От души рекомендую… Похоже, я постоянно что-то рекомендую или представляю: то телевизионные передачи, то фильмы, то книги, полные таинственных загадок, привидений и ужасов, от которых захватывает дух, а напряжение в развитии закрученного сюжета нарастает так, что мои юные друзья трясутся от страха и мурашки бегут у них по коже. На сей раз я представляю вам трёх мальчиков — они называют себя Три Сыщика, разъезжают в «роллс-ройсе» с золотыми ручками и молдингами, постоянно идут по следу и распутывают немыслимые тайны, окружённые загадочными и тёмными обстоятельствами. Довольно странно, не находите?

Честно говоря, поначалу я вовсе не хотел связываться с этими тремя мальчишками. Но как-то неожиданно для себя и слишком опрометчиво дал согласие участвовать в их поисках и отказываться от своих слов не собираюсь, хотя само обещание было вытянуто у меня путём шантажа чистейшей воды (но об этом чуть позже).

Вернёмся к теме нашего разговора. Этих мальчиков, Трёх Сыщиков, зовут: Боб Андрюс, Питер Креншоу и Юпитер Джонс. Они все трое живут в Роки-Бич — маленьком городке на берегу Тихого океана, неподалёку от Голливуда.

Боб Андрюс — мускулистый, маленького роста мальчик — в известном смысле человек рассудка, но не лишён склонности к авантюрным приключениям. Питер Креншоу — довольно рослый и сильный парень. Юпитер Джонс — ну, своё личное мнение о Юпе Джонсе я лучше оставлю при себе. Разбирайтесь в нём сами, пока будете читать эту книжку, а я предпочитаю придерживаться лишь фактов. Исходя из этого, опишу его (хотя меня так и подмывает назвать Юпа жиртрестом) в тех же нейтральных выражениях, что и его друзей: коренастый и плотный мальчик. Когда он был маленьким, все звали его «пончик», и он вечно вызывал у всех смех, поскольку спотыкался или шлёпался на ровном месте. С тех пор он просто ненавидит, когда над ним смеются. И чтобы положить этому конец и добиться уважительного к себе отношения, он нашпиговал себя, словно помешанный, разными знаниями. Как только он выучил буквы, он стал читать всё подряд, что только попадалось ему под руку: естественно-научные, технические книги, книги по психологии, по криминалистике и многие другие. Так как у него хорошая память, многое из прочитанного застряло у него в голове — учителя предпочитали не вступать с ним на уроках в дискуссию по конкретным научным вопросам: слишком уж часто случалось так, что они вынуждены были терпеть его поучения.

Если Юпитер Джонс кажется вам невыносимым, то тут я с вами полностью согласен. Правда, говорят, у него много хороших друзей, но о вкусах, как известно, можно и поспорить.

Я мог бы ещё многое порассказать вам о Юпе и двух других мальчиках. Например, как Юпитер Джонс победил в конкурсной игре и с тех пор разъезжает на сверкающем золотом «роллс-ройсе». Я мог бы рассказать, как он прославился в своём родном городке благодаря таланту отыскивать удивительные пропажи — между прочим, и потерявшихся домашних животных тоже. Я мог бы… Но мне кажется, я уже выполнил свой долг и сдержал своё обещание. Пусть история начинается! К моему собственному великому удовольствию (и это право я выпросил у автора книги), я буду тыкать исподтишка пальцем и давать вам возможность контролировать действия Трёх Сыщиков или — а почему бы и нет? — даже иногда опережать их. Однако преимущество вы будете иметь не больше, чем на кончик собственного носа, — такое условие поставили мне со своей стороны автор и с ним Три Сыщика, а во всём остальном — ваше дело!

Ну так как, вы дочитали до сих пор, следуя за мной? Тогда, значит, вы вздохнёте с ещё большим облегчением, чем я, потому что вступление наконец кончилось.

Боб Андрюс поставил велосипед перед порогом родительского дома в Роки-Бич и открыл дверь. Как только щёлкнул замок, из кухни раздался голос матери:

— Роберт? Это ты?

— Да, мама. — Боб подошёл поближе к двери в кухню. Его мать, изящная шатенка, возилась с тестом.

— Как дела в библиотеке?

— Как обычно, — сказал Боб. Сногсшибательно интересным это дело, в конце концов, никогда не было. Он работал там почасовиком — разбирал возвращённые читателями книги, ставил их по местам на полки и сортировал по отраслям новые поступления.

— Звонил твой дружок Юп. — Мама раскатывала на доске тесто для пирогов. — Я должна тебе кое-что сообщить.

— Сообщить? — воскликнул возбуждённо Боб. — Что именно?

— Я всё записала — записка у меня в кармане фартука. Как только поставлю тесто, покажу тебе.

— А ты не помнишь, что он хотел? Может, я ему нужен?

— Если бы это было обычное сообщение, я бы наверняка запомнила его, — ответила мать, — но у Юпа не бывает обычных сообщений. Как всегда, что-то весьма странное.

— Юп любит выражаться странно. — Боб с трудом сдерживал себя, стараясь быть спокойным. — Он страшно много всего читал. Иногда за ходом его мыслей просто невозможно поспеть.

— Не только иногда! — возразила ему мать. — Он вообще какой-то странный мальчик.

— Ну, я бы сказал: он выше нас всех, — заявил Боб. — Мама, а ты не можешь прямо сейчас достать записку?

— Сейчас, сейчас, — торопливо сказала миссис Андрюс и раскатала тесто ещё раз более тонким слоем. — Между прочим, что там было написано во вчерашней газете — про какую-то шикарную машину, в которой Юп может ездить целый месяц?

— Да это был конкурс, объявленный одной фирмой, где можно взять напрокат автомобиль, — объяснил Боб. — Они выставили у себя в витрине большой горшок с фасолью. Условия были такие: кто точнее всех угадает, сколько в горшке фасолин, получает на месяц в своё распоряжение «роллс-ройс» с шофёром. Юп три дня высчитывал, пока не определил, какого объёма тот горшок и сколько в нём может уместиться фасолин. Ну, и выиграл. Мама, пожалуйста, дай мне записку.

— Ну, хорошо, хорошо. — Мать Боба отряхнула руки от муки. — И что, собственно, Юп будет делать с этим «роллс-ройсом», да ещё с шофёром в придачу, хотя бы даже и всего-то один месяц?

— Да, знаешь, мы вообще-то так думали, — начал Боб, но мать уже не слушала его. — Чего только сегодня нельзя выиграть! — сказала она. — Недавно я прочитала про одну женщину, так та выиграла в телевизионной викторине моторную яхту. Сама она живёт в горах, представляешь, с ума можно сойти, ну что там с ней делать? — Продолжая тараторить, миссис Андрюс вытащила из кармана клочок бумаги. — Вот тебе сообщение, — сказала она. — И вот что там написано:

— Вот это да! Спасибо, мама, — крикнул Боб и был уже почти за дверью, но мама вернула его назад:

— Роберт, ради всего святого, что это значит? Юп зашифровал своё сообщение?

— Да нет же, мама. Текст совершенно ясен и понятен. Ну, мне некогда.

Боб кинулся из дома, вскочил на велосипед и помчался прямёхонько к фирме «Центр утильсырья Т. Джонса».

Гипс на ноге уже почти не мешал ему крутить педали. Он заработал себе «орден», как выразился доктор Альтман, когда самым глупейшим образом решил «покорить» в полном одиночестве одну из вершин Роки-Бич. Горный массив Роки-Бич расположен в долине, окружённой с одной стороны океаном и цепью гор — с другой. «Горы» — это, может, слишком громко сказано, но вполне приличными по высоте вершинами горного массива их по справедливости назвать можно. Боб сорвался и катился почти двести метров вниз по крутому склону, сломав ногу в нескольких местах и «установив» новый рекорд, что ему было письменно засвидетельствовано в больнице. Но доктор Альтман сказал, что, когда ему снимут гипс, он даже думать забудет о переломах. И хотя гипс порой страшно мешал ему, большую часть времени Боб не обращал на него никакого внимания.

Как только Боб выехал из центра города, до фирмы «Т. Джонс» было уже рукой подать. Сначала она называлась «Т. Джонс. Торговля металлоломом», пока Юпитер не убедил своего дядю сменить вывеску на «Центр утильсырья». Теперь там помимо металлолома и ветоши попадалось и кое-что из старинных диковинных вещей — люди приезжали сюда издалека, если им что-то было нужно, особенно из того, что невозможно было найти ни в каком другом месте.

Для любого мальчишки такой склад старых вещей — настоящий рай. Даже сплошной забор из досок вокруг участка земли, принадлежавшего фирме, возвещал о необычности характера этого места. Титус Джонс покрасил забор разноцветными красками, доставшимися ему по дешёвке. Несколько местных художников вызвались помочь ему, поскольку мистер Джонс частенько одаривал их различным материалом, необходимым для работ.

По фасаду забор был размалёван деревьями, цветами, зелёными прудиками с лебедями, и среди прочего был даже один морской пейзаж. А по сторонам красовались совсем другие картины. Наверняка это был самый живописный склад утильсырья на всём белом свете.

Боб проехал мимо главного входа, представлявшего собой массивные чугунные ворота какой-то сгоревшей богатой усадьбы. Примерно в ста метрах дальше, на углу, где на заборе был нарисован зелёным цветом океан и беспомощно барахталось в ревущем шторме двухмачтовое судно, он остановился и слез с велосипеда. Именно в этом месте находились те две зелёные доски, которые Юп переделал на личный вход для Трёх Сыщиков — Зелёные ворота I. Боб нажал на глаз одной из рыб, которые смотрели из бушующих волн на тонущее судёнышко, и доски разъехались в разные стороны.

Боб просунул свой велосипед и закрыл «ворота». Теперь он был внутри, на территории склада, в том углу, где Юп устроил свою мастерскую на свежем воздухе.

Мастерская располагалась под открытым небом, если не считать навеса шириной примерно метра в два, который шёл сплошняком по внутренней стороне забора. Под этим навесом мистер Джонс складывал самый ценный хлам.

Когда Боб вошёл, Юп Джонс сидел в старом кресле-качалке и мял пальцами нижнюю губу — верный признак того, что его мозг работал на полных оборотах. Питер Креншоу стоял около маленькой печатной машины, которую выбросили за ненадобностью в металлолом и которую Юп отремонтировал, приложив максимум усилий.

Машина постукивала. Пит, рослый темноволосый мальчик, всовывал в неё белые карточки. Это и составляло суть сообщения Юпа. Печатная машина работала, и он попросил Боба прибыть сюда, на место оперативной явки, через Зелёные ворота.

Оттуда, где располагалась контора, мальчиков никто не мог видеть — особенно тётя Матильда, деятельная такая дама, главный моторчик всего предприятия.

У неё было любвеобильное сердце, и она была бесконечно добра, но как только какой-нибудь мальчишка попадался ей на глаза, в них сразу загорался огонёк — вот кем надо заняться!

В целях самозащиты Юп перелопатил целые груды старой рухляди и хлама, так что они полностью скрыли его мастерскую от посторонних глаз. С тех пор ему никто не мог помешать разговаривать с друзьями, если он, конечно, действительно в данный момент не был нужен дяде или тёте.

Когда Боб поставил на место велосипед, Питер остановил машину и протянул ему одну из напечатанных карточек.

— Посмотри-ка! — сказал он.

То была крупноформатная визитная карточка. На ней стояло:

— Чёрт побери! — воскликнул Боб, оценивая работу по достоинству. — Здорово! Так, значит, ты решил начать, Юп?

— Мы уже давно говорим о том, чтобы открыть сыскное бюро, — сказал Юп. — А мой приз — огромный автомобиль в моём распоряжении на целый месяц и днём и ночью — открывает для нас счастливую перспективу: мы можем идти по следу любой загадочной тайны, где бы она нам ни встретилась. По крайней мере в пределах этого ограниченного отрезка времени в тридцать дней и ночей. Поэтому с этой минуты мы будем именовать себя Три Сыщика. Как Первый Сыщик я беру на себя стратегию. Пит, Второй Сыщик, будет решать все задачи, требующие физической силы и ловкости. Так как ты, Боб, можешь испытывать при тайном наблюдении за подозреваемыми, например при лазании через забор, в настоящее время известные трудности, на твою долю выпадает заниматься необходимым расследованием по взятым нами делам. Кроме того, ты будешь вести всю документацию по нашей общей сыскной деятельности.

— Нормально, — согласился Боб. — При моей работе в библиотеке я без труда получу доступ к интересующим нас материалам.

— Современные методы дознания требуют детальных поисков, — добавил ещё Юп. — А что ты так странно смотришь на нашу визитную карточку? Можно узнать, что тебя в ней смущает?

— Да вот эти вопросительные знаки, — ответил Боб. — Для чего они, собственно?

— Я ждал такого вопроса, — сказал Пит. — Юп так и знал, что ты спросишь про это. Да и любой другой тоже, — сказал он.

— Вопросительный знак, — пояснил Юп, — универсальный символ неизвестного. Мы заявляем о своей готовности разрешить любые загадки, тайны и запутанные дела, как только получим поручение от наших клиентов. Поэтому вопросительный знак должен служить нашей фирменной эмблемой. Три вопросительных знака будут отныне всегда значить только одно: Три Сыщика!

Боб думал, что Юп закончил, но ему надо было бы лучше знать своего друга. Тот только вошёл во вкус.

— И кроме того, — продолжил он, — вопросительные знаки будут вызывать всеобщий интерес. Люди начнут спрашивать, что они означают — точно так же, как ты. По ним нас будут узнавать. Они станут мощной рекламой для нас. Любое дело нуждается в рекламе, клиентов надо привлекать.

— Потрясающе, — сказал Боб и положил карточку назад, на стопку готовых визиток. — Как только у нас появится первое дело, наша фирма встанет на путь процветания.

Пит многозначительно смотрел себе под ноги.

— Боб, — сказал он, — у нас уже есть первое дело!

— Заявляю протест! — прервал его Юп. Он выпрямился, лицо его приняло напряжённое выражение. Обычно такое круглое, его лицо казалось сейчас вытянутым, а сам он выглядел старше своих лет. Приземистый и коренастый, Юп легко сходил за толстого, если не стоял выпрямившись. — К сожалению, — заявил он, — имеется одно маленькое препятствие. Дело для нас действительно есть, и я уверен, что мы с лёгкостью справимся с ним, но нас никто ещё не подключал к нему, к мы не можем взяться за его решение.

— О чём речь-то? — спросил Боб, снедаемый любопытством.

— Альфред Хичкок ищет для своего нового фильма дом с привидениями, — сказал Пит. — Мой папа слышал об этом на студии.

Мистер Креншоу работал экспертом по трюкам в одной из кинокомпаний Голливуда, недалеко от Роки-Бич, по ту сторону горного хребта.

— Дом с привидениями! — Боб наморщил лоб. — Как это дом с привидениями может стать нашим первым делом?

— Мы могли бы провести расследование и установить, действительно ли в данном доме живут привидения или нет. Это явилось бы прекрасной рекламой для нас и помогло бы Трём Сыщикам встать на ноги.

— Только мистер Хичкок не просил нас разыскивать для него дома с привидениями, — сказал Боб. — Это ты называешь маленьким препятствием?

— Нам нужно подтолкнуть его к тому, чтобы он прибегнул к нашим услугам, — сказал Юп. — Это и будет нашим первым шагом.

— Факт, — саркастически заметил Боб. — Что тут, собственно, такого, если мы постучимся к всемирно известному кинорежиссёру и скажем: "Вы, кажется, хотели побеседовать с нами, сэр?

— Прямо так, конечно, пожалуй, не получится, но в принципе очень неплохая идея, — оценил Юп. — Я уже звонил мистеру Хичкоку, чтобы договориться о времени визита.

— Правда? — спросил Пит, вид у него был такой же ошарашенный, как и у Боба. — И он сказал, что мы можем приехать?

— Нет, — признался Юп. — Его секретарша даже не дала мне с ним поговорить.

— Могу себе представить, — сказал Пит.

— Она даже пригрозила, что велит нас схватить, если мы попробуем приблизиться к нему, — добавил ещё Юп. — Теперешняя секретарша Альфреда Хичкока — это, собственно, девчонка, которая училась здесь, в Роки-Бич, в школе. Она старше нас на несколько классов, но вы наверняка её знаете. Генриетта Ларсон.

— Генриетта? По кличке Фельдфебель? — воскликнул Пит. — Ну, ещё бы не знать её!

— Она всегда была заодно с классной и шипела на младших, — вставил Боб. — Такую невозможно забыть. Если Генриетта Ларсон — секретарша мистера Хичкока, лучше сразу оставить эту затею. С нею и Змей Горыныч не справится!

— Только препятствия, — возразил Юп, — и делают жизнь интересной. Завтра рано утром мы втроём поедем в нашем шикарном лимузине в Голливуд и нанесём визит мистеру Хичкоку.

— И Генриетта сдаст нас тёпленькими полиции! — выкрикнул в сильном возбуждении Боб. — И вообще я завтра целый день занят в библиотеке.

— Тогда мы с Питом поедем одни. Я позвоню на фирму и скажу, что машина нужна мне завтра утром в десять. А ты, Боб, — продолжил Юп, — можешь, раз уж ты будешь сидеть в библиотеке, начать розыск в старых журналах подходящего для нас материала — прямо здесь, в Роки-Бич, не трогаясь с места!

Он написал на обороте одной из визитных карточек «Замок с привидениями» и протянул её Бобу. Тот прочитал и сглотнул слюну.

— Ну, хорошо, Юп, — сказал он. — Раз уж ты так считаешь.

— Трое Сыщиков приступили к активным действиям, — возвестил Юп торжественно. — У вас всегда должен быть при себе небольшой запас наших карточек — для собственной рекомендации. И завтра каждый из нас встанет на своём посту — будь что будет.

На следующее утро Пит с Юпом стояли задолго до прибытия «роллс-ройса» перед большими чугунными воротами «Центра утильсырья Т. Джонса». Оба в своих нарядных выходных костюмах, в белых рубашках, с галстуками, с гладко зализанными, как полагается, волосами и с пылающими, несмотря на солнечный загар, щеками. Руки были безжалостно отдраены железной щёткой и тоже сверкали белизной и чистотой.

Но когда наконец прибыл огромный роскошный лимузин, всё померкло перед его блеском. Это был «роллс-ройс» старого образца с огромными круглыми фарами и непривычно вытянутым длинным капотом. Салон автомобиля имел угловатую форму и был похож на ящик. Однако все молдинги и даже бампер были позолоченными и сверкали, как золотые украшения. В необыкновенном блеске чёрного лака всё отражалось как в зеркале.

— Ну надо же, — почтительно сказал Пит, когда лимузин подкатил к ним. — У него такой вид, будто он принадлежал столетнему старику мультимиллионеру.

— «Роллс-ройс» — самый дорогой в мире автомобиль серийного выпуска, — пояснил Юп. — Эта модель была первоначально сделана для одного богатого арабского шаха, питавшего особую страсть к роскоши и комфорту. Теперь фирма использует его главным образом в рекламных целях.

Лимузин остановился, и шофёр буквально выпорхнул из-за руля. Это был ладно скроенный, крепкий мужчина, почти двухметрового роста, с вытянутым добродушным лицом. Он снял фирменную фуражку и обратился к Юпу.

— Мистер Джонс? — спросил он. — Я — шофёр Мортон.

Юп хмыкнул.

— Добрый день, мистер Мортон, — сказал он. — Зовите меня просто Юп.

— Прошу прощения, юный джентльмен. — У Мортона был совершенно убитый вид. — Вы должны называть меня просто Мортон, так полагается. И точно так же полагается, чтобы я обращался к господам, которых обслуживаю, соответственно правилам хорошего тона. Сейчас вы для меня господа, и я хотел бы соблюсти все правила и придерживаться привычной для меня формы обращения.

— Ну ладно, тогда пусть Мортон, — сказал Юп. — Раз уж так полагается.

— Благодарю вас, юный джентльмен. Машина и я в вашем распоряжении в течение тридцати дней.

— Тридцати дней и ночей, — сказал Юп. — Так было написано в условиях конкурса.

— Именно так, мистер Джонс. — Мортон открыл дверцу. — Не будете ли вы столь любезны?

— Спасибо, — сказал Юп, когда они с Питом сели в машину. — Но вам не нужно открывать для нас дверцу. Мы ещё не настолько старые.

— Если позволите, — возразил Мортон, — то я бы предпочёл нести свою службу привычным для меня образом. Иначе я, чего доброго, ещё могу и разучиться.

— Логично. — Юп задумался над этим, когда Мортон занял своё место водителя за рулём. — Но нам, возможно, придётся иногда выходить и садиться очень быстро, Мортон. Тогда нам будет некогда вас ждать. Не могли бы мы иногда сами выходить из машину и садиться в неё, а вы будете помогать нам в этом только в самом начале пути и в самом конце?

— С большим удовольствием, юный джентльмен. — В переднее зеркало им было видно, как вышколенный шофёр улыбается. — Отличная идея. Я принимаю ваше предложение.

— И кроме того, мы не такие важные особы, которых вы привыкли возить, — доверительно сообщил ему Юп. — У нас могут возникнуть весьма необычные цели поездки… Вот посмотрите, это, пожалуй, объяснит лучше всего.

Он протянул Мортону одну из визитных карточек, которую шофёр долго изучал совершенно серьёзно.

— Я понимаю вас, мистер Джонс, — сказал он после того. — Я очень доволен порученным мне заданием. Это нечто новое — возить молодых, жаждущих приключений людей. Все мои пассажиры за последнее время были в основном довольно пожилые люди, очень осторожные во всём. И какова же цель нашей первой поездки, позвольте узнать?

Пит с Юпом уже начали находить шофёра невероятно симпатичным малым.

— Мы хотим попасть на киностудию «Юниверсум» в Голливуде, к Альфреду Хичкоку, — ответил Юп. — Я… я вчера ему звонил.

— К вашим услугам, господа. — И в следующий миг шикарный лимузин понёсся по загородному шоссе, которое вело через горы прямо в Голливуд. Мортон сказал через плечо: — Я обращаю ваше внимание на то, что автомобиль снабжён телефоном и прохладительными напитками. И то и другое — к вашим услугам.

— Благодарю, — сказал Юп. Он уже держал себя с достоинством, подобающим седоку такого экипажа. Он открыл встроенный ящичек и вынул телефонный аппарат — тоже позолоченный, как и молдинги. Наборного диска не было, нужно было только нажать на кнопочку.

— Радиотелефон, — пояснил Юп своему другу. — Нажимаешь кнопочку и называешь телефонной станции нужный номер. Но я думаю, он нам пока не понадобится. — С тихим сожалением Юп водрузил аппарат на место и откинулся на мягком сиденье назад.

Поездка была приятной, но скучной — ничего не приключалось. Вскоре они уже ехали по деловым и торговым улочкам Голливуда. Когда они стали приближаться к цели, Пит начал как-то нервно ёрзать на своем месте.

— Юп, — сказал он, — ты уже придумал, как нам попасть на студию? Ты же знаешь, все студии обнесены каменной стеной и вход туда охраняется, там всегда стоит привратник, чтобы непрошенные гости, вроде нас с тобой, не смогли туда проникнуть. Нам ни за что не удастся попасть туда!

— У меня есть план, — сказал Юп. — Будем надеяться, что он сработает. Похоже, мы прибыли.

Они ехали мимо высокой бетонной стены, тянувшейся вдоль двух кварталов домов. На щите, прикреплённом поверх стены, тянулась надпись: «Студия Юниверсум». Стена преследовала только одну цель: не пускать на студию непрошенных гостей, как выразился Пит.

Автомобиль подъехал к высоким железным воротам. Они были распахнуты. Человек в униформе сидел в стеклянной будке рядом со входом. Мортон направил автомобиль в открытые ворота, и караульный тут же вскочил.

— Эй! Минуточку! — закричал он. — Куда вы направляетесь?

— Мы едем к мистеру Альфреду Хичкоку.

— У вас есть разрешение на проезд? — допытывался охранник.

— Мы не предполагали, что нам понадобится специальный пропуск, — ответил Мортон. — Юный джентльмен звонил мистеру Хичкоку по телефону.

— О! — Человек нерешительно почесал в затылке. Юп покрутил ручку, спустил со своей стороны стекло и высунулся наружу.

— Милостивый государь, — сказал он, и Пит застыл от удивления, потому что Юп заговорил так культурно и так изысканно, как он от него ещё ни разу не слышал — наверняка он тайком потренировался. — Милостивый государь, что препятствует нашему продвижению вперёд?

— Ух ты! — охнул Пит. Он знал, что Юп ещё мальчиком принимал участие в театральных спектаклях и прославился талантом перевоплощения, но Питу ещё ни разу не доводилось видеть своего друга в этой роли.

Юп надул щёки и выпятил губы — ни дать ни взять второй Альфред Хичкок! Правда, несколько нагловатый, но всё же несомненно Альфред Хичкок! Никаких сомнений!

— О! Я обязан знать, кто посещает мистера Хичкока, — занервничал привратник.

— Не извольте беспокоиться. — Юп бросил на него ещё раз высокомерный взгляд. — Я, пожалуй, исправлю дело и позвоню дяде.

Он вынул золотой телефон, нажал на кнопочку и назвал номер. То был номер «Центра утильсырья Т. Джонса». Юп действительно звонил своему дяде.

Привратник ещё раз внимательно посмотрел на удивительный автомобиль и Юпа Джонса, звонившего по золотому аппарату.

— Пожалуйста, проезжайте, — сказал он подобострастно. — Я сообщу, что вы прибыли.

— Спасибо, — сказал Юп. — Ну, Мортон, вперёд!

Автомобиль тронулся. Юп откинулся назад, когда они завернули в узкую улочку, справа и слева окаймлённую зелёным газоном с пальмами. Позади них стояли, тесно прижавшись друг к другу, десятки маленьких симпатичных бунгало. Вдали виднелись куполообразные крыши павильонов, где снимались фильмы и телевизионные спектакли. Загримированные артисты в диковинных костюмах устремились в один из таких павильонов.

Хотя они и находились уже на территории студии, Пит всё ещё не мог себе представить, каким образом его другу удастся проникнуть к Альфреду Хичкоку. Но у него почти не оставалось времени на раздумье, поскольку Мортон уже затормозил перед богатым особняком. Как и на многих других студиях, здесь у продюсера был свой дом, где ему никто не мешал работать. На двери на табличке очень красивыми буквами было написано: АЛЬФРЕД ХИЧКОК.

— Подождите здесь, Мортон, — сказал Юп, когда шофёр распахнул перед ними дверцу. — Я не знаю, как долго мы там пробудем.

— Слушаюсь, господа.

Юп пошёл вперёд, поднялся на ступеньку и вошёл через стеклянную дверь в приёмную для посетителей, где работал кондиционер. Молодая блондинка за письменным столом только что опустила трубку на рычаг. Пит никак не мог узнать в этой молодой элегантной леди Генриетту Ларсон, но стоило той открыть рот, как он уже точно знал, с кем имеет дело.

