Газета имеет аналитический характер. Издавалась волхвом Велимиром (община "Коляда Вятичей") с 2003-2013 г. В газете отражены процессы, шедшие в родноверческом движении в течение десяти лет. Это единственная газета родноверческой направленности в Москве и Московской области. Газета имела раритетный тираж от 350 до 400 экземпляров. Малость тиража обусловлена тем, что газета продавалась с рук во время родноверческих праздников и митингов коммунистов в центре Москвы. Газета не сдавалась в ларьки по причине "одиозности" и "узкой специализации". В основном приобретали газету люди, интересующиеся родноверческим движением со стороны. При этом можно сказать, что газета рентабельна, хотя её распространение было и остаётся делом наиболее хлопотным. В настоящее время выпуск газеты продолжается.
Сейд – Озеро, вид на скалу Куйвы. Описание экспедиции "Коляды Вятичей" на следующей странице
7-ой международный научно-практический семинар, 7-11 июня 2012г. Н.Новгород:
Целью семинара была поставлена выработка единой платформы в возрождении корней и истоков духовной культуры Руси. Цель эта достигалась через знакомства, выступления и обмен культурными изысканиями представителей от Беларуси, России и Украины.
Надо сказать, что благое дело – продолжение семинара в России (доселе ряд лет он проходил в Белоруссии), было крайне затруднено условиями организации дела. Из объективных причин неудачи можно назвать: 1. Время семинара пришлось на время сдачи экзаменов студентами. 2. Сама деревня Шильниково, где проходил семинар, оказалась никому не известным населённым пунктом, куда многие просто не решились ехать.
Третьей причиной неудачи было появление на семинаре деструктивных сил от т.н. "Республики Русь". Эти самозваные лидеры непризнанной республики приехали на семинар, чтобы убедить участников войти в создаваемое ими государство и получить их паспорта. Ради этого "республиканцы" нагнетали эмоции и создавали паническое состояние перед грядущей катастрофой русского мира.
"Республиканцы" заявляли, что "готовится прямая оккупация Родины", и русский народ имеет право не исполнять законы государства. "Знайте, если у Вас нет прав, то нет и никаких обязанностей исполнять навязанные законы и правила!", см. ://www.rr-rus.ru/
Чтобы отмежеваться от "республиканцев", семинару понадобилось утвердиться в положении, что собравшийся семинар решает этнические проблемы восточных славян, и не участвует в играх политического характера. Важно, что "республиканцы" сознательно приехали на Семинар в большом количестве для атаки. И они сразу не обозначили всех своих представителей для другой половины участников семинара, ничего не подозревавших.
Данный конкретный семинар, в силу многих причин организационного и политического характера, не выполнил своей задачи. Как ни странно, может быть, само это событие более важно для нас, чем если бы семинар оказался успешным.
Суть в том, что Семинар всегда рассматривает проблемы славянского мира с позиций "хозяина". Между тем, стоит посмотреть правде в глаза. Суть этой правды в том, что семинар представляет собою лишь малый сектор современного славянского сознания - в основном родноверие. Этот сектор сегодня наиважнейший, и именно он будет духовно вытягивать Россию и славянский мир вообще в ближайшей исторической перспективе. Однако, сами выступления родноверов и не родноверов, показали нам, что те и другие - люди очень разные, и между ними не оказывается духовного единства. "Республика Русь" убедительно показала, что достичь этого единства через политические технологии (безнравственные в своей сути) у нас не получается уже двадцать и более лет.
Перспектива дальнейшего развития русского язычества требует решения вопросов нравственного характера внутри языческого движения. Поэтому мы все должны начать работать над "Поконом родноверия": сойтись в круге этических и нравственных понятий, которые для славян во многом являются традиционными, но которыми пренебрегает современное общество.
Мы не сможем двигаться дальше, если не вернём в свою среду наши традиционные нравственные представления. Если родноверие сумеет организовать устойчивое нравственное ядро внутри славянского мира, то это будет убедительным знаком победы над мировым глобализмом. Это будет означать, что мы сможем устойчиво жить, сохраняя свои нравственные ценности, даже в условиях разлагающей рекламы и развращающегося общества. В результате этого, мы впитаем в себя все здоровые силы славянского мира.
