Широко известно, какие возможности открылись для кораблестроения с изобретением паруса, использованием в качестве двигателя паровой машины, турбины, применением аккумуляторов. Но значение внедрения в подводном кораблестроении атомной энергии даже со всем этим несравнимо. Субмарины из ныряющих боевых сооружений сразу же превратились в истинных повелителей глубин, способных обойти под водой вокруг земного шара без всплытия. Обнаруживать и бороться с атомным подводным кораблем существующими в те годы средствами не было возможности.

Первыми построили “Наутилус” американцы, рекламируя в печати его непревзойдённые качества. При существовавшем в то время противоборстве двух ядерных держав для СССР создать аналогичное оружие стало делом не просто престижа: стратегически важная арктическая трасса бралась США под контроль, а ПЛАРБы могли беспрепятственно из этих районов наносить удары по нашей территории. Работа по созданию отечественной атомной подводной лодки протекала в обстановке секретности и вначале даже без привлечения специалистов ВМФ. Первый вариант предусматривал создание корабля на базе дизельных лодок проекта 611, с тем же составом оборудования, с энергетикой на постоянном токе.

Баллистических или крылатых ракет корабельного базирования тогда ещё не было, поэтому поначалу предусматривалось вооружить лодку огромной торпедой с термоядерным зарядом, для поражения морских баз противника. Поскольку оттягивать закладку качественно новых кораблей было нельзя, по утвержденному техпроекту в Молотовске (с 1957 года- Северодвинск) заложили головную подводную лодку проекта 627. В ходе строительства в проект были внесены изменения и корабль стал торпедным. В отличие от американцев, рассматривавших “Наутилус” лишь в качестве обьекта для дальнейшего выбивания средств на развитие подводного флота и стенда для наработки опыта, в СССР решили делать сразу полноценный боевой корабль.

С позиций сегодняшнего дня можно очень сильно “раздолбать” паровоз Черепановых или первый “Форд”, например. Только никому это в голову не приходит, а вот в период перестройки нашим первенцам атомного флота здорово досталось. “Плавучая атомная бомба на взводе”- едва ли не самая мягкая характеристика, которой их награждали. Сейчас страсти улеглись и стало понятно, что проект 627 позволил проложить дорогу атому на флот, накопить бесценный опыт проектирования и постройки весьма сложных во всех отношениях кораблей, приучить людей к их эксплуатации и поэтому всё то, что тогда происходило, иначе, как подвигом, не назовёшь. Обязательно нужно помнить о том опыте, который был получен не только большими интеллектуальными, трудовыми и материальными затратами, но и жизнями моряков- подводников.

Кстати будет сказать, американский первенец являлся не только внешне менее элегантным, но и более худшим сооружением, нежели наши. “Наутилус” был, помимо заниженных боевых качеств, более шумным, его реактор требовал частых и несравнимо длительных по времени перезарядок, экипажи постоянно (хотя и не смертельными дозами) облучались, было и несколько аварий, в том числе и со столкновениями. Вторая лодка- “Сивулф” была таким же неудачным стендом для жидкометаллического реактора: в общем, американцы, хотя и обогнали нас по срокам, копили опыт проектирования и эксплуатации намного дольше, что позволило нам уже в 60-х годах по количеству атомных лодок обогнать США. Что-то не встречается в американской прессе резкой критики своих первых атомных кораблей: они понимают, в какое время, как и для чего эти лодки строились.

Возможно, серия лодок проекта 627 была чуть больше, чем нужно- 13, многие говорят, что хватило бы 6–7 единиц. Но зато к моменту вступления в строй атомных торпедо- и ракетоносцев второго поколения была создана необходимая в новом деле инфраструктура, среди советских военных моряков был сформирован целый отряд высококлассных специалистов, в совершенстве овладевших атомной энергией, тактикой применения новых кораблей. О первом поколении подводных лодок рассказано достаточно много, о втором поколении, к которым принадлежит многочисленная серия (48 единиц) проекта 671- практически ничего.

Первая информация о подводных лодках класса “ VICTOR” в справочнике “Джена” за 1972 год. Данные весьма приблизительны, но сообщения о количестве достаточно точны.

Когда в начале 70-х годов в отечественной прессе появились снимки атомохода “50 лет СССР”, все были поражены стремительным, броским и внушительным “хвостатым” обликом нашей новой лодки. Именно с их появлением американцы были вынуждены отказаться от противолодочных групп, противолодочных авианосцев и приступить к созданию глобальной океанской системы освещения подводной обстановки. Одновременно на длительный срок прекратилось регулярное патрулирование ПЛАРБ США в приполюсных районах- то есть с позиций гонки вооружений затраты на создание 671 проекта были вполне оправданы.

Известно, что подводники НАТО, помимо “Victor-class” дали этим лодкам звучное прозвище “Черный принц”, иностранные справочники всегда уделяли им большое внимание. Попытаемся и мы теперь в меру сил рассказать об этих таинственных, красивых, элегантных и мощных кораблях.

Если подводную лодку проекта 627 проектировали с оглядкой на дизельные корабли и скудные публикации американцев, то второе поколение создавалось уже в основном с учетом собственного приобретенного опыта, без прототипа. Правда, два момента оказали воздействие на выбор внешнего облика будущей лодки- постройка в Америке опытной субмарины “Альбакор” с каплеобразным корпусом и полный переход на применение в США одновальной схемы. Поневоле сознаешь, насколько в неравных условиях находились наши и “их” конструкторы: если американцы могут заказать электродвигатели и оптику в Германии, системы обеспечения стрельбы в Швеции, радиоэлектронные устройства в Японии, то наши изначально ориентированы только на отечественное оборудование, выбор которого невелик, а характеристики не во всем отвечают нужным требованиям. Становится понятно, какими усилиями дались достигнутые в СССР успехи подводного кораблестроения.

К моменту сдачи первой атомной подводной лодки К-3 в 1959 году уже были готовы и проходили утверждение “Правила проектирования подводных лодок”, которые в немалой степени были привязаны к проекту 627. В них, к примеру, в категоричной форме предписывалось использование дублированной двухвальной схемы ГЭУ. Считалось, что эксплуатационное или боевое повреждение единственного гребного винта поставит отечественную лодку в катастрофическое положение подо льдами Арктики или в отдаленных районах патрулирования. Что написано пером, трудно вырубать топором, но тем не менее, в КБ- проектанте (СКБ-143, затем ЛПМБ, а после обьединения в 1974 г. с ЦКБ 16- СПМБМ “Малахит”) уже ушли далеко вперед и все проработки лодок второго поколения велись не благодаря, а вопреки этим правилам.

Черты новой лодки определялись уже не сроками и необходимостью, а опытом и возможностями, которые давало кораблю использование атомной энергии, в значительно более широких диапазонах, нежели в проекте 627.

Одним из инициаторов новых проработок стал ведущий конструктор А. Б. Петров, которому руководство СКБ в лице начальника В.Н. Перегудова распорядилось выделить специальное время для этих работ. В 1958 году создатель первых атомоходов В.Н. Перегудов ушел по состоянию здоровья на пенсию и умер в сентябре 1967 года, едва переступив 65- летний рубеж.

Зато чуть позже “генератор идей”, А.Б. Петров, приступил к проработке проекта 705- скоростной автоматизированной лодки с титановым корпусом, жидкометаллическими реакторами и многими другими новшествами, намного опередившими время. Обликом же ПЛА ближайшего будущего занялся вновь назначенный начальник проектного отдела СКБ-143 Г. Я. Светаев. Постепенно идеи приобретали реальные черты, получали одобрение и конкретную поддержку в виде привлечения к работам более широкого круга специалистов.

Надо отметить, что Светаев был одним из ведущих специалистов родственных ЦКБ-18 (с 1966 г. ЦКБ “Рубин”), ЦКБ-112 (ныне ЦКБ “Лазурит”), довелось ему работать и в особом КБ, созданном при НКВД. После возвращения из заключения оттуда он и занялся оформлением инициативного технического предложения новой подводной лодки для представления Госкомитету по судостроению, тем более, что он был так же, как и Петров, поборником новых подходов, в том числе одновальной и однокорпусной схемы.

В мае 1958 года новый начальник СКБ-143 В.И. Дубовиченко распорядился оформить накопившиеся идеи и проработки в инициативное техническое предложение для официального представления его Госкомитету по судостроению. Предлагаемый проект не только нарушал правила проектирования, но и выглядел чрезвычайно смело для того времени: один реактор, одна турбина, один вал, прочный цилиндрический корпус одного диаметра, легкая надстройка коробчатого сечения и легкий корпус с цистернами в оконечностях. Основное вооружение- торпедные аппараты.

Вместо рассмотрения отдельного проекта Госкомитет обьявил конкурс между КБ на создание лодок второго поколения, а по постановлению ЦК КПСС и СМ СССР от 28 августа для них началось проектирование паропроизводящих установок. Имевшиеся наработки в СКБ-143 позволили в кратчайший срок выдать технические предложения по торпедной лодке (проект 671) и ракетной лодке с комплексом Д-5 на её базе (проект 639). Здесь были кардинально изменены характеристики корабля: увеличивался диаметр прочного корпуса, обводы становились каплеобразными, применялись повышенные параметры системы воздуха высокого давления из-за возрастания глубины погружения, переменный трехфазный ток, одновальная установка, надводная непотопляемость не нормировалась (то есть требование о сохранении плавучести при одном затопленном отсеке отбрасывалось). Впрочем, проработаны были оба варианта- с одноотсечной непотопляемостью (где в связи с ограничением длин отсеков и повышением их числа хуже компоновалось оборудование и поэтому вырастало водоизмещение) и с необеспеченной надводной непотопляемостью. Опасность во втором случае состояла в том, что при затоплении кормового отсека с малым запасом плавучести лодка может потерять продольную остойчивость и моментально провалиться кормой вниз. Пример- гибель впоследствии однокорпусных американских субмарин с малым запасом плавучести: они тонули, как топоры.