— Ага! — Генриетта упёрла руки в боки и уставилась на Юпа Джонса. — И вы ещё осмеливаетесь сюда явиться! Разыгрывает, понимаешь, из себя племянника мистера Хичкока! Ну, сейчас посмотрим, сколько времени потребуется полиции, чтобы выкинуть вас отсюда.

Пит почувствовал, как его оставляют последние надежды, и страшно испугался, когда она опять схватилась за трубку.

— Подождите! — сказал Юп.

— Ждать — чего? — гневно спросила Генриетта Ларсон. — Ты пробираешься сюда, рассказываешь охране, что ты племянник мистера Хичкока…

— Это неправда, — вступился за своего друга Пит. — Привратнику эта идея самому пришла в голову.

— Не встревай, — предупредила его Генриетта. — Юп Джонс — возмутитель общественного спокойствия, и я позабочусь о том, чтобы положить конец его безобразиям.

Она опять склонилась над телефоном. Юп заговорил во второй раз.

— Услужливый дурак опаснее врага, мисс Ларсон, — произнёс он, и Пит опять вздохнул. Юп снова перешёл на странную манеру разговаривать по-книжному и в доли секунды опять принял такой же вид, который произвёл такое сильное впечатление на привратника, — вошёл в образ юного Альфреда Хичкока.

— Я убеждён, что эта моя маленькая актёрская импровизация вызовет интерес у мистера Хичкока, — закончил он свой этюд. Генриетта Ларсон, вскинувшая на него глаза, выронила из рук телефонную трубку, словно та ударила её электрическим током.

— О, ты… — начала она опять. — Ты… — Ей не хватало от возмущения подходящих слов. Потом она рассвирепела. — Ну, это точно, Юпитер Джонс, я готова поклясться, что мистер Хичкок захочет увидеть этот спектакль!

— Э-э-э… Мисс Ларсон?

Оба мальчика быстро обернулись, когда неожиданно за их спинами раздался громкий голос. Генриетта тоже выглядела смущённой. В дверях кабинета стоял Альфред Хичкок — собственной персоной.

— Что-нибудь случилось, мисс Ларсон? — спросил мистер Хичкок. — Я вызывал вас.

— Пожалуйста, решайте сами, случилось или нет, мистер Хичкок, — сказала Генриетта. — Вот этот молодой человек хочет вам что-то показать, что вас, бесспорно, заинтересует.

— Сожалею, — ответил Альфред Хичкок. — Я не могу сегодня никого принять. Попросите их уйти.

— Я уверена, что он доставит вам удовольствие, мистер Хичкок, — сказала Генриетта Ларсон. И её тон вовсе не понравился Питу. Мистер Хичкок, казалось, тоже кое-что заметил, потому что он вопросительно посмотрел на обоих мальчиков и пожал плечами.

— Ну, хорошо. Следуйте за мной, сорванцы.

Он повернулся и зашагал к письменному столу, который был чуть ли не таких же размеров, как теннисный корт. Там он сел в крутящееся кресло. Юп и Пит стояли напротив него. Генриетта закрыла дверь кабинета.

— Ну, огольцы, — сказал мистер Хичкок, — на что я должен посмотреть? У меня для вас всего только пять минут.

— Вот что мы захотели вам показать, сэр, — сказал почтительно Юп и вытащил визитную карточку Трёх Сыщиков. Пит понял, что он действовал по заранее намеченному стратегическому плану. Похоже, что план срабатывал. Мистер Хичкок взял карточку и внимательно прочёл её.

— Гм-м… — произнёс он. — Значит, вы сыщики. А можно мне спросить, что означают три вопросительных знака? Они что, выражают ваше сомнение в собственных способностях?

— Нет, сэр, — ответил Юп. — Это наш фирменный знак. Они символизируют нерешённые вопросы и неразгаданные тайны. Кроме того, они пробуждают интерес у людей и способствуют тому, чтобы про нас не забывали.

— Ага. — Альфред Хичкок тактично покашлял. — Значит, вы проявляете заботу о рекламе.

— Ни одно дело не принесёт прибыли, если о нём никто не знает, — сказал Пит.

— Вне всякого сомнения, — согласился мистер Хичкок. — Кстати, по поводу дела. Что привело вас ко мне?

— Мы хотим найти для вас дом с привидениями, сэр.

— Дом с привидениями? — Брови Альфреда Хичкока полезли вверх. — А почему вы думаете, что мне нужен дом с привидениями?

— Нам стало известно, что для своего нового фильма ужасов вы ищете настоящий дом с привидениями, сэр, — сказал Юп. — Трое Сыщиков хотят помочь вам в этом намерении.

Альфред Хичкок ухмыльнулся.

— Два человека уже заняты поисками подходящего дома, — сказал он. — Они уже кругом поездили по белу свету — не так-то много мест, где проживает нечистая сила. Однако, я уверен, они найдут то, что мне нужно.

— Но если мы найдём такой же дом для вас где-то здесь поблизости, съёмочные работы окажутся для вас значительно проще, — заставил его задуматься Юп.

— Сожалею, мой мальчик, но я не могу пойти на это.

— Нам не нужно денег, сэр, — сказал Юп. — Все знаменитые сыщики всегда описывали свои интересные дела в романах: Шерлок Холмс, Эллери Квин, Эркюль Пуаро — ну все. Я пришёл к выводу, что и вам именно это принесло славу. Для того чтобы нам стать известными среди тех, кто, возможно, когда-нибудь прибегнет к нашим услугам, отец Боба — нашего третьего коллеги — будет описывать расследованные нами дела в книжках. Он работает в газете.

— Ну и? — Альфред Хичкок посмотрел на часы.

— И тогда мы подумали, мистер Хичкок, может быть, вы издадите наше первое дело под своим именем?

— Полностью исключено. Пожалуйста, скажите мисс Ларсон, пусть она войдёт после того, как вы уйдёте.

— Хорошо, сэр. — Юп выглядел жалким и поникшим, когда собрался с Питом выйти. Они уже почти дошли до двери, когда Альфред Хичкок остановил их:

— Минуточку, вы оба задержитесь, пожалуйста.

— Да, сэр? — Они быстро обернулись. Мистер Хичкок смотрел на них, наморщив лоб.

— Я полагаю, вы со мной не до конца откровенны. Что там такое было, что я, по мнению мисс Ларсон, должен был непременно увидеть? Ведь не вашу же визитную карточку?

— Дело в том… — начал Юп с некоторыми колебаниями, — я, видите ли, умею изображать других людей. Мисс Ларсон подумала, что вы заинтересуетесь, если я изображу вас мальчиком.

— Меня — мальчиком??? — В голосе знаменитости угрожающе загрохотали раскаты грома, а выражение лица стало мрачным. — Как ты себе это представляешь?

— Вот так, сэр.

Опять стало казаться, что форма лица Юпа совершенно изменилась. Голос стал басистее, тон слегка высокомерным. Это был совершенно другой человек.

— Я так себе представил, сэр, — сказал он с чужой интонацией, — вдруг вы когда-нибудь захотите появиться в одном из фильмов мальчиком, и на тот случай…

Мистер Хичкок сдвинул к переносице брови. Его лицо от раздражения покраснело.

— Ужасно! — сказал он. — Прекрати, и немедленно!

Юп опять стал самим собой.

— Вы не находите, что я удачно скопировал вас? — спросил он. — Я, конечно, имею в виду — вас в моём возрасте?

— Ничего подобного. Я был умненьким честным мальчиком, ни в коем случае не той уродиной, которую ты мне тут представил!

— Тогда мне придётся ещё потренироваться, — вздохнул Юп. — А мои друзья всегда говорили мне, что у меня это очень здорово получается.

— Я заявляю протест! — загремел Альфред Хичкок. — Я заявляю категорический протест! Обещай мне никогда больше не устраивать этого спектакля, а я… чёрт побери, обязуюсь написать предисловие к вашей книжке.

— Большое спасибо, сэр! — сказал Юп. — Так, значит, вы хотите, чтобы мы занялись поисками дома с привидениями для вас?

— Да, да, делайте что хотите. Я не обещаю вам, что воспользуюсь им, если вы его найдёте, но вы тем не менее ищите. И сделайте так, чтобы вы исчезли отсюда прежде, чем я потеряю последние крохи самообладания. При виде таких сорванцов, как ты, Юпитер Джонс, меня охватывают дурные предчувствия. Ты слишком хитёр, мой мальчик, и это добром не кончится.

Юп с Питом пулей метнулись к машине, а Альфред Хичкок остался наедине со своими мрачными мыслями в кабинете.

День клонился к вечеру. Тяжело дыша, Боб Андрюс тащил свой велосипед по дороге, направляясь к Зелёным воротам I. Именно сейчас, как нарочно, у него лопнула шина!

Он поставил на обычное место во дворе фирмы велосипед. Внутри в конторе раздавался голос миссис Джонс — она давала указания Патрику и Кеннету, обоим помощникам её мужа. Ни Юпа, ни Пита в мастерской не было.

Боб нисколько не удивился. Он обошёл маленькую печатную машину и отодвинул в сторону кусок старой железной ограды, как бы случайно прислонённой к верстаку. Стала видна длинная широкая труба. Боб проскользнул в открывшееся отверстие, подтянул за собой кусок ограды на место и пополз по трубе вперёд так быстро, как ему позволял двигаться гипс. Это был Туннель II, один из нескольких потайных ходов, которые вели в штаб-квартиру. Ход упирался в деревянный щит. Боб надавил на него, сдвинул в сторону и оказался там, куда стремился.

Штаб-квартирой служил жилой автоприцеп для кемпинга длиной почти в десять метров — Титус Джонс приобрёл его год назад как подержанный. Он сильно пострадал при аварии, и покупателей на него не находилось, потому что на стенках были сильные вмятины. Поэтому дядя разрешил Юпу использовать автоприцеп как своего рода собственную контору. За несколько месяцев мальчики с помощью Патрика и Кеннета обложили его постепенно целыми горами старого хлама и рухляди. Снаружи его вообще не стало видно — штабеля железных прутьев, покорёженная пожарная лестница, груды кирпичей и досок и всякое такое прочее полностью скрывали его от посторонних глаз.

Мистер Джонс, похоже, совершенно забыл, что там когда-то стоял автоприцеп. И никто, кроме самих мальчишек, не знал, что так надёжно забаррикадированный автоприцеп был оборудован под штаб-квартиру, лабораторию и фотокомнату и что к нему вели несколько потайных ходов.

Когда Боб вылез из другого конца трубы, он увидел Юпа сидящим в отреставрированном собственными руками крутящемся кресле за письменным столом, подпаленным с одной стороны во время пожара. (Вся меблировка штаб-квартиры состояла из такого старья, приспособленного ребятами для своих нужд). Напротив Юпа сидел за столом Пит Креншоу.

— Ты опаздываешь! — сказал Юп, как будто Боб сам этого не знал.

— У меня шина лопнула. — Боб всё ещё никак не мог отдышаться. — Перед самой библиотекой я напоролся на толстый гвоздь.

— Ты что-нибудь разыскал?

— А как же? Я столько нашёл про привидения и про Замок Ужасов, что мне самому того не хотелось.

— Замок Ужасов? — воскликнул Пит. — Мне такое название совсем не нравится.

— Не торопись, есть кое-что и получше, — сказал Боб. — Например, была одна семья из пяти человек, они хотели провести там ночь, но с тех пор их никогда…

— Начни всё сначала, — решительно потребовал Юп. — Пожалуйста, расскажи всё по порядку.

— Ну хорошо. — Боб открыл большой коричневый конверт, который принёс с собой. — Но только сначала я должен вам сказать, что Скинни Норрис целое утро ходил за мной по пятам и пытался всё разнюхать.

— Надеюсь, ты ничем не выдал себя и этот придурок ничего не заметил? — вскинулся Пит. — Он вечно суёт везде свой нос.

— Рассказывать я ему, конечно, ничего не рассказывал. Не отвязаться от него было невозможно. Как только я подъехал к библиотеке, он остановил меня, собираясь посплетничать про автомобиль, на котором Юп будет теперь ездить целый месяц. Он хотел знать, что Юп собирается с ним делать.

— Скинни просто завидует, — сказал Юп. — Ведь именно он первым в их классе получил водительские права, а тут, понимаешь, мы разъезжаем на роскошном лимузине с шофёром.

— Может быть. А когда я засел в библиотеке за свою работу, — продолжал рассказывать Боб, наморщив лоб, — он всё время следил за мной, какие я беру старые иллюстрированные журналы или газеты, чтобы собрать нужный для нас материал, Юп. Я не давал ему подсмотреть, что именно я читаю, но …

— Но? — спросил Первый Сыщик.

— Знаешь, та наша визитная карточка, на которой ты написал мне «Замок с привидениями», когда просил меня прочитать про это…

— Я предполагаю, ты отложил её в сторону, когда занялся поисками в каталоге, а она после этого исчезла? — сказал Юп.

Боб вытаращил глаза.

— Откуда ты знаешь?

— Ты бы не стал ничего говорить про визитную карточку, если бы не потерял её, — пояснил Юп. — А то место, где так легко потерять что-нибудь из виду, и есть стол рядом с каталогом.

— Ну да, так оно и было, — сказал Боб. — Я думаю, что оставил карточку на столе. Не могу утверждать, что именно Скинни Норрис взял её, но когда он уходил, вид у него был очень довольный.

— Мы не можем заниматься сейчас Скинни Норрисом, — сказал Юп. — У нас есть интересное дело, над которым нам нужно думать, разрабатывая все версии. Рассказывай, что ты там выкопал.

— Ясно. — Боб вытащил из конверта несколько исписанных листков. — Начнём, — сказал он. — Замок Ужасов стоит на отвесной скале, нависающей над узким ущельем в горах под Голливудом — в Чёрном каньоне. Первоначально он назывался Замком Террила — его построил киноактёр по имени Стивен Террил. Он был голливудской звездой немого кино и играл в основном в фильмах ужасов — про вампиров, оборотней и всякую такую муть. Своё жилище он выстроил по образцу одного из замков с привидениями из своих фильмов. Внутри оно было украшено старинными рыцарскими доспехами, саркофагами египетских мумий и другими устрашающими предметами из декораций к фильмам, в которых Террил снимался раньше.

— Весьма заманчиво и мило, — прокомментировал Юп.

— На твой вкус, может, и так! — Пит был испуган… — И что стало с этим Стивеном Террилом?

— Сейчас дойду, — сказал Боб. Стивен Террил был известен во всём мире как «человек с тысячью лицами». Потом изобрели звуковое кино, и выяснилось, что у Террила писклявый, тонкий голос — он говорил фальцетом, да ещё при этом шепелявил.

— Потрясающе, — воскликнул Пит. — Визжащее, как поросёнок, чудовище. Наверное, дико смешно.

— Так оно и было. И Стивену Террилу пришлось оставить кинематограф. Он уволил всех слуг и даже отослал от себя своего лучшего друга — менеджера, некоего Джонатана Рекса. Под конец он не отвечал на его письма и не подходил к телефону. Стивен Террил уединился у себя наверху в замке и затосковал. Постепенно все о нём забыли.

В один прекрасный день примерно в сорока километрах к северу от Голливуда обнаружили изуродованную машину. По-видимому, она на большой скорости сошла с шоссе и упала со скалы прямо на берег океана.

— Так, и какое отношение это имеет к Стивену Террилу? — прервал его Пит.

— Полиция установила, что это была его машина, — пояснил Боб. — Труп исчез, но это никого не удивило. Возможно, его смыл прибой.

— Здорово! — Пит задумался. — Ты считаешь, он специально всё так устроил, чтобы упасть со скалы?

— Этого никто точно не знает, — ответил Боб. — Но когда полиция прибыла в Чёрный каньон, чтобы осмотреть замок, ворота оказались широко раскрытыми и вокруг не было видно ни одного человека. При обыске внутри они обнаружили в библиотеке записку, в которой было написано, — Боб порылся в своих записях, — «Живым мир больше не увидит меня, но мой дух никогда не покинет этих стен. Пусть на веки веков тяготеет над замком проклятие». И подпись: «Стивен Террил».

— Нет, мой дорогой, — воскликнул Пит. — Чем больше я про это слушаю, тем меньше мне всё это нравится.

— Почему же? — сказал Юп. — Наоборот, становится всё интереснее. Давай дальше, Боб!

— Ну, полиция осветила все углы и закоулки в старом замке, но, кроме этой записки, не нашла никаких следов Стивена Террила. Выяснилось, что у него в банке были большие долги — он взял там деньги под залог. Банк направил в замок своих людей, они должны были забрать всё ценное, что там было, но люди, оказавшись внутри, начали как-то странно нервничать и испытывать внутреннее беспокойство — от чего, они и сами не могли себе объяснить — и в конце концов отказались выполнить поручение. Они ещё только сказали, что видели там всякие странные вещи и слышали странные звуки, но выразиться яснее не могли. В итоге банк попытался продать замок таким, каким он был, но не нашлось никого, кто хотел бы в нём жить, не говоря уже о том, чтобы купить его. Каждый, кто входил туда, испытывал через некоторое время невыносимо неприятное ощущение. Маклер по продаже недвижимости однажды решил провести там всю ночь, чтобы доказать, что всё это только одно воображение. В полночь он сбежал оттуда — обуреваемый страхом, он промчался, не переводя дыхания, через всё ущелье.

Вид у Юпа был совершенно восторженный. Пит громко икнул.

— Дальше! — сказал Юп. — Это даже гораздо лучше, чем я ожидал!

— И другие люди тоже пытались провести там ночь, — рассказывал Боб. — Молоденькая киноактриса, восходящая звезда, попробовала проделать это ради рекламного трюка. Она не выдержала и до полуночи, и зубы её стучали так, что она не могла произнести ни слова. Она только что-то жалобно скулила про синий фантом и туман страха.

— Синий фантом и туман страха… — Пит облизал пересохшие губы. — А больше ничего, а? И никаких всадников с головой под мышкой, никаких привидений с гремящими цепями, никаких…

— Если ты дашь Бобу договорить, — прервал его Юп, — мы быстрее узнаем всё до конца.

— Если вы меня спросите, — забормотал Пит мрачно, — лучше бы ему вообще ничего не рассказывать. С меня хватит.

Юп сделал вид, что не слышит.

— Ну, ещё что, Боб?

— Конечно! Ещё было много чего такого! Однажды туда въехала семья из пяти человек. Банк разрешил им бесплатно жить там год, если они сумеют прорвать эту пелену наваждений. Но их никто никогда больше не видел. Они… они все исчезли в первую же ночь.

— Наблюдались ли там какие-нибудь явления? — допытывался Юп. — Вздохи, стоны, вой, летающие призраки или нечто подобное?

— Сначала нет. Но потом чего только не было — стоны, вроде как бы издалека, некая туманная фигура, поднимающаяся время от времени по лестнице, и иногда вздохи. Порой казалось, что откуда-то снизу, из подземелья, доносятся сдавленные крики. Многие рассказывали, что они слышали зловещую музыку — её издавал какой-то повреждённый орган в большом зале. А несколько человек даже на самом деле видели призрака, играющего на органе, — нечто мерцающее, вроде как синяя вуаль. Они назвали его «синим фантомом».

— Наверняка были попытки изучить эти сверхъестественные явления?

— В замок приезжали несколько учёных для проведения исследований, — сказал Боб, опять посмотрев в свои записи. — Но они ничего такого особенного не увидели и не услышали. Они только всё время испытывали неприятное ощущение, нервничали и были этим смущены. Когда они уехали, банку стало окончательно ясно, что найти покупателя никогда не удастся. После этого туда перекрыли проезд и забыли о замке. С тех пор прошло больше двадцати лет без всяких попыток попробовать провести там ночь. В одной газетной заметке сообщалось ещё, что поначалу бездомные и бродяги хотели устроить там для себя ночлежку, но и они не выдержали. Они распространяли такие ужасающие слухи про это место, что ни один бродяга не отважился приблизиться к замку. В последние годы ни в газетах, ни в иллюстрированных журналах ничего больше про Замок Ужасов не появлялось. Насколько я мог понять, — заключил Боб, — замок так и стоит, покинутый и заброшенный. Банк не смог его продать, и ни один человек не заходит туда — да и зачем?

— Этот вопрос я себе тоже задаю, — поддакнул Пит. — Меня туда никто не заманит.

— И тем не менее, — заявил Юп, — мы туда пойдём, и к тому же — уже сегодня вечером. Мы втроём — с фотокамерой и магнитофоном — нанесём в замок краткий визит. Нам нужно установить, живут ли там ещё привидения. Всё, что нам бросится в глаза, послужит для нас в дальнейшем отправной точкой при нашем детальном расследовании. Я очень надеюсь, что в этом месте ещё действительно есть привидения. И если это так, то благоприятные условия для создания новейшего фильма мистера Хичкока будут нам обеспечены.

Боб выписал ещё множество других сведений про Замок Ужасов, и Юп тщательно всё прочитал и изучил. А Пит твердил только одно, что его и на аркане не затащишь в замок, но когда подошло время отправляться в путь, он тоже собрался идти. Одетый под разбойника, он заявился с магнитофоном в руках, который выменял у одного своего школьного товарища на коллекцию марок.

Боб вооружился блокнотом и несколькими хорошо отточенными карандашами. Юп прихватил с собой фотоаппарат с электронной вспышкой. Пит и Боб сказали дома, что поедут кататься с Юпом в его роскошной машине. По-видимому, родители считали, что беспокоиться нечего, если их дети проводят время с Юпом. К тому же они знали, что Мортон, шофёр, всегда и везде будет с ними.

Сразу после наступления темноты к фирме Джонса бесшумно подкатил огромный лимузин с большущими старомодными фарами. Мальчики быстро сели. Юп взял с собой карту Чёрного каньона с прилегающими к нему окрестностями. Мортон бросил на неё взгляд.

— К вашим услугам, господа, — сказал он и поехал. Пока они ехали по извилистой дороге через холмистую местность, Юп раздавал последние указания.

— Этот визит, — сказал он, — должен дать нам только самое первое представление о замке. Но если мы увидим что-то необычное, я сделаю снимок со вспышкой, а если мы услышим какие-нибудь звуки, ты должен записать их на магнитофон, Пит.

— Если я вообще когда-нибудь включу его, — пробормотал Пит, пока Мортон сворачивал на узкую дорогу, ведущую в глубь каньона, — то вы не услышите ничего, кроме стука моих зубов.

— А ты, Боб, — продолжил Юп, — будешь сидеть и ждать в машине, пока мы не вернёмся.

— Согласен, — быстро сказал Боб. — Какая здесь кромешная тьма кругом!

Они всё ещё ехали по узкой, взбирающейся вверх дороге. Нигде не было видно ни одного огонька.

— Тот, кто окрестил эту местность Чёрным каньоном, имел на то все основания, — произнёс Пит.

— Там, впереди, должно быть заграждение, — сказал Юп.

Куча камней и мелкой гальки блокировала проезд. В этой местности склоны гор хотя и поросли густым кустарником, но травяного покрова почти не было. Поэтому на дорогу часто скатывались с гор камни. На сей раз, похоже, камнепад снёс боковое заграждение, обеспечивавшее когда-то давным-давно свободный проезд по дороге.

Мортон остановил машину на обочине.

— Я опасаюсь, что дальше нам не проехать, — объяснил он. — Но, судя по карте, ущелье тянется после поворота не дальше чем на несколько сотен шагов.

— Спасибо, Мортон. Пит, пошли, оставшуюся часть пути мы пройдём пешком.

Они вышли из машины.

— Через час мы опять будем тут, — крикнул, обернувшись назад, Юп.

Но Мортон был уже занят своими манёврами — он разворачивал машину.

— Боже праведный, — сказал Пит Креншоу, — до чего здесь жутко.

Юп, затаившийся рядом с ним в темноте, ничего не ответил. Сидя на корточках, он с напряжением вглядывался вперёд. В конце мрачного, тесного ущелья оба мальчика увидели неясные очертания фантастического сооружения. На фоне звёздного неба резко выделялась остроконечная круглая башня. Кроме этой башни со шлемом наверху, от замка, впрочем, почти ничего больше не было видно. Высоко наверху, на крутом склоне горы, в самом конце узкого ущелья, затаился замок, окутанный мрачными тенями.

— Я думаю, нам надо прийти сюда ещё раз днём, — предложил вдруг Пит, — чтобы разобраться, что к чему.

Юп покачал головой.

— Днём ничего не происходит, — сказал он. — Только по ночам люди испытывали здесь панический страх.

— Ты забыл про людей из банка, — возразил ему Пит. — И кроме того, я не хочу испытывать панический страх. И так уже всё ясно.

— Мне тоже не по себе, — признался Юп. — У меня такое ощущение, будто я наглотался ночных бабочек.

— Ну, тогда давай вернёмся назад! — обрадовался Пит. — На сегодняшний вечер вполне достаточно. Поедем назад в штаб-квартиру и обсудим наш новый план.

— Новый план у меня уже в голове, — сказал Юп и выпрямился. — Я намереваюсь провести сегодня вечером целый час в замке.

Он пошёл дальше, светя под ноги фонариком и выбирая на треснувшей бетонке дорогу между обломками нападавших с гор камней. В следующее мгновение к нему подбежал Пит.

— Если бы я знал, как всё это будет, — причитал он, — я бы никогда не согласился стать сыщиком.

— Ты будешь рассуждать иначе, когда мы разгадаем тайну Замка Ужасов, — сказал Юп.

— А если мы встретимся с привидениями? Или с синим фантомом, или ещё каким-нибудь призраком, который здесь бродит?

— Этого я как раз и хочу. — Юп похлопал по камере с блицем, что висела у него на плече. — Если мне удастся щёлкнуть его, мы станем знаменитыми.

— А если он нас поймает? — спросил Пит.

— Тс-с-с! — подал ему знак друг. Он выключил свой фонарик. Пит в ужасе замолк. Темнота обволакивала их.

Что-то или кто-то спускался к ним по склону горы. Пит сжался. Юп взвёл камеру.

Грохот осыпающихся камней был совсем рядом, торопливые шаги приближались, и тут вспыхнула, осветив ночь, камера Юпа. В ярком свете вспышки Пит увидел два огромных красных глаза, в упор смотревших на него. Потом что-то пушистое метнулось в сторону, ударилось о бетонку и стало удаляться огромными прыжками. С горы скатилось ещё несколько маленьких камушков и осталось лежать у самых ног обоих мальчиков.

— Кролик! — сказал Юп. Голос его звучал разочарованно. — Мы испугали его.

— Мы? — закричал Пит. — А как ты думаешь, сколько страху он нагнал на меня?

— Это всего лишь естественное проявление неясных ночных шорохов и их воздействие на восприимчивую чувствительную нервную систему, — сказал Юп. — Пошли дальше!

Он схватил Пита за руку и потащил его за собой.

— Теперь нам нечего прятаться. Моя вспышка наверняка вспугнула фантома — если он, конечно, существует.

— Может, нам спеть что-нибудь? — спросил Пит. Внутренне собравшись, он шёл так же быстро, как и Юп. — Если мы будем так громко петь, мы, может, не услышим тогда ни вздохов, ни стонов.

