Благодаря лекциям, почти девять часов полёта прошли быстро. Уже загорелось табло, пристёгнуты ремни, идём на посадку.

Пока самолёт рулит по аэродрому, связываюсь с ребятами, которые должны встретить нас. Получив вещи, выходим на продуваемую ветром площадь возле здания аэропорта, а ещё через несколько минут уже втискиваем свои сумки в багажный отсек серебристого Ниссана «Тирано». Ровно в 13 часов покидаем аэропорт Владивостока. За рулём Сергей — высокий бескомпромиссный парень, в котором ощущается некая нервная напряжённость. Сергей — изобретатель и изготовитель самых прогрессивных на настоящий момент водогрейных котлов на жидком топливе, и ему, как специалисту, нужно будет проверить расчёты и дать рекомендации по отопительной системе, которую Мамаев собирается монтировать в новом доме. Товарищ Сергея Олег, напротив, спокоен и доброжелателен.

Ребята давно хотели познакомиться с волхвом, и Дима-сталкер договорился, что они заодно возьмут и нас. «Сталкером» я окрестил Диму в прошлый раз, когда при подъезде к обиталищу целителя, из сумерек выступили очертания каменных развалин и смутные силуэты старой техники. Тогда сама собой возникла ассоциация этого места с Зоной из знаменитого фильма Андрея Тарковского, снятого по роману братьев Стругацких «Пикник на обочине». А образ Димы — со сталкером, который являлся проводником в эту таинственную Зону.

В салоне автомобиля нас встретила также маленькая попутчица — семилетняя дочь Димы Лена. Чудесная девчушка, прекрасно переносит дорогу, совсем как её папа, не хандрит и не унывает. Она устраивается у меня на коленях и вскоре сладко засыпает. День выдался морозный, солнечный и ветреный, но не такой холодный, как в предыдущие дни, -17°С. Всё-таки местная погода доброжелательна к нам. Всё идёт по плану, как говорит один мой знакомый, — «ни проблем, ни безобразий». Досаждает только одно: наш доктор стал развивать тему происков международного сионизма, которая его очень беспокоит. Нам жаль нашего доброго доктора, но всяческие увещевания, советы и логические доводы о том, что в первую очередь человек сам виноват в своих проблемах, ни к чему не приводят. «Везде происки сионистов! Как знать, кто есть кто? Может, и среди вас, — подозрительно окидывает нас взглядом доктор, — есть подосланные люди?» Я внутренне улыбаюсь — не хочу «выдавать» дока и сообщать ребятам, что он всего пару месяцев назад вернулся из Израиля, где, надев на голову кипу, смиренно «приложился» к знаменитой Стене Плача. Я прекрасно знаю, что в корпорации Николая Григорьевича дружно трудятся люди различных национальностей и мировоззрений. И сам он с величайшим уважением относится к представителям всех религиозных конфессий и их святыням, полагая, что духовная составляющая является наднациональной и надконфессиональной. Он много путешествует по миру, бывал в Индии, на Тибете, в Африке и арабских странах и всюду старается приобщиться к сакральным местам, храмам, окунуться в священные источники. В своей медицинской практике также стремится руководствоваться синтезом науки и древних традиций. Интерес к славянским ведическим методам оздоровления и заставил Николая Григорьевича изыскать «окно» в своём загруженном графике и отправиться к волхву в Дальневосточную тайгу.

У каждого человека, как говорится, есть свой «бзик», особенно у людей неординарных. Мировое сообщество, конечно, осудило различные проявления нацизма, и сионизм в их числе, но пламенные речи доктора на протяжении нескольких часов в замкнутом пространстве становятся пыткой. Мы тихо радуемся, когда док, убаюканный дорогой, наконец, засыпает.

