Продолжение выпуска № 32
«Война в воздухе» № 33. 2001 г. Периодическое научно-популярное издание для членов военно-исторических клубов. Редактор-составитель Иванов С. В. При участии ООО «АРС». Лицензия ЛB № 35 от 29.08.97 © Иванов С. В., 2001 г.
Издание не содержит пропаганды и рекламы. Отпечатано в типографии «Нота» г. Белорецк, ул. Советская. 14 Тираж: 300 экз.
В Советском Союзе активнее чем где бы то ни было в мире шли работы над ракетными ускорителями. Одним из поршневых самолетов, оснащенных ракетным ускорителем, стал Як-3 (18–20). Работы над самолетом начались в декабре 1944 года, а к заводским испытаниям приступили 22 декабря 1944 года. Самолет совершил 21 полет, в том числе 8 с использованием ускорителя РД-1 с тягой 3000 кН. Новый двигатель был не единственной особенностью самолета. Вооружение истребителя состояло из единственной пушки НС-23 с боекомплектом 60 выстрелов. В крыльях располагалось не два, а четыре топливных бака. В двух дополнительных баках помещались керосин и азотная кислота. Чтобы разместить ускоритель в хвостовой части фюзеляжа, пришлось переработать оперение.
В ходе испытаний ускоритель проявил себя как ненадежный и небезопасный агрегат. После того, как электрическое зажигание наладить не удалось (двигатель РД-1 проработал 18 минут 50 секунд, имел 40 зажиганий, в том числе 3 в воздухе), его заменили на зажигание химического типа. Ускоритель с химическим зажиганием назывался РД-1ХЗ. Химическое зажигание сработало, но не так как надо. 14 мая 1945 года в ходе первого же полета ускоритель взорвался.
Испытания показали, что с реактивным ускорителем самолет развивает скорость 732 км/ч на высоте 2700 м, 765 км/ ч на высоте 6500 м и 782 км/ч на высоте 7800 м. Подсчеты показали, что на высоте 10000 метров ускоритель способен дать прирост к скорости до 840 км/ч.
Постоянные проблемы с ускорителем привели к тому, что Як-3РД отправили в конструкторское бюро для доработки. Полеты возобновили 14 августа 1945 года, когда самолет участвовал в параде, посвященном дню советских ВВС. Спустя два дня произошла катастрофа. Набрав высоту 2500 метров машина вдруг перешла в пикирование, угол которого постоянно рос. В момент удара о землю самолет пикировал уже под углом 50 градусов. Летчик-испытатель В.Л. Расторгуев погиб, дальнейших работ над машиной не проводили.
Летные качества Як-3 пришлось улучшать традиционным способом. Вместо двигателя М-105 на истребитель установили новый мотор ВК-107А, который представлял собой дальнейшее развитие М-105. Мотор имел стартовую мощность 1650 л.с. и развивал 1500 л.с. на высоте 4500 м. Двигатель ВК-107А устанавливали как на Як-3 со смешанной конструкцией, на самолетах с металлическими крыльями и на цельнометаллических Як-3.
Построено два экземпляра: № 1 и «дублер». Сборку первого прототипа закончили 6 января 1944 года, а заводские испытания проводились с 15 апреля по 20 ноября 1944 года. Летчик-испытатель П.Ю. Федоров.
Новый двигатель был не единственным изменением в конструкции самолета. Кабину пилота сдвинули назад на 400 мм, самолет получил 12 отдельных выхлопных патрубков, а емкость топливных баков увеличили с 390 до 518 литров. Вооружение состояло из двух пушек Б-2 °C калибра 20 мм с боекомплектом 120 выстрелов на ствол, хотя в ходе испытаний вооружение на самолет не устанавливали. Первая половина испытаний прошла под флагом борьбы за надежность двигателя. Лишь 25 из 38 полетов прошли успешно. Причем эти успехи были многообещающими. Несмотря на то, что масса самолета выросла до 2984 кг, скорость у земли достигла 611 км/ч, а на высоте 5750 м — 720 км/ч. Высоту 5000 метров самолет набирал за 3,9 минут. Заметно возросла дальность действия: на скорости 509 км/ч самолет пролетал до 1060 км. В ходе боевого разворота Як-3 с новым двигателем набирал 1500 метров, что делало его очень ценной машиной. Немецкие самолеты безнадежно отставали от Як-3 по этому параметру: Bf 109G-2 с тремя пушками на 400 метров, a Fw 190A-4 — на 800 метров! Тем не менее, прототип нуждался в доработке, прежде всего, требовалось улучшить надежность двигателя и повысить эффективность системы охлаждения. Очень быстро вырабатывали ресурс подшипники коленвала, происходила разгерметизация цилиндров, при некоторых режимах работы двигатель начинал вибрировать. При эксплуатации двигателя на предельных режимах отмечался быстрый рост температуры воды и масла. Охлаждение становилось адекватным лишь при полностью раскрытом воздухозаборнике, но это резко ухудшало аэродинамику самолета.
Смешанная конструкция самолета характеризовалась недостаточной прочностью. Большая масса самолета и уменьшение оборотов винта (с 1800 до 1600 в минуту) привели к росту разбега и пробега. При посадке самолет проявлял тенденцию к капотированию, что не позволяло энергично тормозить.
Часть отмеченных недостатков устранили на «дублере», который был готов 22 января 1944 года. «Дублер» дважды направлялся на государственные испытания, которые проходили с 7 февраля по 15 мая 1944 года и с 13 июля по 29 августа того же года. В ходе испытаний состоялось 44 полета общей длительностью 25 часов 41 минута. Однако капризный ВК-107А не позволил завершить испытаний. Однако характеристики самолета оказались настолько высокими, что было решено продолжить работу над машиной.
Для летных испытаний завод № 292 построил три машины 01–01,03-01 и 04–01, которые были готовы в марте 1946 года. Самолеты получили цельнометаллические крылья с дюралюминиевой обшивкой. Кроме того, самолеты получили новый маслорадиатор ОП-700 и водяной радиатор ОП-544у. Самолет 03–01 был вооружен двумя Б-2 °C и одной Б-20М (100 выстрелов на ствол), а самолет 01–01 получил две Б-2 °C (120 выстрелов на ствол). Машины 01–01 и 03–01 имели бронированные лобовые стекла фонаря. Вместо радиостанции РСИ-4 на истребители установили РСИ-6.
Самолеты предварительно прошли короткие заводские испытания (01–01 и 04–01), а 4 апреля их передали в НИИ ВВС с целью устранить обнаруженные недостатки. Машины были тяжелее самолетов со смешанной конструкцией, а их характеристики немного хуже. Максимальная скорость составляла 697 км/ч, а высоту 5000 метров истребители набирали за 4,2–4,5 минут. Незначительно увеличились разбег и пробег, соответственно с 365 до 375 и с 540 до 610 метров.
Несмотря на то, что самолет по-прежнему был прост в пилотировании, к штурвалу и педалям приходилось прикладывать заметное усилие, что приводило к быстрому утомлению пилота. Учебные бои между Яком-3 с новым двигателем и Яком-9 с тем же двигателем, Р-63С-1 и «Спитфайром IX» показали, что перечисленные машины обладают примерно одинаковыми возможностями. Для объективности результатов пилоты несколько раз менялись машинами. Однако следовало учесть, что иностранные истребители представляли собой доведенные серийные машины, в то время как советские истребители только проходили предварительные испытания. Государственные испытания проходили в период с 10 апреля по 20 мая 1946 года. Выяснилось, что недоработанный двигатель снова «губит» машину. По-прежнему перегревалась вода и масло, падало давление масла, на некоторых режимах работы отмечалась вибрация двигателя. 20 мая 1946 года все три машины передали в Летно-Технический Институт. К тому времени машины совершили 123 вылета общей длительностью 77 часов 42 минуты.
Дальнейшие испытания проходил только самолет 01–01. С 5 июля 1946 года и до конца месяца самолет совершил 17 полетов, во время которых проводились пробные стрельбы. Все серьезные недостатки удалось устранить.
Тем не менее, в крупносерийное производство самолет не направили. Было решено лишь выпустить пробную серию из 30 машин. Позднее завод № 31 в Тбилиси получил заказ на 75 Як-3 с двигателем ВК-107А, однако этот заказ отменили еще до того, как был собран хотя бы один самолет.
Прототип самолета собрали в Тбилиси 31 марта 1945 года. Вся обшивка машины была из дюралевых листов, обшивка рулей из листового электрона. Несмотря на то, что масса самолета уменьшилась на 49 кг, летные характеристики ухудшились по сравнению с машиной со смешанной конструкцией. Заклепки делали поверхность самолета неровной. Емкость топливных баков уменьшилась с 470 до 420 литров. Вооружение состояло из пушек Б-2 °C и Б-20М (120 выстрелов на ствол). Заводские испытания продолжались с 12 апреля по 10 мая 1945 года, состоялось 13 полетов общей продолжительностью 4 часа 36 минут. Скорость на высотах 3200, 5000 и 5900 метров составляла 673, 688 и 706 км/ч соответственно. Порядка 20 км/ч скорости терялось из-за необходимости держать воздухозаборник водяного радиатора максимально распахнутым и недостаточно плотного прилегания створок ниши главного шасси. В ходе боевого разворота у земли Як-3 набирал 1400–1450 метров, а на высоте 5000 метров -1300 метров. Уменьшение емкости баков сократило дальность полета до 780 км. Самолет легко слушался рулей, причем усилие на органах управления требовалось меньшее, чем Яка-3 со смешанной конструкцией.
Самолет направили на государственные испытания, которые продолжались с 25 мая по 9 июня 1945 года. Самолет совершил 44 полета и получил рекомендацию к серийному производству. Завод № 31 в Тбилиси в 1945 году выпустил 40 цельнометаллических Яка-3, еще восемь машин собрали в 1946 году. Потом было решено прекратить выпуск Як-3 с двигателем ВК-107А, переключившись на выпуск Як-9У, которые лучше соответствовали новому мотору.
Это был экспериментальный самолет. Изначально было ясно, что новый двигатель не годится для эксплуатации в полевых условиях. Однако было интересно посмотреть, на что будет способен самолет, если на него установить еще более мощный мотор (номинальная мощность 1550 л.с.). Двигатель ВК-108 вращал пропеллер ВИШ-107ЛТ-5, вооружение состояло из одной пушки НС-23 с боекомплектом 60 выстрелов. Двигатель оборудовали новыми радиаторами, элероны вместо ткани обшили дюралевым листом.
Заводские испытания длились с 7 октября 1944 года по 8 марта 1945 года. При этом с самолета сняли вооружение, а топливные баки, вмещавшие до 350 л топлива, заполняли не до конца. Это позволило самолету развить 21 декабря 1944 года скорость 745 км/ч, немногим меньше, чем показал в рекордном полете Bf 209V1 — 755 км/ч. Несмотря на то, что официально испытания продолжались до 8 марта 1945 года, с 21 декабря 1944 года самолет не летал, поскольку ему меняли двигатель. Замена шла долго, до 8 марта. В первом же полете с новым мотором произошла авария и работы над машиной прекратили.
Еще одну попытку установить на Як-3 двигатель ВК-108 предприняла во второй половине 1945 года в ОКБ Яковлева группа инженера В.Г. Григорьева. Однако и в этот раз удачного самолета не получилось. В планах НКАП на 1946 год фигурировала постройка на заводе в Тбилиси трех Як-3 с ВК-108, но планы так и остались на бумаге.
Этот самолет представлял собой попытку «скрестить» планер Як-3 с двигателем Швецова. Большая мощность двигателя давала надежду на то, что Як-3 в этой модификации может стать лучшим советским истребителем. Чтобы установить на истребитель звездообразный двигатель потребовалось радикальным образом переработать носовую часть фюзеляжа. Некоторые конструктивные изменения пришлось внести и в другие части самолета. Размах крыльев увеличился до 9,4 м, а их площадь возросла на 0,5 м². Металлические топливные баки заменили мягкими, одновременно увеличив их емкость на 110 л. Чтобы сохранить обзор из кабины, кресло пилота подняли на 84 мм. Фюзеляж и хвостовое оперение дюралевые, вооружение состояло из двух пушек Б-2 °C с боекомплектом 120 выстрелов на ствол.
Масса новой машины оказалась необычайно малой — всего 2792 кг. Сборку самолета начали 20 января 1945 года в Новосибирске, а закончили 23 апреля 1945 года в Москве. Заводские испытания начались 29 апреля. На высоте 6000 метров Як-3У развивал скорость 682 км/ч. Высоту 5000 метров самолет набирал 3,9 мин. Чтобы еще больше улучшить характеристики машины, ее отправили назад в ОКБ с целью заменить деревянное крыло металлическим. Работы закончились 25 сентября 1945 года, но из-за конца войны дальнейшего развития проект не получил. Опыт, полученный при создании Як-3У, использовали при проектировании Як-11.
История истребителей Яковлев имеет еще одну страничку. Завод в Оренбурге получил заказ из Санта-Моники, США на 20 копий Як-3 для богатых американских миллионеров. Самолеты летают, но вместо штатного климовского двигателя на них установлен двигатель Allison 21 мощностью 925 кВт. Один такой самолет был доставлен транспортником АН-124 на авиасалон в Париже в 1993 году. Машина несла эффектный серо-темно-серый камуфляж и пользовалась огромным успехом у посетителей.
Яки-1 начали войну выкрашенными в зеленый цвет с нанесенными по верхней половине фюзеляжа темно-зелеными или черными пятнами. Днище фюзеляжа и нижняя поверхность крыльев была голубого цвета. Переход между цветами был плавный, так как краску наносили из пульверизатора. В первые две зимы самолеты покрывали белой краской, которая очень быстро облезала. Чтобы упростить поиск самолетов, совершивших вынужденную посадку на снег, концы крыльев окрашивали в красный цвет. Также часто встречались самолеты с не перекрашенным в белый цвет капотом. У таких самолетов на стоянке капот закрывали белым полотном.
В июле 1943 года появилась новая камуфляжная схема. Самолеты стали красить серой краской двух оттенков. Матерчатую и фанерную обшивку красили темно-серой краской АМТ-12 и серо-голубой краской АМТ-11. Металлические части покрывали красками А-32М и А-33М, соответственно. Нижняя поверхность фюзеляжа и крыльев остались голубого цвета. Переходы между цветами по инструкции должны были быть резкими. Новый камуфляж начал использоваться летом 1943 года и сохранялся до конца войны, хотя резкие границы перехода между цветами были лишь у малого числа самолетов. Как следует из анализа фотоматериалов и рассказов летчиков, в последние месяцы войны известная доля самолетов выкрашивалась лишь в один оттенок серого цвета. Пропеллер черного цвета, иногда концы лопастей несли желтую метку. В начале войны передняя поверхность лопастей не красилась, а черной краской покрывалась лишь та поверхность, которую видел пилот. Однако скоро выяснилось, что блестящий диск вертящегося пропеллера демаскирует самолет, поэтому скоро лопасти стали чернить с обеих сторон.
Хотя до начала войны советская промышленность выпустила 425 самолетов Як-1, в боевые части поступила едва ли четверть от этого числа машин. В частности в апреле 1941 года 78 самолетов отправили в Баку, где они оставались какое-то время и после нападения Германии. Скорее всего задержки с доставкой объясняются приказом СНК от 7 сентября 1940 года, согласно которому Яковлев должен был представить третий прототип И-26, вооруженный пушкой и четырьмя пулеметами. Конструкторы сопротивлялись этому приказу, поскольку такой самолет имел бы худшие летные характеристики. Тем не менее, было решено создать компромиссный вариант, который следовало представить к концу января 1941 года. Все это привело к тому, что вплоть до 3 марта 1941 года военные не принимали выпущенные в Москве и Саратове самолеты, ожидая их перевооружения.
К 22 июня 1941 года в пяти западных военных округах Советского Союза находилось 105 самолетов Як-1, из которых 92 было укомплектовано, облетано и принято военными. Следует иметь в виду, что в части самолеты отправлялись по железной дороге в контейнерах. В Ленинградском ВО 20 машин находилось в составе 158-го ПАП, в Прибалтийском ОБО — три машины, в Западном ОБО — 20 Як в 123-м ИАП, а в Киевском ОБО — 62 самолета распределялись между 20-м и 91-м ИАП. В Одесском ВО Як не было вовсе. Однако и эти машины почти все не участвовали в первых боях, поскольку боеготовность имели только два полка: 20-й и 158-й ИАП. Сравнительно много Як находилось в распоряжении морской авиации. 23 июня 1941 года их было 44 штуки, из них семь принадлежали Черноморскому Флоту, а 11 — Балтийскому. Из них лишь восемь машин входило в состав балтийского 71-го ИАП, находившегося в боеготовом состоянии.