"Коляда Вятичей" регулярно совершает экспедиции в удалённые районы России с целью поиска исторических артефактов, с целью богопознания и освоения мест древнего богопочитания. Ниже приводится описание такого путешествия Ариной Вестой. Текст дан в сокращении.
Наше путешествие на Кольский длиною всего в десять дней началось ещё в поезде, когда Велимир на глазах изумлённых проводников и ошарашенной охраны вырезал свой «зрячий посох». Оказалось, что в глубину Лапландии нас поведёт образ шаманки: раскосый взгляд, полные губы, лик в сложных переплетеньях растительного узора. К моменту высадки из поезда резьба была завершена. У Гены был его верный «посох-лапа», который много лет водит его по Земле.
Мы высадились из поезда на второй день пути, утром 7 августа. Погода в окрестностях Оленегорска оказалась холодная и пасмурная, краски серы, а люди одеты тепло и по северному надёжно. Мы взяли билеты до Ревды, где была намечена встреча с местным журналистом, он даже собирался взять у нас интервью на высотке Алуайф – Шаманской горе, сакральной точке Хибин.
Ревда – городок маленький, здесь все другу друга знают и забулдыга, ехавший с нами в автобусе довёл нас до названного адреса, оказывается он сам живёт в этом доме этажом выше, но никакого Вадима не знает. Дом старый, полуразрушенный, нежилого вида. Вскоре появился и Вадим, молодой человек: интеллигентный, тонкий, быстрый в движениях. Позднее мы узнали, что он визуальный антрополог получивший образование в Швеции, учился и в Питере, знает горное дело, заведовал местным краеведческим музеем, и написал в свои весьма молодые годы множество книг по истории края. Квартира его друга в данное время пустует. Нет горячей воды, да и холодная идёт едва-едва.
Выпив чаю, мы в сопровождении Вадима и его лайки по кличке Суслик идём в краеведческий музей города Ревды. Говоря о музее, Вадим оживает. Глаза загораются. Мы проходим мимо военной реликвии - самолёта «Харрикейн», установленного на постаменте. Музей нас согрел, да и история края оказалась живой интересной. Коллекция минералов, этнография, история строек и Гулага, военные годы, советский быт и быт саамов, полярные петроглифы, для коих выделен отдельный зал. В музее мы купили книгу Иоанна Шеффера «Лаппония»: Легенды и мифы древней Лапландии, изданную более четырехсот лет назад в Швеции и впервые переведённую на русский язык. В книге содержится подробнейшее исследование язычества лопарей. Эти свидетельства опрокидывает многие современные мифы, например о матриархате у саамов. Женщины не допускались не только к камланию, но даже к священным предметам. Или миф о предоставлении собственной жены ради обычаев гостеприимства. Судя по описанию нравов саамские мужчины были ревнивы, как северные мавры, и за один косой взгляд могли сурово покарать жену.
Ближе к вечеру выходим на гору Алуайв. Велимир берет бубён, он впервые будет камлать в тундре, где он был пять лет тому назад в обширном походе по Хибинам.
Мы идём в гору очень быстро, понимая, что это необходимая тренировка перед будущими нагрузками в походе. В Лесу, переходящем в горную тундру – великое множество грибов. Дождь усиливается, горы скрываются в тумане. Ветер пахнет снегом, настоящим снегом и это бодрит, точно на дворе ноябрь, и жаркое лето, которое нас обнимало ещё несколько часов назад, кажется далёким сном. Покатая спина Алуайва не позволяет заглянуть «в будущее», дождь, туман, но бубён все же звенит над священной горой шаманов. Во время камлания мы славим славянских Богов, но имена их чуждо звучат в тундре, где поют иные ветры и иные духи властвуют. Голос рвётся на ветру, шумит его плащ, бубён протяжно и глухо ноет, когда он говорит с духами о сокровенном.
Славления Земле, принимают чутко и благодарно. Это ощущается во всем.
Внезапно туман уходит клочками и мы видим далеко внизу наш городок, темно-зелёный еловый бархат и сине-фиолетовые горы на горизонте. Но тут звучит приказ Велимира оставить торный путь и шагать по камням и мхам. Мох мокрый от дождя и мы сразу вымокаем выше щиколотки. Тундровые мхи вызывают восторг яркостью оттенков и самых неожиданных красок. Такого как на Шаманской горе мы после нигде не видели.
