Изгнание фашистских оккупантов с территории Украинской ССР не принесло мира и покоя населению западных областей. Банды УПА, готовившиеся с помощью гитлеровцев к затяжной вооруженной борьбе против Советской власти в тылу Красной Армии, приступили к реализации своих зловещих планов.

27 февраля 1944 года сотня оуновцев, переодетых в форму солдат и офицеров Красной Армии, совершила бандитское нападение на село Люхча Сарненского района Ровенской области. Бандиты убили председателя сельсовета и вырезала четыре семьи советского и партийного актива [1].

Двумя днями позже другая банда УПА на стыке Гощанского и Острожского районов той же области совершила злодейское покушение на жизнь командующего фронтом генерала армии Н.Ф.Ватутина.

Как сообщалось в справке НКВД СССР за 9 июня 1944 года, по мере освобождения Красной Армией Черновицкой области от немецко-фашистских захватчиков националистическое подполье и бандформирования УПА значительно активизировали свою подрывную и террористическую деятельность, направленную на срыв проводимых мероприятий по восстановлению Советской власти на территории Черновицкой области. Начало активизации банд УПА относится ко 2-й половине апреля 1944 года. Наиболее пораженными бандитизмом оказались Вашковский, Выжницкий, Путиловский, Сторожицкий, Кицманский и Хвамский районы.

На территории Выжницкого района в апреле 1944 года бандитами полностью уничтожена телефонная связь, срезаны столбы, сожжен стратегический мост через реку Черемош, соединяющий Выжницу с г. Куты Станиславской области. В Выжнице бандой УПА сожжены три магазина с товарами и все склады с запасами лесоматериалов на лесопильном и фанерном заводах. В селе Бергомеж Выжницкого района бандиты сожгли совхоз.

14 апреля в селе Милиево Выжницкого района бандиты учинили зверскую расправу над семьей бывшего председателя сельсовета Шендро, находившегося на тот момент в рядах Красной Армии. В том же селе бандиты вырезали семью еврея Шеффера.

17 апреля в селе Глиница Вашковского района бандитами сожжено здание сельсовета.

20 апреля банда УПА обстреляла райцентр Выжницу.

В ночь на 23 апреля вооруженная банда численностью в 20 человек, одетых в форму солдат немецкой армии, совершила налет на село Карапатчина Вашковского района, убила председателя колхоза, трех бойцов истребительного батальона, сторожа сельсовета и одну женщину.

Наряду с активизацией бандитской деятельности оуновцы в ряде районов Черновицкой области усиленно распространяли различные антисоветские листовки с призывом к активной борьбе против Советской власти и участию в якобы готовящемся вооруженном выступлении УПА в тылу Красной Армии. Одновременно с этим ОУН и УПА местному населению категорически запрещают принимать какое-либо участие в работе местных органов Советской власти [2].

Аналогичные сообщения шли в Москву и Киев из других областей и ведомств.

Из доклада командования войск по охране тыла 1-го Украинского фронта о боевых действиях пограничных частей в Западной Украине в январе-марте 1944 года:

В истекшем квартале служебно-оперативная и боевая деятельность войск проходила в новой, более усложненной обстановке. Новое заключалось в том, что в связи с успешным прохождением Красной Армии на Запад и освобождением от немецкой оккупации областей Западной Украины наши войска наряду с проведенной служебнооперативной деятельностью по охране тыла столкнулись с развитой бандитской сетью — украинско-немецкими националистами. Таким образом, наши войска наряду с выполнением основной задачи по охране тыла фронта должны были проводить значительными силами боевые операции по ликвидации крупных и мелких банд, действующих как вблизи, так и на отдаленном расстоянии от фронта...

Ликвидируя банды украинско-немецких националистов, войска встретились с ухищренными методами, трудности борьбы с которыми заключались в том, что вооруженные банды украинско-немецких националистов, руководимые созданными оуновскими центрами, пользовались разработанными еще далеко до прихода Красной Армии гнусными террористическими приемами и ухищренными методами борьбы.

Банды украинско-немецких националистов имеют оборонительные сооружения (окопы, блиндажи, землянки, ходы сообщения) в лесах, оврагах и в некоторых населенных пунктах с запасами продовольствия, боеприпасов, созданными и пополняемыми за счет местного населения как в добровольном порядке, так и в порядке его ограбления, а также при нападении на подразделения и обозы Красной Армии...

Таким образом, наши войска, особенно 2-й и 16-й погранполки, а также по одному батальону от 90-го и 92-го погранполков, оказались в новой, более усложненной обстановке...

Неся службу по охране тыла фронта и ведя боевые действия по ликвидации украинско-немецких националистов, части войск (2-й, 16-й полки и выделенные по одному батальону из 90-го и 92-го погранполков) в основном со своими задачами справились, накопили некоторый боевой опыт в розысках и схватках с бандами... Офицерский, сержантский и рядовой состав при проведении служебно-оперативных мероприятий, а также в боях с крупными и мелкими бандами украинско-немецких националистов показали немало замечательных примеров умелого руководства операциями, мужества, бесстрашия, смекалки и хитрости, высокого боевого мастерства и боевой выучки...

16 февраля 1944 года отряд под командованием помощника начальника штаба 2-го полка старшего лейтенанта Игнатова, действуя по проческе лесного массива в районе населенных пунктов Ромейки, Переспан, Большие Вербы, столкнулся с вооруженной бандой УПА до 300 человек, вооруженной пулеметами и винтовками. Несмотря на численное превосходство в живой силе и вооружении бандитов, старший лейтенант Игнатов принял смелое решение: окружить и уничтожить банду. В результате боя было убито 46 и ранено до 100 бандитов. Захвачено 13 лошадей, секретные документы и вооружение.

6 марта 1944 года отряд под командованием командира 2-го погранполка подполковника Мульчевского, выполняя задачу по розыску и ликвидации бандгруппы УПА, прочесывая населенные пункты и лесные массивы, обнаружил бандгруппу УПА в количестве 100–120 человек. В результате правильно принятого решения, смелых и энергичных действий отрядов банда была полностью ликвидирована, 84 бандита убиты и 25 пленены [2, с. 577].

Начиная с августа 1944 года, то есть с того дня, когда была объявлена мобилизация призывных возрастов в Советскую Армию, происходит дальнейшее оживление диверсионно-террористической деятельности националистов. Захваченной у бандеровца инструкцией Центрального провода ОУН, датированной 11 августа 1944 года, предписывалось: «Вести борьбу против мобилизации в Красную Армию путем подачи фальшивых списков, массовой неявки в военкоматы, организации побегов».

В специальной директиве, относящейся к тому времени, руководство ОУН требовало от своих членов:

— препятствовать проведению призыва в Красную Армию;

— обезоруживать мелкие гарнизоны и подразделения частей Красной Армии, пополнять вооружением свои формирования;

— уничтожать партийно-советский актив, не давая возможности установления твердой Советской власти в областях Западной Украины [2, с. 580].

Однако сорвать мобилизацию в Советскую Армию лиц призывного возраста бандеровцы не смогли. В ряды вооруженных сил влилось около 750 тысяч западноукраинцев, из которых 23 человека стали Героями Советского Союза.

Украинские националисты оказали злостное противодействие созданию и укреплению местных органов Советской власти, проведению выборов в Верховные Советы СССР и УССР. Руководство националистического подполья поставило перед участниками ОУН и УПА задачу: заставить население западных областей Украины бойкотировать выборы в органы Советской власти. Главными средствами противодействия мероприятиям, проводимым партийными и советскими органами в период предвыборной кампании, оуновцы избрали террор против представителей партии, Советского государства и лиц, уклоняющихся от сотрудничества с ОУН.

По сообщению секретаря Здолбуновского райкома КП(б)У Полякова, «... имелись факты, когда националистические банды вырезали целые семьи председателей сельских Советов. За несколько недель по нашему району было уведено бандитами пять председателей и три секретаря сельских Советов».

Провод ОУН требовал от своих людей «всемерно активизировать террор против лояльно настроенных к Советской власти местных жителей, не останавливаясь перед применением самых жестоких мер.

Инструкция предлагала осуществлять «ликвидацию противников всеми доступньми методами (расстрел, повешение и даже четвертование) записку на груди «За соучастную работу с НКВД».

Многочисленные факты говорят о том, что националисты не просто убивали свои жертвы, они зверски их мучили: отрубали руки, ноги, головы, отрезали уши, нос, груди, выкалывали глаза, вешали и душили веревками или колючей проволокой, живых бросали в колодцы, проруби, засыпали землей и чинили другие зверства.

Вот некоторые факты.

В январе 1945 года банда оуновцев напала на село Вильки-Мозовецка Рава-Русского района Львовской области. Бандиты сожгли здание сельсовета и 12 домов крестьян, расстреляли семью фронтовика, старика, старуху и двоих детей (девочку 7 лет и мальчика 1 года_. Прежде чем убить, бандиты вырвали мальчику ногу, а только затем застрелили.

В деревне Пузня Ровенской области бандеровцы вырезали 27 стариков и детей. Затем они распространили слух о том, что это злодеяние совершили якобы партизаны.

Среди экспонатов краеведческого музея в г. Ровно хранилась пила, которую использовали националисты при четвертовании своих жертв.

В селе Иена Выжницкого района на Буковине в течение одной ночи националисты зарезали 47 жителей. Убив тракториста этого села и его жену, они закрыли пятерых маленьких детей в доме и подожгли его. Пьяные от людской крови и водки, они, смеясь, наблюдали, как горели дети.

Пример чудовищной разнузданности, дикого зверства, совершенного оуновцами, приводит Ярослав Галан в памфлете «Чему нет названия». «Четырнадцатилетняя девочка, — пишет он, — не может спокойно смотреть на мясо. Когда в ее присутствии собираются жарить котлеты, она бледнеет и дрожит, как осиновый лист. Несколько месяцев назад... к крестьянской хате недалеко от города Сарны пришли вооруженные люди и закололи ножами хозяев. Девочка расширенными от ужаса глазами смотрела на агонию своих родителей.

Один из бандитов приложил острие ножа к горлу ребенка, но в последнюю минуту в его мозгу родилась новая «идея». «Живи во славу Степана Бандеры! А чтобы не умерла с голоду, мы оставим тебе продукты. А ну, хлопцы, нарубить ей свинины!..»

«Хлопцам» это предложение понравилось. Они поставили с полок тарелки и миски, и через несколько минут перед оцепеневшей от отчаяния девочкой выросла гора мяса из истекающих кровью тел ее отца и матери» [3].

Украинское националистическое подполье в своей борьбе против Советского строя действовало не только террором, оно широко использовало контрреволюционную агитацию и пропаганду. Об этом говорится в донесениях командования Украинского пограничного округа и партийных документах того периода. «Наряду с совершением террористических актов в нашей пограничной полосе, — указывает в своем донесении начальник войск пограничного округа, — оуновское подполье и банды УПА... проводят активную антисоветскую агитацию, направленную на срыв мероприятий, проводимых партийными и советскими органами Западной Украины».

Антисоветская борьба оуновского подполья выдавалась националистами за всенародную борьбу за «самостійну» Украину. Умышленным раздуванием масштабов борьбы главари ОУН стремились склонить на свою сторону народные массы и поднять свой престиж в глазах зарубежных хозяев. Все использовалось для того, чтобы подорвать веру у народа в силу советского строя, колхозов, в могущество Советской Армии, в конечном счете, не допустить проведения социалистических преобразований в западных областях Украины.

Военные успехи Советской Армии на фронте они объясняли результатом активных действий союзников СССР по антигитлеровской коалиции. Газета «Вільна Україна» в номере от 7 августа 1943 года все победы, одержанные над гитлеровцами Советской Армией, пыталась приписать украинским националистам. Оуновская пропаганда запугивала украинцев, проживающих в Польше и изъявивших желание переселиться на территорию Советской Украины. Она утверждала, что «всех украинцев, переселившихся в УССР, вышлют в Сибирь». В 1944 году националисты в массовом порядке распространяли листовки с призывами и угрозами к украинскому населению не вступать в Советскую Армию, а идти в УПА, разгонять советские органы власти, убивать их руководителей.

В октябре 1944 года в Куликовском районе, в селе Артасов, группа бандитов во главе с Морозом сожгла 20 дворов жителей села, члены семей которых бали призваны в РККА. В селе Кишица Каменко-Бугского района бандитами повешены Глушко Г.А., Кирик Г.И. и Муранец П.В., сыновья которых были призваны в Красную Армию.

Наряду с террором и запугиванием населения нередки случаи, когда бандиты насильно угоняют в леса мужчин призывных возрастов и включают в состав своих банд. Так, в Куликовском районе, в селе Жовтанцы, банда УПА численностью до 200 человек собрала все мужское население и под страхом расправы угнала в лес 150 человек призывного возраста. В селе Ракотушин Бусского района банда увела с собой 35 человек. За неполную явку требуемых лиц бандиты сожгли 10 домов.

Убийствами и запугиванием населения банды УПА пытаются сорвать проведение государственных поставок зерна и другой сельскохозяйственной продукции. Во многих селах области с начала заготовительной кампании бандиты стали препятствовать крестьянам сдавать хлеб государству, а там, где находили приготовленный к сдаче хлеб и другую продукцию, забирали себе. В селе Каменка Магаровского района состоялось собрание по вопросу хлебопоставки. На нем в поддержку сдачи хлеба государству выступили десять человек. Ночью на село напали баниты и убили всех десятерых [4].

Угрозы и запугивания усилились во время начавшегося в мае 1945 года процесса явки с повинной. «Все явившиеся с повинной, — угрожали бандеровцы, — будут арестованы».

Массовый выход националистов из подполья и явка с повинной серьезно обеспокоили руководство ОУН. В целях предотвращения начавшегося процесса разложения националистических формирований главари ОУН и УПА издали специальный приказ, в котором под угрозой физического истребления запрещалось бандитам добровольно сдаваться органам Советской власти.

Советское руководство, прежде чем развернуть борьбу по подавлению УПА, предпринимало меры информационного порядка. Оно обращалось к оуновцам по радио, разбрасывало листовки с призывом о предупреждении кровопролития и т.д.

Первыми начали боевые действия против вооруженных бандформирований пограничные войска, которые в начале 1944 года в составе наступавших на территорию Украины фронтов выполняли задачи по охране тыла действующей Красной Армии.

В донесении командования войск по охране тыла 1-го Украинского фронта 18 апреля 1944 года Главному управлению погранвойск о боевых действиях пограничных частей за I квартал того года приведены конкретные примеры вооруженных столкновений с бандами:

«..9 марта 1944 года в районе села Иванне Ровенской области пограничники обнаружили банду «Черноморец» численностью до 100 человек. В ожесточенной схватке 50 бандитов было убито, 10 захвачено живыми, остальным удалось уйти. Однако через три дня они были настигнуты у деревни Плоска и уничтожены.

22 марта оперативные группы 16-го погранотряда разгромили бандгруппу «Олег», свирепствовавшую в Острожском районе».

Пограничные войска, освободив территорию Украины, вышли на границу, взяли ее под свою охрану и продолжили вести борьбу с оуновскими бандами. В архивных документах сохранились сводки не только о проведенных операциях против бандформирований, но и множество примеров их зверств над ни в чем не повинными людьми.

Пограничные войска, охранявшие восстановленную западную границу, вели борьбу с бандформированиями, действовавшими не только в наших тылах, но и на территории сопредельных государств, в частности в Польше, во взаимодействии с частями внутренних войск войска Польского. Бандеровцы, действовавшие в Польше, нередко совершали набеги на советскую территорию и, уходя из-под удара наших войск, скрывались на польской территории. В ряде случаев они с польской стороны обстреливали наших пограничников и местных жителей, нападали на советские железнодорожные эшелоны, автоколонны. Так, 6 октября 1944 года банда «Ягода» численностью 500 человек совершила налет на ряд населенных пунктов в пограничной полосе Польши (на участке 2-го погранотряда Украинского округа).

В целях сосредоточения общих усилий по ликвидации банд формирований, действовавших в приграничных районах Польши и Советского Союза, представители советских военных органов в Польше договорились с высшим польским военным руководством о совместных действиях наших пограничных войск и пехотных частей Войска Польского, выделенных для охраны пограничной линии и борьбы с бандами в приграничных районах.

При выдвижении банды на территорию СССР польское командование немедленно информировало об этом ближайшие части пограничных войск. При получении данных от советских пограничников о преследовании ими банд на польской территории поляки выделяли нужное количество сил и средств для совместных действий. Такое взаимодействие способствовало успешной борьбе с вооруженными бандами в приграничных районах СССР и польской территории [2, с. 78].

В октябре-декабре 1944 года и в течение 1945 года на территории пограничных районов Польши на участках 2-го, 88, 89, 90, 93-го погран-отрядов было проведено более 20 совместных операций, в результате которых прекратило существование значительное количество крупных банд, в том числе и банда «Ягода».

В ночь на 2 сентября 1944 года с территории Польши переправилась бандгруппа численностью до 300 человек и сосредоточилась в лесу в 3 км восточнее Городовичи. В результате решительных действий пограничников оуновцы, потеряв до 100 человек убитыми, отошли.

В сентябре-декабре 1944 года только пограничные войска Украинского округа осуществили 476 боевых операций, из них 123 против крупных банд УПА. Ряд операций проводились на территории Польши совместно с польскими частями, в ходе которых было убито, ранено, задержано 11 240 бандитов.

Войска Прикарпатского пограничного округа с октября 1944 по февраль 1945 г. провели 158 специальных боевых операций, в результате которых было уничтожено 5544 и задержано 2980 бандитов. Основная тяжесть борьбы с бандеровщиной и легла на личный состав этого объединения.

В марте того же года Директивой Наркома внутренних дел Украины и начальника внутренних войск Украинского округа перед частями и соединениями войск была поставлена задача: «...очистить освобожденные районы от подлых гитлеровских наемников, бандитов-онувцев, навести революционный порядок на освобожденной территории...»

В Директиве отмечается, что войска столкнулись с хорошо организованной военной силой, которая имела продуманную и детально разработанную программу действий против советской власти. Оуновцы были тесно связаны с фашистским командованием, которое снабжало их оружием, боеприпасами, посылало к ним своих солдат, инструкторов. Банды пополнялись за счет разгромленных фашистских войск, а также местного населения. (В этот период в УПА находилось 2 тыс. немцев).

В этом документе подчеркивалось, что «основным методом борьбы националистов против Красной Армии и советского народа является террор. Организацией погромов, убийств и грабежей местного населения, нападением на воинские колонны и эшелоны на железных дорогах, диверсиями на коммуникациях и объектах они пытаются затруднить и сорвать действия Красной Армии, восстановление нормальной жизни на освобожденной от немцев советской территории».

Войска округа приступили к выполнению поставленной задачи, имея в своем составе 8 стрелковых бригад. Несколько позже округ был укреплен 9-й Орджоникидзевской стрелковой и 10-й Сухумской дивизиями.

Для проведения агентурно-оперативной работы в Западную Украину было направлено необходимое количество оперативных работников НКВД и НКГБ.

Первоначально крупные банды УПА сами бросали нам вызов. Заблаговременно укрепившись на выгодных рубежах, навязывали бой. В этом отношении была характерной операция, проведенная в апреле 1944 года в Кременецких лесах на Ровенщине — основной базе южной группы УПА. В лесах на Кременецкой возвышенности бандитами была создана система оборонительных сооружений: окопы, блиндажи, завалы и т.д., которые ими использовались в боевых действиях. В результате успешного завершения операции было захвачено много оружия, боеприпасов, в том числе два склада с немецкими снарядами и минами, даже исправный самолет У-2. Обнаружено много продовольственных и вещевых складов. Вместе с бандитами УПА было захвачено 65 немецких военнослужащих. Военнопленный обер-фельдфебель вермахта Н. показал: «Немецкое командование имеет с бандами связь и помогает им оружием и боеприпасами. По этому вопросу издан специальный приказ генерал-лейтенанта Гауфе, в котором указывается на необходимость оказывать помощь оуновцам в их формировании и вооружении, а также в переброске диверсантов для действий против Красной Армии в ее тылу.

В районе Подкамень был переброшен в тыл Красной Армии организованный и вооруженный немцами батальон или, как его называют, курень бандитов... Наша группа в 40 человек находилась в банде, которой командует «Черноморец», и ожидала переброски за линию фронта на германскую территорию, взамен чего банда должна была получить оружие, которое немцы сбрасывали с самолета» [1, с. 629, 630].

Это еще одно доказательство, как оуновцы «воевали на два фронта».

Об итогах операции в Кременецких лесах, продолжавшейся 5 суток, докладывал 1 мая 1944 года командующему войсками Первого Украинского фронта маршалу Советского Союза Г.К.Жукову народный комиссар внутренних дел УССР и начальник внутренних войск Украинского округа [1, с. 627].

Весной того же года аналогичная операция была проведена внутренними войсками в Золочевском лесу, в апреле — в «Черном» лесу на Станиславщине.

Проводили такие операции и пограничные войска. В августе 1944 года крупная чекистско-войсковая операция была проведена по очистке Равва-Русского, Яворовского, Угровского, Магеровского и Немировского районов Львовской области. Руководил операцией начальник погранвойск Украинского округа генерал-лейтенант П.П.Бурмак Части этого объединения провели с 10 августа по 10 октября 1944 года 85 операций, в ходе которых было ликвидировано 11 крупных бандформирований [2, с. 79].

Осенью 1944 года бандитская активность УПА достигла своего апогея. К сентябрю-октябрю в западных областях республики действовало множество бандформирований — отделов, куреней и сотен. Наряду с ними к активной подрывной деятельности против советской власти было привлечено разветвленное вооруженное подполье ОУН, имевшее свою территориальную сеть. На базе этих организационных звеньев действовало и бандеровское гестапо — зловещая служба безопасности.

Под провозглашенным оуновцами «контролем», а фактически во власти оуновского террора оказались сотни отдаленных населенных пунктов, особенно в гористой и лесной полосе края. Отдельные вооруженные до зубов банды УПА стали проникать на территорию Каменец-Подольской (теперь Хмельницкой) и Житомирской областей.

С октября 1944 года, выполняя директивы фашистского командования, главари УПА пополнили свои формирования вояками из разгромленной под Бродами дивизии СС «Галичина», активизировали осуществление диверсий на железных дорогах, главных автотрассах, по которым перебрасывались войсковые резервы и соответствующее снаряжение в направлении фронта. В связи с этим, по просьбе тогдашнего первого секретаря ЦК КП(б)У и председателя Совнаркома Н.С.Хрущева, для защиты мирного населения, охраны городов и сел, а также для прикрытия транспортных коммуникаций с Сандомирского плацдарма и некоторых других участков фронта решением Ставки Верховного Главнокомандования были сняты и передислоцированы на Волынь и в Галичину несколько боевых соединений частей 13-й и 38-й армий.

Государственные органы власти, ведя ответную вооруженную борьбу с УПА, учитывали политическую и социальную неоднородность состава банд, наличие среди них большого количества обманутых оуновской демагогией или запуганных «эсбистами» людей, во многом с низким образовательным и культурным уровнем, которые с доверием воспринимали преступные установки своих «проводников». Среди участников банд были и люди, которые поверили лицемерной бандеровской пропаганде, но позже, разуверившись в ней, выбраться из бандеровской кабалы уже не могли под страхом смерти.

В связи с этим, среди местного населения велась широкая разъяснительная работа. В ней принимали участие депутаты Верховных Советов СССР и Украины, выдающиеся деятели науки и культуры, в том числе А.Богомолец, Н.Бажан, М.Рыльский, П.Тычина, А.Корнейчук,

Н.Ужвий, Я.Г алан, М.Возняк, О.Вишня, П.Козланюк и многие другие. Участвовали в этой работе многие партийные и советские работники, политорганы пограничных и внутренних войск.

Несмотря на жесточайший бандеровский террор, во многих городах и селах с весны 1944 года создавались истребительные отряды из местного населения. Только во втором полугодии 1944 года бойцы добровольных формирований уничтожили в боях около 6 тыс. оуновцев и 12 тыс. захватили живыми. На март 1945 года только во Львовской области в составе истребительных батальонов насчитывалось 3219 бойцов, в группах содействия — 6713 человек. На протяжении первой половины 1945 года было задержано 1830 бандитов и их пособников, изъято большое количество оружия.

В результате к весне 1945 года органы госбезопасности, войска НКВД нанесли сокрушительные удары по основным крупным бандформированиям. В ходе проведенных операций были разгромлены банды численностью от 300 и более человек. Только с 10 января по 23 февраля 1945 года при проведении операций взято или явилось с повинной в местные органы власти около 60 тыс. оуновцев [5].

К этому времени были уничтожены или арестованы многие главари банд, что также способствовало успеху борьбы с бандеровским бандитизмом.

В январе 1945 года при проведении операции в с. Яйно Волынской области 169-м стрелковым полком внутренних войск в одном из «схронов» был захвачен бандит по кличке «Волк». Он рассказал, что в скором времени ожидается приезд заместителя командующего УПА «Рудого» (он же «Кайдаш» — Юрий Стельмащук). «Рудой» был взят в Коратынском лесу, операцией руководил лично заместитель Наркома внутренних дел УССР генерал Строкач Т.А. «Волк» рассказал о командующем УПА Клячковском («Климе Савуре») и лично показал его местонахождение. Так, по наводке «Волка», группа поиска обнаружила группу неизвестных лиц, которые открыли огонь. Ответным огнем наших воинов бандиты были уничтожены. Среди убитых оказался главнокомандующий УПА Клячковский («Клим Савур») [6].

Вслед за этим ликвидировано несколько групп руководящих работников ОУН и УПА, в том числе группа «Орел» вместе с ее главарем и его замом «Степовым», руководителем СБ в Волынской области Шворным; его заместителем Крыгой, начальником СБ Ратновского района «Евгеном», сотенными «Чайка», «Веснянка», Коженко, два немецких офицера, входивших, в эту банду. В районе г.Трипуты был ликвидирован штаб командира бригады группы УПА «Захід» Ярко. В числе убитых были опознаны трупы Ярко и 13 бандглаварей, прибывших из Галиции для назначения на командные должности бандформирований.

В связи с крупными потерями, особенно в живой силе, влияние вооруженных формирований УПА в националистическом подполье было значительно подорвано, хотя остатки разгромленных банд продолжали действовать, совершая террористические акты против представителей местной власти, советского и партийного актива, правоохранительных органов, военнослужащих Советской Армии, нападая на гарнизоны внутренних войск, пограничные наряды.

Потерпев поражение в открытой борьбе, главари ОУН-УПА, как отмечалось в постановлении Политбюро ЦК КП(б)У от 26 февраля 1945 года, «...стали менять свою тактику и методы борьбы с советской властью и переходят к террору и диверсиям».

Изменение тактики выразилось главным образом в том, что из остатков разгромленных банд оуновское подполье стало формировать мелкие вооруженные группы, насчитывавшие в своем составе несколько десятков боевиков. Подобная тактика, по мнению оуновцев, должна была обеспечить лучшую маневренность при вооруженных столкновениях с подразделениями войск НКВД, при возможности уход из-под их удара и таким образом сохранение своих кадров.

Руководство Советской Украины о всячески пыталось остановить братоубийственную борьбу в западных областях Украины. Еще весной 1944 года оно обратилось к оуновцам с призывом сложить оружие. Осенью вожакам было предложено провести переговоры, чтобы договориться о прекращении бессмысленной и бесперспективной борьбы. В начале 1945 года для бандеровского головного провода и головного командования сложились такие обстоятельства, что они вынуждены были согласиться на переговоры. Со стороны УПА в них участвовал начальник главного штаба УПА Д.Маевский и главный референт штаба Я.Бусол. Вели переговоры уполномоченные Совнаркома республики С.П.Даниленко-Карин и О.О.Хорошун. Разговор продолжался свыше пяти часов. Даниленко-Карин видел, что он убедил представителей оуновцев, но они тем не менее заявили, что не имеют полномочий подписывать какие-либо документы. По их словам, о результатах встречи они доложат в штаб УПА, где и будет решаться вопрос по существу. Кстати, на позициях переговоров и заключения хотя бы временного перемирия с Советской властью стояли начальник штаба УПА Маевский и командующий округом УПА «Захід-Карпати» А.Луцкий, а так же другие руководители бандеровских формирований. Шухевич запросил по этому поводу мнение Бандеры. Направленный в Мюнхен гонец возвратился ни с чем, Бандера заявил, что о переговорах с большевиками не может быть и речи. Что касается паникеров и капитулянтов, то о них должен побеспокоиться Н.А. (Николай Арсенич Березовский — шеф СБ главного провода ОУН). Вскоре Маевский покончил жизнь самоубийством [7].

Правительство Украины 27 сентября 1944 года и 19 мая 1945 года в своих обращениях к населению западных областей разоблачало антинародную деятельность украинских националистов, призывало боевиков ОУН-УПА прекратить борьбу с советской властью. Не случайно, во второй половине 1944 года в органы власти явилось более 17 тыс. участников УПА, а иные стали воинами Красной Армии, приняли участие в борьбе с бандитизмом. После окончания войны до конца 1945 года с повинной явились еще 38 тыс. участников УПА и оуновского подполья [5, с. 301].

Однако верховоды ОУН-УПА любой ценой пытались удержать в бандах своих «прозревших» подчиненных. По личному указанию Бандеры шла ликвидация «ненадежных» участников банд и подполья. Таких подставляли под удар советским воинским частям либо расстреливали как «агентов НКВД». Бандеровский главарь «Смок» ликвидировал как «подозреваемых» несколько бандитских боевок численностью более 70 человек. По подозрению в намерении дезертировать из УПА в селе Тынное на Ровенщине бандеровская служба безопасности ликвидировала 37 боевиков.

Как видно из захваченного националистического документа того времени, дисциплина в УПА держится исключительно на страхе перед бандеровской «СБ».

Бандиты жестоко расправлялись с теми жителями, которые не желали быть соучастниками их преступлений. Так, 26 ноября 1944 года боевка УПА уничтожила 15 семей численностью 41 человек в с. Испас Вижницкого района Черновицкой области за то, что взрослое население отказалось вступить в банду [8].

Обманутые и терроризируемые люди начинали все больше понимать, что правительство Украины, ведя борьбу с бандитизмом, стремится вернуть им нормальную жизнь, чему всячески противодействуют бандеровцы.

В январе 1945 года ЦК КП(б)У принял обращение «Ко всем трудящимся Украины», в котором призывал: «Всеми силами способствовать утверждению новой жизни в западных областях УССР, помогать рабочим, крестьянам, интеллигенции своим опытом, советами, кадрами, техникой».

Для своевременного решения важных вопросов в жизни населения тогда же был создан специальный отдел ЦК КП(б)У по западным областям, при Совете Министров образован Совет помощи этому региону, а в каждом министерстве выделен заместитель министра по западным областям.

Уже в мае 1945 года в этих областях работало 1700 промышленных предприятий, крестьянам оказана помощь в освоении выделенных им 580 тыс. га земли, организовано 190 МТС, 136 мастерских по ремонту сельхозинвентаря, создано 7 тыс. земельных общин. И все это делалось тогда, когда еще шла война и сразу после ее окончания.

«Это дела оккупантов» — так эту братскую помощь советских трудящихся называют теперь «национал-демократы».

Приведенные выше факты в значительной мере способствовали тому, что к концу 1945 года основные бандформирования потерпели решающее поражение. В директиве НКВД, подводящей итоги борьбы с бандформированиями УПА в 1945 году, подчеркивалось, что пограничные и внутренние войска в процессе очистки пограничной полосы и освобождения от фашистско-немецких захватчиков территории западных областей Украины совместно с территориальными органами госбезопасности и внутренних дел нанесли серьезный удар по бандитскому подполью, ликвидировав при этом ряд крупных банд [5, с. 301, 302].

Конец волчьей стаи. Со второй половины 1945 года наступил второй этап борьбы с вооруженным бандеровским бандитизмом. Это период окончательного разгрома ушедших в подполье бандитских групп, который завершился в 1953 году. Это было время, когда с отчаянностью обреченных оуновцы продолжали вооруженную борьбу. Верховоды ОУН-УПА предпринимали все усилия к тому, чтобы форсировать террористические акции против органов власти и тех, кто их поддерживал. Они всячески пытались оказывать влияние на население. Для этого в населенных пунктах разбрасывались антисоветские листовки. Издавался «Повстанец». В десятом номере журнала за октябрь 1945 года, который при проведении операции был захвачен вместе с оружием и боеприпасами в Галичском районе Станиславской области, давались подробные «рекомендации» своим боевикам, как действовать в различных обстоятельствах. Особое внимание уделялось «маскировке», в частности переодеванию в одежду сотрудников органов госбезопасности, советских военнослужащих, местных жителей.

Переодеваясь в униформу военнослужащих Красной Армии, сотрудников госбезопасности, внутренних дел, в лице которых местное население видело своих освободителей и защитников, вандалы обманным путем проникали в интересующие их населенные пункты, не вызывая особых подозрений жителей, и совершали там злодеяния над советскими людьми. Так, «... 11.12.1946 г. в селе Елеховычи Золочевского района три бандита в форме военнослужащих Красной Армии (майора, лейтенанта и сержанта) зашли в клуб, где проводил собрание участковый милиционер, вывели из клуба его и находившегося с ним бойца истребительного батальона и убили обоих...», «...3 января 1945 г. на участке 2-го погранотряда в помещение сельского совета зашли 3 бандита в женской одежде. Они убили бойца истребительного батальона, уполномоченного райотдела НКВД и секретаря сельского Совета» [9].

Теперь же последователи ОУН-УПА перекладывают все эти злодеяния бандеровщины на органы советской власти, войска НКВД.

Заметали следы своих преступлений верховоды ОУН-УПА и другим путем. Мы уже приводили факты о том, что фашистская разведка и командование вермахта направляли в банды УПА свои кадры для руководства их боевыми действиями, а то и участия в них. По их мнению, наступил период (1946–1947 гг.), когда надо было таких «свидетелей» оуновских преступлений убрать.

В УПА, — писал французский историк А.Герен в своей книге «Серый генерал», — было много бывших немецких эсэсовцев, словацких фашистов из гвардии Глинки, бывших сторонников Салаши из венгерского Союза «Скрещенные стрелы», бывших румынских «Железно-гвардейцев» Харио Сима и других фашистских западноевропейских организаций, находившихся в бандеровских бандах. Уже к зиме 19 461 947 гг. в них осталось не так много словаков, венгров, румын. Многие не выдержали болезней и очень тяжелых для них условий жизни. Только немцы держались стойко. УПА должна была избавиться от них. Но если их просто отчислить, то эти гитлеровцы могли раскрыть действительное лицо УПА. Руководство ОУН-УПА не поколебалось... Все немцы были уничтожены. Эта операция проводилась весьма скрытно, без какой-либо письменной инструкции. Она была осуществлена исключительно надежными людьми службы безопасности (СБ) и жандармами УПА, уничтожавшими немцев под всевозможными предлогами, например, за невыполнение боевого приказа, намерение дезертировать, потерю оружия и т.д. К концу января 1947 года все немцы, находившиеся в УПА, были ликвидированы [5, с. 303].

Еще раз к вопросу о «злодеяниях энкаведистов». Последователи ОУН-УПА пытаются перекладывать злодеяния, которые совершала бандеровщина, на органы советской власти, «энкаведистов». И если поверить тому, что написано в книге «Літопис УПА», изданной украинско-канадским издательством, то «энкаведисты» — это страшилище, совершавшее во время и после Великой Отечественной войны кровавые, страшные злодеяния — от массовых расстрелов женщин и стариков до умерщвления младенцев. Не стесняясь заведомой лжи, авторы «Літопису» (17 том) живописуют, как «энкаведисты» 3 февраля 1946 года под конвоем гнали людей на избирательные участки, разбивая им прикладами головы и выворачивая руки, иных тащили волоком.

По словам народного депутата И.Биласа, «приписываемые бандеровцам кровавые злодеяния — не что иное, как акции «энкаведистов», переодетых в форму УПА». Возникает такой вопрос: если бы так вели себя в те годы «энкаведисты», в частности военнослужащие пограничных и внутренних войск, то чем объяснить, что на операции по ликвидации бандеровских групп вместе с военнослужащими добровольно шли бойцы истребительных батальонов? Ведь если бы энкеведисты действовали так, как об этом теперь пишут лжеисторики, то они никогда не имели бы той поддержки со стороны местного населения, какая им фактически оказывалась. О том же свидетельствует массовое движение в этом регионе по созданию фонда помощи Красной Армии? Люди добровольно из личных запасов сдавали хлеб, мясо, яйца, фрукты, овощи и теплые вещи для удовлетворения нужд Красной Армии. Трудящиеся Львовской области к 28 годовщине Великой Октябрьской Социалистической революции внесли 3 млн 10 тыс. рублей на строительство танковой колонны и авиаэскадрильи «Советский Львов», собрали 1640 подарков для бойцов Красной Армии. На строительство танковой колонны «От трудящихся Станиславщины» было собрано около 7 млн. рублей. В это же время в фонд Красной Армии рабочие и крестьяне Волынской области сдали около 600 тыс. пудов зерна, 8 тыс. тонн картофеля, 2500 тонн мяса и т.д. [10].

О «злодеяниях» энкаведистов распространяется и профессор Киевского национального университета В.И.Сергейчук. Он дописался до смехотворного утверждения, что якобы в УПА «была вся Украина», игнорируя тот общеизвестный факт, что на фронтах Великой Отечественной Родину защищали 3 млн украинцев, 750 тыс. из которых были жителями Западных областей Украины, половина которых была награждена орденами и медалями. 23 из них удостоены высокого звания Героя Советского Союза. В то же время в орбите деятельности сельских Советов действовал актив численностью около 300 тыс. человек. Уже на начало 1945 года в 448 комсомольских организации объединились 66,5 тыс. юношей и девушек. Весь этот многочисленный актив не только требовал защиты от бандеровского бандитизма, но и участвовал в его ликвидации. Разве все это было бы возможно, если бы органы власти, войска вели себя так, как об этом говорят и пишут последователи ОУН-УПА, лжеученые, героизирующие бандеровщину?

Советские военнослужащие вели среди местного населения громадную разъяснительную работу, оказывали материальную помощь при проведении сельскохозяйственных работ, брали под защиту тех, кому бандиты угрожали расправой. Состояние и меры улучшения разъяснительной работы неоднократно, в частности в феврале 1945 года, обсуждались на совещании руководителей политорганов, заместителей командиров частей по политчасти, а в марте того же года такое совещание было проведено и с комсомольскими работниками внутренних войск. На этих и других проводившихся тогда мероприятиях особое внимание уделялось соблюдению социалистической законности при проведении войсковых операций.

Конечно, наблюдая, как бандиты чинят расправу над беззащитными людьми, выкалывают им глаза, умерщвляют удавками, распиливают живых пилами, снимают скальпы, наши воины не могли оставаться безучастными. И они готовы были беспощадно мстить врагу. Но рядом были командиры, политические работники, которые удерживали их от незаконных действий, от произвола, мщения ради мщения.

Даже при обнаружении укрытий бандитов работники органов безопасности, внутренних дел и военнослужащие пытались решить вопрос мирным путем, без кровопролития, при этом первыми не применяли оружия. Когда же бандиты и их главари категорически отвергали мирные предложения и с ожесточением убивали солдат и офицеров, фанатично уничтожали самих себя, то вины энкаведистов в этом не было и нет.

Но, объективности ради, поставим такой вопрос: а были ли нарушения социалистической законности со стороны наших органов и военнослужащих? Да, к сожалению, такие случаи имели место, однако они не были следствием «установок», «линии» власти, о чем истошно кричат адвокаты бандеровщины.

Все обстояло как раз наоборот. Каждому такому случаю давалась суровая политическая оценка, назывались виновные, принимались конкретные меры по недопущению правонарушений. За 11 месяцев 1945 года военные трибуналы рассмотрели 237 дел о нарушениях социалистической законности, было осуждено 326 работников НКГБ и НКВД.

Хулители нашего прошлого, в частности И.Билас и другие перелицевавшиеся «ученые», перекручивая отдельные такие факты, приводят их для подтверждения «большевистского террора», якобы применявшегося к местному населению в период вооруженной борьбы против ОУН-УПА. В ряде публикаций ими поднята шумиха вокруг т.н. спецгрупп МГБ, действовавших под видом бандитов УПА. С сенсационными сообщениями появились листовки, в которых, ссылаясь на докладную записку прокурора войск МГБ полковника Каширского в адрес секретаря ЦК КП(б)У Н.С.Хрущева (датированную 15 февраля 1945 года), пишут: «вот она советская власть и ее методы борьбы». Авторы этих публикаций замалчивают тот факт, что прокурор осуждал приведенные им факты преступных действий и требовал принятия строгих мер к виновным. В фальшивках горе-историков даже не упоминается, что ЦК КП(б)У дважды обсуждал вопрос о нарушениях социалистической законности в период борьбы с бандитизмом, давал острую политическую оценку подобным случаям. В постановлениях определялись конкретные меры по недопущению их в дальнейшем. Первое постановление было принято 21 марта 1945 года «О фактах грубых нарушений советской законности в западных областях Украинской ССР», в котором было записано: «... При повторном допущении таких случаев виновных строго наказывать без всяких скидок на обстоятельства».

Второе постановление ЦК КП(б)У «О состоянии и мерах по укреплению социалистической законности и советского правопорядка в Украинской ССР» было принято 28 января 1948 года. В нем также указывалось на ответственность лиц, виновных в допускаемых нарушениях советского законодательства, в частности в западных областях Украины.

А кто из защитников бандеровщины может привести хотя бы один документ, осуждающий ее террористическую деятельность против своего же народа? Таких документов нет, т.к. ОУН применяла террористические методы в борьбе за власть и с инакомыслящими гражданами Украины, о чем свидетельствуют ее программные документы. В одном из таких документов, принятом ОУН в канун войны, в мае 1941 г. прямо предписывалось уничтожение евреев, поляков и русских на территории Украины, в первую очередь — интеллигенции этих наций. Вожди национализма в период развернутой ими вооруженной борьбы против советской власти открыто призывали: «Кто признает советскую власть, тот должен быть уничтожен!»

У убитого в июле 1948 года бандеровца была изъята программа действий УПА. В ней указывалось: «В связи с ситуацией на Западе первостепенной задачей каждого члена УПА является: вооружаться, усилить террор против совпартактива, уничтожать русских и украинцев, независимо от того присланы они или местные, но исправно помогающие советской власти».

Да, это была жестокая борьба, пролившая много человеческой крови по вине тех, кто верно служил германскому фашизму в военные и довоенные годы, а в послевоенный период служил империалистическим кругам Запада и ждал начала третьей мировой войны.

Ученые-перевертыши неустанно твердят: УПА была народной национальной армией. А спрашивали ли бандеровские верховоды народ, надо ли «освобождать» Украину гитлеровским оружием в тени нацистской свастики? Против кого «повставали» украинские полицаи, эсэсовцы из дивизии СС «Галичина», нахтигалевцы и шуцманы из «Шуцманшафт» — батальонов, которые были составной частью карательных войск СС?

На все эти вопросы дают ответы архивные документы: ОУН-УПА служили «третьему рейху», прикрываясь разговорами о своем намерении построить «самостийную Украину».

О них метко сказал канадский ученый Виктор Полищук, автор книги «Горькая правда». «Они защищают идеологию, которая давно потерпела поражение на политической арене Европы: в Германии — А.Гитлера, Италии — Б.Муссолини, Испании — генерала Франко, Португалии — Салазара. Связанная с этими именами идеология уже давно народами выброшена на свалку истории, а в Украине фашистская идеология возрождается».

По словам автора этой книги, националисты не отказались от своих целей, а лишь изменили методы борьбы, но это не значит, что они отказались от убийств в будущем. Одно из доказательств тому — в программах наших оппонентов сохраняется, вопреки международноправовым обязательствам Украины, требование возврата Украине «ее этнических земель», к которым причисляются области и районы России, Польши, Румынии.

Бандеровцы нападали не только на воинов внутренних и пограничных войск, но и на воинов Советской Армии. Об этом, в частности говорит сводка Внутренних войск о бандитских акциях украинских националистов на Ровенщине. Приводим ее без сокращения.

В течение февраля и марта месяца 1944 г. имели место многочисленные проявления деятельности бандитских групп. Так, например: в Ровенской области 5.2.44 банда напала на разъезд Стешельск. Убит сержант железнодорожной бригады Красной Армии, уведено бандитами 9 девушек-военнослужащих Красной Армии.

8.2.44 в населенном пункте Цейцевичи бандиты совершили нападение на двух работников РО НКВД.

15.2.44 в с. Селище банда бульбовцев совершила налет на работников Клесовского района. Убито 9 и ранено 2 человека из местных советских и партийных работников. В ночь с 13 на 14.02 банда бандеровцев произвела нападение на РО НКВД в Тучине.

21.2.44 банда напала на узкоколейную железную дорогу под Ракитно. Бандитами разобрано до 40 м пути, уведено несколько рабочих, произведено крушение поезда, груженого дровами.

27.2.44 банда численностью до 100 человек, одетых в красноармейскую форму, напала на село Лохча Сарненского района. Бандитами убит председатель сельсовета и вырезано 4 семьи советского и партийного актива.

