Джад Хантер! Подруги уже почти пересекли автостоянку, направляясь к потрепанному синему «форду» Энни, когда Карла заметила знакомую мускулистую фигуру. Проклятье! Ее охватила паника. И ведь знала же, что непременно рано или поздно столкнется с ним. В конце концов, Санта-Орвел просто-напросто большая деревня. Но все равно подсознательно надеялась на удачу. Кто знает, может, Джад эмигрировал в Китай!

А уж такой подлости от судьбы — что он материализуется в первый же день ее приезда — она и вовсе не ожидала.

Однако, похоже, пока ей все-таки везло: Джад ее не заметил. Высокий, темноволосый, как всегда одетый в джинсы и тенниску, он размашисто шагал между рядами автомобилей к стоящему в дальнем углу стоянки запыленному «лендроверу». Плечи расправлены, взгляд устремлен вперед, как будто во всем мире не существует никого, кроме него.

Так, значит, ничего не изменилось. Он все еще оставался тем самым человеком, которого она столь горячо невзлюбила два года назад. Что ж, ничего удивительного. Люди вроде Джада Хантера изваяны из гранита.

Однако встреча с ним неожиданно всколыхнула в груди Карлы и иные чувства, куда более волнующие, чем просто неприязнь. Неистовое, резкое возбуждение, смешанное с чувством вины и испепеляющим стыдом, заставило кровь похолодеть в жилах. Карлу словно бы отбросило во времени к тому, что, без сомнения, являлось самым унизительным эпизодом за все двадцать пять лет ее жизни.

Ну-ка, прекрати таращиться на него! — сурово одернула она себя, отводя взгляд. Не портить же такой чудесный день из-за подобного типа!

А день и вправду был хорош. На безоблачном летнем небе сияло яркое солнце, в теплом воздухе витал едва ощутимый запах соли, разносимый над городом нежным морским бризом. Всего лишь минуту назад Карла поздравляла себя с решением снова приехать сюда. Сейчас же сильно усомнилась в мудрости этого поступка.

До машины Энни оставались считанные шаги, а Джад так ничего и не заметил. Карла испустила вздох облегчения. Спасена — хоть на этот раз! Однако в следующий миг Энни вдруг остановилась и замахала руками над головой.

— Джад! Эй, постой! Привет! Мы чуть не разминулись!

Он резко повернулся в их сторону, а Карла поморщилась от досады. Кто бы мог подумать, что ее начальница и подруга окажется хорошей знакомой ненавистного Джада Хантера!

Спокойней, сказала себе Карла, спокойней. Не позволяй ему разозлить тебя. Она расправила плечи, тряхнула белокурой головой и развернулась навстречу приближающемуся мужчине. Могло быть и хуже. По крайней мере, при Энни ему придется соблюдать вежливость.

А до чего же ему, наверное, не хочется вести себя благопристойно по отношению к ней, Карле! Она спрятала улыбку. Что ж, может, эта встреча окажется не такой уж и неприятной!

— Привет и тебе!

Здороваясь с Энни, Джад даже не взглянул в сторону Карлы, но та была твердо уверена, что он прекрасно узнал ее. Она остро ощущала исходившую от него враждебность, — как прикосновение холодной руки к коже.

Так, значит, и тут ничего не изменилось. Их чувства все еще взаимны.

— Карла, позволь тебе представить. — Энни повернулась к подруге. — Это Джад Хантер. Он живет на Пенторре, прелестном острове, что виден из гавани и управляет тамошним поместьем. Джад, познакомься…

— Я уже знаком с этой молодой леди, — оборвал Энни молодой человек, серо-стальные глаза уставились на Карлу.

Карла разом утратила недавнюю решимость. Она уже забыла силу этого темного взгляда, забыла, как бессмысленно даже пытаться устоять перед ним. А Джад меж тем продолжал:

— Наши с мисс Робертс жизненные пути уже ненадолго пересеклись пару лет назад.

Пожалуй, можно было выразиться и так! На самом-то деле Карла провела в замке Пенторры целых две недели как гостья двоюродного брата Джада, Николаса, лондонского дизайнера, ее тогдашнего приятеля. И к концу этих двух недель Карла и Джад уже друг друга буквально видеть не могли. Однако никто никогда не догадались бы об этом, глядя на его притворную улыбку.

— Какой приятный сюрприз! Подумать только, — так неожиданно столкнуться с тобой!

И впрямь сюрприз! Карла ответила Джаду столь же фальшивой улыбкой:

— Именно это я и хотела сказать.

Опомнившись от первоначального потрясения, она с холодной отстраненностью разглядывала стоявшего перед ней мужчину. Сейчас ему, должно быть, исполнилось тридцать пять, но за минувшие два года он нисколько не изменился. Все те же квадратный подбородок, прищуренные глаза, выступающие скулы, твердая линия губ, грива черных, чуть вьющихся волос. Необычное лицо, приковывающее взгляд, полное жизненной силы и энергии, хотя, пожалуй, слишком угловатое, чтобы назвать его красивым по обычным стандартам.

Но именно в этом и заключался секрет успеха Джада. Аскетичная суровость облика, полное отсутствие светского лоска и какое-то темное, вселяющее тревогу выражение глаз совершенно неожиданно делали его самым неотразимым мужчиной, какого Карла когда-либо видела.

Просто дух захватывает, думала она, глядя на него. Неудивительно, что однажды я попалась на эту приманку. Хотя, пообещала она себе, это, конечно, не повторится. Даже в те далекие дни неприязнь к нему была гораздо сильнее его мужских чар.

Джад тем временем не спускал с нее глаз.

— Позволь спросить, что привело тебя в Санта-Орвел? Казалось бы, тебе решительно нечего делать в таком глухом уголке Корнуолла. — Он чуть помолчал и спросил: — Наверное, ты тут проездом?

Похоже, он искренне на это надеялся. Что ж, Карла собиралась его разочаровать.

— А вот и нет. Я устроилась тут на работу.

— На работу? — Лицо Джада вытянулось.

— Только на лето, — сжалилась над несчастным Карла. — В конце августа я возвращаюсь в Лондон.

Хотя Джад не вздохнул открыто, Карла почувствовала его облегчение. Каков наглец! Будь это кто-либо другой, она не сдержала бы негодования.

— Карла будет работать со мной в центре, — вмешалась Энни. — Она из нашего дополнительного летнего набора и приехала только вчера вечером… Ой, господи, просто не верится! Я забыла покупки в аптеке! — Она бросила умоляющий взгляд на подругу: — Пожалуйста, подожди здесь. Поболтай пока с Джадом, а я мигом.

Не успела Карла и слова вымолвить, как Энни упорхнула. Атмосфера мгновенно переменилась, будто в теплый летний день вдруг повеяло ледяным ветром.

Карла подняла взгляд на Джада.

— Послушай, Энни просто не знает, что нам с тобой совершенно нечего сказать друг другу. Я уверена, у тебя полно всяких дел, так что можешь не стоять тут со мной из чистой любезности. — Ха! Будто он захочет проявлять любезность по отношению к ней! — Я скажу, что ты опаздывал на важную встречу, — добавила она, желая поскорее спровадить Джада восвояси.

Однако тот и с места не двинулся. Глаза его впились в Карлу точно колючая проволока.

— Я не ослышался? Ты и вправду собираешься работать в детском центре?

Это был не столько вопрос, сколько прямой вызов. Таким тоном в боевиках не знающий страха главный герой спрашивает злодея из бара, действительно ли тот собирается стряхивать пепел в его пиво.

В ответ Карла в упор посмотрела на него.

— Да. Именно так. А что? У тебя есть возражения?

Если так, предупреждал ее взгляд, тем хуже для тебя. Быть может, Джаду нравилось воображать себя боссом Пенторры — и действовать соответственно — однако пока он всего-навсего состоял на жалованье у своего богатого дядюшки. А кроме того, здесь Санта-Орвел, а вовсе не остров. Так что самоуверенному типу придется смириться с ее присутствием.

Серо-стальные глаза ни на миг не отрывались от ее лица.

— Полагаю, ты отдаешь себе отчет, что центр — это летняя школа для детей из неблагополучных семей? — Он сделал выразительную паузу, как будто рассчитывал, что это сообщение окажется для нее новостью. — Какой интерес подобное место может представлять для тебя?

— Очень даже большой, — как ни в чем не бывало ответила Карла, хотя от злости ее бросило в жар. — Именно по этой причине я и согласилась здесь работать.

Джад улыбнулся. Похоже, он уже много лет не слышал такой удачной шутки.

— И ты будешь учительницей? — А эта шутка явно заняла бы, по его мнению, второе место на конкурсе острот.

Карле захотелось ударить его.

— Да. Я буду учительницей.

Джад удостоил ее очередного пытливого взгляда.

— А что сталось с рекламой? Разве во время нашей последней встречи перед тобой не открывалась самая что ни на есть блестящая карьера на этом поприще?

Да, он не утратил былой язвительности. Карла слишком хорошо помнила, что братец Николаса всегда отличался талантом к уничижительным замечаниям. Однако, рассудила она, Джад Хантер не стоит того, чтобы на него сердиться.

— Я бросила рекламу. Решила вернуться к преподаванию. Видишь ли, я уже работала учительницей до того, как пошла в рекламные агенты.

Джад, разумеется, этого не знал. Откуда бы? Он ведь вообще практически ничего о ней не знал, хотя это не мешало ему обвинять ее во всех смертных грехах.

— В самом деле? — Черные брови взлетели вверх. — Ну и сюрприз. Просто не представляю тебя в роли учительницы. По-моему, реклама куда более в твоем стиле, а? Но, без сомнения, это ведь временное занятие? — Не дав ей ответить, он уже несся дальше: — Просто, чтобы заполнить промежуток между двумя работами. Ты ведь вернешься на прежнюю стезю, как только найдешь что-нибудь подходящее?

— И не подумаю!

Джад с минуту обдумывал новость, однако в глазах его читалось сомнение.

— Уж не хочешь ли ты сказать, будто променяла блестящий вихрь рекламной шумихи, все эти светские вечеринки, коктейли, пресс-конференции и поездки на скучную монотонную жизнь учительницы? Да, эту сторону твоего характера мне наблюдать еще не доводилось.

Он саркастически улыбнулся, ясно давая понять, что не верит ни единому слову собеседницы. Карла ответила ему такой же улыбкой. Пусть себе думает, что хочет.

— Ошибаешься. Преподавать не так уж скучно. Напротив, в этом деле столько маленьких радостей… ну например, приехать в Корнуолл и встретиться с тобой. Только ради одного этого можно было навеки забыть про все приемы и вечеринки.

— Польщен, что ты так думаешь.

Карла и раньше замечала, что Джад умел не только сам поддразнивать окружающих, но и добродушно выслушивать насмешки в свой адрес.

Серые глаза тем временем критически изучали ее.

— Придется тебе меня простить… Не так-то просто переварить подобную перемену твоего образа жизни. Видишь ли, я догадываюсь, сколько зарабатывают учителя, и просто не в силах представить, что тебя привлек именно денежный аспект дела.

Ага, наконец-то он перешел к главному. Карлу охватил приступ негодования. Она всегда знала, какого Джад о ней мнения, и ненавидела его за это. Для него она была особой, для которой в жизни главное — деньги. А говоря короче и жестче, — гнусной, корыстной стяжательницей.

Карла плотнее сжала зубы. Нет, Джад Хантер не увидит, как ее задели его слова. Много чести! Его мнение для нее ничего не значит. Глупо огорчаться из-за такого пустяка.

— В одном ты прав. Действительно, по сравнению с работой в рекламе, уровень доходов у меня значительно понизился. Зато я получаю удовлетворение, просто общаясь с детьми. — Карла произнесла последние слова с иронией в голосе, зная, что собеседник ни за что не поверит ей, хотя она сказала чистую правду. Никакими деньгами нельзя было измерить ту радость, что получала она от своей новой работы.

— Ясно-ясно. Так ты и впрямь стала другим человеком?

Взгляд прищуренных серых глаз скользнул по фигурке девушки, одетой в белую блузку и зеленые брючки, а потом вновь вернулся к лицу. Короткий прямой нос, унаследованный от матери, четко очерченный изящный рот, полученный от отца, и огромные голубые глаза в обрамлении густых длинных ресниц.

— Ага, понял… — протянул Джад. — Ты постриглась.

— Уже довольно давно.

Перемена темы застала Карлу врасплох. Девушка нервным, бессознательным движением откинула со лба светлую челку. Она изменила прическу восемнадцать месяцев назад, после разрыва с Николасом. Новая жизнь, решила тогда Карла, новый образ.

— А мне нравится. — Джад помолчал, оценивающе разглядывая девушку, потом покачал головой. — Просто не представляю, что столь стильной особе делать здесь, в Санта-Орвеле. Разве для такой девушки, как ты, не естественней обитать в большом городе? Что, ради всего святого, заставило тебя презреть яркие огни Лондона?

— Возможно, надежда снова увидеть тебя, — насмешливо парировала Карла. — Ты ведь, наверное, замечал: наши столкновения всегда действовали на меня необыкновенно стимулирующе. Быть может, мне недоставало общества такого утонченного и волнующего собеседника, как ты.

— Ты меня удивляешь. Вот уж не думал, что ты находишь меня утонченным.

Он слегка выделил последнее слово, демонстративно пропустив второй эпитет. А в серых глазах вспыхнул такой жаркий, дразнящий огонек, что Карле вдруг стало трудно выдерживать взгляд Джада. Она знала, о чем он вспомнил…

Они вдвоем в лодке, неистовый шторм, черное как смоль небо. Грохот грома, ослепительный блеск прорезающих тучи молний — и резкое, судорожное возбуждение, поднимающееся из глубин ее существа. Но не ярость разбушевавшейся стихии заставляла Карлу дрожать, а объятия Джада. Выражение его глаз. Невообразимо дивная, всепобеждающая магия его поцелуя.

От одного этого воспоминания Карлу охватил дикий ужас. То было чистой воды безумие, и Джад глубоко ошибался, если делал из случившегося какие-то выводы. Скорее ад замерзнет, чем произойдет нечто подобное. И коль скоро он сам затронул эту тему, лучше раз и навсегда расставить все точки над «i».

Карла решительно вздернула подбородок.

— Вот тут ты прав на все сто. Я ошибочно употребила по отношению к тебе слово «утонченный». Сказать по правде, единственное выражение, которое следовало бы привести, — она чуть помолчала, чтобы до собеседника лучше дошло слово «единственное», — это «человек, с которым я не желаю иметь ничего общего». — Не дав Джаду возразить что-либо, Карла перевела дыхание и торопливо продолжила: — И, возвращаясь к теме нашей беседы, должна указать, что вовсе не обязана отчитываться перед тобой в своих поступках. Причины, побудившие меня приехать сюда, тебя совершенно не касаются.

Лицо Джада словно окаменело.

— Хотелось бы думать. Поверь, я не горю желанием вмешиваться в твои делишки. Только ответь на еще один вопрос… — Он испытующе поглядел на нее. — Ты, часом, не замышляешь нанести визит на Пенторру?

Честнее всего было бы ответить «нет». Остров Пенторра и расположенный на нем древний замок принадлежали дяде Джада и Николаса, Джасперу, милейшему старому джентльмену, с которым Карла за время своего пребывания там успела завести самую теплую дружбу. Он сотни раз твердил, что будет всегда рад снова увидеть ее, и она может приезжать, когда захочет. Но как бы ни заманчиво было воспользоваться приглашением, как бы много ни значила для Карлы возможность снова увидеть своего старшего друга, девушка пришла к выводу, что лучше будет воздержаться.

А что, если там окажется и Николас? Ситуация будет не из приятных. Они с Карлой расстались отнюдь не лучшими друзьями. Так что девушка могла бы успокоить Джада одним словом. Однако в ее планы это не входило.

— Еще не думала. — Она бросила на него мятежный взгляд. — Однако, коли уж ты завел об этом речь, идея неплохая.

— Тогда подумай-ка еще раз, — мрачно посоветовал Джад, делая угрожающее движение в ее сторону. — Боюсь, на Пенторре тебе не обрадуются.