Этого опасались и у нас, поэтому поначалу такие предложения у Госкомитета поддержки не получили, так как представлялось логичным продолжать строить лодки по типу первого поколения, постепенно внося в них улучшения. Такого же мнения был и Главком ВМФ С.Г. Горшков. Но появившиеся новые образцы оборудования и вооружения, а также поток замечаний по эксплуатации проекта 627 и предложения, шедшие с флотов, заставили взглянуть на проблемы шире и согласиться с проектантом.

Во- первых, при навигационных авариях повреждение прочного корпуса, изготовленного из сталей новых типов, представлялось маловероятным. Во-вторых, при воздействии современного мощного оружия (особенно атомного) трудно предположить, что повреждения приведут к затоплению лишь одного отсека, а не к общему разрушению прочного корпуса. В третьих, надводная непотопляемость практически не обеспечивает безопасность лодки в подводном положении, где главную роль играют обьёмы цистерн и воздуха.

После определенных проработок 3 ноября 1959 года было утверждено тактико- техническое задание для СКБ-143 на проектирование атомной торпедной подводной лодки проекта 671 (шифр “Ерш”). При этом последняя должна была иметь нормальное водоизмещение 2000 т, мощную гидроакустику, глубину погружения не менее 300 метров. Лодка была предназначена для борьбы с подводными ракетоносцами противника на позициях вероятного пуска ими ракет, для борьбы с любыми другими подводными лодками и надводными кораблями, развернутыми на рубежах ПЛО, а также прикрытия своих конвоев и соединений кораблей от ударов ПЛ противника. При докладе Главкому было абсолютно аргументированно доказано, что только “необеспеченная” надводная непотопляемость и одновальная схема обеспечивают наименьшую шумность, наименьшее водоизмещение и выигрыш в скорости при той же мощности. Возможность передвижения лодки при повреждении винта обеспечивалась двумя малыми вспомогательными двигателями. Докладывал главный наблюдающий от ВМФ капитан 2 ранга В.И. Новиков. Когда и Госкомитет по судостроению высказался “за”, брешь в вопросе была пробита и проекту дали “зеленую улицу”.

Главным конструктором нового проекта был назначен Г.Н. Чернышев, ранее занимавшийся лодкой с парогазовой установкой (пр. 617), затем проектами 627, 639 и 645, поисковыми разработками. Окончив в 1942 году кораблестроительный институт, Георгий Николаевич принял участие в боях с немцами на Юго-Западном фронте, после демобилизации в 1943 году начал работу в ЦКБ-18 конструктором- механиком. В 1948 году его переводят в СКБ-143, через пять лет назначают заместителем начальника отдела, а с 1959 года он становится главным конструктором нового проекта 671. Эскизный проект был выполнен в марте 1960 года, а технический- уже в декабре. Активное участие принимали в создании корабля заместители главного конструктора А.И. Колосов (получивший за эту работу орден Ленина), Л.А. Самаркин, главный инженер Б.К. Разлетов, начальники отделов А.А. Тюриков, В.А. Собакин, Л.А. Подвязников и другие.

Позднее, в 1970 году, Г.Н. Чернышев удостоился звания Героя Социалистического труда, с 1974 по 1986 годы был начальником СПМБМ “Малахит”, с 1986 года- Генеральным конструктором, ему присваивались звания доктора технических наук, Заслуженного конструктора Российской федерации, почетного академика, лауреата Государственных премий. Умер Г.Н. Чернышев 23 июля 1997 года, в возрасте 78 лет…

При решении принципиальных технических вопросов в проекте 671 было принято несколько эффективных целенаправленных решений, ставших классическими в дальнейшем. Так, удачная компоновка позволила разместить в одном турбинном отсеке турбозубчатый агрегат и автономные турбогенераторы с обеспечивающими системами (на первом поколении лодок они были навешанными на ГТЗА, что ставило в зависимость электроэнергетическую систему от режимов работы турбин, а турбины на первых лодках занимали два отсека). Всё это вместе с поперечным расположением реакторов уменьшило относительную длину корпуса, а значит, водоизмещение и величину смоченной поверхности, что увеличивало пропульсивные качества корабля и снижало гидродинамическое сопротивление. Относительное укорочение корпуса улучшило маневренные качества корабля, а безопасные дифференты в несколько раз превысили допустимые для первых атомных лодок.

Решено было также вернуться к “устаревшей”, ещё довоенной кингстонной системе в балластных цистернах, более надёжной, нежели шпигатная (которая допускает проникновение воды в цистерны в надводном положении). Помимо действительно большей надёжности, дававшей уверенность в расчётах элементов посадки аварийного корабля в условиях даже большого волнения, требования заказчика удовлетворялись при значительно меньших обьё- мах цистерн главного балласта и запасе воздуха высокого давления, что опять же дало выигрыш в водоизмещении. Отечественный трагический опыт показал в дальнейшем правильность этих решений: все затонувшие советские лодки были с обеспеченной одноотсечной непотопляемостью (что только продляло агонию корабля) и шпигатными цистернами, конструкция которых была взята от немецких лодок времен войны.

Следующий серьёзный вопрос- мощность и компоновка АЭУ. Опыт эксплуатации реакторов к тому времени ещё не давал однозначного ответа о надежности и применение однореакторной установки без возможности дублирования представлялось преждевременным. Кроме этого, в КБ имелись идеи по использованию типового энергетического отсека для разных классов лодок (ракетной, с усиленным торпедным вооружением и т. д.) и нужны были запасы мощности на последующие возможные модернизации. В результате была создана компактная паропроизводящая установка с высокими удельными показателями, втрое превышающими общий энергозапас лодок предыдущего типа. Для неё был создан уникальный бак железоводной защиты, он же и фундамент для монтажа установки.

Исходя из опыта эксплуатации реакторов лодок первого поколения типа ВМ-А, где главные неприятности приносили протечки радиоактивной воды первого контура во второй, через трубки парогенераторов, а также протечки через арматуру в насосные, аппаратные и парогенераторные выгородки, для второго поколения была изменена компоновочная схема АЭУ. Она осталась петлевой, но обьёмы были уменьшены за счёт применения схем “труба в трубе”, навешивания насосов первого контура на парогенераторы, уменьшения количества трубопроводов большого диаметра основного оборудования.

Практически все трубопроводы первого контура “ушли” под биологическую защиту, существенно изменились системы контрольно- измерительных приборов и автоматики атомной установки. Увеличилось количество управляемых дистанционных клапанов, задвижек, заслонок и т. д.

И хотя до последнего времени подводные лодки проекта 671 избежали крупных аварий с энергоустановками, опыт эксплуатации АЭУ второго поколения показал, что остались нерешенными проблемы с аварийным расхолаживанием реактора при полном обесточивании корабля и предотвращением осушения активной зоны при разрыве первого контура.

Много проблем было с контролем процессов в реакторе, находящемся в подкритическом состоянии. В дальнейшем при модернизациях и ремонте устанавливалась дополнительно безламповая импульсная пусковая аппаратура. Повысилась надежность парогенераторов за счёт применения титановых теплообменных трубок, но при выгорании активной зоны на 30–35 % возникали проблемы с разгерметизацией оболочек тепловыделяющих элементов (ТВЭЛ), низкой реакцией аппаратуры, с возможностью её работы в режиме несанкционированного пуска и т. д. Основным достоинством внедренной на этих лодках системы автоматического регулирования АЭУ-ГТЗА являлась возможность одному оператору управлять оборотами турбины и мощностью реакторов при помощи минимального количества действий, а установка всережимных регуляторов давления и частоты вращения избавила от необходимости постоянного контроля за этими процессами, который велся на лодках первого поколения.

Важное значение имело решение вопроса повышения надежности основного оборудования. Был развернут комплекс работ и повышены требования к более чем 1000 наименованиям изделий, что позволило довести их ресурс до заводского ремонта в 50000 часов, а срок службы корабля довести до 10 лет (до капремонта). Эти мероприятия были вынужденными- ремонтная база не поспевала за бурным пополнением флота и “покупались” они недёшево- многие механизмы становились вместе с надежностью массивнее и обьёмнее.

Нужно сказать несколько слов ещё об одном конструктивном “крепком орешке”, где сплелся узел из главной линии гребного вала с тяжелым винтом, двух валов вспомогательных двигателей, пересекающих их осей приводов вертикальных и горизонтальных рулей. При этом логика требовала провести дополнительные конструктивные подкрепления на расчётные нагрузки от внешних взрывов. Конструкция была спроектирована настолько удачно, что в дальнейшем применялась на всех советских одновальных подводных лодках без особых улучшений. Кстати, увеличение размеров стабилизаторов потребовалось не сколько для улучшения управляемости, сколько для нейтрализации кренящего момента, который возникает при работе гребного винта на одновальных лодках и тем сильнее, чем меньше метацентрическая высота.

По взрывостойкости можно добавить, что в 1965 году на Ладожском озере состоялись испытания специального стенда проекта 1805, оснащенного атомным реактором, ППУ, циркуляционными трассами, образцами вооружения и радиотехническими средствами второго поколения. Был имитирован взрыв атомной бомбы на расстоянии 1700 метров, получены уникальные данные о фактической взрывостойкости всех устройств, кстати, находящейся на одном уровне с американскими…

Даже в специальных трудах по якорям ничего не упоминается об оригинальной конструкции “якорь-щит”, внедренной впервые на этом проекте: будучи выбранным, корабельный якорь закрывал здесь нишу легкого корпуса, ликвидируя вырез и восстанавливая обтекаемую форму в носовой части.