— Вовсе не остроумно, — сказал не моргнув глазом Первый Сыщик. — Нам как раз надо услышать и вздохи, и стоны, и крики, и визги, и лязганье цепей тоже. Всё это самые обычные формы проявления сверхъестественных сил.

Пит умолчал, что не испытывает ни малейшей потребности слушать чьи-то вздохи, стоны, крики и лязг цепей. Он знал, что говорить такое бесполезно. Если уж Юп что решил, ничто не свернёт его с пути и никому не удастся отговорить его.

Чем дальше они шли, тем более мрачными и неприветливыми казались им старые угловатые каменные стены замка. Пит изо всех сил старался не думать про те истории, которые им рассказал про это место Боб.

Проделав последний отрезок пути — вдоль замшелой стены — мальчики вошли в передний двор замка.

— Вот мы и пришли, — сказал Юп и остановился. Высоко над их головами возвышалась, упираясь в небо, остроконечная башня. Другая, чуть пониже, угрожающе смотрела на них. В слепых окнах отражался блеск звёзд.

Вдруг что-то порхнуло над их головами. Пит вжал голову в плечи.

— Уй, — закричал он. — Летучая мышь!

— Летучие мыши едят только насекомых, — напомнил ему Юп, — и никак не людей.

— А вдруг у них здесь разыгрался аппетит — кто знает?

Юп указал на широкий въезд и массивные резные ворота перед ними.

— Вход здесь, — сказал он. — Нам нужно пройти сквозь них.

— Я бы хотел, но мои ноги не слушаются меня. Они сами поворачивают назад.

— Мои тоже, — признался Юп. — Но мои ноги подчиняются моей воле. Идём.

Он пошёл дальше. Пит не мог допустить, чтобы его друг один отправился в такое место, как Замок Ужасов, и последовал за ним. Они поднялись по старой мраморной лестнице и прошли по выложенной каменными плитами террасе. Когда Юп хотел взяться за набалдашник ручки, Пит схватил его за руку.

— Подожди! — сказал он. — Слышишь? Тихая музыка!

Они прислушались. Какую-то долю секунды им казалось, что они слышат зловещие звуки, доносящиеся откуда-то из бесконечного далека. Но во мраке раздавался только ночной концерт насекомых, да время от времени шорох от осыпающихся и скатывающихся в ущелье камней.

— Возможно, самые настоящие галлюцинации, — сказал Юп, но слова его прозвучали как-то не слишком убедительно. — Может, сюда докатились до нас звуки телевизора оттуда, из-за гор — такой акустический феномен возможен.

— Ну хорошо, так, конечно, можно что угодно объяснить, — пробормотал Пит. — А что, если это старый орган и синий фантом?

— Тогда, значит, это представляет особый интерес для нас, — сказал Юп. — Давай войдём туда.

Он схватился за толстый набалдашник ручки и нажал на неё. С протяжным визгом и скрипом, заставившими застыть кровь в жилах у Пита, дверь открылась. Прежде чем они успели оглянуться и окончательно утратить своё мужество, они вошли, следуя за прямым лучом карманного фонарика, в длинный тёмный холл.

Потом они прошли длинными, полными теней коридорами, из которых на них пахнуло затхлым воздухом, и очутились в просторном, высотой в два этажа, тёмном зале. Юп остановился.

— Вот мы и на месте, — сказал он. — Это зал для гостей. Мы пробудем здесь ровно час и отправимся потом домой.

— Долой… час… костей … — раздался у них в ушах тихий, леденящий душу шёпот.

— Ты слышал? — крикнул Пит. — Фантом говорит, чтобы мы уходили. Сейчас же! А не то не соберём костей! Пойдем, Юп, я не люблю, когда мне говорят такое дважды.

— Подожди! — Его друг схватил его за руку.

— Подожди! — сказал призрачный голос, на сей раз более отчётливо.

— Я так и знал, — заявил с уверенностью Юп. — Всего лишь эхо. Зал ведь очень высокий, к тому же круглый. Куполообразные каменные своды очень хорошо отражают звук. Мистер Террил учёл это при строительстве замка. Он назвал этот зал «говорящим». Отличная идея!

— Где я? — казалось шепнуло эхо Питу в самое ухо.

— Вот это да!

— Беда!

Сердце у Пита сжалось, но Юп был прав. Не трусить же в самом деле перед эхом!

— Я просто пошутил, — сказал Пит с задором. — То, что это всего лишь эхо, я давно заметил. — В подтверждение своих слов он громко захохотал.

Вдруг всё огромное помещение заполнилось жутким хохотом, так что мороз пошёл по коже. «Ха-ха-ха-ха-ха! Хо-хо-хо-хо-хо!» — неслось раскатом от стен. Смех замер напоследок с каким-то нечеловеческим хихиканьем. Пит икнул.

— Кто это был — я? — прошептал он.

— Да, ты, — прошептал ему в ответ Юп. — Но только, пожалуйста, не делай больше так.

— Не волнуйся, — пролепетал Пит. — Никогда в жизни!

— Иди сюда. — Юп потянул его в сторону. — Здесь можно разговаривать. Эхо возникает, только когда стоишь в центре зала. Я всего лишь хотел проверить, не является ли оно источником внушающих страх акустических явлений, о которых рассказывали все предыдущие посетители замка.

— Мог бы и сказать мне об этом, — буркнул Пит.

— «Говорящий» зал много раз упоминался в записях Боба, — сказал Юп. — Ты, видимо, невнимательно читал.

— Зато я запомнил рассказ про семью из Нью-Йорка, которая провела здесь вечер и которую потом никто никогда больше не видел, — сказал Пит.

— Они наверняка уехали назад, в Нью-Йорк, — сказал Юп. — Во всяком случае, похоже, что по меньшей мере лет двадцать здесь не было ни одного человека, пожелавшего провести тут ночь. Наша задача в следующем — установить, что приводило в ужас всех тех людей. Если это был настоящий фантом или привидение — сверхъестественное присутствие бывшего владельца замка Стивена Террила, — то тогда мы сделаем великое научное открытие.

— А что же ещё? — спросил Пит. Он стал обводить круглую стену зала лучом карманного фонарика. Наверх вела винтовая лестница, но у него не возникло желания подняться по ней. Стена была затянута расползшимся шёлком, вдоль неё по кругу тянулся ряд резных деревянных скамей. В отдельных неглубоких нишах и альковах стояли рыцарские доспехи.

На стене висели несколько больших картин. Пит осветил их одну за другой. Очевидно, это были портреты одного и того же человека в различных театральных костюмах. На одном портрете он был изображён английским аристократом, на других — горбуном, цирковым клоуном, одноглазым пиратом.

Пит сделал заключение, что речь идёт о портретах бывшего владельца замка Стивена Террила, изображённого в некоторых его знаменитых ролях немого кино. Но тут его прервал Юп.

— Я подверг контролю свои ощущения, — сказал он. — В настоящий момент я не испытываю никакого страха. Я только немножко возбуждён.

— Я тоже, — согласился с ним Пит. — С тех пор как не слышно дурацкого эха, это просто чьи-то старые жилые стены.

— Естественно, — сказал его друг, погружённый в свои мысли, — проходит какое-то время, прежде чем Замок Ужасов начинает оказывать на посетителей своё негативное воздействие. Сначала они чувствуют смутное беспокойство. Потом оно переходит в невыносимое оцепенение, перерастающее в панический страх.

Пит слушал его вполуха. Он снова направил луч фонарика на портреты на стене. Вдруг он увидел нечто, доставившее ему смутное беспокойство. Сразу вскоре после этого он почувствовал невыносимое оцепенение.

Глаз одноглазого пирата глядел на него с портрета в упор!

Второй, ослепший глаз был закрыт чёрной повязкой. Но зато зрячий смотрел прямо на него, в том никакого сомнения не было. Глаз слегка блестел, был подёрнут влажной плёнкой, и, пока Пит не отрываясь смотрел на него, он увидел, как глаз моргнул.

— Юп! — Он ничего не мог выдавить из себя, кроме хрипа. — Портрет! Он смотрит на нас!

— Какой портрет?

— Вот этот! — Пит направил луч фонарика на пирата. — Я видел, как он смотрел на нас.

— Это просто обман зрения, — сказал Юп. — Когда художник пишет портрет с прямо направленным в одну точку взглядом, тогда кажется, словно он всё время смотрит на тебя — независимо от того, где ты стоишь.

— Да, но глаз не нарисован! — возразил ему Пит. — Это настоящий, живой глаз. Портрет написан, а глаз настоящий!

— Боюсь, что ты заблуждаешься, — сказал Юп. — Это стопроцентно нарисованный глаз. Давай пойдём туда и посмотрим.

Он направился к картине, Пит после некоторого колебания последовал за ним. Теперь они оба направили свет своих фонариков на портрет, и Пит увидел, что Юп опять прав — глаз был нарисован. Он выглядел совсем как настоящий, но блеска человеческого глаза у него не было.

— По-видимому, я ошибся, — согласился Пит. — Но я был убеждён, что видел, как он моргнул… Э-э-э… — Он начал часто дышать, хватая ртом воздух. — Ты ничего не чувствуешь?

— Мне холодно, — смущённо сказал друг. — Мы находимся в так называемой зоне холода. Холодные места очень часто встречаются в домах, где живут привидения.

— Тогда, значит, это одно из них, — сказал Пит Креншоу, лязгая зубами. — Я чувствую ледяную струю воздуха — словно целый полк привидений пролетает мимо. У меня мурашки бегут по коже. Мне страшно! Мне просто очень страшно!

Ещё какое-то мгновение он тихо стоял на одном месте и пытался справиться с дрожащим подбородком. Ледяным холодом веяло на него из пустого места. Потом он увидел, как в воздухе образовались неясные, похожие на вуаль, космы тумана, словно чудовищный призрачный дух решил обратиться в плоть. И тут его смутное беспокойство, обратившееся в оцепенение, тут же переросло в панический страх.

Он повернулся на сто восемьдесят градусов. Всё произошло помимо его воли — его ноги сделали это за него. Они вынесли его прямым ходом из замка и из ворот дальше вниз. Он летел как стрела.

Рядом с ним бежал Юп Джонс. Никогда раньше Пит не видел, чтобы его друг удирал от кого-нибудь с такой скоростью.

Хотя у Пита ноги были длиннее, он едва поспевал за своим другом. Вдруг сердце у него на мгновение замерло! И он услышал шаги — прямо у себя за спиной!

— Тут кто-то есть… — произнёс он на последнем дыхании, — кто-то… бежит за нами… догоняет нас…

Юп покачал головой.

— Только… эхо… от стен замка… — выдохнул он.

В ушах Пита отдавались шаги преследователя — призрачный зловещий звук, совсем не как эхо, — это не были шаги человека. Но вот стены замка остались позади, и шаги вдруг смолкли. Юп, пожалуй, снова оказался прав. Опять эхо — ещё раз.

Охватившее его ощущение страха, который Пит испытал в большом круглом зале Замка Ужасов, определённо было вызвано не эхом. Это он знал. Ни за какие деньги он бы сейчас не остановился.

Они замедлили темп, поскольку огромные скалистые утёсы сузили дорогу до тропочки. Но они всё равно ещё бежали. Сейчас им казалось это единственно правильным.

Потом дорога повернула, и тёмная, сулящая беду громада скрылась из виду. Далеко внизу, в долине, поблескивали огоньки такого близкого большого города. А не дальше чем в ста метрах их ждал автомобиль, и за рулём сидел Мортон, верный шофёр.

Пит с Юпом перешли на размеренную рысцу. Вдруг совсем неожиданно их настиг откуда-то сзади резкий крик. Это был какой-то странный, пронзительный крик, гортанный и хрипящий, словно человека… Нет, Пит не хотел думать о том, почему раздавшийся крик звучал так странно.

Они добежали до дожидавшегося их «роллс-ройса», золотые ручки которого и молдинги блестели в ярком свете звёзд. Дверца широко распахнулась, и Пит рухнул на заднее сиденье, рядом с Бобом. Тот подтянул Пита поближе к себе, за ним протиснулся Юп.

— Мортон! — закричал Юп. — Везите нас домой!

— Слушаюсь, мистер Джонс, — сказал высокий, исполненный достоинства шофёр, и сильный мотор ожил. Лимузин тронулся и, набирая скорость, заскользил по извилистой дороге вниз, в долину.

— Что случилось? — спросил Боб, когда оба друга, тяжело дыша, откинулись на спинку кожаного сиденья. — Кто тут так кричал?

— Не знаю, — сказал Юп.

— И знать не хочу, — выдохнул чистосердечно Пит. — А тот, кто это знает, надеюсь, будет держать при себе.

— А всё же что случилось? — допытывался Боб. — Вы видели синий фантом?

Юп отрицательно покачал головой.

— Мы… Мы ничего не видели. Но это «ничего» нагнало на нас жуткого страху.

— Не совсем так, — поправил его Пит. — Со страхом тогда мы уже справились. Но что-то доконало нас.

— Тогда, значит, в замке действительно черти водятся? — спросил Боб, сгорая от любопытства. — И все те истории никакие не выдумки?

— Я бы так сказал, что этот замок — место сборища всяких нечистых духов, чертей и оборотней со всего света, — заявил Пит. Он уже дышал гораздо свободнее — лимузин всё дальше удалялся от места неприятного происшествия. — Мы туда больше никогда не пойдём, а?

Он повернулся к Юпу, утонувшему в мягкой спинке кожаного сиденья и мявшему нижнюю губу большим и указательным пальцами — верный признак, что он крепко задумался.

— Мы ведь наверняка никогда больше не пойдём туда? — с надеждой в голосе повторил свой вопрос Пит. Но Юп Джонс, казалось, его не слышал. Он смотрел, не произнося ни слова, в окно мчавшегося автомобиля и по-прежнему мял свою губу.

Когда лимузин добрался наконец до фирмы Джонса, Юп поблагодарил Мортона и сказал, что позвонит ему, когда тот понадобится ему для новой поездки.

— Надеюсь, в следующий раз повезёт больше, — сказал шофёр. — Я должен признаться, что высоко ценю данное мне на сей раз поручение. Это очень благотворная смена в моей работе — после всех толстяков банкиров и богатых старых леди, которых я обычно вожу.

Он уехал, а Юп повёл своих друзей во двор фирмы. Дядя Титус и тётя Матильда были в своём маленьком домике рядом со складом. Мальчики могли видеть их через открытое окно, они смотрели телевизор.

— Ещё не поздно, — сказал Юп. — Мы возвратились довольно быстро с нашего выезда на место происшествия, раньше, чем я думал.

— Мне так не кажется, — вставил Пит. Он всё ещё был бледным. У Юпа нос тоже был совершенно белый. Но, крепыш от рождения, он мог быть очень настойчивым и упорным, когда было нужно — особенно если речь шла о том, чтобы не признаться, что он струсил.

Он вдруг сказал:

— Я надеюсь, ты записал этот крик на магнитофон. Тогда мы можем ещё раз послушать и попробовать идентифицировать его.

— Я? Записал этот крик? — произнес Пит в полной растерянности. — Я думал только о том, как убежать, а вовсе не о записи. Ты что, запамятовал?

— Ты получил от меня указания записывать все непривычные звуки и шорохи, — сказал Юп. — Но я признаю, что в данном случае были смягчающие обстоятельства.

Он повел друзей к Туннелю III — это было название самого лёгкого потайного хода в штаб-квартиру: огромная дубовая дверь вместе с рамой, прислонённая к груде гранитных плит, привезённых сюда после сноса дома.

Юп отошёл в сторону и выудил откуда-то из ящика большой ржавый ключ, лежавший неприметно среди прочего хлама. Он отпер дубовую дверь, открыл её, и они проскользнули внутрь.

Они очутились в старом металлическом котле, извлечённом из чрева громадной паровой машины. Слегка согнувшись, они прошли вперёд — на другом конце они прямиком попадали через круглое отверстие непосредственно в штаб-квартиру. Юп щёлкнул выключателем и сел за письменный стол.

— Так, — сказал он, — теперь давайте подетальнее обдумаем, что же произошло. Пит, что было причиной твоего бегства сегодня вечером из Замка Ужасов?

— Не было никаких явных причин, — заявил Пит. — Я убежал, потому что мне того хотелось.

— Я сформулирую вопрос по-другому. Что явилось причиной того, что тебе захотелось убежать?

— Как сказать, — произнёс Пит, — я в «говорящем» зале сразу почувствовал себя словно не в своей тарелке. Испытал, что называется, смутное беспокойство. Чуть позже мне стало невыносимо муторно на душе, нашло щемящее оцепенение. И вдруг неожиданно, сразу, это было уже не оцепенение, а жуткий страх. И тогда мне хотелось только убежать.

— Гм. — Юп помял губу. — Тогда, значит, ты испытал то же самое, что и я. Сначала смутное беспокойство, потом невыносимое оцепенение и подавленность и наконец панический страх. Но что же всё-таки, собственно, произошло? Мы несколько раз слышали эхо… Мы почувствовали холодную струю воздуха…

— Ледяную струю! — поправил его Пит. — И вспомни ещё портрет, который смотрел на меня в упор настоящим глазом!

— Возможно, это лишь твоё воображение, — сказал Юп. — В принципе мы ничего не видели и не слышали, что могло нас напугать. Но страх мы испытали. Вопрос только в одном: почему?

— Как это почему? — спросил Пит. — Каждый старый, заброшенный дом наводит страх, а этот замок такой жуткий, что даже и самим привидениям в нём, наверное, тоже страшно!

— Это, конечно, убедительное объяснение, — согласился Юп. — Нам надо ещё раз туда сходить и…

И тут зазвонил телефон.

Они молча уставились на аппарат. До сих пор телефон ещё никогда не звонил. Юп подключил его к телефонной сети всего лишь несколько дней назад, тогда, когда они окончательно решили открыть сыскное бюро. Плату за телефон они собирались вносить из тех денег, что зарабатывали у мистера Джонса на починке старых вещей. Телефон был зарегистрирован на имя Юпа, но в телефонной книге его фамилии ещё, естественно, не могло быть. До сих пор так никто и не знал, что у них есть телефон. Однако он звонил! И его дребезжащий трезвон всё не прекращался! Пит икнул.

— Ну, снимай трубку, — сказал он.

— Я уже и так снял. — Юп держал трубку в руке. — Алло? — сказал он. — Алло?

Он поднёс трубку вплотную к микрофону с усилителем, который смонтировал сам из автомобильного радиоприёмника. Благодаря этому устройству и остальные могли слышать, что говорилось на другом конце провода. Но сейчас вообще ничего не было слышно, кроме странного сипения, доносившегося, казалось, с довольно дальнего расстояния.

— Алло! — сказал Юп ещё раз. Но ответа так и не последовало. Подождав, Юп положил трубку.

— Возможно, кто-то ошибся номером, — решил он. — Так вот что я хотел сказать…

Телефон зазвонил опять.

Они все посмотрели на него. Юп схватил трубку, но это уже выглядело так, словно кто-то с силой удерживал его руку.

— Да? Алло? — сказал он.

Они опять услышали странное, невнятное, как бы призрачное сипение, доносившееся откуда-то издалека. Но потом вдруг раздался судорожный, хрипящий голос — звук у него был такой, словно говоривший долгие годы не пользовался им и пытался теперь, прилагая огромные усилия, выдавить из себя слова.

— Не… — прохрипел голос. Потом, словно это стоило ему большого труда и невообразимого напряжения, последовало следующее слово, — …появляйтесь… — прозвучало в трубке. — Не… появляйтесь…

Голос задохнулся, говорящему не хватило дыхания, и опять только слышалось сиплое, зловещее шипение.

— Не появляться… Но где? — спросил Юп в телефонную трубку.

Ответа не последовало. Но сипение всё продолжалось. Юп положил трубку. Какое-то время никто не произносил ни слова. Потом Пит встал.

— Мне пора домой, — сказал он. — Я только что вспомнил, что мне надо ещё кое-что сделать.

— Мне тоже. — Боб вскочил. — Я с тобой.

— Тёте Матильде, наверное, ещё нужно что-нибудь купить, — сказал Юп и тоже поднялся. Они почти наступали друг другу на пятки, так каждый из них торопился удрать из штаб-квартиры.

Голос в телефонной трубке не договорил до конца. Но им не составило труда догадаться, что он хотел им сказать: «Не появляйтесь в Замке Ужасов!»

— Перед нами проблема, — сказал Юп на следующий день, когда они встретились после обеда. Он с Питом сидели в штаб-квартире (Боб работал в библиотеке), и Юп разглядывал, наморщив лоб, лист бумаги.

— Даже скорее две проблемы, — добавил к сказанному Первый Сыщик.

— Я тебе скажу, как мы можем решить все наши проблемы, — ответил ему Пит. — Сними трубку, позвони мистеру Хичкоку и скажи ему, что мы ещё раз всё хорошенько обдумали насчет дома с привидениями. Скажи ему, что мы теперь сразу покрываемся гусиной кожей, как только видим этот замок хотя бы издали. Скажи ему, что ноги у нас трясутся, как пудинг, и сами по себе пускаются наутёк.

Юп даже не вникал в то, что говорил Пит.

— Нашей первой проблемой будет, — уточнил он, — выяснить, кто нам вчера звонил.

— Не кто, — возвысил голос Пит, — а что… Был ли то фантом, привидение или оборотень — или просто дух мертвеца?

— Духи умерших, — сказал его друг, — не имеют обыкновения разговаривать по телефону. И то же самое относится к привидениям, фантомам и оборотням.

— Это так раньше было. Почему бы им не шагать в ногу со временем и не быть такими же современными, как и мы? Голос, звонивший вчера вечером, по моим понятиям, не имел ничего общего с человеческим.

Юп сдвинул к переносице брови. На его лице отразилась растерянность.

— Тут я должен с тобой согласиться, — сказал он. — Вся проблема усложняется ещё и тем, что, кроме нас троих и Мортона, никто ничего не знал о нашем визите в Замок Ужасов — ни одна человеческая душа.

— А как обстоит дело с душами, которые не являются человеческими? — полюбопытствовал Пит.

— Если в Замке Ужасов действительно водится нечистая сила, — сказал Юп, — тогда нам придётся это доказать. И этим мы можем прославиться. Нам нужно побольше узнать про Стивена Террила. Если он наложил проклятье на свой дом, тогда можно предположить, что и его собственный дух витает там в замке.

— Вот это уже звучит правдоподобнее и похоже на дело, — согласился Пит.

— Поэтому нашим первым действием будет найти кого-нибудь, кто знал Стивена Террила в период его работы в немом кино и кто нам сможет побольше о нём рассказать.

— Но это же как давно было! — усомнился Пит. — Кого мы можем найти?

— Это нам кажется, что было очень давно, потому что мы сами ещё очень юные. В Голливуде ещё должно быть много людей, которые знали мистера Террила.

— Ну да, конечно. А ты кого-нибудь из них знаешь?

— Нашим первым уловом, — сказал Юп, — должен стать менеджер мистера Террила, человек по имени Шептало.

— Шептало? — воскликнул удивлённо Пит. — Что за странная такая фамилия?

— Это прозвище. На самом деле его звали Джонатан Рекс. Вот его фото.

Первый Сыщик протянул ему через стол копию газетной вырезки с фотографией. Боб Андрюс сделал её в архиве библиотеки. На фотографии был виден человек высокого роста, без единого волоска на голове и с уродливым шрамом на шее. Он здоровался там с шатеном пониже его ростом, очень симпатичным джентльменом, который сдержанно улыбался. У более крупного мужчины были узкие глаза восточного типа, глядевшие дико и свирепо.

— Опля! — воскликнул Пит. — Так вот значит, как выглядел Стивен Террил. Да на него достаточно посмотреть, чтобы умереть со страху. При виде этого шрама и его свирепого взгляда кровь стынет в жилах.

— Ты ошибаешься. Мистер Террил — тот, что поменьше — человек, который выглядит так приветливо и безобидно.

— Вот этот? — удивился Пит. — И это он играл всех тех чудовищ и монстров? Вот этот милый человек?

— У него было обыкновенное лицо, но он мог исказить его в любой, даже самой немыслимой чудовищной гримасе, — пояснил Юп. — Но если ты не прочитал той истории, которая называется…

— Я прочитал только все рассказы очевидцев про привидения, — сознался Пит.

— Ну всё равно, там было написано, что Стивен Террил, если он не стоял перед кинокамерой, испытывал из-за того, что он шепелявил, такое смущение, что почти ни с кем никогда не разговаривал. Поэтому он нанял Шептало на роль менеджера для решения необходимых деловых вопросов. Шептало без труда вынуждал любого партнёра по переговорам уступать ему.

— Ну, ясно, — сказал Пит. — У этого типа такой вид, что он тут же вытащит нож, как только кто-нибудь скажет ему «нет».

— Если мы его отыщем, он определённо расскажет нам всё, что нам нужно знать.

— Наверняка — если… А у тебя уже есть идея?

— Телефонная книга. Возможно, он всё ещё живёт где-то здесь поблизости, в наших краях, а все абоненты собраны в одной книге.

Пит тут же отыскал его.

— Вот он! — воскликнул он. — Джонатан Рекс. Будем ему звонить?

— Я думаю, будет лучше, если мы не станем предупреждать его заранее. Надо просто вызвать машину и поехать.

— Это было гениально с твоей стороны — выиграть по конкурсу автомобиль, — сказал Пит, пока Юп звонил. — Я даже не могу себе представить, что мы будем делать, когда пройдут эти тридцать дней.

— На этот счёт у меня есть свои планы, — сказал Юп. — Но об этом позже. Давай лучше пойдём скажем тёте Матильде, что мы ужинать не будем.

Миссис Джонс высказала готовность оставить для них двоих что-нибудь на потом. Но когда к воротам подъехал Мортон на своей сверкающей машине, она только покачала головой.

— Бог мой, — сказала она. — От тебя никогда не знаешь, чего ждать, Юп. Вот теперь ты разъезжаешь в лимузине, сделанном для арабского шаха. Чего доброго, мы ещё доживём до того, когда на тебя нападёт мания величия.

Каким образом будет проявляться эта мания, она предпочла умолчать. Юпа не испугало такое прорицание — он только поудобнее расположился на заднем сиденье.

Мортону пришлось просмотреть несколько карт, прежде чем он нашёл место, указанное в телефонной книге как адрес Джонатана Рекса. Дорога туда была довольно дальней — место это находилось по ту сторону цепи гор. Пока они поднимались к перевалу, Юпа посетило несколько умных мыслей.

— Мортон, — сказал он. — Мне кажется, что по пути туда мы проедем мимо того места, где дорога ответвляется на Чёрный каньон?

— Совершенно верно, — ответил шофёр. — Это почти перед самым перевалом.

— Тогда мы на минутку заедем в ущелье. Мне надо там кое-что посмотреть.

Через несколько минут они достигли входа в узкое ущелье, где были накануне и откуда так поспешно удрали. Днём оно выглядело несколько приветливее — правда, самую малость. Когда Мортон доехал до того места, где трухлявые планки и груда камней преграждали путь, он удивлённо вскрикнул.

— Смотрите! — сказал он. — Следы шин — поверх наших собственных, оставленных вечером! Я решил вчера ничего не говорить господам, но у меня было такое впечатление, что нас преследовали.