В ходе войны морская авиация получила 368 Як-1 и 131 Як-3. Североморский флот по состоянию на 18 февраля 1942 года располагал девятью Яками-1, в том числе пятью боеспособными. К 1 апреля 1943 года число самолетов сократилось до шести (два боеспособных). К 1 июля того же года Североморский флот располагал уже 32 истребителями (29 боеспособных). Позднее начали поступать Яки-9 и 3. К 1 июля 1944 года Североморский Флот располагал 20 Яками-9 и 14 Яками-3, а 1 января 1945 года Североморский Флот имел уже 62 боеспособных Яка-3, еще семь машин находилось в ремонте.
Более скромными были силы Черноморского Флота. 22 июля 1942 года в составе 62-й АБ было 16 боеспособных Як-1 и четыре машины находилось в ремонте. К 22 декабря 1942 года число боеспособных и ремонтируемых машин составило 29 и 9, соответственно.
Авиация Балтийского Флота на 15 мая 1942 года располагала следующим числом самолетов: 3-й ГИАП — 22 боеспособных и 6 в ремонте (ЛаГГ-3, МиГ-3, Пе-2 и Як-1), 21-й ИАП — 22 Як-1, в том числе 7 в ремонте.
1 января 1943 года в 12-й ОРАЭ (отдельная разведывательная эскадрилья) было семь Пе-2 и Як-1, в том числе один самолет в ремонте.
1 июля 194Згода на Балтике действовало только 12 Як-1 и 29 Як-7.21-й ИАП располагал девятью Як-7 (один в ремонте) и двумя Як-1. 3-й ГИАП имел девять (один в ремонте) Як-1 и один Як-7. В 13-м ИАП было шесть Як-7. 15-й ОРАП располагал двумя Як-7. 13-й ОКорАО (Отдельный корректировочный авиаотряд) имел два Як-7. Один Як-1 имелся в составе 7-го ОЗвПВО (отдельного звена противовоздушной обороны).
1 января 1944 года Балтийский Флот располагал 13 Як-1, 15 Як-7 и 54 Як-9. 21-й ИАП — 34 (7) Як-9; 12-й ИАП — 28 (3) Як-7; 13-й ИАП — 12 Як-1, 16 Як-7 и 10 Як-9 (все в ремонте); 43-я РАЗ (в составе 15-го РАП) -10 (4) Як-9; 11-й ИАП — 7 (2) Як-7; отряд буксирования воздушных целей — один Як-1.
19 июля 1944 года Балтийский Флот имел 37 Як-1 и Як-7, а также 122 Як-9. Самолеты Як-1 имелись в 12-м ИАП-37 Як-1 и-7.
1 января 1945 года Балтийский Флот располагал 8 Як-1, 2 Як-3, 8 Як-7 и 132 Як-9. Все восемь Як-1 идваЯк-3 находились в составе 12-го ИАП.
Большинство собранных Як-1 находилось в глубине территории в составе частей ПВО. Летчики ПВО были лучше подготовлены, кроме того, эти части рассматривались в виде резерва. К началу войны московская система ПВО располагала 95 Яками-1, которые находились на вооружении 11-го, 12-го, 24-го, 35-го и 262-го ИАП. Яки-1 составляли заметную долю авиапарка и в ходе советского контрнаступления под Москвой. 16 августа, после формирования Калининского фронта, фронт располагал 35 Яками-1, 30 МиГами-3 и только 9 И-16. В данных на 1 ноября и 1 декабря 1941 года Яки отсутствуют, а 1 января 1942 года снова появляются 14 Як-1. Уровень потерь был довольно высок, в составе 6-й резервной авиагруппы (от трех до восьми полков) имелся лишь один исправный Як-1. Благодаря надежности и легкости в обслуживании Яки-1 из 172-го ИАП за короткий зимний день совершали по 5–6 боевых вылетов, что в какой-то степени компенсировало их малочисленность. К концу советского контрнаступления под Москвой в составе Западного Фронта действовало четыре ИАП, оснащенных Яками-1: 236-й, 66-й, 188-й и 20-й. Калининский Фронт также располагал четырьмя полками Як-1: 163-м, 518-м, 521-м и 237-м.
В начале декабря 1942 года в составе 1-го ИАК вошла 210-я И АД, один полк которой (32-й ГИАП) располагал 32 истребителями Як-1. Другая дивизия этого корпуса — 274-я ИАД — располагала 653-м ИАП, также оснащенным Яками-1.
Приказом от 8 августа 1942 года началось формирование 16-й воздушной армии. До 4 сентября в ее состав входило четыре дивизии и несколько отдельных полков. Почти все истребительные полки армии были оснащены Яками-1. В 220-й ИАД это были 42-й, 211-й, 237-й, 512-й, 581-й и 867-й ИАП. Лишь 291-й ИАП летал на ЛаГГах-3. Вошедшая позднее в состав армии 283-я ИАД располагала четырьмя полками Як-1: 431-м, 520-м, 563-м и 812-м ИАП.
В октябре 1941 года началось формирование трех женских авиаполков, в том числе 586-го ИАП. Полк был оснащен истребителями Як-1 и был готов к бою 1 декабря 1941 года. Для подготовки женщин-пилотов выделили несколько учебных Як-7В. Первые боевые Яки-1 полка были выкрашены в белый цвет. Командиром полка стала Т. Казаринова. После нескольких месяцев подготовки, весной 1942 года полк прибыл на фронтовой аэродром. Боевой путь полка проходил через Днепр и Венгрию. Полк использовали главным образом для охраны важных объектов, поэтому счет полка довольно скромный: в 125 боях было сбито 38 самолетов противника.
Судя по публикациям, относящимся к 7-й воздушной армии, на севере России Яки-1 использовались меньше. В составе 103-й САД, составлявшей основную ударную силу 7-й ВА, было только три Яка-1.
В июле 1944 года с фронта в Лиду был снят 63-й ГИАП из 1-го ГИАК. В Лиде полк получил Яки-3 и уже в августе снова был на фронте. Другим полком 4-й ГИАД, получившим Яки-3, был 64-й ГИАП. Перевооружение полк прошел осенью 1944 года. В апреле 1945 года закончил переход на Яки-3 65-й ГИАП. 25 апреля 1945 года в составе 4-й ГИАД было 82 боеспособных Яка-3.
Сейчас трудно определить точные причины потерь. Можно предположить, что некоторая часть машин была уничтожена на аэродромах в первые часы войны, другую часть машин пришлось уничтожить, поскольку на них еще никто не умел летать. Некоторые были сбиты в бою — одной пули в радиатор было достаточно, чтобы у Яка-1 отказал двигатель. Любопытная история описана в книге В.М. Шевчука «Командир атакует первым». На аэродроме под Брестом дислоцировалось три истребительных полка: 33-й, 74-й и 123-й ИАП. Поскольку Шевчук не называет номера полка, то можно предположить, что история произошла в 33-м ИАП. Н. Акулин, командир этой части, оснащенной истребителями И-16, приказал незадолго до начала войны рассредоточить и замаскировать самолеты. Приехавшее начальство устроило ему разгон, требуя поставить самолеты в ряд. В качестве примера был указан соседний 123-й ИАП, оснащенный новенькими Яками-1. Акулин, чтобы не искушать судьбу, перед каждой следующей инспекцией размещал самолеты «как надо», но едва начальство покидало расположение полка, летчики и механики откатывали самолеты по укрытиям. Соседи посмеивались над осторожностью Акулина, но когда грянула война, 123-й и 74-й ИАП лишились самолетов за несколько утренних часов.
Известную трудность представляло освоение летчиками новой машины. Необходимость быстрой подготовки пилотов и переброска частей на фронт затрудняли освоение новой машины. Поэтому в первые недели войны Яки-1 редко появлялись в небе. Тем не менее, опыт первых недель войны показал, что из трех типов истребителей: Як-1, ЛаГГ-3 и МиГ-3 — лучший Як. Здесь не место перечислять недостатки ЛаГГа и МиГа. Это были — особенно ЛаГГ — неудачные машины. Лишь Як-1 ближе всего соответствовал немецкому Bf 109, хотя почти по всем характеристикам в той или иной степени уступал «мессеру». Однако кроме характеристик и опыта летчиков в бою важную роль играют различные «изюминки». Например, Bf 109 обладал двигателем с непосредственным впрыском топлива, что позволяло ему совершать любые маневры с любой перегрузкой. В то же время карбюраторный двигатель М-105 при совершении многих эволюции просто глох. «Мессершмитты» — как Е, так и F — уверенно чувствовали себя при вертикальном маневре, что также давало им преимущество. Множество потерь объяснялось отсутствием на самолетах радиостанции. В мемуарах советских пилотов постоянно прослеживается сюжет о том, что их боевые друзья гибли из-за того, что их было невозможно предупредить по радио. Вооружение Яка-1, секундный залп которого составлял 1,856 кг, хватало для борьбы с небронированными самолетами, было явно недостаточно против хорошо защищенного Fw 190. Известна история о том, как в конце зимы 1942 года пилоты 205-й ИАД отказались летать на Як-1, требуя пересадить их на «Аэрокобры». Полковник Савицкий был вынужден провести показательный бой, в котором Як-1 победил Р-39. После этого летчики дивизии «… уже не сомневались в том, что наш истребитель лучше». Появление Bf 109G, особенно модификации, вооруженной пятью пушками, заставило советских пилотов избегать боя на встречных курсах, хотя тяжелый Bf 109G уступал Яку-1 в маневренности и был довольно легкой целью. Вообще, Яки-1 превосходили немецкие самолеты в круговом маневре, а немецкие истребители старались кругового маневра избегать. Горизонтальный круговой маневр был единственным средством для советского пилота уйти от самолета противника и сесть ему на хвост. Любая попытка вертикального маневра как правило заканчивалась плачевно. Опытные пилоты старались уйти из-под огня передовых Fw 190 и втянуть противника в карусель. И здесь основную роль играл опыт летчика. Почти все лучшие советские асы имели довоенную подготовку и большой налет часов.
Вот описание нескольких боев, в которых участвовали Яки-1.
23 июня 1941 года пилот 158-го ИАП, лейтенант А.В. Чирков заметил пару Не 111, шедших на 300 метров выше его. Зайдя со стороны солнца, Чирков сбил ведущий самолет. На второй бомбардировщик у него не хватило боеприпасов. На следующий день другой летчик того же полка, П.А. Покрышев сбил Ju 88.
2 июля 1941 года летчик 11-го ИАП, лейтенант С.С. Гошко таранил разведывательный Не 111. Среди немецкого экипажа находился немецкий полковник генштаба, при котором обнаружили оперативные карты и другие документ. 25 июля 1941 года капитан К.Н. Титенков из 6-го ИАК ПВО сбил на Яке-1 один Не 111. В тот же день лейтенант Б. Васильев таранил под Москвой Ju 88, а сам совершил вынужденную посадку.
В январе 1942 года 247-й ИАП, сражавшийся в Крыму, получил Яки-1.
Потери среди Як-1 были довольно высоки. В марте 1942 года был сбит и погиб командир 247-го ИАП, Герой Советского Союза, майор М.А. Федосеев. 1 мая 1942 года в бою между двумя Яками-1 и десятью Bf 109 оба Яка были сбиты, в том числе машина будущего Героя Советского Союза В.М. Шевчука.
Наиболее известным воздушным боем стал бой семи Як-1 из 296-го ИАП с 25 немецкими самолетами. Бой состоялся 9 марта 1942 года в районе Харькова. Советской группой командовал капитан Б.Н. Еремин. С ним летели капитан И. Запрягаев, лейтенанты А. Мартынов, М. Седов, В. Скотный, А Соломатин и старший сержант Д. Король. Юго-восточнее Харькова на высоте 1700 метров они заметили семь Ju 87 и Ju 88, летевших в сопровождении 12 Bf 109E. Выше шло еще шесть Bf 109F. Советские истребители атаковали немецкие бомбардировщики. Седов и Скотный сбили по одному Ju 88. Немцы начали облегчать самолеты, сбрасывая бомбы куда попало, тем временем в бой вступили «мессеры». Еремин и Соломатин сбили по одному Bf 109E прежде чем подлетели Bf 109F. Еще три «мессера» сбили Скотный, Мартынов и Король. Немцы начали уходить, и через 15 минут бой закончился. За этот бой все летчики получили награды, а трое из них: А. Соломатин, А. Мартынов и Б. Еремин — стали Героями Советского Союза.
В период с 9 по 11 июня 1942 года в составе авиации Черноморского флота появился 45-й ИАП из 5-й ВА. В составе полка было три эскадрильи Як-1. Некоторое время полк представлял собой основную ударную силу в этом районе.
11 июня 1942 года И. Шматко сбил Ju 88, а его ведомый Н. Лавицкий записал на свой боевой счет победу над Bf 109. Оба немецких самолета упали в районе Балаклавы. В свою очередь, немцам удалось сбить Як-1 П. Берестнева, который спасся, выпрыгнув с парашютом.
12 июня 1942 года полк совершил три боевых вылета. Во втором и третьем вылете два звена прикрывали сухопутные войска. В первом полете лейтенант В. Шаренко сбил Ju 88, однако тут же был атакован парой Bf 109. На помощь лейтенанту поспешила пара К. Денисова и «мессеры» спаслись, уйдя свечей вверх».
В третьем вылете пилоты 45-го ИАП сбили один Не 111, один Ju 88 и один Bf 109, потеряв один Як-1, пилот которого — лейтенант В. Шаренко выпрыгнул с парашютом. На следующий день полку пришлось вести несколько сражений с немецкими истребителями. На этот раз преимущество оказалось на стороне немцев: два Bf 109, сбитых лейтенантами А. Филатовым и И. Шматко, пришлось купить ценой трех Як-1 лейтенанта И. Шматко, сержанта Вазяна и лейтенанта П. Ушакова, причем Ушаков погиб. Чтобы эффективнее действовать против противника, советские летчики разработали новую тактику. Поднявшись с аэродрома, истребители поворачивали в сторону Кавказа. Скрывшись из виду, самолеты разворачивались и, набрав высоту, атаковали противника. Действуя таким образом десять Як-1, возглавляемых К. Денисовым сбили 16 июня пять немецких бомбардировщиков и два истребителя без потерь для себя.
К западу от Москвы, в составе Западного фронта действовала 201-я ИАД. Один из полков дивизии — 236-й ИАП — был оснащен Яками-1. Полк очень умело действовал, обеспечивая прикрытие кавалерийского корпуса генерала П.А. Белова. Корпус находился в рейде за линией фронта. 14 июня 1942 года для прикрытия корпуса вылетела четверка Як-1, возглавляемая капитаном А.Ю. Шваревым. По пути к заданному району истребители сбили один Hs 126. Вскоре было обнаружено девять Ju 88, летевших без прикрытия. Шварев и Б. Бугарчев сбили по одному «юнкерсу». Затем в воздухе появилось восемь Bf 109. Советские пилоты приняли бой и сбили два «мессера». Тем временем прибыла вызванная по рации подмога, и победа осталась за советскими летчиками. Позднее дивизия сражалась под Ржевом. 7 августа 1942 года восемь Як-1 из 32-го ИАП, которыми командовал майор И.Г. Колбасовский, перехватили 36 Ju 88, которых сопровождали 10 Bf 109. Советским самолетам удалось прорваться к немецким бомбардировщикам и сбить четыре из них (два сбил Колбасовский, по одному капитан Н.В. Шаванда и лейтенант А. Бухторевич). Дальше в бой вступили немецкие истребители. На протяжении двадцати минут, потеряв два Яка-1, советские истребители сбили еще семь самолетов. Оба сбитых летчика выпрыгнули с парашютом. В тот же день отличился 519-й ИАП, шестерка Як-1 из которого перехватила 25 Ju 88, сопровождаемых истребителями. Советские летчики сбили семь самолетов, в том числе три — капитан И. Памятный. Сам капитан погиб в этом бою.
Все эти победы подтверждены рапортами, хранящимися в российских военных архивах.
В конце октября 1942 года 210-ю ИАД сняли с Западного фронта, оставив лишь четыре полка. Штаб дивизии и 236-й ИАП перебросили в район Сталинграда, где включили их в состав 2-го САК (смешанный авиакорпус). Теперь дивизия насчитывала три полка: 13-й ИАП, 437-й ИАП и 236-й ИАП (последний полк летал на Яка-1, остальные на Ла-5).
