Финн Маккенна пристально смотрел на женщину, находящуюся в пятнадцати футах от него. Она совершенно не подозревает о том, что он собирается сделать. Высокая, длинноногая блондинка. О такой мечтает любой здравомыслящий мужчина. Финн надеялся, что его план сработает.

Окажись на месте Финна его дед, он нащупал бы в кармане талисман — цветок клевера, — трижды постучал бы по деревянным перилам и прочел бы молитву. Предки Маккенны были суеверными. Финн, напротив, был убежден, что удаче предшествуют подробные исследования и напряженная работа. Он не верил ни в гномов, ни в магическую силу радуги.

На подготовку к предстоящей беседе с ней он потратил очень много времени, это уж точно.

— Ты свихнулся, — послышался недовольный голос.

Финн повернулся и пожал плечами, глядя на своего младшего брата. Райли Маккенна обладал такими же, как у него, темно-каштановыми волосами и небесно-голубыми глазами. Но в отличие от остальных мужчин семьи Маккенна Райли улыбался так бесшабашно, что становился просто умопомрачительно хорошеньким. Финн унаследовал жесткие черты лица от трудоголика-отца, а братец больше походил на свою свободолюбивую мать.

— Я не свихнулся, Райли. Бизнес есть бизнес.

Приходится рисковать.

— Держи. — Брат протянул ему бокал. — Я попросил бармена налить нам с тобой хорошего ирландского пива.

— Спасибо. — Финн сделал длинный глоток и почувствовал мягкие, почти пряные нотки напитка.

Люди вокруг него разговаривали, танцевали и наслаждались дорогим вином. Многие удивились бы, узнав, что Финн предпочел пиво. Но ему всегда было наплевать на мнение других.

Именно глупые сплетни спровоцировали его недавние неудачи в бизнесе.

«Скоро мне повезет», — напомнил он себе. Сегодня вечером Финн постарается изменить свою жизнь. Он вернет прежние позиции, а помогать ему в этом будет Элли Уинстон — временный генеральный директор компании «Архитектура и дизайн».

Она просто еще не знает, что ее выбрали в помощницы.

Элеонора Уинстон — для друзей Элли — стала новым руководителем в компании своего отца.

Генри Уинстон-старший — первый владелец компании — вышел на пенсию пару недель назад. Поговаривали, что у него случился обширный инфаркт, поэтому он отказался от руководящей должности. Второй владелец компании — брат Генри Уинстона — был в разладе с семьей уже одиннадцать лет, но продолжал принимать участие в делах.

Финн знал о том, что Элеоноре Уинстон двадцать девять лет; она получила степень магистра в области дизайна, три года работала в дизайнерской фирме в Атланте, потом, незадолго до болезни отца, переехала в Бостон. В основном занималась проектированием частного жилья. Финн слышал, что она редко, но все же берется за больницы и офисные небоскребы. Весьма вероятно, что она обрадуется предложению Финна.

— Так твой грандиозный план в том, чтобы побеседовать с Элли Уинстон? Здесь? Сейчас? — спросил Райли. — Ты посмотри на свою одежду.

Финн взглянул на темно-серый костюм в полоску, белоснежную рубашку и темно-синий галстук. — Чем тебе не нравится моя одежда?

— Ты вырядился как на похороны. — Райли погладил собственную рубашку, ворот которой, как обычно, был расстегнут. — Ты должен выглядеть сексуальнее.

Финн недовольно отмахнулся от нелепого совета. Райли был самым заметным из братьев Маккенна и обожал находиться в центре внимания. Финн предпочитал аккуратную и элегантно-простую одежду без излишеств.

— Сейчас идеальное время, — заметил Финн, кивая в сторону женщины. — Она расслабилась, может, выпила пару бокалов вина. Но самое главное — она не ожидает моего предложения.

Райли усмехнулся:

— О, в этом я не сомневаюсь!

Финн снова пристально посмотрел на Элли Уинстон. Она смеялась над репликой парня, стоявшего рядом. Она откинула голову, в ее темно-зеленых глазах сверкали искорки веселья. Каждый раз, когда Финн ее видел, она была открытой и радостной. На долю секунды он позавидовал ее спутнику и задался вопросом, каково безраздельно владеть ее вниманием и провоцировать такой звонкий смех.

Черт побери, она красивая и интригующая женщина.

«Не отвлекайся, — сказал он себе. — Разве тебе мало болезненных уроков?»

— Такая женщина, как она… — Райли покачал головой. — Вряд ли с ней нужно действовать жестко и сурово, Ястреб.

— Я ненавижу, когда ты так меня называешь.

— Эй, тебе подходит это прозвище. — Райли улыбнулся. — Ты, дорогой старший братец, выслеживаешь жертву, хватаешь ее и используешь в собственных целях. — Он положил руку на плечо Финна. — Но, несомненно, охоту ты ведешь так, что со стороны она может показаться милой забавой.

— О да, конечно.

Журналисты прозвали Финна Ястребом несколько лет назад, когда он обошел своего конкурента. Потом, шесть месяцев спустя, он победил еще одного. Финн отобрал бизнес у своих соперников и стал владельцем одной из крупнейших архитектурных фирм в Новой Англии. По крайней мере, так было до недавнего времени. Бывшая подружка Финна предала его, переманила половину его клиентов и изрядно подмочила репутацию.

Подошедшая официантка предложила братьям закуски. Финн отказался от еды, а Райли взял ломтик огурца с копченым лососем и одарил официантку улыбкой.

— Неужели закуски так же вкусны, как вы красивы? — спросил он.

Та покраснела и улыбнулась:

— Попробуйте и узнаете.

Райли прожевал огурец с лососиной, затем шире растянул губы в улыбке:

— Закуска, безусловно, отменная.

Официантка качнула бедрами и нахально осклабилась:

— Возможно, вам следует попробовать и другие закуски.

Повернувшись на каблуках, она отошла в сторону.

— Возможно, я их попробую, — пробормотал Райли, наблюдая, как она плывет сквозь толпу.

Финн закатил глаза. Иногда Райли было крайне тяжело сосредоточиться на разговоре.

— Ты когда-нибудь думаешь о чем-нибудь, кроме женщин?

— А ты когда-нибудь думаешь о чем-нибудь, кроме бизнеса? — парировал он.

— Я бизнесмен. У меня нет выбора, кроме как думать о благе компании.

Однажды Финн забыл о делах и слишком сильно увлекся женщиной, из-за этого и пострадал.

— У каждого есть выбор. — Райли улыбнулся. — Я предпочитаю лежать в постели с женщиной и довольно улыбаться. — Он выгнул бровь, глядя в сторону официантки, которая ему кокетливо улыбалась. — С женщиной вроде этой.

— Вот кобель.

Райли отмахнулся от насмешки. О его похождениях кричали все газеты Бостона. Его прозвали Мистер Безнаказанность. Забавно, но братья были совсем друг на друга не похожи. Финн начал работать еще подростком. Броуди, средний брат, был по натуре миротворцем и занимался медициной. Райли был избалован матерью, а затем бабушкой, которая души не чаяла в своем «дитятке», и отличался крайней безответственностью.

Финн стал ответственным человеком с того дня, когда сделал первый шаг. Он организовал бизнес сразу после окончания университета и преобразовал компанию «Маккенна дизайн» в корпорацию с филиалами по всему миру.

— Наслаждайся, пока есть возможность, Финн, — произнес Райли. — Ты должен выбираться из офиса и развлекаться.

— Я развлекаюсь.

Райли рассмеялся:

— Я заметил.

— Управление компанией — ответственная работа, — произнес Финн.

В другом конце зала женщина, с которой он хотел поговорить, болтала с гостями. Финну казалось, что здесь собрались лишь разодетые бездельники. Исключением были только он и Элеонора.

На Элеоноре Уинстон было облегающее платье темно-красного цвета, подчеркивающее ее соблазнительную фигуру. Она была единственной женщиной в ярком. Ее стройные ноги выглядели еще длиннее благодаря светло-бежевым туфлям на высоком каблуке.

— Ты ужаснее всех, кого я знал. Ради бога, Финн, у тебя в офисе даже стоит диван-кровать. — Райли усмехнулся и покачал головой. — Ты неисправимый холостяк и ночуешь в офисе. Может, тебя развлекает мисс Марстайн?

Финн подавился пивом. Его личная секретарша была энергичной, придирчивой женщиной шестидесяти лет, которая железной рукой управляла офисом и штатом секретарей.

— Мисс Марстайн годится мне в бабушки.

— Ты скоро станешь монахом. Забудь о работе, Ястреб, и немного развлекись.

Финн вздохнул. Райли его не понимает. Он молод и безответствен и живет за счет родительского наследства. Ему невдомек, в каком сложном положении сейчас находится компания «Маккенна дизайн». Один неверный шаг — и все будет кончено.

Финн разозлился:

— Я работаю днями и иногда ночами. Мне удобнее, когда в моем офисе стоит диван-кровать…

— Удобнее? Какая скука… — Райли поднял бокал с пивом и указал им в сторону Элеоноры. — Будь ты поумнее, размышлял бы о том, чем смог бы заняться с ней на диване-кровати. Сон — пустая трата времени. А вот секс, наоборот… — Он усмехнулся. — Его значение недооценивают.

— У меня нет времени на подобные развлечения. Компания пострадала из-за людских сплетен и… — Он покачал головой и слегка ссутулился. — Мне не следовало ей доверять.

Райли положил руку на плечо Финна:

— Перестань себя обвинять. Мы все совершаем ошибки.

— Тем не менее я не должен был ей доверять, — повторил он.

Сколько раз он говорил эти слова? Сто раз? Двести? Ничего не изменится, даже если он скажет об этом тысячу раз.

— Ты был влюблен. Все влюбленные мужчины ведут себя как идиоты. — Райли улыбнулся. — Поверь моему профессиональному мнению.

— Ты влюблялся? По-настоящему?

Райли пожал плечами:

— Мне казалось, что да.

— Ну, я не совершу подобной ошибки снова. — Финн сделал большой глоток пива.

— Ты безнадежен. Один неудачный роман не причина для того, чтобы становиться отшельником.

Один неудачный роман? Финн влюбился в женщину, которая переманила себе его главных клиентов, поставила под удар репутацию и разбила его сердце. Это был не просто неудачный роман, а катастрофа, сравнимая с гибелью «Титаника». Финн наблюдал, как его родители, заключив брак по расчету, всю жизнь мучились. Он не желал повторения их судьбы.

— Я не хочу сейчас об этом говорить. — Финн снова посмотрел на Элли.

Она подошла к другой группе коллег, с каждым поздоровалась, перебросилась с ними несколькими словами, пожала руки. Коллеги отвечали ей тем же. Ее манеры были безупречны. Пробыв в городе всего несколько недель, Элли очаровала его жителей и заслужила их расположение. Да, она отлично впишется в план Финна.

— Я сосредоточен на работе, — задумчиво добавил он.

— Мне кажется, ты сосредоточен на ней, — хмыкнул Райли.

— Она — средство для достижения цели, не более того.

— Ага. Я уже представляю, как ты состаришься и поседеешь, Финн, и будешь в одиночестве спать на диване-кровати со стопками документов.

— Ты заблуждаешься.

Какое-то время Финн думал, что может быть одновременно успешным бизнесменом и счастливым семьянином. Он даже купил обручальное кольцо и внес аванс за дом в пригороде. На некоторое время он действительно потерял голову и превратился в наивного молодого мужчину, который считает, что любовь все побеждает. Как оказалось, любовь ударила его ножом в спину.

Видимо, истинная любовь — сказка, предназначенная для других людей.

Теперь Финн предпочитал понятные и заранее обговоренные отношения с женщинами. Никаких сюрпризов, никакой внезапности.

Однако он подозревал, что Элеонора и ее роскошное платье не предполагают предсказуемости. Ее глаза радостно блестели, в улыбке читался дьявольский задор. Она определенно могла свести с ума любого мужчину.

Но Финн хотел совершенного иного. Он должен был сохранить рядом с ней ясность мыслей.

Элли отошла от своих спутников и направилась к двери.

— Она уходит. Договорим позже, — бросил Финн брату.

— Воспользуйся моим советом, брат, и просто пригласи ее выпить, — произнес Райли. — И, ради бога, Финн, не говори с ней о бизнесе. По крайней мере, до тех пор пока… Когда все закончится. — Он усмехнулся. — И если тебе покажется, что ты в тупике, вспомни мои слова.

Финн отмахнулся от советов брата. Внимание Райли уже было обращено на официантку, которая шла через зал с другим подносом и очаровательно ему улыбалась. Райли просто хочет развлекаться, у Финна же совсем иные цели.

Он должен спасти свою компанию. Он уже заработал миллионы в архитектурном бизнесе и добьется еще больших успехов, если его план удастся. В случае неудачи он примет предложение своей бабушки и возглавит фирму «Маккенна медиа», основанную его дедом. Отец Финна начал работать там после окончания средней школы и преобразовал ее в телевизионную компанию незадолго до смерти, когда Финну было одиннадцать лет. После смерти мужа, три года назад, бабушка стала управлять «Маккенна медиа», но в последнее время она поговаривала о заслуженном отдыхе. Она хотела, чтобы внук занял ее место. Однако Финну больше нравился архитектурный бизнес, и сегодня он должен сделать то, что поможет сохранить его дизайнерскую компанию.

Финн поставил бокал с недопитым пивом на поднос проходящего мимо официанта, затем поправил галстук и растянул губы в улыбке. Райли, который не уставал упрекать брата в том, что тот слишком напряжен и встревожен, счел бы его улыбку гримасой. Но Финна это не волновало. Он не собирался работать супермоделью или заводить дружбу с Элеонорой.

Он взглянул на своего брата, который уже пообщался с официанткой и теперь флиртовал с брюнеткой. На секунду Финн позавидовал Райли: брат всегда легко сходился с женщинами, вел себя непринужденно и был уверен в своей неотразимости.

Финн немного расслабился и быстрым шагом направился к Элли. Он настиг ее у стеклянных дверей вестибюля.

— Мисс Уинстон!

Она остановилась, положив руку на металлический поручень, собираясь выйти. Затем она повернулась к нему. Ее длинные светлые волосы упали на плечи, как шелковое покрывало. Мгновение она смотрела на Финна пустым взглядом, потом узнала его, и в ее зеленых глазах вспыхнул огонек.

— Боже мой, мистер Маккенна! — воскликнула она. — Я узнала вас. Я читала о вас статью в журнале «Архитектура сегодня».

— Пожалуйста, зовите меня по имени. Статья была опубликована больше года назад. Я впечатлен вашей памятью.

— Ну, как большинство работников нашей отрасли, я очень хорошо запоминаю детали. — Она улыбнулась.

Ее улыбка могла бы свести с ума любого мужчину. Зеленые глаза засияли ярче. Элли была опьяняюще хороша собой.

«Возьми себя в руки, Маккенна».

— Я хотел бы поговорить с вами, если у вас есть минутка.

— Вообще-то я уже ухожу. — Она махнула рукой на дверь. — Позвоните моему секретарю и назначьте встречу…

— Я был бы вам признателен, если бы вы уделили мне время сегодня вечером. — Вспомнив совет Райли, он решил быть предельно вежливым. — Почему бы нам где-нибудь не посидеть и не выпить?

Произнеся эти слова, Финн ужаснулся. Он комфортно чувствовал себя в зале заседаний совета директоров компании, но не умел вести светские беседы.

— Спасибо, но я не пью. Я считаю, что под воздействием алкоголя люди принимают много неверных решений. — Она снова улыбнулась. — Если вы позвоните мне завтра утром…

— У вас, как и у меня, плотный график, вне сомнения. Давайте не будем тратить наше время.

— Другими словами, вы предлагаете мне поговорить сейчас и избавиться от вас?

Он рассмеялся:

— Что-то вроде того.

— Уже очень поздно.

— Поверьте, я не кусаюсь, — сказал он.

— И не подбираете останки своих конкурентов?

— Обычные слухи. Ничего больше. Я сделал так… только один раз. — Секунду помедлив, он прибавил: — Ну, дважды.

Запрокинув голову, она рассмеялась:

— О боже, мистер Маккенна, я представляла вас совсем не таким.

Каким же она его представляла? Безжалостным хищником, как было написано в статье? Или человеком без чувства юмора?

— Надеюсь, это к лучшему.

— Посмотрим… — Она коснулась его предплечья.

Прикосновение было кратким, но Финна словно объяло пламенем.

Он задался вопросом, какую дрянь подмешали в его пиво. Финн Маккенна не привык к спонтанным эмоциональным взрывам. За исключением того времени, когда проектировал здания. В его жизни нет места глупости. Тем не менее в голову пришла мысль о том, что неплохо бы развлечься с Элеонорой Уинстон.

— Извините, вы абсолютно правы, уже поздно. Вы должны возвращаться домой, — наконец согласился он, делая шаг назад и чувствуя волнение. Что с ним происходит? — Завтра утром я позвоню вашему секретарю.

— Нет, именно я должна перед вами извиниться, мистер Маккенна. У меня был тяжелый день, и я… — Она посмотрела на закрытые двойные двери, затем на часы. — Полночь. Ну, день закончился, да?

— Вам решать, Золушка. Хотя вы можете продлить бал еще на некоторое время, — быстро сострил Финн в стиле Райли и понял, что поддается влиянию брата.

Элли засмеялась. Ему нравился ее смех, легкий и музыкальный.

— Значит, я Золушка? — спросила она. — Ладно, вы меня убедили. Было бы неплохо закончить день полноценной беседой после бесконечной светской болтовни ни о чем. — Она погрозила ему пальцем, и ее лицо осветила дразнящая улыбка. — Но я буду пить чай, а не текилу, пока буду вас слушать.

— Отлично. — Оставалось надеяться, что она согласится на его предложение. Открыв дверь, он жестом пригласил Элли идти вперед: — После вас, Золушка.

— Боже мой, Финн Маккенна! Вы умеете произвести на девушку впечатление. — Элли в очередной раз одарила его улыбкой, а затем быстро прошагала мимо него и вышла в ночь, оставляя за собой легкий аромат жасмина и ванили.

«Сосредоточься на том, чего хочешь от нее добиться», — напомнил он себе. Если он заручится согласием Элли, его компания снова станет процветать.

Выходя вслед за одним из своих крупнейших конкурентов по бизнесу, Финн задался вопросом, принял ли он наилучшее или наихудшее бизнес-решение в своей жизни.

Элли решила, что сошла с ума.

Будь она в здравом уме, разве согласилась бы на встречу в полночь со своим конкурентом Финном Маккенной, которого едва знала? Ей следовало пойти домой, добраться до кровати и выспаться.

Но у него очаровательная улыбка. Он не был уступчивым собеседником, а больше походил на человека, который с легкостью использует все доступные средства ради достижения успеха в бизнесе. Ястреб — так его назвали в журнальной статье, под этим именем его знало большинство людей, занятых в архитектурном бизнесе, — не слишком ему подходило после того, как он насмешливо называл ее Золушкой. Интригующий мужчина с ярко-голубыми глазами и волосами оттенка темного шоколада.

И вот Элли уселась на стул, обтянутый красным бархатом, напротив Финна Маккенны, и обхватила ладонями чашку с дымящимся горячим чаем. Пока что они вели светскую беседу, обмениваясь мнениями о погоде и вечеринке, которую только что покинули.

Она никогда не встречала этого легендарного архитектора, о котором было принято говорить вполголоса. Она читала статьи о нем и даже изучала некоторые его проекты, пока училась в университете, но ни разу с ним не встречалась. Если бы она не стала управлять компанией «Архитектура и дизайн», то не пришла бы на мероприятие, организованное для того, чтобы конкуренты встретились и поделились друг с другом коммерческими тайнами за бокалом вина. На самом деле все они хотели выудить максимум информации друг о друге, стараясь ничего не рассказать о себе.

— В зале вы беседовали со своим братом? — спросила она.

Финн кивнул:

— Его зовут Райли. Он самый младший в нашей семье.

— Он очень похож на вас.

Финн рассмеялся:

— Бедняга.

— Он тоже работает в области архитектурного дизайна?

— Ни в коем случае. Он пришел на вечеринку из-за бесплатной выпивки.

Она рассмеялась:

— Понятно. В любом случае я рада, что все закончилось. — Элли потерла шею, желая снять напряжение. — Иногда такие мероприятия кажутся бесконечными.

— Вы вроде бы веселились.

— Я умею притворяться, поверьте мне. — Она рассмеялась, а затем придвинулась ближе и заговорщически понизила голос до шепота. — На самом деле я ненавижу такие сборища.

— Я тоже. Каждый пытается притвориться хорошим, хотя в действительности просто хочет выяснить, что вы затеваете и можно ли отобрать у вас бизнес, — ответил Финн. — Я отношусь к вечеринкам как к неизбежному злу.

Она опять засмеялась:

— В этом мы, безусловно, похожи.

Она и представить не могла, что будет иметь нечто общее с Финном Маккенной, безжалостным дельцом. И вот он сидит напротив нее, и она считает его симпатичным.

— Не знаю, как вы, но я ощущаю себя гораздо счастливее, сидя за письменным столом с очередным проектом. Нет ничего хуже бесконечной болтовни с одними и теми же людьми на скучных светских раутах.

— Мы с вами словно близнецы. Я разделяю вашу точку зрения. Но… — Элли вздохнула и осторожно повертела в руках чашку.

— Но что?

— Но я заняла место отца, а это означает, что обязана делать то, что делал он.

Элли сдержала вздох. В будущем ей предстоит посещать множество вечеринок и ужинов. Генри Уинстону теперь следует избегать любых волнений и стрессов. Вряд ли он сможет вернуться на работу. Возможно, врачи вообще запретят ему заниматься делами. В любом случае Элли решила управлять компанией и не беспокоить отца из-за всякой ерунды.

— Вы знакомы с моим отцом? — спросила она Финна.

Он кивнул:

— Знаком. Он хороший малый. Решительный и откровенный.

— И любит поговорить. Это свойство я унаследовала от него. — Элли улыбнулась, думая о том, как много времени за прошедшие несколько лет разговаривала с отцом о дизайне, бизнесе и жизни.

Генри постоянно работал, когда Элли была маленькой, поэтому они редко общались. Но с тех пор, как Элли поступила в университет, он прилагал больше усилий, чтобы сблизиться с дочерью. Ее мать вскоре после развода переехала в Калифорнию, и они отдалились друг от друга.

— Мой отец любит говорить, что никогда не знает, откуда у него появится следующая возможность, поэтому здоровается с кассиром из местного ресторана фастфуда так же сердечно, как с владельцем банка.

— За это его любят люди. Вашего отца очень уважают.

