История политических и правовых учений относится к числу историко-теоретических дисциплин; в ее задачи входит изучение на конкретном историческом материале закономерностей развития политико-правовой идеологии, ознакомление с содержанием и историей наиболее значительных и влиятельных теоретических концепций государства и права прошлых эпох.

В предмет истории политических и правовых учений включаются только учения, содержащие решения общих проблем теории государства и права. Созданные различными мыслителями концепции и формы их изложения (теоретический трактат, философское сочинение, политический памфлет, проект конституции и т. п.) разнообразны, однако концепциям присуще нечто общее: они выражают отношение определенных социальных групп к государству и праву (программная, оценочная часть учения), строятся на свойственной данной эпохе идейно-теоретической основе (методологический стержень учения), содержат решения основных проблем теории государства и права (теоретическое содержание учения).

Поэтому политико-правовая доктрина включает три компонента: 1) логико-теоретическую, философскую или иную (например, религиозную) основу; 2) выраженные в виде понятийно-категориального аппарата содержательные решения вопросов о происхождении государства и права, закономерностях их развития, о форме, социальном назначении и принципах устройства государства, об основных принципах права, его соотношении с государством, личностью, обществом и др.; 3) программные положения — оценки существующего государства и права, политические цели и задачи.

Изучение истории политических и правовых учений актуально, поскольку есть ряд проблем, относящихся к государству, праву, политике, которые обсуждались в предшествующие эпохи, и была выработана система доводов в пользу того или иного решения этих проблем. Знания о различных вариантах решения этих проблем и об обоснованиях этих решений — необходимая часть современного политического и правового сознания.

Сегодня возросло значение истории политических и правовых учений как школы альтернативного мышления, дающей возможность сопоставлять различные теории, направления политической и правовой мысли с учетом многовековой дискуссии об этих проблемах.

Самый ранний тип общества, пришедшего на смену первобытному, сложился в цивилизациях Древнего Востока. Он характеризуется господством патриархального натурального хозяйства, устойчивостью государственных форм собственности на землю и общинного землевладения, крайне медленным развитием индивидуальной частной собственности. Главенствующее место в политическом сознании раннеклассовых обществ занимали мифы о божественном, сверхъестественном происхождении общественных порядков. Миф не подвергался сомнению. С мифами тесно связаны традиции обожествления существующей власти и ее предписаний.

Согласно древним мифам, земные порядки трактовались как неразрывная часть общемировых, космических порядков, имеющих божественное происхождение. Существующий политико-правовой порядок закреплялся божественным авторитетом. Цари, жрецы, судьи и другие представители власти считались потомками или наместниками богов и наделялись священными чертами. В мифах говорится о первоначальном непосредственном правлении богов, которые затем научили людей искусству управления и передали власть земным правителям.

Древнеегипетские жрецы выводили происхождение первых фараонов от богов («фараон — сын Солнца»). В древнегреческой мифологии правителями и законодателями являются боги-олимпийцы (Кронос, Зевс, Посейдон, Афина и др.). Согласно древневавилонским и древнеиндийским мифам, боги не только служат источниками власти правителя, но и являются вершителями земных дел и людских судеб.

В древнеиндийских ведах содержалось два подхода к появлению царской власти: 1) создание правителя богами (учреждение его власти по воле богов); 2) избрание правителя людьми с последующим утверждением богами.

По вере древних евреев, единый истинный бог находится в особом договорном отношении со всем еврейским народом, являясь его верховным царем, от него происходят законы (законодательство Моисея).

По древнекитайскому мифу, только император способен на общение с небесными силами, вся власть сконцентрирована в его личности.

На рубеже IV–III вв. до н. э. в Древнем Египте складывается «40 номов», или областей. Древним основанием нома должно служило племя. Во главе каждого нома стоял «царь», он же верховный жрец местного культа и обладатель титула «начальника канала».

Объединение сорока областей происходит не сразу. Сначала возникают два отдельных царства — Верхний Египет и Нижний Египет. В период так называемого Раннего царства — XXX–XXVIII вв. до н. э. — они насильственно объединяются фараоном Нармером.

Вещественным основанием этой гипотезы служит изображение подвигов Нармера на шиферной пластинке для хранения мази (т. н. «палетка Нармера»). На одной стороне пластинки фараон изображен в короне царей Верхнего Египта поражающим жителя дельты Нила (Нижнего Египта); на обратной стороне — он же в короне, принадлежащей царям Нижнего Египта. Фараон идет в сопровождении свиты чиновников среди обезглавленных трупов: число их изображено знаком — 6 тысяч.

В Древнем Египте справедливость и правосудие олицетворяла богиня Маат, ее жрецами являлись судебные чиновники, земная власть (фараон, жрецы, чиновники), право были сакрализованы. Все существующие правовые нормы должны были соответствовать Маат — естественно-божественному порядку справедливости, только справедливое поведение по земной жизни помогало египтянину добиться милости богов в загробной жизни. В «Поучении Птахотепа» (XXVIII в. до н. э., послание правителя своему наследнику) утверждается идея естественного равенства всех свободных людей («нет рожденного мудрым»). В Древнем Египте не было жесткого кастового деления общества, как, например, в Индии.

Теологическая концепция власти была единственно существующей, она доводилась до всего общества чиновниками и жрецами, заинтересованными в сохранении и укреплении своей власти.

Особого расцвета государство Вавилона достигает при Хаммурапи (1792–1750 гг. до н. э.). Из своей великой столицы он управлял колоссальной по тем временам империей — от Персидского залива на юге до далекой Ниневии. Царствование Хаммурапи было ознаменовано успешными войнами, великолепными сооружениями, кодексом законов. Власть Хаммурапи в принципе была неограниченной. Он называет себя, по обычаю, «царем четырех стран света». Чиновники и судьи действуют по его поручению и от его имени. Старший из них носит шумерийское название «нубанды», что значит «меньший человек».

Управителями городов и районов страны царь Вавилона назначает своих сановников, наделяя их административными и судебными функциями. По крайней мере, три города — Вавилон, Ниппур и Сиппар имели во времена Хаммурапи автономию и привилегии. Царь и его чиновники не имели права ареста, постоя и принудительных работ в этих городах.

Покровителем справедливости в Древнем Вавилоне выступал бог Шамаш. Правонарушение называлось переступлением «стези Шамаша». Вавилонские правители и законодатели подчеркивали божественный характер своей власти и своих законов. Наиболее древним сводом законов являются Законы Хаммурапи (XVIII в. до н. э.). Законник Хаммурапи состоит из 282 статей. Из них полностью сохранилось 247. Остальные оказались стертыми. Законы Хаммурапи записаны на каменной стеле. Выставленный на городской площади «столб законов» должен был служить правосудию, совершавшемуся здесь же, и напоминать, что от власти закона не может избавить ни высокое рождение, ни смягчающие обстоятельства. На самом верху столба изображен сам Хаммурапи. Он стоит перед троном, на котором восседает верховный бог Вавилона — Мардук. В руках Хаммурапи жезл — символ судебной власти, врученный царю самим богом.

Хаммурапи изобразил свое законодательство как данное Шамашем. Справедливость по Хаммурапи подразумевала божественное деление людей на свободных и бесправных рабов.

Особое место в пантеоне богов древних персов занимал Митра — бог солнца и солнечного света, который считался небесным покровителем при заключении договоров. Образец справедливого правителя в индоевропейских религиях. Митра изображался в облике быка — победителя сил зла и олицетворения мужества и мощи. Культ Митры пришел в Иран и затем в Индию вместе с иноземными завоевателями и затем распространился в Малой Азии и императорском Риме. У культа Митры много общего с культом Осириса и учением о загробной жизни, соблюдении постов, непорочном зачатии у ранних христиан. В Риме он стал покровителем солдат и воинских подвигов. Реформы Заратуштры в VIII в. до н. э. привели к оттеснению культа Митры на задний план.

С VII в. до н. э. в Персии распространяется зороастризм, предполагающий культ бога добра и света Ахурамазды («наилучший господин»), который мудр, всемогущ и вездесущ, но пребывает в постоянной борьбе с богом зла и тьмы Ариманом. Ахурамазда был воплощен в солнце или «бессмертном свете», от тепла которого происходит вся жизнь на земле, которую Ахурамазда дал людям для мирного расцвета, добра и взращивания Истины. Почитать Ахурамазду следовало всеми известными способами — «и речи искусством и мыслью, и делом, и истины словом».

Основным положением зороастризма является борьба в мире двух противоположных начал — добра (Ахурамазда) и зла (Ариман). Смыслом и целью человеческой жизни считается активная деятельность, борьба против зла и тьмы. По учению Заратуштры победа останется за добром и светом. Государство считается земным воплощением небесного царства Ахурамазды, монарх является служителем Ахурамазды, он должен бороться против зла, насаждать добро, что возможно только при сильной власти (персы склонялись к деспотии), основанной на идеалах любви, прощения, мира и милосердия.

Сословное деление общества, по зороастризму, основывается на свободном выборе человеком того или иного рода занятий.

Социально-политические идеи брахманизма отражены в многочисленных законоведческих и политических трактатах Наиболее авторитетным среди них был трактат «Манавадхармашастра» («Наставления Ману о дхарме» — составлен в период II в. до н. э. — II в. н э.), или «Законы Ману». Авторами Законов Ману были мудрецы одной из древнеиндийских брахманских школ, которые и дали этой кодификации имя Ману, одного из мифических прародителей человека. Брахманами были разработаны подробные правила жизни для шудр и других низших сословий, к которым причислялись рожденные от смешанных браков, рабы и неприкасаемые.

В Законах Ману защищаются положения вед и упанишад о делении общества на варны, их неравенстве и придается особое значение обоснованию руководящего положения брахманов, исключительному характеру их прав в вопросах установления, толкования и защиты дхармы (универсальной нормы поведения индуса, зависящей от его возраста и варны).

Идеологический смысл учения о дхарме заключался в обосновании кастового строя и привилегий наследственной знати. Сословная принадлежность определялась по рождению и была пожизненной. Переход в высшие варны допускался лишь после смерти человека, в его «будущей жизни», как награду за служение богам, терпение и кротость Средством, обеспечивающим кастовые предписания, выступало государственное принуждение, понимаемое как продолжение карающей силы богов, поэтому особое значение уделяется данде — наказанию, которое заставляет людей следовать извечной дхарме.

Нарушителей дхармы помимо данды ожидала загробная кара. Идея наказания была всеобъемлющей, недаром науку управления государством называли учением о наказании. Идеологи жречества видели назначение наказания в том, чтобы «ревностно побуждать вайшьев и шудр исполнять присущие им дела, так как они, избегая присущих им дел, потрясают этот мир».

«Законы Ману» выделяли в каждом благоустроенном государстве семь элементов: царь (государь), советник, страна, крепость, казна, войско и союзники. Государственная власть рассматривалась как единоличное правление государя. К обожествлению царской власти идеологи жречества подходили с кастовых позиций. Учение о «семичленном царстве» было одной из первых в истории попыток создать обобщенный образ государства.

Брахманы создали свою идеологию — брахманизм — на основе религиозно-мифологических представлений. Она была направлена на утверждение верховенства родовой знати в складывающихся государствах. Брахманы претендовали на то, чтобы государи признали верховенство религиозного закона над светским. Теория брахманизма отражала идеи, при помощи которых жречество боролось за политическую власть в обществе. Зачатки идеологии брахманизма встречаются уже в древнеиндийских памятниках II в. до н. э., именуемых ведами, где говорится о делении людей на четыре варны, созданных богами из Пуруши (мирового тела и духа, первочеловека): «…брахманом стали его уста, руки — кшатрием, его бедра стали вайшьей, из ног возник шудра».

Согласно брахманизму строение общества (т. е. права и обязанности представителей различных варн) определяет мировой закон («рита»). Все члены варн лично свободны (рабы находились вне кастового строя), но неравноправны. Вайшьи и шудры считались непривилегированными кастами. В привилегированном положении находились брахманы (жрецы, духовная власть) и кшатрии (воины, светская власть). Первой по важности и привилегиям считалась варна жрецов — брахманов. Ко второй принадлежала вся военная знать — кшатрии. Обе варны составляли господствующий класс. Брахманы считались высшими из людей, они занимались изучением священных книг, участием в суде и управлении, выработкой законов и предписаний; им принадлежало все, чего они могли захотеть, единственные наказания, которые могли быть применены к брахману, — изгнание и острижение.

В древнеиндийских ведах содержалось два подхода к появлению царской власти: 1) создание правителя богами (учреждение его власти по воле богов); 2) избрание правителя людьми с последующим утверждением богами. В обществе господствовала патриархальная концепция государственной власти: правитель является отцом для своих подданных, он должен заботиться о них, однако несет ответственность не перед ними, а перед богами.

«Артхашастру» Каутильи (наставление в искусстве управления) относят к эпохе империи Маурьев (IV–III вв. до н. э.). «Артхашастра» достаточно свободна от религиозных догм брахманизма, реалистична и рационалистична, недаром ее автора вельможу при дворе царя Чандрагупты Каутилью называют индийским Макиавелли. «Артхашастра» содержит положения брахманизма о кастовых предписаниях, необходимости обеспечения закона дхармы суровыми наказаниями, превосходстве жречества над другими сословиями, его монополии на отправление религиозного культа, господстве наследственной знати и подчинения светских правителей жрецам. В трактате говорится, что Царь должен следовать дворцовому Жрецу «как ученик учителю, как сын отцу, как слуга господину».

В то же время трактат отводит главную роль в законодательной деятельности не жрецам, а государю. Хороший царь обязан следить за отчетами о доходах и расходах, наблюдать за делами населения, давать письменные указания собранию своих советников, устраивать смотры армии, получать секретную информацию от шпионов и т. д.

В «Артхашастре» особое внимание уделяется не религиозным предписаниям, а практической пользе (артхе) и обусловленным ею политическим мероприятиям и административно-властным установлениям. Главное место в «Артхашастре» занимает идея сильной централизованной царской власти. Государь показан неограниченным самодержавным правителем. Каутилья рекомендует царям руководствоваться в первую очередь интересами укрепления государства, соображениями государственной пользы и не останавливаться, если того требуют обстоятельства, перед нарушением религиозного долга. Эти новые для брахманизма идеи были направлены на то, чтобы освободить деятельность государства от стесняющих ее религиозных традиций, избавить правителей от необходимости сверять каждый шаг с догматами религии.

В индийской литературе «Артхашастра» является наиболее полным сводом прикладных знаний о политике, энциклопедией политического искусства.

Наибольший расцвет древней китайской философии приходится на период VI–III вв. до н. э., который нередко называют золотым веком китайской философии. Именно в этот период появляются такие произведения философско-социальной мысли, как «Дао де цзин», «Лунь-юй», «Мо цзы» и другие. В «Ши цзи» («Исторические записки») Сыма Цяня (II–I вв. до н. э.) приводится первая классификация философских школ Древнего Китая. Там названо шесть школ: «сторонники учения об инь и ян» (натурфилософы), «школа служилых людей» — жуцзя (конфуцианцы), «школа моистов», «школа листов» — минцзя, «школа законников» (легистов) — фацзя и «школа сторонников учения о дао и дэ» — даосистов.

Шан-Ян, создавший труд «Книга правителя области Шан» (IV в. до н. э.), считается основателем древнекитайского легизма. Шан-Ян обосновывает управление, опирающееся на законы (фа) и суровое наказание, чем вступает в противоречие с конфуцианством, отдающим приоритет ритуалу (ли). Практичный Шан-Ян утверждал, что никакие призывы к добродетели не помогут порядку в государстве, надо решительно усиливать централизованную администрацию, создать внушающий страх подданным аппарат управления и подавления, и, самое главное, — обеспечить порядок в обществе и государстве. Закон должен быть универсален, общеобязателен, жесток, соблюдаться под страхом мощного наказания, он не подлежит обсуждению и должен исполняться беспрекословно.

Однако в то же время закон должен устанавливаться не произвольно, а лишь мудрыми людьми. Но сам законодатель не связан законом, если закон работает плохо, его можно изменить, он не установлен раз и навсегда. Выступая за унификацию законодательства, Шан-Ян создает модель «законнического государства» Шан-Ян выступает за создание системы тотальной слежки, оправдывает коллективную ответственность (за преступление отвечают также родственники и соседи виновного, потому что они не донесли). Сходные идеи развивали и другие представители древнекитайского легизма; со временем (со II в. до н. э.) смягченные (объединенные с конфуцианством) элементы легизма составили официальную китайскую идеологию.

Идеи даосизма записаны учениками его основателя Лао-цзы в трактате «Книга о дао и дэ», (в IV–III вв. до н. э.). В основе учения лежит понятие «дао» (т. е. путь), заимствованное из традиционных китайских верований, где означало правильный жизненный путь человека или народа, соответствующий велениям неба. В отличие от официального религиозного культа с его догмами о «небесной воле» и «государе — сыне неба», дарующим законы дао народу, даосисты подразумевали под дао абсолютное мировое начало. Это начало предшествует небесному владыке и превосходит его своей мощью. Дао — источник всего существующего, бесконечный поток возникновения и смены всех явлений, их перехода из одного в другое, вечный круговорот рождения и смерти. Дао предстает в виде сверхъестественного закона, управляющего миром, перед которым человеку остается лишь осознать свое ничтожество и попытаться путем освобождения от страстей продлить себе жизнь.

Лао-цзы считал, что мир не создан божественным творением, а создан естественными законами; дао определяет миропорядок и является естественной справедливостью, перед которой все равны. Все беды человечества он видел в стремлении к богатству, а государство считал искусственным образованием, излишним для общества. Однако он выдвигал идею недеяния, надеясь, что нарушенное людьми дао сможет само восстановиться, он был против насильственных действий (революции, восстания и пр.). Покой приносит только отсутствие желаний. Лао-цзы выступал против «вредного мудрствования», рассматривал прогресс и культуру как отход от дао, потому что мудрствование порождает желания. Лао-цзы предлагает вернуться к простоте прошлых времен, отказаться от достижений цивилизации, вернуться к элементарной общественной организации (модель «государства-деревни»), обуздать человеческие желания и страсти, следовать принципу недеяния. Простота мудра, считал он, она основана не на знаниях, а на интуиции. Лао-цзы осуждал войну и восхвалял мир.

Начиная с Лао-цзы, даосизм обращен на родовое прошлое, в котором и усматривается природно-социальный идеал. Последователи даосизма детализировали и развили исходные положения, включили в учение дофилософскую мифологию и данные древних наук, наибольшую полемику они вели с конфуцианством.

Кун-цю (Кун-фуцзы), известный европейцам как Конфуций (551–479 до н. э.), автор книги «Луньюй» («Беседы и высказывания»), является крупнейшим древнекитайским мыслителем. Наибольшее внимание Конфуций уделял формированию эталона высшей морали — идеального человека («цзюньцзы»), которого противопоставлял простолюдинам. Идеальному человеку предписывалось следовать ритуалу (ли), обладать добродетелью (дэ), любовью к людям (жень), чувством долга и справедливости, стремлением к знаниям (чжи), почитать старших, демонстрировать верность и преданность властям и пр. Именно этими чертами, по мнению Конфуция, китайцы отличаются от варваров.

Конфуций развивал патриархально-патерналистскую концепцию государства, в которой император — отец всех подданных, поддерживал общественное неравенство, разделяя общество на высших (просвещенные правители, цзюньцзы) и низших, которые должны безоговорочно подчиняться высшим, что составляет их добродетель. Он считал лучшей формой правления — аристократию (причем, правящей аристократией он именовал мудрецов), а в правителе видел сына (представителя) бога на земле, деяния которого никто не вправе критиковать.

Конфуций различал управление государством на основе добродетели и на основе позитивного закона, к последнему он относился отрицательно, поскольку его нормы устанавливаются людьми, а не богом. Вместе с тем, философ признавал за позитивным законом вспомогательную роль в управлении государством. Помощниками государя в деле управления государством он считал чиновников, хотя вся полнота государственной власти должна быть в руках императора. Подданные должны соответствовать их социальному статусу, дабы каждый знал свое место, свои права и обязанности. Они должны держаться предначертанного жизненного пути (дао), быть бескомпромиссными в главном.

Следование дао императора он видел в заботе о подданных, установлении всеобщей справедливости, чем государь и должен завоевать любовь и доверие. Он уделяет серьезное внимание практическим советам по управлению государством: нужно опираться на добродетельных и знающих помощников; избегать рискованных решений, быть осмотрительным; никогда не бросаться словами; не спешить с решениями; не увлекаться мелкими вопросами, постоянно учиться, становиться совершеннее.

Со II в. до н. э. и до 1949 г. конфуцианство являлось официальной идеологией Китая.

Из конфуцианской школы вышел Мо-цзы (479–400 до н. э.), чьи высказывания были собраны учениками в сборнике «Мо-цзы». Он учил: 1) Небо создало все на земле, оно является отцом всего сущего. 2) Небо (Высший Разум) желает, чтобы люди помогали друг другу, чтобы сильный помогал слабому, чтобы люди учили друг друга, чтобы знающий учил незнающего. 3) Небо желает, чтобы верхи проявляли усердие в управлении страной, чтобы в Поднебесной царил порядок, а низы были усердны в делах. Чтобы люди взаимно любили друг друга и приносили друг другу пользу, но не желает, чтобы люди друг другу делали зло и обманывали бы друг друга. 4) Небо придерживается всеобщей любви и приносит всем пользу. Это видно из всеобщности Неба, из того, что оно всех кормит. Ныне Небо не разделяет больших и малых царств… небо не разделяет малых и больших, знатных и подлых; все люди слуги Неба. 5) Небо обладает волей: оно способно желать или не желать. Небо наказывает тех, кто побуждает людей к злу.

Философ утверждал, что основная цель Неба сделать мир чище и добрей, воля Неба направлена на построение более справедливого общества, а нарушение воли Неба приводят к взаимной ненависти, к взаимному вреду, и нарушители непременно будет наказаны Небом. Нужно следовать Дао, то есть естественному пути развития жизни во Вселенной, чтобы естественный порядок вещей во Вселенной сохранился.

Впервые для древнекитайской философии у Мо-цзы появляется идея выборности первого правителя. Он провозглашает идеи социального равенства, критикует социальную несправедливость. Мо-цзы выдвинул концепцию всеобщей и равновеликой любви и идеи эгалитаризма: отказ от роскоши и утонченной культуры древнекитайской аристократии, усложненных церемоний, введение государством общеобязательных законов, которые должны выполняться подданными под страхом неумолимого наказания. Считается, что со времени Мо-цзы право стало ассоциироваться не с ритуалом «ли» (как у Конфуция), а с наказанием («син») и законом («фа»), и, таким образом, Мо-цзы можно назвать предшественником легизма.

В древности в Греции и Риме политическая мысль развивалась как форма теоретического обобщения интенсивной политической жизни, характерной для этих обществ. Существование полисной демократии невозможно без активного участия граждан в политике, а это предполагает выбор оптимальных форм государственного устройства, существование механизма разрешения политических конфликтов, возникающих между гражданами, наличие представлений о путях обеспечения единства общества при наличии очевидных и острых социальных различий. Многие идеи, возникшие в то время, не потеряли своей актуальности до наших дней.

Греческий философ Платон (427–347 до н. э.) в своих произведениях («Государство», «Политик», «Законы») считал, что государство возникает потому, что каждый из людей не в силах удовлетворить свои потребности в одиночку и нуждаться в помощи. Он сформулировал представление об идеальном государстве и его особенностях: а) власть принадлежит способным людям; б) присутствие социальной иерархии выражается в неравенстве властных полномочий, которыми обладают разные социальные группы; в) политические отношения в таком государстве подчиняются принципу справедливости, смысл которого выражается в том, что каждый выполняет определенные обязанности и получает за них вознаграждение; г) принцип равенства потребления осуществляется в высших классах и служит условием сохранения их сплоченности перед лицом классов низших.

Он дал характеристики реальных типов государственного устройства его времени, которые были искажением идеального образца: тимократия — власть честолюбцев; олигархия — господство немногих над большинством; демократия — власть большинства (недостатком он считал обострение противоречий между бедными и богатыми); тирания — власть одного над всеми (наихудший вид правления).

Не менее актуальные для современности идеи высказал великий римский мыслитель, оратор, политический деятель Марк Туллий Цицерон (106–43 до н. э.). Наиболее привлекательной он считал форму правления, сочетающую в себе черты демократии и аристократии. Он предложил версию права как естественного, неотъемлемого качества природы человека и общества.

Возникновение школы софистов как общественного движения связано с укреплением демократического строя Афин во второй половине V в. до н. э. Софистами (от греческого «софос» — мудрый) называли философов, которые обучали искусству спорить, доказывать, выступать в суде и народном собрании. Это были первые учителя мудрости, распространители знаний. По традиции, различают старших и младших софистов. К представителям старшего поколения софистов принадлежали Протагор, Горгий, Гиппий и Антифонт. Старшие софисты придерживались в целом прогрессивных, демократических воззрений. Одним из основателей этого направления был Протагор (481–411 до н. э.).

Мерой всех вещей Протагор считал человека. 1) Человек является индивидом и гражданином полиса (т. е. частичкой большего целого). 2) Все, измеряемое человеческой мерой, относительно, поскольку наши знания, полученные посредством ощущений, разнятся у разных людей. 3) Нет единой истины, о всякой вещи всегда существует два противоречивых мнения. Справедливое и несправедливое, постыдное и прекрасное — одно и то же, смотря как (и кто) оценивает.

Право условно и изменчиво. Для объяснения, как было создано государство, Протагор приводит миф о Прометее, он отмечает, что у разных народов существуют различные нормы права, единых представлений о законности нет. Мерилом всех ценностей, справедливости является сам полис, государство само решает, что считать справедливым и прекрасным, а что — наоборот. Протагор уравнивает право и закон, считая, что всякий закон справедлив, т. е. является правовым. В догосударственном обществе царил естественный закон, который был не лучше и не хуже государственного.

Философ утверждал равенство всех людей по отношению к мудрости, к государственному управлению, также он считал, что политическая добродетель должна быть достоянием всех граждан, иначе государство погибнет. Протагор отстаивал принципы справедливости, законности, государственного порядка.

Софисты были первыми настоящими теоретиками права, государства, политики. Среди старших софистов называют Протагора, Горгия, Продика, Гиппия, Антифонта. Среди младших софистов — Фрасимаха, Калликла, Ликофрона. До наших дней дошло очень мало сочинений софистов, поэтому представление об их политико-правовых взглядах мы получаем из произведений Платона и Аристотеля. Но тут нужно заметить, что оба философа софистов не любили и к их идеям относились предвзято.

Горгий из Леонтии (483–375 до н. э.) отделяет неписаную справедливость (сущность дел, всеобщий божественный закон) от позитивного права, данного людьми, призывает прекратить междоусобные войны и совместно бороться против варваров.

Гиппий (460–400 до н. э.) из Элиды противопоставляет природу (фюсис) юридическому закону (номос), считая законы природы истинным, естественным правом, считает, что все люди равны между собой по природе, и что естественное право есть справедливость, а позитивный закон, данный государством, ей противоречит, т. к. устанавливает искусственные требования.

Антифонт (около 400 до н. э.) и Ликофрон (современник Платона) считали, что позитивное право является продуктом обычной человеческой договоренности, предписания закона (в отличие от велений природы) условны и враждебны природе человека; признавали и поддерживали существование рабства; подчеркивали, что человеческие законы можно нарушить безнаказанно, но нарушителя законов природы всегда ждет заслуженная кара. Основной труд Антифонта называется «Единомыслие». Главная идея: человек должен жить в государстве, среди граждан должно существовать единомыслие в понимании закона, право является гарантией личных прав человека, которые закрепляются и охраняются государством, по природе все люди равны.

Фразимах из Халкидона (вторая половина V в. до н. э.) утверждал: 1) существует принцип властвования: выгода сильнейшего; 2) в каждом государстве силу имеет тот, кто стоит у власти; 3) любая власть, установив свои законы, объявляет их справедливыми; 4) подданные всегда делают то, что угодно правителю, поскольку сила у него.

В противовес ему сторонник аристократии Калликл считал, что законы издают не сильные, а слабые (демос), чтобы ограничить и запугать сильных (аристократию).

