же еще две сотни конных латников вдобавок к воинам графства Артуа! Командор, у тебя с головой все в порядке? Проф, а за вывод на боевые посты всего состава школы Джокер… Короче, все мои бывшие подданные, орденцы и ученики — больные на голову. Все в меня, так сказать. Кстати, развевающиеся флаги, на которых вышиты девять башен, стяги с чем-то вроде руки Давида, которые присутствуют у орденцев, смотрятся здорово. Блин, а епископ Карит что тут забыл? Возведение храма Создателю кто контролировать будет? Епископ, а почему тебя окружает белый свет? М-да, скоро здесь будет бойня. Возможно. А здорово меня сыграл хранитель. Он работал не по хитрозадому и осторожному аналитику некой корпорации. Друид работал по охотнику, по его кодексу чести, по его пониманию справедливости. Он меня сделал как юнца. Что ж, переживу и больше в такую ловушку не попадусь. За одного битого… и так далее. А все-таки приятно, черт возьми, что я чего-то сумел добиться в этом мире, раз под тысячу воинов и с десяток магов решили покончить жизнь самоубийством. Раз они решили отомстить друидам за мою смерть. А ведь все коренные жители Арланда, а конкретней — Сатума, впитали с молоком матери уважение к этим долбаным лесовикам. Блин! А вампиры что тут забыли? Короче.

— Я думаю, что тебе нужно поздороваться с моими друзьями, пока они не стали делать глупости, — проинформировал я стоящего рядом со мной Фарина.

Дедок кивнул своим капюшоном и прыжком переместился из сожженной мной лесополосы. Так, послушаем, о чем там идет разговор. М-да. Вот так сразу посылать на хутор друида, Карит, тебе не стоит. А профу, Еране, тинам, Эллине, Ольту — короче, всем моим ученикам, — учитель — это почти единственная должность, что у меня осталась, — не надо так выражаться на горном наречии. Почему я вас с собой не взял? То, что я сделал из анклава анархистов, не должно быть разрушено! Мать вашу, а Сенар зачем вставляет свои две копейки? Короче, надо вмешаться. Стоп. Друид предложил двум десяткам разумных проследовать за ним в лесок. Логично с его стороны, но глупо, с другой. Какого черта все мои бывшие бароны, проф, епископ, Второй и Сенар поехали за ним? Учить вас еще и учить. Кто ж так ведется? А если бы это была ловушка?

— Привет. — Я вышел из-за дерева и махнул рукой своим друзьям. — Не надо делать таких морд лица. Я жив, но официально мертв. Недопонимание с хранителями Закрытого леса, которое было у меня с ними совсем недавно, благополучно разрешено. Я должен быть мертвым по некоторым причинам. Слишком много у меня врагов, а я неосторожно вел себя в последнее время. Райн, не делай таких глаз. Илен, Шейк, Лонир и все остальные, все в жизни бывает. Скоро одна история прогремит по Арланду, и вы немного поймете меня. Я должен быть официально мертв, иначе будут проблемы. Кстати, если бывший граф эл Артуа обратится с некой просьбой к командору Сенару, коннетаблю графства, епископу и новоиспеченному барону, то он найдет понимание?

— А если я уничтожу твою бумагу, Влад? — лениво поинтересовался Второй.

— Ничего не изменится, — улыбнулся я. — Я подписал ее как Рука короны Декары. Слово короля равно его подписи — и наоборот. Я инспектор, если кто-то об этом забыл. Я не могу взять слово и подпись короля Керта Третьего назад. Смирись с этим, барон эл Стока. Когда приедет Арна, введи ее в курс дела. Она будет отличной графиней эл Артуа: с детства готовили ее к нелегкой графской доле.

— Ровер, — послал я зов[8] вампиру, — все эти изменения моего статуса клана Скалы не затрагивают. Готовься к рейду: мне нужна пятерка высших вампиров. Кстати, выйди из-за дерева, не унижай себя подслушиванием.

Проф, заканчивай быстрее с цепью-хамелеоном. Забыл: я овладел Льдом на новом уровне. Сенар, что ты так хватаешь ртом воздух? Епископ, хватит пучить глаза, а тебе, Райн, не стоит падать с коня. Хватит, повторяю для особо впечатлительных: я мертв. Что еще непонятно?

— Влад эл Артуа, — покачал головой Илен эл Ронст, — а вы всегда такой сумасшедший или только по вторникам?

— Нет, — рассмеялся я, — я всегда такой. Ну что, переварили первичную информацию?

— А что за история, граф? — поинтересовался Шейк.

— Да ничего особенного, — ответил я. — Шейк, кстати, я уже почти десять часов не граф. Дело все в том, что бывший граф эл Артуа на досуге подрабатывает мастером-рейнджером Далвом Шутником. Наделал я в последнее время глупостей — не думал, что смогу пережить сегодняшнюю ночь. Повезло мне. Райн, хватит пытаться упасть с коня! Горм, твой сын Норм в последнее время интересовался судьбой Керы, хотя и обещал не ухаживать за ней, так вот передай ему, что она умерла в Зеркальной пустыне. Продолжу. Горм, объясни Норму, что Кера являлась Кенарой эл Лайнистиной из Дома Папоротника. Райн! Приди в себя. Земля твердая, падать больно. Она была моей женой, и я мстил за ее смерть. Друиды тоже были причастны к гибели Кенары, но оказались не виноваты. Бывает. Все вопросы с ними я уже решил. Проф, сеть действует великолепно. Для рейда в бывшее герцогство Тария мне нужен Ольт. Предупреди его, что ночью мы выходим.

— Граф, вы больны, — ласково сказал отморозок. — Какое герцогство Тария? Вам мало того, что вы уже сделали? С нами для разговора с друидами прибыли несколько орденцев Ауны. Мало ли что может случиться во время дружелюбной беседы. Мне их позвать для вашего осмотра?

— Короче, — вздохнул я, — объясняю в последний раз. Граф Влад эл Артуа мертв! Но перед своей внезапной и неожиданной смертью он продал, завещал, подарил и так далее свое графство Арне эл Трисо. Слушаться ее так же, как и меня. Если я узнаю о возникающих проблемах, то лично разберусь с теми, кто их создает. Голову оторву любому на хрен. Вам все понятно, мои бывшие вассалы, командор, епископ? Вижу, что понятно. Зависать я буду постоянно в Закрытом лесу — если есть вопросы, то обращайтесь, но не в течение ближайшего месяца или двух. Мне будет не до мелких глупостей.

— Кракен? — поинтересовался Сенар.

— Он самый, — улыбнулся я. — Я решил разобраться с ним, восстановить нормальное сообщение между севером и югом Сатума и денег заработать. Есть у меня такая дурная привычка все оборачивать к своей пользе.

— Граф! — вскинулся Лонир. — Ведь это же… Граф, я в деле! Я выдвигаюсь вместе с вами.

Ничего иного я от этого маньяка благополучия и не ожидал. Дернул ведь черт меня за язык!

— Барон, — вздохнул я, — повторяю все в надцатый раз. Граф эл Артуа мертв. Вы увидели мое тело и сейчас его сожжете. Графиня Арна эл Артуа скоро прибудет в мой бывший замок и возьмет всю власть в свои изящные ручки. Второй, замок между собой поделите без ссоры. Предварительную подготовку в герцогстве Тария проведу лично я, пользуясь помощью вампиров и своих учеников. Если… вернее, когда дело будет завершено, то я с удовольствием воспользуюсь вашей помощью. Молчать, барон! Мне в ближайший месяц или два другие помощники не нужны. Вам все понятно? Всем все понятно?

— Да, граф, — раздался хор голосов.

Так, возникли трудности. Интересно, графом меня будут обзывать до самой смерти или как? Главное, чтобы у Арны никаких проблем с подчинением не было. Ничего, авторитет в графстве она имеет, а если и смахнет пару бестолковок, так для нее это дело привычное. Ха-ха тридцать пять раз.

— Граф, — возник епископ, — ты можешь думать не только о себе? Почему ты…

— Хватит, Карит, — прервал я его, — так нужно было мне поступить. А сейчас мне нужно сделать то, что я планировал, иначе возможны громадные проблемы. Кстати, проф, сообщи некой леди, которую здесь все знают под именем Эла, что я совершенно случайно остался жив. Сделай это, а то она может совершить несколько глупостей.

— Влад, а как именно действовала сеть? — поинтересовался среди всеобщего молчания проф. — Меня интересуют детали. Это очень важно для улучшения плетения.

— Я могу вам продемонстрировать тела тех, кто умер от этого плетения Влада, — сказал молчавший до сих пор друид. — Очень интересная структура, с такой я еще не сталкивался. Коллега, вы дадите мне пояснения, а то Влад почему-то обижен на меня?

Проф, дождавшись моего кивка, спрыгнул с коня и, размахивая руками, начал обсуждать с друидом различные аспекты теоретической и практической магии. Да, в создании зерна Колар сильно продвинулся. У друида есть база старых знаний, но у профа громадный запас новых. Я посмотрел на двух маньяков науки, которые стали увлеченно обсуждать смертельные раны, нанесенные мною семерым друидам. Их тела были разложены под полусгоревшей сосной — для выбора более или менее подходящей тушки для кремации. Для выбора тела, которое можно выдать за мое. Идиотизм, какой идиотизм произошел этой ночью! Хватит, я почти ни в чем не виноват. Теперь мне нужно со всех присутствующих, конечно, кроме друида, взять клятву. Я мертв — и на этом все! Интересно, а на летней ярмарке, которая проходит около моей бывшей деревни, сколько находится Штирлицев из разных государств?

Глава 2 И где законный отдых, ткач?

Я прыжком переместился на десятикилометровый пляж. Ветер упорно трепал мои длинные волосы. М-да, отросли они у меня, отросли. Здравствуй, герцогство Тария. Ткач, я атакую тебя здесь. Посмотрим, что ты сможешь сделать. Посмотрим, что я смогу сделать. Моя инфильтрация прошла успешно. Кракен не обратил внимания на кучу бревен, прикрытых зеркалами и сферой молчания. Эта медуза мне уже не страшна. Остается разобраться с местными жителями, конечно, если они есть. А если у меня все получится, то… Хватит мечтать, надо заняться обустройством лагеря. И так двое суток бездельничал на плоту. Потом нахожу подходящий ориентир и возвращаюсь за остальной своей командой.

И где все? Нет, я вас спрашиваю, где, мать его, приключения и справедливость, на всем Арланде в том числе? Я нахожусь уже три года и восемь дней в этом долбаном мире. Пятнадцать последних суток загораю на этом пляже. Блин, нашел себе Майами. Давно обследовано все побережье. Мало того — вся территория на расстоянии пятидесяти километров от места моей высадки прочесывалась клыкастиками неоднократно. Нужно еще дальше обследовать местность, чтобы найти приключения на свою задницу? Ткач, я в последнее время тебя не узнаю. Сволочь, когда начнется веселье? Роли расписаны, артистическая труппа давно на сцене, а спектакля все нет и нет. Зрители что будут смотреть? Кстати о птичках. Театралов тут полно, правда в мертвом виде, но на отсутствие публики артистам жаловаться не приходится. Ткач, это и есть мой очередной квест? Мол, вычисти от различного рода низшей нежити герцогство, и разойдемся миром? Мелко гадишь, сволочь. Да и работа эта не для меня. Загнать сюда пару тысяч латников — и все! Я зачем здесь прохлаждаюсь? У меня дел нет? Хрен тебе в тройном комплекте. Отказываться от маски мэтра я не намерен, да и у охотника есть чем заняться. Мне в Белгор скоро нужно рвать со страшной силой. Кто будет смотреть на приезд делегации орденцев из Длани Создателя? Пушкин? Как я с кракеном буду разбираться, если постоянно ожидаю удара в спину? Блин! Создал ткачу все условия, а эта сволочь кобенится. Давай свои приколы, именно здесь давай, а не в другом месте. Я даже амулет дальней связи оставил в замке, чтобы мои друзья не вызвали меня и не сообщили плохих новостей. Здесь ты должен меня достать, здесь. Все должно быть так, как год назад, когда я совершал променад с туристами к логову бхута, но с небольшим дополнением.

— Влад, — подошел ко мне Ольт. — Я установил защитный контур.

Я кивнул и направился к выходу из пещеры. Вот у кого радости полные штаны, а как некромант загружен работой! Ольт пищит от восторга, когда на наш лагерь натыкается очередная группа зомбаков. Как же, есть возможность проверить теоретические выкладки профа, да и свою форму восстановить после долгих лет отсутствия под рукой подходящего материала. Трудно с зомби в Белгоре и графстве, очень трудно. Около входа на нашу временную базу я увидел уже привычную картину. Ткач, я не отдам приказа на истребление простых тварей. Перебьешься, тем более что зомбаки великолепно охраняют наш лагерь по ночам. Слезы Тайи мне с Ольтом нужно экономить, готовясь к твоей подляне. Вампиры могут оружие затупить. Кто затачивать его будет? Я? Сча-аз. А не дай Создатель серьезную рану клыкастик получит? Все в жизни бывает. Запас иноина и прочих эликсиров у меня ограничен. Я развернулся и направился к своей лежанке. Кого на этот раз из моих близких мог подставить ткач? Арна, Дуняша и Алиана — отработанный материал. Матвей? Вполне возможно. Что я себя обманываю?! Как будто я не знаю, кто годится на роль второго плана. Княжна, княгиня и баронесса. Валия, Лаэра и Рыжик. Может быть. Поэтому я и нахожусь здесь, а не там. Поэтому и нет у нашего отряда ни одного амулета дальней связи. Кстати, их производство нужно прекратить. Я сел на одеяло. У своих есть, а чужим незачем. Ткач, пока я не окажусь жертвой очередной твоей хохмы, я отсюда не уеду. Что, закончились твои предварительные наработки? Готовился ты несколько лет к моему визиту на Арланд, готовился.

— Влад. — Ровер протянул мне миску с варевом.

Я лениво начал перемешивать его ложкой. Эх, Эла, Эла, как я скучаю по твоей стряпне. Так вот, ты не учел моего мерзкого характера, ткач. Люблю я делать пакости. На дуэли с наринцем выжил, волчиц приручил, да много всего умудрился сделать. Прошлый раз ткачом была подставлена Алиана, как моя спасительница и жена. Правда, о последнем пункте обвинения данной личности я узнал после того, как все завершилось. В этот раз ты Риту планировал использовать? Я внешне точная копия ее погибшего мужа, и совершенно случайно монашка оказывается в графстве Артуа? Бегу и падаю. Даже Пушок в это не верит. На, доедай, я больше не могу заталкивать в себя это. Что морду воротишь, Пушок? Половину своей тарелки я очистил, оставшаяся твоя, все справедливо. Ткач, короче, у меня железное терпение. Никуда я отсюда не уеду, ведь по твоей задумке я должен быть рядом с близким мне человеком, должен получить сообщение о проблеме. Думай, сволочь, быстрее. Лето через пару дней закончится. Мирсу в отряде давно требуется еще один боевой маг. Непонятки с Эрией на носу. К черту все. Я разлегся на одеяле и уснул.

И как я умудрился в это вляпаться? Нет, правильно говорил один известный персонаж — мол, кабаки и бабы доведут до цугундера. А как хорошо все начиналось! Приезжай на каникулы, студент недоделанный, море, девочек, вина и жратвы я обеспечу. Мы же с самого твоего дембеля не развлекались вместе. Приехал я в гости к Игорьку, что еще оставалось делать? Так, поменять позицию. По камням, на которых я только что загорал, ударило несколько пуль. И на четвертый день, вернее, ночь, своего отдыха умудрился залезть в полное дерьмо. Кто ж знал, что этот олух сын почти местного авторитета? А самое хреновое, что Игоря в городе не было. Уехал он на сутки по своим делам — некому было разрулить ситуевину. Вот и гоняют меня по местным камням, песочницам и склонам уже третий час. Утро уже, а они никак не успокаиваются! Поменять позицию. Вовремя было сделано. Вот сука, голову поднять практически не дает, а под его прикрытием со мной хотят плотно побеседовать остальные быки. Нет, я понимаю, что после очередного обострения дружбы народов в этих местах оружия до хрена, но чтобы до такой степени! Да и кабак стоял на отшибе. Я грустно посмотрел на свою «макарку». Осталось четыре патрона, и все. А там их с десяток организмов — и все с лейками. Куда смотрит милиция, в конце концов? Игорь здесь ведь тоже не последний человек. К черту все.

Резко стартанув из позы лежа, я пробежал несколько метров и ввалился в зеленку. Не попали — погоняйтесь за мной здесь, родные. Погоняйтесь за разведчиком в лесах. Может, еще одного из вас смогу удивить, смертельно удивить. Мысленно весело насвистывая «Прощание славянки», я продолжил свой гениальный тактический ход. Я быстро бегаю, когда припрет. Опаньки, я почти воткнулся в персонаж, который совершенно неинтеллигентно попытался направить на меня калаш. Зря — «макарка» полетел ему в лицо, решим все по-тихому. Я сбил с ног попытавшегося прикрыться лейкой идиота. Рефлексы не отработаны у этого придурка. Удар в горло: не шуми, рывок за ремень — и автомат для кретина стал бесполезен. А теперь валяющимся поблизости камешком по голове. Я встал с тела и подобрал автомат. Нет, не полный был придурок. Я сам баран. Пока я теребился и жевал сопли на склоне, послали нескольких быков обойти меня с тыла — целую охоту организовали, понимаешь. Видно, сильно я обидел сопляка и его папашу, а также парочку их гостей. Я грустно продолжал смотреть на рукоять ножа, торчавшего из моего живота. И что делать?

Печень, селезенка и мои измученные нарзаном почки не повреждены. Брюшная артерия не задета. Я везунчик. Упал пятнадцать раз на нож, а умер от инфаркта. Вытащить клинок? Здесь не Голливуд — своей майкой (я продолжил путешествие) и шортами я внутреннего кровотечения не остановлю. Оставить в ране? Тоже сдохну, но позже. Возиться с телом, на котором такая же одежда, как на мне, когда за спиной свора, мне не хочется. Принять последний бой? Не хочу, я так молод, так молод, что мозгов в голове совсем не наблюдается. Но пока побарахтаюсь. Нужно обойти этих козлов и попытаться пробраться в городскую больницу. При свидетелях меня там добивать не станут. Лучше срок, чем могила. А все эта светловолосая дуреха с карими глазами. Подавай ей уединение на природе в небольшом, уютном и тихом загородном ресторане. Что ж ты не сказала, что это твой бывший парень?

Так, остановиться и прислушаться. Сразу нужно было уйти, а не демонстративно ласкаться ко мне, наблюдая, как сморчок наливается яростью и вином. Да и сам я хорош: не просчитал ситуацию. Хорошо, что девчонка сумела уехать, пока я блокировал дверь этой таверны. Скоты, я начал пробираться дальше. Почему у охранника был только пистолет, который я благополучно забрал? Никакого понятия о спортивном поведении. Вы еще гранатометы бы на эту увлекательную охоту взяли с собой. Так, вроде эта дорога ведет в город. У меня получилось? Не знаю, стараясь не сильно мельтешить корпусом, я… Да никуда я уже не потащусь. На повороте показалась «буханка» и резко тормознула, заблокировав дорогу. Сволочи. Мало того что перекрыли мне дорогу жизни, так еще и крупняк поставили на это убожество!

— Влад! — Дверь машины распахнулась, и на асфальт выпрыгнула из кабины знакомая личность. — Ты долго будешь в кустах загорать?

Пытаясь облегченно вздохнуть, я направился к «буханке». Так, с Игорьком еще трое, причем один из них дружелюбно улыбается мне сквозь прицел пулемета. Весело здесь живут.

— Как понял? — поинтересовался я у брата. — Как обнаружил?

— А чего тут сложного, ложись, сейчас в больницу поедем. Вон какое стадо будет здесь через минуту. За кем они еще могли так гнаться через лес? Сема, помоги ему. Коля, предупреди толпу этих бегемотов. Не поймут — разговаривать будем по-другому.

Какой приятный звук! Меня уложили на сиденье машины. Я даже не знал, что короткая очередь из «утеса» может доставить мне столько радости. Игорь запасливый, даже аптечка со всем необходимым у него в машине есть.

— Сема, как он?

— Плывет, Игорь, нужно быстрее его к врачам доставить. Вот, он уже отру…

Я с трудом открыл глаза. Так, лежу заштопанный, в отдельной палате. Уже хорошо. У окна сидит Игорь — замечательно.

— Очнулся, — улыбнулся брат, — защитник девичьей чести и достоинства. Почему ты, чудила, не взял с собой на прогулку одного из моих людей? Ничего бы не было! Послал мне бог двоюродного брата.

— В постель твоего человека тоже нужно было с собой приглашать? Игорь, любовь втроем мне не нравится. Кстати, что со Светой?

— А почему я, как только приехал, должен видеть, как ворота моего дома сносит «жигуль»? Почему я должен утешать ревущую девушку и начинать твой поиск? Сидит твоя Света у меня дома. Ничего с ней не случилось, хотя, по моему мнению, за то, что она сделала… Проехали, — сказал Игорь через минуту, — мозги не главное ее достоинство. Теперь о деле. Нельзя тебе здесь оставаться. Нет нужды махать красной тряпкой перед быком. Сейчас тебя накачают лекарствами, пара часов на «скорой» — и отправишься самолетом в Москву. Там ты полежишь некоторое время в военном госпитале. Есть такой в Подольске. А здесь ситуация успокоится, и через год я снова жду тебя в гости. Не смейся. Что, скрутило? Будешь знать. Держи. — Игорь положил мне на грудь нож. — Хорошая штука, сейчас таких не делают. Будет тебе память о небольшом курортном приключении. Теперь о самом главном. Я хотел отложить этот разговор на последние дни твоего пребывания, но не получилось. Тобой интересуется один серьезный человек. Он собирается открыть свое дело, не перебивай меня. Доучивайся спокойно, тебе немного осталось. Присмотрись к нему за это время, а он посмотрит на тебя. Сейчас почти все разрушено, ты понимаешь, о чем я говорю, но есть люди, которым это не нравится. Кстати, военный борт и госпиталь он тебе обеспечил.

— Из ФСК этот человек? — поинтересовался я.

— Нет, — улыбнулся Игорь. — Из другой организации.

— Как он обо мне узнал, можно не спрашивать. Ты ему кое-что выложил. Вопрос — что именно его заинтересовало во мне?

— Помнишь, — начал Игорь, — какую ты схему придумал и реализовал, когда был сопляком-первокурсником?

— Помню, — улыбнулся я. — Надо же было отпраздновать со знакомыми ребятами и девчонками окончание сессии. А какое отношение имеет схема сведения между собой поставщика и покупателя, вариант реализации не совсем законной во время сухого закона продукции, к твоим или его делам?

— Прямое. Я один раз предложил взять ее за основу. Правда, товар был другим. Этот человек заинтересовался тем, кто придумал столь простой и элегантный метод. Я рассказал ему еще про парочку твоих выходок. Его интерес к тебе только возрос.

— На чем он тебя взял? — жестко спросил я.

— Старое дело, Влад, — пожал плечами Игорь. — Ты Афган не застал, а я там был. Также была в моей части одна сука, которая якшалась с духами, а взамен потоком отправляла в Союз японские телевизоры, видеомагнитофоны и много еще по мелочи. Непотопляемым был этот мерзавец. Хорошо свои делишки обделывал. Я случайно узнал об этом маленьком бизнесе. Когда в моем взводе погибло двое пацанов, я не выдержал, крышу сорвало. Сука ночью застрелилась, написав предсмертную записку. Мол, чувство вины и все остальное. Я думал, что сработал чисто, но был неправ. Через месяц меня вызвал к себе один человек и предложил «или — или». Не напрямую, конечно, но и так все было ясно. Не морщись ты так. Я потому тебе и рассказываю, чтобы ты понимал, куда можешь попасть. Никакого «или — или» тебе не предлагают. Не те времена и не та страна. Да и я уважением у него пользуюсь. Согласишься — хорошо, не согласишься — дело твое. Никто тебя уговаривать не будет. Пройдет несколько лет — и сам будешь себе локти кусать. Советую согласиться. Присмотришься, начнешь с привычной для тебя мелочи, а дальше все зависит только от тебя. Мало того, ты еще можешь ему не подойти. Он скажет тебе «нет», а самолет, госпиталь и все остальное пройдет по графе как плата за твою потерю времени на неудачное собеседование.

— Все сказал? — поинтересовался я через минуту. — Игорь, не надо мне лапшу вешать на уши. Вход рубль, а выход сколько? Ты меня хорошо знаешь. Ты догадываешься, что из чувства благодарности я соглашусь организовать пару полузаконных афер. И про мое желание иметь серьезную основу ты тоже ему рассказал. Частично законными способами я этого сделать не могу, а другими пользоваться не хочу, вот он и бросил мне блесну. Скажи мне одно: ты доволен, что три года назад, когда начался бардак в армии, ты перестал быть капитаном РА и начал работать на этого человека?

— Да, — просто ответил брат.

— Подойди ко мне, — попросил я его через некоторое время. — Нагнись, я хочу что-то сказать тебе на ухо.

Ребро моей левой ладони врезалось в нос наклонившегося ко мне брата. Вот черт! Живот вновь скрутила острая боль. Себе же больнее сделал!

— Доволен, мазохист? — поинтересовался Игорь, поднимаясь с пола и прижимая платок к лицу. — Чудак, ты мне хрящ сломал. Впрочем, учитывая твой злобный характер, ничего другого я от тебя не ожидал. Спустил пар?

— Не совсем, — простонал я. — Я не отомстил еще тебе за конфеты, которые ты отнял у меня на моем же дне рождения. А ведь их мне подарили на восьмилетие. Не стыдно тебе было маленького обижать?

— Да? Не отомстил, говоришь? — удивился Игорь. — А как через месяц сторож колхозного сада узнал о том, что я и Денис планируем произвести ночью налет на его владение? А ведь мы уже собрали по мешку яблок каждый, когда он погнался за нами. Едва смогли уйти, бросив всю добычу, злопамятное ты создание. Это был ты, больше некому было нас заложить. Только потом я это понял, но ты уже вернулся в свой город.

Я проснулся и открыл глаза. Что у меня был за сон такой интересный? Намек ткача? Хрен его знает. Но наведываться к одной личности, чтобы проверить свои подозрения насчет фейса его лица, я не буду. А вдруг это ловушка сволочи? И вообще — разве я редко вижу сны о своей прошлой жизни? Нет, пару раз в месяц как по заказу. Хватит, я поднялся на ноги и стал натягивать на себя снаряжение.

— Влад, — подошел ко мне Ровер, — что будем сегодня делать?

— Что? — Я вздохнул. — Пойдем в глубь герцогства. Мне тут надоело. Риджен и Ругино — левый дозор. Рикт и Ролан — правый дозор. Я с Ольтом — группа управления. Ты, Ровер, — тыловой дозор. Все держимся в пределах прямой видимости. При нападении тварей дозоры по возможности в бой не вступают. Ждут помощь от меня с Ольтом и остальных. Если ситуация станет критичной, будем уходить в этот лагерь через мой портал. Всем понятно? Тогда завтракаем и выдвигаемся. Кто сегодня готовит?

— Я, — ответил Риджен.

Эх, Эла, Эла! Язва желудка мне обеспечена.

Ничего интересного. Мы уже углубились на семьдесят километров в глубь герцогства, держась правой стороны гор, которые брали эту территорию в кольцо. Через три-четыре дня выйдем к бывшему сухопутному проходу, который до Смуты успешно соединял Тарию с остальным миром. Ничего больше мне в голову не приходит. На прочесывание всего герцогства у нас уйдет месяц как минимум. Блин! Неужели я ошибся, отправившись сюда? Неужели ткач уже нанес удар, а я об этом не подозреваю? Хватит! Тоже мне комплекс юного снайпера. Сделал все вычисления, внес все поправки, готов к выстрелу в президента, а тут опасения за минуту до выхода цели в голове возникают. Мол, вдруг я где-то ошибся? Надо лихорадочно все пересчитать — целиться ниже или выше, не столь важно, — а потом следует неточный выстрел. Вот этого мне точно не надо. Играем на нервах, ткач? Пушок, иди ко мне, сегодня я особо добрый. Весь свой ужин отдам тебе, а сам втихую буду грызть под одеялом сухпай. А почему мы так мотаем своей башкой и пытаемся отойти от меня подальше? Не хочешь есть?! Странно. Надо, Пушок, надо. За этот подвиг я разрешу тебе завтра подраться с кем-нибудь. Надоело постоянно убегать от тварей или загодя обходить места их возможного нахождения. Вот так-то лучше, лопай. Я потрепал морду драка.

Оглядел лощину, в которой находился наш отряд. Все, как и всегда. Позиция почти идеально приспособлена для обороны. Вампиры в принципе не могут пропить своего опыта жителей дальнего пограничья. Первый день дальней разведки пользы не принес. Ничего, я терпеливый. Будет и второй день, третий и так далее. А небольшая драка необходима нам для тонуса. Я лег на одеяло. У меня и у Ольта по десять слез Тайи в медальонах. Понравилось мне работать с ними в Зеркальной пустыне. Остальные ушли за долги и проценты, на развитие графства и так далее. Хранитель, ты жмот! Мол, сам дурак, если отказался от моего подарка, повторения халявы не будет. Шиш тебе с маслом, а не новая измененная орхидея. Не могу я настолько поступиться своими принципами. Не фиг было тебе рубить кактус. Ладно, пора спать.

— Пятый, — сказал я, оглядывая собравшихся в малом зале, — расскажи мне подробно, как происходил захват замка. Судя по увиденному мной, не все прошло гладко.

Собравшиеся бароны, номера и ученики прекратили хаотично вываливать на меня свое видение прошедшей грандиозной шутки.

— Сначала, — вздохнул номер, — все происходило так, как и было запланировано. Почти все воины, маги и рыцари ордена Длани выдвинулись к перевалу, к защитной стене. Ведь там магического алтаря пока нет. Наемники небольшими группами стали просачиваться на ярмарку, изображая из себя купцов с охраной и крестьян. Шейк пару групп отправил восвояси, иначе бы могли возникнуть ненужные подозрения в его полной некомпетентности. После поверхностной проверки обстановки в графстве, которую проводили прибывшие, они решились на штурм. А как не поверить, если орденцы в полном составе присоединились к воинам графства, и не только они, а сервы наговаривали всем желающим про гоблов такое, что и часть нормальных купцов в срочном порядке уехала отсюда? Гвардейцы вечером покинули замок и стали пьянствовать тесной компанией в трактире. Почти все фрейлины в откровенных платьях собрались у графских покоев, об этом слуги, а вернее, возмущенная подобным бесстыдством пара служанок из новеньких тоже оповестили всех желающих. Для полной достоверности я нанял два десятка воинов из охраны купцов, которые стали охранять в ночное время мост через реку. Влад, не своими же людьми жертвовать!

Слушая Пятого, я переводил его слова в свое видение произошедшего. Ночь, частично спящий громадный лагерь местной Сорочинской ярмарки. Охраняющие рынок воины Шейка решили тоже расслабиться и присоединились к моим гвардейцам. А вдруг командир наемников оказался бы излишне осторожным и предусмотрительно вырезал обе группы по частям? А так слишком опасно: проснутся мои сервы от шума схватки, похватают топоры — и прощай мысль о внезапном налете и мгновенном уходе. Деньги нужны тем, кто может их потратить, а не мертвецам. Около двух часов ночи сотня наемников начала убивать своих почти соратников, которые охраняли мост. Жалко, да и грязная это игра. Надо подумать о компенсации семьям подставленных воинов. Мост был захвачен за несколько секунд. Не поскупился гроссмейстер на элитных бойцов. Наемники темных после переправы притянули кабестанами понтоны к замковому берегу. Правильно: зачем им удар в спину при налете на замок? Стук в калитку ворот — и пьяный голос сообщает, что компания добрых молодцев вернулась с мальчишника домой. Моментально убитая пара конюхов, которым мнимые гвардейцы приказали открыть ворота загулявшим господам. Что-то подобное я и предполагал, поэтому детальное планирование операции оставил на номеров и Райна. А вот тут меня пробрало по-серьезному. Конюхи — это ведь были мои люди, а я их фактически убил. Первый раз я так поступил с теми, кто присягал мне… Проехали. Скоро я отвечу за все свои грехи, за воинов купцов, за своих конюхов и за силуиэнскую резню. Моментальный рывок захватчиков к воротам жилого комплекса. Тоже правильно: остальные постройки во дворе замка их не интересуют. Концентрация налетчиков перед воротами комплекса — и тишину разрубил треск сминаемого дерева и скрежет раздираемых стальных полос.

Я был не совсем прав. Гроссмейстер очень сильно не поскупился за мою голову. Семерка магов, из которых трое были магистрами! Видно, достал я его хорошо. Ворвавшаяся внутрь змея наемников бросилась ко входу в казарму на второй этаж жилого комплекса и входу в донжон. Казарму на всякий случай заблокировали: вдруг там есть воины? А вход в донжон несколько секунд обороняли трое кошек в полной броне. Отступили вовремя, молодцы девчонки. Через десять секунд был захвачен вход на второй этаж донжона. Маги наемников работали, не покладая языка и рук. Граф ведь уже очнулся и предпринимает вялые попытки противодействовать своему убийству. Да и кошек уже на винтовой лестнице шестеро. Обороняться им гораздо легче, чем наемникам нападать, да и амулеты непонятные у них имеются. Могучие амулеты у защитников замка, которых не могут пока пробить маги. Кошек зажали в углу второго этажа, а шесть десятков налетчиков кинулись на третий этаж. Захвачен и он, никого тут нет, даже слуги отсутствуют. Четвертый этаж, есть. Пятый этаж, готово. А вот и графские покои. Двери закрыты, но нападавших уже не может остановить ничто. Зачем воины несут в своих руках три тарана, которые превращены в артефакты? Два не пригодились, а вот третий… Дверь моих покоев сорвана с петель. Ликование врагов, захват замка осуществлен меньше чем за минуту! Граф не успел выставить защиту своего замка на полную мощь. Потерь почти нет, и есть время после акции раствориться в окрестных лесах.

Что ж, ловушка для темных захлопнулась. Внутри покоев налетчиков ждало полтора десятка воинов, которые, выстроившись с ростовыми щитами для боя строем, полностью заблокировали вход в покои графа. Это называется «приплыли». У первого ряда защитников между щитами блестят эстоки, а второй ряд держит на плечах первого пики. У нападавших больших павез[9] нет: не побегаешь по замку с таким девайсом. Серьезное магическое сопротивление графа эл Артуа сменилось шквалом атак такой силы, что моментально вышли из игры все маги-наемники и все защитные амулеты воинов. Шестеро израненных кошек, зажатых в углу второго этажа, сбежали через потайной ход, который как раз и располагался там, где их пытались убить. Опустившаяся каменная плита отрезала выход из донжона в жилой комплекс. В ворота замка ворвались внезапно протрезвевшие гвардейцы и коты, непонятно как переправившиеся через реку. Короче, секунд через десять в живых остались только полтора десятка штурмующих, у некоторых хватило времени и ума прокричать о своей сдаче. М-да, кошки славно повеселились, а как хохотали мои фрейлины, когда сняли шлемы и показали свои лица выжившим налетчикам! Девчонки несколько секунд сдерживали напавших на них воинов, ранив и убив половину из тех, кто хотел взять Бонара в заложники и обеспечить себе обратный путь. А ведь наемников было в три раза больше. Самое главное, что захвачена живьем одна интересная личность. Пыталась с собой покончить, так кто ж ей даст?! Ерана специально наблюдала за ним и спеленала первым. Сенар пребывает в полном восторге — а как будут рады инквизиторы, за которыми уже послали! Эллина полностью выпотрошила разум темного. Самое главное, что из тех, кто не давал мне личной клятвы, в дело посвящены только командор, Бинг и папа Мю. Все сервы и подавляющее большинство воинов графства ни о чем не подозревают. Да, был ночью шум, так гвардейцы напились и похулиганили. Двум купцам, которых сопровождали погибшие воины, моральную компенсацию выплатили. Какое-то время завеса тайны просуществует, а большего и не надо.

Опять я проснулся с плохим настроением. Ткач, что за намеки? Мол, в графстве проблемы? Нет, я так не играю. Прошлые разы ты действовал в лоб. Никаких полутонов! Выживи — или сдохни. Смог остаться здесь? Так получай бонус. Что за дела? Объясни ясно, чего ты от меня сейчас хочешь? Работы по темным? Так ведь я и так работаю не покладая рук. Не устраивает выполненный объем? Так я же не Создатель! А ты про эльфов не забыл, или тебе они по барабану? И так пупок себе надрываю. Да хрен с ним, я уже почти привык к этому. Сволочь, ты не умничай, ты пальцем ткни и покажи, что мне делать. Или это у меня опять паранойя разыгралась? Я ведь тогда так и не успел отметить с соратниками успешное натягивание носа на гланды гроссмейстеру темной ложи. Да и кормежка меня уже достала! А говорят, что лучшие повара — это мужчины. Бред, ты или имеешь талант к этому делу, или нет. Пол тут не очень-то важен. Пушок, я помню о своем вчерашнем обещании. Сейчас мы кого-нибудь найдем. Ты кого предпочитаешь: зомби, вряка, прыгуна,[10] лету… Не понял? Всех вместе и в большом количестве?! Пушок, во-первых, ты жадина. Во-вторых, ты случайно не старый ев…… э… гном? За одну тарелку съеденной великолепной каши ты жаждешь получить такое вознаграждение. А в-третьих, другие тоже хотят развлечения. Вперед.

Вот гадство! Второй день нашего рейда закончился — и опять «дубль-пусто». Ткач, не зли меня, очень тебя прошу. Несколько десятков мертвых тварей не слишком меня успокоили. Да и готовить сегодня моя очередь. Я мрачно посмотрел на котелок и ингредиенты будущего ужина. Мы тут по средней полосе километры наматываем, а ты, скотина, не считаешь нужным поставить передо мной очередную задачу. Нервничать меня заставляешь! Это настоящее хамство, я так тебе скажу прямо в твою же наглую морду. Блин, еще и вода закипела. Надо было взять с собой Эллину. Как она получала из того же самого — я засыпал крупу в котелок — вкуснейшую вещь? Правда, у нее через несколько дней будет свадьба, но ничего. Что может быть лучше медового месяца, проведенного вдали от мужа и в обществе тварей? Пушок, ты как считаешь? Вот ты меня понимаешь очень хорошо, и даже правильно. Ничего на свете лучше нету… Я кинул в булькающий котелок вяленое мясо, соль и специи…Чем кончать уродов весной и летом. Прости, Пушок, я забыл про зиму и осень. Как ты думаешь — я в очередной раз помешал варево, — это можно будет есть? М-да, драк упорно держится с подветренной стороны котелка. Наверно, это о чем-то говорит. А о чем? А кому? На лицах всех присутствующих членов отряда написано предвкушение невероятного блаженства от предстоящего ужина. Пушок — я снял котелок и поставил его на траву, — подгоревшая каша гораздо вкуснее. Честно. Зуб даю. Ты хочешь недоваренную? Так ее вообще есть невозможно. Лопай давай, морду не вороти. И мне помоги доесть сей кулинарный шедевр. Сейчас последнюю ложку — и спать. Посуду мыть я не буду. Командир, однако.

Отряд рейнджеров остановился в километре от Кронлина. Я выразительно посмотрел на мангуста и отъехал с двумя дедулями Кенары в сторону. Это личный, практически родственный разговор.

— Что творится в Доме Папоротника? — поинтересовался я у эльфов.

— Печаль и уныние, — ответил мне разговорчивый дедок. — Все понимают, что наш Дом хотят уничтожить. Да еще и этот позор…

— Какой позор? — спросил я. — То, что Кенара вышла за меня замуж, вы считаете позором? Не надо мне такое говорить. Я сейчас нервный и могу неправильно отреагировать.

— Ты неправильно понял, Далв, — печально улыбнулся дедуля. — Наоборот, мы гордимся ею. Моя внучка сделала все, что она могла, ради спасения своего Дома. Дело в другом. Если мы не можем сами отомстить за смерть главы…

Блин, эти идиотские эльфийские традиции меня когда-нибудь доконают.

— А что вы можете сделать? Ничего. Смиритесь с этим. Да вы сами это понимаете. Я могу отомстить, а вы мне в этом поможете. Следовательно, Дом Папоротника будет участвовать в мести за Кенару. Чего тут непонятного? Тем более что формально я еще являюсь вашим принцем-консортом. Не торопитесь выбирать себе нового главу. Все равно его не утвердят, и ваш Дом возьмут под свое крыло меченосцы. А библиотека достанется великому князю. А я лишусь по традициям эльфов права на месть — я ведь не член Дома Папоротника. Меня это не волнует, я рейнджер и все равно отомщу за свою жену. Меня интересует соблюдение всех формальностей Домом Папоротника. Кенара умерла ради него, и я не хочу, чтобы были какие-нибудь зацепки, придирки и так далее, что позволит некоторым кричать о несоблюдении традиций, о нарушении ваших долбаных традиций. Вам все понятно? Вижу, что да. Какой срок вам дали, чтобы вы выбрали себе нового лидера?

— Пять лет, — ответил дедок. — Не удивляйся, Далв. Традиции эльфов имеют как светлую, так и темную сторону. Совет Домов не позволит великому князю и Дому Мечей нарушить их. Пять лет мы в полной безопасности. Потом в течение полугода соберется Совет Домов под руководством великого князя, и мы станем частью Дома Мечей. Так что у тебя есть пять лет, рейнджер.

— Отлично, — улыбнулся я, — управлюсь за это время.

— Можешь не спешить, Далв, — вмешался в разговор до сих пор молчаливый дедок. — Пять лет глава Дома Мечей и его сыновья не будут появляться на Сатуме. Теперь они знают силу рейнджеров. Отомсти позже. Наш Дом все равно обречен. Мы хотим только смерти виновных в гибели Кенары. Кораниэль, — посмотрел он на родича, — ты сам все понимаешь. Когда Далв отомстит, Дома Папоротника уже не будет. Какой позор?

— А если Сингар сойдет с ума и появится на Сатуме до истечения срока? — поинтересовался я.

— Тогда, — улыбнулся второй дедок, — честь Дома Папоротника будет соблюдена, Далв, но это его все равно не спасет. Ты хочешь выследить Сингара на Ритуме? Поэтому ты говорил, что мы можем тебе помочь?

А Коралуал лучше понял меня, чем Кораниэль. Ну и имена! Язык сломать можно. А с другой стороны… Кенара… Меня опять окатила волна ненависти. Суки, вы ответите за все.

— Можете, — подтвердил я. — Но до совершения моей мести вы будете находиться в поселке рейнджеров. Никто не должен знать, что я планирую. Не надо так возмущенно вскидывать головы. Я все понимаю, честь и все такое, но если они пошли на убийство Кенары, то что может им помешать воспользоваться магом Разума и узнать, какой именно я хочу помощи от Дома Папоротника?

Молчание.

— Далв, — начал первый дедок, — мы приехали сюда, находясь под покровительством племянника главы Дома Тюльпана и уедем из Кронлина вместе с ним. Он и его воины проведут нас до наших лесов. На отряд Нариэля никто не посмеет напасть.

— Может быть, — согласился я, — но меня это не устраивает. Решите между собой, кто останется в гостях у рейнджеров, а кто отправится обратно с общим представлением о моей мести. Уверяю вас, тот, кому я опишу свой план, сам не пожелает подвергать акцию хоть малейшему риску.

— Я остаюсь, — решительно сказал второй дедок. — Кораниэль, оставь нас на некоторое время.

Подождав, пока первый дедок отъедет, я поставил полог молчания[11] и внимательно посмотрел на второго родича своей мертвой жены. Кремень, а не старикан.

— Я хочу уничтожить верхушку Дома Мечей, — улыбнулся я. — Я хочу устроить бойню наподобие Серенской резни. У гильдии рейнджеров хватит на это сил. После такого урока никто не посмеет присоединить Дом Папоротника к себе. Я хочу это сделать в память о Кенаре. Мне нужен подробный план главного их городка, где скоро соберется элита меченосцев. Ты ведь там был не один раз. Если еще знаешь систему внешней охраны, тоже лишним не будет, хотя у меня уже есть консультант по этому вопросу. Все мужчины, находящиеся в Силуиэне, умрут. Они ведь великие воины и маги, и сдаваться на милость победителей-человечков им не позволит их гордыня. А ведь это грех, смертельный грех. Я так думаю. Он должен быть наказан. Теперь вам все понятно?

Не глядя на оцепеневшего второго дедка, я снял полог. Подъехавший Кораниэль с любопытством уставился на родича. Тот медленно отходил от шока.

— Далв был прав, — хрипло сказал Коралуал через пару минут. — Ничто не должно помешать исполнению его плана. Кораниэль, не спрашивай меня ни о чем. Возвращайся домой. Скажи всем родичам, что я остался с принцем-консортом добровольно.

— Я просто хочу уничтожить правящую династию Дома Мечей, — улыбнулся я первому дедку.

Утро ни хрена не красит! Ткач, я тебя кастрирую, когда поймаю! Это что за очередной такой сон? Мне теперь синемой[12] постоянно забавляться? Ткач, не действуй мне на нервы. Ты показываешь мне различные варианты нанесения своего удара? Мол, давай на свежий воздух из герцогства, а не то всем им будет бо-бо? Перебьешься! Здесь меня будешь доставать, я сказал. Стоп! А почему я ни разу не видел сон про Валию, Лаэру, Рыжика? Матвей вообще первоочередная цель хохмы! А ткач ли это мне показывает? А не я ли сам себя по ночам тираню? Почему раньше такого не было? Опять стоп. Связано ли как-то это с моими недавними шалостями в Закрытом лесу? Опять вопросы. Боже, как мне это надоело. Получаешь ответ на один вопрос — так сразу возникают три новых! Пушок, чего уставился на меня? Готовься, скоро выступаем, скотина. Так, вдохнуть и выдохнуть, и так десять раз подряд. Прости, Пушок. Был неправ. Я обнял драка за шею. Принесу извинения в виде очередного боя. Мир?

— Опять по тому же курсу, командир? — спросил меня подошедший Ровер.

— Да. — Я стиснул зубы.

Не собьешь ты меня, сволочь, с пути. Выходи, подлый трус. Завтра мы будем у засыпанного драконами пешеходного перехода.

Тирьям-пам-пам-пам-пам, тирьям-пам-пам-пам-пам. Опять никого не встретили, кроме слабых тварей. Погань здесь завести, что ли? Хоть зомбаки будут нормальными, а не этими едва двигающимися слабосильными уродами. Я сошла с ума, какая досада. А еще большая досада суетилась около котелка с почти готовой кашей. Сегодня пришла очередь готовить Рикту. Это будет уже не язва, это моментальное прободение желудка!

— Что будем делать, Влад? — мрачно поинтересовался у меня Ровер. — У нас есть громадная проблема. Сколько еще можно нам бесцельно бродить по этой проклятой земле? Сколько еще можно нам впустую рисковать своими жизнями?! Сколько еще необходимо нам вынести трудностей и невзгод? Сколь…

— Ты прав, — перебил я вампира. — Нам срочно нужен хороший повар. Ваши предложения? — спросил я у мигом повеселевших соратников.

— Влад, так я об этом и говорю, — вскинулся Ругино. — Перебрось сюда Регину, внучка патриарха клана готовит так, что пальцы оближешь и тарелку съешь.

Заманчивая идея, я покосился на снятый с костра Риктом котелок. Опять недоварена. Наверно. Как вкусно готовит эта высшая вампирка, или вампира, или вампирша, я убедился сам на недавних вечерних посиделках с Риорданом. Но с другой стороны, у меня есть гнусная привычка обращать в свою подругу любую симпатичную особь женского пола, с которой я достаточно долгое время нахожусь в одной компании. А с третьей стороны, я постель с ней делить не намерен, даже если бы не было хохм ткача. Короткие черные волосы, великолепная подтянутая фигурка, симпатичное лицо, карие глаза, точеный носик, маленький ротик, а из-под пухленьких красных губок выглядывают прелестные белоснежные двухсантиметровые клычки. Брр. Как представлю, что этот ротик берет в плен, тьфу, короче, как этот ротик чем-то занимается, так и импотентом можно стать! Решено, берем Регину отрядной поварихой. А вдруг ткач обратит на нее внимание? Черт, а если рискнуть? Желудок и совесть начали упорную борьбу между собой. С минимальным перевесом победила последняя.

— Никаких баб! — рявкнул я. — Потерпим. Пушок, иди ужинать. Пушок, ты почему лег на траву? Не изображай из себя умирающего лебедя. Видишь, я же ем. Ну нельзя тебе постоянно питаться мясом живых тварей, козленочком станешь. Пушок, сухпая у нас мало. Половина мешка путника забита оружием и эликсирами. Проклятый его знает, сколько мы будем находиться в рейде. В прошлый раз уложились в два месяца. А если дольше? Нормальных животин тут ведь нет. Одни мертвые и живые твари. Ты хочешь на редких птичек охотиться? Пушок, не капризничай. Раз в день необходимо питаться горячей пищей. Это закон рейнджеров и бомжей. А эликсиры жизни мы прибережем для боя. Давай договоримся: ты не капризничаешь, а я тебя познакомлю с девушкой-дракой. Как зачем она тебе? Ты уже взрослый мальчик, три года и одиннадцать дней тебе стукнуло. Как ее увидишь, так сам сразу и поймешь, зачем она нужна и что с ней надо делать. Получишь незабываемые впечатления. Это даже лучше боя! Не надо грязи, Пушок, я тебя не обманываю. Кстати, твои сородичи за девушку бьются, а победитель получает двойное удовольствие. Уже интересно? Давай ужинать.

Мои соратники посмеивались, слушая мой диалог и видя мимику морды Пушка. Поэтому я и общался с драком вслух: надо поднять им настроение во время пытки. Эх, а ведь придется Пушка знакомить с девушкой. Слово дал. Все, пора спать. Третий день глубокой вылазки — и все впустую. Завтра мы увидим пешеходный переход.

— Привет, Гил. — Я уселся за стол рядом с рейнджером. — Что такой мрачный? Дуняш, принеси пивка. Что случилось?

— Да уезжаю я завтра из Белгора, Влад, — грустно ответил Гил. — Вещи уже собрал, завтра с утра в путь.

— Не понял? — удивился я. — А почему такая спешка? Ты всего ничего был здесь. Еще утром был полностью доволен жизнью и Натой. Стоп. Вы поссорились? Вопрос трех плевков. Я вас познакомил — я вас и помирю. Вы отличная пара.

— Отличная, — буркнул Гил. — Я столько времени за ней ухаживал, даже цветы два раза дарил! А она… Только неделю назад позволила себя поцеловать в щечку, — продолжил Гил после недолгого молчания. — Три дня назад я сумел обнять ее и поцеловать в губы. Сегодня Ната разрешила мне пройтись руками по своей чудесной фигуре.

— Так в чем проблема? — поинтересовался я через минуту. — Ты же не ожидал, что охотница сразу бросится в объятия мастеру-рейнджеру? Терпение нужно и такт.

— Я предложил ей выйти за меня замуж! — простонал Гил.

Так, теперь все стало понятно. Дуняша принесла мне пиво и с сочувствием посмотрела на своего постояльца. Эх, Гил, Гил. Ты совершил ошибку. Для волчиц не существует слова «свадьба», пока не существует. Не дозрели эти амазонки до бракосочетания. Ната послала тебя глубоко и надолго в самых конкретных выражениях. Да и не так все просто в твоей ситуации. Я специально познакомил Нату с тобой, а не Живчиком или другим охотником-жизнюком. Утром, перед своим первым выходом в погань, я совершил ошибку, приняв Нату за другую женщину. Я обрушил на волчицу водопад нежности, любви и ласки. Это не прошло даром для нее. У Наты было много мужчин, но никто не вел себя так с ней в постели. Даже я, когда не поддался на шутку волчиц и обратил ее против них. Чтобы так ласкать женщину, нужно особое состояние души и сердца. Заронил я семена глупости в сердце жизнючки, а сестренка только подлила масла в огонь. То ли у него украли, то ли он украл… Не верят волчицы в версию моего бегства в Белгор от насильственного бракосочетания серва, меня то есть, с баронской любовницей. Считают, что у меня разбито сердце, и только поэтому я здесь оказался. Правильно считают, женское сердце — вещун. Сочетание моей нежности и трагической истории оказалось для Наты волчьим капканом. Я надеялся, что комплекс медсестры задушит слабый росток ненужного мне и ей чувства. Не получилось. Опаньки, Гил встал из-за стола и почти бегом направился к себе в комнату. Что с ним? Все ясно: в корчму вошли волчицы и, усевшись за стол, начали объяснять сестренке, как сильно они голодны и как пересохло у них в горле. Девчонки, вы жестоки не в меру. Незачем добивать Гила. Так, а вот эта история про глупого рейнджера, которую нарочито громким голосом стала рассказывать Ната, мне совсем не нравится.

Я резко встал из-за стола, несколько шагов — и я присоединился к волчицам.

— Ната, закрой свой чудесный ротик, — ласково попросил я. — Из него льются помои.

В полупустой корчме мгновенно настала полная тишина. Вздох давно закончился, и тут были только свои. Сказать такое волчице не мог себе позволить ни один охотник. Девчонки были почти иконой для гильдии охотников и горожан.

— Котик, — оскалилась Арна, — ты что-то сказал — так повтори, я плохо расслышала.

Вожак стаи вышел на тропу войны, да и остальные волчицы подобрались. Будут бить, а может, и убивать. Хотя последнее вряд ли. Я ученик Матвея, и пока не стал полноценным охотником, он отвечает за мою жизнь и смерть. Он отвечает за мои слова, действия и поступки.

— Ты плохо слышишь, Арна? — спросил я. — А Ната с Мори и Лира с Исой тоже?

За моей спиной тихо ойкнула Дуняшка.

— Повторяю, — продолжил я, оскалившись не хуже Арны. — Я не позволю поливать дерьмом при мне своего друга. Позволяя это себе, Ната оскорбила и меня. Это понятно? Что ты так смотришь, Арна, что вы все на меня так уставились? Если я время от времени согреваю ваши постели, это еще не повод наносить мне оскорбление и вытирать об меня ноги. Я мужчина, если вы не забыли. А если у вас еще в придачу плохая память, если вы считаете меня кем-то другим, а не мужчиной, то с этой секунды я для вас просто ученик охотника, а не любовник. Бывайте. — Я встал из-за стола волчиц. — Арна, не криви свой чудесный ротик в презрительной усмешке, я не буду прятаться за спину Матвея. Я приму твой вызов, я приму вызов любой из вас.

— А почему ты сам не бросил его Нате, если почувствовал себя оскорбленным? — поинтересовалась Мори.

— Да, — покачал я головой, — прошу меня простить, леди, — перешел я на униженный тон. — У вас плохо не только со слухом и памятью, у всех вас проблема еще и с мозгами, если вы не понимаете, почему я не бросил вызова. Объясню на пальцах, — жестко продолжил я. — Ната демонстративно оскорбляла при мне моего друга, который ни словом и ни делом не позволил в отношении нее ничего лишнего. Только то, что она ему дозволяла. Своим громким ржанием остальные волчицы присоединились к ее оскорблению. Но вы были мне дороги, и поэтому я так поступил, а не потому, что кого-то или чего-то боюсь. Короткая у вас память, мои бывшие подруги. А смерть — еще не конец пути, это я знаю точно.

Я демонстративно медленно в звенящей тишине направился в комнату Гила. Лестница, поворот направо, а вот и его дверь. Я зашел к нему и сел на кровать.

— Я все слышал, Влад, — грустно усмехнулся рейнджер. — Не стоило тебе так с ними поступать. Волчицы хорошие девушки, и…

— Стоило, — перебил я его. — Какими бы они ни были хорошими, не стоит забываться и считать себя пупом Арланда. Спускаемся вниз и поужинаем. Ты рейнджер или нет?

Гил усмехнулся, подмигнул мне и вскочил с кровати. Вот так-то лучше. Если хоть раз позволить женщине вытереть о себя ноги, то она будет делать это регулярно. Обратная ситуация аналогична. Женщина должна иметь гордость, но никак не гордыню. Мы спустились по лестнице в зал, где царил уже привычный шум.

— Ты не изменишь своего решения насчет поездки? — спросил я у рейнджера, когда мы уселись за стол.

— Нет, — широко улыбнулся он. — Я и так здесь задержался. У меня ведь есть обязанности перед гильдией рейнджеров.

— Сестренка, сделай нам прощальный ужин, — попросил я Дуняшу. — Гил завтра уезжает, надо это отметить. Будешь приезжать в Белгор? — спросил я Гила.

— Нет, я уже изучил весь город, но мы и так с тобой увидимся, и не один раз.

— Откуда ты это знаешь? Ты в этом уверен? — поинтересовался я.

Гил осекся и стал помогать Дуняше сгружать с подноса плошки с едой и пару кувшинов. Ничего не понимаю. Добряк говорил об этом с уверенностью знающего человека. А что он так припал к бокалу с вином, как будто никогда его не пил? Странно. Я мельком и незаметно окинул взглядом зал. Гвардеец, кое-что из твоего умения я уже освоил. За всеми столами царила идиллия — за всеми, кроме одного. Пятерка мрачных волчиц доедала свой ужин. Наверняка при этом они беспрерывно обменивались зовом, как тогда, во время наших первых постельных игрищ.

— Хватит, — остановил я Гила, который решил напиться за пять минут. — Что ты темнишь? Почему ты так в этом уверен?

— Влад, тебе показалось, — твердо ответил рейнджер, — я выразил только надежду на нашу встречу.

Не хочешь говорить — так не говори. Я пожал плечами и принялся уничтожать продукты и напитки.

— Гил, Влад. — Перед нашим столом почти внезапно появилась стая. — Мы все приносим вам извинения. Мы были неправы, — закончила свой монолог Арна.

Волчицы направились к выходу из корчмы. На их извинения я и рассчитывал. Главное в этом деле — подать ситуацию в нужном тебе ракурсе. Ничего, девчонки, скоро я поставлю себя, и вы забудете, как скалить на меня свои зубы, кошечки.

Что-то вырвало меня из сна. Блин! Амулет на груди сильно нагрелся. Пригибаясь, я через пару секунд составил компанию дозорному на вершине холма, да и все сюда подтянулись. Что там такое интересное заметил через визор Ролан? Я ничего не наблюдаю. Я поднес свой визор к глазам. М-да, судя по всему…

— Влад, — Ролан убрал визор в напоясную сумку, — судя по всему, в той стороне громадный лесной пожар.

И я об том же. Ткач, я же тебе объяснял, что тупым меня мама родила. Я не понимаю тонких намеков. А вот кувалдой в лоб — так сразу доходит. Мы двигались, прижимаясь к правой стороне гряды, а надо было идти по центру. Сволочь, благодарю тебя за подсказку. Все просто, ясно и доходчиво. Представляю, как он ярился, видя, что наш отряд передвигается в стороне от места очередной его хохмы. Вот и зажег ткач сигнальный костер. Маяк, так сказать, поставил. Не увидеть мне завтра пешеходного перехода. Друид, я вспомнил то, что я забыл. Сделал ли я это сам, или ткач постарался? Связан ли Гил с очередной его шуткой? Но как? Добряк же в дальнем пограничье. Гил был уверен, что мы еще не раз встретимся. Во время нашей второй свиданки он мне обрадовался. А вот третьей не было. Гил был в лесах, когда мангуст и Вулкан вставляли мне пистон. Я как-то не задумывался, почему его нет в карательном отряде рейнджеров. Не до этого было. Главное, я знал, что он жив, а все остальное не так уж важно. Я даже испытал чувство облегчения. Гил же мечник, а не маг. У воинов гораздо больше шансов погибнуть, чем у фокусников.

— Утром выдвигаемся, — сказал я, — посмотрим на этих пожарников-энтузиастов вблизи. А вообще это хамство так нагло меня пародировать! Нашли, блин, объект для своих гнусных карикатур различного рода, Кукрыниксы позорные. Ровер, три перехода нам нужно сделать или два?

— Проклятый его знает, — пожал плечами вампир. — Невозможно точно оценить расстояние на глаз. Была бы нормальная карта, а не старье тысячелетней с чем-то давности, — можно было бы провести ориентировочную привязку к неким лесам.

Что в лоб, что по лбу. Я направился к своей лежанке. Пушок, ничего интересного там нет. А новая карта, по крайней мере разведанных нами участков, будет. В Ольте пропадает Миклухо-Маклай. Ритуалист хренов, наверняка некрофил на заборах оттачивал свое умение изображать граффити различного рода.

М-да, такого я не ожидал. Куда мне с моими шалостями в Закрытом лесу! Тут поработало не меньше десяти повелителей огня или один, но с десятью слезами Тайи. Я просто поджигал деревья в Закрытом лесочке, а здесь только пепел. Один пепел вместо большой рощи. Уничтожен даже верхний слой почвы!

— Выдвигаемся к центру, — сказал я, — там был основной бой. Внимательно смотрите под ноги и по сторонам. Могло остаться не уничтоженным полностью оружие, амулеты или хрен знает что. Бойня была больше двух суток назад, но чем Проклятый не шутит! Вдруг победители что-то забыли забрать или вообще не увлекались сбором трофеев.

Растянутой цепочкой мы стали продвигаться к центру гигантского овала, который имел метров пятьсот в ширину и восемьсот в длину. Кто это сделал? Зачем так глупо тратить силы? Ничего не понимаю. Маги были безумны или охвачены ненавистью? Блин. Если у края местной достопримечательности я проваливался в пепел по щиколотку, то, пройдя метров сто, начал проваливаться по лодыжку. Интересно, а в центре буду по колено или по пояс? Чувствую, что так мы ничего не найдем, даже если что-то есть. Ладно, меня интересует с десяток небольших холмиков из пепла, расположенных в полном беспорядке в центре побоища. Там больше шансов что-то найти. В этой местности такого ландшафта я еще не наблюдал. А особенно меня интересует метровой высоты центральный холмик-карлик.

— Ольт, — послал я зов некрофилу. — Что тут было? Кто сражался: живые или мертвые?

— Трудно сказать уверенно, Влад, — ответил бывший булочник. — Если и были живые, то сила Смерти давно покинула это место. А души еще быстрее. С уверенностью можно сказать только одно: мертвых здесь было много. Видишь, как в сером пепле встречаются маленькие вкрапления черного? Это горели тела мертвых. Их породы я определить не могу.

И этот перенимает мой сленг. Черт, если ничего не получится найти днем, то ночью я призову Воза и устрою небольшую пепельную бурю. Очищу место раскопок, так сказать. Слава Шлимана не дает мне покоя. Днем это делать мне очень не хочется. Зрители, если они есть, могут неправильно понять. Не угадал. Я уже в центре поляны, а ноги проваливаются всего до середины голени. Хорошо, что в пепле идти на порядок легче, чем в песке. А это у нас что?

— Сюда, — крикнул я. — В случае чего прикроете меня.

Дождавшись вампиров и Ольта, я еще раз осмотрел странность. Такое впечатление, что эта штука была сделана из качественного железа и чего-то еще. Я потянул конец фиговины, который торчал из пепла, на себя. Ткач, подскажи, я взял хренотень в руки, — а что это такое?

— Влад, — спокойно сказал Ровер, — тебе стоит оглядеться по сторонам.

Я огляделся по сторонам. Три холма пепла, своеобразным кольцом окружавшие своего родича-карлика, стали рассыпаться. Я хотел неприятностей на свою задницу — так я их получил. Спасибо тебе, СВОЛОЧЬ!

— Влад, а ты уверен, что мы их искали? — поинтересовался Ольт.

Вампиры взяли меня и некрофила в кольцо.

Глава 3 Ты мне — я тебе

— Не уверен, Ольт, что я нарывался на встречу с драконами, — пробормотал я. — Сматываемся на место нашей последней ночевки!

Вот это я люблю — клыкастики перешли в форму тумана, — я люблю, когда мои приказы выполняются безоговорочно. Воз, на выход. Порыв ветра разметал мелкодисперсную смесь по округе. Хрен вы сожжете моих вампиров. Воз, назад. Ната. Драконы отлично противостоят магии, но кто сказал, что я собираюсь воздействовать на три разъяренные туши впрямую? Лед превратил пепел, окружающий рептилий, в симпатичный сверкающий могильник, ледяной могильник. Я открыл портал. Ольт, не говоря ни слова, нырнул в него, а теперь настала моя очередь. До свидания, горячие вы наши. Пушок, веди Черныша к месту нашей последней стоянки. А то эти ящерицы скоро освободятся. Я прыгнул в портал. И чего они такие нервные? Я вышел из голубого марева и отвесил пинок своей тушей спине некрофила.

— Ольт, а тебе не кажется, что после перехода нужно освобождать площадку для следующего беглеца? — поинтересовался я у встающего некроманта. — А если бы я не смог перейти?

— Прости, Влад, растерялся, — повинился мой ученик. — Больше этого не повторится.

— Надеюсь, — пробурчал я. — Надеюсь, больше с этими звероящерами мы не увидимся. Но что-то мне подсказывает, что я неправ в своих романтичных мечтах.

— Ты неисправимый оптимист, Влад, если не настроен на следующее свидание с драконами, — ухмыльнулся Ольт. — Кстати, это отличный посох мертвых. Я наконец-то узнал эту хрень, которую ты так неосторожно вертишь в своих руках. Стоит она невероятно дорого, а ты отобрал ее у драконов. Плохой мальчик, они наверняка обиделись, особенно после твоего метода знакомства. Сматываемся в графство сразу, как прибудут остальные? Хотя драконы и там смогут нас достать. Конечно, если кто-то им об этом стуканет. А хорошо, что ты Пушка с Чернышом оставил в роще: драконы их вряд ли засекут.

Приплыл. Пропуская мимо ушей болтовню Ольта — отходняк у парня, — я еще раз посмотрел на фиговину. Теперь драконам я уже ничего не смогу внятно объяснить. Наверно. Убежать? А смысл? То, чего я хотел, на что надеялся, я получил по полной программе.

Костер задумчиво разбрасывал маленькие искры и временами тихо потрескивал.

— Что будем делать, Влад? — поинтересовался Ольт.

— Сухари сушить, — буркнул я. — Дождемся клыкастиков, Пушка с Чернышом — и сваливаем отсюда. Ольт, да не радуйся ты так. Шучу я по природной склонности к этому делу. Никуда мы отсюда не уйдем. А теперь не удивляйся. Ща я тебе кое-что расскажу, а ты медленно и тихо будешь выпадать в осадок. Предупреждаю тебя, ученик, держи свой рот и мысли на замке. Эту историю знают только проф, тины и частично высшие вампиры клана Скалы. Другим совершенно не нужна эта информация. Забыл, друид с Матвеем тоже в курсе, полностью или не совсем — я не знаю. Каждый год в это время на меня начинают обрушиваться неприятности. Ты знаешь, что я учудил, когда первый раз появился в Белгоре? Вижу, что в курсе. Ровно через год все повторилось вновь и закончилось гибелью нескольких близких мне людей. Ты не забыл про Мори, Ису, Лиру и Нату? Вижу, что не забыл. Год назад в дальнем пограничье с рейнджером Далвом опять стали происходить всякие пакости, которые точно так же затронули его близких. Ты знаешь почти все про меня, но просто не связывал неких фактов в одну стройную и логичную систему. В промежутках между попадосами я стараюсь разгрести их последствия, а также подготовиться к новым неприятностям. Забыл, во время ежегодных недоразумений или после их окончания я получаю бонус — конечно, если сумею выжить. Он может быть любым — типа обретения некой силы, знаний или чего-то еще. Подумай над тем, что я тебе сказал, свяжи все факты воедино, а я пока прогуляюсь по окрестностям.

Я встал и начал подниматься на холм. Драконы драконами, но ночевать без сигнального контура я здесь не намерен. Хион зайдет через полчаса, и не хрен мне сопли жевать. Подумаешь, получил в виде бонуса один из великих артефактов Смуты. По мне, так цепь стихий гораздо лучше, да и не работает этот долбаный посох мертвых. Чинить его надо: звероящеры хорошо потрудились над его предыдущим владельцем. Чуть и саму игрушку не уничтожили. Или я неправ? Почему лягушки-переростки не уничтожили эту хрень? На это были причины? Кстати, а зачем мне вообще этот посох мертвых? Я магией Смерти не владею. Дуняшке подарить? А это мысль: ведь у нее день варенья через три недели. Двадцать лет девке стукнет. Совсем уже взрослая станет, а на уме только учеба и учеба, изредка перебиваемая акциями. Когда она начнет мужчинами увлекаться? Ладно, это ее личное дело. Одно то, что она сама недавно приехала в Белгор и наводила шороху в окрестностях погани, дожидаясь моего приезда на свадьбу Керина и Аниты, уже говорит о многом. Глав, Абу и Арн с восторгом восприняли ее появление. Орлы, а что вы думаете обо всем происходящем?

— Мало данных, Влад, — взял на себя роль рупора Зема. — Мы уже несколько часов пытаемся выстроить модель развития ситуации, и ничего не получается.

Понятно, общение со мной и профом радикально-трагическим образом повлияло на неокрепшие виртуальные мозги мертвых архимагов. С кем поведешься, тем и станешь, математические вы наши. Ладно, пора возвращаться к костру.

— Проанализировал факты? — осведомился я у Ольта.

— Да, — кивнул он. — Если ты выживешь в очередной заварухе, то должен приобрести новые способности. А посох мертвых — как дополнительный шанс выжить? Как, ты думаешь, будут развиваться события? Кого из твоих близких затронет на этот раз?

— Не так все просто, — вздохнул я и уселся на одеяло. — Начнем с новых способностей. Хранитель предупреждал меня об опасности их обретения, частично и поэтому он подтолкнул меня к хамскому поведению в своей лесополосе. Если я пройду очередной квест, то, скорее всего, ничего не изменится. Я уже и так овладел холодом на новом уровне, вернее, думаю, что овладел. Это самая маленькая моя головная боль. А теперь даю выжимку развития всех проблем, которые подкинул мне ткач, как я его называю.

Эпизод первый. Начинается он с волчиц. Если бы я попался на их шутку, то имел бы проблемы со здоровьем и уважением к себе в Белгоре. Не попал бы именно в то время на рынок, когда Пушок решил посмотреть на белый свет. Не подвергся бы очередной опасности. С Пушком опять мне повезло. Получил проблемы из-за драка с наринскими хлыщами. Выжил на поединке — так пришлось спускаться в погань. Не спустился бы — не помог профу и Гилу. Таким магом, коим являюсь сейчас, я не стал бы. Приобрел уважение гильдии охотников и добычу. Отбился на суде. Стал настоящим охотником, наконец. Видишь, все развивается по цепочке. Я мог соскочить или умереть в любой момент, и продолжения банкета не было бы. Не было бы передачи мастерства мне Черным драконом. Кстати, я ведь тоже тогда мог умереть. Поэтому я и называю эту сволочь, которая ведет меня по жизни, ткачом. Все последующие проблемы у меня возникали как логическое развитие преодоления предыдущих, с небольшим участием ткача.

Эпизод второй. Стал мастером-охотником — и Кар загрузил меня делом в Бренне: мол, все равно тебе в погани делать нечего, пока на тебе висит метка убитого Повелителя зомби. Про историю с номерами ты знаешь. Я гибну в поединке с Первым — и никакой свадьбы во время турнира у меня нет. Ничего нет, в том числе и налета на логово темных в Диоре. Кар не отправил бы мне на подмогу двадцать лучших мастеров гильдии охотников. А если бы Глав тогда остался в Белгоре, а не поехал спасать мою задницу, то приключилась бы с волчицами и Дуняшей известная тебе история? Ведь Медведь бы не стал спокойно смотреть, как Дуняша флиртует со шкерами. Его нрав ты знаешь. Кстати, если бы я не убил Повелителя зомби и остался в Белгоре, то что бы было тогда? Не знаешь — вот и я не знаю. Как вариант — Медведь умудряется оказаться в благодушном настроении, выпивает вино вместе с Дуняшей и волчицами, а потом оказывается в погани. Как же там и без него? Что было бы тогда? Какой приказ отдал бы Вулкан — на спасательную миссию или на ликвидацию всех захваченных охотников и Дуняши? Глав — из внутреннего круга, и знать некоторые тайны гильдии темным необязательно. Я насчитал пять вариантов развития событий только по итогам моей миссии в Бренне! Я хорошо понимаю друидов. Как представишь себе ветвистое дерево различных вариантов развития ситуевины даже в таком маленьком эпизоде, так сразу становится плохо.

Эпизод третий. Вот тут ткач меняет тактику. Мне сразу предлагается то, что поможет Алиане выполнить миссию. Я оказываюсь не в самом начале пути, который должен последовательно пройти, а в центре паутины. Выбор направления движения в любую сторону за мной. Направо пойдешь — долга жизни не отдашь. Налево — погибнешь, а прямо — душу потеряешь. Это я утрирую, вариантов было больше. Бонус в виде цепи стихий и кольца жизни я получил сразу — и крутись как знаешь. Повезло, мне повезло, и я помог герцогине эл Чанор. Стал членом клана Скалы, а потом пришел пушистый зверек. Герцогиня оказалась моей женой, которую я так страстно хотел убить. Мог сдохнуть, когда выходил на новый уровень владения холодом, получив ее письмо, но умудрился выжить. Ткач ударил по моим эмоциям не в середине квеста, как во втором эпизоде, а после завершения третьего.

И вот теперь эпизод четвертый. Посох мертвых получен, новый уровень владения холодом друиды, которые покусились на привилегии ткача, мне обеспечили. Я так думаю. Моих близких, особенно лиц женского пола, по которым и бил раньше ткач, я поблизости не наблюдаю. Связи у нас с большой землей нет. Что делать, Ольт? Не стесняйся, одна голова хорошо, а три — лучше: Ровер, это касается и тебя. Не надо так цинично подслушивать. Ты отлично преодолел сигнальный контур в форме тумана, но в следующий раз не допускай, чтобы Хион светил тебе в спину даже на секунду. Караулы расставил? Пушок и Черныш с тобой?

Серая тень скользнула к нам, и смущенный вампир присел около костра.

— Караулы расставил, Влад. Пушок и Черныш через час будут в лагере, за ними присматривает Риджен.

— Влад, — проговорил Ольт, — то, что сейчас происходит, вроде похоже на третий эпизод. Но есть и отличия. Тебя еще и настойчиво подталкивают к бегству из герцогства с полученной добычей. Отличной добычей. Я даже затрудняюсь сказать, сколько может сейчас стоить этот посох мертвых.

— Прав, — вздохнул я, — поэтому мы здесь и останемся. Такая явная угроза моему и вашему здоровью мне не нравится. Я чувствую, что меня гонят загонщики на охотника, который ждет меня с распростертыми объятиями и арбалетом под рукой. Я чувствую себя участником охоты на вепря, причем в качестве добычи. Приготовить лагерь к визиту драконов. Думаю, что к утру по-любому они будут здесь. Придется мне с ними поговорить. Тогда все станет более или менее ясно. Вам в этом разговоре совершенно не нужно участвовать. Полетают оставшееся время эти ящерицы в поисках наглого меня, устанут и не будут так горячиться, огнеметы на крыльях. Да и артефакт будет у вас, а не у меня. Сразу покушаться на мою жизнь драконы не станут. Игрушка денег стоит — где они ее будут искать? А потом я частично им представлюсь. Посмотрим на развитие ситуации и какие у меня останутся варианты действия.

— Влад, а что такое огнеметы? — поинтересовался Зема.

Я опять вздохнул.

— Что-то они задерживаются, — послал мне зов Ольт. — Уже рассвет, а их все нет и нет. Может, мы зря себя так накручивали?

— Ты сам в это веришь? — усмехнулся я. — Кстати, ты разобрался с этим посохом мертвых?

— Почти. Ему нужен косметический ремонт с использованием некоторых ингредиентов, которые я могу собрать и подготовить к использованию за пару дней. Потом останется самое простое. Нужно будет принести в жертву по определенному ритуалу несколько живых, и тогда можно будет смело зачислять этот артефакт в свой арсенал.

— Вопросов три. Что за ингредиенты используются, какие именно живые и что за ритуал? — поинтересовался я.

— Желчь василиска, — начал Ольт, — кисть самоубийцы…

— Стоп, — прервал я его, — а где ты здесь возьмешь кисть самоубийцы, не говоря уже обо всем остальном? Я думал, что тебе нужны лютики, грибочки и так далее.

— Влад, ты думаешь, что у меня в мешке нет большинства редких ингредиентов? — ехидно ответил Ольт. — Это ты у нас стихийник и бродишь налегке. Кроме эликсиров, у тебя с собой ничего нет. А вот порядочному некроманту без мешка с приспособлениями для своего нелегкого труда из дома выходить нельзя. А грибочки и травки здесь не нужны: то, что мне необходимо, я достану на ближайшем кладбище. Нужен только череп младенца и неупокоенный дух. Предупреждаю твой вопрос: те холмы, что расположены в пятнадцати километрах отсюда, мне очень напоминают древние захоронения. Конечно, опасно тревожить покой мертвых, особенно в таких местах, но я ведь некромант, да и Ровер меня подстрахует. Живые нужны разные, но лучше всего разумные. Влад, не беспокойся, это не чернота, хотя близка к ней. Неразумных тоже можно использовать в ритуале, но в гораздо больших количествах и с меньшим эффектом. Обычно подобные или не совсем такие артефакты изготавливались некромантами или магами Смерти победившей стороны на поле прошедшего боя. На изготовление этого посоха пошла жизненная сила, преобразованная в некротическую энергию, более двенадцати тысяч разумных, да и части тел, особенно павших магов, шли в дело. Уж в этом я разбираюсь, а мне всего лишь нужно его зарядить. Кроме того, я уверен, что живых разумных ты мне сможешь предоставить. Будут ли они адептами Проклятого или нет, на силу посоха это никак не влияет. Первый такой артефакт по преданию изготовили около восьми тысяч лет назад, когда о Падшем и не слышали. Ритуал простой и занимает всего несколько минут. Использовать мощь посоха мертвых может даже бакалавр-некромант. Вернее, он становится равным на некоторое время и в некоторых вопросах повелителю Смерти, или повелителю Мертвых. Поэтому и ценились такие артефакты… Жаль, что святоши раньше неодобрительно посматривали на них и повсеместно уничтожали. Тупицы, потом я расскажу тебе историю, как мнение клириков кардинально изменилось, но было уже поздно.

— А почему потом, а не сейчас? — поинтересовался я.

— Ровер говорит, что у нас гости, вот почему, — буркнул Ольт и оборвал зов.

Я встал на ноги и внимательно посмотрел на алеющее небо. Точно, есть контакт. Три точки явно направлялись в сторону нашего лагеря. Я хмыкнул: хрен вы, кроме меня, здесь кого-то обнаружите. Мало того, что все мои двуногие и четвероногие спутники находятся в пещере, вход в которую я маскировал пару часов, — так и на всякий пожарный я повесил на отряд пустоту[13] и сферу молчания. Довольствуйтесь только моим нежным телом. Так, первый пошел на посадку, а за ним второй и третий звероящер. И чо мы так внимательно смотрим на меня, зажигалки недоделанные, тайная мечта люфтваффе? Ах да, я и забыл, вежливые вы наши. Только полностью защиты своей я снимать не стану. Так, оставлю вам канал для общения, а в остальном Обломайтис к вам в гости заглянет.

— Здравствуйте, уважаемые, — начал я, — извините, что в прошлую нашу встречу я не поздоровался с вами. Дела, знаете ли, заботы, и все сваливается на бедного меня… Чего вы хотите от несчастного путника? А почему мы молчим? Канал для зова я вам оставил. Что касается остального, так я ужасно застенчивый и стеснительный. Зачем вам знать мои скелеты в шкафу?

— Вот о скелетах мы и хотим тебя спросить, — раздался в моей голове гулкий голос одного из птеродактилей.

— Только спросить? — удивился я.

— И убить, слуга Проклятого, — успокоил меня второй ящер, обладающий каким-то шепелявым голосом.

— А за что? — поинтересовался я. — И почему вы так уверены, что я слуга Падшего?

— Ты очень нагл, темный, — продолжил шепелявый, — второй раз убежать от нас тебе не удастся.

— Я это вижу, — улыбнулся я. — Интересное плетение вы раскинули надо мной. Только зачем такие сложности? Зачем вы влили в него столько силы? Хватило бы и десятой части, чтобы блокировать работу моего индивидуального портала. Кстати, я хочу принести вам свои извинения. Мне показалось, что вы были излишне взвинченными, и я принял некоторые меры, которые обеспечили безопасность мне и моим спутникам. Теперь я один и повторю свой вопрос. С чего вы взяли, что я слуга Проклятого?

— Ты взял посох мертвых, и на тебе видны остатки темного благословения, — ответил мне гулкий.

— Разумному, чтящему Создателя и Творца, нечего делать в этих местах, — добавил шепелявый.

— Понятно, — согласился я. — Встретил темного — убей. Простая, ясная и ярко выраженная жизненная позиция. Тогда почему я еще жив?

— Где посох мертвых, где твои спутники? — прорычал начинающий выходить из себя шепелявый.

— Артефакт у моих друзей, а их здесь нет, — признался я. — А зачем они мне нужны в этот момент нашего вежливого общения? Вы бы сразу напали на нас, а так происходит процесс предварительного расшаркивания, уточнение позиций и выяснение спорных моментов. Что вам не нравится? Хион взошел, птички жизнерадостно щебечут, а я не слуга Проклятого. Вы ошибаетесь, уважаемые, вы перепутали следы от атаки на меня одного хулигана, который едва не отправил меня к Создателю, с темным благословением. Ничего удивительного в этом нет. На остатки гадости шалунишки наложилась метка убитого мной в дальнем пограничье бхута. И так как два действия произошли в короткий промежуток времени, то отец Анер назвал это эффектом резонанса. Епископ Белгорский мне предлагал свою помощь, но фонить светом Создателя в погани охотнику явно не с руки. Твари будут удивлены подобной наглостью. Да, забыл представиться. Мастер-охотник Влад Молния. Кстати, хорошее у вас чутье на темные штучки. Отец Анер говорил мне недавно, что только глубокая проверка может обнаружить след черноты, а так вообще через несколько дней все должно само исчезнуть. Теперь о посохе мертвых. Не думаю, что вам он так уж и нужен. Все равно воспользоваться им ни один дракон не сможет, а я люблю коллекционировать подобные игрушки. Хобби у меня такое. Тем более что лежал он практически бесхозным. Еще вопросы ко мне будут? Кстати, вы так и не представились.

Я замолчал и ухмыльнулся явно сбитым с толку и слегка ошарашенным драконам. Теперь можно расслабиться, слегка расслабиться. Я не адепт Проклятого, я говорил правду. Нахожусь не на территории драконов — они сами ко мне пришли, противные. Да и посох мертвых валялся явно не в Срединных горах. Убивать без веских причин меня теперь не будут. Ольт, мой план сработал, жаль, что других заготовок у меня нет. Что касается безделушки, то если драконы такие жадные, то придется отдать им артефакт. Жаль, Дуняша бы обрадовалась этой цацке.

— Охотник, верни нам посох мертвых — и мы расстанемся по-доброму, — родил мыслю шепелявый.

Все-таки жадины-говядины. Хрен с вами, не обеднею. А счастье было так близко, так близко, что локоть теперь не укусишь.

— Хорошо, — улыбнулся я. — Не знал, что драконы могут владеть магией Смерти в ее различных вариантах. Не знал, но будет мне урок на будущее. Кстати, а вы в курсе, что он слегка поломан и полностью опустошен?

Я послал зов Ольту. Что ж, придется мне вновь наматывать с ребятами километры по этой лесостепи. Блин, как я уже устал. Ткач, твоя недоработка. Я уже начинаю сомневаться в твоей профпригодности. Кто ж так работает?! Я взял игрушку из руки подъехавшего ко мне Ольта и направился к ближайшему дракону. Кто ж так загоняет в угол беззащитного меня? Я положил артефакт около лапы дракона и направился к своим спутникам. Пора собираться в путь, и…

— Охотник, — вновь прозвучал в моей голове голос шепелявого, — выполни для нас одно дело — и мы щедро вознаградим тебя.

Так, ткач, кажется, что-то наклевывается. Я повернулся к драконам.

— Что вы хотите, чтобы я со своим отрядом для вас сделал? — поинтересовался я.

— Ничего сложного, — успокоил меня хрен знает какой дракон. — Неподалеку от того места, где ты нашел посох мертвых, находится небольшая погань. Нам нужно, чтобы ты вычистил ее со своим магом и вампирами.

— Небольшая — это какая? — затребовал я уточнений.

— Там есть разумные слуги Проклятого, — начал перечислять личный состав темного укрепрайона шепелявый, — мертвых тварей пара сотен наберется, живых мало. Они опасаются подбираться близко ко входу в Красные пещеры.

Я посмотрел на вампиров и Ольта. Их должно хватить: пара месяцев работы — и все, — но есть большое «но». Что-то чересчур гладко выходит на бумаге, не ободрать бы шкурку об елку. Нежить слаба в бывшем герцогстве Тария: слишком мало здесь энергии Падшего. Ольт ее едва ощущает, а я вообще пролетаю мимо кассы. Впрочем, нежить так слаба везде, где нет качественной погани или капища, посвященного Проклятому. Живые твари, главная опасность для рейнджеров в лесах пограничья, тоже слабы: нет здесь хорошего притока свежего мяса. А слуги Темного отку…

— Я хочу узнать подробности, — потребовал я. — Расскажите мне все, что знаете, особенно про адептов Проклятого.

Начавшееся молчание ягня… тьфу, драконов мне не понравилось. Нет, то, что в пещеры они не суются, — так это и ежикам понятно. Не с их габаритами там развлекаться. Да, ненавидят драконы тварей и слуг Проклятого, но, как показал недавний пример с Грмурхом, не это их волнует в первую очередь. К ним в горы не лезут — и все, пусть другие энтузиасты сокращения темного поголовья волнуются. С драконов хватит. Один раз довыеживались своей крутизной и всем остальным — так до сих пор им икается.

— В Красных пещерах, — продолжил гулкий, — в бывшей загородной резиденции правящего дома Тарии находятся где-то полсотни адептов Проклятого. Большинство из них маги, а остальные колдуны.

Я начал тихо…… э… удивляться.

— Из мертвых тварей в основном духи, — добавил гулкий, — есть несколько личей и рыцарей тьмы.

Степень моего удивления начала зашкаливать за все разумные пределы.

— Большинству живых адептов Падшего несколько сотен лет. Это все, охотник.

Ткач, я был неправ, ты полный придурок, а не мастер интриги, переплетения судеб и втравливания меня в различные авантюры. Я не самоубийца, чтобы подписываться на такое.

— Кстати, откуда там слуги Проклятого? — спросил я. — Вы ведь завалили сухопутный проход в герцогство, а кракен не разбирает, кто перед ним находится. Темный, светлый или фиолетовый — ему все по барабану.

— Часть разумных выжила в битве за герцогство и спряталась в Красных пещерах, — подхватил шепелявый, — а четыре сотни лет назад глава темной ложи из королевства Кароса организовал воздушное сообщение через Срединные горы с герцогством. Изредка несколько грифонов привозят адептам Темного разумных для жертвоприношений и продления жизни, если в гнилом пятне, расположенном около Красных пещер, во время вздоха появляется мало созданий из других миров, находящихся под властью Проклятого или охота на редких разумных неудачна. Также иногда в герцогство прибывают темные, за которыми в Каросе клирики объявили охоту. Они живут здесь до тех пор, пока не смогут вернуться обратно.

Так, мое удивление, пошло ты на фиг, без тебя легче жить. Вдохнуть и выдохнуть, так десять раз подряд. Начнем первичный анализ ситуации. Сбежавшие из Каросы темные меня не очень интересуют, а вот остальные… Итак, мы имеем несколько сильных магов и колдунов, которым под тысячу сто лет. Нормально, Григорий? Отлично, Константин. Кстати, как они узнали про ритуал продления жизни? Его изобрел один придурок после Смуты, а не до нее. Бездари из Красных пещер со временем пошли под нож ввиду отсутствия необходимого материала для жертвоприношения Проклятому и тому подобное. Жить-то остальным хочется, а вы, герои, это обеспечите. Родина вас за это не забудет. В скудные на попаданцев и добычу годы — кстати, нужно разобраться, на кого охотились темные, — даже магов отправляли на алтарь. Откуда еще там завелись бы личи? Представляю себе, какие в Красных пещерах шли интриги и разборки. Вопрос: «Кто ты такой?» — наверняка был основным аргументом предвыборной кампании возведения очередного кандидата на алтарь. Рыцари тьмы — тоже понятно. За особые заслуги их, так сказать, перевели в это состояние, когда энергии было много, а такие воины во внутренних и внешних разборках никому не помешают. Остальные адепты стали духами. А что, жрать-то ведь не просят, мать их! Интересно, а кто там у них держит портфели силовых ведомств? Дальше, в последние годы ситуевина с жертвами улучшилась, но явить свое прелестное личико темному народу отшельники не спешили. Привыкли, однако, да и во внешнем мире их не ждали с распростертыми объятиями. Власть уже давно поделена, тортик разрезан по количеству едоков, новых не нужно, а сил у адептов Проклятого, которые находились вне зоны особого режима, побольше будет, чем у местных, и практика богаче.

А если учесть «великого князя» темных Крия Баросского, то вообще ситуация грустная для зэков получается. Конечно, Крий не император-самодержец, но посылать его на хутор главе любой темной ложи я бы не советовал. Последний раз это сделал гроссмейстер из Белого халифата двести с копейками лет назад. Мол, мы сами с усами и рекомендовать нам некоторые вещи не нужно. Сидишь себе на острове, так и сиди, а в мою вотчину с советами не лезь. Крий утерся — так некоторые глупцы подумали, — а через пару лет гроссмейстер и его ближайшее окружение безвременно скончались. Норк участвовал в этом деле в качестве заместителя командира карательного отряда Крия. Не хотят древние красавцы изредка выслушивать советы шестисотлетнего с чем-то малолетки. Понятен интерес к неразглашению некоторых подробностей происходящего и главы темной ложи Каросы. А зачем ему нужно всех извещать о новых робинзонах? Он же монополист на этом рынке услуг в данном регионе. Это ж какое бабло он рубит с несчастных зэков, которые почти отпущены на вольное поселение и нуждаются в разумных для жертвоприношений. Да и грифоны водятся только в королевстве Кароса. Правда, ходят упорные слухи, что регистрация и снятие с учета по причине недееспособности этих летунов там находится под личным контролем короля. Стратегический резерв Верховного главнокомандующего, однако. Врут слухи, убеждаюсь в этом который раз.

— Скажите, пожалуйста, вы считаете меня Создателем? — поинтересовался я. — Я не самоубийца и своих бойцов под нож на алтаре не подставлю. Если вам так нужно зачистить эти Красные пещеры, то я могу передать вашу просьбу магистру гильдии охотников Кару Вулкану. Договоритесь с ним о цене и доставку сюда моих братьев организуете. В течение месяца или двух охотники выполнят ваш заказ. Можете и к святошам обратиться, но не рекомендую. Те еще певчие птички.

— Мы не хотим идти на контакт, — сказал гулкий, — с гильдией охотников. Мы не можем этого сделать. От нас все потребуют не денег, а услуг. Клирики тем более. Ты сам это прекрасно понимаешь.

— У нас нет этого времени, — внес свои пять копеек шепелявый, — через четырнадцать дней будет поздно. Соглашайся, охотник, мы оставим тебе артефакт, раз ты пришел за ним. Мы осыплем тебя золотом и драгоценными камнями.

— Вы больные, — поставил я диагноз драконам. — Я отказываюсь вам помогать. Вас обидели эти темные — так сами с ними и разбирайтесь. Я не поведу своих бойцов на смерть.

— Влад, — раздался мелодичный голос у меня в голове, — темные похитили мою первую кладку. Мне нужно вернуть своих детей. Зачисти Красные пещеры. Всему роду драконов это нужно. За последние пятьдесят лет только я смогла принести потомство.

— Так если всему роду это нужно, то почему вы до сих пор телепались? — возмутился я. — Почему до сих пор не приняли решения об оказании услуги гильдии охотников или святошам в обмен на спасение потомства?

— Совет глав родов собирается раз в три года, охотник, — глухо сказал шепелявый. — Только он может принять решение об оказании взаимной услуги. Ближайшее собрание будет через восемь месяцев. Мы не можем принять на себя ответственность за всех драконов на Арланде, приняв обязательства перед кем-то. Наш долг будет касаться всех драконов. Один такой долг и привел к бойне, после которой мы оказались на грани исчезновения.

— Идиотизм, — прокомментировал я. — Полный идиотизм. Что касается остального, то деньги нужны живым, а не ушедшим к Создателю. Вы пытаетесь уговорить меня на смерть? Заявляю: я решительно на это не согласен. Закончили разговор. Я вам сочувствую, но ничем помочь не могу.

Молчание. Ткач, если это твоя очередная хохма на грани моей смерти, конечно, если я найду решение, найду лазейку, а не просто сдохну во время шутки, то меня должны припереть к стенке долгом или угрозой смерти моих близких. Пока ничего этого я не наблюдаю.

— Влад, — сказала дракона, — мы не уговариваем тебя покончить жизнь самоубийством, не просим тебя пожертвовать своими воинами. Как только начался наш разговор, мы поняли, что ты уже общался с драконами. За последние десять лет только трое разумных смогли это сделать, остальные были убиты или прогнаны. Все драконы являются в какой-то степени родственниками. Пока мой муж и отец общались с тобой, я связалась с родичами. После разговора с Грмурхом я догадалась, кто ты такой, а когда ты назвал свое имя, развеялись последние сомнения, Далв Шутник. У тебя есть шанс, ты сможешь это сделать. Грмурх рассказал мне про бой твоего отряда с духами Песка около усыпальниц в Зеркальной пустыне. Он описал твою невероятную удачу и великолепный расчет. Ты не испугался тогда, ты повел своих людей почти на смерть. Почему ты не хочешь помочь нам, как помог султану Рашиду?

— У меня был свой интерес в этом деле, и он не касался золота и драгоценностей. Это раз, а во-вторых, я помогал товарищу. В-третьих, после боя я потерял друга, которому обещал помощь и защиту, и больше не хочу этого делать. Все понятно? — тихо спросил я.

— То есть, — продолжила дракона, — ты не хочешь терять друзей, Влад. А я не хочу терять своих детей, они мне так дороги, что я не смогу жить без них. Как нам поступить, чтобы наши интересы сошлись, охотник? Как?.. Ты знаешь, я придумала, как это сделать. Ты можешь отказаться помочь мне, и я ничего тебе за это не сделаю. Мы дали слово, что разойдемся по-хорошему после того, как ты отдашь нам посох мертвых. Но я даю тебе слово, что найду того, кто тебе дорог, и убью его. Отец, муж, не мешайте мне! Это наш единственный шанс! Я убью самого близкого и дорогого тебе человека, и не одного, Влад, граф эл Артуа. Когда ты общался с Грмурхом, твоя защита сознания была несовершенна, и мой четвероюродный дедушка многое узнал о тебе. Я не смогу разрушить твой замок, но гореть он будет хорошо. Как тебе такое мое предложение?

— Отличное, — оскалился я. — Просто великолепное. Как я понимаю, это еще не все. Это только кнут, а где же пряник? Я так люблю сладкое на завтрак.

— Пряник, — усмехнулась дракона, — заключается в том, что в дополнение ко всему предложенному я лично обещаю тебе услугу: я беру на себя долг жизни за каждого спасенного тобой моего детеныша. Более того, я беру на себя долг смерти, и любой, на кого ты укажешь, умрет, чего бы мне это ни стоило.

— Великолепно, — рассмеялся я. — Только есть пара шероховатостей в твоем гениальном предложении. Если ты нападешь на мой замок, то многие влиятельные разумные будут недовольны. После этого мои знакомые и союзники постараются устроить драконам веселую жизнь. Хотя бы некоторым из них. Вы же — одна семья. Вы нарушили свой принцип невмешательства и причинили зло невинным разумным. Как поступят твои родичи при таком раскладе? Они не выдадут тебя сами на расправу?

— Никак не поступят и не выдадут, — протянула дракона. — Я откажусь от своего рода. Я стану отверженной еще до нападения на твой замок. А во время боя я просто погибну. Мои бывшие родичи выплатят компенсацию — и на этом все закончится. Или ты думаешь, что большие деньги не помогут многим сильным мира сего договориться со своей совестью?

— Серьезная заявка, — согласился я. — Сумасшедшая отверженная дракона убита, и никаких претензий быть не должно… А если получить еще и деньги за моральный ущерб от самых могущественных разумных Арланда, то вообще просто праздник какой-то. Но некоторые ненормальные, и я в том числе, все равно будут мстить. Чему ты удивляешься? Я попытаюсь убить твоего мужа, отца, эту болтливую скотину Грмурха, сто якорей ему в зад. Подглядывать он любит, так пусть посмотрит на свои кишки, вуайерист крылатый. А не смогу проредить вашу семейку — все в жизни бывает, — так нервы всем твоим родичам попорчу. Права моей личной мести за родную кровь не сможет оспорить никто. Это вторая шероховатость в твоем плане.

— Ты осмеливаешься угрожать драконам? — удивилась неадекватная дракона.

— Да, — радостно улыбаясь, подтвердил я. — Некоторое время назад я считал, что друиды причастны к смерти моей подруги. В результате этого Закрытый лес, расположенный около моего замка, слегка сгорел, а я прикончил больше двадцати хранителей, не считая их мелкой живности. К сожалению, необратимо сдохли только семеро друидов, а остальных смогли вернуть к жизни, но и это мне доставило чувство глубокого морального удовлетворения. Кстати, классную конференц-связь вы устроили. Мои воины слышали наш увлекательный разговор?

— Нет, — озадаченно произнес гулкий, — только мы вчетвером. У твоих воинов хорошая защита сознания. Влад, не принимай всерьез мою дочь. Она вне себя от горя. Прости ее и подумай над нашим предложением. Действительно, сейчас ты наш единственный шанс.

— Понятно, — улыбнулся я, — вы посовещайтесь между собой и подумайте, как нам разойтись миром. Контракт на таких условиях меня не устраивает. Думайте: головы у вас большие и наверняка мудрые.

Я повернулся к своему отряду и поставил полог молчания. Хрен вы что-нибудь сможете сейчас подслушать из нашего разговора, филины-переростки.

— Что? — мгновенно спросил Ольт.

— Мой план удался, — ответил я. — Удался больше, чем я надеялся. Ткач в игре, это его хохма. Короче, есть халтурка на зачистку маленькой погани, размещенной в бывшей загородной резиденции герцогов Тария. Ничего сложного в работе нет. Там полтинник магов и колдунов, большинству из которых под тысячу лет, духи, рыцари тьмы и кое-что еще по мелочи в общем размере нескольких сотен. Дел всего-то на полчаса. Хватит ухмыляться. Эти темные хулиганы умудрились похитить кладку драконы. Пред вами была она, ее ротозей-муж и маразматик-отец. Рептилии настойчиво уговаривают меня покончить жизнь самоубийством и вас с собой прихватить. Мол, одному там будет скучно, а в компании самое то. Я долго ломался, как девочка, и пока разошлись при своих. Самое главное, что я не приперт к стенке долгом. На их пряники в виде золота и посоха мертвых по большому счету мне чихать. А единственное, что могла предложить сверху отчаявшаяся мать, — так это долг жизни и долг смерти за каждого спасенного дракончика, это в качестве конфетки. А в качестве ложки рыбьего жира юному мальчонке по утрам — это я себя имею в виду — атака драконой замка Стока. Мол, откажешься мне помогать, откажешься спасти тех, кто мне дороже жизни, — так и твоим близким достанется. Ольт, ни на что больше ткача не хватило.

— Совсем, видно, леди отчаялась, — пробормотал Ольт. — Проф же ее прихлопнет сразу. Энергии алтаря хватит на десять драконов, как бы слабо магия на них ни действовала. А епископ Карит и орденцы из Длани Создателя будут смотреть и ничего не предпринимать? А Пятый со своими баллистами и стрелометами?

— Согласен, — кивнул я, — информационный голод до добра не доводит. О системе обороны замка драконы не знают, а последняя информация о событиях в графстве им вообще неизвестна. В ответ на угрозу я просветил летающих ящериц о своей прогулке к друидам. Выложил правду, но не всю. Драконы повелись и задумались по-серьезному. Взял их на понт, так сказать. Да и папаша с муженьком явно были против гениального плана девушки с большими крыльями, зубами и когтями и серьезными проблемами с головушкой. Что будем делать? Сейчас я хочу поиграть в демократию и свободный выбор народа, а потом просто отдам приказ.

— В логове бхута у нас шансов было столько же, — пожал плечами Ровер. — Я — за. Там наверняка золотишка и камушков много скопилось. Да и резать сильного соперника интереснее, чем дохлых черепах.

Иного я не ожидал. Ребенок дальнего пограничья, однако. Да и понравилось клыкастикам клана Скалы резать своих кровников под защитой церкви и за деньги. Да и принципы мародерства я глубоко уважаю. Пятерка вампиров, судя по их глазам, уже представляет себя в золотых каретах и в окружении трех, нет, пяти наложниц-вампирш. Ладно, это все лирика.

— Влад, — сказал Ольт. — Лучше держать события под контролем, чем молниеносно реагировать на сюрпризы. Угроза для твоих близких смехотворна.

— Твоими бы устами да водку жрать, — вздохнул я. — Если это смесь эпизода «три» и «два», то сюрпризы все равно будут.

— Но не в таком количестве, — возразил Ольт. — Я — за.

— Тогда за дело. Есть у меня одна мысля, как совместить полезное с необходимым. Поиграем в преферанс со звероящерами. Я хочу сорвать куш.

Я снял полог и посмотрел на драконов.

— Вы подумали? — поинтересовался я.

— Нам нечего тебе предложить, охотник, — раздался в моей голове печальный голос драконы.

— Зато мне есть чем вас слегка обрадовать. Но для начала я бы хотел выслушать вашу версию происшедшего похищения кладки и событий, которые последовали за ним. Пожар и наличие в куче пепла посоха мертвых наверняка относятся к вышесказанному.

— Грифоны, — сказал гулкий, — давно летают около границ владений нашего рода. Мы не обращали на них внимания. Мы не вмешиваемся в любые события, которые не затрагивают нас напрямую.

— Доневмешивались, — покачал я головой. — Глупость не имеет границ, я давно убедился в этом. Нейтралитет и пофигизм многие считают слабостью, если их время от времени не подкреплять акциями. Брали бы пример с друидов, этих трусов, как вы их называете. Регулярные прополки сорняков около их лужаек и далеко за их пределами не дают забыть о неотвратимости наказания. Хранители стараются не вмешиваться, а не принципиально не вмешиваться в происходящее. Это другая жизненная позиция. Летают грифоны — а вам-то что? Везут они разумных в Красные пещеры на жертвоприношения — так пусть себе и дальше этим занимаются. Извини, я тебя перебил, больше не буду.