— Преследовали? — Пит с Юпом уставились друг на друга.

— Ещё один орешек, — сказал Юп. — Но с этим можно подождать. А сейчас я хотел бы походить и осмотреть окрестности замка.

— Здорово! — сказал Второй Сыщик. — Если мы не будем в него заходить, я согласен.

На сей раз, среди бела дня, им не понадобилось так много времени для того, чтобы вскарабкаться по узкой крутой каменистой тропке. Вскоре показался замок.

— И мы там были ночью! — удивился Пит. — С ума сойти!

Юп шёл впереди, обходя замок кругом; он осмотрел даже противоположную главному входу сторону и крутой обрыв за ней.

— Нас интересует любое указание на то, что здесь устроил себе прибежище живой человек, — сказал он. — Если это так, мы обязательно должны что-нибудь найти — след ноги человека на земле… окурок от сигареты…

Однако даже долгие и тщательные поиски не принесли никакого результата. Наконец они остановились ненадолго у одной из стен замка.

— Итак, одно мы уже знаем абсолютно точно: люди сюда не приходят, — сказал Юп с явным удовлетворением. — И если в замке живут, то только духи. А это мы должны выяснить.

— Я готов в это поверить сейчас — без всяких доказательств.

И в тот же момент раздались что ни на есть настоящие человеческие крики. Оцепенев от ужаса, они уставились на главный вход в замок. Две фигуры, издавая громкие крики ужаса, выскочили из ворот и как безумные понеслись по тропинке в ущелье к шоссе. Один из них споткнулся и упал. Что-то блестящее выпало у него из рук и осталось лежать на земле. Он даже не подумал о потере, а вскочил на ноги и помчался вслед за своим спутником.

— Ну, это уж точно не духи, — сказал Пит, когда пришёл в себя от изумления. — Однако можно предположить, что именно его-то они и встретили.

— Давай скорее! — Юп побежал удивительно быстро вниз по дорожке. — Нам надо выяснить, кто эти двое.

Пит бежал за ним. Двое беглецов уже скрылись из виду. Юп добежал как раз до того места, где один из них упал, и поднял дорогой карманный фонарик с выгравированными на нём инициалами. Монограмма состояла из двух букв: «С. Н.».

— Эс… Эн… — произнес в задумчивости Юп. — Тебе ничего не приходит в голову?

— Скинни Норрис! — выпалил Пит. — Скинни! Но это же невозможно. Как он мог сюда попасть?

— Вспомни, что нам рассказал Боб — как Скинни крутился в библиотеке возле него и как исчезла визитная карточка. И Мортону вчера почудилось, что нас преследовали! Это очень похоже на Скинни — шпионить за нами и попробовать или испортить нам всю обедню, или расстроить наше дело.

— Верно, — согласился, подумав, Пит. — Скинни всё сделает для того, чтобы устроить пакость. Но если он на самом деле побывал в замке со своим дружком, то быстро же он оттуда убрался! — Он подавил улыбку, потому что Юп не смеялся, когда убирал карманный фонарик.

— Мы бежали не намного медленнее, чем он, — напомнил он своему другу. — Разница только в том, что мы предпримем вторую попытку, в то время как Скинни этого — гарантированно! — вполне достаточно. Знаешь что? Я прямо сейчас пойду туда ещё разок и осмотрю всё хорошенько при дневном свете!

Прежде чем Пит успел запротестовать, громкий треск высоко над ними заставил их взглянуть наверх.

Огромный обломок скалы с грохотом нёсся по отвесной стене прямо на них!

Пит хотел рвануться, но Юп крепко держал его.

— Стой на месте! — сказал он. — Он пролетит мимо и не заденет нас.

Юп оказался прав. Обломок упал примерно в десяти метрах от них и ударился с такой силой, что проломил асфальтовое покрытие и скатился ещё дальше вниз, по ту сторону дороги.

— Если бы он угодил в нас, — сказал Пит, — тогда в замке с сегодняшней ночи было бы на два духа больше!

— Смотри-ка! — Юп схватил его за руку. — Там, наверху, кто-то прячется в кустах. Готов спорить, что Скинни Норрис вскарабкался туда и сбросил на нас эту глыбу.

— Если это был он, — гневно сказал Пит, — то мы научим его, как себя вести. Вперёд, Юп, давай покажем ему!

Оба начали карабкаться наверх по нехожему каменистому склону, заросшему густым кустарником и засыпанному мелкими камнями. Наверху горы они увидели убегающую фигуру. Они обогнули выступ скалы с острыми рваными краями и остановились, чтобы перевести дыхание. Прямо перед ними в скале была узкая расщелина, уходившая вниз в глубь горы, к бездонной пропасти. Давным-давно мощное землетрясение сотрясало здесь горы и швыряло их друг против друга.

Осматривая щель в скале, они обратили внимание, что над их головами раздаётся какой-то сильный шаркающий звук. Сверху на них медленно двигалась лавина крупных камней и мелкой россыпи.

Пит оцепенел. А Юп не растерялся и сразу стал действовать. Он схватил друга за руку и рванул его, втаскивая за собой в расщелину в скале, они втиснулись туда насколько было возможно, потому что расщелина была очень узкой. В следующий же миг мимо них пронеслись с грохотом обвалившиеся массы горных пород и земли. Несколько камней отскочило и влетело внутрь. Остальные образовали груду перед расщелиной, завалив вход в неё и прочно замуровав обоих мальчиков в скале. Остальные обломки, что покрупнее, с грохотом упали на дорогу.

Когда оглушительный рёв лавины умолк, мальчики остались стоять в кромешной тьме. Воздух внутри расщелины пропитался сухой пылью.

— Юп, — сказал Пит, кашляя, — нам отсюда не выбраться. Мы попали в западню! И мы здесь задохнёмся.

— Дыши через носовой платок, пока пыль не осядет, — посоветовал Юп. Он ощупью нашёл в темноте своего друга и положил ему руку на плечо. — Не беспокойся, не задохнёмся. Пещера уходит глубоко в гору, и воздуха здесь нам всегда хватит. У нас даже есть карманный фонарик благодаря Скинни Норрису.

— И благодаря Скинни Норрису мы сидим тут! — воскликнул взбешённый Пит. — Если я его поймаю, я ему башку сверну!

— К сожалению, мы не сможем доказать, что именно он спустил на нас лавину, — сказал Юп.

При его последних словах вспыхнул луч карманного фонарика и выхватил из темноты широкий световой конус. Юп медленно водил лучом по стенам пещеры. Они находились в своеобразном гроте, примерно около двух метров высотой и в полтора метра шириной. Грот уходил далеко вглубь, заметно сужаясь, пройти туда было невозможно, хотя, казалось, ему нет конца.

Там, где был вход в грот, лежал теперь заклинивший его огромный обломок скалы. На него нагромоздились или нападали рядом кучей другие камни, а земля заполнила все пустоты между ними.

— Наша связь с внешним миром, — констатировал Юп, — полностью отрезана.

— Ты даже сейчас не можешь выражаться по-человечески, — посетовал Пит. — Почему бы не сказать просто: нам отсюда не выйти. Мы засели намертво.

— Я не берусь утверждать, что нам отсюда не выйти, поскольку это ещё не доказано, — ответил Юп. — Лучше помоги-ка мне! Давай упрёмся в камни… Если нам удастся отвалить их…

Но из этого ничего не вышло. Они вдвоём навалились всей тяжестью на заслон из засыпавших их камней, но тщетно. Тяжело дыша, они оба замерли, чтобы передохнуть.

— Мортон, возможно, пойдёт нас искать, — сказал Пит подавленным голосом, — но не сможет нас найти. Тогда он поднимет на ноги полицию и скаутов, и те тоже будут нас искать. Но ни один человек не услышит, как мы тут кричим, заваленные камнями, и, пока они нас найдут, пройдёт не меньше недели. И тогда — а что ты там делаешь, Юп? — прервал он свои собственные рассуждения.

Юп Джонс стоял на коленях и напряжённо вглядывался в глубь грота, светя туда карманным фонариком.

— Там зола от костра, её засыпала пыль, — сказал он. — По-видимому, когда-то какой-то путник нашёл здесь в гроте приют для себя.

Он вытянул руку, смёл пыль в одном месте и поднял с земли палку толщиной с руку и больше метра длиной. Один конец её был заострён, но остриё обуглилось и сломалось.

— А вот, — сказал он, — шест, на котором он, скорее всего, жарил себе что-то над огнём. Он нам очень пригодится.

Пит с сожалением поглядел на палку. Та, вероятно, долго пролежала здесь и была старой и трухлявой.

— Этой штуковиной мы не сдвинем с места ни одного камня, — сказал он, — если ты это имеешь в виду.

— Нет, я вовсе не о том, — заверил его Юп.

Если у Юпа рождался план, он его держал сначала при себе. Так что Пит не стал задавать никаких вопросов, когда тот отцепил от пояса свой перочинный нож с восьмью лезвиями. Он открыл самое большое из них и занялся обугленным концом.

Когда он заново заострил его, он подошёл к завалу из камней и мусора, закрывавшему им выход на свободу. Юп тщательно осветил фонариком всю поверхность завала со стороны грота, внимательно осмотрел одно место почти в самом углу пещерной стены и просунул остриё палки в земляную осыпь. Палка тут же уперлась в препятствие. Он вытащил палку и попробовал то же самое в двух сантиметрах рядом.

Юп осторожно протыкал и просверливал завал палкой, пока её конец не натолкнулся на пустоту между камнями, что были поменьше. Палка вдруг без труда прошла далеко вперёд. Юп вытащил её назад. Из дырочки посыпалась земля. И оба мальчика тут же увидели маленький просвет, через который пробивался солнечный луч.

Юп пробовал проткнуть все новые и новые дыры. Но острый конец везде наталкивался на сопротивление, однако Юп не отступал от задуманного. Вскоре он столько наковырял земли в разных местах, что на самом верху завала высвободился из-под неё небольшой камень размером примерно с футбольный мяч.

— Так, — сказал с удовлетворением Юп, — теперь надави-ка вот здесь внизу камень, Пит, постарайся, пожалуйста, не вытолкнуть его вперёд, а сдвинуть чуть вправо. Похоже, мой план срабатывает.

Пит встал на один из валявшихся в гроте обломков, нашёл равновесие и надавил, как ему велел Юп. Сначала камень не поддавался. Потом вдруг закачался и вывалился. Он покатился с отвесной скалы по ту сторону завала, увлекая за собой дюжину других камней. В верхней части зияла почти метровая дыра.

— Юп, ты просто гений! — закричал Пит.

— Прекрати! — Юпа слегка передёрнуло. — Пожалуйста, не называй меня так. Я просто стараюсь путём постоянных упражнений развивать свои природные умственные способности.

— Ну да, конечно, — согласился Пит. — Но ты нас спас — так, во всяком случае, будет, как только мы вылезем через эту дыру.

Очутившись наконец на свободе, они отряхнули с себя пыль. И тут Пит ужаснулся.

— Боже праведный, на кого мы похожи! — запричитал он. — Видик у нас как у доходяг.

— На ближайшей бензоколонке мы немножко помоемся и почистимся, — решительно сказал Юп. — И поедем дальше, к мистеру Рексу.

— Так, значит, мы всё ещё направляемся к мистеру Рексу? — спросил Пит. А Юп уже шёл впереди по теперь ещё больше усыпанному камнями склону горы к дороге, к тому месту, где их ждал Мортон.

— Да, — ответил Первый Сыщик. — Сейчас уже поздно, чтобы обследовать замок при свете. Но у нас ещё как раз есть время для визита к мистеру Рексу.

Когда они оба вышли на дорогу, Мортон приветствовал их радостными возгласами. Он, по-видимому, всё время ходил возле машины.

— Слава Богу! — сказал он облегчённо. — Я уже начал беспокоиться. С джентльменами что-то приключилось? — спросил он, глядя на их руки, лица и одежду.

— Не стоит об этом говорить, — произнёс Юп. — Скажите, не видели ли вы примерно полчаса назад двух мальчишек, бежавших со стороны Чёрного каньона?

— Это было значительно раньше, чем полчаса назад, — сказал Мортон, пока они садились в машину. — Двое мальчиков промчались тут мимо нас. Увидев меня, они свернули с дороги и бросились в кусты. Вероятно, они поставили там, спрятав от глаз, автомобиль, потому что вскоре после того мимо промчалась голубая спортивная машина.

Пит с Юпом переглянулись и кивнули головами. У Скинни Норриса была именно такая машина.

— А потом, — продолжал рассказывать Мортон, — я услышал обвал в горах. И когда вы всё не появлялись и не появлялись, я начал беспокоиться, не случилось ли чего. У меня строгие предписания от фирмы — ни на минуту не оставлять машину без присмотра, но если бы вы сейчас не пришли, я бы отправился вас искать.

— Вы услышали грохот камней уже после того, как те двое уехали? — спросил Юп.

— Да, бесспорно так, — ответил Мортон. — Куда прикажете ехать, господа?

— Верхняя долина, 915, — механически сказал Юп. Пит знал, что его тревожит. Если Скинни Норрис и его спутник уехали ещё до того, как случился обвал, тогда кто же привёл лавину в движение и замуровал их в гроте?

Пит сбоку посмотрел на своего друга. Юп мял нижнюю губу, сосредоточившись на своих мыслях.

— Теперь понятно, откуда взялся след машины, — сказал он наконец. — От машины Скинни Норриса. Но кого же мы тогда видели на горе, раз Скинни и его друг удрали?

— Может, какого-то бандита с большой дороги? — сказал Пит. — Во всяком случае, это был не призрак и не фантом, не дух и не привидение.

— Нет. Это определённо было человеческое существо, — согласился Юп. — Мортон, когда мы подъедем к бензоколонке, давайте остановимся, нам надо помыться.

Почистившись и умывшись, они поехали дальше. Дорога вилась серпантином. Они поднялись на перевал и стали спускаться оттуда в широкую долину. Они повернули направо и примерно через два километра добрались до начала дороги в Верхнюю долину. Сначала это было широкое и вполне приличное шоссе с респектабельными виллами по сторонам. Но потом оно стало забирать вверх, к гребню горы, который они недавно пересекли с другой стороны, и становилось всё уже и извилистее. Местами скалистая стена стояла почти вертикально к дороге. То тут, то там ещё встречались прилепившиеся к скале на крошечном клочке земли маленькие летние коттеджи или маячила у самой дороги чья-нибудь развалюха.

Шоссе карабкалось всё выше и выше, становясь всё уже, пока наконец не упёрлось в скалу и не закончилось маленькой площадкой, на которой можно было лишь развернуться.

Мортон остановил машину, на лице у него было написано величайшее удивление.

— Дальше дороги нет, — сказал он. — Но я не вижу здесь никакого человеческого жилья.

— Вон почтовый ящик! — крикнул Пит. — На нём стоит: Рекс, 915. Значит, где-то здесь должен быть и дом.

Они с Юпом вышли из машины. Столбик с почтовым ящиком стоял, покосившись, у уродливого кривого куста. За ним начиналась вырубленная в скале лесенка, ступеньки вели сквозь кустарник и молодые деревца ещё дальше наверх, в гору. Они стали подниматься, и через несколько минут машина осталась далеко внизу.

Потом они обогнули мощный куст и увидели старомодный загородный домик с красной черепицей, прижавшийся к склону горы. Рядом с домом, вплотную к скале, находились вольеры, а в них летали и перепархивали с жердочки на жердочку сотни маленьких попугаев, непрестанно издавая громкие резкие крики. Мальчики остановились, чтобы посмотреть на ярких пёстрых птиц в огромных клетках. И тут они услышали шаги позади.

Они обернулись и в ужасе уставились на человека, который шёл к ним по дорожке. Он был огромного роста и совершенно лысый. Глаза его скрывались за тёмными очками, а бледный шрам тянулся через всё горло от уха до ключицы:

— Стоять! Не двигаться с места! Вы слышите?

Они оба застыли, оцепенело глядя на то, как он приближается к ним. В левой руке он держал длинный нож для разрезания книг — острый клинок так и сверкал на солнце.

Большой человек со шрамом на шее быстро приближался к ним.

— Стоять на месте! — пригрозил он им громким шёпотом. — Не двигаться, если вам жизнь дорога!

Питу его угроза и команды казались излишними. Он и так стоял как громом поражённый. Потом в воздухе просвистел нож, пролетев между ним и Юпом.

Прямо за их спинами он воткнулся в землю, а у лысого страшилища вырвался возглас разочарования.

— Промахнулся! — сказал он, сняв тёмные очки и посмотрев на Сыщиков приветливыми голубыми глазами. Теперь человек со шрамом не казался им страшным.

— Там, позади вас, ползла змея в траве, — сказал он. — Я не знаю, была ли то гремучая змея или нет, но, во всяком случае, здесь такие водятся. Я хотел убить её, но, выходит, плохо прицелился.

Он вытащил красно-белый носовой платок и вытер со лба пот.

— Я обрезал сухой кустарник, — сказал он. — Этот сухостой очень опасен, может возникнуть пожар. Но при такой жаре это чистое мучение. Не хотите выпить со мной лимонада?

Его хриплое сипение казалось теперь мальчикам совсем нормальным. Они объясняли его последствиями ранения, от которого на горле у мистера Рекса остался такой длинный шрам.

Джонатан Рекс прошёл вперёд в дом. В комнате с окном во всю стену стояли плетёные кресла и стол. В большом кувшине с лимонадом плавали кубики льда. За огромным окном видны были клетки с птицами.

— Я развожу попугаев. Весьма доходное дело, — сообщил мистер Рекс, наливая в стакан холодный напиток. Потом он извинился и вышел на несколько минут в соседнюю комнату.

Юп задумчиво потягивал свой лимонад.

— Какого ты мнения о мистере Рексе? — спросил он.

— Ну, он мне кажется весьма милым человеком, — ответил Пит. — То есть если, конечно, привыкнуть к его голосу.

— Да, он весьма любезен. Но я задаю себе вопрос: почему он сказал, что работал в кустах? Его запястья и руки до локтя совершенно чистые. Если бы он действительно обрезал сухие ветки, на нём было бы полно кусочков коры и маленьких сухих веточек.

— Ну а зачем ему такое выдумывать специально для нас? Он ведь нас вообще не знает.

Юп задумчиво покачал головой.

— Понятия не имею. Но если он действительно уже какое-то время работал ножом — откуда тогда взялся здесь кувшин с лимонадом и нерастаявшими кубиками льда?

— Вот это да! Ты абсолютно прав! — воскликнул Пит. — Но на это наверняка есть какое-нибудь объяснение. Может, он сам любит пить лимонад.

— Объяснение всему можно найти, весь вопрос только в том, правильное оно или нет.

Юп умолк, потому что в комнату опять вошёл Джонатан Рекс. На нём была спортивная рубашка с широким воротом, а вокруг шеи повязан платок.

— Некоторым людям неприятно смотреть на мой шрам, — прошептал он. — Поэтому я стараюсь скрыть его, когда кто-то приходит. Это след небольшой царапины, я её заработал много лет назад на Малайских островах. Ну, а теперь скажите мне, что привело вас именно сюда?

Юп вытащил визитную карточку. Мистер Рекс внимательно изучил её.

— Три Сыщика, ага, — сказал он. — И чем вы занимаетесь?

Пока Юп объяснял ему, что они хотят задать ему несколько вопросов о Стивене Терриле, Рекс взял свои солнечные очки, которые положил раньше на стол.

— Мои глаза настолько чувствительны к свету, — прошептал он. — Лучше всего я вижу ночью… Так что же вы хотите узнать про моего старого друга Стивена Террила?

— Нас интересует, — сказал Юп, — можно ли ожидать от мистера Террила, что он появляется по ночам злобным и мстительным духом в своём замке, где он жил прежде, чтобы распугивать людей?

Проницательный взгляд из-под тёмных очков, казалось, внимательно изучал Юпа и Пита.

— Хороший вопрос, — сказал человек со шрамом. — Я бы так на него ответил: мой друг Стивен был, несмотря на свои роли в кино — всех этих фантомов и страшилищ, пиратов и уродов, — очень скромный и приветливый человек. Поэтому ему и был нужен такой менеджер, как я. Ему самому было не под силу вести жёсткие деловые переговоры. Вот, посмотрите сюда.

Он взял в руки большую фотографию в рамке, которая стояла сзади него на столе. Мальчики посмотрели на неё. Там были запечатлены двое мужчин в дверях, пожимавшие друг другу руки. Один из них был Шептало. Другой — не так высок ростом и выглядел моложе. Очевидно, фотография была оригиналом, копию которого они видели в записях Боба.

На фотографии стояло посвящение: «Моему доброму другу Джонатану Рексу от Стивена».

— Вот видите, — сказал мистер Рекс, — почему мне приходилось заниматься деловой стороной его жизни. Я легко управлялся с разными людьми — никому не позволял разговаривать со мной нагло. А Стивен мог полностью отдаваться своей работе над ролью. Он очень серьёзно к этому относился. Ему нравилось нагонять страх и ужас на публику. То, что его не подходящий для его образов голос вызвал в последнем снятом с ним фильме смех и принёс ему успех как комику, разбило ему сердце. Одного он не мог выносить: чтобы над ним смеялись. Вот это вы должны понять.

— Конечно, — сказал Юп. — Могу себе представить, каково ему было. Я тоже ненавижу, когда надо мной смеются.

— Вот видишь, — зашептал мистер Рекс. — Когда фильм вышел на экраны, Стивен неделями не выходил из дому. Он даже уволил всю прислугу. Мне пришлось взять на себя все заботы о нём. Поступали всё новые и новые сообщения, что стены кинотеатров дрожат от взрывов хохота, когда показывают фильм. Я пытался уговорить его забыть об этом, но он никак не мог с собою справиться. Наконец он поручил мне скупить все копии его старых фильмов. Он хотел, чтобы никто никогда их больше не увидел. Я разыскал их все до одной, истратив кучу денег, и принёс их ему. Мне пришлось сказать ему, что банк, который дал ему ссуду на строительство замка, хочет забрать замок себе, гарантируя сохранность своих денег. Стивен был тогда молод и думал, что будет сниматься ещё во многих фильмах, поэтому у него почти не было никаких сбережений. Мы стояли тогда в кинозале. Он дико посмотрел на меня. «Никогда им не удастся выжить меня отсюда, — сказал он. — Что бы ни произошло с моим телом — мой дух никогда не покинет этих стен!»

Человек с шепчущим голосом умолк. Тёмные, зеркальной полировки стёкла солнечных очков казались глазами некоего странного существа.

Пита передёрнуло.

— Вот это да! — сказал он. — Звучит так, словно он собрался примкнуть к компании призраков и привидений.

— Да, пожалуй, так, — согласился с ним Юп. — Но вы вот тут сказали, мистер Рекс, что мистер Террил был очень любезным и приветливым человеком. Такой человек вряд ли смог бы превратиться в злого духа, бессмысленно нагоняющего смертельный ужас на каждого посетителя замка.

— Совершенно справедливо, мой мальчик, — сказал человек со шрамом. — Но, знаешь, неведомая сила, вызывающая у всех такой страх, возможно, вовсе и не дух старого друга. Она может исходить и от других, гораздо более злобных и дурных духов. Я предполагаю, что именно сейчас они как раз там бродят.

— Другие… — Пит с трудом проглотил слюну, — более злобные и дурные духи?

— Да. Существуют две возможности, — сказал Рекс. — Вам ведь наверняка известно, что машину Стивена Террила нашли у подножия скалистого мыса?

Они кивнули.

— И вы, конечно, слышали про записку, которую он оставил в замке — с вечным проклятием этого места?

Они опять кивнули, не отрывая пристального взгляда от мистера Рекса.

— Полиция, — продолжал тот, — была убеждена, что мой друг намеренно ехал по самому краю скалы, да я и сам думаю точно так же. Во всяком случае, после того последнего разговора, о котором я вам только что рассказал, я никогда больше не видел Стивена. Он отослал меня тогда и взял обещание, что я никогда больше не переступлю порога его дома. Какие мысли завладели им напоследок, когда он писал эту записку? Задачей своей жизни он считал стращать людей. А они теперь смеялись над ним. Может, он решил, что сможет после своей смерти опять наводить ужас на людей? Хотя бы ради того, чтобы доказать, что нельзя смеяться над ним безнаказанно.

— Вы говорили о двух возможностях, — напомнил Юп лысому человеку, который задумчиво молчал. — И вы что-то говорили о других, более злобных и дурных духах.

— Да, правильно. Когда Стивен строил замок, он распорядился свезти сюда строительный материал со всего света, после сноса всех тех домов, в которых якобы жили привидения. Из Японии он получил балки от одного древнего храма, тайно посещаемого призраками — в нём погибла во время землетрясения одна знатная семья. Другой строительный тёс он купил в Англии, это был пришедший в запустение заброшенный господский особняк, в нём повесилась красивая молодая девушка, чтобы не выходить замуж за человека, которого определил ей в мужья отец. А потом Стивен ещё выписал камин с Рейна, из одного замка, где, по преданию, блуждал дух обезумевшего музыканта. Предание гласило, что музыкант угодил из-за своей игры в немилость к владельцу замка и тот долгие годы держал его взаперти в темнице. После смерти музыканта из танцевального зала замка часто слышались звуки той мелодии, из-за которой он угодил в подземелье.

— О Боже! — воскликнул Пит. — Если все эти типы бродят сейчас призраками по замку, то меня нисколько не удивляет, что пребывание в нём вряд ли кому-нибудь доставит удовольствие.

— Может, они действительно там, а может, и нет, — прошептал Джонатан Рекс. — Я знаю только, что даже бродяги, бандиты и воры обходят далеко стороной Замок Ужасов. Раз в месяц я езжу через перевал и иду по тропинке пешком в замок, чтобы посмотреть, в каком состоянии находится мемориальный памятник моего друга. И за все эти годы я нигде ни разу не увидел поблизости следов этих сорванцов.

Юп кивнул. Это отвечало его и Пита наблюдениям. И он не видел также тут связи и причины для упоминания, что кто-то — кто бы то ни был — спустил на них с гор лавину и завалил их камнями в гроте.

— А как следует относиться к газетным сообщениям, в которых упоминается странно звучащая музыка, издаваемая органом мистера Стивена, а также к тем, где речь идёт о синем фантоме? — спросил он.

— Этого я не знаю. Я никогда не видел синего фантома. Я только знаю, что Стивен незадолго до своей смерти как-то упомянул, что слышал несколько раз таинственную органную музыку в своём кинозале. Чтобы убедиться наверняка, он запер дверь и отключил ток от электросистемы органа. Но музыка всё равно звучала. Только когда он вошёл туда, она замолкла.

Пит громко икнул. Мистер Рекс снял свои очки и посмотрел на мальчиков.

— Я не могу поклясться, что в Замке Ужасов живут духи — моего старого друга или какого-то другого существа, — прошептал он. — Но лично я сам ни за что не согласился бы провести там ночь, даже за десять тысяч долларов.

— Юп! — Матильда Джонс стояла на солнце и раздавала указания. — Сложи металлические прутья вот здесь, у забора! Пит! Помоги Юпу снести их туда. Боб, ты следишь за поступлением товара?