Гиппий первым противопоставил природу (фюсис) и закон (номос). Он считал, что законы природы представляют истинное, естественное право, и что по природе, а не по закону, люди равны между собой. Для Гиппия естественное право = справедливость, а естественные законы одинаково хорошо и четко выполняются в любой стране. Антифонт считал, что это происходит потому, что веления природы соответствуют человеческому естеству, законы природы (в отличие от человеческих) невозможно нарушить и избежать кары, люди рождаются раными, но человеческий закон закрепляет их неравноправие.

В целом софисты утверждали, что (в отличие от естественного права) закон, который дается государством, не соответствует человеческому естеству, он устанавливает искусственные требования и ограничения, противоречит человеческой природе, лишен необходимости, т. к. постоянно меняется, а предписания юридического закона условны и враждебны человеческой природе. Антифонт делал вывод, что человеческие законы (в отличие от законов природы) можно безнаказанно нарушить.

Свои рассуждения софисты использовали для критики существующих полисных порядков. Антифонт считал, что законы искусственны и произвольны, тогда как в природе все происходит само собой, по необходимости, так что люди, почитая знатных, поступают, словно варвары. Алкидамант пошел дальше и заявлял, что «бог сделал всех свободными, природа никого не сделала рабом».

Высказывания Антифонта и Алкидаманта представляют собой простейшую форму моральной критики привилегий аристократии и свободных граждан. Политической мысли рабовладельческой демократии не были известны представления о всеобщем равенстве. Для Антифонта понятие «варвар» было синонимично человеческой низости, дикости. Алкидамант тоже не осуждал рабство как таковое, а противопоставлял аристократическим теориям, в которых рабство обосновывалось ссылками на природу, свою теорию.

Отрицание варварства и рабства по природе было выгодно торгово-промышленной прослойке, состоявшей из неполноправных граждан, метеков (иностранцев), вольноотпущенников и др. Не обладая гражданскими правами, они добивались привилегий, вытекавших из «свободного рождения», равенства с гражданами и возможности владеть рабами на «законных» основаниях. Представления о рабстве по установлению (по «закону») разделялись широкими кругами демократии и составляли отличительную особенность оправдания ими рабства.

Взгляды Сократа (469–399 до н. э.) нам известны из сочинений другого философа — Платона. Идеалом Сократа была аристократия знающих, то есть государство, власть в котором принадлежит мудрецам. Рассматривая известные ему государственные формы, Сократ выдвинул принцип законности. Анализируя формы правления в государстве, Сократ различает царство и тиранию, аристократию и олигархию, правильную демократию и неправильную демократию. К правильным формам правления он относит царство, аристократию, правильную демократию. К неправильным — тиранию, олигархию, неправильную демократию. Впоследствии в переработке Аристотеля эта классификация стала классической.

Рассматривая современные ему государства, в качестве благоустроенных государств, управляемых хорошими законами, Сократ называет аристократические Спарту и Крит, умеренно-олигархические Фивы и Мегары. Отрицательно он относится к «крайней» демократии в родном полисе (Афинах), указывая, что при господстве крайней демократии Афины потерпели поражение от Спарты и потеряли ведущую позицию во всей Элладе. Он не верил в эффективность демократии, результативность деятельности народного собрания, рассуждая следующим образом: если невозможно исполнять «установления предков», то следует подражать «тем, которые в настоящее время считаются первыми», т. е. Спарте. В тяге афинян к стяжательству и некомпетентности демократического правления Сократ видел отступления общественно-политических порядков от разумных начал.

Сократ считал, что общество обязано всегда соблюдать принцип законности. По его мнению, законность состоит в том, чтобы подчиняться законам своего государства, а свобода — прекрасное и величественное достояние и для человека, и для государства. Законы должны действовать для всех в равной мере, без исключений, все законы взаимозависимы, поскольку обусловлены божественным первоисточником. Перед законом должны быть равны и правители, и подданные. Если этого нет, то государство вырождается, правильная форма правления переходит в неправильную.

Согласно Сократу между гражданином и полисом существует некий договор, закрепленный законами полиса, которые обязаны соблюдать его граждане. Государство и издаваемые им законы являются для граждан определяющими их жизнь.

Платон (427–347 до н. э.) происходил из знатного афинского рода, был учеником Сократа, после его казни в 399 г. до н. э. покинул Афины и совершил ряд путешествий, в том числе в Египет и Южную Италию, а вернувшись, основал в пригороде Афин в одной из рощ философскую школу под названием «Академия». Огромное влияние на Платона оказали Сократ, Пифагор, пифагорейцы.

В диалоге «Государство» Платон ведет спор с современными ему софистами по поводу наилучшего устройства государства. Свои идеи он вкладывает в уста Сократа. Платон резко критикует афинскую демократию, принципы которой отстаивают софисты, считавшие, что управлять государством может каждый. Платон ориентируется на правление философов и рисует картину идеального государства — в нем каждая личность является частью единого целого, каждый знает свое дело.

Население идеального государства разделено на три сословия, соответствующие трем началам человеческой души: разумное начало — философы, яростное начало — воины, вожделеющее начало — производители. Философы-правители являются совещательным началом государства, воины являются защитным началом государства, производители — деловым началом государства. Платон предполагает справедливость, основанную на сословном разделении труда и общественных обязанностей. Причем Платон говорит о геометрической гармонии, геометрическом равенстве, которые можно построить, только соблюдая иерархию: философы руководят воинами и производителями, воины, в свою очередь, — только производителями. Получается треугольник, на вершине которого — философы.

Два высших сословия (философы и воины) не имеют частной собственности и семьи, а воспитанием их детей занимается государство. Это своего рода государственные люди. Их задача — чтобы государство работало без сбоев. Разделение на сословия Платон обосновывает природными, божественными различиями. Переход из сословия в сословие практически невозможен, и только в редких случаях — из сословия философов в сословие воинов и наоборот. Равные права с мужчинами имеют женщины, но они не могут быть философами. Производители лишены возможности управлять и защищать, но взамен этого они могут наслаждаться безбедной жизнью. Государство решает, какова должна быть эта жизнь. Основная цель идеального государства Платона — счастье для всех, единство и единомыслие членов общества, в котором нет ни бедности, ни богатства.

С годами Платон улучшил разработанный им проект идеального государства (в диалоге «Законы»). В этом государстве Платон поместил 5040 жителей. Количество жителей должно оставаться неизменным, для обеспечения потребностей каждый гражданин на праве условного наследуемого владения получает земельный участок и дом, размеры владения и доходов регулируются государством, поэтому нет ни богатых, ни нищих: никто не имеет права владеть золотом или серебром, заниматься ростовщичеством, исключается всякая роскошь, но в то же время граждане обеспечиваются необходимым количеством рабов, которые наряду с негражданами занимаются ремеслом, земледелием, торговлей и не имеют политических прав. Граждане имеют равные права, но разделены на 4 класса (по уровню богатства). Все дети воспитываются государством, хотя государственный контроль за жизнью граждан заметно более ослаблен, чем в первом проекте идеального государства.

Управление в государстве отдано 37 мудрейшим (в возрасте от 50 до 70 лет), избираемым путем многоступенчатого голосования, которые могут оставаться у власти не более 20 лет. Эти мудрейшие издают законы, обязательные для всех, кроме самих правителей, поскольку считаются стражами законов и (по Платону) сами являются воплощением закона. Избирать их могут только граждане, которые носят оружие или участвовали в войне. Представительным органом власти является Верховный Совет, состоящий из 460 человек (по 90 человек от каждого из 4 классов), с небольшими полномочиями. Участие в общественной жизни и народном собрании обязательны для членов 1 и 2 классов, народное собрание выбирает гражданских и военных руководителей государства. Существует также Ночное собрание, охраняющее добродетель, оно состоит из 10 мудрых стражей. Гражданам вменяется не только исполнение законов, но и любовь к законам. Платон считал, что при правильном воспитании это чувство можно сделать естественным.

Для поддержания государства в оптимальном состоянии требуется следить за численностью жителей: излишек высылается в колонии, туда же отправляют граждан, не уважающих законы. Именно законам отведена во втором проекте главная роль для существования идеального государства.

Платон выделяет среди государственных форм правления аристократию, тимократию, олигархию, демократию, тиранию, причем смена форм может происходить по кругу, начиная от аристократии и кончая аристократией. Смену этих форм можно точнее назвать круговоротом форм правления в государстве. Лучшая форма правления у Платона — аристократия. Худшая форма правления для Платона — рабство.

Известно, что прообразом идеального государственного строя для философа послужила аристократическая Спарта, а точнее, сохранявшиеся в Спарте патриархальные отношения — организация жизни господствующего класса по образцу военного лагеря, пережитки общинной собственности, группового брака, что казалось Платону более симпатичным, чем афинская демократия. Рассматривая современные ему государства, Платон расположил их в порядке возрастающей деградации по сравнению с идеалом. Рассуждал он таким образом.

Аристократия мудрых, вырождаясь, ведет к утверждению частной собственности и обращению в рабов свободных земледельцев из третьего сословия. Так возникает критско-спартанский тип государства, или тимократия (от «тиме» — честь), господство сильнейших воинов. Государство с тимократическим правлением будет вечно воевать.

Олигархия возникает в результате скопления богатства у частных лиц и характеризуется имущественным цензом. Власть в олигархии захватывают немногие сверхбогатые граждане, а бедняки не участвуют в управлении. Олигархическое государство, раздираемое враждой богачей и бедняков, будет постоянно воевать само с собой.

Демократия устанавливается в результате победы бедняков — это в первом приближении власть народа. Общественные должности при демократии замещаются по жребию, вследствие чего государство опьяняется свободой, пребывающей в излишке, что приводит к своеволию и безначалию.

Эта чрезмерная свобода обращается в свою противоположность — чрезмерное рабство. Так устанавливается тирания, наихудший вид государства, власть в котором держится на вероломстве и насилии. Тиранический строй Платон считал наихудшим для государства, он видел в тирании полное отсутствие каких бы то ни было добродетелей.

Причиной смены всех форм государства Платон считал порчу человеческих нравов. Каждая форма правления гибнет из-за внутренних противоречий. А выход Платон видел в возврате к изначальной аристократии философов — правлению мудрых.

Аристотель (384–322 до н. э.) родился в Стагире, учился и преподавал в Академии Платона, открыл в Афинах свой Ликей, был воспитателем Александра Македонского. Среди его трудов: «Политика», «Этика», «Никомахова этика» («К Никомаху»), «Афинская полития».

К политико-правовым воззрениям Аристотель пытался применить математические законы — уравнивающую (простое арифметическое равенство, например, в гражданско-правовых сделках) и распределяющую (геометрическое равенство, при распределении общих благ «по достоинству») справедливость. С этой точки зрения он рассматривал существование семьи, собственности и неравенства между людьми. Рабство философ считал совершенно необходимым: к рабам должны относиться преступники (по закону) и неэллины-варвары (по природе).

Семью и собственность Аристотель считал естественными явлениями, а государство выводил из существования семьи: оно образуется вследствие природного влечения людей к общению. В семье отец должен быть господином, отцовская власть непререкаема по отношению к детям, практически как власть рабовладельца над рабами; семья является основой государства, отправной точкой его развития. Частная собственность коренится в природе человека, в его естественной любви к себе, в страсти к накопительству.

Семья является первым видом общения, отчасти свойственным и животным; из нескольких семей возникает селение, или род; наконец, объединение нескольких селений составляет государство — высшую форму человеческого общежития. Именно в государстве полностью реализуется изначально заложенное в людях влечение к совместной жизни. По природе своей человек есть существо политическое, утверждал философ. Но в отличие от семьи и селения государство образуется благодаря моральному общению между людьми. Политическое сообщество опирается на единомыслие граждан в отношении добродетели. Государство появляется лишь тогда, когда образуется общение между семьями и родами ради благой жизни, оно является целью существования семьи и селения.

Аристотель дал государству следующее определение: государство — это «общение подобных друг другу людей ради достижения возможно лучшей жизни». Аристотель вкладывал в данное определение вполне конкретное содержание. Под людьми здесь подразумевались только свободные граждане греческих полисов.

Греческий философ Аристотель обращается к исследованию проблем политической жизни в таких трудах, как «Политика», «Афинская полития», «Этика». Лучшим типом государственного устройства он считал политию, сочетающую в себе качества аристократии и демократии. Философ обращает особое внимание на социальную сторону политических процессов, указывая на имущественное неравенство как основу общественных потрясений. Государство есть сложное целое, множество, состоящее из разных, неподобных частей: у каждой части свои представления о счастье и средствах его достижения; каждая часть стремится взять власть в свои руки, установить свою форму правления; одни народы поддаются только деспотической или царской власти, а для иных нужна свободная политическая жизнь.

Главную задачу политической теории Аристотель видел в поиске совершенного государственного устройства. Он разделил политические устройства по двум критериям: правильным и неправильным формам правления.

Правильные формы правления:

Монархия — древнейшая, «первая и самая божественная», форма политического устройства. Это власть одного, при которой имеется в виду общая польза.

Аристократия — форма общественного устройства, при которой власть находится в руках немногих, обладающих личными достоинствами, людей, правящих в интересах общества.

Полития (республика) — власть большинства. Но у большинства единственное общее им всем добродетель — воинская, поэтому «республика состоит из людей, носящих оружие, которые по природе своей воинственны»: это власть свободного имущего класса.

Неправильные формы правления:

Тирания — деспотическая форма правления, при которой власть, осуществляется по собственному произволу единоличного правителя.

Аристотель резко отрицательно относится к тирании, считая ее противоестественной и не согласной с природой человека.

Олигархия, как и аристократия, — власть меньшинства, но не достойных, а богатых — это власть, основанная на первенстве в финансовых капиталах.

Демократия — это «самая сносная из всех худших форм политического устройства», по словам Аристотеля, поскольку это власть большинства не только свободных, но и бедных, т. е. количественный принцип у него доминирует над имущественным.

Аристотель дал государству следующее определение: государство — это «общение подобных друг другу людей ради достижения возможно лучшей жизни». По Аристотелю, государство является продуктом естественного развития. Он воспринимает государство как цельный организм, основанный на человеческом общении и выросший именно из этого общения. В начале цепочки он ставит семью, семья постепенно разрастается в селение, которое, в свою очередь, со временем становится государством.

По определению Аристотеля: «Человек — животное политическое», т. е. он не может жить вне государства, вне общества. Сначала человек создает себе семью, но наилучшим образом его политическая природа реализуется в государстве, которое он понимает как союз свободных и равных граждан, способных участвовать в осуществлении законодательной и судебной власти.

Аристотель, также как и Платон, искал наилучшую форму совершенного государственного устройства. Лучшим типом государства он считал политию, сочетающую в себе качества аристократии и демократии. Другими словами полития была им названа государством «золотой середины», в нем соблюдаются мера и умеренность во всем (от количества законов до размера территории). Опираться полития должна на средний класс (перекос в сторону богатых приведет к олигархии, перекос в сторону бедных — к крайней демократии), власть должна быть разделена между различными социальными группами, для создания стабильного среднего класса часть земли и рабов должна находиться в общей собственности всего народа, другая часть — в частном владении граждан, излишние продукты граждане должны отдавать нуждающимся (таким образом можно избежать социальных взрывов).

Идея существования среднего класса принадлежит именно Аристотелю, хотя сам он называл средний класс «средним элементом», под которым понимал слой не бедных и не богатых людей, дорожащих своим положением и независимостью и удерживающих общество от социальных потрясений. В политии этот слой и был у власти. Идеалы «среднего элемента» порождали и задачи законодательной власти — она должна была сохранять мир и давать гражданам досуг.

Эпикур (341–270 до н. э.) стал родоначальником философии эпикурейцев, основал в Афинах школу «Сад Эпикура», известен сочинениями: «Главные мысли», «О природе», которые были изложены его учеником, римским писателем Лукрецием Каром. По Эпикуру высшим благом является счастье человека, которого можно достичь только умело выбирая наслаждение. Философ делил наслаждения на прочные и преходящие: прочное наслаждение предпочтительнее преходящего. Эпикур считал, что общественная жизнь наслаждения дать не может, он призывал не принимать активного участия в политической жизни, жить незаметно.

О происхождении государства Эпикур говорил следующее: люди всегда стремятся к общей пользе, вступая между собой в договор и устанавливая законы, они соглашаются не причинять друг другу вреда, чтобы не испытывать страха, и таким образом. создают право, которое является продуктом общественного договора, как и само государство. Закон необходим, поскольку защищает мудрых от толпы, а нарушителя лишает прав.

Поскольку для каждого места и времени существует своя справедливость, законы являются лишь формой, их содержание весьма изменчиво, но любая справедливость является соглашением об общей пользе. Если законы ущемляют справедливость, они служат только источником недовольства, поэтому законы и любые действия властей должны соответствовать естественной справедливости (естественному праву). Нарушения естественного права лишает человека возможности наслаждаться жизнью, то есть главной ценности самой жизни.

Эпикур отвергает веру в богов и телеологическую теорию происхождения государства и права. Он говорил о наслаждении, но выступал против показной роскоши, поскольку роскошь притупляет чувства и лишает человека способности наслаждаться жизнью. Философ считал, что люди равны перед законом, поэтому у него было много учеников (эпикурейцев) не только среди мужчин, но также среди женщин и рабов, которые в те времена были наиболее обделены в древнем рабовладельческом обществе. Не призывая к политической активности, Эпикур давал им альтернативу — внутреннюю жизнь, самосовершенствование, учил наслаждаться прекрасным.

Основателем стоицизма считается Зенон Китийский (336–264 до н. э.), который в молодости примыкал к киникам (циникам). По мнению киников высшее благо заключается в полном равнодушии, тотальной апатии к внешним благам, поэтому киники стремились полностью подавить свои страсти. Самый известный киник Диоген жил в бочке, считая собственность и одежду предметами излишней роскоши. Зенон был прельщен идеей отказа от излишнего, но кроме киников у него имелись и другие учителя — Сократ, Аристотель. Примерно в 300 г. до н. э. Зенон стал преподавать в Афинах, в школе «Пестрый зал» (по-гречески: «стоя-по-экиле», отсюда сами названия «стоическая школа», «стоя», «стоики»). Сам Зенон никаких трудов не оставил, однако его идеи развили его ученики и последователи. В стоицизме выделяют древний этап (IV–III вв. до н. э., Панетий, Зенон Китийский, Клеанф, Хрисипп), средний этап (II–I вв. до н. э., Панетий, Посидоний), новый (римский) этап (I–II вв. н. э., Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий). Учение стоиков наиболее известно по трудам Сенеки, Эпиктета, Марка Аврелия.

Стоики считали, что все мироздание управляется судьбой, имеющей божественный смысл, которая является Разумом и Законом всего сущего, естественным законом, общим для всех, а сам естественный закон обладает божественной силой, предписывающей правильное и запрещающей неправильное. Судьба неотвратима, судьбе подчиняются все люди. Идеал мудреца — жить сообразно природе, в соответствии с Разумом, Добродетелью. Все чувственные наслаждения преходящи и не имеют никакой цены. Государство и право существуют по природе, а не по воле людей. Государство возникает из-за природной связи людей, следовательно, общественная жизнь имеет естественные начала. Позитивный закон всегда должен отражать требования естественного права. Если он входит в противоречие с естественным правом, то должен быть отменен.

Политическим идеалом стоиков было мировое государство («космополис») — они были первыми космополитами древности. Зенон и Хрисипп писали, что все люди, и по своей природе, и по закону мироздания в целом, являются гражданами единого мирового государства, по сути, всей вселенной, единство которой зиждется на универсальности естественного (справедливого, божественного) права. Согласно естественному праву рабство не имеет оправдания, оно противоречит общему закону. Но стоики не выступали за отмену рабства, гораздо больше смысла они видели во внутренней, духовной свободе.

Учение Полибия (примерно 200–120 до н. э.) сформировалось под влиянием стоицизма, Полибий считается последним крупным мыслителем Древней Греции. Основной мотив его «Истории» в 40 книгах — путь римлян к мировому господству.

Полибий исходит из представления стоиков о циклическом развитии мира: общественная жизнь существует от природы и направляется судьбой; подобно живым организмам, всякое общество проходит состояния возрастания, расцвета и наконец упадка; завершаясь, этот процесс повторяется сначала. Иными словами, Полибий трактовал развитие общества как бесконечное движение по кругу, в ходе которого «формы правления меняются, переходят одна в другую и снова возвращаются». В Риме он видел состоявшийся космополис (мировое государство). Он много писал о круговороте форм государства.

Сначала люди жили в естественном состоянии — без государства и права, по принципу «побеждает сильнейший», потом отдали власть мудрым — возникла исторически первая правильная форма правления — монархия, а затем начался круговорот политической жизни, который проявляется в последовательной смене шести форм государства.

1) Монархия — единоличное правление вождя или царя, основанное на разуме. Монархия основана на праве.

2) Разлагаясь, монархия переходит в противоположную ей форму государства — в тиранию. Тирания основана на силе.

3) Недовольство тиранами приводит к тому, что тирана свергают при поддержке народа и устанавливается аристократия — власть немногих, преследующих интересы общего блага.

4) Аристократия вырождается в олигархию, где правят немногие, используя власть для стяжательства.

5) Это возбуждает недовольство толпы — народ, не веря больше в правление царей или немногих, возлагает заботы о государстве на самого себя и учреждает демократию.

6) Ее извращением является охлократия (господство черни, толпы) — худшая форма государства; водворяется господство силы, а собирающаяся вокруг вождя толпа совершает убийства, изгнания, переделы земли, пока не одичает совершенно и снова не обретет себе властителя и самодержца.

Развитие государства возвращается к началу и повторяется, проходя через те же ступени. Аристократия является лучшей из перечисленных формой правления, но оптимальной будет смешанная форма правления (сочетающая элементы всех справедливых форм правления).

Марк Туллий Цицерон (106–43 до н. э.) был виднейшим идеологом римской аристократии в период республики. Знаменитый оратор изложил свое политико-правовое учение в диалогах «О государстве» и «О законах», а некоторые аспекты государственно-правовой проблематики затрагиваются им в сочинениях по этике («Об обязанностях») и многочисленных речах.

В правовой и политический обиход Цицерон вводит понятие гражданина как субъекта права, понятие государства как правового общения, определение государства как дела народного (res publicum), вещи народной, достояния народа. Цицерон считает народ не толпой, а сообществом, образованным на основе согласия всех в понимании права и общего интереса, а в государстве видит правовой союз, правовое общение, впервые в истории озвучивая идею правового государства, государства, основанного на справедливости, а не силе.

Государство он называет республикой и считает достоянием всего народа, понимая народ как «соединение многих людей, связанных между собою согласием в вопросах о праве и общностью интересов». Истинная цель республики заключается в том, чтобы «люди свободно владели своей собственностью и чтобы они не подвергались опасности».

Говоря о возникновении государства, Цицерон исходил из совмещения теорий Аристотеля (постепенное вырастание из семьи и селения) и Эпикура (договорная теория), утверждая, что: государство возникает естественным путем, но закрепляется договором. Он подчеркивал, что одной из важнейших задач государства является охрана собственности.

Если государство правовое, то в его основе лежит право, все гражданские сословия в правильном государстве соединяются на условии согласия, правильное государство прочно охраняет правовое равенство своих граждан. Однако Цицерон считал социальное неравенство вполне справедливым, а рабство оправдывал природой.

Цицерон различал естественное право (богоданное право) и позитивный закон (человеческое право). Соответствие принимаемых в государстве законов естественному (природному) праву является критерием их справедливости, поэтому законы должны соответствовать установленному в нем строю, традициям и обычаям предков Цицерон уделял огромное внимание преамбуле закона, видя в ней значительную воспитательную силу. Эти размышления о справедливых законах Цицерон конкретизировал в проектах законов о религии и о магистратах, которые имели выраженный универсальный характер. Он писал: «Ведь мы издаем законы не для одного только римского народа, но и для всех народов, честных и стойких духом».

Важные положения о правовой регламентации государственной деятельности Цицерон высказал в проекте закона о магистратах: он отмечал, что imperium должен быть законным, поэтому следует установить «не только для магистратов меру их власти, но и для граждан меру их повиновения. Ведь тот, кто разумно повелевает, рано или поздно должен будет подчиняться, а тот, кто покорно подчиняется, достоин того, чтобы рано или поздно начать повелевать». Цицероном был сформулирован самый верный и лаконичный принцип правового государства: «Под действие закона должны подпадать все».

Из простых форм правления Цицерон считал наилучшей монархию, а из возможных наилучшей — смешанную форму правления согласно предпочтениям Полибия.

Однако формы правления он ставил в зависимость от «характера и воли» тех, кто правит государством. Он различал в зависимости от числа правящих три простые формы правления: царскую власть, власть оптиматов (аристократию) и народную власть (демократию) — три вполне приемлемые формы, среди которых предпочитал монархию, а менее всего благожелательно отзывался о демократии.

Наилучшим образом, по его мнению, объединены царское благоволение, мудрость оптиматов, народная свобода в совершенной смешанной форме правления. Как и Полибий, лучшим примером Цицерон считал Римскую республику, плод многовековой государственной эволюции. Оратор предупреждал, что правильные формы государства имеют тенденцию вырождения в неправильные: царская власть — в тиранию, власть оптиматов — в олигархию и плутократию, демократия — в охлократию. В последнем случае исчезает не только право, но и государство как таковое.

Римские стоики — Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий — сформировались как мыслители под влиянием древнегреческих стоиков (Зенон, Клеанф, Хрисипп и др.). Наибольшего расцвета эта школа достигла в период кризиса римской государственности, поэтому на первое место вышли идеи фатализма, покорности судьбе, политической пассивности.

Сенатор Сенека (3–65), воспитатель императора Нерона, виднейший государственный деятель, по приказу императора вынужден был покончить жизнь самоубийством. Он отстаивал идею духовной свободы личности, независимо от общественного положения. Сенека считал, что объектом рабства является лишь телесная оболочка раба, по природе раб равен полноправному римскому гражданину, а полноправный римский гражданин может оказаться большим рабом, чем раб в законе. Сенека отмечал, что все люди находятся в неизбывном рабстве у судьбы, а причиной всех причин является божественная судьба. Он видел во Вселенной естественное государство, живущее по нормам естественного права, и считал, что это макрогосударство во сто крат более ценно, чем любое земное государство (даже Римская империя).

Стоик Эпиктет (50–130) по происхождению был рабом, позже стал вольноотпущенником, то есть прошел через рабство по закону. Он полагал, что человек должен постоянно нравственно самосовершенствоваться, он осуждал рабство, критиковал чрезмерное богатство римских вельмож, поучал, что мудрый рабовладелец будет относиться к рабам так, как он хотел бы, чтобы относились к нему, если бы он был рабом, то есть призывал занять нравственную позицию.

Император Марк Аврелий Августин (121–180) был стоиком и оставил книгу размышлений «К самому себе», в которой писал, что государство должно устанавливать законы, одинаковые для всех. Он считал, что разум является для людей общим, именно разум повелевает делать правильное и запрещает делать неправильное.

Начало светской римской юриспруденции по традиции связано с именами Гнея Флавия, который похитил у жрецов и опубликовал сборник юридических формул, и Тиберия Корункания, жившего во второй половине III в. до н. э. Классиками римской юриспруденции являются Гай, Папиниан, Павел, Ульпиан, Модестин (II–III вв.). В имперский период термином jus стали обозначать все светское (человеческое) право, включая естественное право (jus naturale) и позитивное право (обычное право, lex, эдикты магистратов, сенатусконсульты, конституции императоров). Римский юрист Ульпиан провел деление права на публичное (право, которое «относится к положению Римского государства») и частное (право, которое «относится к пользе отдельных лиц»), которое, в свою очередь, делится на три взаимопроникающие части: естественное право (jus naturale), право народов (jus gentium) и цивильное право (jus civile).

В имперский период юристы противопоставляли jus aequum и jus iniquum — равное и справедливое право и право, не отвечающее требованиям равной справедливости. Критерием справедливости (т. е. соответствия justitia) правовых норм считалась Aequitas (конкретизация и выражение естественно-правовой справедливости). Несправедливая правовая норма не могла называться правом, поскольку «тому, что установлено вопреки смыслу права, мы не можем следовать как юридическому правилу».