— То, что моя дочь принесла пять яиц, — продолжил через минуту гулкий, — было известно не только драконам. Танец Радости, которые исполнили почти год назад члены нашего рода над южными отрогами Срединных гор, могли видеть в Каросе. А гнездо у нас уже несколько тысяч лет находится в одном и том же месте. Гнезда нашего рода, — поправился дракон, почувствовав мое недоумение. — Оно недоступно для разумных, — продолжил дракон. — Ни один маг или воин не может достичь его и причинить вред кладке. Тем более что мать почти постоянно находится рядом с будущим выводком. Да и отец регулярно навещает гнездо и приносит горных козлов и баранов. Только один раз в несколько дней на полчаса мать покидает кладку, чтобы размять крылья и поплескаться в озере. Пятеро суток назад Трана вернулась и обнаружила отсутствие…

Дракон прервался и замолчал. Понятно, почти несостоявшийся дед готов биться головой о скалы. Непонятно другое. Как узнали о том, что именно в это время драконы не будет в родильном логове клана? Как? Второй вопрос. А зачем, собственно говоря, темным драконьи яйца? Тьфу, яйца с потенциально новорожденными драконятами. Так будет точнее, а то меня опять на пошлости пробивает. Что делать, если волнуюсь перед нырком в эту сумасшедшую авантюру… СТОП! На первый вопрос я знаю ответ. Это подсуети…

— Дочь послала зов, — продолжил дракон, — и через пять минут во все стороны полетели наши родичи. Сама Трана отправилась на юг. Она сказала, что ее что-то толкнуло полететь туда. Трана и заметила, как десяток грифонов влетают внутрь входа в Красные пещеры, сжимая в своих мерзких лапах сеть с ее кладкой. Через час все мужчины нашего рода были у Красных пещер. Мы не смогли взломать ворота. В старые времена именно драконы нашего рода, и я в том числе, наложили чары несокрушимости на них. Да и бесполезно это было делать. Дальше главного зала никто из нас не сумел бы пролезть. Еще через час сквозь открывшуюся калитку ворот в нас ударила магия, которая была жутким образом перемешана с силой Проклятого. Почти все наши родичи получили тяжелые ранения. Мы убрались от входа в Красные пещеры, мы сбежали. На следующий день я, находясь в отдалении от входа, предложил темным выкуп за кладку, любой выкуп. Они только смеялись надо мной. Как кричал мне один из них, золота у них много, а вот зверушек, изготовленных из плоти дракона, мало. Ты прав, Влад, если бы мы уничтожали всех существ, появлявшихся в гнилом пятне, если бы мы уничтожали грифонов, перевозящих будущих жертв, то ничего бы не случилось.

Дракон опять замолчал. Резюме: акция готовилась не один год. Я вздохнул. Какой год? Не одно десятилетие! Комиссары темной мысли решили изготовить себе типа летающих драков? Мол, так степень их свободы будет больше? Глупо, очень глупо. Драконы же всем вылетающим из здешнего Внукова покажут мать Кузьмы. Или у темных есть в рукаве козырь? А вот насчет существ, появляющихся в гнилом пятне, такого волюнтаризма не надо. Я ведь могу и обидеться, сам там появился.

— Почему через две недели будет поздно? — спросил я.

— Мои дети вылупятся через пятнадцать суток, — ответила дракона.

А ведь похищение кладки произошло, когда я загорал на пляже. Я, блин, каталитический катализатор в квадрате, отягощенный хохмами сволочного ткача. Какая у меня мания величия?! Я недооцениваю такого великолепного себя. Ха-ха. Вернее, своей способности залезть в полную задницу. Зато моим близким ничто не грозит. Сволочь, на такие расклады я согласен. Боже, да я всеми четырьмя конечностями «за»! Ткач, мы с тобой договоримся о новых правилах игры. Будь спок, за мной не заржавеет.

— Мы больше не могли подвергать сородичей опасности, — начал шепелявый папа, — но и оставить все как есть — тоже. Мы взяли из сокровищницы рода, при полном попустительстве хранителей, испорченный посох мертвых. Никто не имел права вынести его оттуда, никто из нашего рода не мог даже сказать о том, что подобный артефакт у нас есть. Но нам молчаливо разрешили. Мы устроили в дневном переходе от Красных пещер ловушку темным. Такого артефакта они не могли не заметить. Мы надеялись, что за ним прибудет одно из главных лиц ложи. Мы не ошиблись, но наше условие освобождения кладки в обмен на безопасность семерых темных магов, двух колдунов и полусотни тварей остальными адептами Проклятого, находящимися в пещерах, было проигнорировано. Мы уничтожили почти всех попавших в ловушку, потом двоих оставшихся в живых магов допросили и тоже отправили к Падшему. Мы остались ждать следующей попытки завладеть посохом мертвых. Больше ничего мы придумать не могли. Через двое суток появился ты. Вот и вся история.

А шепелявишь ты не просто так. Видно, досталось тебе тогда не по-детски. А проигнорировали темные требование драконов правильно. Тоже мне террористы летающие — это раз. А во-вторых, зачем остальным обитателям Красных пещер такие неудачники, которые решили взять втихую все себе и умудрились попасться? Уважаю корпоративную солидарность темных. Так держать. Ладно, заканчиваем с лирикой и приступаем к работе. Уже час как Хион взошел, дел море, а я тут прохлаждаюсь.

— Условия прежние, артефакт, осыпаете золотом и долг жизни вместе с долгом смерти? — поинтересовался я. — И уточните понятие «осыпаем золотом».

— Да, мы согласны, — умудрилась крикнуть зовом дракона. — Твой вес в доспехе — это и будет количество золота. Мало? Двойной вес в доспехе. Тройной!

Блин. Давно забытое чувство начало бродить по моему организму, цепляя чувствительные места, черт, как же оно называется? А, вспомнил! Совестью зовут эту дрянь. Так вот, она начала подавать признаки жизни. Ведь дракона по-любому станет отверженной, если будет отдавать мне долги жизни и смерти. Сидеть, падла, брысь обратно в глубину моего сознания. А если учесть мой проект «кракен», который я намерен здесь осуществить? Сучка, я тебя сейчас на значо…… э… на артефакт обменяю. Идея! Я знаю, как сделать так, чтобы и волки не голодали, и глупые мысли в моей голове не копошились. Но нужно кое-что уточнить.

— Сними защиту своего разума, Трана, — попросил я, — сними защиту эмоций.

Крайний слева дракон, вернее, дракона подошла ко мне. Хоть понял наконец-то, кто из них женского пола. Так фиг разберешь. Я заглянул в ее глаза. Я проник в ее разум. Боже! Вихрь боли и отчаяния, скорби и печали охватил меня. И только на заднем плане едва теплился маленький огонек надежды. Я вынырнул из разума драконы. Опять ты вылезла, противная. Я бессердечный тип! Так, молчать, коза по имени совесть, я бесплатно не работаю. Альтруистом меня считаешь? Никогда я не буду этим зверем. Место, я сказал. Ща все улажу, будешь довольна. И зачем я с тобой родился? Или это издержки неправильного воспитания?

— Договоримся так, — сказал я. — Никакого золота и долга мне не нужно. Вы оставляете мне артефакт, обучаете меня разделению сознания на потоки — ведь так вы переговариваетесь одновременно с несколькими разумными зовом — и мы в расчете. Сразу предупреждаю: может получиться так, что я не смогу спасти всех нерожденных драконят. Может быть, и никого не смогу спасти. Но повторяю, я приложу для этого все свои силы. Если соотношение моих усилий и конечного результата вас не удовлетворит, то расходимся при своих. Вся добыча в пещере — при любом варианте моя. Это не обсуждается. Дальше, мне на время акции нужна будет ваша помощь. Впрочем, мелкие детали мы обговорим позже. Вы согласны?

— Да! — раздались три голоса в моей голове.

Совесть, ты довольна? А теперь брысь в свою камеру, закрой за собой дверь и выброси ключ в окно. Без тебя проживу, скотина. На что бы полезное тебя обменять?

— Теперь наметки по исполнению наших договоренностей, — продолжил я. — Атаковать в лоб логово темных бессмысленно. Это я вам говорю как специалист по подземельям, тварям и прочим темным прелестям жизни. Зайти на огонек в Красные пещеры, как путешественник? Один раз у меня подобная шутка с поганью бхута получилась, но у нее было железное обоснование. Я не говорю, что этот вариант не пройдет, но оставим его на крайний случай. В голову приходит только одно. Я ведь не просто так приехал в эти благословенные места. Вы не задумывались, как и, главное, зачем я это сделал? Подсказываю: я хочу взять под свой контроль кракена и восстановить основные торговые пути Сатума. Не на посох мертвых я клюнул, как вы подумали. Амулет контроля этой медузы у меня есть. Ритуал подчинения тоже вроде верный. Идея такая. Мы начинаем подготовку к захвату контроля над креветкой-переростком. Темные наверняка почувствуют магические возмущения и зайдут ко мне на огонек. Мол, познакомиться хотим и визитками обменяться с таким энтузиастом набивания собственного кошелька. В гости меня захотят пригласить. За жизнь со мной поболтать, а там я и прикину…… э… что к чему. Как вам мой план?

— Тебя убьют, Влад, — послала мне зов дракона. — Как только темные узнают об амулете контроля, твоя жизнь не будет стоить и медяка. Впрочем, она и так ничего не будет стоить, если адепты Проклятого узнают про твой индивидуальный портал. Как ты сможешь объяснить им свое появление здесь? Плетений, дающих возможность обмануть кракена и добраться в герцогство по воде, не существует!

Это ты так думаешь. А у меня есть вполне обоснованное другое мнение.

— Грифоны тебя и остальных твоих воинов, как мы первоначально подумали при первой нашей встрече, сюда не переносили. А если именно мы отгоним темных, то никогда ты не сможешь проникнуть в Красные пещеры с их любезного разрешения.

— Правильно, — согласился я, — только если этот амулет контроля будет при мне. А вот на это пусть гении темного мозгокрутства не рассчитывают. Я добиваюсь частичного контроля над местным ужасом на подводных крыльях и отправляю амулет в королевство Лития при помощи верного мне воина и индивидуального портала. Мол, немного не рассчитал, необходимы еще ингредиенты, зелья и так далее, для завершения ритуала. Как ты думаешь, они меня убьют из-за мелочовки вроде какого-то индивидуального портала или ради овладения амулетом контроля кракена? Чего молчим? Убьют меня только после того, как набьются в финансовые партнеры, убедятся в том, что кракен под контролем, удостоверятся, что амулет не завязан на меня лично, — и только тогда здравствуй нож в спину, удавка на шею или алтарь. Да и индивидуальный портал мертвецу явно не нужен. Поблагодарят мое тело и, может быть, сделают из меня зомби. В знак глубокого уважения, так сказать, к моей глупости и доверчивости. И как такой идиот смог завладеть такими игрушками? Вот это самый скользкий момент. Некоторые темные не поверят в возможность существования подобного простофили. А вот изобразить готовность к сотрудничеству, а тем временем устроить перед окончанием ритуала подчинения кракена небольшую резню между своими — мол, я не деревенский дурачок и делиться со всеми, а тем более умирать, я не намерен, сами разберитесь со списком акционеров — прокатит. А под шумок многое можно сделать. В крайнем случае, у меня будет гарантия на жизнь, если все полетит к Проклятому, типа — убьете меня, так хрен вам, а не кракен. В ритуале подчинения медузы и в особенностях амулета контроля местные темные наверняка ни бум-бум. Иначе бы не просидели в пресноводной изоляции несколько десятков лет, а потом, замученные ностальгией по старым добрым временам, не встали бы под знамена Проклятого. Да и при помощи индивидуального портала можно устроить себе определенный простор для игры и гарантии жизни под него взять. Про слезы Тайи в количестве десятка штук я и не говорю. Короче, я могу описывать еще много различных вариантов развития событий. Вплоть до того, что шепну на ушко по большому секрету определенным личностям — мол, я являюсь эмиссаром Крия Баросского. Без пяти как минимум заранее проработанных сценариев спектакля, без нескольких слоев защиты я акции не начну. Но основа-то вам понятна?

Дракона попыталась своим языком облизать мне лицо. Что за телячьи нежности? Такое разрешено только Пушку!

— Влад, — прекратила дракона издевательство над моими щеками. — Я могу помочь тебе кое-чем. Ты ведь планируешь некоторое время общаться с темными. Это трудно сделать охотнику и ничем себя не выдать.

— У меня был опыт общения, — усмехнулся я.

— Да? — протянула дракона. — Ты самоуверен, Влад. А если при тебе начнут приносить жертвы Проклятому? Если такому дорогому гостю предложат набор самых изысканных развлечений в духе тысячелетних адептов Падшего? Ты уверен, что выдержишь и не попытаешься взять свой разум под полный контроль, разумник? Когда ты это сделаешь, чтобы не сорваться, некоторые могут заметить изменение твоего поведения. Не надо считать темных глупцами.

— Ты права, — сказал я через минуту, — такого глубокого погружения в данную среду я еще ни разу не делал. Что можешь предложить?

— Подкорректировать на время некоторые твои нравственные принципы, Влад. Не беспокойся, охотник, ты останешься прежним, но пойдешь на все ради достижения цели.

Подумаем и обмозгуем. Узнаю все подробности предстоящей лоботомии — тогда и приму решение.

— Влад, мы займемся делом? — зевнув, поинтересовался Ровер.

— Займемся, — успокоил его я. — Так займемся, что ты с грустью будешь вспоминать недавние каникулы и вечерние посиделки с миской несъедобной каши.

Глава 4 И чем вы хотите меня удивить?

Наконец-то, суки, я увидел предмет вашей неиссякаемой гордости. Гвардеец, твою дочь убили при помощи этого? Тебя хотели казнить таким же вечным огнем?

— А это, — продолжил экскурсовод показывать мне достопримечательности местного Эрмитажа, — наша гордость и наша жизнь. Взгляните, Слав, на темное пламя. Правда, потрясающее зрелище?

Полностью с тобой согласен, удод. Зрелище незабываемое. Посредине громадного зала, как и все остальные помещения данного ВИП-комплекса, вырубленного в толще скалы из красного мрамора, горела тьма. Лепестки черного пламени извивались и сплетались друг с другом, изредка подбрасывая к потолку искры мрака.

— Великолепное зрелище, — равнодушно сказал я. — А зачем вы, мастер Нерисан, мне все это показываете? Вы ведь знаете, что я не являюсь поклонником Проклятого.

— Разрушителя, Слав, — улыбнулся темный. — Ты можешь смело называть его истинным именем. Я показываю тебе нашу обитель, потому что так захотел великий мастер Нарвион. Ты должен понять, кто является истинным владельцем герцогства Тария. У вас не должно остаться никаких иллюзий. Мы или партнеры, или у вас ничего не получится, Слав.

Сча-аз, все у меня получится. По крайней мере, я надеюсь на это. Запугать меня решили, падлы, так не надо так грубо работать. Учитесь у товарища Бендера. Ты даже парабеллум мне еще не предложил, а уже разводишь на бабки. Хрен тебе в грызло! А пятерых рыцарей тьмы, что возбужденно сопят за моей спиной, ты вообще мог и не привлекать к конвоированию моей тушки. Плевать я на всех хотел. А на тебя в особенности.

— Уж позвольте мне, мастер Нерисан, называть Темного — Проклятым, Падшим, Продавшимся Тьме, Пожирателем Сущностей и так далее. Сначала я начну говорить всуе его истинное имя, потом стану баловаться жертвоприношением во славу Падшего, а что будет дальше?

— Мы с радостью примем в наш круг такого воина и мага, — напыщенно ответил этот болван. — Вы ведь наверняка хотите увеличить свою магическую силу? Такую возможность мы вам предоставим. Посмотрите на меня, Слав. Я ведь был обычным магом, но, когда я принял покровительство Разрушителя, когда я получил возможность использовать силу Его, я стал тем, кем являюсь сейчас. Я — правая рука могущественнейшего из смертных великого мастера Нарвиона!

Крий, мне за тебя уже обидно. Оказывается, не ты главная шишка в темном муравейнике за пределами погани Белгора. На твоем месте, Крий, я бы давно послал сюда группу исполнения. Тебя же не уважают! А ты, мастер Нерисан, дешевая шестерка, которую эта полумумия, Нарвион, поставила на внезапно ставшее вакантным место. Спасибо драконам, однако. Ты кто такой по жизни, чтобы указывать, что мне делать, холоп?! Давно на конюшне батогами не пороли?

— Ведь согласитесь, Слав, — продолжил удод расправлять павлиний хвост глупости и высокомерия, — что вы всего лишь мастер магии Льда и в поединке со мной у вас нет никаких шансов. А все потому…

— …что вам, колдун, — перебил я его, — за стенами Красных пещер цена медяк, не больше. Вру, если вы захотите провести ритуал призыва силы Проклятого и поцарапать мне шкурку, то ваша цена возрастает до трех медяков. Мне придется просто быстро вас убить с небольшим риском для своей жизни. Я в любом месте обладаю одинаковой силой, мастер Нерисан, вот и все. Поэтому сильные и — или — умные маги, служащие Падшему, не становятся колдунами, полностью зависимыми от его силы. А вне средоточия силы Проклятого используют для повышения своего могущества камни боли.

— Это одно и то же! — возмутился придурок.

Нет, с этим болваном разговаривать бесполезно. Он безапелляционно отвергает все, что не соответствует его мировоззрению, тщеславию и всему остальному. Техника работы с камнями боли совершенно другая, чем обычная магия плюс сила Проклятого, это раз! Второе: эти камушки — аккумуляторы силы, и ими можно воспользоваться почти мгновенно, конечно, если ты умеешь это делать, а на ритуал призыва силы Падшего вне таких вот чудесных мест нужно время. А третье — камушки боли по существу стоят недалеко от границы между обычной магией и служением Проклятому. Почти на границе, с небольшим заходом в черноту. Они созданы при помощи магии Смерти, ужаса и боли разумных, твою мать, а не являются квинтэссенцией зла в чистом виде. Норк, спасибо тебе опять. Как мне тебя не хватает, приятель.

— Довольно, мастер Нерисан, — прервал я возмущенные вопли полудурка. — Даже здесь ваша жизнь в поединке со мной не стоит пяти медяков. Я боевой маг, который провел сотни схваток, у меня громадный опыт, а вы чем можете похвастаться? Сотнями принесенных в жертву Проклятому разумных? Я устал от вас и вашей глупости. Примите мой вызов здесь и сейчас. Я вас убью, и это будет хорошим окончанием нашего спора.

— Господа, — раздался нежный женский голос за моей спиной, — не надо ссориться. Я прошу вас об этом.

Легкие шаги — и перед нами оказалась вполне симпатичная девчонка. Миниатюрная брюнеточка с зелеными глазами. Интересное сочетание, да и фигурка хорошая. Кстати, а сколько этой девчонке столетий? Или мне нужно сразу закладываться на тысячу с лишним лет? Спросить ее? Не стоит, я позже воткну в тебя парочку бандерилий, хотя ты телка, а не бычара. Так, подруга, что-то мне не нравится твой чудесный лепет, ласковая улыбка, откровенное платье и провоцирующее поведение. Вон как этот остолоп размяк и смотрит на тебя бараньими глазами. Ладно, скопирую взор этого мастера Нерисана. А с бандерильями я погорячился. Тебя злить не нужно — тебя необходимо убивать прямо в загоне. Правильно поступают бесстрашные испанцы, что не выпускают на арену буренок. Среди четвероногих участников корриды коров нет. Ведь эти дамочки во время атаки своих глазок не закрывают. Тореадорам-то жить хочется, девушку помять после выступления, а еще…

— Конечно, — улыбнулся я, — я с удовольствием прогуляюсь с вами, Дара. Как можно отказать такой прелестной девушке?

Я предложил свою руку темной леди. Хотя леди назвать эту сучку невозможно. Так, а что у нас показывает очередная моя бахрома? Ни хрена себе! Повелительницу Крови с темным оттенком и кое-что еще показывает мое плетение. Вот это да. Темная мастерица, однако. А кого я еще ждал, когда специально пошел на конфликт с болваном? Ну чо, кровососка, совершим променад? Провожаемый ненавидящим взглядом удода, который пытался просверлить во мне дыру, я с Дарой возобновил экскурсию. Проф, Эллина, Четвертый, хорошо, что вы заложили мне основы работы сознанием двумя потоками, но я могу вам сказать, что Трана выше в этом деле всех вас на голову. Помимо лоботомии, она за два дня еще и вбила в меня своеобразный аванс за предстоящую работу. Хотела сработать по максимуму, но темные уроды слишком быстро прибыли на мой пляж. Одно плохо: опыта работы в таком состоянии у меня маловато. Так, пора у Земы перехватывать управление моей речью и телом.

— Конечно, Дара, — я улыбнулся темной прелестнице самой обворожительной улыбкой передовика-комбайнера, — вы целиком и полностью правы. Но этот мастер Нерисан совершенно невозможный тип!

Орлы, все управление я беру на себя, не вмешиваться. Слишком опасным стал наш разговор. Она может слишком рано просчитать мою первую маску самоуверенного и недалекого вояки. Я зря перевел в конфликтную фазу разговор с удодом? Я зря выманивал на себя крупную дичь, пытаясь избавиться от спесивой и самодовольной мелочи?

— Я не терплю оскорблений от комнатных собачек, — жестко сказал я. — Тем более когда интересы затрагивают мой кошелек. Вот с вами, Дара, я надеюсь найти общий язык и взаимопонимание.

— Я не сомневаюсь в этом, Слав, — обрушила на меня артобстрел глазками Дара, — я могу многое для этого сделать.

Все правильно, осла нужно подгонять морковкой, вывешенной перед его мордой. А то, что она в конце пути ему может и не достаться, так это совершенно другой вопрос. А слова «сделать многое» — это не слово «все».

— Слав, — два рыцаря тьмы шустро отворили перед нами массивные двери, — а здесь у нас находится сердце Красных пещер. Тебе нравится?

— Потрясающее зрелище, — ничуть не покривил я душой.

Действительно, это меня почти потрясло. Багрово-черный зал, задрапированный шелком. Постамент в виде пентаграммы. Громадный алтарь, возвышающийся на нем, весь был окутан облаком силы Проклятого. Интересно, а количество жертв, принесенных на алтаре, исчисляется пяти— или шестизначной цифрой? Ошеломленный, я смотрел и смотрел на средоточие силы Темного, которой он щедро делился со своими адептами. М-дя, теперь понятно, куда делись остатки населения данного региона. Понятно, почему Ольт везде в бывшем герцогстве чувствовал слабый ток силы Падшего. Понятно, почему нежить на поверхности и не думала упокаиваться. Почему вы жмотничаете? Бедные зомби на поверхности едва ковыляют, а вы тут плачетесь, что жертв вам для проживания не хватает! Надо срочно корректировать свои планы, надо произвести переоценку противника.

— Я вижу, что ты впечатлен, — улыбнулась Дара. — Ты первый, кто увидел сердце нашей ложи и не являешься при этом ее членом.

Те же яйца, только в профиль. Мы или партнеры, или у тебя ничего не получится, Слав. Но надо отдать должное Даре. Никаких угроз или чего-то там еще. Сам смотри и делай правильные выводы. Мы тут хозяева, смирись с этим и довольствуйся малым, а то потеряешь все. Блестяще, Дара, я тобой почти горжусь. Интересно, а у Крия в центральном замке есть что-то подобное? Наверняка есть. А маску агрессивного, жадного, хитрого и недалекого вояки я снимать не собираюсь. Рано еще. Только несколько часов я здесь в гостях.

— Впечатлен, не буду спорить, — согласился я. — Хороший запас силы. Если бы им можно было воспользоваться, то кракена вы бы и сами смогли прикончить. Хорошо, что вы этого не можете.

— Ты так уверен? — заинтересовалась Дара.

— Девочка, — я окинул ее насмешливым взглядом, в котором едва заметно читалось полное превосходство, — ты слишком юна, неопытна и впечатлительна. Если бы кракен был в полусотне шагов от ворот Красных пещер, то маги и колдуны вашей лиги смогли бы его отправить в бездну навсегда. А так… Чего стоят колдуны в двухстах километрах от алтаря? Чего стоят маги без камней боли?

— А призвать силу Разрушителя на побережье мы разве не можем?

— Можете, — согласился я, — а сколько вам нужно жертв прикончить на переносном алтаре? У вас есть под рукой несколько десятков тысяч разумных? Нет. Вы можете обеспечить нормальный переток силы из этого места на побережье? Нет.

Погрустневшие глаза девушки, ее руки, начавшие нервно теребить платье. Слабый вздох. Дара великолепно переставила нюансы своей маски. Уверенная в себе очаровательная магиня стала почти ученицей такого гениального и опытного гостя. Подняла на меня свои печальные глаза. Так, Дара, не вздумай говорить мне — мол, ты такой вумный, смелый, красивый и так далее. Я сильно разочаруюсь. Очень сильно разочаруюсь в своих возможностях реально оценивать опасность разумных.

— А я думала… — опять вздохнула одна из сильнейших магинь, которую я только видел в своей жизни.

Самая опытная и, безусловно, самая смертоносная. А если вспомнить о темном оттенке ее силы, то можно сразу выбирать себе место на кладбище. Стоп. А что это на мгновение мелькнуло в глубине ее чудесных глаз? Гвардеец, я памятник тебе рукотворный обеспечу. Зуб даю. Я ничего не понял, но ночью до меня дойдет. Раз надцать прокручу синемой этот эпизод.

— Дара, — в зал вошел франт, — разве посторонним можно здесь находиться?

А чо ты на меня так уставился? Да, без брони я чувствую себя голым, и оружие отдать отказался, когда мне вежливо об этом намекнули. Только не говори, что ты не знал…

— Мастер Хоринер, — склонила голову Дара, — великий мастер Нарвион приказал мне сопровождать нашего гостя везде и показать ему все наши достопримечательности.

…что я здесь нахожусь с Дарой. В следующий раз, мужик, лей на себя не стакан парфюма, а чайную ложку. Мужик хмыкнул и что-то брякнул на неизвестном мне языке своей куцей свите. Я тебя срисовал по запаху еще за два поворота отсюда. Хотя ты не виноват. Никто из аборигенов герцогства еще не встречался с охотниками. Не сталкивался с их гнусной привычкой ориентироваться в погани не только на глаза и уши, но и на нос. Ничего, в крайнем случае, я ликвидирую эту досадную оплошность на вашем жизненном пути. Мне такая пятая колонна за спиной не нужна. Если у меня не получится моя задумка, то братьев приглашу на развлечение. Учитывая этот алтарь, я думаю, что пары сотен охотников хватит.

— Дара, вы покажете мне остальные интересные места вашего великолепного жилища?

— Конечно, Слав, — ослепительно улыбнулась темная магиня и взяла меня под руку.

Однако! А как же приличия, леди? Я еще мальчик нецелованный, для жены себя берегу. До свадьбы ни-ни, руки не распускай, а? Вот выйдешь за меня замуж, тогда в постели — со всем прилежанием и трудолюбием. А до тех пор динамить тебя буду. Без штампа в паспорте только поцелуй в щечку у двери моего подъезда, куда ты доставишь меня после дискотеки. Ты хочешь сопроводить меня до дверей квартиры? Ни за что! Вдруг предки засекут? Они у меня строгие. Дара, также я могу разрешить тебе поцеловать меня в другую щечку после букета цветов и подарка мне, любимому. А вообще я лучше займусь французской любовью с коброй, чем с тобой.

— Слав, — голос франта остановил нас около самого выхода из зала, — вы не хотите посмотреть на одно занимательное действо? Вряд ли вы когда-нибудь увидите нечто подобное.

Я посмотрел на Дару. Ее лицо ничего не выражало. Ну-ну. А то я не понял второго слоя этого действа. Давайте, испытывайте на прочность мои нервы и лояльность к Создателю.

— Почему бы нет? — улыбнулся я франту.

Я не засланный казачок из клириков, который бы начал рвать на себе тельник и совершать безумные поступки. Я честный убийца. В зал пятерка рыцарей тьмы притащила с десяток жертв различного пола и возраста. Я честный убийца, и мне плевать на ваши дела. Взмах руки франта — и жертвы скорчились от боли. Молча скорчились. Главное, чтобы ваши дела не касались меня.

— Встать! — прогремел голос франта по залу. — Иначе будет еще больнее.

А вообще местные темные — жуткие жадины. Завели бы себе бхута или ванфа — и делились бы с ним добычей. Сейчас бы вы были гораздо сильнее в магическом плане. Обезумевших от ужаса жертв подняли на ноги рыцари тьмы. А так вы сильны только здесь, а в другом месте… Берите пример с Крия. Он постоянно раз в несколько лет отправляет на стажировку в погань Белгора своих клевретов. На что вы надеетесь? Никому из вас стать хозяином погани не судьба! Вся энергия этого алтаря равна силе Проклятого, которая разлита на первом уровне любого периферийного комплекса погани Белгора. А что творится ниже? А про уровни, населенные демонами, я вообще не говорю.

— Нравятся? — осведомился подошедший ко мне франт.

— Кто именно? — полюбопытствовал я.

— Жертвы, — улыбнулся темный мастер. — Сегодня мы возложим на алтарь только половину из них. Остальные будут ждать своей очереди. Если кто-то вам нравится, если к кому-то вы испытываете сочувствие, укажите нам его — и этот счастливец или счастливица проживет еще месяц.

Проверка на вшивость продолжается. Хотите узнать, так ли я равнодушен к любому, кроме себя? Так ли я люблю деньги? Так ли я жесток и циничен, как хочу выглядеть в их глазах? Убеждайтесь, пока можете.

— Пятерка справа.

— Почему они? — удивился мастер Хоринер.

— Тогда пятерка слева достойна алтаря, — равнодушно заметил я.

На мгновение франт скосил глаза на Дару, которая стояла рядом со мной. Так, расклад становится все яснее и яснее. Дарочка является лидером в этой паре. Одно это стоит всего того, что я сегодня увижу, на какой церемонии буду присутствовать, и палец о палец не ударю, чтобы помочь этим несчастным.

— Слав, разве можно быть таким бесчувственным, — осуждающе сказала Дара. — Мастер Хоринер проявил уважение к вам, а вы…

— Сдаюсь, — улыбнулся я. — Был неправ и сейчас я исправлюсь. Мастер Хоринер, я извиняюсь перед вами.

Я направился к мясу для жертвоприношения. Ну, сучка! Ведь это твоя идея. Давай, переглядывайся за моей спиной с франтом. Как же, я опять проявил свою дремучесть и провинциальность, неотесанность и отсутствие лоска. Благородный разумный, имеющий хорошее воспитание, ответил бы «прошу меня простить» или «приношу вам свои извинения». Я деревенщина! Еще бы буркнул просто «извиняюсь». Я медленно, не превышая скорости черепахи, стал проходить вдоль ряда жертвенного мяса. Каждый рыцарь тьмы держал перед собой на вытянутых руках двух несчастных за шею. Идеальная шеренга. В глазах несчастных стояли слезы, ужас и мольба. Один парень попытался что-то сказать, но рыцарь слегка сжал свою кисть, и из горла юноши вырвался только приглушенный хрип. Он слышал, они все слышали, что говорил мне франт, они надеялись на пощаду, на чудо, которое может их сейчас спасти и дать им возможность еще пожить некоторое время. Я снял салад.[14] Они надеялись на меня. Что ж, я не обману их ожиданий. ТВОЮ!

— Этот, — указал я на парня, молившего глазами о пощаде, и пошел дальше.

Дракона, я тебя всю расцелую, я вылижу всю твою мордочку. Я смотрел на разумных. Я запоминал каждое лицо. Они мне будут скоро сниться. Скоро, но не в ближайшее время. Что ж, у каждого есть свои скелеты в шкафу. У меня теперь на пять штук будет больше. Я могу убить всех десятерых и избавить их от алтаря, но что это даст, кроме моей смерти?

— Эта, — указал я на гордую леди в возрасте.

Она единственная, кто хоть как-то контролировал себя. В ее глазах я увидел надежду. Я только усмехнулся — и надежда леди угасла. Пусть она запомнит мое лицо. Пусть все несчастные запомнят мое лицо! Одни меня будут там проклинать, а другие, возможно, благодарить. Я не отправлю на алтарь твою дочь, леди, которая стоит в конце шеренги, но ты должна сейчас ненавидеть меня.

— Этот, — указал я на воина, который явно побывал недавно в сече. Не на ему ли подобных и охотятся местные долгожители? Ненависть ко мне и страх перед тем, что его ждет, клубились в глазах бойца. Интересно, а если бы Трана не отключила мое сострадание, я сорвался бы или нет? Вру, я бы не сорвался никогда.

— Этот, — указал я на субъекта непонятного вида.

Я охотник, я бы не сорвался. Просто бы взял под контроль свой разум. Я бы сжал в тисках свои мысли, эмоции и тело. Мой разум не смог бы атаковать магией живых и мертвых тварей. Все, кто находится в этом зале, кроме меня и мяса, — твари. Я бы контролировал свое тело от совершения им глупых поступков вроде выхватывания мечей и пластания на части своих новых знакомых, рыцарей тьмы и несчастных.

— Этот, — указал я на мага.

Кажется, он бакалавр-погодник. Не повезло тебе, коллега. Жизнь — сволочная штука. Я бы контролировал полностью свои эмоции. А когда бы все это закончилось, в выделенных мне гостеприимными хозяевами покоях я вцепился бы зубами в подушку и тихо выл под пологом молчания.

Я повернулся и вновь посмотрел на несчастных. Одних я только что приговорил к мучительной смерти, другим дал… Да ничего я им не дал. Я направился к сладеньким твиксам. Где окажутся души приговоренных мной сегодня к жертвоприношению? Может, случится чудо, и они вознесутся туда?.. Может быть, но вряд ли. Творец, обеспечь им хотя бы чистилище! Твиксы, вы довольны мной? Франт, пробежавшись глазами по моему лицу и фигуре, состроил уважительную гримасу. Боже, как мне было бы тяжело, если бы не дракона. Мне плевать на тебя, темный.

— Приготовиться к восхвалению Разрушителя! — заорал франт и направился к алтарю.

Четверо его живых свитских сорвались с места и начали руководить процессом подготовки к жертвоприношению.

— А почему вы выбрали именно их, Слав? — поинтересовалась Дара.

— Все просто, — слабо улыбнулся я, наблюдая, как несчастных укладывают на алтарь. — Первый — хлюпик. Я оказал ему милосердие. Каждая минута в вашем загоне для мяса является для него худшей из возможных пыток. Он сходит с ума от ужаса, но вы ведь не дадите ему уйти в забытье. Вторая — наверняка леди благородных кровей. Условия жизни в загоне для мяса оскорбительны для нее. Третий — воин. Его трясет от бешенства, он ненавидит всех вас, но ничего не может сделать. Я спас его от унижения, от позора собственного бессилия. Четвертый просто мне не понравился. А пятый наверняка является магом. Он опозорил искусство, он опозорил своих коллег, умудрившись попасть в загон для мяса. Пусть получит по заслугам.

Дара улыбнулась и вновь взяла меня под руку. Да, как ни крути, но сегодня меня ждет веселая ночь. Это она так считает. А что касается моих слов — так я сказал темной правду, не всю, но правду.

— Смотри, сейчас начнется самое интересное, — прошептала Дара.

Пятерка темных, окружившая алтарь, начала материться на языке магов. А что тут смотреть? Я уже видел нечто подобное в меньших масштабах. Я даже принимал участие в жертвоприношении. Правда, бхуту почему-то не понравился конечный продукт этого действа. Бывает. А вот то, как ты, сучка, смотрела на меня во время дачи показаний по выбору жертв на сегодня, многое мне сказало. Ты у нас еще и разумница — вот что было кое-чем еще. Мастерица Разума. Я так понимаю, ты начальник местной контрразведки. Да еще внимательно мазнула глазами по моим зрачкам, оценила цвет лица, прислушалась к сердцебиению. Мол, а не волнуется ли наш гость? Не испытывает ли он страх или возмущение, ярость или сострадание? Равнодушие, детка, я испытываю равнодушие. Все равно вы все покойники. Зачем мне волноваться из-за нескольких десятков бывших живых темных? Зачем? Дракона, спасибо тебе опять.

Пятерка темных подняла свои кинжалы, закончился речитатив, блеск стали, вонзившейся в обнаженные грудные клетки приговоренных мной к мучительной смерти, кровь, хлынувшая на алтарь, приговоренных мною к страшному посмертию. Зачем себя обманывать? Тела мертвых жертв начали корчить судороги. Их души прямой дорогой направляются в ад, чтобы они ни делали, кем бы они ни были при жизни. Таков эффект этого ритуала. Подобное действо и видел один маленький мальчик, который через три десятка лет стал самым молодым за последние семьсот лет истории Арланда повелителем Смерти. Дилс Мрачный, как я тебя понимаю. Я очень хорошо тебя понимаю. Но я надеюсь, вернее, я знаю, что пройдет время — и души, насильственно скинутые туда, обретут свободу. Наверху их будут ждать. Там они получат самый радушный прием, какой не каждый святой получает в райских кущах. Надеюсь, что со временем они смогут меня простить. Может быть. Может быть. Может быть.

Тела несчастных прекратили извиваться. Тела замерли. Марево черноты, окутывающее алтарь, покрылось черными искрами.

— Разрушитель принял жертву! — радостно крикнул франт.

— Слав, — улыбнулась Дара, — позвольте вас пригласить на ужин в мои скромные апартаменты.

— С превеликим удовольствием. — Я вернул ей улыбку.

— Слав, проходите. — Томно изогнувшаяся красавица медленно указала мне на соседнее кресло. — Я так хочу узнать о вас побольше. Редко нас посещают подобные вам гости. Присаживайтесь, сегодня нам приготовят великолепный ужин — и все ради вас.

— Даже так? — удивился я и сел в кресло. — Вкусно поесть я люблю, и не только поесть. — Я прошелся глазами по великолепной фигуре темной. — А что у нас будет на десерт?

— Увидите, Слав, — усмехнулась одна из главных местных шишек. — Но я надеюсь, что вы не слишком нетерпеливы.

— При моей профессии данный недостаток является смертельно опасным, — улыбнулся я. — Мы будем ужинать вдвоем или вы ждете кого-то еще?

— Никого, Слав.

Ясненько. Твоя личная охрана, которая встретила нас после жертвоприношения при выходе из зала, считается предметом обстановки, и внимания на нее можно не обращать. Но что в одной не очень качественно задрапированной ложе делает один любитель игры в прятки? Кто там находится? Черт, бахрома не может дать мне четкого ответа. Эти магические конструкции я видел дважды. Неужели сам глава местной банды темных? Вряд ли это великий мастер Нарвион. Слишком велико его чувство собственного превосходства над всеми остальными разумными. Франт там кукует, кто же еще. Кто он такой по жизни? Нет, то, что он твой любовник, — это и ежу понятно. Вру: один из любовников. Меня занимает его место в здешней иерархии. Скорее всего, левая ручка главбосса. Интересно девки пляшут. Правая ручка сдохла, на ее месте оказался полный болван. Начальница ЧК и франт, имеющие общий интерес, — опасный коктейль, который может привести к неприятностям. Интриги и борьба за власть являются практически единственным развлечением в этой местности. Неужели великий мастер не понимает этого? Или все не так? Франт тут по делу, но не в связке с Дарой, а по указке главбосса?

Парочка живых вошла в будуар темной леди и быстренько заставила столик посудой. Не пустой посудой. Да и несколько емкостей присутствовало. Я взял на себя обязанность следить за тарелками и кубком леди, после того как прислуга удалилась. Ню-ню, интимный вечер на троих в этой уютной пещерке Аладдина. Сча-аз. А обстановка у тебя, Дарочка, подобрана со вкусом. Хоть в этом тебе не откажешь, да и золотишко с камушками присутствуют в нормальном объеме. Будет чем поживиться после твоей внезапно-случайной смерти.

— Слав, — произнесла Дара, когда первый голод был утолен, — расскажи мне о себе, о своей родине. Я так давно не была за пределами Красных пещер, и мне все жутко интересно.

Я чуть не поперхнулся вином. Кто так откровенно работает? Дара резко поглупела, или это игра на франта? А может, она квалификацию потеряла в связи с отсутствием шпионов? Да нет, в этой клоаке утеря чувства нюха ведет на алтарь или тому подобное. Смерть правой ручки главной шишки изначально казалась мне странной. Не избавился ли великий мастер от своего помощника чужими драконьими лапами? Или это Дара постаралась? Или Дарочка и франт? Ладно, начинаем вешать лапшу на уши. Зема, на выход. Я буду наблюдать со стороны, а в случае чего — сразу и в лоб, как незабвенный поручик Ржевский. Люстра здесь есть, да и что-то вроде пианино присутствует. Дарочка решила затолкнуть в рот ослу морковку? Зема, не увлекайся, снизь активность приставания и обольщения. Вот так-то лучше.

Как могла правая ручка самостоятельно обнаружить почти разряженный артефакт? Вернее, как остальные темные шишки не почувствовали посоха мертвых и не ломанулись общим стадом за ним? Странно все это, очень странно. Зема, ты растешь не по дням, а по часам. Я тобой горжусь. Это ж надо так успешно прикинуться валенком и с упорством бронетранспортера постоянно переводить разговор на местные реалии. Так держать. А я пока обмозгую сегодняшнее утро.

— Ольт, все готово?

— Да, Влад. Надеюсь, церемонию подчинения ты помнишь наизусть, — съехидничал некрофил.

— В отличие от тебя, жалкого ритуалиста, — произнес я, — мы, рунные маги, отличаемся умом, сообразительностью и хорошей памятью. Брысь под лавку и не отсвечивай, пока гений в моем лице дает тебе урок.

— Гений, — пробурчал Ольт, вставая с колен, — а почему всю предварительную подготовку я за тебя делал? Ручки боишься запачкать?

— Не царское это дело, — важно заметил я. — Трана, сколько у нас времени до того, как на этот прекрасный пляж прискачут возбужденные темные?

— Сутки или двое, — ответила мне зовом дракона. — Я еще успею научить тебя работать тремя потоками сознания.

Было бы хорошо. Я опустился на колено перед тщательно сделанной Ольтом пентаграммой. Было бы очень хорошо — я резанул вены кинжалом, и струйка моей крови полилась на амулет контроля кракена, который пока спокойно и мирно лежал в центре произведения искусства некрофила. Три часа Ольт ползал на карачках, старательно вырисовывая эту картину. Еще и матом изредка бурчал, комментируя мои способности к рисованию. Тоже мне, Рембрандт… недоделанный. На себя посмотри, Пикассо хренов. Мне чего посложнее подавай. Лича там прикончить или хозяина погани, а не заниматься этим маранием холстов. Вернее, плоского куска скалы. Опаньки, процесс пошел, теперь нужно представить в голове ту безумную конструкцию, которую разработал проф с тинами и Ольтом. Держать ее, мать твою, держать, а теперь направить вектор силы на амулет контроля. Блин, как мне хреново!

— Влад, — предостерегающе сказал Ольт.

Вижу, я вздохнул. Кровь — лучшее средство для призыва, активации, подчинения и так далее подобных кракену существ, да и не только их. Только маги редко используют свою, им больше чужую подавай. Дилетанты, профа на вас нет: своя кровь гораздо лучше подходит магу для данных целей, другое дело, что количество этой восхитительной жидкости в организме ограничено. Ровер ливанул мне на руку иноин, а Ольт поднес к моим губам флакон с эликсиром жизни. А вот поднимать меня на ноги, поддерживая с двух сторон, — это лишнее. Не маленький, сам могу стоять. Наверно. Нет, не могу, что-то я погорячился с кровушкой. Ничего, через пару минут буду в порядке.

— Влад, — сообщил Ольт, — проф настаивал на двухстах граммах крови, а не на полутора литрах.

— Кашу маслом не испортишь, — буркнул я. — И вообще заткнись, ученик, и не сбивай мне концентрацию. Я его и так с трудом чувствую.

Ольт несколькими жестами, вот зараза, показал, что он обо мне думает, раз говорить я ему запретил. Я закрыл глаза: мне контроль над амулетом держать нужно, а не любоваться познаниями пошляка-некрофила в области ненормативного рукомашества. Так, что тут у нас? Да ничего особенного. В конструкцию профа постепенно просачивалась серая муть, вспыхивающая временами белыми искрами. Давай, милый, давай. Я тебя жду. Вот проведем привязку полностью — и будет у меня еще одна почти ручная зверушка. А вот этот поток завяжем на мою кровь. Бинго. Я открыл глаза и с жадностью присосался к протянутой мне Ольтом фляге. Жаль, винца мне красненького сейчас нельзя. Для восстановления крови оно гораздо лучше обычной воды, а для жизни — на этом этапе смертельно опасно. Только затуманенной головы мне не хватает для полного счастья. Да и с Водом не очень сейчас поработаешь, переводя перебродивший сок в воду, — хрен его знает что может случиться при ослаблении концентрации.

— Тебе стоит на это посмотреть, Влад, — заметил Ровер, наблюдавший за прибрежной полосой. — В пограничье подобного не увидишь. Отличная тварь.

— Ольт, можешь говорить, — заметил я и стал с любопытством посматривать на вскипевшую воду. — Чего хочет кракен, как ты думаешь?

— Да ничего особенного, — успокоил меня ученик. — Кракен всего лишь хочет прикончить одного наглого самоуверенного недоучку-мага, который осмелился привязать свою жизнь через амулет контроля к его существованию. Глупая тварь, если ты наконец-то умрешь, то и ему недолго останется. Смотри, как он бесится. Ух ты, кракен еще и магией владеет на примитивном уровне! Вот это сила! Еще бы капельку умения — цены бы ему не было.

— А зачем ему высшее образование? — поинтересовался я. — Сила есть — так ума не надо.

— Вот-вот, правильно, — согласился со мной Ольт. — А потом появляются различные амулеты контроля таких зверушек. Зачем быть такому сильному знающим? Что думают орлы по поводу происходящего? Поставленной мной защиты надолго хватит?

Орлы, вопрос слышали?

— Влад, все присутствующие в полной безопасности, — сказал председатель шайки мертвых архимагов, — передаю слово Воду. Я не очень понимаю нюансы.

— По запасам силы, — взял слово следующий оратор, — кракен равен трем-четырем повелителям воды. Магия переплетена с его плотью и составляет с ней единое целое. За пределами своего тела зверушка слаба. Только и может атаковать незначительными и почти неконтролируемыми потоками сырой силы, но вблизи ее мощь ужасна. А попадать в объятия кракена я не посоветую даже Проклятому. Далее, расход его энергии мгновенно пополняется из окружающей зверушку материи. Можно с уверенностью предположить, что кракен в воде практически неуязвим. Я не представляю себе, как можно его ликвидировать, пока он находится в своей стихии. Любые раны, любые магические повреждения, нанесенные кракену, благодаря переплетению его плоти и силы между собой для него не более чем комариный укус. Верна и обратная ситуация: как только он окажется вне стихии, он станет чрезвычайно уязвим. Существо имеет, скорее всего, естественное происхождение. На это указывает ряд…

Хватит, Вод. Мне только получасовой лекции сейчас не хватает. С профом обсудишь нюансы. Главное ты мне уже выложил. Вру, моя привязка моей крови к его действует?

— Действует, — немного обиженно пробурчал Вод, — но не так, как ты рассчитывал. После твоей смерти кракен будет существовать до конца отведенного ему Творцом срока жизни. Другой вопрос, что это будет за жизнь. Постоянно терпеть мучения от нахождения в своем теле некоторого объема мертвой крови, равного количеству жидкости, находящемуся в твоем теле, и, не имея возможности избавиться от него, пока амулет контроля не уничтожен при помощи соответствующего ритуала, гарантирующего…

Хватит, Вод. Я все понял. Я сдыхаю — зверушка получает проблему. И то хлеб. С этими магическими игрушками одна морока. Давай лучше полюбуемся на представление. Когда и где еще такое увидишь?

Я начал пересказывать своим спутникам и трем драконам короткую справку, выданную мне Водом. Не отвлекаясь от зрелища, присутствующие выслушали меня, покачали головами и продолжили смотреть на шоу. Драконы слабы в магии воды. Вернее, не так сильны, как в магии огня. Клыкастики и Ольт вообще не владеют этой стихией. А что касается меня — так я недоучка-универсал с громадным уклоном в сторону уничтожения разумных или неразумных, живых или мертвых. Куда мне до Воза, с его классическим образованием?! Хрен с ним, особо из-за этого я не переживаю. Так, пора прекращать ритуал. Полного подчинения кракена мне пока не нужно. Мое тело пронзила невыносимая боль. Ни хрена себе! Держать конструкцию профа. Я упал на колени, руку на амулет. Твою! Где же сознание этой медузы? Проф, почему ты говорил, что ритуал подчинения разбит на три этапа?! Скотина! Держать конструкцию! Мол, физическое подчинение, контроль разума и частичное слияние сущности. Кракен тебе будет как правая рука. Вернусь — прибью этого мерзкого старикашку. Зуб даю. Так, связать еще это и это. Вроде все.

— Ты как? — поинтересовался Ольт, выливая на меня очередное ведро воды, принесенное клыкастиками.

— Хреново, — сознался я и сел на камни. — Что-то пошло не так. Мне пришлось полностью провести ритуал. Долго я был в отключке?

— Нет, — улыбнулся некрофил, — только пару часов, не больше. А я ведь тебя предупреждал насчет внесения некоторых штрихов в церемонию подчинения этой неразумной твари. Решил связать свою кровь с монстром — так получай проблемы. Ты пропустил самое интересное, Влад. Когда ты решил отдохнуть, тут началось такое… Короче, прошел выброс такой силы воды, что драконам пришлось нас прикрывать щитами на свое полное магическое истощение. Вон Трана валяется, — Ольт махнул себе за спину, — Трайдин загорает недалеко от нее. Силы потихоньку восстанавливают. Оргрурх летает над нашими головами — стоит на стреме, так сказать. Кстати, я поделился с драконами эликсирами розового тумана, которые передал тебе хранитель. Им нужно сматываться отсюда. Такой выброс силы не останется незамеченным для темных. Тебе нужны проблемы со взаимопониманием между акционерами корпорации «Кракен и остальные»? А зверушку ты здорово приручил — ты подобное зрелище называл словом «родео»? Я так думаю, что кракен будет покруче быка.

Я посмотрел на ехидное лицо своего ученика и поднялся на ноги. М-да, песчаный пляж превратился в черт знает что. Наверняка тут были торнадо, ураган и смерч, вместе взятые. А рыбы-то сколько оказалось на берегу? А выброшенных из воды стволов деревьев? Дела. Но главной достопримечательностью окружающего меня пейзажа был кракен. В трехстах метрах от берега спокойно лежал на воде местный ужас. Матово-черная кожа, блин тела, имеющий в диаметре метров двадцать, и восемь тридцати-, сорокаметровых щупалец, покрытых присосками и поднятых зверушкой вертикально вверх. Вот это осьминог-переросток.

— Он честь отдает? — поинтересовался я у Ольта.

— Да кто его разберет! — пожал он плечами. — Как ты стал немного в себя приходить, так он и принял эту позу. Сам с ним пообщайся. — Ольт протянул мне амулет контроля.

Так, я нацепил кулон на шею и скользнул внутрь своего сознания: что тут у нас есть? А у нас есть конструкция профа, переплетенная со структурой безделушки, и белые искры, весело горящие в местах соединения. Я потянулся разумом к этой мечте авангардиста. Тоска, грусть и печаль. Не понял, кракен разумен? Легкие касания, напоминающие… Нет, он не разумен. Хотя собаку тоже можно подвести под это определение. Отдыхай, бобик, у тебя был сегодня трудный день, да и у меня тоже.

Вода забурлила, и кракен стал стремительно погружаться на дно начала Пресного моря. Есть контакт, а все остальное мне проф объяснит, пусть только попробует этого не сделать. Рядом со мной с шумом приземлился Оргрурх. Я частично снял защиту сознания.

— Темные на грифонах в шестидесяти километрах отсюда, — проник зов мужа Траны мне в голову. — У нас есть время уйти незаметно. У тебя тоже. Как поступим?

— Ролан, Ольт, собирайтесь в дорогу, — скомандовал я. — Риджен, Ругино, Рикт и Ровер, организуйте прием наших так несвоевременно подлетающих гостей. Трана, жаль, что мы с тобой так мало позанимались над моим сознанием. Главный мой вопрос, который я должен был задать тебе раньше. Что важнее — спасение кладки или очистка Красных пещер?

— Кладка, охотник.

— Так я и думал. А теперь расстанемся на некоторое время. Не изображать же нам бой между четырьмя вампирами, имеющими хозяина-мага, и тремя драконами перед некими зрителями. Ольт, держи амулет — без него я не смогу управлять кракеном, но без меня никто не сможет стать повелителем этого милого существа. Передай привет леди Ловии, когда до нее доберешься. Впрочем, мы все уже давно обговорили.

Я открыл портал в Каросу.

Зема, назад, беру разговор в свои руки. Что-то мне сильно не нравится. Двое живых слуг появились в апартаментах Дары и стали изображать бурную деятельность по перемене блюд. Зема, ты — молоток, многое стало яснее из происходящего здесь, с продлением жизни местных робинзонов разобрались по некоторым намекам тоже. Дара, тебе всего лишь не больше пяти сотен лет. Уже лучше, а теперь, леди, у меня к вам остался почти один вопрос. С чего это за последние полчаса нашего общения вы так упорно изображали из себя блондинку? Кого ты играешь, Дарочка? Меня или франта? Кому ты хочешь столь упорно запудрить мозги? Мне — недалекому авантюристу, мне — охотнику, мне — непонятной личности? Кому, Дарусик?

— Конечно, леди. — Я на мгновение приобнял темную. — Я сочувствую вам. Жить в такой глуши, жить без балов и турниров — для вас наверняка является самой настоящей пыткой.

— Вы правы, Слав, — грустно улыбнулась мне Дара, — скука — это самая страшная здесь опасность, но наш великий мастер иногда устраивает праздники. Конечно, по сравнению с тем, что вы видели при многих королевских дворах, это выглядит убого, но не нужно судить слишком строго.

— Дара? — изумился я. — Да кто я такой, чтобы судить вас, тем более что ни на одном вашем празднике я не был.

— Тогда я приглашаю завтра вас в свою ложу, — стрельнула глазками темная. — Очередной ежегодный турнир начнется после обеда, и вы сможете сравнить свои впечатления.

— Я уже знаю, — улыбнулся я, — что останется в моей памяти до конца жизни, Дара.

— Вы — ужасный сердцеед. — Темная медленно отстранилась от меня и взяла в изящную ручку бокал. — Наверняка за вами тянется длинный след из разбитых девичьих сердец, Слав. Не надо так успешно обольщать неопытную провинциалку. Ведь если вы вскружите мне голову и станете для меня единственным мужчиной на свете, а потом, когда вам надоест новая игрушка, бросите, — я не смогу этого пережить.

Ага, так я и поверил насчет твоей провинциальности, внезапно начинающегося завтра турнира и всего остального. Не переборщил ли я со своей первой маской? Она же издевается надо мной почти в открытую! С чего это вдруг? Еще пара таких фраз — и даже тот, кого я из себя изображаю, догадается о происходящем. Черт, нет времени провести анализ, я откинулся на спинку кресла и поднял кубок. Зема, готовься к бою, происходит что-то странное.

— Попробуйте мясной пирог, — указала Дара пальчиком на центр стола, — повар мне сказал, что сегодня он получился просто великолепным.

— С удовольствием, — улыбнулся я и обслужил «леди» и себя.

Ничего не понимаю. С чего это Дарочка решила указать мне на это блюдо? Я медленно работал челюстями. До сих пор подобным она не увлекалась. Это местный деликатес? А почему так много специй, и вкус страннов… Я замер и медленно вытер салфеткой рот. СУКА! Я выплюнул содержимое ротовой полости на стол. Демонстративно выплюнул. Ты решила полностью пробить реакцию на происходящее моей маски. Так ли я опытен, нагл, недалек, самоуверен и агрессивен, как пытаюсь показать. Понятно теперь и присутствие франта, не слишком хорошо скрытое от внимательного разумного. Я прополоскал рот вином и испачкал дорогой ковер. Не хватало мне глотать эту гадость. Дарочка, ты сделала на представлении всего лишь два слоя защиты. Для лоха, которого я изображаю, этого хватит. Я протер салфеткой руки и лучезарно улыбнулся темной. Ты опасная соперница, но куда тебе до гвардейца. Я отреагирую сейчас так, как и должна повести себя моя маска. Не зря над ее психологической достоверностью я работал несколько часов.

— Дара, а почему вы так уверены, что человеческое мясо мне по вкусу? — зло осведомился я. — Мне плевать на светлых, мне плевать на темных. Мне плевать на всех, кроме себя, пока это меня не затрагивает. Вы любите жертвоприношения — так вперед. Святоши любят костры — так меня это не волнует. Зачем вы так поступили со мной, Дара? Вы ведь мне стали нравиться, сильно нравиться. А теперь? — Я внимательно посмотрел в налившиеся слезами прекрасные глаза. — Вы думаете, что я не знаю о некоторых обрядах, которые практикуют адепты Проклятого?

Так, первый крючок пошел. От этой моей маски завтра придется избавляться, по крайней мере в отношении Дарочки. Если ты умная девочка, то сама скоро сообразишь. Задашься вопросом: а откуда я столько знаю про темные шалости? Если очень умная — сейчас меня спросишь об этом, а если ты гений в платье — то ты уже связала церемонию жертвоприношения, на которой я присутствовал, мои слегка необычные познания в некоторых темных ритуалах и кое-что еще по мелочи.

— Кто это был? — Я брезгливо указал на центр стола через несколько минут молчания.

Она молчит. Просто умная или гений? Дара, ты великолепный противник. Мне давно не было так интересно. Я не могу тебя просчитать, а ты имеешь серьезные подозрения, кстати, полностью обоснованные, в отношении меня.

— Не беспокойтесь, Слав, — вышел из своего убежища франт. — Никакого отношения к тем телам, которые вы видели сегодня на алтаре, это мясо не имеет.

Пошла первая линия защиты Дарочки. Она отправила зов франту.

— Никто, — продолжил франт, — не стремится насильно сделать вас членом нашей ложи. Тут дело в другом. — Франт по-хозяйски уселся в кресло. — Вы знаете, что животных на территории герцогства очень мало, в отличие от тварей. А постоянно есть мясо вряков… — Франт покачал головой. — Вот и приходится иногда питаться низшими и бесполезными существами, которые изредка у нас появляются. Поверьте, никакого неуважения к вам Дара не проявила. Что касается моего нахождения в комнате во время вашего ужина, так это я настоял. Дара является моей дальней родственницей, и я беспокоюсь за нее. Сами понимаете, ужин наедине, вино, редкий гость из внешнего мира — подобное может вскружить голову не только одинокой девушке. Но я убедился в вашей порядочности, Слав, и покидаю вас сию же минуту.

Не верю!!! Франт встал, кивнул — тоже мне белогвардеец недоделанный, еще бы каблуками сапог щелкнул, ревнитель девичьей чести, — и покинул наше общество. Ну не верю я! Что ж так грубо?

— Слав, — прошептала Дара, и из ее глаз потекли слезы, — прости меня, я не хотела этого. Я не думала, что это заденет тебя. У нас, — темная глубоко вздохнула, продемонстрировав мне обтянутую тончайшим платьем грудь, — другая мораль в этом Творцом забытом месте…

Очередной ход с ее стороны. Браво, Дара. Грубость предыдущего акта понятна. Темная упоминает всуе Творца — интересный расклад. Ясно, что ты скажешь мне дальше. Мол, прибыл рыцарь из-за гор, так я на все готова ради него, но не подумала.

— Когда я увидела тебя в первый раз…

То у тебя сразу намокли несуществующие трусики. Ведь ты такой красивый. Ты такой мужественный. Ты такой ослоподобный, с длинными ушами, заточенными под спагетти!

— А потом, — продолжила терять слезинки опаснейшая тварь, — я узнала про тебя и амулет контроля кракена. Только по-настоящему храбрый и мужественный человек осмелится…

А тебя здесь гнобят страшные люди, тьфу, разумные. Забери меня отсюда, и я буду век тебе верна. Какой век? До гробовой доски. Жили они долго и счастливо и умерли в один прекрасный день. Как именно сдохли, ты не будешь говорить?

— Ты понимаешь, — всхлипнула Дара и утерла поданным слугой платочком прелестное личико. — Я стала такой, потому что у меня не было выхода. Я была глупой девушкой, которую ждал костер, и мне ничего не оставалось делать…

Уважаю за предыдущую речь. А это что у нас за продолжение спектакля? Мол, я не такая, я жду трамвая? Дара, великолепно!

— Конечно, — улыбнулся я, продолжая утешать девушку, — конечно, я все понимаю. Мы не будем спешить. Более того, я не хочу, чтобы твои обязательства перед великим мастером, чтобы твой долг вошел в противоречие с чувствами. Мы не будем спешить, Дара. Когда наступит окончательная ясность в моих отношениях с вашей ложей, с великим мастером Нарвионом, только тогда мы поговорим о будущем.

Я встал, церемонно поклонился с благодарностью смотревшей на меня за понимание сложной ситуации девушке и вышел из помещения. Так, умная — я пошел по коридору за одним из слуг Дары — или гениальная? Непонятно. А зачем попытка сыграть на эмоциях циника, которым я представляюсь? Идиот. Я идиот. Это третий слой нашего сегодняшнего общения с темной прелестницей. Это ее очередной крючок для меня. Я покрутил головой. Да, отлично. Есть местный Кощей Бессмертный, а Василиса Премудрая вроде бы и не прочь. Нет, не расстаться со старым хрычом. А вот заключить с Иванушкой договор о намереньях в отношении кракена — очень даже прочь. А если и Кощеюшка сдохнет, то ничему удивляться не нужно. А ведь к словам-то девушки и не подкопаешься. А вот это уже серьезно. Дарочка — умница в платье. А вдруг я про свои темные знания просто ляпнул? Она меня проверяет. Она меня почти проверила. Срочно нужно избавляться от первой маски в общении с Дарой. Если я дурак — то со мной нельзя вести дело. Она не будет вести со мной дело. А если не совсем придурок — то возможны различные комбинации. Боже, давно такого врага у меня не было. Врага, с которым я лично общаюсь и пытаюсь его переиграть. А чего я ждал? Аристократка из благородных, которая связалась с чернотой и имеет громаднейший опыт интриг и всего остального. Повелительница Крови и мастер Разума. Чего я ждал? Нет. Сегодня я с ней сыграл по нулям, и это уже успех для меня. Дарочка давно играет на своем поприще в высшей лиге, а я только недавно перешел в первую.

Я посмотрел на ничего не выражающее лицо Ровера и зашел в выделенные мне апартаменты. К четырем вампирам, которые несли попарно караул у моих покоев, подводок не было, да и комнаты здесь чистые. Потайных ходов в спальню и далее по списку — яда в подушках и плетений на толчке — не наблюдается, иначе бы Ровер подал сигнал. Или я с Дарой замучу совместную операцию, или мне придется ее сливать. Я начал раздеваться. А как я это сделаю и останусь в живых? Подумаю, еще вся ночь впереди. А может, переспать с ней и подставить под удар ткача? Мне по-любому будет легче. Сча-аз. Пока я для Дарочки не заслуживающее внимания насекомое, занятное и слегка интересное, но пускать этого мужлана в свою постель — упаси Проклятый от этого. Да и для ткача она не будет представлять никакого интереса, что бы я ни делал. Глупая мысль. Я рухнул на кровать. Сволочи, я посмотрел на двух дрыхнущих в креслах вампиров. Я работаю, а Риджен с Ругино бездельничают. Мерзавцы, вокруг меня одни мерзавцы. Да и переспать с Дарой — я хмыкнул — на такой подвиг меня не хватит. Влады под дулом пистолета не размножаются. Какая восхитительно опасная женщина! Синема.

Глава 5 Турнир в темных тонах

Так, а сейчас начнется срывание маленьких завес с небольших тайн. Меня все уже запарило. Ты, Дарочка, или определишься со своим интересом к моей персоне, или я пошлю тебя подальше со всеми твоими чарующими улыбками, серебристым смехом, залповыми системами огня, которые пока еще находятся в твоих глазницах, и всеми остальными восхитительными достопримечательностями твоего великолепного тела. Ты, падаль, за последние несколько часов мне надоела! Я устал ходить по краю, особенно после того как понял про возможности переброски темными силы из стационарного алтаря на побережье. Когда я раз в пятнадцатый баловался с синемой, до меня дошел смысл мелькнувшего в глубине глаз Дары выражения. Трана, эмоциональная заглушка — вещь хорошая, но стоило бы тебе сделать ее и посильнее. Кракен мой, не дам обижать зверушку!

— Слав, — мурлыкнула красавица, умащивая свой прелестный задик в соседнее кресло, — дорогой, как тебе это представление?

Я уже дорогой после вчерашнего ужина. Я покосился на арену, где рыцарь тьмы приканчивал очередного зомбака. Самое хреновое зрелище, что я видел в своей жизни, падаль. Как же я хочу тебя прикончить, тварь. Ты меня достала. Ты постоянно почти в открытую унижаешь меня. Ты дергаешь за ниточки, а одна глупая марионетка покорно изображает различные телодвижения. Это ты так думаешь, наверно. Как же, еще один самец, который практически потерял голову от похоти, которым можно управлять, манипулировать и так далее. Сука, твоя смерть будет тяжелой. Это я тебе гарантирую, мразь. Ты…

— Слав, тебе так интересно, что ты не можешь оторваться от этого зрелища? — удивилась красотка. — Хотя где ты мог видеть нечто подобное? Не буду тебе мешать, дорогой.

Вот сука, «не буду тебе мешать»! А кто стал перебирать мои волосы на затылке? Кота себе нашла, который за почесывание, поглаживание и миску сметаны станет твоим пуфиком, скотина? Все, пора сбросить маску, частично сбросить. Я больше не могу терпеть к себе подобного отношения. Хватит, я сказал. Хватит мне с тебя твоих бандерилий. Я не бык, а ты не тореадорша. Хорошо, что вся моя ярость и страх, чего тут скрывать, находятся на втором канале. Зема, я опять принимаю контроль над телом и всем остальным.

Я медленно взял ласкающую мои волосы прелестную ручку в свою почти мозолистую ладонь и нежно прикоснулся губами к запястью женщины. Теперь поиграем немного язычком. А что ты так удивленно на меня смотришь? Непривычно? Ты привыкла к другому поведению вибраторов? Так звиняйте, барыня, я не фаллоимитатор на батарейках энерхренснимджайзер. Я оторвался от запястья почти леди и посмотрел в ее бездонные глаза.

— Ничего более жалкого я никогда не видел, Дара, — слегка улыбнулся я.

А ты куда намылился полезть, одноклеточное создание? Да и кто тебе даст. Каламбурчик, однако. Дара наверняка обслуживает временами и твой свисток. Слишком ты ей верен, а это в местном обществе полезная штука. Класс — холоп, подкласс — опоссум, вид — преданный хозяйке мерзавец. Пошел вон из ложи Дары, франт. С твоим местом в здешней иерархии я определился окончательно и бесповоротно.

— Я надеюсь, что твое замечание не относится к моей внешности? — игриво заметила Дара.

Именно к ней и относится, а также ко всему, что окружает меня. К этому долбаному турниру без правил тоже. Твою за ногу, тоже мне организовали от скуки местный вариант восьмиугольника. А своего опоссума ты придержала не зря. Правильно, я не хочу его пока убивать, а тем более — бесплатно. И меня типа подколола — тупой варвар, — а туда же. Мнение свое имеет наглость иметь. Масло масляное, ха-ха. На комплимент нарываешься, Дара, так ты его получишь. Твой опоссум хоть и почти туп как пробка, но правильно меня понял, а ты пока в замешательстве. Слишком необычной для твоего чувства собственного достоинства, превосходства надо мной и всего остального, которое ты успешно развила у себя за несколько часов, была бы крамольная мысль о том, что я имею пару извилин в мозгах и могу подколоть кое-кого. Сам виноват: слишком сильно на меня подействовала новость о темном алтаре, и словесной игры Дары я не принимал. А мое прикладывание губами к твоей ручке — так мало ли где я увидел эти пошлости и решил их продемонстрировать на вторые сутки нашего общения. Тупица додумался покорить леди своими изысканными манерами и шармом, а сам только что наверняка из хлева вылез. Не пойдет, красавица. Не пойдет.

— Твоя внешность довольно заурядна, — начал я, — и ничего особенного я в ней не замечаю, Дара. Это здесь ты королева красоты, а в других местах у тебя не было бы ни единого шанса привлечь мое внимание. В моей постели побывало много красавиц. Кстати, дай своему псу указание, чтобы не смел бросаться на меня. Чему ты удивляешься, Дара? Уже почти двое суток меня смешат твои жалкие попытки по приведению очередного жеребца в стойло твоих интересов. Это я говорю о себе. Выкладывай мне свой интерес, Дара. Может быть, и договоримся. За деньги договоримся — твои прелести меня не сильно волнуют. Кстати, а сколько сотен лет тебе исполнилось?

Нагло ухмыльнувшись невозмутимой красотке, я присосался к емкости с неплохим вином. Так, а теперь поставить кубок на низкий столик и громко отрыгнуть. Забыл, еще нужно вытереть рукавом рот, поковыряться в носу и забросить ноги на перила, которые ограждают местную ВИП-ложу. Что бы еще сделать ради контраста? Да хватит. Думай, Дара, думай. Фактически у тебя осталось три варианта развития дальнейшего нашего общения. Вру, всего один. Убивать меня за наглость и хамство ты сейчас не будешь. Я тебе нужен, и даже почти представляю зачем. Я не только паниковал оставшуюся часть ночи и с утра. Мозгами шевелить пришлось, когда понял, что фактически местному гауляйтеру я и не особо надобен. Так, мне не хватает нескольких деталей для полного понимания текущей ситуевины. А вот тебе я нужен — ты пригласила меня сюда, а не великий мастер.

Перевести все в шутку, Дара, у тебя не получится. Не тот случай, моя милая и почти мертвая подруга. Такие резкие смены модели моего поведения, стиля общения и так далее говорят только о том, что меня нужно воспринимать несколько более серьезно, чем ты делала это раньше. Первая моя маска снята. Тем более что твой опоссум и пара чудил, упорно изображающих охрану местной принцессы, не поймут причин твоего великого терпения к мелкой шестерке. Это они так думают, а у тебя сейчас происходит лихорадочная переоценка моего персонажа. Я не буду играть с тобой словами. Я не буду играть с тобой на твоем поле. Там у меня шансов почти нет.

— А может, наш гость продемонстрирует свое мастерство? — раздался громкий голос с противоположного конца арены. — Не беспокойтесь, существа Разрушителя находятся под полным контролем и не причинят вам сильного вреда.

Ну, гад, ну, сука, я тебе это припомню. Когда я закончу с тварями, мой второй бой будет с тобой. Стоп! А кто это недалеко от меня прошипел слово «козел»? И почему на русском языке?! Мои мозги сейчас закипят. Кто это сказал? Я лениво осмотрелся вокруг себя, кивнул Роверу, находящемуся в партере местного Колизея, и спрыгнул на арену.

— Меня интересует только бой насмерть, — зевнул я. — Никаких правил, никакого контроля тварей.

— Вы так в себе уверены? — насмешливо поинтересовался удод.

— Да, мастер Нерисан, — ответил я придурку. — Я так понял, что вы являетесь распорядителем этого турнира. Выпускайте против меня своего бойца и позаботьтесь о безопасности глубокоуважаемых мною зрителей.

Не обращая внимания на начавшееся мельтешение темных низкого ранга, я положил на каменный пол клайд. Наверняка против меня выставят рыцаря тьмы, а я не Лайдлак Сталь или Реб Хитрец, чтобы соревноваться с этой тварью в скорости владения полуторным мечом. Обойдусь айдалом — я вытащил клинок из ножен и послал зов Роверу. Спустя секунду к моим ногам упал маленький стальной тарч. Так, я нагнулся, длинный ремень через плечо, теперь короткий ремень — и сжать рукоять щита. Вроде все. Вру, я опустил нижнее забрало салада. Эх, знал бы — бувигер утром нацепил. А с другой стороны, хорошо, что я надел с утра готику: движений она практически не стесняет. Бригантину мне сейчас носить не по статусу — гость как-никак, и надо щеголять роскошным доспехом. Кстати, и на Земле некоторые так поступали, если нарядных шмоток не было, а форсить за обеденным столом хотелось. Как там у классика в «Скупом рыцаре»? Не помню, ну и черт с ним. А свой бахтерец,[15] пусть и в чехле, я светить не хочу. Опаньки, я не ошибся: против меня выставили рыцаря тьмы. Полный удод этот придурок. Неужели так трудно просчитать, с кем я собираюсь драться? А может, ему лича жалко?

— Слав, — обратился ко мне удод, — бой будет проведен на ваших условиях, но если случится непоправимое, то только вы сами будете в этом виноваты.

Угу, чудила из тмутаракани, отмазка на несчастный случай у тебя железобетонная. Я искоса посмотрел на ложу Дары. На лице у девушки не было никаких эмоций.

— Влад, — раздался в голове голос Земы, — мы понимаем, что ты им представлялся как мастер школы Льда и нами сейчас не воспользуешься, особенно мной. Но расскажи, что ты собираешься делать.

Зема, я собираюсь поупражняться в фехтовании с серьезным противником. Клыкастики высшего разлива мне не по зубам, а эта тварь вполне. Поставлю магический щит, а убивать буду сталью.

— И не покажешь сразу, на что ты способен, — добавил Воз. — Зачем всем знать, что ты мастер абсолютного боя?

— И нас придержишь на самый крайний случай, — усмехнулся Ог.

— А может, без призыва холода еще обойдешься и поработаешь в стандартной манере мага школы Льда? — поинтересовался Вод. — А если еще и пуховик уберешь? Надо же убедить удода в твоей слабости.

Сча-аз. А может, мне еще меч отбросить в сторону и броню свою снять? Орлы, а почему у вас такой жуткий интерес к моей тактике боя?

— А мы сделали ставки на интерес, — ответил Зема. — Вод поставил на минуту. Остальные на меньший срок.

Я только покачал головой. И эти туда же, совсем со мной очеловечились. А насчет ловушки для мастера Нерисана — мысля здравая. Вдруг он испугается против меня выходить, если я эту тварь убью слишком быстро, когда урок фехтования мне надоест? Наконец-то темные поставили защиту для зрителей. Не надо мне свистеть про свои ежегодные турниры, не надо. Опыта в постановке таких вот щитов у вас никакого нет, это я заметил сразу.

— Бой, — крикнул удод.

Ната, холод во мне и вокруг меня, пока этого хватит. Рыцарь тьмы замерцал и исчез из поля зрения. Идиот — я выпустил бахрому: на подобные трюки я уже давно не обращаю внимания. Да и меч у моего противника интересный. А с другой стороны, я развернулся на месте и вскинул щит, удар, какой из твари, мой выпад вперед, Эйнштейн? Мимо, я перекатом ушел от очередного мощнейшего удара твари и не торопился вставать. Так, а таким макаром ведь можно и щит мне повредить. Зря — айдал перерубил левую лодыжку невидимки — он это сделал. Лифт поднял меня на пару метров вверх, а на то место, где я находился еще мгновение назад, обрушилась волна силы Проклятого. Очень зря — айдал при моем стремительном приземлении раскроил шлем ставшей видимой твари — он так атаковал меня второй раз. Ты еще не лишился своей псевдожизни? Герой. Горизонтальный удар айдала пробил горжет твари и отправил полуразрубленную голову в недолгий полет, — хороший был шлем, прочный. Шаг вперед, смена прямого хвата меча на обратный, щит в сторону, хват обеими руками за эфес. Я опустился на одно колено — и одновременно мой клинок пробил бронированную грудь отдыхающего на полу рыцаря тьмы. Сила удара плюс масса моего тела и брони, однако. Теперь поворот клинка на сто восемьдесят градусов. Я понимаю, что ты уже мертв — я встал с каменного пола, — но ты ошибся. Ты слишком опасно меня атаковал, и мои рефлексы решили показать себя во всей красе. Хорошо еще, что я магию применял по минимуму. Зря ты это сделал, подольше бы пожил. Брал бы пример с Ровера: все свои атаки он завершал, не доводя сталь до моей бренной тушки, поэтому я ему всегда и проигрывал секунды за три максимум. Я стал оттирать меч, а если бы мое подсознание почувствовало серьезную опасность, то клыкастик бы умер, как и ты. Я закинул айдал в ножны. Нет, с тварями тренировки не получаются. Какие-то они глупые. Чуть мою левую руку не отшиб первым же ударом этот тупорылый рыцарь тьмы.

Я поднял забрало и посмотрел на зрительный зал. Блин! Я гладиатор, я доставил разумным удовольствие! Где монеты, которые должны сыпаться на арену от восхищенных зрителей? Так, а если они еще не просекли нюансов боя? Легкий посыл холода — и бастард[16] твари поднялся с пола.

— Мастер Нерисан, — возгласил я, — а вам не жалко было испортить этот великолепный клинок, вливая в него столько силы Проклятого? По-моему, тут запас, равный уровню силы повелителя стихийной магии, да и руны на клинке интересные. Этим мечом можно скалы резать. Советую воспользоваться этим клинком, пока сила не покинула его. Даже учитывая ваш алтарь, — я вновь посмотрел на зрителей, — таких бесполезных трат энергии не может позволить себе никто. Пошлите слуг — и за пару часов они вырубят в Красных пещерах новое и весьма симпатичное гнездышко. Вы согласны с этим?

Эта железка послужила еще одной причиной с затягиванием начала боя. Вот подонок — среди зрителей начались шепотки, — какой все-таки хороший, мерзавец. Ты так правильно понял мои слова о бое без правил. А вот большинство живых темных, которые присутствуют в амфитеатре, тебя не понимают. Такой нецелевой расход силы Темного! А почему Дарочка до сих пор невозмутима? А если удод действовал с благословения местного рейхсканцлера? А тому это зачем? Великий мастер ведь здесь может прихлопнуть меня сам и не особо напрягаться при этом. Ладно, обмозгую все позже, конечно, если это «позже» у меня будет. А в остальном все отлично. Боже, как мне хорошо! Нервозность пропала, и настроение — блеск. Хорошая драка прочищает мозги лучше всего. А теперь пора переходить ко второму пункту моей программы, то есть борзеть по полной. Надо вызвать к себе интерес местного главного чудика: тогда повысятся мои шансы на выживание. О своей команде я и не вспоминаю — они давно стали частью меня. Жаль, что местный фюрер не присутствует в этом мелком Колизее.

— Мастер Нерисан, — продолжил я, — вы помните наш небольшой вчерашний спор? Мастер Дариана была его свидетелем. Так вот давайте выясним истину здесь и сейчас.

Шепотки в зале прекратились. Все присутствующие прекрасно поняли, что удода я вызвал на поединок. На лице Дары я заметил легкий интерес к собственной персоне. Понятно — магии я продемонстрировал с гулькин нос, а осмеливаюсь вызывать колдуна в таком замечательном для него месте. Дарочка, а как сочетается моя первая маска, которую видят все, с моим хамским поведением в твоей ложе? Я ведь там приоткрыл иные грани своей многосторонней личности. Прослушки там не было, из живых находились только ты, я и франт. Дарусик, ответь мне мимикой своего личика. Вот сучка, не хочет. Ладно, шоу продолжается.

— Если вы боитесь, мастер Нерисан, то можете определить условия боя по своему усмотрению, — улыбнулся я, — как принято среди благородного сословия, к которому вы наверняка не относитесь. Честь — она или есть, или ее нет, и без разницы, какой вы носите титул и кем были ваши родители. Я жду, — жестко закончил я.

— Я согласен разрешить наш спор, Слав, — решился наконец-то удод.

Отлично, а Дарочка едва заметно улыбнулась мне. Ладно, пока идут приготовления к бою за звание местного чемпиона этого турнира, нужно прикинуть, кто сказал «гав». Справа ложи темной находятся еще две. Голос был не женский. Кто? Франт — вряд ли. Остается выбирать из четырех соседей. Кто из них, кто? Устроить небольшую провокацию? Рано: народ в лице моего земели может неправильно понять. Кстати, орлы, а кто выиграл спор?

— Я, — ответил довольный Ог.

М-да, Зема оплошал, а я ставил на него. Удод вышел на арену. Ну ничего, это проблемы Земы. Боже, а как колдун светится силой Темного! Да он тут почти самый крутой — это удод так считает. По мне, Дарочка гораздо опаснее. Я опустил нижнее забрало. Придется показать населению что-то из разработок школы Джокер. Удод сейчас даже не Повелитель — он гораздо круче. Демоном себя считает? Интересно, а каким? Демиличем или архиличем? Так, холод еще во мне. Щит не нужен. Для этого боя мне потребуется свободная левая рука. Чем я тесак буду запускать?

— Бой! — крикнула отрыжка темной мысли, даже не потрудившись надеть на себя доспех и взять в руки оружие.

Придурок, бур ему в голову, молния в айдал, я прыжком переместился поближе к темному. Тесак, еще один тесак и еще три тесака, перемежаемые пластующими ударами меча. Вот и все, я грустно посмотрел на лежащую у моих ног мечту маньяка с бензопилой. Удод, я же говорил про отсутствие у тебя реального боевого опыта! Два моих первых плетения твоя защита выдержала, но на третьем сдохла. Ты растерялся, всемогущий наш, а надо было просто прыжком уйти от меня еще после моего второго удара. Восстановить свой щит и вести со мной бой на магическое истощение. Пока бы я перезаряжался слезой Тайи, ты смог бы меня прикончить — ведь в тебя, колдунишку недоделанного, сила Падшего поступает непрерывным потоком из алтаря. Я поднял забрало. Вернее, поступала. Проф тысячу раз прав. Как он там говорил? Мол, теория без практики мертва, а древо жизни должно зеленеть. Или это не он и не так говорил? Я подобрал клайд и щит. Где аплодисменты зрителей, мать вашу?!

— Слав, — чарующе улыбаясь, Дара медленно опустилась по воздуху на арену, — такой бой нужно отпраздновать в моих апартаментах. Обещаю, что сегодня вы будете полностью всем довольны.

— Согласен, о несравненная, — громко произнес я для зрителей.

Отпраздновать — я улыбнулся, — сейчас я кое-что узнаю во время своего допроса этой прелестницей. Дарочка, утренние и недостойные охотника чувства у меня давно уже пропали, я пошел вслед за девушкой к выходу. Нервы у меня расшалились за последние месяцы, поэтому я слегка и запаниковал. Что делать — я вежливо пропустил леди вперед, — если последний и очень своеобразный отпуск у меня был перед турниром имени графа эл Артуа? А потом пошли такие стрессы, такие стрессы. Одна кормежка в последнее время чего стоит!

— Слав, кто вы такой? — поинтересовалась Дара, отложив нож и вилку в сторону.

— Человек, — улыбнулся я. — Разве вы этого не видите?

— Вижу, — согласилась со мной темная, — ты обычный человек, мастер магии Льда и мастер-мечник. Странно уже это. Довольно редко маги берут в руки сталь. Подавляющее большинство предпочитает совершенствоваться в искусстве магии. Так кто ты такой, Слав, и сколько тебе пообещали драконы за спасение своей кладки?

— Много, — признался я, — но на три своих веса в золоте я не согласился. Зачем мне эта мелочь, когда я скоро стану повелевать кракеном?

— Ты не будешь им повелевать, — успокоила меня Дара. — Я рада, что не ошиблась, когда попросила у великого мастера Нарвиона отдать тебя мне. Мне изначально показалась подозрительной вся ситуация с твоим появлением. Сначала драконы попытались вернуть кладку сами, предлагая нам золото и драгоценности, потом устроили ловушку при помощи редкого артефакта группе тупиц, которых я давно подозревала в измене, а через несколько дней появляешься ты — полностью заурядная личность с вообще бесценным артефактом. Летающие глупцы, — фыркнула темная, — если бы они сразу предложили посох мертвых и амулет контроля кракена нам, то получили бы назад свою кладку. Зря драконы обратились к наемнику, зря ты согласился им помочь, Слав. Как ты желаешь умереть? Твое нахальство и смелость заслуживают хоть такой малости, а твои спутники разделят твою судьбу.

— Ты уверена в своих словах? — поинтересовался я, наливая себе вина. — Кстати, ты заметила, что мы перешли на «ты»? Я рад этому: мне так легче общаться с прелестной женщиной.

— Я и говорю, что ты нахал, — улыбнулась Дара. — В своих словах я уверена. Я жалею только об одном: ты слишком рано вышел из себя и показал мне свое истинное лицо. Я наслаждалась твоей игрой, Слав. Я даже начала сомневаться в справедливости своих подозрений. На все мои провокации ты реагировал так, как и должен был реагировать твой образ.

— Маска, Дара. Я предпочитаю такое название.

— Хорошо, — согласилась со мной темная. — Твоя маска была великолепна. Мне жаль с тобой расставаться, Слав. Я буду скучать по тебе.

— Я не могу обречь тебя на такую муку, — заверил я Дару. — Я планирую еще долго жить. Дарочка, а теперь начинаем серьезный разговор. Вся та чушь про меня и драконов не выдерживает никакой критики. Я добыл амулет контроля кракена в пограничье. Прибыл в эти благословенные места не по просьбе летающих ящериц, а по своим делам, к которым драконы не имеют ни малейшего отношения. Разговор между ними и мной был, они приняли меня за слугу Проклятого. Убедившись в своей ошибке, они оставили меня и моих спутников в живых. Дарочка, я могу говорить еще полчаса, но суть от этого не меняется. Ты долго жила и наверняка встречалась с невероятно различными совпадениями.

— Ты опять меня оскорбляешь, мерзавец, намекая на мой возраст, — мило улыбнулась темная.

Я пожал плечами. Думай, Дарочка, думай. Попытка моего запугивания окончилась провалом. Говори, что тебе конкретно от меня нужно, и мы станем на короткое время партнерами. А потом я тебя прикончу. Нет, я сделаю лучше. Один обруч противодействия у меня есть, спасибо мертвому мужу Кенары. Сломаю тебя и продам в портовый бордель. Нет, я подарю тебя Максу для дальнейшего трудоустройства такой красотки в публичный дом для извращенцев. Нет, мало, я еще проведу твою презентацию. А реклама будет такой — мол, первой сотне клиентов скидка в сто процентов, остальным — девяносто, кто желает попользоваться повелительницей Крови? Маньяки, садисты и тому подобная публика, где вы? Педофилам просьба не беспокоиться. Ох, ну и дурные же мысли лезут мне в голову. Не волнуйся, Дара, я тебя просто убью. Кстати, мое предположение о странной смерти правой ручки полностью подтвердилось. Ты его ликвидировала, дорогая, ты, пусть и лапами драконов.

— Ты говорил правду, Слав, — очнулась от раздумий Дара, — но я хочу быть полностью уверена. Сними защиту со своего разума.

Я расхохотался и покачал головой. Хрен тебе, золотая рыбка. На-кася выкуси. Мачту тебе в интимное место, бушприт в анус и контрольный якорем в рот.

— Тогда решение о твоей дальнейшей судьбе примет сам великий мастер Нарвион. Вставай, Слав.

Темная поднялась с кресла и решительно направилась к двери. Чего она от меня хочет — я последовал за Дарой, — что ей нужно? Или это очередная проверка? Черт, местные шишки от скуки искусство интриги возвели в культ. Я реально уступаю им в классе. Кажется, мое решение о поединке было ошибкой. Поставленной цели я не добился. Очередной облом многомудрого меня. Но ведь ей же что-то от меня нужно! Моя задница вопит об этом. Я буду проходить проверку у главбосса, или Дара меня проверит этой полумумией? Сам великий и ужасный мастер Нарвион. Я внутренне поежился, вспоминая нашу первую встречу.

Два десятка милых птичек опустились на пляж. Вот это комитет по встрече и возможному приглашению в гости любимого меня со спутниками! Два десятка магов — и ни одного мастера среди них нет. Впрочем, бакалавра тоже. М-да, даже троице драконов не завалить этой гоп-компании. А чего я ждал? На поле боя у сильнейших больше шансов выжить. Выжить и занять Красные пещеры. Правда, как они умудрились дожить до сего дня — непонятно. А если это потомки уцелевших, то теория учителя Риты верна на сто процентов. Троица повелителей-стихийников покинула седла полульвов-полуптиц и направилась ко мне, как к главному хулигану этого района. Будут бить или не будут? А вот так смотреть на меня не надо, я ведь и обидеться могу, а учитывая мою злопамятность…

— Что здесь происходит? — лениво процедил один темный.

Ты бы еще на камень сплюнул в знак своего глубочайшего презрения к заезжему гастролеру. Провинциал — а туда же: пальцы гнет и понты кидать вздумал великолепному мне. Да ты знаешь, с кем разговариваешь, деревенщина? Да у меня есть такие кореша в коронах, что мало не покажется никому.

— Не слышу ответа, — начал закипать престарелый гопстопник.

— А он нужен? — Я смерил взглядом невежу. — Если вы являетесь магом, на что недвусмысленно намекает ваша мантия, то должны сами прекрасно понять все произошедшее здесь несколько часов назад, едва лишь посмотрев на этот рисунок, который находится прямо перед вами.

М-да, так краснеть от гнева не стоит. Я же в вежливой форме все ему объяснил, попутно намекнув на его тупость и необразованность. Или не объяснил? «Что-то с памятью моей стало».

— Вижу, мне придется самому все объяснить, — вздохнул я за мгновение да вскипания одного чайника. — Эта пентаграмма позволяет взять под свой контроль кракена, что я и пытался сделать некоторое время назад.

Бац, первая плюха пошла. Высокомерие и спесь сошли практически со всех наглых морд лица. А зачем нужно было так надувать щеки? Троица темных окружила пентаграмму и принялась внимательно ее осматривать. Я же постоянно нахожусь под голубым туманом.[17] Первопроходцам решили составить компанию еще с десяток темных. И определить истинной моей силы вы не можете. Среди моих гостей пошли перешептывания и короткие споры. А выброс энергии тут был хорош, очень хорош. А непонятки вам не нужны.

— Эта мазня не позволит взять кракена под контроль, — заявил мне один из темных.

— Полностью с вами согласен, — кивнул я местному подобию профа. — В центре пентаграммы должен находиться амулет контроля. Он там и был.

— А где он сейчас? — быстро спросил темный профик.

— В королевстве Кароса, — сознался я. — Ритуал подчинения прошел не совсем так, как я планировал. Мне потребовались для полного завершения дела некоторые мелочи, поэтому я и отправил своих подчиненных за ними с помощью индивидуального портала. Не самому же мне бегать? Для того чтобы слуги не носились через горы раз двадцать, я и отдал им амулет контроля. Пусть проверяют совместимость мелочовки с ним. Жаль, что я не сделал этого раньше. Не стоит полностью полагаться на старые книги.

Темные уставились на меня. Ну чо? Как вам моя правда? А про конструкцию профа, которую я держал в голове во время действа, вам знать совершенно необязательно.

— Расскажите мне о ритуале и амулете, — потребовал темный профик. — На какой стадии…

— Минутку, — перебил я его. — Подробностей произошедшего здесь и всех остальных тонкостей я не стану рассказывать первым встречным, да и вторым тоже. Это мои знания, это мой амулет, это мой кракен. Другому он не достанется.

Молчание.

— Молодой человек, подойдите ко мне, уважьте старика, — хрипло прокаркал единственный темный, который остался сидеть на грифоне. — Вы знаете, кто мы такие? — поинтересовался он, когда я приблизился к птичке.

— Слуги Проклятого, — равнодушно заметил я.

— У вас это чувство дискомфорта не вызывает? — продолжил старый гриф.

— Нет. Поверьте мне, я часто общался как с темными, так и с клириками. Сейчас меня интересуют в большей степени деньги.

Взгляд полумумии рентгеном прошелся по мне. Ощущение не из приятных. В его взгляде читалось ощущение собственного превосходства над всеми разумными. Нет, не так. Веками выпестованное ощущение владыки мира, перед которым любой смертный — червь.

— Мы не первые встречные, — заметил гриф, — мы — хозяева этих мест. Меня зовут великий мастер Нарвион, и я предлагаю вам свое гостеприимство на то время, пока ваши слуги не достанут все необходимое для окончания ритуала. А если вы захотите, то покинете Красные пещеры тогда, когда вам это будет угодно.

Ты только забыл добавить, что если я попробую отказаться, милый, от вашего гостеприимства, то здесь меня и закопают. А что, место хорошее.

— Меня зовут Слав, мастер школы Льда, — представился я и послал зов клыкастикам. — Ваше предложение, великий мастер Нарвион, касается только меня или моей свиты тоже?

Размытые серые тени остановились рядом со мной. Очередной шепоток среди темных, а взгляд полумумии, направленный на меня, стал еще более колючим. Мои акции слегка подросли.

— Я слышал об этих существах, — прокашлялся гриф. — Опасные создания…

А у вас нет опыта их подчинения. Вампиры появились на Арланде как раз после битвы за герцогство. Я так полагаю, что во многом из-за нее.

— …Конечно, мое предложение касается их тоже…

Угу, оставлять за своей спиной на свободе четверку высших клыкастиков — может привести к маленьким проблемам. Оно тебе надо? Пусть лучше будут в камере под присмотром до оглашения приговора мне, любимому. Пушок, на тебе Черныш, охраняй его до моего возвращения.

— …Грифоны в вашем распоряжении, — закончил монолог дальний родственник этих неразумных созданий.

Дара остановилась перед высоченной дверью, перед которой тусовались десять тварей. Да, в этой части подземного дворца я еще не был. Рыцарь тьмы открыл перед темной дверь, и я остался почти в полном одиночестве. Хотя какой это дворец? Это бункер для ВИП-персон на случай войны, заговора и тому подобных радостей жизни. Был построен полторы тысячи лет назад плюс-минус десять. Тогдашний герцог был параноиком. Все время чего-то опасался. Зря, зря он только деньги потратил. Умер от старости, да и его потомкам эти чертоги не пригодились. Всю династию вырезали, чтобы она не мешала вести антиобщественный образ жизни мятежникам под знаменами Проклятого. Красные пещеры не помогли: не успело семейство герцога до них добраться.

Дверь открылась, и Дара недвусмысленно приказала мне присоединяться к ней. Что ж, «если женщина просит, то бабье лето ее» сократить поспеши. А обстановочка внутри апартаментов полумумии гораздо более роскошная, чем у моей внезапной темной любви. Охраны тоже больше, стоит на каждом углу. Начинать процесс мародерства я буду с этих помещений. Есть только один вопрос: а на хрена так много комнат? Я же замучаюсь тщательно их обыскивать на предмет наличия тайников! Слышь, Нарвион, по-моему, восемь гостиных — это перебор. В погани ее хозяева и то скромнее живут! Так, шуточки в сторону.

Я предстал перед охраной, роскошной ковровой дорожкой и троном, находящимся в конце этой своеобразной тропинки для слепых. Захочешь — не собьешься с пути. А почему Даре можно подобраться к охраняемому телу, а мне нельзя? Что за сексизм? Девочкам можно, а мальчикам нет! Да Дарочка куда опаснее белого и пушистого меня. А что это Дарочка шепчет на ушко грифу, да так, что я подслушать не могу? Только не говорите мне, что вы не связаны и темная не может послать зова своему боссу.

— Вы отказываетесь, — начал каркать гриф, — снять защиту со своего сознания, несмотря на последствия, Слав?

— Да. Зачем вам знать мои тайны?

Молчание. Мне показалась, что даже воздух в зале потяжелел. Так, его я убить не смогу, а вот на Дарочку и пару тварей моих сил хватит. Клыкастиков, которые тусуются в отведенных мне апартаментах под чутким присмотром нескольких магов, я уже предупредил. Хоть один, но прорвется на свободу — это в худшем случае. Темные, вы себе не представляете, что вытворяют высшие вампиры в бою. Для этого их нужно видеть, а не слышать о них краем уха. А чего мы так каркаем? Ах, это мы так смеемся, гроссмейстер.

— Всего за одни сутки, Слав, — продолжил каркать гриф, — вы сумели несколько раз удивить меня. Мастер Дариана изложила мне свое мнение относительно вас. С ее точки зрения, вы должны снять защиту своего разума, или вас надо убить. Я ее понимаю, мастер Дариана привыкла видеть во всем подвох, и единственный живой, которому она немного доверяет, — это я. Но вы мой гость, Слав, а я чту законы гостеприимства, запомните это. А теперь у меня есть к вам одна небольшая просьба. Сегодня вы доказали, что являетесь опытнейшим бойцом, способным победить противника, который гораздо сильнее вас. Вне Красных пещер есть одна проблема, которую вы могли бы помочь нам решить. Когда вы должны открыть портал для перехода ваших слуг обратно в герцогство?

— Через пять дней, — ответил я.

— Я думаю, что этого срока и большого денежного вознаграждения должно вам хватить. Я больше не задерживаю вас. Мастер Дариана объяснит все подробности предстоящего вам дела.

Я подождал Дару, и мы пустились в обратный путь. Черт, по результатам сегодняшнего дня опять придется синемой забавляться, — когда я нормально посплю? Но кое-что можно сказать уже сейчас. Поединок я провел не зря: еще чуть-чуть поднял свой рейтинг и повысил шансы на выживание. Хоть одну поставленную на сегодня задачу смог выполнить — и то хлеб. Второе — игра в доброго и злого следователя мне никогда не нравилась своим примитивизмом. Третье — какие отношения на самом деле между Дарочкой и полумумией? Ее вчерашнее упоминание Творца, а сегодня главбосс типа пошутил насчет степени доверия. К черту, не буду этим сейчас забивать себе голову, все равно информации мало. Да ее практически нет! Четвертое — недвусмысленная угроза насчет гостя и его места в доме. Это относится к амулету контроля кракена, сегодняшнего поединка или вообще? Пятое логично вытекает из четвертого. Немного лести, небольшое поручение — и только попробуй отказаться, подонок. Мигом на ноль помножу. Шестое — время возвращения ребят с амулетом. Как будто он этого не знал! Старческий маразм?.. Непохоже. Что-то должно произойти за этот срок, но что? Опять не хватает информации. Ладно, отложим в близкий ящик вороха проблем. И последнее — кажется, я скоро должен повстречаться с теми, на кого охотятся темные и, вероятно, регулярно получают по зубам. Это поможет мне выполнить основную миссию или наоборот? Орлы, думайте.

И вот я опять в апартаментах темной чекистки. Не дожидаясь ее приглашения, я самым наглым образом уселся в кресло.

— Что это было? — поинтересовался я у Дары.

— Последняя проверка, Слав, — мило улыбнулась эта стерва. — Ты жесткий и волевой человек, который предпочитает рискнуть, но не поступиться своими интересами. Ты был полностью беззащитен, ты не мог оказать сопротивления великому мастеру в Красных пещерах, ты понимал это, но за время пути к его апартаментам так и не изменил своего решения и не попытался совершить побег. Последнее говорит о твоей железной воле и уме. Твои слова и поступки, когда ты сбросил свою маску, полностью соответствуют образу отчаянного авантюриста, решившегося на самое громкое дело за последнее тысячелетие ради добычи и денег. Жаль, что я не могу полностью проверить твоего образа мыслей и содержания головы. Ничего, полученных данных мне вполне хватило, чтобы признать тебя в том качестве, в каком ты себя преподносишь.

М-да, столько комплиментов — и все это мне одному. Хорошо поработал над заброшенной в этот мир заготовкой человека ткач. Очень хорошо. Прямо чувствую себя личностью, а не тем, кем был в последний год жизни на Земле. Что касается всего остального, Дарочка, то ты слегка неправильно определила нюансы моего поведения. Замени слово «интересы» на слово «долг». Понятие «беззащитен» на «готов к смерти». «Отчаянный авантюрист» — я хмыкнул: гораздо лучше подходит определение «адреналиновый наркоман». И последнее: не «ради добычи и денег», хотя я от них никогда не отказываюсь, а «ради моих близких». А в целом все верно. Как хорошо, что здесь об охотниках только слышали краем уха, как хорошо. Иначе у Дарочки был шанс расколоть меня почти сразу после сброшенной первой маски. Девочка талантливая, но до мангуста ей далеко — тот просчитал меня за пять минут. Правда, ситуация тогда была другая, но особой роли это не играет. Так, задача-минимум решена. В ближайшее время я и клыкастики не умрем. Осталось решить задачу-максимум: осталось выжить вообще. Жаль, что я имел всего двое суток на подготовку акции внедрения к темным. Эх, было бы у меня полгода — свои шансы я бы оценивал как пятьдесят на пятьдесят.

— Чего молчишь, Слав? — поинтересовалась темная.

— Думаю, — усмехнулся я, — как мне выжить после таких комплиментов. Теперь к делу. Что от меня требуется и какое будет вознаграждение? Если с подробностями меня должна ознакомить ты, то логично предположить, что некий мастер Дариана и является куратором дела. Это так?.. Отлично, — продолжил я, дождавшись утвердительного ответа Дары. — Только хочу предупредить тебя сразу, дорогая: в авантюру с низкими шансами на выживание я не полезу, как бы великий мастер ни трактовал понятие «гость». Ты сама понимаешь причины этого. Второе мое предупреждение состоит в том, что без индивидуального портала я на дело не пойду. Вдруг ты не поймешь моего первого, и мне придется сбежать из герцогства, предварительно согласившись на твои условия. Я лучше вернусь сюда через несколько десятков лет, чем сдохну в ближайшее время. Контракта я тоже подписывать не буду. Все женщины такие рассеянные, а ты в особенности. Следовательно, о некоторых незначительных мелочах ты вполне можешь забыть мне сообщить. Дарочка, я говорю обо всем откровенно, я говорю о том, о чем ты думаешь. Давай играть честно: мы ведь будущие партнеры и в другом деле.

Запрокинув голову, темная расхохоталась.

— Я же говорила, что ты мерзавец, Слав, — успокоившись, сказала Дара. — Как я теперь буду тебя обманывать? Как я буду выкручивать тебе руки? Чем смогу пригрозить? Успокойся, партнер, я лично заинтересована в том, чтобы ты остался в живых. Выпей вина, поешь и расслабься.

Дарочка превратилась на время в мою личную служанку. Есть первая поклевка! У тебя есть личный интерес к вопросу моего выживания. Вернее, к вопросам моей безопасности, и он не совсем связан с амулетом контроля моей новой игрушки. День прошел совсем не зря. Правда, какой срок жизни ты мне отмерила — это пока неясно. Дарочка, ты чудно играешь словами. Хорошо, что ты не догадываешься о наследстве гвардейца. Хорошо, что ты не знаешь, что я немного разумник.

— Знакомь с подробностями дела, дорогая. — Я решительно отодвинул от себя тарелку и кубок.

— Горцы, — вздохнула Дара, — в столкновениях с ними мы регулярно несем потери…

— Не понял. Какие горцы, откуда они здесь взялись?

— Слав, — укоризненно протянула темная, — если ты не будешь меня перебивать, то скоро все вопросы у тебя отпадут. Горцами мы называем тех, кто живет под западными отрогами Срединных гор, берущих в почти полное кольцо территорию герцогства.

— Тогда, скорее, подгорцы, — хмыкнул я. — Все, Дарочка, я затыкаюсь и больше не буду тебя перебивать.

— Надеюсь, — пробурчала темная. — Это отколовшиеся от нас ренегаты. Несколько столетий мы ведем с ними войну. Ты был полностью прав, когда говорил глупому мертвецу о слабости колдунов. У нас нет тысяч разумных под рукой для принесения многочисленных жертв. А наши маги в одиночку не могут пробить защиты их цитадели. В нее ведут семь тоннелей, заполненных всевозможными ловушками. По крайней мере, мы знаем о семи, а сколько их на самом деле… Но это еще не все. Если, несмотря на потери среди созданий Разру… Да к Проклятому все, Слав. Если, несмотря на потери среди тварей, нам удается ликвидировать или обойти ловушки, то на выходе из тоннелей наши отряды сталкиваются с артефактами невиданной силы. Мы можем убивать и приносить в жертву Падшему только тех из ренегатов, которых изредка наши патрули перехватывают на поверхности. Ты сможешь уничтожить преграду в одном из тоннелей, мешающую нам.

— Я, — полностью охренел я от услышанного, — смогу справиться там, где садится в лужу весь состав магов вашей ложи?!

— Да, ты, — улыбнулась мне темная. — Магов у изменников почти нет, но те, кто есть, отлично научились распознавать на расстоянии оттенок силы каждого мага ложи Красных пещер. Ты им неизвестен, да и находящееся на тебе неизвестное мне заклинание не позволит им обнаружить тебя заранее. Поделиться им со мной не хочешь?.. Почему-то я так и думала. Наемников мы пригласить не можем. Догадаешься сам почему?