1 декабря 1942 года на разведку вылетели два Яка-1 из 236-го ИАП. За штурвалами истребителей сидели командир полка, подполковник П.А. Антонец и старший лейтенант М.В. Удалов. Пролетая над одним из аэродромов, летчики заметили два взлетающих «мессера». Это была легкая цель. Антонец быстро пересек зону обстрела аэродромных батарей ПВО и первой же очередью срезал ведущий самолет. «Мессер» перевернулся и рухнул на поле. Другой Bf 109 попытался уйти под прикрытие своих зениток, но сделал это слишком медленно. Удалов настиг и срезал противника короткой очередью. 15 декабря десять Як-1 из того же полка прикрывало группу Ил-2, штурмовавших немецкую танковую колонну в районе Южного Клыкова. Советские самолеты столкнулись с 12 Bf 109. Истребители приняли удар на себя, предоставив штурмовикам спокойно делать свою работу. В этой безуспешной атаке немцы потеряли два Bf 109.
По официальным данным советской стороны три полка 201-й ИАД в период с 20 ноября 1942 года по 15 апреля 1943 года потеряли 39 летчиков. То есть за полгода каждый полк терял в среднем едва ли дюжину пилотов, что с учетом напряженности боев представляется и вовсе небольшой величиной.
Части 16-й воздушной армии начали боевые действия между Доном и Волгой еще не закончив формирования.
9 августа два Яка-1 из 563-го ИАП, пилотируемых А.В. Обориным и В.А. Орешиным, завязали бой с шестью «мессерами». Советские пилоты сбили по одному Bf 109, третьего Оборин таранил. Несмотря на повреждения, Оборин дотянул свою машину до аэродрома. 17 сентября летчики 16-й ВА сбили 15 вражеских самолетов, потеряв семь Як-1. Следующий день отличался ожесточенными боями. Сбив 26 немецких самолетов, 16-я ВА потеряла 32 машины (не известно сколько из них составляли Яки-1). Когда сбить немецкий самолет не удавалось, советские летчики шли на таран. Так 14 сентября 1942 года И.М. Чубарев сбил Fw 189. Его Як-1 из 237-го ИАП совершил вынужденную посадку.
В другой день пять Як-1 из 283-й ИАД не смогли прикрыть шесть Ил-2 из 245-го ШАП. Штурмовики были перехвачены более чем десятью немецкими истребителями и все сбиты, правда, четырем Илам-2 удалось дотянуть до своей стороны линии фронта. 23 сентября 1942 года шестерка Як-1 из 512-го ИАП, возглавляемая капитаном И.П. Моторным, атаковала большую группу немецких самолетов в районе хутора Вертячный. Моторный сбил в бою два истребителя. 27 сентября Як-1 лейтенанта В.Ю. Пятова из 211-го ИАП отрубил винтом хвост у Do 215 после чего приземлился на своем аэродроме.
Оснащенные почти исключительно Яками-1 обе дивизии в сентябре 1942 года понесли потери, но и одержали множество воздушных побед. 220-я ИАД сбила 93 самолета противника, потеряв 91 машину и 43 пилота. 283-я ИАД сбила 105 самолетов, потеряв 66 Як-1 и 35 пилотов (соответственно 43 % и 30 % от личного состава).
Напряженные бои продолжились в октябре. 20 октября 1942 года шесть Як-1 из 520-го ИАП, ведомых майором Д.И. Родиным, вступили в очередной воздушный бой. Шестерка истребителей прикрывала наземные войска в районе Конной Балки. Патрулируя пространство истребители перехватили три группы по 6–8 немецких бомбардировщиков, сопровождаемых четырьмя Bf 109. На первую группу, состоявшую из Ju 87, двинулось четыре Яка, которые обратили немцев в бегство. Вскоре «штуки» и два «мессера» исчезли за горизонтом. Тем временем советские летчики атаковали группу Ju 88. Однако чтобы сбить один бомбардировщик потребовались совместные усилия ведущего и ведомого: пары майора Родина и капитана А.А. Ефремова смогли сбить по одному Ju 88.
Очень активно и с большим успехом действовали Яки-1 из 16-й В А во время ликвидации Сталинградского котла. 12 января 1943 года звено Як-1 из 176-го ИАП, возглавляемое старшим лейтенантом М.И. Макаревичем, сбило в районе Большой Россошки три немецких самолета. Другое звено — из 520-го ИАП — сбило 17 января в районе аэродрома Гумрак один Ju 88. Спустя два дня четыре Яка-1 из того же полка, ведомые старшиной В.Ф. Виноградовым, в том же районе сбили два Не 111.
Действовавший на Юго-Западном фронте в районе Харькова 434-й ИАП прикрывал с воздуха сухопутные войска. Во время одного из вылетов 17 Як-1 завязали бой с 19 Bf 109. Вскоре подоспело еще 9 Bf 109. Советская и немецкая стороны потеряли по три самолета. Победы на свой счет записали пилоты Котов, Баклан и Карначинок. Полк отличился под Сталинградом, сбив там в течение трех недель в июне-июле 1942 года 35 немецких самолетов, потеряв при этом двадцать машин и нескольких летчиков. Если учесть тот факт, что за это время пилоты совершили 880 боевых вылетов, то уровень потерь оказывается очень низким — всего одна машина на 44 боевых вылета.
Яки-1 находились на вооружении 102-й ИАД ПВО, которая получила почетное название «Сталинградской», стала гвардейской (2-я ГИАД) и была награждена орденом Красного Знамени. Первой победой дивизии стал сбитый разведывательный Ju 88. 1 января 1942 года его таранил на Яке-1 сержант Ю. Лямин из 788-го ИАП. Позднее под Сталинградом дивизия сбила пять Ju-87 и четыре Bf 109. Эти победы одержали десять Як-1 из 788-го ИАП, ведомых майором С. Удовенко. Успешные бои вели также пилоты из 629-го ИАП, входившего в ту же дивизию и тоже оснащенного Яками-1. За два последних дня сентября лейтенант Ф. Федоров сбил Bf 109 и МС 200, a Ju 88 он сбил совместно с другим пилотом. Младший лейтенант Кочетов, также из 629-го ИАП, сбил Ju 87 и Bf 109. Дивизия также несла потери и к концу ноября 1942 года из более чем ста самолетов в дивизии осталось лишь тридцать боеспособных машин.
2 сентября 1942 года завод в Саратове получил распоряжение передать 8-й воздушной армии самолеты, выпущенные за две недели. Как вспоминает генерал-майор технической службы И.С. Левин уровнем оснащенности авиацией под Сталинградом интересовался сам Сталин, который приказал, чтобы каждый построенный в Поволжье самолет использовался в этом районе.
В ходе боев под Сталинградом перешел на Яки-1 известный 9-й ГИАП. Первым на новой машине совершил боевой вылет 27 октября 1942 года И. Сержантов. 13 марта 1942 года Сержантов сбил МС 200 в районе Аксая.
Опытные летчики полков действовали там, где тяжелее. Под Сталинградом тяжело было везде. Когда 6-я армия Паулюса попала в окружение, перед летчиками поставили задачу пресечь снабжение окруженных войск по воздуху. Полк перебросили на аэродром Зеты. На следующий день, 21 ноября 1942 года, аэродром подвергся налету немецких пикирующих бомбардировщиков. Несколько Як-1 получили повреждения, но быстро вернулись в строй.
Летая на Яке-1, летчик А. Карасев сбил под Сталинградом шесть немецких самолетов и участвовал в 35 воздушных боях. Среди одержанных им побед был сбитый 17 декабря 1942 года Bf 109 и 30 января 1943 года Ju 88.
Аркадий Ковачевич сбил 14 декабря Ju 87 и Bf 109, а пять дней спустя — Do 215. Иван Королев, который закончил войну с 18 победами, под Сталинградом дважды был сбит. Ахмет-Хан Султан провел в районе Сталинграда 51 воздушный бой, сбив шесть вражеских самолетов. Другим знаменитым летчиком 9-го ГИАП был безногий Георгий Кузьмин. Увечье не помешало Кузьмину сбить за войну 20 немецких самолетов и стать первым асом полка. 22 января 1943 года пятерка Як-1, ведомая Кузьминым, завязала бой с 14 немецкими самолетами и сбила шесть вражеских машин. Несколькими днями раньше — 10 января 1943 года был сбит и совершил вынужденную посадку один из лучших советских асов, командир полка Лев Шестаков, ведший на задание восьмерку Як-1.
Большую победу одержали советские летчики 2 февраля 1943 года. Восемь Як-1, ведомых старшим лейтенантом А.В. Алелюхиным. Завязав бой с группой из десяти Bf 109 и Bf ПО, советские пилоты сбили два Bf 109 и одного Bf 110. В тот же день в другом бою четыре Яка-1 Ю.П. Дранищева перехватили 25 немецких бомбардировщиков, сопровождавшихся семью истребителями. Младшие лейтенанты И.Г. Борисов и И.Ю. Сержантов сбили по одному бомбардировщику.
Воздушное прикрытие 62-й армии осуществляла 287-я ИАД. 24 октября 1942 года четыре Яка-1 из 293-го ИАП перехватили шесть Ju 88, сопровождаемых двумя Bf 109. В стремительной атаке советские пилоты сбили один истребитель и один бомбардировщик. 2 ноября 1942 года шесть истребителей из того же полка летели к северу Сталинграда, когда их атаковало восемь Bf 109. Одновременно в воздухе появилось 12 Ju 87. Яки-1 уклонились от боя с истребителями и атаковали пикирующие бомбардировщики. Атака была столь успешной, что немцы потеряли семь «штук», а также два «мессера». Потери советской стороны составили только один самолет.
Больших успехов добился в начале 1943 года 32-й ГИАП, летающий на Як-1. 14 января 16 Як-1 сопровождало Илы-2. Во время вылета группу атаковало 14 Bf 109 и гвардейцы сбили два «мессера». На следующий день 18 истребителей сопровождало группу Пе-2. Над Великими Луками советских летчиков атаковало порядка двадцати Bf 109 и Fw 190. Сталинские соколы сбили восемь немцев, потеряв только одного летчика — П.П. Нейсышева. «Пешки» потерь не понесли. 18 февраля летчики 32-го ГИАП сбили два немецких истребителя, потеряв один самолет, а 21 февраля записали на свой счет три воздушные победы. 6 марта два Героя Советского Союза — И. Холодов и А. Баклан — таранили по одному немецкому истребителю. Холодову пришлось прыгать с парашютом, а Баклан совершил вынужденную посадку. 9 марта был особенно удачным днем, когда действуя совместно с 875-м ИАП, летающим на Як-7Б, гвардейцы сбили 21 немецкий самолет, в том числе три Ju 88, которые попытались бомбить полковой аэродром. 15 марта восемь Як-1 в бою с 14 немецкими истребителями, сбило четыре «фрица» без потерь со своей стороны.
Точные потери 32-го ГИАП не известны, но 1-й ИАК (всего 5 полков, включая 32-й ГИАП) в период с 4 декабря 1942 года по 20 марта 1943 года потерял 95 самолетов и 60 пилотов.
23 октября 1942 года под Сталинградом шесть Як-1 из 293-го ИАП 287-й ИАД прикрывали сухопутные войска. Когда самолеты взлетели, аэродром полка был блокирован шестью Bf 109. Советские истребители прорвались через немцев, и атаковали группу бомбардировщиков, шедших бомбить Сталинградский Тракторный Завод. В завязавшемся сражении советским летчикам удалось сбить четыре «юнкерса» и два «мессера». С нашей стороны погиб сержант А.Д. Бояркин, чей Як-1 взорвался при заходе на посадку.
2 ноября шестеро самолетов полка завязали бой с восемью Bf 109 над северными районами Сталинграда. Одновременно появилось 12 Ju 87. Поскольку пикировщики были основной целью (имелся приказ командующего 8-й ВА, предписывающий сбивать немецкие бомбардировщики любой ценой, вплоть до тарана), советские летчики дважды атаковали «штуки», сбив сначала четыре, а потом еще три Ju 87. Затем начался бой с Bf 109, в котором советским пилотам удалось сбить два «мессера» ценой одного Яка-1.
16 декабря 1942 года во время боев в районе Великих Лук восемь Як-1 из 653-го ИАП завязали бой с 16 Ju 88, сопровождаемых десяткой Bf 109 из JG 51. Советские летчики без потерь со своей стороны сбили четыре немецких самолета.
19 марта 1943 года под Ленинградом пять Як-1 из 14-го ГИАП, возглавляемых капитаном И.Д. Одинцовым, сопровождало Илы-2, шедшие бомбить противника в районе Ульяновки. Советская группа была перехвачена 15 Bf 109 и Fw 190. По одному Fw 190 сбили Одинцов и капитан В.К. Мочалов. В бою погиб старший лейтенант А.В. Слипченко.
21 марта 1943 года четыре Яка-1 из 21-го ИАП, входившего в авиацию Балтийского флота, возглавляемые П.И. Павловым, сопровождали шесть Пе-2. В задачу советских пикировщиков входило разбомбить железнодорожную колею на участке Антропшино-Пушкин. Немцы направили на перехват советского отряда восемь Fw 190 и Bf 109. Завязался бой, в ходе которого был сбит один Fw 190, рухнувший затем на Пушкино.
Яки-1 активно действовали над Черным Морем, в районе «Малой Земли» и на Кубани.
29 апреля 1943 года в районе станиц Крымская и Абинская в патрулировании находилось девять Як-1 из 812-го ИАП, ведомых капитаном Лапшиным. На высоте 3500 метров они заметили 12 Ju 88, сопровождаемых 12 Bf 109. Две пары, ведомые старшим лейтенантом Кривякым, получили задачу связать боем истребители, в то время как остальные должны были атаковать бомбардировщики. Немцы заметили наших только тогда, когда два «мессера» уже горели на земле. У экипажей бомбардировщиков сдали нервы и они рассыпали строй. В результате один бомбардировщик был сбит, а другой получил серьезные повреждения. Затем бой превратился в поединки истребителей, в ходе которых люфтваффе потеряло еще два Bf 109. Наши летчики без потерь со своей стороны вернулись на аэродром.
Бои над Мысхако 20 апреля 1943 года стали пробным камнем для 812-го ИАП в этом районе. Главной задачей полка в тот день было прикрытие высаживающегося десанта. Такое задание получила 2-я эскадрилья полка, насчитывавшая 14 Як-1, которыми командовал А.Ю. Еремин. Когда появились две группы Ju 87. Завязался бой, в котором — как вспоминает И.В. Федоров — советские пилоты сбили восемь бомбардировщиков и четыре истребителя, потеряв семь Як-1 и пятерых пилотов. Сам Федоров, ставший позднее одним из лучших советских асов, сбил в том бою свой первый «мессер». Героем дня стал Ф.К. Свеженцев, который записал на свой боевой счет два самолета противника. 26 апреля 1943 года над станицей Крымской 13 Як-1 из 812-го ИАП, которых вел командир полка А. Еремин, перехватило немецкий отряд, состоявший из 12 Ju 88 и 5 Bf 109. Немцы поспешили сбросить бомбы куда попало и ретироваться. Почти тут же И.В. Федоров сбил Hs 126, но и его самолет получил повреждения, которые, впрочем, не помешали летчику дотянуть до аэродрома.
7 мая 1943 года был тяжелым днем для 236-го ИАП. 20 самолетов полка совершили по пять боевых вылетов, в ходе которых пришлось сражаться в общей сложности против 122 немецких самолетов, из которых 13 не вернулись на базу. 27 мая шесть Як-1, ведомых лейтенантом У. Шинкаруком, помешало двум налетам немецких бомбардировщиков, сбив три Ju 87 и два Bf 109.
8 мая в районе железнодорожной станции Абинская шесть Як-1 из 812-го ИАП капитана Свеженцева завязали бой с 12 Bf 109. Свеженцев таранил один Bf 109, после чего выпрыгнул из своего поврежденного самолета с парашютом, но погиб. В этот же день погиб В.И. Луговой из этого же полка. 10 мая 1943 года пять Як-1 из 812-го ИАП получили задание деблокировать аэродром в Абинской. Аэродром находился под непрерывным налетом люфтваффе и ни один самолет не мог оттуда вылететь. На подходе к цели советские летчики столкнулись с восемью «мессерами». Пара Bf 109 вступила в бой, а остальные немцы держались в резерве. Приближающиеся самолеты заметил И. Федоров, который искусно воспользовался преимуществом в горизонтальном маневре, сел на хвост ведомому и срезал его точной очередью из всех стволов. Однако победу праздновать было рано. Шестерка «резервных» подтянулась, и бой разгорелся с новой силой. Одному из «мессеров» удалось прошить правое крыло Яка-1. Казалось, что на этот раз Федоров отлетался. Но тут один из немецких пилотов зачем-то пошел в лобовую атаку на обреченный Як. Федоров умело положил свой истребитель на крыло и таранил немца. Ударом его выкинуло из кабины, жизнь Федорову спас парашют.