У римских юристов закон (общемировой закон, человеческий закон — lex) представал не только с формальной (универсальность, высшая юридическая сила), но и с содержательной (соответствие требованиям справедливости) стороны. Однако, признавая справедливость, римские юристы оправдывали существование рабства.

В период принципата и домината римские юристы занимались обоснованием законности и справедливости законодательных притязаний императоров, посвящая толкованию законов многочисленные трактаты, но с получением императорами всей полноты законодательной власти необходимость в профессиональных юристах как толкователях, преобразователях и применителях права отпала, хотя их труды имели особую историческую и теоретическую ценность.

Христианство возникло в Иудее в I в. н. э. как секта иудаизма, затем стало самостоятельной монотеистической религией. На христианство влияние оказал иудаизм и римский стоицизм. Создатели христианской традиции в истолковании Закона Божьего исходили из признания необходимым исполнять требования свода священных законов и их вечной ценности и действенности, но появились и новые положения.

1) Принцип эквивалентности в разрешении возникающих конфликтов в таких формулировках: «Какою мерою мерите, такой и вас будут мерить» и «каким судом судите, таким и сами будете судимы».

2) Принцип равенства людей по природе (как творение Божие).

3) Восприятие человека существом, обладающим разумом и свободой воли (в частности, свободой выбора между верой и безверием).

4) Установление в раннехристианской общине принципов своеобразного коммунизма.

5) Провозглашение принципа лояльности к государственной власти: «Будьте покорны царю, правителю, ибо такова воля Божья» (апостол Петр: «Подчинение властям необходимо — и это в природе всякой надлежащей власти — не только из страха наказания, но и по совести». Интересно, что «начальники» выступают не «приспешниками князя тьмы», а исключительно как «слуги Божий»).

Ранние христиане не стремились изменить общественное и государственное устройство, они желали преобразовать души людей. Равенство людей перед Богом опиралось не только на миф о сотворении человека по образу и подобию Божию и единую родословную от Адама и Евы, но на равенство и «братство» в исполнении заповедей Иисуса Христа, сына Божьего. Сам христианский «закон» часто объединял требования религиозного и светского характера. Наиболее явно это прослеживается в учении апостола Павла о законе — добровольное и уважительное соблюдении тех законов, которые сочетают требования божественных заповедей с их человеческим претворением в законоустановлениях. В первые века существования христианский закон был синонимом христианской морали.

Со временем христианство стало превращаться из гонимой в государственную религию. Христиане стали признавать частную собственность, внутри раннехристианских общин сформировалось духовенство, идеи равенства стали забываться. Когда в IV в. римский император Константин I Великий придал христианству государственный статус, идея равенства была окончательно забыта.

В средневековом мировоззрении, образе жизни, культуре было абсолютное господство религии. Это наложило отпечаток и на политические взгляды: все явления в сфере политики рассматривались с позиций христианского учения, а политические проблемы виделись частью теологических проблем.

По мнению крупнейшего католического теолога Августина Аврелия (353–430), деятельность государства должна быть всецело подчинена реализации воли Божьей. Если государство от этой воли отходит, то искажает свое предназначение, смысл которого состоит в реализации заповеданной Богом общей пользы. Источник зла, социальных и политических потрясений он видел в свободе воли человека, отходящего от божественных предначертаний. Августин Аврелий обосновывает принцип безусловного примата церковной власти над светской.

Средневековый схоластик Фома Аквинский (1225–1274) развивает идею божественного происхождения государственной власти и говорит, что сущность власти, определяемая Богом, благая, но конкретные ее формы, реализуемые людьми, могут быть и дурными, и даже противоречить божественной воле. Избежать этого можно в случае познания всеобщего порядка изменений, установленного Богом и по-разному проявляющего себя в разных сферах действительности, и следования этому порядку. Законы государства должны гармонировать с этим более общим законом и направлять поведение людей в соответствии с его требованиями. Он высказывает совершенно крамольную мысль: если государственная власть отходит от требований божественного закона, подданные имеют право не следовать ее требованиям.

Теологическая концепция продержалась до эпохи Возрождения, когда политика была наконец-то отделена от догматов церкви. Отход от теологической интерпретации прежде всего с работами и взглядами итальянского теоретика политики Никколо Макиавелли (1469–1527), который создал принцип реалистического видения политики. Он доказывает, что в этой сфере люди руководствуются специфическими, отличными от других сфер жизни мотивами поведения, и успех предопределяется не религиозным рвением и не благородством замыслов, но верным расчетом, умением предвидеть последствия тех или иных действий и событий.

Аврелий Августин Блаженный (354–430), один из «отцов церкви», был автором канонических трудов «О граде Божьем», «О свободной воле». Он считал, что Вселенная разделена на два града, два мира: град Божий и град Земной (изначально греховный, но обязанный стремиться к Богу). Поскольку государство и право принадлежат людям, они имеют греховную природу, но в то же время приемлемы, пока не противоречат интересам церкви. В государстве обязательно должны сохраняться справедливость (право) и уважение к религии. Несмотря на греховность Земного града, христианские общины и Христианская церковь вынуждены мириться со светскими властями.

Источник греховности земной жизни он видел в господстве человека над человеком, что приводит к рабству, которое будет продолжаться до Второго пришествия и Судного дня. Поскольку земные порядки даны как испытание для верующих, как преодоление земной неправедности во искупление грехов, их необходимо соблюдать, пока они не входят в противоречие с заповедями церкви. Августин считал, что в государстве должны уважаться и соблюдаться правовые, моральные и религиозные нормы.

Он писал, что человек перед лицом Бога ничтожен и мал, он не цель в себе или для себя, а только средство в осуществлении божественного порядка, инструмент, на котором Бог играет мелодию, и чем внимательнее он вслушивается в слова Бога, тем точнее исполняет то, чего хочет от него Бог.

Августин считал земные государства несовершенными, но он разделял формы правления на справедливые и несправедливые по морально-религиозному принципу: несправедливым с этой точки зрения для него было правление аристократии (клика) или правление жестокого правителя (тирания). Причину существования вселенского зла он видел в свободной воле, в извращенности человеческого ума, который не видит разницы между злом и добром. Правитель только тогда становится хорошим для своего народа, когда он живет с Богом в своем сердце и слушает советы иерархов церкви.

Еретические движения связаны не только с толкованием христианских текстов, но и с недовольством существующими порядками, они чаще всего возникали в наиболее экономически развитых районах Европы.

В XI–XII вв. появилась ересь катаров (чистых) или богомилов. Родина ереси — Сербия и Болгария. Основателем движения был священник Богомил, который развивал идеи манихейства. Катары верили, что кроме светлого бога существует темный, осуждали духовенство и феодальные порядки, Папу считали наместником сатаны. Аналогичные взгляды проповедовали альбигойцы в Южной Франции, вальденсы и др.

В XIV–XV вв. Западную Европу сотрясали бюргерское и крестьянско-плебейское еретические движения.

Бюргерские ереси возникали в основном в среде горожан, недовольных католическими порядками (они требовали секуляризации церковного имущества, отмены церковных иммунитетов, возврата к раннехристианским идеалам, защиты частной собственности от притязаний церкви и т. п.). Идеологами бюргерских ересей были проф. Джон Уинклиф (Англия), Ян Гус (Чехия). Под руководством Яна Гуса в XV в. в Чехии вспыхнуло антифеодальное движение гуситов — в основном это были рыцари и горожане. Гуситы выступали за ограничение церковных полномочий, требовали распространения обряда причащения на всех верующих. Часть бюргерских ересей вылилась в конечном итоге в движение Реформации (Германия).

К крестьянско-плебейским ересям относятся движение лоллардов (Англия), таборитов (Чехия), которые выступали за ограничение прав дворянства, отмену феодальных повинностей, возврата к простоте раннехристианских общин, ликвидации сословных ограничений, они отрицали церковный культ и какую-либо роль католического духовенства. Таборитов, которые в основном были мелкими рыцарями и крестьянами, возглавлял Ян Жижка. Идеи таборитов были восприняты в Германии идеологом крестьянской войны Томасом Мюнцером. Лолларды (которые возглавлялись нищими священниками) оказали огромное влияние на крестьянское движение Уота Тайлера (1381). Идеалы крестьянско-плебейских ересей революционизировали широчайшие слои населения и привели к первым буржуазным революциям в Голландии в XVI в. и в Англии в XVII в.

Важным событием был выход Англии во второй половине XIV в. по решению парламента из-под духовной власти римского папы и утверждение волей короля англиканства, одного из направлений протестантизма.

Фома Аквинский (1224–1274) является крупнейшим представителем средневековой схоластики. Его ум был направлен на поиск доказательств истинности догматов религиозного учения римско-католической церкви. Фома Аквинский считал, что разум должен быть подчинен вере. Фома Аквинат в духе средневековой схоластики рассматривает философию как служанку богословия (ancilla theologiae). Он выступает за активное вторжение церкви в философию и науку, и — естественно — против концепции «двух истин», которая предполагала поиск мирянами «земной истины», низшей по отношению к истине «небесной» (постигаемой откровением и верой), но не зависящей от нее, а порой даже и приходящей с ней в противоречие. Фома Аквинский утверждал, что «земная истина» — ложная и вредная, а духовный поиск могут вести только монахи. Идеологи католицизма ставили впоследствии в заслугу Фоме Аквинскому обращение к науке и философии, широкую эрудицию, обширную логическую аргументацию, интерес к наследию античной культуры.

Первым из средневековых философов Западной Европы Фома Аквинский широко использовал труды Аристотеля. Фома Аквинский был действительно эрудированным человеком с широким кругозором, однако от соединения науки с религией выиграла только последняя; наука, которой вменялось схоластическое теоретизирование, теряла способность к самостоятельному развитию, ей было запрещено заниматься греховными предметами.

Фома Аквинский воспринял идеи Аристотеля, но специфически: он направил их на служение церкви, а то, что выпадало из общего ряда, предпочел не заметить. Его перу принадлежат такие сочинения как «О правлении князей», «Сумма богословия», «Комментарии к „Политике” Аристотеля», «Комментарии к „Этике” Аристотеля». У Аристотеля Фома Аквинский взял прежде всего учение об «активной форме», дающей жизнь «пассивной (косной) материи». Согласно учению Фомы, мир основан на иерархии форм (от бога — чистого разума к духовному миру и, наконец, к материальному), из которых высшие формы дают жизнь низшим.

На самом верху иерархии (земли и неба) стоит Бог, установивший принцип подчинения низших форм высшим. Далее следует сонм архангелов, ангелов, херувимов, серафимов и т. п. Небесный порядок точно отражается в земном. Духовный мир возглавляется папой как наместником Бога. По тому же иерархическому принципу организовано и общество; подданные подчиняются царям и светским властям, рабы должны подчиняться господам.

Фома Аквинский (1224–1274) считается крупнейшим схоластом своего времени. Наибольшее раздражение у него вызывало учение Аверроэса о «двойственной истине», предполагавшее относительность суждений. Церковные постулаты были для него незыблемы, в свете этого он подчеркивал неизбежность рабства как наказания за людские грехи, справедливость сословного разделения общественной структуры, но в то же время он разделял воззрения Аристотеля, который видел задачу государства во всеобщем благе граждан, правда, Фома Аквинский дополнил учение церковным элементом, задачей государства он видел охрану веры и католической церкви.

Исходя из такого понимания государства, он признавал, что при столкновении интересов церкви и государства возможно народное восстание против богомерзкого режима. Как и другие отцы церкви, он видел в государственной власти божественную сущность, но понимал, что конкретные правители могут оказаться греховными. По Фоме Аквинскому государственная власть распространяется только на земные дела.

Основным признаком государственной власти Фома Аквинский считал право издания законов. Церковная власть стоит выше мирской, она решает духовные дела, римский папа является наместником Бога на земле, поэтому светским государям следует подчиняться церкви. В основе идеи Фомы Аквинского лежит учение Августина Блаженного о двух градах. Фома Аквинский видел задачу церкви в борьбе против еретиков, признавал необходимость их казни и инквизиции. Только так можно очистить мир от наиболее греховного элемента.

Сообразно учению Аристотеля, Фома Аквинский выделял справедливые и несправедливые формы государства, организованные попарно: монархия — тирания, аристократия — олигархия, полития — демократия. Правильными он считал монархию, аристократию, политию. Но лучшей и отвечающей природе человека считал монархию, при условии, что монарх олицетворяет весь народ и заботится о его благополучии. В республике Фома Аквинский видел излишнее разнообразие, которое способно приводить к греховным последствиям. Идеальным он считал правильное государство, где все направлено на укрепление веры и общее благо.

Основным признаком государственной власти Фома Аквинский считал право издания законов, поэтому большое место в его политико-правовой доктрине занимает учение о законах, их видах и соподчиненности. По этой доктрине закон определяется как общее правило для достижения цели, правило, которым кто-либо побуждается к действию или к воздержанию от него. В основу доктрины был положен принцип Аристотеля, касающийся деления законов на естественные (самоочевидные) и положительные (писаные), но Фома Аквинский дополнил классификацию делением на законы человеческие (определяющие порядок общественной жизни) и божественные (указывающие пути достижения «небесного блаженства»).

Согласно новой классификации он выявил четыре вида законов: вечный (божественный естественный), естественный (человеческий естественный), человеческий (человеческий положительный) и божественный (божественный положительный). Эти четыре вида законов он характеризовал таким образом:

1. Вечный закон — главный, управляющий миром и естественными склонностями живых существ божественный разум.

2. Естественный закон — отражение вечного закона во всех живых существах, фундамент позитивного права, заключающийся в законах природы и морали.

3. Человеческий закон — позитивное право, основанное на естественном праве и расширяющее его трактовки, однако в силу узости человеческого мышления и греховности человеческого ума человеческий закон часто не совпадает е нормами естественного закона.

4. Божественный закон — Священное Писание.

В правильном государстве правитель следует божественному закону, его подданные обязаны исполнять все существующие законы, нарушение любого закона наказуемо, считал Фома Аквинский. Рассуждая о законотворчестве государственной власти, он имел в виду только возможность издания светскими государями норм человеческого закона, правитель не имеет права вмешиваться в область вечного, естественного или божественного законов.

Фома Аквинский уделял большое внимание обоснованию сословного неравенства. В его время одним из лозунгов еретических движений была идея равенства во Христе, которое понималось как отрицание сословных привилегий, осуждение бесправного положения крестьян. Для обоснования сословно-феодальных привилегий Фома Аквинский возвел иерархию в ранг божественного установления, для этого он ссылался не только на тексты священного писания, обращенные к рабам, но и приводил доводы в защиту рабства, ранее приводимые авторитетными для него мыслителями: «Рабство установлено природой», «оно необходимо для обеспечения досуга» (Аристотель), «рабство установлено «правом народов» (довод римских юристов), «источник рабства — грех» (Августин Блаженный).

Поскольку по учению Фомы Аквинского, человеческий закон не должен противоречить естественному, этот закон понимался им только как правила общежития (у людей нет другого средства самозащиты кроме общества), созданные для сохранения жизни и продолжения рода. Необходимость соответствия человеческого закона естественному означала, что правители не должны действовать против общества, запрещать жизнь, брак, деторождение, но обязаны защищать веру. В средневековую эпоху такое понимание закона было прогрессивным, хотя и носило религиозную окраску.

Католической церковью Фома Аквинский был причислен к лику святых, его учение стало официальной доктриной католицизма и дожило до настоящего времени под названием неотомизма. Последователи этого учения называются неотомистами, неосхоластиками.

Неотомизм как современная католическая теория права предполагает возведение в ранг высших ценностей прав и достоинств человека, защиту прав и свобод личности от произвола власти, хотя в учении самого Фомы Аквинского эти права и свободы понимались гораздо более умеренными (только право на жизнь и продолжение рода), не противоречили устоям феодализма, не улучшали правового состояния зависимых крестьян, обремененных массой повинностей и обязанностей перед сеньором и церковью. Неотомизм принимает также идею «возрожденного естественного права», сложившуюся вне теологии, и имеет расширенное представление о содержании прав и свобод человека в духе современной цивилизации. Исходя из последнего, нетомисты использовали идеи естественного права для борьбы с национал-социализмом, фашизмом, тоталитаризмом.

Средневековый мыслитель Марсилий Падуанский, ректор Парижского университета, жил в 1280–1343 гг. и был известен тем, что, развивая учение Аристотеля о форме и материи, поддержал светские власти в их борьбе против римского папы и обосновал это в пространном сочинении «Защитник мира» (1324 г.). Книга написана в схоластической манере; наполнена рассуждениями о небесных и земных целях человека, законах, определяющих пути достижения этих целей; и имеет вид толкования «Политики» Аристотеля, со ссылками на священное писание. Однако этот средневековый текст содержит ряд идей, явно опередивших время.

Говоря о государственной власти, Марсилий Падуанский отстаивал смелый для средних веков тезис о том, что настоящий источник всякой власти и единственный носитель государственного суверенитета — народ. Он называл людей материей государства, формой которого являются законы, провозглашал, что государство должно стремиться к общественному благу, а не к процветанию церкви, различал законодательную и исполнительную власть. Законодательные полномочия должны принадлежать народу (гражданам или лучшим из граждан), законы должны выражать общее благо, все действия исполнительной власти (правительства) должны соответствовать законам. Рассматривая известные ему формы государства, Марсилий Падуанский склонялся к наследственной монархии.

Говоря о строении общества, он выделял 6 социальных групп: земледельцы, ремесленники, торговцы (первая категория, заботящаяся только о своих личных интересах), духовенство, администрация, военные (вторая категория, исполняющая общественные обязанности). Он считал, что духовная власть должна быть отделена от вмешательства светской власти, а светская — от вмешательства духовной (современный принцип отделения церкви от государства).

Из этого разделения он выводил деление законов на две части: божественный закон, указывающий пути достижения вечного общего блага, где авторитетом является духовная власть (церковь); и человеческий закон, который должен отражать божественный закон на земле, обеспечивая его исполнение принуждением, где авторитетом является светская власть (государство). Система наказаний также была раздельной: грешников (нарушителей божественного закона) наказывает Бог, а преступников (нарушителей человеческого закона) наказывает государство.

Среди первых политико-правовых теоретиков нового времени наиболее выделяется итальянский государственный деятель Николо Макиавелли (1469–1527), автор следующих трактатов: «Рассуждение на первую декаду Тита Ливия», «Государь» (или «Князь» или «О принцепсе»), «О военном искусстве», «История Флоренции». Кроме политических и исторических сочинений он написал также ряд художественных произведений. Макиавелли выступал за централизацию итальянских земель и сплочение их в единое сильное государство. Учение Макиавелли опирается на античные источники и свободно от теологии. По мнению Н. Макиавелли, политика — отражение природы человека, а она отнюдь не благая.

В работах «Государь» и «Рассуждения на первую декаду Тита Ливия» он рассматривает государство как политическое состояние общества: отношение властвующих и подвластных, наличие соответствующим образом устроенной, организованной политической власти, учреждений, законов. Он называет политику «опытной наукой», которая разъясняет прошлое, руководит настоящим и способна прогнозировать будущее. Макиавелли считал, что в основе политического поведения лежат выгода и сила, в политике следует опираться на силу, а не на мораль, которой можно и пренебречь при наличии благой цели. Вывод: в политике цель оправдывает средства.

Есть два способа действия для достижения целей: путь закона и путь насилия. Первый способ — способ человеческий, второй — диких животных. Государи должны уметь пользоваться обоими способами. Макиавелли освобождает политику от принципов морали. Самоуверенность, смелость и гибкость — вот от чего зависит успех политики. Рассматривая формы государственного устройства, он отдает предпочтение республике, а не монархии. Единовластие необходимо при создании и реформировании государств, а республиканское правление является лучшим для поддержания государственной власти.

Рассматривая политику применительно к конкретному обществу, Макиавелли отмечает большое влияние на нее борьбы противоположных классов: простого народа и элиты, имущих и неимущих.

Он предпочитает умеренную республику или «смешанную форму государства», в которой сочетаются демократический, аристократический и монархический элементы власти.

Макиавелли считал образцом государства античную республику (Афины или Рим), целью нормального государства он видел обеспечение благ свободы, чтобы каждый человек свободно пользовался своим имуществом, не страшился за жен и детей, поскольку только заботясь о собственном благополучии, люди обеспечивают общественное и государственное процветание. Независимо от конкретной формы, он рассматривал государство как отношения между правительством и подданными, отношения могут опираться либо на любовь, либо на страх народа, но при этом любовь не должна перерастать в презрение, а страх — в ненависть.

Макиавелли разработал ряд положений для правильного управлению государством, они основаны на знании природы человека. 1) В основе государства — безопасность личности и незыблемость собственности. 2) Мудрый правитель не должен посягать на имущество подданных, поскольку это вызовет ненависть («Люди скорее забудут смерть отца, чем потерю наследства»). Лучшим образом эти основы могут быть обеспечены только при республиканском строе, вслед за Полибием он отдавал предпочтение смешанной (из монархии, аристократии и демократии) форме правления.

К основным формам государства мыслитель относил монархию (княжество) и республику. В республике должны сочетаться интересы демократии, аристократии, монархии: управлять должны одновременно представители народа и знати, глава государства должен быть выборным.

Республика лучше приспосабливается к переменам, в ней проще осуществлять политическую свободу посредством городского самоуправления, где власть принадлежит городскому патрициату, в связи с возможностью перевыборов не нужно бояться злоупотреблений должностных лиц, в связи с отменой феодальных сословных привилегий лучше осуществляется принцип правового равенства граждан, при избрании должностных лиц народ делает более правильный выбор, чем монарх. Макиавелли считал, что даже взбунтовавшийся народ менее страшен, чем необузданный тиран.

Макиавелли уделял много внимания законодательству и праву, считая, что при законности гарантирована общественная безопасность, а само право есть орудие власти, выражение силы. Важнейшей задачей правления считал ведение войны, военную организацию и военную науку: война, по Макиавелли, единственная и исключительная обязанность монарха.

В политико-правовой идеологии Нового времени сочинения Макиавелли занимают особое место. Его политическое учение свободно от теологии; основано на изучении деятельности современных ему правительств, опыта государств античного мира. Он писал, что изучение прошлого дает возможность предвидеть будущее или по примеру древних определить средства и способы действий, полезных в настоящем: чтобы знать, что должно случиться, достаточно проследить, что было; это происходит от того, что все человеческие дела делаются людьми, которые имели и всегда будут иметь одни и те же страсти и поэтому они неизбежно должны давать одинаковые результаты.

Макиавелли указывал, что природа человека одинакова во всех государствах и у всех народов; интерес является наиболее общей причиной человеческих действий, из которых складываются их отношения, учреждения, история, и для того чтобы управлять людьми, надо знать причины их поступков, их стремления и интересы. Устройство государства и его деятельность должны основываться на изучении природы человека, его психологии и влечений: природа создала людей таким образом, что люди могут желать всего, но не могут всего достигнуть. Из-за этого люди беспокойны, честолюбивы, подозрительны и никогда не довольствуются своей долей, так что в политике всегда следует рассчитывать на худшее, а не на доброе и идеальное.

Мыслитель считал, что религия — важное средство политики, поскольку помогает воздействовать на умы и нравы людей. Именно поэтому умные правители и законодатели всегда ссылаются на волю богов, а хорошая религия помогает создать армию и завоевать территорию. Макиавелли считал, что государство должно использовать религию для руководства людьми, поскольку людям свойственно сомневаться в распоряжениях человека, но распоряжения Бога не обсуждаются. Сам Макиавелли не был религиозен, но если для достижения цели требуется опираться на то, во что верят широкие слои населения, он не видел даже повода для сомнений — необходимо это использовать.

Макиавелли видел идеальное государственное устройство в демократической республике, но он был реалистом и понимал, что в современной ему Италии такой идеал недостижим. Почву для идеального государства следует готовить точными и правильными действиями, но осторожно и понемногу: для начала страну нужно очистить от иностранных наемников, мелких тиранов и многочисленных ненужных дворян, эта задача под силу только чрезвычайному единоличному правителю. Единоличному правлению посвящена книга Макиавелли «Государь».

Государь, пишет Макиавелли, должен уподобиться льву и лисе. Государственный деятель не должен быть верен своему слову, договоренностям, обещаниям. Он должен идти к цели без сомнений и колебаний. Идеалом такого государственного деятеля для Н. Макиавелли стал герцог Чезаре Борджиа.

Для укрепления и расширения государства правитель должен решаться на великие и виртуозные злодейства: единственный критерий оценки деятельности правителя — укрепление государства и расширение его границ; цель оправдывает средства, даже аморальные, но все вероломства и жестокости должны совершаться так, чтобы не подрывать авторитет верховной власти — недовольных людей надо либо истреблять, либо ласкать, при этом жестокость лучше, чем милосердие, а скупость для государя лучше, чем щедрость; людям лучше внушать страх, чем любовь.

Но действовать при этом нужно тонко и умело: все обиды и жестокости нужно учиться учинять разом, а благодеяния — растягивать, чтобы лучше запоминалось; дела, не угодные подданным, следует поручать другим (подчиненным, чиновникам), чтобы ненависть и ропот не обратились против государя. Макиавелли предупреждал, что следует внимательно следить за обстановкой и складывающейся конъюнктурой, чтобы использовать то, что само идет в руки, и уклоняться от того, что принесет вред. Правитель должен скрывать темную сторону своей личности: притворяться перед народом носителем нравственных и религиозных добродетелей, овладеть наукой лицемерия. Только так можно создать себе славу великого человека, внушить к себе любовь народа.

Сочинения «Государь» (где даются советы коварному монарху) и «Размышления на первую декаду Тита Ливия» (где восхваляется республиканское правление) имеют только кажущееся противоречие: Макиавелли предпочитал свободную республику, но объединить Италию мог только хитрый и жестокий единовластный правитель.

Эпоха буржуазных революций в Европе положила конец средневековью, началось Новое время. У людей появилась возможность создания политических институтов в соответствии с теоретическими моделями, заранее созданными представлениями о наиболее целесообразных формах политического устройства. Это породило полемику о природе государственной власти.

Английский философ Томас Гоббс (1588–1679) в книге «Левиафан» рассматривает государство как инструмент подавления природного эгоизма людей, их возвращения к природному состоянию «войны всех против всех», поэтому государство должно использовать сильные, жесткие средства. Тот, кто осуществляет государственную власть, не ограничен в своих действиях волей подданных.

Английский философ Джон Локк (1632–1704) исходил из того, что люди, движимые защитой собственного интереса, не обязательно вредят друг другу, но способны взаимодействовать и согласовывать свои поступки.

Оба философа положили начало концепции «общественного договора» — принципа согласования интересов и действий людей ради установления порядка в обществе. Т. Гоббс считал, что правитель находится вне рамок общественного договора, он не связан не только договором, но и им самим установленными правилами. Дж. Локк считал правителя участником общественного договора, принимающим на себя, как и все его участники, определенные обязательства. В работах Дж. Локка получила обоснование идея прав человека, смысл которой заключается в признании, что каждый человек обладает нерасторжимыми с его существованием правами — на жизнь, свободу, собственность, и государство обязано не нарушать, а защищать эти права, индивид же обладает правом на восстание против правительства, которое этого не делает.

Огромное влияние на развитие политической теории и политической практики оказали работы французского философа Шарля Луи Монтескье (1689–1755).

Он обосновал сформулированную Дж. Локком теорию разделения властей, смысл которой заключается в доказательстве необходимости обеспечения независимости трех возможных видов политической власти: законодательной, судебной и исполнительной. Никакая власть не должна быть неограниченной. Монтескье вводит различие двух типов действующих в обществе законов: объективных, необходимых, вытекающих из природы вещей отношений и законов — правил, человеческих установлений. Он доказывает необходимость соответствия человеческих правил объективным законам.

Жан Боден (1530–1596), юрист по образованию, депутат третьего сословия Генеральных штатов в Блуа, был апологетом французского абсолютизма, выступал против феодальной децентрализации и религиозного фанатизма. Боден написал сочинение «Шесть книг о государстве», где сформулировал и обосновал понятие суверенитета как существенного признака государства: «Суверенитет — это абсолютная и постоянная власть государства. Абсолютная, не связанная никакими законами власть над гражданами и подданными».

