О существовании неприметной улочки в квартале Счетоводов в пригороде Нео-Лафорта вряд ли помнили даже старожилы. Здесь не громыхали мастерские механикусов, не взрывались лаборатории дипломированных праймологов, и даже бродячие инженеры заглядывали сюда лишь от случая к случаю, предпочитая появляться в более интересных местах. Скучное сонное царство, способное вызвать приступ чёрной меланхолии не то что у впечатлительных адорнийцев, а даже у твердолобых доктов.

Невзрачное здание в самом конце улицы ничем не выделялось на общем фоне таких же двухэтажных каменных коробок с узкими окнами и крытыми дешёвой черепицей крышами. Разве что вывеска была другая — то ли «комитет», то ли «компания», а может, и вовсе какая-нибудь канцелярия. Бистарк проходил здесь сотню раз и до сих пор так и не удосужился прочитать название. Впрочем, зная характер своей конторы, не сомневался: это должно быть что-то длинное, казённое и напрочь неудобочитаемое, отбивающее всякое желание интересоваться происходящим за невзрачным фасадом.

Внутри же начинался совсем другой мир.

Миновав закалённую в огне прайма металлическую дверь, Бистарк оказался в небольшом тамбуре, где на громоздком табурете устроился самый настоящий Горец. Герой мрачно буравил взглядом пол, крутил рыжий ус и глухо ворчал под нос, то ли разговаривая с самим собой, то ли что-то доказывая своему Зрячему мечу. Вошедшего на охраняемую территорию смертного он демонстративно игнорировал.

Впрочем, Бистарка подобное поведение ничуть не удивило. Все принявшие прайм славились экстравагантными выходками, и владельцы живого оружия на этом фоне выглядели ещё относительно нормально. До одержимых смертью Жнецов душ или жутковатых Безликих им далеко. Тем не менее он вежливо поприветствовал Героя, махнул опознавательным жетоном и торопливо зашагал в глубь здания. Стараясь как можно быстрее оставить позади подозрительное бормотание…

Внутри штаб-квартиры разведки, или просто Конторы, царило небывалое оживление. По ярко освещённым коридорам сновали озабоченные коллеги Бистарка, из-за дверей кабинетов доносились шумные голоса, а на лестнице на второй этаж раздувшийся от важности Воевода что-то доказывал пышнотелой дамочке с канцелярской папкой в руках.

Бистарк мрачно усмехнулся. Опомнились наконец-то, зашевелились, почуяли близость настоящего Дела. Поняли, что наступило новое время!

Стыдно признаться, но весть о гибели императора Пауля вызвала у него прилив отнюдь не верноподданнических чувств. Мешанину из облегчения и предвкушения добрых перемен вряд ли можно назвать достойной офицера Его Императорского Величества. Да и пошло оно всё чуди под хвост! Пауль был тряпкой — безвольной, слабохарактерной тряпкой, к тому же верящей в мир во всём мире, всеобщую дружбу и прайм ведает ещё какой бред. Это ж надо было додуматься поставить Адорнию в один ряд с Империей! В то время как промышленность самого передового государства Праи начала задыхаться от нехватки прайма, Пауль вдруг затеял дипломатическую возню. Вместо того чтобы просто прийти и взять причитающееся доктам, завёл разговоры о торговле с гнусными магами. Мало того, учредил Академию для совместного обучения лордов обеих стран. Это уж совсем ни в какие ворота не лезет!

Нет, правильно его эти адорнийцы грохнули… Ну или не адорнийцы, что совсем уже не важно… Колесо истории сделало очередной поворот, на трон взошёл родоначальник новой династии — командир экспедиционного корпуса генерал Саммос. И что-то подсказывало, тот знает, как следует решать проблемы. Конечно, вряд ли из нового Императора получится вторая леди Кобрин, однако даже такая тёмная лошадка точно лучше Пауля. В общем, всем доктам остаётся лишь ждать и надеяться на лучшее.

С таким настроем он поднялся на второй этаж и сразу же свернул в сторону кабинета с обитой красным бархатом дверью.

— Здравия желаю, красавица! Шеф у себя?

Симпатичная рыжеволосая девушка в открытом платье оторвалась от бумаг на столе, окинула Бистарка пренебрежительным взглядом и молча ткнула изящным пальчиком в сторону кабинета начальника. Мол, не по чину ей со всякими тут болтать. Стерва крашеная!

Бистарк фыркнул и потянул на себя золочёную ручку.

— Командир сводного отряда по особым поручениям капитан Бистарк! По вашему приказа…

— Так, закрой дверь и садись! — Генерал Эттли — бессменный руководитель Конторы и один из самых влиятельных доктов, внешне похожий на какого-нибудь Героя-воеводу, — указал на стул перед собой. — Садись и слушай. — И, не дожидаясь, пока Бистарк устроится поудобней, продолжил: — Ты нужен мне в Одинокой Башне. Тамошний лорд чересчур увлёкся… как они там говорят… познанием граней Искусства, да? Так вот, по слухам, он «познал» нечто такое, от чего у наших высоколобых глаза на лоб полезли. Понимаешь, о чём я?

Бистарк кивнул.

— Считайте, что этого лорда уже нет в живых, мой генерал.

— Это само собой. Но угробить адорнийца мало, надо ещё и записи с результатами его изысканий раздобыть, — сказал Эттли с нехорошей усмешкой. — А чтобы ты не напутал чего, с собой двух праймологов возьмёшь.

— Гражданских?! — с ужасом воскликнул Бистарк. — Да я с ними даже границу не перейду!

— Ничего, справишься, — сказал Эттли и многозначительно добавил: — Тем более что в скором времени адорнийцам станет не до охраны рубежей.

Капитан моментально сделал стойку.

— Стоит ли это понимать так, что…

— Стоит, стоит, — перебил его генерал. — Но ты голову этим не забивай, твоё дело выполнить задание и вернуться. Понял?

— Так точно!

— То-то же, — усмехнулся Эттли. — За остальными подробностями к Лукреции, у неё есть для тебя пакет… Свободен.

Вот и весь инструктаж. Можно было бы обойтись просто передачей пакета с приказом через секретаря, но генерал считал необходимым перед каждым заданием лично побеседовать с исполнителем. Этакая начальственная блажь, давно уже ставшая притчей во языцех среди служащих Конторы. Как и стервозность рыжеволосой Лукреции.

Бистарк уже покидал кабинет, когда в помещение огненным вихрем влетела помощница генерала и с порога заявила:

— Только что пришло сообщение. Адорнийцы перешли границу и атаковали Туманную Рощу. Размещённые в том районе части разбиты либо обращены в бегство… Это война!

Генерал с удовольствием изучил раскрасневшуюся девушку сверху донизу, после чего повернулся к Бистарку и растянул губы в неживой улыбке.

— Вот видишь, я же тебе говорил, что скоро начнётся. И началось. Наши заклятые друзья сделали первый ход, теперь пришёл наш черёд. Видишь, как всё хорошо складывается?

Вместо ответа капитан лишь коротко поклонился и вышел в приёмную. То, о чём он мечтал столько времени, всё-таки случилось. Годы позорного для величайшей Империи мира закончились. Вместо дипломатов теперь будут говорить остробои и дискомёты. И гнусные адорнийцы заплатят за всё. За убийство тряпки Пауля, за вероломное нападение и, самое главное, за слишком богатые праймом земли.

«Началось! — мысленно прокричал Бистарк. — Великая Шестерёнка, всё-таки началось!»

С началом новой войны кабинет королевы Изабель превратился в этакий филиал генерального штаба. Испещрённые стрелками карты пришли на смену многочисленным гобеленам, рабочий стол исчез под завалами докладов и донесений, а аквариум с рыбками переехал в дальний угол, освободив место здоровенному шкафу. И лишь любимое кресло лорда Раэля осталось на прежнем месте. Вот только садились в него теперь нечасто: время неспешных бесед безвозвратно ушло.

— Итак, к настоящему моменту мы полностью контролируем Туманную Рощу, через неделю передовые части выйдут к Идмарской Пуще. Ещё несколько полков стоят в пригороде Фихтера, и с налёту их опрокинуть вряд ли получится, — сообщил лорд Раэль, магией нарисовав на карте несколько красных стрелок. Затем посмотрел на королеву и добавил: — Это хорошие новости. Плохие же заключаются в том, что восточной армией у нас командует идиот. Пока он возился с пограничными частями доктов на кобургском направлении, докты успели форсировать Читерский залив, пройти по восточному побережью и ударить в тыл наших войск.

— Всё настолько плохо? — глухо спросила королева.

Раэль пожал плечами.

— Чтобы закрыть прорыв, приходится подтягивать резервы с юга, а на это требуется время. Плюс хозяева земель у истоков Диналии что-то не поделили с лордами Долины Солнечных Слёз, и никак не получается превратить эту толпу грызущихся друг с другом вояк в боеспособную армию. Что тоже не лучшим образом сказывается на ходе кампании. — Лорд Даэр-Лиена прервался и, магией подхватив бокал с вином, сделал небольшой глоток. — Пока получается, что докты к войне оказались более подготовлены, чем мы.

Изабель вздохнула, повертела в руках мешочек с кормом, с тоской посмотрела в сторону аквариума, после чего глухо спросила:

— Хочешь сказать, не стоило спешить с ударом по Туманной Роще?

Раэль криво усмехнулся и лёгким ветерком взъерошил королеве волосы.

— Да ни в коем случае! Так мы хоть лишили этих «железячников» весомого процента добычи, и теперь они вынуждены тратить стратегические запасы прайма. Если же удастся продержаться хотя бы год, у них начнутся проблемы. — Хозяин Даэр-Лиена вдруг остро глянул в лицо любовницы. — Я хочу сказать о другом. Тебе не стоило чересчур увлекаться дипломатическими играми с этим болваном Паулем. Клянусь Спиралью Тотоола, слишком много надежд было связано с этой проклятой Смешанной Академией Лордов. Пять лет потрачено впустую, Пауль убит, а мы начинаем войну в самый неподходящий момент!

— Ты прав, — Изабель грустно улыбнулась. — Я прошу прощения за то, что поначалу именно тебя обвинила в покушении на Императора. Сейчас понятно, что ты подготовился бы гораздо тщательней.

— То-то и оно, — сказал Раэль, не став отрицать очевидное. Недолго помолчал и добавил: — Как бы мне хотелось найти того умника, что заварил всю эту кашу. Ведь, по здравому размышлению, момент выбран неудачно абсолютно для всех. И для нас, и для Империи. Будь это иначе, докты не потеряли бы Туманную Рощу. — Он помолчал и вдруг рассмеялся: — Случись всё это не в нашей Прае, я бы сказал, что здесь замешан кто-то третий…

Пока лорд Даэр-Лиена говорил, королева вдруг подошла к нему быстрым шагом, обняла и уткнулась носом в шею. Вдохнула любимый запах и замерла так на мгновение. Она не видела лица Раэля, но знала, что в глазах у него сейчас зажигаются нежные огоньки, а на губах появляется улыбка.

— Быть может, пора приказать нашей сестре открыть хранилище каталистов в Чертоге Героев? — вдруг спросила Изабель. — Развернём у Туманной Рощи десяток-другой итералий, прямо на месте создадим армию из одержимых войной Героев и двинем их на Кобург…

Раэль отстранился и посмотрел в глаза королеве.

— Лихо, конечно, но поверь, для таких козырей время ещё не пришло. Пространство для манёвра ещё есть.

— Например?

— Например, можно порыться в кладовках наших лордов: за годы грызни с соседями у них накопилось полно секретов, смертельно опасных для врагов. Или надавить на Джаффа: Песчаный Лев слишком обленился и, похоже, начал забывать, с какой стороны держаться за меч. Или даже растрясти мошну лорда Абу-Асифа, — сказал лорд Даэр-Лиена с едва слышным смешком. — Резервы точно имеются!

— Наверное, ты прав, — покладисто согласилась королева, в очередной раз подумав о том, что не в состоянии отказать Раэлю. Никогда и ни в чём. — Только не хочешь сказать, кого ты имел в виду, говоря о секретах лордов? Хозяина Одинокой Башни?

— В том числе и его. В конце концов, когда враг на пороге, кому его встречать, как не помешанному на войне фанатику?

— Думаешь, в этот раз он не будет трястись над своими тайнами, словно докт над железками?

— После того как мои люди дважды пытались забраться в его сокровищницу? Хорошая шутка, — рассмеялся Раэль. — Нет, на сей раз придётся работать много тоньше, через другие заинтересованные стороны… Благо их немало…

— Надеюсь, ты не ошибаешься, — протянула Изабель.

— Увидим, — сказал Раэль с неожиданным легкомыслием и вдруг вильнул глазами в сторону спальни. Владычица Адорнии перехватила его взгляд и сделала строгое лицо, но, почувствовав, как непреодолимая сила поднимает её в воздух и несёт к выходу из кабинета, фыркнула и с облегчением рассмеялась. Зачем жить, если ты не можешь хотя бы на минуту расслабиться и обрести толику счастья?

Вишнёвый сад на заднем дворе замка Полная Луна никогда не был популярным местом. Здесь редко появлялись слуги, ещё реже — дворяне из свиты лорда и члены его семьи. Даже садовник и тот заглядывал лишь от случая к случаю. Тихий, забытый всеми уголок, где нет ничего, кроме одичавших деревьев, густой травы и тишины, изредка прерываемой треском цикад. Для обитателей замка здесь не хватало взрыва чувств, буйства красок, фонтана новых переживаний. Слишком всё спокойно и умиротворённо, а значит, скучно и неинтересно.

Лигран Железный Песок никогда этого не понимал. Как можно не видеть неброскую красоту старого сада, не ценить его мягкую ауру, как?! А пора цветения… Да чего только стоит тот миг, когда под налетевшим порывом ветра в воздухе начинают кружиться мириады розовых лепестков, а от тонкого аромата плывёт в голове!

Впрочем, сегодня, как и сотни раз до того, на задний двор замка Лигран пришёл не любоваться красотами. На небольшой — десять на десять шагов — площадке он «играл» с мечом, раз за разом повторяя заученные движения. «Ласточка взмывает в небо», «Полёт орла», «Дракон, ныряющий за жемчужиной»… За этими и многими другими названиями скрывались стойки, проходы и смертоносные приёмы боевого искусства, адептом которого Железный Песок стал ещё в раннем детстве. Кто-то посвящает жизнь стихосложению, кто-то лепит горшки, кто-то пишет картины, он же совершенствовался в умении убивать.

Смена опорной ноги, пальцы иначе сжимают рукоять, быстрый поворот, и вот уже изогнутый клинок взмывает над головой, чтобы через мгновение стремительным ударом рассечь невидимого противника на две половинки… И тут же новая стойка. Молниеносный выпад, ещё один, атака переходит в защиту, а честные удары чередуются с хитрыми обманками. Меч так и порхал вокруг Лиграна, выстраивая смертоносную паутину, преодолеть которую не мог ни один враг. Во всяком случае, так выглядело со стороны. Однако сам Железный Песок был недоволен. Там, где другой видел выверенные бесконечными тренировками движения, он ощущал несовершенство и незавершённость.

И последнее чудовищно его злило.

Наконец Лигран выполнил последнюю форму комплекса и, не убирая клинок, вдруг «подцепил» левой рукой нечто невидимое, после чего выстрелил раскрытой ладонью в сторону дальней стены.

Увы, но и на этот раз у него ничего не получилось. Горсть железного песка из стоящей неподалёку миски хоть и взлетела в воздух, но до стены долетел хорошо если десяток-другой песчинок. Магия не то что не сокрушила старую кладку таранным ударом, она не оставила на ней даже отметины.

Лигран в очередной раз ощутил себя последним неудачником. Столько тренировок, медитаций, занятий с лучшими мастерами, и всё без толку. Не хватает чего-то — то ли уверенности в себе, то ли силы воли, то ли умения сосредотачиваться на чём-то одном. Вот и получается, что вместо могучей волшбы у него выходит одно баловство. Детские фокусы. И громкое прозвище Железный Песок начинает звучать как насмешка.

Он бы смирился с судьбой и перестал рвать жилы в пустых тренировках — о чём Наставник Регруш давно уже говорил открытым текстом, — если бы перед глазами не маячил пример стойкости и целеустремлённости. Лорд Раэль Побеждённый, хозяин Даэр-Лиена, потерял обе руки, однако это не помешало ему стать одним из сильнейших магов Адорнии и опаснейшим бойцом. У Лиграна же, слава прайму, всё было на месте. Так почему он должен отступать?!

— У Искусства много граней. Можно стать великим скульптором, художником, портным или даже поваром. Не важно, чем ты увлёкся, главное, чего достиг на выбранной стезе. Народ Адорнии уважает любых мастеров, — вслух процитировал Лигран, копируя интонации Учителя. — Но как быть, если душа лежит к искусству войны?

Железный Песок ощутил, как его потряхивает от бессильной злости. Чувствуя, что вот-вот взорвётся, он плюхнулся на колени перед чашей и, уткнув кулаки в землю, ритмично задышал. Вдох-выдох, вдох-выдох… Чтобы усилить эффект, Лигран сосредоточился на горке металлической крупы прямо перед собой и направил в неё струйку прайма. Та моментально забурлила, точно каша в котелке. И теперь оставалось лишь лёгкими мысленными усилиями соединять песчинки друг с другом, выстраивая нужную конструкцию. Такая работа требовала серьёзной концентрации и кучи терпения, так что волей-неволей приходилось успокаиваться.

«Тонкие» неторопливые манипуляции с энергией выходили у Лиграна много лучше стремительных и могучих всплесков, поэтому уже через пару минут он с невесёлой усмешкой любовался составленным из металлических букв словом «война».

— Всё бы так получалось! — хмыкнул он и одним движением руки уничтожил надпись.

Неплохое умение, но совершенно бесполезное в бою. А ведь на фронте сейчас ой как нужны хорошие маги-бойцы! Нет, Лигран понимал, что сражаться на передовой — удел Героев, а планировать битву — задача лордов и их офицеров, но с его нынешними умениями врага он увидит не скоро.

…Уже год как в Адорнию пришла война. Успели поблекнуть успехи первых недель, когда элитные королевские отряды прорвали границу и выбили доктов из Туманной Рощи. Забылись громкие победы над хвалёными егерями. Сегодня западная армия увязла в боях с дружинами диких лордов Идмарской Пущи, а восточная и того хуже — попала в окружение на собственной территории и была разгромлена. Кто бы мог подумать, что хитрые «железячники» форсируют Читерский залив и по побережью выйдут в тыл наступающим. Правильно, никто. Однако ж докты это сделали, и как итог — Адорния потеряла сотни первоклассных бойцов. По слухам, правда, какие-то отряды уцелели и даже смогли отойти в горы, но воспринимать беглецов как зримую военную силу точно не стоило. Тем более что обнаглевшие докты как-то чересчур быстро освоились в том районе и перекрыли все тропы и перевалы. А это наводило на определённые мысли.

Но на этом неудачи адорнийцев не закончились. Имперцы продолжили испытывать на прочность передовые части. Сначала попробовали прорваться в тыл вторгшихся в Идмарскую Пущу войск, и лишь благодаря героизму бойцов резерва, ценой неимоверных потерь, доктов удалось остановить. Затем после перегруппировки «железячники» усилили напор в направлении Ардеи. Новая кровавая битва точно была не за горами.

И вот в такое время, когда даже Наставник со своими лучшими Героями пропадает на передовой, Лигран вынужден куковать под защитой замковых стен. Ну где здесь справедливость?

Настроение снова испортилось. Чтобы развеяться, Лигран уже подумывал собрать вещи и пройтись до замковых купален, когда послышались голоса и в сад в сопровождении скользящего на гигантском мече Громовержца вошёл Джок Молния. Высветленные волосы, красные с золотым шитьём рубаха и брюки, жилет и сапоги из кожи горыныча плюс катана известного мастера в ножнах на поясе — в этом был весь старший брат. Яркий, эффектный, броский… в общем, совершенно чуждый ненавязчивой красоте этого места. Настоящий адорниец.

И принесла же его нелёгкая! Железный Песок давно уже подметил: если на душе уныло и хмуро, рядом обязательно появится «добрый друг».

— Светлого дня, Лигран, — сказал старший воспитанник лорда и добавил с противной улыбочкой: — Смотрю, всё тренируешься? Успехи есть?

Лигран скрипнул зубами и помимо своей воли напрягся. Они никогда с Джоком не ладили, но в последнюю пару лет тот стал совершенно невыносим. Дня не проходило, чтобы он не прицепился к какой-нибудь мелочи или не прошёлся по неудачам названого брата в магии. Чтоб его чудь сожрала, ехидну проклятую, так и ждёшь от него какой-нибудь подлянки.

— Кое-какие сдвиги появились, — ответил Лигран нейтральным тоном, но, видимо, какая-то нотка в голосе всё же прозвучала. Иначе почему отстранённо парящий над землёй Громовержец вдруг нахмурился и принялся буравить его взглядом?

Сердце царапнула застарелая обида. Проклятье, ну почему к Джоку всегда особое отношение, почему его всегда и во всём выделяют?! Даже собственного телохранителя приставили. В конце концов, в Адорнии ученичество у общего Наставника считается много важней кровного родства, а значит, о том, что он сын лорда Регруша, никто и вспоминать не должен. Они же не докты! Но ведь не просто вспоминают, а старательно не дают об этом забыть… Последней мысли Лигран устыдился. Не ему осуждать поступки Наставника.

— Что-то сомневаюсь, — с невыносимым апломбом заявил Джок и махнул Громовержцу: — А ты что на этот счёт думаешь, Вэлиан?

Герой непонимающе уставился на подопечного, нахмурился.

— На какой счёт? — переспросил он хорошо поставленным баритоном. Причём с таким видом, будто он величайший маг на свете и его отвлекли как минимум от размышлений о природе прайма.

Лигран едва сдержал усмешку. О боги, какие же все эти Герои одинаковые! Могущественные, неубиваемые, но вместе с тем поверхностные и неглубокие. Приобщение к прайму наделяет их колоссальными возможностями, однако цена… цена за силу слишком высока. Даже в детстве он прекрасно это понимал и не собирался становиться бессмертным воителем ни при каких условиях.

— Насчёт того, сможет мой братец достичь хоть каких-то высот в Искусстве или до самой смерти останется всё такой же бледной немочью? Хотя нет, ничего не говори. И так понятно, что нет, — сказал Джок и перевёл взгляд на Железного Песка. Лицо его неуловимо изменилось, разом став хищным и злым. — Чего ещё можно ожидать от… сына доктской шлюхи!

Хотя Лигран и ожидал чего-то подобного, внутри всё мгновенно вскипело, а от ярости перехватило дыхание. Чтоб его разорвало и прихлопнуло, скотину такую! Он опять за старое?!

— Я адорниец… братец, — с трудом сдерживаясь от того, чтобы не заехать наглецу по морде, процедил Железный Песок.

— Прежде всего ты сын докты. И отец спихнул тебя Наставнику спустя три года после рождения. Что неудивительно, — на губах Джока заиграла гаденькая ухмылочка, — кому охота связываться с бесталанной серостью.

От столь вызывающей наглости Лигран даже на мгновение растерялся. Всё выглядело так, словно сын Наставника изо всех сил хотел с ним подраться. Весь вопрос, зачем. В такой ситуации по уму следовало бы успокоиться, сделать вид, что не понял оскорбления, и уйти, но… Чудь подери, что бы там ни говорил этот напыщенный индюк, Железный Песок адорниец, и ему не по нутру сдерживать гнев!

Впрочем, настоящий Мастер Боя умеет сражаться не только на мечах. Острое слово порой оказывается не менее страшным оружием, чем острый клинок.

— Смотрю, за спиной уважаемого Вэлиана Оседлавшего Гром ты стал очень смелым. Голос вон прорезался, стать появилась. Молодец, чувствуется будущий лорд, — Лигран постарался рассмеяться как можно обидней. — А что, Герой он опытный, знающий, многому научить может. Окажись ты раньше под его присмотром, глядишь, и не вляпался бы в ту историю с купцами…

Это был триумф. Глядя в побледневшее от злости лицо Джока, Лигран испытал ни с чем не сравнимое удовольствие. Ну как же, он поставил человека, которому судьбой предписано править, на ступень ниже пусть могучих, но всего лишь исполнителей чужих приказов. И ведь теперь никто не сможет обвинить Железного Песка в том, что он дал повод для драки. Вэлиан свидетель, не было никаких оскорблений. Скорей наоборот. Герой встанет на сторону Лиграна, потому как искренне считает, что будущему лорду есть чему у него поучиться. Да и намёк на былую торговую неудачу Джока тоже пришёлся к месту. Полтора года назад Наставник отправил его на большую ярмарку для закупки провизии, и тот нарвался на каких-то мошенников. Которые не просто ухитрились продать ему просроченные продукты, но ещё и в два раза дороже рыночной цены. Ох, какой был тогда скандал! Жуликов, конечно, нашли и прилюдно казнили, а Джоку розгами вправили мозги. Но осадок остался, да ещё какой. До сих пор всякое упоминание о прошлой ошибке приводило брата в исступление.

Так случилось и на этот раз.

— Ты пожалеешь о своих словах, сын шлюхи! — прорычал Молния и сжал рукоять меча. Вокруг пальцев возникли слабые разряды, запахло озоном. Смотрелось всё достаточно грозно, однако момент испортил Громовержец, который встретил подобную демонстрацию могущества пренебрежительным хмыканьем. Чем ещё больше раззадорил Джока.

С невнятным криком брат стряхнул магический заряд в землю, большим пальцем «выщелкнул» катану из зажима и с обнажённым клинком бросился на Лиграна. Иначе говоря, сделал все мыслимые и немыслимые ошибки, напрочь забыв, что в них вколачивали приглашённые лордом Регрушем мастера. Эмоции питают магию адорнийца, но искусство требует холодной головы.

Дёрнув уголком рта, Лигран встал в стойку и, как только Молния приблизился, сделал шаг влево, текучим движением выхватил катану из ножен и рубанул сверху вниз. Попади противник под удар — и даже наложенные на оружие чары не спасли бы его от долгого лечения у лекарей. Но чистой победы не получилось: в последний момент Джок увернулся и контратаковал. Причём вышло у него настолько ловко, что без приёма ускоряющих реакцию эликсиров тут не обошлось.

Тем хуже для него.

Опустив собственный клинок остриём к земле и «подбив» снизу оружную руку Джока, Лигран шагнул ему навстречу и с упором на переднее колено ударил в грудь головкой рукояти. Получилось весьма удачно. С глухим вскриком Молния выронил меч, рухнул на спину, и теперь, чтобы добить его, оставалось сделать последний взмах катаной.

Однако вмешалась третья сила. Бдительно следивший за поединком Герой подскочил к Лиграну и от души пнул в бок. Да так, что воспитанника лорда подбросило в воздух, а рёбра отчётливо хрустнули.

— Древо! — застонал Железный Песок. — Ты сдурел, Вэлиан?! Какого демона ты вмешиваешься? Ну врезал бы я этому недоноску, повалялся бы он в постели пару дней, и что?

— Приказ лорда! — веско сказал Громовержец, добавив в голос грозовых раскатов.

Он хотел добавить что-то ещё, но тут оправившийся после удара Джок прямо с земли хлестнул по брату молнией. Причём получилось у него это до обидного легко. Сосредоточился, по-хитрому крутанул кистью — и из руки тут же «выстрелил» мощный разряд. На этом фоне магические достижения Лиграна выглядели откровенно жалко. Если на мечах Железный Песок был вне конкуренции, то в Искусстве всё было с точностью до наоборот. И приходилось искать иные пути для победы.

За мгновение до атаки любимчика лорда Лигран выставил перед собой меч и нажал скрытую в цубе кнопку. Оголовье свернулось в сторону, наружу выпала тончайшая цепь, свободным концом легко достающая до земли, и катана превратилась в настоящий доктский молниеотвод. Причём для большей безопасности обмотку рукояти и подошвы сапог Лигран загодя обработал соком гевеи. Живущий в замке пленный изобретатель-докт клялся, что переделка оружия надёжно защитит от любимых чар повелителя молний, и теперь пришла пора проверить его слова в деле…

Что ж, «железячник» не обманул. Заряд магической энергии ударил в клинок и… просто стёк по цепи в землю. Как вода. Лигран толком даже испугаться не успел. Вспышка, гром, треск — и пшик на выходе. Плюс вытянувшееся от разочарования лицо Джока.

Железный Песок собрался было с чувством прокомментировать неудачу противника, как тот вдруг холодно прищурился, щёлкнул пальцами и… швырнул в него шаровую молнию. Которая явно не собиралась повторять судьбу предыдущего заклинания и устремилась прямиком в лицо Лиграну. Такой вот неожиданный поворот. И если бы не Вэлиан, который взмахом звенящего от прайма молота отбил чары в дальний угол сада, драка с братом закончилась бы весьма печально.

— Лорд сказал, что ему не нужна инвалидная команда вместо учеников! — рявкнул Громовержец и ожёг взглядом своего подопечного. — Ясно?!

— Без сомнения, — процедил Джок, медленно поднимаясь. С ненавистью посмотрел на Лиграна, что-то пробурчал под нос, затем энергично выдохнул: — Ладно, поиграли и хватит. Я должен передать тебе поручение Наставника… братец.

Переход от напряжённой схватки, в которой противника пытаются если не убить, то хотя бы ранить, к спокойной беседе был чересчур резок. Лигран, лишь стараниями Громовержца разминувшийся со смертью, к такому оказался не готов и мрачно уставился на Молнию.

— Джок, какого демона?!

Однако любимчик лорда вопрос проигнорировал.

— Так вот, пару месяцев назад погиб лорд Лучань, хозяин Одинокой Башни, не оставив наследников. Из-за войны и дополнительного набора в армию найти достойную замену среди выпускников Академии Лордов не получилось, поэтому королева Изабель поручила нашему Наставнику выбрать кандидатуру среди его воспитанников, — сказал он ровным голосом. — И по своей милости лорд Регруш решил дать именно тебе шанс проверить силы в роли правителя этих забытых земель.

— Меня в лорды? — переспросил Лигран, напрочь отказываясь верить в услышанное. Какой из него лорд? Ему на фронт надо, туда, где звенят клинки, а воздух кипит от прайма, но никак не в какую-то глухомань.

— Я тоже удивился, — кивнул Джок. — Но не мне оспаривать волю Наставника. И если он решил оказать доверие кому-то вроде тебя, то так тому и быть.

— Как ты добр, брат. Такая вера в мои способности, — едко сказал Лигран, наконец-то оправившись от первого шока. Да и реакция вечного соперника бодрила почище тонизирующих эликсиров. Пусть ему плевать на титул, но настоящий мастер готов сражаться всегда и везде, на любом поле.

— А как иначе? Ты бесталанен. Впрочем, Учитель прекрасно это понимает, поэтому назначил испытательный срок, в течение которого ты должен найти убийцу лорда Лучаня. Справишься — честь тебе и хвала, а нет, — Джок развёл руками и драматически закатил глаза, — лордом стану я.

— О, ну в таком случае тебе о троне останется только мечтать, — ответил Железный Песок, подпустив в голос яда. Мальчишество, конечно, но удержаться от реплики он не мог.

Пока они пикировались, Вэлиан Оседлавший Гром вытащил из-за пазухи туго увязанный свиток с печатью лорда Регруша и молча вручил Лиграну. Дождался, когда тот его прочитает, и лишь затем, высокомерно кивнув, отлетел обратно к своему подопечному.

И почему нельзя было сделать этого сразу, безо всех этих препирательств с Молнией? Или то личная инициатива несогласного с приказом братца? Обиделся на отца, припёрся вместе с Героем и вместо того, чтобы передать послание, устроил свару. Вроде похоже на правду, но слишком уж от всего этого отдаёт театральщиной.

Лигран на мгновение задумался и пропустил тот момент, когда Джок направился к выходу из сада. Однако у калитки тот вдруг сбавил шаг и вновь посмотрел в его сторону.

— Кстати, я знаю, кто переделывал твою катану. И по мне, так настоящий адорниец никогда не решится испоганить благородное оружие придумками доктов. Такое придёт в голову только ублюдку вроде тебя, — сказал брат, скривившись, после чего с чувством бросил: — Желаю благополучно провалить задание.

После этой фразы Лигран остался в одиночестве. Ошеломлённый, с острым ощущением странности всего происходящего. Механически собирая цепочку молниеотвода обратно в рукоять катаны, очищая клинок от грязи, приводя в порядок одежду, он раз за разом прокручивал в голове недавнюю стычку. Что Джок говорил, как себя вёл, какие приёмы применял — он пытался вспомнить всё, мельчайшие детали.

Нет, на первый взгляд всё выглядело логично и понятно. Какой-нибудь докт обязательно принял бы разыгранный перед ним спектакль за чистую монету, но, чудь его подери, Лигран — адорниец. Что бы там ни говорил этот мерзавец, он именно адорниец. И различать фальшивые, наигранные чувства и эмоции умел не хуже других. А раз так, то оставалось выяснить причину завертевшейся вокруг него карусели. Впрочем, если верить письму от Наставника, то у него будет для этого достаточно времени.

Но сначала… сначала неплохо бы узнать, почему имя лорда Лучаня и название замка Одинокая Башня кажутся ему настолько знакомыми. Да, именно так.

В заклинательный покой замка Джок поднимался едва ли не бегом. Близилось время разговора с отцом и Наставником, а он ещё даже не начал готовить ритуал дальней связи. И всё этот проклятый сын доктской шлюхи. Мало того, что ухитрился вывести его из себя, так ещё и в схватке на мечах, считай, побил. Что совсем не хорошо. В конце концов, Молния до того считал себя не последним мечником, как вдруг такая досада — магией пришлось защищаться. Это против бесталанного-то ублюдка! Нет, определённо день сегодня не задался.

Наконец, одолев винтовую лестницу, Джок толкнул тяжёлую дверь и переступил порог тёмной, лишённой окон залы. Тут же споткнулся, да так, что едва не грохнулся на пол, помянул недобрым словом старых богов и запоздало выдохнул заклинание, пробуждающее подвешенные под потолком шары-светильники… Скорей, скорей!.. Перед внутренним взором возникли песочные часы, в верхней чаше которых осталось всего несколько песчинок. Время стремительно утекало.

В помещении только-только начало светлеть, когда Джок шагнул к сиротливо висящему на голой стене зеркалу и рывком отодвинул штору. На серебристой, слабо мерцающей, поверхности отразилась растрёпанная физиономия, одним своим видом оскорбляющая звание воспитанника лорда Регруша. И Наставник обязательно это отметит. Так что, несмотря на жуткую спешку, Молния на мгновение замер и пригладил волосы. Лишним точно не будет. После чего принялся расставлять на столике перед зеркалом в одном ему ведомом порядке свечи и курительные палочки, простым мелком вычерчивать кривые загогулины, перемежая их тайными знаками и рунами. Говорят, существует и более удобный способ связи между удалёнными лордствами, но он подходит только для очень богатых адорнийцев. Вроде хозяев Шиндагры или Тотоола, которые могут ради прихоти спустить за пару дней годовые запасы прайма иной провинции.

Но вот закончены последние приготовления, и четыре крупных кристалла прайма заняли своё место в центре рисунка. Теперь надо произнести пару фраз, сложить пальцы в хитрый знак и…

— Ты опоздал, Джок! — раздалось из помутневшего зеркала. И каждое слово создавало на его поверхности разбегающиеся круги. — Клянусь Древом, ты опять опоздал!

— Прошу простить, мой лорд, но обстоятельства оказались сильнее, — сказал Молния и коротко поклонился.

— Какие, к лешему, обстоятельства?! Я сижу в форте, который ещё пару часов назад штурмовали доктские Герои и стаи боевых животных, а перед этим всю ночь обстреливали катапульты. И мне вместе с другими офицерами пришлось сначала драться на стенах, а потом с руками по локоть в крови воскрешать собственных Героев, — сказал лорд голосом, сочащимся от яда. — И что же я слышу, когда приходит время разговора с собственным непутёвым учеником?! Что какие-то, чудь тебя дери, обстоятельства оказываются сильнее… Ты рехнулся?!

— Никак нет, мой лорд. Просто, — выдавил из себя Молния, — общение с… братом… немного затянулось.

— Ладно, выкладывай! — потребовал Наставник. — И побыстрее. Четырёх кристаллов надолго не хватит.

— Как скажете, мой лорд, — пробормотал Джок и уже громче продолжил: — Получилось так, что приказ занять место хозяина Одинокой Башни Лигран воспринял без энтузиазма. И чтобы подтолкнуть его в нужном направлении, улучшить мотивацию, пришлось устроить с ним поединок… Который пошёл не совсем так, как планировалось.

Последнее говорить очень не хотелось, но врать лорду было чревато. Джок тяжело вздохнул.

— Ясно. Ты едва не проиграл и вытянул на одной лишь магии, так? — догадался Регруш и обидно засмеялся. — Всё так же не умеешь правильно оценивать силы?

— Я работаю над собой, мой лорд, — глухо сказал Джок.

— Надеюсь, — с нажимом ответил Наставник и снова поторопил: — А дальше что? Каков итог твоих… переговоров?

— Думаю, смог убедить Лиграна в своей вере в его неспособность добиться успеха в подобном деле, — Молния пожал плечами. — Тем более что это было несложно. Я и вправду в это верю.

— Как знать, как знать, — задумчиво протянул Наставник и уже более жёстко сказал: — Деньги я бы на это не поставил… Кстати, из поединка с братом ты вынес ответы на все свои вопросы?

Джок вернулся мысленно к тому моменту, когда Шаровая Молния едва не влетела в лицо Лиграна, и растянул губы в улыбке.

— По крайней мере один ответ я точно получил.

— Ну вот и хорошо. Значит, нам остаётся только ждать результата, — сказал Наставник и оборвал связь. Свечи моментально потухли, зеркало посветлело, и в нём вновь отразился хмурый Джок.

— Да, мой лорд. Мы будем ждать! — пообещал он и до хруста сжал кулак.

Замок Наставника Лигран покинул через пару дней после разговора с братом. Поначалу он хотел быстро собрать самое необходимое, навьючить коня и сразу же отправиться в путь, но не вышло. Очень скоро выяснилось, что подобная спешка противоречит представлениям лорда Регруша о выезде новоиспечённого властителя в свои земли.

Для начала Лиграну выделили самую настоящую карету. Пусть не слишком богатую, но всё же заметно отличающуюся от обычных экипажей. Как по комфорту, так и по отделке. Внутрь погрузили несколько сундуков с одеждой, какими-то бытовыми мелочами и провизией. На этом фоне собранные Железным Песком две седельные сумки выглядели откровенно жалко.

Затем пришёл черёд подбора сопровождающих. И если против кучера он не возражал — кто-то ведь должен править лошадьми, — то появление отряда из десятка латников с Амазонкой Сильварой Ястреб во главе, на взгляд Лиграна, было уже перебором. Попробовал возмутиться, но куда там. Джок, который на пару с управляющим замка руководил сборами, молча сунул ему под нос очередной письменный приказ, и все вопросы отпали сами собой. Наставник считал необходимым, чтобы его ученика и воспитанника помимо простых воинов сопровождала Героиня. Для безопасности и повышения статуса.

Наверное, это было правильно, тем более совсем недавно Лигран завидовал Громовержцу брата, но… но, прах побери, теперь всё выглядело совсем по-другому. Вся эта возня вокруг воспринималась не как признание зрелости, а как способ контроля. И теперь самому было впору обижаться на слова о присмотре принявшей прайм воительницы.

Однако Лигран молчал и, пусть внутри кипел от раздражения, всё равно подчинялся приказам Наставника. Был, конечно, соблазн прибыть в лордство и назло всем благополучно провалить задание, но этому мешала гордость. Достаточно того, что он слабее Джока в магии, уступить в чём-то ещё — значит подтвердить слова братца о собственной никчёмности. Нет уж, такой радости ему не надо.

…От владений Наставника до Одинокой Башни был не один день пути. Сначала следовало почти неделю ехать по землям многочисленных лордов Долины Солнечных Слёз, затем по королевскому тракту добраться до Латера и паромом переправиться через Диналию. А там уже рукой подать до нового дома Лиграна.

Уйма времени, если подумать. Так что неудивительно, что Железный Песок успел успокоиться и взяться за ум. В ситуации, когда неизвестно, что тебя ждёт впереди, глупо обижаться на союзников. И нет иного выхода, кроме как постараться наладить подпорченные отношения.

Для разговора Лигран выбрал момент, когда их маленький отряд остановился на краю небольшой рощи во владениях давнего союзника Наставника и занялся обустройством лагеря. Солдаты принялись ставить палатки, таскать валежник для костра, кучер занялся лошадьми, и лишь лорду с Героиней не нашлось достойного занятия. Чем Лигран и не преминул воспользоваться. Подошёл к о чём-то задумавшейся даме и уселся неподалёку на торчащую из земли корягу.

— Не помешаю? — спросил он и, не дожидаясь ответа, куртуазно продолжил: — Уважаемая Сильвара, приношу свои извинения за то, что игнорировал ваше общество последние дни. Я вёл себя как мальчишка, и моё поведение непростительно.

Сказал и покаянно склонил голову, осторожно кося глазом на воительницу.

— Ничего, в вашем возрасте простительна некоторая импульсивность, — сказала Амазонка немного растерянно. Переход от холодного молчания к дружеской беседе явно застал её врасплох. Что, впрочем, не помешало ей пошутить насчёт молодости Лиграна.

Да вот только парня такой ерундой было не пронять.

— Ха, молодость. Это та вещь, которая со временем быстро проходит, — он широко улыбнулся. — Как вам наше путешествие? Не устали всё время скакать верхом?

— Устала? — Сильвара рассмеялась, и Лигран машинально отметил, какой приятный у неё голос. — Я приняла прайм, и, чтобы устать, мне нужно нечто более серьёзное, чем поездка на лошади.

— Не спорю. Но прежде всего вы дама, а дамам пристало ездить в каретах в сопровождении кавалеров, — сказал Железный Песок весело. — Честно говоря, сам люблю конные прогулки, но вы же знаете приказ Наставника… Так что я могу лишь пригласить вас присоединиться ко мне в экипаже.

Сделай он подобное предложение какой-нибудь воспитаннице известного мастера, Лигран рисковал нарваться на скандал. И дело было вовсе не в старых докатастрофных условностях, совсем нет, просто статус Железного Песка был ещё недостаточно высок, чтобы свободно чувствовать себя с дамами из высшего света. Однако он беседовал с Героиней, с могучей воительницей, а это совсем другой коленкор. И скорей это ему надо было беспокоиться о том, чтобы с ним не вели себя чересчур вольно.

Неожиданно Лигран обратил внимание, как красива Сильвара. Правильные черты лица, аристократический нос, умные карие глаза, чувственные губы. Особый шарм ей придавала одежда. Открытый красный топик подчёркивал высокую грудь, короткая коричневая юбка, отороченная бахромой, и плетёные сандалии открывали стройные ноги. Довершали образ сложная причёска с ястребиными перьями, замысловатые пёстрые узоры по всему телу и изящно отделанный браслет лучника на левой руке.

Удивительно, как он сразу не заметил, сколь яркая и стильная женщина выбрана ему в сопровождающие! Это вам не высокомерный Громовержец, помешанный на своей магии.

Сам Лигран выглядел гораздо скромнее. Для разговора он выбрал традиционную одежду адептов боевых искусств: чёрную свободную рубаху навыпуск и аналогичного цвета брюки с широкими штанинами, поверх накинул белый плащ с треугольными тёмно-серыми вставками на плечах и оранжевыми узорами на полах. Впрочем, несмотря на тёмные тона, всё это неплохо контрастировало с его ярко-оранжевой шевелюрой. Совсем уж отходить от традиций адорнийцев Железный Песок не стал и перед поездкой покрасил волосы.

— Посмотрим, — сказала Сильвара с лукавой улыбкой. Взяла в руки лук, до уха оттянула тетиву и, прицелившись куда-то вдаль, вдруг поинтересовалась: — Извини, но не могу не спросить… Каково это, возвращаться туда, где родился?

Залюбовавшись девушкой, Лигран не сразу смог переключиться на новую тему, и ей пришлось повторить вопрос ещё раз.

— В каком смысле родился? — удивился Железный Песок, когда уяснил, что же так заинтересовало воительницу. К такому повороту беседы он оказался не готов.

— О, так ты ничего не знаешь?! — Героиня отпустила тетиву и уставилась на него с непонятным восторгом.

— Не знаю что? — переспросил Лигран, чувствуя себя откровенно глупо.

Сильвара Ястреб картинно закатила глаза и замотала головой.

— Вот это да! — сказала она. — Ладно, брат ничего тебе не сказал, пусть так. Но неужели имя лорда Лучаня, хозяина провинции Гуаньдир, не показалось тебе знакомым?!

— Показалось, но, как ни старался, так толком ничего о нём и не узнал, — Лигран пожал было плечами, но, перехватив внимательный взгляд Героини, воскликнул: — Нет, погоди, это шутка?! Хочешь сказать, я родился в этом лордстве?!

— Именно так. И хозяин Одинокой Башни — твой родной отец… Уж не знаю, по какой причине, но он не стал ждать, пока ты повзрослеешь, и отдал на воспитание ещё ребёнком. Который, похоже, благополучно всё забыл.

Новость для Лиграна стала подобна разорвавшейся прайм-бомбе доктов. Она ошарашила, шокировала, выбила из колеи. Лорд Лучань — и вдруг его отец. Это что же получается, он едет вступать в права наследования? Так ведь говорят «железячники».

Сразу вспомнились бесконечные насмешки, подколки Джока, злое прозвище «сын доктской шлюхи». Что ж, если так, то братец прав насчёт причин, по которым Лиграна в столь юном возрасте спихнули на руки Наставнику. Для лорда иметь сына от пленной докты — позор, зримое напоминание собственной слабости. А ведь Железный Песок отказывался верить Молнии, считал, что тот говорит так от злости и общей паскудности характера.

Оказалось, зря…

Тогда он так и не ответил Сильваре, скомкал разговор и отошёл в сторонку. Более того, чтобы оправиться после таких новостей и смириться со знанием об отце-лорде, Лиграну понадобилась целая ночь. Думал, пытался разобраться в собственных чувствах. Для человека, который большую часть жизни предпочитал вообще не вспоминать о родителях, мысль о возвращении в отчий дом действительно оказалась непростым испытанием. Адорнийская эмоциональность никак не давала плюнуть и выбросить всё из головы, сначала следовало вывернуть себя наизнанку.

Однако уже к утру, после традиционной двухчасовой тренировки с мечом, в душе Лиграна вновь воцарилось равновесие. Он даже смог сосредоточиться и попрактиковаться в Искусстве. Причём, что удивительно, не без толку. Впервые на своей памяти он смог поднять магией в воздух не десяток песчинок, а целую горсть, чем окончательно вернул себе хорошее настроение.

За завтраком же Железный Песок вернулся к прерванной беседе.

— Сильвара, вы спросили меня вчера, как я отношусь к возвращению в место своего рождения… Так вот, сейчас я, пожалуй, смогу дать вам максимально честный ответ, — сказал Лигран.

— Любопытно будет послушать, — немедленно откликнулась девушка и с готовностью повернулась в сторону будущего лорда.

— Да там и говорить-то особо не о чем. Всё можно описать двумя словами: мне интересно. Мне действительно интересно увидеть, как жил мой отец, чем увлекался и к чему стремился. Но это желание знать лишено злости и обиды, — произнёс Железный Песок задумчиво. — Вчера я, конечно, был шокирован, но то вчера. Подобные новости следует хорошенько переварить, утрясти в голове, чтобы потом всё стало ясно и понятно.

— И что же стало понятно? — поторопила Сильвара.

— Что это моё прошлое. Его не надо стыдиться и о нём не стоит сожалеть, оно просто есть. Знание собственной истории избавляет от лишнего беспокойства и даёт двигаться дальше, — с чувством сказал Лигран. — Да и вообще, новость о моём рождении в Гуаньдире — всего лишь неожиданный довесок к гораздо более важному делу. И сначала надо выполнить именно его, а потом отвлекаться на всё остальное… Вот как-то так! — Железный Песок развёл руками, после чего поинтересовался: — Я ответил на вопрос, уважаемая Сильвара?

— Вполне, юный лорд, — с удовлетворением сказала Героиня. — И скажу прямо, мне понравилось услышанное.

Лигран мысленно усмехнулся. Ну ещё бы, на то и было рассчитано. И теперь можно не сомневаться: при первой возможности учителю Регрушу уйдёт письмо с докладом о правильном настрое нерадивого воспитанника. Амазонка, как и все остальные, принявшие прайм, может считать себя сколь угодно хитрой и ловкой, но в игре словами ей не хватает убедительности. Что бы там она ни говорила, в её искренний интерес к своему внутреннему состоянию Лигран не верил, здесь чувствовалась рука Наставника. Как ни крути, а «воевать» с Джоком было гораздо интереснее.

Вот только ещё бы разобраться, когда Железный Песок перешёл ту грань, за которой воспитавший его лорд стал восприниматься как человек, от которого надо хранить секреты… Но это дело будущего, а пока стоит уделить больше внимания сопровождающей его красавице. Доводить до чего-то серьёзного явно не стоит, но лёгкий флирт станет приятным дополнением к путешествию. Да проклянут его боги, но от жизни надо брать по максимуму и наслаждаться каждым её мгновением.

— Леди Сильвара, вновь возвращаясь к нашему вчерашнему разговору, так что вы скажете насчёт моего приглашения прокатиться до Одинокой Башни в карете? — вкрадчиво спросил он.

— Да вы нахал, Лигран, — мелодично засмеялась Героиня. — Всегда любила таких.

— Я вас понимаю, — покивал Железный Песок. — Нам ведь так трудно отказать…

После чего подхватил даму под руку и повёл в сторону уже снаряжённого для продолжения путешествия экипажа, оставив за спиной шепоток остальных членов отряда, сдобренный казарменным юморком. Солдаты, как истинные адорнийцы, не могли пропустить начавшееся сближение между будущим лордом и бессмертной воительницей. И лишь одно вызывало у Лиграна беспокойство — стальные мускулы воина, которые он ощущал, сжимая локоть женщины.

…Благодаря компании время в пути стало проходить гораздо интереснее и веселее. Несмотря на присущие бессмертным особенности характера, Сильвара оказалась неплохой рассказчицей, с удовольствием вспоминая выполненные по приказу лорда задания: отражение атак чуди, охоту за беглыми преступниками, поединки с вражескими Героями и участие в посольствах в дальние лордства. Увлекательных историй оказалось столько, что Лиграну, безвылазно просидевшему в замке большую часть жизни, пришлось поломать голову, чтобы не упасть перед дамой в грязь лицом. И здесь помогли бесчисленные притчи и наставления древних мастеров боевых искусств, которыми он зачитывался с детства. Добавь немного юмора, не жалей во время рассказа красок — и пространные сказания превратятся в нечто интригующее и увлекательное.

Лишь одной темы они не касались по молчаливому уговору — войны с доктами. Жестокой, бескомпромиссной войны, в которой нет места для радости и веселья, зато полно боли, смерти и страданий. И чьё зловонное дыхание ощущалось даже здесь, в глубоком тылу.

Первые признаки того, что на землю Адорнии вторгся жестокий враг, появились сразу же, как отряд покинул Долину Солнечных Слёз и выехал на королевский тракт. Это были беженцы. Группами или поодиночке несчастные брели в одном им ведомом направлении, стремясь спастись от жестокостей доктов. Женщины, старики, маленькие дети, пешком или на небольших телегах с запряжёнными в них осликами, с огромными баулами и тюками или налегке, потеряв в горниле сражений всё имущество, они брели вдоль дорог, провожая измученными взглядами проносящихся мимо всадников. У Лиграна мороз бежал по коже всякий раз, когда он видел потухшие глаза какого-нибудь мальчугана или заплаканное лицо женщины.

На фоне сытого благополучия Долины здесь масштабы охватившей Адорнию катастрофы чувствовались особенно остро. Что в очередной раз заставило Лиграна проклясть тот миг, когда Наставник именно его выбрал на роль наследника лорда Лучаня. И плевать, что тот был его отцом. Когда на пороге враг, не дело копаться в семейных тайнах. Бойцам вроде Железного Песка место на передовой!.. Но разве его кто-нибудь слушает.

С новой силой вспыхнуло желание бросить всё и бежать. Соблазн был настолько велик, что для возвращения себе способности нормально соображать Лиграну пришлось сделать несколько дыхательных упражнений. Увы, королева Изабель ещё полгода назад издала закон, согласно которому никакой подмастерье или ученик Академии Лордов не может уйти в бой без разрешения своего Наставника. Под угрозой телесного наказания. Так что иного выхода, кроме как исполнять волю лорда Регруша, у Железного Песка не было.

Сильвара, видимо, ощутила бушующую в душе парня бурю и осторожно коснулась его руки.

— Не стоит так переживать. У каждого своя война и свой враг, и любая, пусть даже самая маленькая победа — это вклад в общее дело, — сказала она мягко. — Твоя нынешняя задача — найти убийц лорда Лучаня, вот на ней и сосредоточься. Не распыляй чувства зря, не уподобляйся доктам.

— Ты не понимаешь, — запальчиво ответил Лигран, но тут же опомнился: — Ах да, прости. Постоянно забываю, что передо мной не просто красивая женщина…

— Вот именно. Не ты один рвёшься в бой, — согласилась бессмертная воительница.

Возразить было нечего…

Ещё одним признаком близости к театру военных действий стало появление огромного количества конных патрулей, в которые порой входили даже Герои. Во всяком случае, Лигран несколько раз видел среди них четвероногих Охотников, а однажды и вовсе шумного и говорливого Болотного царя. Экзотический скакун последнего отчего-то заинтересовался каретой и решил познакомиться с ней поближе. Лишь мастерство кучера да резвость лошадей спасли экипаж от столкновения с тушей гигантской лягушки. Как ругался коротышка-всадник… Даже вспоминать отрадно! Однако это была единственная неприятность, случившаяся с ними в дороге. Ни бандиты, ни голодная чудь на пути так и не попались, и Латера они достигли без приключений.

Город встретил их многоголосым базарным шумом, ржанием сотен лошадей и огромными заторами на улицах. Высшее командование почему-то выбрало именно Латер в качестве перевалочного пункта для идущих со всех концов страны рекрутов. Лигран увидел здесь не только цвета лордов Долины Солнечных Слёз и Долины Тысячи Лепестков, но и гостей из совсем уж далёкой Сик'Хайи. В итоге небольшой торговый пост превратился в сумасшедший дом, просто попасть в который оказалось проблемой.

А ведь Железный Песок рассчитывал, что они спокойно, без лишней суеты и никого не беспокоя, доедут до паромной переправы и переберутся на другой берег. Однако на деле всё оказалось гораздо сложнее, и отряд застрял здесь аж на три дня.

Поначалу их просто не пустили в город с каретой. Ещё в предместьях отряд выехал к перегородившей дорогу рогатке, у которой дежурили сразу два Героя — Коготь и Мейдзин. И если первый с присущей людям-тиграм уверенностью вежливо посоветовал поворачивать назад, потому что «и без разукрашенных телег на улицах негде повернуться», то второй с мальчишеской горячностью послал их далеко и надолго, не стесняясь в выражениях. Чем немало возмутил Лиграна. Понятно, что принявших прайм донельзя измотали идущие друг за другом благородные путешественники, но и меру знать надо.

В общем, скандал стал разрастаться. Солдаты взялись за оружие, Сильвара со снаряжённым луком заняла удобную для стрельбы позицию, а заваривший эту кашу Мейдзин с хищным прищуром принялся поигрывать мускулами. И лишь Лигран с Когтем как ни в чём не бывало продолжали спорить.

Наверное, попадись им вместо тигра-ветерана кто-нибудь менее опытный, всё сложилось бы совсем иначе, но этот бессмертный отличался редкостным здравомыслием. Весьма скоро он согласился не только с тем, что у них нет причин не пускать отряд в город, но и с тем, что один молодой и горячий Герой должен извиниться. Только в вопросе с каретой Коготь не пожелал уступать ни на йоту и не дал себя переубедить.

В результате Лиграну пришлось пережить ещё одну словесную баталию, правда, на этот раз уже с Сильварой. Девушка наотрез отказывалась расставаться с экипажем, и, чтобы хоть в чём-то её убедить, понадобилось всё красноречие ученика лорда Регруша и прорва времени. Так что когда «разукрашенная телега» с кучером и одним солдатом для охраны отправилась обратно в Долину, а отряд пересёк городскую черту, был уже глубокий вечер. Переправа просто не работала, и им пришлось спешно искать место для ночлега…

Однако и на следующее утро их невезение не закончилось. Паром на весь день забрали армейцы, ударными темпами перебрасывая через Диналию команды Героев и пехотные отряды. Гражданским здесь просто ничего не светило, и Лиграну с его крохотной дружиной пришлось возвращаться на постоялый двор.

— И помыслить не мог, что простая поездка будет сопряжена с такими сложностями, — сказал Лигран, мрачно оглядывая обеденный зал на первом этаже. Украшения на стенах, переставшие быть модными едва ли не до его рождения, облупившаяся краска и кое-где растрескавшиеся плашки полов — всё навевало уныние. Наверняка на этом фоне даже дома доктов покажутся нарядными и интересными. Задерживаться здесь ещё на одну ночь совершенно не хотелось.

— Ничего страшного, испытания закаляют мужчин, — со смешком заявила Сильвара и провела пальцем по щеке Лиграна.

Он с подозрением покосился на Героиню. Чудь знает этих бессмертных: будь она обычной девчонкой, то всё было бы понятно — с ним заигрывают, но с принявшими прайм следовало быть осторожным. Однако женщина о нём словно забыла и уставилась в дальний угол, где за столом перед кружкой дымящегося отвара скучал крепко сбитый парень в ярко-розовой накидке с цветочными узорами, наброшенной поверх традиционного воинского наряда. Отдельного упоминания заслуживали жгуче-красные волосы, увязанные в длинный хвост, татуировки в виде ломаных молний на лбу и щеках. На столе по правую руку от незнакомца лежала катана с сине-золотым орнаментом на ножнах и простая соломенная шляпа. В общем обычный наёмник, каких пруд пруди на дорогах Адорнии. И чем он только так заинтересовал Сильвару?!

Но спросить об этом у Героини Лигран не успел. Женщина вдруг резко повернулась к мнущемуся поодаль хозяину заведения и распорядилась принести к себе в комнату большую ванну. После чего, мазнув по Железному Песку равнодушным взглядом, направилась к лестнице на второй этаж, предоставив ему самостоятельно заниматься вопросами размещения солдат. И сразу же стало не до праздного любопытства.

Пока они ходили к переправе, ушлый хозяин гостиницы ухитрился сдать большую часть комнат новым постояльцам и девяти бойцам Лиграна смог предложить лишь сарайчик на заднем дворе. Не постеснявшись задрать плату за постой едва ли не вдвое. И ему, будущему лорду, пришлось ругаться из-за презренного металла, точно какому-то купцу из Сик'Хайи. Все жилы из него вытянул проклятый скряга! Неудивительно, что Ястреб спихнула на Лиграна свои командирские обязанности. Будь у него такая возможность, он и сам бы их кому-нибудь передал. С радостью.

Разобравшись с делами, в свою комнату Железный Песок возвращаться не стал и уже было решил побродить по окрестностям, но вовремя одумался.

Конечно, хотелось погулять по узким улочкам, поглазеть на аккуратные двухэтажные домики с покатыми крышами, замысловато изогнутыми башенками и оплетёнными цветущей лозой стенами. Послушать, как журчат фонтаны, полюбоваться изящными статуями и живыми фонарями, охладиться под заговорёнными ветродуями… Но, проклятье, не в тот же момент, когда крохотный Латер заполонили сотни людей и печать войны лежит на каждом встречном лице! Нет уж, лучше вытащить на улицу плетёное кресло, пристроить его в тени разлапистого дуба и просто отдохнуть за бокалом вина. Ещё было бы неплохо, чтобы компанию составила незнакомка. Таинственная, загадочная и, само собой, прекрасная. Увы, но таковых рядом не наблюдалось. Единственная на всю гостиницу дама сейчас отмокала в ванне и не похоже, что собиралась спускаться вниз.

Лигран отсалютовал себе бокалом, сделал глоток и прикрыл глаза. Что-то подсказывало: в ближайшее время ему будет не до отдыха, и следовало ценить такие моменты. Жаль только, полностью расслабиться не получалось. В голову постоянно лезли мысли о внезапно нашедшемся отце, о странном решении Наставника отправить в Гуаньдир не любимчика Джока, а именно его. К этому примешивались переживания о неудачах с магией, желание отправиться на войну и боязнь неудачи с проклятым лордством. Древо, слишком много всего…

Но, видимо, и этого было мало, потому что размышления Лиграна были бесцеремонно нарушены.

— Ты, что ли, Лигран Железный Песок? — раздался чей-то наглый голос, и на лицо будущего лорда упала тень. — Отвечай!

Чувствуя, что медленно закипает, Лигран открыл глаза и посмотрел на говорившего. Им оказался давешний рыжеволосый воин во всё том же ярком плаще. Вот только теперь он не сидел тихо-мирно в ресторации, а с презрительной миной нависал над Железным Песком. Что изрядно раздражало.

— Верно. С кем имею честь… — холодно начал Лигран, медленно поднимаясь. Но договорить не успел. Незнакомец неожиданно сплюнул ему под ноги и, проигнорировав вопрос, с непередаваемым выражением на лице заявил:

— Что-то ты похож на докта, Лигран. Не знаешь почему?

Лиграну показалось, что он ослышался.

— Какого?!.. Чудь последние мозги отбила, бродяга? — рявкнул он, вставая напротив наглеца и кладя руку на рукоять катаны.

Но грозный вид никак не подействовал на рыжеволосого. Глядя куда-то мимо Железного Песка, тот на одном дыхании выдал спич про сексуальные пристрастия парня и его родственников, описал их взаимоотношения с доктами и чудью самого гнусного вида. После чего оскалился и попытался врезать Лиграну по лицу, но, наткнувшись на блок, предпочёл отступить на пару шагов назад.

— Мне продолжить? — поинтересовался он. — Или ты наконец вспомнишь, зачем таскаешь на поясе эту железяку?

— Пожалуй, не стоит, — проронил Лигран и не спеша направился к посыпанной песком площадке, располагавшейся здесь же, во дворе гостиницы. Сказанного было достаточно, чтобы понять — драка неизбежна. Но тем лучше: он был не прочь хорошенько проучить мерзавца. — Только ответь на один вопрос. Какого лешего ты ко мне прицепился?

— Я же сказал, потому что ты похож на докта, — осклабился рыжеволосый. — И ещё запомни: того, кто размажет тебя по стенке, зовут Башики Холодный Ключ.

Лигран почувствовал, как внутри нарастает гнев. Сохранять невозмутимость больше не получалось. Даже брату он не спускал подобных оскорблений, что уж говорить о каком-то бродяге. Большим пальцем освободив клинок от защёлки, Железный Песок встал лицом к Башики и молча замер. В словах не было нужды. Если человек так упорно ищет на свои филейные части неприятностей, помешать ему невозможно.

Однако Холодный Ключ именно этого и добивался.

— Так-то лучше, доктский ублюдок, — сказал он тоном человека, который соскучился по любимой работе. Щёлкнул зажимом на ножнах, положил руку на рукоять катаны и замер, выжидая. Решительный, сосредоточенный, совсем не похожий на какого-то задиру — настоящий боец.

Помимо своей воли Лигран ухмыльнулся. Древо, как же он соскучился по настоящему противнику. Какой смысл годами совершенствоваться в игре клинком, если не можешь применить его в деле? Наставник постоянно говорил, что призвание лорда — править, что меч — удел рядовых солдат и что командир берётся за оружие лишь в крайнем случае, но куда там. Лигран тосковал по хорошей драке, в которой нет места поддавкам и каждый удар может оборвать твою жизнь. Может, из-за этого нежелания править Наставник и отправил его в Гуаньдир? Кто знает… В любом случае Лигран был благодарен Холодному Ключу за хорошую возможность размяться. И пусть нанесённое оскорбление взывало о мести, после того как он проткнёт Башики клинком, Железный Песок собирался сказать спасибо. И плевать, какова истинная причина конфликта.

…Первый удар нанёс Холодный Ключ. В наставлениях мастеров боевых искусств пишут, что в поединке между двумя серьёзными бойцами проигрывает тот, кто нападает первым. Может быть, для кого-то это и было правдой, но сам Лигран ещё не достиг нужных высот в постижении Искусства и едва не пропустил внезапную атаку Башики.

Стремительно выдернув катану из ножен, Холодный Ключ крест-накрест разрубил перед собой воздух — и два возникших из ниоткуда бело-голубых магических лезвия полетели в Лиграна. И быть бы ему разваленным на четыре части, если бы он инстинктивно не шагнул влево и не махнул мечом. Столкновения с доброй сталью творения Башики не выдержали и разлетелись вдребезги с немелодичным треском.

Проклятье! Лигран с неприятным холодком осознал, что в противники ему достался вовсе не мечник, как он было подумал, а маг. И сражаться предпочитает с помощью силы прайма. А это было чревато проблемами. Меч-молниеотвод здесь не поможет.

Тем временем Башики опустил катану на уровень пояса, повернул горизонтально и провёл от гарды к кончику клинка двумя сжатыми пальцами. Пахнуло магией, а поверх оружия возникла искрящаяся белёсая полоса. Которая уже через секунду полетела в Лиграна. Затем ещё одна и ещё.

Магические лезвия полосовали воздух, заставляя прыгать, скакать и уворачиваться, не давая шанса сократить дистанцию и навязать бой по своим правилам. Для Железного Песка мир вокруг сузился до проклятого Башики и его чар. Больше ничего не существовало: ни двора с живой изгородью, ни шумящих в обеденном зале постояльцев гостиницы, ни даже солнца с небом. Остались только два сражающихся бойца. Поначалу, правда, Лигран ухватил взглядом какое-то шевеление на крыльце, но тут совсем рядом свистнуло очередное лезвие, и он выкинул возможных зрителей из головы. Потом, всё потом. Сейчас главное понять, как достать этого мерзавца. Зря, что ли, Наставник учил первому правилу лорда: сначала думать, а потом действовать!

Железный Песок отшатнулся, позволив лезвию вспороть землю там, где только что находилась его нога, и попытался ещё раз разложить ситуацию по полочкам.

Итак, понятно одно: способности Башики основаны на управлении льдом и холодом. Магия эта явно мощная и, что немаловажно для любого адорнийца, красивая. Но по этой же самой причине несколько менее эффективная, чем власть над молниями, как у братца, или над ветром, как у великого лорда Раэля. А значит, это можно использовать. Весь вопрос как…

Лигран попробовал метнуться сначала влево, затем вправо, а затем и вовсе рванул зигзагом к Холодному Ключу. Однако ничего толкового из этого не вышло. Единственное, чего добился, — противник немного занервничал и стал метать лезвия с удвоенной скоростью, пусть и получались они у него теперь гораздо более скромными по размерам.

Интересно, а если сделать по-другому? Лигран сдёрнул с пояса мешочек с запасом железных опилок, развязал горловину и запустил всем содержимым в противника. Сам же начал заходить по дуге к нему за спину, по ходу дела напрягая все способности к управлению праймом, чтобы создать хотя бы видимость магического удара.

И надо сказать, у него получилось. По крайней мере иначе никак не объяснить, почему Башики вдруг скрестил руки и закрылся полусферой из льда. Быстро, надёжно и совершенно бессмысленно. Впервые на памяти Лиграна кто-то столь серьёзно воспринял его магические умения. Вот только не стоило так сосредотачиваться на защите от подобной ерунды. Лигран успел не только подобраться к Холодному Ключу вплотную, но и занёс меч для финального удара. И никакая магия тут уже спасти не могла.

Но, как и в последнем поединке с Джоком, вмешалась третья сила. Над плечом с басовитым гудением пронеслась звенящая от прайма стрела, задела край ледового щита, из-за чего тот разлетелся вдребезги, и пробила горло рыжеволосого. Тот даже не охнул — сразу повалился навзничь, уставившись ничего не понимающим, удивлённым взглядом за спину Лиграна.

Железный Песок торопливо повернулся.

— Как вовремя я появилась, не правда ли, юный лорд? — спросила Сильвара, опуская лук. — Мне этот наёмник сразу не понравился.

— Наёмник? — тупо переспросил Лигран, пытаясь разобраться в происходящем.

Сначала непонятно из-за чего случившийся вызов на поединок, затем, когда противник, считай, уже проиграл, неожиданная его гибель. Что вообще здесь творится?!

— Ну а кто же ещё? Наёмник и есть. То ли вернулся с фронта, то ли, наоборот, только туда собирался, — сказала Ястреб и направилась к своему подопечному, как-то по-особенному покачивая бёдрами. Получалось у неё на удивление грациозно, Лигран аж засмотрелся.

— Но зачем… — начал было он, стряхнув оцепенение. Но амазонка уже оказалась рядом и… Древо, поцеловала его в щёку! Все вопросы моментально вылетели из головы.

— Зачем пристрелила этого рыжика? Чтобы негодяй в последний момент не выкинул какой-нибудь фокус. И не ранил юного лорда, — выдала Сильвара, хитро улыбнувшись. — Уже почти победившего лорда!

— Ага… и которому вся эта драка была напрочь не нужна, — сказал Железный Песок, неожиданно для себя смутившись. Его ещё не отпустила горячка боя, а тут этот поцелуй… Мысли категорически не желали собираться в кучу. — Может, ты тогда объяснишь, из-за чего он ко мне прицепился, а? Раз уж он тебе «сразу не понравился»?

Сильвара фыркнула, затем вдруг наклонилась к уху Лиграна и шепнула:

— А какая разница? Главное, что ты победил. Не так ли?

После чего резко повернулась к высыпавшим во двор обитателям гостиницы во главе с её хозяином и принялась командовать. Что делать с телом, кого послать в городскую стражу — приказов было много, но Лигран их почти не слушал. Он старательно гнал от себя мысль, что странная схватка напрямую связана с игрой вокруг его назначения официальным наследником лорда Лучаня. И поведение Героини — хорошее тому подтверждение…

Когда же поздно вечером из окна своей комнаты он увидел, как, тяжело хлопая крыльями, с гостиного двора один за другим улетают почтовые попугаи, то совсем этому не удивился.

Понимание того, что он ненавидит само название Гуаньдир, к Бистарку пришло далеко не сразу. Ведь как хорошо поначалу выглядело это проклятое богами задание. Перейти линию фронта, добраться до забытого всеми лордства, убить владетеля, после чего найти тайную лабораторию — ну или как там их называют эти чокнутые адорнийцы, — проникнуть внутрь и дать возможность дипломированным праймологам спокойно поработать. А что получилось в итоге? Кавардак, хаос, сумятица!

Великая Шестерёнка, они даже в Адорнию не смогли попасть без приключений! Вместо того чтобы незаметно проскользнуть тропками контрабандистов через границу, они кучу времени убили, ожидая приказа начальства, а когда дождались, зачем-то двинулись следом за армейскими частями, благо те вели наступление. Как же, вдруг адорнийцы окажутся настолько слабы, что у группы Бистарка получится поработать уже на захваченных землях…

Не вышло. Как бы он ни презирал чокнутых магов, в одном им точно не откажешь: трусами адорнийские вояки не были. За каждый километр их территории приходилось платить большой кровью. И кампания затянулась, да так сильно, что Бистарк наплевал на приказ и вместе со своими людьми рискнул самостоятельно перейти через линию фронта. И у него получилось. Без происшествий добрался до ныне опостылевшего Гуаньдира, подготовил и с блеском провёл операцию по устранению лорда Одинокой Башни, даже нашёл опостылевшую лабораторию в староимперском убежище. А вот дальше вновь начались проблемы. Проклятые учёные не смогли открыть дверь в подземное укрытие, объясняя неудачу незнакомой магией и сетуя на недостаток оборудования. Бистарк, может, им и посочувствовал бы, но из-за этих бездарей отряд застрял в проклятой глухомани, и перспективы скорого возвращения домой были весьма туманны.

Но мало ему сложностей с выполнением основной задачи, подкидывали проблем и аборигены. То охотник какой забредёт в расположение лагеря, то местные мужики сколачивают отряд для охоты на чудь аккурат в районе древнего убежища. Приходится отвлекать людей, ресурсы, устраивать засады и зачищать следы. Хорошо хоть Бистарк озаботился наладить контакты с местными контрабандистами и бандитами: за кристаллы прайма те исправно сообщали обо всех опасных для доктов начинаниях и помогали претворять в жизнь тактику организованного хаоса. Иначе говоря — убивали, грабили, насиловали, жгли деревни и сёла. Собственно, и лабораторию он нашёл благодаря их помощи, так что затраченные на подкуп средства давно себя оправдали.

Одно плохо, встречаться с наиболее ценными информаторами приходилось не где-нибудь в лесу, а в городке при Одинокой Башне, всякий раз рискуя раскрытием всей операции.

Вот и сейчас, выкрасив волосы в зелёный цвет с двумя бордовыми прядями, натянув попугайской расцветки жилет и голубые брюки — в общем, превратившись из добропорядочного докта в отравленного праймом адорнийца, — он сидел в трактире «Жареный горыныч» и слушал болтовню местного авторитета средней руки Щепина Кривого. Несколько лет назад тот промышлял работорговлей, но, пережив нападение чуди и потеряв здоровье, осел в окрестностях Одинокой Башни. Чтобы склонить бандита к сотрудничеству, понадобилось всего ничего: намекнуть на знакомство с некоторыми его тёмными делишками и подсластить пилюлю несколькими кристаллами. И мерзавец с воодушевлением занялся продажей любимой родины оптом и в розницу.

— …ещё ходят слухи, что в храме духов битвы настоятель выставил на алтарь несколько катан из личного арсенала лорда Лучаня. И рекруты из нового набора собираются уговорить вербовщика разрешить им посмотреть на святыню, — сказал Щепин, то и дело прикладываясь к кружке с пивом.

— Неинтересно, дальше, — бросил Бистарк, всё же отмечая у себя в блокноте, что при случае следует разобраться с этим жрецом. Магия адорнийцев жёстко привязана к их вере в победу, в собственную правоту и прочие глупости, и появление любых предметов, способных воодушевить этих дикарей — прямая угроза Империи.

— Дальше… Дальше нет ничего интересного. Ну кроме того, что в Башню на днях прибывает новый владетель, воспитанник какого-то лорда из Долины Солнечных Слёз. Как зовут Наставника, не скажу, но говорят, он неплохо проявил себя на фронте — чихвостит ваших в хвост и в гриву. А раз так, то и воспитанника мог подготовить себе под стать, — сообщил Кривой с плохо скрытой издёвкой в голосе.

— Новый лорд?! Так чего же ты мне тут голову морочишь?! — прорычал Бистарк.

Специально, гад, время тянул, издевался. Целый час всякий мусор на него вываливал, а самое важное приберёг напоследок, да и то сообщил как-то так, между делом. Нет, все эти адорнийцы одинаковы: даже получая от тебя деньги, держат за пазухой не просто камень, а кинжал. Неблагодарные! Только дурак вроде Пауля мог вообразить, что между людьми и отравленными праймом мутантами возможно мирное сосуществование.

Страшно захотелось шарахнуть мерзавцу в лоб из чего-нибудь вроде остробоя, но Бистарк пересилил себя и почти спокойным тоном потребовал:

— Ладно, давай подробности…

Щепин в ответ лишь молча показал туго увязанный пакет, подмигнул и сложил ладони лодочкой. Намекая, что новость слишком ценна, чтобы Бистарк сам мог назначать ей цену.

— Что там?

— Описание внешности парнишки, состав группы сопровождения плюс маршрут их движения, — осклабился Щепин. — Расслабься, докт, есть у меня подход к одной цыпочке в почтовой службе, так что информация верная. Здесь копии документов, которые пришли на имя управителя замка.

Бистарк шумно вздохнул и достал шкатулку с кристаллами прайма. Как бы он ни злился, но если Кривой прав, то ему и вправду нужны эти бумаги. А значит, придётся играть по правилам адорнийского бандита. Во всяком случае, пока!

…После разговора с Щепином Бистарк быстро покинул трактир и отправился за город к месту встречи со своими людьми — Героем Рамисом Сота и парочкой приставленных к нему бойцов. Сейчас, после того как он ознакомился с содержимым пакета, докт радовался, что взял на встречу именно этого принявшего прайм. Дуэлянт, повеса и бабник, категорически не способный сидеть на одном месте, однако идеально подходящий для выполнения заданий, где требуется умение как рубиться в ближнем бою, так и атаковать врага издалека. Операция по устранению нового лорда была как раз из последних.

Если верить Щепину, то этого Лиграна должен сопровождать десяток солдат и один Герой, что уже немало. Так мало того, ещё и комендант Одинокой Башни навстречу будущему начальству отправил почти два десятка бойцов из замкового гарнизона. И здесь нужно либо собирать остальных и устраивать полноценную засаду с использованием всего отряда Бистарка, либо бить с безопасного расстояния. Ну а так как первое невозможно — отряд находится уже в дне пути от замка, — то остаётся лишь второй вариант. Если он, конечно, хочет и дальше работать в этом проклятом лордстве без неприятных помех вроде снующих туда-сюда Героев, любопытных властителей и желающих выслужиться простых смертных.

В общем, бойцов, уже нацелившихся на возвращение в лагерь, ждала неприятная новость. И если смертные солдаты восприняли её относительно спокойно, то Рамис Сота принялся возражать с присущей ему бесшабашностью. Даже попробовал убедить Бистарка в бессмысленности покушений на всяких там лордиков и предложил вместо бестолковых метаний завалиться в какой-нибудь кабак, где есть выпивка, карты и весёлые девки. Однако после обещания отстранить его от боевых операций быстро сдал назад. Единственная вещь, которую Сота любил больше вина и женщин, — это добрая драка, и лишаться своего излюбленного развлечения он не желал. Чем совершенно беззастенчиво пользовался Бистарк. При всём их могуществе, Герои во многом подобны детям. И при разумном подходе легко поддаются управлению. Главное — знать, на какие кнопки нажимать и за какой рычаг потянуть. Вот Бистарк, к примеру, знал.

Так что, несмотря на ворчание Рамиса, четверо всадников, остервенело нахлёстывая лошадей, покинули городские окраины и направились в сторону юго-западной границы Гуаньдира. Чтобы уже к утру следующего дня оказаться в том единственном месте, где имело смысл устраивать наследнику Лучаня почётную встречу.