— Спасибо. — От его комплимента у Элли потеплело на душе. — Я надеюсь, что в этом смогу быть на него похожей.

— Уверен, что сможете.

Беседа зашла в тупик. Финн посмотрел на свой кофе, но пить его не стал. Элли покачивала чашку из стороны в сторону, потом добавила немного сахару.

Она смотрела на Финна и задавалась вопросом, почему он пригласил ее в кафе. Если хотел поговорить о делах, то зачем тянет время?

Скрестив руки перед собой и положив их на стол, он выглядел бесстрастным и холодным, как бетон, из которого строятся спроектированные им здания.

— Я слышал, что «Архитектура и дизайн» заключила контракт на проектирование больницы в Пьемонте, — начал он.

— Мы даже не объявляли об этом, — ответила Элли, ее рука с чашкой остановилась на полпути к губам. — Как вы об этом узнали?

— Это мое дело. — Он улыбнулся. — Примите мои поздравления.

— Спасибо.

Элли пугала даже мысль о таком серьезном проекте, ведь теперь она не могла получать ценные советы от отца. Она очень волновалась, что дизайн окажется слишком громоздким для медицинского учреждения. Ей было интересно, как Финн самостоятельно управляет такой большой компанией. Но Элли ничего не сказала.

Она уже знала ответ на свой вопрос. О методах работы Финна Маккенны она читала в журнале «Архитектура сегодня». Ястреб никогда не тратил времени даром. У него не было хобби и каждый рабочий день был тщательно спланирован.

А еще она знала, что Финну не следует доверять. Он не получил бы прозвище Ястреб, если бы был снисходительным к своим конкурентам. Ей нужно держать ухо востро.

У Финна зазвонил мобильный телефон. Вздохнув, он виновато улыбнулся:

— Извините. Я должен ответить. Это клиент из Калифорнии. Мы сейчас проектируем для него новый офис. Думаю, он забыл о разнице во времени.

Это займет всего секунду.

— Нет проблем. Я вас понимаю.

Элли наблюдала, как Финн отвечает на звонок. Скорее всего, ради успеха он пожертвовал личной жизнью. Она бы хотела оказаться на его месте: поступиться счастьем ради карьеры. Но чем больше времени она проводила за рабочим столом отца, тем отчетливее понимала, чем все закончится.

Она вспомнила свой разговор с отцом в то утро, когда случилась беда.

«Не иди по моим стопам, дочка, — говорил Генри. — Выходи замуж, рожай детей. Не уходи с головой в бизнес, не пренебрегай семейными обязанностями. Сделай это до того, как…»

Она так и не услышала конца предложения — у отца случился инфаркт. Вскоре Элли обнаружила, что работа в компании, занимающейся архитектурным проектированием, и личная жизнь — вещи несовместимые.

Однажды она познакомилась с женщиной — Сунь Ю Чин, которая изменила ее жизнь. Элли работала в архитектурной фирме в Северной Каролине, и ей пришлось поехать на конференцию в Китай. Она заблудилась по дороге в отель, именно тогда и произошла судьбоносная встреча.

Элли не попала ни в отель, ни на конференцию. Она провела пять дней, помогая Сунь Ю Чин рыть колодец и ремонтировать дом в небольшой деревушке. Элли всем сердцем полюбила те места. С тех пор она иногда навещала Сунь Ю Чин, которая вскоре родила дочь — Цзяо. Элли даже помогала кормить ребенка; строила дополнительную комнату для девочки. Однажды Сунь, успевшая стать Элли подругой, призналась, что умирает от рака и попросила Элли взять малышку в Америку и воспитать, как собственную дочь…

Финн закончил разговор и убрал телефон в карман.

— Проект больницы в Пьемонте — отличная сделка для вашей компании, — сказал он, привлекая внимание Элли.

Он проявляет любопытство или завидует? Его фирма тоже подавала заявку на участие в торгах. Генри был уверен, что «Маккенна дизайн» выиграет тендер, но ошибся.

Элли кивнула Финну, потом скрестила руки на груди:

— Мы справимся с этой задачей.

Она надеялась, что он не услышал сомнений в ее голосе.

— Понимаю, проект такого масштаба может показаться пугающим, — произнес он, будто прочтя ее мысли. — Даже для человека с вашим опытом.

Итак, Финн Маккенна собирал о ней информацию и конечно же знал о том, что Элли занималась строительством частных жилых домов, а не общественных зданий.

— У нас сильная команда, — сказала она.

— Была.

— Простите, что?

— У вас была команда. Насколько мне известно, Фарнсворт уволился на прошлой неделе.

Проклятье! Финн действительно много знает. Немногие слышали, что Джордж Фарнсворт, один из наиболее опытных архитекторов фирмы, уволился. Он с самого начала не хотел работать на Элли. Фарнсворт перешел в конкурирующую фирму, которая сделала ему более выгодное предложение.

Элли безуспешно пыталась найти ему замену.

— Кажется, вы знаете немало о моем бизнесе, мистер Маккенна.

— Зовите меня по имени, пожалуйста.

— Итак, Финн. — Она отодвинула чашку и наклонилась вперед. — Я хочу понять, к чему все это.

Он слегка кивнул:

— То, что о вас говорят, правда.

— А что обо мне говорят?

— Вы умны и способны. И в состоянии добиться своего, заболтав конкурента.

Она рассмеялась:

— Насчет болтовни справедливо. Мой отец считает, что я смогу заболтать даже бетонный блок.

— Вы спросили, почему меня так интересует ваш бизнес, — произнес он, и Элли кивнула. — Я собирал информацию о вас, мисс Уинстон, о работе фирмы «Архитектура и дизайн», потому… — Он молчал всего секунду, потом прибавил: — У меня есть предложение.

— Предложение? — Элли выгнула бровь. — Почему-то я убеждена, Финн, что предложение окажется провокационным.

Он отрывисто хохотнул:

— Конечно, мисс Уинстон.

— Зовите меня по имени. — Она кивнула и слегка растянула губы в улыбке.

— Итак, Элли, я… я хочу вас заверить, что… мое предложение исключительно деловое.

Она, замерев, ждала продолжения. Элли немного разочаровалась из-за того, что Финн объясняется так официально, но, возможно, это к лучшему. Вряд ли в ближайшее время ей удастся заняться личной жизнью.

Ей нужно заботиться о больном отце и управлять компанией. Об отношениях с Финном Маккенной не может быть и речи.

— Я знаю, вам нелегко без Фарнсворта, — продолжал Финн. — Он был вашим самым опытным архитектором, а теперь вы собираетесь заниматься крупным проектом. Его успешная реализация положительно скажется на репутации фирмы «Архитектура и дизайн» и принесет ей миллионы.

Элли кивнула. Больница в Пьемонте действительно принесет огромную прибыль фирме. Ее отец долго и упорно работал, чтобы получить этот заказ.

— Как новый генеральный директор, — продолжал Финн, — вы уже оказались в уязвимом положении. Если не сможете решить задачу, потерпите нешуточный ущерб.

Элли молчала и отчасти была рада тому, что Финн говорит откровенно, избегая двусмысленностей. Она встречала слишком много бизнесменов, которые думали, что утонченность в общении, комплименты и улыбки помогут им заключить сделку. Мужчины воспринимали женщин-директоров как идиоток или простушек, которыми можно манипулировать за ужином. Финн Маккенна был прямолинеен и сразу перешел к сути.

— У меня есть два старших архитектора, которые более чем способны разработать проект больницы за вас, — продолжал Финн. — Если вы согласитесь на мое предложение, то они будут контролировать процесс и временно работать на вашу фирму. — Он умолк, затем добавил: — Элли, вы должны понять: за всем будут следить мои архитекторы. Я и мои сотрудники из «Маккенна дизайн» будем помогать вам ориентироваться в сложном мире проектирования медицинских объектов и избегать подводных камней.

Подводные камни? Неужели он считает ее совершенно некомпетентной? Элли сдержала гнев и заговорила с притворной лестью.

— Вы сделали мне поистине щедрое предложение, Финн. Ах, на моем месте любая девушка затрепетала бы от вашей щедрости… — Она внезапно посерьезнела, ее тон стал резким. — Но меня воспитал отец, который говорил, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Итак. — Она наклонилась к нему и пристально посмотрела в его глаза. — Какая вам выгода?

Быстро кивнув и улыбнувшись, Финн посмотрел на нее с уважением:

— В последнее время у меня возникли проблемы с бизнесом. Отчасти из-за кризиса, отчасти… из-за неудачного проекта. Мы занимались несколькими медицинскими зданиями, но все же наша компания специализируется на офисах розничной торговли. Сейчас мы хотели бы сосредоточиться на медицинских объектах, потому что это развивающееся направление архитектуры, которое согласуется с другими нашими направлениями. Вы стремитесь упрочить свое положение в качестве генерального директора. — Он развел руками. — Сотрудничество принесет пользу нам обоим.

— Из того, что слышала я, у «Маккенна дизайн» в прошлом году были серьезные проблемы с получением кредитов и финансированием, но теперь у вас все наладилось.

— У нас есть… свои трудности.

— Как и у нас, — призналась она.

— Именно поэтому я и пришел к вам. — Финн откинулся на спинку кресла и стал пить давно остывший кофе, ожидая ее ответа.

Он не верил, что она сможет управлять фирмой без его помощи, и предложил сделку, которая принесет гораздо больше выгоды ему, чем ей. Возможно, ей удастся нанять архитектора, и проект не сорвется. Финн оказался таким же, как все остальные мужчины, которые считали, что малышка Элли Уинстон занимает свой пост лишь номинально.

Ястреб просто хотел воспользоваться подвернувшейся возможностью. Их встреча оказалась пустой тратой времени. Элли Уинстон не могла позволить себе подобной роскоши.

Она встала и взяла сумочку.

— Я ценю ваше предложение. Действительно ценю. Но моя фирма отлично справится и без альянса с вами.

Элли достала из сумочки несколько долларов и бросила их на столик.

— Я вынуждена отказаться. Всего доброго, мистер Маккенна.

Элли ушла, надеясь, что больше никогда не увидится с Финном Маккенной.

Элли поклялась не думать о неожиданном предложении Финна. По дороге домой, сидя в такси, она убеждала себя, что он недостоин того, чтобы о нем вспоминать. Однако на следующее утро, во время совещания, она снова подумала об их разговоре в кафе.

«Вы уже оказались в уязвимом положении. Если не сможете решить задачу, потерпите нешуточный ущерб».

«Сотрудничество принесет пользу нам обоим».

Неужели Финн действительно имел в виду то, что сказал? Можно ли считать его предложение серьезным? И если она согласится, перевесят ли преимущества недостатки? Не планирует ли он втереться к ней в доверие, а потом отобрать компанию? Элли слышала, что такое уже случалось.

Она посоветовалась с некоторыми своими коллегами, стараясь больше разузнать о человеке по прозвищу Ястреб. Любой вид сотрудничества с ним требовал тщательного осмысления.

Элли не могла лишиться компании и остаться ни с чем. Скоро ее жизнь полностью изменится, у нее появится ребенок.

— Я беспокоюсь, Элли. — Ларри, старший из оставшихся в ее фирме архитекторов, протяжно выдохнул. — Нам действительно нужен сильный лидер для нового проекта. Хотя в компании много профессионалов, без твоего отца или Фарнсворта нам придется туго…

— У нас нет людей с достаточным опытом, и это означает, что появятся проблемы с первого дня проектирования, — подытожила Элли.

Ларри кивнул:

— Если бы мы занимались банком или отелем, все было бы хорошо. Справились бы с закрытыми глазами. Мы и так работали на пределе: у нас тут и торговый центр, и многоквартирный дом…

Элли знала, что означают эти слова Ларри.

— Я кого-нибудь найду, — неуверенно произнесла она.

— К концу недели? — в панике спросил Ларри. — Предварительные чертежи должны быть представлены пятнадцатого числа. Осталось мало времени.

— Разве Фарнсворт не подготовил чертежи? — спросила она.

Ларри покачал головой. У Элли от страха скрутило живот. Фарнсворт ей солгал, сказав, что чертежи больницы уже ждут одобрения. И к отцу за помощью она обратиться не могла. Нужно просто нанять хорошего архитектора. Но успеет ли она найти специалиста к концу недели?

— Я все сделаю, — решительно произнесла она. — К концу сегодняшнего дня. Обещаю.

Элли улыбнулась коллегам, подождала, когда они выйдут из комнаты, а затем погрузилась в размышления.

Финн сидел за массивным письменным столом красного дерева — тем самым столом, который купил десять лет назад на распродаже, отполировал его вручную и установил в кабинете в первый день работы в фирме «Маккенна дизайн». Он гадал, передумает ли Элли Уинстон. Если она ему откажет, он будет удивлен, но вскоре придумает другой способ добиться своего.

— Тук-тук-тук. Пора обедать. — В дверях появился брат и глупо улыбнулся.

Каждый раз, когда Финн смотрел на Райли, тот выглядел довольным и счастливым. Наверное, так было потому, что Райли на все наплевать. Или, может, потому, что вчера Райли больше повезло с женщинами, чем Финну.

— Извини. У меня куча дел.

— Да-да… — Райли отмахнулся от его оправдания. — В последний раз, когда ты превращался в человека…

Финн посмотрел на свои руки и ноги, а затем снова на Райли:

— Я выгляжу как человек.

— А это означает, что тебе нужно регулярно питаться. Так что пошли. — Райли махнул ему. — Я даже готов с тобой понянчиться.

Финн рассмеялся:

— Это почти чудо…

Райли улыбнулся:

— Я запомню твое замечание.

— Ты до сих пор не повзрослел. — Финн покачал головой, у него заурчало в животе. — Ладно. Ты выиграл. Но давай по-быстрому.

— Ты же меня знаешь. Я всегда готов работать не покладая рук. Вернее, лучше ты работай, как одержимый, а я буду наслаждаться праздной жизнью. — Райли рассмеялся над своей шуткой и пошел с Финном по коридору к лифту. — Знаешь, тебе не помешает взять выходной. Выдели немного времени для свиданий.

Двери лифта открылись с тихим позвякиванием. Финн шагнул внутрь, Райли последовал за ним.

— Мы уже говорили об этом, вчера вечером, если не ошибаюсь.

— Да. И мы будем об этом говорить до тех пор, пока ты не признаешься, что одинок, а я прав.

— У меня все отлично. — Финн нажал кнопку лифта.

— Ты так часто твердишь себе об этом, что скоро начнешь в это верить, большой брат.

Финн проигнорировал его издевку:

— Как твои дела с официанткой?

— Не знаю. — Райли пожал плечами. — Я уехал с вечеринки с брюнеткой.

Финн закатил глаза. Брат улыбнулся:

— Что я могу поделать? В мире полно красивых женщин. Кстати, с одной из них ты должен был поговорить вчера вечером. Как прошла встреча?

— Не совсем так, как я ожидал.

Финн задался вопросом, был ли слишком настойчив или чересчур мягок с Элли. Интересно, где она сегодня обедает. Она одна или с другом?

Он постоянно о ней думал. Видимо, ему надо больше работать, чтобы избавиться от навязчивых мыслей. Элли Уинстон не должна интересовать его как женщина, даже если его тело откликается на тайный зов.

— Что, тебя отвергли? Не получилось взять номер ее телефона? — спросил Райли.

— Номер ее офиса можно найти в справочнике.

Мне не нужно ее об этом спрашивать.

Райли покачал головой:

— Ястреб наносит очередной удар. Тебя интересует только бизнес.

Финн и Райли вышли из лифта, пересекли вестибюль и оказались на Бикон-стрит. По сверкающей синей глади реки плавали лодки.

«Ястреб наносит очередной удар».

Из-за слишком яркого солнца или из-за неудачного разговора с Элли Финн рассердился, услышав, как его снова назвали Ястребом. Прозвище никогда ему не нравилось. В отличие от многих бизнесменов он знал, когда следует остановиться и проявить человечность. Однако папарацци называли его бездушным и жестоким.

Райли не понимал, что заставляет брата работать с такой одержимостью. Только однажды Финн решил расслабиться и пожить нормальной жизнью, но серьезно поплатился за свою слабость.

Они дошли до ресторана, и Финн остановился перед тем, как открыть дверь:

— Ты когда-нибудь задумывался…

— О чем? — в замешательстве спросил Райли.

— Ни о чем, — поспешно произнес Финн и шагнул внутрь.

Обращаться к брату за советом в вопросах бизнеса и личной жизни — последнее дело. Райли выдаст стандартный ответ: соблазни девушку, сними номер в отеле и займись делом.

Финн подождал, когда глаза привыкнут к тусклому освещению в зале, и осмотрелся. В ресторане «Макгилла» было уютно: темные стены, крепкие деревянные столы и стулья, потертый дубовый пол, по которому ходили тысячи клиентов. Еда была вкусной и простой: большие сэндвичи, картофель фри. Финн и Райли часто сюда приходили. Хозяин заведения Стив Макгилл, работающий сегодня в баре, пригласил их за столик.

Финн отмахнулся от предложения официанта подать пиво и предпочел минеральную воду.

— Как обычно, Марти, — сказал он.

Марти Макдональд работал в ресторане много лет. Ему было под семьдесят, но двигался он быстро и всегда запоминал все до мельчайших деталей. Марти кивнул, потом повернулся к Райли:

— А вам?

— Мне двойную порцию пива, за меня и за Финна. Нет смысла зря тратить время. — Райли улыбнулся. — Сэндвич с соленой говядиной и ржаной хлеб.

Марти усмехнулся:

— Другими словами, как обычно?

— Вы хорошо меня изучили, Марти. — Райли подождал, пока официант уйдет, потом повернулся к Финну: — Так почему, по-твоему, твой великий план вчера не удался?

Зазвонил телефон Финна. Он махнул брату рукой и ответил:

— Финн Маккенна.

— Я хочу информировать вас о проекте Лангхама, — произнес Ноэль, один из архитекторов в компании Финна. — Я слышал, что Парк предложил на тендерных торгах цену на двадцать процентов ниже нашей. Клиент предпочел Парка. К сожалению, мы потеряли проект, Финн.

Джо Парк был новичком в архитектурном бизнесе Бостона и всегда занижал цену на торгах, таким образом выигрывая заказы.

— Нет, мы не потеряем проект, — сказал Финн. — Я позвоню Лангхаму, и через пять минут он поймет преимущество работы с нами.

Финн закончил разговор с Ноэлем и позвонил потенциальному клиенту. За несколько минут он убедил генерального директора, почему разумнее и выгоднее работать с «Маккенна дизайн». Он не сказал ничего плохого о своем конкуренте Джо Парке.

Решив проблему, Финн убрал телефон в карман.

Райли посмотрел на него и усмехнулся:

— Я рад, что не являюсь одним из твоих конкурентов.

— Бизнес есть бизнес, Райли.

— Это не бизнес, а партизанская война. — Он покачал головой. — Только не говори, что точно так же обошелся с той великолепной дамой.

— Нет, на самом деле все было совсем наоборот.

Я был с ней слишком мягким.

Райли фыркнул.

— Она мне отказала. Но я намерен выждать время и найти к ней подход. — Финн засунул руку в нагрудный карман костюма. — У меня есть перечень плюсов и минусов нашего с ней сотрудничества, которые я собираюсь озвучить…

— Ты умный парень, но иногда бываешь законченным идиотом, — сказал Райли.

— Я действую логично с точки зрения здравого смысла. Любой умный бизнесмен…

— Уверен, ты прав. И если у тебя есть месяц или даже три, чтобы «озвучивать ей плюсы и минусы» и добиться своего, то я с тобой согласен. — Райли наклонился ближе к Финну. — Но у тебя нет столько времени.

Видимо, брат внимательно выслушал опасения Финна по поводу прибыли компании за прошлый год. Может, он относился к Райли слишком предвзято?

— Ты прав.

— Значит, тебе нужно изменить тактику.

Финн хотел возразить, но промолчал. Райли прав. На переговоры требовалось время, а у него его было не так много.

— Ладно. Что я должен сделать?

Райли улыбнулся и откинулся на спинку стула:

— Делай то, что делаю я.

— Я не буду с ней спать ради выгоды. — Финн нахмурился. — У тебя только одно на уме.

Брат прижал руку к сердцу:

— Финн, ты ранил меня в самое сердце. Я никогда бы тебе такого не предложил. Ну, я мог бы дать подобный совет, но не в твоем случае. — Он помолчал, потом прибавил: — Тебе я точно бы такого не предложил.

— Слушай…

— Ты слишком рассудительный и практичный, чтобы так поступать.

— Я имею для этого веские причины.

Каждый шаг Финна был тщательно спланирован, продуман и с точностью исполнен. Даже отношения с бывшей подругой были такими же. Он выбрал себе не любовницу, а партнера. У них были общие интересы, оба были состоявшимися личностями.

Финну казалось, что его пара была идеальной, и очень удивился, когда она бросила его, оклеветала и заявила, что связалась с ним только ради информации.

Когда-то он считал, что любовь — спокойные, спланированные отношения.

Но, возможно, настоящая любовь — дикая и пьянящая страсть?

Он подумал об Элли в облегающем темно-красном платье, которая смеялась, запрокинув голову, и почувствовал, как по телу разливается тепло. Он подозревал, что она может без особого труда заставить мужчину потерять голову.

Дикая, пьянящая страсть несовместима с бизнесом. Она совершенно не нужна Финну Маккенне.

— Очень просто получить то, что ты хочешь, особенно от женщины, — продолжал Райли.

— Цветы и вино?

Он рассмеялся:

— Они всегда помогают, но я не это имел в виду.

Марти принес им напитки и тихо удалился. Братья едва заметили его присутствие.

— Узнай, чего она хочет, — произнес Райли, — а потом дай ей это.

— Этого пункта нет в моем перечне…

— О, ради бога, Финн! Женщинам не нужны твои перечни с плюсами и минусами. У большинства людей только три потребности. — Он стал загибать пальцы. — Деньги, любовь и секс.

Финн усмехнулся и покачал головой. Совет Райли показался ему разумным.

— Позволь мне угадать. Тебе больше всего нравится третья потребность.

— Может быть. — Райли улыбнулся. — Что-то из этого движет блондиночкой, которую ты встретил вчера вечером.

— Неужели все так просто?

Райли откинулся на спинку стула и сделал глоток пива:

— Просто, как дважды два.

Обычно Финна Маккенну было трудно удивить. Но предложение Элли Уинстон повергло его в шок. — Брак? В церкви, со священником? — с трудом выдавил он.

— Ну, я подумывала о заключении брака в мэрии, но если вы настаиваете… — Она усмехнулась.

— Но… М-мы даже не знаем друг друга, — выпалил он, заикаясь. Финн никогда в жизни не заикался!