В этот день на фирме Джонса было много работы. Боб сидел на перевёрнутой ванне и контролировал по накладным каждую новую партию. Он всё спрашивал себя, когда же они наконец смогут собраться в своей штаб-квартире? Прошло уже целых два дня, как Юп с Питом побывали у Шептало и «проинтервьюировали» его, а они никак не могли без помех собраться и всё обсудить. Мистер Джонс по-настоящему запряг их. А когда у них бывал простой на фирме. Бобу нужно было бежать в библиотеку, а Питу помогать с делами по дому.

Мистер Джонс совершал турне, делая оптовые покупки, и новым поступлениям не было конца. Если так и дальше пойдёт, пройдёт неделя, прежде чем у них выкроится время для решения свалившихся на них новых задач.

Ближе к полудню наступила пауза в работе, но тут миссис Джонс подняла глаза и увидела, как в ворота въезжает их собственный огромный грузовик. Дядя Юпа, Титус Джонс, маленький человек с длинным носом и пышными чёрными усами, восседал, как король на троне, поверх привезённого груза: он сидел на старинном стуле шикарной вычурной резьбы. Когда мистер Джонс отправлялся в коммерческий вояж, он скупал всё, что ему нравилось. Миссис Джонс невольно вскрикнула, когда огромный грузовик остановился.

— Боже праведный! — воскликнула она. — Титус Андроникус Джонс, что ты купил на сей раз? Ты нас всех просто разоришь!

Мистер Джонс, помахал им своей трубкой. Другой рукой он придерживал разъезжающуюся веером связку металлических труб — составную часть двухметрового домашнего органа.

— Я купил орган, Матильда, — крикнул мистер Джонс сверху. У него был густой бас. — Я хочу научиться играть на органе. Патрик, Кеннет, идите сюда, мы должны очень осторожно сгрузить этот ценнейший старинный музыкальный инструмент.

Мистер Джонс спрыгнул вниз, как мальчик. Патрик пошёл за ним, а Кеннет стал сдвигать орган на подъёмник, смонтированный в конце кузова. Когда орган встал устойчиво, Патрик взялся за управление, и подъёмник плавно, как на лифте, опустил инструмент на землю.

— Орган! — Матильда Джонс была настолько поражена, что совсем забыла загрузить мальчиков новой работой. — Святые духи, что ты собираешься с ним делать?

Мистер Джонс потягивал трубку.

— Буду учиться играть, моя дорогая, — сказал он. — В конце концов, я когда-то играл в цирке на шарманке.

Он отдал распоряжение, и Патрик с Кеннетом сгрузили с машины остальные части органа. Они оба были такие силачи, что им даже подъёмник не понадобился. А потом мистер Джонс решил, что орган нужно поставить у забора, рядом с домом. Патрик с Кеннетом усердно поднимали, перетаскивали, подтягивали, и наконец все части инструмента оказались в одном месте и ждали только того, чтобы их собрали как нужно.

— Это настоящий орган с воздухопроводами, — гордо объявил мальчикам мистер Джонс. — Этот великолепный инструмент я нашёл в одном маленьком театре неподалёку от Лос-Анджелеса, театр должны были снести.

— Силы небесные, — вздыхала миссис Джонс. — Я радуюсь только, что ближайшие соседи живут от нас далеко.

— А представляете, что такое настоящий большой орган? — сказал мистер Джонс. — В нём могут быть трубы такой величины, что человеческое ухо даже не может слышать эти звуки.

— А можно ли то, что вообще нельзя услышать, назвать звуками, дядя Титус? — спросил Юп.

— Но другие живые существа могут их слышать — например, слоны. У них такие большие уши, — сказала миссис Джонс с ухмылкой.

— Что толку от такого органа, звука которого нельзя слышать? — спросил Пит. — Я имею в виду — вряд ли слоны будут слушать органную музыку.

— Не знаю, мой мальчик, не знаю, — сказал Титус Джонс. — Я только могу себе представить, что наука найдёт тому применение, если серьёзно займётся этим.

— Впрочем, — заметил Боб, — есть такие свистки для собак, которые мы не слышим. Их звук слишком высок для нас.

— Правильно, мой мальчик, — сказал мистер Джонс. — Может, в цирке придумают свистки для слонов, которые окажутся полной противоположностью свисткам для собак, — они будут издавать не слишком высокие, а слишком низкие звуки.

— Некоторым образом инфразвук, — вставил Юп. — Звуки, или, вернее, колебания, слишком медленные, чтобы мы могли услышать, лежат ниже порога слышимости или нижней границы инфразвукового диапазона. А те звуки, частота колебаний которых слишком высока для человеческого уха, называются ультразвуком.

Такая неприятность!

А через два дня после падения Юпа случилось вот что. Дядя Титус тогда тотчас же поехал с ним в больницу, где его продержали целый день, делая рентгеновские снимки и ножные ванночки, после чего отправили домой.

Доктор Альтман сказал, что Юп вскоре сможет потихонечку ковылять. Он даже высказал пожелание, чтобы тот как можно скорее начал шевелить ногой.

Но пока Юп лежал в постели — на ноге у него было намотано два километра бинтов. Его мучила мысль, что мистер Хичкок найдёт для себя тем временем, пожалуй, другой дом с привидениями.

Дело выглядело так, что Трём Сыщикам придётся от всего отказаться, не успев даже как следует начать.

Пит с Бобом сидели у постели своего друга, и вид у них был поникший.

— Больно? — спросил Пит, когда Юп пошевелился и тут же скривил лицо.

— Не больше, чем я того заслуживаю, — сказал Юп. — Это было непростительно легкомысленно с моей стороны. Но теперь давайте продолжим наше совещание. Первый пункт повестки — таинственный телефонный звонок, который раздался сразу после нашего первого визита в Замок Ужасов. Кроме того, Мортон придерживался мнения, что в тот вечер нас кто-то преследовал. Но им наверняка был Скинни Норрис.

— Для него это было проще пареной репы, — сказал Боб. — Скинни знал, что замок заинтересовал нас.

— Но Скинни не смог бы так исказить свой голос по телефону, — вставил Пит. — Он звучал так тихо и так глухо. А голос Скинни больше похож на ржание пони.

— Тут ты прав, — сказал Юп. — Но это единственное решение, которое пришло мне до сих пор в голову. — Он изменил положение ноги и опять состроил гримасу. — Пока меня кто-нибудь не переубедит, — добавил он, — я просто не поверю, что бестелесные фантомы могут звонить по телефону.

— Ну хорошо, — согласился Боб. — А что дальше? Как быть с тем таинственным незнакомцем, спустившим на вас с горы камни?

— Да, — сказал Пит мрачно, — как с ним быть? Я бы этого типа с удовольствием хорошенько отделал!

— В данный момент он меня абсолютно не волнует, — сказал Юп. — На сегодня нам известно, что это определённо не Скинни Норрис. Может, он вообще не имеет к случившемуся никакого отношения. Может, это был чей-нибудь ребёнок или турист, нечаянно приведший камни в движение.

— Но для случайного попадания лавина была удивительно метко пущена прямо на нас, — пробормотал Пит.

— Здесь мы на время оставим знак вопроса, пока не соберём больше фактического материала. Я вот думаю над тем, как обманул нас мистер Рекс, когда мы с Питом были у него. Почему он сказал, что работал с ножом в руках, когда это совершенно явно не так? И почему он держал наготове кувшин с лимонадом, словно именно в это время ожидал гостей?

Перед обоими вопросами все Трое Сыщиков были бессильны. Пит почесал в затылке.

— Чёрт побери! — сказал он. — Чем глубже мы влезаем в это дело, тем больше открывается в нём загадок.

В этот момент в комнату ворвалась тётя Матильда.

— Я ещё раньше хотела вам рассказать, — сказала она. — Вчера утром произошло нечто невероятное, Юп, как раз перед тем, как тебе вернуться из больницы. Я совсем забыла об этом сказать.

— Нечто невероятное? — переспросил Юп, и все трое навострили уши.

— К дверям дома подошла старая цыганка. Может, мне не стоит говорить вам, что она тут бормотала.

— Но мне хочется знать, что именно, тётя Матильда.

— Ну, в общем, всякий вздор. Скрюченная такая старая цыганка постучала в дверь и сказала на своём абракадабрском языке, что она прослышала про твою беду и хочет тебя предупредить.

Предупредить! Старая цыганка! Мальчики смотрели друг на друга.

— Во всяком случае, — сказала миссис Джонс, — я поняла в конце концов, что она гадала на картах и три раза что-то там видела. Но каждый раз это было одно и то же известие: ты должен остерегаться чего-то, что связано с ЗУ, или кого-то, чьи инициалы начинаются с этих букв. В том несчастье, которое приключилось с тобой, тоже виновато ЗУ, и оно же причинит тебе неприятности и в дальнейшем, если ты не отнесёшься к предсказанию с должным уважением. Я, конечно, засмеялась и сказала, что она абсолютно права, потому что ЗУ может означать что угодно, например «Змея ужалит», и тогда она ушла. Бедняжка была такой дряхлой и имела такой одичавший вид, что я даже подумала, в своём ли она уме.

С этими словами миссис Джонс вышла из комнаты и оставила мальчиков одних. Они молча обменялись взглядами.

— Чёрт побери, — сказал Пит, — почему последнее слово всегда должно быть за Юпом?

— Я себе тоже задаю такой вопрос, — ответил Боб. Перед ними высоко, на вершине Чёрного каньона, стоял Замок Ужасов. Его башни, его треснувшие стёкла в окнах и обвитые диким виноградом стены ясно были видны в лучах предзакатного солнца. Боба знобило.

— Мы пойдём туда внутрь? — спросил он. — Через два часа солнце зайдёт. И тогда стемнеет очень быстро.

Пит посмотрел назад, на уходящую вниз, усыпанную камнями дорогу. За последним поворотом их ждал с машиной Мортон. Он помог Бобу перебраться через завал из камней, а потом вернулся к машине, как ему предписывали его служебные обязанности.

— Как ты думаешь, Скинни и на сей раз шпионит за нами? — спросил Пит.

— Нет. Я всё время оглядывался назад, — сказал Боб. — Кроме того, Юп убеждён, что Скинни впредь всегда будет обходить замок стороной.

— А мы, значит, должны доказывать, что у нас более крепкие нервы, чем у Скинни, — вздохнул Пит.

Боб нёс фотокамеру, Пит магнитофон. У того и у другого на поясе висел карманный фонарик. Они поднимались по лестнице, ведущей к входу в замок.

Дверь была закрыта.

— Странно… — Пит наморщил лоб. — Я готов поклясться, что Скинни не закрывал её за собой, когда удирал отсюда.

— Может, её ветром захлопнуло, — сказал Боб. Пит нажал на ручку. Дверь открылась с протяжным, щемящим душу визгливым скрипом, от которого они испуганно вздрогнули.

— Всего лишь ржавые петли, — сказал Боб. — Нет оснований волноваться.

— А кто волнуется? — спросил Пит.

Они вошли в холл, оставив за собой дверь открытой. С одной стороны к холлу примыкал зал, полный старинной мебели — массивные резные стулья и столы, огромный камин. Юп просил осмотреть все помещения и сфотографировать их. Боб не нашёл в этой комнате ничего примечательного, однако сделал несколько снимков, прибегнув к вспышке.

Потом они прошли в круглый зал, где Юп с Питом слышали эхо. Многочисленные, рыцарские доспехи и портреты мистера Террила в костюмах сыгранных им ролей делали это место неуютным и мрачным. Несколько сглаживали общее отталкивающее впечатление от окружающей обстановки редкие солнечные лучи, проникавшие сюда через пыльное оконце, находившееся на высоте середины лестницы, ведущей наверх.

— Давай будем считать, что мы находимся в музее, — посоветовал Боб своему другу. — Тебе ведь знакомо это ощущение. Тогда и бояться будет нечего.

— Точно, — согласился Пит. — Здесь всё выглядит как в музее — всё такое же пыльное, старое и мёртвое.

— Мёртвое… мёртвое… мёртвое… мёртвое… мёртвое!.. — зазвучало у них в ушах.

— Опля! — сказал Боб. — Вот и эхо!

— Эхо… эхо… эхо… эхо! — отозвались стены. Пит потянул Боба за собой.

— Иди-ка сюда! — сказал он. — Эхо слышно лучше, когда стоишь здесь.

Бобу всегда нравилось эхо. Он с удовольствием закричал:

— А-а-а-а-а! — и тут же услышал, как издалека понеслось: а-а-а-а…

Но испробовать все фокусы «говорящего» зала ему вдруг расхотелось.

— Давай лучше посмотрим картины, — предложил он. — Какая из них смотрела на тебя настоящим глазом?

— Вон там, вот эта! — Пит показал на портрет одноглазого пирата на противоположной стороне. — Сначала глаз был живым, а потом только нарисованным.

— Сейчас разберёмся, — сказал Боб. — Встань на стул и попробуй дотянуться до неё.

Пит подвинул один из резных стульев к стене, поставив его под самой картиной. Но, даже встав на цыпочки, он не смог достать до рамы.

— Там поверху тянется галерея или что-то вроде этого, — сказал Боб. — Картины подвешены прямо к перилам. Если мы поднимемся наверх, то сможем подтянуть картину к себе.

Пит собрался сойти со стула, а Боб, не дожидаясь его, намеревался направиться туда, где начиналась лестница, но едва он повернулся, как почувствовал, что кто-то крепко держит его за ремешок висевшей у него на плече камеры. В ту же секунду краем глаза он увидел позади себя в узкой тёмной нише высокую фигуру. Он издал дикий вопль и кинулся к двери.

Но убежать далеко не смог. Ремешок на плече с силой рванул его назад, он потерял равновесие и грохнулся боком на мраморный пол. При падении он увидел, как гигантская фигура угрожающе двинулась на него. На ней были доспехи, и она размахивала огромным мечом над его головой.

Боб опять закричал. Боком он пополз к двери. Огромный меч с резким металлическим звоном упал на пол — точно в том месте, где Боб только что лежал. Закованный в доспехи рыцарь рухнул вслед за ним и с шумным дребезжанием покатился по каменным плитам — звук был такой, словно под гору неслась, громко тарахтя, железная бочка, полная жестяных банок.

Ремешок наконец-то соскользнул с его плеч, и Боб, быстро елозя, заскользил по гладкому полу, пока не стукнулся о стену. Он оглянулся назад, думая, что его преследует рыцарь в доспехах. Но то, что он увидел, заставило его волосы встать дыбом: голова рыцаря отделилась от туловища и катилась по полу.

Боб пригляделся и обнаружил, что доспехи пусты. Шлем при падении отлетел и, прыгая по полу, подкатился прямо к нему. Он встал и отряхнул с себя пыль. Его фотокамера лежала рядом с доспехами, ремешок всё ещё висел на шарнире, за который зацепился, когда Боб проходил мимо ниши.

Он поднял аппарат и сфотографировал Пита, умиравшего со смеху.

— Теперь у меня есть фото с изображением ржущего фантома из Замка Ужасов, — сказал Боб. — Это развеселит Юпа.

— Прости, Боб. — Пит вытер катившиеся слёзы и стал опять серьёзным. — Ну, ей-Богу, можно было умереть, когда ты полз и тащил за собой проржавевшего рыцаря.

Боб внимательно посмотрел на лежащие на полу доспехи. Они стояли прежде в нише на небольшом постаменте. Теперь они были, конечно, повреждены. Слегка проржавевшие, они вообще-то хорошо сохранились. Он сфотографировал их тоже. Потом он щёлкнул ещё одного одноглазого пирата и несколько других портретов.

— Ну, ты вдоволь насмеялся? — спросил он Пита. — Здесь вот, собственно, есть дверь, которую мы раньше не заметили. На ней табличка.

Он прищурился, чтобы прочитать, что там было выгравировано на медной пластинке. На ней стояло: «Кинозал».

— Раньше у всех больших кинозвёзд всегда был свой личный кинозал в доме. Там они показывали друзьям свои фильмы. Давай посмотрим, что там.

Бобу пришлось приложить усилия, чтобы открыть дверь. Медленно, словно её кто-то держал изнутри, дверь подалась и открылась. На них сразу пахнуло затхлым, спёртым, сырым воздухом. Зал был погружён в темноту.

Пит отцепил от пояса фонарик. В сильном луче света мальчики увидели большой зал, может, с сотней мягких сидений, обтянутых плюшем. В другом конце зала просматривались неясные очертания органа.

— Здесь всё выглядит точно так, как раньше было во всех кино, — сказал Пит. — Посмотри-ка на орган, он определённо раз в десять больше того, который купил мистер Джонс. Давай посмотри на него?

Боб взял свой фонарик, но тот не работал. Возможно, повредился, когда Боб упал на каменный пол. Но и света фонарика Пита было вполне достаточно. Они пересекли зал и поднялись к органу.

Смутного беспокойства они не ощущали. Комичное столкновение Боба с пустыми рыцарскими доспехами придало им сил и смелости.

Старый орган, мощные трубы которого возносились к самому потолку, был покрыт пылью и паутиной. Боб сделал для Юпа снимок.

Потом они повнимательнее осмотрели зал. Плюш на сиденьях уже расползался. Там, где должен был быть экран, свисали лишь белые рваные тряпки. Чем дольше мальчики здесь стояли, тем спёртее и промозгливее казался им воздух в зале.

— Здесь нет ничего особенного, — сказал Пит. — Давай посмотрим, что там ещё есть наверху.

Они покинули кинозал, очутились опять в «говорящем» зале и стали подниматься по ступенькам, которые шли дугой вдоль круглой стены и вели наверх.

На полпути, где сквозь запылённые окна падал солнечный свет, они остановились и огляделись. Замок стоял на самом краю отвесной скалы Чёрного каньона.

— До вечера ещё почти два часа, — сказал Боб. — Мы можем спокойно всё здесь осмотреть.

Поднявшись на галерею, они увидели, что все картины подвешены за карниз непосредственно под ней. Они вместе ухватились за верёвки и начали подтягивать к себе пирата. Рама была очень тяжёлой, однако они справились и стали изучать портрет при свете фонарика.

Это была самая обыкновенная картина, масляная краска слегка поблескивала. Боб был такого мнения, что этот блеск и ввёл Пита в заблуждение, так что он подумал, будто кто-то смотрит на него живым глазом. Вид Пита свидетельствовал о том, что его это не убедило.

— Я действительно думал, что там был живой человек, — сказал он. — Но, возможно, я ошибся. Ну ладно, давай повесим на место.

Сыщики спустили картину вниз и пошли этажом выше, решив начать осмотр замка сверху и спускаться потом вниз.

Они поднимались и поднимались, пока не добрались до круглой башенки, которая высоко на горе венчала замок. Здесь были только узкие прорези — настоящие бойницы, как в сторожевой крепости, — правда, в щели были вставлены стёкла.

Оба мальчика посмотрели наружу. Они стояли сейчас над гребнем горы, возвышающимся над Чёрным каньоном, и глаз охватывал близлежащие холмы на мили вокруг. Вдруг Пит издал удивлённый возглас.

— Смотри-ка! — сказал он. — Телевизионная антенна!

Действительно, на близлежащей вершине холма была видна антенна, которую живший по ту сторону горы, в долине, установил там, чтобы лучше принимать телеизображение.

— Здесь где-то совсем поблизости должно быть ещё одно ущелье, — сказал Пит. — Местность вовсе не такая уж безлюдная, как она поначалу выглядит.

— Здесь, в горах, десятки таких долин, — сказал Боб. — Но посмотри, до чего крутой склон. Его сможет одолеть только горный козёл. А так нужно делать очень большой крюк.

— Ты прав, — сказал Пит. — Ну ладно, значит, таков вид сверху. Давай спустимся на этаж, может, мы и там ещё чего найдём.

Этажом ниже они оказались в просторном помещении — в другом конце коридора была открытая дверь. Они изучили и это помещение. По-видимому, это была библиотека Стивена Террила, где он оставил свою прощальную записку. На полках стояли сотни книг. И здесь тоже висели картины на стене, они были похожи на портреты из «говорящего» зала, только размером поменьше.

— Здесь надо получше оглядеться, — решил Пит. Они вошли. Картины обращали на себя внимание — все они тоже изображали Стивена Террила в различных сценах из его фильмов. На каждом портрете он казался другим: то он был изображён как пират или уличный бродяга, а то как оборотень, сумасшедший, вампир или морской разбойник. Боб выразил желание посмотреть все его фильмы.

— Его называли «человеком с тысячью лиц», — напомнил он Питу, когда они ходили от одного портрета к другому. — Уй, смотри, что тут!

Они остановились перед саркофагом в маленькой нише. Это был настоящий египетский саркофаг с мумией, какие они не раз видели в музеях. На закрытой крышке виднелась серебряная пластинка. Пит направил на неё луч фонарика, а Боб прищурился, чтобы лучше разобрать выгравированные на ней слова.

Надпись гласила:

— А вот тут даже не знаешь, что думать, — заметил Пит. — Как ты считаешь, что там внутри?

— Возможно, мумия, — ответил Боб.

— А может, ещё что другое ценное. Давай посмотрим.

Они с трудом сдвинули крышку саркофага. Она не запиралась, но была очень тяжёлой. Приподняв её лишь наполовину. Пит вдруг издал нечеловеческий крик и выпустил её из рук. С грохотом крышка упала на место.

— Ты видел, что там? — спросил Пит. Боб два раза икнул.

— Да, видел, — сказал он. — Там скелет. Хорошенький такой, чистенький, беленький скелет, смотрит на нас и ухмыляется!

— Я предполагаю, что это и есть завещание Гуго Вильсона, сделанное им на имя Стивена Террила — в благодарность за многие часы доставленного ему удовольствия, — сказал Боб. — Его собственный скелет. Давай откроем крышку ещё раз, я хочу сделать для Юпа снимок.

У Пита не было на то большого желания, но Боб сказал, что в скелете нет ничего особенного — всего лишь набор костей — и что он не может никому причинить никакого вреда. Они ещё раз подняли крышку, и Боб спокойно заснял ухмыляющийся скелет. Он был убеждён, что Юп заинтересуется этим снимком.

Пока Боб перематывал плёнку и вставлял новую вспышку, Пит от нечего делать подошёл к окну. Он заглянул туда и невольно вскрикнул.

— Нам надо торопиться, — сказал он. — Уже темнеет!

Боб посмотрел на часы.

— Не может быть. До захода солнца ещё больше часа.

— А солнце об этом тоже знает? Иди сам посмотри.

Боб подошёл к окну. Действительно — за окном уже начало темнеть. Солнце скрылось за хребтом горы. Его лучи ещё только освещали окна замка, стоявшего высоко на горе.

— Я совсем не подумал о том, что солнце здесь, в долинах, заходит раньше, — сказал он. — Это, конечно, меняет дело.

— Давай пошли, — сказал Пит. — Если уж мне где в темноте становится не по себе, так это определённо в замке.

Они вышли из библиотеки. Посмотрев вдоль длинного коридора, они заметили, что лестницы есть и с того, и с другого конца. Они не помнили, по какой из них они поднялись сюда. Пит принял решение спускаться по той, что была ближе к ним.

Когда они спустились пролётом ниже, то там практически уже были сумерки. Они никак не могли найти лестницу, которая вела бы дальше вниз. Наконец в другом конце коридора они нашли за дверью узкую лестничную клетку.

— Здесь мы точно не шли, — сказал Боб. — Может, лучше вернёмся?

— В любом случае она тоже ведёт вниз, — ответил Пит. — А нам и нужно вниз, и как можно скорее. Пошли.

Они стали спускаться. Едва они отпустили дверь, как она с шумом захлопнулась — её потянула пружина — и защёлкнулась на замок. В полной темноте они стояли на узких ступенях лестницы.

— Давай лучше поищем путь, которым мы поднялись сюда, — сказал Боб, охваченный смутным беспокойством. — Мне не нравится здесь, в темноте. Мне даже тебя не видно.

— Тебе здесь не нравится, мне, представь, тоже. В этом вопросе мы с тобой по крайней мере сходимся, — констатировал Пит. — Где ты там? — Он вытянул руку в поисках Боба. — Давай следить за тем, чтобы не потерять друг друга. Знаешь, давай вернёмся наверх и опять пройдём через ту дверь.

Они поднялись на несколько ступеней вверх, но дверь не открывалась.

— Похоже, она открывается только с другой стороны, — сказал Боб, стараясь сохранять спокойствие. — Волей-неволей нам придётся спускаться вниз.

— Нужен свет, — сказал Пит. — Если бы знать, где выключатель… Ах, что я несу такую чепуху — у меня же есть фонарик, прекрасный новый карманный фонарик..

— Ну так давай свети! — заторопил его Боб. — Здесь, в темноте, ещё что-нибудь свалится на голову! С каждой минутой становится всё темнее.

— Слушай, — сказал Пит несколько неуверенным голосом, — у меня нет фонарика. Знаешь, видимо, когда мы закрывали саркофаг со скелетом… Наверное, тогда я его там забыл.

— Отлично, — сказал Боб. — Просто превосходно. А мой сломался в битве с рыцарем.

— Может, он просто долго пролежал без употребления, — сказал Пит.

Он нащупал фонарик Боба. Боб слышал, как он рукой постучал по нему. Минуту ничего не происходило, потом фонарик ожил и появилось слабое свечение.

— Плохой контакт, — сказал Пит, — лампочка еле светит. Однако какой-никакой, а свет. Пошли теперь!

Они спускались по узкой витой лестнице как можно быстрее, насколько позволяла загипсованная нога Боба.

Пит шёл со слабо светящим фонариком впереди. Наконец ступени кончились, и ребята подумали, что добрались до самого низа. Они осветили помещение, в котором находились. Это был небольшой квадратный холл с двумя дверями. Сыщики стояли в нерешительности, какую из дверей им открыть, и тут Пит схватил Боба за руку.

— Прислушайся! — сказал он. — Ты ничего не слышишь?

Боб прислушался. Он слышал. Органная музыка! Слабые таинственные звуки органа. Кто-то играл на сломанном органе в кинозале. Вдруг Боб ощутил невыносимое щемящее оцепенение, о котором говорил Юп.

— Это доносится отсюда, — прошептал Пит и показал на одну из дверей.

— Значит, давай пойдём туда. — Боб показал на другую дверь.

— Нет, мы пойдём именно сюда, — возразил ему Пит. — Это проход в кинозал. А мы знаем, что оттуда прямой путь к выходу. Если мы пройдём через другую дверь, то окончательно заблудимся. Давай выберем из двух зол меньшее.

Пит открыл дверь и решительно шагнул в тёмный коридор, держа Боба за руку. Музыка становилась всё громче, но по-прежнему звучала так, словно доносилась издалека, как призрачная мелодия, состоящая из плачущих и завывающих звуков.

Боб шагал, потому что Пит крепко держал его за руку, но чем ближе они приближались к музыке, тем невыносимее становилась напавшая на него нервозность. Потом Пит толкнул ещё одну дверь, и они действительно оказались в кинозале.