27.2.44 в районе населенного пункта Степань бандитами убито 12 военнослужащих Красной Армии.

29.2.44 на стыке Гощанского и Острожского районов сотня УПА из засады совершила бандитское нападение на эскорт автомашин штаба Первого Украинского фронта. Тяжело ранен командующий фронтом Н.Ф.Ватутин.

11.3.44 банда произвела нападение на I стрелковую роту 217 особ. батальона. Нападение отбито без потерь.

17.3.44 крупная банда совершила нападение на подразделения 2-го погранполка [1, с. 623].

Преступления, совершенные бандеровцами на землях Украины, Белоруссии, Польши и других стран, не покрываются сроками давности и реабилитации не подлежат. Более того, по ряду фактов, которые открылись уже после Нюрнбергского международного трибунала, эти нераскаявшиеся пособники должны нести ответственность.

Между тем, националистические силы не отказались от домогательств реабилитировать бандеровщину на государственном уровне, признать УПА воюющей стороной, распространяя ложь о войне, которую якобы вели бандеровцы на два фронта.

Источники:

1. Внутренние войска в Великой Отечественной войне 1941.

1945 гг. Сборник документов. — М., 1975. — С 627–630.

2. Пограничные войска в годы Великой Отечественной войны. М., 1968. — С.580.

3. Галан Я.А. Чему нет названия. — М., 1958. — С. 489.

4. Бандеровщина. — М., 2005. — С.164–170.

5. Без срока давности. — Харьков, 2001. — С. 299.

6. Історія міст і сіл УРРС: Івано-Франківська область. — С. 68.

7. Архив КГБ УССР. Д.490. Оп. 1. — С. 134.

8. Герои подполья. О подпольной борьбе патриотов в тылу врага. М., 1966. — С. 298.

9. Великая Отечественная война Советского Союза. Краткая история. — С.110.

10. Центральный архив МО СССР. СР 236, оп. 2675, д. 102, С. 8–10.

Отношение трудящихся масс к Советской власти имеет свои количественные и качественные характеристики, что с наибольшей четкостью проявилось в годы войны и в послевоенные годы.

Когда началась война, повсеместно в Западных областях создавались добровольные народные формирования в виде боевых дружин, отрядов и групп по охране предприятий, учреждений, колхозов для борьбы с вражескими диверсантами. В них входили партийные работники, советские, профсоюзные и комсомольские активисты, рабочие, служащие и крестьяне. Однако создание этих формирований осуществлялось по-разному. На Волыни оно началось только там, где враг стремительно вклинился в территорию области своими танковыми соединениями. Во Львове удалось сформировать только один истребительный батальон численностью в 324 бойца.

На Ровенщине такие батальоны были созданы в областном центре, Сарнах, Высоцке, Владимирце, Клесове, Костополе, Здолбунове, Дубно, Красноармейские и других городах. В Здолбунове истребительный батальон был организован на другой день войны. Его возглавил коммунист А.Г.Кондратюк — заместитель начальника отделения Госбанка, который со временем зарекомендовал себя как организатор партизанского движения в тылу врага. Батальон вел борьбу с диверсантами, уничтожил банду оуновцев.

Большая работа по созданию истребительных батальонов проведена в Тернопольской области. Это видно из донесения заместителя начальника Тернопольской оперативной группы Ястребчикова начальнику республиканской опергруппы по борьбе с вражескими диверсантами генералу Петрову. В документе сообщается, что в области действуют 39 истребительных батальонов. Дислоцируются они в районных центрах и в городе Тернополе, состоят, в основном, из партийно-комсомольского и советского актива. В батальонах 4600 человек, команднополитического состава — 113 человек, на вооружении пока 961 винтовка, два ручных пулемета. Со всеми группами батальона связь телефонная, из 39 групп 34 обеспечены автомашинами [1]. Истребительные батальоны области ликвидировали немало десантов врага, диверсантов и оуновцев.

Много сделал для формирования таких батальонов и групп содействия им Черновицкий обком партии. Его секретарь И.С.Грушецкий докладывал ЦК КПУ(б): «Для уничтожения немецких десантов созданы истребительные батальоны из коммунистов, комсомольцев и местного актива. На всех предприятиях созданы группы дружинников для охраны предприятий, оборонных учреждений и иных важных объектов. В Черновцах были созданы три истребительных батальона, в райцентрах области — десять истребительных батальонов и четыре отдельные роты. Истребительные батальоны области и сформированные 85 групп содействия им насчитывали почти 3 тысячи человек [2].

Аналогично осуществлялось формирование истребительных батальонов и групп содействия в Дрогобычской, Станиславской областях. Во всем западном регионе республики боевые формирования из местного населения помогали войскам уничтожать парашютные десанты врага, оуновских и фашистских диверсантов, наводить надлежащий порядок в прифронтовой зоне, обеспечивать надежную охрану предприятий, учреждений, МТС, колхозов.

Жители западных областей Украины, которые служили в войсках прикрытия границы, а также коммунисты, комсомольцы, иные добровольцы, которые в начале войны пошли в действующую армию и мобилизованные на этой территории военнообязанные приняли участие в приграничных боях войск Юго-Западного фронта. Достойно, они проявили себя в боях против фашистских захватчиков, сражались стойко и отважно.

В связи с тяжелым положением, сложившимся в ходе приграничных боев, соединения и части Красной Армии после десятидневных боев, в соответствии с приказом Советского командования от 30 июня 1941 года оставили западные области Украины и отошли на линию старых укрепрайонов вдоль государственной границы 1939 года [3].

20 августа 1941 года по приказу Гитлера на территории захваченных земель УССР был создан рейхскомиссариат «Україна». Рейхскомиссаром был назначен гауляйтер и оберпрезидент Пруссии Эрих Кох, прославившийся со временем невиданными зверствами над украинским народом. Его резиденция расположилась в городе Ровно.

Западные земли были разделены. Ровенская и Волынская области вошли в так называемый Волынско-Подольский округ с центром в городе Луцк. В него вошли также Каменец-Подольская область и южные районы Брестской и Пинской областей Белоруссии. Генеральным комиссаром округа стал обергруппенфюрер СС Шене. Что же касается Львовской, Дрогобычской, Тернопольской и Станиславской областей, то Гитлер «определил», что «Галиция» должна стать областью Германской империи [3]. «Галицию» включили в генерал-губернаторство, созданное еще в 1939 году из Варшавского, Люблинского и Килецкого воеводств Польши.

Трудящиеся западных областей Украины одним из первых испытаний ощутили на себе безграничную жестокость германского оккупационного режима, настоящий военный разбой.

Лишь несколько эпизодов этой бесчеловечной истории.

Фашистские оккупанты и украинские националисты расправлялись прежде всего с теми, кто принимал активное участие в борьбе за установление Советской власти.

В частности, в г. Яворив Львовской области были расстреляны бывшие участники революционной борьбы в Западной Украине и первых социалистических преобразований Ю.Дацко, М.Сойка, Й.Брындас. Всего в Яворивском районе за время фашистской оккупации было расстреляно 7136 человек, в Рава-Русском районе — 42 500, Бродовском — 16 612, Сокальском — 12 418 человек [4].

В городе Збараж Тернопольской области, сразу же после захвата его, гитлеровцы расстреляли 75 представителей интеллигенции, в областном центре Тернополе — 437 человек. Только за один день 3 августа 1941 года в городе Станислав оккупанты и украинские националисты уничтожили 600 учителей, инженеров, врачей и юристов [5].

На временно оккупированной территории вырастали лагеря смерти, в которых погибли тысячи согнанных сюда людей. Такие концлагеря были созданы во Львове, Ровно, Ковеле и других городах. Печальную память оставил по себе Лычаковский лагерь в Лисинецком лесу близ Львова. Тут были расстреляны более 200 тысяч мирных жителей и военнопленных как Красной Армии, так и армий других государств, которые воевали против Германии. В Яновском концлагере в окрестностях Львова было уничтожено около 300 тысяч советских граждан. Пытки и расстрелы, доведение до смерти голодом и холодом стариков, женщин и детей, подвешивание на столбах кверху ногами, вырывание ногтей и сжигание живыми — далеко не полный перечень «методов», которыми пользовались фашисты и их пособники в своем «обращении» с узниками. Во время пыток и расстрелов оккупанты принуждали играть специально организованный оркестр из числа узников под руководством брошенных в застенки профессора Я.Штрикса и известного дирижера Я.Мунда. Композитору фашисты предложили написать мелодию, которую назвали «Танго смерти». Незадолго до ликвидации лагеря враги расстреляли всех музыкантов [6].

Применяя всевозможные варварские методы массового уничтожения мирного населения, немецко-фашистские оккупанты уничтожили в семи западных областях Украины 1 млн 473 тысячи 575 человек цивильного населения, в частности:

• в Волынской области — 165 339 человек;

• в Львовской и Дрогобычской областях — 679 804 человека;

• в Ривненской области — 200 946 человек;

• в Станиславской области — 239 920 человек;

• в Тернопольской области — 256 040 человек;

• в Черновицкой области — 15 859 человек [7].

Жестокий оккупационный режим и невиданный военный разбой фашистов не сломили волю большинства населения западно-украинских земель. Воодушевленные советским патриотизмом и интернационализмом, ощущая себя неотделимой частью украинского народа, трудящиеся под руководством Коммунистической партии поднялись на решительную борьбу с оккупантами.

Конкретные указания по организации партизанской борьбы в тылу врага содержались в директиве СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 года, направленной партийным и советским организациям прифронтовых областей.

Выполняя эту директиву, в июле 1941 года для организации подпольной работы в западные области Украины были направлены более 800 опытнейших партийных и советских работников, а к концу года — около 1500 коммунистов.

Во многих районах западно-украинских земель подпольные группы возникали самостоятельно из местных коммунистов, иных патриотов, которые вели борьбу против фашистов и их пособников — украинских националистов. Со временем они установили контакты с другими организационными структурами разветвленного подполья.

Осенью 1941 года подпольная группа возникла в областном центре Волыни — городе Луцке. Организатором ее являлся кандидат в члены ВКП(б) Виктор Измайлов. Такие группы начали действовать в селах Камень-Каширского района, организатором которых был коммунист М.П.Конищук В декабре 1941 года создается подпольная группа в селении Маневичи, во главе с Ф.Й. Мазуриком. Со временем она переросла в большой партизанский отряд под командованием Ю.М.Собесяка. В Колковском районе развернул борьбу партизанский отряд, созданный из жителей сел Граддя и Копилля. Руководил им коммунист И.Я.Шишко. Активную деятельность развернули народные мстители Голобского района, которых возглавил бывший член КПЗУ Г.Ф.Мартынюк. Возникают подпольные группы в Шацком, Цуманском, Маневичском и др. районах [8].

Такие подпольные группы и партизанские отрады возникли во многих районах всех западных областей Украины.

К концу 1941 года на всей захваченной врагом территории, «невзирая на исключительно трудные условия, развернули работу 18 подпольных обкомов, более 260 окружкомов, горкомов, райкомов и иных подпольных партийных органов, большое число первичных партийных организаций и групп. Всего в тылу врага к концу первого года войны действовало около 65 тысяч 500 коммунистов» [9].

Члены партии организовали и возглавили борьбу в тылу фашистов, они были ядром, главной силой партизанских отрядов, подпольных групп и организаций, которых к концу 1941 года было около 3500 [10]. В них входило более 90 тысяч человек.

30 мая 1942 года при Ставке Верховного Главнокомандующего начал работать Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД). Тогда же были созданы республиканские, в том числе Украинский штаб партизанского движения и областные партизанские штабы.

Программным документом для партийных органов, штабов партизанского движения, партизанских формирований и подполья по дальнейшему развитию всенародной борьбы в тылу врага стал приказ Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина от 5 сентября 1942 года «О задачах партизанского движения». Тогда и получили дальнейшее развитие партизанские рейды по тылам врага, подпольная деятельность советских людей в городах и населенных пунктах. Громадное военностратегическое значение обрело создание партизанских краев и зон. Рейды партизанских объединений позволили продвинуть партизанское движение из восточных в западные и юго-западные области — Винницкую, Каменец-Подольскую, Тернопольскую, Ровенскую и Волынскую области.

Трудящиеся западных областей Украины всеми силами помогали народным мстителям в их тяжелой борьбе. Эта помощь стала надежной гарантией успеха в развитии партизанского движения, превращения его в грозную силу против оккупантов.

Задание народным мстителям на период наступательных действий Красной Армии, развернувшихся зимой 1943–1944 годов, было определено в документах УШПД следующим образом: полностью подчинить действия советских патриотов интересам наступающих войск. При приближении линии фронта каждая операция должна определяться военной целесообразностью, сливаться с действиями частей советских войск на данном участке, препятствовать фашистам в проведении оборонных работ, усилить борьбу против националистических банд и т.д.

С развитием наступления войск Первого Украинского фронта до конца января 1944 года в тыл врага на западноукраинских землях было передислоцировано 15 партизанских объединений. В феврале 1944 года на этих землях действовало около 60 тысяч партизан и подпольщиков.

Совместные действия Красной Армии и партизан по освобождению Ривненщины, Волыни и других областей показали, насколько выросло мастерство народных мстителей, их сила. Партизаны и подпольщики помогали Красной Армии не только общими действиями по освобождению от гитлеровцев городов и сел, разгрому важных стратегических объектов, громили коммуникации и штабы противника, уничтожали его живую силу и боевую технику, препятствовали регулярному снабжению фронтовых частей военной техникой, провиантом и т.д. В то же время, они систематически информировали командование фронта и армий о расположении войск противника, его укреплениях, намерениях и т.п.

Соединение им. Ковпака под командованием П.П.Вершигоры вышло в рейд из Житомирской в Станиславскую область, прошло с боями 800 км. Соединение М.И.Наумова из Житомирской области прошло более 600 км в Дрогобычскую область. Во время рейда были нанесены удары по железным дорогам Львов — Варшава, Львов — Перемышль, разгромлены 8 гарнизонов, уничтожено 2380 гитлеровцев, пущено под откос 15 военных эшелонов, сожжено 3 моста, подорваны две бронемашины и 78 автомашин.

Названы лишь несколько отдельных объединений, а их было 20 и действовали они в разных направлениях, но с единой целью освобождения Украины от фашистов.

Осуществлению этих целей препятствовали не только фашисты, но и украинские националисты, поэтому в работе с личным составом особое значение придавалось тому факту, что с началом освобождения советскими войсками западного региона Украины пришлось вести вооруженную борьбу и против украинских националистов.

Член Военного Совета 13-й армии, которая первой вступила в западные районы Украины, генерал М.А.Козлов на совещании начальников политотделов соединений армии 13 февраля 1944 года высказал следующие соображения: в этих районах Советская власть существовала менее двух лет, и масса жителей не сумела, как следует оценить, осознать ее значение. Тут много политически необразованных людей. В период оккупации поднялось кулачество, нет колхозов, сильные религиозные влияния. Гитлеровцы три года вели фашистскую пропаганду, насаждали националистическую идеологию и вражду. Все это было благоприятной почвой для возникновения буржуазно-националистических, по сути, фашистских банд, руководители которых пребывали на службе у гитлеровцев и по их указанию проводили с помощью этих банд враждебную Советской власти агитацию, осуществляли террористические акты.

Закончилась Великая Отечественная война. Перед народом Украины встала задача восстановить разрушенное войной народное хозяйство. Крупные промышленные центры страны Москва, Ленинград, Челябинск, Баку и другие города Советского Союза нескончаемым потоком направляли оборудование в западные области Украины. Только во Львовскую область было привезено из Москвы, Свердловска, Горького более 8 тысяч станков и другого оборудования.

Значительная помощь западным областям Украины оказывалась кадрами. По июнь 1946 года из восточных областей Украины, из РСФСР и других советских республик на работу в западные области прибыло 86 тысяч партийных и советских работников разных специальностей.

Большое значение Советское правительство продавало подготовке кадров интеллигенции и высококвалифицированных специалистов из числа украинцев, уроженцев и жителей западных областей Украины. Для того чтобы обеспечить работу высшей школы в этом регионе, соответствующие органы направили сюда в 1944–1945 годах 938 научных работников, в т.ч. 137 академиков, членов-корреспондентов, профессоров и доцентов. Библиотека Львовского университета получила от Казанского университета более 10 тысяч экземпляров книг, от Саратовского университета — много славянских старопечатных книг и другую литературу. Большую помощь оказала Московская библиотека им. В.И.Ле-нина, Ленинградская публичная библиотека, Академия наук СССР. Научно-техническая библиотека Львовского политехнического института в течение 1944–1947 годов от библиотек технических вузов страны получила 60,7 тысяч книг и 23,6 тысяч экземпляров технических журналов.

В общеобразовательные школы и средние специальные заведения западных областей Украины было направлено 34,5 тысяч квалифицированных учителей, выпускников педвузов и педучилищ. За это время на постоянную работу в культурно-просветительные учреждения прибыло 2,2 тысяч человек — 36,6% всех выпускников культурнопросветительных заведений республики [11]. В 1947–1948 учебном году открыто 4292 школы и организовано 19 897 групп по ликвидации безграмотности [12].

Значительная работа проводилась по переселению украинцев из ПНР на Украину и поляков из Украины в Польшу. Чтобы помешать этому, украинские и польские националисты нападали на переселенческие комиссии, совершали убийства и жгли дома переселенцев. За период переселения только украинскими националистами было сожжено 5116 и ограблено 2669 хозяйств.

Невзирая на жестокий террор и запугивание, за период с 1944 по 1946 год из ПНР переселилось в Украину около 500 тысяч украинцев (или 97% из числа желающих переселиться) и из Украины в Польшу — более 800 тысяч (или 91%).

Колоссальные трудности возникли при образовании колхозов. Путем кропотливой индивидуальной разъяснительной работы сельские труженики, в основном неграмотные и запутанные бандитами люди, начали вступать в колхозы, но на их пути встали уцелевшие банды бандеровцев. Только за то, что жители села Лопавшего Демидовского района на Ровенщине Степан Антонюк и Дмитрий Милисевич голосовали за создание колхоза, бандеровцы отрубили им руки [12, с. 91].

Совершая убийства простых тружеников и советских активистов, украинские националисты в то же время осуществляли бандитские нападения на местные партийные и государственные учреждения, грабили колхозное и личное имущество граждан, пытались срывать мероприятия, проводимые партийными и советскими органами.

Бандиты в бессильной злобе не жалели даже своих. Бывший оуновский проводник Галаса Василий, разоблачая своих бывших «подельников» писал: «Звериные методы работы «Службы безопасности» известны всем... Разве можно опровергнуть дикие расправы СБ над советскими людьми, когда даже «своих» — националистов, безосновательно заподозренных в сотрудничестве с Советской властью, эсбисты подвергали таким беспощадным пыткам, которые даже тяжело себе представить. А какой страшный самосуд совершали отдельные проводники ОУН! Так, дрожа за свою шкуру, известный националистический главарь «Смок» без суда и следствия перестрелял процентов 80 подчиненных ему боевиков» [13].

Наряду с убийствами и поджогами, бандеровцы забирали у крестьян скот, птицу, зерно, продукты питания. Каждый, зарезавший свинью, должен был половину отдать бандитам.

Как правило, все награбленное бандиты прятали у своих родственников или у своих пособников. Все это вызвало ненависть к националистам в широких слоях народа. Люди поднялись на защиту своих селений и домов. В каждом районе были созданы истребительные батальоны, состоявшие из местных жителей, в основном, демобилизованных из рядов Советской Армии и бывших партизан. На 15 февраля 1945 года в их составе насчитывалось более 24 тысяч бойцов [14].

Серьезную роль в борьбе с националистическими бандами сыграли группы самообороны, которые формировались на принципах добровольности из жителей сел, на которые часто нападали бандиты. К концу февраля 1945 года в западном регионе Украины было создано 2336 таких групп. Со временем число членов этих формирований увеличилось до 300 тысяч человек.

Так, опираясь на поддержку местного населения, бойцы истребительных батальонов, групп самообороны, отлично знавших свою местность, вели активную борьбу с бандитизмом. Во второй половине 1944 года было ликвидировано 6 тысяч и захвачено 13 тысяч бандитов [15].

Истребительные батальоны выполняли разноплановые задачи: охраняли объекты народного хозяйства, населенные пункты от нападений вооруженных боевиков ОУН, принимали участие в боевых операциях по захвату и ликвидации агентов-диверсантов, заброшенных иностранными разведками в тылы советских войск.

Одна из таких операций была проведена советскими войсками с участием «ястребков» (так в народе называли членов истребительных батальонов и групп самообороны) в октябре 1944 года. Группа диверсантов (17 человек) во главе с Колесниковым Василием (бывшим начальником Потиевской районной полиции на Житомирщине, агентом абвера по кличке «Денисов») 7 октября 1944 года была десантирована близ села Сали на Житомирщине с германского военно-транспортного самолета «Юнкер-52».

Диверсанты были блокированы оперативными группами органов госбезопасности, внутренних дел и подразделением истребительного батальона. В завязавшемся бою были убиты три десантника, как оказалось, бывшие полицейские, остальные 14 десантников были захвачены и привлечены к уголовной ответственности. Все до единого оказались бывшими полицейскими, служившими оккупантам. Сбежав вместе со своими хозяевами на Запад, они прошли кратковременную подготовку как агенты абвера и вновь вернулись на «родную» землю, чтобы продолжать свой кровавый послужной список. Военная Коллегия Верховного Суда СССР признала всех подсудимых виновными в измене Родине и других тяжких преступлениях и приговорила их к различным срокам лишения свободы.

В бою с предателями Родины погиб боец истребительного батальона, житель села Сали Потиевского района Житомирской области Тарасюк Николай Андреевич. Получили ранения бойцы того же батальона М.Г.Горовой, бывший председатель сельсовета села Сали, Д.И.Куницкий, С.А.Опанасюк, В.З.Данильчук.

Они и миллионы таких, как они, патриотов Украины на фронтах и в тылу защищали власть народа, справедливость, равенство и братство. Честь им и слава! [16].

Пользуясь широкой поддержкой трудящихся, органы государственной безопасности с частями Красной Армии и истребительными батальонами в течение 1944–1945 годов разбили наиболее крупные бандформирования УПА: «Г алайды», «Юрченка», «Бунчужного», «Г олубенка» и других. Во время войсковых операций было захвачено 4075 бандитов [17].

Особенную роль в ликвидации бандитизма ОУН сыграли решения руководства Советской Украины об амнистии бывших участников ОУН-УПА, которые не совершили тяжких преступлений. После опубликования этих решений десятки тысяч человек покинули ряды ОУН-УПА и приступили к мирному, созидательному труду.

В этом и состоял главный итог многолетней и тяжелой борьбы, потребовавшей немалых жертв, которая была принесена на их землю гитлеровцами и их оуновскими пособниками.

1. Людської крові не змити. Книга фактів. — К., 1970. — С. 24.

2. Галаса В. За велінням совесті. Діяльність ОУН — злочин проти українського народу. — К., 1963. — С.18–19.

3. Архив КГБ УССР, д. 490, т. 1, — С.134.

4. Архив КГБ УССР, д. 12 964.

5. Архив Управления КГБ по Волынской области, д. 6, -С. 5–6, 32.

6. Архив КГБ УССР, д. 205, ч. 1, — С. 230.

7. ЦАПВ, ф. 19, оП. 229, ед. хр. 416, — С. 74.

8. Пограничные войска в годы Великой Отечественной войны. -М., 1968. — С. 585.

9. Госархив Львовской области, ф. 3, оп 6, ед. хр. 379, — С. 25.

10. ЦАПВ, ф. 58, оп. 6791, ед. хр. 24, — С. 31.

11. ЦАПВ, ф. 14, оп. 224, ед. хр. 463, — С. 3.

12. Госархив Ровенской области, ф. 400, оп. 1, ед. хр. 4, — С. 5.

13. ЦАПВ, ф. 14, оп. 224, ед. хр. 245, — С. 11.

14. ЦАПВ, ф. 14, оп. 229, ед. хр. 416, — С. 74.

15. Госархив Львовской области, ф. 3, оп. 2, ед. хр. 123, — С. 128.

16. Госархив Ровенской области, ф. 400, оп. 1, ед. хр. 4, — С. 40.

17. Дудинкевич Б., Ветошинский Я. Украинские буржуазные националисты — наемники международного империализма. — Львов, 1952. — С. 44–45.

22 июня 1941 год... Вся западная граница страны от Мурманска до Черного моря озарена пламенем взрывов бомб, снарядов — фашистская Германия развязала агрессивную войну против СССР. Неретин С.Н. на второй день после объявления мобилизации является в военкомат, но получает отказ как работник режимного предприятия. На имя военного комиссара и руководства завода от Неретина С.Н. следует рапорт за рапортом о направлении его в действующую армию как человека, уже имеющего боевой опыт.

В июне 1942 года просьба Неретина была удовлетворена, но направлен он был не в действующую армию, а на учебу в Куйбышевскую межрайонную школу НКГБ. Учеба была напряженной. Специальные оперативные дисциплины усваивал хорошо, учился с желанием. В январе 1943-го Неретин Сергей Никитович после продолжения практики был направлен в распоряжение органов госбезопасности Украинской ССР. С сентября 1943 года по январь 1944 года работал оперуполномоченным РО НКГБ в Путивле Сумской области, а затем был переведен на Житомирщину временно исполняющим обязанности начальника Червоноармейского РО НКГБ.

В начале января 1944 года 16 полком пограничных войск, прикрывающим тылы Первого Украинского фронта, в контакте с местными органами госбезопасности был проведен ряд войсковых мероприятий по ликвидации бандформирований Организации украинских националистов (ОУН) и Украинской повстанческой армии (УПА), пытающихся совершать диверсионные и террористические акты в тылах наступающих войск.

Неретин С.Н. по прибытии к месту службы в Червоноармейск Житомирской области сразу установил контакт с начальником раз-ведотделения 16 пограничного полка капитаном Антоновым и его помощником капитаном Невзоровым. Пограничниками при проведении войсковой операции против банды ОУН, возглавляемой «Соколом» (агентом абвера «Хало»), был захвачен боевик «Шум». Бандой «Сокола» на территории Червоноармейского, Володарско-Волынского и других районов был совершен ряд диверсионных и террористических актов. После первичного допроса пограничниками «Шум» был передан для ведения следствия в Червоноармейско РО НКГБ.

14 января 1944 года при проведении операции по задержанию «Соловья» и еще нескольких боевиков из банды «Сокола», трагически погибает от шальной пули капитан Антонов. На посту начальника разведотделения 16 пограничного полка его заменил капитан Невзоров.

Началась трудная и упорная работа по поиску и задержанию бандитов ОУН-УНА, ежедневно совершающих преступления как против мирного населения, так и против представителей военного командования, передвигающихся по делам службы в сопровождении небольших групп охраны. К марту 1944 года были задержаны бандиты «Кармелюк», «Колос», «Троян», «Черняк» — все из банды «Сокола». Возбуждено уголовное дело. Трудно по крупицам собирать оперативным путем материал о совершенных бандитами преступлениях, а особенно об их намерениях и планах, но постепенно круг замыкался. Арестованные называют ряд пособнических связей («симпатиков») «Сокола», место его укрытия. Доказаны преступные действия бандитов — и в начале апреля 1944 года следственное дело передается в военный трибунал войск НКВД Украинского округа.

За несколько месяцев работы в Червоноармейском районе Неретин Н. приобрел опыт хорошего розыскника, закрепил теоретические знания чекистской работы на практике. Руководство УНКГБ принимает решение о направлении его для работы в район с более сложной оперативной обстановкой — Олевский.

По прибытии в Олевский район Неретин С.Н. внимательно изучает все материалы, имеющие отношение к деятельности одного из руководителей провода ОУН «Север» — «Верещака», он же «Олекса», который в период временной немецкой оккупации, с мая 1942 года и до конца 1943 года, являлся надрайонным проводником ОУН в Олевском районе и прилегающих к нему территориях, а затем как командующий УПА «Восток» и окружной проводник ОУН восточных областей Украины регулярно после подготовки и инструктажа направляет диверсионные и террористические боевки на Житомирщину и, в частности, в Олевский район с Ровенщины и других мест. Так здесь начали действовать боевки ОУН-УПА «Терешко», «Сметаны», «Кургана» и другие.

Частые выезды в села Лопатичи, Каменка, а также хутора Олевского района, расположенные вдоль пограничья с Ровенской областью, беседы с активом, старожилами этих мест показали, что бандглавари пытаются на территории района использовать старые оуновские связи и создать новую разведывательную сеть из числа «симпатиков» националистического движения, лиц, отрицательно относящихся к советской власти и желающих ей исподтишка вредить.

Бандглавари и эсбисты (члены Службы безопасности ОУН) боевок в случае отказа от содействия их преступным действиям таких неугодных лиц ликвидируют: убивают, вешают, сжигают живыми.

16 августа 1944 года в с. Каменка бандитами были убиты председатель колхоза и его брат.

В ноябре-декабре 1944 года в с. Дерть и прилегающих хуторах Ровенщины были отмечены скопления новых бандбоевок, которые стали терроризировать мирное население сел Лопатичи, Каменка Олевского района.

25 декабря 1944 года младший лейтенант Неретин С.Н. по указанию руководства Олевского РОНКГБ выехал в командировку в с.Каменка для проведения оперативных и следственных действий.

Раннее утро... Лесная дорога, тихо поскрипывают полозья саней. Вместе с Неретиным в село попутно едут представители Госбанка и еще некоторых районных учреждений. За разговорами промелькнули 15 километров. По прибытию в село Неретин встречается с председателем сельского Совета народных депутатов Шаповалом Корнеем Фатеевичем и приступает к выполнению задания: встречается со сторожами, лесниками, объездчиками, учителями, фельдшером, которые часто общаются с односельчанами. Особенно внимательно он выслушивает тех, которые по разным поводам бывали в местечке Ракитное, селах Дерть, Остки, Сновидовичи, Масевичи на Ровенщине. Обстановка постепенно проясняется: получена информация о том, что в с.Дерть концентрируется крупное бандформирование. В конце дня Неретин принимает решение: 26 декабря перепроверить некоторые сообщения, а затем уже в полном объеме доложить результаты руководству для принятия оперативных мер.

26 декабря 1944 года после завтрака в доме Головенко Меланьи Остаповны Неретин снова в работе. Около 14 часов председатель сельского Совета Шаповал К.Ф. сообщает ему, что недалеко от села Каменки в лесу слышны выстрелы и необходимо принять меры предосторожности. Сергей Неретин в волнении. Как быть? Не достает одного-двух связующих звеньев — и будет ясна картина, что собирается предпринять банда ОУІІ в с. Дерть — и тогда можно уходить.

Около 19 часов на окраине села Каменки со стороны села Дерть раздались выстрелы — из-за нескольких домов от магазина появился конный разъезд бандитов из 3-х человек. Неретин и Шаповал принимают решение уходить в лес. Они оставляют дом Рудой Татьяны, где некоторое время укрывались, и начинают отходить. Завязалась перестрелка. Шаповал был вооружен револьвером, у Неретина — автомат с двумя дисками, и Сергей решил прикрыть отход Шаповала. Отстреливаясь от бандитов, он не заметил, как большая группа оуновцев отрезала ему пути отхода в лес. Прячась за домостроениями, он упорно ведет бой. Использован один из дисков, в автомате — последний. Слышны предложения сдаться, но Сергей ведает, что такое мучительная смерть под пытками. Лучше погибнуть в бою. Он не знает, что когда просчитывал возможные действия бандитов в с. Дерть — оттуда курень УПА вышел и вторгся в пределы Олевского района, дабы жечь, грабить и убивать. Будучи уже тяжело раненым, Неретин продолжал вести бой, не предполагая, что один вступил в неравный бой с крупной бандой оуновцев. Еще выстрел... Неретин тянется к гранате — и вдруг перед глазами все поплыло, он теряет сознание... Он уже не чувствует, как на него посыпались удары: размозжен череп, выбит глаз... Над бездыханным телом чекиста, вступившего в неравный поединок, еще долго измывались бандиты.

Затем ограбили магазин, колхоз и отошли к месту своей постоянной дислокации.

Жители с. Каменки, лично знавшие Сергея Никитовича Неретина, в своих воспоминаниях отметили, что это был человек отзывчивый, приветливый и решительный, исполнивший свой долг до конца. Умудренные жизнью, видевшие и хорошее и плохое на своем веку, они хранят в своей памяти скромное, простое лицо русского парня, пришедшего к ним на помощь в трудную минуту.

В один из дней послевоенного лета во Львове у меня раздался телефонный звонок, и глуховатый голос произнес:

— Здравствуйте. Говорит полковник Медведев. Хотел с вами познакомиться лично. Не смогли бы вы приехать ко мне в гостиницу?..

Откровенно говоря, я очень мало знал о Дмитрии Медведеве и медведевцах. Работа в Чрезвычайной комиссии по расследованию гитлеровских злодеяний сталкивала меня со многими тайнами периода оккупации во Львове. Одной из таких тайн было уничтожение вицегубернатора провинции Галиция Бауэра и полевого судебного советника Шнайдера. Они были убиты утром 9 февраля 1944 года около здания, где нынче находится музей Ивана Франко. 12 февраля в Куровичах застрелен начальник военного патруля майор Кантер.

В те дни Львов наводнили самые противоречивые слухи по поводу этих событий, всевозможные догадки высказывались о человеке, совершившем акты возмездия. Ожидая ответных, массовых репрессий, жители боялись выходить на улицу. Только 14 февраля украинская националистическая газетка «Львівські вісті» опубликовала краткое сообщение: «Львов, 12 февраля. Отто Бауэр — вице-губернатор дистрикта Галиция пал жертвой большевистского покушения. С ним вместе — ландгерихтрат доктор Шнайдер».

Уже значительно позже мне довелось допрашивать начальника четвертого отдела зихергайтсполиции провинции Галиция ляйтера Питера Краузе. Этот невзрачный человек, в прошлом начальник гестапо города Гамбурга, стоял передо мной навытяжку и, щелкая каблуками, говорил:

— Он нам много бед наделал, ваш Пауль Зиберт! Я в эти дни бегал по Львову как гончая собака, пытаясь найти его следы, но все напрасно...

До этого я даже не слышал имени Пауль Зиберт. Правда, вспомнилась история, рассказанная Манасевичем — одним из уцелевших узников Яновского лагеря смерти из так называемой «бригады смерти 1005», которую гитлеровцы, стараясь замести следы своих преступлений, заставляли уничтожать останки убитых или сожженных в газовых камерах людей. Манасевичу удалось бежать из лагеря. По его словам, он случайно наткнулся в Ганачевском лесу близ Куровичей на партизанский маяк Дроздова. Партизаны приютили беглеца, поместили в одной из землянок. Ночью в эту землянку привели немецкого офицера в полной форме да еще с железным крестом на груди. Можно представить, как чувствовал себя недавний пленник лагеря смерти в обществе немецкого офицера... Но позже, когда они познакомились, офицер признался, что это он убил Бауэра и Шнайдера, рассказал, что он родом из Германии, коммунист-подпольщик, переодетый в офицерский мундир. Манасевич поверил ему. Убеждали отличное произношение, туманные намеки на то, что он из Восточной Пруссии, и другие, как оказалось позже, конспиративные уловки, к которым прибегал Николай Кузнецов, опасаясь возможной провокации...

Открывается дверь номера львовской гостиницы «Интурист», и меня встречает худощавый, подтянутый военный в чине полковника. Приглашает садиться. Тут же входит невысокий полный человек с пышной шевелюрой — Александр Лукин. Бывалый чекист, помощник Медведева по разведке в партизанском отряде особого назначения «Победители», мастер самых хитроумных комбинаций, автор надежных легенд для подпольщиков, засылаемых в стан врага. Достаточно прочесть в книге Дмитрия Медведева «Сильные духом», как Александр Лукин дважды ходил на встречу с бандитским атаманом Боровцом-«Бульбой», как бесстрашно вел себя в самом вражеском логове, чтобы представить смелость и отвагу этого человека.

...Спокойным, негромким голосом, просто, даже как-то буднично говорил Медведев о делах своего отряда, о дерзких подвигах партизан, которые в то время еще не разглашались. Рассказ поразил меня, удивил, но еще больше заинтересовал, вызвал уйму вопросов: в человеческих ли силах совершить все это и что за такие необыкновенные люди были в отряде «Победители»? Как могли они, простые сельские ребята, перехитрить умных, бывалых разведчиков гитлеровского рейха, за которыми стояла военная сила, карательные и разведывательные службы? Ведь в то время первого нашего знакомства еще не было книг Медведева «Это было под Ровно», «Сильные духом», «Отряд спешит на Запад», «На берегах Южного Буга», не было кинофильмов и спектаклей о боевых делах медведевцев, созданных по книгам их командира. Лишь в конце 1948 года, когда наше знакомство переросло в дружбу, Дмитрий Николаевич подарил мне свою книгу «Это было под Ровно», кстати, с трогательной надписью: «Моего первенца — дорогому Владимиру Павловичу Беляеву. 8 декабря 1948 года. Москва. Д.Медведев...» Вот почему рассказ Медведева во время нашей первой встречи показался мне даже преувеличением. Но все же, отважившись, я спросил:

— Скажите, пожалуйста, Дмитрий Николаевич, это верно, что ты Отто Бауэра и Шнайдера убил?..

Медведев мягко улыбнулся и ответил:

— Когда-нибудь я расскажу об этом, а сейчас, если вас не затруднит, откройтесь мне: где вы черпали материал для своего очерка «От УСС до СС», напечатанного в газете «Вільна Україна» под псевдонимом Осип Мстиславец? Я позвонил в Союз писателей Петру Козланюку, и он сказал, что автор очерка — Владимир Беляев. Знаете, меня интересует история предательства «украинских сичовых стрельцов» во времена первой мировой войны и дивизии СС «Галичина» — во второй, которые, как я понимаю, одной ниточкой связаны...

И я рассказал Дмитрию Николаевичу о своей работе и Комиссии по расследованию гитлеровских злодеяний на оккупированных территориях, о попавших в наши руки документах, изобличающих преступную роль украинских буржуазных националистов, о моей работе в архивах...

В первый свой приезд в Москву я позвонил Медведеву. Отозвался знакомый уже глуховатый голос Дмитрия Николаевича. Он просил приехать. В его квартире на первом этаже небольшого флигеля на Арбате мы просидели до поздней ночи, и тогда-то я услышал знаменитую одиссею Николая Кузнецова — Пауля Зиберта и рассказы о героических делах разведчиков-медведевцев — Николая Приходько, Николая Струтинского и его семьи, об Иване Кутковце, который захватил живьем попа-националиста — агента гестапо, посадил его в мешок и привез на санях в лес к Медведеву.

Дмитрий Николаевич говорил о людях своего отряда с теплотой, любовью, я бы сказал, с нежностью, почти не упоминая при этом о себе. Любовь к друзьям по оружию пронизывает все содержание его книги «Сильные духом», она проявилась даже в оформлении первых ее изданий: Медведев разыскал фотографии большинства своих разведчиков и поместил их в книге.

...Так уж повелось, что, приезжая в Москву, я прежде всего звонил Дмитрию Николаевичу. Он приходил в гостиницу, мы подолгу беседовали и даже задумали вместе написать киносценарий по книге «Отряд спешит на Запад», заявку на которую с подписью Медведева я бережно храню.

В свой очередной приезд во Львов Медведев был приглашен в студенческий клуб на встречу с молодежью. Его попросили рассказать о боевых делах отряда. И тут я имел возможность убедиться в личной храбрости этого человека.

...Была весна. Цвели каштаны на склонах львовской цитадели и на Высоком замке. В этот теплый весенний вечер зал клуба был буквально набит слушателями. Сидели на подоконниках, заполнили все проходы и затаив дыхание слушали рассказ Дмитрия Николаевича. Слушал и я, понимая, что такие выступления перед молодежью воспитывают в ней лучшие черты характера — мужество, патриотизм, верность долгу, которым он, командир отряда, учил молодежь в лесах Брянщины, а затем — под Ровно и Луцком. Когда выступление закончилось, юноши и девушки обступили Медведева, просили у него автограф.

Постепенно слушатели разошлись, вестибюль опустел. Мы вдвоем вышли на крыльцо.

— Жарко, умаялся! — сказал Медведев, вытирая платком свой высокий лоб.

В это время из темного переулка напротив вспыхнул огонек, и мы услышали свист пули над головой. Медведев бросился в темноту, откуда прогремел выстрел. Послышалась какая-то возня, что-то тяжелое, металлическое упало на середину улицы, и раздался спокойный голос Медведева:

— Владимир Павлович, подойдите сюда!..

То, что я увидел, запомнилось на всю жизнь. Недавний докладчик, который так импозантно выглядел на трибуне, ладный, стройный, с четырьмя орденами Ленина и Золотой Звездой Героя на мундире, сейчас сидел верхом на каком-то человеке, прижимая его голову к тротуару, и умелыми движениями самбиста заворачивал ему руки за спину.

— Владимир Павлович, дайте, пожалуйста, пояс! Я машинально выдернул пояс из брюк и протянул его Медведеву. Он стал связывать им бандита, бросив мне:

— Возьмите, будьте любезны, пистолет...

Я кинулся к оружию, а Медведев поднял бандита, как поднимают куль с мукой, ударил его коленкой в то место, откуда ноги растут, и сказал тихо:

— Давай вперед, шваль бандеровская!

Так мы и пошли: Медведев с бандитом, которого он вел за ворот, и я сзади, держа в кармане массивный семизарядный «вальтер». Через полчаса Дмитрий Николаевич сдал бандита в управление госбезопасности, а когда мы освободились, сказал полушутя:

— Пояс я вам завтра откуплю, а сейчас идемте ко мне в гостиницу, поужинаем вместе.

Примечательно, что Медведев ни словом не обмолвился об этом львовском эпизоде даже своей жене, Татьяне Ильинишне, по-видимому, не желая ее огорчать, и только совсем недавно, когда я рассказал ей, Татьяна Ильинишна подтвердила, что слышала об этом, но окольным путем. И здесь проявилась скромность Дмитрия Николаевича.

Рассказывая о своей беспокойной молодости, Медведев не любил вдаваться в подробности. Лишь недавно я узнал, что закалило его характер и определило его поведение как стойкого бойца Коммунистической партии.

Отец Медведева — почетный сталевар, проработавший всю жизнь у мартеновских печей в Бежице, был удостоен почетного звания первых послереволюционных лет «Герой Труда». Когда был уже старшим мастером, Михаил Иванович Калинин наградил его золотыми часами и грамотой. Ходила по Брянску легенда, будто это старик Медведев изобрел нержавеющую сталь.

Пятеро детей выросли и воспитались в дружной семье Медведевых: Александр (член партии с 1912 года), Алексей, Дмитрий, Екатерина и Михаил. После революции трое стали чекистами. Старший, Александр Медведев, был первым председателем Брянского ЧК, Дмитрий пошел по его следам. После службы в Красной Армии в 1920 году он стал членом партии и с тех пор состоял в славной когорте чекистов.

Куда только ни бросала опасная, беспокойная служба! В 19 201 921 годах молодой чекист громит контрреволюцию в Бахмуте. Оттуда его перебрасывают в один из центров кулацкого бандитизма — Старобельск. Вокруг богатые села, кулачье, монастыри. Укладываясь спать, Медведев минирует вход в свою квартиру. На минах взрываются бандиты из банды «Каменюки», свирепствующей в округе. Не удалось взять живым молодого председателя ЧК!

В официальной биографии Дмитрия Медведева сказано: «Под руководством партийных организаций, при непосредственной поддержке крестьян-бедняков чекисты во главе с Медведевым полностью ликвидировали банды Каменюки, Белокобыльского, Балабы, Блохи. Руководя чекистским отрядом, Медведев вел бои с остатками банд Махно и Колесникова. За успешную борьбу с бандитизмом Медведев был награжден коллегией Всеукраинской Чрезвычайной Комиссии золотыми часами...».

Из Старобельска Медведева перебрасывают в Донецкую ГубЧК, в город Шахты, а затем в Юзовку. Здесь он работает под руководством старого коммуниста, заместителя председателя ГПУ Украины Карла Мартыновича Карлсона.

Работа Медведева многогранна. С одной стороны, надо вскрывать вражеские гнезда реакционно настроенной технической интеллигенции, нащупывать дорожки, которые приведут чекистов к раскрытию нашумевшего «шахтинского дела» — разветвленного контрреволюционного заговора специалистов, тормозивших восстановление Донбасса. С другой стороны, — борьба с беспризорностью, спасение обездоленных войной и разрухой детей, спящих по ночам под мартенами бывшего Юзовского завода, организация, по указанию Дзержинского, первых детских комнат. Благодаря этой огромной гуманной работе были возвращены к жизни сотни тысяч беспризорных, впоследствии ставших честными тружениками, прекрасными людьми.

В 1922 году Медведев получает новое назначение и едет на четыре года в Одессу. Кто помнит Одессу нэповских времен, тот знает (молодое поколение узнаёт об этом из книг и кинофильмов), сколько работы было для чекистов здесь, на берегу Черного моря. Медведеву пришлось принять участие в ликвидации остатков белогвардейской организации «Золотой якорь», в обезвреживании сионистских гнезд. Его сотрудники задерживали в порту, у иностранных пароходов пытающихся бежать за границу бывших деникинцев, махновцев, петлюровцев, кулаков из немецких колоний, обосновавшихся на плодородной таврической земле.