Надо сказать, что здесь Бистарку сильно повезло. Ему уже приходилось бывать в здешних местах перед войной, так что он ни мгновения не сомневался с выбором позиции для засады. И вместо бестолковых метаний и поисков сразу повёл своих людей к хорошо известной ему лощине. Дорога там сначала петляла между кустами, затем круто брала вверх, да так, что с гребня ближайшего холма участок подъёма был виден как на ладони. Один снайпер с остробоем при поддержке двух дискомётчиков не только обещал закрыть тему наследника, но и грозил перещёлкать половину его сопровождающих.

А это уже серьёзная заявка на успех.

…Огневые позиции готовили по всем правилам современной военной науки. Насыпали невысокий земляной бруствер и замаскировали его дёрном, да так, что уже с десяти метров нельзя было догадаться о притаившемся за ним Сота. У подножия холма в густом кустарнике разместили смертных солдат. И пусть дорогу из своих укрытий те почти не видели — мешали густые заросли, — зато единственную удобную тропу к вершине перекрывали намертво. Сам же Бистарк с давным-давно устаревшим огнебоем предполагал устроиться по другую сторону лощины. Он и сам не знал, за каким лешим всюду таскает с собой эту громыхалку, но как-то привык. Даже начал считать её чем-то вроде талисмана, уподобившись в этом грязному адорнийцу. И вот гляди-ка, пригодилась! Если Рамис промахнётся — что весьма маловероятно, конечно, — то он самолично отправит этого мальчишку на встречу с предками.

Всё складывалось довольно удачно, но настроение подпортил неприятный разговор с Рамисом. Они только-только закончили маскировать позицию Героя, как тот вдруг отбросил лопату и принялся ругаться.

— Какой смысл городить здесь такие сложности?! За последний час просто прорву умных слов услышал. Укрытия, «слепые зоны», перекрёстный огонь… — заявил Сота и мрачно потребовал: — Оставьте меня здесь и двигайте в лагерь. Я сам всё сделаю и вернусь.

— Что-то сомневаюсь, — фыркнул Бистарк и буквально кожей ощутил, как напрягся Герой.

— Сомневаешься? — сказал Сота с угрозой. — Во мне?

Куда делся рубаха-парень, любитель разгульной жизни. Перед Бистарком появился высокомерный аристократ, сквозь зубы цедящий слова. Впечатление портили лишь куртка без рукавов на голое тело и несвежее жабо, но кто обращает внимание на такие мелочи.

— Не в тебе, — Бистарк успокаивающе развёл руками. Разборки с разбушевавшимся Героем сейчас были совсем не к месту, но и игнорировать ситуацию было нельзя. — В твоём желании сделать работу и вернуться к остальным.

— Намекаешь, что могу бросить боевых товарищей? — спросил Рамис пусть и грозно, но без прежнего пыла. Даже за остробой хвататься не стал.

— Нет, скорее, что ты собираешься грохнуть наследника, а затем героически сдохнуть и возродиться в Прайм-индукторе Конторы, — Бистарк изобразил улыбку. — Ты ведь хочешь воевать, Рамис, а не играть роль няньки для наших доблестных праймологов. Я прав?

Отвечать Сота не стал, лишь пожал плечами. Да и что тут ответишь, Герою и вправду надоела эта дыра, вот он и задумал сбежать. Подходящим одним лишь бессмертным воителям способом. Вот только Бистарк ему этого позволить не мог. Принявшие прайм — слишком ценный ресурс, чтобы разбрасываться ими просто так, а уж во время работы в тылу врага и подавно. Стоит Рамису уйти, как боевая эффективность группы моментально упадёт. И это при невыполненном-то задании!

Нет, в чём-то Бистарк нетерпеливого Дуэлянта понимал. Будь у него выбор, сам бы свалил куда подальше, но ведь его-то как раз и не было… В общем, как ни крути, любая попытка Сота рвануть в безудержную атаку мало чем отличалась от предательства. Что командир и постарался донести до Героя, успешно или нет — покажет время. Рамис больше ничего не сказал и просто ушёл на свою позицию.

В очередной раз Бистарк позавидовал лордам, пусть даже самым что ни на есть завалящим. Их взаимоотношения с Героями строились совсем по иным принципам. Для бессмертных хранитель их каталистов становился кем-то вроде капитана, который задаёт курс и ведёт к одному ему ведомой цели. Их удел — лишь следовать его воле, а своё мнение держать при себе и не устраивать самодеятельность.

Совсем другая ситуация складывалась, когда во главе отряда из могучих бойцов с вывернутыми праймом наизнанку мозгами становился сторонний командир. Вот тогда-то и начинались непонятные брожения. Что, как, почему, да я знаю, как лучше… Слишком сильно Герои верили в своё превосходство над обычными смертными, чтобы просто подчиняться. И приходилось из кожи вон лезть, чтобы они поступали не так, как хочется лично им, а как нужно для скорейшего выполнения задания. И пусть Бистарк давно уже научился ладить с бессмертными, это вовсе не значило, что он получал от этого удовольствие. Великая Шестерёнка, да у него уже в печёнках сидели капризы всех этих великих воителей!

Отдав последние распоряжения дискомётчикам, Бистарк направился к завалу из валунов по другую сторону лощины. Настроение было хуже некуда. Перед боем следовало расслабиться и отдохнуть, а вместо этого вновь и вновь вспоминались выходки принявших прайм, из-за которых ломались самые продуманные планы и зря гибли хорошие бойцы. Наверное, он бы ещё долго кипел от злости, но тут на дороге появились всадники, и лишние мысли моментально улетучились из головы.

Это были солдаты. В доспехах, на хороших конях и с тем неуловимым выражением лица, которое бывает у опытных ветеранов в присутствии высокого начальства. И раз так, то они успели как раз вовремя.

Плюхнувшись на живот и положив перед собой огнебой, Бистарк прикипел к подзорной трубе. На глаза попадались всё больше незнакомые лица, однако пару раз мелькнули рожи гарнизонных вояк, которые регулярно заглядывали в «Жареного горыныча». А это значит, отряды уже успели объединиться. Что ж, было глупо надеяться на иное. Теперь главное найти наследничка.

По описанию, это молодой, лет восемнадцати-девятнадцати на вид, рыжеволосый юноша в одежде адепта боевых искусств. В толпе доктов такого сразу заметишь, а вот среди обожающих всё яркое и пёстрое адорнийцев… Есть! Как по заказу, в объектив трубы попался улыбающийся парень, в точности соответствующий всем приметам. Он ехал рядом с симпатичной Амазонкой и с удовольствием что-то ей рассказывал, наклонившись в седле. И, судя по смеху дамы, старания будущего лорда были оценены по достоинству.

Бистарк завистливо вздохнул. И почему ему так не везёт? Если и попадают под его командование женщины-Герои, так обязательно оказываются истеричками, стервами и сущими демоницами, часто помешанными на сексе. Чудь в юбке! А тут такая идиллия. После такого скорая смерть для наследника Лучаня выглядит достойной карой!

Бистарк отложил подзорную трубу и взялся за огнебой. Прицелился, медленно взвёл курок и замер, ожидая действий Рамиса. Первую партию сейчас ведёт именно Дуэлянт, а его дело — подстраховка… Вот только отчего этот дурак тянет, почему не стреляет?! Ждёт, пока отряд через всю лощину проедет? Или забыл, как выглядит цель?!

Бистарк впервые пожалел, что не устроился где-нибудь неподалёку от Сота. Было бы гораздо проще, будь у него хоть какая-то связь с Героем, а так приходится ждать и надеяться, что всё пройдёт как задумывалось.

Тем временем юному лорду то ли наскучило развлекать даму, то ли захотелось поболтать с кем-то из своих новых подданных, и он, придержав коня, что-то спросил у едущего следом солдата. Даже развернулся в седле. И… одним махом превратился в идеальную мишень. Грех упустить такой момент. И если Рамис его прозевает, Бистарк пообещал приложить все силы, но добиться перевода Героя в самый тихий и спокойный гарнизон Империи.

Однако он беспокоился зря. Сота всё-таки выстрелил, и не его вина, что лордёныш вдруг резко подался вперёд, почти лёг на круп лошади, пытаясь поймать брошенный молодым воином предмет. Может, походную фляжку, а может, мех с вином — Бистарк не разглядел подробностей. Главное, что картечь прошла над наследником, изорвав лишь край свободного одеяния.

Что тут началось! Ряды солдат смешались: кто-то принялся вертеться на одном месте, высматривая стрелка, кто-то стал бестолково выкрикивать команды, и лишь несколько бойцов ринулись на помощь к господину, чтобы собственными телами закрыть его от врага. Правда, и сам парень не растерялся: не успели стихнуть отголоски выстрела, как он соскользнул на землю и укрылся за лошадью. Рядом тут же встала Амазонка с уже снаряжённым для выстрела луком.

Проклятье! Этот болван промазал! Бистарк едва не зарычал от злости. Как можно быть настолько невезучим?!

Словно в ответ, раздался новый выстрел, и одного из солдат выбило из седла, а второй с криком схватился за плечо. Однако главная цель оказалась невредима, и единственное, чего Рамис добился — это раскрыл своё местоположение. Как результат, спешившиеся адорнийцы немедленно ринулись на штурм холма, где притаился Герой, а ещё трое натянули луки и принялись выцеливать противника.

Быстро реагируют, мерзавцы! Вот только разве можно быть настолько предсказуемыми?! Несмотря на неудачу, Бистарк позволил себе позлорадствовать. Всё-таки нечто подобное он предполагал и размещал бойцов именно с учётом столь прямолинейных действий адорнийцев. Ведь что им стоило погнать лошадей дальше, к выходу из лощины, а там сделать крюк и зайти к нападавшим в тыл? Правильно, ничего. Так что сами виноваты.

Вторя его мыслям, послышалось жужжание раскручиваемых метателей, быстро сменившееся криками разрезанных дисками людей. Опытный дискомётчик при определённом везении способен одним выстрелом снять двух, а то и трёх человек. А ведь на холме их было двое!

Но долго злорадствовать не получилось. Лучники, видимо, наконец-то разглядели цель и дали дружный залп, затем ещё один и ещё. Причём стреляли они почему-то не по известным Бистарку позициям, а чуть выше. Впрочем, ответ нашёлся очень быстро. Из-за кустов показался Сота с остробоем наперевес и, судя по засевшей в груди стреле, сегодня от него окончательно отвернулась удача. От одного-двух мечников сил отбиться, конечно, хватит, но их ведь гораздо больше!

Рядом с Героем появились оба дискомётчика, дружно разрядившие оружие по кому-то невидимому. Один из них тяжело припадал на ногу, и второму приходилось его тащить едва ли не волоком. Солдат что-то прокричал Рамису, но тот лишь мотнул головой и сделал шаг вперёд. Словно и не было у них недавней беседы о долге и обязанностях членов отряда Бистарка.

Впрочем, если он надеялся показать проклятым адорнийцам, как сражаются настоящие докты, то у него ничего не вышло. До этого момента не вмешивавшаяся в схватку Амазонка одним движением натянула лук и выстрелила вертикально вверх. Раздался треск, в стороны брызнули искры магических разрядов, а затем в Рамиса и раненого дискомётчика одновременно вонзились облечённые в энергию прайма стрелы. Оба рухнули как подкошенные.

Чтоб её пьяный оператор в Прайм-индукторе возрождал! Эта стерва владела навыком Решающего выстрела! Если Бистарку не изменяла память, то именно так эти Героини называли умение добивать противника одним выстрелом. И ведь до чего хитрая, гадина: выжидала, не лезла в драку, а как представился случай, одним махом поставила в бою точку. Одно хорошо: последний выживший солдат успел скрыться за гребнем холма. А там спустится вниз, сядет на коня и… фьюить, ищи ветра в поле.

Видимо, адорнийцы думали точно так же, раз, наплевав на осторожность, дружно ринулись в погоню. Общий азарт затронул даже «телохранителей» лордёныша. Солдаты забыли о своём подопечном и сгрудились на краю дороги, кажется, прикидывая, то ли спешиться и присоединиться к товарищам, то ли покинуть проклятую долину и преследовать беглеца верхами. Рядом с наследником остался всего один боец.

Болваны! Бистарк позволил себе ухмыльнуться, после чего привстал на одно колено, прицелился парню аккурат между лопатками и нажал на спусковой крючок. Бабахнуло. Но пуля, вместо того чтобы пробить в спине будущего лорда приличных размеров дыру, звонко блямкнула о выставленный адорнийским воякой щит. Единственный защитник не только каким-то чудом заметил угрозу, но и успел правильно на неё среагировать.

Что ж, Бистарк умел проигрывать. Покушение полностью провалилось, а понесённые адорнийцами потери явно не стоили гибели Героя и доктского солдата. Первый раунд был за новым хозяином Гуаньдира, поэтому теперь единственное, что оставалось, — это бежать.

Подхватив огнебой, Бистарк откатился под прикрытие огромных валунов, уже там поднялся на ноги и, пригибаясь, помчался вверх по склону. Уж в кого-кого, а в героя он играть не собирался. Позже с адорнийскими уродами сочтётся!

В дружине лорда Одинокой Башни Марик Лерой появился за месяц до его смерти. Хозяин Гуаньдира тогда объявил о дополнительном наборе рекрутов, и молодой сын сапожника попался на глаза вербовщику. Кружка вина, горсть монет в качестве оплаты, и вот он уже в кольчуге, шлеме, со щитом в одной руке и мечом в другой марширует в учебном лагере на северо-востоке провинции. Помнится, он тогда даже был недоволен. Мол, звали на войну или, на худой конец, в охрану замка, а взамен отправили месить грязь в какую-то совершенно немыслимую глушь. Даже капралу жаловался, за что получил отеческий подзатыльник за глупость и три удара кнутом за нарушение субординации. Армия, чтоб её!

Зато позже жизнь расставила всё по своим местам. Во время нападения на замок погибли лорд Лучань и все его Герои, многие простые воины были убиты или тяжело ранены. Можно не сомневаться: окажись Марик в ту ночь в Одинокой Башне, он бы обязательно разделил их судьбу. Такая вот жизненная коллизия.

Но отсидеться в тиши и спокойствии не получилось. После гибели владетеля всем мало-мальски хорошим бойцам в учебном лагере присвоили звание рядового и перевели в гарнизон. «Для продолжения дальнейшего обучения и помощи в охране спокойствия горожан» — кажется, так звучал текст приказа нового командира дружины Гуаньдира… И их не обманули. До тех пор пока в почтовую башню не влетел попугай с сообщением о скором прибытии в замок нового лорда, они действительно только и делали, что тренировались, лишь изредка отвлекаясь на патрулирование города или охоту на зарвавшуюся в отсутствие жёсткой руки чудь.

А затем всё снова изменилось. Ничего толком не объяснив, лучших бойцов гарнизона — в число которых не иначе как чудом затесался Марик — собрали вместе, посадили на лошадей и под командованием капрала Тротта отправили навстречу наследнику и едва ли не родному сыну лорда Лучаня. С наказом смотреть в оба и, не щадя себя, беречь нового хозяина Одинокой Башни. Так и сказали: «не щадя себя», словно им предстояло охранять лорда, которому они присягали и с которым прошли бесчисленные сражения, а не какого-то чужака, до этого слыхом не слыхавшего про Гуаньдир и его жителей. Неудивительно, что атмосфера в отряде резко ухудшилась, а отношение к наследнику — и без того прохладное — окончательно испортилось. Хуже не придумаешь начинать службу с таким настроем.

Опасные разговоры не ускользнули от внимания капрала Тротта, и он попробовал исправить ситуацию.

— Я вам вот что скажу, парни. Никто из вас не служил непосредственно под началом лорда Лучаня, и всё, что вы о нём знаете, это слухи и домыслы. Мне повезло больше, я знал его несколько лет. Поэтому просто поверьте на слово: лучшего командира мне встречать не приходилось. Могучий воин, он не изучал искусство войны как какой-нибудь докт, он жил им. И каждый день открывал какие-нибудь новые его грани. Остальные же, видя такой пример перед глазами, старались тянуться за ним. Причём не только мы, простые смертные, но и Герои. А это, сами понимаете, птицы совсем иного полёта, — заявил капрал на стоянке на полпути к переправе через Диналию. — Я бы даже сказал, что лорд был одержим войной… Да, правильное слово… — Тротт ненадолго замолчал, о чём-то вспоминая. Зачем-то потёр тонкий шрам на щеке и лишь затем продолжил: — Так вот, после гибели мастера Лучаня любой ветеран вам скажет, что заменить его некем. Кто бы ни пришёл на смену, он будет другим. Не обязательно худшим, но точно другим. И нам ничего не остаётся, кроме как смириться с этой мыслью.

— Капрал, но вы же сами сказали, что мы старого лорда толком и не знали. Получается, нам не о чем и сожалеть, ведь так? — сказал Марик. Он единственный из двух десятков, кто не боялся лезть к начальству с вопросами и ненужными инициативами, за что, впрочем, регулярно получал по шее. Но не в этот раз: капрал Тротт его вопроса явно ждал.

— Вот именно! — сказал командир и со значением поднял указательный палец. — У вас не должно быть никакого предубеждения против нового лорда, вы же раскудахтались точно куры. Нехорошо. Вот встретьтесь с уважаемым наследником и делайте выводы. А пока этого не случилось — завязывайте с болтовнёй. Лишняя она и опасная. Если же вам заняться нечем, так обращайтесь, помогу с удовольствием…

В общем, капрал своего добился. Разговоры и вправду стихли, до поры улеглись ненужные страсти. Все принялись ждать момента, когда смогут лично увидеть преемника великого Лучаня. И ожидания их были настолько высоки, что, наверное, возродись прежний хозяин Гуаньдира в новом теле и попадись им на глаза, они бы всё равно разочаровались.

Так что личная встреча тоже ничего не изменила. Новый лорд оказался ровесником Марика и не выглядел как человек, рождённый править. Жилистый, крепкий, с улыбчивым лицом и внимательными глазами, очень скромно одетый — такое описание подходит простому воину, даже командиру отряда, но никак не владыке целой провинции. Где аура властности и силы, где железная уверенность в себе и в своём праве отдавать приказы? Где всё это?! Обычный, ничем не примечательный парень, единственное достоинство которого — умение с редкостным равнодушием не замечать косые взгляды окружающих. Вот этого у него точно не отнять. После того как отряд встретил Лиграна Железный Песок в дневном переходе от переправы через Диналию и капрал Тротт представился новому начальству, тот не уделил им ровным счётом никакого внимания. Всю дорогу болтал со своей спутницей. И тот факт, что эта эффектная красавица по совместительству ещё и бессмертная Амазонка, ни капли его не смущал.

Марик бы так не смог. Встреча с Сильварой Ястреб потрясла его до глубины души, как, впрочем, и многих других из его отряда. Нет, он не влюбился без памяти, просто было в этой женщине нечто такое, что заставляло сильнее биться сердце и кружило голову почище крепкого вина. И лишь одно не позволяло Марику даже мечтать о знакомстве с ней: воительница была Героиней. Как Лигран ухитряется это игнорировать, было выше его понимания…

Когда отряд пересёк границу Гуаньдира, появилась надежда, что до замка получится добраться без приключений и «не щадить» себя не придётся. Народ заметно расслабился, из взглядов, бросаемых на Лиграна, исчезла враждебность. Да и сам новоявленный лорд перестал делать вид, что вокруг, кроме него и Сильвары, никого нет, даже иногда заговаривал с солдатами, интересовался жизнью в провинции.

Правда, почему-то честь общения с Железным Песком чаще всего выпадала именно Марику. Возраст был тому виной или имелась ещё какая-то причина, но с ним лорд вёл себя словно давний приятель. Шутил, смеялся, даже не побрезговал попросить флягу с водой. Однако именно в этот момент всё и случилось.

С холма слева от дороги какой-то душегуб жахнул по Лиграну картечью, при этом заметно промазал. И прежде чем раздался второй выстрел, лорд оказался в окружении солдат. Своих солдат. Новые подданные спасать хозяина Гуаньдира не спешили, и подле наследника остались лишь Тротт да Марик. И если с капралом всё понятно, то Лерой в ряды «телохранителей» попал непонятно как, из-за чего пришёл в совершеннейшее недоумение. Остальные его товарищи ринулись в атаку. Не помогли ни окрики капрала, ни команды Железного Песка. Не имея опыта подобных сражений, бойцы просто пошли вперёд — пусть напористо и смело, но совершенно бездумно. За что и поплатились: итогом схватки стали трое убитых и четверо раненых. И если бы не вмешательство Сильвары, погибших оказалось бы гораздо больше.

А затем… затем Марик совершил поступок, сама мысль о котором всего несколько дней назад испортила бы ему настроение и заставила с неприязнью думать о наследнике Лучаня. Он ухитрился спасти жизнь Лиграна Железного Песка, прикрыв его спину от пули подлого убийцы. И как к этому теперь относиться, ему было решительно непонятно.

В городок при Одинокой Башне Лигран вместе со сводным отрядом вошёл в районе полудня. Солнце пекло с невиданным ожесточением, из-за чего он в какой-то момент начал ощущать себя каким-то экзотическим фруктом, запекаемым в железной печи. Именно в железной, потому как после проклятого покушения Сильвара едва ли не силой заставила его надеть кольчугу и бдительно следила, чтобы он не снимал её весь остаток пути. Она бы и шлем на него напялила, но здесь Лигран уже воспротивился. Нельзя смешивать разумную предосторожность с боязнью всего и вся, иначе так и рехнуться недолго. И без того от всего происходящего голова кругом идёт.

Ведь если подумать, что вообще происходит? Наставник отчего-то выбирает нелюбимого ученика на роль наследника лорда далёкой провинции и спешно отправляет его вместе с небольшим отрядом солдат. Неожиданное решение, не правда ли? Дальше больше. Любимчик учителя зачем-то затевает с ним драку, а переданная в помощь новому «лорду» Героиня всё сильнее и сильнее напоминает шпионку, причём шпионку, что свойственно принявшим прайм, неуклюжую, но старательную. Зачем понадобились такие сложности — непонятно.

И вот, когда Лигран уже свыкся с мыслью, что, помимо проблем с управлением лордством и выполнением задания Наставника, его ждут ещё и какие-то непонятные интриги, приходит новая головная боль. Докты. Великое Древо, ну этим-то он чем помешал?! Да так, что они, наплевав на трудности, доставили сюда Героя, двух дискомётчиков и какого-то любителя огнебоя. И лишь чудом не смогли добиться желаемого… Или это кто-то маскируется под «железячников»? А чудь их разберёт.

Кто ему скажет, что за танцы происходят вокруг, а?! Или хотя бы кому здесь можно доверять, прах вас побери?!

От мрачных мыслей удалось отвлечься, лишь когда отряд миновал главную улицу города и вышел на Купеческий холм. Открывавшийся оттуда прекрасный вид на Одинокую Башню заставил Лиграна придержать коня и несколько минут просто любоваться замком, который на ближайшие дни, а то и годы, обещал стать его домом.

Посмотреть и вправду было на что. В центре стояла высокая, никак не меньше трёх или даже четырёх десятков метров, башня донжона с широкой обзорной площадкой и расходящимися в стороны крыльями крытых галерей. Вокруг неё по спирали располагались разновеликие здания и площадки, то прижимающиеся к земле, а то словно вздымающиеся ввысь на тонких столбах. В глаза бросались цветущие сады, каскады фонтанов и необычные статуи. На отдельном возвышении красовались Чертоги Героев, а чуть ниже — Сад талантов. Где-то там же располагалась и Итералия прайма.

Отдельного упоминания заслуживали оборонительные сооружения. Пусть стены не слишком высоки, но цепь из горящих голубым огнём кристаллов с праймом и множество магических рун на поверхности камней дарили ощущение надёжности и скрытой мощи, а от многочисленных, похожих на иглы, сторожевых башен веяло неприкрытой угрозой. За кольцом стен начинался широкий ров с водой, под поверхностью которой угадывались стремительные тени хищных обитателей. Лиграну приходилось слышать про лордов, которые выпускали в замковые рвы особые породы водоплавающей чуди. Так ли это, он не знал, но на всякий случай держал в голове. И вот слухи оказались правдой.

Завершал картину подъёмный мост или, скорее, то, что его заменяло. Здесь это были парящие в воздухе широкие ступени, которые то складывались в единое полотно, то вдруг разлетались вверх и вниз, образуя нечто вроде лестницы. Посередине же на высоте десятка метров на столбах-спицах находился створ ворот.

Лиграну приходилось видеть изображения доктских укреплений — ничего даже близко похожего там не было. «Железячники» предпочитали основательные на вид строения из камня, лишённые того, что они называют «адорнийскими красивостями». Да и от укреплений других адорнийских лордов Одинокая Башня всё же отличалась. Если не внешним видом, то размерами точно. В сравнении с той же цитаделью власти лорда Регруша замок Лучаня — Железный Песок пока даже в мыслях отказывался называть его отцом — был заметно меньше…

На внутреннем дворе Одинокой Башни их уже ждали, наверное, все обитатели замка, начиная с безымянных мальчишек-слуг и заканчивая управляющим и командиром гарнизона. Не было только никого из принявших прайм, и почему так, он собирался выяснить в ближайшее время.

Стоило отряду проехать главные ворота, как навстречу вышли сразу двое: невысокий толстяк в бело-золотом длиннополом кафтане с наброшенной поверх зелёной накидкой и высокий, крепко сбитый мужик в мундире с офицерскими нашивками, вооружённый длинным чёрным посохом. Если Лигран ничего не перепутал, то одного звали Румест Дигой, и он был управляющим замка, а второго — Дерек Посох Грома, он командовал гарнизоном.

— Рады приветствовать нового лорда в стенах Одинокой Башни, — жизнерадостно объявил коротышка Дигой, разводя руками. — Замок уже заждался своего хозяина. Так что добро пожаловать домой!

Хорошо сказал Румест, душевно, вот только глаза его говорили совсем обратное. Не рад был управляющий прибытию большого начальства, совсем не рад. И, похоже, раздражал его не сам Лигран, а занимаемая им должность. Чувствовалось, что он уже привык считать себя единоличным хозяином Одинокой Башни, как вдруг появился неизвестно кто и начал намекать на возвращение собственности. Это ощущение было настолько сильным, что Лиграну вдруг на мгновение захотелось и вправду стать настоящим лордом. Сначала Джок, теперь этот Румест… Что ж, чем дальше, тем интереснее становилось.

Железный Песок широко улыбнулся и соскочил с коня.

— Как приятно слышать эти слова, господин Дигой… Я ведь не ошибаюсь, Дигой, да?.. А то после «тёплой» встречи на границе лордства начало казаться, что аналогичный приём ждёт нас и здесь, — сказал и впился взглядом в лицо управляющего. Пусть Лиграну недоставало опыта, но делать из случившегося правильные выводы Наставник его научил. Докты — если это, конечно, были они, а не использующие их вооружение бандиты, — слишком хорошо были осведомлены о маршруте движения его отряда, а значит, без предателя не обошлось. Так почему им не может оказаться этот старательно прячущий своё недовольство коротышка.

Однако Румест либо был слишком хорошим актёром, либо действительно ничего не знал. По крайней мере появившаяся у него на лице смесь из удивления и непонимания смотрелась весьма натурально.

— «Тёплой» встречи? — переспросил Румест.

Лиграну захотелось сказать в ответ что-нибудь язвительное, он даже открыл рот, но Сильвара его опередила.

— Сутки назад на нас напали люди с доктским вооружением. И, судя по их действиям, пришли они именно за жизнью лорда Лиграна, — заявила Героиня, высокомерно вздёрнув подбородок.

Дигой моментально побледнел и беспомощно уставился на Лиграна, рядом с ним выругался командир Дерек. Выглядело достаточно достоверно. И теперь пришёл черёд уже Железному Песку сдерживать проклятия. Никакой ясности не появилось, и значит, ему предстояло противостояние с неизвестным врагом фактически в одиночку, без надёжных помощников и крепких тылов, да вдобавок ко всему ещё и с завязанными глазами. И враг этот сделает всё от него зависящее, чтобы новый лорд сгинул вслед за своим предшественником. Весёленькая перспектива…

В итоге торжественная встреча была скомкана. Чего бы ни ждали от Лиграна обитатели замка, он их наверняка разочаровал. Вместо того чтобы обратиться к людям с приветственной речью, воспитанник лорда Регруша распорядился разместить прибывших с ним солдат в казармах и спросил о более подходящем для серьёзного разговора месте. Ему ещё никогда не приходилось попадать в подобную ситуацию, поэтому Лигран старался подражать поведению своего кумира — лорда Раэля. Тот не был любителем пышных церемоний и предпочитал деловой подход в общении с подчинёнными. По крайней мере именно такие слухи гуляли о нём по Адорнии.

Новому хозяину Одинокой Башни никто не возражал, и очень скоро — в сопровождении Дигоя, Посоха Грома и Сильвары — он уже шёл к центральной башне. Управляющий болтал всю дорогу, в красках расписывая историю замка и наиболее памятных для его обитателей мест. Изредка его поправлял капитан Дерек, особенно если дело касалось военных вопросов. Однако они старались зря: Лигран их почти не слушал. Просто смотрел по сторонам и старательно подмечал странности, которые так и лезли в глаза.

Издалека из-за буйной растительности не было видно, что здания в замке заметно обветшали и носили следы небрежного ремонта. То здесь, то там взгляд цеплялся за выщербины на покрытии дорожек, на треснувших светильниках, на повреждённых статуях и плохо работающих фонтанах. Даже разлитый в воздухе прайм ощущался как-то неправильно, словно его естественное течение было безжалостно нарушено. Особенно хорошо это ощущалось около прядильни, мимо которой они проходили. Несмотря на отсутствие внешних повреждений, мастерская воспринималась какой-то опустошённой и чуть ли не безжизненной. Словно некая сила высосала из неё большую часть прайма. И такое наблюдалось повсюду: около Чайного домика, Купели и даже Грибницы, зато Сад талантов, Монумент штурма, Арена и другие здания, связанные с Героями и их воинскими навыками, аж звенели от переполняющей их мощи.

Это было ненормально. За всё время обучения в твердыне Наставника Лигран ни разу не сталкивался ни с чем подобным. Обязанность лорда — развитие своей земли, соблюдение баланса экономической и военной мощи, создание условий для совершенствования мастеров и магов, раскрытия потенциала Героев. Здесь же… Здесь ощущался жутчайший перекос в сторону бессмертных воителей и, в какой-то мере, обычных солдат. И вряд ли это можно было назвать правильным.

Чтобы окончательно убедиться в своих выводах, Лигран предложил заглянуть в Итералию прайма. Особых возражений не последовало, однако сама по себе его просьба удивила всех. Причём не только Руместа с Дереком, но и Сильвару. Словно источник военной мощи лорда — это что-то малозначительное и неинтересное.

— Быть может, лорд Лигран предпочтёт сначала отдохнуть? А уже с утра прогуляться по замку, посмотреть Жемчужную ферму, Зал славы, ту же Итералию, — попробовал возразить управляющий, но, натолкнувшись на тяжёлый взгляд нового хозяина, замолк и едва заметно пожал плечами. Мол, чего возьмёшь с мальчишки: только вырвался из-под опеки Наставника, как сразу помчался в зал для возрождения Героев. Глупо было бы ожидать иного. Остальные явно разделяли его мнение.

Подобное отношение сильно не понравилось Лиграну, однако он сдержался. Сейчас было не время показывать гонор. Чтобы выжить и выполнить волю лорда Регруша, следовало не болтать, а заниматься делом и вникать, вникать во все детали, стараясь не упустить никакой мелочи.

Поэтому он снова просто последовал за Дигоем. И, надо сказать, Итералия его не разочаровала. Даже в замке Учителя она была менее величественной, красивой и гармоничной. Здесь всё буквально дышало праймом, а совершенство конструкции, выверенность линий и поистине сверхъестественное качество постройки вызывали в руках настоящий зуд. Так и хотелось опробовать это поистине великолепное место для возрождения Героя, причём Героя могущественного, сравнимого с двумя, а то и тремя обычными бессмертными воителями. Если, конечно, для принявших прайм уместен эпитет «обычный».

Вот только их-то у Лиграна похоже что и не было. Ну или его активно пытались в этом убедить.

…После Итералии все четверо поднялись в центральную башню и прошли в большой светлый зал, в котором из мебели был лишь длинный стол из морёного дуба да многочисленные стулья с резными спинками. Вокруг суетились слуги, расставляющие столовые приборы. Желудок Лиграна к подобным приготовлениям отнёсся весьма одобрительно, однако дело есть дело.

— Уважаемые, как вы уже, наверное, поняли, я не намерен тянуть горыныча за хвост и без толку просиживать штаны на троне. Когда наша Родина сражается с врагом, никто не имеет права работать вполсилы. Что надеюсь показать личным примером, — заявил Лигран, заняв место во главе стола и дождавшись, когда рассядутся остальные. — Поэтому прежде, чем приступать к трапезе, предлагаю обрисовать ситуацию в Гуаньдире. Хотя бы в двух словах. И несколько более подробно остановиться на покушении на моего предшественника. — Он обвёл взглядом лица собеседников, споткнулся на усмешке в глазах Сильвары Ястреб и уже без прежнего выспреннего тона спросил: — Ну же, господа, кто начнёт?

Дигой и Дерек, в который уже раз за сегодняшний день, переглянулись.

— Наверное, я, — наконец проронил управляющий. — По землям лордства всё просто. Люди работают, налоги платятся. Некоторое беспокойство вносило отсутствие в замке власти, из-за чего среди мастеров и фермеров начались волнения, но ваше появление всё возвращает на круги своя. — Румест усмехнулся уголком рта. — В Одинокой Башне тоже всё относительно неплохо. Уже упоминавшаяся мной Жемчужная ферма поставляет прайм в обычных объёмах. Аналогично с Каучуковым деревом, Грибницей и Прядильней. Всё как всегда.

— Как всегда, значит… — протянул Лигран, затем подался вперёд и язвительно спросил: — А какого лешего тогда у вас ползамка выглядит так, словно ремонт полсотни лет не делался?!

— Увы, здесь нашей вины нет, — сообщил управляющий, немного побледнев. — Такова была воля…

— Да… да… да… Начинайте всё валить на лорда Лучаня. На мертвеца всё можно списать! — отмахнулся Лигран, после чего со значением добавил: — Ещё бы, он ведь к палачу не отправит.

Бледность на лице Руместа сменилась нездоровым румянцем, и он, словно прося о помощи, покосился на Сильвару. Однако та молча наслаждалась происходящим.

— Но такова действительно была воля лорда. Все доступные ресурсы тратились на его увлечение военным искусством, ничто другое господина Лучаня не интересовало. Чего он требовал и от нас, — сказал Румест со вздохом.

От нарисованной им картины Лигран мысленно присвистнул. Если Румест не врал, а похоже, что было именно так, нежданно-негаданно обретённый отец получался этаким одержимым фанатиком, истово увлечённым одной идеей. Это с одной стороны, а с другой… Светлые боги, ведь при определённом везении с таким настроем можно горы свернуть!

— Ясно, — медленно произнёс Лигран и небрежно спросил: — И как, он добился, чего хотел? Ресурсы были потрачены не зря?

Очень хотелось услышать короткое «да», но управляющий в ответ лишь развёл руками.

— Этого никто не знает. Свои тайны лорд Лучань унёс в могилу.

— Вот как, — пробормотал Железный Песок, пытаясь понять, почему Сильвара вдруг так напряглась после его вопроса. Какая-то запретная тема? — Ладно, оставим пока Лучаня. Тогда ваш черёд рассказывать, капитан.

— Да мне не о чем особо и говорить-то, мой лорд. После нападения убийц костяк дружины вместе с тогдашним капитаном был полностью уничтожен, и замок оказался беззащитен. Так что после вступления в должность командира гарнизона я сосредоточил все силы на возрождении вооружённых сил Гуаньдира, — сказал Посох Грома не без вызова.

— Успешно? — спросил Лигран, никак не прореагировав на тон вояки. — А то пока добирались до замка, я наслушался историй о распоясавшихся лесных разбойниках, об озверевшей чуди и прочих непотребствах, творящихся в Гуаньдире.

Дерек вздохнул и сказал с неохотой:

— Против фактов не пойдёшь. Ситуация в лордстве… непростая. Солдаты всё ещё плохо подготовлены и потому не способны вернуть спокойствие на ваши земли.

— Не самая лучшая новость, — сказал Лигран, ощущая себя именинником, которому хоть и досталась куча подарков, да только какой ни возьми, все сломаны. — Да и общая картина получается так себе. Замок требует ремонта, мастерских мало, прайма в хранилище, как понимаю, поступает немного, а в прилегающих землях полный раздрай. Я правильно излагаю?

Румест замялся.

— Ну, если не вдаваться в детали, то…

— Я правильно говорю? — с нажимом повторил Железный Песок.

— В общем и целом да, — с неохотой ответил управляющий. — Но я бы не стал настолько сгущать краски. Если очистить дороги от разбойников, то с имеющимися ресурсами большая часть…

— Древо! И что же вам мешает?! Не справляются солдаты — подключите Героев. Пусть прочешут провинцию мелкой гребёнкой. Если же принявшие прайм мертвы, то проводите меня к замковой сокровищнице, и я сегодня же всех воскрешу, — воскликнул Лигран, больше играя, чем действительно испытывая демонстрируемые эмоции. Он уже догадывался о судьбе бессмертных и теперь собирался лишь убедиться в верности своих догадок.

— В этом-то и проблема. У лорда Лучаня было четверо Героев, но из-за его жажды познания и тяги к сомнительным экспериментам службу обычно несли двое, а в ночь нападения на замок и вовсе один. Душелов уничтожил множество врагов, но всё равно не устоял под ударами чужих Героев. И пал. Вслед за ним погиб и хозяин, унеся с собой в могилу местоположение каталистов. Так что уважаемая Сильвара Ястреб — единственная принявшая прайм в вашем войске, мой лорд, — сказал Румест с коротким поклоном.

В моём войске?! Лигран искоса посмотрел на загадочно улыбающуюся Героиню. Если в чьём-то войске та и была, то только в том, что носило цвета Наставника. И здесь она всего лишь была проводником его воли, наблюдателем, экзаменатором и Древо ведает кем ещё. Но не выкладывать же эти соображения присутствующим!

— Что ж, будем обходиться тем, что есть. Три-четыре дня, ну, может быть, неделю, отводим на обустройство в замке, затем займёмся окрестными землями, — принялся рассуждать вслух Лигран. — Кстати, господин Румест, попрошу вас к завтрашнему дню подготовить учётные книги за последнюю пару лет. Хочу посмотреть, чем жил замок при моём… предшественнике. Да и разобраться с тем, что имеется в хозяйстве, будет неплохо, так ведь? — Последние слова заставили управляющего заметно помрачнеть, зато капитана изрядно повеселили. Вон с каким превосходством на гражданского коллегу поглядывать начал. — А вот от господина Дерека хотелось бы услышать подробности убийства лорда Лучаня. Прямо сейчас. Вы ведь изучали обстоятельства его гибели?

— Разумеется, но я не готов к серьёзному разговору на эту тему. — С Посоха Грома слетела вся его весёлость, и он в очередной раз нахмурился.

— Ничего, хотя бы в общих чертах. Протоколы допросов уцелевших слуг, комментарии магов и следопытов можно посмотреть и потом, — поторопил его Лигран, заодно обозначив, что игнорировать тему судьбы предшественника он не будет. Ни сейчас, ни в будущем.

— Ну если только так… — Дерек вздохнул. — В общих чертах всё выглядело следующим образом… Нападающие каким-то образом, возможно, под прикрытием какого-нибудь артефакта с чарами невидимости, смогли переправиться через ров и преодолели защиту стены. Затем большая их часть начала штурм казарм, оттягивая на себя внимание, а меньшая отправилась в центральную башню за головой лорда Лучаня. И если бы не единственный оставшийся при господине бодрствующий Герой, убийцы не понесли бы никаких потерь. А так десяток солдат, пара их боевых животных и трое Героев не самое плохое подношение на алтарь духов войны.

— И это всё?

— Ну да. Дальше враги просто ушли, убивая всякого, кому не повезло заступить им дорогу.

— Действительно, просто, — повторил Лигран. Отсутствие в словах Дерека даже намёка на существование предателя настораживало, и ему стоило больших усилий воздержаться от комментариев. Прежде чем рубить с плеча, следовало разобраться с деталями.

Но из следующей фразы стало понятно, что он просто поспешил с выводами.

— Относительно личностей нападавших ничего толком выяснить не удалось. Да, они активно использовали оружие доктов, да, кое-кто из выживших настаивает, что убийцы говорили с имперским акцентом. И что с того? Даже описание их способа работы с праймом не говорит ни о чём, — выдал Дерек задумчиво. — То ли это докты так грубо сработали, то ли наши постарались, то ли и то и другое вместе. Вот, пожалуй, и все выводы.

— М-да, не густо, — подытожил Лигран. Поручение Наставника вновь показалось ему очень сложным и трудным, даже чересчур трудным. Может, на то и рассчитано? В надежде, что он не справится и подготовит место для прибытия спасителя Джока. Кто знает…

На этом первый совет, а заодно и праздничный обед, закончился. Лигран поблагодарил присутствующих за интересную беседу и поспешил откланяться, сославшись на усталость. Зал он покинул первым, на выходе обнаружив сразу двоих охранников. Одним из которых оказался спасший его Марик Лерой. Наверное, будь это кто-нибудь ему не знакомый, Железный Песок просто прошёл бы мимо, но он был обязан парню жизнью.

— Какого демона ты здесь делаешь, Марик? — спросил Лигран, останавливаясь. — Разве всем, кто прибыл сегодня в замок, не положен отдых?

— Так и есть, мой лорд, — ответил Лерой после небольшой запинки, вытягиваясь по струнке. Его товарищ и вовсе обратился в статую. — Особое распоряжение капрала Тротта. Он решил, что после нападения рядом с вами постоянно должен быть хотя бы кто-то, кому можно доверять. Кто уже доказал свою верность в бою.

— Ого, да твой капрал стратегически мыслит, — хмыкнул Лигран, оглянувшись на остановившегося в дверях капитана Дерека. Как тому понравится подобная самодеятельность подчинённого? Однако начальник гарнизона сохранял каменное выражение лица. Или это его инициатива, поддержанная капралом?.. Чудь их побери, как всё сложно!

Железный Песок хлопнул солдата по плечу и собрался было уже идти дальше, как вдруг понял, что не знает куда. Подготовленные ему покои вроде бы должны были находиться здесь же в центральной башне, но вот где именно… Или сначала немного прогуляться по этажам?

— Марик, ты ведь в здешних лабиринтах ориентируешься, так? — Дождавшись медленного, неуверенного кивка, Лигран ослепительно улыбнулся. — Ну и отлично, значит, покажешь что здесь и как. Тебе ведь что Тротт сказал? Рядом со мной должны быть верные люди. Вот и выполняй приказ.

На лице Лероя появилось тоскливое выражение. Похоже, что он уже оценил недостатки близости к лорду, за которым охотятся убийцы, и предпочёл бы остаться на своём посту. Но с большим начальством не спорят. Тоскливо вздохнув, парень пристроился рядом Железным Песком, стараясь идти на шаг позади.

Как только они завернули за угол, где их не могли видеть остальные, Лигран вполголоса приказал:

— А теперь отведи меня в кабинет прежнего лорда, да побыстрее… Ты ведь знаешь, где он находится?

— Да, но…

— Что но? — удивился Лигран.

— Во время нападения внутри замка много сражались, поэтому некоторые помещения сильно пострадали. И кабинет как раз из таких… — сказал Марик, замявшись. — Говорят, именно там и убили лорда Лучаня.

— Тем более веди! — потребовал Железный Песок и машинально поправил рукоять катаны. Каким бы ни был человеком Лучань — лорд и его отец, — он хотел побывать там, где тот встретил свою смерть. В конце концов, тот жил как воин и погиб как воин, а значит, стоило уважать того, кто разделял взгляды Лиграна на жизнь.

…В правильности решения не блуждать по замку самому, а взять проводника юный лорд убедился совсем скоро. Одинокую Башню проектировал не иначе как отравленный праймом безумец, по-другому никак не объяснить происхождение этих кривых коридоров и располагающихся в самых неудобных местах лестниц. Чтобы от обеденного зала попасть в кабинет, понадобилось сначала спуститься на пару этажей вниз, затем по узкому коридору выйти к внешней стене башни, по винтовой лестнице подняться на четыре этажа уже вверх и под конец долго идти по прямому как стрела проходу со вздувшимся горбом полом. По-своему это было даже красиво, но слишком уж неудобно. И в одиночку Лигран обязательно бы заблудился.

Перед входом в кабинет располагалось нечто вроде прихожей — приличных размеров овальное помещение с небольшим фонтаном в центре и уютными диванчиками вдоль стен. И спроси кто мнение Железного Песка, он бы сказал, что здесь впору было фехтовальный зал устраивать, а не приёмную. Впрочем, кто-то определённо разделял его взгляды. Если судить по копоти на расписном потолке, размолотым в щепки резным стеновым панелям и изломанном паркете из тотоольского бамбука, здесь неплохо повеселились. И если Лигран правильно прочитал оставшийся на деревянном покрытии магический отпечаток, здесь даже ухитрились убить Героя. Не особо могущественного, но Героя.

— Своими глазами я, само собой, этого не видел, но, по слухам, именно здесь лорд Лучань и схлестнулся с убийцами. Герой его, Душелов, во дворе рубился, а он здесь. И прежде, чем отправиться на новый круг перерождений, успел прихватить с собой немало врагов, — сказал Марик с придыханием. Вряд ли он так уж восхищался настоящим Лучанем, скорее тем образом, который лепили множащиеся вокруг личности лорда слухи. — Кровищи было просто жуть: чтобы прибраться, даже магов пришлось вызывать.

— Верю, — пробормотал Лигран и добавил задумчиво: — Ещё бы ремонт они сделали, совсем бы было хорошо.

С этими словами он переступил порог кабинета и выругался на диалекте нагов, не особо следя за правильностью произношения. Да и было отчего. Если в прихожей долго и упорно дрались, то здесь устраивали обыск. Не крушили всё и вся в слепой ярости, не выворачивали от бессилия полки и не драли от злобы обшивку мебели. Здесь с доктской обстоятельностью и адорнийским хитроумием что-то планомерно искали, и искали не один раз. Лигран бы не удивился, если это были разные люди.

Видимо, он сказал это вслух, потому как Марик сказал:

— В казармах говорят, что убийцы искали в кабинете какие-то сокровища и вроде бы ничего не нашли. А вслед за ними и с тем же результатом сюда заглядывали слуги управляющего…

— Оно и видно. Что только можно, порушили, что нельзя — хорошенько обгадили, — сказал Лигран с досадой. Сокровища на данный момент его интересовали мало, а вот любой намёк на прежнюю жизнь отца, наоборот, вызывал жгучий интерес. По рабочему месту человека можно сказать многое, особенно по его кабинету, с которым Лигран связывал определённые надежды.

И что здесь можно было разыскивать, да ещё так упорно?! Железный Песок огляделся. Под ногами стоптанный пол с разломанными паркетинами, вдоль стен остатки разгромленных шкафов — не иначе вандалы искали скрытые ниши, по всей комнате разбросаны осколки небольших статуй. На фоне всей этой вакханалии разрушения этакими монолитами смотрелись массивный письменный стол с мраморной столешницей и настоящие доктские часы в дальнем углу комнаты. Они единственные почти не пострадали — с «мясом» выломанные ящики и разбитый циферблат не в счёт. И если в первом случае в этом была заслуга наложенных на рабочее место лорда чар крепости, то во втором — открытость механизма. Две разновеликие гирьки, цепь, набор шестерёнок, керамическая тарелка с нарисованными делениями и две стрелки — вот и всё устройство. Имелся бы пусть даже стеклянный корпус, и их постигла бы участь статуй, а так относительно целы.

— Как думаешь, что все искали? Какую такую ценность, ради которой стоило убивать людей и переворачивать вверх дном чужой замок? — неожиданно для себя спросил Лигран.

Марик, скучавший у порога, пожал плечами.

— Да чудь их знает… мой лорд. Какие-нибудь артефакты, оружие, может, даже кристаллы прайма.

— Ценным артефактам и прайму место не в рабочем кабинете, а в замковом хранилище, куда вот так, с наскока не попасть. Поэтому тут что-то другое, что-то, что должно постоянно находиться под рукой у лорда, — Лигран поставил перед столом поваленный стул, смахнул грязь, после чего с удовольствием уселся верхом, для удобства отстегнув меч и положив перед собой на столешницу. — Чем там у нас занимался Лучань? Раскрывал секреты воинского мастерства, пытался проникнуть в самую суть боевого искусства. А это плавно подводит нас к мысли о существовании рабочих записей или даже дневника. Штуки ценной и явно полезной, особенно если вспомнить, сколько народу он покрошил на пару со своим Душеловом. Вряд ли это случайность. Плюс не стоит забывать о пяти пропавших каталистах, которые тоже представляют немалую ценность… Похоже на правду, а?

Марик вежливо поддакнул, не рискнув вмешиваться в размышления юного лорда.

— Итак, если бы я оказался в положении… отца, когда никому не доверяешь и всю душу вкладываешь в любимое дело, где бы спрятал ценности? — пробормотал Лигран, ещё раз окинув взглядом комнату. — Какое место было бы достаточно надёжно укрыто как от человека с холодными мозгами «железячника»-докта, так и от мага-адорнийца, а?

Железный Песок порывисто встал и принялся мерить кабинет шагами. Несколько раз обойдя комнату по кругу, он вдруг замер и уставился на часы. Подошёл ближе, пощупал перед собой воздух раскрытой ладонью. Рука постоянно норовила вильнуть в сторону. Чтобы удерживать её на одном месте, приходилось прилагать осознанное усилие.

— Древо! — воскликнул он и ошеломлённо уставился на ничего не понимающего Марика. — От адорнийца я бы прятал в зоне с пониженным содержанием прайма. Там, где нам некомфортно, откуда хочется уйти как можно быстрее… То есть здесь. — Лигран описал кистью небольшой полукруг перед стеной, в который попали и часы. — Даже удивительно, что в замке адорнийского лорда вообще есть такое место.

— А от докта? — вдруг оживился Марик, покосившись на несчастные ходики.

— А от докта, который будет искать сложные решения и упирать на логику, нужную мне вещь я бы не прятал, а положил где-нибудь на виду. Ну или почти на виду, — сказал Лигран и, протянув руку, перевернул плоскую металлическую коробку, игравшую в часах роль гири. Пару секунд её изучал, после чего надавил ногтем в небольшую выемку и сдвинул всю заднюю панель.

Внутри обнаружилась толстая тетрадь в чёрной кожаной обложке. В которой, чудь побери, просто обязаны были находиться ответы на мучающие Лиграна вопросы. Ну или хотя бы на часть из них, что тоже неплохо. День, начавшийся не самым лучшим образом, под конец преподнёс приятный сюрприз. И теперь осталось лишь убедить Марика держать язык за зубами, но это была уже решаемая проблема.

В палатке было жарко, душно и омерзительно воняло кровью. Что самое обидное — кровью Бистарка. Сам командир особого отряда лежал на спине и тупо пялился в грязно-серый полотняный потолок, в то время как дипломированный праймолог и знаток медицины доктор Пулье ковырялся в его ране жуткими на вид железяками. Периодически док ругался сквозь зубы, затем что-то переключал в оптическом приборе, закреплённом на лице, и с удвоенной энергией принимался шуровать всякими щипцами, ножами и крючками. И тогда Бистарку оставалось лишь скрипеть зубами от боли, вновь и вновь возвращаясь к одной и той же мысли.

Он проиграл. Великая Шестерёнка, он проиграл!

Покушение на адорнийского лордёныша завершилось полным провалом. Погибли Герой и один из бойцов, оказался ранен сам Бистарк. Он уже садился на лошадь, мысленно оставив позади ставший ловушкой овраг, когда какой-то ушлый мутант-адорниец загнал ему в плечо стрелу с заговорённым наконечником. И если в горячке боя показалось, что это всего лишь царапина, то через пару дней, когда вместе с выжившим солдатом капитан добрался до лагеря, он уже походил на живой труп. Рана воспалилась и сочилась гноем, плечо разнесло, точно тыкву, и от него во все стороны расходились волны боли. Он даже не помнил, как его снимали с коня и тащили к сведущему в медицине праймологу. Очнулся только в этой палатке с затуманенной от обезболивающих микстур головой и мыслями о проваленной операции.

И ведь он единственный, кого стоило винить в неудаче. Больше некого. Возомнил о себе невесть что, поторопился, решил взять нахрапом и… проиграл. Заодно серьёзно уменьшив шансы на успех основной операции.

Теперь, после гибели Рамиса Сота, в его подчинении осталось двое Героев: юная Тень по имени Юлира Крыло Ночи и Егерь Гржак. Всего двое из шести! Чистильщик, Мастер клинков и Человек-гора погибли ещё во время штурма Одинокой Башни в бою с проклятым Душеловом и его чокнутым хозяином, а теперь и Соту подстрелила Амазонка лордёныша. Как с такими силами противостоять адорнийцам — непонятно!

— Ну вот, пожалуй, и всё. Рану я вычистил и зашил, воспаление снял. Теперь, пока не заживёт, советую не нагружать руку. Чревато, знаете ли, проблемами, — сообщил наконец доктор Пулье. Правда, прозвучало это настолько невнятно, что Бистарк почти ничего не разобрал.

— Что? — переспросил он на всякий случай, проклиная поселившийся в голове туман.

Док, видимо, понял его затруднения и моментально сунул под нос какую-то склянку. Бистарк машинально вздохнул и едва не заорал от неожиданности. Пахнуло такой едкой вонью, что пробрало аж до самых костей. Из глаз брызнули слёзы, перехватило дыхание. Когда он всё же отдышался, то вдруг понял, что в голове и вправду посветлело, в мыслях появилась необходимая ясность и чёткость.

— Хотя ладно, не надо, я понял, о чём речь, — сказал Бистарк, жестом остановив Пулье. — Лучше скажи, как там продвигаются дела с подземельем.

Праймолог пожал плечами.

— Механикус Глорен собрал установку и клянётся Великой Шестерёнкой, что с её помощью взломает проклятую дверь. В этот раз наверняка.

Даже несмотря на поганое состояние, Бистарк не сдержал усмешки. Сколько раз он уже это слышал?

— А ты что скажешь? — спросил он больше для порядка.

— Да кто его знает. На мне прайм-привод, и с ним точно не будет никаких сбоев. Что до машины Глорена, то ему виднее. По крайней мере смотрится она весьма внушительно, а преодолеет силу адорнийской магии или нет, так сразу и не скажешь. Надо пробовать, — ответил праймолог, и стало заметно, насколько он устал. Если Бистарк с остальными бойцами и Героями обеспечивал силовое прикрытие операции, то на обоих учёных лежала вся научная и техническая часть. В условиях же вражеского тыла это дело весьма нервотрёпное.

Бистарк даже посочувствовал ему, правда, совсем недолго. О себе снова напомнило раненое плечо, начало тошнить, стала подкруживаться голова, и всё — сострадание моментально улетучилось. Как и не было ничего.

— Ну так пробуйте, — буркнул Бистарк, осторожно массируя плечо. — Кстати, когда запуск вашего агрегата?

— Сегодня после обеда… — начал было Пулье, но затем вдруг всполошился. — Но если вы, командир, вынашиваете планы лично поприсутствовать на данном событии, то буду вынужден возразить. Причём самым решительным образом. В вашем состоянии предписан покой и только покой. Организм ещё не успел оправиться после ранения, в крови ещё полно… хм, ядов и токсинов… плюс тело истощено болезнью. Так что на ближайшую неделю, а то и две, забудьте о делах.

— Забыть о делах, да вы рехнулись, док?! — хрипло рассмеялся Бистарк, стараясь не обращать внимание на дёргающую боль и сковавшую члены слабость. Ему и вправду было нехорошо. И он до сих пор продолжал разговор лишь из чувства долга и железной воли. — Мы не в клинике Нео-Лафорта, а в тылу проклятых адорнийцев. И болеть я просто не могу. Не имею права. Так что давайте, доставайте свои пробирки, колбы, варите декокты и эликсиры — в общем, делайте, что хотите, но к обеду я должен крепко стоять на ногах. Такое важное событие, как распечатывание вражеской лаборатории, пропустить не могу.

Пулье его слова не убедили, и он упрямо поджал губы. Впрочем, дальше спорить не стал. Отвернулся к столу со склянками и чем-то там загремел. Сам же Бистарк обессиленно откинулся на подушку, мысленно проговаривая всё то, что не сказал дипломированному доктору.

«А главная причина, гражданская ты штафирка, в том, что теперь адорнийцы совершенно точно знают: на их землях работает группа диверсантов. Если после убийства прежнего лорда местные вояки вместе с егерями из соседней провинции ограничились прочесыванием окрестностей Одинокой Башни, то теперь всё будет по-другому. Лордёныш в покое их не оставит и сделает всё, чтобы достать врага. Хотя бы ради того, чтобы перестать бояться за собственную шкуру, — Бистарк громко фыркнул, заработав недоумённый взгляд Пулье. — Знал бы ты, док, как нам повезло, что местные лорды любят собачиться друг с другом больше жизни. Будь власть королевы чуточку сильней, уже после штурма замка мы бы не сидели около проклятого подземелья, а драпали со всех ног к своим, отбиваясь от охотничьих команд… А ты говоришь — отдыхать».

…Однако хорохорился Бистарк зря. Слабость накатывала волнами, и изображать бравого вояку, которому всё нипочём, получалось всё сложней и сложней. Пару раз он даже проваливался в мутный сон без сновидений, всякий раз приходя в себя ещё более разбитым и слабым. И клял последними словами адорнийца, которому повезло его подстрелить. Проклятый адорниец явно был любителем подлых приёмов и использовал какие-то особенно мерзкие чары. Сволочь!

Тем не менее к обеду Пулье приготовил вытяжку из нескольких местных трав и обработал её раствором из лёгких фракций прайма. Получившееся лекарство обладало сильнейшим тонизирующим эффектом, и после его приёма Бистарк ощутил себя совсем другим человеком. Он даже смог без посторонней помощи встать, одеться и покинуть палатку. Правда, на свежем воздухе его здорово качнуло, но идущий следом праймолог успел подхватить под локоть, и капитан всё-таки не растянулся на траве на радость подчинённым. Обошлось. Впрочем, капитан сделал из случившегося правильные выводы. Аккуратно, точно старик, добрался до площадки перед входом в подземелье и уселся на грубо сколоченную лавку, которую приволокли отдыхавшие неподалёку солдаты.

— Ну что, можно начинать, — сказал Бистарк максимально бодрым голосом, хотя дока обмануть у него вряд ли получилось. Вон как мрачно зыркает из-под бровей. Чуть покажешь слабину — мигом скандал закатит, штафирка.

За спиной дружно зашумели свободные от караула бойцы и оба Героя. Всем надоело бестолковое ожидание. И пусть попыток взлома дверей было уже не одна, не две и не три, каждый раз надежда вспыхивала с новой силой. А ну как на этот раз получится, и они наконец-то смогут убраться из этой дыры?!

Сейчас такие настроения были особенно сильны. Да и как иначе, если зримое подтверждение серьёзности намерений возвышалось около палатки механикуса Глорена. На пару с праймологом Пулье они ухитрились создать поистине жуткую машину — эдакую помесь доктской самоходной катапульты с шахтёрским рудным автоматом. Кособокую, кривую, с торчащими изо всех щелей медными жилами и накопителями прайма, однако в любой момент готовую взяться за инструмент и начать работу. Серьёзный агрегат, ничего не скажешь. И вдвойне удивительно, что парочке инженеров удалось соорудить его практически «на коленке», в полевом лагере в тылу врага.

Пока Бистарк разглядывал машину, Глорен дёрнул какой-то рычаг под одним из манипуляторов, затем другой, и механизм ожил. Забегали голубые огоньки, зашипело, засвистело, с металлическим лязгом распрямились «ноги». Немного постояв, самоходный взломщик неторопливо направился к входу в лабораторию. Каждый его шаг солдаты встречали шумом и криками.

Толика всеобщего внимания досталась и механикусу, однако тот оказался совершенно равнодушен к славе. Главное — работа, всё остальное побоку. Настоящий фанатик своего дела, который, кроме голема, ни слышать, ни видеть ничего не желает. Зато Пулье к чествованиям коллеги отнёсся весьма ревниво. Бистарк кожей ощутил охватившее праймолога раздражение. И, зная царящие среди научной братии отношения, можно было не сомневаться: в скором времени железячное хозяйство механикуса ждёт какая-нибудь неприятность. Песок там в смазке появится или шестерёнка треснет, а может, что и посерьёзнее.

— Надеюсь, господин дипломированный праймолог помнит, что идёт война и мы находимся не в столичном гадюшнике? — спросил Бистарк вполголоса. — И что сейчас неподходящий момент для сведения счётов?

Пулье вздрогнул. Изобразил недоумение, но, натолкнувшись на мрачный взгляд капитана, стушевался и хмуро кивнул.

— Не слышу ответа, док, — продолжал давить Бистарк, и праймолог не выдержал.

— Да-да! Я всё понимаю. Что ещё вы от меня хотите услышать?! — взорвался он.

— Что Глорена не ждёт череда необъяснимых поломок.

— Разумеется, — уже спокойнее, но со всё ещё заметным раздражением сказал праймолог и отвернулся.

Бистарк досадливо поморщился. Разговор получился неприятный, но необходимый. Бесконечные скандалы между гражданскими учёными и без того изрядно достали всех членов отряда, переход противостояния в «горячую» фазу грозил ещё большими неприятностями. Так что здесь лучше подстраховаться.

…Пока они беседовали, Глорен успел довести своё творение до врытых в каменистый холм врат и теперь возился с громоздкой панелью управления. Крутил какие-то верньеры, щёлкал переключателями, дёргал рычажки. Наконец вставил ключ в боковой разъём на панели и решительно повернул. Издаваемые автоматом звуки сменили тональность и слились в мощный гул, сам же он покачнулся, шагнул вперёд и схватил манипулятором здоровенный бур. Молот, зубило и дисковая пила ждали своей очереди.

Однажды Бистарк видел, как точно таким же набором инструментов в Стальных горах было вскрыто староимперское убежище. Причём тогда обошлись без использования механических монстров, хватило одного воеводы. Однако сейчас… сейчас всё было по-другому. Глорен на пару с Пулье чего только ни придумывали: пытались вырвать створки домкратом, взрывали их прайм-бомбой, рубили вокруг косяка скальную породу — бесполезно. Дверь стояла как влитая, разве что новые царапины появились да металл закоптился. Автомат был последней надеждой. Не получится с ним — придётся снова штурмовать замок и переворачивать его сверху донизу. И пусть в прошлый раз найти ключ не удалось, где-то он ведь должен быть?!

Внезапно солдаты возбуждённо загомонили, и Бистарк отвлёкся. У творения механикуса что-то определённо начало получаться. Было плохо видно, но похоже, что материал, из которого изготовили дверь, потихоньку начал поддаваться. Бур с мерзким свистом вгрызался в упрямый металл, высекая мириады искр. Голем ходил ходуном, а Глорен в крайнем возбуждении носился вокруг пульта управления.

Бистарк до крови прикусил губу и прикипел взглядом к работающему механизму. Он так сильно жаждал успеха, что едва не сделал отвращающий злых духов знак. Словно был не высокоразвитым доктом, а невежественным и суеверным адорнийцем. Стыдоба, да и только!

Впрочем, остальные волновались не меньше. Даже Пулье забыл об обидах и аж приплясывал от желания подобраться поближе к работающему «взломщику». Да вот только не знал, под каким предлогом покинуть своего пациента. Наверное, что-нибудь он бы точно придумал, но тут вмешалось нечто непредвиденное. В духе старых, ещё докатастрофных верований, когда говорили, что слишком сильное желание чего-либо отпугивает удачу надёжнее, чем проклятие богов.

Из кустов неподалёку раздался исступлённый рёв, и на площадку перед входом в лабораторию вывалилась синемордая обезьяноподобная зверюга с безумным взглядом и текущей из пасти слюной. Причём торчащие из-под толстых губищ клыки, огромные саблевидные когти и перекатывающиеся под шкурой валуны мышц сделали бы честь любому Герою-оборотню. Тварь замерла и принялась крутить удивительно маленькой для такого тела головой, шумно нюхая воздух.

— Великая Шестерёнка, только чуди нам здесь не хватало! — оторопело прошептал Бистарк. Ему следовало бы собраться, скомандовать атаку, но… слишком быстро всё случилось и слишком близко находился изменённый праймом монстр. А ведь большинство солдат, за исключением затесавшихся в общую толпу патрульных, было без оружия. В таких условиях любой приказ приведёт лишь к одному — к бойне. Даже оба Героя это понимали и старались не делать резких движений.

Особенно сильно был шокирован механикус Глорен, который волей случая оказался совсем рядом с чудовищем. Типичный учёный, он явно был не готов к встрече с подобной жутью. И теперь мог лишь топтаться на месте, дрожа как осиновый лист. Хорошо хоть хватило соображения спрятаться за корпус автомата — чтобы расправиться с таким дохляком, чуди хватило бы одного щелчка.

Наступила звенящая от напряжения пауза.

Смрадная задница! Где волк Гржака?! Куда смотрели дозорные?! Бистарк едва не скрипел зубами от злости. Стоило заболеть, как дисциплина моментально покатилась в бездну. И что теперь, как быть дальше?!

Однако решение за них приняла незнамо зачем вылезшая из своей берлоги чудь. Здоровый гремящий механизм заметно раздражал синемордую тварь, и в конце концов она не выдержала. Завизжала от ярости, после чего взвилась в воздух и со страшной силой обрушилась на творение Глорена, молотя кулачищами. Механизм ещё падал на землю, как во все стороны полетели вырванные с мясом кристаллы накопителей прайма, какие-то шестерёнки, трубки и совсем уж непонятные железяки. Над головой пролетел согнутый в двух местах бур, а следом за ним — оторванный манипулятор.

И тут Глорен с Пулье — люди насквозь гражданские и к тому же друг друга сильно недолюбливающие — удивили всех. Завопив что-то нечленораздельное, сначала механикус, а следом за ним и праймолог дружно подлетели к валяющемуся на траве то ли лому, то ли здоровенному зубилу, сообща оторвали от земли и с ним наперевес понеслись к чуди. Правда, далеко убежать не получилось: через пару шагов Глорен споткнулся и упал, увлекая за собой коллегу. Однако факт остаётся фактом, именно они первыми нашли в себе силы напасть на монстра. А это дорогого стоит.

Непонятная возня за спиной не укрылась от синемордого. Стремительно развернувшись, тот без замаха врезал кулаком по барахтающимся учёным. Тут бы им и пришёл конец, однако перед глазами мелькнул размытый силуэт, и гигантский веер прикрыл людей от удара. Грохнуло, но знаменитая Защита Тени выдержала, и Юлире аккурат хватило времени, чтобы вытащить обоих безумцев в безопасное место.

— Солдаты, огонь!!! — заорал Бистарк, выдёргивая из чехла на поясе миниатюрный огнебой и разряжая его в сторону монстра. И, кажется, небезуспешно. Ему показалось, что выпущенный заряд разворотил обезьяне левую скулу.

Поддержали его всего трое дискомётчиков и один владелец остробоя. Правда, толку от их стрельбы почти не было. Два диска усвистели куда-то вверх, срубив макушку единственного растущего на этом пустыре дерева, третий же чиркнул монстра по лапе, даже не пробив густую шерсть. И лишь выпущенный из остробоя заряд прайма хорошенько приложил синемордого в бок. Пробить меховую броню тоже не получилось, но, судя по истошному рёву, какие-то повреждения тот всё-таки получил.

А затем в дело наконец-то вступил Гржак. Замешкавшись поначалу, сейчас он полностью реабилитировался. Издав Волчий Зов, егерь призвал двух призрачных волков и натравил их на чудь. Было жутковато видеть, как прозрачные звериные силуэты набрасываются на чудовище, хватают его за лапы, норовят добраться до незащищённого подбрюшья. Не отставала и Юлира. Стремительная и быстрая Тень вызвала Волшебный Веер и первым же удачным броском отсекла чуди кисть. В то время как Гржак, словно соревнуясь с Героиней, вызвал Разящее Копьё и пронзил твари грудь.

Во все стороны брызнула тёмно-синяя кровь, и чудовище обречённо заревело.

— Да! — рявкнул Бистарк и рубанул воздух сжатым кулаком, забыв о раненом плече. В глазах тут же потемнело от боли. Однако, увидев парочку солдат без брони, но с обнажёнными мечами, заходящих в тыл к обезьяне, собрался с силами и заорал: — Обалдуи, в ближний бой не лезьте! Сдохнете ж зазря!! Назад!!!

Сказать что-то ещё не получилось. В этот момент раненая синемордая тварь, чуя близкую смерть, сменила тактику и, стряхнув волков, начала швыряться во врагов обломками голема. И как назло, первый же бросок оказался то ли неудачным, то ли, наоборот, слишком метким. Егерь от осколка шестерёнки увернулся, и предназначенный ему снаряд попал Бистарку в плечо. В раненое плечо. Сила удара была такова, что его развернуло и бросило на землю. Боль при этом была просто неописуемая. На какое-то время капитан даже потерял сознание, впрочем, та же самая боль привела его в чувство. И он смог увидеть, как Егерь и Тень всё теми же Разящим копьём и Волшебным веером добили тварь…

Дурацкое и никому не нужное сражение закончилось, а его итогом стала отправка в глубочайшую задницу всех надежд особого доктского отряда на возвращение домой. Как бы Бистарку ни было сейчас плохо, он прекрасно это понимал, от чего становилось ещё хуже.

— Как вы, капитан? — над Бистарком склонилась обеспокоенная Юлира, помогла сесть. И выглядела она настолько свежей и энергичной, что оставалось только завидовать способности Героев поглощать оставшийся после гибели врагов прайм и восстанавливать растраченные силы.

— Чувствую себя в точности так, как выгляжу, — простонал капитан, боясь только одного — снова отрубиться. — Доложи о потерях.

Принявшая прайм совсем не по-уставному пожала плечами, от чего вырез на груди раскрылся и стало видно больше, чем позволяли приличия. Бистарк помимо своей воли скользнул туда взглядом. Даже неловко стало: ранен, дышит через раз, а всё туда же. Однако Крыло Ночи ничего не заметила или сделала вид, что ничего не заметила.

— Все целы. Разве что у наших уважаемых учёных могла появиться парочка синяков, но это им только на пользу. От механического болвана остались одни обломки. — Словно вторя словам Юлиры, послышались горестные вопли Глорена, который уже отошёл от шока и теперь бегал вокруг своего «взломщика». Это почему-то развеселило Героиню, и она тихо хихикнула.

Бистарк выдохнул сквозь зубы. И чего, спрашивается, смешного?

— Хорошо, позови Пулье…

— А чего меня звать, капитан, я здесь и с сожалением вынужден констатировать: вам действительно не следовало покидать палатку. Не успели оправиться от одной раны, как заработали новую, которую теперь будет гораздо сложнее вылечить, — раздалось знакомое ворчание, и рядом с Юлирой появился доктор. Немного помятый, растрёпанный и с неизменно недовольной миной на лице.

— Док, отставить, — проскрипел Бистарк. — Лучше скажи, вы там прайм-передатчик от избытка исследовательского энтузиазма ещё не разобрали?

Дождавшись кивка, капитан немедленно продолжил:

— Тогда запоминай. Сегодня же отправишь в Контору запрос на материалы для нового «взломщика» и потребуешь солдат. Лучше трёх-четырёх Героев, но можно десяток-другой обычных вояк. Напирай на то, что у нас большие потери и катастрофическая нехватка ресурсов. Плюс временно недееспособное командование в моём лице, — Бистарк помолчал, а потом пробурчал: — Во всяком случае, я надеюсь, что временно… Понял?

— Понял.

— Зато я не поняла, — вдруг не сказала, а промурлыкала Юлира. — Зачем ещё Герои? Тут есть что-то, с чем мы можем не справиться? Мы… умелые.

И так посмотрела на Бистарка, что его пробрало до самых печёнок. Проклятье, если воительница решила, будто он с ней заигрывал, добром это не закончится. Не он лорд этой Героини, а значит, если ей что-то втемяшится в голову, просто не сможет её остановить. Бессмертные бывают весьма настойчивы в своих ухаживаниях, а при их силище и ураганном темпераменте любовь крутить безопаснее с торнадо или вулканом. Такие настроения надо пресекать в зародыше.

Бистарк сделал каменное лицо и подпустил в голос льда… Ну или по крайней мере попытался это сделать.

— Смотрю, вы тут совсем от безделья одурели! Забыли, зачем мы тут? Так я напомню!.. Чтобы войти в эти проклятые ворота. И как только придёт заказанная помощь, самые умные соберут мне нормального крепкого «взломщика», который не развалится после встречи с драной чудью, а самые… умелые… закроют вопрос с новым наследником Одинокой Башни и попробуют найти проклятый ключ от подземелий. Может, кому-нибудь из вас и повезёт… Ещё вопросы? — Последние слова Бистарк проговаривал уже с трудом, борясь с накатившей волной дурноты.

Холодный тон возымел своё действие, праймолог с Героиней заметно присмирели. И капитан торопливо закончил:

— Ну а раз вопросов нет, то проследите, чтобы меня оттащили в палатку… И, док, дай какого-нибудь зелья, пока я не загнулся вам на радость.

Спроси кто-нибудь Лиграна, как ему жизнь на новом месте, он бы честно ответил, что не знает. Слишком резко размеренный распорядок Полной Луны сменился хаосом разорённой Одинокой Башни. Когда от череды новых лиц и требующих срочного решения дел кругом идёт голова, по окрестностям бродит враг, а за спиной плетутся интриги — разве есть время на мысли о всякой ерунде?

На следующий день после прибытия Железный Песок снова обошёл замок. Все этажи и самые укромные уголки, начиная с Итералии прайма и заканчивая арсеналом при замковых воротах, подходя к вопросу с поистине доктской тщательностью и основательностью. Причём полагаться на проводников не стал — взял в библиотеке план помещений и ходил, постоянно с ним сверяясь, чем привёл управляющего и капитана в самое мрачное расположение духа. Даже Марик, которого Лигран потребовал откомандировать в своё распоряжение, стал поглядывать с недоумением. Однако такие вещи не могли поколебать уверенности Железного Песка в своей правоте.

Люди думают, что он им не доверяет? Их право. В то время как право Лиграна — заботиться о собственной безопасности любым доступным ему способом. И подозревать в злом умысле всех окружающих, пока тем не удастся доказать обратное.

В правильности подобного подхода удалось убедиться уже спустя несколько дней — когда Лигран подвёл итоги осмотра и бегло пролистал учётные книги за пару последних лет. Результат ему настолько не понравился, что потребовался срочный разговор с Руместом Дигоем. А чтобы разговор прошёл без ненужных эксцессов, удвоил охрану.

Приготовления вряд ли укрылись от коротышки, поэтому в кабинет нового лорда Румест входил настороженный и готовый ко всему.

— Что-то не так, мой лорд? — спросил он с порога.

— Честно? — сказал Лигран с холодной улыбкой. — Всё! Всё не так… Да вы садитесь, садитесь. В ногах правды нет. Да и подвести они могут…

От зазвучавших в голосе хозяина замка интонаций управляющий взмок ещё сильнее. Но это, похоже, лишь добавило ему нахальства и уверенности.

— Ничего не понимаю, — воскликнул Дигой, присаживаясь за стол. — Вроде бы всё идёт довольно неплохо. Ну, настолько, насколько это возможно в наших обстоятельствах. Пригласили новых мастеров, ускорили ремонтные работы… Ваш новый кабинет восстановили, опять же. Сейчас с Жемчужной фермой возимся, скоро за мастерские возьмёмся. А там, глядишь, и внутреннее убранство в порядок приведём.

— Вот как… Говорите, «довольно неплохо». — Лигран сосредоточился и усилием воли сформировал из лежащих на специальном блюде металлических крупинок небольшой шар, который подвесил прямо над столом и заставил вращаться против часовой стрелки. — А вот мне думается иначе. И больше всего беспокоит не ход восстановительных работ, а… знаете что? — По щелчку железная сфера распалась на две части, которые вслед за тем разделились на части и тонкими струйками песка вернулись обратно на блюдо. — Меня беспокоит наличие в моём окружении людей, которые защищают непонятно чьи интересы.

— На что вы намекаете, мой лорд?! — с вызовом воскликнул Румест.

— Намекаю?! Да я практически открытым текстом говорю, что в Одинокой Башне завёлся предатель. И единственное, чего хочу, это понять, как с ним поступить, — Лигран остро глянул на Дигоя и досадливо поморщился. — Ага, непонятно. Что ж, попробую пояснить свои слова.

Он взял лежащий перед ним блокнот и принялся быстро его листать.

— Ага, нашёл… Итак, за шесть дней до гибели лорда Лучаня в хранилище доставили порядка пятисот кристаллов прайма и под сотню золотых слитков… Даже по меркам мирного времени богатство немалое, а уж во время войны и вовсе говорить нечего… Следующая запись гласит, что лорд в сопровождении Героев вывез какое-то количество золота и кристаллов в неизвестном направлении…

— Почему какое-то количество?! Всё, всё было вывезено, мой лорд! Прежний хозяин все ресурсы замка тратил на свои увлечения, и мы уже привыкли к тому, что сокровищница постоянно пустует, — Румест возмущённо вскочил. — Господин Лигран, я прекрасно понимаю и разделяю вашу позицию, но искать врагов вам нужно не здесь. Такое отношение… просто оскорбительно!

— Вот как… — Лигран подпёр кулаком щёку и с иронией посмотрел на Дигоя. — Да вы успокойтесь, бумаги вашим словам никак не противоречат. Вернее, нужные цифры смазаны, и при всём старании толком ничего не разобрать.

— Да не надо там ничего разбирать! — напористо заявил Дигой. — Старый хозяин был увлекающейся личностью и…

— Спокойнее! И не надо всё валить на лорда Лучаня, — ледяным тоном потребовал Лигран и перевернул следующий лист. — Если посмотреть данные за предыдущие месяцы, то чётко видно, что мой… предшественник… никогда не оставлял хранилище пустым. Хотя бы сотня кристаллов прайма там была всегда. И вдруг такие изменения. С чего бы это, а?

