В зависимости от организации и поставленных целей полевую артиллерию вермахта можно разделить на дивизионную артиллерию и артиллерию РГК. Отдельно следует упомянуть части реактивной артиллерии.

При формировании своих артиллерийских частей германские военные старались в максимальной степени учесть опыт Первой мировой войны. К началу той войны полевая артиллерия германских дивизий (так же, как и французских и русских) состояла, главным образом, из легких пушек, идеально подходивших для маневренной войны. Но переход боевых действий в позиционную фазу вскрыл все недостатки этих артсистем, прежде всего — настильную траекторию огня и малую мощность снаряда, что в совокупности не позволяло эффективно поражать полевые укрепления. Германское командование быстро извлекло уроки, оперативно насытив войска полевыми гаубицами. Если соотношение количества пушек к гаубицам в 1914 г. составляло 3:1, то в 1918 г. — только 1,5:1. Версальский же трактат означал откат назад не только в абсолютном количестве гаубиц, но и в удельном весе этих орудий в артиллерийском парке рейхсвера. Естественно, после денонсации военных статей Версальского договора были приняты меры к насыщению артиллерийских частей гаубицами. Кроме чисто военных, тому имелись и экономические предпосылки — гаубицы были значительно дешевле пушек, меньше была трудоемкость их изготовления. К примеру, 105-мм гаубица leFH 18 обходилась казне в 16 400 марок, а трудоемкость её изготовления составляла 3200 человеко-часов. 75-мм пушка leFК 18 стоила 20 400 марок, а трудоемкость её изготовления была выше на целую тысячу человеко-часов. Следует отметить, что решение о «гаубизации» казалось отнюдь не бесспорным. На страницах специализированной прессы велась острая дискуссия по этому поводу. Сторонники пушек приводили, в частности, тот аргумент, что при одинаковом калибре гаубичные снаряды существенно дороже пушечных. Высказывалось и мнение, что с изъятием пушек дивизионная артиллерия утратит тактическую гибкость. Тем не менее, руководство прислушалось к мнению «гаубичной фракции», стремясь стандартизировать вооружение, избежать многотипности в производстве и в войсках. Существенным аргументом в пользу гаубиц было стремление обеспечить огневое преимущество над армиями стран-соседей — в большинстве из них основу дивизионной артиллерии составляли пушки калибра 75–76 мм.

Согласно штатам мирного времени, пехотная дивизия вермахта располагала двумя артиллерийскими полками, полностью вооруженными гаубицами — то есть, пушек в ней не было вовсе. Один полк имел три трехбатарейных дивизиона 105-мм гаубиц leFH 18 на конной тяге — в общей сложности, 36 орудий. Второй полк вооружался тяжелыми 150-мм гаубицами sFH 18 и имел два трехбатарейных дивизиона — один на конной тяге и один моторизованный (всего 24 орудия). Такая организация была удобной для административных нужд мирного времени, но в боевых условиях вела к ограничению возможности маневра артиллерией на уровне корпусов и армий. Поэтому накануне начала Второй мировой войны дивизионы на тяжелые артполки в составе пехотных дивизий были упразднены. Их дивизионы на конной тяге были введены в состав легких артполков, а моторизованные дивизионы — выведены в состав артиллерии РГК.

Таким образом, к сентябрю 1939 г. штатный состав артполка пехотной дивизии предусматривал наличие трех дивизионов легких и одного — тяжелых гаубиц, а в общей сложности — 48 орудий (36 105-мм leFH 18 и 12 150-мм sFH 18). Вся артиллерия была только на конной тяге — даже развитая автомобильная промышленность Германии не поспевала за разраставшимися, как на дрожжах, потребностями вермахта. Батарея 105-мм гаубиц на конной тяге насчитывала 171 чел. личного состава (четыре офицера, 30 унтер-офицеров, 137 рядовых), Имелось 153 лошади и 16 повозок. Батарея 150-мм гаубиц, как ни странно, была меньше по составу — 163 чел. личного состава (три офицера, 29 унтер-офицеров, 131 рядовой), 125 лошадей, 26 повозок, а кроме того — ещё и два автомобиля. Следует учесть, что массовое внедрение новых 105-мм гаубиц leFH 18 началось лишь с 1937 г., а до того основу дивизионной артиллерии составляли старые гаубицы leFH 16: в 1934 г. их насчитывалось 496, а в 1937-м — уже 980.

^{Гаубица le.F.H.18M. Это орудие изготовлено в 1937 г., а впоследствии модернизировано до уровня le.F.H.18M. Фото из музея Войска Польского (Варшава)}

Штатную численность артчастей удавалось соблюсти далеко не всегда. В вермахте дивизии формировались так называемыми волнами. И даже 35 дивизий первой волны не удалось укомплектовать полностью — вместо положенных 140 артдивизионов в их составе было только 135. В 16-ти дивизиях 2-й волны не хватало 11-ти артиллерийских дивизионов — главным образом, тяжелых. А в дивизиях 3-й и 4-й волны приемлемую укомплектованность артполков к началу польской кампании удалось достичь, лишь передав им артиллерию бывшей чехословацкой армии.

Организация и вооружение артполков четырех имеющихся на 1 сентября 1939 г. в вермахте моторизованных дивизий (2-й, 13-й, 20-й и 29-й) соответствовали штатам пехотных дивизий — три легких и один тяжелый дивизионы, 36 105-мм и 12 150-мм гаубиц. Но вся артиллерия в этих дивизиях была на мехтяге. Естественно, моторизованными были и артполки танковых (и легких) дивизий. Но их состав был гораздо слабее. Типичный артполк танковой дивизии (ТД) имел лишь два моторизованных дивизиона 105-мм гаубиц — всего 24 орудия, вдвое меньше, чем в пехотных или моторизованных дивизиях. Были и исключения. 74-й артполк 2-й ТД имел в своем составе один дивизион легких гаубиц и смешанный тяжелый дивизион (одна пушечная и две гаубичные батареи) — в общей сложности, 12 105-мм и восемь 150-мм гаубиц, а также четыре 105-мм пушки. 10-я танковая дивизия вообще не имела артполка, а лишь один дивизион с дюжиной 105-мм гаубиц. Наконец, танковой дивизии «Кемпф» был придан моторизованный артполк СС с тремя легкими гаубичными дивизионами (36 105-мм гаубиц). Численность личного состава моторизованных батарей была существенно меньше, чем батарей на конной тяге. Например, моторизованная батарея гаубиц sFH 18 согласно штату 1943 г. насчитывала 125 чел. личного состава (три офицера, 25 унтер-офицеров, 97 рядовых), 27 тягачей и автомобилей, два мотоцикла.

Единственное существующее в вермахте на 1 сентября 1939 г. кавалерийское соединение — 1-я кавбригада — имела в своем составе один дивизион 75-мм орудий (12 единиц).

В промежутке между завершением польской кампании и началом активных боевых действий на Западном фронте в структуре дивизионной артиллерии вермахта произошли некоторые изменения. Прежде всего, были предприняты меры к усилению артиллерии танковых дивизий — в состав артполков некоторых из них включили по тяжелому дивизиону. И если в 10-й ТД такой дивизион имеет тот же состав, что и во 2-й (две батареи 150-мм гаубиц и одна — 105-мм пушек sK 18), то в 1-й ТД тяжелый дивизион имел три гаубичных батареи (12 sFH 18). Серьезной реорганизации подверглись моторизованные дивизии — вместо трех мотопехотных полков в их составе оставили по два. Соответственно, из состава артполков этих дивизий было изъято по одному легкому гаубичному дивизиону (осталось 24 105-мм и 12 150-мм гаубиц).

К концу 1940 г. в составе вермахта было сформировано шесть горных дивизий. В их составе имелись горноартиллерийские полки, организация и вооружение которых соответствовали требованиям ведения боевых действий в горах. Такой полк состоял из четырех дивизионов: легкого гаубичного стандартной организации (12 105-мм гаубиц), двухбатарейного тяжелого гаубичного (восемь 150-мм гаубиц) и двух двухбатарейных горных артдивизионов (по восемь 75-мм горных орудий GebG 36 либо более старых GebK 15) — в общей сложности, 36 орудий. Легкопехотные дивизии, именуемые с июня 1942 г. егерскими, имели организацию артполков такую же, как и у горных дивизий. Исключение составляла 164-я легкая африканская дивизия, в артполку которой было два дивизиона трехбатарейного состава — 105-мм гаубиц и 75-мм горных пушек. С 1942 г. начались поставки в горные дивизии 105-мм горных гаубиц GebH 40, производившихся австрийской фирмой «Бёлер». Но таких орудий было очень немного.

Осенью 1940 г. единственную кавалерийскую бригаду вермахта развернули в 1-ю кавалерийскую дивизию. В её составе сформировали артполк, имевший два трехбатарейных дивизиона 105-мм гаубиц на конной тяге (24 орудия). В мае 1941 г. в состав полка включили 7-ю батарею, также вооруженную 105-мм гаубицами, но на мехтяге.

Существующая в составе сухопутных войск 22-я воздушно-десантная дивизия была реорганизована из пехотной и сохраняла её организацию — в том числе и артиллерийского полка с тремя легкими и одним тяжелым дивизионами. Впрочем, части этой дивизии лишь однажды были задействованы в качестве посадочного десанта — в мае 1940 г., а затем 22-я дивизия применялась в качестве обычной пехотной. В то же время, 7-я авиационная дивизия, представлявшая собой парашютное соединение в составе люфтваффе, обладала очень слабой артиллерией — к маю 1940 г. в её составе была лишь одна четырехорудийная батарея, вооруженная 75-мм горными пушками GebG 36. К маю 1941 г., т. е., к моменту высадки на Крите, батарея была развернута в трехбатарейный дивизион, на вооружение которого поступили 75-мм и 105-мм безоткатные орудия. А уже осенью того же года в составе 7-й дивизии был сформирован артполк (два дивизиона).

К началу операции «Барбаросса» все танковые дивизии получили в состав своих артполков тяжелый дивизион. В большинстве случаев он имел три батареи 150-мм гаубиц, но во 2-й, 3-й, 4-й, 7-й и 14-й дивизиях — две батареи гаубиц и одну 105-мм пушек. Подобный смешанный состав получили тяжелые дивизионы артполков 16-й и 60-й моторизованных дивизий (МД), а чуть позже — 14-й, 18-й и 20-й МД. Остальные моторизованные дивизии сохраняли чисто гаубичное вооружение. При этом на комплектование тяжелых дивизионов артполков дивизий весной 1941 г. пришлось обратить часть артиллерии РГК (9 тяжелых гаубичных и 8 смешанных дивизионов). Особняком стояла сформированная в начале 1941 г. для действий в Африке 5-я легкая дивизия. Это импровизированное соединение вместо артполка имело лишь один дивизион 105-мм гаубиц, но при реорганизации летом 1941 г. в 21-ю танковую дивизию получило артполк стандартного состава. Осенью 1941 г. в составе Африканского корпуса была сформирована 90-я легкая африканская дивизия, имевшая в своем составе лишь один легкий артдивизион, причем поначалу двухбатарейного состава (в декабре 1941 г. в его состав ввели легкую зенитную батарею, а в феврале следующего года — третью батарею 105-мм гаубиц).

Особо следует сказать о войсках СС. К моменту начала войны против СССР дивизии «Рейх», «Тотенкопф» и «Викинг» имели в своем составе артполки, соответствовавшие пехотным дивизиям вермахта — по три легких и одному тяжелому гаубичных дивизионах. Горная бригада СС «Норд» в артполку имела два дивизиона 105-мм гаубиц (24 орудия) и тяжелый дивизион (восемь 150-мм гаубиц и четыре 105-мм чешских пушки). Наконец, моторизованная дивизия (формально бригада) «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» имела в артполку два дивизиона: стандартный 105-мм гаубиц (12 орудий) и смешанный, включавший две батареи 150-мм гаубиц и две — 88-мм зенитных пушек. Впоследствии некоторые отличия в организации артиллерии войск СС по сравнению с дивизиями вермахта продолжали сохраняться. Например, 7-я горнострелковая дивизия «Принц Ойген» имела в составе артполка два горных дивизиона (по восемь 75-мм пушек), один легкий гаубичный (восемь 105-мм пушек) и один смешанный тяжелый (восемь 150-мм гаубиц и четыре 105-мм чешских пушки).

Вновь создаваемые дивизии получали, как правило, более слабый артиллерийский компонент. Например, сформированные в апреле 1941 г. пехотные дивизии 15-й волны (их номера начинались с 700) вместо артполка получили лишь один дивизион легких гаубиц. Правда, большинство этих дивизий на фронт не попало, а вплоть до 1944 г. использовалось в качестве оккупационных войск в Норвегии, Франции и на Балканах. Также по одному легкому гаубичному дивизиону получали охранные дивизии, формируемые для борьбы с партизанами. Учебно-полевые же дивизии вообще могли не иметь артчастей — в лучшем случае, один дивизион. В оккупационных войсках находились резервные и стационарные дивизии. Их слабые артиллерийские части, как правило, вооружались трофейными орудиями.

Затянувшаяся война против СССР привела к таким потерям вермахта, которых никто в руководстве Германии не ожидал. Промышленность не успевала восполнять потери, поэтому пришлось прибегнуть к экстраординарным мерам. В апреле 1942 г. было разрешено отправлять на фронт пехотные дивизии с «урезанным» составом артиллерии — по три орудия в батарее вместо четырех. Правда, при этом предписывалось при первой же возможности доукомплектовывать артполки до штата.

В октябре 1942 г. началось формирование 22-х авиа-полевых дивизий, подчиненных командованию люфтваффе (реально, правда, сформировали только 21). По своему составу и боевым возможностям авиаполевые дивизии скорее соответствовали бригадам, весьма слабой была и их артиллерия. Каждая дивизия располагала лишь одним артдивизионом, состав и вооружение которого несколько отличались в различных дивизиях. К примеру, 1-я, 2-я, 7-я и 8-я авиаполевые дивизии располагали только двумя четырехорудийными батареями чешских 75-мм горных пушек GebK 15 на конной тяге. В артдивизионах 3-й, 4-й, 5-й, 6-й, 9-й и 10-й дивизий было по две батареи 150-мм шестиствольных реактивных пусковых установок Nebelwerfer 41, обычно называемых в русскоязычной литературе «реактивными минометами» (в общей сложности 12 установок). Большинство дивизий также имело в артдивизионе по одной батарее штурмовых орудий StuG III. Лишь с передачей авиаполевых дивизий 31 октября 1943 г. в подчинение командования сухопутных войск их артиллерия была несколько усилена, а их артдивизионы переформированы в артиллерийские полки. При этом матчасть оставалась устаревшей, главным образом, трофейной. Например, действовавшие в составе 18-й полевой армии группы армий «Север» 12-я и 21-я авиаполевые дивизии были вооружены в основном французскими орудиями. По состоянию на апрель 1944 г. 12-я дивизия располагала 22 75-мм пушками и тремя немецкими 105-мм гаубицами, а в 21-й дивизии было девять 105мм гаубиц и 31 французское орудие — 19 75-мм пушек и 12 155-мм гаубиц.

^{Самоходная установка «Хуммель»}

Важные изменения в составе артполков танковых дивизий были связаны с поступлением на их вооружение самоходных артиллерийских установок (САУ). В конце 1942 г. в части начали поступать такие системы двух типов — 105-мм САУ Sd.Kfz.124 «Веспе» (с артиллерийской частью гаубицы leFH 18) и 150-мм Sd.Kfz.165 «Хуммель» (с артиллерийской частью гаубицы sFH 18). Их ввели в штат танковой дивизии «образца 1943 г.». Её артполк, теперь именовавшийся не моторизованным артиллерийским, а панцерартиллерийским, включал три дивизиона. Два из них — легкий (12 105-мм гаубиц) и смешанный тяжелый (восемь 150-мм гаубиц и четыре 105-мм пушки) — сохраняли буксированные артсистемы. А вот третий дивизион получил самоходки — две батареи «Веспе» (12 САУ) и одну «Хуммель» (шесть орудий). Таким образом, в панцерартиллерийском полку согласно штату насчитывалось 42 орудия, из них 18 самоходных. Подобное штатное расписание сохранялось до конца войны. По состоянию на май 1944 г. самоходные дивизионы были в артполках 22-х танковых дивизий (правда, в 21-й ТД такой дивизион вместо стандартных самоходок был вооружен САУ на трофейных французских шасси, а в 8-й ТД не имелось «Хуммелей», а самоходный артдивизион был полностью вооружен Sd.Kfz.124). Стандартные дивизионы «Веспе»/«Хуммель» имели к 1944 г. и семь ТД «ваффен СС».

Дивизии СС вообще отличались существенно более сильной артиллерией, по сравнению с дивизиями вермахта. В частности, в октябре 1942 г. в артполки моторизованных дивизий «Рейх», «Тотенкопф» и «Викинг» ввели по четвертому дивизиону — зенитному. Такой дивизион имел в своем составе три батареи. Одна из них — тяжелая — имела четыре 88-мм и три 20-мм зенитки. Две других вооружались самоходными зенитками на шасси полугусеничных тягачей: в одной было 9 37-мм орудий, в другой — 10 20-мм установок (восемь одноствольных и две счетверенные). Ещё более сильным был зенитный дивизион артполка дивизии «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер». В нем было три тяжелых и две легких батареи, а всего — 12 88-мм, 18 37-мм и 9 20-мм зениток. Кроме того, в легких гаубичных дивизионах этого артполка одна из батарей имела вместо 105-мм гаубиц — 150-мм (таким образом, с учетом тяжелого дивизиона, насчитывалось 16 105-мм и 20 150-мм гаубиц). Наконец, в составе артполка имелась отдельная батарея 150-мм реактивных установок (шесть единиц). Такую же организацию артполка, как в «Лейбштандарте», имела и элитная дивизия вермахта «Гроссдойчланд». А по состоянию на декабрь 1944 г. в артполку дивизии «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» имелся самоходный и смешанный тяжелый дивизионы стандартной организации, легкий гаубичный (18 leFH 18), дивизион «Небельверферов» (18 150-мм и шесть 210-мм ПУ) и зенитный дивизион (18 88-мм и 18 37-мм зениток).

Самоходные артбатареи имели довольно сложную структуру. Например, батареи «Веспе» формировались по штату KStN 431(t.G.), утвержденному в январе 1943 г. Батарея состояла из штаба и трех взводов — управления, снабжения и огневого. Штаб располагал одной машиной наблюдения Panzerbeobachtungswagen на шасси танка Pz.KpfW. II либо Pz.KpfW. III, командирским «кубельвагеном» (легковым автомобилем) и мотоциклом.

Взвод управления имел в своем составе два отделения — связи и артиллерийских измерений. Он располагал шестью автомобилями — четырьмя легкими и двумя грузовиками (в том числе одной подвижной радиостанцией Kfz.17 или Kfz.31). Взвод снабжения имел в своем составе один полугусеничный тягач Sd.Kfz.3 «Маультир» (вариант известного грузовика Опель «Блитц») или — реже — Sd.Kfz.7, один «кубельваген» и шесть грузовиков. Огневой взвод включал две огневые секции по три самоходки и одному транспортеру боеприпасов. Кроме того, взвод располагал машиной управления на базе полугусеничного бронетранспортера Sd.Kfz.250/4 либо Sd.Kfz.251/6, двумя-тремя легкими автомобилями и одним-двумя мотоциклами — обычными или полугусеничными Sd.Kfz.2 («кеттенк-рафтрад»).

1 ноября 1943 г. утвердили измененные штаты батареи легких самоходных гаубиц. Количество подразделений не изменилось, но их структура и численность претерпели некоторые изменения. Теперь батарея включала:

— штаб (2 офицера, 5 унтер-офицеров, 2 рядовых; два «кубельвагена» и один «кеттенкрафтрад»);

— взвод управления (в общей сложности 6 унтер-офицеров, 18 рядовых; два Panzerbeobachtungswagenʼа (Sd. Kfz.143) на базе танка Pz.III, три полугусеничных БТР — по одному Sd.Kfz.250/2, Sd.Kfz.250/5 и Sd.Kfz.251/11, два «кубельвагена»);

— взвод снабжения (7 унтер-офицеров, 23 рядовых; один 1-тонный полугусеничный тягач Sd.Kfz.10, 8 3-тонных грузовиков, один «кубельваген»);

— огневой взвод в составе двух секций: огневой и боепитания (в общей сложности один офицер, 16 унтер-офицеров, 49 рядовых; шесть САУ, два транспортера боеприпасов, 4 3-тонных грузовика, 4 «кубельвагена», один «кеттенкрафтрад»).

Таким образом, батарея образца ноября 1943 г. насчитывала 129 человек личного состава, шесть САУ, 7 других бронемашин, 24 небронированных транспортных средства. Укомплектованная по штату батарея самоходных гаубиц являлась довольно сильным артиллерийским подразделением, обладая, к тому же, значительной автономностью — средства управления батареи в целом соответствовали дивизионному уровню для буксируемой артиллерии.

Состав артполков пехотных дивизий, в отличие от элитных формирований, в 1943 г. продолжал ухудшаться. Прежде всего, почти никогда не удавалось укомплектовать артполки согласно штату. Часто количество орудий в батарее сокращалось до трех, или же при штатном количестве орудий в дивизионе было только две батареи. Таким образом, гаубичный дивизион вместо положенных 12 орудий располагал лишь 8–9. Многие артполки вместо четырех дивизионов имели лишь три — отсутствовал один из легких дивизионов, либо (гораздо чаще) тяжелый. Трофейные системы, ранее допускавшиеся только для тыловых соединений, все чаще появлялись и во фронтовых дивизиях. Французскими 155-мм орудиями, чешскими 150-мм и советскими 122-мм гаубицами заменяли штатные гаубицы sFH 18, а взамен 105-мм гаубиц leFH 18 вводили трофейные пушки — советские 76,2-мм или же 75-мм, которых было взято великое множество в европейских странах — от Польши до Франции. Многие дивизии сохраняли в своем составе старые 105-мм гаубицы leFH 16 — такие орудия были даже в составе пехотных дивизий, действующих на главном направлении в операции «Цитадель». Ещё одним «эрзац-вариантом» стала замена части гаубиц leFH 18 шестизарядными реактивными пусковыми установками Nebelwerfer 41. Уже в начале

1942 г. в артполки формировавшихся в то время пехотных дивизий 18-й и 19-й волн ввели по две батареи «Небельверферов». Позже они появились и в других дивизиях, причем единой организации для подразделений реактивной артиллерии не существовало. Например, в 9-й ПД в одном из легких дивизионов две батареи вооружили «Небельверферами» (по шесть единиц), третья же сохранила четыре гаубицы leFH 18. В 45-й и 383-й ПД один из легких дивизионов был полностью перевооружен реактивными установками (согласно штату — 18 единиц). Иногда реактивный дивизион был двухбатарейным (например, в 336-й ПД). Наконец, существовал вариант, когда в каждом легком гаубичном дивизионе одна из батарей вместо leFH 18 получала «Небельверферы» (как в 111-й ПД).

Теоретически штат артполка с четырьмя дивизионами (тремя легкими и одним тяжелым) оставался действующим вплоть до мая 1944 г. На практике же его редко придерживались. Формируемые в начале 1944 г. дивизии 25-й волны имели в своих артполках по три дивизиона. Состав тяжелого оставался прежним — три батареи по четыре 150-мм гаубицы. Два легких дивизиона были двухбатарейными, но при этом в батарее имелось шесть орудий вместо четырех. Таким образом, такая дивизия имела 12 150-мм и 24 105-мм гаубицы. Но и в пределах одной волны также имелись отступления — 88-я и 91-я ПД 25-й волны вместо одного из легких гаубичных дивизионов получили по тяжелому зенитному дивизиону (12 88-мм пушек).

С мая 1944 г., начиная с 29-й волны, вместо пехотных дивизий стали формировать гренадерские, а с 32-й волны — фольксгренадерские дивизии. Их артполки существенно отличались по организации от «старых» пехотных дивизий. Три легких дивизиона артполка гренадерской дивизии имели смешанный состав: по две четырехорудийных батареи 105-мм гаубиц и одной — 75-мм противотанковых пушек Рак 40 (шесть единиц). Тяжелый дивизион имел две батареи по четыре 150-мм гаубицы. Таким образом, а артполку насчитывалось 24 105-мм и восемь 150-мм гаубиц, а также 18 75-мм противотанковых пушек. В фольксгренадерских дивизиях артполк имел три гаубичных дивизиона — два легких и тяжелый — по две шестиорудийные батареи в каждом. Количество личного состава и транспортных средств в шестиорудийных батареях, естественно, было большим, чем в четырехорудийных. Например, батарея тяжелых гаубиц имела 192 чел. личного состава (три офицера, 30 унтер-офицеров, 159 рядовых), 138 лошадей, 27 повозок и два автомобиля. Четвертый дивизион артполка был противотанковым — три шестиорудийные батареи 75-мм пушек. Допускалось вместо этого дивизиона вводить в состав фольксгренадерской дивизии отдельный моторизованный батальон с двумя ротами 75-мм пушек (по 12 орудий). Таким образом, артиллерия фольксгренадерской дивизии насчитывала 24 105-мм и 12 150-мм гаубиц, а также 18–24 75-мм противотанковых пушек. Важным новшеством стало появление в артполках пехотных, гренадерских и фольксгренадерских дивизий гусеничных арттягачей RSO — до того их артиллерия использовала исключительно конную тягу. RSO применялись для буксирования легких гаубиц и 75-мм противотанковых пушек — в тяжелых дивизионах продолжала использоваться исключительно конная тяга. Гаубицы sFH 18 транспортировались раздельной возкой — отдельно ствольная и лафетная повозки. В условиях бездорожья вместо положенной шестерки лошадей в ствольные повозки и лафеты приходилось запрягать по 8–10 лошадей. К тому же, в таких условия лошади быстро уставали. Но в конце войны ввиду катастрофической нехватки топлива конная тяга имела преимущества по сравнению с механической. Майор фон Вангеров, инспектировавший в апреле 1944 г. артиллерийские части 1-й танковой армии, отмечал, что артиллерия на мехтяге при отступлении практически встала из-за отсутствия топлива и поломок тягачей и автомобилей. В то же время, части на конной тяге успешно продвигались, снабжаясь буквально «подножным кормом».

В парашютных дивизиях люфтваффе согласно штату 1943 г. имелся артполк из трех гаубичных дивизионов — двух легких и тяжелого. В общей сложности в нем насчитывалось 24 105-мм и 12 150-мм буксируемых гаубиц. Наличие столь тяжелого оружия, к тому же, неприспособленного для воздушного десантирования, не должно удивлять — к тому времени парашютные дивизии уже не участвовали в десантных операциях, а применялись в качестве элитной пехоты.

В 1944 г. самоходные орудия появились в составе некоторых панцергренадерских дивизий, пришедших на смену моторизованным. Дивизионы самоходных гаубиц стандартной организации (две батареи «Веспе» и одна — «Хуммелей») вошли в состав артполков 3-й, 29-й дивизий и дивизии «Фельдхернхалле» (впрочем, в последней к концу 1944 г. «Веспе» уже не имелось; вместо них появилась вторая батарея «Хуммелей»). Ввели такой дивизион и в дивизию «Гроссдойчланд», формально гренадерскую, но фактически — танковую. Несмотря на то, что выпуск «Веспе» и «Хуммелей» был прекращен задолго до окончания боевых действий, эти системы использовались в боях вплоть до последних дней войны. Например, в состав сформированной в ноябре 1944 г. 150-й танковой бригады — соединения, специально созданного для наступления в Арденнах — вошла отдельная батарея этих САУ (6 единиц). Имелись они и артполках танковых дивизий, участвовавших в этом сражении — 1-й, 2-й, 9-й и 12-й ТД СС, 2-й, 116-й и учебной ТД вермахта. Но количество орудий в большинстве случаев было далеким от штатного. По состоянию на 10 декабря 1944 г. 2-я ТД имела в своем составе пять «Веспе», 116-я — три, 11-я — семь, 9-я ТД СС «Гогенштауфен» — шесть. То есть, вместо положенных двух батарей Sd.Kfz.124, далеко не все дивизии располагали хотя бы одной полнокровной батареей.

^{Самоходная установка «Веспе»}

Характерно, что в утвержденном 25 марта 1945 г. штате танковой дивизии «образца 1945 г.» при существенном сокращении по сравнению с прежним штатным расписанием количества танков, количество САУ оставалось неизменным — 12 «Веспе» и 6 «Хуммель». Но реалии мало соответствовали штатам. Большинство сформированных в 1945 г. импровизированных танковых дивизий («именных», в отличие от прежних «номерных») имели гораздо меньшее количество самоходной артиллерии. Например, созданная в феврале 1945-го на базе 233-й резервной ТД дивизия «Гольштейн» имела в своем составе не артполк, а смешанный дивизион, состоявший из трех батарей. Одна из них насчитывала 4 105-мм гаубицы, вторая — 4 150-мм гаубицы, а третья — четыре самоходки (2 «Веспе» и 2 «Хуммель»). Единственным исключением была танковая дивизия «Татра», получившая полноценный самоходный артдивизион, вооруженный «Веспе» (без 150-мм САУ). Правда, и сформирована она была ещё летом 1944 г. Встречались в частях, формируемых в конце войны, и довольно экзотические артсистемы. Например, созданная в январе 1945 г. 3-я кавалерийская бригада получила дивизион 105-мм безоткатных орудий LG 42, изначально предназначенных для парашютных частей.

Как видим, потери, понесенные на фронтах, находили свое отражение в организации артполков в дивизиях вермахта. Наиболее «страдали» при этом пехотные дивизии — попросту, они были наиболее многочисленны. Изъятие из каждой ПД посредством изменения штатов даже одной гаубичной батареи высвобождало в масштабах вермахта несколько сотен орудий, которые можно было обратить на формирование новых дивизий или воссоздание уничтоженных. Других дивизий — тех же горных, танковых, либо панцергренадерских — было существенно меньше. Поэтому сокращение их штатов не имело смысла — оно не давало значительной экономии в масштабах всей армии.

Сравнивая состав дивизионной артиллерии вермахта с армиями противников, нельзя не отметить её качественное превосходство благодаря наличию тяжелых гаубиц. Например, польская пехотная дивизия образца 1939 г. имела лишь три 155-мм гаубицы, остальные же артсистемы — легкие и устаревшие 100-мм гаубицы и 75-мм пушки. Французская ПД имела 24 155-мм гаубицы, но 105-мм систем в ней не было вовсе. Советские стрелковые дивизии в начальный период имели в своем составе 152-мм гаубицы, но вскоре эти орудия были изъяты из дивизий в артиллерию РГК. Не было подобных артсистем и в британских дивизиях, обходившихся лишь 25-фунтовыми (87,6-мм) гаубицами-пушками. Лишь американские пехотные дивизии по составу артиллерии соответствовали германским — три дивизиона 150-мм и один — 155-мм гаубиц. Естественно, насыщение дивизий тяжелыми гаубицами имело и отрицательную сторону — это ограничивало огневую мощь артиллерии РГК, вследствие чего вермахт никогда в течение войны не мог создать таких сильных артиллерийских «кулаков», как Красная армия. Но, с другой стороны, дивизия, имеющая тяжелую артиллерию, была более самостоятельной в тактическом отношении и меньше зависела от поддержки корпусной либо армейской артиллерии.

Формирование артиллерии резерва главного командования (Oberkommando des Heeres — OKH) началось в 1933 г. (хотя уже в 1931 г. две моторизованные батареи тяжелых полевых гаубиц, вооруженные предсерийными образцами новых артсистем и полугусеничных тягачей вошли в состав учебно-опытового командования — Lehr— und Versuchskommando). Характерной чертой её организации в вермахте было почти полное отсутствие крупных организационных единиц — полков. Артиллерия РГК состояла из многочисленных отдельных дивизионов и батарей, придаваемых армиям и корпусам. Подобная система просуществовала практически до конца войны. В соответствии с ней, в каждой полевой армии создавалось командование артиллерии, приравнивавшееся к дивизии — Höhereartilleriekommando, сокращенно Höh.Arko. На уровне корпусов также существовали командования артиллерии — Àrtilleriekommando, сокращенно Arko. Ни корпусные, ни армейские командования артиллерии не имели постоянного состава и штатных частей — им придавались дивизионы и батареи РГК.

По состоянию на 1 сентября 1939 г. артиллерия РГК имела в своем составе 75 артиллерийских дивизионов, главным образом, тяжелых, и 12 батарей железнодорожной артиллерии. Кроме того, имелись 19 моторизованных противотанковых дивизионов и несколько батарей сверхтяжелой артиллерии. Наконец, в состав артиллерии РГК входили дивизионы артиллерийской инженерной разведки (АИР) — каждому корпусному командованию артиллерии придавался один (реже два) таких дивизиона. Типичный дивизион АИР состоял из трех рот — топографической, метеорологической и визуальной разведки. Со второй половины 1941 г. в дивизионы АИР стали включать роты привязных аэростатов. Такие средства, казалось бы, безвозвратно ушедшие в прошлое, оказались как нельзя более подходящими для корректировки артиллерийского огня во время войны против Советского Союза. Самолетов-корректировщиков попросту не хватало на всю протяженную линию фронта. К тому же, аэростаты имели одно неоспоримое преимущество — им не требовались аэродромы.

На вооружении артиллерии РГК к началу Второй мировой войны состояли арстистемы, преимущественно, германского производства. Но появились и иностранные орудия — причем сначала не импортные, а закупленные за рубежом, а конкретно — в Чехословакии. Правительство этой страны после подписания Мюнхенского соглашения решило не оказывать Германии вооруженного сопротивления и продать за границу большинство артиллерийских орудий. Покупателем оказалась именно Германия, 11 февраля 1939 г. подписавшая соглашение о поставке 122 80-мм полевых пушек, 110 150-мм гаубиц, 18 210-мм мортир, шести 240-мм пушек и 17 305-мм мортир. Вместе с орудиями поставлялись арттягачи и специальные автопоезда с электрической трансмиссией для перевозки тяжелых орудий. Если 80-мм и 150-мм артсистемы нашли применение на дивизионном уровне, то более тяжелые орудия стали вооружением артиллерии РГК. Например, все 240-мм пушки поступили на вооружение сформированного 24 апреля 1940 г. 2-го дивизиона 84го артполка, имевшего три двухорудийные батареи (1-й дивизион этого полка использовал 240-мм пушки К 3 германского производства).

Единой структуры корпусной артиллерии не существовало. Как образец организации на начальном этапе войны можно привести организацию артиллерии 1-го армейского корпуса (11-я, 61-я и 217-я пехотные дивизии) времен польской кампании. Управление корпусной артиллерией осуществляло 123-е артиллерийское командование с приданными 1-м и 11-м дивизионами АИР. Основу артиллерийской группировки составлял 501-й артполк (три дивизиона, в общей сложности шесть батарей 150-мм гаубиц sFH 18 и две — 105-мм пушек К 18). Полку была придана отдельная моторизованная батарея «Доктор Бек» с двумя чешскими тяжелыми 305-мм мортирами Mrs (t). Кроме того, корпусная артиллерия включала один отдельный тяжелый дивизион (две гаубичные и пушечная батареи) и три отдельные батареи — две 105-мм пушек и одна 150-мм гаубиц. Наконец, двум из трех дивизий корпуса было придано по одному гаубичному дивизиону. Таким образом, корпус получил сверх штатной артиллерии дивизий ещё 15 гаубичных батарей (60 sFH 18), пять пушечных (20 К 18) и одну мортирную (две 305-мм мортиры).

^{Противотанковая пушка Pak35 выпуска 1938–1939 гг.}

В короткий промежуток времени между окончанием войны против Польши и начало кампании во Франции в вермахте велось интенсивное формирование новых артчастей РГК. По состоянию на 15 апреля 1940 г. в составе артиллерии РГК насчитывалось:

— 45 командований артиллерии (Arko);

— 34 штаба артиллерийских полков;

— 33 дивизиона 105-мм пушек;

— 21 смешанный дивизион (по две батареи 150-мм гаубиц и одной 105-мм пушек);

— 43 дивизиона 150-мм гаубиц;

— два смешанных дивизиона мортир (по две батареи 210-мм мортир и одной 170-мм пушек);

— 10 дивизионов 210-мм мортир;

— два дивизиона тяжелых мортир (в каждом одна батарея 210-мм мортир и две двухорудийные батареи чешских 305-мм мортир);

— дивизион сверхтяжелых мортир (батарея с 420-мм мортирой «Гамма», батарея с чешской 420-мм гаубицей и батарея 355-мм мортир);

— четыре дивизиона 150-мм пушек;

— два дивизиона 240-мм пушек (в каждом по две двухорудийные батареи).

Кроме того, имелась железнодорожная артиллерия — два штаба полков, семь штабов дивизионов, а в их составе — 16 батарей (в общей сложности 33 артустановки калибров 150, 170, 240 и 280 мм). Флот располагал 42 батареями береговой артиллерии с орудиями калибром от 75 до 280 мм.

Совершенно новым элементом артиллерии РГК стали штурмовые орудия StuG III. Эти полностью бронированные самоходки с низким силуэтом, вооруженные 75-мм орудиями, предназначались для сопровождения пехоты. Во французской кампании принимали участие первые две батареи штурмовых орудий — 559-я и 560-я (по шесть StuG III). Но уже с 1941 г. началось массовое развертывание частей штурмовой артиллерии.

Вследствие победы над Францией в руки вермахта попало огромное количество трофейного оружия, в том числе и тяжелых артиллерийских орудий. Но «освоение» этого наследства шло медленно. Причин было несколько, но, прежде всего — недостаточное количество и крайне плохое качество боеприпасов. Например, когда во время боев за Киев в 1941 г. немцы попытались применить несколько дивизионов французских 155-мм гаубиц и 220-мм мортир, оказалось, что около половины выпущенных снарядов попросту не взрываются. Пришлось отложить ввод в бой французских артсистем до налаживания производства новых боеприпасов к ним. В конечном итоге, большинство трофейных тяжелых орудий попало в части береговой артиллерии.

К моменту начала операции «Барбаросса» в структуре артиллерии РГК произошли очередные изменения. Увеличилось количество органов управления — теперь в вермахте было 59 артиллерийских командований и 35 штабов артполков. До 39 увеличилось количество дивизионов АИР. Как уже отмечалось, в связи с формированием новых дивизий в их состав передали 17 дивизионов — восемь тяжелых гаубичных и девять смешанных. Но это отнюдь не означало ослабления артиллерии РГК — уменьшение количества стволов калибра 105 и 150 мм компенсировали формированием новых частей крупнокалиберной артиллерии. В частности, количество дивизионов 210-мм мортир возросло почти вдвое — с 10-ти до 19-ти. Также очень быстро росла численность штурмовой артиллерии — в мае 1941 г. вермахт располагал шестью дивизионами штурмовых орудий (в каждом — три батареи по семь орудий) и двумя отдельными батареями. Все шире распространялась реактивная артиллерия — к началу войны против СССР вермахт располагал 18-ю дивизионами реактивных установок (девять из них объединили в три полка, остальные были отдельными). Велись работы и в области сверхтяжелой артиллерии — на вооружение приняли 600-мм мортиры «агрегат 040» (более известны как «Карл») и 800-мм железнодорожную установку «Дора». Численность железнодорожной артиллерии возросла, главным образом, за счет увеличения с восьми до 13-ти количества батарей 280-мм установок. На вооружение были приняты и трофейные французские железнодорожные установки — две 340-мм пушки и две 400-мм гаубицы.

Организация управления артчастями РГК во время начального периода войны против СССР существенных изменений не претерпела. Новшеством стало формирование т. н. «артиллерийских полковых штабов особого назначения», предназначенных для управления разнотипными артдивизионами и отдельными батареями, приданными тем или иным общевойсковым либо танковым соединениям. Например, 23 июля 1941 г. 4-й танковой группе был передан 802-й артиллерийский полковой штаб особого назначения, в подчинении которого находилось в общей сложности четыре дивизиона: 1-й и 2-й дивизионы 84-го артполка с немецкими и чешскими 240-мм пушками, 768-й артдивизион с 210-мм мортирами и 680-й артдивизион с 150-мм пушками.

Весной 1942 г. в составе артиллерии РГК появились первые части, вооруженные трофейными советскими орудиями — 1-й и 2-й стационарные артдивизионы «Смоленск». Каждый из них имел в своем составе пять батарей — четыре со 122-мм и 152-мм гаубицами и одну с 76,2-мм пушками Ф-22. Во второй половине года в составе артиллерии РГК появились первые части, вооруженные самоходными орудиями — 1-й и 2-й самоходно-артиллерийские полки. Они были сформированы во Франции и вооружены САУ на шасси трофейных транспортеров «Лоррэн». Каждый полк имел шесть шестиорудийных батарей. Пять из них были вооружены самоходными 150-мм гаубицами, а шестая — 105-мм гаубицами. 1-й самоходно-артиллерийский полк был расформирован уже в декабре 1942 г., а его матчасть распределили между тремя дислоцированными во Франции пехотными дивизиями. 2-й же полк в 1943 г. вошел в состав воссоздаваемой после разгрома в Тунисе 21-й танковой дивизии и стал именоваться 155-м панцерартиллерийским полком.

Несмотря на первоначальные успехи в войне против СССР, вермахт уже в 1941 — начале 1942 г. понес весьма тяжелые потери, в том числе и в артиллерии. Поначалу их удавалось компенсировать — количество артиллерии РГК летом 1942 г. не отличалось от количества в начале войны. Но вот в качественном составе произошли определенные изменения. В составе артиллерии РГК появились моторизованные дивизионы 105-мм легких гаубиц — летом 1942 г. их было 15. В качестве средства тяги в этих дивизионах применялись гусеничные тягачи RSO. Эта машина, простая и дешевая в изготовлении, представляла собой типичный «эрзац» военного времени. Максимальная скорость буксировки гаубиц составляла всего 17 км/ч (против 40 км/ч для полугусеничных тягачей). Было сформировано и несколько новых батарей железнодорожной артиллерии, вооруженных, главным образом, французскими установками. Вообще же представляется непонятным упорство командования сухопутных войск в развитии железнодорожной артиллерии — подобные установки не находили применения в концепции «блицкрига». Они были пригодны разве что при осаде крепостей либо в системе береговой обороны. Но единственной крепостью, при осаде которой вплоть до конца 1943 г. применялась железнодорожная артиллерия, оставался Ленинград. Применение же таких установок в системе береговой обороны также нельзя признать особо эффективным — рассредоточенные вдоль побережья орудия без обеспечения превосходства в воздухе ни в одном случае не смогли противостоять высадке вражеских десантов.

1943 г. ознаменовался резким снижением численности артиллерии РГК ввиду гибели многих дивизионов в сталинградском «котле». В июле 1943 г. насчитывалось лишь 20 дивизионов 105-мм пушек, 12 смешанных дивизионов и 23 дивизиона 150-мм гаубиц. Сократилось и количество 150-мм пушек — за год с лета 1942-го по лето 1943 г. было расформированы семь из восьми дивизионов таких артсистем. В артиллерии РГК остался один дивизион и 15 отдельных батарей 150-мм пушек, но к декабрю 1943 г. были расформированы и последний дивизион, а также восемь отдельных батарей. Их матчасть, главным образом, была передана береговой артиллерии. Компенсировано сокращение 150-мм пушек было за счет увеличения количества 170-мм пушек. К концу 1943 г. было сформировано два новых дивизиона (763-й и 764-й) и восемь отдельных батарей таких пушек, а также две батареи и составе смешанного 2-го дивизиона 84-го артполка (две другие батареи этого дивизиона были вооружены чешскими 240-мм пушками). Если в январе 1941 г. вермахт располагал всего четырьмя 170-мм пушками, то к маю 1942 г. их было уже 114, и количество таких систем продолжало увеличиваться. Также в частях РГК возросло количество трофейных советских орудий. Например, в мае 1943 г. были сформированы три моторизованных дивизиона — 456-й, 457-й и 460-й — каждый из которых включал две батареи 152-мм гаубиц-пушек KH 433/1(r) и одну — 122-мм пушек К 390(r).

Существенно возросло количество дивизионов штурмовой артиллерии — летом 1942 г. их было 19, а год спустя — 25 (и три отдельные батареи). Возросла и их огневая мощь за счет увеличения количества орудий в батареях штурмовой артиллерии с семи до 10. Наряду с 75-мм орудиями StuG III штурмовая артиллерия начала получать 105-мм штурмовые гаубицы StuH 42 — они вводились по три единицы в каждую батарею.

В июне 1943 г. были сформированы и два отдельных самоходных артдивизиона — 753-й и 757-й, вооруженные 150-мм САУ Sd.Kfz.165 «Хуммель». Эти части были очень сильными — каждый дивизион имел шесть огневых батарей (четыре по 6 орудий и две по 4, а всего 32 САУ — что равнозначно почти трем дивизионам буксируемых гаубиц). Но в дальнейшем большинство «Хуммелей» поступало не в артиллерию РГК, а в панцерартиллерийские полки танковых дивизий.