Дождь снова усиливается. Но ледяной ветер не останавливает нас, мы переходим ручей прыгая по скользким камням, иногда наступая в бурную упругую воду, с начала страшно, потом – ничего… И сразу штурмуем гору по высоким полуотвесным склонам- ступеням из чёрных камней. Здесь на севере долго не темнеет, и даже ночью продолжается полярный день. Вымокшие до нитки мы возвращаемся в Ревду, с нами сумка грибов – не тех, что расцвечивают шаманские сны, а самых простых «подберезничков» и «красноголовиков».
Обувь сушим на плите, готовим поздний ужин. На огонёк приходит Вадим и его друг геолог, красивый русобородый парень с тонким девичьим румянцем. Наш сверхскромный трезвый ужин, похоже, их удивляет, ведь москвичи же, и они скоро уходят, пообещав нам наутро экскурсию в «чум для туристов» и проход по «циркам» в поисках камней. Осталось впечатление, то мы чем-то разочаровали нашего безупречного хозяина, да пребудут с ним Боги и Духи…
ДЕНЬ ВТОРОЙ, САМЫЙ ДРАМАТИЧЕСКИЙ
Хмурое утро… Обувь не высохла: предусмотрительный Гена, следуя инструкциям МЧС, выключил на ночь газовую горелку. За окном - холод и дождь, ровно в десять как договаривались, приходит Вадим, но от затеи с чумом ничего не остаётся. Разговор мягко переходит на управляемые сновидения, помогающие совершать духовные путешествия и на прочие разновидности билетов в мир иллюзий.
Мы прощаемся с Вадимом и покупаем у него его великолепную книгу о петроглифах «Рисунки Канозера». Как опытный проводник, он предупреждает нас, что мост, по которому мы планируем перейти бурную Реку Сергивань, окончательно разрушен, и выражает сомнение, в проходимости этого пути. Но нас уже не остановить.
Под дождём ждём автобус, бегаем за окончательными закупками. В какой-то момент выясняется, что Велимир повредил ногу на вчерашнем марш-броске, колено болит, нуждается в смазывании и перевязке. Рюкзак у него неподъёмный, на плече большой бубён в чёрном чехле, а вся наша троица выглядит весьма колоритно даже ко всему привыкшей Ревде.
Арина и Гена переправляются через реку.
Ловозёрские тундры имеют высоту порядка 500 метров. Это мир камня и мха. Здесь только и делать, что молиться и стучать в бубен.
Камень с петроглифами из местного музея. На старых рисунках выбиты новые. В стране камней почему-то не нашлось для этого второго камня(?). Под камнем стоит плошка, туристы бросают в неё монеты. По сути, это языческое пожертвование гиперборейской святыне
Выложенный Ариной сейд «Коляды Вятичей» над оз. Светлым.
Часовым автобусом мы едем в Ловозеро – столицу саамов, в надежде встретить кого-нибудь из действующих шаманов и порвать, наконец, со всякой цивилизацией.
В музее саамской культуры в Ловозере мы чуть отогрелись, и с интересом осмотрели экспозицию, посвящённых быту малых народов – саами и коми. Музей замечательный, яркий, богатый на этнографические редкости. Удивило, что под каждой фотографией эпохи великих строек, войны или мирного труда стоит надпись «саами», «коми», «русский» или «украинец». Вадим уже предупредил нас, что нет мира под местными пихтами. В Ловозере враждуют целые родовые и национальные кланы. Об остроте национальной проблемы нам говорит и единственная лопарская шаманка Лариса. Встречи с нею в местном доме культуре добился Велимир. Это симпатичная, современно мыслящая женщина, депутат, автор книг, участница культурных проектов. Велимир вспоминает, как был очарован её пением в местном экзотическом чуме, и дарит ей газету «Дерево Жизни», она тоже вспоминает эту встречу пятилетней давности и рада новой встрече. Узнав, что мы идём к Сейде, она дарит нам обереги, сделанные ею к саамскому празднику: мужчинам – подвески на посохи, мне красивый браслет из оленьей кожи, а я в ответ - свою книгу «Сакральные коды русских сказок», ведь Лариса также пишет сказки.