Согласно античным авторам, Боден сравнивал власть отца и мужа в семье с властью монарха в государстве: основой семьи и государства он считал частную собственность, подчеркивая, что общность имущества невозможна, поскольку противоречит божественным установлениям и природе человека. Власть государства, писал он, постоянна и абсолютна; это высшая и независимая власть как внутри страны, так и в отношениях с зарубежными державами; выше носителя суверенной власти только Бог и законы природы.

Боден считал, что государственная власть верховна и суверенна, постоянна во времени и пространстве: 1) суверен вне (выше) закона и не связан волей других субъектов политической системы; 2) он делает все, что считает нужным в законодательной, исполнительной, судебной государственных сферах; 3) власть суверена ограничивается лишь естественными и божественными законами (в частности, неприкосновенностью частной собственности); 4) суверенитет может принадлежать либо одному лицу (королю), либо одному собранию (парламенту), либо всему народу, смешанная форма государства с разделением государственного суверенитета невозможна; 5) смешанной может быть только правительственная (исполнительная) власть.

Вывод: суверенитет означает прежде всего независимость государства от папы римского, от Церкви, от германского императора, от сословий, от другого государства; суверенитет как верховная власть включает права издавать и отменять законы, объявлять войну и заключать мир, назначать высших должностных лиц, осуществлять верховный суд, право помилования, права чеканить монету, устанавливать меры и веса, взимать подати.

Из этого рассуждения вытекало следующее положение: если государственный суверенитет единолично принадлежит королю (что является наилучшим), то Генеральные штаты (парламент) никак не должны препятствовать суверенной воле короля, поскольку он наместник Бога на земле и призван управлять другими людьми.

Ж. Боден отверг классическое разделение форм государства на правильные и неправильные, создав классификацию по типу суверена (главы государства), который принимает законы: один человек (король) — монархия, несколько людей (парламент) — аристократия, весь народ — республика. Предпочтение Боден отдает монархии, с суверенной властью, принадлежащей одному человеку, — королю, поскольку «в республике народ не способен прийти к правильным решениям, демократия соседствует с анархией, общее благо там погибает». Правление аристократии, считал он, уничтожает народные массы и только в монархии государственная власть единая и нераздельная, по-настоящему сильная. Ученый выделял три типа монархии:

1. Законная (королевская).

2. Сеньориальная (основанная на праве завоевания).

3. Тирания (обусловленная не методами управления, а незаконной узурпацией власти тираном, что неприемлемо, т. к. он становится государем насильственным путем, не имея на престол никаких законных прав, и его разрешается низложить и убить).

Монархия как форма правления имеет долгую историю, продолжает существовать в большинстве государств мира, и необходима обширным государствам. Боден считал, что все государства создавались путем завоевания или внутреннего насилия, но не по договору, затем в Европе они преобразовались в законные монархии, в которых народ повинуется монарху, а монарх повинуется божественным и естественным законам, оставляя подданным естественные свободы и неприкосновенную частную собственность. Он считал, что наилучшая форма правления — королевская монархия, где верховным сувереном является король, а правительственная власть может делегироваться королем другим государственным органам и должностным лицам, которые должны быть аристократами. Боден считал, что наследственная монархия наименее подвержена государственным переворотам, и выступал за абсолютную монархию.

Он выделял также два вида государственных объединений:

1. Основанные на неравенстве — федерация, где суверенитетом обладают только федеральные власти.

2. Основанные на равенстве — конфедерация, где суверенитетом обладают субъекты конфедерации.

Учение Бодена о государственной власти было свободно от богословия, в этом светском учении он обосновал требование политической централизации страны, что было прогрессивным для Франции того времени.

Томас Мор (1478–1535), правовед по образованию, прославился как блестящий адвокат, был избран в парламент, затем занимал должность судьи, помощника шерифа г. Лондона и другие должности. В 1516 г. он опубликовал «Золотую книгу, столь же полезную, как и забавную, о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопии», более известную как «Утопия». Сочинение написано в виде диалога: мореплаватель рассказывает о различных народах и странах, в том числе об острове Утопии, где он побывал.

В первой части сочинения Мор критикует политику огораживания и законодательство современной ему Англии, порицая бессмысленную жестокость многочисленных законов, направленных против краж и бродяжничества. Мор задается вопросом о причинах преступности и видит их в частной собственности и обусловленных ею противоречиях интересов личности и общества, богатых и бедных, праздности и изнурительного труда, роскоши и нищеты. Частная собственность и деньги порождают преступления.

Во второй части «Утопии» Мор описал идеальное коммунистическое государство, построенное на принципе отрицания частной собственности: и земля, и производимая продукция в Утопии — общественное, производственную структуру составляет семейно-ремесленная организация труда на началах трудовой повинности, которую отбывают все граждане (по 6 часов в день) под наблюдением особых должностных лиц. Нужды в Утопии нет, но нет и избытка, потребности сокращены. Кроме свободных граждан существуют и рабы, выполняющие неприятные работы, ими становятся военнопленные и преступники, рабство не является наследственным.

Должностные лица выбираются ежегодно из старейшин, умудренных жизненным опытом. Учреждено «смешанное правление» В Утопии Мора фактически уничтожена сфера частной жизни: все человеческое строго регламентировано — граждане должны быть одинаково счастливы и одинаково бедны. После публикации сочинения словом «утопия» стали называть различные неосуществимые проекты.

Доминиканский монах Томмазо Кампанелла (1568–1639) за участие в подготовке восстания против испанского ига в Калабрии попал в заточение на 27 лет, где написал, в ответ на «Утопию» Томаса Мора, «Город Солнца» (издано в 1623 г.). Город Солнца Кампанелла расположил где-то на острове около экватора. Его основал народ, решивший «вести философский образ жизни общиной», по рецепту Мора: нет частной собственности, все трудятся в соответствии со своими природными склонностями, труд почетен, воспитание и обучение связаны с производительным трудом, организуются и регулируются государством.

Кампанелла, подобно Платону, пытался распространить принцип общности на брачно-семейные отношения; но производственной ячейкой в Городе Солнца является не семья, а мастерская или бригада. Кампанелла осуждает рабство; поэтому преступников в Городе Солнца не присуждают к общественным работам, но и без этого в Городе Солнца значительно резче, чем в «Утопии», сказались уравнительность и грубый аскетизм: вся жизнь соляриев тщательно регламентирована, они носят одинаковую одежду, получают одинаковую пищу (в общественных столовых), военным строем отправляются работать, питаться, отдыхать, развлекаться.

Во главе управленческой иерархии стоит Метафизик. Занятия соляриев следующие: военным делом руководит правитель Мощь, наукой руководит правитель Мудрость, воспроизводством населения, обеспечением его пищей и воспитанием граждан руководит правитель Любовь. Земледелием, ремеслами и прочими занятиями руководят правители с подчиненными им должностными лицами — специалистами в этих областях. Солярии получают от общины все, в чем нуждаются, а должностные лица тщательно следят за тем, чтобы никто не получал больше, чем ему следует. Государство вмешивается во все, включая творчество, для общего блага и одинакового счастья, которое мыслится как аскетизм, подчинение авторитетам, добровольный отказ от индивидуальности, более всего ценится принцип единообразия — одинаковое жилье, одежда, пища, занятия, развлечения, строй мысли, привычки.

Главенствующими признаются только интересы государства, интересы конкретного человека рассматриваются в ключе того, что люди являются частичками единого государственно-общественного целого. Государство контролирует буквально все, влезает во все отношения и даже мысли человека.

Теория общественного договора (естественного права) была сформулирована в работах раннебуржуазных мыслителей: Г. Гроция, Т. Гоббса, Д. Локка, Б. Спинозы, Ж.-Ж. Руссо в XVII–XVIII вв. По этой теории, до появления государства люди находились в «естественном состоянии», обладали «естественным правом», полученным от Бога или от Природы, но в процессе развития человечества права одних людей приходят в противоречие с правами других, нарушается порядок, возникает насилие. Чтобы обеспечить нормальную жизнь, люди заключают между собой договор о создании государства, добровольно передавая ему часть своих прав.

Общественный договор, создающий государство, понимался как согласие между индивидами на объединение, на образование государства, превращая неорганизованное множество людей в единый народ. Но это не договор-сделка с будущим носителем власти, а договор, имеющий конститутивный (устанавливающий) характер, создающий гражданское общество и государственное образование — политическую организацию: государство. В договорной теории различали первичный договор объединения и вторичный договор подчинения, договор народа с князем или иным государственным органом. При этом общественный договор мыслился не как исторический факт подписания всеми какого-либо конкретного документа, который лег в основу появления государства, а как состояние общества, когда люди добровольно объединились в государственно-организационную форму, как принцип, обосновывающий правомерность государственной власти.

Договорная теория использовалась в разных целях. Руссо обосновывал начала народовластия, народного суверенитета, поскольку первично власть принадлежала объединившемуся в государство народу и могла быть отобрана им от недобросовестного правителя. Гоббс доказывал, что если власть добровольно передана правителю, например князю, то он — князь — отныне обладает неограниченными полномочиями. Локк обосновывал конституционную монархию, так как общественный договор представлял собой компромисс между народом и правителем.

Эта теория имела демократическое содержание, обосновывая естественное право народа на свержение власти негодного монарха, вплоть до революционного восстания.

Голландский юрист Гуго Гроций (1583–1645) написал трактаты «Свободное море», «О праве войны и мира в трех книгах» под воздействием буржуазной революции в Нидерландах. Целью трактата было решение актуальных проблем международного права той эпохи. Но разбор теоретических проблем войны и мира потребовал решения более общих вопросов о праве, справедливости, их источниках, формах существования, методах изучения. В результате Гроций разработал политико-правовую доктрину, основанную на новой методологии, содержащей оригинальные решения ряда проблем общей теории права и государства, а также некоторые радикальные для того времени программные положения.

Гроций различает право естественное и право волеустановленное. Для естественного права источником является человеческий разум, в котором заложено стремление к спокойному общению человека с другими людьми. На этой основе базируются предписания естественного права (требования разума), к которым Гроций относит «как воздержание от чужого имущества, так и возвращение полученной чужой вещи и возмещение извлеченной из нее выгоды, обязанность соблюдения обещаний, возмещение ущерба, причиненного по нашей вине, а также воздаяние людям заслуженного наказания».

Волеустановленное право (которое делится на человеческое и божественное) должно соответствовать предписаниям естественного права: общество преследует ту цель, чтобы пользование своим достоянием было обеспечено каждому общими силами и с общего согласия, по этой причине справедливость как условие общежития «целиком состоит в воздержании от посягательств на чужое достояние».

Гроций считал, что государство должно обеспечивать общую пользу, поскольку является союзом свободных людей. В государстве он видел сознательную деятельность людей, результат общественного договора, что шло вразрез с теологической концепцией богоустановленности государства, характерной для того времени. Государство служит основой длящихся отношений власти и подчинения. Верховная государственная власть, обладающая государственным суверенитетом, издает законы, осуществляет правосудие, назначает должностных лиц и руководит ими, взимает налоги, решает вопросы войны и мира, заключает международные договоры. Действия государства должны быть направлены на признание и охрану частной собственности своих граждан. Считая договор важнейшей основой отношений между государствами, Гроций выступал против войн и утверждал, что в международных отношениях все решает не сила, а договор.

Гроций считал, что некогда существовало «естественное состояние», когда не было ни государства, ни частной собственности, но развитие человечества, утрата им первоначальной простоты, стремление людей к общению, их способность руководствоваться разумом побудили их заключить договор о создании государства. Он не признавал общепринятой концепции «богоустановленности» власти. Создание государства Гроций к деяниям людей, а не Бога: первоначально люди объединились в государство не по божественному повелению, но добровольно, убедившись на опыте в бессилии отдельных рассеянных семейств против насилия, откуда ведет свое происхождение гражданская власть. Теория получила название договорной.

Подобные идеи договорного возникновения государства высказывались задолго до Гроция; еще в античности договорная практика была характерна для многих феодальных городов в средние века — договоры между феодалами, между феодалами и городами были формой, источником права, в том числе и публичного. Однако именно Гроций стал рассматривать договор о создании государства как исходное понятие теории государства, как основу самого государства, длящихся отношений власти и подчинения. Все теоретические построения XVII–XVIII вв., объясняющие сущность, причины, способы создания государства, исходили из этой посылки Гроция.

Гроций определяет государство как «совершенный союз свободных людей, заключенный ради соблюдения права и общей пользы». Он считает, что признаком государства является верховная власть, к атрибутам которой Гроций относит издание законов (в области как религиозной, так и светской), правосудие, назначение должностных лиц и руководство их деятельностью, взимание налогов, вопросы войны и мира, заключение международных договоров.

В то же время Г. Гроций не был согласен с концепцией народного суверенитета. Он ставил на первое место не волеизъявление граждан, а волю государства. Для него носителем государственного суверенитета могло быть либо одно лицо (монарх), либо несколько лиц (собрание), но без согласия правителей народ не может изменить форму правления.

По концепции естественного права Г. Гроция, право основано не на воле Бога, а на природе человека: у людей заложено стремление к мирному общению (Аристотель), которое организовано согласно разуму, и это стремление к общению является источником права, независимым от положительного (позитивного) права. Таким образом, право стремится к самой природе человека и не зависит от законов, установленных у различных народов.

К принципам естественного права Г. Гроций относил:

1. Не трогать чужого добра.

2. Возвращать то, что нам не принадлежит.

3. Исполнять обещания.

4. Вознаграждать за причиненный вред.

5. Воздавать людям заслуженное наказание.

Он считал, что право соответствует природе общественно разумных существ (людей). Но существует также установленное (неестественное) право, которое можно разделить на божественное и человеческое право. Источником позитивного (человеческого) права является воля людей. Человеческое право подразделяется на внутригосударственное и международное (jus gentium). Естественное право, которое никем не может быть нарушено или изменено, стоит выше любой градации неестественного права.

Гроций противопоставлял требования естественного права нормам права волеустановленного и существовавшим в большинстве стран феодальным правовым институтам, что явилось орудием критики феодального права и феодального строя в целом. Хотя Гроций не делал радикальных выводов из теории естественного права; но теоретическую базу для таких выводов он тем не менее заложил: впоследствии идеологи революционной буржуазии ссылались на теоретические труды Гроция.

Труды Гроция были вполне светскими изысканиями, несмотря на привычку автора ссылаться на Бога и Священное писание, Бог в доктрине Гроция был подчинен законам природы. Философ писал, что естественное же право столь незыблемо, что не может быть изменено даже самим Богом, и подобно тому, как Бог не может сделать, чтобы дважды два не равнялось четырем, так точно он не может зло по внутреннему смыслу обратить в добро. По Гроцию, естественному праву должно соответствовать не только человеческое, но и божественное волеустановленное право (предписания религии).

Известный английский поэт Джон Мильтон (1608–1674) был основоположником учения индепендентов. В целом индепенденты не были сторонниками широкой демократии; поначалу они стремились утвердить в Англии конституционную монархию, затем (после 1649 г.) республику с цензовым избирательным правом. Позицию индепендентов ярко выразил в споре с левеллерами зять Кромвеля генерал-комиссар Генри Айртон (1611–1651). «Все главное, о чем я говорю, сводится к необходимости считаться с собственностью. Ведь она является важнейшей основой всего королевства, и если вы, — обращался он к левеллерам, — уничтожите ее, вы уничтожите все».

Мильтон защищал свободу совести и равноправие всех религий, кроме католической. Мильтон, опровергая доводы идеологов абсолютизма в защиту прав короля, писал, что государство создано по велению Бога общественным соглашением народа, который, в силу прирожденной свободы людей, имеет право управлять собой и создать тот образ правления, какой ему угодно. Для защиты общего блага народ назначил правителей, королей и сановников, над которыми поставил законы. Если короли говорят, что их власть от Бога, то от Бога же и свобода народа, власть которого первична, основана на прирожденных правах. Король же, правящий тиранически, — нарушитель договора и законов. Когда тирана судят вместо того, чтобы просто убить, — это проявление кротости и милосердия народа. Такими доводами Мильтон оправдывал революцию и казнь короля.

Дж. Мильтон из естественно-правовой концепции делает вывод о допустимости революции: королевская власть в государстве нужна для защиты мира, но чтобы ограничить произвол королей и их сановников, над ними существуют законы, поскольку власть дана королю народом в порядке поручения, король отчитывается не только перед Богом, но и перед народом, и если монарх не выполняет свои функции и нарушает законы, то его можно низложить (концепция народного суверенитета). Дж. Мильтон считал, что необходима правильная избирательная система, чтобы у народа появилось право голоса, но для этого требуется система избирательных цензов — таким образом лучшие люди смогут прийти к власти.

Одним из идейных лидеров левеллеров (уравнителей), наиболее радикальной группировки в английской буржуазной революции, был Джон Лильберн (1613 (1614 или 1618)–1657). Его труд «Народное соглашение», который еще называют «Республиканской конституцией Англии», являлся программой действия левеллеров. В многочисленных памфлетах, петициях, проектах и письмах Лильберн ссылался на «божье слово», разум и естественное право. Последнее занимает стержневое место в его доктрине, причем толкуется более как прирожденные права англичан.

Прирожденными правами Лильберн и его единомышленники считали свободы слова, совести, печати, петиций, торговли, свободу от военной службы, равенство перед законом и судом. Все люди «по природе равны и одинаковы по силе, званию, власти и величию». Левеллеры резко выступали против сословных различий и привилегий. К числу естественных прав они относили частную собственность: «Каждой личности дана личная собственность природой так, чтобы никто ее не нарушал и не узурпировал».

Левеллеры провозглашали такие естественные права и свободы личности, как право собственности, свободу совести, свободу печати, свободу промышленной и торговой деятельности. Также прирожденными и неотъемлемыми объявлялись равенство всех перед законом и судом. Никакие власти и никакие органы, по мнению левеллеров, не полномочны отменять либо изымать эти естественные права и свободы человека. Объективно данное мнение покоилось на той презумпции, что естественные права и свободы людей существуют раньше и стоят выше всякого гражданского, позитивного закона.

Первостепенное значение левеллеры придавали проблемам демократизации государственного строя Англии. Государство, писал Лильберн, создано взаимным соглашением людей «для доброй пользы и блага каждого». Отсюда проистекает неотчуждаемое право народа организовать государство таким образом, чтобы это благо было обеспечено. Власть должна быть основана на свободном выборе или согласии народа; никто не может господствовать над людьми без их свободного согласия.

Дж. Лильберн выступал за уничтожение палаты лордов, реорганизацию палаты общин на демократических началах. Все должностные лица должны быть подотчетны парламенту. В основе государственной власти, по мнению Дж. Лильберна, лежит общественный договор, которым учреждается правительство. Власть должна быть основана на свободном выборе или согласии народа; никто не может господствовать над людьми без их свободного согласия. Исходя из этого, левеллеры требовали ликвидации королевской власти, палаты лордов, резко критиковали противостоявшие народу органы власти.

Ими разработаны проекты «Народного соглашения» — республиканской конституции Англии. К основным требованиям левеллеров в области политической относились: народное представительство, избираемое на один или два года; предоставление избирательных прав всем англичанам с 21 года (кроме бывших активных сторонников короля); закрепление прирожденного права англичан избирать шерифов, судей и других должностных лиц; совершенствование избирательной системы (равная, пропорциональная система выборов).

Дж. Лильберн ставил во главу угла народный суверенитет, т. к. любая власть (и парламента, и должностных лиц исполнительной власти) является производной от народной воли. Отстаивая принцип законности (равный для всех закон, без изъятий и привилегий), Лильберн близко подходил к идее «разделения властей». Порицая всевластие «Долгого парламента», Лильберн утверждал, что неразумно, несправедливо и губительно для народа, чтобы законодатели были одновременно и исполнителями законов. Не может парламент и осуществлять правосудие; депутаты должны лишь принимать законы, правила, инструкции для судов и должностных лиц, равно обязательные для всех (и для депутатов). В то же время все исполнители законов — чиновники, офицеры, судьи — не должны быть депутатами парламента.

Присяжные (в суде) должны избираться народом, что, с одной стороны, обеспечит независимость судебной власти, а с другой — обеспечит соблюдение принципа народного суверенитета и в правосудии. Левеллеры утверждали, что при соединении в одних руках власти принимать законы, исполнять их и осуществлять суд неизбежны возрождение привилегий, нарушения законности, узурпация власти.

Дж. Лильберн выступал за формальное равенство всех перед законом и правосудием, но равенство ограничивалось только сферой гражданских политических прав.

Джерард Уинстенли (1609–после 1652) был теоретиком и идеологом диггеров («истинных левеллеров»), его перу принадлежат такие труды, как «Новый закон справедливости», «Закон свободы» (1652). Революция, как писал Уинстенли, не закончена: всецело заслуживает одобрения упразднение монархии и палаты лордов, однако ненавистное королевское правление не будет уничтожено до тех пор, пока сохраняются частная собственность и обусловленное ею порабощение народа. Уинстенли первым сформулировал понятие свободы, отличное от буржуазной идеологии: «Истинная республиканская свобода заключается в свободном пользовании землей. Истинная свобода там, где человек получает пищу и средства для поддержания жизни».

Он утверждал, что каждый человек должен иметь столько земли, сколько способен обработать. Купля-продажа земли должна быть запрещена. Каждый должен наслаждаться трудом рук своих. Дж. Уинстенли составил проект конституции государства, основанного на общности имуществ. Проект состоял из 62 законов (законы об обработке земли, о складах, о наблюдателях, о выборах должностных лиц, о свободе, о браке, законы против измены, против купли-продажи, против праздности и др.).

Дж. Уинстэнли предлагал отменить частную собственность, торговлю, деньги, имущественное неравенство. Все необходимое для жизни люди будут брать из общественных складов. Все будут абсолютно равны. Для осуществления программы диггеров необходима революция, после чего — переходный период (от частной собственности к общности имущества). В парламенте должны заседать малоимущие и неимущие граждане, его депутаты должны переизбираться ежегодно, необходимо ввести всеобщее избирательное право для всех мужчин-англичан, достигших 20-летнего возраста и не домогающихся государственных должностей.

Основное внимание Дж. Уинстенли уделяет законам и воспитанию, которые должны сообща искоренить частную собственность. Принятые законы должны обсуждаться народом, который вправе их отклонить. Должностные лица, как и парламент, должны переизбираться ежегодно. Государство у Дж. Уинстенли представляется как единая, управляемая свыше семья. Внимание он уделял созданию централизованной службы информации, возглавляемой начальником почты, и организации правильного судопроизводства.

Томас Гоббс (1588–1679), английский философ-материалист, виднейший представитель естественно-правового учения, убежденный сторонник абсолютной монархии, в период революции занимал очень сложную позицию. Он написал ряд произведений («Защита власти и прав короля, необходимых для сохранения мира в государстве», «О гражданине», «О теле», «О человеке»), основное из них — «Левиафан, или материя, форма и власть государства» (1651 г.).

Учение о праве и государстве Гоббс стремился превратить в столь же точную науку, как геометрия, которая «является матерью всех естественных наук». Однако намерение Гоббса создать свободное от субъективных оценок политико-правовое учение оказалось несбыточным: сами исходные позиции несли отпечаток бурной политической борьбы в Англии той эпохи. Гоббс признавал только три формы государства и отдавал предпочтение неограниченной монархии.

В «Левиафане» Т. Гоббс отстаивает абсолютную власть неограниченного монарха. Государство — это великий Левиафан (библейское чудовище), искусственный человек или земной бог; верховная власть — душа государства, судьи и чиновники — суставы, советники — память; законы — разум и воля, искусственные цепи, прикрепленные одним концом к устам суверена, другим — к ушам подданных; награды и наказания — нервы, благосостояние граждан — сила, безопасность народа — занятие, гражданский мир — здоровье, смута — болезнь, гражданская война — смерть.

Власть суверена абсолютна: ему принадлежат право издания законов, контроль за их соблюдением, установление налогов, назначение чиновников и судей; даже мысли подданных подчинены суверену — правитель государства определяет, какая религия или секта истинна, а какая нет. Государство распоряжается силами и способностями отдельных лиц в интересах общего блага. Общественным договором люди отказались от своих естественных прав в пользу государства. Власть государственного суверена является абсолютной.

Гоббс был убежденным противником всяческих революций, он осуждал смуты, мятежи, попытки парламента ограничить власть короля.

Т. Гоббс считается основоположником механистического материализма. Математический (геометрический) метод он считал универсальным для всего научного познания. Механистические воззрения Т. Гоббс перенес и на природу государства, рассматривая государство как единый грандиозный механизм (Левиафан (библейское чудовище) в его определении).

Базисом для построения своего учения Гоббс сделал изучение природы и страстей человека, его мнение по этому вопросу было крайне пессимистично: людям присущи соперничество (стремление к наживе), недоверие (стремление к безопасности), любовь к славе (честолюбие). Страсти делают людей врагами: «человек человеку — волк» (homo homini lupus est), а в основе природы человека лежит страх, вытекающий из человеческого эгоизма. В естественном состоянии, где нет власти, держащей людей в страхе, они находятся в «состоянии войны всех против всех», поскольку человек ищет всегда не общения, а господства над другими.

Люди по природе равны друг другу, поэтому в естественном состоянии каждый человек имеет право на все, что приводит к тому, что все борются друг против друга. «Состояние войны всех против всех» не может быть постоянным и вынуждает людей искать путь к прекращению естественного состояния; что и происходит согласно естественным законам, предписаниям разума: если естественное право предполагает свободу делать все для самосохранения; то естественный закон запрещает делать то, что пагубно для жизни.

В поисках мира требуется выйти из естественного состояния (первый естественный закон Т. Гоббса), из чего вытекает обязанность проявлять благодарность, прощать прошлые обиды, проявлять уважение к другим людям — то есть применять естественные и вечные законы. Все, что эти законы запрещают, никогда не может быть дозволено.

Заключается общественный договор каждого с каждым и при помощи этого договора масса людей превращается в единое общество, образуя новое лицо, чья воля объединяет и выражает волю всех. Лучшей формой правления Т. Гоббс считал монархию.

Гоббс считал, что государственная власть никем и ничем не ограничена, она стоит над гражданским законом и подобна человеческой душе в государственном теле: только верховная власть вправе решать, что хорошо для государства. Государственная власть является абсолютной и, по мнению Гоббса, даже мысли и религиозные чувства подданных должны быть подчинены воле суверена. Для него подданные — рабы государства.

Он делает противопоставление: обеспечение мира и безопасности требует возложения на подданных в области политических отношений одних лишь обязанностей, предоставления суверену — только прав. Отсутствие у подданных каких-либо прав по отношению к суверену Гоббс толкует как правовое равенство лиц в их взаимных отношениях. Но в области частноправовых отношений подданным должна предоставляться широкая правовая инициатива, система прав, свобод и их гарантий.

Гоббс не был сторонником феодально-сословного деления общества на привилегированных и непривилегированных, поэтому в отношениях между подданными суверен должен обеспечить равную для всех справедливость («принцип которой гласит, что нельзя отнимать ни у кого того, что ему принадлежит»), незыблемость договоров, беспристрастную защиту для каждого в суде, определить равные налоги, обеспечить сохранность той собственности, «которую люди приобрели путем взаимных договоров взамен отказа от универсального права». Он видел в частной собственности главное условие общежития, «необходимое средство к миру. Частная собственность не гарантирована от посягательств на нее со стороны суверена, но это относится к установлению налогов, которые должны взиматься с подданных без каких-либо исключений и привилегий.

Гоббс считал, что неограниченность власти и прав правителя государства не означает торжества абсолютизма континентального образца, с его сословным неравенством, всеобщей опекой и тотальной регламентацией, и призывал суверена поощрять всякого рода промыслы и все отрасли промышленности.

Гоббсу принадлежит понимание свободы как права делать все то, что не запрещено законом: там, где суверен не предписал никаких правил, подданный свободен делать или не делать согласно своему собственному усмотрению. Цель законов он видел не в том, чтобы удержать от всяких действий, а в том, чтобы дать им правильное направление.