Интенсивные полеты в условиях численного превосходства противника привели к тому, что спустя две недели в полку оставалось только пять боеспособных летчиков. Всего в период с 19 апреля по 29 июня 1943 года полк совершил 462 боевых вылета, сбив 56 Bf 109, 15 Ju 87, 5 Fw 189 и два Fw 190. Потери полка составили 25 Як-1 и 18 пилотов.
Битва на Курской Дуге ознаменовалась ожесточенными воздушными сражениями и новыми победами советских летчиков.
7 июля 1943 года 10 Як-1 из 774-го ИАП сопровождали семь бомбардировщиков и 221-Й БАД в районе Подолян. Над целью советские самолеты были атакованы десятком немецких Bf 109 и Fw 190. В разгоревшейся воздушной битве пара И.И. Романенко сбила четыре самолета — трех сбил ведущий, а одного — ведомый, сержант П.И. Пшенов.
8 июля 1943 года 247-й ИАП вылетел в полном составе на сопровождение Ил-2. Подходя к цели истребители засекли группу из 20 «юнкерсов» с истребителями сопровождения. Завязался бой, в котором советские летчики сбили 12 немецких самолетов: по шесть истребители и штурмовики. Немцы сбили четыре Яка, погибло двое пилотов: капитан Н. Смагин и старший лейтенант В. Федоров.
9 июля 1943 года был удачным днем для 270-го ИАП, сражавшегося на белгородском направлении. 14 Як-1, ведомых майором В.А. Меркушевым, сопровождали Илы-2. В районе цели группу атаковало несколько групп Bf 109 и Fw 190 — в общей сумме 15 машин. Шесть истребителей осталось прикрывать штурмовики, остальные вступили в бой. Четыре немецких самолета было сбито, потерь с советской стороны не было.
11 июля в боевом патрулировании находилось девять Як-16 из 294-й ИАД. Группу вел капитан Чувилев. В районе Прохоровки Чувилев перехватил две группы по 30 Ju 88 в каждой, сопровождаемых 25–30 Bf 109 и Fw 190. Пока немецкие истребители охотились за отдельными Яками, основные силы группы атаковали бомбардировщики.
Немцы потеряли семь «юнкерсов» и два истребителя.
16 июля 1943 года 12 Як-1 из 247-го ИАП под командованием капитана И.Ф. Базанова сопровождали 26 Ил-2. В ходе полета летчики обнаружили отряд из 16 Ju 87, сопровождаемый 12 Bf 109. В завязавшемся бою советские истребители сбили девять Ju 87 и два Bf 109.
4 августа 1943 году, уже в ходе советского контрнаступления, восемь Як-1 из 65-го ГИАП сопровождало штурмовики. Группу перехватило 14 Fw 190. Одно звено вступило в бой, а остальные истребители продолжали сопровождать Илы-2. Гвардейцы выполнили свою задачу — прикрыли штурмовики — но это обошлось им в три сбитых Яка, в том числе один самолет, пилотируемый женщиной — Клавдией Будановой.
7 августа 1943 года шесть Як-1 из 265-го ИАП, ведомых Н. Шуттом, сопровождало девятку Ил-2, которыми командовал Герой Советского Союза, майор М.И. Степанов. Один из Як вернулся на аэродром из-за того, что у самолета не убралось шасси. На обратном пути Шутт заметил и сбил одиночный Bf 109. «Мессер» упал в районе деревни Старица. Это была 10-я победа Шутта — довольно колоритного пилота, который любил, например, летать на задания в гражданской рубахе-поло.
В ходе боев на южном участке фронта, летчик 31-го ГИАП Николай Глазов таранил своим Яком-1 «раму» Fw 189, сам при этом погиб. Советские солдаты ненавидели «рамы», поэтому советские истребители специально охотились на них. Однако «рамы» отличались большой живучестью, так что иногда приходилось идти на таран.
15 августа восемь Як-1 из 236-го ИАП перехватило группу немецких самолетов, состоявшую из 60 бомбардировщиков и 20 истребителей сопровождения. Бой проходил над Ахтыркой. Яками командовал младший лейтенант В.П. Тихонов. Сначала советские пилоты сбили два «мессера» и четыре «юнкерса». Немцы повернули назад, истребители организовали преследование и сбили еще три самолета. Из девяти побед три оказалось на счету Тихонова.
Однако противниками советских летчиков были не только немцы. В августе 1943 года в зоне действия 16-й В А оказалась венгерская авиационная часть. 8 августа 1943 года поручик Деброди и его ведомый Хаутцингер заявили по одной воздушной победе. 8 сентября 1943 года истребители из венгерской 5-й истребительной группы начали действовать в районе Новой Вологды. Подпоручик Когальми и его ведомый поручик Молнар перехватили группу Ил-2, сопровождаемых Яками-1. Вместо того, чтобы атаковать штурмовики, венгры вступили в бой с Яками. Когальми удалось повредить один советский истребитель. Тем временем штурмовики образовали оборонительный круг, и венграм удалось сбить лишь один Ил-2. Машина Когальми также получила тяжелые повреждения, и ему пришлось возвращаться на аэродром. Ведомый Молнар заявил одну воздушную победу.
Во время форсирования Днепра, 8 октября 1943 года в воздухе разгорелась очередная битва. Восемь Ил-2 из 820-го ШАП, сопровождаемых четырьмя Яками-1 из 270-го ИАП (командир группы старший лейтенант В.Г. Савицкий) вылетело бомбить немецкую колонну в районе Акимовки. Над Днепром советские летчики заметили несколько групп Ju 87, сопровождаемых восьмеркой Bf 109. Пользуясь преимуществом в высоте, штурмовики сбили восемь «штук». Яки организовали прикрытие, сбив два истребителя.
24 июня 1944 года советские летчики провели показательный бой. На советской стороне действовало три Яка-9 из 812-го ИАП и, четвертый, командир 3-го ИАК, генерал Савицкий на Яке-1. Генерал, в распоряжении которого были разные самолеты, вплоть до Bf 109, выбрал легкий и маневренный Як-1. В бою Савицкий сбил один истребитель-бомбардировщик Fw 190, другой «фоккер» записал на свой счет И.Ф. Федоров.
Конечно, война — это не только победы, но и потери. На южном участке зоны 812-го ИАП пара Bf 109 неожиданно напала на самолет младшего лейтенанта Ю.В. Давдова. Як-1 с номером 39132 был сбит, а сам Давыдов погиб. Пара лейтенанта Шишкина, поспешившая Давыдову на помощь, была атакована другим звеном «мессеров», которые сбили Як-1 (34146) ведомого Шишкина — А.В. Разумовича, который также погиб.
15 сентября 1944 года над Прибалтикой восемь Як-3 из 66-го ГИАП, сопровождавшие Илы-2, завязали бой с 18 Fw 190. Наши истребители сбили два «фоккера». 10 октября в бою погиб полковой навигатор И.К. Головатюк.
В августе 1944 года на Як-3 пересел славный 18-й ГИАП, один из лучших советских истребительных полков. Пилоты полка сбили 427 вражеских самолетов, потеряв 49 пилотов. Первые бои на новой технике произошли во время наступления 1-го Прибалтийского фронта 9 октября 1944 года. Ведомая В.Н. Барсуковым восьмерка Як-3 прикрывала сухопутные войска. В ходе патрулирования Яки перехватили группу из 16 истребителей-бомбардировщиков Fw 190, сопровождавшихся четверкой Bf 109. Советские истребители зашли сверху и открыли огонь по немецким машинам, провоцируя их сбросить бомбы. При этом Н. Герасименко сумел сбить один «фоккер». Еще два «фокке-вульфа» были сбиты в ходе преследования. Победы записали на свой счет Герасименко и П. Калинеев.
На следующий день летчики 18-го ГИАП доложили о 10 воздушных победах. Утром на боевое патрулирование вылетели шесть Як-3 из первой эскадрильи. Командовал группой А. Захаров. И на этот раз противниками стали 16 истребителей-бомбардировщиков Fw 190. Атаковав противника, советские летчики заставили немцев сбросить бомбы в чистом поле, а потом сбили три машины. По одному сбили А. Калюжный и М. Абрамишвили, третью машину записал на свой счет Захаров.
Во второй половине дня бой завязала вторая шестерка Як-3, а их противниками были восемь Fw 190, которые после первой же атаки образовали оборонный круг. Советские летчики, используя вертикальный маневр, сбили три самолета. Победы записали М. Барахтаев, Д. Тарасов и В. Серегин. Еще четыре «фокке-вульфа» сбили вечером того же дня. Это тоже были истребители-бомбардировщики.
Известностью пользуется бой между Яками-3 и… американскими самолетами. 7 ноября 1944 года в районе города Ниш в Югославии появилась группа из 36 истребителей Р-38 Lightning. Передовой отряд американцев, состоявший из 12 машин, атаковал отряд пехотного корпуса генерал-лейтенанта Г.П. Котова. В ходе налета Котов погиб, а на перехват американцам вылетело звено из 659 ИАП из 288-й ИАД. На север вылетело звено капитана А.И. Колдунова. Колдунов не хотел воевать с союзниками, но союзники приняли Яки-3 за немцев и полетели на перехват. Советские пилоты сбили четыре «Лайтнинга», один из которых упал возле полкового аэродрома. Лишь после этого удалось наладить взаимодействие. Американские самолеты принадлежали 82-й истребительной группе (95, 96, 97), возглавляемой полковником К.Т. Эдвинсоном. Оперативный рапорт в 15-й ВФ говорил о том, что по ошибке американские истребители атаковали советскую колонну. Советские летчики сбили двух американцев. Американцы, в свою очередь, доложили о двух победах. Американцы также подтверждают, что бесстрашный советский пилот влетел в самую гущу боя с тем, чтобы прекратить бессмысленное кровопролитие. Рассказ одного из участников событий — Ли К. Карра — заметно отличается. Три дивизиона «Лайтнингов» залетели слишком далеко, в зону, которая уже контролировалась советскими войсками. По словам Карра американцы сбили чуть ли не семь истребителей. Любопытно, что донесения обеих сторон кончаются одной и той же фразой: «Если бы бой не прервали, то противник понес бы ошеломляющие потери».
В конце 1944 года перед началом Висло-Одерской операции произошло ЧП. В декабре службы 3-го ИАК, возглавляемые генералом Ю. Савицкий, сообщили, что на крыльях Як-3 начинает отходить фанера. Командир корпуса доложил об этом командиру армией. Рапорт передали дальше, прибыли специалисты с завода, выпускавшего Яки. Обследовав повреждения, они пришли к выводу, что фанеру надо клеить. Была вызвана ремонтная бригада. Бригада могла отремонтировать в день только два самолета. На просьбу Савицкого прислать еще бригаду, было отвечено: «Вы тут не одни такие, свободных бригад нет». Это означало, что 3-й ИАК был не единственным соединением, испытывавшим такую проблему. Чтобы выйти из ситуации, из механиков и техников 3-го корпуса сформировали временные бригады, которые после инструктажа смогли ремонтировать по 20 самолетов в день. По новому обшивка была приклеена качественно и все отремонтированные машины допустили к полетам.
1-й ГИАК в течение полугода сражался с отрезанными в Курляндии немецкими войсками. Полки корпуса летали на Як-3, Як-9, Ла-5 и Ла-7. Противниками советских летчиков были немецкие пилоты из II/SG 1, III/SG 1, I/SG 3, II/SG 3 и трех групп SG 77. Всего на 10 января 1945 года гитлеровцы располагали в Курляндии 288 боеспособными Fw 190. 21 февраля 1945 года восемь Як-3 из 66-го ГИАП, ведомые майором И.В. Кривушиным, завязало бой с 10 Fw 190 и сбило три из них. Рядом действовал 18-й ГИАП, шесть Як-3 которого, ведомые М. Барахтаевым, вылетело 9 февраля 1945 года на прикрытие сухопутных войск в районе Браунсберга. Вскоре советские пилоты заметили летящие в направлении к фронту три группы Fw 190, насчитывающие от 8 до 10 машин. Перегруженные бомбами «фокке-вульфы» были захвачены врасплох. Атаковав первую группу Барахтаев, Д. Тарасов и И. Грачев сбили по самолету. Затем летчики атаковали вторую группу, тут отличились Барахтаев и Ф. Малашин. Еще два Fw 190 получили повреждения. Два дня спустя восемь Як-3, которые возглавлял Н.Г. Пинчук, получили приказ блокировать аэродром Хайлигенбайль. Якам удалось перехватить отряд из 40 истребителей-бомбардировщиков Fw 190. В. Машкин сбил два самолета, а Пинчук, А. Захаров, Н. Агалаков и Н. Корниенко — по одному.
Борьба с истребителями-бомбардировщиками Fw 190 была одной из главных задач советских истребителей, независимо от участка фронта. 4 февраля 1945 года восемь Як-3 из 866-го ИАП, возглавляемых Героем Советского Союза, капитаном А.И. Колдуновым, вылетело на патрулирование. Советские самолеты летели на высоте 2000. В ходе полета они обнаружили 12 Fw 190, несущих бомбы. Колдунов и его ведомый сбили по одному «фокке-вульфу». Остальные самолеты оставили попытки прорваться, сбросили бомбы и ушли на свою территорию.
8 апреля 1945 года шесть Як-3 из 18-го ГИАП, ведомых М. Барахтаевым, получили приказ сопровождать Пе-2. Их атаковали восемь Fw 190 из JG 54. Советские летчики сбили пять из восьми «фоккеров». Сначала победы одержали Барахтаев, И. Зюзь и Ф. Симоненко. Пять немецких самолетов попытались уйти. Но тут в бой вступило звено В. Барсукова. Барсуков сбил четвертый «фокке-вульф», который развалился в воздухе на куски. Пятый и последний самолет в этом бою сбил Ю. Борисов.
27 апреля 1945 года над Берлином летал командующий 3-м ИАК — наверное единственный боевой генерал — Е. Савицкий. Несмотря на дым, Савицкий разглядел взлетавший с аллеи Тиргартена курьерский самолет. Генерал без труда сбил его. Еще два или три курьерских самолета стояли в районе Рейхстага, но все они были позднее уничтожены. Возможно, что жертвой в тот день стал один из шести отправленных в тот день Fi 156.
22 марта 1945 года над Берлином группа Як-3 из 812-го ИАП, шедшая на высоте 2500 метров, была атакована реактивными Me 262. Мессершмитты атаковали в 18:40, но их атака не принесла результатов. Когда реактивные «мессеры» выходили из атаки, один из них попал в прицел Льва Сивко, который сбил одного Me 262. Спустя меньше месяца Сивко погиб в бою.
В конце войны необычное задание выполнял 115-й ГИАП. 29 апреля 1945 года в полк прибыл приказ: «Подготовить полк к полету парадным строем 1 мая 1945 года над Берлином. Самолеты должны сбросить флаги с надписью «Победа» на Рейхстаг в 12:00».
Шестиметровый флаг умесили под закрылками Як-3 К. Новоселова. 24 Яка-1 прошли над трибунами, командовал машинами А. Косе. Правда, среди мирных жителей, мало кто насладился зрелищем — все сидели по подвалам.
Наиболее известной частью на Восточном Фронте был французский истребительный полк «Нормандия-Неман». Французские летчики в период с 1 по 18 декабря 1942 года обучались на самолетах У-2 и УТ-2. 25 января 1943 года они получили Яки-7В. первые боевые машины эскадрилья получила 19 января — это были шесть Як-1. В течение следующих восьми месяцев поступило еще восемь машин. Долгое время французы отрабатывали боевые маневры, проводя постоянные учебные бои.
22 марта 1943 года эскадрилья отправилась на фронт, на аэродром в районе Калуги. Здесь пара Як-1, пилотированных Дюраном и Презиоси, была атакована группой Fw 190. Первую победу в истории полка одержал Презиоси, сбивший «фоккера» при первом же заходе. При следующем заходе сбил самолет Дюран. Оба сбитых немецких самолета врезались в землю. Один из следующих боевых вылетов, имевший место 13 апреля, закончился трагически. На задание в районе Спасс-Демянска вылетели три пары под командованием майора Тюласна. Там французов атаковало восемь Fw 190. Немцы потеряли три машины, но и французы понесли потери: погибли Дервиль, Познанский и Бизье. Вскоре эскадрилья вошла в состав 303-й ИАД. Там эскадрилья (позднее полк) сражались до конца войны. В последних числах апреля эскадрилья получила еще четыре Яка-1, однако, уже в начале июня поступил приказ переходить на Яки-9. Но это не означало отказа французов летать на «единичках». 14 оставшихся Як-1 использовали до конца 1943 года для подготовки новых летчиков.