Сомнений никаких быть не могло, в слабом мерцании фонарика они разглядели спинки плюшевых сидений. Далеко сзади, на другом конце зала, было видно, как возле органа что-то светится синим светом, что-то неопределённое, не имеющее чётких очертаний. Оно висело в воздухе примерно на высоте полутора метров и, казалось, беспокойно вспыхивало и металось. А орган непрерывно издавал призрачные вздохи, визги и кряхтение.

— Синий фантом! — Боб поперхнулся.

В этот момент чувство раздирающего душу невыносимого напряжения, достигшее границ перехода в щемящее оцепенение, перешагнуло их и переросло в панический страх — точно так, как предсказывал Юп.

Они бросились бежать наперерез через зал — к двери на противоположной стороне. Пит толкнул её, и они очутились в «говорящем» зале. Они помчались к выходу — тяжёлая дверь так и стояла открытой — и выскочили на выложенную каменными плитами террасу. Пит бежал так быстро, что ничего не заметил. А Боб упал и свалился на кучу опавших листьев в углу террасы. Не раздумывая, он закопался в них поглубже, залез, как мышь в нору.

Он ждал, что синий фантом вот-вот нагонит его, и сердце его колотилось так бешено, как пневматический молоток. Его учащённое дыхание было таким громким, что он не слышал ничего другого. Поняв это, он сдержал дыхание. И во внезапно наступившей тишине ясно услышал, как за ним гонится синий фантом. Он всё приближался и приближался, маленькими, шаркающими шажками, скользя по каменным плитам. Его дыхание было прерывистым и с сипящим свистом — зловещий, нагоняющий ужас звук.

Вдруг шаги стихли. Это что-то нависло прямо над ним. На какое-то время всё замерло и затихло. Бобу померещилось, что прошла целая вечность, а потом оно опять задышало прерывисто и громко. Потом нагнулось и схватило Боба за плечо. Ощутив прикосновение, Боб издал такой вопль, что мог бы сдвинуть лавину каменной осыпи с ближайшей горы.

— И что было, когда синий фантом схватил тебя за плечо, Боб?

Спрашивал Юп. Трое Сыщиков впервые за последние три дня опять держали совет в штаб-квартире. Пит уезжал со своими родителями в гости к родным в Сан-Франциско. А у Боба накопилось полно дел в библиотеке, где начали составлять новый каталог имеющихся книг. И кроме того, там заболел другой помощник, так что Боб целыми днями и даже вечерами работал в библиотеке, чтобы скорее зажила лодыжка.

— Ну? — допытывался Юп. — Что было потом?

— Ты имеешь в виду, после того, как я закричал? — То, что Боб не сразу ответил, свидетельствовало о том, что этот разговор не доставлял ему особого удовольствия.

— Именно так. После того, как ты закричал.

— Почему ты ни о чём не спрашиваешь Пита? — Боб явно уходил от ответа. — Он там тоже был.

— Ну хорошо. Пит, расскажи ты, что произошло.

У Пита был жалкий вид, но он подчинился.

— Я упал, — сказал он. — Боб заорал так громко, когда я схватил его за плечо, что я от страху свалился на него. И тогда он начал отбиваться от меня. Он не переставая кричал: «Фантом, отстань от меня! Убирайся, откуда пришёл, иначе тебе будет плохо!» Я весь был в синяках, потому что пытался удержать его, пока наконец-то не понял, что это я — что я вернулся, потому что хотел выяснить, что с ним.

— Боб такой храбрый и мужественный, как лев, хотя и не самый сильный, — сказал Юп. — Значит, ты заметил, что он остался в замке, и вернулся, чтобы найти его. А он услышал твоё частое и громкое дыхание и решил, что это фантом склонился над ним. Так?

Боб кивнул. Он сам по себе казался выглядевшим довольно глупо в куче старых листьев, когда они с Питом наконец-то расцепились после нелепой схватки. Он действительно думал, что дерётся с фантомом.

Юп жевал нижнюю губу. Похоже, он был чем-то очень доволен.

— И когда вы наконец перестали драться, вы кое-что заметили, — сказал он. — Вы заметили, что панический страх исчез — я прав?

Пит с Бобом поглядели друг на друга. Как только Юп догадался? Ведь именно это они приберегли для него как сюрприз на самый конец рассказа.

— Да, — сказал Пит. — Страха не было.

— Значит, неприятные ощущения не имеют своего действия вне стен замка, — сделал вывод Юп. — Это очень существенное и важное открытие.

— Ты так думаешь? — спросил Боб.

— Абсолютно уверен, — подтвердил Юп. — Фотографии, наверное, уже проявились. Пит, пожалуйста, принеси их из фотокомнаты. Я пока закрою форточку, а то дядя Титус устроил там сущий ад со своим концертом.

Это была чистая правда. Мистеру Джонсу удалось наконец собрать купленный им орган. Пока Юп лежал, прикованный к постели, он прочитал взятую в библиотеке книгу про органы и смог дать своему дяде компетентные советы. Сейчас мистер Джонс опробовал результат своей деятельности. Он играл старинную моряцкую песенку, которая так нравилась Патрику и Кеннету, и при этом особенно напирал басовый регистр, украшая мелодию многочисленными тремоло.

Мальчики открыли форточку, находившуюся в крыше их штаб-квартиры, так что они могли полностью наслаждаться исполнительским мастерством мистера Джонса. Когда тот страстно ударял по клавишам нижнего ряда, вся штаб-квартира начинала ощутимо вибрировать. У Боба было такое ощущение, словно эти звуки хотят сорвать их с места. Они заставляли его содрогаться, до мозга костей пронизывая страхом.

Когда Юп закрыл форточку и шум от органа частично поутих, Пит принёс из фотокомнаты снимки, которые Боб нащёлкал в Замке Ужасов. Они были ещё влажными, но уже можно было всё разглядеть.

Юп рассматривал их под сильной лупой. Потом передал Бобу и Питу. Наиболее тщательно он изучил моментальные снимки, сделанные в библиотеке мистера Террила, и снимок рыцарских доспехов, напавших на Боба.

— Очень хорошо. Боб, — похвалил его Юп. — За одним исключением. Ты не сделал фотоснимка синего фантома, сидевшего за органом.

— Может, ты ожидал от меня, что я пойду туда поближе и сфотографирую это синее мерцание, как оно играет на сломанном органе? — Тон Боба был несколько язвительным.

— Никому бы не пришло в голову в ту минуту делать снимок, — сказал Пит. — В воздухе носилась слишком большая доза панического страха. И ты бы его не сделал, Юп.

— Да, вероятно, так, — согласился Юп. — В когтях у страха трудно сохранять хладнокровие. И всё же — такое фото многое дало бы нам для решения этой загадки.

Пит с Бобом терпеливо ждали. Юп пролежал в постели три дня, и всё время размышлял, и должен был напридумывать много интересного, о чём он ещё не проронил ни звука.

— Знаете что, — заговорил опять Юп, — ваше приключение в одном отношении было крайне необычным. Фантом Замка Ужасов явился вам, собственно, ещё до захода солнца.

— Но внутри уже никакого солнца не было, — сообщил Пит.

— Несмотря на это, солнце ещё не зашло. До сих пор ещё никто не свидетельствовал о появлении духов до наступления ночи. Ну ладно, давайте посмотрим, что нам дадут остальные фото.

Он взял в руки фотоснимок с доспехами.

— Это рыцарское снаряжение, — сказал он, — здорово блестит и вовсе не похоже на проржавевшее.

— Оно и не было сильно проржавевшим, — сказал Боб. — Только слегка.

— А эти книги и картины в библиотеке мистера Террила — они не выглядят слишком уж запылёнными.

— Нет, они были покрыты слоем пыли, — сказал Пит. — Ну не в палец толщиной, конечно.

— Гм… — Юп внимательно изучал скелет в саркофаге. — А этот скелет тут… В высшей степени странное завещание.

В тот же момент весь автоприцеп, в котором размещалась штаб-квартира, содрогнулся и задрожал. Железная решётка, прислонённая к нему с наружной стороны, задвигалась вместе с ним и начала стучать по стене. Особенно громкий аккорд нового органа мистера Джонса чуть не смёл вагончик с лица земли.

— На помощь! — завопил Пит. — Землетрясение!

Высоко над Юпом и Питом нависла во мраке ночи громада Замка Ужасов. Луны не было видно, только отдельные звёздочки поблескивали над ущельем, погружённым во тьму.

— Темнее уже не будет, — сказал Юп приглушённым голосом. — Нам пора идти.

Пит взвесил на руке свой новый, сверхмощный фонарик. Он купил его на свои карманные деньги — ведь старый-то лежал там, наверху, в библиотеке,

Они стали подниматься по треснувшим и обломившимся ступеням, потом прошли террасу. Юп слегка прихрамывал — он щадил свою лодыжку, на которую была наложена тугая повязка. Их шаги гулко раздавались в ночной тиши. По пути они вспугнули какого-то маленького зверька из его укрытия. Тот опрометью метнулся от сильного луча света и пустился наутёк.

— Кто бы он ни был — это умный зверёк, — сказал Пит. — Не хочет здесь оставаться.

Юп не ответил ему. Он уже взялся за массивную ручку тяжёлой входной двери. Дверь не поддавалась.

— Иди сюда, помоги-ка мне, — сказал Юп, — Дверь заклинило.

Пит тоже ухватился за массивный медный набалдашник дверной ручки. Вдруг они перестали ощущать сопротивление изнутри — они оторвали набалдашник. Мальчиков отбросило назад, они упали друг на друга на каменный пол.

— Уф! — тяжело задышал Пит. — Ты навалился мне на живот. Я не могу шевельнуться — даже дышать не могу. Давай слезай скорей с меня!

Юп откатился в сторону и поднялся на ноги. Пит тоже встал, проверяя, все ли кости целы.

— Похоже, всё на месте, кроме здравого смысла, — сказал он. — Его я явно оставил дома.

Юп направил луч фонарика на набалдашник с ручкой.

— Смотри, — сказал он, — винт, на котором держалась эта штуковина и закреплялась на оси, ослаб.

— Здесь кто только не перебывал за последние дни, — пробормотал Пит. — Может, он просто сработался.

— Гм-м. — Круглое лицо Юпа избороздилось морщинами — верный признак того, что он задумался. — Весь вопрос в том, не ослабил ли его кто нарочно?

— Кому это может прийти в голову? — спросил Пит. — Ясно только одно, что нам туда не попасть, поэтому давай лучше вернёмся назад.

— Я уверен, что туда можно попасть другим путём, — сказал Юп. — А что, если нам попробовать через стеклянный фасад вон там?

Он прошёл вдоль стены чуть дальше. Шесть стеклянных витрин выходили на террасу. Первые пять были заперты, а шестая стояла чуть приоткрытой на маленькую щёлочку. Юп нажал на раму. Обе половинки легко ушли внутрь. За ними зияла непроницаемая темень.

Фонарик Юпа только слегка пробивал темноту. Он направил луч фонарика в открывшееся окно — стал виден длинный стол со стульями вокруг него. Один конец стола, казалось, был накрыт для трапезы.

— Столовая, — тихо сказал Юп. — Через неё можно проникнуть в замок.

Шагнув внутрь, они стали в два луча обшаривать высокое помещение и выхватили из темноты роскошные деревянные резные стулья, длинный стол из красного дерева, тонкой работы сервант и резную деревянную обшивку стен.

— Сюда, по-видимому, ведёт несколько дверей, — сказал Юп. — Через какую пойдём?

— Если ты меня спрашиваешь… ой! — Пит испуганно вскрикнул, когда вдруг вполоборота увидел женскую фигуру в длинном белом одеянии, ниспадающем вниз, смотревшую на него в упор. Она была одета так, как Питу доводилось видеть только на картинах XVII века. На шее у неё болталась петля. Свободный конец верёвки свисал поверх белого одеяния вниз, до самого пола. Руки были спрятаны в широких рукавах, а печальный взгляд приковался к мальчику.

Пит схватил Юпа за куртку.

— Что ты? — спросил его Юп.

— Посмотри сам… — сказал Пит, заикаясь. — Мы тут не одни. Тут гости…

Юп обернулся, и Пит почувствовал, что он оцепенел. Значит, он тоже её видел, ту женщину, которая неотрывно смотрела на них, не двигаясь, не дыша — она просто стояла и смотрела. Пит был уверен, что знает, кто она. Это был дух той юной аристократической особы, про которую им рассказывал мистер Рекс — она предпочла лучше повеситься, чем выйти замуж по принуждению, как того требовал её отец.

Какие-то мгновения мальчики стояли, словно окаменевшие. Дух-призрак не двигался и оставался нем.

— Посвети-ка туда, — прошептал Юп. — Сделаем это вместе, по моей команде. Раз, два — давай!

Они направили оба луча на таинственную фигуру. Та исчезла так же бесшумно, как и появилась. На её месте ничего не было видно, кроме зеркала, слепившего их отражённым светом.

— Зеркало! — выпалил Пит. — Значит, она стояла позади нас! — Он вихрем крутанулся на месте и обшарил лучом все углы. Но, кроме них, в столовой никогда не было.

— Она ушла! — сказал Пит. — И я тоже ухожу! Это был дух! Привидение!

— Останься! — Юп схватил его за руку. — Нам явилось в зеркале отражение призрака, но мы можем и ошибаться. Я жалею, что мы действовали так необдуманно. Не стоило торопиться, следовало подольше изучить это необычное явление.

— Подольше? — вскричал в ужасе Пит. — А почему ты тогда не сфотографировал её? У тебя же есть камера.

— Да, правда, — сказал Юп подавленным тоном. — И я совершенно забыл воспользоваться ею.

— Да на плёнке всё равно ничего бы не вышло. Призраков нельзя сфотографировать.

— И точно так же у призрака не бывает зеркального отражения, — отпарировал Юп. — А у этой женщины здесь оно было — или она живёт в самом зеркале. Но про привидения, живущие в зеркале, я ещё никогда не слышал. Иначе она могла бы спокойненько появиться перед нами ещё разок.

— Тебе, может, этого и хочется, а мне — нет! — возразил Пит. — Ну да ладно, зато теперь у нас есть доказательство, что в Замке Ужасов водятся привидения. Пойдём к мистеру Хичкоку и расскажем ему об этом.

— Мы ведь только начали, — сказал Юп. — Нужно ещё очень многое выяснить. Идём дальше. В следующий раз я уж ни за что не забуду про фотоаппарат. Я просто не могу дождаться момента, когда смогу сфотографировать синий фантом, играющий на органе.

Спокойствие друга перешло и на Пита. Он пожал плечами.

— Будь по-твоему, — сказал он. — А тебе не хочется пометить наш путь меловыми знаками?

Юп был посрамлён вторично.

— Ты абсолютно прав, — сказал он. — Я сейчас наверстаю упущенное.

Он подошёл к стеклянной раме, через которую они проникли в столовую, и нарисовал на ней большой вопросительный знак. Потом, очень осторожно, чтобы не поцарапать красивую поверхность, маленький — на крышке обеденного стола. Наконец он подошёл к большому зеркалу в стене и на нём тоже оставил тайный знак Трёх Сыщиков.

— Если Мортон с Бобом придут сюда искать нас, знак бросится им в глаза, — пояснил он и покрепче надавил мелом на зеркальную поверхность.

— В том случае, если мы бесследно исчезнем, имеешь ты в виду? — спросил Пит, но Юп не отвечал. Под нажимом его руки большое зеркало бесшумно повернулось и открылось, словно дверь. За ним шёл тёмный ход в глубину замка.

Оба мальчика, поражённые, уставились в чёрный провал.

— Вот это да! — сказал Пит. — Потайной ход!

— Замаскированный под зеркало. — Лоб Юпа наморщился. — Стоит обследовать.

И прежде чем Пит успел выразить протест, Первый Сыщик уже исчез в проёме, прикрытом до того зеркалом. Луч его фонарика метался по узкому тёмному ходу. По-видимому, это был обыкновенный коридор. Стены представляли собой шероховатый неотёсанный камень, а на противоположном конце коридора мальчики увидели дверь.

— Идём, — сказал Юп. — Нам надо выяснить, куда ведёт этот ход.

Пит пошёл за ним. Он не очень-то рвался пройти этим потайным ходом, но ему не хотелось оставаться одному. Вдвоём всё-таки лучше, уговаривал он себя.

Юп тщательно изучал каменные стены, освещая их фонариком. Потом он ещё раз обернулся, чтобы получше разглядеть зеркальную дверь. Очевидно, это было обыкновенное зеркало, повешенное на потайную дверь, у которой не было ни петель, ни ручки.

— Странно! — пробормотал он. — Видимо, существует какой-то тайный способ, как открыть эту дверь.

Он разжал руку, и замок с шумом защёлкнулся, войдя в пазы. Сыщики оказались запертыми в узком тёмном проходе.

— Ну что ты натворил! — закричал Пит. — Ты же замуровал нас!

— Гм-м-м… — Юп попытался зацепиться за что-нибудь пальцами, чтобы потянуть дверь на себя. Но уцепиться было не за что. Обращённая к ним сторона двери была из гладкого полированного дерева и так плотно пригнана к раме, что не было ни единой щёлочки, куда можно было бы всунуть хоть кончик пальца.

— Наверняка у здешних обитателей была какая-то возможность открыть её, — сказал Юп. — Я только хотел бы знать, почему она так легко открылась, когда я едва прикоснулся к ней.

— Теперь уже всё равно, — сказал Пит. — Ты лучше думай о том, как её опять открыть. Я хочу выбраться отсюда.

— Я уверен, мы сможем вышибить дверь с зеркалом, если обстоятельства вынудят нас к этому, — сказал Юп, проводя пальцем по задней деревянной стороне двери. — Но нам это, в общем, не так уж и нужно. Мы ведь хотели пойти в другую сторону.

Питу хотелось возразить, что намерения Юпа не обязательно совпадают с намерениями Второго Сыщика, но Юп уже шёл по коридору и простукивал костяшками пальцев стену.

— Массивная, — пришёл он к выводу. — А вот здесь, мне кажется, в камне пустота. Послушай.

Он ещё раз постучал по тому же месту. Пит прислушался. И тут же кое-что услышал.

Он услышал далёкие звуки большого старого органа. Зловещие, скрежещущие звуки, казалось, одновременно проникали со всех сторон и заполняли весь узкий проход.

— Ты только послушай! — закричал Пит. — Это опять играет синий фантом!

— Я слышу, — ответил Юп. Он приложил своё ухо к стене и прислушивался какое-то время. — Похоже, что музыка проникает сквозь стену, — определил он. — По-моему, мы находимся как раз позади органа.

— Ты хочешь сказать, что синий фантом сидит прямо вот здесь за стеной?

— Я надеюсь, что так, — ответил Юп. — В конце концов, наша сегодняшняя ночная вылазка преследует одну только цель — встретиться с синим фантомом, сфотографировать его и взять у него интервью.

— Взять у него интервью? Ты действительно хочешь заговорить с ним?

— Конечно, если мы его сцапаем.

— А если он нас сцапает? — спросил Пит. — Я его боюсь.

— Я повторяю, — тон Юпа вдруг стал очень строгим, — что, согласно всем имеющимся сведениям, синий фантом ни разу никого даже пальцем не тронул. Вся моя стратегия строится именно на этом факте. Когда я лежал в постели и размышлял, то пришёл к некоторым выводам. Пока я оставлю их при себе, потому что хочу всё проверить. Я думаю, мы скоро выясним, прав я или нет.

— А если ты ошибаешься? — спросил Пит. — А если всё не так и синий фантом захочет приобщить нас к своему сонму привидений — что тогда?

— Тогда я официально признаю, что ошибся, — сказал Юп. — Но сейчас я хочу сделать кое-какие предсказания. Через несколько секунд нас охватит панический страх.

— Через несколько секунд? — закричал Пит. — А ты себе представляешь, каково мне сейчас?

— Сейчас ты только испытываешь щемящее оцепенение. А панический страх ещё впереди.

— Тогда я хочу выбраться отсюда. Давай выбьем зеркало с дверью и уйдём из замка.

— Подожди! — Юп удержал Пита за руку. — Дай сказать: страх и ужас — всего только ощущения. Ты их испытаешь, но я уверяю тебя, тебе от них ничего не будет.

Ну как — Юп говорит так только для того, чтобы придать храбрости своему другу, или он, благодаря своим необыкновенным знаниям, убеждён в этом?

Пит замешкался — он искал подходящий ответ — и вдруг заметил, что в проходе произошли некоторые изменения. Пока они слушали призрачную музыку, раздававшуюся по ту сторону стены, в воздухе образовались, взявшись неизвестно откуда, странные космы тумана. Они заполнили всё пространство — опустились на пол, плыли вдоль стен, клубились под потолком.

Пит поводил фонариком вверх-вниз. В широком потоке света космы тумана медленно переплетались, сливались, извиваясь змеями и принимая зловещие и причудливые формы. У него на глазах они начали превращаться в воздухе в странные, наводящие ужас фигуры.

— Смотри-ка! — Голос Пита задрожал. — Я вижу лица! А вот это — дракон… и тигр… и толстомордый пират…

— Только спокойно! — сказал Юп. — Я тоже вижу престранные вещи, но всё это плод нашей фантазии. Точно так же, когда лежишь в траве и смотришь на облака. Наш глаз придаёт им различные формы и образы. Этот туман здесь совершенно безобиден. Но я думаю, что как раз сейчас и появится панический страх.

Он крепко схватил Пита за руку, и Пит тоже крепко ухватился за него. Юп был прав. Вдруг он почувствовал, как ужас, словно пальцами, скользит по всему его телу, от макушки до пят. Кожа покрылась пупырышками и дрожала мелкой дрожью. Только сознание, что и Юп испытывает те же ощущения, но остаётся твёрд как камень, удержало Пита от того, чтобы обратиться в бегство и начать бешено колотить руками и ногами в зеркальную дверь.

Когда страх обуял их, туман сгустился и начал закручиваться в ещё более фантастические парящие фигуры.

— Туман страха, — сказал Юп. Голос его звучал не очень твёрдо, однако он решительно сделал пару шагов вперёд. — Как-то много лет назад, по свидетельству очевидцев, шла об этом речь. Это самая высшая форма проявления устрашающих чудес в Замке Ужасов. Мы сейчас попытаемся выбраться отсюда и поймать синего фантома.

— Я не могу, — с трудом выдавил сквозь крепко сцепленные зубы Пит. — Меня действительно всего парализовало от страха. Я не могу ступить ни шагу.

Юп ненадолго задумался.

— Тогда, значит, самое время, чтобы я рассказал тебе, что я надумал, пока лежал в постели. Пит, — сказал он, — я пришёл к выводу, что в Замке Ужасов действительно бродит…

— Да я же тебе всё время об этом твержу!

— …действительно бродит, но вовсе не дух. Это — человек, такой же живой, как ты и я. Фантом Замка Ужасов, по моим соображениям, не кто иной, как Стивен Террил, та звезда немого кино, актёр, которого все считают мёртвым.

— Что? — Пит был так поражён, что забыл про свой страх. — Ты думаешь, он жив и живёт с тех самых пор здесь?

— Именно так. Это живое привидение, которое пугает людей и изгоняет их из своего жилья, чтобы никто не отобрал у него замок.

— А как же он это делает? — спросил Пит. — Мы ведь оба знаем, что нет даже признаков того, что замок обитаем. Как он обеспечивает себя всем необходимым для жизни?

— Не знаю. Это я должен спросить у него. Но ты понимаешь теперь — он нарочно до смерти напугал нас, чтобы мы держались от его замка подальше. Он никому не хочет причинить зла. Ну как, теперь ты себя чувствуешь лучше?

— Ещё бы, — сказал Пит. — Только мне всё ещё кажется, что мои ноги тянет совсем в другую сторону.

— Тогда давай доведём наше расследование до конца и пойдём разоблачим фантома, — сказал решительно Юп. Он пошёл к двери на другом конце коридора, и Пит волей-неволей последовал за ним. После разъяснений друга ему всё стало ясно. Сам Стивен Террил, этот маг и колдун, с давних пор жил в старых стенах замка и нагонял на всех, кто вторгался сюда, страх и ужас.

Они подошли к двери в противоположном конце коридора. На их удивление, она открылась без труда. Сыщики вошли и очутились в кромешной тьме. Зловещая музыка слышалась теперь громче, и, судя по эху, они находились в большом просторном помещении.

— Кинозал, — прошептал Юп. — Не зажигай фонарика. Давай застигнем фантома врасплох.

Бок о бок пробирались они ощупью вдоль стены и вот уже обогнули угол. Пит чуть громко не вскрикнул, когда что-то мягкое, гладкое бесшумно упало на него сверху и намоталось ему на голову. Но это был всего лишь кусок старого бархатного занавеса, который он нечаянно сорвал. Он сумел освободиться от него, не производя шума.

Потом они ещё раз завернули за угол и тут, у середины стены большого зала, там, где находился старый орган, увидели нечто мерцающее и дрожащее, состоящее из синего света и тумана. Они остановились. В темноте Пит слышал, как Юп готовит к работе камеру и вспышку.

— Давай подкрадёмся, — прошептал Юп, — и сделаем фото.

Пит смотрел на синий дрожащий свет, и ему вдруг стало жалко мистера Террила. После стольких лет одиночества для него будет слишком страшным шоком, что кто-то разгадал его тайну.

— Он может испугаться, — прошептал Пит в ответ. — Может, нам лучше объявиться, чтоб уж он знал, что мы тут? Тогда он поймёт, что и у нас тоже нет злого умысла.

— Очень трезвая мысль. Мы сейчас медленно приблизимся к нему, и я назову его по имени.

Они пошли на пляшущий синий свет и источник призрачных зловещих звуков.

— Мистер Террил! — громко крикнул Юп. — Мистер Террил, мы хотим поговорить с вами. Мы — ваши друзья.

Ничего не произошло. Музыка по-прежнему квакала, и выла, и стонала, а световое пятно продолжало висеть в воздухе. Они осторожно сделали ещё несколько шагов вперёд, и Юп попробовал крикнуть во второй раз.

— Мистер Террил, — позвал он. — Я — Юп Джонс. Со мной Пит Креншоу. Мы хотим только поговорить с вами.

И тут музыка вдруг смолкла, а светящийся синий фантом задвигался. Он грациозно взметнулся под самый потолок и завис там.

Юп с Питом разинули рты и вытаращили глаза, когда призрак-органист столь неожиданно пустился наутёк. И тут они почувствовали, что рядом с ними в темноте кто-то есть. Юп, державший камеру наготове, был полностью захвачен врасплох. У Пита ещё хватило времени передвинуть рычажок фонарика на «вкл.». Яркий луч света осветил двоих мужчин — одного среднего роста, другого совсем маленького, оба были облачены в ниспадающие и колыхающиеся арабские одежды — бурнусы. Вдруг каждый из них подбросил вверх что-то белое.

Большая сеть свалилась Питу на голову. Она выбила у него фонарик из рук, так что он потух, и опутала его с головы до ног.

Он попробовал бежать, но запутался ногами в ячейках сети и упал на устланный паласом пол. Он катался и отчаянно боролся, но вскоре заметил, что основательно запутался, как пойманная рыба в неводе. Чем сильнее он бил руками и ногами, тем туже затягивалась на нём сеть.