— Кто же вам сейчас скажет? У хозяина не спросишь, — Дигой пожал плечами. — Да и к чему эти доктские копания в цифрах? Запасов нет, запись об их вывозе имеется… Что ещё надо?

— Угу. Вы ещё скажите, что все остатки убийцы выгребли, — хмыкнул Лигран. По лицу коротышки было видно, что он бы и рад, но увы, после налёта осталась куча свидетелей. И никто ни словом не обмолвился о вынесенных из хранилища сокровищах.

Выдержав небольшую паузу, Железный Песок продолжил.

— Ладно, оставим пока так раздражающие вас цифры. У меня имеется ещё одна интересная бумага, — Лигран вытащил пестрящий печатями листок. — Документ из замковой канцелярии, вчера вечером на него наткнулся. Согласно ему, купец Турус Стоум внезапно, буквально за несколько дней до моего приезда, продаёт большой добротный дом, трактир и пивоварню уважаемому Руместу Дигою за шестьдесят семь кристаллов… Или вот, хозяин постоялого двора почтенный Ставрус Рукколи вдруг решает расстаться с семейным бизнесом за тридцать четыре кристалла. И опять же покупателем выступает господин Дигой. Очень странное совпадение, вы не находите?

— Ничего странного, — сказал управляющий и вытер со лба пот. — В последнее время Одинокая Башня перестала быть безопасным местом, и люди спешат перебраться в более подходящие места.

— Как понимаю, о происхождении денег спрашивать излишне? Сто один кристалл прайма — это весьма прилично даже для лорда, — сказал Лигран и постарался усмехнуться как можно более хищно. Примерно так же улыбался Наставник, когда общался со всякими жуликами и нечистыми на руку приказчиками, вгоняя их в дикий ужас. Железному Песку, похоже, не хватало практики, потому как Дигой лишь пошёл пятнами и яростно засопел.

— У меня были накопления! Ясно? Их и потратил, — заявил он с неприкрытой злобой, моментально забыв о вежливости. — И надо будет, до королевского суда дойду, но докажу!.. Так что завязывай с этими… доктскими фокусами… м-мой лорд! В Адорнии не любят крючкотворов.

Сравнение с доктами прозвучало уже во второй раз, и вряд ли это было случайным совпадением. В источнике столь грязных намёков можно было даже не сомневаться. Сильвара Ястреб, больше некому. Хочет посмотреть, как он будет реагировать? Что ж, ей, а главное, и Наставнику, понравится!

— Всё так. Доказательств у меня нет, всё больше домыслы и предположения. Поэтому давайте считать сказанное разминкой и поговорим всерьёз. — Лигран ослепительно улыбнулся, достал из ящика стола дневник Лучаня и уронил перед собой. — Например, о сотрудничестве с врагами.

— Ч-что?! — У управляющего явно возникли проблемы с дикцией. Он бестолково разевал рот и буравил взглядом злополучную тетрадь. — О-откуда?!

— Узнали? Это записи моего… предшественника. Чудом нашёл в этом бардаке, — сказал Железный Песок, не скрывая издёвки. — И в них, помимо всего прочего, указано расположение нескольких замковых тайников, известных только вам и погибшему лорду… Мне продолжать?

Не дождавшись ответа, Лигран подался вперёд и с удовольствием продолжил:

— Так вот, я обошёл их все и везде обнаружил следы взлома. Слышите, везде! Но что самое поганое, большинство признаков указывает на «работу» доктов… или кого-то, кто успешно под них маскировался. А эти злоумышленники совершенно точно не могли найти хранилища случайно.

Это стало последней каплей. Если обвинение в растрате и казнокрадстве для адорнийца уровня Дигоя грозило максимум гигантским штрафом с правом апелляции в королевском суде, то сотрудничество с врагом в военное время тянуло на куда более серьёзный приговор. И коротышка понимал это как никто другой.

— Мой лорд! Всё совсем не так, — прошипел он. — Я не предатель!

— Неужели?!

Румест мотнул головой и принялся что-то торопливо искать в складках одежды.

— Да! И с лёгкостью это докажу!.. Только где же он… А, вот! — Управляющий поставил перед Лиграном кусок горного хрусталя на причудливой ножке. — Кристалл Правды работы мастеров Тотоола. Очень удобная штука. Смотрите… — Не дождавшись со стороны Лиграна никакой реакции, Дигой откашлялся и громко отчётливо произнёс: — Я не передавал доктам или прикидывавшимся доктами людям секретов моего прежнего хозяина.

Кристалл немедленно загорелся мягким зелёным светом. Коротышка с торжеством посмотрел на юного лорда.

— Я же говорю…

Лигран вздохнул. Разговор порядком его утомил, и попытки Руместа выкрутиться не вызывали ничего, кроме раздражения.

— Очень предусмотрительно захватить на встречу со мной столь непопулярный у нас на родине артефакт, но, на вашу беду, мне известны его слабые стороны, — Железный Песок покачал головой. — Он ведь чувствует не правду, а только веру испытуемого в собственные слова. И если тот заранее заучит правильные ответы, то с лёгкостью пройдёт проверку… Как вы, например. — И, не давая Дигою произнести ни слова, спросил: — Вы передавали секреты лорда другим адорнийцам?

Это был полнейший разгром. Полный. Тотальный. Чтобы понять это, не требовалось никакого Кристалла, достаточно было посмотреть на исказившееся лицо Дигоя. Ощутить его страх и нарастающую панику. Продолжать разговор дальше не имело смысла, и Лигран приготовился вызвать стражу. Вот только Румест — несмотря на внешнюю мягкотелость — оказался не из тех, кто смиренно ждёт приговора.

— Чтоб ты сдох, мальчишка! — прошипел он. Затем вскочил, опрокинув стул, и сжал в кулаке болтавшийся на шее небольшой медальон. Вокруг запястий, шеи и лба моментально возникло голубое свечение, оставившее после себя тонкие полоски металла. Злобно захохотав, Дигой выдохнул какое-то заклинание и… пропал. Исчез, растворился в воздухе, словно и не было его никогда.

— Пять Колец Накипуки? — Лигран текучим движением выскользнул из-за стола и осторожно вытянул клинок из ножен. — Уважаемый, вы меня удивляете. Достать столь редкий и удивительный артефакт дело непростое. Я бы даже сказал, тянущее на подвиг. — Внезапно краем глаза Железный Песок уловил слабое размытое движение около окна и скакнул вбок. Там, где он только что стоял, в стену врезалась небольшая металлическая стрела из доктского пружинного самострела. В своё время ему о таких рассказывал один из приглашённых Наставником специалистов. Обычно он имел два или три заряда и крепился на запястье. Идеальное оружие для скрытого ношения. — Ого, да вы серьёзно настроены.

Несмотря на всю опасность своего положения, Лигран испытывал небывалое воодушевление. Прошло всего несколько дней, а ему уже ужасно надоела бумажная волокита. Стало казаться, что он из воина начал превращаться в этакого книжного червя, канцелярскую крысу, которой игры с цифрами милей человеческого общения. Поэтому драка, настоящая, всамделишная драка, где или ты, или тебя, вызвала настоящий прилив сил. Нет, определённо, зря Наставник не пустил его на фронт, там ему самое место!

— Если мне не изменяет память, Накипуки стоит никак не меньше полумиллиона серебряных монет. А это очень большие деньги для Гуаньдира и для вас лично, — принялся вслух рассуждать Лигран. — Поэтому возникает вопрос…

Румест никак не реагировал на его слова и явно выжидал удобного момента для атаки. Даже удивительно. Вроде человек насквозь штатский, а выдержка как у опытного воина. Ни вздохом, ни шорохом себя не выдаёт! Мелькнула даже идея позвать стражу, однако тогда неизбежна суматоха, и предатель получит шанс не просто сбежать, но и разрядить в ненавистного «мальчишку» оставшиеся стрелы. Рисковать не хотелось.

Неожиданно стойка часов на стене напротив странно исказилась, словно между ней и молодым лордом поставили здоровенный пузырь с водой. Затем тренькнула пружина, и, ловко изогнувшись, Лигран катаной отбил очередную стрелу.

— Так вот, вопрос очень простой… — продолжил он как ни в чём не бывало и широко ухмыльнулся. — А Накипуки ли это? Ведь этот артефакт даёт абсолютную невидимость, а вас, Дигой… вас я вижу.

Сказал и одним прыжком оказался около часов. Пятно искажений метнулось влево, но Железный Песок не отставал. Ножны опускаются на невидимую руку, слышится сдавленный крик, и третья стрела расщепляет ножку стола. Затем разворот, пинок куда-то в район колена, а рукоять меча с размаху бьёт в лоб. И… и всё. Дигой с грохотом упал на пол, в тот же миг вновь став видимым.

Лигран наклонился и снял с шеи бывшего управляющего грубовато сделанный ошейник. Повертел в руках и со смешком кинул его на стол.

— Так и знал, — сказал он, пнув коротышку под рёбра. Тот сдавленно застонал. — Накидка Проказника. Делает тело прозрачным, а не невидимым, работает около минуты, одноразовая. В общем, совершенно бестолковая вещь, не стоящая своих денег. Только и нужна, чтобы дурить головы мерзавцам вроде тебя. А ведь ты, небось, думал, что Накипуки покупаешь, да?

Дигой начал что-то лепетать в ответ, разом растеряв свой гонор, Железный Песок его особо не слушал. Схватил за шиворот, хорошенько встряхнул и в качестве довеска отвесил две оплеухи. Управляющий моментально «поплыл». Глаза закатились, и он тоскливо заныл на одной ноте. Смотрелось это настолько противно, что Лиграна едва не замутило.

— Какой же ты слизняк!.. — прошипел он, после чего рявкнул: — Кому ты продал лорда Лучаня? Как они на тебя вышли?! Ну, отвечай!

Лорд наотмашь ударил толстяка по лицу разбив губы. На что тот по-бабьи заверещал и принялся прикрываться руками. На шум даже заглянул один из охранников, но от увиденной картины соляным столбом замер в дверях. Зрелище избиения некогда всесильного управляющего повергло бедолагу в шок.

Ничего, привыкайте! Лигран зло усмехнулся и снова повернулся к коротышке. Замахнулся, но ещё одного удара не потребовалось. Толстяк торопливо заговорил, сбиваясь и проглатывая слова:

— Никто… на меня не… выходил. Я сам…

— Чего ты сам?! Ну?! — продолжил давить Железный Песок.

— Сам решил лорда Лучаня… убрать, — зачастил Дигой. — Он… он совсем на прайме… и Героях помешался. Провинцию разорил… замок… А кто слово поперёк говорил, тех… тех убить грозился.

— И ты решил от него избавиться. Думал, раз война, то в такую дыру нового лорда не пошлют, будешь сам править. Так, да?! — рявкнул Лигран, так сжав воротник управляющего, что тот захрипел.

— Д-да.

— А на убийц с доктским оружием как вышел, сволочь?!

— Я н-на них н-не выходил, я с нашими б-бандитами… сговорился, а у них ничего такого н-не было и н-нет… Нашёл человека, н-наводчика, и через него Щ-щепину Кривому передал… — Румест замолк.

— Что, что ты ему передал?! — заорал Лигран, ещё раз врезав по лощёной морде коротышки.

— Ч-что лорд Лучань… с-собрался город от воров избавить. В к-качестве тренировки для… Г-героев, — простонал Дигой. — А ч-чтобы наверняка поверили, п-подсказал, где тайники находятся…

— А дальше?!

— А дальше п-пришли эти… которые вроде как д-докты. И в-всё пошло к-кувырком!.. — простонал-провыл Румест, затем вдруг вцепился в сжавшую его воротник руку и заревел: — Пощады, мой лорд, пощады!

Лигран почувствовал ещё большее омерзение. У всего всегда есть своя цена, у предательства в том числе. Вот только подлецы вроде этого почему-то думают, что пора платить не наступит никогда.

— Собери людей во дворе замка. У меня есть что им сказать, — приказал Железный Песок немного очухавшемуся солдату, дождался, пока он освободит проход, после чего погнал теперь уже бывшего управляющего в коридор.

…Не прошло и получаса, как на небольшой площадке столпились все обитатели Одинокой Башни: слуги, гарнизонные солдаты, парочка заезжих купцов и особняком — Сильвара Ястреб. Героиня, избегавшая общества Лиграна всё последнее время, загадочно улыбалась и никак не показывала отношения к происходящему. В отличие от Дерека Посох Грома. Вояка был хмур, напряжён и явно не ждал ничего хорошего. Ещё бы знать, на чьей он стороне. Понятно, что должность капитан занял благодаря стараниям Дигоя, но вот насколько он ему верен… вопрос! Хотя не важно, времени как-то прореагировать у него точно не будет.

Лигран швырнул хнычущего и дурно пахнущего — предатель совсем перестал себя контролировать — Руместа на брусчатку и обвёл окружающих тяжёлым взглядом. Многие, на кого он смотрел, начинали вжимать голову в плечи и опускать глаза. Спокоен остался лишь Посох Грома.

— Что происходит, мой лорд? — мрачно поинтересовался он.

— Ничего особенного, — сказал Лигран и хищно оскалился. По крайней мере он надеялся, что у него получилось именно хищно. Образ улыбчивого парня был ему как-то привычней. — Просто нашёл предателя.

Как только смысл его слов дошёл до собравшихся, в толпе моментально начались шепотки и пересуды. Люди отказывались верить в услышанное.

Но Железный Песок продолжал:

— Буквально только что, будучи уличённым в казнокрадстве, Румест Дигой подло покушался на жизнь своего лорда, — шум усилился, даже спокойствие Сильвары дало трещину, и она обеспокоенно сделала несколько шагов вперёд. — Но не это самое мерзкое… Перед этим негодяй сознался, что из корысти и жажды власти он продался доктам, предав не просто клятву служения лорду, но саму Адорнию!

Про организацию убийства прежнего хозяина Одинокой Башни Лигран решил смолчать. На всякий случай. Но и сказанного хватило, чтобы людей проняло до печёнок. О зверствах доктов, вторгшихся на территорию страны, наслышаны были все, и страшнее преступления, чем сотрудничество с врагом, сейчас не было. Так что собери он суд присяжных, даже самые продажные представители юридических кланов не смогли бы смягчить приговор. На такие обвинения в Адорнии реагируют сердцем, а не умом. И не важно, продавался человек в действительности или нет. Тяжесть обвинения заменяет его доказательство.

Кстати, один из юристов уже пробился в первые ряды и осторожно пытался привлечь внимание молодого лорда. В другое время Железный Песок обязательно устроил бы открытый процесс в лучших адорнийских традициях — с продажей билетов, долгими прениями и, как апофеоз, зрелищными наказаниями, — но сейчас было не до того. Да и не любил он все эти судейские представления, где было больше театральности, чем реального смысла. Так что сегодня юридические кланы останутся без денег.

— По законам военного времени и по праву лорда Гуаньдира объявляю Руместа Дигоя виновным во всех означенных преступлениях и приговариваю к смертной казни. Приговор окончателен и обжалованию не подлежит, — громовым голосом объявил Лигран и прежде, чем его успели остановить, одним движением меча смахнул голову бывшего управляющего.

У лорда Регруша для подобных целей имелся особый специалист. Не просто палач, а настоящий мастер своего дела, владеющий изощрённой магией и способный превратить самую заурядную порку в яркое представление. Всякий раз от зрителей не было отбоя. Однако Лигран считал, что такой подход в корне неправилен. Если уж решил лишить кого-то жизни, то сделай это сам, а не прячься за чужими спинами. Неси эту ношу до самого конца.

Данных взглядов он собирался придерживаться и впредь.

— Капитан, проследите, чтобы эту падаль убрали с территории замка. И пригласите ко мне в кабинет помощника покойного: хочу поздравить его с повышением и обсудить круг обязанностей, — сказал Лигран ровным голосом, и Посох Грома, который было подскочил к нему с самым решительным видом, покорно склонил голову. — И объявите людям, что развлечения на сегодня закончились.

После чего, посчитав вопрос закрытым, Железный Песок направился ко входу в центральную башню. Твёрдо, уверенно, как и положено потомственному аристократу. Как всегда учил Наставник: мало вычислить врага и отправить его на встречу с родственниками, надо ещё и убедить окружающих в праве вести себя именно так и никак иначе.

Лигран уже пересёк двор и свернул к тенистой аллее, когда за спиной началась нездоровая суета и за ним, сшибая людей с ног, ринулась совершенно незнакомая девушка.

Выглядела она достаточно странно для адорнийки. Вместо привычных глазу ярких и пёстрых нарядов девица куталась в стелящийся по земле невзрачный тёмно-синий плащ с низко надвинутым капюшоном. Крепко сбитая, рыжая и, несомненно, наглая. Вон с какой уверенностью сквозь толпу идёт, люди как кегли разлетаются. Один здоровенный пузатый мужик и вовсе в лужу плюхнулся.

Железный Песок запоздало понял, что во дворе замка появился Герой. Чужой Герой, который непонятно чего хочет и, главное, может. Он остановился, и рука сама собой легла на рукоять катаны.

— Кто ты, раздери тебя древние боги?! — рявкнул Лигран. И спустя мгновение по бокам от него встали двое солдат с обнажёнными мечами, а отошедший от потрясения капитан собирал вокруг себя остальных.

— Лорд Лигран? У меня для вас послание от… — звонким голосом заявила девушка, сбрасывая капюшон. Волосы рассыпались по плечам, и стали видны симпатичные «лисьи» ушки. Владения Железного Песка своим вниманием почтила Рыжий хвост.

Однако кому присягала бессмертная воительница и что за послание она принесла, выяснить не удалось. В дело вдруг вступила Сильвара Ястреб, и переговоры закончились, так и не начавшись.

— А ну стой, стерва! — закричала она. — Не смей приближаться к молодому лорду!!!

В руках Амазонки, как по волшебству, появился лук с наложенной стрелой. Лицо закаменело, превратившись в хищную маску. Насколько Лигран успел узнать эту дамочку, она готовилась убивать.

— Тебя забыла спросить, идиотка, — немедленно вспыхнула лисица и одним движением скинула плащ. Под ним оказался весьма фривольный наряд: миниатюрный топ, короткая, почти ничего не скрывающая юбочка и, не иначе как дань воинской профессии, наручи и сапоги с толстыми голенищами. — Не по чину мне с тобой разговаривать!

Пришлая Героиня заметно разозлилась. Рыжие хвосты, как и родственная им стихия огня, славились удивительным легкомыслием и вспыльчивым нравом. Вдобавок ко всему девица была юна, что не могло не наложить свой отпечаток. Даже странно, что кто-то отправил столь несдержанную особу с ответственным поручением. Или дела на фронте столь плохи, что все мало-мальски опытные Герои давно там?

— Ладно, хватит! Что за послание? — сказал Лигран, требовательно поднимая руку. Но его не услышали. Или не захотели услышать.

— Не по чину?! Ах ты, кошка драная! — Обычно выдержанная Сильвара сорвалась на визг и выпустила в лисицу стрелу. Пусть целила она в ногу, но ведь выстрелила же! И моментально получила ответ.

Распушив хвост, магичка раскрутила над головой цепь с несколькими огненными сгустками, махнула ею вперёд, и… настоящий огненный ветер шарахнул по Сильваре. А также по всем тем, кому не повезло оказаться с нею рядом. Задело двоих мечников. Заорав от боли, те сломя голову ринулись в сторону фонтана, благо он располагался неподалёку. А вот Ястреб не пострадала. За миг до удара она сменила позицию и перенеслась на десяток метров в сторону. Пара ударов сердца — и в безымянную Героиню ударил Разящий шквал стрел. Та попыталась применить какой-то из лисьих талантов — ту же Лисью уловку, например, — но не успела. Запоздала на считанные мгновения, которые и оказались решающими. Тонко вскрикнув, рыжая воительница упала на спину, чем и воспользовалась стража. К раненой моментально подскочила пара бойцов и заработала мечами. Бой закончился, едва начавшись.

И как только неизвестный лорд такую неумёху из замка-то выпустил?! Или тут дело в Сильваре и её опыте? Лигран досадливо поморщился. Новые загадки, прах их побери! Как будто их и без того мало. Ситуация и раньше была запутанная, так ещё лису эту принесла нелёгкая вместе с её непонятным хозяином.

— Дерек, разберись откуда и, главное, зачем здесь появилась эта рыжая. Вечером доложишь о результатах, — приказал Железный Песок и зло посмотрел на Героиню. — А ты идёшь со мной и думаешь о том, как объяснить случившееся. Понятно?!

— Разумеется, юный лорд! — со вздохом ответила Сильвара, убирая лук. Затем обошла засуетившегося Дерека и встала рядом с воспитанником Регруша, проделав всё это с какой-то наигранной торопливостью.

Последнее Лигран заметил очень хорошо и сделал очередную мысленную зарубку, впрочем, вслух говорить ничего не стал. Чувствуя себя точно выжатый лимон, он развернулся и зашагал к центральной башне. Ему надо было отдохнуть. Сначала покушение, затем казнь управляющего и вот теперь драка Героев. Не слишком ли много для одного дня?..

Проклятье, ну какого демона Сильвара спровоцировала драку?! В том, что всё произошло случайно, Лигран не верил ни на грош. И что самое плохое, он заранее представлял себе ответы Героини. Воительница обязательно сведёт всё к желанию защитить «молодого лорда» от коварных убийц. Скажет, что почувствовала угрозу, вмешалась, но что получится вот так, совсем не думала… И ведь не придерёшься! Да и в его ли положении цапаться со своим единственным Героем?! Может, о случившемся лучше на время забыть и разобраться с более насущными делами?

Древо, как же раздражают все эти сложности!

На глаза попался привалившийся к столбу в стороне ото всех Марик. Молодой стражник со скучающим видом поглядывал в сторону Сильвары Ястреб, но делал это слишком часто, чтобы свести всё к праздному любопытству. И Лигран его понимал: воительница и впрямь была хороша. Разумеется, если забыть, что она Героиня и соглядатай лорда Регруша. Прокрутив в голове пару соблазнительных картинок, Железный Песок снова вполголоса выругался. Насколько было бы легче, будь на месте Сильвары тот же Вэлиан! Наставник определённо знал, кого с ним посылать.

Марику не раз приходилось слышать фразочку про новую метлу, которая по-новому метёт, но только с появлением лорда Лиграна он понял её настоящий смысл. Новый хозяин Одинокой Башни и вправду «по-новому мёл». Пусть Лерой не служил в замке во времена Лучаня, но как управлялся с хозяйством Румест Дигой, помнил хорошо. Тогда жизнь текла размеренно и неторопливо, каждый занимался своим делом и не лез в чужие. С приходом Железного Песка всё изменилось. И дело даже не в казни управляющего — хотя этот шаг юного лорда напугал весьма многих, — гораздо важней, что на этом он не остановился и перетряхнул всё доставшееся в наследство хозяйство сверху донизу. Лично изучал бухгалтерские бумаги, проводил инвентаризацию кладовых, разговаривал с мастерами и слугами. Загонял всех до изнеможения, но нашёл-таки ещё двоих ворюг и устроил показательную порку с конфискацией имущества.

Не забыл он и о делах военных. На следующий же день после казни Дигоя капитан Дерек был понижен в должности — не смог ничего разузнать про погибшую лису — и стал помощником командира гарнизона, а его место заняла Сильвара Ястреб. Что было весьма удивительно: у лорда Лучаня простыми солдатами Герои не командовали.

Правда, совсем не это поразило Марика больше всего. Без каких бы то ни было усилий со своей стороны, он вдруг стал начальником охраны лорда и даже жить перебрался в покои в центральной башне. Не капрал Тротт или кто-нибудь столь же опытный, а именно он. Когда же Лерой обратился за пояснениями к Лиграну, тот без затей сказал: «Потому что доверяю», — и закрыл тему, оставив Марика в нешуточном смятении.

Какое доверие, если он сам до сих пор не определился в своём отношении к новому владыке?!

Одно хорошо: времени на лишние размышления у него просто не осталось. Сначала подбирал бойцов к себе в десяток, причём не просто хороших рубак, а именно тех, на кого в любой момент мог бы положиться. Затем пытался вникнуть в особенности новой службы, разбирался с кругом своих обязанностей. И когда начало казаться, что можно вздохнуть чуточку посвободнее, когда всё начало потихоньку налаживаться, случилась новая напасть: лорд изъявил желание проехаться по своим владениям. Сделал он это во время традиционного утреннего чаепития в кабинете, как всегда, издалека начав разговор.

— Марик, ты ничего не знаешь о Храме духов битвы в окрестностях города? — спросил лорд, осторожно прихлёбывая из чашки и кося глазом в раскрытую перед ним тетрадь в кожаном переплёте. Напротив сидела Сильвара и также не отрывала от неё взгляда. Прошло уже две недели, как Лигран начал устраивать эти посиделки, а картина не меняется. Ни новый управляющий, ни Лерой особого любопытства к дневнику лорда Лучаня не проявляли, а вот Героиня всякий раз смотрела на старые записи, как горыныч на кусок мяса. И чего в них нашла?

Поняв, что он слишком долго не отвечает, Лерой торопливо заговорил:

— Храм духов битвы? Да о нём в Гуаньдире все знают. Его ведь ещё при старом хозяине построили. Очень уж он эти тотемы уважал. Со жрецами часто общался, деньги жертвовал, солдат на службы приводил. А как погиб, то храм и вовсе прославился. Говорят, мечи лорда, что на алтарях там лежат, великой силой обладают и всякого, кто их коснётся, воинской удачей одаривают. Чтобы такое чудо увидеть, люди теперь издалека приходят.

— Ого, думаю, узнай об этом Лучань, он бы порадовался, — сказал Лигран с неопределённой интонацией. Даже Сильвара её уловила и с подозрением посмотрела на лорда. А тот как ни в чём не бывало продолжил: — Так ты знаешь дорогу?

— Да, разумеется. Это в одном дневном переходе от города. Находится он, правда, в лесу, но туда ведёт неплохой тракт. Заблудиться сложно, — сказал Марик, не сразу разобравшись, что же скрывается за неожиданным вопросом. Зато воительница продемонстрировала гораздо большую сообразительность.

— Мой лорд, только не говорите, что вы надумали покинуть замок! Мало вам недавних покушений, решили ещё раз рискнуть? — воскликнула она с неприличной для Героя горячностью. Щёки покраснели, глаза сверкают, голос аж звенит от возмущения — в этот момент молодая женщина смотрелась удивительно возбуждающе. По крайней мере Марик считал именно так и никак не мог понять, как хозяину Одинокой Башни удаётся сохранять спокойствие. Сам он нет-нет да и начинал косить на вздымающуюся грудь Сильвары.

— А что ты предлагаешь? Отсиживаться за стенами и надеяться на то, что Наставник войдёт в моё положение и увеличит испытательный срок? — сказал Лигран холодно, немного подумал и добавил: — А ведь есть ещё местные… недоброжелатели, которые уже устранили одного лорда прямо в замке. Или ты забыла?

— Не забыла, но… — Амазонка пошевелила пальцами, подбирая слова. — Снаружи риск увеличится многократно. Разве нельзя подождать с визитом ещё немного? В конце-то концов, что в этом храме настолько важного, из-за чего вы готовы так рисковать?

Марик уже привык к тем вольностям, которые позволяла себе женщина в разговорах с лордом, но сейчас ему показалось, что она хватила через край. За такие вопросы простых смертных могли и кнутами отходить или ещё чем похлеще. Понятно, что Лиграна с ней многое связывает, но всякому терпению приходит конец.

Впрочем, Железный Песок никак своего неудовольствия не показал и равнодушно сказал:

— Ну, раз моё желание посетить храм с реликвиями моего… предшественника достойной причиной не является, скажу, что благодаря этому дневнику, — лорд похлопал ладонью по раскрытой тетради, — у меня появилось дело к настоятелю храма. Причём дело важное и весьма срочное.

Ответ Сильваре не понравился, однако продолжать спор она не стала и замолчала до конца чаепития. Когда же чашка опустела, то сослалась на какие-то дела и торопливо покинула кабинет. Вслед за ней ушёл управляющий, оставив Лероя наедине с наследником Лучаня.

У Марика наконец-то появилась возможность задать вопрос, который мучил его все последние дни.

— Мой лорд, прошу простить за наглость, но… Каталист госпожи Сильвары у вас? — спросил он напряжённо. Сам сетовал на наглость воительницы и теперь повторяет её ошибки… Нехорошо. Но и молчать больше нельзя, слишком много странностей связано с Героиней. Даже нет, не так, с женщиной, которая очень ему нравится.

Реакция лорда была ожидаемой. На лицо набежала тень, он мрачно зыркнул исподлобья и явно собрался сказать нечто резкое. Марик заволновался. Со столь круто заявившим о себе господином следовало быть осторожным. Очень осторожным.

— Ещё раз прошу простить, — добавил он торопливо. — Но Сильвара Ястреб ведёт себя слишком необычно, и, как глава вашей охраны, я просто не могу оставить данный вопрос без внимания…

Лигран ответил не сразу. Некоторое время он просто сидел, откинувшись на спинку кресла, и испытующе смотрел на Марика поверх сложенных домиком пальцев. Тому ничего не оставалось делать, кроме как терпеливо ждать.

— Наверное, ты и прав… — наконец прервал затянувшуюся паузу Железный Песок. — Да и не секрет это никакой. Сильвара — Герой моего Наставника. Со всеми проистекающими отсюда сложностями.

Сказанное Марика не то чтобы сильно удивило, но вызвало новый вопрос.

— Но тогда почему вы поставили её во главе своей дружины? — спросил он. Немного помялся и продолжил: — Или настолько доверяете?

На этот раз пауза была дольше. Лерой успел сто раз пожалеть о своём длинном языке, когда лорд всё-таки ответил. Жёстко и веско, словно перед Мариком сидел кто-то другой, а не тот весёлый общительный парень, с которым он встретился на границе Гуаньдира.

— Потому что правитель должен работать с теми людьми, которые есть в его распоряжении. Вне зависимости от того, доверяет им или нет. Так как других у него нет, понятно? — Лигран требовательно посмотрел в лицо Марику, и тому не оставалось ничего иного, кроме как коротко кивнуть.

Но разговор на этом не закончился.

— Впрочем… Если у тебя есть что сказать насчёт Сильвары, готов послушать, — вдруг сказал лорд гораздо более мягким тоном. — Ведь есть?

— Да ничего особенного, — Марик пожал плечами. — Просто… Амазонка так рьяно взялась за дело, что в гарнизоне её боятся больше, чем лорда. И это мне кажется неправильным, — немного помялся, не зная, говорить или нет, но всё-таки продолжил: — И ещё она рассылает по окрестностям солдат… Из тех, что пришли с вами… Уж не знаю, чего они ищут, но облазили уже всю округу.

— Вот даже как. Неожиданные новости, — протянул Лигран задумчиво и не слишком-то удивлённо. Побарабанил пальцами по столу, затем негромко хлопнул ладонью и, криво усмехнувшись, добавил: — Что ж, значит, к твоим обязанностям добавляется ещё одна. Теперь именно тебе придётся сдерживать влияние нашей красавицы и следить, чтобы она не натворила дел. Да ты и сам прекрасно всё понимаешь…

Марику ничего не оставалось, кроме как поклониться. И зачем, спрашивается, влез? Ничего хорошего не узнал, зато головную боль заработал. А ведь дальше будет только хуже. Настроение моментально испортилось, а после получения ожидаемого приказа подготовить отряд охраны для поездки в Храм духов битвы стало ещё хуже. И едва ли не впервые Марик затосковал по тем временам, когда был обычным солдатом.

…Отряд из тринадцати человек покинул стены Одинокой Башни уже на следующее утро. В него вошли лорд Лигран, Сильвара, Марик и десяток телохранителей. Героиня настаивала на большем числе солдат, но не смогла переспорить Железного Песка. Хотя и спора никакого, в общем-то, не было. Лигран просто приказал взять с собой пару боевых тигров из замкового зверинца и закончил на этом разговор. Как тут возразишь? Оставалось надеяться, что им повезёт и они не столкнутся ни с чудью, ни с очередными убийцами, ни с оголодавшими беженцами, ни с решившими пошалить на дорогах крестьянами. Опасно нынче путешествовать по землям Гуаньдира, очень опасно. Война никогда ни к чему хорошему не приводит, а уж если во власти что-то происходит, то и вовсе раздрай начинается.

Однако Марик зря нагнетал страхи. К обеду отряд проехал едва ли не половину пути, а ничего угрожающего им так и не повстречалось. Даже как-то обидно. Готовились-готовились, ждали атаки, а вместо этого получили увеселительную прогулку. Как в городском парке, где ласково светит солнце, ветер шелестит листвой и качает ветвями деревьев и одуряюще пахнет травой.

В итоге все расслабились, забыли об опасностях, кавалькада растянулась вдоль дороги, и отряд распался на несколько небольших групп. Как-то само собой получилось, что Марик оказался в одной компании с Лиграном и Сильварой. И надо сказать, данный факт в очередной раз привёл его в состояние лёгкого изумления.

Древо, он ведь до сих пор воспринимает себя как простого солдата, вчерашнего новобранца. Только-только освоился в замке, привык к гарнизонной службе, как вдруг крутой поворот — и вот он уже спаситель лорда. Не успел к этой мысли привыкнуть, как при новом хозяине становится начальником охраны. И теперь он завтракает по утрам с лордом Лиграном за одним столом и запросто болтает с госпожой Сильварой. Видят боги, поистине фантастическая карьера! Как бы голова от такого не закружилась!

К удивлению Марика, сам Железный Песок, покинув пределы замка, вновь скинул маску безжалостного властителя и стал вести себя заметно проще. Не как во время их первой встречи, разумеется, но и чванливого аристократа, который не может снизойти до простых рубак, не изображал. Очень зрелое поведение для столь молодого воина. Марик, окажись он на его месте, так бы не смог точно…

Пока Лерой предавался размышлениям, Лигран с удовольствием развлекал Сильвару какими-то забавными историями. И надо сказать, женщина воспринимала это вполне благосклонно. Смеялась, шутила, что-то сама рассказывала и снова смеялась. В общем, развлекалась вовсю, и в какой-то момент Марик начал воспринимать её как обычную молодую женщину, не обременённую властью и силой.

Но это было ошибкой.

Хозяин Одинокой Башни только-только закончил какую-то запутанную, но довольно забавную притчу, когда женщина вдруг резко прекратила улыбаться и заговорила совсем другим, гораздо более серьёзным тоном.

— Мой лорд, всё-таки этот вояж по погрязшей в безвластии провинции кажется мне откровенной авантюрой, — сказала она и каким-то мужским движением поправила волосы. — Уж извините, что возвращаюсь ко вчерашнему разговору.

— Сильвара, не начинай всё снова. — Лорд поморщился и переложил поводья в левую руку. — Даже если забыть обо всех прочих доводах, нельзя править просто сидя в замке. Это противоречит всему тому, чему учил нас Наставник… — Железный Песок остро глянул на Героиню. — Ты ведь, надеюсь, не будешь оспаривать его слов?

— Никак нет, — ответила Амазонка не без возмущения.

— Ну вот видишь, — Лигран хмыкнул. — К тому же есть ещё и задание лорда Регруша со строгими сроками. И от того, насколько хорошо я справлюсь, зависит моё лордство, — он покосился на Лероя и едва слышно добавил: — Чудь его дери.

Марик сделал вид, что ничего не услышал. Сейчас он боялся лишь одного — что столь интересная беседа неожиданно оборвётся. Проклятье, оказывается, существуют договорённости между молодым хозяином Гуаньдира и лордом Долины Солнечных Слёз, даже имеется какое-то «задание», а сам Железный Песок вовсе не горит желанием править Одинокой Башней… И это всё удалось узнать после пары небрежно брошенных фраз. Надо быть последним дураком, чтобы помешать столь интересной беседе.

— Всё это так, мой лорд, но… разве ваше задание связано с полноценным вступлением в наследство лорда Лучаня? — даже не сказала, а промурлыкала Сильвара. И Марик увидел, как разом помрачнел Лигран. Героиня явно знала, на что давить. — Ваша цель — поиск убийц лорда, вы же занимаетесь посторонними вещами. То в замке ревизию проводите, то вот в Храм духов битвы зачем-то отправились. А время-то идёт.

— Я в курсе, Сильвара, — ответил Лигран холодно. — Вот только позволь мне самому решать, как исполнять наказ Наставника. И уж тем более не лезь в вопросы, которые касаются наследия моего… отца. Если уж обычные адорнийцы идут поклониться вещам, несущим отпечаток его духа, то мне сами боги велели!

— Разумеется, мой лорд, — ответила Сильвара нейтрально. — И прошу меня простить за необдуманные слова.

Лигран принял извинения с ледяным спокойствием. И на этом разговор закончился. После столь жёсткого обмена фразами вернуться к непринуждённой беседе не получилось. Дальше ехали молча. Причём Марик всей кожей ощущал: не будь его, и лорд, и Героиня нашли бы что сказать друг другу.

Однако Лерою хватило и услышанного. Одно только подтверждение слухов о том, что лорд Лучань — отец Железного Песка, относилось к разряду сенсаций. А уж понимание того факта, что Амазонка приставлена к Лиграну его Наставником то ли в качестве наблюдателя, то ли в качестве советника, и вовсе заставляло иначе взглянуть на взаимоотношения молодого хозяина Одинокой Башни с воительницей. М-да, тут не позавидуешь!

Марик попытался поставить себя на место лорда, но отвлёкся на шум. Из-за поворота, нахлёстывая лошадь, показался солдат из головного дозора. Считанные мгновения, и он поравнялся с ними.

— Мой лорд, капитан, деревня впереди разорена. Дома разрушены, несколько амбаров ещё горит. Среди местных есть убитые, — выдал он на одном дыхании. — Нападавших не видно.

— Я же говорила. Сейчас на дорогах опасно! — воскликнула Сильвара, но Лигран лишь отмахнулся.

— Марик, что за деревня? До храма от неё далеко? — спросил он.

Лерой нахмурился.

— Верхние Ручьи, кажется. Но точно не знаю, её уже раз десять переименовывали. Что до храма, то нужный нам поворот почти сразу за деревней будет, — сказал и тут же добавил: — Только с храмом это вряд ли как-то связано. Скорей, обычные бандиты.

— Разберёмся! — рявкнул Лигран и пришпорил коня. Из кустов показались боевые тигры и пристроились рядом.

Остальные понеслись следом, и Сильвара Ястреб впереди всех. Марик старался не отставать.

Стрелой пролетел поворот, и отряд выскочил на широкую площадь перед въездом в деревню. Стрелки немедленно взялись за луки, мечники торопливо спешились и окружили лорда. Сам Марик вместе с Амазонкой и четвероногими хищниками выступил вперёд.

Верхние Ручьи напоминали приграничные города, на которые пришёлся удар доктов. Всюду кровь, убитые, над телами вьются мухи, то здесь, то там слышатся крики, плач, стоны. Всё, как рассказывали ветераны. Правда, здесь было немало выживших. Десятка два крестьян под руководством крепко сбитого деда с крюком вместо правой руки деловито стаскивали убитых на окраину, где уже суетился какой-то жрец. Ещё пятеро или шестеро за огородами пытались потушить горящий амбар.

Неожиданно Марик был отодвинут в сторону, и лорд Лигран целеустремлённо зашагал в сторону самой организованной группы спасателей. Ничего другого не оставалось, кроме как скомандовать лучникам отбой и идти следом. Лерой занял позицию слева от Железного Песка, а Амазонка — справа.

Их быстро заметили, и однорукий старик, что-то крикнув остальным, вышел им навстречу.

— Кто такие будете, уважаемые? — спросил он, не забыв с достоинством поклониться.

— Не узнал своего лорда, деревня? Перед тобой сам лорд Лигран! — сказал Марик громко, стараясь особо не смотреть по сторонам. Несколько убитых выглядели совсем уж неприглядно, и его желудок протестующе заворочался. Как бы не осрамиться, тем более что сам Железный Песок напоминал ледяную статую. Ни капли эмоций, словно за его плечами была не спокойная жизнь в благословенной Долине Солнечных Слёз, а десяток войн.

— Не надо, Марик, не кричи, — вдруг сказал Лигран и, глядя в лицо старика, спросил: — Кто ты и что здесь случилось?

— Так староста здешний, ваше могущество. Пахор Однорукий, бывший мечник пограничной стражи, — не без достоинства ответил дед. — А случились бандиты. Налетели, пожри их чудь, пожгли, пограбили и умчались дальше.

— Бандиты? Не докты или кто-то на них похожий? — переспросил Лигран.

— Да нет, какие докты. Что я, «железячников» не видел? Свои это, адорнийцы. Месяц назад на дальних хуторах ватага собралась и начала сёла грабить. Сегодня вот наш черёд пришёл. — Заметив сомнение на лице лорда, староста добавил: — Ни дискомётчиков у них не было, ни каких клятых механизмов, всё мечи, копья да тварь из чуди. Последняя огнём кидалась, бандюганы её ещё потом утихомирить никак не могли.

— Чудь? — вдруг заинтересовалась Сильвара.

— Ну да. Такая краснорожая демоноподобная тварь. Здоровущая, с сарай высотой. Если бы не она, мы б отбились, не впервой, а так пришлось драпать. Жаль, не все успели.

Пахор помрачнел.

— Не впервой, значит… — Лорд Лигран так стиснул рукоять катаны, что побелели костяшки пальцев. Марик с беспокойством переступил с ноги на ногу. В таком состоянии от хозяина Одинокой Башни следовало ждать самых необдуманных поступков.

— Да, не впервой, — воинственно ответил Однорукий. Распрямился, плечи расправил. — Как прежний лорд помер, так и началось. Сначала невидимки по дорогам шастать начали да людей убивать, вслед за ними чудь появилась, шваль разбойная завелась и началось… Чтобы простому люду выжить, только на себя рассчитывать и приходится.

Марику дед понравился. Сильный, волевой, много повидавший, такого никакие невзгоды не согнут, никакие убийцы, грабители и насильники. Но вот дерзок он слишком, это да. Так с лордом разговаривать нельзя.

И опять Лигран сумел его удивить.

— Ничего, Пахор. Бардак скоро закончится, недолго осталось, — пообещал он вместо того, чтобы одёрнуть слишком много взявшего на себя крестьянина. И усмехнулся так недобро, что у Лероя по спине мурашки побежали.

— Дай-то боги, ваше могущество, дай-то боги! — ответил старик, но Лигран его уже не слушал.

— Сильвара, сможешь найти следы этих ублюдков?

— Но мой лорд… Нас слишком мало, чтобы… — воскликнула Амазонка, взглядом ища поддержки у Марика. Но что он мог сделать, когда Железный Песок в таком настроении? Вместо ответа Лерой незаметно для лорда развёл руками и закатил глаза.

— Ещё раз спрашиваю: сможешь?! — рявкнул Железный Песок, и больше Сильвара спорить не решилась. Будь она хоть сто раз глазами и ушами лорда Регруша, с таким Лиграном связываться точно не стоило.

— Разумеется, мой лорд, — глухо ответила Героиня.

— Ну так найди мне их! — прорычал Лигран, окончательно забыв про вежливость. В светской беседе он всегда обращался к воительнице на «вы» — вежливо так, обходительно, но при малейших признаках неповиновения вся его культурность слетала, точно шелуха. Получалось резко, жёстко и донельзя убедительно.

Может, окрик сказался, а может, ещё что, но через десять минут отряд уже мчался по лесной дороге, ведомый Амазонкой. И почему-то ни у кого не возникало ни тени сомнений, что налётчики и убийцы не уйдут от возмездия.

Правда, Марик энтузиазма своих бойцов не разделял. Дед говорил о двух десятках разбойников — плохо вооружённых, слабо обученных, только и пригодных, что гонять крестьян, но… Древо подери, их отряд в два раза меньше! Да плюс чудь. Так что взять банду нахрапом точно не получится. Будут жертвы, а если не повезёт, то всё и вовсе плохо закончится.

Оставалось надеяться, что он ошибается.

Однако чтобы выяснить это, пришлось изрядно подождать. Хоть староста и говорил, что лагерь разбойников находится совсем рядом, добраться до него получилось лишь к позднему вечеру. Мерзавцы оказались совсем не дураками и избегали прямых путей, хитрили, накручивали петли вокруг холмов и уходили в непролазные чащобы. Пытаясь распутать следы, отряд сделал столько кругов по лесу, что в какой-то момент Марик уже понятия не имел, где дорога, в каком стороне Храм духов битвы и Одинокая Башня. А ведь он здешние места худо-бедно знал, что уж говорить про остальных. Если бы не Амазонка, они бы точно заблудились.

Сильвара шла по следу не хуже какого-нибудь егеря. Марик не знал подробностей, но вроде бы до того, как стать Героем, воительница долгое время служила сначала в пограничной страже, затем в егерском полку и лишь перед самым Возрождением была переведена в гарнизон замка. Так что опыта у неё было не занимать.

Выделялся на фоне остальных и лорд Лигран. Как только стало понятно, что бандиты двинули в глубь леса, он приказал оставить коней и дальше идти пешком. По кустам и буеракам, продираясь сквозь колючие заросли и сбивая ноги в переплетении корней. И вот ведь какое дело, сколько они ни шли, Железный Песок держался лучше всех. Даже ухитрялся подбадривать отстающих. Кто мог ожидать такого от изнеженного аристократа?

— А ну стой! Огни! — донеслось до Марика гневное шипение Сильвары, и он замер как вкопанный, только теперь заметив три пятна костров, весело пляшущих между деревьями. До цели оставалось метров сто, не больше.

Нашли, чудь их раздери. Нашли! Лерой ощутил, как внутри всё сжалось в ожидании драки. Покосился на Сильвару, но та вела себя как и положено Герою: глаза горят, на лице хищная улыбка, руки уже сжимают оружие, а тело движется с грацией хищного зверя. От воительницы буквально веяло смертельной жутью… и отчего-то это казалось Марику дико соблазнительным.

Проклятье, неужели так вот с ума и сходят?!

Чтобы хоть как-то привести мозги в порядок, тряхнул головой, а затем вовсе отвернулся к Лиграну. Тот выглядел как полная противоположность Амазонки. Спокоен, собран, и лишь глаза выдавали в нём истинного обитателя Адорнии. В них плескалось то самое упоение битвой, о котором с проклятиями вспоминали выжившие после адорнийских атак докты, та вера в победу, что наделяла силой много более могущественной, чем какая-то древняя магия. И что самое важное, эта уверенность передавалась окружающим.

К своему стыду, за размышлениями Марик едва не забыл о деле, сказался недостаток опыта и чересчур быстрое получение новых званий. А вот лорд не сплоховал: не только успел изучить вражескую диспозицию, но и прикинул план действий.

— Сильвара, бери всех наших лучников и двигай к тому пригорку, думаю, лучше позиции не придумать, — сказал Лигран вполголоса, ткнув рукой куда-то направо. — На тебе стрелки и чудь. Я с Мариком и остальными зайду с противоположной стороны…

— Кто начинает? — поинтересовалась Амазонка деловито. Словно и не протестовала против этой авантюры всего несколько часов назад.

— Ты. Мы подождём, пока они на вас отвлекутся, и ударим в спину, — пояснил Лигран. — Если же вдруг что-то не заладится, то уводи своих в лес… И, ради всех богов, не попади под удар чуди!

На последний совет Амазонка лишь фыркнула и спрятала в сумку на поясе небольшой кристалл прайма, переданный ей лордом.

Пока они переговаривались, Марик наконец-то рассмотрел разбойничье гнездо, и результат ему не понравился. Четыре палатки, за ними навес из веток для чуди. Сколько человек прячется под парусиной — не понять, но вокруг костров сидят двадцать три бандита. Вооружены все, конечно, так себе, но и противостоять им будут двенадцать воинов, среди которых лишь один Герой, и два боевых тигра. Не слишком хороший расклад. Вот только, увы, изменить ничего уже нельзя…

На позицию они вышли уже через несколько минут, благо лагерь здесь довольно близко прилегал к границе леса. Незаметно для дозорных ухитрились подобраться к неимоверно разросшемуся малиннику метрах в двадцати-тридцати от ближайшего костра. Больше всего Марик опасался, что чудь учует чужаков или тигры выдадут себя рычанием или звериным запахом, но нет, ветер дул в другую сторону, а хищники вели себя как образцовые егеря.

Пока лорд что-то высматривал у костров, Марик успел перекинуться парой слов с двумя сильнейшими бойцами в его десятке и приказал не отходить от Лиграна ни на шаг. Драка дракой, но об обязанностях телохранителя забывать не стоило.

Сам он нацелился на двух головорезов в добротных кольчугах, шлемах и с приличным даже на первый взгляд оружием. У одного — традиционный адорнийский меч, у другого — ростовое копьё. Такое в деревенской кузне не сделать, здесь нужен мастер. Если большинство разбойников явно вчерашние крестьяне с переделанными серпами и косами, охотничьими луками, то в этих двоих легко узнать ветеранов, отчего-то дезертировавших из армии. Об этом говорило абсолютно всё: то, как они держатся, как смотрят по сторонам, как обращаются с остальными — такое не подделать. А раз так, то и бить их надо было первыми, как самых опасных. Вроде бы всё ясно и понятно, но было что-то ещё, какое-то несоответствие, заставляющее вновь и вновь обращать внимание на копейщика.

— Тоже заметил? — вдруг спросил лорд Лигран, усаживаясь рядом. — У него доктский комплект вооружения. Я даже отсюда ощущаю, сколь мало прайма было вложено в него при создании. Наши мастера так не работают.

— Значит, докты?

— А Древо их знает. Но, что совершенно точно, верховодит в банде именно он. Мечник здесь только для управления чудью…

Что-то ещё лорд сказать не успел: назначенное время истекло, и Сильвара атаковала лагерь. Марик не слишком хорошо ориентировался в талантах и способностях Героев, но первый удар он узнал. Разящий шквал — поток стрел, буквально сметающий на своём пути всех врагов. Шестерых бывших крестьян у дальнего костра выкосило в считанные мгновения. Ещё двоих просто задело, но даже этих царапин хватило, чтобы их движения сильно замедлились. Не отставали и обычные лучники. Каждый успел сделать по паре выстрелов, и пусть не все стрелы нашли цель, ещё четверо мерзавцев не встало с земли.

Неплохое начало! Марик дёрнулся было скомандовать атаку, но Лигран его остановил. Лорд чего-то ждал.

А среди разбойников уже началась страшная суета. Обстрел ничуть не напугал их вожаков, и те ругательствами и пинками наводили порядок среди ватажников. Причём мгновенно стало понятно, что своих главарей бывшие крестьяне боятся гораздо сильнее каких-то стрелков. Не прошло и нескольких минут, как бандиты развернулись в цепь, прикрылись сделанными из лозы щитами и зашагали навстречу летящим из темноты стрелам. И было их несколько больше, чем Марик посчитал вначале — несколько бойцов и вправду пряталось в палатках. Следом за людьми потопала краснокожая чудь, которую мечник едва ли не палкой выгнал из-под навеса. Тварь ярилась, ревела, била кулаками в грудь, но приказы выполняла без промедлений. И что самое поганое, на ней было какое-то подобие доспехов. В подтверждение этого в нагрудник одна за другой ударили и бессильно упали сразу две стрелы.

— Ждём! — выдохнул Лигран, предупреждающе подняв сжатый кулак. В этот момент зачарованная стрела пробила навылет одного из бандитов вместе со щитом и задела второго. Ещё несколько выстрелов добили отставших от товарищей подранков, чем окончательно разъярили остальных. Все рванули вперёд, на бегу грозя лучникам самыми страшными карами. Только тогда лорд махнул: — Наш выход. Погнали!

И сам как тень помчался к врагу, быстро перебирая ногами и словно обтекая коряги и кочки. Марик старался не отстать, но куда там. Разница в уровнях подготовки оказалась слишком велика. Лишь тигры неслись рядом с лордом, возбуждённо порыкивая на бегу. В результате первых трёх разбойников они буквально смели: одного разрубил от плеча до паха Лигран, двух других порвали хищники. А вот со следующими возникли сложности. Головорез технично работал щитом и коротким мечом, из-за чего лорду пришлось сбавить темп и заняться им всерьёз. Впрочем, битва не подходит для поединков один на один. К этому моменту Марик всё-таки нагнал хозяина Одинокой Башни и лично вогнал меч под мышку сосредоточившемуся на защите врагу. Остальные мечники схлестнулись с развернувшимися в их сторону бандитами.

— Жги!!!

Над полем боя разнёсся мощный рык, и Лерой увидел, как один из главарей машет чуди в их сторону. На какой-то миг стало жутко. Зрелище разгорающегося между лапищ твари огненного шара пугало до дрожи в коленях. Марик замер, не зная, как быть, — то ли бежать самому, то ли вытаскивать лорда. И этого мгновения краснорожему чудищу хватило, чтобы метнуть свой заряд. Время словно замедлилось в десятки раз. Косматый огненный сгусток неотвратимо, как сама смерть, полетел прямо в них, и не было ни шанса уйти из-под удара.

Лерою показалось, что он даже ощутил жар на коже, когда лорд Лигран вдруг взмахнул рукой и из сумки на его поясе вылетело нечто вроде тёмно-серого веретена, которое вонзилось точно в центр вражеского снаряда. Результат был и вовсе удивителен. Вместо того чтобы взорваться, огненный шар мячиком отскочил вправо и врезался в группу разбойников.

Жахнуло так, что Марик присел. В стороны полетела земля, горящие обломки и ошмётки человеческих тел. Одним махом накрыло сразу четверых, ещё двоих оглушило, и они быстро стали добычей тигров.

Бандиты оказались в меньшинстве, и лишь наличие чуди заставляло беспокоиться об исходе боя. Видимо, в голову лорду пришли схожие мысли, и он ринулся к монстру почти одновременно с Мариком.

— Сначала мечник!.. с двух сторон!.. разом!.. — рявкнул Лигран на бегу. Марик даже отвечать не стал и принялся забирать влево.

Их приготовления не укрылись от бандита. Что-то крикнув через плечо, он перехватил клинок поудобнее и встал в стойку. Даже усмехнулся этак покровительственно. Мол, идите сюда, трусы! Но такой ерундой Марика было не пронять. Подскочив к дезертиру, он без затей сделал прямой выпад и, когда тот его парировал, рубанул мечом на уровне живота. Будь на месте бандита кто-нибудь другой, на этом драка бы и закончилась, но тот как-то ухитрился увернуться. Даже попробовал контратаковать, однако это его и сгубило. Мимо стрелой промчался Лигран и в два взмаха клинка рассёк ему бедро до кости и пронзил со спины лёгкое.

Головорез ещё стоял, когда Марик и Лигран дружно набросились на начавшую создавать новый огненный шар чудь. И только возникло ощущение, что с ней удастся расправиться так же легко, как Марика сбил с ног один из его собственных солдат. Кажется, это был один из тех, кто дрался с «копейщиком». Судя по многочисленным ранам на теле бойца, своим оружием бандит владел отменно.

А тот уже выбрал новую цель и схлестнулся с Лиграном. Его копьё атаковало лорда словно змея, то стелясь по земле, то выстреливая под каким-нибудь неожиданным углом. Как хозяину Одинокой Башни удавалось оставаться без единой царапины, было выше понимания Марика.

Мимо гигантскими скачками пронеслись тигры. Обогнули сражающихся и оба с рёвом вгрызлись в ноги чуди, чем привели последнюю в неописуемую ярость. Стряхнув с лап незаконченное заклинание, тварь наклонилась и, как молотилка, заработала кулаками.

Бой вступил в финальную стадию.

Не желая оставаться в стороне, Марик торопливо выбрался из-под тела погибшего и кинулся к далеко отлетевшему мечу. Но пока он возился, всё снова успело измениться. И Лигран, и чудь оба расправились со своими противниками и теперь явно собирались схлестнуться друг с другом. У лорда рукав на левой руке окрасился кровью, ноги монстра покрывали рваные раны, но и тот и другой собирались драться до конца. Вот только один был простым человеком, а второй — чудовищем. Силы слишком неравны.

На подмогу к хозяину Одинокой Башни уже бежали солдаты, но уж очень они были далеко. Даже Лерой не успевал вмешаться в схватку, что говорить про остальных. Всё решали секунды, а их-то у них и не было.

Однако в горячке схватки он забыл про ещё одного члена отряда, и та напомнила о себе с присущим всякой Амазонке блеском. С грохотом с неба аккурат промеж рогов чуди ударила охваченная магическим пламенем стрела. Попади она по кому-нибудь менее крепкому, на этом бы сражение и закончилось, но чудь выжила. Облапила окровавленную разбитую голову, принялась истошно реветь и раскачиваться, но не упала, осталась на ногах. Наверное, дай ей время — и она бы оклемалась, но тут воздух рядом с Мариком замерцал, и появилась Сильвара. Удостоив его коротким взглядом, она натянула лук, и Разящая стрела вонзилась в бок монстру. Снова грохнуло, брызнула кровь, полетели осколки рёбер, и теперь уже смертельно раненная чудь рухнула на землю.

— Что, победа? — сказал Марик хрипло, с жадным вниманием наблюдая, как от убитой твари к Героине тянутся струйки прайма.

— Вроде того, — ответила Сильвара, закатив глаза.

Сейчас, окружённая облаком из лёгких фракций прайма, она больше напоминала наркоманку, чем великую воительницу. И Лерой поспешил отойти от неё подальше. В такие моменты Герои порой бывали неадекватны.

Вокруг начали собираться остальные солдаты, со стороны леса послышались возбуждённые голоса лучников. Многие из тех, кто попадался Марику на глаза, были ранены, один боец погиб — его задело взрывом. Но с учётом численного превосходства врага и наличия у него могущественной чуди потери были попросту минимальные.

Марик нашёл взглядом Железного Песка и решительно направился в его сторону.

— Мой лорд, поздравляю вас с блистательной победой! — заявил он громко, но Лигран его словно не услышал. Вместо ответа хозяин Одинокой Башни наклонился над лежащим у его ног раненым «копейщиком» и спросил:

— Ты докт?

Тот промолчал, безуспешно пытаясь зажать льющуюся из раны на груди кровь. Лиграну пришлось ткнуть его концом ножен в бок и повторить вопрос.

— Ты докт?!

Этого хватило, чтобы бандит разлепил глаза и прохрипел:

— Чтоб ты сдох, адорнийская сволочь!

Это усилие забрало последние остатки сил. Он несколько раз дёрнулся, после чего затих. Лигран же повернулся к Марику.

— Ответ понятен. Ещё бы выяснить, где они достали Огнеметателя, но тут ничего не сделаешь — пленных мы не брали. Ведь так? — сказал он и неторопливо направился к разгромленному лагерю.

А Марику вдруг вспомнился разговор с капралом Троттом, который сказал, что такого воина и правителя, как лорд Лучань, больше не будет. Тот, кто займёт его место, будет совсем другим, на него ничуть не похожим… И вот сейчас ему вдруг пришло в голову, что капрал ошибся. Потому как сегодня он ходил в бой с человеком, в котором можно разглядеть отблеск славы старого хозяина. Сегодня он сражался рука об руку с его настоящим наследником, с его сыном. И Древо побери, если это не здорово!

Обнаружив тетрадь с записями лорда Лучаня, Лигран и представить не мог, какое в действительности сокровище попало к нему в руки. Рабочий журнал мага-экспериментатора, ежедневник лорда-правителя, сборник мыслей и перспективных идей — она собрала в себе всё это и многое другое. Настоящая кладовая секретов властителя Гуаньдира. Её просто не могли не искать убийцы и бывший управляющий, но найти повезло именно Железному Песку.

Он бы назвал это немыслимой удачей, но… но владеть дневником было мало, следовало ещё уметь его читать. А вот с этим были сложности. Мало того, что лорд Лучань категорически не желал писать не то что красиво, а хотя бы понятно, так ещё обожал напускать тумана. В ход шло всё: заковыристые аллегории, хитрые намёки, цветистые иносказания. Не шифровались только записи о наиболее важных тратах, что и позволило Лиграну навести порядок в вотчине всяких бумагомарак. Самостоятельно разобраться в учётных книгах он бы точно не смог.

А вот дальше всё оказалось много хуже. Чтобы хотя бы вникнуть в смысл некоторых фраз, приходилось часами крутить их в голове. Та же запись, из-за которой он покинул замок, звучала так: «В доме битв оставлено наследство для близкого духом. Труды не должны пропасть!» И если с «домом битв» всё понятно — речь идёт о храме, то что за «близкий духом», «наследство» и как они связаны с «трудами», даже представить сложно. Следует ли это понимать так, что лорд накопил гигантскую казну и спрятал её у жрецов? Или открыл новые источники прайма, а карту с их местоположением спрятал на алтаре? Древо знает!

Очень хотелось с кем-нибудь посоветоваться, хотя бы с той же Сильварой, но всё упиралось в вопрос доверия. Слишком много секретов и тайн связано с отцом, а значит, полагаться можно только на себя. Или на тех, кого Лигран возвысил сам, да и то с осторожностью. В итоге, чтобы разобраться с непонятным «наследством», не осталось иного выхода, кроме как отправиться в храм лично, плюнув на риск и сильное недовольство Героини Наставника.

Вот только кто же знал, что рядовая поездка выльется в погоню за разбойниками и кровавую схватку?!

Хотя о принятом решении Железный Песок не жалел. И дело даже не в том, что теперь на дорогах его провинции станет чуточку спокойнее, гораздо важнее, что он смог испытать себя в реальном сражении. Нет, разумеется, раньше были и дуэли до смерти, и памятное покушение, но в бой людей Лигран водил впервые, да не просто водил, а спланировал схватку от начала до конца и победил.

Разгром бандитов поднял боевой дух и у его солдат. Пролитая кровь превратила зелёных юнцов если не в многоопытных ветеранов, то уж точно в уверенных в своих силах рубак. И даже один погибший не испортил общего настроя. Потому как если верить Марику, то готовились они к гораздо более худшим вещам.

— Сейчас я бы сделал всё по-другому, — сказал Лигран, когда после ночёвки в разорённом лагере разбойников они всё-таки вернулись к оставленным на опушке леса лошадям и выехали на дорогу. — Слишком много ошибок, так нельзя.

— Мой лорд, разве главное не результат? — возразил Лерой. — А он, по-моему, просто отличный.

Сражение что-то в нём изменило, заставило пересмотреть отношение к Лиграну. И теперь Марик смотрел на лорда как-то иначе, совсем не так, как раньше. В чём именно эта инаковость заключалась, Железный Песок пока ещё не понял, но в том, что она была, не сомневался ни на грош.

— Мне думается по-другому, — Лигран пожал плечами. — Если бы уважаемая Сильвара была не с остальными стрелками, а с нами, и первой своей целью выбрала чудь-Огнеметателя, то итог боя мог быть совсем не таким.

— А мог и не быть, — хмыкнул Марик и покосился на Амазонку. Однако её разговор не заинтересовал, и она продолжала ехать, погружённая в свои мысли.

Воительница была ещё одной головной болью Лиграна. Тайны и загадки сопровождали её с самого отъезда из дома Наставника, и со временем их число лишь множилось. До мозга костей преданная лорду Регрушу, она была непредсказуема и опасна. И пусть Железный Песок нуждался в её силе, глубоко внутри он воспринимал Героиню не как союзника, а как смертельную угрозу. Даже командиром гарнизона назначил лишь для того, чтобы успокоить опасения Амазонки и стоящего за ней Наставника, не дать заподозрить себя раньше времени в какой-то игре. Получилось или нет, он пока не знал…

За этими размышлениями Лигран не заметил, как они сначала вернулись к разорённой деревне, там свернули с тракта и по узкой лесной дороге добрались до конечной цели путешествия — храма. Лишь когда лошади остановились около коновязи, напротив главного входа, он очнулся и огляделся затуманенным взором.

«Дом битв» разочаровывал. Подсознание рисовало высоченные стены из кирпича цвета крови, разноцветные и разновеликие купола, ниши со статуями горгулий и блестящие на солнце латы стражей, но реальность оказалась совершенно иной. Лигран увидел невысокое строение из белого камня с крышей-куполом небесно-голубого цвета, стрельчатыми окнами с цветными витражами, гранитной лестницей и двустворчатой дверью без намёка на стражу. Можно подумать, что здесь располагается не обитель покровителей сражений, а какой-нибудь Храм искусств. Даже обидно.

Паломников снаружи почти не было, лишь неподалёку от коновязи в тени дерева отдыхали трое немолодых бойцов. Потёртая амуниция, не раз чиненные кольчуги, многочисленные царапины на гардах мечей — явно не новички, успели хлебнуть лиха. Но и они желали прикоснуться к святыням. Заметив внимание Лиграна, один из вояк поприветствовал его вежливым поклоном.

— Ладно. Кто хочет, располагайтесь здесь, я же иду внутрь, — сказал он, спешиваясь. Сделал несколько шагов в сторону входа, как его тут же догнали Марик с Сильварой.

— Пожалуй, мой лорд, мы составим вам компанию, — сообщила Героиня, а Лерой поддержал её одобрительным ворчанием.

— Так разве ж я возражаю? — развёл руками Лигран. Хотел ещё поинтересоваться причиной такого интереса — вроде бы Сильвара верила только в Смерть, Великое Ничто и прайм, — но вовремя одумался. Дураку ведь понятно, зачем она идёт в Храм битв, так какой смысл задавать глупые вопросы? Чтобы получить порцию вранья?

Втроём поднялись по ступеням, миновали распахнутые двери. Изнутри храм смотрелся гораздо более серьёзно. Створки внушали уважение своей толщиной, да и отодвинутый сейчас засов обещал при необходимости сдержать даже идущего на штурм горыныча. Сразу после входа начинался неширокий извилистый коридор, где пара бойцов могла отбиться от целого отряда и который затем переходил в галерею со множеством подозрительных отверстий на стенах и потолке. Если пустить через них горючую смесь, газ, кислоту или ещё какую-нибудь замешанную на прайме алхимическую гадость, то сгинут все, кому не повезло оказаться внутри.

Впечатлилась даже Сильвара. Стоило переступить порог, и она как воды в рот набрала. Ни тебе ехидного комментария, ни ироничного хмыкания. Про Лероя даже говорить не стоило. Пусть Лигран авансом и повысил его аж до начальника своей охраны, уровень провинциального парня тот всё ещё не перерос. Деревня! Хотя справедливости ради стоило отметить, что Храм духов битвы в Гуаньдире был единственным в своём роде, и Марик оказался здесь впервые.

Пройдя через ещё одни двери, теперь уже металлические, они наконец-то вышли в громадный зал, который с первого взгляда вызывал восхищение. Расписной сводчатый потолок, резные колонны из розового мрамора, на полу и стенах мозаичные панно со сценами знаменитых сражений. У дальней стены напротив забранного решёткой окна возвышался алтарь с выставленными на нём, как для продажи, катанами. Штук десять, никак не меньше.

Внутри Лиграна шевельнулся рачительный хозяин, который моментально принялся считать, сколько денег было вбухано в строительство. Получалась попросту гигантская сумма. Надо быть настоящим фанатиком, чтобы здесь, в глуши, поставить такой вот «Дом битв».

— Двери обители духов открыты для добрых паломников. Пришли ли вы поклониться святыням или желаете молить наших покровителей о ниспослании воинской доблести? — Лигран не заметил, как рядом оказался жилистый бритоголовый жрец в традиционном воинском одеянии. Сам он носил такое же, быть может, разве что сшитое из более качественной ткани.

Вопрос неожиданно поставил Железного Песка в тупик. Ведь и правда, как объяснить, зачем он здесь? Сказать, что решил наложить лапу на богатство лорда, которое, как он подозревает, здесь хранится? Смешно. Или заявить о своём желании разобраться в том, каким человеком был лорд Лучань? Глупо.

— Я новый хозяин Одинокой Башни, лорд Лигран Железный Песок. И я пришёл за наследством моего отца — Лучаня Непобедимого! — сказал он наконец, краем глаза заметив, как вытягиваются лица Сильвары и Марика. Один лишь жрец остался невозмутим.

— О, даже так. Не думал, что о завещании лорда Лучаня вспомнят так скоро, — ответил он с лёгким оттенком пренебрежения в голосе. Мол, долг долгом, но расстилаться перед всякими мошенниками не собирается. И стоит, улыбается, мерзавец. Ждёт реакции.

Сзади зашевелилась Сильвара, и, чтобы та не наделала глупостей, Лигран исподтишка показал ей кулак. Портить отношения со служителями точно не стоило.

— Труды лорда не должны пропасть! — произнёс Железный Песок со значением. Так, на всякий случай. Особо не надеясь, что жрец знаком с высказыванием Лучаня о Доме битв.

Однако тот явно что-то знал. Иначе почему взгляд его чуточку оттаял, да и сам он перестал напоминать ожившую статую.

— Труды, говорите… Лучань Непобедимый и вправду многого достиг и многого добился. Духи осенили его своей благодатью! — сказал служитель торжественно, после чего вдруг зыркнул на Лиграна и сокрушённо добавил: — Увы, но лишь воистину родственные души способны оценить подлинное величие…

Железный Песок с облегчением улыбнулся. Он всё-таки не ошибся. Что-то здесь было, какой-то секрет в храме отец всё-таки спрятал.

— Вот-вот, о близости духом, а особенно о её связи с наследством я и хотел бы поговорить, — усмехнулся Лигран, спиной ощущая недоумение своих спутников.

Однако он рано радовался.

— Так чего же вы мне голову морочите?! Новый хозяин, наследство… Сразу надо было говорить про испытание лорда Лучаня! Слышите, сразу! — громко возмутился жрец.

На крики в проход за алтарём выглянули два дюжих послушника, но, ничего опасного не обнаружив, скрылись обратно. Их наставник же подскочил к стене, отбарабанил пальцами замысловатую дробь, после чего из открывшейся потайной ниши достал костяной шар. Странная вещица была вся покрыта рунами и буквально светилась от прайма. На всякий случай Лигран сделал шаг назад.

— Лучань Непобедимый весьма серьёзно относился к своим увлечениям и не желал, чтобы плоды многолетних изысканий достались людям, чуждым ему по духу и образу мыслей, — скороговоркой проговорил жрец, сосредоточившись на шаре. Гибкие пальцы нажимали на руны, зажигая и гася разноцветные огни. Наконец, добившись равномерной пульсации, служитель духов довольно ухмыльнулся и неторопливо направился к алтарю. Сделал несколько шагов, а затем вдруг взмыл едва ли не под самый купол на искрящемся золотом диске. Лигран только и успел удивиться, откуда взялась эта игрушка, сильно смахивающая на парящие мечи Громовержцев, как жрец метнул загадочный шар в центр зала.

Железный Песок ждал чего угодно, вплоть до мощного взрыва, но случилось нечто совсем неожиданное. Вся поверхность пола вдруг задрожала, пошла рябью, словно озёрная гладь, в которую и ухнул неизвестный артефакт, камнем уйдя на дно. Секунда, другая — и всё успокоилось, вот только мозаичные узоры неизвестно зачем сменились хаотичным переплетением чёрных и белых дорожек.

— Так вот, чтобы приз получил самый достойный, лорд Лучань подготовил для соискателя испытание, — сказал жрец громко. — Ваша цель, уважаемый Железный Песок, дойти до алтаря. Сможете — приз ваш, ну а нет… — тут он не выдержал и свирепо расхохотался.

Сильвара тронула Лиграна за рукав.

— Мой лорд, только прикажите, и этот почитатель духов мигом спустится вниз, — сказала она безо всякого почтения и показала стрелу с круглой блямбой вместо наконечника. — Если повезёт, то почти целым.

— Он же жрец! — моментально отреагировал Марик. Для него сама идея напасть на служителя звучала дико, и он явно собирался всячески этому мешать.

— А я — Героиня, — хмыкнула в ответ Амазонка, однако этим и ограничилась. Зато Лерой останавливаться не собирался. Он уже открыл рот для возмущённой тирады, но вмешался Лигран.

— Хватит, чудь вас побери! Собачитесь, как докты! — рявкнул он. — В конце концов, именно ради этого «испытания» я сюда и пришёл. Так что либо не мешайте, либо двигайте наружу и ждите там.

Раздражённо отмахнувшись от возражений, Железный Песок подошёл к границе нового узора и окинул его внимательным взглядом.

Вроде бы ничего, кроме расцветки, не изменилось. Никаких следов механических или магических ловушек, всё как прежде. Просто бери и шагай к алтарю, любым путём, каким только в голову взбредёт. Вот только про спрятанные под храмами новых и старых богов смертоносные сюрпризы рассказывают истории одну другой страшнее. И не все из них всего лишь плод фантазии сказителя. Значит, исходить надо из предположения, что внизу всё-таки что-то есть, и надо разбираться с рисунком. Не зря же он стал именно таким…

Итак, для адорнийцев цвет смерти — белый, для доктов — наоборот, чёрный. Логично именно последний и выбрать в качестве обозначения безопасного маршрута, благо чёрных дорожек, ведущих к алтарю, имелось немало. Лигран насчитал их как минимум шесть. Однако лорд Лучань рассчитывал передать «наследство» не просто адорнийцу, а «близкому духом». И значит… значит, в точности повторяется ситуация со спрятанным дневником.

По какой дороге адорниец пойдёт, только сделав сознательный выбор? Правильно, по той, где нет прайма. И таких дорожек аж целых три — две белые и одна чёрная. Ну а с цветом Лигран уже определился.

Преодолев некоторое внутреннее сопротивление, Железный Песок ступил на чёрную, лишённую прайма тропинку. Вроде бы ничего не произошло, и он, успокоенный, бодро зашагал дальше. Плёвое дело. Единственное, за чем приходилось следить, это за собственными ногами. Стоило чуть отвлечься, как они норовили свернуть в сторону. Слишком глубока связь между обитателями Адорнии и праймом, чтобы организм соглашался мириться с его отсутствием…

— А посложней заданий нет? Это какое-то слишком простое, — крикнул Лигран насмешливо, едва поравнявшись с алтарём.

Почти в то же мгновение по полу пробежала новая волна, возвращая ему первоначальный вид, вслед за ней перестал изображать Героя и жрец. Он плавно спланировал вниз, после чего летающий диск исчез столь же незаметно, как и появился.

— Нет, заданий больше нет, — сказал служитель немного раздосадованно. И сделал широкий жест рукой: — Выбирайте приз.

— Не понял? — переспросил Лигран.

— Что тут непонятного? Испытание пройдено, выбирайте награду, — как маленькому ребёнку, принялся объяснять жрец. — Любая из этих катан на алтаре теперь ваша. Бери какую хочешь.

Железный Песок подозрительно окинул взглядом лежащие на алтаре мечи. Как-то иначе ему представлялись «труды» лорда Лучаня.

— И в чём подвох?

— Никакого подвоха… молодой лорд, — сказал жрец елейным голосом, чем ещё больше укрепил Лиграна в его подозрениях. Не зря служитель щурится так довольно, что-то определённо здесь не так.

— Я посмотрю? — попросил он и, не дожидаясь разрешения, взял ближайший меч.

Обнажил клинок и, разглядев узор, от восхищения поцокал языком. Отличная работа мастера, у него на поясе висел качеством хуже, причём сильно. Положил обратно и взялся за следующий. Уже на третьей катане ладонь ощутила даже не тепло, а эдакую приятную тяжесть. Рукоять легла как влитая, необычной формы цуба показалась привычной и едва ли не родной, а всё оружие — продолжением руки. Такого Лигран ещё не испытывал никогда. Меч для него был всего лишь инструментом, пусть дорогим и ценным, но инструментом. Сейчас же он словно обрёл часть себя.

Не обращая ни на кого внимания, Железный Песок сел прямо на пол, положил катану на колени. Провёл двумя пальцами по клинку, затем закрыл глаза и прислушался… Учителя говорили, что настоящий мастер так сливается со своим оружием, что оставляет на нём отпечаток. Его надо лишь почувствовать. Открыть душу духу меча и последовать за ним по тропе Искусства.

Сосредоточившись, Железный Песок глубоко задышал. Вдох — Сила проходит вдоль позвоночника и наполняет чревное сплетение, выдох — и энергетический центр пустеет. Снова вдох и снова выдох, вдох и выдох… Древняя магия, известная людям задолго до Катаклизма и появления прайма, медленно пробуждалась. Наполнились теплом каналы рук и ног, во всём теле появилась неописуемая лёгкость, а сердце словно обернулось в кокон пустоты и спокойствия. Прикрыв глаза, Лигран мысленно потянулся к мечу, нащупал его ауру и постарался слиться с ней сознанием.

Он был готов к неудаче, даже прикидывал, с какой попытки получится достигнуть хоть какого-то результата, но… всё получилось с первого раза. Как по мановению волшебной палочки: взмах, и Лигран словно раздвоился. С одной стороны, он понимал, что по-прежнему сидит у алтаря и держит катану на коленях, но с другой — находился на открытой всем ветрам площадке и работал с клинком. Именно работал, а не танцевал, как любят говорить плохие сказители о великих мечниках. Но делал это с такой самоотдачей, таким погружением в каждое движение, что от внутренней красоты действа захватывало дух. Хотелось только одного — следовать за волей мастера, пытаясь перенять хотя бы крохи чужих умений.

Смена картинки, и вот он уже стоит по колено в воде, фехтуя с очень необычным бойцом. В памяти меча не сохранилась его внешность, зато оружие отпечаталось намертво — Лигран сразу узнал боевую косу. Широкие энергичные взмахи, подсечки, выпады-уколы — соперник отменно владел всем арсеналом приёмов, демонстрируя как пугающую мощь ударов, так и высокую скорость их исполнения. Лорду Лучаню определённо нечего было противопоставить такому напору, и, похоже, он проигрывал.

В своей правоте Лигран убедился совсем скоро. Как-то особенно ловко извернувшись, противник ускользнул от атаки и мощно приложил Непобедимого древком по рёбрам. От резкой боли моментально потемнело в глазах, перехватило дыхание. Продолжать бой стало невозможно.

— Что ж, мой лорд, поздравляю. Сегодня вы дрались со мной практически на равных, — донёсся до Лиграна приглушённый голос. — Ещё несколько месяцев практики — и придёт уже мой черёд отступать.