Классически и крайне компактно была размещена и антенна гидроакустической станции в сочетании с торпедными аппаратами. Правда, в дальнейшем много времени ушло на отработку их сопряжения, чтобы в моменты пуска торпед или старта ракет акустика не “глохла”, но выигрыш от этого расположения был очевиден. Дело в том, что поначалу предлагалось перенести торпедный отсек ближе к середине корабля, как на американском “Трешере”. Это могло дать резкое увеличение боезапаса и размещение в носу более мощной антенны. Но затем, когда выяснилось, что у американских лодок в момент торпедного залпа скорость должна составлять лишь 11 узлов (торпеды выходят под углом), а погрузку боезапаса можно производить только в специальном доке, однозначно этот вариант отбросили. Таким образом, наши лодки могли стрелять на полном ходу, в режиме “догона” и вести перезарядку в море (специальные корабли для этого строились). Весь процесс погрузки не требовал от команды опасной и тяжелой физической работы. Тяжелая торпеда опускалась краном на закрываемый щитами горизонтальный лоток, крепилась и затягивалась в отсек, транспортировалась по нему и опускалась гидроприводами на стеллажи.

Проблема шумности ещё не стояла так остро, как в конце 70-х годов, поэтому многим вещам просто не придали при проектировании значения. Всё-таки резко увеличивалась глубина погружения (глубже зоны действия оружия того времени), что к тому же снижало заметность, применялось противогидролокационное резиновое покрытие, сокращалось количество отверстий (шпигатов), акустическая заметность по сравнению с первыми нашими лодками снизилась на 10–11 децибел (это на порядок ниже!), а в целом физические поля по сравнению с первым поколением лодок уменьшились в пять раз. Вплотную вопросы снижения шумности встали позднее, когда в ответ американцами в океане была развернута глобальная система освещения подводной обстановки.

А теперь представьте себе, что проделав такой колоссальный обьём поисковой и проектной работы, найдя логичные и перспективные решения, конструкторы могли и не увидеть своего детища в металле. Предпосылки к этому были- начали строительством и разобрали на стапеле ракетную лодку на базе 627 проекта, порезали только что введенные в строй или достраивающиеся крейсера, флот с легкой руки Хрущева вообще рушили: кораблестроительная программа, утвержденная 24 декабря 1963 года, уже 10 августа следующего года была откорректирована. И вот на выставке перспективной морской техники в ЦНИИ имени Крылова сам Никита Сергеевич вдруг спрашивает с сомнением, стоит ли строить такие лодки, тратить государственные деньги.

Главный конструктор сумел так аргументировать свой доклад, что глава правительства согласился с целесообразностью строительства новых лодок. Было ещё несколько неприятных моментов, типа ходатайства в правительство руководства Ленинградского совнархоза об отказе от строительства атомных кораблей на Адмиралтейском заводе, но все это было преодолено поддержкой Главкома и принятым правительственным постановлением.

В 1960 году на Адмиралтейском заводе в Ленинграде началась подготовка производства к строительству атомных подводных лодок новой серии. Прочный корпус кораблей изготавливался из новой высокопрочной стали АК-29, что требовало исключительного качества сборочно- сварочных работ. В соответствии с постановлением ВСНХ СССР от 1963 года началась реконструкция цеха N 12- к трём существовавшим пролетам пристраивались ещё три новых: сборочно- сварочный (первый), стапельный (пятый) и спецпокрытий (шестой). Высота пятого пролета достигала 30 метров, в торце его строилась и углублялась яма для трансбордера, который перемещался по рельсовым путям. Реконструкция ещё продолжалась, поэтому головную лодку проекта 671 пришлось собирать в старом стапельном пролете, где возникли проблемы с загрузкой выдвижных устройств, так как не хватало высоты цеха и оборудования.

Также был организован участок по сборке и сварке надстроек из алюминиевого сплава, конструкций из нержавеющих и титановых сплавов.

Корпус лодки формировали из четырех блоков, а начиная с четвертого заказа, третий и четвертый блоки обьединялись в один. Готовую к спуску лодку постепенно (по мере компенсации веса) затягивали по насаленной дорожке на специально модернизированный док, который затем погружался, лодку на плаву буксировали к месту швартовных испытаний.

Физический пуск реакторов на головной К-38 был осуществлен в Ленинграде, в июле 1967 года закончились швартовные испытания, после чего лодку поставили в транспортный док и повели к месту ходовых испытаний на Белое море. Сдача проходила в Северодвинске, а принимал головной корабль экипаж под командованием капитана 2 ранга Е.Д. Чернова, впоследствии командующего 1 флотилией подводных лодок СФ, Героя Советского Союза. Уже в период испытаний новая лодка установила несколько рекордов: полной подводной скорости, глубины погружения и глубины использования оружия. Правительственная комиссия в приемном акте К-38 отметила, что “она является наиболее скоростной подводной лодкой ВМФ СССР, имеет высокие маневренные качества, большую глубину погружения… может использоваться в любых районах Мирового океана, в том числе подо льдами Северного Арктического бассейна, и является наиболее эффективным средством защиты нашего побережья”.

В дальнейшем адмиралтейцы строили примерно по две лодки этого типа в год. Строительный N 607 был разобран в процессе постройки для освобождения стапеля под другой заказ, хотя секции его в дальнейшем пошли “в дело”.

Именно за освоение строительства крупной серии атомных подводных лодок к 100- летию Ленина Адмиралтейский завод был награжден орденом Трудового Красного Знамени, многие участники создания кораблей также получили правительственные награды.

Здесь можно сделать небольшое “лирическое” отступление. Дело в том, что когда я в 1994 году готовил справочник по кораблям, то на боковом виде проекта 671 (в подводной части) пририсовал прямоугольник, нечто вроде приемника ГАС, которого на самом деле на этих лодках нет. Результат был таким: этот прямоугольник 1:1 вместе с общим видом был передран “Морским сборником”, “Беллуной”, Кузиным и Никольским, “Адмиралтейскими верфями”; американцы, переиздавая мой справочник, вынесли этот вид на обложку. “Кочует” мое предположение о том, что название “50 лет СССР” было присвоено головной лодке… Виноват, каюсь.

21 января 1969 года по правительственному постановлению проект 671 был официально принят на вооружение. Это двухкорпусная лодка с характерным для СКБ-143 ограждением рубки “лимузинного” типа и развитым кормовым оперением. Прочный корпус толщиной до 35 мм состоит из цилиндров различного диаметра, соединенных вставками конической формы и разделен на 7 отсеков: первый- торпедный, аккумуляторный и жилой, второй- центральный пост, провизионные, вспомогательные механизмы, третий- реакторный, четвертый- турбинный с размещением автономных турбогенераторов, пятый- электротехнический и вспомогательных механизмов, шестой- жилой с размещением дизель- генератора, провизионных, медпункта, санблока, седьмой- рулевой с приводами, гребными электродвигателями (ГЭД), там же расположен камбуз.

Спуск на воду атомной подводной лодки проекта 671 на Адмиралтейском заводе (фото вверху)

Атомная подводная лодка проекта 671 в транспортном доке перед переводом в Северодвинск. В книге Адмиралтейские верфи ” указание о том, что это РТМ, не соответствует.

Водоизмещение нормальное, без учета обьема твердого балласта и воды в выгородке ГАС- 3650 т, подводное- 5250 т, полное подводное (по наружным обводам)- 6085 т.

Длина наибольшая- 92,5 м, длина прочного корпуса- 69,8 м, ширина по стабилизаторам- 16,5 м, ширина по легкому корпусу- 10,6 м, диаметр прочного корпуса- 8,6 м. Высота от основной плоскости: до палубы надстройки- 10,9 м, до крыши ограждения выдвижных устройств- 14,4 м. Осадка крейсерская: носом- 7,26 м, кормой- 6,94 м, на миделе- 7,09 м.

Запас плавучести 32,1 %, глубина погружения рабочая- 320 м, предельная- 400 м. Фактическая полная подводная скорость достигает 33,5 узла, полная надводная- 11,5 узлов, под перископом- 9,8 узлов и под ГЭД- 7 узлов.

Мореходность неограниченная, автономность по проекту 510 суток, фактически без смены людей в море 60 суток. В состав экипажа по проекту входят 22 офицера и 54 старшины и мичмана, фактическая численность после модернизаций и установки нового оружия достигает 90–92 человека (с уменьшением автономности). Улучшение бытовых условий было достигнуто внедрением новых средств кондиционирования и очистки воздуха, люминесцентного освещения, более удобной планировки кают и кубриков.

Вооружение состояло из шести 533-мм торпедных аппаратов с общим боезапасом в 18 торпед, с предельной глубиной стрельбы в 250 метров, от ПУТС “Брест-671". Могли приниматься мины в количестве 36 единиц (из них 12 в торпедных аппаратах).

На подводных лодках устанавливался всеширотный навигационный комплекс “Сигма” (гл. конструктор В.И. Маслевский), отработанный во время походов подо льдами лодок первого поколения. Имеется телевизионная установка для наблюдения за внешней и ледовой обстановкой МТ-70, которой при хорошей погоде можно пользоваться на глубине до 50 метров. Гидроакустический комплекс второго поколения МГК-300 “Рубин” (гл. конструктор Н.Н. Свиридов, ЦНИИ “Морфизприбор”) состоял из большого носового излучателя низкой частоты, высокочастотной антенны ГАС миноискания МГ-509 “Радиан” в носовой части рубки, станций звукоподводной связи, гидроакустической сигнализации и т. д. В целом возможности комплекса по сравнению с предыдущим возросли в 3–4 раза, а дальность обнаружения составила 50–60 км. На головной лодке прошли всесторонние испытания “Рубина” и в 1968 году комплекс был принят на вооружение. ГАК обеспечивал круговой обзор, независимое автоматическое сопровождение и определение курсовых углов целей, замер расстояния методом эхолокации, обнаружение гидроакустических сигналов противника.