Политико-правовые итоги «Славной революции» получили теоретическое обоснование в трудах английского философа Джона Локка (1632–1704). Основным трудом Локка являются «Два трактата о государственном правлении» (1689–1690). В этом произведении Локк дал критику теологическо-патриархальной теории и изложил свою концепцию естественного права.

Дж. Локк считается непоследовательным материалистом, то есть он допускал существование Бога как некой основы мира, но он был приверженцем естественно-правовой теории. Дж. Локк не считал естественное состояние войной «всех против всех». Главными основополагающими ценностями естественного состоянии Дж. Локк считал свободу и равенство, поэтому он утверждал, что феодальный строй противоречит естественному праву.

Он утверждал, что собственность как естественное право возникает до государства и существует независимо от государства, а свобода включает свободу на действия, свободу на труд и его результаты. Частная собственность рождается из труда. Именно труд, по мнению Локка, отделяет «мое», «твое» от общей собственности; собственность — нечто, неразрывно связанное с личностью: «То, что человек извлек из предметов, созданных и предоставленных ему природой, он слил со своим трудом, с чем-то таким, что ему неотъемлемо принадлежит и тем самым делает это своей собственностью». Обоснование частной собственности было направлено как против уравнительных теорий (если люди не равны по трудолюбию, способностям, бережливости, то и собственность не может быть равной), так и против феодального произвола, посягательств абсолютной монархии на имущество подданных (произвольные налоги, поборы, конфискации).

Локк считал, что господство, основанное на началах абсолютизма, не может быть признано государством, поскольку над абсолютным монархом нет суда, он по отношению к своим подданным как бы остается в естественном состоянии, а это противоречит равенству в правах.

Локк обосновывал идею прав и свобод человека, существующих в догосударственном состоянии, исходя из того, что естественное состояние — это «состояние полной свободы в отношении действий и распоряжения своим имуществом и личностью… состояние равенства, при котором всякая власть и всякое право являются взаимными, никто не имеет больше другого».

Дж. Локк разработал учение о разделении властей. Доктрина гласит, что следует различать три ветви власти: исполнительную, законодательную, союзную (федеративную), последней подведомственны вопросы внешней политики. Судебную власть Дж. Локк не выделял из исполнительной, а суд не отделял от администрации. Он считал, что законодательная и исполнительная власти не должны находиться в одних руках, поскольку в противном случае носители власти могут принимать выгодные только для них законы и сами же исполнять их, делать для себя изъятия из общих законов и другими способами использовать политические привилегии в своих интересах, к ущербу для общего блага, мира и безопасности, естественных прав подданных.

Он боялся узурпации власти и выступал за то, чтобы орган, осуществляющий законодательную власть, не заседал постоянно, другой причиной сессионности заседаний законодателей было такое рассуждение: принять закон — недолгое дело; но постоянно заседающий законодательный орган опасен для стабильности законов; определенные права депутатов, данные им на время заседания парламента, могут превратиться в привилегии, выводящие их из-под власти законов. Локк исходил из реалий тогдашней Англии: во времена революции депутаты «Долгого парламента» уже пытались сосредоточить в своих руках всю полноту власти в интересах то одной, то другой политической группировки.

Каждая власть должна принадлежать отдельному органу: законодательная — парламенту (представительному учреждению всей нации); исполнительная — монарху или кабинету министров; союзная — специальным органам, впрочем, монарх может совмещать исполнительную и союзную власти. Локк считал также, что наделение законодательной властью монарха и правительства приводит к направлению их политических привилегий против естественных прав подданных. Разделение властей не исключает их единства под верховенством законодательной власти.

Законодательная власть является высшей властью в том отношении, что законы обязательны для правительства, чиновников и судей. Монарх как глава исполнительной власти имеет прерогативы: право распускать и созывать парламент, право вето, право законодательной инициативы, даже право в интересах общего блага совершенствовать избирательную систему для более равного и пропорционального представительства. Но деятельность монарха и правительства должна быть строго подзаконна. Народ имеет право на восстание против монарха, злоупотребляющего своими прерогативами.

Поскольку при создании государства люди частично отказались от природных прав и свободы, передав их обществу в целом, гарантом естественных прав и свобод выступает государство, издающее законы, снабженные определенными санкциями. Локк считал, что государство создано для гарантии естественных прав (свобода, равенство, собственность) и законов (мир и безопасность), оно не должно посягать на эти права, должно быть организовано так, чтобы естественные права были надежно гарантированы.

Он писал, что свобода людей в условиях существования системы правления заключается в том, чтобы жить в соответствии с постоянным законом, общим для каждого в этом обществе и установленным законодательной властью, созданной в нем; это свобода следовать моему собственному желанию во всех случаях, когда этого не запрещает закон, и не быть зависимым от непостоянной, неопределенной, неизвестной самовластной воли другого человека.

Локк обосновал необходимость естественных прав, выражающих основные требования буржуазии в области права (свобода, равенство, собственность), и это принесло ему славу основателя либерализма; а исследование гарантий этих прав, их защиты от произвола власти, обоснование разделения властей поставило философа в первые ряды теоретиков парламентаризма; но еще важнее, что стремление ограничить деятельность государства охранительными функциями положило начало идеям правового государства, которые мировое сообщество стало реализовывать только с XX века, то есть Локк значительно опередил свое время.

Конечно, Локк назвал недостаточное количество прав и свобод человека, не поставил вопрос об их материальных гарантиях, но ведь и сама концепция естественных прав человека была для XVII в. нова, еще предстояло добиться признания естественных прав личности, которые до того отрицались и попирались феодально-абсолютистскими государствами. Локк озвучил новый взгляд на свободу, равенство и собственность как неотъемлемые права человека, не зависящие от государства, и эта идея развивалась и дополнялась в последующие века, наращивая перечень «формальных» прав и свобод правами и свободами социальными, пока концепция не приняла современную форму.

Французский просветитель, юрист и мыслитель Ш.Л. Монтескье (1689–1755) известен следующими произведениями: «Персидские письма» (1721), «Размышления о причинах величия и падения римлян» (1734), «О духе законов» (1748), «Защиту «О духе законов» (1750). Главная тема его размышлений — политическая свобода. Монтескье считал, что к числу необходимых условий обеспечения свободы относятся справедливые законы и надлежащая организация государственности.

Философ писал, что объединение людей в обществе необходимо, но в общественном состоянии они утрачивают сознание своей слабости, что ведет к исчезновению существовавшего между ними в естественном состоянии равенства, начинаются войны двоякого рода — между отдельными лицами и между народами, а появление этих двух видов войны побуждает установить законы между людьми, и соединение всех отдельных сил образует то, что называется политическим состоянием (государством). По Монтескье, позитивные законы должны соответствовать естественному праву.

На законы оказывают влияние природа и принцип правительства, учреждаемого в гражданском состоянии. Монтескье выделяет три формы правления: республиканскую, монархическую и деспотическую. При республиканском правлении верховная власть находится в руках или всего народа (демократия), или его части (аристократия). При монархическом правлении власть находится в руках одного человека, но проводится посредством твердо установленных законов. При деспотическом правлении все определяется волей и произволом одного лица вне всяких законов и правил.

Рассматривая демократию, Ш.Л. Монтескье писал, что законодательная власть принадлежит народу, но народ является государем только в силу голосований, которыми он изъявляет свою волю; основными для демократии он считает законы, определяющие право голосования.

Рассматривая аристократию, Ш.Л. Монтескье говорит, что она тем лучше, чем более приближается к демократии, а ее основными законами считает те, что определяют право части народа издавать законы и следить за их исполнением.

К законам монархии он относит те, что определяют «существование посредствующих каналов, по которым движется власть». Если таковых каналов нет, монархия вырождается в деспотию.

Основные положения теории разделения властей по Монтескье таковы:

1. Существует три рода власти: законодательная, исполнительная и судебная, которые должны быть распределены между разными государственными органами. Если в руках одного органа сконцентрируется власть, различная по своему содержанию, то появится возможность для злоупотребления этой властью, и свободы граждан будут нарушаться. Каждая ветвь власти предназначена для осуществления определенных функций государства.

Основное назначение законодательной власти — «выявить право и сформулировать его в виде положительных законов, обязательных для всех граждан».

«Исполнительная власть предназначена для исполнения законов, устанавливаемых законодательной властью».

Задача судей в том, чтобы решения и приговоры всегда были лишь точным применением закона.

Вся власть осуществляется хотя и раздельно, но в тесном взаимодействии между органами власти, осуществляемом в пределах их полномочий.

2. В обществе должна действовать система сдержек и противовесов, чтобы власти контролировали действия друг друга.

Взаимовлияние законодательной и исполнительной властей гарантирует реальность права, которое отражает компромисс сталкивающихся интересов различных социальных слоев и сил.

Исполнительная власть в лице государя сдерживает от произвола законодательную власть, будучи наделена правом налагать вето на решения законодательного собрания, устанавливать регламент работы и распускать его.

Законодательная власть играла доминирующую роль, исполнительную власть Монтескье называл ограниченной по своей природе, а судебную — вообще полувластью.

Дело в том, что тонкое разграничение властей было не слишком актуально во времена Монтескье, актуальным было следующее положение теории разделения властей: определенная ветвь власти должна представлять интересы определенной социальной группы.

Судебная власть представляет интересы народа, исполнительная — монарха, верхняя палата законодательного собрания — аристократии, нижняя палата собрания — интересы народа. Таким образом, Монтескье пытался достигнуть компромисса в борьбе буржуазии и приверженцев абсолютизма.

Юснатурализм как тип правопонимания зародился еще в античные времена, хотя получил оформление в эпоху Просвещения.

Юснатурализм признавал, что естественное (природное) право, в отличие от устанавливаемого государством, является единственно разумным и совершенным, воплощением справедливости, добра, нравственности и гуманизма, абсолютной ценностью.

Существующее позитивное право было для юснатуралистов несправедливым, поскольку, если все люди рождаются равными, то их жизнь не должна зависеть от имущественного или сословного неравенства, от законов, которые закреплены, чтобы одни всегда оставались бедными, а другие — всегда богатыми, одни не имели бы ничего, а другие — все.

Если в античности право практически было тождественно законам природы, в средние века — обосновывалось божественными законами, то в эпоху Просвещения оно связано с разумно понимаемыми правами и свободами человека, естественным образом вытекающими из его природы (рационалистически-гуманистическая интерпретация).

Юснатурализм признавал приоритет естественного права над позитивным, поскольку позитивное право лишено нравственных требований. Они предлагали гуманистический критерий для определения справедливости права.

Поэтому юснатуристы предлагали отход от безнравственного позитивного права и возвращение к естественному, основанному на гуманизме. Они воспринимали позитивное право как противостоящий человеку объект. Именно поэтому взгляды юснатуралистов (Ж.-Ж. Руссо, Б. Франклин, Ш. Монтескье, Дж. Локк) легли в основу идеологии буржуазных революций XVII–XVIII вв., прокатившихся по Европе.

Признание прерогативы естественного права стало основой и для создания американской Декларации Независимости.

После победы неклассического типа правопонимания, идеи юснатуралистов стали непопулярными, хотя частично они вошли и в некоторые правовые учения.

Название этого типа правопонимания происходит от французского слова etat — «государство».

Как очевидно из названия, его формирование связано с возникновением западноевропейских абсолютистских государств. В Европе этатизм был противовесом юснатурализму, защищая позитивное, то есть государственное, право.

Но как течение (хотя и без названия) этатизм в зачаточном виде появился еще в раннем средневековье в болонской школе юристов (XI–XII вв.). В его основу легло римское право.

Этатисты признавали торжество закона и государства над отдельной личностью.

По этой точке зрения закон (государство, монарх) всегда прав.

Только нормы права способны удержать человека от негативных поступков.

Отсутствие закона или слабость приводят к непредсказуемым результатам (отъем собственности, революции).

Власть, писаное право признавались тем фактором, который способен создать процветающее общество, хотя для его процветания придется применить насилие над отдельными личностями.

Право является созданием государства, обеспечивается его принудительной силой (Дж. Остин).

Соответственно, источники права отождествляются с волей государства. На этой точке зрения стояло большинство историков, правоведов и филососов. Вовлеченные в круг государственных проблем, они не могли рассматривать общество, исключив государственное право.

В XIX в. философское обоснование этатизма дал О.Конт, который считал, что необходимо отойти от метафизического взгляда на мир, сущность которого и так непознаваема, так стоит ли усложнять то, что можно проверить практикой.

В правопонимании этот подход привел к переходу от этатизма к оформлению школы правового нормативизма.

Этатизм предполагает произвольное установление содержания правовых норм государством, либо господствующим классом.

Этатизм не приводит обязательно к диктатуре или тоталитарному обществу, но он признает за государством право устанавливать для его граждан необходимую меру свободы и не считает гуманитарные ценности ценностями.

Жан-Жак Руссо (1712–1778) был одним из наиболее оригинальных мыслителей прошлого. Ему принадлежат следующие труды: «Рассуждение по вопросу: способствовало ли возрождение наук и искусств очищению нравов?» (1750), «Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми» (1754), «О политической экономии» (1755), «Суждение о вечном мире (опубликовано в 1782), «Об общественном договоре, или Принципы политического права» (1762).

Вопросу происхождения и основания неравенства между людьми Ж.-Ж. Руссо посвятил «Рассуждении о происхождении и основаниях неравенства между людьми». Он писал, что в естественном состоянии все равны, здесь существует лишь физическое неравенство, обусловленное природными различиями людей, а социальное неравенство возникает с появлением частной собственности, тогда и начинается перманентная борьба между бедными и богатыми. Бедные вынуждены согласиться на создание государства, которое окончательно закрепило социальное неравенство. Государство и законы, созданные путем договора, «наложили новые путы на слабого и придали новые силы богатому, безвозвратно уничтожили естественную свободу, навсегда установили закон собственности и неравенства, превратили ловкую узурпацию в незыблемое право и ради выгоды нескольких честолюбцев обрекли с тех пор весь человеческий род на труд, рабство и нищету».

Ж.-Ж. Руссо считал, что неравенство частной собственности, дополненное политическим неравенством, привело в конечном счете к абсолютному неравенству при деспотизме, когда по отношению к деспоту все равны в своем рабстве и бесправии. Исправить положение может другой общественный договор, по которому все оказываются «равными в результате соглашения и по праву» Ж.-Ж. Руссо не отрицал частной собственности, но вместе с тем он выступал за относительное выравнивание имущественного положения граждан, роскошь и излишки, поляризацию богатства и бедности он критиковал с эгалитаристских позиций. Ж.-Ж. Руссо утверждал, что «ни один гражданин не должен обладать столь значительным достатком, чтобы иметь возможность купить другого, и ни один — быть настолько бедным, чтобы быть вынужденным себя продавать».

Руссо считал, что в основе общественного договора и правомочий формируемого суверенитета лежит общая воля. При этом он подчеркивал отличие общей воли от воли всех: первая имеет в виду общие интересы, вторая — интересы частные и представляет собой лишь сумму изъявленной воли частных лиц, первая предпочтительнее второй. Общая воля должна занимать господствующее положение в государстве и его законах в противовес интересам частичных ассоциаций, партий, групп и объединений, которые вступают в неизбежную конкуренцию с сувереном. Сувереном Руссо считает народ. Народ создает законы, однако не связан ими навеки: «Нет и не может быть никакого основного закона, обязательного для Народа в целом, для него не обязателен даже Общественный договор».

В то же время, идеализируя концепцию народного суверенитета, Руссо отвергал требования гарантий защиты прав индивидов в их взаимоотношениях с государственной властью: поскольку суверен образуется лишь из частных лиц, у него нет и не может быть таких интересов, которые противоречили бы интересам этих лиц; следовательно, верховная власть суверена нисколько не нуждается в поручителе перед подданными, ибо невозможно, чтобы организм захотел вредить всем своим членам. Вместо этого он считает, что гарантии необходимы против подданных, чтобы обеспечить выполнение ими своих обязательств перед сувереном, то есть общественное соглашение дает политическому организму (государству) неограниченную власть над всеми его членами. Именно эту власть, направляемую общей волей, он и именует суверенитетом.

Руссо считал, что народ как суверен, как носитель и выразитель общей воли может быть представляем только самим собою, поэтому передаваться может власть, но никак не воля. Он отрицал как представительную форму власти, так и принцип разделения властей: законодательная власть как собственно суверенная, государственная власть должна осуществляться только самим народом-сувереном, а исполнительная власть (правительство) создается не на основе общественного договора, а по решению суверена в качестве посредствующего организма для сношений между подданными и сувереном.

Как суверен народ имеет право изменить форму правления, расторгнуть общественное соглашение, возвратить себе естественную свободу.

Теоретиком государственного социализма (коммунизма) был Морелли (ок. 1715–?), оставивший произведение «Кодекс природы или истинный дух ее законов» (1755 г.), в котором дано теоретическое обоснование строя, основанного на общественной собственности, и нечто вроде проекта конституции будущего общества: «Образец законодательства, согласного с намерениями природы».

Доктрина Морелли основана на теории естественного права: естественное состояние изображается как золотой век, когда люди подчинялись законам природы, имели общность имущества, всеобщий обязательный труд, а обществом управляли мудрые отцы семей. Никакого общественного договора не было, конец естественному состоянию (отказ от законов природы) положило не соглашение народа, а процесс нагромождения ошибок, главная из которых — «чудовищный раздел произведений природы», то есть учреждение частной собственности, «которое перевернуло вверх дном законы природы», породило жадность и «всеобщую чуму — частный интерес».

Морелли считал, что при сохранении частной собственности концентрация богатств приводит к тому, что демократия превращается в аристократию, аристократия — в монархию, а та — в тиранию; поэтому совершенно бессмысленно искать наилучшую форму правления; пока не уничтожены собственность и порожденные ею частные интересы. Он писал, что истинная политическая свобода человека состоит в беспрепятственном и безбоязненном пользовании всем, что может удовлетворить его естественные и, следовательно, законные желания. Исходя из такого понимания свободы, Морелли разработал законы будущего общества:

1. «В обществе ничего не будет принадлежать отдельно или в собственность кому бы то ни было, кроме тех вещей, которыми он будет действительно пользоваться для своих нужд и удовольствий или для своего повседневного труда».

2. Каждый гражданин имеет право и обязанность трудиться «сообразно своим силам, дарованиям и возрасту», право получать прокормление и содержание на общественный счет.

Кроме «основных и священных» в «Кодексе природы» содержатся законы распределительные, или хозяйственные, земельные, об общих порядках, о роскоши, о форме правления, о воспитании, о научных занятиях, о наказаниях общим числом 118. А для того чтобы люди снова не наделали ошибок, «Кодекс природы» содержит особые «законы о научных занятиях».

Иммануил Кант (1724–1804) — родоначальник классической немецкой философии и основоположник одного из направлений в теории права — был профессором Кенигсбергского университета. Его учение сложилось в начале 70-х гг. XVIII в. в ходе критического пересмотра предшествующей философии и было первоначально изложено в цикле небольших статей: «Идея всеобщей истории во всемирно-гражданском плане» и «К вечному миру», а затем обобщил в трактате «Метафизика нравов» (1797 г.).

Первым в Германии Иммануил Кант приступил к систематическому обоснованию либерализма, идейной платформы буржуазии, стремившейся в эту эпоху утвердить в стране экономическую и политическую свободу. Кант понимал эту платформу как единственно разумную, он попытался обосновать ее с философских и этических позиций, результатом его размышлений стало учение о государстве и праве.

Принципы, положенные в основание социальных воззрений И. Канта, соотносятся с идеями французского Просвещения и перекликаются с индивидуализмом школы естественного права: каждое лицо обладает совершенным достоинством, абсолютной ценностью; личность не есть орудие осуществления каких бы то ни было планов, даже благороднейших планов общего блага; человек — субъект нравственного сознания, в корне отличный от окружающей среды, — в своем поведении должен руководствоваться велениями нравственного закона; этот закон априорен, не подвержен влиянию никаких внешних обстоятельств и потому безусловен. И. Кант назвал этот закон «категорическим императивом», подчеркивая его абстрактно-обязательный и формалистический характер.

Категорический (моральный) императив существует как бы сам по себе, вне связи с конкретными предметами или с реальными эмпирическими событиями: «Поступай так, чтобы максима твоего поведения могла быть вместе с тем и принципом всеобщего законодательства». То есть: поступай так, чтобы ты относился к человечеству и в своем лице, и в лице любого другого как к цели и никогда только как к средству. Но соблюсти требования категорического императива возможно, если человек в состоянии свободно следовать голосу «практического разума», охватывающего как область этики, так и область права.

Кант считал, что в этике и учении о праве (составных частях практической философии) ведущая роль принадлежит априорным идеям. Он утверждал следующее: если в познании природы источником истины служит опыт, то законы нравственности не могут быть выведены из существующих отношений между людьми, поэтому невозможно создать научную теорию морали и права, аналогичную естественным наукам, нужно выявить прежде всего условия, при соблюдении которых этика вместе с теорией права становится наукой. Важнейшей задачей моральной философии будет поиск всеобщих правил поведения, которым человек должен следовать в своем эмпирическом существовании. Юрист никогда не справится с вопросом о том, каков всеобщий критерий справедливости, «если только он не оставит на время в стороне эмпирические начала и не поищет источника суждений в одном лишь разуме».

Под разумом Кант понимал «практический разум» или свободную волю людей, которая и является источником нравственных и правовых законов. Не всякий человек является моральной личностью, стать моральной личностью человек способен, если возвысится до понимания ответственности перед человечеством в целом: поскольку люди равны между собой как представители рода, постольку каждый индивид обладает для другого абсолютной нравственной ценностью. Кант разработал этику, которая утверждала примат общечеловеческого над эгоистическими устремлениями, подчеркивала моральную ответственность человека за происходящее в мире.

Исходя из этих принципов, Кант вывел понятие нравственного закона или категорического императива: моральная личность не может руководствоваться гипотетическими (условными) правилами, которые зависят от обстоятельств места и времени, она должна следовать требованиям категорического (безусловного) императива. Соотнося право и мораль, Кант называет правовые законы первой ступенью (или минимумом) нравственности: право обеспечивает только внешне благопристойные, цивилизованные отношения между людьми, не затрагивая действительного их отношения друг к другу, это просто строго очерченные рамки поведения, чтобы свободные волеизъявления одного лица не противоречили свободе других. В обществе, где господствует только право (без морали), между индивидами сохраняется «полный антагонизм». Моральный императив предполагает изменение отношения, исчезновение антагонизма.

И. Кант указывал, что любому государству необходимо опираться на право, ориентироваться в своей деятельности на него, согласовывать с ним свои действия, потому что если государство уклоняется от соблюдения прав и свобод своих граждан, не обеспечивает охраны позитивных законов, то оно может потерять доверие и уважение граждан, и они займут позицию отчужденности от такого государства, что не может не привести к разного рода волнениям и кризисам.

В праве Кант различал три категории: естественное право, источником которого являются самоочевидные априорные принципы; положительное (позитивное) право, источником которого является воля законодателя; справедливость, источником является притязание, не предусмотренное законом и не обеспеченное принуждением. Естественное право можно разделить на две ветви: частное право (регулирует отношения индивидов как собственников) и публичное право (определяет взаимоотношения между людьми, объединенными в союз граждан (государство), как членами политического целого).

Правовая теория Канта была тесно связана с этикой, поскольку философ выводил право и мораль из одного и того же источника (практического разума человека) и наделял их единой целью (утверждение всеобщей свободы). Различие между правом и моралью Кант видел только в способах принуждения к поступкам: мораль базируется на внутренних побуждениях человека и осознании им своего долга, а право использует для обеспечения тех же поступков внешнее принуждение со стороны других индивидов или государства; и в наличии (отсутствии) общеобязательных кодексов (в морали их нет и быть не может, а право без них не существует).

Кант определял право как совокупность условий, при которых произвол одного лица совместим с произволом другого с точки зрения всеобщего закона свободы. К этим условиям он относил: 1) наличие принудительно осуществляемых законов; 2) гарантированный статус собственности и личных прав индивида; 3) равенство членов общества перед законом; 4) разрешение споров в судебном порядке. По сути, речь идет о принципах либерального мировоззрения: свободные и независимые друг от друга индивиды способны сами, по взаимному согласию урегулировать отношения, возникающие между ними, и нуждаются лишь в том, чтобы эти отношения получили надежную защиту.

Кант считал, что государственность порождается и оправдывается требованиями категорического императива. Осуществление права как общеобязательного возможно лишь через его наделение принудительной силой, а это обеспечивает только государство, имеющее аппарат принуждения. Но Кант выводил необходимость государства не из практических потребностей людей, а из умозрительных категорий, то есть государство является более порождением ума. Оно, по Канту, не занимается материальной стороной жизни граждан, удовлетворением их социальных и культурных нужд, их трудом, здоровьем, просвещением и прочим, чем обязано заниматься государство, а его благо не имеет ничего общего с благосостоянием граждан.

Философ объяснял, что «под благом государства следует понимать состояние наибольшей согласованности конституции с принципами права, к чему нас обязывает стремиться разум при помощи категорического императива», то есть благо и назначение государства — в совершенном праве, в максимальном соответствии устройства и режима государства принципам права. Это положение Канта стало основанием для создания концепции «правового государства».

Отправной точкой рассуждения является гипотеза, что человек в естественном состоянии лишен всякой гарантии законности, поэтому нравственный долг побуждает его оставить это состояние и перейти к жизни в гражданском обществе посредством общественного договора.

Главным условием сделки становится обязательство любой создаваемой организации внешнего принуждения (государства любого типа) признавать в каждом индивиде лицо, которое без всякого принуждения осознает долг «не делать другого средством для достижения своих целей» и способно данный долг исполнить. Заключение договора возможно лишь на относительно высокой ступени развития, что налагает на государство запрет обращаться с подданными как с низшими существами, не понимающими морального закона, или как с малыми детьми, которым требуется родительская опека.

Общественный договор заключается ради взаимной выгоды и в соответствии с категорическим императивом: все отдельные лица, составляющие народ, отказываются от внешней свободы, чтобы сразу же снова ее обрести, но уже в качестве членов государства, причем теряют они только необузданную и беспорядочную свободу, а получат высшую степень свободы в правовом воплощении и в полном объеме.

Канта сформулировал основные идеи и принципы, которые легли в основу современных учений о правовом государстве, хотя он подчеркивал, что рассматривает не реальные государства, а «государство в идее, такое, каким оно должно быть в соответствии с чистыми принципами права». По его определению государство — это соединение множества людей, подчиненных правовым законам. Главным признаком государства названо верховенство закона.

Государство, желающее гарантировать устойчивый правопорядок, строится на началах общественного договора и народного суверенитета. Осуществление законодательной власти народом исключает возможность принятия законов, наделяющих граждан неравными правами. Эта власть осуществляется через представительство народа в достаточно консервативном парламенте, поддерживающем практически все требования правительства.

Кант тем не менее предоставлял народу право требовать участия в установлении правопорядка через принятие конституции, выражающей его волю, что иными словами выражает идею народного суверенитета. Верховенство народа обусловливает свободу, равенство и независимость всех граждан в государстве как организации совокупного множества лиц, связанных правовыми законами. Но озвучив принцип народного суверенитета, философ предлагает разделить всех граждан на активных и пассивных (лишенных избирательного права), к последним он относит низы общества.

Идею разделения властей Кант не воспринимает как идею равновесия властей, скорее — как субординацию. В любом государстве существует три власти: з аконодательная (принадлежащая суверенной «коллективной воле народа»), исполнительная (сосредоточенная у законного правителя и подчиненная законодательной, верховной власти), судебная (назначаемая исполнительной властью). Субординация и согласие этих трех властей предотвращают деспотизм и гарантируют процветание. С разделением властей Кант осторожен, он очень боялся, что будет понят как радикал. Посему дополнил свои размышления таким выводом: «Существующей законодательной власти следует повиноваться, каково бы ни было ее происхождение».