— Дейрик, лесть тут совсем ни к чему, — ответил Лучань, тяжело дыша. — Сколько ни тренируйся, сколько эликсиров ни выпей, я по-прежнему буду человеком, а ты — Героем. Опытным, сильным, обладающим великим множеством талантов.

Новость едва не заставила Лиграна потерять сосредоточение. Герой?! Лучань дрался с Героем?! С сильным, умелым, вооружённым боевой косой… С Душеловом?!

— Ну, с этим не поспоришь, — Бессмертный воитель издал тихий, шелестящий смешок. — Твоими стараниями я и вправду изменился. Теперь бы ещё моих коллег подтянуть до пристойного уровня, и можно будет говорить об успехе.

— Да чего уж там… Великом успехе, мой смертоносный друг! — сказал Лучань многозначительно. Тему о развитии других Героев он поддерживать не стал. — Великом!

Лигран мысленно поморщился. Звучание отцова голоса ему не понравилось. Да и вообще… слишком много пафоса и самолюбования. Могучий воин и талантливый мастер, далеко зашедший по тропе познания искусства магии, он может и должен гордиться своими достижениями, но, чудь побери, всему есть предел. Слияние с клинком позволило прикоснуться к переживаниям и чувствам Лучаня, к тому, что таилось у него внутри, и то, что Железный Песок узнал, его не впечатлило.

Пока он размышлял о характере лорда, тот вышел на песок, положил меч на походный столик и принялся возиться с ящичком из чёрного дерева со сложным серебряным узором на крышке. Нажал на потайные кнопки по бокам, сдвинул несколько завитушек, и невидимый замок открылся с тихим щелчком. Внутри в четырёх отделениях обнаружились самые обычные вещи, не подходящие для столь богато отделанной шкатулки: череп грызуна на тонкой засаленной верёвке, кольцо лучника, женский пояс для чулок и курительная трубка.

От неожиданности Лигран оторопел. Древо, да он отказывался верить своим глазам, потому как лорды хранят подобную дрянь только в одном случае — если это каталисты. И если это всё правда, то… От возбуждения Железного Песка залихорадило, а в таком состоянии ни о каком трансе не могло быть и речи. Цвета и краски начали блекнуть, стихали звуки. Он возвращался в собственное тело.

— Ты по-прежнему настаиваешь на отправке каталистов в храм? — словно сквозь войлок донёсся до него голос Дейрика Душелова.

— Да, у меня какое-то нехорошее предчувствие. А там они будут в гораздо большей безопасности, чем в замке, — ответил Лучань, и это было последнее, что услышал Железный Песок.

В голове всё закрутилось, его потянуло куда-то вверх и в сторону, на миг пронзила сильная боль, и… он очнулся на полу храма в обнимку с катаной отца. Неясное ощущение заставило полезть в сумку на поясе за хранящимся там кристаллом прайма, однако вместо него рука нашарила лишь стеклянное крошево. Слияние вытянуло всю энергию.

— Ничего себе фокус, — пробормотал Лигран и осторожно поднялся. Тело затекло, мышцы кололо тысячей иголок и плохо слушались конечности, но ни это, ни потеря кристалла не могли испортить ему настроения. Если видение правдиво, то он готов заплатить за него и много большую цену.

Лигран пошатнулся, но выскочивший из-за спины Марик вовремя подставил плечо и не дал упасть.

— Благодарю, — пробормотал Лигран. — Дальше я сам.

Впрочем, последние слова не были бравадой. Организм очень быстро восстанавливался после транса, и уже через десяток секунд Железному Песку перестала требоваться помощь. Зато неожиданно вспомнилось, что помимо него самого и Лероя в храме есть и другие люди.

Он огляделся и с проклятиями направился к спорящим в голос жрецу и Сильваре. В его «отсутствие» Героиня не нашла ничего лучшего, кроме как сцепиться со священником. Хорошо хоть только на словах.

До него донеслись отдельные реплики.

— Ещё раз спрашиваю, какого демона он там сидит?! — кричала воительница.

— А я ещё раз повторяю, что не дело всяким девкам лезть в отношения между воином и его клинком. Как лорд очнётся, так сам всё и расскажет. Если захочет, — раздражённо отвечал жрец.

— Да плевать мне на эти идиотские отношения! Я хочу знать, что за дрянь творится вокруг проклятого наследства! Слышишь?! Я! Хочу! Знать! — продолжала женщина, едва не срываясь на визг.

Лиграну показалось, что она не сдержится, сорвётся и от души врежет служителю по морде. Чем не просто испортит отношения со жречеством, но и поставит под угрозу их жизни. Всё-таки сам священник — воин не из последних, терпеть побои не станет, да и бить отмеченных повелителями сражений в их собственном храме чревато самыми неприятными последствиями. Так что вмешался он вовремя.

— Зачем так кричать, уважаемые? — сказал Лигран громко. — Всё в порядке, никто не пострадал.

Не успел он договорить, как Сильвара тут же забыла о жреце и переключилась уже на него.

— Как вы, мой лорд? — с явно наигранным беспокойством спросила она. — Этот о каком-то слиянии бормочет, Марик столбом стоит, а я даже толком понять не могу, что происходит… Да и вообще, как вы могли так рисковать?! Вы же лорд! У вас для этого мы есть.

Лигран сдержал усмешку. Из-за чего именно женщина волновалась, он услышал собственными ушами, так что словами его не пронять. Но озвучивать свои мысли он не стал.

— Да какой там риск? Я вступал в права на своё наследство, так ведь было сказано, — произнёс он вместо этого, повернувшись к жрецу. Тот медленно кивнул, не отрывая от Лиграна задумчивого взгляда.

— И как? — поинтересовалась Амазонка не без сарказма. — Вступили?

— А как же, — хмыкнул Железный Песок. Покрутил катану в руках, затем спрятал её в ножны и повесил на пояс с другого бока. — Только вот наследство получил далеко не всё…

Священник вильнул глазами.

— О чём вы, мой лорд?..

— Где шкатулка, которую принёс Дейрик? — спросил Лигран ледяным тоном, отбросив ненужные экивоки. Краем глаза он заметил, как вздрогнула Сильвара при звуках имени Душелова, но оставил это без внимания. Сейчас важно другое. — Лорд Лучань её ведь с Героем передал?

Железный Песок настроился на долгий скандал, однако что-то доказывать и требовать не понадобилось. Жрец уже узнал всё, что хотел.

— Ф-фух… Ну слава духам, думал, это никогда не закончится! Слишком много прежний владыка Гуаньдира накрутил вокруг наследства. Всех врагами считал, даже мне до конца не доверял, но уйти, не передав дело своей жизни достойному преемнику, боялся. Вот и изгалялся, как мог. А мне отдувайся, — выдал на одном дыхании жрец, после чего хлопнул по неприметной кнопке на алтаре. Откинулась замаскированная крышка, и в неглубокой нише Лигран увидел ту самую шкатулку из видения. — Забирайте своё добро, и закончим на этом.

Сильвара сунулась было первой схватить ящичек, но не успела: Лигран её опередил. После чего сразу прижал шкатулку к себе, ясно показав окружающим, что доверять свой приз кому-либо не собирается. Его так и подмывало проверить содержимое, но пришлось сдержаться. Всему своё время. Главное — он добился своего, поездка оказалась не столь уж и «бестолковой», как предупреждала его Сильвара. Всё указывало на то, что Железный Песок нашёл-таки подход к исполнению поручения Наставника. И пусть даже ответ на вопрос, кто убил лорда Лучаня, он не найдёт, почему это случилось, узнает совершенно точно. Хотя бы от того же Душелова. Не зря же тот был столь близок к отцу.

Но это всё потом… Пока же будет неплохо просто поговорить со жрецом. И желательно без посторонних ушей! Лигран перехватил жадный взгляд Сильвары, которая от любопытства едва ли не приплясывала на месте, и понял, что последнее как раз выполнить будет сложнее всего.

Возвращение в Одинокую Башню прошло без неприятностей и происшествий. Не было ни нападений разбойников, ни встреч с жалобщиками-селянами, ни опасных магических выкрутасов — не было ничего. Словно бы вернулись прежние времена, когда в Адорнии царили мир и порядок. Красота.

Только Лигран, как показалось Марику, выглядел немного разочарованным. Молодой лорд был большим поклонником воинского искусства и безмерно радовался всякой возможности применить свои навыки на практике. И тут вдруг такая неудача… Говорят, его родной отец был таким же.

Подтверждение слухов о родственных узах, связывающих лорда Лучаня и Лиграна, поначалу хоть и удивило Марика, но очень скоро перестало казаться чем-то невозможным. Слишком уж они похожи, чтобы это могло быть простым совпадением. Единственное отличие, которое бросалось в глаза, это поистине доктская рассудительность Железного Песка. В драку молодой мастер не лез сломя голову, а предпочитал сначала подумать и всё взвесить. Непобедимый же, по рассказам, славился своей страстностью и азартом. За что, в общем-то, и поплатился…

Особенно сильно похожесть лорда Лиграна и его отца проявилась в Храме духов битвы.

Как и многие воины Гуаньдира, Марик всегда с большим уважением относился к жрецам Дома битв. Те, как никто другой, знали солдатскую долю, сами не чурались оружия и первыми шли в бой с врагом. В общем, были ему понятны и близки. Когда же пожалованные храму клинки лорда Лучаня приобрели чудесные свойства, слава о столь удивительном месте прокатилась по всей провинции. Туда потянулись люди… Хотя что люди, Марик и сам собирался заглянуть при случае. Поэтому желание молодого лорда посетить святилище немало его обрадовало. Как же, Железный Песок разделяет веру простых бойцов.

Но всё оказалось гораздо сложнее, чем представлялось на первый взгляд. Марик до сих пор не мог забыть сцены в храме, где Лигран как орешки щёлкал задания настоятеля. Там, где всё казалось просто и понятно, Железный Песок ухитрялся найти скрытый подвох. Словно именно он и был тем самым человеком, который создал все эти мозголомные проверки.

А чего стоило его слияние с мечом? Лерою о таком только слышать приходилось. Столь глубоко познать оружие не у всякого мастера получается, а молодой лорд смог. Даже священник впечатлился. Шкатулку, опять же, какую-то вручил…

Марик немало фантазировал о тех сокровищах, которые мог оставить в богато украшенном ящичке прежний хозяин Одинокой Башни. Золото? Драгоценности? Кристаллы прайма? Даже ему интересно до жути, а уж что творилось и творится с Сильварой…

Большую часть пути до замка воительница осаждала лорда, раз за разом возвращаясь к теме наследия Лучаня. При каждой удобной возможности она заводила разговор о красивой отделке шкатулки, необычных узорах и отсутствии замков. Но Лигран словно не замечал устроенного Героиней ажиотажа и очередной всплеск её энтузиазма встречал со спокойствием каменного изваяния, позволяя себе лишь лёгкую полуулыбку. Однажды даже дал Амазонке подержать ящичек в руках, и лишь когда Сильвара убедилась, что крышка не открывается, забрал его обратно. Ломать таинственную вещицу Железный Песок категорически отказывался.

Сильвара на время затихла. И только когда после возвращения в Одинокую Башню Лигран решительно направился к себе в кабинет, она вновь стала настойчиво предлагать свою помощь. И Марика позвала для поддержки. Мол, раз они втроём были в храме, то втроём и ящик вскрывать надо. Да и вообще, мало ли какая дрянь там внутри хранится… Однако Лигран остался непреклонен и выставил обоих за порог, приказав до вечера не беспокоить. И захлопнул перед ними дверь.

Очередной отказ просто неимоверно разозлил Сильвару. Побелев как полотно, она выдохнула короткую тираду, сплошь состоящую из самых грязных ругательств. Потянулась к ручке, но в последний момент опомнилась и отступила в коридор. Уже оттуда угрожающе посмотрела на Марика.

Вот только вызвала этим у Лероя совсем не ту реакцию, на которую рассчитывала. Он и сам не понимал, что заставило его сказать те слова, сказать которые он не решался все последние недели.

— Уважаемая Сильвара, раз уж нас предоставили самим себе, то может… пообедаем вместе? — выдал Марик, изобразив свою самую лучшую улыбку. Принявшая прайм, конечно, это не девчонка с соседней улицы, но и не бездушный механизм доктов. А значит, должны работать и давно освоенные навыки соблазнения.

— Что? — переспросила воительница, нахмурившись. — Пообедать?

— М-м-м, ну да, — Марик неопределённо помахал рукой. — Отдохнём с дороги, перекусим, поболтаем. Можно сказать слугам, чтобы накрыли стол в малой столовой, но я бы предложил сходить в трактир. Говорят, тамошний повар обалденно готовит форель…

— Парень, ты что, пытаешься за мной ухаживать? — перебила его Сильвара.

Тон, каким это было сказано, сильно не понравился Лерою. Начали закрадываться подозрения, что оказывать знаки внимания Героине несколько сложнее, чем казалось на первый взгляд.

— Почему сразу ухаживать, пока предлагаю просто отметить возвращение в замок, — протянул он, затем приблизился к воительнице и добавил: — Хотя идея с ухаживаниями мне тоже нравится.

— Да неужели? — делано удивилась Сильвара.

Положила руки на пояс и выпрямила спину так, что ткань топа обтянула идеальной формы грудь. Во всяком случае Марику, от которого не ускользнула ни одна деталь, показалось именно так. От такой демонстрации он даже растерялся немного, а когда нашёлся, что сказать, Амазонка вдруг обидно засмеялась.

— Увы, милый, я предпочитаю мужчин другого типа, — сказала Сильвара пренебрежительно. — И тебе до них ещё расти и расти.

Нельзя сказать, что Марик был таким уж бабником, но нужный опыт имел. И до службы погулять успел, и во время. Однако ни к кому ещё он не испытывал такого влечения! Причём умом он прекрасно понимал всю сложность своего положения, особенно в свете непростых взаимоотношений Амазонки и Лиграна — Лерой как-никак начальник охраны, а значит, эти проблемы касаются и его самого, — но ничего поделать не мог. Слишком яркой женщиной была Сильвара, чтобы он мог просто так выкинуть её из головы.

И вот теперь, когда он решился-таки сделать первый шаг, получать отказ? Да к тому же ещё произнесённый с таким пренебрежением? Чудь всё побери, просто так он не отступит!

— Нужно расти?! А, понял… Тянуться к идеалу и всё такое, — произнёс Марик мрачно. — Может быть, тогда приведёшь пример достойного тебя мужчины? Чтобы знать, к чему стремиться…

— Зачем слова, когда можно просто показать? — хмыкнула Сильвара.

До Лероя ещё не дошёл смысл её слов, как Амазонка текучим движением охотящегося хищника сократила разделявшее их расстояние, схватила его за горло и подняла в воздух. Он даже пикнуть не успел, а ведь считал себя хорошим бойцом. Пусть не уровня лорда Лиграна, но хорошим. И вдруг такая неожиданность.

— Мне нужен кто-то, кого я не смогу вот так вот взять, — сказала воительница, безо всякого напряжения держа Марика на вытянутой руке, — и бросить, как кутёнка. Понятно?

Лерой полетел на пол, однако хотя бы тут не сплоховал и по-кошачьи упал на четвереньки. Сильвара, не иначе как ожидавшая, что парень грохнется как мешок с яблоками, лишь пренебрежительно фыркнула, поправила чёлку и стремительно скрылась в коридоре.

— Какое неожиданное окончание разговора, — пробормотал Марик, других слов у него не нашлось.

Лихой кавалерийский наскок завершился полным разгромом. И без того обидный отказ оказался облачён в столь унизительную форму, что он даже не знал, как реагировать. Вроде бы надо вспылить, разозлиться, но… проклятье, ведь страсть к этой женщине так и не утихла! Наоборот, он лишь утвердился в желании добиться её расположения. А вот когда поставленная цель будет достигнута, тогда можно будет вспомнить и о былых обидах. Или, наоборот, забыть о них, как о дурном сне…

После этого случая к Сильваре Марик больше не приставал и к «разговору» не возвращался. При встрече вежливо кивал, улыбался, обсуждал рабочие моменты — в общем, вёл себя так, словно ничего особенного между ними не случилось. И Амазонка его в этом полностью поддерживала. Были, правда, некоторые опасения, что размолвку между Героиней и начальником своей охраны заметит лорд Лигран, но обошлось. Железный Песок так загрузил себя работой, что попросту перестал интересоваться всем, что творится вокруг. Вместе с ним задвинул переживания на задворки сознания и Марик. Да и как иначе, если хозяин Одинокой Башни с присущим ему энтузиазмом взялся разматывать тот клубок интриг, что остался ему после отца и прежнего управляющего?

…Всё началось с новых допросов слуг. Лорд по очереди вызывал в кабинет каждого обитателя замка и в присутствии Марика, пары солдат и писца расспрашивал о дне гибели Лучаня Непобедимого. Вот только если в прошлый раз, во время поисков казнокрадов и воров, от напуганных неизбежными репрессиями людей нельзя было лишнего слова добиться, то теперь, после казни управляющего, работать стало много проще. Главное — задавать правильные вопросы да записывать ответы. Ещё бы отсебятины было поменьше, совсем бы было хорошо!

Ну как, как можно нарисовать картину случившегося, если один говорит, что Одинокую Башню громили докты, другой верит в адорнийцев с оружием доктов, третий настаивает на бунте Героев, а четвёртый бормочет про таинственного мага и гнев древних богов?! Впрочем, единственного сторонника последней теории лорд Лигран приказал уволить, сказав, что может смириться с врунами и фантазёрами, но с идиотами — никогда. И Марик не мог с ним не согласиться. Что до него самого, то он верил в доктский след. Причём не в силу каких-то неопровержимых фактов, а просто потому, что ему так удобнее было думать. «Железячники» — враги старые, известные, на них и надо остановиться. Если же копать слишком глубоко, то можно найти что-нибудь совсем уж неприглядное. Например, то, что великого бойца и знатока Искусства в разгар войны убили наймиты соседей-лордов или того хуже… королевы. Не зря же капрал Тротт упоминал когда-то про вражеских лазутчиков, которые регулярно ошивались вокруг Одинокой Башни в былые, гораздо более спокойные времена.

Правда, мысли свои Лерой не озвучивал, примерно представляя, куда длинный язык может завести и насколько сильно его могут укоротить. И даже на прямые вопросы лорда Лиграна лишь пожимал плечами.

Вот только, как очень скоро выяснилось, у Железного Песка был свой взгляд на случившееся. И ему нужно было найти лишь подтверждающие его факты.

— Ну что ж, думаю, с опросами свидетелей можно закончить. Тема себя исчерпала, всё, что можно, мы из неё выжали, — подвёл итог двухдневной работе лорд Лигран. — С точностью до минуты восстановлена схема штурма, есть описания боёв… Пусть довольно дурацкие, но всё-таки есть… Вдобавок ко всему отсеялись откровенно безумные идеи и предположения. Теперь надо подойти к проблеме с другого конца. — Хозяин Одинокой Башни хищно улыбнулся и подмигнул Марику. — И займёшься этим лично ты.

С Марика моментально слетела маска спокойствия и вежливого внимания.

— Мой лорд, прошу меня простить, но я не понимаю, — сказал он осторожно.

— О, да тут всё просто… Расслабься, — ответил лорд с тихим смешком. — Имя Щепин Кривой тебе о чём-то говорит?

— Говорит, но я не понимаю, при чём здесь этот бандит? — Марик не скрывал удивления. Имя контрабандиста, держателя крупного воровского притона и просто авторитетного в воровских кругах человека в городе было известно многим, но каким боком оно относится к гибели лорда Лучаня?!

— На него указал прежний управляющий. И назвал исполнителем заказанного им убийства лорда Лучаня, — сообщил Лигран, с интересом наблюдая за реакцией Лероя.

— То есть как это «заказанного им убийства»? — переспросил Марик с глупым видом. — Он вроде как проворовался, а как его за руку поймали, на вас напал. Плюс про предательство Адорнии что-то было…

— Древо! Совсем забыл, что эту часть истории я до общественности не доводил, — сказал Железный Песок, поморщившись. — Впрочем, там и говорить-то нечего. Румест захотел убрать плохого лорда и нанял для этого городских бандитов. Причём бандитов, которые не имели привычки маскироваться под доктов.

— Ясно, — пробормотал Марик. — Хотя я бы на их месте, наоборот, столь громкую акцию постарался бы списать на «железячников». Война, диверсионные группы, охота на лордов… Всё очень логично.

— Ну а кто спорит? — хмыкнул Лигран. — Однако без Щепина правильный ответ не узнать…

— Да, но… не поздно ли? После смерти управляющего этот головорез просто обязан затаиться или того хуже — рвануть из города, — сказал Лерой недоумённо. Нет, понятно, что до этого у молодого лорда просто не было людей, на которых он мог положиться и которые могли выполнить этот его приказ, но… Спираль Тотоола, всё равно неправильно!

— И снова ты прав, — кивнул Железный Песок. — Вот только если бы ты более внимательно слушал, о чём говорили слуги на допросах, то знал бы, что у одной дамочки на замковой почтовой станции есть поклонник, с которым она встречается каждые выходные и которого зовут… правильно, Щепин Кривой… Красавица по ба-альшому секрету и с условием никому не говорить растрепала это половине замка.

— И судя по вашему довольному лицу, мой лорд, встречи продолжаются до сих пор? — спросил Марик, уже заранее зная ответ.

— В яблочко, как сказала бы наша бессмертная любительница стрельбы из лука, — воскликнул Лигран и пару раз вяло хлопнул в ладоши. — Ну что, теперь задачу понял?

Марик кивнул и, понимая, что разговор подходит к концу, поднялся из-за стола.

— Ну тогда за дело, — сказал Железный Песок, подтвердив его ожидания. Молча дождался, когда Лерой подойдёт к двери, и уже в спину добавил: — И ещё, Сильвару не привлекай. У неё и своих забот полно, не стоит добавлять новые. Хорошо?

Марик лишь молча отдал честь и покинул кабинет. Упоминание Амазонки больно царапнуло сердце, однако ему было не до переживаний. Как-никак это его первая самостоятельная операция, и провалить её он не имеет права. Тут есть о чём поразмыслить. И лишь об одной вещи он изо всех сил старался не думать — о странной просьбе лорда насчёт Сильвары. Очередное подтверждение того факта, что симпатичная тебе женщина и принявший твою клятву лорд едва ли не враждуют, слишком сильно портило настроение…

Само задание совсем не казалось Лерою чем-то сложным. Дом, где живёт воровской авторитет, известен, личность любовницы тоже известна, так о чём беспокоиться?! Тут и надо-то лишь всё хорошенько подготовить да толково организовать, благо, как это сделать, мысли имелись.

И начал он, разумеется, с возлюбленной Щепина — работницы почтовой службы Релины Норы. Взял пару ребят из тех, у кого рожи пострашнее, вооружил их самыми жуткими на вид инструментами из набора замкового лекаря да и пригласил дамочку в дальнюю башню для беседы.

Эффект был потрясающий.

Едва Релина переступила порог и разглядела с любовью подготовленный Мариком реквизит, как из смазливой девицы она превратилась в ревущую белугой замухрышку, которую оклеветали, очернили и опорочили «злые завистники». Он даже растерялся на какое-то мгновение от такого напора, однако быстро взял себя в руки и принялся обстреливать Нору вопросами. Где сейчас Щепин Кривой, сколько у него охраны и когда у неё с ним очередное свидание…

— Так вам Щепинчик интересен?! Так бы сразу и сказали, а то пугаете бедную девушку, — воскликнула Релина, мгновенно успокоившись. Вытерла слёзы, поправила волосы и призывно улыбнулась Марику. Словно не она сейчас выла и убивалась, а кто-то другой, совершенно ей не знакомый. — Я давно с этим бандитом порвать собиралась, да всё боялась его. Вдруг озлится и убьёт?! И тут вы спрашиваете… — затараторила она, но, перехватив бешеный взгляд Лероя, испуганно ахнула и заговорила уже по существу: — Ах да, где Кривой… Так или дома сидит, или в кабаке куролесит, больше и негде. С ним всегда двое парней… здоровых таких, сильных… охраняют. В доме ещё третий живёт, навроде садовника. Да только бандит он, уж я-то знаю…

— А с тобой когда встречается? — проронил Марик.

— Завтра с утра ждёт. Обещал на торговые ряды со мной сходить и подарок какой купить, — на словах о подарке девушка вновь начала всхлипывать.

Но Марика таким было не пронять. Стоило только представить, сколько таких вот Релин и Нор живёт по всему миру, которым достаточно одного лишь намёка на угрозу их благополучию, чтобы стать предательницами, как вся жалость моментально улетучивалась. Стервы! Что ж, в кои-то веки подлость послужит благородному делу.

— Тогда сделаем так… — сказал он не терпящим возражения тоном и принялся короткими рублеными фразами объяснять, какого рода помощь потребуется от девушки. Релине не оставалось ничего иного, кроме как кивать в нужных местах и поддакивать. Те крохи стыда, что беспокоили Марика во время подготовки спектакля с палаческими инструментами, безвозвратно исчезли.

…Следующее утро на лужайке перед домом уважаемого Щепина началось с появления небольшой брички, из которой вышли двое: сильно хромающая Релина Нора в фиолетовом с розовыми вставками платье и Марик в красных штанах и красной же рубахе, тёмно-синем камзоле и с лицом, изукрашенным цветными полосами на манер Амазонок. Лерой демонстративно опирался на невзрачную серую трость, не забывая при этом галантно поддерживать девушку под руку.

Стоило ступить на землю, как Релина направилась было в сторону входа в старый двухэтажный дом, в котором и жил, по слухам, Щепин, но Марик незаметно её придержал.

— Не спеши, — сказал он, в ответ на её недоумённый взгляд. — Надо осмотреться сначала…

Останавливаться посреди дороги, конечно, не лучшая идея, но иного выхода не было. Ещё хуже соваться в воровское гнездо без поддержки. Марик сделал вид, что отряхивает камзол, стараясь незаметно поглядывать на угол соседнего дома. От волнения начало казаться, что случилось нечто непредвиденное и бойцы опаздывают, но он ошибся. Одна за другой в канаву около дороги нырнули четыре фигуры. Теперь осталось дождаться, когда они подберутся к самому входу, и тогда можно будет начинать работать…

— Релина, это ты, что ли? Чего застряла, не заходишь? Или дорогу забыла?!. Ба-га-га! — неожиданно проревел волосатый красноносый мужик, показавшийся на миниатюрном балкончике рядом с дверью. — И что за хмырь рядом с тобой, а?!

Марик напрягся. Если здоровяк увидит сверху штурмовую группу, то весь план накроется медным тазом.

— Это Дудель, охранник Щепина, — тихо сказала Релина и уже громче добавила: — Да вот, упала и ногу подвернула, думала, не дойду. А этот добрый господин согласился подвезти. — В голосе Норы послышались плаксивые нотки. — Впусти нас, а? Я к Щепину хочу…

Даже с улицы было видно, как перекосило Дуделя. До слуха Марика донеслись приглушённые ругательства и нечто вроде пожелания смазливым бабам сдохнуть в доктском аду, где они не смогут крутить мозги правильным мужикам. После чего охранник сплюнул и скрылся внутри.

Ну и слава Спирали Тотоола! Значит, ничего не заметил. Лерой облегчённо вздохнул и подтолкнул девушку в сторону входа.

— Вот теперь идём!

Нора вздрогнула, как-то потерянно на него оглянулась, после чего тряхнула чёлкой и решительно двинулась вперёд. Хорошо хоть не забыла, что хромать должна, не то вся их и без того шитая белыми нитками конспирация окончательно полетела бы.

Марик представил, в каком напряжении сейчас замерли засевшие в канаве бойцы. У него самого поджилки подрагивали, а каково другим? Ведь их с Релиной роль достаточно проста: вынудить хозяев дома открыть поистине монументальную дверь и не дать её захлопнуть хотя бы десяток-другой секунд, а вот засевшая в канаве четвёрка должна успеть одним рывком преодолеть расстояние до входа и ворваться внутрь. И если они замешкаются, то в лучшем случае придётся устраивать полноценную осаду здания, а в худшем — бандиты успеют отправить их с Норой к предкам.

А ведь есть ещё и вторая группа, которая должна блокировать чёрный вход и выходящие на задний двор окна. Ну как кто из них ошибётся и всё испортит?! Волнения, волнения…

Релина только протянула руку, чтобы постучать кольцом, как загрохотали отодвигаемые засовы, и дверь открылась. Показался Дудель, только теперь он выглядел совсем по-другому. Кожаную безрукавку на голое тело сменила старенькая кольчуга с поддетым под неё чехлом и ржавый шлем. В руках охранник держал внушительную, утыканную гвоздями дубину.

— Помог, говоришь? — Дудель злобно осмотрел Марика сверху донизу, мазнул взглядом по Норе, после чего немного посторонился, освобождая проход. — Ну раз так, то проходите, гостями будете…

У Лероя появилось плохое предчувствие, очень плохое. Что-то было не так. Но пока он лихорадочно пытался сообразить, что именно, Релина уже переступила порог и… мышкой юркнула за спину Дуделя. Тот же словно только того и ждал — свирепо оскалился и махнул самодельной палицей, метя Марику в голову. Однако рефлексы не подвели, и Марик упал на колено, пропуская страшное оружие над собой, одновременно с этим сделал выпад зажатой в руке тростью. Теперь уже пришёл черёд Дуделя уходить от атаки. Впрочем, тот мудрить не стал: просто отшатнулся в глубь здания и попытался захлопнуть дверь.

А вот шиш тебе, чудьин выродок! Замковые оружейники, спрятав внутрь трости стальной прут, превратили хрупкую игрушку в простое и надёжное оружие, которое легко выдержало встречу с тяжёлой створкой.

— Это солдаты лорда! Щепин, любовь моя, спасайся!!! — До слуха Марика донёсся удаляющийся визг Релины. Стерва всё-таки его обманула. Зря он называл её предательницей. Хотя… ей же хуже!

Марик изо всех сил навалился на дверь, мысленно отсчитывая секунды. Главное — продержаться и не дать её захлопнуть! А там подоспеют парни, и дело, считай, в кармане.

— Именем лорда, немедленно откройте! — заорал он на всякий случай. Мало ли, вдруг сработает?!

— Ага, сейчас, только лысину отполирую! — глухо прорычал Дудель в ответ и тоже усилил нажим.

Некоторое время они боролись друг с другом, но долго так продолжаться не могло. Громила неожиданно изловчился и ногой выпихнул трость из прохода, разом лишив Марика единственного его преимущества. Затем налёг на створку. Наверное, он бы всё-таки смог её закрыть, однако подоспевшие солдаты вновь изменили ситуацию.

— Навались дружно, ну!!! — рявкнул Марик. Под дружным напором дверь наконец подалась, и матерящийся Дудель отступил в глубь дома.

— Бросай оружие! Руки в гору!!! На колени!! — в несколько голосов заорали бойцы, и пара самых шустрых ринулась вперёд, оттерев Лероя в сторону. Одновременно с этим из дома донёсся звук бьющегося стекла, и завопила Нора.

Внутри что-то происходило, а они всё ещё топтались на пороге. Марик только собрался было поторопить замешкавшихся штурмовиков, как у него на глазах проклятый Дудель вмазал одному из солдат дубиной по шлему — тот моментально рухнул как подкошенный, — а другого пнул между ног, да так, что бедолагу аж подбросило.

— Бездари! — зарычал Марик и одним прыжком перемахнул через упавших бойцов.

Дудель встретил его взмахом своего грозного оружия, но промахнулся. Лорд Лигран последнее время часто тренировался с Лероем, так что его навыки заметно отличались от уровня остальных солдат. Так просто его было не взять. И пока охранник Щепина пытался справиться с инерцией дубины, Марик сжал в кулаке кастет и с разворота врезал ему в челюсть. Под костяшками что-то хрустнуло, и Дудель зашатался.

— Да падай же ты, тварь, падай!!! — надсаживаясь, заорал Марик и несколько раз повторил удар.

Лишь после этого глаза здоровяка закатились, и он рухнул рядом с поверженными им противниками.

— Так! Ты остаёшься с ребятами, а ты идёшь со мной! — бросил Лерой, по очереди ткнув пальцем в оставшихся на ногах бойцов, и, дождавшись кивков, двинул в глубь дома.

Судя по звукам, там вовсю шёл бой, и следовало поспешить. Они и так задержались больше необходимого. По пути, не сбавляя шага, Марик подхватил дубинку Дуделя. Для него игрушка была, конечно, немного тяжеловата, но что делать, глупо соваться в воровское гнездо без серьёзного оружия. Кастет не в счёт.

Покинув прихожую, Лерой сначала заглянул на кухню, затем в гостиную и пару кладовок, однако никого не нашёл. Лишь в конце коридора было разбито окно и в сторону лестницы на второй этаж вели следы крови. Кого-то здесь неплохо зацепили. Уже поднимаясь по ступенькам, он увидел и раненого, который привалился к стене и бинтовал правое бедро. Увы, но это был один из его собственных бойцов.

Тут снова закричала Релина, и притормозивший было Марик понёсся на второй этаж. На лестничной площадке свернул в небольшую проходную комнату, а оттуда в хорошо освещённый зал, откуда и доносился шум. Основная битва проходила именно там. Подтверждая этот вывод, из комнаты прямо под ноги Марика вывалилась пара сцепившихся, точно дворовые псы, бойцов. Оба были без оружия и просто пытались задушить друг друга, отдавшись этому со всем пылом чистокровных адорнийцев. Это, конечно, мало походило на красивую схватку мастеров меча или поединок магов-виртуозов, однако такова реальность. Настоящие бои скоротечны, кровавы и безумно жестоки. Словно подтверждая этот вывод, воин Лероя изогнулся и со всего маха впечатал лоб в переносицу врага. Тот дёрнулся и обмяк.

Марик, который уже примеривался дубиной, чтобы приласкать сопротивляющегося бандита, пообещал себе как-нибудь премировать отличившегося солдата. В отличие от двух неудачников, так подставившихся под оружие Дуделя, этот не сплоховал и справился сам. Такое стоило поощрить. Позже.

— В норме, рядовой? — спросил Марик у тяжело дышащего бойца и, не дожидаясь ответа, кивнул в сторону соседней комнаты: — Кривой там?

— Да, командир, — выдохнул солдат, растирая горло.

— Отлично, — Лерой показал следовавшему за ним солдату на оглушённого бандита, сам же переступил порог зала и замер, оглядывая царящий внутри разгром.

Вообще говоря, криминальный авторитет Щепин Кривой был не из тех, кто гонится за модой в обустройстве внутреннего убранства своего жилища. Несмотря на всю кутерьму, Марик успел это заметить и оценить. Минимум мебели, минимум ярких красок и дорогих материалов. Единственное, чего было в доме действительно много, так это циновок. Всех цветов и расцветок, они лежали на полу, стульях столах, висели на стенах и даже потолке. Так было везде, во всех комнатах… Кроме зала. Здесь царил совсем другой стиль. Богатые, аляповато украшенные позолотой стулья и диваны с парчовой обивкой, отделанные шёлком стены, на окнах шикарные шторы из кружев, привезённых не иначе как из Абу-Асифа. Всюду какие-то статуэтки, фигурки, тарелочки, мисочки, вазы, картины и прочая ненужная ерунда. Наверное, сюда Щепин приводил только близких людей, чтобы они могли оценить истинные размеры его состояния, для всех прочих же существовали остальные комнаты.

Вот только теперь вся эта роскошь была разрушена. Ворвавшиеся через окно солдаты Лероя знатно здесь повеселились. Всё, что можно, передавили и переломали, что нельзя — опрокинули. Свою лепту внесли и защитники дома.

Как раз в тот момент, когда Марик вошёл в зал, последний телохранитель Щепина пинком швырнул под ноги зажавших его в угол четверых солдат небольшую банкетку. И пока те уворачивались, с удвоенной яростью заработал коротким мечом. Одного бойца даже смог рубануть поперёк живота, но не пробил кольчугу и был вынужден уйти в глухую оборону.

Так, а где Релина и Щепин?! Почему этот мерзавец дерётся в одиночку, почему его хозяин не сражается с ним плечом к плечу?!

Марик огляделся и почти сразу нашёл обоих любовников, укрывшихся за баррикадой из перевёрнутого дивана. Причём Кривой возился с какой-то железякой, а вот Релина явно возомнила себя великой воительницей и размахивала кривым кинжалом. Хорошо хоть в драку пока не лезла… Проклятье, накаркал! Именно в этот момент эта дура заметила Лероя и с истошным визгом ринулась в его сторону.

Кажется, она кричала что-то про великую любовь и узколобых солдафонов, пособников тирана, но утверждать Марик бы не стал. Вопли истеричек ему не интересны. Подождав, пока дамочка подберётся ближе, он заблокировал удар древком дубины, после чего выкрутил ей руку и отобрал оружие.

— Угомонись, предательница! — рявкнул он, толкнув женщину на пол. Не хотелось быть грубым, но… Спираль Тотоола!!! К прислужницам всяких воров у него не было ни капли жалости.

— Сволочи, ненавижу! — заревела Релина, даже не делая попытки подняться.

Однако Марик уже выкинул её из головы. Он вдруг понял, что за агрегат собирал Щепин. Нечто похожее, ну разве что гораздо более прилично сделанное, он видел в руках того негодяя, что стрелял в лорда на границе Гуаньдира. Это был старый, покрытый ржавчиной огнебой, проклятый доктский огнебой! Хотя чего ещё можно ожидать от контрабандиста?

Тем временем Щепин щёлкнул последним замком, сунул в какую-то прорезь крохотный кристалл прайма и… прицелился из своей громыхалки в Марика. Дерьмо старых богов! Лерой даже сам не понял, когда он успел нырнуть вбок, упасть, сделать кувырок и спрятаться за завалом из стульев. Словно всю жизнь только этим и занимался.

А вот Кривой определённо взялся за доктский механизм, едва ли не впервые и полностью оправдав своё прозвище. Выстрелив по скачущему Лерою, он взял неверный прицел и влепил огненный сгусток в грудь собственной любовницы. Да ещё намудрил с мощностью, из-за чего вбухал в один заряд столько энергии, что всю верхнюю часть тела несчастной буквально разметало по комнате. Досталось и Марику. Взрывной волной его подняло в воздух и приложило о здоровенный комод. Он лишь чудом ничего себе не сломал.

— Ты чего творишь, сука?! — прохрипел Марик, едва только понял, что жив и относительно здоров.

Но Щепин его не слушал. Воспользовавшись замешательством противника, он ломанулся к выходу и, судя по звукам, благополучно миновал оставленных там бойцов. Взрыв произошёл совсем рядом с дверью, и парням наверняка сильно досталось, а раз так, то встречать драпающих бандитов они были явно не готовы.

Увы, но на этом везение Кривого не закончилось. Звон от бьющегося стекла и возмущённые крики с улицы лучше всяких слов сказали, что бандиту удалось-таки вырваться на улицу. И что-то Марику подсказывало: ему удастся воспользоваться предоставленным шансом.

Это был феерический провал! И ситуацию ни капли не исправляют аж три пленника — последнего телохранителя солдатам всё-таки удалось сбить с ног и, и теперь они с ругательствами крутили ему руки. Целью был Щепин, и вот его-то Лерой как раз и упустил.

— Поаккуратней с ублюдком! Лорд захочет его увидеть, — рявкнул он солдатам, с ужасом представляя, как будет докладывать об итогах операции лорду Лиграну. Спираль Тотоола, какое же дерьмо, а?! Какое всё-таки дерьмо…

Рана, полученная во время нападения чуди на полевой лагерь, едва не доконала Бистарка. Несмотря на все усилия и талант доктора Пулье, новые и старые болячки тяжело ударили по организму. Было всё: лихорадка, адские боли и бредовые видения. Часто казалось, что он не выживет, и лишь лекарства на основе прайма, которыми его пичкал праймолог, вытаскивали Бистарка из пограничного состояния между жизнью и смертью.

Чтобы прийти в себя и встать на ноги, понадобилось полторы недели… Проклятые полторы недели, в течение которых группа оставалась без командира. И это когда адорнийские солдаты в любой момент могут обнаружить их лагерь! Про дверь на входе в тайные подземелья покойного Лучаня и вспоминать не стоило. Она уже стала наглядным примером бессилия отрядного механикуса. А ведь помимо основных задач имелись и побочные. В отсутствие руководства сразу несколько операций было свёрнуто, потерян контакт с агентурой.

Так что едва Бистарк почувствовал себя лучше, он занялся накопившимися делами. Заодно пытаясь понять, насколько сильно ухудшилось за прошедшее время их положение…

Главная опасность крылась в лордёныше, который пришёл на смену тому чокнутому вояке. Юный, неопытный, как и всякий адорниец, весьма и весьма горячий, а значит — совершенно непредсказуемый. При определённом везении Бистарк мог просчитать поведение практически любого сородича-докта, примерно представлял, чего ждать от эмоциональных адорнийцев. Но что может выкинуть молокосос, у которого в перекошенные праймом мозги бьют гормоны, он не представлял себе даже в страшном сне.

Вот, например, какого лешего в Гуаньдире до сих пор не объявлено Чёрное время? Ну или как там оно называется у адорнийцев? Помнится, в Империи, когда его группа ликвидировала одного чрезвычайно неосторожного любителя мутить воду, приказ о введении особого положения стал первым распоряжением главного претендента на престол. Дороги перекрыли, все лески и рощи прочесали… Другое дело, что это не помогло, но важен сам факт! К тому же сейчас они привязаны к проклятому убежищу, а значит, уязвимы. Но нет, никаких признаков облавы, даже охотники в округе больше не появляются.

И в чём причина подобной безалаберности? Нет, понятно, что отряд наголову разгромил замковый гарнизон и сил у лордёныша должно быть маловато, однако кто ему мешает попросить помощи у старших товарищей? Хотя бы из соображений безопасности: как-никак на него тоже покушались! Будь Бистарк на его месте, он бы из кожи вон вылез, но расправился бы с врагом. Да и фразу про нападение как лучшую защиту не он сказал.

Или он чего-то не понимает и имеется какая-то скрытая интрига?! Пусть Бистарк никогда и не был лордом, царящие в их среде нравы представлял довольно хорошо. Описываются они одним словом — серпентарий. Ситуация, когда одна рука сражается с врагами, а другая бьёт в спину, там норма. И совсем не важно, где ты находишься — в благословенной Империи или в стране чокнутых колдунов, жадные до власти аристократы везде одинаковы. Хотя… тут тоже возможны варианты. При грамотном правителе и элита ведёт себя именно как элита, а не как стая обезумевших от жадности зверей. Стоит вспомнить покойного императора, чтобы убедиться в верности данной мысли. Ладно бы тот просто хотел мира — Бистарк отлично понимал, что, будучи солдатом, любую антивоенную инициативу власть имущих встретит крайне негативно, — но ведь Пауль и как правитель великой страны оказался до омерзения плох. Коррупция, казнокрадство и кумовство при нём расцвели махровым цветом. Именно он приучил лордов жить так, как хочется лично им, а не как того требует долг. И Бистарк даже боялся представить, чем бы всё закончилось, если бы проклятое ничтожество всё-таки не прихлопнули…

Чтобы вникнуть в изменившуюся обстановку, Бистарк вместе с обоими Героями и тройкой солдат за несколько дней объехал все места встреч с агентами. Побывал в двух крупных сёлах, на нескольких лесных хуторах и везде слышал одно и то же: новый лорд — сильный правитель и «круто начинает». В народе муссировались слухи о полноценных воинских операциях в столице провинции, о многочисленных казнях не только обитателей городского дна, но и вполне респектабельных горожан. Когда же один из лазутчиков рассказал о разгроме самой сильной в Гуаньдире разбойничьей банды и смерти своего коллеги, который в ней заправлял, стало окончательно ясно, что Бистарк зря обвинял лордёныша в безалаберности. Да, сейчас Лигран завяз в той грязи, что затопила его владения, однако рано или поздно у него обязательно дойдут руки и до доктов. У столь хваткого молодчика иначе и быть не может. Просто он немного иначе оценивает важность стоящих перед ним задач… Чем и следовало воспользоваться!

Бистарк как раз прикидывал, насколько рискованно будет лично побывать в окрестностях Одинокой Башни, когда в трактир, где он обедал, ввалился Щепин Кривой. Бандит замер на мгновение у входа, нашёл взглядом Бистарка, после чего через весь зал направился прямиком к его столику. Затем без спроса плюхнулся на свободный стул, а себе под ноги уронил набитый какими-то железками мешок.

— Трактирщик, вина мне и моему другу! — громко потребовал он и уже тише добавил: — Ну здравствуй, докт.

— Ты откуда здесь взялся? — спросил Бистарк холодно, жестом показав сидящему за соседним столом Гржаку посмотреть, что творится на улице. Приветствие он демонстративно проигнорировал. — Решил сменить место жительства?

— Что-то вроде того, — Щепин с усмешкой проводил Героя взглядом и остро глянул на Бистарка. — В Одинокой Башне что-то климат стал вреден для здоровья…

К ним подошёл трактирщик, принёс кувшин вина. Бандит дождался, пока тот отойдёт, и присосался к узкому горлышку, даже не подумав воспользоваться бокалом. Бистарк брезгливо поморщился.

— Что, старые грешки всплыли? — поинтересовался он с деланным равнодушием.

— Ну как старые… — Щепин скривился и как-то по-особенному цыкнул зубом. — Скорее, новые. Да только и я лёгок на подъём: ноги в руки и вперёд! А там… Заглянул по тому адреску, что уважаемый мне в прошлый раз шепнул, поговорил с тамошним хозяином, он меня сюда и направил. Мол, его железячное благородие собирались здесь остановиться, и если поспешу, то… — Кривой усмехнулся. — Как видите, успел.

— Я оценил твоё чувство юмора, а теперь либо говори внятно, что случилось, либо проваливай! — сказал Бистарк, борясь с нарастающим раздражением.

— Внятно, да? Что ж, могу и внятно, — Щепин прищурился. — Про то, что новый лорд казнил управляющего, вы наверняка в курсе… А вот то, что именно он в своё время передал мне бумаги со схемами постов, расписанием смены караулов, паролями, расположением тайников и схронов, вы вряд ли знали… Да-да, те самые бумаги, что так помогли злобным убийцам, которые отправили к предкам предыдущего лорда.

Новость была неожиданной. Бистарк задумчиво откинулся на спинку стула.

— Ну почему же, я догадывался, что у тебя есть выход на кого-то из ближайшего окружения Лучаня. Слишком уж специфическую информацию ты нам продал…

— Во-во, именно что специфическую, — закивал Кривой. — Как его казнили, я было напрягся, решил: а ну как сдал меня мужик? Однако с убийством лорда его так никто и не связал, плюс стража никаких особых телодвижений не предпринимала, и я успокоился. — Тут бандит вдруг ощерился в неприятной усмешке и подмигнул. — Хотя чего врать-то?! Деньжат решил подзаработать, деньжат! Уж больно много интересных фактиков на лордёныша нашего можно было попытаться нарыть…

— К этому ещё вернёмся, — оборвал его Бистарк. — Не отвлекайся.

— Да уже почти всё рассказал, — Щепин пожал плечами. — Стоило расслабиться, как за мной пришли. Нора, дурёха, успела шепнуть, что её насчёт моих связей с доктами всё пытали. Было, не было, не сболтнул ли чего в постели…

— То есть тебя подозревали, но уверены не были? — уточнил Бистарк, задумчиво морща лоб.

— Вроде того, — хмыкнул Щепин. — Скажу больше. Они там даже не до конца уверены, что Лучаня именно докты грохнули.

— Интересно… Это многое объясняет.

Хлопнула входная дверь, и в зал вошёл Гржак. Встретившись взглядом с Бистарком, он покачал головой и молча проследовал на своё место. Всё спокойно.

— Убедились, что нет «хвоста»? — спросил Щербин самодовольно и поприветствовал Егеря сжатым кулаком. — Тогда, может, перейдём к более интересной теме?

Бистарк вдруг испытал острый приступ неприязни к Кривому. Какая же всё-таки сволочь! Гнусная, беспринципная сволочь, у которой на уме нет ничего, кроме денег. Он ведь не контрабанду через границу таскает и даже не против своего лорда злоумышляет, он свой народ предаёт! И ничего, сидит, вино пьёт, торгуется… А самое поганое здесь то, что Бистарку приходится постоянно работать с такой вот гнусью!

— Как я понимаю, ты намекаешь на деньги? — сказал он вслух, сделав каменное лицо.

— На них, уважаемый докт, на них. Из-за сотрудничества с вами я потерял слишком много и теперь остро нуждаюсь в звонкой монете… — произнёс Щепин вкрадчивым голосом.

— Благотворительностью не занимаюсь, — Бистарк откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. — Если есть что предложить, то так и говори!

Кривой зло ощерился, собрался что-то сказать, но тут же передумал. Хватило одного взгляда на недовольную рожу Гржака, чтобы стать удивительно покладистым. Насупившись, он молча достал из-за пазухи стопку смятых листов и положил на стол.

— Всё здесь.

Бистарк брезгливо поворошил бумаги пальцем, затем вздохнул и придвинул стопку поближе к себе. Быстро пробежал глазами верхний листок, покосился на Кривого, после чего аккуратно сложил документы и спрятал в сумку на поясе. Оттуда же достал плотно набитый мешочек и бросил на стол.

— К написанному можешь что добавить?

Щепин ухмыльнулся.

— Неужто интересно стало? — спросил он, забирая деньги. Развязал горловину кошелька, заглянул внутрь и, лишь убедившись в том, что с ним расплатились именно золотом, удовлетворённо кивнул. — Ну вот, а то… благотворительность, времени нет…

— Не тяни время, Щепин, — процедил Бистарк, медленно закипая. После ранения терпения у него заметно поубавилось.

— Всё, понял. Не дурак, — хмыкнул заметно повеселевший бандит. — Так, попробую вспомнить, что же там тебе понаписал. Описание Норой казни управляющего и гуляющие по Одинокой Башне слухи, это раз. Байки солдат про разгром банды и убийство докта-копейщика, это два… Этого, как я понимаю, мало? Что ж, могу рассказать про то, как лордик заглянул в Дом битв.

— Это храм…

— Да, духов сражений и битв, в котором жрецы выставили для поклонения мечи лорда Лучаня.

Бистарк с досадой вспомнил, что Щепин ему уже говорил про этот храм. Он тогда отнёсся к его словам не слишком серьёзно, решил разобраться с капищем позже. И, похоже, ошибся. Лигран налаживание отношений с храмовниками явно посчитал едва ли не важнее всех прочих дел.

— И что Железный Песок там делал?

Щепин пожал плечами.

— Забрал одну из катан и получил благословение настоятеля храма. Если было что-то ещё, то, кроме его начальника охраны и Героини, этого больше никто не знает.

— Вот как…

Бистарк пробарабанил пальцами по столу. Зная отношение адорнийцев к символам, знакам и прочей метафизической зауми, этим шагом Лигран сделал себя в их глазах истинным преемником лорда Лучаня, а значит… значит, заложил фундамент будущего правления. Это нехорошо с точки зрения Империи, однако никаким боком не относится к основному заданию группы Бистарка.

— Ага, — сказал Щепин и в очередной раз усмехнулся. — Помимо этих новостей, есть ещё две. Первая весьма неожиданная. Ходят слухи, что новый хозяин Одинокой Башни не просто преемник старого лорда, но и его родной сын. — Бандит испытующе посмотрел на Бистарка, но, не заметив особого интереса, немного стушевался и торопливо продолжил: — Впрочем, это так, к слову… Гораздо интересней то, что мне поведал ныне покойный управляющий. Аккурат за день перед своей бесславной гибелью. Он заказывал у меня один интересный артефакт и, когда его забирал, рассказал о весьма любопытных вещах. Мол, лорд Лигран нашёл какие-то записи Лучаня и теперь носится с ними как с писаной торбой…

— Что?! — С Бистарка слетело всё напускное равнодушие. Он лично перерыл кабинет проклятого адорнийца и ничего не нашёл, а какой-то мальчишка его обскакал?! — Записи нашёл? Известно, что в них?!

— Больше ничего сказать не могу. Всё, что знал, сказал, — развёл руками Щепин. — Но если это так важно, то, может быть, тогда ещё подкинете деньжат? Всё-таки…

— Перебьёшься! — отрезал Бистарк, лихорадочно размышляя.

Великая Шестерёнка, адорнийская шваль опять приберегла самую важную новость напоследок. Если лордёныш нашёл записи Непобедимого, то мог найти и ключ от подземелий, а это многое меняет. Очень многое. Он с сожалением посмотрел на довольно лыбящегося бандита. Увы, но столь полезный кадр стал бесполезен, а раз так, то от него следовало избавиться. И немедленно.

Незаметно перевернув аляповатый перстень на среднем пальце камнем вниз, он подмигнул Кривому и принялся разливать вино по бокалам.

— Ладно… Ты меня прости за резкость, времена нынче тяжёлые, и постоянно срываюсь, — сказал Бистарк, преодолев немалое внутреннее сопротивление. Извиняться перед адорнийцем было для него дико и неприятно даже для отвлечения внимания. Одно хорошо: мерзавцу недолго осталось коптить небо.

Пока говорил, незаметно сжал камень перстня с обеих сторон пальцами и уронил в бокал бандита каплю яда. И плевать, что использование отравы больше пристало адорнийским колдунам, которые возвели убийство с помощью всяческих зелий в ранг искусства. Честный докт выбирает то оружие, применение которого наиболее целесообразно здесь и сейчас.

Бистарк испытующе глянул в лицо Щепина — вроде бы ничего не заметил, — после чего отсалютовал ему своим бокалом.

— Предлагаю выпить за то, чтобы все наши начинания приносили ожидаемую прибыль! — сказал он, ожидая, когда бандит к нему присоединится.

Кривой немного помедлил, явно раздумывая, простить докта или нет, но разум возобладал над обидой, и он с усмешкой в три глотка осушил посудину.

Всё, дело сделано!

Бистарк расслабленно откинулся на спинку стула. Через полчаса, максимум через час, алхимическая смесь подействует, и предатель тихо-мирно сдохнет от разрыва сердца. И если он поспешит, то никто не свяжет гибель беглого криминального авторитета с загримированным под адорнийца доктом.

— Больше ничего столь же ценного тебе не вспоминается? — на всякий случай уточнил он.

— Уважаемый, когда за слова платят золотом, умные люди не молчат, — рассмеялся бандит и поправил спрятанный за пазухой кошелёк. — Так что увы.

— Ну, раз так, то до следующей встречи. Если вдруг чего вспомнится, то знаешь, как со мной связаться, — сказал Бистарк, вставая. Похлопал Щепина по плечу и, с трудом спрятав усмешку, добавил: — Главное, не пропадай.

Затем махнул охранникам и, не оглядываясь, быстрым шагом покинул трактир. Тратить время на отработанный материал он не собирался. Да и мыслями Бистарк был уже далеко. То так, то этак крутил в голове сведения о визите Лиграна в Храм духов битвы и таинственные записи Лучаня. Великая Шестерёнка, здесь определённо имелась связь, но вот какая… Понять не получалось. Слишком мало данных. Ну а раз так, то, может, стоит заглянуть в проклятый храм и пообщаться с его настоятелем?

— Гржак, передай всем, что маршрут изменился. В город мы заглядывать не будем, а вот местные «достопримечательности» посетим обязательно! — сказал он Егерю и решительно направился к конюшне.

Из теней вдруг выступила Юлира Крыло Ночи и пристроилась рядом, заставив Бистарка вздрогнуть.

— Что с предателем? — спросила Героиня вполголоса, прикрыв веером нижнюю половину лица.

— Ничего. С ним вопрос закрыт, — буркнул Бистарк. — Дом битв — наша новая цель.

— Мои услуги требуются? — уточнила Юлира, намекая на свои способности к невидимости.

— Может быть, позже, — сказал Бистарк задумчиво. — Поедем открыто. Сейчас возможность попасть в храм до темноты важнее незаметности. Мы и так дали лордёнышу непозволительно много времени, чтобы тратить его ещё на всякую ерунду.

Девушка в ответ лишь поклонилась и снова растворилась в тенях, заставив Бистарка зябко повести плечами. Проклятье, он никогда не привыкнет к её способности неожиданно исчезать и появляться. Всякий раз гадаешь, один ты или рядом притаилась принявшая прайм убийца!

С этими мыслями командир особого отряда вскочил в седло и направил коня к выезду со двора…

Довольно скоро выяснилось, что он зря беспокоился, и все надежды попасть к вечеру к Дому битв полностью оправдались. Кавалькада из десятка всадников ураганом промчалась по пустынным дорогам провинции, не встретив ни одного самого захудалого поста или разъезда стражи. Агенты докладывали, что в окрестностях Одинокой Башни ситуация была совершенно иной, но на то она и столица! В других местах всё иначе, по крайней мере пока иначе. В том, что рано или поздно ситуация изменится, Бистарк не сомневался. Молодой лорд оказался куда умнее, чем думалось поначалу. Умнее и ухватистее, сукин он сын! С таким зевать точно не стоило.

Уже смеркалось, когда отряд появился у храма. И Бистарк убедился, что его расчёт был верен: на площади перед входом они оказались единственными «паломниками». Лишь двое широкоплечих служек в простых грязно-серых хламидах азартно работали аж светящимися от прайма мётлами.

Пыль стояла столбом. Поодаль от коновязи уже громоздилась куча из сухих веток, каких-то тряпок и промасленных бумажек. Сама собой возникала мысль о том, что задвинутые на метафизической чуши адорнийцы способны загадить даже собственные святыни. Скоты! Зрелище немало порадовало Бистарка, правда, при этом он старательно гнал воспоминания о своих сородичах, которые с не меньшим энтузиазмом мусорят у подножия величественного и единственного в своём роде вулкана Сакрала.

Пока он витал в облаках, солдаты по команде Гржака спешились и взяли храмовников в полукольцо, отжимая их от входа в храм. Не упустила свой шанс и Юлира, которая воспользовалась суматохой и незаметно для всех растворилась в тенях. Несмотря на отсутствие опыта, юная Героиня демонстрировала весьма высокий профессионализм. И неважно, штурм ли это Одинокой Башни, отражение атаки чуди или подстраховка операций коллег — девочка выкладывалась на полную. В отличие от незнакомого с самим словом «дисциплина» Рамисом Сота. Тихая, незаметная, исполнительная. Все бы Герои такие были! Если бы ещё пошалить не любила…

— Где настоятель, орлы?! — рявкнул Бистарк, подметив военную выправку служек.

И не ошибся. Командный голос подействовал, и оба крепыша моментально вытянулись в струнку, по-уставному приставив мётлы к колену.

— В храме, готовит алтарь к ночной службе! — ответил самый молодой на вид жрец.

Его товарищ смолчал, но вот взгляд его Бистарку совсем не понравился. Слишком внимательный и цепкий, от такого ни одна деталь не укроется. Можно подумать, не служитель культа перед ним, а коллега по Конторе.

— Тогда не мог бы ты, дружище, попросить уважаемого настоятеля выглянуть из храма. На минутку, — сказал Бистарк доверительным тоном. — Мы идём по следу… м-м-м, банды разбойников… Дорога каждая секунда, а нам обязательно нужно с ним переговорить.

— Зачем? — в разговор вступил подозрительный молчун.

Ну спрашивается, чего ты глазами так зыркаешь?! Бистарк готов был дать руку на отсечение, что ни он, ни один из его бойцов ни капли не похож на докта. И амулетами с праймом увешаны как незнамо кто, так что даже очень чувствительный маг не распознает в них подделку. Однако этот гад всё равно смотрит, словно на… на докта!

— Мы кое-что узнали о реликвиях храма и просто не можем не сообщить о том настоятелю, — с нажимом сказал Бистарк.

Как обычно, несдержанный, Гржак шумно засопел, намекая, что служек надо пустить в расход и самим войти в храм. Вот только этого-то Бистарку и не хотелось. Что-то подсказывало, что даже с двумя Героями соваться в Дом битв не стоило. Слишком многое завязано на вере у эти сумасшедших адорнийцев, лезть туда, где сосредоточена энергия молитв сотен и тысяч людей, было по меньшей мере необдуманно. Конечно, он мог ошибаться, но, чем зря рисковать, лучше лишний раз перестраховаться.

Похоже, что самому подозрительному из жрецов объяснения показались не слишком убедительными. Он продолжал изучающе смотреть на Бистарка и его солдат, даже не думая двигаться с места. А вот его коллега оказался гораздо менее проницателен.

— О, дык я сейчас тогда. Мигом! — крикнул он.

Уронил метлу на землю и побежал к храму. Солдаты едва успели расступиться, иначе в служебном рвении точно сшиб бы кого-нибудь с ног.

Бистарк позволил себе усмехнуться, что не укрылось от глаз оставшегося на площади служки. Тот помрачнел, отступил на шаг и поудобнее перехватил инструмент, словно собираясь в любой момент пустить его в ход. Смотрелось это откровенно смешно.

— Приветствую добрых паломников на пороге Дома битв. — Мощный голос бритоголового жреца в воинском одеянии, неожиданно появившегося в дверях, заставил Бистарка вздрогнуть. — Увы, но неважно, хотите ли вы поклониться реликвиям или получить благословение, храм до утра закрыт для посетителей. Если хотите, можете остановиться в…

— Приветствую, уважаемый! — воскликнул Бистарк, отвесив короткий поклон. — Но мы не совсем паломники. И вопрос, ради которого сюда прибыли, касается прежде всего…

— Не важно, кем ты себя считаешь. Ты воин, и ты пришёл к Хозяевам битв. И этим всё сказано, — строго поправил его настоятель. — Однако будь выдержан, не торопись. Дождись утра, и врата храма для тебя откроются.

Проклятье! Как же Бистарк ненавидел такие вот разговоры. Неужели нельзя быть чуточку попроще?!

— И всё-таки я вынужден настаивать на нашей беседе, — сказал он, направляясь к жрецу неспешной походной.

Из-за спины бритоголового появился служка и что-то зашептал «шефу» на ухо. Тот внимательно выслушал, а затем с сумрачным выражением лица покачал головой.

— Ты не скажешь мне ничего нового, гость. По крайней мере в том, что касается реликвий. Уж про что — про что, а про них я знаю всё, — озвучил мысли жрец. — Ты зря сюда приехал.

Какой упрямый мужик! Будь на его месте Бистарк, он уже давно бы ответил на все вопросы, лишь бы только от него отвязались… Или достал огнебой и пострелял всех к такой-то матери, что вернее!

Что ж, придёт чуточку сбавить тон.

— Прошу меня простить, но… мне этот разговор действительно важен, — сказал он со всей вежливостью, на которую только способен. — Я не прошу слишком многого, всего лишь ответов на пару вопросов.

— Ого, теперь уже ты хочешь не говорить, а слушать? Так, да? — скривился настоятель, однако всё же сменил гнев на милость. — Ладно, спрашивай, что ты хотел узнать?

Переход от категорического отказа был настолько резок, что Бистарк даже растерялся на мгновение.

— Ха! — воскликнул он после небольшой заминки. — Да всё просто. Моя история зависит от того, что здесь делал молодой лорд. Зачем приезжал? Чем занимался? Ответьте на это, уважаемый, и тогда уже вы узнаете много нового!

Теперь пришёл черёд удивляться жрецу.

— Что?! Ты хочешь сказать, что весь этот… цирк… устроен лишь ради лорда Лиграна?!

— Можно сказать и так, — улыбнулся Бистарк, останавливаясь метрах в пяти от жреца. Он хотел добавить что-нибудь ещё, но бритоголовый его перебил.

— Хорошо, попробую ответить, — проронил он, внимательно окинув взглядом всех «паломников» и особо выделив Гржака и самого Бистарка. — Лорд Лигран перед лицом духов смог доказать, что является истинным преемником великого Лучаня. И получил своё наследство… меч и славу отмеченного духами!

— И… всё? Только меч и эту проклятую славу?! — не удержался Бистарк. — Никаких артефактов и тайных карт? Ничего по-настоящему ценного?

— Что, удивлён?

— Есть такое дело, — покивал Бистарк. — А ещё немного разочарован. От священника я ожидал большей открытости! Что ж… — сказал и повернулся к заскучавшим солдатам. — Парни, аккуратно упакуйте этого фрукта. Надеюсь, после проведения с ним воспитательной работы он ответит на любые вопросы… Ну или превратится в овощ. Третьего не дано.

— Ты осмелишься напасть на служителя Дома битв?! — Храмовник с каким-то даже восхищением посмотрел на приближающихся к нему солдат, прищурился, перевёл взгляд на Бистарка и понятливо кивнул. — Древо, и как я сразу не догадался… Докты!

Последнее слово он даже не сказал, а словно бы выплюнул, и… всё завертелось.

Забытый всеми молчаливый служка крутанул над головой метлу и, описав ею полный круг, с силой приложил ближайших к нему бойцов. Взвыл ветер, потянуло праймом, и сразу четверо не самых худших солдат кубарем покатились по земле. Даже Бистарк ощутил сильный толчок, заставивший его сделать шаг, чтобы сохранить равновесие. Что говорить про тех, на кого пришёлся основной удар. Без серьёзных ушибов точно не обошлось!

Ситуацию исправил Егерь. Пока остальные не знали, как подступиться к ставшему похожим на мельницу храмовнику, Гржак атаковал его на пару с волком. Сначала один за другим метнул несколько дротиков и, пока адорниец отбивал их своим дурацким оружием, натравил своего хищного скакуна. Зверюга текучим движением поднырнула под удар, метнулась вперёд и, сбив служку с ног широкой грудью, одним махом вырвала ему глотку. Кровь ударила фонтаном, в очередной раз подтвердив превосходство Героя над обычным человеком. Не понадобился ни Волчий зов, ни Разящее копьё, никакая иная способность или талант, хватило высокой скорости и обычной силы.

Тем временем настоятель воспользовался возникшей заминкой и протянул руки раскрытыми ладонями в сторону доктов, затянув какую-то заунывную молитву. Никаких зримых проявлений его действия не вызывали, но с каждым мигом всё сильней и сильней крепло ощущение, что какие-то непонятные вещи происходят с самим миром вокруг.

Первой это поняла Юлира. Вновь словно соткавшись из воздуха, она с ходу раскрыла веер и с силой махнула им в сторону бритоголового. В жреца полетел сгусток голубого огня, от которого он просто не мог защититься.

Бистарк даже успел посетовать на то, что Тень слишком поторопилась и не взяла служителя духов живьём, как у того из-за спины выскочил второй помощник и закрыл собой «шефа». Атака, которая должна была вбить настоятеля в стену его собственного храма, превратила в кровавую кашу грудь самоотверженного жреца. Тот даже застонать не успел — так и рухнул на ступени, сложившись пополам, точно перочинный нож.

Глупая смерть. Особенно потому, что вот сейчас Юлира ещё раз взмахнёт веером, и… Однако Героиня не успела. Что бы там ни делал бритоголовый, кому бы ни молился, это сработало. Тяжеловесный прайм-детектор — прибор для выявления зон, насыщенных праймом, — до того мирно висевший у Бистарка на шее, вдруг протестующе загудел, и стало резко не до драк.

— Прайм-излучение!!! — заорал Бистарк. — В стороны!!

И сам первым подал пример, зайцем скакнув вбок. Стоило сместиться на пару метров в сторону, как творение имперских праймологов замолчало. Зона повышенной концентрации прайма была невелика, однако этого хватило, чтобы сразу двое солдат свалились на землю в судорогах.

Против доктов восстала сама их природа! Это мутанты-адорнийцы способны комфортно себя чувствовать в зонах с избытком прайма, их соседи так не могли. Для них попадание в такие районы было чревато самыми разными проблемами, вплоть до трансформации организма. Как, впрочем, и для чокнутых магов лишённые энергии участки грозили неприятностями. Всё симметрично… Вот только какого лешего эта самая зона с повышенным фоном возникла аккурат в центре отряда Бистарка? Неужели тому виной духи?!

Мысли прыгали с одного на другое. Хотелось и врезать ненавистному служителю, и помочь своим — непонятно, что важнее. Однако выбор за него сделала Юлира. Не меняясь в лице, Тень второй раз метнула веер и на этот раз всё-таки зацепила жреца. Задела, правда, только плечо, но ему хватило и этого. Закричав от боли, бритоголовый развернулся и, согнувшись в три погибели, нырнул в храм. Крыло Ночи ринулась следом.

Бой можно было считать законченным. Враг бежит и почти повержен, уцелевшие помогают раненым.

— Гржак, доложи обстановку, — крикнул Бистарк, с опаской изучая показания прайм-детектора. Потому как если ему верить, то пятно с повышенным уровнем прайма уже начало уменьшаться.

— Трое легко раненных, двое… двое тяжело, — сказал Егерь, один за другим выволакивая в безопасное место попавших под необычную атаку солдат.

Обоих страшно корёжило, менялись черты лица и форма конечностей. Бистарк с сожалением посмотрел на уже начавших мутировать товарищей, переглянулся с Гржаком и потянул из ножен кинжал. Докт всегда должен быть доктом, и в жизни, и в смерти. Убить товарищей до того, как они превратятся в изменённых тварей сродни адорнийцам, было его святым долгом.

Он как раз склонился над одним из них, когда из храма спиной вперёд вылетела Юлира и совсем не по-геройски грохнулась на землю. Левый бок у женщины был окровавлен, в плече засели два металлических штыря.

— Командир, ты был прав. Из храма его не выкурить, не стоило даже и пытаться, — заявила Тень, с трудом поднимаясь.

Однако Бистарк на это лишь кивнул и по очереди наклонился к пострадавшим, каждого наградив ударом в сердце. И только затем позволил себе расслабленно вздохнуть. Теперь всё, теперь его долг выполнен, и можно заняться другими делами.

— Так, всем! Собираем манатки и уходим, здесь нам больше делать нечего, — заявил он и первым подал пример, развернувшись спиной к храму.

Несмотря ни на что, нужные ему ответы Бистарк всё-таки получил. И теперь собирался сначала убраться отсюда подальше, а затем хорошенько обмозговать, что и как. Впрочем, ясно было одно: второму штурму замка Одинокая Башня быть. Слишком серьёзной фигурой становится Лигран, чтобы оставить его без внимания. И слова жреца были лишь ещё одним подтверждением этих мыслей.

Нет, определённо, в храм они заглянули не зря…

В убранстве Итералии прайма Одинокой Башни преобладали красные цвета с редкими вкраплениями зелёного, синего и золотого, что придавало одному из самых важных помещений замка нарядный и праздничный вид. Быть может, докта подобная подборка цветов и раздражала бы, но точно не адорнийца. Здесь душа всякого жителя Королевства с первых мгновений наполнялась радостью, возникало чувство сопричастности к чему-то возвышенному, по-настоящему тайному. Впрочем, разве может быть иначе, если Итералия прайма позволяет прикоснуться к величайшей мистерии — возрождению жизни из смерти.

Не стоило забывать и об идеально выверенной форме зала, качественной отделке потолков, пола и стен, которые порождали поистине фантастическую акустику. Даже зал Королевской Оперы, о котором Лигран слышал от Наставника, не мог похвастаться чем-то подобным. По крайней мере, ему так казалось.

Отдельного разговора заслуживала купель с праймом, посредством которой и возвращался в мир Герой. Неизвестный мастер сделал её из малахита, придав форму гигантской чаши. И, несмотря на выбранный материал, она казалась хрупкой и невыносимо изящной. Только тронь — и разобьётся.

Лигран провёл рукой по краю купели, затем достал из-за пазухи четыре каталиста: череп грызуна на тонкой засаленной верёвке, кольцо лучника, женский пояс для чулок, курительную трубку — и невесело усмехнулся. Проклятье, какой же это соблазн! Просто взять сейчас и возродить Героев. Одного, двух или даже всех. Принять присягу, а потом двинуть дальше, не оглядываясь ни на кого, ощущая за спиной силу могучих бессмертных воителей. Это же решит кучу его проблем. Он одним махом избавится от влияния Сильвары, закроет тему с нехваткой обученных солдат, за месяц-другой наведёт порядок в провинции… Ох уж эти мечты, мечты! Если бы всё было так просто.

Увы, но Герои никогда не были безмозглыми механизмами, помешанными на убийствах. Нет, определённая правда в этом утверждении, конечно, была. Особенно в той его части, что касалась убийств, но вот в остальном точно нет. Бессмертных воителей можно считать какими угодно: ограниченными, немного медлительными, лишёнными вдохновения, но отнюдь не безмозглыми. Да и эти недостатки компенсировались сотрудничеством с лордами. Последние давали Героям смысл и цель существования, помогали обуздывать неукротимую ярость, которую порождал бушующий в их крови прайм. Лорды были тем барьером, что защищал мир от принявших прайм и принявших прайм от мира.

Поэтому ничего удивительного в том, что взаимоотношения между лордом и Героем строились на тонком, доверительном уровне. И вручение каталиста всегда предварял долгий этап «знакомства», когда бессмертный приглядывается к будущему лорду, пытаясь понять, насколько близок и понятен ему этот человек, чтобы вручить ему право вести себя по дорогам жизни.

Всякий раз возрождая чужих, принявших прайм, лорд шёл на серьёзный риск. И дело даже не в том, что шанс воскресить неизвестного тебе Героя жутким уродом или кровожадным безумцем весьма велик, нет, он может просто не принять незнакомца. И тут уже как повезёт — либо уйдёт, забрав каталист, либо разозлится и прибьёт дерзкого неудачника. Лиграна, понятное дело, ни один из вариантов не устраивал.

Какой из этой непростой ситуации был выход? Читать бумаги отца, собирать сведения о характере, привычках, складе ума Героев. Пытаться самому «влезть» в их шкуру, понять, чем живут эти бессмертные.

Как назло, единственным принявшим прайм, о котором он хоть что-то знал, был Душелов Дейрик — правая рука и первый помощник лорда Лучаня. Герой, заполучить которого было в десятки раз сложнее, чем любого другого, и настолько же опаснее не понравиться ему сразу после возрождения.

Проклятье! Сколько раз Лигран спускался сюда за последнее время и сколько раз возвращался обратно, так ни на что и не решившись. Светлые боги, да он вёл себя как докт! Всё думал, взвешивал, рассчитывал. Тот же братец давно бы воспользовался каталистами и… на себе испытал всё то, чего Лигран хотел избежать. Закрыл вопрос, так сказать. А вот он так не мог, предпочитая действовать пусть медленно, но надёжно. Без идиотского риска.

…К подобному выводу он приходил раз за разом. После чего закрывал Итералию, поднимался в кабинет и садился за стол. Это стало для него чем-то вроде ритуала, способа поймать рабочий настрой на весь день, когда вместо любимого фехтования он вынужден корпеть над бумагами. И ладно бы просто читать, так ещё и вникать в малопонятные для него вещи.

Так было и на этот раз.

— «…Старая магия, если отбросить чисто жреческие её вариации, базируется на взаимодействии с разного рода аспектами стихиальных или иных явлений. Все манипуляции можно отнести либо к вербальному, либо к материальному, либо к соматическому типу, в особо сложных случаях приходится прибегать к комбинации сразу двух или трёх методик», — вслух прочитал Лигран. В кабинете он находился один, однако озвучивание мыслей и идей помогало лучше вникнуть в их смысл. Жаль только, не всегда. Вот и на этот раз он в раздражении отбросил бумагу, буквально прорычав: — Древо! Да за каким лешим понадобилось ворошить эти древние глупости, когда есть прайм?! Чтобы творить магию, достаточно воли, желания и навыка концентрации. И не надо городить ненужных ритуалов!

Сосредоточился на лежащей в миске горстке железного песка, заставил собраться его в шар и поднял в воздух. Покрутил немного перед собой, после чего мысленным импульсом отправил получившийся снаряд в сторону двери.

Не получилось. В последний момент Лигран потерял контроль над формой, и сфера превратилась в густое облако, которое пришлось закрутить веретеном, чтобы удержать в воздухе. Что-то, конечно, просыпалось на пол, но большую часть у него всё-таки получилось тонкой струйкой вернуть в чашу.

— М-да, действительно, не надо городить ненужных ритуалов… — повторил Лигран мрачно и снова уткнулся в бумаги.

Ему ли смеяться над старой магией? Да, до Катаклизма не было великих магов. Колдуны и ведьмы чародействовали потихоньку, добивались определённых результатов, но достичь чего-то поистине выдающегося у них так и не получилось. Это сейчас у каждого на слуху лорд Раэль или где-то сгинувший Эларио Хирава, а тогда максимум, о чём мог мечтать доморощенный волшебник, — призвать слабенького духа или наслать на соседа порчу. Впрочем, нельзя забывать и о единственном поистине величайшем достижении старой магии — пусть и лишь по одной из общепринятых версий — о Катаклизме, принёсшем в мир прайм.

Поэтому огульно ругать старые колдовские техники и увлечённость ими лорда Лучаня точно не стоило. В конце концов, не зря же отца убили, может, ему действительно удалось что-то найти?

Правда, сказать легче, чем сделать.

— «Работа с частично материализованными духами умерших, сиречь с призраками, требует всех трёх типов воздействий. Кладбищенской земли, как материального компонента, традиционно отвращающего зло жеста и заклинания», — прочитал Лигран и закрыл глаза, пытаясь справиться с раздражением. Заклинание представляло собой лишённый даже намёка на смысл набор букв, разделённый на четыре слова. Прочитать такое без ошибок и не сломать язык уже подвиг. — Светлые боги, какая же нудятина!

А ведь дальше рекомендовалось усилить старый ритуал гораздо более традиционным для адорнийцев приёмом — соединением намерения, пережитых эмоций и прайма! Лигран давно бы уже бросил, но отец в записях прямо говорил, что данный подход позволяет освоить искусство магии на новом уровне, и приходилось терпеть. Хотя бы ради исполнения мечты стать полноценным чародеем.

В дверь постучали, и после разрешения войти в кабинет проскользнул Марик.

— Готовы протоколы допросов телохранителей Щепина Кривого, мой лорд, — доложил он, стараясь не смотреть Лиграну в лицо.

Стыдно ему, мерзавцу. Предателя упустил, любовницу его погубил и теперь из кожи вон лезет, чтобы загладить вину. Железный Песок подобное отношение к исполнению обязанностей всячески приветствовал и по мере сил поддерживал.

— На этот раз без сюрпризов? — спросил он с нажимом, внутренне радуясь возможности отвлечься от опостылевших уже записей.

— Даже не сомневайтесь, — с юношеской горячностью ответил Марик.