Впоследствии, после 1976 года, почти на всех кораблях этот ГАК был заменен на МГК-400 “Рубикон” (гл. конструктор С.М. Шелехов) с ещё большими возможностями, за счёт инфразвукового излучателя (дальность обнаружения до 200 км). Вообще, следует сказать, что подводные лодки одного проекта, внешне практически не имеющие отличий, могут резко отличаться друг от друга составом вооружения и оборудования: так, на некоторых заказах устанавливались станции обнаружения кильватерного следа различных типов, МГ-509 заменялись на МГ-519 и т. д.

Выдвижные устройства: перископ ПЗНС-10 (с системой “Орион”), антенна “свой- чужой” МРП-10 с ответчиком, РЛК-101 “Альбатрос", антенны связи ВАН-М или “Анис” и “Ива”, пеленгатор “Завеса”, а также устройство для работы компрессора под водой. Имелись гнезда для сьёмных антенн “Иволга” или “Искра”.

Энергоустановка лодок проекта 671 состояла из двух паропроизводящих установок ОК-300, в состав каждой из которых входят: водо- водяной реактор типа ВМ-4 на тепловых нейтронах, тепловой мощностью 72 мегаватт, четыре Парогенератора типа ПГ-4Т, с установленными на них циркуляционными насосами первого контура. Реакторы загружались активными зонами ВМ-4 (впоследствии при перезарядках заменялись на ВМ-4-А или ВМ-4-А1, ВМ-4-СГ или ВМ-4-СГМ) и с уровнем обогащения урана-235 в пределах 21–28 %. Активные зоны реакторов состоят из 248 сборок заливных тепловыделяющих элементов суммарной массой 350 кг (в т. ч. 70 кг урана), что позволяет обходиться без перезарядки в течение 8 лет. Любопытно, что свежие сборки безопасны в радиационном отношении, их даже можно загружать в реактор вручную, однако после физического пуска и нескольких часов работы это уже сильнейший источник радиоактивного загрязнения.

Общее расположение проекта 671 и выдвижные устройства: 1- антенна радиостанции “Анис”, 2- пеленгатор, 3- устройство работы компрессора под водой, 4- РЛК-101, 5- антенна связи, 6- телевизионная система МТ-70, 7- перископ.

Паротурбинная установка состояла из одного главного турбозубчатого агрегата ГТЗА-615 и двух автономных турбогенераторов (АТГ) ОК-2. В состав ГТЗА-615 входят: однокорпусная турбина активно- реактивного типа, двухступенчатый планетарный редуктор, главный упорный подшипник и валопровод. Общая мощность установки на передний ход- 31000 л. с, на задний- 6500 л.с. АТГ ОК-2 предназначен для выработки переменного тока (380 вольт, 50 герц) и состоит из активной турбины и генератора мощностью 2000 кВт.

Имеются резервные двигатели постоянного тока- два элдв. ПГ-137 по 375 л.с. Аккумуляторных батареи две (расположены в одном отсеке), по 112 элементов, с мощностью по 8000 ампер/часов. Дизель- генератор один, 200 кВт, 400 вольт, 50 гц.

Несомненно, что корабли второго поколения были более насыщены оборудованием: так, длина трубопроводов гидравлики дистанционного управления только в первом отсеке была равна таковой на всей лодке пр. 627. И всё же на 671 проекте была достигнута “золотая середина”- все основные механизмы и устройства имели автоматизированное и дистанционное управление при относительной конструктивной простоте схем и надежности самих устройств, а на случай непредвиденных обстоятельств могли управляться с местных постов ручными приводами. Многочисленные дублирующие системы и чрезмерная автоматизация на других лодках не только впоследствии увеличили число отказов и выходов из строя, но и “раздули” численность обслуживающего персонала, удорожили постройку, содержание и ремонт.

Вот почему подводники тепло и с уважением отзываются о 671, вот почему единственные из кораблей второго поколения они не все и не сразу пошли на списание.

Период строительства и освоения подводных лодок проекта 671 совпал с бурным периодом принятия на вооружение резличных комплексов оружия, многие из которых резко расширяли возможности противолодочных подводных лодок. Поскольку в проект ещё на- первых этапах были заложены модернизационные запасы, три дальневосточные лодки без особых конструктивных изменений (пр. 671 В) получили на вооружение противолодочные ракеты “Вьюга”. Этот комплекс (РПК-2, на Западе известен как SS-N-15 Starfish) проходил испытания с 1965 по 1969 год- твердотопливная ракета стартовала с глубины до 50 метров, выходила из воды и могла поразить цель на дальностях от 10 до 40 километров. Поскольку ракета не имела систем самонаведения, в качестве боевой части применялся спецбоеприпас. Несомненно, что такое мощное оружие можно было применять и по любой другой цели.

С целью кардинального расширения боевых возможностей подводных лодок в ноябре 1961 года было принято совместное решение ВМФ и МСП об усилении их вооружения новым типом торпед, ракето- торпед и увеличением общего боекомплекта в полтора раза. Дело в том, что высокая живучесть крупных боевых кораблей и их тщательная противолодочная оборона не позволяли потопить авианосец одним залпом и уже не давали шанса произвести перезарядку торпед. Проанализировав все связанные с этим проблемы, специалисты пришли к выводу о целесообразности создания дальноходной торпеды (65–73) со скоростью 50 узлов и дальностью хода в 50 км, с ядерной боеголовкой (спецбоеприпасом). Калибр её увеличивался до 650 мм, длина до 11 м и в старые лодки она не входила просто по длине. Работы по противолодочной ракете- торпеде такого калибра с обычным боеприпасом были прекращены, так как ее невозможно было использовать в Арктике, из-подо льда.

Общее расположение подводной лодки проекта 671 РТ

В 1963 году начались проработки по коренной модернизации проекта 671, а 15 июля 1967 года состоялось утверждение техдокументации на пр. 671 РТ. Главными наблюдающими были капитан 2 ранга В.А. Отсон, затем капитан 2 ранга А.А. Лавров. Чисто внешние отличия вылились в небольшое удлинение и изменение обводов надстройки, зато внутри произошли значительные изменения. Боевые возможности лодок существенно расширялись за счёт установки БИУС “Аккорд”, усиленного ракетно- торпедного оружия, более совершенной системы управления стрельбой, дальнейшего снижения акустического поля и т. д.

Основные характеристики головной лодки нового проекта были следующими: водоизмещение нормальное- 4673 т, подводное- 5939 т, полное подводное- 7190 т. Длина наибольшая- 101,8 м, длина прочного корпуса- 78,6 м, диаметр прочного корпуса- 8,76 м (увеличивался на 0,5–0,1 м). Ширина по легкому корпусу- 10,78 м, по стабилизаторам- 16,5 м. Высота от основной до палубы надстройки- 11,27 м, до крыши ограждения выдвижных устройств- 14,7 м. Осадка крейсерская носом- 7,37 м, кормой- 7,2 м, на миделе- 7,29 м. Запас плавучести 29 %, глубина погружения- 320/400 метров.

С траница ежегодника “Джен файтинг шипс” за 1987 год с основными характеристиками класса “VICTOR-II (пр. 671 РТ).

Скорость полная под водой составляла 31,7 узел, полная надводная- 11,7, под перископом- 10 и под гребными электродвигателями- 5,3 узла.

Дальность плавания проектная могла составить 212000 миль при 100 % мощности, но реальная автономность составляла 60 суток.

Экипаж фактически превышал проектный и составлял 26 офицеров (вместо 23), 46 мичманов (вместо 36) и 16 матросов (вместо 11). В дальнейшем состав экипажа менялся неоднократно и в последние годы доходил до 98 человек.

Вооружение менялось и состояло из четырех 533-мм и двух 650-мм торпедных аппаратов, а боезапас состоял из 18 торпед калибра 533 (4 в ТА, 8 на стеллажах и 6 в погребе), 6 торпед калибра 650 (2 в ТА, 4 на стеллажах), 12 ракето- торпед калибра 533 (4 в ТА, 8 на стеллажах). Вместо ракетного и торпедного боезапаса могли быть приняты мины в количестве 46 штук и помимо всего этого приборы ГПД.

Атомные подводные лодки Б-387 (671 РТ) и Б-438 (671) в Островном после вывода из боевого состава.

Все системы и комплексы были модернизированы или заменены: ПУТС “Ладога- 1В”, “Сигма-671 РТ”, МГК-300Т “Рубин”, РЛК-101М, установлен новый комплекс связи “Молния”. В добавление ко всем выдвижным-устройствам и антеннам появилась новая протяженная буксируемая система связи “Параван”, которая размещалась в отсеке легкого корпуса за рубкой и предназначалась для приема сверхдлинных волн на рабочей глубине (до 160 метров). В нашей литературе при описании этого проекта упорно указывается “характерньм обтекатель для буксируемой антенны”, якобы расположенный на кормовом оперении- на самом деле он появился позднее, на РТМ.

Энергетическая установка в основном по составу была сохранена, за исключением нового ДГ-460, который обеспечивал в подводном перископном положении/ход под гребными вспомогательными электродвигателями или подзарядку батарей. Для необходимости снижения акустического поля корабля была впервые применена двухкаскадная амортизация: ГТЗА и автономные турбогенераторы с навешанными механизмами на “отключенных” фундаментах устанавливались на общей амортизированной раме. Изменилось и расположение отсеков. В первом размещались торпедные аппараты и боезапас, жилые помещения и провизионные, аккумуляторная батарея. Во втором, жилом, были, помимо кают- компании, камбуз и ДУК (система выброса мусора, по типу шлюзовой камеры). В третьем располагался центральный пост, а в трюме- вспомогательные механизмы и провизионная. Четвертый отсек- реакторный. В пятом отсеке располагался блок ГТЗА-АТГ, опреснительная установка и пост энергоустановки (со входом из соседнего отсека). В шестом- электротехническом- отсеке размещались компрессоры, пароэжекторные холодильные установки, преобразователи ПР-501-2. Седьмой отсек жилой, но там же располагался и дизель- генератор. В восьмом отсеке вспомогательных механизмов стояли гребные электродвигатели, приводы рулей, химический пост и камбуз.