Но вскоре мы вынуждены сами будить Григорьевича, «Тирано» въезжает в Уссурийск. Здесь мы планировали приобрести экипировку для таёжной жизни и продукты. В спортивном магазине покупаем тёплые охотничьи костюмы и спальные мешки, предназначенные для температуры до -5 °С. Док ещё подбирает себе утеплённые охотничьи ботинки, похожие на обувь американского спецназа. В супермаркете берём продукты и сим-карты местного оператора телефонной связи. Видимо, вражьи козни сионистских сил продолжают преследовать нашего дока. Собираясь рассчитаться за купленные продукты, он запускает руку в карман и даже не замечает, как все его доллары, рубли и гривны падают на пол возле кассы. Хорошо, что злые чары не подействовали на нас с Мишей. Мы предложили Григорьевичу забрать деньги и не мусорить в магазине, особенно не такой распространённой здесь валютой, как украинские гривны. Позже док ещё раз ронял свои деньги, но «насорить» в магазине ему опять не позволили бдительные поборники чистоты из числа местного населения. Зато когда мы снова оказались в машине, наш доктор так горячо ополчился на «дорогих его сердцу» сионистов, что мы все разом начисто забыли о том, что ещё нужно заехать на китайский рынок за фонариками и постельным бельём. Когда док снова уснул, и у нас немного очистились мозги, было уже поздно: Уссурийск остался далеко позади, а сумерки мягким покрывалом окутали пространство.

Мы остановились у придорожного кафе, не то пообедали, не то поужинали, заправили машину и покатили дальше. Здесь мороз был крепче, чем в районе Владивостока, но ветер, кажется, меньше. Дорога была довольно скользкой, да и Сергей ехал по этим местам впервые, поэтому мы за четыре часа не одолели и половины пути.

Мерно гудит надёжный дизель, стелется под колёса темно-серая полоска дороги, выхватываемая из темноты светом фар, бегут по обе стороны снежные брустверы, оставленные бульдозером после расчистки дороги, а сверху, с непривычно близкого неба, любопытно глядят необычайно яркие звёзды и огромная луна. Обледеневший снаружи, но тёплый и уютный внутри джип несёт нас сквозь скованную морозом заснеженную тайгу. Волшебство зимней ночи очаровывает всех. Однако это, видимо, не по нутру недобрым силам, они пробуждают дока, и тот начинает свою «песнь про коварных масонов». Эх, ну зачем портить такое чудо вокруг, зачем засорять эту прелесть иноприродным негативом?

В это время нас начинает обгонять машина и требовательно мигает фарами, чтобы мы пропустили её. Сергей принимает вправо, и вдруг — рывок, как будто кто-то огромный схватил наш «Тирано» за колёса. Дорога стремительно ушла влево, на нас «бросился» сугроб, машину сильно качнуло вправо, и... в следующее мгновение она накренилась и замерла. Вот тебе и происки мирового сионизма! Мы выходим и осматриваемся. Передняя часть машины зарылась в наполненный снегом кювет, днище тоже плотно лежит на снегу. Мы достаём лопаты и начинаем откапываться, но вскоре понимаем, что без посторонней помощи не выбраться. Заводим трос, который, как и лопаты, оказался в багажнике у рачительного Сергея, и цепляем его за заднюю часть «Тирано». Некоторые из проезжающих мимо легковушек останавливаются, но ничем помочь не могут. Однако ни у кого из нас нет страха, ведь мы едем к волхву, а значит, ничего плохого случиться просто не может. Лена и вовсе шумно радуется вынужденной остановке, лазит по сугробам, валяется в снегу, смеётся, а затем, схватив лопату, начинает бойко копать снег вокруг машины.

Около нас затормозил небольшой японский грузовичок.

— Давай, попробуй, может, вытащишь, — предлагаем водителю. Тот согласно кивает и проезжает немного вперёд. Но тут неизвестно откуда, словно богатырь из сказки, появляется пятнистый Ниссан «Сафари» на высоких колёсах. Он обдаёт нас горячим дыханием своего мощного мотора, а уверенный водитель, опустив стекло кабины, задорно кричит, перекрывая голос двигателя,

— Что, мужики, помощь нужна? У меня машина специально для охоты подготовлена, враз выдернет ваш джипик. Трос дать?

— Не надо, мы свой уже зацепили, разворачивайся!