— Скорее всего, — предположил я, — наемный отряд должен быть довольно сильным, и по исполнении им заказа вам нужно его ликвидировать. Лишняя известность вам не нужна. А тут — я, да и мои высшие вампиры с легкостью заменят небольшую армию. Кстати, клыкастики отлично обходят ловушки, созданные против обычных разумных и тварей. Я буду вынужден стать вашим партнером, так как вы здесь хозяева, иначе я не сорву куш на кракене. Кричать об этом и всем остальном на разных перекрестках я не буду, и Крий Баросский останется в неведении о вашем существовании еще какое-то время. А вот если ликвидировать обычных наемников, то возможны разные варианты. Пропажа сильного отряда часто вызывает вопросы среди их друзей и партнеров.

— Ты прав, — согласилась со мной Дара. — Скрытность — это самое важное для нас. Великий мастер Нарвион никогда не будет выполнять распоряжений Крия Баросского. Мы имеем дело только с гроссмейстером ложи Стремящихся во Тьму королевства Кароса, Слав. Видишь, я открыла тебе самую охраняемую тайну нашей ложи в знак доверия, партнер. А теперь подробности по артефактам, Слав. Смотри. — Дара развернула иллюзию. — Сам артефакт состоит из двух частей, первая — это нескольких камней, вмурованных в тоннель. Вторая представляет собой покрытый рунами алтарь, находящийся в двадцати шагах от конца тоннеля. Ты должен разбить первые камни — и все. Вторая часть артефакта, которая снабжает первую энергией, не сможет причинить нам серьезного вреда. Как только ты уничтожишь первую часть, мы ворвемся в тоннель и, несмотря на любые потери, возьмем штурмом их цитадель, уничтожим ренегатов, а немногих выживших отправим на алтарь. Выбирай место удара, Слав.

— Минутку, дорогая, — перебил я темную, — сначала обсудим сумму заказа.

— Пять тысяч золотых, Слав, — томно улыбнулась мне патологическая врунья.

— Меньше чем на сотню я не согласен, — отправил я мяч на сторону врага.

— Слав, — вскипела темная, — больше чем на тридцать пять тысяч золотых не рассчитывай. Мне снова устроить тебе аудиенцию с великим мастером?

— А почему вы просто не называете его гроссмейстером? — лениво поинтересовался я. — Такие традиции? Уважаю, а за различного рода традиции, ритуалы и так далее нужно платить больше. Они мне поперек горла стоят! Я забодался иметь с ними дело! Триста двадцать тысяч золотых — это мое последнее слово.

— Скотина, мерзавец, подлец, ублюдок, — тихо шипела темная. — Как ты посмел потребовать четыреста тысяч и меня в наложницы?!

— Договорились: пятьдесят тысяч, никакой наложницы — и завтра вечером дело будет сделано, партнер. — Я сдал назад и согласился с последней ценой темной. — Ты шуток не понимаешь, начальница?!

— Договорились, а теперь пошел вон отсюда!

— А аванс в размере пятидесяти процентов от суммы контракта? — осведомился я.

— Убью, — прорычала Дара. — Этого вопроса в трех своих условиях ты не обговаривал! Оплата после выполнения заказа, клянусь своей силой!

— Договорились, — согласился я, — а теперь обсудим различную мелочовку.

— И если ваших тварей не будет там, где я указал, то я разрываю устный контракт. Тебе все понятно, лапушка?

— Сгинь с глаз моих, верат позорный!

Этого я и добивался. «Летящей походкой» — в спину мне ударила подушка, привет от разъяренной темной — «я вышел из ба…»… э… из покоев разгневанной Дарочки. Оно мне надо ночь с тобой провести? А ведь все к этому и шло. Нет, лучше с кем-то подраться. Пушок, я так тебя понимаю.

— Влад, — раздался в моей голове голос Земы, — а она ведь тебе иногда врала.

Знаю, разберем по пунктам. Про возможность перекачки силы на временный алтарь эта «девушка» вообще не упомянула. К сожалению, про ренегатов она сказала правду. Значит, здесь существуют две группировки темных, и Крия Баросского местные почему-то опасаются. Ха-ха три раза. Да, в основном Дарочка говорила мне правду. А вот про артефакты она слегка соврала, да и полностью лгала мне насчет совместных дел только с гроссмейстером темной ложи Каросы. Как будто я не знаю про различные дела местных темных и ордена Заката. Только фетишисты скрывающегося за линией горизонта Хиона могли определить момент, когда Трана покинет родовое гнездо при помощи своего долбаного заклинания прозрение Творца. Вот суки, наверняка потребовали от полумумии за эту услугу половину кассы темных, а за подгорников и рубашку последнюю снимут с местного гауляйтера. Гады закатные. Что я упустил?

— Ничего, но я не знаю такой схемы артефакта, — прошуршал песок. — Никто из нас не знает.

— Я тоже, — сознался я. — А что делать? Вы все погибли задолго до Смуты. Проф не имеет тех знаний, которые были во время всеобщей заварухи. Что делать? С драконами для уточнения обстановки и выяснения подробностей я связаться не могу. Они будут только через пятеро суток, когда мои парни вернутся в герцогство. Для Дары я нужен живым после этой акции темных, иначе бы она так не торговалась. Мертвецу деньги не нужны, и она бы с легкостью согласилась на все мои условия. Что делать, орлы?

— Не знаем, — вздохнули одновременно четыре мертвых архимага.

— И я не знаю, а придется взяться за эту халтурку. Потом разберемся во всем. Главное, что мэтр, это я о себе говорю, вышел на уровень оплаты заказа по стандартам серых. Так держать. В жизни все пригодится. Это я так мрачно шучу.

— Ровер, Риджен, Ругино и Рикт, — начал я, заходя в свою каюту бизнес-класса, — готовьтесь к акции. Время ограничено, нам завтра идти на дело, а перед этим нужно посетить ресторан. Жаль, что с нами нет Рабиновича. Не спрашивать о нем, сам вам скажу. Это такой высший вампир, что мало не покажется никому. Главное — не нарваться на Мурку.

— Ровер, продвигаться только по моей тропе, — послал я зов вампиру.

Конечно, мы все обговорили перед выходом, но лишний раз повторить не мешает. Дарочке я сказал, что клыкастики отлично минуют ловушки. Это правда, но обнаруживать их буду я. Квалификация у меня повыше будет. А как ты меня поняла — это твои проблемы. Семь входов — я перепрыгнул через низкую баррикаду, — и это те, о которых известно. М-да, при осаде лучше вообще не иметь ни одного. А с другой стороны, чем питаться будешь — камнем? Наверняка изначально был только один основной тоннель и пара-тройка секретных. Шло время, я старательно обошел место недавнего побоища, ходы потихоньку переставали быть секретными для осаждающих, вот и пришлось засевшим в горе бедолагам делать новые. Что это у нас такое? Какой примитивизм! — Я перепрыгнул через простую ловушку, которая должна была отсечь мне ноги. А где серьезная магия? Это?! Детский сад. Где маскировка под обычный ток силы Земли? Я прижался к стене и медленно поскользил вдоль нее. Хотя Дарочка говорила, что у ренегатов мало магов, но такой примитивизм оскорбляет мою чуткую и нежную охотничью душу. Местным ренегатам явно стоило брать уроки у тварей с девятого уровня белгорской погани. Лифт поднял меня к потолку. Кто так строит? Кто так делает? Я опустился на каменный пол. Нет, я все понимаю, но клинок, который должен был меня располовинить — я пригнулся и на карачках продвинулся на пару метров вперед, — нужно было бы хоть как-нибудь замаскировать обычными средствами получше. Я опять перепрыгнул через каменную плиту, под которой наверняка скрывалась яма с кольями. Пылью с водой нужно было хотя бы качественнее заделать эту узкую щель. Опаньки, первая серьезная магическая ловушка, я присел. Что у нас там? Да ничего особенного, простейший артефакт, который должен был меня сжечь обычным огнешаром. Дарочка, чего-то ты мне не рассказала. Неужели — я опять прижался к стене — за прошедшие столетия вы так и не научились без потерь проходить любой тоннель? Да и плотность ловушек на квадратный метр настораживает. Я прыжком перенес себя на пять метров вперед. Одна ловушка на два десятка шагов — это не просто мало — я опять на четырех конечностях шустро переместился на пару метров вперед, — это очень мало. Так, а что это у нас там впереди? КПП, и без мага?!

— Ровер, работайте, — послал я очередной зов вампиру.

Четверка вампиров проскочила мимо меня в небольшой зал и принялась резать десяток местных стражников. Все, я даже не успел насладиться этим действом. Я подошел к убитым за мгновения разумным. М-да, плохие доспехи, отвратительное оружие и полное отсутствие каких-нибудь серьезных защитных амулетов. Ситуация становится все страннее и страннее. Что же меня ждет в конце тоннеля? Я отпальцевал вампирам и опять возглавил отряд. Какой артефакт уже несколько веков позволяет ренегатам отбивать атаки ложи Красной пещеры? Дарочка, при возвращении я устрою тебе маленький допрос, а потом… Черт, вот он. За очередным поворотом обнаружился искомый артефакт. Тринадцать камней вмурованы в пол, стены и потолок тоннеля. Я дошел до выхода из тоннеля. Никакой магической силы я в камнях не наблюдаю. А где моя свита? Я немного вернулся назад. Мои клыкастики застыли перед поворотом и не могут шевельнуть даже пальцем! Да и мой зов до них не доходит. Что за хрень? Я повернулся к артефакту. Ната, таран превратил особо не понравившийся мне камень в пыль. Я оглянулся: никакого эффекта. Еще один камень послужил мишенью плетению. Из громадной пещеры, куда вел тоннель, раздались крики и топот ног. Эх, жаль, что проф до сих пор не разобрался с причиной срабатывания без моего сигнала магических мин на Баросе. Пятый камень перешел в состояние щебенки. Сейчас бы запустить фашистам гранату — и я был бы в шоколаде. Седьмой камень. Бой!

Молнии пошли в клинки. Я слегка согнул колени, и копье пролетело над моей головой. Выпад клайдом, копьеметатель захрипел, разлетелся восьмой камень. Воин упал на пол, но я не остался в гордом одиночестве. Да сколько тут вас? Я закрутил вокруг себя карусель. Девятый камень. Сейчас самое главное — защитить свою тушку, десятый камень, а с этими энтузиастами моих потрохов, одиннадцатый камень, разберутся вампиры, двенадцатый камень. А вот и местный маг, получив буром в голову, не успел запустить в меня второе непонятное плетение. Тринадцатый камень перешел в состояние щебенки. Я опустил клинки, сжал амулет короткой связи, который выдала мне Дара, и с удовольствием стал смотреть на работу разъяренных вампиров. Красота, мелькающие серые тени, отрубленные конечности, головы и вываливающиеся потроха. Отличное зрелище. Любоваться им и любоваться. Мне тратить свою силу на простых воинов? Я фыркнул.

Вампиры прорубились к концу тоннеля и ввалились в громадную пещеру. Посмотрим — я стал перешагивать через обрубки тел, — что там у нас есть. А тут у нас мох и лишайник на стенах, пара сотен истребляемых клыкастиками воинов, три мага, вру, уже два, нет, уже один, да никаких вражеских магов здесь нет! Бур постарался. Также в пещере присутствует широкая каменная лестница, ведущая наверх, к большим воротам, наверняка закрывающим вход в подземную цитадель. А где же вторая часть непонятного артефакта? Да вот она. Я присел на корточки перед малюсеньким алтарем, сделанным из нескольких камней. Дара утверждала, что уничтожить нужно только первую часть артефакта. Ничего, я сегодня добрый. Я напоил холодом алтарь, я вливал в него все больше и больше своей непонятной неиссякаемой силы. Покрытые наскальной живописью камни пошли трещинами и стали рассыпаться на кусочки. Твою! Меня окутал белый свет. Холод, пошел ты на хрен!!! Всю пещеру заполнил белый свет силы Создателя! Трескающиеся, исчезающие, превращающиеся в пыль кости, обрывки сухой плоти — это же вроде мощи святых! Были, я рухнул на колени, это были мощи святых, пока я их не уничтожил. Свет исчез. Все понявшие и моментально прекратившие бойню вампиры окружили меня своими телами. Поздно: из моих недавних врагов в живых осталась едва ли половина. ПОЗДНО! СУКА! Я заскрежетал зубами. Она построила наш разговор так, что я понял слово «ренегат» как его синоним, как слово «изменник»! Почему я не почувствовал силы Создателя!!!

— Отличная работа, Слав, — раздался за моей спиной чудесный ненавистный голосок. — Держи свою заслуженную плату. — Темная бросила мне небольшой мешок, который был перехвачен Ридженом. — Здесь больше, Слав, — продолжила она, наблюдая, как рыцари тьмы и личи уничтожают последних защитников предвратного укрепрайона, — на Крайсе за эти бриллианты ты получишь шестьдесят тысяч золотых.

ТЫ, ПАДАЛЬ! Ты меня переиграла, я вскочил на ноги, ты меня обманула! На мой наплечник опустилась рука Ровера.

Глава 6 Первые последствия

— Влад, уступи мне управление и убери холод, мешает! — загрохотал камнепад в моей голове.

Машинально я выполнил эти требования Земы. Я все видел и все слышал, но воспринимал это как кино. Вот я-Зема откидываю забрало и улыбаюсь этой твари. Сучка, ты еще одобрительно потрепи меня по щеке своей ручкой. Теперь Зема поворачивается и смотрит на лестницу, которую заполонили твари. Как я мог так ошибиться? Как меня смогли так провести? Не понял! Зема исчез из моего сознания, а его место занял Вод и продолжил общение с сучкой. Что происходит? Твари методично взламывали ворота: личи магией, а рыцари тьмы — тараном. Два десятка самых сильных магов из Красных пещер временами вносили свою лепту в это дело. Ничего, процесс взлома ворот займет у темных и тварей не меньше пары часов. Слишком хорошо они сделаны. Есть время подумать своей бестолковкой, как мне лучше умереть. А это что за треск? Я-Вод поднял голову и посмотрел на потолок пещеры. Прямо на наших глазах на громадном своде возникла трещина и стала стремительно расширяться. Я-Вод передал управление вернувшемуся я-Земе. Твою тещу! Несмотря на все усилия нескольких темных земляков, трещина постепенно приобретала гигантские размеры. Зема, я беру управление на себя.

— Так нам пора бежать или стоит посмотреть на могущество магов вашей ложи? — поддержал я ни на секунду не прекращающийся разговор между мной и Дарой.

— Слав, я ничего не понимаю, — ответила растерянная темная, — среди ренегатов не было повелителей земли. Не было! Откуда они здесь взялись?

Обломки свода начали с грохотом падать на пол пещеры, калеча и убивая тварей. Каменная шрапнель с визгом носилась по залу. Ната. Холод окружил меня, моих бойцов и одну растерянную сучку. Вовремя. Солидный булыжник остановился в нескольких сантиметрах от лица Дары. Еще один, еще и еще. Маги темной ложи с испуганными мордами лица начали посматривать на Дару.

— Дорогая, — начал я, — ты как хочешь, но оставаться здесь я не намерен. Это ловушка, и мы доблестно в нее попали. Свою работу я сделал. До встречи.

— Все назад, отходим! — закричала Дара, с ужасом глядя на обломок скалы, зависший над нашей компанией. — Слав, помоги мне.

Я хлопнул по плечу прикрывающего меня слева Ругино. Вампир подхватил Дару на руки и исчез. Как я хочу тебя здесь оставить, кровососка, но теперь не могу. Свидетелей слишком много, а возвращаться в одиночестве в Красные пещеры не есть гут. Я стиснул плечи Рикта и Риджена. Да и не сможем мы всех прикончить. Я убью тебя позже, и сам. Мгновение — и дружной компанией мы ломанулись в тоннель. Зема, это твоя работа? Не отвечай — мы перескочили через труп, — я и так знаю, что твоя. А Ругино уже наверняка покинул тоннель. Зачем на мне столько брони? Блин, Зема, я не знаю, что ты там сделал, но эффект от этого потрясающий в прямом смысле этого слова. Даже тоннель трясется, а от грохота камнепада я могу оглохнуть. Почему вампиры не имеют силы оборотней? Мы выбежали из тоннеля. Так, я думаю, что сто метров между нами и входом будут не лишними, тем более что там нас уже давно дожидается Ругино. Я снял свои руки с плеч пошатывающихся от усталости вампиров. Вперед, Зема, Вод и все остальные, когда у меня появится свободное время, я жду от вас внятного объяснения произошедшему. Ведь наверняка работать своей сущностью вне моего тела и сознания может не только сегодняшний герой. А эта подмена Водом Земы вообще выше моего понимания. Я о таком даже не слышал. Кстати, герой, а как ты действовал — сырой силой или плетениями? Вампиры неторопливой для них трусцой прикрывали мое бегущее изо всех сил тело. Если второе, то это противоречит всем основам магии. Ты же элементаль, твою мать.

Мы вбежали на невысокий холм. Теперь можно отдышаться… мне отдышаться. Так быстро я никогда в жизни не бегал. Ведь могу, когда припрет. А что там у нас за знаковое место километрах в двух отсюда? Так, я рассмотрел его и запомнил, будет маркером для моего портала. Я неторопливо повернулся ко входу в подземелье. М-да, такого я еще не видел. Из тоннеля начала вываливаться толпа, состоящая из мертвых и пока еще живых слуг Проклятого. А как же субординация, твари, вы еще локтями толкать слуг Проклятого начните! Неужели вы испугались? А как можно таким важным и пока еще живым личностям бежать без всякого достоинства и вперемежку со своими подданными? Ай-яй-яй.

— Ругино, да поставь ты ее на землю, — послал я зов вампиру.

— Влад, она вцепилась в меня как клещ из лесов дальнего пограничья. Слушай, а давай я ее силой от себя оторву и при этом поломаю руки этой мрази?

— Нельзя, — вздохнул я. — Сам хочу, но нельзя.

Тем временем поток беженцев иссяк. Выжившие живые и мертвые столпились недалеко от нас и пристально всматривались в проем тоннеля. Я окинул взглядом толпу тварей и слуг Проклятого. Как минимум число тварей уполовинилось. Зема, я представлю тебя к звезде Героя. Отлично сработано.

— Слав, — опомнившаяся сука отпустила шею Ругино и встала на ноги, — я не могла себе представить, что эти существа настолько быстры. Через секунду после моего крика меня просто подхватил ветер какой-то.

— Не существа, — начал я, — а высшие вампиры, и не ветер, а элитный боец. Вампирам нет равных в бою без применения магии. Только оборотни могут что-то им противопоставить. Ты знаешь, во сколько мне обходится годовой контракт одного высшего вампира?

— Тридцать желтяков, — напомнил мне зовом ехидный Ровер.

— Пять сотен золотых? — предположила Дара, потом посмотрела на Ругино и покачала головой. — Мало, разговор с таким бойцом наверняка начинается с тысячи монет.

— Босс, ты нас не ценишь, — опять вставил свои две копейки неугомонный Ровер.

— Зато добычу не отбираю, а, наоборот, щедро ее делюсь, — парировал я зовом.

— Кстати, — обратился я к Даре, — ты поздно дала отмашку на отступление. Потери превышают все разумные пределы.

— Не я отдала этот приказ, а великий мастер, — буркнула Дара. — Он видел все происходящее моими глазами, и только получив его разрешение, я…

Темная спохватилась и начала отдавать распоряжения. Типа проверить тоннель — вдруг там кто-то еще живой или неживой остался, но испытывает трудности с передвижением, грифонов нужно подогнать для эвакуации выжившей элиты темной ложи и моей команды, оценить масштабы завала и тому подобное. Что до ее ответа мне, то можно сказать только «опаньки». Отсюда до Красных пещер напрямую примерно две с хвостиком сотни километров. Силен главбосс, силен. Не просто зовом общался, а подглядывал и подслушивал все происходящее через Дарочку. Наверняка ему понравилось это шоу в реальном времени с моими комментариями происходящего. Что касается тебя, Дарочка, то давненько ты не бывала в настоящих переделках, мандраж у тебя до сих пор не прошел, иначе бы этого ты мне не сболтнула. Ладно, проехали. Я поставил полог молчания.

— Парни, что произошло с вами у выхода из тоннеля? — поинтересовался я у клыкастиков. — Кстати, амулеты защиты мне свои на подзарядку давайте по очереди.

— Непонятно, Влад, — ответил Ровер. — Такое ощущение, что мы попали в твой кисель,[18] но в сотни раз плотнее. Нас сжало со всех сторон. Было не больно, мы даже могли дышать, но пошевелиться — нет. Я пытался использовать свои познания в общей магии — ничего не выходило. Мы все видели и слышали, а прийти тебе на помощь не могли. Эта сила не имеет ничего общего с чернотой. Эта сила не имеет ничего общего с тем, что мы ощущали в твоей замковой капелле. Больше сказать нечего.

— Ну, это понятно, что с чернотой тут дело не связано, — пробурчал я. — Как только я разрушил первую часть артефакта, вы получили свободу. Вообще странная конструкция. Исполнительный контур питается на расстоянии от аккумулятора силы. Да не берите в голову, — слабо улыбнулся я, заметив, как клыкастики начали с недоумением переглядываться. Мол, а чо он сказанул-то? — Держи, Риджен, — протянул я последний амулет. — Неплохих бойцов мы сегодня повстречали, — ваши амулеты были разряжены наполовину, а у Ровера на две трети.

— Влад, а что будет дальше? — поинтересовался Риджен. — Мы ведь убивали…

— Не берите в голову, — прервал я его. — Я ваш командир, я отдал приказ, и ответственность за все произошедшее нести буду тоже я. Замяли эту тему.

Клыкастики с облегчением вздохнули. Я хмыкнул: плохо еще меня знают мои родичи. А вернее, слишком они натерпелись в пограничье. На генетическом уровне в них вбито, что во всем виноват вампир, что бы ни случилось. Я снял полог. Нельзя надолго отрываться от темного коллектива. А теперь, орлы, объясните мне, что вы вытворяли в подземелье.

— Влад, — откликнулся Зема, — я отвечу за всех нас. Твой срыв был никому не нужен — ни нам, ни вампирам. Я потребовал отдать мне управление, чтобы ты мог прийти в себя и здраво оценить ситуацию. А когда я занял твое тело, оказалось, что я сам своей сущностью могу покидать его, не теряя полностью связи с твоим сознанием. Вернее, с нашим общим сознанием. Для меня это не стало шоком, хотя такое в принципе невозможно. Помнишь, мы спрашивали тебя о том, не был ли ты раньше сам элементалем?

Да, и я помню, что тогда я вам ответил. Я — человек, запомните это.

— Ты был неправ и сейчас неправ, — добил меня Зема, — но и мы ошибались. Ты не бывший элементаль, который каким-то образом обрел тело, ты — человек, но есть в тебе что-то и от стихии. Подобного уровня слияния с тобой, который был у нас раньше, мы не могли добиться с любым из наших прежних хозяев. Раньше ты не обращал на это внимания. Не заморачивался, как ты сам говоришь. Мой тебе совет: когда все закончится, подумай над нашими словами, задумайся о том, кто ты такой. Твой холод — неоспоримое доказательство присутствия в тебе частички стихии. Я говорю не только от себя, я говорю от всех нас. Что касается сегодняшнего слияния, то возможно, у тебя произошел сильный эмоциональный шок, который позволил мне покинуть сущностью твое тело и почти полностью покинуть цепь стихий. А может быть, уничтожение мощей и всплеск силы Создателя как-то повлиял. А может быть, это последствия твоего умения разделять сознание на два потока. Мы не знаем. Мы по очереди выдвигаем одну бредовую идею за другой. Прости, Влад, я отвлекся, но от осознания перспектив просто дух захватывает. Продолжу объяснение наших действий. Обнаружив, что могу своей сущностью покидать твое тело, я растворился в окружающем нас пространстве, я растворился в камне, предварительно указав Воду занять мое место. Ог слишком горяч, а Воз — нетерпелив и порывист. Я растворился, потому что чувствовал отголосок твоих мыслей, Влад, и поэтому решил поискать способ помочь выжить тем, кто находился в подземной цитадели. Учитывая запас твоей силы, дело представлялось мне невыполнимым. Я должен был все проделать незаметно — я не должен был доводить тебя до магического истощения, иначе эта тварь заметила бы твое состояние и связала его с происходящим, несмотря на то что Вод постоянно болтал с ней. Шассери! Как тебе моя задача?

В принципе невыполнимая, учитывая количество темных и тварей, учитывая массу и твердость стен, пола и свода пещеры.

— Я тоже так думал, но искал и искал решение. Это же ведь не теорема Ферма? — усмехнулся Зема. — И я его нашел. Ты ведь помнишь трактат «Сила слабости». Зачем ломать монолитный камень, если можно найти трещину? Если можно найти точку, минимальное воздействие на которую даст максимальный эффект. Я помню строительство твоего замка, и как однажды на тебя накричал каменотес. Я нашел точку напряжения породы на своде пещеры и использовал треть твоего резерва силы, сырой силы, а не простейшее плетение из твоего арсенала. Эффект применения ты видел. Потом я предупредил Вода и вернулся своей сущностью в твое тело. Вот и все.

Сказать больше нечего. Вру, сказать можно много, и только матерно-восхищенно. Как мне повезло с цепью стихий, как мне повезло с орлами-интеллектуалами! Кстати, орлы, если Зема смог почти покинуть тюрьму, если когда-нибудь вы все сможете это сделать, то не забывайте навещать меня. Нам есть что вспомнить.

— А зачем нам полностью уходить из нашего места обитания, даже если мы сможем это сделать? — поинтересовался Ог.

А разве вам не нужна свобода?

— А зачем? — зашелестел ветерок. — Мы не хотим возвращаться в стихию и проводить там века в бездействии, ожидая вызова от очередного повелителя. С тобой за один год мы стали почти прежними. С кем нам общаться в лоне матери-стихии? С недоумками и полудурками? Тем более, Влад, что раньше мы были разумными. Тем более что мы все надеемся вспомнить, кем мы были раньше. Знание только того, что мы мертвые архимаги, нас уже не устраивает. Мы хотим вспомнить свою жизнь, мы хотим вспомнить все, конечно, если это возможно. А не получится — так к черту. С тобой интересно и весело. Повеселимся?!

Позже, Воз. Опасность справа. Я скользнул внутрь своего сознания и принял свет Тайи. Хм, я был почти пуст, а теперь вновь готов к подвигам.

— Как ты? — поинтересовался я у Дары. — Как вообще обстоят дела?

— Со мной все в порядке, Слав. Спасибо тебе за помощь. Извини, что раньше этого тебе не сказала, партнер. А дела вообще обстоят плохо. Спаслись почти все маги, кроме двух истощенных земляков и одного огневика. Двадцать три рыцаря тьмы и четыре лича тоже остались в пещере. Если бы не ты, — на мгновение прижалась Дара к моей броне, — то и я могла бы остаться там. Моя специализация в магии, партнер, не очень помогает против летящих с потолка камней. Вот убить кого-нибудь — это да. Как мне хочется сейчас это сделать! — прошипела темная. — Как я хочу добраться до мерзавцев, которые засели внутри хребта!

— А есть проблемы с этим?

— Еще какие. Почти весь зал завален. Свод полностью обрушен, и чтобы добраться до ренегатов, потребуются месяцы труда тварей или неделя и помощь нескольких повелителей земли. Только где же их взять?!

— А если и найдешь, то подумай о том, — я указал на хребет, — что если они расчистят завалы, то не посыплются ли сверху новые камни? Гномы тут нужны. Они хорошие шахтеры.

— Только их здесь не хватало, — усмехнулась темная. — Проклятый с теми, кто внутри. Сами сдохнут от голода и отсутствия воздуха.

— Или пробьют еще один ход, — равнодушно заметил я. — За несколько столетий прокладывать тоннели в горах они научились. Как ты думаешь, где будет новый вход-выход?

Темная ничего не ответила, а только злобно уставилась на тоннель. Дара опять меня играет. Совсем она в себя пришла. По большому счету эти несчастные вам не особо-то нужны. Кстати, орлы, с вашей проблемой, которая совсем не проблема, мы разобрались. А что делать с моей? Как я мог допустить столько ошибок? Как?!

— Подумаем, Влад, — ответил Зема, — нам еще долго лететь до Красных пещер.

Я проводил глазами уходящих с неба Сестер и пошел внутрь логова темных. Осталось чуть больше трех суток до возвращения Ольта и Ролана, а воз и ныне там. Воз, не мельтеши, я не тебя имел в виду, а поговорку. Кстати, орлы, вы разобрались с моими проблемами, а то голова у меня совсем не работает?

— Почти разобрались, Влад, — ответил мне Зема, — это твое последнее замечание позволит нам отшлифовать идею. Не беспокой нас в течение нескольких минут.

Вот так всегда. Подчиненные перешли на новый уровень, и степень свободы у них возрастает. Это они так думают. Задача руководителя корпорации — избавить их от вредных иллюзий.

— Когда рухнешь на кровать, Ровер должен находиться в спальне, — скатился камень по склону горы, — у нас есть к нему несколько вопросов.

И я об том же, партнеры. Сначала объявляешь гласность, демократию и свободу слова, а потом не знаешь, куда это все засунуть. Вернее, как засунуть все это обратно или кому-то подарить. Полный идиотизм случился сегодняшней ночью. Что? Орлы меня уже не комментируют? Где-то сдох кто-то крупный или в особо крупных размерах. Блин! В размере ста двадцати четырех людей, которых прикончили я и мои воины. Я недавно переживал из-за смерти служанки? Дерьмо вопрос, получай все в гораздо больших количествах. Да, забыл: все слуги темных на Баросе проходят проверку на лояльность, заключающуюся в ритуальном жертвоприношении. Служанка сама кого-то пришила на алтаре, чтобы выжить. А тут мы просто убили людей, которые защищались от темных с помощью непонятных артефактов, использующих силу Создателя. Великолепно, сказать больше нечего.

Я пинком ноги открыл дверь своего номера. Странно, ничего не украли. Я посмотрел на четверку клыкастиков, которые в темпе начали шмонать помещение, и принялся избавляться от брони. А с другой стороны? Два земляка и один огневик, все магистры, про тварей я даже не вспоминаю. По результатам соотношения потерь — это отличная операция. Три слабеньких мага и две с лишним сотни бездарей отдать за смерть таких врагов — любой король легко возьмет меня генералиссимусом. Вот гадство! Да меня на аукцион нужно отправлять. Я швырнул кирасу на пол. Я буду куплен в качестве полководца за три первоначальных цены. А непонятный алтарь с непонятной силой — так это дружественный огонь, мать его.

— Все чисто, — доложил мне Ровер. — Это даже странно.

— Да ничего странного здесь нет, — вздохнул я, отбрасывая наголенник в угол, — я теперь повязан кровью, и по мелочи мне гадить не будут, пока полностью не составят протокол о моих возможностях и намерениях. Вас это тоже касается. Сегодня никакой стражи перед входом в мои апартаменты ставить не надо. Не тот случай. Всем отдыхать, кроме Ровера. А что ты скорчил такую рожицу? Я буду работать, а ты мне станешь помогать.

Отбросив последнюю железку, я лег на кровать. Из трех кресел доносилось довольное посапывание вампиров, уже успевших провалиться в сон. Вот нехорошие разумные, броню на себе не носят и не понимают моих проблем. Доспехи надеть, доспехи снять, я прижался лицом к правой подмышке. Ну и амбре. Хрен с ним, на ванну сил у меня нет. А кому не нравится, так пошел он лесом и полем. Блин, забыл портянки в угол закинуть. Орлы, теперь я полностью готов к разговору. Что, так его прямо и спросить? Сначала поставлю полог молчания. Сделано.

— Ровер, ты не замечал за последнее время за мной странностей? — поинтересовался я у сидящего в кресле вампира. — Поясняю: после того, как Трана поработала с моим сознанием.

— Особых странностей не было, Слав, — усмехнулся клыкастик, — трудно их разглядеть на общем фоне всех твоих странностей.

— Тогда за последние трое суток, проведенных в обществе темных? — выслушав Зему, пояснил я.

— Нет, — ответил вампир.

Молчание, очередная моя консультация с Земой.

— Хорошо, — продолжил я, — сравни сегодняшнюю мою вылазку с той шуткой, которую я проделал в пограничье в логове бхута. Из всех присутствующих клыкастиков только ты был там со мной в составе четверки смертников высших вампиров. Ты владеешь всей информацией по той акции.

А вот тут Ровер не стал сразу отвечать, а задумался. Что орлы замутили — мне непонятно. Лично я никакой разницы не вижу. Пришел, увидел и победил. Я тогда за несколько суток стал стахановцем! Пентхаус Дикса, пещера мумий и логово бхута. Все это было обработано в кратчайший период времени.

— Слав, — заговорил Ровер, — разница есть. Сейчас ты не проводил личной проверки объекта для уточнения предварительных данных. У тебя тогда было несколько вариантов действия в зависимости от развития ситуации. Было даже два плана экстренной эвакуации Элы, если бы все стало совсем плохо. Есть еще несколько мелочей, но я не могу их выразить словами. Я чувствую отличия, но не вижу их отчетливо.

Вот это да. Какие отличия? Я же приготовил несколь… А что я приготовил? Я пробежался по своему сознанию. Ничего я не приготовил и ничего не разработал. Я решил тупо ломиться по тоннелю вперед и убивать всех подряд на своем пути. Твою тещу! Что со мной? Как я мог так поступить?

— Ровер, спи вполглаза, — сказал я, и вампир с наслаждением стал поудобнее устраиваться в кресле.

Орлы, а вы что думаете об этом?

— Влад, — сказал Зема, — отдай мне управление — и я покажу тебе кое-что. Будет лучше, если ты сам все поймешь.

Бери, — я откинулся на подушку и перешел на второй канал сознания.

Подумаем и обмозгуем. Узнаю все подробности предстоящей лоботомии — тогда и приму решение.

А вот то, как ты, сучка, смотрела на меня во время дачи показаний по выбору жертв на сегодня, многое мне сказало. Ты у нас еще и разумница — вот что было кое-чем еще. Мастерица Разума. Я так понимаю, ты начальник местной контрразведки. Да еще внимательно мазнула глазами по моим зрачкам, оценила цвет лица, прислушалась к сердцебиению. Мол, а не волнуется ли наш гость? Не испытывает ли он страх или возмущение, ярость или сострадание. Равнодушие, детка, я испытываю равнодушие. Все равно вы все покойники. Зачем мне волноваться из-за нескольких десятков бывших живых темных? Зачем? Дракона, спасибо тебе опять.

Меня все уже запарило. Ты, Дарочка, или определишься со своим интересом к моей персоне, или я пошлю тебя подальше со всеми твоими чарующими улыбками, серебристым смехом, залповыми системами огня, которые пока еще находятся в твоих глазницах, и всеми остальными восхитительными достопримечательностями твоего великолепного тела. Ты, падаль, за последние несколько часов мне надоела!

Трана, эмоциональная заглушка — вещь хорошая, но стоило бы тебе сделать ее и посильнее.

Боже, как мне хорошо! Нервозность пропала, и настроение — блеск. Хорошая драка прочищает мозги лучше всего.

Дарочка, утренние и недостойные охотника чувства у меня давно уже пропали, я пошел вслед за девушкой к выходу. Нервы у меня расшалились за последние месяцы, поэтому я слегка и запаниковал.

— Сначала драконы попытались вернуть кладку сами, предлагая нам золото и драгоценности, потом устроили ловушку при помощи редкого артефакта группе тупиц, которых я давно подозревала в измене, а через несколько дней появляешься ты…

— Это отколовшиеся от нас ренегаты. Несколько столетий мы ведем с ними войну.

К сожалению, про ренегатов она сказала правду. Значит, здесь существуют две группировки темных.

Что делать, орлы?

— Не знаем, — вздохнули одновременно четыре мертвых архимага.

— И я не знаю, а придется взяться за эту халтурку. Потом разберемся во всем.

ПОЗДНО! СУКА! Я заскрежетал зубами. Она построила наш разговор так, что я понял слово «ренегат» как его синоним, как слово «изменник»! Почему я не почувствовал силы Создателя!!!

Я хлопнул по плечу прикрывающего меня слева Ругино. Как я хочу тебя здесь оставить, кровососка, но теперь не могу. Я убью тебя позже, и сам.

— Как тебе наша подборка видеоматериалов? — поинтересовался Зема.

Неплохая. Ты сказал, что понять я должен сам, — мол, так будет лучше. Разберемся по костяшкам и черепушкам. День первый. Я полностью спокоен. Не реагирую на провокации. Отработал на все «пять с плюсом». День второй. С самого утра я в ярости, почти на грани срыва. Упрекаю дракону в некачественной работе. Поединок — и я полностью спокоен. Сбросил пар, так сказать. А дальше сделала меня стерва хорошо. Упоминание о мертвой правой ручке, который готов был предать местного босса, изначально направило мои рассуждения в неправильную сторону. Причем это было сделано до визита к полумумии. Спектакль с моей проверкой Дара и гриф провели отлично. В театре им нужно выступать. А когда дело дошло до обсуждения подробностей предстоящей затеи, я лопухнулся и по умолчанию принял ренегатов за отколовшуюся от местных группировку темных. Когда узнал правду, опять почти сорвался. Потом вновь резко успокоился. Я правильно излагаю то, что вы хотите до меня донести, орлы?

— Да, Влад, какие сделаешь из этого выводы? — спросил Зема.

Обычные. Эмоциональная неустойчивость. Учитывая слова Ровера, добавляем несвойственный мне авантюризм за гранью разумного и зашкаливающую за рамки доверчивость. Вторжение в мое сознание налицо. Орлы — это невозможно. Грмурху не было смысла врать мне в Зеркальной пустыне. Друиду после наших с ним разборок — тоже. Оба они были заинтересованы во мне. А если вспомнить Трану и компанию? Дракона не подсказала бы мне? Моя защита разума совершенна для стихийного мага.

— Этому можно верить, — согласился со мной Зема. — Влад, я бы добавил к твоим выводам еще одно замечание. Обычно подобные задачки ты решал быстро. Ты сам говоришь, что если стену нельзя перепрыгнуть, то ее нужно обойти. Добавляем ко всему прочему еще и снижение твоего интеллекта. Печально. Посмотри еще одну подборку.

— Успокойся, партнер, я лично заинтересована в том, чтобы ты остался в живых. Выпей вина, поешь и расслабься.

Дарочка на время превратилась в мою личную служанку.

— Подсказать или сам сделаешь правильные выводы? — спросил Зема.

Бешенство нарастало во мне с каждым мгновением. Так лажануться! Успокоиться. Вдох и выдох, вдох и выдох. Ну, сука. Нет, она не сука, это я кретин. Ничему меня жизнь не учит. Мне мало было волчиц, Дуняши и Яра? Дарочка, ты умница. Ты — стахановец темного фронта. Оказывается, моя новая любовь в свободное от основной работы время увлекается фармацевтикой. Обслужила она меня перед раскрытием подробностей дела и оглашения суммы заказа хорошо. Да и до этого неплохо потрудилась. Я даже ничего не заметил, индюк надутый. Пятидесяти тысячам радовался, недоумок. Я качественно защищен от яда, почти любого яда, но потчевала меня темная не им, а совсем другими снадобьями. Имбецил с мечами.

— Не кори себя, Влад, — грустно усмехнулся Зема в моей голове. — Мы тоже ничего не заметили необычного в твоих мыслях и поступках. Были некоторые странности, и все. Только когда начали детально все разбирать, догадались об этом. А странности у тебя были всегда.

То есть я был как будто нормальным. Вернее, в общем был нормальным, но не во всем. Великолепно. Боже, а если Дарочка еще и фармакологией увлекается в перерывах между убийствами, жертвоприношениями, постельными утехами и выдачей микстур по рецептам всем желающим и нежелающим? Какая разносторонняя личность. Я только дважды более или менее приходил в себя на некоторое время. Первый раз после поединка, а второй раз — после осознания того, что натворил. В обоих случаях был мощнейший гормональный выброс. Да, надпочечники у меня работают хорошо, а все остальное? Вод, ты можешь меня избавить от гадости в моей крови и так далее?

— Подскажи, что искать, Влад?

А я знаю? Хотя нет. Порошком синего лотоса или его аналогом Дарочка наверняка меня после свиданки с Нарвиончиком накормила. То-то я без всяких раздумий так повелся на темных подгорцев. Это первое. Второе — какая-то гадость, которая заставила меня на второй день пребывания здесь почти впасть в бешенство, что привело к снятию первой маски и поединку. И третье зелье почти постоянно делало из меня идиота.

— Не смогу, Влад, — прожурчал ручеек, — мне нужно не название микстуры. Мне нужно знать, какие ингредиенты входят в состав зелий. Тот же порошок синего лотоса состоит из пяти компонентов, и я их не знаю. Мне нужен состав.

А где я тебе его возьму? Ты меня держишь за юного алхимика? Ладно, проехали. Надеюсь, что со временем эта гадость сама из меня выйдет. По крайней мере, порошок синего лотоса только сутки держится в организме, уж это я знаю. К сожалению. Нет, все-таки какая тварь! Так умело совмещать зелья и психологическую обработку клиента. Интересно, она кандидат или доктор мозгокрутных наук?

— Интересно другое, — заметил Зема. — Что было бы с тобой без лоботомии Траны?

Ничего особенного, я упал бы Даре на грудь и сразу бы во всем сознался своей лучшей в мире подруге. Или вытащил бы клинки и с криком «темные мрази» начал всех рубить. Отправили бы меня на алтарь, и все. Что тут интересного для меня или вас? И полилась бы моя кровушка во славу Проклятого. Кстати, есть идея. Вод, сделай мне полную очистку крови. Помнишь, как мы в пограничье переводили отличный продукт брожения на черт знает что? Тогда ведь ты познакомился с моей кровью. Сделай ее сейчас такой же. Все отличающееся от тогдашнего состава убирай на хрен немедленно.

— Сделаю, выпей воды и иди в санузел, Влад.

Пойду — я встал с кровати, — а ты сам не мог догадаться до этого? Я открыл дверь.

— Влад, ты забываешь, что пока мы только духи стихий, а не разумные. Если бы я обрел свою память и знания… Будет неприятно, приготовился? — поинтересовался Вод через минуту.

Да, я поерзал задницей по унитазу и прижал к груди горшок. Поехали. Это неприятно?! Вод, да у меня фонтан из всех щелей забил, садист! Вод, а это зачем?! Дверь в санузел распахнулась, мгновение — и она захлопнулась. Скотино-о-о-о-э-э-э…

Хорошо, что здесь есть нормальная ванна, я подложил под голову вторую подушку. Теперь буду знать, что когда орлы говорят слово «неприятно» — это мерзко, похабно, больно и продолжается не одну минуту. Вод, а ты от любого яда можешь очистить кровь?

— Нет, только не от того, который стал с нею единым целым и пропитал собой все ткани организма.

Вот, а говоришь, что ничего не помнишь из своего прошлого. Какой ты элементаль, какие вы все духи стихий? Те только тупо исполняют распоряжения. Не надо скромничать и принижать свои возможности. Ладно, а теперь самый важный вопрос, орлы. Тянуть по нему резину я больше не могу. Почему я не почувствовал силы Создателя? Раньше мне это удавалось. Не напрямую, конечно, но ее отголосок я чувствовал. Есть идеи, а то у меня в голове вертится только хрень? Вроде она тихо и мирно спит в намоленном булыжнике, а при приближении тварей и темных сама выскакивает из-за угла. А такого не может быть в принципе. Алтарь или напоен силой, или нет.

— Есть идеи, — подал голос Зема, — но они тебе не понравятся. Вариант второй — это была не сила Создателя.

Невозможно, я совсем слепой?

— Возможно, что-то близкое к ней, — продолжил Зема. — Тогда возникает вопрос о самой природе силы Создателя и о Нем самом.

Зема, а как ты умер? Вроде ты неудачно слился со стихией до полной потери пульса. Я правильно думаю, а то мне сейчас показалось, что тебя инквизиторы сожгли на костре? Не помнишь, а?

— Умер я нормально, хоть и не помню этого, — успокоил меня Зема. — Вариант третий — ты потемнел, Влад. Какая из этих трех невозможных версий тебе больше всего нравится?

Больше всего мне не нравится третья версия. Твою тещу. К сожалению, она самая реальная, орлы. Все, пора спать.

— Жаль, что ничего не получилось, — сказал великий мастер Нарвион. — Ничего, получится в следующий раз. Дариана, наш друг из Каросы прислал сообщение, что все прошло успешно. С утра начнешь уделять основное свое внимание подготовке к ритуалу. Никаких ошибок быть не должно. У нас не будет второго шанса. Драконы не позволят второй раз похитить хоть одно яйцо.

— А мой подопечный? — спросила Дариана.

— Пусть отдохнет от твоего общества несколько дней, он и так наверняка тебе надоел, — рассмеялся темный. — Хоринер присмотрит за ним. Хотя все на твое усмотрение. Иди, отдыхай.

— Как вам будет угодно, — склонила голову женщина.

«Вставай, страна огромная…», я шел по коридорам, залитым мертвенно-бледным светом местных светильников, «…вставай на смертный бой». А вот и апартаменты Дарочки. Охрана открыла передо мной дверь. «С фашистской силой темною…», я зашел внутрь, «…с проклятою ордой». Нет, прямо про Арланд песня написана. Где у нас Дарочка? А вот она — повинуясь жесту прелестницы, я сел в кресло.

— Здравствуй, Слав, как спалось? — улыбнулась мне темная.

— Приветствую, дорогая, великолепно. А на что ты рассчитывала? Я должен был переживать из-за твоей маленькой хитрости? Должен был грызть подушку — мол, не темных ренегатов поубивал, а поклонников Создателя? А за уничтожение мощей святых мне грозит ад? Так меня это не волнует, Дарочка. Я действовал, не подозревая о реальном положении вещей. Тем более что я наемник и весь мой грех на тебе. А свой незначительный проступок отмолю и денег матери-церкви щедро пожертвую. На тебе мой грех, милая, на тебе. Ты в ад отправишься, а не я. Тем более что там тебя ждут с распростертыми объятиями. Давно ждут, заждались уже. Ой, прости, Дарочка, я опять намекнул на твой возраст.

— Все-таки переживаешь, Слав.

Темная встала с кресла, подошла ко мне и с удобством устроилась на моих коленях. Взъерошила мне волосы и уткнулась головой в нагрудник.

— Потом ты все поймешь, — прошептала она. — Сейчас я могу сказать тебе только одно. Я боялась, что если ты узнаешь все, то откажешься нам помогать. Я не хотела, чтобы у тебя были неприятности, партнер. Ты мне нужен живым, для одного дела, никак не связанного с кракеном.

— А если бы я был убит на поединке?

— Нерисан не должен был тебя убивать, как и тварь. Великий мастер дал ему на этот счет недвусмысленные распоряжения.

— Даже так? — удивился я.

— Так. Контроль над кракеном нужен тебе — нужен и нам, партнер. Поединок представлял собой проверку твоих возможностей. Если бы ты оказался слаб духом, телом и искусством, то тебя бы искалечили, а потом подлечили. Но никаким бы уважением здесь ты не пользовался. Тебя просто бы терпели, и я никогда бы не строила насчет тебя далекоидущих планов, Слав. Но ты справился, ты прошел все проверки.

— А что за дело ты мне хочешь предложить, партнер? — поинтересовался я.

— Позже, — пальчик темной лег на мои губы, — все позже. Слав, а теперь я хочу извиниться перед тобой. В ближайшие дни я буду очень занята, и мы редко сможем видеться.

— Значит, утренний стук в дверь моих покоев и приглашение, переданное твоим слугой, навестить тебя в срочном порядке ты называешь «видеться»? — улыбнулся я. — А я-то думал, что это слово имеет другой смысл.

— А ты не цепляйся к словам, — надула губки темная, — и вообще почему ты всегда ходишь в броне? Я себе все, что можно, уже отсидела. Ты бы еще шлем себе на голову нацепил!

Женщины везде одинаковы, так многие думают. Я хмыкнул. И что ты так разоряешься, Дарочка? С коленей моих зачем-то вскочила. Ты еще скандал мне устрой насчет «дважды два равно пяти». А с другой стороны, если бы ты была обычной девушкой, то твое поведение отлично укладывалось в границы женской логики: «Я чувствую вину перед тобой, значит, виноват ты, а я на тебя обиделась, и не имеет значения за что».

— Дарочка, — я встал с кресла, — не будем ссориться из-за пустяков, тем более изображать ссору.

— Мерзавец, — вздохнула темная, — даже душу отвести не даешь. А вдруг мне хочется подурачиться? А теперь поговорим серьезно. Несколько суток я буду занята. Твоим проводником по Красным пещерам будет мастер Хоринер. Если у тебя возникнут какие-нибудь вопросы или просьбы — обращайся к нему. Когда я освобожусь, я пришлю за тобой, и чтобы ты не смел больше приходить ко мне в броне. Все ясно, партнер?

— Все, а просьба у меня уже есть. Мне надоели Красные пещеры, и я хочу прогуляться по округе. Подышать свежим воздухом, так сказать. Дела свои поделать на побережье. Я не привык бездельничать, Дара. Сразу говорю, что возражения не принимаются. Твари мне и моей свите не опасны. В своеобразных заложниках у вас постоянно будут находиться двое моих воинов, а я с оставшейся парой буду птичками любоваться. Как ты на это смотришь, мастер Дариана?

— Это ты называешь просьбой? — поинтересовалась темная. — По-моему, это следует называть требованием или даже ультиматумом.

— Нет, на ультиматум не тянет, — не согласился я. — Если бы я сказал, что в случае отказа я со своими воинами попытаюсь прорваться к выходу, — тогда да. Но я же такого не говорил, хотя подумал об этом.

— Слав, а тебе никто не говорил, что ты редкий наглец? Хорошо, возвращайся к себе, через час к тебе зайдет мастер Хоринер, и вы вместе отправитесь на прогулку.

— Он мне не нужен, я уже взрослый мальчик, Дара. Я не терплю конвоиров и любого ограничения своей свободы. Я могу дать тебе слово, что не покину пределов герцогства до тех пор, пока не сделаю здесь все свои дела или меня не станут здесь сильно обижать. Тебя это устроит, партнер?

— Устроит, — подумав, сказала Дара. — Ты недавно хорошо поработал, и я пойду тебе навстречу. Цени это, Слав. Сделаем так: ты поухаживаешь за мной, а потом отправишься к выходу из Красных пещер. Туда же позови зовом двух своих наемников. У ворот тебя встретит мастер Хоринер и даст гостевой пропуск. Вернуться ты должен до заката Хиона. Не хватало нам еще тебя потерять по нелепой случайности. Но помни: не делай ничего из того, что может вызвать охлаждение нашей дружбы, партнер.

— Только дружбы? — Я притянул темную к себе.

— Пока да, — Дара уперлась своими ручками мне в наплечники, — а потом посмотрим. Все, отпусти меня, мне надо переодеться. Неужели ты думаешь, что в этом платье я работаю? Если хочешь, можешь позавтракать у меня, пока я переоденусь.

Я разжал объятия, сел в кресло и подтянул к себе маленький столик. Все-таки я был прав — Дара скрылась в будуаре, — есть у тебя ко мне дело. Учитывая прошлый облом с гениальным мной, находящимся под воздействием лошадиной дозы местного феназепама и кое-чего еще, пока никаких предположений я делать не буду. Неплохое вино у Дарочки, но пить его с утра я не собираюсь. Хм, а придется: никакого сока я на столе не наблюдаю — не снадобьем же для полоскания рта после еды мне завтрак запивать? Ну, за прекрасных дам, я опрокинул кубок в горло. Эх, хорошо пошло. Вод, это вино называется «Тоска монаха», производится из двух сортов винограда, как там у тебя дела?

— Отлично, Влад, — ответил Вод, — уже сейчас можно сказать, что по сравнению с тем образцом, который лежит у тебя в мешке путника, есть отличия. Присутствуют шесть экстрактов растительного и один животного происхождения. Четыре растительного и животный находятся в незначительных количествах и имеют совершенно иную структуру, чем твое вино. Два оставшихся относятся к тому же классу, что и образец. Пять экстрактов уничтожены, а два переведены в воду.

Отличная работа, Вод. Ну, Дарочка, ну, любовь моя, ну, партнер. Кстати, у тебя есть хороший адвокат? Следствию уже все ясно, и под тяжестью неопровержимых улик дело передается в суд. Тебя взяли с поличным, так сказать, сука. А я тоже хорош. Забыл, что местные долгожители застали конец золотого века Арланда. А тогда подобные средства наверняка были на высоте и на пике моды. Сохранили знания, гады, сохранили. Это на большой земле подобным во время Смуты не заморачивались. Сталь в брюхо или огнешаром по голове — и все. Среднее Средневековье, однако. А тут остались поклонники Возрождения, мать его. Обломки Ренессанса, почему-то не подохшие. Наверняка и рунные маги среди этой темной кодлы есть. Ну, еще по одной. О, выпорхнувшая из будуара Дарочка, переодетая в «рабочую одежду» — разницы в прикиде я так и не уловил, — ласково улыбнулась мне и мазнула глазками по графину. Вод, состав этого напитка для здоровья не забудь запомнить для общего развития. Я встал с кресла. Подобную органику нужно знать в лицо.

— Дорогой, — темная взяла меня под руку, — проводи меня.

— С удовольствием, а как еще можно за тобой поухаживать? — поинтересовался я, внимательно заглядывая в декольте темной.

— Потом, все потом, — потащила меня на выход Дарочка.

Потом, потом, а кто же в твое отсутствие во время нашей долгой разлуки так своеобразно травить меня будет? Опоссум-Хоринер? Я к нему на ужин приходить не собираюсь, а о цветах пусть он даже и не мечтает. Мои друзья неправильно поймут происходящее и перестанут приглашать меня в баню.

— Иногда я смогу выкраивать полчаса и навещать тебя, партнер, — мурлыкнула мне на ухо девушка из семейства Борджиа.

Кто бы сомневался. Значит, основной курс лечения я уже прошел и теперь меня можно выписать из стационара на вольные хлеба. Но, пациент, не забывайте про амбулаторную хрень. Тем более что свою лояльность темным я доказал, да и замазали меня хорошо. Качественно замазали.

— Слав, а вы точно уверены, что охрана вам не нужна? — поинтересовался франт, намекая на пятерку рыцарей тьмы, стоящих за его спиной. — Ваши воины великолепны, жаль, что меня не было при штурме и я не видел результатов их работы. Но их сейчас только двое, а…

— А больше мне и не нужно, — перебил я темного, — я всего лишь мастер и бессмысленно тратить свою силу на переброску десятка существ не собираюсь. Я бы вообще один перешел, но не желаю отвлекаться от своих дел, мастер Хоринер. Если, повторяю, если какая-то тварь или твари захотят меня побеспокоить, то двух высших вампиров хватит им за глаза.

Я повернулся к темному спиной и открыл портал. Первый пошел: Ругино исчез в голубом мареве. Второй пошел: Ровер недолго мучился ожиданием. А сейчас и третий пойдет. Прощай, темный, я шагнул в овал, здравствуй, счастливый берег.

— Быстро снять с себя всю одежду и вынуть клинки из ножен, — сказал я вампирам.

— Ты думаешь, Влад? — поинтересовался Ровер, расстегивая пояс.

— А то, — усмехнулся я, — иначе бы нас не отпустили без сопровождения. На меня они вряд ли бы поставили «метку» или «маяк», а вот на вас обязательно. Хотя…

Я тоже стал избавляться от оружия и брони. Пушок, ты где? Черт, не чувствую его. Развлекается, мерзавец. Наверняка тварей уничтожает эта скотина. А зачем? Я ему оставил месячный запас сухпая: все равно Ольт им затарится. Так, я пустил бахрому на одежду и снаряжения Ровера. Странно: ничего. А теперь на барахло Ругино. Еще страннее. У меня разыгралась паранойя? Очередное обострение? Нет, моя парочка, наоборот, в последнее время живет на расслабоне — она забыла, когда работала, лентяйка. Иначе бы Дарочка так легко меня не сделала мордой в грязь. А теперь я проверю свое снаряжение и прочее. Что за черт? В Красных пещерах сегодня прошел утренник доверчивости к ближнему своему? Сча-аз, это я чего-то не учел. Я сел на камень. Ну не верю я, что нас вот так спокойно выпустили на прогулку. Не верю! А если попробовать активный способ выявления магических жучков? Я начал обрабатывать щупальцем[19] барахло Ругино. Дарочка даже не спрашивала меня про индивидуальный портал. А теперь обшмонаем рабочий костюм Ровера. А я специально не поднимал этой темы. Ничего — ни активных, ни пассивных меток не наблюдаю. Дарочка мне так благодарна за недавно оказанную помощь? Не-а, достаточно вспомнить завтрак. Так, есть одна идея.

— Снимите свои защитные амулеты и отбросьте их в сторону, — сказал я.

Клыкастики моментально исполнили команду. Блин, зачем же так далеко? Бахрома окутала Ровера. Есть контакт! Так, паранойя, заканчивай нежиться на пляже. Отпуск у тебя закончен, я сказал.

— Разве я вам не говорил, что питаться нужно только тем, что есть в моем мешке путника? То же самое касается и питья.

— Говорил, — начал Ровер, — но ты еще и говорил нам не создавать конфликтных ситуаций. За двадцать минут до нашей встречи около ворот к нам подошел слуга мастера Дарианы и преподнес от нее в знак благодарности за спасение и восхищение такими великими воинами поднос с двумя кубками, заполненными свежей кровью. Мы ее проверили на яд и выпили. Отличная кровь, мы такой даже еще не пили. Слуга забрал кубки и ушел. Вот и все. А что не так? Нам нужно было отказаться?

Я только вздохнул: ну, Дарусик, ну ты умница. Метка внутри клыкастиков. Сейчас они сами — одна большая метка. Дарочка, а как твой босс или кто-то еще рассчитывают следить за вампирами? Да черт его знает. Проф говорит, что эти амулеты защищают от всего. Я ему верю, даже мое щупальце с бахромой не могут провести анализа. Полностью заряженный амулет выдерживает один удар тарана! А с другой стороны… Проф, я тебе уже не верю. Ведь как-то темные теперь имеют возможность отслеживать вампиров. Иначе Дарочка бы на это не пошла.

— Влад, мы поступили неправильно? — обеспокоился моим молчанием Ругин.

— Нет, вы все сделали так, как надо.

Я снял с себя амулет, который служил последней линией обороны, и направил бахрому на себя. Чист. Все правильно, о своем желании проветриться я заявил после завтрака. Поэтому Дарочка и попросила меня сопровождать ее. А сама с помощью зова все и организовала. Дарочка, такой шустрой и умной быть нельзя. А как же мое тщательно лелеемое чувство мужского превосходства? Куда мне теперь его засунуть? У меня начинает уже развиваться комплекс неполноценности.

— Все вы сделали правильно, — вздохнул я. — Только в следующий раз говорите мне сразу об этом. Короче, парни, через четыре часа я за вами вернусь. Грифон быстрее, чем за пять часов, сюда от Красных пещер не доберется. Я уже жду любой подлянки. Отдыхайте, вы засвечены этой кровью. Сам справлюсь с делом. Вод, проверь их еще на всякий случай на всякую гадость. Кровь им не чисти: запалимся при возвращении в Красные пещеры. Дарочка, а ведь у тебя могло все получиться.

Глава 7 Визит номер два

А вот и знакомый кряж. А вот и патруль темных, незнакомый. Вот скоты, духов на стреме перед входом оставили. Не зря я вчера в качестве точки привязки выбрал местечко в двух километрах от входа в тоннель. Зема, так сколько ходов вело в заваленный тобой зал?

— Девять, Влад. Не беспокойся, я найду тебе тоннель, который ведет к другим воротам. Должен быть такой. Дай мне час.

Зема исчез из моего сознания, а его место занял Воз. Все правильно, когда дух земли вернется с координатами тоннеля, тогда туда мы полетим вместе с Возом своими сущностями, выберем точку привязки, вернемся — и я воспользуюсь порталом. А Зема пусть в наше отсутствие присматривает за моей тушкой. Я посмотрел на Хион. Скоро полдень, — а не поспать ли мне, а то из трех ночей я две синемой забавлялся. Непорядок. Я лег на траву, Воз, ты на стреме, далеко не уходи.

…Откинув маскировочный полог, неплохая работа подгорцев, я вошел в тоннель. Зема нехороший элементаль: даже полчаса поспать мне не дал. Что это такое? Я присел на корточки. В десяти метрах от входа — и сразу это?! Подгорцы, вы — параноики. Кто ж устанавливает такое в прихожей! И как мне это пройти? Кто это вообще делал? Еще один попаданец с Земли? Тогда где он работал? Это же система сигнализации, основанная на инфракрасных лучах, которые плотной сетью перегородили проход. Ну это ладно. А вот зачем ее связывать с шестью атакующими плетениями школ земли и огня? Да пройду я эту сеть, пройду, пошутить уже нельзя, а дальше что будет? Зема, на выход.

Камень, которым стал я, сжал в объятиях закрепленные на полу, стенах и потолке артефакты. Пыль, теперь это просто каменная пыль. Я пошел вперед. Я-Ог, контролирующий сейчас мое тело, держался в пяти шагах позади меня. Параноики, но пройти вы мне не помешаете. Щели, из которых должны были выскакивать клинки, зарастали камнем. Проворачивающиеся вокруг своей оси каменные плиты пола становились одним целым со своими соседками. Стальные пики бессильно бились о возникшие на их пути гранитные заглушки, но не могли пронзить моей тушки, ведомой я-Огом. Хрен вам, я заблокировал камнем очередную ловушку. Хрен этот кусок потолка сможет обрушиться вниз. Сколько он весит? Блин, тонн сорок, не меньше. Попаданец точно был из Египта. Наверняка он на пирамидах тренировался, прежде чем устроил себе здесь бессрочный отпуск. А это еще что? А это комплексная ловушка мага Жизни, сильного мага. Кто ж его надоумил растить в этом маленьком зале подобный гербарий хищных лиан, да и ставить на них обратную связь со своим создателем? Я-то пройду своей сущностью, переплетенной с Земой, а я-Ог — нет. Надо постучаться так, чтобы меня восприняли всерьез. У меня нет времени на разбирательства и прохождение бюрократической лестницы снизу доверху. Через пару часов я должен быть на побережье. Ог, работай и уходи.

Лавина огня затопила коридор и помчалась дальше, уничтожая все ловушки в зале. Горел воздух, горел камень, горело все. Я вернулся в свое тело, прислонился наплечником к стене и стал ждать команду быстрого реагирования. Огонь моментально погас. Куда они денутся, появятся как миленькие. Я прошел только половину тоннеля и уже устал. А что будет дальше? Я принял свет Тайи. У меня слез осталось совсем мало, только тринадцать заряженных штук. Нужно было не оставлять Ольту пять. О, кто-то бежит по раскаленному камню. Маг, сильный маг. Я давно понял, что главное — это вежливо постучаться. Зема, на выход.

— Я тебя узнал, темный, — прошипел мужичок с ноготок. — Ты посмел явиться сюда в одиночку?!

— Посмел, — согласился я, — поговорить мне нужно с вашим руководством, вот я и приперся сюда. К своему командиру проведи меня, пожалуйста, очень тебя об этом прошу. Да, забыл, я не темный, это чтобы ты на будущее знал.

М-да, чувствую, что первый контакт проходит не слишком здорово. Вернее, второй, о первом лучше не вспоминать. А придется: вон как мужичка корежит от ненависти ко мне. Ну чего такого ужасного я сделал? Всего лишь вырезал дозорных, уничтожил непонятный артефакт и натравил стаю вампиров на защитников подземной цитадели. Вот и все! Вру, темных и тварей позвал на развлечение. Зачем же переживать из-за подобных мелочей? А мужичок-то умненький. Не нападает на меня, напарника или напарников ждет, зараза. Чу, «в лесу раздавался топор дровосека», тот отбивался от, тьфу, да не топор это, а легкий шорох каменной створки за моей спиной. Мой слух никуда не делся, да и бахрома мне стучит исправно. Вот люди, к ним со всей душой, а они так встречают! Может, одежка на мне плохая? Я перекатом ушел в сторону, ветвистая молния на мгновение прогнала полный мрак в тоннеле и разбилась о щит жизни[21] мужичка-жизнюка. Да нет, одежда на мне — я вскочил на ноги — нормальная. Прыжок перенес меня за спину мужичка. Все-таки готика работы Керина — это не хухры-мухры.

— Зачем так горячиться? — спросил я у спины жизнюка, роняя на пол тесаком его шляпу.

Хам ничего мне не ответил, а просто бросился вперед. Мужичок, а зачем ты почти до смерти обидел своего напарника-погодника? Беги, жизнюк, беги. Заклинание сухая ветка из школы Жизни — страшная штука. Устаревшее, правда, но эффективное, а ведь напарник всего лишь попотчевал тебя каким-то вариантом молнии или длани небес[22] из школы воздуха. Дешево и сердито, однако. Приводи теперь погодника в порядок, жизнюк, приводи. Жаль, что ваши действия были не согласованы. Целая секунда прошла между атакой сзади и атакой спереди. Нужно больше тренироваться работать командой, неумехи. Было бы гораздо интереснее смотреть на ваш одновременный удар друг по дружке.

— А почему меня никто больше не хочет смертельно обидеть? — полюбопытствовал я у спины мужичка.

— А ты на месте стой, — проворчал мужичок, вставая с колен, — а то прыгаешь во все стороны, как горный баран. Жаль на тебя силу тратить, маг.

Не умненький, а просто умный этот жизнюк. Мгновенно просчитал ситуацию. Странный темный ему попался сегодня: его атакуют, а он сдачи не дает, хотя может. Магию для защиты своей тушки почти не использует — это они так думают. Пуховик просто спит на мне, но в любой момент всегда готов как пионер.

— Давно из Каросы сюда перебрался ты, который якобы не темный? — спросил жизнюк, помогая погоднику встать на ноги. — Или с Крайса тебя попутным ветром в герцогство занесло?

Опаньки! Сюда еще наведываются гости с главной барахолки Арланда? Это я удачно зашел. Так, а это совсем нехорошо. Дарочка, как можно было тебе так лопухнуться?! Там нет сильных магов, как же. Мало того что передо мной стоят два магистра, так еще с десяток весьма неслабых особей совершенно некультурно к ним постепенно добавляются. Мужичок их вызвал, скотина. Излишней доверчивостью жизнюк не страдает. Дарусик, на алтарь отправь своих темных Штирлицев за предоставление столь «качественной» информации.

— Ребята, — я откинул нижнее забрало и широко улыбнулся подгорцам, — давайте жить дружно. Вы что-то слышали об охотниках из Белгора? Вижу, что некоторые слышали. Есть у них дурная привычка убивать темных и тварей в погани. Я принял вас за этих нехороших существ, а когда понял, что происходит, было уже поздно. Произошла чудовищная ошибка, и я хочу ее исправить, насколько это возможно. Убитых мною и моими воинами не вернуть, но я готов почти на все, чтобы помочь вам. А что вы все так удивляетесь? Меня зовут мастер-охотник Влад Молния, изредка подрабатываю Рукой гильдии охотников. Я назвал вам свое настоящее имя, а не то, которым представился темным из Красных пещер. Особенно это ни на что не влияет. Если информация о некоем вашем сегодняшнем госте просочится к темным, то вне зависимости от того, назвал я вам свое имя или нет, меня выпотрошат на алтаре. Ко мне срочные вопросы еще есть? Нет — вот и славно, а теперь я хочу встретиться с вашим главным, лидером, вожаком или как там его у вас зовут. Через пару часов мне нужно быть на побережье. Я там оставил свою свиту, а им очень грустно и одиноко без меня. Договорились?

М-да, а не переборщил ли я с ударом пыльным мешком по голове? Ребятишки находятся в ступоре. Правда, кое-кто начал выплывать на поверхность. Все правильно, гость в дом — нам, татарам… и так далее.

— Наконец-то, — выдохнул жизнюк.

— Загораем? — спросил я у развалившегося на камнях Ровера.

— Все равно нечего делать, а тут такая погода. Скоро начнутся дожди, потом зима, когда еще можно будет погреться лучами Хиона? Ругино не повезло со жребием, и он вынужден стойко охранять мое тело.

— Сам дурак, — буркнул возникший из ниоткуда Ругино. — Как все прошло, Влад?

— Как все прошло… — я покрутил головой, — плохо все прошло. На меня взвален еще один воз проблем. — Я уселся на камни. — Чувствую, что скоро буду носиться по Арланду с дикими криками — мол, Родина, все будет пучком, не беспокойся, я тебя спасу, записывай меня в герои, мать твою.

— А что будет делать эта самая мифическая Родина до вашей встречи и занесения тебя в реестр придурков?

— Ровер, — вздохнул я, — мое общество самым угнетающим образом действует на твои неокрепшие мозги.

— Ты неправ, Влад, — встрял Ругино, — наличия этого вещества у данного титана мысли давно не наблюдается. В детстве после удара головой о камень все у бедняжки из ушей вытекло.

— Еще один юморист на мою голову вылупился. Короче, теперь Родина будет стремительно исчезать при моем появлении. Прятаться она будет со страшной силой по глухим местам и темным углам. А если я ее все-таки поймаю для изложения своей предвыборной программы на соискание звания героя, то с Родиной случится эпилептический припадок. Тихо шепча, мол, только этого придурка-добровольца мне для полного счастья не хватает, она медленно начнет выпадать в осадок.

— Все так плохо? — поинтересовался отбросивший шутливый тон Ровер.

— Еще хуже, чем вы думаете, — обреченно сказал я. — Не быть мне герцогом эл Тарией, парни, не судьба. А я так надеялся на это.

— Садись, Влад. — Нолан указал на скамью. — Сейчас я приду, и мы обо всем поговорим.

Жизнюк откинул тяжелую портьеру, заменявшую дверь в этом помещении, и оставил меня в гордом одиночестве. Почти в одиночестве. Парочка магов ненавязчиво контролировала выход снаружи этого каземата. Я откинулся на спинку скамьи. Причем самое интересное, что они опасались не столько моего побега или чего-то в этом духе — нет, подгорцы боялись, что обо мне случайно узнают жители внешнего города. Кто-то увидит, кто-то услышит, а если потом этот кто-то попадется темным во время очередной вылазки на поверхность и не сможет хорошо умереть? Что тогда со мной будет? Да ничего хорошего — вот два мага и перекрыли коридор с обеих сторон. Незачем любопытным тут шариться. Жаль, что меня не могут провести во внутренний город. Нолан с самыми честными глазами заявил мне, что отдельного тоннеля нет. Я усмехнулся. Есть проход, есть, но местные жители не хотят светить его мне. Все правильно: хрен его знает, что будет дальше. Вдруг я не смогу нормально помереть и темным достанется эта информация? Один раз подобную шутку с командой гнева проделали. Правда, там были в наличии хозяева погани, но все равно лучше не рисковать. Обитатели Красных пещер полны загадок и неожиданностей.

Портьера откинулась, и вошедший в номер «люкс» маг начал шустро расставлять на столе еду и напитки. Вот гадство! Я и сказать ничего не могу. Законы гостеприимства, будь они прокляты. Блин, когда мы шли через внешний город, когда я, слившись сущностью с Земой, удовлетворял свое нездоровое любопытство, а я-Вод вел мое закутанное в плащ тело за Ноланом, я мог только материться. В неярком свете ламп, в коридорах и залах я видел местных жителей. Изможденные, годами, а может быть, и никогда не видевшие света Хиона лица детей, женщин и стариков. Их тела, закутанные в рваные хламиды, от которых с презрением отвернулся бы самый последний нищий на большой земле. А этот запах? Запах страха, запах ужаса и отчаяния. Нас провожали глазами только дети, женщины и старики. Все бойцы были на кордонах и заставах, устраняли последствия моей тупости, рыли новые тоннели на волю, а самые отчаянные охотились на вряков и немногочисленную нормальную живность, собирали травы, фрукты и овощи. Голод был вторым врагом подгорцев после сук из темной лиги и тварей.

Я проводил глазами покинувшего помещение мага. Что там у нас? Я приподнял деревянную крышку с большого блюда. ТВОЮ! Жареный цыпленок. А что в остальных емкостях? Несколько помидоров, тощие стебельки лука, с десяток чахлых редисок, а на десерт целых две грозди винограда. Блин! Это ведь царский обед для подгорцев. Эти великолепные яства лишь изредка могут позволить себе местные олигархи-маги, и то наверняка в период сбора урожая. А чем они питаются зимой? А что они едят весной, если я заметил брошенный искоса на все это изобилие голодный взгляд местного полового для ВИП-гостей?! Понятно, почему все блюда прикрыты крышками. Не хватало еще во время доставки обеда дорогому гостю мучить местных бездарей различными запахами. А что у нас в кувшине? Вино? Это они называют вином? Эту бурду?!

Я встал и начал шагами измерять комнату. При выдавливании сока из винограда в остатке остается, хм, масло масляное, жмых. Его бережно вываливают из тясок на пол, нежно совковой лопатой закидывают в чан, заливают водой, добавляют сахар, а изредка и дрожжи, если климат-контроля в помещении нет. Вопрос: а помещение вообще есть, или весь производственный процесс происходит под открытым небом? Вот такое «вино» и продают народонаселению в обычных магазинах. Не хватало еще это быдло приучать к качественному продукту. На что построить третий дворец владельцу предприятия? Да и в казино деньги почему-то быстро уходят. Пусть пьют, их много, а нас мало. Тем более что это не денатурат, не паленая водка, а практически экологически чистый продукт. Мы людей не травим, а предлагаем им товар по их финансовым возможностям. Мой бронированный кулак врезался в стену. С четырехсотпроцентной, а то и больше, накруткой от себестоимости исходного материала, амортизации основных средств производства и секретарши босса, зарплаты рабочим, транспортных расходов, каких-то налогов, взяток нужным людям и так далее. Зря, зря я подпортил хозяевам интерьер, вмятина хорошая получилась. Если мой нос меня не обманывает, то данную процедуру с этим несчастным жмыхом проделывали трижды. Вдох, выдох. Надо успокоиться. Хм, а где подгорцы берут сахар?

— Влад, что с тобой? — спросил вошедший в комнату маг, рассматривая гранитную шрапнель, лежащую на полу.

— Ничего, Нолан, — улыбнулся я жизнюку, — давай перекусим и поговорим.

— Влад, может, откажешься от еды, сроки там поджимают или что-то еще? — поинтересовался Зема.

Не могу — я уселся за стол и приступил к трапезе. Они же от чистого сердца, и не их вина, что другой жизни, другой еды и всего остального подгорцы не видели хрен знает сколько поколений. Вампиры дальнего пограничья по сравнению с ними… Да что говорить, пусть хоть Нолан сейчас вволю поест. Хоть какая-то польза от происходящего будет. Представительские расходы как-никак. Численность местной диаспоры я оцениваю примерно тысяч в семь или восемь. Подгорцы на грани вымирания уже несколько столетий, наверняка тут общественный строй — жесткая диктатура, иначе бы они не выжили. Дерьмократия хороша, когда есть жирок на пузе, избиратели присутствуют в большом количестве, общечеловеческие ценности заставляют учащенно биться сердце после просмотра очередного новостного сериала об очередном злодействе сатрапов в форме и в чужой стране. Для особо продвинутых организмов, которые зациклены на слезах ребенка и в собственной.

Так, царский обед мы с Ноланом уже умяли. Теперь самое страшное. Эх, где наша не пропадала?! Вод, приготовься к работе. Я сейчас это буду пить.

— Ты совсем свое здоровье не бережешь, — пробурчал элементаль. — Вино Дары с приправами равносильно этому напитку. Влад, решайся и не тяни резину, ты будешь пить или нет? Вот так-то лучше. Влад, я был неправ, этот напиток все же лучше вина темной. По крайней мере, угроза твоей жизни после употребления на порядок меньше. Дара била по твоей голове, по разуму, а тут присутствует всего лишь угроза желудку, печени, почк…

Не путай божий дар с яичницей. Тут от чистого сердца, а в Красных пещерах от другого места, которое начинается на буквы… Короче, немедленный пушной зверек мне не грозит, а потом и подлечиться можно. Кстати о птичках.

— Нолан, мой мешок принесли?

— Принесли, Влад, — ответил жизнюк. — Сейчас с твоими эликсирами разбираются наши целители. Это не недоверие к тебе, Влад, но действие эликсиров жизни, иноина и розового тумана слишком похоже на сказку, чем на реальность. Многие сомневаются в возможности этих зелий совершать то, о чем ты говорил.

— А также в том, — подхватил я, — что подобные бесценные для вас зелья я передал без всяких условий и преференций.

— Преференции? — удивился Нолан. — Это слово мне незнакомо, но смысл понятен. Влад, у тебя мало времени, поэтому оставим вопрос с эликсирами до следующей нашей встречи. Меня интересует история твоего появления здесь почти в полном одиночестве. Мы мало знаем про охотников из Белгора. Считай, что почти ничего. Только раз или два в столетие нашим воинам удается захватить кого-нибудь из гостей темных живьем и получить от него информацию о происходящем за пределами герцогства. Но, как мне кажется, гильдия охотников не послала бы сюда только одного мастера для разведки и проникновения в ложу темных. Гильдия охотников, по слухам, вообще этим не занимается. Это хлеб ордена Длани Создателя, орденов Слуг Создателя и Знающих. Не то чтобы я тебе не доверял, Влад, ты говорил про себя и про свою готовность оказать нам помощь правду, но мне хотелось бы узнать твою историю с некоторыми подробностями. Окажи мне эту любезность, охотник.

Что у меня за карма такая? Зема, изложи все вкратце про амулет контроля кракена и драконов. В излишние подробности моего прошлого не вдавайся. Я только охотник, и все. С кем только здесь не встречаюсь, так это молчи-молчи. Впрочем, а чего я хотел? Позавчера возглавлял атаку темных и тварей на местных, а теперь почему-то жду доверия. Картина Сурикова маслом «Эсэсовский каратель сам пришел к партизанам», написанная на основе полотна «Допрос партизана». Общим фоном сего шедевра является землянка. Несколько керосинок освещают пару табуреток, стол с чугунком печеной картошки, стопку сухарей, литровую бутыль самогона и самовар — как же без него, рашен экзотик. Главные действующие лица шедевра представлены комиссаром и перебежчиком. На заднем плане четко прорисовано ухо особиста, выглядывающее из-под стола. Нет, двух особистов: бахрома меня еще не подводила. Конвой не попал на это полотно, но на его наличие намекает пара штыков, торчащих в дверном проеме. Комиссар вежливо кивает речам подследственного и протягивает эсэсовцу очередной стакан горилки — мол, облегчи себе душу, я все пойму и прощу. Поплачь мне в жилетку, проказник. Эсэсовец клянется мамой, что он совсем этого не хотел, что имеет качественное рабоче-крестьянское происхождение, выполнял в тылу врага особое задание партии и правительства, и мало того — он русский! В качестве доказательства сего постулата перебежчик лихо опрокидывает предыдущий стакан самогонки и занюхивает мутную жидкость рукавом. Зема, как тебе мой виртуальный шедевр?

— Юмор у тебя черный, Влад, принимай управление, Иоганн ты Вайсанутый. Я закончил.

Тогда скорее уж темный юмор и Влад Абельнутый. Нет, надо добавить на полотно еще одну емкость — пустую емкость из-под горилки и портянку в качестве средства прочищения мозгов после употребления внутрь данного денатурата.

— Невероятная история, Влад, — задумчиво сказал Нолан. — Даже не знаю, что тебе сказать. Послушай, охотник, а ты не сумасшедший? Почему ты до сих пор не сбежал из герцогства при помощи индивидуального портала? Ты так сильно хочешь умереть?

— Есть причины, Нолан, — улыбнулся я. — Неужели ты думаешь, что я раскрою сейчас все свои маленькие тайны, которых тебе совершенно не нужно знать. Я ответил более чем подробно на твой вопрос. Ответь и ты на один мой. Этот камнепад, что я устроил темным, мне слегка не нравится. Да, да — это я вызвал обрушение свода, не удивляйся ты так.

— Так вот кто виноват, — произнес Нолан через минуту молчания, — что наша ловушка сработала преждевременно. Эх, Влад, мы ее столько лет готовили, а ты все почти испортил. Темные и создания Проклятого должны были взломать ворота, и их, окрыленных близкой победой, мы бы уничтожили. Мы бы уничтожили их всех.

То, что я и предполагал. У меня было время подумать над странностями тоннеля, по которому я шел на свиданку с подгорцами в первый раз. Все неясности получили свое логичное объяснение. Ларчик открывается просто: все эти тоннели вели к одной громадной ловушке для темных. Но есть вопрос.

— Вы пожертвовали тремя магами и двумя сотнями воинов, Нолан, вам их не жалко?

— Они не должны были все умереть, — глухо ответил жизнюк. — Мы рассчитывали на смерть не более трех десятков воинов. Остальные успели бы спрятаться во внешнем городе, пока темных сдерживал бы алтарь. Он являлся своеобразным индикатором ловушки. Если темные и твари сумели бы преодолеть его, то дичь была достойна капкана. А если нет, то мы бы снова и снова наносили удары по слугам и созданиям Падшего, пока те не решили бы уничтожить нас, не считаясь со своими потерями. Пока магистр Нарвион не бросил бы на штурм нашего убежища своих лучших магов. Когда ты разрушил алтарь, когда элита темной ложи начала ломать ворота нашего убежища, с болью в сердце мы оплакивали павших. С радостью в душе мы готовились к уничтожению основы могущества темной ложи. Не получилось, и нам осталось только скорбеть и готовиться к следующей попытке. Мы не можем больше находиться в подземельях, Влад. Мы вымираем. Не только от голода, охотник, я заметил, как ты невзначай подсовывал мне лучшие куски мяса, — усмехнулся Нолан. — Растущий на стенах пещер мох является хорошей пищей. Дело в другом, Влад. Уже много лет на одного рожденного здорового ребенка приходится несколько больных. Магия тут не в силах помочь, и с каждым десятилетием становится все хуже и хуже. Нам нужна свежая кровь, охотник. Дело дошло до того, что последнего пленного из Красных пещер мы использовали как производителя. Мы были неправы. Три женщины, которые разделили с ним ложе, которые понесли от него, родили детей с темнотой в душе. Мы убили младенцев, как и тех, кто рождается слишком слабыми, чтобы выжить в подземельях. Ты понимаешь меня, охотник?

Я кивнул: чего тут не понять? Генетики — этой блудливой дщери капитализма — еще никто не отменял. Местные спартанцы прижаты к стенке. У них нет будущего, и подгорцы это прекрасно понимают.

— А что это за алтари, Нолан? — спросил я. — Как они действуют? Почему я не почувствовал силы Создателя, которой они были напоены? Почему темные из Красных пещер не знают о наличии у вас нескольких сильных магов?

— Ты все узнаешь, охотник. — В помещение вошел крепкий мужик. — Ведь это наша не последняя встреча, Влад. Я представлюсь сам, сиди, Нолан. Я — Бролан, герцог эл Тария. Законный герцог, Влад, — усмехнулся мужик и сел за стол. — А ты хочешь отобрать мои владения.

— Ваши? — неподдельно изумился я.

Герцог посмотрел на меня и слабо улыбнулся.

— Мои по всем законам, — подтвердил он. — Предки тех, кто населяет внутренний и внешний город, были гвардейцами и придворными моего пра- восемь раз дедушки. Мятежники допустили оплошность — они не смогли полностью вырезать наш род.

Опупеть! Выходит, население этих подземелий состоит только из благородных и высокородных с невероятно длинной родословной. Лаэра гордилась тем, что ее род был известен еще до Смуты. Княгиня, могу тебя поздравить. По сравнению с Броланом ты пастушка из глухомани. Кем же ты можешь быть еще, если прямая линия великих герцогов Тарии насчитывает более четырех тысяч лет! Вот это я зашел на огонек. Теперь понятно удивившее меня соотношение бездарей и одаренных. Что еще взять с дворян?

— На один твой вопрос я отвечу сразу, — продолжил Нолан, наливая своему сюзерену бурду из кувшина. — Перед выходом за пределы внешнего города каждый воин или слабый маг проходит процедуру чистки памяти. Нам не нужно, чтобы о наших реальных возможностях знали темные.

Нолан налил «вино» и в мой кубок. Вопрос — а почему мне об этом сообщают? Я с памятью прощаться не хочу, даже с самым маленьким кусочком. Более того, никакого магического вмешательства в свой разум я не допущу. Тране я со скрипом позволил покопаться у меня в голове, а другим хрен в грызло шестнадцать раз.

— А почему вы так со мной откровенны? — поинтересовался я. — Задавая вопросы, я не слишком рассчитывал на это, и копаться в своей голове я никому не позволю.

— Мы это знаем, — усмехнулся герцог. — Несколько моих магов, сам я, к великому сожалению, не имею таланта, уже пытались проникнуть в твое сознание. Ты этого не мог заметить: мы сохранили многие знания, которые были до Смуты. Мы также знаем о том, что за пределами герцогства искусство пришло в упадок. Каково же было удивление моих архимагов, когда они не смогли этого сделать. А пытаться проникнуть силой в разум союзнику… Ни к чему хорошему это не привело бы. Ты нам нужен, Влад. Мы столетиями пытались сообщить о себе церкви и светским властям Сатума. Сейчас ты — наша единственная надежда. Ты и твой индивидуальный портал.

— Ваши архимаги — интересно, а кто из тех, с которыми я контактировал, являются ими?

— Один из них перед тобой, — заметил Нолан, — я — архимаг школы Жизни, или, как вы их называете, повелитель Жизни.

Хорошо, что в этот момент я не пил «вино», иначе был бы конфуз. Обрызгивать этой бурдой стол и одежду столь высокопоставленных персон — не есть гут.

— Конечно, — продолжал Нолан, — не я работал с твоим сознанием, не та у меня специализация, но могу тебя уверить, что мои друзья отлично знают свое дело. Я…

— Нолан, — перебил я архимага, — ты можешь называть себя здесь так, как тебе угодно. А если… вернее, когда изоляция герцогства закончится, я приложу к этому все свои силы, не пытайся обзывать себя повелителем Жизни в разговорах с иноземцами. Тебя неправильно поймут настоящие повелители, обидятся и прикончат. Мне будет жаль, когда я узнаю об этом. Кричи по всему Арланду о том, что ты архимаг, — и ничего тебе за это не будет, магистр школы Жизни. Дутых званий и репутаций полно. Я работал с двумя настоящими архимагами, с двумя повелителями Жизни, и ты им в подметки не годишься.

Молчание.

— А чего вы хотели? — поинтересовался я у ошеломленных собеседников. — Может быть, многие старые знания не сохранились во время Смуты, но тогда выживали только сильнейшие маги. У них было больше шансов на поле боя. Это первое, а второе — на место старых знаний могут прийти и новые. Вы меня понимаете?

— А почему работал? — спросил герцог.

— Потому что одна повелительница умерла на моих руках, — тихо ответил я. — Я лично убил ее, чтобы избавить от мучительной смерти. Твоя сухая ветка, Нолан, вызвала бы у нее только истерический смех. Что касается второго, Чейта Живчика, мастера-охотника из Белгора, то он бы сразу решил, что ты самым изощренным образом издеваешься над ним, Нолан. Учти это на будущее, и пусть остальные здешние архимаги учтут.

— А ты кто, Влад? — спросил Нолан. — Я не могу определить уровня твоей силы.

— Мастер-универсал.

— А как же ты обрушил свод? Я наблюдал за твоей работой — ты ведь владеешь Льдом.

— Просто, — улыбнулся я. — У каждого есть свои секреты. А почему ты меня не спросишь о том, как я нашел ваш секретный тоннель? Ладно, — рассмеялся я, глядя на их недоуменные лица. — Договоримся так: один мой секрет за один ваш. Я начинаю первым. Я не простой охотник. Я — основатель школы магии, которая соединяет старые разработки с новыми. Среди моих учеников одна повелительница, одна потенциальная повелительница, пять магистров и четыре мастера. Что за сила была в алтарях?

— Благословение Создателя, — ответил герцог, — разумные получают в двух случаях. Ты можешь иметь чистую душу и стать святым. Также ты можешь добиться этого истовой верой в Него, своими делами и помыслами. В алтарях были захоронены мощи наших святых, которые не имели чистых душ. Вся их жизнь была посвящена…

Ну это мне все понятно. То же самое говорил мне отец Анер. Мол, молись делами во славу Его, а на остальное можешь плевать с высокой колокольни. Все охотники прожженные циники, хамы и мерзавцы. Думают сначала о своем кошельке, а только потом об убийстве тварей, сволочи. Да я и одного подобного мерзавца не поменяю на десяток самых верующих монахов. Нечего этим бледным немочам в Белгоре делать. Пусть твоя вера слаба, Влад, пусть твои помыслы ограничиваются золотом, девками и кабаком, но, пока ты являешься воином Его, не задумывайся о всякой мелочовке. Истово верующих девственников, ни разу в жизни не помысливших о грешном, и так хватает. Скольких ты сегодня тварей в погани убил? Двоих скелетонов и пятерых зомби? Можешь месяц пьянствовать, сквернословить и заниматься развратом. Или я спишу тебе двухдневный рейд со шлюхами по театрам. Что ты выбираешь? Ах, и то и другое? Тогда с тебя еще десяток убитых тварей.

Иди, сын мой, в кабак и особо сегодня не греши, а вот когда ты завтра вернешься из погани, можешь смело веселиться. Богохульствовать? А ну дыхни. Да помню я твой анекдот про Красную площадь, Брежнева и Рейгана, митрополит Ирен долго не мог понять, когда я ему рассказал эту историю, а потом громко смеялся. Все равно дыхни! Все ясно. А теперь сгинь с глаз моих, сосуд греха и порока. А если ты еще раз попытаешься исповедаться отцу Серису, то я тебя прокляну. Мало того что ты не приобщен к таинствам, так еще и приперся в пьяном виде! Ты же мне чуть ученика не испортил своими откровениями. Трое суток подряд он молился, пока греховные желания не покинули его разум. Изыди из моего храма, искуситель! Постой, как там Арна и Евдокия, рассказывай подробно. Как ты не можешь здесь больше находиться? Я сказал? Тебе послышалось, сын мой, пошли в сад, у меня есть бутылочка отличного вина. А еще анекдоты ты помнишь?

— Я все это прекрасно знаю, — прервал я доморощенного теолога, — мне бы хотелось понять механизм воздействия мощей.

Так, а это уже интересно. Значит, местные святые, которые добились этого высокого звания своим горбом, а не блатом с чистой душой, все были людьми, это и ежу понятно, ненавидели темных и тварей, тоже ясно, и вели образ жизни «облико морале». Сочувствую этим бедолагам. Брали бы пример с паладинов. Конечно, из рядов этих ребят ни разу не выходил святой, но ведь силой Создателя в какой-то степени они владеют, а девственников и трезвенников среди них днем с огнем не найти. Опаньки! Святые-то были людьми и всех нелюдей автоматически записывали во враги народа. Не было и нет среди подгорцев эльфов, тритонов или гномов, которые являлись поклонниками Создателя. Блин, хорошо, что епископ-малолетка поработал с моими клыкастиками-наемниками. Хорошо, что они не были причащены к таинствам. Вот примитивная программа управления и дала сбой. Нелюди — уничтожить. Истово ненавидят Проклятого, его слуг и тварей — а что им еще остается делать после шутки Дикса — оставить в живых. Задержали, так сказать, до выяснения. Этот вопрос ясен. А со мной что произошло, если я не смог почувствовать силы Создателя? Герцог не знает, да и хрен с этим вопросом. Если выживу, то пусть отец Анер сам голову ломает. Так, а в запасниках внутреннего города есть еще мощи благословленных Создателем воинов, и изготовление новых алтарей не займет много времени. Отлично. Нет, прикоснуться к ним и побывать в местном храме я не намерен. Надеюсь, что причина понятна. Тогда зачем предлагаете? Пошел этот местный саморукоположенный самозванец-епископ в задницу, фанатик хренов. Шиш ему с маслом, а не моя проверка на темноту. Перебьется со страшной силой.

— Кем являются твои воины? — закончил монолог герцог.

Зема, прочитай его светлости краткую лекцию по клыкастикам. Нюансы моего отношения с кланом Скалы оставь за рамками повествования. Наемники — и все тут. Пусть местные особисты ловят меня на лжи. А вообще количество святых в данном регионе настораживает. Что совершили подгорцы, что они так истово искупают? Ладно бы имели чистые душонки — так нет, без блата получили это высокое звание напрямую от Него. Сколько за последнее время на большой земле разумных стали проводниками идей Создателя? Хрен целых ноль десятых. Последний святой был зарегистрирован четыреста с копейками лет назад. Причем не церковью, а высшим небесным руководством после своей смерти. Мощи его чудотворными оказались. Подобное отличие от земной реальности мне очень нравится. Понятен интерес к Эле со стороны некоторых церковных структур. Ее могут признать святой еще при жизни и подкорректировать жизненную позицию принцессы из леса. А вот поведение Пата и руководства ордена Ирдиса мне непонятно. Вам не нужна карманная святая на вашем же стяге? А с другой стороны, мой бывший тесть так воспитал дочурку, что чертям от нее в аду тошно станет. Зарежет и не поморщится, только выругается сквозь зубы, если кровь брызнет на ее платье. Да и флирт в ход — убью блудницу — пускает без раздумий, если того требуют интересы дела. Хватит, что-то мои мысли приняли неправильное направление. С глаз долой — из сердца вон. Я сказал, а точнее, подумал. Зема, брысь, я беру управление на себя.

— Они не могут предать меня в принципе, — улыбнулся я. — Слово «контракт» для них является святыней, ваша светлость.

— Я рад этому, Влад. — Герцог откинулся на спинку скамьи.

А вот молчать не надо. Такая пауза в разговоре вредна для меня. Во-первых, я много хочу узнать из местных реалий. А во-вторых, в головы моих собеседников могут прокрасться вредные мысли вроде «о пользе коррекции» моей памяти, несмотря на мое предупреждение. Оно мне надо?

— Что вы знаете о гнилом пятне, расположенном недалеко от входа в Красные пещеры, и существах, которые временами там появляются?

— Оно появилось после того, — начал герцог, — как драконы перекрыли проход. Причин его возникновения мы не знаем. Даже сам термин «гнилое пятно» мы узнали от пленников. Разумные и не только — они изредка появляются там, но поговорить с ними мы не имели и не имеем возможности. Во время вздоха пятно находится под особой охраной темных и тварей. Что происходит с захваченными существами, точно неизвестно. По слухам, почти все они отправляются прямиком на алтарь, но некоторые становятся членами темной ложи.

М-да, негусто. И как я вычислю земляка, который мой земеля и имеет скверную привычку говорить слово «козел»? Кстати, а кого он так назвал — покойного или меня? Если верен второй вариант, то землячок мне еще и за козла ответит, а не только за свое темное настоящее. Я мелочный и мстительный тип.

— Почему у ваших воинов плохая броня, оружие и защитные амулеты? — поинтересовался я.

— Тому есть несколько причин, — вздохнул Нолан. — Во время мятежа спаслось только несколько сотен гвардейцев и благородных. Вернее, они сумели спасти наследника. Столетия мира оказали плохую услугу придворным магам герцогства. По-настоящему сильные, опытные и знающие маги прикрывали отход из дворца и все погибли. Оставшиеся в живых были хорошими лекарями, иллюзионистами, потрясающими воображение гостей во время празднеств, а среди придворных находилось несколько отличных поединщиков, но не боевиков с хорошей теоретической базой. Ты понимаешь разницу между этими терминами.

Отлично понимаю. Одно дело элегантно зарезать противника на дуэли под восхищенные охи и ахи придворных красавиц или проявить себя на турнире магов, и другое дело — быть опытным псом войны. Это мы проходили не один раз. Да и зазорно виконтам, баронам и прочей благородной швали изучать в перерывах между балами кузнечное ремесло. Не барское это дело. Но есть еще одна неозвученная причина.

— Лучшее идет охране внутреннего города?

— И это тоже, — согласился со мной герцог. — По большому счету внешний город тоже представляет собой одну большую ловушку и один большой полигон, где проходят обучение молодые воины и маги. Большинство из них остаются после пяти лет непрерывных столкновений в живых и переводятся во внутренний город. По крайней мере, такая ситуация была до недавнего времени. Так мы производим отсев, так же и охотники поступают в Белгоре. Мы ограничены в ресурсах и не можем…

Понятно, что не можете. Спаслось несколько сотен. Для выживания в здешних подземельях этого было мало. Особенно нужны были одаренные. Вот и начали подгорцы размножаться как кролики, через несколько столетий схватились за голову, но было уже поздно. Как говорила одна известная личность — мол, лучше меньше, да лучше.

— Мне кажется, что счет откровений не в нашу пользу, Влад, — усмехнулся герцог, — что ты можешь рассказать еще о себе и охотниках в оставшееся тебе время?

А вот таких намеков я в принципе не понимаю. Оставшееся мне, хм, время. Эту фразу можно толковать как угодно.

— Я многое могу рассказать, — улыбнулся я, — что конкретно вас интересует?

— Помощь, которую ты со своими воинами или гильдия охотников могут оказать нам. Как ты смог пробраться мимо кракена? Как ты смог обмануть темных? У меня много вопросов к такому интересному собеседнику, — успокоил меня герцог.

Зема, на выход. Дай этим любопытным краткую лекцию о Белгоре и населяющих его разумных в объеме знаний среднего горожанина. Тайны гильдии охотников моих собеседников наверняка не интересуют. А если посмотреть с другой стороны? Зема, ты работай, не отвлекайся. А с другой стороны, особо темнить не стоит. Отчаявшиеся влачащие полуголодное существование люди — не тот контингент для моих обычных игр. Надо все обдумать, обмозговать и кое-что рассказать. Конечно, о сфере молчания не может идти и речи. Только мои ученики и Матвей знают о существовании этого плетения. Это и так много народу. Зема, ты отличный рассказчик. Решено, пока рядом со мной не находится Эллина, ты будешь моим пресс-секретарем. А теперь пора заканчивать.

— Сколько сейчас боевых магов, каких школ и какой силы вы можете выставить? — поинтересовался я. — Это мой последний вопрос на сегодня.

Негусто, но лучше, чем я ожидал. Так, местных «повелителей» сразу переводим в магистры — может быть, я перестраховщик и параноик, но так будет лучше. Магистров в мастера, а мастеров понизим до бакалавров и оставим прикрывать тылы. Итого мы имеем с десяток магистров и три десятка мастеров. С этим уже можно варить кашу. Хорошую такую, наваристую.

— Ваша светлость, Нолан, — проговорил я, — я был бы рад продолжить с вами беседу, но меня время поджимает. Сделаем так. Вы узнали о моих возможностях, а я узнал о ваших. Сейчас возьмем паузу и подумаем, чем мы можем быть друг другу полезны. Через сутки или двое я снова навещу вас. Я знаю, что вы мне хотите предложить коррекцию памяти, но я на это не пойду, повторяю это еще раз — вдруг кто-то сразу не расслышал? Подробностей о сильных магах этого подземелья темные не узнают, так же как и не узнали о моей договоренности с драконами. Нолан, я ведь еще немного и разумник. Вам незачем беспокоиться о сохранности тайны, тем более что после обрушения мною свода в пещере темные догадываются об этом. На основании тычка пальцем в небо они умудрились прийти к верным фактам. Бывает. Не надо считать их тупыми скотинами. Вредно это для здоровья. Кстати, ваша светлость, подумайте о другом. Кракен — моя зверушка, герцогство — по закону ваша территория. А по праву силы — великого мастера Нарвиона. Это я говорю так, на будущее. Сейчас главное — выжить. Все с этим согласны?

— Ты имеешь доступ в Красные пещеры, охотник, если ты поможешь нам, то никто и никогда из моего рода не вспомнит о кракене, — тихо сказал герцог.

Занятная торговля. А как кто-то может вспомнить о том, что ему не принадлежит? А что это Нолан напрягся? Он получил зов?

— Возможно, готовится прорыв на втором уровне, — буднично заметил маг. — Учитывая твои недавние подвиги, Влад, это может быть опасно. Герцог, нужно усилить стражу внешнего города воинами и магами внутреннего.

Дарочка, я целомудренно поцелую тебя в щечку. Мой тончайший намек о необходимости разведки подгорцев ты поняла правильно. Были у меня опасения в возможности беспрепятственного прощания с сегодняшними гостеприимными хозяевами. Были, и поэтому утречком я намекнул Дарусику о проведении небольшой разведки силами душар. Им-то что? Ловушки в тоннеле уничтожены, тел они не имеют и свободно могут пройти сквозь каменные завалы. Если бы я не нашел взаимопонимание с подгорцами, небольшая заварушка местных жителей с тварями была бы мне на руку. Подло, согласен, а что делать? Только исправлять теперешнюю ситуевину и то, что я натворил недавно. Хотя бы частично списать с себя кровь сотни с хвостиком воинов.

— Давайте для лучшего понимания между нами я продемонстрирую свои истинные возможности? — предложил я маленькому коллективу. — Прибью пару-тройку тварей, и все.

Дружной компанией мы рванули из комнаты. Так, плащом не забыть задрапировать свою тушку. Сделано. Мое предложение прошло на «ура». Хм, а ведь интерес-то взаимный. Вам хочется на меня посмотреть — с дороги, придурок, — а мне хочется себя показать. Вот кретин, кто же так плохо вжимается в стену коридора? Идиот, идиотка? Леди, я подхватил женщину на руки и продолжил бег. Был неправ, приношу свои самые глубокие и искренние извинения. Постоишь в этом уголке? Блин, чтоб ты сдохла через триста лет. Я же к тебе по-хорошему, а ты на меня цепляешь странную метку. Если бы я не был так сильно занят — очередной поворот, — то я бы тебе показал мать Кузьмы. Нолан, ты ее подговорил путаться у меня под ногами? Можешь не отвечать, и так все ясно. Твоя работа, проказник. А ведь плетение интересное, надо с ним разобраться на досуге. Интересно, а когда у меня этот досуг будет? Верчусь как белка в колесе, а покой мне только снится, ессно, когда я синемой по ночам не балуюсь.

Опаньки, прибыли. Небольшой зал стремительно очищался от бездарей в плохой амуниции. Ребятки, вам бы снаряжение в Белгоре заказать, а только потом разбираться с тварями и темными. Могу подсказать вам адресок. Ух ты, какой визг! Душары решили рискнуть? Флаг им в руки — мне же лучше, гоняться за ними не буду.

— Что будешь делать, Влад? — поинтересовался у моей бронированной спины Нолан. — Они пытаются взломать ворота.

— Да ничего особенного, — вздохнул я. — Сейчас вы откроете эту малюсенькую калитку, а потом я прибью духов. Только они могут ломиться сейчас к вам этим маршрутом. Я буду работать без Льда. Отправлю на свиданку с Проклятым почти всех, а кое-кто внезапно сможет убежать. Пусть темные получат подтверждение своих подозрений насчет сильных магов и не свяжут концы с концами, а главное — со мной.

Нолан внимательно посмотрел на меня. Дарочка, мы с тобой отличная команда. Захочешь, а не сможешь так мне великолепно подыграть. Я прислонился наплечником к стене. Ты мне сделала громадное одолжение, когда творчески развила мой намек и решила провести не просто разведку, а разведку боем. Совесть, скотина бешеная, хоть немного у меня успокоится.

— Ты уверен, что справишься? — спросил Бролан, окруженный несколькими особо доверенными к охраняемому телу магами. — По нашим данным, там с пяток баньши и несколько десятков проклятых душ.