— Кто мне не обрадуется? Ты? Ах, какое горе, теперь я ни за что не усну! — Карла поняла, что на самом деле он не сдвинулся с места, лишь чуть наклонился к ней. Запугать хочет? Пусть и не надеется! — Видишь ли, твои чувства по этому поводу меня абсолютно не волнуют. В данном случае в расчет следует принимать лишь чувства самого Джаспера, а он будет мне рад.

— Ты так думаешь?

— Ни капли не сомневаюсь.

— Да, кажется, припоминаю: тебе быстро удалось обвести его вокруг пальца. — Глаза Джада потемнели от гнева. — Скажи, — требовательно осведомился он, — а ты случайно не разыскиваешь тут Николаса?

— И не думаю! — Как только ему в голову пришла подобная идея? — Между нами давно все кончено.

— Если же ты лжешь, то знай, что проделала столь дальний путь понапрасну. Его здесь нет и не будет. В настоящий момент он находится на другом конце света — в Южной Америке. Так что, если надеешься возобновить роман, можешь смело выкинуть эту идею из головы и возвращаться домой.

Он что, оглох? Карла нетерпеливо вздохнула.

— Уверяю, мне и в голову подобное не приходило. Я приехала сюда лишь ради работы в центре, а если бы даже вздумала съездить на остров, то уж не в поисках Николаса. Только чтобы повидаться с Джаспером.

— Вот оно как? — Джад надолго умолк, а потом нахмурился, задумчиво покачивая головой: — Ага, кажется, я начинаю понимать.

— Что ты начинаешь понимать?

— Зачем ты приехала.

— Что ж, поздравляю! Я повторила всего два раза, а до тебя уже дошло.

— Не спорю. Но, знаешь, почему-то твоя версия меня не убедила. Поразмыслив немного, я могу выдвинуть свою.

— И какую же? — От одного взгляда на Джада у Карлы замерло сердце: серо-стальные глаза взирали на нее с нескрываемым отвращением. — Хотя нет, пожалуй, лучше не надо ничего говорить. Вполне обойдусь и без твоих гнусных домыслов на мой счет.

Не мазохистка же она, чтобы самой напрашиваться на оскорбления! Впрочем, этот возмутительный человек и не собирался ничего объяснять.

— Все, что тебе надо знать, — держись подальше от Пенторры. А главное, не смей и близко подходить к моему дяде.

Карла ошарашенно уставилась на него.

— В самом деле? А если вдруг подойду?

— Тогда тебе придется иметь дело со мной. Вот и все. — На этот раз он и вправду шагнул к ней. Теперь Джад стоял так близко, что Карла ощущала тепло его тела. — Видишь ли, приехав сюда, ты совершила ошибку. — В тихом голосе слышалась угроза. — Твой хитроумный план заранее обречен на неудачу.

Какой еще план? О чем он говорит? Неужели все еще считает, будто она мечтает помириться с Николасом? Но не успела Карла спросить, Джад уже круто развернулся и зашагал прочь.

— Лучшее, что ты можешь сделать, — бросил он через плечо, — это вернуться в Лондон. Не сомневаюсь, Энни без труда подыщет тебе замену, и ты избавишь нас всех от кучи неприятностей. — Через два шага он снова обернулся: — Поверь, если тебе хватит глупости или дерзости проигнорировать мой совет, я тебе этого так не спущу. — И, пронзив ее последним убийственным взглядом, удалился.

Не в силах дышать ровно, Карла следила, как он садится в машину и уезжает. Еще добрых пару минут сердце у нее билось так, будто хотело выпрыгнуть из груди.

Джад тоже никак не мог унять бешеное биение сердца. В гневе он так вцепился в руль, что побелели костяшки пальцев. Он с трудом удержался от того, чтобы со всей силы не вдавить в пол педаль акселератора.

Чертова девчонка! И чего ради она сюда притащилась? Ему сейчас и так хлопот хватает, а тут еще за ней присматривай. Но выбора нет: нельзя подпускать Карлу к Пенторре.

Вырулив на берег моря, Джад остановился на обочине близ старого полуразрушенного маяка, чтобы собраться с мыслями и немного остыть. Это было одно из его любимых мест. Отсюда открывался совершенно потрясающий вид. Даже зимой, если только над водой не стелился туман, остров посреди бухты лежал пред тобой как на ладони. Джад частенько приезжал сюда просто, чтобы в одиночестве полюбоваться пейзажем.

Однако сейчас наследнику Пенторры было не до природных красот. Нахмурив брови, он невидящим взором уставился в ветровое стекло, жалея, что с первых же слов столь сурово накинулся на Карлу. Не стоило перегибать палку. Кроме того, это не самая мудрая линия поведения. Карла не из тех, кто пасует перед угрозами, — слишком уж она отважна и своевольна.

При этой мысли Джад невольно улыбнулся. Ну и потрясение же он испытал, увидев на стоянке рядом с Энни старую знакомую. Вот уж кого он совершенно не ожидал встретить в Санта-Орвеле. Хотя, если говорить начистоту, первая его реакция была не всецело отрицательной. Собственно, при иных обстоятельствах приезд Карлы обещал бы внести в его жизнь приятное и интригующее разнообразие. Однако сейчас она олицетворяла собой лишь еще одну головную боль, без которой вполне можно было обойтись.

Вздохнув, Джад посмотрел на море, и на душе у него мгновенно полегчало при виде встающего из волн острова. Пенторра — места, которое ему дороже всего в мире.

Какая жалость, что Карла собирается работать в центре, — мысль его совершала причудливые скачки, — потому что это значительно усложнит их отношения с Энни. Отныне придется вести себя очень и очень осмотрительно. А что с остальным? Что ж, он вовсе не шутил, предупреждая Карлу. Пусть теперь только попытается выкинуть какой-нибудь из своих милых фокусов.

Наконец Джад окончательно успокоился. На смену недавнему гневу пришла холодная решимость.

«Лендровер» плавно тронулся с места и покатил дальше.

Когда Джад наконец уехал, а Карла снова обрела спокойствие, она дала себе торжественное обещание. Отныне Джад Хантер для нее не существует. И если ей «посчастливится» когда-нибудь снова столкнуться с ним, пусть хотя бы издали заметить, она перейдет на другую сторону улицы. Лишь бы больше не видеть этой гнусной рожи! Так что нечего ему беспокоиться за свой драгоценный остров. Однако пусть не тешит себя мыслью, будто сумел запугать ее. Захочет приехать на Пенторру, — так приедет. И плевать ей на его идиотские угрозы!

Но с чего все-таки разгорелся весь сыр-бор? Все эти нелепые обвинения, что у нее, мол, есть тайные причины для приезда? Некий хитрый план? Просто безумие какое-то! Полная бессмыслица!

Карла решительно тряхнула челкой. Нечего зазря ломать голову. Откуда нормальному здравомыслящему человеку понять, что творится в бредовом сознании Джада Хантера?

Как назло, вернувшись на автостоянку, Энни тут же набросилась на Карлу с расспросами:

— А куда делся Джад? Почему не подождал меня?

Карла скорчила гримасу:

— Куда-то спешил. Может, на свидание.

Вполне безвредная ложь, решила она, с удивлением отметив, что голос Энни прозвучал довольно разочарованно. А вдруг бедняжка не на шутку увлечена Джадом? В Карле проснулось любопытство, но она мудро решила держать его на привязи и резко сменила тему:

— Вот здорово — ты нашла сумку!

Но, увы, на этом дело не кончилось. Ведя машину обратно к детскому центру, Энни обратилась к подруге:

— Откуда ты знаешь Джада?

О боже, да она хуже гриппа: привяжется — не отстанет! Карла набрала в грудь воздуха.

— Мы встречались, когда я проводила здесь отпуск. — Она уже упоминала, что приезжала на побережье несколько лет назад. — Но я бы не сказала, что действительно знаю его, — поспешно добавила девушка, надеясь тем самым предупредить дальнейшие расспросы. — Я имею в виду, что друзьями мы не стали. Уж это точно!

— Так, значит, ты не была на острове? Какая жалость! Много потеряла. Хочешь, я попрошу Джада пригласить тебя? Уверена, тебе понравится. Остров чудо как красив.

— О, не беспокойся. — Нечего сказать, уместное предложение! — Наверняка у меня теперь будет мало свободного времени.

— Чепуха! Я что, по-твоему, рабовладелец? — засмеялась Энни, с шутливым возмущением глядя на Карлу. — Непременно поговорю с Джадом. Сегодня же позвоню ему.

— Не стоит. — Карла тихо вздохнула: с каждой минутой ее положение становилось все глупее. Пора внести ясность, хотя бы в общих чертах. — Коли на то пошло, я уже была на острове, — смущенно призналась она. В конце концов, ей вовсе не хотелось устраивать из этого тайну, а уж тем более — морочить голову Энни. — Просто раньше как-то к слову не приходилось… Тогда, в мой прошлый приезд, я как раз гостила в замке.

Энни рассмеялась, удивленно приподняв бровь:

— Вот ведь темная лошадка! Гостила в замке — подумать только. Так ты знаешь и самого старого хозяина?

— Ну да, хотя познакомилась с ним только там. Понимаешь, в то время я встречалась с его племянником Николасом.

— Ах, вот оно что. — Впервые за все время Карла расслышала в голосе подруги едва уловимую холодную нотку. Но Энни, словно спохватившись, продолжила гораздо теплее: — Значит, ты хорошо знаешь остров. Правда же, изумительное место?

Карла улыбнулась:

— В жизни не видела ничего прекраснее.

Так оно и было. В памяти Карлы по сей день не поблекло первое впечатление от Пенторры. Она сидела в катере, жадно следя, как остров становится все ближе и ближе и наконец открывается перед ней во всем своем великолепии. Сияющие на солнце белые домики с красными черепичными крышами, покрытые буйной зеленью живописные холмы и, разумеется, вознесшийся на вершине скалистого мыса старинный замок, защищенный узкой тесниной, как и триста лет назад. Карла влюбилась в это место с первого взгляда и продолжала любить его до сих пор. С каждым незабываемым днем, проведенным на острове, любовь ее все крепла и крепла. Единственной ложкой дегтя в бочке меда был Джад…

Голос Энни вызвал Карлу из глубин воспоминаний:

— Так жалко Джаспера, правда? Говорят, врачи уже потеряли всякую надежду.

— О чем это ты? — встрепенулась Карла, тревожно заглядывая Энни в лицо. — Что с ним? Он болен? Я и не знала.

— Так ты не в курсе? О боже, он давно уже плох. Подхватил воспаление легких, а в его возрасте…

Новость так потрясла Карлу, что она сама поразилась этому. Что ни говори, а они с Джаспером не виделись уже два года. Однако в тот раз они успели так привязаться друг к другу, что, разрывая отношения с Николасом, Карла сожалела лишь об одном: ей больше не доведется встретиться с его дядей.

Карле мучительно захотелось провалиться сквозь землю. И как ей в голову не пришло, что для возвращения на остров Джаду вовсе не нужен рейсовый паром, — у него есть моторка! Какой же дурой надо быть, чтобы не учесть эту возможность!

— Я зайду за тобой попозже, — прошептала позади нее Хенриет.

Дверь тихо затворилась, и Карла осталась одна в логове тигра. Боже, ну зачем Хенриет скрылась? Теперь помощи ждать не от кого!

— Кажется, я тебя ясно предупредил. — Джад злобно буравил незваную гостью взглядом. — Какого дьявола ты тут делаешь?

— Я пришла навестить Джаспера, — взяв себя в руки, ответила Карла, сама удивляясь, как спокойно звучит ее голос. — И вообще это не твое дело, — ядовито добавила она, раздраженная тем, что ей все время приходится оправдываться перед Джадом Хантером.

Ответа не последовало. В наступившей тишине Карла слышала лишь бешеный стук своего сердца. Я знаю, как поступит Джад, думала она. Все написано на его лице. Сейчас он вскочит с кресла, схватит меня за шиворот и вышвырнет в коридор. И, как ни грустно, я не смогу ему помешать. Разве можно поднимать шум или хотя бы думать о сопротивлении — а до чего же ей хотелось отплатить Джаду его же монетой! — когда в двух шагах лежит больной Джаспер?

Заранее смирившись со своей участью, Карла напряженно ждала неминуемой расплаты. Но вдруг из глубин кровати донесся старческий дрожащий голос, напоминающий чириканье птенца.

— Кто это? Тут кто-то есть. Я же слышал.

Поняв, что Джад готов сказать какую-нибудь спасительную полуложь, Карла собралась с духом и поспешно выпалила:

— Это я, Карла Робертс. Пришла узнать, как ваше здоровье.

— Кто? Кто это, вы говорите? — Джаспер, чуть приподнявшись, напряженно глядел в ее сторону. — Кто бы вы ни были, я не могу разглядеть вас. Будьте добры, подойдите поближе.

Когда Карла шагнула вперед, Джад резко шевельнулся, и она испуганно вздрогнула. Неужели он все-таки набросится на нее? Но нет, он просто повернулся к маленькому столику справа от себя, словно бы в поисках чего-то.

— Это Карла Робертс, — услышала она голос Джада, — бывшая подружка Николаса. Помнишь, она приезжала сюда два года назад?

— Какая Карла?

По-видимому, за время болезни старик несколько утратил память. Он продолжал разглядывать гостью мутным взором, и Карла внутренне содрогнулась. Боже, он даже не помнит ее! Может, и правда не стоило приходить? Но тут Джад наконец отыскал предмет своих поисков — очки в широкой оправе и осторожно водрузил их на нос дяде.

— Карла Робертс, — повторил он. — Подружка Николаса. Из Лондона.

Однако пояснения были уже не нужны. Едва мир вокруг него приобрел четкие очертания, лицо старика озарилось радостной улыбкой узнавания.

— А, наша Карла! Что же ты сразу не сказал? — Он протянул девушке исхудалую руку. — Дорогая, как приятно вас видеть! Идите сюда, присаживайтесь на край кровати.

Радостно улыбаясь, Карла послушалась и исподтишка с любопытством посмотрела на Джада. В этом крошечном эпизоде с очками сквозило что-то невыразимо заботливое и трогательное. В поведении Джада читались яростное желание защитить дядю и всепоглощающая нежность к нему. Карле казалось, будто перед ней незнакомец.

Она и раньше понимала, что Джад очень привязан к Джасперу, но лишь теперь осознала, насколько сильно. Ей и в голову не приходило, что он способен на столь глубокое чувство!

Словно почувствовав что-то, Джад резко обернулся. На смену теплу и нежности пришло открытое предостережение: будь осторожнее, только попробуй причинить ему вред!

Боже, он и впрямь верит, что я явилась сюда хладнокровно обобрать больного старика! — ужаснулась Карла. Чудовищно! Она беспомощно отвела взгляд и обернулась к хозяину дома.

— Я тоже ужасно рада видеть вас… И вы выглядите куда лучше, чем я ожидала. — Джаспер исхудал, казался собственной тенью, но глаза на призрачно белом лице сохранили толику былого огня. Что бы там ни говорили врачи, сам он явно не собирался сдаваться.

Карла наклонилась вперед и пожала худую руку. На душе у нее стало чуть легче.

— Ну и сюрприз. Вы здесь спустя столько времени, — покачал головой Джаспер. — Удивительно, правда, Джад?

— Еще как.

— По правде говоря, это чистая случайность. — Не желая дать Джаду возможности вставить что-нибудь нелестное в ее адрес, Карла поспешила рассказать, что привело ее в эти края.

— Но до вчерашнего дня, пока Энни не сказала мне, я не знала, что вы болеете. Естественно, мне сразу же захотелось навестить вас.

Она сознавала, что частично объяснения предназначены для ушей Джада. Закончив рассказывать, девушка наполовину сердито, наполовину умоляюще покосилась на него. Клянусь, говорил ее взгляд, все это — чистая правда.

Но выражение ледяных глаз не смягчилось. Бесстрастное лицо яснее ясного свидетельствовало, что Карла зря потратила время. Проклятье! Она отвернулась. Ну почему она решила, что его возможно переубедить? Может, Джад и способен на душевную тонкость, когда дело касается его дяди, но по отношению к ней он несгибаем, словно сталь.