Пара минут, и мы налегаем на «Тирано» снаружи, Сергей, усевшись за руль, осторожно нажимает на «газ», а пятнистый охотник упирается большими рубчатыми шинами в мёрзлое дорожное покрытие и, хищно рыкнув, вытаскивает наш Ниссан из засыпанного снегом придорожного кювета.

И снова мы катим по ночной дороге, стараясь не пропустить дорожный указатель с нужной надписью. Но всё-таки пропускаем, сверяемся с навигатором и, поняв, что едем не туда, разворачиваемся и снова ищем указатель.

Наконец на перекрёстке, откуда в тайгу уходит извилистая грунтовая дорога, видим знакомый силуэт Тойоты «Сурф» нашего «сталкера» Димы. Едва мы останавливаемся, неугомонная Лена выскакивает из машины и с радостным криком: «Папа!» — бежит к «Сурфу».

Я тоже направляюсь к Диминому железному коню, чтобы приветствовать его хозяина, с которым не виделся полтора года. К своему крайнему удивлению, слышу приветствие в свой адрес на казахском языке. И только подойдя ближе, различаю в проёме окна лицо Сабира, земляка из Казахстана, с которым познакомился в прошлый свой приезд. Меня опять подвела привычка к авто с левым рулём, — вместо водительского, я подошёл к пассажирскому месту

Ровно в час ночи по извилистой лесной дороге мы, наконец, подъезжаем к Ранадору — Замку на Лунной Тропе, как переводит это название его хозяин. Замерзшая в глубоком снегу неясными фантастическими силуэтами, проступает в ночной темноте какая-то техника. На фоне невероятно ярких звёзд, в свете полной луны вырисовываются контуры двух башен с островерхими крышами. Фары машин выхватывают из объятий мрака толстые каменные стены, загадочно взирающие на нас пустыми оконными и дверными проёмами. Свет фар гаснет, глаза снова привыкают к темноте, а вдоль стен «замка» скользит, колеблясь, голубой светлячок фонарика. Это сам хозяин Ранадора волхв Олег Мамаев спешит нам навстречу. Мы заключаем друг друга в объятия, и я представляю своих спутников. Достав вещи из машины, вносим их в уже знакомое мне помещение с железной печкой-буржуйкой и деревянными двухъярусными настилами для сна на десяток мест.

— Пока здесь два свободных места, утром шесть человек уезжают, поэтому трое переночуют сегодня в кухне, — тихо говорит Мамаев, чтобы не разбудить спящих. Сергей и Олег остаются здесь, а мы с доком и Мишей проходим через несколько подсобных помещений в кухню, где и укладываемся на матрасах на полу. Печь уже поостыла, а внизу особенно тянет холодом, поэтому спальные мешки и тёплые костюмы, купленные в Уссурийске, пригодились нам с первых часов пребывания в Ранадоре. Наш доктор непривычно молчалив, ещё бы! Для меня-то эта обстановка уже знакома. А вот каково ему после комфортабельных квартир и медицинских центров с уютными гостиничными номерами, где установлена современная итальянская сантехника, кондиционеры, тёплые полы, подвесные потолки и стены с приятной отделкой, выполненные по эскизам специально приглашённых дизайнеров. И вдруг сразу после всего этого оказаться в помещении, сложенном в тридцатых годах прошлого века из дикого камня, с большой печкой, штабелем дров подле неё и с неитальянскими «удобствами» на дворе, где около минус двадцати и порывистый ветер! Я уверен, что утром шок доктора усугубится, когда он узнает, что все его многочисленные дорогие телефоны здесь совершенно бесполезны, и на все попытки дозвониться ему звучит один и тот же ответ: «Ваш абонент находится вне зоны». Григорьевич и мобильные телефоны — это вообще особая тема, он может говорить о них часами. Однажды, выехав из Севастополя, он беседовал с одним абонентом, не вынимая из уха наушник, аж до момента въезда в Донецк, а это добрых четыре с половиной часа! И вот теперь никакой связи, полная радиотишина. Бедный доктор!