— Юп! — закричал он. — На помощь!

Его друг не ответил ему. С трудом перекатившись на бок и чуть не вывернув себе шею, Пит увидел, почему ответа не последовало.

Двое мужчин тащили Юпа, как мешок картошки. Он тоже основательно запутался, как и Пит. Освещая путь маленьким переносным фонарём, они пронесли увесистого коренастого мальчишку через зал и вскоре исчезли. Немалый вес Юпа, по-видимому, доставлял им много хлопот.

Пит лежал тихо, почти лишённый способности двигаться. В темноте он не мог ничего видеть, кроме синего света, плясавшего высоко над ним, у самого потолка.

Казалось, фигура пульсирует, становится то больше, то меньше, ну ни дать ни взять синий фантом смеялся над ним.

Абсурдная мысль — однако применительно к обладающему чёрным юмором привидению она более чем вероятна: двое Сыщиков, выступивших в поход, чтобы разоблачить фантома, беспомощно дрыгались в весьма реальных земных сетях. (Куда только подевалось мое тайно взлелеянное для подобного казуса злорадство? Признаюсь: начиная с этого момента я серьёзно беспокоюсь и переживаю за Первого и Второго Сыщиков).

Вскоре после этого синий свет начал меркнуть и наконец исчез вовсе. Темень опустилась на Пита чёрным покрывалом. Он попытался ещё раз высвободиться и только ещё безнадёжнее запутался в большой сети.

«Здорово мы вляпались», — подумал он с раздражением. Вместо того, чтобы вывести на чистую воду безобидного старого актёра, устроившего маскарад с синим фантомом и привидениями, их самих застигли врасплох и взяли в плен. Оба типа, в чьих сетях они барахтались, вконец запутавшись, имели довольно бандитский вид. Очевидно, они их подслушивали и подкарауливали.

Пит подумал о Бобе с Мортоном, ждавших их внизу на дороге. Увидит ли он их когда-нибудь снова? Свидится ли со своими родителями?

У него было так скверно на душе, как ещё никогда в жизни. Вдруг по залу заплясал неяркий свет, направляясь к нему. Когда свет приблизился, Пит узнал фонарь, который держал в руке человек, тот, что был выше ростом. На нём были длинные шёлковые одежды, как у восточного князя.

Человек подошёл к Питу и посветил ему фонарём в лицо. Пит увидел безжалостные раскосые глаза и рот, полный золотых зубов.

— Вы, маленькие дурачки, — сказал человек. — Почему вы не образумились и не стали держаться подальше от этого места, как все остальные? Теперь нам придётся серьёзно заняться вами.

Он провёл пальцем по горлу и издал отвратительный дикий крик. Пит всё понял. У него кровь застыла в жилах.

— Кто вы? — спросил он. — И что вы собираетесь сделать?

— Ха! — сказал человек. — В подземелье его! — Он схватил Пита, перебросил его, как мешок, через плечо и пошёл туда, откуда появился.

Пит висел перекинутым через плечо восточного князя и не мог в темноте ничего видеть. Он только заметил, что они прошли через дверь, потом по коридору и длинной витой лестнице вниз. Они опять очутились в коридоре, в котором было холодно и пахло чем-то заплесневелым и гнилостным, затем миновали ещё несколько дверей и попали наконец в маленькое, похожее на камеру узников помещение. Темница! Вокруг из стен торчали ржавые железные кольца.

В углу лежало что-то белое, похожее на кокон. Рядом сидел маленький араб и точил длинный нож.

— Где Абдул? — спросил восточный князь. Он опустил Пита на каменный пол рядом с коконом, оказавшимся Юпом: он тоже запутался в большой сети.

— Он пошёл за Линдой, — сказал маленький араб низким, гортанным голосом. — Они вдвоём со старой Розой спрячут наш жемчуг. Нам нужно договориться, что делать с этими желторотыми пронырами, которых мы тут поймали.

— Я думаю, мы просто оставим их тут, в этой милой гостеприимной каморке, и запрём все двери, — сказал другой мужчина. — Сюда ни один человек не проникнет, тем более что с минуты на минуту по старому замку в самом деле начнут разгуливать привидения.

— Неплохая идея, — хмыкнул араб. — Но чтоб действовать наверняка, надо им ещё немного попускать кровь.

Он провёл большим пальцем по отточенному лезвию ножа. У Пита, видевшего это, сдавило горло. Ему очень хотелось шепнуть хоть словечко своему другу, но Юп лежал рядом так тихо, что Пит уже начал опасаться, не случилось ли с ним чего.

— Я пойду поищу Линду. — Араб засунул нож в чехол и поднялся. Он бросил взгляд на два тюка на полу. — Пойдём, помоги мне — нам нужно ещё замести свои следы. Наш улов не скоро ещё выберется из сетей!

— Ты прав. Нам надо торопиться.

Восточный князь повесил фонарь на стену — свет от него ярко освещал обоих мальчиков. Араб и князь поспешно вышли. Пит слышал, как гулко отдаются их шаги. Вскоре после этого он услышал скрип и тяжёлый стук, словно перекатывали по земле огромный камень. Потом всё стихло.

Это, должно быть, весьма образованные восточные люди, прекрасно понимающие, что напугают свои жертвы гораздо больше, если будут произносить жуткие угрозы на родном языке пленников!

Наконец Юп заговорил.

— Пит, — спросил он, — с тобой всё в порядке?

— Зависит от того, что ты имеешь в виду, — ответил Пит. — Если мои кости — то да, с ними всё в порядке, всё в самом лучшем виде!

— Я рад, что ты не ранен. — Голос Юпа звучал очень возбуждённо. — Ты извини меня, что я так неожиданно вовлёк тебя в беду. Я был абсолютно уверен в успехе!

— О-ох, такое с каждым может случиться, — ответил Пит. — Всё ведь было совершенно логично и точно рассчитано. Кто же мог подумать, что мы спугнем банду? А ведь снаружи нигде никаких следов заметно не было, ни малейших признаков, что здесь кто-то устроил себе логово.

— Да, и я был настолько твёрдо убеждён, что всё дело в мистере Терриле, — сказал Юп, — что мне вообще не приходило в голову подозревать кого-то ещё. Скажи, у тебя руки свободны?

— Я не могу шевельнуть даже пальцем, — промычал Пит. — Я начисто запутался в сети.

— К счастью, у меня свободна правая рука, — сказал Юп. — Я тут уже вовсю орудую, чтобы освободиться. Может, ты поможешь мне и скажешь, в каком месте надо резать.

Пит одним рывком перевалился на бок, Юп сделал то же самое, повернувшись к своему другу спиной. И Пит увидел, что он добрался рукой до перочинного ножа у себя на ремне. При восьми ножичках там была ещё отвертка и ножнички. Юп раскрыл крошечные ножнички и перерезал несколько ячеек сети, так что его рука оказалась на свободе.

— Режь больше влево, — прошептал Пит. — Тогда ты сразу и левую руку освободишь… Так!

Ножнички были очень маленькие, а сеть, очевидно, была сплетена из прочной нейлоновой пряжи, но, следуя указаниям Пита, Юп успешно продвигался вперёд. Вскоре обе руки его были на свободе, после чего дело пошло значительно быстрее. Он как раз занялся тем, чтобы разрезать сеть по всей длине под собой, как вдруг они услышали шаги.

В первый момент они от страха даже не могли шевельнуться. Потом мозг Юпа заработал, и он быстро и ловко перевернулся на спину, чтобы не было видно разрезанной сети. Сердца их бешено колотились — они ждали, что будет дальше.

Вскоре вошла сгорбленная старая женщина, держа высоко над головой фонарь. На ней были драные юбки цыганки, а в ушах огромные золотые кольца.

— Ну, как вы тут, мои золотые, — прошамкала она, — уютно ли вам в гнёздышке, мои голубчики? Вот, не захотели прислушаться к предсказаниям старой Розы — старой доброй Розы, которая так старалась ради вас! Ну вот видите, к чему всё привело. Всегда нужно слушаться слов цыганки, когда она предсказывает вам будущее, мои золотые, и тогда никогда не придётся раскаиваться в содеянном.

Неестественно застывшая поза Сыщиков, по-видимому, озадачила старуху, потому что она вдруг вплотную приблизилась к ним.

— Финтите, мои золотые, на хитрость пустились? — заблеяла она, злорадно хихикая. Цыганка ловко перевернула Юпа на бок и увидела разрезанную сеть. — Ах вот оно что! Голубки собрались упорхнуть! — Она схватила Юпа за запястье и вывернула его. Ножик выпал на пол, и старуха быстро подобрала его. — Тогда придётся проучить вас, мои хорошие, — сказала она и громко позвала: — Линда! Верёвку! Давай сюда верёвку! Наши голубки хотели упорхнуть!

— Иду, Роза, иду! — ответил другой голос, звучавший совсем не по-цыгански. В дверях появилась хорошо одетая леди. Она держала в руках канат.

— Они у нас умные — очень умные, — ворковала старая цыганка. — Нам надо покрепче их связать, даже очень крепко. Помоги мне, иди подержи вот этого. Я его свяжу.

Питу не оставалось ничего другого — только смотреть, как обе женщины расправляются с Юпом, хорошенько связывая его. Сначала они полностью разрезали сеть, потом связали Юпу для верности руки на спине и спутали ему ноги. Под конец они продели верёвку от рук сквозь ржавое железное кольцо в стене и закрепили её там.

Проверив, что сеть Пита целая, они только обмотали тело Сыщика канатом, который завязали узлом.

— Ну теперь им отсюда не выбраться, Линда, — хихикала старая цыганка. — Не освободиться и не уйти. Я уговорила наших мужчин не применять к голубкам насилия. О нет, мы не будем столь жестокими и не станем проливать кровь. Мы просто оставим их здесь и запрём вход в темницу. Они больше никому не смогут сообщить, что здесь произошло.

— Жалко их, — сказала леди. — Наверняка это хорошие, благовоспитанные мальчики.

— Не поддавайся жалости, Линда, — заверещала цыганка. — Мы ведь бросили жребий и решили, и ты не можешь идти поперёк. Поторапливайся, нам надо замести свои следы и исчезнуть отсюда.

Она выскользнула за дверь. Другая взяла свой фонарь и посветила обоим беспомощно лежащим на полу мальчикам в лицо.

— Почему вы, ребятки, такие упрямые? — спросила она. — Всем остальным делалось так страшно, что они никогда не приходили сюда во второй раз. Немножко музыки на зловещем органе было достаточно, чтобы отпугнуть их навсегда. Ну почему вы оказались такими странными и опять заявились сюда?

— Три Сыщика никогда не отступают и не сдаются, — упрямо сказал Юп.

— Иногда разумнее отступить, — возразила леди. — Ну хорошо, я должна оставить вас одних. Надеюсь, вам будет не страшно в темноте. Сейчас мне пора идти.

— Прежде чем вы уйдёте, — сказал Юп, и Пита привело в восхищение то спокойствие, с которым говорил его друг, — я хотел бы ещё кое о чём вас спросить.

— Ну давай, мой мальчик, спрашивай! — сказала леди.

— В каком уголовном преступлении замешаны вы и ваши компаньоны по банде? — спросил Юп.

— О-о-о, какие изысканные обороты речи! — Леди засмеялась. — Ну что ж, молодой человек, мы контрабандисты. Спекулируем драгоценностями с Востока, прежде всего жемчугом, и этот старый замок — наше главное хранилище. Долгие годы нам удавалось отпугивать каждого, кто заявлялся сюда, мы инсценировали, что замок населён привидениями и духами. Ведь он — превосходное пристанище для нас.

— А почему вы все одеты так, что каждому сразу бросаетесь в глаза? — допытывался Юп. — Ведь вы обратите на себя внимание любого!

— А нас никто не видит, молодой человек, — ответила леди. — И на все твои вопросы я отвечать не буду, иначе вам не над чем будет ломать голову. Прощайте, если мы больше не увидимся — на что я, собственно, очень рассчитываю!

Она взяла фонарь и быстро вышла. Когда дверь захлопнулась на замок, полная темнота окутала Сыщиков. Пит почувствовал, что в горле у него пересохло — язык прямо приклеился к гортани.

— Юп! — позвал он. — Скажи что-нибудь. Я хочу тебя слышать.

— О-о, прости. — Голос Юпа звучал как-то отсутствующе. — Я как раз кое-что обдумывал.

— Обдумывал?! Даже сейчас?!

— Конечно. Ты не заметил, что цыганка Роза, выходя, повернула направо и пошла в другом направлении по коридору?

— Нет, я ничего не заметил. А какое это имеет значение?

— Ну, она ведь пошла в противоположном направлении — не тем путем, по которому нас сюда притащили. Следовательно, она пошла не к лестнице и не к тем залам, что наверху в замке, а куда-то ещё ниже, в подземные своды. Это позволяет предположить, что тут где-то есть потайной ход. И этим как раз и можно объяснить, почему снаружи вокруг замка нет ничьих следов.

Мортон с Бобом постепенно начали ощущать беспокойство. Они уже целый час просидели в машине, ожидая возвращения Юпа и Пита. Каждые пять минут Боб выбирался из машины, чтобы бросить взгляд на вершины Чёрного каньона. И примерно каждые десять минут из машины выходил Мортон и оглядывался вокруг. Впечатление было такое, словно они смотрят в чёрную пасть гигантской змеи.

Наконец Мортон сказал:

— Я думаю, мне надо пойти на их поиски.

— Но вы же не можете оставить машину, Мортон, — напомнил ему Боб. — Вы ведь не должны спускать с неё глаз.

— Юный мистер Юп и его друг важнее автомобиля, — сказал Мортон. — Я отправляюсь на их поиски.

Он вышел из машины и открыл багажник. Боб подошёл к нему. Шофёр доставал как раз большой сигнальный фонарь, предназначавшийся для аварийного случая.

— Я пойду с вами, Мортон, — сказал Боб. — Ведь они мои друзья.

— Хорошо, пошли вместе.

Мортон подумал немножко и взял ещё тяжёлый молоток, чтобы быть хоть как-то вооружённым на случай опасности. И они зашагали к Чёрному каньону. Из-за своей ноги Бобу трудно было поспевать за рослым мускулистым Мортоном, но тот ему всячески помогал, поддерживал его, если усыпанная камнями тропинка становилась труднопроходимой. Они добрались до Замка Ужасов быстрее, чем думали.

Первое, что бросилось им в глаза, было то, что на входной двери не было ручки и открыть её снаружи не представлялось никакой возможности. Потом Мортон заметил, что оторванный набалдашник валяется на каменных плитах террасы.

— Очевидно, они проникли внутрь не через эту дверь, — сказал он. — Надо поискать другой вход.

В поисках другого входа они ходили вдоль фасада взад и вперёд и светили фонарём в окна. Вдруг Боб увидел сигнал — большой вопросительный знак. Он был нарисован белым мелом на высокой стеклянной створке окна, стоявшей чуть приоткрытой.

— Вот где они вошли! — воскликнул он возбуждённо и объяснил Мортону тайный смысл символа Трёх Сыщиков.

Они толкнули окно и вошли в замок. Внутри Мортон обвёл по кругу мощным фонарём по стенам: они находились в богатой аристократической столовой.

— Никаких признаков, куда они оба могли отсюда уйти, — озабоченно произнёс Мортон. — Здесь есть несколько дверей, но ни на одной из них нет тайного знака.

И тут Боб заметил большое зеркало на стене. Посередине него на зеркальной поверхности виднелся вопросительный знак.

— Ну не исчезли же они сквозь зеркало? — пробормотал озадаченно Мортон. — Тем не менее надо подойти поближе и хорошенько посмотреть что к чему.

Он дотронулся до рамы, и, к его удивлению, она повернулась, как вращающаяся дверь. За ней стал виден узкий проход.

— Потайная дверь! — воскликнул Мортон. — Они наверняка прошли здесь. Значит, — и нам надо туда же.

Боб знал, что он никогда бы не отважился пойти один по этому узкому мрачному коридору из камня, но Мортон без всяких колебаний шагнул в открывшийся проём. Бобу не оставалось ничего другого, как последовать за ним. Увидев знак Первого Сыщика на двери в другом конце коридора, они прошли и туда и тут же оказались в кинозале. Мортон осветил стены, расползшийся от старости бархатный занавес, обшарпанные, истлевшие плюшевые сиденья, старый запылённый орган. Но так и не нашёл следов ни Юпа, ни Пита.

Вдруг Боб заметил странный отсвет под одним из сидений. Он нагнулся.

— Мортон! — закричал он. — Это новый фонарик Пита!

— Юный мистер Пит не стал бы просто так оставлять его под стулом, — произнёс Мортон. — Здесь что-то произошло. Надо получше всё осмотреть.

Они опустились на четвереньки и поползли по проходу вдоль рядов. Мортон держал фонарь как можно ближе к полу!

— Вот — слой пыли полностью стёрт!

Он был прав. И посередине, на том самом месте, где больше не было пыли, мелом был нацарапан вопросительный знак.

Мортон был явно испуган, когда увидел знак, но ничего не сказал Бобу о том, что подумал. Он выпрямился и тщательно обследовал пол в кинозале, пока не нашёл в пыли отпечатки шагов. Он прошёл по ним мимо рядов, за ветхий экран и сквозь находившуюся в экране дверь. За ней — опять коридор. Винтовая лестница вела вниз, туда, где было ещё чернее, где царил мрак подземелья. А коридор уходил дальше, в глубь замка.

Пока они стояли и размышляли, по какому пути им пойти — вниз по лестнице или дальше по коридору, Мортон заметил на первой ступеньке лестницы почти неузнаваемый вопросительный знак.

— Это значит, что нам нужно идти вниз, — сказал он. — Юный мистер Юп всё-таки сумел себе помочь. Он показывает нам, куда ведёт след.

— А как вы думаете, что произошло, Мортон? — спросил Боб, когда они начали медленно спускаться по винтовой лестнице по крутым ступенькам всё глубже и глубже вниз, пока у него не закружилась голова.

— Мы можем только предполагать, — сказал Мортон и ненадолго остановился, чтобы изучить новый вопросительный знак на крошечной лестничной площадке. — Если бы мистер Юп шёл ногами, он бы ставил вопросительные знаки на стене на уровне глаз. Это вынуждает меня сделать вывод, что его несли и он мог оставить свой тайный знак только там, когда тот или те, кто его нёс, опускали его, чтобы передохнуть. На полу он, по-видимому, чертил мелом тайком.

— Но кто же мог нести его в этот подвал? — спросил удивлённый Боб. — Если это вообще подвал. Больше похоже на тюрьму!

— Здесь всё выглядит точно так же, как в подземелье, которое я однажды видел в старинном замке в Англии, где я раньше служил, — пояснил Мортон. — Малоприятное место пребывания. А вот кто нёс сюда юного джентльмена — этого я не могу сказать. Боюсь, мы потеряли след.

Они спустились до самого конца лестницы. В разных направлениях от неё расходились три прохода — каждый вёл в кромешную тьму, хоть глаз выколи. Вопросительных знаков нигде не было видно.

— Давай выключим свет и прислушаемся, — предложил Мортон. — Может, в темноте мы что услышим.

Они напряжённо вслушивались в хранящую безмолвие тьму и вдыхали заплесневелый дух сырого подземелья. Вдруг они услышали какой-то звук, словно два камня со скрипом тёрлись друг о друга. В следующий миг они увидели проблеск света, который появился в самом конце среднего прохода.

— Юп Джонс! — крикнул Мортон громко. — Эй!

На секунду они увидели женщину, она несла яркий фонарь. Потом свет исчез, и они ещё раз услышали скрежещущий звук трущихся друг о друга камней. Всё опять стихло, и воцарился полный мрак.

— За ней! — скомандовал Мортон. Он побежал по проходу. Боб заковылял за ним так быстро, как только мог. Когда он догнал шофёра, Мортон простукивал гладкую бетонную стену. Проход закончился тупиком.

— Она прошла здесь! — сказал Мортон. — Я могу в этом поклясться. Пора пускать в ход тяжёлое оружие.

Он вытащил из-за пояса огромный молоток и начал им колотить по стене. Оба сразу же навострили уши — в одном месте стена была полой, слышался звук удара.

Мортон ударил несколько раз посильнее, и бетон стены начал крошиться. Удивительно быстро Мортон отбил часть стены, которая была в этом месте толщиной всего примерно сантиметров пятнадцать и состояла из цемента и металлической рамы.

Потайная дверь!

Как только Мортон увидел, что достаточно применить силу, он начал энергично расшатывать её. Дверь вскоре со звоном отскочила, и их взору открылся дальнейший проход, который вёл прямо в глубь горы, как им показалось. Стены и потолок были частью горной скалы.

— Туннель! — крикнул Мортон. — Тот, кто похитил мальчиков, прошёл здесь. Женщина наверняка из их банды. Скорей — пока она не ушла от нас!

Он схватил Боба за руку, и они вошли в туннель. Через несколько шагов почва стала очень неровной, а потолок низким. Мортону пришлось согнуться, чтобы двигаться дальше. При этом он всё время стукался фонарём о стены; наконец он выронил его из рук, и свет погас. Пока Боб нащупывал свой фонарик, он услышал вокруг себя хлопанье крыльев, возбуждённый гортанный крик и птичью трескотню. В следующий миг об него ударилось что-то мягкое. Потом ещё и ещё одно такое же мягкое существо коснулось его головы.

— Летучие мыши! — завопил в ужасе Боб. — Мортон, они напали на нас! Гигантские летучие мыши!

— Только спокойно, мой мальчик! — сказал Мортон. — Только не паниковать.

Он присел на корточки и начал шарить в поисках своего фонаря. Боб закрыл голову руками. Большие мягкие животные летели со всех сторон в его сторону, а одно из них попробовало даже устроиться у него на голове. Он издал дикий вопль и стряхнул его с себя.

— Мортон! — орал он. — Они здоровые, как голуби! Это какие-то гигантские летучие мыши — настоящие вампиры!

— Я так не думаю, юный мистер Боб, — сказал Мортон и зажёг наконец-то свой фонарь. Он направил луч к потолку, и они увидели десятки порхающих крылатых существ. Но то были не летучие мыши, а самые настоящие птицы. Как только они увидели свет, они с громкими резкими криками, шумом и гвалтом ринулись на него.

Мортон выключил фонарь.

— Их притягивает свет, — крикнул он Бобу. — Давай лучше вернёмся в темноте назад. Дай мне свою руку.

Боб ухватился за Мортона, и шофёр ощупью повёл его по туннелю в скале назад. Птицы вроде как улетели — во всяком случае, в темноте смолк их громкий гортанный крик, так что они оба беспрепятственно добрались до двери и опять вошли в подземелье замка. Они закрыли за собой дверь, чтобы избавиться от птиц.

— Я не думаю, что наших мальчиков пронесли этим туннелем, — сказал Мортон. — Их похитители должны были бы опустить их на землю, чтобы открыть потайную дверь. И тогда мистер Юп использовал бы такую возможность и нанёс бы мелом свой знак. А здесь вопросительных знаков нигде нет.

Да, знаков не было. Но вдруг кто-то начал кричать, и у них сразу не возникло никаких сомнений, кому принадлежит этот голос. Юп звал на помощь. В следующее мгновение к нему присоединился и Пит. Голоса неслись откуда-то сзади и звучали очень приглушённо. Мортон бросился бежать назад по тёмному коридору и натолкнулся на закрытую дверь, которую не заметил, когда кинулся вслед за убегающей женщиной. За дверью находилась настоящая темница со вделанными в стену железными ржавыми кольцами. А на полу лежали Пит и Юп, увязанные, как свёртки с подарками. Однако оба они не проявляли особых восторгов по поводу своего избавления. Они были скорее рассержены, что их крики не были услышаны раньше. Пока Мортон разрезал канат и сети, он рассказывал обоим Сыщикам, что в погоне за таинственной женщиной так стучал молотом по стене, долбя потайную дверь, что, по-видимому, производил слишком много шума и не слышал их криков о помощи.

— Нам нужно как можно скорее выбраться отсюда и поставить обо всём в известность соответствующие органы полиции, — заявил он уверенно и важно, пока Юп с Питом отряхивались от пыли. — Эти люди — общественно опасные элементы. Ведь они могли убить юных джентльменов.

Но Юп даже не вникал в его слова. Он сразу навострил уши, как только Боб начал рассказывать, что в туннеле на них напали птицы.

— Что за птицы? — спросил он.

— Что за птицы? — недовольно пробурчал Боб. — Я их об этом как-то не расспрашивал. Во всяком случае, они вели себя как маленькие орлы, они гонялись за нами.

— Нет, они были совершенно безобидными, — сказал Мортон. — Их просто свет притягивал. Очевидно, это попугаи, если мне будет позволено сделать замечание.

— Попугаи! — Первый Сыщик подскочил словно ужаленный. — Вперёд! Все за мной! Нужно срочно кое-что предпринять! — Он выхватил из-за пояса свой фонарик и молнией метнулся в дверь.

У обоих мужчин был весьма смущённый вид. Пит, Боб и Мортон выглядели не менее удивлёнными.

— Но… — начал Пит.

— На них просто было женское платье и парики, — сказал Юп. — Я это заметил, когда дотронулся до их туфель и обнаружил, что на ногах у них мужские ботинки. Тут я понял, что все пятеро членов банды, которая захватила нас в плен, в действительности были всё те же два человека, менявших костюмы.

— Ты думаешь, двое арабов, и восточный князь, и обе женщины — всё это были мистер Рекс и мистер Грант? — спросил поражённый Пит.

— Он прав. — В шёпоте мистера Рекса слышалось раздражение. — Мы разыграли из себя целую банду, чтобы нагнать на вас, глупых мальцов, как можно больше страху. С помощью плащей и юбок костюмы можно менять очень быстро. Но вы не должны думать, что в наше намерение входило причинить вам зло. Я как раз направился к вам вновь, чтобы развязать вас, но тут меня заметили ваши друзья.

— Мы не убийцы, — сказал маленький человек, мистер Грант. — И не контрабандисты. Мы всего лишь привидения. — Он с трудом подавил улыбку, но мистер Рекс оставался серьёзным.

— Я — убийца, — сказал он. — Я убил Стивена Террила.

— Ах да, верно, — согласился маленький человек, словно эта мелочь нечаянно выпала у него из памяти — ну, к примеру, если бы он забыл завести часы. — Вы ведь действительно прикончили его. Но это всё равно не считается.

— У полиции может быть на этот счёт другое мнение, — возразил Мортон. — Мистер Юп, юные джентльмены, давайте лучше сообщим об этом в ближайший полицейский участок.

— Нет, обождите. — Шептало поднял руку. — Дайте мне немного времени, и я представлю вам Стивена Террила.

— Вы имеете в виду — его дух? — испуганно спросил Пит.

— Ну, конечно. Поговорите с его духом, и он объяснит вам, почему я убил его.

Прежде чем кто-либо успел задержать его, Шептало исчез за дверью в соседней комнате.

— Не беспокойтесь, — сказал мистер Грант. — Он не собирается бежать. Он сейчас выйдет. Между прочим, вот твой перочинный нож, держи его, Юп Джонс.