— Как бы там ни было, я рад вас видеть, — повторил Джаспер. — Что может лучше подействовать на бедного больного старика, чем визит молодой очаровательной девушки? — Карла рассмеялась, и он добавил: — Значит, теперь вы будете работать в центре? Вам должно понравиться. Замечательное место. Там так много делают для детей.

— Вы угадали, — Карла сжала его руку, — мне там уже нравится. Действительно, место совершенно особенное.

Джаспер кивнул.

— К сожалению, сам я там не был. — Он хмуро усмехнулся: — Слишком давно прикован к этой распроклятой постели. Но Джад постоянно мне все рассказывает. Понимаете, он принимает большое участие в работе центра.

— Джад? В работе в центре? — изумилась Карла. Сообщение показалось ей настолько абсурдным, хоть смейся. А другой стороны, вдруг это правда? Вот ужас!

Ей вдруг представилось, как он следит за ней на детской площадке, на занятиях, изыскивает сотни способов превратить ее жизнь в ад. Как можно нормально работать бок о бок с человеком, который тебя ненавидит?

Пытаясь скрыть смятение, Карла обернулась к Джаду, почти дословно повторив то, что сказал он ей во время их недавней встречи:

— Боже праведный, просто не представляю тебя в этой роли!

Он улыбнулся — похоже, овладевшая ею паника не осталась для него секретом.

— Вижу, ты в восторге, — промурлыкал он и, покачав головой, повернулся к кровати больного. — Но ты сильно преувеличиваешь, дядя. Не так уж много я делаю. Просто слегка интересуюсь их проектами, вот и все.

Карла с облегчением перевела дух. Ну и перепугалась же она! Хотя, пожалуй, не стоило принимать все так близко к сердцу. Любому ясно, что работа в детском центре не может привлекать Джада. Если только он не преследует какие-то личные цели.

— Так вы теперь работаете под началом Энни?

Услышав голос Джаспера, Карла с благодарностью обернулась к нему.

— Да. У нас с ней даже один кабинет на двоих. Она мне очень симпатична.

— Да, Энни славная, ее все любят, — подтвердил Джаспер.

Так вот в чем дело, улыбнулась про себя Карла. Теперь-то понятно, — хотя можно было догадаться и раньше, — чем объясняется повышенный интерес Джада к делам центра. Он просто увлечен его очаровательной начальницей!

Карла скользнула по Джаду любопытным взглядом. Интересно, они с Энни любовники или еще не достигли этой стадии в отношения?

Как вчера огорчилась Энни, не застав Джада на автостоянке. Неужели бедняжка влюблена в него? Сердце Карлы сжалось от сострадания. Да, влюбиться в такого самоуверенного упрямца, как Джад Хантер, — радости мало! Джаспер прервал ее размышления:

— Карла, расскажите, что поделывали все это время. Мы ведь так давно не виделись. Вам по-прежнему нравится в Лондоне?

— Да, очень.

Карла снова мысленно улыбнулась. Можно биться об заклад, что реальная жизнь школьной учительницы в Лондоне как небо и земля отличается от того, какой представляет ее себе Джаспер. И от той жизни, что она вела два года назад. Тогда благодаря обязанностям рекламного агента и привычкам Николаса Карла кружилась в бесконечной череде вечеринок, приемов, посещений театров и ресторанов, уик-эндов в загородных домах. Это было суматошное и светское времяпрепровождение. Тут Джад был абсолютно прав. Зато теперь единственной роскошью, которую она могла себе позволить, стали редкие походы в кино или вылазка в пиццерию по соседству.

Но Карла не жаловалась. Сейчас она была куда счастливее, чем раньше. После возвращения на преподавательскую стезю, ее жизнь обрела смысл. Карла знала, что теперешняя ее работа стоит и не таких жертв.

— Я преподаю в школе поблизости от Холлоуэй-роуд, — продолжила она. — Дети там просто замечательные.

Видя, что Джасперу действительно интересно, она принялась подробно рассказывать о повседневных занятиях, припоминая всякие забавные истории, способные развеселить больного. При этом Карла усиленно старалась не смотреть на Джада. Зачем — враждебный взгляд только понапрасну расстроит ее. Но Карла сознавала, что он анализирует каждое ее слово. Она почти физически ощущала буравящий взгляд на затылке. Пытаешься меня смутить? Не выйдет! Ты для меня просто не существуешь! — мстительно думала она.

Через некоторое время, заметив, что больной начал уставать, Карла нагнулась и взяла его за руку.

— Мне, кажется, уже пора… — начала было она, имея в виду, что ей следует попрощаться и дать Джасперу отдохнуть.

Но закончить фразу ей не удалось. Джад внезапно поднялся из кресла, словно дикий зверь из логова.

— Хватит! — заявил он. — Не видишь, дядя устал. Пора бы тебе и откланяться.

— А я что собиралась делать? Твое вмешательство совершенно излишне, — тихо огрызнулась Карла, поворачиваясь к противнику. — Нечего разыгрывать из себя сторожевого пса!

— Прекрасно. Но, когда дело касается дяди, я всегда буду вести себя как сторожевой пес. Он нуждается в защите.

От этих слов Джада Карлу бросило в краску.

— Вполне согласна, — отрезала она. — Но не от меня. Я действую только в его интересах.

Желая завершить неприятный разговор, она начала подниматься, все еще держа старика за руку и радуясь, что тот задремал и не слышал их короткой перебранки вполголоса. Однако, почувствовав ее движение, Джаспер вновь открыл глаза и заморгал:

— Неужели вы уже уходите?

— Боюсь, мне пора. Да и вам нужно отдохнуть. Но если хотите, я скоро снова навещу вас.

Произнося это, Карла внутренне сжалась. Подозрительный Джад наверняка сочтет их открытой провокацией. А ведь ничего подобного. Она просто высказала то, что чувствовала. Ей действительно было бы очень приятно вновь повидать Джаспера. А коли Джаду это не нравится, тем хуже для него!

В ответ Джаспер кивнул и улыбнулся:

— Конечно, буду рад. Приходите в любое время, когда вам будет удобно. Как только соберетесь, позвоните Джаду, и он пришлет за вами моторку. Не хочу, чтобы вам приходилось связываться с паромом. — Он на секунду замолк и поглядел куда-то за спину Карлы. — Тебе ведь нетрудно будет позаботиться об этом, правда, Джад?

На долю секунды повисла напряженная тишина. Карла едва подавила нервный смешок, представив себе выражение лица Джада. Ему, верно, больших трудов стоит не придушить ее на месте!

Но ответ Джада прозвучал вполне спокойно:

— Разумеется. Буду рад лично позаботиться о мисс Робертс.

Карла повернулась и с недоумением уставилась в спокойное самоуверенное лицо. Что он имел в виду? Такое притворное согласие пострашнее прямых угроз. Наверняка, готовит ей ловушку!

Ну да ничего. В конце концов, кто предупрежден, тот вооружен.

— Как мило с твоей стороны, — отозвалась она, скрывая под легкой улыбкой истинные мысли: «Можешь делать что угодно. А я уж постараюсь держаться от тебя подальше, так что не жди звонка понапрасну. Куда надежнее воспользоваться паромом!»

Поцеловав старика на прощание, она направилась к выходу. Джад демонстративно распахнул перед ней дверь и собрался выйти следом, но тут, словно в ответ на немую мольбу Карлы, Джаспер окликнул его:

— Джад, подожди немного…

Карла с облегчением вздохнула. Спасибо, Джаспер! Ты настоящий друг!

Джад неохотно вернулся в комнату, а Карла поспешила по коридору. Дойдя до лестницы, она взглянула на часы. Оказывается, было куда позднее, чем она думала. Какая жалость! Теперь уже нет времени выпить кофе и поболтать с Хенриет, а то она не успеет на ближайший рейс парома. А успеть надо непременно, или она опоздает на занятия.

Найду Хенриет и извинюсь перед ней, решила Карла. Отложим болтовню до следующего раза.

Она почти бегом спустилась по ступенькам, но внизу замешкалась. Где искать Хенриет? Холл был пуст. И спросить не у кого. Карла огляделась по сторонам. Может, Хенриет решила подождать подругу в парадной гостиной? Если память ей не изменяет, эта гостиная находится за дверью в конце холла.

Карла поспешила к полуоткрытым дверям.

— Хенриет! — позвала она. — Хенриет! Ты здесь?

Молчание. Карла громко постучала, чтобы дать знать о своем присутствии, и вошла в комнату.

— Хенриет! Это Карла. Боюсь, мне уже пора уходить.

— Ну, так и уходи. Хенриет здесь нет.

Джад словно вырос из-под земли, заставив девушку подскочить от неожиданности.

— Кой черт тебя сюда принес? — отшатнулась Карла, переводя дух. — С чего вдруг ты на меня набрасываешься?

Джад застыл в дверном проеме. В ироническом взгляде явно читалось, что никаких извинений она не дождется.

— Вот уж не собирался на тебя набрасываться. Просто услышал, как ты зовешь Хенриет, и вышел сообщить, что ее тут нет.

Какая вежливость! Карла с подозрением покосилась на него:

— Как ты здесь оказался? Что-то я не заметила, чтобы ты спускался по лестнице.

— А, так ты старалась не попадаться мне на глаза? — Он изучающе уставился на девушку. Заветное желание Карлы потихоньку улизнуть, не вступая в новые стычки, очевидно, не укрылось от него. — Что ж, все очень просто. Никакой мистики. Я всего лишь воспользовался черной лестницей.

— Ну да, чтобы нарочно напугать меня. Хотел устроить засаду и довести меня до сердечного приступа.

— С чего бы вдруг? — Джад всем видом продемонстрировал, как шокировала его сама эта идея. — Это было бы так некстати. Подумай, сколько сразу всяких хлопот.

Ага, например, необходимость вызывать «скорую». Упади гостья в обморок к ногам Джада, ему это было бы всего-навсего некстати…

— Собственно говоря, я спустился по другой лестнице главным образом в надежде избежать встречи с тобой. Не думал же я, что ты начнешь рыскать по всему дому.

— Ничего я не рыскала. Просто искала Хенриет.

— Только зря время тратила. Повторяю: ее здесь нет.

— Позволь узнать, с чего ты так решил? — не поверила Карла. Наверняка он просто пытается обманом выставить ее отсюда.

— Очень просто. Я хорошо знаю кузину. Увидев меня, она предпочла ретироваться.

— Почему бы это?

— Боюсь, тебе лучше спросить у нее самой. — Джад с невозмутимым видом вынес пристальный взгляд Карлы, а потом вновь улыбнулся так, словно его что-то забавляло. — Могу только еще раз заверить, что ее здесь нет. Оставив в стороне наши с ней отношения, добавлю, что, спускаясь по лестнице, я заметил в окно, как ее машина отъезжала от дома.

Карла не верила своим ушам. Неужели это правда? Не успела она прийти к какому-либо выводу, как Джад продолжил:

— Зря удивляешься. Разве ты не заметила, что она не слишком обрадовалась, обнаружив меня в спальне дяди Джаспера?

Значит, я не одна такая, подумала Карла, живо припомнив панику, охватившую ее, когда, войдя в комнату, она неожиданно узрела Джада. У него несомненный талант вселять ужас в сердца всех, кто его знает.

Ну конечно, за исключением Энни, мелькнула неожиданная мысль. Глупенькая, доверчивая Энни попалась на удочку этой притягательной, хотя и сумрачной красоты. Бедняжка вступила в заведомо проигрышную игру: Джад никогда не сделает ее счастливой, подумала Карла, прекрасно понимая, как легко девушки могут увлечься им. Она и сама, правда всего на миг, пала жертвой его чар.

Отогнав непрошеные мысли, Карла гордо вскинула голову:

— Что ж, я не виню Хенриет. Она всего лишь старается избежать неприятностей.

— Не в пример тебе.

— О чем это ты?

— Ты предпочла проигнорировать мой совет. — Увидев ее недоуменно нахмуренные брови, Джад пояснил: — Насчет приезда на остров.

— А, теперь это называется советом? — скептически улыбнулась Карла. — Забавно, а мне-то показалось, что это была скорее угроза.

— Тем более ты зря оставила ее без внимания, — заявил Джад. — Похоже, что в отличие от моей кузины тебя так и тянет нарваться на неприятности.

— Отнюдь. Просто я не верю угрозам хвастунов. — Она бестрепетно встретила его взгляд. — Ты не имеешь права запрещать мне что-либо. Я знала, что Джаспер мне обрадуется, и, как видишь, не ошиблась.

Пока она говорила, Джад отошел на несколько шагов вглубь гостиной и, небрежно прислонившись к столику из красного дерева, вновь обернулся к Карле. Свет из окна высветил очертания сильной стройной фигуры. На мгновение Карле показалось, будто она видит перед собой древнего воина. И в груди девушки вспыхнул какой-то трепетный огонек, перенесший ее в прошлое.

Она снова сидела в лодке, видела раскалывавшие небо ослепительные зарницы и насквозь промокшего Джада рядом с собой. Ощущала тепло его прикосновений и безумное желание, которое дарили его объятия.

Изумившись власти, которую приобрели над ней эти воспоминания, она постаралась заглушить их, но на смену пришли раздумья о Джаде и Энни. Интересно, они, и правда, любовники? Вконец утратив душевное равновесие, Карла едва ли не обрадовалась, когда голос Джада прервал ее размышления:

— Скажи-ка мне, все эти россказни о том, как тяжела нынче твоя жизнь — сплошная работа и никаких развлечений, — соответствуют действительности? Или это только уловка, чтобы вызвать сочувствие дяди?

— Хочешь сказать, что я надеялась разжалобить его, чтобы вынудить подарить мне чек на крупную сумму? — Карла пронзила Джада убийственным взглядом. — Я ведь знаю, какого ты обо мне мнения. Жаль, конечно, что ты так считаешь, но я не имею ни малейшего желания разубеждать тебя. Не хочу опускаться до твоего уровня!

Совсем как два года назад. Гордость неизменно брала верх над стремлением оправдаться. Видно, так уж она устроена.

Джад несколько мгновений пристально вглядывался в ее лицо, скорее всего решив, что ее слова — всего-навсего завуалированное признание вины. Ну, тут уж ничего не поделаешь.

— Кроме того, — продолжала Карла, видя, что противник не собирается прерывать затянувшееся молчание, — ты заблуждаешься, предполагая, что я считаю свою жизнь трудной. Тебе, может, она и показалась бы тяжелой, а мне как раз по душе. Да, сейчас я получаю меньше, чем раньше, зато — хочешь верь, хочешь нет — стала гораздо счастливее.

— И ты не скучаешь по светской жизни? — недоверчиво изогнул брови Джад. — Прости мне мое удивление, но, когда мы виделись в последний раз, пристрастие к великосветскому обществу было твоей неотъемлемой чертой.

— Моей? Да никогда в жизни!

Однако приходилось признать, что у стороннего наблюдателя могло сложиться такое впечатление. Карла хорошо помнила тот странный период своей жизни, когда все словно неслось кувырком. Она невольно потупилась. Все началось со смерти матери. Карле казалось, что она никогда не оправится от этого удара. Даже сейчас сердце пронзила боль — эта рана еще не зарубцевалась.

Собравшись с духом, Карла вновь подняла взгляд.

— Тогда просто выдался такой период. А на самом деле светская жизнь вовсе не для меня.

— Не для тебя? Ты только делала вид?

— Да. Я прекрасно могу обходиться без дорогих ресторанов и премьер. Никогда не придавала им большого значения.

Тут ее осенило: а вдруг Джад подумает, будто она просто пытается подладиться под него. Ведь сам-то он никогда не гнался за светскими развлечениями! Чтобы в корне пресечь подобные предположения, Карла поспешно добавила:

— Хотя, признаю, мне это нравилось. — Действительно, на какое-то время она ощутила вкус совершенно иной, незнакомой ей жизни.

Джад по-прежнему не спускал с нее сурово прищуренных, осуждающих глаз.

— Можно подумать, будто существуют сразу несколько девушек по имени Карла Робертс… — протянул он. — Хотелось бы мне знать, какая из них настоящая?

— Думаю, тебе этого никогда не узнать. — Карла смерила его холодным взглядом.