Однако с тех пор, как Элли вошла в его офис пять минут назад и сделала смехотворное заявление, он как будто утратил способность нормально говорить.

Брак?

Он ожидал, что она попросит предоставить ее фирме больше автономии во время совместного проектирования.

Вместо этого она сказала, что позволит ему стать равноправным партнером в том случае, если он на ней женится.

— Я думаю, мне… Мне нужно больше времени, чтобы… подумать, — ответил он. «Или найти альтернативное предложение ее безумной просьбе». — Возможно, мы могли бы…

— Я предпочла бы этого не делать.

Элли сидела на краешке стула в его кабинете. Лучи утреннего солнца золотили ее волосы. На ней было бледно-желтое платье, и Финн подумал, что в нем она похожа на нарцисс.

— Если у вас есть свободное время, — прибавила она, — я предлагаю сходить куда-нибудь и все обсудить.

Сначала Финн собирался ответить отказом, но потом осознал, что сейчас ему выпал шанс получить от Элли Уинстон то, что нужно.

— Мы можем пообедать и посидеть в ресторане… И, если погода позволит, погулять в парке?

— Конечно. Я уже не помню, когда в последний раз прогуливалась вдоль реки. — Она заглянула в сумочку и достала оттуда небольшой пакет. — Я прихватила с собой туфли на плоской подошве.

— Вы практичная женщина.

Она рассмеялась:

— Иногда не слишком практичная, но сегодня да. Элли переобулась.

Финн сообщил своей секретарше, что уходит, затем выключил компьютер и взял мобильный телефон. Через несколько минут они покинули здание и направились в парк. Финн глубоко вдохнул приятный соленый воздух.

— Я определенно редко гуляю.

Элли вздохнула:

— Я тоже. В детстве я часто ходила в походы, каталась на каноэ и велосипеде. Старалась вести активный образ жизни после университета, но работа занимает слишком много времени.

Он удивленно приподнял бровь, глядя на ее платье и туфли на шпильке, торчащие из сумочки.

— Вы ходили в походы?

Элли уперлась кулаком в бедро:

— Я выгляжу слишком слабой для такого занятия?

Он оглядел ее фигуру и совсем перестал думать о бизнесе. Черт побери!

— Э-э-э… нет. Совсем нет.

— Как насчет вас? — спросила она. — Вы тоже делали что-то подобное?

— Когда-то давно. Я занимался бегом в средней школе, был в сборной по плаванию. В университете ездил на велосипеде. Теперь шины спущены, и он стоит без дела, затянутый паутиной.

Она рассмеялась:

— Вот и еще одна причина, чтобы достать его из чулана.

Они вошли в парк и присоединились к сотням гуляющих. Несколько человек проехали мимо них на велосипедах.

— Может, когда-нибудь я снова буду кататься, — произнес Финн, наблюдая за мужчиной на гоночном велосипеде. — Мне действительно не хватает таких вещей.

— Иногда желания не сбываются, — тихо ответила Элли. — Обязательно возникнут какие-нибудь препятствия. Пройдут годы, а вы так и будете сидеть за письменным столом вместо того, чтобы делать то, что хочется.

Он услышал тоскливые нотки в ее голосе. Жалеет ли Элли о том, что мало времени проводит на улице? Или о том, что из-за работы многого себя лишает? Он хотел расспросить ее об этом, но не стал.

Финн посмотрел на Элли. В лучах солнца она светилась. Заманчиво. Слишком заманчиво. Он откашлялся:

— Трудно заниматься личными делами, когда так много работы.

— Разве вам не следует заботиться о самом себе? Если генеральный директор компании не доволен жизнью, то… — Она не договорила и улыбнулась.

Черт побери, какая у нее опьяняющая улыбка!

Нельзя отвлекаться. Нужно сосредоточиться на деле и, что важнее, на ее предложении о браке, которое она сделала несколько минут назад.

Финн откашлялся:

— Поговорим о вашем… предложении. Вы серьезно?

Выражение ее лица стало унылым, и Финн пожалел, что заговорил на эту тему.

— Да. Очень серьезно. — Элли протяжно выдохнула и некоторое время наблюдала за людьми, сидящими на траве. Перед ней была семья из четырех человек. Маленькая собачка носилась за детьми. — Мне нужно кое-что от вас, а вам нужно кое-что от меня. Брак — лучшее решение.

— Мы могли бы просто подписать деловое бизнес-соглашение.

Она посмотрела на него:

— Мне нужен муж. Прямо сейчас.

— Зачем?

— Во-первых, позвольте мне рассказать о преимуществах для вас. — Она замедлила шаг. — С одной стороны, мы почти незнакомы, что сделает наше партнерство идеальным.

— Партнерство, возможно. Но не брак.

— Я плохо знаю вас лично, мистер Маккенна, — продолжала она, — но знаю, какую жизнь вы ведете. Вы работаете от рассвета до заката, полгода проводите в поездках и крепко держитесь за свое место в деловом мире.

Такое ощущение, что она заглянула в его мозг. Проклятье! Неужели Финн настолько предсказуем и понятен? По ее описанию, его жизнь жалка до безобразия. Райли бы, наверное, с ней согласился.

Может, она шутит? Он посмотрел на нее, но Элли выглядела серьезной.

— А вам не кажется, что разумнее выработать деловое соглашение, а? Больше денег, больше престижа, взаимные обязательства по новому проекту?

— Конечно, для вас так будет лучше. Но мне сейчас не нужна деловая сделка. — Она указала на невысокий травянистый холм у реки, приглашая Финна уйти подальше от толпы.

Он последовал за ней.

Их взгляды встретились. Черт побери, какие у нее красивые зеленые глаза!

— Я не говорю уже о том, что вы, как и я, устали бегать на свидания, — продолжала она. — А может, вы смотрите в будущее и задаетесь вопросом, когда же вам удастся выкроить время в плотном рабочем графике, чтобы создать семью.

Он лукаво ей улыбнулся:

— На самом деле я запланировал женитьбу на следующий год, на вторник тридцатого марта, в два часа дня.

Она расхохоталась, а он затаил дыхание.

— Я намерена устроить это мероприятие намного раньше, — произнесла она.

— Зачем? Почему именно сейчас? И… почему я? Вы же красивая женщина. Умная, обаятельная, сексуальная. Вы можете выбрать любого мужчину на планете.

— Я… Н-ну, спасибо. — Теперь она начала заикаться. — В Китае меня ждет ребенок. Я обещала удочерить эту девочку. — Прикусив губу, она посмотрела на Финна. — В агентстве сказали, что я смогу ее удочерить, если выйду замуж.

— Эй-эй! — Он предостерегающе поднял руки. — Я не желаю одновременно становиться мужем и отцом. — Я этого и не прошу.

— Тогда что вам нужно?

— Мне нужен брак, основанный на общих интересах. Никакой страсти, похоти и влечения. Мы будем в браке недолго, пока не завершится процесс удочерения, а потом по-тихому разведемся. Быстро и безболезненно.

— Какой-то… клинический случай.

— Мистер Маккенна… Финн, мы с вами одержимы работой, и у нас нет времени на романтику. Мне не хочется терять голову из-за любви или тратить время на свидания с неподходящим человеком. Моя цель — управление компанией отца. Мне нужен фиктивный брак, а вам — партнер по бизнесу.

Финн посмотрел в глаза Элли Уинстон и увидел в них искренность и решимость. Она действительно хотела помочь ребенку.

— Не знаю, должен ли соглашаться, — неуверенно произнес он. — Ребенок, несомненно, будет страдать, когда через несколько недель его отец исчезнет.

— Вам не придется общаться с Цзяо. Вы просто подпишете необходимые бумаги. А взамен мы вместе будем работать над проектом больницы в Пьемонте. Сделка выгодна нам обоим. Отношения между нами будут исключительно платоническими.

— Брак двух единомышленников, объединенных общими целями?

Хотя Финн мечтал о подобном соглашении, сейчас он почему-то загрустил.

Она кивнула:

— Да.

— Значит, мы будем партнерами?

— Да. — Она подняла вверх палец. — Но мы оба сохраним за собой право собственности и руководства нашими компаниями.

Порывшись в сумке, она достала оттуда лист бумаги:

— Я взяла на себя смелость и поговорила со своим адвокатом, который составил брачный договор.

Финн прочел документ и понял, что получит все, что обещала Элли. Ему нужно только поставить подпись. Он понимал, что нельзя упускать такую возможность.

Райли был прав: Финн устал от одиночества.

В то же время он не желал заводить коротких любовных интрижек, как брат. Ему требовались надежные, размеренные и практичные отношения с женщиной. Финн не хотел повторять судьбу родителей, которые поженились из-за безумной страсти, но, как только появились дети, они решили, что совсем друг другу не подходят.

— Договор меня устраивает, — произнес он.

— Мы оба должны понимать, что заключаем сделку. — Она посмотрела на воду и едва слышно вздохнула, приуныв. Глупо, конечно, потому что именно она была инициатором фиктивного брака. — Но у нас мало времени. Цзяо сейчас в приюте, и с каждым днем она все больше от меня отдаляется. Как я подозреваю, вы хотите заниматься проектом больницы с первого дня. Предварительные чертежи должны быть представлены заказчику пятнадцатого числа.

— Пятнадцатого?! Времени и правда мало. Нужно торопиться.

— Да. В конце концов, Финн, мы с тобой деловые люди, не так ли? — Элли улыбнулась. — Мне не нужны ухаживания с цветами, танцами и ужином. Между нами будет… — Партнерство.

— Точно.

Мимо пролетела колибри, привлеченная яркими цветами. Финн какое-то время наблюдал за ней.

— В Африке живет птица, — начал Финн, глядя на крошечную птаху, — которая называется медоуказчик. Она ищет ульи с медом и приводит к ним людей и животных. Барсук, подобравшись к ульям, съедает мед и расчищает путь для медоуказчика, который поедает личинки пчел. — Он повернулся к Элли. — Думаю, у нас будет похожее партнерство. Мы будем работать вместе ради выгоды.

— Мы не будем заключать брак на всю жизнь, как лебеди, — добавила она.

— Несомненно, — ответил Финн, испытав странное сожаление.

Он пожал плечами. «Будь разумным, — напомнил он себе. — Ты и Элли как барсук и медоуказчик». В конце концов, каждый из них получит то, что хотел.

— Я не хочу тебя торопить, — сказала она. — Но мы должны принять решение. Если не согласишься, я буду искать другого партнера.

— Ладно, — ответил Финн, поворачиваясь к ней. — Пойдем.

Она моргнула:

— Что?.. Прямо сейчас?

— Зачем ждать? В суде работает мой друг, он нам поможет. Ты сможешь стать моей женой до конца нынешнего дня, мисс Уинстон.

— Сегодня? Прямо сейчас?

— Да, конечно. — Он внимательно на нее посмотрел и задался вопросом, так ли уж решительно она настроена на деловые отношения в браке. — Неужели ты ждала, что я преклоню колено, подарю тебе цветы и кольцо?

— Нет-нет, конечно нет… — Она сглотнула. — Только работа.

— Мой любимый вид отношений. — Он улыбнулся, потом отвернулся и направился к выходу из парка.

Церемония бракосочетания заняла несколько минут, причем за это время Чарли успел пошутить и рассказать анекдоты.

— А теперь самая лучшая часть, — произнес Чарли, закрывая книгу регистрации и кладя ее на стол. — Ты можешь поцеловать свою невесту.

Финн пристально посмотрел на Чарли. Поцеловать невесту?

— Хм, я не думаю, что мы должны…

Чарли рассмеялся:

— Что? Ты решил нарушить традицию? Давай же, поцелуй ее.

Финн сначала хотел отказаться, но потом передумал. Чарли, несомненно, заинтересуется, почему жених не желает поцеловать невесту. И если они собираются разыгрывать спектакль на глазах у своих друзей и коллег, то должны, по крайней мере, играть его правдоподобно. Финн повернулся к Элли. Ее зеленые глаза были широко раскрыты, губы слегка разомкнуты. Шокирована ли она? Или предвкушает поцелуй?

Элли выглядела красиво и соблазнительно в простом бледно-желтом платье. И внезапно Финн забыл обо всех принципах.

Она стояла перед ним, смущенная, со слегка зардевшимися щеками, запыхавшаяся, как настоящая невеста. Он хотел ее, несмотря на то что они договорились об исключительно платонических отношениях.

Никаких поцелуев. Никакой любви. Он может лишь насладиться моментом и помечтать… Финн хотел, чтобы время остановилось.

Элли посмотрела на него с любопытством и задором:

— Ну, мистер Маккенна, вы собираетесь исполнять приказание судьи?

— Я никогда не подчиняюсь приказам судьи, — ответил Финн низким, хрипловатым голосом.

Он взял ее за подбородок. Напряжение возрастало. Оба вздохнули. Грудь Элли приподнялась и опустилась. Легкий цветочный аромат ее духов дразнил и манил Финна.

Черт побери, он ее хочет. Он хочет ее с тех пор, как впервые увидел.

Поцеловав невесту, он подтвердит их брак. Но неужели поцелуй будет всего лишь подтверждением?

Нет, Финн подозревал, что сейчас между ним и Элли зарождается чувство, с которым будет трудно бороться. Он не знал наверняка, нужно ли ему оно. У нее сложилось ощущение, словно он стоит на краю пропасти, приготовившись прыгнуть…

Упадет ли он в воду или на камни, Финн не знал.

Пока он чувствовал лишь сильное влечение к женщине, стоящей напротив него. Он жаждал коснуться ее и ощутить вкус. Он наклонил голову и припал к ее губам.

Поцелуй с Элли мог полностью изменить его жизнь.

Ее губы были мягкими и сладкими. Финн касался ее шелковистых волос. На долгое и блаженное мгновение Элли прильнула к нему, и он, вдохнув аромат ее тела, понял, что навсегда запомнит эту женщину.

Элли.

Но вот она шагнула назад, быстро прерывая поцелуй. Ее щеки стали почти пунцовыми. Еще раз пылко взглянув на Финна, она отвернулась и посмотрела на Чарли.

Платонические отношения. Фиктивный брак. Пьянящее ощущение счастья покинуло Финна. Он твердил себе, что должен этому радоваться. Ведь он изначально не хотел никаких волнений и страстей.

— Ну вот, теперь брак официально подтвержден. — Чарли усмехнулся, потом пожал руки молодоженам. — Поздравляю! — сказал он. — Желаю вам много счастья и детей.

Детей. Вернее, одного ребенка, который стал причиной их фиктивного брака. Финн взглянул на Элли, но она смотрела в окно, стараясь скрыть реакцию на слова Чарли.

Через несколько минут они покинули здание суда, держа в руках новенькое свидетельство о браке. Документ весил несколько граммов, но казался тяжелее бетонного блока.

«Я женился. На незнакомке».

Поцелуй Элли, который был так же далек от бизнеса, как Земля от Солнца, пробудил в душе Финна нестерпимое желание. Нужно забыть об этом как можно скорее.

«Не увлекайся ею. Не поддавайся ее чарам. Не теряй приоритетов. Не отдавайся страсти, которая тебя погубит», — твердил себе Финн.

Когда они пошли по улице в сторону гаража, он достал ключи от машины из кармана, а затем остановился. Они поженились! Значит, заслужили праздник, несмотря на то что заключили всего лишь профессиональный союз.

— Как насчет ужина? — спросил он.

— Мне надо вернуться на работу. Я уехала из офиса очень рано, и у меня много дел. — Элли шагнула в сторону, чтобы пропустить четверых рабочих. — Но спасибо за предложение.

Дела… У Финна тоже куча дел, но впервые за долгое время он не хотел возвращаться в свой кабинет и сидеть за письменным столом из красного дерева.

— Знаешь, мы ведь не каждый день женимся. Мы должны, по крайней мере, распить бутылку вина. Ты можешь взять чай со льдом. А я предпочту вино.

— Но ведь тебя тоже ждет работа?

— Она меня всегда ждет. И может подождать еще немного. Не важно, по какой причине мы поженились. Сегодняшнее событие имеет большое значение для нас обоих. — Он усмехнулся. — Разве ты не согласна?

Улыбка Финна показалась Элли обезоруживающей. Когда он улыбался, один уголок его рта приподнимался чуть выше другого. Ей это нравилось. Ей импонировала его непредсказуемость и то, что он не был похож на того человека, каким его изображала пресса.

А уж такого поцелуя она от него точно не ожидала. Элли думала, что Финн просто небрежно коснется ее губ, совершив символический жест, чтобы подтвердить сделку. Но Финн сделал гораздо больше. Он поцеловал ее так, как ни один другой мужчина.

Финн прикоснулся к ее подбородку почти благоговейно, провел пальцами по щеке и коснулся волос. Он наклонился, посмотрел в ее глаза и выдержал долгую паузу. От предвкушения сердце забилось чаще.

Элли задавалась вопросом, что чувствовала бы, если бы была женой Финна по-настоящему. Целовал бы он ее в конце каждого дня? А перед тем, как уехать на работу утром? На мгновение ей захотелось, чтобы ее фантазии стали реальностью. Она подумала, как было бы здорово, если бы они заключили брак по любви, а не ради достижения определенных целей.

Но ничего не изменить.

Финн прав. Не каждый день она выходит замуж. Элли не была уверена, что прямо сейчас готова вернуться к обычной жизни и столкнуться с насущными проблемами. Они по-прежнему должны обговорить все детали их отношений и решить практические вопросы. Например, определиться с жильем.

Какие бы ощущения Элли ни испытывала, они исчезли, когда она приказала себе вернуться в реальность. У них не будет свидания. У них не будет праздника. Они просто отметят заключение сделки. И больше ничего.

Внимание Финна привлек золотистый блеск. Проснувшись, он посмотрел на руку и спустя мгновение вспомнил, почему на его пальце обручальное кольцо и почему он не у себя в спальне.

Вчера он женился на Элли Уинстон. Потом они поужинали у него дома, в пентхаусе. Обручальные кольца, купленные секретаршей, — доказательство того, что они поженились по-настоящему.

Затем, после ужина, он повез Элли домой и остался у нее ночевать, в комнате для гостей.

Он провел ночь в доме своей жены.

Финн услышал веселую поп-музыку. Встав с кровати, он натянул брюки и отправился на кухню. Дом Элли был чистым, опрятным и светлым. Жилище очень напоминало свою хозяйку. В интерьере было много белого, желтого и синего. По сравнению с ним квартира Финна выглядела темной и мрачной.

Элли стояла у кухонной раковины, покачивая бедрами в такт музыке, и наполняла графин водой. Она была одета в бледно-голубую юбку и белый свитер с короткими рукавами. Волосы, завитые тонкими спиралями, лежали у нее на плечах и струились по спине. Она была босой, и по какой-то причине Финн почувствовал себя неловко. Ему показалось, что он без спроса вторгся на личную территорию Элли.

При свете дня общение с Элли показалось ему более сложной проблемой. Например, как он сможет сопротивляться ее чарам, если она каждый день будет появляться на кухне босой, слушать радио и подпевать? Как он сможет притворяться, что ничего не чувствовал, когда целовал ее в здании суда?

О поцелуе Финн размышлял всю ночь, ворочаясь с боку на бок. Он не мог не думать о том, что Элли лежит в кровати в соседней комнате. Он приложил все усилия, чтобы их праздничный ужин больше походил на заседание совета директоров, чем на свидание влюбленных, но в его мозгу снова и снова прокручивались воспоминания.

Неужели он так и не усвоил урок? Если он увлечется женщиной, то станет уязвимым. Ведь однажды он уже совершил ошибку. Он едва не женился на той, которая хотела уничтожить его карьеру.

Финн заставил себя отвести взгляд от ее босых ног. Откашлявшись, он произнес:

— Доброе утро!

Она обернулась и чуть не выронила из рук графин.

— Финн? О, привет! Я почти забыла… — Она покраснела. — Доброе утро! Хочешь кофе?

— Да. Пожалуйста.

Она принялась готовить кофе, потом снова повернулась к Финну:

— Извини, но на завтрак у меня мало еды. Я обычно съедаю булочку перед выходом.

— Меня устроит булочка. Кстати, все произошло так неожиданно… — Он уставился на кольцо на ее руке. Теперь он муж Элли Уинстон. Нет, Элли Маккенны.

Всего несколько дней назад Финн мечтал о предсказуемых и размеренных отношениях с женщиной. О браке, основанном исключительно на общих интересах, без глупой романтики, из-за которой голова идет кругом. Но теперь, когда он заключил подобный союз… Финн испытывал ужасное разочарование.

О чем он думает? Ему не нужна сумасшедшая любовь. Ему нужно нечто устойчивое и постоянное, как, например, графы в бухгалтерской книге. Но Элли нельзя было назвать предсказуемой женщиной, и это его пугало.

Ритмичная музыка сменилась балладой о любви.

— У меня… хм… есть булочки с черникой и бананом. — Она махнула в сторону хлебницы.

Финн прошел в глубь кухни, стены которой были сливочно-желтого оттенка, а мебель — кремово-белой. В кофейнике готовился кофе, в окна проникал солнечный свет, золотя кудряшки Элли.

— Я возьму одну.

— Какую? — спросила она.

— С черникой, пожалуйста.

— Конечно. — Она так стремительно достала из хлебницы упаковку с булочками, что выронила их.

Булочки упали на пол, и Элли выругалась.

Они наклонились одновременно. Их плечи соприкоснулись, и Финн попятился. С каких пор он стал таким неуклюжим?

— Извини.

— Это ты меня извини. — Она потянулась к булочке вместе с Финном, их пальцы соприкоснулись.

Элли резко поднялась и вытянула руку, желая сохранить равновесие. На секунду она коснулась обнаженной груди Финна.

По его телу словно пробежал электрический ток. Финн посмотрел на Элли. Ее глаза были широко раскрыты, а губы разомкнуты.

— Извини, — сказал он снова.

— Нет, это ты меня извини. — Она отвернулась и посмотрела на пол. — Я могу приготовить тосты, если хочешь.

Он удивился, что она так разволновалась из-за случайного прикосновения.

— Я не голоден. Надо ехать на работу.

— Я приберу на кухне, — произнесла Элли. — А ты пока быстренько прими душ.

— Конечно-конечно.

— Финн…

Она произносила его имя мягко и беспечно. Финну вдруг захотелось, чтобы Элли звала его по имени каждое утро, каждый день и каждую ночь. Он повернулся к ней и посмотрел в ее широко раскрытые глаза, на милую улыбку и босые ноги.

— Да?

— Кофе готов.