Городская столовая, славящаяся гостеприимством и ценами, к этому часу уже была закрыта. Мы выходим на маршрут натощак. Великолепное тундровое болото, покрытое ягодами, прошитое ручьями, с бездонными чарусами раскинулось перед нами. Мне и Геннадию идти по нему вольготно, на нас – высокие болотные сапоги. Велимир идёт в ботинках, которые потом меняет на сухие, но среди мокрой травы и мха это условное понятие. Болото мы простегали наугад и вот наконец мы на тропе. В чаще Леса мы встречаем таинственную красавицу местного коми-типа, точно это не женщина, а дух.
И вот в конце долгой тропы выходим к старым проводам и поваленным столбам, и по ним - к низкому, пологому берегу Сергивани. Перейти её вброд в этом месте – не реально, Воды по грудь и выше, унесёт вместе с вещами. Поздним вечером с тяжеленными рюкзаками за плечами мы упорно ищем тропу к переправе, много раз пробегая взад и вперёд основную тропу и исследуя все её отростки. Тропа так и не найдена и мы в самом отчаянном настроении останавливаемся на ночлег прямо посреди лесной дороги, вокруг мокрые мхи, а здесь хотя бы твёрдо...
Утром все ещё дождит, вдали ревёт поток воды. Прощаюсь с местом, отхожу в строну метров на тридцать-пятьдесят и нахожу плотную, ещё не обследованную нами тропу. Идём. С каждым поворотом она становится все живописнее и вскоре мы на высоком берегу, кругом сосны и гигантские валуны, а метрах в ста – разрушенный мост с остатками двух тросов над ревущей Рекой, с порогами и глыбами поперёк течения. Пройти на другой берег с рюкзаками – сложная задача. Ведь тросы укреплены кое-как и расходятся в стороны, а навыков такой переправы у нас нет. Настоящая канатная дорога...
Ближе к обеду мы выходим к горному озеру Светлому – к ясному зеркалу в ущелье между двух поднебесных громад, по-лопарски его имя - Пальга. Пальга – это полярный голец, единственная рыбка, которая водится в его студёной чистой Воде. Озеро это с явно выраженной женской энергией. На берегу – следы обрядов – кромлехи из крупных камней, но люди здесь бывают редко. Велимир уходит резко вверх по склону, оказывается где-то здесь он пять лет назад набрёл на загадочную избушку местного фотохудожника В. Кузнецова.*
БРОСОК К СЕЙДЕ
К утру следующего дня выходим поздно, Гена вырезает мне посох, которого у меня не было до этого дня, и по скалам я прыгала без палки.
Из впечатлений этого дня – сложной показалась переправа через Реку Светлую, вброд, цепляясь посохами, поток настолько силён, что грозит сбить даже человека с тяжёлым рюкзаком. Вода доходит до края бахил, но не переливается внутрь, и ноги сухи. Мы идём дальше, видим волшебной красоты мощный водопад, бегущий со снежников, и поднимаемся резко вверх по крутому склону, поросшему пышным мхом, травой и берёзами. Этот крутой подъем с непривычки труден, но одолим. Впереди – высокогорное плато. Палит Солнце. Дует упругий ветер. Вокруг необозримый пустой простор, ориентирами служат только горы и оставшееся далеко внизу озеро, но и оно исчезает при подъёме выше. Каменистые россыпи перемежаются с ровными мхами, мы встречаем сейд и чистим его от битых стёкол. Гена находит поющий родник. Он издаёт звуки горлового шаманского пения, булькающие вибрации, очень громкие и музыкальные. По берегу горной Реки поднимаемся вверх. У Воды я вижу сброшенный рог оленихи-важенки, и беру его с собой : «..здесь олень бродит замшевый…» Мечта найти рог северного оленя - детская, наивная осуществилась сразу после безмолвного славления Матери-Тундры.
Под палящим Солнцем, в постоянном подъёме тяжесть похода становится ощутимой, а впереди плато Чёрных Камней – лунный пейзаж, безводная пустыня.