Во второй половине 1943 г. в составе артиллерии РГК началось формирование крупных артиллерийских соединений. Первым из них стала созданная в сентябре

1943 г. 18-я артиллерийская дивизия (кстати, так и оставшаяся единственной артиллерийской дивизией вермахта). Её основу составили части разгромленной 18-й танковой дивизии — 88-й панцерартиллерийский полк, транспортный батальон, батальон связи, а также медицинские и ремонтные части. Кроме того, в состав дивизии включили 288-й и 782-й моторизованные артполки. 88-й полк имел в своем составе три дивизиона легких гаубиц (в общей сложности, 36 leFH 18) и самоходный артдивизион обычного для танковых дивизий состава (12 «Веспе» и шесть «Хуммель»). В состав 288го артполка вошли два дивизиона 150-мм гаубиц (24 sFH 18), дивизион 105-мм пушек (12 орудий) и дивизион 210-мм мортир (девять). 782-й артполк имел лишь один артдивизион с девятью 170-мм пушками; кроме того, в его состав входили дивизион АИР и зенитный дивизион (четыре батареи; в общей сложности, восемь 88-мм, девять 37-мм и 18 20-мм зениток, а также две самоходные счетверенные 20-мм установки на полугусеничных тягачах Sd.Kfz. 7/1. В январе 1944 г. 18-я артиллерийская дивизия прибыла на Восточный фронт, войдя в состав 24-го танкового корпуса 4-й танковой армии, а вскоре была передана в состав 1-й танковой армии. Но «карьера» 18-й артдивизии оказалась недолгой — уже в апреле 1944 г. её расформировали.

^{Противотанковое орудие Pak40}

Вплоть до осени 1944 г. численность артиллерии РГК поддерживалась примерно на одном уровне, хотя в структуре и происходили определенные изменения. В частности, продолжало увеличиваться количество батарей 170-мм пушек. Формировались новые дивизионы с советскими орудиями. К осени 1944 г. их было уже шесть — один со 122-мм пушками и пять смешанных, со 122-мм гаубицами и 152-мм гаубицами-пушками. Среди них были и моторизованные дивизионы, и частично моторизованные, и стационарные — без собственных транспортных средств. Наряду с восемью дивизионами РГК, вооруженными французскими артсистемами, пятью — чешскими и двумя батареями с польскими 155-мм гаубицами, было сформировано шесть дивизионов с итальянскими орудиями, ставшими трофеями в сентябре 1943 г., после перехода Италии на сторону антигитлеровской коалиции. Возросла численность самоходной артиллерии — в середине 1944 г. в составе РГК было семь дивизионов по 12 САУ «Хуммель». Также увеличилось количество дивизионов 105-мм гаубиц — до 27-ми (четыре моторизованных с полугусеничными тягачами и 23 с тягачами RSO). В составе РГК появляются и части, вооруженные безоткатными орудиями — 105-мм LG 40 и LG 42. Было сформировано два дивизиона таких орудий (423-й и 424-й), а также одна отдельная батарея (429-я).

Отдельно следует сказать об артиллерийских частях люфтваффе. Формирование в декабре 1943 г. в Италии 1-го парашютного корпуса привело к необходимости создания артиллерийских частей поддержки. В состав корпуса вошло 122-й артиллерийское командование (из состава сухопутных войск), а также 11-й парашютный артполк и 1-я (позже переименованная в 11-ю) парашютная бригада штурмовых орудий, вооруженная трофейными итальянскими самоходками. Естественно, ничего «парашютного», кроме подчинения люфтваффе, в этих частях не было, а применялись они как обычные сухопутные части.

До осени 1944 г. единственной попыткой создать в вермахте мощное артиллерийское соединение оставалась просуществовавшая лишь несколько месяцев 18-я артиллерийская дивизия. В то же время, в Красной армии уже в конце 1942 г. было 26 артиллерийских дивизий, штат каждой из которых предусматривал наличие 356 орудий калибром от 76 до 203 мм. Причины подобного положения вещей кроются в военной доктрине Германии. Концепция «блицкрига» недооценивала значение артиллерии — предполагалось, что главную ударную мощь вермахта составят танковые «клинья», поддержанные авиацией. И почему-то никто ни в Германии, ни за её пределами, кроме СССР, не учел тот факт, что предложенные Гудерианом принципы массирования и концентрации на главном направлении удара применимы не только к танковым войскам, но и к артиллерии. Лишь в конце 1944 г. немецкие военные попытались учесть опыт войны, приступив к формированию относительно крупных артиллерийских соединений — фольксартиллерийских бригад и корпусов. Приставка «фолькс−», т. е. «народный», начиная с июля 1944 г. начала появляться в названиях многих частей и соединений вермахта (например, фольксгренадерских дивизий). Она должна была свидетельствовать о «демократизации» армии, но в действительности означала, что в формировании таких частей и соединений было задействовано Главное управление СС. Это управление отвечало за подбор офицерских кадров для «народных» соединений, такие соединения подчинялись дисциплинарным уставам и судовым органам СС, но при этом оставались в составе вермахта.

Несмотря на свои громкие названия, немецкие бригады и корпуса артиллерии не шли ни в какое сравнение по ударной силе с советскими соединениями. Фольксартиллерийская бригада, включавшая три-четы-ре дивизиона, соответствовала по огневой мощи полку. Корпус же был сильнее бригады лишь на два-три дивизиона — именно он соответствовал советской бригаде. Было и ещё одно отличие — бригады в советских артиллерийских дивизиях вооружались однотипными артсистемами, в то время как фольксартиллерийские бригады и корпуса имели на вооружении орудия нескольких типов.

Формирование фольксартиллерийских бригад началось в сентябре 1944 г. Согласно штатам, бригада насчитывала 1753 чел. личного состава, 24 150-мм гаубицы sFH 18, три 170-мм пушки К 18 и девять 210-мм мортир М 18, а также 52 тягача и 244 автомобиля. Легкое вооружение включало, кроме индивидуального стрелкового оружия, 27 ручных пулеметов и целых 500 «Панцерфаустов». К тому времени преимущество противника в бронетехнике стало подавляющим, и в попытках компенсировать его германское командование старалось максимально насытить части противотанковыми средствами — «Панцерфаусты» получали даже зенитные дивизионы, прикрывавшие промышленные центры рейха. Организационно бригада состояла из трех артдивизионов (двух со 150-мм гаубицами и одного смешанного — со 170-мм пушками и 210-мм мортирами), а также частей обеспечения.

Для фольксартиллерийских корпусов, начавших формироваться в ноябре 1944 г., было разработано несколько вариантов штатов. Согласно одному из вариантов, моторизованный корпус насчитывал 3271 чел. личного состава. В его составе было шесть артдивизионов:

— два противотанковых (18 88-мм пушек Рак 43 и 18 75-мм Рак 40);

— два легких гаубичных — один с 18 105-мм гаубицами leFH 18, другой с 12 трофейными 122-мм гаубицами sFH 396(r);

— тяжелый гаубичный дивизион с 12 150-мм гаубицами sFH 18;

— тяжелый смешанный дивизион с тремя 170-мм пушками К 18 и шестью 210-мм мортирами М 18.

Во всех дивизионах батареи были шестиорудийными, за исключением тяжелого смешанного с трехорудийными батареями. Вспомогательное вооружение включало 67 ручных пулеметов и 500 «Панцерфаустов». Парк транспортных средств корпуса насчитывал 111 тягачами (51 полугусеничный и 60 RSO), а также 406 автомобилями. Но ввиду нехватки транспортных средств, а в первую очередь — топлива, было предусмотрено формирование корпуса по частично моторизованным штатам. В таком случае количество тягачей увеличивалось на десять RSO, а вот автопарк был уменьшен в 2,5 раза — до 157 единиц. Уменьшалось и штатное количество личного состава — до 2612 чел.

Второй вариант штатов предусматривал наличие пяти артдивизионов:

— противотанкового (18 Рак 40);

— двух легких гаубичных — одного с 18 105-мм гаубицами leFH 18, другого с 12 трофейными 122-мм гаубицами sFH 396(r);

— тяжелого пушечного (18 105-мм пушек sK18);

— тяжелого гаубичного — 18 трофейных 152-мм гаубиц-пушек KH 433/1(r).

Предусматривалось комплектование такого корпуса либо в полностью, либо в частично моторизованном варианте. В первом случае корпус насчитывал 2343 чел. личного состава, 284 автомобиля и 84 арттягача (24 полугусеничных и 60 RSO). Во втором случае количество личного состава уменьшалось до 2025 чел., а автомобилей — до 124-х, но дополнительно вводились ещё пять RSO. Наконец, предусматривалась возможность придания корпусу дивизиона реактивных минометов, имевшего в трех батареях 27 210-мм пятиствольных установок Nebelwerfer 42.

По состоянию на 1 января 1945 г. вермахт располагал восемью фольксартиллерийскими бригадами — 88-й, 261-й, 704-й, 732-й, 777-й, 888-й, 959-й и Учебной. При этом 704-я бригада именовалась «легкой», а 261-я — «штурмовой». При этом почти все бригады имели состав, отличный от штатного. Например, Учебная бригада имела трехбатарейные гаубичные дивизионы, причем в одном из них одна из батарей была заменена пушечной (в общей сложности, 30 150-мм гаубиц и шесть 105-мм пушек).

^{Самоходная установка с 37-мм Flak36}

А вот 210-мм мортир было меньше, чем требовалось по штату — шесть вместо девяти. 704-я легкая бригада располагала двумя дивизионами 105-мм гаубиц и одним — 150-мм. 88-я бригада была сформирована на основе уже упоминавшегося 88-го панцерартиллерийского полка, от которого «унаследовала» самоходный артдивизион (12 САУ «Хуммель» и шесть «Веспе»). Вместо второго тяжелого гаубичного дивизиона в бригаде был легкий с орудиями leFH 18. Состав 261-й штурмовой бригады установить не удалось, но можно предположить, что часть её вооружения составляли штурмовые орудия.

Осенью 1944 г. было сформировано больше фольксартиллерийских бригад, но некоторые из них практически сразу были реорганизованы в корпуса. Большинство бригад были задействованы на Восточном фронте: 88-я, 70-я и 732-я — в составе группы армий «Центр», 777-я и 888-я — в группе армий «А», 261-я и 959-я — в группе армий «Юг». Лишь Учебную фольксартиллерийскую бригаду перебросили в Италию, в состав группы армий «С».

Фольксартиллерийских корпусов по состоянию на 1 января 1945 г. было сформировано 12: моторизованные 388-й, 401-й, 402-й и 766-й, а также частично моторизованные с номерами от 403 до 410. Состав этих корпусов также отличался от предусмотренного штатами — например, в 408-м корпусе вместо батареи 170-мм пушек была батарея 128-мм противотанковых орудий Рак 44. В 1945 г. появились новые фольксартиллерийские корпуса — 88-й и 888-й моторизованные, реорганизованные из бригад с теми же номерами, а также вновь сформированные частично моторизованные 411-й и 412-й корпуса. Два последних соединения стали единственными фольксартиллерийскими корпусами, получившими приданный дивизион «Небельверферов».

Единственной возможностью проверить на практике возможность применения крупных артиллерийских соединений в наступлении стала для вермахта наступательная операция в Арденнах. В ней задействовали восемь фольксартиллерийских корпусов: 5-я танковая и

7-я полевая армии получили по два таких соединения (соответственно, 401-й и 766-й, а также 406-й и 408-й), а 5-я танковая армия СС — целых четыре (388-й, 402-й, 405-й и 410-й). После того, как наступление в Арденнах захлебнулось, часть корпусов была переброшена на Восточный фронт. Здесь фольксартиллерийские корпуса и бригады были рассредоточены и приданы армиям и корпусам — единственно верное решение для действий в обороне. Для иллюстрации приведем состав артиллерийских частей усиления 26-го армейского корпуса, оборонявшего в составе 3-й танковой армии в декабре

1944 г. линию р. Неман. Насчитывавший четыре пехотные дивизии, корпус получил 88-ю фольксартиллерий-скую бригаду, 6-ю ракетную бригаду, дивизион 210-мм мортир, батарею 170-мм пушек, три бригады штурмовых орудий (203-ю, 276-ю, 277-ю) и два дивизиона АИР. Согласно идеям, заложенным при их создании, фольксартиллерийские корпуса и бригады предполагалось применять в полном составе. Но в конце войны обстановка часто требовала обратного, и эти соединения приходилось «растаскивать» на составляющие. Например, один дивизион 704-й легкой бригады оказался в составе 4-го танкового корпуса СС, а остальная её часть — в 23-м армейском корпусе.

Создание в конце 1944 г. крупных артиллерийских соединений уже никоим образом не могло повлиять на ход войны. Такие соединения были бы гораздо более полезны в тот период, когда вермахт вел активные наступательные действия. Характерно, что генерал Гальдер, начальник генерального штаба сухопутных войск, уже через месяц после начала операции «Барбаросса» в своем дневнике отмечал, что включение в состав дивизионных артполков 150-мм гаубиц является нецелесообразным — более рациональным было бы сосредоточить их на корпусном уровне. Но это замечание так и осталось всего лишь дневниковой записью. В итоге, вермахту никогда не удавалось достичь на участках прорыва концентрации артиллерии хотя бы равной этому показателю для Красной армии. В СССР уже в 1941 г. считалось, что для прорыва полевых укреплений необходима концентрация артиллерии в 100 стволов на километр фронта. В ходе войны этот показатель постоянно возрастал. Немецкие же генералы в начале войны считали возможным обходиться концентрацией всего в 40 стволом на километр фронта на участке прорыва. В дальнейшем при наступательных операциях концентрация артиллерии вермахта составляла от 60 до 140 стволов на километр. Рекордных показателей было достигнуто под Курском, где 9-я армия на участке прорыва имела 200 орудий на километр, а 4-я танковая армия — 150. Но что это по сравнению с противостоящими соединениями Красной армии, сосредоточившими на участках немецкого наступления 900-1000 стволов артиллерии на километр фронта! Самая низкая концентрация артиллерии была в декабре 1941 г. во время советского контрнаступления под Москвой и в июне 1944 г. при высадке союзников в Нормандии. В первом случае вермахт располагал 10 орудиями на километр фронта, во втором — всего 1,5!

Согласно сообщению немецкой разведки, в ноябре 1944 г. на Восточном фронте Красная армия располагала трех-четырехкратным преимуществом в артиллерии. Реально же преимущество было ещё выше — главным образом, благодаря более рациональной организации артиллерии. Например, группа армий «Южная Украина» располагала 581 батареей, в то время, как противостоящие её советские соединения — 1850 батареями. То есть, в количестве орудий преимущество действительно примерно трехкратное. Но из советской артиллерии 1050 батарей относилось к «внедивизионной» артиллерии, которую можно было быстро сосредоточить на ключевых участках. А из упомянутых 581 немецкой батареи «внедивизионными» были только 71, что существенно ограничивало возможности маневра артиллерией. На Западном фронте преимущество союзников не было столь ощутимым и составляло около 50 % по количеству стволов. Но союзники также значительную часть артиллерии — около половины — сосредоточили вне дивизий. Например, в конце июля 8-й американский армейский корпус (одна танковая и четыре пехотные дивизии) поддерживало 12 дивизионов артиллерии РГК. То есть, и на Западном фронте за счет увеличенных возможностей маневра артиллерией противники вермахта имели многократное преимущество на ключевых участках.

Парадоксально, но своей вершины развитие артиллерии РГК в вермахте достигло в то время, когда положение Третьего рейха уже было катастрофическим — в декабре 1944-го и в начале 1945 г. В то время были созданы артиллерийские корпуса и бригады, а количество отдельных артдивизионов оставалось примерно на прежнем уровне. Более чем вдвое по сравнению с летом 1944 г. увеличилось количество бригад реактивной артиллерии. Развился новый род артиллерии — крепостная, в составе которой сформировали 327 батарей. Наконец, существенно возросло количество бригад штурмовой артиллерии — до 46 (в июле 1943 г. их было лишь 26).

Реактивная артиллерия, как и ракетное оружие, вообще, не подпадали под ограничения Версальского трактата — к моменту его подписания лишь писатели-фантасты могли предположить, насколько эффективным окажется это оружие в будущей войне. Германские специалисты с начала 30-х гг. вели разработку широкой гаммы образцов подобного оружия, в том числе многозарядных пусковых установок и ракет к ним для сухопутных войск. В отличие от СССР, где приоритет отдавался оперенным реактивным снарядам, в Германии разрабатывались турбореактивные снаряды, стабилизируемые в полете вращением. Такие снаряды обладали меньшей по сравнению с оперенными дальностью стрельбы, но зато имели гораздо лучшую кучность. В сухопутных войсках вермахта реактивные пусковые установки, в русскоязычных публикациях часто именуемые «реактивными минометами» относились к т. н. «войскам задымления» — Nebeltruppe. Согласно декларируемому предназначению, они должны были ставить дымовые заграждения, но на самом деле они рассматривались как «средство доставки» химических боеприпасов. Имелись в боекомплекте реактивных установок — «Небельверферов» — и фугасные снаряды. Именно они и применялись, в основном, в боях — постановка дым-завес стала задачей второстепенной, а до химической войны дело не дошло. Интересно, что в организационном отношении «небельтруппе» не входили в состав артиллерии, а представляли собой отдельный род войск.

Формирование первых частей, вооруженных 150-мм шестиствольными пусковыми установками (ПУ) Nebelwerfer 41, началось весной 1940 г. Первым их получил Учебно-опытовый дивизион задымления. 18 апреля 1940 г. его 1-я батарея в составе восьми пусковых установок продемонстрировала мощь нового оружия перед командованием сухопутных войск вермахта на полигоне в Мюнстере. Тут же был подписан приказ о начале формирования первой боевой части — 51-го полка реактивной артиллерии.

Во второй половине 1940 г. части реактивной артиллерии были сосредоточены во Франции — предполагалось их участие в готовящейся высадке в Англии (операция «Зеелёве»). 51-й полк даже провел учебные стрельбы по надводным целям. Но боевым дебютом реактивной артиллерии стала операция «Барбаросса» -22 июня 1941 г. батареи «Небельверферов» открыли огонь по советской территории (боевой дебют БМ-13 — знаменитых «катюш» — состоялся чуть позже, 14 июля). Тактика частей реактивной артиллерии предусматривала массированный огонь по площадям. Поскольку ракеты «Небельверферов» были тонкостенными, то поражающий эффект от их осколков был невелик, а главным поражающим фактором была ударная волна. Для стрельбы по одиночным целям реактивные ПУ не применялись. Согласно германским уставам, в наступлении огонь реактивной артиллерии концентрировался на направлении главного удара, а в обороне — на наиболее опасном участке. Таким образом, «Небельверферы» рассматривались как ключевое средство обеспечения успеха, как в наступательном, так и в оборонительном бою. Немецкая пехота весьма ценила огневую мощь реактивной артиллерии, называя «Небельверферы» «пехотными Штуками» — по аналогии с пикирующими бомбардировщиками Ju-87 «Штука».

Устройство «Небельверфера» было довольно простым, но в 1940 г. в Германии создали ещё более простое, даже примитивное реактивное оружие — т. н. «тяжелую пусковую установку 40» (schweres Wurfgerät 40), служащую для запуска 280-мм фугасных и 320-мм зажигательных снарядов. Пусковая установка для четырех снарядов представляла собой простую раму, весящую всего 52 кг. Направляющих в привычном понимании не было: снаряды прямо в заводских укупорках устанавливались на раму и из них же запускались. Прицельные приспособления также отсутствовали — наводка на цель осуществлялась посредством обычного угломера. Каких-либо специальных частей, вооруженных такими «пусковыми установками» не было — их могла применять обычная пехота. Более того, можно было обходиться и вовсе без пусковых установок — контейнеры со снарядами устанавливали на пару вбитых в землю кольев, придавая необходимый угол возвышения. При этом в обращении снаряды считались довольно опасными — им случалось стартовать вместе с укупорками, что существенно уменьшало и так небольшую дальность стрельбы и подвергало опасности личный состав.

^{Реактивная установка «Небельверфер»}

В 1942 г. для стрельбы 280-мм и 320-мм снарядами приняли на вооружение шестизарядную ПУ WkrS 41 на одноосном прицепе, а также модифицированный вариант «Небельверфера» — Nebelwerfer 42, имевший вместо шести пять трубчатых направляющих, но увеличенного до 210 мм калибра. В 1944 г. для последнего ввели специальные вкладки, позволяющие в случае необходимости применять и 150-мм снаряды.

По состоянию на февраль 1941 г. в составе «войск задымления» насчитывалось три полка (51-й — 53-й) и девять отдельных дивизионов (с 1-го по 9-й) «Небельверферов». Дивизион включал три батареи по шесть ПУ, а в полку были три дивизиона — в общей сложности, 54 ПУ. Батарея насчитывала 120 чел. личного состава — пять офицеров, 20 унтер-офицеров и 95 рядовых. На её вооружении, кроме шести Nebelwerfer 41, имелась и одна 37-мм противотанковая пушка Рак 35/36. Причиной такого решения был тот факт, что части реактивной артиллерии ввиду небольшой дальности стрельбы занимали позиции непосредственно у переднего края, что делало их весьма уязвимыми от танковых атак противника. Естественно, одна пушка не могла отбить атаку, да и такая задача не ставилась — главным было выиграть время и позволить вывести пусковые установки из-под удара. В организационном отношении батарея состояла из:

— управления (14 чел. — один офицер, три унтер-офицера и 10 рядовых; три автомобиля, четыре мотоцикла, один ручной пулемет);

— взвода связи (три унтер-офицера и 14 рядовых; пять автомобилей, одна противотанковая пушка);

— огневого эшелона, делившегося на два взвода (в общей сложности — 45 чел., из них три офицера, шесть унтер-офицеров и 36 рядовых; шесть ПУ, восемь автомобилей и тягачей, два мотоцикла);

— взвода боепитания (четыре унтер-офицера и 20 рядовых; шесть автомобилей и два мотоцикла с колясками);

— батарейного обоза (шесть унтер-офицеров и 15 рядовых; семь автомобилей и тягачей, два мотоцикла, в т. ч. один с коляской).

Батарея была полностью моторизованной и располагала большим количеством транспортных средств: 13 тягачей, 15 грузовых и один легковой автомобили, 10 мотоциклов (из них три с колясками).

Во второй половине 1941 г. «небельтруппе» прошли реорганизацию, имевшую целью обеспечить массирование огня. Были сформированы три командования дивизионного уровня (1-е — 3-е), а также три новых полка — 54-й, 55-й и 1-й учебный. Правда, произошло это не за счет поставок новой техники, а за счет сведения в полки отдельных дивизионов. А поскольку 9-й дивизион находился в Северной Африке, то в 55-м полку вместо трех штатных дивизионов было лишь два. В 1942 г. в штате батарей «Небельверферов» 37-мм противотанковые пушки заменили 50-мм Рак 38. Продолжалось формирование новых частей, в том числе тяжелых полков с ПУ калибра 280/320 мм. Летом 1942 г. на Восточном фронте наиболее сильная группировка реактивной артиллерии находилась у Севастополя:

1-й тяжелый и 70-й полки реактивной артиллерии, 1-й и 4-й отдельные дивизионы — в общей сложности, 96 ПУ. 1-й учебный полк воевал на Кавказе, а в сентябре был переброшен на север, в район Ладожского озера. На сталинградском направлении воевал 54-й полк, осенью 1942 г. усиленный 2-м тяжелым полком и 2-м дивизионом 51-го полка. Только последний смог избежать гибели в сталинградском «котле». В Курской битве принимал участие 51-й полк.

В самом начале 1944 г. начался очередной этап эволюции оргструктур германской реактивной артиллерии — полки переформировались в гораздо более сильные по составу бригады, первая из которых была создана 1 марта. Вновь сформированные дивизионы также сводились в бригады. Было разработано три варианта бригад реактивной артиллерии — моторизованная, частично моторизованная и стационарная. Во всех случаях бригада состояла из двух полков трехдивизионного состава и насчитывала 108 пусковых установок. Также, как и фольксартиллерийским бригадам/ корпусам, бригадам реактивной артиллерии полагалось большое количество противотанковых средств ближнего боя — по 500 «Панцерфаустов». В моторизованной бригаде насчитывалось 2933 чел. личного состава, 72 150-мм ПУ Nebelwerfer 41, 18 210-мм Nebelwerfer 42 и 18 280/320-мм WkrS 41, 284 автомобиля и 109 тягачей (главным образом, RSO). Частично моторизованная бригада имела такой же набор пусковых установок, 2567 чел. личного состава, 96 автомобилей и 54 тягача. Наконец, в стационарной бригаде было 72 150-мм и 36 280/320-мм ПУ, 1966 чел. личного состава, 59 автомобилей и 18 тягачей. Была сформирована лишь одна стационарная бригада — 300-я.

Дивизионам «Небельверферов» в моторизованных бригадах часто придавались роты самоходных пусковых установок, вооруженные 10-зарядными 150-мм ПУ Panzerwerfwer 42 на бронированных шасси полугусеничных тягачей Sd.Kfz. 4/1 либо sWs. Такая рота имела 120 чел. личного состава, восемь пусковых установок, 10 бронированных транспортеров боеприпасов на шасси Sd.Kfz. 4/1 и 24 автомобиля. Чаще всего бригадам придавалось по две такие роты, но иногда их могло быть и больше: 8-я и 9-я бригады реактивной артиллерии получили по три роты самоходных ПУ, а 6-я и 7-я по четыре.

Согласно утвержденным штатам было сформировано только пять бригад — 6-я, 15-я, 16-я и 17-я, а также уже упоминавшаяся 300-я стационарная. В остальных бригадах формировались тяжелые полки, имеющие по два дивизиона с 210-мм либо 280/230-мм ПУ и один — со 150-мм «Небельверферами». В 18-й, 19-й и 20-й частично моторизованных бригадах тяжелыми были обе полка. Такое решение существенно увеличивало поражающее воздействие огня реактивной артиллерии — ведь 150-мм снаряд содержал 10 кг взрывчатого вещества, а у 280-мм снаряда вес ВВ составлял более 60 кг!

По состоянию на 1 июня 1944 г. в вермахте было уже восемь бригад реактивной артиллерии, а кроме того — 101-й тяжелый моторизованный полк (три дивизиона WkrS 41, в общей сложности 54 ПУ) и 11-й отдельный стационарный дивизион (две батареи по шесть Nebelwerfer 41 и одна рота самоходных ПУ). К 1 января 1945 г. число бригад возросло до 16-ти. В их число входили:

— с 1-й по 6-ю моторизованные бригады;

— 7-я, 9-я и 15-я моторизованные фольксбригады;

— 8-я и с 16-й по 20-ю частично моторизованные фольксбригады;

— 300-я стационарная бригада.

Семь бригад (4-я, 7-я, 8-я, 9-я, 15-я и 16-я) находились на Западном фронте. При этом 7-я, 8-я и 9-я бригады были частями второго формирования — первые бригады с такими номерами были летом 1944 г. разгромлены союзниками в Нормандии, а затем их воссоздали уже как фольксбригады. На Восточном фронте в составе группы армий «Центр» воевали 1-я, 6-я и 300-я бригады, а в группах армий «Юг», «Север», «А» и «С» было по одной бригаде — соответственно, 17-я, 2-я, 3-я и 5-я. Наконец, 19-я и 20-я бригады ещё находились на стадии формирования.

Своими частями реактивной артиллерии располагали и войска СС. При этом если в сухопутных войсках основной организационной единицей реактивной артиллерии были полки, а затем и бригады, то в войсках СС поначалу были лишь дивизионы. 1-й, 2-й, 3-й, 4-й танковые, а также 5-й горный корпуса СС имели в своем составе отдельные моторизованные дивизионы реактивной артиллерии. Они имели номера от 101 до 105, причем последняя цифра соответствовала номеру корпуса, в который входил дивизион. Дивизионы войск СС были сильнее армейских — в их составе было не три, а четыре батареи (в общей сложности, 24 150-мм ПУ). Кроме того, 1-я, 2-я, 3-я, 5-я и 12-я танковые и 11-я панцергренадерская дивизии СС имели в своем составе по дивизиону реактивной артиллерии (как правило, три батареи 150-мм и одна — 210-мм «Небельверферов»). Лишь в самом конце войны в составе 1-го танкового корпуса СС начали формирование 1-й и 7-й бригад реактивной артиллерии СС (правда, успели сформировать только 7-ю, а 1-я была представлена только штабом).

Наконец, в 1-й парашютной армии, входившей в состав люфтваффе, имелся 21-й тяжелый дивизион (четыре батареи по шесть ПУ WkrS 41).

В последний раз массированно реактивная артиллерия применялась во время наступления в Арденнах. В той операции участвовали восемь бригад реактивной артиллерии: в 6-й танковой армии СС — 4-я, 9-я и 17-я, в 5-й танковой армии — 7-я, 15-я и 16, и в 7-й армии — 8-я и 18-я бригады.

Средства непосредственной поддержки, как правило, входили в состав пехотных (моторизованных, горнопехотных и пр.) батальонов и полков. К ним относились пехотные орудия и минометы.

Позиционный характер боевых действий Первой мировой войны породил целый класс пехотной (траншейной) артиллерии, представленной различными орудиями и минометами, предназначенными для ведения навесного огня, разрушения полевых укреплений и поражения укрытых пулеметных расчетов — настоящего «бича Божьего» для пехоты. В кайзеровской армии поначалу для этих целей применялись тяжелые и средние минометы калибров 250 и 170 мм, но вскоре появились и более легкие, 76-мм минометы. В сентябре 1916 г. в армии насчитывалось уже 1345 таких систем. Но общим недостатком всех минометов была малая мобильность — определенно, они больше годились для обороны, чем для наступления. А ведь задача уничтожения пулеметных гнезд являлась гораздо более актуальной именно при наступательных действиях. В ряде конструкторских бюро, в т. ч. Круппа, к 1918 г. разработали несколько образцов легких пехотных орудий, предназначенных для сопротивления пехоты, но ни один из них не был принят на вооружение.

В соответствии с Версальским договором, Германии запрещалось иметь в армии пехотные орудия. Но в частях остались минометы. Каждый пехотный полк рейхсвера получил в своем составе минометную роту в составе трех взводов легких минометов (в общей сложности, шесть 7,6 cm leichte Minenwerfer neuer Art — легких минометов нового образца) и одного — средних (два 17 cm Mittlere Minenwerfer neuer Art — средних минометов нового образца). В кавалерийских полках имелось по взводу легких минометов (две единицы). Минометы могли с успехом применяться против живой силы противника, но вот для разрушения укреплений при наступлении предпочтительнее были орудия. Разработка новых пехотных орудий осуществлялась германскими специалистами в 20-е годы, и она отнюдь не оказалась легкой задачей. Дело в том, что поначалу весьма привлекательной казалась идея универсального орудия, способного поражать как подвижные бронецели, так и стационарные укрытия. Но противотанковое амплуа требовало высокой начальной скорости снаряда, а, следовательно — довольно длинного ствола, что, в свою очередь, затрудняло ведение навесного огня. В конце концов, было признано разумным создавать специализированные противотанковые и пехотные орудия. Уже в 1927 г. на вооружение было принято 75-мм легкое пехотное орудие leIG 18, а в 1933 г. в пехотную артиллерию начали поступать 150-мм тяжелые пехотные орудия sIG 33.

Организация и вооружение подразделений пехотной артиллерии, так же, как и в случае с дивизионными артполками, зависела от волны, в которой формировалась та или иная дивизия. В дивизиях 1-й и 2-й волн, с которыми вермахт вступил в войну, каждый пехотный полк располагал отдельной 13-й ротой пехотных орудий, имевшей шесть leIG 18 и два sIG 33, а всего в дивизии насчитывалось 18 легких и 6 тяжелых пехотных орудий. ПД 3-й и 4-й волны имели лишь легкие пехотные орудия — по 6 в полку, а в дивизиях 5-й волны пехотных орудий не было вовсе. В пехотных полках дивизий 7-й и 8-й волн имелось лишь по четыре легких пехотных орудия. Весной 1941 г. во всех вновь формируемых дивизиях полковая артиллерия формировалась по образцу дивизий 1-й волны (18 leIG 18 и 6 sIG 33); в уже существующие дивизии также вводились тяжелые пехотные орудия.

Внедрение 150-мм орудий в пехотные полки стало шагом беспрецедентным — ни одна другая армия не имела в пехотных частях столь мощных артсистем. Огневая мощь таких орудий, стреляющих 38-кг снарядами, давала немецким пехотным полкам ощутимое преимущество на поле боя и позволяла в целом ряде случаев самостоятельно решать задачи, для которых в армиях других стран приходилось привлекать дивизионную артиллерию. По самой своей природе пехотные орудия размещались в непосредственной близости к переднему краю, что сокращало время реакции и позволяло максимально быстро подавлять вскрытые цели.

^{Самоходная установка с 47-мм Pak(t)}

Моторизованные дивизии к сентябрю 1939 г. имели лишь легкие пехотные орудия — по восемь в полку. В танковых дивизиях пехотная артиллерия была передана на уровень батальонов. Каждый моторизованный пехотный батальон имел в своем составе роту тяжелого оружия с парой leIG 18 и тремя 37-мм противотанковыми пушками, такая же рота была в составе дивизионного разведывательного батальона. Исключение составляла 5-я ТД, в которой в ротах тяжелого оружия имелся двойной комплект leIG 18 — по четыре. В общей сложности, эта дивизия располагала двумя десятками легких пехотных орудий. 1-я, 2-я и 3-я ТД имели по восемь leIG 18, 4-я, 10-я ТД и ТД «Кемпф» — по десять. Так же, как и в танковых, была организована пехотная артиллерия в легких дивизиях (в 1-й легкой дивизии имелось 10 leIG 18, 3-й — 12, а 2-й и 4-й — по 20). И в танковых, и в легких дивизиях, как видим, полностью отсутствовали тяжелые пехотные орудия. Дело в том, что в то время для транспортировки sIG 33 применялась лишь конная тяга — попробуйте представить себе шестерку лошадей, тянущих такое орудие в одном строю с танками… Лишь насыщение дивизионной артиллерии полугусеничными тягачами позволило выделить часть этих машин для пехотной артиллерии, и в мотострелковых полках танковых дивизий начали появляться взводы sIG 33.

В горных дивизиях, подобно танковым, легкие пехотные орудия были переданы на батальонный уровень, а тяжелые отсутствовали вовсе. Каждый горнострелковый батальон имел в своем составе роту поддержки с двумя орудиями leIG 18 и шестью 81-мм минометами.

Орудия leIG 18 были единственными артсистемами, находящимися на вооружении 1-й кавалерийской бригады. Она располагала двумя дюжинами таких орудий. Как уже упоминалось, 12 из них находились в бригадном артдивизионе. Остальные же были распределены по четыре в каждый из двух кавалерийских полков и мотоциклетный батальон.

7-я авиационная дивизия люфтваффе, согласно штату, должна была иметь в составе каждого из двух своих парашютных полков по роте пехотных орудий, но реально такая рота к маю 1940 г. была создана лишь в 1-м полку. В парашютных дивизиях люфтваффе с 1943 г. в штат пулеметных рот парашютных батальонов были введены 75-мм безоткатные орудия LG 40 — по две единицы на роту.

Опыт боев в Польше ярко показал как положительные черты тяжелых пехотных орудий, так и отрицательные — прежде всего, большой вес — 1700 кг, — затруднявший перекатывание системы на поле боя силами расчета. Запрячь же лошадей под вражеским огнем представлялось трудной задачей. Поэтому части пехотной артиллерии несли довольно ощутимые потери во время вражеских контратак. Вполне логичным решением для повышения мобильности представлялось создание самоходного варианта sIG 33. Первой попыткой стала самоходка на шасси легкого танка Pz.Kpfw. I Ausf. B — крайне примитивной конструкции, представлявшая собой орудие sIG 33 на штатном колесном лафете установленное на корпус танка и прикрытое высокой бронированной рубкой. Но примитивизм конструкции позволил очень быстро наладить производство таких самоходок — уже к моменту начала кампании во Франции было сформировано шесть рот тяжелых пехотных орудий, каждая из которых располагала шестью САУ. Их придали танковым дивизиям вермахта. В частности, 701-ю роту подчинили 9-й ТД, 702-ю — 1-й, 703-ю — 2-й, 704-ю — 5-й, 705-ю — 7-й, и, наконец, 10-я ТД получила 706-ю роту тяжелых пехотных орудий. Но на этом все и закончилось — после изготовления 38 самоходок их выпуск прекратили. В ещё меньшем количестве — всего 12 единиц — выпустили самоходные 150-мм орудия на шасси Pz.Kpfw. II Ausf. B. Эти системы поступили в 707-ю и 708-ю роты тяжелых пехотных орудий, весной 1942 г. отправленных в Северную Африку, где их придали полкам 90-й легкой пехотной дивизии.

Как уже отмечалось, накануне нападения на Советский Союз подразделения пехотной артиллерии были существенно усилены. Прежде всего, все пехотные дивизии получили тяжелые орудия. Эти системы появились и в моторизованных дивизиях. В каждом из двух полков такой дивизии теперь имелась рота с двумя sIG 33 и шестью leIG 18, кроме того, два leIG 18 было в разведбате. Таким образом, моторизованная дивизия располагала четырьмя 150-мм и 14 75-мм пехотными орудиями. В мотострелковые полки танковых дивизий также ввели роты пехотных орудий, но более слабого состава — два sIG 33 и четыре leIG 18. Однако при этом в батальонах этих полков остались по два легких пехотных орудия, равно как и в дивизионном разведбате. Таким образом, ТД образца 1941 г. располагала четырьмя sIG 33 и 18 leIG 18. Кроме того, шесть ТД (1-я, 2-я, 5-я, 7-я, 9-я и 10-я) располагали отдельными ротами самоходных тяжелых пехотных орудий.

Весной 1943 г. было возобновлено производство САУ с артчастью sIG 33. На этот раз в качестве шасси применили чешский танк Pz.Kpfw. 38(t). Новая САУ, получившая наименование «Грилле», была введена в штат танковых дивизий образца 1943 г. Каждый из двух панцергренадерских полков такой дивизии располагал ротой САУ (шесть установок). А вот легких пехотных орудий осталось очень мало — всего шесть единиц (по две в роте охраны штаба дивизии, в разведбате и в одном из панцергренадерских батальонов). В штате ТД образца 1944 г. leIG 18 вовсе отсутствовали, а в 1945 г. количество «Грилле» в каждой роте сократили до четырех. В панцергренадерских дивизиях образца 1944 г. также изъяли легкие пехотные орудия, а в полковых ротах теперь имелось по четыре sIG 33. Часть панцергренадерских дивизий получила САУ «Грилле» (3-я, 20-я, 29-я, а также панцергренадерская дивизия «Фельдхернхалле»).

Легкие пехотные (с июня 1942 г. — егерские) дивизии по своей организации приближались к горным, соответственно была организована и пехотная артиллерия. В каждом батальоне было два орудия leIG 18. С 1942 г. в полки этих дивизий ввели взводы тяжелых пехотных орудий — по два sIG 33, но в 1944-м их изъяли. Авиаполевые дивизии пехотными орудиями вообще не располагали.

В 1944 г. впервые с начала войны против СССР изменился штат горных дивизий. В их штат дополнительно ввели 75-мм орудия leIG 37 — по три в каждый из двух горнострелковых полков и четыре в разведывательный батальон. Такие орудия представляли собой артиллерийскую часть leIG 18, установленную на лафет 37-мм противотанковой пушки Рак 35/36.

Штаты пехотных, гренадерских и фольксгренадерских дивизий образца 1944 г. предусматривали значительное увеличение количества пехотных орудий. Теперь каждый пехотный батальон должен был располагать четырьмя leIG 18, а полк — двумя sIG 33. На дивизию в сумме это давало 24 легких и шесть тяжелых пехотных орудий.

Как уже упоминалось, в рейхсвере каждый пехотный полк располагал небольшим количеством 76-мм и 170-мм минометов. Эти устаревшие системы в середине 30-х гг. были сняты с вооружения. Вместо них в части вермахта начали поставляться современные минометы системы Стокса-Брандта — 50-мм ротный leGrW 36 и 81-мм батальонный sGrW 34 (в Германии они классифицировались как «гранатометы» — Granatwerfer, откуда и обозначение GrW).

В отличие от артиллерии, укомплектованность минометами пехотных частей не особо отличалась в зависимости от волны — крайне простая конструкция этого оружия позволила быстро наладить массовое производство и насытить минометами роты и батальоны. Каждая пехотная рота вермахта располагала взводом с тремя 50-мм минометами, такой же взвод был в мотоциклетной роте разведывательного батальона пехотной дивизии. По шесть 81-мм минометов находилось в пулеметных ротах пехотных батальонов. Таким образом, в пехотной дивизии имелось 54 81-мм и 84 50-мм минометов. В этом отношении германская ПД существенно превосходила дивизии своих противников, за исключением советских стрелковых — последние имели 120-мм минометы, равных которым не было не только в Германии, но и во всем мире. Французская пехотная дивизия располагала 60 81-мм минометами, но в ней вовсе не было ротных минометов. В армиях остальных стран в дивизиях было по 18–20 81-мм минометов.

Дивизии вермахта, формируемые в 1939-40 гг. поначалу не имели ротных минометов, но вскоре они были вооружены согласно штату. Моторизованные, горные и другие стрелковые батальоны вермахта комплектовались минометами согласно штату пехотных частей — три 50-мм миномета в роте и шесть 81-мм — в батальоне.

В небольшом количестве в частях РГК были более тяжелые минометы — 105-мм Nebelwerfer 35 и 40. Это оружие, официально считавшееся «средством для постановки дымовых завес», имело и второе назначение — стрельбу химическими боеприпасами. В 1934 г. была сформирована первая часть, вооруженная подобными системами — артиллерийский дивизион «Кёнигсбрюк». В следующем году его переименовали в 1-й дивизион задымления. тогда же сформировали и 2-й дивизион, дислоцированный в Бремене.

105-мм минаметами к началу Второй мировой войны было укомплектовано три отдельных дивизиона 1-й, 2-й и 5-й (сформированный в 1938 г). Ввиду небольшого количества изготовленных минометов, они быстро сошли с арены боевых действий, и к марту 1944 г такими минометами был вооружен лишь один батальон — 10-й горный, входивший в состав 19-го горного корпуса, дислоцированного в Северной Норвегии.

Применение 105-мм «Небельверфера» в качестве обычного миномета было малоэффективным — его фугасная мина весила почти вдвое меньше, чем боеприпас советского 120-мм полкового миномета образца 1938 г. Поэтому, столкнувшись летом 1941 г. с советскими минометами, германские военные не нашли ничего лучшего, как скопировать это оружие, внеся лишь незначительные изменения. В частности, был несколько увеличен угол вертикальной наводки и усилена опорная плита. В таком виде миномет был принят на вооружение как sGrW 42 (тяжелый миномет образца 1942 г.).

Опыт боев показал малую эффективность ротных минометов ввиду очень небольшой массы боеприпаса — порядка 1 кг (кстати, к такому же выводу пришли и в Красной армии). К тому же, значительную часть возлагаемых на такие минометы задач пехота вермахта могла решать при помощи винтовочных гранат, выстреливаемых из обычных карабинов посредством специальных насадок. Поэтому уже в конце 1942 г. 50-мм минометы начали изымать из рот, передавая частям береговой артиллерии для ближней обороны стационарных батарей. При этом утвержденные в феврале 1943 г. по-прежнему предусматривали наличие ротных минометов, и лишь в сентябре того же года в штатное расписание внесли изменения: теперь вместо трех 50-мм минометов в каждую роту вводились два 81 — мм. В вооруженных бронетранспортерами батальонах панцергренадер (каждая танковая дивизия располагала одним таким батальоном) 81-мм минометы устанавливались на БТР Sd.Kfz.251/2. 50-мм минометы оставались только в оккупационных дивизиях. Авиаполевые же дивизии располагали очень небольшим количеством минометов — каждый их пехотный батальон имел лишь три 81-мм миномета в роте тяжелого оружия. Всего в дивизии было 12 минометов, поскольку состояла она лишь из четырех пехотных батальонов.

120-мм минометы sGrW 42 парадоксальным образом в первую очередь попали в тыловые дивизии. Уже в конце лета 1943 г. по роте таких минометов (12 единиц) ввели в состав 343-й, 344, 346-й, 347-й и 348-й стационарных дивизий, дислоцированных во Франции на так называемом «Атлантическом валу». В сентябре того же года были сформированы два батальона тяжелых минометов (по 36 sGrW 42) — 5-й и 18-й, приданные соответственно 78-й штурмовой дивизии и 1-й лыжной бригаде. И лишь в 1944 г. 120-мм минометы появились в пехотных дивизиях и мотопехоте панцергренадерских и танковых дивизий. Каждый батальон теперь располагал четырьмя sGrW 42 в роте поддержки. Наряду с этими минометами, в некоторых частях применялись и их «прототипы» — трофейные минометы образца 1938 г., получившие обозначение GrW 378(r).