Первые лодки нового проекта строились в Горьком, где был оборудован специальный испытытательный стенд, производилась загрузка реакторов активной зоной, а затем готовую лодку транспортировали в доке (пр. 1753) на сдаточную базу в Северодвинск. Горьковский завод “Красное Сормово” (N 112) строил ранее дизельные лодки, затем по собственному проекту атомные однореакторные и одновальные лодки проекта 670. В 1971 году начались проектные работы по модернизации ракетоносца под новый комплекс, поэтому для заполнения “паузы” заводу выдали заказ на строительство близких по технологии торпедных лодок проекта 671 РТ. Возглавляли завод в этот период М.А. Юрьев, позднее Н.Е. Леонов, руководил военной приемкой капитан 1 ранга С.С. Ефимов.

В 1971 году перешла на новый проект и Адмиралтейская верфь, в связи с низкими темпами строительства в Горьком. Были внесены изменения в технологию постройки: вместо блочного метода применялся уже агрегатно- блочный, с высоким насыщением секций. Было разработано специальное устройство для заводки рамы с агрегатами паропроизводящей установки весом около 350 тонн и ГТЗА весом около 300 тонн, которая по роликовым дорожкам с помощью гидравлических домкратов закатывалась через торец блока. Внедрение агрегатного метода сократило стапельный период до 4–6 месяцев.

Постройке нового корабля предшествовали большие подготовительные работы по созданию нового спускового дока, который за счёт устроенной эстакады обеспечивал ускоренный спуск лодки на тележках в течение полутора часов. В новом цехе с 1976 года монтировалась и ППУ с баком железоводной защиты.

Как уже говорилось, период постройки проекта 671 РТ совпал с разработкой новых, ещё более эффективных и мощных видов оружия, которые уже нельзя было “впихнуть” в существующие проекты кораблей. Поэтому серия кораблей ограничилась 7 корпусами. Головную лодку этой серии принимал капитан 1 ранга А. Печенкин, окончательно проект 671 РТ был принят на вооружение постановлением N 785–260 от 7 октября 1974 года.

Модернизация показала целесообразность дальнейшего последовательного совершенствования этого класса лодок, запасы на модернизацию, заложенные в период разработки проекта 671, позволили сохранить базовые решения для создания очередной модификации ракетно- торпедных многоцелевых подводных лодок. Только тогда, когда проект модернизации 671 РТМ в июне 1975 был утвержден, начались работы (практически параллельно) над созданием перспективных лодок третьего поколения в ЦКБ “Малахит” ("Барс") и ЦКБ “Лазурит” ("Барракуда"). Надо полагать, до этого времени строящаяся серия лодок вполне удовлетворяла ВМФ. Впоследствии началась и параллельная постройка схожих проектов этих КБ. “Лазуритовская” титановая лодка по магнитным полям действительно превзошла “Малахитовскую”, но при этом оказалась вчетверо дороже.

На их фоне последние корпуса 671 РТМ смотрится совершенно неплохо: по боевым возможностям и обитаемости новые лодки недалеко ушли вперед, а по критерию “стоимость- эффективность” далеко позади. Сейчас, кстати, развитие атомных субмарин испытывает определенный кризис, как когда-то было у дизельных лодок. Все попытки улучшить их характеристики дают скромные результаты при громадных затратах. Яркий пример- американская новинка “Сивулф”. Противолодочные силы США уверенно её обнаруживают, классифицируют и “уничтожают”. Все её непревзойденные характеристики- рекламный трёп и психологическая обработка врагов. Говорят, что критика нашего флота и превозношение своего в американской прессе весьма действовали на С.Г. Горшкова и “помогали” ему (или американцам?) иногда в принятии решений.

Страница из французского ежегодника за 1996 год.

Вывод атомной подводной лодки из эллинга в передаточный док на судостроительном заводе имени Ленинского комсомола в Комсомольске- на- Амуре.

Большая атомная многоцелевая подводная лодка 1 ранга Б — 448 “ТАМБОВ”

В основу проекта следующей модификации проекта- 671 РТМ (шифр “Щука”) легли проработки по размещению примерно в тех же габаритах нового поколения радиотехнического вооружения и нового ГАК “Скат” (гл. конструктор Б.Б. Индин), который втрое превосходил по возможностям предыдущие гидроакустические комплексы- дальность обнаружения им при нормальных гидрологических условиях составляла 230 км. Были применены бортовые приемники шумов, работающие в пассивном режиме, протяженная буксируемая инфразвуковая антенна оригинально размещалась в хвостовом бульбе (гондоле). Устанавливалась новая БИУС “Омнибус”. Проводились мероприятия по снижению акустического поля за счёт внедрения принципиально новых решений по амортизации ("отключение фундаментов"), развязке механизмов и конструкций, применению выгородок для систем вентиляции, вертикальных шпигатов, размагничивающему устройству. Увеличена автономность с 60 до 80 суток. Была усилена конструкция рубки и легкого корпуса для обеспечения всплытия во льдах. Общее расположение по отсекам осталось таким же, как и на предыдущей модификации.

Все работы проводились под руководством Г.И. Чернышева. Наверное, он держит мировой рекорд по длительности строительства одного типа лодок на базовом проекте. Ни одна лодка этого типа не утонула, все аварии незначительны по масштабам и унесли минимальное количество жизней. С 1984 года главным конструктором этих проектов назначается Р.А. Шмаков.

Главным наблюдающим от ВМФ был капитан 2 ранга Г.В. Николаев, строительство лодок модернизированного проекта 671 РТМ шло на Адмиралтейском обьединении (с достройкой на СРЗ “Нерпа”) и на судостроительном заводе имени Ленинского комсомола в Комсомольске- на- Амуре (с достройкой в Большом Камне). На СЗЛК (N 199) перед этим была построена большая серия атомных ракетоносцев проектов 675, 667 А и Б, вначале каждый корабль строился полностью, до вывода, в своем доке. С увеличением водоизмещения перешли на “сухой” вывод из построечных доков в специальный транспортно- спусковой док (ТСД). Кроме этого, построечные доки эллинга “А”, имеющие меньшие габариты, чем доки других эллингов, были приспособлены для формирования крупных зональных блоков, которые переводились с помощью трансбордера для сборки взллингах “Б” и “В”. Таким образом, при закладке лодки готовность корпуса могла составлять до 40–44 %. Технология и оснащение под новый проект были освоены в кратчайший срок, постройка осуществлялась поточно- позиционным способом готовая к спуску на воду подводная лодка не всплывала с опор стапеля, а выкатывалась из него судовозным поездом (на котором, собственно, и строилась) в транспортно- спусковой док. Затем в специальном ковше производились швартовые испытания, после которых лодка своим ходом входила в транспортный док, на котором и доставлялась на сдаточную базу в Большой Камень.

Амурским судостроительным заводом руководили в этот период А.Т. Деев, позднее Ю.З. Кучмин, военные приемщики О.С. Прокофьев и Б.И. Полушин. Следует упомянуть и директоров ЛАО- Б.Е. Клопотова, И.И. Пирогова, В.Н. Дубровского, руководителей военной приемки Г.Л. Небесова, В.В. Гордеева, Э.Е. Николаева, В.В. Колмо. Всего на двух заводах по этому проекту построено 26 единиц, причём последняя ("Тамбов") вошла уже в состав ВМФ России. В процессе строительства для уменьшения шумоизлучения гребного винта было снижено число оборотов, почти на всех лодках применена схема “тандем”, состоящая из двух четырехлопастных винтов, установленных друг за другом. Такая схема была апробирована ещё на К-387 горьковской постройки. Длина лодки увеличилась на 1 метр.

Основные характеристики проекта 671 РТМ следующие: водоизмещение нормальное- 4780 т, подводное- 6990 т, полное подводное- 7250 т. Длина наибольшая- 106,1 м (107,1 м), ширина легкого корпуса- 10,78 м, ширина по стабилизаторам- 16,48 м, осадка носом- 7,9 м, кормой- 7,7 м, на миделе- 7,8 м. Запас плавучести 28 %, глубина погружения рабочая 400 метров, предельная 600 метров. Скорость подводная- 31 узел, надводная- 11,6 узлов. Энергоустановка аналогична предыдущей модификации- два реактора типа ВМ-4, ГТЗА-615 общей мощностью 31000 л. с, 1 винт на 290 оборотов, два вспомогательных электродвигателя по 375 л.с. на 500 оборотов.

Установлен новый навигационный комплекс “Медведица-671 РТМ”, новый автоматизированный комплекс связи “Молния-Л”, разведкомплекс, комплекс космической связи “Цунами- Б”, БИУС “Омнибус”. Вооружение: четыре 533-мм торпедных аппарата (16 торпед 53-65К или СЭТ-65, ракет “Шквал” ВА-111 или же 36 мин “Голец”), два- 650 мм торпедных аппарата (8 дальноходных торпед 65.-76). Принимаются также имитаторы МГ-74 “Корунд”. Возможна транспортировка и применение специальных управляемых диверсионных снарядов “Сирена”. Чуть позже началась адаптация лодок к применению стратегических крылатых ракет “Гранат” (пуск из 533-мм ТА), что дало возможность наносить высокоточные удары по береговым обьектам противника и сделало их по настоящему многоцелевыми.

Экипаж- 27 офицеров, 34 мичмана, 35 матросов и старшин. Командир головной лодки К-524 В.В. Протопопов в 1986 году получил высокое звание Героя Советского Союза. Окончательно на вооружение этот тип кораблей был принят 25 апреля 1984 года. Фактически проект был переходным между лодками второго поколения (по конструкторским решениям) и третьего поколения (по вооружению и оснащению), что несомненно, помогло впоследствии, оттолкнувшись от достигнутого уровня, создать лучшие наши атомные многоцелевые подводные лодки проекта 971.