— Как-то я это упустил, — усмехнулся я. — Тут все свои, лишних ушей нет? Тогда я продолжу свою исповедь. Я забыл вам рассказать, что вхожу в элиту гильдии охотников, я шестой маг и третий мечник. Но вы правы, герцог, Нолан, а давай мы поработаем в команде? Сейчас я покажу тебе основы тактики охотников. Сними свою защиту. Кровью клянусь, что я больше ничего не сделаю с твоим разумом, а ты получишь возможность оценить опыт гильдии охотников, который она приобрела за столетия работы с гораздо более опасными тварями. Несколько месяцев практики — и ты, возможно, полностью, а частично наверняка, его освоишь. Согласен?

Кто бы сомневался! Я усмехнулся и передал в сознание Нолана свой опыт работы в команде с Живчиком. Когда я показывал свои выжимки на полигоне братьям, то и они не оставались в долгу передо мной. Всем хотелось как можно быстрее стать мастерами абсолютного боя. Готово.

— Как ты себя чувствуешь?

— Немного кружится голова, — признался Нолан, — но сейчас это пройдет. Кстати, кое-что похожее пытались делать и мы, но на таком уровне…

— А чего ты хотел? — улыбнулся я. — Белгор — город магов. Сильнейших магов на Арланде. Сотни лет непрерывной практики в погани, накопление полезных наработок и отбрасывание в строну неэффективных сделали свое черное дело. Но запомни, это тактика работы для команды, состоящей из жизнюка и огневика, в подземелье. Не пытайся сделать ее универсальной — ничем хорошим это не закончится. Работаем, бой!

Покрытые рунами отрицания створки калитки открылись. Привет, родные, Ог, они тебе нравятся? Ворвавшихся в небольшой зал душар встретила стена огня. Несколько особо упорных тварей прорвалось и попыталось меня проклясть, захватить разум, вселиться в тело — и все это одновременно, хулиганы. А зачем так громко завывать? Ну ударились вы в защиту, которую выставил Нолан! Прыжок переместил меня в сторону, а огненный ветер вбил тварей обратно в ворота. Куда бежим? Вас еще слишком много. Очередной прыжок перенес меня в огонь, в самое скопление душ. Даже если защита Нолана сдохнет, так на мне пуховик спит, и забитый силой под завязку амулет на груди скучает. Я расставил руки в стороны, я вобрал в себя весь бушевавший в зале огненный шквал. Хлопок — и воздух стиснул меня со всех сторон. Не объемно-детонирующее баловство, но очень похоже. А теперь завершающий штрих. Спрессованная в сотни раз нить огня,[23] спасибо Изару за демонстрацию, впилась в завал, впилась в камень. Блин, я нахожусь рядом с мартеновской печью. По крайней мере, фонтан из огненных капель намекает на это четко. Вот и все, я погасил нить. Ог, как тебе наша работа?

— Великолепно, а давай еще что-то сожжем, расплавим, уничтожим, истреб…

Я тебя прекрасно понял. Потерпи немного, будет и на нашей улице праздник.

— А в чем состоит суть тактики работы команды охотников? — Подошедший ко мне герцог присел на корточки и заглянул в небольшое оплавленное отверстие. — Убить всех вокруг себя, повелитель огня, и сгореть самому? Защита моих магов с трудом выдержала твою работу по площадям. Кстати, ты проплавил дыру в завале насквозь, когда уничтожал бегущих тварей.

— Не совсем, ваша светлость. — Нолан сжал мое предплечье. — Один охотник защищает напарника, не обращая внимания ни на что, а другой убивает и также не отвлекается на пустяки вроде своей защиты. Эта тактика называется «щит и меч». В лесу я с Владом поменялся бы местами. Все просто.

— И эффективно, — пробормотал герцог.

— А дыра, — я пожал плечами, — я решил, что одного выжившего духа более чем достаточно для передачи привета от местного повелителя огня темным из Красных пещер. Надеюсь, они сделают правильные выводы из гибели своего расходного материала.

И вы тоже — по крайней мере, Нолан гадостей мне делать не будет. Да и остальные свидетели произошедшего, которые подрабатывают магами, вряд ли захотят строить козни столь ценному союзнику.

— Влад, а тебе эта ситуация ничего не напоминает? — спросил Ровер.

— Напоминает, — согласился я. — Год назад ко мне обратился за помощью Риордан. Все очень похоже. Но если там зависла на ниточке судьба клана Скалы, то здесь масштабы другие. Поэтому я и вспомнил про Родину. Если я смогу выжить, то что же меня ждет через год?

— А их намека про необходимость вливания свежей крови ты предпочел не понять, — ухмыльнулся Ругино. — С Элой ты не был таким щепетильным, хотя она являлась твоим заказчиком.

— Заткнись, и без тебя тошно. А вообще странная ситуация. Почему драконы не контачат с подгорцами? Враг моего врага… и так далее. Почему? Кстати, я вовремя вернулся: к нам приближаются гости. Как вы думаете, парни, а на чем они летят, и самое главное — зачем? Есть мнения?

— Неужели что-то случилось? — ехидно протянул Ровер. — Ты опять кого-то обидел до смерти?! Как же тебе не стыдно! Совсем ты здесь распоясался, босс. Создателя на тебя нет.

— А ведь вылетели они еще задолго до моего развлечения с духами при помощи Ога. Выводы делайте сами. Приготовиться к бою на всякий случай.

Ната.

Глава 8 Новые знакомые, новая информация к размышлению

М-да, а почему такой маленький отряд? Совсем темные страх потеряли? Про свою шутку с драконами забыли или считают, что для нас одного мага хватит с головой? Ладно, приземлится эта черная точка — тогда все станет ясно. Вру, кое-что ясно уже сейчас.

— Ровер, у тебя припрятан амулет дальней связи или у Ругино? — полюбопытствовал я.

А в ответ тишина и только искреннее недоумение на честных лицах двух клыкастиков. Браво, почти верю, но только почти.

— Хватит ваньку валять, — вздохнул я. — Объясняю на пальцах. Когда мы перешли в это долбаное герцогство, когда мы ждали у моря погоды, я был слишком взвинчен и плохо соображал. Я слишком нервничал, ожидая удара ткача. Потом в Красных пещерах меня усердно поили всякой гадостью, и я снова не мог адекватно воспринимать реальность. Ругино, не делай такого умного лица — тебе не идет данный имидж, мои слова ты прекрасно понимаешь. Команда «к бою», помимо всего прочего, была ловушкой для одних слишком хитрозадых клыкастиков, и они в нее угодили. Вы даже не забеспокоились о судьбе оставшихся в логове темных своих родичей. Никакого волнения и опасения, а ведь Ролана и Риджена должны были заранее прикончить или взять под контроль, если бы темные собрались убить нас. Делаем вывод, что с ними все в порядке, и вы об этом знаете. Амулет дальней связи — что же еще могло послужить причиной вашего спокойствия? Как бы ни были сильны темные в своем логове, у оставшихся там высших вампиров был бы десяток секунд на отчаянное сопротивление. Вас готовил Пятый к рейдам за перевал каменных извращенцев, вас заинструктировал Шейк, когда вы бродили по трактирам графства Артуа. Сначала доложи, потом жди приказа или, в крайнем случае, действуй по обстановке — так вас выдрессировали, так вас натаскали. Вы — не мои ученики, которые не могут проигнорировать моего приказа. Вы — не коты, которые принесли мне клятву чести. Я ваш родич в первую очередь, а только потом командир. А зная нравы клыкастиков дальнего пограничья, я думаю, что для них жизнь родича важнее его глупых приказов, которые можно втихую подкорректировать. Я прав? Чего молчим с такими честными мордами лица? Амулет дальней связи сюда, быстро!

Ровер и Ругино расстегнули куртки, сняли один из трех присутствующих на груди у каждого амулетов и со вздохом протянули их мне. Так, я взял игрушки в руки. Блинная камарилья за моей спиной опять подняла голову и спешно готовится к заговору, мятежу и прочим радостям жизни сюзерена. Всем головы оторву на хрен, когда вернусь из экспедиции. Ну надо же! Проф, ты — скотина, ты — талантливейшая сволочь на свете. Я ведь считал эти безделушки обычными амулетами близкой связи, а ты умудрился сделать их двойными. Вру, ты сделал их универсальными. И изготовил эти поделки всего за несколько часов между моей смертью в Закрытом лесочке и моим же бегством из графства. Гений, что с тебя взять. Значит, у Ролана, Риджена и Рикта такие же игрушки тоже присутствуют на груди. Ольт, а ты — мерзавец, ты наверняка об этом знал, но мне ничего не сказал. Ты попал — я заставлю тебя оправдать прозвище некроманта. Ты у меня все кладбище перетрахаешь независимо от пола, возраста и степени разложения тел!

— И что мне теперь с вами всеми делать? — спросил я, отдав амулеты клыкастикам.

— Премию выписать, босс, — шутканул Ровер.

Зря он это сделал: мой удар в челюсть вампира был хорош, время шуток давно прошло, а учитывая наличие на моем кулаке латной перчатки, так вообще. А почему Ругино перешел в форму тумана и стремительно удирает от меня? Я ведь сегодня добрый. Блин! Пнуть сапогом Ровера по ребрам у меня не получилось. Эта скотина тоже перешла в форму тумана и сейчас настойчиво догоняет Ругино. Устроили, блин, соревнование, козлы! Ничего, сейчас приземлится этот темный самоубийца, и я сброшу пар. Не понял, а почему грифон завис над скалой и не торопится приземляться? Я сегодня добрый! Прикончу и могилу цветами засажу по полной программе. Иди ко мне, милый, иди, я сказал! Блин, не хочет. Грифон, понукаемый всадником, решил приземлиться подальше от меня. Что за день — я могу сегодня кого-то хорошенько отдубасить или нет? Вот что такое не везет и как с этим бороться… Орлы, не вмешивайтесь. У меня стресс, и я обойдусь без ваших блинных советов. Я потемнел, я потемнел, мне теперь все можно. Вы сомневаетесь — так посмотрите!

— Эта акция была показательной, — продолжил Кар. — Короля и всех остальных, которые были замешаны в этом деле, гильдия охотников могла прикончить втихую в течение нескольких лет, не неся при этом никаких потерь. Несчастный случай на охоте придумали не рейнджеры. Но мастера внутреннего круга на своем совещании решили иначе. Через полгода после казни во время праздника лучшие бойцы гильдии охотников, тайно проникнув в город, взяли штурмом дворец короля. Они убивали исполнявших свой долг гвардейцев и стражников, дворян и некоторых дворянок, присутствующих во дворце. Это была публичная казнь, Влад. Были потери, были невинные жертвы, много жертв. Еще десятки лет после той резни словом «охотник» горожане Серена пугали своих детей. После бойни тогдашний магистр гильдии, который и был инициатором публичной казни, подал в отставку и через несколько дней погиб в погани, но с тех пор на Сатуме… Влад, подумай над тем, что я тебе сказал.

Я посмотрел на трупы нескольких сотен воинов и магов Дома Мечей, на мертвую элиту этого клана, которую уже закончили выносить из цитадели. Да, я не ошибся, среди мертвых тел изредка встречались женские и детские трупы. Убьешь одну девушку или ребенка — переживаешь и грызешь себя, а пять десятков — так это статистика.

Я потемнел, орлы, я потемнел. Недаром инициатор Серенской резни отказался от своего поста и через некоторое время погиб в погани, недаром. Кровь невинных лежит на мне плотно. Никуда деться от нее я не могу. А сколько десятков тысяч эльфов меня теперь проклинают? Орлы, а я говорил вам о том, что мои мозги начали работать вновь? Нет, так говорю. Зря меня друиды не убили в Закрытом лесу: подобия искупления грехов у меня не получилось. Хватит меня успокаивать, я в норме. Послушаем лучше этого темного профика, который с большой опаской приближается ко мне. Я не буду его сегодня убивать, пусть не волнуется. Мне это пока невыгодно. Кстати, Ровер, — послал я зов вампиру, — возвращайтесь, я успокоился, но морду тебе как капитану, не исполнившему приказа генерала, все равно набью. Позже. Приказ есть приказ, и его неисполнения я не потерплю. Бегом ко мне! Быстро, я сказал.

— Уважаемый Слав, — пробормотал темный, испуганно посматривая на меня, — я не имею никакого отношения к тому, что произошло с мастером Дарианой. Более того, я сам вызвался сообщить вам о произошедшем и попросить как можно скорее вернуться в Красные пещеры. Я очень рисковал: я ведь мог подвергнуться атаке драконов, но хотел…

— Заткнитесь, мастер Ульф, — вежливо попросил я. — Даю обзор, за которым вы сюда прилетели: ни хрена у меня без возвращения моих слуг не получается. Частично не получается. Но все еще впереди. Свои успехи сейчас я вам продемонстрирую.

Я нырнул в свое сознание. Где же ты, моя третья рука? Да вот она, вперед на поверхность и с песней. Блин, я ощущаю кракена так же, как и Пушка. И вообще что за сволочь вырвала эту зверушку из привычного ему мира и призвала сюда? Убивать таких гадов нужно еще в колыбели. Ему, кракену, тут страшно, холодно и все остальное. Гринписа нет на этих поганцев-демонологов! Ну демон, и что такого?! Зачем это миролюбивое создание сюда призывать?! Тем более что демон — понятие относительное. Нет в кракене силы Падшего, а есть только стихия и жажда убивать всех встречных и поперечных. У каждого свои слабости. Я ведь Пушка нормально воспринимаю, а будь на моем месте демократ-либераст — так что бы тогда было? Кстати, а Пушок, скотина, до сих пор не объявился. Мне начинать волноваться за него или как?

— Создатель! — прохрипел темный профик.

Вполне его понимаю. Всплывший на поверхность Пресного моря кракен производит впечатление. Я бы и сам его испугался, если бы не чувствовал потока доброжелательных эмоций этой зверушки, направленного на меня. А вот упоминать всуе имя Его темным — это нечто. Ладно, я не стукач и закладывать тебя не буду, может быть. Что ты так на меня виновато смотришь, Ровер? Морду лица готовь к мордобитию, а потом я тебя прощу. Тоже, может быть. Скотина ты клыкастая. Я тебя научу устав чтить! Я тебе в голову вобью политкорректность, чинопочитание, команды «равняйсь», «смирно», «налево», «кругом» и все остальные. А что касается текущего момента… Эх, Дарочка, Дарочка, Дарусик, партнерша ты моя недоделанная. Тебя нельзя на часок одну оставить — умудряешься вляпаться во всякое дерьмо. Мы партнеры, ты не забыла об этом? У меня с тобой отличный контакт, сдохнешь — так кто же меня так элегантно травить будет? У кого с рук я буду есть всякую гадость, кто мне лапшу на уши вешать станет? Хоринер? Так я в гробу его видал, и тапочки там были белые! Вернее, туфли с шильдиком «холодная нога». Кто знает — тот поймет.

— Вот и все, чего я мог добиться, — грустно сказал я, — на большее меня не хватает.

— Но и это немыслимо! — заверещал темный профик. — Это, это…

— Заканчивайте, — перебил я фаната темной науки. — Я так понимаю, что со своей свитой должен оказаться как можно быстрее в Красных пещерах. Вы привезли мне кристалл с иллюзией? Как иначе я перейду близко к Красным пещерам, если не имею метки? А прямо к воротам я прыгнуть не могу: магия мешает.

— Конечно, Слав, я все привез с собой. Вы не соблаговолите мне объяснить…

Блин, Колара на тебя нет. Ульф, а как ты вообще попал в такую приятную компанию? Тебе лет триста, не больше. Наука занимает у тебя первое место в жизненных приоритетах. Наверняка ты эмигрант из Каросы — что ты тут вообще делаешь? Ноги в лапти — и вперед до хаты! А мой прикол с невозможностью перейти при помощи индивидуального портала прямо к воротам Красных пещер прошел. Пусть темные и дальше так думают. Лишние знания им ни к чему, жизнь это сокращает, по себе знаю. А вообще — что я знаю про себя? Да ничего, как показали последние разговоры с орлами.

Посмотрев на иллюзию, которую предъявил мне темный профик, я хмыкнул: это же место я и сам бы засек в качестве метки перехода. Конечно, если бы у меня не было другой. Профик, я открыл портал и посмотрел на Ровера: не стелись ты так под меня, я все равно не буду тебе раскрывать своих жутких тайн. Так, а ты, Ругино, чего ждешь, моего пинка под зад? В портал, клыкастая сволочь.

— Мастер Ульф, вы перейдете со мной или как? — поинтересовался я у темного.

Кто бы сомневался, что он перейдет. Профик не экстремал — я посмотрел на спину Ульфа, стремительно исчезающую в портале, — да и доверчивостью повышенной страдает. А если бы я отправил его к подгорцам? Как он до сих пор ухитряется оставаться живым в этом обществе? Грифона бросил опять же. Хотя эта тварь сама доберется до Красных пещер, если ее драконы по пути не слопают. Пора и мне. Я в который раз открыл портал.

«Вот тебе пять» — очередной кирпич приземлился на бронированную шляпу Штирлица. Орлы, вы это видите? Я прошерстил глазами лагерь туристов, вольготно раскинувшийся перед воротами Красных пещер. С одной стороны, они в пределах защиты логова темных, а с другой — как бы сами по себе. Орлы — я тормознул вампиров и что-то щебечущего мастера Ульфа, — я хочу вам представить одного из самых могущественных разумных на Арланде. Досье сего человека, чтоб он сдох не родившись, краткое. Дивигор эл Аско, блин, язык чуть себе не сломал. Родился восемьдесят семь лет назад в одном малопочтенном семействе благородных спекулянтов. Предки данного организма — я отпальцевал вампирам, и мы двинулись к воротам — были на редкость сволочными типами, не брезговали в процессе своего обогащения ничем. Даже рабами приторговывали изредка, скоты, но потомок их переплюнул — так переплюнул, что мало не покажется никому. В двадцать с небольшим лет этот хитромудрый организм затеял одну аферу, которая закончилась разорением небольшого банковского дома коротышек. Впрочем, те сами виноваты: не хрен выдавать кредит под необеспеченные бумаги. Сначала проверьте, что собой представляет поместье, которое легло под обеспечение кредита, а только потом выеживайтесь с наличностью.

— Слав, рад, что вы так быстро прибыли к нам, — сказал нарисовавшийся вблизи от меня мастер Хоринер. — Через час после вашего отбытия с мастером Дарианой произошел несчастный случай, и я боялся, чтобы и с вами не произошло чего-то подобного.

— Этот случай связан с гостями? — полюбопытствовал я. — Или маленький междусобойчик в ваших пещерах продолжается?

Орлы, не надо так кричать! Вы не забыли, что меня гадостью с утра напоили? Наверняка это зелье Дарочки действует самым фатальным образом на мои неокрепшие мозги. Я веду себя так, как от меня и ждут. Смотрите, темный даже позволил себе легкую улыбку. Он в курсе моей обработки психотропными препаратами.

— Все может быть, — пожал плечами опоссум. — Хотя гости до сих пор не заходили в Красные пещеры, но по большому счету это ни о чем не говорит. У них здесь много хороших знакомых. Кстати, Слав, давайте мы вместе здесь постоим, и вы полюбуетесь на следующих гостей. С мастером Дарианой все в порядке, и я не думаю, что она позволит застать себя врасплох еще раз в ближайшее время. Кроме того, у нее хорошая охрана.

Ясненько, корпоративная солидарность темных набрала полные обороты. Что же здесь произойдет через пару с копейками суток? А что я себя обманываю? И так все ясно. Ну хранитель, ну ты скотина. Амулету контроля кракена давно пора появиться на свет. Ты вроде так говорил, сволочь! Вдох, выдох. Орлы, я успокоился и могу продолжить лекцию. Так вот, обобрал молодой человек коротышек на законном основании, почти уважаю, но, с моей точки зрения, такое кидалово слишком грубо. Коротышки тоже так подумали. Замок предков хитрована почти со всем населением в одну прекрасную ночь сгорел. Бывает, когда по округе шарятся заранее неопознанные отряды наемников. Хитрован, к сожалению, умудрился выжить и сбежал на Крайс. Там его таланты оценили и приняли в Торговую гильдию этого острова. Взнос вступительный опять же смог заплатить добрый молодец. Время шло и шло, хитрован развернулся на полную катушку и в один прекрасный день стал главой Торговой палаты или гильдии, хрен их там поймешь, острова Крайса. Но счастье его было недолгим. Он повстречал меня!!!

— Влад, успокойся, — прошуршал песок. — Позже его убьешь. Зачем тебе сейчас так горячиться?

Орлы, я спокоен и убивать этого хитрована не собираюсь, тем более что мне сложно это сделать. Об его охране поговорим позже. Орлы, да и убивать его без комплекса дополнительных мер бессмысленно. Это система, и на его месте может оказаться любой и так же продолжит гадить мне. Чего тут непонятного? Блин, мне уже понятно, что экономики из вас никто не изучал. Экономику, мать ее, финансы, бабло, золото! Теперь понятно? Нет, так проведу ликбез.

— Слав, а что вы думаете о наших гостях? — спросил Хоринер.

— Прикончить их всех, а трупы сжечь, — сознался я.

— Откровенно, — рассмеялся темный, — но пока нереально. Они нам нужны, а вот потом с этими напыщенными уродами можно и нужно поговорить по-другому.

— И я вам пока нужен, — поддержал я монолог темного, — и со мной можно разобраться позже.

— Слав, — усмехнулся темный, — но ведь каждый может доказать свою полезность.

— А если я ее докажу сейчас? — поинтересовался я, перехватив испуганный взгляд темного профика. — С вами, Хоринер, находятся всего десять рыцарей тьмы. Мне и моим воинам это на зубок. А вас я лично и с большим удовольствием прикончу. Вы — правая рука Дары, и если она смогла выжить, то это не ваша заслуга.

— Правильно мыслите, Слав, — невозмутимо ответил опоссум, — мне наиболее выгодна смерть мастера Дарианы, но только не сейчас. Ритуал, который она должна была совершить, невероятно опасен. Теперь его должен буду делать я. Мои шансы выжить оцениваются как один к трем. Вам это что-то говорит?

— Говорит, — согласился я, — но только о том, что вы, мастер Хоринер, почти непричастны к этому несчастному случаю. Сейчас непричастны и почти. Вам это что-то говорит?

— Только одно, — улыбнулся опоссум. — Вы — сумасшедший, Слав. Угрожать мне здесь… Скажите, а сколько вы платите своему лекарю? И поделитесь секретом — вроде маги Жизни психических расстройств не лечат, но ваш лекарь…

— Заткнитесь, мастер Хоринер, — ласково улыбнулся я, — я ведь могу устроить бойню прямо здесь и сейчас.

Опоссум внимательно посмотрел на меня и понял, что ему тут не здесь. Я ведь не шучу. С этими темными парнишками и ледями иначе нельзя. Почуют слабину в своем понимании — так сразу залезут на шею. Трана, спасибо тебе опять. Я готов на все, чтобы выполнить миссию, а смерть — это не конец пути, я в этом давно убедился. А клыкастики — так они еще те ненормальные. Ровер вообще выбрал для этого дела одних сумасшедших, — а какими еще могут быть дети дальнего пограничья? Постоянно жить в окружении тварей и всех остальных прелестей… Брр. Мама, роди меня обратно.

Орлы, продолжу свою лекцию, пока меня и вампиров используют в виде пугала. А то я не понял, почему опоссум задержал меня с двумя клыкастиками на вершине этого холма. Короче, остров Крайс и его Торговая палата по-любому являются моими врагами. В смысле — конкурентами. Раньше я этим не заморачивался, но теперь приперло. Орлы, подумайте сами, как островитяне отнесутся к известию об открытии старых торговых маршрутов. Теперь понятно, почему я являюсь их врагом? Я же лишу их значительной части бабок.

— А Мелор и Нарина, султанат Айра и Белый халифат? — поинтересовался Зема.

Согласен, эти страны тоже почти лишатся халявы. На Нарину я плевать хотел, Белый халифат — подумаем, а мой бывший тесть и султан Рашид получат преференции, откат, долю в бизнесе и так далее. Я не придурок, чтобы в таком деле плавать без серьезной крыши. Я сделаю так, что Торин Второй и Рашид на руках меня носить будут и облизывать с ног до головы.

— Не забегай вперед лошади, — проворчал Зема. — Ближайшая задача — выжить, а не строить замки на песке. Что ты там хотел сказать про охрану этого типа?

Да ничего особенного. Итак, вы видите перед собой пару палаток, хмыря с неприличной цепью на шее, украшенной всевозможными висюльками с гербами, парочку организмов попроще и восьмерых магов. Кто они по жизни, сказать не могу. Наверняка магистры, не меньше. Защита у этих презервативов включена на полную мощность. Какой нецелевой расход силы! Туники на балбесах красного цвета. Прошу любить и жаловать представителей славного ордена Заката. Так и знал, что без этих голубков здесь не обошлось! Ведь это они подсказали, когда роддом драконов покинет Трана. Вот хмыри!

— Влад, — предположил Зема, — если я правильно понимаю ситуацию, то ты здесь явно лишний. Бабло эти ребята уже попилили. Ты им нужен — как зайцу стоп-сигнал.

Почти согласен, Зема, но ты не уловил нюансов ситуации, а так задумка хороша. Темные приканчивают кракена. Торговая палата Крайса объявляет по всему Арланду о своих немыслимых успехах в деле процветания торговли на Сатуме, берет под свой контроль пляж и начинает рубить золотишко в еще больших масштабах, пошлины за проезд и так далее, темные отсиживаются в пещерах и чувствуют себя в шоколаде. Кто к ним сунется, если побережье герцогства будут контролировать эти гаврики? Все довольны, всем все выгодно, согласен. Но такая ситуевина позволяет крайсовцам осуществить злостное кидалово. Сделать умную морду лица, пригласить святош и избавиться от своих партнеров. Нарвион не может этого не понимать — не тот у него жизненный опыт, а тут нарисовываюсь красивый я, и карты можно пересдать. Контроль кракена гораздо больше приносит денег, чем его банальное уничтожение. Скажем, корабли, имеющие на своем борту простой амулетик, пропускать, а контрабандистов и злостных неплательщиков налогов — топить.

— Тогда тебе совсем мало осталось жить, — философски заметил Зема. — Крайсовцы тебя прикончат. Денег у них много, а самомнения еще больше. Тех же закатников наймут. Действуй на опережение: убей их сейчас, а потом все спишешь на внезапное помутнение рассудка. Мол, Дара не тем зельем тебя опоила.

Зема, ты слишком много времени общался с Огом. Убивать этих гавриков бессмысленно и сложно. Я же говорил, что это система: на место выбывшего с радостью встанет следующий пионер. А вот ею, системой, я и займусь. Пора вспомнить свое прошлое и мои тогдашние методы работы. Совсем я на Арланде стал прямолинейным и бесхитростным. Не хмыкать, я серьезно говорю. Орлы, прикиньте ситуацию. На Крайсе большинство сделок, крупных сделок, осуществляется при помощи сертификата на предъявителя. Считается, что эту бумажку, изготовленную в мастерских Лиги Крови, подделать невозможно. Флаг им в руки, этим счетоводам, проф уже разобрался с защитой болванки сертификата. Это был вызов для него. Каюсь, сам спровоцировал Колара некоторое время назад, да и сертификат мертвого Скользкого мне не нравился. Да уже и тогда я подумывал о Крайсе. Мы ведь с Кенарой были партнерами в деле прикармливания кракена. Эх, Кенара, как же я не смог тебя уберечь!

— Влад, успокойся и опусти меч!!! — заверещал Ог. — Позже мы всех убьем, позже!

— Слав, — заметил Хоринер, — не надо так нервничать. То, что мастер Дивигор презрительно посмотрел на нас, еще не повод для его убийства. Скоро великий мастер Нарвион поприветствует своих гостей — и только тогда с ними можно затевать ссоры.

Ты меня видишь в роли пса, которого можно натравить? Я запомнил, а теперь продолжим, орлы. Доставлять неприятности можно не только сталью по физиономии. Схема действа простая. Совершенно внезапно обнаруживается несколько сотен поддельных сертификатов на средние суммы от одного до пяти тысяч золотых. С мелочью я связываться не буду, а более крупные суммы привлекут излишнее внимание. И совершенно случайно хвост проблемы будет вести на Крайс. Небольшая паника, легкое падение курса акци…… э… сертификатов на получателя, выданных на острове. Это будет первый слой. Акт второй: кое-кто начнет скупать подлинные сертификаты по заниженной цене, по моим подсчетам, раз в пять дешевле номинала. Больше, к сожалению, не получится — я же не хочу обрушить весь рынок. Пара вовремя запущенных слухов поможет этому неизвестному кое-кому сделать дело быстро. А теперь третий слой.

Закатники внезапно находят пробоину в защите бумажки, я им помогу в этом трудном деле, наступает всеобщее ликование и поднятие курса ак… тьфу, сертификатов. Акт четвертый. Купленные по дешевке подлинные сертификаты предъявит к оплате один королевский дом. Орлы, вы догадываетесь, кто именно это сделает? Всевозможные инсинуации по поводу сомнительного получения этих бумажек леди Ловией будут отвергаться с большим возмущением. Мол, я королева, мать вашу, я блондинка, а не какая-то там банкирша. На кол хочешь, мерзавец? Я вообще читаю с трудом, а ты мне что впариваешь? Не думаю, что Торговая палата Крайса захочет связываться с самым сильным королевством Сатума из-за неясных подозрений. Тем более что у них и так будет проблем выше крыши. Разоренные моей махинацией купцы и дворяне не дадут скучать этим проказникам. Акт пятый. Опять появляются поддельные сертификаты, и мало того — они уже приняты в обеспечение залогов и всего остального! Один банковский дом коротышек мне с этим поможет. Тем более что без него изначально будет трудно провести эту аферу. Уговорить патриарха я смогу, золото любят все, а если при этом твои конкуренты плюхнутся мордой в грязь, так вообще.

Акт шестой. Несколько слухов упорно утверждают, что все это организовали закатники. Мол, завидовали они своим конкурентам из Лиги Крови и стремились перехватить их монополию на изготовление болванок сертификатов. Закатники отпираются, но ведь против фактов не попрешь. А эти факты я им организую. Возникает легкое недопонимание между Лигой Крови, орденом Заката, Торговой и почти разоренной палатой Крайса и несколькими банковскими домами. Причем громче всех кричать будет дом патриарха знакомых мне коротышек. Акт седьмой. Я объявляю о восстановлении старых торговых маршрутов под собственной юрисдикцией и в качестве жеста доброй воли делаю несколько телодвижений, которые могут помочь некоторым участникам конфликта вернуть свое. Мало того, они будут с прибылью! Орлы, как вам эта схема?

— Это ты называешь простой схемой? — полюбопытствовал Зема. — А что же в твоем представлении сложная?

— Это подло, Влад, — прожурчал Вод. — Скольких невинных ты разоришь, ты над этим задумывался?

Да, Вод, задумывался, но отгонял эти мысли. Ты думаешь, что в прошлой жизни я был белым и пушистым? Нет, Вод, нет. Я описал вам, орлы, одну частичную схему рейдерского захвата дела. Я этим изредка занимался на Земле. Вы думаете, что можно ходить по краю навозной ямы и никогда в нее не упасть? Я изредка падал и марался иногда с ног до головы. Зема, а простая схема, слишком простая состоит всего из нескольких пунктов. У дела должны быть акции на бирже. Солидный пакет акций, раскиданный по нескольким тысячам владельцев, иначе это дело никого из быков и медведей не интересует. Нет возможности играть — у них нет прибыли. Кстати, прибыли нет и у владельцев дела: они ведь тоже не сидят в землянке. Ждешь, когда у фирмы возникают проблемы с финансами, или сам им это организуешь. Все зависит от того, как срочно и на какие потери руководство согласно, давая тебе техническое задание. Пускаешь слух и подкрепляешь его массовым сбросом акций, ждешь, когда пойдет обвал, а потом все приобретаешь обратно и прихватываешь при этом пакеты паникеров. Конечно, денег на это нужно много, но и приз в конце светит хороший. Вот это начало простой схемы, Зема. Вод, не журчи. Я вновь готов нырнуть в навозную яму. Ничего, главное — не воспринимать этого лично.

— Слав, сейчас прибудут последние гости, — сказал темный.

Ну-ну, ждем-с. Вод, продолжаю, главное — сохранять безразличие, сохранять сердце холодным. Ну разорил ты кого-то, так что с этого? Много их, неудачников, много. Ты смотришь на них равнодушно из окна машины, из окна офиса и так далее. Ты должен быть пофигистом и покрывать свое сердце камнем, иначе сойдешь с ума. Вру, ты станешь чересчур мягким, и цена тебе как профессионалу станет ноль рублей и ноль копеек. Единственное, что ты можешь себе позволить, так это регулярные срывы в запой и шастанье по девкам. Можно и наркоту пробовать, но не рекомендую. Один мой знакомый как-то раз перебрал психотропных и решил, что он Винни Пух с шариком. «Я птичка-птичка-птичка, я вовсе не медведь…» Отскребали с асфальта этого монстра воздушных полетов где-то полчаса. Прыжок из окна двадцать третьего этажа здоровья никому не добавляет. Есть еще несколько способов заставить чувствовать себя человеком. Толян вон церкви восстанавливал и новые строил, детским домам помогал, к ужасу их руководителей. Прикиньте, орлы, бабки дают, а воровать их нельзя. Одного шибко умного трактор переехал — и все остальные вумники-детдомовцы были об этом оповещены. Это ж какое разлитие желчи по организмам?!

Как я приходил в норму после очередного дерьма? Орлы, это некорректный вопрос, но я отвечу на него. Выпивка и девчонки, если по пояс проваливался. А если по горло, то летел на Урал. Первые несколько раз подчиненные Толяна слегка удивлялись, когда в дупель пьяный организм распахивал ногой дверь кабинета их руководителя и что-то бессвязно лепетал. Потом привыкли — привыкли, что после каждого моего появления в таком состоянии следовала акция Толяна. Конкурент его внезапно отравился грибочками, разорился, уступил спорную территорию и так далее. Либо совершенно неожиданно образовывался новый рынок сбыта криминального товара, или совсем наоборот. Но все это вело к возрастанию благосостояния Толяна и его окружения. Бесплатно все я это делал, бесплатно, а один раз зарядил другу в умывальник, когда он совсем оборзел со своими предложениями поделиться баблом. Толян отстал и больше таких гнусных намеков мне не делал, а его братва… Его братва — это был отдельный вопрос. Когда я просто прилетал в гости к Толяну, то их морды лица теряли напряжение, а за моей спиной раздавались грустные вздохи — мол, отбой всем заинтересованным организмам, Умник приехал просто отдохнуть, никакой прибыли в ближайшее время нам не светит.

— А почему ты сам не помогал сирым и увечным, если тебя так колбасило? — спросил Воз.

Главное — это учет, орлы. Я не хотел, чтобы на мои деньги жировали всякие хари, да и не так уж много у меня их было. А у Толяна возможностей на этом поприще было гораздо больше. Один его фонд для ветеранов локальных конфликтов чего стоит! Ладно, хватит заниматься самоедством. Мой план по Крайсу и закатникам все равно требует шлифовки, подготовки и так далее. Сейчас это не суть. На самом деле все это не так важно. Сейчас главное другое: восемь закатников видели и видят меня. Если что-то пойдет в Красных пещерах кувырком, а это случится обязательно, я постараюсь, то, используя свое долбаное прозрение Творца, они имеют шанс как минимум обнаружить мой хвост в происшедших трагических событиях, а как максимум — смогут предугадать мои следующие действия. Без точной детализации, но смогут.

— Что делать будем, Влад?

Ничего особенного, Зема. Никто из закатников не должен покинуть эти благословенные места живым, а я просто должен выжить в ближайшее время. Опаньки, орлы, во-первых, я считал индивидуальный портал редкой вещью. Был неправ. Мало того что первые гости появились здесь с его помощью, так и остальные решили воспользоваться подобной игрушкой. А во-вторых, я считал территорию герцогства практически пустыней, а тут мало того что темные с подгорцами постоянно отношения выясняют, так и от гостей всевозможных дубиной не отмахаться. ЧТО?!!

— Влад, челюсть подбери, — посоветовал мне Зема. — Хотя за забралом шлема твоего глупого выражения лица все равно не видно. Хорошо, что ты постоянно носишь салад. Кстати, задумайся над тем, что должно произойти в Красных пещерах через двое с небольшим суток. Мне кажется, что все эти гости прибыли сюда только из-за этого.

Я сейчас тебе все объясню, Зема. Скорее всего, кракена собрались убить местные темные, а крайсовцы и внезапно прибывшие святоши — это типа арбитров. Бабло собрались попилить в пропорции и зажить счастливо, но у них это не получится. Боливар не вынесет лебедя, рака и щуки одновременно. Кое-кому придется покинуть седло. Ну надо же, в какое дерьмо я угодил! А опоссум только искоса на меня посматривает и лыбится. Доволен, скотина, какое произвел на меня впечатление. Орлы, а слово «выжить» прошу больше в моем присутствии не упоминать. В таких делах свидетелей не оставляют.

— Теперь все гости собрались, — улыбнулся опоссум. — Слав, вы не удивлены?

— Ничуть. Как могу я удивляться тому, что здесь собрались темные, торговцы и святоши? Чему здесь удивляться? Мастер Хоринер, вы мне не подскажете, кого убить первым, а еще лучше — кому я могу отправить свое завещание? Ведь вы наверняка не просто так позволили мне полюбоваться на гостей вашей долб… темной ложи?

— Слав, — расхохотался темный, — не надо все так близко принимать к сердцу. Кое-кто из наших гостей скоро умрет, но я надеюсь, что вы в этот список не попадете. Я в курсе ваших договоренностей с мастером Дарианой. Я знаю, что вы партнеры. Я надеюсь, что вы сможете выжить, Слав, и в этом достойном деле вы можете полностью полагаться на меня.

Угу, а также я предложу гюрзе интимное развлечение оральным сексом. Я совсем похож на идиота? Хотя черт его знает, чем Дарусик поила меня утром. Я почти пуст, но двенадцать заряженных слез Тайи у меня есть. Я скользнул в свое сознание: нужно зарядиться на всякий случай. Уже одиннадцать. Плохо, но вроде завтра одна разряженная слеза станет рабочей — хорошо.

— Великий мастер Нарвион сейчас поприветствует гостей, — продолжил изгаляться надо мной темный, — и вы сможете увидеть мастера Дариану после этой церемонии, Слав. Кстати, давайте присоединимся к свите великого мастера.

Присоединимся — я отпальцевал вампирам, — куда мы денемся, мать твою! Орлы, в деле с сертификатами возникает несколько новых слоев. Святоши из ордена Слуг Создателя изначально стояли за этой аферой закатников и крайсовцев. Дело было так — они все замутили, а потом подставили партнеров. Учитывая, что святая матерь-церковь…

— Мастер Дивигор, — гроссмейстер темной ложи соизволил слегка наклонить голову, — я рад видеть вас.

— Взаимно, — кивнул главный барахольщик Арланда.

А зачем меня с вампирами опоссум столь настойчиво пригласил в свиту Нарвиончика? Типа это свой в доску парень? Тогда подумаем о моем месторасположении справа от некоторых козлов, которые мне мешают прижаться с кинжалом к телу полумумии. Все темные, которые препятствуют столь плотному общению моей стали и тела главной местной шишки, к моему глубокому сожалению, живые. Девятка не дремлет, скоты!

— Ты это всерьез? — поинтересовался Зема. — Тогда могу предложить тебе гораздо лучший способ самоубийства. Ог тебе в этом поможет, не волнуйся ты так.

Уже и помечтать нельзя. Смылся в туман, нехороший элементаль. Лучше оцени следующих действующих лиц.

— А чего на них смотреть, — фыркнул Зема. — И так ясно, что это за перцы. Внимание, в студию входят четыре святоши, или четверо святош. Как тебе мой французский? Влад, не рычи, я тоже хочу развлечься перед смертью. Ты думаешь, что мы останемся в цепи стихий после твоего самоубийства? Больше так не думай, охотник. Мы тут все охотники и успеем повеселиться после твоей смерти. Челюсть назад подними. Мы сможем это сделать, а подробности обсудим с профом, конечно, если выживем. Да и не смерть нам грозит, а только возвращение в лоно матери-стихии. Хотя я не настаиваю на подобном варианте. Ог мне задолжал полторы тысячи с хвостиком щелбанов. Почему он так плохо играет в шахматы? Короче, сутаны у этих перцев орденские. Смотри, каким они ненавидящим взором ласкают темных. Я так понимаю, Дивигор взял их в партнеры для страховки. Что может быть лучше инквизиторов для принуждения к миру темных?

Ты только забыл сказать, что это не совсем принуждение к миру и страховка. Это партнеры со стороны Дивигора к возможности получения бабла. Вот как все тут неожиданно стряслось. Прям «разбилось сердце белокурой Флер де Низ». «Я душу дьяволу продам за ночь с тобой. И после смерти мне» наверняка «не обрести покой». Кого бы убить, а?

— А это из какой оперы? — поинтересовался Вод.

Это не из оперы, а из мюзикла, лох ты позорный. Ты смотри, как свита Нарвиончика прогибается перед главным торговцем Арланда. От меня ждут чего-то подобного? Так хрен им в грызло шестнадцать раз! Я откинул забрало и ласково посмотрел на остановившегося передо мной купца. Тварь, мои предки пришли на Русь вместе с Рюриком, я плевал на нынешнее дворянское собрание, но своих корней никогда не забывал. Ты меня тут взглядом строить будешь? Мне плевать на тебя, тем более что такого поведения от меня и ждут. Ну, как тебе мое комиссарское тело, а особенно лицо?

— Великий мастер, — забормотал Дивигор, — похоже, что не вся ваша свита относится ко мне благосклонно. Вы можете как…

— А вам не кажется, — перебил я купца, — что, приходя в гости, не стоит устанавливать свои правила? Я вот пришел и молчу, а вам вообще стоит молчать в тряпочку.

— И как же вас зовут, гость? — любезно поинтересовался купец.

Два дела сделаны в одном флаконе. Я провел между собой и свитой Нарвиончика четкую линию. Я позиционировал себя как чужака на этом веселом празднике жизни. А ты ко мне прикопался только из-за того, что за моей спиной торчат два вампира. Ты встречался с этими разумными, и ты знаешь, на что они способны в бою. Боже, а серые не являются твоими постоянными клиентами, а может быть, и партнерами? Только их здесь не хватает для обретения мной полного и безоговорочного счастья. К черту.

— А как же вас зовут, гость? — вновь поинтересовался чрезвычайно любопытный главный купец Арланда, чтоб он сдох.

— Гость, Джеймс Гость, — улыбнулся я основному барахольщику местной песочницы.

Орлы, не надо меня пинать своими виртуальными ногами. Да, я вызвал огонь на себя, я раскрылся, встал под обстрел, короче, среди присутствующих в свите местного главбосса есть в наличии трое из четырех подозреваемых в попаданстве — один из них является моим земляком, может быть. У меня нет времени на игры, нет времени изображать из себя доктора Ватсона. Такой намек он сразу поймет. Один из трех поймет, и стрела уже угодила в цель. Три дела в одном флаконе я сразу сделал. Ай-яй-яй, мастер Хоринер, вот от кого не ожидал, так это от вас. Здорово, земеля! Ты про кого говорил слово «козел» всуе, козел? Я ж тебя изнасилую за это, скотина!

— Великий мастер, — повернулся к Нарвиону торговец просроченным товаром, — он мне не нравится. Не могли бы вы…

Да пошел ты в одно интимное отверстие. Меня выставили сюда как пугало. Вернее, меня и моих клыкастиков. Засунь себе голову в анус и только потом пытайся выеживаться! Я делаю свою работу — и не мешать страшному мне. Что? А вот за это обычно морду бьют сразу — что на Арланде, что на Земле. Стерпеть? Перебьется. Называть меня… А вот это уже полное хамство!

— Мастер Дивигор, — улыбнулся я, — не могли бы вы быть немного более уважительны ко мне? Я ведь парень простой и на вашу охрану плевал с высокой колокольни. Вы живы до сих пор только потому, что я, как и вы, являюсь гостем весьма уважаемого мной великого мастера Нарвиона, но ведь когда-то эта ситуация закончится, а за свои слова можно и нужно ответить. Не в этой, так в следующей жизни. Заткни пасть, урод. Я ясно выразился?

Орлы, как вам эти взгляды? Нарвиончик полностью в курсе моей профилактической обработки Дарунчиком. Темная шишка даже одобрительно посматривает на меня — мол, видите, какой у меня питбуль на цепи сидит, — это он так думает. Мясом не корми, только дай вцепиться кому-то в горло. Вод, когда ты разберешься с этим напитком Дары? Я должен точно знать, чего от меня ожидают. А то одновременно изображать резкое потупление и агрессию сложно. Нужно выбрать что-то одно.

— Ты плевал на меня? — поинтересовался один из сопровождавших Дивигора закатников.

Господа, да дайте же вы мне подраться! Зачем вставать между нами и стремительно уводить только что прибывших гостей?! Драку на десяток персон заказывали — так получите! В чем проблема?! Я этого хмыря быстро на ноль помножу, магистр недоделанный, ты на кого хавальник открыл, урод! Да таких, как ты, в Белгоре в погань отправляют и…

— Влад, а ты ничего подозрительного в своем поведении не замечаешь? — поинтересовался Вод.

Ты что имеешь в виду? Присутствуют остаточные явления?! Что ж ты так плохо чистил мой организм? Ладно, вдох, выдох, на первый раз я тебя прощаю, но только на первый. А вообще не стесняйся мне делать замечания, когда меня заносит. Орлы, я успокоился, и давайте посмотрим на представление святош темному народу. Блин, жалко, среди моей команды нет падре. Вот бы он порадовался такому единению, такому… Короче, жаль, что нет поблизости отца Эстора и парочки вязанок хвороста. Другого эти слуговики не заслужили. Блин, а ведь это те, которые раньше рулили орденом Слуг Создателя. Второй блин: все они владеют силой Его. И как с такой жизненной позицией они здесь нарисовались? Вы покойники, мерзавцы. Я вас заложу падре со страшной силой. А несуществующих Псов Создателя он сам на вас спустит. Никогда я не был стукачом, но эту маску примерю на себя с большим удовольствием. Кстати, хвост этих псов был виден в паре дел. На мой взгляд, их работа была не совсем аккуратной. Все, представление народа народу закончилось, а теперь пора навестить свою партнершу.

— Дарочка, — я наклонился и поцеловал в щечку свою темную почти подругу, — и как тебя угораздило влипнуть в это дерьмо?

— И не говори, Слав, — слегка улыбнулась Дара, — в жизни всякое может случиться. Я была неосторожна — вот и получила свое.

Угу, свое, а не чужое. Хоть в этом ты не лукавишь. Так постараться взять чужое очень сложно. У тебя же цвет открытых для моего лицезрения участков кожи соперничает…

— Ты решила жить в болоте? — поинтересовался я. — И поэтому стала такой зеленой?

— Нахал, — заметила Дара, — какой же ты нахал, партнер. Жаль, что раньше я этого не замечала.

— Или не хотела замечать, — продолжил я. — Короче, Дарочка, с этой минуты при тебе будет находиться один из моих воинов. Личико не морщи и не спорь. Ты мне нужна живой и практически здоровой. Эти, — я посмотрел на двух личей, усердно подпиравших стенку, — могут предать, а мой боец — нет. Мы ведь партнеры, ты этого не забыла? А теперь расскажи мне сказку о том, что с тобой произошло, — я повесил полог молчания. — Ты не стесняйся, рыбка, исповедайся мне, кошечка, а я буду знать, от кого мне ждать удара в спину.

Вот это полный попадос, я меланхолично бродил по коридорам Красных пещер. Интересно, а что Дарусик решила поиметь с меня, помимо всего прочего? Орлы, есть мысли?

— Сначала, — начал Зема, — она тебе долго и упорно врала. Потом слегка начала говорить правду, но надолго темной мастерицы не хватило. Резюме: есть несколько групп заинтересованных в тебе лиц. Да не совсем в тебе, а в том, что темные скоро сделают. Интересно, а что они намереваются получить из яйца дракона, крови королевского дома и жизней нескольких десятков разумных?

Интересно, что мне будет, если я хоть частично пойму смысл предстоящего действа? Вы понимаете, нет? Версия первая — кракен — мною оценивается на восемьдесят процентов, а зачем убивать Дарочку, которая должна была проводить ритуал? Менять на переправе повелительницу Крови на мастера воздуха и земли в такой ситуации заинтересованные в проведении ритуала темные не станут. Версия вторая дополняет первую — междусобойчик между темными; а почему не после ритуала и в таких малых количествах — только Дару хотели замочить? Версия третья — покушение на Дару организовала Торговая палата острова Крайс. Логично: каким-то образом они узнали про меня и амулет контроля, темные им больше не нужны. Дарочка после Нарвиона здесь самый сильный игрок. В прошлое свое посещение или позапрошлое глава Крайса завербовал кого-то из темных. Приехал, узнал новости, обрадовался и отдал приказ. А так как агентов у Дивигора мало, то и решил он начать с главы местной службы безопасности. До Нарвиончика все равно не доберутся. А почему пытались убить меня? Тут работают две группы агентов от разных хозяев? Это уж слишком, не надо унижать такого серьезного противника, как Дара!

А что тут с самого начала делают клирики? Я ведь предполагал их подключение на заключительном этапе игры со стороны Торговой палаты Крайса против темных! Ошибся, не в первый раз со своими скоропалительными выводами, бывает. Версия четвертая — клирики выступают третьей стороной между Торговой палатой и темными, арбитрами, так сказать, и им за это что-то перепадет с обеих сторон. Вероятность десять процентов: они хоть и бывшие, но инквизиторы.

Так, орлы, ничего предложить не сможете? Тогда пошли все в танк, Чапай думать будет, и не высовываться.

Версия пятая — Торговая палата выступает арбитром между темными и клириками. Совсем не смешно. На такое посредничество у бюджетных слуговиков никогда не хватит денег. Версия шестая — никакой бойни не будет, Хоринер меня запугивал, здесь просто встреча старых друзей детства. Версия номер семь — кракен никому не нужен, старые торговые пути никому не нужны, здесь проходит встреча застройщиков с владельцем земли по поводу подряда на возведение Диснейленда, а я нахожусь в палате для тихих больных. Черт, несвоевременное прибытие клириков спутало все мои расчеты! Чего им пообещали темные или торгаши, если святоши прибыли именно сегодня, до ритуала?!

Дарочка очень элегантно обошла в разговоре все углы, стерва! Что они хотят сделать? Я зашел в знакомый зал, где весело шевелилось темное пламя. Что они хотят сделать? Смысл ритуала, который будет проводить опоссум?.. Орлы, у вас идеи появились? Слышу, что нет. Мне самому это дерьмо разгребать?

— А куда ты денешься, — заметил Вод. — Кстати, ты заметил тонкости вашей увлекательной беседы?

А то нет — я подошел к камню, из которого темное пламя рвалось на белый свет из подземелий Красных пещер. Резюме: вытяжка и так далее разговора с Дарочкой. Во-первых, моих клыкастиков, оставшихся на стреме, поили кровью, как и остальных. Это я узнал не от нее, но моей лекции подобные мелочи не мешают. Дарочка — скотина, орлы, вы со мной согласны? Обожаю единение народа! Идем дальше. А вот это…

Молот воздуха[24] ударил мне в спину, молот воздуха перебил мне позвоночник. Блин, меня швырнуло на камень с весело горящим темным пламенем. Пуховик не развернулся без моего эмоционального посыла и не смог предотвратить этого гадства! Пламя охватило мою руку, которой я сдуру уперся в этот камень. Удар сердца. Блин, зачем я ею уперся в этот булыжник! Теперь никакая магия не спасет меня! Удар сердца. Пипец, сейчас я сдохну, кольцо регенерации еще вряд ли сработает. Поймали меня как щенка! Броня почти цела, и танки наши быстры… Эла, прости и прощай. Удар сердца. Жаль, что я тебе не сказал всего того, что хотел сказать.

— Ты все-таки решил появиться?

— Это ты о чем, Златовласый? — полюбопытствовал я.

«А в ответ — тишина…» Впрочем, я и сам был бы не очень разговорчивым в данной местности. Вокруг только скалы и снег. Снег и холод. Только холод.

— Златовласый, не делай того, о чем пожалеешь. Не вздумай дуть в эту дудку. Тебе это незачем. Никому это не нужно.

— А остальным?

— Рагнарек никому не нужен. Пусть эти нехорошие Асы сами… Да что я тебе объясняю!

— Ты лучше объясни мне то, как воин из моей свиты стал…

— Посылай всех любопытствующих подальше, подальше, Златовласый. Ты думаешь, что я сам дам тебе объяснения? Хотя ты прав. В первый и последний раз я отчитаюсь перед тобой. Олимпийцев снесли с их вечного, они так думали, трона. Зря они решили так обращаться с последователями нового бога. Да и сам он нормальный мужик. Я решил стать последователем его. Он доказал свою силу. Он проповедует слово «сострадание». Тебе оно не известно.

— Если ты, Хелларен, думаешь, что…

Я судорожно вдыхал воздух. Виноватая физиономия Ровера у меня перед мордой лица. Ругино и Риджен, торопливо приканчивающие тварей. Кто-то мне может объяснить, что здесь произошло?

Глава 9 Обычная текучка

Молодой парень постучался в дверь неприметного дома, расположенного на окраине Бренна. Подождал минуту и постучал еще. Небольшое окошко в двери открылось, и цепкие глаза пробежались по фигуре парня.

— Чего тебе?

— Дело у меня к Бугаю, — улыбнулся парень.

— Заходи, коли дело имеешь, Жук.

Дверь открылась, и парень зашел внутрь.

— Небогато живете, Конь… — Глаза парня пробежались по обстановке гостиной, по четверке верзил, внимательно смотревших на него, и уперлись в пару направленных на него же арбалетов.

— Пусть фраера пыль в глаза пускают, — усмехнулся Конь, — а мы люди скромные и бедные. Что за дело?

— Срочное.

— Если срочное, тогда сдавай все свои орудия ремесла.

— Недоверчивый ты, Конь, — вздохнул парень и подошел к столу. — Сколько мы друг друга знаем, — на столешницу легли два кинжала и два стилета, вытащенные Жуком из неприметных складок одежды, — а ты мне все не доверяешь, — засапожный нож лег на стол. — Зачем мне жизнь Бугая? — Отстегнутые от предплечий чехлы с метательными ножами присоединились к кучке оружия.

— Порядок должен быть, и вообще правила одинаковы для всех. Все сдал?

— Да.

— А где же твоя удавка, которой ты в прошлом году купчишку с двумя приказчиками на тот свет отправил? Ты же с ней не расстаешься.

— Забыл, — улыбнулся парень, провел рукой по длинным волосам, и на стол легла свернутая металлическая струна. — Теперь точно все.

— Иди за мной.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, Конь постучал в дверь.

— Что еще? — раздался голос из комнаты.

— Бугай, Жук хочет с тобой увидеться, говорит, дело срочное у него.

— Пусть заходит.

Парень вошел в небольшую комнату и, повинуясь взмаху руки, присел за стол.

— Доброго здоровья, Бугай, доброго здоровья, Видур.

— И тебе не хворать, Жук. Чего хочет от меня Зетр?

— Тут дело такое, Бугай, в Килене, столице Риарского княжества, из дворца была похищена княжна Валия. Ты ничего об этом не слышал краем уха?

— Ты на что намекаешь, щенок? — Глаза Видура опасно сощурились. — Что мы причастны к этому делу?

— Успокойся, Видур, — бросил Бугай, — убить его ты всегда успеешь. Малец, ты яснее выражай свои мысли, а то ведь можешь и не выйти из этой комнаты живым. Кто пустил слух, что мы к этому причастны? Какому кретину пришло это в его тупую голову? Молчи, не перебивай старших. Сейчас я тебе подробно объясню нашу позицию. Ты знаешь, что мне с Видуром пришлось пережить, прежде чем мы смогли закрепиться в этом городе, сколько крови пришлось пустить? Два года непрерывной резни с местными и постоянно приезжающими гастролерами, а как мы чистили окрестности города от всякого сброда, которого во время мятежа развелось невиданное количество! И вот уже более трех десятков лет здесь царят тишина и спокойствие. Мы сидим на бочке с золотом, да у меня последний уличный попрошайка давно обеспечил себе безбедную старость! И все это я должен поставить под угрозу, участвуя каким-то боком в похищении княжны? Можешь говорить, Жук, но следи за словами.

— Бугай, Видур, вслушайтесь в то, что я спрашиваю. Вы ничего не слышали о похищении княжны, разве я говорил об участии? Там кто-то спьяну похвастается, там кто-то сдуру ляпнет, а кто-то услышит, — вот это я имел в виду. Похищение княжны — это забавы благородных, зачем им привлекать ночников, которых они презирают? Но у похитителей есть слуги, служанки, у воинов, участвовавших в этом деле, есть любовницы и так далее.

— Так бы сразу и сказал, — проворчал Видур, убирая ладонь с рукояти кинжала.

— Ничего не слышали, Жук: где Бренн — а где Килена! — заметил Бугай. — Зачем это Зетру, он шею сломать себе хочет, вмешиваясь в разборки благородных?

— Это нужно не столько Зетру, сколько мэтру.

В комнате повисла тишина. Бугай и Видур переглянулись между собой.

— Вы не думайте, — продолжил Жук, — что вас одних спрашивают об этом. Зетр послал своих людей во все ночные гильдии севера Сатума, в Белый халифат и султанат Айра, всем задаются подобные вопросы. Зетр не просит искать княжну и ее похитителей, ни в коем случае этого делать не надо, он просит внимательно слушать, и если будет что-то интересное, то ничего не предпринимать, а просто сообщить ему об этом. Если информация подтвердится, то двести золотых, а пока за беспокойство двадцать. — Жук положил на стол кошелек и встал. — Каждый труд должен быть оплачен. — Парень вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

— Заматерел Жук, как связался с Зетром, — заметил Видур.

— А Зетр еще больше заматерел, как связался с мэтром. Видур, тебе ничего не напоминают слова Жука о том, что каждый труд должен быть оплачен?

— И мэтр возник ниоткуда — и сразу заявил о себе очень громко. За Сэла Скользкого никто браться не хотел, а он его исполнил.

— И Восточный замок Крия Баросского в то же время был разрушен, — продолжил Бугай.

— А Далв Шутник тогда же спас Кенару эл Лайнистину: я пять раз слушал балладу о дружбе — и каждый раз сердце сжималось. Бугай, прочитай имя Далв наоборот.

— И княгиня Лаэра гостила в Бренне в одной гостинице с ним, перед его разборкой с темными и мастером личем, а через девять месяцев родила княжну… Все, Видур, больше никаких имен. Последнее, чего мне хочется в этой жизни, — это вставать на пути известной тебе гильдии, вернее, уже двух гильдий. Есть гораздо более легкие способы самоубийства.

— Да и должны мы ему: если бы не он, то так легко клирики от нас и остальных не отстали бы.

— Согласен, а долги нужно отдавать. Конь, — крикнул Бугай. — Кто из наших купцов работает в Килене? — спросил он у вошедшего верзилы. — Мне нужен самый пронырливый.

— Грокас. Работает в Килене семь лет, торгует элитными ювелирными изделиями, вхож во все дома благородных и высокородных. Хитрая и пронырливая бестия. Отлично разбирается в разумных. Бедной дворянке продаст серебряное колечко изумительной красоты работы мастера Зула, а богатой, тщеславной, но не имеющей никакого вкуса гусыне — полукилограммовое золотое ожерелье с брильянтами. Причем обе будут в полном восторге. Ворует, как же без этого, но меру знает, не зарывается. Пару раз я устраивал ему проверки, создавал впечатление, что можно безнаказанно хапнуть много. Грокас не клюнул: осторожен, предпочитает довольствоваться малым и жить спокойно.

— Отлично, такой мне и нужен. Пусть понюхает воздух в Килене и во всем княжестве. Присмотрится ко всему. Вдруг кто-то внезапно разбогател, или кто-то почему-то решил покинуть княжество без видимых причин. Пусть обратит внимание на странности. Выполняй.

— Так вы и ваши воины не знаете, кто напал на вас?

Опять двадцать пять. Если бы знал, то сразу бы этому поганцу шею скрутил! Вернее, допросил бы, а только потом прикончил. Есть у меня подозрения насчет одного организма, но их к делу не пришьешь.

— Мы не знаем, великий мастер Нарвион, — ответил я.

И ты не знаешь. Поганец здорово прикрылся иллюзией, а твари просто выполняли приказ одного из руководителей местной компашки. К большому сожалению, уже дважды мертвые твари. Нарвиончик, твой некромант допросил их, но ничего не смог выяснить. Иначе зачем бы меня час мариновали в твоем предбаннике? Дело простое и сложное одновременно. Найду поганца — пожму ему руку, а только потом буду допрашивать и маленько убивать. Гость зашел в помещение с темным пламенем, внезапно решил покончить жизнь самоубийством и осквернением алтаря. Как же можно туда прыгать без соответствующего ритуала? Мгновенно взвыли сирены службы безопасности, небольшой хаос и паника, стража этого помещения в растерянности — и тут одному из них кто-то из местного генералитета зовом дает приказ. Мол, уничтожить святотатца, конечно, если он умудрился выжить. Через пару минут все успокоилось. Прекратили суетиться группы быстрого реагирования из тварей, которые по мере прибытия сразу бросались в бой. Несколько колдунов тоже отложили на будущее попытку моего убийства и ликвидации трех клыкастиков. Ведь сам великий мастер Нарвион прибыл на место моего гнусного преступления. Но было уже поздно.

Никакой иллюзионист теперь не определит точно, что именно здесь произошло. Вернее, кто именно попытался меня убить без напутствия священника в дальнюю дорогу. А точнее, без причащения, исповедания и всего остального моей бренной тушки. Нарвиончик зыркнул, гыркнул на своих подданных и в темпе допросил совершенно безопасного меня. Я ведь не идиот, чтобы здесь соревноваться с ним, я не кретин, чтобы в Красных пещерах выяснять у местного босса, у кого конфу длиннее и толще! Я моментально раскололся и стал жаловаться на жизнь. Нарвиончик мне поверил — я ведь говорил правду, — нахмурился еще сильнее, и как-то зал стал быстро пустеть. Даже неразумные твари попытались найти себе занятие подальше от разъяренного великого мастера. А с этим любителем паркура — Ровер только краем глаза заметил стремительно удаляющийся по потолку коридора смазанный силуэт, прежде чем их атаковали твари, — я еще потолкую. Конечно, когда найду.

— Слав, я приношу вам свои извинения и больше не задерживаю вас и ваших воинов.

Фу, пронесло, я поклонился и начал быструю ретираду. А то мне уже надоело говорить слова «не знаю». Кто напал — не знаю, как я умудрился выжить в темном пламени — не знаю, как я вообще зашел в это помещение — не знаю. Зашел, и все! Думал слишком много, пока Зема обходил наиболее подходящие места для моего убийства в секторах, которые разрешено мне было посещать, и одновременно уточнял карту всех коридоров, ниш, помещений, залов, складов и так далее. Люблю я делать несколько дел одновременно, есть такая дурная привычка. Как я…

— Слав, — остановил меня громкий клекот грифа на пороге, — в следующий раз пусть ваша свита следует за вами не под иллюзией. Так вам и мне будет меньше головной боли. До свидания, Слав.

Я повернулся, опять изобразил поклон и почти выбежал из приемного кабинета Нарвиона. Блин, с таким вызовом огня на себя можно здорово влететь. Дважды сегодня я это сделал — один раз добился результата, а вот второй случай мне совершенно не понравился. Где результат, мать вашу? Мы вышли из покоев Нарвиона, и я стал плотоядно посматривать на Ровера. Иди ко мне, милый, не делай вида, что ты не разглядел моей пальцовки. А вот и подходящий для разговора закуток. Полог молчания отрезал нас от Ругино и Риджена.

— Так, — я демонстративно стал стучать кулаком о кулак, — Ровер, ты не подскажешь мне, зачем я выставлялся мишенью, зачем вообще я это сделал? Какой был у вас приказ? Ты мне повтори его, а то я что-то забыл.

— Скрытно выдвинуться за тобой, командир, держа дистанцию не менее десяти метров и не более тридцати. При нападении на тебя взять нападавшего или нападавших живым или живыми по возможности. В любом случае напавший или часть нападавших не должен был или не должны были уйти.

С момента начала нашего увлекательного разговора Ровер стоял по стойке «смирно» и усердно поедал меня глазами. А уж море восхищения в его взоре, направленное на меня, — это что-то. Блин, когда он научился так великолепно прикидываться валенком? Ровер, что ты тут мне изображаешь позицию номер два проворовавшегося прапорщика перед словившим его за руку генералом?! Тут дело не в трех тоннах пущенной налево соляры.

— Ровер, — вздохнул я, — заканчивай, мне и так тошно.

— Влад, а как бы мы его взяли? — поинтересовался клыкастик, принимая нормальный вид. — Тебя внесло в пламя, одна тварь бросилась добивать каким-то образом отскочившее через мгновение от алтаря целое и живое тело. Другие рыцари тьмы бросились за ней. Нам нужно было ловить не пойми что, которое заметил только я и понял, что это такое, через несколько секунд, когда мы уже расправились с атаковавшими тебя тварями, а твой несостоявшийся убийца наверняка давно уже влился в толпу тех, которые решили наказать святотатца и его свиту в том числе? Ты пришел в себя лишь через двенадцать секунд после атаки пламени, а до этого только мы стояли между тобой и смертью. Нам нужно было тебя бросить и мчаться в коридор…

— Я все понимаю, — прервал я Ровера, — во всем виноват только я. Дал нечеткие указания, не расставил приоритетов, и вообще вся эта затея было придумана наспех, никакой предварительной подготовки и так далее. Ты это хотел мне сказать?

— Босс, как ты умеешь четко все сформулировать! — восхитился мною Ровер. — Влад, а теперь серьезно. Второй раз этот фокус не пройдет. Не вздумай больше уговаривать нас на что-то подобное, родич.

— Я понимаю, что больше изображать мишень у меня не получится, — усмехнулся я. — Да и вы слишком много тварей накрошили. Местные теперь полностью осознали, на что вы способны в бою, какой подарок они получили в гости. Теперь не только мне, но и вам следует опасаться. Вернее, быть готовыми к тому, что сначала будут вязать или убивать вас, а только потом меня. Закатники наверняка уже проконсультировали моих местных недоброжелателей и всех остальных заинтересованных лиц об уязвимости вампиров к силе Проклятого. Мало того, они еще и рецепты этого действа подскажут. Великолепно, то, что и нужно. Ровер, я серьезно, о разработках школы Джокер для вашей защиты от силы Темного никто не знает. Пусть теперь постараются вас подчинить себе стандартными средствами в серьезном бою. Основная цель не достигнута, а вот второстепенная вполне. Теперь если я буду слоняться по коридорам Красных пещер один, то все будут тщательно высматривать вас и без обнаружения и вашей ликвидации на меня наверняка не покусятся. Кстати, Ровер, а у тебя не имеется ли кое-каких инструкций на мой счет от Риордана? Что молчим? Значит, имеются, — усмехнулся я.

— Имеются, — согласился со мной вампир, — ты должен выжить. Ты дал шанс клану Скалы зажить настоящей жизнью, а не прозябать в дальнем пограничье. Все наши родичи, которые вступили в этот твой орден, почувствовали разницу, а остальные узнали о ней. Все наши родичи, Влад, мечтают покинуть селение и обосноваться в твоем графстве на постоянной основе. Твоя смерть этому помешает. Тебе все понятно, родич?

— Ты забыл, что я уже не граф, — напомнил я клыкастику.

— Ты сам в это веришь? — сверкнул зубами Ровер. — Ты еще больше граф для всех посвященных в подробности твоей смерти, чем раньше! Схлестнуться из-за близкого тебе чело…… э… эльфы с друидами. Устроить им бойню только из-за собственных представлений о чести и долге. Умудриться выжить при этом. Ты знаешь, как я выбирал бойцов в твое сопровождение? Был бой между претендентами в отряд, и здесь с тобой только лучшие бойцы клана Скалы, а остальные зализали в течение нескольких дней раны и теперь только дико завидуют нам, граф. Я об этом знаю: хорошие амулеты изготовил проф, учитывая наличие между графством и герцогством нескольких промежуточных постов связи.

— А что ты еще знаешь? — поинтересовался я.

— Больше ничего, — отрезал Ровер. — Чтобы твой план сработал, я ничего о твоих близких узнавать не буду, а мне также ничего о них не сообщают. Влад, я могу и буду корректировать твои приказы, но не исполнять их не могу и не хочу. Ты мой родич, ты мой командир. Не забывай этого.

Забудешь с вами, как же. Ладно, я снял полог, пойдем спать. Что-то день у меня сегодня насыщенный выдался. Нет, не спать. Нужно пожелать Дарочке спокойной ночи. Я неторопливо направился к ее покоям. И не только пожелать, но и закончить с этими играми. Ситуация для нас, я подчеркиваю, для нас обоих, стала слишком неприятной. Враг моего врага не означает, что он мой друг, но выжить любимому мне он поможет. Возможно, поможет.

— Дарочка, хочу пожелать тебе спокойной ночи, а ты ничего еще не хочешь мне сказать? Что тут происходит? Дай мне всю информацию, объясни смысл ритуала, который ты должна была проводить. Зачем здесь клирики?

— Ты смеешь задавать мне такие вопросы, не являясь членом нашей организации? — удивилась Дара. — Я и так слишком много тебе рассказала, партнер, а что сделал ты, что ты устроил?

— Доказал тебе свою преданность, партнер. В последнее время я у тебя только не ночую, нас часто видят вместе — стоило мне отлучиться, как на тебя напали. Я решил помочь тебе найти твоего несостоявшегося убийцу и отправился гулять по коридорам и помещениям без охраны и даже без брони! Как я и предполагал, меня тоже захотели убить. Вдруг я что-то знаю, что знаешь ты? И вообще тебе такой партнер не нужен, а когда еще представится такой шанс!

— Он и представился, — рассмеялась Дара. — Уничтожить два с половиной десятка тварей, одного колдуна — и упустить убийцу. Спокойной ночи, партнер.

— Ты несправедлива, — вздохнул я и направился к выходу. — Рикт, — послал я зов вампиру, охранявшему Дару, — не переживай ты так, будет и на твоей улице драка. Завтра с утра тебя сменит Ругино.

— Что будем делать в оставшиеся двое с половиной суток до начала ритуала, босс? — полюбопытствовал разлегшийся в кресле Ровер.

— Отдыхать — буркнул я, — всю сегодняшнюю ночь я буду баловаться синемой, утром последует очередной завтрак с Дарой, обед будет посвящен посещению по старой схеме подгорцев, ужин отведаю сам с собой и вами. Темные видели на арене мой бур и тесак. Я всегда в своей жизни рассчитываю на худшее, поэтому нормальное течение дел меня радует, а худшее не огорчает. Вдруг тот же мастер Ульф сумеет просчитать эти плетения по визуальному эффекту и за несколько суток изготовить контрзаклинания?

— Это невозможно, — рассмеялся Ругино, — сам проф ничего не мог придумать против бура и тесака, при их должном наполнении силой и правильном тактическом использовании.

— Согласен, — кивнул я, — а что мы знаем про темного профика мастера Ульфа? С виду он трус, но и нашего профа никто не сможет назвать смело рвущимся в драку. У Колара другая шкала ценностей, и не дай Создатель кому-то на нее покуситься. А старые знания местных? Призадумались — это уже неплохо, а теперь хорошая новость. Мы с Водом во время нашего недавнего загорания на пляже герцогства от скуки затеяли разработку плетения школы воды, аналогичного буру, а то у него с Возом какой-то спор вышел. Я счел эту идею целесообразной, и работа была почти закончена на берегу Пресного моря. Завтра вечером я нанесу на него шлифовку и назову сверлом. Послезавтра с утра очередной завтрак с врагом, в обед забираем наших из королевства Кирала и устроим себе пикник на пляже герцогства, ищем эту скотину Пушка, находим и ужинаем здесь. Как вам мой распорядок дня?

— Босс, а почему мы не будем искать покушавшегося на тебя?

— Да потому, Ровер, что все этого от нас и ждут. А тут на тебе, его чуть не убили, а он не бегает по Красным пещерам, пуская пену вперемешку с угрозами изо рта и сжимая в руках бастард. Я не люблю быть предсказуемым, Ровер, однажды мне дали хороший урок, а я способный ученик. Пусть все ломают голову над трактовкой нашего поведения. Что это — исключительное миролюбие, терпимость, всепрощение и толерантность мэтра и его команды убийц, — громкий смех вампиров, — или он настолько уверен в себе и своей мести, что никуда не торопится? Пусть враг задумается, начнет нервничать, и, может быть, он совершит ошибку. Все ясно?

— Да, — сказал Ругино, — а как работает сверло?

— Да так же, как и бур, только на острие атаки находится не сжатый воздух, а вода под давлением. Скажу по секрету, я буду шлифовать только давление воды и скорость удара струи.

— А откуда вода возьмется, например, в лесу? — не унимался Ругино. — Ведь плетение должно быть само по себе универсальным!

— Я тебе сам объясню, — успокоил родича Ровер, — тебя не было на графском турнире, где его пытались убить, а я был.

— Объясни, — я зевнул, — чувствую, что если я правильно подберу настройки: диаметр, давление и скорость струи, ведь эти вещи взаимосвязаны, то это плетение по эффективности будет равно тесаку, а если учесть, что оно самонаводящееся на живых и действует на расстоянии, то прощай Москва и немцы. Главное, чтобы оно было универсальным и действовало не только на живых, но и на мертвых. В горячке боя я параметров менять не собираюсь. С диаметром струи я уже определился, а вот со всем остальным нет. Риджен, сколько раз ты ударил мечом колдуна, прежде чем пробил его защиту и располовинил эту сволочь?

— Шесть раз за полсекунды, на пятом его защита сдохла, а шестым я его убил.

— Великолепно. — Я достал из-под кровати мешок путника. — На сверхскорости ты играючи можешь перерубить одним ударом быка, — я достал пять фальшионон,[25] — а тут тебе понадобилось шесть ударов. Так дело не пойдет.

Я освободил мечи от ножен и положил их на кровать. Ната, холод во мне и вокруг меня, я стал вливать холод в клинки. Обычно я пускаю плетения или силу поверх лезвий, но сейчас не тот случай. Плевать на долгую службу этих булатных мечей, моя жизнь и жизнь моих клыкастиков дороже. Все, клинки заполнены под завязку.

— Выбирайте. — Я посмотрел на вампиров и кивнул на пять мечей, лезвия которых сверкали льдом. — После покушения на меня никто не удивится, что вы стали носить по два меча.

Пока клыкастики, тихо переругиваясь, выбирали себе мечи, я занялся ножнами. Оно мне надо, чтобы каждая сволочь чувствовала исходящую из них силу? Сфера молчания будет в самый раз.

— Выбрали? — осведомился я у Ровера, Риджена и Ругино. — А теперь — мечи в ножны, и вынимать их только в крайнем случае. Это оружие против магов и колдунов, и долго оно не протянет.

— Ударов двести? — спросил Риджен.

— Учитывая вашу скорость, не больше сотни, а потом клинок разлетится на части.

— Жаль, — вздохнул вампир, — мечей из булата и так мало.

— Жизнь дороже, Ругино, завтра с утра меняешь Рикта, захвати для него меч.

Я откинулся на подушки. Морфей.[26]

— Как спалось, Слав? — протокольно поинтересовалась сменившая окрас своего тела с изумрудного на зеленый Дара. — Ночью никто не мешал?

— Мешали, — сознался я, — смени его, — я показал глазами Ругино на Рикта, демонстративно не обращая внимания на напрягшуюся Дару. — Храп моей свиты — это не та приправа ко сну, которой я желаю.

— Можешь ночевать у меня, — соблазнительно — это она так думает — изогнулась в кресле Дара.

Сча-аз, только портянку перемотаю! В клетке у пантеры мне будет безопаснее — это клыкастики у меня герои, меня же подобная участь совсем не прельщает.

— Благодарю, но вынужден отклонить столь любезное предложение, — улыбнулся я Даре. — Что у нас на завтрак?

— Угощайся. — Дара показала на столик, весь заставленный плошками. — А почему твои воины ничего у меня не едят? Вечером я предлагала ему, — Дара указала на Рикта, — так он даже не пошевелился! Может, сейчас твои воины не побрезгуют моим угощением?

А-га, и козлятами станут. Ты их тоже опоить хочешь, так не выйдет. Свой втык за кровь они уже получили.

— Партнер, мои воины не могут позволить себе принимать пищу и питье в присутствии своего нанимателя, кодекс у них такой. Они должны быть постоянно готовы отразить атаку врага, а с куриным бедром в одной руке и кубком в другой это сделать затруднительно. Их родина — дальнее пограничье, и осторожность вкупе с настороженностью они впитывают вместе с молоком матери. Твое здоровье, Дара. — Я поднял кубок и опрокинул его в горло.

Вод, что там добавлено в этот напиток для здоровья?

— Как всегда, снадобье, Влад, сейчас я его уничтожу, а вино переведу в воду.

Ну ты прямо как одна известная личность на моей исторической родине, только наоборот — приспособился продукт переводить хороший.

— Дара, у меня есть к тебе один вопрос. Среди вас нет мага Жизни, но, может быть, ты знаешь ответ? Вот ты говорила, что в Красных пещерах сохранено множество старых знаний. Подскажи мне, как может маг Жизни за несколько часов изменить форму своего тела, сделать уже талию, слегка изменить форму бедер и много еще чего по мелочи, а потом опять же в течение пары часов вернуть все обратно?

— Ну и вопросы у тебя, партнер. — Дара задумалась. — Ты знаешь, я что-то слышала об этом, но ничего конкретного сказать тебе не могу. Так, какой-то слух.

— Но это возможно?

— Какой ты настырный! Точно не знаю. Не буду тебя обманывать. А зачем это тебе?

— Благодарю, Дара, все было очень вкусно. — Я встал с кресла. — А теперь мне пора на побережье снова. Надо подготовиться к проведению ритуала подчинения кракена, и на этот раз никаких накладок быть не должно.

— У тебя есть успехи, партнер, мастер Ульф вчера мне все уши прожужжал о невероятном зрелище, свидетелем которому он стал. Когда вернешься?

— К ужину, Дарочка. Пошли, ребята.

У входа в убежище подгорцев, через который я вчера проник в подземелье, меня уже ждала парочка магистров. Ни слова не говоря, они расступились, и я направился на свидание с герцогом Броланом эл Тария и его правой рукой жизнюком Ноланом. Долго наш променад не продолжался. В первом же помещении после выхода из подземного хода герцог и Нолан меня уже поджидали. Видно, комитет по моей встрече предупредил мага зовом. Поздоровавшись с присутствующими, я отодвинул в сторону местную еду с напитками и начал вынимать из взятого с собой мешка путника мешочки с оставшимся сухпаем: все равно Ольт привезет новый. Так, а теперь заначка в виде десятилитрового бочонка с отличным вином. Вновь пить ту бурду я не собираюсь, мне мое здоровье дорого.

— Приступим. — Я уселся за накрытый стол.

Бролана и Нолана долго уговаривать не пришлось. А как же манеры, ваша светлость, неужели это все так вкусно? Сухпай я вообще употребляю, когда ничего более стоящего под рукой нет и трактира на горизонте не наблюдается. Ладно, хватит ерничать, я наполнил кубки «Диорской лозой». Полюбился мне этот сорт вина, ничего не могу с собой поделать. Вздрогнем, а теперь между первой и второй — перерывчик небольшой, ну, за искусство. А пока хватит, а то с непривычки к качественному продукту моих потенциальных собеседников еще развезет. Позже пьянствовать будем.

— Нолан, как тебе эликсиры — те, что я вчера передал?

— Божественны, Влад, — сознался маг, — я даже на мгновение почувствовал себя ненужным, а этот розовый туман — вообще нечто запредельное! Для его проверки один из наших магов полностью истощил себя, выпил флакон и через пару часов снова был полон сил. Как далеко продвинулась алхимия за пределами герцогства. Мы благодарим тебя за этот бесценный дар.

— Не за что. А теперь к делу. Послезавтра на рассвете темные начнут какой-то ритуал, и это будет не обычное жертвоприношение, для него нужны яйца с нерожденными драконами, королевская кровь и несколько десятков разумных — вы знаете, что это может быть за ритуал?

Герцог и маг переглянулись и задумались. Неужели знают?! Это я удачно зашел — я стал мысленно потирать руки. Если я буду знать, для чего предназначен ритуал, тогда смогу продумать свои дальнейшие телодвижения.

— Влад, — заговорил Нолан, — я немного могу сказать. Этот ритуал предназначен для вызова инфернальной сущности, скорее всего демона. По записям, оставшимся от наших предков, можно судить, что похожими ритуалами мятежники призывали слуг Проклятого. Ничего более конкретного я сказать не могу.

Вот те раз, — кирпич отправился к лысине Мюллера, а Штирлиц довольно улыбнулся. Темные совсем с ума сошли, где здесь ближайшая психушка? Сразу всех в палату для буйных!

— Что с тобой, Влад? Ты побледнел! — Герцог схватил меня за руку.

— Никогда не любил демонов, — признался я. — А что за демон, из какого он круга, вы хоть примерно сказать мне можете?

— Нет.

— А при чем тут нерожденные драконы? С какого они тут боку?

— Мы не знаем, Влад.

Молчание.

— Чем дальше партизаны в лес зайдут, тем толще будут волки. Это я о своем, о девичьем, — усмехнулся я Бролану и Нолану. — С темными из Красных пещер вы и ваши предки воюете больше тысячи лет, вы их хорошо заочно знаете. Скажите, может быть, им жить надоело? Если демона вызвать не магией, а с помощью жертвоприношения, он ведь не вернется через определенный промежуток времени в ад. Он сделает все, чтобы убить тех, кто его вызывал, и обрести свободу в таком прелестном и полном пищи мире. Даже на Баросе в самые трудные времена до такого не додумывались! Ладно, теперь к делу. В гости к темным прибыла делегация с острова Крайс и клирики, владеющие силой Его. Подберите челюсти, господа. Хоть они и с ненавистью посматривают друг на друга, но все заинтересованы в непонятном мне ритуале, который продлится три дня. После его окончания будет бойня: слишком велика ненависть между гостями и хозяевами, особенно между клириками и темными. Да и вообще когда на ограниченном пространстве собирается столько крутых парней, драка вспыхнет по-любому. Есть шанс раз и навсегда разобраться с темными. Мне нужно, чтобы ко времени окончания ритуала два десятка ваших лучших боевых магов находились около входа в Красные пещеры. Они войдут внутрь, добьют победителей, которых наверняка будет не очень много, и со столетиями войны будет покончено. Главное, чтобы меня по ошибке не задели. Снаружи вход в пещеры будут перекрывать драконы. Никто, кроме меня и моих воинов, не должен выйти живым из этого каменного курятника. Договорились?

— Нет, охотник, — печально вздохнул герцог. — Мы не можем договориться с тобой. Влад, подожди, я тебе все объясню, я расскажу о позоре своего рода, хотя, видит Создатель, это нелегко. А знаешь, почему я открою тебе душу? Потому что ты находишься там, а мы здесь. Когда все закончится, и я надеюсь, что ты останешься жив, я бы хотел вместе с тобой побывать в Белгоре. Я хотел бы посмотреть на бойцов, настолько привыкших ходить под смертью, что они уже даже не замечают этого.

Герцог налил себе вина и медленно его выпил.

— Драконы у Красных пещер будут в любом случае, — продолжил он, — ведь там находится их кладка. А значит, все мои люди обречены на смерть. Эта история началась около двух с половиной тысяч лет назад. Мой далекий предок был страстным охотником, и вот однажды в горах он наткнулся на маленького дракончика с переломанными крыльями. Малыш попал в сильнейшую грозу, и порывом ветра его швырнуло на землю. Более того, он был без сознания и не мог позвать себе на помощь других драконов. Предок отнес дракончика в свою охотничью избушку и неделю выхаживал малыша, а когда тот очнулся, накормил его с рук. Вскоре раздался шум крыльев, и на поляну перед избушкой приземлилось несколько взрослых драконов. Предок вынес малыша на поляну, положил его перед взрослыми, и пока те облизывали дракончика и суетились вокруг него, сел на коня и ускакал. Он не любил слов благодарности. Через год на балу он увидел дочь тогдашнего герцога эл Тария и влюбился в нее с первого взгляда, потерял голову и пригласил девушку на танец. Как ни странно, она согласилась. Весь двор онемел от наглости нищего дворянина и безрассудства дочери герцога, одной из первых красавиц двора. Во время танца предок узнал о себе много нового. Оказалось, что он бесчувственный чурбан, дубина, тупица, что шестнадцатилетняя девушка уже три года льет слезы в подушку по одному ослу, а он постоянно ее не замечал и все время провожал глазами мясистых коров. Напоследок девушка заявила, что простит его только в том случае, если он ночью проникнет к ней в опочивальню.

Герцог опять опустошил кубок — видно, рассказ давался ему нелегко.

— Я уже говорил, что предок был отличным охотником: что для него стены, если горные кручи не являлись преградой. Он вымолил прощение у девушки, и утомленные, они заснули. Так их и обнаружили служанки, пришедшие помочь дочери герцога совершить утренний туалет. Предка бросили в темницу, а на следующее утро повели на казнь. Но палач не смог отрубить ему голову: трудно это сделать, когда над городом летают десятки драконов и обещают сжечь все дотла. Кончилось все это дело свадьбой. Так началась дружба между родом драконов и Домом великих герцогов эл Тария. Спасенный малыш оказался сыном главы рода Стремительных. Шли годы, шли столетия, это был золотой век для всего Арланда, и закончился он приходом Проклятого. Последний герцог эл Тария, да будет проклято его имя, был обычным добрым и недалеким человеком. Когда поклонники Темного зашевелились в герцогстве, тайная стража их схватила и доставила на суд. Тогда еще не было светского и церковного суда. Разумные еще не совсем понимали, с чем они столкнулись. Все советники требовали для адептов Падшего смертной казни, герцог же отправил на плаху только главаря, а остальных выслал из страны. Через полгода высланные тайно вернулись и провели ритуал вызова кракена. Они отдали свои жизни, но смогли это сделать. Этот ритуал стал для герцогства началом конца.

Герцог замолчал и уставился в стол. Я уже примерно представлял себе, что он мне расскажет дальше. Обломался я с магической поддержкой подгорцев — что-то в последнее время мне слишком часто приходится менять свои планы, не к добру это, ох, не к добру.

— О прежнем благоденствии пришлось забыть, — продолжил герцог, — шли годы, страна все более нищала, появились проблемы с продовольствием. Началось брожение как среди благородных, так и среди простолюдинов. Из поколения в поколение население герцогства привыкало к сытой и богатой жизни. А тут такое, и во всем виноват герцог — такие разговоры шли везде. В чем-то они были справедливы, но по большей части нет. По всему Сатуму полыхала война, континент Нирум уже был уничтожен — кто будет везти товары, кто будет их покупать? А продовольствие вообще никто не продавал ни за какие деньги. Не за это я проклинаю своего предка, а совсем за другое. И вот однажды на севере герцогства вспыхнул мятеж. Наверняка к этому делу приложили руки адепты Проклятого. Мятежники начали проводить ритуалы призыва демонов, в герцогство стали стекаться слуги Падшего со всего Сатума. Мятеж был организован хорошо: через несколько дней весь север герцогства полыхал. Разумным обещали еду и защиту, и глупцы верили в это. Конечно, продовольствие появилось, но кому оно доставалось? Только верхушке мятежников. Герцог обратился за помощью к драконам, и хоть у тех своих дел было выше хвоста, они обещали помочь. Также герцог попросил прийти ему на подмогу королей Турии и Секона, были такие королевства до Смуты. Те тоже согласились: иметь анклав адептов Темного под боком не хотел никто. Мятежники узнали об этом, и соединенная армия разумных, слуг Проклятого, демонов и тварей стала готовиться к походу на столицу. И вот тогда герцог сделал то, за что его проклинают, то, за что его имя предано забвению. Столицу наводнили беженцы, они умоляли герцога спасти их дома, их родных и близких. Будь проклят этот идиот!!!

Бролан с такой силой ударил по столу, что кубки подпрыгнули.

— Ему нужно было подождать всего седмицу, и все, — глухо сказал потомок идиота. — Со всего Сатума слетелись бы драконы, и успели бы подойти союзные армии! Мятежников и всех остальных бы уничтожили, а драконы в худшем случае потеряли бы одного из десяти. Да, через седмицу две трети территории герцогства были бы под контролем врагов, тысячи разумных попали бы на алтари, но в итоге страна бы выжила! Герцог нашел лучший, как ему казалось, способ защитить свой народ. Он тайно выпустил одного мятежника из темницы и сообщил ему месторасположение гнезда драконов. Ведь как друг он бывал в гостях у драконов и знал много их тайн. Герцог думал, что драконы легко разгромят мятежников или задержат их до подхода основных сил союзников. Как же, ведь гнездо находится высоко в горах. Этот кретин совершенно не хотел слушать своих советников, которые указывали на наличие в армии Проклятого, помимо всего прочего, демонов неизвестного вида. Большая часть армии Проклятого пошла не на юг, а на север. Ее командующий, адепт Темного барон Нарвион…

— Нарвион? — перебил я герцога. — Тот самый?

— Тот самый, Влад, — грустно усмехнулся герцог. — Так вот, Нарвион решил бить объединенную армию по частям и начать с драконов. Неизвестный вид демонов чувствовал себя в горах и в воздухе так же уверенно, как и драконы. Мало того, эти выкидыши бездны могли создавать временные ходы, по которым лавиной устремлялись остальные твари и темные. Драконы принялись отчаянно защищать свое гнездо, но их было мало, подавляющее большинство еще не успело прилететь. А те, кто подлетал к месту бойни, сразу же бросались в бой и погибали. Нарвион все грамотно рассчитал: не только союзные армии он бил поодиночке, он и основную ударную силу союзников уничтожал по частям. Вот так и шла эта битва. Нарвион не учел только одного: ярость драконов при виде армии Проклятого рядом со своим гнездом не знала границ. Драконы сумели переломить ход битвы в свою пользу, верхушка армии мятежников сбежала и скрылась в Красных пещерах, оставив горстку демонов, тварей и разумных на растерзание. Но на этом дело не закончилось. Драконы взяли пленных — ведь местонахождение гнезда считалось тайной. От них они и узнали о предательстве друга. Оставшиеся в живых драконы завалили сухопутный проход в герцогство, чтобы никто не смог прийти предателям на помощь и никто не мог покинуть герцогства.

— Подожди, — вновь перебил я герцога, — какие предатели? Виноват ведь только один герцог!

— Драконы так не считали. Вспомни, ты же с ними общался: долг одного распространяется на весь род — верна также и обратная ситуация. Дальше все было неинтересно. Драконы несколько суток зализывали раны и с интересом смотрели на происходившую бойню. Когда армия Проклятого пошла на штурм дворца, они решили вмешаться. Драконы начали уничтожать всех подряд — как поклонников Создателя, так и адептов Проклятого. Остальное ты знаешь. Драконы до сих пор мстят нам — специально они на нас не охотятся, но при встрече убивают.

— А как же вы рассчитывали оказаться на свежем воздухе всем народом?

— Есть одна большая долина на западе герцогства, драконы туда никогда не залетают: там слишком сильные для них вертикальные потоки воздуха, крылья можно легко себе сломать. Если темные будут уничтожены, то мы сможем там спокойно жить. Выпьем?

— Выпьем, и я пойду: нужно спокойно подумать, как мне остаться в живых. Да, Нолан, у меня к тебе вопрос. Может, ты знаешь, как маг Жизни может за несколько часов изменить очертания своей фигуры, а потом вернуть все обратно тоже за пару часов?

— Ты неправильно выразился, Влад. Есть такое полузабытое искусство, но там несколько другой принцип действия. Маг Жизни первый раз вносит изменения в свою настоящую фигуру и лицо за пару недель — это не иллюзия, это натуральная плоть. При желании он может вернуть все обратно за несколько часов, матрица второй внешности при этом сохраняется. В дальнейшем происходит все, как ты говорил: несколько часов на одну внешность — несколько часов на другую. Процесс этот очень неприятный, нельзя глушить боль разумом, иначе маг не сможет правильно настроить свою нервную систему.

— Как определить — маг Жизни сейчас в своем истинном облике или нет?

— Вроде когда маг находится в измененном внешнем виде, все его тело пронизывают каналы силы. Больше ничего не могу тебе сказать. Изменением внешности я не владею.

— Благодарю, я пошел.

Портал выкинул меня с Ровером и Риктом перед воротами в Красные пещеры. А гости-то, гости как суетятся! Налаживают быт лагеря, так сказать. Мы направились к воротам. Только торгаш Дивигор и четверо святош сидели на креслах и изображали руководство данным процессом. Ну-ну, флаг вам в руки, а клирикам еще и барабан на шею. Незачем с такой ненавистью смотреть на безобидного меня — сами к темным заявились, никто вас сюда на аркане не тянул.

Поздоровавшись с Хоринером, который явно принял на себя обязанности смотрящего за гостями, я попал в обитель зла, нам направо. Нет, обитель ужаса и боли! Так будет лучше для моей надгробной эпитафии. Как представлю себе свой памятник, так сразу слезы на глаза наворачиваются. И надпись на граните золотыми рунами — мол, здесь покоится придурок, не рассчитавший своих сил. А Эле я еще выскажу все, что о ней думаю. Тогда, в пограничье, я решил, что сеть каналов силы Жизни имеет отношение к защите. А-га, как же! Теперь понятно, почему она сбегает, когда выбирают королеву красоты. Вдруг ее выберут, и народу, возможно, придется лицезреть ее истинный облик. Неужели она настолько страшная? Моя жена, для которой я не муж, наверняка жуткий крококос или крокодил.

— Все в порядке? — поинтересовался я у Риджена.

— Пытались кровь предложить мне и Ругино, были посланы как мной, так и им. Твоя Дара пыталась надавить на него — мол, оскорбление и так далее, на что Ругино предложил ей переговорить с тобой, и вообще, если ей что-то не нравится, он немедленно покинет ее апартаменты. Блеф родича прошел, темная сразу перевела разговор на другое.

— Отлично, значит, старая метка с вас скоро сойдет, а что касается остального, так опасается Дарусик за свою жизнь, а боевые качества вампиров она уже успела оценить. Ужинайте, отдыхайте, ложитесь спать, а я пока займусь делом.

Я лег на кровать. Вод, готов к работе? Отлично, сначала поработаем со скоростью сверла, а степень сжатия замкнем на энергетический контур.

— Партнер, — встретила меня недовольным тоном Дара, — вампиры, конечно, великолепные бойцы, но их манеры оставляют желать лучшего! От чистого сердца я предложила им лучшую кровь, сцеженную из самого благородного, предназначенного для алтаря мяса, а они…

— А они, — перебил я Дару, — выполняют мое распоряжение. Меня пытались убить, и теперь я никому не доверяю, даже тебе, партнер. Ради тебя я подставлялся — и что получил взамен на невинный вопрос о причине пребывания здесь клириков? Ты помнишь свой ответ? Могу тебя процитировать. А вообще когда один рискует жизнью ради другого, а тот разводит тайны на пустом месте, — это не партнерские отношения, это отношения сюзерена и вассала. Подумай над тем, что я тебе сказал. Смени его, — я посмотрел на Риджена и перевел взгляд на Ругино. — Засим извольте откланяться — что-то я сегодня с утра сыт и времени нет, свиту свою из Каросы нужно забрать. Пошли, ребята, а ты, Дарочка, подумай над моими словами, не ленись.

Мы вышли из апартаментов темной.

— Ругино, — послал я зов вампиру, — иди в мои апартаменты, смени Рикта, отдыхай, мы вернемся к вечеру.

— Влад, а ты не слишком с ней?

— Нет, Ровер, я ведь нахожусь под воздействием ее снадобий: пусть сама себе локти кусает, и вообще изображать из себя полного придурка иногда вредно для здоровья. У нее в прелестной головке могут завестись нехорошие мысли. Пошли быстрей, королевство Кароса ждет меня.

Я вышел из синего марева портала. Знакомая поляна, знакомые лица Ольта и Ролана и кое-что еще до боли знакомое.

— Кое-кто забыл, — сказал я. — Забыл, что я никогда не выхожу на улицу без трех навешанных на себя плетений: пуховика, голубого тумана и бахромы. Эллина, в тот день, когда я не смогу почувствовать твоей магии, в тот день, когда я не смогу обнаружить следов твоей ауры, можешь смело сдавать меня в дом престарелых. Будь лапкой, сними свою иллюзию, пока я сам этого не сделал.

Стоящая на краю поляны сосна задрожала, ее очертания размылись, и народу в моем лице предстала виновато-хитрая мордочка Эллины. Ты бы еще ножкой своей по земле водить начала!

— И что это значит? — поинтересовался я. — Разве мои инструкции были недостаточно понятны? Объяснись, ученица.

Тут тебе не здесь, шутки, хиханьки да хаханьки закончились. У тебя сейчас вообще медовый месяц, чудо ты пепельноволосое!

— Учитель, не ругайся, я направлена тебе в помощь Советом баронов графства Артуа, по предложению твоего заместителя Колара эр Джокера как лучший боевой маг школы Джокер.

Я как стоял, так и сел. Свершилось, камарилья все-таки осуществила свои зловещие планы, в графстве произошел переворот. А остальное вообще ни в какие ворота не лезет. Надо разобраться во всем дотошно и подробно.

— Эллина, начнем по пунктам. Какой Совет баронов? В демократию решили поиграть? Я же предупреждал, что если кто-то не будет слушаться Арны графини эл Артуа, то, когда я вернусь, сразу головы непокорным пооткручиваю! Куда смотрел Второй?! Отвечать!

— Графиня Арна эл Артуа сама предложила создать этот Совет и является его председателем, а Второй — ее заместителем. Задача Совета состоит в сохранении статус-кво до возвращения возрожденного графа эл Артуа.

Я снял салад, подошел к ближайшей сосне и стал методично обрабатывать ее ствол своей головой. Зуб даю, это идея Второго. Один раз подобную шутку островитяне со мной сыграли — мол, ты возродившийся из мертвых сын нашего князя, а значит, мы вернули себе честь. Ладно, хватит сосну калечить, дерево ни в чем не виновато.

— А проф чем думал? Он же прекрасно знает про ткача! Да и ты про него знаешь, — хочешь погибнуть молодой и красивой? Сволочь ведь в первую очередь нанесет удар по тебе, по близкому мне человеку, который будет рядом со мной!

— Необязательно, — возразила мне Эллина, — так было с Элой, а с волчицами и Дуняшей? Кроме того, Влад, ткач уже нанес свой удар. Мне беспокоиться не о чем. Не спрашивай меня о том, кто это.

Мое сердце заледенело.

— Не спрашивай меня о том, кто это, — повторила Эллина. — Ты ничем помочь не сможешь. Сейчас по всему северу Сатума рыщут подчиненные Зетра. Семь ударных отрядов направлены в семь королевств и ждут информации. Она должна поступить либо от Зетра, либо от графа эл Дали, ты его еще называешь папой Мю. В состав отряда входят тридцать котов, Влад, тридцать убийц магов и прикрепленный к ним маг школы Джокер. Тины, Ерана, Венир, Шедар и Четвертый вышли на охоту. Между собой они поддерживают постоянную связь, и как только поступят данные, ближайший отряд берет под контроль дороги, ведущие к объекту, и ждет остальные отряды. Около ближайшего к графству портала Алых встали лагерем пять сотен конных латников, гвардия и пять баронских магов, все под руководством Шейка. Они ждут сигнала от ударных отрядов, если те посчитают, что не смогут справиться сами. Влад, ты сам меня учил, что если погнаться за двумя зайцами, то ляжешь спать усталым и голодным. Один пусть даже сильный и опытный маг ничего не изменит. Ты не сможешь усилить карателей графства Артуа, а дело в герцогстве Тария завалишь.

— Кому Арна объявила войну? — через минуту молчания поинтересовался я.

— Пока неизвестно, кому объявлять, но за этим дело не станет, — успокоила меня Эллина.

— Кто остался на графстве?

— Шесть сотен латников, проф, фрейлины, четыре баронских мага и почти все бароны, кроме отморозка.

— С этим все ясно, теперь насчет лучшего боевого мага школы Джокер. Ученица, а кто такой вообще по жизни боевой маг?

— Согласно определению Ринийского университета, это маг, способный активировать боевое заклинание меньше чем за шесть секунд. Я могу работать гораздо быстрее.

— Великолепно, — восхитился я, — этих умников-профессоров в погань — и там бы я посмотрел на их шесть секунд. Задам вопрос иначе: расскажи мне о стихийных школах магии, которые специализируются на боевиках, вернее, выпуск боевых магов там поставлен на поток.

— Первые школы: огонь, вода, земля и воздух. Вторые школы: Туман, Лед, Плазма, Магма, Сель, Смерч. Ограниченно-боевые, то есть маги этих школ привязаны к определенным местам — к морю или пустыне… Шторм и Самум. Третьи школы…

— Стоп, — прервал я Эллину. — Ты забыла сказать про условно-боевые вроде Крови и Некроса, там важна ритуалистика, но это не суть важно. Эллина, ты поразила меня своими знаниями, я так много для себя открыл, что сказать мне просто нечего. Ты хорошо умеешь зубы заговаривать, хотя мой вопрос прекрасно поняла. Школа Разума не выпускает боевиков, тебе ли этого не знать! Слишком мало одаренных хотят овладеть этим искусством. Толку с того, что один на один вы хороши? В бою от вас проку немного. Сконцентрируешься на одном, начнешь ломать защиту его сознания — так другой тебя приголубит. Тот же Четвертый с гораздо большим удовольствием стал бы мастером земли или воды, но князю Рысей нужен был хоть один контрразведчик. Всех разумников уже несколько столетий подбирают различные третьи канцелярии, ты тоже не стала исключением, поэтому и подготовочка у вас специфическая. Ну какой из тебя боевик?! В лучшем случае турнирный маг.

— Влад, — Эллина мило улыбнулась, — когда ты два месяца гулял по пограничью, я времени не теряла. Другое дело, что не успела сказать тебе об этом и показать свое искусство. Не заезжая в замок, ты отправился на Ритум, потом с друидами пошел беседовать, ты совсем не уделял внимания бедной девушке, и не только мне. Разве ты не мог отложить свое сумасшествие на пару дней? На последних десяти тренировках я проходила всех тинов, они нападали на меня одновременно!

Так, челюсть подобрать, а вот это уже серьезная заявка. Всех тинов я могу пройти, только если использую холод и мастерство абсолютного боя. Сам виноват, что натаскивал их по охотничьей методике. А Эллина сталью не владеет. Остался последний аргумент.

— Эллина, ты помнишь, как погибла Кенара? Она ведь тоже была повелительницей, и не ткач виновен в ее смерти, а…

— Она сама виновата, — перебила меня девушка. — Кто ей мешал стать твоей ученицей? Освоила бы рунно-вербальный или рунно-мануальный способ контроля силы, так осталась бы жива. Влад, не злись, я хорошо к ней относилась и продолжаю относиться, но ты не виноват в ее смерти. Как ты учил меня, Дуняшу и тинов, тебе напомнить твои же слова? Маг — это не только сила и искусство, это в первую очередь наблюдательность, правильная оценка ситуации и разум. Кто ей мешал сразу вытащить стрелу из бедра и проверить свой организм?

— Вот разума и правильной оценки ситуации у меня не было, я должен был перебить эльфов, до того как… Закончили тему Кенары. Эллина, я не хочу потерять и тебя.

— Не надейся, Влад, ты не сможешь этого сделать. Не оскорбляй меня, не отказывайся от моей помощи. Договорились?

— Договорились, — вздохнул я. — Ольт, что у тебя?