Период наиболее громких побед выпал на долю полка Нормандия-Неман тогда, когда французы летали на Як-3. Эти самолеты были переброшены по воздуху пилотами 303-й ИАД в конце июля 1944 го да. 10 сентября 1944 года полк (эскадрилью развернули в полк 21 июля 1944 года) располагал двумя Яками-9 и 19 Яками-3. В октябре полк достиг своего апогея. 16 октября пилоты полка совершили около ста боевых вылетов, сбив 29 самолетов противника уверенно и два возможно без потерь со своей стороны. На следующий день в 109 боевых вылетах французы сбили 12 самолетов наверняка и 4 правдоподобно. Но в этот день полк потерял два Яка-3, погиб пилот Эмонэ. Следующий день принес очередные успехи:: 18 октября было сбито семь Fw 190 и пять Hs 129. 20 октября состоялся 71 боевой вылет, французы сбили 11 самолетов. Всего на протяжении четырех дней боев французские летчики записали на свой счет 64 немецких самолета, потеряв всего одного летчика. Последующие дни были не хуже: 23 октября 1944 года были сбиты 13 Fw 190 и один Bf 109. 27 октября 1944 года гитлеровцы сбили один Як-3, пилотируемый Кюффо, летчик выпрыгнул с парашютом. Всего в этот день и накануне было сбито 6 машин, а всего в сумме полк сбил около сотни немецких самолетов. После окончания войны по приказу Сталина со складов 18-го ГИАП изымалось 40 Як-3, которые все были подарены французам. 15 июня 1945 года Яки с трехцветным обтекателем втулки взлетел с аэродрома в Эльблонге. Спустя пять дней, 20 июня, в 18:40 тридцать семь Як-3 приземлилось в аэродроме в Ле-Бурже. Самолеты оставались на вооружении французских ВВС до апреля 1947 года.
Еще одним государством, широко применявшим холод, была Польша. Первыми Яки-1 получили в июле 1943 года 1-й польский ИАП.
Первые три Яка-16 поступили в начале сентября 1943 года. К концу войны полк располагал 16 машинами Як-1. Подготовка новых пилотов шла до 15 января 1945 года. По состоянию на 1 апреля 1944 года полк располагал 45 Яками-1. 7 Яками-7В, восемью УТ-2, одним По-2 и одним И-16. Официальный штат полка предусматривал 40 боевых истребителей и два курьерских самолета. Первая эскадрилья полка была, по-видимому, учебной частью, поэтому в составе полка было столько учебных самолетов. Яки-1 активно поступали в полк. 27 февраля 1944 года полк получил 10 машин, 29 марта — 19 очередных. Польские самолеты имели номера, перечисленные в книге А. Морглы «Польская армейская авиация, 1940–1944». В книге отсутствует фотография самолета № 48, купленного на деньги Вольфа Мессинга. Отсутствуют и фотографии Мессинга. Первый полк был не единственной частью, оснащенной «единичками». Когда в сентябре-октябре 1944 года началось формирование очередных полков, их комплектовали именно Яками-1. Так, в 9-м полку, сформированном на базе советского 258-го ИАП, имелось 13 Як-1. В 10-м польском полку, созданном на базе 246-го ИАП, Як-1 было 25. Вскоре Яки-1 вывели из состава полков, заменив их на Яки-9 и отдельные экземпляры Як-3. Очередной частью, оснащенной Яками-1 был 15-й отдельный запасной авиационный полк. 15-й полк 31 декабря 1944 года и 1 апреля 1945 года имел один Як-1. Короткое время число истребителей увеличилось до шести, а к концу сентября 1945 года в боевых частях «единичек» не осталось.
Главным потребителем Як-1 был польский 1-й PLM. Последние два Яка-1 б сняли с боевого дежурства в польской авиации 14 февраля 1946 года. Это были машины 45-189 и 43-179.
Эффективность деятельности 1-й PLM была не слишком высока. Поляки не смогли сбить ни одного самолета противника, потеряв пять машин от огня немецкой артиллерии ПВО.
Як-3, который также был на вооружении польской авиации, был малочисленным. Число самолетов этого типа в любом полку не превышало 20 машин. Обычно полк имел пять таких самолетов, на которых летали командиры полков и эскадрилий. На этих самолетах погибло двое пилотов: 27 апреля 1945 года был сбит С. Грудзелишвили из 11-го PLM (другие источники утверждают, что Грудзелишвили летал на Яке-9). Тремя днями спустя погиб Царев из 10-го PLM. По состоянию на 1 мая 1945 года в 1-м, 9-м, 10-м и 11-м PLM имелось один, четыре, четыре и четыре Яка-3. Последние шесть машин прибыли в полк 4 сентября 1946 года.
Одноместный свободнонесущий самолет смешанной конструкции.
Фюзеляж состоял из каркаса, собранного из труб СЗОХГСА. Диаметр труб от 20 до 50 мм. Передняя часть фюзеляжа прикрыта семью панелями толщиной 1 мм. Это были три верхние, две боковые и две нижние панели толщиной 1 мм. Панели крепились специальными замками, с помощью которых легко снимались и устанавливались на место. У Яка-16 число верхних панельных крышек только две. Обшивка фюзеляжа в районе кабины фанерная, обшивка в других частях — матерчатая. Кроме панелей над двигателем, самолет имел еще четыре люка: справа и слева от кабины, возле радиатора и у хвостового оперения.
Фонарь кабины плексигласовый. Центральная часть фонаря сдвигалась по полозьям, утопленным в обшивке фюзеляжа. Из-за низкого качества плексигласа пилоты летали с распахнутой кабиной. Для увеличения обзора назад, часть фюзеляжа имела дополнительные «окна». Позднее, с 49 серии из-за нехватки плексигласа площадь остекления уменьшили до двух окошек. У Як-1б фонарь уже имел каплевидную форму и комплектовался передним и задним бронестеклами толщиной 65 мм. Со 163-й серии на самолеты ставили систему аварийного сброса фонаря.
В кабине пилот располагался в кресле, высоту которого можно было отрегулировать. В кресло пилота была встроена бронеспинка толщиной 9 мм. Первоначально штурвал был довольно неудобный, во время боя его приходилось держать обеими руками. Это было хлопотно и затрудняло пользование ручкой газа. Начиная со 158 серии, самолеты комплектовались штурвалом Р-1, представлявшим собой копию штурвала от Bf 109.
Приборная доска Яка-1 состояла из двух панелей. Для полетов на высоте служил аппарат КПА-3 (КПА-Збис). Радиооборудование состояло из приемника РСИ-4 «Малютка», передатчика РСИ-3 и радиополукомпаса РПК-10. Разумеется, полный комплект радиооборудования стоял не на каждом самолете. Самолеты оснащались приемником, причем приемник устанавливали на каждую пятую машину, а с 20 августа 1942 года — на каждую третью. Передатчики ставились на каждую десятую машину. Эти самолеты резервировались для командиров полков и эскадрилий. Ситуация исправилась летом 1942 года и с 20 августа передатчик начали ставить на каждую пятую машину. 1 октября 1942 года передатчик появился на машинах с четными серийными номерами. За кабиной находилась мачта радиоантенны, отсутствовавшая на некоторых самолетах. Кроме РСИ-4 существовала радиостанция РПК-10, которую устанавливали на каждой третьей машине. С 1 октября 1942 года РПК-10 начали устанавливать на каждую десятую машину.
Двухлонжеронное, деревянное, профиль Clark YH. Лонжероны коробчатые, собраны из фанеры. Главным лонжероном был передний. Лонжероны соединялись с 46 нервюрами. Между 0 и 7 нервюрами перед лонжероном находилась ниша главного шасси. Топливные баки помещались между лонжеронами от 1 до 12 нервюр. Снизу баки прикрывались дюралевыми листами. Элероны Фриза, дюралевые с матерчатой обшивкой. На левом элероне находился триммер, регулируемый на земле. У Яка-16 триммер заменили компенсатором. Закрылки Шренка, также дюралевые.
Обшивка крыла из фанеры, которая приклеивалась к лонжеронам и дополнительно крепилась шурупами. Толщина фанеры 3–5 мм. Передняя кромка крыла из трехслойной фанеры толщиной 8 мм. Сверху крыло обшивалось полотном, которое шпаклевали и окрашивали. На правом крыле имелся зеленый, а на левом — красный позиционный огонь. Самолеты, выпускавшиеся заводом № 301, и первые саратовские самолеты имели на концах крыльев антифлаттерный балласт — по 5 кг свинца.
Главное шасси размером 600x180 мм, убиралось пневматически в направлении фюзеляжа. В убранном положении колеса удерживались замками, также управляемыми пневматически. Чтобы обеспечить плавность убирания и выпускания шасси имелся гидравлический демпфер. Позднее его заменили облегчающим цилиндром. Крышка ниши главного шасси состояла из двух частей. Крышка, закрывавшая стойку шасси, крепилась к стойке, а крышка колеса крепилась к оси колеса. Самолеты с завода № 301 и ранние саратовские машины имели трехстворчатую крышку ниши главного шасси, закрывавшую колесо целиком.
Хвостовое колесико первоначально постоянно находилось в выпущенном положении и могло свободно вращаться. Перед стартом и посадкой колесико фиксировали в нейтральном положении рукояткой из кабины. На примерно половине самолетов имелось приспособление, позволявшее колесику свободно вращаться в границах 20-градусного сектора. Убирающееся колесико имелось на первых саратовских самолетах и самолетах, выпущенных заводом № 301, затем его заменили неубирающимся, и снова ввели лишь с 87-й производственной серии. У первых самолетов крышка ниши хвостового колесика располагалась спереди. У машин 87-й серии и позже крышка была двухстворчатая. Размеры хвостового колеса 255x110 мм.
Зимой, прежде всего зимой 1941/42 года на Як-1 устанавливали лыжное шасси размером 1650x620 мм. Лыжи главного шасси были разработаны ОКБ Яковлев, а хвостовая лыжа была универсальной для всех советских истребителей.
Як-1 оснащался двигателем М-105 жидкостного охлаждения разных модификаций. До 36-й серии использовался двигатель М-105П, затем М-1 05П А, а от десятой машины 79-й серии — М-105ПФ. Мощность двигателя на второй высотной границе составляла 1050,1050 и 1180 л.с. соответственно. Двигатель пускался с помощью сжатого воздуха из баллона. Давление воздуха должно было быть не менее 50 кг/см². Пневматическая система питалась от четырех баллонов: главного, дополнительного, аварийного и баллона перезарядки оружия. На Як-16 было только два баллона. Заправка баллонов на земле осуществлялось через кран, а в воздухе с помощью компрессора АК-50. Краны пневматических систем, разработанных разными КБ, не были взаимозаменяемы, что причиняло дополнительные проблемы. Случалось, что Як, приземлившийся на аэродроме «Лавочкиных», не мог пополнить запасы сжатого воздуха. Рычаги управления двигателем находились на левом приборном щитке, а регулятор шага винта — на левом борту. Двигатель также можно было запустить с помощью автостартера. Конец вала автостартера выступал из ступицы винта. У самолетов, выпущенных заводом № 301 и первых саратовских машинах ступица винта была без крепления.
Трехлопастный ВИШ-105П, а на Як-16 ВИШ-105СВ (металлический) или ВИШ-105Д-50 (деревянный). Диаметр винта три метра.
Размещалось в четырех топливных баках в крыльях. Два ближних бака вмещали по 130 литров, а два наружных — по 74 литра, итого 408 литров. Баки подвешивались на металлических лентах, прикрепленных к нервюрам. Топливо заливалось через горловину у внешних баков, а во внутренние баки топливо поступало самотеком. Кран слива топлива помещался под ближними баками. На левой стороне имелся кран, который позволял использовать топливо из всех баков или только баков одного борта. В баки нагнетались выхлопные газы, что уменьшало вероятность пожара при попадании. Система нагнетания была недоработанной и могла приводить к тому, что двигатель глох. Вскоре систему запретили использовать в боевых частях. Лишь осенью 1942 года удалось повысить ее надежность усилиями конструкторского коллектива завода № 156. На Як-1 новую систему устанавливали со 102-й серии.
Маслобак емкостью 37 литров, маслорадиатор располагался в передней части фюзеляжа. Зимой масло разбавлялось бензином.
| И-26-1 | И-26-2 | Як-1 № 0218 | Як-1 № 0511 | Як-1 № 1569 | Як-1 серийный | Як-1 серийный | Як-1 на лыжах | Як-1 с ракетами | Як-1Б | Як-1Б № 1699 | Як-1Б № 3712 | |
| Двигатель | М-106 | М-105П | М-105П | М-105П | М-105П | М-105ПФ | М-105П | М-105П | М-105ПА | М-105ПА | М-105ПФ | М-105ПФ |
| Мощность, л. с. | 1060 | 1050 | 1050 | 1050 | 1050 | 1180 | 1050 | 1050 | 1050 | 1050 | 1180 | 1180 |
| Масса пустого | 2000 | 2206 | 2215 | - | - | - | 2446 | - | 2483 | - | - | 2300 |
| Масса взлетная | 2600 | 2691 | 2700 | 2832 | 2847 | 2917 | 2951 | - | 3033 | - | 2920 | 2880 |
| Скорость у земли | 485 | 490 | 473 | 490 | 510 | 487 | - | 441 | 429 | 524 | 528 | |
| Скорость макс. | 600 | 595 | 586 | 573 | 587 | 571 | 560 | 550 | 533 | 523 | 584 | 597 |
| 5000 | 5000 | 4800 | 4860 | 4950 | 3650 | 4800 | 5000 | 5300 | 5000 | 3500 | 4300 | |
| Время набора 5000 м, мин | 5,15 | 5,3 | 6,0 | 5,26 | 5.7 | 6,4 | 6.8 | - | 5,9 | 6,2 | 5,2 | 6,0 |
| Потолок | 11.150* | 10.200 | 9.300 | 10.500 | - | 9.900 | - | 10.400 | 10.000 | _ | 10.300 | |
| Время виража | - | 24,0-25, | 1 24 | - | 20-21 | 19-20 | 24 | - | 19-19,5 | - | - | - |
| Дальность макс. | - | 900 | 800 | - | - | - | 784 | _ | 770 | _ | _ | 710 |
| Пулеметы | 2/7,62 | 4/7,62 | 2/7,62 | 2/7,62 | 2/7,62 | 2/7,62 | 2/7,62 | 2/7,62 | 2/7,62 | 2/7,62 | 2/7,62 | 1/12,7 |
| Патроны к пулеметам | 2140 | 1500 | 360 | 1240 | 1240 | 1500 | 1500 | 1500 | 1500 | 1500 | 1500 | 220 |
| Патроны к 20-мм пушке | 130 | 130 | 120 | 130 | 120 | 120 | 120 | 120 | 120 | 120 | 120 | 140 |
| Як-1 М № 1 | Як-3/ 1944 г. | Як-3/ 1945 г. | Як-ЗП | Як-ЗУ | |
| Двигатель | М-105ПФ | ВК-105ПФ1 | ВК-105ПВ | ВК-105ПФ1 | АШ-82ФН |
| Мощность, л. с. | 1180 | 1240 | 1160 | 1240 | 1630 |
| Длина фюзеляжа, м | 8,5 | 8,5 | 8,5 | 8,5 | 8,17 |
| Размах крыльев, м | 9,2 | 9,2 | 9,8 | 9,2 | 9,4 |
| Площадь крыла, м² | 14,85 | 14,85 | 15,35 | 14,85 | 17,15 |
| Масса пустого, кг | 2133 | 2123 | 2233 | 2150 | 2273 |
| Запас топлива, л | 270 | 270 | 270 | 272 | 340 |
| Скорость у земли, км/ч | 545 | 567 | 554 | 572 | - |
| Скорость макс, км/ч | 632/4450 | 646/4100 | 692/10800 | 646/3900 | 705/6100 |
| Посадочная скорость, км/ч | 144 | 137 | - | 139 | 135 |
| Набор высоты 5000 м, мин | 4,5 | - | 4,8 | 3,9 | 4,1 |
| Потолок практический, м | 10700 | 10400 | - | 10050 | 11250 |
| Дальность полета, км | 585 | 648 | - | 610 | 778 |
| Время виража, сек | 17 | 21 | - | 19-20 | - |
| Разбег, м | 290 | 280 | - | 295 | 470 |
| Пробег, м | 485 | 455 | - | 550 | 430 |
| Пулеметы | 1/12,7 мм | 2/12,7 мм | - | - | - |
| Пушка | 1/20 мм | 1/20 мм | 1/23 мм | 3/20 мм | 2/ 20 мм |
Система охлаждения двигателя состояла из водяного радиатора ОП-203, расположенного в туннеле под кабиной. (По положению водяного радиатора легко отличить машины Як-1/3 от Як-7/9). Емкость системы охлаждения 75 литров воды или антифриза.