И с благоговением покосился на богато украшенную подставку, на которой лежала катана лорда Лучаня. Лигран вздохнул. Хоть ты тресни, но непонятен ему этот пиетет перед оставшимися после отца клинками. Да, отличные мечи, да, принадлежали великому воину, но и только. А тут настоящее поклонение. Дня не проходит, чтобы не приходил кто-нибудь от солдат с просьбой посмотреть на прославленное оружие. Надоели до колик. Он уже давно бы разогнал всех к такой-то матери, если бы каждый визит не вызывал всплеск энтузиазма на тренировках. Мотивация бойцов резко возрастала, и на занятиях они начинали рвать жилы. Как от такого стимула отказаться?

— Ну тогда давай, пересказывай своими словами, а то чтения мне на сегодня уже хватит, — потребовал Лигран.

— Как пожелаете, мой лорд, — Лерой коротко поклонился. — История, в общем-то, простая. Насколько эти головорезы были в курсе, на Щепина несколько месяцев назад вышел какой-то переодетый докт. Начал подкидывать деньжат, а взамен просил собирать информацию о замке и его владельце. Сначала это был лорд Лучань, затем пришёл ваш черёд.

— Это точно был докт? — переспросил Лигран.

— Бандиты в один голос твердят, что Кривой долгое время был контрабандистом и уж доктов от адорнийцев отличать умел.

— Логично… — хмыкнул Железный Песок. — Как понимаю, источниками этого ублюдка были управляющий и эта… его любовница с почтовой станции… — он поморщился и щёлкнул пальцами.

— Релина Нора, — подсказал Лерой.

— Точно, она, — кивнул Лигран. — Но мне интересно, что именно этот докт хотел знать в каждом конкретном случае. Можешь сказать?

Марик довольно улыбнулся.

— Тут вообще всё просто. Во время правления вашего отца, — сказал он, — платил за любые сведения об изысканиях лорда и его занятиях Искусством, способностях Героев. Отдельная награда была за проникновение в замок… Когда же власть сменилась, то собиралось всё, что касалось вас. Абсолютно всё, любые слухи и домыслы.

— Ого. Поставить меня вровень с Непобедимым, — хмыкнул Лигран, но затем посерьёзнел и начал рассуждать вслух: — Что ж, тогда подведём итоги. Первый и самый важный: моего отца убили докты. Не чокнутые маги, не адорнийцы, а именно докты. Со слов подельников предателя это ясно совершенно точно. Второй момент состоит в том, что после пересечения границы Гуаньдира на меня совершает покушение та же самая группа доктов. Имея доступ к почтовой станции замка, они знали достаточно, чтобы организовать засаду. И, наконец, третий факт, не столь заметный, но не менее важный…

— Докт в банде разбойников? — рискнул вставить слово Марик.

— О, про него-то я и забыл, — хмыкнул Лигран. — Да, пусть он будет третьим. А тогда четвёртый — это невидимки, о которых говорил старик из Верхних Ручьёв.

— Невидимки? — переспросил Лерой.

— Именно. Старик жаловался на засилье невидимок, которые слоняются по дорогам. Я сначала не обратил на его слова внимания, но затем вспомнил и почти сразу понял, кто это может быть.

— Тень?

— В точку, — сказал Лигран довольно. — Ведь если в отряде доктов есть Тень, то тогда становится понятно, как им удалось подобраться незамеченными к воротам Одинокой Башни во время прошлого штурма.

Железный Песок замолчал, ещё раз прокручивая в голове все доводы.

— И что нам это даёт? — рискнул вмешаться в ход его мыслей Марик.

— Что? А… Это подводит нас к простому выводу, что докты из Гуаньдира никуда не ушли и в скором времени снова заглянут к нам на огонёк, — сказал Лигран и хищно улыбнулся.

Кажется, он рвался на войну? Что ж, теперь война пришла к нему домой! И он всё-таки сможет отомстить проклятым доктам за агрессию против Адорнии.

Видимо, в глазах у него мелькнуло что-то такое кровожадное, потому как Марик внезапно вздрогнул и непроизвольно отшатнулся. Его боевой дух явно уступал духу Лиграна и уж точно не мог сравниться с жаждой разрушений Сильвары.

Железный Песок обязательно бы это как-нибудь прокомментировал, но их прервали. В дверь забарабанили, и раздался возбуждённый голос.

— Мой лорд, прибыли шестеро наёмников, они говорят, что на Храм духов напали и ранили настоятеля. Мой лорд, они просят о встрече с вами! — прокричал малознакомый солдат. Кажется, его взяли в гарнизон неделю или две назад.

— Сейчас! — рявкнул Лигран и, махнув Марику на дверь, принялся цеплять катану отца на пояс. Лишней точно не будет. Лерой тем временем распахнул дверь и принялся что-то вполголоса выпытывать у бойца.

Железный Песок уже собрался было выходить, когда вспомнил про записи Лучаня. Вернулся к столу и смахнул их в окованный железом сундучок, прикреплённый к полу. Щёлкнул замком и лишь затем направился к выходу.

— Теперь идём.

Пока шагали по запутанным переходам центральной башни, он успел выяснить, что двоих наёмников хорошо знали капитан Дерек и капрал Тротт. Приветствовали их как равных, разговаривали уважительно и явно не ожидали встретить в Одинокой Башне. Когда вестовой успел это всё разглядеть непонятно, но рассказанное им было точно не бесполезно. Спустившись во двор, Лигран уже примерно представлял, в каком ключе вести беседу и чего ожидать от неожиданных гостей.

Наёмники обнаружились неподалёку от Зала славы, на тенистой площадке, заставленной скамейками. По вечерам здесь часто собирались любители высокой поэзии. Что радовало, воинов не оставили одних. Регулярное появление в замке незнакомых Героев и вражеских лазутчиков приучило к тому, что всякие чужаки всегда должны оставаться под присмотром. Помимо капитана Дерека и капрала Тротта, которые и вправду о чём-то болтали с двумя мечниками в зелёных комбинезонах с оранжевыми вставками, здесь была Сильвара и ещё почти десяток гарнизонных лучников. Последние скучали немного в стороне, вполуха слушая что-то им втолковывающую Героиню.

Наконец Лиграна заметили. Наёмник, который до того разговаривал с капитаном, вдруг прервался и повернулся в его сторону.

— Вы лорд Лигран Железный Песок? — спросил он с лёгким поклоном. — У нас для вас срочное послание от Вурея Насыщателя.

— От кого? — Железный Песок даже опешил от такого начала. — Какого ещё Вурея?!

— Настоятеля Храма духов битвы, что расположен… — с невозмутимым лицом принялся объяснять воин, но Лигран его перебил.

— Не надо, я понял, — сказал он, чувствуя некоторую неловкость. Светлые боги, он ведь до сих пор не знал, как звали этого жреца. Нехорошо получилось, недостойно лорда пренебрегать уважением к простым людям. — Что случилось?

— В храм пришли докты: несколько воинов, с ними два Героя. Боевых животных и механизмов вроде бы не было, но там кто знает… Спрашивали вас, — рассказ воина был предельно лаконичен. Ничего лишнего, всё только по существу. — Точнее не вас, а о вас.

— Обо мне? Да ещё в храме? — удивился Лигран.

— Их интересовала причина визита, — наёмник пожал плечами.

— Вот даже как. И каков итог? Я слышал… уважаемый Вурей Насыщатель… пострадал?

— Помощники настоятеля погибли в бою, сам он тяжело ранен. Он наверняка последовал бы за своими братьями по вере, но смог воспользоваться своим мастерством, а когда возникла суматоха, то скрылся в храме, — воин позволил себе усмехнуться. — Выкурить его оттуда у «железячников» кишка тонка.

А вот Лигран нахмурился. Мало того, что он слишком поздно узнал имя главного храмовника, так ещё и понятия не имел о его общеизвестной способности.

— Что за мастерство? — уголком рта спросил он у Марика.

— По слухам, настоятель может на время создавать небольшие зоны с повышенной концентрацией прайма, — прошептал тот.

— Понятно, — буркнул Лигран и уже громче сказал: — Вы принесли не самые приятные новости, но я всё равно за них благодарен. Важно знать, что есть ещё в Гуаньдире люди, готовые в любой момент дать отпор проклятым доктам… — В голову вдруг пришла мысль, что одной благодарности мало, потому он добавил: — Кстати, Сильвара, распорядись, чтобы в храм сегодня же отправился лекарь…

Героиня, которая в последнее время старательно его избегала, холодно кивнула.

— Мой лорд, но это не все новости! — снова вклинился наёмник.

— В смысле? — не понял Лигран.

— Настоятель велел передать, что храм всецело поддерживает вас в святой войне с доктскими отродьями. Духи битвы благоволят сильным и умелым, таким, как вы, лорд Лигран. — Наёмник снова поклонился, правда, на этот раз гораздо ниже и не отрывая взгляда от его меча.

Древо, очередной приверженец веры в небесных обитателей, обожающих сражения! До войны люди предпочитали посещать совсем другие храмы, а тут всех словно подменили. Хотя… для него так даже лучше. Удобнее. В мире, где тебя благословляют на бой старшие жрецы, наём верующих солдат перестаёт быть особой проблемой.

Словно отвечая мыслям Железного Песка, снова заговорил наёмник:

— Мы давно сражаемся с доктами. Сначала ловили контрабандистов и лазутчиков, бились с пограничниками, затем повоевали на фронте. Теперь пришёл черёд навести порядок дома, — сказал он торжественно. — Если в казарме у лорда, отмеченного духами битв, на поясе у которого катана самого Лучаня Непобедимого, есть место для шестерых ветеранов, то мы с гордостью принесём ему клятву верности.

— Что могу на это сказать… Мне всегда нужны воины, которых не страшат схватки с «железячниками», — сказал Лигран и широко улыбнулся. — Если вас такая перспектива не пугает, то добро пожаловать в Одинокую Башню!

Теперь уже поклонились все шестеро. Только сейчас Лигран обратил внимание на пусть старые, но отлично ухоженные доспехи, качественные мечи и не самые дешёвые луки своих новых воинов. Пожалуй, с такими бойцами грядущий визит доктов больше не кажется таким уж пугающим!

— Отлично. Тогда завтра с утра проведём торжественную присягу. Капитан Дерек Посох Грома, её организация на вас, — выдал Железный Песок немного легкомысленным тоном. — А как всё закончится, прошу вас вместе с Сильварой Ястреб и Мариком Лероем ко мне в кабинет. Возникли вопросы, которые требуют совместного решения.

— Мой лорд, может, раскроете секрет, что за вопросы? — тихо спросила подошедшая Сильвара, которая наконец-то нарушила молчание.

Лигран поприветствовал её немного кривоватой ухмылкой.

— Да ничего особенного. Сегодня стало окончательно ясно, что скоро докты нанесут повторный визит в Одинокую Башню. И нам предстоит организовать им достойную встречу.

— Повторный визит? — Героиня сделала непонимающее лицо, на что Лигран лишь вежливо рассмеялся и похлопал её по плечу. Даже отвечать не стал, и так всё понятно. Что характерно, воительница свой вопрос тоже больше не повторяла…

На этом официальная встреча лорда с его подданными закончилась, и люди начали расходиться. Сам Железный Песок раздал ещё несколько распоряжений, проверил караулы и вернулся в центральную башню. В кабинете его ждала куча бумажной работы, которую он, увы, не мог ни на кого спихнуть. И чем раньше он ею займётся, тем быстрее она закончится.

Так в заботах пролетел весь день, и только под вечер Лигран смог освободиться и позвенеть клинками с Мариком. Начальник охраны подтянул владение мечом до вполне приличного уровня, и теперь тренировки больше не напоминали избиение тряпичной куклы. Иногда бывало даже весьма интересно. В общем, стоит ли удивляться, что к вечеру он безумно устал и, едва голова коснулась подушки, моментально отрубился.

Однако поспать ему не дали. В середине ночи Лигран проснулся от того, что скрипнула дверь и в комнату проскользнула обнажённая фигура. Прошлёпала к кровати голыми пятками по каменному полу, нырнула под одеяло.

— Мой лорд спит? — промурлыкала ночная гостья, не забыв чувствительно прихватить зубами мочку уха.

Железного Песка словно молния пробила, а ведь женщина и не думала на этом останавливаться. Стянув одеяло, она начала медленно целовать его грудь, пробегать по рёбрам кончиками пальцев и снова целовать, опускаясь всё ниже и ниже.

Лигран, который ни в коем случае не собирался поддаваться на провокации Амазонки, ощутил нешуточное возбуждение. Здесь сказались и умелые действия Сильвары, и долгое отсутствие близости с женщиной, и сама необычность ситуации. С Героинями у него точно никогда и ничего не было. И это добавляло привкус чего-то запретного, невыносимо сладкого и манящего.

Проклятье, да он едва сдерживался, чтобы не наброситься на воительницу, не подмять её под себя!

Проклятье, проклятье, проклятье!!! Мозги отказывались думать хоть о чём-то другом, а мягкие влажные губы скользили всё ниже и ниже. На какое-то время задержались там, даря неописуемое блаженство, а затем… Затем он не выдержал, отстранил женщину и попробовал перевернуть на спину. Не получилось. Попробовал снова, чуть более настойчиво, но короткий тычок в грудь отбросил Лиграна обратно на кровать, а сама Амазонка немедленно оседлала его бёдра. И это была уже не та домашняя кошечка, которую она изображала поначалу. Шуточное сопротивление Лиграна дико возбудило воительницу. Что бы там она ни задумывала, когда пришла к нему в постель, теперь все эти планы пошли кувырком. Теперь уже она сама сгорала от страсти, и Железный Песок в полной мере ощутил, почему обычным смертным крайне не рекомендуется заниматься любовью с Героями.

Это было как секс с торнадо, ожившим вулканом, цунами и землетрясением. Сильвара напрочь перестала себя контролировать, с каждой секундой двигаясь всё сильнее и сильнее. Словно доктским прессом, сжала бока Лиграна коленями, изо всех сил вцепилась ногтями в плечи, а в самый пиковый момент и вовсе сжала зубами предплечье. Причём по-настоящему, всерьёз, прокусив кожу до крови.

Сопротивляться такому напору или, того хлеще, наслаждаться этим мог только Герой. Нет, лукавить не стоило, свою порцию удовольствия Лигран получил, но… чудь побери, если бы при этом ему ещё не приходилось молить светлых богов, чтобы обезумевшая от страсти Сильвара не переломала ему бёдра или не свернула шею, было бы совсем хорошо…

Ушла воительница из его спальни где-то через час. Сначала полежала немного, приходя в себя, а потом просто встала и выскользнула за дверь. Молчком, не прощаясь. Словно и не было ничего. Впрочем, Лигран её не задерживал. Хитрая операция, нацеленная на получение над ним контроля, сорвалась из-за темперамента исполнительницы, так что сейчас женщина явно была не склонна к разговорам. Да оно и лучше, играть словами, как и положено двум встретившимся в кровати противникам, Железный Песок был не настроен.

После ухода воительницы он ещё минут пять повалялся в постели, затем встал, набросил халат и отправился в малую гостиную. Сейчас он был не в том состоянии, чтобы спать. В голове крутились сотни мыслей, тело болело, словно после доброй драки, а эмоции бурлили не хуже вулкана. В конце концов, ощущать себя девицей, которую завалил в койку бравый гвардеец, ему ещё не приходилось. И то, что он пережил, Лиграну точно не понравилось. Мало того, если он немедленно не успокоится, то попросту взорвётся!

Стрелой влетев в гостиную, Железный Песок первым делом метнулся к стойке с трубками. Трясущимися руками набил одну табаком, поднёс огонь и сделал пару глубоких затяжек. Непривычное к этой отраве горло моментально обожгло, и Лигран тяжело закашлял. Аж слёзы выступили. Однако прежде чем отложить трубку в сторону, он упрямо затянулся ещё раз. Ему сейчас и надо было чего-то такого, вредного и продирающего до самых костей, чтобы дурные мысли со свистом вылетели из головы.

Немного помогло. Лигран уже подумывал попробовать второе извечное средство от нервного напряжения, которого доселе избегал, и начал посматривать на бар с винами и крепкими напитками, когда из-за спины внезапно раздался голос Марика.

— Вас можно поздравить, мой лорд? — спросил он мрачно.

Лигран дёрнулся и стремительно оглянулся. Начальник его охраны обнаружился в плетёном кресле за кадкой с разлапистым растением и со стаканом в руке.

— С чем? — тупо переспросил Железный Песок.

— Ну как же… Вы провели ночь со столь прекрасной женщиной. Разве это не достойная награда настоящему мужчине? — Марик почему-то особо выделил слово «настоящий». Словно было здесь что-то личное. — Я направлялся сюда после обхода караулов, когда увидел как Сильвара в… несколько фривольном виде… открывает дверь вашей спальни… — пояснил он немного виноватым тоном. Мол, не подглядывал, так случайно получилось.

Лигран, не говоря ни слова, достал из бара бутылку, в которой плескалась какая-то мутно-зелёная гадость, и наполнил два бокала. Один взял себе, другой сунул Лерою. Покрутил посудину в руке, после чего залпом её осушил.

— Ф-ф-фух, чтоб тебя!..

Дыхание моментально перехватило. И Железный Песок лишённым адорнийской утончённости и изящества движением уткнулся носом в рукав. Некоторое время так и стоял, с трудом пытаясь успокоить разгоревшийся в груди пожар. Наконец, шумно выдохнув и смахнув выступившие на глазах слёзы, повернулся к Лерою.

— Достойная награда, говоришь? — сказал Лигран, скривившись. Несколько мгновений изучал мрачное выражение лица Марика, затем протянул: — О-о-о, дружище, да тут, я вижу, совсем всё плохо… — Подошёл ближе и похлопал хмурого воина по плечу: — Поверь, это не тот случай, из-за которого стоит сходить с ума. Ночь с Героиней — это… — Постоял, пытаясь подобрать слова, после чего просто махнул рукой. — А, да что там говорить… Просто знай: если вдруг захотелось сдохнуть, то существуют гораздо менее экзотичные способы расстаться с жизнью.

Лигран хотел выдать ещё какой-нибудь совет в таком же духе, но вовремя себя одёрнул. В голове уже шумело, и на язык просились вещи, о которых стоило помолчать. Если он немедленно не уберётся в спальню, то точно наговорит лишнего, и кто знает, как отреагирует на его слова Марик. У Лиграна же и без того мало людей, чтобы терять их по глупости.

Махнув на прощание, Железный Песок развернулся и поспешил обратно в спальню. Изо всех сил надеясь, что не встретит там Сильвару. Второго раунда он мог и не пережить…

Мысли вернулись к случившемуся. Память, подстёгнутая алкоголем, выдавала картинки одна красочней другой. Вот только вместо удовлетворения от хорошо проведённой ночи Лигран испытывал злость пополам с раздражением. Усиливали негатив и напомнившие о себе помятые рёбра, многочисленные синяки, ушибы.

Такое чувство, что он не лорд, а лазутчик, который ради дела соблазнил… хотя нет… позволил себя соблазнить вражескому агенту. И постель для него теперь линия фронта, где рискуют жизнью и совершают подвиги.

Интересно, кому пришла в голову идея использовать Героиню в столь неподходящем амплуа. Неужто Наставник начал работать столь грубо? Или это Джок расстарался? С него станется. Хотя… и сама Сильвара могла рискнуть. Поняла, что Лигран слишком быстро силу набирает и из-под контроля выходит, вот и решила сократить, так сказать, дистанцию. Да только силёнок не рассчитала и увлеклась с поистине адорнийским темпераментом.

Лигран усмехнулся и переступил порог комнаты, прикрыв за собой дверь.

Вот был бы номер, если он оказался чуть менее крепок и не пережил бы процедуру соблазнения. В конце концов, по слухам, такие случаи нередки…

Чтобы успокоиться, Лигран мысленно потянулся к кошелю с песком и тонкой струйкой вытянул его наружу. Собрал в плотный ком, из которого начал лепить правильную пирамиду. Не доделал, смял фигуру в шар и разделил его на пять сегментов. Попытался сделать из каждого нечто вроде стрелы, но на первом же элементе потерял концентрацию и уронил весь материал на пол.

Древо! Получилось даже хуже, чем раньше. А ведь у него уже наметился прогресс, и неплохой прогресс. До чего дошло, он начал мечтать о том, каких высот сможет достичь через пару месяцев.

Как вдруг опять неудача.

Конечно, можно всё списать на выпивку, но современная магия зависит не от трезвости ума, а от веры в свои силы. Только вот с последним была беда. Ночь принесла такой сумбур в мысли и чувства, что Лигран уже ни в чём не был уверен… Проклятье, или это и была цель Сильвары?! Ослабить его, не позволить встать на ноги и достичь могущества…

Но почему?! Он же прибыл сюда для того, чтобы найти и покарать убийц лорда Лучаня, отца. Зачем ему мешать?! Или… или Джок прав, и Наставник посадил его на трон Гуаньдира совсем не для этого? Он должен просто выиграть время для братца, который прибудет в Одинокую Башню, когда Лигран потерпит неудачу?

Неожиданно для себя Железный Песок понял, что больше не злится и даже не чувствует себя преданным. Наоборот, его распирает желание продолжить начатое и назло всем добиться результата. Выжить, поквитаться с убийцами отца, утереть нос Джоку и доказать Наставнику, что его нельзя использовать как разменную фигуру.

— Да, именно так! — сказал он вслух и без малейшего усилия собрал весь песок с пола.

Последний вояж по деревням и сёлам Гуаньдира яснее ясного показал Бистарку, что спокойные времена закончились, пришла пора действовать. Не отсиживаться в лагере, ожидая не пойми чего, а бить врага. До того, как тот ударит сам.

Мысль была, разумеется, правильная, но… но претворению её в жизнь сильно мешала слабость отряда. Проскочить по пустующим дорогам ещё можно, спалить пару хуторов — всегда пожалуйста, а вот замахиваться на что-то серьёзное уже нельзя. Опасно.

Вот только есть ли у него выбор?

Перед принятием окончательного решения Бистарк устроил у себя палатке совещание. Пригласил праймолога Пулье, механикуса Глорена и обоих Героев — Юлиру с Гржаком. Непонятно, на что он рассчитывал, собирая их всех вместе, но в итоге всё свелось к бессильной ругани.

— Итак, ещё раз. Ты уже дважды посылал в Контору запрос с просьбой об отправке помощи. Первый раз сразу после атаки чуди, гори она в огне веки вечные, второй раз на днях, так? — спросил Бистарк, обращаясь к праймологу.

Тот с важным видом кивнул.

— Именно так.

— И оба раза они давали один и тот же ответ? — Бистарк потряс мятым листком бумаги. — Советовали… ждать?!

Он особо выделил последнее слово, на что Пулье пожал плечами.

— Да, а ещё пытаться справиться собственными силами.

— Ага, умники! И как это мы сами не догадались? — рыкнул Бистарк, немного понизив голос. Срываться на подчинённых, и особенно на гражданских, точно не стоило. — Больше ничего не советовали?

— Вроде нет… — протянул Пулье.

— Ладно, тогда будем считать, что о нас забыли и мы должны планировать операции только из расчёта имеющихся сил, — сказал Бистарк, повернулся к Глорену и требовательно спросил: — Что с материалами и запчастями? Вы способны собрать какой-нибудь подходящий механизм? Катапульту, простой метатель, автомат или что-нибудь в этом роде?

На этих словах Пулье вздохнул и закатил глаза. Бистарк собрался было возмутиться, но тут со своего места вскочил Глорен, и реакция дока стала понятна.

— Что?! Автомат? Катапульту?! — сорвался на визг механикус. — А прайм-двигатель где я возьму? Как адорнийский маг, из воздуха наколдую? И детали… деталей вообще не осталось. Всё на «взломщика» ушло.

Глорен раскраснелся и едва не топал ногами.

— А ведь я говорил, ещё в прошлый раз говорил: нужны запчасти, нужны запчасти… — продолжал разоряться он. — Но кто меня слушает, всем только дай, дай, дай!.. Зато сделать, как просит единственный умный докт среди этого сборища идио…

— Но-но, — тут же вскинулся Пулье. — Без обобщений.

Механикус, которому сильно не понравилось, что коллега его перебил, аж подпрыгнул от злости и явно собрался выдать праймологу самую «лестную» характеристику. И не вмешайся капитан, точно случилась бы драка.

— Хватит! — рявкнул Бистарк, хлопнув ладонью по столу. — Сейчас не до причитаний, Глорен, говори по существу. Можешь что-нибудь сообразить на коленке?

— На коленке?! — снова завопил механикус, но Бистарк немедленно его одёрнул.

— Глорен!

Главный специалист отряда по механизмам вздрогнул, втянул голову в плечи и тихо ответил:

— Нет.

— А сделать прайм-бомбу? Не слишком мощную, но достаточную, чтобы взорвать или повредить замковые ворота? — уточнил Бистарк.

— Такую, чтобы разнесла в щепки зачарованные створки, точно нет, а вот способную их самую малость повредить или хотя бы просто поджечь — вполне, — ответил Глорен, не задумываясь.

— Ну вот и отлично. Мне она нужна к утру.

— Но капитан… — попробовал возмутиться механикус, однако договорить ему не дали.

— Я всё сказал! — отрезал Бистарк и развернулся к скучающим Героям. — Теперь вы… С планом штурма, что дал вам вчера, ознакомились? — Дождавшись кивков, тут же спросил: — И?

— Да всё нормально, капитан. Справимся, — ответил за обоих Егерь, подмигнув Юлире. Та на это лишь пренебрежительно фыркнула.

— Вот и договорились, — сказал Бистарк. — Тогда готовьтесь, выходим завтра на рассвете.

На этом пародия на совещание закончилась. Все согласились с его планами, никаких дельных замечаний не высказали. В общем, ответственность за операцию целиком легла на его плечи. Всё ли правильно рассчитал, продумал, стоило ли пользоваться теми данными, что передал ныне покойный Щепин Кривой — ответы на эти и многие другие вопросы предстояло выяснять уже в бою.

Однако как Бистарку ни хотелось, быстро покинуть расположение лагеря у отряда не вышло.

Сначала возникли проблемы у Глорена. У механикуса никак не получался механизм активации бомбы, который срабатывал когда угодно, но только не в заданное настройками время. Да и с прайм-взрывчаткой не всё было гладко. Пулье даже пришлось забыть о своих драгоценных склянках и скальпелях и помогать своему сварливому коллеге.

Затем переругались Герои, причём кто виноват, так и осталось тайной. То ли Гржак отпустил по отношению к Ночному Крылу сальную шутку, то ли Юлира врезала веером по носу волка Егеря, но в итоге дело едва не дошло до драки. И Бистарк битый час мирил бешеных бессмертных.

В общем, отряд отправился в путь много позже назначенного времени. Одно хорошо: несмотря на не самое лучшее начало, за время перехода до Одинокой Башни не произошло ничего по-настоящему серьёзного. Путь группы проходил по такой глухомани, что даже чудь туда не заглядывала. Единственный же встреченный охотник расстался с жизнью настолько быстро, что толком не успел испугаться. Группа отдыхала на привале, когда из кустов вывалился неброско одетый мужик с небольшим луком. Увидев перед собой полтора десятка вооружённых людей, он замер как вкопанный, даже рот раскрыл от удивления, чем и воспользовалась Юлира. Она возникла у него за спиной и раскрытым веером отсекла голову. Р-раз, и готово. Лёгкость, с которой всё было проделано, настолько порадовала Бистарка, что он позволил себе немного помечтать. Например, о том, что никакой замок штурмовать не придётся, а лордёныша вместе с дневником Лучаня группа захватит в окрестностях Одинокой Башни. Ведь может же им хоть когда-нибудь повезти, чудь побери?!

Увы, реальность показала, что нет…

Смеркалось, когда после двухдневного марш-броска по буеракам отряд наконец добрался до Одинокой Башни. Ворота были закрыты, по стене прохаживались часовые, а в бойницах на жилых этажах центральной башни горел свет. Лорд оказался трудоголиком и работал допоздна.

Гнать уставших солдат в бой было глупо, и капитан объявил привал. Кто-то сразу же завалился спать, кто-то принялся всухомятку грызть сухари, а кто-то занялся сбитыми в кровь ногами. Сам Бистарк вместе со свежими и почти не уставшими Героями отправился к известному им ещё со времён первого штурма входу в подземный лаз. Тогда решили воспользоваться халатностью охраны ворот и войти в замок под прикрытием чар Юлиры, тайный ход было решено оставить как запасной вариант. И вот теперь пришло его время.

— Все помнят, что надо делать? — спросил Бистарк, склонившись над замаскированным в траве люком. Нашарил едва заметную ручку, повернул и неожиданно легко сдвинул железную крышку в бок.

— Разумеется, — мурлыкнула Юлира и на мгновение прижалась грудью к спине капитана. — Я под пологом невидимости первая прохожу за стену, минирую ворота этой ужасной бомбой. Затем возвращаюсь к остальной группе и веду вас в башню.

— Я вступаю, когда жахнет, — перебил Тень хмурый Гржак. — И устраиваю проклятым адорнийцам локальную войну за Туманную рощу. Если удастся, то прорываюсь через ворота, нет — бьюсь, пока не сдохну. А как в Конторе воскресят, так сразу на доклад к начальству. Так, мол, и так, высылайте помощь.

— Ну, лучше всё-таки не «сдыхать», — поправил его Бистарк, отодвигаясь от игриво настроенной воительницы. — Да и с чего такая мрачность? В конце концов, того Душелова здесь больше нет.

— Посмотрим, — сказал Егерь упрямо, а его волк согласно зарычал. — В прошлый раз мы тоже думали, что один Герой нашей шестёрке не соперник. И что получилось?

Возразить было нечего. Тридцать воинов, шесть Героев и два боевых кабана вошли тогда в Одинокую Башню, а вернулось два десятка солдат да три Героя. И это после встречи с одним любителем мертвяков и его хозяином! Великая Шестерёнка, да будь Лучань чуть более хорошим правителем и стратегом, они полегли бы там все до единого!

— У нового лорда всего одна Амазонка, и она точно не ровня Душелову, — сказал Бистарк.

— Не ровня… А ну как этот сопляк нашёл каталисты своего предшественника и воскресил всех четверых бессмертных?! Что тогда делать будем? — хмыкнул Егерь, и Бистарк вдруг понял, что ограниченный, лишённый фантазии Герой увидел то, о чём он сам благополучно позабыл. Каталисты, проклятые каталисты!!! Почему он так ничего и не спросил у Щепина про каталисты?! Решил, раз тот молчит, то и говорить не о чем? Забыл о привычке бандита приберегать самое ценное на будущее?

Проклятье! Напускное спокойствие Бистарка развеялось как дым. И без того рисковая операция стала казаться чистой воды авантюрой. И что теперь, отыграть всё назад? Или рискнуть? Как быть, раздери вас старые боги?!

Наверное, начни Герои его сейчас убеждать в отмене штурма, он бы поддался уговорам, но те молчали. И Бистарк решил не давать волю страхам. Будь что будет, один раз получилось, получится и сейчас. Чокнутые адорнийцы ведь горы сворачивают, если верят, что смогут это сделать, свернёт и он!.. Может быть…

Операция началась ровно в три ночи. К этому времени все достаточно отдохнули, а часовые на стенах, наоборот, устали и дружно дремали на постах. Самое то для визита «вежливости».

Первой, как и договаривались, в лаз спустилась Юлира, за ней — двое солдат из тех, что поздоровее. Они тащили бомбу. Гржак с волком шли следующими, потом Бистарк, ну и следом весь оставшийся десяток. Замыкающий прикрыл за собой крышку люка: возвращаться собирались тем же путём, и в планах не было встреч с любопытной чудью или просто любителями позвенеть железом в подземелье.

Впервые услышав о тайном ходе, Бистарк подсознательно ожидал сырости, затхлого воздуха и капающей с потолка воды и был приятно удивлён, когда оказался в сухом, выложенном плиткой коридоре, с неплохой вентиляцией и пусть редкими, но работающими светильниками. Пыли, конечно, много, и потолки низковаты, но без этого никак. Они всё-таки не в главном холле замка.

Идти, цепляя макушками своды, пришлось недолго. Минут пять-десять, не больше. Прямой как стрела ход вывел к крохотной площадке с винтовой лестницей, которая заканчивалась железной дверью с хитрым запорным механизмом. И пусть с ними не было сейчас Пулье и Глорена, Бистарк сам видел, что адорнийский замок устроен иначе, чем доктский. Какие-то камешки, проволочки, трубки. Только ручка была похожа, и вот её-то Юлира и повернула.

Дверь дрогнула и беззвучно откатилась в сторону. Все замерли, обратившись в слух. Подождали минуту, другую, но снаружи не донеслось ни звука. Больше ждать не имело смысла. Крыло Ночи деловито забрала у парней их агрегат, накинула невидимость и выскользнула наружу. Протолкавшийся к выходу Гржак закрыл за ней дверь, оставив только небольшую щель. Аккурат такую, чтобы его волк мог просунуть в неё нос.

— Ну что? — шепнул Бистарк, чувствуя, как к взмокшей от напряжения спине липнет поддоспешник.

— Людей вроде нет, тигров тоже, — ответил Гржак, понимавший своего питомца лучше, чем другие понимают людей.

Это было уже неплохо. Подземный ход вёл в хозяйственную пристройку, спрятанную в здешнем парке. Другой вопрос, зачем нужны такие заросли внутри крепостных стен, но его следовало адресовать к адорнийцам и их безумным представлениям о красоте и правильности. Для Бистарка главное, что место со всех сторон не просматривается и заметить их можно было, только если не повезёт натолкнуться на страдающего бессонницей обитателя замка.

Наконец раздался шорох, и перед входом возникла Юлира. Судя по блеску глаз и гуляющей на губах мечтательной улыбке, воительница явно наслаждалась жизнью.

— Готово. У нас есть десять минут, — сказала она и хлопнула Гржака по руке свёрнутым веером. — Твой выход, дикарь.

— Без тебя знаю, девка, — огрызнулся тот.

Прыгнул на волка и по-звериному беззвучно растворился в ночи. Теперь ему предстояло найти подходящую позицию у ворот и в нужный момент атаковать с неё сонных и растерянных солдат гарнизона.

Вслед за ним покинули подземелье и остальные. Теперь счёт пошёл на секунды.

— Бегом, бегом, сучьи дети! — зарычал Бистарк и первым подал пример, помчавшись к центральной башне.

Если ему не изменяла память, то на входе должны дежурить двое стражников… и неизвестно сколько — наблюдать со стен. Если они не успеют пересечь открытое пространство до того, как прекратит действовать Покров, им не поздоровится.

Судя по звукам, Юлира бежала где-то впереди. Сейчас она должна проверить дверь, и если та закрыта, подать условный знак. Запасным вариантом для проникновения в башню была бойница на втором ярусе. В «мёртвой» зоне то ли за беседкой, то ли за зданием для медитации — этих магов одни старые боги разберут, — где можно незаметно забросить «кошку» с верёвкой.

Но удача оказалась на их стороне. В нарушение устава дверь в башню оказалась не то что не заперта, вовсе распахнута настежь. А в проёме стоял, позёвывая, франтоватый паренёк и с мечтательным видом пялился в небо.

Поэт, мать его!

Юлира смела болвана, точно боевой кабан. Он даже пикнуть не успел, как спиной вперёд влетел обратно в здание и шмякнулся на пол. Ну а чтобы не вздумал орать, пару раз двинула в солнечное сплетение. Ему хватило. Сжался весь, скрючился — слизняк, а не человек. Такой, когда оклемается, безо всякого принуждения по башне проведёт, одного воспоминания об испытанной боли хватит.

Тень, уже скинувшая полог невидимости, тем временем метнулась в караулку. Туда же для страховки направились ещё двое бойцов. Остальные двинули в следующий зал, в конце которого располагалась лестница наверх.

— Щенок, жить хочешь? — ласково спросил Бистарк у тихо скулящего поэта.

Тот торопливо закивал.

— Ну так вставай, чего разлёгся! Показывай дорогу в апартаменты своего лорда, — продолжил давить Бистарк. — Ты же знаешь, как в них попасть, ведь так?

— Д-да, — наконец смог выдавить хлюпик, и капитан поощрительно потрепал его по щеке.

— Тогда веди, и побыстрее. Мы очень спешим повидаться с твоим драгоценным хозяином. Не надо заставлять нас ждать.

Паренёк мелко затрясся и на подгибающихся ногах двинул в сторону зала с лестницей. Проклятый слизняк! Физически ощущая, как утекает время, Бистарк пнул его пониже спины. Второй удар не понадобился: пленник, по-бабьи охая, засеменил вперёд. Руки так и зачесались разрядить огнебой аккурат ему между лопаток.

С Бистарком поравнялась Юлира. Юная воительница невесомо скользила по полу, загадочно улыбаясь своим мыслям. Из образа выбивались только капли крови, срывающиеся с веера, но кто обращает внимание на такие мелочи?

У лестницы выяснилось, что авангард повстречал ещё одного полуночника. Тело этого неудачника в луже крови лежало на ступенях, мешая проходу. Чтобы не заляпать обувь, приходилось перепрыгивать через несколько ступенек. Одно хорошо: вперёд Бистарк пустил обычных пехотинцев. Будь на их месте дискомётчики, от свиста машинок уж проснулась бы вся Одинокая Башня.

Дальше они бежали, только успевая отсчитывать пролёты. По прошлому посещению Бистарк помнил, что безумный архитектор, проектировавший замок, страшно намудрил с переходами, коридорами и лестницами. Они тогда изрядно поблуждали, прежде чем нашли кабинет Лучаня. Но теперь всё было иначе. Пленник клялся, что новый лорд буквально на днях переехал в новую спальню и, чтобы попасть туда, достаточно подняться на шестой этаж и пройти в конец коридора.

Звучало заманчиво и оттого вдвойне подозрительно. Бистарк даже подумывал избавиться от потерявшего доверие проводника и подыскать нового, но время, проклятое время… Да и сам «поэт» так натурально трясся от ужаса, что развеял все сомнения.

Наконец шестой этаж. Лампы здесь давали мягкий, приглушённый свет, создавая по-настоящему домашний уют. На других ярусах такого не было, что косвенно свидетельствовало о правоте пленника. Лорды всегда живут лучше своих подданных, какими бы демократичными они ни были. Всегда!

Бистарк оглянулся на парня, и на его немой вопрос тот ткнул пальцем в дальнюю дверь.

«Работаем!» — жестами показал он бойцам и первым шагнул в коридор.

Позади сдавленно захрипел «поэт», и капитан укоризненно посмотрел на Юлиру. Великая Шестерёнка, неужели нельзя было убрать его потише?! Тень в ответ обезоруживающе улыбнулась, накинула Покров и упорхнула вперёд. Остальные потянулись за ней.

Коридор выглядел словно после ремонта. Новые резные панели на стенах, расписная потолочная плитка, наборный пол. Пятью белыми пятнами выделяются массивные двери. Похоже, лордёныш и впрямь только-только переехал, даже отделочные работы до конца не закончили. Словно в доказательство, взгляд зацепился за оставленный в углу ящик с инструментами.

Бистарк успел подумать о причине подобной спешки, как с широкой площадки перед дверью в спальню юного хозяина Одинокой Башни раздался раздирающий душу скрип. Все замерли, отказываясь понять, что случилось. С Юлиры слетела её невидимость, и она немного растерянно оглянулась на капитана.

Что за чертовщина?! Уже начиная догадываться, что происходит, Бистарк показал Крылу Ночи, чтобы она не шевелилась, но та сделала ещё два быстрых шажка. И новый скрип, ещё сильнее прежнего, разорвал ночь.

Соловьиный пол! И его только-только закончили. Эта сволочь ждала убийц и, как только подготовила безопасное место, немедленно переехала. Проклятье, этот адорниец должен был родиться доктом!

— Вперёд, — заорал Бистарк.

Словно вторя его словам, с вулканическим грохотом во дворе взорвалась бомба, и всё завертелось. Юлира в два прыжка подлетела к двери и с трёх ударов выбила створку вместе с косяком. Сама отступила в сторону, а выстроившиеся перед входом четверо дискомётчиков разрядили по клубящемуся в проёме облаку пыли свои агрегаты. Пока они перезаряжались, внутрь проскользнули Юлира и, с небольшой задержкой, четвёрка пехотинцев.

Бистарк двинулся за ними, но в этот момент отлаженный механизм штурма дал сбой. Ближайшая к ним дверь вдруг беззвучно распахнулась, и в коридор выскочил молодой воин с обнажённой катаной. Пришелец был абсолютно гол, но было непохоже, чтобы это его хоть как-то смущало.

— Здесь никого! — одновременно с ним из атакованной спальни выскользнула разъярённая Юлира. — Тот слизняк нас обман… Сзади!

Крик Героини опоздал. Адорниец в длинном выпаде пронзил со спины одного дискомётчика, затем, освободив клинок, снизу вверх отрубил правую руку другому — тот на свою беду стоял к нему вполоборота — и горизонтальным движением смахнул голову с плеч третьему. На всё про всё мерзавцу понадобилось четыре-пять ударов сердца, не больше.

Поразительное мастерство. И если Бистарк не ошибался, то похвастаться таким уровнем владения катаной мог лишь один человек в замке — его лорд. Что ж, у Лучаня оказался достойный преемник.

Однако уважение никак не помешало Бистарку развернуть огнебой в сторону адорнийца и спустить курок. Одновременно с ним Юлира бросила Волшебный веер.

На взгляд капитана, чтобы выжить, Лиграну следовало упасть на пол. Тогда снаряды прошли бы выше и его не задели. Да, в итоге парень потерял бы темп и следующим ударом они с Юлирой его обязательно бы добили, а успей среагировать уцелевший дискомётчик, у адорнийца и вовсе не осталось бы никаких шансов.

Но, видимо, лордёныш не умел читать мыслей и выбрал совсем другой вариант действий. Каким-то текучим движением скользнув вправо, он рванул на себя замершего в ступоре однорукого бойца и, точно щитом, прикрылся им от атаки.

Шарахнуло прилично: слишком много прайма высвободилось в столь маленьком помещении. Бистарк даже присел от грохота, а поднявшаяся пыль запорошила глаза. Поэтому он как-то пропустил тот момент, когда голый лордёныш отшвырнул изувеченное тело солдата и… напал на них с Юлирой. Останься дискомётчик на ногах, Лигран точно бы его прирезал, но того отбросило взрывом далеко в сторону, и он только пытался подняться с пола.

— Х-ха! — Крыло Ночи заблокировала меч сложенным веером, а затем крутанула кистью и сделала короткий выпад.

Мимо! В последний момент Лигран увернулся и разорвал дистанцию, мимоходом махнув клинком в сторону Бистарка. Попасть не попал, но прицел сбил, и очередной огненный шарик вылетел в раскрытую бойницу.

Да что за демон вселился в этого адорнийца? Чтобы так катаной научиться вертеть, надо не просто в боевом клане воспитываться, а в нём родиться. Бистарк же про парня ничего подобного не слышал. Самородок проклятый.

Бистарк вдруг почувствовал, что его тянут назад и в сторону. Сообразив, что от него хотят, он повернулся и пропустил вперёд оставшихся в спальне четверых пехотинцев. На пятачке перед входом разом стало тесно, а Лигран впервые начал демонстрировать признаки беспокойства. Когда же подтянутся оставшиеся в арьергарде бойцы, то у этой сволочи не останется ни шанса.

— Мой лорд, вниз! — раздался вдруг истошный вопль, и ситуация вновь поменялась.

Только сейчас Бистарк вдруг понял, что дальние двери распахнуты, а выход на лестницу перегородили, встав на одно колено, адорнийские воины в доспехах и со щитами. Над ними замерли с натянутыми луками трое стрелков, а за их спинами кого-то с азартом рубили мечами. И, кажется, он догадывался, кого именно.

Лигран вновь продемонстрировал поразительную скорость реакции. Пока остальные пялились на новых врагов, он просто рухнул на пол и пропустил над собой три стрелы с тяжёлыми гранёными наконечниками.

Если бы не Юлира, то группа потеряла бы ещё троих, но Героиня вовремя опомнилась и прикрыла гигантским веером всех, кто стоял рядом. Тут же звякнули вонзившиеся в него стрелы, а затем… лордёныш запрыгнул на импровизированный щит и, мощно оттолкнувшись ногами, улетел спиной вперёд вглубь коридора. И пока воительница «сворачивала» веер, адорнийцы прикрыли своего предводителя щитами. Выстреливший ему вслед дискомётчик лишь зря потратил заряд. Заточенный диск срикошетил от тяжёлого осадного щита и впустую увяз в деревянной створке.

Сукин сын!!! Какой же всё-таки ловкий и расчётливый сукин сын. Его отец — или кто он там ему — был другим, гораздо более увлекающимся. На чём и погорел. В прошлый раз точно так же налетел, порубил нескольких человек, но слишком увлёкся атакой и не рассчитал силы. Зато Лигран не мнил себя бессмертным Героем и держал в узде ту яростную одержимость, которой так славятся адорнийские воины. За секунды боя показал себя умелым бойцом, способным на риск, но умеющим здраво оценивать свои шансы. Опять же, какую ловушку подготовил…

— Капитан, надо уходить! — крикнула Юлира, вновь прикрывая их веером.

М-да, такими темпами надолго Героини не хватит. А контратаковать ей не дают. Обстреливают издалека и не лезут на рожон. Хотя куда им спешить? Время работает на адорнийцев.

Так что права Юлира, тысячу раз права.

— Задержи их пока! — приказал Бистарк и отскочил к бойнице.

Сдёрнул с плеча свёрнутую кольцом верёвку, привязал к вбитому в стену ржавому крюку и скинул её вниз. Авось до земли достанет.

— Так, двинули по очереди! — потребовал он.

— Командир, вы первый! — попробовал возразить один из пехотинцев, но спорить с капитаном было бесполезно.

— Я сказал, пошёл!! — рявкнул он и с беспокойством посмотрел на Юлиру. Героиня выдыхалась, но продолжала раз за разом выставлять защиту. Рядом с ней топтался дискомётчик, то и дело пуская снаряды поверх развёрнутого веера, но что-то не похоже, чтобы его стрельба приносила хоть какой-то результат.

Пока капитан глазел по сторонам, солдаты один за другим ныряли в темноту. Он застал момент, когда последний протиснулся в бойницу, вцепился перчатками в канат и заскользил к земле. Тогда же Юлира немного опоздала со щитом, и адорнийская стрела вонзилась дискомётчику точно в середину лба.

Проклятье! Бистарк прыгнул на подоконник, развернулся, цапнул верёвку и, прежде, чем последовать за своими солдатами, заорал:

— Юлира, твою мать! Не отставай.

На этом свою миссию он посчитал законченной и оттолкнулся ногами. Последовали мгновения свободного падения. Тонкая обработанная праймом верёвка заскользила в руках, обжигая кожу даже через перчатки. Затем ступни снова встретились с камнем стен, и понадобился новый толчок… Бистарк только начал входить во вкус, как всё закончилось, и он оказался на земле в окружении бойцов. А наверху, судя по дёргающемуся канату, начала спуск Юлира.

Бросать Героиню не хотелось, и Бистарк принял решение ненадолго задержаться у подножия башни. Заодно можно было попытаться разобраться, что творится внутри замковых стен, тем более что из-за густых зарослей оценить это с ходу не получалось. Со всех сторон кричат, мелькают огни, мечутся тени, а толком ничего не понятно.

— Я пока по верёвке лез, успел оглядеться, — вдруг сказал один из солдат.

— Ну и? — поторопил его Бистарк.

Боец пожал плечами.

— Зона ворот в огне, вокруг бегает куча народа и размахивает оружием, — сообщил он. Затем немного подумал и добавил: — Правда, некоторые, кажется, падали и больше не поднимались.

— То есть Гржак всё ещё сражается, — сказал Бистарк задумчиво. — Но прорваться наружу у него не получилось…

За спиной раздался звук удара и послышалась ругань Юлиры, которая принялась материть отвязавшего верёвку адорнийца. Досталось и её товарищам по отряду.

— Капитан, чудь вас побери, почему вы ещё здесь? — прорычала Героиня.

— Ждали кое-кого не слишком расторопного, — огрызнулся в ответ Бистарк и добавил: — А вот какого лешего делаю теперь, не понимаю… Не отставай!

Дорогу до подземного хода он помнил прекрасно и первым нырнул в густые заросли парка. Продрался через запутавшиеся ветки, выскочил на узкую дорожку и, махнув рукой на конспирацию, в открытую побежал к подсобке, благо никого из стражи поблизости не было. От их скорости сейчас зависел ответ на вопрос, будут они жить или сдохнут на местном эшафоте, и Бистарк выкладывался на полную. Не отставали и остальные.

Чем ближе они были к подземному ходу, тем лучше слышались звуки боя. Лязг металла, рёв раненых животных, мат выживших рядовых бойцов и проклятья разозлённых офицеров. Ещё возникло ощущение, что вся эта жутко шумящая масса быстро приближается.

Наконец показалось нужное здание со всё так же приоткрытой дверью. Солдаты один за другим, не оглядываясь, скрывались внутри, а вот Бистарк и Юлира решили задержаться.

— Думаешь, это Гржак? — спросил капитан, махнув куда-то в темноту. — Не ушёл через ворота и теперь решил попробовать здесь?

— Наверное, — равнодушно пожала плечами Героиня.

Сейчас она совсем не выглядела фанатичной приверженкой сражений и битв. Скорее, возникало обратное впечатление. Бистарк с некоторым запозданием понял, что Юлира устала и осталась здесь только из-за него.

Но прогонять новоявленную телохранительницу было поздно, тем более что из темноты уже послышалось тяжёлое дыхание. Неизвестный двигался прямиком к ним, и, если они не хотели подставиться под удар, стоило спрятаться.

Бистарк вместе с Юлирой отошли вглубь тайного хода и снова прикрыли створку, оставив для наблюдения узкую щель. Как раз вовремя, чтобы успеть увидеть, как к подсобке вылетел разгорячённый бегом волк и с него скатилась знакомая низкорослая фигура. Окровавленная, перекошенная на один бок, но вполне узнаваемая.

На мгновение Бистарк ощутил по отношению к Гржаку сильное раздражение. Ну за каким лешим он заявился сюда?! Чтобы адорнийцы раньше времени узнали про пути отхода группы?! А если бы они ещё хоть ненадолго задержались в башне, что тогда? С боем прорывались бы ко входу в подземелье?

Он собрался было окликнуть Егеря, но вовремя остановился. И какими-то секундами позже убедился в правильности данного решения. Проклятый болван притащил на хвосте Амазонку. Адорнийская Героиня призраком выскочила из зарослей, после чего, не размениваясь на оскорбления, окуталась роем молний и искр, натянула лук и выстрелила вертикально вверх. Бистарк не успел удивиться такому поступку, как в уже почти добравшегося до спасения Гржака сверху ударила Разящая стрела. Пронзила шею, грудь, задела что-то внутри и вышла со спины. Насмерть! Что особенно обидно, Герой погиб в шаге от спасения.

Волк Гржака, даром что едва стоял, попробовал атаковать убийцу хозяина и друга. Припал к земле, затем оттолкнулся всеми лапами и взвился в воздух, где… встретился со второй Разящей стрелой. Обратно упало уже мёртвое тело, на глазах распадающееся на частицы прайма.

Вот тебе и Героиня, не дотягивающая до уровня Душелова. Почему-то он считал её гораздо слабее, и вдруг такой сюрприз. Бистарк вздохнул, мысленно проклиная все свои промахи и ошибки, приведшие его в этот проклятый замок. После чего неслышно задвинул дверь и закрыл замок. О проигранной битве и проваленной операции можно будет подумать и позже, а пока им с Юлирой следовало поторопиться. Пусть капитан не верил в успешность организованной по горячим следам погони, рисковать всё же не хотел. Хватит с него сегодняшнего разгрома.

Как бы уверенно лорд ни говорил о неотвратимости нападения доктов, Марик отнёсся к его словам не особо серьёзно. Вернее, не так: он вполне допускал мысль, что проклятые «железячники» решатся повторно атаковать Лиграна. Когда-нибудь. Подстерегут на тракте или выманят из замка — детали не важны, главное, что нападут точно не в Одинокой Башне. Совершив убийство лорда Лучаня, докты исчерпали пределы своего везения. Дважды такое не повторить.

Но разве убедишь в этом Лиграна Железный Песок?!

Выслушав доводы своего начальника охраны, послушав комментарии свеженанятых ветеранов, Лигран с серьёзным видом покивал, а затем, уставившись куда-то в потолок, продекламировал:

— Запасливость есть добродетель военачальника. Когда у войска есть что-то припасённое на чёрный день, оно никогда не узнает, что такое чёрный день.

И замолчал, словно этим всё было сказано. Повисла неловкая пауза, которую решился нарушить только Марик.

— И что это значит? — спросил он.

Лигран посмотрел на него с неприкрытым сожалением.

— Это значит, что не важно, когда нападут докты, — сказал Железный Песок. — Главное — быть готовым к их визиту и иметь в запасе неприятный сюрприз, а лучше — парочку.

— С этим не поспоришь, мой лорд, — Марик пожал плечами, старательно скрывая недовольство. Когда в его присутствии начинали сыпать цитатами, у него портилось настроение. — Но… что мы можем сделать? Не выпускать вас из замка, как постоянно предлагает Сильвара? Так лорда Лучаня в этих самых стенах и убили… Усилить гарнизон? Так набор в него открыт, и не наша вина, что желающих столь мало… Что ещё можно сделать? — Лерой хотел добавить про желательность призыва Героев, но, заметив предостерегающий взгляд лорда, осёкся и замолчал. Не ему объяснять хозяину Одинокой Башни, как управляться с бессмертными.

— И снова ты прав, Марик. Всё так и есть, — сказал Лигран с холодной усмешкой. — Однако этого маловато для того, чтобы начинать говорить о безопасности. И данную ошибку надо исправлять.

А вот как именно он собрался это делать, стало понятно уже позднее.

Для начала лорд приказал привести в порядок пять гостевых спален на шестом этаже. Заменить мебель, где надо, сделать косметический ремонт и, самое главное, перестелить в коридоре полы. Последнее оказалось особенно сложно выполнить, потому как лорду вздумалось не просто убрать одни доски и заменить их другими, а создать нечто гораздо более сложное. Ловушку, которая на каждый шаг будет реагировать громоподобным скрипом, и чем тише этот шаг будет сделан, тем громче окажутся издаваемые звуки.

Были некоторые опасения, что мастера не справятся со сложным заказом, но они оказались беспочвенными. Пусть никто из них раньше ничего подобного не делал, качество и скорость работ не вызвали никаких нареканий.

Затем лорд Лигран приказал организовать скрытое посменное дежурство в двух спальнях из пяти. Причём каждый раз место проживания бойцов должно было меняться. Сегодня они, скажем, ночевали в одной комнате, завтра — в другой, а послезавтра вообще менялись спальнями с хозяином Одинокой Башни.

— Мой лорд, одного не понимаю — к чему вся чехарда со сменой комнат? — в конце концов не выдержал Марик. — Понимаю, зачем понадобилась столь необычная сигнальная система, вооружённая охрана и даже переезд на другой этаж. Но эти хаотические метания…

— Ну это же очевидно! — рассмеялся Лигран. — Так они не смогут узнать от прислуги, где в данный момент ночует их цель. Мало того, ты ещё пустишь слух, что все мытарства из спальни в спальню всего лишь глупая сплетня, а на самом деле я облюбовал себе уютную спаленку и менять её на что-либо другое не собираюсь.

— Ну не знаю, не знаю… Как-то всё это чересчур мудрёно, — протянул Марик.

— Ничего, привыкай, — сказал как отрезал Лигран.

После такого совета, а вернее, тона, которым он был дан, как-то расхотелось продолжать разговор. С момента появления молодого лорда в Одинокой Башне его характер заметно изменился. И дело даже не в жёсткости принимаемых решений, а в заметной всем и каждому ауре власти, которая стала окружать Лиграна. Она подавляла и вынуждала подчиняться похлеще любых угроз, из-за чего напрямую возражать владыке Гуаньдира решались теперь очень немногие. Понимал ли это сам Железный Песок? Да чудь его знает. Важнее другое: любые, даже самые странные его приказы приводили к успеху, пусть иногда и весьма извилистыми путями. А раз так, то и Древо с ним и с его властностью.

Вот и на этот раз лорд Лигран оказался прав.

Это был первый день, когда он ночевал в одной из новых спален. Рабочие только-только закончили собирать полы с сигнализацией, даже мусор ещё не убрали, как на этаже появился Железный Песок и проследовал в дальнюю комнату. Слова Марика о том, что до завершения осталось всего ничего и стоит подождать, он молча проигнорировал, и пришлось спешно организовывать в комнатах пост охраны. А чтобы парни ничего не напортачили с непривычки, Лерой решил покараулить вместе с ними. Правда, поначалу он хотел ещё и у дверей выставить посты, но Лигран идею забраковал и приказал на виду не маячить.

Что ж, они люди подневольные! Кинули на пол несколько соломенных тюфяков, составили расписание дежурств, назначили часовых и… устроились отдыхать. Солдат, как говорится, спит, а служба идёт.

Только надо же такому случиться, что докты заявились в замок именно в эту ночь…

Началось всё с донёсшегося из коридора жуткого, продирающего до самой печёнки, скрежета. Мастера постарались на славу: издаваемые полами звуки получились столь мерзкими, что могли поднять глухого. Неудивительно, что они перебудили всех, кто находился на этаже.

Марик, едва разлепив глаза, моментально вскочил и метнулся к двери. Напряжённо прислушался, усилием воли разгоняя остатки сна, и через несколько ударов сердца совершенно чётко понял: в коридоре кто-то был и это были точно не слуги. Ну а раз так, то… он уже собрался дать отмашку бойцам о начале атаки, как где-то в районе ворот внезапно грянул мощный взрыв, вогнав всех в секундный ступор. И пока Лерой пытался разобраться, что, чудь побери, происходит, проникшие в башню враги первыми сделали ход.

Сначала кто-то заорал «Вперёд!», затем раздался грохот и треск выбиваемой двери, жужжание выпущенных из метателей дисков и перемежаемый со скрипом топот множества ног. Можно было не сомневаться: убийцы ворвались в одну из комнат. И раз не слышно звуков схватки, лорда там точно не было. Вряд ли воин уровня Лиграна позволит себя зарезать без сопротивления.

Что ж, теперь их черёд.

Лерой тихонько приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Со своего места ему была хорошо видна лестничная площадка с вражеским резервом — четвёркой воинов. Пара дискомётчиков, столько же пехотинцев — в общем, ничего серьёзного, но если ударят в тыл, то мало не покажется. А раз так, то и начинать следовало именно с них. Марик знаками показал своим бойцам, что следует действовать по отработанной схеме, и уже собрался выйти в коридор, как свои коррективы в план внёс лорд Лигран.

Одновременно с женским криком — слов Лерой не разобрал — послышался звон железа, вопли раненых и вслед за этим хлопок взрыва, судя по звуку, сильно смахивающего на детонацию заряда огнебоя. Внутри всё сжалось от дурного предчувствия, и Марик сам не понял, как заорал:

— Работаем! Работаем, чудь вас побери!!!

Плечом распахнув дверь, он стрелой вылетел на площадку и заработал клинком. Был сильный соблазн кинуться на помощь лорду — а в том, что причиной переполоха стал именно он, Марик не сомневался, — но возобладал здравый смысл. В их положении только идиот подставил бы спину врагам.

Первым он достал замешкавшегося дискомётчика. Тот ещё только разворачивал свой агрегат в его сторону, а Лерой уже вышел на дистанцию удара и разрубил докту плечо. Ещё шаг — и в длинном выпаде пронзил горло стоящему неподалёку пехотинцу. На этом его успехи закончились, в следующую секунду на Марика обрушился мощный удар. Второй пехотинец обладал отменной реакцией и не понаслышке знал, что такое рубка на мечах. Наверное, на этом бы история Марика и закончилась, но его спасли подоспевшие солдаты. Один ухитрился отбить чужой клинок, другой же вогнал в брюхо врагу несколько сантиметров стали.

На ногах остался лишь дискомётчик. Будь у него немногим более крепкие нервы, то он имел все шансы срезать диском пару человек. Но гибель товарищей вызвала у докта приступ паники. Выпустив заряд поверх голов адорнийцев, он зачем-то повернулся к ним спиной и побежал вниз по лестнице. Впрочем, ни к чему хорошему это не привело. Спасший Марика боец буквально в два прыжка догнал труса и без затей рубанул его по шее.

Тем временем щитоносцы перегородили коридор, позади встали лучники и без спешки принялись расстреливать убийц. Жаль только, что рассмотреть из-за их спин происходящее в конце коридора не было никакой возможности.

— Что с лордом?! — заорал Марик, подскочив к ближайшему лучнику. — Он жив?!

Однако ответить ему не успели. Сначала впереди полыхнула энергия прайма, затем мелькнула тень, что-то тяжело упало, послышались звуки возни. В тот же миг щитоносцы слитно качнулись вперёд, а стрелки, наоборот, сдвинулись в стороны, и Марик увидел лежащего на полу абсолютно обнажённого лорда. Он сам не заметил, как прыгнул вперёд и рывком втащил Лиграна под прикрытие щитов. Да так быстро, что выпущенный по ним диск лишь бессильно звякнул по металлу.

— Мой лорд, вы целы?! — рявкнул он, не без содрогания рассматривая Железного Песка.

Тот был забрызган кровью с ног до головы. Проклятье, в Адорнии спокойно относятся к обнажённому телу, но идти в бой голым… Нет, Лерой так бы точно не смог.

— Да Древо знает, — прохрипел Лигран и, кривясь от боли, медленно встал. Что характерно, в руке он по-прежнему продолжал сжимать меч. — Сейчас главное «железячники»… Вот дожмём их, тогда и ранами займёмся.

В том, что «дожать» доктов получится совсем скоро, не было никаких сомнений. И даже Героиня, благодаря усилиям которой противник и был всё ещё жив, тут ничего не могла изменить. Слишком неудачная позиция. «Железячники» могли, конечно, отступить в разгромленную комнату и забаррикадироваться там, но это дало бы им всего лишь отсрочку.

Видимо, их командир думал схожим образом, потому как воины внезапно оставили принявшую прайм в одиночестве, а сами один за другим стали вылезать через бойницу и по верёвке спускаться вниз. Они бы так и ушли без потерь, но здесь отличились лучники. В последний момент нашли-таки брешь в защите Героини и вогнали стрелу в лоб дискомётчику. Саму принявшую прайм достать не получилось. Её защитный веер из прайма ещё висел в воздухе, когда с поистине нечеловеческой прытью она сиганула в бойницу.

Марик первым рванул вслед за воительницей и лично перерубил верёвку, но толку не добился. Женщина уже была на земле.

— Твою мать!!! — заорал он и хлопнул ладонью по стене. — Ушли!!!

— Ещё нет, — проронил Лигран. — А судя по тому, что творится снаружи, и вовсе ничего ещё не закончилось.

— Древо! — выдохнул Марик, мысленно кляня себя за невнимательность.

Только после слов Железного Песка он понял, что доносящиеся со двора замка звуки — это звуки боя. А ещё ведь был взрыв у ворот!

— Не думаю, что доктов целая армия, скорее пара отрядов с разными задачами. Один отвлекает силы гарнизона, другой проникает в башню, — быстро сказал Лигран, вглядываясь в темноту. — Поэтому выводи парней. Своих уродов мы уже неплохо потрепали, теперь надо помочь Сильваре, — мгновение помедлил и с усмешкой добавил: — Я присоединюсь к вам позже. Хочу одеться, а то… как-то некомфортно.

— Да, мой лорд! — сказал Лерой и, не скрывая облегчения, поклонился. От мысли, что хозяин Одинокой Башни снова полезет в бой без какой-либо защиты, его передёргивало. — Только оставлю с вами пару бойцов… На всякий случай.

На это лорд Лигран лишь благосклонно кивнул…

Увы, бессмысленность разговора стала понятна чуть позже, когда Марик вместе со своими бойцами выскочил на площадь перед центральной башней и не увидел врагов. Единственным местом, откуда доносились звуки сражения, был заброшенный сквер, но и там вскоре всё закончилось. По крайней мере Лерой успел как раз к финалу, в котором Сильвара добивала вражеского Егеря и его волка. Остальные докты успели сбежать через подземный ход, о котором ни Марик, ни Железный Песок, ни даже Ястреб и слыхом не слыхивали.

Поле битвы осталось за адорнийцами, пришёл черёд считать потери.

— …В итоге с нашей стороны погибло одиннадцать человек. Двое слуг, пара солдат с поста на входе в центральную башню, четверо стражей ворот и трое бойцов, которые первыми прибежали на шум взрыва, — доложил Марик на утреннем собрании в кабинете лорда. — Кроме того, пострадало шесть человек, из них двое тяжело, взрывом повреждены центральные ворота и посечены осколками стены близлежащих зданий… Ах да, ещё требуется ремонт комнат и коридора на шестом этаже.

— А что с подземным ходом и доктами? — спросил лорд Лигран.

На это Марик пожал плечами и повернулся к Сильваре. Вопрос был явно не к нему.

— Да ничего, — ответила Героиня с непонятным вызовом. — Как только удалось взломать дверь, я прошла с солдатами проклятые подземелья от начала до конца, но «железячников» не догнала. Ну а так как, судя по следам, у выхода их ждали лошади, сочла дальнейшее преследование бессмысленным.

— Бессмысленным, значит… — Лигран странно посмотрел на воительницу, но больше ничего не сказал.

Марик едва заметно усмехнулся. Не зря говорят, что нет ничего хуже романов с подчинёнными. Невозможно ночью наслаждаться близостью, а утром песочить за промахи. Нужно выбрать что-то одно!

К своему удивлению, он вдруг понял, что злорадствует. Нет, лорд Лигран, безусловно, великий человек. Талантливый воин, стратег и тактик — на взгляд Марика, во всяком случае, — но, чудь побери, простить ему роман с Сильварой никак не получалось. Вернее, не сам роман, а то, что Героиня выбрала лорда, а не Лероя. По сути, обычного человека, которого она точно так же способна поднять одной рукой. Железный Песок, правда, говорил что-то про «экзотический способ самоубийства», но сути дела это не меняло.

И ведь что самое удивительное, несмотря на обиду, Марик остался по-прежнему верен лорду Лиграну. Каким-то образом ему удалось совместить восхищение и гордость за своего командира с ревностью и где-то даже завистью. Одно совершенно не мешало другому. Даже странно.

Пока Лерой размышлял, Лигран вытащил из стопки бумаг на столе дневник Лучаня и задумчиво принялся его листать. Что он хотел там найти, было непонятно, зато предсказуемо напряг этим Героиню. У Марика даже мелькнула мысль, что лорд специально дразнит Сильвару, но он отмахнулся от неё как от совершенно бессмысленной.

— Да что ты дёргаешься всякий раз, как видишь эти каракули?! — вдруг спросил Лигран и посмотрел на принявшую прайм. Та аж вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки.

— Мой лорд?.. — сказала она холодно.

— Говорю, не надо напрягаться всякий раз, как у меня в руках появляются отцовские записи. Нет в них ничего интересного, поверь, — сказал Железный Песок. — Я прочитал его уже дважды и ничего по-настоящему важного не нашёл… — Он вдруг хитро ухмыльнулся. — Кроме ответа на вопрос, почему его убили, разумеется.

До Марика не сразу дошёл смысл слов лорда. Слишком велик был контраст между легкомысленным тоном и серьёзностью сделанного заявления.

— И какова же причина? — спросила Сильвара, и от льда в её голосе Лероя передёрнуло. Разговор совсем перестал ему нравиться.

— О, она очевидна. Отец нашёл способ увеличить могущество Героев. Преумножить ваши способности, таланты, умения, — ответил Лигран и широко улыбнулся. — Вот только одна беда: в чём этот способ заключается, в бумагах не написано. Свои изыскания он проводил не в замке, а где именно — неизвестно.

— Да, печально, — проронила Амазонка.

Марик готов был поклясться, что ответ молодого лорда её успокоил, хотя должно было быть совсем наоборот. Не укрылась странная реакция и от Лиграна. Сложив пальцы домиком, он принялся буравить Сильвару взглядом.

Однако та словно ничего не замечала.

— Мой лорд, вы больше ничего не хотите мне сообщить? Если нет, то я бы хотела уйти, — сказала Сильвара обычным голосом. — В гарнизоне много погибших, и нужно пересмотреть расписание караулов.

— О, разумеется. Дело важное, поэтому задерживать больше не буду, — воскликнул Лигран и, пока Героиня не покинула кабинет, не проронил больше ни слова.

— Чего это с ней? — не выдержал Марик, впрочем, особо не надеясь на ответ.

— Вот и я бы хотел знать: чего это с ней… — протянул лорд и посмотрел на Лероя. — Как ты думаешь, она ничего от нас не скрывает?

— Например? — Марик не сдержался и фыркнул. — Я, конечно, понимаю, что вы не уверены в её верности, но… что она может скрывать?

— А ты подумай. Что ценнее сведений об открытии лорда Лучаня? Вещи, из-за которой убили его самого и пытаются убить меня… — сказал Железный Песок, тут же добавив: — Во всяком случае, иной причины для чехарды с доктами я не вижу.

— Не знаю. Наверное… записи об этом открытии, — ответил Марик неуверенно.

— Правильно, записи! Или знание о том, где они находятся, — воскликнул Железный Песок в нешуточном возбуждении. — И что это значит? Продолжай, продолжай…

— Хм… значит, Сильвара откуда-то о них узнала, — медленно сказал Лерой. То, куда завели его рассуждения, ему совсем не нравилось. — И скорее всего, случилось это совсем недавно, возможно, даже сегодня.

— Верно. Будь иначе, она уже давно сообщила бы об этом либо мне, либо, что вернее, Наставнику, — согласился Лигран. — А она молчала, и по поводу дневника дёргаться начала только из-за опасений, что и я узнаю этот секрет.

Железный Песок откинулся на спинку кресла и с усмешкой посмотрел на своего начальника охраны.

— Боги! — выдохнул Марик. — Но откуда тогда она… — начал было он, но тут его осенило: — Пленные! Все демоны мира, ей неоткуда было узнать, кроме как от пленных.

— Угу. Про которых мы ничего не знаем, правильно? — Лорд с удовлетворением кивнул и изобразил вялые хлопки.

Марик решительно отодвинул стул и поднялся из-за стола.

— Если в замке есть хоть один докт, я его найду, — сказал он твёрдо. — Все закоулки перерою, если понадобится, но найду!

— Но-но, без фанатизма, — сказал Лигран строго. — Думаю, много времени на поиски у тебя не уйдёт. Сильвара давно уже днюет и ночует в казармах. Её там любят, уважают, ценят. Так что пленного если где и будут держать, то только там.

— А что, логично… — сказал Марик, на мгновение задумавшись.

Отношения, которые связывали Героиню с Дереком Посох Грома и остальными солдатами, давно уже переросли традиционный пиетет перед великим воином. Её любили, боялись, уважали, и, что самое главное, ей подчинялись. Именно ей, а не лорду Лиграну. И если вдруг предположить, хотя бы на секунду, что она от лица своего лорда пообещала за верную службу какие-нибудь преференции, то… то дела Железного Песка плохи. На его стороне ни одного Героя и всего полтора десятка личных охранников. И это против почти всего гарнизона. Те немногочисленные солдаты, которые восхищались владельцем катаны самого Лучаня, на общем фоне погоды не делали. Если вдруг что случится, то каким бы лорд ни был воином, победы ему не видать.

М-да, не ту Марик выбрал сторону, не ту…

Поймав чуточку насмешливый взгляд лорда Лиграна, который словно слышал все его мысли, Лерой немного покраснел, после чего коротко поклонился и заспешил к выходу из кабинета. Настроение у него было хуже некуда.

— Кстати, имей в виду, скорее всего, «железячник» ранен, — уже в дверях догнал его голос Железного Песка. — Мне вдруг пришло в голову, что во время той драки я не добил одного дискомётчика, и он вполне мог дожить до «разговора» с нашей Амазонкой.

— Хорошо, мой лорд, — сказал Марик ровным голосом.

Сам же подумал, что если Лигран опять окажется прав, то это станет ещё одним подтверждением раскола среди обитателей замка. Потому как за уборкой тел на этаже следил лично Дерек Посох Грома. И только он мог организовать транспортировку раненого докта в казарму незаметно для остальных.

Проклятье, проклятье, проклятье…

В казармы Марик отправился не самым коротким путём: через центральную аллею, мимо ворот, Грибницы и Чайного домика. Мог срезать через парк, но тогда бы это выглядело слишком подозрительно. Только поговорил с лордом, как сразу же рванул по прямой к месту прежней службы. Проверяющий проклятый! Солдаты таких не любят.

Вот и пришлось Марику сначала не спеша прогуляться по аллее, любуясь следами ночной схватки Сильвары с её доктским коллегой. Герои здесь неплохо порезвились, порушив всё, что можно и что нельзя. Когда же Лерой вышел к воротам, то и вовсе остановился. Мастера уже вовсю работали, но трещины в створках, сколы на стенах и вырванные с мясом петли быстро не исправишь. Прайм-бомба натворила здесь немало дел, даже удивительно, что так мало погибших. Всего двое убитых после взрыва подобной мощи — такое называется не иначе как чудом. Если бы ещё не этот проклятый Егерь… Прежде чем сдохнуть, бешеная тварь достала дротиками аж шестерых.

Дальше Марик шёл не останавливаясь, разве что у Чайного домика сбавил шаг, соблазнившись витающими в воздухе запахами. Ведь так хотелось всё бросить и посидеть в тихом уголке с чашкой молочного улуна, приправленного веточкой сагаан-дайля. Но увы, покой ему только снился.

…У входа в казарму дежурили двое незнакомых Марику мечников из нового призыва. Он уже было приготовился к неприятностям, однако всё обошлось без скандалов. Его узнали, поприветствовали и без вопросов пропустили внутрь. Даже как-то обидно.

Или так и должно быть, а они с лордом Лиграном просто накрутили чудь знает чего?!

Марик прогулочным шагом направился к лестнице, ведущей в подвал. В жилые казематы он даже не заглядывал: селить раненого докта в одной комнате с адорнийцами станет только полный дурак. А раз так, кроме как в каком-нибудь чулане или подсобке, его спрятать негде.

На всякий случай Лерой уже начал прикидывать, где искать врага, если здесь его всё-таки не будет, как из караулки выглянул Дерек Посох Грома и со скучающим видом посоветовал уматывать отсюда. На всякий случай.

— С чего бы это? — спросил Марик безо всякого уважения к своему бывшему капитану.

Да и какое тут уважение, если один — за лорда, а другой — против.

— Потому что тебе нечего тут делать, — ответил тот, заступив дорогу. От панибратства Лероя его аж перекосило. — Здесь место для простых солдат, а никак не для птиц столь высокого полёта… господин начальник охраны, — название должности Марика он не сказал, а словно выплюнул. — Ясно?

— Да куда уж яснее, — пробормотал Марик, после чего развернулся и зашагал к выходу.

Связываться с бывшим командиром не стоило, обменялись любезностями и хватит. Да и зачем накалять обстановку из-за сущей ерунды? Раз нельзя войти через парадный вход, он воспользуется чёрным. Вряд ли капитан знает о том, что со стороны дворового фасада стена казармы заметно обветшала и по выщербленной кладке можно как по лестнице добраться до окна коридора. Сразу и не вспомнишь, сколько раз Марик, в бытность свою рядовым, возвращался этим путём из самоволки! Конечно, немного жаль новую форму — первый раз надел всё-таки, — но всегда приходится чем-то жертвовать…

Так что через десять минут Лерой уже перелезал через пыльный подоконник, изо всех сил стараясь ничем не загреметь и ничего не разбить. Вроде получилось. Никто не закричал, не подскочил с вопросом, а какого лешего он делает, не потребовал лезть обратно… Одно слово, повезло!

Дальше всё было просто. Никем не замеченный, Марик прошёл к пожарной лестнице и спустился сначала на первый этаж, а потом в подвал. Открыл тихо скрипнувшую дверь и проскользнул в плохо освещённый коридор.

Половина дела была сделана. Осталось обыскать полтора десятка помещений, найти докта и вернуться обратно… Раз плюнуть!

Марик ещё раздумывал, с чего начать, как до его слуха донёсся сдавленный вопль. Словно кто-то, надрывая связки, пытался кричать сквозь плотный кляп. Ориентируясь на звук, он миновал пару поворотов и оказался перед массивной дверью с железным засовом. Сейчас, правда, отодвинутым. Уже примерно понимая, что он увидит, Лерой поправил меч и решительно потянул створку на себя…

Докт действительно был здесь. Он висел, подвешенный за руки, на вбитом в потолок крюке, а перед ним с каменным лицом прохаживалась Сильвара. Судя по кровяным разводам и многочисленным синякам на теле пленника, находился он здесь уже немало времени и это была далеко не лучшая часть его жизни.

Внезапно Ястреб без замаха врезала докту под дых — того аж отбросило назад — и повернулась в его сторону.

— Какого демона, Дерек… — рявкнула было воительница, но тут увидела Лероя и осеклась. — Марик?!

— Не помешаю? — спросил Марик, стараясь говорить как можно более непринуждённо.

Совсем некстати вспомнилась та лёгкость, с которой в прошлый раз Героиня подняла его в воздух. Если воительнице сейчас вдруг взбредёт в голову провернуть с ним аналогичный фокус или даже подвесить на таком же крюке, то остановить её будет просто некому.

Однако силовой вариант развития Сильвара, похоже, не планировала.

— Как ты сюда попал? — спросила она вместо этого.

— Есть способы, — ответил Марик, стараясь за усмешкой скрыть охватившее его волнение. — Да и вообще, к чему эти вопросы? Я вроде как в замке моего лорда нахожусь. И для меня нет закрытых дверей.

Принявшая прайм недобро прищурилась, собралась что-то сказать, но не успела.

— Кстати, а что здесь делает докт? Что-то не припомню, чтобы лорду Лиграну о нём докладывали, — поинтересовался Лерой.

— Так не о чем докладывать. Проклятый «железячник» не сказал ничего интересного, — сказала Сильвара подчёркнуто равнодушным тоном и с нажимом добавила: — А я очень старалась его разговорить!