На какое-то мгновение там, в спальне Джаспера, ей показалось, что можно простить Джаду многое, но теперь Карла поняла, что ошибалась. Пусть она и производила впечатление легкомысленной светской бабочки, однако это еще не давало ему права обвинять ее в низменной корысти!

— Хотя, — добавила она, — я уверена, что правда тебя вовсе не интересует. Ты ведь у нас и так все знаешь наперед.

Джад выпрямился во весь рост.

— По-моему, один раз я видел тебя настоящую.

Карлой вновь овладело смятение.

— И когда же, скажи на милость?

Но она блефовала, прекрасно понимая, что Джад имел в виду. Молодой человек сделал шаг по направлению к ней.

— Бывают ситуации, когда трудно скрыть, какая ты на самом деле.

Ее сердце забилось чаще. Опять эти воспоминания: жгучие поцелуи, страстное возбуждение, головокружительное упоение… Но на самом деле она ведь совсем не такая! Он просто сошел с ума, если думает, что она…

Джад сделал еще шаг и оказался совсем рядом. Карла хотела отступить, но ноги словно приросли к полу.

— Как бы там ни было, — усмехнулся он, — похоже, у меня будет прекрасная возможность получше узнать тебя. Нам ведь предстоит проводить в обществе друг друга немало времени.

— С чего ты взял?

Усилием воли она отвела взгляд от упавшей на лоб Джада прядки волос — черной и блестящей, слегка влажной на вид. Вот бы дотронуться до нее…

— Ну, это же неизбежно. Поскольку ты вознамерилась часто наведываться к моему дяде, мне не остается ничего, кроме как присутствовать при ваших свиданиях и не спускать с тебя глаз. Сколько ни уверяй, что я в тебе ошибаюсь, мне рисковать неохота.

— Как тебе заблагорассудится, — процедила Карла сквозь зубы. Только пусть не тешит себя мыслью, что она позволит ему сделаться ее тенью. Ни за какие блага мира она не станет сообщать, когда собирается приехать.

Джад словно прочел ее мысли. И на губах его заиграла надменная усмешка:

— Естественно, я вовсе не жду от тебя телефонных звонков. Со стороны дяди было наивно предлагать подобный выход из положения. — Он помолчал, явно забавляясь выступившим на ее щеках ярким румянцем. — Не беда, я и так узнаю, когда ты вздумаешь посетить остров. Не надейся, что тебе удастся проскользнуть незамеченной.

Проклятье! Он ее насквозь видит! Карла пожала плечами:

— Ну, дело твое. Однако мне, право, удивительно, что у тебя не найдется занятия поинтереснее, чем изображать при мне дуэнью.

— Занятий у меня хватает. Но это я почту за честь. — Джад как-то странно на нее посмотрел. — Кроме того, я рассчитываю получить компенсацию.

Рука его внезапно начала подниматься. Взволнованная Карла тут же решила, что он собирается обнять ее. Тело охватила томная слабость, потом — безотчетная дрожь. Резкое возбуждение сменилось столь же резким испугом. Она инстинктивно вскинула руки, собираясь оттолкнуть обидчика, но тут же поняла, что заблуждалась. Джад просто убрал со лба прядь волос.

Карла замерла. Пылающие щеки недвусмысленно выдавали ее смущение. Нет, я просто ненормальная! Что со мной творится? Решила повторить сцену в лодке? — ужаснулась она.

Джад не смог сдержать улыбки:

— Эй, ты опережаешь события. Разве мне не полагается сначала поцеловать тебя, а уж потом схлопотать пощечину?

— Обойдешься!

Она поспешно отвернулась. Хватит выставлять себя на посмешище! На подгибающихся ногах Карла устремилась к двери, сопровождаемая издевательским смехом Джада.

Пусть себе смеется, если охота. Тут любой бы умирал со смеху. Она рывком распахнула дверь, выскочила на лестницу и опрометью бросилась из дома. Только за воротами ей удалось немного перевести дух.

Боже, как она себя вела? Что наговорила? Предаваясь самобичеванию, Карла торопливо шла вниз, к пристани. Что с ней происходит? Куда только подевался ее здравый смысл? Почему она вновь и вновь вспоминает тот злосчастный поцелуй? Достаточно одного взгляда на Джада — и ее захватывает пьянящее, будоражащее ощущение, будто она снова в его объятиях!

Машинально девушка взглянула на часы. Кошмар! Паром отправляется через полминуты! Карла бросилась бегом, моля судьбу, чтобы паром задержался с отплытием. Она же подведет Энни, если опоздает на этот рейс!

Запыхавшись, ловя ртом воздух, она завернула за поворот, откуда была видна пристань. Похоже, ее молитвы были услышаны — паром еще не отчалил. Отчаянно размахивая руками, чтобы привлечь внимание рулевого, она помчалась к пирсу. Было бы смертельно обидно упустить последний шанс так близко от цели!

Когда Карла добежала до трапа, рулевой услужливо протянул ей руку.

— Забирайтесь, мисс. Устраивайтесь поудобнее и отдышитесь.

С благодарной улыбкой она рухнула на свободное сиденье.

— Спасибо, — пробормотала она не в состоянии выговорить более длинной фразы.

Рулевой шутливо погрозил ей пальцем.

— Знаете, юная леди, больше так не опаздывайте! Еще несколько минут — и мое терпение кончилось бы.

Карла удивленно подняла взор. Неужели он ее ждал? Но почему? Она ведь никого не предупреждала. Матрос, сматывающий швартовы, вывел ее из недоумения:

— Мистер Джад позвонил и попросил подождать вас. Сказал, вы только что вышли из замка и минут через пятнадцать будете в гавани. — Паром начал медленно разворачиваться. — Ну а мы всегда рады оказать ему услугу.

В ответ Карла выдавила слабую улыбку. Странно, но она вовсе не испытывала признательности Джаду, хотя и должна была бы. Неужели он никогда не перестанет совать нос в чужие дела?

Той ночью Карле снился сон. Она снова перенеслась на два года назад и оказалась в утлой лодчонке посреди бушующей стихии. Все было реально и живо, как наяву…

Она отправилась кататься по морю в гордом одиночестве, чисто из духа противоречия, — потому что Джад возражал. Ибо на этой стадии — через полторы недели со дня приезда Карлы в замок — черноволосый кузен Николаса уже возглавлял список наиболее отвратительных ей людей.

— У тебя нет никакого опыта, — убеждал он. — Если что-то пойдет не так, ты не сообразишь, что и как делать. Подожди, пока с тобой сможет отправиться Ларри — как местный старожил и мой помощник он прекрасно справится с любой ситуацией и на суше, и на море — или еще кто-нибудь из ребят. И ради бога, хоть сегодня никуда не отправляйся.

— А я хочу именно сегодня и прекрасно слажу с управлением. Ларри уже дал мне пару уроков. И потом, не забывай, речь идет всего-навсего о моторке, — капризно фыркнула Карла. — Я ведь не собираюсь в одиночку выходить в море на «Королеве Элизабет».

Джад покачал головой и с досадой отвернулся.

— Вольному воля. Не стану больше тебя отговаривать. Только, если влипнешь в неприятности, не жди, что я все брошу и поспешу на выручку.

Славная шутка! Карла с трудом сдержала смех.

— Не волнуйся, вот уж на что я отнюдь не рассчитываю. С каких это пор ты стал рыцарем в сверкающих доспехах? — Да и все равно ей помощь не потребуется. К чему?

Так что в тот же день после обеда, когда Джаспер прилег вздремнуть, Карла спустилась на частный причал Пенторры и попросила дать ей моторку. День выдался теплым, хотя и не таким жарким, как несколько предыдущих. По небу плыли разрозненные лохматые облачка. Карла запрыгнула в лодку и убрала волосы под забавную кепочку.

— В баке полно горючего, — заверил работающий на причале парнишка по имени Пит, когда Карла отвязывала швартов. — Так что плывите куда хотите, хоть на край света.

— Замечательно, — улыбнулась она в ответ, уже решив, куда отправиться — к Чаячьей бухте, на другой конец острова.

— Там просто дух захватывает, — восторженно рассказывал ей Джаспер. — Буйство дикой природы. Для меня прекраснейший пейзаж в мире.

Мотор завелся с первой попытки. Карла помахала рукой Питу и отчалила. Сидя у руля, она улыбалась, крайне довольная собой. Похоже, Джад считает ее полной дурочкой, неспособной даже самостоятельно справиться с крохотной моторкой! Невозможный человек! Ничего, она докажет, что он не прав!

Судя по словам Джаспера, путешествие должно было занять минут сорок пять. Лодка ровно резала носом сияющую гладь. Карла откинулась на сиденье, наслаждаясь одиночеством. Правда, пока его нельзя было назвать полным: кругом виднелись другие моторки и катера. Однако по мере продвижения к западу их становилось все меньше, и вскоре Карла ощутила себя настоящей королевой морей.

Джаспер не преувеличивал. Завернув за мыс, она восхищенно ахнула. Чаячья бухта просто ошеломляла красотой. Живописный каскад нагроможденных друг на друга скал, покрытых пышной зеленью, обрушивался прямо в море, обдающее его подножие белопенными валами. А чуть дальше, где утес отступал, волны поменьше нежно ласкали полоску серебристого песка.

Туда-то и направилась Карла. Пришвартовав моторку возле выступающего из воды валуна, она вброд добралась до берега и растянулась на пляже, блаженно улыбаясь. Подумать только: одна в раю!

Через полчаса она решила прогуляться. Солнце скрылось за облаком, в воздухе повеяло прохладой. Поднявшись на ноги, Карла поправила кепку. Пора разведать, что таится на другой стороне бухты.

Впоследствии она и сама не могла понять, как умудрилась проглядеть приметы надвигающегося шторма. Не успела Карла пройти и полпути через бухточку, как небо потемнело, налетел порывистый ветер. Но она, ничего не замечая, беззаботно скакала по камням. И лишь у подножия утеса обратила внимание, что начал накрапывать дождь.

Ну, все равно ерунда — несколько капель ей не повредят, да и потом, наверняка дождик кончится, не успев начаться. Однако обратно Карла шла уже быстрее и не так беззаботно, а под конец чуть ли не бежала. Небеса разверзлись, обрушивая на землю потоки ледяной воды, а где-то вдалеке рокотал гром.

Что же теперь делать? Сквозь завесу дождя она вглядывалась в то место, где пришвартовала свое суденышко, теперь ставшее игрушкой разбушевавшихся волн. Карла ощутила первый укол страха. А что, если лодку перевернет или того хуже сорвет с привязи и унесет в открытое море?

Нахмурившись, она запрокинула голову, надеясь увидеть спасительный просвет. Напрасно. Небо сделалось свинцово-черным, грозовой фронт приблизился, а тяжелые серые тучи нависали над самым морем, почти задевая гребни темно-оливковых волн.

Оставалось одно — ждать у моря погоды. Но как же лодка? Она плясала на волнах, как пьяная. Привязывая ее, Карла вовсе не рассчитывала на ураганный ветер.

Не раздумывая, Карла скинула сандалии, кепку и кинулась в разыгравшиеся волны. Нужно вытащить лодку на берег, подальше на пляж, чтобы ее не смыло. Это единственный шанс на спасение. Делать нечего, придется справляться собственными силами. Еще миг — и будет поздно.

Добравшись до моторки, Карла обнаружила, что та уже отвязалась и начала отплывать от камня. Она потянулась к веревке… Тут-то все и случилось: огромная волна вдруг налетела на нее сзади, подмяв под себя и едва не утопив. Когда же Карла, откашливаясь, вынырнула на поверхность, лодка была уже далеко.

Проклятье! Борясь с волнами, Карла бросилась в погоню и наконец сверхчеловеческим броском умудрилась ухватиться за борт.

— Ага! Попалась!

Она изо всех сил пыталась подтянуться и влезть, пока новая волна буквально не перекинула ее через борт. Слава богу! Их уже и так сильно отнесло в море, пора возвращаться в бухту. Лишь бы добраться до отмели, а там она вброд дотянет лодку до суши.

Карла повернулась взглянуть далеко ли до берега… и похолодела, расширенными глазами озирая волны. Остров исчез! Как в воду канул!

Не паникуй! — приказала она себе, стараясь дышать ровно и размеренно. Всего-то и надо — включить двигатель и подождать очередной молнии, чтобы получше разглядеть, куда плыть. Спотыкаясь и скользя, Карла добралась до кокпита и попыталась завести двигатель.

Мотор молчал. Карла попробовала еще раз, другой, третий… пятидесятый… сотый… Безрезультатно! Вконец обессилев, она опустилась на сиденье, внезапно осознав, что продрогла до костей, а вокруг лодыжек плещется вода. Впервые ей стало по-настоящему страшно. О господи, неужели я скоро умру! — пронеслось в мозгу.

Что ж, если погибнуть, то сражаясь! Вскочив, Карла принялась горстями вычерпывать воду со дна лодки.

— Карла-а-а!

Девушка замерла. Неужели она сходит с ума? Уже и голоса мерещатся. Помотав головой, чтобы отогнать наваждение, она вновь принялась выплескивать воду за борт. Но наваждение не исчезало.

— Карла-а-а? Ты меня слышишь?

Затаив дыхание, она прислушалась к завываниям бури. Там кто-то есть? Возможно ли? Однако голос раздался в третий раз, уже ближе:

— Карла-а-а! Если слышишь, отзовись!

— Слышу! Слышу! Я здесь, только тону! — завопила она во всю силу своих легких и вдруг различила во тьме слабый мерцающий огонек. Боже мой! Ее затопила горячая волна облегчения. Спасена! Она не погибнет! Кто-то пришел ей на выручку!

— Сюда! Сюда!

Огонек приближался. Вскоре она уже различила смутные очертания моторной лодки. Над бортом вырисовалась высокая фигура нежданного спасителя. Лицо его тонуло в тени капюшона. Скорее всего, это Пит — он заметил, в какую сторону она поплыла, и пустился на помощь.

Вот смельчак! Она будет благодарна ему по гроб жизни.

Когда Пит накрепко пришвартовал лодки друг к другу, Карле захотелось обнять и расцеловать его.

— Слава богу, что ты подоспел вовремя! Я уже думала, мне конец.

В этот миг он поднял голову, и капюшон слетел с его лица. Сердце Карлы чуть не остановилось. Джад!

— Давай руку!

Он тянулся через борт к остолбеневшей девушке. Лицо его было столь же темным и непроницаемым, как грозовое небо над головой. Карла замерла в нерешительности. Почему-то очутиться с ним в одной лодке вдруг показалось ей куда более пугающей перспективой, чем остаться среди разбушевавшихся волн.

— Давай руку! — нетерпеливо повторил он. И не успела растерявшаяся девушка опомниться, как Джад перегнулся через борт, выдернул ее из ледяной воды, доходившей уже почти до колен, и легко, как перышко, перетащил в свою лодку.

— Может, тебе и хочется утонуть, — проворчал он, бесцеремонно опуская спасенную на палубу позади себя, — но почему-то сегодня у меня не самое подходящее настроение для самоубийства.

Скорее, для убийства! Карла зашаталась и с трудом удержалась на ногах. Да он зол, как черт, что пришлось плыть за ней!

— Натягивай. Живо!

Он швырнул ей желтую ветровку, такую же, как была на нем. Карла послушно попыталась всунуть в нее голову, но пальцы так закоченели, что еле-еле удерживали куртку.

— Иди сюда. Не дергайся. Придется мне самому!

Притянув Карлу к себе, Джад надел на нее ветровку, так энергично продевая руки Карлы в рукава, что чудом обошлось без вывиха.

— А теперь садись. — Он без особых церемоний отпихнул Карлу назад, так что она налетела на скамейку и с грохотом шлепнулась на нее. — И постарайся не путаться под ногами, пока я не вытащу нас отсюда.

Карла молча уставилась ему в спину. Джад проверил крепление обеих лодок и завел мотор. Глупо конечно, но Карла не могла отделаться от мысли, что предпочла бы спасаться своими силами. Ходить в должницах у Джада, — что может быть хуже!