В то время через Одессу, через ее пригороды Большой Фонтан, Люсдорф и другие на фелюгах, рыбачьих баркасах, на простых лодках пытались прорваться на советскую землю контрабандисты, шпионы, диверсанты. Чекисты их вылавливали. И в этом большая заслуга начальника СПО (Секретно-политического отдела) Одесского ГПУ Дмитрия Медведева, который поддерживал тесный контакт с воинами и командирами Одесского пограничного отряда.

Стремясь пополнить свои знания, Медведев поступает на физикоматематический факультет Одесского института народного образования. Но вскоре обстоятельства сложились так, что учебу пришлось оставить.

В 1927 году, в самый разгар борьбы с троцкистским подпольем, Медведев награждается именным оружием, затем в 1929 году — снова оружием, в 1932 — знаком Почетного работника ВЧК-ОГПУ. Эта последняя награда находится сейчас в Московском историческом музее, в экспозиции «Богатства России». Действительно, такие люди, как Медведев, стали богатством Советской страны.

Из Одессы Медведева командируют на борьбу с кулачьем в Херсон, затем — в Купянск, а спустя некоторое время — на западную границу в Бердичев. До 1931 года он опять работает в Юзовке. По ночам, возвращаясь домой, он видит зарево над доменными печами бывшего Юзовского завода. Льют чугун доменщики, а он, Медведев, сын брянского сталевара, по поручению партии охраняет их.

Два года проработал в Лубнах начальником горотдела ГПУ. Здесь в свободное от служебных обязанностей время Медведев руководил постройкой спортивных сооружений. Вскоре был направлен в Киев, откуда в 1933 году уезжает, в Новоград-Волынский. Здесь напряженную работу в горотделе ГПУ совмещает с работой по созданию детской коммуны. В этом ему помогал Л.Г.Петровский — командующий 14-й кавалерийской дивизией, дислоцировавшейся в Новограде-Волынском. Кстати, комдив был сыном Председателя Президиума Верховного Совета УССР Григория Ивановича Петровского.

Коммуна, которая носила почетное имя Ф.Э.Дзержинского, дала стране много достойных людей, особенно нефтяников. Во время Великой Отечественной войны коммуна была эвакуирована в Грозный, где бывшие беспризорники стали учениками ремесленного училища, готовящего специалистов для нефтяной промышленности.

После Новограда-Волынского Медведев работал в Кировограде, два года учился в Москве, снова был в Харькове, затем его перевели в Медвежегорск, короткое время проработал в Норильске.

Только грянула война, Медведева срочно вызвали в Москву к генерал-лейтенанту Тимофееву, которому ЦК партии поручил формировать партизанские отряды для заброски в тыл врага. Здесь Дмитрий Николаевич и получил первое свое партизанское поручение. Когда все было обсуждено и решено, Тимофеев обнял Медведева и сказал:

— В добрый путь, Митя!

Счастье Дмитрия Николаевича заключалось в том, что почти всегда его окружали верные боевые друзья. Среди них — коренной питерец, сын рабочего, полковник-чекист Василий Евгеньевич Лебедев, генерал-майор Виктор Александрович Дроздов, коммунист с дореволюционным партийным стажем полковник Дмитрий Александрович Сидоров. Эти люди отличались душевной красотой, духовным богатством, преданностью Родине. Они умели сочетать смелые и решительные действия в борьбе против врагов с искренностью и доверием к честным людям.

Всю свою жизнь Д.Н.Медведев отдал служению партии и народу. В одном из писем ко мне он писал:

А вскоре Дмитрия Николаевича не стало. Мы приехали в Москву с Украины на второй съезд Союза писателей СССР, как вдруг дежурная шестого этажа гостиницы «Москва» дала мне маленькую записочку: «Сегодня, 14 декабря 1954 года, скончался Дмитрий Николаевич». Эта весть потрясла меня. Не довелось нам увидеть Медведева среди гостей съезда, снова пожать его добрую, мужественную руку.

Через два дня группа делегатов съезда пришла в клуб КГБ отдать последний долг бесстрашному чекисту-дзержинцу, воспитавшему целую плеяду смелых, отважных людей, борющихся на передовой линии огня — линии охраны безопасности социалистической Родины.

Мы заступили в почетный караул: Герой Советского Союза Петр Вершигора, медведевский партизан Хосе Флоресжак, писатель Аркадий Первенцев и автор этих строк. Тяжело было смириться с мыслью, что никогда больше мы не встретимся с этим прекрасным человеком. Но я был убежден, что люди всех стран, кому дорого дело мира и ненавистен фашизм, всегда будут помнить о Дмитрии Медведеве, читать его книги. В далекой Барселоне помнит и по-прежнему любит своего командира Хосе Флоресжак, помнят и чтят его все, кто носит имя «медведевец».

...Случилось это в Варшаве утром двадцатого октября 1958 года. Небо над городом было туманное, низкие облака закрывали верхушку шпиля Дворца культуры, шел мелкий, унылый дождь.

К большому серому зданию на аллее Сверчевского подъехала тюремная машина. Распахнулись задние дверцы, и два рослых польских милиционера вывели оттуда сморщенного человека с усами. На нем была зеленая тирольская шляпа с кокетливым перышком, светлый пиджак, обвисшие коричневые брюки, а на ногах — комнатные туфли. Это был Эрих Кох — бывший гауляйтер Восточной Пруссии и рейхскомиссар оккупированной немцами Украины — та самая «крупная рыба», за которой так долго охотился на Ровенщине партизанский отряд «Победители» и разведчик Николай Кузнецов.

Одним из самых драматических эпизодов суда над Кохом было появление в зале свидетеля Юзефа Курьята — партизана из отряда Медведева. Советский разведчик польской национальности, рассказав о чудовищных злодеяниях Коха на Украине, с гордостью и уважением произносил имя своего любимого командира Дмитрия Николаевича Медведева. Все, что рассказывал Курьят (о похищении партизанами гитлеровского генерала Ильгена, личного шофера Коха — Пауля Гранау и других акциях медведевцев), казалось невероятным для тех участников судебного заседания, особенно корреспондентов буржуазных газет, которые до этого ничего не слышали об отряде Медведева.

Один из американских корреспондентов в перерыве подошел к Юзефу Курьяту и ехидно спросил:

— Скажите, господин Курьят, а не вычитали ли вы все это в книге Мартенса «Где обер-лейтенант Зиберт?»

Следует сказать, что незадолго до процесса такая книжка была выпущена издательством министерства обороны Польши в массовой серии «Желтый тигр». В ней рассказывалось о делах партизанского отряда Медведева и подвигах Николая Кузнецова.

В ответ на ядовитый вопрос американского корреспондента Юзеф Курьят спокойно сказал:

— Я слышал об этой книге, но, к сожалению, еще не читал. Она быстро разошлась. Да и разве можно в одной книге рассказать все, что мы сделали и какую пользу принесли народу, держа в страхе и на прицеле таких вот кохов?

Когда, продолжая давать показания на суде, Курьят сообщил, что самыми крупными акциями непосредственно руководил один и тот же партизан, председательствующий трибунала судья Эдвард Винкевич спросил:

— Кузнецов?

— Да, это был Кузнецов! — ответил Курьят....Так в зале судебного заседания в возрожденной Варшаве прозвучало имя смелого советского разведчика Героя Советского Союза Николая Кузнецова. Чувство гордости переполняло сердце при упоминании имени уральского комсомольца, который под руководством Дмитрия Медведева сумел перехитрить самых опытных, матерых гитлеровцев. И не только перехитрить, но кое-кого стреножить, связать и отправить в Москву.

...На следующий день я видел у многих слушателей процесса книжку в желтой обложке «Где обер-лейтенант Зиберт?» Она заканчивалась словами:

«Вспоминаем сегодня снова, что совершили. Перед нами снова возникают фигуры людей, которые вели борьбу в тяжелейших условиях, постоянно находясь на краю пропасти. Николай Кузнецов был одним из тех, кого можно назвать отважным из отважных...»

Пролетели годы. Снова пришел я по грустному поводу в знакомый зал клуба КГБ, чтобы стать в почетный караул у гроба замечательного советского разведчика Абеля. Я не знал его лично при жизни, но величие подвига этого бесстрашного человека, совершенного им далеко за пределами нашей страны, было уже известно миллионам.

Смотрел я на бледное лицо Абеля с заострившимся профилем, обрамленное бледными хризантемами, и невольно вспомнил, как мы провожали в последний путь Дмитрия Медведева. Ведь оба они, не щадя своей жизни, боролись за осуществление единой великой цели — за мир на земле.

После окончания Второй мировой войны лидеры ОУН переключились на новых хозяев — Центральное разведывательное управление США и Интеллиджен Сервис Великобритании. В распоряжение этих спецслужб поступила вся агентура из числа украинских националистов, работавшая на нацистскую Германию и ее сателлитов. Она была всем своим существом предназначена для тайных подрывных операций против СССР, которые разворачивались его бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции.

Так, еще более чем за год до завершения Второй мировой войны США, назойливо рекламирующие себя государством-лидером в борьбе за права человека и установление гуманных отношений в мировом сообществе, тайно за спиной у своего союзника берут под свое покровительство пособников фашистской Германии, выполнявших роль коллаборационистов на украинской земле. Сговор правителей США и других западных стран с украинскими националистами явился предательским актом по отношению к СССР — союзнику по антигитлеровской коалиции, на которого история возложила главную тяжесть борьбы с блоком фашистских государств.

Характер, манера и технология прислужничества националистов Западу определялись организаторами «холодной войны», которая официально была провозглашена в речи Уинстона Черчилля в Фултоне (США) в 1946 г. в присутствии президента США Гарри Трумена. Новый внешне-политический курс, провозглашенный в Фултоне, получил название «Крестовый поход против коммунизма». Программу «холодной войны» в самом общем виде разработал директор ЦРУ А.Даллес еще в начале 1945 г. (Время, когда США и Англия вместе с СССР входили в анти-гитлеровскую коалицию).

Напомним лишь некоторые фрагменты этого зловещего документа:

— «Посеяв там (в Советском Союзе) хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим в эти фальшивые ценности верить».

— «Мы найдем своих единомышленников, своих союзников и помощников...».

— «Мы всячески будем поддерживать и поднимать так называемых художников, которые станут насаждать культ секса, насилия, садизма, предательства».

— «Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркомания, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу, — все это мы будем ловко и незаметно культивировать, все это расцветает махровым цветом».

Центром украинских националистических формирований по решению их новых хозяев становится столица Баварии Мюнхен, откуда в 30-е годы начался поход нацистов против демократических устоев немецкого народа. В ноябре 1945 года при поддержке американской военной администрации здесь создается так называемое представительство украинской эмиграции националистов (ЦПУЭН), в которую вошли бандеровцы, мельниковцы и другие националистические группировки. Ему вменялось ведение злобной антисоветской пропаганды, создание всевозможных препятствий к репатриации советских граждан, оказавшихся в годы войны за пределами своей Родины.

Весной 1946 года по инициативе бандеровцев и под патронатом американских оккупационных властей в Мюнхене состоялось сборище предателей Родины из числа латышских, эстонских, белорусских, грузинских и иных буржуазных националистов, на котором было провозглашено создание Антибольшевистского блока народов (АБН). Его возглавил сподвижник Бандеры, давний враг Советского Союза Ярослав Стецко. Несмотря на внутренние противоречия между представителями националистических групп, АБН, пользуясь огромной финансовой поддержкой со стороны США и их союзников, развернул активную пропагандистскую и организационную деятельность по объединению разрозненных антисоветских, националистических формирований. Кроме официального своего листка ABN-Correspondents АБН активно распространяет разного рода меморандумы, декларации и призывы антисоветского и антикоммунистического содержания, мало чем отличающиеся от продукции геббельсовского министерства пропаганды.

В 1946 году Бандера вместе с Я.Стецко, Б.Пидгайным, СЛенкавским, М.Матвиейко создают еще одну бандеровскую надстройку, названную ими «Закордонні частини ОУН», призванную служить неким легальным представительством «воюющей Украины» в западном мире. Этим шагом Бандера пытался привлечь к себе внимание западных разведслужб.

Своей активной антисоветской деятельностью украинские буржуазные националисты снискали благосклонность правительств США и их союзников. В конце 1949 года президент США Гарри Трумен обратился с дружеским посланием к борцам за «самостійну Україну», в котором пожелал им доброго здоровья и успеха в делах. Вместе с этим посланием Трумена государственный департамент США начал официально выдавать на «нужды» украинских националистов денежную субсидию. Финансирование подрывной деятельности украинских «борцов за независимость Украины» взяли на себя США, став таким образом их полновластным хозяином.

Достаточную ясность в освещение нового положения, в котором оказались украинские националисты в связи со сменой хозяина, внес профессор Владимир Василакий, занимавший до перехода в ГДР пост «председателя антибольшевистских организаций народов Советского Союза», руководителя антисоветской эмигрантской организации «Український визвольний рух» и редактора националистической газеты «Нова Україна». В апреле 1955 года он сделал следующее заявление: «Вся моя деятельность по руководству этими организациями проводилась по указанию... американцев Пейджа и Сердженса». Главная и единственная забота американцев, — как заявил профессор Василакий, — сводилась к «тому, чтобы превратить эмигрантов в послушное, слепое орудие подрывной работы в странах социалистического лагеря» [1].

Разведки западных стран, действуя по образцам гитлеровских спецслужб, создали сеть разведывательных школ, в которые широко вовлекались оуновцы. Главари зарубежных центров и организаций украинских националистов наперебой друг перед другом рекламировали себя новым хозяевам, предлагая использовать свои структуры в качестве базы для вербовки шпионов, диверсантов и террористов и засылки их в СССР и другие социалистические страны. Агенты, подготавливаемые в американских и английских разведывательных школах, тайно переправлялись на Украину. Они были обеспечены новейшим оружием, радиостанциями, средствами тайнописи, деньгами.

Лидеры ОУН, стремясь извлечь от прислужничества разведкам Запада большую пользу и поднять в их глазах собственную значимость, часто разбавляли объективную шпионскую информацию о СССР ложными сведениями [2].

Американская разведка, нуждавшаяся в информации о Советском Союзе, где успешно шло восстановление разрушенного войной народного хозяйства и наращивание оборонного могущества, и не догадывавшаяся о шулерских наклонностях своих подопечных, поручила им активизировать добывание разведывательной информации об СССР. Послушным исполнителем этого задания стал Николай Лебедь, глава «Закордонного представництва», созданного еще в 1943 году так называемой Украинской головной визвольной радой (ЗП УГВР), по совместительству генеральный секретарь иностранных дел. С 1950 года Лебедь и его сподвижники Иван Гриньох, Юрий Лопатинский, Лев Ребет, Дарья Ребет занялись подбором кандидатов из числа оуновцев для направления на Украину со шпионскими заданиями. О том, как работала эта шпионская машина, поведал один из тех, кто после подготовки оказался на Украине... в руках чекистов. Его звали «Иваном». Он был членом ОУН, после войны оказался в Западной Германии в лагерях перемещенных лиц (Ди-Пи) и ИРО в Регенсбурге, Мюнхене, Новом Ульме. В июне 1950 года принял предложение одного из главарей миссии УПА «Байды», посетившего лагерь «Райнгард-Казерне» в Новом Ульме, возвратиться на Украину в качестве связника с подпольем ОУН. «Он привез меня в Мюнхен, — вспоминает «Иван», — где познакомил с членом ЗП УГВР Юрием Лопатинским-«Калиной». Тот сказал, что я должен пройти соответствующую подготовку (вишкіл) и направил меня в селение Обербойрен, где и передал меня американскому разведчику «Блэку». Я понимал, что попал в сети американской разведки. Там уже были и другие члены организации, которых «Байда» и «Калина» привезли раньше. «Блэк» без обиняков объяснил, какого рода «вишкіл» нам предстоит пройти. Он прямо сказал, что ЗП УГВР работает на американскую разведку, которая обязалась «вышколить» из нас разведчиков и перебросить на Украину. ЗП УГВР обязалось передать американской разведке все те шпионские материалы, которые мы соберем. Так я был завербован американской разведкой. Членов организации, среди которых были «Богдан», «Орест», «Семенко», «Владко» и я, американцы обучали на специальных конспиративных квартирах в селении Обербойрене, потом в местечке Кауфбейрене, улица Бухлейштрассе, 8, а позднее в Бадверисгофене. Офицеры американской разведки «Джон», «Дейв», «Стиф», «Джим», «Радж», «Том» и другие учили нас работать на радиостанции, стрелять из различных видов оружия, прыгать с парашютом, закладывать мины и совершать диверсии, фотографировать тайные документы и военные объекты, учили способам разведывательной информации. Нас опекали Лопатинский Юрий и вице-президент ЗП УГВР священник Иван Гриньох, которого мы звали «отец доктор». Он часто бывал у нас, интересовался как идет наше обучение. Посещал нас и так называемый генеральный секретарь иностранных дел Микола Лебедь — «Ярополк».

Большинство курсантов школы не соглашались с тем, что нас готовят стать шпионами и когда слухи об этом доходили до Гриньоха, то он строго «наводил порядок». Гнев отца Гриньоха курсанты познали, наблюдая, как он с пистолетом в руке осенью 1951 года допрашивал члена организации «Богдана», который учился вместе с нами, но хотел дезертировать. Только то обстоятельство, что ликвидацию «Богдана» невозможно было скрыть, спасло жизнь «Богдану». После далеко не духовных внушений Гриньоха он был отчислен из школы [3].

О себе «Иван» рассказывал, как он после «вышкола» с аэродрома, что невдалеке от Франкфурта-на-Майне вместе со своим коллегой и в сопровождении Лопатинского американским самолетом был доставлен на территорию Украины и выброшен на парашюте. И тут же оказался в руках чекистов.

Как только был организован шпионский «вышкол», встал вопрос: кого первым из его руководителей послать на Украину с заданием установить связь с руководителем националистического подполья на Украине Василием Куком (он же «Лемиш», «Юрко»), и склонить его и всех кто «под ним» к работе на американскую разведку, иными словами — подчинить всю ОУН Закордонному представительству УГВР.

После консультаций с американцами выбор пал на одного из наиболее активных участников антибандеровской оппозиции Василия Охримовича (он же «Чужий», он же «Далекий»), руководителя Тернопольского областного и краевого провода ОУН «Галичина», бывшего преподавателя немецких шпионских курсов в Кракове в 1940-м и во Львове в 1942 году. В ЗП УГВР Охримович занимал должность руководителя Совета референтов и руководителя «политической информационной службы», считался теоретиком украинского национализма.

В начале 1950 года «вышкол» был окончен. В присутствии Гриньоха Охримовича инструктировал сотрудник американской разведки «Блэк». Последнего интересовали данные об охране советской границы, укреплениях, аэродромах, военных базах, а также образцы различных советских документов. От Гриньоха Охримович получил задание особой важности — направить из Украины в адрес ЗП УГВР в Мюнхене мандат от имени провода ОУН за подписью Кука — «Лемиша», которым подтверждается право ЗП УГВР на руководство всем националистическим подпольем на Украине.

19 мая 1951 года Охримович с группой, в которую входили разведчики и радисты, был заброшен на американском самолете на Украину. Охримовичу удалось встретиться с Куком и обсудить с ним задание американской разведки и ситуацию на Украине. Однако вскоре Охримович и члены его группы были захвачены сотрудниками советской контрразведки. Принимая во внимание целесообразность сохранения в тайне их провала, Охримовичу было разрешено (под контролем КГБ) поддерживать связь с Куком и американской разведкой [4].

Вскоре был арестован и Кук. Американцы же продолжали благодарить Охримовича за присланную им по радио «ценную информацию» и посылать на Украину новых шпионов. Наряду с «ценной информацией» Охримович через своего радиста передал за рубеж текст МАНДАТА, подготовленного Лебедем и компанией и якобы подписанного Куком. МАНДАТОМ подтверждалось право Миколы Лебедя и руководимой им УГВР «ПРЕДСТАВЛЯТЬ украинское освободительное движение на украинских землях за рубежом». Далее «ПОДТВЕРЖДАЛОСЬ», что «Быйлыхо» (псевдоним С.Бандеры)... ни формально, ни фактически не является проводником ОУН. Высказывалась надежда на то, что «Быйлыхо», ради целостности ОУН прекратит раскольническую деятельность. Отмечалось, что провод ОУН на украинских землях считает пока тактически невыгодным полностью отстранить Бандеру от участия в делах ОУН. Провод ОУН на УЗ (украинских землях) уполномочивал Л.Ребета, Матлу и Бандеру временно взять руководство 3Ч в свои руки и реформировать 3Ч соответственно с предложениями провода ОУН на УЗ.

Результат не заставил себя долго ждать. Поднявшаяся в националистической среде буря, вызванная реакцией Бандеры, не желавшим уступать свои диктаторские полномочия кому бы то ни было и реформировать ОУН, привела к еще одному расколу. Матла и Ребет вышли из бандеровской ОУН-Р и образовали еще одну ОУН, названную ими ОУН за кордоном, сокращенно ОУН-З. Эта новообразованная «партия» объявляет себя сторонницей ЗП УГВР и работает на американскую разведку, которая готовит Охримовича к засылке на Украину. Бандера тут же обращается к англичанам с предложениями о сотрудничестве. В срочном порядке была подобрана группа, которую возглавил руководитель Службы безопасности 3Ч ОУН Мирон Матвиейко (псевдоним «Усміх»). Англичане готовили своих агентов по той же методике, что и американцы. Сначала их рекомендовали англичанам люди Бандеры или сам Бандера. Затем их доставляли в Западную Германию и там обучали шпионскому ремеслу. Кроме английских разведчиков с «подготовишками» постоянно работал член провода 3Ч ОУН Богдан Пидгайный, бывший унтер-офицер дивизии СС «Г аличина», после войны — руководитель службы КЗ (крайній зв’язок) 3Ч ОУН, непосредственно занимавшийся подбором кандидатов в шпионы, контролем за их обучением и засылкой в Украину. Пидгайный являлся личным представителем Бандеры в английской разведке [3, с. 330].

После детального инструктажа относительно сбора развединформации, группа «Усміха» была заброшена на Украину с английского самолета почти одновременно с группой Охримовича.

«Усміх» с группой был захвачен сразу же после приземления. Николай Лебедь, руководитель ЗП УГВР, в это время похвалялся «достижениями» своей группы на Украине, показывая «інформацію з краю» (разумеется не ту, что шла в разведку) и тот фальшивый «МАНДАТ», текст которого получил по радио. Бандера вскоре также получил радиограмму от «Усміха», в которой он сообщал о благополучном приземлении на Львовщине и о начале выполнения задания «приятелей». Просил об оказании помощи людьми и деньгами.

Бандера и его хозяева тут же откликнулись на сигнал о помощи и вместе с «приятелями» подготовил новую группу для заброски на Украину. Но так как американцы и англичане не решались использовать для этих целей авиацию, то заброску очередной партии шпионов было решено осуществить пешим порядком.

Сначала группа английских шпионов через зеленую границу была переброшена из Западной Германии в Чехословакию, оттуда в Польшу, а затем на Украину. Непрошеные гости несли деньги, рации, письма Бандеры с информацией о положении за рубежом, новые задания разведки и сами оставались в распоряжении «Усміха».

Вспоминая события того времени, Матвиейко напишет: «Бандера и Стецько, которые знали, что никакого подполья на Украине нет, решили послать меня на Украину для того, чтобы получить от меня сведения о якобы существующем подполье на землях. Это, по мысли Бандеры и Стецько, дало бы им возможность торговать собранной «информацией» и получать за нее немалые суммы денег. Мне было абсолютно ясно, что Бандера и Стецько приносят меня в жертву своим личным интересам и интересам иностранных разведок, но побаиваясь расправы в случае отказа, я решился молча выполнять их задание...».

Со временем английскую разведку перестала удовлетворять информация, которую могла дать группа «подпольщиков». Она требовала данных разведки о важных засекреченных объектах. И у нее, естественно, возникали сомнения в реальном существовании каких-то «оуновских» баз на Украине. Для изучения ситуации и проверки «Усміха» английская разведка послала к нему двух своих проверенных агентов. Последние задание выполнили, но возвратиться назад на Запад им не было суждено. Оба попали в ловушку, подготовленную чекистами, ведшими игру через задержанного и разоблаченного «Усміха». Двое других по пути в Украину погибли, нарвавшись на чехословацких пограничников.

Так, оказавшись банкротом и утратив доверие у английской разведки, Пидгайный Богдан бежал в Канаду, подальше от тех, кого годами «держал за дойную корову».

В мае 1953 года английской разведкой был заброшен на территорию западных областей Украины оуновский эмиссар Магур Юлиан, уроженец Львовской области. Он не собирался выполнять задание английской разведки и руководства зарубежной ОУН, и сразу же явился с повинной в органы Советской власти, пытаясь быстрее освободиться от националистических и шпионских пут.

В беседе с корреспондентом советской прессы Магур Юлиан рассказал, что он в период немецкой оккупации в возрасте 16 лет был мобилизован в немецкую армию, в подразделение «СС-юнаки», в которой служил до 1945 года. После капитуляции Германии попал в лагерь «перемещенных лиц», где и был завербован украинскими националистами.

«Перед заброской на Украину, — признался Магур, — несколько раз со мной встречался Степан Бандера, чтобы благословить меня на «священное» дело. Он старался убедить меня в том, что в случае победы Запада в атомной войне можно добиться «самостоятельной» Украины и что провод ОУН, имея в своем распоряжении разведывательные материалы об Украине, сможет выступить перед западными государствами, как какая-то сила...».

Несмотря на многочисленные провалы, западные разведки, одна за другой продолжали использовать в антисоветских целях украинских националистов. Эти спецслужбы так же, как и гитлеровская разведка, не щадили своих прислужников и бросали их в бездну тайной войны, откуда лишь немногим удалось выйти живыми. За все послевоенные годы советскими органами контрразведки было захвачено 17 групп, заброшенных на территорию Украины империалистическими разведками, в которых находилось около 100 оуновских эмиссаров и шпионов.

Выполняя волю своих зарубежных хозяев, одурманенные идеологией национализма оуновские и униатские наемники — агенты и эмиссары этих центров, пренебрегая гостеприимством советских людей, ехали на территорию Советской Украины по каналу частных виз, туризма, научных, культурных и других связей стран Запада с СССР и прежде всего во Львов, чтобы навязать контакты с бывшими участниками ОУН-УПА и униатами, а также с отдельными политически незрелыми лицами для заполучения от них нужной информации и использования ее против Советского Союза.

Зарубежные центры и организации украинских националистов, осознавая свою слабость, обрекли себя на роль оруженосцев правящей элиты западных государств. Они строго следовали завету Дмитрия Донцова «лишь интервенция чужих государств возобновит украинскую самостоятельность». И не случайно, оказавшись после разгрома фашистской Германии на «демократическом» Западе украинские националисты попали в цепкие объятия правых реакционных организаций и объединений, таких как американские берчисты, ку-клукс-клан, сионисты. По сообщению «Українського самостійника» «экстремистский блок украинских националистических организаций в США, в который входят «Спілка визволення України» (СВУ), бандеровская ОУН, остатки гетманских формирований и иные организации так называемого «визвольного фронту», сотрудничают с американским экстремизмом»[5].

Сотрудничество украинской националистической эмиграции с откровенно реакционными, антикоммунистическими организациями и объединениями в годы «холодной войны» постоянно расширялось. Оно обозначилось созданием таких откровенно антикоммунистических и антисоветских объединений, как Европейский Совет Свободы, Всемирная антикоммунистическая лига, в которых наряду с представителями реакционных кругов западных стран заседали представители украинской эмиграции, в том числе Ярослав Стецько, бывший политруководитель легиона «Нахтигаль» нацист Оберлендер и другие.

Деятельность этих структур была направлена на объединение всех антикоммунистических и антисоветских сил против Советского Союза и всего социалистического содружества. Одним из проявлений такого единения явилось создание в Израиле в 1979 году так называемого «Общественного комитета украинско-еврейского сотрудничества» (ОКУЕС), главная цель которого, как сказано в его статусе, «преодоление многовековых наслоений отчужденности между еврейским и украинским народами». В действительности же главной и, пожалуй, единственной целью создания ОКУЕС являлась координация антисоветских и антикоммунистических акций израильских сионистов и украинских националистов. Их замысел раскрылся 31 октября 1979 года, когда в Иерусалиме открылось собрание «украинско-еврейской солидарности». Один из основателей ОКУЕС Израиль Кляйнер, бывший сотрудник радиостанции «Свобода», ныне сотрудник «Голоса Америки», игнорируя общеизвестные факты, заявил о непричастности украинских националистов к массовому уничтожению евреев в годы Второй мировой войны и что украинский национализм якобы никогда не исповедовал антисемитизм» [3, с. 345]. А все, что не отвечало его лживому утверждению, Кляйнер назвал коммунистической пропагандой. (Уважаемый читатель, полагаем, заметил, что если следовать логике Кляйнера, то главным коммунистическим пропагандистом следует признать Ярослава Стецько, который утверждал (к тому же не единожды): «Москва и жидовство — самые большие враги Украины».

Вслед за Кляйнером и в развитие его идей выступил пан В.Б-ий. Он также говорил о «непричастности украинских националистов» к массовым расстрелам евреев в Бабьем Яру и убеждал присутствующих, что антиеврейские акции в Киеве осуществляла якобы черносотенная организация «Союз истинно русских людей». У тех, кто мало-мальски знает историю, вполне естественно возникают вопросы: мог ли «Союз истинно русских людей» осуществить антиеврейские акции в 1941 году, если он был ликвидирован еще в первые годы Советской власти. Хотелось бы знать, как отреагировал бы тот же Кляйр Израиль, услышав признания нынешних украинских националистов, о том, что основную массу палачей в Бабьем Яру составляли боевики из Буковинского куреня Петра Войновского? И каково его отношение к заявлениям нынешних украинских историков о непричастности Симона Петлюры к еврейским погромам на Украине в 1919–1920 годах. Неужто и это вымысел советской пропаганды, «опровергаемый» материалами Парижского суда присяжных по делу Самуила Шварцбарда? [6].

Как видим, основой нравственного и идеологического единства сионистских и украинских националистов в Иерусалиме стала ложь, изображающая русских врагами евреев и украинцев. И хотя, как известно, у лжи — короткие ноги, но усилиями ее «творцов» она все еще пока слоняется по свету. Она живет в передачах «Г олоса Америки», которые ведет Израиль Кляйнер. Ее постарались «увековечить» авторы недавно изданной в Украине Энциклопедии холокоста (Еврейская Энциклопедия Украины). В ней множество сухих статистических данных об уничтожении евреев на Украине в годы Второй мировой и Великой Отечественной войн и ни единого слова об участии украинских националистов в акциях геноцида. Расстрелами евреев, по утверждению авторов Энциклопедии холокоста, занимались только айнзатцкоманды германских эсэсовцев. О кровавых акциях батальона «Нахтигаль» и Буковинского куреня Петра Войновского, осуществивших массовые расстрелы евреев во Львове и в Киеве (Бабьем Яру), даже не упоминается. Зато главными виновниками еврейской трагедии значатся немцы и русские. Немцы, явившиеся на Украину как оккупанты, и русские, как не сумевшие спасти евреев от истребления [7].

Такую же позицию, далекую от исторической правды, заняли и создатели хроникально-документального фильма «Женщины с улицы Бабий Яр» во главе с В.Н.Георгиенко. Деяния украинских националистов, сгонявших евреев в Бабий Яр и там участвовавших в их расстрелах, остались за кадром.

Такова она нынешняя «документальная» хроника на Украине! Она фиксирует лишь то, что отвечает курсу на героизацию и оправдание преступных деяний ОУН и УПА..., а все, что против этого курса, «остается за кадром».

Верхушка украинской антисоветской эмиграции действовала в строгом соответствии с замыслами гегемонистов. Уже вскоре после окончания Второй мировой войны они стали обращаться к правящим кругам США и их партнерам по НАТО начать превентивную ракетноядерную войну против Советского Союза и всего социалистического содружества. «Война, как одно из средств политики, — говорилось в бандеровском «Визвольном шляху» (сентябрь 1967 г.), — всегда была частицей государственно-творческой мудрости руководящей прослойки нации» [8].

С новой силой этот тезис прозвучал в националистических изданиях в канун 60-летия образования Союза ССР (1982 г.).

Лидеры украинской националистической эмиграции подкрепили этот тезис неоднократными попытками вмешательства во внутренние дела социалистических государств. Во время бурных событий в Венгрии в 1956 году на территорию этой страны было заброшено несколько специально подготовленных групп боевиков, укомплектованных украинскими националистами. В 1961 году оуновские «спецы» в качестве «инструкторов» принимали участие в американской агрессии против Кубы. Во время антисоциалистических выступлений в Чехословакии в 1968 г. зарубежные организации украинских националистов командировали туда тех же «спецов» для поддержки контрреволюционных элементов средствами массовой агитации и пропаганды. «Спецы» были сориентированы прибегнуть в случае необходимости к вооруженным методам борьбы [3].

Украинская антисоветская эмиграция предложила правительственным кругам США создание так называемых национальных легионов, в том числе и из лиц украинского происхождения, для осуществления карательных экспедиций в Южном Вьетнаме, Лаосе и Кампучии. Планами ЦРУ предусматривалось использование украинских добровольцев в специальных подразделениях парашютистов-диверсантов в советском тылу «в момент возникновения военных действий, а возможно и раньше» [3, с. 236–238].

Американские ястребы охотно использовали экстремистов-«самостийников» в провокационных акциях, направленных на обострение международной напряженности. В день 50-летия Советской власти в Нью-Йорке при поддержке местных реакционеров украинские националисты собрались на так называемый «Світовий конгрес вільних українців» (СКВУ), на котором демонстрировали сплоченность «украинцев» (а по сути дела — недругов Советской Украины) вокруг идеи «возрождения украинской соборной самостийной державы» и ее готовности участвовать в акциях глобалистов против мира, демократии и социализма [9].

Подобные сборища украинских националистов проводили через каждые 5 лет то в Канаде, то в США. Провокационному характеру этих сборищ, сопровождаемых молебнами и уличными шествиями, отвечали и принятые на них документы. В одном из них, адресованном Генеральному Секретарю ООН, содержалось предложение о создании специального комитета ООН, который занялся бы «изучением положения порабощенных народов в СССР». Предлагалось также допустить «свободных украинцев» к участию в работе различных комитетов неправительственного сектора ООН.

Аналогичными провокационными «предложениями» пестрели «призывы» и «заявления» региональных сборищ украинских националистов, таких как «Український конгресовий комітет Америки», «Комітет українців Канади», «Союз українців Британії». Время от времени такие «предложения», «призывы» и «заявления», адресованные парламентам и правительствам США, Канады и Великобритании использовались в подрывных внешнеполитических акциях против СССР. Так, в резолюции Мюнхенской конференции антибольшевистского блока народов и Европейского Совета свободы, принятой в октябре 1975 года по инициативе Я.Стецька, мирное сосуществование квалифицировалось как «такое состояние в Европе и мире», которое якобы выгодно только социалистическим странам. Народам «свободного мира» предлагалось «окончательно покончить с политикой так называемого ослабления напряженности и прекратить какое бы то ни было сотрудничество с СССР и его сателлитами». «Какой бы то ни было конфликт с Россией в нашем интересе», — откровенничал бандеровский «Визвольний шлях» [10].

Конференция «Всемирной антикоммунистической лиги», в которой Стецко занимал руководящее положение, в октябре 1981 года призывала США и их натовских партнеров отбросить политику «баланса сил» и «примирения». Предлагалось «включить в военную и политическую стратегию Запада украинских «самостійників» активизировать подрывную деятельность зарубежных буржуазно-националистических формирований, объединенных в ВАКЛ и АБН и начать «политическую и психологическую войну против большевистской России». Одновременно «самостійницька верхівка» запросила у США и их партнеров помощь в форме «військового вишколу, транспорту і зброї, а також інших політичних, матеріальних і технічних засобів» для поддержки контрреволюционеров в Африке, Анголе, Кубе и других странах мира.

Желто-синяя пресса, направляемая режиссерами «холодной войны», развернула бешеную пропагандистскую кампанию в поддержку мифа о «советской угрозе» с «обоснованиями» необходимости довооружения США и их натовских партнеров. «Українські вісті» (апрельские номера 1982 года) призывали к «наращиванию вооружений США», которые якобы отстают от СССР по уровню вооруженности ракетно-ядерными средствами. «Змагаючись за ядерний паритет», — предостерегала украинская «свободная» пресса, — США не должны ни в коем случае «випрягатися з так званої «холодної війни», оскільки «холодна війна» є «ідеологічний двобій за уми людей, за долання ворога без гарячої війни». Иными словами: «Это та классовая борьба, которой тоже можно теснить врага и овладевать территориями, регионами и целыми материками» [11].

С новой силой активизировалась подрывная деятельность эмигрантских антисоциалистических группирований в ходе Белградской и Мадридской встречи представителей стран-участниц Общеевропейского совещания. Главным аргументом против разрядки на этом совещании стал тезис о том, что разрядка якобы ничего не дала Соединенным Штатам Америки [3, с. 348]. В этих условиях буржуазно-националистическая эмиграция проявила себя на редкость неукротимым поставщиком и распространителем злобных инсинуаций о «действительных» целях и намерениях советского руководства, о «реальном» положении Украины в составе СССР, о «нарушениях прав человека в странах социалистического содружества».

Значительная часть клеветнической информации шла из Украины от так называемых диссидентов и правозащитников. В 1970–1974 годах правозащитники выпустили самиздатовский журнал «Український вісник» (всего 8 выпусков), в котором публиковались статьи «о нарушениях прав человека в СССР». Рукопись И. Дзюбы была издана за границей под заголовком «Інтернаціоналізм чи русифікація».

Что же касается правозащитников, или, как сами они называли себя, сторонников Хельсингской группы, то прикрываясь желанием содействовать выполнению соглашений Заключительного акта «О безопасности и сотрудничестве в Европе», подписанного в Хельсинки главами правительств стран Европы, а также США и Канады в 1975 году, они на деле стремились подорвать позиции Советского Союза на международной арене.

Спецслужбы США и их натовских партнеров, а также зарубежные центры украинских националистов усиленно подогревали деятельность правозащитников, распространяя по свету их клеветнические измышления о правонарушениях в СССР. «Все каналы передачи тенденциозных материалов на Запад, — писал бывший диссидент Олесь Бердник, — находились в руках американских и других западных корреспондентов, сотрудников пресс-агентств, посольств, консульств, и все это координировалось специальными центрами империалистических государств, которые не только инспирировали всю эту «правозащитную» кампанию, а и провоцировали неосведомленных, но также неустойчивых людей на антисоветские действия, грубо нарушая Хельсингские соглашения и дух разрядки» [12].

В информационно-пропагандистской войне против СССР (в соответствии с установками Даллеса) много места отводилось разжиганию национализма — универсального средства борьбы с социалистической и интернационалистической идеологией. В инструкции «Как составлять пропагандистские радиопередачи», предназначенной для сотрудников радиостанции «Голос Америки», ставилась задача сталкивать народы СССР друг с другом, «натравливать меньшинство на большинство, используя национальные различия, натравливать эстонцев, литовцев, белорусов, украинцев и других на русских». «Сейте национальную рознь» — призывала инструкция. Искусно построенная и хорошо отрепетированная идеологическая интервенция вызывала разрушительные последствия.

Сатанинскую напористость и изворотливость проявили западноукраинские националисты. На территории Украины они стали насаждать традиции Бандеры, верно служившего нацистам. Буржуазные националисты, перевоплотившись в национал-демократов и действуя по заморскому сценарию, нашли общую платформу с оппортунистами и перевертышами в рядах компартии. Совместными усилиями им удалось слить в один поток проповедь личного и группового эгоизма с проповедью эгоизма национального. Так, притупляя классовое, интернационалистское сознание трудящихся и сея семена раздора между народами, «национал-демократы» в блоке со всеми правыми силами стали захватывать политические рычаги управления и СМИ, готовили условия для «суверенизации» и капитализации Украины.

Начиная с 1989 года, идеологическая борьба под видом перестройки, набрала опасные обороты. Все больше политизировалось общество, появились новые партии, организации, группы, которые не скрывали своих целей и намерений. Такие из них как «Рух», «Мемориал», «Хельсингская группа» открыто заговорили об отрыве Украины от Союза ССР и создании самостоятельного государства. Консолидации антигосударственных, буржуазно-националистических сил способствовали антисоциалистические реформы Горбачева и его сторонников, которые привели сначала к отказу от руководящей роли КПСС, а затем в 1991 году — к незаконному ее запрету. Беловежский сговор предателей Ельцина, Кравчука, Шушкевича положил конец существованию единого, федеративного советского социалистического государства — Союза ССР. На развалинах СССР возникли унитарные буржуазные государства, именуемые «независимыми» и «демократическими».

Говоря о механизме этого превращения, известный русский философ А.А.Зиновьев отмечает: «Запад развязал «холодную войну», бросил колоссальные людские силы и материальные средства на идеологическую и психологическую обработку населения Советского Союза и других стран социалистического лагеря, причем не с добрыми намерениями, а с целью деморализовать людей, оболванить, пробудить и поощрить в них самые низменные чувства и стремления... Работа велась с учетом опыта прошлого, особенно геббельсовской пропагандистской машины, а также достижений психологии и медицины. Западная пропаганда в Советском Союзе совместно с горбачевскими идеологами и перестроечной прессой создали в массовом сознании новый образ Запада — некоего царства свободы. Все то, что советская идеология и пропаганда с полным основанием утверждала о реальном капитализме и о Западе, стало восприниматься как идеологическая ложь, а информация, идущая с Запада, — как святая правда... Поражение СССР и других социалистических стран, которые шли курсом Октября, обусловлено сложным комплексом причин, внутренних и внешних, объективных и субъективных, среди которых не последнюю роль сыграло предательство народа со стороны правящей верхушки. Однако развал СССР и реставрация на его территории капитализма со всеми неотвратимыми пороками, поставившими трудящихся страны, в том числе и на Украине, на грань физического выживания и духовнонравственного перерождения, усиливает у них ностальгию по социалистической стране, которую мы потеряли» [13].

Однако и после развала Советского Союза русофобские, анти-славянские силы не убавили своей активности. Их демоническая устремленность всемерно поддерживается официальными лицами и спецслужбами США. Только расходы ЦРУ на эти цели составляют около одного миллиарда долларов в год. Особые усилия американцы направляют на поддержку национал-радикалов в Украине. Бюджет РУХа, УНА-УНСО «почти на три четверти финансируется ЦРУ», а лидеры этих русофобских организаций прислуживают дяде Сэму еще с «доперестроечных» времен [14].

Заслуживает внимания откровенное заявление З.Бжезинского на закрытом заседании американско-украинского совещательного комитета по случаю присвоения ему звания «Почетный гражданин Львова». Чувствуя себя на этом совещании полноправным хозяином, Бжезинский откровенно заявил, что основная цель «нашего американско-украинского совещательного комитета» сводится к тому, чтобы еще глубже заниматься делами будущего развития Украины во имя интересов Америки.

Присутствовавшие в зале наследники Бандеры, как видно, подобострастно выслушали призыв геостратега. И сели судить по внешнеполитическому курсу власти «оранжевых», ретиво взялись за его реализацию.

Так, необандеровцы, ядро которых составляют галичанские националисты, ревностно выполняя установки дяди Сэма по развалу СССР, осуществлению так называемой «суверенизации» и капитализации Украины, ликвидации нового типа цивилизации, формировавшейся на принципах социальной и национальной справедливости, к началу XXI века еще больше упрочили за собой звание «пятой колонны» глобалистов — современных колонизаторов.

1. Правда. — 1955. — 9 апреля.

2. Архив КГБ УССР, д. 372, т. 42, — Л. 334.

3. Без срока давности. — Харьков, 2002. — С. 330.

4. Уголовное дело по обвинению Охримовича В. — В архиве СБУ.

5. Український самостійник. — 1967. — №93.

6. Сергейчук В. Статьи о Симоне Петлюре, опубликованные независимой прессой Украины в 1996.

7. Энциклопедия холокоста (Еврейская энциклопедия Украины). -К., 2002.

8. Визвольний шлях. — 1967. — сент.

9. Конгрес невільних. — К.: Україна, 1978.

10. Визвольний шлях. — 1978. — №1.

11. Українські вісті. 1982, квітень.

12. Бердник О. Письмо в редакцию // Літературна Україна. — 1984, 17 мая.

13. 3иновьев А. Коммунизм как реальность. — М., 1994. — С. 417.

14. Платонов О. А. Россия под властью масонов. — М. 2000, -С. 52.

На Украине уже достаточно давно обозначились силы, определяющие политическую карту страны, возникли конкурирующие идеологии и социально-экономические концепции. Остается только понять, какие же именно политические объединения лучше выражают национальные интересы. При всей разности мнений и подходов, пожалуй, мало найдется политиков, которые не согласятся с тем, что национальные интересы подразумевают создание, по крайней мере, приемлемых условий жизни для народа, развитие национальной культуры, укрепление политического и экономического суверенитета страны.