— Верю, — проронил Марик. — Но мне кажется, что лорд сам захочет поговорить с…

— Я же сказала: докт ничего не знает! — рявкнула Сильвара, после чего выдернула из ножен кинжал и одним движением вонзила его в грудь «железячнику». Тот даже вздрогнуть не успел. — Если так охота, то можешь оттащить труп к Ли… к лорду Лиграну. Пусть полюбуется.

Лерой всё ещё пытался подобрать достойный ответ на подобную наглость, когда Ястреб оттёрла его плечом от двери и вышла из комнаты.

Стерва! Ведёт себя как хочет и не боится!

С сожалением посмотрев на убитого докта, Марик отправился следом за Героиней. Хотя с пленным ничего не вышло, косвенный ответ на волнующий их с лордом вопрос он таки получил. И теперь уже Железный Песок должен был решать, какие из этого следовало сделать выводы.

Наверху, почти у самого выхода, Лерой снова увидел Сильвару. Воительница яростно распекала Дерека, после каждого слова тыча его пальцем в грудь. Капитан пытался оправдываться, но куда там. Легче горыныча убить, чем переспорить разгневанную воительницу. Когда Марик проходил мимо, оба немедленно замолчали и удостоили его таких взглядов, что казалось, ещё секунда, и на нём задымится одежда.

Раскол среди защитников Одинокой Башни можно было считать состоявшимся…

Остаток дня Марик провёл в поисках своего лорда. В кабинете его не было: оккупировавшие коридор ремонтники сказали, что Железный Песок отправился в лазарет проверить раненных в ночной стычке бойцов. Вот только там Марик его тоже не обнаружил. Как не обнаружил в Саду талантов, библиотеке, в Палате искусств и даже в Итералии прайма. Лорд Лигран как сквозь землю провалился. Его везде видели, он везде либо был совсем недавно, либо только-только отошёл. Словно задался целью вдоволь поиздеваться над Лероем.

Наконец, когда Марик уже отчаялся найти своего господина, кухонный служка указал на Шпиль безмолвия. По его словам, четверть часа назад он лично отнёс на крышу этого здания корзинку с ужином и передал в руки лорда Лиграна.

Марик немедленно рванул в указанном направлении, на ходу пытаясь понять, какие дела занесли Железного Песка на эту верхотуру. В версию слуги о том, что хозяину Одинокой Башни захотелось свежего воздуха и чистого неба, Лерой не верил ни на грош. Не тот командир человек, чтобы предаваться праздному безделью. Совсем не тот!..

Впрочем, увидев лорда, он засомневался в верности своих выводов.

— Нашёл? — было первым, что он услышал, поднявшись по лестнице на крышу и откинув люк.

— Ну да, хотя побегать пришлось, — сказал Лерой, по-быстрому оглядевшись. Властителя Гуаньдира он обнаружил неподалёку от вентиляционной трубы. Тот лежал на спине, подсунув руки под голову, рядом на расстеленной салфетке стояла тарелка с остатками ужина, бокал с вином и лежал неизменный дневник Лучаня. Чуть в стороне валялась корзинка. — Мой лорд, а почему вы… здесь?

Лорд Лигран пожал плечами.

— Захотелось, — сообщил он равнодушно. — Лучше ты скажи: что там с доктом?

— Был в подвале казармы. Капитан сперва не пустил, но я всё же попал внутрь и застал Сильвару за допросом «железячника».

— Да ты что? — оживился лорд и повернулся к Марику. — И что узнал?

Лерой почувствовал себя не в своей тарелке.

— Увы, мой лорд. Ничего, — сказал он, помявшись. — Сильвара убила докта, как только я появился, — помолчал и всё-таки добавил: — И предложила оттащить труп к вам.

Лигран вздохнул и снова отвернулся.

— А, понятно. Великой воительнице всё до чуди надоело, и как только она поняла, что выполнила основную задачу, начала проявлять характер, — медленно проговорил он. — Но ты всё равно молодец. Мозаика практически собрана. Теперь осталось подождать ещё одного доказательства и…

Лорд неожиданно выругался и замолчал.

— И что дальше, мой лорд? — всё-таки решился нарушить молчание Марик и осторожно сел неподалёку от Железного Песка.

— Дальше… — Лигран усмехнулся и внезапно спросил: — Как думаешь, зачем лордом Одинокой Башни сделали именно меня?

Вопрос поставил Марика в тупик.

— В смысле вас? Я не приближённый королевы, чтобы знать такие вещи…

Но Железный Песок его словно не слышал. И весь этот разговор, похоже, был продолжением его беседы с самим собой.

— Какого лешего именно меня выбрали в качестве нового хозяина Гуаньдира? Меня, а не моего брата Джока?! — пробормотал он. — Раньше думал, что основная причина связана с поисками убийц лорда Лучаня. Пока есть угроза нападения, Наставник решил не рисковать… более ценным… учеником. Ну и заодно проверить способности второго своего подопечного.

— А теперь что-то изменилось? — осторожно спросил Марик.

— Разумеется. Теперь выяснилось, что отец открыл секрет роста могущества Героев. В свете идущей войны это знание имеет колоссальную ценность, а значит, роль, отведённая мне в этой пьесе, это роль жертвенного ягнёнка. Я собираю все шишки, бьюсь с врагами, а тем временем верные Наставнику люди разыскивают секреты лорда Лучаня. И похоже, что их миссия подходит к концу, а с ней и моё лордство, — сказал Лигран и с мрачной усмешкой добавил: — Кажется, ты выбрал не ту сторону, Марик.

Теперь пришёл черёд Марика пожимать плечами.

— Не всё меряется понятиями выгоды. Я о своём выборе не жалею, — сказал и вдруг понял, что действительно так думает. За какие-то недели Лигран в его глазах заработал настоящее уважение. Более того, он теперь даже помыслить не мог, что на месте лорда может быть кто-то другой.

— Хм, вот и я ни о чём не жалею, — пробормотал Железный Песок и до хруста сжал кулак. — И уж тем более не собираюсь сидеть на заднице и ждать, пока другие решат мою судьбу. — Внезапно он вскочил и принялся вглядываться куда-то вниз. — О, вот и дождался.

Марик проследил за его взглядом и увидел Сильвару, заходящую в почтовую башню. Как оказалось, выбор крыши был не случаен. С неё отлично просматривались все подходы к зданию.

Несколько минут ожидания, и в воздух поднялся почтовый попугай. Заложив круг над замком, он заработал крыльями и быстро полетел на юг. Чуть позже станцию покинула и Сильвара.

— Что и требовалось доказать, — с удовлетворением произнёс лорд Лигран. После чего заглянул Марику в глаза и сказал: — Видят боги, я не хотел власти. Но теперь, теперь просто так я её не отдам. Ты со мной?

— Да, мой лорд, — отсалютовал сжатым кулаком Лерой, и явно довольный Железный Песок добавил:

— Ну тогда на тебе подготовка бойцов. Пусть верных мне солдат меньше, они должны быть в разы лучше подготовлены.

— Не сомневайтесь, мой лорд. Сделаю всё возможное, — сказал Марик максимально твёрдо. — И думаю, ветераны из тех, что прислал жрец духов войны, мне в этом помогут.

— Хорошо, — кивнул Лигран. — Я же попробую ещё раз прошерстить бумаги, вдруг что-нибудь пропустил. Невозможно утаить секрет такого масштаба, хоть какие-то намёки всё равно должны были остаться. — Лорд усмехнулся, хлопнул Марика по плечу и непонятно добавил: — Да и вообще, пора решать вопрос с усилением. А то кое-кто вообразил, что с нами можно не считаться. Так ведь?

На риторический вопрос Марик отвечать не стал. В конце концов, он солдат, а не советник. И как солдат он увидел в своём лорде главное: тот не опустил руки, готов к жёстким решениям и не страшится трудностей. Это был именно его лорд — вождь и командир, за которым можно в огонь, воду и под потоки прайма. И это самое главное. Что до слов… кому нужны эти слова?!

Несмотря на уверенность, которую Лигран постарался вселить в самого преданного своего сторонника, сам он ничего подобного не испытывал.

Нет, решение бороться за ещё совсем недавно ненужный ему трон было окончательное и изменению не подлежало. Отступить сейчас означало пойти против самого себя, против принципов, по которым он жил. Отказ от сражения равнозначен предательству всех тех людей, кто доверился Лиграну, кто ему присягнул и кто проливал за него кровь. Разве можно в этих условиях поступить как-то иначе?

Проблема крылась в другом. Он перестал верить в победу. Одно дело посостязаться с братцем Джоком, и совсем другое — с Наставником. Слишком глубоко в нём сидел пиетет перед лордом Регрушем, перед его талантом военачальника и интригана. Привычка считать, что учитель всегда знает и умеет больше тебя, зарубала на корню саму мысль о достойном противостоянии. Для адорнийского воина и мага, могущество которого плотно увязано с верой в свои силы, с уровнем мотивации и стремлением к победе, подобный настрой был хуже яда. И чем дольше Лигран думал на эту тему, тем хуже становилось.

Чтобы хоть как-то разгрузить мозги и вернуть себе душевное спокойствие, Железный Песок решил пока забыть на время об интригах Наставника и сосредоточиться на исконном враге — доктах. Благо с ними тоже было не всё так гладко…

Итак, после допроса пленника Сильвара перестаёт интересоваться бумагами Лучаня и отправляет срочное послание. Связано это может быть только с одним: ей стало известно, что именно докты получили доступ к тайнам Лучаня.

Причём неважно, когда и как это случилось. Возможно, ценную информацию «железячники» добыли во время первого нападения на Одинокую Башню, а возможно, нужные сведения у них появились ещё раньше и в замок они наведались для ликвидации Непобедимого. Главное, что докты если и не получили сами секретные записи, то узнали местоположение тайника, где они спрятаны. Какой-нибудь укрытый от любопытных взоров тренировочный лагерь, древний храм или монастырь — в общем, место, максимально приспособленное для занятий Искусством.

Вот только этого оказалось недостаточно, и с получением методик Лучаня у «железячников» явно возникли какие-то сложности. Иного объяснения нет. Не зря же они до сих пор не вернулись домой, в Империю. Всё-таки Гуаньдир глухая провинция, не имеющая никакого военного значения, держать здесь подготовленную боевую группу — расточительство.

В пользу этой версии говорит и тот факт, что докты сначала по следам Лиграна побывали в храме, а затем повторно проникли в Одинокую Башню. Всё-таки, чтобы убить лорда, проще организовать нападение где-нибудь на дороге или в лесу, чем устраивать полноценный штурм. Как показало первое покушение, в этом случае успех тоже не гарантирован, зато риска в разы меньше. И если враги всё же полезли в замок, значит, посчитали, что оно того стоит.

Вот только зачем им Лигран?! Узнали про записи Лучаня? Решили, что он получил от жреца духов какой-нибудь ключ? Или и то, и другое вместе? Знать бы наверняка… Впрочем, ясно одно: если Железный Песок хочет распутать клубок вокруг отцова наследства и сохранить за собой титул лорда, он должен добраться до методики увеличения могущества Героев. Пока гонку он проигрывал: докты знали, где находится тайник, а Сильвара — где докты, Лиграну же не было известно практически ничего. Поэтому, чтобы обойти соперников, ему обязательно надо найти место, где Лучань Непобедимый познавал новые грани искусства войны. Обязательно! И начинать поиски следует с проклятых бумаг…

После ночного нападения прошло четыре дня, и за это время Лигран попросту закопался в бухгалтерские книги. Приход, расход, объёмы купленного товара, выплаты, расчёты. От бесконечных цифр голова шла кругом, однако он упрямо продолжал вчитываться в рукописные строчки. Потому что, как бы его отец ни старался сохранить свои действия в тайне, все «хвосты» убрать невозможно. И дело тут даже не в тех же кристаллах прайма, на краже которых Лигран поймал покойного управляющего. Если знать, на что обращать внимание, читать «между строк», можно найти гораздо более интересные вещи.

Например, Железный Песок только сейчас заметил, что отец из года в год тратил прорву денег на картины мастеров-живописцев. Покупал едва ли не каждый месяц, о чём имеются соответствующие записи. Однако в коридорах и комнатах Одинокой Башни их практически нет, хотя должны быть десятки, если не сотни полотен.

Какой отсюда вывод?

Этот вопрос Лигран задал Марику, когда тот пришёл к нему с ежевечерним докладом о происшествиях в замке.

— Выставил где-нибудь в другом месте, — с ходу выдвинул версию Лерой.

— Говорю же, в замке их нет! — сказал Лигран, раздражаясь.

— Мой лорд, так я и не говорю, что они в центральной башне. Можно посмотреть в церемониальной беседке или том же Зале славы, — развёл руками Марик. — Кстати, в Зале славы одну я точно видел. Прямо перед входом висит… Не знаю уж, чем она так старого лорда прельстила, по мне, так рисунок как рисунок. Красивый, но не более того.

— Ну-ка пойдём, покажешь…

Лигран уже знал о равнодушии, с которым его начальник охраны относился к живописи, поэтому даже не заинтересуйся он пропажей кучи полотен, всё равно отправился бы посмотреть на картину собственными глазами. Хотя бы ради того, чтобы лучше понять характер собственного отца.

Убрав документы и закрыв кабинет, Лигран с Мариком быстро спустились на первый этаж и покинули башню. Всюду их провожали удивлённые взгляды слуг. Что поделаешь, не часто им приходится видеть своего лорда, да ещё в сопровождении верного соратника и пары охранников, бегающим по лестницам, точно мальчишка-посыльный. Теперь болтовни и пересудов будет на неделю!

Покинув центральную башню, они свернули в тенистую аллею, проскочили мимо неработающего фонтана, пары статуй и вышли аккурат к главному входу в Зал славы. С этой частью замка Лигран был практически не знаком, поэтому прежде, чем войти внутрь, он остановился полюбоваться необычным зданием.

Надо сказать, что архитектура Залов славы менялась от лордства к лордству. В замке Наставника это были вырастающие из земли каменные ладони с мраморными плитами, на которых выбивали имена великих магов, воинов и мастеров. Всё это оплеталось лианами с разноцветными листьями и подсвечивалось полыхающим праймом. Со стороны смотрелось весьма красиво.

У кого-то из соседей — сам Лигран не видел, но слышал от лорда Регруша — Зал представлял собой круг из нескольких десятков базальтовых стел, покрытых резными надписями. В самом центре композиции располагалась клумба с цветами, а наверху стояли чаши с огнём.

И только в Одинокой Башне Зал славы оказался ближе всего к канону. Он представлял собой круглое здание из белого мрамора с куполообразной белой крышей и коротким шпилем. На стенах имелись фальшколонны, а по бокам от входа в неглубоких нишах стояли статуи боевых тигров. Больше никаких деталей разглядеть не получалось, мешали ветви лиан.

— А что, мне нравится, — сказал Лигран. — Немного запущенно, но в этом есть свой шарм.

Марик, который терпеливо дожидался его у самой двери, на это лишь пожал плечами и потянул на себя створку.

Изнутри Зал выглядел даже интересней, чем снаружи. Благодаря неизвестной магии здесь всё оказалось буквально залито светом, из-за чего возникало ощущение, что находишься не в помещении, а во внутреннем дворике какого-нибудь дворца. Тонкие, похожие на спички колонны, уходящие под самый купол, лишь усиливали это впечатление. Пол покрывала искусная мозаика с растительным узором, а на стенах горели золотом имена прославившихся в боях героев и Героев. И лишь пустующие ниши смотрелись немного не к месту, в них так и напрашивалось разместить какие-нибудь статуи или те же рисунки.

Единственная в Зале славы картина, как и говорил Марик, висела прямо напротив входа, и пропустить её не получилось бы даже при всём желании. Она притягивала взгляд, словно доктский магнит железо, завораживала и манила.

— Древо! — выдохнул Лигран потрясённо и подошёл ближе.

На полотне был изображён воин с обнажённой катаной, который стоял на вершине холма и всматривался вдаль. Небо затянули чуть подсвеченные красным облака, и лишь справа почти у самой земли виднелся краешек солнца. Но не это первым бросалось в глаза. Всё пространство перед меченосцем оказалось завалено клинками всех видов и форм. Они громоздились целыми кучами и просто торчали из земли, у одних к рукоятям крепились красные ленты, другие выглядели как обычные полоски металла…

Картина казалась немного странной и нелогичной, но при этом очень правильной. Она отражала душу настоящего бойца, его представление о гармонии и порядке. Спокойствие в сердце, катана в руке, лёгкий ветерок, красивый закат и трупы врагов, из-под которых не видно травы, — вот стержень философии настоящих адорнийских воинов. И от замены тел мечами смысл ни капли не менялся.

Воздействие, которое оказала на него работа неизвестного мастера, было столь велико, что Лигран сам не понял, как клинок прыгнул в руку и замер параллельно полу, ноги встали в «косой гвоздь», а раскрытая левая ладонь выдвинулась вперёд. Пауза. Голова освобождается от лишних мыслей, сердце укрывается в коконе пустоты. Шаг, ещё один. Тело свободно перетекает из одной формы в другую. Катана змеёй выстреливает в невидимого врага и тут же уходит в защитную позицию…

Лигран давно не исполнял с такой лёгкостью классический комплекс работы с мечом. Всегда что-то мешало, создавало блоки в мышцах, тормозило и вынуждало ошибаться. Всегда, но не теперь. На волне охватившего Железного Песка воодушевления он словно перескочил на следующую ступень мастерства.

— Мой лорд, вы великолепны! — сказал Марик, как только молодой лорд остановился и вернул катану в ножны. — Скорость некоторых движений была столь высока, что они смазывались, их просто не получалось разглядеть.

— Да, получилось неплохо, — не стал жеманиться Лигран. — Кажется, теперь понимаю, что имели в виду мои учителя фехтования, когда говорили о важности мотивации для воинов нашего народа. Испытав такое, начинаешь верить в истории с фронта, в которых охваченные воодушевлением бойцы с лёгкостью опрокидывают многочисленного и вооружённого дальнобойным оружием врага.

Лигран оглянулся на картину и покачал головой.

— Всё-таки сколь же велика сила искусства адорнийских мастеров, — произнёс он с восхищением.

Марик на это лишь тактично промолчал. Ну да ничего, когда-нибудь дойдёт до этого и он.

— Если остальные картины оказывают столь же сильное воздействие, то начинаешь верить, что Лучань и вправду мог использовать их в своих изысканиях, — продолжил Лигран. — Что возвращает нас к вопросу, где полотна. Куда и, главное, как отец их увёз…

— Мой лорд, что касается способа перевозки, то я могу поспрашивать возчиков. В городе есть филиал их гильдии, — подал голос Лерой. — У них, правда, недавно сменился глава: старый покинул Гуаньдир, а его место занял бывший первый помощник, но, думаю, делу это не помешает. Новый лидер наверняка в курсе всех заказов, полученных предшественником.

— Спираль Тотоола, Марик, да ты гений! — воскликнул Железный Песок и хлопнул парня по плечу. — У меня совсем из головы вылетели эти возчики, а они и вправду могут что-то знать!.. Когда можешь переговорить с этим новым главой?

Марик довольно улыбнулся.

— Мой лорд, да хоть сейчас, — сказал он. — Если его не будет в здании гильдии, то могу и домой зайти. Он неподалёку от замка живёт…

— Ну и отлично! — ухмыльнулся Лигран. — Тогда иди прямо сейчас, а как вернёшься, сразу ко мне. Понял?

— Так точно, — Марик отсалютовал сжатым кулаком и быстрым шагом двинул в сторону выхода.

Впрочем, и Железный Песок после его ухода недолго оставался в Зале славы. Бросив последний взгляд на так восхитившую его картину, он вышел на улицу. Вот только Лероя там уже не застал: тот развил невиданную прыть и успел скрыться за деревьями, даже шагов не было слышно. И возвращаться пришлось практически в одиночку. Не считать же за спутников собственную охрану?

Около сломанного фонтана Лигран ненадолго задержался. Неработающий механизм вдруг показался ему олицетворением всех странностей характера, которыми славился его отец. Собирать картины, использовать их для продвижения по ступеням воинского искусства и в то же время равнодушно наблюдать за разрушением всего того, что Лучань считал бесполезной красотой. Всё-таки удивительный был человек. Несомненно тяжёлый в общении, нетерпимый ко всему тому, что выходило за рамки его философии, неукротимо яростный в бою и злой к врагам, он органично сочетал в себе достоинства и недостатки и был истинным сыном своего народа.

А вот может ли такое сказать про себя Лигран?

Задумавшись, он пропустил момент, когда к фонтану подошла Сильвара. Воительница остановилась неподалёку, опёрлась о бортик и со странным выражением лица принялась изучать лорда.

Лигран вздохнул. Героиня, как всегда, выглядела очень вызывающе и сексуально. Короткий топ и не менее короткая юбка с разрезом до середины бедра смотрелись на ней весьма и весьма соблазнительно, а необычные узоры на лице не отталкивали, а, наоборот, добавляли шарма. Вот если бы ещё она не была принявшей прайм… Хотя к чему это лукавство. Для него Ястреб навсегда останется креатурой лорда Регруша. На всё, что происходит между ними, он будет смотреть именно с этой позиции и никогда не даст волю адорнийской пылкости.

После той ночи заигравшаяся в шпионку женщина старательно избегала с ним встреч тет-а-тет. Похоже, постельные игры завели её совсем не туда, куда она планировала, и оттого не знала, как поступить. Лиграна бы устроило, если бы она попросту «забыла» о случившемся, но такой исход был бы слишком хорош. Так не бывает. Рано или поздно, но неприятный разговор должен был состояться.

— Что такое, Сильвара? — спросил он нейтральным тоном.

— Ничего. — Героиня дёрнула плечом. — Всего лишь хочу узнать, что за суета началась. Марик носится как ужаленный, ты снова зарылся в бумаги… Что происходит, мой лорд?

— Ой, Сильвара, не начинай. Мы оба прекрасно знаем, кто твой настоящий лорд и кому ты в действительности служишь, так что обращайся без этих расшаркиваний, — поморщился Лигран. — Что до вопроса… Какая тебе разница?

— Никакой, — кивнула Сильвара. — Но и наблюдать за тем, как ты сам создаёшь себе проблемы, не хочу. Как-никак, сейчас мы в одной лодке, да и… не чужие друг другу.

— Не пойму, о каких проблемах ты говоришь, — ответил Лигран язвительно. — Я всего лишь исполняю свои обязанности. Не больше и не меньше. — Замолчал, потёр переносицу и, мысленно плюнув на осторожность, вдруг бухнул: — Что до чужих… Скажи, Сильвара, а по чьей инициативе ты затащила меня в постель? Джока, лорда Регруша?.. И, главное, зачем? Чтобы сделать более сговорчивым и послушным?

— А мысль, что мне этого просто захотелось, тебе в голову не приходила? — с видом оскорблённой невинности сказала Сильвара.

— Ни на секунду, — довольно осклабился Лигран.

— Ну и дурак, — фыркнула Героиня. Но как-то не зло, скорее для галочки, потому что так надо.

— Это вряд ли, — хмыкнул Лигран.

Так и хотелось сравнить ту ночь с битвой, в которой у каждого была своя цель и которую он если не выиграл, то точно свёл вничью. Однако не рискнул. Сильвара могла быть тысячу раз воином, но прежде всего она оставалась женщиной. И подобные слова грозили совершенно непредсказуемой реакцией.

— И всё же… мой лорд… — сказала Ястреб, посерьёзнев. — Что происходит?

Героиня решила проявить настойчивость. Боится, как бы он не выкинул что-нибудь неожиданное?

— О Древо! — Железный Песок демонстративно вздохнул. — Убийц лорда Лучаня я ищу, чего тут непонятного?! Скоро отчёт перед Наставником держать, а эти ублюдки до сих пор на свободе разгуливают. Непорядок!

— Действительно, непорядок… — сказала Сильвара с непонятным выражением лица и замолчала.

Почему-то Лигран был уверен, что ответ ей не понравился. А ещё он был уверен, что остальные его планы не понравились бы воительнице ещё больше. Что ж, Железного Песка вполне устраивала такая реакция. Он холодно улыбнулся и быстрым шагом покинул Героиню. Догонять его она не стала…

В своём кабинете лорд был уже через несколько минут. Захлопнул дверь, плюхнулся в кресло и ожесточённо растёр лицо. Древо, как же ему надоели бесконечные интриги, секреты, намёки и полутона в разговорах, постоянная необходимость таиться ото всех, даже от ближайших помощников! Ну почему не может быть всё просто и ясно: тут друг, там враг, здесь хорошие, тут плохие, а вон там вообще сволочи? Почему?! Спираль Тотоола, с самого начала ведь не хотел быть лордом. С самого начала! Но нет, втянулся, ухнул в эту зловонную жижу по самую маковку, да так, что и не выбраться теперь.

Проклятье! Лигран бездумно полистал уже зачитанный до дыр дневник отца и раздражённо отбросил его в сторону. Всё, хватит возни с бумагами, надо на что-то решаться. Уничтожение доктов обезопасит его тылы и позволит заработать немало очков в глазах тех же королевских менторов-наблюдателей, а добытые секреты лорда Лучаня дадут сильные козыри для разговора с Джоком или даже с самим Наставником. Эту мысль он прокручивал в голове не одну сотню раз и давно сделал надлежащие выводы. Если затея Марика с возчиками выгорит, то действовать надо будет быстро и решительно. Пока ещё есть такая возможность. Другой вопрос, что возможностей для этого у него не слишком много. Верность гарнизона под большим вопросом, собственных Героев нет, а с дюжиной преданных бойцов много не навоюешь.

Наверное, Лигран совсем бы отчаялся, если бы не наследство Лучаня. Он в который раз разложил перед собой четыре каталиста и тяжело вздохнул. Четыре воина, четыре великих Героя, о которых он почти ничего не знает. И если раньше он больше всего опасался, что возрождённый бессмертный воитель просто уйдёт от новоявленного лорда, то теперь, когда наступило время выбора, боялся совсем другого. Одна ошибка — и вместо Героя из прайма восстанет искорёженный ритуалом урод с больной психикой и жутковатой внешностью.

И как тут быть?

Лигран подцепил пальцем за шнурок медальон из черепа грызуна и принялся изучать с задумчивым видом. Дейрик Душелов, правая рука Лучаня Непобедимого, верный соратник и едва ли не друг. Единственный Герой отца, про которого он хоть что-то знает и успешное воскрешение которого даст ему в руки ключ ко всем тайнам. Великий соблазн и не менее великий риск… Тысяча проклятий, да если вдруг что-то пойдёт не так и Душелов решит на него напасть, то Железный Песок даже не сможет ему дать достойный отпор! После обряда слияния с мечом у него до сих пор стояли перед глазами смертоносные движения принявшего прайм. Даже отец, много более великий воитель, чем он, не считал зазорным учиться у собственного Героя. Даже сам Лучань, прозванный Непобедимым!

Вот только есть ли у него выбор?

Лигран снова вздохнул и, отложив каталист в сторону, вышел из-за стола. Ответ на вопрос очевиден, однако кто сказал, что он должен идти в Итералию прайма без подготовки? Да, о Героях в бумагах мало что есть, но почему бы не поискать информацию другим, менее традиционным способом?

Мрачно усмехнувшись, Лигран достал из ящика стола небольшой глиняный кувшинчик с отваром десяти трав и плеснул на два пальца в стакан. По комнате моментально разлился приторно-сладкий тягучий аромат, одновременно притягательный и отталкивающий. Шаманы и маги докатаклизмовых времён использовали зелье во многих своих практиках, добиваясь неплохих результатов. Неизвестно, для чего отрава была нужна Лучаню, в чьих записях Лигран и нашёл рецепт, ему самому она требовалась для более плотного слияния с катаной. В прошлый раз в храме он увидел лишь то, что ему позволил увидеть прежний владелец, теперь же Железный Песок собирался заглянуть гораздо глубже.

Лигран покатал стакан в руке, затем решительно выдохнул и осушил одним глотком. Следовало спешить: у него осталось всего несколько минут, прежде чем отвар начнёт действовать. Он быстрым шагом подошёл к двери, задвинул засов, затем торопливо достал клинок отца и сел на колени в центре кабинета. Теперь надо успокоить сердцебиение, изменить ритм дыхания и очистить разум от лишних мыслей. Итак, вдох… раз, два, три… выдох… И снова вдох…

Переход от тиши кабинета к яростной схватке произошёл едва ли не мгновенно. Просто вдруг щёлк, и Лигран ощутил себя в чужом теле с клинком в руке. У воина болел левый бок, бедро и очень жгло правое плечо. Вокруг же ревели, кричали, размахивали оружием багровые от злобы рожи, которые он рубил, колол и полосовал катаной. Однако, несмотря на горячку боя, движения были чёткие и экономные, лишённые суеты и неуверенности. Боец, в теле которого он очутился, не дрался, а работал. Вкладывал в каждый удар спаянные вместе силу и эмоции, ухитряясь при этом сохранять холодный рассудок. Лиграну ещё не приходилось встречать мечников такого уровня мастерства, и уж совершенно точно он не узнавал в нём своего отца.

Слияние с клинком перенесло его не в Лучаня Непобедимого, а в кого-то другого, доселе незнакомого.

Пока Железный Песок пытался понять, в чьём же теле ему посчастливилось оказаться на этот раз, в бою возникла пауза. Нападающие, которые всё больше напоминали обычных бандитов, вдруг перестали лезть напролом и отступили. Со всех сторон посыпались проклятья и богохульства, обвинения во всех мыслимых и немыслимых грехах, однако этим всё и ограничивалось, дальше слов головорезы не шли и атаку не повторяли. Правда, и владелец катаны тоже не торопился покинуть место сражения. Как только враги дали ему передышку, он тут же подскочил к залитому кровью человеку, который лежал от него буквально в двух шагах, подхватил под мышки и оттащил к растущим неподалёку кустам. Разбойники этому никак не мешали.

Зато Лиграна личность раненого весьма заинтересовала. Было в нём что-то неуловимо знакомое, только вот никак не получалось понять, что именно. Обычный воин, каких много, без особых примет и выделяющихся черт. Одет в традиционное облачение боевых кланов, на поясе пустые ножны от катаны… пустые ножны?! Как по заказу, на глаза Железного Песка попалась сломанная пополам боевая коса, валяющаяся неподалёку. Не оружие Героя, а именно боевая коса, этакая модификация глефы, которая подвела своего владельца в разгар боя, и он сменил её на чужой меч.

Проклятье, неужто окровавленный вояка — это Лучань, а защищает его будущий Душелов?!

— Твою мать, Дейрик, аккуратнее! — простонал Непобедимый.

— Ничего, мой лорд, потерпишь! Не до нежностей, — немедленно огрызнулся воин, в теле которого оказался Лигран.

Тем временем из толпы бандитов выступил мужик с приметным ярко-оранжевым гребнем на голове и вооружённый алебардой. На взгляд Железного Песка, двигался он весьма неплохо и в бою мог преподнести немало сюрпризов.

— Эй, воин. Мне понравилось, как ты дерёшься. Плохо, если такой мастер уйдёт к предкам, — крикнул головорез, поигрывая оружием. — Оставь своего лордика и уходи. Я бы и его отпустил, но сукин сын убил моего брата, а такое не прощается.

— Дейрик, это шанс для тебя, — пробормотал Лучань.

— Мой лорд… заткнись! — Лигран понял, что друг и соратник отца свирепо улыбается. — Лучше считай это возможностью проверить глубину твоего понимания искусства войны. А то всю голову мне забил своими теориями, а результата нет.

Отмахнувшись от слабых возражений лорда, Дейрик вытер окровавленную ладонь о камзол и достал из кармана небольшой флакон с тяжёлыми фракциями прайма. Даже в своём нынешнем состоянии Лигран чувствовал скрытую в пузырьке великую силу, способную как убить, так и изменить любого человека. И неважно, кто ты — докт или адорниец, для прайма все равны.

В ушах неожиданно зазвучала музыка. Сначала вступили звонкие струнные, создав ощущение игры великих сил, упоения жизнью. Затем присоединились валторны, которые дополнили картину зрелищем яростной кавалерийской скачки. Быстрое чередование мелодий на струнных стремительно разрасталось, захватывало всё больший диапазон, и… вступил хор медных. Кажется, что девы битвы спустились с небес. Слышался звон оружия, раскаты хохота, ржание коней, и над всем этим — воинственный клич «Хой-йо!!!».

Лавина звуков оглушала, но вместе с тем вызывала невиданный душевный подъём. Лигран не сразу понял, что на самом деле никакой музыки нет — есть лишь воспоминание о ней. Сейчас, перед смертным боем, перед тем как сделать шаг, после которого не будет возможности вернуться назад, Дейрик наслаждался воспоминаниями об услышанной когда-то композиции. Как сам Железный Песок ценил работы живописцев, так будущий Душелов любил творчество мастеров-музыкантов. Вот что было источником его вдохновения, что толкало вперёд и воодушевляло на подвиги.

Вторя мыслям Лиграна, Дейрик зубами выдернул пробку, показал разбойникам оттопыренный средний палец и… одним махом выпил содержимое пузырька.

Дальше события понеслись вскачь.

В один миг тело воина охватило голубое пламя прайма, которое не обжигало и не дарило тепло, а трансформировало плоть сообразно неведомым законам и правилам. Были боль, страх, желание жить. Чувства сменялись, как узоры в калейдоскопе, но сквозь всю череду метаморфоз красной нитью проходила грохочущая музыка неизвестного композитора. Железный Песок так толком ничего и не понял, как вдруг всё закончилось. Дейрик выкрикнул смутно знакомую фразу на странном наречии, после чего жутко захохотал и атаковал бандитов. Чтобы зарубить первого попавшегося у него на пути разбойника, ему понадобилось не более пары секунд. Тот даже дёрнуться не успел, как заработал рубленую рану бедра и потерял руку. Кровь так и брызнула.

Всё получилось так неожиданно, что Лигран далеко не сразу заметил, как слева и справа от Дейрика появились два завывающих призрака. Падшие души с поистине потусторонней жестокостью терзали ещё двоих головорезов. Несчастные даже кричать не могли, только хрипели и сучили ногами. Такие вот, проклятье, девы битвы получились! Призвавший их воитель сражался с не меньшей свирепостью. Ещё один разбойник получил под дых, да так, что бедолагу аж подбросило в воздух, второй свалился на траву, зажимая выпущенные кишки, а третий… третий в панике развернулся и помчался в сторону леса. Связываться с таким противником он не рискнул. Правда, трусость его не спасла: одна из падших душ успела его нагнать и ударить в спину. Мерзавец умер практически мгновенно.

Но врагов было всё ещё слишком много. И Дейрик, или правильнее сказать, переродившийся Герой, подхватил с земли брошенную глефу. Взмахнул ею над головой, и верное оружие моментально охватило всё то же пламя. Короткий миг, и вот уже огонь втянулся в почерневшее древко, лепесток наконечника сдвинулся набок и изменил форму. Ещё один, и в руках Дейрика оказалась жутковатая на вид коса, источающая ауру смерти и ужаса. Инструмент не бойца, но демонического косаря.

Меч стал не нужен. Душелов с явным пренебрежением вогнал клинок в грудь кинувшегося ему навстречу негодяя с двумя короткими дубинками, да так там его и оставил. Новый Герой предпочитал убивать совсем другим оружием.

Это было последнее воспоминание, «запечатлённое» в катане. Стоило Дейрику разжать пальцы, сжимающие плетёную рукоять, как перед глазами Лиграна потемнело и он потерял контакт с телом воителя. Даже не увидел, как тот разделался с главарём бандитов — сразу выпал из транса и вернулся в собственное тело…

— Твою мать!!! — выдохнул Лигран, как только перед глазами перестали летать разноцветные круги и он осознал, что сидит на полу в собственном кабинете. Но что самое странное, клинок отца глубоко засел в дверце шкафа в паре метров от него. Чтобы освободить его, пришлось приложить весьма серьёзное усилие.

Пока Железный Песок мучительно соображал, как такое могло случиться и насколько опасны подобные «погружения» в воспоминания для окружающих, в дверь кабинета забарабанили.

— Мой лорд, я вернулся! — раздался голос Марика.

Звучал он до омерзения жизнерадостно. На фоне того букета ощущений, которые заработал Лигран своими ментальными экзерсисами, это было особенно заметно.

— Чего орёшь? — прорычал Железный Песок, отодвигая засов и распахивая створку.

— Так это, всё получилось. Как и говорил! — воскликнул Лерой.

После чего переступил порог комнаты и сразу же ринулся к столу. Лигран и моргнуть не успел, как тот оказался расчищен от бумаг, и половину его поверхности заняла карта Гуаньдира. Такое самоуправство начало раздражать, однако Лерой вёл себя как ни в чём не бывало. С хищной усмешкой он ткнул пальцем в небольшой лесок в нескольких переходах от Одинокой Башни.

— Вот! Глава гильдии сказал, что они возили картины… и многие другие грузы именно сюда!

Лигран смерил своего начальника охраны мрачным взглядом, затем потёр виски и тяжело вздохнул. Как бы его ни измотало слияние с мечом, поддаваться слабости сейчас было не время. Он вернулся к столу и принялся изучать карту.

— Почему именно сюда, твой возчик, конечно, не знает?

— Не знает, но догадывается, — фыркнул Лерой. — Груз они сгружали на краю глубокой балки. Вниз не спускались, но там пологий склон и плоское дно. При некоторой сноровке можно протащить и вдвое больший груз, чем возили они. А раз так, то…

— Искать следы надо на другом конце оврага. То есть здесь, — сказал Лигран устало и указал на небольшую проплешину между холмами. — Место укромное, неприметное. Просто так туда никто не заглянет. Идеальная площадка для тайного укрытия Лучаня или лагеря доктов, — покосился на нахмурившегося Лероя и немного раздражённо добавил: — Ну или не укрытия, а просто временного склада. В любом случае это след!

— Да я и не спорю, мой лорд! — Марик успокаивающе поднял руки. — Только осмелюсь напомнить, что если вы всё-таки правы, то… как бы нам не вляпаться в неприятности. Сил-то не маловато для ответного визита к доктам?

— Я работаю над этой проблемой, — сказал Лигран недовольно. — Потерпи со своими вопросами до утра.

— А что изменится завтра? — не сдержал любопытства Лерой.

— О, завтра изменится очень многое. Даже слишком, — сказал Железный Песок и ухмыльнулся. — Уж ты мне поверь…

Сказал и мечтательно прищурился. Как бы там ни было, какие бы опасения он ни питал, а с запланированным на завтра возрождением Дейрика он связывал очень и очень многое. А потому даже мысль о возможной неудаче не приходила ему в голову. Да и разве могло быть иначе?!

Желание своего лорда раз и навсегда закрыть тему с наследством Лучаня, вконец обнаглевшими доктами и непонятными интригами брата Марик отлично понимал и всячески приветствовал. Особенно в той его части, что касалась «железячников». Пусть он не сражался на фронте, не видел толп беженцев, заполонивших дороги Адорнии, и не смотрел в глаза детей, побывавших под обстрелом доктских механических катапульт, познакомиться с нравами имперских солдат всё-таки успел. И дело даже не в той наглости, с которой диверсанты дважды нападали на столицу провинции. Во время местечковых войн, которые порой устраивают лорды, случается и не такое. Гораздо важнее то, во что их усилиями превратился Гуаньдир. На дорогах хаос, торговые караваны до окраин не доходят, крестьяне напуганы, разорены сразу несколько деревень. Сейчас это уже немного подзабылось, но сразу после гибели Лучаня Непобедимого одно из сёл было сожжено, а его жители полностью уничтожены. До сих пор ходят слухи о залитых кровью деревянных мостках и горах трупов во дворах.

И хотя после приезда лорда Лиграна крупных бесчинств доктов больше не было, простить или забыть такое нельзя. Никогда и ни за что, можно только мстить. Вот только получится ли у Железного Песка совершить всё задуманное? Вопрос… Вера в победу важна как ничто другое, но и забывать шевелить извилинами тоже не стоит.

Если подобные мысли и терзали Лиграна, то он никак этого не показывал. Молодой лорд поставил себе цель и теперь ломился к ней с грацией горыныча…

Обещанные Железным Песком изменения начались с утра. Вместо ставших привычными бесконечных опросов слуг или изысканий в библиотеке, возни с бумагами управляющего или иных, столь же неподходящих для адорнийского воина дел хозяин Одинокой Башни спустился в Итералию прайма. Марик и два охранника стали единственными его сопровождающими. Визиты к источнику могущества лордов случались и раньше, однако впервые Лигран захватил с собой полученную в храме шкатулку.

Лерой аж с шага сбился, когда разглядел загадочный дар настоятеля зажатым под мышкой у лорда. Неужели решил показать, что там внутри?! Раньше ведь даже разговоры на тему содержимого этого богато украшенного ящичка его дико злили, а теперь вдруг сам вытащил из тайника.

Марик мысленно усмехнулся. Древо, даже он порой начинал гадать о тех сокровищах, что спрятаны под резной крышкой, что уж говорить о Сильваре. Узнав от пленного докта нужную ей информацию и поговорив с Лиграном о записях Лучаня, Героиня, конечно, немного умерила свой пыл, но не стоило сомневаться: попадись они сейчас ей на глаза, отвязаться уже не получится. На шею сядет, но заглянет в проклятую шкатулку!

— Чего фыркаешь? — вдруг спросил Лигран, заставив Марика вздрогнуть.

— Что? А… — Лерой не сразу понял, что улыбается. — Да просто представил, что произойдёт с Сильварой, если она увидит вас с этим…

— Что-что, очередной взрыв энтузиазма с ней случится, — хмыкнул Лигран. — На данный момент безобидный, но весьма утомительный. — Он остро глянул на Марика. — Поэтому-то мне не хотелось бы с ней сейчас пересекаться.

— О, мой лорд, насчёт этого можно не беспокоиться. Пять минут назад я видел в окно, как она шагала в Школу войны, — сказал Марик и осёкся. Ему вдруг пришло в голову, что помимо главного тренировочного центра замка в той же стороне расположена и почтовая служба.

Что не укрылось от Лиграна.

— Вот-вот, и я о том же, — усмехнулся он. — Или совсем не в Школу… Так что, пока она занята, надо пошевеливаться.

От Лероя не укрылось приподнятое настроение Железного Песка. Чувствовалось волнение, слабое беспокойство, но всё это заглушала уверенность в себе и предвкушение чего-то важного. Хотя зачем себя обманывать, он, кажется, догадывался, что задумал молодой властитель Гуаньдира. Надо быть полным дураком, чтобы не сообразить, зачем лорд может идти в Итералию прайма накануне серьёзной военной операции с наследием своего предшественника в руках.

Спираль Тотоола, неужели и вправду у него есть каталисты?! Если это так, ближайшее будущее выглядит уже не столь мрачно…

Внутрь Итералии вошли вдвоём. Лерой не удивился бы, если бы Лигран оставил его за порогом вместе с охранниками, но тот промолчал, и он решил не лезть с дурной инициативой. Когда ещё удастся присутствовать при столь удивительном событии!

— Закрой дверь, — потребовал Железный Песок.

Поставил свою драгоценную коробку на каменный столик у входа, а сам направился к малахитовой купели в центре зала. Там уже стояли четыре медных кувшина, в которых обычно хранят жидкие фракции прайма. Марик не сомневался: на посуде стоят печати источника Одинокой Башни.

Пока он выполнял распоряжение и разбирался с мудрёным запором, Лигран успел опрокинуть в чашу три посудины и взялся за четвёртую. Концентрация прайма в помещении начала стремительно расти, словно вблизи аномалии. Даже сам воздух начал казаться тягучим и каким-то приторно-сладким.

— Мой лорд, быть может, я могу помочь? — спросил Лерой, не зная, чем себя занять.

— Стой там и, ради всех богов и духов мира, молчи, — огрызнулся Лигран, ставя на пол последний кувшин.

Нет так нет! Его дело предложить. И раз в его услугах не нуждаются, можно в кои-то веки побыть простым зрителем. Так что Марик скрестил руки на груди, прислонился к двери и приготовился наслаждаться зрелищем.

Лигран тем временем уже заканчивал подготовку к ритуалу. Вдобавок к жидкому прайму он отправил в купель ещё и пару кристаллов, после чего подбежал к столику с шкатулкой и достал из неё что-то вроде черепка на верёвке. Со своего места Марик не увидел, как именно лорд открыл проклятую крышку, которая устояла даже перед любопытством Сильвары, зато прекрасно разглядел, что под ней скрывалось. И подивился, какую только дрянь не используют в качестве каталистов Герои. Пояс для чулок, курительная трубка, кольцо лучника… У принявших прайм точно что-то не в порядке с мозгами, раз они выбирают своими символами такие вещи.

Впрочем, после некоторого размышления Марик честно себе признался, что с хозяйкой пояса он не прочь познакомиться поближе. Ну не могут же все Героини быть такими стервами, как Сильвара! Вдруг ему повезёт? Лорд, правда, что-то там говорил про риск, да только чуди бояться — в лес не ходить. Лигран как-то же уцелел, вот и Лерой сможет, зато воспоминаний потом будет на всю жизнь! И плевать на тот инцидент с Сильварой!..

Пока Марик предавался фантазиям, лорд успел опустить каталист в прайм и теперь изучал непонятный свиток, лишь изредка прерываясь, чтобы заглянуть внутрь чаши. Что-то ему не нравилось.

Наконец Лигран пришёл к какому-то решению и, сунув бумагу за пазуху, встал в центр мозаичного узора в паре шагов от купели. Покрутил головой, хрустнул пальцами, зачем-то оглянулся на Лероя, после чего взмахнул рукой с зажатым в ней небольшим кристаллом прайма и… пропел заклинание. Вернее, изобразил нечто похожее на пение: у лорда, как выяснилось, «голос» попросту отсутствовал. От издаваемых им немелодичных звуков Марика аж передёрнуло.

Однако для пробуждения Итералии этого хватило. На потолке загорелись десятки огней, на грани слышимости заиграла тихая ненавязчивая мелодия, а вокруг Лиграна прямо в воздухе завис тёмно-фиолетовый узор с вкраплениями зелёного, синего и золотого. Особенно выделялись два жёлтых пятна размером с ладонь, в которые так и подмывало погрузить руки. Что, в общем-то, Железный Песок и проделал. Затем на мгновение сосредоточился, и… под сводом Итералии зазвучала чудесная композиция.

Если живопись Марик откровенно не понимал, то к музыке относился с искренним восторгом и душевным трепетом, а уж к хорошей музыке и подавно. Эта была хорошей. Она уподоблялась морской стихии, которая то возносит на гребне волны, то обрушивает в глубокую бездну. Крутит, вертит, выворачивает наизнанку и влюбляет в себя раз и навсегда. В сложной, многоплановой мелодии переплетались тонкие напевы струнных со звонким многоголосьем медных, дробь ударных сменялась мощным рокотом мужского хора. Кроме собственного разума, Лигран не пользовался никакими инструментами — да и откуда им здесь взяться? — однако это не помешало родиться великолепному произведению. Не важно, как оно называлось: опера, симфония, а может быть, и вовсе увертюра или даже нечто совершенно иное. Марик не был силён в терминологии. Главное, что магия Итералии посредством музыки смогла передать самую суть той неуловимой субстанции, которую во все времена жрецы и чародеи именовали душой воина. Она взывала к ней, тормошила, требовала пробудиться ото сна и вернуться в мир докучливых смертных.

Марик, заслушавшись, не заметил, как пролетело почти полтора часа. Целых полтора часа, в течение которых он не то что пошевелиться боялся, а едва дышал! И лишь когда прайм в купели сначала забурлил, а затем и вовсе словно бы вскипел, выплеснув на пол треть чаши, только тогда задумался о прошедшем времени. Потому как точно знал, что скорость оживления Героя напрямую зависит от его могущества. И этот бессмертный обещал быть очень сильным…

Внезапно в зале повисла тишина. Резко, одним махом и безо всякого предупреждения. Словно по команде. И единственным звуком, который её нарушил, стал натужный кашель со стороны купели.

Получилось?! Марик едва сдерживался, чтобы не наплевать на приказ и не подбежать к лорду. Проклятье, только бы тот нигде не ошибся! Он в этом, конечно, ни черта не смыслит, но вряд ли Лиграну раньше приходилось так уж часто воскрешать незнакомых воителей, тем более столь могучих. А значит… значит, риск получить Героя-урода и попасть под карающий меч королевского правосудия весьма велик.

— Ну и кто сподобился меня оживить, хотелось бы знать? — раздался вдруг незнакомый голос.

От тона, каким был задан этот совершенно невинный вопрос, по спине Марика поползли легионы мурашек. Древо, словно сама смерть, говорила устами принявшего прайм. Куда там Сильваре с её претензиями на великую силу!

А Герой одним вопросом не ограничился. Неторопливо и осторожно, словно ежесекундно прислушиваясь к чему-то внутри себя, вылез из купели и замер, широко расставив ноги. Несмотря на несколько заторможенный вид, выглядел он весьма эффектно: седые волосы, белёсые глаза плюс грамотно подобранная одежда: закалённая в прайме кираса, тёмно-синие брюки, сапоги, на плечи наброшен красный с золотистыми вставками плащ. Марик понятия не имел, какой у Героя реальный боевой уровень, но тот явно знал, как произвести впечатление.

— Это сделал я, лорд Лигран Железный Песок! — после короткой паузы ответил Лигран.

Магический узор наконец погас, и он сделал шаг навстречу принявшему прайм.

— Ло-о-орд! Вот оно что… — протянул Герой с издевательской интонацией.

Похоже, он приходил в норму. Больше не кашлял, на ногах стоял твёрдо, да и глаза теперь смотрели ясно и цепко. У Марика появилось недоброе предчувствие, которое лишь усилилось после того, как в правой руке Героя из сотен искорок прайма соткалась зловещего вида боевая коса. Душелов сделал ею несколько пробных взмахов и с угрозой посмотрел на Железного Песка.

— Только вот ведь какая незадача: у меня уже есть свой лорд! И я хотел бы знать, какого демона вместо него здесь стоишь именно ты… парень, — признавать Лиграна новым вождём бессмертный воин явно не спешил.

Лерой мысленно застонал и изо всех сил стиснул рукоять меча. Проклятье, проклятье, проклятье!!! Чудь знает, на что рассчитывал Железный Песок, но вот лично он такого агрессивного поведения от Героя не ожидал. И теперь жалел, что закрыл проклятую дверь. Если события начнут развиваться по самому плохому сценарию, они даже отступить не смогут…

Однако в отличие от него Лигран присутствия духа не потерял и внешне не проявил ни капли волнения.

— Парень? — Молодой хозяин Одинокой Башни тихо рассмеялся. — Увы, уважаемый Дейрик, теперь я именно что лорд. Со всеми вытекающими из этого проблемами.

Сделав неопределённый жест, он пересёк зал и присел на непонятного назначения тумбу неподалёку от чаши.

— Знаю, что вы были верным соратником лорда Лучаня, через многое с ним прошли. Однако в тот день, когда вы погибли в бою с доктами, был убит и Непобедимый, — сообщил Лигран с нотками сожаления в голосе. — И теперь я…

— Как ты нашёл каталисты? — враждебно перебил его Душелов.

— Не скажу, что легко, но мой предшественник оставил достаточно чёткие указания для их успешного поиска, — ответил Лигран с нотками гордости. — Записи в дневнике, испытания в храме, вложенные в память меча воспоминания… Пришлось постараться. Даже не понимаю, зачем понадобилось городить такие сложности…

— Не понимаешь? — Глаза Душелова свирепо вспыхнули, да и весь он с угрозой подался вперёд. — Для того чтобы наследство лорда получил достойный продолжатель его дела, тот, чей дух и чей разум похожи на его!

— Да я не спорю, каталисты штука ценная, и абы кому их отдавать точно не стоит, но… — сказал Лигран серьёзно. — Зачем прятать их в тот момент, когда у тебя лишь один бессмертный в строю? Может, имело смысл сначала воскресить всех твоих коллег и лишь затем возиться с тайниками? Чтобы не получилось так, что врага встречает не спаянная команда Героев, а одинокий боец?

Лигран явно старательно пытался втянуть Героя в разговор. Сложно завоевать расположение замкнувшегося в себе молчуна, зато даже агрессивно настроенный болтун даёт оппоненту шанс перетянуть себя на другую сторону. Главное — вести беседу в нужном русле. Марик в успех подобной стратегии не верил, однако стойкость и упорство Железного Песка оценил.

Вот только принявший прайм имел своё мнение на этот счёт.

— А с чего ты решил, юный лорд, что я буду отвечать на твой вопрос? — спросил Дейрик с хищной усмешкой. Титул Лиграна он назвал с явным пренебрежением.

— Ну, я не настаиваю на ответе, — Лигран, демонстрируя поистине ангельское терпение, пожал плечами. — Просто интересно, почему гораздо более опытный воин и военачальник принял столь ошибочное решение…

Лорд хотел добавить что-то ещё, но не успел. Он слишком сильно сосредоточился на разговоре, забыв о том, с кем он беседует. За что и поплатился.

Дейрик вдруг как-то совсем уж безумно усмехнулся, крутанул косой над головой и махнул ею в Лиграна. С охваченного призрачным пламенем древка сорвалась полупрозрачная тень и буквально смела лорда. Тот не успел сгруппироваться и грохнулся на пол, точно неопытный ученик воина. Падшая душа, обретшая подобие плоти, навалилась сверху.

— Мой лорд! — закричал Марик и ринулся к вероломному Душелову.

О победе он даже не думал, просто исполнял свой долг перед командиром и вождём.

— Бездна! Ну чисто дети, — захохотал Дейрик и призрачной плетью хлестнул Лероя поперёк груди.

По энергетической нити пробежала фиолетовая молния разряда, и этого хватило, чтобы Марик мгновенно ослабел и упал. Даже понять ничего не успел, как оказался вычеркнут из боя.

— Твою мать! — выдохнул Марик, с трудом ворочая языком.

Чтобы добить его, теперь достаточно было одного удара. Вот только наносить его Герой не спешил.

— Полежи, отдохни, а мы пока с твоим лордом побеседуем, — проронил Дейрик и приблизился к распластанному на полу Лиграну. Присел перед ним на корточки и какое-то время молча изучал лицо. Затем вдруг сказал немного скучающим тоном: — Развитие наших талантов требует больших нагрузок, и лорд Лучань тогда немного перестарался. Он не мог нас воскрешать целый месяц и, чтобы обезопасить себя от лазутчиков добрых соседей, спрятал каталисты в храме… Тогда-то всё и случилось. Мои коллеги неожиданно ушли за грань, вслед за этим последовало нападение доктов, и, как итог, мы имеем то, что имеем.

— Да, не повезло, — судя по голосу, говорить у Лиграна получалось с трудом. Однако присутствия духа он не потерял и тут же спросил: — Напал-то зачем?

— А чтобы посмотреть на тебя поближе. Уж больно много знакомых черт, — медленно произнёс Душелов, бесцеремонно изучая его лицо. Словно не на человека, лорда, смотрел, а букашку изучал. Которую захотел — на волю отпустил, захотел — сапогом раздавил.

И Марик не выдержал.

— Л-лорд Лу-лучань его о-отец. По к-крови о-отец, — сказал он через силу.

Было у него опасение, что Железный Песок из-за гордости промолчит, а от этого ответа сейчас, похоже, зависела их жизнь.

— Да ты что? — восхитился Дейрик, бросив на Лероя короткий взгляд. — То-то я смотрю, глаза знакомые, нос, да и держится очень похоже… — На лицо Душелова вдруг набежала тень, и он с яростью продолжил: — Похож, да не совсем! Лучань был даже не воином, он был стихией, духом войны! Сражения вошли в его плоть и кровь, он грезил битвами и жил лишь на поле брани. Да, иногда проигрывал более сильным противникам или уступал слепому случаю, но всегда поднимался и побеждал. Лучань олицетворял все представления адорнийцев о великом мастере боевого клана, и с его смертью Прая потеряла много больше, чем просто сильного адепта боевых искусств…

Герой прервался и то ли с презрением, то ли с сожалением окинул взглядом распятую на полу фигуру Лиграна.

— Что до тебя, то… ты всего лишь обманка. Кроме внешнего сходства и некоторого внутреннего сродства со знаменитым отцом, в тебе ничего нет. Ты непонятно кто, заблудившийся в тумане щенок, вечно мятущийся и лишённый покоя! Удивительно, как ещё ухитрился разгадать все головоломки Непобедимого. Видимо, где-то он ошибся… — последнюю фразу Дейрик сказал немного в сторону и как бы про себя, словно забыв о находящихся рядом людях.

И теперь уже пришёл черёд Лиграна воспользоваться оплошностью принявшего прайм. Со своего места Марик опять толком ничего не видел, но, кажется, лорд дёрнулся всем телом, как-то по-хитрому сложил пальцы и прохрипел длинную маловразумительную тираду. Можно было бы подумать, что Железный Песок на фоне крушения многих надежд двинулся умом, если бы вслед за этим призрак с приглушённым треском не разлетелся на тысячи частей. Лорд наконец-то обрёл свободу, чем в тот же миг и воспользовался. Рывком откатился подальше от страшно удивлённого Душелова и вскочил на ноги. Меч словно сам собой прыгнул в руку.

— Спираль Тотоола, а ты не так уж и безнадёжен, — задумчиво произнёс Дейрик, небрежно опершись на косу. — Читал тетрадь Лучаня?

Лигран помедлил, но всё-таки кивнул.

— Что ж, неплохо. Вот только для того, чтобы принять присягу у Героя моего уровня, этого недостаточно, — процедил Душелов, после чего приблизился к купели и достал из неё свой каталист. Качнув его перед глазами, воитель фыркнул и спрятал черепок за пазухой. С неприятной ухмылкой добавил: — Извини, но нам не по пути.

Сразу же пропало ощущение смертельной угрозы, стало ясно, что бой снова отменялся. Следовало бы радоваться, но Марик, наоборот, испытал даже нечто вроде разочарования. Неужели всё закончится так… безнадёжно?!

— Ты даже не хочешь узнать, зачем мне понадобился Герой? — вдруг спросил Лигран глухо.

— Парень, да чего тут узнавать?! Всё как у всех, захотелось власти и богатства, а инструмент для их достижения отсутствует. Вот и вспомнил про папочкиных принявших прайм. Разве не так? — не без издёвки спросил Дейрик.

— Нет, — Лигран медленно поднялся, после чего зыркнул исподлобья. — Я знаю, кто убил Лучаня Непобедимого, и собираюсь нанести им визит… скажем, завтра… Не хочешь присоединиться?

Дейрик выдержал поистине театральную паузу.

— Свой ответ я уже дал. Повторяться не стану, — сообщил он наконец, сплюнув на пол. Повернулся к двери и уже через плечо бросил: — Так что прощай. Советую поискать инструмент попроще, — после чего замолчал на мгновение и с каким-то безумным смешком добавил: — Да и вообще… Следующую нашу встречу ты можешь и не пережить. Не забывай об этом!

На этом Душелов посчитал разговор законченным, закинул косу на плечо и вразвалочку двинул на выход. Что самое неожиданное, когда он проходил мимо Марика, снова взмахнул плетью, и сгусток энергии жёлто-зелёного цвета буквально подбросил его в воздух. С поистине аристократической небрежностью Герой сначала лишил Лероя всех сил, а затем вернул их обратно. И пока тот пытался справиться с нахлынувшими ощущениями, сукин сын открыл дверь и выскользнул за порог Итералии прайма.

Словно и не было его никогда. Триумфальная операция по воскрешению самого могучего Героя лорда Лучаня с треском провалилась.

Хорошо хоть, живы остались…

— Твою мать!!! — от рыка лорда Марик аж вздрогнул. Пока он пытался справиться с нахлынувшими после передачи сил ощущениями, Лигран подскочил к стене и со всей дури вмазал по ней кулаком. — Проклятье, проклятье!!!

На памяти Лероя это был первый раз, когда новый хозяин Одинокой Башни так сорвался. Лорд сохранял спокойствие, обвиняя бывшего управляющего во всех смертных грехах, почти не нервничал во время охоты на лесных разбойников, ничуть не беспокоился, выполняя задания настоятеля храма, и демонстрировал удивительную стойкость и решимость под огнём доктов. И вдруг такое проявление чувств!

— Мой лорд, я…

Лерой не знал, что сказать. Да и что тут скажешь, если он и сам чувствовал себя обманутым.

— Забудь! — отмахнулся Лигран.

Вспышка гнева быстро прошла, и теперь Железный Песок просто стоял у стены, прижавшись лбом к холодному камню и о чём-то напряжённо размышляя. Наконец, придя к какому-то решению, тряхнул головой и вернулся к столику с оставленной там шкатулкой. Удивительно, но Душелов её с собой не забрал.

— Будем пробовать с другими? — спросил Марик на всякий случай. Уж больно внимательно лорд изучал оставшиеся каталисты. Не к добру!

— Что?.. А, нет! — выдал Лигран задумчиво. После чего закрыл крышку, сунул коробку под мышку и развернулся к дверям. — Если характер Душелова удалось изучить достаточно подробно, то с этими всё не так просто. Подозреваю, я их толком и воскресить-то не смогу, не то что договориться о службе.

…Итералию прайма Марик и Лигран покинули вместе и уже на выходе едва не споткнулись о торчащие из-за угла ноги охранников. Которые лучше всяких табличек сообщали, что именно здесь прошёл разозлённый донельзя Душелов. Надавал по башке обоим бойцам и пошёл себе дальше, словно ничего не случилось.

М-да, такой воин им бы точно не помешал!

Однако день неудач на этом не закончился: пока они осматривали горе-телохранителей, в коридоре появился человек, которого сейчас меньше всего хотелось видеть. Что Марику, что Железному Песку.

Узнать, что здесь происходит, заявилась Сильвара Ястреб.

— Какие люди заглянули к нам на огонёк! — тут же вскликнул Лигран. Если бы не вспышка, свидетелем которой Лерой стал ещё какие-то минуты назад, он бы решил, что у лорда прекрасное настроение.

— Мой лорд, — в тон ему ответила Героиня, красиво изогнув бровь. — Слуги говорят о каком-то воине с косой, который то ли потерялся в парке, то ли перелез стену и скрылся в лесу. Они все сошли с ума или вы опять ввязались без меня в какое-то приключение?

Марик помимо своей воли почувствовал восхищение. Проклятье, знает же, что стерва, гадина и просто сука, а не любоваться ею не может. Прямо наваждение какое-то.

Лигран к её чарам оказался гораздо более устойчив.

— Второе, моя дорогая, второе, — ухмыльнулся лорд и поправил выскальзывающую шкатулку.

К ней немедленно прикипел взгляд воительницы.

— Ах вот оно что, — даже не сказала, а промурлыкала Сильвара. — Почему-то я сразу же подумала о коробе с секретами моего лорда. Даже удивительно. — Женщина подняла голову и тонко улыбнулась. — Как понимаю, имеет смысл поздравить с первым самостоятельным воскрешением Героя?

— Что-то вроде того, — кивнул Лигран.

— И когда я смогу познакомиться… с коллегой? — вкрадчиво спросила воительница и стрельнула глазами в сторону поднимающихся с пола охранников.

— Как только наши с ним переговоры перейдут в более конструктивное русло, — враждебно ответил Железный Песок. — Лучше расскажи, что нового на почтовой станции узнала. Очень уж интересно…

— О, да ничего особенного, — фыркнула Сильвара и с торжеством добавила: — Кроме того, что в Одинокую Башню едет Джок Молния, и рассказывать-то нечего.

Повисла пауза. Марик едва не спросил: «Уже?!», но вовремя сдержался. А вот на Лиграна новость подействовала как ушат ледяной воды. И он окончательно взял себя в руки.

— Джок приезжает? — переспросил он, хищно прищурившись. — И как скоро?

— Не знаю. Скорее всего, через несколько дней, точно не скажу, — Сильвара пожала плечами. — Кстати, мой лорд, а… почему не интересуетесь причинами этого визита?

— Потому что ответ именно на этот вопрос меня больше не волнует, — Железный Песок холодно улыбнулся и, пока Ястреб переваривала его ответ, двинул к выходу. Однако, сделав несколько шагов, остановился и бросил через плечо: — Да, ещё… Подготовь к обеду полтора десятка бойцов. Хочу поохотиться на всякую лесную шваль, и лишняя охрана мне не помешает, — он вдруг громко засмеялся. — Должен я подготовить Гуаньдир к приезду брата или нет?!

Сказал и ушёл, оставив Марика на растерзание принявшей прайм. А в том, что она постарается выжать из него всего соки, но добиться нужной информации, Лерой не сомневался. Сумасшедшее утро трансформировалось в не менее сумасшедший день и в перспективе — вечер…

Кем только Бистарк не был за время своей службы в Конторе, какие роли не примерял. Охотник за головами, возчик, купец, наёмный убийца, в последние годы вжился в образ командира диверсионной группы. Но вот кем он точно не собирался становиться, так это инженером по строительству полевых фортификаций.

— Да куда ты камень тащишь, бестолочь?! Ещё раз напутаешь, клянусь Великой Шестерёнкой, скормлю крысам! — заорал Бистарк на очередного горе-землекопа и заскрежетал зубами.

Всё оказалось несколько сложнее, чем думалось поначалу. Он как-то не ожидал, что из солдат получатся настолько отвратительные строители.

Ведь какая была идея? Силами оставшихся в строю бойцов оборудовать укреплённый лагерь на подступах к подземелью, занять позиции и ждать визита пышущих праведным гневом мстителей. В ситуации, когда от полноценного отряда остались одни ошмётки, это было единственным верным решением. По уму следовало вообще собрать вещички и двинуть в соседнюю провинцию, но приказы вышестоящего командования не обсуждают — их выполняют. Сказано добыть исследования Лучаня Непобедимого, значит, хоть ты тресни, но добудь. И плевать, что они запрятаны в древнем бункере, куда не могут войти далеко не самые худшие в империи праймолог и механикус. Нет слова «не могу», есть слово «надо». Ломай двери, взламывай замки, подбирай коды — делай всё что угодно, но задание должно быть выполнено. И уж конечно, подземелье не может остаться без надзора.

Вот только ещё бы кто ему растолковал, какой тут может быть надзор, если из пяти бессмертных воителей у него осталась одна Юлира Крыло Ночи?! Чтобы справиться с ней, хватит мало-мальски крепкой штурмовой команды, даже приручённая чудь не понадобится. А в том, что такая команда скоро заявится по их души, можно быть уверенным. Разгром, который они уже второй раз учинили в Одинокой Башне, требовал самого жёсткого ответа. Лордёныш просто обязан отреагировать на брошенный ему вызов, иначе ломаный медяк ему цена как командиру и правителю.

Воспоминания о ночном штурме замка вновь испортили настроение. Столько жертв, столько нервов и сил потрачено, и всё впустую. Адорнийцы отбились, людям Бистарка пришлось уйти ни с чем. И теперь вместо того, чтобы крутить дырку под орден, он вынужден готовиться, быть может, к последней своей битве.

Однако все его попытки хоть как-то выправить ситуацию, выстроить грамотную оборону разбивались о криворукость подчинённых. У них не то что никак не получалось соорудить полноценный редут с настилом от стрел, они даже не могли простейший бруствер насыпать. А ведь для доктов с их метателями и огнебоями такой тип укреплений давал серьёзное преимущество перед лучниками адорнийцев. Когда тебе не надо вставать в полный рост перед каждым выстрелом, шансы выжить серьёзно повышаются.

Нет, определённо зря из армии убрали тренировки по обустройству защищённого лагеря. Тогда бы, глядишь, и солдаты знали, с какого конца за лопату или топор браться.

— Капитан, ваших обалдуев ни на секунду нельзя оставить без присмотра! — К Бистарку подлетел Глорен и с ходу начал орать, размахивая какой-то бумажкой. — Они работают как угодно, но только не по плану!

— Давай сюда! — простонал Бистарк, выдёргивая днём ранее утверждённый чертёж укреплений. Вчитался. В глаза тут же бросились исправления, сделанные красным карандашом. — А это что такое?!

— Это? — воинственно спросил механикус. — Это новая схема. Для защиты тылов я развернул бруствер дугой и перенёс его ближе к холму, а редут…

— Проклятье, Глорен!!! — рявкнул Бистарк. — Твоя задача следить за ходом работ, а не нести отсебятину!

Механикуса как ветром сдуло. Даже не стал, по своему обыкновению, вопить о притеснениях и умалении его великих достоинств дипломированного инженера. Выдернул чертёж из сжатых пальцев капитана и припустил к устроившимся на привал рабочим.

— Лучше разберись, какого лешего сруб в основании такой кривой! — крикнул вдогон Бистарк, после чего пробормотал: — Учёный, мать его. Думает, так лучше, видите ли… А что работы уже третий день ведутся, ему плевать. Плохой план, хороший — не важно. Если начнём из крайности в крайность бегать, ничего не успеем…

— Что, Глорен опять… чересчур увлёкся? — раздалось за спиной, и Бистарк вздрогнул.

Стремительно обернувшись, он встретился с сочувствующим взглядом Пулье.

— А, это ты, док… — протянул капитан и уже нормальным голосом добавил: — Да чудит наш механикус, чудит.

— Просто он слишком привык к своим железякам. И как доходит до общения с людьми, его начинает… заносить, — сказал праймолог.

— Очень верная мысль. Правда, легче от неё не становится, — Бистарк покачал головой. — Ладно, что у тебя… Получил ответ?

Пару мгновений Пулье сохранял каменное выражение лица, но затем не выдержал и усмехнулся.

— Так точно, мой капитан! Полчаса назад смог связаться со штабом.

— И?! Что-нибудь, кроме своего обычного «ждите дальнейших распоряжений», они передали? — едва не прорычал Бистарк, который уже устал бомбардировать командование просьбами о подкреплении.

— Три слова, — кивнул праймолог. — «Сота», «груз» и «скоро».

— Ну наконец-то! — шумно выдохнул Бистарк. — Видимо, смерть Гржака окончательно расшевелила этот штабной гадюшник, и они наконец-то сподобились организовать переброску второй группы…

— Честно говоря, капитан, смысл сообщения от меня несколько… ускользает, — сказал Пулье, потерев переносицу. — Не могли бы вы…

— Да чего тут думать… К нам идёт подкрепление. «Сота» означает, что главный в группе наш дуэлянт. Как он ни жаждал убраться обратно в Империю, отсидеться дома у него не вышло. Возможно, с ним будет тот же Гржак или ещё кто… Под грузом наши кураторы скорее всего понимают заказанные тобой и Глореном шестерёнки. Герои, правда, могут и целую механическую катапульту притащить, но на это я бы надеяться не стал. Ленивые. И прайма много жрут во время нагрузок, — сообщил Бистарк, не забывая поглядывать на работающих солдат. — Но лично меня больше всего радует «скоро». Это слово могло появиться в сообщении лишь в одном случае — если группа успешно перешла линию фронта. Так что нам и вправду «скоро» надо ждать гостей.

— И чего бы об этом прямо не написать? Накрутили, понимаешь… — буркнул Пулье.

Бистарк изумлённо на него уставился.

— Док, мы на вражеской территории. В землях, где особенно сильна магия адорнийцев. Кто знает, вдруг они сумеют организовать прослушивание наших переговоров? — сказал он. — Да и кому я говорю, ты ж хоть и гражданский, но праймолог. Лучше меня всё это знать должен!

Пулье страдальчески закатил глаза.

— Да знаю, знаю, сказал не подумав, — выдал он скороговоркой. И не иначе, как для смены темы разговора, спросил: — Другое не могу понять: какого лешего столько тянули…

И капитан, которому вдруг захотелось поболтать, его поддержал.

— Да тут и понимать нечего. На фронте ситуация… сложная. Сейчас неподалёку от передовой развёрнуты десятки, если не сотни Прайм-индукторов. И работают в три смены, обслуживая армейских Героев. Им и дела нет до нужд разведки с её дурно пахнущими секретами, — Бистарк пожал плечами. — Генерал Эттли, может, и продавил бы нужное решение, но он остался в Нео-Лафорте. На месте командуют люди рангом поменьше. И у них могли возникнуть самые разные сложности. Вплоть до того, что у них банально не осталось резервов. Как для формирования второй группы, так и для её переброски через фронт. Война, чудь её дери! Всё как всегда…

— М-да, а нам страдай… — протянул Пулье и замолчал, задумчиво уставившись куда-то вдаль.

К разговору праймолог уже явно охладел, однако Бистарк был бы плохим командиром, если бы не закончил беседу в нужном ему ключе.

— Док, раз уж так всё хорошо складывается, — сказал капитан веско, — теперь всё зависит от вас, другого шанса не будет. Как только привезут нужные детали, вы обязаны открыть дверь. Слышите? Обязаны! Если, конечно, не собираетесь сгнить в этой глуши.

Пулье что-то забормотал в ответ, но Бистарк не стал его даже слушать. Обвёл взглядом кособокие укрепления, солдат, скучающую в тени Юлиру… Беззвучно выругался. Неизвестно почему, но на него, словно на какого-то адорнийского колдуна, вдруг накатило дурное предчувствие. И он не понимал, как справиться с этим поганым ощущением.

Больше всего Лигран опасался, что вконец обнаглевшая Героиня в деле поиска доктов станет всячески ему мешать. Или того хуже, открыто взбунтуется и откажется выполнять приказ. А что, раз уж здесь скоро появится Джок Молния, можно забыть шпионские игры и открыто послать подальше нынешнего лорда. К чему считаться с неудачниками и временщиками, тем более когда основная задача успешно выполнена. Местоположение убежища и какого рода секреты в нём хранятся, известно, каталисты найдены. И пусть последние пока ещё в руках у Железного Песка, особой роли это не играет. Наставник вежливо попросит, и придётся отдать.

Однако, как ни странно, Сильвара идею охоты на доктов восприняла с заметным энтузиазмом. Словно она кровно заинтересована в том, чтобы Лигран выполнил распоряжение лорда Регруша и покарал убийц отца. Или всё дело в убежище и её желании лишний раз удостовериться в том, что всё сделала правильно?.. А чудь её знает! Главное, сейчас им по пути. Последнее нападение показало, что отряд доктов хоть ослабел, но всё же недостаточно сильно, чтобы соваться к ним в логово без Героя. Раз с Дейриком ему не повезло, придётся рассчитывать на Сильвару. Пусть это и грозит немалыми проблемами в будущем. Близком будущем…

В отряд вошли три десятка солдат и четыре боевых тигра. Первая половина — преданные лично Лиграну бойцы во главе с Мариком, вторая — в основном те, кто прибыл с ним из замка Наставника, под предводительством Сильвары. Подчинённых Дерека Посох Грома среди последних было всего шестеро. То ли Героиня, несмотря на все старания, всё ещё сомневается в верности гарнизонных, то ли не верит в их боевой потенциал. А может, и вовсе считает, что Лигран становится чересчур популярен среди рядовых?

Обе группы с первых минут держались особняком, друг с другом старались лишний раз не пересекаться. Получалось, с одной стороны, они вроде бы в одной команде, а с другой — порознь. Оставалось надеяться, что раздрай не помешает общему делу. В конце концов, интриги интригами, а доктов ненавидят все.

Общая ситуация дико не нравилась Лиграну, но ничего поделать с ней он не мог. Когда не хватает собственных сил, приходится пользоваться чужими. Будь у него хотя бы ещё полгода, и власть в Одинокой Башне полностью оказалась бы в его руках. Постепенно увеличил бы личную охрану до размеров нормального отряда, нанял бы новых Героев, наладил толковую боевую подготовку… Но ему дали слишком мало времени. Может, опытный лорд справился бы лучше, он сделал всё, что мог. С уже имеющимися бойцами он должен победить доктов, завладеть главным секретом Лучаня, затем уцелеть в неизбежном конфликте с Сильварой и, наконец, сохранить трон правителя Гуаньдира. Плёвое дело, да!..

Несмотря на не самую лучшую обстановку в отряде, до места, указанного главой гильдии возчиков, добрались быстро. В отличие от прошлого раза, не попадались разорённые деревни, не приходилось отвлекаться на охоту за бандитами и визиты в храмы. Метеором промчались по тракту, ни на минуту не задержавшись ни в одном населённом пункте. Лишь к вечеру, когда до цели оставалось всего ничего, встали лагерем рядом с развалинами то ли трактира, то ли постоялого двора. По всем признакам, строение обрушилось от ветхости ещё лет пятнадцать назад, так что у Лиграна даже мысли не возникло винить в том разгул доктов. Марик, правда, всё равно облазил руины со всех сторон, ну так у него работа такая — во всём видеть угрозу лорду.

Тогда же у Лиграна произошёл довольно странный разговор с Сильварой. Героиня тихонько подошла после ужина и, шикнув на вскинувшихся телохранителей, попросила о приватной беседе. И Железный Песок не стал отказывать даме.

— Что такое, Сильвара? — спросил он, как только охранники удалились от его костра на десяток метров.

— А то ты не догадываешься, — усмехнулась Героиня, даже не подумав добавить набившее оскомину «мой лорд». Однако, перехватив недовольный взгляд Лиграна, вздохнула и спросила: — Зачем тебе всё это надо?

— Что? — уточнил Лигран.

— Всё. Трон этот, возня с бумажками, налогами, жалобами. Охота за разбойниками, теперь вот за доктами. Ты же на фронт всё время хотел? Так иди… Дождись брата, сдай дела — и вперёд. Зачем всё так усложнять? — сказала принявшая прайм необычным, каким-то проникновенным тоном.

Железный Песок аж растерялся.

— Не понял… И это говорит человек, который сначала подталкивал меня к мысли, что я обязан выложиться на все сто, выполняя задание лорда Регруша, всячески испытывал, проверял… Да чего там, ты ж ещё вчера рвалась в бой, и вдруг такой поворот… — протянул он. — Неожиданно!

— Какие-то у тебя странные представления о моих обязанностях, — ответила Сильвара с неодобрением.

— Разве? А мне казалось совсем наоборот, очень даже реалистичные, — Лигран дёрнул щекой. — Я, толком ничего не зная, вязну в расследовании и играю роль ширмы, ты ищешь секреты Лучаня. Причём если я начинал с нуля, то тебе с самого начала явно было многое известно… — Покосившись на Сильвару, он невесело усмехнулся. — Заодно ты всячески старалась не дать мне усилиться. Не подпускала всяких лишних Героев, вроде того Рыжего хвоста, и перетягивала на сторону Наставника гарнизон. Ведь так?

— Наверное, — женщина пожала плечами.

— Одно только не пойму: какого лешего ты на меня того наёмника натравила? — не удержался Лигран. — Когда мы ещё в Латере были… А потом сама его и грохнула.