СТРАНА КАМНЕЙ
Несколько часов мы движемся по Стране Камней – огромных чёрных обломков с острыми выступающими гранями. Они очень велики, и прыгать по ним бывает сложно, иногда глыба весом в несколько центнеров начинает качаться или даже вращаться на месте. Риск упасть и покалечиться очень велик, но нас ведут духи, с нами наши обереги и благополучно прыгая с Камня на Камень, мы добираемся до центра плато. И вот по-над чёрной пустыней начинает понемногу вырастать волшебный пейзаж – сине-зелёный, манящий, как долина грёз. Эта благословенная страна за пустыней Мары и есть Сейд-озеро. Поверьте, стоило подойти с великими трудами и опасностями именно с этой стороны, чтобы увидеть его как мираж с высоты птичьего полёта.
Правее, к центру плато мы видим некое деяние рук человеческих и издалека принимаем их за сейды. Подойдя ближе мы видим гигантскую мандалу-лабиринт, молельню под открытым Небом. Из громоздких чёрных плит выложен круг и лучи, стоит алтарь, чёрные тибетские зеркала из камней, там же установлены деревянные скрижали с заповедями любви к Богу, Земле и к людям.
Оказывается, церковь Муна руками своих весьма мощных адептов сделала эту молельню, обозреть которую можно только с вертолёта или из космоса. Рядом с ней есть настоящий сейд, именно в нем чувствуется древняя жизнь, ей мы и приносим требы. На плато Гена находит бирюзовый кристалл амазонита, потом нам объясняют, что его притащил сюда ледник с ещё более северных широт.
Покинув базальтовое святилище, мы идём прямиком к долине Сейд-озера, но спуск занимает ещё несколько часов.
Около полуночи, «немного усталые» мы выходим к Воде Сейды, и останавливаемся вблизи родника. Помня все заветы шаманки, мы пока даже не подходим к святым Водам, а смотрим сквозь деревья, отложив эту встречу и обряд на утро. Мы так устали, что раскладывать костёр начинаем не сразу, а греем на газовой горелке чашки с чаем. Но главное с нами: Сейда приняла нас! ПОХОД к СКАЛЕ КУЙВЫ
Рано утром нас будит сияющее солнце, усталости от перехода не остаётся и следа, и мы по-одиночке идём к озеру. На Небе – Луна и Солнце, озеро сияет, веет вольный радостный ветер, горы смотрят ласково, но встреча и разговор со святой Водой у каждого - свой. Стоя босыми ногами на Камне и чувствуя обнажённой кожей солнечные и лунные лучи, дуновение снежников и мягкое касание лапы Матери-Ели, говорю озеру заветное, издалека принесённое в чаше сердца.
Убрав палатки и спрятав рюкзаки, мы налегке идём по туристической тропе к скале Куйвы. Нога у Велимира болит колено, и он перевязывает её моим алым шарфом, что выглядит почти мистическим знаком. Мы шутим про хромого шамана, ставшего легендой здешних мест. Повсюду встречаем оборудованные и по-своему живописные биваки и даже деревянного идола, изваянного неизвестным умельцем. У идола киноварный коловрат на груди, а во рту – конфеты и печенье.
На берегу мы видим много мёртвой рыбы – крупный хариус лежит вдоль кромки прибоя.. Такой мор случается здесь, когда из илистых глубин озера выходит скопившийся газ. Мёртвой рыбы становится всё больше, и это истолковывается нами, как знак беды. Если бы утром увидели это, то не смогли бы так радостно и откровенно общаться с озером. Но оно, как человек, сумело спрятать свою боль.
Все ближе и ближе скала Куйвы, все выше изображение великана, распростёртого на вертикальном горном срезе.
У его ног на естественном алтаре, где пять лет назад Велимир поставил сейд (описание путешествия в ДЖ №30), и проходит камлание. Ему предшествует краткое обращение к духам-хранителям места.
Сила этого места ощутима, речь Велимир звучна, благородна, и полна настоящего чувства. В своей шаманской песне он восхваляет явленное божество, рассказывает о его подвигах и о том, чего мы желали бы достичь, какие дары получить, какими знаниями овладеть. Он рисует картины прошлого, когда лопари на многих лодьях заходили в Сейд-озеро и плыли к Куйве на поклонение, как устраивали священный лов в озере и женщины одаривали украшениями его легендарных дочерей, их изображения есть на скалах.