— Куча писем для тебя, Влад.

— Ладно, на досуге перечитаю. — Я открыл портал. — Ролан, пошел. Следом Ольт, Эллина — и я, как всегда, последний. Мне еще с драконами нужно поболтать, а времени мало.

— Вот как обстоит дело. — Дракона меланхолично била хвостом о землю, ее муж и отец молчали в тряпочку. — Влад, я уже жалею, что попросила тебя помочь мне, — ты не сможешь спасти моих детишек, а только погибнешь сам. Прости меня.

— Хватит, Трана, еще не вечер, прорвемся. Теперь меня интересует следующий вопрос. За последнее время я несколько раз менял свои планы, мне не хватало информации, а когда она появлялась, своими предыдущими прожектами я мог только подтереться. Например, я рассчитывал на помощь остатков населения герцогства, старого населения.

— Этих предателей?! — взвилась дракона. — Пусть только попробуют выйти из своих подземелий!

— Вот и я об том же. Я боюсь, что планы опять придется менять, а ритуал начнется завтра на рассвете. Мне нужна постоянная связь с вами: вдруг обстановка опять изменится. Вы остаетесь здесь на пляже, не нужно улетать в горы. Обнаружат вас здесь патрули темных — так им же хуже будет. Сколько времени вы можете провести без еды?

— Две недели. Как будем поддерживать связь?

— Эллина, с этого мгновения ты — Наина до конца акции, а я — Слав. Обращаться так друг к другу, даже если находимся наедине. Так вот, Наина, отдай свой амулет связи Тране и обучи ее, как им пользоваться. Все равно в логове темных мы будем общаться зовом. Ольт, как посох мертвых?

— Исправен и заряжен полностью. Ловия Литийская предоставила для этого все, в самые кратчайшие сроки.

— Тогда для него нет ничего лучше зеркал и сферы молчания. Наина, ты свою маску продумала?

— Конечно, я твоя глупая любовница, которая настолько соскучилась по тебе, что не обращает ни на что внимания. Кроме того, в моих глазах ты самый сильный и смелый. Рядом с тобой я ничего не боюсь. Я дура, что с меня взять? Слав, готово, Трана все поняла.

— Трана, еще такая просьба. Найди Пушка. — Я открыл портал.

Глава 10 Женское любопытство — не порок

— Интересные дела здесь происходят. — Эллина с большим интересом рассматривала лагерь гостей, одновременно общаясь со мной зовом. — Не то чтобы я тебе не верила, Слав, но увидеть самой гораздо лучше, чем семь раз услышать. Какое трогательное единение, у меня сейчас слезы на глаза наворачиваться начнут. Ты их всех убьешь?

— Наина, убивалка у меня развяжется. Пошли в мои апартаменты. Кроме того, торговцев убивать бессмысленно, они как клопы: задавишь одного — так на его место сразу выползает другой. Ольт, не отставай, успеешь еще насмотреться на этих клоунов. Я тут набросал схему экономической диверсии на Крайсе, вот это будет для Дивигора и его банды чувствительным пинком по яйцам. С клириками я связываться вообще не хочу. Ты погляди, как они смотрят на темных: будь их воля — здесь бы уже костры пылали, пусть церковь сама с этими фанатиками разбирается. Никакой толерантности к темным у данных святош, никакой гибкости.

— Тогда что они здесь делают? — поинтересовался Ольт.

— Да шут его знает, Дара молчит как партизан на допросе.

— Не везет тебе с женщинами, Слав, — хихикнула Эллина. — Кенара увиливала от ответов, Эла просто молчала, Дариана тоже не отрывается от сплоченного коллектива. А вот я, вся такая честная и открытая перед тобой, милый, — а ты на меня даже внимания не обращаешь, пришлось за Четвертого замуж выходить, чтобы не остаться старой девой.

— Смейся, смейся, — пробурчал я. — Бочка меда все равно достанется последнему приколисту. Внимание, на горизонте показалось третье лицо в местном муравейнике, кличка мастер Хоринер, заместитель и любовник Дары, присматривает за гостями. Хитер, жесток и упорен в достижении цели. Наина, надевай маску — и до конца нашего приключения не вздумай ее снимать. Ты блондинка.

— Слав, я ведь и так блондинка, — недоуменно заметила Эллина.

— Не обращай внимания, поговорка такая есть на моей родине. Не знаю, с чем она связана, но есть. Вот мне еще ни разу не попадались блондинистые блондинки. Все почему-то умные или очень умные — наверно, у меня карма такая.

— Странная поговорка… — Эллина глупо захихикала и прижалась грудью к моему налокотнику. — Дорогой, тут так все интересно! Котенок, почему ты раньше сюда меня не приглашал, я обижусь. Ой, а это кто? Такой импозантный мужчина, но ты все равно лучше, поцелуй свою кошечку — и я тебя прощу.

— Снова здравствуйте, мастер Хоринер. — Я мазнул губами по ротику Эллины. — Позвольте вам представить мастера Ольта, Наину и еще одного высшего вампира, они — часть моей свиты, перемещенные мною некоторое время назад из Каросы.

Опоссум внимательно посмотрел на троицу новых персонажей. Ролан его не сильно заинтересовал, а вот Ольт и Эллина — очень. Смотри, дорогой, смотри. Не только у меня есть дурацкая привычка постоянно носить на себе голубой туман: все ученики школы Джокер грешат этим. Ничего ты не поймешь. О, Эллина начала щебетать, засыпая темного кучей идиотских вопросов — от «не правда ли, сегодня чудесная погода?» до «ой, а у вас тут и твари водятся, а почему они на вас не нападают?». Хоринер несколько раз пытался вставить свои две копейки, но вскоре сдался под напором агрессивной глупости, только смиренно поддакивал и кивал. Я мысленно аплодировал работе начальницы моей личной контрразведки. Знай наших, повелительница Разума так может запудрить мозги без всякой магии, что потом будешь полчаса приходить в себя и спрашивать — а что, собственно говоря, это было. Школа Разума уникальна в своем роде. Вообще повелителем любого направления глупый человек стать не сможет, сколько бы силы у него ни было, но повелителем Разума может стать только тот, чей интеллект гораздо выше среднего. Работа с сознанием не терпит серости и обыденности. Все, Эллина решила, что для первого раза хватит, и мило попрощалась с облегченно вздохнувшим темным.

— Проводи их, — я посмотрел на Ровера, — скоро я приду. Мастер Хоринер, — повернулся я к темному, — может, вы мне подскажете причину столь страстной любви между великим мастером Нарвионом и инквизицией? Я этот момент что-то плохо понимаю.

— А? Что? — Хоринер потряс головой, приходя в себя после болтовни Эллины. — Какая любовь, общие инте…

Темный осекся, Эллина, ты молоток, ты кувалда для мозгов! Значит, общие интересы, — занятно. Кажется, я погорячился, решив не связываться со святошами. Эх, падре, падре, я впервые жалею, что тебя нет рядом со мной. Надо узнать, какие интересы у святош в этом ритуале, и если мне они не понравятся, нужно будет скинуть заказ на клириков драконам. Самому пачкаться не хочется — и так я потемнел.

— Слав, а кто она вам? — поинтересовался пришедший в себя Хоринер.

— Подруга, — сознался я. — С женским полом здесь не очень, да и не особо они меня привлекают, а я ведь мужчина и скучаю по женскому обществу.

— Так сразу и взяли бы ее с собой.

— Не мог: она замуж выходила. А когда совсем недавно свадебные торжества закончились, Наина сразу решила покинуть на время своего мужа и скрасить мое одиночество.

— Вы, мастер Слав, м-м-м… оригинальный человек.

Я направился к воротам, какой хороший эвфемизм подобрал Хоринер, ведь он явно хотел произнести другое слово… А я чо, я ничо, ни слова лжи я не сказал, а как он меня понял — это его трудности. Так, а сейчас нужно допросить Эллину подробнее обо всем произошедшем в графстве. Ну не верю я в ту благостную картину, что она мне нарисовала. Я ожидал, что мои бывшие анархистски настроенные подданные начнут ворчать и огрызаться на ценные указания Арны, поэтому и предупредил их о неотвратимости наказания. А тут такая идиллия… Пусть Эллина другому лопуху лапшу на уши вешает, вернее, не говорит всей правды. Я этих баронов знаю очень хорошо. Они понимают только один закон — закон силы. Я свою силу доказал несколько раз, особенно баронам понравился перевал каменных извращенцев. Арна для них пока никто, и, кроме Второго, по моим расчетам, изначально ее никто не должен был поддерживать.

— Проблемы были? — спросил я у Ругино.

— Никаких, все тихо как в склепе.

— Отлично, дай меч с холодом родичу, — я посмотрел на Ролана, — и введи его в курс дел. Наина, тебе нравятся мои хоромы?

— Просторные, но несколько мрачноватые. Чувствуется отсутствие женской руки. Давай терзай меня, учитель, допрашивай, это желание написано у тебя на лице громадными рунами.

— Я всегда знал, что ты умная девочка, даже чересчур. Наина, иногда быть такой умной тоже плохо. Мужчина должен чувствовать свое превосходство, он обязан покровительственно смотреть на свою спутницу. Это полезно для его самомнения и потенции. Поделюсь еще одной мудростью с моей родины. Это ж какой нужно быть умной, чтобы выглядеть такой дурой. А теперь колись — почему вообще образовался этот Совет баронов, ведь в нем не было никакой необходимости?

— Ты сам виноват в произошедшем, Слав. Не удивляйся ты так, первая задача Совета — следить в твое отсутствие за твоими интересами, защищать их всеми доступными средствами.

— А какие у меня интересы?

— Их у тебя много. Для начала — твое графство…

Я перехватил насмешливый взгляд Ровера.

— …Потом баронство, поддержка епископа Карита, прецептории ордена Длани Создателя, прецептории ордена святой Ауны, прецептории подордена Воинов Создателя. Да, да, уже прецептории, первые семьи воинов клана Скалы скоро прибудут в графство. Защита интересов короны Декары — ведь ты это должен делать как инспектор его величества Керта Первого, — и еще по мелочи много набирается.

Я сидел и крутил головой. Дожил, у меня появились няньки, вернее, восемь баронов-адвокатов, представляющих интересы клиента во властных структурах, судах и так далее в мое отсутствие. Я даже представляю себе, как будет проходить судебное заседание с участием гения юриспруденции Шейка. Не думаю, что там будут бурные прения сторон, особенно когда барон возьмется за секиру.

— А почему я в этом виноват? — поинтересовался я.

— Кто попросил профа сделать арфу для менестреля перед своим двухмесячным отдыхом в дальнем пограничье? — прокурорским тоном начала Эллина. — Кто набросал для Малика тезисы баллады, я? Получай то, что заслужил. Некоторое время назад Малик под чужим именем прибыл в графство и дал концерт в замке Стока. Главный зал жилого комплекса был забит дружинниками, котами, кошками, вампирами, орденцами из Длани Создателя и Ауны. Пришлось даже вынести большинство столов и все скамьи, чтобы все желающие могли поместиться. Оставшиеся столы разместили вдоль стен, образовав столь любимый тобой шведский стол. Бароны, гвардейцы, фрейлины, ученики школы Джокер, Арна, командор Сенар, мать Эрита и епископ Карит расположились в малом зале донжона. Там же и выступал Малик.

Проф сделал так, чтобы звук шел и в главный зал, — гений, что с него взять? Малик пел различные баллады около полутора часов, успех был потрясающим, даже в малом зале донжона слышны были вопли восторга, доносящиеся из главного зала. Потом Малик попросил тишины и сказал, что сейчас исполнит балладу о дружбе. Никто из присутствующих еще ее не слышал, более того, подавляющее большинство вообще не знали о существовании такой баллады. Малик сказал, что она записана со слов и воспоминаний рейнджера Далва Шутника. Если в главном зале и были какие-то шепотки, то они мгновенно прекратились. Малик запел — и перед присутствующими в малом зале донжона развернулась иллюзия. Он пел минут восемь, когда закончил, проф сразу отключил звук, идущий в главный зал. Посмотри мне в глаза — и увидишь, что было дальше.

Я окунулся в голубые глаза Эллины. В малом зале было светло как днем. За столом и вне стола сидели мужчины и женщины, они молчали, в зале царила полная тишина, лишь изредка нарушаемая треском горящих в камине поленьев.

— Графиня, — хриплый голос Норма нарушил наконец тишину, — Кера — это была Кенара эл Лайнистина, а Влад граф эл Артуа — это Далв Шутник?

— Да, Норм, — печально улыбнулась Арна, — у Влада было много секретов от вас, он не рассчитывал выжить после столкновения с друидами, а мертвому секреты не нужны. Спасибо, Малик, Ойла, проводи господина в его покои, он устал. У Влада было много секретов, — подождав, пока за менестрелем закроется дверь, продолжила Арна. — Но так получилось, что одни его друзья знают их, а другие — нет. Командор Сенар и епископ Карит знают о Владе почти все. Мать Эрита тоже, мало того — она участвовала в качестве проводника в этом рейде рейнджеров на Ритум.

— Вы?! — Командор и епископ с удивлением посмотрели на грустно улыбающуюся монашку.

— Она?! — Бароны, фрейлины и гвардейцы вытаращились на главу прецептории святой Ауны.

— Я, — подтвердила Рита. — До того как стать послушницей ордена святой Ауны, я несколько лет резалась с ушастыми на Драконьей гряде. Я вышла в отставку в чине сержанта егерей.

— Здесь собрались друзья Влада, — продолжила Арна, — и негоже, когда одни знают больше других. Свою верность ему вы доказывали не раз. Конечно, все, что стало вам известно о Владе в этом зале, все, что станет известным, должно сохраниться в тайне. У него очень много врагов — если им станет известно хоть что-то, Влад может погибнуть.

— Каждый принесет клятву на крови, — прорычал Шейк.

— Магическую клятву, — добавил проф. — Конечно, командора, епископа и мать это не касается, они должны поклясться именем Его. Все согласны?

Я вынырнул из прелестных глаз Эллины.

— Проф с ума сошел? Магическая клятва на крови — это же…

— Что ты бесишься? — перебила меня Эллина. — Только насчет информации, полученной этим вечером в малом зале, должна сохраняться тайна. Ты думаешь, эта клятва присутствующих напугала? Как ты там говоришь?.. Сча-аз! Ты думаешь, бароны, гвардейцы и фрейлины не знают о том, что все ученики школы Джокер принадлежат тебе душой и телом? Не знают о том, что твой гвардеец Бонар мечтает стать учеником школы Джокер, мечтает дать тебе магическую клятву на крови? Не будь таким наивным. Все присутствующие, кроме номеров, клириков и твоих учеников, толпились около профа, стараясь дать клятву как можно быстрее. Лучше смотри, что было дальше.

— Теперь самое главное, — вздохнула Арна. — Вы все обратили внимание на некую нестыковку. Кенара появилась в замке гораздо раньше, чем Далв Шутник нашел ее на Баросе. Забудьте об этом, это нужно для безопасности Дома Кенары, графства и Влада. Теперь сделаем так. Я вкратце, без излишних подробностей расскажу историю Влада, а потом отвечу на ваши вопросы. У Влада есть несколько имен, потому что у него много врагов, и первую строчку занимают адепты Проклятого. Сначала его звали Влад Молния…

— Что?! — Шейк вскочил с кресла. — Тот самый…

— Тот самый, — усмехнулась Арна, — сядь и больше не перебивай меня. Тот самый мастер-охотник, участвовавший в убийстве семерых хозяев погани и во множестве других дел, в Диоре, в Бренне и так далее, и все они приводили к уничтожению тварей и адептов Проклятого. Потом была команда гнева, а потом он не смог находиться в Белгоре по личным мотивам и приехал сюда. Что он вытворял здесь и в Декаре, вы все знаете. Но этого ему показалось мало, и он отправился в дальнее пограничье. Стал рейнджером и сразу же обнаружил среди них ренегатов. Потом была известная история с бхутом, вы ее наверняка слышали. После этого он вернулся в замок и меня с Евдокией привез. Потом спас и привез сюда Кенару. Гроссмейстер темной ложи Декары попытался его убить, как и почему — вы все знаете. Влад в ответ решил совершить рейд на Барос. Я, Кенара, Третий и десяток воинов замка Стока составили ему компанию. Да, Райн, поэтому я и Кенара отсутствовали. Вчетвером — Влад, Кенара, я и Третий — мы пробрались в Восточный замок Крия Баросского, и Влад заложил магические мины, изготовленные присутствующим здесь профом. Замок был полностью уничтожен. По всему острову начались облавы, искали эльфов. Влад с Кенарой сделали этот трюк, чтобы у великого князя эльфов было поменьше времени на обдумывание планов по уничтожению Дома Папоротника. Влад остался с Кенарой на острове в своеобразных заложниках, с тем чтобы остальная группа могла беспрепятственно покинуть Барос. Через несколько дней он и эльфа, несмотря на тотальные проверки кораблей, умудрились отплыть, попросту сбежать с острова. Встретились мы тем же составом в султанате Айра. Владу нужна была вода жизни, источник которой находится только в этой стране и является национальной реликвией. Султан поставил условием получения воды очистку торгового маршрута между султанатом и королевством Мелор. Мы справились с этой задачей, а ночью на нас напали эльфы, были убиты Андр, прикрывавший меня своим щитом, и Кенара. Перед ее смертью Влад взял девушку в жены. Все было как в балладе. Рейд на Ритум тоже правдиво описан.

Арна замолчала, и в зале воцарилось молчание.

— Влад Молния, — командор Сенар покачал головой, — никогда не думал, да я даже представить себе не мог, что один разумный за три года может принести матери-церкви больше пользы, чем весь орден Длани Создателя за десять лет. Один только темный, спровоцированный графом на захват замка Стока, чего стоит.

— Командор, — Арна посмотрела на Сенара, — последнее, о чем думал во время этих дел Влад, — так это о пользе матери-церкви: он думал в первую очередь о своих друзьях.

Молчание.

— Графиня, — Шейк опять вскочил на ноги, — а почему на столько славных дел граф брал с собой вас, а не кого-то другого? Чем другие хуже? Эльфа — это понятно, она повелительница Жизни, а вы? Вы же слабая магиня.

Арна усмехнулась и сняла маску.

— А почему он не брал тинов, магистров по силе и искусству, Шейк, ты не задумывался? Норм, ты узнаешь меня?

— Вы-ы-ы?! — Челюсть гвардейца отвисла.

— Ты ведь знаешь, кто я такая. Представь меня тем присутствующим, которые еще этого не знают.

— Мастер-охотник Арна Черная, — сказал через минуту молчания Норм. Шейк рухнул в кресло. — Это за нею и ее подругами спускалась в погань команда гнева в составе Влада Молнии, Трона Грома, Яга Топора и Глава Медведя. Леди, прошу меня простить, когда я услышал об этом, то на секунду поддался недостойному чувству, простите меня за злую радость.

— Это ты прости меня и моих мертвых подруг, — грустно улыбнулась Арна.

— Арна Черная, — потрясенно прошептал епископ Карит, подбежал к волчице, стал на одно колено и поцеловал ее руку. — Церковь перед вами в неоплатном долгу, графиня.

— Подождите. — Лонир поднялся из-за стола и подошел к Дуняше. — Так вы Евдокия эл Тори, дочь бывшего магистра гильдии охотников, и Влад Молния на самом деле ваш брат?!

Дуняша рассмеялась, кивнула и сняла маску.

— Поразительно! Как романтично! — вступила в разговор моя камер-фрейлина.

Я вновь вынырнул из глаз Эллины.

— Ну, это уже индийское кино, слезы, сопли, я твой брат, а ты моя сестра. Нет, я не твоя сестра, я твой папа, после операции по смене пола. Нет, не так, сестра, скажи мне его имя, скажи мне его имя, сестра! Герцог, какой герцог?! Так чем там все это закончилось?

— Да ничем особенным, все присутствующие бароны, гвардейцы, фрейлины и клирики решили, что им должно быть стыдно находиться рядом с таким героем и не помогать ему в делах. Был образован Совет баронов, в качестве внештатных членов с правом голоса в него вошли клирики и проф. Когда вернешься, сможешь полюбоваться на дело рук своих.

Раздался стук в дверь, парочка вампиров мгновенно оказалась около нее, стук повторился.

— Открой. — Я посмотрел на Ровера.

Вампир тихо отодвинул засов и рванул дверь на себя, в прихожую кубарем влетел мастер Ульф. А незачем было держаться так крепко за ручку. Мы молча смотрели на кряхтящего и с трудом поднимающегося на ноги темного профика. Отряхивая свою одежду, он мрачно посматривал на Ровера и бурчал под нос явно не слова благодарности. Мне это начало надоедать.

— Мастер Ульф, вы чего-то хотели?

— У вас что-то получилось, мастер Слав? — смерив Ровера последним неприязненным взглядом, поинтересовался темный.

— Я сегодня не пробовал, — честно ответил я, — мне как-то было не до этого. — Я обнял прижавшуюся ко мне девушку.

— Жаль, — искренне огорчился темный, — надеюсь, что в ближайшие дни вы все-таки сможете найти время. И еще, мастер Слав, мастер Дариана приглашает вас со спутниками на ужин прямо сейчас.

— Прямо сейчас не получится, но через час мы будем. Всего хорошего, мастер Ульф.

Дверь за темным захлопнулась.

— Наина, снимай свой охотничий костюм и приводи себя в порядок, ванна там, проверка на вшивость начинается, ужин, — я усмехнулся, — до заката еще четыре часа.

— Слав, — Эллина стала стремительно раздеваться, — а чем ты еще недоволен?

— Раньше меня называли «уважаемый Слав», а сейчас «мастер Слав» — прямо как местных темных. Это навевает определенные подозрения. Постой. — Я посмотрел на кучу одежды, вытащенной Эллиной из походного мешка. — Это у тебя мешок путника?

— Я же говорила, — Эллина начала выбирать себе платье и белье, — что ты много новостей не знаешь. Проф изготовил каждому ученику школы Джокер по мешку путника. За два с половиной месяца многое может произойти… — Эллина скрылась в ванной комнате.

— У тебя тоже есть? — Я посмотрел на Ольта.

— Эллина передала, когда мы с ней пересеклись в Диоре. Письма читать будешь?

Дела — я покачал головой и протянул руку. Что мне почтальон доставил на этот раз? Я сел в кресло. Начнем с письма Чейты Первой — я вскрыл печать и развернул пергамент. М-да, и еще раз м-да, Чейта, ты вообще откуда такие слова знаешь? Мало тебя папа в детстве порол? Что, это ты мне, и в таких выражениях? Придется взять твое воспитание в собственные руки. А вот для этого дела у тебя муж вообще-то есть. Почему я полез к друидам и объявил о своей смерти? Нужно было. Ну, извини, что ты плакала несколько ночей. Все мы крепки задним умом, да и так больше поверили разумные в мою смерть. Как же, сама королева убивается по своему сдохшему любовнику — значит, он точно копыта отбросил. Ну, это лирика, я тебя тоже люблю. Рожаешь через три месяца? Буду, куда я денусь, в крайнем случае в виде духа прискачу.

А что мне пишет Керт? Вот семейка извращенцев! Этот гаденыш обещает сделать со мной то же самое, что Чейта, только в альтернативном варианте. Гомосячина в короне! Кто лицо потерял? Ты? А почему? Так, ах ты объявил всеобщую мобилизацию, когда услышал о моей смерти, ряшку друидам хотел начистить?! Керт, ты ненормальный, да половина армии разбежалась бы еще на подходе к Закрытому лесу! Что за королевская семейка! Где степенство, гордость и достоинство? Что ты сделал — с канцлером из-за меня поссорился? Надеюсь, до мечей дело не дошло. Канцлер, ты мужик, ты не побоялся назвать короля слюнявым идиотом и отказался выполнять все распоряжения Керта, связанные с местью. Мало того, ты еще смог продержаться несколько часов, вернее, придержать взбрыки Керта до прибытия во дворец своей группы поддержки в виде папы Мю и Македона, постоянно угрожая молодому королю отставкой. И в заключение стандартное требование: мне нужно прибыть в каком угодно виде на роды Чейты.

Так, посмотрим, что пишет папа Мю. Стандартные матюги пропускаем, надоело уже. А вот это уже интересно. Валит пишет, что прогнал королевскую чету из своего кабинета и теперь пойдет информация, а то при взбешенных их величествах написать что-то дельное трудно. Керт лица не потерял, объявленная им всеобщая мобилизация оказалась Валиту на руку. Мой темный подарок тайной страже короны Декары раскололся полностью, и по всей стране прошли массовые аресты с привлечением гвардии и баронских дружин. Все дороги, все порталы Алых в королевстве были перекрыты. Инквизиция писает кипятком от радости: такого улова не было уже хрен знает сколько лет. Можно сказать, что Декарская ложа Стремящихся во Тьму уничтожена, гроссмейстер и его ближайшее окружение арестованы. Фактически на свободе осталось только несколько мелких сошек. Лепота, люблю я делать гадости темным. А это что такое, опять матюги? Почему я два месяца гулял на свободе в дальнем пограничье, а к Валиту не наведался? Дела стоят, а я бездельничаю?! Да что за дел… Вот это да, Макс передал папе Мю заказ на главу Торговой палаты Крайса от Крия Баросского для мэтра?! Упасть и не встать! Сколько денег? Крий, я тебя, конечно, уважаю, но ты скупердяй! Мог бы и побольше отвалить. Ладно, я и за такую сумму возьмусь. Система — системой, но деньги лишними не бывают, да и нет у меня другого выхода в нынешней ситуации. Или я прикладываю руку к уничтожению всех свидетелей, или прикладывают со смертельным исходом меня. Исполню Дивигора, а только потом начну экономические игры. Глядишь, к Крию в доверие войду, а там будем посмотреть. По моему глубокому убеждению, у пахана Бароса слишком много замков, и никто не убедит меня в обратном.

И последнее письмо — от леди Ловии. Вот сразу видно культурную женщину: ни одного нецензурного слова, только аллегории, эпитеты и сравнения. Даже читать приятно.

— Ольт, послушай один из перлов: «Когда твоя мать тебя рожала, повитуха использовала не обычные акушерские щипцы для трудных родов, а кузнечные клещи, и явно она была пьяна и слепа, иначе трудно объяснить, почему три раза она тебя роняла головой вниз на каменный пол». И тут подобных панегириков скромному мне почти на весь лист.

Леди Ловия, этот образец эпистолярного искусства я сохраню на память и долгими зимними вечерами буду его перечитывать. Что?! С ума сойти, леди Ловия, это вас так принимала повитуха, — какая антиэльфийская коалиция?! Кто подписался? Король Веларии Андр Второй, ну это понятно, король Орхета Орхет Пятый, ну это тоже понятно, Орхет больше охотник, чем король, и отношение к эльфам у него соответствующее. На подходе мой бывший тесть, тоже понимаю. Леди Ловия собирает под свои стяги всех, кому эльфы отдавили любимую мозоль. Великий герцог Кирала? Застрелиться, он же предаст сразу! Неужели Ловия не понимает этого?! Он или от страха хочет войти в коалицию, либо по заданию листоухих! Предаст в любом вариан… Слава богу, а то я подумал, что у леди Ловии начался старческий маразм. Канал для дезы — вполне реально. А что получаем на выходе — вторую конкисту?

— Слав, Ольт, вы готовы? — Выпорхнувшая из ванной комнаты Эллина была великолепна. — Почему вы еще не переоделись?

Одета в нечто воздушное и полупрозрачное, прическа — супер, со вкусом подобранная бижутерия, туфельки, макияж. Фея, а не девушка.

— Ты остаешься, — я посмотрел на Рикта, — остальные с нами. Наина, — я повернулся к фее, — местные уже привыкли видеть меня только в стальном костюме готического кроя, и кольчуга на Ольте вполне приличная. Бой.

— Бой, Слав. — Эллина положила свою руку мне на наруч.

Тесной компанией мы вышли из моих апартаментов и отправились хорошо мне знакомой дорогой в гости к Дарочке. Интересно, что она приготовила на этот раз? Эллина и Ольт предупреждены о высоком качестве еды и напитков, клыкастики вообще ничего употреблять не будут. Посмотрим, а вообще, Дарочка, ты даже не представляешь себе, кого в гости позвала.

— Слав, ты помнишь нашу первую встречу и ужин в ресторации? Помнишь, как я хотела затащить тебя в постель, чтобы поработать с защитой твоего сознания, когда ты испытываешь эмоции?

— Помню, — улыбнулся я, — после этой встречи у меня был дикий дискомфорт в штанах.

— Я буду работать по этой же схеме, а ты мне подыгрывай, когда я дам сигнал — начинай задавать ей интересующие тебя вопросы, а я буду отслеживать реакцию темной.

— Наина, не заиграйся, Дара умна, коварна и безжалостна. Не забывай, что она повелительница Крови и, скорее всего, мастер Разума. Было время у этой многосотлетней девушки стать многостаночницей.

— Пф-ф, — фыркнула Эллина, — ты сам говоришь, что главное — это опыт. Где она здесь его могла получить? А я за время работы у Тихого поработала с сознанием более двадцати тысяч раз, если брать общее число. Из них примерно две тысячи незаметно для клиента и пятьсот — при его активном сопротивлении. Да и в твоем графстве проверила две тысячи воинов, дворян и слуг, да и сотню парней Зетра.

— Наина, — я остановился и посмотрел в ее глаза, — ты плохо поняла, что я сказал?

— Слав, давай ты будешь заниматься своим делом, а я своим. Не беспокойся за меня, я буду осторожна. Я не хочу расстраивать тебя и Четвертого своей смертью.

— Договорились. Кстати, Ольт, после ужина, когда мы вернемся в мои апартаменты, не забудь рассказать мне подробности своего путешествия. Все, мы пришли.

Я постучался и галантно распахнул перед Эллиной незапертую дверь. В сопровождении двух клыкастиков фея впорхнула внутрь, следом мы с Ольтом, и замыкал делегацию Ровер. Так, это прихожая, а вот и гостиная. Да, Дарочка подготовилась к нашему визиту. Легким движением руки она указала на три кресла, ну-ну.

— Риджен, как дела, кровью напоить не пытались? — послал я зов вампиру.

— Нет, Влад, — мысленно усмехнулся клыкастик, — она меня демонстративно не замечает. Думает, что мне есть до этого хоть какое-то дело. Чтобы я обращал внимание на отношение ко мне низшего существа!

— Не зарывайся, я тоже низшее существо.

— А ты не наговаривай на себя, ты — вампир, ты мой родич. Скажешь тоже, низшее существо!

— Слав, представьте меня своей свите. — Дариана скользнула глазами по Ольту и уставилась на Эллину.

Сколько бы женщине лет ни исполнилось, если она считает себя первой красавицей в городе, то соперница на столь громкое звание не может не вызвать у нее интереса и еще неких чувств, мало связанных с дружелюбием.

— Моя подруга Наина эл Тасо, мой подручный мастер Ольт. Мой партнер, мастер Дариана. Дарочка, годится такое представление друг другу, или мне нужно соблюсти все формальности этикета?

— Не будь занудой, Слав, — отмахнулась темная, — этого вполне достаточно. Только у меня к тебе сразу возник вопрос. Ведь твою подругу зовут не Наина эл Тасо, а кто-то там эл Тасо. Не объяснишь мне это недоразумение, партнер?

— Охотно, — улыбнулся я, — все дело в том, что Наина недавно вышла замуж, но домашняя идиллия медового месяца ее не прельстила. Соскучилась она по мне и при первой же возможности рассталась с мужем и отправилась на мои поиски. Пересеклась с Ольтом, который выполнял мое поручение, нашла меня и оказалась здесь. Дара, ты сама понимаешь, что честь замужней женщины штука хрупкая, если расколется на кусочки, то трудно ее будет склеить. Зачем местным, и особенно гостям, знать ее настоящее имя?

— Слав, — покачала головой Дара, — неужели тебе не хватает незамужних? А вы, милочка, чем думали, когда мужа бросали в разгар медового месяца, неужели не могли выждать некоторое время?

— Слав, я приступаю к работе, подыгрывай мне время от времени, — послала мне зов Эллина.

Началось. Дарочка, а ты зря назвала Эллину милочкой, да еще с едва скрытой усмешкой, очень зря. Глупость, когда осужденный ясно выказывает свое намерение оскорбить палача. Эта милочка уже начала твое потрошение и проводить его будет с ба-альшим удовольствием. Я не только не хотел оскорблять Эллину отказом от ее помощи, я дико задыхаюсь без информации, а она мне ее может предоставить. Как говорится, два зайца одним ударом. А уж об ее безопасности я позабочусь. Как мило щебечет Эллина, рассказывая о своей нелегкой судьбе, — и ведь ни одного слова неправды! Рассказывает, как мы с ней повстречались в дальнем пограничье и я спас ей жизнь. Правильно, личную жизнь повелительницы Разума я спас. Как я стал ее другом. Тоже верно, а пусть Дара понимает это слово в меру своей испорченности.

— Влад, я почти прошла первый общий контур защиты, — послала мне зов Эллина. — Второй контур у нее защищает эмоции, а третий — мысли. Ты был прав. Опасная сука, дальше первого контура я не пойду, может заметить. Приготовься задавать вопросы.

Да вопросы у меня уже давно готовы, начну с начала, а потом постепенно дойду до сегодняшнего дня. Боже мой, как жалостливо Эллина рассказывает о том, что муж-садист почти каждый день ее избивает! А чего ж ты хотела? Решила овладеть сталью, решила лет через пять стать мастером абсолютного боя — так терпи. Четвертый и так тебя жалеет. Где это видано, чтобы после тренировки на теле полной неумехи была всего лишь пара синяков?! Вот это Эллина выдала, что если бы не я, то она возненавидела бы всех мужчин. Тоже почти верно — я помню, какая ты была после смерти Лита. А эта тема вызвала живой интерес у Дары. Так темная еще и феминистка!

— Работай, я прошла первый контур, дави на эмоции, чтобы они хоть на мгновение вышли за пределы защиты, — напомнила зовом мне мои же обязанности Эллина.

— Дарочка, — перебил я Эллину, — надеюсь, ты не забыла, как драконы уничтожили группу потенциальных предателей, посланных тобой за посохом мертвых. Подробности желаешь мне рассказать? Вдруг их сообщники или сообщник остался или остались в Красных пещерах и покушение на тебя и меня — его или их рук дело?

— Не думаю, Слав. — Темная посмотрела на меня.

— А ты подумай, хорошо подумай и вспомни слова, которые я сказал тебе утром, партнер.

— Слав, не лезь не в свое дело, — раздраженно заметила Дара.

— Моя шкура — это всегда мое дело, — отрезал я, — но если тебе эта тема неприятна, так закроем ее, и я никогда больше поднимать ее не буду. Но и вести себя с тобой буду соответствующим образом. Развела тут секреты на ровном месте!

— В сторону, Влад, не доводи ее до срыва, я работаю, — раздался в моей голове голос Эллины.

— Да мужчины все такие толстокожие и грубые, — доверительно сообщила Эллина Даре самую страшную тайну на свете. — Если бы женщины не владели магией, то они бы нас вообще за разумных не считали! Ноги бы о нас вытирали!

Эта тема также нашла отклик и понимание в сердце темной. И начался вечный женский треп на тему магии и мужиков-козлов. Сюда бы еще и Вику для полного комплекта. Мне стало грустно: как она там без меня? Хоть краем глаза ее увидеть. А ведь между Дарой и Эллиной идет взаимное прощупывание, только Дарочка играет не в той лиге, что Эллина, не тот у нее уровень. Вот опять темная решила прощупать мою подругу — мол, я же вижу, что ты тоже магиня, но точно определить уровень не могу. Слав на тебя повесил это плетение? Эллина согласилась по обоим пунктам обвинения, но добавила, что в Логирском университете она проучилась всего три месяца, а потом покинула его стены: там ведь так скучно. Другое дело пиры, балы, приемы, охота и прочие придворные пати. Я мысленно хохотал: историю Эллины я знал назубок. Родилась в бедной дворянской семье, ни титула, ни земель, ничего, кроме дочки редкостной красоты, ее родители не имели. Отец был госслужащим, а мать домохозяйкой, и однажды ей в голову пришел гениальный план: нужно вывести дочку в свет и выдать ее замуж как минимум за графа или его наследника. И вот когда Эллине стукнуло пятнадцать лет, мать этот план осуществила. Отец назанимал денег у всех своих знакомых, и Эллина отправилась покорять Кандор, столицу Веларии. Поначалу юной провинциалке все нравилось, блеск двора затмил ее разум, а пообтесавшись, через пару месяцев она вообще стала светской львицей. Балы, приемы, куча поклонников, Эллина развлекалась по полной программе, благо вопрос денег на новые платья или украшения уже не стоял. Как мне давно призналась, ничуть не смущаясь этого, Эллина, она за полгода сменила около двадцати любовников, и каждый дарил ей маленький презент, который скоро оказывался в гномьем ломбарде. Я до сих пор не могу привыкнуть к вольности нравов, царящих на Арланде.

— Влад, работай.

— Дарочка, — влез я в женский треп, — ритуал продления жизни был изобретен одним умником после Смуты, а здесь большинство долгожители, включая тебя. Как вы узнали об этом ритуале, если были отрезаны от остального мира? Как многие обитатели Красных пещер вообще смогли дожить до изобретения этого ритуала, если допустить невероятную возможность, что сразу после его изобретения обитатели Красных пещер узнали о нем?

— Слав, — Дара мило улыбнулась, — ты опять намекаешь на мой возраст. Когда ты поймешь, что задавать женщине подобные вопросы неприлично?

— Разве? Просто я хочу узнать, как ты смогла так хорошо сохраниться.

— Влад, назад, она в бешенстве.

Эллина продолжила треп о шмотках и светских развлечениях. Толк в них она понимает. Так вот, через полгода маменька намекнула дочке — мол, оторвалась на всю катушку, теперь замуж пора. Эллина согласилась и стала подыскивать себе мужа. А вот тут ее ждала засада. Поразвлечься с юной красоткой желающих было море, а взять замуж бесприданницу — извини и подвинься. Эллина столкнулась с суровой прозой жизни. Граф лучше женится на дурнушке с приданым и начнет после свадьбы кобелировать с красотками, чем возьмет замуж нищую прелесть. Прошел год, мужа девчонка так и не подцепила, придворная жизнь стала уже надоедать. К концу второго года развлечений при словах «бал», «прием», «охота» и так далее Эллину уже начинало тошнить. Развлекалась она, стиснув зубы и судорожно подыскивая себе мужа, и вот однажды ей повезло. Подружка на балу познакомила ее с холостым маркизом в возрасте, по его просьбе, и он сразу предложил Эллине поехать к нему домой. Дальше последовала стандартная процедура, Эллина так думала. Ужин при свечах, отдельный кабинет, маркиз вышел на пару минут, как он сказал, наверняка принимать возбуждающее зелье, так решила девушка, Эллина расшнуровала лиф платья, спустила его с плеч и с тоской ожидала привычного продолжения. Вошедший в кабинет маркиз малость удивился и произнес вежливую речь, суть которой, если отбросить словесную шелуху, состояла в том, что ему нравятся женщины постарше и попышнее, поэтому Эллина должна спрятать два своих прыщика обратно в платье. Что делать, если фигура Эллины полностью оформилась годам к двадцати двум? Маркиз добавил, что не для этого приглашал ее к себе, а для проведения ритуала на предмет наличия силы. Мол, он что-то временами в ней чувствует, но так как девушка не занималась развитием силы и тренировкой контроля над ней, то ничего конкретного сказать не может. Пусть Эллина не беспокоится, денег за ритуал он с нее не возьмет, потому что если он прав, то юная дворянка является потенциальной повелительницой. Маркиз оказался опытнейшим магом, заведующим кафедрой стихийной магии Логирского университета и сделал с девушкой то же самое, что и проф со мной. Протестировал способности Эллины — и потом долго довольно потирал руки: мол, есть еще порох в пороховницах, мастерство не пропьешь и так далее.

— Влад, работай.

— Дарочка, — вклинился я в разговор, — смысла предстоящего ритуала ты мне объяснить не хочешь, но, может, скажешь, что я должен сделать после него, партнер?

— Всему свое время, партнер.

— Я очень сомневаюсь в том, что я твой партнер, Дара, а не бумажка для посещения туалета. Многие так считали и сами оказались слитыми в унитаз. Имей это в виду.

— Влад, осади, не доводи ее так сильно!

Эллина перехватила разговор, и теперь беседа пошла о шмотках. О том, кто с кем из известных высокородных перепихнулся и наставил рога супругу. Так вот, Эллина долго не могла поверить, что она может владеть землей, водой и общей магией на уровне повелительницы. Когда маркиз объяснил Эллине и ее матери перспективы девушки и ее возможную зарплату, мать стала ярой сторонницей магов вообще и обучения дочки в частности. Тем более что маркиз обещал выбить кредит на обучение, который юная повелительница сможет отдать через пару лет после выпускных экзаменов. Так в Логирском университете на первом курсе, где всем студентам преподавали общие дисциплины без разделения по специализации, появилась новая студентка. Но счастье было недолгим. Слишком Эллина уже тогда была красива, причем благородные и высокородные поклонники пытались заинтересовать девчонку светскими мероприятиями. Однажды Эллина не выдержала и назначила свидание двум самым благородным и самым настойчивым придуркам в одном и том же месте, в одно и то же время.

Поединок между ухажерами без секундантов, так случившееся обозвали официально потом, скандал — ведь родители у них были о-го-го, — ругань маркиза на то, что Эллина совсем с головой не дружит, и в заключение — рекомендательное письмо от маркиза своему другу из Ринийского университета. Той же ночью Эллина покинула Логир. Слова маркиза о голове девушки предопределили выбор ею своей специализации. Через восемь лет на выпускном балу к Эллине подошел невысокий жилистый мужчина, представился и предложил ей поработать его секретаршей. Условия работы по специальности: рейнджером девушка не станет ни при каких обстоятельствах. Хватит с Йерка Тихого недавно погибшего в лесах рейнджера-магистра Разума. Эллина поинтересовалась условиями оплаты, мангуст протянул ей контракт и попросил сначала подумать, а только потом отказываться. Он все понимает, глушь, никаких развлечений для молодой красавицы, но больше платить он не может. Если же она откажется, то он предложит работу второму и последнему разумнику выпуска этого года, бывшему парню Эллины. Девушка покраснела от гнева и потребовала от мангуста принести ей извинения — ведь он только что назвал ее дурой! Потому что только полная дура откажется от таких денег, а эти развлечения она видала в одном месте. Через год Эллина вернула кредит за обучение, через два года ее родители купили себе отличное поместье, а еще через три года дверь гильдейского дома рейнджеров открыл ногой наглый я.

— Влад, постарайся пробить ее на сильные эмоции, я, кажется, нащупала лазейку во втором защитном контуре.

— Дарочка, а где королевская кровь для ритуала? По моим наблюдениям, ее еще здесь нет.

— Сегодня вечером доставит наш друг из Каросы, — успокоила меня Дара. — Раньше доставлять не было смысла — могли произойти необратимые изменения в психике жертвы, а нам она нужна в полном сознании и разуме.

— Друг, — я мерзко осклабился, — такой же самый, как мастер Хоринер, или как великий мастер Нарвион? Дарочка, как ты вообще можешь делить постель с этой мумией?

— Ты забываешься, Слав, — процедила темная.

Молчание, глаза в глаза.

— Прости, Дара, — я отвел взгляд, — я нервничаю, когда меня пытаются убить, а еще сильнее нервничаю, когда не знаю, откуда мне ждать удара. Мир? — Я протянул руку темной.

— Мир. — Немного поколебавшись, Дара протянула свою и вдруг немного напряглась.

— Влад, она что-то почувствовала — видно, я была неосторожна!

— Убить ее?

— Если у меня не получится трюк, то да, а сейчас подыграй мне.

Эллина потянулась к кубку с вином промочить пересохшее от болтовни горло, неловкое движение — и о, какой кошмар! Емкость опрокинулась, и рубиновая жидкость выплеснулась на светлое платье Эллины.

— Создатель! — прошептала непослушными дрожащими губами Эллина. — Это же шелк из султаната Накри. Это платье у меня единственное… — Прелестные глаза девушки стали стремительно заполнятся слезами.

— Дара, ты бытовой магией воды владеешь?

— Нет, Слав. — Темная с плохо скрываемым злорадством смотрела на ту, которая столько времени опускала ее мордой в грязь, даже не замечая этого, — это Дара так думает.

— Я тоже, Наина, быстро иди в ванную комнату и замочи в холодной воде. Дара, где у тебя ванна?

— Лус проводит. — Дара щелкнула пальцами — и через пару секунд в гостиной нарисовался живой слуга.

Эллину как будто ветром вынесло из кресла, и через мгновение девушка и темный скрылись в глубине апартаментов Дары.

— Слав, — проговорила Дара, — скажи мне, зачем тебе эта глупая корова? Она же тупа как осенний дуб! В ее пустой голове есть место только для развлечений и одежды. Неужели ты не можешь завести себе любовницу хоть с малейшими признаками ума? О чем с ней можно поговорить? Может быть, еще о погоде или кто кого соблазнил на последнем балу?

— Вообще-то я с ней не разговариваю, а занимаюсь другими вещами, Дара. Зачем мне с ней разговаривать, когда она предназначена совершенно для другого процесса? И не ум красит женщину, а его полное отсутствие. Она потрясающе красива, если ты это заметила, была бы еще и умной — так это уже перебор. Мне красавица и умница не нужна, так легче жить. Пусть будет просто красавицей. А вот и она. Настроение хорошее, видно, платье удалось спасти. Видишь, как мало ей нужно для счастья?

В коридоре вновь раздался громкий смех, и народу явилась, явилась, явилась… Короче, к столу приближалась мечта озабоченного подростка и не только его. Только вампиры остались равнодушными: не признают эти расисты самок других рас за женщин. В глазах Ольта горел восторг, а вот во взгляде Дарочки на секунду мелькнула дикая ненависть. За Эллиной как привязанный следовал Лус, и, судя по его остекленевшим глазам, он явно не понимал, где находится. Да что говорить, даже меня слегка пробрало — давно я не видел женщин, обряженных в это. Я взглянул на вампира: Ровер тут же быстро снял с себя сбрую с оружием, мгновение — и клыкастик закутал девушку в свой кожаный камзол. Эллина подвинула свое кресло к моему, села, положила голову мне на наплечник, а изящную кисть на латную перчатку.

— Слав, я успела спасти платье, сейчас оно отмокает, а через пять минут можно вынимать его из воды, а ты мне купишь еще одно?

— Конечно, прелесть ты моя.

— Ты такой добрый, что бы я без тебя делала?! Дариана, — Эллина повернула голову к темной, — вы так смотрели на мое белье, что можно подумать об отсутствии подобного у вас. Что, правда нет?! Бедненькая вы, как же вы живете в этом захолустье? Ни развлечений, ни модных платьев и белья, трубадуров и то здесь нет, нормальная женщина больше недели тут не выдержит. Я вам так сочувствую. Вот недавно на тезоименитстве султана Рашида был турнир менестрелей. Ах, как они пели о любви, я прямо плакала. Жаль, милочка, что вы всего этого лишены и вряд ли когда-нибудь заживете нормальной жизнью.

— Влад, почему ты ничего не делаешь? Надо довести ее до бешенства, чтобы она забыла о своих неясных ощущениях, помогай мне.

Да, одновременно болтать и посылать зов Эллина умеет без всякого раздвоения сознания. Разумница, что с нее взять? А что касается остального, так мне можно спокойно умирать. Свою основную миссию на Арланде я выполнил. Больше ничего подобного, больше ничего глобального уже я сделать не смогу. Выше головы не прыгнешь. Да, много произошло за время моих двухмесячных каникул в графстве. Эллина, когда шла ко мне, выглядела потрясающе. Изящные туфельки на каблуке, тончайшие черные чулочки, закрепленные подвязками, которые были усыпаны брюликами. Черные кружевные стринги, полуоткрытый черный бюстгальтер, поддерживающий грудь третьего размера и едва закрывающий соски. Все, точно, теперь можно умирать — ведь наверняка у Эллины не эксклюзив. Я так понимаю, что скоро все кошки и фрейлины, а также ученицы школы Джокер тоже наденут нечто подобное. Спасибо Юлге и моему трепу.

— Влад, — опять Эллина решила поболтать со мной зовом, не переставая с придыханием сочувствовать ставшей невозмутимой Дариане, — Дара может не поверить, что мне доставляет наслаждение, а тебе удовольствие ласкать мою руку латной перчаткой.

— Извини, задумался. — Я медленно расстегнул ремень перчатки и избавился от нее.

— Вот так лучше: от твоего демонстративного безразличия к ней, от моего белья и выражений сочувствия к занюханной провинциалке она медленно, но верно закипает.

— Точно? — Я погладил волосы Эллины. — По внешнему виду этого не скажешь.

— Даже если бы я не чувствовала ее эмоций, то все равно была бы права. По себе знаю, сама через нечто подобное прошла, только меня травили почти всей женской частью двора. Завидовали моей красоте и отыгрывались на одежде и манерах провинциалки. Потом перестали, когда я приобрела лоск и в отместку стала отбивать у стерв кавалеров. Заканчиваем, дело сделано. Ни о чем, кроме ненависти ко мне, она думать не может. Завтра Дара меня отравит медленнодействующим ядом, от которого нет противоядия, она думает об этом совершенно открыто — вот сука!

— Дарочка, нам пора. Благодарю за вкусный ужин. А на ритуале можно присутствовать? Ты там будешь?

— Буду. Если хочешь посмотреть, так приходи, Слав, — голосом, полностью лишенным эмоций, ответила Дара. — Но только ты — твоей свите там не место. А почему твой подручный все время молчал? Он немой?

— Он очень застенчив. Ольт, забери платье Наины. До встречи утром, партнер.

— Слав, — Эллина со стоном легла на кровать, — скоро я усну, вымоталась до невозможности. Через часок разбуди меня, я буду в относительном порядке. Давно я так не выкладывалась, вернее, никогда. Спать будем вместе — если будут задавать вопросы, сможем ответить честно. Какую мне ночную рубашку надеть — белую или зеленую?

— Мне фиолетово.

— Значит, красную. Слушай вытяжку того, что я узнала. Не перебивай меня, я держусь из последних сил. Дара хочет тебя убить, как и ты ее, после того как ты выполнишь ее поручение. Так что ваше желание взаимное. Твое задание состоит в том, чтобы исполнить после ритуала великого мастера Нарвиона. Та группа, уничтоженная драконами, была вернейшими и сильнейшими сторонниками великого мастера. Дара их просто подставила. Она сама хочет стать главной в Красных пещерах и уже собрала под свое знамя достаточно серьезные силы, но сторонников и у Нарвиона много, а еще больше нейтралов. В союзе с Дарой выступает гроссмейстер темной ложи Каросы. Ему надоела одиозная личность великого мастера, да и местечко здесь удобное. Он тоже прибудет сегодня вечером, Дара его с нетерпением ждет. Кто на нее и тебя покушался, она не знает, но уверена, что это одна и та же личность. Ритуал продления жизни был придуман здесь. Сообщение с Каросой ведется не четыре с чем-то сотни лет, а гораздо дольше. Нарвион специально отправил своего подручного на большую землю. Рассчитывал на всеобщий хаос и резню. Церковь угадала, этот ритуал — искушение Проклятого. Подробности позже, я сильно устала.

Я наклонился и поцеловал лоб Эллины: что бы я без тебя делал? Пасьянс начинает складываться. Какое у тебя измученное лицо, девочка. А ведь тебе еще и страшно, очень страшно, но ты всеми силами стараешься этого не показать. Зря, я все прекрасно понимаю. Ты ни разу не была в погани и не представляла себе, что это такое — находиться в окружении темных и тварей. Для тебя раньше это было увлекательной игрой, и только здесь ты осознала, печенкой прочувствовала ситуацию полностью.

— Помоги ей переодеться, — я посмотрел на Ровера, — а я сейчас прогуляюсь с Ольтом по Красным пещерам вместе с ними, — я указал на Ролана и Рикта. — Пошли, ученик, по дороге мне расскажешь о своем путешествии из Петербурга в Москву, то есть из Каросы в Литию. Да и на прибывающих темных из Каросы стоит посмотреть.

На посадку заходили два десятка грифонов. В Каросе полный бардак с учетом этих зверушек, а скорее всего, кто-то из руководства авиабазы серьезно замазан чернотой, и наверняка не он один. Надо леди Ловии сообщить про дела в королевстве ее племянника.

— Драконов они совсем не опасаются? — поинтересовался я у стоящего рядом Хоринера.

— Нет, наши друзья из Торговой палаты Крайса попросили магов из Золотой десятки ордена Заката найти безопасный маршрут и нужное время вылета.

Ясненько, опять это долбаное заклинание прозрение Творца, вот твари! Колар, ты был прав тысячу раз, когда мочканул закатную шишку. Восемь магов из Золотой десятки, восемь из десяти самых опытных и сильных боевых магов ордена Заката. Это ж сколько бабла Дивигор потратил на обеспечение собственной безопасности?! Богатенький буратино, я раскручу твоего преемника на пять сольдо. Узнает он, что такое поле чудес и приз в студию с занесением в грудную клетку. Опаньки, из громадных мешков, притороченных под брюхами грифонов, спрыгнувшие со зверей всадники стали выволакивать разумных. Раз, два, три… короче, четыре с половиной десятка разумных. Мужчины, женщины и дети. Ни одного разумного в возрасте. В основном человечки, но есть и пара гномов.

— Долгих лет, мастер Хоринер. — К нам, вернее, к темному подошел вальяжный мужчина. — Я привез обещанное.

— И вам долгих лет, гроссмейстер Матиан, я рад нашей встрече. Вы и ваша свита не желаете отдохнуть после полета? Покои для вас уже приготовлены, еда и напитки тоже.

— С превеликим удовольствием, мастер Хоринер, только сначала мы отведем мясо в загон.

Темные раскланялись друг с другом, гроссмейстер мазнул по мне взглядом и стал давать ценные указания своим подчиненным. Среди мяса магов нет, ни одного обруча противодействия я не вижу. Но может быть, у местных в загоне есть? К черту, о чем я сейчас думаю, рассчитывать внутри Красных пещер нужно только на себя и свою свиту. Мясо, подгоняемое бичами боли,[27] обреченно направилось к воротам. Совсем маленьких детей взрослые держали на руках. Трана, спасибо тебе, я полностью равнодушен, смогу им помочь — так помогу, нет — не судьба. Ради вас бессмысленно погибать и подводить под жертвенный нож свою свиту я не намерен. А хорошее пополнение прибыло к Даре, это же элита темной ложи Каросы, и наверняка после ритуала она встанет под знамена Дарочки. Умная девочка эта темная. Я убиваю местного босса, она — меня, и все концы в воду: это пришлый во всем виноват, а не я. Потом следуют всеобщие демократические выборы с применением магии, тварей и стали, и да здравствует великий мастер Дариана. Но на каждую хитрую задн… СТОП! Как же я сразу его не узнал!!! Хотя немудрено: все лицо проходящего мимо меня парня представляет собой один сплошной багровый синяк, и двигается он скособоченно. Здравствуй, принц Шатор Литийский, давно не виделись. Хорошо, что на мне салад с опущенным нижним забралом. Как же тебя взяли?!

Глава 11 Планы опять меняются

— Планы опять меняются, — сказал я, вернувшись в свои апартаменты и поставив полог молчания. — Королевская кровь — это принц Шатор Литийский. Будь это кто-то другой, вернее, незнакомый мне организм, я бы и палец о палец не ударил, но я его знаю. Отличный парень, и, что важнее всего, я близко знаком с его прабабушкой, вдовствующей королевой Ловией Литийской. Непонятного мне ритуала не будет. Карту Красных пещер на стол.

Проснувшаяся при моем вторжении в комнату Эллина пожала плечами и стала одеваться, Ольт одобрительно кивнул. Все-таки он много лет жил в Белгоре и принял все обычаи и правила охотников, да и тварями вместе с темными его трудно испугать. Любого жителя Белгора сложно испугать различного рода отрыжками Проклятого.

— Смотрите все сюда, — я склонился над картой, — единственное место, куда мне вход был запрещен, — это западный сектор, нижний уровень. Там наверняка находится склад мяса и кладка драконы. Все остальные тупики и закоулки я облазил. Ударный отряд: Эллина, Ольт и вы, — я некультурно ткнул пальцем в Риджена, Ровера, Ролана и Рикта. — Утром к вам присоединится еще один родич. Дара сказала, что моя свита не должна присутствовать на ритуале, а я люблю цепляться к словам.

— Слав, но ведь ты специально держишь родича около темной, чтобы в любой момент по твоему сигналу он ее убил!

— Наина, я же сказал, что планы меняются, я сам ее исполню, мне же нужно проверить сверло? План акции такой: ждем начала ритуала, я нахожусь среди зрителей. Хоринеру понадобится как минимум пара часов, чтобы нарисовать нужную геометрическую фигуру. Насколько я знаю правила вызова демона, из библиотеки гильдии охотников никто ему помогать не должен и не будет, и только по завершении графики в зал будет доставлено мясо.

— Слав, не два часа, — заметил Ольт, — больше, я тоже в этом деле немного понимаю, профессия такая. Сродни демонологии. Я и сам мог демонологом стать.

— Хорошо, но рассчитывать нужно на два часа. Мы должны уложиться в эту вилку времени. Вы все под иллюзией находите склад мяса и кладку. Без шума и пыли снимаете охрану и сразу шлете мне зов. Наверняка там есть система сигнализации. Пинками поднимаете крепкое мясо и принца — пусть они хватают кладку Траны и несут на своем горбу к выходу. Ваши руки должны быть свободны. В это время я устраиваю небольшой кавардак в зале жертвоприношений. Отвлекаю всех или почти всех на себя. Клыкастики обеспечивают защиту прорывающегося отряда от магов и колдунов. Ольт, пользуйся посохом мертвых направо и налево, перехватывай управление над тварями, особенно над духами, и натравливай их на собственных хозяев. Наина — последний рубеж обороны. Сейчас вы, — я посмотрел на вампиров, — как местные долгожители, разработаете маршруты проникновения в западный сектор и несколько путей отхода. Ваши вторые фальшионы дайте мне, я их тоже напою холодом. Не возражать, — я вынул мешок путника из-под кровати и достал из него пять бастардов, — не время сейчас экономить. Я же не зря ограбил оружейную комнату замка? Вот эликсиры жизни, иноин и розовый туман, разбирайте все и набивайте напоясные сумки. Вас это тоже касается, Ольт и Наина, чего стоим? Противоядие никому не нужно, избавиться от него: зомби здесь нет.

— Слав, а у тебя что-то в мешке путника осталось? — поинтересовалась Эллина.

— Ничего, кроме двадцати флаконов с противоядием, бахтерца, лука с четырьмя колчанами стрел и алебарды, — сознался я.

— Ты будешь шуметь и отвлекать от нас внимание, ты погибнешь, Слав, — печально заметила девушка.

— Не факт, Наина: я не собираюсь вступать с ними в открытый бой. У меня есть четырнадцать полностью заряженных слез Тайи, а тут присутствует очень симпатичный деревянный стол. Кроме того, я быстро бегаю, а если мои преследователи наткнутся на ловушку, так это их проблема. Нужно знать привычки охотников. Кстати, Наина, не вздумай надевать на себя ничего, кроме короткой кольчуги и открытого шлема, а из оружия только кинжал. Тебе тоже придется быстро бегать. Чего стоим? За работу! — Я сжал амулет общей связи: — Трана, есть разговор. Если коротко, то к утру вы должны быть около ворот Красных пещер. Мою свиту ты знаешь, она попытается прорваться с твоей кладкой и жертвенным мясом, и когда они выбегут из ворот, их безопасность возлагается на вас. Больше никто не должен покинуть пещер — ни живой, ни мертвый.

— А ты, охотник?

— Я постараюсь, до встречи, красавица. Забыл, Пушка нашла?

— Да, он устроил бойню тварям в одной маленькой долине. Сначала приманивал их обычным конем, Чернышом, а когда создания Проклятого, устремляясь за свежим мясом и кровью, попадали в долину, Пушок перекрывал выход и начинал всех второй раз убивать. Он скучает по тебе и таким образом пытается помочь. Он ждет тебя, и я жду тебя, охотник.

Я прервал связь. Ну почему все меня заранее хоронят?

Я меланхолично наносил руны на последний кусок древесины. Вот и все, на большее у меня не хватит энергии, а Эллина не умеет заряжать охотничьи ловушки, и нет времени ее этому научить. Вот гадство! Одна и та же слеза Тайи может восстановить полностью мой запас и разрядиться при этом либо восстановить запас силы повелительницы, то есть в три раза больше, чем у меня. Какая была бы экономия, или сколько бы я наделал ловушек, будь я архимагом!

— Когда заряжать будешь? — Рядом со мной на кровать присела Эллина.

— Перед самым выходом. Наина, что-то мне не по себе. Подожди вставлять слова утешения и ободрения. Это не связано со страхом смерти. Что-то цапнуло мой глаз или слух, а я не могу понять что. Но это что-то важное.

— И я тебе не могу помочь, если ты сам не понимаешь и не знаешь, что это такое.

— Вот в этом вся и проблема. Ладно, пройдусь-ка я еще раз по коридорам и свежим воздухом на улице попробую подышать. Один подышать, — остановил я дернувшихся клыкастиков. — Родича предупредите о нашем плане. Ольт, у тебя пять слез полностью заряжены?

— Да.

— Наина?

— Три слезы, последние, что были в графской казне, заряжены полностью.

— Случись что, так должно хватить даже для длительного боя, я пошел.

И что все это значит? Я стоял перед входом в Красные пещеры, дышал свежим воздухом, любовался светом Сестер и не видел никого из гостей! Мало того, я не наблюдал никаких признаков лагеря.

— Мастер Ульф, — позвал я суетившегося неподалеку темного профика, деловито объяснявшего что-то десятку рыцарей тьмы, — вы можете подсказать мне, куда делись гости? Неужели отправились восвояси?

— Что вы, мастер Слав, — замахал руками темный, — дело все в том, что час назад дикие твари совершили нападение на лагерь гостей, потерь среди них нет, но ради безопасности прибывших великий мастер Нарвион предложил гостям гостевые апартаменты в восточном крыле.

— Благодарю вас, мастер Ульф, — кобчик у меня начал сильно зудеть, — встретимся на ритуале.

Вот это да, я чуть ли не бегом отправился на свою базу. Вот это номер! Ничего не добавить и не отнять. Как хорошо, что темные, как и святоши, не могут приносить клятвы на крови! Вернее, могут, но толку от нее хрен целых ноль десятых. Они дают обет служения, приносят клятву верности гораздо более высоко стоящему существу, чем обычный смертный. А клятва высокого уровня поглощает клятву низшего уровня. Темные прежде всего служат Проклятому, а только потом различного рода гроссмейстерам или великим мастерам. С клириками такая же ситуация в зеркальном отображении, иначе не было бы у Наместника Создателя столько проблем.

Я с силой заколотил в запертую дверь, оттолкнул Ролана, открывшего ее, и ворвался в комнату.

— Закрыть дверь, все сюда. — Я опять поставил полог молчания: береженого Бог бережет. — Планы снова изменились. Излагаю факты. Дару, которая должна была проводить ритуал, пытались убить, меня, как возможного союзника Нарвиона и помощника в деле контроля кракена, тоже пытались убить. Святоши прибыли сюда до начала ритуала. Час назад на лагерь торговцев, закатников и клириков напали дикие твари. Гости отделались легким испугом и переселились в Красные пещеры. Господа, леди, все это говорит о том, что у нас здесь есть невольный союзник, которому тоже не нравится предстоящее действо, и он намерен всеми силами ему помешать. Что скажете?

Молчание.

— Как-то это неубедительно, Слав, — пожала плечами Эллина. — Мало ли какие могут быть совпадения. Союзник среди темных, а только темный мог это все организовать, — это мираж. Не стоит строить замки на песке, ты сам так говоришь.

— Все так думают? — поинтересовался я. — Вижу, что все. А все-таки невольный союзник у нас есть. Он устроит представление в час Волка, перед самым рассветом. Он стандартен, он доказал это, когда попытался убить меня. А теперь я приведу свой самый главный аргумент. Мое предчувствие неприятностей, предчувствие охотника.

— Вот с этого надо было и начинать, — проворчал Ольт и взял наперевес свой невидимый посох мертвых.

— Сразу не мог сказать?! — возмутилась Эллина и стала лихорадочно проверять содержимое напоясной сумки.

Вампиры просто проверили, как выходят мечи из ножен.

— Свяжись с родичем, — сказал я Роверу, — пусть не отходит от Дары ни на шаг, в бой вступает только в крайнем случае. Пусть ждет моего сигнала, Дара пока нужна мне живой. Корректировка плана такая. Когда все начнется, я двигаюсь в направлении западного сектора чуть впереди вас параллельными коридорами. Если кого-то замечаю, если кто-то попытается меня убить, значит, он мятежник, и я его отвлекаю в боковой проход. Легенда такая: я иду на помощь Даре, и я действительно хочу ей помочь, с ней мои шансы на выживание стремительно возрастают, а исполнить ее можно и позже. Наина, ткач, как всегда, оставил мне лазейку!

— А кто может за всем этим стоять? — поинтересовалась Эллина.

— Нарвион — точно нет. Ему не нужно заниматься тайными делишками, одно его распоряжение — и Дарочка на алтаре. Да, с его разрешения гости переселились в Красные пещеры. Скорее всего, ему просто навешали лапши на уши, а Нарвиончик настолько озабочен собственным величием, настолько оторвался от реальности, что не может заметить камня на своем пути: слишком высоко задран его нос. Это может быть Дара…

— Слав! — возмутилась Эллина.

— Согласен, маловероятно, но возможно. Она могла организовать ложное покушение на себя и подсунуть тебе фальшивые эмоции и мысли, а сама в это время умирать со смеху, глядя на твои жалкие потуги. Может быть? Может. Хоринер — вторая кандидатура, на время болезни Дары он стал здесь почти главной шишкой, и это могло ему сильно понравиться. Третья кандидатура — мастер Дилок, лидер неприсоединившихся нейтралов: зачем ему усиление великого мастера Нарвиона? И четвертая кандидатура — мастер Ульф, темный профик. Наина, не улыбайся, только что при мне он строил тварей, входящих в свиту Дары! А как его послали в одиночку за мной на пляж? На смерть послали или были уверены, что он справится? Ульф жаждет поработать с кракеном, а тут зверушку хотят убить нехорошие соратники. Наина, Ольт, вы профа вспомнить не хотите? А что это мы так резко перестали улыбаться? Короче, ждем беспорядков — и только потом вступаем в игру.

— Слав, час Волка настал уже пятнадцать минут назад.

— И в кого ты такая торопыга, Наина? Не беспокойся, сегодня мы будем драться в любом случае, а хочешь, я расскажу тебе сказку? Значит, жили и даже были два парня, и любили они одну и ту же деву…

Пол в комнате ощутимо задрожал, светильники вспыхнули нестерпимо ярким светом и погасли.

— Началось, — буднично заметил я.

Прыжком я переместился к двери и влил немного силы в накорябанные несколько часов назад мной руны. Теперь попробуйте ее вышибить с разбега, противные. Так, в сто десятый раз нужно проверить свое снаряжение и заодно зарядить ловушки. Четыре напоенные холодом франциски за спиной, одна ловушка готова — и на остатках силы закрываю ее зеркалами и сферой молчания. Теперь слеза Тайи, я принял ее свет. Десять метательных ножей, пять под левой подмышкой, пять под правой, также с холодом. Вторая ловушка готова. Клайд и айдал, выходят из ножен легко, молнии скользнули в клинки. Третья ловушка готова. Мечи мне жалко портить, да и совсем безоружным не хочется оставаться, когда все закончится. Четвертая ловушка готова. Странный я человек, шестая готова, мало того что выжить надеюсь, так почти уверен в этом. Седьмая готова, а на чем обоснована эта уверенность, мне непонятно. Мизерикорд в заспинных ножнах, восьмая готова. Кинжал и стилет на поясе, девятая готова. Два небольших стилета под кирасой, вытаскиваются легко, десятая готова. Блин, голова у меня дубовая! Почему я коротышки холодом не зарядил! Ната. Вот так будет лучше. Холод, место. Одиннадцатая готова. Мой старый нож прикреплен к наголеннику, вот его я точно калечить холодом не буду. Двенадцатая готова. Все-таки единственная вещь, что у меня осталась от прошлой жизни. Тринадцатая готова, память, так сказать. Маленький тарч плотно закреплен ремнем на спине. Четырнадцатая готова.

Я принял свет последней заряженной слезы Тайи. Все, я полон энергии, аккумуляторов силы у меня больше нет, надо рассчитывать только на то, что имеешь.

— Слав, а я уже несколько часов хочу тебя спросить, да все времени не было. Ты ведь раньше не умел накладывать сферу молчания на предметы. Это плетение ты ведь использовал только на собственном теле. А сейчас им ловушки замаскировал, посох мертвых и мечи вампиров. Как ты это делаешь?

— Просто, Наина, очень просто. Я ведь в дальнем пограничье два месяца не только волосы на своей лысине рвал, делом иногда занимался. Скоро не только на предметы, но и на разумных научусь накладывать.

— А почему ты сталь, напоенную холодом, не спрятал?

— А чтобы меня чувствовали враги и потенциальные союзники. Ты не забыла, что я внимание должен от вас отвлекать? Кстати, — я расстегнул ремень латной перчатки, — если со мной что-то случится, передай это Арне. — Я протянул Эллине кожаный напульсник с пятнадцатью разряженными слезами Тайи. — Мне сейчас от них не холодно и не жарко, и не хочется, чтобы подобный трофей достался темным.

— Вот сам и передашь, — буркнула Эллина.

— Ученица, не кобенься, это приказ. — Я всунул напульсник в безвольные руки Эллины. — Ольт, на тебе мой мешок путника. — Я спрятал ловушки в напоясную сумку. Блин, я же не проверил еще раз эликсиры! Так, два флакона иноина, два со снадобьем жизни и два с розовым туманом. Полный комплект.

— Наина, хватит реветь! Что у вас всех за дурацкая привычка хоронить меня раньше времени?! Перебьетесь, не дождетесь и хрен вам в грызло шестнадцать раз! Ты еще будешь спрашивать у меня, как жизнь, а я отвечать, что постоянно, регулярно, а иногда ключом и сразу по голове. Заканчивай сырость разводить. И все-таки зря ты кольцо жизни отказалась у меня взять.

— За несколько часов оно бы зарядилось только на излечение легкой раны, — шмыгнула носом Эллина. — Тебе оно нужнее, Слав. Ты подвергаешься самой большой опасности из всех нас.

Я нацепил салад. Сегодня я буду работать без нижнего забрала — в кои веки бувигер прикрепил к кирасе. Бегать мне придется много, а с нижним забралом особо не подышишь.

— Слав, что-то на нас не нападают, к чему это? — поинтересовался Ровер.

— К дождю. Если наш союзник мастер Ульф, то могут напасть, а могут просто блокировать нас до конца развлечения в этих покоях. Все зависит от того, надеется ли он сам разобраться с амулетом контроля кракена и законтачить его на себя или нет. Если это Хоринер, то он ждет, пока мы с дикими воплями выбежим в коридор: там нас удобнее прикончить, не дождется в течение ближайшего времени — так нас атакуют. Живыми мы ему вряд ли нужны. То же самое сделает мастер Дилок, конечно, если это он. И самый невероятный вариант с Дарой — смотри пункт первый с мастером Ульфом. Сейчас мы не очень важны как для мятежников, так и для роялистов. Сейчас идет борьба за контроль над алтарем с силой Проклятого. Кто его захватит, тот с большей долей вероятности и победит в этой небольшой гражданской войне. Зачем силы распылять, когда нас можно прихлопнуть позже? Делаем ставки: кто наш союзник? Наина?

— Мастер Ульф, я слишком хорошо знаю фанатизм профа, и если темный такой же, то это он.

— Ольт?

— Ставлю на мастера Хоринера — я хоть его плохо знаю, но слишком он любезен.

Вот черт, я сам хотел поставить на него! Слишком я хорошо знаю, какими сволочами могут быть мои земляки, по себе знаю. Как меня только не называли в приватной беседе два бизнесмена, чьи интересы я подвинул одной аферой, куратором которой на месте я имел честь состоять. Двойные лопухи! Для начала нужно было налоги, откаты и зарплату сотрудникам вовремя платить, а не постоянно крутить финансы по банкам, и после этого еще ждать лояльности от своих подчиненных и властных структур региона! И потом не надо было разговаривать между собой так откровенно, не проверив предварительно кабинета на прослушку. Ребята из общего отдела подарили мне эту запись на двадцать третье февраля, и на корпоративной вечеринке данный шлягер сразу стал мегахитом. Раз пять я его запускал по просьбе слушателей, предварительно прося дам покинуть мужское общество.

— А мы ставим на мастера Дилока, — огласил единодушное решение клыкастиков Ровер.

— Ну тогда я ставлю на Дару, — усмехнулся я, — негоже девушку обижать и считать ее совершенно безопасной, белой и пушистой. Леди, господа, а ведь за нас наконец-то принялись.

Все присутствующие посмотрели на начавшую мелко дрожать дверь. Я хлопнул в ладоши. Все уже давно обговорено с десяток раз. Быстро, но без суеты моя свита скрылась в ванной комнате. Всплеск силы Разума и Смерти, Эллина и Ольт поставили два щита, надеюсь, что они выдержат мое хулиганство. Я же отошел в дальний конец спальни и прижался спиной к стене. Ната, холод во мне и вокруг меня. Сейчас на нас пошлют духов. Я специально оставил лазейку для нематериальных сущностей. Кто это будет: неупокоенные, проклятые, тени или другие — мне без разницы. Клыкастики, Ольт и Эллина справились бы с ними своими вариантами миксера[28] — конечно, у вампиров он самый слабый, так как основан на общей магии, но душарам и этого хватило бы за глаза. Вот только у меня другой план, другие намерения. Нужно сразу показать, что добыча кусается.

Здравствуйте, дорогие вы мои летающие гранаты. Я перекрыл стеной холода коридор, ведущий из совмещенной с прихожей гостиной в спальню. Вас слишком еще мало для большого бума. Накапливаемся, накапливаемся, а вот стонать, угрожать мне и корчить зверские рожи не надо. Я ведь могу и обидеться. Все, полна коробочка или подождать еще? Подожду. А все-таки что сделал со мной хранитель, если я сейчас могу управлять холодом почти так же, как отец Карит своей магией Духа? Что захотел, то и получается. Пора.

Я влил в пуховик четверть резерва — дальше он сам будет тянуть из меня энергию. Я окружил свое тело дополнительным коконом холода. Получайте! Модернизированный миксер плюс,[29] основанный на воздухе и воде, усиленный холодом в два раза, врезался в толпу духов. ТВОЮ ТЕЩУ! Невероятной силы удар буквально втиснул меня в гранитную стену, ослепительная вспышка, грохот, каменная шрапнель, с визгом разлетающаяся во все стороны. Рушащиеся стены, громадные булыжники, падающие с изуродованного потолка. И как завершающий штрих — клубы пыли, ограничившие видимость до расстояния вытянутой руки. Я с трудом отлепил себя от стены. Надо же, даже небольшая выемка в ней осталась — гранитная крошка с шуршанием падала на пол. Холод, место. Воз, на выход, обеспечь приемлемую видимость.

— Эллина, как вы? — послал я зов магине.

— Влад, ты бы сразу сказал, что хочешь убить всех нас, зачем тень на плетень наводить? Пробит мой щит, Ольт едва смог спасти нас. А…

— Это все лирика, — перебил я Эллину, — выходите, Воз обеспечил видимость.

Я с удовольствием смотрел на дело рук своих. Во мне пропадает великий дизайнер по интерьерам. Прихожая вместе с гостиной и частью спальни увеличилась раза в два, в основном в ширину, но и высота потолков и уровень пола тоже изменились. Коридор стал гораздо больше. Из скромной квартиры повышенной комфортабельности я практически сделал двухэтажный пентхаус. Воз, на место.

— Дела, — протянула оказавшаяся рядом со мной Эллина, внимательно осматривая мои дизайнерские изыски. — Я погорячилась, называя себя сильнейшим боевым магом школы Джокер. Прости, учитель, больше этого не повторится.

— Влад, — послал мне зов Ровер, несколько секунд назад скользнувший вместе с остальными вампирами в радиальный коридор, ведущий в мои покои. — Тут несколько мертвых темных и с три десятка тварей. Кто они, в чьей свите состоят и точное количество определить невозможно, тут просто винегрет!

— Наина, не бери в голову, обычная цепная реакция. Когда я первый раз применил миксер плюс, я сам испугался последствий. Случайно получилось такое плетение. А теперь внимание, мы идем по второму маршруту, он длиннее привычной дороги к Даре, но безопаснее. Хватит прохлаждаться, за работу, это касается всех! Ната.

Я выбежал в разгромленный коридор. М-да, это не винегрет — это фарш. Моя свита, прикрытая иллюзией, следовала за мной. Вот и развилка. Я побежал дальше, а ударный, хотя среди них была одна женщина — перенимает мужские привычки, однако, — отряд свернул налево. Теперь и мне надо поворачивать.

— С Богом, — послал я зов Эллине.

— С кем?

— С Создателем, — пояснил я, — если с нами Он, то кто против нас?!

— Странный клич, откуда он?

— Не знаю, так, на язык вылезло из памяти. Дистанцию держите?

— Да, ты в пятидесяти метрах впереди нас и правее десять. Влад, ты слишком ярко светишься силой Льда. Тебя невозможно не заметить! Притуши ее немного.

— Ни за что, в этом весь смысл: я не хочу гадать, кто тут временные союзники, а кто почему-то до сих пор живые враги. А на моем фоне вы вообще стали невидимками. Эллина, в случае чего сразу свисти. Вам геройствовать не надо, у вас совершенно другая задача. Ругино, как у тебя дела? — поинтересовался я у приставленного к Даре клыкастика.

— Все нормально, Влад. Нас пытаются зажать в южном секторе, и пока у нападающих это получается. В бой я до сих пор не вступил, смотрю за спиной темной. Кто это такие, Дара до сих пор не поняла. Ругается жутко, но однообразно. Ты бы хоть подучил ее.

Я отключил зов, не прекращая бега по пока еще не пересеченной местности. Один боковой коридор — чист, дальше. Вообще удобна радиальная схема расположения ходов и помещений в Красных пещерах. Есть своя центральная площадь, она же жертвенный зал с алтарем, напоенным силой Проклятого, от которой отходят десять прямых тоннелей во все стороны света. И двенадцать пересекающих их по кругу вариантов Садового кольца. Удобно, однако, следующий сквозной боковой коридор. Что за…

Я едва успел скрутить корпус, как над головой пронеслось что-то из школы воздуха, обильно приправленное силой Падшего. Ты куда?! Темный, решивший поприветствовать меня таким образом, резво скрылся за поворотом. Где твои честь и храбрость? Прими смерть с достоинством, негодник. Я побежал дальше: некогда мне сафари сейчас устраивать, позже сочтемся. Жаль, что я даже не заметил, из чьей он свиты. Вот это действительно плохо. Еще один боковой коридор и небольшая зала. А тут идет веселье: под пологом молчания темные энтузиасты втихую режут друг друга.

— Эллина, стоп.

Щит из-за спины на руку, айдал из ножен — им на небольших дистанциях работать удобнее, чем клайдом. Я пронзил своим телом полог. Кое-кого из темных я хорошо знаю, сейчас проверим свои подозрения. Слева — комок из ожесточенно бьющихся между собой тварей, справа — троица магов почти добила мага и колдуна из свиты Дары. Бур, усиленный холодом, разнес черепушку одного из агрессоров, прыжок вплотную ко второму. Встречный удар клинка огня принял на себя кокон холода, почти остановил его, и только мутный луч тускло-красного пламени достиг пуховика и тут же погас. Силен, однако. Айдал пронзил защиту и сердце темного, провернуть в ране, резкий запах паленого мяса. Был силен. Нагнуться, серп огня[30] промчался надо мной и располовинил уже почти мертвого второго темного. Благодарю за помощь. Тут сбор огневиков? Перекат вперед — и, не вставая на ноги, удар айдалом по коленям третьего темного, обратным движением вонзить острие клинка снизу вверх в пах. Вернуться ко второму и отсечь ему голову, а теперь опять к третьему, который уже успел улечься на каменный пол. Удар в сердце, провернуть клинок и отрубить голову. Прыжок к первому, удар в сердце, провернуть клинок и на всякий случай отрубить ошметки головы. Айдал в ножны, тарч за спину.

— Доброе утро, Лус, — поздоровался я с магом, — с тварями вы уже как-то сами. Не царское это дело — боевым молотом тараканов убивать.

Лус подобрал челюсть, кивнул и вместе с напарником-колдуном за несколько секунд утихомирил вражьи мертвые силы. Да те особо и не сопротивлялись: откат от потери хозяев был для них слишком силен.

— Ранены? — поинтересовался я у сладкой парочки темных.

— Царапины, вовремя вы нам помогли, мастер Слав. — Колдун изобразил поклон.

— Сколько у вас осталось силы?

— У меня — мало, — ответил Лус. — Мы были на обычном патрулировании, когда на нас напали.

— У меня еще меньше, — вздохнул колдун, — но я быстро восстанавливаюсь.

— Тогда вы оба, трое ваших рыцарей тьмы и одиннадцать теней переходите в мое распоряжение. Я иду на помощь мастеру Дариане: она с частью свиты блокирована в южном секторе. Вопросы есть? Вижу, что нет. Лус, по дороге расскажешь мне — что, кто, почему и зачем. Будешь увиливать — прикончу. Я очень трепетно отношусь к сохранности своей шкуры, мне нужна информация. Работать буду я, вы на подстраховке. Вперед!

— Эллина, продолжайте движение, я тут союзниками обзавелся и проиграл спор. Это не Дарочка устроила игрища в песочнице. Нейтралы только что пытались убить ее слуг, а те, скорее всего, даже не знают, за что и почему. Так мятежи не делаются.

— Влад, — зашуршал небольшой оползень, — ты мог бы и мной воспользоваться.

Позже, Зема. Пока я мастер школы Льда и землей в принципе не владею. Не надо в начале партии сразу раскрывать все карты, да и энергию, влитую в клинки, нужно израсходовать. Обратно ведь я ее взять не могу.

— Я ничего не понимаю. — Лус догнал меня и на ходу начал исповедоваться. — Мы патрулировали восточный гостевой сектор, где проживают все приезжие, и вы в том числе, мастер Слав. Дежурство наше подходило к концу, как вздрогнул пол и погасли все светильники. Я не мог и до сих пор не могу связаться зовом с мастером Дарианой, и мы решили направиться в южный сектор для получения от нее устных инструкций. По пути на нас напали люди и твари из свиты мастера Дилока. Это вообще невозможно! Мастер Дилок всегда с уважением относился к мастеру Дариане. Напавшие поставили полог молчания, и если бы не вы, то убили бы нас. Эта тройка магов была сильнейшей в свите мастера Дилока. Больше ничего я не знаю.

— Ругино, как у вас дела?

— Потихоньку оттесняем напавших темных и тварей в центральный коридор. Пару раз мне пришлось вступить в бой. На моем счету семь тварей и один колдун. Дара заинтересовалась мечом, но виду не показывает. Берегись ее, Влад, она сильная магиня. Дара одна уничтожила столько же, сколько вся остальная ее свита, гости и я в том числе.

— Мастер Слав! — крикнул Лус.

Черт, прыжок перенес меня на десять метров вперед: заболтался!

— Эллина, стоп!

На то место, где я находился мгновение назад, рухнула многотонная гранитная плита. Вот и земляки пожаловали. Мимо меня, завывая, пронеслись тени. Правильно, пусть они разведают обстановку. Всплеск силы воздуха — и половина теней перестала существовать, а оставшиеся резво драпанули обратно. Зато враги себя обнаружили: хорошая у них иллюзия. Так и не скажешь, где они точно находятся. Вихрь молний заполнил коридор передо мной. Холод усиливает его всего в два раза. Гораздо эффективней было бы использовать вьюгу — одновременно атака и защита. Еще один вихрь молний. Да и холод вьюгу усиливает в пять раз. Плетение школы Льда, однако. Еще вихрь молний, контрольный. Но тогда темные и твари, стоящие за моей спиной, станут мертвецами. Эмоциональный посыл к атаке и разделение на своих и чужих — вещь хорошая, но здесь и сейчас совершенно ненужная. Того же Луса я ненавижу ничуть не меньше, чем Дариану или Нарвиона. Кажется, все. Есть своя прелесть в плетениях массового действия, в ударах по площадям. Целиться не нужно — и результат гарантирован. Сколько у меня осталось энергии? Пять восьмых запаса, отлично, благодаря холоду я экономлю кучу силы.

— Проверьте коридор, — бросил я Лусу и безымянному колдуну. — Попытайтесь опознать трупы.

Шесть теней и три рыцаря тьмы осторожно двинулись вперед, за их спинами героическими шажками передвигались темные.

— Кстати, Лус, а отчего мог вздрогнуть пол и погаснуть светильники?

— Кто-то попытался перехватить управление алтарем в центральном зале, — не поворачиваясь ко мне, ответил темный.

Так я и думал. Тоже мне террористы доморощенные, ядерную электростанцию решили захватить, и, судя по всему, успешно, если связь зовом между темными не работает. Вот она, привычка к халявной энергии, или нет?

— Лус, а почему твой зов не работает и зов мастера Дарианы тоже? Ведь она наверняка пыталась связаться со всеми своими патрулями.

— Скорее всего, — темный перевернул на спину изуродованное тело, — кто-то выпустил часть энергии из алтаря. Все маги, и тем более колдуны, в Красных пещерах имеют темный оттенок силы, обладающий одинаковыми характеристиками с силой алтаря. Возникли помехи, вот и все. Ведь вы же можете держать связь зовом со своей свитой… — Лус перевернул очередного покойника. — Мастер Слав, а где ваша свита? Такие бойцы оказали бы существенную помощь, и вы были бы в большей безопасности.

— Пока я не разберусь, кого и за что убивать, я не дам отмашки своим воинам. Хватит с меня одной выволочки, устроенной великим мастером Нарвионом. Лус, ты помнишь, что они устроили в зале с темным пламенем?

— Такого не забудешь, — усмехнулся темный. — Мы все думали, что лучше рыцарей тьмы бойцов, владеющих сталью, не существует, а все рассказы о вампирах считали сказками. А оказывается, эти сказки даже преуменьшают их смертоносность. Готово, мастер Слав. Честно сказать, я вообще запутался. Это двое мертвых магов из свиты гроссмейстера Матиана. Он же друг мастера Дарианы! Этих двоих я знал, и они знали меня. Подождите, мастер Слав, ведь гроссмейстер Матиан собирался сегодня поужинать с мастером Дарианой!

— Так что же мы ждем? Вперед, я предупрежу своего бойца, — успокоил я Луса.

— Эллина, двигайтесь дальше. Будьте осторожны, тут творится черт знает что! Пока картинка не прояснилась. Но друзья моей темной подруги из Каросы почему-то решили убить меня и пару темных из свиты Дарианы.

— Пусть он предупредит мастера Дариану о предательстве: а вдруг гроссмейстер Матиан еще находится вместе с ней? — Догнавший меня Лус упорно пытался схватить меня за руку.

И этого Дарочка наверняка оприходовала. Интересный у нее способ добиваться преданности от своей живой свиты мужского пола. Хотя и на Земле какая-то женщина вытворяла что-то подобное, жаль, я не помню, кто она такая. А ведь клыкастик что-то говорил о гостях.

— Ругино, как дела?

— Пока все спокойно, нападавших выбили из прилегающих к покоям Дары коридоров. Сейчас небольшая передышка, а потом будем пробиваться к залу жертвоприношений через центральный коридор. Пару трупов нападавших опознали — это маг и колдун из свиты Нарвиона.

Вот тебе семь кирпичей, и все на голову! Нарвиончик узнал про хитромудрые планы Дарианы? Тогда почему так бездарно проведена атака на нее и ее свиту? При чем здесь алтарь, ведь Дара к его захвату не имеет никакого отношения? Я понимаю, что ничего не понимаю. Давненько со мной такого не было.

— Гости из Каросы находятся с вами или, отужинав, давно свалили по камерам?

— С нами, после ужина гроссмейстер и два его подручных заперлись с Дарой наедине и о чем-то долго беседовали до самого начала мятежа.

— Держись рядом с ними, эта троица — предатели или борцы за правое дело, это с какой стороны посмотреть. Только что двое из свиты каросской шишки пытались убить меня и двух слуг Дары. Будь внимателен и предупреди Дару на ушко, что я скоро буду, и без моего бума пусть атаку не начинает.

— А теперь слушай сюда. — Я на бегу вырвал руку из цепких пальчиков Луса. — Шишка из Каросы с двумя помощниками находятся рядом с Дарочкой. Защищают ее, Дара не поверит моему воину, и правильно сделает. Кто для нее я и кто гроссмейстер Матиан?! Но мой воин будет присматривать за гостями. Это что за шум?

— Эллина, стоп.

Осторожно мы дошли до перекрестка и заглянули за угол. Я вообще ни черта не понимаю!!! Несколько знакомых мне телохранителей Нарвиона ведут оживленную дискуссию с нейтралами. Фоном этой дружеской встречи служит вой десятков тварей и непрерывный лязг стали. Чудесно. Нейтралы режут свиту Дары, нейтралам до кучи не нравятся и члены свиты Нарвиона. Холопы великого мастера невзлюбили нейтралов и слуг Дары — чего уж тут мелочиться?! Гости из Каросы пытаются сократить поголовье сторонников начальницы службы безопасности и в то же время помогают Даре отразить атаку прихвостней Нарвиона. Классическая драка всех против всех. Вернее, выяснение отношений в салуне между подвыпившими ковбоями в духе вестернов категории «Б». У них всех на ужин были несвежие мухоморы или незрелые бледные поганки, что ли?

— Мастер Слав, сзади. — Лус толкнул меня в спину.

Я оглянулся и рванул дальше по коридору. Темные и твари, которые лизали попку Даре, не отставали от меня. Я оглянулся на бегу: черт, драчуны нас заметили, и несколько роялистов с верными им тварями решили посмотреть на цвет моих кишок, оставив разборку с нейтралами до лучших времен. Твою! Отряд, от которого мы свинтили, атаковал их в спину. Бред сивой кобылы. Это он во всем замешан? Не останавливаясь ни на мгновение, я достал из напоясной сумки деревяшку, сжал ее и бросил на пол. Хрен теперь ее сдвинешь с места, прилипла намертво.

— Еще быстрее! У нас есть три секунды, — крикнул я на бегу.

Нет, хорошо Дарочка вымуштровала свою свиту: никаких глупых вопросов, а только безоговорочное подчинение приказам временного команди… Вспышка, грохот, удар в спину поднял меня в воздух и швырнул вперед. Пять метров парения — и нормальный полет закончился мягкой посадкой. Впереди жалобно постанывали два темных. А кто вам виноват, что вы доспехи не носите и левитацию в свои щиты поленились вставить? Брали бы пример с тварей — те встали и молча ждут ценных указаний. Я активировал еще одну ловушку и бросил ее на пол.

— Подъем, бежим дальше, мастер Дариана в опасности.

— Эллина, можно идти дальше, но я чувствую, что скоро сойду с ума. Все режутся со всеми! А сейчас я видел, как на подмогу нейтралам, сражающимся со свитой Нарвиона, бежал мастер Ульф со товарищи.

— Он точно нейтралам помочь хотел?

— А почему он атаковал свиту Нарвиона? И сделал мастер Ульф это довольно резво. Я бы лучше не справился.

Твою, вот настырные! Резкий свист ударил по ушам. Ну что, вам понравились шипы воздуха и очередная клякса?[31] Ну если вы такие прилипчивые — я активировал третью ловушку, — то получайте. Кстати, реагируют мои поделки только на материальные объекты. Это так, для вашего общего развития. Духов у вас много, а вот всего остального мало.

— Быстрее, а то сами здесь останемся! Десять метров сплошного поражения в обе стороны, мать его.

— Влад, а что это был за грохот? — поинтересовалась Эллина.

— Использовал пару ловушек, чтобы оторваться. Охотничья классика. Активировал их, через три секунды они стали на боевой взвод, кляксы стянули всех моих преследователей в одну кучку, а огнешар[32] и шипы воздуха доставили преследователям незабываемые впечатления. Не зря я вливал в каждую ловушку почти весь свой запас. А теперь не отвлекай меня, мы приближаемся к коридору, ведущему в апартаменты моей темной любви. Дальше вы сами, а я возглавлю атаку верных Даре темных и тварей на зал жертвоприношений. Если мы не отобьем алтарь, то всем нам будет крышка. Сама понимаешь, при таком развитии событий, я имею в виду нашу атаку, вы, стремящиеся на периферию, никому не будете интересны.

— Мастер Слав, а что это было? — поинтересовался запыхавшийся от бега Лус.

— Перебьешься, у каждого мага есть свои тайны. Убивать врага можно не только в открытом бою. Я предпочитаю делать это из-за угла, бить в спину, а лучше всего перерезать горло спящему. Такой ответ тебя устроит? Стоять. Ждем, смотрим, прислушиваемся и анализируем обстановку.

Я запустил бахрому в боковой коридор. Третья ловушка пока молчит. Мои тончайшие намеки преследователи поняли, махнули на нас рукой или передвигаются со скоростью черепахи. Надеюсь, что среди прилипал к нашему хвосту был и мастер Ульф. Опасен он, невероятно опасен. Кто это у нас прошмыгнул под заклинанием общая невидимость? Свои, успеха и удачи вам, парни и одна девушка. Сейчас успех или неудача акции в большей степени зависит от вас, а не от меня. Свое дело я почти сделал, теперь ваша очередь.

— Стойте здесь, — сказал я, — там примерно семь сильных магов и колдунов, пять десятков тварей. Я атакую их в спину, Лус, запоминай, как это делается, и не мешайся с напарником и тварями у меня под ногами.

— Ругино, — послал я зов вампиру, — сейчас я устрою большой бум. Как только услышите его, атакуйте. И самое главное — следи за гостями.

Я достал из напоясной сумки четыре ловушки. Лус и колдун с недоумением смотрели на мои телодвижения. Ничего не видят, магического фона не ощущают — учиться нужно было лучше, бездельники и болваны. Не все же профу так меня называть. Вперед. Я прыжком переместился на десяток метров, еще прыжок. Заметили меня по магическому фону — вон как засуетились, какая радость. Еще прыжок, я сжал ловушки. Первая пошла прямо в кучу тварей. Ветвистая молния ударила мне в грудь. Кокон холода продырявлен в нескольких местах, но пуховик выдержал. Вторая ловушка легла на десять метров ближе. Я упал на пол, огненная стрела затерялась в глубине коридора. Лифт прижал меня к потолку, воздушный молот, голем, огнешар, проклятье крови, сволочь этот кровосос, увядание,[33] вот гад некрофил, что удумал, и кое-что еще по мелочи взрыхлили гранит в том месте, где я лежал мгновение назад, третья ловушка пошла. Четвертая ловушка пош…

Удар воздушной волны отбросил меня в глубь коридора. Сработала первая ловушка, создающая чудовищное давление. Проф хоть до сих пор не разобрался с минами… Комок Хиона добавил острых ощущений ринувшимся ко мне тварям и темным, вторая. Не разобрался, но это не повод не пользоваться его наработками в… Колья[34] выскочили, вернее, выскакивали из пола, стен и потолка, они пронзали живых и мертвых, магов, колдунов и тварей, а потом исчезали. Им было безразлично, ушла из объекта жизнь или псевдожизнь или нет, все попали под раздачу, третья. Все пространство коридора, где находились в различных позах темные и твари, заволокло ковром из молний. А вот теперь все. Я встал, отряхнулся и стал смотреть, как прибывшие на место развлечения подручные Дары, дождавшись прекращения действия ловушки, начали добивать тех, кто умудрился выжить. Да, были и такие — сильные маги или колдуны. Пара-тройка, но были. Так вот, нестабильность мин еще не значит, что этими наработками нельзя пользоваться в гораздо менее мощных и на порядок более простых ловушках.

— Слав, — ко мне подошла Дара, — я благодарю тебя, партнер. Как ты это сделал?

— Тонкостей раскрывать не буду, партнер, но кое-что сказать могу. Постоянная смена заклинаний и школ. Только они приготовятся к повторной атаке воздухом, как их атакует огонь, потом земля и в заключение воздух и вода. Не люблю я быть стандартным, партнер. Я использовал артефакты. У меня еще осталось семь штук, и мне их совершенно не жалко потратить для обеспечения твоей безопасности. Ты поняла мой намек?

— Приготовиться к атаке зала жертвоприношений, — прошипела Дара, и ее лицо исказилось от ненависти. — Великий мастер мне за все ответит.

— Послушай сначала этих двоих, Дарочка, — я показал на Луса и колдуна, — наедине послушай, узнаешь много нового. Спешить нужно медленно и осмотрительно.

Темная отошла в сторону, жестом подманила к себе сладкую парочку и поставила полог молчания. Ну-ну, я подошел к Ругино, стоящему неподалеку от гостей, и протянул руку.

— Давай свой второй меч, так нужно.

А гости Дарочки что-то занервничали, увидев ее интим с Лусом и колдуном. Не сильно, но занервничали. Я подлатал кокон холода и вернул меч обратно Ругино. Гроссмейстер Матиан искоса, но чрезвычайно внимательно наблюдал за моими манипуляциями.

— Вас что-то интересует? — решил я взять быка за рога. — Спрашивайте, не стесняйтесь.

— Интересует, — согласился со мной темный. — Вы, мастер Слав, напоили клинок силой Льда. Насколько мне известно, это уровень немногих магистров или повелителей школы Льда, а вы всего лишь мастер этой школы.

— По силе я действительно мастер, уважаемый Матиан, но кто вам сказал, что сила тождественна искусству?

— Даже так? — удивился темный. — Как же вы, не имея достаточно силы, смогли освоить это умение?

— У каждого мага есть свои секреты, вы согласны со мной?

— Полностью, — улыбнулся темный. — Более того, — Матиан посмотрел на приближающуюся к нам с безмятежной улыбкой на лице Дарочку, — если у мага нет секретов, он обречен умереть.

Я не успел с ним согласиться, как с рук гроссмейстера темной ложи Каросы сорвались несколько лент зеленого тумана. Ядовитый туман, время для меня практически остановилось, так называется это заклинание. Пуховик развернулся на полную мощность, я упал на пол. Нет, не так, время текло со скоростью беременной черепахи. Ругино растворился в воздухе, перешел в другую форму, и полоса тумана пронзила пустое пространство. Атаковавшая Дару лента отскочила от щита крови темной леди, исчезла, но и щит темной рассыпался. Я перекатился в сторону. Направленная на меня полоса тумана не отставала, я вновь перекатился. Самонаводящееся заклинание, вот гадство! Возникший за спиной Матиана Ругино нанес четыре рубящих удара мечом холода крест-накрест. Перерубленный последним ударом на две части от правого бедра к левому плечу, темный решил полежать на полу. Мой бур приласкал голову одного из помощников гроссмейстера, который выпустил в меня что-то вроде смерча. Еще один перекат — и заклинание взрыхлило гранит, где я недавно загорал. Такого плетения не знаю, я из позиции лежа прыжком сбил Дару на пол, — нужно будет опять в свободное время синемой баловаться.

Толчок в спину впечатал меня в темную подругу, успел, а с остаточными явлениями огненного удара, этой приласкавшей меня вертикальной колонны пламени вроде бушующего вокруг нас огня, пусть сама Дара справляется. Прыжок назад, к третьему темному, умудрившемуся отбросить атаковавшего его Ругино каким-то вариантом стены огня[35] к стене коридора. Тесак располовинил огневика. Теперь всех добить. Я вытащил айдал, удар в сердце, поворот клинка, вытащить и отрубить голову. Следующий, удар в сердце, поворот клинка, вытащить и отрубить ошметки головы. Я оглянулся — гроссмейстера уже оприходовал Ругино: без головы этот Матиан гораздо симпатичнее. Хорошие защитные амулеты для клыкастиков сделал проф, цацка вампира спокойно выдержала мощнейшую атаку магистра школы огня. Я вздохнул, и время вернулось в привычное русло. Вопрос — а что это со мной было?

— А ты не считал себя вампиром, — послал мне зов Ругино. — Так не бывает, родич. Ты наконец-то проснулся. Татуировка на твоем теле не просто рисунок на коже. Мы не владеем никакой магией, кроме общей, но в ней разбираемся лучше всех на Арланде. Нашей гордости, клыков, у тебя, конечно, не будет, и кровь тебе не нужна для поддержания жизни, высшим вампиром ты стать не сможешь, о форме тумана забудь, продолжительность твоей жизни не увеличится, но все остальное ты получил полностью.

— Все остальное — это сверхскорость и ускоренная регенерация? — Я посмотрел на подымающуюся с пола Дару, на ошеломленных мгновенным боем темных. — Какой-то я неполноценный вампир.

— А разве этого мало? — усмехнулся Ругино. — А неполноценных вампиров не бывает. Ты или вампир, или нет. Влад, когда здесь все закончится, найди время и посети Риордана. Ты должен узнать историю клана Скалы, узнать про блистательный Лоранит, откуда мы попали на Арланд. Ты должен знать все, что знает каждый член нашего клана. А сейчас я сообщу остальным родичам радостную весть. Ты проснулся, Влад.

Ткач, хороший бонус ты мне подогнал год назад, только предупредить о нем забыл. Или это моя премия за нынешнюю миссию? Работаешь с предоплатой, так сказать? Почему Риордан мне сразу не сказал об особенностях татушки?

— Ругино, а почему Риордан меня не предупредил о последствиях татуировки?

— Ты бы ждал этого, ты бы надеялся и тем самым убил бы саму возможность стать вампиром не по крови, а по духу, Влад. Ты должен был проснуться спонтанно, в бою, ни на что не надеясь и ни на что не рассчитывая. Родичи поздравляют тебя, сейчас они находятся около стойл с грифонами — их убить?

— Пусть живут, это же тупые звери, что им приказывают, то они и выполняют. Сколько времени я могу держать сверхскорость?

— Не больше семи секунд. Лет через десять сможешь держать минуту. К сожалению, это твой предел. Ты не первый человек, которого приняли в клан, и я знаю, о чем говорю.

— А ты сколько можешь держать сверхскорость?

— Семь с половиной минут.

— Я даже не знаю, как тебя благодарить, партнер… — Подошедшая ко мне Дара решила обнять меня. — Когда все закончится, когда я стану великим мастером ложи Красных пещер, ты можешь потребовать, да, Слав, именно потребовать от меня все что угодно. Я осыплю тебя золотом и драгоценными камнями. Я…

Я отключил слух: так я тебе и поверил! Дарочка, не надо мне тут разыгрывать спектакль из жизни дракона, рыцаря и прекрасной принцессы. На такие штучки я не ведусь, и глаза у тебя хоть и горят восторгом, но слишком холодные и оценивающие.

— Позже, Дара. — Я снял руки темной со своего горжета. — Не о том сейчас ты думаешь. Бой заканчивается только тогда, когда ты сидишь в трактире с кубком вина. Подумай лучше о другом. Когда я прорывался к тебе, я видел свиту мастера Нарвиона, свиту мастера Дилока, свиту гроссмейстера Матиана. Я видел даже мастера Ульфа с парой товарищей. Но я не видел святош, торговцев и закатников — где они, что они сейчас делают? Они ведь вряд ли отсиживаются в гостевых покоях. Где мастер Хоринер с частью твоей свиты? Ведь наверняка ее не всю перерезали. Где пока еще великий мастер Нарвион? У меня такое подозрение, что все они проводят активное совещание вблизи зала для жертвоприношений или вообще около алтаря с силой Проклятого, с применением магии, колдовства и прочих прелестей жизни или псевдожизни. Подумай лучше над этим, а не над моим вознаграждением. Тем более что если у нас все получится, то меня ждет самая большая награда на свете — жизнь, Дарочка, всего лишь жизнь.