Вооружение. Состояло из пушки ШВАК калибра 20 мм и двух пулеметов ШКАС калибра 7,62 мм. Боекомплект к пушке 130 выстрелов. Стреляные гильзы и пустые ленты выбрасывались под крыло. Пушка весила 42 кг, начальная скорость снаряда 800 м/с, скорострельность 800 выстрелов в минуту. Боекомплект к ШКАСу 1500 патронов (у самолетов с завода № 301 -1240 патронов). Гильзы и ленты собирались в мешки под полом кабины. ШКАС весил 11,1 кг, начальная скорость снаряда 800–850 м/с, скорострельность 1650 выстрелов в минуту.
По-другому вооружался Як-1б. Между блоками цилиндров находилась пушка ШВАК, а пулемет УБС (С — синхронизированный) калибра 12,7 располагался слева над двигателем. УБ весил 21,45 кг, скорострельность 700–800 выстрелов в минуту, начальная скорость 814–850 м/с.
У ШКАСов в ленту снаряжалась половина бронебойно-зажигательных снарядов. На дистанции 200 метров пушка пробивает броню толщиной 8–9 мм. Четверть боекомплекта составляли бронебойно-зажигательно-трассирующие снаряды, которые пробивали 6 мм на дистанции более 1000 м. Остальные 25 % приходилось на зажигательные снаряды, которые при стрельбе также облегчали наведение. Для автоматического оружия боеприпасы разрабатывал инженер Н. Елизаров.
Пулеметы УБС также наполовину снаряжались бронебойно-зажигательными боеприпасами. На дистанции 200 метров бронебойный снаряд пробивал броню толщиной до 20 мм. Бронебойно-зажигательно-трассирующие патроны составляли 10 % боекомплекта. Остальное пространство на ленте занимали бронебойно-зажигательные и зажигательно-фугасные, оставляющие в обшивке дыры радиусом 20 сантиметров пои стрельбе с расстояния 200 метров.
О системе контроля за боекомплектом ничего не известно. Многие летчики в воспоминаниях пишут, что часто летчики совершенно внезапно для себя обнаруживали, что израсходовали все.
Некоторые Яки несли реактивные снаряды РС-82. Длина 622 мм, масса 6,82 кг, масса боеголовки 2,52, масса подрывного заряда: 0,45 кг. Дальнобойность 5000–6000 метров, практическая дальность стрельбы 500–800 м, после чего срабатывал самоликвидатор. Радиус эффективного поражения 6–7 метров.
Предком истребителей Як-7 и Як-9 был прототип учебно-тренировочного самолета УТИ-26. Хотя в СССР были запущены в производство истребители сразу трех различных КБ (чтобы снизить риск неудачи), но разработку учебно-тренировочного самолета завершило только одно из них — КБ Яковлева. Это и неудивительно, принимая во внимание опыт, накопленный Яковлевым при проектировании таких машин, как УТ-1 и УТ-2. Вышедший из стен яковлевского бюро самолет имел характеристики приближенные к боевой машине и должен был использоваться для обучения всех пилотов-истребителей, в том числе и тех, которые затем должны были летать на ЛаГГах и МиГах.
Первым серийным вариантом Як-7 был учебно-тренировочный Як-7УТИ, созданный на базе прототипа И-26-П. Его разработка началась после первого вылета И-26. Прототип УТИ-26-I имел много общего с И-26-II, прежде всего двигатель М-106 П. Таким же, как и на И-26 были стойки основного шасси и их створки. Общими были и недостатки: перегрев двигателя, выброс масла, которое забрызгивало переднюю часть фонаря кабины и тенденция к капотажу. Полностью неудачным было шасси, диаметр колес которого не соответствовал массе машины. Ненадежными получились замки, удерживающие основные стойки в выпущенном или в убранном положении. Это стало причиной аварии во время государственных испытаний — левая стойка основного шасси подломилась, и испытания самолета пришлось прервать на одиннадцать дней.
УТИ-26-I имел, естественно, двухместную кабину, связь между пилотом и курсантом осуществлялась с помощью РПУ (резиновой переговорной трубы). Вооружение состояло из двух пулеметов ШКАС с боекомплектом 500 патронов на ствол. Несмотря на имеющиеся недостатки, потребность в подобном самолете была настолько велика, что было решено все же запустить его в серийное производство после устранения выявленных недоработок. То, что такой самолет необходим, еще раз подтвердилось во время государственных испытаний, когда УТИ-26-I был передан на два дня в 11 ИАП (истребительный авиаполк) для того, чтобы переучить пилотов, которые должны были летать на истребителях Як-1 войсковой серии.
Изменения и улучшения были введены на втором прототипе — УТИ-26-II, который строился наряду с первым. Значительным переделкам подверглось шасси: диаметр колес основных стоек был увеличен до 650 мм, а хвостового колеса до 300 мм. Были установлены новые стойки шасси и замки, удерживающие их в крайних положениях, а так же щитки основных стоек (более подробно о них позднее). Следующим важным изменением было увеличение площади стабилизатора и руля направления: с 1,82 м² до 1,93 м² и с 1,12 м² до 1,23 м² соответственно. Это существенно улучшило пилотажные свойства самолета, и его стабильность в полете. Были так же и другие изменения, из которых наиболее интересным являлся новый способ крепления кока винта, скопированный с немецкого Bf-109; теперь его демонтаж значительно упростился.
По окончанию государственных испытаний, проходивших с 1 января по 14 февраля 1941 года, УТИ-26-П получил от работников НИИ ВВС гораздо более позитивную оценку, чем И-26 полгода тому назад.
Самолет был легок в управлении, с трудом входил в штопор (и если уж его к этому специально принуждали, то выходил из этой ситуации без проблем), не сложными были взлет и посадка. Так же просто выполнялись различные фигуры высшего пилотажа. Отмечалась удобная кабина и хороший обзор из нее.
Прототип был доведен настолько хорошо, что после испытаний его направили для дальнейшей эксплуатации в 12 ИАП. Там он прослужил до проведения еще одного интересного эксперимента — в 1942 году на него установили два реактивных двигателя ДМ-4С. Однако они так сильно сдвинули центр тяжести самолета вперед, что на любых неровностях он «клевал» носом. Велика была и опасность пожара топливных баков. Поэтому результаты эксперимента признали неудачными.
Чтобы легче отличать по внешнему виду Яки 1 и 3 от «семерок» и «девяток», стоит запомнить несколько их характерных признаков. Наличие второй кабины обусловило сдвижку центра тяжести самолета, поэтому водяные радиаторы перенесли вперед. Это позволяет производить быструю идентификацию: у Як-7 и 9 передний край радиаторов находится на уровне переднего края кабины, а у Як-1 и 3 передний край радиаторов был расположен на середине ее длины. Кроме этого, когда самолеты находятся на земле, существует еще один признак, по которому легко различить две эти линии истребителей: «единички» и «тройки» имели щиток на основных стойках шасси состоящий из двух частей, а «семерка» и «девятка» — сплошной. Именно на И-26-П впервые были применены такие двухсекционные щитки.
Необходимость оснащения летных школ новым самолетом была так велика, что в соответствии с приказом по Наркомату авиационной промышленности от 4 марта 1941 года, авиационный завод № 301 в Москве должен был прекратить производство Як-1 и приступить к изготовлению учебных самолетов, получивших обозначение Як-7 УТИ.
Первая серийная машина номер 01–02 была облетана 18 марта 1941 года известным пилотом П.Я. Федрови. Хотя прототип самолета Як-7 УТИ имел тот же недостаток, который постоянно преследовал конструкции Яковлева — перегрев двигателя, но в серийных машинах этого удалось избежать снизив обороты двигателя с 2700 об/мин до 2350 об/мин. Так же была упрощена конструкция самолета за счет отказа от правого пулемета ШКАС и от механизма уборки заднего колеса.
Московские заводы выпускали Яки-7 УТИ с апреля по сентябрь 1941 года, т. е. до момента эвакуации, затем производство было возобновлено на заводе № 153 в Новосибирске. Всего было изготовлено 186 машин этой модификации (после вычета 62 изготовленных истребителей Як-7, следует, что в 1941 году заводские цеха покинуло 145 Як-7 УТИ).
В задании на 1941 год была заложена постройка 6000 учебно-тренировочных машин, однако война помешала осуществлению этих планов. Фронт требовал истребителей и в производстве «семерок» наступил перерыв, длившийся семь месяцев.
Часть учебных самолетов после установки в задней кабине фотоаппарата АФА-1М использовались как разведывательные под обозначением Як-7Р, правда, оно не было официально утверждено.
Нарушим хронологию развития Як-7, чтобы описать его вторую учебно-тренировочную модификацию.
Когда удалось в какой-то степени наладить поставки истребителей на фронт, опять вернулись к двухместной машине, необходимость в которой по-прежнему, остро ощущалась. Полеты на УТ-2 и УТИ-4 (вариант И-16) не обеспечивали пилотам, которые в будущем должны были сидеть за штурвалами истребителей, получения необходимых летных навыков.
При разработке новой модификации учебно-тренировочной машины был принят во внимание опыт эксплуатации Як-7 УТИ. Як-7В разрабатывался в соответствии с установкой — производить быстрее и дешевле. На этот раз шасси сделали неубирающимся. Это не было чем-то новым, еще летом 1941 года такие изменения были предложены начальником конструкторского бюро завода № 301 Черенковым. Ниши шасси были зашиты, но остались небольшие лючки для осмотра крепления стоек. Для того, чтобы обучаемые приобретали навык уборки шасси, в кабине был установлен имитатор рычага их уборки и выпуска. Вооружение было снято, что вообще-то удивительно, если принять во внимание то, что пилот-истребитель должен уметь не только летать, но и стрелять.
В кабине не устанавливались некоторые приборы, например, убрали РПУ. Очень большие неудобства доставляло отсутствие прозрачной перегородки между кабинами. Во время полета с открытым передним фонарем, инструктор немилосердно обдувался встречным потоком воздуха, а летать со сдвинутым фонарем было необходимо, так как быстро желтевший и легко царапавшийся плексиглас затруднял обзор.
Начиная со второй серии, часть ранее убранного оборудования была установлена вновь, но до окончания производства этой модификации перегородку между кабинами курсанта и инструктора так и не поставили.
Во время государственных испытаний (с 18 февраля по 4 марта 1942 года) оказалось, что неубирающееся шасси практически не снизило характеристики машины и не повлияло на пилотаж. Самолет летал почти так же быстро, как и истребитель, а управлять им можно было из передней и задней кабин.
Як-7В производился серийно с марта 1942 года до декабря 1943 года. Было построено 510 экземпляров, а еще 87 переоборудовано из Як-7Б. Это немного, учитывая огромное количество пилотов обучавшихся о время войны. Почти каждый советский пилот-истребитель проходил обучение на этой машине.
Ранее не предполагавшееся, превращение учебного Як-7 в истребитель началось уже после начала войны. Автором этой идеи был инженер К.А.Синелыциков, начальник группы, выделенной из ОКБ для помощи заводу № 301 в освоении производства Яков. Учитывая те огромные потери, которые понесли советские ВВС в первые дни операции «Барбаросса», идея Синелыцикова бала очень актуальна. Главный конструктор сначала относился к этому предложению скептически. Вероятно, он не верил в возможность увеличения производства истребителей за счет учебных машин. Именно этим можно объяснить скепсис Яковлева. Но положение было отчаянным — фронт требовал истребителей.
Новый самолет был построен, прежде чем об этом узнал Александр Яковлев. Для переоборудования был выбран Як-7 УТИ номер 04–11, на котором были проведены следующие изменения:
в заднюю кабину установили бронеплиту
установлены протекторированные топливные баки, усилено вооружение, которое состояло теперь из пушки ШВАК калибра 20 мм с боезапасом в 120 снарядов и двух пулеметов ШКАС имевших по 750 патронов
под каждым крылом установлено по три направляющих для реактивных снарядов РС-82.
В этом виде Як-7 внешне практически не отличался от Як-7 УТИ, так как остекление задней кабины не изменилось.
Испытания истребителя, проведенные технической комиссией ОКБ, показали, что он по многим параметрам лучше, чем Як-1. Конструкция шасси и большего размера колеса, лучше соответствовали массе самолета. Перемещение центра тяжести с 26 % до приблизительно 20–21 % улучшило продольную устойчивость. Другое, нежели у Як-1 хвостовое оперение улучшило управляемость. Угроза капотажа — кошмар, который преследовал пилотов «единички» то же уменьшилась. Не лишней была и возможность перевозки в задней кабине людей, либо оборудования. В будущих сражениях это свойство не раз использовалось для неотступного преследования врага.
Так как уже было ясно, что Як-7 получился хорошим и нужным самолетом, А.С.Яковлев получил согласие ГКО (Государственный комитет обороны) на начало его серийного производства. Комитет принял два решения по выпуску этого истребителя — 14 и 23 августа 1941 года. Они были конкретизированы в приказах Наркомата авиационной промышленности, и сборка нового самолета началась на заводе № 301 в Москве и № 153 в Новосибирске. Завод в Москве выпустил в августе и октябре 1941 года 51 машину, а в Сибири в декабре того же года было собрано 11 экземпляров.
В ходе строительства этой небольшой серии заводами было допущено значительное ухудшение летных характеристик. Например, по сравнению с УТИ-26-1 время набора высоты 5000 м у Як-7 возросло на 1,3 мин — до 6,8 мин. Недоработанное либо некачественно изготовленное шасси, пневматическая система, системы двигателя служили источником частых аварий. Но это было только самое начало многолетнего пути развития Як-7, а его будущее, несмотря ни на что выглядело многообещающим.
Этот самолет, изготовленный в единственном экземпляре был еще одной попыткой переделки Як-7 УТИ в истребитель. Построила его группа инженеров из ОКБ, которая обеспечивала серийное производство Як-1 на заводе № 292 в Саратове. Работы над новым вариантом самолета начались в сентябре 1941 года, а изменения, проведенные саратовской группой, были гораздо более значительными, чем те которые сделали их коллеги из Москвы.
Из задней кабины убрали пилотское кресло, на его место установили топливный бак емкостью 80 л. Из передней части фюзеляжа были изъяты пулеметы и их боезапас, но пушка ШВАК осталась на месте. Снималась разделительная стенка между кабинами, чтобы установить бронеспинку прямо за пилотским креслом. Наиболее крупным изменениям подверглись крылья; при этом использовались конструкторские наработки с самолетов И-28 и И-30. Крылья имели меньший размах (9,74 м вместо 10 м) и оснащались автоматическими предкрылками. В каждом крыле размещалась одна пушка ШВАК с боекомплектом в НО снарядов. Это вооружение заставило уменьшить на 23 л емкость крыльевых баков. Хотя и не имелось оборудования для обогрева крыльевых пушек, но они работали без задержек даже при температуре -30 гр. Крыльевые пушки были пристрелены таким образом, что их трассы сходились на расстоянии 400 м перед самолетом. Учитывая все это, следует сделать вывод, что Як-7М был более приспособлен для уничтожения бомбардировщиков, чем для боев с истребителями.
Государственные испытания продолжались с 5 октября до 27 декабря 1941 года, с двухнедельным перерывом на эвакуацию. Несмотря на то, что новый самолет был на 350 кг тяжелее Як-7 УТИ, а его фюзеляж и двигатель были серьезно повреждены после аварии, характеристики оказались не намного хуже, чем у Як-1. Благодаря автоматическим предкрылкам, значительно улучшились пилотажные свойства, и теперь нужно было очень постараться, чтобы ввести самолет в штопор.
Однако после этих похвал следует отметить, что крыльевое вооружение было признано неудачным из-за отсутствия синхронизаторов и затрудненного прицеливания. Тяжело было во что-либо попасть, ведя огонь только из одних пушек. Но, что более важно, к этому времени завод № 153 уже завершил производство Як-7 и готовился к выпуску «семерки» с двигателем М-105ПА, которое должно было начаться в январе. Не в интересах массового производства были изменения технологии, к тому же не было необходимого количества пушек ШВАК — оружейные заводы не успевали удовлетворять потребности авиационных и танковых предприятий в этом вооружении. К идее размещения пушек в крыльях Яковлев вернулся только еще один раз — на прототипе Як-7 с мотором воздушного охлаждения М-82.