— Большое спасибо, — сказал Юп. Он любил свой ножичек и дорожил им.

Не прошло и минуты, как дверь вновь открылась, и в комнату вошёл незнакомый человек. Вовсе не Шептало. Человек был чуть ниже ростом и моложе, с тщательно причёсанными каштановыми волосами с проседью и в опрятном костюме из твида. Он с приветливой улыбкой окинул взглядом всех присутствующих.

— Добрый вечер, — сказал он. — Я — Стивен Террил. Вы хотели побеседовать со мной?

Все молча уставились на него, лишившись дара речи. Даже Юп не мог произнести ни слова.

Наконец первым заговорил мистер Грант.

— Перед вами действительно Стивен Террил, — заверил он всех.

И тут Юп состроил такую физиономию, словно надкусил сочное сладкое яблоко, а увидел в нём жирного червя. Он был страшно зол — на самого себя.

— Мистер Террил, — сказал он. — Вы и Джонатан Рекс, и Шептало, это так?

— Что — Шептало? — воскликнул Пит. — Но он же больше ростом, и весь лысый, и…

— Извольте, — сказал Стивен Террил. Он в мгновение ока сдёрнул с головы парик и продемонстрировал всем огромную лысину. Потом как-то весь выпрямился и стал казаться выше ростом, он сощурил глаза, скривил рот и зашипел: — Не двигаться, если вам жизнь дорога!

Это было настолько правдиво и убедительно, что все вздрогнули. Перед ними на самом деле стоял Шептало! И он же был и Стивен Террил — звезда немого кино, которого все давно считали умершим. Теперь это стало ясно и Питу, и Бобу.

Мистер Террил вытащил нечто странное из кармана пиджака. Это был искусственный шрам из пластика.

— Стоило мне только приклеить к шее эту штуковину, снять парик и надеть ботинки с высокими прокладками, как Стивен Террил умирал, — пояснил он. — Тогда я начинал разговаривать жутким сиплым голосом и превращался в человека, внушавшего всем ужас и прозванного Шептало.

Он снова надел парик и опять принял самый обычный вид. Со всех сторон на него посыпался град вопросов, тогда он поднял руку.

— Давайте сядем, — предложил он, — и я вам всё объясню. Видите вот эту фотографию? — Он указал на фото, где он приветствовал Шептало — в действительности он пожимал руку самому себе. — Это, конечно, кино-трюк, комбинированная съёмка, чтобы иллюзия обмана была полной — как будто перед вами двое совершенно разных людей. Много лет назад, когда я только начинал свою карьеру, моя застенчивость и шепелявость казались мне большим препятствием при ведении деловых переговоров. Я неохотно вступал в разговоры с людьми. Не мог самостоятельно вести свои собственные дела успешно. Поэтому я выдумал Шептало — своего менеджера. Шептало всегда говорил громким шёпотом с присвистом, что скрадывало мою шепелявость, к тому же он выглядел такой устрашающей фигурой, что любые переговоры перестали представлять для меня хоть какую трудность. Никто, кроме Чарли Гранта, моего истинного друга, не знал, что оба этих человека — одна персона, а именно — я. Он всегда помогал мне превращаться из Стивена Террила в Шептало.

Опыт перевоплощения полностью оправдывал себя до появления моего первого звукового фильма. Тогда весь мир начал смеяться надо мной! Это было унизительно для моей гордости и достоинства! Я уединился в своём замке. Но когда я вдобавок узнал, что банк хочет отобрать у меня и замок, я пал духом и был в полном отчаянии.

При строительстве замка рабочие обнаружили тогда сброс в горах Чёрного каньона. Возникшая в результате смещения горных пород пустота пробивала гору насквозь и выходила по другую сторону хребта, там, где кончается дорога в Верхнюю долину. Я велел укрепить возникший естественный проход внутри горы и сделать незаметную потайную дверь. Потом я появился на людях в образе Джонатана Рекса, купил себе кусок земли на другом конце потайного хода и построил там для себя маленький домик. Таким образом я мог беспрепятственно входить и выходить из замка, и никому бы не пришла в голову мысль, что я играю роль собственного двойника.

В те дни я часто совершал на своём автомобиле одинокие прогулки, пытаясь стряхнуть с себя навалившуюся на меня тяжёлую депрессию. Однажды я ехал высоко в горах вдоль берега океана. И мне пришла в голову блестящая идея инсценировать автомобильную катастрофу.

— И тогда вы специально направили машину к крутому обрыву утёса, да? — быстро спросил Юп. Террил кивнул.

— Да. Сначала я написал предсмертную записку и оставил её на самом видном месте. Потом инсценировал в одну из тёмных штормовых ночей несчастный случай, дав сверзиться своей машине с высокого скалистого утёса — сам я, естественно, предварительно вылез из неё. И это означало для всего окружающего мира смерть Стивена Террила. Да и для меня он перестал существовать — он был всё равно что мёртв, ушёл в небытие, и я смирился с этим. Мне хотелось сохранить для себя замок. Мысль, что он будет принадлежать другому и тот будет жить в нём, сводила меня с ума.

Хотя замок после моей смерти стал нежилым, я мог приходить туда по подземному ходу в любое время дня и ночи. Поэтому я был тайным свидетелем, когда полицейские совершали обыск в замке, и позаботился о том, чтобы они как можно быстрее оттуда убрались. Когда возводили замок, я предусмотрел некоторые технические хитрости при строительстве, которые должны были наводить ужас на моих друзей, пришедших в гости. Позже всё это мне очень пригодилось — они способствовали укоренению общего мнения, что в замке водятся привидения.

Когда банк направил в замок своих людей, чтобы вынести принадлежавшее мне имущество, я дал волю разыгравшемуся воображению — привидения наводнили замок. Вскоре мне вообще почти ничего больше не требовалось делать, чтобы нагнать страх на тех, кто заявлялся туда. Их собственная фантазия работала на меня. Однако я следил за тем, чтобы мрачная слава Замка Ужасов не померкла. Для того чтобы напугать и прогнать каждого, кому взбредёт в голову приобрести мой замок, я время от времени пускал со склона горы лавины камней.

Мой план вполне удавался. Никто не хотел покупать у банка замок. Всё это время я копил деньги, чтобы купить его самому. В роли Джонатана Рекса, разводящего редкие породы птиц, я уже почти собрал необходимый взнос… И тут вы, трое мальчишек, стали мне поперёк дороги. — Актер вздохнул. — Вы оказались намного упрямее всех остальных, которые приходили сюда до вас, — сказал он.

— Мистер Террил, — спросил Юп, внимательно выслушавший его рассказ, — это вы звонили нам тогда после нашего первого визита в замок — таким странным, искажённым голосом, чтобы напугать нас?

Актёр кивнул.

— Я думал, это вас удержит от дальнейших действий.

— Но как же вы узнали, что мы придём в тот вечер, и откуда вы узнали, кто мы? — спросил Юп. Стивен Террил улыбнулся.

— Мой друг, Чарли Грант — мой личный шпион, — сказал он. Маленький человек кивнул. — У самого входа в Чёрный каньон стоит хорошо замаскированный маленький домик. Чарли живёт там. Как только он видит, что кто-то направляется в ущелье, он звонит мне по телефону, и я быстро спускаюсь в туннель, чтобы встретить непрошеных гостей. Когда Чарли увидел, как в ущелье катит «роллс-ройс», я узнал по его описанию автомобиль, про который читал в газетах. Ну и, естественно, я там же прочёл, что победителя конкурса зовут Юпитер Джонс.

Ну вы, ребятки, в тот вечер довольно быстро улепетнули из замка. Пожалуйста, не воспринимайте это столь трагично — другие проделывали то же самое ещё быстрее. Я вернулся домой и полистал телефонную книгу. Там я такого имени не нашёл. Тогда я позвонил в справочное бюро и узнал, что ваш телефон только что подключили к телефонной сети. Вот я и позвонил.

— А-а-а, — сказал Юп, а Пит почесал у себя в затылке. Как всегда, Юп оказался прав: многие столь загадочные явления решаются, как правило, совсем просто — конечно, когда догадаешься, в чём дело. А до того приходится разгрызть не один крепкий орешек.

— Значит, поэтому Скинни Норрис — я имею в виду того, другого мальчика — так быстро рванул оттуда со своим дружком, когда мы с Питом пришли ещё раз, — понял теперь Юп.

— Да, Чарли предупредил меня, и я уже поджидал их. Но то, что и вы пожалуете почти одновременно с ними, явилось для нас полной неожиданностью.

Маленький мистер Грант сильно смутился.

— Давайте лучше я объясню, — сказал он. — Когда вы подъехали, я уже ничего не мог сообщить моему другу Стивену — он был в замке. Поэтому я пошёл по краю ущелья, чтобы проследить за вами. Но тут я нечаянно наступил на камень, он покатился вниз, и тогда вы взглянули вверх и обнаружили меня.

— Ах, так это вы были тем человеком, с которым мы собирались по-свойски разделаться! — выпалил Пит. — Это вы спустили на нас лавину с горы!

— Честное слово, я не хотел этого, — сказал мистер Грант совершенно серьёзно. — Там, наверху, была сложена такая хорошая кучка камней, которую нужно было только подтолкнуть в решающий момент, чтобы отбить охоту очередному претенденту на покупку замка. Я хотел спрятаться за ней и нечаянно столкнул. Я очень беспокоился, не попали ли в вас камни, хотя я видел, как вы нырнули в грот. Но потом я заметил, как просунулся конец палки сквозь завал, засыпавший вход в грот, и подумал, что вы выберетесь сами. Я даже ещё подождал, пока это произошло. А если бы вы сами не справились, я бы пришёл вам на помощь.

Пит не знал, что и сказать на это. Разъяснения мистера Террила и мистера Гранта пролили свет на все произошедшие события. Теперь можно было легко себе представить, каким образом оба эти человека каждый раз были во всеоружии, когда Сыщики заявлялись в замок.

Однако Юп всё ещё ломал над чем-то голову.

— Я думаю, что всё самое главное мне теперь понятно, — сказал он. — Но некоторые моменты всё ещё остаются неясными.

— Спрашивай, что ты хочешь знать, — подбодрил его Стивен Террил. — Ты заслужил, чтобы знать всё.

— В тот день, когда мы приехали к вам после обеда, мистер Террил, — сказал Юп, — у вас наготове уже стоял кувшин с лимонадом, словно вы ждали нас. Потом вы сказали, что обрезали ножом кустарник, что было неправдой. Это всё мелочи, но мне бы очень хотелось их выяснить.

Актёр негромко засмеялся.

— Когда вы выбрались из грота, — сказал он, — вы были сильно озабочены совсем другим и не заметили моего друга Чарли. Он следил за вами до самой машины. Потом спрятался вблизи автомобиля и слышал, как вы назвали шофёру мой адрес. Вы уехали, и он тут же позвонил мне. Я стал готовиться к вашему приходу. Из моего окна видна часть дороги в Верхнюю долину. А этот старомодный «роллс-ройс» трудно не узнать сразу. Как только я его увидел, я налил в кувшин лимонад. Потом спрятался в кустах и взял для предлога нож. Я наблюдал за вами, пока вы карабкались по тропинке вверх и шли по дорожке к дому.

Вплоть до этого момента я всё ещё никак не мог решить, как мне обращаться с вами. Но потом всё же подумал, что лучше встречу вас как друг и предложу выпить прохладного лимонаду. После этого я всячески пытался отвадить вас от замка, рассказывал страсти-мордасти про свой замок, чтобы вы больше никогда не ходили туда по доброй воле. Прошу вас, подумайте, ведь я старался рассказывать как можно меньше того, чего не было на самом деле. Что Стивен Террил мёртв, это я, правда, сказал, но ведь и для меня он больше не существовал.

Я сказал также, что никогда не переступал порога замка с тех пор. И это сущая правда. Я приходил и уходил по подземному ходу. Туннель ведь начинается в моём вольере, и я мог входить и выходить оттуда абсолютно незамеченным. Но сегодня вечером я так торопился, что забыл закрыть за собой дверь, поэтому птицы и вылетели в туннель.

Юп опять мял пальцами нижнюю губу.

— Ещё осталась цыганка, которую вы послали предупредить нас, мистер Террил, — сказал он. — Это конечно, был ваш друг мистер Грант, переодетый в старую женщину, так ведь?

— Правильно, мой мальчик. Когда я узнал, что вы выступаете в роли Сыщиков, я понял, что так легко вы не сдадитесь. Тогда Чарли переоделся цыганкой и принёс вам моё второе предостережение. Я надеялся, что предсказание старой цыганки удержит вас от дальнейших визитов в замок.

— Именно это вызвало мой настоящий интерес и навело на след, мистер Террил, — заявил Юп с любезной улыбкой. — Ещё никто до сих пор не получал подобных предупреждений. Я счёл это крайне странным, что именно мы получили его. Привидения не занимаются тем, чтобы предупреждать людей. Тогда я и задумался, что за всем этим должен стоять живой человек, который не хочет, чтобы мы приходили в замок. Потом, когда я повнимательнее изучил фотографии Боба, мне бросилось в глаза, что рыцарские доспехи в «говорящем» зале были не очень-то ржавыми, а в библиотеке почти не было пыли. После стольких лет запустения там должно было бы всё проржаветь и покрыться густым слоем пыли. Однако всё выглядело так, будто кто-то в Замке Ужасов тайно заботится обо всех вещах. И человек, которому всё так дорого в замке, его владелец — Стивен Террил. Так постепенно я пришёл к выводу, что вы живы, мистер Террил. Сегодня вечером вы, конечно, одним махом перечеркнули все мои расчёты, взяв нас в плен и представ перед нами в костюмах международной банды контрабандистов. Я так думаю, вы были одним из арабов, потом восточным князем и молодой леди, а мистер Грант играл другого араба и старую цыганку?

— Да, ты опять прав, — сказал, весело подмигивая, Стивен Террил. — Мы использовали мою большую коллекцию париков и костюмов. Я хотел хорошенько запугать вас. Я решил, что вы откажетесь от своей затеи работать Сыщиками в стенах моего замка, если встретите в Замке Ужасов не одни только привидения, но и банду контрабандистов, жаждущих мести. Уж слишком вы досаждали мне! Ну вот, пожалуй, и вся история. Есть ли ещё что-то, что вам хотелось бы узнать?

— У нас уйма вопросов! — воскликнул Пит. — Во-первых что за история с глазом, который в первый вечер смотрел на нас с портрета?

— То был мой глаз, — сказал Стивен Террил. — Позади картинной галереи есть потайной ход, а в портрете было смотровое отверстие.

— Но мы с Бобом тщательно осмотрели картину, — возразил Пит, — там никакой дырки не было.

— Когда вы убежали, я повесил другой портрет, похожий на тот, — сказал мистер Террил. — На тот случай, если вы всё-таки вернётесь и вздумаете проверить.

— А синий фантом? — Пита словно прорвало. — А старый орган, который издает такие жуткие звуки? А туман страха? А призрак в зеркале? А ледяная струя воздуха в «говорящем» зале?

— Об этом мне как-то не очень хочется рассказывать, — сказал Террил. — Это всё равно что заставлять фокусника раскрыть все его секреты. Но вы, конечно, вправе узнать всё, если вы настаиваете…

— Я думаю, мне удалось проникнуть в тайну некоторых ваших приёмов, мистер Террил, — прервал его Юп. — Холодный ветер возникал от испарения сухого льда и поступал в «говорящий» зал через дырку в стене. Зловещая музыка — обыкновенная магнитофонная запись, пущенная через усилитель в замедленном темпе в обратную сторону. Синий фантом — скорее всего, вуаль, пропитанная светящимися красками. Туман страха — наверняка химикалии, обладающие свойствами дымиться. Вы напускали клубы дыма сквозь маленькие отверстия в стене.

— Всё именно так, мой мальчик, — признался Стивен Террил. — Я предполагаю, что ты успешно разгадал все методы и приёмы таинственных феноменальных явлений в Замке Ужасов сразу же, как только догадался, что за ними скрываются человеческие, а не потусторонние силы.

— Да, именно так, — сказал Юп. — А дух в зеркале был, по-видимому, всего лишь проекцией. Только одного я никак не могу разгадать. Как вам удавалось вызывать у тех, кто находился в замке, чувство щемящего оцепенения?

— Пожалуйста, не требуйте от меня полного раскрытия моих тайн, — взмолился актёр. — Кое-что из моих секретов мне всё же хочется сохранить для себя. Вы и так уже много чего узнали и перечеркнули все мои планы… Сейчас я хочу вам кое-что показать. Идите сюда, посмотрите!

Он открыл дверь, через которую вошёл, когда превратился из грозного Шептало в кроткого Стивена Террила. Мальчики увидели огромную коллекцию артистических костюмов — они висели по стенам, а на полках лежало множество париков. И тут же в углу нашлось место для груды больших круглых жестяных коробок, в которых хранятся кинофильмы.

— Здесь, в этой комнате, — сказал актёр, — живёт Стивен Террил. Вот в этих костюмах. В париках на полках. И во всех вот этих коробках с фильмами. Они и есть моё подлинное "я". Стивен Террил — всего лишь инструмент, с помощью этих костюмов и париков он создавал странные таинственные существа и образы, доставляя миллионам людей на свете огромное удовольствие, заставляя их испытывать леденящий душу страх. Многие годы Замок Ужасов оставался для меня последним, чем я мог гордиться. В его стенах мне ещё удавалось нагонять на людей страх вместо того, чтобы вызывать у них смех на экране. И всё это время я постоянно совершенствовал своё искусство. Мне удалось избавиться от дефекта речи — я больше не шепелявлю. Я научился разговаривать низким, грудным голосом, вещать, как призрак, изучил женские голоса, особенности и манеру речи морского пирата, араба или китайца — многих-многих десятков других персонажей. Я мечтал о своём возвращении в кино. Но проходили годы, и фильмы такого рода, в которых я играл, вышли из моды. Теперь часто снимают фильмы ужасов только ради того, чтобы поразвлечь публику… А в старые немые фильмы, которые показывают по телевизору, специально вставляют комичные голоса и шумы, чтобы было как можно смешнее. Я же отказываюсь разбазаривать свой талант на такие дешёвки.

Мистер Террил сильно разволновался.

Громко и часто дыша, он ударил кулаком по ладони.

— Но теперь всё для меня кончилось. Я больше не могу быть синим фантомом Замка Ужасов, да и самого замка я тоже лишусь. И Шептало я тоже не смогу дальше играть. Я просто не знаю, что мне теперь делать.

Он умолк, стараясь успокоиться и взять себя в руки, а Юп, который всё это время зверски выкручивал свою губу, вдруг заговорил.

— Мистер Террил, — спросил он, — вон в тех коробках, там в углу, хранятся все те замечательные фильмы ужасов былых лет, в которых вы снимались и которые с тех пор никто никогда больше не видел?

Актёр кивнул и с опаской посмотрел на Юпа.

— Что ты задумал? — спросил он.

— У меня есть идея, как вы можете получить свой замок назад и будете опять щекотать людям нервы и доставлять им удовольствие, — сказал Юп. — Я вот что, собственно, имею в виду…

И опять, как уже часто бывало, у Юпа родилась блестящая фантастическая идея.

На следующее утро, когда Мортон молниеносно доставил Сыщиков на «роллс-ройсе» к мистеру Хичкоку, Юп не выглядел очень уж счастливым. Пит знал, что его угнетало. Юп всё ещё никак не мог простить себе, что не додумался раньше до главного и не разглядел в Шептало и мистере Стивене Терриле одно и то же лицо.

Они ехали к мистеру Хичкоку без Боба. Их друг опять работал сегодня в библиотеке.

— Когда Мортон сказал, что в подземелье замка, в туннеле, летают попугаи, — сказал Юп, отвечая своим собственным грустным мыслям, — я сразу подумал, что это попугаи мистера Рекса и что туннель ведёт прямо к вольеру, где он держит своих птиц. Я даже догадался, что он по оплошности оставил дверь открытой. Но мне и в голову не пришло, что мистер Рекс на самом деле — Стивен Террил.

— Но всё остальное ты уже распутал тому времени, — убеждённо твердил Пит. — Даже то, что мистер Террил жив, — ну, просто ты какое-то время был на ложном пути. Ты всё равно можешь гордиться собой.

Но Юп покачал головой.

На сей раз они без труда попали к Альфреду Хичкоку. Охрана у ворот, помахав, дала понять, что путь для них свободен, и уже через несколько минут Пит с Юпом опять сидели в кабинете знаменитого режиссёра.

— Ну, мои хорошие, — пробурчал мистер Хичкок. — Что новенького?

— Мы нашли замок с привидениями, сэр, — сказал Юп.

— О-о-о! В самом деле? — Альфред Хичкок поднял в знак сомнения одну бровь. — И что за тип привидений водится там?

— В том-то и вся проблема, — сознался Юп. — В замке бродит привидением человек, который даже ещё и не умер.

— Гм-м… Звучит весьма заманчиво. — Мистер Хичкок откинулся в кресле. — Расскажите поподробнее.

Он внимательно выслушал их сообщение. Когда Юп закончил, он сказал:

— Меня радует, что Стивен Террил жив. Он был великим артистом своего времени. Я вынужден признаться, что мне не терпится узнать, каким образом он создавал атмосферу страха в своём замке и делал её пленником каждого, кто входил туда.

— Мистеру Террилу очень не хотелось раскрывать нам свой секрет, — ответил Юп. — Но мне кажется, я разгадал его. Я недавно прочёл книгу, чтобы помочь своему дяде собрать орган, и там упоминалось, что колебания, которые лежат ниже слышимого диапазона частот, то есть звуки, которые слишком низки для человеческого уха, оказывают странное воздействие на нервную систему. Я предполагаю, что в старый, полуразрушенный орган встроено несколько труб, производящих такие медленные колебания, которые не столько достигают слуха, сколько поражают нервную систему человеческого организма. На определённом расстоянии эти колебания вызывают смутное беспокойство и щемящее оцепенение. А вблизи они, скорее всего, действительно вызывают панический страх и ужас. Вне стен замка они не оказывают на человека никакого воздействия. Это факт экспериментально проверили для меня однажды вечером мои друзья.

Пит бросил на Юпа взгляд. Вот почему Юп настаивал, чтобы они с Бобом в тот день ещё раз пошли к Замку Ужасов. У Пита так и вертелось на язычке острое словечко, но тут вновь заговорил Альфред Хичкок.

— Молодой человек, — сказал он, — ты проделал колоссальную работу и разгадал тайну Замка Ужасов. С этим ты справился, дело сделано, но что будет теперь со Стивеном Террилом? Мне кажется, ты оказал ему плохую услугу, вытащив его тайну на божий свет?

Юп беспокойно заёрзал на своем месте.

— У мистера Террила есть одна хорошая идея, — сказал он. — Он даже в восторге от неё. Он хочет пустить все свои сбережения, сделанные им на разведении попугаев, на выкуп своего замка у банка. У него есть план, и я абсолютно уверен, что банк даст ему ещё ссуду, когда он им всё объяснит. Сначала он хочет возродить себя и появиться на людях как Стивен Террил — давно канувшая в вечность звезда немого кино — и въехать под своим подлинным именем в замок. Газеты, конечно, во всех деталях и подробностях распишут об этом.

— В мельчайших деталях и подробностях, — согласился с ним мистер Хичкок, глядя на Юпа сверху вниз. — И что дальше?

— Потом он откроет свой замок за входную плату для посетителей. Он будет показывать в кинозале в замке свои старые знаменитые фильмы ужасов. Люди смогут также свободно разгуливать по замку, там всё должно остаться как сейчас. Туристы хлынут толпами, чтобы получить удовольствие от фильмов, чтобы испытать, как мурашки бегают по телу от тумана страха и других трюков, нагоняющих ужас — все они заложены мистером Террилом в стены замка при строительстве, чтобы стращать людей. Мистер Террил будет также сам появляться в костюмах своих знаменитых персонажей и изображать своего собственного двойника, роль которого играл в жизни. Наверняка он будет иметь бешеный успех.

— Гм-м… — Альфред Хичкок с интересом разглядывал толстенького приземистого мальчишку. — Думаю, что не очень ошибусь, молодой человек, если скажу, что в этом плане немалую роль играет твоя собственная неуёмная фантазия. Но это так, между прочим. Вы, Трое Сыщиков, проделали очень ценную работу, несмотря на то что были не в состоянии найти для меня настоящий замок с привидениями. Я сдержу данное мною слово и напишу вступление к книге, где будет описано ваше первое дело, сразу же, как только готовая рукопись ляжет ко мне на стол.

— Большое спасибо, сэр, — сказал Юп. — Это очень поможет Трём Сыщикам в дальнейшем.

— Может, это явится для вас утешением, — сказал мистер Хичкок, — но желание найти настоящий дом с привидениями создало мне такие большие трудности, что я полностью отказался от своей затеи снять такой фильм. Однако расскажите мне лучше о своих дальнейших планах.

Пит только было собрался сказать, что их планы на самое ближайшее будущее сводятся к желанию немножко отдохнуть в Замке Ужасов, но Юп опередил его.

— Мы — Сыщики, мистер Хичкок. Мы немедленно начнём поиски нового дела для себя.

Режиссёр пристально посмотрел на него.

— Я не допускаю мысли, что вы опять будете наседать на меня и просить о вступительном слове к вашему второму делу, если вы его, конечно, найдёте, или?..

— Нет, сэр, — ответил Юп с достоинством. — Ни о чём таком я и не помышлял. Но если вы, конечно, изъявите своё согласие…

— Не надо так торопиться, молодой человек! — возмущённо запротестовал мистер Хичкок, и в голосе его опять послышались громовые раскаты. Юп тут же присмирел и стал скромным. — Я ни слова не говорил об этом. Даже не заикался!

— Нет, сэр, нет, — сказал Юп едва слышно. Знаменитый маэстро строго посмотрел на него и продолжил:

— Я подумал совсем о другом. Может, при случае мне когда-нибудь понадобятся ваши услуги в роли Сыщиков.

— В любое время дня и ночи, сэр! — выскочил первым Пит. — А что, если вдруг на горизонте замаячит для нас что-нибудь новенькое? У нас всегда найдётся время поговорить об этом. Наш девиз гласит: мы берёмся за любое дело!

— А для вас, само собой разумеется, с особым удовольствием, сэр, — добавил Юп.

Альфред Хичкок улыбнулся. За этой улыбкой скрывались определённые мысли — но друзьям оставалось только гадать какие.

— Если дойдёт до этого, — сказал он, — тогда, конечно, я помещу несколько вступительных слов перед вашей новой занимательной историей…

— Большое спасибо, сэр! — выпалили в один голос Юп и Пит.

— При одном условии, — закончил режиссёр. — Речь должна идти о таком деле, которое будет достойно того, чтобы подвергнуть его литературной обработке. Если все обстоятельства дела будут свидетельствовать о простоте его скорого раскрытия, я не буду чувствовать себя связанным моим обещанием.

Юп кивнул.

— Согласны. Пожалуйста, позвоните нам, если мы вам понадобимся. — Он встал и направился с Питом к двери. — О результатах вы будете судить сами, — сказал он, выходя из кабинета.