— Ты прав, Слав. — Темная прикусила губу. — Не время мечтать о будущем, надо жить настоящим, надо действовать. Твоя остальная свита нам не поможет?

— Нет, Дара, я никогда не ставлю все деньги на одну лошадь. Моя свита должна разблокировать ворота и обеспечить мне путь для бегства. Неужели ты думаешь, что мятежники, Нарвион, Дилок, да кто угодно, оставит ворота без присмотра?! В случае нашей неудачи я хочу покинуть Красные пещеры живым, а не в виде призрака. Да и ты тоже наверняка хочешь пожить еще некоторое время.

— Ты прав, партнер, нужно предусматривать возможность неудачи.

Дарочка подозвала верных ей разумных и начала втолковывать им свой гениальный план, разработанный на основе последних поступивших данных. Сколько у меня энергии? Всего половина. Этот огневик пробил мой кокон льда, пуховик был вынужден вступить в игру и вытянуть из меня часть силы. Я на треть опустошил один флакон с розовым туманом. Через часок я опять буду полон.

— Ругино, а как часто я могу пользоваться сверхскоростью? С какой периодичностью?

— Через полтора или два часа, не раньше. Если бы ты мог усваивать кровь, как остальные твои родичи, то хоть сутками напролет. Выпил крови — получай сверхскорость, закончилась — так пей еще. Нет крови — подожди немного, минут пятнадцать-двадцать, и пользуйся, пока не надоест. Но это опасно: можно истощить себя и умереть. Если не будешь контролировать состояние своего организма, то можешь даже не заметить, как переступил черту. Тебя это тоже касается. На первое время тебе не стоит пользоваться приобретенной способностью чаще, чем раз в сутки.

— А как ею пользоваться, как ее вызывать?

— А как ты дышишь? Ты тоже думаешь над этим? Эта способность приходит сама: когда она нужна, ты можешь воспользоваться ею, а можешь и не использовать.

— Слав, — Дара отошла от мертвецов, — я ничего не смогла узнать от них. Как только они умерли, какое-то заклинание из школы воды уничтожило их мозг.

Что за хрень? Пол ударил меня по ногам. Мгновенно навалившаяся слабость, тошнота, какая-то дымка перед глазами. Что здесь происходит?!

— Слав, — побледневшая Дара схватилась за мой наплечник. — Кто-то разломал алтарь! Сейчас вся сила Разрушителя вырвется на свободу!!!

Глава 12 Бег по пересеченной местности

Дела — как сажа бела. Бледная Дара матюгами и пощечинами приводила в чувство свою живую свиту, а мертвым было все фиолетово. Им этот алтарь был до лампочки Ильича. И чего Дара так переживает? Ладно, не буду ей мешать, у меня самого дела срочные есть.

— Эллина, как у вас дела?

— Я как раз хотела тебя вызвать, Влад. Мы обнаружили загон для жертвенного мяса, рядом с ним закуток с большим количеством сена и кладкой драконы в нем. Мы их нашли! Сейчас твои клыкастики осторожно уберут охрану, и минут через пять мы побежим к воротам. Ты подтянешься к нам?

— Не совсем — я буду контролировать ваше перемещение и при нужде отвлекать на себя и своих временных союзников хулиганов различного рода. И еще есть небольшая проблемка: я могу задержаться в этом милом местечке. Я не люблю незаконченных дел, да и разобраться в ситуации нужно. Пусть вампиры убирают охрану, ничего не опасаясь. Сигнала тревоги не будет, а если прозвенит тревожный колокольчик, то на него сейчас все положат большой прибор с гарниром: у темных о другом голова болит в данный момент. Вы наверняка почувствовали некую странность примерно минуту назад.

— Да, Влад, что это было?

— Кто-то разрушил алтарь Падшего. Скорее всего, это был наш темный союзник — как минимум — он организовал эту процедуру, как максимум — лично принимал участие. Как тебе такая новость? Темный разрушает алтарь того, кому он служит. Слушай дальше, один раз ты попросила меня показать тебе хотя бы первый уровень погани, а я отбрехался, сетуя на недостаток времени. Радуйся, сейчас ты там окажешься. Скоро вся сила Проклятого покинет обломки алтаря и равномерно растечется по Красным пещерам. Получится один в один первый уровень любого периферийного комплекса. Конечно, размеры и количество энергии несопоставимы, но концентрация темной силы на единицу объема будет почти такая же. Скоро зовом мы не сможем общаться. Возьми у кого-то из клыкастиков амулет общей связи. Если помехи будут сильные, а я уверен в этом, то общаться будем щелчками. Один щелчок — внимание, два щелчка — опасность, три щелчка — на помощь, четыре щелчка — делай ноги изо всех сил, пять щелчков — все в порядке. Все понятно?

— Да. Поэтому охотники не общаются между собой зовом в погани?

— А ты думала, из-за лени? И вообще хватит из меня тянуть маленькие секреты гильдии охотников. Может, тебя еще и в нашу библиотеку по-дружески провести?

— А ты можешь?! — радостно пискнула Эллина.

— Нет, — рявкнул я, — конец связи.

Эта Мисс Архилюбопытство неисправима. Ее даже могила не излечит, издержки профессии, однако. Так, Дарочка вроде закончила приводить в чувство наложивших в штаны шестерых магов и двух колдунов. Четырнадцать рыцарей тьмы и около пяти десятков духов дополняли нашу веселую компанию. Серьезная сила — это хорошо я сделал, что помог Дарочке. Мне подыхать сегодня совершенно не хочется. Пусть они умирают, я и так хорошо потрудился на благо темного беспредела.

— Влад, — раздался в моей голове голос Эллины, — охрана ликвидирована без магии, да и мало было тут тварей, мы забираем всех. У темных заварушка, и это наш шанс, это шанс и для них, для всех этих несчастных, никого здесь оставлять мы не будем.

— Делай что хочешь, в такой ситуации я не могу тебе советовать или приказывать. Но запомни: кладка драконы и принц должны быть вытащены из Красных пещер по-любому, остальные меня не сильно интересуют. Получится — хорошо, нет — так бросайте их ко всем чертям. В любом случае я буду вас прикрывать, а если понадобится, Эллина, ты не стесняйся звать на помощь. Все понятно?

— Да, Влад, но, может быть, ты уйдешь вместе с нами? Пусть они убивают друг друга. Мы захватим ворота, а там нас прикроют драконы. Это лучший вариант.

— Не совсем. Сейчас я хоть как-то контролирую ситуацию, а если сбегу от Дары, то неизвестно, чем это все закончится. Отбой.

— Слав, ты готов? — поинтересовалась Дара, внимательно заглядывая в мои глаза.

— Конечно, любовь моя, — улыбнулся я. — Сейчас я разговаривал со своей свитой, они начали выдвижение к воротам и минут через двадцать будут там. Плохо, что Ольт некромант: из него боевой маг как из дерьма арбалетный болт. Да ты сама все понимаешь. Надеюсь, они сильных магов по пути не встретят.

— Не принижай способностей своей свиты, Слав.

— Я не принижаю — просто предупреждаю, что, если они позовут на помощь, я на время покину твое общество. Не хмурься ты так, Дарочка, они мне дороги, я с ними много раз встречал опасность лицом к лицу. Они для меня больше друзья, чем наемники. Они прикрывали мою спину, а я — их. Я знаю, что они всегда придут мне на помощь, и они знают, что я их не брошу. Теперь ты меня понимаешь?

— Понимаю, Слав, — кивнула Дара. — Что стали?! — прикрикнула темная на свою свиту. — Идем в центральный зал!

Наконец-то. Головным дозором выдвинулось с десяток теней, следом основная группа тварей, которые кольцом окружали Дару, меня с Ругино и восьмерых живых подручных темной леди. Мой амулет общей связи издал пять щелчков. Фу, наконец-то второй раз. У нескольких ребят и одной девушки все получилось.

— Дара, — сказал я, — предлагаю идти не напрямую из южного сектора в центральный зал: можно напороться на засаду. Твои друзья из Каросы наверняка перед нападением на нас проинформировали сообщников, что ты прорвала блокаду. Нас будут ждать. Предлагаю сделать небольшой крюк и прийти на вечеринку со стороны восточного сектора. Когда я прорывался к тебе, там шла резня. Не думаю, что уцелевшие устроили в том месте пикник с распитием вина и пива. Скорее всего, там уже никого нет. Спешить нам все равно некуда, алтарь разрушен, твои пока еще уцелевшие враги режут друг друга. Зачем им мешать?

— Разумно, — ответила через несколько секунд раздумий темная. — На первом перекрестке поворачиваем направо! — крикнула Дара. — А выживших добьем мы.

А я вновь буду привлекать внимание к себе, и не только к себе: компания у меня подобралась хорошая. И если в этих коридорах, залах и так далее есть темные и твари враждебной ориентации, то пусть они нападут на нас, а не на мою свиту с компанией, а если будут Дарочкины клевреты — они пополнят наш отряд. В любом случае путь перед Эллиной и всей честной компанией станет гораздо чище. А вот и поворот направо — именно по этому тоннелю я и бежал на встречу с Дарой. Я выдвинулся на острие отряда. Дара хотела что-то сказать, но подскочивший к ней Лус стал яростно нашептывать ей на ушко наверняка различные гадости про меня. Мол, этот маньяк-садист именно в этих местах всех убивал. Артефакты горстями разбрасывал и так далее. Опаньки, а мы уже заждались. По коридору навстречу нашему отряду надвигалась стена клубящейся тьмы. Я остановился и задержал дыхание. На несколько мгновений я почувствовал себя как муха в патоке.

— Слав, с тобой все в порядке? — прозвучал искаженный почти до полной неузнаваемости голосок Дары.

— Куда я денусь!

Я встряхнулся и продолжил путь, а коридор стал выглядеть немного иначе: сероватая дымка, висящая в воздухе, темные искры, временами пробегавшие по стенам, и какой-то неприятный запах, причем я даже не мог сказать, чем он мне неприятен.

— Дара, а когда это пройдет? — не прекращая идти и не оборачиваясь, спросил я.

— Седмицы через две или три, — ответила темная. — Сила Разрушителя впитается в камень, и все будет почти как прежде. Только твари приобретут способность питаться темной энергией самостоятельно, да колдуны будут еще быстрее восстанавливать запас своих сил, и их мощь в Красных пещерах усилится.

— А вне пещер?

— А вот покидать это место им вообще будет не рекомендовано. Привыкнув к постоянной подпитке силой Разрушителя, без нее они станут легкой добычей даже для слабого мага.

— Все ясно, а теперь всем стоять, где-то здесь находится мой не сработавший артефакт.

— Так сними его, он нам еще пригодится.

— Дарочка, я все понимаю, ты перенервничала и так далее, но думать головой изредка можно и нужно. При активации он становится неизвлекаемым! Никто на всем Арланде не может его снять. Иначе это была бы не ловушка, а Проклятый знает что. Дара, тебе не жалко одного рыцаря тьмы? Пусть прогуляется вперед и очистит своим телом проход, а мы пока постоим здесь.

— Жалко, Слав, мало их у меня осталось. Может, тень подойдет?

— Нет, ловушка реагирует только на материальные объекты.

— Так я сделаю на время тень материальной, — радостно сказала Дара, — я ведь повелительница Крови.

Темная присела на корточки, разрезала себе палец и несколькими движениями нарисовала кровью пентаграмму. Вот что значит многовековой опыт. Повинуясь приказу Дары, одна из теней опустилась в центр фигуры. Ничтоже сумняшеся темная протянула руку сквозь тень и начала материться на языке магов. Секунд через десять Дара встала с колен и пинком послала тень вперед по коридору. Пинком?! Через несколько секунд раздался грохот камнепада.

— Дарочка, ты великолепна, — ничуть не покривив душой, сказал я. — Двигаемся дальше. Сейчас ты увидишь место, где убивали друг друга телохранители Нарвиона, маги и колдуны из свиты мастера Дилока и приятели мастера Ульфа под его чутким руководством. Шума не слышно, значит, там одна большая братская могила.

— Поживешь с мое — еще не такому научишься, — усмехнулась Дара, резво вышагивая рядом со мной.

— Дарочка, я в шоке, — я схватился за грудную пластину кирасы, — ты намекаешь на свой возраст?! Нигде большой зверь еще не сдох?

— Пока нет, но скоро, — ощерилась темная, — великому мастеру недолго осталось жить, без алтаря он — никто. Он полное ничтожество!

— Я бы не стал так голословно утверждать. — Из-за поворота вышел мастер Ульф. — Мое почтение, мастер Дариана, мое почтение, мастер Слав. Мастер Слав, — темный выставил вперед ладони, — не надо нервничать! У меня и в мыслях не было причинять вам какой-нибудь вред. Уберите, пожалуйста, это ваше жуткое плетение.

Темный говорит правду, тесак скользнул обратно в руку. Странно, а что он тут вообще делает?

— Плетение? — Дара внимательно посмотрела на меня. — Так ты рунный маг? А как же твои пассы рук и… Понятно, — протянула Дариана. — А меня уверяли, что боевых рунных магов в Арланде нет. Что только здесь сохранилось это искусство. Ты скрытен, партнер.

— Зато до сих пор живой, — буркнул я. — Мастер Ульф, а чего вы хотели?

— Присоединиться к вам, мастер Слав. Когда все началось, я испугался за вашу безопасность и с двумя друзьями поспешил к вам на помощь, но, к сожалению, в ваших покоях я вас не застал — пришлось идти по вашему следу. Я сожалею, что вы приняли меня за врага, но все понимаю. Я подумал, что вы наверняка будете возвращаться этим же путем, и решил вас подождать. Услышал грохот вашей третьей ловушки и пошел вам навстречу.

— А эти, которые недалеко отсюда отношения выясняли? — поинтересовался я.

Мой амулет связи тихо щелкнул один раз.

— Пройдемте, и вы сами все увидите. — Мастер Ульф посторонился, пропуская меня и Дару вперед. — Я с моими друзьями, — начал бубнить мне в спину темный профик, — сначала частично уничтожили и частично загнали на ваши ловушки преследующих вас свитских великого мастера. Кстати, очень интересная разработка — все очень просто, но невероятно эффективно и смертоносно. Из любопытства я попытался снять вашу ловушку и едва не погиб. Смотрите. — Темный профик завел нас в зал.

Амулет щелкнул пять раз. Я расслабился и с удовольствием стал смотреть на поле брани. Изувеченные тела бывших живых и псевдоживых, выщербленные, покрытые копотью и сажей стены, и всюду потеки уже засыхающей крови.

— Вы их так? — поинтересовался я у темного профика.

— Не совсем, — признался мастер Ульф, — по большей части они друг друга сами поубивали, а оставшиеся не хотели прислушаться к голосу разума и убили одного моего друга. Тогда мы с Накусом ликвидировали всех еще оставшихся в живых. К сожалению, мой друг был неосторожен и приблизился к недобитку, который успешно притворялся мертвым, вот так я и остался один. Жаль моих друзей, конечно, но наука требует жертв.

Я насторожился: слишком знакомые слова. Один человек любит часто их повторять.

— Мастер Ульф, вообще-то и я тут нахожусь, — раздраженно заметила Дара. — А вы все свое драгоценное время уделяете мастеру Славу. Даже на помощь вы шли к нему, а не ко мне. Как это понимать? Я для вас никто?

— Прошу простить, но вы мне неинтересны, мастер Дариана. Умрете вы или останетесь живы — ничего от этого по большому счету не изменится. В то же время жизнь мастера Слава представляет для науки невероятную ценность. Вы даже не представляете себе, какие перспективы открывает возможность изучения кракена в его естественной среде обитания. Это же прорыв! Получив данные о…

Я отключил слух и стал внимательно изучать лицо мастера Ульфа. Вроде не похож, а с другой стороны, ведь генетика — это продажная девка капитализма, кто больше заплатит, тому она и дает. Иллюзии на нем нет, — а вдруг он сделал себе пластику лица?

— Мастер Ульф, — встрял я в ругань между Дарой и темным профиком, — а вы не знаете такого человека, как Колар эр Килам?

Набравший в грудь воздуха для очередной гневной отповеди Даре профик резко сдулся, а темная начала переводить свой взор то на меня, то на мастера Ульфа.

— Это мой внук… — Мастер Ульф рванул вдруг ставший ему тесным воротник мантии.

— И мой учитель, — улыбнулся я. — Сейчас он живет в моем замке, некоторое время назад женился и уже начал задумываться о детях. Его успехи в области магических изысканий потрясающи. Это плетение, что вы видели, одна из его последних разработок, я…

Амулет общей связи издал три щелчка. Сигнал Эллины «На помощь!», «На помощь!».

— Мастер Ульф, Дара, позже поговорим, моя свита зовет меня на помощь. Нет, мастер Ульф, вы все останетесь здесь. Ты со мной, — ткнул я пальцем в грудь Ругино. — Мои воины недалеко, я чувствую их. Напали на них — значит, напали на меня и вас. Это враги, я их обижу и приведу сюда. Организуйте здесь засаду, — крикнул я уже на бегу.

Что там происходит?! Опять амулет связи прощелкал три раза. Так, зеркала и сфера молчания. Хватит быть новогодней елкой. Волна прокатилась по моему телу, а в тело ударил поток воздуха. Где Эллина и остальные? Бахрома непрерывным потоком разлеталась от меня во все стороны. Вроде туда. Ругино от меня не отстает. Спасибо Кенаре — следуя изгибу коридора, я свернул направо, едва вписавшись в поворот, — когда я гонял ее в дальнем пограничье, научился закидывать это плетение на большую дистанцию, еще один поворот. Активировать и прилепить ловушку к полу, зрители в виде Дары, тварей и особенно Ульфа мне не нужны. То, что профик — дед Колара, еще не повод ему доверять. А пойдут за мной — так чьи это проблемы?

Вот они! Три мага ордена Заката зажали в небольшой зале кучу народа, прикрываемую редкой цепочкой клыкастиков. Эллина умудряется держать одного мага и одновременно ставить щиты разума под атакующие заклинания оставшихся двух. Толпа тварей, руководимых Ольтом, беспрерывно атакует закатников и быстро сокращается в количестве. Кстати, он тоже своими щитами смерти помогает Эллине. Мать, моя скорость перемещения стала обычной. Придется работать по старинке. Ругино перешел в форму тумана и присоединился к родичам. Прыжок перенес меня почти вплотную к спине особо наглого мага-погодника, который беспрерывно атакует клыкастиков. Тесак снес хаму голову, а айдал пробил сердце ублюдка. С почином тебя, Влад. Я едва успел откатиться назад, как выросший на потолке громадный гранитный гриб превратил в кровавый блин еще не успевшее упасть безголовое тело закатника, а пол в мелкую щебенку в радиусе двух метров. Земляк, мать его! Прыжок в сторону. Принцип действия заклинания земляка понятен, а вот нюансы — нет. Пелена огня[36] окружила меня, пламя облепило кокон холода. Маскировке пипец. Еще один прыжок — и я оказался за спинами клыкастиков, рядом с Эллиной и Ольтом: вовремя они свои щиты раздвинули. Съел, огневик? Я убрал сферу молчания.

— Ты их посохом приманил, когда Наина мне послала первый раз сигнал «внимание»? — Я кивнул на тварей, продолжающих атаковать закатников.

— Да. — По лицу Ольта струился пот.

— А почему посохом мертвых не пользуешься сейчас в полном объеме? — Я с подвыванием потянулся. Сверхскорость — штука хорошая, но мои связки и мышцы пока не готовы к таким нагрузкам. Нужно что-то придумать.

— Опасаюсь, Слав, — признался Ольт, — я же им еще ни разу серьезно не работал.

— Поэтому и меня вызвали, дармоеды, все понятно. А теперь слушай меня внимательно, ученик, ученица, тебя это тоже касается. Сейчас вы убьете или загоните этих хамов вон в тот радиальный коридор, из которого я выскочил, в остальные два — ни в коем случае. Я их там задержу, а тем временем вы следуйте дальше, проход за вашими спинами я обрушу. Надеюсь, что подобная ситуация больше не повторится. Не бойтесь работать в полную силу, я вас подстрахую. Как будете готовы, так скажете мне и начнете, лодыри и бездельники!

— Влад, а как ты будешь их страховать, если ты не владеешь щитами массового действия, а только индивидуальными? Мы владеем, но ты нами пользоваться не хочешь!

Зема, все равно я смогу подстраховать ребят, и есть несколько причин игнорирования вас мною. Для начала — у меня мало энергии, я буду работать плетениями Инса Льда. Расход силы будет в пять раз меньше или действие плетения будет в пять раз эффективнее. Вы же потребляете энергию — как песок в пустыне воду. Следующее, теперь идет честная драка, два на два. Два очень сильных магистра против двух повелителей, да-да, Ольт с посохом мертвых сейчас тоже повелитель. А еще больше честности происходящему добавляют пять высших вампиров, которые только и ждут от меня команды «фас». И третье, я учитель или как? Эллина и Ольт не имеют реального боевого опыта, я им вечно буду слюнявчики подносить? Пусть приобретают опыт, пусть становятся уверенными в себе и своих силах. Господи, да Эллина и Ольт вообще могут ликвидировать этих закатников сами, без чьей-то помощи! А знаете, что самое плохое? Они не смогут этого сделать из-за сомнений в собственных силах и искусстве. Все понятно? Да, забыл, у них есть заряженные слезы Тайи, а у меня нет. И забирать эти игрушки я у них не буду. Опять же чтобы они были уверены в себе и не боялись работать на полное магическое истощение.

— Мы готовы, Слав, — крикнула Эллина, и в зале началось представление.

Разумница начала первой — стала бить по эмоциям закатников. Страх, плетение, вызывающее панический ужас, конусом разошлось по залу. Отлично, закатники оказались прямо в его эпицентре. На мгновение их атаки прервались. Это и нужно было Ольту. Его луч слабости поочередно пронзил защиту магов и понизил эффективность их заклинаний на треть — временно, на пару часов, но понизил. Эллина поддержала напарника плетением отчаяния, закатники, вам пора сматываться, коленки-то небось уже дрожат? Вы не можете атаковать уже целых пять секунд. По доспехам Ольта забегали потрескивающие черные искры. Зачем он нацепил на себя доспехи смерти? Твою тещу! Ольт прыжком переместился поближе к закатникам и попытался применить перст смерти! Только безумным прыжком маги сумели избежать немедленного умерщвления и быстро скрылись в радиальном тоннеле. Бегите, там вас уже ждут. Эллина напоследок направила на жертвенное мясо надежду[37] — правильно, этих разумных нужно слегка приободрить.

— Так зачем вы меня звали? — поинтересовался я. — Типа сами справиться не могли? Мои глаза показали мне совершенно другое, ученички. Продолжайте движение, — я протянул Ольту ловушку, — ход за собой заблокируете сами, до ворот больше нет никаких перекрестков. — Едва слышный грохот стер счастливые улыбки с лиц моих учеников. — А мне нужно подранков добить. Незачем им было на мою ловушку столь нагло наступать. До встречи. Ты остаешься с ними. — Я посмотрел на Ругино.

Опять мне бежать, я прям легкоатлет какой-то! Орлы, теперь вы поняли мою задумку? То-то, теория без практики мертва. Особенно без боевой практики. Нельзя мне вечно быть в каждой бочке затычкой. Короля играет свита. Скажи мне, кто твой ученик, — и я скажу, кто ты. Встречают по титулу, а провожают по мастерству, и так далее и тому подобное. Эллина — лучший боевой маг школы Джокер. Нет, это ж надо было мне такое заявить! Ты-то настоящим боевиком станешь только через год, не раньше, и то если будешь постоянно участвовать в моих эскападах и авантюрах, а вот этого я точно не допущу. Хватит с меня Кенары. Так что года два как минимум тебе, Эллина, придется пахать как комбайнеру на уборочной.

Я остановился около того места, где раньше была моя ловушка. Кровь есть, стены прямо забрызганы ею. Ошметки мантий магов тоже есть. Это все хорошо, но почему нет тел? Ладно, поплыли дальше. И вот есть еще такая странность: этот ход ведет прямо к братской могиле свит Нарвиончика и Дилока, перекрестков нет, так почему я не слышу никакого шума? Закатники добрались до засады и сразу сдохли? Сейчас проверим.

Я остановился у входа в зал. Никого живого тут нет, да и мертвецы все знакомые. Куда подевалась Дара со свитой и Ульф? Все страннее и страннее. Их сняли без шума? Может быть. На воле гуляют — по крайней мере, я их трупов не видел, — пять закатников, четыре клирика, несколько торгашей, пятнадцать гостей из Каросы, недобитки из свит Дары, Нарвиона и Дилока. Да и самих лидеров бандформирований мертвыми я не лицезрел.

— Влад, семь закатников, — прошуршал песок, — ты прикончил только одного.

Эти двое здесь, Зема, я чувствую это. Они затаились и ждут возможности для реванша. Как ты думаешь, почему я стою на пороге зала и не захожу внутрь? Они здесь. Что ж, Инс Лед, пора применить то, что ты мне дал. Сырым холодом я больше работать не хочу. Да, я не трачу свою силу, когда работаю только им, да, холод смертоносен, но имеет не слишком большую мощность. Вот это плохо. А вот холод и плетения школы Льда — это совсем другой разговор. Я хочу поработать магией и вторым вариантом «Нор алэр дайра». Хочу проверить свои наработки в танце стали и Льда, а не стали и воздуха с водой, землей и огнем. Да, я потрачу энергию, но мало и с пользой. Жаль, что я не повелитель. Жаль, что я все слезы Тайи потратил на ловушки. Кто ж знал, что здесь будет происходить такое. Я свернул пуховик — пусть он спит и не тянет, случись что, из меня энергию. Ледяной щит[38] окружил меня. Синее, холодное пламя взвилось вокруг моего тела. А теперь поговорим, господа закатники, — я шагнул вперед, — серьезно поговорим. Еще один шаг, еще. Долго я вас буду ждать?

Меня окружило ревущее пламя, прыжок вперед, серьезная огненная буря, а я теперь знаю, где ты. Конус холода вырвался из моих рук. Я обнажил клинки и прыжком перенесся в угол, где огневик пытался вырваться из объятий сковавшего его тело холода. Удар клайдом. Мимо! Я упал на пол и перекатился в сторону. Вовремя. Что-то вроде моего булоба громадных размеров разнесло угол и сделало дополнительный вход-выход в зал. А ведь я не промахнулся: огневик прыжком ушел из-под удара. Я вскочил на ноги и тут же принял на грудь огненную стрелу. А стены здесь твердые, я отлепился от гранита, ледяное копье заставило наглого огневика забыть о своих планах по применению ко мне клинка огня.[39] Отскочил в сторону, гаденыш. Пол под моими ногами внезапно стал болотом, и я провалился в него по колени. Лифт, поздно! Бурая жижа опять стала гранитом.

— Влад, работай мной! — загрохотала лавина.

Зема, уменьшенная копия молота льда, того самого, которым я прикончил на своем турнире Гала, ударила в пол рядом с моими ногами, кроша гранит, корежа мне голени и ступни, если ты ничего не понимаешь — удар сердца — и мои сломанные ноги пришли в норму, — то заткнись и не мешай! Лифт поднял меня в воздух. Подумай, Зема, почему они такие свеженькие после трепки, заданной им Ольтом и Эллиной? Вьюга закружилась вокруг меня, одновременно защищая мое тело и атакуя ледяными стрелами супостатов, заставляя закатников больше уделять внимания защите, а не нападению на доброго самаритянина. Это я себя имею в виду — ледяная буря начала методично засыпать зал осколками магического льда. И моя ловушка тоже не прибавила закатникам здоровья. А что мы так заскучали? Холод скользнул в клинки. Прыжком я подобрался к земляку, а эта сволочь точно таким же прыжком покинула мое общество. На мне теперь всего лишь двойная защита из вьюги и ледяного щита, чего тебе бояться? Я решил составить компанию огневику, но тот тоже отказался, ссылаясь на критические дни. Мало того, эта скотина оставила на месте своего пребывания огненное облако, в которое я сдуру и влетел. Снежная лавина накрыла то место, куда он переместился. Будь проклято это невидимое облако — прыжок в сторону, — которое начинает гореть только тогда, когда в него попадает глупая муха вроде Влада. Меня накрыл голем, хрен тебе в грызло! Моя защита выдержала. Земляк, тебе мало атакующей тебя вьюги и ледяной бури? Так получай морозный шар, аналог огнешара, только на порядок сложнее и самонаводящийся. Я прыгнул к застывшему земляку. Струя пламени, ударившая меня в бок, отшвырнула мою тушку к стене. Сволочь этот огневик, я вскочил на ноги, мне полсекунды всего не хватило! Выбрался из-под лавины ты зря, зря проплавил ее своим щитом огня, а на твои горящие руки, извергающие пламя, мы ответим пальцами мороза.[40] Как тебе холод, принявший форму клина? Не нравится? Прыжок к земляку — к сожалению, тот уже пришел в себя и ускользнул от удара, скотина!

— Влад, заканчивай! Ведешь себя как дурак — убей их, и все. Недоработан тобой второй вариант нор алэр дайра для боя против двух сильных магов. Сам не видишь, что ли?

Зема, согласен. Бур нашел голову поднимающегося на ноги огневика. Что за черт, он ушел от бура?! Я отбросил айдал: мне нужна свободная рука. Прыжок вплотную к огневику — и он опять уходит, хотя я даже еще не выпустил тесак, а в школе огня есть чудесное заклинание ближнего боя клинок огня. Сегодня — прыжок к земляку — меня им уже пытался убить клеврет мастера Дилока, и этот не принимает ближнего боя! Мне все уже давно ясно. Ты попала в третий раз, Дарочка. Зачем ты это сделала — я совершил несколько прыжков, но закатники не принимали ближнего боя, — зачем ты поставила на другую лошадь? Маги ускользали от меня, хотя я тесака так и не выпустил, и делали мне различные гадости. Земляк швырялся камнями, а огневик везде развешивал огнешары замедленного действия. Хорошая штука. Летит к указанной точке — я замер в центре зала, — останавливается там и ждет, когда тот, на кого указывал маг, приблизится к нему, а потом шарик радостно атакует простофилю. Весь зал уже ими завесил, отрыжка саламандры! Классический пат. Я не могу их убить — и они меня тоже. Амулет связи издал сначала один щелчок и через несколько секунд еще пять. Моя свита выбралась на волю из Красных пещер — с моих плеч прямо гора свалилась.

— Влад, тебе нужно бежать отсюда. Делать тебе больше здесь нечего.

Зема, не паникуй, лучше вспомни, что я говорил о том, кто является настоящим магом. Проф, а ведь иногда бывают длительные поединки между фокусниками, ты в это не верил, а зря. Начнем переговоры — благо они тоже прекратили хулиганить и настороженно смотрят на меня. А потом я свалю отсюда, здесь воздух стал слишком сухой, вредно это для здоровья.

— Ребята, вы неплохие маги, — начал я, — давайте договоримся так: вы мне все рассказываете, а я вас за это не убиваю и даже отпускаю. Пойдет?

— Не пойдет, — молвил свое веское слово земляк, — ты почти истощен, и мы…

Две франциски полетели в огневика, прыжок к земляку. Я бросил сеть, не оборачиваясь за спину, она должна появиться прямо над ускользнувшей от метательных топоров и переместившейся в угол отрыжкой саламандры. Земляк тоже прыгнул, но и его любимую точку появления я вычислил, и заранее, в момент перемещения мага еще пара францисок отправилась в полет. Вот и все. Прыжок к пытающемуся вырвать топор с холодом из своего плеча земляку. Удар клайдом в сердце, провернуть клинок, а теперь отрубить голову. А вот второй франциской я промазал. Я подошел к стене и с трудом вытащил из нее топор. Теперь вытащить из тела первый топорик, оттереть его от крови земляка — и еще две франциски, не принятые в качестве подарка огневиком, вынуть из стены. Я посмотрел на пока еще живого огневика. Сеть, опробованная на друидах, стягивала его все туже и туже. Глаза мага медленно закрылись. Готов, отмучился. Я убрал плетения Льда: нечего зря энергию тратить. Со мной пока будет только холод.

Зема, сколько раз мне повторять, что маг — это не только сила и искусство? Это наблюдательность, умение анализировать обстановку и принимать верные решения, это разум, наконец! Дай анализ боя, умное ты создание. Можешь посоветоваться с остальными орлами. А я пока примерю на себя роль пророка. Скоро сюда прибежит Дарочка и начнет рассказывать мне сказки. Это вам намек. Думайте, орлы. Так, а сейчас я проверю свой оставшийся запас энергии, я скользнул в глубь своего сознания. Неплохо, одна четвертая осталась, и это после такого боя, — я ожидал худшего. Я опустошил початый флакон розового тумана. Неплохо я провел два месяца в дальнем пограничье. Надо срочно дорабатывать второй вариант школы абсолютного боя. Моя главная проблема — это относительно малый запас силы, а вот плетения школы Льда и холод сразу переводят меня по запасам энергии, вернее, по способности, точнее, по эффективности, тьфу ты черт, запутался! Короче, используя холод и школу Льда, я в какой-то степени становлюсь повелителем Льда.

— Влад, это Дара, — выдал гениальное умозаключение спикер палаты элементалей. — Только она могла подлечить закатников и снять с них плетения Ольта и Эллины. Самим стихийным магам это сделать не под силу, а естественным путем эти плетения рассеиваются часа за два. Только она могла отправить отсюда мастера Ульфа и свою свиту. Только она могла рассказать закатникам про твой бур и тесак. Дара видела их действие на турнире, когда ты убил темного и тварь. Ты заметил, как огневик уходил от бура?

А то! У него в одном кольце-артефакте был запрятан простенький водяной шар. Юные водяные и русалки обожают при помощи этого заклинания подшучивать над всеми знакомыми. Хотя, на мой взгляд, если в спортлагере намазать ночью зубной пастой личико симпатичной девчонке, то эффект этого действа получается более сильным. Сразу привлечешь к себе ее внимание. Вот там я и научился быстро бегать. Самое главное — легкоатлеток не трогать. Догонят по-любому и устроят темную, а приятели будут только ржать и не подумают прийти на помощь! Как только я пускал бур, мертвец прыгал, кстати, тоже с помощью кольца, оставляя вместо своей головы шарик. Наверняка эти кольца Дарочка сделала для себя и от щедрот поделилась с закатниками. У земляка тоже были такие кольца. А вот и она.

— Слав, ты жив! — Темная рухнула мне на грудь. — Я так боялась за тебя! Так…

Я отключил слух. Зачем мне слушать сказки Венского леса? Дарочка, я погладил волосы темной, как жаль, что я не владею одновременно Жизнью и Смертью. Я бы тебя убил, а потом оживил и вновь убил, и продолжалось бы это действо долго. На двадцать пять «вышек» ты давно заработала.

— Влад, кончай ее и уходи отсюда, — посоветовало мне ревущее пламя, — я сам люблю подраться, но ввязываться сейчас в новую схватку — это слишком!

Орлы, вы все согласны с Огом? Молчите, значит, поддерживаете его точку зрения. Вот вы называете себя охотниками, так какого черта вы мне это предлагаете?! Выучили бы сначала правила и обычаи охотников, а только потом бы мне советовали. Вы заметили, что только Эллина уговаривала меня покинуть Красные пещеры, а Ольт молчал, хотя он лучше девушки знает, что такое темные и твари. Ольт — единственный, кто понимает меня полностью. Вы знаете, что такое долг жизни, а теперь вы поймете, что такое долг смерти. Из-за меня, из-за моей дурости погибло около двухсот людей. Вы думаете, я откупился бесценными для подгорцев эликсирами и посчитал, что мы в расчете? Одна герцогиня тоже думала, что я подарил ей перстень с камнем Ирдиса и больше ничего не должен. Подгорцы вымирают, подгорцы никогда не напомнят мне о моем долге, более того — они даже не знают о нем. Но я-то знаю. И если у меня есть возможность значительно сократить количество темных, то я ее не упущу. Свои долги надо отдавать лично, а не через друзей, знакомых и прочих посредников. Драконы никого не выпустят отсюда, кроме меня, но этим я свой долг не спишу. Второго такого шанса у меня не будет.

— А если бы темные не начали резню между собой? — поинтересовался Зема.

Тогда я бы привел сюда клириков из Длани Создателя и Знающих. Поделился бы с ними правами на кракена, и все. Предупреждаю ваш вопрос. Охотников я бы не стал приглашать. Мои друзья не должны подвергаться опасности из-за моей глупости, и тем более бесплатно. А денег охотники с меня бы не взяли. Все ясно? Так, я щелкнул по амулету связи два раза, потом три и напоследок один раз. Сигналы «опасность», «на помощь» и «внимание», чтобы сразу сдуру не кинулись. Урок для Ольта и Эллины будет продолжен.

— Дарочка, хватит причитать, — я легонько отстранил от себя темную, — пошли в зал для жертвоприношений, и по дороге ты мне расскажешь все новости. Особенно меня интересует отсутствие здесь твоей свиты и мастера Ульфа. Пошли, топай своими ножками.

— Слав, — начала темная, — ты даже не представляешь, что здесь произошло, когда ты меня покинул. Нас нашел один из моих свитских и передал сообщение от мастера Хоринера. Вкратце дело обстоит так: великий мастер убит, его свита разгромлена. В центральном зале Хоринер ведет отчаянный бой с предателями из Каросы и клириками, убившими бывшего великого мастера Нарвиона. Мастер Дилок пропал, последний раз его видели в бою с наемниками из ордена Заката. Остатки его свиты присоединились к Хоринеру, но ему срочно нужна помощь, иначе все они погибнут. Мастер Ульф вызвался возглавить мою свиту и помочь мастеру Хоринеру. Я осталась тут одна и приготовила ловушку для твоих врагов, но они меня обхитрили. Лишили меня магической силы, — Дара продемонстрировала мне изящный обруч противодействия, — но я вырвалась и побежала за помощью, — Дара махнула рукой на десяток тварей, терпеливо стоящих за ее спиной. — Я так за тебя переживала, когда слышала звуки боя! Я бежала изо всех сил. Когда все затихло, я подумала, что тебя убили, и чуть сама не умерла.

— Плохие новости, Дарочка, а теперь давай помолчим: мы приближаемся к центральному залу, а я шума не слышу, там все закончилось, осталось узнать, кто победил.

— Какой у тебя остался запас? — поинтересовалась Дара.

— Четверть общего объема, — абсолютно честно сознался я.

— Мало, — вздохнула Дара, — я уже несколько раз успела убедиться, какой ты великолепный боец. Убить трех закатников из Золотой десятки — многого стоит. Ничего, у меня осталось больше половины резерва.

— Дарочка, молчи, — попросил я.

Орлы, как вам этот лепет? Можете не отвечать — я осторожно стал пробираться ко входу в центральный зал, — вопрос был риторический. Дарочка сильно взволнована и допустила один грубый прокол. Откуда она знает, что я убил трех закатников? Что касается остального, то темная почти умело играла правдой. Испугали тебя сегодняшние события, расслабилась ты на местном укропе. Забыла, что такое схватка насмерть, без толпы телохранителей за тобой и перед тобой. Нарвиончик мертв, это правда, а мастера Дилока действительно видели последний раз в бою с закатниками, только Дара не уточнила, Дилок дрался против них или вместе с ними. И мастер Ульф не вызывался добровольцем: меня одного он бы ни за что не оставил. Кракен и его внук — двойной интерес темного ко мне. Это не магия, определяющая правдивость сказанного, это чистая логика. Что ты с ним сделала, Дарочка, что он действительно согласился стать добровольцем, а это для него совсем не характерно? А бегала ты, Дарочка, на сепаратные переговоры! Что ты выторговала за сохранение своей жизни? Не отвечай, я догадываюсь. А про отчаянный бой Хоринера и присоединение к нему свиты пропавшего без вести Дилока — это частичная правда, но не вся. Хоринер действительно вел бой, я осторожно заглянул внутрь центрального зала, но вот с кем? Тишина как в могиле, и только мертвые с косам… тьфу, с оружием лежат. Кстати, и без оружия тоже. Полегло тут народу и тварей много. О, и обломки алтаря выглядят вполне симпатично на мой непритязательный вкус. Я щелкнул по амулету связи один раз, а через пару секунд — два раза и оттащил Дару за угол.

— Лапочка, — прошептал я, — а почему здесь так активно развлекались после разрушения алтаря? Кому нужны эти обломки? Чего в них ценного, просвети неграмотного меня?

— Слав, из них могут получиться великолепные камни боли, равных которым нет и не было. Навскидку около трех сотен камней, и для превращения обломков в артефакты не нужны специальные знания и умения.

И почему мне всегда так везет на подобные игрушки? Так, холод при мне, ставим ледяной щит — и вперед на баррикады, окруженный синим пламенем герой-самоубийца.

— Иди за мной, но не высовывайся из-за моей спины. Все понятно, Дарочка?

Не дожидаясь ответа темной, я обнажил клинки и зашел в зал. Боже, как все предсказуемо, когда ты имеешь информацию. Ну а чего мы ждем, мастер Дилок, который пропал без вести? Выходите, не стесняйтесь! Я прогулочным шагом направился к обломкам алтаря, тщательно обходя при этом трупы. Надо срочно найти кузнеца. Кольцо жизни восстановило мои голени, лодыжки и ступни, но выправить помятые поножи не догадалось — недоработка, однако. Ха-ха три раза. Началось. Кровавые путы Дарочки стиснули мой щит, прижали его вплотную к моему телу, следом вокруг меня заклубился туман крови,[41] высасывающий магическую энергию из плетений и заклинаний внешнего воздействия на материю. Ну-ну. Будь на моем месте кто-то другой — скорее всего, у тебя все получилось бы, Дарочка. Путы не дают мне двигаться и постепенно ломают мою защиту, а если я буду ее поддерживать, то мне грозит полное магическое истощение. Ха-ха пять раз. Про холод, Дарочка, я как-то забыл тебе сказать. А туман не дает мне убить хоть кого-нибудь из присутствующих в этом зале магией. Выпущу тот же бур — так никуда он не полетит, туман всю силу из него высосет. Недаром у магов школы Крови такое прозвище. Кровососы вы ненасытные! И прыжком я не могу воспользоваться: туманчик ведь смазывает габариты зала, меняет их, короче, самым фатальным образом действует на мое зрение. Я прямо очутился в комнате смеха с кривыми зеркалами. Я расслабился и приготовился получать удовольствие. Вот и зрители начали подтягиваться. На смерть мою полюбоваться — это они так думают, и Дара в том числе. Вот дегенераты! Орлы, все происходящее — это яркий пример того, почему маг должен иметь свои небольшие секреты, неизвестные его врагам и друзьям. И новые разработки не нужно демонстрировать всем первым встречным. Вот я показал не так давно на местном турнире бур и тесак — так сразу для первого плетения разработали эффективный способ защиты, а от второго просто драпали, зная, что я люблю его применять в ближнем бою.

— Доброе утро, мастер Слав, — поздоровался со мной мастер-потеряшка Дилок.

Боже, ну у него и рожа! Его голова приобрела благодаря туману грушеобразную форму. Итак, что мы имеем? А имеем мы Дилока, Дарочку, еще четверых темных, и один из них колдун, его нужно гасить в первую очередь, а также пару десятков тварей, двух закатников — у меня дежавю, — двух клириков и Хоринера. Как же без него? Ну и компания здесь собралась, и все нехорошо смотрят на безопасного меня. Чего я им такого сделал?!

— Вы грубиян, мастер Слав, я с вами поздоровался, а вы мне не ответили, где ваше во…

— О моем воспитании вам лучше помолчать, я с покойниками не разговариваю.

— А вы шутник, мастер Слав, — рассмеялся Дилок. — Приятно было иметь с вами дело.

— Не очень, — буркнула Дара, — он в одиночку убил Тирола, Хольта и Некина.

Закатники как-то нехорошо стали посматривать на меня. А один из них особенно нехорошо. Это с ним я сцепился при первой же встрече. Сколько у меня энергии? Ого, почти треть запаса. Пора работать, как там проф говорил: холод — это не совсем магия, — а я почему-то ему верю. А почему — сам не знаю. Холод волной хлынул из меня, за мгновения сформировался в клин и ударил Дару в голову. Кувырнувшись в воздухе, темная впечаталась в стенку. Кокон холода расширился и заморозил кровавые путы вместе с туманом крови. Удар кулаком — и только льдинки посыпались на пол. Прыжок, клайд в сердце — и айдалом по шее ошеломленного происходящим мастера Дилока. Я сжал амулет связи, прыжок в сторону, три щелчка: «На помощь!» Удар в спину тараном воздуха[42] отшвырнул меня к стене. Спасибо, родной. С трудом поднимающаяся на ноги Дарочка прямо сама насадилась сердцем на айдал, перехват клайда обратным хватом, режущий удар — и голова темной покинула место постоянной дислокации. Прыжок вперед, а там, где я только что стоял, возник миниатюрный вулкан. Пять серых теней молниеносно пронеслись по залу, атакуя живых темных, судорожно пытающихся взять их под контроль, и закатников, слишком занятых приведением меня в мертвое состояние. Возникший в проеме Ольт стал обращать тварей в прах — этого плетения я не знаю. Прыжок вперед, к клирикам, окутавшим себя искрящимся сиянием. Что за черт?! Это же не чистая сила Создателя! Вой немногочисленных оставшихся в живых или псевдоживых темных и тварей, отворачивающихся от сияния. Что-то вроде молота, созданного из энергии Создателя, ударило меня в грудь. Что здесь происходит?! Перекувырнувшись пару раз в воздухе, я грохнулся о пол и опять прыжком попробовал познакомиться с клириками поближе. Не получилось — я вновь с небольшим трудом встал на ноги. Все темные мертвы, твари второй раз мертвы и рассыпаются в прах. Вампиры скорчились в позах эмбрионов. На ногах только я и мой некрофил да пара святош, которые уже успели нацепить на себя что-то вроде магических доспехов. Бред!

— Ольт, атакуй!

Я переместился прыжком за спину клириков, судорожно уклоняющихся от сумасшедшего ливня атак некрофила. Попал, Ольт попал перстом смерти в одного клирика. Работать! Окутанный холодом, я проломил свечение непонятного мне варианта силы Создателя. Удар клайдом в сердце, удар айдалом по горлу. Следующий, почему-то еще живой после перста смерти. Ольт лежит на полу, весь залитый кровью. СУКА! Проломить свечение и ударить не успевшего повернуться ко мне лицом клирика в спину, под лопатку, ударить в сердце и контрольный по шее. Все.

Я метнулся к Ольту, разжал кинжалом зубы ученика и стал судорожно вливать в него эликсир жизни. Отбросить пустой флакон. Так, а теперь иноином обработать все места сквозь одежду и кольчугу на его теле, откуда сочится кровь. Позже будем разбираться, серьезная там рана или царапина. Тело Ольта изогнулось и расслабилось. Умер?! Нет, мой любимый некрофил открыл глаза.

— Как мы их, учитель, — прошептал он, — как мы их классно сделали! — Ольт с трудом сел. — Если бы кто-то раньше мне сказал о…

— Молчи, — прервал я его, — позже все обсудим и проведем анализ боя. Отдыхай, повелитель Мертвых. Отныне посох твой, заслужил.

— Спасибо, учитель. — Ольт вновь прилег на такой мягкий для него каменный пол. — А как же Дуняша, ты ведь ей хотел его подарить?

— Когда она овладеет искусством, он ей будет все равно не нужен, да и дарить ей его сейчас — значит испортить ученицу халявой. Зачем ей напрягать мозги учебой, если есть эта игрушка? А подарить сестренке на день рождения я и так найду что. Не сомневайся.

— Босс, — я поднял голову и обнаружил окруживших нас клыкастиков, — не хочу тебя отвлекать, но мастер Хоринер ушел. Я не смог его остановить: клирики помешали.

— Куда, Ровер, куда?!

— Третий тоннель, нам туда ход закрыт: слишком много там силы Проклятого, наши защитные амулеты могут не выдержать.

— А где Наина? Почему она не с вами?

— Ранена, — замялся Ровер, — но ничего серьезного, через час будет в порядке, клык даю!

— Хорошо, темным займусь я сам. — Запрокинув голову, я выпил половину содержимого последнего флакона с розовым туманом. — Слушайте. Я думаю, что все оставшиеся в живых темные и твари Красных пещер были тут, присутствовали на моей казни, так сказать. Но на всякий случай прочешите все коридоры, залы и так далее. Один остается с Ольтом, а остальные четверо разбиваются на две пары. Мертвым адептам Проклятого, несмотря на повреждения, протыкать сердца и отрубать головы. Только зомби здесь не хватает. Забыл, обыщите все помещения насчет добычи. Брать только золото, камушки, украшения или что-то очень интересное. Делить все будем в соответствии с Кодексом наемника. Выполнять.

— С радостью, — осклабился Ровер, — это самый приятный приказ, что я от тебя слышал за последнее время, родич. Все перевернем вверх дном, на золото и камни у нас нюх.

Вампиры выбросили что-то вроде «камень, ножницы, бумага», и погрустневший Рикт стал бродить по залу, отсекая адептам Проклятого головы и протыкая сердца. Да, клыкастики полностью переняли мои дурные охотничьи привычки, я поднялся на ноги. А если добыча будет пованивать чернотой, так епископ-малолетка зачем в графстве находится? Пора, я перезалил всю свою сталь холодом. Треть резерва энергии есть. Прорвемся. Посмотрев на уснувшего Ольта, я направился к тоннелю. Передо мной лежала на полу голова Дары, я перешагнул через нее. Что, не ожидала моей атаки холодом, думала, я буду внимательно слушать ваши злодейские речи перед собственной смертью? Здесь не съемочная площадка, Дарочка, а что касается остального, леди, то я ведь вам открытым текстом сказал, что я не бросаю своих друзей, и они меня никогда не бросят. Ты не поняла: не вписывалась такая жизненная позиция в твою темную философию.

Я нацепил на себя сферу молчания и вошел в тоннель. Ровер прав. Здесь концентрация силы Проклятого почти на порядок выше, чем в остальных местах Красных пещер. Почему? Мастер Ульф постарался? Его тела среди трупов я не видел. Тут прямо как на двенадцатом уровне погани, чувствуешь себя на редкость мерзко и неуютно. Итак, чьих тел я не видел? Ульфа, Хоринера, Дивигора и пары его подручных. Да я много тел не видел, но сомневаюсь, чтобы победители были на таком расслабоне во время лицезрения моей тушки, если бы не были уверены в физической ликвидации всех своих противников. Блин! Отвык я от подобных ощущений, в погань мне нужно на стажировку, а то так можно и квалификацию потерять. А это… Стоп. Я присел около тела, покрытого черной дымкой. Вру, трех тел, и глаза мои отвыкли от подобной концентрации силы Темного. Троих можно смело вычеркнуть из списка условно живых. Допрыгался, Дивигорчик, допрыгался. И сделали из тебя, красивый ты мой, и из твоих помощников конденсатор энергии Проклятого. Поэтому здесь и находится столько силы Падшего. Ну что ты глазками сверкаешь и ротик разеваешь. Умереть хочешь? Прекрасно тебя понимаю, сам ты покончить с собой не можешь. Руки и ноги перебиты, живот вспорот, и из него торчит симпатичный жезл. И терпеть тебе адские муки не один день, пока плоть твоя не сгниет полностью. А ты все будешь чувствовать, все ощущать. Поделом тебе. Такое можно сделать только с адептом Проклятого или, по крайней мере, с сочувствующим темному делу. Норк много мне рассказал интересного. Такой способ умерщвления применяется крайне редко. Никакой реальной пользы он не приносит темным прагматикам, наоборот — энергия расходуется бездарно. То ли дело загнать разумного на алтарь — помучается жертва хорошо, и энергии прибавится для нужных дел. А вот так темные просто мстят, жутко мстят своим обидчикам, кровным врагам и так далее.

Я встал и пошел дальше. Стоп, что это со мной? Я стал слишком равнодушным, не пойдет, да и коридор нужно сделать доступным для клыкастиков. Я достал клайд и вернулся к телам: три удара мечом, еще три удара. Минут через сорок концентрация силы Падшего здесь станет неопасной для моих вампиров. Пробиты сердца, и отрублены головы, покойтесь с миром. Я вам уже не судья. Там вы будете отчет держать. Надо идти дальше, тем более что осталось недалеко. Так кто устроил всю эту заварушку, Ульф или Хоринер? Профика я сначала вычеркнул из списка, но отсутствие его тела навевает дурные предчувствия. Так Ульф или Хоринер?

Повернуть налево — там вроде слышатся голоса, еще метров двадцать. Смотреть внимательно, не хватало еще в ловушку попасть. А вообще плохо, что я убил клириков. А что делать, если они связались с дурной компанией и пытались убить моих друзей? Смотреть на это? Про себя я не говорю, после того как я потемнел, может быть, я и заслуживаю смерти — маловероятно, но кто его знает? Вернее, знает Создатель и отец Анер. Нужно епископа навестить — пусть он посмотрит, что со мной происходит. Конечно, отец Анер меня на костер не отправит, я хмыкнул, он сам кому хочешь из церковной братвы порекомендует в самых лестных выражениях погреть косточки над пламенем за подобный намек в мою сторону. Но разобраться мне в себе поможет. Так, собраться, хватит ныть!

По привычке я с разбегу пнул дубовую дверь. Странно: не заперто. Гость в дом — так хозяину радость, большая радость, особенно этому организму. Так вольготно сидит в кресле и с усмешкой смотрит на меня. Имеет туза в рукаве? Да мне все фиолетово, слишком я устал за эту ночь и утро.

— Здравствуйте, мастер Хоринер. Что ж вы так быстро покинули мое общество и компанию моих друзей? Какой же после этого вы гостеприимный хозяин? Непорядок.

— Я не понимаю, что вы говорите, мастер Слав. Что это за язык? О таком я даже не сл…

— Да слышали вы все, мастер Хоринер, — я пинком отбросил кресло, стоящее перед столом, за которым восседал опоссум, взял из угла другое и присел первый раз за несколько часов, — язык называется русским, и он является для вас родным. Неужели я неправ? А как вас зовут по-настоящему? Вот меня — Владислав Истрин. Видите, как я с вами откровенен!

Молчание и слабая улыбка, блуждающая по губам темного. Что-то тут не то, а чего я хотел? Бахрома не показывает ничего подозрительного. Будем действовать наугад, полагаясь на свой копчик и логику. Айдал покинул ножны, короткий полет, клинок пробил портьеру, висевшую слева от меня, и по рукоять погрузился во что-то мягкое.

— Ай-яй-яй, — покачал я головой, — я к вам со всей душой, а вы ко мне пятой точкой, а…

Я осекся: мастер Хоринер все так же продолжал улыбаться, но черты его лица стали мелко подрагивать. Лифт поднял меня к потолку, кресло, в котором я сидел, разлетелось на мелкие кусочки под ударом водяной плети, наполненной невероятным количеством энергии. Ледяное копье легко разворотило грудь лже-Хоринера, кресло и пол. Он всю свою силу влил в атаку, не заботясь о защите?! Я метнулся к портьере и сорвал ее. На ковер упал настоящий мастер Хоринер. Только клинок, соединивший его с бархатом в одно целое, держал темного на ногах. Он полностью пуст. Вот почему бахрома его не обнаружила. А кто сидел за столом? Я повернулся, пара шагов вперед. Мастер Ульф, вам-то зачем было на меня нападать? То жизнь хотели мне спасти, то ликвидировать задумали. Блин, да у меня отсечена по локоть левая рука, и кираса пробита! Холод, ты — отличный анестезиолог, я даже ничего не почувствовал. Быстро обработать культяпку и рану иноином. Ульф открыл глаза. Крепкий дедок, другой бы уже ласты склеил.

— Слав, — с трудом прошептал Ульф, — это все Дариана. Я был слишком взвинчен, я нервничал и волновался за тебя, когда ты ушел. Она сумела подчинить мой разум, я слишком поздно это заметил. Не говори моему внуку о моей смерти. Для него я уже давно мертв. Не скажешь?

— Нет. Почему вы здесь оказались?

— Клирики: я зашел в своих исследованиях слишком далеко, так они посчитали… — Ульф закашлялся, из его рта полилась кровь. — Я не стал дожидаться костра, я…

Темный прервался, его глаза стали закрываться, дыхание остановилось.

— Мастер Ульф, — я склонился к уху дедка, — кракена изучит ваш внук, кровью своей клянусь в этом. Колар — талант, он гений, он сможет это сделать. Он весь в вас.

Я не знаю, услышал он меня или нет, надеюсь, что услышал. Неприятно у меня на душе, я встал с колен. Я ведь мог продлить ему жизнь на день или на два, эликсиры у меня еще остались, — а дальше что? А ничего: кем бы он ни был профу, Ульф — темный. Везде его ждет костер, а не маг Жизни. Фанатизм никогда до добра не доводит. Нужно знать, когда следует вовремя остановиться. Я подошел к Хоринеру и пинком перевернул его на спину: вытащить клинок, очистить от крови — и в ножны.

— Так это ты все затеял? — поинтересовался я у темного. — А зачем? Хотел стать здесь первым, а не третьим лицом? Скажи свое настоящее имя, земеля, я ведь представился.

— Жаль, что ты не представился как положено, — прохрипел по-русски Хоринер, прижимая руки к животу, — жаль, что ты не сдох! Жаль, что я пуст! Я всех вас ненавижу!!!

— Кого именно? — поинтересовался я. — Представлюсь тебе своими двумя довольно известными именами, все равно ты скоро сдохнешь. Меня называют Влад Молния в Белгоре и Далв Шутник в поселках рейнджеров.

Молчание. Молчание. Молчание было нарушено истеричным смешком темного. Тело его содрогалось, а из горла вырывались булькающие звуки. Наконец он расхохотался по-настоящему. Темный просто бился в истерике, не обращая внимания на хлынувшую кровь.

— Я слышал о тебе, — успокоившись, через пару минут произнес Хоринер. — Отлично работаешь на благо матери-церкви, земеля. Меня зовут Сергей Хореев. Попал на Арланд двадцать восемь лет назад. В прошлой жизни был важняком, следователем по особо важным делам. Садись рядом со мной, братишка, нам нужно о многом поговорить.

— Не о чем мне с тобой разговаривать. — Я вытащил клайд. — Падшему передавай привет от меня. Уверяю тебя — ты будешь не первым и не сотым моим приветопередатчиком.

— Не торопись. Я тебе еще не сказал, кем я здесь стал. Очнулся я в гнилом пятне, десять лет провел в монастыре ордена Ирдиса, а потом получил мантию Пса Господа.

Меч выпал из моей руки.

— А хорошо я организовал это небольшое побоище между темными? Оставь в покое сумку с эликсирами. Я должен умереть, я нахожусь в Красных пещерах уже пятнадцать лет, братишка, и много греха взял на свою душу к вящей славе Его. Я сам стал темным мерзавцем и ненавижу себя. Поговори со мной, нам нужно поговорить.

— Босс, — в комнату зашел Ровер, — мы все прошерстили, ни одного живого темного нет, нет и ни одной псевдоживой твари. Мы взяли отличную добычу. Босс, ты ранен?!

— Ерунда, за сколько времени отрастет? — Я показал культяпку Роверу.

— Недели за три, не раньше, — авторитетно заявил вампир. — Босс, великолепная работа. Мы гордимся тобой, родич, весь клан Скалы будет гордиться тобой, Слав.

— Да, да, — пробормотал я, вставая на ноги, — работу я сделал отличную. — Я посмотрел на два мертвых тела. — Прибери здесь. Потом все сожги, и мою руку тоже. Броню и артефакт я с нее уже снял.

Я вышел из комнаты под лязг вынимаемого из ножен меча Ровера. Отличную я провернул акцию, я немного усмехнулся. Ведь я провел, кто же еще?! КТО ЖЕ ЕЩЕ?!! Мне даже не хреново — я равнодушен, и только легкая грусть временами сжимает сердце. Эх, Серега…

Глава 13 Последствия бега

Я медленно шел по коридору, концентрация силы Проклятого уже достигла более или менее нормальной величины для первого уровня периферийного комплекса погани. Эх, Серега-Серега, и дернул же тебя черт за фаберже изображать из себя героя! На Земле подвигов не хватало? Юный Пес Господа решил всем показать свою крутизну, внедриться в банду под прикрытием, Шарапов недоделанный, и взять всех с поличным. Ага, взял, все пошло наперекосяк, и тогда еще мастера магии Хоринера темные из каросской ложи Стремящихся во Тьму эвакуировали в герцогство. Не хотели они терять столь ценного сотрудника. Отказаться от столь любезного предложения Сергей не мог. Сразу бы возникли подозрения, да и хотелось самому ему узнать, где находится секретное убежище темных, о котором никому и ничего толком точно не известно. Так, ходит пара неясных слухов, и все.

— Серег, мне что-то не нравится в твоей истории, ты здесь находишься уже пятнадцать лет. Пятнадцать лет Псы Господа знают об этом гнойнике — и ничего не предприняли? Не вешай мне лапшу на уши! Я общался с инквизиторами, знатоками, ирдисовцами и дланцами, им только намекни на наличие засвеченного логова темных — мигом прискачут на тех же грифонах. Айнген Первый, король Каросы, сам повизгивая от нетерпения, оседлал бы этих зверей для клириков и молил Создателя, чтобы для него вся эта история хорошо закончилась.

— Никто ничего не знал, кроме меня, — буркнул Сергей, — и связи я не имел. По дурости попал как кур в ощип. Мне полагалось двадцать пять лет полного карантина — это я уже узнал только здесь. Первое время я был здесь младшим помощником старшего ассенизатора, фигурально выражаясь. К серьезным делам вроде жертвоприношений и обрядов подтверждения верности меня не подпускали. Для местных долгожителей я был никто, и звали меня никак. Это меня и спасло — я привык к происходящему вокруг меня, я зачерствел душой, и когда пришло мое время для подтверждения верности Проклятому, я справился. Глупо было мне умирать, так ничего и не сделав, а мясо все равно бы погибло. Я ждал своего шанса отомстить, уничтожить всех адептов Падшего, и дождался его. Я делал все, чтобы возвыситься среди местных уродов, я сделал головокружительную темную карьеру — и четыре года назад получил возможность влиять на события, управлять ими. Дара оценила мои таланты на ниве сыска и сделала своим заместителем.

— Подожди, обряд верности — в чем он заключается? Про такой я что-то не слышал…

— Ты должен доказать свою лояльность и верность Проклятому, принеся ему жертву. Этот обряд похож на обычное жертвоприношение, но есть свои нюансы.

— Так бы сразу и сказал, — расслабился я. — На Баросе он называется принятием покровительства Падшего. Там последний золотарь, работающий на темных и временами посещающий их замки, должен пройти через этот обряд, а о слугах и служанках я вообще молчу. Не хочешь — так сам пойдешь на алтарь.

— Так то Барос, — усмехнулся Сергей, — жертвенного мяса у них много, а у нас строжайшая экономия была. В неурожайные на мясо годы вообще трудно приходилось.

— У нас? — поинтересовался я. — У нас? — Я повторил свои слова.

— У нас, — печально улыбнулся Сергей. — Я давно уже не отделяю себя от остальных обитателей Красных пещер. Ты думаешь, такое столпотворение мяса и гостей здесь было постоянно? Как же, два или три раза в год прилетали несколько грифонов и привозили обреченных на заклание, вместе с беглецами из Каросы. Нарвион и гроссмейстер Матиан были очень осторожны. Ничто не должно было помешать проведению ритуала, к которому они готовились не один десяток лет. Кстати, благодарю тебя: если бы не ты, у меня ничего бы не получилось. Я сыграл тебя втемную, Влад.

— Подожди, — я протянул Сергею эликсир жизни, — у нас есть еще час, прежде чем мои свитские смогут нарушить наш интим, прежде чем сила Проклятого большей частью рассеется в этом коридоре, — раньше умирать тебе смысла нет. Глотай.

— А ты не будешь меня отговаривать от смерти? А то ведь этот процесс начинается с малого. Сначала эликсир жизни, потом иноин, а совсем потом — жизнюк…

— А смысл? Это твое решение, и я его прекрасно понимаю. Ты никогда не будешь считать темных своими, а для своих ты давно стал темным, стал врагом. Все верно?

— Да, я давно стал темным. После моего подтверждения верности Проклятому мосты были сожжены. Так вот, ты мне очень помог, Влад, так что славу по этому делу будем делить пополам, — усмехнулся Серега. — На вторые сутки твоего пребывания здесь, вечером, я попросил Нарвиона, Дару и Дилока собраться и выслушать меня. Я просто задал им несколько вопросов. Кем может быть человек, который абсолютно равнодушно относится к мельтешению около себя тварей? Человек, который полностью невозмутим во время жертвоприношения и не контролирует при этом свой разум? Кем может быть человек, мастер магии по силе и искусству, мастер-мечник, который досконально знает тактику боя рыцарей тьмы и легко справляется с колдуном, равным по силе повелителю? Кем может быть человек, который явно привык общаться с адептами Падшего? Для него это абсолютно нормально и естественно. Кем может быть человек, привыкший к черноте, но не принимающий ее, отвергающий Проклятого и не служащий Создателю? Человек, обладающий артефактом невероятной ценности, — кем он может быть? Первая догадалась, куда я клоню, Дара: несмотря ни на что, ума ей было не занимать. Тогда и прозвучали первый раз слова, что ты являешься эмиссаром Крия Баросского. Ты бы видел, Влад, что там началось! Нарвион стал еще бледнее, чем обычно, хотя я не думал, что это возможно, Дара заметалась по комнате, а Дилок…

— Слав, очнись. Ты уже минут пять рассматриваешь эту стенку, нашел что-то интересное? Тогда покажи мне, я тоже хочу посмотреть. Нельзя быть таким эгоистом!

— А в морду? — Я хмуро посмотрел на жизнерадостного Ольта, внимательно осматривающего свое тело. — Ты зачем мне и клыкастикам демонстрируешь свой щуплый торс? Соблазнить думаешь?

— Да ну тебя, — отмахнулся некрофил, — все на деле не так страшно, как казалось на первый взгляд. Все раны поверхностные, я только крови много потерял, и все.

— Значит, ты уже здоров. — Зловещая улыбка осветила мое лицо. — Тогда найди пару мешков и собери в них все до одного обломки алтаря, потом загрузи это богатство в мой мешок путника. Все ясно?

— Слав, — замялся Ольт, — я только сейчас понял, что несколько ран были опасны и глубоки. Мне срочно нужна помощь мага Жизни. Ведь сам знаешь, что иноин и эликсир…

— Ща будет тебе эликсир жизни, — прервал я Ольта и повернулся к нему невидимым им до сих пор левым боком. — Ща тебе все будет — халявщик ты, а не ученик.

— Слав, тебя сильно?! Тебе срочно нужно к этим подгорцам!

— А про драконов ты забыл? Наверняка они до сих пор сидят у ворот. И проследить за мной могут в целях моей же безопасности, а как они удивятся, когда я вернусь из короткой командировки по герцогству огурчиком, с целыми конечностями! Их реакции на мое тесное общение с предателями, как они считают, я предсказать не берусь. Они не люди, они даже не разумные в каком-то смысле! Их логику невозможно просчитать. Я даже Арну до конца не могу понять, хотя она только наполовину зверь, а ты мне советуешь драконов дразнить.

— Но ведь Арна…

— Арна — полузверь, и ее реакция на все происходящее вокруг нее во многом зависит от второй ипостаси. Как ты думаешь, кто придумал такую занимательную шутку волчиц с мужчинами? Как ты думаешь, чем ее привлек я? Да тем, что мне разум говорил, что я общаюсь с невероятно опасным и жестоким существом, но глаза, руки и кое-что еще утверждали обратное. Я вел себя с ней как с обычной девушкой человеческого рода, это ее заинтересовало, это было непривычно для нее, а потом пошло и поехало по накатанной колее. От добра добра не ищут, и так далее. Я просто приручил к себе Арну. Но если кто-то другой станет с ней вести себя так же, как я, — мне будет жаль этого безумца. Не совершай ошибки, не считай зверей и полузверей людьми, даже если они разумны, владеют магией и могут разговаривать. Никогда не применяй к ним человеческой логики, ученик. Следующее: на свежем воздухе, если ты или Наина захотите обратиться ко мне по имени, по любому моему имени, то пользуйтесь только зовом. Передай это ученице, а теперь выполняй мое распоряжение по обломкам. Бегом!

— Рикт, — послал я зов родичу, хлопотавшему над все еще сносимой вампирами в центральный зал добычей, — всем клыкастикам передай, что общаться со мной вне Красных пещер можно только на тех же условиях, что я озвучил Ольту. Свои шлемы не снимайте ни за что. Вести себя на воле как обычные мужчины человеческого рода. Закончите здесь, отсортируете добычу — направляйтесь в северный сектор, верхний уровень, третий коридор до конца. Там находится часть бывшей казны герцогов эл Тария, припрятанная на случай мятежа. Последнему официальному правителю она не понадобилась. Нарвиончик, конечно, сильно ее подоил, пока не наладил взаимовыгодный бизнес с темными из Каросы, но тысяч на двадцать — тридцать желтяков можно рассчитывать. Все понял?

Рикт радостно закивал. Еще бы. Я направился в зал с темным пламенем, мечта о золотых каретах и пяти, нет, уже десяти клыкастых наложницах постепенно из фантазии становилась явью для моих бойцов.

— Забыл, — я остановился у выхода из зала, — про то, что я в какой-то степени стал вампиром, никому ни слова.

— Слав, эта информация касается только наших родичей из клана Скалы — и никого больше! — обиженно ответил Рикт на мой зов.

Я пошел дальше. А насчет Нарвиончика я ошибался — он был хорошим бизнесменом. Бабло стриг за предоставление убежища и частичное обучение старым знаниям, за оказание консультаций гостям, помощь в первичной инициации тем же гостям, не путать с беглецами, и, как вершина коммерческой деятельности, возможность перекачки части силы Проклятого из алтаря в различные темные амулеты и артефакты. Я ошибался — это темные из Каросы платили деньги местному владыке, а не наоборот. В Каросе, да и не только в ней, во всем цивилизованном мире нет ни у кого подобной игрушки — мигом клирики такой сильный запах черноты учуют. В погань к ее хозяевам идти боязно, стража и охотники на дорогах лютуют, особенно в последнее время, а к Крию Баросскому — стремно. Ведь кланяться придется в ножки этому наглому выскочке и хаму совершенно неблагородного происхождения! А мы — аристократы, голубая кровь в надцатом поколении, имеем собственную гордость!

Я остановился перед пламенем и протянул вперед руку.

— А почему я не умер в темном пламени после твоей провокации?

— А ты и не должен был умереть, — усмехнулся Серега. — Тогда мне твоя смерть была не нужна. Я хотел подтолкнуть тебя к активным действиям. Я считал, что ты хоть и опоен настойками Дары, но инстинкт самосохранения и жажда мести эмиссара Крия, а я действительно считал тебя таковым, должны были заставить непонятную и опасную личность взбаламутить воду в этом болоте. Я ошибся: ты ничего не стал предпринимать, и это оказалось даже к лучшему. Дара, Нарвион и Дилок еще больше забеспокоились и требовали от меня принять все меры к розыску убийцы. Они тебя боялись, боялись той личности, которая стояла за твоей спиной. Логика простая: Крий посылает свое доверенное лицо, обвешанное редчайшими артефактами, которое непонятно каким образом проникает в герцогство. Вернее, понятно — индивидуальный портал, — но кто тебе дал точку выхода? Убить тебя — а что делать дальше? Ведь наверняка Крий сделает правильные выводы, и следующими гостями будет его команда зачистки, о которой ходят жуткие слухи. Я дезактивировал темное пламя и сделал это очень просто. Все дело в диалектике, в единстве и борьбе противоположностей. Темный артефакт теряет свои свойства рядом с белым, и наоборот. Внешне пламя было таким же, но никого убить оно уже не могло.

— Какой же мощности должен быть светлый артефакт, чтобы нейтрализовать эту гадость?

— Не загружайся, Влад, это обычный флакон из небьющегося стекла с обычной кровью Создателя. Влад, челюсть подбери. Герцогство было одним из мест битвы Его с Падшим. Много столетий назад кровь Создателя не была такой редкостью. Ею вычищали проклятые земли, ею лечили проклятия, да много чего можно было сделать с помощью крови Его. Шло время, и ее становилось все меньше и меньше. Мне известно только о двух местах, где она все еще есть в небольших количествах, кроме как в Красных пещерах. Это резиденция Наместника Создателя и дворец императора Дикого острова. Как ты думаешь, почему остров фактически прервал отношения с остальными разумными Арланда, и особенно с Сатумом? Давила на них мать-церковь и тогдашний Наместник Создателя. Пытались убедить императора, что эта кровь ему совершенно не нужна. Отлучить грозились от церкви, анафеме предать, храмы закрыть и так далее. Вот тогдашний император обиделся и объявил об изоляции.

Наместник Создателя попытался давить по религиозным вопросам: рукоположение священников, епископов и так далее, — а император в ответ создал нечто вроде англиканской церкви. Владыка Дикого острова тогда вообще пришел в ярость. С одной стороны, темные из новых рас беспокоят, а с другой — давят те, кто по идее должен помогать. Отлучили императора от церкви, предали анафеме, а ему от этого не холодно и не жарко. Вот ради этой крови Создателя и прибыли сюда опальные клирики. Фанатики, им бы жечь да жечь. Псы Господа — не ангелы, братишка, но среди моих бывших братьев нет ни одного разумного, который убьет или отправит на костер существо, не замазанное чернотой или связями с темными. Инквизиторы жаждали получить кровь Его, чтобы, опираясь на нее, вернуться на свои прежние места, очистить орден Слуг Создателя от соглашателей и ренегатов, пришедших им на смену. Они хотели пронести пламя веры с помощью крови Создателя по всему Сатуму. Я рад, что они сдохли, — только полыхающих по всему материку костров не хватало для усиления любви разумных к Создателю и Творцу. В любом случае я бы им кровь не отдал, хотя сам организовал их прибытие сюда. Я планировал их ликвидировать будущей ночью, и у меня это получилось бы.

— Согласен, — усмехнулся я, — вас же и натаскивают на ликвидацию замазанных гнилью или чернотой клириков. Поэтому вашу организацию несколько столетий назад и распустили. Серег, а скажи мне: Нарвиончик не проверял наличие столь ценного предмета на складе диковинных вещей?

— Он даже не мог подойти к флакону ближе, чем на несколько десятков метров. Дара с громадным трудом, терзаемая невероятной болью, могла приблизиться и взять его в руки на несколько секунд. Правда, потом ей пришлось бы несколько месяцев лечиться. Чем больше черноты в разумном, тем опаснее ему приближаться к крови Его. Флакон был передан два года назад под мою опеку — это было для меня наказанием за пьяную браваду и насмешки в адрес прибывших гостей из Каросы. Дара прыгала от счастья и сердечно благодарила самого доброго на свете великого мастера Нарвиона. Я готовился к резне не один год.

— А зачем вообще Нарвиончику нужна кровь Создателя? Зачем он ее собрал?

— А ты видел хоть раз, что происходит с адептом Проклятого, если на его кожу попадет капля крови Создателя. Не видел? Так я и не советую. То, что я сделал с Дивигором, с этим торгашом и двумя его подручными, милосердие по сравнению с казнью темного кровью Его.

— Жестоко, даже слишком жестоко, а я думал, что Создатель не чужд милосердия.

— Дело не в Создателе. Законы Мира такие. Если в море бросить горящую ветку, оно будет виновато в том, что пламя погаснет? Первые столетия власть Нарвиона была слаба. Он был только первым среди равных. А в Красных пещерах было в несколько раз больше живых адептов Проклятого. Выводы делай сам.

— А если посреди океана, — медленно начал я, — вдруг возникнет громадный вулкан?

— Братишка, ты правильно все понял. До Смуты очертания и рельеф Сатума и Ритума были другими. Псам Господа многое позволено изучать: мы должны знать все ловушки, в которые Падший и его слуги стремятся заманить верных сыновей и дочерей Создателя. Особенно ценной добычей для темных является душа клирика.

— Так ты попадешь к Проклятому — ведь на тебе столько подвигов висит, и лояльность свою ты ему подтвердил.

— Нет, — улыбнулся Сергей. — Моя душа изначально отдана Создателю. Души всех Псов Господа отданы Ему. И судить меня будут, учитывая мои намерения и цель, учитывая то, что я сделал. Так что ждет меня десяток-другой тысяч лет чистилища, не больше.

— Ты — фанатик, Серег, ты ничуть не лучше опальных инквизиторов. Скольких ты принес в жертву ради такой возвышенной и великой цели?

— Пятьдесят три лично и восемьдесят семь по моему приказу, — глухо ответил он. — Я помню каждого, я помню их лица, их боль и их ненависть. Я…

— Как ты все устроил? — сбил я с темы самокопания Серегу. — Подробности мне не нужны, расскажи в общих чертах.

— Относительно просто, если не учесть времени, затраченного на подготовку. Нарвион мне верил как помощнику Дарианы, Дилок уважал, гроссмейстер Матиан вообще считал меня своей креатурой — именно он отправил меня сюда. Спас от клириков весьма многообещающего адепта своей ложи. Я подкинул информацию великому мастеру о планируемом захвате контроля над вызванными демонами, абсолютно правдивую, Влад. Я сам вместе с Дилоком, опасающимся столь стремительного роста могущества Нарвиона, разрабатывал операцию. Она должна была начаться с ликвидации группы верных великому мастеру темных. Матиану я сообщил, что Дара, взяв власть в свои руки, после ритуала перестанет считаться с его мнением, а наличие под ее рукой почти неуязвимых демонов вообще позволит ей разговаривать с позиции силы практически со всеми, она ненадежная союзница, и также показал доказательства этого. Дариане предоставлял в течение длительного времени факты, указывающие на истинное отношение к ней великого мастера. А также то, что ее планируют после проведения вызова задвинуть на третьи роли. Через гроссмейстера темной ложи Каросы организовал прибытие сюда Дивигора эл Аско — того интересовали открывающиеся в связи с планируемым уничтожением кракена новые возможности. Нужно же было посмотреть, что именно представляют собой эти демоны. Нарвиона они, возможности, интересовали тоже, причем настолько, что он согласился на присутствие в качестве гаранта безопасности главы Торговой палаты Крайса, даже клириков. Их интерес и молчание полностью покупались кровью Спасителя, а также желанием святош столкнуть лбами Нарвиона и Крия Баросского. Если бы это произошло, то орден Слуг Создателя…

— Я понял, можешь ничего про это не объяснять, — протянул я флакон Сереге. — Выпей еще, ты слабеешь на глазах. Старая песня о двух драчунах, миротворцах на белых конях, забивающих задир в землю, всеобщем ликовании выживших и куче власти для некоторых.

— Правильно. Короче, Влад, с помощью Его, глупости, невероятных амбиций, зависти и златолюбия разумных мне удалось здесь создать такую банку со скорпионами, что…

— Да что я тебе говорю, — продолжил Сергей через минуту, — ты сам все видел. Никто никому не доверял, и чем меньше оставалось дней до начала ритуала, тем хуже все становилось. Каждая сторона ждала подвоха, каждая сторона готовилась к ликвидации своих сегодняшних союзников. Первой не выдержала Дара — фактически это она убила правую руку Нарвиона. А тут еще ты появился, полностью непонятная личность, и почти сразу заинтересовал собой до безумия одного из сильнейших магов нашей лиги. Да и я постарался внести как можно больше хаоса, пользуясь предоставленной мне возможностю. Например, мастеру Ульфу сообщил, что тебя собираются убить, — так он сразу стал на дыбы. Дивигору — что он живым отсюда не уедет: я зря тебя ему демонстрировал, я зря показывал ему твое неуважение? Много я внес подобных мелочей, пользуясь твоим присутствием. Покушение на Дару было точкой невозвращения. После этого события стали нарастать как снежный ком. Захоти сам Темный вместе с Создателем остановить надвигающуюся бойню — и у них бы не получилось. Сколько было интриг и переговоров, пока не образовалась более или менее устойчивая — до окончания ритуала призыва, не более — коалиция из Дилока, Матиана и Дивигора. Даре здоровье не позволяло погрузиться в эту мутную воду, поэтому ее и ее клевретов все остальные стороны вычеркнули из списка живых. А Нарвион в первую очередь, когда я предоставил ему доказательства измены Дары и убийства ею — лапами драконов — значительной части верных сторонников великого мастера. Ты знаешь, Влад, мне даже было обещано место правой руки этого ублюдка. — Серега закашлялся. — Что ты еще хочешь знать? Как было решено временно оставить жизнь Дариане, чтобы она помогла убить тебя?

— Нет, я хочу знать другое…

— Слав, что ты делаешь?! Что ты творишь?!

Принесла ее нелегкая — я повернулся к Эллине. Вроде выглядит нормально. Цвет лица здоровый, руки и ноги на месте, а начинать реветь-то зачем, глядя на мою культяпку?

— Наина, хватит опять сырость разводить! Тебе не надоело строить из себя царевну Несмеяну? Ты лучше скажи мне, как тебя умудрились ранить? — Я присел на корточки и повернул одну каменную завитушку на постаменте, из которого вырывалась пламя.

— Ворота охраняли шесть магов из Каросы. Удар вампиров они отразили совмещенными щитами. Тогда атаковали мы с Ольтом. Двоих я сделала идиотами, одного убил Ольт, трое успели нанести удар — их целью была одна красивая повелительница Разума. Каросцы посчитали меня более опасной, чем Ольта. Двоих я заблокировала, а третий пробил мой щит. Через мгновение клыкастики и Ольт убили всех. Слав, постамент ведь двигается!

— А чего ты хотела? — поинтересовался я. — Мой бой еще не закончен. Мне предстоит провести пару схваток до победного конца. — Я достал из ниши литровую емкость, заполненную молочно-искристой жидкостью. — Сейчас мы проверим, кто я — тварь дрожащая или право имею? — Я сел на пол, зажал емкость между наколенниками и с трудом начал откручивать одной рукой золотую крышку. — Наина, ты в курсе, что на поверхности ты должна общаться, называя мое имя только зовом?

— Да, Ольт мне уже сказал. Слав, что это такое?

— Всего лишь кровь Создателя, — меланхолично ответил я. — А сейчас, — я наконец-то снял крышку, — я проверю, насколько я действительно потемнел. Мне интересно это знать.

— Слав, остановись! А вдруг ты действительно потемнел?! Как на тебя подействует кровь Создателя? Лучше езжай в Белгор к отцу Анеру — он отпустит тебе все грехи — и только тогда проверяй себя. Не глупи!

— Ученица, заткнись и не смей мне мешать! У меня и так поджилки трясутся, а тут ты еще под руку лезешь. Ничего страшного не случится, я так думаю. В крайнем случае, я отсеку себе магией руку.

Я закрыл ладонью горлышко емкости и наклонил флакон. Что-то мягкое и нежное коснулось кисти. Одна секунда — полет нормальный. Я сильнее наклонил флакон. Две секунды — никаких изменений в ощущениях нет. Три секунды — хватит.

— Наина, — я улыбнулся белому как мел лицу девушки, — я не темный, может быть, не святой, да наверняка не святой, но и не темный. Ты хоть понимаешь, что это для меня значит? Около двух сотен невинных душ я недавно отправил в поля вечной охоты, выполняя поручение адептов Проклятого. Из пяти с лишним сотен эльфов сколько реально имели прямое или косвенное отношение к убийству Кенары, учитывая, что почти всех ее убийц я в песках и оставил? Наина, закрути емкость и храни ее в своем мешке путника. — Я встал на ноги. — Я пошел на свежий воздух: с драконами нужно пообщаться.

— Иди общайся, самоубийца ненормальный, — заворчала Эллина, — вечно меня до инфаркта довести хочешь — как тебя Арна вообще терпит? Хотя она тоже ненормальная. Все охотники больные на голову…

Я поспешил покинуть помещение, но еще секунд десять слышал ворчание и не думающей успокаиваться магини. А потом расстояние стало слишком велико.

Хион, привет, рад тебя видеть. Блин, события последних нескольких часов по моим внутренним ощущениям заняли сутки, а всего-то прошло три с половиной или три часа. Хион еще слишком низко висит над горизонтом. А это у нас что такое? Почти шесть десятков разумных из жертвенного мяса, кучкующиеся невдалеке, — это понятно. Ольт и вампиры, что-то кашеварившие на нескольких кострах, расположенные рядом с ними несколько мешков тоже удивления не вызывали. Клыкастикам только намекни на сокровища — сразу сорвутся с места и вынесут все вместе с сейфом за рекордно короткий промежуток времени. Издержки бедной юности, голодного отрочества и нищенского детства. А вот четыре с половиной десятка драконов, сбившихся в кучу вокруг невидной мне кладки Траны, — это что-то с чем-то.

— Наина, отстегни мне бувигер, — попросил я вышедшую из ворот девушку.

— Я хочу тебе сказать кое-что. — Эллина начала освобождать меня от куска железа. — Теперь можно это сделать: свои дела в герцогстве ты завершил. Только не нервничай сильно, хорошо? — Эллина сняла железку. — Дело в том, что ткач ударил по твоей…

— Дочери, Наина, — перебил я девушку. — Княжна Валия похищена из дворца больше недели назад. Кто, кроме тебя, знает о том, что она моя дочь? — поинтересовался я у ошеломленной Эллины. — Наина, ты не стесняйся, говори, я внимательно слушаю.

— Все ученики школы Джокер, номера и Зетр, — сделав честные глаза, призналась Наина.

— А вот врать нехорошо, — я взял девушку за подбородок, — кто еще знает, ученица?

— Арна, — зажмурив глаза, как перед прыжком в воду, выдохнула Эллина. — Ну ты сам должен понять, — зачастила девушка, — она ведь графиня, как бы мы могли ей обосновать необходимость переброски войск и…

— И не надо вешать лапшу на мои нежные уши. Сами ее вызвали еще до организации сходняка баронов и клириков графства Артуа — и все ей рассказали. Советовались, как лучше все устроить. Ведь подключение папы Мю — это была ее идея. Наверняка Арна сама к нему и поехала, никого другого из моего ближнего круга он бы и слушать не стал. Вернее, стал, но только после того как ему раскрыли бы все карты. Впрочем, папа Мю и так все понял. Бароны, я надеюсь, ничего не знают?

— Больше никто, конечной цели акции до них не доводили. Просто сказали, что нужны воины и маги для защиты интересов графа эл Артуа. Больше баронам ничего и не надо было говорить — все сорвались со своих мест, как ошпаренные, и бросились к конюшне. Коты тоже ничего не знают, да и не интересовались они подробностями дела. Надо — значит, надо. Слав, мы все прекрасно понимаем, что даже слух о том, что бойцы графства Артуа ищут княжну Валию, может создать для правителя Риары большие проблемы, поставить под угрозу честь княгини и законность наследственных прав княжны на престол княжества. Дикая страна с дикими обычаями!

— А что сказала Арна, когда узнала, что у меня есть дочь? Конечно, когда успокоилась.

— Арна сказала… — замялась Эллина. — В общем, если кратко, то она сказала, что когда встретит одного кобеля, которого ни на секунду нельзя отпускать от себя, иначе он сразу станет волочиться за первой попавшейся юбкой, то подвесит его за ноги и отрежет основной рабочий орган этой похотливой скотины. Этим она окажет благодеяние многим женщинам Арланда и самому озабоченному козлу, так как у него появится куча времени для совершенствования своего мастерства во владении сталью и магией.

— А долго она произносила сей короткий спич? — спросил я у Эллины.

— Я времени не засекала, но где-то с полчаса будет. — Девушка слегка покраснела.

Рядом с нами на землю рухнул летающий крокодил со знакомой мордой.

— Влад, прости, что сразу с тобой не поздоровались я и остальные драконы рода Стремительных, — соизволил извиниться Оргрурх. — Наш разум затопила радость, и мы ничего вокруг себя не видели, кроме кладки Траны.

— Проехали. Эти много болтать не будут? — Я кивнул на драконий табун.

— Нет, никогда без твоего разрешения. Я и мои сородичи понимаем, почему твои воины и ты не снимаете шлемов. Никто от нас не узнает, что это ты истребил темных. Кстати, перед вылетом сюда Трана поговорила с Пушком, и завтра утром он будет здесь.

— Отлично, когда улетаете?

— Пока не вылупятся дети. — В зове дракона прорезалась нежность. — Трана сильно переживала, когда наших детей похитили. Она сейчас опасается всего — и одновременно вне себя от радости. Вдруг кто-то выронит яйцо во время полета? Посмотрите, какие они красивые! А как дракончики перенесут полет — вдруг им станет плохо? Дети — моя копия, зеленые полосы на их скорлупе в точности повторяют мою окраску! А…

— Я все понял, Оргрурх. — Я поднял правую руку. — Такое иногда бывает и с женщинами-человечками. Не смотри ты так на мою культяпку, через пару часов я буду полон сил и сразу перейду в королевство Мелор к знакомой жизнючке. А завтра утром я вернусь. Нужно будет подумать, как отправить это бывшее мясо в Каросу. Свой портал я светить не хочу, да и энергии не хватит у меня. Бывай, думаю, к завтрашнему утру Трана хоть немного придет в себя, и с ней можно будет нормально общаться и заняться нашими делами.

— Ты к Эле собрался? — поинтересовалась Эллина, смотря на бегущего к жене Оргрурха.

— Да, — признался я. — Когда Хоринер швырнул меня в темное пламя, я… Как же тебе все это объяснить! Я пожалел о том, что не сказал ей всего, что должен был сказать, и не сделал всего того, что должен был сделать. Когда видишь свою смерть, некие твои принципы начинают казаться смехотворными. А конкретно — желание избегать с ней встреч. Я пойду и посмотрю на свою дочь, вернее, на дочь князя и княгини Риары. Что ты удивляешься, она здесь. Шатор Литийский был запасным вариантом, на всякий случай. Его гроссмейстер Матиан привез в качестве дополнительной страховки и подарка своему лепшему корешу. Да и мстил он короне Литии за герцога Мирана, убитого почти мной.

Я направился к бывшим смертникам, Ровер ненавязчиво гулял в нескольких шагах позади меня и усердно любовался немногочисленными птичками. Я усмехнулся: ну все, теперь, когда я стал инвалидом, я превратился в совершенно беспомощного типа. Может, меня еще и на горшок сажать втроем будут? А детское мясо уже пришло в себя, в отличие от взрослого, и даже начало играть в какой-то вариант салочек, немного отдалившись от более старших организмов. А вот и она — сидит на небольшом пригорке, одета в какую-то рваную дерюгу — вот скоты — и играет с самодельной, сделанной из тряпья куклой. Все, как описал Серега. Так, настало время для последнего боя. Я присел на корточки рядом с дочко… тьфу, рядом с княжной Валией, дочерью князя Кенора и княгини Лаэры. Валия не сильно похожа на свою мать, но всему свое время. Сколько ей сейчас? Вроде один годик и три с копейками месяца. Но глаза у нее мои, бывшие мои. Девчушка наконец перестала возиться с куклой и соизволила поднять свои карие глазки на странного дядьку, сидевшего рядом с нею на корточках. Внимательно осмотрела мою фигуру, вернее, броню, уставилась на сбрую и оружие, а потом Валия решительно протянула ко мне свою ручку.

— Дай, — отчетливо сказала она.

Уже разговаривать может. Это нормально или как? Черт, я Спока не читал. А чего она хочет? Я проследил за взглядом Валии и умилился. Глаза девчушки были прикованы к моему кинжалу. Я сдвинул фиксатор клинка на ножнах. Теперь захочет, но не сможет порезаться.

— На. — Я отцепил кинжал и протянул оружие доч… тьфу, княжне Валии.

— Дай, — внимательно осмотрев оружие, подергав кинжал за рукоять, вновь сказала девчушка, положив клинок на землю перед собой.

— На. — Я протянул Валии заинтересовавший ее стилет.

— Дай, — опять потянулась ко мне своей ручкой княжна. Уже требовательно потянулась.

— На. — Я лишился еще и мизерикорда. Вот так дети и становятся избалованными ангелочками. Ничего, мне можно хоть один раз повозиться и побаловать княжну.

— Дай.

Я осмотрел свое снаряжение. Мечей я не отдам — еще зашибет себя ненароком, — два небольших стилета под кирасой без ножен. Охотничий нож? Так фиксатора на его ножнах нет. Нет, да ни за что! Если порежется, я вообще места себе не найду.

— Дай! — Княжна Валия неуклюже встала на ножки и требовательно уставилась на меня.

— На. — Я протянул ей флакон с эликсиром жизни. Валия посмотрела на него, повертела в своих руках, фыркнула и отбросила в сторону.

— Дай! — Едва не споткнувшись о небольшую кучку оружия, княжна подошла ко мне и вцепилась пальчиками в эфес айдала.

За спиной раздался приглушенный смешок Эллины. А то я не слышал, как ты подбиралась к нам на цыпочках, Мисс Архилюбопытство?! Валия, усердно сопя, продолжала пытаться меня разоружить. Шорох шагов за спиной — и мне на плечо лег кинжал Ровера.

— На, — протянул я оружие вампира девочке.

Валия схватилась за кинжал и отнесла его к прочим орудиям смертоубийства.

— Дай! — повернувшись ко мне, вновь потребовала княжна.

— Влад, — послала мне зов Эллина, — у меня если и были сомнения насчет этой девочки, то теперь они полностью пропали. Все гребет под себя, прямо как ты! И особенно ей нравится оружие. У охотников все такие детки постоянно получаются или иногда рождаются нормальные?

Эллина расхохоталась и пропала из эфира. Да и мне самому было смешно. Серьезная мордашка, насупленные бровки, протянутая ко мне рука — типа дай, а то хуже будет.

— А ты знаешь другие слова? — поинтересовался я. — Вот, например, «мама» или «папа»?

— Дай!

— А есть еще такое замечательное слово «на». Я сейчас учил ему тебя. Вот смотри. — Я взял кинжал Ровера и всучил Валии в ладошки. — Протягиваешь его мне, — я вытянул ручки княжны в своем направлении, — и говоришь «на». Все просто, а теперь отдай мне кинжал.

— Дай! — Валия прижала оружие к своей груди, отошла на шаг от меня и плюхнулась на попку. — Дай. — Два кинжала, мой и Ровера, стилет и мизерикорд быстро переместились за спину девочки. — Дай. — Валия туда же спрятала свои загребущие ручки и с вызовом посмотрела на меня.

Теперь за моей спиной к кашлю Эллины добавился и насморк Ровера. Простыли, видно, они в Красных пещерах. Я встал на ноги, дочк…… э… княжна Валия не сводила с меня своих глазок, наполненных подозрением к этому плохому взрослому и жадному дядьке.

— Чья это дочь? — громко поинтересовался я у взрослого бывшего мяса.

Молчание.

— Кто-нибудь знает, кто она такая, как ее зовут, где можно найти ее родителей?

— Мы не знаем, ваша милость, — на ноги поднялся крепкий парень. — Ее привезли, бросили к нам в камеру, кроме слова «дай», она ничего не говорит.

— А что она должна говорить, дурья ты башка?! — Сидевшая рядом с парнем девушка, покрытая слоем грязи, вскочила на ноги. — Ей не больше полутора годиков! Ваша милость, — обратилась она ко мне, — мы с ней неделю провели и почти ничего о ней не знаем. Только одно можно сказать уверенно: она из благородных. Я сама работала служанкой у баронессы эл Шота, а этот тюфяк, — девушка толкнула локтем парня, — мой муж, конюхом у барона. Манеры благородных я знаю назубок. Для этой девчушки было совершенно привычным делом, когда я ухаживала за ней, одевала и раздевала перед сном и после сна. Есть и еще много мелочей. Она из благородной семьи, ваша милость. Я…

— Хватит, — прервал я болтушку. — Сейчас всем вам принесут одежду, а в полутора километрах отсюда протекает река. Возьмете детей на руки — и вперед. Мои воины сопроводят вас туда и обратно, так что ничего не бойтесь, но и не задерживайтесь слишком долго. Обед будет через пару часов — нормальный обед, а не помои.

— Ровер, — послал я зов вампиру, — ты и остальные родичи наверняка при обыске камер темных обшаривали и их гардеробные комнаты. Дальше объяснять?

— Нет, босс, не надо. Принесем пять десятков женских платьев, пять десятков комплектов мужской одежды и обувь. А как быть с детьми? У темных их не было.

— Придумай что-нибудь. Я отдал приказ, а как ты его выполнишь — меня не интересует. Все, я ложусь спать, до обеда не будить, не тревожить чуткого сна инвалида. Зашибу. Забыл: охраняй эту девчушку, следи за ней, как за Кенарой следил, но незаметно.

— Наина, ты назначаешься верховной поварихой, и подбери три комплекта женских украшений из добычи для Арны, Дуняши и Элы. Потом на всякий случай приложи их к одному интересному флакону. Если там и есть чернота, то о ней можно будет забыть.

Кто-то совсем по-хамски начал трясти меня за плечо. Я открыл глаза: уже обед? Надо же, как быстро время пролетело. Эллина с плошкой варева в руках отступила на шаг и отрицательно покачала головой. Что за дела, будят и кормить не хотят? Вместо этого она стала расстегивать латную перчатку на моей правой руке. Опаньки, надевает на нее напульсник Ольта.

— Четыре слезы полностью заряжены. Ольт потратил только одну. Тебе пригодится. Держи оружие и эликсиры. У девчушки мы отобрать ничего не смогли, твои родичи поделились. Дай свою напоясную сумку. Это подарки Эле, Арне и Дуняше, не перепутай их. Только в одном из них была чернота. Кровь Его я пока оставлю у себя. Нечего тебе ею гусей дразнить. Место крови в казне графа эл Артуа, а не в мешке бродяги типа тебя.

У инвалида появилась строгая сиделка. Интересно, а вино мне она пить разрешит?

— Куда ты направишься после посещения своей жены? — Эллина перешла на зов. — Влад, не удивляйся ты так. Мне было интересно узнать, кто такая Эла, и я поболтала с ее свитой, когда Алиана гостила в твоем замке. Напрямую мне они ничего не сказали, но это такие мелочи. Влад, я — могила, про нее никому и ничего не скажу. Держи плащ.

— В княжество к одной знакомой надо, — сознался я. — Нужно рассказать ей о княжне.

— Кобель, — проворчала Эллина, застегивая сумку. — Вот теперь можешь обедать.

Здравствуй, герцогство Чанор, ненаследное владение Алианы эл Чанор, приемной, я хмыкнул, дочери короля Мелора Торина Второго. Хорошо, что я в свое время напряг Зетра на предоставление мне кристаллов иллюзии с точками выхода к интересующим меня местам по всему северу Сатума.

Я стал пробираться к выходу из лощины. Отлично, что здесь такая хорошая точка для безлошадного. Я вышел на дорогу, а недалече красовался небольшой городок, в центре которого возвышался замок Элы. А сегодня оживленное движение. Я поправил плащ и тормознул одну телегу с сеном, выйдя прямо на проезжую часть.

— Довезешь до замка герцогини эл Чанор, быстро довезешь, я спешу, пошлину за въезд заплатишь сам. — Я бросил испуганному вознице пару золотых и с наслаждением растянулся на содержимом телеги.

Глаза возницы округлились, он судорожно огляделся по сторонам — мол, никто не заметил, — гикнул и огрел кобылу кнутом. Да, я уцепился за борт телеги: наверно, так быстро он еще никогда не ездил. Блин, местная формула-один. Два раза блин, попавшийся на трассе ухаб заставил меня воспарить аки сокол! К черту, я не выспался, пресс[43] прижал меня к сену. А места здесь спокойные, морфей.

— Ваша милость, ваша милость, просыпайтесь. — Возница осторожно тряс меня за наплечник. — Ваша милость, мне надо сено на конюшню герцогини отвезти.

Я открыл глаза и перевалился через борт телеги. Вообще-то, если меня до сих пор считают графом, то я «ваше сиятельство», а «вашей милостью» обзывают виконтов и баронов. Кивнув извозчику, который направился ко входу для слуг, я подошел к центральным воротам замка, хотя какой это замок? Это строение больше всего напоминает Букингемский дворец. Донжона нет, трехэтажное здание с выступами по центру и краям. Первый этаж практически глухой, только бойницы свет пропускают, а вот второй и третий — м-да, в эти окна даже тролль пролезет, и никакие кованые решетки не спасут. Выломает их на хрен! Что значит спокойная страна, где уже пару столетий не было мятежей, да и войн Мелор ни с кем не вел. А стена вокруг дворца Алианы — это вообще нечто. Лес из пятиметровых стальных пик с десятисантиметровым интервалом между ними поддерживался расположенными метров через шесть каменными колоннами. Заходи кто хошь и бери что хошь, забыл: убивай кого хошь.

— Вы чего-то хотели? — спросил меня сержант гвардии Элы.

— Я хотел бы нанести визит герцогине эл Чанор. Личный дружеский визит.

Начальник караула еще раз окинул взглядом безлошадного меня и замялся, не зная, как меня послать в вежливой форме. Молодой исчо! Поможем: одним движением правой руки я распахнул плащ и перекинул его на левое плечо. Теперь не только сержант, но и его десяток уставились на меня. А чо? Вы никогда готики не видели? Только слышали о ней? Так это ваши проблемы. Сержант достал свисток. Ну почему у всех гвардейцев одинаковые привычки?! Бедные мои уши. Да подожду я, подожду, служивый. Нечего передо мной бисер метать. Работа у тебя такая. Я лучше изучу эту декоративную ограду. Что-то мне не верится в легкомыслие Торина Второго. Бахрома ничего не показывает, но это еще ничего не значит. А если щупальцем осторож… Блин! Я едва успел убрать плетение и принять скучающий вид. Сигнализация не сработала — повезло. Но все равно мне эта ограда не нравится, она защищает только от убийц, а качественного штурма не выдержит. Я предпочитаю нечто более основательное и массивное.

— Пройдемте, господин, — ко мне подошел невысокий толстячок, — я проведу вас.

Пойдем, а в провожатые ко мне еще напросился сержант и четверо его воинов. А толстячок — не мажордом дворецкого облика, а мастер-земляк. М-да, теперь понятно, почему серые решили выполнить заказ на Алиану в Борите, в столице Декары, а не здесь. Твою тещу! Тут еще и клумбы перед входом есть?! Куда я попал! А сколько здесь благородных!

— Присаживайтесь. — После пяти минут блужданий маг завел меня в какой-то кабинет и указал на кресло. — Сейчас к вам придет секретарь леди Алианы.

Не успел толстячок выйти из кабинета, как меня навестила его полная противоположность. Жердь за два метра ростом наверняка в свое время побывала в концлагере. Мужик, таким худым быть нельзя. Ты же за леской спрятаться можешь!

— Вам назначено? — Штангенциркуль сложился вдвое и умудрился сесть в кресло.

— Нет, не назначено, — вздохнул я, — но герцогиня меня примет — конечно, если леди Алиана не занята сейчас важными делами, — я ее старый друг, и мне нужна ее помощь.

— Как вас представить герцогине? — поинтересовался глист-переросток.

— Ветер, просто Ветер, — улыбнулся я: не хватало еще Шутником или Молнией обзываться, а что касается остального — ну не нравишься почему-то ты мне, мужик, не нравишься. От тебя так и тянет канцелярской крысой с гигантскими бюрократическими замашками. Если бы я так принимал своих баронов, то вскоре на должность моего секретаря назначали бы приговоренных к смерти преступников.

— К сожалению, именно сейчас герцогиня занята очень важными делами и не может вас принять, господин Ветер. Приходите завтра, я внесу ваше имя в список посетителей, и если леди Алиана не вычеркнет вас, то вы удостоитесь ее аудиенции.