Утром я встаю около восьми, зная, что до общего подъёма ещё час, раздеваюсь до трусов и делаю пробежку босиком по чистому скрипучему снегу. Кавказская овчарка Ева вскакивает в своём вольере и начинает лаять.

— Ева, ты что, не узнала? — окликаю собаку, чтобы она не разбудила спящих. Мохнатая псина начинает радостно махать хвостом, как бы извиняясь. На высокой сосне, не обращая ни на кого внимания, деловито стучит дятел. Я здороваюсь с неутомимым трудягой, он в ответ лишь на несколько мгновений прерывает работу и снова принимается дробно барабанить по стволу. Пробежав вдоль длинного каменного здания, поворачиваю по накатанной дороге в тайгу. Здесь сбрасываю резиновые шлёпки и бегу некоторое время босиком, утопая в снегу выше колен. Деревья в этом месте в основном лиственные, на их оголённые кроны ложится свет поднимающегося из-за сопок солнца, морозный воздух необычайно чист и весь наполнен розовым сиянием утра. Останавливаюсь, с удовольствием обтираюсь рассыпчатым от мороза снегом, затем возвращаюсь к оставленным на просеке шлёпкам и бегом, потому что слегка замёрзли пальцы ног, возвращаюсь к дому.

С уезжающими встречаемся за завтраком. Последним к столу поспевает Рома, — крепкий добродушный собровец (СОБР — специальный отряд быстрого реагирования), с которым я знаком с прошлого раза. Тогда он приехал в Ранадор поблагодарить Олега, — ещё бы, впервые получил по стрельбе отлично!

Накануне он пожаловался Мамаеву, что снова отстрелялся на троечку, хотя все остальные зачёты — отлично.

— Это потому, что стрелять вас как следует не учат, — ответил Мамаев. — Пошли!

Отличное пейнтбольное оружие — такая же обязательная принадлежность Ранадора, как баня и спортивная площадка. Именно благодаря этому оружию, в близлежащих развалинах старых казарм отрабатывают своё мастерство собровцы перед отправкой в горячие точки. Там Мамаев обучает ребят, как остаться в живых и победить врага, как обнаружить в тайге или полуразрушенном здании затаившуюся засаду, и как уйти от преследования.

Вооружившись пейнтбольной винтовкой, Олег стал учить Рому стрелять совсем по-другому: не закрывая один глаз и не целясь, а навскидку, глядя на цель обеими глазами.

— Ты же не снайпер, который часами выслеживает свою жертву, и не стрелок в тире, ты — собровец! Идёт зачистка, противник может появиться в любую секунду и в любом месте, прищуриваться и целиться в такой обстановке у тебя просто нет времени. Поэтому ты должен чувствовать оружие, как продолжение твоего тела и использовать его мгновенно, а значит и цель обязан не только видеть, но и чувствовать. Ты парень тренированный, схватишь быстро!

— Ну, что сказали инструкторы? — поинтересовался Олег в следующий приезд Романа.

— Отругали за то, что стреляю неправильно, и похвалили, потому что все пули попали точно в цель! — радостно отрапортовал собровец.

Теперь Роме вновь понадобилась помощь, но уже другая.

— С суставами коленными возникли проблемы, — рассказал Мамаев. — Медкомиссия подготовила документы на списание по состоянию здоровья на пенсию, вот Рома и приехал ко мне.

— И что теперь? — спросил я.

— Да вот поправил ему колени, теперь бегать по-новому учится.

— Как это, по-новому?

— Так, чтобы суставы впредь не травмировать, то есть, не наступая на пятки, — пояснил Мамаев. — Посмотрим, что в этот раз скажут медики, думаю, рано ещё нашему Роме на пенсию.

— А как тот анастасиевец, всё ещё здесь живёт? — вспомнил я. — Чем он зимой занимается?

— Да ничем, — подключилась к нашему разговору Галя, жена Мамаева, — печку топит да книги читает.

— А знаешь, Олег, книга твоя у некоторых анастасиевцев популярностью пользуется, хотя ты и не очень лестно в ней о Мегре отзываешься.