— А, этого, — Сильвара улыбнулась. — Хотела посмотреть, насколько ты опасен. — Помолчала и добавила: — Для Джока опасен. Этакая проверка сил и способностей.

Железный Песок едва не выругался. Он-то своё предположение высказал просто так, наугад, и сходу попал в яблочко. Разговор становился всё более и более интересным.

— Вот оно как… И каков вывод?

— Тебе он не понравится, — Сильвара покачала головой и открыто посмотрела на Лиграна. — Сильно не понравится.

— Что ж, честно, — пробормотал Лигран, чувствуя досаду. Как ни крути, но он ждал совсем другого ответа.

— Извини, но ты не соперник Джоку. Ты хороший мечник, талантливый боец и неплохой вождь, но… он маг. И хороший тактик. Не тебе на него равняться, — сказала Сильвара ласково и сделала попытку погладить Железного Песка по щеке. Тот успел отдёрнуть голову, чем вызвал у Героини печальную улыбку. — Что возвращает нас к началу нашего разговора… К чему тебе эта ненужная борьба? Ты теперь знаешь, из-за чего так ценна Одинокая Башня, даже выяснил личности убийц Лучаня… Зачем идти дальше, переходить ту грань, за которую даже заглядывать не нужно?

— А затем, что не хочу бросать дело на полпути. И предавать тех, кто мне доверился, — ответил Лигран жёстко. Чувствуя, как от злости начинает стягивать скулы. — Кстати, если ты так уже хочешь, чтобы я всё бросил… Займись этим вопросом. Ты — великая воительница, я — бледное подобие лорда, не дотягивающее даже до уровня Джока. Реши всё одним махом, заодно перед братцем выслужишься…

Лицо Сильвары гневно вспыхнуло.

— А простая мысль тебе в голову не приходит, что Джок тоже проходит свой тест? И ему нельзя помогать вот так? — процедила она. Затем порывисто вскочила и с чувством бросила: — Кажется, я начинаю жалеть, что вообще с тобой заговорила. Когда человек дурак, спасать его уже бесполезно!

И ушла, покачивая бёдрами. Оставив Лиграна с мыслью, что он совершенно не понимает мотивов поступков данной конкретной Героини.

Такой вот получился неожиданный разговор. Как к нему относиться, Железный Песок не имел ни малейшего понятия, поэтому выбрал наиболее подходящую в его положении линию поведения: махнул на всё рукой и сосредоточился на гораздо более важных проблемах. Утром должно было решиться, быть Лиграну лордом или же сдохнуть под мечами доктов, и забивать себе голову всякими глупостями он не собирался…

К нужной балке выдвинулись засветло, двумя группами. Раз уж толкового взаимодействия между бойцами наладить не получилось, Лигран перестал делать вид, что ничего не происходит, и принял существующее разделение как свершившийся факт. И уже исходя из него строил всю стратегию будущего боя. Согласно которой команде Сильвары предстояло подобраться к цели по дну оврага, он же со своими людьми должен был пройти вдоль северо-западного склона, укрываясь за густым кустарником. По уму надо было бы сделать совсем наоборот — из Амазонки плохой боец первой линии, — но всё упиралось в вопрос доверия. Железный Песок опасался, что, увязнув в сражении с доктами, он может не дождаться помощи. Вдруг принявшая прайм забудет всё, что говорила днём ранее, и решит избавиться от излишне непоседливого лорда чужими руками?

Сильвара не стала возражать против предложенной ей роли, лишь напоследок, когда солдаты уже начали спуск, пронзительно зыркнула исподлобья да покачала головой. Лигран сделал вид, что ничего не заметил.

— Мой лорд, с луками у нас нормально управляются всего пятеро. Так что если вдруг потребуется поддержать… этих… огнём, толку будет мало, — сказал Марик вполголоса, от которого не укрылся случившийся обмен взглядами. — Может, всё-таки…

— Никаких «может»! — огрызнулся Лигран и первым нырнул в густые заросли.

Менять принятое решение он не собирался, и любые разговоры на этот счёт вызывали у него одно лишь раздражение.

Однако в одиночестве Железный Песок оставался недолго: скоро его догнал Марик с парой рубак из ветеранов и пристроился рядом, ещё трое ушли вперёд в качестве авангарда. Следом потянулись и остальные. Всё как договаривались.

Таким порядком двигались около часа, бдительно замирая при каждом шорохе и в любой момент ожидая встретить дальний секрет доктов. Но врага всё не было и не было, и у Лиграна даже начали появляться сомнения: а правильно ли он определил местоположение лагеря доктов и тайника Лучаня?! Похоже, что Марику пришли в голову схожие мысли, потому как он вдруг начал что-то бормотать про «сволочных возчиков, которые завели их к чуди на рога» и обещать переломать шутникам все кости по возвращении в Одинокую Башню…

Планы Лероя нарушил один из бойцов авангарда, который внезапно вывалился из густого кустарника едва ли не под ноги и выдохнул одно короткое слово: «Докты!»

— Сколько?! — прошипел Лигран, схватив солдата за плечо.

— Двое с огнебоями! Сидели в секрете на гребне холма и следили за тропой, да так хорошо замаскировались, демоны, что заметили их, только когда нос к носу столкнулись…

— И?! — рявкнул Лигран.

— Мы оказались быстрее и взяли часовых «в ножи». Они даже дёрнуться не успели. — Заметив, что Железный Песок с интересом уставился на разрезанную сбоку куртку, воин заметно смутился и торопливо добавил: — Один, правда, зараза, успел засапожником махнуть, но промазал…

— Точно только двое было? — перебил его Марик, предварительно спросив взглядом разрешения у лорда. Железный Песок не возражал.

— Древом клянусь! — сказал солдат убеждённо.

— Довод, — хмыкнул Лигран. — Ладно, спустись к нашим в балку и сообщи, что был контакт с «железячниками». Пусть будут поосторожнее. — И уже Марику пояснил: — В конце концов, сейчас мы в одной лодке, не время для дрязг.

Лерой вроде бы кивнул, но Лигран чувствовал: не одобряет. Всё понимает, со всем соглашается, но не одобряет! И это при его-то увлечённости красотой Сильвары. Впрочем, сам Железный Песок тоже был не в восторге от собственного решения. Остро хотелось хоть в такой малости навредить, а может, и ослабить сторонников Сильвары, но опускаться до откровенной подлости, нарушать уговор не хотелось ещё больше.

— Вот будет номер, если именно сейчас какому-нибудь младшему офицеру вдруг вздумается обойти посты. В мою бытность новобранцем наш десятник такие проверки едва ли не каждый час устраивал, — неожиданно сказал Лерой. — И при малейшем нарушении такой тарарам поднимал, что чудь разбегалась.

— Надеюсь, нам повезёт, — сухо сказал Лигран, и Марик немедленно замолчал.

Да и не о чем тут было разговаривать, пришла пора дел. Как сказал бы какой-нибудь докт: «Маховик операции завертелся!»

Вестовой вернулся спустя несколько минут и принёс ответное сообщение Героини. Краткое, но весьма едкое: «Мой лорд слишком осторожничает. Это не по-адорнийски». Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы распознать в нём намёк на нечистую доктскую кровь в жилах Лиграна и едва ли не обвинение в трусости.

Ну конечно, дай Амазонке волю, она бы всех в лобовую атаку погнала. Хотя, глядя на подчёркнуто нейтральное выражение лица вестового, можно было не сомневаться: её взгляды разделяют многие, в том числе и в стане сторонников Лиграна.

— Больше она ничего не сказала? — спросил он с раздражением.

— Нет. Только приказала своим не тянуть тигра за хвост и поторапливаться. Мол, иначе так до ночи можно по буеракам лазить, — ответил солдат нейтрально.

Железный Песок и Марик дружно помянули всю чудь. Проклятая воительница ломала все планы. Такими темпами она первой ворвётся в лагерь доктов, не оставив им иного выбора, кроме как просто присоединиться к общей свалке.

Накатила злость. У Лиграна возникло острое желание добраться до этой кровожадной дуры и вправить ей мозги, но… но в очередной раз пришлось сдержаться. Древо, как же он ждал того момента, когда сможет поставить зарвавшуюся Героиню на место! Дико, исступлённо, как умирающий от жажды мечтает о глотке холодной воды…

В который уже раз за последние месяцы Железный Песок загнал бушующие эмоции в самые тёмные уголки души и запер на тысячу замков. После чего спокойным ровным голосом отправил вестника к остальным и отдал приказ о возобновлении движения.

Что ж, как ни крути, а ускориться всё же придётся…

Несмотря на все его опасения, следующие полчаса прошли без каких-либо происшествий. Им больше не попадались ни вражеские дозоры, ни секреты. Лес словно вымер. И лишь на выходе из балки, где склоны резко понижались, переходя в пологую, без единого деревца, равнину, люди Сильвары натолкнулись на двух разомлевших часовых. Обалдуев разморило на солнцепёке, и они, наплевав на устав караульной службы, устроились на отдых в тени кустов. Где и умерли от стрел Амазонки.

Всё произошло на глазах идущих в авангарде бойцов Лиграна, о чём они тут же не преминули доложить командиру. Новость была приятная. Да и как иначе, если численность доктов уменьшилась ещё на пару клинков? Правда, сейчас совсем не помешали бы пленные, но что случилось, то случилось.

Порадовала и сама Сильвара, которая, вопреки собственным словам, после убийства дозорных не полезла на рожон, а взобралась на небольшой взгорок на краю леса и принялась изучать обстановку. Пришлось и Лиграну наступить на горло собственной гордости. Оставив бойцов, он вместе с Мариком ползком пробрался к Героине.

Невысокий взгорок оказался отличной позицией для наблюдения за станом доктов. Как на ладони были видны ровные ряды палаток, кособокий редут с хлипким навесом и расположенный сразу за ним бруствер. Тылы последнего прикрывал скалистый холм, в основании которого при некотором усилии можно было разглядеть правильных очертаний дверь. Когда-то она была прикрыта искусственным камнем, но теперь, не иначе как усилиями проклятых «железячников», от маскировки почти ничего не осталось. Зато следов копоти, многочисленных царапин и сколов выше головы. Докты постарались на славу, пытаясь проникнуть внутрь.

Лигран усмехнулся. Весьма приятно осознавать, что твои предположения оказались верны и ты всё-таки нашёл сразу всех: и доктов, и наследие Лучаня. А тот факт, что имперцы так и не смогли проникнуть внутрь тайного укрытия отца, лишь прибавлял радости.

— Поздравляю, мой лорд. Вы нашли всё, что хотели, — сухо сказала Сильвара, не отрывая взгляда от раскинувшейся перед ними диспозиции.

— Что-то вроде того, — буркнул Лигран.

Подтвердить правильность своих выводов ему было мало, теперь предстояло решить гораздо более сложную задачу — уничтожить врага. А вот с этим могли возникнуть сложности, да ещё какие. И дело было вовсе не в проклятых укреплениях. Взгляд выхватывал всё новые и новые подробности обустройства лагеря доктов, из которых складывалась очень неприятная картина.

Вот трое солдат под руководством какого-то беснующегося очкарика собирают громоздкую машину, одновременно похожую на здоровенного рыцаря и механическую катапульту. Его коллега хлопочет около двери в убежище, пристраивая непонятную конструкцию в виде котла со множеством рычажков, колёсиков и трубок.

С этими всё понятно — учёные. Дай им волю — мигом соорудят какую-нибудь машину по уничтожению мира или залезут туда, куда не просят, но пока… пока они особой опасности не представляли. Гораздо серьёзней выглядела небольшая группа бойцов, устроившаяся прямо на краю бруствера. Это были Герои, и лица некоторых были смутно знакомы.

Первым Лигран узнал франта в голубом камзоле, опирающегося на здоровенный остробой. Именно этот гад стрелял в него на границе Гуаньдира, но был убит Сильварой и её коллегами-лучниками. Сейчас этот любитель стрелять из засад что-то с высокомерным видом втолковывал мрачному на вид парню. Железный Песок сказал бы, что тот ему не знаком, но тут у ног крепыша шевельнулась мохнатая фигура, и в голове словно щёлкнуло. Ночной штурм замка, погоня за отступающим врагом и гибнущий наездник на волке. Егерь, больше некому!

Зато третий собеседник Героев точно был ему не известен, в этом можно поклясться. Уж кого-кого, а нагов-меченосцев он ещё не видел…

Древо, какого лешего у доктов столько Героев? Двое погибли у него на глазах, а теперь живее всех живых, третий и вовсе появился впервые. Змеенога последний раз видели в Одинокой Башне, где он благополучно сдох под косой Дейрика Душелова. У командира «железячников» тут что, прайм-индуктор запрятан?! Или Лигран настолько невезуч, что нашёл врага сразу после того, как к тому пришла помощь?!

Спираль Тотоола, вот это дерьмо!

— Не пойму, где четвёртая? — вдруг сказала Сильвара, а Марик её поддержал: — Где Тень? В прошлый раз была Тень…

Лигран выругался. Ведь и правда, он же лично дрался с той девкой, что так ловко орудовала веером. Как он мог про неё забыть? Он принялся обшаривать взглядом вражеский лагерь и тут же нашёл воительницу рядом с доктом, который командовал ночным штурмом Одинокой Башни.

Отлично, просто отлично! Значит, Героев уже четверо. В то время как у него одна лишь Сильвара. И то, что на его стороне перевес в обычных бойцах, уже не особо важно: он насчитал два десятка солдат против его трёх десятков и четырёх боевых тигров. Конечно, в прошлый раз бессмертные его не особо впечатлили — гибли по-глупому, особую силу и мощь не демонстрировали, — но, чудь их побери, они всё-таки бессмертные!

— Что будем делать, мой лорд? — подал голос Марик.

Вместо Лиграна ответила Сильвара:

— А что тут думать. Я «прыгну» как можно ближе к укреплениям и постараюсь добраться до бруствера перед холмом, попутно наводя шорох среди всей этой сволочи. Пока «железячники» будут меня ловить, вы попробуете занять редут. Успеете — есть шанс победить, нет — все здесь ляжем.

— Тебе легко говорить… — пробурчал Марик, покосившись на Лиграна.

— Можешь предложить что-то иное? — зашипела Ястреб.

Лерой тут же вспыхнул и собрался ответить что-то резкое, но Железный Песок его перебил.

— Кого думаешь бить первыми? — спросил он холодно.

— Сначала тех шестерых дискомётчиков, затем Дуэлянта с его остробоем и Егеря, — Сильвара пожала плечами. — Это задача максимум, но тут как повезёт. Надо убрать всех тех, кто работает на дальней дистанции, остальные — ваша забота.

— Принимается, — Лигран кивнул. — В остальном же всем отрядом на редут мы не полезем. Огненной чуди, как у лесных разбойников, у нас нет, катапульт тоже. Даже если удастся выбить доктов, они просто отступят к брустверу и всё придётся начинать сначала. Лишь зря положим солдат…

— Как тогда быть? — не выдержал Лерой.

Лигран усмехнулся.

— Холм… Если удастся посадить на него лучников, то «железячники» окажутся между двух огней и можно будет наплевать на все их укрепления и перевес в Героях.

— Думаешь… мой лорд… что докты этого не понимают и на вершине никого нет? — сказала Сильвара.

— Я разве сказал, что они дураки? — сухо ответил Лигран. — Наверняка там кто-то прячется. Однако, когда в лагере начнётся заварушка, вряд ли солдаты будут так уж внимательно следить за своими тылами. И при определённом везении их можно будет уничтожить, — он повернулся к Лерою: — Марик, возьмёшься?

— Да куда я денусь, мой лорд? — оскалился начальник охраны. — Дай мне пятерых лучников и час времени. Костьми лягу, но приказ выполню.

— Вот и отлично, — Лигран растянул губы в холодной усмешке. — Весь план — авантюра чистой воды, но кто сказал, что будет легко?.. Значит, работаем!

Договорившись напоследок о времени атаки, все трое вернулись к своим командам и сходу развили бурную деятельность. Лигран принялся растолковывать бойцам их задачу, засунув подальше всю свою культурность и не скупясь на эпитеты. Перед боем следовало поднять боевой дух солдат, укрепить их веру в себя и своих товарищей. Правильно мотивированный адорнийский воин творит на поле битвы чудеса, сокрушая могучих и многочисленных врагов. Пренебречь этим — значит, самолично отдать в руки доктов ключи от победы.

Насколько у него получилось, так сразу сказать было нельзя. Однако слушали Лиграна внимательно и очень серьёзно, причём не только вчерашние новички, но и ветераны, благословлённые на службу настоятелем храма. Он бы спросил у Марика, но тот выступления своего командира не видел. Лерой по-быстрому собрал лучших стрелков и, скупо обрисовав стоящую перед ними задачу, повёл через лес в обход лагеря. Часы тикали, и рассусоливать ему было просто некогда.

Сильвара, видимо, занималась тем же, чем и он сам. По крайней мере, когда Железный Песок во главе своей группы спустился в балку, его встретили серьёзные и сосредоточенные лица солдат. Ни тебе неприятных шепотков, ни плохо спрятанных ухмылок, которые так раздражали его в начале пути. Люди знали, что их ждёт и кто их враг… Во всяком случае, Лигран очень на то надеялся. Мысль, что, несмотря на всё своё предыдущее поведение, Сильвара вполне может посчитать момент подходящим для его устранения, была несколько запоздалой.

— К демонам страхи! — пробормотал Лигран и потрепал по холке бредущего рядом боевого тигра, заставив свирепого хищника вздрогнуть от неожиданности.

Заметившая это Ястреб мелодично рассмеялась.

— Интересно… мой лорд, а если бы наши предки остановили свой выбор не на больших кошках, а, как докты, на кабанах, вы бы тоже захотели их погладить? — сказала она, как всегда, сделав паузу перед титулом Лиграна.

Он же, в свою очередь, сделал вид, что ничего не заметил. Хотя с каждым разом это и давалось ему всё труднее и труднее.

— Кто знает, — проронил Железный Песок с едкой усмешкой.

Он так и порывался сказать о том, что ему случалось гладить и не только гладить гораздо более опасных существ, но сдержался. Благородные лорды до пошлых шуток не опускаются. Но, чудь побери, очень хотелось! Судя по тому, как мрачно блеснула глазами Сильвара, она как-то догадалась о ходе его мыслей и даже собралась выдать какую-нибудь колкость, но не успела. Разговор прервал дозорный, оставленный для наблюдения за «железячниками».

— Мой лорд, в лагерь заявился какой-то взмыленный докт, и теперь там жуткая суматоха, — доложил он.

Лигран выдохнул сквозь сжатые зубы. Похоже, что на эффект неожиданности можно больше не рассчитывать.

— Древо, зуб даю, что это по наши души! Какой-нибудь ушлый малый, которого мы не заметили, пока двигались сюда… — сказал он, после чего остро глянул на принявшую прайм. — Сильвара, план надо менять.

И она, о чудо, отреагировала именно так, как должен реагировать Герой на приказы лорда.

— Поняла, — по-военному коротко ответила Ястреб и взмахнула появившимся в руке луком. — Мой лорд, готовьтесь. Начинаю через минуту…

Дожидаться ответа она не стала — крутанулась на месте и с нечеловеческой прытью рванула в сторону вражеского лагеря. Мало того, уже на бегу сначала подёрнулась рябью, а потом и вовсе исчезла. Куда именно она перенеслась, увидеть не получилось.

— Клянусь Спиралью Тотоола, Марик, ты просто обязан успеть на этот проклятый холм как можно раньше, — едва слышно пробормотал Лигран.

Оглянулся на напрягшихся солдат и уже нормальным голосом приказал выдвигаться к границе леса. До начала боя оставались считанные мгновения…

Несмотря на форс-мажор с переполохом в лагере, первая стадия плана прошла как по нотам. Сильвара ухитрилась в несколько «прыжков» незамеченной достичь редута, забралась на сложенные штабелем брёвна и уже оттуда открыла ураганную стрельбу. Судя по поднявшемуся среди «железячников» крику, получилось это у неё весьма неплохо. Можно было представить, как разящий шквал из зачарованных стрел, усиленных магией родной земли, насквозь пронзал бездоспешных противников и сшибал с ног их бронированных коллег. Не зря же Героиня взяла с собой столько прайма!

Лигран повёл солдат в атаку, как только первая стрела сорвалась с тетивы Амазонки. Он помчался вперёд, быстро перебирая ногами, словно находясь внутри огромного колеса. Остальные не отставали. Наверное, они били все рекорды по бегу. Земля, трава, кусты — всё слилось в единую тёмную полосу, но чувство, что этого мало, что можно ещё немного поднажать, не проходило.

До редута было уже рукой подать, какие-то двадцать-тридцать метров, когда Сильвару сшибли с её позиции выстрелом из остробоя. Лук полетел в одну сторону, она — в другую. Даже вскрикнуть не успела.

Лигран взвыл от ярости.

— Дура! Какого лешего на одном месте стояла?! — завопил он, неизвестно к кому обращаясь. После чего последним рывком преодолел расстояние, отделявшее его от вражеского укрепления, и буквально взлетел на вершину земляной насыпи. — А-а-а-а! За Адорнию и королеву!!! Получайте, с-суки!!!

Рубанул заступившего дорогу докта, пнул в поясницу второго и скрестил клинки с третьим. В памяти вдруг всплыла картина из Зала славы, и невиданное воодушевление охватило Лиграна. Он ощутил себя необыкновенно сильным, могучим, умелым. Настоящим адорнийцем, который защищает свою землю и способен разорвать на части любого захватчика.

Неудивительно, что рискнувшего противостоять ему «железячника» хватило ненадолго. Сложный финт, вражеский меч проходит в сантиметре от туловища Железного Песка, его же катана сначала рассекает бедренную артерию, а затем, словно нож мясника, вспарывает брюхо.

— Следующий! — прорычал Лигран, торопливо оглядывая поле боя.

Поначалу и у его солдат дела шли столь же неплохо. Амазонка всё-таки сделала главное — оттянула на себя внимание доктов, и они врезали по неприятелю, когда тот ещё только начал разворачиваться в их сторону. Удар был страшен. Ряды доктов смешались, многие погибли или были ранены. Ещё чуть-чуть, и они бы дрогнули, а затем и вовсе побежали. Но среди врагов нашлись и те, у кого хватило духа, опыта или умения, чтобы достойно встретить нападающих. И что самое поганое, многие из этих мерзавцев были вооружены метателями. Они почти в упор разрядили свои проклятые агрегаты, после чего принялись методично обстреливать всех адорнийцев, попадавших в их поле зрения. Один, самый удачливый или самый опытный, исхитрился грохнуть сразу двух боевых тигров. Первым диском распорол обезумевшего от крови хищника от горла до паха, а вторым попал в бок его полосатого сородича.

Твари, и откуда вас столько?! Ведь именно метатели вместе с Героями были первыми целями Сильвары… А ну-ка, если вот так?!

Лигран пригнулся, пропуская над собой противно жужжащий диск, подцепил валяющийся на земле дротик и с хэканьем метнул его в докта. «Железячник» оказался менее ловким. Остро отточенный наконечник насквозь пронзил шею, и вражеский солдат начал заваливаться на спину. Умирая, он зажал спусковой рычаг, однако сил навести метатель на цель уже не хватило. Снаряд полетел совсем в другую сторону, по пути чиркнув какого-то невезучего докта по шее. Кровь так и брызнула. Если Лигран хоть что-то понимал в анатомии, то после такого долго не живут и уж точно не дерутся. А значит, ещё минус один враг!

Ну и как после такого не лезть в драку?! Да, лорды не сражаются — они планируют ход битвы и отдают приказы, но как быть, если именно лорд едва ли не самый сильный боец отряда?!

Воодушевлённые его примером, адорнийцы ещё немного поднажали. Упал ещё один метатель, захлебнулся криком мечник, и… докты наконец дрогнули. Закончился запас их стойкости. Сначала чокнутая Амазонка, изрядно сократившая их численность, затем сокрушительная рукопашная схватка — не всякий ветеран способен выдержать такой напор.

Глядя на отступающих в панике солдат, Лигран позволил себе порадоваться успеху, когда противник нанёс главный удар. Откуда-то со стороны бастиона раздался лающий приказ — он не разобрал, какой именно, — и в бой вступили Герои. На левом фланге, словно демонёнок из табакерки, выскочил знакомый Дуэлянт с остробоем наперевес и швырнул в ближайшую группу солдат какую-то склянку. Жахнуло так, что уши заложило. Хорошо хоть Лигран был наслышан о подобных грязных трюках и успел прикрыть глаза, а вот тройке его бойцов не повезло: сопровождавшая взрыв вспышка их ослепила, и они оказались беззащитны перед следующей атакой Героя. В считанные мгновения под шквалом ударов один лишился головы, другой потерял руку, а третий — ногу. Но бессмертному воителю и этого показалось мало, следующим движением он вскинул остробой к плечу и метким выстрелом разнёс голову третьему тигру.

Схожая ситуация сложилась и на правом фланге. Здесь бесчинствовала Тень. Появившись прямо из воздуха, швырнула во все стороны сразу шесть вееров. Ни один не промахнулся, каждый нашёл цель. И если троих солдат волшебные снаряды лишь ранили, то четвёртого, которому досталось сразу три веера, буквально разрезало на части. И доспех не помог.

Появление Егеря верхом на волке и во главе небольшой стаи его клыкастых сородичей окончательно склонило чашу весов в пользу «железячников». Блохастый Герой первым делом напал на последнего тигра Лиграна, броском копья обозначив цель для атаки своих четвероногих братьев. И пока те рвали полосатого, сам безжалостно убивал ошеломлённых адорнийских солдат.

В считанные мгновения Железный Песок потерял едва ли не треть своих воинов. О победе в такой ситуации не стоило даже и думать, единственное, что оставалось, это пытаться подороже продать свои жизни.

— Все ко мне! — заорал он, надсаживаясь. — В круг, становись в круг!

На глаза удачно попались заботливо сколоченные доктами и сложенные в общую кучу щиты из толстых досок. То, что надо! Шаг в сторону, схватить ближайший, накинуть ременную петлю на руку, прикрыться… Лигран едва успел спрятаться, как со звонким «бам-м» в самый центр щита вонзился дротик Егеря.

— «Черепаху»!!! Хватай это дерьмо и строй «черепаху»! — продолжал кричать он, не жалея связок.

И его услышали. Сначала один солдат, потом другой и третий… Рядом вставали потрёпанные, окровавленные бойцы, и уже не важно, из чьей они фракции, кого поддерживали — Сильвару ли с Джоком или самого Лиграна, — здесь и сейчас они были воинами Адорнии, которые сражались с исконным врагом.

— Держим строй! Без команды никаких атак, только оборона! — повторял он. — Никакой самодеятельности! — Вслед за Егерем по его щиту разрядил остробой Дуэлянт. Мощный удар едва не сбил Железного Песка с ног, но помогли солдаты. Поддержали, не дали упасть. И он тут же закричал: — Доски им не пробить, главное, чтобы мы выдержали!

В сражении наступила небольшая пауза. Адорнийцы ушли в глухую защиту, доктам же пока было не до нападений. Простые солдаты просто не успели оправиться от чудовищных потерь в начале битвы, Герои же чего-то ждали, лишь изредка обстреливая противника из дальнобойного оружия.

Лигран на мгновение поставил себя на место неприятеля. Определённо, змееногий Мастер клинков врагу бы здесь не помешал. Стремительным броском он сокрушил бы стену из щитов, а затем в четыре клинка играючи завершил разгром. Неужели хоть здесь Сильвара не напортачила и отправила Героя на перерождение? Дай-то старые и новые боги!

Неожиданно, раздвинув ряды доктов, вперёд вышел их командир. Лигран не успел распорядиться, чтобы кто-нибудь приласкал наглеца дротиком, как рядом с «железячником» нарисовалась юная Тень. Увы, не стоило и надеяться пробить защиту её Покрова с одного удара. Сам Железный Песок, к примеру, в прошлый раз это сделать не смог.

— Эй вы, бросайте оружие! — вдруг сказал главный докт, глядя в их сторону, но ни к кому конкретно не обращаясь. — Ваш Герой погиб, сами вы окружены, и вам просто неоткуда ждать помощи. Никаких шансов даже не победить, а хотя бы просто сбежать! Слышите? Никаких. Зато если сдадитесь, то обещаю сохранить вам жизнь и обеспечить вполне комфортное существование в плену…

Поначалу Лигран не собирался вступать с врагом ни в какие переговоры, однако не выдержал и сорвался.

— Клянусь Древом, «железячник», ты держишь нас за идиотов? Какой, к чуди, плен, какое ещё комфортное существование?! Ты стоишь на нашей земле и жив лишь в силу запредельной удачи. Которая рано или поздно, но закончится, — выкрикнул он.

— Ой-ой, кто это подал голос? Неужели владыка Гуаньдира и хозяин Одинокой Башни, великий лорд Лигран… как там, Железный Песок? — спросил «железячник» с каким-то непонятным торжеством в голосе. — Хотя чего это я… какой, к лешему, лорд? Лордик, лордёныш — вот как правильно. Бегали за тобой, бегали, а ты сам пришёл. В гости, на огонёк…

С докта, как пыль на ветру, слетела вся его невозмутимость. Он говорил так, словно Лигран нанёс ему личное оскорбление. Что ж, мелочь, а приятно. Видимо, Железный Песок, сам того не зная, сумел знатно помешать планам имперцев.

— Ну да, с ответным визитом, так сказать, — сказал он неожиданно бодро. Помирать, так с музыкой… Так ведь, кажется, говорят? — Вы ведь, уважаемый, в прошлый раз убегали столь быстро, что я даже поприветствовать вас не успел толком.

Напоследок Лигран улыбнулся как можно более гадостно. Держа при этом в голове образ скалящегося братца Джока в момент, когда тот подстроил ему очередную пакость.

— Воины, повторяю, если сложите оружие, обещаю сохранить вам жизни. Вы ни в чём не виноваты, вас просто притащили на убой. Вся ответственность лежит на плечах этого лордёныша, он и должен ответить за пролитую кровь. Слышите: он, не вы! — выдал вражеский командир, играя желваками.

И получил в ответ шквал ругательств. Особенно изгалялись уцелевшие бойцы Сильвары. Будь на месте докта какой-нибудь адорнийский лорд, они бы ещё подумали, но сдаться поганым «железячникам»?! Видимо, сотрудничество с предателями-контрабандистами и прочим отребьем совсем помутило разум имперца, раз он рассчитывал выиграть бой словами. Впрочем, чем дольше он болтает, тем лучше. У Лиграна остался в рукаве последний козырь — команда Марика, а им нужно время, чтобы занять позицию на холме.

Так что кричи, докт, кричи! До финала ещё далеко…

Увы, мысль, что он занимается ерундой и впустую тратит время, дошла и до проклятого шпиона. Зло сплюнув в сторону адорнийцев, он выдохнул нечто вроде «Знайте же, я этого не хотел», после чего повернулся к Герою-Дуэлянту.

Стало понятно, что часы их жизней отсчитывают последние секунды. Вот сейчас «железячник» даст отмашку, принявшие прайм начнут атаку — и всё, занавес, души смертных уйдут по кругу перерождений, но в голову лезли совсем другие мысли. Лигран вдруг даже не понял, а почувствовал всеми фибрами души, какая пропасть разделяет его и имперца. Он видел перед собой не великого вождя, харизматичного лидера, который ведёт в бой, а серого блеклого человечка. Пусть умного, расчётливого, но… другого. Не адорнийца, влюблённого в жизнь и в смерть, всегда дышащего полной грудью, видящего все краски мира, чувствующего все его ароматы, а зажатого в рамки интеллектуальных догм докта. Который сам, по своей воле, распихал всё и вся вокруг себя по ящичкам и полкам, промаркировал, занёс в журнал и успокоился. Который полагается только на доводы разума, забывая о чувствах.

Различия были настолько фундаментальны, что оставалось удивляться, как он не понимал этого раньше. Чудь побери, как Лигран даже в мыслях мог сравнивать себя — воина и мага — с этим любителем мёртвого железа?!

Казалось бы, на пороге смерти должны беспокоить совсем другие вещи, но он вдруг именно сейчас с кристальной ясностью понял, что ему мешало всю его сознательную жизнь. Вечные подколки братца, шепотки за спиной и открытые оскорбления на тему матери-докты постоянно порождали в душе сомнения, неуверенность в самом себе, в собственной природе. Всё время он подсознательно разрывался между рассудительностью доктов и порывистостью адорнийцев, не зная, что выбрать. И только сейчас, перед лицом смерти, Лигран нашёл ответ.

Это было похоже на какое-то просветление. То самое состояние, которого добиваются годами медитаций мастера различных видов искусств, жрецы и аскеты. В сердце поселяется удивительное спокойствие, а тело наполняет сила, мощь и… магия.

— Капитан Бистарк, стойте! — Пока Лигран разбирался в своих проблемах, к вражескому командиру протолкался чем-то возбуждённый докт с непонятным механизмом в руках. Явный гражданский. И похоже, что именно его Железный Песок видел около двери в убежище. — Этих адорнийцев ни в коем случае нельзя убивать!

Тут у кого-то из людей Лиграна не выдержали нервы. В «железячника» полетел дротик, который, впрочем, был успешно отбит веером Тени. Доктский учёный — никем иным он быть просто не мог — отделался лёгким испугом.

Было забавно наблюдать, как тот остановился, растерянно глянул на обломки разбитого ударом Героини копьеца и уже другим, каким-то мстительным тоном сказал:

— Точнее, убивать нельзя всего лишь одного.

Однако не похоже, что появление гражданской штафирки обрадовало названного Бистарком командира доктов.

— Док, какого лешего?! — рявкнул он, и, покосившись сначала на Героиню, а затем на адорнийцев, предусмотрительно отступил поближе к своим бойцам. Учёного утянул вслед за собой.

— Я знаю, как открыть проклятое убежище! — возопил док, потрясая руками. Близость к врагу его ничуть не смущала.

Ответа Бистарка Лигран не услышал, но можно не сомневаться — там было что-то вроде «Ну так и сделайте это, чудь вас побери! А отсюда держитесь подальше!». Вот только его собеседника эти слова ни капли не впечатлили.

— Двери закрыты заклинанием, и чтобы снять его, нужен человек! Слышите? Не какой-то особый механизм, а человек! — выкрикнул он.

Дальше доктский интеллектуал сбавил тон, и до Лиграна доносились лишь отдельные обрывки: «Лучань», «кровь», «ближайший родственник». Впрочем, не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, о чём идёт речь.

Тайник отца запечатан чарами, и, чтобы преодолеть их, нужен либо сам Лучань, либо его кровный родственник. То есть Лигран. И если докты не хотят и дальше расшибать лоб о стальную дверь, им крайне необходимо захватить молодого лорда живым. Удивительно, почему имперцы поняли это только сейчас?

Хотя какая разница… Может, не было нужного прибора — не зря же умник со своим агрегатом носится и периодически наводит его в сторону Лиграна, — а может, своими куцыми «железячными» мозгами до последнего момента представляли ключ в виде особо хитрой загогулины, которую следует вставить в спрятанную замочную скважину. Это уже не важно. Главное, что, если Лигран попадёт в плен, Империя получит в свои руки самую сокровенную тайну Лучаня Непобедимого!

Что ж, значит, пришло время умирать. Лигран широко ухмыльнулся и незаметно похлопал по мешочку с железным песком на поясе. Главное — сделать это красиво, чтобы было достойно высокого звания лорда Адорнии.

— Приготовились, сейчас начнётся! — гаркнул он с каким-то мрачным воодушевлением.

Вторя ему, Бистарк наконец-то отвернулся от говорливого учёного и дал отмашку лидеру принявших прайм. Томительное ожидание закончилось, время вновь понеслось вскачь, и… начался ад.

Герои доктов словно с цепи сорвались. Дуэлянт сначала швырнул очередную взрывающуюся склянку, а когда в неровном строе щитов возникла брешь — разрядил в неё остробой. Тень повторила фокус с разделяющимися веерами, а Егерь натравил своих волков. Все выкладывались на полную, ни один не жалел сил.

И отряд Лиграна, ещё мгновение назад представлявший собой серьёзную силу, попросту разметало. Да и могло ли быть иначе? Разве способны простые люди, пусть и «породнившиеся» с праймом, как адорнийцы, противостоять такой мощи?!

Нет, конечно, солдаты пытались сопротивляться: кто-то отбился от призрачного волка, кто-то отразил бросок боевого веера и даже бросил метательный нож в любителя остробоев. Общую картину это не изменило.

Впрочем, Лигран на другой результат особо и не надеялся. Он просто ждал. Ждал того момента, когда кто-нибудь из торжествующих победителей приблизится к нему на расстояние удара. И когда желанный миг наступил, свой шанс не упустил.

Не повезло «волчатнику». Не иначе как решив реабилитироваться в глазах начальства за бесславную гибель в Одинокой Башне, он стрелой помчался к Лиграну. Наплевав на всё: на собственную защиту, на гибель одного из своих призрачных волков, на пока ещё сопротивляющихся адорнийцев. И самое главное, наплевав на самого Лиграна. За что и поплатился.

Короткое мысленное усилие, задающий направление и форму жест, и мешочек на поясе молодого лорда словно взорвался. Облако железного песка взвилось в воздух, забурлило, закрутилось, вытянулось веретеном, а затем и вовсе сформировало нечто вроде стрелы, которая с чудовищной скоростью устремилась к Герою. У того не было ни шанса. Воитель даже испугаться не успел, как колдовской снаряд пробил ему гортань и буквально снёс голову с плеч. Лигран, пусть в последний момент, но обрёл-таки подлинную власть над своей магией. Имя Железный Песок отныне принадлежало ему по праву.

Однако на этом он не остановился. Отбросив измочаленный выстрелами щит, Лигран метнулся к оставшемуся без хозяина волку и одним взмахом катаны раскроил ему череп. Спутник не самого слабого бессмертного воителя отправился на перерождение.

Не выдержав переполнявших его чувств, наследник Лучаня Непобедимого издал ликующий вопль. Что ж, по крайней мере теперь никто не скажет, будто он недостоин своего отца по крови. Жаль, Наставник этого не видел, а то, глядишь, и пересмотрел бы свои планы на его счёт…

Увы, лорд Регруш был далеко отсюда, зато в наличии имелась куча доктов, пара Героев и разъярённый капитан Бистарк.

— Юлира! Чего застыла? Вырубай этого гадёныша! — заорал он, как только осознал, что вот сейчас, прямо у него на глазах, отряд потерял ещё одного принявшего прайм.

Лигран в ответ захохотал словно демон и рванул в его сторону. Раз уж ему сегодня так везёт и он смог грохнуть настоящего Героя, то почему бы не попробовать достать и вражеского командира? Видимо, он выглядел достаточно убедительно, потому как последний выживший дискомётчик наплевал на приказ и разрядил по нему своё оружие. Промазал, конечно, но факт остаётся фактом: он, обычный человек, не бессмертный, смог напугать поганых «железячников»! Древо, мог ли он раньше даже мечтать о подобном?

Видимо, на какое-то мгновение его разум поглотило безумие, которым славились адорнийские воины. Лигран стал воспринимать всё вокруг урывками, полностью отдавшись на волю инстинктов. Вот только продержалось это состояние недолго. Тень оказалась покрепче Егеря: сначала заблокировала веером клинок Железного Песка, а затем мощным боковым ударом в голову сбила его с ног. Сразу же отовсюду налетели солдаты и заработали ногами, охаживая его бока.

Наверное, на этом бы всё и закончилось, однако в сражение вступила третья сила. Тот, чьего появления Лигран не ждал и ждать не мог. С правого фланга в ряды «железячников» врубился… Дейрик Душелов. Хотя почему врубился? Такое слово больше подходит для лесоруба, дровосека, который с трудом пробивается сквозь густые заросли. Герой же Лучаня, словно призрак смерти, просто шёл сквозь строй и косил врагов как траву, а вслед за ним плыли полупрозрачные фигуры падших душ.

— Великая Шестерёнка, откуда вылезла эта тварь?! — было последнее, что произнёс Бистарк.

Издав скрежещущий смех, Душелов хлестнул по нему магической плетью и одним махом выпил из докта саму его жизнь. Бессмертная воительница просто не успела прийти «железячнику» на помощь, впрочем, она сама не надолго пережила своего командира. Коса смерти едва ли не играючи пробила защиту её веера, а налетевшие отовсюду призраки довершили начатое.

— Чего прохлаждаешься? — проскрипел Дейрик. — Дерись!

Лигран не сразу понял, что обращаются именно к нему Докты постарались на славу, и зверская боль в сломанных рёбрах изрядно туманила мозги. Мало того, даже толком вздохнуть и то не получалось. На этом фоне появление Душелова он воспринял едва ли не как видение, болезненный мираж.

Наверное, именно поэтому вместо благодарности выдал нечто совсем иное.

— Я тебе что, сраный Герой?! — зло процедил он в ответ.

— Ах да, — буркнул Дейрик. После чего вызвал призрачную плеть и с её помощью буквально накачал Лиграна жизненной силой. — Этого хватит? — добавил он.

— Вполне, — прохрипел Железный Песок, едва сдерживаясь, чтобы не завыть.

Когда сами собой встают на место сломанные кости, срастаются раны и исцеляются ушибы, все ощущения удесятеряются. От испытываемой им в тот момент боли впору было загнуться. Тем не менее он смог разобрать истошный вопль вражеского Героя «Сдохни, гнида!» и увидел, как Призрачный щит отразил выпущенный по нему заряд остробоя. Душелов проявил невиданное милосердие, сначала прикрыв юного лорда от атаки Дуэлянта и лишь затем бросившись в атаку.

Древо, ведь остался ещё проклятый любитель гремучих смесей и подлых приёмов. Как он мог забыть?!

Под аккомпанемент взрывов Лигран перекатился на живот, попробовал встать. Как ни странно, у него получилось. В голове, правда, всё ещё шумело, но в общем и целом он чувствовал себя вполне сносно. А раз так, то прохлаждаться и вправду не стоило. Разобраться, откуда здесь взялся безумный Дейрик, можно и позже. Судьба подарила шанс на победу, и его не стоило упускать.

Поднял катану, взмахнул ею пару раз, после чего решительно направился к группе доктов, не попавших под косу Душелова. Мерзавцы оттащили подальше от сражающихся Героев тела двух дискомётчиков и теперь торопливо пытались снять с них ранцы с метателями. Лигран даже восхитился их находчивости. С одним мечом обычный человек ничего не сможет противопоставить бессмертному уровня Дейрика, а вот вооружившись чем-то более серьёзным и дальнобойным — вполне. Допустить этого было нельзя.

Лиграна быстро заметили, и сразу двое «железячников» двинулись ему навстречу. Раньше он бы прошёл через них, даже не сбавив шага, но сейчас, в его нынешнем состоянии, бой обещал быть нелёгким. Железный Песок уже начал прикидывать, кого и как ударит первым, когда внезапно просвистели стрелы и оба воина рухнули как подкошенные. Такой вот неожиданный подарок.

Марик пусть с опозданием, но всё-таки выполнил приказ.

Пока враги пытались понять, откуда летят стрелы, Лерой и его бойцы собрали кровавый урожай. Трое доктов погибли на месте, ещё двое получили смертельные ранения в грудь и живот. Ну а там и Лигран подоспел, принявшись безжалостно рубить ошеломлённого неприятеля. «Железячники» пытались бежать, но куда там: тех, кого не достал мечом Железный Песок, добили люди Марика. Пленных не было.

Одновременно с Лиграном закончил сражение и Дейрик. Вроде бы ещё минуту назад он дрался с Дуэлянтом, как вдруг выясняется, что враг уже повержен, обезглавленное тело распадается на мельчайшие частички прайма, а сам Герой стоит перед молодым лордом и с каким-то непонятным интересом изучает его лицо.

— Быстро ты, — прохрипел Железный Песок, просто не зная, что ещё сказать.

Да и что тут скажешь, если весь редут завален телами, от отряда почти никого не осталось, а тут ещё и какие-то непонятки с могущественным Героем происходят. До сего дня он искренне считал, что с Душеловом больше не увидится. И вдруг такой поворот!

— Долго ли умеючи? — фыркнул бессмертный и наконец отвернулся. Давать какие-либо ещё комментарии он явно не торопился.

Ну и Древо с ним!

— Умеючи-то как раз и долго, — сказал Лигран и, тяжело вздохнув, через силу уточнил: — Могу я узнать, что заставило уважаемого изменить своё мнение и прийти нам на помощь? Помнится, в прошлую встречу у нас даже возник на этой почве небольшой конфликт…

— Ну мог бы и сам догадаться, — Дейрик совершенно безумно улыбнулся и, выудив из внутреннего кармана череп грызуна на верёвочке, сунул его в руки Железному Песку. — Держи!.. Скажем так, мне понравилось, как ты вёл себя в бою. У тебя твёрдая рука, острый ум, крепкая воля, в твоём сердце живёт дух воина, но самое главное — ты принял себя таким, какой ты есть, и стал цельным. Достойным наследия Лучаня Непобедимого и… моей службы!

На последних словах Душелов коротко поклонился. Для него всё было предельно ясно и понятно, никаких дополнительных пояснений не требовалось. Чего нельзя было сказать о Лигране. Слова Дейрика породили в его душе настоящую бурю, а в мысли привнесли ненужный сумбур.

Да и как иначе? За последнее время столько всего произошло, что голова кругом идёт…

Сначала Лигран изо всех сил добивался расположения могущественного бессмертного, но потерпел неудачу. Затем отправился на поиски доктов и ввязался в безнадёжное сражение. Потерял почти всех людей, сам оказался в одном шаге от смерти, и… новый поворот. Всё снова меняется, встаёт с ног на голову.

— А нельзя было отложить выяснение данного вопроса на потом, не дожидаясь момента, когда погибнут мои люди? — наконец прорычал Лигран, обведя рукой поле недавней битвы. — Столько ведь жертв можно было избежать! Об этом ты не думал?

От злости перехватывало дыхание. Что, впрочем, не помешало ему принять каталист и бережно спрятать его за пазуху. Эмоции эмоциями, а дело делом.

Дейрик на это лишь хмыкнул.

— Отложить, зачем?! Мне, наоборот, хотелось посмотреть на тебя во время сражения…

Принявший прайм собирался добавить что-то ещё, но его прервали. Сначала за спиной раздался металлический скрежет, гудение, а затем во весь немаленький рост поднялась фигура человекоподобного механизма. В огромных клешнях была зажата здоровенная пушка, которую он без затей разрядил в спину Дейрика. Да так удачно, что следующего выстрела не понадобилось. Собранный доктским учёным автомат оказался достаточно хорош, чтобы мгновенно уничтожить Душелова…

Лигран с бессмертным слишком рано расслабились. Ничего не закончилось, бой ещё продолжался. И некого было винить в том, что в новую битву Железный Песок опять вступал без Героя.

Идею лорда Лиграна занять ближайшую к лагерю доктов стратегическую высоту Марик воспринял с огромным энтузиазмом. Он никогда не был сторонником прямолинейных стратегий и лобовых атак, особенно в сражениях с более многочисленным противником, и приветствовал любую хитрость, способную сократить потери и увеличить шансы на победу. Предложение подгадать момент и расстрелять «железячников», когда они меньше всего этого будут ожидать, идеально укладывалось в рамки его представлений о правильной организации сражений. Эту же мысль он постарался донести и до пятёрки лучших в отряде стрелков.

Вроде бы получилось. После чего они взяли по два колчана стрел и рысью погнали в обход лагеря имперцев. Время поджимало, им следовало поспешить. Однако Марик даже представить не мог, что духи удачи окажутся к ним настолько неблагосклонны и атака начнётся задолго до назначенного срока.

В целях маскировки группа двигалась на изрядном удалении от опушки леса, а потому появление доктского гонца они попросту прозевали. То, что планы поменялись, стало понятно лишь после того, как до них донеслись звуки разгорающегося сражения.

Новость, мягко говоря, шокировала. Ничто не предвещало подобного поворота, а потому Марик понятия не имел, как себя вести и какие решения принимать. Возвращаться назад? Присоединиться к штурмующим? Или выполнять прежнее распоряжение лорда? В такие моменты он как никогда сильно жалел о своём стремительном возвышении. Рядовым солдатам легко: исполняй приказы и в ус не дуй, на плечах командиров лежало тяжкое бремя ответственности.

— Парни, не знаю, что за ерунда там творится, но поставленную задачу никто не отменял, — сказал Лерой скрепя сердце. Возможно, именно сейчас его лорд, человек, которым он восхищался и которому по доброй воле присягнул на верность, сошёлся в смертельной схватке с врагом. Он же, вместо того чтобы сражаться с ним бок о бок, вынужден уклоняться от битвы. Непростой выбор. — Но боги свидетели, мы обязаны сделать всё, чтобы исполнить волю лорда Лиграна как можно быстрее. Поднажмём!..

И они поднажали. Наплевали на осторожность и погнали как проклятые, проламываясь сквозь колючие кустарники и заросли жгучего папоротника. Из-за высокой влажности лёгким постоянно не хватало воздуха, мышцы стонали от нагрузок, адски болели сбитые ноги, но они продолжали рваться вперёд.

И всё равно не успевали.

Марик вывел группу к основанию холма, когда первая фаза боя уже закончилась: Герои сказали своё веское слово, атака захлебнулась, и Лигран принялся сбивать строй солдат в бледное подобие «черепахи». Ничего этого Лерой, правда, не знал и потому не терзал душу напрасными страхами, а полностью сосредоточился на исполнении своего долга.

…Несмотря на спешку, Марик не стал сходу лезть на холм. Наличие стражи на самом верху казалось весьма вероятным, а соответственно велики шансы сорвать всю операцию из-за собственной недальновидности. Здесь требовался иной подход. Поэтому группа залегла за громадным валуном, под прикрытием которого принялась изучать подступы к вершине.

— Кто-нибудь что-нибудь заметил? — прошептал Марик по истечении нескольких минут. — Я — нет.

Вся макушка холма была завалена камнями и так заросла травой, что могла служить укрытием для всей замковой дружины. Это сильно настораживало.

— Я вроде какое-то шевеление видел рядом с крайним левым булыжником. Но не уверен, — подал голос один из стрелков.

Марик посмотрел в указанном направлении и с большим трудом, но всё же заметил неприметную тень. Вот только поди пойми: вражеский солдат это или обычный обман зрения. Мелькнула мысль пустить туда стрелу, но Лерой прогнал её, как откровенно глупую. Ничем хорошим такой шаг не закончится, единственное, чего они этим добьются — демаскируют себя и свои намерения. А раз так, то единственный для них выход — это подобраться к дозорным доктов на расстояние удара ножом, надеясь, что «железячники» слишком увлечены происходящим по ту сторону холма и не ждут нападения с тыла.

— Ладно, будем надеяться, им сейчас не до нас! — сказал Марик решительно. — Работаем по старой схеме — с ножами и стилетами. Повторяю, за луки браться, только если нас обнаружат. Это ясно? — Дождался тихого «так точно», после чего с яростью выдохнул: — Ну а если ясно, то вперёд, вашу мать. За Адорнию!

И, подавая пример, первым полез к вершине. В ладони вместо привычного ножа — Марик его, похоже, потерял, когда мчался по лесу — он сжал древко стрелы. Плохая замена хорошему клинку, но, как говорится, в голод и чудь за мясо сойдёт.

Подъём был несложный. Большую его часть преодолели за пару минут, лишь ближе к макушке холма сбавили ход, а потом и вовсе остановились. И дело было вовсе не в желании перестраховаться: в какой-то момент Марик услышал чужие голоса и жестом приказал бойцам замереть.

Беседовали двое, особо не скрываясь, будто у себя в Империи. Да что там в Империи, они вели себя так, словно устав караульной службы был не для них написан. Один даже жевал что-то, что вообще ни в какие ворота не лезло. Марик представил, что бы сделал с ним капрал Тротт, застань его за столь вопиющим нарушением… Пару зубов выбил бы точно!

Ничего, роль капрала сегодня сыграют его солдаты. Лерой в предвкушении улыбнулся.

— …говорю тебе, не сдадутся они. От этого прайма у адорнийских вояк крыша и так давно уже ку-ку, так их ещё командиры перед боем «накручивают». Голос разума не для них, — донеслось до Марика окончание фразы одного из доктов.

— Это да… Зато представь, если всё же сдадутся? Сразу будет кому впахивать на этой проклятой стройке! — ответил второй мечтательно.

— Точно. Я этой долбаной лопатой скоро руки до задницы сотру…

— Э, смотри-смотри, праймолог наш вылез. Небось сейчас предложит испытать какой-нибудь свой новый агрегат. Чтобы нажал на рычажок, подкрутил верньер, и все адорнийские мутанты в распыл. Как тебе?

— Ха-ха, ну ты губу и раскатал…

Марик вздрогнул. Всё, он узнал достаточно. Дальше слушать болтовню доктов, пока неведомый праймолог планирует уничтожение его лорда и товарищей по оружию, будет сродни преступлению. С этой мыслью он дал отмашку к началу атаки.

Что и как делать, бойцы знали сами. Трое направились вправо, в обход выхода на поверхность скальной породы, оставшиеся двое двинули вслед за Лероем. Исход схватки был предсказуем, никаких сложностей не ожидалось. И потому дальнейшее развитие событий стало для них огромным сюрпризом…

«Железячников» на холме оказалось не двое, а пятеро. И в отличие от болтунов, их сослуживцы требованиями устава не пренебрегали. Сидели на прекрасно оборудованных позициях и «не отсвечивали». Сволочи!

О том, какую ошибку они совершили, Марик узнал первым. Он просто наступил на прикрытого пучками травы докта, заставив его заорать от неожиданности. Нет, он, конечно, не сплоховал — немедленно навалился сверху и несколько раз воткнул в тело врага стрелу, но было уже слишком поздно. Исчез эффект неожиданности, противник узнал о нападении.

И понеслось.

Как выяснилось, болтуны обладали отменной реакцией. Мгновенно повернулись на звук и разрядили огнебои. В лежащего Марика, само собой, не попали, а вот идущие за ним следом солдаты погибли на месте: один получил заряд прямо в лицо, другой — в грудь.

— Да будьте вы прокляты! — заорал Марик.

И, пока докты перезаряжали свои громыхалки, схватил лук, поднялся на одно колено и дважды выстрелил. Оба раза промазал, однако этого хватило, чтобы «железячники» заметались в поисках укрытия.

За камнем грохнул ещё один огнебой, а это означало, что и остальные солдаты схлестнулись с врагом.

Древо! Древо! Древо! Кровь бурлила от адреналина, внутри всё тряслось, и Лерой никак не мог взять верный прицел. Вот ещё одна стрела ушла в «молоко», и… есть, попал! «Железячник» свалился на землю, зажав бедро и крича от боли. Его товарищ оказался более ловок. Мало того, что увернулся от стрелы, так ещё и ухитрился сначала перезарядить огнебой, а затем, не целясь, выстрелить. И ладно бы всего лишь бахнул в воздух — этот мерзавец попал. Пусть не в самого Марика, а всего лишь в его лук, но ведь попал же. И если дать ему время, имперец наверняка улучшит свой результат.

Счёт пошёл на секунды. Отбросив обломки, Лерой выдернул из ножен меч и ринулся к докту. Даже сам не заметил, как преодолел разделявшее его и дозорного расстояние. Рубанул с оттягом, но тот вовремя подставил ствол огнебоя. Не парировал, не отбил в сторону, а закрылся им, как какой-нибудь деревенщина. И Марик впервые увидел, чего стоит дрянное доктское железо против отличной адорнийской стали, которую держат к тому же не самые неумелые руки в мире. Клинок рассёк оружие точно лист бумаги, прошёл дальше и раскроил имперцу череп.

— Получай, тварь! — зарычал Лерой, едва сдерживаясь, чтобы не плюнуть на бьющегося в агонии врага.

На мгновение отвлёкся, и тут же пришла расплата.

— Сзади!!! — заорали знакомым голосом, и он увидел троих своих бойцов, бегущих к нему от камня.

Марик начал поворачиваться, но слишком медленно. Раненый докт, которого он уже списал со счетов, оказался настоящим бойцом и исполнил свой долг до конца. Лерой только и успел услышать тихий щелчок взводимого курка, как тут же грохнуло и тело пронзила адская боль. Мир моментально сузился до полыхающего огнём кровавого месива на месте левого бока.

— Проклятье!!! Как не вовремя… — то ли простонал, то ли подумал Лерой.

Ему вдруг показалось, что он видит Сильвару Ястреб: Героиня стояла совсем рядом, презрительно кривила губы и с превосходством смотрела на него. Затем Амазонку внезапно сменил лорд Лигран. Командир был с ног до головы залит кровью, в руке держал обломок меча. Лицом к Марику он не поворачивался, но можно было не сомневаться: в случившемся с ним хозяин Одинокой Башни винит именно своего начальника охраны…

Древо! Марик вдруг понял, что кричит изо всех сил, а в рану на левом боку словно вогнали раскалённый прут и теперь старательно его там поворачивают. Дёрнулся, понял, что его что-то держит, и попробовал освободиться.

Не получилось. Одно хорошо: в голове неожиданно прояснилось, и Лерой осознал, что к земле его прижимают выжившие бойцы, причём один из них пытается влить ему в рот какой-то эликсир.

— Давай, командир, глотай! Рану я бальзамом залил, теперь внутрь надо принять. Слышишь, чудово семя, внутрь! — словно сквозь вату услышал Марик и машинально сделал глоток.

Эффект почувствовал почти сразу. По пищеводу словно прокатился ледяной шар, в мыслях появилась небывалая ясность, а боль перестала казаться такой уж нестерпимой.

— Вашу мать, что за дерьмо вы в меня влили? — прохрипел он.

— Да всё, что было, — ответил боец с парой фигурных склянок в руках. Повертел пустые посудины в руках и выбросил за спину. — Думали, ничего не поможет…

— Да ладно… — Марик с трудом сел и покосился на рану, после чего немедленно отвернулся. Толстая корка запёкшейся крови с вросшими в неё обрывками кольчуги и нательной рубашки выглядели по-настоящему жутко. — Проклятье!

— К лекарю тебе надо, командир, — сказал всё тот же солдат, чем вызвал у Марика всплеск раздражения.

— Ага, а ещё лучше к сильному магу! — огрызнулся Лерой. — Всё, забыли: жив и ладно. Сейчас важнее другое… Вы трое все целы, да? — Про доктов он не спрашивал: посреди боя им бы никто заниматься не стал. — Отлично. Тогда помогите мне сесть вон у того камня и дайте лук. Выпустить десяток стрел у меня сил хватит… Пора заняться тем, ради чего мы сюда забрались!

Возражений не последовало, и через несколько минут он уже сидел с оружием в руках, пытаясь разобраться в том кровавом бардаке, что творился во вражеском лагере. Благо видно всё было как на ладони.

Вот строй адорнийцев, вот его бледное подобие в исполнении доктов. Вокруг разбросанные по земле тела убитых и раненых, и, судя по доспехам и оружию, большинство из них имперцы. Даже будь силы противников равны, любой сказал бы, что лорд Лигран нанёс «железячникам» весьма ощутимый урон, а уж в условиях такого перевеса по Героям и говорить нечего.

Кстати, о принявших прайм. Сильвару Лерой не увидел, а вот троих её коллег заметил сразу. И именно в тот момент, когда им был отдан приказ атаковать.

Больше всего это походило на три огненных смерча, которые вгрызлись в ряды адорнийцев, оставляя за собой лишь мёртвые тела. Дуэлянт с остробоем, Тень с веером и Егерь во главе небольшой стаи призрачных волков сражались подобно так любимым доктами машинам. Ни одного лишнего движения, каждый удар наносит тяжёлую рану, каждый шаг заставляет отступать. Как простой смертный может противостоять такой силище?!

Лерой не помнил, как до уха натянул тетиву, прицелился и выстрелил в Егеря. Раз… другой… третий… Его поддержали другие лучники, но всё мимо. Слишком быстро двигались Герои, слишком часто применяли свои особые способности, слишком много прайма поглощали из тел убитых адорнийцев. Да, меньше, чем после гибели бессмертных, но всяко достаточно.

А затем в победном шествии принявших прайм вдруг случился сбой. Против Героя выступил смертный маг и победил. Этот миг, когда чары лорда Лиграна отсекли Егерю голову, а меч раскроил череп его клыкастому скакуну, намертво отпечатался в памяти Лероя. Это было… впечатляюще! И воодушевляло как ничто другое. Марик был абсолютно уверен: как бы дальше ни сложилась его жизнь, он всегда будет равняться на своего лорда. И драться до конца.

— Бей солдат, раз с Героями не выходит! — заорал Лерой и первым подал пример.

Плевать, что снова начинает болеть бок, что сочится кровь и дрожат руки. Он должен сражаться, и даже если ему предстоит сегодня уйти за грань, он сделает всё, чтобы унести с собой как можно больше имперцев. Тварей, которые сейчас толпой избивали его лорда!

Разумеется, Марик чаще мазал, чем попадал. Дело даже не в ранах: он всегда был посредственным стрелком, предпочитая честный клинок луку и стрелам. Зато остальная троица показала всё, на что способна, и доктские солдаты начали гибнуть один за другим. Не понимая, откуда к ним пришла смерть.

Впрочем, это не могло продолжаться долго: рано или поздно их бы обязательно заметили и приложили все силы, чтобы уничтожить. Но всё изменило появление Душелова. Едва Герой Лучаня ворвался на поле боя, как «железячникам» моментально стало не до наглых лучников. К встрече с бессмертными подобного уровня докты оказались не готовы…

Увы, большую часть сражения Лерой толком не увидел. Дали о себе знать кровопотеря и высокие нагрузки, из-за которых он в самый напряжённый момент попросту вырубился. Ненадолго, но этого хватило, чтобы пропустить самое важное — гибель большей части обычных солдат имперцев и всех их Героев. Марик разлепил глаза и вернулся в реальный мир аккурат в тот момент, когда адская помесь механической катапульты и самоходного автомата разрядила в Дейрика Душелова здоровенный остробой, мощи которого вполне хватило, чтобы отправить бессмертного на перерождение. Этакое последнее прощай от фактически разгромленного врага.

Положа руку на сердце, Марик подобную стойкость ценил и уважал даже в противнике, но сейчас был не тот случай. Мало того, что мерзавец грохнул столь необходимого лорду Лиграну Героя, так теперь он ещё и наводил свой агрегат на самого Железного Песка!

— Чего замерли, чудовы дети, стреляйте! — заорал он. И тут же заметил, как несколько стрел срикошетили от бронированных пластин, прикрывающих «спину» и «плечи» механизированного монстра. — Да не в голема этого, а в его водителя-кукловода!

Сказал и озадаченно выругался. Как раз последнего-то он почему-то рядом с металлическим демоном и не видел. Как же он тогда управляется-то?! Или механизм подчиняется не голосовым командам, а нажатиям кнопок и рычажков с выносного пульта?

— Вон он! — раздался крик одного из его стрелков. — Слева!

Одного короткого слова хватило, чтобы тут же обнаружить приземистого всклокоченного докта, который в обнимку с ящиком, полным переливающихся стекляшек, прятался в земляной яме.

— Ах ты, поганец… — прошептал Марик и попробовал натянуть тетиву. Однако силы окончательно его оставили, и ничего не получилось. — Древо! Да что же это такое, почему люди настолько слабы?!

Он едва не зарычал от обиды. Страшно унизительно чувствовать свою никчёмность в тот самый момент, когда требуются все твои силы и способности, когда от тебя зависит жизнь других. И в очередной раз в памяти всплыли те жгучие слова Сильвары… Проклятье!

Разумеется, «железячника» достали и без него. Сразу три стрелы пронзили тело доктского механикуса. Тот моментально рухнул как подкошенный, а следом повалился и голем, из которого ушло то извращённое подобие жизни, что заставляло его двигаться и стрелять. И это стало финальной точкой в битве при безымянном холме.

Они победили.

Марик вдруг понял, что его морозит. Конечности трясутся, по телу гуляют легионы мурашек, зубы отбивают мелкую дробь. Словно он не в тёплых землях родной Адорнии, а на вершине какой-нибудь скалы в Стальных горах. И нет у него ни шанса согреться.

С трудом повернувшись, он потрогал раненый бок, затем скосил глаза на ладонь. И тотчас помянул тёмных богов: она вся оказалась в крови. Такими темпами долго ему не продержаться. Если срочно не наложить новую повязку, Лерой попросту загнётся.

На этой мысли в голове зашумело, и он снова отрубился. Показалось, что всего на мгновение, но когда в мозгах немного прояснилось, Марик уже сидел в центре лагеря доктов в походном кресле. Всё туловище и почему-то левую руку стягивала тугая повязка, а его самого осторожно хлопал по щекам сам лорд Лигран. Правда, на правителя Гуаньдира тот сейчас походил мало. Весь в грязи и засохшей крови, одежда больше напоминала драные лохмотья, то здесь, то там торчали кое-как замотанные бинты. И лишь меч Лучаня Непобедимого всё так же выделялся неброской красотой смертельного оружия.

— Д-древом клянусь, м-мой лорд, выглядите вы… не очень, — пробормотал Марик и криво усмехнулся.

— Знаешь, ты тоже, — мрачно хмыкнул Лигран. — Хотя меня больше удивляет, как мы вообще живы остались…

— Но ведь остались же, — через силу возразил Марик. — Много погибло? — спросил он после небольшой паузы.

Лицо Лиграна исказилось в болезненной гримасе, и лорд отвернулся.

— Много, — пробормотал он. — Выжило всего одиннадцать человек, считая нас с тобой. Почти все ранены, — Железный Песок покосился на Лероя, зло цыкнул зубом. — Причём четверо — тяжело…

— Могло быть и хуже, — скривился Марик.

— Угу. Например, если бы после всего случившегося победили не мы, а докты… — сказал Лигран зло, после чего заметно потерял интерес к разговору и явно собрался уходить. — Ладно, ты пока лежи, набирайся сил, мы же с парнями попробуем разобраться, что тут и как…

— Мой лорд, погодите! — горячо сказал Марик, испугавшись, что не успеет задать волнующие его вопросы, до того, как рана окончательно его доконает. — Что с Сильварой? Она не подвела?

— С Сильварой?! — Лигран рывком развернулся в его сторону. — С этой полоумной девкой, которая возомнила себя неубиваемым бойцом и погибла именно в тот момент, когда она была больше всего нужна?! Ты про неё спрашиваешь? — Он резко наклонился к Лерою и принялся что-то высматривать на его лице, затем столь же быстро выпрямился. — О, она не подвела. Почти. Непонятно только, кого и в чём.

— Даже так…

— Да, даже так. Если бы не Дейрик, который вдруг разглядел во мне одному ему ведомые качества и пришёл спасать, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Если кто и сделал что-то для нашей победы, так именно он, — произнёс Железный Песок, тяжело роняя слова.

— То есть Сильвара мертва? — продолжил гнуть свою линию Марик. Он не мог объяснить причину, но от чего-то ему было очень важно узнать судьбу Сильвары Ястреб.

Лорд нахмурился.

— Марик, угомонись! Не мертва, а отправилась на перерождение. Не удивлюсь, если прямо сейчас в замковой Итералии Полной Луны начинается подготовка к её воскрешению…

Ответ Лероя совершенно не устроил, всё-таки спрашивалось немного о другом, однако и вопрос повторять он не стал. Не до словесных игр, когда накатывает слабость и начинает казаться, что ты вот-вот сдохнешь. Тут впору задуматься о более важных вещах.

— Мой лорд, у меня просьба, — перебил он Лиграна. В горле пересохло от чего речь получалась невнятной и нечёткой, но лорд его понял.

— Какая?

— Боюсь, не протяну я долго… А узнать, ради чего всё это затевалось, хочется… — сказал Марик с кривоватой усмешкой и замолчал, предлагая лорду самому додумать окончание фразы.

О чём идёт речь, во всех смыслах, Лигран понял почти сразу. И за что Лерой был ему особо благодарен, не стал говорить что-нибудь вроде «Да ты держись! Всё будет в порядке! Мы ещё повоюем!». Командир окинул его взглядом, дёрнул щекой и с мрачным видом выдал:

— Узнаешь. Если всё именно так, как кричал один ныне дохлый докт, то обязательно узнаешь…

Он говорил что-то ещё, но сознание Марика снова начало уплывать. Не так, чтобы совсем до обморока, но всё вокруг подёрнулось какой-то серой дымкой, затянуло хмарью, а звуки и вовсе стали доноситься словно через закалённое в прайме доктское стекло. Никак не получалось разобрать, где кончается явь и начинается бред.

Вроде бы лорд кликнул солдат, которые подняли Лероя и затем куда-то его потащили. Мимо сваленных в кучу убитых «железячников», мёртвых останков доктского автомата, земляных стен и полотняных палаток. Всё бы ничего, но картинки вражеского лагеря перемежались видениями пляшущей чуди; сначала яростно скандалящей, а затем, наоборот, соблазнительно улыбающейся Сильвары; почему-то сурово хмурящегося капрала Тротта и розового, в фиолетовых пятнах, горыныча. Марик мечтал о фигурке последнего всё детство, но так её и не получил. И теперь на тебе, всплыло из подсознания…

Ясность мыслей вернулась резко, когда его положили перед входом в древнее убежище. Болезненные вялость и слабость сменились какой-то горячечной жаждой деятельности. Словно по волшебству. И именно это преображение больше всего пугало.

— Командир, да тебя никак траванули чем-то, — озвучил общее мнение один из лучников. — Уж больно признаки характерные…

Однако Лерой лишь отмахнулся. С помощью солдат поднялся на ноги и, тяжело переступая, приблизился к входу. Сейчас всё его внимание было сконцентрировано на огромной металлической двери и замершем перед ней Железном Песке. Остальные потянулись следом…

Наверное, подсознательно он ждал чего-то величественного и красивого. Чего-нибудь эдакого, от чего захватило бы дух и защемило сердце. Не зря ведь столько всего из-за этого места произошло. Докты едва ли не второй фронт открыли, Наставник лорда Лиграна воду мутит, бандиты суетятся, какие-то непонятные Герои появляются… Имея такую предысторию, нельзя просто подойти к створке, потянуть за ручку и войти внутрь. Нельзя!

Видимо, что-то подобное крутилось и в голове у лорда Лиграна. Потому как, немного постояв перед входом, он сначала с хмурым видом оглянулся на столпившихся поодаль солдат и лишь затем с каким-то торжественным видом шагнул почти к самой двери.

И ничего не случилось. Не прогремел гром, не вздулась пузырём закалённая сталь, не треснула скала. Не произошло ровным счётом ни-че-го! Более того, когда Железный Песок попробовал повернуть небольшое колесо запора, оно даже не шелохнулось. Словно так и надо.

Неизвестно, что в тот момент почувствовал лорд Лигран, а Марик ощутил лишь горечь и обиду. Столько жертв и ради чего — возможности постоять у порога?! Древо, да и с чего они вообще взяли, что преуспеют там, где потерпели неудачу докты со всеми их мёртвыми железяками?! Вот ведь дерьмо-о…

Наверное, Марик бы ещё долго посылал проклятья злодейке судьбе, если бы у его лорда не закончилось терпение и он не сорвался.

— Клянусь спиралью Тотоола, я всё равно попаду внутрь! — рявкнул Лигран и врезал кулаком по бронированной двери. Хорошо так врезал, от души. Руку аж в кровь разбил. — Открывайся, тварь!

За спиной тут же зашушукались. Кто-то — Лерой не понял кто — даже позволил себе прошептать едкий комментарий, как створка вдруг дрогнула и с едва слышным скрипом отъехала куда-то внутрь.

Долбаный проход всё-таки открылся.

— Кровь и желание войти внутрь, всего лишь проклятая кровь и проклятое желание! Так просто… — донёсся до Марика раздосадованный голос лорда. — Проклятье, почему я сразу не догадался?!

Железный Песок с рычанием рубанул воздух пострадавшим кулаком и, шепча ругательства, скрылся в тёмном зеве убежища. Об остальных он словно забыл.

— А вы чего встали?! Давай за ним! — прохрипел Марик, вновь оживая, и заковылял следом за лордом.

Через минуту он был внутри.

И первым, что Марик почувствовал, переступив порог, был прайм. Воздух оказался им буквально насыщен, словно они не находились в тайном убежище адорнийского лорда, а неведомым образом перенеслись в Праймзону. Или забрели в окрестности сильного источника — гораздо более мощного, чем тот, что располагался в Одинокой Башне.

Марик покачал головой. Интересно, как докты с их неприятием даруемых праймом изменений планировали исследовать местные красоты? В броне и дыхательных масках? Извращенцы!

Мимоходом подивившись громоздкому, ещё докатастрофной работы, запорному механизму у входной двери, Марик в сопровождении бойцов двинулся по тёмному коридору внутрь убежища, мысленно прикидывая, что делать, если тайное укрытие Лучаня окажется циклопических размеров. На продолжительные поиски его сил не хватит, и вполне вероятен сценарий, при котором он попросту упадёт обессиленным.

Однако опасался Лерой зря. Долго бродить по закоулкам не понадобилось: Железный Песок обнаружился в большом овальном зале в конце коридора. В отличие от входа, стены здесь были отделаны мраморной плиткой — сейчас, правда, потрескавшейся и местами отколовшейся, — потолок и пол украшали замысловатые мозаики с растительным орнаментом. Теперь уже не узнать, какие цели преследовали строители старой империи, создавая это убежище, однако даже на адорнийский взгляд его отделка выглядела вполне пристойно. Конечно, без присущего современным мастерам изящества, но всё равно неплохо. По крайней мере, нигде нет так любимых доктами изображений со сложными громоздкими механизмами и прочими нелепостями.

Лорд Лигран стоял у дальней стены, где располагались многочисленные стеллажи и столы, заваленные стопками бумаг, свитками и книгами. Настоящий рай для библиофила. Впрочем, хозяина Одинокой Башни интересовали не записи. Он застыл перед стоящей особняком стойкой с несколькими десятками каменных скрижалей, на каждой из которых оранжевым огнём горели выбитые знаки. Не зелёным, жёлтым, синим или фиолетовым, а именно оранжевым!

А чуть ниже аккуратные надписи.

— «Гнев мёртвых», «Дух смерти», «Жатва», — прочитал Марик вслух, жутко напрягаясь. Почему-то, когда он вглядывался в текст, перед глазами всё начинало плыть. — Что это, мой лорд?

— Это… это зачарованное хранилище сильнейших талантов Героев. Всё то, что смог найти или создать Лучань Непобедимый, — медленно сказал юный лорд. — Те, что назвал ты, предназначены для Душелова. Но здесь есть и для других бессмертных…

— Великое Древо! — не выдержал кто-то из солдат. И совсем не важно, из чьей он был фракции. Находка впечатлила всех.

— Вот-вот. Теперь бы ещё найти Героев, и совсем будет хорошо, — сказал Лигран задумчиво.

— А прайм? Откуда здесь столько прайма? — внезапно вспомнил Марик свои мысли после распечатывания входа. — Здесь где-то есть источник?

Железный Песок криво усмехнулся и махнул в сторону резной деревянной панели.

— За ней проход в другие залы… Всё там. Картины, артефакты, магические конструкты… — лорд покосился на Марика. — Ну и прайм, само собой, целое озеро. Не источник, конечно, но тоже неплохо. Я там особо не ходил, заглянул только и сразу назад… — Лорд вдруг осёкся и стремительно повернулся к Лерою: — Проклятье, а что вы все здесь делаете?! Ладно ты сам, остальных зачем сюда притащил?

Марик даже растерялся от неожиданности.

— Но… — протянул он.

— Что но?! Кто вход сторожит? За ранеными присматривает?! — рявкнул Лигран.

— Там остался… — Марик хотел назвать имя оставшегося снаружи солдата, но понял, что не помнит, как его зовут.

— Один?! — переспросил Железный Песок, после чего зло махнул: — А, да какой с тебя сейчас спрос, еле ноги волочишь… Сам виноват, что не проследил!

Он явно хотел добавить что-то ещё, не менее обидное для самолюбия Марика, но тут из коридора донёсся жуткий грохот, треск, и стало резко не до разговоров.

— За мной! — рявкнул Лигран и помчался в сторону входа.

Через считанные секунды зал опустел, и Марик остался в одиночестве. Выругавшись на наречии нагов, он доковылял до громоздкого стула и буквально на него рухнул. Снова куда-то бежать или даже идти было выше его сил. Впрочем, очень скоро выяснилось, что вся эта суета не имела смысла. Главная неприятность уже произошла.

— Что там, мой лорд? — спросил Марик, когда Железный Песок, теперь уже без солдат, вернулся обратно.

— Все живы и здоровы… — ответил тот с сумрачным видом. — Никто не пострадал.

— А что тогда так грохнуло? — удивился Марик.

— Так, ничего особенного… механизм, который вход сюда запирает, он и грохнул, — сказал Лигран и, уже не в силах сдерживаться, рявкнул: — Долбаный механизм!

— К-как?! — выдохнул Лерой, моментально сообразив, чем грозит невозможность закрыть дверь.

— Пришла Амазонка, вогнала в коробку с этими проклятыми шестерёнками стрелу и скрылась, — с неприкрытой ненавистью произнёс Лигран.

— Какая Амазонка?! Сильвара?!

— Да, Сильвара. Как выяснилось, эта стерва выжила и где-то пряталась. Едва наступил нужный момент, сначала подошла к раненым, одному даже дала лекарство, затем раздолбала запорный механизм к чудовой матери и сгинула. Ах да, ещё привет мне через дозорного передала. И воздушный поцелуй! — взорвался лорд. — И из-за этой её выходки теперь придётся либо сидеть здесь и ждать неизвестно чего, либо идти за подкреплением в замок, а тайник отца и все его сокровища оставлять на разграбление всякому ворью… Древо, как же я мог так лопухнуться!

Марик мысленно снял перед своим командиром шляпу. Ему не раз приходилось слышать о привычке некоторых правителей винить в неудачах кого угодно, но только не себя, однако Железный Песок следовать этой порочной практике явно не торопился. Что ж, тем лучше. Значит, он не будет сожалеть о том решении, которое собирается принять.

— Мой лорд, Дейрик оставил вам свой каталист, ведь так? — вдруг спросил Лерой.

— Что? — переспросил лорд.

— Говоря о подкреплении, вы же имели в виду возрождение Дейрика? — уточнил Марик.

— Верно. И что с того? — Лигран с таким хищным прищуром посмотрел на своего начальника охраны, что по спине у того пробежал холодок.