Кант отвергал путь насильственной революции, даже имея в виду благую цель — переход к идеальному правовому государству. Он считал, что никакую цель не могут оправдать дурные средства: правового состояния общества невозможно достичь противоправными средствами. Боясь полного ниспровержения правовых понятий, он призывал к «подчинению ныне существующей власти, каково бы ни было ее происхождение» и говорил о возможности преобразований в государственном строе мирным путем, с помощью постепенных законодательных реформ, то есть это была программа буржуазной революции легальными методами.

Переход к идеальному государству связывался у Канта с сохранением монархии, таким путем пошли в XIX в. многие государства, создав искусственные ограничители монархии в виде парламентских форм правления, но сам Кант относил создание правовых государств на далекую временну́ю перспективу. Будущее развитие человечества он связывал с образованием мировой конфедерации правовых республиканских государств.

Гораздо большее опасение у него вызывала тенденция масштабных грабительских войн, подготовка к которым была положена практически везде в основу внешней политики. Кант возмущался: «Самые большие бедствия, потрясающие цивилизованные народы, — последствия войны, и именно последствия не столько какой-нибудь настоящей или прошедшей войны, сколько постоянной и все растущей подготовки к будущей войне». В своей работе «К вечному миру» он провозгласил соблюдение международных договоров, невмешательство во внутренние дела государств, за развитие между ними торговых и культурных связей, а также разработал проект установления вечного мира, которого можно достичь созданием всеобщего союза самостоятельных равноправных государств, построенных по республиканскому типу.

Это дело будущего, поскольку необходимо длительное просвещение и воспитание народов, благоразумие людей и добрая воля правителей, понимание экономических потребностей наций. Идеальным вариантом он видел такое соотношение сил, когда соблюдается принцип равенства народов и невмешательства во внутренние дела государств. Кант считал, что со временем противоречия между странами сойдут на нет, мир станет гораздо выгоднее войны, войны будут признаны аморальными, а люди получат «право всемирного гражданства». Эти идеи было невозможно воплотить в его время.

Гегель (1770–1831) оставил глубокий след в истории философской и политическо-правовой мысли. Многие произведения посвящены проблемам государства и права («Философия духа», «Философия права» (1820), «Философия истории» и т. п.). Он считал, что право состоит в том, что наличное бытие есть наличное бытие свободной воли, диалектика которой совпадает с философским конструированием системы права как царства реализованной свободы, а свобода составляет субстанцию и основное определение воли. Гегель говорил о праве в разных его значениях: праве как свободе («идея права»); праве как определенной ступени и форме свободы («особое право»); праве как законе («позитивное право»).

Говоря об идее права, Гегель пояснял, что на ступени объективного духа, «свобода» и «право» выражают единый смысл; то есть гегелевскую философию права можно назвать философией свободы.

Говоря об особом праве, философ указывал, что система права как царство осуществленной свободы представляет собой иерархию «особых прав» (от абстрактных его форм до конкретных): каждая ступень самоуглубления идеи свободы есть определенное наличное бытие свободы (свободной воли), а значит, и «особое право». Такую характеристику он относил к абстрактному праву, морали, семье, обществу и государству: «особые права» даны исторически и хронологически одновременно; ограничены, соподчинены и могут вступать во взаимные коллизии. На вершине иерархии «особых прав» стоит право государства. Позитивное право тоже является одним из «особых прав».

Гегель четко разделял право и закон: превращение права в себе в закон путем законодательствования придает праву форму всеобщности и подлинной определенности; предметом законодательства могут быть лишь внешние стороны человеческих отношений, но не их внутренняя сфера. В его учении тремя главными формообразованиями свободной воли (тремя ступенями развития понятия права) являются: абстрактное право, мораль и нравственность.

Абстрактное право — право абстрактно свободной личности, обладающей правоспособностью.

Мораль — личность абстрактного права становится субъектом свободной воли, проявляются мотивы и цели ее поступков.

Нравственность — абстрактное право и мораль приобретают действительность и конкретность, когда понятие свободы объективируется в виде семьи, гражданского общества и государства.

Гегель рассматривает гражданское общество и государство как несовпадающие сферы общественной жизни. Оригинальность этой концепции состояла в том, что под гражданским обществом в ней понималась система материальных потребностей, обусловленных развитием промышленности и торговли, то есть современное ему буржуазное западноевропейское общество, которое становится сферой реализации особенных, частных целей и интересов отдельной личности. Гражданское общество он воспринимал как раздираемое противоречивыми интересами антагонистическое общество, как войну всех против всех.

Гегель выделял три основных момента гражданского общества — систему потребностей, отправление правосудия, полиция и корпорация. Гражданским обществом он называл опосредованную трудом систему потребностей, покоящуюся на господстве частной собственности и всеобщем формальном равенстве людей. В самой структуре гражданского общества Гегель выделял три сословия: субстанциональное (землевладельцы — дворяне и крестьяне); промышленное (фабриканты, торговцы, ремесленники); всеобщее (чиновники).

Гегель считал, что даже при чрезмерном богатстве гражданское общество не будет бороться с чрезмерной бедностью и возникновением черни (пауперами), это для него слишком сложная социальная задача, для ее решения необходимо государство.

Соотнося общество и государство, Гегель говорил, что они сопряжены друг с другом как рассудок и разум: общество — это «внешнее государство», «государство нужды и рассудка», а подлинное государство — разумно. Развитие гражданского общества требует существования государства как его основания. По этой причине государство является необходимым условием, при котором семья развивается в гражданское общество, а сама идея государства раскалывает себя на эти два момента». Только в государстве достигается тождество особенного и всеобщего, нравственность получает свою объективность и действительность как органическая целостность. В этом учении государство предстает нравственным целым (идейно-политическим единством), в котором снимаются противоречия, имеющие место в правовом гражданском сообществе.

Для Гегеля государство представляет идею разума, свободы и права: то, что есть государство, это шествие Бога в мире; его основанием служит власть разума, осуществляющего себя как волю. Гегель говорит не о свободе или противостоянии гражданина и государства, а об органически целостной свободе — свободе государственно организованного народа (нации), включающей в себя свободу отдельных индивидов и сфер народной жизни.

В государстве Гегель различал объективную и субъективную стороны. С объективной стороны оно представляет собой организацию публичной власти. Говоря о государственном устройстве, Гегель выступал в защиту трех властей: 1)законодательной; 2)правительственной и 3)княжеской власти (власти перечислены по возрастающей). Внешне это похоже на принцип разделения властей, но Гегель считал недопустимым противопоставлять их друг другу: отдельные виды власти образовывают органическое, неразрывное единство, высшим выражением которого служит власть монарха.

1. Законодательное собрание должно обеспечить представительство сословий, оно состоит из 2 палат, верхняя палата формируется по наследственному принципу из дворян, нижняя палата депутатов избирается гражданами по корпорациям и товариществам.

2. Представительство граждан в законодательном органе необходимо только для того, чтобы довести до сведения правительства интересы различных сословий. Государством управляют чиновники, осуществляющие правительственную власть. Гегель считал, что высшие государственные чиновники обладают более глубоким пониманием целей и задач государства, чем сословные представители, и видел в них опору государства «в отношении законности».

3. Княжеская власть объединяет государственный механизм в единое целое. В благоустроенной монархии, где правит закон, монарх наслаждается общественным согласием и покоем.

С субъективной стороны государство является духовным сообществом (организмом), все члены которого проникнуты духом патриотизма и сознанием национального единства. В основе такого государства лежит народный дух в форме религии. Гегель предлагал почитать государство как некое земное божество.

Гегелевская идея государства представляет собой правовую действительность, в иерархической структуре которой государство, само будучи наиболее конкретным правом, предстает как правовое государство.

Французский философ Вольтер (1694–1778) был выдающимся писателем и лидером эпохи Просвещения. Он вошел в историю как обличитель католической церкви, религиозного фанатизма и мракобесия. Вольтер не оставил после себя специальных политико-юридических трудов, но его взгляды на право и правосудие можно почерпнуть из его многочисленных произведений.

Вольтер считал, что свобода состоит в том, чтобы зависеть только от законов. Этим высказыванием он положил начало ставшей позднее популярной идее «господства права». Равенство людей Вольтер понимал в строго политико-юридическом смысле: как обретение всеми людьми одинакового статуса гражданина, одинаковую зависимость всех граждан от закона и одинаковую защиту их законом. Правовое равенство содержательно и социально эффективно. В имущественном равенстве и общности имуществ никакого смысла Вольтер не видел. Отвергал философ социальное и политическое равенство, считая, что «в нашем несчастном мире не может быть, чтобы люди, живя в обществе, не разделились бы на два класса: один класс богатых, которые приказывают, другой — бедных, которые служат».

В то же время многое в современном ему феодальном обществе вызывало неприятие и протест, поэтому выход философ видел в проведении ряда реформ. Он предлагал уничтожить сословные привилегии, упразднить церковные суды, сменить аристократию, занявшую почти все ключевые должности в системе управления государством, бюрократией, устранить партикуляризм действующего законодательства, добиться справедливого судопроизводства с широким участием адвокатов в процессе, отменить пытки и т. п.

Вольтер верил, что разум должен победить невежество и на смену деспотическому правлению обязательно придет царство разума и свободы, в котором каждому человеку будут предоставлены естественные права — право на личную неприкосновенность, право частной собственности, свобода печати, свобода совести и др., то есть то, что принято называть гражданскими свободами.

Политический идеал государственной формы Вольтер видел в республике, но в практическом смысле считал его малоприменимым. Наибольший интерес у него вызывал более применимый образец — парламентские учреждения в Англии. К концу жизни Вольтер вплотную подошел к идее разделения властей.

Мировоззрение Вольтера сложилось в Англии, где он несколько лет провел в изгнании и усвоил идеи свободы. Вернувшись на родину, Вольтер написал «Философские письма», которые принесли ему европейскую известность, и в которых он пропагандировал передовые английские учения, либеральные порядки и государственное устройство Англии, много внимания уделял критике религии.

По убеждениям Вольтер был сторонником деизма. Он писал, что христианство и разум не могут существовать одновременно, а просвещенные люди не нуждаются в христианских откровениях. Рассуждая о смысле религии, он делал вывод, что веру в карающего Бога необходимо сохранить лишь для того, чтобы внушать непросвещенной черни нравственный образ поведения, поэтому — если бы Бога не было, то его нужно было бы выдумать. Этим изречением философ вызвал яростные атаки со стороны церкви. На церковные нападки он ответил непримиримой борьбой. Он так отточил аргументы деизма, что в диалог с ним церковь вступать не решалась, для борьбы с католичеством Вольтер выдвинул лозунг: «Раздавите гадину!».

Но Вольтера приводила в ярость не столько сама вера, а то, что Церковь поощряет невежество, предрассудки, суеверия, подавляет разум и усугубляет существующие социальные проблемы, которые можно решить, либо развивая просвещение людей, либо «сняв проблему», то есть уничтожив полностью мешающий прогрессу обычай, закон, институт. В Церкви и церковных догмах Вольтер видел только негативную сторону, поэтому беспощадная борьба с ними занимает весьма большое место в творчестве мыслителя. К Богу и служителям Бога Вольтер безжалостен: Бога он изображает тираном, сеющим злобу и слепым от ярости, а священников презрительно именует бонзами и дервишами, с полемической яростью набрасывается на наиболее мрачные черты христианской веры — религиозные преследования и фанатизм.

Вольтер не без оснований считал, что религиозный фанатизм и единомыслие, которое насаждает Церковь, умерщвляют жизнетворное начало всякой свободы — свободу совести и слова, искажают мышление человека, делают его слабым и трусливым, лишают творческой искры. В то же время Вольтер, хотя относился к Католической церкви и католицизму крайне враждебно и не упускал случая нанести церкви болезненный удар, не собирался полностью избавлять мир от религии. Религию для широких народных масс Вольтер рассматривал как отличный сдерживающий фактор против бунтов и насилия.

Томас Пейн (1737–1809) считается одним из наиболее радикальных политиков периода Войны за независимость, он первым поставил вопрос об отделении колоний от Англии и создании независимого государства, он же предложил название государства, которое должны образовать колонисты — Соединенные Штаты Америки. Идеи его памфлета «Здравый смысл» отразились в Декларации независимости Соединенных Штатов, автором которой был Т. Джефферсон. После начала революции во Франции Пейн публикует работу «Права человека», в которой защищает демократические права и свободы, провозглашенные во французской Декларации прав человека и гражданина 1789 г.

Пейн различал естественные и гражданские права человека. Естественные права присущи человеку по природе, по праву его существования (право на счастье, свободу совести, свободу слова). Гражданские права возникают с образованием общества и государства, они принадлежат человеку как члену общества. К ним Пейн относил и право собственности — право приобретенное, а не естественное.

Пейн считал, что государство возникает вслед за объединением людей в общество, ибо объединившиеся люди не способны сами сохранять справедливость в отношениях между собой. Оно создается людьми по общественному договору — единственно возможному способу образования государства. Поэтому верховная власть в государстве должна принадлежать самому народу. Из этой идеи народного суверенитета Пейн делает вывод о праве народа учреждать или уничтожать любую форму правления — о праве народа на восстание и революцию.

Пейн различал «старые» (монархические) и «новые» (республиканские) формы государства. В основу классификации легли принципы образования правления — наследование или выборность. Правление, основанное на передаче власти по наследству, он называл «самым несправедливым и несовершенным из всех систем правления» — такая власть неизбежно является тиранической, узурпирующей народный суверенитет.

Республиканское правление основано на принципе народного представительства. Это «правление, учрежденное в интересах общества и осуществляемое в его интересах, как индивидуальных, так и коллективных», а верховной властью обладает законодательный орган, избираемый на основе всеобщего избирательного права.

Томас Джефферсон (1743–1826) отстаивал естественно-правовую доктрину в ее наиболее радикальной и демократической трактовке, этот радикализм проявлялся в представлении Джефферсона об общественном договоре как основе устройства общества, дающей всем его участникам право конституировать государственную власть, и защите идеи народного суверенитета и равенства граждан в политических, в том числе избирательных, правах. В историю политической мысли он вошел как автор Декларации независимости Соединенных Штатов.

Защищая права человека, Джефферсон критиковал общественный порядок, приводящий широкие массы к разорению и обнищанию. Основу всех бед он видел в развитии крупного капиталистического производства и идеализировал мелкое фермерское хозяйство, активно пропагандируя создание демократической республики свободных и равноправных фермеров.

В программном документе — Декларации независимости — Джефферсон обосновывал правомерность отделения колоний от Англии и образования ими самостоятельного, независимого государства. В Декларации он указывал, что все люди сотворены равными, что они наделены своим творцом некоторыми неотъемлемыми правами, в числе которых жизнь, свобода и стремление к счастью, противопоставляя естественное равенство людей унаследованным от феодализма сословным привилегиям, неотъемлемые права — феодальному бесправию. Идеи Джефферсона имели и конкретный практически-политический смысл в борьбе против английских колонизаторов, отрицавших равноправие колонистов с жителями метрополии и посягавших на права колонистов.

Джефферсон провозглашал в Декларации независимости, что правительство создается людьми для охраны естественных прав человека, и власть правительства проистекает из согласия народа повиноваться ему. Последовательно развивая идею народного суверенитета, Джефферсон заключает, что в силу такого происхождения власти правительства (создается народом) и такого условия ее существования (согласие народа) народ вправе изменить или уничтожить существующую форму правления (существующее правительство), что «долгом и правом» людей является свержение правительства, стремящегося к деспотизму.

Александр Гамильтон (1757–1804) был одним из наиболее видных политических деятелей периода образования США. Его теоретические воззрения и практическая деятельность оказали большое влияние на содержание Конституции США 1787 г.

Гамильтон был по убеждениям федералистом, он считал, что федеративное устройство лучше конфедеративной организации США, закрепленной «Статьями конфедерации» 1781 г., поскольку только сильная центральная власть способна создать прочное государство и не допустить дальнейшего развития демократического движения масс, которое государство ослабляет. Гамильтон утверждал, что федерация станет барьером, препятствующим внутренним раздорам и народным восстаниям.

С самого начала политической карьеры Гамильтон выступал за мирное урегулирование конфликтов, в том числе и за компромисс с Англией. Только невозможность остановить освободительную борьбу колоний вынудила Гамильтона признать возможность республиканского строя. Однако обязательным условием существования США как республики он выдвигал создание сильной президентской власти, аналогичной власти конституционного монарха: президент должен избираться пожизненно и обладать широкими полномочиями, в том числе возможностью контролировать представительный орган законодательной власти, который под давлением избирателей может принять «произвольные решения». Назначаемых президентом министров он предлагал сделать практически не ответственными перед парламентом.

Гамильтон представлял себе парламент как двухпалатный, создаваемый на основе избирательного права с высоким имущественным цензом — только богатым и образованным людям принадлежит право быть представленными в высших государственных органах, только они способны обеспечить стабильность политического строя, оберегая его от любых изменений, к чему обычно стремится непросвещенный народ. Разделяя людей на богатых и бедных, просвещенных и непросвещенных, способных и неспособных управлять делами общества, он исходил из постулата, что таковое положение вещей имеет естественное происхождение и неустранимо, а предоставление народу возможности активно участвовать в государственных делах приведет к ошибкам и заблуждениям из-за неразумности и непостоянства масс, что в итоге ослабит государство.

Бенджамин Констан (1767–1830) был идеологом либерализма во Франции. В его сочинениях огромное внимание уделено обоснованию личной свободы, понимаемой им как свобода совести, слова, свобода предпринимательства, частной инициативы.

Констан разделял понятие свободы на политическую свободу и свободу личную.

Он писал, что в древности люди знали только политическую свободу, которая сводится к праву участвовать в осуществлении политической власти (принятие законов, участие в правосудии, в выборе должностных лиц, решение вопросов войны и мира и др.). Но принимая участие в осуществлении коллективного суверенитета, граждане были подчинены государственной регламентации и контролю в частной жизни — им предписывались обязательные религия, нравы; государство вмешивалось в отношения собственности, регламентировало промыслы и т. д. Обладая политической свободой, они не заботились о свободе личности.

Новое время внесло в понятие свободы изменения: право участия в политической власти меньше ценится потому, что: 1) государства стали большими и голос одного гражданина уже не имеет решающего значения; 2) отмена рабства лишила свободных того досуга, позволяющего заниматься политическим делам; 3) воинственный дух древних народов сменился коммерческим духом; современные народы заняты промышленностью, торговлей, трудом и не желают вмешательства государства в их личные дела. Свобода цивилизованных народов — это личная, гражданская свобода, состоящая в независимости индивидов от государственной власти.

Большое значение Констан придавал обоснованию религиозной свободы, свободы слова, свободы печати и промышленной свободы, отстаивал свободную конкуренцию, считал, что государство не должно вмешиваться в промышленную деятельность, возражал против законодательной регламентации заработной платы рабочих, защищал и другие свободы — мнений, совести, печати, собраний, петиций, организаций, передвижений и др.

Констан осуждал любую форму государства, где существует «чрезмерная степень власти» и отсутствуют гарантии. Гарантиями индивидуальной свободы являются общественное мнение, разделение и равновесие властей.

Иеремия Бентам (1748–1832) отвергая теории естественного права и общественного договора, разработал теорию утилитаризма Он считал, что природа подчинила человека власти удовольствия и страдания, которым люди обязаны всеми своими идеями и которыми обусловлены все их суждения и решения, и только принцип пользы подчиняет все этим двум двигателям.

Бентам считал единственно реальными интересами интересы отдельных лиц и утверждал, что правительство должно иметь единственную цель — наибольшее счастье для наивозможно большего числа членов общества.

Применяя утилитаризм к вопросам права, Бентам пришел к следующим выводам: 1) Закон сам по себе — нарушение свободы и зло, поскольку он связан с применением наказания (страдание) и при его осуществлении возможны ошибки. 2) Закон — зло неизбежное, ибо без него невозможно обеспечить безопасность. 3) Закон должен защищать частную собственность, поскольку собственность и закон родились вместе и умрут вместе. 4) Поскольку обеспечение безопасности противоречит равенству и свободе; должны быть пределы законодательного регулирования.

Бентам проанализировал «нравственные обязанности» и разделил их на две группы — нравственные обязанности по отношению к себе и нравственные обязанности по отношению к общему благу.

Нравственные обязанности по отношению к себе составляют правила благоразумия, в основе их лежит страх причинить себе вред, единственным стимулом является желание предупредить вред, поэтому законодатель не должен регулировать те действия и отношения, где люди могут вредить только сами себе. В вопросе об «обязанностях по отношению к общему благу», законодательство вправе ограничить свободу индивидов.

Применяя положения теории утилитаризма, Бентам делал вывод, что законодательство не должно вмешиваться в деятельность предпринимателей и в их отношения с рабочими; поскольку стороны сами определяют условия договора, исходя из «собственной пользы», он отвергал попытки законодателей взять рабочего под свою защиту.

Джон Остин (1790–1859) был учеником Бентама, одним из основателей юридического позитивизма, в 1832 г. издал книгу «Лекции о юриспруденции, или философия позитивного права».

Критика идей естественного права содержалась еще в трудах Бентама, а отказ от этих идей продемонстрировали комментаторы после— революционного законодательства Франции. К критике естественно-правовой теории юридический позитивизм подошел иначе, чем историческая школа права. Юридический позитивизм: 1) принципиально отрицал иное право, кроме позитивного; 2) рассматривал не исторически сложившийся обычай, а закон, нормативный акт, установленный властью; 3) происхождение закона, его обоснование, изучение причин его принятия выводил за пределы правоведения; 4) отождествлял право с законом («тексты закона дают право»). Отождествление права с законом обусловило распространение юридического позитивизма по мере ликвидации феодальных институтов и воплощения буржуазных правовых принципов в нормативных актах.

Остин различал и разграничивал этику (область оценок, суждений о добре, зле и др.), науку о законотворчестве (представления о том, каким должно быть право) и собственно науку о праве, юриспруденцию, которая «имеет дело с законами, или правом в собственном смысле этого слова, без рассмотрения того, плохи они или хороши». В таком понимании право — приказ власти, обращенный к управляемому, обязательный для подчиненного под угрозой применения санкции в случае невыполнения приказа. Первостепенное значение для юриспруденции имеет формальная логика, или «логика правовых конструкций».

Возникновение юридического позитивизма связано с развитием капиталистических отношений, потребовавших совершенствования системы права. Юридический позитивизм стал основой формально-догматической юриспруденции с ее тонкой разработкой правовых форм товарообмена, беспробельности правового регулирования товарно-денежных и связанных с ними отношений, точности определений юридических ситуаций, процедур, способов и средств решения возможных споров, проблем законодательной техники.

Огюст Конт (1798–1857) был учеником Сен-Симона, но разошелся с учителем во взглядах и разработал собственную философию.

Своей задачей Конт считал преодоление «умственной анархии и дезорганизации», царящей как в области наук, так и в обществе. Он утверждал, что идеи правят миром, а историю человечества делил на три стадии развития, соответствующие состояниям человеческого ума:

теологическое (фиктивное) состояние: главная, фактическая часть науки содержалась в богословской оболочке, все явления объяснялись волей одушевленных предметов или сверхъестественных существ (духов, гномов, богов);

метафизическое (критическое) состояние: многочисленные факты объясняются через различные отвлеченные, абстрактные, априорные понятия (таковы причина, сущность, материя, общественный договор, права человека и т. д.), разрушаются теологические идеи;

позитивная, или научная, стадия.

Задача позитивной философии заключается в классификации и объединении наук, которые должны выяснять законы связи явлений, а не заниматься метафизическими проблемами. Для приведения положительных знаний в систему нужно расположить общие науки в порядке их возрастающей сложности и убывающей общности: математика, астрономия, физика, химия, биология, социология; позже к этому перечню он добавил нравственность. Основной задачей своей философии Конт считал переустройство общества на основе позитивизма, замену «ретроградной аристократии» и «анархической республики» социократией.

Социология Конта делится на две части: социальную статику, изучающую строение общества, и социальную динамику, изучающую его развитие, что он обобщил в формуле: «Порядок и прогресс». Согласно Конту, общественная солидарность достигается средствами материальными и нравственными, для чего необходимо наличие двух властей: светской и духовной.

История существования этих властей соответствует «трем стадиям» развития человечества: 1) светскую власть осуществляли военные вожди, а духовную — жрецы и прорицатели, позже эти власти то объединялись в одних руках, то разъединялись; 2) на светскую власть оказывают влияние законники, юристы, адвокаты; власть духовная переходит к отвлеченным мыслителям и литераторам; 3) военный быт заменяется промышленным, что рождает новую, позитивную политику.

Конт разработал «План реорганизации социальной жизни». По плану, в социократии существует класс капиталистов (патрициат, «концентрированная сила богатства») и пролетариат («рассеянная сила числа»). Материальная сила принадлежит промышленникам (банкирам, купцам, фабрикантам, землевладельцам). Богатый патрициат под руководством главных банкиров управляет социократией. Численность пролетариата в 33 раза превышает патрициат.

Проект укрепления существующего строя предполагал отказ от индивидуализма и вмешательство государства в частную жизнь. Социократия — это казарма, где пролетарии осуществляют свою «социальную функцию» под неусыпным надзором церкви и правительства.

В социократии не должно быть ни права, ни прав личности, поскольку в позитивном состоянии, не опирающемся на божественные начала, идея права исчезает безвозвратно. Каждый имеет обязанности перед всеми, но никто не имеет прав, как таковых, т. е. никто не имеет другого права, кроме права всегда исполнять свой долг. Долг пролетариата — трудиться, долг патрициата — владеть и приумножать.

Конт напоминал, что в нормальном состоянии человечества каждый гражданин является общественным должностным лицом, функции которого определяют его обязанности и притязания. Этот всеобщий принцип должен быть применен и к собственности, в которой позитивизм видит особенно необходимую социальную функцию, предназначенную создавать и управлять капиталами, при помощи которых каждое поколение подготовляет работу для следующего за ним. Заменив право позитивной политикой и религией, а права личности — обязанностями, Конт частную собственность не тронул. В социократии он измыслил способы обеспечения солидарности классов; он считает таким способом воспитание в духе позитивной религии.

Духовная власть принадлежит иерархии жрецов-позитивистов (философов, ученых, поэтов, врачей). Существует культ человечества или Великого Существа, действует позитивистский календарь с его позитивистскими святыми (среди них Моисей, Аристотель, Платон, Архимед, Цезарь, апостол Павел, Августин Блаженный, Гуттенберг, Колумб, Шекспир, Моцарт, Фома Аквинский, Кромвель, Галилей, Ньютон). Когда опыт с социократией пройдет успешно, человечество объединится в 500 социократий, каждая размерами не более Бельгии или Голландии, поскольку в большом государстве невозможны ни порядок, ни прогресс.

Политико-правовая теория Карла Маркса (1818–1883) и Фридриха Энгельса (1820–1895) складывалась в процессе формирования марксистского учения в целом. Большое влияние на эту теорию оказали идеи французских социалистов. Одним из источников марксизма является французский социализм.

Основные положения политической теории марксизма:

– принцип экономической детерминации политической жизни: способ производства материальных благ обусловливает социальную, политическую, духовную жизнь в обществе;

– идея классовой борьбы как движущей силы исторического и политического прогресса и представление государства в качестве орудия господства одного класса над другим, подчеркивание паразитизма государственной власти эксплуататоров;

– рабочий класс — носитель всеобщего политического интереса, в капиталистическом обществе наиболее эксплуатируемый; именно он во главе других трудящихся классов совершает социалистическую революцию, в ходе которой уничтожается эксплуататорское государство и открывается путь к строительству бесклассового общества изобилия и свободы — коммунизма;

– диктатура пролетариата — период не ограниченного законом господства рабочего класса, в ходе которого создаются предпосылки бесклассового общества, происходит отмирание классов и государства.

Труды Маркса породили течение философский и политэкономической мысли, известное как марксизм. С точки зрения марксизма основными социальными субъектами политической жизни являются общественные классы. Борьба классов — это основное содержание политической жизни, средство решения всех наиболее важных жизненных проблем. Основными в понимании Маркса выступали экономические отношения.

Анализ общества, в котором класс рассматривается как основной субъект политической деятельности, был подвергнут критике американским политологом А. Бентли.