Вот чмо. Мне стало немного смешно — так родиной повеяло! Не зря он мне не нравился.

— Я подожду, когда леди освободится, — мило улыбнулся я мечте патологоанатома. — У меня срочные дела, и завтра с утра я вынужден буду покинуть герцогство.

— Как вы пожелаете, но я вас уверяю, что герцогиня не сможет вас сегодня принять, а завтра с утра тем более.

— А я все-таки подожду. Вы не подскажете, где я могу найти бывших лейтенантов королевского егерского полка Айселина, Тоникана, Видирта, Лутина и Найрекина? Мне желательно бы еще повидать Изариана эр Логира и отца Патериона. Зачем время зря терять?

С каждым произнесенным мною именем лицо дождевого червяка все больше вытягивалось. Знай наших, а то принял меня за бедного дворянина, пытающегося прорваться к герцогине с просьбами от устроить на службу в гвардию до оказания финансовой помощи верному вассалу в виде кредита на пару лет. Ессно, потом будут трудности с наличкой, а герцогиня добрая и отбирать жалкий надел у своего вассала не станет.

— Их сейчас нет в замке, кроме Найрекина. — Губы сушеного бычка попытались изобразить явно непривычную для них улыбку. — Через два дня начнется первая осенняя охота, и названные вами господа сейчас проверяют, как слуги приготовили охотничий домик герцогини для приема многочисленных гостей. Никаких накладок быть не должно.

Конечно, не должно, а как телохранители Элы проверяют домик и работу слуг, я могу себе представить.

— Отобедать желаете? — Закуска к пиву стала самой любезностью. — Я распоряжусь?

— Наливай, — согласился я, — и Найрекина позови.

— И если герцогиня хоть на минуту освободится, то я доложу ей о вас.

А сервис тут на высшем уровне, я бросил обглоданное бедро гуся на поднос. В меня еще что-то поместится? Нет. Говорила мне мама: никогда не набивай живот перед походом в гости! Я сполоснул руку в воде. А вытереть как? Я посмотрел на компаньонку Алианы, мило наигрывающую незатейливую мелодию на клавесине уже минут сорок. Хорошая у нас компания: я, Найрекин, он же Эйрик, Тайша и сержант, которого бдительный глист поставил присматривать за подозрительным мной. Мол, такой порядок, и Эйрик это подтвердил. Так вот сержант продержался целых пять минут, а потом был усажен за стол.

— Тайша, помогите, пожалуйста, мне вытереть руку. Будьте так любезны.

Девчонка мигом сорвалась со стула и подбежала ко мне. Люблю я, когда за раненым героем ухаживает симпатичная девчонка. Сержант проводил ее печальным взглядом. Все мне про вас уже давно ясно, ребята. Она дочка бедного вассала Элы, Алиана взяла по обычаю высокородных бесприданницу в дом, чтобы устроить ей выгодный брак. Он — не более богатый дворянин из Эрии, работает гвардейцем. Любят друг друга, а перспектив никаких. Пару месяцев назад Тайша заикнулась о свадьбе. Эла не стала ругать ее или Гориша. Нет, она поступила умнее. Вызвала сладкую парочку на ковер, доходчиво и с сожалением описала безрадостные перспективы их брака. Ребята ей поверили — ведь она говорила правду и не лукавила, как со мной. С любимым рай в шалаше — вещь хорошая, но бытовуха может так замучить, что небо с овчинку покажется, а любовь сгорит ярким пламенем. А простую благотворительность с ее стороны без больших заслуг Тайши или Гориша перед Элой остальные вассалы Алианы обязательно неправильно поймут. Или, что еще хуже, тоже захотят что-то на халяву получить.

— Все, ваша милость. — Тайша затянула ремень латной перчатки.

— Благодарю, а теперь у меня к вам просьба, ребята. Этот хмырь-секретарь наверняка не доложил герцогине о моем приезде, иначе Алиана послала бы подальше все свои дела, а важно-срочные бумаги бросила бы в камин. Найрекин, подтверди. Слабо киваешь. Сделаем так: я сам доложу о себе. Вылезу через это окно и залезу в другое. Решетки мне не помеха.

— Но ведь нельзя, — замялся сержант, — я понимаю, что вы не убийца, но все равно нель…

Почему-то грустная усмешка Эйрика заставила Гориша покраснеть и слегка втянуть голову в плечи. Почему мой соратник так замялся и отводит глаза? Чем занята Эла?

— Гориш, я беру всю ответственность на себя, — промямлил Эйрик, ежась под моим взглядом. — Или мне вызвать капитана гвардии герцогини и приказать ему?

Судя по внешнему виду сержанта, Эйрик мог и приказать, а Горишу не хотелось впутывать в это дело еще и командира гвардейцев Элы.

— Подождите, ваша милость. — Тайша прикусила губу. — Вы друг герцогине? Я имею в виду — близкий друг? Совсем близкий?

— Можно сказать и так… — И поведение девчонки мне не нравится.

— Вы хороший человек, ваша милость, не надо вам сейчас идти к герцогине, она действительно занята. Прошу вас, не ходите, вы будете расстроены. Не надо.

— Даже так? — Я резко встал, мое кресло опрокинулось на пол. — Так? — Я посмотрел на прячущего глаза Эйрика. — Тайша, где ее покои?

Я висел под окном спальни Алианы и считал птичек. Второй раз считал, но больше пятидесяти семи у меня никак не получалось. Охрану всю пересчитал раза три, благо они были у меня как на ладони. А вот бдительные стражи меня не видели. Зеркала и сфера молчания пока не являются достоянием широкой общественности. Ладно, хватит сопли жевать. Лифт поднял меня еще на пару метров вверх. Что там у нас? Гостиная, надо взять левее, а вот теперь и спальня. М-да, два переплетенных между собой тела, я прислушался, глухие стоны. М-да еще раз. Женщина перевернула мужчину на спину и оседлала его. М-да третий раз. Я великолепно видел ее лицо и фигуру. Больше мне здесь делать нечего. Я стал спускаться вниз. Принять правее, перебирая рукой завитушки на фасаде, а вот и окно кабинета. Я влез внутрь, поставил на место решетку, сферу молчания и зеркала на нее. Ог, на выход, поработай сварщиком. Несколько секунд — и все готово. Я снял иллюзию с окна. Я снял с себя сферу и зеркала и посмотрел на мнущегося Эйрика.

— Я не хотел тебе говорить, — пробурчал соратник. — Не убивай его здесь, подожди, пока он отправится на охоту. Это виконт эл Пино из Нарины. Прибыл сюда две недели назад. Сразу стал за ней ухаживать и делал это великолепно, подлец. Уже четыре дня они вместе. Прости ее, Ветер.

— Мне не за что ее прощать, Найрекин, не за что. Просто столкнулись две правды, моя и ее. Мне пора, дружище. Лишней минуты я здесь больше не останусь и никого убивать не буду.

— А как же твоя рука?

— Найду другого мага Жизни, Алиана ведь не единственная жизнючка. Тайша, Гориш, подойдите ко мне. Что мнетесь? Вот так. — Я достал из напоясной сумки бархатный футляр, предназначенный Эле, и раскрыл его: — Счастья вам, Тайша, ты теперь не бесприданница.

— Подождите, ваша милость, — залепетал сержант, — я плохо разбираюсь в драгоценностях, но могу понять, что это стоит целого состояния! Я понимаю, вы расстро…

— Я равнодушен, — перебил я парня, — поверь мне, я полностью равнодушен. Не беспокойся за меня, Найрекин, я не сошел с ума. На меня наложено одно заклинание, которое гасит полностью или почти полностью все эмоции. Ты спрашивал, где я потерял руку? Отвечу. С адептами Проклятого у меня сегодня ночью была небольшая беседа. А если бы не это заклинание, то я бы сдох еще пять дней назад. Я принял это решение, находясь в здравом уме. У меня к вам такая просьба. Не надо особенно распространяться о моем визите. Секретарю Алианы скажете, что я передумал. Это правда, и он с облегчением забудет про меня. Я не хочу, чтобы до герцогини дошли слухи о моем визите к ней.

— Договорились, Ветер. — Эйрик сжал мою руку. — Я и нашим парням ничего не скажу.

— Договорились, — одновременно ответили будущие молодожены.

— Ты сейчас куда? — поинтересовался Эйрик.

— В Риарское княжество, — сознался я. — Одолжи мне своего коня. Пошли отсюда, и заодно по пути расскажешь мне некоторые подробности о своей нынешней должности, а также почему ты так лоялен ко мне.

Я посмотрел на заходящий Хион, насыщенные у меня выдались последние полтора суток. Раньше никогда такого не было. Не было столько разочарования и одновременно радости всего за несколько часов. Ульф, Серега — это минус, но Валия — стоит всего этого. А Эла — копыта коня звонко зацокали по брусчатке, мы въехали в квартал знати, — а что Эла? Я должен был простить ей убийство присягнувшего мне человека, невиновного человека? Настроение у нее плохое, понимаешь, было, эльфу увидела. Решила устанавливать свои порядки в моих владениях — мол, все равно она лучше меня все знает и разбирается в таких тонких материях, что придурку с мечом никогда их не понять. Ты охотник и рейнджер, так занимайся истреблением темных и тварей, муженек, и не лезь туда, где ты понимаешь как свинья в апельсинах. А способ убийства барона? Я понимаю, что на Арланде такая вольность нравов сложилась исторически во многом благодаря Смуте, но я так не могу, я не мог видеть свою флиртующую супругу, не мог понять, как можно использовать свое тело как инструмент для убийства, как можно мне так лгать. Это моя правда.

А ведь есть и ее. Бросила все, примчалась к супругу, которому даже простила любовницу-волчицу. С трудом, но почти простила, все равно червячок гложет, какой бы лучшей своей подругой Эла Арну ни считала. А у него еще и эльфа в замке находится. Заговор под носом организуется, а этот — он ничего не видит! Надо помочь бестолковому, но любимому человеку. Надо убить главного заговорщика. Как? Нет вопросов: привычно использовать флирт, все мужики на это ведутся, даже Джайд голову потерял, хотя у него гарем из красавиц. Потом, конечно, извинялся, но было уже поздно, свое дело я сделала. Помогла этой бестолочи, а он как собаку из замка прогнал, руку себе демонстративно отрубил. Брат на похоронах Эрана Первого подходил к нему по моей просьбе. Я забыла всю свою гордость и честь, а он и ухом не повел. На эльфе женился и отомстил за нее так, что все содрогнулись. С друидами из-за нее схлестнулся. А ради меня он что-то подобное сделал? Несколько раз с ним встречалась, намекала, что хочу помириться с ним, что я простила ему неоднократные оскорбления королевской крови, моей крови, а он? А я ведь еще и магиня Жизни, и без этого дела мне невероятно сложно. Так получай фашист гранату. У тебя есть любовница — и у меня будет любовник. Вот так-то и сошлись две правды. Одной женщине я уже говорил, что я ни в чем не виноват и она ни в чем не виновата. Абсолютно аналогичная ситуация. Так это видится со стороны, если бы не одно «но»: я видел все своими глазами. Эла, за попытку подобного отношения к себе я еще больше обиделся на тебя. Тебе просто не повезло, а мне — очень, я все видел. Пока никому своего понимания данной ситуации на голову выкладывать я не буду. Пока ты мне не дашь внятных объяснений своего легкомысленного поведения.

Я постучал в ворота дома графа эл Нари. Несколько секунд — и калитка отворилась.

— Что вам угодно? — спросил знакомый дворецкий.

— Мне угодно кого, — я поднял оба забрала салада, — а именно — Таню, баронессу эл Фардо, я ее старый знакомый.

— Это вы? Проезжайте, проезжайте быстрее, радость-то какая!

А с чего? Я покинул седло — и куда меня тащит дворецкий? Прихожая просто промелькнула у меня перед глазами. Меня, оказывается, искали и давно с нетерпением ждут граф и баронесса? А сейчас они выйдут к народу?! Поворот направо, и, оттолкнув ничего не понимающего мажордома, дворецкий распахнул дверь в обеденный зал и застыл на пороге. А тут весело, музыка, толпа красоток и красавцев, все в шелках и бархате, а сколько на них золота и камушков, умереть и не встать! И тут я со свиным рылом в калашный ряд.

А я привлек к себе внимание: большинство присутствующих уже смотрят на меня и перешептываются. Потертая готика, да еще и вся покрыта царапинами и вмятинами, пыльный плащ, стоптанные сапоги, про изуродованные поножи я вообще говорить не хочу — да я просто красавец, с ударением на «е». Что там было в «Скупом рыцаре»? Не помню, но точно про меня. Ты что делаешь? Блин, опомнившийся от яростного шепота дворецкого, мажордом ловко снял с меня плащ за одно мгновение и моментально исчез. Присутствующие слегка удивились, глядя на мою культяпку. Музыка постепенно смолкла. Правильно, княжну недавно похитили, а тут молодежь сейшен устроила. Я спрятался за дворецкого, жестко пресекая правой рукой его попытки к бегству.

— А почему музыка смолкла? — На противоположной стороне зала открылась дверь, ведущая во внутренние покои хозяев дома, и компанию гостям составил граф эл Нари, ведущий под руку свою дочь, ведущий Рыжика.

— Тилас, давай музыку, я танцевать хочу, — звонким голосом поддержала отца Таня. — У нас у всех праздник. Всем поднять бокалы за здоровье спасенной милостью Создателя княжны Валии!

Что?!! Я машинально отпустил дворецкого. Как они узнали, это же невозможно!

— Выпьем за Аттина барона эл Кросса, великого воина и мага, спасшего княжну из лап дракона! — произнес следующую здравицу граф.

Что?! Да драконам Валия на хутор не упала! Я этих ящериц знаю лучше всех на Сатуме! Дворецкий, пользуясь моим замешательством, скрылся — вот скотина! Благородные одобрительно поддержали ревом и визгом и этот тост. Мне надо спрятаться за портьеру.

— Поднимем кубки, — начала Таня, — за здоровье княжеской чет…

И тут она увидела меня. Черт, не успел.

— Ты? — Таня пошатнулась и выронила кубок. — Создатель, это ты?! — Голос Тани сталью прорезал зал, музыка опять смолкла, замолчали и гости. — Ты! — Рыжик сорвалась с места.

Таня, не разбирая дороги, мчалась ко мне. Детям просьба покинуть зал, ожидаются сцены насилия, садизма и жестокости.

— ТЫ!!! — Рыжик бросилась мне на шею и попыталась задушить.

Отступление четвертое

— Артур, доложите мне коротко и только самое важное, я занята.

— Ваша светлость, я позволю себе заметить, что охота начинается послезавтра. Вы еще не остановили своего выбора ни на одном охотничьем костюме, а вам их нужна дюжина. Кроме того, вам нужно выбрать ленты, украшения и определиться с бальными платьями. Также в приемной ждет мастер Микт, с тем чтобы вы примерили новые туфли, и если вы почувствуете хоть малейшее неудобство, то у него будет время исправить собственную оплошность.

Молодая светловолосая женщина деловито перебирала бумаги на столе, не обращая внимания на тихий голос почтительно склонившегося перед ней высокого худого мужчины. Время от времени она перебрасывалась короткими фразами с широкоплечим стариком, насмешливо смотрящим на долговязого оратора.

— Ваша светлость, — чуть повысил голос долговязый, отчаявшись привлечь внимание девушки к себе, — то, о чем я вам говорю, невероятно важно для вас. На вашу охоту соберется цвет знати всех наших соседей. Прибудут гости и из других стран. Вы должны выглядеть великолепно. Вы…

— Артур, замолчи, — вздохнула девушка, — мне этот парад женихов давно стоит поперек горла. Хотя их всего двадцатая часть от общего количества мужчин, но все удовольствие от охоты они умудряются портить каждый раз.

— Понимаю, — позволил себе легкую улыбку долговязый. — Но эта охота будет иной: я позволил себе записать к вам в охотничью пару виконта эл Пино. Я думаю, что общение с ним не доставит вам много неприятных минут. — Мужчина склонил голову.

Девушка переглянулась со стариком и искоса посмотрела на священника в сутане, скромно примостившегося в дальнем углу.

— Артур, — улыбнулась девушка, — я так рада, что вы являетесь моим секретарем. Вы просто угадываете мои мысли. Что бы я без вас делала? Пригласите ко мне мастера Микта, портних и горничных, скажем, через два часа. К этому времени мы с господином Барком закончим проверку финансовых документов. И я надеюсь, господин управляющий сможет мне объяснить некие неточности, которые я обнаружила, — чуть повысила голос девушка. — А вас я больше не задерживаю.

Долговязый кивнул, бросил подбадривающий взгляд на широкоплечего старика и удалился из кабинета. Девушка откинулась на спинку кресла и стала массировать себе виски. Священник подошел к столу, хлопнул старика по плечу, уселся в кресло и стал разливать вино по кубкам.

— Алиана, — начал он, — девочка моя. Все сделано отлично. Последняя гнида в твоем окружении сама себя выдала. А я бы на него последнего подумал. Как ты начала его подозревать?

— Спасибо одной известной тебе личности, — слабо улыбнулась герцогиня. — Помнишь, отец Патерион, как я сдуру убила одного из его баронов, а потом выяснилось, что он сам подставлял своего вассала как приманку для врагов. Вот так я и выставила Барка, разумеется, с его согласия. Несколько раз при слугах поругалась с ним, один раз назвала вором — и мой дорогой секретарь начал обхаживать ворюгу-управляющего. Тем более что кража действительно была. Как я устала той ночью, таская золото из сокровищницы в свою спальню по подземному ходу. А…

— Постой. — Священник поднял руку, прерывая Алиану, и замер. — Твой Артур покинул замок, — сказал он через минуту, — мои люди за ним следят. — И такой штришок: виконт эл Пино выехал на прогулку полчаса назад. Когда они встретятся, мы их возьмем.

— Давно пора, — проворчал Барк, — я сам не понимаю, как я не проломил этой гниде голову, когда он стал мне намекать на хорошие деньги за весьма необременительную службу, а то иначе про мое воровство узнает Алиана. Герцогиня, я с твоим секретарем первым беседовать буду — я ему покажу, как делать подобные предложения бывшему капитану гвардии Мелора. Я ведь тебя в детстве спать укладывал, когда ты капризничала и швырялась в няньку подушками!

— И хорошо, что он этого не знал, Барк, а то бы не поверил в твое воровство, — заметил клирик.

— Барк, убери это все, — Алиана ткнула пальчиком в бумаги. — Есть на самом деле что-то серьезное, требующее моего решения или вмешательства?

— Ничего особенного, делишки, а не дела. — Барк сгреб со стола все бумаги и направился к камину. — Вот только твоя компаньонка попросила меня, как только закончу разговор с тобой, сразу сообщить ей об этом. Еще капитан Корас сказал, что один из твоих сержантов подал рапорт об увольнении. — Барк бросил бумаги в камин.

— Понятно, глупцы, какие же они глупцы! Барк, пригласи этих двух сумасбродов ко мне. Отец Патерион, останьтесь. Поможете мне вразумить этих безумцев.

— А я смогу? — Клирик проводил глазами вышедшего из кабинета управляющего. — Я даже тебя не смог отговорить от демонстративного флирта с этим виконтом. Раньше о твоих любовниках, — клирик хмыкнул, — только шептались и ничего конкретно не знали. А теперь даже последний истопник судачит о взятии сердца герцогини лихим штурмом виконтом из Нарины. Уже обсуждаются сроки будущей свадьбы. Зачем ты все сделала именно так?

— Отец Патерион, я же столько раз вам говорила. После этой баллады о дружбе темные подозревают Далва Шутника в уничтожении Восточного замка Крия Баросского. Провести параллели между одним из самых известных рейнджеров, вынырнувшим из ниоткуда, и одним из самых известных охотников, также непонятно откуда появившимся в Белгоре, Крий сможет. Что тогда может грозить Владу, учитывая его привычку бродить по северу Сатума почти в полном одиночестве, не нужно вам объяснять. А эльфы Ритума? Орден Заката? Орден Слуг Создателя? Орден Серых? Я не знаю еще второго такого разумного, у которого было бы так много врагов.

— А сколько у него друзей и союзников? — спросил клирик. — Их ведь гораздо больше, чем врагов. Гильдия охотников, гильдия рейнджеров, корона Литии, корона Декары, корона Веларии, хотя сама еще не знает об этом, корона Орхета, даже корона Мелора! Твой отец отдал недвусмысленные распоряжения по поводу Далва Шутника коннетаблю и начальнику тайной стражи. Торин Второй давно хотел это сделать, но не было повода, а тут все королевство поет балладу о дружбе. Ближний круг твоего отца знает причину его нелюбви к эльфам Ритума, знает и полностью поддерживает короля. Так что они ничему не удивились. Продолжу перечисление друзей и союзников Влада: золотой обруч султаната Айра, орден святого Ирдиса. Да-да, девочка, мои братья просто пришли в полный восторг от рейда Далва Шутника. Орден Длани Создателя в долгу перед Владом Молнией и рад тому, что он не стал протестовать против примирения ордена и гильдии охотников, иначе все бы сорвалось. Я уже не говорю про его воинов из графства Артуа!

— Но все они знают его под разными именами!

— Может быть, — согласился клирик, — и я не уверен, что у Влада нет еще нескольких имен.

— Вот именно, — вздохнула герцогиня, — а тут такой удобный случай представился. Шпион из Нарины был два года назад на балу в Диоре, приехал сюда делать всякие пакости. Скоро его возьмут вместе с моим секретарем и отпустят в гордом одиночестве после допроса с моей помощью домой. Тома посплетничает с подружками, что я так скучала по виконту целых два года, что совсем потеряла голову, когда его увидела. А теперь скажи, что это не поможет Владу.

— Поможет, — согласился клирик. — А как ты себя будешь чувствовать, когда за твоей спиной будут постоянно шептаться? Все-таки так откровенно не принято выставлять напоказ любовную связь. Тебя будут называть за спиной шлюхой.

— Влад все равно не поверит слухам, а что до остального, то, как говорит он, — мне фиолетово. Зато все поверили, что я без ума от виконта. А когда его убьют, я даже надену траур и всплакну. Отец Патерион, я пойду на все, чтобы помочь Владу.

— Можно? — После короткого стука в приоткрытую дверь кабинета заглянула девушка.

— Учишь тебя правилам поведения и манерам, а все без толку, — вздохнула герцогиня. — Тебе нужно было дождаться моего разрешения. Заходите оба.

В кабинет вошли девушка в дорожном платье и воин.

— Уже приготовились к отъезду, — хмыкнула герцогиня, — видимо, одного моего разговора с вами было недостаточно. На что вы будете жить, вы об этом подумали?! Я разве запрещаю вам встречаться? Пройдет несколько лет, ты получишь повышение, Гориш, ты и Тайша будете представлены ко двору Торина Второго, а потом…

— Я не хочу потом, — твердо сказал воин, — я знаю, что такое двор, и не допущу, чтобы мой цветок был замаран великосветской грязью. Тайша со мной полностью согласна, ваша светлость. Кроме того, мы вчера поженились по обряду святой Ауны. Мы покидаем сегодня ваш замок, спасибо вам за все.

— Безумцы, — покачала головой герцогиня, — если ваша любовь так сильна, если Тайша не может жить без тебя, Гориш, то никакая грязь к ней не пристанет. Я знаю, о чем говорю. Отец Патерион, вы что-то можете добавить?

— Счастья вам, дети мои, и много детей.

— Хорошо же вы мне помогаете, отец Патерион! Вспомните эти слова, когда узнаете об их жалкой судьбе. Что будет делать Гориш? Нижние гвардейские чины обязаны жить в казарме. Одна увольнительная в седмицу — и все! А ничего, кроме как воевать, он не умеет. Чиновником ему не быть. А что будет делать Тайша? Сидеть весь день в жалкой развалюхе, только на съем которой и хватит жалованья Гориша, шесть дней в седмицу и постоянно питаться грубой пищей? Без мужа, в окружении мастерового быдла или еще хуже! На который день к ней в дом попытаются вломиться пьяные ткачи или хлебопеки? Ведь она никто для них! Не член гильдии, муж появляется четыре раза в месяц, кто за нее заступится?! Вы знаете, что с ней могут сделать?! Смерть покажется ей избавлением!

— Не будет всего этого! — крикнула сквозь слезы Тайша. — У нас есть деньги, много денег, и мы хотим купить пом…

Девушка осеклась и испуганно посмотрела на герцогиню. Воин сделал шаг вперед и в сторону, закрыв своим телом жену. Алиана переглянулась с клириком.

— Поместье хотите купить, — протянула герцогиня, — а на какие деньги? Богатый дядюшка или бабушка скончались? Так у вас обоих нет родственников. Откуда деньги?

— Это наше дело, — отрезал воин. — Вас, ваша светлость, это совершенно не касается.

— Очень даже касается, Гориш. У меня в замке много богатых гостей, и мне бы не хотелось, чтобы про мое гостеприимство шли нехорошие слухи и обвиняли моих слуг в воровстве. Это урон моей чести и достоинства.

— Мы ничего не воровали, — набычился воин, — я могу дать любую клятву.

— Это ничего не изменит, — вздохнула герцогиня, — украл другой и подарил тебе, а лет через пять он придет за своей долей. Я могу рассказать тебе с десяток подобных вариантов, и на каждый дать мне клятву ты не сможешь, они пересекаются. А знаешь, что самое плохое, Гориш? У меня в замке есть предатель, скоро его арестуют, а вы спешно уезжаете, — так что я должна думать?

— Не смейте, — Тайша выскочила из-за спины мужа, — не смейте нас оскорблять! Гориш, — девушка повернулась к воину, — мы не давали клятвы, а он просто не хотел причинять ей беспокойства. Я не могу слышать, как эта развратница оскорбляет тебя, оскорбляет нас, называя ворами и предателями! Пусть она побеспокоится.

— Тайша, вы забываетесь, — равнодушно сказала герцогиня, — но я согласна простить вас, если вы принесете мне свои извинения. Хотя в любом случае ни вы, ни ваш муж не останетесь в моих владениях дольше, чем положено изгнанникам.

— Принести извинения вам? — расхохоталась девушка. — Я расскажу вам, как мы получили деньги, и вы поймете, что это вам нужно извиниться перед ним. Но не думаю, что он вас простит. Вчера в обед в замок эл Чанор приехал воин-маг. Он разговорил нас с Горишем и подарил вот это. — Тайша достала из кармана дорожного платья бархатный футляр и положила его на стол. — Надеюсь, вы не присвоите себе это, не украдете наш подарок, ваша светлость.

Герцогиня с презрительной усмешкой открыла футляр и замерла. Встревоженный клирик подошел к столу и заглянул через плечо Алианы.

— Создатель, — прошептал отец Патерион, — это же изготовлено еще до Смуты! Только до великих бедствий мастера знали секрет «янтарной шлифовки» драгоценных камней, который потом был утрачен.

— Не просто до Смуты, отец Патерион, — тихо заметила герцогиня. — Судя по узору на оправах, — герцогиня вытащила из футляра колье, пару сережек и два кольца, — по переплетению золотых нитей и орнаменту из драгоценных камней колье, этот набор был изготовлен две — две с половиной тысячи лет назад во времена династии Ланборов, правивших королевством Рания. Сейчас эти земли занимает Мелор и Риара. Видите, отец Патерион, если колье наклонить под определенным углом к свету Хиона, то орнамент складывается в герб прервавшейся династии погибшего королевства. Этот набор достоин королевы. Кем был этот воин? — Герцогиня подалась вперед. — Кем был этот воин-маг?!

— Боюсь, что ответ тебе не понравится, Алиана, — пробормотал клирик.

— Бойцом, — с вызовом сказал Гориш, — он называл себя вашим близким другом. Его отличный доспех был помят, исцарапан и пробит в нескольких местах. Его левая рука была отрублена по локоть. Ему нужна была ваша помощь, но вы были слишком заняты, — выделил последние слова Гориш. — Проведя больше часа в приемном кабинете и не дождавшись аудиенции, он решил сам нанести вам визит. Он миновал всю систему сигнализации и охраны и по внешнему фасаду пробрался к окну ваших покоев. Я не стал его останавливать. За несколько часов до этого он провел тяжелейший бой с адептами Проклятого и едва сумел остаться в живых. Повторю, ему нужна была ваша помощь. Через десять минут он вернулся, подарил нам этот набор, который явно предназначался вам, и покинул замок.

— Как он себя называл? — отчаянным шепотом спросила герцогиня.

— Ветер.

Глава 14 Дела, дела, одни заботы

— Леди, господа, — через минуту Рыжик решила прекратить издеваться над моими небритыми щеками и губами, отпустила мою шею и повернулась к окружающим, — я хочу вам представить своего лучшего друга!

Я развернул ее к себе, прижал и впился в такие сладкие губки. Рыжик пару раз брыкнулась и обмякла — вот так-то будет лучше. Только рекламы мне здесь не хватало!

— Рыжик, — я поймал губами ее ушко, — меня зовут Ветер, просто Ветер, запомни это крепко. Странствующий в поисках приключений на свою задницу боевой маг и мастер-мечник. Родился на юге в султанате Накри, они там постоянно со всеми соседями воюют. Познакомились мы год назад, сама придумаешь и озвучишь, как именно мы это сделали. Я к тебе ненадолго, скоро уеду. Придумай, как нам побыстрее покинуть это сборище. Есть разговор. Разговор важный и наедине. Работай.

Рыжик отстранилась, посмотрела мне в глаза, едва заметно кивнула и только тут заметила некомплект моих конечностей. Покачала головой и осмотрела мою броню.

— Я хочу вам представить, — продолжила Рыжик свое обращение к присутствующим, — своего лучшего друга Ветра, боевого стихийного мага, мастера-мечника и моего спасителя. Именно он избавил меня от яда. Пойдем, Ветер, — не обращая внимания на изумленные взгляды, Рыжик стала изображать из себя буксир.

А тут еще и вкусно кормят. Рыжик посадила меня между собой и графом и начала снимать с меня шлем, ее папа в это время пожал мне руку и занялся моей латной перчаткой. Люблю сервис по высшему разряду! О, Рыжик уже налила мне вино в кубок! Да, такой красивой и знатной служанки, будущей графини, у меня еще не было. Поехали.

— Влад, ты мерзавец. — Рыжик усадила меня в кресло и примостилась рядом. — Сначала свел бедную девушку с ума своими подвигами. До меня только потом дошли слухи о том, к какому делу ты готовился в Бренне. Потом появляешься тогда, когда мне уже не хотелось жить. Приводишь своими насмешками и нежностью в чувство — и опять пропадаешь. Через некоторое время твои воины привозят цветок из Закрытого леса и спасают меня. Почему ты лично этого не сделал?! — Пальцы Рыжика больно схватили меня за ухо. — Ты боялся моей благодарности? — Рыжик схватилась за второе ухо. — Но так, как ты меня сегодня оскорбил, никому из мужчин еще не удавалось. Оказывается, ты приехал не повидать меня, а просто по делу, а если бы дела ко мне у тебя не было, то я бы тебя так и не увидела?! Хам, мерзавец и подлец!

— Рыжик, хватит крутить уши инвалиду! — взмолился я. — Мне и так плохо.

— Буду, — мстительно заявила Таня, но мои помятые хрящи отпустила. — Как ты вообще посмел являться мне в таком виде? Что я теперь должна думать? С кем ты на этот раз схватился, если так изуродован? Я раньше считала тебя неуязвимым и не беспокоилась о тебе, а теперь мне ночами не спать и волноваться за тебя?!

— Хватит! — рявкнул я. — Женщина, ты меня уже утомила, раскрой свои уши и прекращай выказывать мне свою радость от нашей встречи подобным образом. Неужели ты просто не можешь сказать, что скучала по мне?

— А так просто сказать «скучала» неинтересно. — Рыжик забралась своей попкой на мои набедренники. — Мне нужно с тобой сначала поругаться, заставить просить тебя прощения, я найду за что, — успокоила меня Рыжик. — Потом оказать милость и простить мужлана и только тогда, потупив ресницы и пикантно покраснев, еле слышно сказать, что скучала.

— А ты еще и краснеть можешь, и даже смущаться? — изумился я. — Не думал, честно тебе говорю. Ладно, прелюдия окончена. Вкратце расскажи мне о княжне Валии, ее похищении и чудесном спасении. Подробности изложишь мне позже и только те, которые меня интересуют. У меня страшный дефицит времени.

— Если вкратце, то как ее похитили, до сих пор непонятно. Валия гуляла с нянькой во внутреннем саду. Его окружают глухие стены без окон, ниш и проемов. Тайных ходов нет, по крайней мере, князь и княгиня о них не знают. Вход-выход только один. Перед прогулкой охрана проверила сад и удалилась. Когда в положенное время нянька и Валия не вернулись, охрана вошла в сад. Княжны не было, а голова няньки была оторвана от туловища. Неделя поисков ничего не дала, а вчера прибыл этот барон, и рядом с ним на коне сидела Валия. Доверенный маг Крови, ты понимаешь, почему доверенный, проверил девочку — это была княжна. Но, видно, потрясение для Валии было слишком сильным. Она все время молчит и только изредка плачет. Не узнает ни отца, ни мать, никого не узнает, и меня в том числе. Но это не так страшно — со временем она придет в себя, главное, что она жива.

— При чем тут драконы?

— Аттин барон эл Кросс рассказал, что, путешествуя по королевству Роган, он однажды приблизился к Срединным горам и обнаружил пещеру дракона. Вызвал его на поединок и убил. При обыске пещеры он обнаружил кучу драгоценностей и маленькую девочку. По вышитому гербу на ее платье он опознал княжну. Потом два дня пути до крепости Алых, переход и пара часов рыси до Килены. Вот вкратце и все.

— Рыжик, дай мне, пожалуйста, вилку, — попросил я. — Не люблю макарон на ушах.

— Мне тоже эта история показалась не совсем правдоподобной, — хмыкнула Таня, — но ты же знаешь этих рыцарей. Убьют пару разбойников, а скажут, что разгромили роту гвардии. Те еще сказочники! Но он привез княжну — это точно.

— Соберись, Рыжик, сейчас и я расскажу тебе сказку. Жил и был один рыцарь. Ехал он полем, лесом и степью и однажды доехал на свою голову. Встретилось ему логово чудовищ-людоедов. А рыцарю только это было и нужно. Деревянная голова ему с детства покоя не дает. Порубил рыцарь чудовищ и освободил тех разумных, которых людоеды еще не успели съесть. Были среди них мужчины, женщины и дети. И так понравилась рыцарю одна белокурая девочка с карими глазами лет полутора, — Рыжик напряглась, — что решил рыцарь с ней поиграть. Но девчушка предпочитала странные игры, к которым рыцарь был не готов. Слишком мало оружия он с собой взял. — Рыжик соскочила с моих колен и впилась глазами в мое лицо. — И знала девочка всего одно слово — «дай». Получив желаемое, она ни за что не хотела с ним расставаться. А…

— Где ты видел Валию?! — Рыжик вцепилась своими изящными ручками в мои наплечники. — Такие подробности о княжне знают только князь, княгиня, кормилица, нянька Валии и я. Где ты ее видел?!! Ты ее похитил? Говори, обормот, а то душу из тебя выну! Отвечай!

— Не тряси меня, — устало попросил я. — Как ты плохо обо мне думаешь, я этого не заслужил. Более того, ты ведь знаешь, что я считаю Валию дочкой Кенора и Лаэры, и она всегда для меня будет их дочерью. Я ее видел сегодня утром, не так далеко отсюда и не так близко. Она находится под надежной охраной, пройти которую даже сотне гвардейцев в принципе невозможно. У десятка сильных магов, может, и получится. Как дополнительная информация, метрах в двадцати от моих воинов и магов находится куча драконов, которые трясутся над своим потомством и прикончат любого незнакомца. Никакой дракон из Срединных гор не мог похитить Валию. Последнее время у них такая головная боль, что мама не горюй! Я знаю, о чем говорю. Никак Валия не может быть сейчас во дворце под присмотром родителей, нянек и кучи охраны. Я в этом уверен и сейчас удостоверюсь полностью — все-таки я немного параноик.

Я сжал амулет связи: до ребят мне не дотянуться, а до промежуточного поста — вполне.

— Кто вызывает?

— Влад, кто принимает?

— Релок, командир.

— Слушай, родич, сейчас озаботь Ровера: пусть со мной свяжется Эллина.

— Что это было? — поинтересовалась Таня. — Я почувствовала что-то странное в твоем молчании.

— Я не молчал, я разговаривал зовом со своим воином через амулет дальней связи. Сейчас он свяжется с охраной княжны, а те вызовут меня.

— А почему ты сразу не вызвал охрану Валии? Про такие амулеты я только слышала.

— Да потому что я не повелитель Разума, слишком далеко они находятся. Рыжик, не спрашивай об амулете и не проси его, все равно не подарю и не объясню принципа его действия. Это одна из многих моих тайн, и не только моих — это о птичках.

— Влад, — раздался в моей голове слабый голос Эллины, — чего ты хотел?

— Передать моей банде, что я задержусь. Эла была занята и не смогла мне помочь. Сегодня ночью я еду к Алым, утром перехожу в Декару, а потом своим ходом к друидам. Вернусь вечером, придумайте, что делать с мясом. Что там происходит с Валией?

— Прячем оружие: совсем она распоясалась, никому прохода не дает. Все дай и дай.

— Отшлепать, не баловать мне княжну, а то скоро совсем на шею сядет, моя кровь. Ласково отшлепать, заинтересовать ее чем-то другим. Эллина, тренируйся, со своими детьми будет легче. А то Четвертый уже задумчиво стал поглядывать на маленьких котят.

— Вот еще! — фыркнула Эллина и отключилась.

— Княжна Валия находится там, где я ее оставил с утра. Во дворце у радостной княжеской четы находится не она, — обрадовал я Рыжика.

Молчание. Расширенные глаза Тани. Молчание. Молчание прервалось легким скрипом дверцы одного из пристенных шкафов кабинета. Отец Тани наконец-то решился выйти из своего убежища и составить нам компанию. А костюмчик-то у него весь в пыли.

— Давно не пользовались, — сочувственно заметил я. — А указывать слугам на наличие пыли и мусора в секретных ходах ни к чему хорошему не приведет. Я думал, что выдержки у вас больше и до конца моего разговора с Таней вы не появитесь. Пригласите плотника, — посоветовал я уже усевшемуся в кресло графу, — пусть поменяет пару половых досок в шкафу: поскрипывают они.

Граф только покрутил головой, а Рыжик села справа от меня и пихнула локтем.

— Я рад познакомиться с вами и вашим настоящим именем, Влад Молния, — произнес граф. — Я понимаю, вы абсолютно уверены, что ваша дочь находится под охраной ваших воинов, но тут не может быть никакой ошибки? Поймите, я спрашиваю не потому, что вам не доверяю, а потому что в свете изложенного вами ситуация представляется лично мне, начальнику стражи Килены, коннетаблю княжества Риары и личному другу великого князя Кенора Риарского, катастрофической.

— Я уверен. Княжну похитили личные враги, кровники, запачканные чернотой или имеющие связи с темными ложами, разумные из ближнего круга князя. Я вижу, что вы со скептицизмом относитесь к моему заявлению. Вполне вас понимаю, я — мастер-охотник, и как я могу разбираться в столь тонких материях? Вы плохо меня знаете, граф. Объясню все на пальцах. Княжну легко могли убрать в саду — и все, династия прерывается, кольцо верности не даст Лаэре снова понести. Почему враги князя просто не убили княжну, а похитили? Да потому что, оплакав дочь и проведя в скорби некое время, год, два или три, чета вернулась бы на круги своя. Кенор и Лаэра очень любят друг друга и помогли бы друг другу пережить это горе — он ради нее, а она ради него.

Дальше. Княжну и не думали возвращать за деньги или политические уступки. Это все просто и понятно. А вот полная неизвестность в судьбе дочери, этой крохотули, — гораздо более жестокая вещь. Тела нет, жива она или мертва — непонятно, а если время от времени появляются слухи, что Валию видели там-то и там-то, то какая будет реакция Кенора и Лаэры? Допустим, лет через пять кто-то в каком-то кабаке скажет, что ему кто-то сказал, услышав непонятно от кого, что на Баросе видели княжну в доме красных фонарей? Спокойно, граф!!! Ожидание неизвестно чего, страх за судьбу дочери, неясные слухи, да князь и княгиня сами так себя накрутят, благо фантазии у них хватает, по крайней мере у Лаэры, что Проклятому мало не покажется! А тут еще и гибель династии до кучи бьет по мозгам. Но похищение увеличивает риск, а значит, оно того стоит. Враг или враги хотели превратить жизнь княжеской четы в ад. Так делают кровники, так мстят невероятно ненавидимым личностям. Поверьте мне, я знаю в мести толк и видел, как умеют мстить другие. Последний раз это действо я наблюдал сегодня на рассвете. Ужасное зрелище. Вы согласны со мной, граф? Отлично.

Теперь перейдем к черноте. Идя на серьезный риск, княжну переправили в темный анклав, не спрашивайте меня о месте его расположения, я все равно вам не скажу, а тебе, Рыжик, в особенности. Будешь знать, как со мной играть и графу все обо мне рассказывать. Там ее плоть хотели использовать для ритуала призыва демонов.

— Что!!! — вскинулась Таня.

— Не может быть?!!

— Может, — успокоил я графа и Таню. — Подробности этого ритуала и его цель я знаю. Но вам эти знания, баронесса, граф, совершенно не нужны, они запретны и невероятно опасны. Кроме княжны в ритуале должны были участвовать десятки разумных и пять других существ, о которых я расскажу позже. Плоть разумных необходима была для формирования тел, для помощи в строительстве сосудов, способных принять в себя инфернальные сущности, принять демонов. Рыжик, выпей вина, ты сильно побледнела. А тела пяти существ должны были стать основой вместилища для пяти высших демонов слуг Темного, по одному почти от каждого вида. Демон огня, наземный демон, демон воздуха, демон воды и подземный демон. Кровь княжны, благословленная митрополитом Риары и помазанная Создателем на царство, тьфу, на княжеский престол, должна была дать защиту этим демонам от клириков, обладающих силой Его.

— Влад, — сказал граф, — извини, что я тебя перебиваю, но я слышал о таких демонах, вызывавшихся адептами Проклятого во время Смуты. Опасные существа, не спорю, но с ними можно справиться сталью и магией. Потери будут, и большие, но демоны все равно обречены. Их присутствие на земле Арланда клирики бы почувствовали, а если и нет, то по их бесчинствам все равно бы обнаружили. Эти твари не терпят узды, и их страсть — это разрушение и убийство.

— Согласен, а теперь я расскажу о пяти существах, которые тоже должны были принимать участие в ритуале на алтаре. Это драконы, пять маленьких, готовых вот-вот вылупиться из скорлупы драконят. Мне напомнить вам, как создавали драков? И тут должен был использоваться похожий принцип. Итак, после окончания ритуала темная ложа получила бы пять сильных демонов, почти неуязвимых к силе Его, к магии и стали. Более того, эти существа были бы способны к импринтингу. Они запечатлели бы в своей памяти главу темной ложи как своего хозяина и беспрекословно выполняли бы все его приказы. Ни о какой демонической вольности речь бы и не шла. Рыжик, не становись эльфой. Я с помощью клириков, своих бойцов и приглашенных наемных магов не дал свершиться ритуалу. Мы перебили всех темных, а главного адепта Проклятого клирик Хоринер лично разрезал на куски. Там меня так сегодня и помяли, — улыбнулся я.

— Это было сегодня утром? — Таня прижала руки к груди.

— Началось ночью, в час Волка, а закончилось через три часа после рассвета. Теперь продолжу тему мести и ближнего круга князя. Почему Валию не убили, а отправили в логово темных, где я был еще этим утром, почему ее плоть хотели использовать для ритуала призыва? А теперь я снова расскажу сказку. Я невероятно самовлюбленный и заносчивый тип с гипертрофированным самомнением, склонен к преувеличению собственных заслуг и принижению чужих. Обидчив, злобен и мстителен, скорее всего, еще являюсь родственником князя, но необязательно. Меня постоянно обходят на поворотах недостойные люди, князь-тупица специально меня унижает и не ценит моей гениальности, а все вокруг бараны, потому что заявляют о мудрости и доброте князя. Я его ненавижу, я его давно стал ненавидеть. Но показывать мне свои чувства нельзя, нужно втереться в доверие и отомстить за все. Один раз не получилось — проклятая стража Белгора защитила шлюху Лаэру! Надо все хорошо продумать на этот раз.

Убить Кенора — нет, это слишком просто. Он должен помучиться перед смертью за все то, что он сделал. Он и его жена-шлюха, неизвестно от кого нагулявшая ублюдочную княжну. Убить княжну — тоже не то. Лучше ее похитить — дворец я знаю, как свои пять пальцев, знаю и потайные ходы. Я организую похищение Валии: охраняют ее не так, как Кенора и Лаэру, всеобщая любимица, однако, да и смерть княжны в политических раскладах на ближайшие десять — пятнадцать лет ничего не изменит, кто захочет рисковать, не имея от этого никакой выгоды? А мне выгода не нужна, мне нужна месть! А Валию я отдам своим темным знакомым — они давно как-то сделали мне намек. А потом я буду часто и с удовольствием видеть пока еще князя и княжну. Я буду смотреть на их горе, на их измученные страданием и неизвестностью лица, на раннюю седину, на морщины и тусклые глаза. Конечно, я буду громко выражать свое сочувствие и при этом молча смеяться. Ведь я знаю, какие муки испытывает сейчас душа Валии, отданная на растерзание демонам. Я ведь не дурак, я понял, для чего нужна королевская кровь. Иначе бы я не договорился со своими темными знакомыми. Я даже денег с них не возьму за эту ублюдочную княжну — я им сам заплачу! А Кенор и Лаэра пусть страдают: а не нужно было грешить, унижая верного подданного, верного сына Создателя. Да, я верен Ему, а как же иначе? Каждую субботу хожу в храм, милостыню нищим раздаю, пожертвования матери-церкви крупные делаю, на исповеди бываю регулярно и признаюсь в своих грехах. Служанку там выпороть приказал и, о Создатель, как же я забыл, леденца бездомному мальчику не дал, который вчера ночевал в моем саду, прежде чем вызванная дворецким стража не отправила его в тюрьму за бродяжничество. Какой грех! Как вам моя сказка, а точнее, психологический портрет гнили?

— Я найду его, Влад! — прохрипел граф. — Я лично душу из него вытащу!

— Создатель, неужели землю может топтать такая мерзость? — вздохнула Рыжик.

— Конечно, я слегка сгустил краски, — признался я, — но суть гнили от этого не меняется. Он не повязан с чернотой, для этого он слишком умен и осторожен, и наверняка считает себя верным сыном Создателя. Так я думал до тех пор, пока не узнал о возвращении «Валии» во дворец. Это вносит свои корректировки. При длительном отсутствии княжна теряет все права на престол. Кто знает, чем ее напичкали маги и алхимики враждебного государства, магические ордены или темные ложи? Возвращение «княжны» меняет весь расклад, и я пока не знаю как. То, о чем я вам сейчас сказал, не предназначено для публикации в «Княжеском вестнике», надеюсь, это понятно?

— Влад, вы меня обижаете, — усмехнулся пришедший в себя граф, — о второй Валии в княжестве будем знать только я и моя дочь. А почему вы доверяете нам? Вдруг это я или она, или мы оба стоим за похищением княжны?

— А я и не доверял вам до недавнего времени. Я отслеживал вашу реакцию на мои слова по рукам, лицу, движениям глаз, сердцебиению и еще нескольким параметрам абсолютно немагическим путем. Моим учителем был Черный дракон, и если мне что-то показалось бы подозрительным, я бы принял меры. Поверьте, я умею допрашивать.

— Мерзавец! — Рыжик запустила в меня маленькую подушку. — Каким ты был…

— …таким я и остался, — перебил я рыжую фурию. — А теперь я откланяюсь. У меня дела.

— Сейчас же полночь! — Фурия моментально вновь стала девушкой.

— Дела, Рыжик, дела. Граф, выпишите мне разрешение на выезд из города. Я заночую у портала Алых, чтобы с первыми лучами Хиона перейти в нужное мне место: руку мне нужно срочно подлечить. Я не хочу терять даже пары часов на дорогу, а я это сделаю, если останусь у вас до утра. Не забудьте, граф, у этой мерзкой личности наверняка были сообщники, среди гвардейцев и придворных в том числе. Да и за героем-драконобойцем стоит издали присмотреть. Благодарю за пропуск.

А также я не хочу ночевать с Рыжиком под одной крышей. Я знаю, чем это может закончиться. Или она меня изнасилует от великой благодарности и всего остального, или обидится за мой отказ от ее прелестей. Останемся друзьями.

— Привет, Фарин, — я поздоровался с хранителем и спрыгнул с коня, — могли и побольше участок мне расчистить. А если бы я не вписался? Чем кормить будешь? Учти, я плохо ужинал и не завтракал. А ты все это время здесь стоял и ждал меня? Уважаю.

— Фонтан закрой, — посоветовал мне друид, — ложись на землю, сейчас буду тебя лечить, а ты мне — рассказывать о событиях в герцогстве.

— А как же ваши предсказатели пророкообразного толка с уклоном в оракулизм?

— Дать бы тебе по шее, Шутник, да ты и так жизнью больной головой наказан. Точное предсказание в принципе невозможно! Определяются только основные потоки с массой вариантов внутри них. Только изредка можно предсказать событие точно, и только потому, что оно связано с сильными изменениями в Мире.

— Вроде моей третьей печати?

— Нет, твоя сорванная печать просто привела бы к еще одному событию, которое бы коснулось всех. Ты в этом деле не участвовал бы, могу тебя успокоить хоть этим.

— Ладно. — Я лег на землю. — Фарин, мне лень рассказывать, и спать хочется. Все равно ты обо мне все знаешь. Я сниму защиту, посплю, пока ты меня лечишь, а ты копайся в моей голове. Вашу подлую хранительскую натуру я уже хорошо изучил. Вы последние, кто захочет причинить вред разумным Арланда. Особенно внимательно просмотри информацию о княжне Валии. Мне нужен твой совет. Подожди, — я сжал амулет связи и стал настраиваться на Арну: по моим расчетам, она уже должна быть в замке. Оборотень в своей второй ипостаси может передвигаться быстрее, чем всадник, да и выносливость у него на высоте, трое суток быстрого бега — какой вопрос?

— Что и кому надо?! Совсем страх потеряли? Кто это мне мешает тренироваться, ты, Второй? Я же всех вас предупреждала! Я нервная! Будете мешать мне успокаиваться в фехтовальном зале — так я вас самих успокою, я вас всех…

— Зайка, — прервал я разбушевавшуюся волчицу, — и меня тоже?

— Влад? Котяра, это ты? Это ты! Где ты находишься?!

— Недалеко от тебя, у хранителей. А тобой я недоволен. Не виделись мы всего ничего, а ты уже забыла мой голос. О моем визите никому знать не нужно. Но ты, если хочешь, приезжай. Оркестр, барабанщиков и горнистов с собой брать не надо. — Я отключил связь.

Так, теперь удобно устроиться, снять пуховик, — морфей.

— Доброго здоровья, калека. Допрыгался?

Я опять висел в сером мареве. Последний раз я виделся с этим кадром год назад.

— И тебе привет, пятнистый глюк. Давно не виделись, я уже начал по тебе скучать.

— Да Хизар я, Хизар, бестолковое ты создание. Обзываешься постоянно, а ведь я тебе друг. Не один пуд соли вместе съели. Теперь слушай, болезный на голову склеротик. Твои развлечения начали выходить за пределы обыденности. Некоторым местным сущностям ты наступил на любимую мозоль своими последними приключениями. Так что или вспоминай все про себя, или прекращай развлекаться.

— А мне сказали, что я не должен вспоминать своего прошлого. Дедок, который сейчас меня лечит, говорил, что я очень хотел его забыть. Как быть с этим?

— Мудрый дед, — уважительно сказал Хизар, — тогда прекращай развлекаться.

— Не могу, меня постоянно к этому подталкивает одна сволочь по кликухе «ткач».

— Тогда вспоминай свое прошлое.

— Не хочу.

— И правильно делаешь, — согласился со мной Хизар. — Не нужно тебе вспоминать всю свою боль и отчаяние, все свое равнодушие, которым ты пытался защититься. Некоторые глупцы тогда не поняли твоего поступка. Они не были в твоей шкуре и не чувствовали того, что ты испытывал тогда, Ice Tour.

— Как ты меня назвал, Хизар? На прошлом допросе ты обзывал меня Хеллареном.

— А ты и есть Хелларен, — ничуть не смутился Хизар, — это твое второе имя, ты взял его себе после одного события. Ты перестал пользоваться своим первым именем, своим родовым именем, именем, которое отражало твою суть, Ice Tour. Ты все-таки ничего не помнишь — с одной стороны, это хорошо, а с другой… Теперь мой тебе совет. Не хочешь вспоминать своего прошлого — не вспоминай, но работай и дальше в своем стиле, тогда у тебя есть шанс выжить. Что ты сделал такие умные глаза? Твой стиль — это работа на опережение, бой на территории врага. Ты всегда говорил, что войну нельзя предотвратить, можно только отодвинуть срок ее начала и дать противнику лучше к ней подготовиться, поэтому нападать нужно немедленно. Сейчас эти слова как никогда справедливы. Да ты и действуешь в последний год именно так. Вопросы есть?

— Есть, ну «Ice» — это я понимаю. Вроде бы германская группа языков и обозначает это слово из трех пошлых букв «лед». А что такое «Tour»? Я спортсменом был, в турнирах участие принимал?

— Принимал, — успокоил меня Хизар, — такие турниры были, что кровь по щиколотку стояла на арене. Мне пора, до встречи, Ледяной Тур, это точный перевод с норвежского.

Жутко зачесался нос, придется поскоблить. Так, Хизар обозвал меня «Ice Tour», мол, это родовое имя, а моя фамилия Истрин — забавное почти совпадение. Опять зачесался нос, я открыл глаза и понял, что попал. Арна здесь, Дуняша здесь, а вот хранителя нет. Сбежал, подлец, и бросил меня на растерзание тигрицам. Арна сейчас меня будет кастрировать?

— Проснулся, — мурлыкнула Арна, поигрывая веточкой для чесания моего носа, — а у нас к тебе разговор есть, — обрадовала меня до икоты подруга. — Ты ничего не хочешь нам сказать? Например, сказку или басню. — Волчица легонько пнула меня сапогом.

— О чем? — спросил я.

— Об этом! — рявкнула Дуняша и показала мне кристалл иллюзий. — Пока ты спал, хранитель любезно предоставил нам укороченную запись твоих подвигов в Красных пещерах. Кстати, со звуком, прямо как кино, прадед про него мне рассказывал. Мы сейчас собрались смотреть иллюзию во второй раз, ты не хочешь к нам присоединиться?

— Нет, — помотал я головой и привстал, опираясь на обе руки. Обе, так быстро, ведь не прошло и трех часов, судя по Хиону?!

— А тебя никто и не спрашивает, котяра, — проинформировала меня Арна. — Комментировать для нас будешь свое выступление. Про Дару мне тоже расскажешь.

— На кристалле находится секретная информация, а у вас нет допуска! — Я набрался мужества и сжал свою волю в кулак. — Немедленно отдайте его мне.

— Перебьешься, — хмыкнула Арна, — это подарок от хранителя нашему епископу Кариту. Друид сказал, что над тобой и вампирами могут сгуститься церковные тучи, и это поможет вам. Вставай, лежебока! Мы уже час тут на поляне скучаем. Развлекай нас!

Моя мечта о сети кинотеатров с прокатом фильмов о моих подвигах начинает сбываться, кажется. Я поднялся на ноги.

— Что у тебя произошло с Алианой? — спросила Арна. — Мне Эллина передала весточку об этом. Почему она тебе не помогла?

— Эла до сих пор не поняла причины моего развода с ней или не хочет понять, наверное. Она пыталась меня играть, да только я случайно оказался в ее замке, кое-что понял, убедился в этом лично и в ответ сыграл ее. Жестко сыграл. Арна, не хмурься. Вдобавок ко всему Эла опять сунула свою прелестную головку в мужские игры. О том, что ее башню могут оторвать, — эта дура даже не задумалась.

— Влад, можно тебя на пару слов? — За моей спиной возник хранитель.

Блин, я отодвинул спящих девчонок в сторону и встал. И пяти часов не прошло, как ты появился, быстроногий ты наш. Хранитель поставил вокруг нас полог молчания.

— Как ты так быстро мне руку вырастил?

— Ты же вампир, — усмехнулся Фарин, — полчаса работы — и все. А теперь слушай, я говорил со своими братьями, еще мы смотрели линии судьбы. Та княжна, что находится в Килене, — это допельгангер.[44] Тебе знакомо это слово? Вижу, что да. Твоя дочь умрет в течение нескольких месяцев, если допельгангер останется жив. Подробности нужны?

И эхо привычно ответило: «…Мать, мать, мать…»

До захода Хиона осталась пара часов, мне уже пора. Но я не мог оторваться от двух прильнувших ко мне девушек. Не мог снять их рук со своих плеч. Просто не мог.

— Влад, тебе пора, герцогство ждет. — К нам подошел хранитель. — Не оставляй дел незаконченными. Ничем хорошим это не кончится. Сделай все, что должен сделать.

— Когда вернешься, котяра? — Арна наклонилась и потерлась своим носиком о мою щеку.

— Когда, брат?

— Скоро, — улыбнулся я, — завтра с утра я перейду сюда вместе с Валией. Пока князь Кенор не наведет порядка у себя дома, княжны я ему не отдам. Присмотрите за ней и запомните, Валия — дочь Кенора и Лаэры, запомните это крепко. Кстати, как вам мои подарки?

— Возвращайся лучше живым, когда все закончится, когда ты все сделаешь, — всхлипнула Дуняша, — это и будет лучшим подарком нам. Возвращайся, брат.

Девчонки отпустили меня, и я открыл портал к ближайшей крепости Алых. Теперь забраться на бурана Эйрика — и в дорогу. Я оглянулся на двух своих женщин. Я посмотрел на взявшихся за руки подругу и сестру. Они всегда меня будут ждать, ждать и надеяться, как ждали меня в Белгоре. Создатель, я знаю, что недостоин их, недостоин такого счастья, но если ты мне его дал, то не обессудь, обратно я ничего и никого не верну. Они — мои и всегда будут моими. Блин! И задержаться хоть на пять минут у меня нет повода. Все уже обговорено не по одному разу — что делать, что и кому сообщать. Все нюансы расставлены.

— Кто появился? А мы уже и не ждали, — поприветствовала меня Эллина. — Ужинать будешь? Если да, то позже, сейчас ничего тебе не дам: все равно ты будешь занят. Пушок сюда бежит, с тобой поздороваться хочет, — пояснила мне свою жизненную позицию Эллина и поспешно отступила в сторону.

Не только Эллина освободила путь ко мне бешено несущейся от ближайшего леска черной молнии. Опять охотился на свежатину, проглот. Бывшее мясо, одетое в новые одежды, похватав детей на руки, стремительно рассасывалось по сторонам. Решивший приласкаться ко мне Черныш благоразумно не стал этого делать. Да что мясо и конь — даже клыкастики убрались с пути драка, и только драконы остались на месте, сгрудились и образовали живое железобетонное кольцо вокруг кладки Траны. Сейчас что-то будет, точно будет, зуб даю.

Я не ошибся. На меня налетел черный, клыкастый, зубастый, рогатый и хвостатый вихрь. Короткий, метров пять, полет — и я приземлился спиной на мягкую травку. Пушок повел со счетом «один-ноль». Через мгновение громадная черная морда заслонила небо и заходящий Хион и принялась облизывать мой шлем, щеки и подбородок. Может, мне забрало опустить? Пушок, а вот прижиматься ко мне своим брюхом — это лишнее! Я стал отталкивать эту морду руками, Пушок отмахивался своей башкой, прихватывал жуткими зубами мои наручи и продолжал хулиганства вроде вбивания меня в землю и умывания своим шершавым языком моей нижней части лица. Вдруг драк замер, через пару секунд вскочил и уставился на мою левую руку. Пасть Пушка приоткрылась, и из нее вырвался низкий, леденящий душу рык. Глаза драка начали медленно наливаться кровью. Он почувствовал новую плоть моего тела. А теперь в глазницах Пушка разгорались под ветром ненависти два уголька. Вот только что они были тускло-красные, а сейчас уже просто красные. И постепенно становятся багровыми. Мне стало немного не по себе. Я еще никогда не видел это добродушное, миролюбивое, скромное и застенчивое создание в такой ярости, в таком никак не контролируемом бешенстве.

— Ровер, в Красных пещерах кто-то есть? — послал я зов клыкастику.

— Никого живого или псевдоживого, кроме грифонов, Влад.

Глаза Пушка были уже не багровыми — они приобрели цвет раскаленного куска металла. А рык этого записного пацифиста превратился в жуткий рев.

— Влад, там вообще-то крепкая дубовая окованная железом решетка, — неуверенный голос Ровера возник у меня в голове. — Я думаю, что она выдержит атаку Пушка, и грифоны останутся живы.

Черная молния метнулась к открытым воротам Красных пещер. Судя по звуку, Пушок свернул направо — отлично, сначала он там все разгромит, слегка устанет, и когда доберется до грифонов, то у этих птичек есть хороший шанс отсидеться в стойле.

— Мы их планировали использовать для доставки бывшего мяса в Каросу, — продолжил Ровер, — даже покормили сегодня. Есть тут среди несостоявшихся жертв один спец по грифонам. Заинтересовался он сомнительными делами на одной птицеферме, доложил начальству, а оно его сюда послало. Жаль будет, если Пушок всех грифонов порвет.

— А кормить меня сегодня будут? — поинтересовался я у побледневшей Эллины.

Я сидел на плаще и любовался светом Сестер. Как я раньше мог жить без них?

— Разрешите? — Не дожидаясь моего ответа, принц Шатор Литийский уселся рядом со мной. — Почему ты сразу ко мне не подошел, Влад? Ты думал, я тебя не узнаю?

— Есть несколько причин, Шатор. Я надеялся, что ты меня не узнаешь, но я слишком был уставшим вчера, и мне было не до театра с переодеванием и так далее. Ты знаешь про мои неформальные отношения с леди Ловией, но не ведаешь того, что корона Литии уже много мне должна и без твоего спасения. Да-да, Шатор, это слова твоей прабабушки. Я не хотел увеличивать долг леди Ловии, она и так много для меня сделала и делает, мне просто уже неудобно. Есть и вторая причина. Никто не должен знать, что я замешан в этом деле. Это не грех гордыни, выражающийся в ложной скромности. Нет. Я веду игру со многими противниками, но основными моими врагами являются темные. Если они узнают, что Влад Молния участвовал в этом деле, то многие мои планы по доставлению неприятностей адептам Проклятого придется свернуть. Я вообще головы могу лишиться, так как в Белгоре я уже два года появляюсь только наездами. Я не могу там сидеть окруженный братьями-охотниками. Поэтому я и мои воины не снимаем шлемов и общаемся между собой большей частью зовом.

— А эти? — Принц кивнул на драконов. — Они ведь наверняка знают, кто ты.

— Конечно, я ведь спас их кладку, но они никому не скажут. Один дракон поклялся за весь род — такие у них обычаи.

— Я тоже никому не скажу, — улыбнулся Шатор, — кроме отца и прабабушки. Что бы ты ни думал и ни говорил, они должны знать правду о бойне в Красных пещерах. О том, что на Арланде появился разумный, которого драконы считают своим союзником.

— Перегибаешь палку, Шатор, они меня наняли за конкретную плату. Я свое дело выполнил, а на днях состоится расчет. Как тебя взяли темные?

— Предательница, — вздохнул принц, — после того как ты в Каросе взял налетом замок темных и в нем участвовали дворяне и дворянки самых благородных родов, в Диоре только об этом и говорили несколько месяцев. Участники налета ходили задрав носы, а остальные им завидовали, я тоже завидовал. Как-то раз я собрал свой ближний круг, и мы договорились отметить годовщину этого события на развалинах уничтоженного замка. Король Каросы Айнген Первый — мой двоюродный дедушка, и с его стороны не возникло никаких препятствий. Год назад отметили, всем участникам понравилось. И в этот год тоже поехали отмечать. Охрана из гвардейцев Каросы была серьезной, да и красных плащей вокруг нас было немало. Мы выпили, развлеклись — и тут одна из фрейлин королевы Каросы, они тоже были на празднике, предложила мне, Талу и Тарину показать секретный подземный ход, ведущий из развалин замка к реке. Клирики его не обнаружили, а она пару месяцев назад, когда приехала посмотреть на логово темных, нашла.

Молчание.

— Мы были пьяны, Влад, — продолжил через несколько минут принц. — Тала и Тарина убили сразу же при выходе из секретного тоннеля. Она убила — разрезала их на куски, пока парней держали. Смеялась и говорила, что командирам отряда дворян, принимавших участие в налете, оказана великая честь, а меня ждут еще большие почести. Вот и все.

Тал и Тарин, я покачал головой, жаль парней, хорошие были ребята. В принципе Серега мне описал эту историю, но подробностей он не знал. Жаль парней, очень жаль.

— Шатор, пошли спать, завтра будет трудный день.

Опять меня кто-то будит, когда же я высплюсь?! Я открыл глаза и частично снял защиту сознания. Хион еще не взошел, а морда драконы перестала меня пихать. Лепота.

— Ну ты и соня, Влад. — Трана умудрилась подмигнуть мне. — Садись, пора нам выполнить свою часть уговора. Мы и так задержались с оплатой.

Нам? Я поднялся на ноги и огляделся вокруг. М-да, вокруг меня кучковались четыре дракона или драконы, хрен их разберет. Нет, я неправ: три хрен кто разберет и Трана.

— Я так понимаю, что сейчас будет экспресс-обучение, Трана?

— Да, но перед этим я сниму твою эмоциональную блокировку. Приготовься.

А чего тут готовиться? Я полностью снял пуховик — вот и вся моя подготовка. Внутри черепушки забегали муравьи, и не поймешь, приятно это или противно. Так-так, недалеко от нас сидела на пригорке Эллина и считала несуществующих птичек. Вот любопытная! Муравьи прекратили свой бег, вот и ладушки. Только я не чувствую ника…

— Странно, Влад, — озадаченно проинформировала меня Трана. — Я сняла блокировку, но твое состояние не изменилось. Сейчас я проверю твой разум полностью, расслабься.

И получай удовольствие, ты забыла добавить. Птичий счетовод незаметно, она так думает, сократила дистанцию между нами на пару метров, а какие у нее красивые ушки.

— Влад, я ничего не понимаю. В твоем разуме образовалась лакуна, куда согнаны почти все твои эмоции. Попробуй сам проникнуть в нее.

— А ничего со мной не случится? Лакуна с эмоциями — это дело серьезное, меня может захлестнуть ими. Наина, иди сюда, сядь рядом со мной, так тебе будет удобней подслушивать, да и мое состояние будешь контролировать как независимый эксперт. Трана кое-чего не понимает.

Я погрузился в глубь своего сознания. Хм, Трана не ошиблась. Раньше я видел кое-где тусклые светлячки блокировки, теперь их нет, но появился маленький серый шарик. Я нырнул в него. Ничего не произошло. Вру, я стал чувствовать небольшую боль, горечь и сожаление. Тал, Тарин, Ульф и Серега. Скорбь захлестнула меня. А Эла, когда же она наконец-то все поймет?! Когда прекратит свои эскапады?! Дура, она же подставляется по самое не могу! А эта охота? Да дураку ведь понятно, что это ловушка для листоухих! Только что организовалась или организуется антиэльфийская коалиция. Герцог Киралы уже наверняка слил эльфам информацию. Грубая работа, господин Торин Второй! Не клюнет главзаяц на эту приманку. А если клюнет? Да на этой охоте егерей в лесу будет больше, чем деревьев! А если не в лесу, а если по дороге туда или обратно? По крайней мере, если бы у меня был жесткий цейтнот, то я бы так и сделал. Вот дура! А если ее папаша и это предусмотрел? Он и без короны короля был толковым мужиком. Вмешиваться в чужую игру я не стану, но присмотреть издали за происходящим нужно.

Я вынырнул обратно. Что мы имеем? А имеем мы теперь два состояния. В одном — только сильнейшие эмоции могут меня прошибать, а во втором — я становлюсь прежним жизнерадостным дебилом. Хм, хорошая штука, мне пригодится.

— Трана, не бери в голову, все нормально, все даже очень хорошо. Обучай меня дальше разделению сознания на потоки. Сколько их я смогу поиметь?

— Семь, но я бы советовала тебе ограничиться четырьмя. Чем больше потоков, тем сложнее научиться ими работать, тут идет нелинейная зависимость.

— Сойдемся на пяти — сколько это займет времени?

— Часа три, не больше.

— Отлично, Трана, слушай, у меня есть к тебе один вопрос. Я понимаю, что он глупый, но ты не обижайся. Вчера я был в столице Риарского княжества Килене. Там уже два дня празднуют освобождение могучим воином и магом бароном Как Его Там похищенной злобным драконом княжны Валии. Дракон был убит на поединке, а девчушку нашли в его пещере среди драгоценностей.

— Влад, ты часом не заболел? — поинтересовалась Трана. — Какие драгоценности? У нас одно хранилище на весь род! Мы золотом и драгоценными камнями не питаемся, да и мало у нас этого добра. В основном наше хранилище забито артефактами и книгами. Зачем нам похищать ребенка?! Кто-то убил дракона?! Да все остальные сразу узнали бы об этом!

— Трана, — я поднял руки, — не горячись, а лучше подумай на досуге, кто хочет вас подставить. Я тоже подумаю. А вообще, — я перешел на зов, — княжна находится здесь. А счастливым родителям вернули допельгангера. Об этом мне сказал друид. Не морщись ты так, хранители нормальные ребята, если сумеешь понять их логику. Трана, а вообще вам всем нужно извлечь урок из произошедшего похищения твоей кладки. У вас общий сбор глав родов будет через семь с половиной месяцев, так озадачь их. Вам же лучше будет.

Я смотрел на улетающих грифонов: все бывшее жертвенное мясо поместилась на этих транспортных, счастливых расставанием с Пушком, вертолетах. Когда я утром спустился за драком в пещеры, забившиеся в дальний уголок загона грифоны были на грани инфаркта, взирая на осатаневшего от ярости Пушка, упорно старавшегося сломать изгородь. А я представляю себе реакцию короля Каросы, когда ему часиков через шесть доложат, что на территории королевства приземлились три десятка неучтенных грифонов, несостоявшиеся участники темного ритуала, капитан верто…… э… грифонолетной эскадрильи, недавно пропавший без вести, и, как добивающий удар, принц Шатор, из-за которого уже несколько дней Айнген Первый рвет волосы на своей голове и устраивает интим всем попавшимся под руку подчиненным, особенно из силовых ведомств. А совсем этот простофиля-королек, устроивший заповедник для темных на своих землях, выпадет в осадок, когда узнает об истребительном прикрытии транспортников в виде четырех драконов. Пора и нам на время прощаться с герцогством.

— Наина, Ольт, пошли.

А Бролан слегка лукавил. Ночью мои клыкастики взяли пару разведчиков подгорцев, ошивавшихся неподалеку от Красных пещер. От…… э… сначала надавали им тумаков, а потом провели политинформацию о последних событиях в Мире вообще и здесь в частности, а напоследок посоветовали не пытаться обыграть вампиров в лесу. Следующий раз может плохо закончиться. Также клыкастики посоветовали подгорцам как можно быстрее перебираться в облюбованную долину, пока все драконы Срединных гор тусуются около кладки Траны. Пять дней у подгорцев есть как минимум, а скорее всего, больше. Пока драконята не встанут на крыло, хрен отсюда хоть один дракон улетит! Я с великим трудом выбил истребительное прикрытие, и то благодаря разбушевавшейся Тране. Драконы решили, что нервировать будущую мать себе дороже будет, и со скрипом согласились, а возглавил эскадрилью счастливый будущий дед. А вот и постамент с темным пламенем. Гори, пока можешь, недолго тебе осталось.

Я активировал свои последние пять ловушек: энергии в них всего половина от первоначальной, но хватит и этого. Одну за другой я прилепил деревяшки к постаменту. Прыжком я переместился к своим ученикам, и Эллина с Ольтом сразу прикрыли нас щитами. Всплеск силы земли, грохот и осколки, всплеск силы воды, разрывающий крупные куски, всплеск силы воздуха, дробящий обломки, опять всплеск земли и, как последний штрих, огонь, заполнивший весь зал. Все, больше нам здесь делать нечего.

— На выход, ученики.

В своем роде это будет уникальная погань. Сила Проклятого есть, а вот тварей и темных адептов нет. Можно экскурсии будет организовывать для желающих — конечно, за деньги. Нет, лучше организовывать тур. День первый — купание в Пресном море, отель не забыть построить, с фотографированием на фоне кракена, желающие могут даже потрогать его за отдельные деньги. День второй — сафари на едва двигающихся зомби и прочих тварях. День третий — посещение ужасной погани, где жуткая смерть грозит храбрецам на каждом шагу, не забыть уставить пещеры декорациями и муляжами, пара кристаллов с иллюзиями тоже не помешают. А самое главное, временами раздающиеся демонический хохот, стоны и мольбы, зловещий шепот и проклятия. Это ж сколько я бабла подниму! Да у меня конкурентов в принципе не будет!

Мы вышли из Красных пещер. Клыкастики быстро закрыли ворота и вставили в наружные петли толстый стальной брус. Ог, на выход. Через некоторое время у меня будут пятнадцать заряженных энергией Мира слез Тайи, так что энергию можно не экономить. Ог, на место, ты отличный сварщик. Хрен кто сюда сможет попасть, да и драконы пообещали временами проверять эти ворота. Похищение кладки Траны слегка изменило их жизненную позицию. Кстати, нужно с драконами попрощаться. В ближайшее время я здесь появляться не намерен.

— До свидания, Трана, Оргрурх, я рад, что все хорошо закончилось.

— До встречи, охотник, мы всегда будем рады тебя видеть, — раздался в моей голове мелодичный голос Траны.

Вот это да, я направился к своей команде. Значит, я могу спокойно заявиться в гости к любому дракону Арланда. Если сказал один, то это обязательство для всех летающих крокодилов. А что-то в этом драконьем принципе «один за всех, и все за одного» есть.

— Ну что, готовы к возвращению в графство, великие истребители тварей и темных?

— Мог бы и не спрашивать, — улыбнулась мой пресс— секретарь. — Добыча и кое-что еще, — Эллина подмигнула мне, — упакованы в мои с Ольтом мешки путника, ничего нужного здесь мы не оставили, правда, Валия?

— Дай. — Девчушка, обрадованная проявленным к ней вниманием, тут же потянулась к кинжалу Эллины.

Моя команда засмеялась. Валия неисправима. Откуда у нее такая страсть к оружию, в кого она пошла? Я же не такой фетишист! А вдруг она не моя дочь? Я улыбнулся: вчера, например, Валия пыталась свистнуть бастард Рикта, находящийся в кожаном чехле. И смех и грех. Посмотреть на представление собрались почти все. Даже драконы искоса посматривали на это действо. Протащив по земле меч на целый метр подальше от его хозяина, Валия устала и уснула прямо на своей добыче, пришлось мне ее осторожно поднимать и относить на лежанку. Пора.

Я открыл портал. Сейчас перейдем в нашу точку выхода в Каросе, потом марш-бросок до ближайшего портала Алых — и мы разбиваемся на три группы. Ровер, которого знают бывшие туристы из свиты Элы — познакомились они год назад в дальнем пограничье, — отправится в Мелор, там его уже дожидается Эйрик. Риджен, Ругино, Рикт и Ролан будут ждать меня в княжестве. Ну а я с учениками и Валией — в Декару. Потом я всех перебрасываю в Закрытый лес и сматываюсь в княжество. А потом будем посмотреть, что нарыл за тридцать с лишним часов папа Тани. В нашем деле главное — это информация. Все, теперь моя очередь переходить. Нужно знать, кого допрашивать, кого пытать, а кого убивать. Я последним шагнул в портал.

— Бугай, ты занят? — В дверь просунулась лохматая голова.

— Если важное, то проходи, нет — закрой дверь, Конь.

— Важное, Бугай, я не один, — верзила втолкнул в комнату богато одетого купца. — Это Грокас, Бугай, наш человек в Риарском княжестве, говорит, что у него важная информация, — не поленился бросить все свои дела в Килене и бегом направиться к нам. Даже почте не решился доверить свой лепет.

— Присаживайся, мил-человек, — главарь ночников Бренна указал на стул, — что в клювике ты мне принес? Да ты не смотри на Коня, он знает гораздо больше о моих делах, чем я. Что странного ты заметил в княжестве?

— Странного много. Похищение и возвращение через несколько дней княжны одним, как говорят, грозным воином и магом Аттином бароном эл Кроссом, в одиночку убившим дракона и нашедшим в его пещере кучу добра и княжну. Я видел этого героя и собрал о нем слухи: здоровенный бык, не просыхает ни на минуту, туп как дуб. Но не это самое главное. Произошло несколько странных смертей дворян. Один благородный из не самых богатых вдруг прикупил себе отличное поместье в Миоре, у меня знакомый есть из торговцев залоговой землей, выставленной гномами на продажу из-за невозвращения кредита. Вдобавок одна очень влиятельная личность, между нами говоря, полное ничтожество, несколько дней назад была назначена новым послом в Нарину, хотя в последние годы никакого желания заниматься государственными делами не проявляла. А тут сама вызвалась.

— Интересно, — протянул Бугай, — рассказывай нам подробно обо всем. Кот, записывай исповедь. Потом сольешь воду из его говорильни, зашифруешь и отправишь по почте.

— Вот такие пироги, — закончил я свой рассказ.

Граф и Рыжик молчали. Прямо как в анекдоте про то, что жену нужно подготовить к известию о смерти мужа. Вы думаете, что вы замужем? Не беспокойтесь вы так, вы уже три часа как вдова.

— Допельгангер, — разжал стиснутые губы граф, — я только краем уха слышал о них. Считалось, что всех адептов этого искусства уничтожили задолго до Смуты. Хранители не могут ошибаться?

— Вы лично можете их спросить об этом. А можно сделать еще лучше. Граф, Рыжик, у меня несколько имен, и часть из них известна моим врагам. Почему бы эти имена не узнать моим друзьям, после того как они дадут мне пару клятв? Таня может отправиться в мой замок и сама посмотреть на княжну. Проверить, узнает ее Валия или нет. Граф, вас устраивает такой вариант?

— Более чем, — согласился со мной папа Тани. — Влад, ты сам понимаешь, что я не могу пойти к князю без доказательств, с одними голословными заявлениями. Таня опознает княжну и привезет ее сюда, конечно, если это будет Валия. А потом я предъявлю девочку князю и княжне. А…

— А потом ее просто убьют, — продолжил я. — Пока похитители не изобличены, я Валию никому не отдам. Зарубите себе это на носу. У князя было два года, чтобы разобраться с покушавшимися в Белгоре на Лаэру организмами. Добрый он слишком, многих простил, раздал условные сроки и пыток к подследственным не применял! И что теперь? Один мой знакомый, я называю его мангустом, как-то сказал, что гниль должна быть вырвана с корнем. Он прав на все сто. Если князь не может, если вы не получили санкции от него, тогда просто дайте мне информацию, и я все сделаю сам. Ресурсов — как финансовых, так и остальных — мне хватит, чтобы поставить на уши любое королевство. Вы готовы дать мне клятвы, граф, баронесса? Вы готовы поделиться со мной информацией?

— Готовы, Влад. А ты уверен, что у тебя хватит сил? — засомневался во мне граф.

— Хватит, — успокоил я его. — Влад, граф эл Артуа — это одно из моих имен. В это графство и отправится Рыжик инкогнито с небольшой свитой из верных бойцов, умеющих держать мысли на замке и язык на привязи.

— Вот мерзавец! — восхитилась мною Таня. — Папа, Смерть Гоблов оказывает нам честь, изволив не побрезговать нашим гостеприимством. А какие еще у тебя имена есть, Влад?

— Много будешь знать — скоро поседеешь. Граф?

— Есть один подонок, — начал папа Рыжика, — нечистый на руку карточный игрок, но ни разу не ловили. Бретер, также было несколько странных поединков с разумными, не слишком хорошо владевшими сталью. Он обыгрывал дело так, что покойники сами вызывали его. Занимается также шантажом и вымогательством, но очень аккуратен, свидетелей нет. Ходят слухи, что есть некоторые придворные леди, которых он держит на крючке и заставляет их ложиться под неких господ, платящих ему деньги. Умен, жесток, склонен к внезапным вспышкам беспричинной ярости. Через три дня после похищения Валии у него появилось много денег, хвастался своим друзьям, среди которых есть мой человек, что он их выиграл.

— Такой красивый — и еще на свободе? — изумился я.

— Чисто работает, знатного рода, есть влиятельные родственники, — поморщился граф. — Я дважды его арестовывал и дважды отпускал. К сожалению, он не мятежник, по крайней мере, был не мятежником.

— Подождите. — Я поднял руку и принял вызов.

— Командир, это Релок. Есть первые данные от Зетра. Цель в Нарине. Три ударных отряда будут там через сутки. Распоряжения?

— Дам завтра с утра. Зетр со своими людьми пусть тоже выдвигается в Нарину. Отбой.

— Граф, а где сегодня ночью будет находиться столь занимательная личность? Мне и моим воинам хочется с нею познакомиться. Ужас как хочется поговорить по душам.

— В трактире «Красный петух» на втором этаже сегодня ночью будет игра по-крупному. Вешар, баронет эл Ангон там будет обязательно. Будьте осторожны, граф, это не трактир, это настоящий притон.

— Хорошо, граф, а если трактир ночью загорится…

— То стража, как всегда, прибудет слишком поздно, — подхватил граф и улыбнулся.

— А теперь клянитесь, что никто не узнает от вас об идентичности Влада Молнии и графа эл Артуа. Остальной информацией распоряжайтесь по своему усмотрению. Я жду.

Глава 15 Будни обыкновенных заговорщиков

«Тиха украинская ночь», а по двору убийцы бродят. Ну не совсем бродят — столько наглости у нас еще нет, но важен сам факт нашего пребывания здесь. А ничего притончик-то. Высокий трехметровый забор огораживал довольно большой участок, половину которого занимало двухэтажное каменное здание. Конюшня слева, я поднял кулак над правым плечом, клыкастики мгновенно замерли, хозяйственные постройки справа, а перед нами дорожка из желтого кирпича прямо к заветной двери. Блин, я прямо чувствую себя волшебником Изумрудного города. Хорошо, что собачек здесь нет: не люблю убивать животин, жалко мне их. Да и их отсутствие вполне понятно. Ночь на дворе, гости ходят, зачем соседей лаем тревожить? Я махнул открытой ладонью на уровне бедра, и мы присоединились к закончившему свои дела пьянчужке. Вот скотина, так нажраться! Даже до уборной не смог дойти. Весь двор полил своим шлангом.

— Привет, друг, как долго мы не виделись! — обнял я благородного за плечи. — Я же Ветер, ты меня не узнал? Как мы с тобой гуляли месяц назад, помнишь, неужели нет?!

М-да, судя по его мутным глазам, роскошно одетый дворянин этого явно не помнил, — чьи это трудности? Уж точно не мои, я подхватил его под локоть и направил на верный путь. Осторожно, ступеньки, ну куда ты валишься, пьянь?! Вежливо постучим в дверь.

— Друг, сейчас гулять будем, я оплачиваю все! Повеселимся?

Заветные слова проникли сквозь туман в голову пьяни, и она даже смогла кивнуть.

— Кто такой? — поприветствовал меня амбал на две головы выше меня ростом, наконец-то открывший после повторного пинка сапогом дверь. — Чо надо?

— Эта той длуг, — едва смог пролепетать заплетающимся языком после моего толчка локтем дворянин. — Мы с ним питии сичас будим.

— Тебе не хватит, благородный? — Амбал презрительно ухмыльнулся и скрестил руки на груди.

Интересно, а в его роду горных великанов не было? Мне уже страшно, он же меня на двух маленьких Владов порвет! Орлы, вы почему еще здесь, я буду осматривать помещение на предмет магических гадостей? Работать, лентяи.

— Непонятно сказано? Проваливай отсюда и друга своего забери!

Это уже хамство, мой сапог соприкоснулся с коленом амбала. Человеком себя почувствовал, быдляк? Зачем грубить благородным, хлопок ладонями по ушам — а зачем ты так нагнулся? Подшаг, основание ладони бьет снизу вверх в массивную челюсть, а мой сапог делает яичницу из полуфабрикатов выпрямившегося громилы. А не надо было маленьких обижать. Здоровяк с грохотом упал внутрь трактира. Давно на конюшне не пороли, смерд? Опять взяв своего нового друга под руку, я прошел внутрь помещения, по пути нечаянно пройдясь своими сапогами по лежащей туше привратника.

— Хозяин! — заревел я бешеным бизоном. — Там у тебя в прихожей мясо валяется. Если он еще раз посмеет оскорбить меня и моего друга, я его убью и подожгу здешний курятник. А теперь давай нам свое лучшее пойло в качестве извинения! Бегом!

Пока длилась немая сцена с участием посетителей, прислуги, еще парочки вышибал и хозяина, я заприметил на спинке одного стула плащ с таким же гербом, что был на одежде моего нового временного друга. Короткий марш-бросок — и мы на месте. Мой друг с облегчением рухнул на стул и предпринял серьезную попытку использовать стол вместо подушки.

— Влад, — отчитался Зема, — основная защита на втором этаже. Только амулеты.

Хорошо, приведите в негодность все игрушки, но так, чтобы они внешне выглядели рабочими. Справитесь? Отлично, выполнять. Вод, ты остаешься со мной.

— Хозяин, ты плохо понимаешь? Сейчас объясню, — на моей ладони зажегся огнешар.

Вот так-то лучше. Каким бы доном Корлеоне хозяин себя ни считал — я хлопнул хорошенькую служаночку по попке, — ссориться с незнакомым благородным не захотел. А вино девчонка принесла отличное. Вод, в нем ничего нет? Странно и даже обидно.

— Ваша милость, — подошел ко мне хозяин, — я прошу у вас…

— Заткнись, — лениво бросил я. — Для начала я не «ваша милость», а «ваше сиятельство». А теперь у меня к тебе вопрос — ты же не думаешь, что я пришел сюда пить эту ослиную мочу? Мне нужен Вешар, баронет эл Ангон. Он у тебя сейчас на втором этаже играет. Предоставь нам отдельную комнату для разговора. Мне нужны услуги баронета. Это тебе за роль курьера, — маленький кошелек упал на стол, — а это баронету за беспокойство, — второй кошелек присоединился к первому. — Жду пять минут, а потом ухожу, если баронет не проявит интереса к разговору.

Трактирщик посмотрел внутрь своего кошелька, и глаза его расширились. И чему он удивляется — десяти золотых никогда в жизни не видел? Сильно в этом сомневаюсь. А если ты, сволочь, — я внимательно посмотрел в глаза трактирщику и перевел взгляд на второй кошелек, — украдешь хоть один из пятидесяти желтяков, предназначенных баронету, я твои кишки на палку намотаю! Видимо, выражение моего лица было достаточно красноречивым. Трактирщик поклонился и почти мгновенно исчез. Да он маг, наверное!

— Чего-нибудь еще желаете? — поинтересовалась давешняя служанка, скользя взглядом по моей одежде и одновременно показывая содержимое своего декольте.

— Может быть, позже, девочка, я предпочитаю удовольствие после работы, а не до нее, или во время нее, или вместо нее. Вина еще принеси, будь лапкой.

Служаночка улыбнулась мне многообещающим взглядом, опять скользнула взглядом по моей одежде и пошла по своим делам. Да, опытный тут персонал, знатные и богатые клиенты здесь не редкость, тогда почему так хамил нам вышибала?

— Друг, — я налил в кубок благородному вина и толкнул его локтем, — ты много должен трактирщику?

— Всего сорок пить золотых. — Пьянь присосалась к емкости, опустошила ее и вновь заснула на столе.

Понятно, не разобрался амбал в ситуации, на улице было темно, свет шел только изнутри трактира. На моей одежде нет ни золота, ни кружев, ни камушков, нищета пожаловала с пьянью-должником. А то, что мой костюм сделан из накрийского шелка, стоящего золотом по весу, амбал не разглядел. Бывает. А трактирщик и служанки сразу разобрались, сколько имеет бабок разумный, если позволяет себе это носить. Как там говорил Женя, мол, одевайся на работу, особенно на деловую встречу, как тот, кем ты хочешь стать, а не как тот, кем ты являешься сейчас. Прав он был на сто процентов. Я благодарно кивнул девчонке, поставившей на стол очередной кувшин. Пусть у моего друга будет сегодня праздник. До цирроза печени, судя по тремору рук, ему еще далеко.

— Ваше сиятельство, пройдемте. — Нарисовавшийся трактирщик угодливо склонился передо мной.

Пойдем, я кинул золотой на стол, раз так вежливо просят. Лестница на второй этаж привела в маленький холл. Слева, судя по всему, был вход в игровой зал, а справа в узкий коридор выходило несколько дверей. Трактирщик толкнул одну из них и пригласил меня внутрь. А баронет-то уже здесь. Хозяин притона осторожно закрыл за собой дверь. Вышколен, даже и не думает мешать нашему интиму, — я сел в кресло. А ведь эти комнатки рядом с игровым залом — это бордель. Кстати, орлы, вы уже все сделали?

— Все, Влад, — ответил Зема. — В течение часа амулеты безвредны, никто и ничего не заметит. Потом они снова будут работать. А у твоего пока молчащего собеседника на пальцах под перчатками опасные игрушки. К тому же на шее артефакт, на лодыжке…

Да знаю я уже, Зема. Что ты меня за маленького держишь?! Я этого франта давно уже бахромой прощупал. Жаль, что это плетение плохо проходит через препятствия, так бы я сам все здесь осмотрел, не прибегая к вашей помощи.

— Так зачем вы хотели меня видеть? — не выдержал баронет.

А он мне чем-то нравится. Долговязый, худощавый и жилистый мерзавец. Смахивает на цыгана, дерзость и лихость прямо горят в глазах. Такие люди не умеют жить обыденной жизнью — риск им подавай, и все тут. На подлость вряд ли он способен. Убить ударом в спину — это да, но травить ядом не будет: слишком уважает себя. Лицо нескладное, но что-то в нем есть. Наверняка женщинам нравится. Я сыграю в открытую.

— Баронет, — начал я, — вы не могли бы мне помочь в одной темной истории?

— Убить мага, — лениво начал озвучивать мне свой прейскурант лихач, — в зависимости от школы, его силы и искусства, от двухсот до двух тысяч монет. Сразу скажу, что за сильных боевиков и любых повелителей я не берусь. Также я не работаю против членов магических орденов и гильдий, только одиночки знают вкус моей стали. Не хочется всю оставшуюся жизнь бегать по Арланду. Для благородных и высокородных цена договорная, в зависимости от их статуса. От сложных и не понравившихся мне заказов я отказываюсь. Женщин в принципе не убиваю.

— А если я вам назову имя, — развеселился я, — а вы откажетесь его убивать, то как я могу быть уверен в сохранении тайны?

— Я не обсуждаю своих прошлых клиентов ни с кем, даже если мы не сойдемся в цене или я сам откажусь от опасного заказа.

— Принцип рейнджеров? — осведомился я.

— Он самый, — успокоил меня баронет.

— Ты был рейнджером, потом почувствовал в себе гниль и сбежал из пограничья. Меня теперь интересует вопрос: ты вовремя покинул леса или нет? Ты гнилой или как?

— Тебя должен интересовать другой вопрос, — мило улыбнулся мне Вешар. — Ты выйдешь отсюда живым или нет. В жизни все может случиться, даже смерть.

— Она меня не волнует, Ната. А что ты так гримасничаешь, шевельнуться не можешь? Так зачем тебе применять в этом уютном гнездышке свои артефакты? Незачем это.

— Ты покойник, — прохрипел баронет, — сейчас сюда сбежится охрана и мои друзья! Неужели ты думал, что здесь нет сигнализации на магические проявления?! Ты глупец!

— Так глупец или покойник — ты определись с этим, — попросил я Вешара. — А сковал я тебя холодом, чтобы ты не стал делать глупостей, бывший рейнджер. У меня к тебе один сложный и опасный вопрос. Вдруг ты станешь нервничать, а я не хочу тебя убивать. Ругино, — послал я зов вампиру. — А мои воины не хотят убивать всех присутствующих здесь разумных, невзирая на пол и возраст. Я тебе открою страшную тайну. Я не люблю лишней крови.

— Дорого обходится? — кивнул Вешар на торчащую в окне клыкастую мордочку Ругино. — И сколько вампиров ты сюда привел?

— Не очень дорого, — сознался я, — что касается количества клыкастиков, то их всего четверо. — Я махнул рукой, и Ругино исчез.

— Всего! — усмехнулся Вешар. — И ты как боевой маг в придачу. Ты можешь вырезать весь квартал, не особенно утруждая себя. Вампиры всю работу за тебя сделают. Видал я подобных бойцов. Но все равно ты от меня ничего не узнаешь. Один мой амулет запускается мысленной командой и превращает мои мозги в кашу, ты понял, хренообразный!

Я слушал ругань бывшего рейнджера и копался в своей напоясной сумке. Вовремя он сбежал из пограничья, сумел остаться человеком. Вот он, я поднес к лицу разъяренного баронета медальон Руки гильдии рейнджеров. Вешар моментально заткнулся. Мягкое голубоватое сияние амулета подтверждало, что я являюсь его владельцем.

— Так ты говоришь, что я ничего от тебя не узнаю, рейнджер?

— Дерьмо Проклятого! Чтоб тебя баньши на ночь спать своей песенкой укладывала. Отпусти меня, задавай свой вопрос — и проваливай отсюда. Я отвечу обо всем, что знаю. Честь дороже некоторых деловых принципов. Блин! Во что я умудрился вляпаться, если ты с ними явился по мою душу?! Я же всегда избегал сложностей! Дерьмо за километр обходил! Тебя Тихий послал? Я против интересов гильдии никогда не работал. Я…

— Заткнись, — попросил я Вешара и убрал холод. — Обычно я сам себя посылаю, далеко и надолго. Меня интересует, что ты знаешь о похищении княжны Валии, каким боком ты в этом замешан? Спешу предупредить тебя, что я разумник.

— Не доверяешь — и правильно делаешь, бывший брат. Да ничего я не знаю и никоим образом я в похищении не замешан. Мне делать больше нечего?!

— Тогда откуда появились совсем недавно большие деньги у такого мота, кутилы, карточного шулера, шантажиста, наемного убийцы и, в довершение всего, сутенера для некоторых придворных леди?

— Троих благородных недавно на тот свет отправил, — признался Вешар, — организовал им что-то вроде несчастного случая на охоте. А жульничаю я в карты только с жульем. Шантажирую я ворюг — незачем им путать княжескую казну с собственным карманом. Воруешь, так будь добр оплатить мое молчание, я и так потратился на подкуп твоих слуг. Убивал только подонков, наглых сволочей, задирающих свой нос, оскорбивших меня и…

— И за которых тебе заплатили деньги, — добавил я. — Понимаю тебя. Какой смысл убивать своего врага бесплатно? Нужно просто подождать, когда он сцепится с другим разумным, и намекнуть оскорбленному, что ты можешь решить эту проблему и отомстить за его поруганную честь, заплати — и все будет в порядке. А как же придворные фрейлины?

— Я не дурак рисковать бесплатно, — ухмыльнулся Вешар. — А фрейлины, если их мужья не удовлетворяют в постели, то я тут при чем?! Переспал с одной, к ее удивлению, оказался хорош в этом деле и не растрезвонил о произошедшем по всей столице. Она меня и порекомендовала своим подругам. Одну из моих любовниц год назад застукал муж, когда она описывала наше свидание, не называя имен, своей подруге. Устроил скандал, так эта дура не нашла ничего лучше, чем сказать, что я узнал о делишках мужа-рогоносца и предложил ей выбор. Либо она спит с одной влиятельной личностью вроде герцога или принца, либо я строчу донос в княжескую канцелярию о финансовых злоупотреблениях супруга. Муж дуры оказался не умнее — он еще благодарил свою супругу за проявленное мужество, героизм и самопожертвование. Куда ему, простому барону, идти против высокородного! Хотя его можно понять: пару отказавшихся мне заплатить недоумков я действительно сдал, и они поменяли место жительства на долгие годы. Жаль, что без конфискации владений. Слишком добрый у нас князь. Ничем хорошим это не кончится.

— Расскажи мне про несчастный случай на охоте в трех экземплярах.

— Странное дело, — произнес Вешар, — они были лучшими друзьями барона эл Трота, дальнего родственника Великого князя, а тут он сам заказывает их, я…

— Стоп! А не этот ли барон недавно стал послом княжества в Нарине?

— Он самый, — подтвердил баронет.

— Сейчас ты все мне расскажешь в мельчайших подробностях. Ты должен вспомнить малейшие нюансы. Кроме того, двести золотых тебе вдобавок отсыплю. А потом ты навсегда забудешь обо мне и, если понадобится, покинешь княжество на время. Так ты будешь целее, причем не меня или князя тебе следует опасаться, а других, не столь милосердных, как мы, которые будут выяснять некие детали некоего важного события.

— Вот скотина этот барон, — с чувством произнес Вешар, — ведь чуял я, что не все чисто, да деньги были очень нужны… Пятьсот золотых: я привык жить на широкую ногу.

— Сто пятьдесят — и торг окончен. Излагай быстрее, время меня поджимает.

— Граф, ну как вам эти новости?

— Факты, Влад, мне нужны факты, только тогда я смогу действовать, сейчас у меня связаны руки, и вдобавок ты отпустил этого мерзавца. Князь не поверит…

— Да мне плевать, — перебил я графа, — во что поверит князь Кенор! Слушайте меня внимательно, граф. Княжество уже несколько столетий является тихим озером, постепенно превращающимся в болото. Нет ни войн, ни мятежей, жирком все здесь заросли и перестали понимать значение выражения «или ты — или тебя». Повторяю, мне абсолютно фиолетово мнение князя о том, в чем он совершенно не разбирается. Вы слеплены из другого теста, с вами можно работать — так давайте будем работать. Вы обеспечиваете зачистку княжества от всех замешанных в этом деле лиц, а я разбираюсь с хулиганами, прячущимися в других странах. Вас могут поймать за руку — мне не нравится работа тайной стражи Кенора. Два инцидента с княжеской семьей за два года, и нет никаких виновных — это говорит либо о низком профессиональном уровне, либо о предательстве. Решайте сами, граф. Так вот, я продолжу, вас хватают за руки с окровавленным кинжалом над телом безвинно убиенного. Я утрирую, граф. Князь гневается и приказывает доставить убивца на суд скорый и справедливый. Вы смачно плюете на пол и выкладываете все, что знаете. Пусть разумники ищут ложь. А в конце исповеди с обручем истины на голове вы добавляете, что Влад Молния имел не только княгиню, но и князя во всех позициях, это типа он так говорит. А также наглый охотник заявляет, что если вы, граф, окажетесь в тюрьме или на плахе, то Кенор и Лаэра могут целовать своего допельгангера в попку и забыть навеки о Валии. Молния княжну никому не отдаст до самой ее смерти, конечно, если у него не получится убить допеля, рядом с которым сейчас постоянно находится куча магов и воинов. Но, даже убив копию Валии, охотник оригинала не отдаст. Я не отдам свою дочь глупцу.

Молчание.

— Граф, вы называете себя другом князя Кенора. Вы готовы рискнуть многим ради этой дружбы? Положением, имуществом, властью, честью, наконец. Вы готовы ввести армию в столицу? Вы готовы посадить под временный арест всех подозрительных лиц, всплывших в этом деле? Вы готовы, если придется, разоружить гвардию, взять налетом, штурмом или осадой княжеский дворец и пару замков заговорщиков? Готовы ли вы все это сделать по моему сигналу? Нам нужно будет действовать одновременно, чтобы ни одна падла не могла ускользнуть. Спросите себя и ответьте мне.

Молчание.

— Хорошо, — продолжил я, — а теперь я расскажу вам сказку снова. Рыжик, сядь ко мне поближе. Так вот, почему вернулась «Валия»? Да потому что допель и княжна — это оригинал и неотличимая от него копия. Одна внешность, одна кровь, да все одно и то же! Даже жизнь у них одна на двоих, и допель сейчас ее стремительно перекачивает из Валии в себя. Почти все одно на двоих. Есть только одна небольшая разница между оригиналом и копией, я бы даже сказал, крохотная. Вместе с жизнью допель качает из Валии все самое худшее, что есть в девочке, все самое мерзкое. В результате княжна умрет маленькой святой, а княжество через некоторое время, лет пятнадцать, не больше, получит новую княгиню после долгой и продолжительной болезни Кенора и Лаэры. Регентом при ней станет известный вам барон, который дальний родственник князя и который единственный будет иметь серьезное влияние на допеля. Парочка других близких родичей к этому времени скончается. Конечно, будут слухи, что барон и «Валия» причастны к смерти княжеской четы, но они быстро затихнут. Трудно мертвецам разговаривать. Я даже допускаю, что допелю на первых порах будет сопутствовать успех и княжество станет королевством, а то и империей, но рано или поздно все это закончится. Историю падения империи Якова Пятого вы все знаете наверняка хорошо. Княжество Риара останется только в официальных документах и памяти разумных. Великолепная месть, даже я на такое не способен.

— Я готов, Молния. — Граф опрокинул в горло кубок с вином. — Я пойду до конца.

— Тогда планы опять меняются, — улыбнулся я. — Тане нужно быть как можно скорее в графстве, чтобы опознать Валию, поедет она со мной без всякой охраны, и через пару часов после рассвета мы будем на месте. Граф, а чему вы так удивляетесь? Обычный индивидуальный портал, нет времени на церемонии и глупую таинственность. Несколько часов назад, еще до откровений баронета, мне пришла информация о наличии цели в Нарине. Я не стал спешить: все равно в том королевстве у меня нет знакомых коннетаблей и командиров стражи столицы, а мои воины будут там только через сутки. Теперь же, после косвенного подтверждения этой информации Вешаром, я не буду затевать с подонком хитромудрых партий, собирать улики, интриговать. Похожая информация из двух не связанных друг с другом источников является для меня достаточным доказательством. Я просто возьму ночью штурмом его дом, дворец или замок, если мне не удастся незаметно похитить барона на улице. Граф, да не смотрите вы так осуждающе, я привык не церемониться с врагами, да и не сразу я буду проводить силовую акцию. Я сначала прослежу за ним, выявлю все его связи и контакты, возьму их на кончик пера, а только потом займусь бароном. Почему он подался именно в Нарину, как он связан с темной ложей, вам подобные вопросы не приходили в голову? Подумайте, пока есть время. Рыжик, ты еще здесь? Бегом собирать вещи! Пока здесь все не закончится, будешь моей гостьей. Твоему отцу так будет легче работать.

Граф, — продолжил я, когда Таня вышла, — вы знали, что баронет бывший рейнджер?

— Рейнджер? — удивился граф. — Впервые об этом слышу. Ты что-то путаешь, Влад. Впрочем, баронет всегда был скрытен и не рассказывал о своем прошлом. Я знаю, что восемнадцать лет назад он отправился в Логирский университет, но, проучившись там шесть лет, Вешар так ничего и не добился. Больше надолго он никогда не покидал Килену.

— Кто вам сказал, что баронет учился в университете?

— Да никто, так просто, слухи ходили, да и баронет часто рассказывал о Логире, об университете, о…

— Не говоря ни одного слова лжи, — перебил я графа. — Вешар ловко всех обманул. Граф, когда все закончится, я бы вам посоветовал не терять из виду баронета. Если вы дадите ему цель в жизни, временами будете обеспечивать работой, связанной с азартом, риском, интригами, женщинами и опасностью, то лучшего подчиненного вам не сыскать. Сколько вам нужно времени, чтобы подтянуть верные вам отряды к столице и парочке других мест? Учтите, причина должна быть железной и ни у кого не вызывать подозрений. Наверняка в вашем окружении есть агенты тайной стражи.