— Хм, — лукаво заулыбался Мамаев, — я Владимиру Мегре, в общем-то, благодарен. Не будь его книг, так и одна из его «жертв» вряд ли ко мне попала бы...

— Кого ты имеешь в виду? Что за жертва?

— Да вот она, — кивнул Олег на свою супругу.

Я не успел расспросить, какая же связь между книгами Мегре и Галей, потому что вошёл Сабир и увёл Олега решать какие-то хозяйственные дела. Галя хлопотала тут же на кухне, поэтому я принялся расспрашивать её.

— Знаете, — начала свой рассказ Галя, — ещё со школьной поры и много лет подряд мне снился один и тот же сон, что я еду куда-то далеко, а вокруг горы и лес. Еду за рулем своего легкового автомобиля. Вообще, у меня была постоянная уверенность, что я уеду из родного города и буду жить где-то очень далеко от дома. Поэтому я с большой охотой отправлялась в любые путешествия, втайне надеясь, что найду то заветное место, которое видела во сне. Но год проходил за годом, а попасть в «то место» из сна не удавалось. Однажды мы с подружкой по горящей путёвке от профкома оказались на турбазе у берега Чёрного моря. На этой же турбазе размещались участники семинара по восточному боевому стилю «Винь-Чунь». Среди «восточников» был и ничем не примечательный бородатый парень в камуфляже, который стал выказывать мне знаки внимания. Звали того неприметного парня Олег Мамаев. Он даже сказал, что я стану его женой. Но мне, честно говоря, он «не показался», хотя адресами так, на всякий случай, обменялись и даже потом некоторое время переписывались.

Прошло шесть лет. И вот мне в руки попали книги Владимира Мегре об Анастасии. Эти книги не просто увлекли, они буквально перевернули моё сознание. Захотелось построить своё родовое поместье, самой сажать огород и жить на природе. Жутко захотелось не куда-нибудь, а именно в тайгу.

— Где белочки носят орешки, а волки с медведями нянчат счастливых детишек, — подначил я.

— Да. Я ведь жила в городе и не представляла, как на самом деле выращиваются овощи и фрукты, как ведётся всё хозяйство. Ну вот, тут я и вспомнила об Олеге Мамаеве. Написала ему, и выяснилось, что Олег так и живёт в тайге и готов встретить меня, если я надумаю приехать. Я рассчиталась с работы. А пока собиралась — грянула инфляция, и денег теперь наскребалось на дорогу только в один конец. Но я отчаянно — как в холодную воду — шагнула за порог родительского дома. И улетела во Владивосток.

— Но жизнь в тайге оказалась совсем не розовой сказкой? — угадал я.

— Да, — вздохнула Галя, — поначалу я вовсе приходила в отчаяние, плакала, часто просто хотела всё бросить, но Олег поддерживал меня, находил, как и чем утешить. Так что к Мегре у меня теперь двойственное чувство, с одной стороны — обида за фантазии, которые он выдавал за действительность, а с другой — благодарность за то, что эти же самые фантазии соединили нас с Олегом, что родились Олеся и Ян. Теперь я люблю наш Ранадор и просто не мыслю жизни в ином месте.

— Галя, а как тот сон, что «доставал» тебя много лет? — напомнил я.

— Месяца через четыре после моего приезда к Олегу, я пошла с одной из его учениц прогуляться и сфотографироваться в майском лесу, где все цвело и благоухало. Спутница отстала, и я обернулась, чтобы подождать её. И вдруг замерла на месте. Просека в лесу, зеленые вершины сопок, протекающая чистая речка и одинокое дерево вдруг «включили» образ того самого сна, и всё тело пронзила ясная догадка, в одно мгновение похолодившая и ум, и чувства. Подошедшая спутница, озадачено оглядев меня оцепеневшую, удивленно спросила:

— Что с тобой? — и тревожно оглянулась, не зверь ли вдруг объявился. Но дело было совсем в ином. Я вдруг всем существом поняла и почувствовала, что это именно то самое место, которое так долго являлось мне во снах. Вот такая история. После этого сон больше не повторялся, ведь он исполнился... — закончила свой рассказ Галя.