Финн провел час на беговой дорожке, затем полчаса занимался силовыми упражнениями. С него сошло сто потов. Но физической нагрузки оказалось недостаточно. Независимо от того, сколько времени Финн провел в тренажерном зале, он по-прежнему чувствовал себя напряженным и разочарованным. Он не мог не думать об Элли и о том, что снова придется возвращаться к ней.

Домой. К жене.

Он понимал, что уже слишком ею увлекся. За обедом они делились своим мнением о браке, и Финну захотелось признаться Элли, что он испытывает похожие чувства. Он тоже не планировал жениться. Но вовремя образумился и промолчал. Отношения его родителей были похожи на американские горки: то они друг друга любили, то ненавидели.

Приняв душ и надев джинсы и футболку, Финн вызвал такси и поехал к Элли, в таунхаус.

Войдя в дом, он в очередной раз подивился тому, как отличались их жилища. Квартира Финна была современной и находилась в высотном здании из стекла и металла. Элли же предпочла бывший особняк аристократов — Бостон кишел ими. На окнах дома красовались контейнеры с анютиными глазками. В вестибюле был белый кафельный пол и отделанные толстыми деревянными панелями стены. Лестницу обрамляли причудливые перила. На одной из стен висели почтовые ящики, над которыми крепились черные, выполненные под старину светильники. Здесь царила атмосфера очарования былых времен.

Финну очень нравилась квартира Элли. Она выглядела по-домашнему уютной. Он одернул себя и приказал не забывать о том, что нельзя расслабляться. Они заключили временный брак, и если Финн сейчас начнет привязываться к женщине, то совершит ошибку. Привыкнув к семейному благополучию, он поверит в иллюзию. Однажды он уже поддался искушению, за что впоследствии поплатился.

Он никогда не совершит подобной ошибки снова.

Финн застал Элли на кухне — она загружала посуду в посудомоечную машину.

— Привет.

Равнодушное приветствие. Но как он еще может заговорить с женщиной, которая не является его настоящей женой?

Она обернулась:

— И тебе привет. Извини, но я поужинала без тебя. Я не знала твоих планов… — Она подняла руки. — Но ты, конечно, не обязан ничего мне сообщать. Мы ведь не настоящие супруги.

Вот именно. Она абсолютно права.

— Я поужинал после тренажерного зала. — Финн бросил сумку на пол, затем повесил на стул вещи, взятые из химчистки. — Ты выяснила, когда собеседование?

— Через два дня. Линда постарается подобрать время, удобное всем.

— Ладно. Договорились. — Чем скорее приедет представитель агентства по усыновлению и социальный работник, чтобы проверить жилищные условия, тем быстрее Финн и Элли смогут разойтись. Он ведь именно этого хочет?

— После сегодняшнего совещания я подумала, что нам нужно получше продумать нашу историю, — сказала она. — Ну, на случай, если нам будут задавать много вопросов. Я не хочу, чтобы они подумали, будто…

— Мы почти не знаем друг друга.

Она кивнула.

— Да. — Элли махнула рукой в сторону двери. — Мы можем посидеть на балконе, если хочешь. Здесь не так роскошно, как у тебя в пентхаусе, но все-таки можно насладиться приятным вечером.

Элли приготовила напитки: красное вино для Финна и холодный чай для себя, сыр и крекеры. Финн никогда не перекусывал между приемами пищи. Элли подала угощение на вытянутом красном блюде и даже достала салфетки. Теплый вечерний ветерок лениво дрейфовал по балкону.

— Ты все продумала.

Она пожала плечами:

— Ничего особенного. Сегодняшний вечер не сравнится с тем ужином, который организовал ты.

— Не согласен. — Финн взял крекер и ломтик сыра и отправил их в рот. — У тебя лучше.

Она рассмеялась:

— Как так? Здесь нет музыки, мерцающих свечей, ужина из пяти блюд. Просто крекеры и сыр, поданные на балконе.

— Ужин готовила ты, а не какие-то повара. У меня совсем нет дара, чтобы по-домашнему накрыть стол.

— Я тоже не идеальная хозяйка, но могу сделать салат из сырых овощей. — Элли снова рассмеялась. — Насколько я поняла, ты готовить не умеешь.

— Только яичницу. Но умею заказывать хорошую еду с доставкой. В моей семье шеф-поваром была бабушка. Сейчас она уже старенькая, но когда я был маленьким, она могла приготовить что угодно.

Элли взяла стакан и отпила чай:

— Где твои родители? Они живут в Бостоне?

Это был самый обычный вопрос, но по некоторым причинам он задел Финна. Ему понадобилась минута, чтобы подобрать слова.

— Нет. Они больше здесь не живут. — Мгновение он молчал, потом прибавил: — Мои родители… погибли в автокатастрофе, когда мне было одиннадцать лет. Броуди было восемь, а Райли только шесть.

— О, Финн, прости. — Она нежно коснулась его руки, и у Финна потеплело на душе.

Ему хотелось и дальше упиваться ее добротой и позволить сердцу отогреться.

Но он запретил себе раскисать.

— Мы жили с бабушкой и дедушкой, — продолжал он. — Мы втроем шумом и возней доводили старушку до белого каления.

— Бьюсь об заклад, вы были той еще компанией.

Он усмехнулся:

— Она называла нас озорной шайкой, но любила. Бабушка была строгой. Правда, время от времени покупала нам новые игрушки или пекла печенье.

Элли улыбнулась:

— Замечательная бабушка.

— Верно. Каждому ребенку нужна такая. Один раз мы с Броуди спорили из-за игрушки. Я не помню, что это была за игрушка и почему начался спор. Так вот, бабушка заставила нас обоих собирать граблями листву. Мы начали с противоположных концов двора. К тому моменту, когда мы встретились в середине, между нами была огромная куча листьев.

Мы прыгнули туда и забыли о ссоре.

Элли рассмеялась:

— Похоже, ты унаследовал от нее искусство искать компромиссы.

— Да, мне кажется, ты права. Она многому меня научила.

Уже очень давно Финн никому не рассказывал о своей личной жизни. Даже Люси не знала о нем ничего. Они обсуждали только работу.

Произошло ли так потому, что Люси было на него наплевать, или сам Финн всегда держал в отношениях с Люси дистанцию, словно инстинктивно ощущал, что их связь не идеальна?

Испытывает ли Элли настоящий интерес к его жизни или просто собирает факты для собеседования? А почему ему не все равно? По пути из тренажерного зала Финн обещал себе сохранять их отношения в деловых рамках. Почему же он снова захотел поговорить с ней на личные темы? Черт побери, он не понимал, что происходит.

Проклятье. Обстановка накаляется. Он взглянул на Элли и обнаружил, что она за ним наблюдает. Она открыла рот, будто собралась задать еще один вопрос, но Финн ее прервал, достав из кармана лист бумаги и протянув его ей.

— Я… хм… подумал, что для собеседования ты захочешь узнать обо мне подробную информацию.

Поэтому я ее записал.

Она принялась читать:

— Размер обуви. Размер одежды. Марка автомобиля. — Она посмотрела на него. — Мне ни о чем это не говорит. По этому перечню я могу только понять, какой подарок сделать тебе на Рождество.

— Тебе понадобятся эти сведения.

Она положила лист бумаги на соседний стол, подтянула колени к груди и обхватила их руками. На Элли были спортивные штаны и мягкая розовая футболка. Она выглядела расслабленной и располагающей к близости.

— Того, что жена должна знать о муже, в этом перечне нет.

— Ну, не согласен. Жена должна знать мой размер обуви и марку моего автомобиля…

— Нет-нет. Жена обязана знать, что у тебя на душе. Она должна понимать, почему ты стал именно таким человеком. Каковы твои мечты, страхи, навязчивые идеи. Она сможет ответить на любой вопрос о тебе потому, что знает тебя, как себя.

Финн заерзал на стуле. Крекер лег свинцовой тяжестью в его желудке.

— Меня никто не знает до такой степени.

— Почему?

— Так получилось…

— Ну, я уверена, что женщина, с которой ты встречался, отлично тебя знала. Она, например, слышала историю о твоей бабушке. Я хочу узнать о тебе больше. Или расскажи мне о своей невесте. Почему вы расстались?

— Я не хочу говорить о Люси.

Элли выпалила:

— Финн, ты должен хоть что-то мне дать!

— Вот поэтому я сделал для тебя перечень.

— Это то же самое, что и обычная журнальная статья. — Выдохнув, она поднялась.

Некоторое время Элли стояла у перил балкона, глядя на темные дома, затем повернулась к Финну.

— Почему ты не хочешь быть со мной откровенным? — Ее голос был мягким и нерешительным, ему даже захотелось съежиться. — В наших отношениях ты делаешь два шага вперед и три назад. Почему?

— Я никуда не шагаю. — Он встал и повернулся к противоположному концу балкона, наблюдая за соседом, который выносил мусор.

Обстановка была настолько обыденной и домашней. Крекеры, сыр, мягкая спортивная одежда…

Черт побери, их отношения похожи на настоящий брак.

— Что мы делаем, Финн? — спросила Элли и приблизилась к нему.

Он уловил запах ее духов с жасминовыми и ванильными нотками. Финн уже запомнил этот аромат и каждый раз, когда слышал его, вспоминал их поцелуй.

Проклятье!

— Мы притворяемся супругами, — наконец ответил он.

— Неужели? — Несколько секунд она молчала, пристально глядя в его глаза: — Почему ты согласился на мне жениться?

— Потому что ты сказала, что ради того, чтобы совместно работать над проектом больницы, я должен это сделать.

— Ты ведь настоящий ястреб, Финн Маккенна, — заметила она. — Ты мог бы склонить на свою сторону кого угодно. Но когда я предложила тебе брак, ты даже не пытался со мной договориться. Ты согласился. И меня интересует почему.

Финну показалось, что ночной воздух стал неподвижным. Все вокруг замерло. Элли ждала ответа. Он вдохнул дразнящий аромат ее духов и почувствовал желание.

Почему он на ней женился? Элли права. Он мог бы попытаться оспорить ее решение, предложить другие варианты сделки в обмен на сотрудничество.

В конце концов, мог ей отказать.

— Я считаю, что нынешний проект поможет моему бизнесу встать на ноги.

Сделав шаг в его сторону, она вздернула подбородок:

— Я тебе не верю.

— Я говорю честно. Меня интересует только бизнес.

— И это все?

Элли стояла в нескольких дюймах от него. Кровь ударила Финну в голову. Он посмотрел на ее губы, потом оглядел ее тело.

— Нет, — прохрипел он, прерывисто дыша и проклиная себя за несдержанность. — Не все.

Придвинувшись к Элли, он накрутил на палец завиток ее волос. Он весь день мечтал погладить ее шелковистые пряди.

— А для тебя? — спросил он.

Она сглотнула, потом покачала головой:

— Нет. Не все. — Элли прикусила губу. — Для меня брак становится чем-то большим. Намного большим.

Финн наблюдал за движением ее губ, чувствовал на коже ее дыхание. И вот он перестал слушать голос рассудка.

Наклонившись, он поцеловал Элли. А она словно растворилась в нем, прильнув к его груди. Сначала Финн ласкал ее медленно, но постепенно его поцелуи стали настойчивее. Она сильнее к нему прижалась и простонала.

Зазвонил мобильный телефон Финна, назойливые трели проникли в его затуманенный мозг. Резко отстранившись от Элли, он отошел в сторону.

— Извини, — пробормотал он.

Звонок уже был перенаправлен на голосовую почту.

В конце концов Финн пришел в себя.

Элли шагнула к нему, улыбаясь. Финну хотелось обнять ее и продолжать целовать. Но если он так поступит, то снова пойдет по опасной тропе, и его сердце будет разбито.

— Мы не можем этого делать. — Он отстранился и взял свой бокал, желая чем-то занять руки, лишь бы не прикасаться к Элли.

— Чего мы не можем делать? — Она продолжала улыбаться. — Выходить за рамки условий договора?

— Именно. Мы не можем относиться к этому как… как к настоящему браку. Между нами деловое партнерство. И все.

Покачав головой, Финн поставил бокал обратно на поднос. Остатки сыра и крекеров лежали на столе, искушая его и словно приглашая снова почувствовать себя в уютной семейной обстановке.

Но с Элли было не так просто договориться. Она стояла перед ним, упершись руками в бока.

— Чего ты так боишься?

— Я ничего не боюсь. Просто думаю, что будет лучше, если мы сохраним исключительно деловые отношения.

— По-твоему, недавний поцелуй можно считать деловым?

— Нет, я совершил ошибку и не повторю ее снова.

— А ужин в пентхаусе? Поцелуй в здании суда?

Это тоже ошибки?

Финн вздохнул. Именно поэтому он хотел избрать другой путь. Он уже видел боль в глазах Элли. Он все-таки заставил ее поверить, будто их фиктивный брак может стать настоящим. Как же он ошибся!

Неужели участие в каком-то проекте важнее страданий Элли? Неужели ему придется смотреть, как она плачет, как когда-то плакала его мать?

Финн выдохнул и заставил себя говорить. Он должен был давным-давно все прояснить.

— После собеседования мы должны аннулировать наш брак.

Вот. Он все-таки сказал это.

В ее зеленых глазах читалось неверие, а на лице отразился шок.

— Что?

— Коммерческая сделка не утратит силы, если ты не захочешь, — продолжал он равнодушным тоном, стараясь говорить официально.

Если он будет относиться к их браку по-деловому, то и Элли последует его примеру. Но его ноздри щекотал аромат ее духов, а слезы в ее зеленых глазах умоляли его пересмотреть свое мнение. Финн изо всех сил старался сохранить решимость. Для него сейчас это лучшее решение.

— Хм, если ты захочешь, я оставлю тебе моих архитекторов и помогу с проектом. Похоже, наши сотрудники хорошо сработались. Нет смысла ломать их сотрудничество.

— Мы не заключали сделку. Ты должен помочь мне удочерить Цзяо.

— Я сделаю все, что от меня требуется. Сообщи мне, когда состоится собеседование, и я приду.

— Будешь притворяться моим мужем?

— Разве мы не об этом договаривались?

Какое-то время она не произносила ни слова. На улице просигналил автомобиль и залаяла собака.

Стрекотали ночные птицы, дул ночной ветерок.

— Значит, минуту назад ты подтверждал заключение сделки? — спросила она.

Элли выставила его холодным, расчетливым человеком, соответствующим прозвищу Ястреб, которое он так ненавидел.

— Ты считаешь, это единственная причина, по которой я тебя поцеловал?

— Разве нет? Ты хотел альянса, который поможет твоей компании. Мне нужно удочерить ребенка. Каждый из нас преследует свою цель. Все просто. Вот для чего заключался этот брак. Обычная бизнес-транзакция. — Она подошла к нему ближе и пристально посмотрела в его глаза. — Не так ли? Или наш брак начинает становиться чем-то большим и для тебя тоже?

Элли просила его открыть истину. Почему он женился на ней, если речь шла не о бизнесе?

Финн не мог признаться ей в том, что устал спать на диване. В том, что устал быть в одиночестве в своей квартире. Ему надоело работать дни напролет, а по ночам задаваться вопросом, почему он так усердно трудится. Познакомившись с Элли, он задался вопросом, что случится, если он попробует еще что-нибудь в этой жизни.

Но Финн не забудет о работе, потому что в противном случае откроет свое сердце Элли Уинстон и уже никогда не сможет с ней расстаться. Он уже запутался и вляпался в любовную историю, которую хотел избежать всеми возможными способами. Нет, лучше сохранять с Элли холодные и безличные отношения. Пусть она думает о нем самое плохое.

Финн выпалил:

— Все совсем непросто.

— Почему? Что плохого в том, если ты начнешь с кем-то отношения, Финн? Почему ты бежишь от любви?

— Я не боюсь начинать отношения. Мы поженились, помнишь?

— Фиктивно. У нас нет отношений. Мы заключили договор. И я помню, как говорила, что хочу сохранить с тобой деловые отношения. Но так было только в самом начале… — Элли протяжно выдохнула и покачала головой. — Знаешь, несколько раз мне казалось, что я видела другие стороны твоего характера, и ты был человечным. Я начала задумываться, а не рискнуть ли мне и не начать ли с тобой настоящие отношения. Я не из тех женщин, которые легко идут на риск, особенно в любовных делах. Но в конце концов ты снова превратился в Ястреба.

Он нахмурился:

— Неправда.

— Ты трус, Финн. — Она отвернулась. — Не знаю, почему подумала… Почему я вообще о тебе думала.

До нее никак не дойдет, что он пытается быть разумным и отгонять фантазии, которые никогда не воплотятся в реальность. Когда действуешь бездумно и живешь в мечтах, можешь ранить чувства других людей. Элли нужно это понимать.

— Ты считаешь, мы можем превратить наше притворство в настоящее супружество? — спросил Финн. — Скажи мне правду, Элли. Неужели ты хотя бы немного надеешься на то, что мы с тобой сможем создать маленькую счастливую семью с двумя тире пятью детьми и собакой?

— Нет. — Она покачала головой, ее глаза наполнились слезами. Начал накрапывать дождь, но они не обратили на него внимания. — Больше не надеюсь.

Финн посмотрел на стекло балконной двери. Отражения от лампочек люстры в комнате соседа мерцали на стекле, как озорные глаза. Капли дождя медленно скользили вниз по стеклу, и Финн думал о том, что плачет сама природа.

— Извини, — пробурчал он, — но я должен прояснить все с самого начала. Я не могу дать тебе больше того, о чем мы договорились.

Элли не понимала причины его поведения. Когда-то Финн достаточно нагляделся на отношения родителей, которые жили вместе и каждый день ссорились. Конечно, между ним и Элли может вспыхнуть страстный роман, но вскоре они остынут друг к другу, а страдать от разрыва будет невинный ребенок. Элли уже питает иллюзии относительно их брака. Если он сейчас же ее не остановит, она погибнет.

По щекам Элли катились слезы. Мгновение Финн колебался.

— Значит, для тебя я часть сделки?

— Ты сама этого хотела, Элли. Так будет лучше для всех нас. — Повернувшись на каблуках, он ушел в дождь.

Ушел до того, как посмотрел в глаза Элли и окончательно растворился в их глубине.

Генри Уинстон чувствовал себя хорошо. Об этом можно было судить по его улыбке и положительному заключению врача. Отец Элли постепенно набирался сил. Впервые за долгое время доктор употребил в разговоре фразу «когда он вернется домой».

Не помня себя от радости, Элли стремительно придвинула кресло ближе к постели отца. Солнечный свет струился в окна больничной палаты. Сегодня у ее отца был более здоровый цвет лица. Стоящий перед ним поднос был почти пустым — хороший знак.

Испытав горькое разочарование прошлой ночью от разговора с Финном, Элли жаждала хороших новостей. Она всю ночь ворочалась с боку на бок, пытаясь придумать способ убедить Финна помочь ей с удочерением Цзяо. Если он откажется, как она сумеет взять девочку к себе? Он не сказал ей, что обязательно с ней разведется, но после спора на балконе Финн не выходил с ней на связь. Она могла бы поднять трубку и набрать его номер, но не стала этого делать. Потому что не хотела услышать его сообщение о том, что он аннулирует брак. Она не желала хоронить надежды на удочерение Цзяо.

Может, Линде удастся уговорить китайские власти отдать девочку на воспитание в США матери-одиночке. Возможно, если они увидят, как тепло Элли относится к Цзяо, они смягчатся и не станут требовать, чтобы девочка росла в полноценной семье.

Элли сдержала вздох. Уступки со стороны китайцев маловероятны. Элли могла остаться ни с чем. Финн может все испортить. Он обвинил ее в желании сделать фиктивный брак настоящим.

Прав ли он? Разве она не надеялась на то, что их платонические отношения перерастут в нечто большее после поцелуев, ужина, шуток и взаимных улыбок?

Элли посмотрела в окно, на город, который объединял ее с Финном и одновременно разделял. Да, она позволила себе поверить в сказку. Она увлеклась Финном Маккенной, забыла об осторожности и совершила то, что запрещала себе делать. Элли разрешила себе поверить в любовь.

«Пора вернуться в реальность, — подумала она, — и перестать придумывать счастливое окончание истории».

В данный момент Элли должна сосредоточиться на отце и на время забыть о Финне.

— Как ты себя чувствуешь, папа?

— Теперь намного лучше, когда ты здесь. — Он слабо улыбнулся.

Обычно Генри Уинстон улыбался широко и душевно. Из-под густых седых волос на Элли смотрели зеленые глаза, которые светились от счастья.

— Они дают мне новое лекарство. Пока оно хорошо помогает. — Он поднял руку и осторожно сжал кулак. — Ты и глазом моргнуть не успеешь, как я подготовлюсь к бостонскому марафону.

Она рассмеялась:

— Тогда уж готовься и к триатлону.

— Конечно. — Генри вновь улыбнулся, затем выключил стоящий у постели телевизор. Его соседа выписали вчера, поэтому в палате было тихо. — Как ты поживаешь, моя девочка?

— Я в порядке, папа. Тебе не нужно обо мне беспокоиться.

— Да, но я беспокоюсь. Некоторые привычки родителей не меняются, несмотря на то что дети вырастают.

Элли крепко сжала руку отца. Она пришла не для того, чтобы загружать его своими проблемами.

У него и так было много причин для волнения.

— Ты просто постарайся поскорее поправиться.

— Как дела с удочерением? Я очень хочу встретиться с внучкой.

Элли вздохнула:

— Возникла небольшая загвоздка.

Она заставила себя улыбнуться, не желая беспокоить отца. Генри не должен знать о ее муже и о том, что этот муж отказался ей помогать. Вполне вероятно, что Финн уже подал на развод. Брак Элли был обречен с самого начала. В сотый раз она обрадовалась тому, что сохранила свое замужество от отца в тайне. — Все будет хорошо. Удочерение Цзяо займет немного больше времени.

— Ты уверена? Хочешь, позвоню кому-нибудь, найму адвоката? — Отец протянул руку к прикроватному телефону, но Элли его остановила.

— Все будет в порядке. Я клянусь. Не беспокойся об этом вообще. Возникла небольшая задержка и все.

— Ну хорошо. Не могу дождаться, когда с ней встречусь. Я видел ее фотографии и слышал о ней столько, что чувствую, будто уже знаком с ней. — Генри откинулся на подушки, побледнев. — Дай мне воды, дорогая.

— Конечно-конечно, папа. — Элли подала отцу стакан с водой и поднесла ко рту соломинку. Потом откинулась на спинку кресла. — Может, мне уйти?

Он попил, потом улыбнулся:

— Когда я вижу мою маленькую девочку, всегда чувствую себя лучше. Теперь поговори со мной о чем-нибудь, кроме врачей и лекарств. Как дела в компании?