На заключительном этапе войны очень высокой насыщенностью минометами отличались парашютные дивизии люфтваффе. Каждая парашютная рота имела три 81-мм миномета, даже в саперных ротах было также по три таких миномета, а ещё по четыре насчитывалось в пулеметных ротах парашютных батальонов. 120-мм минометы были в минометных ротах полков (по девять); кроме того, в дивизии был отдельный минометный батальон (36 sGrW 42). Таки образом, парашютная дивизия располагала 131 81-мм и 63 120-мм минометами. Для сравнения: пехотная дивизия вермахта имела 54 GrW 34 и 32 sGrW 42, а танковая — соответственно, 46 и 18. При этом в конце войны в частях снова появляются ротные минометы — большое количество имевшихся на складах leGrW 36 было использовано для вооружения фольксштурма и крепостных частей. В дело пошли даже трофейные 45-мм минометы — польские образца 1936 г. и итальянские «Бриксиа».

В конце 1944 и начале 1945 гг. батальоны 120-мм минометов (по 24 единиц) стали включать в состав дивизий и бригад взамен дивизионов легких гаубиц. Такой дивизион, например, был в составе 4-й кавалерийской бригады. Такая тенденция была вполне понятной — миномет был гораздо проще в изготовлении и дешевле, чем гаубица. sGrW 42 стоил 1200 марок, а гаубица leFH 18–16 400 марок. То есть, рота тяжелых минометов стоила столько же, сколько одна гаубица!

Так же, как и полевая, противотанковая артиллерия вермахта состояла из двух компонентов — противотанковые средства дивизий и противотанковая артиллерия РГК.

Версальский договор запрещал Германии иметь противотанковую артиллерию «как класс». Но разработки противотанковых пушек велись, благодаря чему уже в 1934 г. на вооружение была принята 37-мм пушка Рак 35/36. Именно это орудие и составляло основу противотанковой артиллерии вермахта накануне начала Второй мировой войны. Особенно «щедро» укомплектованы этими пушками был «костяк» вермахта — пехотные дивизии 1-й волны. В них каждый пехотный полк располагал 14-й ротой, вооруженной дюжиной Рак 35/36. Ещё 36 таких орудий было в противотанковом батальоне дивизионного подчинения и три — в роте поддержки разведывательного батальона. В сумме это составляло 75 противотанковых пушек на дивизию. Все подразделения противотанковой артиллерии были полностью моторизованы — в качестве тяги применялись, главным образом, легкие трехосные автомобили «Крупп» «Протце». В танковых и легких дивизиях противотанковая артиллерия, подобно пехотным орудиям, находилась не в полковом, а в батальонном звене. Каждый батальон моторизованной пехоты располагал тремя Рак 35/36. Предусматривалось и наличие дивизионного противотанкового батальона — такого же, как и в пехотной дивизии. Но часто в батальоне было лишь две роты. В итоге, танковые и легкие дивизии по состоянию на 1 сентября 1939 г. располагали, в зависимости от организации, различным количеством противотанковых пушек — от 33 до 51. Вновь формируемые пехотные дивизии часто также имели меньшее количество противотанковых средств — их противотанковые батальоны вместо трех рот могли состоять только из двух. В 7-й авиационной дивизии люфтваффе было две роты противотанковых пушек — одна дивизионного подчинения и одна в составе 1-го парашютного полка. В организационном отношении эти роты не отличались от соответствующих частей сухопутных войск.

37-мм пушки неплохо показали себя во время польской кампании, но уже против более «толстокожих» французских танков их эффективность оказалась гораздо ниже. В качестве временной меры, пока не будут внедрены в производство новые противотанковые орудия собственной разработки, на вооружение вермахта приняли чешскую 47-мм пушку под обозначением Pak(t). Её применяли как в буксируемом варианте, так и в самоходном — на шасси легкого танка Pz.Kpfw. I Ausf. B. В штат дивизий чешские пушки не вводили — ими комплектовали отдельные батальоны РГК. В начале 1941 г. существовало шесть батальонов с самоходками, каждый из которых имел три роты и насчитывал 27 самоходок. Один из этих батальонов (605-й) был направлен в Северную Африку и придан 5-й легкой дивизии в дополнение к штатному батальону с 37-мм буксируемыми пушками. Впоследствии 605-й батальон передали в состав 90-й легкой африканской дивизии. Отдельные батальоны на мехтяге имели смешанный состав — одна рота с девятью чешскими пушками и две с Рак 35/36 (по 12 орудий).

^{Самоходная установка с 47-мм Pak(t)}

Накануне нападения на Советский Союз в части начали поступать 50-мм противотанковые пушки Рак 38. Поскольку поначалу их было относительно мало, то такие орудия вводили в смешанные роты, имевшие три Рак 38 и восемь Рак 35/36 либо четыре и шесть соответственно. Но значительное число дивизий не успело получить новые орудия, и в операцию «Барбаросса» вступили только с 37-мм пушками.

Начало войны с СССР принесло вермахту немало «сюрпризов». Пожалуй, главным из них оказались танки Т-34 и КВ, против которых были бессильными 37-мм пушки и малоэффективными 50-мм. Нельзя сказать, что факт существования новых советских танков был тайной для германских специалистов — просто этому факту не придавали особого значения. Разведка доносила, что танков новых типов в Красной армии насчитывается не более 8 %. Но если учесть, что общее количество танков оценивалось в 24 000, то эти 8 % превращалось в 2000 танков! Способные же эффективно поражать Т-34 и КВ 75-мм противотанковые пушки Рак 40 начали выпускаться лишь в конце 1941 г. При этом практически все такие орудия поначалу шли на вооружение самоходных противотанковых установок на шасси танков Pz.Kpfw. II, Pz.Kpfw. 38(t) и трофейных французских гусеничных тягачей Lorraine. В буксируемом варианте Рак 40 начали широко применяться лишь с 1943 г. В качестве противотанковых орудий, в том числе и в самоходном варианте, применялись и трофейные советские 76,2-мм дивизионные пушки. Танкоистребительные батальоны и роты, вооруженные такими САУ, получившими общее название «Мардер» с числовым индексом от I до III, в зависимости от модификации, придавались дивизиям — главным образом, танковым и панцергренадерским. Лишь несколько ПД получили такие самоходки.

Тактика применения самоходных противотанковых батальонов выработалась в течение 1942 г. В наступлении танковой дивизии противотанковые самоходки всегда располагались в боевых порядках атакующих частей. Они использовались для поддержки атак собственных танков, а также для отражения контратак танков противника. Противотанковые САУ часто применялись для быстрого закрепления захваченных рубежей, с которых они отражали контратаки танков противника, располагаясь на замаскированных позициях и ведя огонь с близкого расстояния. Кроме того, самоходные истребители танков использовались для прикрытия флангов наступающих частей. В обороне танковой дивизии истребители танков применялись в качестве подвижного противотанкового резерва командира дивизии, а также для поддержки контратак. Подобным образом применялись противотанковые САУ и в моторизованных дивизиях — с той разницей, что взаимодействовали они не с танками, а с дивизионом штурмовых орудий.

Для применения в противотанковом варианте приспособили и значительное количество захваченных в Польше и Франции 7 5 — мм полевых пушек образца 1897 г. Такие орудия получили обозначение Рак 97/38. Не могло существенно помочь пехоте и принятие на вооружение тяжелых противотанковых ружей sPzB 41 имевших конический канал ствола калибром 20/28 мм. Введенные в количестве трех единиц в штат пехотных рот, они оказались бессильными против советских средних и тяжелых танков.

Нехватка мощных противотанковых пушек обусловила необходимость привлечения для борьбы с танками всей наличной артиллерии. Особенно полезными в этом отношении оказались 88-мм зенитки, имевшие в боекомплекте мощный бронебойный снаряд. К тому же, они обладали весьма внушительной дальностью прямого выстрела по наземным целям — 3000 м. Создание кумулятивных снарядов позволило достаточно эффективно применять для борьбы с танками 105-мм и 150-мм полевые гаубицы и даже тяжелые пехотные орудия. Предпринимались и попытки повысить огневые возможности 37-мм пушек, введя в их боекомплект надкалиберный кумулятивный снаряд. Но все это были паллиативные решения. До широкого внедрения 75-мм пушек пехотные дивизии не обладали противотанковыми средствами, отвечающими требованиям времени.

Впервые в штат пехотных дивизий Рак 40 были введены в феврале 1943 г. Согласно штатному расписанию, каждая ПД должна была получить 39 таких пушек: по девять в противотанковых ротах полков и 12 — в одной роте дивизионного противотанкового батальона. Реально же насыщения дивизий 75-мм орудиями удалось достичь далеко не сразу. Поэтому противотанковые роты довольно долго имели смешанный состав. В первой половине 1943 г., как правило, в роте было только две пушки Рак 40, а также две Рак 38 и восемь Рак 35/36. к концу года 37-мм пушки уже почти исчезли из фронтовых частей. Теперь в роте противотанковых орудий в большинстве случаев имелось шесть Рак 40 и четыре Рак 38. Штат авиаполевой дивизии, введенный в октябре 1942 г., предусматривал сосредоточение всех противотанковых средств в дивизионном противотанковом батальоне (полкового звена в таких дивизиях не было). Такой батальон состоял из трех рот — тяжелой и двух легких, каждая по девять орудий. На вооружении тяжелой роты, как правило, состояли трофейные советские 76,2-мм пушки, легкие же вооружались 50-мм пушками Рак 38.

Новые штаты пехотных дивизий, введенные весной 1944 г., существенно ограничили количество противотанковых пушек в дивизиях. В частности, в пехотном полку теперь остался вместо роты только один взвод с тремя Рак 40. Для дивизионного противотанкового батальона было предусмотрено несколько вариантов штатного расписания. Согласно базовому варианту предусматривалось наличие трех рот: противотанковой с 9 или 12 пушками Рак 40, штурмовых орудий с 10-ю самоходками StuG III и зенитной с 12-ю 20-мм либо девятью 37-мм пушками. Допускалась замена роты штурмовых орудий самоходной противотанковой ротой с 14-ю установками «Мардер». Третий вариант предусматривал наличие роты штурмовых орудий, роты САУ «Мардер» и зенитной роты. Наконец, допускалось введение в дивизию вместо противотанкового батальона лишь одной роты с дюжиной пушек Рак 40.

Как видим, штаты 1944 г. предусматривали наличие в ПД всего 21–35 противотанковых орудий вместо 48-ми по штатам предыдущего года. Ситуацию исправило массовое внедрение реактивных гранатометов — одноразовых «Панцерфауст» и многоразовых «Панцершрек». Согласно штатам 1944 г. каждый пехотный полк получил роту «Панцершреков» (36 гранатометов). Горные и егерские дивизии на завершающем этапе войны по своим противотанковым возможностям в основном соответствовали пехотным. А вот танковые в этом отношении выглядели значительно сильнее. Танкоистребительный батальон ТД, согласно штату, располагал двумя ротами штурмовых орудий (по 10 единиц) и моторизованной ротой Рак 40 (12). В мотострелковых и разведывательных частях имелись бронетранспортеры и бронеавтомобили, вооруженные 75-мм пушками KwK 37 (всего 25 единиц). Кроме того, для противотанковой обороны привлекались 88-мм зенитки (12) и 105-мм полевые пушки (четыре). Наконец, не следует забывать и о танках, являющихся едва ли не лучшим противотанковым средством. В панцергренадерских дивизиях танкоистребительный батальон имел две роты «Мардеров» (по 10 или 14 едицниц) и моторизованную роту Рак 40 (12). Кроме того, большинство таких дивизий имело в своем составе батальон штурмовых орудий (31–45 единиц).

Формируемые летом 1944 г. гренадерские дивизии (29-я волна) вовсе не имели противотанкового батальона — как уже отмечалось, по батарее Рак 40 было включено в состав дивизионов легких гаубиц артполка таких дивизий. Кроме того, дивизия имела роту штурмовых орудий (10 единиц), а в состав каждого гренадерского батальона вошла рота с 18-ю «Панцершреками» (всего в дивизии было 108 таких гранатометов). В фольксгренадерских дивизиях последней за время войны, 32-й волны, формируемых в августе-сентябре 1944 г., вновь появился танкоистребительный батальон. В его составе была рота штурмовых орудий (14), моторизованная рота Рак 40 (девять) и зенитная рота с девятью 37-мм зенитками. В разделе о дивизионной артиллерии уже отмечалось, что артполк такой дивизии располагал дивизионом Рак 40 (18 единиц). А «Панцершреки» в фольксгренадерских дивизиях вновь вернули с батальонного уровня на полковой — теперь каждый полк имел роту с 54-мя такими гранатометами.

Весьма сильными противотанковыми средствами располагали парашютные дивизии люфтваффе. Согласно штату 1943 г. каждый парашютный полк имел роту с 14-ю 75-мм противотанковыми пушками, а в дивизионном батальоне было три роты по 12 таких систем (хотя на деле в противотанковых ротах преобладали 50-мм пушки Рак 38). В 1944 г. противотанковые пушки передаются на дивизионный уровень, и численность противотанкового батальона возрастает до шести рот. Кроме того, в его составе появляются самоходные противотанковые установки.

С конца 1944 г. планомерность в формировании и вооружении частей вермахта почти повсеместно была вытеснена импровизацией. Хотя штаты и существовали на бумаге, реально их уже не придерживались, бросая на фронт все, что было под рукой. В итоге, сложилась интересная ситуация — вновь сформированные в начале 1945 г. пехотные дивизии («Берлин», «Шарнхорст», «Фон Гуттен», «Фон Шилл» и др.) часто располагали гораздо более мощными противотанковыми средствами, чем «старые» пехотные дивизии. К тому времени уже вполне очевидным стало, что для промышленных районов Германии гораздо большую опасность представляют рвущиеся к ним танковые армады, чем бомбардировочная авиация. Поэтому значительное число зениток было снято с прикрытия промышленных центров и направлено на передовую. Например, пехотная дивизия «Берлин», сформированная в феврале 1945 г., имела лишь 12 75-мм пушек Рак 40, но 24 88-мм зенитки в двух введенных в её состав дивизионах люфтваффе.

Командование вермахта, вполне осознавая решающую роль танков в предстоящей войне, попыталось создать довольно многочисленный резерв противотанковой артиллерии. К 1 сентября 1939 г. в составе артиллерии РГК насчитывалось 19 моторизованных батальонов противотанковой артиллерии, в ходе боевых действий придаваемых корпусам. Но если с количественной стороной все обстояло относительно благополучно, то вот по качеству резерв противотанковой артиллерии особо впечатляющим не был. Каждый батальон состоял из трех рот по 12 37-мм пушек Рак 35/36 — то есть, таких же систем, какие в изобилии имелись в дивизиях вермахта. Таким образом, к началу Второй мировой войны вермахт располагал лишь одним типом противотанковых орудий, а артиллерия РГК могла обеспечит разве что количественное усиление противотанковой обороны, но уж никак не качественное. Более тяжелые противотанковые средства, причем не отечественные, а чешского производства (47-мм пушки), начали поступать в части вермахта лишь накануне начала кампании на Западе. В то же время, развертывание новых дивизий потребовало сокращения количества противотанковой артиллерии РГК, дабы высвободившуюся матчасть передать новым дивизиям. К маю 1940 г. в составе РГК оставалось 14 противотанковых батальонов.

Столкновение с хорошо бронированными, хотя и малоподвижными, французскими танками вскрыло недостатки противотанковой артиллерии вермахта. Случалось, что лишь огонь 88-мм зениток мог остановить французские танки. Но надлежащих выводов сделано не было. В то время, когда вермахт был занят формированием дивизионов 37– и 47-мм пушочонок, в Красной армии уже в 1941 г. имелись противотанковые артбригады, каждая из которых по штату имела 48 76-мм и 24 107-мм пушек, а также 48 85-мм и 24 37-мм зенитки. В вермахте же лишь в конце 1941 г. началось внедрение новых противотанковых пушек. Но 50-мм орудие Рак 38 было малоэффективным против советских танков Т-34 и КВ, а 75-мм пушек Рак 40 было крайне мало. Трудно представить, что было бы, если бы вермахт не захватил огромное количество советских 76,2-мм пушек Ф-22, парадоксальным образом ставших лучшим средством борьбы с советскими же танками.

Пушки Рак 38 и Рак 40 в первую очередь поступали в дивизионную артиллерию. Противотанковая же артиллерия РГК оказалась в глубоком застое. В июне 1942 г. в составе РГК было всего пять моторизованных противотанковых батальонов, не представлявших собой никакой боевой ценности. Три из них (650-й, 563-й и 654-й), как и три года назад, имели по 36 пушек Рак 35/36. В 561-м батальоне имелось 18 50-мм пушек Рак 38 и девять 37-мм Рак 35/36. Наконец, 463-й батальон располагал шестью Рак 40 и 36 Рак 35/36. Немного исправляли общую безрадостную картину семь танкоистребительных батальонов РГК, вооруженных самоходками. Как правило, такой батальон состоял из двух рот с САУ «Мардер» (трофейные 76,2-мм пушки на шасси танков Pz.Kpfw. II либо Pz.Kpfw. 38(t), по шесть единиц в роте) и одной роты с девятью чешскими 47-мм пушками Pak(t) на шасси танков Pz.Kpfw. I.

Качественный скачок в вооружении противотанковых частей РГК наметился весной 1943 г., когда на вооружение начали поступать истребители танков «Насхорн». Эти боевые машины создавались на шасси Pz.Kpfw. III/IV — специальном шасси для самоходных артустановок, созданном с применением узлов танков Pz.Kpfw. III и Pz.Kpfw. IV. Вооружался «Насхорн» мощной 88-мм пушкой Рак 43/1. Наряду с качественным улучшением, увеличился и количественный состав противотанковых частей — танкоистребительный батальон «Насхорнов» имел согласно штату три роты по 14 боевых машин. Велась разработка и ещё более мощной противотанковой САУ со 105-мм пушкой на шасси танка Pz.Kpfw. IV, но её огневая мощь была признана избыточной. Было изготовлено лишь три прототипа, поступивших в 521-й танкоистребительный батальон. В том же 1943 г. начались поставки истребителей танков «Элефант», также вооруженных 88-мм орудиями. Эти машины отличались от «Насхорнов» гораздо лучшей бронезащитой, но изготовили их относительно немного — 90 единиц. Новые мощные истребители танков вытесняли из частей устаревшие установки — к середине 1943 г. 47-мм САУ остались лишь в одной роте 616-го танкоистребительного батальона. «Мардеры» оставались в частях, но штатный состав их рот увеличили с шести единиц до девяти. В то же время, в немногочисленных моторизованных батальонах противотанковой артиллерии доминировали 37-мм пушки — более мощные 75-мм орудия Рак 40 поступали в первую очередь в дивизии. Но в конце 1943 г. началось обновление матчасти и в батальонах РГК — за счет поступления новых 88-мм пушек Рак 43.

^{Цех одного из заводов Рейнметалла, весна 1940 г. Производство орудий sIG33 и тяжелых полевых гаубиц sFH18}

По состоянию на 1 января 1944 г. противотанковая артиллерия РГК располагала 13 самоходными танкоистребительными батальонами. Шесть из них были вооружены «Насхорнами», два «Элефантами», а в пяти продолжали использоваться «Мардеры». В моторизованных батальонах доминировали Рак 43 — ими вооружили восемь батальонов (с 661-го по 668-й), каждый из которых имел три роты по 12 орудий, а также одну (671-ю) отдельную роту. Лишь два батальона имели менее мощные системы: в 463-м было 36 Рак 40, а в 590-м — по 18 Рак 40 и Рак 38. Также началось формирование батальонов истребителей танков, вооруженных реактивными гранатометами «Панцершрек» и «Офенрор» — в них каждая из трех рот располагала 54-мя гранатометами. К началу 1944 г. было сформировано уже восемь батальонов истребителей танков и пять отдельных рот.

С целью дополнительного усиления противотанковой обороны в середине 1944 г. началось формирование частично моторизованных противотанковых батальонов, имевших по три роты с девятью 7 5-мм пушками Рак 40 в каждой. В таких батальонах орудия буксировались тягачами RSO, а все другие подразделения использовали конную тягу. Уже к середине июня было сформировано 11 таких батальонов (с 1053-го по 1063-й), а также два стационарных (без средств тяги) батальона — 1064-й и 1065-й. Даже части 88-мм пушек Рак 43 не всегда удавалось снабдить надлежащим количеством транспортных средств: в 1944 г. было сформировано три частично моторизованных батальона таких орудий (1039-й — 1041-й) и шесть стационарных (с 1007-го по 1010-й, 1037-й и 1038-й). Состав таких частей соответствовал тем, что были вооружены пушками Рак 40 — три роты по девять орудий.

В конце 1944 г. началось формирование крепостных противотанковых рот. Их штат предусматривал наличие 12 пушек Рак 40 либо восьми Рак 40 и четырех Рак 43. На деле же вооружали крепостные роты всем, что было под рукой. Кроме противотанковых пушек, в них поступило много зениток — германских 88-мм Flak 18/36/37 либо трофейных советских 76,2-мм и 85-мм со стволами, рассверленными до 88-мм калибра. Количество таких рот возрастало лавинообразно: в сентябре 1944 г. их было 36, в октябре — 91, а в ноябре — уже 118! Крепостные противотанковые роты размещали в полосе обороны армий, и в случае прорыва противника у них было два выхода — либо отразить атаку, либо погибнуть. Полностью лишенные транспортных средств эти роты не могли отступить…

История германской зенитной артиллерии началась ещё в 1911 г., когда появились первые образцы зенитных пушек, предназначавшихся для уничтожения аэростатов наблюдения — 77-мм ВАК (Ballonabwherkanone). В августе 1914 г. германская армия располагала 11 подобными установками. Бурное развитие артиллерии ПВО началось, однако, лишь во второй половине войны, когда территория Германии начала подвергаться массированным бомбовым налетам вражеской авиации: если в 1916 г. было зафиксировано 96 таких налетов, то в 1917-м — 175, а в 1918 г. — уже 353 налета. Для противодействия этим налетам была сконструирована удачная 88-мм зенитка, уже в 1917 г. начавшая поступать в войска. Но Версальский договор, как уже упоминалось, разрешил Веймарской республике сохранить лишь семь батарей устаревших пушек ВАК — по одной в каждой пехотной дивизии. Тем не менее, конструкторские бюро продолжали в тайне разработку новых образцов зениток, в т. ч. малокалиберных автоматов, а промышленность готовилась к их производству. В итоге, уже в 1935 г. вермахт располагал 3000 зенитных прожекторов и 9000 зенитных пушек, в том числе около 30 % -88-мм. Специфической чертой организации германской зенитной артиллерии было то, что большинство её частей входила в состав люфтваффе — сухопутные войска вермахта располагали лишь очень небольшим числом малокалиберных зениток.

К началу Второй мировой войны единственными дивизионными частями ПВО были моторизованные роты, каждая из которых располагала 12-ю 20-мм зенитными пушками Flak 30. Такие роты были приданы большинству танковых дивизий (кроме 2-й и 5-й), всем четырем легким дивизиям, а также некоторым пехотным дивизиям 1-й волны. Во время французской кампании дивизии вермахта оставались практически без штатных зенитных средств. Лишь в июле 1940 г., т. е. уже после завершения кампании на Западе, в составе 22-й воздушно-десантной дивизии появился первый в сухопутных войсках зенитный дивизион, каждая из двух огневых батарей которого располагала дюжиной 37-мм пушек на полугусеничных тягачах. В действовавшей в Северной Африке 5-й легкой дивизии был сформирован моторизованный трехбатарейный дивизион с 20-мм пушками (а кроме того, ей придали зенитный дивизион люфтваффе с тремя батареями 88-мм и двумя 20-мм пушек). Но большинство других дивизий к началу операции «Барбаросса» имело лишь по одной приданной роте 20-мм зениток.

В 1942 г. в штат танковых дивизий ввели самоходную зенитную роту, вооруженную зенитками, установленными на шасси полугусеничных тягачей. Благодаря этому зенитные части получили возможность сопровождать танковые батальоны. К тому же, время реакции зенитной самоходной установки (ЗСУ) на возникшую угрозу с воздуха при нахождении на марше существенно ниже, чем у буксируемого орудия. Зенитные роты в танковых дивизиях располагали восемью ЗСУ — двумя 37-мм орудиями Flak 36 на шасси 5-тонных тягачей Sd.Kfz. 5/1 и шестью 20-мм пушками Flak 30, установленными на однотонных тягачах Sd.Kfz. 10/4. В другие же дивизии зенитные средства вводились крайне медленно. Лишь в 1943 г. штатные средства ПВО появились в составе четырех моторизованных дивизий — 3-й,

16-й, 29-й и 60-й. Эти дивизии были уничтожены в окружении под Сталинградом, а их воссоздание имело, кроме чисто военного, и пропагандистское значение. Поэтому их комплектованию и вооружению уделялось особое внимание. Каждый из двух моторизованных полков в этих дивизиях получил по одной роте с 12-ю 20-мм зенитками, причем в одном полку такая рота была самоходной, а в другом — на мехтяге. Но и это еще не все — в артполки этих дивизий ввели по четвертому, зенитному дивизиону. Две батареи такого дивизиона были тяжелыми и имели по четыре 88-мм зенитки Flak 18/36/37 и три 20-мм пушки Flak 38. Третья — легкая — батарея имела дюжину 20-мм пушек. Таким образом, в дивизии насчитывалось полсотни зенитных пушек — восемь 88-мм и 42 20-мм. Остальные моторизованные (панцергренадерские) дивизии оставались без штатных средств ПВО вплоть до лета 1944 г.

В 1943 г. зенитные дивизионы были введены и в состав танковых дивизий. Они были сильнее по составу, чем в «сталинградских» моторизованных дивизиях. В дополнение к двум тяжелым и легкой батареям они получили ещё и четвертую батарею с девятью 37-мм зенитками, а также самоходный взвод, вооруженный двумя счетверенными 20-мм пушками Flakvierling 38 на шасси 8-тонных полугусеничных тягачей Sd.Kfz. 7/1. Штаты предусматривали и введение роты с 12-ю 20-мм зенитками в каждый из двух панцергренадерских полков, но реально танковые дивизии этих рот так и не получили.

Таким образом, лишь немногие дивизии вермахта, составлявшие его ударный кулак, имели довольно сильные средства ПВО. Во всех других дивизиях с 1943 г. вводилось лишь по роте легких зениток.

Особое место занимали авиаполевые дивизии. Создаваемые в составе люфтваффе, они получили необычно сильные средства ПВО. Такие дивизии получили трехбатарейный зенитный дивизион в составе одной тяжелой батареи (четыре 88-мм и три 20-мм пушки) и двух легких (по 12 20-мм пушек). Кроме того, каждый из четырех пехотных батальонов дивизии располагал четырьмя 20-мм пушками Flak 38 в роте тяжелого оружия — эти орудия предназначались также для стрельбы по наземным целям. Таким образом, дивизия, соответствовавшая по своим боевым возможностям бригаде, насчитывала четыре 88– зенитных орудия и аж 43 20-мм зенитки. Также весьма сильными средствами ПВО располагали парашютные дивизии. Каждая из них получила по зенитному дивизиону пятибатарейного состава, включавшему три тяжелых батареи (по четыре 88-мм и три 20-мм зенитки) и две легких (по 12 20-мм пушек) — в общей сложности, 12 88-мм и 30 20-мм зениток.

Гораздо более сильными зенитными средствами располагали панцергренадерские и танковые дивизии ваффен СС. Их зенитные дивизионы имели не по две, а по три тяжелые батареи, а батарея 37-мм пушек была самоходной — на шасси тягачей Sd.Kfz. 6/2 либо Sd.Kfz. 7/2. Б ол ее того, в состав дивизиона ввели даже прожекторную батарею с четырьмя прожекторами диаметром 60 см — наименьшими зенитными прожекторами, выпускаемыми в Германии. Панцергренадерские полки этих дивизий имели по зенитной роте с 12-ю 20-мм зенитками на шасси Sd.Kfz. 10/4. Четыре таких же установки были в роте охраны штаба дивизии, а штабная батарея артполка располагала четырьмя 20-мм счетверенными ЗСУ на шасси Sd.Kfz. 7/1.

Нарастающая угроза с воздуха вынуждала все более усиливать ПВО дивизий, в первую очередь, подвижных. В августе 1944 г. был введен новый штат танковой и панцергренадерской дивизий, который предусматривал насыщение практически всех частей этих дивизий зенитными средствами. Зенитный дивизион артполка в танковой и панцергренадерской дивизиях теперь был аналогичен по составу. Он имел две тяжелые батареи по шесть 88-мм и три 20-мм зенитки в каждой. Третья батарея могла иметь либо девять 37-мм зениток на мехтяге и три 20-мм счетверенные самоходные установки Sd.Kfz. 7/1, или же 12 буксируемых 20-мм пушек. Также в состав дивизиона по образцу дивизий ваффен СС ввели прожекторную батарею (четыре прожектора). Штабные батареи артдивизионов получили по три 20-мм зенитки, а в каждый панцергредерский батальон ввели роту с шестью такими же пушками. Наконец, танковый полк имел в зенитной роте восемь 37-мм ЗСУ «Мёбельваген», а при штабе каждого танкового батальона было три 20-мм счетверенные ЗСУ «Вирбельвинд». Оба последних типа ЗСУ строились на шасси танка Pz.Kpfw. IV. В начале 1945 г. состоялось последе изменение штатов танковых и панцергренадерских дивизий. В отношении средств ПВО единственным новшеством стало введение ЗСУ Sd.Kfz. 251/21 — 20-мм строенных установок на шасси полугусеничных бронетранспортеров. Каждая дивизия должна была получить по 12 таких ЗСУ, из них три входило в зенитную роту танкового полка, а ещё по три — в каждую из трех рот панцергренадерского батальона на БТР. Зенитная же рота танкового полка могла комплектоваться ЗСУ в одном из трех вариантов: восемь «Вирбельвинд» либо восемь 37-мм ЗСУ «Оствинд», или же в смешанном варианте — по четыре установки каждого типа. Дополнительно в роте предусматривалось наличие трех счетверенных 20-мм зениток на шасси полугусеничных тягачей Sd.Kfz. 7/1.

Вермахт вступил во Вторую мировую войну практически не имея средств ПВО в дивизиях. Поначалу в них и не было особой нужды, поскольку люфтваффе обеспечивало полное господство в воздухе. Но когда угроза с воздуха стала вполне ощутимой, оказалось, что ресурсов для обеспечения каждой дивизии зенитными средствами не имеется. В такой ситуации был сделан естественный и вполне оправданный выбор — сильные подразделения ПВО ввели в состав ударных дивизий, танковых и панцергренадерских. Остальные же дивизии вынуждены были обходиться весьма скромными, даже символическими средствами — в лучшем случае, дюжиной мелкокалиберных зениток.

В составе сухопутных войск вермахта имелись свои, независимые от люфтваффе, части зенитной артиллерии РГК — правда, весьма немногочисленные. В отношении этих частей в сухопутных войсках применялись термины «батальон» и «рота» вместо «дивизион» и «батарея», но мы будем придерживаться последних — как более привычных для артиллерии. Итак, к 1 сентября

1939 г. сухопутные войска располагали 47 отдельными батареями зенитной артиллерии. В июне 1941 г. имелось уже 10 дивизионов и 29 отдельных батарей, а год спустя — 18 дивизионов. К концу 1942 г. состав армейской артиллерии ПВО сократился до 13-ти дивизионов и девяти батарей, причем на их вооружении имелись лишь самые легкие, 20-мм зенитки. Плюсом можно считать тот факт, что десять дивизионов имели на вооружении ЗСУ, построенные на базе полугусеничных тягачей. Каждый самоходный дивизион был четырехбатарейный. Сами же батареи были двух типов: либо по 12 одноствольных зениток на тягачах Sd.Kfz. 10/4 (в четырех дивизионах), либо по восемь таких же пушек и две счетверенные зенитки на шасси Sd.Kfz. 7/2 (в шести дивизионах). Оставшиеся три дивизиона были трехбатарейного состава и вооружались буксируемыми пушками. Здесь также существовало два варианта организации батарей: по 12 одноствольных зениток (в двух дивизионах) либо по восемь одноствольных и две счетверенные (в одном). Отдельные же батареи были очень слабыми по своему составу: одна моторизованная располагала четырьмя 20-мм одностволками, а восемь стационарных — лишь парой таких пушек каждая. В дальнейшем, несмотря на возрастание угрозы с воздуха, количество армейских частей ПВО сокращалось за счет перераспределения средств на уровень дивизий. В июле 1943 г. сухопутные войска имели лишь шесть моторизованных зенитных артдивизионов. В каждом из них насчитывалось три батареи: две по 12 20-мм пушек, а третья — с девятью 37-мм зенитками либо с восемью 20-мм четырехстволками.

Своими зенитными частями корпусного подчинения располагали и «ваффен СС». В частности, танковые корпуса и 5-й горный корпус имели по зенитному дивизиону. В типовом варианте такой дивизион располагал тремя тяжелыми батареями (по четыре 88-мм и три 20-мм пушки) и одной легкой (девять 37-мм пушек). Иногда в состав корпуса «ваффен СС» вместо дивизиона входила лишь одна моторизованная батарея с девятью 37-мм пушками.

К маю 1944 г. сухопутные войска вермахта имели в составе дивизий и частей РГК следующее количество зенитных средств: 6355 одноствольных и 925 счетверенных 20-мм пушек, 775 37-мм пушек и 574 88-мм орудия. Кажущиеся довольно большими эти цифры меркнут, если сравнить их с количеством зенитных средств люфтваффе. Так вот, последние располагали в то время более 400 128-мм зенитных орудий, около 2000 105-мм, порядка 10 000 88-мм зениток, примерно 3500 37-мм и 20 000 — 20-мм — и это не считая тысяч трофейных орудий!

Характерно, что подавляющее большинство частей зенитной артиллерии РГК вермахта располагало малокалиберными зенитками, в то время, как 88-мм орудия имелись в дивизиях. Подобная тенденция сохранилась и даже усилилась и в последние месяцы войны. В конце 1944 г. было начало формирование в составе сухопутных войск десяти частично моторизованных бригад зенитной артиллерии. Эти бригады предназначались не для ПВО фронтовых частей, а, в первую очередь, для прикрытия линий снабжения — согласно расчетам предполагалось, что одна бригада сможет прикрыть дорогу протяженностью 150 км. Поскольку в то время главную опасность для сухопутных войск представляли низколетящие штурмовики и истребители-бомбардировщики, бригады вооружили исключительно малокалиберными, 20-мм зенитками, дополненными небольшим количеством 37-мм орудий. Согласно штату, бригада состояла из двух дивизионов четырехбатарейного состава. В каждый дивизион входило пять батарей по 24 установки. Четыре из них вооружалось новыми 20-мм строенными зенитками (созданными с применением авиационных пушек MG-151/20), пятая имела 12 20-мм счетверенных установок и такое же количество 37-мм зениток. Таким образом, в бригаде насчитывалось 240 зенитных установок — 216 20-мм и лишь 24 37-мм. Как и прочие артиллерийские части в конце войны, бригады зенитной артиллерии получали значительное количество «Панцерфаустов» — согласно штату, 500 штук. Количество личного состава бригады составляло 1917 чел. Бригада располагала 136 автомобилями, то есть, была моторизована на 33 %.

Согласно планам командования сухопутных войск, предполагалось формирование первых четырех бригад зенитной артиллерии завершить к 10 января 1945 г., а оставшиеся шесть сформировать в течение февраля. Были ли эти планы осуществлены в полном объеме, установить не удалось. Во всяком случае, в марте 1945 г. имелось лишь восемь легких бригад зенитной артиллерии — с 501-й по 508-ю. Поскольку новых 20-мм строенных установок не хватало, бригады получили вместо части таких орудий обычные одноствольные пушки, что отрицательно сказывалось на плотности огня, а значит — и на эффективности прикрытия объектов.

С самого начала развертывания системы ПВО подавляющее большинство огневых средств зенитной артиллерии находилось в ведении люфтваффе. Организационно они подчинялись авиационным округам. По итогам польской кампании началась реорганизация ПВО, призванная обеспечить более тесное взаимодействие с сухопутными частями в наступлении. Началось формирование зенитных корпусов, а впоследствии — бригад и дивизий. К примеру, созданный в октябре 1939 г. на базе частей 3-го авиационного округа 1-й корпус зенитной артиллерии имел в своем составе три зенитных артполка — 101-й, 102-й и 104-й, — а также два прожекторных дивизиона. 101-й полк был придан 12-й полевой армии, 102-й — танковой группе фон Клейста, а 104-й — 16-й полевой армии. Дивизионы прожекторов взаимодействовали со 10-м и 104-м полками.

В типовом варианте зенитный артполк имел четыре дивизиона — три тяжелых и легкий. В тяжелом дивизионе было две батареи по 4 88-мм и три 20-мм зенитка, а также батарея с 12-ю 20-мм пушками. Легкий дивизион имел две батареи с 12-ю 20-мм зенитками. Третья его батарея была вооружена либо 37-мм зенитками (9 пушек), либо 20-мм счетверенными установками (восемь единиц).

Зенитные части, приданные сухопутным войскам, сохраняли двойное подчинение. Например, 1-й корпус зенитной артиллерии в административном отношении подчинялся командованию 3-го воздушного флота, а в оперативном — сухопутным войскам. Подобное положение вещей могло стать источником потенциальных конфликтов между сухопутным и авиационным командованиями. Однако маршал Кессельринг в своих мемуарах отмечает, что такие конфликты никогда не возникали, поскольку авиаторы охотно «делились» с армейцами зенитными частями. Вероятно, в этом утверждении есть определенная доля предвзятости — ведь Кессельринг принадлежал к командованию люфтваффе. Но подобная система двойного подчинения просуществовала всю войну.

После завершения кампании корпуса зенитной артиллерии были разукрупнены в бригады. Например, на базе частей 1-го корпуса были сформированы 1-я и 2-я бригады зенитной артиллерии. Но при подготовке к операции «Барбаросса» корпуса восстановили. Вновь сформированный 1-й корпус зенитной артиллерии сосредоточили в районе Варшавы, а затем придали 2-й танковой группе, воевавшей в составе группы армий «Центр». В июне 1941 г. корпус располагал лишь двумя полками — 101-м и 104-м, но и для них главной задачей было отнюдь не ПВО, а поражение наземных целей, прежде всего, бронированных. Характерно, что к концу 1941 г. 1-й корпус зенитной артиллерии записал на свой счет 314 сбитых самолетов и целых 3000 уничтоженных танков!

В конце 1941 г. командование люфтваффе приступило к созданию зенитных артиллерийских дивизий. Такие соединения формировались и проходили боевую подготовку на территории рейха либо оккупированных стран, а затем отправлялись на фронт. Таким образом, к маю 1942 г. в составе 1-го корпуса зенитной артиллерии вместо двух полков, с которыми он начал боевые действия, было уже четыре дивизии — 9-я, 10-я, 15-я и 17-я. К тому времени корпус передали в состав группы армий «Юг», а его дивизии были распределены между входящими в эту группу армиями. В частности, 6-я армия генерала Паулюса получила 9-ю зенитную артиллерийскую дивизию. Части этой дивизии приняли участие в уличных боях в Сталинграде, а в начале 1943 г. были уничтожены в сталинградском «котле» вместе с остальными соединениями 6-й армии. Сам же 1-й корпус с боями отступал через территорию Украины и Польши, пока его остатки не были уничтожены в Силезии.

Две зенитные артиллерийские дивизии — 19-я и 20-я — были направлены в Северную Африку. Здесь они подчинялись в административном отношении авиационному корпусу «Тунис», а в оперативном одна из них взаимодействовала с германской 5-й танковой армией, а другая — с итало-германской танковой армией. На эти соединения зенитной артиллерии, кроме прикрытия полевых войск, возлагалась и задача ПВО североафриканских портов.

Естественно, на фронте оказались далеко не все соединения зенитной артиллерии. Значительная их часть обеспечивала ПВО территории рейха — как, например, 1-я дивизия зенитной артиллерии, вплоть до конца войны прикрывавшая с воздуха берлин. Впрочем, с февраля 1945 г. части этой дивизии также были брошены на наземный фронт.

Весьма интересным моментом в организации ПВО рейха стало создание крупных соединений зенитных прожекторов. В июле и сентябре 1940 г. были сформированы 1-я и 2-я бригады зенитных прожекторов, в августе следующего года развернутые в дивизии. Каждая прожекторная дивизия включала четыре полка. Обе прожекторные дивизии развернули на так называемой «линии Каммхубера», названной по имени генерала — командующего ночной истребительной авиацией люфтваффе. Линия эта находилась на пути следования стратегических бомбардировщиков союзников с Британских островов к целям на территории Германии и простиралась от Брюсселя через Бремен и Гамбург до Кёльна. При этом полки 1-й дивизии были дислоцированы в Бельгии и Нидерландах, а 2-й — в северной Германии. Главной их задачей стало взаимодействие с истребителями, действовавшими на этой линии, в то время, как основные силы зенитной артиллерии были сосредоточены за ней, прикрывая Рурский бассейн и другие важные промышленные центры и крупные города. Развитие технических средств обнаружения воздушных целей привело к тому, что в июле 1942 г. обе прожекторные дивизии расформировали, а их части включили в состав дивизий и корпусов зенитной артиллерии. На «линии Каммхубера» функции обнаружения целей взяли на себя радиолокаторы — сначала типа «Фрейя», а затем — более совершенные «Вюрцбург».

Несколько слов следует уделить материальной части прожекторных подразделений — о ней, в отличие от зенитной артиллерии, редко пишут в книгах. Итак, во время войны в Германии производились четыре типа зенитных прожекторов. Первый из них, самый маленький, имел диаметр 60 см, а луч его света распространялся на расстояние до 5 км. Такие прожектора использовались не только в частях, прикрывавших тыловые районы, но и в зенитных дивизионах в составе дивизий вермахта и «ваффен СС». Вдвое большую дальность действия имел 150-см прожектор. Следующий по размеру прожектор с диаметром 200 см «бил» на 15 км. Наконец, наиболее мощный прожектор, а, собственно говоря — счетверенная прожекторная установка, имел досягаемость 20 км. Следует также отметить, что прожектора, как и все иное спецоборудование ПВО, были довольно дорогими. К примеру, 200-см прожектор стоил 85 000 рейхсмарок, то есть больше, чем две 8 8-мм зенитки и почти столько же, сколько один танк Pz.Kpfw. III.

Характерной чертой зенитных частей ПВО рейха было увеличенное количество стволов в батареях по сравнению с теми частями, что действовали на фронте. Например, легкая батарея в рейхе имела 16 20-мм автоматов вместо 12-ти на фронте, средняя с 37-мм пушками — 12 вместо девяти, а тяжелая — шесть 88-мм орудий вместо четырех. К тому же, в тыловых частях применялись наиболее тяжелые системы, которые на фронте вовсе не встречались — например, 105-мм и 128-мм зенитные орудия, или же монстроподобные 128-мм спаренные стационарные установки. Довольно широко применялись трофейные системы, прежде всего, советские. Их количество позволяет наглядно представить огромные потери Красной армии в начальный период войны. Например, в январе 1944 г. люфтваффе располагали 642 37-мм автоматами Flak 39(r). В августе того же года в частях ПВО насчитывалось 723 76,2-мм зенитные пушки образца 1931 г., принятые на вооружение вермахта под обозначением Flak M31(r), часть которых получила рассверленные до калибра 88 мм стволы. Широко применялись и 85-мм зенитки образца 1939 г., обозначавшиеся как Flak M39(r). Например, в корпусе зенитной артиллерии «Даннмарк» в 1944 г. имелось восемь батарей таких зениток по 6–8 орудий.

Создание и развитие системы ПВО территории рейха поглощало огромные ресурсы. Не говоря уж о тысячах стволов артиллерии и десятках тысяч солдат, она потребляла 1/3 производства оптической промышленности (прицелы для орудий) и около половины продукции радиотехнической отрасли (радары и средства связи). Естественно, руководство рейха, особенно во второй половине войны, пыталось экономить, выкраивая необходимые для фронта ресурсы. Например, к службе в зенитных частях массово привлекали юношей допризывного возраста (что интересно, во время службы с ними продолжали проводить школьные занятия). Большинство зенитных батарей прикрытия тыла было лишено собственных транспортных средств, что высвобождало для фронтовых частей тягачи. Мобильность же зенитных подразделений пытались повысить, применяя железнодорожный транспорт. На платформы монтировали все существующие типы зениток, включая и 128-мм спарки. Легкие, 20-мм и 37-мм орудия на платформах часто защищали бетонными кольцами. Применение железнодорожных установок в системе ПВО было вполне оправданным, поскольку прикрываемые объекты — промышленные центры, порты и пр. — обладали развитой железнодорожной сетью, облегчавшей маневр огневых средств.

По одному моторизованному зенитному артполку вошло в состав 1-го и 2-го парашютных корпусов, входящих в 1-ю парашютную армию, подчиняющуюся командованию люфтваффе. Эти полки имели по три дивизиона. А в самом конце войны дивизионы зенитной артиллерии люфтваффе, снятые с прикрытия промышленных центров, вошли в состав формируемых в экстренном порядке «именных» дивизий. В частности тяжелые дивизионы зениток получили пехотныедивизии «Берлин» и «Дёберитц», танковые «Ютербог» и «Шлезиен».