Боевые возможности подводных лодок тщательно маскируются, о маршрутах и задачах необнаруженных кораблей не распространяются. Ни один подводный корабль при современных средствах не может быть неуязвимым- это ясно. И все же не могут не вызывать гордость за наши корабли и военно- морской флот операции, подобные “Апорту”, когда из Западной Лицы одновременно вышли четыре однотипных лодки 33 дивизии: К-299, К-324, К-488, К-502, а чуть позже к ним присоединилась К-147 (между прочим, “чистая” 671). После исчезновения из базы почти целого соединения атомоходов американцы всполошились. Поиск велся днем и ночью, в трех секторах- Бермудском (авиабаза Брунсвик), Азорском (авиабаза Лагенс) Канадском (база Гринвуд) и не принес никаких результатов. Лодки как провалились. Но при этом, как оказалось, они вели напряженную работу по слежению за ПЛАРБ США, вскрытию районов патрулирования атомоходов, изучению тактики действий американской авиации при поиске наших лодок. К-147 шесть суток “вела” американский ракетоносец “Симон Боливар”, пользуясь акустическими и неакустическими средствами обнаружения. К-324 имела три контакта. С нашей стороны только К-488 (пр. 671 РТ) была единожды обнаружена, да и то уже по возвращении. Похожие результаты были достигнуты и при проведении двумя пдзми позже, в 1987 году, операции “Атрина” лодками К-244, К-255, К-298, К-299, К-524. Позже командиры докладывали, что порой невозможно было подвсплыть на сеанс связи или поднять шахту РКП для пополнения запасов воздуха в баллонах- шла самая настоящая охота с применением абсолютно всех сил и средств флотов НАТО, включая три корабля дальней гидроакустической разведки, дающие освещение подводной обстановки при помощи мощных подводных взрывов ("Инвинсибл", “Столуорт”, “Индомитебл”). Из Норфолка вышли дополнительно шесть АПЛ, из Брунсвика- три эскадрильи противолодочных самолетов. На восьмые сутки “советская завеса” была обнаружена. После этого было разрешено выстреливать ЛДЦ и приборы ГПД (ложные цели и приборы гидроакустического противодействия), которые, ввиду того, что они дорогие, наши экипажи обычно не применяют. Естественно, такая “экономия” привела к тому, что половина лодок уже не смогла оторваться от сил преследования. И тем не менее, анализируя результаты “Атрины”, главный штаб ВМФ пришел к однозначному выводу: для полного контроля океана в случае массового выхода наших подводных лодок сил у американцев недостаточно. Эта демонстрация даже не силы, а просто возможностей нашего ВМФ, проведенная с санкции Ю.В. Андропова, была, к сожалению, последней. Нынешние наши политики просто не представляют, что в рамках обычных учений атомных подводных лодок можно умело воздействовать на правительство любой страны, включая и Америку, в интересах своего государства…

К-147 (проект 671), вступила в строй 20 января 1969 года, в 1984 модернизирована с установкой новой системы обнаружения кильватерного следа (СОКС). В 1985 году при помощи этой системы лодка “вела” американскую ПЛАРБ в течение шести суток. Аналогичную модернизацию прошла и К-438.

Рубка и выдвижные устройства пр. 671 РТМ:

1 — Антенна радиостанции “Анис”; 2 — радиопеленгатор; 3 — РКП; 4 — система радиоразведки; 5 — PJIK-101; 6 — антенна связи; 7 — телевизионная система МТ-70; 8 — станция космической связи “Синтез”; 9 — перископ; 10 — система отслеживания кильватерного следа (СОКС).

Многочисленность серии и высокие боевые возможности предопределили напряженную службу в составе Северного и Тихоокеанского флотов, превратив 671 в “рабочих лошадок”. Только надежность конструкции, продуманность размещения, простота эксплуатации обеспечили им длительную службу без тяжелых аварий. И всё же постоянные походы изнашивают технику. При очередных осмотрах не прошедшим ремонта лодкам занижают оценку, выводят в резерв, из которого сейчас редко возвращаются.

Официальная классификация до 25 июля 1977 считала корабли этого типа большими подводными лодками 1 ранга. 29 августа 1991 года этот проект был переклассифицирован уже из крейсерских (К) вновь в большие 1 ранга (Б) с изменением буквенных обозначений в тактических номерах. При нынешнем положении дел ясно видно, что началась их эксплуатация “на износ” и жить осталось им недолго.

В настоящее время, согласно правительственному постановлению N 514 от 24 июля 1992 к утилизации лодок второго поколения приступил СРЗ “Нерпа”, ранее занимавшийся их же ремонтом (завод “Звездочка” разделывает ракетоносцы, “Севмашпредприятие” специализируется на титановых кораблях). На “Нерпе” уже разрезаны подводные лодки К-481 (пр. 671) и К-479 (пр. 670М). При этом реакторные отсеки снабжаются дополнительными цистернами плавучести и в таком виде буксируются в Сайда- губу для длительного хранения. Дело это кропотливое, дорогое и невыгодное, а средств на разделку и полную утилизацию придется затратить примерно столько же, сколько и на постройку этого флота.

Номера кораблей, относящиеся к пр. 671: 38; 53; 138; 147; 218; 242; 244; 247; 251; 254; 255; 264; 292; 298; 299; 305; 306; 314; 323; 324; 355; 358; 360; 367; 369; 370; 371; 387; 388; 398; 412; 414; 438; 448; 454; 462; 467; 469; 481; 488; 492; 495; 502; 507; 513; 517; 524; 527.

На фотографии реакторный отсек атомной подводной лодки класса «Виктор-1» на судоремонтном заводе «Нерпа». К кормовой и носовой части отсека приварены цистерны плавучести. Далее реакторный отсек будет отбуксирован в Сайда-губу — место длительного хранения реакторных отсеков утилизированных атомных подводных лодок.

Строительство плиты для разделки атомных подводных лодок на заводе «Нерпа» планировалось завершить в 1996 г., но из-за отсутствия финансирования сроки сдачи объекта не определены.

Судоремонтный завод «Нерпа» находится в губе Оленья. Завод занимается ремонтом и техническим обслуживанием действующих атомных подводных лодок и гражданских судов. Здесь также проводится утилизация атомных подводных лодок второго поколения.

Вооружение

ШКВАЛ ВА -111 533 мм — 11 км (200 узлов) ЯБЧ. пл РАКЕТА

53- 65К. 533 мм — 19 км (45 узлов) кислородная торпеда

СЭТ-65. 53Змм -15 км (40 узлов) электроторпеда

САЭТ-65, 533 мм -13 км (42 узла) эл//торпеда (акустич.)

65–76 650 мм 50 км (50 уз) дальноходная

РК-55 ГРАНАТ. 533 мм стратегическая КРМБ. 3000 км.

Корунд -2. 533 мм имитатор 15 узл 30 мин

ПМР-2. 533 мм мина

Самонаводящиеся электрические торпеды СЭТ-65 И СЭТ-40

Предназначены для поражения подводных лодок и могут быть использованы как с подводных лодок, так и с надводных кораблей.

1 — система наведения, 2 — неконтактный взрыватель; 3 — контактный взрыватель. 4 — заряд ВВ; 5 — аккумуляторная батарея; 6 — приборы управления 7 — электродвигатель

1) К-38 (ЛАО, строительный N 600). Проект 671

зал- 12 апреля 1963, сп- 28 июля 1966, прием- 5 ноября 1967. Ответственный сдатчик О.С. Покровский. СФ. Первый к-р кап. 1 ранга Е.Д. Чернов. В сентябре- октябре 1971 автономный поход в Арктику. В 1972 и 1977 перегрузка активной зоны. В 1984 течь 1 контура. В марте 1985 возгорание. Пять автономных походов. С 1 сентября 1995 в составе 14 бк ОФИ (Островной).

2) К-369 (ЛАО, строительный N 601). Проект 671

зал- 31 января 1964, сп- 22 декабря 1967, прием- 6 ноября 1968. Ответственный сдатчик М.О. Островский. СФ. В 1973 и 1978 перегрузка активной зоны. В декабре 1985 возгорание. Восемь автономных походов. С 1 сентября 1995 в составе 14 бк ОФИ (Островной).

3) К-147 (ЛАО, строительный N 602). Проект 671

зал- 16 сентября 1964, сп- 17 июня 1968, прием- 25 декабря 1968. Ответственный сдатчик В.И. Лосик. СФ. В 1974 и 1979 перегрузка активной зоны. 29 мая- 1 июля 1985 участвовала в групповых учениях “Апорт” в Сев. Атлантике. Шестисуточное непрерывное слежение за ПЛАРБ США (к-р кап. 2 ранга В.В. Никитин). Девять автономных походов. С 1 сентября 1995 в составе 14 бк ОФИ (Островной).

4) К-53 (ЛАО, строительный N 603). Проект 671

зал- 16 декабря 1964, сп- 15 марта 1969, прием- 30 сентября 1969. Ответственный сдатчик Ю.Ф. Соколов. СФ. В 1975 и 1980 перегрузка активной зоны. Девять автономных походов. С 1 сентября 1995 в составе 14 бк ОФИ (Островной).

5) К-306 (ЛАО, строительный N 604). Проект 671

зал- 20 марта 1968, сп- 4 июня 1969, прием- 4 декабря 1969. Ответственный сдатчик В.В. Мараев. СФ. В 1974 и 1979 перегрузка активной зоны. Одиннадцать боевых походов. С 1 сентября 1995 в составе 14 бк ОФИ (Островной).