В стране есть политическая сила, объявившая себя чуть ли не единственной защитницей национальных интересов. Если послушать лидеров с «Нашей Украины», то без них Украина попросту обречена, спасти страну может только реализация их идей и требований. Вкратце все, что предлагается «Нашей Украиной», можно описать, как идеологию этнического национализма, пытающегося загнать многомиллионный народ в узкие этнические рамки. В нашем случае — свести все культурное богатство и разнообразие украинского народа к традициям и обычаям Галичины и Волыни. Украинский народ состоит из множества этнических групп со своей культурой, религией, языком. Этнический национализм призывает к созданию государства, в котором эта неоднородность игнорируется. За рамками такого государства неизбежно окажется большая часть украинского народа, чья культура и исторический опыт будут вредны для государственного строительства, основанного на принципах этнического национализма.

Реализация принципов этнического национализма приведет к взрывному росту местнических настроений, особенно на Востоке и Юге страны. Украину никогда не удастся превратить в большую Галичину, но ее возможно раздробить на несколько культурных и экономических областей — Крым, Донбасс, Полесье и т.д. (список при желании можно продолжить). Этнический национализм — это путь не к национальному единству, а к распаду страны. Это путь не к национальному государству, а к национальной катастрофе.

Последствия победы идейных сторонников этнического национализма можно наблюдать сейчас в Грузии, которая может не только фактически, но и юридически перестать существовать как единое государство. Уже закрыла свои границы Аджария, которая намерена сохранить «кусок истинной Грузии». Южная Осетия и Абхазия, несомненно, используют приход националистов к власти для демонстрации обоснованности и справедливости собственных сепаратистских устремлений. Этнические конфликты могут возникнуть и в других областях Грузии, например, в Сванетии, которая в начале 90-х выступила на стороне Гамсахурдиа.

Но не только идеология этнического национализма угрожает существованию единого украинского государства. Не меньшую опасность несет и экономический либерализм, сторонники которого обещают привести Украину в Европу посредством экономических реформ, направленных на уменьшение государственного контроля над хозяйственными процессами. Либеральная идеология отражает интересы олигархических группировок, захвативших ориентированные на экспорт отрасли народного хозяйства и желающих снять с себя ответственность за развитие социально-экономической сферы в целом. Часть сторонников либеральной идеологии вошла в коалицию с этническими националистами (можно сказать, что «Наша Украина» представляет собой союз двух идеологических сект — национальной и либеральной). Некоторые пытаются определять вектор социально-экономического развития страны, оставаясь в провластных партиях. Но всех приверженцев экономического либерализма объединяет одно: полное пренебрежение реальными потребностями общества ради создания условий для обогащения крупных собственников. События в Грузии ясно свидетельствуют: народ не прощает, когда за его счет цинично наживается ничтожное меньшинство. Власть, не способная проводить политику в общенародных интересах, неизбежно окажется в одиночестве, по ней бумерангом ударят страдания и унижения тех, кому она не смогла и не захотела обеспечить достойную жизнь.

Но реализация принципов экономического либерализма не только обречет большинство украинского общества на наследственную бедность, но и приведет к гибели целый ряд промышленных отраслей, неспособных выжить без государственной поддержки при «отпущенных на свободу» тарифах. Экономический либерализм, вопреки утверждениям его сторонников, не приближает Украину к Европе, а удаляет от нее.

В проект новой Конституции ЕС включена Хартия фундаментальных прав ЕС. Помимо основных прав человека и гражданина, в нее попали права находящихся на территории союза иммигрантов и беженцев, а также вопросы трудовых отношений. Для Украины и других партнеров союза это означает, что сотрудничество и интеграция с ЕС ставятся в зависимость от того, насколько государства-партнеры соблюдают нормы Евроконституции. Иными словами, защищая социальные права трудящихся в своих странах, Евросоюз потребует того же от своих партнеров.

Право на стратегическое сотрудничество с Европой надо заслужить. Для этого необходимо проводить ответственную социальную политику и укрепить национальную экономику. А это невозможно без интеграции с Россией и другими республиками бывшего СССР.

Грузинские события показывают также, как опасны геополитические колебания, нежелание выбрать между Западом и Россией. С одной стороны, кажется, что стратегический союз с Западом престижнее, с другой, — необходимость тесных отношений с Россией диктуется каждодневными интересами народного хозяйства. В итоге власть, так и не сумев определиться, в случае возникновения кризиса оказывается предоставленной самой себе, — спасать Грузию от катастрофы ни Запад, ни Россия не спешат.

Решать проблемы страны необходимо в реальном социальноэкономическом, геополитическом и культурном пространстве. А реальные потребности Украины как государства, а украинского народа (к которому, несомненно, относятся и русскоязычные граждане Украины) как политической нации требуют проведения ответственной социальной политики, возрождения экономики, тесного союза с Россией и другими республиками бывшего СССР, законодательного признания языкового и культурного разнообразия Украины.

КПУ еще и еще раз подтверждает, что она остается политическим авангардом общества. Она должна стать не только организатором борьбы за ответственную социальную политику (а в итоге за восстановление социальной справедливости), но и наиболее активным сторонником и проводником идей интеграции. Сейчас партия демонстрирует политическую поддержку идеи экономического и политического союза с Россией. Это, безусловно, важно, но недостаточно. Партия должна перейти к активной агитационной и пропагандистской деятельности. Партия должна выступить за создание единого широкого общественного фронта сторонников интеграции. Не секрет, что основное препятствие для объединительных процессов сейчас — удаление наших народов друг от друга. Выросло уже целое поколение, совершенно равнодушно относящееся даже к самой идее объединения. Поколение, которое не знает о том, что Украина и Россия всегда были сильны единством, братской взаимной поддержкой, бескорыстной помощью друг другу.

Между тем предоставляется замечательная возможность переломить нарастающее взаимное отчуждение. Важно усилить пропаганду идей и характера Переяславской рады, благодаря которой Украина впервые возникла как государственное образование, а Украина и Россия объединили свои силы для защиты восточнославянской цивилизации от внешней угрозы.

Идеи Б.Хмельницкого живы и актуальны, что доказывает непрекращающееся и сегодня народное паломничество в Переяславль: за год небольшой исторический музей в среднем посещает более двадцати пяти тысяч человек. Это в условиях, когда правительства Украины и России демонстрируют полное равнодушие к одному из величайших политических деятелей славянского мира. Пренебрежение памятью одного из наиболее значительных событий в истории наших народов свидетельствует об отсутствии и национальной стратегии, и государственного мышления.

Существует постановление правительства и указ президента о подготовке мероприятий по празднованию 350-летней годовщины Переяславской рады. Обидно не только то, что оно не выполняется, но и то, что нарастают антипереяславские действия. Горько, что это происходит при полном равнодушии нашей политической общественности, в том числе и целого ряда левых партий. Сейчас настало время доказать готовность защищать национальные интересы Украины, а, следовательно, и идею экономической и политической интеграции с Россией. Доказать приверженность идеям Богдана Хмельницкого. Иначе мы сами можем неожиданно для себя оказаться перед лицом национальной катастрофы, к которой толкают нас идеологи этнического национализма. Народ непременно отомстит тем, кто в своё время предал Советский Союз. Пример г-на Шеварднадзе, которого народ Грузии выбросил на политическую свалку, как никогда, убедителен.

После выхода в свет первого издания книги «Украинский фашизм» политическая обстановка в Украине резко изменилась, подтвердились опасения авторов книги о растущей угрозе в стране фашистской диктатуры.

Главными носителями коричневой заразы являются галицийские необандеровцы, которые в соответствии с геополитическими установками правителей США и НАТО в целях маскировки своей сути перекрасились в оранжевый цвет.

Разрушительная сила «оранжевых» наглядно проявилась в период выборов президента Украины, сценарий их проведения был навязан и профинансирован американо-натовскими геостратегами, замыслы которых сводятся к тому, чтобы изолировать Украину от России и Белоруссии, ввести в нашу страну войска НАТО, стать хозяевами украинской земли, сократить численность населения до 10–15 млн человек, а оставшихся в живых превратить в дешевую рабочую силу, обслуживающую «золотой миллиард».

Орудием реализации антиукраинских, антиславаянских, людоедских по своей сути замыслов западных геополитико стала «Наша Украина» и ее лидер В.А.Ющенко. В его свите вельможи, которые, по словами академика П.Толочко, «все 13 лет были у власти и стремятся возвратить ее» Среди них четыре бывших вице-премьера и десять министров:

В.Пинзеник, Ю.Тимошенко, НЖулинский, И.Юхновский, Ю.Ехануров, И.Заяц, Ю.Костенко, С.Головатый, Г.Удовенко, Б.Тарасюк, Л.Танюк и другие. В команде Ющенко оказался и бывший спикер Верховной Рады И.Плющ.

Это они в 80–90 годы составили ударный отряд «пятой колонны» по разрушению Советского Союза — страны, сокрушившей фашизм, поднявшейся в космос, создававшей новую цивилизацию на основе социальной и национальной справедливости. Они же и составили костяк антинародного кравчуковского-кучмовского режима, а теперь в целях саморекламы, изощренно манипулируя сознанием населения, создали видимость оппозиционности этому режиму.

В 90-х годах Пинзеник, Ющенко и Лазаренко были проводниками политики «прихватизации», навязанной Украине МВФ. В результате ее народной собственностью, созданной несколькими поколениями наших соотечественников, завладела кучка ловких дельцов, а трудящиеся оказались в нищете.

Ющенковцы: Н.Жулинский, И.Юхновский, И.Драч, П.Мовчан, Б.Тарасюк с сатанинской заданностью стремятся реабилитировать кровавую бандеровщину, приравнять оуновских вояк — приспешников Гитлера к участникам Великой Отечественной войны, поднять им размер пенсий, одновременно понизить пенсии нашим ветеранам.

Команда Ющенко, навязывая свою волю избирателям, опирается на многочисленных и обученных по американскому заказу членов организации «Пора», УНА-УНСО, «Тризуб» им. С.Бандеры, Всеукраинское братство ОУН-УПА им. РШухевича и другие военизированные структуры, действующие по образцам гитлеровских штурмовых отрядов.

Сегодня наибольшую опасность из них представляет «Тризуб» им. С.Бандеры. Организация создана службой безопасности ОУН после того, как Украина стала «независимой», и вот уже 12 лет действует вне правового поля и имеет свои сотни в 20 областях Украины и в пяти областях инициативные группы. Один из ее лидеров Василий Иванишин недавно заявил, что будучи наследниками Бандеры и его однодумцев, они «поставили собі мету в наш час реалізувати ту справу, яку не змогли завершити вони» [1].

Как сообщают СМИ, одной из баз, где «готовили украинские подразделения боевиков для участия в массовых акциях», стала Польша — страна, входящая в НАТО. В декабрьские дни на Майдане среди молодежи, зомбированной 5-м каналом и искренне верящей в то, что Ющенко «спаситель Украины», находились люди «в камуфляже с шевронами», внешний вид и действия которых свидетельствовали об их особой профессиональной подготовке [2].

Даже оранжевый цвет и призыв «Так!» — забугорного производства. По утверждению академика НАН Украины и народного депутата Петра Толочко, то, что происходит у нас — это продолжительный и долгосрочный проект давно спланированных оппозицией и ее наставникам из-за границы ... «Померанчевые» свитера, шарфы, куртки, вплоть до бюстгальтеров готовились за год или за полгода до выборов».

Ядро «Поры» составляет западноукраинская молодежь. Многие галичане, предки которых столетиями пребывали под иностранным гнетом (польским, австрийским и немецким), впитали в свой менталитет панскую спесь, почитание силовых методов обращения и по своим нравственно-психологическим ценностям они существенно отличаются от украинцев восточных регионов. На эту особенность обратили внимание гитлеровцы. Создавая в 1943 г. дивизию СС «Галичина», нацисты были убеждены, что галичане — это не украинцы и что они родственны арийцам [3].

Н.В.Струтинский (помощник легендарного разведчика Н.И.Кузнецова) из совокупных свойств менталитета жителей Галиции выделил «приученность признавать только силу и указания руководителей ОУН», а также «слабое понимание сущности происходящих общественных процессов». Галицких националистов Н.В.Струтинский назвал «этно-мутантами», хроническими врагами славянского мира, которые «всегда будут стремиться к захвату, покорению Украины, к ее бандеризации и окатоличиванию» [4].

Националистическое высокомерие галичан на протяжении многих десятилетий подпитывало несправедливым распределением материальных и финансовых ресурсов Украины.

Наследники Степана Бандеры лишь в рекламных целях пытаются представлять себя выразителями общеукраинских интересов. Являясь эгоцентристами, они пекутся только о себе. Их способ существования — паразитирование на доверии украинского народа. Внедрившись в государственные структуры, необандеровцы сумели навязать населению Восточной Украины режим эксплуатации, о характере которой читатель может судить по использованию налога на добавленную стоимость. К примеру, Законом о Госбюджете на 1993 год величину налога на добавленную стоимость имели право оставить [5].

Восточнее области:

Донецкая — 22,1%

Днепропетровская — 24,3%

Луганская — 35,6%

Полтавская — 35,61%

Харьковская — 27,1%

Западные области:

Волынская — 100%

Ровенская — 100%

Тернопольская — 90,7%

Львовская — 38,6%

В 1994 г. в пересчете на душу населения финансовых средств «на одного жителя Восточной Украины было отпущено в три раза меньше, чем для граждан западных областей». Такой порядок соответствует интересам «западноукраинских политиков: ремонтировались дороги, открывались новые школы и детские сады». Избиратели, разумеется, довольны своими депутатами.

Стяжательские устремления и националистическое чванство новых поколений галичан старательно поддерживается американо-натовскими покровителями, их щедрыми финансовыми инъекциями и идейнопсихологическим зомбированием.

По сведениям СМИ, деньги на финансирование «оранжевой революции», полным потоком текли из Америки, других западных стран. Персональные вливания в нее осуществили Сорос, Березовский, Абрамович и другие олигархи-просионисты. Заметим, что Б.Березовский еще два года назад высказался о своем желании сделать после Кучмы президентом Украины Виктора Ющенко.

В британской газете «The Guardian», опубликованной 27 ноября 2004г., утверждается, что «за беспорядками в Киеве стоят американцы». Автор статьи утверждает, что эти тщательно спланированные психологические операции, вызвавшие разрушительный характер в Украине, были спланированы и организованы «американским правительством с привлечением американских консультантов, социологов, дипломатов двух ведущих американских партий и неправительственных организаций». Поток «зеленых», выполнивший мерзкую роль иудиных сребреников, распространился, как пишет немецкая еженедельная газета «Цайт», «через свою скрытную действующую сеть, сходную с той, в которой принимали участие грузинские оппозиционеры» [6].

«Зеленые», растлевая и развращая молодых людей, разожгли у них стяжательские настроения, породили тысячи «христопродавцев», для которых честь, достоинство и благополучие Родины — пустой звук. Эти «революционеры» живут на гранты американских и европейских фондов и без стеснения именуют себя «детьми капитана Гранта».

Корреспондент газеты «Комсомольская правда» Дарья Асламова, изучив повадки «оранжевых», констатирует, что двигательными мотивами их поведения являются личная корысть, стяжательство. На ее вопрос: «К какой партии они принадлежат?» Один из «революционеров» ответил: «К партии Зеленых» И рассмеявшись, добавил: «К партии долларов» [7].

Нельзя без душевной горечи наблюдать, как миллионы наших соотечественников, став жертвой ловкого и циничного обмана, с восторженными лицами отдавали свои голоса за лидера «оранжевых», не осознавая того, что он из той же колоды, что и Кучма.

Зеленую улицу стремительного рывка галицийских неофашистов и их лидеров к власти открыл социал-ренегат А.Мороз. Заметим, что Мороз не является первооткрывателем подобного рода нравственнополитических кульбитов. Политическая карьера Муссолини, Гитлера и натовского кровавого ястреба Салана так же начиналась с участия в работе социалистических организаций. Повторяется трагическая история 70-летней давности, когда предательское поведение немецких социал-демократов обеспечило Гитлеру победу на выборах в рейхстаг.

«Социальная» гнусавость А.Мороза — это, надо полагать, следствие поглощения грантов, поступающих от забугорных и украинских олигархов. Она показала всю глубину идейно-нравственного падения Мороза, от которого сегодня отвернулись тысячи его сторонников. И потому «грантоеду» на очередных выборах можно рассчитывать лишь на электорат современных нуворишей.

Победа партии Ющенко на выборах в определенной степени была предопределена ошибочной тактикой коммунистов, которая строилась по формуле, выраженной Петром Симоненко «в клановых разборках мы участие не принимаем».

Лидеры КПУ, на наш взгляд, анализировали социальную природу восточного и западного кланов в формально-логическом плане. Однако, если углубить этот анализ, то можно обнаружить между ними существенные различия. Восточный «клан», представителем которого на выборах был В.Янукович, является носителем традиционной буржуазной демократии, позволяющей левым силам действовать легально, ориентируется на создание вместе с Россией, Белоруссией и Казахстаном единого экономического пространства, которое открывает простор развитию производительных сил Украины, улучшает материальное положение трудящихся и укрепляет позиции наших народов в противостоянии глобализаторам.

Западный «клан», интересы которого олицетворяет В.Ющенко, ориентируется на силовые методы решения общественных проблем (бесчинства «оранжевых» в столице Украины — лучшее свидетельство тому), потенциально несет в себе угрозу фашизма. Во внешнем плане, Ющенко и его сторонники, по своей сути, — пешки на планетарной шахматной доске. Их руками сегодня формируется колониальная администрация неофашистского (необандеровского) типа, ловко упрятанного манипуляторами общественного сознания в «демократическое» оперение. Продвигая Ющенко в политические «дамки», американские геостратеги создают гарантии втягивания Украины в НАТО, продвижения своих войск к границам Брянской, Орловской и Курской областей, что чревато смертельной угрозой как для России, так и для Украины. В результате коренным образом меняется геополитическая ситуация не только в Европе, но и в мире.

Опасность установления в Украине неофашистстко-просионистского режима можно было бы увидеть еще в начале 2001 г. во время «кассетного скандала», когда так называемая оппозиция протестовала под лозунгом «Украина — без Кучмы!» Протестные акции строились по забугорному сценарию. Это была первая репетиция грядущей «оранжевой революции». К сожалению, в этой «репетиции» приняли участие и коммунисты. Становясь во время митингов под общие знамена рядом с зятем дяди Сэма В.Ющенко, находящейся в уголовном розыске Ю.Тимошенко и ренегатом А.Морозом, они помогали формировать у наших граждан представление о том, что «оппозиционеры» — это народные заступники и этим повышали их рейтинг.

Геостратеги США и НАТО, оказывая массированную помощь Ющенко, преследуют глобалистские цели: закабаление Украины, превращения ее в плацдарм для борьбы с Россией. Украинцам при этом отводится роль каинов в отношении своих братьев — русских и белорусов. Раскрывает эти замыслы масон Бжезинский, которому галицийские необандеровцы (неофашисты) успели присвоить звание «Почетного гражданина Львова». «Наша цель, — заявил Бжезинский, выступая во Львове, — еще глубже заниматься делами Украины во имя интересов Америки. Важно, чтобы Украина постоянно и последовательно шла на Запад... «Новый мировой порядок» при гегемонии США создается против России, за счет России и на обломках России» [8].

Какую же «свободу» и «демократию» навязывают нам янки, мы можем судить по трагедии в Ираке, где «миротворцы» сеют смерть и разрушения, уже убили 100 тысяч мирных, ни в чем не повинных граждан.

Стремясь реализовать заказ своих западных хозяев, ющенковцы — наследники петлюровщины и бандеровщины прибегают к тотальной манипуляции сознанием населения, фальсифицируют историческую правду, насаждают в обществе русофобские настроения, в мрачных тонах изображают историю украинско-российских отношений.

Национал-радикалы, действуя по сценарию своих западных господ, превращают Украину в плацдарм для информационно-психологической войны против России и Белоруссии. Они с позиции шовинизма переписывают отечественную историю. К примеру, на сайте «Украинская идея» помещены статьи, которые говорят сами за себя: «Украина — прародина индоевропейцев», «Украина и изначальное возникновение языков», «Конец российской литературы» и т.д. В статье «Возврат украинского языка» утверждается, что в 1137–1478 годах Новгородская республика была колонией Киевской Руси и заселена большим количеством выходцев из метрополии — Украины». Антропологические особенности украинцев (размер черепа, длина рук и т.д.), твердят галицийские шовинисты (неофашисты), в лучшую сторону отличаются от русских, которые «оказываются, по своему происхождению ближе к финно-угорским народам и татарам» [9].

Академик Петр Толочко, критикуя подобные приемы фальсификации истории, писал, что в украинской исторической науке происходит обвальный процесс утраты профессионализма. Подлинные профессионалы, крупные историки с международной известностью не в чести. В почете дилетанты-беллетристы, способные из конъюнктурных соображений выдумать все, что угодно. Вроде того, что украинцы ведут род от каменного века, что вся индоевропейская культура — наша культура, что греческая Троя — не что иное, как село Троещина близ Днепра. Послушаешь — и уши вянут. Беллетристы проповедуют с убежденностью жрецов. Им предоставляют газетные полосы, радио и телеэфир, им, что опаснее всего, верят» [10].

Сторонники Ющенко, распространяя в обществе шовинистические, неофашистские взгляды и настроения, стремятся героизировать бандеровщину. Показательно в этом отношении выступление депутата Ровенского горсовета неофашиста В.Шкуратюка. «Я горжусь тем фактом, — заявил он, — что среди 1500 карателей в Бабьем Яру было 1200 полицаев из ОУН и только 300 немцев» [11].

Безнаказанность подобных заявлений со стороны властей добавляет наглости необандеровцам. Сегодня от слов они переходят к действиям. Недавно депутат Верховной Рады, активный сторонник Ющенко Тягныбок призвал галичан «брать оружие и стрелять жидов, москалей и пшеков» [2].

Русофобия — это циничный прием, рассчитанный на то, чтобы направить социальный гнев обездоленного народа в сторону вымышленного врага — России. Апологеты бандеровщины закрывают глаза на то, что без братского союза восточнославянских народов украинская нация не смогла бы состояться и была бы отуречена, ополячена, онемечена и окатоличена.

Только вместе с Россией нам удалось собрать и объединить все свои земли. В 1654г., в соответствии с Переяславским договором, сливаясь с Россией, мы имели только около 10% территории по сравнению с современной. Затем в состав Малороссии (Украины) вошли: Слобожанщина (земли Харьковской, Донецкой, Сумской и Луганской областей), где под защитой России селились украинцы, спасаясь от гнета польских панов. Новороссия — территория Северного Причерноморья, отвоеванная в XVIII в. у османов; в 1939 г. — Галичина; в 1944 г. — Закарпатье; в 1954 г. — Крым, полученный нами в качестве подарка от России (небывалый случай в истории).

Находясь в союзе с Россией, другими братскими народами СССР, Украина добилась выдающихся успехов во всех сферах жизни — в экономике, науке, образовании, здравоохранении, спорте, освоении космоса, вошла в десятку самых развитых стран мира.

Этот прогрессивный процесс был прерван в 1991 г. Началось попятное движение общества.

Национал-радикалы, завладев креслом президента, незамедлительно ринулись утверждать неофашистские порядки (американского образца) на левобережной Украине. Они перетряхивают административные органы, СМИ, коллективы преподавателей вузов, изгоняют неугодных и ставят на место своих сторонников.

Снова встает гамлетовский вопрос: «Быть или не быть?

— Быть ли Украине свободной или она утратит остатки своего суверенитета и превратится в колонию США и НАТО?

— Сохранится ли украинская нация или ее в соответствии с рекомендациями Римского клуба, где господствует масонство, низведут до 10–15 миллионов человек, а оставшихся в живых превратят в манкуртов с американизированной ментальностью, опустошенной духовностью?

— Быть или не быть славянской, православной цивилизации, давшей миру образцы материальной и духовной культуры?

Время, в котором мы живем, тревожно. Оно зовет к действию, к единению.

Основой объединительной платформы левых и патриотических сил может стать программа, разработанная Прогрессивной социалистической партией Украины, которая включает:

1. Во внутренней политике:

— переход к федеративному устройству Украины со сбалансированными полномочиями центра и регионов с целью стимулирования экономического, социального, культурного развития регионов как основы гармоничного развития всей страны;

— признание равного государственного статуса украинского и русского языков;

— конституционное закрепление общенародной собственности на землю и природные ресурсы;

— конституционная защита обобществленных форм собственности;

— снятие неприкосновенности с депутатов, президентов и судей;

— избираемость судей населением;

— гарантирование минимальной заработной платы и пенсий не ниже прожиточного уровня;

— наделение профсоюзов правом законодательной инициативы.

2. Во внешней политике — выполнение Декларации о государственном суверенитете Украины, принятой на Всеукраинском референдуме 1 декабря 1991 года, что означает:

— обеспечение внеблоковости Украины;

— подписание союзного договора с Россией и Белорусью;

— вхождение в Единое экономическое пространство.

Только объединенными усилиями левых партий, всех патриотов Украины, славян, всех братских народов, населяющих евроазиатское пространство, православных, мусульман, представителей других верований можно будет сорвать бесчеловечные замыслы американо-натовских глобалистов по закабалению Украины, насаждению в стране неофашистского режима и отстоять наше право на жизнь, свободу и счастье настоящих и будущих поколений.

1. Бандерівець (інформ. бюлетень). — 2003. — №4 (34).

2. Досвітні огні, 2004, 50 (157), грудень.

3. Зеркало недели, 2002, 12 января.

4. Козлов Ю. Последнее интервью Н.В.Струтинского // Обозреватель. — 2004. — №2 (169). — С. 105–113.

5. Шаповалов И. Украина Восточная — колония Украины Западной?// Левый берег. — 1994. — №18 (36).

6. Коммунист, 2004, 29 декабря.

7. Асламова Д. Профессия революционер: пособие для начинающих// Комсомольская правда, 2004, декабрь.

8. Качан В.С. Планетарный спрут. — 2002. — С.27.

9. Слава Родины. — 2004. — №4–5 (56–57).

10. Коммунист. — 1995. — №33.

11. Киевский вестник, 1993, 26 марта.

... Ті автори, які відстоюють необхідність реабілітації ОУН-УПА, роблять це дуже своєрідним чином. Вони подають далеко не всім відомі і безперечні факти з історії українського націоналістичного руху, а лише ті, де ОУН, УПА, дивізія СС «Галичина», УГВР тощо видаються «борцями за національне визволення України, за Українську Соборну Самостійну Державу».

Автори цих творів, майже без винятку, не згадують, що у програмних документах ОУН, починаючи з І Конгресу (Відень, 1929 p.), вказувалося, що український націоналізм є таким же природним рухом, як «у Німеччині — гітлеризм, в Італії — фашизм», що метою ОУН визнавалась побудова держави «з сильною державною владою в руках Вождя Нації»; що незалежний розвиток держави вважався можливим лише за умови «тривалого забезпечення її імперських позицій», розбудови «українського мілітаризму»; що треба боротися «за панівне становище серед інших народів»; що принципом ОУН є «Україна для українців»; що мораль оунівця — це «мораль завойовника», а його рисами повинні бути «догматизм,... фанатизм,... аморальність,... творче насильство...»; що їх влада «мусить бути страшна»; що не треба лякатися, що з українського населення залишиться половина [1].

Адвокати націоналізму для широкого вжитку, як правило, обходять питання про те, як визначаються в програмових документах ОУН «етнографічні межі» України. Як зазначає сучасний дослідник, «...ідеологія українського націоналізму передбачає перманентні війни з сусідами України... нема і не може бути миру між Україною та її сусідами, допоки Холмщина, Підляшшя, Лемківщина залишаються в рамках польської держави, поки Придністров’я є частиною Молдавії, поки південне Полісся входить до складу Білорусії, поки Курська й Воронезька області, Краснодарський та Ставропольський краї є частиною Російської Федерації... Перманентна війна України проти всіх її сусідів — річ для ОУН нормальна, вона навіть обґрунтована ідеологом українського націоналізму Дмитром Донцовим» [2].

Фашистські по суті імперіалістичні наміри українських націоналістів знаходять відображення у своєрідній психологічній атмосфері, характерній для ОУН. Ось спогади учасника УПА: «Буде війна» — цими словами взаємно віталися повстанці, зустрічаючи друзів...» [3].

Навіть через лічені роки після закінчення війни, яка завдала українському народу стільки горя, провідний ідеолог і публіцист УПА П.Полтава в статті «Підготовка третьої світової війни та завдання українського народу», чітко усвідомлюючи можливі втрати України, не вважає за необхідне приховувати бажання цієї війни, намагаючись лише замаскувати його посиланням на волю народу: «...український народ не є проти цієї війни, він на неї чекає» [4].

А один з провідників ОУН. Ст. Ленкавський у 1948 році наголошував: «Нам по суті треба наслідувати фашистсько-гітлерівські методи».

Ми вибірково навели лише деякі з багатьох свідчень такого роду. Але й цього достатньо, щоб дійти висновку, що український інтегральний націоналізм є фашизмом. Цей висновок робить і авторитетний історик Іван Лисяк-Рудницький. Він називав «інтегралів» непатріотами, «бандеро-націоналістичними головорізами», які «опановані божевільною жадобою влади і хотять не просто незалежної України, але тільки таку українську державу, що в ній п. Бандера виконував би роль самовладного диктатора, ОУН(р) — роль безконтрольної моно-партії «ордену», а «служба безпеки» — функцію рідного НКВД». І. Лисяк-Рудницький висловлював «надію й гаряче бажання, що українське громадянство зуміє перебороти божевілля тоталістичного націоналізму», бо якщо хоч на деякий час їх допустити до проводу, то «бандеро-націоналісти втягнули б неминуче в ганьбу й катастрофу всю нашу національну справу» [5].

На жаль, так тоді і сталося і може повторитись.

Красномовною є спроба одного з шефів СБ ОУН Миколи Лебедя дати власну інтерпретацію здійсненого ОУН злочинного плану винищення польського населення, жертвами якого стали десятки тисяч цивільних осіб: «УПА пробувала втягнути поляків до спільної боротьби проти німців і більшовиків. Коли ж це не дало жодного успіху, УПА дала польському населенню наказ опустити українські терени Волині і Полісся» [6]. Отакої! Знищення десятків тисяч людей, за Лебедем, — це просто наказ «опустити українські терени».

...У зв’язку з цим не можна ще раз не звернутися до вказаної широко документованої праці Віктора Поліщука, який занепокоєно свідчить, що «сама ОУН ніколи не визнала свою вину за скоєні злочини» [7].

І справедливим видається зауваження автора, що фашизм засуджено німцями, італійцями, іспанцями, португальцями, але у певних сил в Україні провідною ідеологією націоналістичного руху продовжує залишатися інтегральний націоналізм.

Справедливість такого висновку підтверджують і факти українського сьогодення. Ось лише два приклади. 1992 року Спілка Української Молоді (СУМ) видає працю Дмитра Донцова «Росія чи Європа?». У передмові наводяться роздуми автора. Що українець — то «Гомо Европеус», а росіянин — то варвар, «Г омо Азіатікус», подається заклик — «За Київ і Христа проти Москви і антихриста!». І тут же видавці СУМ — пишуть: «Ім’я та творчість Д.Донцова залишаються для нас не лише історією, але й маяком сучасності і дороговказом на майбутнє» [8].

Приклад другий. Газета УНА-УНСО «Наша справа» (№3–1997.

— 17 січня) з гаслом «Сила; порядок, добробут!», статтями про Я.Стецька, героїзм ОУН-УПА й оголошенням про наступний закритий семінар «для старших офіцерів ЗСУ, МВС, НГУ, ПВ, СБУ» з темою «Війни XXI століття» і головною доповіддю «Від війни як глобального протистояння, до війни як інтенсивної терористичної кампанії».

...З усього сказаного випливає один висновок: реабілітація ОУН, УПА означала б реабілітацію фашизму, який є реальною небезпекою і сьогодні, і в майбутньому. Вони, ОУН-УПА, можуть бути лише прощені. Й то тільки тоді, коли самі визнають свою вину, засудять свої злочини.

Так ставить цю проблему чесний українець В.Поліщук (С. 12, 13, 14 та ін.). Так давно вже її поставили ветерани Великої Вітчизняної війни України, коли ще в 1994 році в ім’я миру та злагоди в державі запропонували колишнім воякам ОУН-УПА засудити бандерівщину та її злочини [9].

1. Обвиняет земля. ОУН.. — Сб. док. и мат. — М.: Универсум, 1991. — С.23–27.

2. Сповідь українця. — Донецьк, 1996. — С. 82.

3. Борець Ю. У вирі боротьби. Спогади учасника повстанської боротьби (1941–1948). — К., 1993. — С. 49.

4. Літопис УПА. — Торонто — Львів, Т. 10. — С. 364.

5. Історичні есе. — К.: Основи, 1994. Т. 2. — С.279, 282, 283.

6. Лебедь М. УПА. — Дрогобич, 1993. — С.53.

7. Поліщук В. цит. праця. — С. 12.

8. Донців Д. Росія чи Європа. — 1992. — С. 3–5.

9. Голос України. — 1994. — 12 жовтня.

Останнім часом при підтримці окремих законодавців, урядовців науковців, різних посадових осіб та засобів масової інформації все нахабніше відроджується і розповсюджується націоналістична ідеологія, суспільна психологія і політика.

Колишніх агентів німецької військової розвідки (абверу), гестапо, спецслужб інших іноземних держав, організаторів злочинів проти миру і людяності, катів і вбивць українського народу підносять до рангу «національних героїв» України.

Угодовці «націонал-патріотів» намагаються задовольнити їхні вимоги.

Як це робиться?

Розглянемо ряд документів, які сьогодні намагаються визнати як «історичні» і «правові», пропонуються законодавчим і урядовим органам для розгляду з метою обов’ язкового їх прийняття.

Перший — це «Історичний висновок про діяльність ОУН-УПА» (попередній варіант), підготовлений робочою групою Інституту історії Національної академії наук (керівник групи — заступник директора Інституту історії С.Кульчицький).

У цьому «висновку» є як позитивні, так і негативні думки, судження. Останніх, негативних, більше. В цілому «Історичний висновок...» скерований на те, щоб визнати діяльність ОУН-УПА як «патріотичну» тільки тому, що цим структурам нібито була притаманна ідея творення суверенної і незалежної України. І, мовляв, заради того, що відбулося сьогодні, треба пробачити ОУН-УПА всі злочинні дії, які вона організувала й провела у довоєнний час, у роки Великої Вітчизняної війни та повоєнний час.

Автори «висновку» пропонують реабілітувати ОУН-УПА у політичному, історичному аспектах без зваженої юридичної оцінки дій ОУН-УПА. Але це глибока помилка. Діяльність ОУН-УПА повинна бути розглянута в усіх аспектах: політичному, історичному та юридичному — тільки у такому поєднанні може бути об’єктивна оцінка діяльності Організації українських націоналістів.

Другий — це проект Закону Міністерства юстиції України «Про відновлення історичної справедливості у боротьбі за свободу і незалежність української держави у період з 1939 до середини 50-х років».

Цей документ за №23–9–5775 від 19.09.2000 р. за своєю суттю є спробою з використанням права ревізувати історичне минуле нашої держави і намаганням спростувати міжнародні правові акти, такі як вирок Міжнародного військового трибуналу в Нюрнберзі від 1 жовтня 1946 року, Конвенції у справі запобігання й покарання злочину народо-вбивства, яка була прийнята Генеральною Асамблеєю ООН 9 грудня 1948 р., та ряду чинних Законів України й у такий спосіб захистити минулу злочинну діяльність українського фашизму.

Міністерство юстиції України у своєму проекті, використовуючи «Історичний висновок про діяльність ОУН-УПА» (попередній варіант) Інституту історії НАН України, робить спробу з використанням права перекрутити історичне минуле.

Наведу лише декілька фрагментів:

У статті 2 проекту Закону наголошується, що «період з вересня 1939 р. по червень 1941 р. визнати періодом ідеологічного протистояння українських націоналістів правлячому тоталітарному режиму на території колишніх Союзу РСР і Української РСР».

Протистояння було, але не «ідеологічне», а з ОУН як служанкою німецьких спецслужб, які намагалися за допомогою оунівців організувати збройне повстання в Західній Україні і у такій спосіб отримати привід для вторгнення на територію України. Члени ОУН, які пройшли підготовку в диверсійно-розвідувальних школах Німеччини і були закинуті в Україну через державний кордон як агенти абверу й емісари ОУН, готували у багатьох місцях західноукраїнських земель збройні виступи. Окремі виступи і ті, які планувалися, були знешкоджені активними діями органів держбезпеки за широкої підтримки місцевого населення.

Затриманий органами держбезпеки колишній член Краківського проводу ОУН, Гринів Володимир («Кременський») розповів:

«Організація українських націоналістів тісно співпрацює з німецькою розвідкою і виконує її завдання. Всіма зв’язками з гестапо на території Польщі, окупованій німцями, керує учасник ОУН Ребет Левко («Лисий»). Він займається вербуванням людей для шпигунської роботи, у першу чергу учасників ОУН, які закидаються для виконання шпигунських завдань в СРСР» [1].

Оунівці, виконуючи завдання нацистів, виявляли об’ єкти для диверсій і місця для висадки німецьких диверсантів у радянському тилу.

«Керівництво ОУН Лебедь, Стецько, Ленкавський, Кравцов та інші, — писав свого часу член ОУН Стецишин Богдан, — уже тоді знали, що Гітлер готується до нападу на СРСР. Ми готували топографічні карти, на яких детально відмічали місця висадки німецьких десантів» [2].

То де ж те «ідеологічне» протистояння, коли насправді — активна співпраця зі спецслужбою іноземної держави, тобто зрада Батьківщини?

І зовсім не відповідає історичній правді спроба вважати «період після 22 червня 1941 року до весни 1943... початком активних дій і збройної боротьби членів ОУН проти правлячого комуністичного режиму на території України».

По-перше, тогочасна територія України була окупована німецькими фашистами і тут діяв відповідний гітлерівський окупаційний режим.

По-друге, оунівці підтримували цей режим своїми збройними загонами, у тому числі УПА, яка була створена за допомогою німців. Це було зроблено на прохання політичного і військового керівництва ОУН. За архівними відомостями гітлерівці передали ОУН-УПА:

«... більше 700 мінометів, близько 10 тис. станкових і ручних кулеметів, 26 тис. автоматів, 72 тис. гвинтівок, 22 тис. пістолетів, 100 тис. ручних гранат, 12млн патронів» [3].

Сформована й озброєна німецькими фашистами УПА мала виконувати такі завдання:

— стримувати боротьбу населення західних областей України проти німецько-фашистських загарбників, об’єднувати у своїх бандах українців, незадоволених гітлерівською окупацією, і тим самим перешкоджати їх переходу на бік радянських партизанів;

— під демагогічним гаслом боротьби «за визволення» спрямувати зброю бандитів УПА проти радянських і польських партизанів, а також проти неукраїнського населення західних областей України та східних районів Польщі;

— поповнювати каральні німецькі загони, аби не ослаблювати сил вермахту на Східному фронті;

— локалізувати діяльність радянських партизанських з’єднань на Волині і Рівненщині, позбавивши їх можливості розгортати бойові дії у всіх західних областях;

— у разі відступу окупантів з України розпочати підривну діяльність у тилу радянських військ [4].

Все говорить про те, що у вказаний період ОУН-УПА співпрацювала з німецькими фашистами і діяла тільки на їх користь.

Звернемо ще увагу на твердження правників, що УПА була створена «...для боротьби проти німецького окупаційного режиму і радянських партизанів та частин Червоної Армії на території України».

Так, боротьба проти радянських партизанів і Червоної Армії була, але проти німців, вибачте, її не було. Що це так, читаємо з донесення спецслужби дистрикту «Галичина» до Берліна: «ІУ-н — 90/444. Таємно. Державної ваги. Лемберг (Львів), 15 квітня 1944 р.

... УПА вітає домовлення, укладені між загонами УПА і німцями. Українська поліція була прийнята у ряди УПА, бо після відходу німців вона залишилася без всякого захисту. Зв’язок з керівними особами ОУН-УПА має винятково цінне і важливе значення для поліції безпеки, бо вони дають розвідувальні матеріали про наших державних ворогів і полегшують роботу поліції безпеки» [5].

Ці та інші обставини ОУН-УПА не воювала проти гітлерівців. Були окремі випадки стихійних нападів проти німців, але вони жорстоко придушувалися Службою безпеки ОУН. Ознайомимось з директивою СБ ОУН від 27 жовтня 1943 р. з цього питання:

«Особливу увагу треба звернути на виступи членів УПА проти німців, застосовуючи карні методи, аж до розстрілу» [6].

Вважаю, що далі коментувати питання боротьби УПА проти німців немає потреби.

І ще. Автори проекту згадуваного Закону, захищаючи організаційну структуру ОУН, пропонують «період з середини 1944 р. до середини 50-х років визнати як період громадянської війни в Україні».

Що на це можна зауважити? Не було ніякої громадянської війни, а був розгул бандитизму, підтриманий розвідками США і Великобританії. Спецслужби вказаних держав із числа членів ОУН за згодою її керівництва вербували агентуру, навчали її шпигунській, диверсійній і терористичній справі і різними шляхами закидали її на територію України. Ці агенти виконували спеціальні завдання, підтримували фінансово, морально і зброєю поодинокі підпільні боївки ОУН, які виконували завдання іноземних спецслужб та своїх бандватажків. Наведемо декілька прикладів з великої кількості. Під час проведення оперативної радіогри «Траса» з американською розвідкою і закордонним Представництвом Української Головної Визвольної Ради (ЗПУГВР) органами держбезпеки була захоплена велика кількість агентів американської розвідки, вони ж емісари ОУН. Ця радіогра була припинена у 1952 р. після захоплення резидента американської розвідки — члена ОУН Охрімовича та його групи. Всі вони були притягнуті до кримінальної відповідальності.

А під час проведення радіогри «Звєно» з англійською розвідкою і закордонними частинами ОУН (ЗЧОУН) в 1950–1960 роках на територію України було виведено і захоплено більше 30 агентів англійської розвідки, вони ж емісари ОУН [7].

Є у цьому проекті і світла думка. У статті 5 читаємо:

«Не підлягають реабілітації члени ОУН, вояки УПА, які у роки Великої Вітчизняної війни та повоєнний час вчинили злочини проти людяності відповідно до норм міжнародного права».

Але це питання, по суті, вирішене Законом України від 17.04.1991 року «Про реабілітацію жертв політичних репресій на Україні», де у статті 2 чітко розписано, яка категорія осіб не підлягає реабілітації. Всі кримінальні та інші справи на членів ОУН-УПА, які скоїли злочини проти миру і людяності, уже розглянуті і їм в установленому порядку відмовлено в реабілітації. Стаття 5 проекту /намагаються реабілітувати ОУН і УПА як організаційні структури у політичному, історичному і правовому аспектах.

А цього робити не слід. Бо то є крок до фальсифікації історії періоду Великої Вітчизняної війни, що забороняється вже діючим Законом України від 20 квітня 2000 р. «Про увічнення Дня Перемоги і народу-переможця», де у ст. 2 сказано про «...недопущення фальсифікації історії Великої Вітчизняної війни у наукових дослідженнях, учбово-методичній літературі, підручниках та засобах масової інформації».

Поряд з цим звернемо увагу на ст. 8 цього Закону «Міжнародні договори про ліквідацію наслідків Другої світової війни і збереження пам’ятників, пов’язаних з подіями Другої світової війни». У цій статті є така вимога: «Україна неухильно дотримується взятих міжнародних зобов’язань з недопущення проявів фашизму у будь-якій формі на своїй території».

Спробу Міністерства юстиції України стосовно реабілітації минулого українського націоналізму як різновиду українського фашизму можна розцінювати як підтримку новітнього фашизму, який сьогодні скеровується певними правими силами. А це вже протиправна дія.

Нарешті, щодо проекту Закону «Про громадянське примирення між учасниками Другої світової війни», внесеного до парламенту народним депутатом України Богданом Костинюком і зареєстрованого Сектором реєстрації законопроектів за №3589 від 04.06.2003 року.

Автор даного «документа» — народний депутат України Богдан Костинюк — пропонує: «З метою громадянського примирення між учасниками світової війни, відновлення історичної справедливості щодо бійців Української повстанської армії та Організації українських націоналістів, які боролися за незалежність Української держави, Верховна Рада України постановляє:

«Стаття 1. Визнати боротьбу Організації українських націоналістів та Української Повстанської Армії за свободу і незалежність України в період з 1939 року до середини 50-х років національно-визвольною боротьбою».

Чи була діяльність ОУН-УПА у вказаний період національно-визвольною боротьбою?

З вересня 1939-го до середини 50-х років ніякої національно-визвольної боротьби не було, а була злочинна діяльність організаційних структур ОУН і УПА, якими керували спецслужби іноземних держав: спочатку фашистської Німеччини, а згодом — США і Великобританії.