За следующие несколько минут шторм заметно усилился. Зазубренные зигзаги молний раздирали небо в клочья, волны превратились в огромные вздымающиеся валы, лодка плясала и металась, как бык на родео.

— Ты ведь не собираешься добираться до дому по такому морю? — Карле пришлось кричать, чтобы хоть самой себя слышать сквозь раскаты грома. — Это безумие. Тебе вообще не следовало сюда приплывать.

Джад одарил ее убийственным взглядом.

— Спасибо за вотум доверия. Запомню и в следующий раз избавлю себя от лишних хлопот.

— Не волнуйся, следующего раза не будет. Мы оба найдем могилу на дне океана.

Едва эти слова слетели с ее губ, как Карла ощутила приступ жгучего стыда. Можно ли быть столь неблагодарной? Пусть Джад — свинья, но он рискует жизнью, пытаясь ее спасти. А она? Карла смущенно потупилась, сиротливо кутаясь в куртку, а Джад повернулся к ней спиной и склонился над рычагами управления с таким видом, будто кроме него в лодке никого не было.

Пожалуй, убито размышляла Карла, лучше его не сердить. Теперь она всецело в его власти — к добру или к худу… Хотя эту мысль она тоже отвергла как проявление неблагодарности. В глубине сердца Карла почему-то больше не испытывала ни малейшего страха. Джад уж как-нибудь умудрится доставить ее на берег в целости и сохранности. Она не сомневалась в этом с той самой минуты, как увидела его лицо.

Следующие минут пятнадцать Карла чувствовала себя как на русских горках. Закрыв глаза, она съежилась на скамье, дрожа как осиновый лист и пытаясь хоть немного согреться.

Вдруг, как по мановению волшебной палочки, ветер улегся, а волны, только что грозившие опрокинуть лодки, присмирели. Карла удивленно открыла глаза и услышала голос Джада:

— Прибыли.

— Куда? — Прищурившись, девушка вглядывалась в царящий кругом полумрак. Не могли же они так быстро добраться до причала Пенторры? — Куда прибыли? Где мы?

— В безопасности. Отсидимся здесь, пока не перестанет штормить.

Выключив мотор, Джад привязал лодки к выступу огромной скалы, уходившей вверх точно гигантская стена. И тут Карлу осенило: они заплыли в какую-то огромную пещеру!

— Как ты совершенно верно подметила, до дома мы бы по такой погоде не добрались. — В голосе его звучали насмешливые нотки.

Значит, сообразила Карла, он с самого начала направлялся именно сюда. Она подняла взгляд на своего спасителя, собираясь извиниться за недавнюю грубость, однако внутри нее все восстало против подобной идеи. Зубы сжались, губы не могли вымолвить ни слова. Ах ты, маленькая дрянь! — выругала себя Карла, однако в следующий миг обрадовалась, что промолчала.

— Какого дьявола ты не надела спасательный жилет? Чертовски глупо с твоей стороны! — Джад уселся напротив девушки. — Скажи на милость, зачем, по-твоему, на лодках вообще существуют жилеты? Уж не для украшения!

Карла возмущенно уставилась на него. С какой стати он разговаривает с ней, как с малолетней идиоткой? Хотя, честно говоря, сейчас она именно так себя и чувствовала.

— Я… я не знала, где лежит спасательный жилет. Не знала даже, что он тут вообще есть.

— Разве Ларри не показал тебе, когда ты в первый раз каталась на моторке? — Прищуренные глаза буравили ее, добиваясь ответа. — Это входит в его обязанности, и я буду весьма удивлен, если он ими пренебрег.

Да, она и впрямь хуже малолетней идиотки! Внезапно Карла все вспомнила. Ларри, разумеется, показывал ей, где что лежит, а она почти не слушала, полагая, что уж ей-то это не пригодится.

— Я забыла, — покаянно призналась она, чувствуя, как предательски срывается голос.

— Забыла? — Брови Джада взлетели вверх. — Оказалась в моторке посреди океана в разгар шторма и забыла такую незначительную деталь, как спасательный жилет?!

— Боюсь, именно так все и было. Как-то не подумала…

— Полагаю, о том, что надо бы выпустить сигнальную ракету, ты тоже не подумала? Что стоило бы как-то обозначить свое местоположение для тех, кому придется тебя искать? Если бы не вспышка молнии, я бы в жизни тебя не разглядел.

Лицо Карлы залилось румянцем. У нее начисто вылетело из памяти, но про сигнальные ракеты Ларри ей тоже объяснял. Она с вызовом поглядела на сурового Джада.

— Я не думала, что меня станут искать. В такую-то бурю! Мне это и в голову не приходило.

— Так, значит, ты не забыла про ракеты? Сознательно не стала ими пользоваться, да?

Само собой, он знал, что дело не в этом, просто издевался над перепуганной жертвой. Но, несмотря на это, Карла ощутила, как вся ее враждебность внезапно растаяла без следа. Ведь ей и вправду ни на долю секунды не приходило в голову, что кто-нибудь осмелится ради нее бросить вызов шторму. А Джад рискнул — рискнул жизнью, чтобы спасти глупую девчонку, которая даже не сообразила облегчить ему задачу, выполнив элементарнейшие правила. Даже дети знают, что, если попал в беду во время шторма на море, надо просигналить ракетой.

— Прости, — пролепетала она, заикаясь от стыда. — Мне так жаль. Правда-правда. Я не подумала. Так глупо с моей стороны… — Горло сжимала судорога, мешая говорить. — Я вела себя как полная кретинка. Испугалась до полусмерти и перестала соображать.

Самообладание наконец изменило Карле, и она разразилась слезами, дав выход копившемуся напряжению. Эти страшные секунды, когда она думала, что скоро погибнет… Облегчение, когда подоспело спасение… Огорчение, что спасителем оказался Джад… Чувство вины… Слишком много для одного дня.

— Эй, а вот этого не надо. — Джад внезапно очутился возле всхлипывающей девушки и ласково обвил рукой ее плечи. — Я не хотел тебя расстраивать. Я понимаю: конечно, ты очень испугалась. Я просто переволновался за тебя. Ведь ты могла утонуть.

— Прости, пожалуйста. — Теперь Карла никак не могла перестать извиняться. — Обычно я не веду себя так глупо. Прости.

— Ничего, все в порядке. — Он ободряюще похлопал ее по спине. — Все кончилось хорошо, давай больше не будем ни о чем вспоминать. Ты ведь не выпала за борт, так что спасательный жилет тебе не понадобился, а я отыскал тебя даже в темноте, без всяких ракет.

Свободной рукой он приподнял лицо Карлы и, бережно повернув его к себе, смахнул пальцем катившуюся по ее щеке слезинку.

— Ничего, — улыбнулся он. — В следующий раз будешь знать, что делать.

— Надеюсь, следующего раза не будет. В жизни ничего ужаснее не испытывала.

Карла робко взглянула на своего утешителя. Ослепительная молния внезапно осветила небо у него за спиной, на миг выхватив из тьмы светлый овал лица. Намокшие волосы Джада волнистыми прядями налипли ему на лоб, на ресницах блестели капли дождя. И на девушку нахлынуло совершенно неуместное в этой ситуации желание. Карла замерла, боясь даже пошевелиться, охваченная смятением. Вырваться ли из объятия или просто сделать вид, что ничего не замечает?

В серых глазах Джада зажглось какое-то новое выражение, окончательно лишившее Карлу душевного покоя. Незнакомая ей прежде теплота, даже нежность, плюс что-то еще более будоражащее. Голодный, жаркий блеск, пламя, грозящее вот-вот вырваться наружу и испепелить ее.

В следующую секунду пещера снова погрузилась в полумрак. Карла затаила дыхание. Касание руки Джада — еще миг назад такое невинное и безопасное — теперь обжигало огнем, грозило самыми невероятными последствиями. Это было все равно, что сидеть на бомбе с часовым механизмом.

Карла поспешно вытерла слезы обеими руками.

— Прости. Не знаю, что на меня нашло.

Она откашлялась и издала нервный смешок. Быть может, теперь Джад уберет руку. Но он не сделал этого.

— Не говори глупостей. Тебе действительно пришлось пережить пару неприятных минут.

Пальцы ласково поглаживали ее плечо. Возбуждение все нарастало. Карла сжалась еще больше, хотя перестала обманывать себя, будто предпочитает, чтобы он убрал руку. Нет, сейчас ей больше всего хотелось набраться мужества и перестать комплексовать.

Повисло напряженное молчание. Показалось ей, или объятие Джада стало чуть крепче? До чего же приятно. Вот бы забыть все и просто наслаждаться минутой! Бедный Джад, наверное, ему кажется, что рядом с ним бесчувственная деревяшка.

— А почему ты вообще отправился меня разыскивать? — заговорила Карла, надеясь развеять напряжение. — Точнее, почему ты решил, что я попала в беду?

— Когда разыгрался шторм, Пит прибежал ко мне и сказал, что ты еще не вернулась. Было совершенно очевидно, что дело принимает опасный оборот, вот я и решил поискать тебя.

Джад произнес это совершенно буднично, ничуть не рисуясь. Однако Карла не сомневалась, что все было именно так. Она представила, как он, не медля ни секунды, уплывает в бурное море, — и вовсе не потому, что опасность грозила именно ей, Карле, а просто потому, что иначе не мог. Сердце замерло от невольного восхищения.

— Но как ты узнал, куда плыть? Я ведь могла отправиться куда угодно.

— Просто пораскинул мозгами. — Она даже в темноте поняла, что Джад улыбается. Рука его легонько сжала ей плечо. — Зная тебя, я сразу понял, что ты выбрала самую отдаленную и опасную часть острова.

До чего же уничижительно! Неужели мотивы ее поступков столь прозрачны? Чего доброго, Джад догадался и о том, что она поплыла туда отчасти из духа противоречия, назло ему!

Но ведь она вовсе не столь безрассудна, как он думает! Карла принялась сбивчиво и горячо объяснять, как все получилось и что вообще-то она собиралась пересидеть шторм на пляже, а в воду полезла, только чтобы привязать лодку покрепче.

— Не отвяжись она, со мной все было бы в полном порядке. Скажи, а такой вариант тебе не приходил в голову? Что я скорее всего сижу на суше и мне ровным счетом ничего не грозит?

— Я надеялся, но где-то в глубине души чувствовал, что это не так. Понимаешь… очень уж не хотелось терять лодку!

В эту секунду ветвистая молния залила пещеру синеватым сиянием и Карла по улыбке Джада поняла, что тот шутит.

— Правда, все равно теперь придется потратить кучу денег, чтобы залатать ее, — добавил он и, к несказанному удивлению Карлы, вдруг нагнулся и поцеловал ее.

Это был не настоящий поцелуй. По крайней мере, поначалу. А так, всего лишь легкий дружеский поцелуйчик. Но в последний миг, под раскат оглушительного грома, губы Джада, коснувшись губ Карлы, не отдернулись, а прижались с неожиданной страстью, пробудившей в ней не менее сильный отклик. Сковывавшее ее напряжение внезапно исчезло. Сильные руки обвили ее, притянули ближе — и она с радостью припала к груди Джада, положила ладони ему на плечи и с тихим стоном запустила пальцы в мокрые спутанные волосы.

И сразу же шторм снаружи словно утих, зато внутри Карлы разыгралась новая буря — не чета первой. Поцелуй становился все жарче, и она инстинктивно льнула к Джаду, вся дрожа, уносясь куда-то ввысь на крыльях дикого неистового возбуждения. Бомба, ждавшая своего часа, наконец взорвалась.

Снова полыхнула молния, и, открыв глаза, чтобы взглянуть на Джада, Карла ощутила острейшее, пронизывающее насквозь желание. Никогда прежде ни один мужчина не заставлял ее переживать ничего подобного. Ни один!

Что-то неуютно кольнуло ее. Карла замерла, мысли лихорадочно кружились. И тут она вспомнила. Николас! Это имя было словно удар по лицу. И как только она могла забыть? Карла попыталась высвободиться.

— Что такое?

Джад не отпустил ее. Стоило Карле откинуть голову — и он принялся покрывать горячими поцелуями ее шею, посылая по всему ее телу пульсирующие электрические разряды.

Устоять было невозможно. Карла сдалась. И когда его губы вновь прильнули к ее устам, снедавшая девушку страсть взвилась ярким пламенем, в который подбросили дров. Задыхаясь, сгорая в этом огне, она неистово ответила на поцелуй, перебирая и лаская пальцами кудри Джада.

Но вдруг какое-то смутное чувство заставило ее остановиться. Нет, так нельзя! Паника придала ей сил. Вскрикнув, Карла вырвалась из объятий Джада и звучно ударила его по щеке.

— Прекрати! — пронзительно завизжала она и, вскочив на ноги, метнулась на другой конец лодки. — Какого черта ты себе позволяешь? Ты в своем уме? Как ты посмел ко мне приставать?

Даже тогда она понимала, до чего же фальшиво звучат ее слова. Очередная вспышка молнии высветила презрительную гримасу на лице Джада. Увы, Карла знала, что заслужила подобное отношение. Если кто-то из них двоих и сошел с ума, — так это она.

Впрочем, неважно, что подумал о ней Джад или даже она сама. Главное, что еще могла уразуметь Карла в тот момент, — спасена. Не от бури — от бури Джад уже ее спас, — а от чего-то в сотни раз более опасного.

Только что, секунду назад, невидимые барьеры, разделявшие их с Джадом, пали. Взаимная неприязнь и раздражение сменились симпатией и даже душевной близостью. Карла забыла, кто он такой и какого о ней мнения. Забыла, какого мнения о нем она, и позволила себе отдаться предательскому чувству.

Подумать только, куда это могло ее завести! Однако опасность миновала: они с Джадом снова стали врагами…

Вот как все это случилось два года назад. И вот что вновь пережила Карла во сне — столь ярком и жизненном, что, одним рывком вернувшись к действительности, она могла бы поклясться, что секунду назад сидела в моторке вместе с Джадом.

Сердце яростно билось в груди, тело покрылось холодным потом. Еще долго, не в силах уснуть, Карла лежала, стараясь унять дыхание и спрашивая себя, как спрашивала все эти два года: а чего, собственно, она так боится?

Вдоволь наворочавшись с боку на бок, Карла поняла: уснуть не удастся. В голове роились видения, ожившие образы прошлого. Она вылезла из кровати, накинула халат и отправилась вниз, в кухню. Выпью чего-нибудь, решила Карла, глядишь, и успокоюсь.

По дороге она сделала небольшой крюк, чтобы поглядеть, как там Фредди, тот самый рыжий сорванец, что привлек к себе ее внимание еще вчера на игровой площадке, затеяв ссору из-за мяча. Прошлой ночью Карлу разбудили доносившиеся из одной из спален отчаянные вопли. Стремглав примчавшись вниз, она обнаружила бедного мальчика в плену жуткого кошмара. Настоящего кошмара, а не глупого сна вроде того, что только что приснился ей самой.

Как же трудно оказалось его успокоить! Бедняжка находился в ужасном состоянии. И, когда он наконец уснул глубоким мирным сном, Карла еще долго сидела у кровати, держа мальчугана за руку и гладя по голове. Лишь перед самым рассветом она позволила себе уйти и оставить его одного.

Утром его соседи по комнате сказали, что Фредди часто кричит по ночам, хотя так плохо, как предыдущей ночью, ему еще не было. Поэтому Карла решила приглядывать за ним.

Но сейчас, заглянув в спальню, которую Фредди делил с пятью другими мальчиками, она увидела, что все шестеро спят, как ангелочки. Постояв минутку и полюбовавшись спящими, Карла пошла вниз.

Сквозь незанавешенное окно кухни ярко сияла луна. Не зажигая света, Карла прошла к холодильнику, взяла с полки пакет апельсинового сока и, налив себе стакан, с наслаждением отпила. Закрывая дверцу, она вдруг услышала под окном скрип шин.

Машина — здесь, в это время? Странно! Уже второй час. Шагнув к окну, Карла пригляделась и увидела за деревьями под ближайшим уличным фонарем знакомый «лендровер». Она так и замерла. Сердце забилось быстро и неровно. Что, ради всего святого, могло привести сюда Джада посреди ночи?