В заключение проводится наречение имени, приносятся дары сейду. Исполнен подвиг при наречении – пройти босиком по острым граням скал и взобраться на высокий Камень. Клятва принесена, мы понимаем, что врата общения медленно закрываются, и мы уходим. Обратный путь труден и долог, темнеет от туч, погода портится от лучезарного утра не остаётся и следа. Я иду чуть впереди и нахожу подземный ход, забираюсь в него, но уходя под Землю, он быстро сужается. Пробу петь, - голос из под земли не слышен. Мои спутники начинают искать и звать: появляюсь прямо из -под Земли, то по их словам это выглядит жутковато, когда из замшелого камня тянутся руки, а потом возникает сам человек. Нора сырая и вся спина оказывается в глине, но оно того стоило. В сумерках звучит русская песня, её благосклонно слушают местные духи, наверное они уже наслышались туристических баллад. В иных местах, песни были невозможны. Вечером нам пришлось испытать действенность запретов шаманки Ларисы. Они действительно «работают».
МИФ О ГИПЕРБОРЕЕ О Гиперборее, которую здесь в двадцатых годах прошлого века искал мистик и чекист Владимир Барченко,можно сказать следующее: по всей видимости возвращаться с пустыми руками для Барченко было «смерти подобно» и он максимально наполнил жизнью чекистскую легенду. Советский Северно-Гиперборейский миф должен был противостоять «западному» Атлантическо-Лемурийскому. Поэтому Барченко сначала «нашёл», а потом собственноручно «взорвал подземный ход». Как очевидцы мы можем сказать, что плиты правильной формы, пирамиды и колонны попадаются здесь повсеместно. Камни с загадочными надписями, рунами и знаками лежат прямо на горной тропе. Место это наделено подлинной силой и Природным разумом, а великая пра-цивилизация по-прежнему посылает нам свои лучи сквозь время и ледовые пространства.
ВПЕРЕДИ ЛОВОЗЕРО
Весь следующий день мы шли живописными тропами к восточному берегу озера, купались в горных ручьях, переходили по брёвнам горные речки, ели морошку, собирали камушки на память, и на закате вышли к избушке егеря... К моменту встречи с егерем у нас сложился план проплыть по Ловозеру обратно, в столицу лопарей, это километров сорок по воде. Егерь заверил нас, что ждать лодки оттуда самое большое – неделю, а так дня два-три. Для того чтобы позвонить в Ловозеро посоветовал взобраться на вершину горы, откуда посёлок уже виден в хорошую погоду. На наш вопрос о Гиперборее, в сердцах выругал Дёмина- её «первооткрывателя», заявил, что саамская писательница Большакова здесь была один раз и никакая она не саамка, у неё отец русский и вообще нам, русским, не понять тонкую душу саами...За круглую сумму в пять тысяч он переправил нас троих с рюкзаками в Ловозеро на двух моторках.
ВСТРЕЧА С КУЗНЕЦОВЫМ
В Ловозере Велимир разыскал-таки фотокора Владимира Кузнецова, и в его лице был обнаружен настоящий "цвет местной инетллигенции". Мы долго разговаривали с ним на ступенях дома культуры. Человек он оказался удивительный, знаток петроглифов (часть которых им же и открыта) и местной Природы. Он не сомневается в существовании древней высокоразвитой северной пракультуры, характеризует этапы её эволюции. Петроглифы и лабиринты называет наследием переходной ступени от высокоразвитых пращуров человечества к местным народам. Возможно именно от них в крови каждого саами – живёт колдовской дар.
Мысль о Гиперборее, не той официозной «деминской», а подлинной зажигает его изнутри. Он рассказал о неком Феодорите епископе Пределов Гиперборейских, времён первых Романовых или чуть раньше. То есть мы, стоя на ступенях Ловозерского дома культуры, пребываем в самой настоящей Гиперборее...
Арина Веста
Издаётся славянской языческой общиной
«Коляда Вятичей», тираж 350 экз.
Адрес газеты: nsperanskii@yandex.ru Форум:
http://forum.samoteka.su/