Що стосується співпраці українських націоналістів із фашистським режимом Німеччини, то цікавим з цього приводу є пояснення самого «вождя» ОУН Степана Бандери (в абвері «Сірий», «Баба», «Орський»). Свого часу воно було викладене у його зверненні «Слово до українських націоналістів-революціонерів за кордоном» (1948). Суть визнання Степана Бандери полягає ось у чому: «Коли ж Німеччина пішла війною проти Росії, нашого ворога, то Україна (читай українські інтегральні націоналісти — В.Масловський) не могла не прийняти неприхильне цього факту. Тому наша лінія дії була чітка: «невідступне відстоювання приязних взаємин і спільної війни проти більшовицької Росії і тільки проти неї».

Як бачимо, тут наголос «і тільки проти неї», означає досить багато, якщо не все.

І далі: «Таку політичну лінію ми вважаємо за єдино правильну, її ми намітили, її реалізували і важливими жертвами відстояли — і до неї завжди признаємось» [8].

Про лінію «приязних взаємин і спільної війни з Німеччиною проти Росії» також знайомимось у «Відозві бандерівського крайового проводу ОУН — жовтень 1942 року»: «... до всього українського громадянства та всієї нашої інтелігенції, хочемо всіх Вас проінформувати в міжнародних справах у сьогоднішнім тяжкім часі, що відбувається на наших землях з нашим відвічним ворогом Москвою. У нас є деякі українські реакційні сили, які хочуть створити тяжкі обставини для українського народу та для нашої союзної непереможної німецької армії...

...Ми звертаємось до всього населення та закликаємо всіх не слухати їх і їхньої шкідливої роботи проти українського народу. Давати їм відсіч на кожному кроці, а допомагати німецькій армії як матеріально, так і морально. На кожному кроці розкривати їх антинімецьку роботу» Підпис: Крайовий провід [9].

Обидва лідери ОУН ведуть мову про співпрацю із фашистською Німеччиною, яка вела агресивну війну проти СРСР і України. Згідно з міжнародним правом агресивна війна — міжнародний злочин. С.Бандера і «Легенда», по суті, визнають участь ОУН в агресивній війні.

У вироку Міжнародного військового трибуналу в Нюрнберзі від 1 жовтня 1946 року сказано так:

«Війна по своїй суті є зло, її наслідки не обмежуються одними лише воюючими країнами, але і зачіпають увесь світ. Тому розв’язання агресивної війни є найтяжчим міжнародним злочином...» [10, с. 327]. Всі особи, причетні до планування, організації і скоєння злочину агресивної війни — війни проти миру і людяності, згідно із статтею 6 Статуту міжнародного військового трибуналу в Нюрнберзі, оголошені злочинцями [10, с. 420, 421]. Новітні українські націоналісти доводять, що у минулому вони боролися проти насильства. Це велика неправда. Доказом цього є такий документ «повстанського характеру».

Це «Присяговий обов’язок вояка дивізії «СС Галичина».

Есесмани цієї дивізії разом з УПА багато скоїли злочинів в Україні та сусідніх державах. Так, «дивізійники» на благо «...Німецької армії і батьківщини» в Дембицькому концтаборі на території Жешувського воєводства Польщі знищили 750 тисяч людей різних національностей і країн» [12]. За неповними відомостями, у роки Великої Вітчизняної війни сокирниками і різунами із ОУН-УПА в різний спосіб було вбито 1,5 мли євреїв, понад 1 млн українців і близько 500 тис поляків [13]. Отакі вони — повстанці есесмани, поліцаї, шуцмани, упівці та інші.

Німецько-фашистські прихвосні, у т.ч. «учасники національно-визвольної боротьби», на Волині знищили разом з людьми 399 сіл і колоній. У північній частині Рівненської області — 25 сіл. На Тернопільщині лише у лютому 1945 року — 50 сіл.

За наказом командувача УПА Романа Шухевича «Чупринки», гауптштурмфюрера СС, агента абверу «Зенона», нагородженого німцями двома «Залізними Хрестами», підпорядкованими йому загонами і боївками тільки з осені 1943 р. по весну 1944 р. на Волині і Галичині було закатовано близько 250 тис поляків [14].

Чи питала ОУН-УПА український народ «визволити» Україну багнетами гітлерівців у тіні нацистської свастики?

У 1943 р. УПА нарахувала максимум 40 тис вояків і мала майже 60 тис помічників селян, разом їх було близько 100 тис чоловік. Тоді в Україні проживало 30 млн. чоловік, а в Західній Україні — 5 млн. Це свідчить, що ОУН-УПА складала 1–3% від усього народу України і 2% — від населення Західної України. Враховуючи ці відомості, не можна погодитися з твердженням, що ОУН і УПА у минулому вела національно-визвольну боротьбу, була всенародною і виступала від усієї України.

Насправді невелика купка представників войовничого донцовського націоналізму, будучи агентами абверу і гестапо фашистської Німеччини, використовуючи надану їм гітлерівцями зброю, узурпувала владу і, захищаючи інтереси своїх «господарів» — німецьких фашистів, пускала кров своєму народу.

Влучну характеристику діяльності УПА дав журнал «Український самостійник» 26 лютого 1950 року: «Українська повстанська армія повстала на взірець гітлеризму, перебрала цілковиту нацистську ментальність і була «не збройною силою українського народу, а тільки українською «Ваффен СС ОУН» [15].

По закінченні Великої Вітчизняної війни (1941–1945 рр.) лідери ОУН в особі Степана Бандери, Ярослава Стецька, Романа Шухевича, Миколи Лебедя та деяких інших знайшли собі нових господарів в особі американської та англійської розвідок. Декілька прикладів такої співпраці.

У 1947 році перед засиланням в Україну «Дишко» — один із політ-референтів Центрального проводу ОУН, який пройшов підготовку в американській розвідці «Сі-Ай-Ей», мав зустріч із Степаном Бандерою. Останній під час інструктивної бесіди заявив, що керована ним організація українських націоналістів прагне до повного співробітництва з американською владою і буде постійно добиватися від неї певних гарантій, але для цього треба буде виконувати на Україні завдання «Сі-Ай-Ей». Підбивши підсумок зустрічі, С.Бандера наголосив: «відносно практичної співпраці з американською розвідкою, то вона може бути корисною для української «самостійної» справи, буде підтримана Центральним проводом ОУН і що цю його думку я повинен передати у краї особисто Шухевичу Роману» [16]. У повоєнні роки органами держбезпеки України спільно із радянськими громадянами було затримано 17 груп, всього понад 100 оунівців-емісарів і шпигунів, закинутих спецслужбами іноземних держав у західні області України для ведення шпигунської, диверсійної та терористичної роботи.

За підтримки іноземних спецслужб ОУН продовжила свої криваві справи. У повоєнний період оунівцями було скоєно 15 тисяч збройних нападів. З них на Житомирщині — 700 (1944–1951 рр.), на Волині вбито 25 700 чоловік із мирного населення, Рівненщині — 37 000 чоловік, Львівщині — понад 40 000 чоловік, Івано-Франківщині — до 30 000 чоловік [17]. Оунівці знущалися над мирним населенням: розстрілювали, палили живцем, вішали, кидали до криниць, рубали сокирами. Нищили жінок, дітей, стариків.

Наведені окремі факти і події вказують, що ОУН-УПА у роки Великої Вітчизняної війни та повоєнний час була залежною від примх сторонніх сил — спецслужб іноземних держав. Така діяльність вступає у протиріччя з чинним законодавством України, яке засуджує таку діяльність як злочинну і тому діяльність ОУН-УПА у 1939–1950 роках не може бути визнана національно-визвольною боротьбою.

Стаття 2 проекту Закону Богдана Костинюка пропонує: «Визнати воюючу сторону у Другій світовій війні — Українську повстанську армію та Організацію українських націоналістів (ОУН-УПА) рухом опору німецькому окупаційному режиму і тоталітарному режиму колишнього Союзу РСР та Української РСР».

Постає питання, чи була ОУН-УПА рухом опору німецькому окупаційному режиму?

Однозначно — ні! Але таке твердження вимагає доказів, що спробуємо зробити. У нас уже була мова, що УПА була створена й озброєна німцями. Тут треба зауважити, що ця військова структура була створена у відповідності до наказу німецького фюрера Адольфа Гітлера «Про протипартизанську війну»: «Слід використовувати усі засоби обману і маскування. Виправдала себе організація лжепартизанських загонів із місцевих жителів, які знаходяться на службі у німців і діють під їх керівництвом» [18]. Виходячи з того, що УПА та її загони були керовані агентами фашистських спецслужб, то можна вважати, що УПА її підрозділи виконували функції лжепартизанських з’єднань.

У нас уже була мова про те, як створювалась УПА. Але, відповідаючи на твердження Богдана Костинюка, народного депутата України, варто зробити деякі зауваження.

Колишній член ОУН і агент американської розвідки Юрій Стефюк свого часу повідомив громадськість: «Провід ОУН у своїй пропаганді повсякчас твердить, що боївки УПА вели збройну боротьбу з німцями, що ця боротьба була започаткована і проводжена проводом (Організації українських націоналістів). Це нахабна брехня... З наказу проводу ОУН ми оминали німців, а німецьке командування, маючи домовленість з проводом, дало наказ військам не чіпати наші озброєні боївки, хоча дуже часто ми квартирували в одному селі...» [19]. Між представниками абверу, охоронної поліції і СД та керівництвом ОУН постійно проводились різні консультації з питань спільної боротьби проти Червоної Армії та радянських партизанів.

Так, у березні 1944 року між представником ОУН Б.Герасимовським (він же Іван Гриньох — член головного штабу УПА, гауптман абверу, нагороджений німцями «за особливі заслуги» двома «Залізними Хрестами») і представником охоронної поліції та СД кримінал-комісаром Паппе була досягнута угода.

Читаємо із стенограми зустрічі:

Усіма структурами ОУН-УПА керувала абверкоманда-202, яку очолював гауптман Кирн, котрий мав особливі повноваження Генштабу німецького вермахту. А над всім цим утворенням стояв «вождь» ОУН Степан Бандера, агент абверу і гестапо.

Ось що з цього приводу розповів свого часу офіцер абвер-команди-202 Зигфрід Мюллер: «... у 1944 р. головне управління імперської безпеки підключило до цієї роботи (до абверкоманди-202 — автор) Степана Бандеру. У той час він отримав від IV Д відділу гестапо (тогочасний абвер після замаху на Гітлера був підпорядкований гестапо. — Авт.) особисту дачу під Берліном і працював там під керівництвом начальника IV Д відділу обершурмбанфюрера Вольфа. Згодом Бандера прибув у розпорядження абверкоманди-202 і особисто інструктував Даниліва-Гриньоха, а також підготовлену агентуру, призначену для засилання на територію СРСР» [21].

Заява Ю.Стефюка, матеріали зустрічі Герасимовського (Івана Гриньоха) з Паппе (поліція охорони і СД), а також свідчення Зиґфріда Мюллера, поряд з викладеним раніше, доводять, що ОУН-УПА не була рухом опору німецькому окупаційному режиму, а навпаки, — спільником фашистської Німеччини в агресивній війні проти СРСР і Радянської України. Виходячи із наведених фактів і подій, ОУН-УПА не може визнаватися воюючою стороною у Другій світовій війні.

І далі — стаття 3 «Визнати ветеранами руху опору членів ОУН і бійців УПА, які у роки Другої світової війни та повоєнний час вели збройну боротьбу проти правлячого режиму, за створення незалежної Української держави».

Щоб дати відповідь на цю пропозицію народного депутата України Богдана Костинюка, є потреба звернутися до оцінки діяльності ОУН-УПА дослідниками українського націоналістичного руху та особами, причетними до діяльності згаданих організаційних структур.

Американський дослідник Кристофер Сімпстон у книзі «Бловбек» зазначає: «... члени ОУН-УПА відповідальні за злочини, грабежі, насильство, знищення беззбройних військовополонених, стариків, дітей, цілих сіл. Співпраця з нацистами у роки другої світової війни, а також їх особиста участь, кривава історія прирекли їх на вічне відчуження від більшості українського народу, представниками якого вони себе вважають [22].

Французький публіцист і історик Аллен Герен зробив такий висновок: «УПА — продукт діяльності німецької розвідувальної служби» [23].

Доктор політології і права з Канади Віктор Поліщук, досліджуючи проблему злочинів українських націоналістів, стверджує: «ОУН мала антихристиянський характер. Як, зрештою, й італійський фашизм та німецький націонал-соціалізм. ОУН-УПА під час війни діяла всупереч міжнародному праву. ОУН була фашистською організацією..., український націоналізм був різновидом фашизму. Вважаю..., що ОУН-УПА жахливими методами знищила фізично, тобто вчинила злочин народо-вбивства, щонайменше ста тисяч польського населення. І що це народо-вбивство було заплановане кільканадцять років перед його скоєнням. Саме тому ОУН розцінюю як злочинну організацію, а УПА й інші українські націоналістичні воєнізовані відділи безпосередньо допустилися злочину народовбивства — на поляках, євреях, росіянах і десятках тисяч українців, котрі були проти ОУН-УПА. Вина, отже, стверджую — цілковито на боці ОУН-УПА.

Організація, в ідеологію якої лягли елементи злочинів, котра злочини організовувала й виконувала руками своїх членів, справедливо має бути названа злочинною...

Український націоналізм — це злоякісна пухлина, яка, переживши здебільше на Заході в діаспорі, а також в Україні, переважно в Галичині, знов відживає і розростається на Україні» [24].

Історик з діаспори Ігор Каменецький у рецензії на 6 і 7 томи «Літопису УПА» зробив такий висновок: «Німецьке військове командування намагалося обминати сутички з УПА, скеровувати дії УПА проти радянських і польських партизанів та використовувати її для цілей розвідки» .

Віталій Масловський, доктор історичних наук, професор, який багато років досліджував український націоналістичний рух і вивчив велику кількість архівних документів, на ґрунті цього знання дійшов до такого висновку: «Бандерівська ОУН, — визнавали самі оунівці, — є типовою фашистською організацією, а УПА ніколи не була українським військовим формуванням, вона не що інше, як «Ваффен СС», яка створювалась за зразком гітлеризму та прийняла повністю нацистську ментальність (тобто спосіб мислення, психіку — В.М.). І ще... світовий історичний досвід свідчить про те, що будь-який націоналістичний рух приречений на поразку, він зрештою вироджується у бандитизм. Бандитизм політично-кримінальний» [25].

Нестор української літератури Олесь Гончар у передмові до книги «Людської крові не змити. Книга фактів» писав: «Перед Вами книга фактів і свідчень, книга документальних звинувачень. «Людської крові не змити» — так зветься сувора і гнівна ця книга. Силою фактів таврує вона націоналістичних дітовбивць, мордувальників, котрі щодалі більше деградували у своїх жорстокостях, у садизмі, втрачали остаточну подобу людську й не зупинялися ні перед чим, не визнаючи ніякої моралі, ні закону, ні права, окрім права ножа і багнета, одержаного з чорних гестапівських рук...

Це вони, засліплені люттю до радянських людей, чужорідні і чужі своєму народові, вони вирізували ночами цілі родини активістів, палили хати. На очах у матерів кидали їхніх дітей у криниці... І ці душогубники, що стількох замордували, навчившись кривавого ремесла у своїх фашистських протекторів, це вони ще розбалакують про Україну, про свою належність до українського народу?

Не приймала і ніколи не прийме їх Україна. Як і всякі відщепенці, вони нічого не заслужили, крім гніву й презирства народного» [26].

Надійшла черга дізнатися, що розповідають про свою діяльність чолові і рядові члени Організації українських націоналістів.

Степан Бандера і Ярослав Стецько у листі на ім’я рейхсміністра нацистської Німеччини Розенберга писали: «УВО, а згодом ОУН, під проводом Євгена Коновальця від початку свого існування співпрацювала з Німеччиною проти Польщі і Москви, знаючи, що Німеччина сприяє Самостійній Соборній Українській державі.

Свою зовнішню політичну концепцію український націоналізм будував на союзі України з Німеччиною... Співпраця ОУН з відповідними німецькими чинниками коштувала ОУН за всі роки... багато жертв у людях... ОУН розуміла, бо було їй ясним, що у спільній боротьбі України і Німеччини за новий справедливий лад у світі, зокрема, на сході Європи, треба Україні знову і знову дати крові і жертв» [27].

Колишній головнокомандувач УПА Василь Кук, він же «полковник Коваль», «Леміш», «Юрко», який зараз мешкає у Києві й іноді дає інтерв’ю на захист ОУН-УПА, забув, що у 1960 році у «Відкритому листі» до Ярослава Стецька та інших керівників ОУН за кордоном писав: «...На прикладі «союзу» з німецьким фашизмом яскраво видно, до яких страшних наслідків може такий «союз» призвести, яких важких ран може завдати своєму власному народові, орієнтуючись на чужу допомогу, на чужу силу. Такий болючий досвід у минулому повинен, здавалося б, назавжди відібрати бажання... у всякої політичної партії йти на чергову співпрацю з новими антирадянськими силами з новими «союзниками», та так, на жаль, не є...

...Активна співпраця ОУН з німецьким фашизмом до Великої Вітчизняної війни і під час її привела до страшних спустошень краю, до великих жертв, яких український народ не зможе забути» [28].

Колишній член Центрального проводу ОУН і командувач УПА «Північ» — Галаса Василь Михайлович, свого часу зробив такі зауваження: «Я, колишній кадровий націоналіст, прийшов до остаточного і безсумнівного висновку: діяльність ОУН — то злочин проти українського народу, а моя особиста участь у ній — трагічна помилка... Факти звірячої розправи ОУН над своїми жертвами до самої смерті стоятимуть у мене перед очима страшним маревом... У чому, скажіть, були винними немовлята, яким бандерівці розбивали голови об одвірки?» [29].

Колишній командувач УПА «Схід» — Воробець Федір, він же «Верещак», «Орест», «Олекса»: «... під моїм керівництвом були скоєні великі злочини проти представників Радянської влади та мирного населення, не кажучи вже про масове знищення учасників ОУН-УПА, запідозрених у співпраці з органами Радянської влади. Достатньо сказати, що лише в одному Сарненському надрайоні ОУН: у районах Сарненському, Березовському, Клесовському, Висоцькому Рівненської області і Давид-Г ороденському, Сталінському, Пінському Мінської області, Білорусія, підлеглими мені бандами (загонами) УПА і боївками СБ згідно з отриманими звітами тільки в одному 1945 р. ліквідовано 6000 чоловік мирного населення. Найбільш злочинними фактами бандитських проявів на керованих мною територіях були: вбивство командувача фронту генерала Ватутіна в Острозькому районі Рівненської області у квітні-травні 1944 р., вбивство групи радянських офіцерів у кількості 12 чоловік в Клесовському районі Рівненської області у лютому 1945 р., вбивство 10 військовослужбовців, у тому числі начальника винищувального батальйону, ліквідація робітників радянсько-партійних органів у кількості 20 чоловік весною 1945 року в Костопільському районі Рівненської області, вже не кажучи про масові зіткнення і ліквідацію невеличких груп та поодиноких бійців, про диверсійно-терористичну діяльність на залізничному транспорті і шосейних дорогах» [30].

«Левко» — рядовий стрілець боївки окружного провідника ОУН на Житомирщині у листі-сповіді (1948 р.) до свого друга «Куща» писав: «Тільки тепер я зрозумів, що наробив і як загубив своє молоде життя. Не маючи рідних, я... довірився тобі, як старшому брату, і дав заманути себе в бандитську шайку. Невже ти не розумів, куди мене штовхав і на який шлях направляв? Хіба це була боротьба за волю, за народ, як ти мені говорив?

Адже ми самі грабували і вбивали його гірше, ніж німці, і все це називали боротьбою «за самостійну Україну». Ця дурна витівка багато взяла у мене крові і майже не саме життя» [31].

На підкріплення висновків дослідників українського націоналістичного руху та осіб, причетних до його діяльності, — зауваження-застереження видатного історика, першого президента України Михайла Грушевського: «... націоналізм — це ганебно для українського народу, бо націоналізм завжди хоче крові і постійно шукає ворогів» [34].

Виходячи із наведених висновків про діяльність ОУН-УПА, зроблених дослідниками і самими учасниками націоналістичного руху, можна ствердно сказати: не можна їх визнавати «ветеранами руху, опору Другої світової війни і борцями за незалежну Українську державу», бо вони творили народовбивство.

Проект Закону народного депутата України Богдана Костинюка та інші проекти і «різні наукові дослідження» вступають у протиріччя з уже прийнятим Законом України від 17.04.1991 р. «Про реабілітацію жертв політичних репресій на Україні» і законами України «Про статус ветеранів війни і гарантії їх соціального захисту» (22.10.1993 р. та 22.12.1995р.).

У цих законах чітко розписано, хто є хто.

Члени ОУН і бійці УПА, які скоїли тяжкі злочини перед державою і народом, не підлягають реабілітації.

Учасникам ОУН і бійцям УПА, в яких чисті руки, які реабілітовані, та інші, котрі не причетні до насильницьких дій, згідно з вказаними законами, надається статус ветеранів війни — учасників бойових дій, інвалідів війни та учасників війни.

Таким чином, соціальні питання щодо учасників ОУН-УПА вирішені у повному обсязі, як і для інших громадян держави, які захищали Батьківщину у роки Великої Вітчизняної війни та інші часи.

Що ж стосується організаційних структур ОУН-УПА, то вони є злочинними і згідно з міжнародними правовими актами та чинним законодавством України не підлягають реабілітації.

Й насамкінець. Український націоналістичний рух ніколи не був і не є самостійною силою, тому не може бути мови про визнання українських націоналістів, колишніх членів ОУН і бійців УПА та їх лідерів, чиї руки заплямовані людською кров’ю, «ветеранами національно-визвольних змагань II світової війни з 1939 до 50-х років, ветеранами руху опору німецькому окупаційному режиму, учасниками боротьби за незалежну Українську державу», як цього вони вимагають.

Україна... Вона ніколи не забуде тих кривавих оргій, що їх чинили садисти-оунівці, вона ніколи не простить жорстокості і наруга над собою. І ми не простимо! Пам’яттю своєю, іменами тих, хто загинув від волохатої руки мерзенних поплічників — сатрапа гітлерівського нелюда!

Ми пам’ятаємо сокиру, що вкоротила життя тисяч і тисяч невинних людей, дітей, немовлят. Сокиру ту занесла для страшного удару рука ката, ім’я якому — український націоналізм як різновид фашизму.

Люди! Будьте пильні!

1. Архів КДБ УРСР, справа 7310, т. 1, — С. 61.

2. Ткачук А.В. Перед судом історії. Харків, 2000. — С. 45.

3. Архів військової частини, 1227, справа 388, — С. 93.

4. Чередниченко В.П. Антинародна діяльність українських націоналістів у роки ВВВ// Український історичний журнал. — 1975. — №8, — С. 34.

5. Даниленко С.Т. Дорогою ганьбі і зради. — С. 231–232.

6. Давиденко В.А. УПА № 5190. — С. 11.

7. Ткачук А.В. Перед судом історії. — Харків, 2000. — С. 21–22.

8. Бандера С. Перспективи української революції. — Видання ОУН, 1978. — С. 88–89.

9. Легенда. 1941–1944. Чорні дні Волині. — Товариство Волинь. СШП. — С. 6.

10. Нюрнберзький процес. — М., 1961. Т.7.

11. Товариш. — 1995. — №15 (133), квітень.

12. Войцехівський А.А. ОУН. Через призму фактів. Науково-практична конференція у Києві 09 04.1992 — С. 48.

13. Політика і час. — 1991. — №11; Шевчук В. УПА. — С.83.

14. Товариш. — 1996. — №42 (212), жовтень. Товариш. — 1994. — №20 (85), травень; Миколайчук В. — Житомир. — 1998. — №7–8, лютий. Комуніст. — 1997. — №21 (166), травень.

15. Український самостійник. — 1950, лютий.

16. Архів УКДБ Ж/о №1197–5–137).

17. Політика і час. — 1991. — №11. — В.Шевчук. УПА, — С. 83, Товариш — V — 1994. — №19 (84) архів КДБ. Спр. №197–5–804–847.

18. Дашичев. Крах стратегії німецького фашизму. — М., 1973, Т. 2. — С. 63.

19. Вісті з України. — 1961. — серпень, №69.

20. Гадан Я. Твори у 4-х т. — К.: Наукова думка, 1977. Т. 2. С. 186–187.

21. Даниленко С.Т. Дорогою ганьби і зради, — С. 239–243; Федуняк А. А правда то одна// Комуніст. — 1996. — №8 (101), лютий.

22. Товариш. — 1993. — №50 (63), грудень.

23. Сірий генерал. — М., 1970. — С. 172.

24. Поліщук В. Гірка правда. — Канада-Донецьк. — С. 61, 80, 95, 280.

25. Масловський В. Бандера: прапор чи банда. //Радянська Україна. — 1996, 18 жовтня.

26. Людської крові не змити. Книга фактів. — К., 1970.

27. ЦДА України, фонд 3833, опис 1, справа 49, с. 1–2; Дмитрук К. Безбатченки. — С. 31.

28. Кук В. Відкритий лист. 1960. — С.14.

29. Вісті з України, 1967; Матейко І. Різуни, а не учасники визвольних змагань// Вільна Україна, 1997, №20, жовтень.

30. Арх. №31937–1–88, арх. 2/91–25.

31. Микитенко В. Кати, або про банду «Павла-Миколи», що діяла на Житомирщині. — Газ. «Радянська Житомирщина», 13.12.1991, №30.

Вільна Україна. 1997. — №7, квітень.

Вже пора поставити крапку. Бо подібні викривання можна продовжувати без кінця. На поставлене запитання — з ким і проти кого воювали українські націоналісти в роки Другої світової війни? — відповіли самі націоналісти та ті автори, які писали про ОУН — УПА. Однак ще раз нагадаємо читачам кілька суттєвих позицій:

«ОУН сподівається, — писали бандерівці 14 серпня 1941 року в «меморандумі», посланому в Берлін, — що в рамках німецької політичної системи можуть здійснювати свої ідеали спонтанно і відомо...»; «Коли ж Німеччина пішла війною проти Росії, нашого ворога, — писав Степан Бандера в 1948 році в брошурі «Слово до українських націоналістів-революціонерів за кордоном», — то Україна (читай: українські інтегральні націоналісти — В.М.) не могла прийняти неприхильне цього факту... Тому наша лінія дії була чітка: невідступне відстоювання її — готовність до приязних взаємин і до спільної війни проти більшовицької Росії і тільки проти неї...»

Тут, як бачимо, Бандера ставить наголос на війні «проти більшовицької Росії» і «тільки проти неї». Завершував свою думку провідник ОУН такими однозначними застереженнями: «Таку політичну лінію ми вважаємо за єдино правильну, її ми намітили, її реалізували і важкими жертвами відстояли — і до неї завжди признаємося...» Отже, свою (як і ОУН-бандерівців) позицію у минулій війні Бандера вважав «єдино правильною» і до неї «завжди признавався», тобто її схвалював і не відмовлявся.

А чи «признаються» у своїх численних злочинах нинішні шанувальники донцовщини і бандерівщини, які вже реанімували свої структури в незалежній Україні?

Вже понад півстоліття минуло з часів однієї з найстрахітливіших воєн, які знало людство. Зарубцювалися шрами землі, але рани людей ще болять і кровоточать. Відходять у небуття зболені життям ветерани Другої світової. Але Пам’ять народна живе в серцях живих і чесних людей. Історія, як відомо, вчить нинішні і прийдешні покоління уму-розуму. Але, як бачимо, недавня історія нічому не навчила нинішніх шанувальників й апологетів злочинного інтегрального націоналізму. Вони не тільки не відмовляються від злочинів минулого, але й тепер ставлять пам’ятники есесівцям 14-ї гренадерської дивізії СС «Галичина», провідникам ОУН-УПА Є.Коновальцю, А.Мельнику, С.Бандері, РШухевичу та іншим, славлять убивць поляків, євреїв, росіян, українців як національних героїв України, їх іменами називають вулиці і площі, відроджують людиноненависницький дух донцовщини і бандерівщини. Окремі з націонал-фашистів, навпаки, не тільки реанімують злочини минулого в цілості і незмінності, але й намагаються найганебнішим граням історії надати ще ганебніших віддзеркалень.

Мало того, сьогодні з’ явились такі шанувальники, які ідеологію войовничого, інтегрального націоналізму (за Донцовим) прагнуть перетворити на об’єкт наслідування, традиціоналізму, перетворюють її в галицький фундаменталізм, а криваву практику бандерівщини — в розгнуздану політичну істерію людиноненависництва і людиновбивства. Такі методи політичної дії вони вважають рятівними для сучасної незалежної і «демократичної» України.

Можливо, нинішні українські націоналісти не такі, як були в недавньому минулому? Можливо, уроки історії не пішли їм на користь? Ні! Маємо те, що маємо, як сказав один із «національних» політичних діячів. Вони нічого не забули і нічому не навчились.

Знову «національна еліта» («луччі люди», «ініціативна меншість» за Донцовим, яку тепер називають «національно свідомими» чи «національно заклопотаними») об’єднуються в такий же тоталітарний «орден кращих людей», як і в 30-ті — 40-ві pp. Сьогодні вони кричать: «Ця організація (орден!) повинна складатися з ідейних однодумців і за своєю внутрішньою організаційною структурою повинна мати напіввійськовий характер. Це повинен бути своєрідний орден, про який писав Д. Донцов» (Напрям. 1991. №4).

Вони знову шукають «ворогів України», знову від істерії і людиноненависницької параної у них паморочиться голова, напружуються нерви і чухаються кулаки...

Хто ж ті «вороги України»? «Коли говорити про теперішній історичний період, — пише один із затятих «національно свідомих», — то головним ворогом України була, є і, без сумніву, ще довго залишатиметься Росія». Бо «найкращий москаль — це мертвий москаль». Для цього, звичайно, можуть згодитися всі ті засоби, увесь злочинний досвід бандерівщини, здобутий у минулому. От і доводиться нинішнім шанувальникам ОУН-УПА оживлювати «поганьблені сторінки» минулої війни. «Коли йде боротьба на виживання, — пишуть неофашисти у «вільній» Україні, — не варто плакатись, що якийсь-то метод боротьби вульгарний чи жорстокий. Якщо перед тобою вороги, вони повинні бути знищені, скопрометовані, вигнані... Про моральність поговоримо, коли переможемо...».

«За українську ідею було пролито вже стільки крові, вже полягло стільки людей, не тих недомірків, недолюдей, яких ми бачимо щоденно на вулиці.., що якщо ми зараз програємо, якщо не скористуємось моментом, якщо ми зараз зупинимось перед тим, щоб пролити кров, цього не проспіться нам ні на цьому світі, ні на тім». А поки-що нищать пам’ятні знаки на місцях захоронения тих, хто загинув від рук гітлерівців та оунівців, в центрі Львова спалюють кострища книг «ворогів», демонстративно шматують червоні, російські та польські прапори, посилають бойовиків УНА-УНСО на бойові діяння в Придністров’я, Абхазію і Чечню, зривають ордени з ветеранів війни і праці, та знущаються над ними. 9 травня 1997 р., в День Перемоги над фашизмом, група необандерівців у Львові зупинила колону демонстрантів-ветеранів війни і поглумилася над нею. Те ж сталося і 27 липня того ж року, в день річниці визволення Львова від німецько-фашистських загарбників. Аналогічні акції проводять войовничі націоналісти в Івано-Франківську, Тернополі та в інших містах Галичини. Такі свавільні побоїща та акти вандалізму творяться постійно при потуранні місцевих націонал-«демократичних» властей. «Прецеденти світової історії показують, — голосять нинішні войовничі націоналісти, — що захистити націю, не дати їй вмерти не розвинувшись, може тільки націоналістична диктатура...». Зразком такої диктатури для них є фашистські диктатури Гітлера і Муссоліні («Напрям», 1991До6, С.13–15).

Така відверта проповідь фашизму не випадкова, бо цьому всебічно сприяють націонал-«демократи» і націонал-«реформатори», які прийшли сьогодні в Україні до влади. Вони потурають сьогодні усьому, що голосять і чинять націоналісти. Власне, з ініціативи шанувальників войовничих націоналістів нині і державотворці (від рядового націонал-«патріота» до Президента) заговорили про «національну мрію», «національну еліту», «національну ідею», при цьому перекручуючи зміст цих понять. Тому-то так безцеремонно фальсифікується історія, перериваються могили, знищуються пам’ятники, реанімується все ганебне, що було в минулому, реабілітуються «борці за визволення», «національні герої», есесівці з дивізії СС «Г аличина» і різуни із боївок ОУН-УПА. Тут нічого дивного, бо, як визнають самі пропагатори, «сучасні концепції українського націоналізму», «...взагалі націоналізм... є явищем деструктивним, бо спрямований на руйнування...».

Завершуючи цю книгу, я повинен навести досить яскраву і суттєву характеристику всього того явища, що називається українським войовничим націоналізмом, подану видатним поетом України Василем Симоненком. Дарма націоналісти, вчорашні і нинішні, зачисляють його у свою зграю. Наведемо цю характеристику повністю:

Газета «День» 9 апреля 2005 г. опубликовала открытое письмо докторов исторических наук, профессоров А.Гуржия, В.Кучера, В.Короля, С.Кульчицкого, А.Лысенко, А.Реента, В.Сергийчука, В.Стецкевича, О.Удода, Ю.Шаповала Президенту Украины В.Ющенко, Председателю Верховной Рады В.Литвину, Премьер-министру Ю.Тимошенко. К сожалению, количество докторов наук не перешло в научное качество их письма. Оно вообще не содержит ничего, что имело бы отношение к науке. Если письмо писалось всеми десятью докторами наук, то как же мало в нем «научного» приходится на каждого доктора. Впрочем, письмо-то писалось не на тему науки, а как политически заказное.

Мы, старшее поколение, помним подобного рода заказные письма представителей «интеллигенции» властям с жалобами или требованиями по вопросам, совершенно далеким от их творчества. В данном случае — далеким от исторической науки. В свое время некоторые авторы письма имели отношение к созданию «Политической истории Украины». К сожалению, вместе со своими коллегами по перу они продолжают заниматься «политическими историями».

Письмо начинается фразой: «Мы озабочены ситуацией, сложившейся в обществе вокруг истории Второй мировой войны и ее составляющей — Великой Отечественной войны». Если оставить в стороне «озабоченность» авторов «ситуацией», то прежде всего, надо бы сказать главное: разве не они своими трудами создали эту ситуацию, суть которой — фальсификация истории Великой Отечественной войны, ее главных составляющих? Так чем же авторы «озабочены»? Не тем ли, что фальсификации пока не всеми в обществе воспринимаются как правда, которую пытаются навязать доктора — вместе и поодиночке? И главная помеха в этом для них — живы еще те, кто ту войну выиграл, кто знает ее не по книгам, знает правду о ней и противостоит той мутной волне фальсификации, которая катится девятым валом на все общество, главным образом — на молодое поколение. Именно поэтому основное содержание этого политического письма — травля ветеранов. А если поток лжи и оскорблений льется на ветеранов в год 60-летия Победы, то можно себе представить, какие моральные качества лежат в основе нравственности докторов! Но что говорить о том, чего нет.

Они пишут, что каждый раз к юбилею Победы «острота полемики возрастает до критической черты». Ради справедливости надо сказать, что пишут доктора свои труды не только к юбилеям, а трудятся круглогодично. Но вот что касается полемики, то тут они, мягко говоря, власть, к которой обращаются, обманывают: о какой полемике может идти речь, если все, что направлено против ветеранов, против правды истории, публикуется мгновенно, газеты даже перепечатывают уже напечатанное, как, например, газета «Сільські вісті», если материал в них отвечает их «линии»?

А линия сегодня одна: сделать фашистских пособников, «сокирників» героями Украины, освободителями ее от немецко-фашистского рабства. Их уже ставят «на почесну сходинку борців за свободу України». А ветераны не имеют возможности публично ответить на эту клевету — им недоступны СМИ. Спасибо лишь «Киевскому вестнику». Так какая же это полемика, если одна сторона публикует все, что захочет, а другой на все это ответить не дают? Это все равно что забивать мячи в ворота противника, связав перед этим вратаря. На что же тогда доктора еще и жалуются? Добиваются, чтоб ворота убрали совсем?

Они утверждают, что по вине ветеранов диалога по проблеме ОУН и УПА не получается, «к нему никто не стремится!». Действительно, ни ОУН, ни УПА, ни сами доктора не только к диалогу не стремятся, но и уходят от него. Совсем недавно, в феврале с.г., такой диалог нами предлагался, при условии, что он будет публичным, в прямом эфире. Или в печати, на открытых и честных условиях: ветераны публикуют свое видение проблемы, доктора — свое. Они вежливо ушли от ответа. Так кто не готов к диалогу: могучая когорта «ведущих ученых... , признанных в мировом научном сообществе», или мы, ветераны?

Внесем ясность. Доктора отлично знают, что им нельзя выходить в прямой эфир с ветеранами перед народом Украины. В так называемых научных дискуссиях суть вопроса всегда можно спрятать за хитрыми, мало кому известными или понятными словами, типа «глорификация», уводить разговор в другую сторону и т.п. Приемов много, на то они и доктора. А вот в прямом эфире надо выходить только с теми фактами, которые видны, понятны и известны простым людям. Более того, эти простые люди давно пишут верховной власти: когда же, наконец, перестанут бередить раны попытками вновь и вновь реабилитировать «сокирників»? Тут, уважаемые доктора, глорификацией не прикроешься, не скажешь, как вы заявили на своей пресс-конференции 14 апреля, что эти письма «фальшивые». Если ученые Института истории Украины действительно хотят честной, открытой дискуссии с ветеранами, то обращаться принято в таком случае к тем, с кем хотят дискутировать, а не к властям. Или у докторов собственных научных ресурсов не достает, и они решили привлечь «административный ресурс»?

Чтобы читателям было понятно, что имеется в виду в части фразы «ведущие ученые» и ей подобных, ниже в тексте поясним. Читаешь письмо и невольно вспоминаешь известную комедию «За двумя зайцами», герой которой, Голохвастов, представляясь собеседникам, говорил: «Честь имею рекомендовать себя!». Вот так и авторы в письме неоднократно «имеют честь рекомендовать себя» «профессиональными учеными», «выдающимися учеными», «учеными, признанными мировым научным сообществом» и т.п. Как писала в свое время «Литературная газета», «если нельзя, но очень хочется, то можно». В похожей ситуации мой дедушка говорил мне: «Если хочешь узнать вкус вина в бутылке, то пробуй вино, а на этикетки не обращай внимания».

Что же касается замечания о том, что в решениях Нюрнбергского процесса (в данном случае — «трибунала») ОУН и УПА не фигурируют, то удивительно это слышать от десяти докторов наук, тем более, исторических! Для этого достаточно обратиться к статьям 9 и 10, в которых перечислены те, кто попадает под определения, по которым должны нести ответственность «группы лиц и организации», ибо характер их деятельности и сотрудничество с фашистами как раз и есть основание для их осуждения. (Нюрнбергский процесс. Сборник материалов. — 1954. Т. 2, стр. 1022). Ну а уж документов, даже и на Нюрнбергском процессе, в которых абверовцы рассказывают о сотрудничестве с ними украинских националистов, — пруд пруди. И они хорошо известны нашим докторам.

В письме со слезой изложена история слушаний в Верховной Раде вопроса о «правдивом отображении событий Великой Отечественной войны в учебниках истории». «Показательно, — пишут авторы письма, — что на это собрание не приглашались ведущие ученые...» Опять неправда: на собрании присутствовал доктор А. Лысенко. Он выступал и сказал, надо думать, все, что хотел, и не только от своего имени. А вот то, что на том слушании (16 сентября 2004 г.) он еще не был «ведущим ученым», а стал им только к моменту написания письма — это не вина ветеранов. Ну а о том, как ветераны якобы «расстреливали» учебники по истории, об этом надо рассказывать на 16-й странице «Литературной газеты».

Непременным, само собой разумеющимся атрибутом научной работы является наличие в ней логики. Жаль, что она как раз и не просматривается при самом тщательном изучении письма. Себя авторы именуют создателями «новой исторической концепции» Второй мировой войны, а чуть ниже приводят перечень «узловых положений» советской исторической науки. Следов этих положений в трудах подписантов нет. «Нетрудно заметить, — пишут доктора, — что авторы (то бишь ветераны — Б.Я.) стучатся в открытые двери (по-русски — «ломятся в открытые двери» — Б.Я.). Никто и не отрицает справедливого, освободительного характера Великой Отечественной войны, содружества народов Советского Союза в борьбе против нацизма, их решающей роли в победе над захватчиками». Как же «не отрицает», когда на мой вопрос на пресс-конференции 14 апреля о том, почему же в открытом письме Красная Армия даже не упоминается как освободитель Украины от немецко-фашистских захватчиков, один из подписантов письма Ю.Шаповал, ответил: «А Красная Армия и не освобождала Украину!»? Так для кого же двери к правде закрыты? Где же логика в позиции докторов? Я не стану приводить ответ Ю.Шаповала полностью — не то вино в бутылке, но думаю, что и этого достаточно для понимания того, что за компания написала открытое письмо.

Авторы пишут: «Советская концепция этой войны отмечена сплошной глорификацией, героизацией, идеологизацией, мифологизацией, а нередко и откровенной фальсификацией...» и продолжают: «Поэтому профессиональные историки («Честь имею рекомендовать себя!») пытаются воссоздать объективную картину войны во всей ее полноте...». Странно слышать этот перечень «грехов» советской историографии из уст «профессиональных» историков! Авторы говорят об этом так, как если бы ко всему этому они не имели и не имеют отношения. Ведь половина подписантов письма (если не больше) и создавали ту советскую историографию, на которую теперь, как говорят в народе, «катят бочку». Господин Ю.Шаповал самоотверженно трудился в Институте истории партии Украины, стал там кандидатом наук и рьяно разоблачал националистов и буржуазных идеологов. А сейчас перестроился по команде «Кругом марш!». Так когда он говорил правду — тогда или сейчас? Занимался «откровенной фальсификацией» раньше или занимается ею сейчас? Вот что сказал о сегодняшней ситуации в украинской исторической науке П.П. Толочко, ученый действительно с мировым именем: «...такой, доведенной до абсурда идеологизации, такого беспрецедентного по своим масштабам мифотворчества, такой откровенной фальсификации, как сегодня, не было никогда. (А он знает положение и в советской историографии — Б.Я.). В украинской исторической науке происходит обвальный процесс утраты профессионализма... (Он уже, к сожалению, произошел, чему свидетельство — открытое письмо «ученых» к властям — Б.Я.). В почете дилетанты-беллетристы, способные из конъюнктурных соображений выдумать все, что угодно». Не только, добавим, выдумать, но и написать. Надо ли комментировать эти слова?

П.П.Толочко пишет, что и в советской историографии «грешили» упомянутым. Да вот только в ней героизировались герои героическое, а не предательство; сияющим рисовалось действительно светлое, чистое, а не грязное и кровавое, подлое; идеологизировалось то, что — как идея — принималось массами, ибо действительно достойной была идея, а не культ мешка с долларами, как сейчас; мифологизировалось то, что того заслуживало — Матросов, Космодемьянская, Гастелло, молодогвардейцы, панфиловцы, всех не перечислить. А что мифологизируете сегодня вы, господа хорошие? «Сокирників»? Головорезов? Истязателей? Фашистських пособников? Вот поэтому и не согласны авторы на разговор в прямом эфире.

Странно, что это надо объяснять докторам наук: все перечисленные «грехи» советской историографии не есть «грехи» истории, а это отклик на свойство человеческой психологии, которая хочет и героизации, и мифологизации, и прочего. Что и проводится в жизнь искусством, всеми другими видами творчества, в том числе, в разумных пределах, историей. Все они создают в сознании людей ОБРАЗ. Разница только в том, КАКОЙ образ создается: морально приемлемый, чистый или морально убогий и грязный. Но это уже другая тема. У докторов же все это, как говорится, в одной куче. И делят они гусей на белых и жирных.

Доктора пишут, что «каждый имеет право на собственное видение тех или иных процессов». И это нормально. Но есть одно «но»: не может быть разных взглядов на некоторые вещи, в какой-то мере это относится и к войне. Если бы не это обстоятельство — что на некоторые вещи нельзя иметь разные взгляды — то человечество давно бы рассыпалось, не было бы в нем тех скреп, на которых оно держится. Разве могут быть разными взгляды на то, что надо уважать родителей, стариков, вообще старших, помогать слабым, не обижать детей, убогих? В этом же понимании ряд явлений, связанных с войной: нельзя убивать раненых, военнопленных, воевать на стороне оккупантов твоей Родины, нельзя продавать ее, нельзя... Многие из этих «нельзя» записаны в целом ряде международных договоров, например, в Гаагской конвенции 1907 года, 11 «нельзя» из которой нарушали бандеровцы.

Или вот образец элементарной демагогии: «Постоянное давление компартийных структур и руководителей (а не рядовых членов) «советской» организации ветеранов на ученых и преподавателей вузов, авторов учебников истории напоминает травлю, «выкручивание рук» приснопамятных доперестроечных времен». И в чем же все это выражается? Об этом ни слова. И дешевый прием «разделяй и властвуй»: виноваты «руководители», «а не рядовые члены». А нам-то как раз и пишут исключительно рядовые ветераны — когда власть перестанет над ними издеваться со своими попытками реабилитировать фашистских пособников? Сделайте простой шаг: зайдите к нам на Липскую, 16, выберите из огромной пачки писем любые и побеседуйте с их авторами. Может быть, хоть тогда поймете чуть больше, чем понимаете сейчас.