Словно в ответ на этот невысказанный вопрос дверца со стороны пассажирского сиденья отворилась и на мостовую выпорхнула Энни. Глаза Карлы расширились. Она-то думала, что Энни давным-давно десятый сон видит. А та потихоньку встречалась с Джадом.

Обернувшись, Энни сказала что-то водителю, засмеялась и захлопнула дверцу. Помахивая сумочкой, полуночница легкой походкой направилась к калитке, потом, повернувшись, махнула Джаду на прощание и скрылась из виду.

Машина тронулась, а Карла в растерянности отошла от окна. Что же делать? Спрятаться? Глупо. Энни скорее всего заглянет в кухню. Да и зачем вообще прятаться? Она ведь не делает ничего плохого! Хотя, кто знает, как ее действия могут выглядеть со стороны. Карла зажгла свет. Не хватало еще попасться в роли соглядатая, притаившегося во мраке. Секундой позже, услышав, как хлопнула входная дверь, она высунула голову в коридор.

— Так и думала, что это ты. А мне вот захотелось соку. — Ослепительно улыбнувшись, Карла продемонстрировала стакан в руке.

Лицо Энни вытянулось. Она помедлила в дальнем конце коридора, в глазах появилось какое-то затравленное выражение. Казалось, в первые секунды она так растерялась, что не могла вымолвить ни единого слова.

— Я… я только что вернулась, — запинаясь, пробормотала Энни наконец.

— Да, я видела машину.

Почему Энни так странно себя ведет? Ну и что с того, даже если она куда-то ездила с Джадом! Карле-то какое до этого дело?

— Ну ладно, пойду лягу. — Карла шагнула в коридор, но голос Энни остановил ее:

— Я уже собиралась спать, а тут Джад позвонил… Ну, совершенно неожиданно. Спросил, не присоединюсь ли я к нему чего-нибудь выпить перед сном.

Энни снова замолчала. Карла буквально слышала, как ворочаются мысли у нее в голове. Глупышка, пытается выдумать какое-нибудь невинное объяснение. И зачем только старается? Разве она должна кому-нибудь что-то объяснять?

Карла понимающе кивнула.

— Куда ездили? Славное местечко?

— Да нет, ничего особенного. «Партридж-инн». Знаешь, просто дружеская встреча.

Карла знала «Партридж-инн» — как-то раз ездила туда в прошлом. Эта старинного вида гостиница, со стенами увитыми розами, находилась за пределами Санта-Орвела среди великолепных садов. Старомодная и очень-очень живописная. Самое подходящее место для романтического свидания.

Дружеская встреча… Бог ты мой, внезапно подумалось девушке. Так, значит, Энни все-таки спит с Джадом!

— Поболтали о том о сем. Так, пустяки. Он рассказывал мне, что и как собирается переделать в поместье.

В голосе Энни слышалось страстное желание убедить подругу, что их свидание с Джадом не имело никакого отношения к сексу. Карла ничего понять не могла. Быть может, это Джад настаивает на сохранении тайны? Иначе зачем напускать столько тумана на такие простые вещи?

— У Джада есть несколько совершенно изумительных идей. — Энни замолчала и подавила притворный зевок. — Ладно, завтра дорасскажу. Пора спать.

Вернувшись к себе, Карла неохотно скользнула в постель. Спи! — приказала она себе, выключая свет. Сосредоточься на сне и ни о чем не думай. Однако стоило лишь уютно свернуться и натянуть одеяло на плечи, как перед глазами возникли отнюдь не способствующие сну сцены.

Вот Энни в постели с Джадом в «Партридж-инн». А в следующую секунду это была уже не Энни, а она сама, Карла. И не в «Партридж-инн», а снова в моторке. Пальцы ее перебирали кудри Джада. Он целовал ее, она отвечала ему тем же. А потом они вместе опустились на дно лодки, сплетясь в горячем объятии.

Палуба вдруг превратилась в кровать, огромную двуспальную кровать с балдахином, вроде тех, что стоят в лучших номерах «Партридж-инн». И они с Джадом, совершенно обнаженные, уже не просто целовались, а любили друг друга, с дикой и неистовой страстью, столь же безграничной и необузданной, как бушевавшая в небе гроза…

Что за наваждение! Карлой уже не в первый раз овладевало подобное безумие. После того лета подобные видения посещали ее с завидным постоянством. Она сама себя стыдилась! Что происходит? Уж не становится ли она нимфоманкой?

Очень похоже, что именно так. Подумать только, как она себя вела: чуть ли не сама бросилась в объятия мужчины, который ей даже не нравился, да к тому же — приходился кузеном ее приятелю, который, судя по всему, имел на нее виды! Хорошо еще, что несколько оставшихся дней до конца короткого отпуска Карла практически не видела Джада. Скорее всего, он избегал ее столь же старательно, как и она его.

Однако не слишком ли строго она себя судит? Ведь больше между ними ничего не было. Единственная причина того краткого умопомрачения — гроза и владевшее Карлой смятение чувств. Как будто все первобытные инстинкты вырвались на свободу.

Конечно, если бы она по-настоящему любила Николаса, ничего подобного просто не произошло. Гроза, не гроза — это не играло бы никакой роли. Однако их отношения с Николасом и так находились на грани разрыва. Карла уже две недели назад пыталась все прекратить и осталась с ним, лишь не выдержав его просьб и уговоров не устраивать сцен на Пенторре…

Карла постаралась взять себя в руки. Что толку думать об этом сейчас? Теперь это не имеет никакого значения. Было и прошло. Ни к чему придумывать себе какие-то запоздалые извинения. Просто безвредная, хотя и безумная выходка. Пятиминутное затмение!

Карла нетерпеливо перевернулась на другой бок. Наверное, она переутомилась. Да, конечно, только усталостью объясняется и сегодняшний сон, и последовавшие за ним навязчивые фантазии. Надо просто расслабиться, подумать о чем-нибудь другом и постараться все-таки заснуть.

Закрыв глаза, она принялась строить планы на завтрашний день. И это сработало: минут через двадцать на нее наконец снизошел долгожданный сон.

Когда Джад свернул с шоссе, начал накрапывать дождик, а через две минуты, когда он подъезжал к детскому центру, уже лило как из ведра. Небеса словно разверзлись, хотя только что в ясном небе ослепительно сияло солнце.

Паркуя «лендровер» у обочины тротуара, Джад улыбнулся. Добрая старая английская погода! Никогда не знаешь, чего ожидать. А в этом захолустном уголке Англии она порой бывала переменчивей оперной дивы. Хотя лично Джад отнюдь не считал это недостатком. Непостоянство погоды входило в бесконечный список всех тех неповторимых черт, за которые он так любил этот край.

Выключая двигатель, он похлопал себя по карману, проверяя, не забыл ли записку для Энни. Сейчас молодой руководительницы в центре наверняка не было, поэтому Джад хотел передать письмо через секретаршу. Будь у него время, он бы непременно сам дождался Энни, но, на беду, приходилось крайне спешить.

Он уже собрался с духом, чтобы вылезти из машины под ливень, как до него долетел взрыв веселого смеха. Джад обернулся. По дороге к центру брела стайка детей, жавшихся друг к другу под большим полосатым зонтом — одним на всех, — который держала над их головами худенькая темноволосая девушка. Все они, особенно девушка, промокли до нитки, но это явно не портило им настроения. И дети, и юная воспитательница дружно болтали и смеялись.

Поскольку никто из них не замечал стороннего наблюдателя, заинтересованный Джад остался сидеть на месте и только, когда группка подошла поближе, узнал в девушке Карлу. Внутри него вдруг что-то дрогнуло. Тогда, два года назад, в лодке она выглядела совершенно такой же — промокшая до костей, светлые волосы от дождя стали почти каштановыми. Джад замер, не отрывая взгляда от девушки, в голове проносились сотни неясных образов и воспоминаний.

Вот стайка достигла ворот центра, и Карла придержала створку, пропуская своих подопечных. Вскоре веселая компания пробежала через двор и скрылась за парадной дверью.

Несколько минут Джад не двигался, невидящим взором уставившись в ветровое стекло. Сколько эмоций пробудило в нем это короткое путешествие в прошлое! И теперь он чувствовал себя как выжатый лимон.

Усилием воли стряхнув приступ тоски, Джад отворил дверцу. Я ведь спешу, напомнил он себе. Выйдя из машины, он быстро зашагал к входу в центр.

В офисе не оказалось не только самой Энни, но даже и ее секретарши. Джад нахмурился, не зная, как быть. Оставлять конверт на столе не хотелось. Лучше положить его в ящик для писем, что висит возле комнаты персонала.

Путь его пролегал мимо классной комнаты, куда Карла отвела своих подопечных. Джад знал, где они, потому что веселые детские голоса разносились по всему зданию. И хотя он очень спешил, все же, проходя мимо полуоткрытой двери, невольно остановился и заглянул внутрь, стараясь остаться незамеченным.

Карла стояла в дальнем конце комнаты, яростно вытирая огромным синим полотенцем волосы хихикающей девчушки.

— Стой смирно! — строго выговаривала она, хотя сама давилась от смеха. — Ну и как, по-твоему, я могу что-нибудь сделать, когда ты извиваешься точно уж?

Джад зачарованно наблюдал эту милую сценку — невообразимо живую, полную тепла, света и радости. Надо же! Такой Карлу он еще никогда не видел.

Наконец он осторожно отступил от двери и заторопился к ящику для писем. Однако пять минут спустя, бегом добираясь сквозь потоки дождя до машины, Джад ощутил вдруг, что сердце его преисполнилось новой решимостью. Непременно, чего бы ему это ни стоило, он повторит эпизод в лодке!

Несколько минут спустя Карла уже сидела на террасе с бокалом превосходного бренди.

Ночь была чудесная — свежий, душистый воздух благоухал райскими ароматами ночных цветов. На небосклоне таинственно мерцали звезды. Над горизонтом всходила яркая полная луна… Сейчас бы расслабиться после трудного дня, наслаждаясь прелестью природы. Но какая-то частица рассудка неумолчно била тревогу, настойчиво предупреждая, что находиться здесь и, главное, в таком обществе — все равно что играть с огнем. Карла примостилась в кресле, настороженно ожидая подвоха.

Чтобы скрыть нервозность, она торопливо отпила большой глоток бренди и тут же закашлялась, с трудом переводя дыхание. Правило номер один: бренди следует пить не спеша, а не заглатывать лошадиными дозами.

Джад устроился в кресле напротив.

— Значит, завтра ты повезешь детей в заповедник? — спросил он. — Хотелось бы поехать с вами, но, к сожалению, дела призывают в город.

Раньше Карла вряд ли поверила бы, что ему придет в голову отправиться в птичий заповедник с оравой ребят. Но не теперь. Весь сегодняшний день Джад терпеливо возился с мальчишками и, похоже, от души развлекался. Он водил их по поместью, познакомил с Бастером, своим огромным черным Лабрадором, тут же ставшим общим любимцем. А после обеда с блеском исполнял обязанности судьи на футбольном матче и показывал камни, под которыми водятся самые крупные крабы.

— Но ничего, с вами отправится Ларри, так что ты будешь в надежных руках, — продолжал тем временем Джад. — Он подвезет вас туда на микроавтобусе. Так удобнее всего добираться. — На его губах заиграла легкая дразнящая улыбка, и он добавил: — Уж куда удобнее, чем по морю. Никогда нельзя знать заранее, какие приключения поджидают в морских пучинах.

Очень смешно! Карла отвернулась. Птичий заповедник находился на обрывах за Чаячьей бухтой, так что пришлось бы повторить маршрут, проделанный ею с таким сомнительным результатом два года назад.

— Да уж, — коротко согласилась она, не желая развивать эту тему. Незачем подвергаться опасности, ввязываясь в подобный двусмысленный разговор!

Ехидно ухмыляясь, Джад неторопливо потягивал бренди, но все же соизволил сменить предмет беседы:

— Представляю, как дети предвкушают эту поездку!

— Да, ждут не дождутся. — Карла ощутила себя в родной стихии. — Они несколько часов не могли оторваться от книжки, выискивая птиц, которые водятся в заповеднике.

— А там и правда есть несколько довольно редких видов. Например, иволги. В этом году их много.

Карла искоса наблюдала за Джадом, вновь изумляясь воцарившейся между ними гармонии. Сегодня днем, когда мальчики отправились на конюшни учиться верховой езде, Карла улучила полчаса, чтобы наведаться к Джасперу. И Джад снова пренебрег своими обязанностями добровольного надсмотрщика, хотя прекрасно видел, как она поднимается наверх. Да и весь день вел себя дружелюбно и приветливо, совсем не так, как раньше. Ну и перемена, просто не верится!

Джад бросил на нее взгляд поверх бокала.

— Похоже, ты и впрямь необыкновенно привязана к детям. Я слышал, как ты читала им сказки на ночь.

Карла кивнула.

— Да, я очень их люблю, — подтвердила она.

— Похоже, тот рыженький — твой любимец… Нет-нет, сам он и его приятели, наверняка, ничего не замечают, — поспешно добавил Джад, уловив виноватое выражение в глазах Карлы. — Но когда ты смотришь на него, твой взгляд делается особенно мягким и нежным.

— Правда? — покаянно вздохнула Карла. — Иногда совершенно невозможно обуздать себя. Как ни пытаешься относиться ко всем одинаково, находится один, который тебе особенно дорог.

— А почему тебе так дорог именно Фредди?

— Не знаю. — Потупившись, она разглядывала терракотовые плитки пола. Но Джад не сводил с нее пристального взора, явно ожидая продолжения. Клара подняла голову и сказала уклончиво: — Может быть, мне чудится в нем что-то знакомое.

— А что, например?

— Не знаю, — повторила она, надеясь, что Джад прекратит расспросы.

Выждав несколько секунд, он мягко заметил:

— Мне кажется, это как-то связано с твоей матерью, светловолосой итальянкой, которую ты обожала. А Фредди тоже потерял мать?

Глаза Карлы расширились. Глубокое изумление подобной проницательностью боролось с негодованием на навязчивость. «Не твоего ума дело!» — уже хотела выпалить она, но злые слова внезапно умерли на губах.

Оказывается, Джад прекрасно все понимает. Ее боль, чувство невосполнимой потери. Гнетущую, не меркнущую с годами печаль. Он и сам через это прошел! Испытал на собственной шкуре.

— Разве я не прав?

Карла кивнула.

— Да. Мать Фредди скончалась полгода назад. А отца у бедняжки никогда не было.

— Как и у тебя?

— Мой отец умер, когда мне было десять. — Карла горестно поникла, пытаясь справиться с вновь проснувшейся болью. — Но у меня все же оставалась мама… Я потеряла ее всего два с половиной года назад. И еще у меня куча дядюшек и тетушек в Италии. У Фредди же совсем никого нет.

Несколько мгновений оба молчали, не сводя друг с друга глаз. Наконец Джад произнес:

— Ты оставила преподавание из-за маминой смерти?

— Да. — Как он смог догадаться? Карла невидящим взором уставилась вдаль и тихо продолжила: — Она долго болела. Рак… Это было ужасно. Поэтому я бросила работу, чтобы ухаживать за ней. А потом… — Она замолкла и с тяжелым вздохом на мгновение прикрыла глаза. — Словно разом рухнул весь мой мир. Все, что раньше казалось важным, вдруг потеряло всякий смысл. Несколько месяцев я ничего не делала. Я точно окаменела. Не могла собраться с духом и вновь заняться преподаванием. А потом подруга рассказала, что в одной фирме ищут рекламного агента. Она была знакома с директором и устроила мне собеседование.

Карла перевела дыхание и печально посмотрела на Джада. Тот молчал, и она продолжила:

— Эта работа так отличалась от всего, что я делала раньше. С ней не было связано ни надежд, ни воспоминаний. Я пыталась убежать от прошлого, от боли и страдания. Казалось, будет проще выжить, если я полностью поменяю образ жизни.

— Тогда-то ты и повстречала Николаса?

— Да, вскоре после этого. Он стал частью моего нового окружения. Как раз то, что мне было тогда необходимо. Но, конечно, так не могло длиться вечно…

Карла запнулась, не желая ни в чем обвинять Николаса. Они просто были слишком разными, вот и все. Губы девушки искривились в горькой усмешке:

— Я поняла, что от себя не убежишь. И решила вернуться к преподаванию.