— Хорошо. — Она не делилась с отцом проблемами, которые возникли после увольнения Фарнсворта. Она сообщит ему об этом, когда он немного окрепнет.

— Ты всегда так говоришь, но я знаю, что ты врешь. — Он накрыл ладонью ее руку. — Твои намерения чисты, но лучше тебе во всем признаться. Используй меня как звуковой отражатель.

Ах, как ей хотелось обо всем ему поведать! Но доктор был непреклонен в своих требованиях: никаких стрессовых ситуаций и волнений. Генри трудился всю жизнь и постоянно сталкивался с неприятностями и принимал их слишком близко к сердцу.

Желания Элли подождут.

— Ты должен сконцентрироваться на выздоровлении, папа, а не на том, что происходит на работе.

— Я только и делаю, что лежу и концентрируюсь на выздоровлении. — Он вздохнул. В его зеленых глазах читалось разочарование, он сдвинул брови. — Здесь как в тюрьме. Еще и еда отвратительная. Мне нужно чем-то заняться.

— Я принесла тебе много книг. В киоске продаются журналы. В палате есть телевизор. Если хочешь почитать что-нибудь еще…

Он отмахнулся от ее слов:

— Поговори со мной о работе.

— Папа…

Генри наклонился вперед, выражение его лица стало решительным.

— Я люблю тебя, Элли, и мне нравится, что ты меня оберегаешь. Но так я меньше буду беспокоиться. Ты возглавила компанию, но она — все еще часть меня. Я должен знать, что в ней происходит.

Элли устало вздохнула. Генри становился упертым, как буйвол, когда чувствовал себя лучше. Вряд ли он позволит ей утаить правду о событиях, происходящих в компании «Архитектура и дизайн». Возможно, Элли удастся запудрить ему мозги, выдав небольшое количество информации.

— Ладно, но, если у тебя снова поднимется давление, мы будем обсуждать садоводство до конца дня.

Он поморщился, услышав о наименее любимой теме разговора, потом произнес:

— Я согласен.

— Итак… — Она откинулась на спинку кресла и вкратце поведала отцу о бегстве Фарнсворта, неудачном начале проектирования больницы в Пьемонте и положительных аспектах временного союза с Финном Маккенной. Она сообщала все новости оптимистичным тоном и скрыла факт замужества.

— Ты работаешь с Финном Маккенной, — произнес Генри.

Элли кивнула:

— У его архитекторов есть опыт, которого нет у нас. Я могла бы нанять нового сотрудника, но у нас мало времени, чтобы подобрать нужного кандидата. Кроме того, предварительные чертежи должны быть готовы к пятнадцатому числу.

— Значит, Финн Маккенна? Этому человеку ты не должна так легко доверять. Он владеет искусством прибирать к рукам более мелкие фирмы, вроде нашей. Тебе известно, что он наш конкурент?

— Да, и мы заключили с ним справедливое мировое соглашение. У него небольшие проблемы с бизнесом…

— Он сказал, что у него за проблемы?

— Он не вдавался в подробности. — От страха у Элли скрутило живот.

Она все поняла по тону отца. Неужели в отношениях с Финном она что-то упустила из виду? Проклятье! Ей следовало собрать о Финне больше информации, заставить его раскрыться.

Элли должна была все предвидеть. Она так быстро решилась на партнерство с Финном, потому что не могла думать ни о чем, кроме удочерения Цзяо.

— Однажды он связался с дочерью конкурента по бизнесу. На самом деле они даже были помолвлены, — начал Генри. — Но когда отношения с ней разладились, некоторые из его клиентов перешли в другую фирму, забрав с собой все деньги. Я слышал, Финн устроил скандал, но было уже слишком поздно. Многие говорят, он сделал той женщине предложение, чтобы завладеть ее фирмой. Но когда события стали развиваться против него, она переманила к себе всех его клиентов.

Дочь конкурента? Разве Элли не приходится дочерью конкурента Финна? Неужели Финн женился на ней, чтобы контролировать компанию?

О боже, неужели Элли заключила сделку с дьяволом? Интуиция подсказывала ей, что она ошибается. Финн не настолько беспощадный бизнесмен, как его представляют в газетах. Но насколько хорошо она его знает? Каждый раз, когда Элли пыталась его разговорить, он от нее отдалялся.

Не потому ли в течение стольких лет Элли старалась избегать брачных уз? Она видела, что ее родители — чужие друг другу. Она не хотела, чтобы ее отношения развивались по такому же сценарию. Она никогда не мечтала о подобной участи.

По иронии судьбы она вышла замуж за незнакомца. Ну, в любом случае их брак скоро закончится. Развод принесет пользу обоим.

— Просто будь осторожна, дорогая, — предупредил Генри. — Финн безжалостен. Ты знаешь, что его называют…

— Ястребом.

Прежде его прозвище казалось ей шуткой, но теперь Элли стало не до смеха. Когда она упустила самое главное? Женился ли Финн на ней только для того, чтобы отобрать у нее компанию?

Может, его «помощь» не бескорыстна?

— Я уверена, Финн поможет нашей фирме, — произнесла Элли, скорее желая развеять собственные страхи, чем убедить отца. — Он очень умный и привел в проект опытных архитекторов.

— Я был бы осторожен, вступая с ним в альянс. Он один из тех парней, которые всегда выигрывают. Независимо от того, какова цена победы.

— Он был со мной очень откровенен, папа. Не думаю, что у него имеются скрытые мотивы.

Разве Элли может быть в этом уверена на сто процентов? Она вышла замуж за Финна и целовалась с ним, но он по-прежнему был незнакомцем. Каждый раз, когда она пыталась приблизиться к нему, он ее отталкивал.

— Не верь ему, вот что я хотел сказать. Он загнан в угол, а собака, загнанная в угол, сделает все, что угодно, лишь бы вырваться.

Все, что угодно. Например, женится на незнакомке.

И попытается украсть компанию прямо из-под носа молодой жены.

Райли и Броуди уговорили Финна позавтракать вместе. Оба брата появились в офисе и заявили, что не примут его отказа.

— Почему ты торчишь в душном здании, вместо того чтобы проводить время со страстной молодой женой? — поинтересовался Райли. — Ты женат уже почти неделю, но клянусь, проводишь на работе больше времени, чем до вступления в брак.

Броуди с упреком произнес:

— Боже, Финн. Тебя не изменила даже женитьба.

Финн не желал, чтобы его братья напоминали ему о браке, пусть даже фиктивном. Или о том, что он не виделся с Элли уже пару дней. Он отправился домой после их разговора на балконе и до сих пор не был у нее.

Он посылал на совещания в компанию «Архитектура и дизайн» старших архитекторов, а сам присутствовал только на одном, где не было Элли. Он встречался со своей командой в кабинете. Времени до сдачи проекта оставалось совсем мало, и Финн использовал это в качестве предлога, не желая появляться на людях, а тем более — общаться с женой.

— Я изменился.

Райли выгнул бровь. Броуди тут же рассмеялся:

— Конечно, ты изменился. Так мы тебе и поверили.

Финн нахмурился:

— Мне нужно работать.

— Пошли, тебе нужно что-нибудь поесть, — произнес Броуди.

Как и все мужчины семьи Маккенна, Броуди обладал темно-каштановыми волосами, голубыми глазами и заразительной улыбкой. Средний брат был в равной степени похож и на Финна, и на Райли.

Райли повернулся к Броуди:

— Может, нам его похитить?

Тот прижал палец к подбородку, притворившись, что задумался.

— Я не знаю. Он очень упрямый.

— Мы его свяжем. — Райли улыбнулся. — Выбор за тобой, Финн. Либо идешь с нами, либо мы вытащим тебя отсюда силой.

Финн рассмеялся:

— Ладно. Я сдаюсь, когда признаю поражение. — Он погрозил пальцем братьям. — Но у меня есть время только на то, чтобы выпить чашку кофе, не больше.

Братья покинули офис, но не пошли в излюбленный ресторан. Райли повел их в небольшую закусочную на углу оживленной улицы. Закусочная «Пурпурный вьюнок» была по-домашнему уютной.

— Эй, у меня действительно мало времени, чтобы расхаживать в поисках кафе по всему городу, — сказал Финн. — Мой график очень…

Райли положил руку ему на плечо:

— Задай себе вопрос, на что у тебя есть свободное время.

— На секс его точно не хватает. — Броуди рассмеялся. — Не могу поверить, что ты сидишь на работе с раннего утра. Разве ты не слышал о том, что у молодоженов бывает медовый месяц?

Финн не собирался рассказывать братьям о том, что его брак далек от обычного. Медовый месяц не был частью сделки.

— Вы предлагаете мне советы по поводу семейной жизни? — спросил Финн. — Вы, парочка вечных холостяков?

— Эй, пусть я не хочу жениться, — Райли усмехнулся, — но даже мне известно, что недавно женатый мужчина должен проводить время с молодой женой.

— Да, в постели, — прибавил Броуди.

Проклятье! При одном упоминании постели в мозгу Финна возник образ Элли, которая лежит на кровати и ему улыбается. После знакомства с Элли он постоянно о ней думал. Разве не веская причина для того, чтобы заставить себя смотреть на их брак трезво и с практической точки зрения?

Если Финн будет держаться от Элли на расстоянии, то сможет предотвратить катастрофу.

Финн откашлялся и произнес:

— Советов по поводу семейных отношений от вас двоих я не принимаю.

— Может, тебе следует нас послушать, брат? — Райли посмотрел на него, выгнув бровь, когда они вошли в закусочную и встали у прилавка. — Ты сейчас не в постели, поэтому хочется спросить: как поживает твоя женушка?

— Давайте обсудим что-нибудь другое!

Райли посмотрел на Броуди:

— Нет. А ты как считаешь?

— Нет, — ответил Броуди. — Жизнь Финна для меня интереснее всего.

Финн любил своих братьев, но иногда они заходили слишком далеко даже с благими намерениями.

— Значит, вы оба будете говорить только друг с другом. — Финн заказал черный кофе, затем махнул рукой на Райли и Броуди. — Что вы будете, ребята?

— О, ты платишь? — Райли улыбнулся и повернулся к стройной официантке, на беджике которой было написано имя Стейси. — Три простых рогалика, большая порция кофе. И еще рогалики с сыром и сливочное масло. Вы можете сложить это в пакет? Спасибо.

— Две булочки с черникой и большая порция кофе для меня, — произнес Броуди.

— Вы, ребята, действительно намерены все это съесть, да? — Финн вытащил бумажник и заплатил по счету.

— Черт побери, нет. Я купил завтрак на три дня вперед. — Райли рассмеялся.

— Да, и учитывая то, как часто ты предлагаешь нам оплатить наш завтрак, мне следовало купить еды на год вперед. — Броуди усмехнулся.

Финн округлил глаза:

— Вы двое просто невыносимы, вам об этом известно?

— Эй, у каждого из нас свои особенности, — откликнулся Райли. — Но у тебя особенностей нет, потому что ты старший брат. Ты работаешь сверхурочно, чтобы нас содержать.

— Насколько мне известно, вы оба уже выросли.

— Ну, мы, возможно, и выросли, но не повзрослели. — Райли усмехнулся.

— Говори за себя. — Броуди мягко ткнул кулаком его в плечо.

Финн взял сдачу и последовал за братьями за угловой столик. Было девять часов утра, и закусочная почти пустовала. В воздухе витали ароматы жареного кофе и свежеиспеченного хлеба.

— Я пошутил, — сказал Райли. — Ты не должен нас содержать. И не стоило покупать нам завтрак.

— Я не вижу ваших бумажников.

Райли улыбнулся.

— Ты просто нас опередил. — Он посерьезнел. — Если честно, то иногда ты должен думать о себе.

— Да, должен, — кивнул Броуди.

Финн посмотрел на братьев:

— Что это такое? Вмешательство в…

— Почему ты так решил? — перебил его Броуди, поняв, что им не удалось провести Финна. — Мы имели в виду только кофе, не так ли, Райли?

Младший брат кивнул. Слишком энергично.

— Кофе и рогалики. — Райли протянул Финну пакет. — Хочешь?

Финн отмахнулся от предложенного лакомства.

Он оглядел закусочную и спросил:

— Почему вы выбрали это место? Я даже не знал, что вы здесь бываете.

— О, я не знаю. Мы решили, что пора сменить обстановку. — Райли достал рогалик из пакета.

— Сменить обстановку? — Финн пытался завладеть вниманием Райли, но его брат избегал его взгляда. — Что вы затеяли?

Над дверью закусочной зазвонил колокольчик. Райли вскинул голову и по-идиотски улыбнулся, потом толкнул локтем Броуди:

— Ну, вот теперь мы уходим.

— Что? Мы только что пришли, — сказал Финн. Райли и Броуди вскочили, виновато улыбаясь.

— Да, но кое-кто будет для тебя лучшей компанией. — Райли положил пакет с едой на стол. — Я оставляю еду. Будь хорошим мальчиком и поделись едой.

— Что? Подождите!

Но его братья уже направлялись к двери. Финн обернулся и на долю секунды затаил дыхание.

В дверях закусочной стояла Элли. Солнечные лучи обрамляли ее фигуру золотистым сиянием. Сегодня на ней было приталенное темно-синее платье со слегка расширяющейся у коленей юбкой-колоколом и скромным V-образным вырезом. Она надела темно-синие туфли на невысоких каблуках.

Элли была чудо как хороша. Финн с трудом сглотнул.

Райли и Броуди поздоровались с Элли, а потом младший брат показал ей на Финна. Райли наклонился и что-то прошептал ей на ухо, отчего она улыбнулась. Сердце Финна замерло. Когда Элли пересекла зал и подошла к Финну, он затаил дыхание.

Ее улыбка померкла.

— Не знала, что ты будешь здесь сегодня утром.

— Я тоже не знал. — Финн махнул рукой на дверь. — Я подозреваю, мои братья все подстроили.

— Думаю, ты прав. Я пару раз видела здесь Райли. Однажды мы разговорились. Я обмолвилась, что довольно часто прихожу сюда выпить кофе. Наверное, он решил свести нас в одном месте.

— Узнаю Райли. — Финн покачал головой. — Мой младший брат — неисправимый оптимист и по совместительству сваха.

— Он желал нам добра. И он беспокоится о тебе. — Она наклонила голову, рассматривая Финна. — Ой, вы трое действительно очень похожи.

— Всему виной общие гены. — Финн хотел одновременно уйти из закусочной и остаться. Ноги отказались его слушаться. Он показал на пакет на столе. — Рогалик? Или принести тебе кофе?

Она взглянула на часы:

— У меня около пятнадцати минут, а потом я должна идти на встречу. — У Элли заурчало в животе, и она покраснела, прижав руку к животу. — Ладно, мне хватит времени, чтобы съесть половину.

Финн открыл пакет и заглянул внутрь:

— Рогалик из цельнозерновой муки или с сыром?

— С сыром, конечно. Мне понадобятся углеводы.

— Вот такая женщина мне по душе. — Финн протянул ей рогалик.

Элли намазала на рогалик сливочное масло, откусила и довольно улыбнулась:

— Вкусно.

Он смотрел на ее губы и осветившееся радостью лицо:

— Я согласен.

— Ах, извини, хочешь кусочек?

— Нет, я уже позавтракал.

— Позволь мне угадать. — Она облизнула палец, испачканный сливочным маслом, и Финн сдержал стон. — Ты ел овсянку.

— Нет. Булочки.

Она выгнула брови, уголки ее губ приподнялись в улыбке.

— Надеюсь, не те, что упали на пол?

Он вспомнил о том дне, когда впервые увидел Элли на кухне в качестве своей жены. В воздухе повисло сексуальное напряжение. Финн едва сдерживал желание.

Он откашлялся:

— Булочки были в упаковке. Я купил их в пекарне недалеко от моего дома. Я редко ем дома и, как правило, беру еду на работу.

— Вкусный рогалик, — заметила она.

Сливочное масло блестело на ее верхней губе, и Финну пришлось приложить усилия, чтобы побороть желание слизнуть его.

Но ведь Элли его жена.

Хотя они договорились сохранять платонические отношения.

Он уже ее целовал, прикасался к ней, испытывал желание. Неужели он всерьез поверил, что сможет сохранять дружеские отношения с красивой и интригующей женщиной? С женщиной, которая заставляла его терять голову?

— Почему нет? — спросила Элли.

— Э-э-э… О чем ты? — Он заставил себя отвлечься от мыслей о спальне.

— Почему ты не ешь дома?

Простой вопрос, на который требовался незамысловатый ответ.

— Там слишком тихо.

Выражение ее лица смягчилось, она положила рогалик на салфетку. В закусочной стало больше народу, но в данный момент Элли казалось, что они с Финном одни в целом мире.

— Я тебя понимаю. Я чувствую себя дома точно так же. Звук моих шагов отражается эхом от стен. Становится так… одиноко.

Одиночество. Точное слово для описания жизни Финна.

— Ты всегда жила одна?

— Я жила одна довольно часто. Даже когда я была маленькой, мои родители почти не бывали дома. Папа все время работал, а мама… — Элли вздохнула и опустила взгляд. — У нее была своя жизнь. Во время учебы в университете я жила в общежитии, а потом переехала в собственную квартиру. Раньше мне это нравилось. Знаешь, ни перед кем не нужно отчитываться, где ты, когда придешь… Но, став старше…

— Хотя все произошло стремительно, мне понравилось, когда мы жили вместе пару дней, — вдруг вставил Финн.

Ее лицо просияло.

— Да? В самом деле?

— Да.

Финн вспомнил, как дорого поплатился, когда в последний раз всерьез увлекся женщиной. Но он не мог до конца жизни беспокоиться о том, что кто-то украдет его бизнес. Райли и Броуди правы. Ему пора подумать о себе. Хотя бы сегодня.

— Я согласна. — Элли теребила рогалик. — Думаю, мои приоритеты тоже сместились. Я проектировала дома для других людей, а потом поняла, что тоже этого хочу.

— Чего?

— Ты был прав. — Она подняла на него глаза. — Я тоже боюсь влюбиться, потому что у моих родителей был неудачный брак. Я действительно хочу родить двух тире пятерых детей, устраивать пикники во дворе дома, завести собаку.

Кофе Финна остыл, но он не обращал на него внимания. Люди приходили и уходили из закусочной. Ему было наплевать. Шло время. Финн и на это не обращал внимания.

— Что? Собаку?

— Все просто и довольно предсказуемо. — Она опустила голову и покраснела.

— Позволь мне угадать. Золотистый ретривер?

Она смущенно кивнула:

— Да.

Финн покачал головой и усмехнулся.

— Что?

— В детстве я просил у Санта-Клауса собаку. Моя мать была аллергиком, поэтому собаки в доме не было, но я все продолжал просить. Каждое Рождество. Каждый день рождения. Одно и то же желание. Но мне всегда отказывали. — Он пожал плечами. — Мне подарили золотых рыбок. Но рыбки не сравнятся с собакой.

— Какую собаку ты хотел? — Посмотрев на него в упор, она улыбнулась. — О, позволь мне угадать. Золотистый ретривер?

Обоим показалось, что они стали чуть ближе друг другу. Что там Элли сказала о настоящем браке? То, что супруги должны знать мечты, страхи и навязчивые идеи друг друга?

Неужели между ними начинает появляться взаимопонимание, как между хорошими супругами?

Финн отмахнулся от этой мысли. Обычное совпадение желаний, ничего более.

— У Билли Дэниелса был золотистый ретривер, — произнес он. — Огромная, добрая собака, чрезвычайно преданная. Каждый день, когда мы возвращались из школы, собака ждала Билли на площадке и шла с ним домой. Может, потому, что Билли всегда ее чем-нибудь угощал. Он любил свою собаку.

Черт побери, мы все ее любили.

— Похоже, она была идеальной собакой.

— Мне так казалось. Но моя мать постоянно твердила, что не потерпит собачьей шерсти на диване в доме и беспорядка на заднем дворе.

Элли рассмеялась:

— Почему ты не завел собаку, когда вырос?

— Слишком много ответственности. И я постоянно работаю. Кажется, будет несправедливо, если собаке придется торчать дома одной.

— Но каждый человек должен когда-нибудь осуществить свою мечту, да?

Элли говорила тихо, в ее зеленых глазах читалось сочувствие. Финн лишь кивнул в ответ. К его горлу подступил ком. Он упрекнул себя. Черт побери, ведь они разговаривают о собаке! Он повзрослел и больше не верит в Санта-Клауса. Кроме того, Финну некогда заниматься животными.

Райли спрашивал, для чего у него свободное время. Финн не знал, как ответить. Он считал, что его жизнь спланированна и упорядоченна, но начинал в этом сомневаться всякий раз, когда оказывался рядом с Элли.

— Знаешь, что я иногда делаю? — Элли близко наклонилась к нему, и он уловил дразнящий аромат ее духов. — Я иду в зоомагазин и просто смотрю на животных. И на время забываю о желании завести собаку.

— Может, если бы я чаще ходил в зоомагазин, пока был ребенком, не стал бы беспокоить Санта-Клауса.

Элли поднялась и протянула ему руку:

— Пошли, Финн. Давай посмотрим, что припрятано в мастерской Санта-Клауса.

— Что? Сейчас? Я думал, у тебя встреча.

— Встреча подождет. — Элли достала из сумочки мобильный телефон и отправила сообщение. — Вот и все. У меня есть час, а потом за мной отправят поисковый отряд.

У Финна была куча дел. На его рабочем столе высилась груда документов. Ему следовало звонить по телефону, отвечать на электронные письма, оплачивать счета. Он должен был вернуться к работе и перестать жить в мире фантазий с Элли. Вместо этого он взял мобильный телефон и отправил сообщение секретарше.

— У меня тоже есть час свободного времени, — произнес он.

— Хорошо. — Она улыбнулась. — Очень хорошо.

Финн взял Элли за руку и решил на шестьдесят минут поверить в невозможное.

Элли была готова выйти из закусочной сразу же, как только увидела Финна. Она могла отказаться от рогалика и кофе и просто игнорировать Финна, как поступал он последние несколько дней. Но вот Райли наклонился к ней и прошептал:

— Дай ему шанс. Он намного мягче, чем ты думаешь.

И вот она уселась за стол, задаваясь вопросом, что Райли имел в виду. Действительно ли Финн опасный конкурент, как предупреждал ее отец, или он добрый человек, как ей казалось все прошедшие дни?

Сегодня Финн был тем, кого она встретила в вестибюле на вечеринке, — сдержанным, загадочным и немного сентиментальным. И она обнаружила, что Финн ей нравится.

Очень нравится, несмотря на то что голос разума приказывает ей быть осторожнее. Но Элли не знала наверняка, хочет ли Финн оставаться ее мужем. Она снова вспомнила слова отца, который сравнил Финна с загнанной в угол собакой, которая пойдет на все, чтобы оттуда выбраться.