И как же это вам, в сравнении с нами молодым мужчинам, «выкручивают руки»? Не похож ни один из авторов письма на тех, кому в советское время «выкручивали руки». Во все времена порядочные люди руководствовались простым правилом: не можешь сказать правду — не говори по крайней мере лжи. А ведь многие из авторов в бытность СССР активно «говорили». Неприятно во все это окунаться...

И, наконец, «краеугольным камнем» дискуссий в обществе является проблема ОУН и УПА. Насчет того, в какой мере это — дискуссия, сказано выше. А об остальном и говорить не хочется: сколько уже говорено — все как об стенку горохом: «они мягкие и пушистые и поэтому их надо реабилитировать».

О «призывах» докторов к власти «...создать условия для свободного... научного осмысления событий Второй мировой войны, формирования ее украиноцентричной концепции». Это к «выкручиванию рук» отношения не имеет? Причем, с помощью власти! Без всякого стеснения проводится политическая линия власти. А как же с научностью трудов «ведущих ученых»? И какие же еще условия нужны докторам? Вывезти из Украины всех ветеранов, чтоб не мешали фальсифицировать историю дальше и охмурять население? А как же жертвы бандеровских злодеяний? За них кто заступится? Или судьба бандеровских головорезов беспокоит докторов больше?

Никак нельзя не сказать и о том, что авторы не преминули «лягнуть» советских полководцев. Это не удивляет, раз в числе «выдающихся ученых» и В.Король, «имеющий честь рекомендовать себя» в качестве знатока военного дела. Если б ему дали волю написать «новую» историю войн Наполеона, он бы, верно, начал с того, что главного о Наполеоне до сих пор никто не знает: ведь Наполеон, удирая из Москвы, бросил ВСЮ свою армию, а сам укатил во Францию в коляске. Но почему-то Наполеона не считают только беженцем с поля сражения. Заметим, что для того, чтобы о любой профессии... Впрочем, об этом давно сказано: «Беда, коль пироги начнет печь сапожник, а сапоги тачать пирожник...», ну и далее по тексту. Чтобы судить о военных операциях так же, как и о хирургических, надо иметь соответствующие образование, подготовку. А господин Король даже пороха не нюхал. Поразительное самомнение!

В «Политической истории Украины» один из авторов открытого письма по поводу всенародности советского партизанского движения замечал, что, дескать, какое же оно всенародное, кто это подсчитывал и можно ли было при том числе партизан говорить, что оно было всенародным. А вот когда речь идет об ОУН и УПА, фигурируют уже миллионы якобы поддерживавших их и помогавших. Тут уже ТЕХ подсчетов автор не ведет — свои ведь. На каких документах все это основывается? На воспоминаниях вояк УПА? И о каком «самостій-ницьком» движении во время фашистской оккупации могла идти речь? Сплошное «если нельзя, но очень хочется...».

Обо всех моментах, заслуживающих разоблачения, сказать в газетной статье трудно. Но главное понятно: не о науке идет в письме речь, а о политике. А к ней, как известно, с нормальной логикой подходить бесполезно. Тем более, когда в стране все силы брошены на подготовку общества к реабилитации фашизма в лице ОУН и УПА.

P.S. Не исключено, что какие-то обороты, сравнения, аналогии в тексте будут расценены докторами неадекватно. Но что делать — каково письмо, таков и ответ.

^{«Коммунист». 2005. 17 июня}

Определенные политические силы в Украине, Верховной Раде и правительстве снова и снова лоббируют вопрос так называемого примирения, придания ОУН и УПА статуса «воюющей стороны», «борцов национально-освободительного движения». В кампанию «примирения» активно включился Президент Украины В.А.Ющенко. Истинная цель этих попыток — реабилитировать преступно-предательскую деятельность этих организаций в период Великой Отечественной войны, а их идеологию сделать государственной идеологией Украины. И в результате открыть наследникам этих организаций широкую дорогу к власти, создать нациократическое государство.

Характерно то, что бывшие вояки УПА, как и бывшие члены ОУН, сами вопрос о «примирении» не ставят, никаких практических шагов к примирению не предпринимают. Основными инициаторами являются идейные наследники организаций украинских националистов (Бандеры и Мельника) — КУН (Конгресс украинских националистов), ОУН (Организация украинских националистов), Всеукраинское товарищество «Просвита» им. Т.Г.Шевченко, Союз офицеров Украины, Всеукраинское объединение ветеранов (рук. И.Юхновский) и т.п. организации и их многочисленные ставленники во властных структурах.

В нестабильных, конфликтных ситуациях любые стремления к спокойствию, миру всегда и везде начинаются с практических шагов. И только на это можно ответить встречными шагами.

Сегодня же, говоря на словах о примирении, его инициаторы переименовывают улицы, площади, районы, носящие имена героев и событий Великой Отечественной, извращают, фальсифицируют историю войны, деформируют сознание молодежи, стараются убить в них память о величии подвига народов, в т.ч. украинского, завоевавших победу над фашистской Германией.

Так кто же может после этого поверить их искренности в стремлении к примирению?

Все это означает одно — против ветеранов Великой Отечественной войны, против всего, что связано с нашей Победой, развязана война. Реально ли в такой обстановке ставить вопрос о примирении?

Это предлог для того, чтобы ветераны Великой Отечественной войны капитулировали и прекратили свои протесты против творящегося политически-правового беспредела.

Это — невозможно!

Председатель Совета Организации ветеранов Украины И.А.Герасимов заявил, что прежде всего необходимо остановить все попытки решить проблему ОУН и УПА с помощью власти путем издания законов. Законы только закрепляют, выражают сложившиеся в обществе отношения, но не вводят их.

Сегодня для удовлетворения требований изменения статуса ОУН и УПА нет никаких правовых оснований. Не готовы к этому ни общество, ни Верховная Рада Украины.

1 февраля 1993 года Президиум Верховного Совета Украины принял Постановление о проверке деятельности ОУН и УПА. Но с места дело не сдвинулось и 12 сентября 1995 г. по решению Верховной Рады Украины Кабинет Министров Украины создал Правительственную комиссию и ее историческую и юридическую рабочие группы. В 2000 году попытка руководства комиссии принять решение провалилась. Большинство членов комиссии акт не подписали.

До настоящего времени комиссия научно обоснованных исторически и юридически выводов по ОУН и УПА не сделала.

Рассматривать какие бы то ни было законопроекты, принимать политические решения оснований нет. Статьей 92 Конституции не предусмотрено в законодательном порядке устанавливать факты исторических событий. Проблема должна рассматриваться в научном, историческом и моральном аспектах, но никак не в правовом.

На Нюрнбергском процессе Международного военного трибунала в 1945–1946 годах определено участие руководителей ОУН, в частности, Мельника и Бандеры, в преступлениях против мира и военных преступлениях.

В показаниях по делу главных военных преступников свидетеля полковника Эрвина Штольце установлено, что в соответствии с директивой ОКБ (Верховное командование вооруженных сил Германии) от 6 ноября 1940 года руководитель абвера адмирал Канарис в марте 1941г. дал указание начальнику «Абвер-2» (диверсии и шантаж) генералу Лахузену использовать агентуру из числа украинских националистов для разжигания национальной розни и сбора сведений о войсках Советского Союза. Выполняя эти указания, полковник Э.Штольц поставил указанные задачи «отличившимся на службе в германской разведке украинским националистам». В частности, «...было дано указание германским агентам Мельнику (кличка «Консул-1») и С.Бандере сразу же после нападения Германии на Советский Союз организовать провокационные выступления с целью подрыва ближайшего тыла советских войск, а также для того, чтобы убедить международное общественное мнение в происходящем якобы разложении советского тыла».

Активное участие руководителей ОУН в подготовке агрессии против Советского Союза является уголовно наказуемым деянием. Именно за это главные военные преступники были приговорены к высшей мере наказания — повешению.

Многочисленные материалы судебных процессов над военными преступниками, в т.ч. членами ОУН и вояками УПА, проведенных в Украине, письма граждан, обращения организаций ветеранов к высшим лицам государства, научные работы ветеранов-ученых А.А.Войцеховского и Ю.С .Ткаченко «Без срока давности», «Документы обличают», «Украинский фашизм», А.В .Ткачука «Перед судом истории», В.И .Масловского «С кем и против кого воевали украинские националисты», канадского историка и политолога В.Полищука «Гірка правда», «Политическая и юридическая оценка ОУН и УПА» и многих других свидетельствуют о том, что накануне войны, в годы войны и послевоенный период члены ОУН и УПА совершали военные преступления и преступления против человечества.

ОУН участвовала в создании, в составе регулярных воинских формирований гитлеровских вооруженных сил: батальонов «Роланд» и «Нахтигаль», гренадерской дивизии Ваффен СС «Галічина» и др., т.е. не просто сотрудничала, а непосредственно участвовала в войне против антигитлеровской коалиции.

ОУН создала регулярные вооруженные силы — УПА.

В соответствии со статьей 1 Гаагского соглашения Украинская повстанческая армия — иррегулярное вооруженное формирование, не соблюдающее в своих действиях законы и обычаи войны и не признанное воюющими сторонами. Это же положение содержится в ст.2 Закона Украины «О реабилитации жертв политических репрессий».

Что касается признания ОУН и УПА воюющей стороной, то согласно международному праву признание повстанцев воюющей стороной производится в ходе войны отечественным или иностранным государством.

Для этого должны быть соблюдены такие условия: повстанцы должны действовать под руководством организованной гражданской власти, т. е. политической организации, несущей ответственность за все происходящее в любой точке территории.

Во внутренних конфликтах международно-правовой статус воюющей стороны может быть определен после международного признания в гражданской войне. ОУН и УПА в советско-германской войне не признаны воюющей стороной ни одной из сторон конфликта.

В послевоенное время Советский Союз, борясь с террористической деятельностью УПА против законной власти, не признавал ее воюющей стороной. Этого не сделало и ни одно из иностранных государств. Борьба с террористическими бандформированиями ОУН не являлась гражданской войной, т.к. в соответствии с международным правом «гражданская война имеет место в том случае, если в территориальных пределах значительная часть населения восстает с оружием в руках против законного правительства данного государства. Гражданская война может стать войной в технико-юридическом значении этого термина в случае признания каждой из сторон воюющей стороной другим государством».

Абсолютное большинство советского народа вело Великую Отечественную войну против немецко-фашистских захватчиков, оккупировавших Украину.

ОУН и УПА никаких маломальских признаков воюющей стороны не имели ни в период оккупации Украины, ни при ее освобождении, ни в послевоенный период. Это не признано ни одной из воюющих сторон 2-й мировой войны.

Вопрос признания вооруженной борьбы ОУН и УПА во время Великой Отечественной войны как национально-освободительного движения лежит также в международно-правовом поле. В данном случае действуют положения международного права относительно гражданской войны и повстанцев — требуется признание иностранного государства.

Так, Движение сопротивления во Франции под руководством генерала де Голля обрело статус национально-освободительного движения только после признания его странами антигитлеровской коалиции. Подобным образом был решен вопрос признания Фронта национального освобождения Фарабундо Марти. Это произошло только после франко-мексиканского совместного заявления в 1981 г.

Такое правовое признание происходит в период событий, но ОУН и УПА ни во время войны, ни до 50-х годов такого признания не было.

Советская Украина, абсолютное большинство ее народа, более 7 миллионов человек, вела в составе СССР жестокую борьбу за свободу и независимость против гитлеровской Германии и ее союзников, на стороне которых действовали ОУН и УПА. Именно УССР за весомый вклад в Победу, как субъект международного права, стала государством-учредителем ООН.

Как можно признавать борцами за Украинскую державу тех, кто с оружием в руках противодействовал разгрому фашизма, когда решался вопрос о жизни народа, нации и государства, того государства?

Пересмотр оценок и результатов войны, ее виновников, может привести к потере Украиной права наследства УССР.

За пересмотром правовых проблем ОУН и УПА, истории Великой Отечественной войны появятся автоматически проблемы довоенных и послевоенных международных договоров.

Вопрос ОУН и УПА находится в международно-правовом поле, которое создано многими международными актами, и превратить его в политическую грядку не удастся. Надо надеяться на государственную мудрость Президента Украины, большинства народных депутатов Украины, премьер-министра Украины.

Сохранение мира в державе и сохранение державы зависит во многом от них. Права на ошибку в данной ситуации нет.

Оснований для изменения правового статуса бывших членов ОУН и вояк УПА нет и быть не может. Война и время приговор вынесли.

Для достижения согласия в обществе необходимо прекратить политическое жонглирование и спекуляции этим искусственно заостренным вопросом. Он давно решен на уровне физических лиц Законами Украины «О статусе ветеранов войны, гарантиях их социальной защиты» и «О реабилитации жертв политических репрессий».

Но военные преступления и преступления против человечности не имеют срока давности, поэтому попытки реабилитации ОУН и УПА аморальны и преступны.

^{«Коммунист». 2005. 8 июня}

Иногда полезно (хотя и противно) читать националистические газеты. Наиболее яростная из них — «Нація і держава» (орган Конгресса украинских националистов) в №43 (25–31 октября 2005 г.) опубликовала большой материал доцента Нестора Мизака из Черновцов под названием «Большая депортация» — о выселении семей бандеровцев из Западной Украины.

Тема эта — любимая у националистов: можно слезу пролить, еще раз проклясть «энкаведистов», «москалив» и проч. Но они очень редко упоминают о причинах этого выселения, а тут на тебе — открытым текстом (подчеркнуто мной — В. А.): «Количество депортированных увеличивалось также за счет крестьян — заложников, которых вывозили за каждый повстанческий «атентат» (покушение — В. А.) на прислужников советской власти. Например, в Борщевском р-не за убийство директора школы Щербанова в Гермаковке выселили 8 семей, за убийство учителя Лопаты в Новре 11 апреля 1950-го — 11 семей; за поджог клуба и магазина в Турильче 27 апреля 1950-го — 18 семей, за убийство в Иванкове оперуполномоченного Поленичка 3 июля 1950-го — 18 семей».

А далее следует ценное признание: «Подытоживая большевистскую акцию 21 октября 1947 г., следует заметить, что депортацией власти стремились избавиться от массовой поддержки населением национальноосвободительной борьбы ОУН-УПА (убийства учителей — ?! — В.А.), запугать народ репрессиями. И вправду, после депортации краян повстанческое движение на юге Тернопольщины начало заметно спадать — уменьшилось количество сторонников вооруженного сопротивления. Порвались взаимные связи, подпольщикам стало тяжелее питаться, прятаться в крыивках и т.д.»

Таким образом, автор прямо признает, что часть населения (а это были, как правило, зажиточные крестьяне, лавочники, униатские священники) поддерживала бандеровский террор, и власти вынуждены были прибегнуть к их выселению.

По сведениям, хранящимся в архиве СБУ, с 1944 г. по 1955 г. с территории западных областей Украины были выселены 65 906 семей (203 662 чел.) участников ОУН-УПА.

И уже в 50-е годы в Западной Украине воцарился мир и спокойствие, люди избавились от страха и нищеты. Но в конце 80-х — начале 90-х депортированные и их потомки стали массово возвращаться на Родину и Украина получила размах морального и физического террора.

Бурные политические события конца прошлого — начала нынешнего веков, буквально потрясшие и расколовшие украинское общество, обнажили одну, дотоле «не замечавшуюся» многими, тенденцию. Тенденцию возрождения идеологии и практики зловещего, коричневого оттенка.

Воспитанные в условиях прежней системы, все мы — нынешние левые, правые, центристы и т.д. и т.п. как бы органически не могли поверить в возможность появления в современном цивилизованном обществе фашизма. Того самого фашизма, который принес столько страданий человечеству, что возможность его рецидива не могла присниться нормальному человеку даже в страшном сне.

После известных югославских событий, когда была расчленена некогда могучая страна, а руководители православной Сербии преданы своими же политиками, одевшими тогу «демократов», после откровенного игнорирования лидерами США международного права, такой организации как ООН в вопросе развязывания войны против Ирака, многие из нас протрезвели.

Стало понятно, что в определенных социальных и политических условиях фашизма, подобно сказочному Фениксу, способен возрождаться, а сторонники этой антигуманной идеологии станут открыто ее поддерживать, одновременно маскируясь под личиной «демократов», «республиканцев», «социал-демократов» и т.д.

...Его возрождению как нельзя лучше способствует нынешняя ситуация в Украине, благодаря которой фашизм представляется в качестве некой иллюзорной надежды на социальную справедливость для миллионов обездоленных и деклассированных элементов, разочаровавшихся в прежней, «тоталитарной» идеологии. В тоге защитника национальных интересов выступает он и перед сотнями тысяч сограждан, которые не могут смириться с засильем в своей стране компрадорской, криминальной буржуазии, подпитывающей коррумпированное, морально разложившееся чиновничество...

По-видимому, не случайно в некоторых «демократических» СМИ независимой Украины стало своеобразной модой делать исторические экскурсы в оуно-фашистское прошлое. С экранов национального телевидения в буквальном смысле не сходит Д.Корчинский — бывший организатор УНА-УНСО, позднее инициатор службы охраны Ю.Тимошенко «Щит Батькивщины», а в настоящее время главарь экзотической молодежной группировки под названием «Братство», запомнившейся миллионам телезрителей недавними провокациями против демонстрантов — противников войны в Ираке.

В этом же ряду представлены и продолжающиеся усилия по реабилитации ОУН-УПА влиятельными политиками, их действия по представлению льгот ветеранам этих формаций, аналогичных льготам ветеранов армий стран антигитлеровской коалиции.

 Главный сторонник идеи реабилитации ОУН-УПА, бывший вицепремьер украинского правительства Н.Жулинский уже давно публично заявляет: «УПА вписала себя золотыми буквами в историю Украины» (см. Віктор Поліщук. «Загинули від українських рук?», Торонто, 1997 г., стр.28). Возможно, что только благодаря этой фразе он в свое время попал в правительство В.Ющенко. Так как других достоинств, характерных для политиков высокого уровня, за ним ранее не наблюдалось.

Иначе, как объяснить суть проводившихся «реформаторами» «реформ заради добробуту?» Отняв у нищего государства, «правительство реформаторов» не жалело бюджетных средств на националистическую прессу.

Шли на оуновские нужды и средства из других источников. Об этом косвенно свидетельствует близость к ОУН некоторых отечественных олигархов. По утверждению канадского ученого Виктора Полищука, лидеры обеих ОУН — бандеровцев и мельниковцев в свое время страшно негодовали по поводу отстранения Павла Лазаренко от должности главы украинского правительства.

...Как известно, подобного рода услуги лидеров ОУН стоят недешево. И отечественные олигархи не скупятся. Щедро оплачиваются не только издания украинских нацистов, но и снаряжения, экипировка, демонстрационные поездки, многочисленные устрашающие «акции», боевая подготовка (т.н. «вышколы») УНА-УНСО, боевиков из СНПУ, «Тризуба» имени С.Бандеры.

И, нужно прямо сказать, оплачиваются не только из криминальных средств олигархов, но и из тощих бюджетов Львовской, Тернопольской и Ивано-Франковской областей, дотируемых, как известно, из бюджетов восточных регионов страны.

В то время, когда в городе Львове хронически не хватает средств на реставрацию памятников архитектуры, привычным явлением стали отсутствие горячей воды и тепла в домах многих горожан, процветают антисанитария и неухоженность, средства (и огромные) на публикацию «научных» постулатов, предназначенных для оправдания прошлой преступной деятельности боевиков ОУН-УПА находятся.

В числе «ученых» и «исследователей» из Украины, лихорадочно занявшихся массовым продуцированием «научных» работ, суть которых заключается в попытках реабилитации в общественном сознании преступных националистических формирований периода 40–50-х годов прошлого столетия, можно назвать В.Сергийчука, С.Кульчицкого, Я.Дашкевича, К.Бондаренко и ряд других.

Анализ этих, с позволения сказать, «трудов», даже если в них использованы архивные материалы, позволяет сделать однозначный вывод о том, что их подготовка и распространение явно носит заказной, пропагандистский характер. Целью их издания есть не что иное, как тривиальная дезинформация общественного мнения в угодном для украинских националистов направлении.

К сожалению, влиянию зарубежных ОУН, с помощью американских спецслужб практически восстановивших свои довоенные структуры в странах бывшего соцлагеря, деятелей национально озабоченной отечественной элиты, преуспевших после 1991 года в создании своего лобби в научных кругах и СМИ, подверглись даже некоторые бывшие сотрудники КГБ-СБУ, не обладающие глубокими научными знаниями, высокой профессиональной подготовкой, достаточными моральными качествами, но падкие на лесть и материальные виды «поддержки» со стороны националистов. Начали массово тиражироваться псевдонаучные и, не выдерживающие объективной оценки, труды этих бывших «чекистов», целью которых является обеление бывших врагов. В числе таких «прозревших» — московский «чекист» 1 .Санников, достойный и аргументированный анализ опуса которого под названием «Большая охота» осуществлен Василием Чубом («Слава Родины» №1(41) от 25.01.2003 г.).

В качестве характерного примера появления пропагандистского, псевдо-научного издания можно назвать довольно таки объемистую книгу А.Русначенко «Народ збурений. Національно-визвольний рух в Україні й національні рухи опору в Білорусії, Литві, Латвії, Естонії у 1940–50-х роках», которая вышла в киевском университетском издании «Пульсары» в 2002 году.

Заказной характер книги подтверждается следующей записью на обороте ее первой страницы: «Исследование проведено при поддержке программы «RSS» OSI и Американского совета научных обществ (ACLS). Издание книги осуществлено благодаря гранту ACLS и при финансовой поддержке партии Украинского Народного Руха».

Автор — бывший активист Руха с первых дней его образования, активист Спилки офицеров Украины — явно ставит задачу отразить в выгодном для националистов свете действия ОУН-УПА, характеризуя действия националистов периода 40–50-х годов на Западе Украины антинаучным термином: «национально-освободительное движение».

По мнению серьезных отечественных и зарубежных ученых, национально-освободительным движением деятельность ОУН-УПА назвать нельзя, так как, во-первых, его лидеры уже с 30-х годов сотрудничали со спецслужбами будущего агрессора фашистской Германии, а сама организация ОУН являясь по существу их филиалом, числилась в документах Абвера как «Dienst UKO». Во-вторых, в период немецкой оккупации воинские формирования оуновцев воевали на стороне оккупанта не только в составе вермахта, но и, прежде всего, в карательных, эсэсовских подразделениях, боролись против движения антифашистского сопротивления на территории многих стран оккупированной Европы (Белоруссии, России, Польши, Югославии, Франции, Словакии).

Кроме того, нельзя игнорировать тот факт, что оуновцы составляли большую часть охранников нацистских концлагерей в Европе. Отряды полиции, созданной ОУН, были, наряду с немецкими айнзатцкомандами, основными формированиями, проводившими геноцид евреев на территории Украины.

Нельзя не учитывать, что ОУН Бандеры и созданные ею террористические боевки СБ, УПА, ВПЖ (военно-полевой жандармерии), СКВ (самооборонные кустовые отряды). Устанавливая диктатуру своей партии над украинским народом, жестоким, кровавым террором расправлялись с другими националистическими движениями и их лидерами: мельниковцами, «бульбашами», гетьманцами, сторонниками УНДО, украинцами, симпатизирующими левым партиям.

ОУН организовала геноцид не только против евреев, но и других национальных меньшинств, проживающих на Украине, прежде всего польского, цыганского, российского и других этносов, что полностью соответствовало ее программе, идеям немецко-фашистских теоретиков, а также «апостола» украинского фашизма Д.Донцова.

Не случайно, руховец А.Русначенко использует в своей книге, в основном, труды единомышленников-исследователей из лагеря националистов: первого руководителя СБ Бандеры, Н.Лебедя, оуновцев Л.Шанковского, П.Мирчука, Т.Гунчака, Н.Сивицкого и др. Основным же «научным» источником для автора книги, судя по ее содержанию, является многотомный «Літопис УПА», который, скорее, можно отнести к мемуарным произведениям, но только не научным работам, т.к. достоверность изложенных в нем исторических событий и фактов многократно опровергнута сведениями из архивов и аргументами ведущих ученых многих стран мира.

Абсолютно игнорируются автором работы признанных во всем научном мире украинских ученых В.Полищука (Канада), В.Масловского (Украина), французского исследователя А.Герэна, чешского — Б.Хневпека, израильского — Ш.Спектора, польских ученых Э.Пруса, В.Семашко и многих других. По-видимому. Это не случайно, т.к. оуновские «ученые» и «исследователи» истории ОУН-УПА уже много лет упорно уклоняются от публичных дискуссий по данной проблеме с профессором из Канады В.Полищуком. Очевидно, не та «весовая категория».

Какую ни открой страницу книги, буквально натыкаешься на вопиющую некомпетентность автора, поверхностность его суждений, недопустимые для ученого со степенью доктора наук. Уже в авторском вступлении мы встречаем упоминание несуществующей в Украине партии под названием «РУН». Здесь же натыкаемся на жалобные стенания автора по поводу «отсутствия у него доступа к части документов из архивов СБУ», хотя на самом деле книга изобилует цитатами и ссылками на документы из этих архивов.

Выполняя неблагодарную и заранее обреченную на неудачу задачу оправдания оуновских коллаборационистов, «доктор» нередко подставляется и сам себя опровергает. Так, на стр.166 он пишет, что теоретиками создания самооборонных отрядов ОУН в Галиции были Роман Сушко, Альфред Бизанц, Василь Сидор, Иван Климив. Задачей этих отрядов была защита населения от «бандитов, диверсионных групп (советских и польских — авт.), партизан (советских и польских — авт.)».

А.Русначенко, по-видимому, «не знает», что Альфред Бизанц был одним из высших офицеров абвера в звании полковника, одновременно являясь членом преступной организации СС (штандартенфюрер СС). Резиденция Бизанца в годы оккупации Львова располагалась в этом городе, где штандартенфюрер СС проводил разведывательные операции через оуновцев Романа Шухевича, В.Кубийовича — формального руководителя краковского УЦК, Романа Сушко, Василя Сидора, А.Луцкого и др., которые сами являлись кадровыми офицерами абвера или СС еще с довоенного периода. Например, Роман Шухевич — гауптштурмфюрер (капитан — авт.) СС, Василь Сидор — оберлейтенант Абвера и т.д. Иван Климив («Легенда») вскоре после оккупации гитлеровцами западных областей Украины оказался в кресле начальника полиции г. Владимира-Волынского, уничтожившей тысячи местных евреев, согнанных в два гетто.

Возможно, для руховского ученого массовые убийства евреев в годы оккупации не являются компрометирующим украинскую полицию аргументом? Иначе как понимать недавнее сооружение и торжественное освящение в г. Львове памятника на могиле бывшего начальника полиции г. Ровно Работницкого, участие в этом позорном действе многих руховских политиков и их кумира — проамериканского лидера блока «Наша Украина» В.Ющенко, который, по сообщениям украинских СМИ, «возложил цветы к памятнику» и почтил память бывшего палача еврейского и украинского народов.

Далее Русначенко пишет: «Под названием Украинская народная самооборона» (УНС) она (то есть, сельская самооборона — авт.) известна с 1943 года, действует под значительным бандеровским влиянием, именно отряды этой самообороны боролись против остатков отряда Ковпака в Прикарпатье (стр.166). Опять же Русаченко «забывает» уточнить, что УНС ускоренно создавалась вследствие совместного решения гитлеровской администрации и руководства ОУН-УПА с июля 1943 года, когда соединение Ковпака, разгромив на Волыни крупные силы УПА, начало движение в сторону Карпат.

Создавалась УНС по настоятельной просьбе офицера абвера и СС Р.Шухевича, бежавшего от Ковпака с Волыни в г. Львов — под крылышко немецких эсэсовских частей. С ковпаковцами боевики УНС, вооруженные оружием со складов вермахта, пытались сразиться при появлении их в районе Карпат, но в ряде стычек были наголову разгромлены. Из 900 боевиков в живых осталось около 300.

О политической и научной «беспристрастности» автора судить также не приходится, о чем свидетельствует хотя бы следующее его суждение (см. стр.125): «В этой ситуации, конечно, лучше было бы, если бы молодежь ушла таки в лес, но командование УПА также оказалось неготовым к такому развитию событий». Автор, родившийся и выросший в Восточной Украине, считает, что молодежи из Западной Украины при подходе частей Красной Армии к этому региону следовало бы пополнять ряды УПА, а не армии, боровшейся с немецким фашизмом.

Научную несостоятельность «доктора» наук подтверждают его утверждения о том, что ОУН(м) в борьбе с немцами (борьбы то, как известно, не было — авт.) потеряла 4756 членов, а ОУН(б) — значительно больше (см. стр.137). Архивы Украины, Польши, Германии и других стран содержат многочисленные документальные доказательства того неоспоримого факта, что основные потери оба оуновских течения, жестко соперничавшие в то время между собой, понесли в результате боев с воинами из армий антигитлеровской коалиции, советскими, польскими, словацкими, словенскими, французскими, белорусскими, российскими партизанами, а также в междоусобной борьбе за иудины серебряники от оккупантов и господство над украинским народом.

Службу украинских националистов в немецкой полиции «ученый» голословно оправдывает, безосновательно утверждая, что в полицаи шли те сельские хлопцы, которые оказались «в безвыходном положении» (стр.136). Практически без всяких аргументов он пытается доказать непричастность украинских националистов к проведению еврейских погромов в оккупированной гитлеровцами и оуновцами Украине (там же). Вину же за эти погромы перекладывает на ...самих евреев, поскольку, по логике автора, население не могло простить им их «сверхпредставительство в НКВД и армии СССР» перед войной, (стр.135). Резню поляков, запрограммированную и организованную решениями ОУН и высшего руководства УПА, называет «украинско-польской войной», именуя этническую чистку естественной реакцией украинцев на «существующие в подполье представительства польского правительства и его вооруженных отрядов» (стр.156).

Слишком цинично, учитывая огромные жертвы мирного польского населения, понесенные вследствие этнических чисток, звучат обвинения Русначенко в адрес жертв этих чисток, которые «провинились» перед нашим «ученым» в том, что «(...) у польской стороны ...не хватило мужества и мудрости, чтобы уйти с украинских земель...» (стр.176).

...Упоминая о переходе западноукраинских земель в состав Польши в 20-е годы прошлого века (стр. 139–140), А.Русначенко как бы «забывает» отметить «патриотический» поступок нынешнего кумира украинских нациков С.Петлюры, который, подписав в 1920 году договор с Пилсудским, отдал эти земли полякам взамен на поддержку польской армии в завоевании Украины.

Подобные «недомолвки», «упущения» и явно тенденциозные оценки встречаются буквально в каждом абзаце книги. Свидетельствуют они не только о невысоком научном потенциале «ученых» из националистического лагеря, но и об их явных попытках извратить прошлое в угодном им направлении, сделать привлекательными для современного читателя неблаговидные, а нередко преступные, действия их идейных учителей из ОУН-УПА.

Особенно опасным для украинского общества, в первую очередь, для подрастающего поколения граждан Украины, является то обстоятельство, что эти попытки камуфлируются призывами к проведению «демократических» реформ, уходу от тоталитарного прошлого. Дело дошло до того, что даже долголетнего лидера ОУН(б) Славу Стецько, недавно почившую в бозе, высшие руководители Украины отметили за «ее приверженность демократическим ценностям» (см. «Урядовий курьер» от 14.03.2003г.). И это при том, что широко известные ее публичные заявления о неприятии «космополитического либерализма» (то есть, демократии — авт.) (См. «За Україну, за її волю! Хроніка діяльності Тернопільської обласної організації КУН 1962–1966 p.p.», Тернополь, 1997 г., стр.11). Показательно, что именно этот вид «либерализма» под термином «демократия» навязывается сейчас высшим руководством государства народам Украины.

Не будем забывать, что попытки навязать украинскому обществу новую-старую тоталитарную идеологию явно коричневого разлива, отвергаются даже многими бывшими представителями ОУН-УПА, изнутри познавшими «прелести» фашистского «рая». Эти представители обращают внимание украинской и мировой общественности на то обстоятельство, что современные лидеры националистов не только не пересмотрели свои программные положения в направлении их демократизации, но и также не осудили террористическую, коллаборационистскую деятельность предшественников, не извинились за их преступления, в частности, этнические чистки. Наоборот, делается все, возможное для оправдания, даже героизации военных преступников из логова ОУН-УПА.

Один из критиков украинского фашизма — Даниил Шумук, в годы войны инструктор (преподаватель) так называемых курсов и политвоспитатель бандеровской УПА. Книга Д.Шумука «За східним обрієм» («За восточным горизонтом» — авт.) издана во Франции еще в 1974 году.

Для непосвященных покажется странным, что книга Д.Шумука до сих пор не заинтересовала наших «национал-демократов» и «национал-патриотов», массовыми тиражами издающих «теоретическое» наследие и мемуары таких деятелей, как С.Бандера, С.Ленкавский, Я.Стецко, Р.Шухевич, Н. Лебедь, П.Мирчук и др. Казалось бы, уже сама биография Д.Шумука просто обязывала украинских нациков издать его книгу. Кем же был Д.Шумук?

В то время, когда «последний командир УПА» В.Кук, согласившись работать с тогдашним советским режимом, настрочил «обращение» к лидерам зарубежных ОУН, в котором осудил и отрекся от прошлой преступной деятельности в ОУН и призвал к этому бывших соратников, Д.Шумук — выходец из Волынского Полесья — был неоднократно осужден за националистическую и антисоветскую деятельность.

...В то время, когда В.Кук спокойно и обеспеченно жил в своей стране, занимался научной деятельностью, Д.Шумук не только не шел на контакты с представителями советской системы, но и гневно ее обличал. Вместе с тем, не щадил и другую «тоталитарную» систему — украинский фашизм, благодаря чему, скорее всего, незаслуженно «забыт» современной украинской элитой...

В условиях нынешней ситуации в Украине, тем более в свете событий, имевших место в Киеве 15 октября с.г., правильное понимание широкой общественностью проблемы ОУН-УПА имеет актуальнейшее значение.

Вопрос о реабилитации Организации украинских националистов (ОУН) и всех ее структур и формирований, в том числе военных (спецбатальйоны гитлеровского абвера, «Полесская сечь» Тараса Бульбы-Боровца, дивизии СС «Галичина» и так называемой Украинской повстанческой армии (УПА)) возник в Украине в начале 1990-х годов, в период свержения Советской власти. Поставили этот вопрос и с той поры при поддержке диаспоры постоянно его будируют, нагнетая напряженность и в без того нестабильном нашем обществе, украинские националистические политические партии организации — наследники и преемники ОУН, базирующиеся в основном в западных областях Украины.

Нет смысла дискутировать с деятелями этих политических сил, как и с теми, кто их поддерживает то ли по незнанию и наивности, то ли из-за страха (а националисты, как известно, не раз за эти годы напоминали в этом плане о себе). «Аргументы» националистов известны. Это — ненависть (в том числе личная, так сказать «по завету предков») ко всему не только советскому, но и русскому, «московскому» вообще да плюс повторяемая с геббельсовской наглостью, вопреки правде истории и Приговору Международного Нюрнбергского Военного Трибунала, ложь о важнейших событиях II-ой мировой и Великой Отечественной войн. Например, о том, что советско-немецкие соглашения 1939 г. были «сговором двух диктаторов», развязавшим II-ю мировую войну; что «Великая Отечественная война», «освобождение Украины» и «Победа над фашизмом» — это «сталинские мифы»; что Красная армия была «оккупационной» московской армией; что ОУНовцы, в частности бандеровцы и их УПА, вели «национально-освободительную борьбу на два фронта — против советских и немецких оккупантов» и т. п. Именно на этой «основе» местные органы власти в Западной Украине противозаконно реабилитировали вояк УПА, а националисты стали разрушать памятники и переименовывать улицы и площади, названные в честь героев и событий Великой Отечественной войны 1941–1945 г.г., стали преследовать советских ветеранов и требовать от государства признания военных формирований ОУН, в т.ч. УПА, «воюющей стороной» во ІІ-ой мировой войне, «борцами за незалежність України».

Эти позиции диаспоры и галицинских националистов были поддержаны сначала отдельными за ангажированными историками, а затем, с середины 1990-х гг., и профильным отделом Института истории Украины НАН Украины в рамках так называемого «нового концептуального видения» истории ІІ-й мировой и Великой Отечественной войн. За десятилетие, минувшее с того времени эта «новая концепция», благодаря поддержке властей, стала господствующей в официальной научной и учебной литературе, в средствах массовой информации Украины.

Ветераны Великой Отечественной войны и труда решительно выступили и все эти годы продолжают выступать против такого освещения отечественной истории. В специальном обращении IV-го съезда Организации ветеранов Украины (март 2004 года) «К соотечественникам и научной общественности Украины» подчеркивается, что «новая концепция» не имеет ничего общего ни с исторической правдой, ни с исторической наукой и противоречит национальным интересам. Она позорит подвиг старшего поколения, наносит удар по менталитету народа и воспитанию молодёжи, дестабилизирует общественный мир в интересах национализма и новой буржуазии, подрывает основы исторической науки.

Пронационалистическая направленность и антиисторичность «новой концепции», её несоответствие интересам народа Украины, особенно наглядно видны в освещении деятельности ОУН и УПА. За ангажированные историки полностью порвали с научной, диалектико-материалистической методологией, с принципами исторической науки. Предвзято подбираются факты, нет анализа причинно-следственных связей событий, отсутствует объективная конкретно-историческая оценка событий и деятелей. Националистические апологеты субъективно интерпретируют события и факты; оценивают их конъюнктурно; позволяют себе препарирование и даже подделку документов.

Эти все приёмы, не известные массовому читателю, равно как и учёные звания и научные степени авторов, а тем более высокие марки тех учреждений, где одобряется и широко издаётся литература с позиций «новой концепции» — всё это служит ширмой, которая скрывает антиисторизм, противозаконность, социальную опасность и антинациональность попыток реабилитации ОУН и УПА.

В свете сказанного особого внимания заслуживает анализ публикаций рабочей группы историков, созданной при Правительственной комиссии по изучению деятельности ОУН и УПА. Особого внимания эти публикации заслуживают потому, что речь идёт о результатах деятельности большой группы квалифицированных историков во главе с заместителем директора Института истории Украины НАН Украины, которые семь лет, при полном и всестороннем обеспечении (архивами, кадрами, оргтехникой, издательством и т.д.), специально изучали деятельность ОУН и УПА и издали за это время свыше 30 монографий, общим объёмом свыше 300 печатных листов. Но и потому, что на основе выводов этой рабочей группы историков Правительственная комиссия на заседании 14 октября 2005 г. под руководством вице-премьера В.Кириленко решила рекомендовать реабилитировать ОУН и УПА.

Это неправомерное и противоречащее интересам украинского общества и государства решение.

Материалы и публикации рабочей группы историков, в частности их итоговая коллективная монография — «Організація українських націоналістів і Українська повстанська армія» (42,5 печ. листа) и под тем же названием «Фаховий висновок робочої групи істориків при Урядовій комісії з вивчення діяльності ОУН і УПА» не являются научной и объективной оценкой деятельности ОУН и УПА. При ответственном и объективном подходе к столь серьёзной проблеме как оценка деятельности ОУН и УПА Правительственная комиссия не может делать выводы на основе такого несостоятельного в научном и правовом отношении материала, как «фаховий висновок» и итоговая монография рабочей группы историков.

8 мая, накануне 60-летия Великой Победы, телевизионный канал ICTV транслировал содержание «круглого стола», посвященного теме «примирения». За круглым столом вели беседу заместитель госсекретаря Маркиян Лубкивский, доктора исторических наук и профессора Владимир Сергейчук и Анатолий Чайковский, телеведущий Дмитрий Киселев.

Состав «круглого стола» не предвещал полемики: собеседники единодушно высказывались за примирение ветеранов Великой Отечественной войны и бывших воинов УПА, расценивая это как шаг к снятию напряжения между ними. По словам пана Лубкивского, якобы нет существенной разницы между ветеранами Великой отечественной войны и ветеранами УПА, так как и те и другие «проливали кровь за Украину». Однако у них, заметил Лубкивский, разное правовое положение, унизительное для ветеранов УПА.

К сожалению, никто из присутствующих в утверждении пана Лубкивского не увидел грубейшего и циничного попрания истины, суть которой заключается в том, что ветераны Великой Отечественной войны сражались и проливали кровь, защищая свой народ и народы планеты от фашизма, рвавшегося к установлению мирового господства. Красная Армия в то время представляла собой основную часть антигитлеровской коалиции, объединявшую США, Англию, Канаду и десятки других стран мира. А бандеровская УПА боролась на стороне гитлеровской Германии и ее сателлитов и обильно проливала кровь своих соотечественников.

Эту истину неопровержимо подтверждают многочисленные исторические документы, заимствованные в архивах спецхранения. На эти документы ссылаются виднейшие украинские и зарубежные историки, в том числе и ученые Центра защиты исторической правды ВОВ Организации ветеранов Украины.

Казалось бы, истина лежит на поверхности и что мы имеем дело с двумя принципиально различными по своей социальной природе группами ветеранов. И потому лишь политические и нравственные дальтоники не могут видеть (точнее: не хотят видеть) разницы, которая отличает советских воинов-освободителей от бандеровцев — прислужников гитлеризма.

Следовательно, примирить антагонистов невозможно. И, если даже примирение попытаться задекларировать, то этот обман утаить невозможно. Его нельзя упрятать и политической трескотней, как шило в мешке. Пример Германии для нас должен быть поучительным: 80 % немцев решительно осуждают современных неофашистов — наследников гитлеризма.

Профессор Сергейчук, желая смягчить контрасты, заявил, что УПА якобы не воевала против Красной Армии, она, по его словам, уничтожала только энкаведистов. Демагогичность и лукавство слов пана профессора, изрядно поднаторевшего в искусстве манипулирования сознанием, очевидна, они рассчитаны на малосведущего в истории телезрителя.

Для опровержения вымысла пана профессора обратимся хотя бы к некоторым оперативным документам, относящимся к февралю 1944 г. В одном из них говорится: Первые дни освобождения Ровенщины от оккупантов обозначены следующими акциями УПА:

5.02.44 — банда УПА напала на разъезд Стешельск. Убит сержант железнодорожной бригады Красной Армии, уведены бандитами 9 девушек военнослужащих Красной Армии;

8.02.44 — в населенном пункте Цейцевичи бандиты совершили нападение на 2-х работников НКВД;

15.02.44 — в селе Селище банда бульбовцев совершила налет на работников Клесовского района. Убито 9 и ранено 2 человека из местных советских и партийных работников;

21.02.44 — банда напала на узкоколейную железную дорогу под Ракитно. Разобрано до 40 м пути, уведено несколько рабочих, осуществлено крушение поезда, груженого дровами;

27.02.44 — банда УПА численностью до 100 человек, одетых в красноармейскую форму, напала на село Лохча Сарненского района. Бандитами убит председатель сельсовета, вырезано 4 семьи советского и партийного актива;

27.02.44 — в районе населенного пункта Степань бандитами убито 12 военнослужащих Красной Армии;

29.02.44 — сотня УПА возле села Милятин Гощанского района из засады совершила бандитское нападение на эскорт штабных автомашин. Тяжело ранен командующий Первым Украинским фронтом генерал армии Н.Ф.Ватутин [1].

Перечень подобных бандитских акций УПА продолжался до 1956 года, о чем при желании можно осведомиться в архивах тех лет.

Да вот только у адвокатов бандеровщины такого желания не существует. Для них единственным достоверным источником является бандеровский «Літопис УПА», в котором история бандеровщины полностью фальсифицирована. В нем не существует записей, компрометирующих бандеровцев и мешающих им появляться на экранах телевизоров, облачаясь в тогу. Зверства, чинимые бандеровцами на землях Украины, Белоруссии Польши, вызывали негодование, отвращение даже у немецких солдат, о чем поведал немецкий историк Вальтер Брокдорф в своей книге «Тайные команды Второй мировой войны». (Мюнхен, 1967).

По данным канадского историка украинского происхождения Виктора Полищука, жертвами украинских (галичанских) националистов и прежде всего бандеровцев стали 120 тыс. мирных поляков, не менее 40 тыс. украинцев и до миллиона евреев.

Наследники Степана Бандеры восторгаются кровавыми деяниями своих предшественников. К примеру, депутат Ровенского горсовета В.Шкуратюк, выступая перед своими единомышленниками, заявил: «Я горжусь тем фактом, что среди 1500 карателей в Бабьем Яру было 1200 полицаев из ОУН и только 300 немцев» (Киевский вестник, 1993, 26 марта).