Немного помолчав, Джад улыбнулся:

— По-моему, ты приняла верное решение.

Карла взглянула на него, чувствуя, как обволакивает душу это странное, уютное тепло, имя которому взаимопонимание. Прежде, когда она пыталась объяснить кому-нибудь тот сумбурный и запутанный период своей жизни, ее встречало откровенное недоумение слушателей. Но с Джадом все вышло иначе.

«Не слишком увлекайся!» — забил тревогу знакомый предупреждающий колокольчик. Карла вдруг осознала, что они с Джадом становятся небезразличны друг другу.

Он пристально и жадно смотрел на нее, словно хотел целиком вобрать ее образ, выпить ее взглядом до последней капельки. А сама она… она сияла точно фонарик на новогодней елке. Это становилось слишком опасным.

— Ты постриглась, когда вернулась к прежней жизни?

Джад склонился к Карле, отставив в сторону бокал, словно желая освободить руки. Сейчас это произойдет! — в панике подумала Карла. Сейчас он дотронется до меня. Я знаю. И самое ужасное, что я этого хочу.

— Да, — прошептала она.

Джад мягко прикоснулся ладонью к ее пылающей щеке. У нее стеснилось дыхание, сердце пустилось вскачь, мысли смешались. Весь мир сконцентрировался в теплых мужских пальцах, бережно заправивших непокорную прядку ей за ухо.

— Перемена явно к лучшему. — Его лицо расцвело в медленной, дразнящей улыбке.

Взор Карлы помутился, глаза невольно приковались к слегка изогнутым губам Джада. Она внезапно представила, каково чувствовать на своих губах их прикосновение — прохладное, решительное, бесконечно чувственное. Вот бы забыть обо всем и отдаться во власть возбуждению, совсем как во время той бури.

Ох, нет, необходимо прекратить это! Карла усилием взяла себя в руки.

— Думаю, мне пора. День был не из легких, а завтра рано вставать. — Она поднялась и на нетвердых ногах зашагала к двери.

— Но ты не допила бренди. К чему такая спешка?

Ему и невдомек!

— Правда, мне пора. Постель — как раз то, что мне сейчас нужнее всего. — Лучше б ей этого не говорить! — В смысле, всласть выспаться, — поспешно добавила Карла, но вышло только хуже. Она жалко улыбнулась: — Ладно, до завтра.

— Я провожу тебя до комнаты.

— Нет. Спасибо, не надо. — Она махнула рукой, чтобы Джад не вставал, и заторопилась к выходу. — Не беспокойся. Спокойной ночи, и спасибо за бренди.

Торопливое отступление больше напоминало паническое бегство. Всю дорогу до спальни Карла отчаянно ругала себя. Ну и идиоткой она выглядела. Да что с ней творится, во имя всего святого? Куда девалось ее хваленое хладнокровие?

Увы, ответ был очевиден. Хваленое хладнокровие разбилось вдребезги от одного-единственного прикосновения Джада.

Закрыв дверь, она, не зажигая света, подошла к окну, подняла занавеску и выглянула наружу. Окно выходило на террасу. И тут же испуганно замерла, завидев, что Джад все еще не ушел в дом. Он стоял на краю террасы, спиной к ней, глядя куда-то вдаль, волосы мягко искрились в лунном сиянии. Вот он с бокалом в руке медленно подошел к ведущей в сад лестнице. Затаив дыхание Карла, неотрывно следила за каждым его движением. Вот Джад на мгновение замер… и вдруг резко повернулся и посмотрел на нее.

Наверное, он не мог разглядеть ее в темной комнате, но Карла приглушенно вскрикнула, выпустила занавеску и отпрянула.

— Фредди! Где ты? Фредди, вернись!

Петляя между деревьями, дорога разветвлялась на множество мелких тропинок, сбегавших к прибрежным утесам. Карла наугад бросилась по одной из них, но скоро заметила, как где-то справа мелькнула рыжая макушка.

Проклятье! Она выбрала не ту тропку! Карла поспешно кинулась назад, громко взывая:

— Фредди! Фредди! А ну, вернись!

Но мальчик тут же снова исчез из виду. Погоня вывела Карлу почти на самый край утеса, где уже отчетливо слышался шум моря. Она остановилась перевести дыхание и огляделась по сторонам.

Конечно, негодный мальчишка забрался на самый обрыв! Карла поспешила туда, даже не пытаясь вновь звать беглеца, — все равно порывистый ветер унес бы слова в сторону. Выбирая дорогу, она на секунду отвела глаза, а когда вновь подняла их, Фредди опять исчез.

Боже, ему некуда было деваться — разве что только вниз! Она рванулась вперед, скользя и оступаясь по краю пропасти. Из-под ног градом катились мелкие камушки. Но тут ей почудилось, как что-то огненно-рыжее мелькнуло ниже по склону, хотя каким образом Фредди мог попасть туда, одному богу было известно! Теперь он забрался на выступ с другой стороны каменной гряды. Этот мальчишка, должно быть, настоящий король горных коз!

Карла вновь устремилась в погоню, то сгибаясь в три погибели, то ползя на четвереньках. Уже почти добравшись до цели, она вдруг оступилась и упала, но, не обращая внимания на острую боль в лодыжке, стиснула зубы и продолжила путь. Оставалось всего лишь несколько ярдов. Последний короткий, хотя и очень крутой спуск. Одним рывком преодолев его, Карла закричала:

— Фредди! Фредди, я здесь! — И вдруг похолодела от ужаса. О боже! Пышный куст оранжевых цветов покачивался под ветром, будто насмехаясь над ней.

На мгновение Карла застыла, задыхаясь после бега и чувствуя, как сердце рвется выпрыгнуть из груди. Куда же он подевался? Сколько драгоценного времени потрачено понапрасну. Теперь придется лезть обратно на этакую кручу.

Спуститься сюда было достаточно трудно, но вылезти наверх — просто немыслимо. Карла в полном отчаянии огляделась по сторонам. Что ж, остается лишь одно — добраться до самого низа и поискать более легкий подъем.

Почти плача от бессилия, Карла заскользила вниз. Кто знает, что могло случиться с Фредди, пока она его искала. Вдруг мальчик свалился? Сломал себе руку или ногу? А виновата во всем только она. Надо было сразу остановить его!

Наконец ей удалось выбраться на берег. С трудом выпрямившись, она огляделась вокруг, стараясь не замечать острую боль в ноге. И тут внезапная догадка заставила ее содрогнуться. Это же Чаячья бухта — тот самый пляж, где она едва не закончила свою жизнь два года назад!

Карла обернулась к морю. Вот те самые камни, где она причалила лодку перед штормом. А здесь гуляла по пляжу. На Карлу нахлынуло чувство беспомощности. Ну как судьба может быть такой жестокой?

И вдруг краешком глаза она заметила какое-то движение на морской глади. Из-за скал вывернула, направляясь к берегу, небольшая моторка. Карла недоверчиво зажмурилась. Почему ей все время что-то мерещится? То приняла цветы за мальчика, теперь вот лодка…

Но когда она вновь открыла глаза, лодка никуда не пропала и даже заметно приблизилась. На борту кто-то размахивал руками и окликал ее по имени:

— Карла!

Не может быть! Ужас сковал ее по рукам и ногам. Я не верю, отказываюсь верить, мысленно твердила она. Пожалуйста, пусть это будет галлюцинацией!

Объятая одуряющей паникой, она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, а лодка стремительно неслась к берегу. Вскоре уже можно было различить ялик с подвесным мотором и того, кто сидел за рулем. Хотя Карла уже и так все знала. Кто же еще это мог быть?

Джад выскочил на берег и устремился к ней.

— С тобой все в порядке? — Темно-серые глаза были полны тревоги. — У тебя такой вид, словно ты только что повстречалась с призраком.

Пожалуй, уж лучше призрак. Что угодно, лишь бы не Джад. Карле хотелось провалиться сквозь землю.

— Зачем ты приехал? — спросила она. — Откуда ты знал, что я тут?

— Я всегда знаю, где ты. — Он улыбнулся: — В чем дело? Разве ты мне не рада?

Разумнее было промолчать, да Джад и без того наверняка прочел по ее лицу, какой законченной идиоткой она себя чувствует. Но сейчас ее куда сильнее волновали более важные проблемы.

— Надо скорее подняться наверх. Фредди потерялся! — выпалила она и резко повернулась, но чуть не упала, подкошенная острой болью в ноге.

— Что случилось? — Джад одним прыжком оказался возле нее и поддержал за талию. — Ты ударилась, да? Я так и знал. Дай-ка посмотрю.

— Ничего страшного. Просто слегка вывихнула щиколотку, когда спускалась. — Карла хотела высвободиться, но боялась даже дотронуться ногой до земли — от жгучей боли на глаза наворачивались слезы. Она медленно перевела дыхание. — Подожди минутку. Сейчас все пройдет. Правда-правда. Все равно надо скорей подняться наверх…

— Никуда нам не надо. — Не успела она договорить, как Джад бесцеремонно подхватил ее на руки и, не обращая внимания на протесты, усадил на песчаный холмик, осторожно вытянув вперед ее больную ногу. — Спешить некуда. С Фредди все прекрасно, чего нельзя сказать о тебе.

Недолго думая, он нагнулся и принялся расшнуровывать ботинок Карлы. Что за вольности! Она сердито уставилась ему в затылок.

— Перестань, не надо. И откуда ты знаешь, что с Фредди все в порядке?

— Сорванец вернулся вскоре после твоего ухода. — Джад аккуратно и совсем безболезненно стащил с нее ботинок. — Наверное, Бастер отыскал его и привел обратно к Ларри и всем остальным.

— Ох, слава богу. — У нее с плеч словно гора свалилась. — А ты уверен, что с ним действительно все нормально?

— Ни царапинки. Перестань волноваться. — Носок последовал за ботинком, и Джад, нахмурившись, покачал головой: — А вот ты здорово повредила ногу.

Карла взглянула на распухшую щиколотку. Как хорошо, что можно ни о чем не беспокоиться. Как приятно холодное прикосновение его пальцев к горящей коже. Похоже, Джад прекрасно знал, что делать.

— А откуда тебе известно о Фредди? И как догадался, где меня искать? — полюбопытствовала Карла.

— Просто сложил два и два. Я понял, что ты сбилась с дороги. Поскольку наверху тебя найти так и не смогли, я решил, что ты спустилась вниз, а обратно выбраться не смогла. По личному опыту знаю, как это непросто. — Он заглянул ей в лицо. — Как бы там ни было, а у тебя обычное растяжение. Обошлось без перелома. Так что сиди смирно, пока я перебинтую.

Перебинтует? В полном удивлении, Карла следила, как Джад извлек из кармана моток бинта, намочил его в морской воде и принялся обматывать больное место. Где это он так наловчился? Однако об этом можно расспросить попозже. Сейчас интереснее другое.

— Но как ты здесь оказался? Где раздобыл лодку? Да и вообще, откуда ты узнал, что произошло?

Несколько минут он молча продолжал свое занятие, не торопясь удовлетворить ее любопытство. Карла следила за быстрыми, осторожными движениями его пальцев, пытаясь не выдать, как ласкают ее эти прикосновения.

— Собственно говоря, совершенно случайно. Вернулся раньше, чем рассчитывал, и решил присоединиться к вам. Я примерно представлял, куда вы направлялись. — Тут Джад улыбнулся: — Нечего сказать, попал в самый подходящий момент. Они там все с ума сходили. Ларри сказал, что Фредди и Бастер вернулись в целости и сохранности, а вот ты потерялась. Он как раз собирался на поиски, но я велел ему оставаться на месте. — На миг умолкнув, Джад разорвал край бинта на две полоски и закрепил повязку. — По морю дорога здесь короче, чем по суше. К тому же, по чистой случайности, за скалами оказалась рыбачья лодка. Я оставил рыбакам записку, что временно позаимствую ялик. Ну, а потом поплыл вокруг мыса… Остальное ты и сама знаешь.

Поведай Карле такую историю кто другой, она решила бы, что все выдумка. Но в устах Джада рассказ прозвучал вполне правдоподобно. В этом отразился весь Джад, словно созданный для критических ситуаций: не теряя головы, быстро принимать решения и действовать без промедления. Он уже во второй раз пришел ей на помощь!

— Спасибо тебе, — пробормотала Карла. А все-таки хорошо, что ее нашел именно он, а не Ларри.

Что за нелепые мысли! Она отвернулась, мучительно желая, чтобы Джад встал или хотя бы чуть отодвинулся, а не сидел так близко. Это как-то чересчур интимно. Перевязанная нога — и то выглядела символом опасной близости. Карлу не успокоила даже улыбка Джада, а тот еще игриво заметил:

— Это входит в перечень услуг нашей фирмы.

Каких еще услуг? Подавив искорки возбуждения, Карла решила, что настало время чуть охладить его пыл:

— Хвала небесам, что с Фредди все в порядке. Я едва с ума не сошла. Если бы с ним что-нибудь случилось, я бы себе ни за что не простила.

— Не слишком ли ты строга к себе? — нахмурился Джад. — Он и не подумал возвращаться, хотя слышал, как ты его звала. Вряд ли можно осуждать себя за чужое непослушание.

— Но ведь я за него отвечаю. Кто же виноват, как не я?

— Парню десять лет — не такой уж он беспомощный младенец. Я бы сказал, что ему пора отвечать за свои поступки. — Джад ненадолго замолк. — И к тому же… разреши мне тебя поправить: ты за него вовсе не отвечаешь, у тебя сегодня выходной. Скорее уж твоя коллега, миссис Остин, должна винить себе в происшедшем, а совсем не ты. Да тебе и ехать-то было необязательно.

— Но я же поехала! И тем самым взяла на себя ответственность.

— Ты неисправима, — засмеялся Джад и, наклонившись вперед, коснулся кончиками пальцев ее щеки.

Карла не знала, что делать. Она застыла, одновременно мечтая, чтобы он убрал руку и чтобы не убирал. К тому же до нее вдруг дошло, что они с Джадом совершенно одни на пустынном песчаном пляже. Мысль эта и испугала девушку, и подействовала на нее возбуждающе.

Джад властно приподнял двумя пальцами подбородок Карлы, пытливо заглядывая ей в глаза, точно желая получить ответ на какой-то вопрос. Потом вдруг улыбнулся:

— Я все гадаю, ты хоть понимаешь, где мы сейчас находимся?

О боже! Возбуждение Карлы усиливалось. Она прерывисто вздохнула и пролепетала пересохшими губами:

— На том самом пляже, где я чуть не утонула в прошлый раз.

В прошлый раз… Карла смущенно опустила голову, боясь даже взглянуть Джаду в лицо. Но он снова настойчиво поднял ее подбородок.

— По-моему, ты сделала это нарочно. А ну-ка, признавайся: ты специально оказалась здесь, чтобы мне пришлось мчаться тебе на выручку?

Карла невольно рассмеялась:

— А ты тут как тут. Может, это как раз ты все подстраиваешь, чтобы иметь возможность поиграть в героя?

— Думаешь, я на такое способен?

— Ну, меня бы это не удивило.

— Что ж, будь у меня возможность, я бы и впрямь проделывал это почаще. Знаешь, мне очень нравиться тебя спасать.

Он не сводил глаз с лица Карлы, и та почувствовала, как ее бросает в дрожь. Сейчас он меня поцелует. О нет. Только не это! Она задержала дыхание и выпалила:

— Знаешь, по-моему, нам пора назад!

— Ты и впрямь неисправима. — Джад улыбнулся и покачал головой, а пальцы его тем временем скользнули ниже, лаская шею Карлы. — Никуда ты не пойдешь. Сегодня дети прекрасно обойдутся без тебя. Если помнишь, там есть кому за ними присмотреть. Поэтому нравится тебе это или нет, но придется пока оставаться тут, со мной.

Он мягко, но решительно притянул Карлу к себе, так что она невольно положила руки ему на плечи. От прикосновения к влажной тенниске Джада ее неожиданно пронзило, точно электрическим разрядом. Она с тихим стоном закрыла глаза. Губы их соприкоснулись.