На вооружении вермахта находилось несколько десятков типов артиллерийских орудий различного назначения, к которым во время Второй мировой войны прибавились десятки типов трофейных артсистем. Более-менее подробно описать их всех в рамках данного издания не представляется. Поэтому остановимся на основных образцах, прежде всего, германского производства, составляющих штатное вооружение вермахта

1 июня 1927 г. Отдел вооружений сухопутных войск (Heerswaffenamt) принял решение о начале разработки усовершенствованного варианта стандартной 105-мм гаубицы leFH 16. Работы над гаубицей велись концерном «Рейнметалл». Уже в ходе разработки стало ясно, что орудие будет по-настоящему новым, а не просто модификацией предыдущего образца. Главные усовершенствования были продиктованы требованиями военных увеличить дальность стрельбы и угол горизонтальной наводки. Для решения первой задачи применили ствол большей длины — первоначально 25 калибров, а в окончательном варианте — 28 калибров. Вторую задачу решили, применив лафет новой конструкции, базировавшийся на аналогичном узле не пошедшей в серию 75-мм дальнобойной пушки WFK.

К 1930 г. разработка новой гаубицы была завершена, и начались испытания. И проектирование, и испытания проводились в обстановке строгой секретности. Дабы замаскировать факт создания новой артсистемы, она получила официальное наименование 10,5 cm leichte Feldhaubitze 18–10,5-см легкая полевая гаубица обр. 1918 г., или сокращенно leFH 18. Официально же орудие приняли на вооружение 28 июля 1935 г.

Валовое производство гаубиц le.F.H.18 началось в 1935 г. Поначалу его осуществлял завод «Рейнметалл-Борсиг» в Дюссельдорфе. Впоследствии выпуск гаубиц наладили на предприятиях в Борсигвальде, Дортмунде и Магдебурге. К началу Второй мировой войны вермахт получил свыше 4 тысяч leFH 18, а максимальное месячное производство составило 115 единиц. Представляется интересным сопоставить трудоемкость изготовления и стоимость полевых орудий, производимых в то время в Германии:

Как видим, по экономическим показателям leFH 18 существенно превосходила не только более тяжелые артсистемы (что вполне логично), но и даже 75-мм пушку.

Ствол новой гаубицы был длиннее, чем у предшественницы (leFH 16) на 6 калибров. Его длина составляла 28 калибров (2941 мм). То есть, по этому показателю leFH 18 вполне можно отнести к гаубицам-пушкам. В конструктивном отношении ствол представлял собой моноблок с навинченной затворной частью. Затвор — клиновой горизонтальный. Нарезка ствола правосторонняя (32 нареза). Противооткатное устройство — гидравлическое (накатник — гидропневматический).

Благодаря более длинному стволу удалось существенно улучшить баллистические характеристики — начальная скорость снаряда при применении самого мощного заряда составила 470 м/с против 395 м/с у leFH 16. Соответственно, возросла и дальность стрельбы — с 9225 до 10675 м.

Как уже отмечалось, в leFH 18 применен лафет с раздвижными станинами. Последние имеют клепаную конструкцию, прямоугольное сечение и оборудованы сошниками. Применение такого лафета позволило увеличить угол горизонтальной наводки по сравнению с leFH 16 в 14(!) раз — с 4° до 56°. Немного увеличился и угол горизонтальной наводки — до +42° против +40°. В предвоенные годы подобный угол считался вполне приемлемым для гаубиц.

Как известно, за все приходится платить. Вот и за улучшение огневых данных пришлось заплатить весом. Масса le.F.H.18 в походном положении возросла по сравнению с предшественницей более, чем на шесть центнеров, и достигла почти 3,5 тонн. Для такого орудия как нельзя более подходила механическая тяга. Но автомобильная промышленность не поспевала за росшим, словно на дрожжах, вермахтом. Поэтому основным средством транспортировки большинства легких гаубиц была шестиконная упряжка.

Первые серийные le.F.H.18 комплектовались деревянными колесами. Затем их сменили литые колеса из легкого сплава диаметром 130 см и шириной 10 см, с 12-ю отверстиями облегчения. Колесный ход был подрессорен и оборудовался тормозом. Колеса гаубиц, буксируемых конной тягой, снабжались стальными шинами, поверх которых изредка надевали резиновые ленты. Для батарей на механической тяге применялись колеса со сплошными резиновыми шинами. Такое орудие буксировалось (без передка) полугусеничным тягачом со скоростью до 40 км/ч. Отметим, что для артиллерии на конной тяге нужен был целый день марша, чтобы преодолеть те же 40 километров.

Кроме базового варианта для вермахта, была разработана и экспортная модификация, заказанная в 1939 г. Нидерландами. От германской голландская гаубица отличалась чуть меньшим весом и ещё более увеличенными углами обстрела — до +45° в вертикальной плоскости и 60° — в горизонтальной. Кроме того, она была приспособлена для применения боеприпасов голландского образца. Ввиду загруженности предприятий «Рейнметалл», производство гаубиц на экспорт осуществлял завод концерна «Крупп» в Эссене. После оккупации Нидерландов в 1940 г. около 80 гаубиц было захвачено в качестве трофеев. После смены стволов их приняли на вооружение вермахта под обозначением leFH 18/39.

Для стрельбы из 105-мм гаубицы leFH 18 применялись шесть зарядов. В таблице приведены данные при стрельбе стандартным осколочно-фугасным снарядом весом 14,81 кг:

В боекомплект гаубицы входила довольно широкая гамма снарядов различного назначения, а именно:

— 10,5 cm FH Gr 38 — стандартный осколочно-фугасный снаряд массой 14,81 кг с зарядом тринитротолуола (ТНТ) весом 1,38 кг;

— 10,5 cm Pzgr — первый вариант бронебойного снаряда весом 14,25 кг (вес ТНТ 0,65 кг). Для стрельбы применялся заряд № 5. Начальная скорость составляла 395 м/с, эффективная дальность прямого выстрела — 1500 м;

— 10,5 cm Pzgr rot модифицированный бронебойный снаряд с баллистическим наконечником. Вес снаряда 15,71 кг, ВВ — 0,4 кг. При стрельбе зарядом № 5 начальная скорость составляла 390 м/с, бронепробиваемость на дистанции 1500 м при угле встречи 60° — 49 мм;

— 10,5 cm Gr 39 rot HL/A — кумулятивный снаряд весом 12,3 кг;

— 10,5 cm FH Gr Nb — первый вариант дымового снаряда весом 14 кг. При взрыве давал облако дыма диаметром 25–30 м;

— 10,5 cm FH Gr 38 Nb — усовершенствованный дымовой снаряд весом 14,7 кг;

— 10,5 cm Spr Gr Br — зажигательный снаряд весом 15,9 кг;

— 10,5 cm Weiß-Rot-Geshoß — агитационный снаряд весом 12,9 кг.

Опыт первых месяцев войны наглядно показал, что легкие гаубицы le.F.H.18 представляют собой вполне эффективное оружие. Но при этом в рапортах с фронта встречались нарекания на недостаточную дальность стрельбы. Простейшим решением этой проблемы было увеличение начальной скорости снаряда благодаря применению более мощного метательного заряда. Но это обусловило необходимость уменьшить силу отката. Как следствие, в 1940 г. началось производство нового варианта гаубицы, оборудованного двухкамерным дульным тормозом. Этот вариант обозначался leFH 18М (М — от Mündungsbremse, т. е. дульный тормоз).

Длина ствола leFH 18М с дульным тормозом составляла 3308 мм против 2941 мм у базовой модели. Возрос и вес орудия — на 55 кг. Специально для стрельбы на максимальную дальность разработали новый осколочно-фугасный снаряд 10,5 cm FH Gr Fern весом 14,25 кг (масса ТНТ — 2,1 кг). При стрельбе зарядом № 6 начальная скорость составляла 540 м/с, а дальность стрельбы — 12 325 м.

Производство leFH 18М продолжалось до февраля 1945 г. В общей сложности изготовили 6933 таких орудия (в это число вошло и некоторое количество гаубиц базовой модели, выпущенных после начала Второй мировой войны). Кроме того, в ходе ремонта новый ствол с дульным тормозом получил часть гаубиц le.F.H.18.

Появление следующего варианта также было продиктовано опытом боевых действий — на этот раз на Восточном фронте, где в условиях бездорожья относительно тяжелые гаубицы leFH 18 теряли свою подвижность. Даже 3-х и 5-тонные полугусеничные тягачи далеко не всегда могли преодолеть осеннюю распутицу

1941 г., что уж говорить о конных упряжках. В итоге, в марте 1942 г. было сформулировано техническое задание на проектирование нового, более легкого, лафета для 105-мм гаубицы. Но создание его и внедрение в производство требовало времени. В такой ситуации конструкторы пошли на импровизацию, наложив ствол гаубицы leFH 18М на лафет 75-мм противотанковой пушки Рак 40. Полученный в итоге «гибрид» приняли на вооружение под обозначением leFH 18/40.

Новое орудие имело почти на четверть тонны меньший вес в боевом положении, чем leFH 18М. Но лафет противотанковой пушки ввиду малого диаметра колес не позволял ввести огонь на максимальных углах возвышения. Пришлось применить новые колеса большего диаметра. Изменили и конструкцию дульного тормоза, поскольку старый, «унаследованный» от leFH 18М, сильно повреждался при стрельбе новыми под-калиберными снарядами 10,5 cm Sprgr 42 TS. Все это оттянуло начало серийного производства leFH 18/40 до марта 1943 г., когда выпустили первую партию из десяти единиц. К июлю было сдано уже 418 новых гаубиц, а в общей сложности к марту 1945 г. изготовили 10 245 leFH 18/40 (лишь в 1944 г. было выпущено 7807 таких орудий!). Производство leFH 18/40 осуществляли три завода — «Шихау» в Эльбинге, «Менк унд Хамброк» в Гамбурге и «Крупп» в Маркштадте.

Принятие на вооружение гаубицы le.F.H.18/40 рассматривалось как паллиатив: все-таки, примененный в ней лафет разрабатывался для пушки весом 1,5 т, а с наложением гаубичного ствола он оказался перегруженным, что вело к многочисленным поломкам ходовой части в ходе эксплуатации. Над новыми гаубицами калибра 105 мм продолжали работы конструкторы фирм «Крупп» и «Рейнметалл-Борзиг».

^{Переправа гаубицы le.F.H.18 по понтонному мосту, Западная Европа, май-июнь 1940 г.}

Прототип крупповской гаубицы, получивший обозначение leFH 18/42, отличался удлиненным до 3255 мм стволом с новым дульным тормозом. Дальность стрельбы возросла незначительно — до 12 700 м. Так же незначительно — до 60° — увеличился горизонтальный угол обстрела. Отдел вооружений сухопутных войск забраковал это изделие, отметив отсутствие принципиального улучшения огневых характеристик по сравнению с leFH 18М и неприемлемое возрастание веса системы (свыше 2 тонн в боевом положении).

Более многообещающим выглядел прототип «Рейнметалла». Орудие leFH 42 имело дальность стрельбы 13 000 м и горизонтальный угол обстрела 70°. При этом вес в боевом положении составил всего 1630 кг. Но и в этом случае Отдел вооружений решил воздержаться от серийного выпуска. Вместо этого продолжалась разработка ещё более «продвинутых» проектов фирм «Крупп» и «Шкода». В этих гаубицах применялись совершенно новые лафеты, обеспечивающие круговой обстрел. Но в итоге, крупповская система так и не была воплощена в металл. В Пльзени на заводе «Шкода» работы шли более успешно. Там построили прототип новой гаубицы leFH 43, но внедрить в производство так и не успели. Таким образом, leFH 18 и её модификациям суждено было оставаться основой полевой артиллерии вермахта вплоть до конца войны.

По состоянию на 1 сентября 1939 г. в вермахте насчитывалось 4845 легких гаубиц калибра 105 мм. Основная масса приходилась на орудия leFH 18, за исключением некоторого количества старых систем leFH 16, а также бывших австрийских и чешских гаубиц. К 1 апреля 1940 г. парк легких гаубиц возрос до 5381 единицы, а к 1 июня 1941 г. — до 7076 (в это число уже включены системы leFH 18М).

^{Расчет гаубицы le.F.H.18 ведет бой на улице г. Житомир, июль 1918 г.}

К концу войны, несмотря на огромные потери, особенно на восточном фронте, количество 105-мм гаубиц продолжало оставаться очень большим. К примеру, на 1 мая 1944 г. вермахт располагал 7996 гаубицами, а на 1 декабря — 7372 (правда, в обоих случаях учтены не только буксируемые орудия, но и самоходные 105-мм гаубицы «Веспе»).

Кроме Германии, leFH 18 и её производные состояли на вооружении ещё нескольких стран. Выше уже упоминалось о поставках модифицированных орудий в Голландию. Остальные иностранные клиенты получали гаубицы в стандартном исполнении. В частности, боевое крещение leFH 18, как и многие другие образцы вооружения и военной техники, прошла в Испании, куда было поставлено некоторое количество этих орудий. Ещё до начала войны такие гаубицы были поставлены Венгрии, где получили обозначение 37М. Во время войны leFH 18 поставлялись Финляндии, а также Словакии (последняя в 1943-44 гг. получила 45 гаубиц leFH 18 для батарей на конной тяге и 8 leFH 18/40 для моторизованных батарей).

После войны гаубицы leFH 18, leFH 18М и leFH 18/40 ещё длительное время — вплоть до начала 60-х гг. — состояли на вооружении в Чехословакии, Венгрии, Албании и Югославии. Интересно, что в артиллерийских частях той же Венгрии до конца 40-х гг. использовалась конная тяга. В Чехословакии же германские гаубицы модернизировали, наложив ствол leFH 18/40 на лафет советской 122-мм гаубицы М-30. Такое орудие получило обозначение vz. 18/40N.

Танковые дивизии вермахта начали войну, располагая лишь артиллерией на мехтяге. Но кампания в Польше в сентябре 1939 г., а в особенности — наступление на Западе в мае-июне 1940 г. со всей очевидностью показали необходимость поддержки танков столь же подвижными самоходными артиллерийскими установками, имеющими к тому же, хотя бы частичную броневую защиту. Но, хотя немцы обычно самым тщательным образом изучали уроки предыдущих сражений, делая выводы на будущее, в этом случае вопросы создания САУ для танковых частей остались вне внимания военных специалистов. Лишь война против СССР с высокими темпами наступления, характерными для её начального периода и намечавшейся уже в то время тенденцией использования танковых дивизий в качестве «пожарных команд», перебрасываемых с одного участка фронта на другой, вновь сделала актуальным вопрос повышения подвижности дивизионной артиллерии. Поначалу основной упор делался на использование трофейных шасси, но, безусловно, предпочтительнее было создание самоходки на шасси одного из стандартных танков вермахта. Поэтому в начале 1942 г. Гитлер отдал распоряжение о начале проектирования 105-мм самоходной гаубицы с использованием артиллерийской части leFH 18 на шасси Sd.Kfz.121, или же попросту — легкого танка Pz.Kpfw. II. Выбор именно этого шасси диктовался, прежде всего, тем, что танк Pz.II уже был устаревшим и не мог использоваться в линейных частях. Поэтому выпуск САУ можно было наладить без ущерба для производства более современных танков. В то же время, он был освоен в производстве, а строевые части и ремонтные органы имели большой опыт его эксплуатации и обслуживания.

Проектирование новой САУ и постройку прототипа осуществляла фирма «Алкетт» на своем предприятии в Берлине-Борсигвальде. Изделие получило внутрифирменный индекс Gerät 803.

При создании самоходки в шасси танка Pz.Kpfw.II Ausf. F внесли существенные изменения, касавшиеся, прежде всего, компоновки машины. Двигатель перенесли из кормовой части машины в среднюю, что повлекло за собой и необходимость перекомпоновки трансмиссии. Вентиляционные решетки двигателя перенесли с крыши корпуса на борта. Рабочее место механика-водителя сместили несколько вперед. Изменили бронирование передней части корпуса — лобовой лист брони стал наклонным, а для механика-водителя сделали небольшой эркер. В ходовой части уменьшили с четырех до трех на борт количество поддерживающих роликов. Подвеску усилили за счет введения резиновых упоров, ограничивающих прогиб рессор. И, наконец, самое главное — в кормовой части оборудовали просторную открытую сверху рубку для орудия, экипажа и боекомплекта.

Уже в ходе производства шасси самоходки удлинили примерно на 220 мм. Визуально это определяется по несколько увеличенному расстоянию между задним опорным катком и ленивцем. Именно такая самоходка находится в музее в Кубинке.

Выбор подрядчика для серийного производства был вполне логичен — им стала фирма FAMO, ранее производившая танки Pz.II. Поначалу предполагалось организовать выпуск орудий, получивших обозначение 10,5 cm leFH 18/2 (Sf) auf Geshützwagen Pz.Kpfw.II (Sd. Kfz.124), на предприятии в Бреслау. Но вскоре решили перенести производство на завод «Урсус» в предместье Варшавы Чеховицах — это предприятие было оккупационными властями передано немецкому концерну и получило название «FAMO-Warschau». На варшавский завод из Бреслау перевезли оборудование производственной линии по выпуску Pz.II.

Внедрение самоходной гаубицы в производство продвигалось медленно — более приоритетными были признаны истребители танков «Мардер II», строившиеся на том же шасси. Выпуск Sd.Kfz.124 начался в феврале 1943 г. Первоначальный заказ составил 1000 единиц, но осенью 1943 г. его уменьшили до 835, включив в это количество и транспортеры боеприпасов Munitions Sf auf Fgst. Pz.KpfW.II. В общей же сложности к августу 1944 г. завод «FAMO-Warschau» выпустило 682 гаубицы и 158 транспортеров боеприпасов (по другим данным — 676 и 159 соответственно). При этом более 3/4 выпуска пришлось на 1943 г. В августе 1944 г. оборудование предприятия эвакуировали и в дальнейшем производство Sd.Kfz.124 не возобновляли.

Название «Веспе» («Оса») появилось не сразу, а было введено по приказу Гитлера год спустя после начала производства — 27 февраля 1944 г.

Самоходка отличалась рациональной компоновкой, простой в изготовлении конструкцией, но при этом — довольно большой высотой, создававшей угрозу опрокидывания при движении с креном.

Отделение управления находится в передней части машины и несколько смещено влево от продольной оси. Механик-водитель имеет в своем распоряжении стандартный набор контрольно-измерительных приборов. На свое рабочее место он попадал через двустворчатый люк. Прибор наблюдения со стеклоблоком триплекс находится в передней стенке эркера, две смотровые щели — в боковых. При движении вне поля боя передняя стенка эркера для улучшения обзора поднималась вверх. Отделение управления отделено от боевого бронированной стенкой с лючком за сиденьем механика-водителя.

Боевое отделение находится за двигателем и частично — над ним. Оно представляет собой бронированную рубку, открытую сверху. Верхняя часть задней стенки выполнена откидной для облегчения загрузки боеприпасов. Внутри боевого отделения находится гаубица le.F.H.18/2 и боекомплект к ней. Снаряды уложены в два контейнера по левому борту, а заряды — в два контейнера по правому. По левому борту рубки на специальной раме-стеллаже, снабженной резиновыми амортизаторами, смонтирована радиостанция. На внутренних стенках рубки с обоих бортов находятся держатели для пистолетов-пулеметов МР38 либо МР40 и (с правого борта) — для огнетушителя. Слева на полу боевого отделения расположены две заливные горловины топливных баков, дополнительно закрытые защитными колпаками.

Гаубица смонтирована на лафете, установленном на полу боевого отделения. Под гаубицей находится дополнительный воздухозаборник. Маховичок вертикальной наводки расположен справа от затвора, а горизонтальной — слева. В отличие от некоторых САУ на французских шасси, противооткатные устройства не защищены броней.

Двигатель «Майбах» HL62TRM — шестицилиндровый карбюраторный, четырехтактный, верхнеклапанный. Мощность 140 л.с. (104 кВт). Диаметр цилиндра 105 мм, ход поршня 130 мм. Рабочий объем двигателя — 6234 куб. см, степень сжатия 6,5, максимальное число оборотов — 2600 об/мин. Охлаждение жидкостное.

Главное вооружение — 105-мм гаубица leFH 18/2, отличающаяся от стандартной наличием дульного тормоза SP18. Длина ствола 28 калибров. Максимальная начальная скорость снаряда 470 м/с, дальность стрельбы — 10 600 м. Вес орудия — 726 кг. Угол горизонтальной наводки составляет по 17° в обе стороны, вертикальной — от -2° до +48°. Прицел — Rbfl 36.

Возимый боекомплект — 32 выстрела.

Вспомогательное вооружение — пулемет MG34 (реально им комплектовались не все самоходки) и два пистолета-пулемета МР38 либо МР40, перевозимые внутри боевого отделения. Пулемет мог устанавливаться на вертлюге для зенитной стрельбы.

^{Гаубица le.F.H.18, захваченная британцами в Северной Африке}

В общем же «Веспе» следует признать довольно удачной самоходной артиллерийской установкой. Будучи примером целесообразного использования шасси морально устаревшего танка, она стала наиболее распространенной спецмашиной, построенной на шасси Pz.KpfW.II.

Наряду с «Веспе», вермахт эксплуатировал ещё несколько типов 105-мм САУ на шасси трофейной бронетехники — правда, построили их гораздо меньше. Наиболее широко применялись шасси французского производства. В частности, немецкими трофеями стали 161 танк B1bis. Эти машины приняли на вооружение вермахта под обозначением Panzerkampfwagen B2(f). 28 марта 1941 г. Отдел вооружений сухопутных войск выдал фирме «Рейнметалл-Борзиг» заказ на разработку 105-мм САУ на шасси B2(f). Объем работ по переоборудованию был сведен к минимуму. Прежде всего, демонтировалось все прежнее вооружение. На месте башни устанавливалась просторная открытая сверху рубка из 20-мм брони, а в ней монтировалась гаубица leFH 18/3. Углы обстрела были довольно ограниченны — по 15° влево и вправо в горизонтальной плоскости и от -4° до +20° — в вертикальной. Возимый боекомплект составлял 42 выстрела. Орудие комплектовалось панорамным прицелом Rblf 36 и телескопическим (для стрельбы прямой наводкой) Z.E.34. Стационарного пулеметного вооружения не имелось, но в боевом отделении перевозился пулемет MG34 и два пистолета-пулемета МР40. Двигатель оставили прежний — 6-цилиндровый карбюраторный «Рено 307» мощностью 300 л.с.

Созданная САУ была принята на вооружение под обозначением 10,5 cm leFH 18/3 (Sf) auf Gestatzwagen B2(f), или же сокращенно — leFH 18/3 (Sf). Новая артустановка отличалась довольно большими габаритами (высота достигала 3 м) и чрезмерной массой (32,5 т).

При этом броневая защита была довольно слабой — лишь механик-водитель был защищен противоснарядной броней (60 мм). Бронирование рубки было в три раза тоньше.

Прототип с рубкой из мягкой стали был изготовлен довольно быстро и в начале июня 1941 г. его передали на испытания. Но переоборудование серийных установок было отложено по двум причинам. Во-первых, накануне нападения на СССР было признано нецелесообразным чрезмерно ослаблять танковые части изъятием боевых машин для переоборудования. Во-вторых, приоритетом пользовалась программа переоборудования танков B2(f) в огнеметные. В конечном итоге, на Восточный фронт попали лишь огнеметные Flammenwerferpanzer B2(f).

Производство партии leFH 18/3 (Sf) было осуществлено лишь в начале 1942 г. — в январе-марте поставили 16 таких гаубиц. Все они вошли в состав 1-го дивизиона 93-го артиллерийского полка формируемой с сентября 1942 г. во Франции 26-й танковой дивизии. Согласно приказу от 22 сентября, в состав дивизиона вошли три четырехорудийные батареи, остальные же САУ числились как сверхштатные. По состоянию на 31 мая 1943 г. в дивизионе имелось 15 leFH 18/3 (Sf), из них 14 — исправных. Но летом того же года его перевооружили самоходными гаубицами «Веспе». Дальнейшая судьба САУ leFH18/3 (Sf) точно не установлена. После изъятия из 26-й ТД предполагалось передать эти системы в дислоцированную на Сардинии 90-ю панцергренадерскую дивизию. Но вот был ли реализован этот план — доподлинно неизвестно. Вероятно, если гаубицы и попали на Сардинию, то не все, поскольку есть сообщения об участии leFH 18/3 (Sf) в боях в Нормандии летом 1944 г. в составе 200-го дивизиона штурмовых орудий.

Наряду с тяжелыми танками, вермахт довольно широко использовал более легкие французские танки. В частности, среди них были около 600 т. н. «кавалерийских» танков «Гочкисс» Н39 и более ранних Н35. В вермахте они были стандартизированы как Panzerkampfwagen 38H(f). Применение этих танков по прямому назначению затруднялось малочисленностью экипажа — всего два человека. Но вот в качестве спецмашин «Гочкиссы» применялись очень широко. В частности, несколько десятков таких танков переоборудовали в артиллерийские тягачи. На шасси 38H(f) построили 48 75-мм противотанковых САУ и 24 машины передовых артиллерийских наблюдателей. Наконец, ещё 48 шасси послужили для создания 105-мм САУ.

В отличие от B2(f)работы по переоборудованию танков «Гочкисс» проводила не частная фирма, а т. н. «Баукоммандо Беккер» — расположенное в Париже танкоремонтное предприятие Отдела вооружений сухопутных войск. При переоборудовании с танков снимались не только башни, но и вся верхняя часть корпуса. Вместо этого монтировалась открытая сверху рубка, сварной конструкции из листов толщиной 20 мм (10 мм для задней стенки). Она почти не отличалась от рубки истребителя танков 7,5 cm Pak40(Sf) auf Geshützwagen 38H(f).

Установленное в рубке орудие leFH 18/4 имело гораздо лучший, чем на предыдущем образце, угол горизонтальной наводки — по 30° вправо и влево. Угол вертикальной наводки составлял от -5° до +22°. Также, в отличие от leFH 18/3, у этой системы было бронировано противооткатное устройство. К тому же, вес САУ не превышал 12,5 т — в 2,5 раза меньше, чем у leFH 18/3 (Sf) auf Gestatzwagen B2(f). Возимый боекомплект уменьшился несущественно и составлял 36 выстрелов. Расчет состоял, как и у предыдущей системы, из пяти человек — командира, наводчика, двух заряжающих и механика-водителя. Внутри боевого отделения укладывался пулемет MG34 и пистолет-пулемет МР40. Силовая установка — 6-цилиндровый карбюраторный мотор «Гочкисс 6L6» мощностью 120 л.с.

Орудия, получившие обозначение 10,5 cm leFH 18/4 (Sf) auf Geshützwagen 38H(f), были изготовлены в течение второй половины 1943 г. Практически все они были поставлены в части 21-й танковой дивизии, вновь формируемой с июля 1943 г. В частности, 200-й дивизион штурмовых орудий получил 12 таких установок в сентябре 1943-го и ещё 12 — в феврале 1944 г. Остальные САУ поступили в 155-й артиллерийский полк. В составе этих частей самоходки принимали участие в боях в Нормандии, где и закончили свою боевую карьеру в августе 1944-го в «котле» под Фалез.

В рапорте, датированном 21 октября 1944 г., упоминается факт привлечения военнослужащих 200-го дивизиона штурмовых орудий для монтажа семи

105-мм гаубиц на шасси танков «Гочкисс» на заводе «Дойче Айзенверке» в г. Дуйсбург. Но отсутствие каких бы то ни было дальнейших упоминаний об этих системах позволяет предположить, что работы так и не были завершены. Во всяком случае, 200-й дивизион, переформированный 30 ноября 1944 г. в бригаду, вооружили стандартными установками StuG40 и StuH42.

^{Гаубица 37М (le.F.H.18) венгерской армии на мехтяге, Будапешт, 1941}

Самой маленькой французской машиной, послужившей шасси для самоходки со 105-мм гаубицей, стал бронированный гусеничный тягач «Лоррэн 37L». В 1937-40 гг. было построено 387 таких тягачей. Большинство из них — около 300 единиц — стало трофеями вермахта. Поначалу «Лоррэны» использовались немцами по прямому назначению — в качестве арттягачей и транспортеров боеприпасов. Но в мае 1942 г. Гитлер отдал приказ о переоборудовании 160 таких тягачей в самоходные установки с 75-мм противотанковой пушкой (впоследствии получивших обозначение «Мардер I»), 150-мм тяжелой гаубицей sFH 13 и 105-мм легкой гаубицей leFH 18.

Работы производила фирма «Алкетт» в Берлине. В сентябре 1942 г. здесь в самоходные установки 10,5 cm leFH 18/4 (Sf) auf Geshützwagen Lr.S.(f) переоборудовали 12 «Лоррэнов», хотя первоначально планировалось переоборудовать 60 — приоритет был отдан истребителям танков и тяжелым гаубицам. При переоборудовании в кормовой части тягача на месте грузовой платформы установили открытую сверху легкобронированную рубку (толщина брони 7-10 мм), по конструкции аналогичную примененной на противотанковой САУ «Мардер I». Как и в САУ на шасси 38Н, эта установка имела бронезащиту противооткатных устройств. Двигатель — штатный для тягача 6-цилиндровый карбюраторный «Де ла Хайе 135» мощностью 70 л.с.

Но дюжиной построенных в Берлине самоходок дело не ограничилось. В том же 1942 г. ещё 12 105-мм гаубиц на шасси «Лоррэнов» оборудовало уже упомянутое предприятие «Баукоммандо Беккер». Машины этой партии отличались несколько другими очертаниями броневой рубки. Но главной особенностью стала установка в кормовой части САУ сошника, опускаемого при стрельбе. Он был совсем нелишним для обеспечения устойчивости легкой установки — масса 10,5 cm leFH 18/4 (Sf) auf Gestatzwagen Lr.S.(f) едва достигала 8,5 т. Углы горизонтальной наводки составляли по 14° вправо и влево, вертикальной — от -6° до +40°. Возимый боекомплект САУ — 20 выстрелов.

Первая дюжина 10,5 cm leFH 18/4 (Sf) auf Gestatzwagen Lr. S. (f) поступила в войска в октябре 1942 г. Они были распределены по шесть единиц между шестыми батареями 1-го и 2-го самоходно-артиллерийских полков. В декабре начались поставки САУ производства «Баукоммандо Беккер». Первые две такие установки получила 15-я батарея 227-го артполка. В 1943 г. все 105-мм гаубицы на шасси «Лоррэн» передали в 155-й артполк 21-й танковой дивизии (12 САУ поступило в июле, 6 — сентябре и 6 — в октябре). В этом полку применялись также другие машины, созданные на шасси «Лоррэн» — подвижные командные пункты батарей и машины передовых артиллерийских наблюдателей. А уже год спустя все самоходки 155-го полка установки были потеряны в боях в Нормандии.

Наряду с самоходками, вооруженными артиллерийской частью гаубицы leFH 18, вермахт применял и ограниченное количество САУ с артчастью более старого типа — гаубицы leFH 16. В частности, в феврале 1943 г. было принято решение об использовании 48 шасси французских танков FCM-36 для самоходных установок — 24 истребителей танков с 75-мм пушкой и такого количества 105-мм гаубиц.

При переоборудовании в САУ вместо башни монтировалась открытая сверху сварная бронированная рубка. Существенным изменениям подвергся лобовой лист корпуса — в нем ликвидировали входной люк механика-водителя, заменив его значительно меньшим смотровым люком (теперь механик-водитель попадал на свое рабочее место через рубку). Двигатель — 4-цилиндровый дизель «Берлие MDP» мощностью 91 л.с.

Артиллерийская часть гаубицы leFH 16 при установке в САУ подверглась изменениям — был введен двухкамерный дульный тормоз. В качестве средства самообороны в самоходке перевозился пулемет MG34.

Точное количество построенных 10,5 cm leFH 16 (Sf) auf Geshützwagen FCM(f) неизвестно — можно лишь утверждать, что их было меньше, чем истребителей танков на том же шасси. Различные источники называют цифры от 5 до 13 единиц, хотя, вероятно, ближе к истине последняя. Известно, что в первой половине 1943 г. в составе т. н. Schnellen Brigade West — «Быстрой бригады Запад» — сформировали дивизион штурмовых орудий verst. StuG. Abt. В каждой из трех его батарей было по семь САУ на шасси FCM — четыре с 75-мм пушками и три со 105-мм гаубицами. В дальнейшем бригада «Запад» послужила основой для формирования 21-й танковой дивизии. Касательно дальнейшей судьбы 10,5 cm leFH 16 (Sf) auf Geshützwagen FCM(f) существуют две версии. Согласно одной из них, эти орудия поступили в 155-й артполк. Согласно другой, по три САУ поступили в роты тяжелого оружия первых батальонов 125-го и 192-го панцергренадерских полков вместо полагавшихся по штату бронетранспортеров Sd.Kfz. 251/9 с 75-мм орудием.

История ещё одной импровизированной системы тесно связана с именем капитана Альфреда Беккера — инициативного офицера, командовавшего во время кампании 1940 г. на Западе 12-й батареей 227-го артполка 227-й пехотной дивизии. При продвижении своей батареи территорией Бельгии, он перевел её с конной на механическую тягу, применив трофейные бельгийские колесные тягачи «Броссель» TAL. После окончания кампании 227-я дивизия была дислоцирована в районе Гавра, где в её расположении оказалось несколько десятков брошенных английских легких танков Mk.VI. По инициативе Беккера в 1941 г. шесть танков переоборудовали в самоходки с использованием артиллерийской части гаубицы leFH 16. При этом в отличие от САУ на шасси FCM-36 дульный тормоз не устанавливался. Шасси Mk.VI хорошо подходило для создания САУ — двигатель у этого танка находился впереди, поэтому в корме без особых затруднений удалось оборудовать рубку для артсистемы и расчета. Правда, небольшие размеры не позволили разместить нормальный орудийный расчет из четырех человек, ограничившись тремя. Броневые листы для рубки толщиной 20 мм поставила фирма «Эденштальверке» из Крефельда. Двигатель «Медоус» (6-цилиндровый карбюраторный мощностью 88 л.с.) и трансмиссия унаследованы без каких-либо изменений от танка Mk.VI. Углы вертикальной наводки орудия составили от -8° до +41°Гаубицы на шасси Mk.VI, получившие обозначение 10,5 cm leFH 16 (Sf) auf GeshMzwagen Mk.VI(e), поступили на вооружение сверхштатной 15-й батареи 227-го артполка. Вместе со своей дивизией они были направлены на Восточный фронт и приняли участие в боях в районе Ленинграда, где, в конечном итоге, и были потеряны.

Кроме САУ, 227-й артполк использовал ещё две модификации машин на шасси Mk.VI: изготовленный в единственном числе подвижный наблюдательный пункт Funk und Beobachtungswagen auf Pz.Kpfw. Mk.VI(e), и транспортер боеприпасов Munitionspanzer Pz.Kpfw.Mk.VI(e) (12 единиц).

Судьба же самого Альфреда Беккера оказалась тесно связанной с самоходками на трофейных шасси — повышенный в звании до майора, он возглавил «Баукоммандо Беккер», о котором мы уже не раз упоминали, а впоследствии командовал 200-м дивизионом штурмовых орудий, применявшим такие САУ в боях.

ТТХ 105-мм самоходных гаубиц см. приложение

Как уже отмечалось, одна из статей Версальского договора запрещала рейхсверу иметь на вооружении орудия калибром 150 мм и выше. Единственное исключение было сделано для крепости Кёнигсберг, где разрешалось сохранить дюжину 150-мм полевых гаубиц sFH 13 lg (во время Первой мировой войны кайзеровская армии использовала две основные модели 150-мм гаубиц: стандартная sFH 13 и т. н. «длинная» sFH 13 lg, различавшихся длиной ствола — соответственно, 14 и 17 калибров). Подобное положение вещей никоим образом не устраивало германских военных, сумевших припрятать «до лучших времен» сверхнормативное количество таких гаубиц — на 1939 г. вермахт располагал почти семью сотнями sFH 13. А в мае-июне 1940 г. это количество увеличилось за счет трофеев — ведь гаубицы sFH 13 lg находились на вооружении армий Бельгии и Нидерландов, а после оккупации этих стран использовались вермахтом под обозначением sFH 409(b) и sFH 406(h) соответственно.

^{Польские военнослужащие осматривают трофейную гаубицу le.F.H.18/40, Кольберг (Колобжег), март 1945 г.}

А после завершения в феврале 1927 р. работы в Германии Межсоюзнической военной контрольной комиссии, на повестку дня встал вопрос о возобновлении производства тяжелых артсистем. Однако идея возобновить производство гаубиц, применявшихся sFH 13 lg была сходу отвергнута — военным требовалось орудие с гораздо большими дальностью стрельбы и углом горизонтального обстрела. Военные также не допустили конкуренции — по настоянию Отдела вооружений сухопутных войск конструкторские бюро ведущих оружейных концернов «Крупп» и «Рейнметалл» тесно сотрудничали при создании новой полевой гаубицы, получившей в целях «соблюдения приличий» обозначение 15 cm schwere Feldhaubitze 18 (sFH 18), то есть, 150-мм тяжелая полевая гаубица образца 1918 г. При этом специалисты «Крупа» занимались стволом, а «Рейнметалла» — лафетом гаубицы. Работы, включая проектирование орудия, изготовление и испытания опытных образцов, заняли около трех лет.

Тяжелая полевая гаубица sFH 18 имела ствол калибром 149,1 мм и длиной 4400 мм (29,5 калибров). Дульный тормоз отсутствовал. Ствол состоял из трубы, кожуха и казенника. Затвор — клиновой горизонтальный. Нарезка ствола правосторонняя (40 нарезов).

Тормоз отката и накатник гидравлические. Тормоз отката помещен в люльке, накатник — над стволом. Подъемный механизм винтовой. Уравновешивающий механизм пружинного типа, состоит из двух колонок.

Гораздо более длинный по сравнению с sFH 13 ствол новой гаубицы позволял обеспечить начальную скорость снаряда 520 м/с. Максимальная дальность стрельбы достигала 13 300 м (для sFH 13 этот показатель не превышал 8800 м).

Лафет с раздвижными коробчатыми станинами унифицирован с лафетом 105-мм пушки К18.Онобеспечивал угол горизонтальной наводки 60° (против 5°для sFH 13). Угол вертикальной наводки составлял от 0° до +45°. В экстренных случаях допускалось ведение огня при сведенных станинах, но максимальный угол возвышения при этом составлял лишь +15°, а горизонтальной наводки — 6°.

Вполне закономерным результатом улучшения огневых характеристик sFH 18 стало значительное возрастание веса по сравнению с предшественницей. Пришлось даже отказаться от щита — предполагалось, что 150-мм гаубицы будут вести огонь прямой наводкой с открытых позиций лишь в исключительных случаях. Но это мало помогло. Вес системы в походном положении превышал 6000 кг — вдвое больше, чем у sFH 13. Поэтому конной тягой sFH 18 могла транспортироваться лишь раздельной возкой. При этом ствол при помощи ручной лебедки снимался с лафета и помещался на двухосную ствольную повозку, соединенную с передком. Она, а также лафет с передком, транспортировались шестиконными упряжками. Приведение орудия в боевое положение из походного и обратно было довольно трудоемким и требовало усилий все 12 человек расчета. Хорошо тренированный расчет проделывал эти операции в течение 5–7 минут. При применении мехтяги орудие буксировалось одним полугусеничным тягачом. Процесс приведения в походное положение значительно упрощался: следовало лишь снять сошники со станин, свести станины, водрузить их на передок и оттянуть ствол в походное положение. Все это занимало три-четыре минуты. Как и в случае с многими другими артсистемами вермахта, варианты sFH 18 для конной и механизированной тяги отличались колесами лафета. В первом случае применялись цельнометаллические колеса диаметром 1300 мм со стальными шинами, во втором — колеса диаметром 1230 мм с резиновыми литыми грузошинами.

Первоначально в состав боекомплекта гаубицы sFH 18 вошли три типа снарядов:

— 15 cm Gr. 19 — стандартный осколочно-фугасный снаряд весом 43,62 кг. Он снабжался ударным и механическим дистанционным взрывателями. При использовании дистанционного взрывателя и подрыве на оптимальной высоте ок. 10 м убойные осколки летели вперед на 26 м и в стороны на 60–65 м, назад осколки не летели. При срабатывании головного взрывателя при попадании в грунт осколки летели на 20 м вперед, 50 м в стороны и 6 м назад. Снаряд пробивал по нормали бетонную стену толщиной до 0,45 м, кирпичную — до 3,05 м, песчаный грунт — до 5,5 м;

— 15 cm Gr. 19 Beton — бетонобойный снаряд весом 37,88 кг;

— 15 cm Gr. 19 Nb — дымовой снаряд весом 38,97 кг. При разрыве образовывалось дымовое облако диаметром до 50 м, сохранявшееся при слабом ветре до 40 с.

Во второй половине 30-х — начале 40-х гг. номенклатура боеприпасов расширилась за счет новых образцов:

— 15 cm Gr. 36 FES — улучшенный осколочно-фугасный снаряд весом 38,5 кг;

— 15 cm Gr. 36 FES-HI/A — кумулятивный снаряд 24,83 кг (первый кумулятивный снаряд, принятый на вооружение вермахта). Бронепробиваемость составляла 150–200 мм при угле встречи 45° от нормали, что позволяло поражать танки любых типов, в т. ч. и тяжелые;

— 15 cm PzGr. 39 TS — бронебойный подкалиберный снаряд весом 15 кг. На дистанции 1000 м пробивал броню толщиной 126 мм.

Заряжание гаубицы раздельно-гильзовое. Для стрельбы применялись восемь зарядов. При этом огонь на зарядах с 1-го по 6-й мог вестись без каких-либо ограничений. Применение 7-го и 8-го зарядов разрешалось лишь в особых ситуациях, а количество выстрелов на этих зарядах ограничивалось не более чем 10-ю подряд — это было вызвано ускоренным износом зарядной каморы.

В гильзе длиной 260 мм и диаметром фланца 176 мм находился пакет и пять разновесных пучков. Кроме того, отдельно перевозились пучки № 7 и № 8 особого заряда. При стрельбе зарядом № 7 из гильзы удаляли находящиеся там пучки и пакет, и на их место вкладывался пучок № 7. Заряд № 8 получали добавлением к пучку № 7 пучка № 8.

Подкалиберным снарядом 15 cm Pzgr. 39 TS огонь велся с применением заряда № 6. При этом дальность прямого выстрела составляла 1500 м.

Таблица стрельб гаубицы sFH 18 снарядом 15 cm Gr. 19

Серийный выпуск гаубиц sFH 18 начался в конце 1933 г. и продолжался до самого конца войны. Осуществляла его фирма «Рейнметалл-Борсиг» на заводе в Дюссельдорфе. Часть стволов поступала с завода концерна «Крупп». Впоследствии сборку гаубиц освоили заводы «Шпрееверк» в Берлине-Шпандау, МАН в Аугсбурге и «Дёррис-Фюлльнер» в Бад Вармбрунне. Уже в ходе Второй мировой войны производство sFH 18 наладили на заводе «Шкода» в Дубнице-над-Вагем (Словакия).

Данные о точном количестве выпущенных в 1933-45 гг. гаубиц в опубликованных источниках отсутствуют. Можно лишь утверждать, что до начала Второй мировой войны вермахт получил около двух тысяч таких артсистем, а темп выпуска достиг 30 единиц в месяц. С началом войны объемы производства возросли, но достичь намеченного объема производства в 300 единиц в месяц так и не удалось.

В 1942 г. в серийное производство внедрили гаубицу sFH 18М, снабженную дульным тормозом. Благодаря нововведению удалось снизить нагрузки, воздействовавшие при выстреле на лафет гаубицы. Одновременно частично реши проблему стрельбы на 7-м и 8-м зарядах, введя в конструкцию зарядной каморы сменные вкладыши — теперь после износа их можно было легко заменить, тогда, как ранее требовалась замена ствола целиком.

Гаубица sFH 18М стала первым германским орудием, в боекомплект которого вошли активно-реактивные снаряды. Такой снаряд, получивший обозначение 15 cm R Gr. весил 45,25 кг, а дальность стрельбы им достигала 19 000 м! Благодаря этому, гаубица обрела возможность поражать цели на дальностях, ранее доступных лишь для 105-мм пушек К 18. Как следствие, было принято решение о прекращении выпуска К 18, хотя сами активно-реактивные снаряды были ещё весьма несовершенными — например, рассеивание снарядов на предельной дальности стрельбы достигало 1250 м.

В 1935 г. по указанию Отдела вооружений сухопутных войск фирмы «Крупп» и «Рейнметалл» приступили к разработке облегченной 150-мм гаубицы. При этом ставилась задача обеспечить транспортировку орудия конной тягой одной шестиконной упряжкой. Новая гаубица, получившая обозначение 15 cm schwere Feldhaubitze 36 (sFH 36) получила укороченный на 890 мм ствол, а в конструкции лафета широко применили легкие сплавы. Ствол получил дульный тормоз. Вес орудия, благодаря нововведениям, удалось снизить до приемлемой величины 3500 кг, но максимальная дальность стрельбы также несколько снизилась — до 12 500 м. Прототип sFH 36 был готов в 1938 г., а в 1939-м началось мелкосерийное производство. Но уже в 1941 г. выпуск s.F.H. 36 прекратили ввиду дефицита легких сплавов, во все возрастающих количествах поглощаемых авиационной промышленностью.