6) К-323 с 20 декабря 1972 “50 ЛЕТ СССР” (ЛАО, строительный N 605). Проект 671

зал- 5 июля 1968, сп- 14 марта 1970, флаг- 12 июля 1970, прием- 29 октября 1970. Ответственный сдатчик Ю.Ф. Соколов. СФ. В сентябре- октябре 1971 автономный поход в Арктику (командир- капитан 1 ранга Анохин). В 1975 и 1981 перегрузка активной зоны. Двенадцать автономных походов. Отстаивается в Северодвинске с невыгруженной активной зоной.

7) К-370 (ЛАО, строительный N 606). Проект 671

зал- 19 апреля 1969, сп- 26 июня 1970, швартовные испытания 1 июля-15 сентября 1970, флаг- 12 октября 1970, прием- 4 декабря 1970. Ответственный сдатчик В.И. Лосик. СФ. Физический пуск реактора- 28 и 29 августа 1970. Перегрузка активной зоны 12 февраля 1979. Средний ремонт с модернизацией 1981-84 на СРЗ “Нерпа”. Шесть автономных походов. С 1993 резерв 2 категории, в 1994 исключен и передан в 14 бк ОФИ (Островной).

8) К-438 (ЛАО, строительный N 608). Проект 671

зал- 13 июня 1969, сп- 23 марта 1971, швартовные испытания с 24 марта по 29 июня 1971, флаг- 5 августа 1971, прием- 15 октября 1971. Ответственный сдатчик В.В. Мараев. СФ. Первый физический пуск 17 и 18 июня 1971. Перегрузка активной зоны 10–16 апреля 1980. Средний ремонт с модернизацией в феврале 1985- апреле 1989 в Мурманске-60. Восемь автономных походов. С 1994 в резерв 2 категории. С 1 августа 1995 списан и передан в 14 бригаду ОФИ (Островной).

9) К-367 (ЛАО, строительный N 609). Проект 671

зал- 14 апреля 1970, сп- 2 июля 1971, прием- 5 декабря 1971. Ответственный сдатчик Ю.Ф. Соколов. СФ. В 1979 перегрузка активной зоны. В 1985 авария в системе регулировки реактора. Десять автономных походов. С 1 сентября 1995 в составе 14 бк ОФИ.

10) К-314 (ЛАО, строительный N 610). Проект 671 В

зал- 5 сентября 1970, сп- 28 марта 1972, вст- 6 ноября 1972. Ответственный сдатчик Б.А. Башарин. Перешла на ТОФ в 1975. 21 марта 1983 столкновение с авианосцем “Китти Хок”. В 1984 автономное плавание в Индийский океан (на 9 месяцев). 10 августа 1985 при перезарядке реактора СЦР реактора левого борта с тепловым взрывом (погибло 10? чел.). Одиннадцать автономных походов. Списана приказом МО СССР 14 марта 1989. Отстаивается в б. Павловского с разгерметизированным первым контуром, активные зоны не выгружены.

11) К-398 (ЛАО, строительный N 611). Проект 671

зал- 22 апреля 1971, сп- 2 августа 1972, прием- 15 декабря 1972. Ответственный сдатчик В.И. Лосик. СФ. В 1977 и 1982 перегрузка активной зоны. Двенадцать автономных походов. С 1 сентября 1995 в составе 14 бк ОФИ.

12) К-454 (ЛАО, строительный N 612). Проект 671 В

зал- 16 августа 1972, сп- 5 мая 1973, вст- 30 сентября 1973. Ответственный сдатчик Ю.Ф. Соколов. СФ. Перешла на ТОФ в августе- сентябре 1974 (к-р кап. 2 ранга В.Я. Барановский). В 1990 средний ремонт с перезарядкой активной зоны. Десять походов. Исключена приказом ГК ВМФ 5 июля 1994, после возвращения из автономного плавания, в боеспособном состоянии.

13) К-462 (ЛАО, строительный N 01613). Проект 671

зал- 3 июля 1972, сп- 1 сентября 1973, прием- 30 декабря 1973. Ответственный сдатчик Б.А. Башарин. СФ. В 1984 протечка 1 контура. Восемь автономных походов. С марта 1995 ремонт на СРЗ-10 (Полярный), с 1996 на консервации. Строительный номер дан по внутризаводскому обозначению, где 01 означает “основной заказ”.

14) К-469 (ЛАО, строительный N 01614). Проект 671 В

зал- 5 сентября 1973, сп- 10 июня 1974, прием- 4 сентября 1974, вст- 30 сентября 1974. Ответственный сдатчик Н.Ф. Рвачев. Перешла на ТОФ в 1976 без всплытия по маршруту Западная Лица- пролив Дрейка- Вилючинск (включена в 45 дипл). В 1983 ремонт и перегрузка активной зоны (в Большом Камне). Четырнадцать автономных походов. Исключена 30 июня 1993 г.

15) К-481 (ЛАО, строительный N 01615). Проект 671

зал- 27 сентября 1973, сп- 8 сентября 1974, прием- 27 декабря 1974. Ответственный сдатчик В.И. Лосик. СФ. В 1979 и 1984 перегрузка активной зоны. Десять автономных походов. В 1995 разрезана на металлолом на з-де “Нерпа”. Блок реакторного отсека с цистернами плаеучести отбуксирован в Сайда-губу на отстой.

16) К-495 (ЛАО, строительный N 01621). Проект 671 РТ

зал- 28 сентября 1974, сп- 26 августа 1975, прием- 30 декабря 1975. Ответственный сдатчик Б.А. Башарин. СФ. В 1981 перегрузка активной зоны. Девять автономных походов. С 1 августа 1995 в ОФИ (Полярный).

17) К-513 (ЛАО, строительный N 01625). Проект 671 РТ

зал- 22 июля 1975, сп- 21 августа 1976, прием- 27 декабря 1976. Ответственный сдатчик В.И. Лосик. СФ. 1 сентября 1979 во время боевой службы всплытие на полюсе (командир- капитан 1 ранга А.И. Шевченко). В 1982 перегрузка активной зоны. Двенадцать автономных походов. С 1 августа 1995 в ОФИ (Полярный).

18) К-517 (ЛАО, строительный N 01627). Проект 671 РТ

зал- 23 марта 1977, сп- 24 августа 1978, прием- 31 декабря 1978. Ответственный сдатчик Ю.Ф. Соколов. СФ. В августе- сентябре 1981 боевая служба в Арктике с 17 всплытиями, в т. ч. на полюсе (командир- капитан 2 ранга Р.З. Чеботаревский). В мае 1984 возгорание. Восемь автономных походов. С 1 августа 1995 в ОФИ (Полярный).

19) К-387 (Красное Сормово, строительный N 801). Проект 671 РТ

зал- 2 апреля 1971, сп- 2 сентября 1972, швартовные испытания 1 ноября- 10 декабря 1972, флаг- 11 декабря 1972, прием- 30 декабря 1972.

Достраивалась на ЛАО. Физический пуск 3 декабря 1972. СФ. В 1976 разрыв гл. конденсатора (погибло 2 чел.) Перегрузка активной зоны 10 сентября 1987. Базировалась до 1984 в Западной Лице (33 дипл), затем средний ремонт с модернизацией на СРЗ “Нерпа” в Мурманске-60. До апреля 1991 базировалась в Гаджиево (24 дипл), затем 17 дипл, с 1 ноября 1993 в составе 3 дипл, с 1 апреля 1995 в резерве 2 категории, с 1 августа 1995 в ОФИ (Полярный). Семь автономных походов (все в Средиземное море).

20) К-371 (Красное Сормово, строительный N 802). Проект 671 РТ

зал- 12 мая 1973, сп- 30 июля 1974, прием- 29 декабря 1974. СФ. В 1986 протечка 1 контура. Девять автономных походов. С 1 августа 1995 в ОФИ (Полярный).

21) К-467 (Красное Сормово, строительный N 803). Проект 671 РТ

зал- 6 сентября 1975, сп- 12 августа 1976, прием- 29 декабря 1976. СФ. Шесть автономных походов. С января 1995 ремонт на СРЗ “Нерпа” (Вьюжный, быв. Мурманск-60)

22) К-488 (Красное Сормово, строительный N 804). Проект 671 РТ

зал- 15 декабря 1976, сп- 8 октября 1977, прием- 29 октября 1978, вст- 23 ноября 1978. СФ. 18 июля- 11 декабря 1984 ремонт в губе Пала. 29 мая- 1 июля 1985 участвовала в групповых учениях “Апорт”. С 20 октября 1989 ремонт на СРЗ “Нерпа”, 30 июня 1993 искл. С 1 августа 1995 в ОФИ (Полярный).

23) К-524 до августа 1992 “60 ЛЕТ ШЕФСТВА ВЛКСМ” (ЛАО, строительный N 01636). Проект 671 РТМ

зал- 7 мая 1976, сп- 31 июля 1977, прием- 28 декабря 1977. Ответственный сдатчик А.Е. Житенев. СФ. В августе- октябре 1985 боевая служба в Арктике (к-р кап. 1 ранга В.В. Протопопов за этот поход получил звание Герой Советского Союза) с 15 всплытиями во льдах, в т. ч. на полюсе. В марте- июне 1987 участвовала в групповых учениях “Атрина” (к-р кап. 2 ранга Смелков).

24) К-254 (ЛАО, строительный N 01638). Проект 671 РТМ

зал- 24 сентября 1977, сп- 6 сентября 1979, прием- 18 сентября 1981. Ответственный сдатчик В.П. Поручиков. СФ. С сентября 1994 ремонт на СРЗ-10 (Полярный).

25) К-502 (ЛАО, строительный N 01641). Поект 671 РТМ

зал- 23 июля 1979, сп- 17 августа 1980, прием- 31 декабря 1980. Ответственный сдатчик В.П. Сорока. СФ. 29 мая- 1 июля 1985 участвовала в групповых учениях “Апорт”.