Целовался Джад точно так же, как делал все остальное, — сильно и страстно, без тени колебаний и сомнений. Карла приникла к нему, скользя руками по мускулистым плечам, шее, копне темных волос. Ее губы отвечали на поцелуи, она даже не пыталась сопротивляться. К чему бороться, если ее сжигает тот же огонь, что и Джада?

Он мягко опрокинул ее навзничь, а сам склонился, почти лег сверху. Карла выгнулась навстречу; мечтая утолить снедающую ее жажду. Снизу — горячий, нагретый солнцем песок, сверху — жаркое мускулистое тело. Она сгорала от страсти.

Руки Джада лихорадочно блуждали по ее телу. В считанные секунды он расстегнул блузку Карлы и рука его медленно скользнула за вырез лифчика. От ласкающего прикосновения пальцев к обнаженной коже Карлу бросило в дрожь. Какое-то мгновение Джад медлил, и все ее чувства взбунтовались от этого промедления, но затем он стянул бретельки, высвободил ее грудь и приник к ней губами.

Какое головокружительное наслаждение! Карла словно тонула в объятиях Джада. Никогда она не желала так ни одного мужчину!

Казалось, прошла целая вечность. Поцелуи. Ласки. Во всем мире не осталось ничего, кроме близости их тел. Карла гладила широкую грудь возлюбленного, мечтая, чтобы они оба могли отбросить самоконтроль и до конца отдаться страсти. Но в то же время радовалась, что он не пытается торопить события. Еще слишком рано. Лучше подождать.

Джад опомнился первым и заглянул ей в глаза:

— Знаешь, начинается прилив. Если мы еще ненадолго задержимся, то найдем здесь свой конец…

Карла посмотрела ему в лицо, и внезапно ее охватило чувство полнейшего, безграничного счастья, словно сердце согрелось яркими солнечными лучами. Случилось нечто удивительное и прекрасное: теперь и она, и мир никогда не станут прежними.

— Пора привести себя в порядок и вспомнить о благопристойности. — Джад запахнул на ней блузку. — Просто на случай, если поблизости окажется какой-нибудь остроглазый моряк. Никогда не знаешь, кого повстречаешь на морских просторах… Давай я отнесу тебя в лодку, потому что сама ты туда не доберешься, а потом без излишней спешки отправимся домой. — Он чмокнул ее в нос. — Ну, как тебе мой план?

Карла потянулась к нему и сполна возвратила поцелуй. Хотелось снова повалить Джада на песок, крепко обнять и никогда никуда не отпускать.

— Честно говоря, хуже не придумаешь. — Она подняла голову и покорно вздохнула: — Но все же ты прав. Пора возвращаться.

— Тогда идем. — Джад поднялся, отряхнул песок с джинсов, одним легким движением подхватил Карлу на руки и запечатлел легкий поцелуй у нее на губах. — Теперь посмотрим, как там наша лодка.

Добираться до моторки надо было вброд, а вода стремительно прибывала. Карла с хихиканьем цеплялась за шею идущего по отмели Джада. Ее смех оборвался визгом, когда он внезапно присел, так что оба они оказались по шею в воде.

— Лучше все сделать сразу, — засмеялся он. — Незачем мокнуть постепенно.

— Ну ты и садист! — Тряхнув мокрыми волосами, Карла поцеловала Джада в щеку.

Пока они добирались до камней, где был причален ялик, вода поднялась слишком высоко, чтобы туда можно было дойти вброд.

— Придется нам плыть. Или хотя бы мне. — Джад лег на воду. — Держись крепче и представь, что я дельфин или еще какая-нибудь морская тварь. — Он неторопливо поплыл, ровными гребками рассекая волны.

Дельфин! Карла опустила голову в уютную ложбинку между его плечами, наслаждаясь чувственными движениями пловца и прелестью возникшей между ней и Джадом близости. Все вокруг казалось новым, переменившимся, воздух словно наполнился неведомым, но прекрасным волшебством. Ах, если бы это никогда не кончалось!

Когда они наконец доплыли до лодки, Джад, схватившись одной рукой за борт, а другой обнимая Карлу, приподнялся над водой и мощным рывком перевалился внутрь. В лодке он бережно опустил свою ношу на скамейку.

— Умница, отлично справилась. Как себя чувствует твоя щиколотка?

— Мокрой, — улыбнулась в ответ Карла. — Но, может, поэтому болит меньше. Наверное, морское купание хорошо подействовало.

Она устроилась на корме, наблюдая, как Джад отвязывает канат, включает двигатель и направляет ялик в открытое море. До чего же не похоже на прошлый раз! Ни напряженной борьбы со стихией, ни грома, ни молний. Ни гнева бушующих волн, ни разверзшихся небес. Они с Джадом вдвоем посреди залитого солнцем моря. Если прошлый раз отдавал огнем и серой, в этом чувствовался привкус земного рая!

Поудобнее устроив ногу, Карла скользнула взглядом по забинтованной щиколотке и с улыбкой посмотрела на своего спутника. Наконец-то настало время задать вопрос, который уже давно вертелся у нее на языке:

— А ты всегда таскаешь в кармане моток-другой бинта на случай, если на твоем пути встретится какая-нибудь девица с больной ногой?

— Нет, не всегда, — явно забавляясь, отозвался Джад. — Но именно сейчас решил, что это неплохая идея. Не так-то легко, знаешь ли, спуститься с утеса без специальной обуви. Так что на всякий случай я прихватил с собой аптечку. — Он многозначительно посмотрел на Карлу: — А ты подумала об аптечке?

Она потупилась и покаянно вздохнула:

— И как я только забыла! Почему ты всегда заставляешь меня чувствовать себя полной идиоткой? По сравнению с тобой я страшно некомпетентна. Сначала чуть не утонула во время шторма, потом свалилась на забытый богом и людьми пляж. Что и говорить — полностью безнадежный случай!

Джад протестующе покачал головой.

— У тебя нет опыта, только и всего. Ты же выросла в большом городе. А я всю жизнь живу здесь. Неудивительно, что тут тебе за мной не угнаться. Хотя, честно говоря, и я в свое время натворил немало глупостей.

Карла засмеялась:

— Что-то не верится.

— Чистая правда. Однажды проторчал на скалах целый день, пока кто-то не помог мне спуститься. На этом острове, как ты сама могла убедиться, попасть в беду легче легкого. Если тебя не доконают утесы, так затопит приливом. — Не отводя от нее пристального взгляда, он продолжал: — И вот что я еще скажу. Мне тоже доводилось попадать в переделки на море и еле-еле выпутываться из них. Но я научился, и ты тоже научишься, если поживешь здесь подольше.

Что-то ёкнуло внутри нее. Как здорово было бы остаться здесь на какое-то время! Тут так хорошо. Плюс изучить остров, открыть все его секреты, стать его частью. А главное — получше узнать Джада.

Поймав себя на подобных мечтаниях, Карла поспешно отвернулась, опасаясь нечаянно выдать их. Вдруг по выражению ее лица Джад догадается, какие дурацкие мысли ее обуревают.

— Так ты полагаешь, что толика практики, и я смогу сама выступать в роли спасателя, а не спасаемой?

Глаза их вновь встретились. Джад подарил ей долгий задумчивый взгляд:

— Полагаю, — наконец произнес он. — Из тебя вышел бы отличный спасатель.

Обратный путь показался ей слишком быстрым. Заметив Пита, помощника Ларри, поджидающего их на пристани, Карла сама устыдилась того, как уныло стало у нее на душе. Они вернулись в реальный мир, чудесная идиллия закончилась. И Карла ощутила себя великовозрастной дурочкой. Уж у Джада наверняка не возникло и тени подобных глупых, романтических бредней!

Хорошо хоть, что он не торопился избавиться от ее общества. В ответ на предложение Пита отвезти Карлу в замок, Джад возразил, что сделает это сам.

— Я отнесу тебя в твою комнату, — сказал он, бережно устраивая Карлу на переднем сиденье «лендровера», — и ты сможешь дать передышку ноге.

Он сел за руль и повел машину к замку. Карла понимала, что все это сплошное безумие, но могла сейчас думать только об одном: что же будет дальше?

Спустя двадцать минут Джад внес ее в комнату и уложил на кровать.

— Я скажу миссис Пайклс, что ты здесь, и попрошу принести ужин сюда. По крайней мере сегодня вечером тебе лучше никуда не выходить.

Он выпрямился и отступил назад, по лицу его пробежала тень. При виде трезвого, спокойного взгляда Карлу одолели дурные предчувствия. Джад явно сожалел о том, что между ними произошло. И собирался сказать, что все это было ошибкой. Но она не вынесет, просто не вынесет жестоких слов!

— Извинись перед миссис Пайклс от моего имени, — поспешно выпалила Карла. — Ужасно не хочется причинять ей неудобства, но боюсь, сейчас я не в состоянии сделать и шага.

Щиколотка и впрямь снова разболелась не на шутку. Можно было подумать, что испытываемое Карлой на острове счастье служило надежным обезболивающим.

— Незачем извиняться. Я уверен, миссис Пайклс возражать не будет.

Несколько мгновений он не сводил с лица Карлы непроницаемых серых глаз, а затем неторопливо скользнул взглядом по ее фигуре. У Карлы перехватило дыхание от страха, но Джад неожиданно улыбнулся:

— Думаю, пока повязку лучше не трогать, сменим попозже. — И вдруг нагнулся поцеловать ее.

Карла ожидала мимолетного прикосновения, но это был настоящий поцелуй. Глубокий, медленный — и очень возбуждающий. Ее охватило чувство невероятного облегчения. Все тревоги были лишь плодом ее же фантазии!

— Мне пора, но я зайду к тебе позднее, — пообещал Джад и вышел из комнаты.

Карла откинулась на подушки. Лицо ее медленно залилось розовой краской удовольствия.

Джад вернулся домой уже за полночь. Отправившись прямиком в кухню, он обнаружил там миссис Пайклс, облаченную в теплый красно-зеленый клетчатый халат и готовящую себе неизменную чашечку какао на сон грядущий.

— Как там наша пострадавшая? — Джад устало плюхнулся на табуретку, вытягивая длинные ноги, обтянутые джинсами.

— Надеюсь, уже спит, — с притворным негодованием закудахтала добросердечная экономка, подогревая молоко в маленькой кастрюльке. — Глупая девчонка надумала спуститься вниз, чтобы помочь накормить детей ужином. Хотя мы с Люси и миссис Остин убеждали ее, что сами прекрасно справимся. — Она налила молоко в чашку и энергично взболтала. — Усердие, прямо скажем лишнее, но она и впрямь любит ребятишек. Одно удовольствие смотреть, как они льнут к ней.

— Да, я тоже заметил. — Джад тепло улыбнулся ей и спросил: — А доктор Миллиган заходил взглянуть на ее ногу?

На всякий случай он позвонил врачу перед уходом, хотя подозревал, что в том нет особой необходимости. Но мнение специалиста никогда не помешает.

Миссис Пайклс опустилась в кресло по другую сторону стола.

— Да. Он дал ей обезболивающее, перевязал щиколотку и велел несколько дней поменьше двигаться. Да только стоило ему уйти, как негодница тут же приковыляла вниз помогать нам с приготовлением ужина. И слушать не хотела никаких уговоров, так что мне пришлось отыскать старую прогулочную трость Чарли, чтобы ей хоть чуть-чуть было легче ходить.

Джад улыбнулся, представив себе Карлу, ковыляющую по кухне с тростью покойного мужа миссис Пайклс.

— И когда она наконец угомонилась и отправилась в постель?

— Почти сразу, как уложили ребятишек. Да они все с ног валились. Наверное, она легла где-то часов около десяти.

Джад кивнул. Как он ни торопился, все же не успел вернуться домой пораньше. А жаль! Ему и впрямь хотелось вечером поговорить с Карлой. Сегодняшние события приняли столь странный оборот, что стоило бы прояснить некоторые вопросы. Ну да ладно, поговорить можно и завтра. Хотя надо будет вести себя крайне осторожно. Не дай бог ранить ее чувства!

Он заложил руки за голову и широко зевнул:

— Да, сдается мне, сегодня притомились не только мальчики. Я тоже здорово вымотался.

— Приготовить вам чашечку какао?

— Нет, спасибо, не надо. Я усну, как только доберусь до кровати. — Поднявшись, он ласково поцеловал экономку в щеку. — Спокойной ночи. До завтра.

Джад ехал вниз по склону, направляясь к причалу, как вдруг заметил, что моторка отходит от берега. Джад чертыхнулся. Как он мог так задержаться? Однако быстрый взгляд на часы убедил его, что он ничуть не опоздал и сейчас еще только без двадцати шесть. Либо Ларри поторопился с отъездом, либо Карла что-то напутала.

Хотя возможен и третий вариант. Она нарочно сообщила ему неверное время.

Он вырулил на обочину и остановился, глядя, как моторка отплывает все дальше от острова. Почему-то третий вариант казался все более и более правдоподобным. Все одно к одному. Ее странное поведение сегодняшним днем. Растущие подозрения, что она намеренно избегает встреч с ним.

Джад пытался уверить себя, что ему просто кажется, но тщетно. И теперь получил очередное подтверждение своим догадкам. Девчонка обвела его вокруг пальца.

Ну и ладно. Намек понят. Джад развернул машину и решительно покатил по направлению к замку. Если ей так хочется, то и пожалуйста. Хотя было бы неплохо, если бы она все же не сочла за труд объяснить свое поведение.

— Всегда вот так. — Он покосился в зеркало на Бастера, развалившегося на заднем сиденье. — Никогда нельзя заранее сказать, как пойдут дела.

Разумнее всего раз и навсегда забыть об этой девице. Уже через несколько недель она уедет в Лондон и исчезнет из его жизни. Оно и к лучшему. Незачем придавать ей такое значение. И все же интересно, что кроется за столь неожиданной переменой? Может, виной всему его намерение поговорить с Карлой?

Забудь! — скомандовал себе Джад. Не хочет слушать, ну так пусть не слушает! Возвращаясь в замок, он решительно настроился думать о другом.

— Давай-ка, Бастер, пойдем и проверим, не осталось ли лепешек на нашу долю?

Это все она виновата! Кто же, как не она и ее распроклятая глупость! Подумать только, так обойтись с Джадом! И что же теперь делать? Ах, если бы можно было обратить время вспять…

Ей давно следовало понять, что Джад не из тех, кто изменяет своей девушке, да тем более — с ее подругой. Карла не находила себе никаких оправданий. Если бы только она доверилась Джаду, поделилась с ним своими сомнениями! Если бы, если бы… От запоздалых сожалений бедняжка буквально сходила с ума. А главное — все это было совершенно бесполезно. Уже ничего не исправить.

— Как ты думаешь, насколько Джад уехал? — вернувшись в центр, спросила она Энни. — Ну, обычно он пропадает надолго?

— Да нет, у Джада полно дел в поместье. Вот увидишь, через пару дней вернется.

Но тут в голову Карле пришла новая ужасная мысль:

— А он не надумал устроить себе отпуск? — Если так, его не будет еще недели две.

— Не думаю. — Энни чуть-чуть помолчала. — Хотя он давно не был в отпуске и, помнится, поговаривал что-то насчет того, чтобы сделать передышку и махнуть во Францию. — Увидев, как помертвело лицо Карлы, Энни ласково сжала руку подруги. — Но он бы ни за что не уехал, никого не предупредив. Особенно учитывая, что Джаспер болен. Так что, ради бога, перестань убиваться.

Однако следовать сему благому совету было не так-то просто. А что, если Энни ошибается? Джад, конечно, любил дядю, но Джасперу в последнее время стало гораздо лучше, а в наш век так легко поддерживать связь друг с другом.

Сердце Карлы ежеминутно замирало от ужаса. У нее в запасе лишь две недели. Вдруг ко времени возвращения Джада ей уже придется уехать? Ну да, разумеется, так и будет. И она никогда больше его не увидит. От одной этой мысли Карла вся цепенела.

На четвертый день подобных терзаний выяснилось, что сбываются ее самые худшие страхи. С утренней почтой Энни получила открытку. От Джада, отправленную из Булони, что во Франции!