В 1938 г. «Крупп» и «Рейнметалл» начали разработку ещё одного варианта 150-мм гаубицы, предназначенного на этот раз исключительно для мехтяги. Конструкторам удалось, удлинив ствол на 3 калибра, увеличить дальность стрельбы до 15 675 м. Также существенно — до +70° — увеличили угол возвышения. Опытный образец гаубицы, обозначенной 15 cm schwere Feldhaubitze 40 (sFH 40), был готов в том же 1938 г. Но решение о внедрении в производство было заблокировано Верховным командованием вермахта, требовавшем в первую очередь увеличения выпуска артсистем, уже находящихся в производстве. В конечном итоге, в 1941 г. работы над sFH 40 были прерваны.

Дабы использовать накопленный задел, в 1942 г. небольшое количество стволов sFH 40, изготовленных заводом «Крупп» в Эссене, наложили на лафеты гаубиц sFH 18. В итоге получилась гаубица под обозначением sFH 18/40, впоследствии измененном на sFH 42. Орудие оказалось не слишком удачным: по сравнению с sFH 40 уменьшился угол возвышения, а значит — возможность ведения огня на короткие дистанции; также до 15 100 м уменьшилась максимальная дальность стрельбы. К тому же, стоимость возросла на 50 % по сравнению с sFH 18 — до 60 тыс. рейхсмарок против 40 тыс. Поэтому гаубиц sFH 42 изготовили всего 46 единиц.

Таким образом, все усилия специалистов фирм «Крупп» и «Рейнметалл» по совершенствованию 150-мм гаубиц оказались напрасными. Вплоть до конца войны основным типом подобной артсистемы в вермахте и войсках СС оставались гаубицы sFH 18 и sFH 18М.

Боевое крещение sFH 18 прошли в Испании, куда в составе легиона «Кондор» было отправлено две батареи таких орудий. После подготовки немецкими инструкторами испанских расчетов, sFH 18 с успехом применялись в боях. В годы второй мировой войны sFH 18 поставлялись странам-союзникам Германии — Финляндии (где обозначались m/40) и Италии (Obice da 149/28). В послевоенный период, по крайней мере, до средины 50-х гг. sFH 18 состояли на вооружении в Албании, Болгарии, Югославии, причем в последней для буксировки этих орудий применялись американские гусеничные арттягачи М4. В Чехословакии sFH 18 прошли модернизацию — их приспособили для стрельбы советскими 152-мм снарядами и оборудовали дульными тормозами улучшенной конструкции. Такое орудие обозначалось vz. 18/47N.

Гаубицы sFH 18 применялись вермахтом и войсками СС на всех этапах войны и на всех театрах военных действий. Орудие считалось довольно надежным, а его снаряды обладали большой разрушительной силой. Наличие в боекомплекте кумулятивных и подкалиберных бронебойных снарядов позволяло использовать sFH 18 для борьбы с танками, но в такой ипостаси тяжелая гаубица применялась лишь в исключительных случаях — большие габариты и отсутствие щитового прикрытия делало орудие легкоуязвимым на поле боя. В то же время, после того, как вермахт столкнулся с Красной армией, выявилась недостаточная дальность стрельбы: советская 152-мм пушка-гаубица МЛ-20 стреляла на 17 300 м, а sFH 18 — лишь на 13 325 м. Введение в боекомплект активно-реактивного снаряда позволило лишь частично снять остроту проблемы, поскольку новый боеприпас обладал недостаточной кучностью стрельбы.

В общем, тяжелая полевая гаубица sFH 18 представляла собой типичный образец германской артсистемы, спроектированной в межвоенный период: надежная, прочная конструкция, с не особо выдающимися, но вполне удовлетворительными тактико-техническими характеристиками.

ТТХ 150-мм гаубицмм гаубиц см. приложение

Так же, как 105-мм гаубицы leFH 18 дополнялись более тяжелыми 150-мм гаубицами sFH 18, так и САУ «Веспе» органично дополнялись 150-мм самоходками. В качестве шасси для подобной системы поначалу рассматривался средний танк Pz.Kpfw. IV. В начале 1942 г. именно на таком шасси построили прототип, вооруженный гаубицей sFH 18. Но впоследствии было принято специальное шасси для самоходных орудий, разработанное фирмой «Алкетт», представлявшее собой комбинацию узлов танков Pz.Kpfw. III и Pz.Kpfw. IV. В частности, подвеска, опорные и поддерживающие катки, натяжное колесо и гусеницы были взяты от Pz.Kpfw. IV Ausf. F. От него же был взят и корпус, несколько удлиненный в кормовой части — это визуально заметно по увеличенному расстоянию между задним опорным катком и натяжным колесом. Ведущие колеса, двигатель, коробка передач и топливный насос были позаимствованы от танка Pz.Kpfw. III Ausf. J. Наконец, ряд узлов пришлось спроектировать заново — карданный вал, выхлопную систему, топливопроводы, безинерционный стартер и часть элементов системы охлаждения. Получившемуся «гибриду» присвоили обозначение Gestatzwagen III/IV. На таких шасси кроме 150-мм гаубиц изготавливали также истребители танков, вооруженные 88-мм орудиями.

Решение о применении шасси GeshMzwagen III/ IV для 150-мм САУ было принято в июле 1942 г., а в октябре прототип, изготовленный из мягкой стали, продемонстрировали Гитлеру. Орудие приняли на вооружение под обозначением 15 cm sFH 18/1 (Sf) auf Gestatzwagen III/IV (Sd.Kfz.165). Наименование «Хуммель» («Шмель») присвоили САУ лишь 27 февраля 1944 г.

Было принято решение об изготовлениидо мая 1943 г. партии из 10 °CАУ. В общей же сложности в 1943 г. выпустили 368 Sd.Kfz.165. В 1944 г. производство этих САУ сократили, изготовив 279 единиц — приоритетом в то время пользовались танки и штурмовые орудия. Но если выпуск 105-мм САУ «Веспе» в августе 1944 г. вовсе прекратили, то «Хуммелис» строились и в 1945 г., когда изготовили 57 таких самоходок. Производство Sd.Kfz.165 осуществлял завод «Дойче Айзенверке» в г. Дуйсбург. Бронированные надстройки САУ на это предприятие поставлялись с завода «Дойче Рёренверке» в Мюльхейме. Общий объем выпуска «Хуммелей» оказался даже больше, чем у более легких «Веспе» — 724 единицы. Кроме того, было изготовлено 157 транспортеров боеприпасов — по сути, тех же САУ, но без орудия и с амбразурой, закрытой 10-мм бронелистом. Конструкция позволяла легко трансформировать транспортер боеприпасов в самоходку путем монтажа орудии, снятого, например, с поврежденной САУ.

^{Гаубица le.F.H.18, изготовленная в 1941 г. Фото из музея Войска Польского (Варшава)}

Компоновка САУ «Хуммель» повторяла в основном компоновку «Веспе» — с поправкой на увеличенные размеры. Например, в отделении управления кроме механика-водителя нашлось место и для радиста. Отделение управления от боевого отделял мотоотсек. Боевое отделение не имело крыши, что существенно облегчало условия работы орудийного расчета — снималась проблема загазованности пороховыми газами.

Двигатель «Майбах» HL120TRM — 12-цилиндровый карбюраторный V-образный, четырехтактный, верхнеклапанный. Мощность 300 л.с. (221 кВт) при 3000 об/мин, но при эксплуатации не рекомендовалось превышать 2600 об/мин — в этом случае мощность составляла 265 л.с. (195 кВт). Диаметр цилиндра 105 мм, ход поршня 115 мм. Рабочий объем двигателя — 11 867 куб. см, степень сжатия 6,5. Охлаждение жидкостное.

Главное вооружение — 150-мм гаубица sFH 18/1. Длина ствола 29,5 калибров. Максимальная начальная скорость снаряда 465 м/с, дальность стрельбы — 13 250 м. Вес орудия — 726 кг. Угол горизонтальной наводки составляет по 15° в обе стороны, вертикальной — от -3° до +42°. Прицел — Rbfl 36. Возимый боекомплект — 18 выстрелов.

Вспомогательное вооружение — пулемет MG34 (реально им комплектовались не все самоходки) и два пистолета-пулемета МР38 либо МР40, перевозимые внутри боевого отделения. Пулемет мог устанавливаться на вертлюге для зенитной стрельбы.

Гораздо меньше, чем «Хуммель», была распространена другая 150-мм САУ — 15 cm lg.sFH 13 (Sf) auf Geshützwagen Lr.S.(f), созданная путем установки артчасти устаревшей гаубицы lg.sFH 13 на шасси трофейного французского тягача «Лоррэн». Орудие, установленное в открытой сверху рубке, имело углы горизонтальной наводки по 7° в обе стороны, вертикальной — от 0° до +40°. Дальность стрельбы была вдвое меньше, чем у новых 150-мм гаубиц — лишь 6200 м. Прицел — Rbfl 32. Возимый боекомплект был мизерным и составлял всего 8 выстрелов — что, впрочем, неудивительно, ведь весила САУ почти втрое меньше «Хуммеля»

Первая партия таких САУ в количестве 30 единиц была изготовлена фирмой «Алкетт» к июню 1942 г. Эти самоходки предназначались для частей германского Африканского корпуса — предусматривалось в артполки 15-й и 21-й ТД поставить по 12 САУ, а в 90-ю легкую дивизию — шесть. Но при доставке к месту назначения семь самоходок пошли на дно вместе с потопленными кораблями. Остальные же 23 были потеряны в боях к началу декабря 1942 г.

Вторую партию 150-мм САУ на шасси «Лоррэн» в течение июля-августа 1942 г. изготовило в Париже «Баукоммандо Беккер». 64 самоходки поступили на вооружение 1-го и 2-го самоходно-артиллерийских полков, а в конце 1942–1943 гг. были переданы в состав нескольких дивизий, в т. ч. воссозданной после разгрома в Африке 21-й ТД. Большинство их погибло в Нормандии к августу 1944 г.

ТТХ 150-мм самоходных гаубиц 15 cm sFH 18/1 (Sf) auf Gestatzwagen III/IV (Sd.Kfz.165) см. приложение.

Как уже неоднократно отмечалось, в вермахте доминировала гаубичная артиллерия. Тем не менее, несколько сотен дивизионных пушек — частью старых образцов, частью модернизированных — нашли применение в дивизиях. Прежде всего, следует упомянуть стандартное орудие артиллерии рейхсвера — пушку FK 16 nA. Это орудие представляло собой модернизированный вариант пушки FK 16 (nA — «новый образец»), в которой исходный ствол калибра 77 мм был заменен новым — 75-мм. В отличие от большинства зарубежных пушек калибра 75–76,2 мм это орудие имело не унитарное, а раздельно-гильзовое заряжание. Германская пушка имела четыре заряда, что позволяло применять её для навесной стрельбы.

К 1 сентября 1939 г. вермахт располагал примерно 350 пушками FK 16 nA, применявшимися в береговой обороне и учебных частях. Но на рубеже 1941/42 гг. ввиду больших потерь в легких гаубицах эти пушки стали направлять на фронт. Для FK 16 nA были созданы бронебойный и три типа кумулятивных снарядов, что сделало её довольно эффективным противотанковым средством. К марту 1945 г. в войсках ещё оставалось 24 такие пушки.

В 1930 г. фирма «Крупп» спроектировала 75-мм легкую полевую пушку leFK 18. Поначалу её рассматривали в качестве дополнения к 105-мм гаубице, но впоследствии от массового производства leFK 18 отказались. К началу Второй мировой войны в составе вермахта была единственная четырехорудийная батарея с такими орудиями (в составе кавалерийской бригады). С началом войны производство leFK 18 возобновили — к концу 1939 г. изготовили восемь таких пушек, а в 1940 г. — ещё 96. На этом производство leFK 18 окончательно прекратилось. По состоянию на 1 марта 1945 г. в войсках находилось 35 таких орудий, а на складах — четыре.

Пушка leFK 18 имела ствол-моноблок без дульного тормоза, горизонтальный клиновой затвор, раздвижные станины, деревянные колеса. Боекомплект состоял из тех же типов снарядов, что и для FK 16 nA, но заряды были более мощными, а их количество уменьшилось до трех.

В 1938 г. по заказу Бразилии фирма «Крупп» создала новую 75-мм полевую пушку. Орудие имело дульный тормоз и горизонтальный клиновой полуавтоматический затвор. Станины — коробчатые раздвижные, колеса металлические обрезиненные. В отличие от прежних образцов, это орудие имело унитарное заряжание. Бразилия заказала 144 75-мм пушки, но до начала Второй мировой войны успели отправить лишь 64 единицы. Остальные 80 до 1942 г. простояли на складе, после чего были конфискованы вермахтом и приняты на вооружение под обозначением FK 38.

В 1944 г. была предпринята попытка создания новой 75-мм полевой пушки путем наложения ствола противотанковой пушки Рак 40 на лафет легкой гаубицы leFH 18. Благодаря этому, угол возвышения удалось увеличить с 22° до 42°. Орудие приняли на вооружение под обозначением 7М85, но изготовить успели немного — порядка 100 единиц. Практически все такие системы поступили на вооружение крепостной артиллерии.

Вермахт использовал до двух десятков образцов зарубежных дивизионных пушек. В первую очередь упомянем конструкции известной чешской фирмы «Шкода» — весьма схожие конструктивно орудия калибров 76,5 и 80 мм:

8 cm FK 5/8(t) — чешское орудие со стволом длиной 28,7 калибров и максимальной дальностью стрельбы 9400 м. Пушка весила 1095 кг и стреляла снарядами весом 8 кг.

7.65 cm FK 17(ц) — австрийская пушка, полностью аналогична предыдущему образцу, но калибра 76,5 мм. По состоянию на 1 сентября 1939 г. вермахт располагал 241 пушкой FK 5/8(t) и FK 17(ц).

7.65 cm FK 300(j) — аналогична FK 17(ц). Несколько десятков пушек захвачено в 1941 г. в Югославии. Вариант с несколько отличающимся лафетом (чешское обозначение М 28) обозначался FK 304(j). На 1 марта 1944 г. вермахт использовал 63 пушки обеих образцов. Пушки М 28 калибра 75 мм поставлялись перед войной Румынии.

7.65 cm FK 17(t) и 7,65 cm FK 18(t) — чешские пушки, несколько различавшиеся по конструкции. Пушки образца 1917 г. поставлялись и Югославии, где были захвачены вермахтом и получили обозначение FK 303(j). Также использовались Румынией. В вермахте применялись, главным образом, в береговой обороне.

По состоянию на 1 марта 1944 г. вермахт располагал 81 пушкой FK 17(t) и FK 18(t) — 42 во Франции и 39 в Норвегии.

8,35 cm FK 18(ц) — 83,5-мм пушка М 18, находившаяся на вооружении австрийской армии. Могла применяться и как полевое, и как горное орудие — в последнем случае пушка в разобранном виде перевозилась тремя двуколками. Вес орудия в боевом положении 1478 кг, вес снаряда — 9,99 кг, максимальная дальность стрельбы — 12 080 м. Вермахтом использовалась на Балканах.

8 cm FK 30(t) — довольно современное чешское орудие со стволом длиной 38 калибров и максимальной дальностью стрельбы 13 400 м. Вес орудия в боевом положении — 1816 кг, вес снаряда — 8 кг. К началу Второй мировой войны вермахт располагал 184 пушками FK 30(t), по состоянию на 1 марта 1945 г. осталось 34 пушки (из них восемь на складах).

Вторую группу трофейных систем составляют орудия французского образца — производные от 75-мм пушки обр. 1897 г. разработки фирмы «Шнейдер».

7,5 cm FK 97(p) — польские пушки, захваченные во время сентябрьской кампании. Впоследствии 80 из них Германия продала Румынии, а часть стволов была использована для переделки в противотанковые пушки Рак 97/38.

7.5 cm FK 231(f), встречается также обозначение FK 97(f) — исходный образец, в количестве несколько тысяч захвачен во Франции. Вес в боевом/походном положении 1220/1995 кг, вес снаряда 6 кг. Длина ствола 36 калибров. Максимальная дальность стрельбы 11 200 м. Скорострельность благодаря крановому затвору и унитарному заряжанию довольно большая — 10–12 выстр./ мин, но углы обстрела недостаточны: вертикального — от -10° до +18,5°, горизонтального — всего 60. Значительная часть переделана в противотанковые пушки Рак 97/38.

^{75-мм пушка FK 231(f)}

7.5 cm FK 232(f) — переделка пушки обр. 1897, французское обозначение обр. 97/33. Имела новый лафет с раздвижными станинами, благодаря чему удалось существенно увеличить диапазон углов обстрела: вертикального — от -6° до +50°, горизонтального — 58°. Считалась неудачной, поставлялась, главным образом, на экспорт (в частности, в Бразилию), но некоторое количество пушек обр. 97/33 стало трофеями вермахта.

7.5 cm FK 244(i) — пушка французской разработки, производившаяся по лицензии в Италии.

Довольно широко вермахтом применялись пушки системы Круппа, экспортированные в ряд стран, а затем ставшие трофеями.

7.5 cm FK 235(b) — пушка М 05, производившаяся по лицензии в Бельгии. Длина ствола 30 калибров. Вес орудия в боевом/походном положении 1190/1835 кг, вес снаряда 6,52 кг. Максимальная дальность стрельбы 9900 м.

7.5 cm FK 233(b) — переделка полученных Бельгией по репарации германских 105-мм гаубиц leFH 16. Бельгийское обозначение — GP 1. Исходный ствол заменен 75-мм длиной 35 калибров. От гаубицы «унаследован» довольно большой диапазон углов вертикальной наводки — от -18° до +42°. Максимальная дальность стрельбы — 11 000 м. Некоторое количество не прошедших переоборудование гаубиц leFH 16 также было захвачено вермахтом в Бельгии — они обозначались 10,5 cm leFH 327(b).

7.5 cm FK 234(b) и 7,5 cm FK 236(b) — несколько отличающиеся в деталях переделки репарационных 77мм пушек FK 16 под стандартный в бельгийской армии калибр 75 мм. Бельгийские обозначения — GP 11 и GP 111. По баллистическим качествам весьма схожи с германским орудием FK 16 nA. Все трофейные бельгийские пушки применялись почти исключительно в оккупационных войсках на территории Бельгии.

7.5 cm FK 240(d) — пушка М 03, поставлявшаяся Дании, где использовалась под обозначением 03 L/30. Захвачена в небольшом количестве.

7.5 cm FK 243(h) — пушка М 02/04, производившаяся в Голландии фирмой «Сидериус». Вес в боевом положении 1299 кг, вес снаряда 6,5 кг. Максимальная дальность стрельбы 10 600 м. По состоянию на 1 марта 1944 г. в вермахте насчитывалось 169 таких орудий, большинство из которых (134 единицы) использовалось на Балканах.

7.5 cm FK 257(i) — пушка М 06, производившаяся по лицензии в Италии. Длина ствола 30 калибров. Вес орудия в боевом положении 1080 кг, вес снаряда 6,35 кг. Максимальная дальность стрельбы 10 250 м. Захвачено в 1943 г. более 200 единиц.

Конкурентом Круппа в начале ХХ века была фирма «Эрхардт». Она также поставляла на экспорт полевые пушки, ставшие трофеями вермахта, хотя и не в таком количестве, как крупповские.

7.5 cm FK 246(n) — пушка М 01, поставлявшаяся в Норвегию. Использовалась вермахтом весьма ограниченно — в количестве примерно 80 единиц. Баллистические характеристики в основном соответствовали крупповской пушке М 02/04.

Вермахтом использовались и трофейные дивизионные пушки русских (советских) образцов.

^{Гаубица leIG 18}

76.2 cm FK 294(r) — старые, не модернизированные орудия обр. 1902 г.

7.5 cm FK 02/26(p) — русские пушки обр. 1902 г., попавшие в Польшу и перестволенные на калибр 75 мм. В Польше эта система применялась в конной артиллерии и имела прозвище «православная».

76.2 cm FK 295/1(r) и FK 295/2(r) — модернизированные орудия образца 1902/30 г. Отличались длиной ствола — соответственно, 30 и 40 калибров.

76.2 cm FK 296(r) и FK 297(r) — новые дивизионные пушки обр. 1936 г. (Ф-22) и 1939 г. (Ф-22УСВ). Значительная часть переделана в противотанковые пушки Pak 36(r) и Pak 39(r).

Среди других трофейных образцов дивизионной артиллерии отметим несколько типов пушек-гаубиц.

8.5 cm KH 287(g) — 85-мм пушка-гаубица обр. 1927 г. Разработана французской фирмой «Шнейдер» по заказу Греции. Современная конструкция, имевшая лафет с раздвижными станинами и хорошие баллистические характеристики. Захвачено вермахтом немного, применялись исключительно в оккупационных войсках на территории Греции.

8,76 cm FK 280(e), FK 281(e) и FK 282(e) — английские 87,6-мм пушки-гаубицы Мк 2. Захвачены у Дюнкерка и в Северной Африке. Модели отличались конструкцией лафета.

Так же, как и среди дивизионных пушек, среди трофейных гаубиц были очень широко представлены гаубицы чешской фирмы «Шкода».

10 cm leFH 14(ц) — 100-мм гаубицы обр. 1914 г. Получены в результате аншлюса Австрии.

10 cm leFH 315(i) — те же гаубицы обр. 1914 г., захваченные в 1918 г. у Австро-Венгрии Италией, а в 1943-м ставшие германскими трофеями (порядка 150 единиц).

10 cm leFH 14/19(t), leFH 14/19(p), leFH 316(j) и leFH 14/19(g) — гаубицы обр. 1914/19 г. Взяты соответственно в Чехии (382 единицы), Польше (676, из них 72 в конце 1940 г. проданы Румынии), Югославии (около полусотни) и Греции. Вес орудия в боевом/ походном положении 1505/2025 кг, вес снаряда 14 кг. Длина ствола 24 калибра. Угол вертикальной наводки — от -7° до +48°, горизонтальной — 5°. Максимальная дальность стрельбы — 9970 м.

10 cm leFH 316(j) — 100-мм гаубица М 28, поставлявшаяся в очень ограниченном количестве (порядка

20 единиц) Югославии и захваченная вермахтом в апреле 1941 г. Отличалась универсальным лафетом с углом возвышения 80°, что позволяло применять орудие для зенитной стрельбы.

10 cm leFH 30(t) — усовершенствованный вариант «универсальной» гаубицы. Вес системы в боевом/походном положении 1766/3077 кг, вес снаряда 16 кг. Длина ствола 25 калибров. Угол вертикальной наводки — от -8° до +80°, горизонтальной — 8°. Максимальная дальность стрельбы — 16 000 м. Взято около 150 единиц, большинство из которых (127) поступило в войска СС.

Вермахт эксплуатировал некоторое количество французских 105-мм гаубиц двух образцов.

10.5 cm leFH 324(f) — гаубица обр. 1934 г. Разработка фирмы «Шнейдер». Вес орудия в боевом положении 1722 кг, вес снаряда 15,7 кг. Длина ствола 20 калибров. Угол вертикальной наводки — от -8° до +43°, горизонтальной — 45°. Максимальная дальность стрельбы — 10 700 м.

10.5 cm leFH 325(f) — гаубица обр. 1935 г. Разработка арсенала в Бурже. Вес орудия в боевом положении 1627 кг, вес снаряда 15,7 кг. Длина ствола 16,7 калибров. Угол вертикальной наводки — от -6° до +50°, горизонтальной — 58°. Максимальная дальность стрельбы —

10 300 м. На 1 марта 1944 г. в вермахте насчитывалось 50 гаубиц leFH 324(f) и 62 — leFH 325(f). Подавляющее большинство их использовалось в системе береговой обороны во Франции.

Менее распространенными были полевые гаубицы ещё нескольких западноевропейских образцов.

10.5 cm leFH 326(i) — 105-мм гаубица итальянской фирмы «Ансальдо». Отличалась довольно архаичной конструкцией и имела относительно низкие баллистические характеристики.

10.5 cm leFH 325(d) — 105-мм гаубица шведской фирмы «Бофорс». Поставлялась в Данию, где принята на вооружение под обозначением М 35.

12 cm leFH 373(h) — устаревшая 120-мм гаубица шведской фирмы «Бофорс». Поставлялась в Голландию, где вермахтом захвачено 40 единиц. Применялись в береговой артиллерии.

12 cm leFH 375(n) — 120-мм гаубица, поставлявшаяся фирмой «Рейнметалл» в 1908 г. в Норвегию. Захвачено 24 единицы, применявшиеся в береговой артиллерии.

Наконец, очень широко применялись трофейные советские гаубицы калибра 122 мм.

12.2 cm leFH 386(r) — гаубица обр. 1909/37 г.

12.2 cm leFH 388(r) — гаубица обр. 1910/30 г.

12.2 cm leFH 396(r) — гаубица М-30 обр. 1938 г.

О масштабах применения 122-мм гаубиц может свидетельствовать тот факт, что германская промышленность наладила выпуск снарядов к ним, а объем производства исчислялся сотнями тысяч в год (1943 г. — 424 тыс. снарядов, 1944 — 696,7 тыс., 1945 — 133 тыс.).

Снова перечень начнем с изделий фирмы «Шкода».

15 cm sFH 15(t) — 150-мм гаубица времен Первой мировой войны. Вермахту досталось 42 такие системы, применявшиеся в учебных частях.

15 cm sFH 25(t) — 150-мм гаубица, выпускавшаяся с 1925 по 1933 гг. Вес в боевом положении 3740 кг, вес снаряда 42 кг. Длина ствола 18 калибров. Угол вертикальной наводки — от -5° до +70°, горизонтальной — всего 7°. Максимальная дальность стрельбы —

11 800 м. В вермахте использовалось 219 единиц. В частности, в последние месяцы войны их использовали 1147-й, 1149-й и 1162-й стационарные артдивизионы.

15 cm sFH 37(t) — современная 150-мм гаубица (фирменное обозначение К 4). В отличие от предыдущего образца имела лафет с раздвижными станинами, благодаря чему угол горизонтальной наводки увеличен до 45°. Вес в боевом положении — 5230 кг. Длина ствола — 24 калибра. Максимальная дальность стрельбы — 15 750 м. Вермахтом в 1939 г. получено 118 таких систем, ещё 60 фирма «Шкода» изготовила по германскому заказу с апреля по август 1940 г.

15 cm sFH 400(i) и 15 cm sFH 401(i) — бывшие австро-венгерские гаубицы обр. 1914 г. и 1914/16 г., ставшие итальянскими трофеями, а в 1943 г. захваченные вермахтом (несколько десятков экземпляров).

15 cm sFH 402(j) — югославская гаубица М 36. Разработана в 1933 г. фирмой «Шкода» и кроме Югославии поставлялась в Турцию и Румынию. Длина ствола 27 калибров. Вес орудия в боевом положении 5020 кг. Угол вертикальной наводки — от -5° до +70°, горизонтальной — 45°. Максимальная дальность стрельбы — 15 100 м.

^{Схема гаубицы le.F.H.18}

Вермахт эксплуатировал более тысячи 155-мм гаубиц французской разработки. Среди них встречались следующие образцы:

15,5 cm sFH 414(f) — гаубица обр. 1917 г. разработки фирмы «Шнейдер». В 30-е гг. эти системы прошли модернизацию, получив подрессоривание и металлические колеса вместо деревянных. Вес гаубицы в боевом положении 3300 кг, вес снаряда 44 кг. Длина ствола 15 калибров. Угол вертикальной наводки — от 0° до +42° горизонтальной -60°. Максимальная дальность стрельбы — 11 200 м. К марту 1944 г. в вермахте и войсках СС насчитывалось 782 такие гаубицы, из них 342 — во Франции, 275 — на Восточном фронте, 110 — в Норвегии, 36 — на Балканах и 19 — в Италии. Они применялись в ряде отдельных артдивизионов — 929-м, 1140-м, 1180-м, 1181-м, 1182-м и др.

15.5 cm sFH 17(p) — модернизированная в Польше «шнейдеровская» гаубица обр. 1917 г. Польское обозначение — обр. 17/38. Орудие получило новый лафет с раздвижными станинами, благодаря чему существенно возросли углы обстрела. Угол вертикальной наводки составлял от 0°до +55°, горизонтальной — 50°. В сентябре 1939 г. вермахтом захвачено около 220 единиц.

15.5 cm sFH 415(f) — гаубица обр. 1915 г. разработки фирмы «Сен-Шамон». Устаревшая система с небольшой дальностью стрельбы и лафетом на деревянных колесах без подрессоривания. Вермахт использовал 198 таких систем.

Довольно много было захвачено вермахтом 152-мм гаубиц «Виккерс» образца 1915 г.

15.2 cm sFH 412(e), sFH 412(f) и sFH 412(i) — захваченные, соответственно у британского экспедиционного корпуса (220 единиц), у французской и итальянской армий.

Следует упомянуть и советские 152-мм гаубицы и пушки-гаубицы.

15.2 cm sFH 445(r) — гаубица обр. 1909/30 г.

15.2 cm sFH 443(r) — гаубица М-10 обр. 1938 г.

15.2 cm КH 433/1(r) — гаубица-пушка МЛ-20 обр. 1938 г.

15.2 cm К 433/2(r) — пушка обр. 1910/34 г., баллистические данные которой были почти идентичны МЛ-20. Обе системы — RH 433/1(r) и К 433/2(r) — были захвачены в количестве 974 единицы. Они применялись, главным образом, в моторизованных дивизионах РГК. Так, 985-й, 992-й и 997-й дивизионы имели по три батареи таких орудий, а 456-й, 457-й и 460-й — по две, а также по одной батарее 122-мм пушек.

По состоянию на 1 сентября 1939 г. вермахт располагал 254 горными пушками калибра 75 мм. Подавляющее большинство из них относилось к типу GebK

15 разработки фирмы «Шкода», причем это были не захваченные в Чехословакии орудия, а пушки, использовавшиеся ещё кайзеровской армией в годы Первой мировой войны. Имелось также очень небольшое количество таких же старых пушек GebK 14 системы «Круппа». Для расширения боевых возможностей пушек в их боекомплект в 1941 г. ввели в дополнение к осколочнофугасной гранате кумулятивный снаряд.

Попытки модернизировать артиллерийский парк горнострелковых дивизий предпринимались со средины 30-х гг. В частности, в 1935 г. фирмой «Рейнметалл» было создано 75-мм горное орудие 7,5 cm GebG 36. Но вследствие длительной доводки поставки нового орудия в войска начались лишь после французской кампании 1940 г. Серийное производство осуществляла фирма «Вольф» (г. Магдебург).

Орудие GebG 36 имело ствол-моноблок с дульным тормозом. Затвор клиновой горизонтальный. От щита для экономии веса отказались. Лафет с раздвижными коробчатыми станинами. При разработке орудия учли опыт использования артиллерии в горах. Поскольку германским горным стрелкам очень часто приходилось вести боевые действия на снежных или ледяных покровах, лафет пушки установили на широкие полозья (лыжи). Причем на полозьях орудие могло как вести огонь, так и транспортироваться по заснеженной местности. Все рукоятки, замки и крепежные болты, предназначенные для разборки орудия на части, выполнили увеличенных размеров для облегчения манипуляций с ними в рукавицах.

По сравнению с GebK 15 новое орудие имело существенно большую дальность стрельбы — 9250 м. Но вес орудия возрос незначительно — до 750 кг. Вследствие этого, GebG 36 было неустойчивым при стрельбе максимальным (пятым) зарядом на углах возвышения менее 15°. Даже огонь кумулятивным снарядом прямой наводкой предписывалось вести с применением 4-го заряда. В боекомплект входили следующие типы снарядов:

— Gr 34A1 — граната весом 5,74 кг;

— KGr Rot Al — граната весом 5,83 кг;

— Gr 38 — кумулятивный снаряд весом 4,40 кг.

Серийное производство GebG 36 началось в 1939 г., когда было произведено 59 таких орудий, и продолжалось до самого конца войны. Причем в 1940-41 гг. темп выпуска был относительно невысок — изготовили, соответственно, 70 и 84 единицы. А вот с 1942 г. объем производства резко возрастает, поскольку GebG 36 начали поставлять не только в горные, но и в егерские дивизии. В 1942 г. изготовили 216 таких орудий, в 1943-м — 242, в 1944-м — 456, и, наконец, в 1945 г. — 66 единиц. Таким образом, общий объем производства GebG 36 составил 1193 единицы, из них на 1 марта 1945 г. в войсках находилось 615 орудий и ещё 12 было на складах. Стоимость серийного экземпляра GebG 36 составляла 17 000 рейхсмарок.

В 1943 г. фирма «Бёлер» начала разработку нового образца 75-мм горного орудия, впоследствии получившего обозначение GebG 43. Характерным его отличием от прочих германских горных орудий было помещение ствола в люльку обойменного типа, где накатники были помещены над стволом, а тормоз отката — под стволом. Мощный дульный тормоз поглощал 88 % энергии отката. Щит отсутствовал. Раздвижные станины представляли собой двутавровые балки с вырезанными отверстиями облегчения. Баллистика и боеприпасы аналогичны GebG 36.

Четыре опытных экземпляра GebG 43 проходили испытания в 1943-44 гг. Серийное производство предполагалось начать в январе 1945 г. выпуском 50 экземпляров, но сколько в действительности было произведено таких орудий — неизвестно.

Горные части вермахта ощущали нехватку системы более тяжелой, чем 75-мм орудие, но, в то же время, приспособленной к условиям горной войны — штатная 105-мм гаубица leFH 18 была слишком тяжелой и неприспособленной к перевозке на вьюках. В 1940-41 гг. фирмы «Бёлер» и «Рейнметалл» на конкурсной основе осуществили разработку 105-мм горной гаубицы. Оба образца имели одинаковую баллистику, но «бёлеровская» гаубица была легче — весила 1660 кг против 1725. В итоге, именно эту конструкцию приняли на вооружение под обозначением 10,5 cm GebH 40.

Гаубица имела ствол-моноблок с дульным тормозом и горизонтальным клиновым затвором. Щит отсутствовал. Орудие было разборным, причем существовало два варианта разборки — на четыре и пять частей. Но составные части все равно были слишком тяжелые для перевозки на конских вьюках.

Снаряды GebH 40 были взаимозаменяемыми со снарядами гаубицы leFH 18, но заряды были другими. В боекомплект входили:

— FH Gr(Al) — осколочно-фугасная граната с аммоналовым снаряжением. Вес снаряда 14,8 кг, вес ВВ 1,9 кг;

— Gr 39 Rot Hl/A FES — кумулятивный снаряд весом 12,29 кг;

— Lt Gr — осветительный парашютный снаряд весом 14,02 кг.

Зарядов шесть, вес 1-го — 0,27 кг, 6-го — 2,06 кг. Кроме того, для стрельбы кумулятивным снарядом применялся специальный заряд весом 2,12 кг.

Первая партия из 30 гаубиц GebH 40 была изготовлена в 1942 г. В 1943 г. войска получили 104 таких орудия, в 1944-м — 223, и в 1945-м — 63. Общий объем выпуска составил 420 единиц. К 1 марта 1945 г. в войсках находилось 88 GebH 40 и ещё семь было на складах. Гаубица была довольно дорогой — она стоила 54 850 рейхсмарок, в 4,5 раза дороже 105-мм гаубицы leFH 18. Даже 150-мм гаубица sFH18 была в полтора раза дешевле GebH 40!

10.5 cm GebH 16/19(t) — чешская 105-мм горная гаубица обр. 1916/19 г. Разработка фирмы «Шкода». Длина ствола 23,8 калибра. Вес орудия в боевом положении 1280 кг. Угол вертикальной наводки — от -8° до +70°, горизонтальной — 12°. Максимальная дальность стрельбы — 10 900 м. Лафет однобрусный, колеса деревянные, рассчитанные только на конную тягу. Применялись снаряды от полевой гаубицы leFH 18. Имелось 47 единиц, все — в составе горнострелковых дивизий войск СС.

10.5 cm GebH 316(i) — бывшие австро-венгерские горные гаубицы «Шкода», захваченные Италией, а в 1943 г. ставшие германскими трофеями. От GebH 16/19(t) эта система отличалась более коротким стволом (18,4 калибра) и меньшей дальностью стрельбы — 9280 м. Было захвачено около 70 единиц.

6.5 cm GebK 216 (i) — 65-мм итальянская горная пушка модели 65/17. Разработана фирмой «Виккерс-Терни» в 1913 г. К началу Второй мировой войны не отвечала требованиям времени ввиду малого угла возвышения (всего 20°) и наличия в боекомплекте лишь шрапнельного снаряда (уже во время войны была введена и осколочная граната). Тем не менее, более 50 единиц применялось вермахтом, главным образом — на Балканах.

7,5 cm GebK 238(f) — 75-мм французская горная пушка. Разработка фирмы «Шнейдер». Длина ствола 18,6 калибров. Вес орудия в боевом положении 659 кг. Угол вертикальной наводки — от -10° до +40°, горизонтальной — 10°. Максимальная дальность стрельбы — 9600 м. Возка осуществлялась парой лошадей, а для вьючки орудие разбиралось на семь частей. Вермахтом было захвачено несколько десятков таких пушек, из них к марту 1944 г. оставалось 18 единиц.

7,62 cm GebK 307(r) — 76,2-мм советская горная пушка обр. 1938 г. К марту 1944 г. вермахт располагал 21 таким орудием.

75-мм легкое пехотное орудие спроектировано в КБ концерна «Рейнметалл» в 1927 г. На вооружение частей рейхсвера новая артсистема, получившая наименование 7,5 cm leihte Infanteriegeschütz 18 (leIG 18), начала поступать в 1932 г.

В конструктивном отношении орудие leIG 18 было весьма оригинальным — в нем применялась схема заряжания, не нашедшая применение ни в одной другой германской артсистеме. Затворная рукоятка сдвигала не затвор (как у обычных орудий), а целый узел ствола — по аналогии с «переламыванием» охотничьих ружей. Ствол представлял собой моноблок, соединенный с салазками посредством двух цапф, расположенных в дульной части ствола и служащих осью вращения при поднимании и опускании ствола. Никаких преимуществ подобная схема не давала, и в других орудиях не применялась.

Ствол орудия очень короткий — 11,8 калибров. Механизм вертикальной наводки обеспечивал очень большой диапазон углов наведения — от -10° до +75°. А вот угол горизонтального обстрела из-за применения однобрусного лафета был мал — всего 11°. Накатник — гидропневматический, тормоз отката — гидравлический, веретенного типа.

Боекомплект leIG 18 состоял из выстрелов раздельного заряжания (гильза стальная либо латунная) со снарядами следующих типов:

— 7,5 cm IGr 18 — осколочно-фугасный весом 5,44 кг. Вес заряда ВВ — 695 г;

— 7,5 cm IGr 18А1 — осколочно-фугасный весом 6 кг. Вес заряда ВВ — 695 г;

— 7,5 cm IGr 38 — кумулятивно-осколочный весом 2,85 кг. Вес заряда ВВ — 538 г. Принят на вооружение в конце 1941 г.;

— 7,5 cm IGr 38 Hl/A — кумулятивный весом 3 кг. Бронепробиваемость — 90 мм. Принят на вооружение в 1942 г. Подавался в унитарном патроне;

— 7,5 cm IGr Deut — снаряд для целеуказания весом 6 кг. Содержал 100 картонных кружков кирпичного цвета и 120 — жестяных красного цвета, разбрасываемых по местности под действием вышибного заряда.

Таблица стрельбы снарядами 7,5 cm IGr 18 и 7,5 cm IGr 18А1

В 1937 г. для вооружения горнострелковых частей приняли легкое горное орудие leGebIG 18. Главным отличием от leIG 18 был новый лафет с раздвижными станинами, позволивший увеличить угол горизонтального обстрела до 35°. Кроме того, для обеспечения переноски в конских или людских вьюках орудие могло разбираться на десять частей. К сентябрю 1939 г. в горнострелковые дивизии поступило 95 leGebG 18.

Для вооружения парашютных частей был создан ещё один разборный вариант — leIG 18F (F — Falschirjäger, т. е. «парашютист»). Это орудие разбиралось на четыре части для сбрасывания с парашютом. Подобно горному варианту, лафет имел раздвижные станины, но металлические колеса имели меньший диаметр, а щит отсутствовал. Производство ограничилось опытной партией в шесть единиц — для парашютных частей более удобными признали безоткатные орудия.

В 1943 г. был создан модифицированный вариант пехотного орудия — 7,5 cm leihte Infanteriegeschütz 37 (leIG 37), представлявший собой артсистему на лафете трофейной советской 45-мм противотанковой пушки обр. 1937 г. (отсюда и обозначение — leIG 37). В дальнейшем применялись и лафеты 37-мм противотанковых пушек Рак 35/36. Орудие получило удлиненный ствол с мощным щелевым тормозом и клиновым полуавтоматическим затвором, позволившим увеличить скорострельность. Правда, из-за конструкции лафета угол возвышения пришлось ограничить 25°.

В боекомплект leIG 37 входили те же снаряды, что и для leIG 18, но максимальный заряд весил вдвое больше. В сочетании с более длинным стволом это обеспечивало максимальную начальную скорость осколочнофугасного снаряда 280 м/с против 216 м/с.

Первая партия из 84-х орудий leIG 37 была отправлена на фронт в июне 1944 г., а в марте 1945 г. вермахт располагал уже 1304 такими орудиями.

Существенным недостатком leIG 37 был недостаточный для пехотного орудия угол возвышения. Конструкторы фирмы «Крупп» попытались улучшить этот параметр, создав орудие leIG 42. Имея такой же ствол, как и leIG 37, оно отличалось щитом измененной формы и увеличенным до 32° углом возвышения. Производство этой системы началось осенью 1944 г. — в октябре на фронт отправили первую партию из 39 leIG 42.

ТТХ 75-мм пехотных орудий см. приложение.

Для полноты картины следует упомянуть два трофейных образца, занимающих примерно ту же нишу, что и leIG 18. Первый из них — это британская 94-мм пехотная пушка-гаубица системы Виккерса. Несколько единиц таких орудий было захвачено в Норвегии и принято на вооружение вермахта как 9,4 cm IKH 302(e). Второй — советская 76,2-мм полковая пушка обр. 1927 г., обозначавшаяся в времахте как 7,62 cm IKH 290(r). Таких орудий было на несколько порядков больше — к концу 1943 г. вермахт располагал 1815 единицами!

В 1927 г. в КБ «Рейнметалл» разработали тяжелое 150-мм пехотное орудие. Но в течение нескольких лет эта система не могла завоевать доверие военных, считавших её слишком тяжелой. Система могла так и кануть в небытие, если бы не советский заказ — 28 августа 1930 г. с фирмой БЮТАСТ (подставной конторой концерна «Рейнметалл») был заключен договор о поставке восьми 150-мм мортир (как классифицировались эти орудия в СССР) переделанных под калибр 152,4 мм, и помощи в налаживании лицензионного производства. Орудие приняли на вооружение под обозначением «152-мм мортира обр. 1931 г.», а в документах оно часто фигурировало как «НМ» — «немецкая мортира». Путиловский завод выпустил в 1932-35 гг. небольшую партию таких орудий, а всего на вооружении Красной Армии (с учетом поставленных из Германии) состояло 105 орудий «НМ».

Признание, полученное тяжелым пехотным орудием за рубежом, подтолкнуло германское военно-политическое руководство принять эту систему на вооружение. В 1933 г. на вооружении рейхсвера появилось 15 cm schweres Infanteriegeschütz 33 (sIG 33) — 15-см тяжелое пехотное орудие обр. 1933 г.

В конструктивном отношении sIG 33 представлял собой вполне заурядную систему. Ствол калибром

149,1 мм имел длину 1700 мм (11,4 калибра). Он состоял из трубы-моноблока и казенника, надетого на казенную часть трубы и укрепленного соединительной гайкой. Дульный тормоз отсутствует. Затвор клиновой горизонтальный. Число нарезов — 44, крутизна (постоянная) — 22,4 калибра.

Двумя захватами ствол соединен с люлькой корытного типа, в которой размещены неподвижные противооткатные устройства: слева — гидравлический тормоз отката веретенного типа, справа — гидропневматический накатник, состоящий из двух цилиндров, расположенных один над другим в общей обойме. Уравновешивающий механизм пружинный, толкающего типа, расположенный по бокам в виде двух колонок. Подъемный механизм секторного типа. При горизонтальном наведении лобовая часть станка скользила по боевой оси.

Лафет массивной конструкции, коробчатый однобрусный, двухколесный. Щит для обеспечения максимальных углов вертикальной наводки, так же, как и в легком пехотном орудии leIG 18, крепился перед колесами. Колеса алюминиевые литые с железными шинами и резиновыми бандажами (для мехтяги) либо без последних (для конной). Лафет имеет торсионное подрессоривание, что позволяло буксировать орудие мехтягой со скоростью 35–40 км/ч.