Хочет ли Финн отобрать у Элли компанию? Не поэтому ли он продолжает ее отвергать? Или ему, так же как и ей, не нравится фиктивный брак?

— Хотите взять собаку в семью?

Вопрос женщины вырвал Элли из размышлений: — Нет. Пока нет. Мы просто смотрим.

Стоящий рядом с ней Финн подтвердил ее слова. В руках он держал брошюру о приюте для животных, в который уже пожертвовал большую сумму. Директор приюта, Уолтер, вышел поблагодарить его и пятнадцать минут рассказывал о своей работе. Когда Элли попросила Финна сходить в зоомагазин, она была уверена, что он отвезет ее в один из сетевых магазинов в городе. Но вместо этого Финн отправился в приют для животных, и ее сердце растаяло. Финн Маккенна действительно добрый человек.

— Ну, у нас много замечательных собак. — Одна из сотрудниц открыла дверь и махнула им рукой, приглашая войти. — Не торопитесь. Я не скоро вернусь. Сегодня нам не хватает работников, поэтому я должна найти кого-нибудь, кто будет отвечать на телефонные звонки.

Она удалилась, и, как только за ней закрылась дверь, собаки принялись лаять. Элли увидела, что в приюте полно животных разного размера и различных пород. Они прыгали на решетки вольеров, виляли хвостом, высовывали язык и с надеждой смотрели на людей большими карими глазами.

— Все хотят уйти с нами домой, — сказал Финн, идя вместе с Элли вдоль вольеров. Собачий лай становился все громче. — Мы могли бы взять их всех.

Мы? Финн оговорился? Или Элли придала слишком большой смысл его словам?

— Это вряд ли. — Элли рассмеялась. — Одной собаки будет достаточно.

Финн присел на корточки перед вольером и почесал таксу под подбородком. Длинное коричневое тело собаки радостно извивалось.

— Привет, приятель.

Элли присела рядом с Финном и почесала собаку за ушами:

— Хорошенький.

— Да, но его порода… не слишком мужественная.

— Откуда ты знаешь? Он может сторожить дом, как тигр.

Финн усмехнулся, затем поднялся. Они продолжали идти по коридору мимо вольеров с собаками различных пород.

Финн вдруг остановился у вольера справа, где лежал золотистый ретривер. Собака поднялась и подошла к Финну, заинтересованно глядя на него и виляя хвостом.

— Ах, бедняжка… — тихо произнес он. — Бьюсь об заклад, тебе здесь не нравится.

Собака виляла хвостом.

— Красивая, — произнес он.

Элли погладила собаку по голове. Золотистый ретривер тут же прильнул к ее руке. Финн и Элли одновременно гладили собаку, и та выглядела так, словно готова лопнуть от счастья. Элли посмотрела на блокнот, прикрепленный на внешней стороне вольера.

— Здесь написано, что ее зовут Хайди.

— Хорошая кличка для собаки. Интересно, почему она здесь?

Элли пролистала блокнот и ответила:

— Ее владелец стал слишком старым и не мог о ней заботиться. Как грустно.

— Да. Бедняжка, наверное, не понимает, почему здесь оказалась. — Он снова погладил Хайди, и та сильнее прижалась к решетке вольера.

— Она сейчас в подвешенном состоянии и ожидает, когда кто-нибудь приедет и заберет ее домой. — Элли вздохнула, схватившись за холодные прутья вольера.

Собаки немного успокоились, но Элли не обращала на них внимания. Она смотрела в печальные карие глаза Хайди и вспоминала грустные глаза девочки, находящейся на другом конце света.

— Какая трагедия.

— Ты говоришь о собаке, да?

Элли прикусила губу и покачала головой:

— Нет.

Финн передвинулся, чтобы почесать шею Хайди.

Собака энергично виляла хвостом.

— Расскажи мне о ней.

Элли снова заглянула в блокнот, прикрепленный к вольеру:

— Ей шесть лет, она стерилизована…

— Не о собаке. О маленькой девочке в Китае.

— Ты имеешь в виду Цзяо? — У Элли екнуло сердце. Финн никогда не спрашивал ее о Цзяо с тех пор, как она предложила ему заключить фиктивный брак. — Ты действительно хочешь о ней узнать?

Финн кивнул, продолжая поглаживать Хайди:

— Да, я хочу.

Элли сдержала улыбку. То, что Финн спросил о малышке, не означает, что он желает быть частью ее жизни.

— Ей два года. Она очень умная для своего возраста. Она любит читать книги, то есть листать страницы и называть то, что видит на картинках. — Элли рассмеялась. — Ее любимое животное — утка, и она повсюду таскает с собой плюшевую утку. У нее невероятно красивые глаза… — Элли умолкла. — Извини, я тараторю.

— Нет, пожалуйста, продолжай. Она важна для тебя, и я хочу знать почему. Как вы с ней познакомились?

Элли пытливо посмотрела в голубые глаза Финна и увидела в них неподдельный интерес. В ее душе начинала пробуждаться надежда, но она запретила себе уповать на чудо.

— Несколько лет назад я поехала в Китай на конференцию. По пути в отель таксист повернул не в том направлении, и я оказалась в маленькой деревне.

Его машина перегрелась. Мы ждали, пока мотор остынет. Я вышла на улицу и направилась в местечко, похожее на кафе. Женщину, которая меня обслуживала, звали Сунь. Так как я была единственной посетительницей, мы разговорились. В конечном счете я провела в деревне почти неделю.

— Сунь — мать Цзяо?

Элли кивнула и посмотрела в окно, в которое ярко светило солнце. В Китае сейчас ночь.

— Была.

— Была?

— Сунь… умерла три месяца назад. — На ее глаза навернулись слезы.

Такая красивая, замечательная женщина, как Сунь, заслуживала долгой и счастливой жизни, однако судьба распорядилась иначе.

Финн положил руку на плечо Элли:

— Ох, Элли, мне так жаль. Это ужасно.

Она прикусила губу и сдержала слезы:

— Вот поэтому я нужна Цзяо. Я несколько раз ездила в Китай, и мы с Сунь стали близкими подругами. Во время моей последней поездки она рассказала мне о том, что больна раком. Она попросила меня удочерить Цзяо. Вот уже три месяца я пытаюсь привезти девочку к себе домой.

Он повернулся к собаке, и Элли лишилась возможности видеть выражение его лица.

— Ты молодец.

— Я рискую. Я не знаю, где Цзяо будет счастливее: здесь, со мной, или в Китае, в другой семье. Я не знаю, буду ли хорошей матерью. Я просто… не знаю. — Она переплела пальцы, которыми ухватилась за прутья вольера. Хайди потерлась головой о его руку.

Финн коснулся руки Элли, и она почувствовала исходящее от него тепло.

— Уверен, что все будет в порядке. Ты обладаешь даром создавать семейный уют.

Она встретила его взгляд и поняла, что Финн говорит искренне.

— Даже когда я роняю булочки на пол?

— Даже в этом случае. — Он снова посмотрел на Хайди и погладил ее. — Это ценное качество, особенно для воспитания ребенка. Когда в доме нет покоя, детям очень нелегко.

— Тебе было трудно в детстве, Финн?

Он с трудом сглотнул:

— Да. — Помолчав, Финн продолжил: — Я самый старший ребенок в семье, поэтому много чего запомнил. Родители нас любили, конечно, но им не следовало жениться. После месяца знакомства они сбежали в Лас-Вегас, там и расписались. Моя мать уже была беременна. Отец всегда говорил, что ушел бы из семьи, если бы не дети.

— О, Финн, наверное, тебе было очень тяжело.

— Тогда я не слишком уделял внимание своим чувствам. — Финн повернулся к Элли, в его голубых глазах читалась многолетняя грусть. — Мой отец давным-давно разлюбил мать, но она продолжала верить в их глупую романтическую связь. Она считала, что, если сильно постарается, он снова ее полюбит. Но он никогда ее не любил. Поэтому они ссорились снова и снова, снова и снова, потому что она требовала от него того, чего он не мог ей дать.

— Любви?

Финн кивнул:

— Он давал ей деньги, покупал одежду и обувь, но не любил, как она того хотела. Я видел, как она по ночам плачет в одиночестве. Я часто задавался вопросом, что если…

Финн замолчал, и Элли мягко спросила:

— Если что?

— Мне кажется, они снова поругались в ту ночь, поэтому попали в аварию. — Он протяжно выдохнул. — Я никогда об этом уже не узнаю.

Теперь Элли намного лучше понимала Финна. Неудивительно, что он избегает любовных отношений. Неудивительно, что держит эмоции под контролем и отстраняется от нее каждый раз, когда они начинают сближаться. Не поэтому ли он ушел с головой в работу? Работа помогает ему избегать увлечений?

— Ты не можешь позволить прошлому влиять на твою жизнь.

— Оно не влияет на мою жизнь.

— Ты уверен? — спросила она.

Мгновение он смотрел в ее глаза, потом отвел взгляд в сторону:

— Ты уже договорилась о дате проверки жилищных условий?

Он в очередной раз ушел от темы.

— Да. Я собиралась позвонить тебе сегодня. Представитель агентства и социальный работник будут у меня дома в пятницу, в одиннадцать часов.

Он кивнул:

— Я приду.

— Придешь? Я не была уверена… — Она прикусила губу. — Я не думала, что ты придешь. После того, что ты мне сказал несколько дней назад…

— Я приду, потому что… — Он запустил пальцы в густую шерсть Хайди. — Никто не должен жить в приюте. Ни собака, ни человек.

Элли захотелось расцеловать Финна, но она сдержалась:

— Спасибо.

— Пожалуйста. — Он посмотрел на нее в упор. Затем Хайди прижалась к прутьям вольера, желая больше внимания, и Финн повернулся к собаке: — Хорошая девочка.

Если бы кто-нибудь сказал Элли, что Финн Маккенна, по прозвищу Ястреб, окажется страстным любителем собак, она сочла бы этого человека сумасшедшим.

— Ты действительно обожаешь собак.

— Да. — Он повернулся к Элли и улыбнулся. — Только не говори Билли Дэниелсу о том, что я иногда подкармливал его собаку остатками обеда.

Она рассмеялась и поднялась:

— Ой, Финн, ты меня удивляешь.

Он тоже встал и посмотрел на нее с любопытством:

— Правда? Не думал, что кого-то могу удивить.

— Ты оказался не таким, как я себе представляла.

Он сделал шаг в ее сторону, и Элли показалось, что собачий лай стал еще тише.

— А каким ты меня представляла? — тихо спросил он.

— Ну, о тебе говорят, что ты интересуешься только бизнесом. Так о тебе пишут в журналах, так о тебе отзываются другие архитекторы.

— Моя репутация работает на меня, — произнес он, внезапно развеселившись.

— Когда я впервые пришла к тебе в офис, ты был совершенно невозмутимым. Ты не был похож на человека, которому свойственны эмоциональные всплески или иррациональные мысли. Ты умен и отлично работаешь.

Он фыркнул:

— Какая скука.

— Но еще я увидела тебя с другой стороны, — продолжала Элли. — Передо мной предстал парень, который отпускает банальные шутки про Золушку, обедает фастфудом, не любит оставаться в пустом доме и имеет слабость к собакам, которых ему не позволяли заводить в детстве. И еще ты повез меня в приют для животных, а не в зоомагазин.

— Я просто подумал, что, раз полно брошенных собак, зачем покупать щенка. — Финн пожал плечами, явно чувствуя себя неуютно от ее похвалы. — Ну, мне кажется разумнее взять собаку из приюта.

— Ты прав. — Она улыбнулась и слегка к нему наклонилась.

Она хотела, чтобы Финн всегда был таким, каким предстал перед ней сегодня. Каждое мгновение, проведенное рядом с ним, дарило ей неожиданное и приятное чувство. Он был ее мужем, но по-прежнему оставался чужаком. Финн настрадался в детстве, но верит в счастливое будущее.

Сегодня она увидела, как Финн жалеет собаку в приюте. Он понял, как несладко живется Цзяо.

Элли смотрела на него и понимала, что влюбилась. Влюбилась до беспамятства.

При мысли об этом у нее сжалось в груди, а потом в душе пробудилась радость. Неужели она действительно испытывает глубокие чувства к мужчине, которого выбрала по расчету?

— Ты хороший человек. — Элли улыбнулась.

— Спасибо, — ответил он резко и мрачно.

Протянув руку, Финн коснулся ее подбородка, и Элли подумала, что прямо сейчас рухнет или провалится под землю. Боже, как она любит его прикосновения! Она увидела в его глазах искру, которая позволила ей надеяться на то, что их отношения будут не только деловыми, как они договаривались раньше.

Финн медленно и спокойно склонил голову. Элли ощущала на губах его дыхание, пристально смотрела в его небесно-голубые глаза. Она трепетала от предвкушения. Собаки, видимо осознав, что сейчас никому до них нет дела, успокоились. Сердце Элли так быстро и громко колотилось, что она была уверена, что Финн слышит ее сердцебиение.

— Ты тоже меня удивляешь, — прошептал он. — Во многом.

— Правда?

— Правда, — ответил он и поцеловал ее в губы.

Сначала он целовал ее медленно, словно пробуя вкус ее губ и искушая. Затем Финн поднял руку, запустил пальцы в волосы Элли и обхватил ладонью затылок. Простонав, он стал целовать ее более жадно и нетерпеливо. Элли неистово отвечала ему и льнула к его сильному телу. Финн становился все нетерпеливее. В какой-то момент он скользнул языком в ее рот, и по телу Элли разлилось такое сильное желание, что у нее закружилась голова.

Сейчас Элли получала то, о чем мечтала все ночи с тех пор, как Финн надел обручальное кольцо ей на палец. Она не забыла его поцелуев в здании суда и на балконе. Элли представляла себе, что они стали настоящими мужем и женой. Пробудившееся в ней желание было так велико, что, если бы они не стояли в центре зала с вольерами в приюте для животных, они бы не ограничились поцелуями.

Внезапно снова залаяли собаки, и Элли шагнула назад, прерывая поцелуй:

— Я не могу.

— Почему не можешь?

Она нерешительно посмотрела в его глаза и задалась вопросом, испытывает ли страх оттого, что не знает истинных чувств Финна, или все-таки предупреждение ее отца оказалось небезосновательным. Или она оттолкнула его потому, что боится рисковать своим спокойствием, пока Финн полностью не откроет ей свои чувства? Как об этом узнать?

— Потому что каждый раз, когда я тебя целую, я становлюсь частью тебя, Финн. А ты продолжаешь прятаться от меня.

— Я не…

— Прячешься. Ты сам мне сказал, что насмотрелся, как твои родители страдали в несчастливом браке. Знаю, ты боишься влюбиться. Я и сама выросла в несчастливой семье и делала все возможное, чтобы избежать серьезных отношений с мужчиной. Так было до недавнего времени. Но знаешь, чему я научилась в Китае благодаря Сунь? Тому, что не нужно бояться любить всем сердцем. Нужно рисковать, даже если можешь все потерять. Потому что, в конце концов, люди, которых ты любишь, станут лучше. Воспоминания о тебе останутся в их сердцах.

Он покачал головой и отвернулся:

— Иногда остается только разбитое сердце.

— Так же как в бизнесе, да? Ты выигрываешь, и тогда у тебя все отлично. Время от времени ты проигрываешь, и тогда на душе остается неприятный осадок. Но ты не сможешь ни выиграть, ни проиграть, если не будешь рисковать.

Элли долго ждала ответа, но Финн молчал.

Молчал ли он потому, что правда оказалась для него мучительной? Или потому, что удерживал Элли на расстоянии, так как его единственной целью было завладеть ее бизнесом? После того как Элли увидела, что Финн сжалился над собакой в приюте, ей хотелось верить в обратное. Но она не могла забыть рассказ отца и сплетни о том, что он чуть не женился на дочери своего конкурента.

Готова ли она позволить себе отпустить эмоции на волю? Ведь когда-то она клялась никогда этого не делать.

Дверь позади них открылась, и вошла сотрудница приюта:

— Вы нашли то, что хотели?

Элли снова посмотрела на Финна. Выражение его лица стало отстраненным и холодным. Казалось, перед ней совершенно другой человек.

— Нет, — тихо ответила Элли. — Здесь нет того, что мы хотим. Извините, что отняли у вас время.

Финн выслушал очередную порцию благодарности от Уолтера и направился к своему автомобилю. Элли уже ушла. Наверное, взяла такси, а может, решила прогуляться. Он возвращался на работу в одиночестве.

Больше ничто не имеет значения. Она высказалась.

Элли решила порвать с Финном.

Ему следовало радоваться. Там, в приюте для брошенных животных, всего на минуту он позволил себе потерять голову и уступить наплыву эмоций. Он поцеловал Элли. Он позволил себе в нее влюбиться и перестал думать о разумном решении, которое в конце концов поможет им обоим безболезненно расстаться.

Элли обвинила его в том, что он боится повторить ошибки своих родителей. Черт побери, да, он боится! Он в ужасе из-за того, что Цзяо попадет под перекрестный огонь, когда он и Элли начнут выяснять отношения. Осиротевшая девочка достаточно настрадалась. Она не должна видеть, как разваливается брак новых родителей.

Он подумал об осиротевших собаках, которых встретил в приюте. Животные были грустными, но в то же время жили надеждой. Они виляли хвостом, высовывали язык и лаяли, будучи уверенными, что кто-нибудь их возьмет.

Финну следовало лишь согласиться принять собаку в свой дом и позволить себе ее полюбить.

Так почему он никогда так не поступал? Отчего не завел собаку? Почему не женился раньше и не обзавелся детьми? Элли права. Он шел на риск в любых вопросах, кроме личной жизни. И чего он добился?

Финн вошел в кабинет и посмотрел на возвышающиеся на столе горы документов. Все лежало на своем месте, было промаркировано и надлежащим образом оформлено. Вот именно в такой обстановке он чувствовал себя комфортно, потому что мог контролировать результат.

Что касается брака и ребенка… Может возникнуть множество непредсказуемых ситуаций. Финн преуспел в собственной компании, хотя в прошлом году у него были серьезные проблемы в бизнесе. Почему он решил, что сможет справиться с собакой или ребенком? Черт побери, из домашних животных он имел дело только с золотыми рыбками.

Но даже золотые рыбки издохли через неделю после покупки.

Финн опустился в кресло и вздохнул. Он занялся документами и провел за работой не менее двух часов. Количество документов на столе уменьшилось, но труд не принес ему привычного утешения. Офис — эти блеклые, бездушные стены — стал его раздражать. У Финна возникло ощущение, будто он упустил в жизни самое главное.

— Привет, Финн, как семейная жизнь?

Он поднял голову и улыбнулся Чарли, потом махнул рукой, приглашая друга в кабинет.

— Что ты здесь делаешь?

— У меня дела в Бостоне. — Большим пальцем он указал в окно в сторону улицы. — Помнишь мою тетушку Джулию, которая тут жила?

Финн кивнул.

— Ну, она умерла в прошлом месяце, и я теперь занимаюсь ее завещанием.

— Мне очень жаль это слышать.

— У меня появилась возможность вернуться и повидаться с прежними соседями. — Чарли уселся на один из стульев для посетителей и положил лодыжку на колено. — Мне не хватает вас, ребята. Мы вчетвером влипали в большие неприятности.

Финн рассмеялся. В детстве братья Маккенна и Чарли носились по окрестностям с дикими воплями с раннего утра и до позднего вечера.

— Да, хорошее было время.

— Потом мы выросли и посерьезнели. Ну, все мы, за исключением Райли.

— Не думаю, что Райли когда-нибудь повзрослеет. Он навсегда останется ребенком.

— Иногда ребячество идет на пользу. — Чарли жестом указал на Финна. — Кроме того, кому я об этом говорю? Ты ведь сбежал от всех и тайком женился. Я никогда бы не поверил, что ты женился, если бы не оформлял твой брак.

Финн отмахнулся от его слов:

— Временное помешательство.

— Я ведь знаком с твоей женой и должен сказать, что ты принял самое разумное решение в жизни.

— Разумное, да?

В последнее время Финн не чувствовал себя разумным. Он женился, думая, что их отношения не выйдут за рамки деловых. Учитывая, сколько раз он ее поцеловал, у него, видимо, напрочь отсутствует понятие о том, что такое деловые отношения. Такое ощущение, что он нарочно делал то, что пугало его больше всего в жизни. Финн постепенно погружался в непредсказуемые, пьянящие и страстные отношения с женщиной.

— Она идеально тебе подходит, Финн. Умная, красивая, веселая. И она согласилась стать твоей женой.

— Эй, уж не настолько я плох.

— Нет, не все так плохо. — Чарли усмехнулся. — Но я знаю тебя всю жизнь. Ты бываешь… упрямым.

— Упрямым?

— Да, как осел. В бизнесе упрямство приносит пользу. Ты ставишь перед собой цели и пашешь до тех пор, пока не преодолеешь все препятствия и не добьешься того, чего хочешь. И посмотри, чего ты добился. — Чарли жестом обвел кабинет Финна. — Ты на вершине мира, в офисе с видом на Бостон.

Разве может что-то быть лучше?

— Я не знаю. В прошлом году у меня были проблемы.

Чарли отмахнулся от его слов:

— Люси нанесла определенный вред, да. Но в конце концов она ожесточила тебя и помогла стать более опытным бизнесменом. Если бы у тебя никогда не было сбоев в работе, ты не смог бы по достоинству оценить успехи.

Финн посмотрел на город, лежащий у его ног, и подумал о компании, которую создал с нуля. Конечно, в прошлом году его бизнес переживал неудачи, но Финн по-прежнему у руля и занимается любимым делом.

— Ты прав.

— И на самом деле, не такой уж ты невезучий. Ты встретил свою ровню. — Чарли усмехнулся. — Ястреба.

Финн на секунду задумался. Неужели он стал заложником собственного тщательного планирования, подробных перечней дел и разумных свиданий? Он так старался найти женщину, которая была бы похожа на него: решительная и целеустремленная карьеристка. Он старался меньше рисковать и принимать правильные решения…

И все-таки он совершил еще бо́льшую ошибку.

— Неужели ровню?

— Да. Я думаю, Элли тебе подходит. Она — солнце, разгоняющее тучи вокруг тебя.

— Неужели я настолько безнадежен?

— Нет, но тебе нужен человек, который будет тебя время от времени встряхивать, Финн. Ты всегда был практичным парнем и в жизни, и в бизнесе. Но когда касается сердечных дел… — Чарли ударил себя в грудь кулаком. — Ты должен следовать велению сердца.

— Может, ты прав.