Апологеты бандеровщины, используя свою монополию на СМИ, упорно пытаются облагородить облик своих подопечных. К числу таковых принадлежит журналист Я.Тинченко. В статье «Реабилитация бойцов УПА» (Киевские ведомости, 2005, 17 мая) Тинченко выражает восхищение деяниями бандеровцев. Особенно красочно описывает биографическую историю начальника разведки УПА Литвиненко, именует его «легендарным полковником», который, словно благородный рыцарь, «сражался с большевиками». По-рыцарски «сражается» он в январе 1918 г., когда расстреливает рабочих «Арсенала». Так же по-рыцарски «сражается» Литвиненко и в ноябре 1920 г., когда, изгнанный из Украины, бежит в Польшу в подчинение Пилсудского. Баталии «рыцаря» продолжались до ноября 1944 г., до того момента, когда он оказался в руках советских органов.

Вернемся еще раз к аргументам пана Сергейчука, который пытаясь преуменьшить кровавые злодеяния бандеровцев утверждает, что УПА не воевала против Красной Армии и что «она уничтожала только энкаведистов». Таким демагогическим приемом пан профессор оправдывает терроризм, дает (хотя и задним числом) санкции бандеровцам на убийство.

Чтобы лучше понять «гуманизм» пана профессора, напомним читателю, что это за категория людей («энкаведисты»), убийство которых оправдывает «ученый муж».

К «энкаведистам» относились сотрудники НКВД-МГБ-КГБ и пограничники, снискавшие за свой ратный труд всенародную любовь, войска МВД, которые так же приняли участие в ликвидации оуновского подполья. Боролись с бандеровщиной и сотрудники советских спецслужб — люди с чистой совестью. Они проникали в тайные замыслы оуновцев, которыми руководили и финансировали их терроризм вначале гитлеровские спецслужбы, а после 1945 г. американо-натовская разведка, и своим мужеством и умелыми действиями вписала славные страницы в историю страны. Наши потомки будут с благодарностью вспоминать генерал-лейтенанта П.А.Судоплатова, генерал-лейтенанта В.Г.Шевченко, генерал-майора Н.И.Зубатенко, полковника, доктора исторических наук, профессора В.Г.Чернявского («Чередниченко»), полковников П.Г.Полищука, Г.М.Быкова, П.Я.Свердлова, Г.М.Клименко, А.П.Рубана, В.В.Чубенко, Н.В.Зазулина, И.К.Шорубалко и многих других участников борьбы с кровавым оуновским подпольем.

Желая отмыть своих подзащитных, пан Сергейчук утверждает, что бандеровцы состояли в союзных отношениях с немцами лишь в первые дни оккупации Украины и якобы расторгли их, как только Гитлер аннулировал бандеровский акт от 30 июня 1941 года, коим провозглашалась «самостійна Україна». Сразу же после разгона немцами самозваного украинского правительства Я.Стецко и ареста С.Бандеры и Я.Стецка бандеровцы, по утверждению Сергейчука, ушли в подполье и начали вооруженную борьбу против оккупантов.

И снова ложь! Архивные документы говорят о том, что отношения между бандеровцами и их хозяевами-нацистами изменились лишь внешне. Исчезла прежняя эйфория, когда националисты восхищались подвигами «непобедимой» армии «третьего рейха» и мудростью ее фюрера Адольфа Гитлера. На деле же бандеровцы покорно подчинялись указаниям своих проводников Бандеры и Стецка, которые по каналам абвера из концлагеря Заксенхаузен слали письма своему наместнику во Львове Николаю Лебедю («Рубану»). Смысл этих писем сводился к приказу: «Жодного пострілу по німцях. Наш ворог — Москва!» [2].

В свою очередь, Н.Лебедь при встрече во Львове с нацистом Теодором Оберлендером (политкомиссаром батальона «Нахтигаль») 12 июля 1941 года заверил его, что отношения бандеровцев с немцами остаются неизменными «в интересах совместной борьбы против большевизма и еврейства». Об этом Оберлендер докладывал письмом от 14 июля 1941 года шефу 2 отдела абвера полковнику Лахузену. Фотокопия этого письма приведена в сборнике «Документы изобличают». (К., 2004. — С. 36).

Нет никаких доказательств тому, что бандеровцы якобы начали против немцев боевые действия силами УПА после аннулирования бандеровского акта от 30 июня 1941 года. Имели место лишь отдельные стычки между немцами, грабившими местное население, и бандеровцами. С целью устранения подобных явлений, немцы разрешили бандеровцам применять оружие к солдатам вермахта, самоуправно занимающимся изъятием птицы, скота и другого имущества у крестьян. Но такое изъятие признавалось законным, если солдаты вермахта осуществляли его в присутствии старосты украинца.

Другой причиной стычек гитлеровцев с бандеровцами являлось нарушение между ними взаимодействия, устойчивой связи. Нередко немцы принимали ватагу бандеровцев, оказавшихся вблизи их гарнизонов, за партизан — советских или польских, и открывали по ним стрельбу. Так возникали перестрелки. Всего в таких «сражениях» гитлеровцы и их союзники потеряли около одной тысячи человек. Однако считать такие стычки боевыми действиями УПА против оккупантов так же нелогично, как и отрицать существование между ними союзнических отношений. В подтверждение приведем несколько трофейных немецких документов.

В донесении гитлеровского сановника в дистрикте «Галиция» Паппе Главному имперскому управлению безопасности (РСХА) о результатах переговоров с членом Центрального провода ОУН Герасимовским 7 июня 1944 года сообщается, что в разговоре о поставках немецкого оружия в подразделения УПА Герасимовский поднял вопрос: «Не целесообразно ли уже сейчас подумать о закладке на территории дистрикта «Галиция» складов оружия и боеприпасов для УПА. Однако этими складами она сможет воспользоваться лишь в том случае, когда германский вермахт будет вынужден в последующем оставить часть территории дистрикта «Галиция». Эти склады могли бы содержаться германской стороной в полной тайне и охраняться так, чтобы они оставались недоступными для посторонних до самой эвакуации» [3].

«Предложение» Центрального провода ОУН было одобрено и полностью реализовано гитлеровцами. До отступления с советской территории они создали в Галиции 40 секретных баз с оружием и боеприпасами. Этим занималась специальная группа абвера, возглавляемая майором Гельвихом. Данные о месте нахождения баз были сообщены командованию УПА.

Об этом дали показания на Нюрнбергском судебном процессе выступавшие в качестве свидетелей высокопоставленные чиновники абвера Эрвин Штольце и Юзеф Лазарек.

В свою очередь, верхушка ОУН-УПА скрупулезно выполняла обязательства, взятые перед гитлеровцами, о чем говорят нижеприведенные документы:

Секретный документ Верховного командования Южной группой германских войск «О положении банд УПА на февраль 1944 года». В нем сказано: ...Национальные украинские банды препятствуют проникновению советских бандитов (так нацисты называли советских партизан. — Ред.). Есть много сообщений о схватках между украинскими бандитами и советскими.

Банды УПА проводят свои собственные операции против Красной Армии. Взятые в плен русские доставляются в распоряжение немцев для допросов. Сведения, добытые УПА о советских партизанах и Красной Армии, сразу же передаются вермахту» [4].

В сопроводительных документах Верховного командования Южной группы германских войск имеются оговорки. Одна из них весьма примечательна: «После допросов при расстреле русских должен присутствовать представитель УПА». Для чего бы это? Ответ на этот вопрос — многочисленные кровавые экзекуции, удовлетворявшие животную жажду человеческой крови бандеровцев. Не случайно из громадного числа дел на бывших вояк УПА, рассмотренных судами Украины, около 40 тысячам было отказано в реабилитации. Реабилитация не состоялась потому, что была неопровержимо доказана их виновность в совершении кровавых злодеяний.

Вот вам, господа Лубкивский и Сергейчук, ответ на вопрос, почему ветераны Великой Отечественной войны отвергают всякое предложение о примирении с бандеровцами. К тому же, бандеровцы остались верны себе, не желают принести свое покаяние перед народом, которому они причинили столько зла, пытаясь обречь его на вечное фашистское рабство.

Бандеровщина — черная страница в отечественной истории. По современным меркам, она представляет международную террористическую структуру. А поэтому примирение с ней противоестественно и аморально. Его силовое навязывание углубит раскол в обществе.

1. Внутренние войска в Великой Отечественной войне 1941–1945. Документы и материалы. — М., 1975. — С. 625.

2. ЦГАВОВУ України. Ф.3833. Оп.2. Д.18. Л.83.

3. ЦГАВОВУ Укаины.Ф.4628. Оп.1. Д.10. Л.101–200.

4. ЦГАВОВУ Украины. Ф.4628. Оп.1. Д.11. Л. 203–204.

Весь мир ошеломлен чудовищным преступлением, совершенным международными террористами в Северной Осетии, в г. Беслане.

Еще не прошел шок от террористического акта в сентябре 2003 года в США, унесшего более 2-х тысяч жизней ни в чем не повинных людей.

И вот опять в сентябре 2004 г. международные террористы совершили новое чудовищное преступление, по цинизму не имеющему себе равных в истории.

Террористы захватили школу, взяли в заложники детей. Результат 335 убитых, из них более 150 дети.

Цель — дестабилизация политической обстановки, междоусобица среди народов Кавказа, отрыв их от Российской Федерации, а то и ее разрушение.

И это в один из памятных дней для самых маленьких — первоклашек, когда они впервые намеревались посмотреть в окно знаний.

Анализируя состояние изучения истории, ее учебно-материальную базу в общеобразовательных школах Украины, приходишь невольно к выводу, что определенные политические силы захватили в заложники детей, внуков и правнуков победителей в Великой Отечественной войне, убивают, калечат у них сознание и Память истории нашего народа и государства.

Только так можно оценить это явление в учебном и воспитательном процессе школы, поскольку они противоречат действующему законодательству Украины и многократным высказываниям и указаниям Президента Украины, то есть в школах идет противозаконный процесс.

Учебники, учебные пособия по истории, рекомендованные экспортной комиссией Министерства образования Украины, наполнены преднамеренной ложью о советском периоде Советской Украины, в том числе о самом святом — Великой Отечественной войне 1941–1945 годов.

Министерство во главе с В.Г.Кременем стало одним из Центров политического терроризма, центром нарушения действующих Законов Украины.

Закон Украины «Об увековечении Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов» требует «недопущения фальсификации истории Великой Отечественной войны в научных исследованиях, учебнометодической литературе, учебниках и средствах массовой информации».

Указ Президента Украины от 26 марта 2003 года, Постановление Верховной Рады от 6 марта того же года «О праздновании 60-летия Победы и памятных событий Великой Отечественной войны 19 411 945 годов» направлены на подготовку и проведение юбилейных мероприятий, как в них указано, с целью «консолидации общества, утверждения героических традиций старших поколений».

Эти требования высших органов государства созвучны с Постановлениями IV съезда Организации ветеранов Украины и обращениями делегатов съезда к руководителям государства и общественности страны, в том числе и к работникам образования. Все документы были своевременно отправлены и руководству государства, министерству.

Этому предшествовали Всеукраинские конференции, круглые столы, семинары, где обобщен большой объем научных исследований ученых-ветеранов, опыт работы ветеранских организаций и главное — знания не из книг, а по своему фронтовому опыту при защите Отечества и освобождении стран Европы от злейшего врага человечества — фашизма.

Казалось бы исполнительной власти осталось одно: исполнять законы и постановления государства и требования общественности, особенно тех граждан Украины, кто защитил и дал жизнь тем, кто возглавляет государство и пользуется уже 60 лет дарованной им жизнью.

Десять лет, с 1994 года, мы стучимся в двери Министерства образования и науки, прошли путь от мирных переговоров и переписки до начала протестных акций. Но практически никаких изменений. Одни обещания сначала зам. министра Савченко, теперь Огневьюка.

И это при том, что для реализации законов, постановлений создан Оргкомитет по подготовке и организации 60-летних юбилейных торжеств, посвященных Победе и освобождению Украины, во главе с Премьер-министром Украины В.Ф.Януковичем, одним из претендентов-кандидатов в Президенты Украины. Отработан детальный план мероприятий, но почти по всем направлениям выполнение его продвигается плохо.

Я не буду подробно останавливаться на действующих учебниках и пособиях. Это сделают наши представители.

Хочу обратить внимание присутствующих на то, что все учебники, пособия, начиная с 1991 года претерпевают очень малые изменения, продолжая фальсифицировать историю не столько потому, что многочисленные авторы учебников для 5-х классов, как-то Г.Кучерук, В.Мисан, В.Власов, О.Данилевская; для 11-х классов — С.Кульчицкий, Субтельный, Жуковский, Турченко, Горецкий, Гусар, Данченко, Левитас и др., пользуясь свободой исторического мышления, толкуют как бы по своему историю, потому что они выполняют государственный заказ Министерства образования и науки Украины.

Этим госзаказом являются Программы истории Украины для общеобразовательных учебных заведений. Направленность и содержание заказов — программ, их политическая заряженность на очернение истории определяет и состав наемников-авторов, выполняющих роль политических киллеров от истории. Отсебятины быть здесь не может, т.к. качество исполнения заказа и его рекомендации для использования в учебном процессе определяет экспертная комиссия министерства. Ни в одной программе истории нет даже понятия «Великая Отечественная война». О работе этой комиссии может рассказать руководитель нашего Центра защиты правды истории, он же член этой комиссии, доктор исторических наук, профессор Ю.В.Шиловцев. Предположить, что эта литература, ее авторы случайно прорвались в школу нельзя. Ответственность вся лежит на работниках министерства и его руководстве.

Чтобы у учащихся не было сомнений в фальшивости изучаемых тем истории, ни в одном учебнике не рассматриваются причины и основные виновники войны. Полностью игнорируются решения и материалы международных документов Тегеранской и Ялтинской конференций глав государств Англии, СССР и США и приговоры Нюрнбергского процесса над главными военными преступниками, а также колоссальный массив дипломатических документов мировой политики, достаточно доступных для объективных выводов историков.

В учебниках не раскрыта суть и глубокое содержание Великой Отечественной войны, а в учебниках 5-го класса название Великой Отечественной заменено на «советско-нацистскую».

Программами не предусмотрено изучение итогов и уроков войны, то, что должно вывести учащегося на активное восприятие изучаемого материала и дает ему основу для активного самостоятельного изучения истории.

Фрагментарность содержания учебников исключает полностью объективность и позволяет учителю манипулировать сознанием ученика. А министерство только создало для этого условия.

Коротко о содержании программ:

Цели — подготовить учеников к успешному усвоению исторических знаний в следующих классах.

Какие темы?

1. Установление большевистской власти в Украине.

Содержание:

Индустриализация, создание колхозов и как результат — голодомор.

2. Украина в пламени войны (1939–1945 гг.)

Содержание (по учебнику Власова и Данилевской):

Дальше, «жестокость войны определялась тем, что ни Советский Союз, ни фашистская Германия не заботились об освобождении Украины и создании в ней независимого государства.

Поэтому «сознательные украинцы», понимая, что необходимо самим решать судьбу Украины, под опекой ОУН создали украинское правительство и УПА, которая «освобождала города и села Украины-от фашистских оккупантов, защищала мирное население». А т.к. советское правительство не хотело, чтобы Украина имела свою армию, то после освобождения Украины в 1943 г. (?) большевики начали воевать против УПА. Это была война против собственного народа, стала еще одним свидетельством большевистского террора».

Вот лицо и суть понятий, которые вдалбливают в головы детей.

Получается, что деды и прадеды этих детей «большевики оккупанты» равнозначны фашистским. Что руководили борьбой с гитлеровскими захватчиками не Советское правительство и Ставка Верховного Главнокомандования, а правительство оуновцев, а освободила Украину УПА.

Значение Победы для Украины, для всего человечества авторы определили только величиною потерь. Это все, что сказано о войне.

На это отведено полстраницы, остальные почти три страницы посвящены, так сказать, «подвигу» в войне польской гражданки, украинского происхождения Олеге Телиге, погибшей в результате междоусобия среди ОУН(б) и ОУН(м), и описанию молитвы вояк УПА.

И все это при том, что о Великой Отечественной — ни слова.

«Тоталитаризм и диктаторские режимы», «Россия — СССР» поставлены в один ряд с фашистскими режимами Италии, Германии, Испании. Ни слова о режиме Хорти в Венгрии, Антонеску — в Румынии. Главная суть темы — опорочить как можно больше советскую власть и социалистический строй, навязывать ученикам с помощью взятого на прокат из «западного» лексикона понятие «тоталитаризм».

Ни слова о том колоссальном социально-экономическом скачке, который совершил Советский Союз за кратчайший исторический срок.

Из этого учебника ученики поймут одно, что кроме насилия, голодомора, политических репрессий советский строй ничего не имел, он был таким же злом, как и фашизм. Т.е. пропагандируется рейгановская формула «империя зла». А следовательно, деды и прадеды учеников, защищая этот строй, кроме беды ничего не дали человечеству.

Ми, учасники слухань у Комітеті Верховної Ради України у справах пенсіонерів, ветеранів та інвалідів, звертаємося до вищого керівництва держави, відповідних міністерств і відомств, науковців, працівників освіти і засобів масової інформації, усіх співвітчизників з приводу сьогоднішнього стану висвітлення в Україні новітньої вітчизняної історії.

Народна мудрість гласить, що лише та нація, та держава, яка шанує своє минуле, гідна благополучного майбутнього. Історія є своєрідним заповітом предків наступним поколінням, уроком на майбутнє. Саме тому переважна більшість наших громадян сприйняли прийнятий Верховною Радою України Закон України «Про увічнення Перемоги у Великій Вітчизняній війні 1941–1945 років» як вияв поваги держави, усього суспільства до своєї історії, як прагнення дотримуватися історичних традицій українського народу — зберігати пам’ять про захисників Вітчизни, її творців.

На жаль, в останні роки під гаслом необхідності відновлення історичної справедливості, переосмислення нашої історії, її нового бачення розгорнулася кампанія по «переписуванню» історії України.

«Новатори» від науки і політики на догоду сучасній політичній кон’юнктурі і зарубіжним радникам — консультантам довільно тлумачать історичні події, грубо перекручують істину, механічно змінюють плюси на мінуси і, навпаки, нав’язують «нову концепцію» української історіографії.

Особливій ревізії піддається радянська епоха та її доленосний період — Велика Вітчизняна війна. У багатьох академічних виданнях, вузівських і шкільних підручниках, художніх творах, кінофільмах, через засоби масової інформації ці роки подаються як період суцільних репресій, «тоталітаризму і диктатури», «гулагів», «голодоморів» тощо. Події Великої Вітчизняної війни висвітлюються у викривленому вигляді, замовчується або відкидається вирішальний внесок Радянського Союзу в Перемогу над фашизмом та історичне значення самої Перемоги, спотворюються складові Перемоги — героїзм воїнів і трудівників тилу, патріотизм і дружба народів Радянського Союзу.

В той же час без достатніх аргументів, нерідко всупереч історичній правді широко висвітлюється діяльність Організації українських націоналістів та її озброєних формувань — Української повстанської армії, героїзуються ті, хто свідомо співпрацював з фашистами і чиї руки заплямовані кров’ю тисяч вбитих і замучених ними ні в чому не винних наших громадян.

Такий підхід не має нічого спільного з принципами наукової та історичної правди, закриває дорогу новим поколінням до знання минулого нашого народу, веде до формування нігілістичного ставлення до життя та діяльності старших поколінь своєї Вітчизни, деформує духовність.

З огляду на викладене і у зв’язку з наближенням 60-річчя визволення України від гітлерівської Німеччини та 60-річчя Перемоги над фашизмом ми заявляємо: спільними зусиллями суспільства і держави треба припинити фальсифікацію новітньої вітчизняної історії.

З цією метою:

Органи державної влади і місцевого самоврядування мають забезпечити безумовне виконання Закону України «Про увічнення Перемоги у Великій Вітчизняній війні 1941–1945 років», відповідних указів Президента України, Постанови Верховної Ради України від 23 травня 2003 р. щодо необхідності правдивого висвітлення вітчизняної історії, посилення патріотичного виховання молоді на кращих героїчних і трудових традиціях свого народу;

Міністерству освіти і науки України, профільним науковим установами з метою об’єктивного висвітлення вітчизняної історії, подій Великої Вітчизняної війни внести відповідні зміни у навчальні програми загальноосвітніх шкіл та спеціальних навчальних закладів, оголосити конкурс на кращі підручники з історії, залучивши до їх підготовки вітчизняних фахівців.

Ми закликаємо керівників навчальних закладів, ветеранських і молодіжних організацій налагодити конструктивний діалог і плідну співпрацю, спрямувавши спільні зусилля на посилення героїко-патріо-тичного виховання молоді.

Ми звертаємося до журналістів, керівників засобів масової інформації усіх форм власності, працівників освіти і культури: прислухайтеся до нашого заклику, пропагуйте справжню, а не перекручену політичною кон’юнктурою правду про вітчизняну історію, про життя старшого покоління — ваших батьків і дідів.

Ми, ветерани — творці і свідки новітньої вітчизняної історії, знаємо: вона була нелегкою і суперечливою, героїчною і трагічною. Водночас ні одна її сторінка не повинна стертися з народної пам’яті. Своїм минулим можна пишатися або соромитися. Його можна любити або ненавидіти. Але в жодному разі його не можна забувати, фальсифікувати, переіначувати.

Дорогі співвітчизники! Не будьте байдужими до своєї історії, до прожитого і зробленого Вами, не дозволяйте неправдиво висвітлювати своє власне життя! Боріться за те, щоб у пам’ять наших нащадків була закладена свята правда про нашу Вітчизну та її творців.

Учасники слухань

^{16 вересня 2004 року}

Президенту Украины В.Ющенко Председателю Верховной Рады Украины В.Литвину Премьер-министру Украины Ю.Еханурову Послу Украины в Польше Организации ветеранов Украины.

Товарищество памяти жертв Организации украинских националистов и родственников загубленных поляков от человеконенавистнической организации ОУН-УПА полностью поддерживает обращение Комитета ветеранов Украины от 24 мая 2005 года с требованием не придавать членам ОУН-УПА статуса участника боевых действий против фашистов в ходе Второй мировой войны.

Постановление это подготовлено Министерством труда и социальной политики Украины (В .А.Кириленко), сообщил Укринформ. Подготовлен проект для рассмотрения Кабинетом Министров и Верховной Радой Закона о внесении изменений в законы Украины, касающихся статуса ветеранов войны и гарантии их социальной защиты.

В проекте предусмотрено, что его задачей является:

В целях исторической справедливости уравнять права всех украинцев, которые воевали на фронтах Второй мировой войны.

2. Придание ветеранам разных армий, в т.ч. бывшим фашистским, одинакового статуса и социальных гарантий.

Товарищество считает, что министр и автор проекта не видят большой разницы с правовой и моральной стороны участия в войне ветеранов Великой Отечественной войны и боевиков УПА, не беря во внимание, что цели настоящих ветеранов и боевиков были разные, как и мотивы их героизма в войне.

Ветераны ВОВ погибали и проливали кровь в защиту своего народа, своей земли и народов Европы от фашизма.

Красная Армия была главной силой в антигитлеровской коалиции. УПА, наоборот, задерживала освобождение Европы и уничтожала безоружных польских людей в землях: Волынской, Тернопольской, Полесской, Львовской, Станиславской, Люблинской, Ржеговской.

ОУН-УПА уничтожили около 200 000 поляков, около 40 тыс. украинцев и много тысяч евреев. Прокуратура Польши однозначно подтвердила, что украинские националисты из ОУН-УПА в 19 391 947 гг. проводили уничтожение людей. Документы подтверждают, что злодеи ОУН-УПА очень тесно сотрудничали с гитлеровским фашизмом и его вооруженными формированиями.

Неужели семьи погибших согласятся, что в независимой Украине убийц приравняют к настоящим защитникам?

Надеемся, что ветераны ВОВ не допустят признания ОУН-УПА.

^{Президент Штефан Сикерко г. Вроцлав (Польша)}

історику, професору Станіславу Кульчицькому (до відома Прем’єр-міністру України і депутатам до Верховної Ради України).

В інтернеті прочитав Вашу статтю п.з. «Воював — але не ветеран, боровся, але не борець», яка примусила мене публічно звернутися до Вас відкритим листом, бо ж Ви торкаєтеся в ній справ небайдужих для України, як держави і українців, як народу.

Темою Вашої статті є захист законопроекту «Про відновлення історичної справедливості щодо борців за свободу і незалежність Української держави», підготовленого «Урядовою комісією з вивчення діяльності ОУН-УПА», яку Ви очолюєте. На жаль, я не читав тексту проекту, тому обмежуся виключно до Вашої статті.

Мешкаючи у Канаді, я понад двадцять років досліджую феномен українського інтегрального націоналізму і в ході праць над темою дослідив тисячі архівних документів і доступну літературу в українській, англійській, польській, російській і чеській мовах. Пишу про це, щоб не було сумніву щодо моєї необізнаності проблеми.

Пробачте мою відвертість, але після прочитання Вашої статті в мене склалася думка, що:

а) Ви ніколи не досліджували доступних в Україні архівних документів і літератури, які торкаються ідеології, програм і діяльності структур ОУН, зокрема ОУН Бандери, а однією з тих структур була т.зв. Українська повстанська армія, членів якої Ви називаєте «борцями за свободу і незалежність Української держави» — і тому Вам невідомі факти, а якщо так, то Вам би не брати слова у цій справі і не очолювати названу комісію;

б) знаючи історичну правду про злочинну суть ОУН-УПА Ви (це ймовірніше) свідомо стали на захист цього формування не з позицій людини науки, а з позицій політичного прихильника збройної структури, яку в українському народі називають «бандерівцями».

Щоб не ускладнювати проблеми, иідінчуіч до тверджень зі статті в такому порядку, як вони викладені Вами.

Вже на самому початку Ви, всупереч фактам, пишете, що раніше у хорі недругів Української повстанської армії звучав тільки голос українських комуністів. Самі слова: хор недругів, засвідчують, що їх не пише людина науки, а радше пропагандист, бо ж це лексике пропагандиста, а не історика. Це ж неправда, що тільки українські комуністи виступали (і надалі виступають) проти ОУН-УПА, тому й треба запитати: чи українські соціалісти, соціал-демократи, українські демократи в Україні і поза нею мають іншу, ніж в українських комуністів, думку про це формування? Зверну увагу, що ОУН Бандери від лютого 1940 року узурпувала собі право репрезентувати весь український народ, і Ви, виявляється, йдете по цій же лінії, хоч ідеологія, політичні програми й діяльність ОУН чужі українському народові, чужі його природі, доказом чого є наслідки виборів до Верховної Ради України.

Далі Ви кажете, що до українських комуністів приєдналися російські політичні діячі, і що працівникам МЗС України довелось нагадати 16 липня ц.р. своїм колегам про неприпустимість втручання у внутрішні справи України. Виявляється, що й МЗС України стоїть на позиціях, за якими діяльність ОУН-УПА — це внутрішня справа України. Чи справді воно так? Чи МЗС України не помиляється в цьому? Чи ж МЗС України не відомо, що від рук ОУН-УПА-СБ мученицькою смертю загинуло щонайменше 120 000 польського населення і тому діяльність ОУН-УПА (і СБ) не може бути байдужою для Польської держави? Саме тому міністр закордонних справ Польщі 24-го вересня ц.р. заявив, що «УПА для всіх поляків була злочинною організацією» і що реабілітація учасників ОУН-УПА була б прийнята в Польщі як «глибоко несправедлива». Саме злочинна діяльність ОУН-УПА-СБ по відношенню до польського цивільного населення і брак засудження цього формування державною владою України й досі стоїть на перешкоді дружньому співжиттю польського й українського суспільств. Від рук названого формування мученицькою смертю гинули мирні росіяни, чехи, про українське цивільне населення в цьому місці не згадуючи. Чи ж може МЗС Російської Федерації бути байдужим на намагання визнати «бійців УПА» воюючою стороною, коли структури ОУН Бандери виловлювали колишніх радянських солдатів (котрі переховувалися у волинських селян) і розстрілювали їх або душили путами, а трупи вкидали в колодязі? Ні, справа ОУН-УПА, це не «внутрішня справа України», це біль України й суміжних країн, але передовсім України, якого можна позбутися тільки шляхом розкриття історичної правди про це формування. Це ж бо проблема, яка стоїть на перешкоді скласти дружні відносини між українським і польським народами (не між державними структурами, бо це інша річ, а між народами). Тарас Бульба-Боровець писав у «Відкритому листі до проводу ОУН Бандери» (Оборона України», 10 серпня 1943 р.) таке: Чи правдивий революціонер-державник може підпорядкуватися проводові партії, яка починає будову держави від вирізування національних меншин та безглуздого палення їх осель? Йшлося про партію ОУН Бандери. То що ж — держави, яких громадянами були вирізуванні боївками ОУН Бандери «національні меншості», не можуть противитись визнанню ОУН-УПА? Пригадаю, що національні меншості захищаються міжнародним правом. При цьому зразу ж, з позиції українця, скажу: чи світлу мету — побудову української держави, можна здійснювати методами народовбивства — «вирізуванням національних меншин» і, додам, терором у відношенні до українців?

Ви учасників УПА називаєте бійцями УПА, маючи на думці УПА як армію. А чи справді УПА була армією? Хто, крім держави, може творити армію? То, може, Ви вважаєте, що ОУН Бандери 30 червня 1941 року справді прокламувала українську державу? Якщо так, то розмова з Вами взагалі недоречна. УПА не була ні армією, ні повстанським рухом, ні партизанкою. Про «армію» я вже сказав, що її творити може тільки держава, а не якась партія, натомість щодо «повстанського руху», то в його склад входять виключно добровольці, тоді коли в УПА вже в травні 1943 року понад 50% були терором, отже злочинним шляхом, «мобілізовані» українські селяни. Те саме відноситься до «партизанки» — її учасниками можуть бути послані в партизанку державою солдати, або ж добровольці, а щодо УПА, слід повторити, то в її складі були терором «мобілізовані», отже не послані державою і не добровольці.

Якщо учасники УПА не були ані бійцями (солдатами), ані партизанами, ані учасниками повстанського руху, то не можна про них говорити, як про «ветеранів». Не випадково ж Міжнародна Асоціація Ветеранів ІІ-ї світової війни не прийняла до свого гурту УПА, хоч ОУН Бандери багаторазово й наполегливо домагалася цього.

У цьому контексті слід поставити запитання: то чим же була УПА? За визначенням того ж Тараса Бульби-Боровця, збройні відділи ОУН Бандери мали характер партійних боївок (див. ДАРО, ф. Р-30, оп. 2, спр. 113, ар. 103–105). Хто ж входив у склад тих «партійних боївок»? Архівні документи дозволяють на сформулювання досить чіткої відповіді на це запитання: хребет УПА, тобто її середній і вищий командний склад, становили члени ОУН Бандери, як правило галичани — колишні поліцаї в німецькій службі, котрі на наказ ОУН Бандери в березні 1943 року пішли зі зброєю в руках «до лісу» (це в основному середнього рівня командування) і колишні солдати, підофіцери й офіцери батальйонів Нахтігаль і Роланд, з яких під кінець 1941 року створено 201 батальйон Schutzmannschaften, розформований під кінець 1942 року, а весною 1943 року вони, на наказ ОУН Бандери, пішли на Волинь формувати бандерівські збройні відділи, які початково називалися «Українська Визвольна Армія» (УВА) — див. Літопис УПА, т. 1, с. 46. Названі тут члени ОУН Бандери створили також хребет підпільної мережі цього формування й залучили до неї морально сумнівний волинський елемент, в тому й 16-літніх хлопчаків. До весни 1943 року гітлерівський терор настільки посилився, що тисячі селян Волині були вимушені переховуватися від переслідування по волинсько-поліських лісах, частина з них пішла в радянську партизанку, а частину «організувала» ОУН Бандери, оперуючи гаслами боротьби проти німецьких окупантів. Але таких було замало, то ж від самого початку існування збройних відділів ОУН Бандери, тобто від весни 1943 року починаючи, ця ОУН, застосовуючи терор, узурпуючи право до державної влади, почала «мобілізувати» волинських селян у ряди організованих боївок. З архівних документів видно, що у травні 1943 року не менш 50% учасників бандерівських боївок були «змобілізовані», тобто силою, терором залучені до них. Наведу за українцем, який досі живе у США, на Флориді, опис «мобілізації» до УПА в Галичині після визволення її з-під гітлерівської окупації. Цей українець у листі до варшавського українського (націоналістичної орієнтації) Нашого слова написав таке: вночі прийшли до села «есбісти», тобто боївкарі бандерівської «Служби безпеки», й забрали всіх, понад сотню, здатних до «війська» чоловіків і хлопців і вивели їх у ліс, там поставили в шеренгу й сказали: ви змобілізовані в ряди УПА, а хто не хоче бути в УПА, хай вийде з шеренги. Вийшло кільканадцять молодих галичан і їх тут же, на місці, розстріляли, про що вістка рознеслася по всій околиці. В архівах ДАРО, ДАГОУ та ДАВОВУ я знайшов кількадесят індивідуальних і бланкових «мобілізаційних листків» з періоду гітлерівської окупації західних областей України і після їх визволення, якими волинські й галицькі селяни «покликалися до УПА під загрозою відповідальності перед революційним судом», з репресіями по відношенню до родин включно.

А Ви, шановний Професоре, пишете, що українці «вступали до УПА». З кожним місяцем «мобілізувати» до УПА посилювалося, 1944 року понад 60% учасників УПА були «змобілізовані», отже терором до неї залучені, були «мобілізовані» не тільки рядові учасники УПА, але й майбутні її командири. Приблизно 30% учасників УПА, це були ті, котрих, використовуючи стан гітлерівського терору, фальшивою пропагандою ОУН Бандери залучила до УПА. Вони й «змобілізовані», боячись помсти на родинах, боялися залишити ряди УПА, найчастіше з неї втікали українці з Великої України, але їх, після переловлення, засуджували за «дезерцію» й карали смертю, найчастіше розстрілом перед відділом, а інколи й шляхом відрубанім голови перед відділом. Про це також є архівні документи авторства структур ОУН-УПА-СБ. Це і є зразок класичного терору.

У контексті статті Сергія Гончарова Ви ставите авторові у закид, що він пише про участь бандерівців у гітлерівському геноциді, тоді коли законопроект, про який мовиться, торкається виключно діяльності УПА після визволення з-під гітлерівської окупації, коли йдеться про УПА, якої учасники вели збройну боротьбу з радянською владою. Цим Ви намагаєтесь відмежувати діяльність ОУН-УПА, яка була скерована проти сталінського режиму, від її іншої діяльності, причому встановлюєте не відомо чому межу — жовтень 1944 року, хоч західні області України були визволені починаючи з ранньої весни того року. Ви, як видно, з тактичних міркувань, вигідних під сучасну пору, навіть намагаєтесь відмежувати УПА від ОУН Бандери, бо остання має за собою співпрацю з німецьким окупантом, має за собою страхітливі злочини бандерівської структури у вигляді «Служби безпеки». Те, що Ви робите, це намагання увести в оману Верховну Раду України. Таке Вам, мабуть, підказав чільний захисник ОУН-УПА, колишній упівець, співредактор Літопису УПА, канадський професор Петро Потічний, саме він, теж з тактичних міркувань, пропонує тимчасово відокремити структуру УПА від неславної ОУН Бандери, хоч ОУН-УПА-СБ, це теж ж саме формування і воно нероздільне ані в часі, ані в просторі.

Тут доречним буде пригадати визначення ОУН, яке зробив для потреб Канаріса чільний діяч НСДАП (NSDAP — гітлерівська партія) Шікельданц (Schikeldanz): ОУН є нічим іншим, як тільки малою терористичною групою зі специфічним галицьким забарвленням. Такою ОУН була в міжвоєнний період, в час гітлерівської окупації і після неї, вона, ОУН Бандери, терором присилувала волинських і галицьких селян скоювати злочини проти поляків, росіян, чехів і українців, проти мирного, цивільного населення, вона організовувала й уводила в дію народовбивство.

Ви наголошуєте на тому, що в законопроекті йдеться про пільги учасникам збройної боротьби із радянською владою. Тепер модно виступати проти радянської влади, але такий підхід до справ слід залишити політикам, пропагандистам, натомість історик повинен розглядати події в контексті діючого в час подій державного й міжнародного права. Радянський Союз був державою визнаною міжнародним правом, він був важливим членом антигітлерівської коаліції, натомість ОУН вступила в Другу світову війну як союзник гітлерівської Німеччини, ОУН Бандери дала їй батальйони Nachtigall і Roland, вона до пізньої осені 1942 року віддала своїх членів у розпорядження гітлерівського окупанта (201 батальйон Schutzmannaschaften), а до весни 1943 року в розпорядженні німців була політично підпорядкована ОУН Бандери українська допоміжна поліція. Ця ж ОУН від грудня 1943 року поновила співпрацю з гітлерівським окупантом. Ви, шановний Професоре, пишете неправду про те, що галицькі хлопці воювали тільки за свої клаптики землі, за свою греко-католицьку церкву. Ні, вони брали участь у протирадянській боротьбі на наказ ОУН Бандери, яка очікувала на третю світову війну, про що Ви повинні знати на підставі вже післявоєнних постанов ОУН Бандери, тексти яких доступні в українських архівах і в бандерівській літературі,,Ви, Професоре Кульчицький, словосполучення «злочини УПА» пишете у лапках, неначе ці злочини — лише видумка «недругів ОУН-УПА». Невже Ви не знаєте зізнань отих 16-літніх волинських хлопчаків (родина Подолець), яким ОУН Бандери надала необмежену владу над людьми, наділяючи їх членством у боївках «Служби безпеки», хлопчаків, котрі в потилицю стріляли колишнім радянським полоненим, душили їх путами і вкидали в колодязі (пригадайте тільки з архівів колодязь Куровського!). Невже Ви, Професоре, не знаєте звітів з широкомасштабних «акцій» ОУН-УПА на Іванову Долину, Гуту Степанську, звітів, які знаходяться в українських архівах? Ви кажете, що «злочини УПА», це радянська пропаганда, то невже Ви не знаєте двохтомної фактографічної праці авторства Владислава й Еви Сємашків, в якій на кожній сторінці описи жахливих масових, планових, методичних убивств мирного польського населення Волині й багато прикладів убивств тих українців, котрі помагали беззахисним поляками схоронитися перед мученицькою смертю?

Ну, хай Вам — ОУН-УПА-СБ обтяжують радянські, польські й українські комуністичні автори, але ж є в архівах документи авторства українця, який 1940 року був посланий на Волинь Андрієм Лівицьким організувати там протирадянську партизанку, отже документи авторства послідовника політики Української Народної Республіки. Йдеться про згаданого вже Тараса Бульбу-Боровця. Пригадаю, отже, дещо з тих документів.

У листі від 25 березня 1943 року до «Крайового Проводу Організації Українських Націоналістів під проводом Степана Бандери» (ДАРО, ф. Р-30, оп. 2, спр. 113, ар. 103–105), його автор, Тарас Бульба-Боровець, отже не комуніст і не полонофіл (у міжвоєнний період репресований польською владою в Березі Картузькій), писав: Польське питання. На згаданій нашій нараді 21.1. 1943 р. ця справа була всебічно обговорена. Тим часом, замість дотримуватися устійненої тактики, Організація в останніх днях відкрила для українців ще один фронт — польський. Пішли в рух сокири і віхоть. Вирубується та вивішується цілі родини і випалюється польські оселі. «Сокирники» вирубують та вивішують ганебно безборонних жінок і дітей. У «Відкритому листі до членів Проводу Організації Українських Націоналістів Степана Бандери» від 10 серпня 1943 року (див. Оборона України від 10.08.1943 р.) той же Тарас Бульба-Боровець пише: Вже в час переговорів, замість того, щоб проводити акцію по спільно накресленій лінії, військові відділи ОУН, під маркою УПА, та ще й нібито з наказу Бульби, заходились винищувати ганебним способом польське цивільне населення й інші національні меншини. Тут повторю з цього ж листа: Чи правдивий революціонер-державник (за такого вважав себе Тарас Бульба-Боровець — В.П.) може підпорядкуватися проводові партії, яка починає будову держави від вирізування національних меншин (...) За що ви боретесь? За Україну, чи за вашу ОУН? За Українську Державу, чи за диктатуру в тій державі? За український народ, чи за свою партію?

Тарас Бульба-Боровець восени 1943 року був арештований німцями, але встиг ще написати листа від 24 вересня 1943 року до Проводу ОУН-Бандери і Головної команди УПА (ДАРО, ф. Р-30, оп. 2, спр. 113, ар. 100–102), в якому мовиться: Ви узурпуєте собі право на суверенну всеукраїнську державну владу, до чого як одно з багатьох політичних угруповань не маєте найменших підстав (...) Ваша «влада» поводиться в терені не як народна революційна влада, а як звичайна банда. Ви замість поборювати анархію в країні, самі її збільшуєте своїм ганебним поступуванням, яке зводиться до варварського мордування безборонних жінок і дітей національних меншин, палення та грабування їх майна, чим стягаєте вічну ганьбу на цілий український народ (...) шомполування й розстрілювання українських селян та палення й грабування їх майна зробилося вашим щоденним заняттям (...) сьогодні ніхто не хоче з українцями говорити. Цілий культурний світ через вас трактує українців не як людей, що шляхом революції борються за свою державу, а як звироднілих варварів і звичайних бандитів (...) так звана «Безпека» на право і наліво шомполує та катує людей.

Пресовий орган Т.Бульби-Боровця Оборона України, отже неначе сам Т.Бульба-Боровець, у номері за серпень 1943 року (ДАРО, ф. Р-30, оп. 2, спр. 15, ар. 6, 7) пише: Пригадайте собі 1941 рік, коли бандерівці з висолопленими язиками перли за німецьким фронтом і проголошували «бандерівську самостійну» (...) Що це коштувало Україні? В першу чергу життя півтора мільйона полонених українців, що на заклик бандерівців пішли в німецькі руки і яких німота виморила по таборах. Хто поверне їх українському народові? Бандера, Максим, Ришард Ярий, чи може інший провід? (...) Що спільного з українською революцією мають всі бандерівські безправ’я, побої, грабежі, мордування та вбивства, яких ми є щоденними свідками. Чи існувала коли на Україні така революційна організація, якої власний народ жахався гірше від найлютішого ворога, а її членів не називав інакше, як «путярами» та «сокирниками» (...) мордувала гірше від гестапо або НКВД? (...) А скільки жертв народу, закутування, або ганебне замучення отих голів сільських рад, бульбівців, мельниківців, радикалів, старих петлюрівців, безпартійних свідомих і чесних українців, які загинули тільки тому, що були інших переконань і засуджували злочинну бандерівську роботу (...) Дика і чужа для нас бандерівщина.

Наведені вище слова писані не «москалями», не українськими комуністами, ані прихильником поляків, їх писав українець, ворог більшовизму, прихильник принципів УНР. Тут процитовані тільки малі фрагменти листів (ширше я їх процитовую у статті Рік 1943: ОУН Бандери на Волині), але й на їх підставі можна стверджувати, що Ви глибоко помиляєтесь, коли слово «злочини УПА» пишете в лапках, коли з тактичних міркувань намагаєтесь відокремити УПА від ОУН. А була ж ще «Служба безпеки» ОУН, була «Польова жандармерія», які до підозрілих, з наказом ОУН Бандери публічно застосовували тортури, домагалися зізнань, підвішуючи над вогнищем. Архівн, авторства «Служби безпеки» документи, показують, що в «слідстві» в підозрілого, підвішеного над вогнищем, згоріли ноги по коліна, а той і так не зізнався у провині. При нагоді скажу, що цитовані вище листи Тараса Бульби-Боровця не поміщені у багатотомному виданні Літопис УПА, хоч вони безпосередньо торкаються цього формування.

Професоре, замість того, щоб давати наукові докази на тему суті і методів діяльності ОУН-УПА-СБ, Ви, щоб відвернути увагу від злочинів ОУН-УПА-СБ, взялися звинувачувати органи радянської влади у злочинах. Щоб не підозрювати мене у прихильності до цієї влади, скажу, що мого батька, Варфоломія Левковича Поліщука (як і понад три тисячі інших, арештованих в Західній Україні після вересня 1939 року, не враховуючи інших понад 20 000 польських громадян), у квітні 1940 року НКВД розстріляло без суду, на підставі резолюції Політбюро ЦК ВКП(б) від 5 березня 1940 року; мене ж з матір’ю і двома сестрами в той же час депортували (в адміністративному порядку) до Північного Казахстану. Не зважаючи на це і в жодному разі не виправдовуючи радянські структури у скоєних ними злочинах, скажу, що «спецгрупи», про які Ви пишете, мали за завдання поборювати ОУН-УПА, і це вони робили, а що в ході здійснюваних ними операцій мали місце зловживання (тими ж колишніми упістами), то це окрема проблема. Тому що окремою проблемою є, навіть бандерівські, докази злочинних масових убивств українських селян, вчинених боі’вками «СБ ОУН» під ширмою радянської партизанки. Крім цього, Ви, Професоре, повинні б знати, що військовий радянський прокурор офіційно вказав на ряд злочинів, вчинених «спецгрупами» і що їх члени, котрі їх допустилися, були притягнені до карної відповідальності. Є також документи, які показують, що організування «спецгруп» було в очах деяких радянських діячів помилкою радянської влади. При цьому слід вказати на те, що організування згаданих «спецгруп» не натрапляло на великі труднощі тому, що «змобілізовані» учасники УПА не погоджувалися ані з метою, ані з методами діяльності, до застосовування яких примушувала їх ОУН Бандери. Може саме тому НКВД був спроможний створити 156 «спецгруп», може саме тому Б.Козак («Смок») спричинився до смерті тисячі бійців УПА і 889 членів ОУН? Цікавим було б психологічне дослідження діяльності того ж «Смока» за час його активності в «СБ» і в «спецгрупі».