— Тогда в чём проблема? Оставьте здесь солдат для охраны, а сами отправляйтесь в Одинокую Башню. Как Душелов возродится, так сразу же вернётесь, — всё-таки сказал Марик, преодолевая внутреннее сопротивление.

Лигран нехорошо усмехнулся.

— А проблема в этой бессмертной стерве. Если я сунусь в замок в одиночку, то хоть убить она меня и не убьёт, но подступиться к Итералии точно не даст.

— Ну, от простых смертных, в противостоянии с Героями толку немного, — тихо пробормотал Марик.

Однако Железный Песок его услышал.

— Ты можешь предложить что-то другое? — сказал он с нажимом.

И Марик, чувствуя, что делает очень большую глупость, обречённо выдохнул:

— Могу, мой лорд. Кажется, могу.

Успешно завершив давно уже опостылевшую охоту за наследством, покарав убийц Лучаня и добившись расположения могущественного Героя, Лигран должен был как минимум испытывать удовлетворение от хорошо сделанной работы. Всё-таки для молодого и неопытного лорда он достиг весьма неплохого результата. Однако вместо этого Железный Песок чувствовал лишь горечь, раздражение и злость. Слишком много всего пряталось за громкими словами о больших успехах.

Да, он смог уничтожить врага, но в то же время потерял в бою половину солдат… Получил поддержку Душелова, и тут же с ним расстался, позволив доктскому механизму отправить Героя на новое перерождение… Нашёл тайное убежище отца и позволил недругам сломать его защиту.

После такого впору не радоваться победам, а запивать горечь поражения.

Но больше всего его бесило, что он поверил в гибель Сильвары. Как же, Герои ведь такие ограниченные и прямолинейные, они не способны на подобное коварство. Любую их придумку всегда можно просчитать… Не просчитал, ошибся.

Даже если всё произошло случайно и Ястреб ничего такого заранее не планировала и всего лишь воспользовалась подвернувшейся возможностью, это никак не оправдывало самого Лиграна. Теперь вот приходится расплачиваться за собственную доверчивость.

Древо, да если бы не Марик, дело было бы совсем швах! У Железного Песка до сих пор стояла перед глазами картина, как тот с непонятным выражением на лице предлагает себя на роль Героя. Сам, по доброй воле, из одного лишь желания служить своему лорду. Прекрасно зная, какую цену придётся заплатить за могущество, чего лишиться. Железный Песок от неожиданности даже отговаривать его начал, напомнил про то, сколь много людей гибнет, не вынеся перерождения, однако Лерой стоял на своём. И таки добился своего.

Сам сходил — даже несмотря на раны — за очищенным от примесей праймом, немалый запас которого находился в соседнем зале. Показал Лиграну объёмную склянку, полную источающей голубой свет жидкости, поболтал и залпом опрокинул в рот. Словно пил не смертельный для многих яд, а крепкий самогон доктских горцев. Затем постоял пару мгновений, прислушиваясь к чему-то внутри, с каким-то испугом глянул на Железного Песка и… издав душераздирающий хрип, свалился на пол. Где и забился в припадке.

Честно говоря, в тот момент Лигран решил, что на этом в истории его самого верного бойца можно поставить точку. Уж больно жутко тот выглядел: весь синюшный, глаза закатились, изо рта пена идёт, руки-ноги по камням молотят, под повязкой на ране словно жуки бегают. А какие вопли он периодически издавал… Такое даже в пыточной не услышишь. На эти крики половина солдат сбежалась: решили, что их с Мариком демоны за грань утащить пытаются. Когда же Лероя увидели, замерли, точно бараны, да так до самого конца молча и простояли. Лишь один попытался бормотать что-то про яд, но, поймав взгляд Лиграна, быстро заткнулся…

Вся эта жуть продолжалась около получаса. Как Лерой её выдержал, до сих пор непонятно, но ведь выдержал. И мало того, едва припадок закончился, быстро пришёл в сознание и самостоятельно встал. Отмахнулся от помощи товарищей, как-то неуверенно повёл плечами и, покачнувшись, с целеустремлённостью боевого кабана во время атаки двинул к стойке с талантами.

— Марик, ты как? — спросил Лигран в некотором обалдении. — И чего там хочешь…

— Проклятье, мне всегда нравились Ведьмаки, — невпопад ответил тот и сграбастал самую невзрачную на вид призму.

После чего медленно развернулся и вразвалочку направился к Лиграну. Не доходя шага, припал на одно колено, протянул руку и рявкнул:

— Прими это как символ моей службы, мой лорд! В конце концов, именно с неё всё и началось.

Лигран немного заторможенно протянул ладонь, и Марик вложил в неё сморщенный кусочек свинца на цепочке. Та самая пуля, от которой Лерой спас своего будущего лорда и которую заботливо хранил до сего дня. Его каталист.

— Служи — верно, умри — достойно! — вырвалась у Лиграна читанная когда-то фраза.

И пусть она пафосно звучала, однако была удивительно к месту. Во всяком случае, солдатам и самому Марику явно понравилось. Мнение же Железного Песка не имело ровным счётом никакого значения…

Так у Лиграна появился первый присягнувший лично ему Герой. Пока ещё неопытный, но всё-таки Герой. И единственное, о чём ему оставалось сожалеть, так это об отсутствии в потайном убежище отца Итералии прайма. Где он мог бы возродить второго, самого могущественного своего воителя — Дейрика.

Он даже позволил себе недолго помечтать, как вытянулось бы лицо Джока при виде нелюбимого брата во главе собственного отряда из принявших прайм. Точно бы на изжогу изошёл! Однако, увы, фантазии сильно разнились с реальностью. В тайном схроне лорда Лучаня было что угодно: мастерская, хранилища талантов, прайма и ценных артефактов, зал для медитаций и занятий Искусством; не было лишь одного — Итералии. И ничего с этим не поделать.

Впрочем, тут нет ничего удивительного: и император доктов, и королева Адорнии с редкостным единодушием особо жёстко контролировали оборот двух вещей — прайма и устройств для возрождения Героев. И одно лишь желание провинциального лорда приобрести вторую Итералию могло спровоцировать если не карательную акцию правительственной армии, то уж пристальный интерес менторов наверняка. А этого Лучань Непобедимый определённо не хотел…

В Одинокую Башню Лигран в компании с Мариком отправился на следующее утро после боя. Похоронил павших, устроил раненых в бывшем лагере доктов и лишь затем двинул обратно в замок. Убежище со всеми его сокровищами осталось под охраной уцелевших бойцов. И пусть далеко не все из них присягали Железному Песку на верность, других у него не было. От разбойников и прочих воров защитят — и ладно, с братцем же и Сильварой следовало решать вопрос без привлечения простых вояк. Хотя, если Лигран сможет воскресить Душелова, разве ему понадобятся простые солдаты?!

Его боевой настрой немного подпортил лишь Марик, который вдруг предположил, что на месте Сильвары обязательно угнал бы лошадей — тех самых, что они оставили на опушке леса перед началом всей этой проклятой операции. Из обычной вредности и чтобы отсрочить их прибытие в замок на сутки, а то и на двое. Ну а так как сам Лигран поступил бы точно так же, из леса они выходили в самом мрачном расположении духа.

Однако обошлось. Кони, как и стороживший их боец, были на месте. Мало того, даже сбруя оказалась в порядке. Аж удивительно! Неужто у Сильвары закончился запас подлости? И ведь ладно бы она здесь не появлялась, но нет, заявилась ещё вечером, забрала свою кобылу и ускакала в сторону Одинокой Башни. Чудеса!

Но долго удивляться времени не было. Оседлали коней и погнали следом за Амазонкой, уже не надеясь прийти первыми, но рассчитывая хотя бы свести к минимуму тот срок, что Ястреб будет хозяйничать в замке. Вот только опасаться следовало совсем другого…

О том, что в замке творится неладное, узнали в деревне, километрах в десяти от города. Какой-то крестьянин рассказывал о «сиятельном господине, прибывшем в Одинокую Башню», который «наводит там свои порядки». Сначала решили, что это шутка, но когда Лигран не увидел на донжоне своего флага, стало понятно: деревенщина не врал.

— Не понял, это что за демонщина тут творится, мой лорд? — воскликнул Марик. Несмотря на то что после перерождения он стал заметно серьёзнее и ответственнее, черты себя прежнего в нём всё-таки нет-нет и проскакивали. Чему Лигран был несказанно рад.

Жаль только, времени порадоваться у него как раз и не было.

— Да ничего особенного. Просто у нас отняли Одинокую Башню, — ответил он, чувствуя, как в душе поднимается волна тёмной злобы. — Ничего, зайдём, поздороваемся…

Появление «незваного гостя, что хуже докта» ни капли Лиграна не удивило. Да, разозлило, да, взбесило, да, заставило испытать жутчайшее разочарование, но точно не удивило. Подсознательно он ждал чего-то подобного с того момента, как узнал о скором прибытии Джока. Заявиться в Одинокую Башню в самое неподходящее для Железного Песка время вполне в духе братца, такая уж у него натура. К этому следовало быть готовым всегда.

…Как ни странно, внутрь замка их пустили без проблем. Хоть на воротах и стояли парни из тех, что подчинялись Посоху Грома и Сильваре, Лиграна они встретили как-то… растерянно, что ли? Словно не понимая, что происходит и как себя вести. Даже Марика проигнорировали. А уж его-то сами боги велели остановить и как следует расспросить о судьбе остальных солдат. Уезжали-то три десятка, а вернулись лишь двое… ну или трое, если считать Героиню.

— Эй, боец, что здесь творится? Что за гусь тут свои порядки наводит?! — спросил Лигран у самого молодого на вид солдата, придержав коня.

Парень вздрогнул и втянул голову в плечи.

— Не могу знать, м-мой л-лорд, — несмотря ни на что, титул он всё-таки выговорил. Молодец. — Мы люди п-подневольные…

— Лорд Лигран, кажется, задал тебе вопрос? — рявкнул, не выдержав, Марик. И получилось у него даже более грозно, чем у Железного Песка. Солдатик аж с лица спал, а его товарищи от греха подальше спрятались за караулку.

— К-какой-то лорд со свитой. Господин Дерек Посох Грома аж за ворота вышел, чтобы их встретить, и лично в центральную башню проводил.

— Это всё?! — продолжил давить Марик.

— А ещё сегодня леди Сильвара… едва вернулась… так лично поднялась на центральную башню и флаг лорда Лиграна спустила, — пробормотал солдат с сумрачным видом и замолчал. Судя по его лицу, в этот момент он больше всего жалел, что именно ему досталось дежурство у ворот.

Лигран холодно усмехнулся.

— Узнаю манеры братца Джока, — сказал он Марику, после чего пришпорил коня и направил его прямиком к центральной башне. Неразговорчивый боец его больше не интересовал.

— Надо поспешить. Если повезёт, то доберёмся до Итералии прежде, чем опомнится охрана Джока, — продолжил Лигран, как только они отъехали достаточно далеко. — Главное — попасть внутрь. Получится — считай, половина дела сделана. Двери там крепкие, просто так их не выбьешь. А как воскрешу Дейрика, тогда можно будет и насчёт власти над замком поспорить…

Лигран и сам не верил в то, что говорил. Уж кем-кем, а дураком Джок не был. Захват замка без контроля над Итералией прайма, сокровищницей и Источником невозможен, а значит, этим братец озаботился в первую очередь. Мог даже Героев в караульные определить, особенно если расспросил Сильвару о сражении с доктами!

От таких мыслей впору было впасть в уныние, но Лигран, наоборот, почувствовал некоторый душевный подъём. Из реакции стражи он вдруг понял, что с лояльностью замкового гарнизона не всё так однозначно, как ему казалось раньше. И если он сейчас схлестнётся с Джоком, то подчинённые Дерека Посох Грома и Сильвары явно постараются не влезать в конфликт двух лордов. Это ли не повод для радости?

Решительный настрой удалось сохранить до самой башни. Галопом промчавшись по пустынной аллее, Лигран лихо осадил коня у центрального входа, соскользнул на землю и, усмехнувшись отмалчивающемуся Марику, шагнул в распахнутые настежь двери башни.

Он уже приготовился рыкнуть на дежурную стражу, которой полагалось охранять вход, но, к своему удивлению, на положенном месте никого не увидел. Словно вновь в Одинокую Башню пробрались докты и вырезали часовых. Не удержался, заглянул в караулку — однако и там было пусто. На фоне захвата замка Джоком всё это выглядело очень подозрительно. Поэтому Лигран не возражал, когда Марик уверенно отодвинул его в сторону и первым вошёл в зал с парадной лестницей. Железный Песок двинул следом.

И почти сразу натолкнулся на застывшего точно статуя Героя.

— Древо, какого… — вырвалось у Лиграна. Но стоило ему выглянуть из-за спины Марика, как все вопросы отпали. Он до боли стиснув кулак на рукояти меча вышел перёд. — Проклятье!

В зале их уже ждали. У стены слева от входа скучали четверо мечников во главе с Дереком, чуть дальше подпирала фальшколонну Сильвара, а на лестничной площадке за небольшим столиком вместе со своим телохранителем-громовержцем сидел Джок Молния.

Проклятье, ведь как чувствовал!

— Ну здравствуй, братец! — первым подал голос Джок. — Светлого дня тебе. Давно не виделись.

— И тебе привет… братец, — проронил Лигран и добавил, не удержавшись: — Я смотрю, ты в моё отсутствие совсем тут освоился.

— Ну, скажешь тоже, освоился… Так, навёл немного порядок, — Джок неприятно засмеялся. — Замок ведь пригляда требует, а тебя всё нет и нет.

Лигран едва сдержался, чтобы не заскрипеть зубами. Но, поймав насмешливый взгляд брата, взял себя в руки.

— Ладно, предлагаю сразу покончить с этим балаганом. Зачем приехал и какого лешего тут творишь? — спросил он резко.

Джок тут же прекратил улыбаться.

— Балаган, говоришь… — процедил он и громко хрустнул пальцами. — Я приехал, чтобы вступить во владение Одинокой Башней с прилегающими землями и вышвырнуть тебя отсюда пинком под зад. Такой ответ тебя устроит?

— О, и на каком же основании ты собрался меня вышвыривать? — делано удивился Лигран. — Данный мне лордом Регрушем срок ещё не вышел, да и задание его я выполнил, а это значит, что ты со своими претензиями можешь катиться в…

— Лигран, ты дурак или притворяешься?! — внезапно рявкнул Джок, и Марик обеспокоенно покосился на своего лорда. Лигран успокаивающе похлопал его по плечу. — Запомни, никто никогда не собирался лепить из тебя лорда. Слышишь, никто и никогда! Твой потолок — командир отряда Героев, но никак не хозяин целой провинции… Да и вообще, чего ты артачишься? Поиграл в правителя, погрел мне трон, а теперь давай, собирай манатки — и вперёд на фронт. Ты ведь туда раньше рвался?

— Я передумал, — сказал Лигран с каменным лицом.

Джока от его ответа аж перекосило.

— Боги, ну почему я не могу попросту вышибить тебе мозги?! Почему я должен уговаривать этого сына доктской шлюхи?! — воскликнул он, ловя взглядом реакцию Железного Песка.

Но подобными подначками Лиграна уже было не пронять. Он даже позволил себе презрительную усмешку, чем привёл брата в ещё большую ярость.

— Хорошо, зайдём с другой стороны, — рявкнул наследник Регруша, но затем выдохнул и уже более спокойно продолжил: — Неужели ты думаешь, что, будучи в курсе тайного знания, которым владел Лучань, наш Наставник мог махнуть на него рукой и попросту отдать тебе, бездарю?!

— А почему нет, я как-никак его ученик, — сказал Лигран с усмешкой. Похоже, что на этот раз они поменялись ролями. Обычно это Джок его доставал своими подколками, теперь же всё совсем наоборот. Пришёл его черёд изображать неотёсанного тролля.

— Ах, учени-и-ик, — протянул Джок со злобой. — После года подготовки, гибели десятка лазутчиков, прорвы потраченных денег и прайма, рисковой игры со шпионами королевы и лорда Раэля, в момент, когда осталось лишь прийти и забрать приз, Наставник должен всё отдать даже не своему наследнику, а всего лишь ученику?! — Он откинулся на спинку кресла. — А, понял. Ты думаешь, что всё началось с твоего временного назначения лордом. Так ты ошибаешься, исходную точку нашей игры следует искать ещё при жизни твоего отца.

Лигран вздрогнул. До настоящего момента он искренне считал, что разобрался со всеми интригами лорда Регруша. Как вдруг такой поворот.

— В каком смысле «при жизни»? — спросил он.

Джок покровительственно усмехнулся.

— В самом прямом. О главной тайне Лучаня Наставник узнал в первые дни войны и сразу же взялся за дело. Сначала попытался с Непобедимым просто поговорить, предлагал большие деньги, но тот упёрся и ни в какую. Твердолобый фанатик Искусства хотел обладать таким секретом в одиночку, что и предрешило его судьбу. На охоту за его секретами лорд Регруш бросил все силы и… добился результата, — сказал братец. — Кстати, Сильвара сказала, ты гордишься тем, что нашёл это проклятое убежище и раскрыл секрет его ключа? Так я тебя огорчу: многое из этого давно уже известно нашему Наставнику. Для полноты картины ему не хватало только сведений о местоположении схрона.

— Даже так… — пробормотал Лигран. Впрочем, что-то подобное он подозревал давно, а потому особо сильно не удивился.

— А ты думал? — хмыкнул Джок. — Скажу больше, именно усилия лорда Регруша и стали причиной того, что Лучань столь рано покинул наш бренный мир. Удивлён? Но это именно так. В какой-то момент Наставнику надоело возиться с заштатным лордиком, и он решил разобраться с ним одним махом — выкрасть из замка и в соответствующей обстановке хорошенько поспрашивать на нужные темы. И ведь могло получиться! Началось-то всё вполне неплохо. Мастер ядов отравил Героев твоего отца… Правда, получилось не всех, но особой проблемой это никто не считал… Затем подготовленная команда вышла на позиции для захвата самого Лучаня, но тут на замок напали докты, и всё покатилось под откос. Лучань погиб, а ниточка, ведущая к его секретам, оказалась оборвана. В итоге пришлось придумывать новый план, договариваться с королевой о назначении лордом воспитанника Наставника и начинать поиски едва ли не с нуля.

— И этот план — сделать меня лордом, дать задание найти убийц Лучаня и назначить испытательный срок? — спросил Лигран с иронией и покосился на Амазонку. — А может, сюда же добавить пункт о том, что я должен побыть мишенью для доктов и всех заинтересованных лиц, пока Сильвара будет изображать ищейку?

— Почти. С нашей очаровательной Героиней вышла небольшая ошибка. Она должна была следить за происходящими с тобой изменениями — мало ли, вдруг ты возомнишь себя способным бросить вызов мне или даже лорду Регрушу, — кроме того, контролировать активность и направлять поиски в нужном нам направлении. Задание, в общем-то, простое, да вот беда: Сильвара из-за избытка рвения проявила ненужную инициативу и лишила тебя всех сведений. Чем едва всё не испортила. Но ты молодец, сам справился, — сказал Джок неприязненно. — Впрочем, наша госпожа Ястреб себя тоже проявила, — брат с театральным видом протянул Вэлиану руку, и тот подал ему хорошо знакомую Лиграну шкатулку с каталистами. — Мы ведь, честно говоря, уже не рассчитывали их найти, а оно вон как повернулось… Плюс благородная воительница отлично поработала с гарнизоном замка, а её последняя выходка с входом в тайник Лучаня вообще достойна всяческих похвал… Не расскажешь, что почувствовал, когда увидел сломанную дверь, а? Уж больно мне любопытно…

Пока Джок смаковал миг своего триумфа, Сильвара вдруг отлипла от своей колонны и приблизилась к Лиграну. Изображавший статую Марик немедленно напрягся и положил руку на меч. Однако Героиня не удостоила его и взглядом. Остановившись перед Железным Песком, она требовательно протянула руку.

— Да, кстати, госпожа права. В этой коробочке некомплект, одного каталиста не хватает. Верни его, пожалуйста, — сказал Джок, прищёлкнув пальцами.

Лигран дёрнулся было ответить неприличным жестом, но одумался. Разговор ещё не окончен, и не стоило раньше времени накалять обстановку.

— Держи, дорогая, — сказал он с чувством и сунул черепушку Сильваре.

Хотел всего лишь изобразить злость и обиду, но получилось даже чересчур достоверно. Джок аж расхохотался от такого зрелища. Амазонка же сделала вид, что так и надо, и лишь ожгла Лиграна взглядом. С царственным видом она отнесла медальон своему хозяину, а затем вернулась обратно к колонне.

— Думал пробраться в Итералию и возродить этого ублюдка, да? — поинтересовался брат, постучав пальцем по каталисту. Повертел в руках, затем бросил его в шкатулку к остальным. — Хороший план. Проклятый Душелов стоит половины твоего… хотя нет, прости, теперь уже моего гарнизона.

— Ну а как иначе, если стараниями Сильвары некогда славные бойцы превратились в предателей? — хмыкнул Лигран и демонстративно сплюнул в сторону Дерека. Бывший командир замковой дружины и помощник Амазонки вздрогнул, как после удара, и заметно побледнел, только на скулах заиграли красные пятна. — Интересно, а если бы я на выстрел остробоя не подпустил её к солдатам, как бы вы тогда поступили?

— Да всё так же. Только в замок я прибыл бы гораздо раньше и с гораздо большими силами, и у нас получился бы с тобой совсем другой разговор, — с апломбом сказал Джок, после чего вдруг осклабился и сально подмигнул. — Кстати, насчёт подпустил — не подпустил… Говорят, наша славная воительница тебя даже в постель затащила, а? Может, в этом причина твоей уступчивости?

Доселе молчавшая Сильвара вздрогнула и стремительно оглянулась на хозяина.

— Мой лорд, зачем вы…

— Тихо, моя дорогая, тихо! — приказал Джок и вперил взгляд в Лиграна. — Ну так что, ничего не хочешь сказать?

— Хочу, — проронил Железный Песок и холодно добавил: — Завидуй молча!

— Кому?.. Тебе?! — переспросил Джок. — Братец, да это даже не смешно!

У Железного Песка аж руки зачесались врезать по его наглой роже, но вместо этого он вдруг спросил:

— А ты не хочешь объяснить, зачем понадобилось городить все эти сложности? Почему Наставник просто не попросил меня найти и открыть схрон лорда Лучаня?! Зачем понадобилось дурацкое задание, предложение стать лордом, интриги с Сильварой… Зачем?!

Неожиданно для себя Лигран понял, что странные решения Наставника по-настоящему сильно его тяготили. Он давно уже знал об особом отношении лорда к Джоку, привык к их вечной с братом вражде, но всему есть предел. В конце концов, Железный Песок тоже воспитанник лорда Регруша, что в Адорнии считается важнее кровных уз, и не заслужил подобного цинизма и равнодушия.

— Почему не попросил, говоришь? Так одного уже просили… Лучаня. Только он переговорщикам головы поотрубал и на колья насадил. Для большей наглядности, — ответил Джок, тяжело роняя слова. — Нет вашему роду доверия, не понимаете вы хорошего отношения… Или вот тебя взять. Кто мог поручиться, что у тебя кровь не взыграет и ты не захочешь могущества, а с ним титула и владения? Правильно, никто. Тогда к чему такой риск?! — неожиданно он рассмеялся. — Я, вон, вообще предлагал до той поры, пока не найдём убежище, тебя к делу не привлекать. И лишь когда всё разрешится, поставить перед дверью и приказать её открыть… Но Наставник мой план забраковал. Мол, магия штука тонкая, если ты упрёшься рогом, то ни за какие коврижки внутрь не попасть. Чтобы получить результат, надо было, чтобы ты сам захотел найти этот проклятый тайник. Сам!

— Угу, а ещё предполагалось, что я оттяну на себя внимание доктских убийц и избавлю тебя от ненужного риска, — Лигран постарался ухмыльнуться как можно более паскудно. — Теперь же, когда все задачи выполнены — даже от угрозы «железячников» удалось избавиться, — меня можно списать. Как ненужного свидетеля. Ведь так? Вряд ли лорд Регруш захочет, чтобы добытые секреты достались королеве. Война войной, но борьбу за власть никто не отменял…

— Если бы от тебя хотели избавиться, то просто тихо придушили где-нибудь в уголке. Но нет, с тобой беседуют, пытаются договориться по-хорошему… А ты это не ценишь, в лордство своё вцепился. Пойми, если добровольно откажешься от трона, ничего ужасного не случится. Наоборот, лорд Регруш обязательно достойно тебя вознаградит, — выдал Джок со скучающим видом. — Куда ты там всё время просился? Воевать с доктами? Теперь никто тебе не станет в этом препятствовать…

— Клянусь Спиралью Тотоола, какое благородство! — воскликнул Лигран, не удержавшись. Услышанное не вызывало ничего, кроме раздражения и чувства гадливости. Джок бы ещё про родственные чувства вспомнил. Почему бы честно не сказать, что Наставник хочет проверить способность Джока самостоятельно решать проблемы? Остро захотелось покончить с всем этим словоблудием как можно скорее. — Да только за последние месяцы я резко поумнел.

— То есть твой ответ… — произнёс Джок, мгновенно посерьёзнев.

— …нет! Волю Учителя я выполнил, а всё остальное не имеет значения. Я — лорд по закону и праву крови, а ты — самозванец. И тебе нечего делать на троне Гуаньдира!

— Что ж, ты сам напросился. Видят боги, я хотел уладить дело миром, — Джок с показным смирением вздохнул, после чего повернулся к Амазонке и небрежно махнул ей рукой.

Вот только дожидаться реакции Героини Лигран не стал. Совсем не важно, какой у неё приказ — спеленать его по рукам и ногам для отправки во владения Наставника или, может, грохнуть на месте, — главное, что она вместе со своим хозяином бросила ему вызов. И он требовал немедленного ответа. Время разговоров закончилось, пришла пора действовать.

— Бей стерву! — рявкнул Лигран, для верности толкнув Марика в плечо.

После чего помчался к Джоку, придерживая на бегу катану. В том, что Лерой не подведёт и надёжно прикроет с тыла, он ни на секунду не сомневался. Главное — самому не оплошать и справиться с выбранными противниками. И хотя братец встретил рывок полупрезрительной усмешкой, Железный Песок знал: у него найдётся чем его удивить.

Однако противник не собирался стоять и ждать, позволяя Лиграну навязывать игру по своим правилам. Происходящее давно было расписано на несколько шагов вперёд. Едва он сдвинулся с места, как Вэлиан загородил собой Джока, а парой мгновений позже Сильвара с небрежным изяществом выпустила в Лиграна стрелу.

Может, тому виной была прошлая их схватка с братом, а может, слова Амазонки о проверке способностей Железного Песка, но факт остаётся фактом: атаку Героини он позорным образом проморгал. И если бы не Марик, бой закончился бы, так толком и не начавшись.

Но Лерой не оплошал и сполна воспользовался открывшимися у него талантами. Опередив Сильвару на какое-то мгновение, он пробудил навыки телохранителя и накрыл своего лорда облаком чар. В результате чего стрела, вместо того чтобы вонзиться Лиграну в грудь, растворилась в воздухе, а откат от её столкновения с защитой ударил по Марику. Судя по злобным ругательствам, это оказалось не только вредно для здоровья, но и весьма болезненно.

Почти сразу прилетела вторая стрела, повторившая судьбу первой. Впрочем, этого хватило, чтобы Лигран опомнился и перестал столь бездумно подставляться под удары. Шарахнувшись сначала вправо, затем влево, от следующей стрелы он таки увернулся. Ну а там и Марик помог, прислав сотканного из искр ястреба. Энергии «птицы» вполне хватило, чтобы Железный Песок стал двигаться намного быстрее.

— С ублюдком Герой!! — запоздало заорал Джок, и Лигран зло оскалился.

Что, братец, думал, всё будет так, как ты запланировал?! Славь богов, что не получилось Душелова воскресить — ты бы тогда ещё не так закричал.

Последний рывок, и Лигран у подножия лестницы. От изрядно подрастерявшего спесь Джока его отделяло всего ничего — какой-то десяток ступенек, но их ещё надо было пройти. Здесь его уже ждал Вэлиан, паря на гигантском мече в окружении электрических разрядов. Помимо своей воли Лигран замедлил шаг, чем тут же не преминул воспользоваться Громовержец. Яростно сверкнув глазами, он без затей швырнул в него молот.

Стало окончательно ясно, что шутки закончились. Обычный человек погиб бы на месте, и лишь тренированная реакция, помноженная на остатки сил, подаренных Ведьмаком, позволила Железному Песку увернуться. Мощно оттолкнувшись ногами, он буквально взмыл в воздух, и оголовье молота лишь впустую раскололо пол у него под ногами. Сила удара была такова, что по залу заметались раскаты грома, а с потолка посыпалась штукатурка. Лигран же — целый и невредимый — приземлился в шаге от образовавшейся выемки.

Впрочем, этого Вэлиану показалось мало и, прежде чем молот вернулся к нему в ладонь, он шарахнул молнией. Точнее, это была обычная цепная молния, но данный навык у Оседлавшего Гром был совсем не развит, и вместо испепеляющего удара у него получился обычный магический разряд. Может, кому-то хватило бы и этого, но Лигран научился противостоять подобным атакам ещё в период своего ученичества у лорда Регруша. Тут главное успеть вовремя среагировать. Он — успел.

Выщелкнул из рукояти меча тонкую металлическую цепь — благо в своё время всё-таки решился «улучшить» отцовскую катану в духе своего прежнего оружия — и принял энергетическую атаку на клинок.

— Идиот! Таким его не проймёшь! — выкрикнул Джок, который определённо сделал выводы из последней их схватки.

После чего из-за спины Вэлиана метнул в брата шаровую молнию. Громовержец тоже не остался в стороне — мгновенно сориентировавшись, он повторил действия своего подопечного, и в Лиграна полетели сразу два заряда.

— Древо! — выдохнул тот. Сохранить спокойствие в его положении было непросто, но Лигран уже поймал нужное настроение, и ничто не могло его нарушить.

Строго дозированное волевое усилие, короткое движение кисти, и… мешок на поясе с лёгким треском взорвался. В воздух взвились струи железного песка, которые через мгновение соединились в ростовой щит, прикрывший лорда от шаровых молний.

Грохнуло будь здоров! Несмотря на чары, взрывная волна хорошенько приложила Лиграна о пол. Аж дыхание на секунду перехватило. Но Джоку с Вэлианом досталось ещё больше. У Громовержца выбило из-под ног меч и отшвырнуло на перила, да так, что он не погиб на месте лишь благодаря легендарной стойкости Героев. Братца же, несмотря на славное прозвище Молния, сильно тряхнуло остаточным разрядом, и он заработал лёгкую контузию. Иначе нельзя объяснить, почему вместо того, чтобы сражаться, претендент на власть в Одинокой Башне плюхнулся на задницу и принялся ругаться.

— Твою мать! Твою долбаную мать… — повторял он, тряся головой.

— Сюрприз, гадёныш! — не выдержал Лигран, мысленно прикидывая: то ли сначала вырубить Джока, а потом заняться копошащимся в обломках перил Вэлианом, то ли, наоборот, первым делом разобраться с Героем, а старшего брата оставить на потом. Заодно бросил быстрый взгляд за спину, ища Марика.

Новоявленный Ведьмак обнаружился неподалёку от колонн. Решительной атакой он разметал всех мечников и теперь с методичностью метронома рубился с Сильварой. У Амазонки, несмотря на все её старания, никак не получалось разорвать дистанцию и выйти из ближнего боя. Воительница явно не была готова к превращению старого знакомого в своего коллегу и позволила навязать себе рукопашную схватку. Теперь же не знала, как выкручиваться, с каждым ударом теряя жизнь и энергию прайма.

В общем, здесь всё шло как надо. Элемент неожиданности серьёзно уравнял шансы, а «заряженность» Лероя на победу и вовсе качнула чашу весов в их сторону. Что ж, пришла пора закончить начатое и Железному Песку.

Пока он отвлекался на Марика, его противники успели немного оклематься. Оседлавший Гром поднялся с пола и уже подзывал к себе парящий меч, Джок же со злобным удивлением на лице пытался сотворить новую шаровую молнию.

— Простите, парни, сегодня не ваш день! Боги тому свидетели, — сказал Лигран, не скрывая торжества, и показал, как сжимает левую руку в кулак.

То, о чём он мечтал долгие годы, всё-таки произошло. Внутренние барьеры оказались сломаны, он стал по-настоящему цельным и обрёл всю полноту власти над своим даром, своей магией. И теперь, продемонстрировав противникам крепость своей защиты, он собирался показать, насколько хорошо умеет атаковать.

Подчиняясь его воле, железные песчинки взлетели с пола и собрались в полтора десятка продолговатых «градин», на секунду зависли и… все разом вонзились в грудь Вэлиана. Одновременно с магической атакой Лигран подскочил к Джоку и тыльной стороной клинка рубанул его по руке с почти готовым заклятьем. Не до конца сформированная молния с треском улетела куда-то в угол зала, сам же претендент на трон заорал от боли. Впрочем, почти сразу замолк и мешком свалился на пол: чтобы его вырубить, Лиграну хватило одного удара кулаком.

Неизвестно, как там дальше сложится с лордством, но их давнее с братом соперничество можно было считать оконченным. За очевидной победой Лиграна.

— Как ты там говорил: сын доктской шлюхи и бездарь? — Глубоко запрятанные эмоции всё-таки прорвались наружу. Столько всего накопилось в душе у Железного Песка, что простой победы ему было мало. Хотелось выговориться, выдать что-нибудь эдакое, едкое и весомое. Ну или то, что казалось таковым. — Клянусь Спиралью Тотоола, а ведь, похоже, всё это время ты говорил про себя… — сказал и тут же добавил, словно плюнув: — Неудачник!

Лиграна распирало от чувств. Наверное, это сильно противоречило образу спокойного и уверенного в себе воина, который он культивировал последние месяцы. Но ничего не мог поделать: слишком серьёзной вехой в его жизни был этот бой. И дело вовсе не во власти над проклятой Одинокой Башней — хотя и в ней тоже, — просто именно теперь Лигран окончательно победил тот комплекс неполноценности, который взращивал в нём «добрый» брат, и ощутил собственную силу. Можно сколь угодно много раз громить врагов, по-настоящему сладка лишь победа над самым первым и самым главным недругом.

Несмотря на захлестнувшие Лиграна эмоции, какой-то частью сознания он продолжил следить за окружающей обстановкой, что в итоге его и спасло. Краем глаза он заметил какое-то смазанное движение, дёрнулся — и удар посохом, который должен был сломать ему позвоночник, пришёлся по руке. И хотя конечность парализовало, испытанная боль моментально прочистила мозги и позволила Железному Песку набросить узду на адорнийскую часть своей души.

От следующей атаки он уклоняться уже не стал и отбил её мечом в ножнах. Заодно рассмотрел своего противника — им оказался Дерек Посох Грома.

— А, предатель! — воскликнул Лигран, встретившись с помощником Сильвары взглядом. — Клянусь Древом, надо было снести тебе башку вместе с Руместом Дигоем! Так нет же, пожалел. Решил дать шанс, а ты до откровенной подлости опустился!

С каждым новым обвинением лицо Дерека всё больше и больше искажалось от ярости, пока наконец он не выдержал и не выплеснул всё, что накопилось в душе.

— Заткнись, сопляк! — зашипел Посох Грома, яростно работая посохом. Своё прозвище он явно получил не зря: в каждый удар вкладывал всё своё мастерство и силу ненависти. Даже просто стоять под таким шквалом ударов было непросто, не говоря уж про то, чтобы воспользоваться магией. — Ты, ты во всём виноват! Ты всё испортил, все планы порушил! Мне, Руместу, даже лорду Джоку дорогу заступил!

Проблемы с аргументацией, которые были у предателя, он успешно компенсировал исступлённой злобой. Дерек всё поставил на этот бой. Если он сейчас победит, то получит в должники очухавшегося братца, проиграет — потеряет вообще всё. Противостоять бойцу с подобной мотивацией очень непросто, тем более когда у тебя действует всего одна рука. Лигран был вынужден уйти в глухую защиту. Всё, что он мог в таком состоянии, так это ждать — ждать, что пройдёт паралич конечности или что Посох Грома наконец сделает ошибку и удастся применить магию…

Однако спасение пришло совсем с другой стороны. Во время очередной атаки за спиной Дерека внезапно возник Марик и попросту смахнул ему голову с плеч.

— Мой лорд, вы в порядке? — спросил он обеспокоенно.

— Ерунда, — выдохнул Лигран и, сунув клинок в ножны, принялся ожесточённо растирать предплечье. — Что с Сильварой?

Лерой вместо ответа скривился и дёрнул плечом. Впрочем, можно было и не спрашивать. Чтобы узнать о судьбе Героини, достаточно было глянуть на переполненного праймом Ведьмака, на его окровавленный меч, затягивающиеся прямо на глазах раны и окаменевшее лицо. Лигран не знал, что там произошло у него с воительницей, но в том, что всё сложно, не сомневался ни на секунду.

Что ж, тем ценнее сделанный Героем выбор.

Лигран обежал взглядом разгромленный зал, ненадолго задержавшись на изрубленных телах, повернулся к оглушённому Джоку и некоторое время задумчиво его изучал.

— Древо, уж кем-кем, а братоубийцей становиться я точно не хочу! — пробормотал он и приказал: — Ладно, берём этого мерзавца и двигаем в Итералию. И побыстрее. После всего случившегося идея драться вдвоём против всех больше не кажется мне такой уж славной. Без Душелова в замке как-то неуютно.

— Да уж! — шумно выдохнул Марик, но Железный Песок его не услышал.

Перешагнув через тело Джока, Лигран отодвинул опрокинутый на бок столик и поднял с пола шкатулку с каталистами, тут же торопливо сдул пыль и откинул крышку. Всё было цело, знаки Героев не пострадали и лежали на своих местах. На всякий случай переложив череп грызуна к себе в карман, он снова закрыл коробку и кивнул Лерою. Настала пора поставить точку в этой проклятой истории.

— Мягче ступай, мягче! Не блокируй суставы и не прерывай движение, только тогда удар получится какой надо!

Голос Душелова разносился по всему двору, привлекая к организованной им тренировке нездоровое внимание. Впрочем, Дейрика чужое любопытство ни капли не волновало. Герои вообще не слишком заморачиваются условностями, а уж Герои его уровня и подавно. Марика такая непосредственность изрядно веселила, Лиграна — не особо. Не любил он находиться под прицелом чужих взглядов, когда занимался, не любил, и всё тут. В доме Наставника специально забирался в места поспокойнее, здесь же, в собственном замке, оказался вынужден выходить на центральную аллею. И ведь ничего не изменишь: вернувшийся к жизни Душелов прямо заявил, что лорд должен соответствовать его представлениям о воинском мастерстве, а потому если Железный Песок хочет иметь Дейрика в своей армии, то должен постоянно развивать собственные навыки. Да не абы где и как, а только под руководством самого Героя. Такой вот необычный взгляд на взаимоотношения между лордом и его принявшим прайм.

Впрочем, Дейрик имел полное право так говорить. Именно он был главной силой и опорой трона молодого хозяина Гуаньдира, а заодно и ключом к ещё большей власти.

— Всё, на сегодня хватит, — наконец выдохнул Лигран, пряча клинок в ножны и вытирая со лба пот. — Мне ещё с бумагами поработать надо, а потом проверить, как новый капитан наладил в замке караульную службу и патрулирование города.

— Договорились, но вечером повторим… мой лорд, — сказал Дейрик твёрдо.

Несмотря на паузу, которую он сделал перед титулом, Лигран не чувствовал себя оскорблённым. Не было в его словах насмешки, которую нет-нет да и вворачивала Сильвара, Душелов всего лишь напоминал об условиях своей службы. На тот случай, если Железный Песок вздумал просто побездельничать. Главное, что эту свою фразу он выдал тихим голосом, а не проорал на весь замок. И никакого урона достоинству лорда не нанёс.

…После провалившейся попытки Джока захватить власть прошла всего неделя, однако Лиграну казалось, что много больше. Месяц, а то и два. Слишком много событий уместилось в эти несколько дней, слишком кардинальные изменения произошли внутри замковых стен и за их пределами. Он воскресил в Итералии Дейрика и с его помощью привёл к покорности всю Одинокую Башню, изгнал прихлебателей Сильвары и наладил охрану в отцовом убежище, по рекомендации Марика присвоил капралу Тротту звание капитана и поставил во главе замкового гарнизона…

Всё получалось как-то легко и просто, словно по волшебству. Стоило только взяться за проблему, как она решалась будто бы сама собой. Но даже не это радовало Железного Песка больше всего. Впервые на своей памяти он по-настоящему ощутил себя хозяином, владетелем, лордом. Не нелепым временщиком, незнамо зачем отправленным в глухую провинцию прямиком из владений Наставника, а полноценным правителем Гуаньдира и Одинокой Башни, который может принимать решения без оглядки на бессмертного надзирателя, не страшась быть изгнанным из нового дома по одному мановению руки предвзятого экзаменатора.

Такое чувство дорогого стоит. Может, в нём-то и кроется причина успехов?

— Мой лорд, есть новости от вашего брата и его отца? — внезапно поинтересовался Марик.

Дейрик насмешливо фыркнул, показывая своё отношение к каким-то лордам-неудачникам, но в данном вопросе мнение Душелова можно было игнорировать. Один раз Лигран свой трон уже едва не потерял, повторять этот опыт не хотелось.

— По-прежнему тишина. По идее, он уже должен добраться до дома и связаться с Наставником. Аналогично с письмом. Почему мой приёмный отец молчит — не знаю. Я вообще не возьмусь предсказывать его реакцию, она может быть любой, — ответил Железный Песок максимально серьёзно.

После победы и короткого разговора с Джоком — впрочем, ничего, кроме ругательств, он от него не услышал — брата отвезли на границу Гуаньдира и выставили вон. Одновременно с этим Лигран отправил Наставнику письмо, в котором сообщал о выполнении всех условий задания и своей готовности принимать поздравления с новым титулом. Не забыв приписать, что «отец» может гордиться свои «сыном». Попытку же захвата власти он свёл к банальному конфликту между братьями, тем самым предложив замять дурно пахнущую историю. Вот только готов ли лорд Регруш отказаться от своих претензий на знания Лучаня?

— Понятно, — как-то разочарованно протянул Марик. Героя определённо интересовало что-то помимо реакции Наставника. И Лигран догадывался, что именно. Не сказать, чтобы его радовало подобное увлечение своего верного соратника, но он умел ценить чужие желания.

— Сильвара, да? — спросил он сочувственно. — Далась тебе эта стерва…

— Стерва, не спорю. Но зато какая… — вдруг разоткровенничался Лерой, закатывая глаза.

Лигран едва заметно поморщился. Демон знает, что нашёл в Амазонке Марик: лично у него от близкого общения с ней остались весьма неоднозначные впечатления. Пока просто общались, до начала их противостояния, было весьма приятно, когда же дело дошло до постели… Ощущения похожи на то, как если бы он занимался сексом с торнадо. Вроде бы и удовольствие получил, а радуешься лишь тому, что жив и все части тела остались на положенных местах.

— Если тебе так нужна женщина, которую ты лично отправил на перерождение, то напиши ей. Вполне нормальный вариант: и объясниться сможешь, и нет риска получить по башке, — посоветовал Железный Песок. Марик нахмурился.

— Письмо… Нам бы лично пообщаться, — сказал он и так сжал кулак, что побелели костяшки пальцев.

Лигран беззвучно воззвал к светлым богам. Похоже, что безумие прайма вкралось и во взаимоотношения Героев. Влезать в них нормальным людям точно не стоило. Вон даже Дейрик свои насмешливые комментарии не вставляет. Затих, слушает, каким-то своим мыслям кивает. Древо, с кем он связался: один — влюблённый безумец, другой — кровожадный маньяк!.. Хотя, быть может, именно с такими помощниками и следует браться за невозможное?

— Если вы закончили с этой ерундой, то, может, объясните мне, с чего вы решили, что лорд Регруш вообще будет о чём-то разговаривать? Как выясняется, в «общении» с Лучанем он не гнушался использовать яд и команду похитителей. Почему бы ему не заняться тем же самым и сейчас или хотя бы просто атаковать убежище, благо оно открыто? — неожиданно спросил Дейрик. Последнюю фразу он выделил голосом, добавив толику пренебрежения.

— О, сейчас я уже ни в чём не уверен. И уж точно не рассчитываю на родительские чувства Наставника: это для Джока, в отношении меня они не работают, — ответил Лигран подчёркнуто спокойно. — Сейчас нам нужно всего лишь время. Если успеем, то на месте входа в потайные подземелья Лучаня будет стоять полноценный форт, на дорогах появятся патрули, а гарнизон замка усилится командой Героев. Тогда с кем угодно можно будет поспорить, а нет… на Гуаньдир найдётся немало желающих и помимо лорда Регруша.

Душелов неожиданно рассмеялся лающим смехом и как-то хищно посмотрел на Лиграна.

— Браво… мой лорд! Как изящно вы напомнили о моём обещании помочь с возрождением коллег.

Лигран вздохнул.

— Что-то вроде того, — сказал он. — На твоём примере я уже убедился, насколько это сложное и неблагодарное дело, а потому не помешает любая помощь… — После чего остро глянул в глаза Дейрика и вкрадчиво поинтересовался: — Или ты что-то имеешь против своих товарищей? Конкуренции, например, опасаешься…

Душелов моментально вспыхнул и сжал древко косы. После изгнания из замка приспешников лорда Регруша Марик так и остался главой охраны Лиграна, Дейрик же стал командиром замкового гарнизона и его основной ударной силой. Что полностью соответствовало представлениям Героя отца о своём месте в мире. Как-то так получилось, но могущественный воин весьма болезненно воспринимал любые выпады насчёт своего первенства, а потому в общении с ним приходилось учитывать и этот факт. Впрочем, иногда, если правильно сыграть на этой его слабости, можно было добиться многого.

Как вот сейчас.

— Если пообещал, значит, сделаю, — сказал Дейрик свирепо. — И если у моего лорда есть свободная минута, то я готов…

Однако договорить он не успел. Из надвратной башни послышался крик, который был почти сразу прерван звуком удара чем-то тяжёлым об окованные металлом створки. В Одинокую Башню заглянули незваные гости.

…Через несколько минут Лигран в сопровождении Героев уже поднимался на стену. Слишком много всего случилось за последние месяцы, чтобы он мог позволить себе запоздало реагировать на всякого рода неожиданности. Если же вспомнить про неопределённость в отношениях с Наставником, то и вовсе было бы странно, действуй он иначе. Вот только Лигран оказался совершенно не готов к тому, кого он увидит на пороге своего замка.

Перед воротами в окружении пятёрки Героев — одним из которых была та самая, убитая Сильварой, Рыжий хвост — стоял человек, внешность которого была знакома в Адорнии абсолютно всем. Начиная от пустыни Сик'Хайя и заканчивая Долиной Тысячи Лепестков нет никого, кто не слышал бы о безруком повелителе воздуха, о лорде Раэле.

Лигран всегда восхищался этим поистине великим человеком, равнялся на него, считал своим кумиром, но никогда и помыслить не мог, что сможет встретиться с ним лично. Однако ж вот он, стоит, задрав голову, смотрит. А один из его Героев — могучий Рокот — примеривается, чтобы ещё раз бухнуть кулачищем в центр ворот.

Железный Песок поймал обеспокоенный взгляд Марика, покосился на возбуждённо тискающего косу Душелова, после чего вздохнул и повернулся к сбежавшимся на шум солдатам во главе с капитаном Троттом. Последний раньше других догадался, кого принесла нелёгкая, и теперь с заметным напряжением ждал решения своего лорда.

Что ж, Лигран не стал его разочаровывать.

— Откройте ворота, у нас дорогие гости, — крикнул он во двор и уже своим соратникам мрачно добавил: — Что-то нехорошее у меня предчувствие…

Марик в ответ коротко кивнул, и даже Дейрик снизошёл до полупрезрительного фырканья. Впрочем, с этим маньяком всё было понятно: любую жизненную коллизию он воспринимает как прелюдию к хорошей драке. Но ведь Лигран-то не такой, он нормальный человек! И визиты, от которых за километры воняло неприятностями, его совсем не радовали.

Тут загрохотали ворота, и спустя несколько мгновений гости въехали во двор. Впереди Рокот и Рыжий хвост, позади трое их коллег, специализация которых пока так просто не угадывалась. Лорд Раэль шагал между ними, ведя в поводу своего коня. Отсутствие рук он удачно компенсировал чарами.

— Рад приветствовать первого лорда королевства и правую руку королевы Изабель, да продлится её правление бесконечно долго, в Одинокой Башне, — громко объявил Лигран, буквально слетев со стены. — Чему обязан такой честью?

Великий лорд встретил его молчанием и тяжёлым давящим взглядом. На мгновение Железному Песку показалось, что могучий маг хочет пробуравить ему дырку во лбу и поковыряться в мозгах, но затем лицо Раэля вдруг разгладилось, и он довольно мягко улыбнулся.

— О, я тоже рад видеть столь молодого и многообещающего юношу. Когда лорд Регруш добился права сделать наследником Лучаня Непобедимого одного из своих воспитанников, королева высказывала некоторые сомнения, что это предприятие увенчается успехом, — сообщил лорд Раэль. — Однако реальность приятно удивила её величество. Как, впрочем, и меня. Мало кто в нынешние тяжёлые времена может похвастаться тем, что нарушил планы разведки доктов, навёл порядок в вверенной ему провинции, вывел на чистую воду казнокрадов и уничтожил разбойников. Не так ли?

Лигран вздрогнул. К подобной осведомлённости высокого гостя он оказался не готов. Нет, конечно, знакомая лиса в свите фаворита королевы, да и сам его визит в Одинокую Башню наводили на мысли, что не всё тут просто, но не до такой же степени. Всего парой фраз маг разрушил сложившуюся у Лиграна в голове картину схватки за наследие Лучаня.

— Ну об этом не мне судить, лорд Раэль, — Железный Песок развёл руками и изобразил смущение. — Только вот что-то не припомню, чтобы я передавал в королевскую канцелярию доклад о произошедших здесь событиях. Да и ментор в Гуаньдир давно не заглядывал…

— О, разумеется, нет. Однако у Изабель достаточно сознательных подданных, чтобы всегда быть в курсе всего, что творится пусть даже в самых отдалённых уголках Адорнии, — сообщил лорд Раэль. После чего обежал взглядом собравшуюся вокруг толпу из солдат и слуг, повернулся к Лиграну и, несколько картинно изогнув бровь, предложил: — Быть может, нам стоит продолжить разговор в более подходящем месте?

Лорд Раэль явно не собирался ходить вокруг да около и тянуть горыныча за хвост, предпочитая сразу перейти к делу. Обычно такой подход весьма импонировал Лиграну, но в этот раз он предпочёл бы взять паузу и хорошенько пораскинуть мозгами. Увы, времени на размышления никто ему давать не собирался. Инициатива была на стороне лорда Раэля, и он точно знал, чего хочет.

— Да, конечно. Мой кабинет подойдёт для этого лучше всего, — механически произнёс Лигран и сделал приглашающий жест рукой. — Прошу!

Одолеваемый мрачными предчувствиями, он двинулся вперёд. По бокам пристроились оба его Героя, тогда как бессмертные лорда Раэля окружили своего шефа. Действия принявших прайм лучше всяких слов показали степень доверия друг другу. Хорошо хоть в кабинет за своими подопечными не полезли: довели до порога, заботливо прикрыли дверь, сами же остались снаружи. Буравить друг друга взглядами и ждать подвоха.

Чудь знает, что чувствовал лорд Раэль, но Лигран под прикрытием верного Марика и могучего Дейрика совершенно не боялся предательства. Эти не Сильвара, не подведут.

— А у тебя здесь неплохо. Обстановка, конечно, скудноватая, без красоты и изящества, я бы даже назвал её аскетичной, но для рабочего кабинета более чем подходящая. Задаёт, знаешь ли, нужный настрой, — с порога выдал безрукий маг и, не дожидаясь разрешения, проследовал к креслу Лиграна, сразу же поставив своего собеседника в подчинённое положение. — Сам «украшал» или Непобедимый постарался?

Железный Песок недовольно скривился и уселся на стул для посетителей. Ещё год назад он бы точно не выдержал оскорбления и выкинул бы какую-нибудь глупость, но их противостояние с Джоком, а особенно последняя победа, научили сдержанности. Хотя врать, конечно, не стоило, мысль вызвать нахала на дуэль у него всё же мелькнула. И плевать, что любовник королевы считается самым сильным и самым опасным магом королевства.

Очевидно, лорд Раэль был готов к любой реакции, пусть даже самой бурной, но когда её не последовало, лишь удовлетворённо кивнул.

— Прежде чем начнём наш разговор, прочитай письмо от своего Наставника. Он дал его мне пару дней назад в Латере. Лорд Регруш хотел сам сюда заехать, но помешали обстоятельства, — сказал он скучным голосом.

— В Латере? — Лигран уставился на конверт, точно на ядовитую змею. — Мне казалось, что он на передовой. Громит доктов.

— Был на передовой, а теперь восстанавливает боеспособность своего полка в тылу, — довольно жёстко ответил лорд Раэль и добавил: — Ну, ты будешь читать письмо или нет? Уж поверь, его содержание весьма важно для нашей беседы.

А ведь как хорошо день начинался! Железный Песок вздохнул и распечатал конверт. Развернул аккуратно сложенный листок со знакомыми гербовыми знаками Наставника, исписанный едва ли наполовину. Пробежал текст глазами, затем, для верности, ещё раз.

Проклятье! Лорда Регруша можно обвинять во многом, особенно в недостойной для истинного адорнийца приверженности кровным узам, но учил он на совесть. И прежде всего это касалось умения читать между строк, видеть всё то, что скрывается за обтекаемыми протокольными формулировками.

В ответ на предложение замять конфликт Наставник цветисто поздравлял Лиграна с выполнением задания, хвалил за успехи в управлении разорённой провинцией, радовался его победе над диверсантами доктов. И при всём этом — не сказал ни слова о признании воспитанника лордом. Что говорило о многом.

— Древо, — выдохнул Железный Песок и смял в кулаке злосчастное послание. О мире с Наставником можно забыть. Более того, теперь после его возвращения с фронта Лиграна ждал не очередной раунд противостояния с братом, а полноценная война с многоопытным и могущественным лордом. Ох, как всё погано-то…

— Вижу, ты сделал правильный вывод, — подал голос лорд Раэль, удовлетворённо улыбаясь.

— Вы знали, о чём письмо? — требовательно спросил Лигран.

— Скажем так, догадывался… — ответил маг, сделал паузу, после чего веско добавил: — А вот знал совсем о другом, — и с намёком уставился на своего молодого коллегу.

Лигран ощутил, как сами собой напряглись мышцы. Спираль Тотоола, неужели…

— Что-то не очень вас понимаю, — сказал он, стараясь унять лихорадочно мечущиеся мысли.

— Да всё ты понял, парень. Нечего притворяться, — выдал лорд Раэль, откидываясь на спинку кресла. Магией отцепил от пояса флягу, отвинтил пробку и сделал пару аккуратных глотков. По кабинету разнёсся аромат выдержанного вина. — Ни за что не поверю, что ты до сих пор считаешь, будто вся эта шумиха вокруг Одинокой Башни прошла мимо королевы.

— Вроде того, — Лигран едва сдержался, чтобы не выругаться, и прикусил губу. Разговор и вправду повернул в несколько неожиданном направлении, и от того, как он его проведёт, зависело очень многое. Возможно, даже сама его жизнь.

А Раэль тем временем продолжал.

— Мы давно знали об увлечённости Лучаня Непобедимого идеями развития Героев. На первых порах ему не мешали, когда же появились первые результаты, начали налаживать контакты на предмет сотрудничества. Увы, твой родственник оказался до изумления упрям. И, — собеседник Лиграна дёрнул щекой, явно вспомнив нечто неприятное, — весьма успешен в умении скрывать секреты. Одна защита убежища чего стоит!

— Так вы знали про тайник?! — не сдержал удивления Лигран.

Раэль снисходительно улыбнулся.

— Разумеется. Одиночка может противостоять системе лишь до какого-то предела, это аксиома. Дальше надо либо строить свою собственную систему, либо встраиваться в уже существующую. Твой отец не сделал ни того, ни другого и потому проиграл… Но вернёмся к сути нашей беседы. Адорния нуждалась в знаниях Лучаня, однако мирные способы их получения были невозможны. В то же время открытая военная операция против заштатного лорда в период войны с доктами могла серьёзно ударить по боевому духу солдат, что серьёзно связывало нам руки. Какой выход?

— Передать часть информации какому-нибудь амбициозному лорду и ждать нужного момента, — не раздумывая ответил Лигран. Несмотря на серьёзность ситуации, он вновь ощутил восхищение талантами лорда Раэля. Правда, на этот раз стратегическими.

— Не просто какому-нибудь лорду, а лорду, один из сыновей которого находится в кровном родстве с фанатиком Лучанем и…

— …способен открыть дверь в убежище, — продолжил мысль Лигран.

— В точку! — сказал лорд Раэль с явным удовольствием. — Только вот исполнитель и сам оказался любителем сложных комбинаций, плюс свою лепту внесло вмешательство доктов. Как итог, всё предприятие постоянно висело на волоске. Каюсь, в какой-то момент я не выдержал и отправил к тебе как к проводнику воли лорда Регруша свою лису. Хотел подтолкнуть в нужном направлении, но сам знаешь, не срослось. Впрочем, как показало время, ничего страшного не случилось, ты справился сам.

Маг замолчал и склонил голову набок, изучая юношу.

— И что дальше? — спросил Лигран после секундной паузы. — Что вы хотите от меня?

— А ты как думаешь? — Хозяин Даэр-Лиена улыбнулся, разом став похожим на ядовитую змею.

Глядя на такого лорда Раэля, Железный Песок моментально поверил во все слухи о его жестоких развлечениях, что бродили по Адорнии последние годы. Противостоять такому человеку было откровенно страшно, вот только и Лигран был не из тех, кто боится сильных противников.

— Отдать всё — убежище, хранилище прайма, наработки Непобедимого по талантам Героев, мастерскую и картинную галерею, так? — спросил он, прищурившись.

— Плюс всех принявших прайм Лучаня, — кивнул лорд Раэль.

— О! Вот только что мне помешает взять и послать вас туда же, куда посылал мой отец? Настоящий отец…

Лигран ждал, что его собеседник разозлится, быть может, даже начнёт ругаться и кричать, однако этого не произошло. На лице лорда Раэля не дрогнул ни один мускул.

— Парень, ты не твой родитель. С двумя Героями, пусть даже один из них сам Дейрик Душелов, ты долго не продержишься. И дело не в том, что королева разрешит твоему Наставнику поставить на место зарвавшегося воспитанника… хотя это вполне возможно… Я могу решить всё силами своих принявших прайм или объявить тебе войну и натравить соседей. И это никак не скажется на настроении воюющих лордов. Знаешь почему?

Лигран мотнул головой.

— Потому что на столе королевы лежит официальный протест от юридического клана на действия нового лорда Гуаньдира. Тебя обвиняют в недостатке выдержки, вольной трактовке законов Адорнии, чрезмерной жёсткости в проведении расследования и ущемлении прав клана. Что можно считать достаточным поводом для лишения титула. С опытными лордами такой номер бы, конечно, не прошёл, но вот против юнца вроде тебя, не обременённого полезными связями и союзами, вполне, — сообщил лорд Раэль и, заметив недоумение на лице Лиграна, пояснил: — Казнив предателя в обход общепринятых судебных процедур, ты нажил немало врагов, парень. И знатно подставился, уж поверь мне…

И Лигран поверил. Сразу и безоговорочно. Как и лорд Лучань, он слишком сильно увлёкся боевыми искусствами, посчитав их гораздо более важными, чем заигрывания с толпой и реверансы в сторону влиятельных кланов. А сильные мира сего этого не любят и в подходящий момент всегда о себе напоминают.

— Я понял, вы припёрли меня к стенке, — сказал он, тяжело роняя слова. — Но и шумихи не хотите, иначе ваши Герои не стояли бы за дверью, а уже вовсю рубились с моими. Поэтому вопрос: что я получу, когда выполню все ваши требования?

— Просто жизни тебе мало? — спросил лорд Раэль, но, перехватив вспыхнувший взгляд Лиграна, воскликнул: — Шучу, шучу! Не кипятись… Официально тебя объявят виновным в пренебрежении долгом лорда и назначат испытательный срок, в течение которого ты должен будешь доказать свою верность трону и подтвердить право на титул. Иначе говоря, отправишься в действующую армию. Ты ведь раньше хотел именно этого? Считай, твоя мечта сбылась. Вот он тебе, шанс, проявить себя и кровью завоевать трон лорда.

— Ловко, — проронил Лигран. — А что с Гуаньдиром?

— О, не беспокойся. На время твоего отсутствия в Одинокой Башне будет введено прямое королевское правление, так что Джоку она не достанется, — рассмеялся лорд Раэль. — Более того, если всё пойдёт как надо, то ты ещё сюда вернёшься… И, кстати, хоть ты и не спросил, твои Герои отправятся на фронт вместе со своим командиром. Душелова, конечно, жалко, но раз уж он тебе присягнул, так тому и быть. Владей. Мы же посмотрим, какой из тебя лорд…

Раэль говорил что-то ещё, но Лигран особо в его слова не вникал. Главное он услышал: списывать его как ненужную и слишком много знающую фигуру не будут, позволят иметь собственных Героев и подсластят пилюлю опалы обещанием вернуть лордство. Когда-нибудь, если позволит политическая обстановка и государственные интересы.

Что ж, могло быть и хуже; покидая замок Наставника, о подобном исходе он мог лишь мечтать. Но он ведь справился, повернул ситуацию в свою пользу? Значит, выкрутится и сейчас. Заодно проверит себя, наберётся нужного опыта и умений, приобретёт полезные знакомства. И, когда придёт время, получит своё. В следующий раз настолько легко его не обыграют.

С этой мыслью Лигран демонстративно улыбнулся и вслух сказал:

— Не нужно лишних слов — я согласен.

Плохо было только одно, лорд Раэль читал его как открытую книгу. И, коротко кивнув, взглядом пообещал: «Посмотрим!»

В кабинете начальника всемогущей Конторы было жарко и душно, в воздухе плавали клубы табачного дыма и витали ароматы дорогого алкоголя. Сам генерал Эттли сидел за столом, откинувшись на спинку кресла и периодически затягиваясь толстой сигарой. Обычно аккуратный и подтянутый, сейчас он являл собой образец расхлябанности и разгильдяйства. Мундир расстёгнут, а его левый рукав запачкан вином, на воротнике рубахи не хватает пуговицы.

Напротив генерала на стуле восседал человек с типичной внешностью учёного. Невысокий, взлохмаченный, близоруко щурящийся. Одетый в грязный комбинезон и постоянно вертящий в руках лупоглазые очки, которые отчего-то так нравятся многим Героям-Изобретателям. Покойный Бистарк сразу бы узнал в госте начальника Конторы механикуса Глорена. И он же первым бы заметил многочисленные изменения во внешности инженера: сбитые в кровь руки, грубый шрам на щеке и, самое главное, пропавшую суетливость движений и рассеянность взгляда. Сейчас в кабинете генерала с бокалом вина сидел не чудаковатый умник, а матёрый оперативник Конторы. Опытный, умелый и талантливый, играючи прячущийся под карикатурной маской безумного механикуса.

— …нет, как же ты всё-таки выжил, а? Бистарк, этот профессиональный солдат, погиб, а ты — уцелел. Как так получилось? — немного нетрезвым голосом спросил Эттли.

— Говорю же, спасла кольчуга скрытого ношения и толика везения, — Глорен поморщился и потрогал шрам. — Адорнийцы, хоть и нашпиговали меня стрелами, серьёзных ран не нанесли. Поначалу, правда, я от боли вырубился, но это и хорошо: обо мне просто забыли. Когда же очнулся, обнаружил, что мы проиграли и адорнийцы добивают раненых. Видимо, залитый кровью коротышка показался им совершенно не опасным, а потому, как стемнело, я смог скрыться в лесу. Вот и всё.

— М-да, действительно всё… — повторил генерал. — Столько усилий, столько ресурсов потрачено на операцию, и всё прахом. — Он с яростью бухнул кулаком по столу. — Великая Шестерёнка, такого провала у меня за всю карьеру не было!

Глорен поморщился.

— Если интересно моё мнение, то винить в неудаче особо некого. Трагическое стечение обстоятельств. Бистарк со своими обязанностями худо-бедно справлялся, на другие заинтересованные стороны не работал. Честно тянул свою лямку, оперативно реагируя на постоянно возникающие проблемы. Которых, как вы знаете, было немало. Что до нас с Пулье, то и мы в конце концов смогли разобраться с проклятыми чарами адорнийцев и поняли суть ключа. Жаль только, времени открыть тайник уже не осталось, — сказал он, не скрывая сожаления. И тут же зло добавил: — Ну да ничего, снова закрыть его адорнийцы тоже не смогут. Поганые маги сами себе подгадили своими дрязгами.

— Ну не смогут закрыть, и что? — бухнул Эттли. — Вывезут всё оттуда в новое убежище, и вся недолга. Да чего там, уже вывозят, причём под охраной сразу двух команд Героев. Даже если новый отряд в Гуаньдир забросить, всё равно не успеем. — Помолчал, затем поднял кубок с вином и сказал мрачно: — За парней. И за долбаного Бистарка, на которого я повешу всех собак, когда буду докладывать о провале Императору.

После этих слов Глорен вздрогнул и судорожно вцепился в собственный бокал. Назначить виновным погибшего, конечно, хорошо, но представить на суд его выжившего «сообщника» ещё лучше. Он как никто другой хорошо знал эту особенность закулисных игр и прекрасно понимал, насколько велик риск оказаться крайним в этой истории.

Изменение настроения подчинённого не укрылось от генерала.

— Ты не ёрзай, не ёрзай. И глазки свои наглые не прячь. Ты тоже не без греха… — сказал он зло.

— Я-то чего?! — вскинулся механикус. — Моей задачей было следить за тем, чтобы капитан не утаил добытые знания и не передал их какому-нибудь сильному союзу лордов. Плюс техническая поддержка. Брать командование операцией на себя в мои обязанности не входило!

— Ты мне тут не ори! — рявкнул генерал, и Глорен моментально заткнулся. — Сказано, что виноват, значит, виноват. — Некоторое время Эттли буравил механикуса взглядом, затем вдруг фыркнул и уже другим, гораздо более спокойным голосом сказал: — Впрочем, у тебя будет шанс реабилитироваться. Пару дней отдохнёшь и двинешь на фронт. По донесениям агентов, у адорнийцев там намечаются непонятные перестановки, плюс усилилась активность контрабандистов. Как бы не проморгать какую-нибудь подлость… Заодно переждёшь опасное время, пока не стихнет буча среди заказчиков операции. Понял?

— Так точно, — буркнул Глорен.

— Да не куксись ты, — хмыкнул генерал, затянувшись сигарой и пыхнув дымом. — Относись к этому проще. Мы ведь воюем не против Адорнии, мы воюем за власть. И враги у нас не одни лишь клятые колдуны… Да, эту битву проиграли, но главная война ещё впереди!

После этих слов механикусу не оставалось ничего иного, кроме как просто кивнуть. Основная война и вправду была впереди. Всё ещё только начиналось.

АДОРНИЯ (АДОРНИЙСКОЕ КОРОЛЕВСТВО) — государство в юго-восточной части материка Прая, расположенное к югу от реки Ильва.

После Катаклизма эти земли были особо насыщены праймом, в результате чего он вошёл в метаболизм местных жителей и открыл им особую магию прайма, позволяющую претворять свои эмоции и желания в сущности и объекты. Когда адорнийцы осознали свои уникальные возможности, они противопоставили себя более традиционному обществу доктов и провозгласили собственное государство, королевство Адорнию, где высшей ценностью является свобода творчества.

АДОРНИЙЦЫ — население Адорнийского королевства и выходцы из него. Адорнийцев характеризует особое отношение к жизни — творческое самовыражение, которое наполняет всю их жизнь. Дух творчества адорнийцы способны вдохнуть даже в самые прозаические стороны жизни, во всем достичь совершенства, превратить любую мелочь в уникальное произведение.

В широком смысле адорнийцами называют тех, кто практикует магию прайма.

АКАДЕМИЯ ЛОРДОВ — центральное учебное заведение в Империи доктов, где потенциальные лорды получают необходимое образование: управление месторождением прайма и лордством, а главное — возрождению Героев с помощью специальных устройств — прайм-индукторов. Не все, кто закончил Академию, становятся впоследствии лордами. Курсантами Академии могут быть и младшие члены семей, так и не дождавшиеся своей очереди наследования, и просто талантливые молодые люди, составляющие потом такие государственные институты, как, например, институт менторов. Обучение в Академии Лордов длится 5 лет.

ВОЙНА ЗА ТУМАННУЮ РОЩУ — война 41-го года эры прайма между Империей доктов и Королевством Адорния, первая война с участием Героев.

Причиной войны стал дефицит прайма на территории Империи доктов, стремительно развивавших свои технологии и потреблявших все больше и больше этого ресурса. Докты атаковали крупнейшее известное месторождение, находившееся в Туманной роще, спорном острове на пограничной реке Ильва.

К началу войны способности Героев были еще плохо изучены и не всегда контролировались даже самими Героями, но соблазн применить их был слишком велик и для той, и для другой стороны. Участие Героев и использование в войне нового оружия, основанного на применении прайма, привели к таким страшным разрушениям и хаосу, что стороны сочли за благо заключить перемирие.

ГЕРОИ — уникальные существа, отличающиеся особым метаболизмом, основанным на взаимодействии с праймом. Путь Героя начинается с Зова прайма, заставляющего его переосмыслить свое предназначение, а инициацией обычно является принятие сильной дозы прайма, смертельного для обычных людей. Вставший на свой путь Герой со временем начинает серьезно отличаться от человека: его сила многократно возрастает, он открывает в себе новые, иногда просто невероятные таланты, становится совершеннее в физическом отношении, его тело легко справляется с несмертельными ранами и перестаёт быть подверженным внешним признакам старения. Накапливая в своем организме прайм, Герои получают возможность использовать и усиливать свои способности, видеть невидимые фракции прайма и его распределение внутри объектов. Во время битвы, когда пространство насыщается праймом в наибольшей степени, Герои достигают вершин своего потенциала.

Особой уникальной чертой Героев является их способность к возрождению. После гибели в бою или от других внезапных причин Герой возрождается здоровым, без следов повреждений, если соблюдены основные условия — его каталист опущен в прайм в специальным образом настроенном объекте для возрождения.

ДОКТЫ — население Империи доктов и выходцы из нее. Докты неутомимо и деятельно строят свое общество на основе научных достижений и технологического использования прайма. Наука является для доктов эталоном культуры, и высшей ценностью они считают систематические научные знания. Основной предмет изучения доктов — это прайм. Именно его исследования позволили доктам за короткий промежуток времени, всего семьдесят лет, совершить настоящий прорыв и полностью изменить свой образ жизни.

ИЛЬВА — одна из рек материка Прая, очерчивающая границу между Империей доктов на северо-западе и Адорнийским королевством на юго-востоке.

ИЗАБЕЛЬ — правящая королева Адорнии. Монарх в Адорнийском королевстве — выборная должность со сроком правления 16 лет. Изабель пришла к власти в 63 году эры прайма и за несколько лет успела снискать любовь и расположение своих подданных как среди сословия лордов, так и среди простых жителей.

ИМПЕРИЯ ДОКТОВ — государство в северо-западной части материка, расположенное к северу от реки Ильва. Государство доктов унаследовало основные принципы своего построения от исторически предшествовавшей ему Империи. Его возглавляет Император, передающий трон по прямой линии к старшему потомку.

После Катаклизма, изменившего мир, общество доктов сфокусировалось на изучении свойств прайма, а в дальнейшем — на развитии технологий, основанных на прайме как супермощном топливе нового мира. Докты никогда не изменяли своей несколько консервативной логике: сохранить все, что оправдывало себя веками, и на этой проверенной базе воплощать в жизнь свои смелые научно-технологические идеи. Развитие прайм-технологий требовало сплоченных усилий не только многих отдельных доктов, но многих групп, занимавшихся разными направлениями его изучения. Постоянная необходимость координации усилий приучила доктов действовать слаженно и целенаправленно, что позволило им одержать победу в Войне Героев, несмотря на мастерство и смелую тактику адорнийцев.

ИМПЕРИЯ (СТАРАЯ ИМПЕРИЯ) — государство, до Катаклизма занимающее всю площадь материка Прая и состоящее из трёх крупных провинций: Северной, Южной и Юго-Восточной. Во время Катаклизма Южная провинция откололась от материка и долгое время считалась сгинувшей в хаосе разбушевавшейся стихии. Две оставшиеся провинции — Северная и Юго-Восточная — в первые же годы новой эры, эры прайма, провозгласили себя суверенными государствами: Империей доктов и королевством Адорния соответственно.

ИТЕРАЛИЯ ПРАЙМА — помещение, в котором происходит возрождение Героев в Адорнии. Итералия прайма обладает особенной акустикой, поскольку возрождение Героев у адорнийцев основано на принципе музыкальной гармонии. Обслуживающий Итералию лорд-реставратор создает в Итералии музыкальный фон, соответствующий ожидающему возрождения Герою, и акустические свойства Итералии формируют соответствующие характеристики находящегося внутри нее прайма. Процесс возрождения начинается после помещения в прайм каталиста Героя.

КАТАКЛИЗМ — глобальная катастрофа, потрясшая Праю и поставившая мир на грань разрушения. Страшные природные аномалии: землетрясения, бури, смерчи, а главное, нахлынувший в мир прайм — неизвестная до этого субстанция, смертельно опасная в высокой концентрации, — захлестнули весь материк и унесли с собой много жизней. Это был разрушительный переворот в природе и обществе. Появившийся в результате Катаклизма прайм оказался таким мощным жизнеобразующим фактором, что можно говорить о полном перерождении мира.

КАТАЛИСТ — предмет-представитель, без которого невозможно возрождение Героя. Герой передаёт каталист своему лорду как залог верности. Каталист несёт на себе отпечаток личности хозяина и обычно связан со старой жизнью Героя. При желании Герой может сделать новый каталист, и тогда старый потеряет силу. Однако в момент между смертью Героя и его возрождением каталист, действующий в настоящее время, является единственной нитью, связывающей его с миром.

КРИСТАЛЛ ПРАЙМА — твердая концентрированная фракция прайма, широко используемая в праймтехнологиях и магии прайма. В Империи доктов производство и распределение кристаллов прайма контролируется Императорской прайм-компанией.

ЛОРД — дворянский титул в Империи доктов и Адорнийском королевстве. Два основных определяющих фактора титула лорда в обоих государствах — это месторождение прайма на территории Лордства и наличие устройства возрождения Героев (прайм-индуктора или Итералии прайма).

ПРАЙМ — новая высокоэнергетическая субстанция, появившаяся в мире в результате Катаклизма и коренным образом изменившая направление развития цивилизации на Прае, породив новые технологии и принципы магии. Первое знакомство с праймом оказалось для людей не менее драматичным, чем породивший его Катаклизм. Контакт с праймом приводил к болезням и смертям, но из ужаса первых лет вышли два новых этноса. Одни, обнаружив прайм, стремились понять, как жить в новых условиях, как оградить себя от возникшей угрозы. Они сосредоточились в местах, где прайма было меньше, по возможности обезопасили свои контакты с ним и начали пристально его изучать. Со временем они объединились в устойчивое общество доктов и создали замечательные праймтехнологии. Другие продолжали жить в областях, насыщенных праймом, и ощущали, как он все больше и больше входил в их метаболизм. Со временем они открыли в себе новые удивительные способности к магии воображения и эмоций, благодаря прайму для них стало доступным глубокое понимание природы вещей и способность влиять на реальность. Они назвали себя адорнийцами и сформировали собственное государство.

Так прайм оказался одновременно разъединяющей и объединяющей силой мира.

ПРАЙМЗОНА — зона изуродованной и насыщенной чудью земли в центре Праи. Ее происхождение связывается с Катаклизмом, эпицентр которого предположительно находился как раз в том месте, где теперь находится центр Праймзоны.

ПРАЯ — материк, на котором расположены Империя доктов и Адорнийское королевство. И докты и адорнийцы используют название Прая для обозначения всего обитаемого мира.

СТАРЫЕ БОГИ — до Катаклизма и эры прайма все население Праи исповедовало веру в пантеон из 16 богов, покровительствовавших основным человеческим стремлениям, таким как, например, власть, любовь, любопытство. После Катаклизма вера в старых богов в Империи доктов практически угасла, породив отдельные искаженные культы.

ТАЛАНТ ГЕРОЯ — особое знание, записанное на скрижаль, скрепленное праймом. В том числе через эти скрижали Герои получают своё могущество и изучают конкретные навыки, применяемые ими в бою. Чем больше мощь таланта, тем выше его редкость. Долгое время фиолетовые скрижали талантов считались самыми могущественными как в Империи доктов, так и в Адорнии.

ТУМАННАЯ РОЩА — крупнейшее месторождение прайма, находится на острове на пограничной реке Ильва, в настоящее время является собственностью Императорской праймкомпании Империи доктов.

ФИХТЕР — город на реке Ильва, состоящий из доктской (на северном берегу) и адорнийской (на южном берегу) частей. Исторически Фихтер возник в месте наиболее удобной переправы через Ильву, там, где имевшийся в середине русла остров позволял перекинуть между берегами капитальный мост. Такое удачное положение всегда способствовало процветанию торговли между северной и южной, а впоследствии доктской и адорнийской сторонами. Император Ферраут I признал доктскую часть Фихтера демилитаризованной зоной и даровал ей права взимания налогов. С тех пор и по сей день Фихтер является единственным вольным городом на территории Империи доктов.

ЧУДЬ — совокупное название живых существ, измененных под воздействием прайма. Как правило, биологической основой чуди являются животные, но случается, что чудью можно назвать и человека, на которого прайм повлиял нестандартным образом. В основном чудь неразумна, агрессивна и враждебна, а потому опасна. Но иногда можно встретить ее разумных представителей и даже Героев.