Угол горизонтальной наводки составлял по 11,5° вправо и влево, вертикальной — от -4° до +75°. Прицел Z.E. 34.

Вес орудия в боевом положении в версии для мехтяги составлял 1800 кг, в походном — 1825 кг, в варианте для конной тяги — соответственно 1680 и 1700 кг. Как видим, орудие действительно было тяжелым, поэтому в конце 30-х гг. была предпринята попытка облегчить систему, заменив в конструкции лафета сталь легкими сплавами. Такой лафет был легче на полтора центнера, но до начала Второй мировой войны их успели изготовить очень немного, а затем ввиду дефицита легких металлов вновь вернулись к стальным лафетам. Габариты орудия: длина 4300 мм, ширина 2150 мм, высота 1650 мм. Расчет sIG 33 состоял из семи человек. Практическая скорострельность — 2–3 выстр/мин.

Боекомплект sIG 33 состоял из выстрелов раздельного заряжания. В его состав входили следующие снаряды:

— 15 cm IGr 33 и 15 cm IGr 38 — стандартные осколочно-фугасные снаряды весом 38 кг, снаряженные аматолом (вес ВВ — 8,3 кг);

— 15 cm IGr 38 Nb — дымовой снаряд весом 40 кг. Снаряд создавал облако задымления диаметром около 50 м. Среднее время задымления составляло 40 с;

— 15 cm IGr 38 Br — зажигательный снаряд весом 39,7 кг;

— 15 cm IGr 39 HL/A — кумулятивный снаряд весом

24,6 кг, снаряженный гексогеном (вес ВВ 4,14 кг). Бронепробиваемость — 160 мм на дальности 100 м, максимальная (табличная) дальность стрельбы — 1200 м;

— 15 cm Stielgranate 42 — надкалиберный снаряд с трехперьевым стабилизатором, предназначенный для разрушения полевых укреплений и проделывания проходов в проволочных и минных заграждениях. Вес снаряда — 89,5 кг, все ВВ (аматол) — 54 кг. Для сравнения: мина Ф-364 советского 240-мм миномета «Тюльпан» содержит 31,9 кг ВВ. Но в отличие от миномета, sIG 33 могло стрелять прямой наводкой по дотам, домам и другим целям. Для стрельбы Stielgranate 42 применялись специальные заряды с весом пороха 760–880 г. Начальная скорость снаряда — 105 м/с, максимальная дальность стрельбы — около 1000 м.

Гильза латунная или стальная длиной 113,1 мм, диаметр фланца 170,2 мм. Заряд состоял из основного пакета и шести разновесных пучков дигликолевогого или нитроглицеринового пороха.

Таблица стрельбы снарядами 15 cm IGr 33 и 15 cm IGr 38

Серийный выпуск sIG33 начался в 1933 г. на предприятии концерна «Рейнметалл». Орудие оказалось довольно дорогим — оно стоило 20 450 рейхсмарок. Легкое пехотное орудие leIG18 стоило втрое меньше — 6700 рейхсмарок, даже дивизионная 105-мм гаубица leFH18 обходилась дешевле — 16 400 рейхсмарок.

К сентябрю 1939 г. было поставлено свыше 400 тяжелых пехотных орудий. После начала Второй мировой войны к их производству подключили предприятие концерна АЭГ в Берлине-Хеннигсдорфе и завод «Бохмише Ваффенфабрик» (бывший «Ческа Збройовка») в Страконицах. В общей сложности за годы войны произвели 4155 sIG33.

Производство sIG33 в годы Второй мировой войны

Бои начального периода Второй мировой войны показали целесообразность повышения мобильности sIG 33 путем создания самоходного варианта.

Первой попыткой стало создание самоходки на шасси легкого танка Pz.KpfW. I Ausf. B. Работы берлинской фирмой «Алкетт» велись весьма оперативно — прототип самоходного орудия продемонстрировали военным уже 29 января 1940 г. Но за оперативность пришлось заплатить крайним примитивизмом конструкции — орудие sIG33 установили прямо на корпусе танка вместе с лафетом и колесами (правда, на нескольких последних самоходках орудия монтировались уже без колес — на специальных опорах). Открытая сверху и сзади рубка из 10-мм бронелистов прикрывала артсистему и экипаж, состоявший из четырех человек — водителя, командира, выполняющего также функции наводчика, и двух заряжающих. Орудие комплектовалось прицелом Rbf136. Полностью от исходного образца были взяты двигатель с трансмиссией и ходовая часть.

В течение февраля фирма «Алкетт» изготовила 38 серийных самоходок, получивших обозначение 15 cm sIG 33 Sfl auf Pz.Kpfw. I Ausf. B. Большинство из них поступило на вооружение шести рот тяжелых пехотных орудий (Schweres Infanterie Geschätz Kompanie — S. Inf. Gesch. Kp.), формировавшихся согласно штату KStN179, утвержденному 30 марта 1940 г. В соответствии с ним, рота имела такую организацию:

— взвод управления в составе:

— отделения управления (5 мотоциклов, в т. ч. 1 с коляской, один легкий автомобиль);

— отделения радиосвязи (один «кюбельваген»);

— отделения боепитания (один мотоцикл, 3 2-тонных грузовика);

— три огневых взвода, а в каждом:

— отделение управления (один мотоцикл);

— отделения радиосвязи (один «кюбельваген»);

— отделения боепитания (один мотоцикл, два полугусеничных тягача Sd.Kfz.10 с прицепами);

— отделение орудий (две самоходки 15 cm sIG33 Sfl auf Pz.Kpfw. I Ausf. B).

Мы уже упоминали о том, что роты тяжелых пехотных орудий во время кампании во Франции были приданы танковым дивизиям вермахта. В ходе этих боев самоходки sIG 33 Sfl прекрасно справлялись с задачей непосредственной поддержки наступающей пехоты. Примером может служить бой 7-й ТД генерала Роммеля за местечко Хангест над р. Сомма 5 июня

1940 г. Продвижение немецких частей здесь заблокировало подразделение сенегальских стрелков из состава 5-й дивизии колониальной пехоты, располагавшее единственной 25-мм противотанковой пушкой. Укрепившись в городских каменных зданиях, сенегальцы оказались неуязвимыми для огня легких танков. Лишь ввод в бой орудий из 705-й роты позволил буквально проломить дорогу батальону мотоциклистов и, несмотря на отчаянное сопротивление, Хангест был взят. Этот пример показывает специфическую область боевого применения sIG 33 Sfl — уличные бои, уничтожение узлов сопротивления в городских и промышленных зданиях. Именно в таком амплуа применялись самоходки в боях на Балканах, где участвовали три роты тяжелых пехотных орудий, и на Восточном фронте, куда направили все шесть рот. Здесь они и были постепенно выбиты. При этом часто после выхода из строя самоходок, орудия попросту снимались с шасси и буксировались имеющимися в ротах полугусеничными тягачами Sd.Kfz. 10. Крайний примитивизм устройства самоходки сослужил в этом случае хорошую службу — зафиксированы факты восстановления САУ силами личного состава рот. Так, например, в феврале 1942 г. 701-я рота получила пять шасси танков Pz.Kpfw. I Ausf. B, на которые и были водружены имеющиеся орудия. Бронезащита в этом случае была представлена лишь орудийными щитами. Дольше всех 15 cm sIG 33 Sfl auf Pz.Kpfw. I Ausf. B эксплуатировала 704-я рота тяжелых пехотных орудий, приданная 5-й ТД. На 30 июня 1943 г. в ней числилось две такие установки, а последняя из них погибла осенью 1943 г.

Несмотря на успешное боевое применение в боях во Франции, sIG 33 Sfl так и осталось паллиативом, сделанным на скорую руку. Установка отличалась слишком большой высотой — 3,35 м, что делало её уязвимой на поле боя. К тому же, высоко расположенный центр тяжести создавал вполне реальную опасность опрокидывания при движении. Поэтому ограничились лишь небольшой партией таких самоходок, одновременно развернув работы по созданию более совершенных образцов.

Успешное применение пехотных орудий в боях, а, с другой стороны, — недостатки самоходки sIG 33 Sfl, обусловили необходимость разработки более совершенной САУ. В конце 1940 г. подобное решение было официально принято Отделом вооружений сухопутных войск. Разработкой занималась та же фирма «Алкетт», но в качестве шасси на этот раз использовали танк

Pz.Kpfw. II Ausf. B. При этом главное внимание обратили на уменьшение высоты боевой машины. Надо сказать, конструкторам вполне удалось решить эту проблему — высота самоходки не превышала 1600 мм, т. е., она была вдвое ниже предшественника.

Прототип, построенный на шасси серийного танка, был готов в феврале 1941 г. Испытания на полигоне в Кумерсдорфе вскрыли два главных недостатка — тесноту боевого отделения и перегрузку ходовой части, грозившую частыми поломками. В связи с этим, в конструкцию второго прототипа, изготовленного к лету 1941 г., внесли некоторые изменения: корпус удлинили на 600 мм, добавив шестой опорный каток, а также увеличили его ширину на 330 мм. В таком виде САУ приняли на вооружение под обозначением 15 cm sIG 33 auf Fahrgestell Pz.Kpfw. II, или же Sturmpanzer II.

Орудие sIG 33 в новой самоходке монтировалось по оси корпуса в его передней части сразу за местом механика-водителя (в отличие от базового танка, механик-водитель получил люк для входа-выхода). Спереди и с боков боевое отделение прикрывали листы брони толщиной 15 мм. Возимый боекомплект состоял из 30 выстрелов, а дополнительное вооружение включало пулемет MG34, перевозимым в боевом отделении. Прицельные приспособления были представлены панорамным прицелом Rbfl 36,

Силовая установка, согласно одним источникам, полностью соответствовала базовой машине — танку Pz.Kpfw. II Ausf. B — и включала двигатель «Майбах» HL62TRM мощностью 140 л.с. Другие же источники, наоборот, отмечают крайне малую степень использования агрегатов исходного шасси. В частности, применили восьмицилиндровый двигатель «Бюссинг-НАГ» L8V мощностью 155 л.с.

Экипаж состоял из четырех (по другим данным — пяти) человек.

Серийных установок Sturmpanzer II изготовили крайне мало — всего дюжину (семь единиц в декабре 1941 г. и пять — в январе 1942-го). Ими вооружили 707-и 708-ю роты тяжелых пехотных орудий, по организации существенно не отличавшиеся от рот с самоходками на шасси Pz.Kpfw. I. Обе роты отправили в Северную Африку — 708-я прибыла в Триполи в февраля 1942 г., а 707-я — в апреле. Их придали легким пехотным полкам 90-й легкой дивизии. Но эксплуатация САУ в условиях Северной Африки была не особо удачной. 25 мая 1942 г., накануне начала наступления, командование 90-й дивизии докладывало, что ввиду поломок двигателей самоходок 707-я и 708-я роты являются небоеспособными. К началу сражения у Эль-Аламейна в октябре 1942 г. в строю все ещё насчитывалось восемь Sturmpanzer II. С декабря участия их в боях не отмечалось. Последние шесть Sturmpanzer II были захвачены британцами в ремонтной мастерской во время капитуляции германских войск в Тунисе весной 1943 г. Позже англичане передали их Египту, и они ещё повевали в ходе первой арабо-израильской войны в 1948-49 гг.

В полевых мастерских Африканского корпуса с использованием орудия, снятого с поврежденного Sturmpanzer II, изготовили в единственном экземпляре самоходку на шасси среднего танка Pz.Kpfw. III Ausf. H. При этом с танка сняли башню и соорудили открытую сверху рубку, в которой и установили орудие.

Весьма интересным образцом являлась САУ Sturm-infanteriegeschbtz 33. Инициатива создания этой самоходки принадлежит известному инженеру и изобретателю Фердинанду Порше, до 1944 г. занимавшему пост председателя т. н. «танкового комитета» при рейхсминистерстве вооружений и боеприпасов. Во второй половине 1941 г. он сформулировал концепцию (вполне вероятно, навеянную советским танком КВ-2 со 152-мм гаубицей) хорошо защищенной 150-мм самоходки с полностью бронированной рубкой. В качестве шасси предлагалось применить танк Pz.Kpfw. III либо штурмовое орудие StuG III.

Несмотря на очевидные преимущества по сравнению с предыдущими импровизациями на шасси легких танков, предложение Порше поначалу встретило довольно прохладный прием в Отделе вооружений. Но благодаря личному вмешательству рейхсминистра вооружений и боеприпасов Фрица Тодта все-таки было принято решение заказать фирме «Алкетт» один прототип на шасси StuG III. Самоходка получила обозначение Sturm-infanteriegeschbtz

33 (сокращенно — StuIG 33), иногда в документах фигурировало и название Sturmpanzer 33. Прототип построили на рубеже 1941/42 гг., и «Алкетт» получил очередной заказ на производство малой серии StuIG 33, но работы велись ни шатко, ни валко — возможно, сказалась гибель «лоббиста» проекта Тодта в авиакатастрофе в феврале 1942 г.

Реанимировали проект StuIG 33 в сентябре 1942 г., когда первые же уличные бои в Сталинграде привели к большим потерям среди расчетов тяжелых пехотных орудий. 20 сентября Гитлер лично дал указание новому рейхсминистру вооружений и боеприпасов Альберту Шпееру в течение двух недель изготовить 12 (или хотя бы шесть) StuIG 33. Уже через два дня Шпеер доложил фюреру, что первые шесть самоходок будут готовы к 7 октября, ещё шесть — к 10-му, а в течение месяца будет сдана и вторая дюжина.

Выпуск всех 24-х Sturm-Infanteriegeschütz 33 фирма «Алкетт» завершила к середине ноября 1942 г. Несмотря небольшое количество построенных машин, они несколько отличались между собой — первая дюжина была изготовлена с применением шасси StuG III Ausf. E, а вторая

— StuG III Ausf. F/8. Двигатель в обоих случаях — «Майбах» HL120TRM мощностью 300 л.с.

StuIG 33 получила довольно большую угловатую полностью закрытую бронерубку. Толщина лобового листа, установленного под углом 80°, составляла 50 мм, но ещё до отправки на фронт защиту лобовой проекции дополнительно усилили 30-мм экраном, закрепленным болтами. Боковые стенки толщиной 50 мм имели угол наклона 65°, кормовая вертикальная стенка имела толщину всего 15 мм.

Экипаж StuIG 33 состял из пяти человек — командира, наводчика, заряжающего, стрелка-радиста и механика-водителя.

Орудие sIG 33 было смещено несколько вправо. Применение закрытой рубки существенно ограничило углы обстрела: если для Sturmpanzer II угол возвышения достигал 73°, то для StuIG 33 — всего 25°. Углы горизонтальной наводки также были минимальными — по 3° влево и вправо. Прицельное оборудование состояло из перископического прицела Sfl.Z.F.1 и панорамного Rbfl 36. Возимый боекомплект орудия состоял из 30 выстрелов. Дополнительное вооружение было представлено пулеметом MG34, установленным в амбразуре справа от орудия (боекомплект 600 патронов).

Самоходки первой серии немедленно доставили в район Сталинграда и 8 ноября 1942 г. передали в состав 177-го дивизиона штурмовых орудий. В тяжелых уличных боях все они были уничтожены. Вторую дюжину передали в батарею самоходных пехотных орудий 17-го учебного батальона. 11 апреля 1943 г. семь исправных StuIG 33 передали в 9-ю роту 201-го танкового полка 23-й ТД. В её составе самоходки принимали участие в боях на т. н. «Миус-фронте». Последнее орудие из этой партии было уничтожено в бою в октябре 1943 г.

Несмотря на очевидное преимущество над ранними вариантами самоходных тяжелых пехотных орудий, в массовое производство StuIG 33 так и не попало. Главной причиной был избыточный для применявшегося шасси вес рубки с артсистемой, снижавший надежность ходовой части. В связи с эти, уже в конце 1942 г. конструкторское бюро фирмы «Алкетт» начала работу над новой самоходкой — на этот раз, на базе Pz.Kpfw. IV. Так родился «штурмовой танк» Sturmpanzer IV «Бруммбар» — одна из наиболее удачных боевых машин панцерваффе. Но он вооружался уже не орудием sIG 33, а 150-мм гаубицей StuH 43.

После оккупации Чехии в марте 1939 г. в руки нацистов попала вся мощная промышленная база этой страны. Не последнее место в ней занимал концерн ЧКД, переименованный в «Бохмиш-Махришен Машиненфабрик АГ» (ВММ). Главной его продукцией был удачный легкий танк LT vz. 38, принятый на вооружение вермахта под обозначением Pz.Kpfw. 38(t). Но к 1942 г. эта машина успела устареть и уже не отвечала фронтовым требованиям. Для обсуждения возможных вариантов загрузки предприятия 6 марта 1942 г. в Берлине состоялось совещание с участием руководства Отдела вооружений и менеджмента ВММ. По его итогам было принято решение о том, что наиболее приемлемым является налаживание производства самоходных орудий с использованием шасси Pz.Kpfw. 38(t). При этом учитывалась также возможность переоборудования в самоходки танков, прибывавших на ремонт. В производственную программу ВММ включили самоходки двух классов — истребители танков и тяжелые пехотные орудия.

Создаваемые на шасси Pz.Kpfw. 38(t) САУ с орудиями sIG 33 были шагом назад по сравнению с StuIG 33 — легкое (хотя и отличавшееся надежностью и ремонтопригодностью) шасси чешского танка не могло выдержать веса хорошо защищенной полностью закрытой рубки. Поэтому единственным объяснением подобного решения Отдела вооружений может быть стремление наиболее рационально, без коренной ломки технологического процесса и снижения темпов производства, использовать производственную базу ВММ.

Главной проблемой, с которой столкнулись конструкторы ВММ при создании самоходки с орудием sIG 33, были приличные габариты и вес орудия, достигавший, даже в максимально облегченном варианте, приспособленном для монтажа на самоходных шасси, 985 кг. Поэтому простейшее решение, предполагавшее размещение орудия в надстройке на не подвергнувшемся никаким изменениям корпусе Pz.Kpfw. 38(t), было отвергнуто — оно вело к перегрузке ходовой части и чрезмерной высоте САУ. Поэтому корпус исходного танка подвергли серьезной переработке. Прежде всего, ликвидировали лобовую плиту бронекорпуса вместе с курсовой установкой пулемета. Вместо нее под углом 78° установили новую лобовую деталь толщиной 25 мм и высотой 1497 мм, образовавшую переднюю стенку броневой рубки. Боковые стенки рубки толщиной 15 мм крепили не к корпусу, а к надгусеничным полкам — благодаря этому, удалось несколько увеличить ширину боевого отделения. Кормовая стенка рубки имела толщину всего 10 мм. В ней устроили два одностворчатых люка, служивших для входа-выхода экипажа и погрузки боекомплекта.

Орудие sIG 33/1 устанавливалось по оси машины. В этой модификации, предназначенной для установки в САУ, пружинный уравновешивающий механизм был заменен двухцилиндровым гидравлическим. Углы вертикальной наводки составляли от -3° до +72°, горизонтальной — по 5° вправо и влево. Для фиксации ствола по-походному имелся специальный люнет. Боекомплект состоял из 16 выстрелов. Прицел — стандартный панорамный Rbfl 36. Вспомогательное вооружение состояло из пулемета MG34 или MG42, перевозимого внутри боевого отделения.

Экипаж САУ состоял из пяти человек — командира, механика-водителя, наводчика, заряжающего и радиста, выполнявшего в бою также функции второго заряжающего (его рабочее место, в отличие от танка, находилось не в отделении управления, а левом заднем углу рубки).

Силовая установка и ходовая часть полностью соответствовали танку Pz.Kpfw. 38(t) Ausf. H. Шестицилиндровый карбюраторный двигатель «Прага» ЕРА II развивал мощность 140 л.с.

САУ получила наименование 15 cm sIG 33/1 (Sfl) auf Fgst. Pz.Kpfw. 38(t) Ausf. H и стандартизированное обозначение Sd.Kfz. 138/1, а весной 1943 г. ей ещё и присвоили имя «Грилле» («Сверчок»).

Программа производства Sd.Kfz. 138/1 получила кодовое обозначение «Дитмар». В соответствии с ней, в рамках т. н. 8-й производственной серии в феврале-апреле 1943 г. изготовили 100 самоходок на шасси модификации Ausf. H. В апреле начался выпуск самоходок в рамках 9-й серии на шасси Ausf. К. До конца июня их выпустили 110. Наконец, в ноябре собрали ещё десять «гибридных» самоходок, имевших шасси новой модификации Ausf. М с центральным расположением двигателя, но рубку старой конструкции. Стоимость одной САУ (без вооружения) составляла 53 000 рейхсмарок.

Весной 1943 г. в производстве на фирме ВММ находилось два типа самоходных орудий — истребитель танков Sd.Kfz. 138 «Мардер III» и тяжелое пехотное орудие Sd.Kfz. 138/1 «Грилле». При этом применяемые в них шасси имели ряд существенных отличий. Вполне естественным было попытаться создать единое шасси для обеих установок — это позволяло упростить материально-техническое обеспечение и сократить издержки производства. Поскольку танковое шасси с кормовым расположением двигателя не слишком подходило для создания самоходных орудий, специалисты ВММ разработали новую модификацию шасси Ausf. М с боевым отделением, отнесенным в корму. Двигатель же разместили посредине машины — между отделениями управления и боевым. При этом степень унификации истребителя танков и самоходного пехотного орудия на этом шасси была очень высокой — они отличались лишь лобовым листом бронерубки, что было вызвано отличиями в конструкции применявшихся артсистем (75-мм пушки Рак 40/3 и 150-мм пехотного орудия sIG 33/2). Удалось также несколько увеличить габариты броневой рубки, улучшив условия работы экипажа. Вместо люков в кормовой стенке рубки, сделали полностью откидной её верхнюю панель, существенно облегчив вход-выход из машины. Механик-водитель получил небольшую рубку-эркер со смотровыми приборами и двухстворчатым входным люком.

Новый вариант самоходного пехотного орудия получил наименование 15 cm sIG 33/2 (Sfl) auf Fgst. Pz.Kpfw. 38(t) Ausf. М, сохранив обозначение Sd.Kfz. 138/1 и, так же, как и предшественник, позже получил имя «Грилле». По сравнению с прежним вариантом, новая «Грилле» имела большие габариты — длина увеличилась на 11 см, а высота — на 22 см. А вот бронезащита ослабла — толщина стенок рубки не превышала 10 мм. Другие характеристики практически не изменились — разве что, угол вертикальной наводки теперь составлял от 0° до +73° и на два выстрела увеличился боекомплект орудия. Двигатель также стал немного более мощным — «Прага» ЕРА АС/2600 развивал 150 л.с.

Ограниченность возимого боекомплекта обусловила необходимость создания специального подвозчика боеприпасов. Конструктивно он ничем, кроме отсутствия орудия, не отличался от самоходки и мог быть легко переоборудован в САУ даже в полевых мастерских — такая возможность специально предусматривалась для использования орудий, снятых с поврежденных самоходок. Транспортер перевозил 40 выстрелов к 150-мм орудию.

Производство шасси Ausf. М началось в мае 1943 г., но поначалу они использовались лишь для истребителей танков. Лишь в ноябре 1943-го выпустили первую САУ 15 cm sIG 33/2 (Sfl) auf Fgst. Pz.Kpfw. 38(t) Ausf. М, а в декабре сдали ещё 14 единиц. К маю 1944 г. выпустили 118 САУ и 93 подвозчика боеприпасов, заказанных в рамках 10-й производственной серии. В июне 1944-го начались поставки 74-х самоходок, заказанных в 11-й серии. Теоретически их должны были изготовить к концу сентября, но на деле последние экземпляры построили в Праге лишь в апреле 1945 г.

^{Немецкие солдаты устанавливают на позицию орудие slG 33}

В 1944 г. основной продукцией ВММ стал истребитель танков «Хетцер», он же — Jagdpanzer 38(t). В целях унификации техники было принято решение о создании на его шасси самоходного пехотного орудия, призванного заменить в производстве «Грилле». Прототип

15 cm sIG 33/2 (Sfl) auf Jagdpanzer 38(t) был построен в Праге в сентябре 1944 г. с применением шасси БРЭМ Bergepanzer 38(t). На нем соорудили небольшую бронированную рубку (толщина бронелистов 10 мм), в которой установили орудие sIG 33/2. Двигатель — «Прага» ЕРА АС/2800 мощностью 160 л.с.

Серийный выпуск 15 cm sIG 33/2 (Sfl) auf Jagdpanzer 38(t), по мнению большинства исследователей, наладили не в Праге, а на заводе «Алкетт» в Берлине-Мариен-фельде. С декабря 1944 г. по февраль 1945 г. изготовили 30 таких САУ. Никаких подробностей об их боевом применении обнаружить не удалось.

Первые самоходки Sd.Kfz. 138/1 попали в части вермахта и войск СС весной 1943 г. Ими вооружали 9-е роты панцергренадерских полков танковых и панцергренадерских дивизий. Каждая рота получала по штату шесть самоходок, а всего в дивизии было 12 Sd.Kfz. 138/1.

Рота САУ Sd.Kfz. 138/1, укомплектованная согласно штату KStN1120а, имела в своем составе:

— управление роты с одним БТР Sd.Kfz. 250/1;

— два огневых взвода по три САУ Sd.Kfz. 138/1;

— взвод обеспечения и снабжения с тремя БТР Sd.Kfz. 251/1, одним Sd.Kfz. 250/1, тремя-четырьмя 3-тонными грузовиками, двумя «кюбельвагенами» и двумя мотоциклами.

После принятия на вооружение подвозчиков боеприпасов в штат рот «Грилле» ввели по две таких машины.

Эксплуатация и боевое применение САУ «Грилле» показали ряд очевидных преимуществ этих самоходок.

В отличие от буксируемых орудий, они отличались возможностью быстрой перемены позиций, а в отличие от штурмовых орудий — имели более мощный снаряд и могли вести навесной огонь. Шасси характеризировалось довольно высокой надежностью. Но слабая броневая защита и высокий силуэт делали «Грилле» довольно уязвимыми и вели к значительным потерям среди экипажей. Поэтому Sd.Kfz. 138/1 не пользовались особой популярностью среди личного состава рот самоходных пехотных орудий.

САУ «Грилле» прослужили до самого конца войны в Европе. На 1 января 1945 г. в вермахте и войсках СС имелось 248 Sd.Kfz. 138/1. К 17 марта это количество уменьшилось до 173 единиц. Последняя поставка в части новых Sd.Kfz. 138/1 в количестве 13 единиц была отмечена 10 апреля 1945 г. — по три самоходки получили 18-я и 20-я панцергренадерские дивизии, а семь — 25-я панцергренадерская.

ТТХ самоходных пехотных орудий на шасси ВММ см. приложение.

Эти артсистемы точнее было бы отнести не к пехотным, а к «парашютным» орудиям, поскольку создавались они для вооружения парашютных частей. От распространенных в послевоенные годы безоткатных орудий такие пушки отличались, в первую очередь, применением относительно тяжелого нагруженного ствола, что, в принципе не является оправданным для безоткатных орудий — такое решение, к примеру, стало одной из причин фиаско разрабатываемых в 30-е гг. в СССР «динамореактивных» пушек Л. Курчевского. Германские же специалисты, несмотря на порочную в целом концепцию, вынуждавшую делать стволы безоткатных орудий прочными и тяжелыми, сумели довести «безоткатки» до достаточно высокого уровня совершенства. Именно вермахт первым, в 1940 г., применил безоткатные орудия в бою. Вторыми были американцы — их «безоткатки» вступили в бой в 1943 г., но то были принципиально другие орудия, построенные по схеме с уширенной каморой, ставшей основной в послевоенные годы.

В германской номенклатуре безоткатные орудия именовались «легкими» — Leichtgesctatze, сокращенно LG. Разработка их осуществлялась в конструкторских бюро концернов «Крупп» и «Рейнметалл», причем работы в первую очередь велись в «привычных» артиллерийских калибрах — 75 и 105 мм. В первой группе раньше было готово «крупповское» изделие под заводским индексом LG 1.300, но его производство ограничилось небольшой партией для войсковых испытаний. В серию же под обозначением 7,5 cm LeichtgeschBtze 40 (7,5 cm LG 40) пошла пушка «Рейнметалла».

Компоновочно 7,5 cm LG 40 весьма походило на более поздние образцы безоткатных орудий — оно имело треножный станок, с которого и велась стрельба. Отделяемый колесный ход с металлическими обрезиненными колесами малого диаметра служил лишь для транспортировки. Тренога обеспечивала круговой обстрел, но лишь до угла возвышения 15°. При большем угле возвышения угол горизонтальной наводки составлял 50°. Диапазон углов вертикальной наводки составлял от -15° до +65° — т. е., в этом отношении 7,5 cm LG 40 представляло собой типичное пехотное орудие с возможностью ведения навесной стрельбы. В соответствии с основным предназначением орудие могло сбрасываться с парашютом, для чего разбиралось на две части — ствол и лафет.

Характерной чертой, отличающей 7,5 cm LG 40 от послевоенных «безоткаток» был очень короткий ствол — всего 10 калибров. Ввиду этого, а также выхода части пороховых газов через сопло в казенной части, начальная скорость снаряда была весьма низкой. Поэтому входивший в боекомплект бронебойный снаряд весом 6,8 кг обеспечивал поражение лишь легкобронированных целей — бронепробиваемость не превышала 25 мм. Но хороших противотанковых качеств от пушки и не требовалось — сбрасывать парашютные десанты на танковые колонны было чистым безумием. Основным в боекомплекте был осколочно-фугасный снаряд весом 5,74 кг, предназначенный для поражения огневых точек и живой силы вне укрытий. Лишь реалии боевого применения, когда парашютистов все чаще начали использовать в качестве обычной пехоты, вынудили на рубеже 1941-42 гг. ввести в боекомплект 7,5 cm LG 40 кумулятивный снаряд весом 4,57 кг, имевший бронепрбиваемость по нормали до 90 мм.

Серийное производство 7,5 cm LG 40 осуществляли две фирмы — «Рейнметалл», выпустившая первую партию в 170 единиц, и «Дюрркопп», изготовившая остальные орудия. Обший объем производства составил 653 единицы: 184 — в 1940 г., 9 — в 1941-м, 91 — в 1942-м, 132 — в 1943-м и 237 — в 1944 г.

Более тяжелое 105-мм безоткатное орудие было создано фирмой «Крупп» и принято на вооружение под обозначением 10,5 cm LG 40 (фирменный индекс — LG 2.350 Kp). В отличие от 75-мм орудия, эта система могла вести огонь и с треноги, и с колесного лафета, а для парашютного десантирования разбиралась не на две, а на четыре части. Его основным пердназначением считалось поражение огневых точек и живой силы, но с введением в боекомплект в конце 1941 г. кумулятивного снаряда 10,5 cm LG 40 обрело возможность эффективно бороться с танками на дистанциях до 1500 м. Штатный осколочно-фугасный снаряд весил 14,8 кг, кумулятивный был немногим легче — 11,75–12,3 кг в зависимости от модификации Заряжание было раздельно-гильзовым. Угол горизонтальной наводки составлял 80°, вертикальной — от -15° до +42°.

Конкурент «Круппа» — концерн «Рейнметалл» — не оставил работ над совершенствованием своего 105-мм безоткатного орудия, разрабатывавшегося под фирменным индексом LG 2Rh. В итоге, эта система была принята на вооружение как 10,5 cm LG 42. Мотивы подобного решения не вполне ясны — с одной стороны, 10,5 cm LG 42 немного превосходило предшественника по баллистическим характеристикам (за счет увеличения веса метательного заряда) и по скорострельности (за счет замени раздельного заряжания унитарным). Но при этом полностью отсутствовала взаимозаменяемость и по снарядам, и по зарядам. Конструкция лафета обеспечивала круговой обстрел при угле возвышения до 12°. При большем угле возвышения угол горизонтальной наводки составлял 70°. Диапазон углов вертикальной наводки составлял от -15° до +42°.

Интересно, что серийное производство обоих вариантов 105-мм «безоткаток» осуществляла одна и та же фирма «Дюрркопп». Общий объем выпуска таких систем составил 528 единиц: 184 — в 1941 г., 82 — в 1942-м, 104 — в 1943-м и 158 — в 1944 г.

Дальнейшее развитие безоткатных орудий в Германии шло по линии последовательного увеличения калибра. В частности, для замены 150-мм тяжелого пехотного орудия sIG 33 было выдано задание на разработку «безоткатки» аналогичного калибра. Разработка велась «Рейнметаллом». После испытаний прототипов LG 240 и LG 290 был подготовлен окончательный вариант LG 292, принятый на вооружение как 15 cm LG 42. Фирма «Дюрркопп» в 1944 г. изготовила лишь небольшую партию таких орудий.

В конструктивном отношении 15 cm LG 42 походило на 105-мм орудия: оно имело лафет-треногу и колесный ход. При стрельбе колеса вывешивались. К 15 cm LG 42 подходили все снаряды от sIG 33, за исключением надкалиберных.

По состоянию на 1 марта 1945 г. в войсках имелось 112 75-мм безоткатных орудий и 63 105-мм — 31 LG 40 и 32 LG 42.

Общими чертами безоткатных орудий были сильные демаскирующие признаки — вылетающая из сопла струя газов поднимала столб пыли. К тому же, находиться в момент выстрела прямо за стволом на расстоянии менее 50 м было попросту опасно для жизни. А в горах и каменистой местности вылетающие из сопла газы отбрасывали камни на расстояние до 100 м назад. Звук от выстрела «безоткатки» был настолько громким, что расчет вынужден был при стрельбе надевать специальные шлемы или затыкать уши ватой.

На вооружении рейхсвера находились два типа минометов, разработанных во время Первой мировой войны, а впоследствии модернизированных — 76-мм и 170-мм. Обе системы были нарезными дульнозарядными, но существенно ограничивало скорострельность. Ввиду применения в минометах противооткатных устройств (подобно обычным орудиям) их вес был довольно значителен. Поэтому уже в середине 30-х гг. они были изъяты из частей и заменены новыми современными минометами, построенными по схеме Стокса-Брандта (гладкоствольными дульнозарядными, без безоткатных приспособлений и с опорной плитой). Следует отметить, что в германской терминологии понятие «миномет» (Minenwerfer) использовалось лишь по отношению к старым системам, новые же образцы схемы Стокса-Брандта именовались «гранатометами» (Granatenwerfer). Но мы будем в дальнейшем пользоваться общепринятым в русскоязычной литературе термином «миномет».

Система вооружений вермахта предусматривала наличие в пехотных частях двух типов минометов — ротного и батальонного. В качестве первого был принят 50-мм миномет Granatenwerfer 36 (5 cm GrW 36), созданный фирмой «Рейнметалл». Этот образец был создан по глухой схеме — все его элементы были смонтированы на опорной плите. Заряд постоянный, а изменение дальности стрельбы в диапазоне от 60 до 520 м осуществлялось путем изменения угла возвышения ствола, длина которого составляла 9,3 калибра (465 мм).

Диапазон углов возвышения составлял от +42° до +90°. Стоил миномет всего 400 рейхсмарок.

GrW 36 имел малые размеры и вес — 14 кг. На поле боя его переносил один номер расчета за ручку на стволе. На походе миномет разбирался на две части (ствол и опорная плита) и переносился во вьюках за спиной солдата. Существовал также вариант перевозки миномета на велосипеде: ствол крепился к рулю, а опорная плита — к раме. При этом второй номер расчета на своем велосипеде перевозил два лотка с минами.

Боекомплект GrW 36 состоял из осколочных мин весом 910 г. Начальная скорость составляла всего 75 м/с, скорострельность могла достигать 25 выстр./мин. Поражающее действие таких мин в ходе войны было сочтено слишком малым, что и послужило причиной снятия 50-мм миномета с производства в 1943 г. Следует отметить, что аналогичное решение было принято по отношению к 50-мм миномету и в СССР.

Батальонный миномет калибра 81,4 мм также был разработан фирмой «Рейнметалл». Его приняли на вооружение как 8 cm schweres Granatenwerfer (8 cm sGrW 34). Это оружие выполнили по схеме мнимого треугольника: ствол и двунога составляли две стороны треугольника, третья же, связывающая опору двуноги с опорной плитой, отсутствовала — ею служила поверхность земли, на которую устанавливался миномет.

В конструктивном отношении миномет состоял из ствола с казенником, двуноги с установленными на ней механизмами (подъемным, поворотным и горизонтирования), опорной плиты прямоугольной формы и прицела RA 35. В походном положении он переносился на трех людских вьюках: ствол, опорная плита и тренога. Колесный ход отсутствовал. Вес миномета в стандартном исполнении составлял 62 кг, в варианте с применением в конструкции легких сплавов вес удалось уменьшить на 5 кг. Длина ствола составляла 1143 мм (14,1 калибров). Диапазон углов горизонтальной наводки (без перестановки двуноги) составлял 10°, вертикальной — от +45° до +90°. Максимальная начальная скорость мины составляла 174 м/с.

Благодаря наличию четырех переменных зарядов миномет имел довольно широкий диапазон дальности стрельбы — от 60 до 2400 м. Огонь велся 3,5-кг осколочно-фугасными минами.

Наряду с обычным минометом, в вермахте применялся самоходный вариант sGrW 34 на шасси полугусеничных бронетранспортеров — машин Sd.Kfz.250/7 и Sd.Kfz.251/2. Миномет при помощи несложных приспособлений крепился на полу боевого отделения, и в случае необходимости мог легко сниматься для стрельбы с грунта.

Миномет 8 cm sGrW 34 был довольно эффективным огневым средством непосредственной поддержки пехоты, но применению его в парашютных частях мешала относительно большая длина ствола и вес. Поэтому был разработан его укороченный и облегченный вариант — kz 8 cm GrW 42. Он весил всего 26 кг, а длина ствола составляла 747 мм. Боекомплект состоял из тех же 3,5-кг мин, но за счет уменьшения заряда и длины ствола максимальная дальность стрельбы сократилась более чем вдвое — до 1100 м при начальной скорости мины 110 м/с. Плохие баллистические характеристики «поставили крест» на карьере укороченного миномета — изготовив в 1943 г. 1591 экземпляр, его производство было прекращено.

Существенным упущением командования вермахта в предвоенные годы было отсутствие надлежащего внимания к минометам крупного калибра.

То есть, такие конструкции разрабатывались, но лишь как узкоцелевое средство для постановки дымовых завес — Nebelwerfer. В частности, в 1934 г. фирма «Рейнметалл» начала разработку 105-мм дымового миномета, представлявшего собой пропорционально увеличенный 81-мм миномет. Это оружие было принято на вооружение под обозначением 10 cm Nebelwerfer 35 (10 cm NbW 35) и поступало на вооружение дивизионов задымления РГК.

Как и sGrW 34, 105-мм миномет был создан по классической схеме мнимого треугольника, но при этом имел колесный ход, отделяемый при стрельбе. Оружие без колесного хода весило 105 кг, что позволяло переносить его вручную, разобрав на три части. Ствол имел длину 13 калибров (1344 мм). Диапазон углов горизонтальной наводки (без перестановки двуноги) составлял 28°, вертикальной — от +45° до +90°. Максимальная начальная скорость мины составляла 193 м/с. Штатная мина весила 7,38 кг — вдвое меньше, чем мина советского 120-мм миномета. Максимальная дальность стрельбы также была гораздо ниже — 3025 м.

Попытки увеличить дальность стрельбы привели к созданию «Рейнметаллом» нового образца 105-мм миномета -

10 cm NbW 40. В отличие от предыдущих образцов, это оружие было создано по схеме не мнимого, а реального треугольника. Кроме того, NbW 40 был казнозарядным, а также имел присущие классической пушке противооткатные устройства — тормоз отката и накатник. Колесный ход выполнили неотделяемым при стрельбе.

Длина ствола была увеличена до 17,7 калибров (1858 мм). Диапазон углов горизонтальной наводки составлял 14°, вертикальной — от +45° до +84°. В боекомплект включили дымовую мину весом 8,9 кг и осколочно-фугасную, весившую 8,65 кг. Начальная скорость мины достигала 310 м/с, а максимальную дальность стрельбы увеличили вдвое по сравнению с NbW 35 — до 6350 м. Но при этом миномет весил в боевом положении 800 кг! Вполне понятно, что настолько громоздкое оружие не годилось для непосредственной поддержки пехоты. Поэтому производство NbW 40 ограничили относительно небольшой партией — 317 единиц.

Отсутствие на вооружении вермахта массового тяжелого миномета и успешное применение противником — Красной армией — 120-мм полковых минометов, подтолкнули германское военно-политическое руководство к идее скопировать удачную конструкцию полкового миномета обр. 1938 г. Такие минометы, захваченные в качестве трофеев, применялись вермахтом под обозначением GrW 378(r), а при оккупации Харькова на одном из предриятий был обнаружен полный комплект конструкторской документации на миномет. Производство минометов 12 cm GrW 42, представлявших собой несколько усовершенствованную копию миномета обр. 1938 г., было налажено на фирме «Эрсте Брюннер Машиненфабрик» в г. Брюнн. Первая партия из 76 единиц была передана в войска в январе 1943 г.

Копируя удачный советский образец, германские специалисты все же внесли в него ряд усовершенствований. Не отличаясь от прототипа ни по внешнему виду, ни по габаритным размерам, GrW 42 был несколько легче, а максимальная дальность стрельбы составляла 6050 м против 5700 м у полкового миномета обр. 1938 г.

Миномет был создан по классической схеме мнимого треугольника и состоял из ствола, опорной плиты и двуноги. На двуноге крепились подъемный, поворотный и горизонтирующий механизмы, а также амортизирующие устройства и прицельные приспособления. В боевом положении миномет весил 285 кг. На марше миномет перевозился на колесном ходу и в походном положении весил 560 кг. При применении конной тяги колесный ход прицеплялся к передку с боекомплектом, при мехтяге — непосредственно к тягачу.

Длина ствола GrW 42 составляла 15,5 калибров (1865 мм.) Диапазон углов горизонтальной наводки (без перестановки двуноги) составлял 17°, вертикальной — от +45° до +84°. Максимальная начальная скорость мины составляла 283 м/с. Осколочно-фугасная мина германской разработки с десятиперым стабилизатором весила 15,6 кг, но из миномета можно было вести огонь и минами советского образца ОФ-843 — были даже разработаны соответствующие таблицы стрельбы.

Предпринимались попытки создать и минометы более крупного калибра. Работы в этом направлении велись, главным образом, фирмой «Шкода». В частности, в 1943 г. было изготовлено три опытных экземпляра 150-мм миномета 15 cm GrW 43 (фирменное обозначение В 17). Это оружие повторяло в основном конструкцию полкового миномета обр. 1938 г. — за исключением, разумеется, увеличенного калибра. Также некоторые изменения внесли в конструкцию двуноги. Оружие прошло испытания, но максимальная дальность стрельбы, составлявшая 5000 м, была сочтена недостаточной, и на вооружение миномет не приняли.

Для артиллерии РГК «Шкода» разрабатывала 220-мм миномет В 14. После представления проекта Управлению вооружений, его специалисты рекомендовали уменьшить калибр до стандартного в германской артиллерии 210 мм. В таком варианте опытные образцы миномета под обозначением G 69 прошли испытания, и оружие было принято на вооружение под индексом 21 cm GrW 69.

GrW 69 имел длину ствола 14,2 калибра (3000 мм) и весил 2800 кг. Стрельба велась с неотделяемого колесного хода. В боекомплект входили два типа осколочно-фугасных мин — легкая (85 кг) и тяжелая (110 кг). Максимальная дальность стрельбы составляла, соответственно, 6300 и 5190 м.

В конце 1944 г. была изготовлена партия из 33-х минометов GrW 69. 27 единиц передали 410-му фольксартиллерийскому корпусу, из которого уже в декабре 1944 г. пришел рапорт о том, что 210-мм минометы непригодны к боевому применению. Тем не менее, производство GrW 69 продолжили, выпустив в первые месяцы 1945 г. ещё около сотни таких минометов.

Ещё более тяжелыми образцами разработки «Шкода» стали 305-мм и 420-мм минометы, весившие в боевом положении, соотвественно, 9,3 и 16 т. Вес мин составлял 160 и 400 кг, а максимальная дальность стрельбы в обеих вариантах — 10 000 м. К апрелю 1945 г. были готовы лишь опытные образцы этих минометов. Фирма продолжала работы по их совершенствованию и в послевоенные годы. В частности, 420-мм минономет пытались продать в СССР, но советская сторона не проявила к нему интереса.

Производство минометов в Германии

Наряду с минометами германского производства, вермахт довольно широко применял и трофейное оружие. В группе ротных минометов отметим следующие образцы:

4,6 cm GrW 36(p) — польские 46-мм минометы обр. 1932 и 1936 гг. системы инженера Вернера. Характерной чертой миномета было отсутствие подъемного механизма

— огонь велся при фиксированном угле возвышения 45°, а дальность стрельбы в пределах 100–800 м регулировалась посредством газоотводного крана. Оружие весило 12,6 кг, а мина — 760 г. Вермахт захватил 855 таких минометов, часть из которых была передана союзникам, а часть — поступила на вооружение частей второй линии.