Далі, Ви пишете про сталінський набір про злочини бандерівців, я ж кажу, що більш доказового матеріалу про злочини ОУН-УПА-СБ, який залишив історикам Тарас Бульба-Боровець (побіч того також документи авторства структур ОУН-УПА-СБ), не треба, щоб встановити злочинну суть ОУН-УПА-СБ. Це правда, що в радянську епоху радянських людей з дитинства привчали бачити в них (бандерівцях — В.П.) ще небезпечніших ворогів, ніж самі гітлерівці. Але те ж саме ще 1943 року твердив Тарас Бульба-Боровець: українці боялися бандерівців (бандерівців, а не примушених бути в УПА упівців) гірше, ніж гітлерівського гестапо чи НКВД.

Ви, Професоре, з одного боку, вивищуєте вочевидь злочинну «Службу безпеки» ОУН Бандери, а з другого — делікатно вказуєте на «негативний відбиток» діяльності цієї структури. Вам повинно бути відомо, що в рядах ОУН Бандери після визволення західних областей України прийшло до суттєвих ідеологічних і політичних розходжень, Ви, мабуть, знаєте, що на цю тему написав «Дубовий» у своєму обширному, з 1946 року, елабораті (60 сторінок, шукайте в київських архівах). Цього не можна було уникнути: ОУН була партією фашистського типу, а більшість українців Волині були прихильниками УНР, а для українців Великої України фашизм ОУН і поготів був чужий їх природі. Ви, Професоре, ставите у закид Сергію Гончарову, що він наголошує на злочинах ОУН-УПА, а не на самому законопроекті, який, за його словами, є сумнівним продуктом і який, за словами того ж С.Гончарова, дуже пагано пахнет. Але погодьтеся — Ви ж самі захищаєте ОУН-УПА як цілісну структуру — з її програмою, метою і, мабуть, методами, й одночасно Ви в полеміці проливаєте сльозу, кажучи, що Вам незрозумілао, чому так затято ці люди намагаються не допустити інших (тобто упівців — В.П.) до мізерних благ, які сучасна Україна спроможна надати ветеранам. То ж про що Вам, Професоре, йдеться: про історичну правду про ОУН-УПА, чи, просто, про жалість над залишками учасників УПА? Бо, на мою думку, Вашим опонентам (і я до них належу, хоч тільки з наукових, а не політичних позицій) ідеться про те, щоб не створити претексту пробити хвірточку, крізь яку легше буде просмикнути проект щодо визнання ОУН-УПА воюючою стороною за визволення України.

На закінчення скажу: радянський терор — це одна тема, а масовий терор ОУН-УПА-СБ — інша тема, не слід їх мішати ані протиставляти, кожну з них треба вивчати окремо.

І ще: Ви у заголовку статті ставите: «Воював — а не ветеран, боровся — а не борець?» Правдою є, що учасники УПА боролися проти радянської влади, однак не за волю українського народу, вони, учасники УПА, не боролися теж за українську, бандерівського зразка, державу. За таку державу боролася ОУН Бандери. Ви, Професоре, як людина науки, повинні знати, що сама держава не є самоціллю, не є самоцінністю, поняття «держави» слід пов’язувати з її змістом і формою. Український народ не прагнув до створення української держави фашистського типу. Бандерівський рух був рухом, якого метою була українська, фашистського типу, держава, ОУН Бандери боролася за диктатуру в тій державі, але за таку державу не боролися «змобілізовані» учасники УПА, боротьбу за таку державу не підтримував український народ. Саме тому формування ОУН-УПА-СБ не може бути визначене як народно-визвольне. Рух ОУН Бандери не мав на меті визволити народ, тільки побудувати державу, в якій матиме владу, в якій уводитиме в життя фашистську диктатуру. Пригадайте, що сказав на цю тему Степан Бандера: «Наша влада буде страшна!». То чи такої «страшної», «своєї»» влади бажав український народ?

Отже, учасники ОУН-УПА, це в приблизно 90% — жертви ОУН Бандери. Правильно пише Григорій Скірка, що судити треба тих, хто змушував їх воювати проти свого народу — керівників ОУН-УПА. А якщо деяких не примушували, то їм матеріальну підтримку повинні надати бандерівські організації Заходу, об’єднані в т.зв. «Українському визвольному (тепер «державницькому») фронті».

Верховна Рада України давно вже повинна засудити ОУН-УПА-СБ як злочинне формування, відмежувати його від українського народу, а «змобілізовані» учасники УПА, щоб очистися від скверни бандерівщини, повинні розповісти про те, як вони опинилися в УПА і що вони в ній робили і ний наказ. Це й досі не досліджена, вельми важлива для встановлення правди про ОУН-УПА, тема, варто їй присвятити увагу й зусилля, щоб відмежувати український народ від злочинної ОУН-УПА-СБ. Тим, котрі терором були примушені воювати за ідеали ОУН Бандери, керуючись гуманітаризмом, матеріальну допомогу повинні надати харитативні, в тому й церковні, українські організації.

З огляду на завдання очолюваної Вами, Професоре, урядової комісії (вивчення діяльності ОУН-УПА), я вимушений пригадати Вам, що національна держава не є самоціллю для народу, для нього тільки така національна мирна держава є метою, яка гарантує справедливість для всіх її громадян, свободу слова й інші свободи, яка організовує виховання й освіту, охорону здоров’я і безпеку. Держава фашистського типу (в якій верховодить «еліта», «верства луччих людей», які у відношенні до української «маси», «черні» застосовують «творче насильство») не є і не була метою українського народу. ОУН Бандери змагала до побудови саме такої держави, отже (у великій мірі вимушена) боротьба за таку державу не була народно-визвольною боротьбою українського народу ані хоч би його значущої частини, в тому й поліщуків, волинян і галичан. Буду Вам, Професоре, вдячний за суттєві зауваження щодо викладеного у цьому листі.

^{Вересень, 2000 року.}

Після написання цього листа я, 2003 року, опублікував польською і українською мовами список понад 5 тисяч українських жертв бандерівців, географія цих убивств дозволяє зробити висновок, що в 1941–1950 роках від рук структур ОУН Бандери мученицькою смертю згинуло не менше 80 тисяч українського цивільного населення. — В.П.

До моїх рук потрапив документ авторства проф. Станіслава Владиславовича Кульчицького у вигляді офіційного листа Міністерству юстиції України — без дати, писаний ним як керівником робочої групи істориків при Урядовій комісії з вивчення діяльності ОУН-УПА. З огляду на бандерівсько-талмудичне пояснення суті ОУН-УПА в цьому документі, він, цей документ, вимагає, щоб віднестися до нього.

Документ має претензії кваліфікувати ОУН-УПА з юридичної точки зору і складається з двох основних частин, перша з них.

«Кваліфікація антирадянської діяльності Організації українських націоналістів і Української повстанської армії». В цій частині С.В. Кульчицький, посилаючись на те, що анексія Радянським Союзом Західної України не була визнана міжнародним правом, правильно пише, що «у період з 17 вересня 1939 р. до 11 лютого 1945 р., з точки зору міжнародного права, уродженці Західної України є громадянами Польщі», але чомусь автор листа обмежує це твердження до названого періоду, хоч воно відноситься до всього часу існування Польської держави, на якої території діяла ОУН (бо ж в радянській Україні вона зазнала краху).

В наступній точці листа його автор послуговується неадекватною для історика лексикою, він бо пише, що «утворені ними (тобто громадянами Польщі — В.П.) політичні організації, зокрема Організація українських націоналістів, а також військові формування, зокрема Українська повстанська армія, є організаціями Польської республіки». Одне коротке речення, а стільки в ньому нісенітниць: 1) не «громадяни Польщі», а невеличка кучка (усього 30 осіб!) українських націоналістів, зібралися у січні 1929 року у Відні і там на «Конгресі» проголосили постання ОУН. При нагоді слід звернути увагу на те, що, за українською семантикою, «конгресом» є «з’їзд, нарада з широким представництвом», а отже ті, що проголосили постання ОУН, не були «конгресом», а зібранням горстки людей, котрі, як це видно з постанови, узурпували собі право говорити від імені українського народу. Але до речі: хто з головних творців ОУН був у 1929 році громадянином Польщі? Невже були ними Євген Коновалець, Дмитро Андрієвський, Микола Капустянський, Микола Сціборський, отже ті, котрі були ядром твореної ОУН? Далі: ОУН і УПА, як пише автор листа, були «організаціями і формуваннями Польської республіки». В дійсності ж тільки більшість членів названих формувань були громадянами Польщі — до вересня 1939 року — самозрозуміле, а після нього до 1945 року були вони громадянами Польщі, яка перебувала у т.зв. status quo ante helium, тобто у юридичному довоєнному стані Польської держави, частину якої окупувала Німеччина, а частину анексував Радянський Союз, а ці дії ніколи не були визнані міжнародним правом. А говорити про те, що ОУН (і УПА) були «організаціями і формуваннями Польської республіки» це так само, як говорити, що злочинна група, мафія тощо є формуванням такої або іншої держави. Діяльність на території якоїсь держави не означає, що діючі на ній формування є «формуванням» тієї держави. Як Українська військова організація, так і Організація українських націоналістів були терористичними організаціями, які ставили собі за мету відірвати від Польщі її південно-східні території, а терористична діяльність у цьому напрямі кваліфікувалася як протидержавний злочин, то яким же чином С.Кульчицький хоче увібгати ОУН (і УПА) в рамки «організацій і формувань Польської республіки»?

Далі автор пише, що «за таких умов боротьба членів ОУН і бійців УПА з радянською владою і радянськими силовими структурами кваліфікується як боротьба місцевого українського населення проти чужоземної воєнної інтервенції». Справді карколомний і одночасно талмудичний висновок. «Чужоземна інтервенція» завжди скерована проти держави, а не проти населення. Якщо анексію Західної України можна називати «інтервенцією», то вона була скерована проти Польської держави, то чи «місцеве українське населення» (Західної України) боролося в інтересі Польської республіки?

С.Кульчицький правильно пише, що «після 11 лютого 1945 р. уродженці Західної України, з точки зору міжнародного права стають громадянами СРСР», але ж далі він говорить, що «за таких умов боротьба членів ОУН і бійців УПА з радянською владою і радянськими силовими структурами кваліфікується як громадянська війна в СРСР». Так можна було б писати, коли б:

а) ОУН не була терористичною організацією, коли б вона мала за собою підтримку значущої частини українського населення;

б) коли б УПА була добровільним, а не терором утвореним формуванням;

в) коли б ОУН-УПА дійсно «вела боротьбу... з радянською владою і радянськими силовими структурами».

Тільки за таких умов можна було б говорити про «громадянську війну в СРСР». Тим часом,

до а): ОУН від самого постання до щонайменше 1950 року була терористичною організацією, яка під час II світової війни і після неї не мала підтримки з боку українського народу, який не бажав мати української держави фашистського типу;

до б): УПА була шляхом терору побудованим формуванням, уже в травні 1943 року в її складі було понад 50% терором залучених до неї українців Волині, а на кінець 1943 року в ній терором залучених було не менше 90%. Кістяком посталої на Волині УПА були перші сотні галичан, командний склад ОУН Бандери покликала зі складу колишніх батальйонів Нахтігаль і Роланд, як теж з політично й організаційно підпорядкованій ОУН Бандери Української допоміжної поліції. При цьому С.Кульчицький чомусь не згадує про суттєве формування ОУН Бандери — про «Службу безпеки», яка тероризувала українське населення, силоміць залучала його в ряди УПА, застосовувала публічні тортури до непокірних тощо (не згадуючи про тортури «третього ступеня» — станок, тобто підвішування над багаттям підозрілого у зраді члена ОУН чи учасника УПА в ході його допитування);

до в): «боротьба» ОУН-УПА (по суті не УПА, а «боївок» ОУН Бандери, зокрема зі «Служби безпеки») у 1944–1950 роках зводилася до потаємних, іноді тільки для демонстрації-залякування, публічних вбивств українського населення: голів і секретарів сільських рад, голів колгоспів, трактористів, вчителів, агрономів, міліціонерів (останніх потайки, не в сутичках). Це й була, за С.Кульчицьким, «боротьба» з радянською владою та її силовими структурами. Якщо структури ОУН Бандери вбивали цих людей тому, що вони були прихильниками радянської влади, то це згідно з постановою ООН від 1948 року кваліфікується як народовбивство-геноцид. А коли йдеться про силові радянські структури, то від них рештки «бійців» ОУН-УПА ховалися, а коли їх викривали у «схронах», відстрілювалися, іноді тільки підривали себе гранатами. Це й була «боротьба» з тими силами.

Про ці факти, які підверджуються архівними документами, зокрема ж авторства структур ОУН-УПА-СБ, професор С.Кульчицький знає, але не бере їх до уваги, він їх цілеспрямовано замовчує. Він же з певністю знає про вчинені структурами ОУН Бандери в 1941–1950 роках масові вбивства українського населення. Нижче підписаний 2003 року опублікував польською і українською мовами понад 5000 прізвищ українських жертв бандерівської ОУН, вказуючи, що географія їх вчинення дозволяє зробити висновок, за яким у названих роках від рук структур бандерівської ОУН загинуло щонайменше 80 тисяч українського цивільного населення.

У другій частині листа «Кваліфікація відносин Організації українських націоналістів і Української повстанської армії з Німеччиною і Польщею» його автор допускається викривлення історії. Якщо можна говорити про відносини ОУН і УПА з Німеччиною, то вже про будь-які відносини з Польщею не може бути мови, тому що не може бути мови про відносини злочинної групи чи організації з правоохоронними органами, адже щось інше відносини, а що інше відношення. Оцим «відношенням ОУН з Польщею» С.Кульчицький намагається кваліфікувати ОУН «стороною», «суб’єктом» відносин.

Відносини ОУН з Німеччиною мали місце до 1933 року з Веймарською республікою, а від 1933 року з гітлерівською Німеччиною, вони зводилися до служіння ОУН Німеччині, за що остання виплачувала Проводові ОУН гроші. Відносини ОУН Мельника з гітлерівською Німеччиною тривали до часу падіння останньої, натомість у відносинах ОУН Бандери з Німеччиною була перерва — від квітня до грудня 1943 року, бо ж до кінця 1942 року бандерівське формування 201 батальйон Schutzmannshaften (утворений з батальйонів «Нахтігаль» і «Роланд») з Романом Шухевичем і Євгеном Побігущим на чолі перебували на службі Німеччини, на її ж службі до квітня 1943 року перебувала бандерівська Українська допоміжна поліція. Отже, повторімо, перерва у відносинах ОУН Бандери з Німеччиною тривала від квітня до грудня 1943 року, тоді ОУН-УПА домовилися з Німеччиною про співдію проти Радянського Союзу: ОУН-УПА постачала Німеччині розвідувальні дані, а Німеччина за це давала ОУН-УПА зброю, боєприпаси тощо.

Натомість ніколи не існувало відносин ОУН чи УПА з Польщею, терор ОУН в довоєнний період проти польської влади не можна називати відносинами з Польщею, як теж масові вбивства бандерівцями польського беззахисного населення у 1943–1944 роках не можна називати відносинами. У відносинах можуть перебувати, навіть ворожі до себе, юридичне рівноправні суб’єкти, але не злочинна організація з державою.

С.Кульчицький ставить під сумнів співробітництво ОУН і УПА з Німеччиною, пишучи «якби воно мало місце». Знання документів і літератури з ділянки співпраці ОУН з Німеччиною дозволяє сформулювати на адресу С.Кульчицького закид маніпуляції історичними фактами.

С.Кульчицький повинен знати хоч би про те, що ОУН у міжвоєнний період була членом фашистського Інтернаціоналу.

Автор листа пише, що «претензії до ОУН і УПА у разі співробітництва останніх з Німеччиною теоретично могла б висунути тільки Польська держава, громадянами якої були члени ОУН і бійці УПА». С.Кульчицький вперто називає учасників УПА «бійцями», хоч така назва що до них невиправдана, бо УПА не була армією. Він же, С.Кульчицький, кидає на поталу, у забуття, щонайменше 80 000 українських жертв ОУН Бандери, так якби доля післявоєнних (після розпаду СРСР також) співвітчизників могла бути йому й Українській державі байдужою.

Пишучи, що «західноукраїнське населення не прийняло силоміць нав’язаного йому у 1923 р. рішення Ради послів Антанти про приєднання Східної Галичини до Польщі», С.Кульчицький у недопустимий в науці спосіб узагальнює і переінакшує факти: Рішення, про яке йде мова, торкалося Галичини (чомусь у С.Кульчицького бандерівське «Східна Галичина»?), отже тільки її, Галичини, а не цілої «Західної України», Населення Галичини могло ставитися так або інакше до рішення Ради послів, але цього, з точки зору міжнародного права, рішення, аж ніяк не можна називати «силоміць нав’язаного», бо на момент прийняття названого рішення воно тільки санкціонувало існуючий стан речей і не було «силоміць насаджене».

На згаданому вище тлі С.Кульчицький пише, що «юридичне, однак, українці в Польщі були громадянами цієї держави, а ворогування всередині держави є різновидом громадянського протистояння або війни». С.Кульчицький, знаючи методи діяльності УВО-ОУН, виправдовує терористичну діяльність цих організацій проти Польщі, а отже й проти міжнародного права, називаючи її «боротьбою».

Відносячись до II світової війни С.Кульчицький пише, що «подібну боротьбу не можна розглядати в категоріях протистояння ОУН і УПА Об’єднаним Націям». По-перше, «Об’єднаних Націй» на той час ще не було, була тільки антигітлерівська коаліція, тобто антигітлерівський союз держав, до якого входили США, Великобританія, Франція, СРСР, Польща й інші держави, а по-друге, події II світової війни слід розглядати за схемою: хто її розпочав, тобто хто був агресором і хто був на боці агресора, а хто виступав проти нього. Не треба, мабуть, доказувати С.Кульчицькому, що агресором була гітлерівська Німеччина, на боці якої в агресії взяла участь ОУН, отже ОУН у цій війні виступала проти антигітлерівської коаліції. Пропаганда про «боротьбу ОУН-УПА на два фронти» — це не терен науки: ОУН-УПА не вела дій ані проти Німеччини, ані проти збройних сил Радянського Союзу з метою їх знищення, ці бандерівські формування не мали на це сили й засобів, а оборонні дії ОУН-УПА проти винищуючих їх збройних сил Німеччини й СРСР не можна називати «боротьбою» з ними. ОУН-УПА мала лише кілька сутичок зі збройними силами СРСР, але, зазнавши від них поразки, зійшла в підпілля.

Далі С.Кульчицький пише про «створену ОУН повстанську армію», як «воюючу сторону в Другій світовій війні». По-перше, УПА не була повстанською армією, бо повстанські рухи і формування складаються виключно з добровольців, тоді коли склад УПА в більшості був терором залучений до неї. А якщо говорити про «воюючу сторону в Другій світовій війні», то, за вказаною вище схемою, слід би С.Кульчицькому вказати, на чиєму боці воювала УПА? Були дві сторони у цій війні: антигітлерівська коаліція по одному боці, а по другому гітлерівська Німеччина зі своїми союзниками. Даючи Міністерству Юстиції України свою оцінку подій, С.Кульчицький повинен був неодмінно визначити — на чиєму боці й проти кого діяла УПА?

С.Кульчицький повторює свою тезу про те, що «оунівці перебували у перманентному стані війни з Польською державою» і тому вони «перетворилися на природних союзників Німеччини після вторгнення вермахту в Польщу». Отже, за С.Кульчицьким, ОУН тільки від вересня 1939 року співпрацювала з Німеччиною, тоді коли це, просто, фальшування історії.

Автор листа Міністерству юстиції України про «проголошення незалежної від Росії Української держави» (тобто про так званий «Акт 30 червня 1941 року) пише як про факт, що відповідає міжнародному праву, на що вказує написання з великої літери «Української держави» і брак оцінки того узурпаторського кроку ОУН Бандери.

С.Кульчицький допускається фальшування історії, повторюючи пропагандивне твердження ОУН Бандери про «створення Української повстанської армії восени 1942 p.» тоді, коли рішення про створення цього збройного формування ОУН Бандери зробила в лютому 1943 року і початкове називалося Українська визвольна армія (УВА), а назву УПА ОУН Бандери привласнила від формування Тараса Бульби-Боровця весною-влітку того ж року.

Кваліфікуючи УПА, С. Кульчицький пише, що її конфронтація з Німеччиною «була однотипною з Рухом Опору у Західній Європі і боротьбою радянських партизанів». Слід, отже, повторити, що ОУН-УПА не провадила збройних дій проти сил Німеччини з метою їх знищення, не знищувала шляхів постачання Німеччиною зброї і солдатів на фронт, не пускала поїздів під укоси тощо, не було, отже, «конфронтації» ОУН-УПА з Німеччиною, ОУН Бандери тільки «гнівалася» на німців за наказ відкликати «Акт 30-го червня 1941 року», а сутички влітку 1943 року (тільки тоді!) з німецькою поліцією чи жандармерією мали на меті здобути зброю і продемонструвати гнобленому гітлерівцями населенню антинімецьку політику.

ОУН-УПА (у великій мірі «Служба безпеки») займалися чимось іншим, ніж «протистоянням з німцями», про це, однак, С.Кульчицький і не згадує: збройні структури ОУН Бандери (УПА, «Служба безпеки», «Польова жандармерія», СКВ) у 1943 році на Волині, а в 1944 році в Галичині проводили масову, планову, доктринальну чистку польського населення, в результаті якої мученицькою смертю впало щонайменше 120 000 польських беззахисних дітей, стариків, жінок, чоловіків. Це — побіч 80 000 українських жертв бандерівців, які впали такою ж смертю у 1941–1950 роках.

Далі С. Кульчицький, не згадуючи ані словом про винищування структурами ОУН Бандери ні польського, ні українського населення, пише про «війну УПА з Армією Крайовою». Треба, отже, чітко сказати: на Волині до грудня 1943 року польська АК не діяла, жоден документ, в тому й документи авторства структур ОУН Бандери, взагалі не згадує про АК, тоді коли головні хвилі масових убивств польського населення пройшли весною, в липні і в серпні 1943 року. АК, захищаючи польське населення, виступала тільки в Галичині до часу, коли на її територію повернулося радянське військо, що сталося весною 1944 року. То про яку ж «війну УПА з Армією Крайовою» говорить С.Кульчицький? Невже про зіткнення АК з УПА на території післявоєнної Польщі? Якщо так, то С. Кульчицький повинен знати, що АК, як сили посталої 1944 року Польської республіки, мали не тільки право, але й обов’язок, хоч би й брутально, знищувати збройні структури ОУН Бандери, які, очікуючи на III світову війну між Заходом і СРСР, ставили собі за мету відірвати від Польщі її південно-східні повоєнні території, щоб на них створити плацдарм майбутньої, фашистського типу, української держави.

С.Кульчицький пише, що «протистояння УПА радянським і польським силам діяло на користь Німеччині у війні з Об’єднаними Націями. Протистояння УПА німецьким окупаційним силам діяло на користь Об’єднаних Націй в їх війні з Німеччиною». Справді талмудичне тлумачення подій. По суті це — повторювання нелогічної пропаганди ОУН Бандери про «одночасну боротьбу ОУН-УПА проти німців і проти Москви», а С.Кульчицький неначе й не зауважує цієї нелогічності. Адже побоювання сил Німеччини означало б допомогу радянській партизанці, в чому ОУН Бандери не була зацікавлена, і навпаки. Логіка не обов’язкова бандерівським пропагандистам, але вона обов’язкова історикові.

Підсумовуючи листа до Міністерства юстиції України, його автор правильно пише, що «обидві ОУН є утвореннями партійного типу, а не державними структурами, тому питання про визнання їх воюючою стороною в Другій світовій війні позбавлене смислу». Однак далі, мабуть з «Талмудом» у руках, він формулює: «Утворена ОУН(Б) Українська повстанська армія є державною структурою»!!! Якщо «державною структурою», то якої держави? Польської (бо її учасники були громадянами Польщі); СРСР (бо ж учасниками УПА були українці)? Прикметник «державна» (структура) походить від іменника «держава», тоді слід би С.Кульчицькому вказати — від якої «держави» випроваджує він прикметника «державна» (структура)? Зі зіставлення твердження С.Кульчицького, за яким УПА була утворення ОУН Бандери, а отже породила її «партійна структура», то яким же чином ця ж структура стала «державною»? Чи ж це не талмудизм у пояснюванні суті ОУН-УПА?

Раз С.Кульчицький став керівником робочої групи істориків при Урядовій комісії з вивчення діяльності ОУН-УПА, то він неодмінно мав доступ до архівних документів з фондів українських архівів й тільки з них він повинен знати дійсну, а не з пропаганди ОУН Бандери, суть тієї ж ОУН і утвореної нею УПА. Те, що С.Кульчицький залишається під впливом бандерівської пропаганди частково можна пояснювати участю у названій Комісії одного з найстаріших бандерівців, Євгена Стахіва, але це не виправдовує історика, котрий, вихований у радянський час, послуговується такою, властивою оунівцям, лексикою, як «державницький», «Велика Британія», «перманентна» (революція), неначе живцем узятою з бандерівської літератури, не згадуючи вже про такі терміни, як «бійці УПА» тощо.

Мабуть з метою затемнити картину подій, які визначають суть ОУН-УПА, С.Кульчицький уводить до листа Міністерству елементи «пакту Ріббентроп-Молотов» та справу «Катиня», які не мають відношення до теми.

Ретельний висновок про ОУН-УПА повинен вказати на терористичну суть ОУН Бандери, на застосовуваний нею терор у відношенні до українського населення (у кожному селі ця ОУН мала своїх станичних, «боївкарів» «Служби безпеки», «господарчих», «Орг-Моб» — від «мобілізації», а також «десятників» — по одному на 10 дворів насадженому бандерівцеві з завданням стежити за населенням, чи воно, бува, не виступає проти ОУН). Належало б вказати, що учасників УПА слід оцінювати з такої ось точки зору: вступив він у неї добровільно, знаючи про мету ОУН, а чи був він терором «змобілізований» до УПА і в ній примушений виконувати накази? А саму УПА немає жодних підстав відокремлювати від ОУН Бандери, як це робить С.Кульчицький, ОУН була політичною структурою, а УПА її ж збройною структурою.

Аналіз утворення УПА, її склад, її завдання і діяльність дозволяють зробити висновок, що це не була «українська», тільки бандерівська і не «повстанська» (бо повстанці — добровольці, а «упісти» добровольцями не були), це були в більшості шляхом терору утворені збройні сили ОУН Бандери, отже це й не була «армія», бо «армія» є збройною силою держави, а ОУН Бандери державою не була, хоч узурпувала собі право виконувати державну владу, винищуючи польське населення, тероризуючи і масово вбиваючи українське населення.

Тих з-посеред упістів, котрі були терором «змобілізовані», слід звільнити від вини й покарання, якщо вони особисто не допустилися злочину проти окремих людей чи груп людей, а саму ОУН-УПА, вказуючи зокрема на «Службу безпеки» ОУН Бандери, слід засудити як такі, що допустилися злочину народовбивства на польському й українському населенні. Засудити ОУН-УПА повинні: Президент України, Верховна Рада України та Уряд України, а С.Кульчицький, як тенденційний захисник формувань ОУН Бандери, повинен бути відсторонений від участі в комісії, якою керує, в ній не повинні теж брати участі колишні члени ОУН і учасники УПА.

60 лет минуло с тех пор, когда была разгромлена фашистская Германия. Это произошло в кровопролитных сражениях Второй мировой и Великой Отечественной войн. Однако по-прежнему чума XX века — фашизм (неофашизм) пускает в ряде стран свои ядовитые корни. К сожалению, в эту опасную зону попала и Украина. И это в стране, которая наиболее пострадала от гитлеровской агрессии.

В 1996 году 95 депутатов — коммунистов Украинского парламента обратились к правительствам Украины, Белоруссии, России, Израиля, Польши, Словакии и выразили тревогу по поводу того, что над Украиной нависла угроза неофашизма.

Однако этот призыв остался без внимания. Более того, за эти годы опасность фашизации страны при попустительстве властей возросла: происходит разрушение и снос памятников воинам-освободителям Украины от нацистов, мужественным партизанам и подпольщикам ВОВ, переименование улиц, площадей, административных районов, названных в их честь. На деньги, изъятые у народа, возводятся памятники пособникам фашистов — ОУН-УПА, воякам дивизии СС «Галичина» и другим предателям. В средствах массовой информации уже не стесняются оскорблять грязными словами ветеранов-фронтовиков Великой Отечественной Войны.

В западных областях Украины сейчас не редкие случаи избиения воинов ветеранов, надевших боевые ордена. В псевдонаучных книгах и статьях под фальсификацию истории подводится «научная база». Дошло уже до того, что воинствующие украинские националисты предлагают Президенту Украины проекты Указов по «очищению территории от советских символов».

При этом на Украине весьма активно игнорируются нормы Международного Нюрнбергского трибунала, осудившего в 1946 году фашизм, в том числе идеологию и практику западно-украинского буржуазного национализма — неофашизма.

Доказано, что в нравственно-психологической атмосфере западного волынско-галицкого региона формировались такие «вожди» системного и радикального национализма, как Шептицкий, Коновалец, Бандера, Стецько, Мельник, Шухевич и др. Сегодня в общественное сознание народа Украины с маниакальной настойчивостью внедряются лживые постулаты:

1. Не было Великой Отечественной войны на территории Украины в 1941–1945 г.г. Якобы тогда Украина участвовала во второй мировой войне и ее народ вел борьбу на два фронта — со сталинским «тоталитаризмом» и гитлеровским фашизмом.

2. Главной «ударной» силой в «борьбе» за независимость Украины была так называемая Украинская повстанческая армия (УПА). По той же причине, эти фашистские недобитки, якобы должны иметь юридический статус участников войны в соответствии с Законом Украины «О статусе ветеранов войны и гарантиях их социальной защиты».

В юридическом и политическом аспектах признание УПА означало бы реабилитацию фашистской идеологии и политико-правовой отказ от важнейших норм международного права, одной из фундаментальных основ которого являются принципы Нюрнбергского трибунала. Это в каждом счете означало бы надругательство над ратными делами и памятью миллионов советских людей, павших в борьбе с фашистами, и согласие победителей фашизма на фальсификацию истории.

По оценкам западных авторов в вермахте, в войсках СС и полиции на оккупированных территориях служили свыше миллиона «советских» граждан, каждый четвертый из них был украинцем. Теперь все они, особенно вояки УПА выдают себя борцами за свободу Украины, а их адвокаты от власти добиваются предоставления им прав и льгот.

Манипуляторы общественным сознанием используют различные приемы фальсификации истории. В их арсенале есть и умолчание фактов. Они, к примеру, оставили без внимания то обстоятельство, что в ходе допроса в 1946 году на Нюрнбергском процессе Генеральным прокурором США нацисткой верхушки в том числе полковника Эрвина Штольце — начальника отдела абвера, было установлено, что для руководства УПА в тылу Советской Армии фашисты оставили своих офицеров и агентов, которых он назвал поименно.

Также установлено, что все руководители вояки ОУН-УПА высшего и среднего звеньев — кадровые офицеры абвера, служащие гестапо, украинской полиции, немецкой оккупационной администрации. Все это означает, что, фактически находясь на довольствии у СС и вермахта, ОУН-УПА никаких героических подвигов в борьбе с немецкими оккупантами не совершали и побед не одерживали. ОУН-УПА были услужливыми сообщниками, холуями немецко-фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны.

В подтверждение сказанному приведу некоторые факты. Захваченные трофейные документы свидетельствуют, что руководители абвера на специально созванном 19 апреля 1944 г. во Львове совещании признали, что основной базой фашисткой разведки, откуда она черпает кадры шпионов, диверсантов и террористов, являются ОУН-УПА.

Вожди ОУН-УПА стремились превратить всю Украину в сателлита и холуя гитлеровского рейха, о чем, в частности, свидетельствует содержание так называемого «Акта провозглашения Украинской Державы», зачитанного Я.Стецько во Львове 30 июня 1941 г. на собрании националистов и представителей германских оккупационных войск.

Кстати, в наши дни во Львове этот день, 30 июня, отмечается как праздник освобождения города от большевизма и москалей. Подчеркиваю — официальный праздник, фактически посвященный захвату Львова вермахтом 30 июня 1941 г. Нынешние наследники Бандеры приводят лишь такие слова Акта: «Волей украинского народа Организация националистов под предводительством Степана Бандеры провозглашает создание Украинской державы». Но в Акте есть и третий пункт, о нем умалчивают необандеровцы, который гласит: «Вновь образуемая Украинская держава будет тесно сотрудничать с национал-социалистической великой Германией, которая под предводительством своего вождя Адольфа — Гитлера создает новый строй в Европе и мире и помогает украинскому народу избавиться от московской оккупации. Украинская национальная революционная армия, создаваемая на украинской земле, будет и дальше сражаться с союзной германской армией против московской оккупации за суверенное соборное государство и новый строй во всем мире». Иначе как клятву на верность фашизму и готовность вести борьбу под знаменами, чуждыми украинскому народу, подобные заверения рассматривать нельзя!

Как созвучна эта клятва с другими программными документами ОУН, утверждавшими, что естественным движением в Украине «является украинский национализм, у немцев — гитлеризм, в Италии — фашизм» и что «эти все движения близки между собой»!! Оуновцы буквально из кожи лезли, чтобы кровавыми преступными делами доказывать свою верность таким клятвам.

Вот некоторые из многочисленных примеров кровавых злодеяний ОУН-УПА на оккупированной территории Украины:

Ворвавшийся на рассвете 30 июня 1941 г. вместе с немецкими передовыми частями в г. Львов батальон «Нахтигаль» в течении недели зверски уничтожил около 7 тысяч мирных граждан. Одним из руководителей «Нахтигаля» был Роман Шухевич, впоследствии назначенный абвером командующим УПА. К сожалению, в «незалежной» Украине был создан и выпущен на экраны кинофильм, посвященный этому изуверу и палачу. Свидетель тех событий немец Вилли Брокдорф в книге «Тайные команды Второй мировой войны», вышедшей в Мюнхене в 1967 году, писал, что кровавые деяния украинских националистов шокировали даже видавших виды немецких солдат.

Созданный перед началом вторжения на территорию СССР агентом абвера, членом Черновицкого областного провода ОУН Войновским Буковинский курень (батальон — около 500 человек) 22 сентября 1941 г. прибыл в Киев, где с 28 сентября принимал непосредственное участие в массовом убийстве ни в чем не повинных людей разных национальностей в Бабьем Яру. С сентября 1941 года по ноябрь 1943 года были лишены жизни 350 тысяч человек, в том числе 100 тысяч евреев, 40 тысяч цыган, 10 тысяч партизан — подпольщиков, столько же комсомольцев и коммунистов. В указанное число входят около 50 тысяч уничтоженных детей. И не просто принимал участие, а был главным исполнителем этого кровавого побоища. За эти зверства и каннибализм, за усердие в служении фашизму Войновскому было присвоено звание майора СС. Поражает наглость наследников Бандеры, которые открыто, официально гордятся «подвигами» палачей-исполнителей этой кровавой акции. Следует задуматься и, над таким беспрецедентным фактом: в 1996 году в городе Черновцы при поддержке администрации Президента (!) был открыт памятник «воякам» этого Буковинского куреня.

Вот еще факты о кроваво-фашистских преступлениях, совершенных украинскими националистами против собственного народа.

Так называемые украинские полицаи, впоследствии составившие костяк УПА, под руководством нацистов только в западных областях Украины уничтожили около 850 тысяч евреев. «Вояки» ОУН-УПА в этих же местах расстреляли и зверски замучили около 100 тысяч украинцев, более 200 тысяч поляков — граждан Украины. Среди убитых сотни учителей, медицинских и хозяйственных работников, направленных из восточных областей Украины, около 2 тысяч председателей, секретарей сельсоветов и председателей колхозов, свыше 20 тысяч солдат и офицеров Советской Армии и правоохранительных органов. Примерно 4–5 тысяч своих же «вояк» УПА, недостаточно «активных и национально сознательных».

В начале 1942 года батальон «Нахтигаль», переформированный в 201-й полицейский батальон СС, и во главе с капитаном Шухевичем был направлен в Белоруссию для карательных операций против партизан. Каратели стерли с лица земли белорусскую деревню Хатынь, а затем волынское село Корбелисы, в котором убили и сожгли свыше 2800 мирных жителей, в основном детей, женщин, стариков и больных.

В тот же период часть куреня Войновского была включена в 105-й и 109-й батальоны СС, совершавшие карательные акции в Гомельской области. Весной 1943 года остальные «вояки» куреня, совершавшие расстрелы в Бабьем Яру, были направлены в 30-ю карательную дивизию СС, в составе которой участвовали в подавлении восстаний в Польше, Словакии, Чехии, Югославии и в борьбе против отрядов Сопротивления во Франции.

Приведенные факты убедительно свидетельствуют о массовых злодеяниях ОУН-УПА под руководством немецких фашистов и во исполнение их человеконенавистнических, расистских планов.

В соответствии с нормами Международного трибунала такие деяния квалифицируются как военные преступления и преступления против человечества, которые не имеют срока давности!!!

Учитывая документально подтвержденные факты сотрудничества западно-украинских националистов с нацистской разведкой в деле подготовки вероломного нападения на Советский Союз и осуществления плана «Ост», т.е. активных насильственных действий, направленных на порабощение украинского народа и других народов СССР, их деяния квалифицируются и как преступления против мира.

В интересах искоренения корней фашизма, расизма, терроризма очень важно, чтобы международные ветеранские, научные организации, политические и государственные деятели, стоящие на позициях гуманизма, сохранения жизни на планете, благоденствия и процветания ее народов, активно выступали против современных последователей западноукраинского национализма-неофашизма, пытающихся реабилитировать «вояк» ОУН-УПА, приравнять их юридически и политически к Советским воинам Победителям.

К глубочайшему сожалению, депутаты из лагеря национал — радикалов, заседающие в Верховном Совете Украины, настойчиво стремятся провести через парламент Закон о реабилитации «вояк» ОУН-УПА. В этом им активно помогают «независимые» СМИ и созданная в октябре 1997 года организация так называемых «Ветеранов Второй мировой войны», объединившая в своих рядах недобитых «вояк» из дивизии СС «Галичина», батальонов «Нахтигаль» и «Роланд», УПА, полицаев — словом всех тех, кто сознательно служил фашизму и воевал против Советского Союза. Эту организацию неофашистов возглавил народный депутат Украины некто Юхновский.

Именно так называемые «Ветераны Второй мировой войны» являются носителями западноукраинской, националистической, неофашистской идеологии и практики. И тем не менее ее деятельность не вызывает должного протеста ветеранских и других общественных организаций ни в Польше, ни в Словакии, ни в Чехии, ни во Франции, а самое главное — в России!!

Национализм и неофашизм как современные формы политикоправового игнорирования норм Международного трибунала живучи и многолики. Одним из проявлений этого является вандализм в отношении памятников и памятных мест, увековечивающих бессмертные подвиги тех, кто сражался с фашизмом в годы Великой Отечественной войны. Уничтожение памятника легендарному разведчику Николаю Ивановичу Кузнецову — Герою Советского Союза во Львове. Идет активное разрушение и осквернение могил павших воинов в Западной Украине, Польше, Венгрии и в других странах. Варварское разрушение обелисков в честь Победы практически происходит повсеместно в Западной Украине, идет планомерное переименование улиц, площадей, снятие мемориальных досок, посвященных воинам Великой Отечественной войны, яростное сопротивление власть придержащих установлению памятников героям ВОВ, например Кожедубу, — это далеко не полный перечень примеров отношения к народной памяти славянских и других народов. Интернациональный национализм выражается в проповеди национального эгоизма, национальной обособленности (Украина — для украинцев, геть москалей! Крым — для татар! Долой русских!) и исключительности, недоверия и пренебрежения к другим нациям и народам а значит — в проповеди международной вражды.

Разумеется, что все это делается с целью подготовить общество и прежде всего молодое поколение Украины к реабилитации ОУН-УПА, открывающей «зеленую улицу» фашизму. Эта акция проводится под фальшивым и демагогическим лозунгом «примирения». Примирения с кем? С ОУН-УПА? Организацией, представители которой были верными псами Гитлера и у каждого из которых руки по локоть в крови.

Вояк УПА нельзя реабилитировать, более того, их надо судить за военные преступления против человечества. Поэтому примирение с ними аморально и противоестественно.

Ситуация, сложившаяся в Украине под давлением стремящихся к реваншу националистических (фашистских) сил, привела общество, к глубокому расколу.

Сегодня, когда неофашизм активизируется, украинские патриоты надеются на сплоченность, на братскую солидарность бойцов антифашистского фронта всех стран. Надо поднять свой голос протеста против попыток реабилитации в Украине фашизма, против апологетов ОУН-УПА. Необходимо обратиться к правительствам и народам своих стран с требованием об осуждении попыток властной Украины реабилитировать фашистов.

Украинский радикальный национализм (неофашизм), имеющий сегодня представителей в парламенте Украины и во властных структурах на всех уровнях, является хорошо организованной и хорошо финансируемой политической силой. Не может не вызывать беспокойства, что все более очевидны признаки фашизации нашего общества — с тех дней, когда власть в стране была захвачена силой при помощи новых американских технологий — так называемых «цветных революций», проведенных на американские деньги.

«Оранжевые сегодня составляют «черные списки» неугодных по политическим или личным мотивам, их счет идет на тысячи и десятки тысяч. Стали повседневностью судебные процессы против неугодных. Не профессионализм, а личная преданность «оранжевому» президенту стали критерием назначения на должности, что ускоряет развал экономики, дестабилизацию всей жизни страны. Более 7-и миллионов жителей Украины уже выехали за границу в поисках работы и этот процесс ускоряется. В стране падает рождаемость, на социальной почве резко возросло число самоубийств среди наибеднейших слоев населения, протестных актов самосожжения, беспризорных детей только в столице Украины — Киеве около 1 000 000. Беспризорники обитают в коллекторах и подвалах, множатся болезни как следствие низкого жизненного уровня большинства населения. Общество все более расслаивается на очень бедных и безмерно богатых, которые разворовали и продолжают разворовывать страну.

Эти разрушительные процессы маскируются властью социальной демагогией, беспочвенными и не выполненными обещаниями, популизм цветет махровым цветом. Наиболее тревожно, что в ловушку манипуляторов сознанем попала большая часть молодежи, которая стала жертвой «оранжевого» обмана, совершенного по заморскому сценарию.

Глобалисты США все чаще и все более нагло, бесцеремонно, попирая все принципы международного права, демонстрируют, что грубой силе и силе денег все дозволено.

Равновесие в мире нарушено, и крайние реакционные силы пользуются этой неустойчивостью. Неофашизм, главным носителем которого сегодня являются США, смыкаясь с религиозным экстремизмом, представляет серьезную опасность не только для отдельных стран, но и для всего мирового сообщества. Остановить расползание коричневой чумы на планете можно лишь объединенными усилиями антифашистов всех стран мира.

В этих условиях очень важно чувствовать локоть своих товарищей по борьбе, чаще обмениваться информацией, выступать с совместными акциями протеста против наиболее опасных проявлений неофашизма в любой стране, привлекать к ним внимание своей и мировой общественности. Особенно важно широкое вовлечение в эту борьбу молодежи. За молодежью будущее и мы более всего ответственны за то, чтобы она была свободна от фашистского дурмана.

Надо остановить американизацию сознания молодежи. Следует привить ей ответственность за судьбу своих стран, за судьбу славянской цивилизации, которой составляет Россия. Глобалисты США хорошо понимают, что пока жива и сильна Россия, им не удастся прибрать к рукам весь остальной мир.

Человечество вновь и вновь обнаруживает, что история имеет свойство к повторению. Свидетельство тому — угроза фашизма. И поэтому как никогда становиться актуальным призыв великого антифашиста Юлиуса Фучика: «Люди! Будьте бдительны!» Вместе с этим нас должна вдохновлять и служить примером мужественная борьба с фашизмом коммуниста и великого славянина — Георгия Димитрова.

Проблема ОУН-УПА в Украине выходит за рамки одной страны и имеет международный характер. К тому же свои злодеяния оуновцы творили не только на территории Украины, а и в ряде других стран, которые были оккупированы фашистами.

Обращаясь ко всем прогрессивным силам Мира, к народам, правительствам, парламентариям и антифашистам тех стран, народы которых пострадали от кровавых злодеяний гитлеризма и их пособников — ОУН-УПА, мы предлагаем сегодня, здесь создать Международную Комиссию из числа ученых-историков и юристов, представителей общественности с целью изучения и обобщения фактических источников и подготовки политико-правовых документов о деятельности ОУН-УПА во время Второй мировой войны и в послевоенные годы с дальнейшей передачей их в Международный суд.

^{София. Болгария}