Уже после выпуска небольшого количества Як-7 начался процесс его улучшения, который продлился значительное время. Совершенствование самолета было необходимо, в том числе и потому, что заводы-изготовители Яков допустили значительное ухудшение его летных характеристик. Изменения, которыми характеризовался Як-7А, вводились постепенно на очередных сериях самолета. Вот их хронология:
14-я серия — на топливных баках установлена новая, утвержденная НИИ ВВС, система их заполнения выхлопными газами двигателя (с целью повышения их пожаробезопасности);
15-я серия — все металлические части самолета были соединены между собой медными проводами;
16-я серия — электрические указатели уровня топлива были заменены на механические. Они устанавливались на верхних поверхностях крыльев и прикрывались окошками из плексигласа. Эти характерные круглые окошки хорошо видны на фотографиях верхней части самолетов;
31 самолет 16-й серии — установлена приемо-передающая радиостанция; приемник РСИ-4 размещался с правой стороны от приборной доски, а передатчик РСИ-3 за бронеспинкой пилота. Начиная с этого экземпляра Як-7, с приборной доски была снята плексигласовая пластина, обеспечивающая равномерное рассеивание света. Мелким изменениям подверглась и сама приборная доска;
17-я серия — убрано остекление задней кабины, теперь она закрывалась фонарем из фанеры, который откидывался вправо; отверстия для отвода пороховых газов на капоте двигателя были закрыты металлическими листами, а газы выходили теперь вперед через отводные трубы;
19-я серия — теперь в полете с помощью пневмосистемы убиралось заднее колесо, а его ниша закрывалась характерным щитком, расположенным впереди. Ниши стоек главного шасси в полете так же полностью закрывались, для чего были установлены дополнительные щитки, прикрывающие колеса.
Были и другие изменения: демонтировано устройство для пневматической перезарядки пушки — осталась только механическая перезарядка; тормозные щитки теперь устанавливались всего в двух положениях: под углом 00 и 550, заблокировать их в положении 150 было уже нельзя.
Хотя летные характеристики в сравнении с И-26-П были хуже, но по отношению к Як-7 максимальная скорость увеличилась в среднем на 10 км/ час для самолета с лыжным шасси и на 20 км/час с колесным. У земли Як-7А развивал скорость 495 км/час, а на высоте 5000 м — 571 км/час. Однако улучшение характеристик нивелировалось в результате установки лыж вместо колес, а именно в такой конфигурации Як-7 и Як-1 производились зимой 1941 года. При установке лыж пилотажные характеристики и маневренность не изменялись (по сравнению с Як-7 на колесах) но лыжи «съедали» до 60 км/ час скорости. Тем не менее, самолеты собирались в таком виде, главным образом из-за нехватки в тот период резины для покрышек.
Эталоном для серийного производства Як-7А стал модернизированный серийный Як-7 номер 14–11, произведенный заводом № 153. Совместные заводские и государственные испытания провели с 16 января по 22 февраля 1942 года. Их результат был настолько очевидным, что еще до их окончания, самолет начал производиться серийно. В период с января по май 1942 года завод № 153 построил 277 истребителей Як-7А, которые успешно воевали на фронте.
С целью улучшить летные характеристики и огневую мощь Як-7 была разработана и запущена в серийное производство его очередная модификация. Характерно, что изменения в аэродинамике этой машины не были результатом работ ОКБ, а базировались на исследованиях проведенных в ЦАГИ. Это учреждение передавало свои результаты заинтересованным ОКБ.
Начнем с изменений в вооружении: оба ШКАСа были заменены крупнокалиберными (12,7 мм) пулеметами УБС. Левый имел боезапас в 260 патронов, а правый — 140. Пушка ШВАК осталась на месте, не изменился и ее боезапас — в снарядном ящике насчитывалось 120 снарядов.
Такое вооружение позволяло успешнее бороться с вражескими бомбардировщиками, а масса секундного залпа составляла 2,72 кг — больше чем вес снарядов выпускаемых за секунду Bf-109F или Bf-109G2 из трех стволов. Самолет так же был приспособлен для подвески шести реактивных снарядов РС-82, либо двух бомб калибром от 25 до 100 кг. Однако, как и в случае с Як-1, постановлением ГКО от 10 апреля 1942 года установка направляющих для реактивных снарядов на «семерке» запрещалась. Хотя было предусмотрено место для установки приемника и передатчика, но передатчик устанавливался только на одной из 10 машин, так чтобы самолетов с двухсторонней связью хватало для командиров эскадрилий и полков.
Благодаря возросшему качеству сборки, более тщательной отделке поверхностей улучшилась аэродинамика самолета. Крыльевые воздухозаборники и форма капота маслорадиатора так же подверглись изменениям. Внешне Як-7Б отличался от модификации «А» тем, что ниша заднего колеса закрывалась двухсекционным щитком, створки которого располагались симметрично относительно оси самолета. Кроме того, на верхней части капота двигателя появились выступы, прикрывающие более крупные пулеметы УБС.
Другим направлением работ над новой модификацией было улучшение ее эксплуатационных характеристик. Для чего в конструкцию было внесено много изменений, начиная от таких незначительных, как выполнение отверстия в чашке пилотского кресла, чтобы стекала скапливающаяся там во время стоянки влага, и заканчивая заменой старой ручки управления на ручку типа Р-1, скопированную с немецкого Bf-109. Правда по воспоминаниям боевых пилотов, новая ручка устанавливалась не на всех Як-7Б.
Испытания эталонного экземпляра Як-7Б с двигателем М-105 ПА (серийный номер 14–13) проводились с 28 января по 5 февраля 1942 года. Облет новой машины выполнил пилот А.Г.Кочетков. С целью экономии времени заводские и государственные испытания совместили.
Несмотря на увеличившийся вес самолета Як-7Б имел характеристики сравнимые с прототипом УТИ-26-П. В протоколе испытаний было подчеркнута перспективность конструкции — хорошие возможности для установки нового вооружения, силовой установки и оборудования.
После государственных испытаний Комитет Обороны согласился на перевод производства с модификации «А» на модификацию «Б». Этот вариант (с мотором М-105ПА) производился на заводе № 153; с апреля по июль 1942 года была построена 261 машина.
Наиболее объективную оценку качеств нового самолета дали бои. Эксплуатация новой «семерки» в 202 НАД (истребительная авиадивизия) позволила сделать следующие выводы: Bf-109 имеет превосходство в вертикальном маневре; здесь Як-7 определенно был более неповоротлив. Советская машина была так же медленнее в горизонтальном полете и при пикировании. Традиционно она имела лучшую маневренность в бою на горизонталях (такой ситуации немцы избегали, как только могли). Боевую ценность самолета ограничивало плохое качество плексигласа на фонаре кабины, отсутствие бронестекла и плохая видимость назад. Двигатель был определенно слаб для такой тяжелой машины.
На земле самолет имел слишком длинный разбег и пробег, а сдвижка центра тяжести вперед увеличила опасность капотажа. Чтобы исправить этот недостаток, с 20 апреля 1942 года в задней кабине начали устанавливать топливный бак емкостью 80 л. Как и следовало ожидать, это нововведение было встречено пилотами без энтузиазма. Не защищенная бочка с бензином прямо за плечами пилота была во время воздушного боя весьма опасна. В боевых частях эти баки повсеместно снимались, поэтому, когда 22 сентября и 1 октября 1942 года вышло два соответствующих постановления ГКО, уже собственно нечего было демонтировать.
Если самолет имеет слабый двигатель, нужно установить более мощный. Однако если бы коллектив конструкторского бюро Яковлева, рассчитывал только на двигателистов Климова, постройка новых модификаций Як-7 и Як-1 стала бы весьма проблематичной. Именно коллектив ОКБ заместителя наркома авиационной промышленности первым взялся за форсирование двигателя.
Двигатель с большей мощностью испытывался на экземпляре Як-7А номер 22–41. Наддув постепенно увеличивался до 950, 1000 и 1050 мм, а результаты испытаний были так многообещающи, что благодаря влиянию Яковлева, Государственный Комитет Обороны обязал Климова, как можно скорее начать производство, таким образом доработанных двигателей. Мощность нового мотора получившего обозначение М-105 ПФ, увеличилась с 1050 до 1180 кВт. Установка нового двигателя началась с 22-й серии, однако это было не единственное изменение в новом самолете.
Еще одним путем улучшения характеристик было снижение массы. Однако здесь делались только мелкие шажки, не дававшие значительных результатов. Трудно ожидать, чтобы такие новшества как замена спинки пилотского кресла на боле тонкую, ликвидация крюков для буксировки, или более легкая конструкция щитков шасси могли дать большой выигрыш. По сравнению с модификацией имевшей двигатель серии ПА, собственный вес нового самолета стал только на 30 кг меньше. Благодаря более мощному двигателю появилась возможность уменьшить угол установки винта на малом шаге до 230.
Государственные испытания самолета номер 22–41 были проведены в НИИ ВВС в период с 30 мая по 9 сентября 1942 года. Они показали, что скорость у земли возросла на 14 км/час (до 514 км/час), а на второй границе высотности двигателя (3650 м) на 20–35 км/час (до 596 км/час). На больших высотах, параметры самолетов с двигателями ПА и ПФ выравнивались. Уменьшилось время набора высоты 5000 м с 6,5 мин до 5,8 мин. Благодаря большей мощности двигателя, испытываемый самолет стал более динамичным во время выполнения маневров. Незначительно уменьшилась дальность по время полета с максимальной или близкой к максимальной скоростями.
Увы, ухудшились некоторые эксплуатационные свойства, а остальные так и остались на весьма низком уровне. Демонтаж топливного бака в задней кабине опять привел к смещению центра тяжести вперед и соответственно к увеличению опасности капотажа. Самолет задирал хвост вверх во время проверки работы двигателя на земле, а чтобы удержать его при пробах двигателя на полной мощности на хвост приходилось усаживать несколько человек. Не были устранены недостатки с самого начала присущие Якам: забрызгивание козырька пилотской кабины маслом, которое просачивалось из уплотнений двигателя, проблемы с охлаждением воды и масла. Последнее не давало полностью использовать возможности двигателя при наборе высоты. В самолетах изготовленных до мая 1943 года неравномерно вырабатывалось топливо из баков правого и левого крыла. По этой причине на Яках-7 устанавливался трехпозиционный топливный кран вместо двухпозиционного. Пилот мог по своему выбору подсоединяться к правой или левой группе баков, чтобы управлять выработкой бензина — решение возможно остроумное, но требующее от пилота огромного внимания.
Специалисты из НИИ ВВС, которые проверяли качество изготовления машин 22-й серии, утверждали, что, несмотря на то, что завод № 153 имел достаточно времени на освоение новой продукции, качество сборки оставляло желать лучшего. Неровное качество сборки стало причиной довольно значительных различий скоростных характеристик истребителей: на первой границе высотности разброс составлял от +10 до -7 км/час (при 567 км/час), а на второй границе высотности от +8 до -11 км/час (при скорости 588 км/час). Изумителен и тот факт, как сильно различались сами границы высотности двигателей одного и того же типа, изготовленных на одном и том же заводе. Плохое качество пружин и регуляторов давления приводили к различию потолка на первой границе высотности (1580 м) от +300 до -330 м, а на второй (3860 м) от +300 до -450 м.
Очевидно, эти недостатки ни в малейшей степени не мешали крупносерийному производству Як-7Б с двигателем М-105 ПФ. Этот истребитель производился на двух заводах: № 153 в Новосибирске с августа 1942 года (22-я серия) до декабря 1943 года (50-я серия) и № 82 в Москве, начиная с 1-й серии в мае 1942 года до 28-й серии, выпущенной в июле 1944 года. Стоит обратить внимание на дату окончания выпуска «семерки», казалось бы, ее на сборочных линиях должен был заменить Як-9, производство которого началось осенью 1942 года. Однако это не так, «семерка» выпускалась еще в 1944 году — до июля того года было построено 5120 Як-7Б, оснащенных моторами М-105ПФ.
По какой же причине продолжалось производство Як-7, в то время, когда на фронте летали уже целые полки вооруженные Як-9Т либо Як-9М? Возможно, это было связано с недостаточным количеством алюминия, либо с тем фактом, что потери истребителей в 1943 году были так велики (в среднем 32 штуки в день, из них боевых потерь -16 штук; что дает в сумме в год 11700 машин), что недопустимо было прерывать производство уже хорошо освоенных истребителей.
Самолет получил боевое крещение в августе 1942 года под Сталинградом. Войсковые испытания проходили в знаменитом 42 ИАП, котором постоянно проходили проверку различные виды вооружения, приемы боевой тактики или даже камуфляжной окраски. Командиром полка был Ф.И.Шинкаренко, фамилию которого в течение долгого времени связывали с понижением гаргрота у истребителя Як-1. Однако это не соответствует действительности — самолетами, на которых впервые появился каплевидный фонарь, были не «единички», а именно Яки-7Б с моторами М-105 ПФ.
Работы по улучшению обзора назад, так же выполняли работники КБ Яковлева, и хотя это может показаться странным, но не на заводах, а на фронте. Возможно, отсутствие надзора со стороны держащихся за свои должности начальников повлияло в лучшую сторону на инициативу инженеров ОКБ.
А.Т.Степанец пишет о модификации выполненной непосредственно в боевых частях специалистами из ОКБ — «кабина с улучшенным обзором (…) была рекомендована для использования на истребителях». Як-7Б в такой конфигурации выпускался с конца 1942 года и его в некоторых случаях бывает очень сложно отличить от первых вариантов Як-9.
Как и в случае с Як-1, часть «семерок» выпускалась специально дооборудованными для частей ПВО. Самолет в этом варианте имел радиополукомпас РПК-10 и прожектор ФС-155 на левом крыле. Части ПВО получали по 20 самолетов этой модификации в месяц, хотя могли и изменять это количество (скорее всего в сторону уменьшения) в зависимости от потребности.
Эта машина отличалась от стандартного Як-7 возможностью установки фотоаппарата АФА-1М во второй кабине. Доработка состояла в установке кронштейнов для закрепления фотоаппарата и проделывания в полу окна размером 135x135 мм. Эталонный экземпляр для серийного производства — Як-7Б номер 14–10 изготовления завода № 82, проходил испытания в Научно-исследовательском институте специальной службы в октябре 1943 года. Фотоаппарат позволял производить съемку с высот от 300 до 3000 м. Всего заводы №№ 153 и 82 выпустили около 350 Як-7Б приспособленных для установки фотоаппарата АФА-1М, хотя и не на всех выпущенных разведчиках он потом устанавливался. Вообще такая переделка была вынужденным решением, далеким от совершенства. Советские ВВС на протяжении всей войны не имели удачных разведчиков — лучше всего в такой роли выступал пикирующий бомбардировщик Пе-2.
Кроме описанных выше модификаций Як-7 выпускавшихся в значительном количестве, существовало несколько вариантов построенных в одном или нескольких экземплярах.
Это был наиболее мощно вооруженный вариант «семерки». Построено их было 22 штуки. Основным вооружением служила пушка МПШ-37 (с боезапасом в 20 снарядов) сконструированная коллективом под руководством Шпитального. Кроме пушки МПШ над двигателем устанавливалось два пулемета УБС калибра 12,7 мм с общим боезапасом — 450 патронов. Вес секундного залпа при стрельбе из всех трех стволов составлял 4,15 кг. Под крыльями устанавливались направляющие для реактивных снарядов РС-82. Но их можно было подвешивать только в исключительных случаях, так как самолет с полным вооружением был сильно перетяжелен. Хотя машина проходила испытания с пушкой МПШ-37, но универсальное крепление так же позволяло устанавливать пушки ВЯ либо ШВАК в сочетании с пулеметами ШКАС либо УБС.
Стартовая масса самолета увеличилась по сравнению с Як-7Б приблизительно на 200 кг, а следовательно увеличилась и нагрузка на крыло.
Были установлены предкрылки, в связи, с чем изменились очертания консолей крыла. Еще одним существенным изменением конструкции было перемещение кабины назад на 400 мм (задняя кабина ликвидирована). Это пришлось сделать из-за больших размеров пушки. Были и другие более мелкие изменения — самолет имел антенну, фару, и увеличенное хвостовое колесо.
Совместные заводские и государственные испытания проходили с 15 апреля по 10 мая 1942 года, и как это можно было предположить, выявили снижение летных характеристик самолета. В среднем на 15 км/час упала максимальная скорость, а время набора высоты 5000 м увеличилось на 0, 65 мин. Сдвижка кабины назад увеличила вероятность капотажа, хотя в то же время несколько улучшился обзор назад.
Окончить испытания не удалось. Из-за прострела лопастей винта пулями из УБСов, самолет совершил вынужденную посадку. Отказы 37 мм пушек не позволили испытать их в полете.
Тем не менее, это не помешало принятию решения о заказе серии из 22 самолетов и проведении их войсковых испытаний. Однако самолеты этой небольшой серии были уже вооружены существенно доработанной пушкой НС-37, конструкции Нудельмана и Суранова. На них так же устанавливались предкрылки.
В российской литературе существовала довольно большая путаница в вопросе о вооружении Як-7-37. Такие авторы как Степанец, Косминков или Шинкаренко утверждали, что не оправдавшую надежд пушку МПШ пришлось заменить на НС-37. В то же время Е.Гордон утверждал, что Шпитальный создал просто великолепную пушку МПШ-37, которую устанавливали на всех Яках-7-37. Вероятно, права первая тройка. Это подтверждают полные эмоций воспоминания Шинкаренко.