4,5 cm GrW 176(i) — итальянский 45-мм миномет системы «Бриксия». Монтировался на треноге и обладал очень широким диапазоном углов вертикальной наводки — от +10° до +90°. Но поражающее действие мины весом менее 0,5 кг было мизерным.

5 cm GrW 201(b) — бельгийский 50-мм миномет DTB. Очень легкое оружие (вес в боевом положении — 7,7 кг). Длина ствола составляла всего 4 калибра. Максимальная дальность стрельбы 600-г гранатой — 585 м. Вермахтом применялся ограниченно, главным образом — в оккупационных частях на территории Бельгии.

5 cm GrW 203(f) — французский 50-мм миномет обр. 1937 г. фирмы «Стокс-Брандт». Огонь велся при фиксированном угле возвышения 45°. Максимальная дальность стрельбы 435-г миной составляла всего 460 м.

6 cm GrW 225(f) — французский 60-мм миномет обр. 1935 г. фирмы «Стокс-Брандт». Наиболее совершенное и мощное оружие в своем классе — достаточно отметить, что этот образец был принят на вооружение американской армии под индексом М1, а его усовершенствованный вариант М19 состоит на вооружении и в настоящее время. Вес в боевом положении 17,8 кг, длина ствола — 724 мм. В боекомплект входили две мины — легкая (1,3 кг) и тяжелая (2,2 кг). Максимальная дальность стрельбы — соответственно, 1700 и 950 м. Вермахтом захвачено большое количество — по некоторым оценкам, до 5 тыс. таких минометов.

5 cm GrW 203/1(r) и GrW 203/3(r) — советские 50-мм ротные минометы обр. 1938 и 1940 гг. Различались длиной ствола (780 и 630 мм) и весом — соответственно, 15,35 и 9,3 кг в боевом положении. Механизм вертикальной наводки имел три фиксированных угла возвышения — 45°, 75° и 82°. Максимальная дальность стрельбы 900-г миной при этих углах составляла 800, 400 и 100 м, а более точное регулирование дальности осуществлялось посредством газоотводного крана.

В группе батальонных минометов преобладали 81,4мм минометы системы «Стокс-Брандт». В частности, практически идентичными были следующие модели:

8.14 cm GrW 278(f) — исходная французская модель, принятая на вооружение во Франции как обр. 27/31.

8.14 cm GrW 270(j) — югославский вариант, модель М 31/38.

8.14 cm GrW 275(d) — датская модификация.

8.14 cm GrW 286(h) — голландский вариант.

8.14 cm GrW 31(p) — польский миномет обр. 1931 г. Была захвачена 201 единица.

8.14 cm GrW 33(ц) — австрийский миномет обр. 1933 г. Вермахтом использовалось около 250 единиц.

Все перечисленные модели имели ствол длиной 15,6 калибров (1267,5 мм). Вес в боевом положении составлял около 60 кг. Диапазон углов горизонтальной наводки (без перестановки двуноги) составлял 12°, вертикальной — от +45° до +85°. Характерной чертой было наличие в боекомплекте двух осколочно-фугасных мин — легкой (3,25 кг) и тяжелой (6,5 кг). Максимальная дальность стрельбы составляла для легкой мины 2850 м, для тяжелой — 1200 м.

Часть минометов GrW 278(f) применялись в самоходном варианте. В частности, некоторое количество самоходных минометов было построено на шасси легкого разведывательного танка «Рено» AMR 35. При этом башня снималась, а на её месте монтировали открытую сверху неподвижную рубку с установленным в ней минометов. Другой вариант самоходки, созданный в 1943 г., был довольно необычен: на шасси полугусеничного тягача «Сомуа» установили раму, на которой в два ряда смонтировали 20 стволов минометов. Механизм вертикального наведения отсутствовал, огонь велся при фиксированном угле возвышения 60°. Таике установки, изготовленняе в нескольких вариантах, поступили в 125-й и 192-й панцергренадерские полки 21-й ТД, дислоцированной во Франции.

Несколько модифицированными по сравнению с исходным французским вариантом были следующие образцы:

8 cm GrW 36(t) — чешский миномет обр. 36, производившийся фирмой «Шкода» (фирменное обозначение В 5). Длина ствола 14 калибров, дальность стрельбы легкой миной — 3400 м, тяжелой — 1200 м. Вермахт получил 514 таких минометов в 1939 г., ещё 49 единиц было сдано фирмой «Шкода» в 1940 г.

8.1 cm GrW 276(i) — итальянский миномет обр. 35 производства фирмы ОТО. Длина ствола 14,2 калибра, дальность стрельбы легкой миной — 3500 м, тяжелой — 1500 м.

8.2 cm GrW 274/1(r), GrW 274/2(r) и GrW 274/3(r) — советские 82-мм батальонные минометы обр. 1936 г., 1937 г. и 1941 г. Длина ствола во всех трех вариантах 16 калибров, вес мины 3,4 кг. Вес миномета последовательно снижался в каждой из модификаций с 62 кг до 56 кг и до 47,5 кг. Баллистические характеристики были одинаковы для всех трех вариантов — дальность стрельбы составляла 3100 м.

Среди более тяжелых минометов, кроме уже упоминавшегося советского 120-мм миномета обр. 1938 г. в вермахте применялся в незначительном количестве советский же 107-мм горный полковой миномет обр. 1938 г., применявшийся под обозначением 10,7 cm GebGrW 328(r). Это орудие весом в боевом положении 160 кг могло транспортироваться как на колемном ходу, так и в разобранном состоянии на трех конских вьюках. Длина ствола составляла 14,6 калибров (1570 мм). Мина весила вдвое меньше, чем у 120-мм миномета — 8 кг, но дальность стрельбы была сравнимой и составляла 6100 м.

Ситуация с материальной частью противотанковой артиллерии в корне отличалась от положения в пехотной и дивизионной артиллерии, а также артиллерии РГК. Если эти рода артиллерии закончили войну практически с теми же артсистемами, с которыми вступили в боевые действия 1 сентября 1939 г. (в лучшем случае, несколько модернизированными), то противотанковая артиллерия вынуждена была постоянно обновлять свою материальную часть, принимая на вооружение все более и более мощные орудия. Накануне начала Второй мировой войны практически единственным типом противотанковых пушек в вермахте были 37-мм орудия Рак 35/36. Но им оказалась «не по зубам» броня французских танков В1, британских «Матильд», советских Т-34 и КВ. Началась гонка, соревнование между броней и артиллерией, приведшее к принятию на вооружение последовательно 50-мм, 75-мм, 88-мм и, наконец, монстроподобных 128-мм противотанковых пушек. Кроме того, очень широко в противотанковой артиллерии применялись трофейные орудия — либо в неизменном виде (чешские 47-мм пушки), либо модернизированные (французские 75-мм и советские 76,2-мм орудия).

Разработка этого орудия, в обход ограничений, наложенных Версальским договором, началась на фирме «Рейнметалл-Борзиг» ещё в 1924 г. В 1928 г. первые образцы орудия, получившего наименование Так 28 (Tankabwehrkanone, т. е. противотанковая пушка — слово Panzer вошло в обиход позже) поступили на испытания, а с 1932 г. начались поставки в войска. Рейхсвер получил в общей сложности 264 такие пушки. Орудие Так 28 имело ствол длиной 45 калибров с горизонтальным клиновым затвором, обеспечивавшим достаточно высокую скорострельность — до 20 выстр./мин. Лафет с раздвижными трубчатыми станинами обеспечивал большой угол горизонтальной наводки — 60°, но при этом ходовая часть с деревянными колесами была рассчитана лишь на конную тягу.

К концу 20-х гг. Так 28 являлась одной из лучших в мире противотанковых пушек, а её экспортный вариант — Так 29 — поставлялся в Турцию, Голландию, Испанию, Италию, Японию, Грецию, Эстонию, СССР и даже Абиссинию. В СССР было поставлено 12 таких орудий, а ещё 499 изготовлено по лицензии в 1931-32 гг. Орудие приняли на вооружение как «37-мм противотанковая пушка обр. 1930 г.». Знаменитая советская «сорокапятка» — пушка образца 1932 г. — ведет свою родословную именно от Так 29. Но германских военных пушка не удовлетворяла из-за слишком низкой подвижности. Поэтому в 1934 г. она была модернизирована, получив колеса с пневматическими шинами, допускающими буксировку автомобилем, усовершенствованный лафет и улучшенный прицел. Под обозначением 3,7 cm Pak 35/36 (Panzerabwehrkanone 35/36) орудие поступило на вооружение вермахта в качестве основного противотанкового средства. Стоимость пушки в ценах 1939 г. составляла 5730 рейхсмарок. В сравнении с другими основными противотанковыми пушками вермахта экономические показатели Рак 35/36 выглядели следующим образом:

Боевое крещение Рак 35/36 прошла в Испании. Уже на рубеже сентября-октября 1936 г. в эту страну поступили первые 20 37-мм пушек, составивших вооружение противотанковой роты бронетанкового батальона «Дроне», входившего в состав легиона «Кондор». Пушка показала отличные результаты при борьбе с советскими танками Т-26 и БТ-5, успешно поражая их с дистанции 700–800 м. Именно опыт боев в Испании заставил танкостроителей заняться разработкой танков с противоснарядной броней. И результаты не замедлили сказаться: уже в начале Второй мировой войны стало очевидно, что Рак 35/36 не отвечает требованиям времени. Например, в одном из донесений конца июня 1941 г. говорится, что расчет 37-мм пушки добился 23-х попаданий в танк Т-34 безо всякого результата. В итоге, в январе 1942 г. производство Рак 35/36 было прекращено. В общей сложности было выпущено 16 539 Рак 35/36 (считая Так 28 и Так 29), из них 5339 орудий в 1939-42 гг. (1229 в 1939 г., 2713 в 1940-м, 1365 в 1941-м и 32 — в 1942 г.). В очень небольшом количестве был выпущен облегченный вариант пушки — 3,7 cm Pak auf leihter Feldlafette (3,7 cm Pak leFlat), предназначавшийся для парашютных частей. Это орудие было приспособлено для перевозки на внешней подвеске под фюзеляжем самолета Ju-52.

Для стрельбы из Рак 35/36 применялись унитарные выстрелы со следующими снарядами:

— SprGr — осколочный снаряд массой 625 г с головным взрывателем мгновенного действия (для борьбы с живой силой). Начальная скорость снаряда — 745 м/с;

— PzGr 39 — бронебойный снаряд массой 680 г из твердого сплава с донным взрывателем и трассером. Начальная скорость снаряда — 760 м/с, бронепробиваемость — 48 мм на дистанции 500 м и 27 мм — на 1000 м;

— PzGr 40 — бронебойный снаряд массой 680 г с сердечником из карбида вольфрама. Начальная скорость снаряда — 1030 м/с, бронепробиваемость — 60 мм на дистанции 100 м. Из-за небольшой массы эффективная дальность стрельбы ограничена 400 м;

В конце 1941 г. специально для борьбы с советскими танками Т-34 и КВ разработали надкалиберную кумулятивную гранату Stielgranate 41. Внешне она походила на минометную мину, имела длину 740 мм и весила 8,51 кг. Граната вставлялась в ствол пушки снаружи, выстрел производился холостым патроном. Стабилизация в полете обеспечивалась четырехперьевым стабилизатором. Несмотря на то, что Stielgranate 41 пробивала броню толщиной до 90 мм, её эффективность в боевых условиях была крайне низкой: хотя паспортная дальность стрельбы составляла 300 м, на деле попасть в цель на расстоянии более 100 м было очень трудно. Но в тех случаях, когда бои велись на пересеченной местности, даже такое оружие могло эффективно применяться против современных танков союзников (например, летом 1944 г. в Нормандии). В 1942-43 гг. было изготовлено 636 000 Stielgranate 41.

Орудие Рак 35/36 весило в боевом положении 440 кг. Длина ствола составляла 1665 мм (45 калибров), а его нарезной части — 1308 мм. Количество нарезов — 16.

Практическая скорострельность орудия достигала 1520 выстр./мин. Дальность стрельбы составляла 6800 м, а прямого выстрела — 1000 м. Угол обстрела по горизонтали составлял 59°, по вертикали — от -8° до +25°. Расчет орудия состоял из пяти человек. Ходовая часть позволяла буксировать пушку со скоростью до 45 км/ч. Штатным средством тяги считался двухосный легкий тягач Kfz.69 фирмы «Хорьх», но помимо него широко применялись и обычные грузовики — например, Kfz.12. По состоянию на сентябрь 1939 г. основной тактической единицей, вооруженной 37-мм пушками, была рота, насчитывающая 12 орудий. Имелось два варианта организации таких рот: три взвода по четыре пушки либо четыре — по три орудия. В первом случае роты входили в состав дивизионных противотанковых батальонов, во втором — в пехотные полки.

Кроме буксируемого варианта, Рак 35/36 штатно устанавливалась на бронетранспортерах Sd.Kfz. 250/10 и Sd.Kfz. 251/10 — командирских машинах разведывательных и мотопехотных подразделений. В войсках применялись и различного рода импровизированные самоходки с такими пушками — на шасси грузовиков «Крупп», трофейных французских танкеток «Рено» UE, английских бронетранспортеров «Универсал» и советских полубронированных гусеничных тягачей «Комсомолец».

По состоянию на 1 сентябры 1939 г. вермахт располагал 11 250 пушками Рак 35/36, к 22 июня 1941 г. это количество возосло до рекордных 15 515 единиц, но в дальнейшем неуклонно снижалось. К 1 марта 1945 г. в войсках вермахта и СС все ещё находилось 216 Рак 35/36, а 670 таких пушек хранилось на складах. Большинство пехотных дивизий лишилось своих 37-мм пушек в пользу более мощных систем в 1943 г., но в парашютных и горных дивизиях они сохранялись до 1944 г., а в оккупационных частях и соединениях второй линии (учебных, запасных) — вплоть до конца войны.

Пушки Рак35/36 использовались в армиях ряда союзников Германии. в частности, итальянские войска в Абиссинии захватили около 20 таких пушек, в 1940-41 гг. применявшихся в боях в Итальянской Восточной Африке против британских войск. В 1938 г. Германия передала 40 Рак 35/36 итальянскому экспедиционному корпусу в Испании. Весной 1939 г. в связи с возвращением итальянских частей на родину эти пушки были переданы армии генерала Франко. Наконец, в 1941 г. пушками Рак 35/36 вооружили ряд итальнских соединений, воевавших в Северной Африке — например, танковая дивизия «Ариете» получила 40 таких пушек. В конце 30-х гг. пушки Рак 35/36 поступили на вооружение кавалерийских полков венгерской армии, а весной 1940 г. начались поставки таких пушек в Финляндию. Первая партия (50 единиц) прибыла в эту страну на рубеже марта и апреля, в сентябре 1940 г. было поставлено ещё 100 штук, а последние 50 были поставлены в июне 1941 г. Финляндия оказалась единственной страной, получившей кумулятивные надкалиберные гранаты Stielgranate 41 — в августе-ноябре 1942 г. в эту страну поставили 5000 таких боеприпасов. Войну «пережили» около 140 финских Рак 35/36. Последние из них хранились на складах вплоть до 70-х гг. ХХ века. Большое количество — несколько сотен — Рак 35/36 было захвачено японцами в Китае. В частности, лишь в ноябре-декабре 1937 г. в ходе нанкинской операции трофеями стали около 100 таких орудий. На вооружение японской армии эта пушка была принята как «тип Ра 37» (Ра — сокращение от «Рейнметалл»). Дальнейшему широкому применению трофейных пушек способствовал тот факт, что к ним подходили снаряды от стандартной японской противотанковой пушки «тип 94». В Японии Рак 35/36 не пытались копировать, но имеющиеся орудия подверглись модернизации, благодаря чему появились три варианта: «Ко», «Оцу» и «Хэй». Первый из них представлял собой несколько облегченную стандартную Рак 35/36. «Оцу» был «обратной конверсией» — в нем применили лафет с деревянными колесами, приспособленный для конной тяги. Наконец, «Хэй», встречающийся в значительно меньшем количестве, чем первые два варианта, также был приспособлен к конной тяге, но имел металлические колеса от пушки «тип 94». О масштабах применения трофейных пушек в японской армии может свидетельствовать тот факт, что в частях одной лишь 16-й армии, атаковавшей в феврале 1942 г. Голландскую Ост-Индию, насчитывалось 169 пушек «тип Ра 37» и лишь 70 — японских «тип 94».

В 1935 г. фирмой «Рейнметалл-Борзиг» была начата разработка нового орудия, более мощного, чем Рак 35/36. Первые образцы новой 50-мм артсистемы под обозначением Рак 37 были представлены на испытания в 1936 г. При массе 585 кг пушка имела ствол длиной 2280 мм и начальную скорость бронебойного снаряда 685 м/с. Но результаты испытаний не удовлетворили военных, которые сочли увеличение бронепробиваемости слитком незначительным по сравнению с 37-мм пушкой. Была забракована и конструкция лафета, слишком неустойчивого при стрельбе. Поэтому фирма переконструировала лафет и удлинила ствол до 3000 мм. В результате масса орудия увеличилась почти до тонны (точнее — до 990 кг), и в его комплект ввели легкий одноколесный передок, к которому могли присоединяться сведенные станины. Получалась своеобразная «трехколеска», которую можно было силами расчета перекатывать на поле боя. Пушка имела два щита — верхний и нижний. Первый состоял из двух бронелистов сложной формы толщиной по 4 мм, установленных с зазором 20–25 мм. Он обеспечивал защиту расчета спереди и частично с боков. Нижний щит толщиной 4 мм подвешивался на петлях под колесной осью и защищал расчет от поражения осколками снизу. Орудие также получило усовершенствованный ударноспусковой механизм и дульный тормоз для уменьшения отката ствола. Модифицированное орудие обеспечивало начальную скорость бронебойного снаряда 835 м/с и бронепробиваемость 60 мм на дистанции 500 м. такие параметры сочли удовлетворительными, и пушку приняли на вооружение под обозначением Рак 38.

В боекомплект Рак 38 входили унитарные выстрелы со снарядами нескольких типов:

— SprGr — осколочный снаряд массой 1,81 кг, снаряженный 175-г зарядом литого тротила. Кроме того, для улучшения видимости взрыва в разрывной заряд помещалась небольшая дымовая шашка. Начальная скорость снаряда — 550 м/с;

— PzGr 39 — бронебойный трассирующий снаряд массой 2,05 кг с головкой из твердой стали, железным ведущим пояском и 160-г разрывным зарядом. Начальная скорость — 835 м/с, бронепробиваемость — 78 мм на дистанции 500 м и 61 — на 1000 м;

— PzGr 40 — бронебойный подкалиберный снаряд с сердечником из вольфрама в стальной оболочке катушечной формы с пластмассовым баллистическим наконечником. Начальная скорость — 1180 м/с, бронепробиваемость — 120 мм на дистанции 500 м и 84 мм на 1000 м.

В 1942 г. по образцу боеприпаса для 37-мм пушки, для Рак 38 также была создана надкалиберная кумулятивная граната Stielgranate 42. Весила она 13,5 кг (из них 2,3 кг взрывчатки) и хотя обеспечивала бронепробиваемость до 180 мм, дальность эффективной стрельбы не превышала 150 м.

Орудие Рак 38 весило в боевом положении 990 мм. Длина ствола составляла 3175 мм (официально 60 калибров, но реально — 63,5 калибра), длина нарезной части — 2824 мм. Практическая скорострельность орудия — 12–14 выстр./мин. Дальность стрельбы составляла 9400 м, а прямого выстрела — 1000 м. Угол обстрела по горизонтали составлял 65°, по вертикали — от -8° до +27°.

Расчет орудия состоял из семи человек. Ходовая часть (колеса со сплошными резиновыми шинами) позволяла буксировать пушку со скоростью до 40 км/ч.

Производство Рак 38 началось в 1939 г., но назвать его серийным можно лишь с большой натяжкой — до конца года изготовили только два орудия, а в войска первые 17 Рак 38 поступили лишь в июле 1940 г. Французская кампания послужила толчком к развертыванию массового выпуска 50-мм пушки, и к 1 июля 1941 г. было сдано уже 1047 таких систем (из них в войсках имелось около 800). Выпускались Рак 38 до осени 1943 г., а общий объем выпуска составил 9568 единиц. Бои показали, что Рак 38 способна бороться на средних дистанциях с танками Т-34, а на близких — и с КВ.

В качестве штатного тягача для Рак 38 поначалу был определен 1-т полугусеничный тягач Sd.Kfz.10. Но таких машин не хватало, и в январе 1941 г. вышло предписание использовать для этих целей 1,5-т грузовики. Впоследствии в качестве тягачей применялись и другие типы грузовиков, французские танкетки «Рено» UE и пр.

В отличие от других германских противотанковых пушек, Рак 38 почти не использовалась для вооружения самоходок. В войсках СС использовались несколько САУ с такими пушками на полубронированном шасси Sd.Kfz.10. Также было изготовлено несколько самоходок на шасси бронетранспортеров Sd.Kfz.250, две — на опытных машинах VK901 и одна — VK302.

Ещё только шли испытания Рак 38, а конструкторы «Рейнметалл-Борзиг» в 1938 г. приступили к проектированию ещё более мощной, 75-мм противотанковой пушки. Поначалу попытались обойтись, что называется, «малой кровью» — первые образцы нового орудии представляли собой пропорционально увеличенную пушку Рак 38. Но испытания пушки, получившей обозначение Рак 40, начатые в 1939 г., показали ошибочность такого подхода: алюминиевые узлы, широко применяемые в лафете 50-мм пушки, и прежде всего — трубчатые станины, не выдерживали резко возросших нагрузок. Потребовалось полностью перепроектировать орудие, но работы велись низким темпом — попросту, вермахт не ощущал потребности в противотанковой пушке более мощной, чем Рак 38.

Импульс к ускорению работ по 75-мм орудию дало начало войны против СССР, а именно — уже неоднократно упоминавшееся нами столкновение с танками Т-34 и КВ. Фирма получила указание в срочном порядке завершить доводку Рак 40. В декабре 1941 г. опытные образцы орудия прошли испытания, в январе следующего года начался серийный выпуск, а уже в феврале первые 15 Рак 40 поступили в войска.

^{105-мм противотанковая пушка leFH18}

Вес Рак 40 в боевом положении составлял 1425 кг. Пушка имела ствол-моноблок с высокоэффективным дульным тормозом. Длина ствола составляла 3450 мм (46 калибров), а его нарезной части — 2461 мм. Горизонтальный клиновой полуавтоматический затвор обеспечивал скорострельность 12–14 выстр./мин. Наибольшая дальность стрельбы составляла 10 000 м, дальность прямого выстрела — 2000 м. Лафет с раздвижными станинами обеспечивал угол горизонтальной наводки 58°, вертикальной — от -6° до +22°. Лафет имел подрессоренные колеса со сплошными резиновыми шинами (встречались колеса двух типов — со сплошными дисками с отверстиями облегчения и спицованные). Допустимая скорость буксировки — 40 км/ч. Орудие комплектовалось пневматическими походными тормозами, управление которыми осуществлялось из кабины тягача. Можно было тормозить и вручную — посредством двух рычагов, расположенных по обе стороны лафета. Расчет орудия — восемь человек.

Боекомплект Рак 40 состоял из унитарных выстрелов со следующими типами снарядов:

— SprGr — осколочный снаряд массой 5,74 кг. Начальная скорость снаряда — 550 м/с;

— PzGr 39 — бронебойный трассирующий снаряд массой 6,8 кг. Начальная скорость — 790 м/с, бронепробиваемость — 132 мм на дистанции 500 м и 116 — на 1000 м;

— PzGr 40 — бронебойный подкалиберный снаряд массой 4,1 кг с сердечником из вольфрама. Начальная скорость — 990 м/с, бронепробиваемость — 154 мм на дистанции 500 м и 133 мм на 1000 м;

— HL.Gr — кумулятивный снаряд весом 4,6 кг. Использовался для поражения бронированных целей на дистанциях до 600 м.

Стоимость орудия Рак 40 составляла 12 000 рейхсмарок. Рак 40 являлась наиболее удачной и самой массовой противотанковой пушкой вермахта. О масштабах её производства свидетельствуют цифры среднемесячного выпуска, составлявшие в 1942 г. 176 пушек, в 1943-м — 728 и в 1944-м — 977. Наибольший месячный выпуск был зафиксирован в октябре 1944 г., когда было изготовлено 1050 Рак 40. В 1945 г. вследствие уничтожения значительной части промышленного потенциала Третьего рейха, темп производства Рак 40 существенно снизился — с января по апрель включительно было изготовлено 721 такое орудие. Общий объем производства Рак 40 составил 23 303 единицы, из них более 3000 было использовано в самоходных установках.

В 1942 г. на основе Рак 40 фирмой «Гебр. Хеллер» была разработана 75-мм противотанковая пушка Рак 42, отличавшаяся более длинным стволом (71 калибр вместо 46-ти). Было изготовлено лишь 253 такие пушки на полевом лафете. В дальнейшем орудиями Рак 42 без дульного тормоза вооружались истребители танков Pz.IV(A) и Pz.IV(V).

В 1944 г. была предпринята попытка создать облегченный вариант 75-мм противотанковой пушки. Новое орудие, получившее обозначение Рак 50, имело ствол, укороченный до 30 калибров, наложенный на лафет 50-мм пушки Рак 38. При этом обойтись минимумом переделок не удалось — алюминиевые станины исходного образца пришлось заменить стальными. В итоге, вес орудия уменьшился, но не в такой мере, как рассчитывали (до 1100 кг), а вот бронепробиваемость существенно снизилась и составляла для снаряда PzGr 39 75 мм на дистанции 500 м. В боекомплект пушки входили те же типы снарядов, что и для Рак 40, но размеры гильзы и порохового заряда были уменьшены. Производство Рак 50 продолжалось с мая по август 1944 г., а объем выпуска был сравнительно невелик — 358 единиц.

Первым истребителем танков, вооруженным пушкой Рак 40, стала самоходка на шасси трофейного французского тягача «Лоррэн». Конструктивно оно весьма походило на САУ на шасси такого же тягача, вооруженные 105-мм и 150-мм гаубицами. Орудие Рак 40/1 монтировалось в кормовой части машины в открытой сверху рубке. Весила самоходка около 8 т. Получившие обозначение 7,5 cm Pak 40/1 auf GeshMzwagen Lr.S.(f), или же Sd.Kfz.135, а позже — ещё и название «Мардер I», самоходки использовались, главным образом, на Восточном фронте. В течение июля-августа 1942 г. было изготовлено 179 таких истребителя танков. В меньших количествах с применением французских шасси выпускались ещё несколько типов истребителей танков:

— 7,5 cm Pak 40 auf mSPW S307(f) — на шасси полугусеничного тягача SOMUA MCG (72 единицы);

— 7,5 cm Pak 40 auf Gestatzwagen FCM(f) — на шасси легкого танка FCM 36 (24);

— 7,5 cm Pak 40 auf Gestatzwagen 38H(f) — на шасси легкого танка «Гочкисс» Н39 (60 единиц в 1943-44 гг.).

Гораздо более широко были распространены самоходные варианты Рак 40 на шасси танков Pz.Kpfw. II Ausf. F и Pz.Kpfw. 38(t). Распоряжение о монтаже 75-мм противотанковых пушек на шасси указанных танков было дано рейхсминистром вооружений А. Шпеером 18 мая 1942 г.

1 июля этому распоряжению придали наивысший приоритет — оно получило статус «приказа фюрера».

Разработку САУ на шасси Pz.Kpfw. II Ausf. F вела берлинская фирма «Алкетт». При переделке танка постарались обойтись минимальными изменениями ввиду крайней срочности задания. Была демонтирована башня и часть подбашенного листа крыши корпуса. На их месте соорудили открытую сверху и сзади бронированную рубку коробчатой формы из листов толщиной 10 мм. Бронезащита корпуса осталась такой же, как и на базовом танке — 35 мм для лобовой проекции и 15 мм — для боковой и кормовой. Пушка прикрывалась двухслойным бронещитом по типу щита пушки на полевом лафете толщиной 4 и 8 мм.

75-мм пушка Рак 40/2 монтировалась в рубке на специальной раме, прикрепленной к крыше отделения управления болтами. Угол горизонтальной наводки составлял 32° влево и 25° вправо, вертикальной — от -8° до +10°. Больший диапазон вертикальной наводки попросту не требовался противотанковому орудию, ведущему огонь прямой наводкой. Прицел телескопический однообъективный «Цейсс» ZF 3х8. Дополнительное вооружение — пулемет MG 34. Возимый боекомплект составлял 37 выстрелов к пушке и 600 патронов к пулемету.

Силовая установка соответствовала аналогичному агрегату САУ «Веспе», описанному в соответствующем разделе.

^{Экипаж САУ — три человека.}

Производство истребителя танков, получившего индекс Sd.Kfz. 131, а позже — наименование «Мардер II», было налажено на предприятиях концерна FAMO в Бреслау и в Чеховицах возле Варшавы. Поначалу с конвейера наряду с САУ сходили и танки Pz.Kpfw. II Ausf. F, но с января 1943 г. выпускались уже только самоходки. С июля 1942-го до июня 1943 г. было изготовлено 531 Sd.Kfz.131. Ещё 75 САУ этого типа получили путем переоборудования поступавших на ремонт танков Pz.Kpfw. II на заводах «Даймлер-Бенц» и MAN с июля 1943-го по март 1944 г.

Одновременно с разработкой САУ на шасси Pz.Kpfw. II Ausf. F, фирма «Алкетт» проектировала и истребитель танков на шасси танка Pz.Kpfw. 38(t) Ausf. G. Было изготовлено два прототипа, один из которых вооружили пушкой Рак 40/3, а другой — пушкой StuK 40, которой вооружались штурмовые орудия. Военные отдали предпочтение первому варианту.

Серийные истребители танков, получившие обозначение Sd.Kfz.138, а позже — наименование «Мардер III», изготовлялись на базе танков Pz.Kpfw. 38(t) Ausf. Н. Ходовая часть и корпус танка остались без изменений. Пушка Рак 40/3 была смонтирована над боевым отделением танка на лонжероне в форме моста. Угол горизонтальной наводки составлял 30° влево и всего 3° вправо. Передний подвижный бронещит пушки толщиной 15 мм перекрывался высокими бортами рубки, доходившими до моторного отделения. Борта рубки, собираемые при помощи клепки на каркасе из уголков, также имели толщину 15 мм. В отличие от Sd.Kfz.131, казенная часть пушки вместе с рабочими местами наводчика и заряжающего закрывались бронированной крышей толщиной 10 мм.

^{Самоходная установка с 150-мм PzKpfw 38(t)}

Вспомогательное вооружение САУ состояло из двух пулеметов — курсового MG 37(t), «унаследованного» от базового танка, и MG 34, который перевозился в боевом отделении и устанавливался в случае необходимости на кронштейне на одном из бортов рубки. Боекомплект САУ составлял 38 выстрелов к пушке и 600 патронов к пулеметам.

Силовая установка соответствовала примененной в танке Pz.Kpfw. 38(t) Ausf. H, и описана в разделе, посвященном самоходным вариантам 150-мм пехотного орудия.

Экипаж САУ состоял из четырех человек.

Серийный выпуск Sd.Kfz.138 Ausf. Н начался в ноябре 1942 г. До апреля следующего года фирма ВММ изготовила 275 таких САУ. Ещё 338 самоходок было переоборудовано из поступивших на ремонт танков на ремонтном заводе вермахта в чешском г. Прилоуги. Для этой цели завод ВММ выпускал комплектные рубки, которые устанавливались на корпусах восстановленных танков.

Боевое применение самоходок Sd.Kfz. 138 Ausf. H вскрыло ряд недостатков: сложность конструкции, затрудненный доступ к двигателю, неудовлетворительная защищенность и пр. Для устранения их фирма «Алкетт» спроектировала новый вариант САУ, получивший обозначение Sd.Kfz.138 Ausf. М. При этом корпус был полностью переделан. Сократилось число деталей и клепаных соединений, широко применялась сварка. Толщина брони существенно уменьшилась, но многие бронедетали были установлены с большими углами наклона. Например, толщина лобового листа корпуса уменьшилась с 50 мм до 10–15 мм, но угол наклона составил 67° от вертикали. В передней части сохранилось только место механика-водителя — самоходка стала трехместной.

Моторное и боевое отделение поменяли местами. Двигатель «Прага» АС мощностью 150 л.с. находился в средней части корпуса.

Боевое отделение занимало всю кормовую часть корпуса. Рубка собиралась из бронелистов толщиной 6-15 мм. Лафет пушки Рак 40/3 укреплен на обрезе крыши корпуса танка, в передней части боевого отделения. Казенная часть орудия и механизмы наведения прикрыты броневым щитом толщиной 6 мм, выгнутым в форме усеченного конуса и полностью перекрывавшем амбразуру в лобовом листе пушки. Углы горизонтальной наводки составляли по 21° влево и вправо, вертикальной — от -5° до +13°. Кормовое расположение боевого отделение позволило улучшить защиту и облегчить работу расчета, который теперь мог обслуживать пушку стоя. Кроме того, теперь ствол пушки не выступал за габариты машины, что облегчало маневрирование в стесненных условиях.

Боекомплект пушки составлял 27 выстрелов. Вспомогательное вооружение — пулемет MG 34 или MG 42, перевозимый в рубке (боекомплект 1500 патронов).

Машина оборудовалась радиостанцией FuSpr «d», но небольшая часть САУ, выпущенная в командирском варианте, получила вторую радиостанцию Fu 8 (правда, боекомплект пушки на этих машинах уменьшили до 15 выстрелов).

Первая партия Sd.Kfz.138 Ausf. М в количестве 20 единиц была изготовлена в апреле 1943 г. До июня 1944 г., когда на смену «Мардерам» пришла новая противотанковая САУ «Хетцер», было изготовлено 942 такие машины.

Единственной страной, кроме Германии, получившей САУ «Мардер» стала Словакия — в начале 1944 г. ей было передано 18 машин Sd.Kfz.138 Ausf. Н. В ходе последовавшего за началом Словацкого национального восстания разоружения ряда частей словацкой армии, 16 «Мардеров» вновь попали в вермахт. Две оставшиеся у словаков машины были подбиты в боях с немцами.

После освобождения Чехословакии в 1945 г. её армия получила девять «Мардеров» (три Ausf. Н и шесть Ausf. М), находившихся на складе завода ВММ. Впоследствии чехословацкая армия получила ещё 32 Sd.Kfz. 138 из числа брошенных на территории страны германскими частями. В Чехословакии эти самоходки, получившие обозначение ST-II, служили до 1948 г.

Кроме указанных самоходных установок, пушки Рак 40 применялись для вооружения полугусеничных бронетранспортеров Sd.Kfz.251/22 (302 единицы), четырехосных бронеавтомобилей Sd.Kfz.234/4 (89 единиц) и устанавливались на шасси гусеничных тягачей RSO (60 штук). Последние вряд ли можно назвать полноценными САУ — у них была бронирована лишь кабина водителя, сама же пушка устанавливалась открыто.

ТТХ самоходных противотанковых установок с орудиями Рак 40 см. приложение.

Разработка 88-мм противотанкового орудия, начатая в 1942 г., как и предыдущих пушек подобного назначения, осуществлялась фирмой «Рейнметалл-Борзиг». Но уже в конце года ввиду загруженности фирмы доводку орудия передали другому предприятию — «Везерхютте». В основу орудия была положена баллистика 88-мм зенитки Flak 41, отлично себя зарекомендовавшей в борьбе с танками. От зенитки была унаследована и общая компоновочная схема с крестообразным лафетом и двумя отделяемыми двухколесными ходами. Такое решение, с одной стороны, обеспечивало круговой обстрел, весьма нелишний противотанковой пушке в бою, но с другой стороны — существенно утяжеляло конструкцию и затрудняло перевод пушки из походного положения в боевое и обратно. Горизонтирование орудия осуществлялось по уровням специальными домкратами, находящимися на концах продольной балки лафета.

Пушка Рак 43 имела почти семиметровой длины ствол с мощным дульным тормозом и горизонтальным клиновым полуавтоматическим затвором. Имелся щит из 5-мм брони, установленный под большим углом к вертикали. В боевом положении орудие весило 4240 кг, в походном (с присоединенными колесными ходами) — 4750 кг. Для буксирования Рак 43 предписывалось использовать 8-т полугусеничный тягач Sd.Kfz.7.

^{Самоходная установка с 762 Pak 36(r)}

Длина ствола составляла 6610 мм, без дульного тормоза — 6280 мм (71 калибр). Горизонтальная наводка, как уже отмечалось, была круговой, угол вертикальной составлял от -8° до +40°. Дальность стрельбы составляла 15 150 м, а дальность прямого выстрела — 2500 м. На такой дистанции Рак 43 способна была поражать танки противника любых типов. Скорострельность составляла 8-10 выстр./мин. Обслуживал орудие расчет из 11 чел.

Боекомплект Рак 43 состоял из унитарных выстрелов с четырьмя типами снарядов:

— PzGr 39/43 — бронебойный массой 10,2 кг. Начальная скорость — 1000 м/с, бронепобиваемость — 207 мм на дистанции 500 м и 159 мм — 2000 м;

— PzGr 40/43 — подкалиберный снаряд весом 7,3 кг с сердечником из карбида вольфрама. Начальная скорость — 1130 м/с, бронепобиваемость — 265 мм на дистанции 500 м и 182 мм — 2000 м;

— HL Gr — кумулятивный снаряд весом 7,62 кг. Начальная скорость — 600 м/с;

— Spr Gr — осколочный снаряд. Начальная скорость — 950 м/с.

Производство Рак 43 началось лить в декабре 1943 г., когда были выпущены первые шесть орудий. До 1 апреля 1945 г. было впущено 2098 таких орудий, поступавших на вооружение отдельных противотанковых дивизионов.

В связи с задержкой производства Рак 43 фирмой «Везерхютте», концерн «Рейнметалл-Борзиг» получил указание наладить выпуск упрощенного варианта такого орудия с тем, чтобы он поступил в части вермахта к началу летней кампании 1943 г. Пушка, получившая обозначение Рак43/41, представляла собой ствол Рак43, наложенный на лафет опытной 105-мм пушки К 41 с колесами от 150-мм гаубицы sFH 18. Вес орудия снизился до 4380 кг, но и эта величина исключала перекатывание пушки на поле боя силами расчета. Боеприпасы и баллистика соответствовали Рак 43, а вот углы наводки изменились: горизонтальный составлял 56°, вертикальный составлял от -5° до +38°.

Ставка на использование готовых узлов оправдала себя — первые 23 Рак 43/41 были выпущены уже в феврале 1943 г. однако через несколько дней их передали для вооружения самоходок. Поэтому в части вермахта первые Рак 43/41 попали лишь в апреле 1943 г. Производство таких орудий продолжалось до весны 1944 г., когда был, наконец-то, налажен валовой выпуск Рак 41. В общей сложности было изготовлено 1403 Рак 43/41. О масштабах боевого применения 88-мм противотанковых пушек свидетельствует тот факт, что по состоянию на 1 марта 1945 г. на фронте находилось 1049 Рак 43 и Рак 43/41, а ещё 135 таких орудий было на складах.

Артиллерийская часть Рак 43 применялась не только на полевых лафетах, но и в качестве вооружения самоходных истребителей танков. Идея создания подобной самоходки с 8 8-мм пушкой впервые была сформулирована ещё в июле 1942 г. — когда Рак 43 находилась на стадии разработки. В качестве шасси выбрали Gestatzwagen III/IV — комбинацию из узлов танков Pz.Kpfw. III и Pz.Kpfw. IV, применяемую также в качестве шасси 150-мм самоходной гаубицы «Хуммель». Противотанковая САУ получила обозначение Sd.Kfz.164 и наименование «Хорниссе» («Шершень»), в феврале 1944 г. измененное согласно пожеланию Гитлера на «Насхорн» («Носорог»). 88-мм орудие Рак 43/1 устанавливалось в открытой сверху рубке из бронелистов толщиной 30 мм в передней части и 10 мм — по бортам и в корме. Углы горизонтальной наводки составляли по 15° влево и вправо, вертикальной — от -5° до +20°. Прицельные приспособления поначалу состояли из двух прицелов: ZF 3х8 для стрельбы прямой наводкой и ZE 34 для стрельбы с закрытых позиций. С 51-й машины устанавливался универсальный прицел ZE 37/43, пригодный как для стрельбы прямой наводкой, так и, благодаря наличию специальной насадки, для стрельбы с закрытых позиций. Возимый боекомплект САУ состоял из 40 выстрелов — 16 а двух боеукладках по бортам боевого отделения и 24 на полу боевого отделения. Вспомогательное вооружение — пулемет MG 34 с боекомплектом 600 патронов.

^{Самоходная установка Насхорн}

Первоначальными планами серийного производства предусматривалось изготовить с января 1943-го по март 1944 г. 57 °CАУ Sd.Kfz. 164, из них 420 должна была выпустить фирма «Алкетт» и 150 — подключавшаяся к производству с мая 1943 г. фирма «Штальиндустри». При этом самоходка рассматривалась как переходное решение до разворачивания массового выпуска танков «Тигр» и «Пантера». В июне 1943 г. общая программа выпуска была сокращена до 500 единиц. Но и этот план не был выполнен в срок — в ноябре 1943 г. союзническая авиация разбомбила производственный комплекс фирмы «Алкетт», и выпуск «Насхорнов» пришлось перенести на завод «Дойче Айзенверке». Производство этих САУ было окончательно остановлено лишь в феврале 1945 г., а общий объем выпуска составил 494 единицы (345 — в 1943 г., 133 — в 1944-м и 16 — в 1945-м).

САУ «Насхорн» поступали на вооружение тяжелых танкоистребительных батальонов, каждый из которых имел три роты по 14 САУ плюс три самоходки в управлении (в общей сложности, 45 «Насхорнов»). В марте 1943 г. был сформирован первый по счету, 560-й дивизион, в апреле — 655-й, первоначально именовавшийся «Сталинград». Три его роты вместо обычных порядковых номеров получили номера 521-я, 611-я и 670-я — в память о противотанковых батальонах с этими номерами, погибших в Сталинградской битве. В апреле был сформирован и 525-й дивизион. В августе 1943 г. «Насхорны» получил 93-й дивизион, в сентябре — 519-й и, наконец, в начале декабря — 88-й. Таким образом, «Насхорнами» вооружили шесть дивизионов. В 1944 г. новых частей этими САУ уже не вооружали — производства не хватало даже, чтобы покрыть потери. На замену «Насхорнам» постепенно приходили истребители танков «Ягдпантера», также вооруженные 88-мм пушкой, но имевшие полностью закрытую рубку и гораздо лучшую бронезащиту.

Боевой дебют Sd.Kfz.164 состоялся в ходе операции «Цитадель» в июле 1943 г. В этой битве участвовали 560-й дивизион и 521-я батарея 655-го дивизиона. Уже первый опыт боевых действий подсказал оптимальную тактику боевого применения новых самоходок: действие с подготовленных позиций из засад. При этом благодаря отличным баллистическим качествам пушки можно было поражать вражеские танки на расстоянии до 2 км, а сама САУ оставалась неуязвимой. Попытки же использовать «Насхорны» в качестве танков — т. е., для атак либо контратак на открытой местности, — зачастую оканчивались плачевно. В этом случае сказывалась недостаточная бронезащита САУ, легко пробиваемая всеми противотанковыми средствами Красной армии, и её высокий силуэт, делающий самоходку отличной мишенью. По состоянию на 1 февраля 1945 г. в частях вермахта имелось ещё 141 САУ «Насхорн», а на 1 апреля — 85 единиц. До конца боевых действий «Насхорны» использовались, в частности, 519-м батальоном, 93-й и 525-й ротами — бывшими батальонами, и рядом других разрозненных частей.

ТТХ САУ «Насхорн» см. приложение.

Проектирование сверхмощного 128-мм противотанкового орудия началось в 1943 г. Как и в случае с 88-мм пушкой Рак 43, за основу была взята зенитка — на этот раз Flak 40, отличающаяся очень хорошими баллистическими характеристиками. Опытные образцы 128-мм противотанковой пушки были изготовлены фирмами «Крупп» и «Рейнметалл-Борзиг». После сравнительных испытаний на вооружение приняли именно «крупповский» образец, получивший обозначение Рак 44. Компоновочно орудие весьма походило на зенитку — оно имело крестообразный лафет, обеспечивавший круговой обстрел. Транспортировалось Рак 44 на четырехколесном ходу, но ввиду большой массы — более 10 тонн — могло буксироваться лишь 12– и 18-тонными полугусеничными тягачами.

Орудие, в отличие от всех иных противотанковых пушек, имело раздельное заряжание, но благодаря наличию полуавтоматического затвора, обеспечивало скорострельность до 5 выстр./мин. В боекомплект входили бронебойные снаряды массой 28,3 кг и осколочные массой 28 кг. Рак 44 могла поражать любые типы советских, американских либо английских танков на дистанциях, для них запредельных. Даже если броню пробить не удавалось, попадание тяжелого снаряда в танк в 90 % случаев приводило к выходу его из строя. Но все достоинства Рак 44 перечеркивались одним недостатком — чрезмерными габаритами и массой орудия, делавшими его весьма уязвимым на поле боя. Поэтому, производство Рак 44, начатое в декабре 1943 г., уже в марте 1944 г. было прекращено после выпуска всего 18 орудий.