— Трое суток, — подумав, ответил граф, — княжество не отличается большими размерами. Через это время я буду полностью готов к измене князю, — усмехнулся граф.

— А я вам помогу с причиной сбора армии и штурмом дворца, — улыбнулся я. — Извините, граф, что не сказал этого раньше. Я проверял вашу решимость идти до конца. Вы шепнете князю, что следует пригласить всех дворян княжества на праздник по случаю счастливого возвращения княжны. А кто не приедет, тот может быть замешан в этом деле. А порядок и безопасность вы обеспечите при помощи частичной мобилизации всей гвардии и нескольких преданных лично вам баронов с их отрядами. Я пришлю в княжество три сотни отличных бойцов и трех-четырех магов. Они захватят с вашей пассивной помощью город и дворец. Вы мужественно придете на выручку и спасете князя с княгиней и всех остальных. Арестовываете явных заговорщиков из собравшейся знати и всех подозрительных лиц — и тогда я отдам Валию вам. Именно вам, а не кому-то другому.

— А допель при налете не пострадает? — поинтересовался граф.

— Останется жив, — с сожалением сказал я. — Мои люди убивают «Валию», через некоторое время появляется другая девочка, и вы всех уверяете, что она настоящая княжна. Да, да, именно вы, я в этом деле не должен всплывать. Так вот, какая будет реакция княжеской четы на смерть допеля и появление Валии? Представили себе? И похищать эту тварь нельзя. Разоблачение допеля должно быть публичным. Когда Валия прикоснется к своей копии, то все присутствующие при этом действе поймут, ху есть что.

— Босс, это Ровер, — завибрировал в моей голове зов, я поднял руку, призывая графа к молчанию, — отчет по первому дню, завтра утром начинается охота. Эйрик представил мне всю схему предстоящего действа. Сегодня весь день я обследовал местность и нашел несколько удобных для засады мест. Один я не справлюсь, случись что. Ты был прав, егерей здесь достаточно. Сегодня вечером они занимали позиции. Чужих не наблюдал. Теперь плохие новости. Похоже, что Эйрик и остальные мои знакомцы, кроме отца Пата, находятся в опале.

— Отлично, смотри за всем в оба, ни во что не вмешивайся, если Эле не грозит опасность. Термин «дружественный огонь» ты знаешь. Впрочем, ты на месте лучше меня чуешь обстановку, решай все сам. Отряд Гайда я направляю к тебе в помощь. Распоряжайся ими. Отбой.

— Релок, — послал я зов связному.

— Слушаю, командир.

— Ударный отряд Гайда переходит в подчинение Ровера, пусть с ним свяжутся. Перекинь весточку Арне, чтобы завтра опять встречала меня в Закрытом лесу, с цепью-хамелеоном, Эллиной и Евдокией, которые должны быть готовы к рейду. Зетр где?

— Он уже в Нарине. Зетр выдвинулся еще до получения твоих распоряжений.

— Отбой, Релок.

Открыв глаза, я увидел с интересом наблюдавших за мной графа и Рыжика. Зетр молодчина, да и я хорош. Отличную команду создал. Инициативные, умные и верные, что мне еще надо? И так с жиру бешусь. Папа Мю постоянно на это намекает и моих подчиненных себе просит почти при каждой нашей встрече.

— Ничего особенного не было, граф, обычный сеанс связи, прошу меня простить. Таня, ты уже готова? Я приятно удивлен твоей скоростью. Ты когда-нибудь спала около портала Алых на сырой земле, завернутая только в плащ? Нет?! Ты многое пропустила, ничего, сегодня ночью наверстаешь. Граф, вы уже выписали нам пропуска? Таня, не закипай, я тебе Пушка покажу, он в лесу меня ждет и с удовольствием даст тебе пару уроков по приведению себя самой в безумную ярость. Подушкой-то зачем в меня кидаться?!

— Фарин, привет, не соскучился по мне?

— Соскучишься тут, — проворчал хранитель. — Три дня подряд я вижу твое лицо каждое утро. И ладно бы только твое! Позавчера девок в Закрытый лес пригласил, вчера с дитем малым появился, и опять девки прискакали. А сегодня — мало того что Арна, Евдокия и Эллина вместе с Валией с рассвета тебя дожидаются, так и рейнджера с собой приволокли, да и ты еще одну девку привел. Не Закрытый лес у меня, а проходной двор! Может, мне здесь еще таверну поставить и ночлежку открыть?

— Было бы здорово, — мечтательно протянул я. — Фарин, да не кипятись ты так! За все в жизни нужно платить. Ты ведь не ответил сразу на мой маленький вопрос о причинах смерти одной девушки, так теперь терпи. А где девчонки и Гил?

— А откуда ты узнал, что это он?

Я внимательно посмотрел на хранителя. Ты хочешь сказать, что это не твоя работа? Один дурак до сих пор не может вспомнить о том, о чем забыл, несмотря на все намеки, ты так подумал? Ты вообще решил действовать в лоб? Хотя, может быть, я ошибаюсь.

— А кто же еще? — Я спрыгнул с Черныша и снял Таню с ее кобылки. — Где ты его и девчонок прячешь?

— Да здесь мы. — Подлесок на краю поляны раздвинулся, и на всеобщее обозрение показалась примечательная личность. — Давно не виделись, брат. — Подошедший ко мне Гил сжал мои кости в медвежьих объятиях. — За Валией присматриваем, вот непоседа, где ты нашел такую смешную малявку?

— Как вы смеет… — Рыжик осеклась после того, как я незаметно для других слегка двинул ее налокотником под дых.

— Гил, позволь тебе представить Таню эр Рино. Она будет присматривать за Валией, следить за общим состоянием ее гардероба, здоровьем девочки и чистотой ее ночного горшка.

Таня мило улыбнулась Гилу и даже изобразила реверанс, зыркнув при этом глазами в мою сторону. А незачем тебе было забывать то, о чем мы с тобой говорили. Ты еще плакат повесь здесь о том, что Валия является княжной Валией.

— А вот и мы. — На поляну выскочила Валия, таща за собой Арну и Дуняшу. — Опаздываешь, котяра, — продолжила Арна, — а это кто с тоб…

Волчица осеклась и пристально посмотрела на Рыжика: сейчас она вспомнит наперсницу княгини, а Дуняша, судя по всему, уже вспомнила.

— Арна, Дуняша, — послал я зов одновременно двум девушкам, — Таня прибыла для опознания княжны, кроме того, ее отец сейчас организует небольшой заговор в княжестве, и ему нужно развязать руки. Нужно убрать его единственную дочь с линии огня. Если у отца Тани и у меня все получится, то допелю придет конец и Валия не умрет. Кстати, почему у вас такие глупые лица? Ну разговариваю я с вами одновременно, и что? Про Трану и ее обязательства передо мной я вам все рассказал.

На поляну выбралась Эллина, старательно отряхивая свой берет от сосновых игл, и подмигнула мне — мол, приключения продолжаются и есть разговор. Валия наконец-то заметила превратившуюся в столб при ее появлении Таню, выпустила из своих ручонок кисти Арны и Евдокии и смешно потопала к Рыжику. Несколько секунд — и девчушка прижалась к ноге Тани.

— Дай, — скорчила рожицу Валия и потянула ручки вверх.

Фаворитка, наперсница Великой княгини, высокородная леди, одна из самых завидных невест севера Сатума, присела на корточки и, глотая слезы, прижала к себе девочку. М-да, я отпальцевал девушкам и Гилу. Пусть побудут вместе, пусть побудут пока одни. Здесь с ними ничего не случится. Осторожно, не создавая шума, мы ушли с поляны.

— Когда ты отправился без меня на Ритум, мне стало тошно, брат, — продолжал свою исповедь Гил. — Думал, что успею к сроку формирования карательного отряда, но не вышло. Засел в поселке и стал ждать твоего возвращения, стал ждать возвращения ребят. Да и не один такой я был. Все оставшиеся в пограничье рейнджеры в течение недели вышли из лесов и засели в поселках. Когда вы уже были на Ритуме, Тихий всем объявил, куда именно направился карательный отряд и какова его цель. Все это время твари и нары были наверняка в шоке. Ни один лесовик их не потревожил, — усмехнулся Гил. — А когда из порталов Алых в поселки начали прибывать наши братья, то ты бы видел, что было. Столько вина на моей памяти еще ни разу выпито не было. Оставшиеся в поселках старались пожать руку каждому участвовавшему в рейде брату, и все вместе поздравляли этого эльфа, деда Кенары, которого Тихий наконец-то выпустил из резиденции гильдии. Кстати, тебе от него письмо. Держи. Ну а всеобщее безумие началось, когда несколько менестрелей стали бродить по поселкам и петь балладу о дружбе.

Я отключил слух. М-да, не рассчитал я всех последствий объявления мною непрямой информационной войны Дому Лилии через удар по Дому Мечей. Вернее, не принял во внимание доверчивость и непривычность местного народонаселения к обработке массового сознания современными информационными воздействиями, практикующимися на Земле. Это если у нас говорят по ящику о скором наступлении эпохи процветания и благоденствия, то народ сразу ломится в магазины и закупает соль, сахар, крупу и спички. А если объявляют о начале нового этапа борьбы с коррупцией, то все горестно вздыхают — мол, опять стоимость бакшиша у всех должностных лиц возрастет — от чиновника госадминистрации до простого гаишника. Да и провел я это воздействие в условиях информационного вакуума, а не шума. Самый удачный момент для вброса инфобомбы в неокрепшие, страдающие от нехватки информации умы. Все знают о силуиэнской резне, но еще не понимают, зачем и почему. И что мне теперь делать, разъяснять каждому встречному методику создания инфобомбы? Объяснять, что главным слоем моего оружия было не описание дружбы между человеком и эльфой, между мужчиной и женщиной или выбором воина, моим выбором, между честью вкупе с долгом и жизнью? Не буду. Да, и эти подслои отлично сработали. Мое информационное воздействие было сильным, оно содержало одновременно правду и ложь, оно слегка искажало факты и навязывало подвергающимся обработке разумным эмоциональное восприятие произошедшего, которое было выгодно мне, выгодно Дому Папоротника и совершенно невыгодно для главзайца. Самое смешное, что в балладе нет ни одного упоминания о листоухом короле. Ну нету его среди персонажей, нету, мой несостоявшийся убийца из Дома Лилии есть, а главзайца нет! Дополнительная пощечина, однако. Я счел…… э… Малик счел его настолько ничтожным, что даже не упомянул о главном кролике.

Я хмыкнул: действительно смешно. Мой основной выпад был направлен в другую сторону. Моя цель была скрытой, скрытой второстепенными целями, чтобы информационная самообучающаяся система, а государство эльфов является таковым, не осознавала угрозы. Ну а мои информационные мишени, поразить которые и было основной задачей баллады, то множество элементов информационной системы, принадлежащих к сфере управления и имеющих потенциальные ресурсы для перепрограммирования на достижение целей, чуждых данной системе, скоро станут даже неосознанно для себя в какой-то малой степени проводниками моих идей. Ну а где малое, там и большое может прорасти, я заставлю длинноухих Ритума вспомнить о доктрине Монро.[45] Если уж я выжил в Закрытом лесу и в Красных пещерах, то работы с лояльными мне эльфами из Домов Папортника и Тюльпана прекращать не буду. А в целом мое допустимое инфовоздействие дало отличные результаты, так как грубо не нарушило основных принятых большинством информационных систем в данном информационном пространстве норм и правил поведения.

Я рассмеялся. Сам в свое время корил Колара за многословность, залезание в дебри научных терминов и всего остального. Сам его просил объяснять сложные вещи просто. Интересно, Гил понял бы мои мысли, если бы я их озвучил? Скорее всего, нет. Я даже уверен, что нет. А вот если бы я сказал, что основной целью баллады было заставить глав домов всяких лютиков и ландышей задуматься над своим будущим — сегодня одна глава Дома, во имя интересов Великого кролика, а завтра кто — мы? Заставить их задуматься над судьбой государства и с недоверием относиться к прожектам главзайца по вмешательству во внутренние дела государств Сатума… Гил бы меня понял. Еще лучше бы он понял, если бы я упомянул, что после баллады почти все страны Арланда, а также их жители с большим одобрямсом комментируют действия карателей-рейнджеров. Месть за убитую жену — на Арланде это святое, никто из разумных, и эльфов в том числе, не может бросить в меня камень. Обычай здесь такой — право мести за родную кровь. Эх, не было меня здесь во время Серенской резни, я бы такое обоснование акции сделал, что свои бывшие подданные сами тогдашнего королька Каросы вытащили бы из гробика и вздернули на центральной площади. Но ничего и никому я объяснять не буду. Пусть все разумные видят то, что хотят видеть в балладе: дружбу и честь, верность и отвагу, самопожертвование и благородство. Не нужно мазать грязью истинной цели эту историю отношений между человеком и эльфой. Историю, которая заставляет сильнее биться мужские сердца и вызывает слезы сочувствия у женщин. Была бы создана леди Ловией антиэльфийская коалиция без баллады? Может быть, да, а скорее всего, нет. Даже Гил приехал сюда из-за того, чтобы в неявной форме принести мне извинения за свое отсутствие в карательном отряде. Выслушал балладу и приехал. Да и мутит он что-то. Ничего, закончу с дочкой — возьму Гила за шкварник и вытрясу из него всю правду. Что он там говорит?

— Вот я и решил навестить тебя. Припер Тихого к стенке — он и подсказал, где тебя искать, мне на ушко, — закончил Гил свой монолог.

— Отлично, но, к сожалению, тебе придется поскучать без меня несколько дней. Дела, Гил, дела. Не упрашивай, тебя я с собой не возьму. Тебе братья рассказывали о тех воинах, которые смогли пройти систему сигналок Силуиэна? Вот на этом деле их со мной будет под сотню, а то и больше. И мои маги будут прикрывать мне спину, про школу Джокер ты наверняка слышал. Ты ведь даже не удивился! Тихий сказал?

— Да, — смутился Гил, — он мне говорил, что и без меня у тебя воинов и магов хватает, но я все равно хотел приехать к тебе. Когда-нибудь ты же вернешься, а пока я съезжу на перевал каменных гоблов, по графству погуляю, найду чем заняться.

— Отлично, — я встал на ноги, — пошли обратно на поляну, пора переходить. Эллина, Евдокия, вы все с собой взяли, ничего не забыли?

— Нет, — тряхнула волосами разумница, — ничего не забыли, кроме Ольта. Он в трауре, все ругается на короля Нарины за отсутствие тварей в столице. Мол, некого ему под контроль взять, вот поэтому ты и берешь с собой Дуняшу, а не его.

— Тренировка никогда не заменит боевого опыта. А у Ольта он уже выше, чем у Дуняши. Совести этот некрофил не имеет.

— Что хотела сказать? — пока девушки и парень хмыкали, послал я зов Эллине.

— Епископ Карит не знает про кровь Создателя, хотя был в замке, когда мы с Ольтом возвращались, — мило улыбаясь, сообщила мне Эллина. — Твоя идея с осколками алтаря сработала. Правда, пятая часть камней перестала источать силу Проклятого, но и оставшиеся привели Карита в полный восторг, смешанный с негодованием. Теперь епископ постоянно молится в замковой капелле, чтобы не поддаться искушению и не уничтожить эти сосуды зла до приезда своего идола епископа Белгорского. Так что тайна сохранена. О крови знаем только я, ты и проф. Флакон спрятан в каземате школы Джокер, и никто его там не обнаружит. Даже твои ученики. Кстати, держи новый наруч от Вилка взамен перерубленного.

— Ну как? — поинтересовался я у Рыжика, когда мы вышли на поляну.

— Это она, не мешай нам, — отмахнулась от меня Таня, продолжая заниматься невероятно важными делами. Песенку петь, заплетать короткие волосы Валии в косичку, тискать и тетешкать девчушку — и все это делать одновременно.

— Тогда пиши письмо отцу, Таня, у меня мало времени. Мне еще с одним бароном нужно поговорить. Кстати, Арна, передай ему весточку о свидании. Пусть он ждет меня.

М-да, это даже не наглость, это хамство в квадрате. Отъехав от ближайшего к графству портала Алых всего на пару километров, я увидел метрах в семистах от меня военный лагерь, выстроенный по последнему писку военной моды Арланда. Шейк и гвардейцы уже поджидали нас в небольшой лощине. Хотя этот лагерь наверняка находится под покровительством папы Мю и никто не задает его жителям лишних вопросов.

— Граф, леди, — барон и гвардейцы на секунду склонили головы, — рады увидеть вас…

— Шейк, — прервал я его, — ты мухоморов объелся? Я просто Влад, хватит тут церемоний, ставлю задачу. Отбери две сотни самых неболтливых воинов, остальных отправь обратно в графство. Маленькими группами вы должны просочиться в Риарское княжество, в Килену. Там к вам присоединятся группы Ераны, Венира и Четвертого. По сигналу вы должны захватить княжеский дворец. Старшим объединенного отряда будешь ты. Удивлены, господа? Настала пора серьезных дел: будете изображать из себя местных заговорщиков. Скорее всего, вы должны будете также блокировать и казармы городской стражи. По возможности обойдитесь без крови — как во дворце, так и в остальных местах. Туник с эмблемой графства Артуа на воинах и магах быть не должно, вы — наемники. Коннетабль княжества в курсе вашей миссии и является нашим союзником, как и часть армии Риары. Выполнять его указания в пределах моих распоряжений. Впрочем, суди сам по обстановке. Повторяю еще раз, вы — наемники, никаких разговоров между воинами на тему графства Артуа. Когда коннетабль начнет отбивать обратно город и дворец, вы тихо и мирно исчезаете в ночи, граф мужественно спасает княжескую чету и получает все пряники. Если небольшой заговор у нас с графом эл Нари не получится, вы тоже исчезаете, но обходиться в таком случае деликатно с противниками я вам не рекомендую. Ни один воин графства — без разницы, живой он или мертвый, — не должен остаться в столице. Вопросы?

— Заговор — это представление? — поинтересовался Шейк.

— Да, я — друг княжеской четы. Граф эл Нари является вернейшим подданным князя. Дело в том, что во дворце, в ближнем кругу князя Кенора стало попахивать чернотой. — Благородные подобрались и стали переглядываться между собой. — И нет иной возможности провести там чистку. Кенор и Лаэра сейчас ослеплены коварными и зловещими кознями настоящих заговорщиков, связанных с темной ложей. Все понятно?

М-да, зря я ввернул последнюю фразу, хотел приколоться, снять серьезные выражения с лиц благородных, а получилось еще хуже. В их глазах стал разгораться огонь ненависти и фанатизма. Ну не любят в графстве Артуа Темного и его слуг. Вдобавок я первый раз доверяю им серьезное дело. Так не посрамим же доверие графа, мастера-охотника и мастера-рейнджера! Бывает.

— Бонар, переходишь со мной в княжество сейчас. До встречи, господа. — Я развернул Черныша.

— Пушок, прекрати хулиганить, скотина ты этакая! Больше не буду тебя бросать одного в лесу. Держи свою цепь-хамелеон и не рычи на меня. Все, успокоился? Вот и ладушки. Бонар, вот тебе письмо, передашь его лично в руки графа эл Нари и останешься при нем связным. Координация действий Шейка и графа будет на тебе. Не возражать! Будешь сидеть в особняке коннетабля и проводить постоянный мониторинг обстановки после начала мятежа. Для чего еще у всех гвардейцев амулеты связи на груди висят? Не хмурься, ты ведь знаешь, что главное в маге. Справишься, докажешь, что у тебя присутствуют мозги, способность принимать правильное решение в короткий срок на основе неполной информации, — возьму тебя учеником. Не справишься, подведешь воинов графства под мечи или магию — можешь забыть о школе Джокер.

— Я справлюсь, Влад, а ты куда с Евдокией и Эллиной направляешься?

— В Нарину, чтоб она сгорела ярким пламенем. Вечно это королевство мне жить спокойно не дает. То одно, то другое, то третье. До встречи. — Я повернул Пушка в сторону портала Алых, откуда мы вышли час назад.

Гоара, столица, мать ее, королевства Нарина. Ничего так городок, внешне ничего, но мне не нравится его суть. Разумные тут какие-то квелые. Нет, не так. Как же сказать? На лицах вроде приветливые улыбки, богатство так и прет из прохожих или проезжих, а присмотришься — так замечаешь что-то вроде опаски или угодливости. Сам черт здесь ноги перекалечит. Интересно, а в Вайле, столице Мелора, тоже так?

— Господин, прелестные леди, вы ведь приезжие, я могу предложить вам гости…

Что он мог, я так до конца и не расслышал — Пушок приголубил почтенного джентльмена в добротной одежде копытом в живот. Скорчился, бедненький.

— Отойди от нас подальше, гостиница заказана, а если ты попытаешься еще раз срезать камушки с узды моего коня, то мало тебе не покажется, и стражу я звать не буду. Тебе все понятно, убогий?

Судя по судорожно кивающей тыкве благообразного вора, все до него дошло в рекордно короткий срок. Я дал посыл Пушку. Эллина и Дуняша не отставали и, весело переговариваясь, оценивали дома в Золотом квартале города исключительно на предмет выставления жилплощади на поток и разграбление. Понабрались у меня дурных привычек! Эллина так вообще мне заявила, что она была раньше дурой и только недавно это поняла. Зачем она корячилась шесть лет на Тихого, если ее доля добычи после посещения Красных пещер перекрывает все жалованье секретарши мангуста за весь этот срок в несколько раз? М-да, она еще не понимает, что так удачно сходить за зипунами можно только раз в жизни. Ну два или три, но никоим образом не больше десяти или пятнадцати.

— Господин, вы приехали, какая радость! — Из ворот ограды, препятствующей проникновению во двор, в глубине которого находилось трехэтажное каменное здание, менее всего похожее на постоялый двор, выбежал Жук, подмел своим беретом брусчатку и, радостно улыбаясь, схватил Пушка за поводья. — Все как вы велели, господин, — затараторила правая рука Зетра, по совместительству исполнявшая роль штатного палача в моей команде ночников или убийцы для особых клиентов, как карта ляжет. — Лучшая гостиница в городе, лучшие комнаты для вас и ваших, — Жук скользнул сальным взглядом по фигуркам девушек, — леди. Не извольте беспокоиться. — Прохиндей уже завел Пушка во двор.

Я соскочил с драка и снял по очереди с коней двух надменных красавиц, обращающих внимание на восхищенные взгляды немногочисленных благородных, обедавших на открытой террасе, не больше чем на коровью лепешку. Сопровождаемые Жуком, умудрявшимся быть одновременно спереди, с боков и сзади нашей кавалькады, через две минуты наконец-то мы попали в мои апартаменты.

— Влад, — Жук закрыл дверь на засов, — все чисто, можно спокойно разговаривать.

— Мы с Евдокией только слышали о тебе от Зетра. — Эллина внимательно осмотрела парня. — В каком театре ты выступал? Скажи сам, я ведь все равно узнаю.

— Леди Эллина, не надо, — Жук прижал руки к груди, — меня проверял ваш муж, я полностью чист. Жизнь являлась моим наставником. Иногда нужно было изображать из себя Падший знает кого, чтобы жертва ничего не заподозрила. Влад, Зетр уже начал работу, будет вечером, а пока первая новость — он сказал, что ты обрадуешься. Граф Лэнс эл Кона встречался с послом княжества.

Кто?! Ах ты, морда! Правильно говорят, что Земл…… э… Арланд круглый, встретились мы с тобой наконец-то. Нет, специально я тебя не хотел выслеживать, но теперь…

— Королевский инспектор передает право обвинителя высокородному Лэнсу эл Коне, — громко заявляет конферансье.

— Я объявляю этого человека, вне зависимости от его нынешнего статуса, еретиком и сочувствующим слугам Падшего, — выдала морда.

Сочтемся мы скоро с тобой вне зависимости от степени твоей замешанности в деле похищении Валии. Такой урод, как ты, все равно честными делами физически не может заниматься. Не плюй в колодец, не руби сук под собой, как аукнется, так и по морде.

— Газету, — я уселся в кресло и принял из рук Жука кристалл с «Наринским курьером». Больше суток прошло с отлета эскадрильи грифонов. А новости, связанные с королевской кровью, разносятся мгновенно. Я запустил кристалл, интерфейс у газет совсем простенький: указал на интересующую тебя картинку — и все. Сама развернется почти во весь виртуальный экран, и диктор начнет освещать события, даже видеоряд может быть. Что у нас тут? Боже, тайная стража Каросы предотвратила злодейский заговор, направленный на убийство Шатора Литийского, ну надо же?! Арестованы десятки разумных, и среди них несколько высокопоставленных лиц. Айнген Первый все-таки не совсем дурак. Сохранить в тайне приземление кучи грифонов с весьма интересными пассажирами он не мог, вот и решил опередить все слухи и домыслы почти правдивым изложением своей версии произошедшего. Я посмотрел на хихикающих девчонок, с удовольствием слушающих диктора о неотвратимости, скором, но справедливом суде, о том, что мы не позволим и впредь… Короче, мне надоело.

— Я спать, вернется Зетр — будите.

— Живет в Посольском квартале, — продолжал свой доклад Зетр, — охрана двойная. Снаружи — гвардия Горта Второго, чтоб у него никогда не было Третьго. Внутри гвардейцы князя Кенора. Общее количество — до трех десятков разумных и четыре мага.

— А почему магов так много? — поинтересовался я. — Ведь положен один по штату.

— Одного предоставил Горт, а еще двух барон эл Трот привез с собой. Сегодня мои люди отследили два его контакта. Про один ты знаешь, а по второму уточняются данные. Влад, есть еще одна проблема, — замялся Зетр, — или не проблема, как ты все решишь. Я хочу убить начальника здешней стражи.

— С чего бы это?

— Он мой брат, — вздохнул Зетр, — я думал, что Траволт мертв, а теперь понимаю, что это он тогда нас всех сдал. Сколько хороших ребят погибло, а мое имя с грязью смешали!

— Исполняй, — зевнул я, — работай на свой авторитет, только не в ущерб основной работе. Местные ночники интереса к тебе и твоим людям не проявляли?

— Благодарю, Влад, а местные пока ничего не заметили. Неделя у нас есть, прежде чем мои люди примелькаются всяким нищим, калекам и прочим попрошайкам.

— Отлично, но недели у нас нет, все должно быть исполнено в течение трех-четырех суток. Я спать, что-то в последнее время никак не могу выспаться. — Я встал с кресла. — Работай, скоро прибудут коты и мои ученики.

— Влад, Влад, да ответь же ты наконец-то!

— Слушаю тебя, Шедар. — Я с трудом открыл глаза.

— Я и Крат с котами прибыли, расположились в пятнадцати километрах от Гоары. Тут есть подходящий лесок. Время подхода после сигнала — час. Ближе никак нельзя. Утром к нам присоединится со своим отрядом Лин. Ровер сообщил, что Гайд с отрядом прибыл к нему с утра, первый день охоты герцогини эл Чанор прошел нормально. Есть только одна странность. Какой-то виконт эл Пино из Нарины был записан в пару к Эле, но на охоте он отсутствовал. Ровер выловил в лесу Эйрика, и тот сказал, что буквально перед охотой виконт покинул замок Элы. Он был в ярости и одновременно напуган. Странное сочетание чувств. У меня все.

— Не заморачивайся с виконтом, есть кому его встретить и поболтать по душам, серьезно поговорить за жизнь и смерть. Отбой.

Так, Гайд в Мелоре, Ерана, Венир и Четвертый в княжестве, Лин, Крат и Шедар здесь. Плохо, что нет резерва в виде отряда быстрого реагирования, расположенного, например, в Литии, но ничего изменить я не могу — и так силы разбросал по трем направлениям. Будь у меня не две с половиной сотни котов, а хотя бы пять, разговор пошел бы другой. А что мне сейчас делать? Я хмыкнул: только спать, а утром разобраться со своим состоянием. Сонную болезнь я подхватил в Красных пещерах или что?

— Ужинать будешь? — Дуняша подошла ко мне с подносом и начала выкладывать тарелки на стол.

— А зачем спрашиваешь, если ответа не дожидаешься? — Я оторвался от большого листа пергамента, на котором чертил кружки и линии согласно поступающей информации от Зетра. Второй день слежки за бароном эл Тротом, этим гребаным послом, ничего нового не дал. Утром этот гад изволил яствовать в посольстве, днем обедал с королем. Молодец Жук, за такое короткое время уже успел окрутить пару дворцовых служанок и сделать из них добровольных информаторов. Ужин будущий потерпевший провел со стремительно нарисовавшимися друзьями. Да и любовник Элы до сих пор не приехал, хотя уже должен был. Скука.

— Влад, Влад, — Дуняша отпустила мое плечо, — ты что молчишь и в одну точку все время смотришь? Что с тобой?

— Сам не знаю, — сознался я, — давай корми брата, лентяйка трактирная.

— Да если бы не я, ты бы вообще ничего за весь день не съел.

Ужинать будешь?

Перед моими глазами развертывалось действо, до боли напоминавшее вчерашнее. Благодарю, сестренка, что бы я без тебя делал? Кто бы заботился о моем организме? Третий день слежки и прорабатывания контактов посла ничего не дал. На пергаменте появилось только одно новое имя прямого контакта почти незнакомца с бароном эл Тротом, и сейчас Зетр активно собирает о нем слухи и сплетни, отслеживает контакты этого лица. Господи, да за всеми двенадцатью разумными, с которыми общался посол и которые хоть мельком составляли ему компанию, идут мои филеры. А также за теми, с которыми эти двенадцать общались. Поток информации нарастает лавинообразно! Еще пара дней — и у Зетра просто не будет хватать людей, чтобы обеспечивать плотную сеть за мухами. А у меня лопнет голова. Сегодня я уже трижды прибегал к методике гвардейца и запускал свое серое вещество на полную катушку. Четверть кружочков я вычеркнул, это были явные пустышки, а по остальным мне не хватает информации. Как я завидую Джеймсу Бонду: машины, рестораны, перестрелки, красивые женщины в постели, и каждая вторая из них — шпионка противника. Вот это жизнь. А я сейчас похож на канцелярскую крысу. Пергамент и перо — вот мое основное оружие, а наградой за все мое мужество является непрекращающаяся головная боль. Не поработал гвардеец над откатом, не поработал.

— Влад, Шедар на связи. Ровер сообщил, что охота герцогини эл Чанор закончилась, как и положено, на третий день. Эла, ее свита и гости сейчас находятся в замке. Что делать ему и Гайду? Это первое. А второе — граф эл Нари передал через Шейка, что к мятежу все готово. В течение трех дней ты должен дать сигнал, иначе у князя могут появиться вопросы к своему коннетаблю. Кроме того, граф сообщил, что Четвертый обнаружил за ним слежку. За графом обнаружил. Четвертый побеседовал с двумя захваченными им разумными — они оказались из тайной стражи Риары. Номер отвел их в кабак, где они сейчас старательно надираются.

— Ровер пусть остается на месте и ждет моего сигнала. Отбой.

Все-таки предательство неких лиц из тайной стражи княжества мне не приснилось, я подозревал нечто подобное, поэтому и послал туда Четвертого. Похитить чисто королевскую кровь из дворца без предательства в принципе невозможно. Я вздохнул и обнаружил у себя во рту куриную ножку. Сочувствующие глаза Дуняши, ее изящные руки, которыми она кормила меня. Да, заработался. Ну ладно, последний раз запускаю мозги — и спать.

Объект. Данные… Связи… Анализ… Нехватка данных… Следующий объект. Данные… Связи… Анализ… Нехватка данных.

— Влад, — зов Зетра ворвался в мою голову. — Сегодняшний контакт сейчас встречается со вчерашним собутыльником посла по кличке «Окунь». Предмет разговора — перевозки товара на северо-восток Сатума. «Тень» ведет себя вызывающе и требует льгот. Ругаются, больше пока ничего. Отбой.

Так, я провел линию между Окунем — а незачем иметь такие выпуклые глаза — и Тенью, вечно закутанным в плащ организмом. Окунь у нас работает секретарем Торговой палаты Нарины, а Тень — неизвестно где, ругаются, а есл… СТОП. Объект один и объект два, связь между ними, связь с последними событиями, торговля с северо-востоком материка. Анализ… Нехватка данных… ЧЕРТ! Зайдем с другой стороны. Какова вероятность моего предположения? Анализ… Тридцать пять — сорок процентов. Да это же шикарно! Я работал с гораздо меньшими шансами на успех. Подъем!

— Влад, — опять Зетр начал мне надоедать, — только что мои люди заметили при въезде в Гронмар человека, соответствующего твоему описанию виконта эл Пино.

— Встать, лежебоки! — рявкнул я на разлегшихся на диване девчонок. — Сегодня у нас будет отличная ночь — и жизнеутверждающее утро посольской казни.

— Наконец-то! — первой вскочила Эллина. — А то от скуки я уже на стенку лезть была готова. Убью гада за то, что он заставил меня это вынести. Влад! Я пошутила. Я все помню, маленький инсульт и тщательный допрос, не надо так на меня зверем смотреть.

Орлы, вперед, немного потренируемся. Я-Воз просочился через щели между косяком и дверью. Я-Воз заполнил собой все пространство гостиницы. Все чисто, я-Воз вылетел на улицу, никого. Можно. Мы вышли из номера, и я-Вод завис над нашими головами — прикончит любого и отобьет любую атаку.

— Зетр, — я стал спускаться по лестнице, — бери на выходе из кабака, или где тебе удобно, Окуня и Тень. Чисто бери. Это цели. Работаем!

— Шедар, выдвигайтесь. В полночь я жду от вас сообщения, что вы на месте.

В сопровождении девчонок я вышел на улицу. Жаль, что я могу работать только тремя потоками. Жаль, что я не имею времени любоваться Сестрами. Вперед!

Глава 16 А был такой тихий город…

«Тиха украинская ночь», но это все еще пока. Я вскочил на Пушка и дал ему посыл, девчонки от меня не отставали. А скоро будет тут иначе. Нет, посла, Окуня, Тень и графа мои ребятишки возьмут без шума, да и я с девчонками им в этом помогу. Шум будет утром, когда мы все сделаем и будем уже далече от этого города.

— Влад, виконта у ворот встретили четыре человека и стали его сопровождать. Одного из них узнал Горох, мой парень родом из Гронмара. Один из четверки — тихушник из Тайной стражи Нарины. Остальные наверняка тоже. Это не слежка, тихушники едут рядом с виконтом открыто и даже изредка разговаривают с ним.

— О-го! Ночь на дворе, прохожих почти нет, а эта сладкая пятерка куда-то едет. Теперь мне почти все ясно. Отбой захвата виконта. Не спешить, Зетр, проследить, куда он с сопровождением направится, где ночевать будет. Дай виконту отдохнуть с дороги, ванну принять, выпить бокал вина — и только тогда берите его тепленьким. Проявите уважение к благородному разведчику. Этот гусь крупнее, чем я думал, да и Эле игру не хочется ломать. Ладно, я сейчас направляюсь к посольству Риары: скоро прибудут с котами Шедар, Крат и Лин. Шедар со мной, Крат с тобой берет Окуня и Тень, а Лин пусть займется вместе с твоими парнями графом Лэнсом эл Коной. Пусть тины часть своих котов отдадут Шедару, ему они нужнее. Своего брата исполнишь сам после выполнения Рыбы и Тенька. Общая координация отрядов и предоставление им первичной информации на тебе, меня беспокоить только в крайнем случае. Забыл, передай через связных нашим воинам в княжестве, что мы начинаем. С нами Бог. Отбой.

— Кто такие? — рявкнул в морду Пушку чересчур бдительный сержант городской стражи, орлом оглядываясь на свой десяток.

— Чем обязан, уважаемый? — Мое презрение можно было намазывать на хлеб. — Тихо и мирно гуляю со своими девушками, вы хотите присоединиться к нам?

— Не положено ночью гулять, и… и это — счастливого вам пути.

— Влад, — раздался у меня в голове голос Эллины, когда мы расстались со стражниками, — ты не можешь как нормальные личности пробираться переулками или хотя бы вдоль стен домов? Вечно заставляешь бедную девушку работать. А…

— Влад, — я махнул рукой, останавливая расшалившуюся разумницу, — моих парней, что присматривали за виконтом, положили в квартале от дома, к которому направлялась цель с сопровождением, и это сделали не тихушники! Тела спрятали в какой-то развалюхе, следы крови на мостовой уничтожены. Горох с парнями из группы захвата требует инструкций. Они двигались на расстоянии от моих топтунов, и когда увидели произошедшее, спасать было уже некого.

— Зетр, ничего пусть не делают, замереть им на месте, я сейчас буду.

— Эллина, выдвигайся к посольству одна, Дуняша, со мной, планы опять меняются, как мне это надоело! — Я хлопнул Пушка по загривку.

Вот и появились первые потери и в моей команде ночников, я еще раз окинул взглядом два разрубленных тела. Парней не застали врасплох: их оружие успело покинуть ножны, — но они ничего не смогли противопоставить своему убийце, и это несмотря на то что Зетр набирал в свою команду лучших, соблазняя их высоким жалованьем и непыльной работой. Несмотря на то что каждый подчиненный Зетра проходил курс молодого бойца под руководством котов.

— Все чисто, Влад, — зайдя в развалюху, Зетр плотно прикрыл дверь, — а этих скотов…

— Никого вы не будете искать — ни сейчас, ни после акции, — перебил я Зетра, — и не этих, а этого. Это работа вампира. Смотри сам. — Я присел на корточки перед телами. — Парни практически располовинены. А знаешь почему? Да потому что первые удары отразили их амулеты защиты. Вампир удивился и стал работать как мясник, на полную катушку, не сдерживаясь. Удара с четвертого-пятого амулеты сдохли, и все закончилось. М-да, судя по твоему лицу, ты еще пребываешь в сомнениях. Парни успели позвать на помощь? Нет? Значит, все закончилось за пару-тройку секунд. Это был вампир, один вампир: их гордость не позволила бы им нападать вдвоем, втроем или впятером на жалких людишек, конечно, если бы клыкастиков было несколько. Виконт не заметил схватки и спокойно зашел в здание?

— Да, Горох видел это. Видел он и неясную тень, забравшуюся с невероятной скоростью на крышу, а перед этим она убрала простенький полог молчания. Я снял все остальные группы, не задействованные по основным фигурантам, и направил их к гостиницам и постоялым дворам. У виконта нет дома в Гронмаре, и есть шанс, что мы там его сможем перехватить.

— Может быть, — я пожал плечами, — но в таком деле лучше на шанс не полагаться. В любом случае ты поступил правильно, теперь скажи — что это за дом, который изволил ночью в сопровождении тихушников посетить виконт?

— Горох знает про этот домишко. Туда изредка заходят дворяне, покидающие столицу в поисках приключений в дальних странах или возвращающиеся из путешествий. Поэтому, определив направление движения виконта, Горох и придержал своих парней — мол, он все равно знает, куда направляется цель. Ты не ошибся, Влад. Он шпион — нормальный дворянин ночью, да и днем не будет спешить на встречу с тайными.

— Это плохо, что я не ошибся, Зетр, а еще хуже, что добровольная охрана виконта работала втайне от тела благородного шпиона. Да, Зетр, еще один вывод можно сделать по поведению этого торопыги: у виконта есть горящая информация, и промедление нежелательно. Дуняш, что у тебя?

— Запах смерти есть, но слабый, надо спешить, через десять — пятнадцать минут он исчезнет с убийцы парней.

— Отлично, Зетр, я с Дуняшей сам займусь этой дополнительной охраной виконта и им самим. Очень мне он стал интересен, и особенно мне интересны его тайные благодетели. Убийства своих подчиненных я не прощаю в принципе. Кроме того, когда приходит черед кому-то умирать, знание о том, что за его смерть отомстят, позволит хоть как-нибудь смириться с этим процессом. Я практичен, Зетр, — наверняка там, где будет этот благородный, поблизости будут и убийцы ребят. Вампир здесь не может работать один, без прикрытия разумных другой расы. Держи, — я протянул Зетру деревяшку, — я поставил на нее метку следа виконта. Дальность до полукилометра, время работы — часов пять, не больше. Отдашь Гороху с ребятами на всякий случай: пусть не приближаются к такому интересному телу и берут виконта только по моей команде. Дуняша, у тебя все готово? Тогда веди. Забыл, Зетр, эфир переговорами не засорять, связь только при необходимости, это на всякий случай.

М-да, мы уже сидим второй час около здания местного отделения МИДа-ГПУ, а результата все нет и нет. Да не виконта нет, он нам не особо интересен, Горох с парнями возьмет его по-любому, — мы здесь кукуем по другой причине. Добровольные охранники Штирлица наринской короны, как я и рассчитывал, тоже прячутся где-то здесь неподалеку. От кого они приставлены к виконту? Три к пяти, что я знаю ответ на этот вопрос, но торопиться с выводами не буду. А Дуняша молодец. Ей уже смело можно присваивать ученую степень магистра магии Смерти. Вот что значит талант, трудолюбие, хорошие учителя и отсутствие отвлекающих факторов в виде погани. Я ведь половину своего времени до принятия в ряды гильдии в качестве полноправного охотника тратил на тренировки со сталью и отработке полученных навыков на живых тварях под стенами Белгора. Дуняша тоже вроде заикалась пару раз Арне о своем желании стать мечником. Была волчицей послана — мол, пока не станешь повелительницей Смерти — забудь об этом. И вот какой результат вышел. Легко взяла запах смерти парней Зетра и по его шлейфу привела нас почти туда, где прятался этот нехороший вампир с друзьями. Хоть мы под зеркалами, а я еще прикрыт сферой молчания, вплотную к клыкастику мы подходить не стали. Правильно сделали. Там у него логово с парой дополнительных организмов. Грамотно контролируют все подходы к зданию, где засел виконт, мерзавцы. Впрочем, работа у них такая. Привычное дело для высшего вампира и четырех магистров первостихий: бахрома меня обмануть не может. А кому мне свечку поставить за очередное предстоящее столкновение с пятеркой серых?

— Внимание, — послал я зов Дуняше, — клиент с охраной выходит из здания, сидим на месте и внимательно смотрим. Я цепляю на него свой поводок.

Наконец-то понеслась, а то, сидя на этой брусчатке, простатит заработать можно. Я с наслаждением выпрямился и вскочил на Пушка. Блин, как мне не хватает привычной одежды: готики, охотничьего комбинезона, нормального оружия, наконец. А нельзя, пришлось все эти дни, и сегодняшняя ночь не исключение, проводить в дорогих шмотках, из брони — только юшман, а из оружия — эспадрон[46] и кинжал на роскошном поясе, метательные ножи, закрепленные на предплечьях, и пара стилетов в сапогах. Короче, павлин павлином, и безоружный причем. Ненавижу цивилизованные места. Как привычно оденешься — так сразу всем становится интересно — а куда это направился красивый я в полной броне и с нормальным оружием? Опаньки. Не прекращая движения, я сжал амулет связи.

— Зетр, отбой группе Гороха, мы берем виконта сами. Вернее, освобождаем его от коварных похитителей. Упаковали цель метрах в трехстах от филиала МИДа, а его сопровождение порезали. Хорошие у виконта дополнительные телохранители, усердные до смерти. Горох с парнями пусть идут по следу виконта, не приближаясь к источнику, пусть ждут моего сигнала. Не я же с тушей шпиона буду возиться и носить его на себе?!

— Принял, Влад, — ответил мне зовом убийца. — Все остальные группы на местах. Шедар у посольства Риары, Крат берет Окуня, я — Тень, а Лин прохлаждается у дома твоего друга графа, все мы ждем сигнала на захват.

— Позже, мне нужно сначала тихо разобраться с пятеркой серых. Они взяли виконта и убили твоих парней. Я узнал их стиль, да и количество с численным составом совпадает.

Зетр помолчал несколько секунд, а потом разразился отборной руганью. На что только — я отключил связь — не тратят заключенную в амулетах силу разумные! Ребята, а почему вы не идете к посольству королевства Мелор? Зуб даю, что вас нанял Торин Второй, и не говорите мне, что не так! Я слегка недооценил игры Элы, вернее, у меня не было достаточно информации. Виконт, с загадочным лицом покидающий замок герцогини, задержка его прибытия в Гронмар примерно на сутки. Это он от липовой погони прятался или как заяц для подстраховки петли наворачивал? Стремительный визит виконта в лубянские подвалы, предоставленная охрана, и, самое главное, серые виконта не убили, как остальных его спутников, — его похитили, кому-то он нужен живым и здоровым, после того как отчитается, и ни минутой раньше! И я даже знаю зачем. Защищать меня, кроме всего прочего, вздумала моя бывшая женушка. Я сразу почувствовал наигранность в твоем демонстративном увлечении виконтом — даже птички в городе были в курсе ваших постельных отношений.

Учитывая твой характер, а также прочие прелести воспитания, породы и гордости, ты бы так никогда не поступила. Я тебя хорошо знаю. А захотела бы с кем-то переспать в тоске по некоему мужскому органу — так о твоих делишках знало бы ограниченное число лиц. Слишком ты горда, а тут слуги тебе косточки перемывают — это первое. А второе, какие выгоды короне Мелора может принести твоя связь с каким-то виконтом?! Это даже не смешно, как будто тебе принцев не хватает. Я так и понял, что ты хотела, чтобы слух о твоей связи дошел до меня, стал всем известен как данность, как непогрешимая истина. Я захотел бы проверить эти сплетни. Конечно, я слухам не очень-то и верю, но всегда при первой возможности проверяю. Параноик, что поделать! К сожалению, и ты хорошо меня знаешь. Я усмехнулся и вздохнул.

Резюме: ты хотела увидеться со мной на своей территории, а то в последнее время я избегал встреч с тобой. Это я сразу понял и оставил тебе сообщение — передал с Тайшей и Горишем свое мнение об используемых тобою методах. Надеюсь, ребята тебе его уже озвучили. Впрочем, я в этом уверен, иначе Эйрик и остальные егеря с Изаром вместе не были бы в опале. Видно, был жесткий разговор, и почти все твои телохранители приняли сторону Найрекина. Мол, наша хата с краю, милые бранятся — примирение будет жарче, паны ссорятся, а холопам бюллетень дохтур выписывает, и вообще сами между собой разбирайтесь, нас не впутывайте. Правильно тогда я влюбленных просчитал: юные завидуют мудрости старых, а те — глупости юных, их горячности и решительности. Второе: ты хотела переключить внимание лиц, занятых поисками твоего мужа, на беднягу виконта — пущай его теперь ищут. Третье: каким боком тут замешаны «интересы» короны Мелора, о которых незадачливый шпион так долго пел в местном НКВД, я себе даже не представляю. Не представляю, что должен был узнать виконт через постель у Алианы и зачем моему бывшему тестю это нужно. И скорее всего, у тебя все бы получилось, и какое-то время я был бы слегка одурачен, но вот незадача — нелегкая принесла меня в твою квартиру с повышенной комфортностью. А вообще сегодня я хотел с виконтом просто за жизнь поговорить, намекнуть на возможное укорачивание некоего болтливого языка, но теперь пошел другой расклад. Ты ввязалась не в свои игры, Эла, в няньках я не нуждаюсь, серые мне не нравятся, и вообще — когда ты поймешь, что со мной не надо играть?! А самое главное, твои игры, вернее, игры Торина Второго и твои привели к смерти двух моих людей. Я поломаю почти всю вашу комбинацию, я из принципа так сделаю. А жаловаться вы можете в Лигу Защиты Бедных, Сирых и Убогих! В ЛЗБСиУ королевскую семейку Мелора ждут с распростертыми объятиями, там вам и место. Черт, что-то я слишком разозлился, к чему это?

Я скользнул внутрь своего сознания. Нет, в лакуне чувств я не нахожусь. Видно, задели меня сильно планы Элы и способ их реализации. Нет, нам такой хоккей не нужен. Я вынырнул обратно: сейчас надо успокоиться, позже разберусь со своей нервозностью, кстати, а не связано ли это с моей постоянной в последние дни сонливостью?

— Влад, ты заснул? — умудрилась прошипеть мне зовом Дуняша. — Мы на месте, приходи в себя, гроза серых отморозков. На кладбище отоспишься. Я тут вся…

— …изнервничалась, — перебил я сестренку, — Дунька, не волнуйся ты так. Я же тебя прикрывать буду, неужели ты веришь, что кто-то сумеет причинить тебе вред, когда я нахожусь рядом? Приди в себя, магиня, успокойся и сосредоточься на выполнении акции, а не на своих страхах. Ведь кто по жизни эти серые? Да никто! Единственный боец среди них — это клыкастик, и все! Остальные просто убийцы. Помнишь поговорку?

— Помню, — вздохнула Дуняша. — Идеальный воин — это всегда идеальный убийца, а идеальный убийца — это не всегда идеальный воин.

Хоть немного ободрилась, но терапию для этой почти домашней девочки надо продолжать. Я специально не взял с собой на акцию котов и магов школы Джокер. Я специально поручил начинать атаку сестре. Дуняша должна привыкнуть работать сама, не полагаясь ни на кого, а не как в прошлый раз, имея перед собой, за собой и по бокам кучу котов и магов во время штурма замка отравителя Рыжика. Надо ее накрутить побольше.

— Хоть что-то запомнила, — пробурчал я. — Дуняша, те, кто хочет стать боевиком, идут в Лигу Крови, в тот же орден Заката, в Братство, в гильдию наемных магов или еще в десяток организаций рангом поскромнее. А у этих духу не хватает подвергаться опасности в открытой драке, в сражении грудь в грудь. Сидит себе какой-то книжный червь в библиотеке, завидует своим коллегам по искусству, боевикам, изливает желчь на окружающих, и все. Вернее, иногда не все. Приходит к нему однажды занимательная личность и делает предложение. Какой бой, о чем это вы? Просто убивать в спину, и все, никакой опасности, да и деньги хорошие. Сколько я, мастер-недоучка, убил серых в саду у Керта и Чейты, а ведь там было два повелителя и два магистра. Какие из них боевики? Впятером со мной не могли справиться.

Дуняшка умудрилась засмеяться зовом — уже вообще хорошо. Вот такое настроение сестренки перед боем мне нравится. Конечно, я слегка преувеличил слабость серых, но…

— Ты недоучка?! — Смех сестры у меня в голове сменился ее голосом. — Да таким недоучкой, как ты, мечтают стать все мастера магии. Ты не хочешь мне рассказать сказку о трех магистрах-неумехах из ордена Заката, которых ты недавно убил в Красных пещерах? Маги из Золотой десятки ничего не смогли тебе противопоставить! Я видела твой бой, брат. Ты — один из лучших бойцов гильдии охотников, и этим все сказано. Не смеши меня больше. Иди и убей часового, мне нужна смерть разумного для работы в полную силу.

— Не забудь, виконт нужен мне живым, также не забудь наложить на себя перед выходом на дело иллюзию. С меня пример бери, ученица. Пушок, жди здесь, Черныша охраняй и не рычи мне тут! Ничего со мной не случится.

Недолгий путь к узилищу виконта, и я лифтом перемахнул через…… э… через… Да к черту стихотворную форму, забор перемахнул — и ладно. Интересное место выбрали серые для своей базы — я стал осматривать одноэтажный дом, двор и хозяйственные постройки. Окраина Гронмара, можно сказать, трущобы, а вот и часовой, на крыше засел, гад! Любопытных в этих кварталах не любят. Я приник к окну — м-да, а виконта даже ужином кормят, не отвязывая от стула, и, судя по его ошарашенному лицу, он ничего не понимает. Ясен пень, его охрану похитители порезали, трупы унесли с собой — вот они, во дворе валяются, под поленницей. Самого кормят и даже вежливо ни о чем не спрашивают! А ведь так можно и чувство неполноценности заработать. Неужели я, то есть виконт, настолько их не интересую? У меня ведь есть что сказать моим похитителям, конечно, после долгих уговоров, предложения больших денег и даже легких пыток — я не лох, чтобы сразу колоться, я ведь дворянин и честно служу своей стране, поэтому цена вопроса должна возрасти вдвое, а то и втрое от предложенной первоначально суммы. Ведь зачем-то я им понадобился, раз рискнули меня похитить?! Такого оскорбления наша служба и корона Нарины не простят никому, найдут, как и кому отомстить.

Лифт поднял меня к коньку дома, на котором устроился магистр земли. Что ж ты защиту свою практически снял, на сигналки свои надеешься? Мизерикорд пробил грудь серого: зря, хоть ты и уставил ими весь двор и две прилегающие улицы. Теперь пару раз провернуть клинок, спустить тело на землю и разрубить мертвецу голову. Ничего не узнают от этого тела королевские дознаватели, кроме того что он серый. Не узнают, кто заказал виконта. Хотя вряд ли лично Торин Второй это делал. Я усмехнулся — ничего информация о посреднике любопытным не даст, — но так оно надежнее. А теперь нужно осторожно дезактивировать сигнальную систему. Зема, на выход.

Я остался на месте, а я-Зема поскользил вдоль силовых линий. Эла, Торин, я уже начал ломать ваш план. А нити силы — это не только сигналка, это еще и средство защиты с нападением, как я и предполагал. Конечно, если это ваш план. Не мог быть серый таким беспечным. А вдруг я ошибаюсь в своих скоропалительных выводах насчет заказчиков похищения? А вот такой связующий узел силовых нитей ты, мертвец, сделал зря. Может быть, что Эла на самом деле влюбилась в виконта, полностью потеряла голову и разболтала своему любовнику такое, что он сразу поспешил на родину. Система полностью уничтожена — а не надо делать все по одному шаблону, стандартный ты наш. Торин впал в старческий маразм с короной короля на голове, разрешил дочке организовать осеннюю охоту и быть на ней мишенью. Я-Зема вернулся обратно к основному мне. Хотя, может быть, насчет ловушки на эльфов я погорячился. Щелчок по амулету связи: Дуняше пора на выход. Может быть, Эла и не выставлялась как мишень для длинноухих, цель организованной Алианой охоты заключалась в другом, а я зря направил туда Ровера с Гайдом и котами. А интересно мыслить двумя потоками одновременно. А что будет, когда я освою пять? Ни один разумник не сможет разобраться в подобной каше, даже если мой разум будет полностью открыт.

— Брат, я готова. — Появившаяся секунд десять назад сестренка отлипла от окна.

С Богом, Дуняша уже впитала в себя силу Смерти, разлитую во дворе, — я так думаю, глядя на ее застывшее посмертной маской лицо. Ну не чувствую я ее хорошо, не чувствую этой силы! Так, отголосок, и все. Да и никто не может нормально чувствовать, кроме магов школы Смерти и ее производных вроде той же некромантии или демонологии. Это ведь не энергия Проклятого или Создателя, которую при определенных условиях может ощутить любой разумный.

— Командир, — возник у меня в голове голос Зетра, — ты закончил с виконтом?

— Нет, не мешай, сделаем дело — тогда свяжусь с тобой.

Сестренка выбила окно и мгновенно, прыжком оказалась в просторной комнате. Удар прахом по огневику. Минус один. Я присоединился к коллективу магов, одного вампира и одного бездаря-виконта. Ната, холод скользнул в мои обнаженные клинки. Отличное начало, Дуняш! Маг школы огня просто осыпался серым — вот каламбур — прахом на пол. Лед сковал в своих объятиях метнувшегося к сестре вампира. Минус два. Саваном, любимым своим плетением, Дуняша исполнила погодника. Минус три. Прыжок к водяному — и этот нехороший организм получил одновременно от меня эфесом айдала в висок и умерщвление[47] от Дуняши. Хорошо хоть один для душевного разговора остался в живых — я не виконта имею в виду.

— И что это было? — поинтересовался я, смотря на кучку праха, оставшуюся от огневика, разлагающийся труп водяного и покрытое тончайшим саваном из белого тумана тело погодника. — Дана, ты понимаешь выражение «стрелять из пушки по воробьям»? Сколько ты на них, на этих жалких трех магистров, потратила своей энергии, половину или больше?

— Три пятых, — смущенно созналась Дуняша.

Я расхохотался, подошел к сестре и обнял ее. Обнял свою валькирию — ну надо же было так себя накрутить на смертельный бой! Я сделаю из тебя, сестренка, такого боевика школы Смерти, что сам Дилс Мрачный будет прятаться при твоем появлении в Белгоре.

— Молодец, Дана, экзамен по искусству на ученую степень магистра принят. А самое главное, что ты действовала абсолютно верно. Хороший маг, который является твоим врагом, — это мертвый маг. Вот когда у тебя будет столько опыта схваток, как у меня, тогда и можешь позволить себе некоторое временное милосердие, и убивать врага будешь после допроса.

— Леди, господин не знаю как вас там, я рад, что барон эл Брано так своевременно отреагировал на мое похищение. А теперь развяжите меня. Мне жутко надоел этот стул.

— Оно еще разговаривает? — спросил я у Дуняши, отпустил сестренку и повернулся. — И представляется при этом чужим именем?

М-да, красавчик, гроза женщин. Наверняка экзамен по специализации он сдавал в чьей-то постели. Хорош, только есть парочка недостатков: склонен к неадекватному поведению в критический момент, недостаточно быстро реагирует на изменение обстановки, и с экспресс-анализом текущей ситуации у него есть проблемы. Я понимаю, что ты был напуган и готовился неизвестно к чему, но все равно так тормозить разведчику нельзя. О, наконец-то искры понимания отразились на благородном челе виконта.

— Так вы не из отряда Карающих короны Нарины?!

— Догадался, — фыркнула Дуняша. — Слав, а какое название грозное, мне уже страшно. Ты точно сможешь меня защитить?

— Мне тоже страшно, поэтому быстро уходим. Трупы не шмонай, откуда у тебя такие дурные привычки? Всем должно быть ясно, что это мертвые серые. Выйди на улицу и позови ребят.

— Я пошла, — сестренка внимательно посмотрела на виконта и вампира, — восьмерых парней должно хватить. Худые они, магию применять не нужно будет.

— Зетр, чего хотел? — послал я зов ночнику, разрубая головы мертвецов. — Я ведь знаю, что без важной причины ты бы меня не побеспокоил.

— Влад, тут такое дело, — замялся Зетр, — тут Релок передал, что… Влад, Гила убили.

— Что?!

— Подробностей я не знаю, — зачастил Зетр, — но, кроме него, все живы и здоровы. Да связной сам подробностей не знает. Получил сообщение от Арны через несколько постов связи, и все! Она тебя просит не менять своих планов, сама на месте разберется с помощью баронов, воинов графства, епископа Карита и орденцев. Вернее, она уже разобралась. Все напавшие мертвы.

Я сел на стул и перестал слушать лепетание Зетра. Я испытываю лишь легкую горечь и едва заметное сожаление. Все-таки прошибло это известие мое равнодушие. Хорошо, что не полностью. Вот что крутил Гил при нашей последней встрече в Закрытом лесу. Вот почему он не отправился со мной на Ритум. Гил знал еще тогда, в Белгоре, что мы еще не раз встретимся, и третья наша встреча станет для него последней.

— Забирайте обоих, — я кивнул вошедшим ребятам Зетра на скованного льдом вампира и виконта, — вы знаете, что нужно делать. Дана, ты направляешься с ними, охраняй ребят.

— Зетр, — прервал я уже начавшего по второму кругу оправдываться ночника, — ничего не меняется. Я буду у Шедара через двадцать минут, тогда и начнем одновременно по четырем точкам. Закончим — развлекайся личной местью. Так будет гораздо труднее понять, что именно произошло этой ночью и кто за это должен ответить. Отбой.

Где тут у нас деревяшка? Я оторвал щепку от стола и начал кинжалом корябать на ней руны. Первый же любопытный, зашедший в эту комнату, вызовет срабатывание ловушки. Хороший будет здесь пожар, красивый. Не получится у фокусников узнать детали произошедшего здесь. Двойная страховка для меня и Дуняши: иллюзия иллюзией, а огонь лучше. А если тайная стража Нарины до утра не обнаружит этого гнездышка, то пожар будет в любом случае.

Готово, я активировал ловушку и бросил деревяшку под стол. Десять секунд — я направился к двери — у меня есть. У меня есть еще дела сегодняшней ночью. А Гила я буду оплакивать позже, позже, когда закончу со всеми делами в Гронмаре, оплакивать и мстить за него.

— Все на позициях, — послал мне зов Шедар.

— Приступайте.

— Зетр, мы начинаем, — дал я сигнал ночнику. — Пусть все начинают.

Я с ледяным спокойствием стал смотреть на разворачивающееся действо. Шесть десятков убийц магов, две трети всех котов, перелезших ночью через стены Гронмара, сейчас двумя волнами вновь проделают этот трюк с более низкой оградой посольства Риары. Шедар возглавляет первую группу, а Эллина вторую. Когда охрана из гвардейцев Нарины и воинов князя Кенора будет обезврежена, мои ученики поменяются местами. Орлы, полетайте, задание у вас будет следующее: нужно обезвредить систему безопасности этого красивого домика. Полученные в Килене навыки надо закрепить. Это практический урок для вас и теоретический для моих учеников. Я усмехнулся: мои ученики — за что мне это наказание? Шедар и Эллина в категоричной форме настояли на моем бездействии в данном тихом штурме. Мол, ты у нас один, и есть кому рисковать вместо тебя. Все уже знают про Гила и боятся, что я сорвусь. Не будет этого, первая волна скрылась за оградой. А вокруг стоит тишина, обманчивая тишина. Тоже мне не участвуй в штурме, сча-аз! Энергии у меня много, пусть эти транжиры тянут ее из меня. Возглавляемая Эллиной вторая волна убийц магов скрылась за оградой посольства.

— Влад, все готово, — пророкотал камнепад, — примитивная система. Даже напрягаться нам особо не пришлось. Как могут разумные так легкомысленно относиться к своей защите?! Это же не лезет ни в какие ворота!

Нос не задирайте, орлы, еще месяц назад вы на это были не способны, только и могли амулеты с артефактами обнаруживать, а иногда и красть их.

— А почему мы с тобой остались, Влад? — свистнул ветер в моей голове. — С каждым днем, проведенным с тобой, мы все больше растем в плане мастерства, мы все больше становимся прежними архима… тьфу, повелителями стихий, Владыка Льда.

Так вы повелители или охотники? Определитесь, пожалуйста.

— Одно другому не мешает, — зажурчал ручеек.

А помимо всего прочего, вы еще становитесь все больше и больше похожими на меня. Скоро, общаясь с вами, я буду чувствовать, что разговариваю сам с собой. Вы теряете свои личности, это вам не мешает?

— Еще как не мешает: чтобы потерять свою индивидуальность, ее нужно сначала иметь, а у нас с этим были большие проблемы. Влад, а давай мы еще поучимся, давай мы убьем всех магов посла? Нам же нужно потихоньку учиться экономить твою энергию, а то в Красных пещерах ты нами почти не пользовался, да еще и пылесосами обзывал!

Ог, ну в кого ты такой кровожадный? Ладно, мага посла можешь убить, Воз, Вод и Зема, остальных трех приведите в нерабочее состояние. На службе ведь находятся разумные, а не по своей доброй воле охраняют эту гниду, да и не люблю я лишней крови.

— Так мы это уже сделали, — смущенно прошуршал песок. — Все как ты нам сейчас и сказал. Мага барона Ог убил, а остальных мы тихо и незаметно зафиксировали. Ведь они могли почувствовать неисправность защитных систем. Оно нам надо?

М-да, не только Эла меня хорошо изучила. Орлы, на первый раз прощаю, но чтобы больше никакой самодеятельности. Принимать решения самостоятельно вы можете только тогда, когда я физически не смогу вам указать или приказать. Все понятно?

— Влад, охрана во дворе нейтрализована. Мы с Эллиной и второй группой заходим в дом. Первая группа контролирует периметр. Влад, тут во дворе и здании странности на каждом шагу, отключены все ловушки, сигналки и прочее. Маги барона вообще не оказывают нам никакого сопротивления, я ничего не понимаю! Это твоя работа?

— Моя, а ты что думал, Шедар, я отсиживаться буду за вашими спинами? Пакуйте посла и его ближнее окружение, выгребайте все бумаги, короче, заканчивайте быстрее. Часа через четыре Хион взойдет, оно нам надо задерживаться здесь?

Работайте, парни и одна девушка, Сестры еще высоко. Ты чего рычишь, Пушок? Там всего, я кивнул на посольство, одного разумного убили, а остальные в отключке. Видишь, и я не участвую в этом баловстве. Разве это настоящий бой, где кровь брызжет во все стороны, а трупы врагов растаптываются твоими копытами? Пушок презрительно фыркнул и потерся мордой о мое плечо. Мол, все понимаю, но так хочется ликвидировать живого разумного. Твари мне уже надоели. Мне тоже, Пушок. Так хочется спокойствия и тишины, как вот сейчас. Что может быть лучше, чем любоваться ночью прекрасным светом Сестер вместе с тобой и четырьмя парнями Зетра с Жуком во главе, давшими первичную информацию по цели штурмовикам?

— Влад, я закончил, Крат и Лин тоже. Выдвигаюсь к дому своего любимого брата.

— Отлично, Зетр. Отбой.

— Шедар, Лин и Крат уже закончили свои дела, ты хочешь опозориться перед ними?

— Две минуты, Влад, тут есть одна дверь непонятная на третьем этаже.

Господи, что за мародер получился из Шедара, если он не может вскрыть какую-то жалкую дверь?! Блин, да его еще гонять и гонять! Я зевнул — опять сонливость накатила, пора… СТОП. Раздражение и сонливость! Неужели я стал так ощущать опасность, грозящую не мне, а моим друзь…

— Шедар, остановись!!! Всем убраться от этой двери! Я к вам. Пушок, сидеть!

Я моментально перелетел через ограду. Воздух стал плотной субстанцией. Вот и входная дверь. Я двигаюсь как в киселе. Только мелькают по сторонам смазанные фигуры котов и предметы обстановки. Только ступеньки слились в одну ковровую дорожку. Вот они, я оттолкнул не успевшего отойти от двери Шедара прямо на Эллину. Хорошо летят, плавно. Ната, а теперь повернуться к двери. Интересно чувствовать, как холод неторопливо возникает в моем теле. Смотреть, как холод окружает меня. Как, повинуясь моему желанию, дверь и прилегающие к ней части стены, потолка и пола покрываются льдом. Раньше я считал, что холод возникает мгновенно, — был неправ.

Возмущенный вопль Эллины, стук врезавшихся в стену коридора двух тел, я усмехнулся, время опять потекло нормально, по крайней мере, для меня.

— Что орем? — осведомился я у Эллины. — Ну толкнул я вас немного. Что-то цапнуло меня, ученики, вроде того как в Красных пещерах.

Эллина сразу захлопнула свой красивый ротик, явно открывшийся для выражения восторга доброму мне по поводу своего полета. Ученица почти мгновенно окружила себя, Шедара и тройку присутствующих здесь котов щитом разума. Ничего не понимающий ученик, ведь в Красных пещерах его со мной не было, глядя на действия Эллины, тоже не остался в стороне. Щит смерти укрепил защиту пятерых разумных. Вьюга закружилась вокруг моего тела. Пока это плетение только защищает меня и ни на кого не нападает, но это временно. У меня уже три секунды зудит кобчик, обещая непосредственно мне нешуточные неприятности. Уже мне, а не только моим друзьям. Ткач, так вот какой твой бонус за Красные пещеры? С одной стороны, это хорошая способность, а с другой? Да я с ума сойду, ощущая каждый раз нечто подобное сонливости и беспричинному раздражению. У меня здесь много друзей, и раскиданы они по половине Сатума. Я запыхаюсь проверять каждого из них на предмет грозящей ему опасности. Сука ты, а не ткач позорный! Где уточнение — кому и с какой стороны ждать удара? Чудила ты из нижнего отверстия.

Дверь вздрогнула и попыталась разлететься на части.

— Со мной остается Шедар, остальным убраться отсюда. Наина, отвечаешь за эвакуацию всех разумных из посольства. Через минуту в здании должны остаться только я и Шедар. Бегом. Дай мне свой меч. — Я протянул руку ученику.

Дверь вновь вздрогнула. Ну-ну, родимая, ты сначала холод сломай, вернее, пусть сломает тот, кто тебя пытается выбить. Что он такой настырный, ему стен мало, особенно противоположных от двери? А если кроме как через эту дверь выбраться не может? Тогда ситуация еще хуже, чем мне представлялось изначально. Я на мгновение оглянулся. Все в порядке, Шедар стоит за моей спиной и приготовил поцелуй невесты в белом.[48] Почему он так любит это плетение, других не знает? Бред. Ведь кот в основном учит сестренку спецухе, учит магии Смерти, а Колар и Ерана развивают только общие способности Дуняши. Шедар стоит за моей спиной, третий удар в дверь наконец-то сломал ее, он понимает, что время шуточек и указаний учеников учителю прошло, он знает, что я сильнее. Что находится в комнате — непонятно. Лед сильно искажает внешний вид бьющегося о него существа. Кстати, лед начинает потрескивать. А вообще странно: когда я применяю холод в бессознательном состоянии, его мощность вырастает на порядок. Шестерых хозяев погани я замочил, находясь в некоем подобии транса. Лучшие рейнджеры-маги с Эллиной во главе не могли даже понять, как я хулиганю в кабинете Тихого, не говоря уже о том, чтобы прервать мои шалости. Лучше было бы все наоборот — в трансе почти ничего, а в нормальном состоянии мощность повышается на порядок. Ткач, ты бы мне лучше этот бонус подкинул, а не свою мерзость!

— Влад, я все сделала. Те, кого мы не берем с собой для беседы, лежат за воротами, остальные упакованы и готовы к отправке.

— Уходите из города, передай это командирам всех групп, сейчас тут будет такой выброс силы, что его заметит самый слабый маг Гоары. Встречаемся в точке эвакуации.

— Готовься, лед долго не выдержит, лучше я сам его сниму. Это будет неожиданностью для твари и повысит наши шансы выжить, — предупредил я Шедара.

Холод скользнул в чинкуэду[49] Шедара. Мне лучше закончить бой одним ударом — хрен его знает, что там за пушистый северный зверь беснуется в барских покоях. Орлы, поучаствовать в развлекухе одного удара не желаете?

— Нет, Владыка Льда. Вся твоя энергия, используемая любым из нас, не даст такого сильного удара, как твоя сила вкупе с холодом и плетением школы Льда, — решил просветить меня по элементарным вещам Зема.

Орлы, успокойтесь, я пытаюсь шутить, плохо получается, но хоть как-то. А сейчас мне будет уже не до шуток. Посмотрим, Солар Корийский, на эффективность в данных условиях твоего трактата «Сила первого удара» в моей творческой переработке. Я ведь не повелитель огня, а недоделанный повели…… э… Владыка Льда. Родич говорил, что вредно использовать сверхскорость почти дважды подряд, — так мне это фиолетово. Я убрал холод с дверного проема, я втянул лед в себя. Я стал ледяной глыбой. Шаг вперед, довольно медленно двигающийся демон даже не успел среагировать, как конус холода ударил его в грудь, пробив всего на мгновение защиту монстра и отбросив тварь внутрь комнаты. Мне хватит этого мгновения, ледяное копье, в которое я влил всю свою силу, устремилось в начавшую стремительно затягиваться брешь. Я опять работаю без защиты. Еще один шаг вперед. Я в комнате, я самоубийца. Удар копья пронзил грудь демона. Разлетающиеся в стороны ошметки плоти. Как мне тяжело двигаться. Удар напоенного холодом и сжимаемого двумя руками меча по шее инфернального существа. Мой удар прошел. Демон достаточно быстро принял решение сконцентрироваться на защите своей груди. Зря: его голова стала подниматься в воздух, позабыв о теле. Мой двойной удар сталью и магией прошел, и сверхскорость тоже. Ткач, а ведь демон почти в самом конце операции уже был два года назад, ты повторяешься, ничего нового придумать не можешь? Или ты тут ни при чем? Что ж, Солар Корийский, я посмотрел на корчащееся у моих сапог в предсмертных судорогах существо, ты доказал, что тоже являешься гением тактики магического боя, как и Карел Умник, написавший трактат «Сила слабости». При помощи Карела я убил повелителя Плазмы, а при твоей помощи…

— Влад, что это такое? — На обычно невозмутимом лице Шедара было написано крупными рунами удивление.

— Демон, — вздохнул я, — всего лишь сильный наземный демон из низшего круга. Может быть, вызван при помощи простого ритуала, занимающего всего минуту, и без жертвоприношений, только мастером-демонологом и выше. Нам повезло, что у этого подонка, — я указал мечом на дородного мужика, пытающегося залезть под кровать, — не было под рукой разумных и времени. Тогда бы он смог вызвать демона из среднего или даже высшего круга. Так, любезный магистр? Ты ведь магистр, а может, архимаг, верно?

Хам мне не отвечал, несколько шагов вперед, удар сапогом в живот застенчивому организму. Мало? Давай еще! Внезапно на меня накатила слабость, и если бы Шедар меня не поддержал, то асфальтная болезнь сказала бы мне «здравствуй». Я идиот, я полностью опустошил себя и не подзарядился. А вообще странно — Шедар усадил меня на лавку, — обычно откат от полного магического опустошения проявлялся сразу, а тут секунд через тридцать. Меняется мой организм, я принял свет Тайи — и не поймешь, к лучшему это или нет. Так, а это что у нас такое? Я внимательно осмотрел стены, пол и потолок, почти полностью покрытые вязью рун. Причем в основном это были отдельные руны и их комбинации, обозначающие: «отрицание» и «повиновение», «защита» и «смирение», «долг», «власть» и «триумф». «Триумф», а он-то тут зачем? Все остальное практически ясно, а вот это непонятно. А вообще отличная работа, мне нужно несколько суток, чтобы сделать нечто подобное, мне — артефактору. А какая красивая пентаграмма нарисована на полу. Ни одной лишней руны, ни одной ненужной линии, да что там линии, завитка лишнего нет!

— Ученик, а зачем ты его спеленал так туго?

— Допросим, мэтр, убить его мы всегда успеем. Ты почуял отблеск силы Проклятого в его магии, в этом вызванном им демоне стихии?

— Почуял, а допрос — дело хорошее. Давно с острова Килам? — добродушно поинтересовался я у мужика. — Шедар, для начала я тебе скажу, что ты зря его связал и кляп в рот воткнул: мужик полностью магически истощен и не скоро придет в себя. А вдобавок он рунный маг. Зачем ты его сразу бить начал? Ребра ведь сейчас переломаешь, жестокий ты наш! Он ведь не со зла промолчал об этом, а ты его не спрашивал. Просто отсеки ему голову, — я встал на ноги и вернул меч ученику, — и сердце не забудь пробить. Мужик, не повезло тебе: не люблю я темных демонологов. Шедар, его голова должна быть целой. Пусть местные тихушники порадуются хоть чему-нибудь. У них сегодняшняя ночь не задалась. Но убей этого чудака качественно, мне проблемы с призраком не нужны. — Я вышел из комнаты под бульканье крови, струей хлынувшей из перерубленной шеи.

— Влад, вы скоро начнете? — взволнованный голос Эллины возник в моей голове.

— Да уже закончили. — Я стал спускаться по лестнице. — Не рычи на меня, не бери с Пушка пример. Комната, в которой производился призыв демона земли из низшего круга, была полностью блокирована рунным магистром от всех магических проявлений. Нам повезло: мы не станем убегать из города, а степенно и неторопливо смоемся.

— Эллина, — я вышел во двор и перешел с зова на обычную речь, — где ты должна находиться, здесь или на полпути к стене Гоары? Только не говори мне, что ты ждала от меня просьбы о помощи. Что мы так выразительно молчим и хлопаем глазами?

— Влад, я схожу наверх, — Эллина вышла из ступора, — я еще никогда не видела демона. Я быстро, спасибо за разрешение. — Ученица вихрем сорвалась с места.

Я только хмыкнул: а когда это я успел ей разрешить свиданку?

Хорошо-то как, я с наслаждением лежал на мягкой траве. Птички в лесу поют, Эллина обед готовит, еще со мной на лесной поляне находятся только двое котов, четверка пленных и Шедар с Дуняшей. Остальные воины и маги графства Артуа еще ночью покинули временную базу в лесу и рассосались мелкими группами по королевству. Часть пленных, вампира и виконта, парни вежливо пригласили с собой. Теперь пусть корона Нарины ловит ветер в поле. Нас тоже никто не возьмет на этой базе, оборудованной Шедаром всего в пятнадцати километрах от Гоары. Вот поедим — и я почти сразу перекину почти всех при помощи портала в совершенно другое место. Дело сделано на пять баллов с плюсом, что мне еще надо? Вру: мне нужна неделя отдыха. Устал я что-то за последнее время. Устал от ответственности.

— Мэтр, — подъехавший ко мне Зетр спрыгнул с коня, — ты бы видел, что творится сейчас в Гоаре. Тихушники бегают по всей столице, стражники от них не отстают. Никто ничего не знает и не понимает, но слухи плодятся с невероятной скоростью. Последний мне озвучил хозяин гостиницы, где вы трое суток жили. Оказывается, ночью адепты Проклятого при помощи целой наемной армии, ордена Серых и орды демонов попытались захватить дворец Горта Второго и убить этого верного сына Создателя. Доблестная стража грудью встала на пути тварей, нечестивцев и убийц. В отчаянной схватке эти мужественные воины смогли отбросить напавших врагов короны в Посольский квартал, расположенный всего в пятистах метрах от дворца, там и разыгралась последняя битва. Но победа дорого досталась страже: помимо других погибших на своем посту, отдал свою жизнь и мужественный командир этих бесстрашных и неподкупных бойцов. Хозяин не удивился тому, что ты съехал из гостиницы и даже не соизволил явиться за вещами, меня послал. Зря ты так волновался — многие благородные срочно решили покинуть столицу Нарины, у всех нашлись неотложные дела, о которых они вспомнили только сегодня с утра.

— А ты говоришь, что никто и ничего не знает, — пробурчал я. — Кое-что уже раскопали. Обнаружили тело демона и демонолога, убитых тихушников, трупы серых тоже не оставили без внимания, не говоря уже о твоем брате. А когда заметят пропажу близкого к королю графа эл Кону и секретаря Торговой палаты Нарины, то что подумают тайные? Граф, — я метнул шишку в тыкву своего старого друга, — что подумают по вашему поводу в тайной страже короны Нарины? Уж не вы ли стоите за заговором, а? И вот этот перец, — вторая шишка отскочила от дыни торгаша, — был вашим соучастником, помимо всего прочего. А тебя, слизняк с Крайса, — третья шишка отправилась в полет, — вообще никто долго искать не будет. А знаешь почему? Щаз я буду, как в дурных поэмах, произносить свою злодейскую речь. Для начала жуткий смех: ха-ха-ха. Нет, не так, нужно: хо-хо-хо и хи-хи-хи. Вот и все, обязательная программа выполнена. Убит ваш Дивигор эл Аско, недавно убит, еще седмицы не прошло, так что твоим партнерам будет не до тебя. Сам знаешь, что скоро начнется на острове в процессе выборов нового главы Торговой палаты. Наина, ты его выпотрошила?

— Да, мэтр, его и вот этого пучеглазого я склонила к полной откровенности, пока ты отдыхал от трудов праведных. Граф и посол еще сопротивляются, я могу их сломать, но данные могут быть неполными, возможно.

— Ну что, слизняк по кличке Тень, видишь. Ты мне уже не нужен, да и пучеглазый тоже. Вы ведь друзья, так зачем я буду вас разлучать в посмертии? Вы хотите что-то мне сказать на прощание? Так говорите, не стесняйтесь. Рассказывайте о спрятанных вами сокровищах, о том, что вы меня озолотите. Не хотите говорить? Ах, кляпы вам мешают, значит, не судьба мне стать богатым. Хотя Наина и так все знает. Шедар.

Кот подошел к пленным с самой злодейской улыбкой на лице. Два рубящих и два колющих удара. Кровь щедро забрызгала оставшихся пока в живых барона и графа. Ну что, убедились в том, каким могу быть я безжалостным? Хорошую иллюзию сделала Эллина, качественную. Даже не жалко прихваченной по дороге в одной деревушке свиньи. А как же иначе мы бы кровь достали — свою отдавать? Из-за вас, два гада, мои коты опустились до воровства!

Я опять разлегся на травке, эх, лепота. Господа оставшиеся пока еще в живых пленные, вы думаете, что я полностью отмороженный тип и мне пустить кровь — что другому высморкаться? В принципе да, но только не сейчас, сейчас мне нужны полные расклады по княжеству, по тем, кто был замешан в похищении моей дочери. Господин посол, ты думаешь, что зря трех твоих подчиненных нет на этой поляне вместе с тобой? Не думай так больше, при подчиненных в тебе может внезапно проснуться гордость, и она помешает вам быть полностью искренним со мной или Эллиной. В методике психологического слома мелочей не бывает. Барон, ты лучше подумай над тем, где твои подчиненные сейчас находятся, — вдруг они тоже убиты или их жутко пытают. Запускай свою богатую фантазию, накручивай себя сам, пытаясь утереть плечом кровь мертвецов со своего лица. Ты ведь нечто подобное хотел провернуть с князем и княгиней, теперь почувствуй данный процесс на своей шкуре, тварь!

А с вами, граф, мы тоже потолкуем, что ты такой бледный, что ты так упорно стремишься разглядеть мое скрытое плащом лицо? Голос мой знаком — возможно, даже наверняка знаком. Но зуб даю, что ты не вспомнил и не вспомнишь его обладателя до тех пор, пока я этого не захочу. А пока тоже мучайся и судорожно перебирай своих знакомых, приятелей или друзей. Гадай, что мне известно, а чего нет. Нельзя быть стандартным, граф, при выдвижении из Гоары на нашу базу я набросал два различных сценария ломки, для двух человек. Для тебя и барона. Ознакомил с ними актеров, выбранных для участия в предстоящем спектакле, не поленился, мать твою, гордись этим, мерзавец. Ты лучше посмотри в другую сторону. Там Шедар с Дуняшей устроили потешный поединок, но выглядит он зрелищно. А как же, если сила Смерти разлита по поляне?

Для вас, граф, в основном стараются, а то, что попутно уничтожается наша база и все следы пребывания на ней разумных, так это всего лишь побочный эффект. Смотри, милый, смотри. Повторюсь, в деле качественного допроса мелочей не бывает, особенно важен антураж и создаваемый у подследственного следователем психологический настрой. Сломаетесь вы оба, граф, не пройдет и нескольких часов.

— Мэтр, — Зетр подошел ко мне, — может, я начну пытать их сейчас, зачем время терять? Разогрею их перед прибытием в твой замок, а там займусь птенчиками серьезно. Там возможностей больше, и Рада не даст им сразу уйти к Проклятому. Потом — да ради Создателя! Слышите, исчадия ада, — ночник повернулся к сладкой парочке, — не знаю, как в посмертии вас будут обслуживать, а здесь я вам раскаленный уголек обеспечу. Железная решетка тоже будет присутствовать в качестве ваших коек, а чтобы жаркое не сильно подгорело, так постного масла в замке у мэтра много. На вас хватит. — Кивок в сторону бледных посла и графа: — Мэтр, так я ими займусь? Мы же из-за этих придурков от такого денежного заказа отказались!

— Здесь решения принимаю я, забылся, холоп? — бросил я съежившемуся ночнику.

— Мэтр, — пришла на помощь Зетру Эллина, — а давай ты прогуляешься со мной. — Ученица кокетливо подмигнула мне. — Прогулка перед обедом поможет нам нагулять аппетит. — Эллина шаловливо провела язычком по губам.

— Пойдем, — согласился я, вскочил на ноги и протянул руку очаровательной и коварной обольстительнице.

— Влад, — перешла Эллина на зов, вышагивая рядом со мной, — граф уже готов к сотрудничеству на определенных условиях, я прошла почти всю его защиту, хоть и ставил ее опытный разумник. Но кое-какие детали его деятельности, самые важные моменты в его жизни — покрыты мраком. Я могу сломать защиту, но, скорее всего, получу поврежденные данные.

— Двойная защита — фундамент и стены; пока он не захочет сам снять стены, фундамент несокрушим, а стены неуязвимы, пока есть фундамент?

— Да, все так. Я ведь на поляне не врала, я всегда стараюсь говорить правду, как честная девушка. А вот барон хоть и жутко напуган, но на что-то надеется, и мне неизвестно и непонятно на что. Его защиту я тоже прошла почти всю, и если граф мне полностью ясен, то ничем не обоснованная уверенность барона в благополучном для себя исходе меня настораживает. Ну как может для него закончиться хорошо эта история, если он отказывается от сотрудничества?

— Или мы чего-то не знаем. Вдруг у него есть основания так себя вести?

— А-га, — фыркнула Эллина, — амулетов и артефактов у него нет, коты постарались, да и я потом проверила. Барон магом не является. Выследить нас по следу невозможно, Крат и Лин лично этим занимались, когда мы все вместе выдвигались к базе. Сам Проклятый придет к нему на помощь?

— Не знаю, — покачал я головой, — но я предпочитаю исходить…

— …из самого худшего, — перебила меня Эллина. — Я давно говорю, что тебе лечиться надо! Эту твою присказку знают наизусть даже коты, не говоря уже о твоих учениках, учитель. Я все-таки думаю, что тут дело в другом. Барону внушили ложное ощущение собственной неуязвимости в одном конкретном деле, важном для него деле, — это самый простой вариант. Некоторые идут на него добровольно, чтобы не испытывать сомнений, не бояться неудачи или провала миссии. Чаще всего так поступают кровники.

Другой — внедрили в его сознание матрицу, определяющую поведение объекта воздействия при возникновении ситуаций, с высокой долей вероятности могущих привести к возможному раскрытию бароном данных, которые, помимо всего прочего, позволят узнать третьим лицам некие секретные сведения, касающиеся в том числе и личности внедрившего эту матрицу в сознание барона. Влад, что ты крутишь головой, я же тебе объяснила все просто, объяснила на доступном тебе общем языке?!

Третий вариант — барон находится на поводке разума.[50] Объясню тебе на этот раз совсем просто — это значит, что посол полностью свободен в своих действиях и поступках в определенных рамках, а как только он попытается выйти за границы дозволенного или его заставят выйти, он станет куклой, станет марионеткой, неспособной к самостоятельным действиям и к самостоятельному принятию решений, он даже связно мыслить не сможет. Барон будет тупо исполнять лишь то, что ему приказывает разумный, держащий конец поводка разума. Как только внешняя или внутренняя причина, заставившая барона выйти за дозволенные ему рамки, исчезнет, он опять станет самим собой. При этом во время кризиса поведение разумного во всех трех вариантах прекрасно соответствует нынешнему поведению барона. Если я права и посол просто не свихнулся на почве переживаний, а сегодня ночью у него были причины сильно нервничать, то с его головой поработал специалист гораздо лучше меня в определенной области магии Разума. Я тоже могу делать нечто подобное, но здесь главное не знание или искусство, в таких вещах важен опыт, а где я могла его приобрести — в поселках Тихого, тренируясь на рейнджерах?

— Обрадовала ты меня, Эллина, выходит, что номер барона в деле похищения моей дочки чуть ли не шестой, и никаких шансов вызвать этого гребаного посла на откровенность в ближайшее время нет?

— Если честно, то нет, учитель. Одним из этих способов и воспользовалась Дара, когда взяла под контроль мастера Ульфа. Она была слабее меня в магии Разума, но имела колоссальный опыт, позволивший ей спеленать сильного мага, отвлеченного внешними факторами, за минимальное количество времени. С бароном, может быть, поступили точно так же. Нет, Влад, я не говорю, что он невиновен, нужна предрасположенность к подобному внедрению. Нужно, чтобы хоть часть целей разумника и объекта воздействия совпадали, иначе будет отторжение разумом объекта всех трех вариантов.

— Тогда ломай его. Получим хоть что-то, а не дырку от бублика. Подручные посла уже давно во всем сознались, они работали шестерками, но сфера их интересов начиналась и заканчивалась княжеским дворцом и княжеской четой. Барону стало жалко заказывать столь верных ему мерзавцев, вот он и взял их с собой на прогулку в Нарину. Сломай его, Эллина, жестко сломай, ученица. Граф должен все это видеть — думаю, что он станет гораздо сговорчивее после твоего действа.

— Сделаю, учитель. — Лукавая улыбка на лице Эллины сменилась зловещей — такой я видел ее только однажды: когда она оплакивала Лита. — Зетр наверняка их уже достаточно напугал. Мне легче работать будет.

Я смотрел на стремительно исчезающую в лесу ученицу. Боль от потери Лита у тебя так и не прошла полностью, жаль, а впрочем, время все лечит, по себе знаю. Жаль, что этого времени мне не хватает катастрофически. Какие у меня планы на ближайшее будущее? Да самые простые. Да ничего особенного, всего лишь нужно зачистить всех замешанных в похищении моей дочки, до которых не смогла дотянуться суровая рука закона в виде графа эл Нари, кстати, мятежники успешно захватили Килену, а вечером коннетабль княжества ее отобьет. В Белгоре нужно побывать на церемонии принесения извинений гильдии охотников генералом ордена Длани Создателя, с друзьями там же пообщаться. Также Крия Баросского навестить необходимо, а на родах Чейты Первой я вообще должен быть как штык. Поучаствовать в урегулировании проблем Декары с Эрией я обязан. Война никому не нужна, да и я не люблю лишней крови. Кар, как друг короля Эрии, должен помочь мне в этом вопросе. А по мелочи еще сколько дел набегает? Да мне вешаться пора.

Я забыл еще о двух важных вещах. Нужно съездить в гости к дедушкам Кенары — очень уж настойчиво один из них в письме меня приглашал. В письме, которое передал мне Гил. Нужно разобраться с непонятками, на которые намекала в своем дневнике Кенара. Я усмехнулся — а вторая вещь вообще проста как две копейки. Я буду мстить за смерть друга, мстить буднично и даже меланхолично. Это мое дело, а не гильдии рейнджеров, номер мангуста второй. Помощь приму, но только помощь, это мое дело, четыре к пяти, что Гила убили из-за меня. Я скользнул внутрь своего сознания, в лакуну эмоций, пора оплакать друга. Я стал чувствовать боль, отчаяние, горечь и жажду мести — как там было в песне?

Где-то в море стужи холод ищет души Тех, кто ждет покоя, власти над собою…

А вот покой и власть мне точно не грозят. Первый мне только снится, а от второй я отпихиваюсь руками и ногами. Помню, как графом срок мотал. Больше этого не повторится. Гил, как же ты мог так со мной поступить! Как!

И, боясь движенья, жаждет заточенья В ледяные сети, и врастает в сердце лед.

Ну, лед давно меня сопровождает, ничего страшного в этом я не вижу. Я боюсь другого: мне страшно терять друзей. Почему ты мне ничего не сказал? Сука ты, а не друг!

Не впускай зверя в дверь, Он опасен, поверь.

Я гораздо более опасен, чем какой-то зверь. Только разумный может мстить с выдумкой и фантазией — какой зверь с ним может сравниться? Гил, за что ты так со мной?!

И в безмолвии льда Канешь ты навсегда.

И что с этого? Постоянно терпеть хохмы ткача — это лучше? Забвение приятнее, чем боль. Хизар говорил, что однажды я проделал такое с собой. Почему бы не повторить?

— Ты хочешь вспомнить все? Ты хочешь узнать, кем ты был, Ледяной Тур?

Я, ты вновь появился? Вовремя, я как раз решил сойти с ума. Вдвоем веселее будет. Ты прав, Я. Мне нужно вспомнить вс… Удар в челюсть сбил меня на землю. На землю? Какая это земля, это же снег, да вокруг меня бушует буран!

— Влад, — Шедар опустился передо мной на одно колено, — не надо уходить, Влад.

Эпилог

— Как ты, сестренка? — принц Ингар Мелорский присел на край кровати. — Что-то на твоем лице не видно радости. Опять поссорилась с Владом?

— Уже доложили, — хмыкнула Алиана эл Чанор. — То-то я не особенно удивилась, когда услышала рев горнов, возвещающих о посещении моего города особой венценосной крови. Отец тоже приехал?

— Да. Не мог же он остаться в стороне! И хорошо, что мы с ним приехали вместе. Сейчас Торин Второй исполняет твои обязанности в главном зале. Приветствует гостей-охотников, выслушивает комплименты от леди, улыбается льстецам, обещает рассмотреть всевозможные просьбы разумных — от выделения надела внуку старого друга отца короля, нашего дедушки, до протекции перед королевой, моей женой, о зачислении чьей-то внучки или правнучки, еще недавно месившей навоз грубыми сапогами, в штат фрейлин ее высочества. Алиана, я почти каждый день молюсь Создателю за здоровье Влада: если бы не он, то весь этот балаган пришлось бы терпеть мне. Бедный наш отец. Рассказывай, что между вами произошло? Отец и я знаем ситуацию только в общих чертах.

— Да мне особо нечего рассказывать, — вздохнула девушка и плотнее закуталась в одеяло. — Когда я вела партию с виконтом эл Пино, кстати, по наводке нашего папочки, Влад приехал ко мне за помощью. Мой муж умудрился потерять левую руку в очередной схватке с темными. Приехал — и тут же уехал, увидев сцену в моей спальне. О его визите я узнала только через день. Искать его, гнаться за ним в Риарское княжество было бесполезно. Для начала, я вряд ли его смогла бы найти. Он же Ветер — сегодня в одном месте, а завтра в другом. Уехав из замка, я бы сорвала игру с виконтом — это второе. Ну а последнее — что бы я могла ему сказать?! Как бы я объяснила Владу все то, что он увидел?! Права была ее величество Ловия Литийская: все интересы короны Мелора я должна засунуть себе в одно место. К чему привели эти вечные тайны, страшные секреты, к чему?! Отец говорил, что у меня будет только один шанс вернуть себе Влада, и я его доблестно упустила.

Молчание.

— А может быть, все не так страшно? — предположил принц. — Я могу пересечься с Владом и попробую все ему объяснить, если он с тобой видеться не хочет. Я расскажу ему правду о тебе и виконте эл Пино. Объясню задумку отца и внесенные тобой коррективы в первоначальный план.

— Да? — холодно улыбнулась герцогиня. — Один раз ты попробовал стать мостиком примирения между мной и им. Чем это все закончилось? Где ты его найдешь? В Белгоре Влад Молния теперь бывает только несколько раз в год, на срок не больше недели. В поселках рейнджеров Далв Шутник вообще почти не появляется. Граф эл Артуа официально мертв. Где ты его найдешь?!! И что ты ему скажешь? Раскроешь тайну моего рождения? — Герцогиня откинула одеяло в сторону. — Скажешь ему, кто я на самом деле? — Тело девушки, прикрытое ночной рубашкой, стало мелко дрожать, стало плыть, изменяя свои очертания. — Ты скажешь, — голос девушки изменил тональность, он стал более низким, — ему об этом, о моем настоящем облике? Так, братик? — Бархатный женственный голос Алианы заполнил опочивальню герцогини. — Ты расскажешь ему обо всех хитросплетениях внешней политики, которую ведет наш папочка…

— Если будет нужно, — в спальню вошел король, — то Ингар расскажет Владу все. — Торин Второй сел в кресло. — Если у него не получится, то я сам объясню твоему мужу причины твоих заигрываний с виконтом эл Пино.

— Подслушивать изволили, ваше величество? — ехидно осведомилась девушка. — Даже моего брата обманули, сказав Ингару, что идете к моим гостям. Я бы почувствовала ложь принца.

— На что только не пойдешь, — лицемерно вздохнул король, — чтобы узнать о твоем состоянии. Со мной ты была бы не так откровенна, как с братом. Алиана, прекрати себя изводить, прекрати себя мучить болью, верни обратно свое второе тело, лицо и все остальное. Ты плохо запомнила мои слова. Я говорил, что у тебя, возможно, есть только один шанс. Я не утверждал, что второго нет. А еще я говорил, чтобы ты была осторожна. Видимо, эти мои слова ты пропустила мимо своих прелестных ушей. Зачем ты именно так разыграла сцену с виконтом — ведь отец Патерион отговаривал тебя от этого? Чего ты хотела этим добиться?

Молчание.

— Я хотела снова его увидеть, — глухо ответила девушка. — Слухи бы наверняка разошлись по всему Сатуму со скоростью ветра. Он бы приехал ко мне, и я бы нашла слова примирения.

— Это и было твоей основной целью, а не защита Влада от святош и длинноухих, — утвердительно сказал король. — В целом хороший план, наивный, но хороший. Поэтому ты так ухватилась за этого виконта, когда узнала правду об его истинной деятельности. Что касается остального, Алиана, то ты совершила обычную ошибку слишком самоуверенных в себе особ. Ты сама мне говорила, что, ощущая мысли Влада до разрыва им привязки душ, особенно те, которые касались его рейда на Барос, ты пришла в полный восторг. Ты не напомнишь мне, сколько времени он готовился к этому делу? Сколько, как ты говоришь, у него было слоев защиты, слоев прикрытия своей истинной цели посещения острова? Молчишь? Ты сумела понять только основы того, как он работает. Великолепные основы, спорить с этим не буду. Воспользовавшись ими, ты выявила предателя в своем окружении, и мы, да, именно мы решили организовать эту охоту и подкинуть ложные сведения короне Нарины. Но повторяю, ты сумела понять лишь основы, годящиеся для относительно простой партии. Ты переоценила себя, ты не предусмотрела всех возможных вариантов срыва своего плана примирения с Владом. Тебе даже в голову не пришла мысль о том, что нужно подстраховаться от появления в твоем замке твоего мужа. А ведь это была основная угроза срыва твоей партии, а не шепчущиеся по углам слуги, не тщательно замаскированное презрение дворян, не презрительные улыбки благородных леди за твоей спиной. Основной опасности, Алиана, ты предпочла не заметить, ты ее не учла. Теперь все стало гораздо сложнее. Покажи мне подарок Влада молодоженам.

Молчание, девушка взяла с низкого столика бархатный футляр и протянула его отцу.

— Да, — король залюбовался украшениями, — такое может позволить себе только невероятно богатая леди. Ты поняла, дочка, смысл его подарка твоему сержанту?

— Не такая уж я полная дура, — буркнула герцогиня. — Что мне теперь делать? Последовать совету Ловии Литийской? Рассказать все о себе Владу? Так я давно хочу это сделать, отец, но клятва не дает мне пойти на это!

— Я освобождаю тебя от нее, — буднично заметил король, — старая кобра права. Между тобой и Владом не должно быть никаких тайн. Но запомни — это будет первый только шаг на пути к вашему примирению. Не ошибись во втором, третьем и последующих шагах.

Молчание, засиявшие светом глаза девушки, вернувшей себе прежнюю внешность. Слезы герцогини и молчание.

— Может, мне поговорить с Ловией Литийской? — Счастливая улыбка Алианы озарила комнату. — Она считает себя бабушкой Влада и наверняка поспособствует нашему примирению. Ведь королева Ловия переживает за него.

— А вот этого тебе точно делать не надо, — усмехнулся король. — Ты знаешь о таинственном исчезновении Шатора Литийского и его не менее таинственном возвращении, после которого в Каросе начались аресты темных и повязанных с ними благородных и высокородных. Даже в окружении короля и королевы нашлись приспешники Проклятого. Так вот, буквально два дня назад Ловия Литийская прислала мне письмо, где описывала свое отношение к некой особе женского пола в весьма сухих, корректных и холодных выражениях. Такой стиль общения старой кобры с разумными я наблюдал лично лишь однажды. Тогда я был еще принцем Торином Мелорским и с немалой долей страха видел, как королева, потерявшая в мятеже почти всю свою семью, отправляет одного за другим мятежников на плаху в день годовщины смерти ее мужа и детей. Я был не одинок: почти всем приглашенным на это действо высокородным из соседних стран было страшно. Влад был недавно ранен в очередной своей схватке с темными. Теперь сопоставляем это с возвращением принца Шатора через два дня после посещения Владом тебя. Принимаем во внимание дружеские отношения между охотником и короной Литии, это письмо — и делаем вывод, что и к освобождению предназначенных для темного ритуала разумных твой муж приложил свою руку.

— Не слишком ли натянуто, отец? — поинтересовался принц Ингар.

— Учитываем то, — продолжил король, — что всех освобожденных пленников взял под свою опеку принц Шатор, переправил их всех в Литию и объявил гостями короны своей страны. Чем он угрожал Айнгену Первому, какие аргументы принц приводил королю Каросы, никому не известно. Но все дружеские, я подчеркиваю, именно дружеские беседы представителей церкви и Тайной стражи Каросы с бывшими обреченными на заклание проводились только в присутствии принца Шатора, а охрану счастливчиков осуществляли гвардейцы Литии и представители третьей канцелярии старой кобры. Охранники не пропускали к бывшему мясу никого. До сих пор никому, кроме королевской семьи Литии и генерала ордена Знающих для него Шатор сделал исключение, вернее, его заставили шепнуть на ушко правду хоть одному высшему иерарху церкви, которому принц доверяет, а это уже наводит на определенные мысли, — неизвестно, где происходили эти события и кем были воины, освободившие обреченных. Версия Айнгена Первого о своей доблестной тайной страже предназначена для простаков. Ваши выводы, дети мои?

— Невероятно, — прошептал Ингар Мелорский.

— Он не знает слова «невозможно», — грустно заметила Алиана. — А если учитывать его предыдущую славу и влияние, если принять во внимание рейд рейнджеров на Ритум и освобождение Шатора Литийского, то можно сделать вывод о том, что такой зять крайне необходим вам, ваше величество. Именно поэтому вы и освободили меня от клятвы.

— Ты права, — невозмутимо ответил король, — если бы Влад был никем, то я бы даже не рассматривал подобной возможности. Мы служим своей стране, герцогиня, а не своему сердцу. А теперь я скажу тебе правду, дочка. Решение освободить тебя от клятвы я принял давно — еще до рейда Далва на Ритум, до баллады о дружбе, до оказания твоим мужем помощи султану Рашиду. Ты ведь все-таки моя дочь, и я переживаю за тебя. Я решил избавить тебя от клятвы после твоего грустного возвращения из графства Артуа. Алиана, будешь и дальше вести себя как бука? Нет, тогда я продолжу. Тебе стоит поехать не в Литию, а в Декару. Поговори с Чейтой Первой, она подруга Влада, она обязана ему своей жизнью и счастьем, она поможет тебе помириться с мужем.

— Граф, так как будет называться город, который вы планируете построить на побережье Пресного моря? — спросил Лонир.

М-да, кому что, а барону эл Эрме все о деньгах. Выездное заседание Совета баронов, проходящее в полном составе в Закрытом лесу, подходило к концу. Уже начало сползать с лиц благородных и клириков выражение крайнего изумления. Только Арна и проф ничему не удивлялись, слушая мой отчет о событиях в герцогстве Тария, — оно и понятно почему. Понятно, почему Лонир первым пришел в себя. Это же какие деньги можно получить! Мудрый граф не просто геройствовал, как придурковатые рыцари без страха и мозгов, граф — настоящий бизнесмен! Он не просто замочил кракена, он поставил его под свой полный контроль! В глазах Лонира безостановочно крутился шестизначный счетчик.

— Барон, я не граф, — устало произнес я, — называйте меня Владом, и все. А город-порт, утопающий в тенистых аллеях, раскинувшихся между изумительной красоты зданиями, город-порт, поражающий умы приезжих своими большими площадями, широкими улицами, серебристыми фонтанами и… Короче, самый прекрасный город на Арланде, этот город-чудо будет называться Накера.

Багряный свет заходящего Хиона залил нашу поляну. Накера. Шуршащий пожелтевшими листьями ветерок на мгновение стих. Накера. Грустная улыбка Арны. Накера. Вздох профа. Только они меня полностью поняли. Накера.

— Граф, все будет сделано, — склонил голову Лонир.