Историко-материалистическая теория связана с именами К. Маркса и Ф. Энгельса, но последние опирались на труды предшественников, таких, как Л. Морган. Смысл этой теории в том, что государство возникает как результат естественного развития первобытного общества, развития прежде всего экономического, которое не только обеспечивает материальные условия возникновения государства и права, но и определяет социальные изменения общества, которые также представляют собой важные причины и условия возникновения государства и права.

Эта теория наиболее полно изложена в работе Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», само название которой отражает связь явлений, обусловивших возникновение анализируемого феномена. В целом теория отличается четкостью и ясностью исходных положений, логической стройностью и, несомненно, представляет собой большое достижение теоретической мысли. Для марксистской теории характерен последовательный материалистический подход. Она связывает возникновение государства с частной собственностью, расколом общества на классы и классовым антагонизмом. Суть вопроса марксизм выражает в формуле «Государство есть продукт и проявление непримиримых классовых противоречий».

Историко-материалистическая концепция включает два подхода. Один из них, господствовавший в советской науке, решающую роль отводил возникновению классов, антагонистическим противоречиям между ними, непримиримости классовой борьбы: государство возникает как продукт этой непримиримости, как орудие подавления господствующим классом других классов. Второй подход исходит из того, что в результате экономического развития усложняются само общество, его производительная и распределительная сферы, его «общие дела». Это требует совершенствования управления, что и приводит к возникновению государства.

Политико-правовое учение марксизма содержит идею отмирания политической власти (государства) в коммунистическом обществе, когда не будет классов с противоположными интересами. Эта идея особенно резко защищалась Энгельсом, называвшим государство злом, которое по наследству передается пролетариату, ставившим задачу отправить в будущем обществе государство «в музей древностей, рядом с прялкой и с бронзовым топором».

Первым крупным теоретиком анархизма был Пьер Жозеф Прудон (1809–1865). Известность Прудону принесла его книга «Что такое собственность? Изыскания о принципе права и правительственной власти», опубликованная в Париже (1840 г.). Именно он первым назвал себя анархистом.

Под анархией понимались упразднение всех форм угнетения человека, замена «политической конституции», выгодной только господствующему меньшинству, «социальной конституцией», соответствующей справедливости и природе человека.

Прудон различал две стадии развития социалистических теорий — «утопическую» и «научную». Социализм становится научным, опираясь на экономическое обоснование. Это обоснование Прудон стремился построить на категориях политэкономии, социологии и гегелевской философии.

Естественной формой жизни людей он считал общество, основанное на разделении труда, равенстве людей, их взаимном обмене услугами и результатами труда, договорах, трудовой собственности, свободных объединениях трудящихся. Это «социальная конституция», поддерживающая в равновесии и согласующая индивидуальные интересы людей и экономические силы общества. Такая конституция, основанная на свободе и равенстве, должна установиться в результате глубокого социального переворота, в реузльтате чего произойдет упразднение «политической конституции», государства и права.

Прудон считал, что: 1) управление людей людьми есть рабство; 2) власть фатально стремится к деспотизму; 3) государство не только эксплуатирует общество, но еще и осуществляет тотальный надзор за всеми действиями людей, опутывает их множеством законов, подавляет силой малейшее сопротивление и недовольство властью.

Политическая организация общества должна быть заменена его экономической организацией. Для этого необходимо: распространение идей позитивной анархии, бесплатный кредит, замена собственности владением, соблюдение «равенства в средствах производства и эквивалентности в обмене». Общество будет организовано как федерация свободных ассоциаций, сочетающих индивидуальную и коллективную свободу.

Учение Прудона базировалось на идее автономии личности.

Психологическая концепция права была сформулирована в предреволюционные годы зав. кафедрой философии права СПбУ Л.И. Петражицким.

По Петражицкому, право есть не правовые отношения (как считала социологическая школа права), не правовые нормы (как считали этатисты), не высшая идея (как считали юснатуралисты), а особого рода эмоции, то есть выводил нормы права из психики человека. Отличительной особенностью таких эмоций является их атрибутивность.

С одной стороны, эти эмоции возлагают на нас определенные обязанности, с другой стороны — они предоставляют другому право требовать от нас исполнения этих обязанностей. Именно эта атрибутивная составляющая и является сущностью права, и она отличает право от прочих социальных явлений.

Такая трактовка размывала границы права: к правовому он относил и правила карточной игры, и правила поведения за столом, и даже договор с дьяволом. Атрибутивное право Петражицкий называл неофициальным, право же, имеющее поддержку государства, — официальным.

Причем Петражицкий исходил из первичности права, а не государства. Государство производно от права и является формой его защиты.

Помимо деления права на официальное и неофициальное, Петражицкий разделил право на интуитивное и позитивное.

В первом случае правовые эмоции обусловлены внутренними установками субъекта, во втором — внешней волей (Бог, монарх).

Вывод Петражицкого: право не «выдумывается людьми», право формируется в процессе бессознательного социально-психологического приспособления к наиболее социально разумному поведению.

Ученик Петражицкого П.А. Сорокин увязал его концепцию с социологией, развив ее таким образом в коммуникативном направлении, признав объективные проявления права, его социальное бытие. Питирим Сорокин считал, что право — совокупность правил поведения, обладающих определенными свойствами. Правила устанавливают взаимоотношения между двумя правовыми центрами, один из которых оно наделяет правом, а другой — обязанностью (что один в праве требовать от другого, и что другой должен исполнять). Всякая норма, обладающая подобными признаками, является правовой.

Также Сорокин выделял еще и психологический аспект права. Но в отличии от Петражицкого, право у Сорокина заключено не только в область индивидуального сознания, но существует и в иных объективных проявлениях — поведение, поступки.

Школа возрожденного естественного права, которая в виде отдельного направления существовала только в России, базировалась на идеях юснатурализма и договорной или договорно-правовой концепции.

В России основными идеологами этого типа правопонимания были П.И. Новгородцев, Б.Н. Чичерин, Е.Н. Трубецкой. Новгородцев считал, что право — совокупность нравственных требований к действующему праву, которые (в отличие от западноевропейского юснатурализма) имеют религиозное, христианское содержание.

Для Чичерина сама идея права возможна только в случае признания человека основной ценностью, целью общественного развития. Если человеческому разуму присуща идея абсолюта, которая никаким опытом не дается, следует признать за человеком наличие духовного начала. Только духовное начало позволяет сделать различие между лицами и вещами. Необходимой предпосылкой права он признавал свободу воли. По Чичерину, идея права заключается в признании человека носителем абсолюта, обладающим свободой и правом признания ее другими, а само право определяется как «взаимное ограничение свободы под общим законом».

Для разграничения областей личной свободы Чичерин ввел понятие справедливости, которая понимается в двух смыслах — «правда уравнивающая», «правда распределяющая». Первая означает, что все равны перед законом. Вторая — что права и обязанности распределяются сообразно способностям. Люди равные в одном отношении, могут оказаться не равными в другом. Двум правдам соответствуют и две области общественной жизни. Распределяющая — публичное право, уравнивающая — частное право. Чичерин считал право неотделимым от государства: принудительная сила государства, ограничивая личную свободу, дает критерии отличия права от морали. Но он не признавал за государством права самовольно определять, что есть право, хотя в то же время отрицал существование естественных прав помимо государства.

Е. Трубецкой отождествлял естественное право, нравственность и правду. Он, исходя из существования духовного начала у человека, признавал, что человек как субъект является необходимым условием существования права. Право он понимал как внешнюю свободу, предоставленную человеку и ограниченную нормой. Для него право не зависит от государства, напротив — предопределяет его существование.

Интегративное правопонимание базируется на учении школы возрожденного естественного права.

Разработчиком интегративного правопонимания в России был философ В.С. Соловьев — человек глубоко верующий, поэтому для Соловьева характерен приоритет нравственно-религиозных ценностей.

В. Соловьев писал: «Право есть исторически подвижное определение принудительного равновесия между двумя нравственными интересами: формально-нравственным интересом личной свободы и материально-нравственным интересом общего блага». Он дал два определения права — онтологическое и аксиологическое.

При определении онтологической сущности права он исходил из примата человеческой личности, признания ее духовного начала, признания за ней свободы: ограничение свободы и порождает право, так как означает признание свободы другого лица, то есть право есть свобода, ограниченная на основах равенства.

Давая аксиологическое определение права, Соловьев оперирует понятиями справедливости и равенства: справедливость не синонимична равенству. Справедливость есть мера нравственно-должного, а нравственно должное — основной признак права.

Однако Соловьев проводил четкое различение между правовым и нравственным. Требования нравственные он называл идеальными, а правовые требования считал требованиями минимума нравственности.

В этом смысле право есть минимум нравственности. Поскольку человек для Соловьева всегда стоит перед выбором между добром и злом, право — ограничитель зла, но для ограничения зла приходится прибегать к принуждению. Он дал следующее аксиологическое определение права: «Принудительное требование реализации определенного минимального добра или такого порядка, который исключает крайние проявления зла».

Признавая существование естественных прав человека, Соловьев подразделял их на права негативные (права, обязывающие не вмешиваться в личную жизнь) и права позитивные (требующие совершения определенных действий со стороны контрагентов для их достижения).

Кистяковский рассматривал право как сложное многоаспектное явление, которое необходимо объяснять и с нормативной, и с психологической, и с социологической точек зрения, считая, что разнообразие теорий о праве обусловлено господством той или иной науки в обществе. Именно поэтому его теория получила наименование плюралистической.

Юридическая догматика с неизбежностью влечет разработку права с этатистских позиций, появление и формулировка соответствующих положений социологии влечет объяснение феномена права с социологической точки зрения, равно как и психология рассматривает право — с психологической.

Однако право необходимо изучать, исходя из совокупности всех гуманитарных дисциплин, которые некогда выросли из философии. Так что он предлагал единственно возможной основой изучения права считать философию.

К Кистяковскеому близко примыкал другой теоретик — Н.Н. Алексеев. В отличие он Кистяковского, Алексеев предлагал рассматривать право в духе феноменологического подхода, то есть покинуть область определений, так как определить явление можно только через определение другого явления (А не есть В, но что есть В), что влечет либо движение по кругу, либо уклонение в сторону от определяемого явления, а вместо определения явления нужно описать его сущность. Сущностью права Алексеев считал правовую структуру. Правовая структура представлялась ему как единство трех элементов:

— сами обнаруживаемые в праве ценности;

— данности — правомочия и правообязанности;

— факт существования права только там, где наличествует правовая структура.

В XX в. на Западе предложенная Кистяковским объединительная теория легла в основу интегральной школы права. Основоположники западной интегративной концепции права — Дж. Холл, Г. Дж. Берман — полагали, что имеется достаточно оснований для синтеза этатизма, юснатурализма и социологической юриспруденции.

Князь Петр Алексеевич Кропоткин (1842–1921) изложил и обосновал теорию анархо-коммунизма в работах «Хлеб и воля», «Записки революционера», «Государство, его роль в истории», «Нравственные принципы анархизма», «Современная наука и анархия» и других

Кропоткин считал, что в основе общества лежат всеобщее равенство, солидарность и свобода. Но от общества отличается одна из его исторических форм — государство. Государство он определял как «общество взаимного страхования, заключенного между землевладельцем, воином, судьей и священником, чтобы обеспечить каждому из них власть над народом и эксплуатацию бедноты».

Сущность истории Кропоткин видел как стремление к личной свободе, которому враждебно государство, имеющее целью «подавление личности, уничтожение всякой свободной группировки и торжество одной идеи, которая по необходимости должна быть идеей посредственности».

Кропоткин выработал представление о случайности и прерывности государственной организации общества, которое, в отличие от государства, существует необходимо и постоянно. Первую организацию общества он назвал римской (поскольку начало государственности в Европе положила Римская империя), вторую — народной. Он считал, что через всю историю нашей цивилизации проходят два течения, две враждебные традиции: римская и народная; императорская и федералистская; традиция власти и традиция свободы.

Победу справедливости он видел в великой социальной революции. Под великой социальной революцией Кропоткин понимал освобождение работника от ига капитала и организацию общества на принципах коммунизма. В коммунистическом обществе место правительства займут свободное соглашение и союзный договор. Переход к коммунизму Кропоткин считал длительным, сочетающим разрушение (бунты, стачки, ломка старой психологии, идеологии, нравственности) с созиданием нового строя, организованного на свободных союзах и высокой нравственности.

Марксизм Кропоткин отвергал, видя в нем «государственный социализм», который неизбежно разовьется в экономический деспотизм, еще более страшный, чем политический.

Социологический тип правопонимания сформировался во второй половине XIX в. Он предполагал, что право — социальное явление и существует независимо от государства (хотя часть правовых норм может санкционироваться государством), и его истоки нужно искать в обществе. Приверженцами этой теории в Европе — Эрлих, в США — Паунд, а в России XIX в. М.Н. Коркунов, М.М. Ковалевский, С.А. Муромцев.

М. Коркунов исходил из идей Иеринга, считая главным содержанием общественной жизни столкновение различных интересов. Он делал вывод, что право есть средство регуляции взаимных интересов и обеспечения общественного порядка. Для него характерно утверждение о релятивности (относительности) права. То, что в одном обществе считается правовым, в другом таковым не является. Следовательно, невозможно противопоставить такие понятия как право и бесправие, право охватывает все элементы общественной жизни и осуществляет разграничение интересов, независимо от того, справедливо оно или нет и кем установлено (законом, обычаем, или просто субъективным правосознанием). Учение об относительности права снимает противопоставление естественного и позитивного права. Право (по Коркунову) не сводится к закону. Закон — лишь один из возможных способов его существования. Особое внимание Коркунов уделял психологическому аспекту права.

М. Ковалевский занимался генетической социологией (происхождением различных социальных институтов). Идею права Ковалевский основывал на историко-социологическом методе познания. Сравнивая общества, находящиеся на одном этапе исторического развития с обществами, находящимися на иных этапах, и учитывая общие социологические закономерности развития обществ, можно с большой долей уверенности говорить о том, что в конкретном законодательстве должно быть усовершенствовано, а что с неизбежностью отмирает. Он считал, что развитие позитивного права зависит не от абстрактных идей, а от социально-экономического уклада в обществе.

Одним из первых обратил внимание на то, что право является элементом социальной жизни общества, С.А. Муромцев. По Муромцеву, право — не идеальное явление, которое существует независимо, а явление социальное, обусловленное существующими общественными отношениями. Муромцев свел право к правовым отношениям, которые отличаются от неправовых особым способом защиты — организованным (юридическим). Большое внимание он уделял суду и судебной системе.

Школа «свободного права» не создала единой концепции права, но подготовила становление психологической, социологической и иных теорий права.

Видным представителем школы «свободного права» был австрийский профессор Евгений Эрлих. Наиболее значительное его произведение — «Основы социологии права» (1913 г.). Критикуя юридический позитивизм, Эрлих призывал исследовать «живое право»: Право, по его учению, существует и развивается прежде всего как организационные нормы союзов, из которых состоит общество (семьи, производственные объединения, корпорации, товарищества, хозяйственные союзы и др.). Организационные нормы складываются в обществе сами собой, вытекают из торговли, обычаев, обыкновений, уставных положений различных организаций; эти нормы («самодействующий порядок общества», «общественное право») образуют, по его учению, право первого порядка.

Для охраны права первого порядка и регулирования спорных отношений создаются «нормы решений», образующие право второго порядка; эти нормы создаются деятельностью государства и юристов. К праву второго порядка относятся уголовное, процессуальное, полицейское права, которые не регулируют жизнь, а должны лишь поддерживать организационные нормы. Результатом взаимодействия общественного права, права юристов и государственного права является «живое право», которое не установлено в правовых положениях, но господствует в жизни.

Закон, по Эрлиху, не столько право, сколько один из способов обеспечения права; применение закона должно быть подчинено только этой цели, и к тому же главным способом существования «права решений» (второй слой права) является свободное нахождение права судьями, рассматривающими конкретные дела. Эрлих писал, что «свободное нахождение права не означает свободу судей от закона», однако утверждал, что задача судей и юристов не в том, чтобы логически выводить решения отдельных случаев из распоряжений закона. В правосудии решающая роль принадлежит не «мертвым параграфам закона», а свободному слову квалифицированных юристов.

Политическая наука приобрела современные черты (интерес к изучению мотивов и последствий политической деятельности, использование методов конкретной социологии, стремление не строить проекты политического переустройства, но анализировать конкретные политические события и процессы) благодаря деятельности целого ряда социологов и философов.

Вильфредо Парето (1848–1923), итальянский социолог и политолог, последователь Макиавелли, видел два реальных средства управления людьми: силу и хитрость, поэтому эффективно действующие политики делятся им на «львов» и «лис». Смысл и результаты участия масс в политике оценивал скептически, считал демократию крайне несовершенной формой организации политических отношений, поскольку неразумная масса получает доступ к принятию политических решений. Реальная власть в обществе принадлежит и должна принадлежать элите — узкому кругу лиц, знаниями, способностями, профессиональными успехами доказавшими свою избранность.

Макс Вебер (1864–1920), немецкий историк, философ и социолог предложил разделить все типы власти на аффективный, или эмоциональный, целостно-рациональный, или религиозный, и определяемый заинтересованностью. Его называют основателем современной теории бюрократии, которую он рассматривал в качестве рационализированной, обезличенной системы управления, осуществляемой как следование правилам и предписаниям. В научном описании он стремится проводить четкое различие между фактами, которые можно достоверно установить и эмпирически проверить, и ценностями, не подлежащими какой-либо эмпирической фиксации и выражающими внутренний мир субъекта, специфику его отношения к окружающему миру.

Зигмунд Фрейд (1856–1939), австрийский психиатр и психолог, и его последователи оказали мощное воздействие на методы современной политологии и весь спектр ее проблем. Фрейд и Юнг выявили новый объект интереса теоретиков политики — роль бессознательного в детерминации политических процессов. Сторонниками этих идей политическое поведение рассматривается в качестве результата неосознаваемых влечений, формирующихся в подсознании человека под воздействием детских впечатлений, воспитания, а политика оценивается как некий вид патопсихологии, сфера, влекущая людей с неосознаваемыми психическими деструкциями.

Для немецкой политико-правовой мысли характерен теоретико-философский характер, сочетающийся с политико-социальными исследованиями. Большинство из теорий связаны с так называемой франкфуртской школой, которая сложилось на базе Института социальных исследований при Университете во Франкфурте-на-Майне в 1920-х гг.

Видным представителем немецкой философии является Адорно Хабермас. В центре его размышлений лежит понятие коммуникативного разума. Первым шагом в развитии этого понятия была книга Познание и интерес (1968). Своеобразие философской теории Хабермаса заключается в том, что он связал понятие разума с эмпирической теорией социальной эволюции, разработанной Марксом, Вебером и Парсонсом. Осмысляя структурную трансформацию, переживаемую обществом, Хабермас еще в начале 1960-х гг. выдвинул понятие, которое в конце того же десятилетия сделалось ключевым для целого поколения студенческой молодежи.

Это понятие — публичность, общественность. Другую важную тему хабермасовских исследований образует взаимосвязь права и демократии. Согласно Хабермасу, формирование национального суверенитета следует понимать как рациональный процесс, включающий в себя выработку общественной воли, которая вне этой рациональной процедуры носила бы анархический характер.

Огромную популярность в XX в. получили идеи Эриха Фромма. Он дал импульс развитию гуманистического мышления минувшего века. Велик его вклад в развитие современной политической философии. Фромм был в числе первых исследователей, обратившихся к диагностике тоталитарного общества, причем не только нацистского, но и казарменно-социалистического. В отличие от многих исследователей, которые считали нацизм случайным отклонением, Фромм показал стойкость и воспроизводимость тоталитаризма как политической практики и типа мышления. Опираясь на психоанализ, Фромм исследовал исторические типы социального характера и причины самоотчуждения личности, трансформацию потребностей и поведенческих структур.

101. Политико-правовые воззрения К. Поппера и Р. Дарендорфа

Влиятельный современный мыслитель Карл Поппер, один из величайших в ХХ в. защитников открытого общества, в фундаментальном труде «Открытое общество и его враги» (1945) решал вопрос — как организовать массы в сообщества без излишнего ограничения свободы личности. По мнению Поппера, демократия является наилучшей формой государственного устройства. Ее нужно рассматривать как средство защиты свободы. Демократия может способствовать сохранению и защите свободы, но она никогда не способна сама по себе создавать свободу, если каждого отдельного гражданина это не волнует.

К. Поппер рассматривал открытое общество как наилучшую форму общественной жизни, определяя его как общество, «освобождающее критические силы человека», и противопоставлял открытому обществу закрытое, или «родоплеменное», с его подчинением магическим силам. Государство, по мнению Поппера, должно существовать ради свободного общества, а не наоборот: поэтому он требовал, чтобы каждый гражданин сочетал свой долг преданности государству с определенной настороженностью, недоверием к государству и его чиновникам, и следил за тем, чтобы государство не преступало пределов своих законных функций. Только традиции свободного общества смогут уравновесить силу государства за счет обеспечения соответствующих средств сдерживания и контроля, от которых зависит судьба всей свободы.

Разработчик немарксистской теории социального конфликта в обществе Ральф Дарендорф выдвинул 5 основных тезисов:

1. Общество конфликтно, а не равновесно.

2. Социальное равенство недостижимо, теория классового конфликта изображается в либеральных оттенках. Внимание к стартовым возможностям индивида, конкуренции, мобильности, отношениям господства и подчинения.

3. Общество рассматривается по средствам взаимодействующих социальных групп, имеющих собственные цели и интересы.

4. Изучение взаимоотношений группы и индивида.

5. Конфликты в обществе по поводу ресурсов, как противоположность норм и ожиданий.

Он выделяет участников конфликта: это господствующие над ресурсами, с одной стороны, и исключенные из этого процесса, с другой. Пути выхода из главного конфликта, раскалывающего общество, он видит в социальной мобильности, которая порождает множество мелких конфликтов, разъединяющих социальные группы, которые в конечном итоге стирают грань основного конфликта и сужают его.

Морис Дюверже удачно сочетает в себе качества ученого и преподавателя, журналиста и писателя, а также видного общественно-политического деятеля. Он опубликовал большое количество работ как научно-исследовательского, так и учебно-педагогического характера.

Круг основных проблем, разрабатываемых М. Дюверже, можно выделить в три группы.

1. Проблемы теоретико-методологичес-кого характера.

А) Проблема разграничения различных областей политологического знания. Дюверже считал, что политическая социология представляет собой самую широкую область политологического знания, т. к. охватывает всю совокупность человеческих отношений, основанных на власти, управлении и авторитете.

Б) Проблема определения понятия предмета политической науки. Дюверже рассматривает политическую науку как науку о власти. В то же время такая концепция, по его мнению, не раскрывает предмета политической науки во всей его полноте, так как оставляет в стороне такое понятие, как «влияние». Всякая власть, осуществляемая в обществе, предполагает влияние. Но не всякое влияние, оказываемое одним индивидом на других индивидов, рассматривается как власть в строгом смысле этого слова.

2. Проблемы демократии.

М. Дюверже обращается к осмыслению опыта демократического развития западных стран, которые, по его мнению, живут в условиях плутодемократии, т. е. в условиях такого политического правления, когда властью обладают одновременно и народ, и богатство. Плутодемократия выступает в двух формах: либеральной демократии и технодемократии. Но подлинная демократия, по М. Дюверже, определяется через «свободу для народа и для каждой части народа».

3. Проблемы политических партий.

М. Дюверже задает два вопроса:

А) Насколько политические партии демократичны и реально выражают и воплощают интересы широких масс?

Б) Какой режим является более демократическим: партийный или беспартийный?

Вывод М. Дюверже таков: организация современных политических партий не соответствует демократическим принципам, их структура автократична и олигархична, но при всех недостатках партийный режим остается лучше режима беспартийного.

Ведущие индустриальные державы — Англия, США, Германия и Франция — на рубеже XIX–XX вв. вступили в период зрелого капитализма (позднее аналогичный путь прошли Япония, Канада, Италия и некоторые другие страны). Как общественно-экономический строй, зрелый капитализм характеризуется концентрацией собственности, господством крупного капитала и гигантских корпораций над массой мелких предпринимателей, преобладанием интенсивных способов ведения хозяйства. С переходом к зрелому капитализму расширяются масштабы деятельности государственной власти. Рост крупной индустрии приводит к образованию особой системы управления обществом, в которой механизмы рынка сочетаются с государственным регулированием экономики. Политико-правовая мысль не могла остаться в стороне от этих процессов.

Особое значение для обновления социально-политической теории имела демократизация общественной жизни в наиболее развитых странах. Само понятие политики в связи с этим приобретало новый смысл: если до середины XIX в. оно охватывало лишь сферу деятельности государственной власти, то теперь сюда включается более широкий круг общественных отношений — отношения между социальными группами, политическими партиями, их фракциями. Позже появление на европейском континенте первых фашистских режимов заставило теоретиков политико-правовой мысли переосмыслить классификацию форм государства и обоснование демократии.

На теоретическое содержание современных политических учений оказали влияние научно-техническая революция и распространение в общественном сознании своеобразной идейной позиции — сциентизма.

Современный этап развития политических и правовых исследований характеризуется тенденцией к углублению их специализации. Отчетливо эта тенденция проявилась после окончания Второй мировой войны, когда политическая наука обособилась от правоведения и обрела статус автономной отрасли знаний. Специализация исследований привела к изменению структуры как политической, так и правовой науки. Одним из проявлений этой тенденции выступает дифференциация политической теории (концепции тоталитаризма, плюралистической демократии, правящих элит).

Идеологическое содержание современных западных политико-правовых учений отражает противоборство социальных групп высокоразвитого индустриального общества.

Американская политическая мысль прошла ряд этапов: 1) с конца XIX в. до Первой мировой войны; 2) между двумя мировыми войнами; 3) после Второй мировой войны и до сегодняшних дней.

На первом этапе (более организационном) при крупных университетах (Гарвардском, Йельском и др.) создаются высшие отделения политологической науки. В то время внимание уделялось связи государства и общества, анализу деятельности правительственных и иных институтов, и в США были созданы исследовательские центры: в начале 1906 года на местном уровне, а затем в 1914 году — и на уровне федеральном. Эмпирико-реалистическая тенденция заметна в работах А. Бентли, В. Вильсона.

На втором этапе в американской политологии было противоборство двух течений: сциентического и антисциентического. Сциентическое направление (Ч. Мерриам, У. Монро) базировалось на исключении ценностного подхода при исследовании конкретной политической жизни, опасаясь превращения политологии в науку предсказания. Антисциентическое направление (Ч. Бирд) критиковало сциентизм за ориентацию политологов на однобокое исследование и накопление данных, за игнорирование смелых суждений, широких обобщений и вторжений в большие дела политики. Эта дискуссия способствовала сближению политологии с социологией и психологией.

Центральным для современной политологической школы США является исследование традиций и проблем политической власти, изучение ее конституционных основ и принципов, изучение деятельности административного аппарата и политических партий, развитие новой теории по политическому управлению, политической модернизации. Среди видных представителей сравнительной политологии можно выделить Алмонда, Вербу, Липсета, Бжезинского.

Основными методами исследования международных отношений и мировой политики, изучения отношений между Востоком и Западом служат математическое моделирование, деловые игры, политическое прогнозирование (Маккой, Каплан, Рассет.)

Основным методом исследования динамики общественного мнения является статистический метод (Даль, Дойч, Хантингтон, Джонс, Феслер и др.)

Профессор права и политической науки в Йельском университете Гарольд Ласуэлл (1902–1979) написал несколько политологических работ, которые стали основой для зарождающейся науки — «Политика: кто получает, что, когда и как» (1936), «Демократия по средствам общественного мнения» (1941).

В этих книгах были высказаны идеи, которые американская политология взяла на вооружение.

Ласуэлл обосновал методологические проблемы исследования политики. Используя идеи Фрейда, он сформулировал теорию политического психоанализа. Суть ее состоит в том, что психологический механизм личности — важнейший фактор, обусловливающий отношение ее к политике.

Ласуэлл предложил теорию политических личностей, выделив три основных типа политиков: администратора, агитатора, теоретика.

Характеризуя их позитивные и негативные качества, Ласуэлл отдавал предпочтение «смешанному типу», надеясь, что он сочетает в себе все лучшее, что свойственно другим типам политической личности.