В феврале 1944 г. началось производство 128-мм пушки Рак 80, отличавшейся от предыдущего образца, главным образом, отсутствием дульного тормоза. Подобные орудия предназначались, прежде всего, для установки в тяжелые истребители танков «Ягдтигр». Применялись они и на опытных образцах сверхтяжелого танка «Маус». Но весной 1944 г. фирма «Крупп» изготовила два образца Рак 80 на полевом лафете, получивших обозначение К 81/1 и К 81/2. В обоих случаях применялись лафеты от трофейных арстистем: в К 81/1 — от французской 155-мм пушки GPF, а в К 81/2 — от советской 152-мм пушки-гаубицы МЛ-20. Оба лафета имели традиционную для полевой артиллерии конструкцию с раздвижными станинами, но французский был четырехколесным, а советский — двухколесным. Лафет от GPF был довольно тяжелым, поэтому К 81/1 весила даже больше, чем Рак 44–12 197 кг. Вес К 81/2 составлял «всего» 8302 кг. Угол горизонтального обстрела разнился весьма незначительно — 60° для первого образца и 58° — для второго. Баллистические характеристики были идентичными. Пушка Рак 80 имела ствол длиной 7040 мм (55 калибров). Максимальная дальность стрельбы составляла 24 000 м, дальность прямого выстрела — 4000 м. Бронебойный снаряд с начальной скоростью 950 м/с на дистанции в 1000 м при угле встречи 30° пробивал броню толщиной 230 мм, а на 2000 м — 172 мм.

^{Самоходная установка JgdPz IV c 75-мм Pak39 уничтожитель танков}

Решение о начале производства 128-мм пушек Рак 80 на полевых лафетах было принято в конце октября

1944 г. До января 1945 г. на заводе «Крупп» в г. Бреслау было выпущено 132 Рак 80, из них 80 единиц было использовано для вооружения «Ягдтигров» и «Маусов», а 52 — установлено на полевых лафетах.

Буксируемые модификации Рак 80 поступали на вооружение отдельных батарей, каждая из которых согласно штату должна была располагать дюжиной орудий — по шесть К 81/1 и К 81/2. В течение ноября 1944 г. было сформировано четыре такие батареи — 1092-я, 1097-я, 1124-я и 1125-я. К концу месяца на их вооружении было в общей сложности лишь десять 128-мм пушек — три К 81/1 и семь К 81/2. Впоследствии количество орудий в батареях возросло, но до штатного так и не было доведено. Все батареи 128-мм противотанковых пушек воевали на Западном фронте.

Применяемая в вооруженных силах Германии зенитная артиллерия может быть условно разделена на три основные группы: малокалиберная (20–37 мм), средего калибра (главным образом, знаменитые «acht-acht», или «восемь-восемь» — 88-мм пушки) и крупнокалиберная (105-мм и 128 мм). Кроме того, применялось довольно большое количество трофейных зениток. Как уже отмечалось, большинство зенитной артиллерии, причем не только прикрывавшей тыловые районы рейха и оккупированных стран, но и обеспечивающей ПВО фронтовых частей, находилась в составе люфтваффе, армейская же зенитная артиллерия была относительно немногочисленной.

Разработка 20-мм автоматических пушек велась в Германии ещё в годы Первой мировой войны. Пушка системы Беккера оказалась достаточно удачной, и впоследствии была доведена до серийного производства в Швейцарии фирмой «Эрликон». Довольно большое количество (свыше 800 единиц) таких зениток применялось и в Германии под обозначением 2 cm Fliegerabwehrkanone 28 (Flak 28). Но основным типом 20-мм зенитки стала пушка Flak 30 и её усовершенствованные варианты. Это орудие, как и некоторые другие образцы артиллерийского вооружения, разрабатывалось фирмой «Рейнметалл» по советскому заказу. Производство пушки, принятой на вооружение Красной армии под обозначением «20-мм автоматическая зенитная и противотанковая пушка обр. 1930 г.», было налажено на заводе в подмосковных Подлипках. Но в течение 1932-33 гг. это предприятие смогло сдать заказчику всего 64 орудия, после чего их производство было прекращено. Вермахт же с 1934 г. получал такие пушки, без преувеличения, десятками тысяч. Эксплуатировались такие орудия и в некоторые другие страны, например, в Нидерланды и Китай.

При создании 2 cm Flak 30 германские конструкторы применили модульный подход, выполнив автомат независимо от остальных частей пушки — это позволило впоследствии применять его на различных лафетах. При стрельбе происходил откат всего автомата, крепящегося к люльке при помощи засовов с пружинными защелками, соединенных с противооткатными приспособлениями. Люлька же своими цапфами крепилась на верхнем станке лафета, составляя вместе с ним качающуюся часть. Действие автоматики основано на использовании энергии отдачи ствола и затвора при коротком откате ствола. Ствол выполнен быстросменным — на его замену требовалось всего 11 секунд.

Питание автомата производилось из коробчатого магазина емкостью 20 патронов. Спусковой механизм позволял вести огонь одиночными выстрелами и очередями, спуск производился нажатием ножной педали.

Основанием лафета служила треугольная платформа с тремя сошниками, на концах которых находились домкраты. Одноосный колесный ход при переводе в боевое положение отделялся, платформа опускалась на грунт и горизонтировалась при помощи домкратов. Подрессоренный колесный ход позволял буксировать Flak 30 со скоростью до 60 км/ч. Расчет установки состоял из 5 чел.

^{Зенитное орудие Flak 30}

Установка 2 cm Flak 30 отличалась протостой конструкции, возможностью быстрой сборки и разборки, сравнительно небольшим весом (автоамт весил 65 кг.). Но опыт эксплуатации, в том числе и в ходе войны в Испании, вскрыл ряд недостатков. В частности, автомат оказался чуствительным к изменению угла возвышения — при стрельбе на малых углах возвышения возникало много задержек из-за неполного отхода подвижных частей автомата в заднее положение. Автомат оказался чуствителен к запылению, загрязнению и загустению смазки.

По результатам эксплуатации и боевого применения 20-мм зенитки фирма «Маузер» модернизировала её, создав установку 2 cm Flak 38. Баллистика изменениям не подверглась, но за счет уменьшения веса подвижных частей и увеличения скорости их движения удалось повысить надежность работы автомата, а также увеличить техническую скорострельность с 245 до 420–480 выстр./ мин. Изменения в лафете были минимальными, в частности, была введена вторая скорость в механизмах вертикальной и горизонтальной наводки. Поставки Flak 38 в войска начались во второй половине 1940 г.

С использованием автомата от Flak 38 была создана одна из наиболее эффективных во время Второй мировой войны зенитных установок для борьбы с низколетящими целями — четырехствольную зенитку Flakvierling 38, производство которой также началось в 1940 г. Кроме высокой плотности огня, эта установка отличалась совершенной прицельной системой Flakvisier 40, а к концу войны была создана система управления огнем с применением РЛС. Расчет Flakvierling 38 состоял из 7 чел. Стоимость Flakvierling 38 составляла 22 000 рейхсмарок (Flak 38 — 6500 рейхсмарок).

Ещё одной зениткой, созданной с применением автомата от Flak 38, стала облегченная горная установка Gebirgsflak 38. Она начала поступать в войска в 1944 г.

По состоянию на 1 сентября 1939 г. сухопутные войска и люфтваффе располагали 6072 автоматами от Flak 30 и от Flak 38. Их дальнейшие поставки отображены в таблице.

Поставки 20-мм зениток

^{* в этой строке указано количество автоматов, а не установок}

Боекомплект Flak 30 и Flak 38 состоял из патронов, взаимозаменямых с патронами танковых 20-мм пушек KwK 30 и KwK 38, но не подходящих к пушке Flak 28. В общей сложности применялось девять типов снарядов, основными из которых были осколочно-трассирующий весом 115 г и бронебойно-трассирующий (143 г). Имелся также бронебойный подкалиберный снаряд, весивший всего 100 г.

ТТХ основных образцов 20-мм зенитных пушек см. приложение.

С применением артиллерийских частей Flak 38 и Flakvierling 38 был создан целый ряд зенитных самоходных установок (ЗСУ). Главной целью, которую преследовали их проектировщики, было создание установок, способных сопровождать передовые танковые части. Не удивительно, что многие из их использовало танковые шасси.

Первой ЗСУ на танковой базе с 20-мм пушкой стала 2 cm Flak 38 Sfe, созданная фирмой «Алкетт» в начале

1941 г. с применением шасси легкого танка Pz.Kpfw. I Ausf. A. При переоборудовании в ЗСУ с танка сняли башню и частично срезали подбашенную коробку, установив на тумбе вращающуюся часть пушки Flak 38. Было изготовлено всего 26 таких ЗСУ, 24 из которых поступили на вооружение 614-го зенитного дивизиона. Дивизион состоял из трех батарей, в каждой из которых было восемь ЗСУ и 3–4 транспортера боеприпасов на шасси тех же танков Pz.Kpfw. I либо полугусеничных бронетранспортеров Sd.Kfz. 250/6. Применялись 2 cm Flak 38 Sfe, главным образом, на Восточном фронте. Последние из них были уничтожены зимой 1940 г. в Сталинградском котле.

Гораздо более распространенными на начальном этапе войны были ЗСУ на полугусеничных шасси. В частности, ещё в 1940 г. был создан самоходный вариант пушки Flak 30 на шасси однотонного полугусеничного тягача Sd.Kfz. 10. Такая ЗСУ получила индекс

Sd.Kfz. 10/4, а вариант с пушкой Flak 38 — Sd.Kfz. 10/5. Весила ЗСУ 5,5 т. её расчет состоял из пяти чел., а возимый боекомплект — 260 патронов. Часть машин Sd.Kfz. 10/5 поздних выпусков получили частичную бронезащиту в виде 8-мм листов, прикрывавших радиатор двигателя и переднюю проекцию кабины. В общей сложности было изготовлено 610 Sd.Kfz. 10/4 и Sd.Kfz. 10/5, дебютировавших в бою во время операций против Югославии и Греции. Ещё одна ЗСУ с использованием Flak 38 была создана на шасси среднего полугусеничного бронетранспортера Sd.Kfz.251. Эта установка, получившая индекс Sd.Kfz.251/17, представляла собой, фактически, обычную Flak 38, установленную в несколько доработанный кузов бронетранспортера. Весила ЗСУ 8,8 т, а подвижность полностью соответсвовала базовой машине. Вермахт получил в общей сложности 211 Sd.Kfz.251/17.

В 1940 г. был создан и самоходный вариант Flakvierling 38 на полугусеничном шасси. При этом использовали базу 8-тонного тягача Sd.Kfz.7. На его грузовой платформе была установлена счетверенная зенитка, при этом решетчатые борта платформы в боевом положении откидывались, образовывая площадку для работы расчета (10 чел.). Возимый боекомплект составлял 600 патронов, кроме того, самоходка могла буксировать одноосный прицеп с дополнительным боекомплектом. ЗСУ, получившая обозначение Sd.Kfz.7/1, весила 11,52 т. В общей сложности было изготовлено 319 таких установок, причем машины позднего выпуска (с 1943 г.) получили бронезащиту двигателя и кабины водителя.

Интерес к ЗСУ на танковом шасси возрос летом 1943 г. — он был подстегнут возрастающей опасностью для танковых частей со стороны советской авиации. При этом первой откликнулась пражская фирма ВММ — производитель танков Pz.Kpfw. 38(t) и широкой гаммы боевых машин на их базе. Уже в конце лет был представлен прототип ЗСУ Flakpanzer 38(t), представлявший собой танк со снятой башней, на месте которой установили открытую сверху рубку из бронелистов толщиной 10 мм. В рубке установили зенитку Flak 38. В боевом положении верхние листы рубки могли откидываться вниз, обеспечивая возможность стрельбы с углами снижения до -5°. Возимый боекомплект ЗСУ был довольно значительным — 1040 патронов. Экипаж —

4 чел. Двигатель мощностью 160 л.с. обеспечивал максимальную скорость движения до 42 км/ч.

После успешных испытаний Flakpanzer 38(t) была принята на вооружение под индексом Sd.Kfz.140. Серийный выпуск таких ЗСУ был начат в ноябре 1943 г., и к концу года было сдано уже 100 «Флакпанцеров». Но после выпуска ещё четырех десятков установок в январе-феврале 1944 г. их производство прекратили. Дело в том, что огневая мощь одноствольной 20-мм зенитки была уже недостаточной для эффективной борьбы против современных боевых самолетов. Дальнейшее развитие ЗСУ на танковом шасси требовало применения четырехствольных зениток. Но шасси легких танков для размещения Flakvierling 38 было слишком слабым — пришлось применить шасси среднего танка Pz.Kpfw. IV. Именно таким путем пошла фирма «Остбау», создав два варианта ЗСУ — «Вирбельвинд» и «Мёбельваген». Главным их отличием была конструкция орудийной установки. В «Вирбельвинде» Flakvierling 38 смонтировали во вращающейся открытой сверху девятигранной бронированной башне с толщиной брони 16 мм. В «Мёбельвагене» же зенитка находилась внутри объемной прямоугольной надстройки, борта которой в боевом положении откидывались. Обе ЗСУ весили в боевом положении порядка 22 т, экипаж их состоял из 5 чел. (механик-водитель, радист, командир, выполняющий также функции наводчика, двое заражающих), а возимый боекомплект — из 3200 патронов. В 1944-45 гг. было изготовлено 106 «Вирбельвиндов» (из 180 заказанных) и порядка 150 «Мёбельвагенов». «Вирбельвинд» был стандартизирован как Sd.Kfz. 161/3 (тот же индекс был присвоен и ЗСУ «Оствинд» с 37-мм автоматом). Наряду с серийными ЗСУ, встречались и войсковые переделки — например, летом 1944 г. в 12-м танковом полку СС на три танка Pz.Kpfw. IV со снятыми башнями установили зенитки Flakvierling 38. В отличие от заводских ЗСУ, на этих установках для защиты расчета имелись лишь штатные щиты зениток.

В 1944 г. наземные части ПВО начали получать в больших количествах авиационные 20-мм пушки MG 151/20. Это оружие, бывшее ранее основным на германских истребителях, начало заменяться более мощными, 30-мм пушками. Высвободившиеся MG 151/20 (около 15 тыс. единиц) было решено использовать для усиления ПВО.

Наиболее существенным преимуществом MG 151/20 по сравнению с Flak 38 было ленточное питание. Скорострельность была существенно выше — до 800 выстр./ мин. В боекомплект входили патроны с осколочно-зажигательным, фугасным, бронебойным и зажигательным снарядами весом 115 г.

Основным типом наземной установки с применением артиллерийской части MG 151/20 была строенная тумбовая. В 1944 г. было изготовлено 3141 такая установка, а в 1945 — ещё 973. Часть строенных установок применялось в самоходном варианте на шасси бронетранспортера Sd.Kfz.251.

В самом конце войны в частях ПВО начали появляться и установки на базе 30-мм авиационных пушек МК 103. Установка, получившая обозначение Flak 103/38, представляла собой простую комбинацию пушки МК 103, наложенную на лафет Flak 38. Такая зенитка весила в боевом положении 619 кг (в походном — 879 кг). Боепитание осуществлялось из магазинов емкостью 30 или 40 патронов. Досягаемость по высоте несколько превосходила таковую у 20-мм пушек и составляла 4500 м. Практическая скорострельность достигала 250 выстр./мин.

Фирмы «Рейнметалл» и «Густлов» получили в 1944 г. заказ на 1000 Flak 103/38, но их сдача заказчику началась лишь в 1945 г. Успели изготовить лишь 149 таких установок. Фирма «Маузер» также изготовила опытную партию счетверенных 30-мм зениток Flakvierling 103/38. Наконец, на шасси танка Pz.Kpfw. IV была создана ЗСУ «Кугельблиц», вооруженная спаркой пушек МК 103. В начале 1945 г. было изготовлено шесть таких ЗСУ.

История первого серийного образца немецкой 37-мм зенитки как две капли воды похожа на историю создания 20-мм пушки Flak 30. Разработку её под фирменным индексом ST 10 осуществляла фирма «Рейнметалл» по советскому заказу. В 1930 г. полный комплект технологической документации на производство этого орудия был передан советской стороне, но все попытки наладить производство 37-мм зениток германского образца на том же заводе в Подлипках завершились неудачей — в 1931-32 гг. изготовили всего шесть пушек, ни одна из которых не была принята заказчиком. В Германии же пушку приняли на вооружение в 1935 г. как 3,7 cm Flak 18.

Принцип работы автоматики 3,7 cm Flak 18 основывался на использовании энергии отдачи при коротком ходе ствола. Затвор поршневой. Ствол снабжен пламегасителем, частично выполняющим функцию дульного тормоза. Боепитание — обоймами по шесть патронов. Спусковой механизм — ножная педаль. Конструкторы уделили большое внимание простоте обслуживания и ремонтопригодности пушки. В частности, в ней широко применялись безрезьбовые соединения.

Пушка 3,7 cm Flak 18 имела тумбовый лафет без противооткатных приспособлений. На местности он горизонтировался при помощи четырех домкратов. Приводы наведения двухскоростные. В походном положении она перевозилась на двухосной подрессоренной повозке со скоростью до 50 км/ч. Установка пушки на повозку и снятие с неё осуществлялось при помощи цепной лебедки.

Опыт эксплуатации 3,7 cm Flak 18 показал, что конструкция лафета и повозки является слишком громоздкой и тяжелой, а время перевода орудия в боевое положение — чрезмерно большим. Поэтому пушка была модернизирована, получив обозначение 3,7 cm Flak 36. При этом двухосная повозка была заменена одноосным колесным ходом, а в конструкцию лафета ввели гидравлический тормоз отката. Применили также усовершенствованный прицел Flakvisier 36 либо Flakvisier 37 (в последнем варианте пушка иногда обозначалась как Flak 37). Стоимость 3,7 cm Flak 36 составляла 24 000 рейхсмарок.

Уже в ходе Второй мировой войны фирма «Рейнметалл» разработала новый 37-мм автомат Flak 43. Его принципиальным отличием от прежних конструкций была иная схема работы автоматики, когда часть операций производилась за счет энергии отводимых газов, а часть — за счет энергии откатывающихся частей. Благодаря этому удалось увеличить темп стрельбы. Боепитание с боковой подачей из обойм емкостью 8 патронов.

С использованием автоматов Flak 43 была создана и спаренная зенитка Flakzwilling 43. В ней два автомата располагались один над другим и были соединены между собой при помощи тяги параллелограмма.

Flak 43 не смогла полностью вытеснить Flak 36 с производственных линий — выпуск обеих типов установок осуществлялся вплоть до конца войны.

Баллистика и боеприпасы 37-мм зениток Flak 18, Flak 36 и Flak 43 были идентичны. Применялись три типа снарядов — осколочно-трассирующий (весом 620 г), осколочно-зажигательно-трассирующий (645 г) и бронебойно-трассирующий (685 г). Вес патрона составлял, в зависимости от типа снаряда, 1,51-1,57 кг.

Поставки 37-мм зениток

^{* в этой строке указано количество автоматов, а не установок}

Поставки 37-мм зениток Flak 18/36/37

ТТХ основных образцов 37-мм зенитных пушек см. приложение.

Так же, как и в случае с 20-мм зенитками, немцы создали ряд образцов ЗСУ, вооруженных 37-мм автоматами. В частности, начиная с 1940 г. вермахт получил 339 самоходок на шасси 5-тонного полугусеничного тягача Sd.Kfz.6, получивших обозначение Sd.Kfz.6/2. Весившая 10,4 т ЗСУ вооружалась пушкой Flak 36, а её расчет состоял из 5 чел. Впоследствии был создан вариант ЗСУ на шасси 8-тонного тягача, принятый на вооружение под индексом Sd.Kfz.7/2. Она была немного тяжелее — 11,05 т. Вооружение — 37-мм пушка Flak 36. Было изготовлено 123 Sd.Kfz.7/2, причем машины последних серий получили бронезащиту двигателя и кабины водителя. С применение артиллерийской части Flak 43 в конце войны выпускались ЗСУ на шасси тяжелого полугусеничного тягача sWS. При этом кабина и двигатель тягача защищались броней, а весила такая самоходка 13,5 т. Точное количество выпущенных ЗСУ неизвестно, но, вероятно, составляло несколько десятков экземпляров.

На базе узлов ЗСУ «Мёбельваген» (шасси танка Pz.Kpfw. IV) был создан вариант, вооруженный 37-мм зениткой Flak 43, сохранивший прежнее наименование. Весила такая ЗСУ 24,1 т, её расчет состоял из 7 чел., а возимый боекомплект — из 416 выстрелов. Было изготовлено в общей сложности 240 таких ЗСУ (205 в 1944 г. и 35 — в 1945 г.). Предпринимались также попытки создать 37-мм ЗСУ с пушкой во вращающейся башне. При этом в основу была положена конструкция ЗСУ «Вирбельвинд», в которой в башне 20-мм счетверенный автомат был заменен 37-мм зениткой Flak 43. Расчет установки, получившей наименование «Оствинд», состоял из 6 чел., возимый боекомплект был аналогичен «Мёбельвагену», а боевая масса машины несколько больше — 26 т. Полномасштабное производство таких ЗСУ наладить не успели: фирма «Остбау» в декабре 1944 г. изготовила 15 «Оствиндов», а в 1945-м — 28. Наконец, был создан и самоходный вариант 37-мм спаренной пушки Fłakzwilling 43, получивший наименование «Оствинд II». В конце 1944 г. был изготовлен опытный образец, а в начале 1945 г. успели выпустить партию из пяти таких ЗСУ.

В 1943-44 гг. люфтваффе получило довольно много ЗСУ на шасси 4,5-т двухосных полноприводных грузовиков «Мерседес» и «Бюссинг-НАГ». Оба варианта шасси получили полностью бронированную кабину и частично — двигатель, а также решетчатые борта грузовой платформы, образовывающие в откинутом положении площадку для работы расчета. Боекомплект перевозился на одноосном прицепе. Вооружение, как правило, состояло из 37-мм зенитки 3,7 cm Flak 36, но встречались и машины с 20-мм четырехстволками Flakvierling 38.

В Германии предпринимались попытки создать среднюю зенитку, занимающую промежуточное положение между 37-мм и 88-мм орудиями. В частности, в 1936 г. фирмы «Рейнметалл» и «Крупп» изготовили опытные образцы 50-мм зенитных автоматов. По результатам конкурсных испытаний лучшим признали изделие «Рейнметалла», принятое на вооружение под обозначением 5 cm Flak 41. Фирма получила заказ на 50 таких пушек, поставки которых начались в 1941 г.

Основной особенностью конструктивной схемы 5 cm Flak 41 было почти полное совмещение во времени действия основных механизмов автомата за счет одновременного использования отдачи ствола и отвода пороховых газов. Боепитание — боковое, из обойм, вмещающих по пять патронов. Практическая скорострельность достигала 130 выстр./мин. Длина ствола — 67 калибров (3342 мм). Стрельба велась с трехстанинного лафета, вывешиваемого домкратами. Перевозка осуществлялась на отделяемой двухосной повозке. В боевом положении пушка весила 3100 кг, в походном — 5720 кг.

Боекомплект 5 cm Flak 41 состоял из осколочнотрассирующих снарядов (вес 2,195 кг) и двух типов бронебойных снарядов (2,06 и 2,23 кг). Снаряды вза-имозаменямы со снарядами 50-мм танковых и противотанковых пушек, но патроны — нет. Максимальная дальность стрельбы — 9400 м.

Итоги войсковых испытаний 5 cm Flak 41 оказались неудовлетворительными, и новых заказов на это орудие не последовало. Поставленные же пушки этого типа применялись в частях люфтваффе вплоть до конца войны. В ходе войны конструкторами фирм «Рейнметалл», «Крупп», «Маузер», «Густлов», «Дюркопп» было предпринято ещё несколько попыток создать зенитные пушки калибров 50 и 55 мм, но все они не вышли из стадии опытных образцов.

К началу Второй мировой войны в вермахте имелось ещё несколько десятков зениток 7,5 cm Flak 14. Эти пушки, представлявшие собой несколько усовершенствованный вариант орудия времен Первой мировой войны, были уже устаревшми. Основу же ПВО рейха составляли новые 88-мм зенитные пушки, с полным правом считающиеся одними из лучших в своем роде в мире.

Разработка 88-мм зенитки началась в Германии ещё в 1917 г. «Крупп» и «Эрхардт». Орудие имело длину ствола 45 калибров, весило порядка 7300 кг и вело огонь 9,5-кг снарядами. Такие пушки прикрывали промышленные центры Германии в 1918 г., но после подписания Версальского мира были уничтожены.

Разработку нового образца 88-мм зенитки начала фирма «Крупп» в 1928 г. Работы поначалу велись в Швеции на фирме «Бофорс» (германский концерн владел примерно 30 % акций этой фирмы) силами германских конструкторов. Изготовление опытных образцов осуществлялось уже в Германии, на заводе в г. Эссен. В 1932 г. новое орудие было продемонстрировано командованию рейхсвера, а вскоре последовало решение о принятии его на вооружение под обозначением 8,8 cm Flak 18. Поставки в войска начались в 1933 г., а в 1936 г. новые зенитки прошли «боевое крещение» в Испании. По опыту боевого применения в конструкцию орудия внесли некоторые изменения, в частности, ввели бронещит.

Ствол 8,8 cm Flak 18 состоял из кожуха, свободной трубы и казенника. Крутизна переменная. Затвор полуавтоматический клиновой. В конструкции орудия был предусмотрен зарядный лоток и пневматический досылатель, но в войсках эти узлы часто демонтировали из-за ненадежной их работы. Имелся также установщих взрывателя. Противооткатные устройства состояли из гидравлического тормоза отката веретенного типа и гидропневматического накатника.

Лафет по конструкции подобен лафету 88-мм пушки, разработанной в 1917 г. Он представлял собой крестообразное основание с четырьмя станинами. При перевозке боковые станины поднимались вверх, а продольная балка выполняла роль повозки. Перевозка осуществлялась при помощи двух отделяемых одноосных колесных ходов. К основанию лафета присоединена тумба, на которой укреплен вертлюг — верхний станок. Механизмы наведения двухскоростные. Уравновешивающий механизм пружинный тянущего типа.

Боекомплект орудия состоял из двух типов осколочных гранат (с ввинтным дном и цельнокорпусная) весом 9 кг, а также двух типов бронебойных снарядов (весом 9,5 кг и 10,2 кг). Заряжание унитарное, вес патронов в зависимости от типа снаряда 14,7-16 кг.

В 1936 г. на вооружение приняли модернизированную зенитку — пушку 8,8 cm Flak 36. Она имела несколько измененную конструкцию колесных ходов, упрощенный лафет. Также детали из цветных сплавов были заменены стальными. Баллистика и боеприпасы оставались прежними. Стоимость серийной 8,8 cm Flak 36 составляла 36 000 рейхсмарок.

Очередная модернизация 88-мм зенитки была осуществлена в 1939 г. Орудие, получившее обозначение 8,8 cm Flak 37, было оборудовано аппаратурой приема данных с батарейного пульта управления огнем. Баллистика и боекомплект снова остались без изменений. Многие детали и узлы трех модификаций зениток были взаимозаменяемыми, что приводило к появлению в ходе ремонтов своеобразных гибридов — например, ствол Flak 18, установленный на лафет Flak 36.

В качестве тягачей для 88-мм зениток применялись, главным образом, 8-т полугусеничные тягачи, но довольно часто встречались и колесные тягачи — например, трехосные грузовики «Хеншель» 33D1.

Развитие авиации в странах — потенциальных противниках подталкивало командование вермахта «заглянуть в будущее», поставив задачу создания зенитной пушки с большей, чем у прежних 88-миллиметровок досягаемостью по высоте. Заказ был выдан в 1939 г. фирме «Рейнметалл-Борзиг». В первую очередь, была существенно увеличена длина ствола — с 56 до 71 калибра. Но на этом конструкторы не остановились — сама концепция орудия подверглась кардинальному усовершенствованию: были введены электрогидравлические приводы наведения. Естественно, это усложняло конструкцию, но и существенно повышало боевую эффективность.

Боеприпасы для нового орудия, получившего обозначение 8,8 cm Flak 41, не были взаимозаменяемыми с боеприпасами прежних моделей 88-миллиметровок. В боекомплект входило два типа осколочных снарядов весом 9,4 кг, а также бронебойный (9,4 кг), бронебойно-трассирующий (10,16 кг) и подкалиберный бронебойный (7,3 кг) снаряды. Последний пробивал броню толщиной 270 мм. Вес унитарного патрона составлял 19,2-19,8 кг.

Сложность конструкции 8,8 cm Flak 41 обусловила довольно длительное время доводки. Первая партия из 44 единиц была отправлена в Африку для армии Роммеля в августе 1942 г., причем добрая половина орудий до места назначения не добралась — пошла на дно вместе с транспортами, потопленными союзниками. С 1943 г. 8,8 cm Flak 41 начали поступать на вооружение частей ПВО рейха, но их количество оставалось сравнительно небольшим — например, в феврале 1944 г. люфтваффе располагало 279 такими пушками, тогда как 8,8 cm Flak 18/36/37 было более 10 000!

В связи со сложностями, встретившимися при отработке 8,8 cm Flak 41, была предпринята попытка создать «гибриды» путем наложения ствола этой пушки на лафеты Flak 36 либо Flak 37. Поскольку сила отдачи нового орудия была гораздо выше, ствол пришлось снабдить дульным тормозом, а также увеличить давление в гидравлическом тормозе отката. Появившиеся таким образом зенитки Flak 36/41 и 37/41 были распространены ещё меньше — например, 8,8 cm Flak 37/41 изготовили всего 12 единиц.

Наряду с буксируемыми вариантами 88-мм зениток в вермахте нашли определенное распространение и самоходные установки — хотя их было значительно меньше, чем малокалиберных ЗСУ. В частности, в начале 1941 г. было изготовлено 16 ЗСУ с пушками Flak 18 на длиннобазом трехосном (ведущие — две задние оси) шасси автобусного типа «Фомаг» 8LR. Эти ЗСУ, получившие обозначение 8,8 cm Flak 18 auf Vomag 6-rad Fahrgestell, комплектовались дизельными двигателями мощностью 140 л.с. Орудие монтировалось в центре шасси, а в кормовой части находился возимый боекомплектом — 72 выстрела. На огневой позиции установка горизонтировалась при помощи четырех домкратов, а борта средней части кузова откидывались, образовывая площадку для работы орудийного расчета.

Все самоходки на шасси «Фомаг» были сосредоточены в 1-м дивизионе 42-го зенитного артполка. Этот дивизион формировался как специальная часть «сопровождения фюрера» и использовался для усиления ПВО тех ставок, где в данный момент пребывал Гитлер. Но начиная с 1943 г. ввиду высокой мобильности этой части она все чаще стала привлекаться в качестве «пожарной команды» для усиления обороны на критических участках. В 1944 г. именно в таком качестве дивизион оказался в венгерском Дебрецене. Понеся тяжелые потери в этом городе, 1-й дизизион 42-го полка оказался последней частью, сумевшей выскользнуть из окружения к Будапешту. Но от судьбы не уйдешь — падение Будапешта в феврале 1945 г. поставило крест на существовании самой мобильной зенитной части люфтваффе, исколесившей за войну почти всю Европу.

Существовало несколько вариантов самоходных 88-мм установок на шасси полугусеничных тягачей. В частности, ещё в 1939 г. фирмк «Везерхютте» было заказано 1 °CАУ с пушками 8,8 cm Flak 18 на шасси 12-тонных тягачей Sd.Kfz.8. Такие установки получили бронированную кабину и двигатель. Харктерно, что они потсупили не в зенитные части, а в 8-й тяжелый противотанковый дивизион, принявший участие во французской кампании. В 1940 г. было изготовлено ещё 15 самоходок с такими пушками, но на шасси более тяжелого, 18-тонного тягача Sd.Kfz.9. Обе САУ получились довольно тяжелыми — вес в боевом положении составлял, соответсвенно, 20 и 25 т. Наконец, в 1942 г. было заказано 112 ЗСУ с пушками 8,8 cm Flak 37 на шасси Sd.Kfz.9, но впоследствии этот заказ был отменен.

Нашли применение в люфтваффе и железнодорожные установки с 88-мм зенитками. Сусществовало два основных варианта таких установок — с одним либо с двумя орудиями. Наконец, 88-мм пушки применялись и для вооружения паромов типа «Зибель».

Так же, как и 88-мм зенитки, более тяжелые, 105-мм зенитные орудия разрабатывались в Германии ещё в годы Первой мировой войны. В 1916 г., в частности, испытывались прототипы таких орудий концернов «Крупп» и «Эрхардт» с длиной ствола, соответственно, 45 и 35 калибров. В 1933 г. конструкторским бюро «Крупп» и «Рейнметалл» было поручено изготовить по два опытных образца 105-мм зенитных пушек. Изделия конкурирующих фирм вышли на испытания в середине 1935 г., а в следующем году победителем конкурса признали пушку «Рейнметалла», принятую на вооружение под обозначением 10,5 cm Flak 38. Практически сразу же после начала серийного выпуска орудие подверглось модернизации — был введен ствол со свободной трубой и усовершенствованная система электропитания. Такая пушка известна как 10,5 cm Flak 39.

Пушки 10,5 cm Flak 38 и Flak 39 имели полуавтоматический клиновой затвор. Гидравлический тормоз отката веретенного типа, накатник гидропневматическийЮ уравновешивающий механизм — пружинного типа.

105-мм зенитки были полностью электрофицированы: механизмы наведения, досылатель и установщик взрывателя приводились в действие электродвигателями. На батарею из четырех орудий полагался один бензиновый генератор постоянного тока напряжением 220 В мощностью 24 кВт. В пушке 10,5 cm Flak 39 электрооборудование было пререведено на переменный ток, что позволяло получать питание от городской сети. Нормальный расчет состоял из 10 чел., при заряжании вручную приходилось привлекать ещё двух дополнительных номеров.

Лафет 105-мм зениток аналогичен по конструкции лафетам 88-мм пушек. Он состоит из крестообразного основания и двух отделяемых одноосных колесных ходов.

Боекомплект состоял из выстрелов унитарного заряжания со снарядами трех типов: осколочно-фугасным (вес снаряда 15,1 кг, патрона — 26 кг), бронебойным без наконечника (соответственно, 14 и 24,5 кг) и бронебойным с баллистическим наконечником (15,6 и 26,1 кг).

К началу Второй мировой войны люфтваффе располагало 64 105-мм зенитками. К концу 1939 г. было поставлено ещё 38 таких орудий, в 1940 г. объем производства составил 290 единиц, в 1941-м — 509, в 1942-м — 701. В 1943 г. в связи с нарастанием мощи ударов союзнической авиации и поднятием потолка бомбардировщиков выпуск 105-мм зениток резко возрос — до 1220 единиц. В 1944 г. было изготовлено 1131 такое орудие, а в 1945-м — 92.

Орудия 10,5 cm Flak 38 и Flak 38 применялись в буксируемом, стационарном и железнодорожном вариантах. В августе 1944 г. в люфтваффе насчитывалось 1025 мобильных 105-мм зениток, 877 — стационарных и 116 — на железнодорожных установках.

В 1936 г. фирма «Рейнметалл» получила задание на создание ещё более мощного, 128-мм зенитного орудия. В 1938 г. начались испытания опытных образцов, показавших прекрасные результаты, и уже в декабре того же года фирме был заказ на первую партию из 100 таких пушек, принятых на вооружение под обозначением 12,8 cm Flak 40. Поставки орудий в войска начались в конце 1941 г.

Конструктивно 128-мм зенитка представляла собой увеличенный вариант 105-мм орудия и также была полностью электрофицированной. Для обслуживания четырехорудийной батареи требовался генератор мощностью 60 кВт. Боекомплект состоял из унитарных выстрелов со снарядами двух типов — осколочно-фугасным весом 26 кг и бронебойным, весившим 28,35 кг.

Орудие 12,8 cm Flak 40 первоначально предусматривалось применять в мобильном варианте — в таком виде оно перевозилось при помощи двух отделяемых двухосных колесных ходов. Но в таком варианте сформировали всего одну батарею (6 орудий). К августу 1944 г., помимо этой батареи, люфтваффе располагало ещё 242 128-мм стационарными зенитками и 201 таким орудием на железнодорожных установках. К февралю следующего года количество стационарных установок было доведено до 362, мобильных и железнодорожных — осталось без изменений.

Начиная с 1938 г. в Германии неоднократно предпринимались попытки создать ещё более тяжелое, 150-мм зенитное орудие. Но несколько изготовленных образцов так и остались опытными. Наиболее тяжелой зенитной артсистемой, производившейся серийно, стала 128-мм спаренная установка 12,8 cm Flakzwilling 40, представлявшая собой два ствола Flak 40, наложенных на лафет опытной 150-мм зенитки Gerät 50. Такие спарки применялись исключительно в стационарном варианте. Первая батарея из четырех Flakzwilling 40 была включена в систему ПВО Берлина в 1942 г. До февраля 1945 г. было изготовлено 34 такие установки, кроме Берлина прикрывавшие также Вену и Гамбург

.

ТТХ основных образцов тяжелых зенитных пушек см. приложение.

В отличие от полевой и противотанковой артиллерии, в области зенитной «вклад» чешской фирмы «Шкода» в вооружение вермахта был относительно скромным. Среди образцов этой фирмы отметим следующие:

7,65 cm Flak 33(t) и Flak 37(t) — 76,5-мм зенитные орудия обр. 33 и обр. 37, различавшиеся длиной ствола — соответственно, 50 и 52,8 калибров.

7.5 cm Flak М 37(t) — 75-мм зенитка обр. 37, наиболее современное орудие данного класса, разработанное в Чехословакии. Длина ствола 48,7 калибров, вес в боевом/походном положении 2800/4150 кг. Снаряд весил

6,5 кг, досягаемость по высоте составляла 9200 м. Вермахт получил 12 таких орудий.

8,35 cm Flak М 22(t) — 83,5-мм зенитка обр. 22. Неплохое по баллистическим качествам орудие (досягаемость по высоте 11 300 м) со стволом длиной 55 калибров, но довольно тяжелое — в боевом положении весило 8800 кг. К тому же, повозка была неподрессоренной, что существенно ограничивало мобильность. Вермахтом использовалось более 100 единиц. При этом первым такие орудия получил зенитный дивизион «Данциг», после оккупации Польши такими же системами укомплектовали ПВО Готенхафена (Гдыни), но большинство Flak М 22(t) применялось на территории Чехии и Австрии.

9 cm Flak M 12(t) — 90-мм зенитка обр. 12/20, разработанная ещё накануне Первой мировой войны, а впоследствии модернизированная. Активно экспортировалась в межвоенный период в Югославию, Румынию, Китай. Длина ствола 40 калибров, вес снаряда 10,2 кг, вес установки в боевом положении 6500 кг. Досягаемость по высоте 6000 м. Вермахтом использовалось всего 12 установок.

Довольно много разнообразных типов зенитных орудий стали трофеями вермахта во Франции. Всех их можно поделить на две группы: 25-мм зенитные автоматы и 75-мм зенитные орудия.

2.5 cm Flak 38(f) и Flak 39(f) — 25-мм зенитные автоматы фирмы «Гочкисс» обр. 1938 г. Отличались деталями конструкции лафета. Длина ствола 60 калибров, вес установки в боевом/походном положении 850/1234 кг. Снаряд весил 290–320 г, боепитание осуществлялось из магазинов емкостью 10 патронов. Вермахт использовал свыше 600 таких пушек.

Несколько модификаций 75-мм зенитных орудий было разработано фирмой «Шнейдер». К ним относились следующие образцы:

7.5 cm Flak M 17/34(f) — модернизированная пушка времен Первой мировой войны. Длина ствола 53 калибра, досягаемость по высоте 8200 м. Довольно тяжелая система — вес в походном положении достигал 5 т. Вермахтом применялось около 100 единиц.

7.5 cm Flak M 30(f) — по баллистическим характеристикам соответствовала прежнему образцу, но существенно облегчена (вес в походном положении 4200 кг). Использовалась в количестве примерно 80 единиц.

7.5 cm Flak M 33(f) — в отличие от предыдущих образцов, стреляла не 6,1-кг, а более тяжелыми, 9-кг снарядами. Германскими трофеями стали примерно 150 таких орудий.

7.5 cm Flak M 36(f) — наиболее современная французская зенитка с хорошей баллистикой и мобильностью. Было захвачено более 300 единиц.

9 cm Flak M 39(f) — 90-мм зенитная пушка, созданная на базе корабельного орудия обр. 1926 г. Длина ствола 42 калибра, вес в боевом/походном положении 5760/8750 кг. Досягаемость по высоте 11 600 м. Вермахтом захвачено 36 единиц.

Вермахт использовал ряд образцов зенитных пушек британского происхождения. Часть из них относилась к экспортным моделям, поставленным в европейские страны ещё до войны, а часть была захвачена под Дюнкерком у британского экспедиционного корпуса.

7.5 cm Flak M 35(h) и 7,5 cm Flak(d) — 75-мм экспортные зенитки фирмы «Виккерс» обр. 1931 г., захваченные, соответственно, в Нидерландах и Дании. Современная система с хорошей баллистикой (досягаемость по высоте 10 000 м) и массогабаритными характеристиками (вес в боевом/походном положении 2825/3325 кг).

7,5 cm Flak Vickers(e) — устаревшая 76,2-мм зенитка, захваченная в небольшом количестве под Дюнкерком.

9.4 cm Flak М 39(e) — современная 94-мм зенитная пушка, поступившая на вооружение буквально накануне Второй мировой войны. Захвачено под Дюнкерком более 60 единиц, но активно использовалось около половины ввиду нехватки боеприпасов.

На начальном этапе войны против СССР германскими трофеями стало довольно много советских зенитных пушек, причем большинство орудий калибров 76,2 и 85 мм было рассверлено до стандартного германского калибра 88 мм.

3,7 cm Flak М 39(r) — 37-мм автоматическая пушка обр. 1939 г. Захвачено не менее 650 единиц, причем по состоянию на февраль 1945 г. в войсках и на складах ещё находилось 489 таких пушек.

7.62 cm Flak M 31(r) и 7,62/8,8 cm Flak M 31(r) —

76.2-мм пушки обр. 1931 г. Захвачено свыше 800, не менее 720 рассверлено до калибра 88 мм.

7.62 cm Flak M 38(r) и 7,62/8,8 cm Flak M 38(r) —

76.2-мм пушки обр. 1938 г. Германскими трофеями стали около 200 единиц, более 160 рассверлено до 88 мм.

8.5 cm Flak M 39(r) и 8,5/8,8 cm Flak M 39(r) — 85-мм пушки обр. 1939 г. Вермахтом использовалось не менее 400 орудий.

Целая гамма зениток стала германскими трофеями в Италии после перехода последней на сторону антигитлеровской коалиции.

2 cm Flak Breda(i) и 2 cm Flak Skotti(i) — 20-мм пушки, создававшиеся как многоцелевые (противотанковые/зенитные). Различались целым рядом деталей, в т. ч. длиной ствола — соответственно, 65 и 77 калибров. Боепитание в обоих случаях — из магазинов емкостью 12 патронов. Вермахтом использовалось свыше 800 итальянских 20-мм зениток.

3,7 cm Flak Breda(i) — современный 37-мм автомат, принятый на вооружение итальнской армии в 1939 г. Вермахтом захвачено не более 100 единиц.

7,5 cm Flak 264(i) — 75-мм пушка фирмы «Ансальдо» обр. 1934 и 1940 гг. Производство таких систем продолжалось и после оккупации вермахтом Северной Италии — по германскому заказу было изготовлено 188 орудий.

7,62 cm Flak 266(i) — 76,2-мм зенитка обр. 1933 и 1935 гг.

9 cm Flak 309(i) — современная 90-мм пушка обр. 1941 г. производства «Ансальдо». Длина ствола 53 калибра, вес в боевом/походном положении 6240/8950 кг. Досягаемость по высоте 11 400 м. Вермахт использовал свыше 300 таких орудий — как захваченных, так и выпущенных по германскому заказу.

И в заключение следует упомянуть по-настоящему «интернациональный» образец — 40-мм автомат «Бофорс». Его разработка началась на фирме «Крупп» ещё в 1918 г., но до серийного производства он был доведен десять лет спустя в Швеции. В 30-е гг. производство таких пушек было налажено по лицензии в Венгрии, Польше, Норвегии, Великобритании, а целый ряд европейских стран получил их непосредственно из Швеции. Вермахт впервые стал обладателем «Бофорсов» в 1938 г., когда вследствие аншлюса были получены пушки бывшей австрийской армии. В Германии такие орудия обозначались как 4 cm Flak 28. После оккупации Норвегии производство «Бофорсов» на заводе «Конгсберг» продолжилось по германскому заказу. Значительное количество 4 cm Flak 28 поступало во флот. Люфтваффе же использовало более 300 таких зениток.