26) К-527 (ЛАО, строительный N 01643). Проект 671 РТМ

зал- 28 сентября 1978, сп- 24 июля 1981, прием- 30 декабря 1981. Ответственный сдатчик С.П. Зеленский. СФ. Восемь автономных походов.

27) К-298 (ЛАО, строительный N 01645). Проект 671 РТМ

зал- 25 февраля 1981, сп- 14 июля 1982, прием- 27 декабря 1982. Ответственный сдатчик Б.А. Башарин. СФ. В 1985 возгорание. В марте- июне 1987 участвовала в групповых учениях “Атрина” (к-р кап. 2 ранга Попков).

28) К-358 до августа 1992 “МУРМАНСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ” (ЛАО, строительный N 01647). Проект 671 РТМ

зал- 23 июля 1982, сп- 15 июля 1983, прием- 29 декабря 1983. Ответственный сдатчик Ю.Н. Герловин. СФ. С октября 1994 ремонт на СРЗ-10 (Полярный). Восемь автономных походов.

29) К-299 (ЛАО, строительный N 01649). Проект 671 РТМ

зал- 1 июля 1983, сп- 29 июня 1984, прием- 22 декабря 1984. Ответственный сдатчик В.П. Сорока. СФ. 29 мая- 1 июля участвовала в групповых учениях “Апорт”. В марте- июне 1987 учения “Атрина” (к-р кап. 2 ранга М.И. Клюев).

30) К-244 (ЛАО, строительный N 01652). Проект 671 РТМ

зал- 25 декабря 1984, сп- 9 июля 1985, прием- 25 декабря 1985. Ответственный сдатчик Ю.Н. Герловин. СФ. В марте- июне 1987 участвовала в групповых учениях “Атрина” (к-р кап. 2 ранга И.О. Аликов).

31) К-292 (ЛАО, строительный N 01655). Проект 671 РТМК

зал- 15 апреля 1986, сп- 29 апреля 1987, прием- 27 ноября 1987. Ответственный сдатчик В.П. Сорока. СФ. Четыре автономных похода.

32) К-388 с 1996 ДАНИИЛ МОСКОВСКИЙ (ЛАО, строительный N 01657). Проект 671 РТМК

зал- 8 мая 1987, сп- 3 июня 1988, прием- 30 ноября 1988. Ответственный сдатчик И.В. Кушнеренко. СФ. В 1995 в период боевой службы 25 августа обеспечивала ракетные пуски с ТК-20 из р-на Северного полюса, затем доставила в порт Харасавэй 10 т сахара и муки (к-р кап. 1 ранга П.И. Литвин).

33) К-138 (ЛАО, строительный N 01659). Проект 671 РТМК

зал- 7 декабря 1988, сп- 5 августа 1989, прием- 10 мая 1990. Ответственный сдатчик Ю.Н. Герловин. СФ. Три автономных похода. С сентября 1994 ремонт на СРЗ-10 (Полярный).

34) К-414 (ЛАО, строительный N 01695). Проект 671 РТМК

зал- 1 декабря 1988, сп- 31 августа 1990, прием- 30 декабря 1990, вст- 12? января 1991. Ответственный сдатчик В.П. Сорока. СФ. С августа 1994 ремонт на СРЗ-10 (Полярный).

35) К-448 с 10 апреля 1995 ТАМБОВ (ЛАО, строительный N 01696). Проект 671 РТМК

зал- 31 яй'варя 1991, сп- 17 октября 1991, прием- 24 сентября 1992. Ответственный сдатчик Ю.Н. Герловин. СФ. Первый командир кап. 1 ранга М. Иванисов. В 1994 затопление отсека.

36) К-247 (з-д им. ЛК, строительный N 271). Проект 671 РТМ

зал- 15 июля 1976, сп- 13 августа 1978, прием- 30 декабря 1978. Ответственный сдатчик Г.С. Нетованный. ТОФ. Первый командир кап. 1 ранга Алексеев. Двенадцать атономных походов. Исключена 31 июля 1996.

37) К-507 (з-д им. Л К, строительный N 282). Проект 671 РТМ

зал- 22 сентября 1977, сп- 1 октября 1978, прием- 30 ноября 1979. Ответственный сдатчик А.М. Андрусенко. На ТОФ. Восемь автономных походов.

38) К-255 (з-д им. Л К, строительный N 296). Проект 671 РТМ

зал- 7 ноября 1979, сп- 20 июля 1980, прием- 28 декабря 1980. Ответственный сдатчик В.М. Якушкин. В сентябре 1981 под командованием капитана 2 ранга В.В. Ушакова переход с тпф на СФ, со всплытием на Северном полюсе. Старшему на этом походе, вице- адмиралу Л*А. Матушкину, присвоено звание Герой Советского Союза. В марте 1985 возгорание от короткого замыкания. В марте- июне 1987 участвовала в групповых учениях “Атрина” (к-р кап. 2 ранга Б.Ю. Муратов).

39) К-218 (з-д им. ЛК, строительный N 301). Проект 671 РТМ

зал- 3 июня 1981, сп- 24 июля 1982, прием- 28 декабря 1982. Ответственный сдатчик В.М. Якушкин. На ТОФ. Десять автономных походов.

40) К-324 (з-д им. ЛК, строительный N 297). Проект 671 РТМ

зал- 29 февраля 1980, сп- 7 октября 1980, прием- 30 декабря 1980. Ответственный сдатчик А.Л. Кузнецов. На ТОФ. Зимой 1983 перешла по Севморпути с ТОФ на СФ, в составе 33 дипл. (Заозерный). 29 мая- 1 июля 1985 участвовала в групповых учениях “Апорт”, имела 3 контакта с ПЛА США (время слежения 28 час.)

41) К-492 (з-д им. ЛК, строительный N 303). Проект 671 РТМ

зал- 23 февраля 1978, сп- 28 июля 1979, прием- 30 декабря 1979. Ответственный сдатчик В.П. Базякин. ТОФ. Десять автономных походов. Исключена 31 июля 1996.

42) К-412 (з-д им. ЛК, строительный N 304). Проект 671 РТМ

зал- 29 октября 1978, сп- 6 сентября 1979, прием- 30 декабря 1979. Ответственный сдатчик И.М. Попов. ТОФ. Шесть автономных походов. Исключена 31 июля 1996. Базируется в Большом Камне с неоконченным ремонтом.

43) К-251 (з-д им. ЛК, строительный N 295). Проект 671 РТМ

зал- 26 июня 1979, сп- 3 мая 1980, прием- 30 сентября 1980. Ответственный сдатчик А.А. Иванов. ТОФ. Восемь автономных походов.

44) К-305 (з-д им. ЛК, строительный N 308). Проект 671 РТМ

зал- 27 июня 1980, сп- 17 мая 1981, прием- 30 сентября 1981. Ответственный сдатчик В.И. Уваров. ТОФ. В 1988 перегрузка активной зоны. До 1994 в составе 45 дипл (Камчатка). В 1994 возгорание в турбинном отделении. Переведена в бухту Павловского, в техническом резерве.

45) К-355 (з-д им. Л К, строительный N 299). Проект 671 РТМ

зал- 31 декабря 1980, сп- 8 августа 1981, прием- 29 декабря 1981. Ответственный сдатчик Г.С. Нетованный. ТОФ. Семь автономных походов.

46) К-360 (з-д им. ЛК, строительный N 300). Проект 671 РТМ

зал- 8 мая 1981, сп- 27 апреля 1982, прием- 7 ноября 1982. Ответственный сдатчик В.П. Базякин. ТОФ. Шесь автономных походов.

47) К-242 “50 ЛЕТ КОМСОМОЛЬСКУ-НА-АМУРЕ” (з-д им. ЛК, строительный N 302). Проект 671 РТМ

зал- 12 июня 1982, сп- 29 апреля 1983, прием- 26 октября 1983, вст- 16 января 1984. Ответственный сдатчик А.А. Иванов. ТОФ. Пять автономных походов.

48) К-264 (з-д им. Л К, строительный N 303/333). Проект 671 РТМ

зал- 3 апреля 1983, сп- 8 июня 1984, прием- 26 октября 1984. Ответственный сдатчик В.И. Уваров. ТОФ. С 1986 отличный корабль. 30 сентября 1988 посещение делегацией Кореи. Четыре автономных похода.

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ:

“Адмиралтейские верфи” 1926–1996 изд. “Гангут”, СПб, 1996

В.М. Букалов, А.А. Нарусбаев “Проектирование атомных подводных лодок” изд. “Судостроение” 1968 г.

В.Н. Буров “Отечественное военное кораблестроение в третьем столетии своей истории” изд. “Судостроение”, СПб, 1995 г.

“Jane’s fighting ships” Recognition handbook, 1994

“История отечественного кораблестроения” т. 5, изд. “Судостроение”, СПБ, 1996 г.

В.П. Кузин, В.И. Никольский “Военно- морской флот СССР 1945–1991" СПб, 1996 г.

Н.М. Лазарев “Первые советские атомные подводные лодки и их военная приемка” изд. “Малахит”, СПб, 1996 г.

Miller D, Jordan J. “Modern submarine warfare” Salamander book, London, 1986 y.

“Морской сборник” N 3, 1990; N 2, 1995 г.

Нилсен Т, Кудрик И, Никитин А. “Северный флот” N 2, изд. Беллуна, 1996 г.

“Оружие России”, т. III, “Корабли и вооружение Военно- Морского Флота”, изд. “Военный парад”, 1996 г.

А.С. Павлов “Военные корабли СССР и России 1945-95" Якутск, 1994 г.

С. Павлов “Военно- морской флот России 1996" Якутск, 1996 г.

“Российская наука- Военно- морскому флоту” Москва, изд. “Наука”, 1997 г.

“Секайно- кансэн” N 1, 1996 г.

Н. Чернавин “Атомный подводный” Москва, изд. “Андреевский флаг”, 1997 г.