— Эй, я судья. Я всегда прав. — Чарли усмехнулся.

— Как твои дети? — спросил Финн, желая сменить тему.

— Прекрасно, как всегда. — Чарли просиял. — Но в их отношении я не могу быть объективным.

Финн видел радость и гордость на лице друга. Он знал Чарли с начальной школы и никогда еще не видел его таким счастливым. Казалось, у Чарли есть все: успешная карьера, замечательная жена, прекрасные дети. Он и Финн родились в одном городе, выросли вместе, затем учились в университете, поднимались по карьерной лестнице. Финн задавался вопросом, не пропустил ли он что-нибудь важное. Почему, в отличие от него, Чарли получил от жизни все?

— Ты не боишься ошибиться?

— Конечно, боюсь. Быть мужем и отцом — самый большой риск, потому что от моего решения зависят судьбы других людей. Но оно того стоит.

Чарли достал бумажник и с гордостью показал Финну фотографии своих детей:

— Вот они, мои красавцы. У Софи недавно выпали два передних зуба, поэтому она все время шепелявит. Максу купили игрушечный бейсбол…

Финн не слушал его. Он видел выражение лица Чарли и понимал, что такой же восторг отражался на лице Элли, когда она думала или говорила о Цзяо.

Элли страшится взять на себя риск опекать девочку, но намерена сделать это в любом случае. Она любит эту малышку и конечно же станет хорошей матерью. На секунду он даже ей позавидовал. Она решилась воспитать ребенка, которого едва знает. Она потрясающая женщина. Любой ребенок будет обласкан судьбой, если о нем позаботится Элли Уинстон.

Слушая рассказ старого друга о том, как чудесно и радостно мужчине иметь семью, Финн испытал зависть. Элли — его временная жена. Скоро они разведутся, и он не сможет ничего рассказать о своей личной жизни, ему будет нечем похвастаться.

Финн взглянул на часы и подумал, что должен помочь перевезти девочку в США.

И он постарается сделать так, чтобы звук шагов Элли в ее доме не отражался эхом от стен.

В пятницу Элли почти все утро делала генеральную уборку в доме. Работа помогала ей отвлечься от размышлений о визите представителя агентства по усыновлению, который должен был проверить ее жилищные условия. Элли позвонила в приют, и ей сообщили, что Цзяо здорова и прекрасно себя чувствует.

Когда она не думала о девочке, она вспоминала о Финне. Она так надеялась, что у них получится создать семью. Она надеялась…

Не имеет значения. Финн не заинтересован в отношениях с ней и никогда не скрывал этого. Сегодня они вместе пройдут собеседование и проверку, ко вторнику заказчик проекта больницы получит предварительные чертежи, а потом ее брачному союзу с Финном придет конец. Наверное, так будет лучше.

На глаза Элли навернулись слезы, но она не стала плакать. В конечном счете проиграет Финн, а не она.

В половине одиннадцатого утра в дверь ее квартиры позвонили. Элли сняла резиновые перчатки, бросила их в стоящее рядом ведро, затем побежала вниз.

— Ты пришел, — сказала она, увидев Финна.

— Я же обещал.

На Финне были голубой свитер и джинсы, которые облегали его худые, стройные ноги. Цвет выгодно оттенял его глаза, отчего они казались еще ярче.

При виде его у Элли забурлила в жилах кровь.

— Спасибо.

— Не надо меня благодарить. — Он улыбнулся, и у нее замерло сердце. — Я пришел, чтобы помочь тебе подготовиться. Я мало знаю о домашнем уюте, но сделаю все возможное.

— Приятно слышать, — ответила она. — Спасибо.

— У нас не так много времени до приезда проверяющих, — произнес Финн. — Итак, давай приступим к работе. — Финн взял коробку, которую принес с собой. Элли заметила ее только сейчас. — Я захватил несколько личных вещей, чтобы положить их в доме и создать впечатление, что живу здесь.

— Хорошая идея.

— Просто старался продумать все до мелочей. Проверяющие будут думать, что у нас с тобой совместно нажитое имущество. Я принес свою одежду, две свои фотографии и шесть банок пива.

Она рассмеялась:

— Пиво, по-твоему, пьют только мужчины?

Разочарование разрушило все надежды Элли. Финн не был вдумчивым, решая, какие вещи принести в ее дом. Он действовал методично и рассудительно. А она снова размечталась, что от Ястреба не осталось и следа…

— Наверное, вещи нужно положить в мою спальню, — предположила она.

— Да. — Он пристально и страстно посмотрел в ее глаза.

Элли отвернулась первой, решив, что еще секунда — и она забудет обо всех причинах, по которым ей не следует увлекаться Финном.

— Поможешь мне? — Она повернулась и повела Финна вверх по лестнице, стараясь не думать о том, до чего необычно себя чувствует.

Она ведет своего мужа в спальню с единственной целью — сделать так, чтобы у проверяющих сложилось ощущение, будто они спят в одной комнате. Но потом он упакует свои вещи и уедет из ее дома. Навсегда.

— Я уже перенесла кое-что из оставленного тобой в гостиной, — произнесла она. — Я не была уверена, что ты действительно придешь, поэтому решила создать в спальне максимально правдоподобную атмосферу.

— Мы думаем одинаково. — Он усмехнулся. — Может быть, это и хорошо.

— Может быть… — Элли открыла дверь в спальню и провела туда Финна. Потом повернулась и слегка коснулась рукой его плеча. — Если у меня не будет возможности сделать это позже, я благодарю тебя заранее.

Он пожал плечами, словно благодарность была пустяком.

— Всегда к твоим услугам.

— Нет, я действительно тебе благодарна, Финн.

Ты много для меня делаешь.

Их взгляды встретились, и она почувствовала знакомый трепет.

— Я всегда рад тебе помочь, Элли.

Оба замолчали. У нее екнуло сердце.

Тут стояла кровать. Если бы они были настоящими супругами, то лежали бы на ней каждую ночь, занимались любовью. Элли страстно хотела поцеловать Финна.

Она должна вести себя разумно, — он всего лишь фиктивный муж. Скоро она получит то, о чем мечтала столько времени.

Элли развернулась и подошла к шкафу.

— Давай я уберу кое-что из моей одежды в другое место, и ты положишь в шкаф свои вещи. — Она открыла одну из двойных дверей и отодвинула несколько платьев в сторону, потом повернулась к Финну.

Он улыбался.

— Что?

— «Хути энд блоуфиш». — Он указал на шкаф.

Элли посмотрела на старую, выцветшую футболку с ярким логотипом музыкальной группы.

— О боже. Я забыла, что она здесь. Ох, прошло почти пятнадцать лет. — Элли достала футболку и прикоснулась пальцами к мягкой хлопчатобумажной ткани. — Я не знаю, почему так долго ее храню.

— Ты была на их концертах?

— Да. Ходила со своими подругами. Мы все надеялись выйти замуж за Дариуса Ракера. Это была моя любимая группа, и я думала, что буду слушать их песни каждый день, если выйду замуж за солиста.

Финн усмехнулся:

— Кажется, тебе это не удалось.

— Трудно поймать взгляд Ракера, когда сидишь на сороковом ряду. — Элли рассмеялась, а затем прижала футболку к груди. — Тебе нравились их песни?

Финн кивнул:

— Я был на одном из последних концертов до того, как она распалась, и Ракер начал сольную карьеру.

Элли уперлась кулаком в бедро:

— У тебя есть футболка, чтобы это доказать?

Финн порылся в коробке и достал оттуда потертую коричневую футболку с похожим логотипом.

Элли расхохоталась.

— Я был на их концерте в Бостон-Гарден, — пояснил он.

— Если мы наденем футболки, то сойдем за близнецов.

— Э-э-э, да… Нет. — Он рассмеялся. — Думаю, нам же будет хуже. Люди сочтут нас ненормальными.

— Ах, было бы весело. О нас бы начали сплетничать.

Финн приблизился к ней, и сердце Элли учащенно заколотилось. Черт побери, какой он красивый мужчина!

— О нас уже сплетничают, — произнес он.

— В самом деле? И что говорят? — Она затаила дыхание, ожидая его ответа и прикосновений.

Он изогнул губы в лукавой улыбке:

— Думаю, они не могут поверить, что я на тебе женился.

— Поскольку я тебе не пара?

— Нет. Потому что ты удивительная женщина. — Он поднял руку и провел пальцами по ее подбородку и губам. Его прикосновения были нежными и чувственными. — Умная, веселая и сексуальная. Но на этом твои достоинства не заканчиваются.

— Финн… — Элли вздохнула, стараясь не терять голову. Каждый раз, когда она думала, что понимает мотивы Финна, он загадывал ей очередную загадку.

— Когда я тебя вижу, думаю только о том, — он наклонился к ней, и ее сердце забилось еще чаще, — что хочу тебя поцеловать.

— Правда? — В ее душе снова расцвела надежда.

Он медленно погладил ее шею. В месте прикосновения у Элли начало покалывать кожу.

— Правда.

И наконец, когда она испугалась, что вот-вот взорвется от желания, Финн поцеловал ее.

— О боже, Элли… — простонал он низким, хриплым голосом, прижимая ее к себе и гладя по спине.

Они начали пятиться к кровати, а затем упали на нее.

Продолжая целовать Элли, Финн запустил руку под ее футболку. От его прикосновения ее кожу словно опалило пламенем. Элли простонала, а потом затаила дыхание, когда он коснулся ее соска через кружевную ткань бюстгальтера.

Шепча его имя, она обхватила его бедро ногой и крепко к нему прижалась. О, как давно она не была с мужчиной! Как давно ее так не целовали!

Финн, казалось, знал все ее желания и пристрастия. Его ласка сильнее распаляла желание Элли… И вдруг внизу начали бить часы.

Элли вздрогнула. Что она делает? Высвободившись из объятий Финна, она стремительно поднялась.

— Зачем ты это делаешь? — спросила она.

— Потому что я хочу тебя. Потому что ты самая красивая женщина, которую я когда-либо встречал.

Потому что…

— Нет. Зачем ты мне помогаешь? Почему ты сегодня ко мне пришел?

Часы внизу пробили одиннадцать раз.

— Потому что я дал тебе обещание. — Финн смотрел на нее небесно-голубыми глазами и говорил тихим и нежным голосом. — Ты рассказывала мне о Цзяо в приюте для животных, и я понял, как сильно ты ее любишь. Каждый ребенок имеет право на заботу и семью.

— И это все? Ты не собирался тайком отобрать у меня компанию?

Финн выглядел удивленным. Нет, скорее обиженным, и Элли захотелось забрать свои слова обратно.

— Ты считаешь, я поступал так ради того, чтобы ограбить тебя? В самом деле? После того, что между нами было?

— Ты сам говорил, что твой бизнес переживает нелегкие времена и ты отчаянно пытаешься вернуть себе прежние позиции в деловом мире. Ты настолько отчаялся, что даже решил жениться на дочери своего конкурента… — Элли прикусила губу, сомневаясь, стоит ли продолжать, но все же договорила: — Ты и со мной так решил поступить?

— Ты так думаешь? По-твоему, я расхаживаю по городу и женюсь на всех подряд, чтобы улучшить положение моей компании? Ты полагаешь, Ястреб отнимает фирмы у конкурентов, путаясь с их дочерями?

Она скрестила руки на груди:

— Я не знаю, Финн. Скажи мне об этом сам.

— Я этого не делаю. То, что ты и Люси работаете в одной отрасли со мной, — совпадение.

— Да? А выглядит так, будто женитьба на мне дала тебе определенные преимущества в бизнесе, и я хочу быть уверена, что компании моего отца ничего не угрожает.

Финн выругался:

— Элли, я женился на тебе не из-за компании твоего отца. И я не собираюсь ее отбирать!

— Люси ты тоже так говорил?

В дверь начали звонить. Пришла Линда и социальный работник.

— Мы разберемся с этим после, — произнесла Элли.

— Хорошо. — Финн повернулся к коробке и стал быстро доставать оттуда свою одежду.

Элли подошла к двери и, обернувшись, бросила еще один взгляд на шкаф, где теперь висели рубашки и брюки Финна Маккенны. Все выглядело так, словно они действительно живут вместе.

Элли ликовала от радости от слов доктора: «Положительная динамика, пациент идет на поправку. В ближайшее время его выпишут. Нужно только следить за тем, чтобы он не переутомлялся». Ее отец выздоровеет. Он будет меньше работать и напрягаться, вне сомнения, но самое главное, он жив.

— Ты замечательно выглядишь, папа, — сказала Элли. — Доктора в восторге от твоего выздоровления.

Генри сегодня сидел на кровати с прямой спиной и выглядел намного лучше, чем в прошлый раз. На его щеках снова появился румянец. Казалось, он даже немного пополнел. Его новый сосед по палате смотрел шоу о диких животных.

— Я просто пытаюсь делать то, что мне говорят, — произнес Генри.

Она рассмеялась:

— Первый раз в жизни.

Он усмехнулся:

— Да. — Он похлопал по кровати. — Присядь и расскажи мне, как идут дела.

— Хорошо. Вернее, отлично.

Элли скрыла от отца, что не разговаривала с Финном с того дня, как он ушел из ее дома после визита проверяющих. А в остальном все было отлично. Она должна радоваться, что ее брак будет скоро расторгнут, но Элли было невесело. Иногда она думала, что, может, Финн и прав. Вероятно, она позволила ему уйти, потому что так ей было проще и не приходилось рисковать.

— Команда Маккенны работала вместе с нами над подготовкой предварительных чертежей проекта больницы в Пьемонте. Мы представили их заказчику в срок и получили от него положительный отзыв. Но это не самая хорошая новость… — Что?

— Ну, скоро ты станешь дедушкой. — Она улыбнулась. — Цзяо будет здесь через несколько дней.

Улыбка осветила лицо Генри.

— Дорогая, как здорово! И хотя я рад слышать такие хорошие новости о бизнесе, больше всего я волновался о том, удастся ли тебе удочерить Цзяо. — Он потянулся за листом бумаги, на котором были записаны рекомендации врача, и показал их своей дочери. — Можешь не сомневаться, я буду придерживаться всех правил, потому что хочу водить мою внучку в зоопарк и туда, куда она захочет.

Элли откинулась на спинку стула, удивляясь произошедшим с отцом изменениям. Прежде у Генри никогда не было свободного времени, он упрямо жил по собственным правилам, из-за чего и подорвал здоровье.

— Ух ты! В самом деле?

— Да. — Выражение его лица смягчилось, Генри взял ее за руку. — У меня не было такого опыта с тобой, потому что я постоянно работал. Лежа в больнице и имея много свободного времени, я начал думать и сожалеть…

— Папа, ты отлично меня воспитал и не должен ни о чем сожалеть.

— Но я сожалею и буду сожалеть. Я хочу, чтобы ты знала: мне жаль, что я не был на школьных футбольных матчах, где ты играла, и на твоем выпускном вечере. — Он поморщился, в его глазах стояли слезы. — Ох, Элли, я должен был проводить с тобой больше времени, но не делал этого.

Она сжала его пальцы и возблагодарила Бога за возможность улучшить отношения с отцом:

— Все нормально. Теперь мы с тобой вместе, а это самое главное.

— Нет, не согласен. — Он протяжно выдохнул. — Как только я выйду из этой больницы, нам с тобой предстоит много дел. Например, я не должен был просить тебя возглавить компанию.

— Папа, я люблю архитектуру. Мне нравится работать в этой отрасли.

— Но ты не любишь проектирование коммерческих зданий. Я знал об этом, но все равно попросил тебя руководить. — Генри посмотрел на нее в упор зелеными глазами. — Ты с большим удовольствием занимаешься частным жильем.

Элли действительно нравилось разрабатывать дизайн домов, но она не собиралась говорить об этом отцу. Она никогда не будет жаловаться ему на то, что пришлось управлять компанией «Архитектура и дизайн».

— Ты мой отец. Ты заболел. Я была тебе нужна.

Я не возражала.

— Знаю, что ты не возражала, и в этом проблема. Ты слишком хорошая дочь, малышка Элли. — Он вздохнул. — Вот поэтому я хочу, чтобы ты ушла из компании.

— Уйти? Сейчас? Папа, ты не в состоянии управлять ею самостоятельно. Не сейчас. — Она не стала говорить отцу, что он вряд ли когда-либо вернется на свой пост. Пусть живет надеждой. — Я останусь, пока ты не вернешься, и…

— Нет, — твердо и категорично заявил Генри Уинстон. Несмотря на болезнь, он остался сильным духом. — Тебе нужно растить дочь. Вот этим и занимайся.

Она рассмеялась:

— Папа, мне все равно придется оплачивать счета. Я буду продолжать работать.

— Я хочу, чтобы ты ушла из фирмы «Архитектура и дизайн» и начала собственное дело. Занимайся проектированием жилых домов. Пусть в Бостоне построят такие же красивые дома, какие ты разработала для южных штатов. И сама найми замечательных архитекторов, каких хочешь.

— Жилые дома? — Элли затрепетала при мысли о возвращении к проектированию домов. К работе, которая принесла ей такой большой успех. — Но кто будет заниматься коммерческими зданиями?

— Ларри и… Финн Маккенна.

Неужели она не ослышалась? С каких пор Генри привлекает к работе Финна?

— Финн Маккенна? Почему? Я думала, ты ему не доверяешь.

— Ты сказала, что он умный и способный. Я позвонил ему сегодня утром, — произнес Генри. — Он рассказал мне о том, как вы сотрудничали во время работы над проектом больницы, и насколько хорошо сошлись. Прежде у меня не было возможности по-настоящему узнать Финна. Я судил о нем только по сплетням, но теперь понимаю, что заблуждался на его счет. Он не просто расчетливый бизнесмен, но и хороший парень. Ты ему совсем небезразлична.

Элли выпалила:

— Ему небезразличен только бизнес.

— Ему небезразлично гораздо больше, но об этом ты сама узнаешь.

Элли не понимала, действительно ли Финн хороший парень, в которого она влюбилась, или он Ястреб, который столько раз отталкивал ее от себя. Она не могла думать об этом сейчас. Ей следует беспокоиться о здоровье отца и приезде Цзяо.

— Ты действительно хочешь, чтобы я ушла из компании? — уточнила Элли. Проектирование частных жилых домов даст ей возможность уделять Цзяо максимум времени.

Генри крепко обнял дочь:

— Я не хочу, чтобы ты совершала мои ошибки.

Ты должна видеть, как растет твоя дочь.

Элли прижалась к отцу, слезы катились по ее щекам, падая на рукав его больничной одежды.

— Ты не сделал ни одной ошибки, папа. Ни одной.

Финн не встречался и не звонил Элли в течение недели. Он убеждал себя, что так будет лучше. Об Элли Уинстон следует забыть. Вот только непонятно, зачем он пошел к ее отцу и согласился на слияние компаний.

Наверное, Финн сошел с ума. Ведь теперь, управляя объединенными компаниями, он будет ежедневно встречаться с Элли на работе. Когда Финн переехал в более просторный кабинет фирмы «Архитектура и дизайн», ему сказали, что Элли ушла в отпуск. Каждый день он слышал какую-нибудь новость о ней и Цзяо.

Вскоре Финн, не выдержав, отправился домой к Элли. Он обнаружил ее на детской площадке у дома. Она сидела на одеяле, девочка была рядом с ней. Они устроили пикник. Маленькая темноволосая Цзяо смеялась, когда Элли, взяв игрушечную утку, изображала, что та клюет с руки крошки крекера. Обе выглядели счастливыми. Рядом с ними стояла Линда, смотрела на них и радостно улыбалась. Она еще какое-то время поговорила с Элли, потом ушла.

Уходя, она увидела Финна и приблизилась к нему:

— Привет, Финн.

Он улыбнулся темноволосой женщине:

— Привет, Линда. Приятно видеть вас снова.

— Как вы поживаете?

— Хорошо. — Он пристально смотрел на счастливую парочку. Он ужасно соскучился по улыбке Элли.

Линда указала на них большим пальцем:

— Знаете, вы действительно должны подойти и познакомиться с Цзяо. Она прекрасная девочка.

Финн открыл рот, затем сомкнул губы. Он не знал, что сказать. Если он признается, что никогда не видел Цзяо раньше, Линда догадается, что их брак — фарс. Элли может пострадать. Вероятно, у нее даже отберут девочку, которую она так долго хотела удочерить.

Линда коснулась руки Финна:

— Не волнуйтесь. Я уже все поняла.

— Поняли? Как? Потому что я не поехал в Китай за девочкой вместе с Элли?

Линда рассмеялась:

— Нет, все гораздо проще. Ваша обувь.

— Моя обувь?

— Когда мы пришли к вам в дом с социальным работником, я увидела вашу одежду в шкафу и бумажник на тумбочке, но нигде не обнаружила обуви. Я подозревала, что Элли заключила поспешный брак, но ничего не сказала.

Проклятье! Финн не мог поверить, что упустил такой пустяк. Он-то решил, что все продумал. Он едва не разрушил самое ценное в жизни Элли.

— Я думал, Элли должна быть замужем, чтобы удочерить Цзяо.

— Да. И она вышла замуж. Руководству китайского детского приюта я сказала, что ее муж вынужден был остаться в Америке по семейным обстоятельствам, поэтому они не удивились, что вы не приехали в Китай за Цзяо. В любом случае я знаю, что с мужем или без мужа, Элли будет замечательной матерью для девочки. — Линда обернулась и посмотрела на них. — Она любит эту девочку больше жизни. Цзяо очень повезло.

— Я согласен.

Со стороны было видно, что Элли и Цзяо отлично ладят друг с другом. Финн почувствовал зависть. До настоящего времени он никогда не считал себя неудачником. У Элли было все, что она хотела, и Финну было неприятно находиться вдали от нее. Возможно, смени он тактику, между ними возникнут совсем другие отношения.

Ему вообще не следовало на ней жениться. Если бы они сохраняли исключительно деловые отношения, Финн не чувствовал бы душевную тоску, которой не знал раньше. Его терзало сожаление об упущенной возможности.

— Вы знаете, а это страшно, — сказала Линда.

— Что страшно?

— Любить. Элли полюбила Цзяо, не зная наверняка, удастся ли удочерить ее или нет. Но она пошла на риск и добилась своего потому, что любит слишком сильно. — Линда посмотрела в глаза Финна. — И я думаю, вы тоже сильно рисковали.

— Я? — Он фыркнул. — Я ничего не сделал.

— Вы женились на Элли и оказали поддержку, когда она в ней нуждалась. Это риск. И вы должны задать себе вопрос, почему вы пошли на это.

— Потому что она нуждалась во мне. — Он вновь смотрел на Элли и Цзяо, которые над чем-то смеялись.