Ласуэлла интересовала проблема политической власти и ее распределения в обществе. Он рассматривал власть в качестве центральной категории политической науки и пришел к выводу, что существенную роль в процессе властвования играют ценности, а также характер распределения их в обществе.

Ласуэлл считал, что для понимания политического процесса политическая наука должна определить его цели и объекты; выявить основные тенденции в распределении ценностей; изучить условия, объясняющие эти тенденции; наметить всевозможные изменения в будущем; выбрать такие способы действий, которые должны привести к максимальному достижению ценностей.

Американцы неслучайно высоко оценивают заслуги Ласуэлла: он стал родоначальником теории СМИ в США, высказав идеи о смысле и характере пропаганды.

Ласуэлл считал, что пропаганда представляет собой «продуманный отбор символов», распространяющихся с целью «оказать влияние на поведение масс», следовательно требуется создать такую систему пропаганды, которая была бы «незаметной», «ненавязчивой», и в то же время обладала большой силой воздействия. Разработанная Ласуэллом теория политической семантики легла в основу символического мышления, которое формирует рефлексы политического поведения и позволяет политическим лидерам манипулировать поведением населения.

Теория «групп давления» была впервые сформулирована Бентли. Он рассматривал политику как взаимодействие заинтересованных групп, преследующих свои цели. Группа давления — общественное объединение, активно добивающееся удовлетворения собственных интересов с помощью целенаправленного воздействия на структуры политической власти.

Группы давления являются формальными объединениями граждан с четко выраженной организационной структурой, устоявшимися функциями и профессиональным кадровым аппаратом (профсоюзы, церкви и т. д.). Благодаря очень жесткой организационной структуре они могут оказывать большое воздействие на политическую жизнь страны, нередко конкурируя по степени влияния с политическими партиями. Для победы в борьбе за права граждан группы давления применяют различные формы и методы политического давления: пропагандистские кампании в средствах массовой информации, забастовки, пикеты, шествия, митинги и т. п.

Воздействие групп давления на государственные органы идет по типичному сценарию:

1) непосредственное выдвижение своих членов в состав представительных и исполнительных органов власти либо в качестве функционеров управленческого аппарата;

2) участие членов группы в работе парламентских комиссий и подкомиссий, в межведомственных комитетах и службах;

3) постоянные личные контакты с членами парламента, правительства, прочими чиновниками и т. д.

Успешность деятельности группы давления зависит от ресурсов, которыми она располагает (собственность, информация, квалификация и опыт, культурное влияние, национальные и религиозные связи и пр.). Разновидностями групп давления являются профессиональные союзы, ассоциации предпринимателей, союзы кооператоров, потребителей, добровольные общества и другие общественные объединения. Группами давления принято считать и традиционно присутствующие в политике и политической деятельности тайные общества и организации (масоны, университетские братства и т. п.).

Добившись одной цели, группы давления не распадаются, они просто переходят к следующей цели. Они обогащают политическую жизнь страны, делают ее более многополярной, но в силу особенностей устройства могут сращиваться с бюрократическими и партийными группировками, что усиливает корпоративные тенденции в политической системе общества.

Теория «групп давления» была впервые сформулирована Бентли, но в дальнейшем разработку теории «групп давления» (другая формулировка — «групп интересов») продолжил Д. Истон — канадский политолог, профессор Чикагского университета.

Политологи предложили типологию групп давления, учитывающую разнообразные черты их строения и деятельности:

1. С точки зрения происхождения и степени организованности политологи Алмонд и Пауэлл предложили деление групп давления на:

— анемические — возникающие стихийным образом как спонтанная реакция на ту или иную ситуацию (например, демонстрации, митинги);

— институциональные — это формальные объединения с определенной организационной структурой, устоявшимися функциями и профессиональным кадровым аппаратом (например, представительства автономий в федеральных центрах и др.).

2. С точки зрения специализации деятельности выделяют группы:

— ассоциативные — добровольные объединения, специализирующиеся на представительстве интересов и нацеленные на решение определенных задач (профсоюзы, предпринимательские ассоциации, движения за гражданские права);

— неассоциативные — неформальные и недобровольные объединения на родственной, религиозной, социокультурной основе (научные и студенческие общества, трудовые коллективы, религиозные секты);

3. По характеру деятельности группы интересов могут быть разделены на одноцелевые и многоцелевые.

Распространены градации групп интересов по сферам управления обществом, территориальным признакам, уровню и масштабам деятельности.

Некоторые ученые относят к группам давления также и общественно-политические движения — объединения и ассоциации, не входящие в государственные и партийные структуры, соединяющие солидарную политическую активность граждан, направленную на достижение какой-либо значительной политической цели.

Ведущим течением в неолиберализме первой половины и середины XX в. выступало кейнсианство. Его основателем был английский экономист Джон Мейнард Кейнс (1883–1946), получивший мировую известность после выхода своей книги «Общая теория занятости, процента и денег».

Книга была написана им вскоре после «великой депрессии» 1929–1933 гг. Кейнс доказывал, что рыночная экономика не утратила способности к динамичному развитию. Охвативший ее кризис — явление временного порядка. Депрессию породили не внутренние пороки капитализма, а отношения свободной конкуренции, при которых в наиболее выгодном положении оказываются биржевые спекулянты и рантье, не заинтересованные в расширении производства. Аккумуляция богатства в их руках приводит к свертыванию инвестиций, спаду предпринимательской активности, что, в свою очередь, вызывает рост безработицы и обострение социальных конфликтов. В сложившейся ситуации, писал Кейнс, политики обязаны найти «новые средства, которые позволили бы спасти капитализм от того, что именуют большевизмом».

Для этого необходимо: 1) покончить с режимом свободного предпринимательства; 2) понизить ставки процентов на капитал; 3) обложить спекулятивные сделки высокими налогами; 4) собрав необходимые средства, направить их на развитие производства и решение социальных проблем.

Кейнс не занимался специально проблемами государства и права, но разработанная им программа оказала влияние на политическую практику и законодательство. После Второй мировой войны во многих странах Западной Европы были проведены реформы, нацеленные на предотвращение кризисов в экономике, повышение уровня занятости населения и потребительского спроса. Совокупность таких мероприятий называют «кейнсианской революцией на Западе».

Практическое осуществление принципов неолиберализма поставило ряд новых проблем. Реализация этих принципов сопровождалась усилением власти правительства в ущерб законодательным органам. Опасаясь перевеса исполнительной ветви власти над законодательной, идеологи неолиберализма обратились к разработке вопросов функционирования демократии в условиях регулируемой экономики и контроля за деятельностью правящей элиты.

Распространение идей кейнсианства достигло пика в 50–60-е гг. Они получили развитие в концепциях постиндустриального общества (Дж. Гэлбрейт), стадий экономического роста (В. Ростоу), государства благоденствия (Г. Мюрдаль) и др.

В концепциях плюралистической демократии общей посылкой выступает положение о том, что государство является демократическим лишь при наличии множества организаций либо автономных групп, участвующих в осуществлении власти.

Концепцию плюралистической демократии разработал Гарольд Ласки (1893–1950) — видный деятель лейбористской партии Великобритании, сформулировавший такие понятия, как плюралистическая теория государства и политический плюрализм.

По учению Ласки, современный тип государства зародился в эпоху Реформации, когда светские правители, одержав победу над Церковью, сосредоточили в своих руках всю полноту власти. По мере утверждения капитализма, государственная власть подверглась бюрократизации и превратилась в централизованную иерархическую систему управления, обслуживающую интересы частных собственников. Ласки называл такое государство монистическим.

Представительные учреждения (парламент и органы местного самоуправления) принципиально дела не меняют, поскольку они включены в единую систему институтов, защищающих обладателей собственности. В странах парламентской демократии избирательные права рабочих имеют декларативный, формальный характер. «Граждане бессильны перед лицом эффективно действующей централизованной власти». Отсюда был сделан общий вывод: «Капитализм несовместим со свободой».

Утверждение свободы теоретик связывал с установлением нового общественного строя — промышленной демократии. Описывая будущее общество, Ласки исходил из того, что частная собственность в нем сохранится, но функции управления производством будут переданы коллективам трудящихся. На смену централизованной организации власти придет «плюралистическое государство», в котором систему учреждений, построенных по территориальному принципу, дополнят органы представительства профессиональных интересов, произойдет дисперсия (рассеяние) государственного суверенитета: политическая власть рассредоточится по многочисленным объединениям, представляющим различные социальные интересы. Увеличение числа центров власти отразит федеративную природу общества, его дифференцированную социальную структуру.

Ласки подверг критике предшествующие учения о государственном суверенитете (Ж. Боден, Т. Гоббс), общей воле государства (Ж.-Ж. Руссо) и праве как выражении воли суверена (Дж. Остин), которые непомерно возвеличивают государство и противоречат федеративной природе общества.

Морис Ориу (1856–1929), основоположник теории институционализма, был профессором и деканом факультета права Тулузского университета. Его труды оставили заметный след в истории социологии и юридической науки.

Ориу рассматривал общество как совокупность огромного числа институтов. Если первоначально тот или иной круг лиц, объединившись для совместных действий, образует организацию, то с момента, когда входящие в нее индивиды проникаются сознанием своего единства, она предстает уже институтом. Отличительным признаком института Ориу считал именно направляющую идею.

По определению Ориу, институт — это идея дела или предприятия, осуществляемая правовыми средствами. Государство, подчеркивал Ориу, реализует идеи покровительства гражданского общества нации, защиты частной собственности как сферы свободы индивидов. С течением времени институты приобретают устойчивый характер и обычно живут значительно дольше, чем создавшие их лица.

Ориу выделял два типа институтов: корпоративные (торговые общества, ассоциации, государство, профсоюзы, Церковь) и вещные (правовые нормы). Оба вида были охарактеризованы им как своеобразные идеальные модели социальных отношений, которые отличаются друг от друга только наличием (отсутствием) собственной организации.

Основное внимание Ориу уделял корпоративным институтам как инструментам упрочения капиталистического строя. Как автономные образования они обладают общими чертами: направляющей идеей, организацией власти и совокупностью норм, регулирующих внутренний распорядок. Понятия власти, управления, права он распространил на все корпоративные институты, приравняв социальные формирования друг к другу. Теория институтов отводила социальным группам роль механизмов, поддерживающих рыночную экономику в состоянии устойчивого равновесия. Институты выполняют роль противовеса для сохранения либерального режима.

Необходимость подобного рода противовесов Ориу объяснял тем, что свобода предпринимательской деятельности приводит к нарушению равновесия в обществе. Государство, согласно концепции Ориу, должно направлять и контролировать экономическую жизнь общества, оставаясь в то же время общенациональным институтом, т. е. нейтральной посреднической силой.

Теория государства благоденствия была выдвинута идеологами средних классов и демократически настроенной интеллигенции в 50-е гг. — период экономического подъема в странах Западной Европы и США. Одним из создателей теории был шведский экономист и государственный деятель Карл Гуннар Мюрдаль (1898–1987), автор известной книги «За пределы государства благоденствия».

В основе его концепции лежит утверждение о том, что всеобщее благоденствие уже достигнуто в индустриальных странах Запада. Суть теории общественного благоденствия заключается в том, чтобы мирно и без революции проводить в капиталистическом государстве скоординированную публичную политику, которая приведет экономику в соответствие с интересами большинства граждан.

Государства благоденствия, согласно его концепции, обладают рядом общих признаков.

1. Смешанная экономика, когда рыночные отношения сочетаются с государственным планированием. Мюрдаль доказывал, что планирование в современном капиталистическом обществе вызвано объективными причинами, и прежде всего образованием монополий. Он считал, что индустриально развитые страны Запада бесконечно далеки от либеральной модели свободного рынка, государственное вмешательство необходимо для поддержания равновесия и стабильного роста экономики, оно касается крупных экономических объединений и не затрагивает индивидуальной свободы.

2. Тенденция к демократизации политической жизни. Всеобщее избирательное право и рост общественного благосостояния позволяют перейти к децентрализации государства и передать часть функций, которые традиционно осуществляло правительство, органам местного самоуправления и добровольным объединениям граждан; политический процесс поставлен под «расширяющийся народный контроль», а общественная жизнь при всеобщем благоденствии стремится к состоянию полной гармонии и преодолению идеологических разногласий.

Американский социолог Даниел Белл в своей книге «Конец идеологии» называл отличительными признаками государства благоденствия смешанную экономику, децентрализацию политической власти и отсутствие в обществе идеологического противоборства вследствие удовлетворения интересов всех социальных слоев.

Теория «демократического социализма», сформировавшаяся после Второй мировой войны, стала официальной теорией многих социалистических и социал-демократических партий мира.

Теоретики исходили из того, что классовая теория Маркса, Энгельса и Ленина не соответствует современным реалиям, а на смену полярности классовых интересов пришел социальный плюрализм, позволяющий их согласовывать. Рабочие и капиталисты перестали быть врагами: первые не обладают полновластием в обществе, а вторые стали полноправными гражданами государства и могут использовать его для защиты своих интересов.

Государство рассматривается ими как одна из форм входящих в нее ассоциаций, и права требовать повиновения индивидов у него не больше, чем у других ассоциаций, которые выполняют существенные общественные функции и лучше государства обслуживают социальные нужды. Это вызывает рост их власти в решении общественных дел, происходит дисперсия власти между взаимодействующими ассоциациями и государством и снимается острота проблемы борьбы за государственную власть. Завоевание власти не нужно рабочему классу, речь идет об исполнении власти его представителями — социалистическими партиями, которые подготавливают благоприятные условия для наступления социализма (у Реннера — в рамках капитализма).

Теория предполагает, что пролетарская революция невозможна в современных условиях и нежелательна, ибо препятствует развитию демократии и приводит, как показал опыт, к диктатуре. Демократия и диктатура пролетариата несовместимы. Рабочий класс должен ориентироваться на завоевание парламентского большинства, что не ведет к коренным изменениям отношений собственности: современная концепция социализма несовместима с общественной собственностью на все средства производства. Концепция предполагает сочетание общественной собственности в ряде важнейших отраслей производства с частной собственностью в значительно большей группе отраслей промышленности.

Теория «демократического социализма» оказала влияние на политические концепции в ряде стран, освободившихся после Второй мировой войны от колониальной зависимости.

Концепция господства является основной в политической социологии Макса Вебера. По Веберу, «господство означает шанс встретить повиновение определенному приказу». Господство предполагает взаимные ожидания того, кто приказывает и того, кто повинуется этому приказу, ожидая, что приказ будет иметь тот характер, который им воспринимается. В соответствии со своей методологией, Вебер выделяет три типа господства: легальное, традиционное, харизматическое

Легальное господство основано на признании добровольно установленных юридических норм, направленных на регулирование отношений. К такому типу господства Вебер относил Англию, Францию и США. В этих государствах и управляемые и управляющие подчиняются не личности, а четко установленным законам. Принцип лежащий в основе легального господства — это правовое начало. Наиболее чистым типом легального господства Вебер считал бюрократию. Легальный тип господства (рациональная бюрократия) наиболее соответствует формально-рациональной структуре рыночной экономики.

Традиционное господство обусловлено нравами, привычкой к определенному поведению. Традиционное господство основано на вере не только в законность, но и в священность существующих порядков и властей. По Веберу, примером может быть патриархальное государство, которое предшествовало современному буржуазному. Тип традиционного господства по своей структуре сходен со структурой семьи. Именно это обстоятельство делает особенно прочным и устойчивым этот тип легитимности.

Харизматическое господство обусловлено личностными особенностями властвующего, выделяющими его из всех остальных. К таким качествам личности Вебер относит магические способности, пророческий дар, выдающуюся силу духа и слова. Харизматический тип легитимного господства возникает в условиях социально-политического кризиса и способствует появлению вождей, харизматиков, отличающихся политическим радикализмом и стремящихся подорвать основы существующего порядка. Вебер рассматривает харизму как великую революционную силу в традиционном типе общества, способную внести изменения в лишенную динамизма структуру. Источником личной преданности харизматическому государю является не традиция и не признание его формального права, а прежде всего эмоционально окрашенная вера в его харизму и преданность этой харизме.

Функции лидера представляют собой главные направления его деятельности. Обычно выделяют шесть общих функций:

Программная функция — разработка лидером программы деятельности.

Диагностическая (аналитическая).

Мобилизационная функция заключается в возможности лидера обеспечить поддержку своего курса широкими слоями населения и их привлечении к его осуществлению.

Коммуникативная функция направлена на упрочение каналов политической связи с целью убеждения в правильности курса и предотвращения отчуждения граждан от власти.

Функция социального арбитража и патронажа связана с защитой прав и свобод граждан, обеспечением законности и порядка.

Функция легитимации политического режима — обеспечение поддержки власти на основе личного авторитета лидера. В этих случаях режим пытается найти свое оправдание в особых качествах харизматических лидеров.

Типы лидеров. Широко распространенной является типология лидерства, предложенная Вебером.

В зависимости от способа легитимации власти он выделил три основных типа лидерства:

Традиционное. Авторитет традиционных лидеров основывается на вере в традиции, обычаи. Право на господство лидер получает по наследству.

Харизматическое. Основано на вере в исключительные, выдающиеся качества вождя.

Рационально-легальное характеризуется верой в правомерность порядка избрания лидера. Власть рационально-легального лидера основывается на праве.

Интересна классификация политических лидеров, предложенная Маргарет Херманн. Она выделила четыре собирательных образа лидера:

Знаменосец характеризуется привлекательностью, собственным видением действительности, способностью увлечь массы.

Служитель является выразителем интересов своих последователей. В своей деятельности он ориентируется преимущественно на их мнение.

Торговец характеризуется умением привлекательно преподнести свою программу избирателям, «продать» ее.

Пожарный отличается способностью быстро решать возникающие перед обществом сложные проблемы.

В настоящее время существует большое количество различных концепций, обосновывающих правомерность деления общества на управляющее меньшинство и управляемое большинство. Концепции предполагают, что реальная политическая власть всегда сосредоточена в руках меньшинства — элиты, формирующей цели развития общества и принимающей важные политические важные решения.

Идеи о неизбежности такого деления общества высказывались еще в глубокой древности. В связи с этим можно назвать имена Конфуция, Платона, Макиавелли, хотя в то время не было сделано никакого серьезного социологического обоснования.

Первые научно разработанные концепции элит были предложены в конце ХIХ — начале ХХ в. Г. Моска, В. Парето, Р. Михельсом. В их исследованиях охарактеризованы основные качества элиты, критерии и формы отбора, взаимоотношения внутри элиты и отношения элиты с массами, роль элиты в обществе. Они подчеркивали элитарность любого общества, его неизбежное деление на управляющее меньшинство и управляемое большинство. Власть принадлежит элите потому, она отличается особыми качествами

В настоящее время существуют различные направления элитарных теорий: ценностные теории элиты, теории демократического элитизма, концепции плюрализма элит, леволиберальные теории. Они отражают те или иные аспекты реальной действительности.

В обобщенном виде политическая элита — это привилегированная группа, которая занимает руководящие позиции во властных структурах и непосредственно участвует в принятии важнейших для общества решений. Составной частью политической элиты — является правящая элита. Ее обычно подразделяют на высшую, принимающую наиболее важные для всего государства решения; среднюю, олицетворяющую властные структуры крупных регионов; низшую, административную, представленную служащими — управленцами. Структура и социальная представительность политической элиты непостоянны. Изменения, происходящие в обществе, оказывают большое влияние на состав элиты.

Американский юрист Роско Паунд (1870–1964) сыграл значительную роль в развитии социологического правоведения в XX в. Социологическая направленность концепции Паунда наиболее ярко проявилась в трактовке права как формы социального контроля. Паунд считал, что право наряду с религией, моралью, обычаями, домашним воспитанием и др. является одним из способов контроля за поведением людей. Согласно такому подходу юридическая наука должна изучать право в контексте социальных отношений, учитывать взаимодействие правовых норм с иными регуляторами общественной жизни.

Поясняя концепцию, Паунд пояснял, что в древности механизмы социального контроля находились в нерасчлененном состоянии, и право не отделялось от религии и морали. Начиная с XVI в. значение правовых способов воздействия на поведение индивидов возрастает вместе с развитием государства. В современную эпоху право становится важнейшим средством осуществления социального контроля, поскольку государство берет на себя обязанность разрешения конфликтов индустриального общества.

Ученый выделяет в современном праве три аспекта: 1) право — это правовой порядок или режим регулирования социальных отношений посредством систематического и упорядоченного применения силы органами государства; 2) правом называют официальные источники, которые служат руководством при вынесении судебных и административных решений; 3) право есть судебный и административный процесс. Сводя эти определения воедино, мы придем к пониманию права как «высоко специализированной формы социального контроля, осуществляемого на основе властных предписаний в рамках судебного и административного процесса».

Для согласования аспектов между собой вводится понятие цели. Цель права состоит в улаживании социальных конфликтов и достижении цивилизованных отношений между людьми. Паунд считал, что право должно служить не разъединению членов общества, а укреплению согласия и кооперации между ними. Деятельность по установлению рационального порядка в обществе он назвал «социальной инженерией».

Австрийский юрист Ганс Кельзен (1881–1973), автор трудов по общей теории права и государства, по конституционному и международному праву, был родоначальником нормативизма. Самая известная работа — «Чистая теория права» (1934 г.). Под чистой теорией права Кельзен понимал доктрину, из которой устранены все элементы, чуждые юридической науке. Юридическая наука должна заниматься не социальными предпосылками или нравственными основаниями правовых установлении, а специфически юридическим (нормативным) содержанием права.

Кельзен разделил науки на две группы, охватывающие две области теоретических знаний — науки о сущем и науки о должном. К первой группе наук, где главным постулатом выступает принцип объективной причинности, он отнес естественные науки, историю, социологию и т. п., ко второй — науки о должном — где главным постулатом выступает принцип вменения, этику и юриспруденцию.

Кельзен призывал освободить юриспруденцию от исследовательских приемов, заимствованных из других областей познания, деидеологизировать правоведение, создать строго объективную науку о праве и государстве. Политическое учение Кельзена построено на отождествлении государства и права. Он считал, что право старше государства и возникло в первобытную эпоху, а когда правовое сообщество переросло в государство, функции принуждения стали исполняться централизованным путем (специальными органами власти), а децентрализованные способы принуждения сохранились только в области международных отношений.

Рассматривая нормы в национальных правовых системах, Кельзен создал ступенчатую концепцию права (в ней нормы согласованы между собой и образуют строгую иерархию). На вершине находятся нормы конституции, ниже — «общие нормы», на последней ступени — индивидуальные нормы. Право выступает замкнутой регулятивной системой, где каждая норма обязательна благодаря соответствию норме более высокой ступени.

В политической науке переход от одного типа политической системы к другому обозначаются термином «политическая модернизация». Смысл модернизации — в приближении различных фрагментов и целых политических и социальных систем к уровню их наиболее развитых состояний. Теория политической модернизации зародилась в США в 1950–60 гг. Она прошла три этапа становления и эволюции.

Первый этап — зарождение концепции. В 50–60 гг. политическая модернизация понималась как заимствование освободившимися от колониальной зависимости странами политического устройства и политической культуры западных стран. В качестве основных направлений рассматривались: демократизация политической системы по западному образцу, активное сотрудничество развивающихся стран с государствами Западной Европы и Северной Америки.

Второй этап — с середины 60-х годов. Более пристальное изучение конкретных политических процессов в развивающихся странах показало, что недооценивались внутриполитические факторы борьбы за власть, и абсолютизировалось внешнеполитическое влияние.

Третий этап — 70–80-е годы. Концепция политической модернизации превратилась в обоснование общей модели процесса развития цивилизации, суть которой состоит в описании перехода от традиционного общества к рациональному (современному) — Алмонд, Верба, Пай, Хантингтон.

В современной концепции политической модернизации выделяется два исторических типа модернизации:

Оригинальная модернизация — характерен для США и стран Западной Европы, осуществивших переход к рациональному общественному устройству в результате длительного внутреннего развития.

Вторичная модернизация — характерен для стран, отставших в развитии и пытавшихся догнать передовые за счет использования их опыта. К этой группе относят развивающиеся страны, освободившиеся от колониальной зависимости, страны Восточной Европы, Китай, СНГ. Внимание сосредоточивается на трудностях политического развития, кризисных явлениях. В результате возникли концепции «частичной модернизации», «тупиковой модернизации», «кризисного синдрома модернизации».

Вывод ученых: модернизация может осуществляться только при изменении ценностных ориентаций широких социальных слоев общества.

Под политическим развитием понимают возрастание способности политической системы постоянно и эффективно адаптироваться к новым образцам социальных целей и создавать новые институты, обеспечивающие каналы взаимодействия правительства и народа. Пытаясь осмыслить критерии, по которым одни страны можно отнести к политически развитым, а другие нельзя, американский ученый Пай ввел три критерия политического развития:

1. Структурная дифференциация — отражает процесс усложнения социальных отношений, вследствие деятельности людей и появления новых групп интересов.

2. Возрастание способности системы к инновации мобилизации и выживанию

3. Тенденция к равноправию участия народа в политической деятельности.

Исходя из этих трех пунктов, можно судить об уровне политического развития того или иного государства.

Структурная дифференциация — отражает процесс усложнения социальных отношений вследствие деятельности людей и появления новых групп интересов. Политическая система должна быстро реагировать на появление новых требований. Осуществить это возможно с помощью структурной дифференциации и высокой специализации функций институтов политической системы. Каждая политическая структура (законодательная, исполнительная, судебная) выполняет четко очерченную функцию. При этом все специализированные структуры тесно взаимосвязаны и составляют внутренне интегрированную систему. В политически неразвитых обществах подобного разделения труда между политическими структурами не существует.

Возрастание способности системы к инновации мобилизации и выживанию обусловливается потребностью социально дифференцированного общества в быстром приспособлении к меняющимся условиям своего функционирования. Для этого политическая система должна быть способна мобилизовать материальные и людские ресурсы для выполнения общезначимых целей. Ей необходимо развивать свою мобилизационную способность. Более сложные политические системы обладают значительным потенциалом к выживанию, поскольку располагают разнообразными каналами коммуникации и социализации (школа, вуз, церковь, армия и т. д.). Через эти каналы политическая система культивирует определенные образцы политического поведения и внушает доверие к власти, поддерживает веру в ее законность (легитимность) и справедливость.

В середине XIX в. был сформулирован закон политического развития. Философы полагали, что для страны со слабой и зарождающейся демократией нет ничего опаснее, чем слишком быстрые реформы и изменения. В этих условиях участие масс в политике обгоняет развитие политических институтов в обществе (партий и т. п.) и как следствие не удается остановить начавшиеся процессы. Интенсивная поляризация не способствует введению начавшегося процесса в демократические рамки, наступает «тирания черни» — охлократия. Современная политическая мысль выделяет три пути перехода к демократии: эволюционный, революционный, военный (завоевания).

Этапы перехода: кризис авторитарного режима; установление демократии; консолидация демократии.

Модели перехода к демократии:

— линейная (является классической) подразумевает постепенное ограничение прав власти, и расширение прав и свобод личности, утрату избирательных цензов и т. п.;

— циклическая — характеризуется чередованием авторитарных и демократических форм правления по определенным циклам;

— диалектическая — характерна нестабильностью переходов политических режимов, но переход к демократии всегда осуществляется только под давлением созревших предпосылок;

— кооперативная — обладает сущностным потенциалом демократии, переход к ней осуществляется в ходе постепенной либерализации политического режима.

Конкурентная модель — характеризуется резкой либерализацией, распадом прежней системы и попытками внедрения новых политических институтов любой ценой, может сопровождаться насилием и гражданской войной.

Исходя из предложенных моделей, политолог Пшеворский выделил пять возможных исходов перехода к демократии: а) структура конфликтов такова, что ни один демократический институт не может утвердиться, а политические системы начинают бороться за новую диктатуру; б) временный консенсус сил; в) соперничество противоположных политических сил мешает их становлению; отдельных демократических институтов; г) политические силы соглашаются на нежизнеспособность политической структуры и противятся введению демократических институтов; д) введенные демократические институты оказываются прочными.