Вся работа по определению возможностей нового вооружения легла на персонал 42-го ИАП. Командир части, уже известный нам Федор Шинкаренко, крайне неодобрительно отзывался о подходе работников коллектива Нудельмана к испытаниям. Они питали презрение к необразованным, в их представлении, техникам полка и с ними было очень трудно найти общий язык.
Сразу обратим внимание на больший боезапас пушки НС-37 — ее магазин вмещал 32 снаряда. Однако проблемы появились, как только начали снаряжать снарядную ленту. Из-за недоработанности ее звеньев, ленту трудно было снарядить так, чтобы снаряды нормально досылались. Поэтому в воздухе пушка часто заклинивала. Особенно был этим обеспокоен командир полка, перед которым стояла необходимость подготовить молодых пилотов к боям, а аварии, естественно, мешали боевой учебе. Демонстрационные стрельбы, которые были проведены для высших офицеров, вообще окончились полным провалом. Из четырех машин, стартовавших в присутствии маршала Ворошилова, для обстрела танков, у двух не убралось шасси, а у остальных имели место отказы вооружения. У самолета Шинкаренко, который взлетел последним, во время посадки сломался подкос стойки шасси.
Як-7Б ранних серий
Но, несмотря на все проблемы, полк был подготовлен к вылету на фронт. В ноябре 1942 года его направили на очень горячий участок — в составе 240 ИАД (истребительная авиадивизия) он принял участие в воздушных боях над Демьяновским котлом, в котором советские войска окружили дивизии 16-й армии Вермахта. В отчете НИИ ВВС сообщалось, что 42 ИАП провел там 12 групповых воздушных боев, в ходе которых было уничтожено восемь Bf-109, один FW-190 и один Hs-129 (?). Потеряно четыре самолета, три других повреждено.
Совершенно иначе эти цифры выглядели в воспоминаниях Шинкаренко: «На следующий день (первый день боев) в район «рамушевского коридора» вылетело восемь истребителей нашего полка. (…) Группа была нагло атакована «мессершмиттами». Сразу же дала о себе знать неслетанность пар и плохое знакомство с районом боев. Гитлеровцы навязали нам бой на вертикалях и выиграли его без потерь со своей стороны. Из восьми Яков, на аэродром вернулось только три». Были так же и другие потери (около десяти). Но по воспоминаниям командира 42 ИАП, пилоты его полка сбили большее количество самолетов противника, в том числе три FW-190. Возможно, Шинкаренко описывает более длительный период, чем тот, в течение которого длились официальные войсковые испытания.
Один из наиболее эффектных боев имел место 3 декабря 1943 года. Шесть Як-7-37, ведомые Шинкаренко получили задачу прикрывать войска в районе железнодорожной станции Пола. Советский воздушный патруль был атакован четверкой Bf-109F, однако благодаря умелому маневру советские самолеты вышли из-под огня, а Шинкаренко сбил один «стодевятый». Два подлетевших «мессера» так же попали под огонь — после попадания снарядов выпущенных из орудия Як-7 командира полка, один из них развалился в воздухе. Его пилот спасся, выпрыгнув с парашютом. В схватке с очередными подоспевшими немецкими самолетами (всего в бою приняло участие двенадцать Bf-109F), победа была исключительно на стороне советских пилотов: старшего лейтенанта Н.Тихонова, его ведомого (фамилия которого неизвестна) и лейтенанта Чкуасели. Последнего — шестого «мессера» сбила пара капитана С.Бражника, но, увы, его Як-7 -37 получил повреждения, и ему пришлось совершить вынужденную посадку на брюхо.
Выводы были оптимистическими — несмотря на отсутствие прицела соответствующего пушке такого калибра, можно было вести действенный огонь с расстояния в несколько сот метров. В случае попадания в крыло снаряд вырывал кусок обшивки площадью около одного квадратного метра. Кроме того, тяжелое вооружение не снижало маневренность истребителя.
Тем не менее, Як-7 с пушкой калибра 37 мм в дальнейшем не производился. Более перспективным казался Як-9Т, первый экземпляр, которого был построен в январе 1943 года.
Осенью 1943 года появился еще один тяжело вооруженный Як-7. На этот раз его творцами были не конструкторы из ОКБ, а инженеры из мастерских 1-й Воздушной армии.
Они предложили установить на «семерке» три пушки типа ШВАК. Экземпляр самолета, использованного для этого, был сборным. Фюзеляж от Як-7Б номер 46–13, выпущенного в июне 1943 года, крылья и двигатель от других Яков этой же модификации и наконец крепления для пушек с Ла-5 и британского Harricane.
Модернизация была настолько интересной, что на нее обратил внимание главный инженер ВВС — генерал-полковник А.К.Репин. По его распоряжению самолет был направлен для испытаний в НИИ ВВС.
На испытаниях было подтверждено, что самолет не изменил своих пилотажных свойств. Неудачно была сконструирована система отвода гильз и звеньев снарядных лент. Вылетая они ударялись о край стабилизатора и наносили ему повреждения. После испытаний, во время которых с самолетом ознакомился А.Яковлев, машина была возвращена в 1-ю ВА, где после устранения недостатков приняла участие в боях.
Эта «семерка» была оснащена звездообразным двигателем конструкции Швецова. С различным успехом этот двигатель пробовали использовать все главы ОКБ проектировавших истребители. Лавочкину повезло, остальным нет.
Установка мощного двигателя М-82А, имевшего стартовую мощность 1700кВт, казалась весьма многообещающей. Правда, Яковлеву не приходилось как Лавочкину или Гуревичу, принимать такое решение, для спасения своей машины, однако почему бы и не поэкспериментировать?
Работы над такой модификацией начались уже в августе 1941 года и охватывали, конечно, не только изменение двигательной установки. Получился практически новый самолет. Крылья были снабжены автоматическими предкрылками, изменена конфигурация законцовок и уменьшен их размах с 10,0 м до 9,74 м.
По образцу истребителя И-30 в крыльях находилось два орудия ШВАК, с боезапасом по 100 снарядов на ствол, над двигателем был установлен пулемет УБС с боезапасом в 260 патронов. На верхней поверхности крыльев имелись лючки для обеспечения доступа к орудиям.
В центроплане установили два дополнительных топливных бака емкостью по 40 л каждый. Еще один топливный бак, на этот раз емкостью 80 л установили на месте задней кабины. Другие новые элементы конструкции — новый винт типа АВ-5Л-127 диаметром 2,8 м, радиополукомпас РПК-10 и новый радиатор ОП-295.
Когда инженеры начали рассчитывать, какие же характеристики должна будет иметь новая машина, на бумаге получились весьма многообещающие цифры. Скорость на высоте 2860 м — 571 км/час, а на потолке 6400 м — 615 км/час.
Постройку самолета закончили в конце декабря 1941 года в Новосибирске и в период с 23 января по 13 марта 1942 года были проведены его заводские испытания. Несмотря на такой значительный срок, самолет летал немного — выполнено было едва 17 полетов, общей продолжительностью 5 часов 24 минуты. Оказалось, что двигатели, которые имел в своем распоряжении Яковлев, были недоработанные, из первых серий. Это приводило к частым авариям, а три из них вообще не годились для использования. Мучением при проведении испытаний стали постоянные аварии трубопроводов топливной и масляной систем.
В довершении всего, винт, который и так не соответствовал по своим размерам двигателю такой мощности, во время вращения оказывался слишком близко от земли. Если бы был установлен винт необходимого размера — диаметром 3,2 м, то концы его лопастей упирались бы в землю, а старт был бы возможен только с трех точек, что для боевого самолета было совершенно недопустимо.
Всего в двух из семнадцати полетов, выполненных во время испытаний, удалось произвести замеры скорости и потолка машины. Достигнутая на высоте 2860 м скорость — 571 км/час, незначительно превышала скорость серийного Як-7А.
С 24 марта 1942 года ввиду бесперспективности, все работы над этой модификацией «семерки» с двигателем воздушного охлаждения были прекращены.
Самолет с этим обозначением — очередная экспериментальная работа ОКБ Яковлева.
Из-за безнаказанных полетов немецких высотных разведчиков Ju-86R, которых не мог достать ни один советский истребитель, остро требовался новый высотный перехватчик. В попытке создать такой самолет, было предложено соединить планер Як-7 (в данном случае Як-7Б номер 22–02) с высотным двигателем М-105 ПД, оснащенным нагнетателем Е-100. Но это были не единственные изменения. Наиболее заметным внешним отличием стал пониженный гаргрот за кабиной и установленная там антенная мачта. Она вообще-то была не нужна, так как радиостанция на самолет не устанавливалась. Чтобы снизить массу были сняты пулеметы, хотя очевидно, что одна пушка — слишком слабое вооружение. Высока была вероятность того, что на большой высоте Як-7ПД сможет выполнить только одну атаку, в тот момент, когда самолет, разогнавшись, будет выполнять «горку». В такой ситуации очередь из пушки ШВАК могла и не привести к уничтожению вражеского самолета. Новая машина Яковлева имела значительно лучшую скороподъемность, чем МиГ-3, с которым ее можно сравнить с точки зрения назначения, но уступала ему в практическом потолке (11400 м вместо 12000 м). Однако двигатель М-105 ПД был недовведенный, отсутствовал и автомат регулировки оборотов первой ступени нагнетателя. Пилот должен был непрерывно, в зависимости от изменения атмосферного давления, регулировать обороты лопаточного колеса нагнетателя, что было попросту невозможно.
Государственные испытания Як-7ПД продолжались с 17 по 23 сентября 1942 года, было выполнено 11 полетов (общее время 7,5 часов) после которых уже можно было заключить, что самолет получился неудачным. Климову так никогда и не удалось создать на базе М-105 (впрочем, как и ВК-107) хорошего высотного двигателя. Проведенные в ЛИИ (Летно-исследовательский институт) испытания гидравлического автомата управления нагнетателем, так же не дали результата. На протяжении октября и ноября 1942 года было проведено 27 полетов на Як-7 с двигателем М-105ПД и на Як-5, однако довести автомат так, и не удалось.
К идее создания высотного истребителя на базе Яка, вернулись в начале 1943 года. Об этом будет рассказано в части посвященной «девяткам».
Як-7 должен был летать не только значительно выше, но и значительно быстрее. В СССР довольно интенсивно велись работы над ускорителями и именно их решили использовать конструкторы из ЛИИ.
Доведенные, пригодные к эксплуатации реактивные двигатели ДМ-4С, были готовы уже в начале 1942 года, но до 1944 года не имелось возможностей для их производства и применения. Это было связано с трудной ситуацией возникшей из-за эвакуации заводов и конструкторских бюро.
Казалось, что использование ДМ-4С на истребителе задача очень простая, но испытания длились восемь месяцев, с 24 марта до 12 декабря 1944 года, а первый вылет с установленным ДМ-4С имел место только 15 мая 1944 года.
Як-7Б с двигателем М-105 ПФ и двумя установленными ускорителями (не работавшими) достиг скорости 460 км/час, то есть на 35 км/час меньше чем машина без этих устройств. Прирост скорости с работающими ДМ-4С составил 53 км/час, но из-за их большого лобового сопротивления самолет летал только на 19 км/час быстрее, чем обычный Як-7.
Однако если бы удалось увеличить скорость сгорания топлива в ускорителях с 22 до 30 кг в минуту, то «семерка» могла бы летать со скоростью 600 км/час.
Установка ДМ-4С на истребитель была настолько простой, что ее можно было производить в полевых условиях. Командование ВВС создало запас ускорителей и хотя не известно о случаях использования их в воздушных боях, но они имелись на складах готовые к применению.
К идее использования двигателей ДМ-4С вернулись в проекте самолета получившего обозначение Як-7Р. На нем должны были быть установлены два таких двигателя под крыльями, а так же один ракетный двигатель Д-1Д в хвосте. Проектирование самолета было закончено в конце августа 1942 года, и если бы исполнились все «ежели» да «кабы», то этот самолет достиг бы скорости 800 км/час. Но этот проект не пошел дальше конструкторской доски, а быстрое развитие реактивных двигателей вообще сделало такого типа разработки ненужными.
Як-7Д — очередная модификация, построенная только в одном экземпляре. Однако именно этот самолет стал первым шагом на пути создания Як-9. Ранее были описаны модификации, которые должны были летать выше и быстрее. Як-7Д должен был летать, прежде всего, дальше.
Эта машина должна была быть не только истребителем, речь в первую очередь шла о создании дальнего самолета-разведчика. В мае 1942 года один из Як-7В подвергся глубокой модернизации. На нем установили двигатель М-105 ПФ, но наиболее сильно изменились крылья, специально спроектированные на заводе № 153. Крыло получило два дюралевых лонжерона, соединенных шестью шпангоутами из того же материала и еще двумя деревянными шпангоутами на концах. В каждом крыле находилось по четыре бака — три между лонжеронами и один в носке крыла. Баки устанавливались снизу и вмещали в сумме 833 л топлива. В баках под полом кабины можно было дополнительно разместить еще 86 л. Шесть литров вмещал расходный бачок. Все это давало возможность увеличить дальность до 2285 км (это соответствовало 6,5 часам лета)! И это на фоне того, что Як-7Б имел дальность менее 700 км.
Хотя размах крыльев уменьшился до 9,74 м, но площадь осталась без изменений. Вооружение состояло из пушки ШВАК, пулеметы отсутствовали.
В задней кабине можно было установить фотоаппарат АФА-Б (с пленкой на 50 кадров) либо разместить одного пассажира для дальнего перелета. Замена фотоаппарата на кресло и наоборот была очень проста и занимала несколько минут.
Очевидное утяжеление конструкции не могло не сказаться на летных характеристиках самолета. Як-7Д поднимался на высоту 5000 м на целую минуту дольше, чем Як-7Б и был примерно на 30 км/час медленнее в горизонтальном полете.
Огромным недостатком было то, что топливо в баки заливалось через одну горловину, и проходил почти час, прежде чем бензин заполнял все баки. Яковлев решил провести только заводские испытания этой машины. Они длились с 3 по 16 июня 1942 года и, хотя Як-7Д не был запущен в крупносерийное производство, но его разработка была важным этапом на пути развития Яков.
С середины 1942 года, благодаря поставкам из США и собственному производству, увеличилось количество доступного алюминия, теперь можно было задуматься о его использовании в авиационных конструкциях.
Дюралевые лонжероны крыла использовали в новой модификации — Як-7ДИ. Они сделали возможным увеличение запаса топлива и уменьшение массы конструкции. Все это существенно сказалось на характеристиках нового Яка.
Дальнейшее уменьшение массы было получено за счет ликвидации правого пулемета УБС и его боекомплекта. Как и на предыдущих модификациях, был сохранен отсек задней кабины, полностью закрытый обшивкой. В нем, в случае необходимости можно было перевозить человека, либо устанавливать фотоаппарат.
Для переделки в Як-7ДИ был использован фюзеляж Як-7Б номер 23–26 с пониженным гаргротом и двигателем М-105 ПФ. К нему было пристыковано крыло от Як-7Д. Однако вместо четырех баков, в каждом крыле разместили только два — в общей сложности Як-7ДИ брал 673 л топлива. Установка в баках четырех специальных клапанов и наличие расходного бачка позволило решить проблему равномерной выработки топлива.
Предполагалось, что в зависимости от ситуации, Як-7ДИ будет летать с нормальным запасом топлива, либо если бы бои ожидались вблизи места базирования, то с запасом топлива, уменьшенным почти на половину и со сниженным до 25 л запасом масла. Даже с полными баками новая модификация имела такие же характеристики, как и Як-7Б, но значительно большую дальность. Когда же в баки заливалось 350 л бензина, ДИ становился легким в пилотаже, быстрым истребителем, по скороподъемности превосходившем Bf-109F.
Конструкторы ОКБ Яковлева с большим оптимизмом передали свое новое детище на испытания. Заводские испытания проводились с 26 июня по 16 июля 1942 года, а государственные начались через два дня после окончания заводских и продолжались до 5 августа того же года. Наибольшим недостатком была признана склонность к капотажу. В результате пилоты не могли полностью использовать тормоза и поэтому Як-7ДИ требовал посадочную полосу длиной не менее 1500 м. Протокол государственных испытаний заканчивался пожеланием как можно скорее запустить Як-7ДИ в серийное производство.
Руководивший испытаниями инженер даже заявлял, что самолет с такими данными можно поставить на первое место среди всех советских истребителей.
Начинающаяся Сталинградская битва вскоре показала, как остро новый истребитель необходим в воздушных боях.
Но Як-7ДИ все же остался в единственном экземпляре — уже, когда началось серийное производство, его название было изменено на Як-9.