Перед ним был прекрасный образец материнской любви. Да, он поступил правильно, помогая Элли. При одной мысли об этом у него становилось хорошо на душе.

— Может быть, — ответила Линда. — А может, вы так поступили не только по доброте душевной. Если она вам поверит, то тоже будет готова рискнуть. — Линда похлопала его по плечу. — Я должна возвращаться на работу. Наслаждайтесь общением со своей семьей.

Линда ушла до того, как Финн успел ей крикнуть, что они никакая не семья. Вовсе нет. И сколько бы он ни желал обратного, ничего не изменится.

Он уже собирался отвернуться и уйти, когда около десяти детей ворвались на детскую площадку, и Финн отошел в сторону, чтобы их пропустить. От внезапного шума Элли подняла голову и удивленно уставилась на Финна. Итак, сбежать не получится.

Он подошел к Элли:

— Привет.

Наиглупейшее приветствие. Все прошедшие дни он думал о том, что скажет, когда снова ее увидит. Ограничиваться «приветом» он не собирался.

— Что ты здесь делаешь? — тихо спросила Элли, машинально разглаживая одеяло.

— Я… — Финн замолчал, выругав себя за то, что заранее не придумал достойного ответа. — Ищу тебя.

Иногда лучше всего говорить правду. Финн не мог лгать Элли. Куда завели его попытки отгородиться от нее? Он по-прежнему торчит в пустой квартире, пялясь на обручальное кольцо на прикроватной тумбочке и задаваясь вопросом, не совершил ли самую ужасную ошибку, позволив Элли уйти.

Цзяо подпрыгивала и пыталась произнести слово «крекер». Элли улыбнулась, затем вручила дочери печенье в форме фигурки животного и стала наблюдать, как она ест.

— Как ты узнал, где я буду?

— Женщины в офисе постоянно говорят о тебе и твоей дочери. Думаю, они в нее влюбились.

Элли усмехнулась и нежно пощекотала Цзяо под подбородком:

— В нее нельзя не влюбиться.

— Я слышал, ты почти каждый день сюда приходишь.

— Цзяо любит гулять. Ей нравится это место. Думаю, это потому, что она несколько месяцев провела в приюте. Поэтому мы стараемся выбираться как можно чаще. — Элли нежно посмотрела на девочку, потом повернулась к Финну. — Зачем ты меня искал? Возникли какие-то сложности на работе? Хотя, по правде говоря, коммерческими зданиями теперь занимается Ларри, а я возвращаюсь к проектированию жилых строений.

Финну стало не по себе оттого, что Элли решила, будто он ищет с ней встречи только из-за бизнеса. Но опять же, разве когда-нибудь он приходил к ней по личным вопросам? Он всегда прикрывался работой.

— Я хотел узнать, как вы поживаете.

— Мы в порядке. Я вернусь на работу на следующей неделе, но буду в офисе неполный день. Я возглавлю новое подразделение.

Финн слышал о том, что Элли уходит из компании отца и начинает работать в области дизайна частных жилых домов. Последние несколько недель Финн провел много времени за разговорами с Генри Уинстоном и обнаружил, что отец Элли ему очень нравится. Он становился не просто другом Финна, но своего рода опекуном и советчиком.

— Я знаю.

— Как дела с объединением компаний?

— Довольно гладко. Генри провел совещание по телефону со всеми сотрудниками, чтобы объяснить ситуацию. Думаю, он поступил правильно.

Они по-прежнему обсуждали дела, и Финн знал, что должен перенаправить разговор в другое русло, но, как всегда, предпочел не рисковать.

— Как проект больницы в Пьемонте? — спросила Элли.

Цзяо наконец съела печенье, забралась на колени Элли и положила голову на ее плечо. Элли стала поглаживать спину девочки. Финн наблюдал за ними, видя очевидную любовь к дочери. Цзяо тоже было хорошо с Элли. Девочка прижалась к матери так, будто всегда с ней жила.

Финн начал рассказывать о деталях проекта больницы, задаваясь вопросом, как они могут так себя вести. Они общались просто как коллеги. Ни голосом, ни жестом Элли не подавала виду, что они женаты. Они были обычными сотрудниками, ведущими привычное деловое совещание.

Но ведь именно этого Финн хотел с самого начала. Он представлял, что они расстанутся, как коллеги. Но Финн не ожидал, что ему будет так тяжело. Ему было невыносимо стоять рядом с ней и заставлять себя говорить. Он в нее влюбился и не желал относиться к ней как к коллеге.

Он хотел быть ее настоящим мужем, черт побери! Остановившись на полуслове, он вздохнул:

— Я не могу этого делать.

— Чего? — Элли пересела, чтобы удобнее удерживать заснувшую Цзяо.

— Стоять здесь и болтать о чертежах и требованиях заказчика, будто между нами ничего не было. Словно мы чужие. — Финн наклонился и пристально посмотрел на Элли, но ее глаза скрылись за стеклами солнцезащитных очков. — Ты предпочла струсить, Элли.

— Я? Почему ты так решил?

— Ты не подаешь на развод. Ты не звонишь адвокату. Ты просто делаешь вид, что между нами ничего нет.

— Финн, мне нужно заниматься ребенком. Я не могу тратить свое время и гоняться за… — Она покачала головой и отвернулась.

— Гоняться за чем?

Элли помедлила, затем вновь посмотрела на него. Финну показалось, что все вокруг смолкло и остались только они двое.

— Гоняться за тем, чего никогда не будет. — Ее голос слегка дрожал. — Какое-то время мы очень хорошо притворялись. Но мы слишком преданы другим делам, чтобы заботиться друг о друге.

— Ты в этом уверена? Или это только повод скрыть свои опасения? — Финн тоже боялся. Ужасно боялся. Но он не желал отпускать Элли.

— Я… — Она выдохнула. — Хорошо, я боюсь. Но только потому, что сейчас у меня гораздо больше ответственности. — Она поцеловала черноволосую голову девочки. — Я не могу допустить, чтобы Цзяо снова страдала. Она уже слишком многое пережила.

Разве не то же самое когда-то говорил ей Финн? Ему хотелось забрать свои слова обратно и признаться, что он был не прав. Он понимал ее опасения и сам боялся в сотню раз сильнее.

Мучил ли его страх, или Финн желал взаимности? Неужели он повторяет прошлые ошибки?

— Если бы у нас с тобой ничего не получилось…

— Ты был прав. — Она напряженно пожала плечами. — Цзяо может пострадать, а я не могу так с ней поступить.

— Но как же ты, Элли?

— Я буду в порядке. — Ее голос снова дрогнул. — Я в порядке.

— Ты уверена? — Финн безуспешно пытался рассмотреть за солнцезащитными очками проблеск надежды. Он хотел знать ее истинные чувства.

— Конечно. — Элли откашлялась, затем поднялась, обняла Цзяо и положила вещи в корзину.

Она уходила, а Финн не мог подобрать волшебные слова, способные остановить ее.

— Элли…

— Знаешь, Финн, ты был прав. Я боялась влюбиться. И ты боялся. Любовь — самый большой риск, на который мы можем пойти. Но если ты не окунешься в нее с головой, никогда не узнаешь, от чего отказался.

Элли коснулась волос Цзяо. Наклонившись, она усадила девочку в коляску. Потом выпрямилась и одарила Финна равнодушной улыбкой:

— В любом случае я хочу поблагодарить тебя за то, что ты возглавил компанию «Архитектура и дизайн». Мой отец тебя хвалит.

— Мы снова вернулись к делам?

Она подняла голову, и на этот раз он смог разглядеть слезы за солнцезащитными очками.

— Наверное, мы обречены на то, чтобы говорить только о делах.

Попрощавшись с Финном, Элли ушла.

Элли твердила себе снова и снова, что поступила правильно, позволив Финну уйти. Любовь к нему все усложняет. Может, он и прав в том, что она предпочла струсить.

Ладно, она действительно выбрала страх.

После встречи с Финном в парке она совершила еще один трусливый поступок. Элли позвонила своему адвокату и попросила его начать бракоразводный процесс. Финн, несомненно, уже получил документы. Он не звонил, не заходил к ней, и Элли в очередной раз поняла, что ошиблась. Финн не мог серьезно относиться к их поцелуям. Если бы он дорожил ею, то не стал бы соглашаться на развод. Она правильно поступала, запрещая себе рисковать и в него влюбляться.

Надев на Цзяо ярко-желтый сарафан, Элли усадила ее в коляску и отправилась на прогулку в парк. Всю дорогу девочка без конца радостно лепетала на смеси китайского и английского языков. Ее болтовня была музыкой для ушей Элли, и она смеялась вместе с дочерью. Цзяо очень быстро привыкала к изменениям в своей жизни, и Элли возлагала большие надежды на будущее. Генри непозволительно баловал свою внучку, покупая ей одежду и подарки и приходя к ней в гости.

— Ты хочешь пойти в парк? — Элли наклонилась и заговорила с Цзяо.

Ее дочь задрыгала ножками и вскинула ручки:

— Да, мама. Да!

С каждым днем она все больше привыкала к английскому. Маленькая девочка была сообразительной и быстро обучалась второму языку.

— Хорошо, тогда поехали. — Элли немного быстрее покатила вперед коляску. — Сегодня я покатаю тебя с горки, а потом на качелях. Согласна?

— Да, мама! Да!

Элли заметила, что Цзяо заинтересовалась белым пуделем. Девочка показала на собаку пальцем и начала восклицать.

Элли рассмеялась:

— Это собака, дорогая. Собака.

— Собака. — повторила Цзяо. — Собака Цзяо?

— Нет, — тихо ответила Элли. — Это не собака Цзяо.

— Собака Цзяо, — повторила девочка, протягивая руки к белому пуделю.

Элли быстрее пошла вперед, чтобы увеличить расстояние между ними и пуделем, и разочарованная девочка затихла.

Идя в парк, Элли думала о приюте для животных, в котором была вместе с Финном. Там он раскрыл ей свое сердце и немного рассказал о прошлом. Тогда она ответила, что каждый человек должен когда-нибудь осуществить свою мечту.

Элли мечтала о семье, живущей в двухэтажном доме. Там слышится смех, устраиваются праздники. Она любила свою дочь и маленький дом, но в глубине души не переставала надеяться…

Интересно, каково жить в доме с детьми и собакой?

Не совершила ли она ошибку, отпустив Финна? Не позволила ли страху испортить ее будущее счастье?

Мысли о Финне преследовали ее постоянно, несмотря на то что она прилагала все усилия, желая забыть его. Как-то раз она надела футболку с логотипом своей любимой музыкальной группы, но тут же сняла ее — футболка напоминала ей о Финне. Она запихнула ее подальше в шкаф, решив больше никогда не доставать.

Элли могла бы купить дом в пригороде и собаку и осуществить часть мечты. Думая об этом, она грустила еще сильнее. Она была бы просто довольной, но не счастливой.

Финн оказался прав. Ей действительно не хватало смелости, чтобы вывести их отношения на новый уровень. А ведь он предоставлял ей такую возможность. Она отказалась, испугавшись новых страданий. Хотя и читала Финну проповеди о том, что не нужно бояться, сама Элли рисковать не отваживалась.

Элли завернула за угол и вошла в парк. Ее дочь уже практически выпрыгивала из коляски. Она остановилась и вытащила малышку. Девочка побежала на игровую площадку, где уже были ее подружки, с которыми она виделась каждый день. Элли уселась на скамейку и подставила лицо солнечным лучам.

Что-то мокрое уткнулось ей в ногу. Элли вскрикнула, потом посмотрела вниз.

Перед ней стоял золотистый ретривер.

— Привет. Что ты здесь делаешь? — проворковала она.

— Ищу тебя.

Услышав голос Финна, Элли подняла голову:

— Финн?

Затем она снова посмотрела на собаку, потом на Финна и увидела в его руке поводок. Ее сердце радостно екнуло.

— Это твоя собака?! — удивленно и радостно воскликнула она.

— Да. Познакомься с Хайди. — Финн рассмеялся. — Постой! Ты с ней уже знакома.

Это была та самая собака из приюта.

— Ты… Ты ее забрал?

Он кивнул:

— Забрал.

— Почему? Я имею в виду, ты правильно поступил, но я думала…

— Что я последний человек, который заведет собаку? — Он пожал плечами. — Я таким был, но недавно изменился.

Она все еще не могла поверить, что Финн вернулся за ретривером. Он совершил один из самых замечательных поступков, и сердце Элли оттаяло.

— Что же тебя изменило?

Он засунул руку в задний карман и вытащил оттуда листы бумаги. Когда развернул их, Элли узнала документы о разводе. Ее сердце сжалось. Подписал ли он документ? Расстались ли они?

— Мне прислали документы в офис. Когда я их получил, мне словно дали пощечину.

— Финн, мне очень жаль, но мы…

— Позволь закончить. Я был потрясен потому, что понял: если подпишу документ, то между нами все закончится и я тебя потеряю. Навсегда. Хотя ты была права. Я слишком затянул с решением. Кто-то должен был дать мне пинка.

Финн наклонился к Элли, их лица оказались на одном уровне, и посмотрел на нее голубыми глазами. У нее чаще забилось сердце, она затаила дыхание.

— Неужели ты действительно этого хочешь, Элли? — тихо и спокойно спросил он.

Как же она жаждала солгать, просто сохранить лицо! Она постоянно твердила Финну о том, что он боится рисковать, а сама оказалась еще большей трусихой! Она подумала о дальнейших годах. Она будет довольна жизнью, но никогда не станет счастливой. Элли подумала, что не желает такой жизни.

Больше не желает.

— Нет. — Она покачала головой, на глаза навернулись слезы. — Не хочу.

Финн протянул руку и взял ее за подбородок. Элли наклонилась к нему, наслаждаясь его прикосновением.

— Я тоже не хочу. Ни капельки. Насчет меня ты была чертовски права. Я сошелся с Люси потому, что принял практичное решение. Когда же мы с ней расстались, я убедил себя в том, что все к лучшему, а любовь — слишком эфемерное чувство. Но я был не прав. Я никогда не шел на риск в чувствах, Элли, и никогда не любил. Я старался жить рассудительно и предсказуемо, но потом обнаружил, что у меня ничего не получается. — Он обвел большим пальцем линию ее подбородка и пристально посмотрел в глаза. — Любовь — риск. Намного больший, чем все, что я когда-либо делал. Поэтому я пришел сюда сегодня. Я не могу позволить самой удивительной женщине, которую я когда-либо встречал, меня покинуть. Я обязан ей кое в чем признаться.

— Признаться в чем? — выдавила Элли. У нее перехватило дыхание, она ждала его ответа. Черт побери, этот человек завладел ее сердцем.

Лицо Финна осветила лучезарная улыбка, и душа Элли наполнилась радостью.

— Я люблю тебя, Элли. Я влюбился в тебя сразу, как только увидел. Мне нравится твоя манера общения, твой стиль работы, мне нравится твоя улыбка. Каждый раз, когда я вижу тебя, я чувствую себя счастливым.

Счастливым. Не довольным, а счастливым. — О, Финн…

— Позволь мне закончить. — Он неторопливо выдохнул, и взгляд его смягчился. — Отношения с женщинами у меня всегда складывались не очень удачно. Дай мне лист бумаги и карандаш, и я сделаю любой чертеж. Но когда требуется рассказать кому-нибудь о своих чувствах… В этом я не силен. Думаю, это произошло потому, что после смерти родителей младшие братья искали у меня утешения и ответов на вопросы. Я не мог сломаться и рыдать вместе с ними от горя и должен был позволить им плакать на моем плече. А когда они стали старше, я продолжал их опекать.

— Они тебя любят. Ты бы слышал, как они о тебе говорят. Они очень тебя уважают и тобой восхищаются.

Финн усмехнулся, действительно удивившись тому, что братья хорошо о нем отзываются.

— Хотя моя стойкость потребовала определенных жертв. Я никогда не хотел ни на кого полагаться, быть уязвимым и кого-нибудь подводить. Или рисковать, как ты неоднократно меня просила. — Он запустил пальцы в ее волосы, и Элли слегка вздохнула. — Я убедил себя, что должен избегать любви, тогда мы с тобой расстанемся без проблем, и никто не будет страдать. Но не получилось.

Цзяо стояла на краю детской площадки и наблюдала за ними. Элли помахала дочке рукой, затем вновь повернулась к Финну.

— Почему?

— Я влюбился тебя с первого взгляда, но не хотел признаваться в этом даже самому себе. — Он шире растянул губы в улыбке. — Но потом, когда я получил документы о расторжении нашего брака, я понял, что желаю оставаться твоим мужем, Элли. Всегда. Я хочу открыть тебе свое сердце. Я жажду рискнуть: жить с тобой одной семьей и надеяться, что в ближайшие пятьдесят лет… Нет, в ближайшие сто лет мы будем счастливы. Я хочу, — он посмотрел на Цзяо и шире улыбнулся, — чтобы мы были вместе. Вопрос в том, хочешь ли ты того же. Ты осмелилась и удочерила маленькую девочку из далекой страны. Я прошу тебя пойти на риск еще раз и попробовать меня полюбить.

Элли посмотрела ему в глаза и почувствовала, что страх, который так долго сковывал ее сердце, исчезает. Прямо здесь и сейчас перед ней было все, что она когда-либо хотела. Ей нужно просто протянуть руку и взять это. У Элли не хватит духу отказать Финну и проститься с ним навсегда, а потом сожалеть о том, что упустила еще один шанс. Она будет дурой, если не воспользуется этой возможностью.

Поэтому Элли сделала глубокий вдох, а затем забрала из рук Финна документы о расторжении брака и разорвала их.

— Я не желаю с тобой разводиться, Финн. Ни сейчас, ни потом.

Она заметила, как блестит золотое кольцо на его пальце.

— Я тоже этого не хочу, — откликнулся он, заключил ее в объятия и поцеловал нежно и страстно.

Элли подумала, что всегда будет помнить этот поцелуй. Она чувствовала себя желанной, любимой женой.

— Я люблю тебя, Элли.

— Я тоже тебя люблю, Финн. — Она провела рукой по его волосам и пристально посмотрела в небесно-голубые глаза. Она отлично знала каждую морщинку на его лице.

— Я люблю тебя потому, что ты Ястреб.

— Человек, который налетает на конкурента и уничтожает его? — Он нахмурился.

Она покачала головой:

— Нет, я имею в виду другое. Однажды, гуляя с Цзяо, я наблюдала за ястребами. Да, они жестокие хищники, но, кроме того, верные защитники своей семьи. Они выбирают себе пару один раз на всю жизнь.

Посмотрев на Финна Маккенну, Элли увидела в нем ястребиную натуру. Перед ней был человек, который сделает все ради тех, кого любит. Он оберегал своих братьев, когда они были маленькими. Он женился на Элли по ее просьбе. На такого мужчину, как Финн, всегда можно положиться.

— То есть мне должно нравиться прозвище Ястреб, да? — Он усмехнулся.

— Может, и должно. — Она улыбнулась, потом поцеловала его в губы и подумала о том, что едва не разрушила их счастье, подав на развод. — Я так боялась поверить, что ты можешь быть человечным, и на тебя можно положиться, на тебя можно рассчитывать. Я никогда не понимала, что черты характера, которыми я восхищалась, делали тебя идеальным мужчиной для меня. Идеальный муж и отец, если ты согласишься им стать.

Финн посмотрел на Цзяо, и Элли увидела, как смягчилось выражение его лица, когда он улыбнулся.

— Я хочу стать папочкой, который с гордостью показывает фотографии своего ребенка друзьям и развешивает детские рисунки в своем кабинете. Не хочу быть просто довольным, Элли. — Он легко поцеловал ее в нос. — Я желаю стать счастливым.

— Я тоже, Финн. Я тоже. — Элли какое-то время пристально всматривалась в его глаза, потом помахала рукой Цзяо. — Тогда позволь мне познакомить тебя с твоей дочерью.

Девочка поспешила к Элли, но, увидев незнакомого мужчину, попятилась, прикусила нижнюю губу и застенчиво посмотрела на Финна из-под ресниц.

— Цзяо, я хочу познакомить тебя с Финном, — сказала Элли. — И с собакой по кличке Хайди.

Цзяо приподняла ручку, приветствуя Финна, и попятилась еще немного, но, увидев собаку, осмелела. Цзяо вопросительно посмотрела на Элли:

— Собака?

Элли кивнула:

— Собака, дочка.

Девочка округлила глаза, указала пальцем на Хайди, а затем на себя:

— Собака Цзяо?

— Да, — ответил Финн и слегка потянул Хайди за поводок.

Собака приблизилась к малышке и уткнулась пушистой головой в ее плечо. Цзяо рассмеялась, будучи вне себя от восторга. Хайди лизала ее лицо, энергично виляя хвостом.

— Хайди, собака Цзяо, — тихо и радостно промолвила девочка. — Собака Цзяо!

Потом она посмотрела на Финна, который по-прежнему был для нее чужаком:

— Мама?

Элли наклонилась, чтобы их лица были на одном уровне. Финн сделал то же самое.

— Это Финн, — произнесла Элли. — Он твой папа.

Цзяо засунула в рот большой палец и снова отшатнулась, разглядывая Финна из-под ресниц.

Он протянул руку:

— Здравствуй, Цзяо. Мне приятно с тобой познакомиться.

Цзяо долго переводила взгляд с Элли на Финна. Ее глаза были широко и удивленно раскрыты. Маленькая девочка, недавно покинувшая Китай, вдруг обрела мать, отца и собаку. Элли кивнула и произнесла:

— Все в порядке.

Тем не менее Цзяо медлила, не вынимая пальца изо рта.

— Давай для начала познакомимся с собакой, Цзяо, — предложил Финн. — Хочешь ее погладить?

Спустя некоторое время она кивнула и застенчиво улыбнулась:

— Хочу.

Финн провел рукой по шее Хайди. Маленькая рука Цзяо тоже коснулась шеи животного. Они вдвоем долго гладили терпеливую собаку, не говоря ни слова, а Хайди тихо сопела. Потом девочка встала ближе к Финну и посмотрела в его лицо.

— Папа… Цзяо? — спросила она.

— Да. — Он кивнул и встретился взглядом с Элли. Слезы радости блестели в его глазах. — Да, я папа Цзяо. И муж Элли.

— Настоящий муж, — прошептала Элли, возблагодарив Небеса за такой удивительный подарок. — Настоящий.

Финн раскрыл объятия и крепко обнял своих красавиц. Вот так в один из солнечных дней на игровой площадке в центре Бостона родилась новая семья. Финн, Элли и Цзяо смеялись от счастья, их собака радостно лаяла. Финн и Элли были уверены, что отныне звук шагов в их доме никогда не будет отражаться эхом от стен.