В кухне появился доктор, по его крайне растерянному виду можно было догадаться, что он уже пытался поговорить по своим телефонам. Но эта растерянность не помешала ему вспомнить о фирменных подарках, — игольчатых аппликаторах из цветной резины с впаянными в неё металлическими иглами из разных металлов, — меди, железа, цинка, серебра. Гордость доктора, продукция его предприятия, действительно имеет очень презентабельный вид, — коврики, валики, пояса, стельки, ленты и т.д. различных форм и назначений. Все с интересом сгрудились вокруг, рассматривая необычные «ёжики». Хотя в каждой упаковке имелась инструкция по применению, но, как и всякий изобретатель, Николай Григорьевич лучше самой подробной инструкции мог рассказать о любимом детище.

— Понимаете, мои аппликаторы сделают весь мир здоровым, без всяких лекарств и таблеток, — вдохновенно говорил доктор, — они пробуждают скрытые возможности организма, и человек выздоравливает безо всякой химии!

Часть изделий была подарена отъезжающим, часть осталась тут же на кухне, до вечерней демонстрации применения металлоигольчатых «ёжиков» на добровольцах.

Галя пригласила доктора к столу, а я, надев куртку, вышел на улицу. Олег с Мишей стояли на засыпанной снегом спортплощадке у макивары, представляющей из себя деревянный столб, вкопанный в землю с надетыми на него автомобильными покрышками. Мамаев объяснял нашему бойцу, как нужно правильно наносить удар, и как распределять при этом энергию. Я заметил, что некоторые из столбов сломаны у основания, хотя толщина их сантиметров по 20-30. Представил себе, насколько сильным должен быть удар, чтобы заставить деформироваться до предела автомобильную шину, а после этого уже на излёте иметь такой запас энергии, который ломает деревянный столб. Явно, что техника ударов отлична, скажем, от знакомой мне техники ударов в карате.

— А как отрабатывать удары в движении на скорость и точность? — спросил Миша.

— Это можно делать так, — Мамаев пошёл к куче сосновых и берёзовых чурбаков. Мы с Мишей последовали за ним. Выставив штук шесть чурбаков на снегу, на разном расстоянии друг от друга, Олег взял колун и показал, как, быстро перемещаясь и не делая ни единого лишнего движения, наносить точные молниеносные удары, после которых чурбаки разваливались надвое.

— У наших предков не было времени в спортзалы ходить, — комментировал волхв свои действия. — Многие приёмы оттачивались конкретной трудовой практикой, — рубкой дров, вспашкой земли, косьбой, молотьбой, строганием, пилением, не говоря уже об «упражнениях» кузнецов и лесорубов. Пробуй, — протянул он колун Михаилу, — сначала несколько чурбаков, потом постепенно увеличивай количество «врагов» и помни, что удар можешь по каждому нанести только один, реальный бой — это не кино, второго удара тебе нанести не позволят.

Миша тут же сбросил тёплую куртку и принялся устанавливать «Дровяную дорожку», как назвал это упражнение волхв. К Мише подошёл, заинтересованно глядя на его приготовления, уже позавтракавший доктор.

А мы с Олегом продолжили разговор.

— Надо бы и по боевому искусству книгу написать, — предложил я.

— У меня есть материал, — согласился Мамаев, — много интересных случаев из боевой практики.

— Ты говорил, что пришлось воевать в Африке? — вспомнил я.

— Мозамбик, Ангола, ещё Юго-Восточная Азия, Афганистан, Никарагуа, — неохотно перечислил бывший спецназовец, и было видно, что воспоминания даются ему нелегко. — Давай, потом, когда к следующей книге приступим...

Я кивнул в ответ — действительно, сначала нужно со спиной разобраться. А это дело серьёзное. Оглянувшись, я увидел, как Миша, делая быстрые перешагивания в низкой стойке, крушит деревянные чурбаки, а док снимает это на видео. Потом и Григорьевичу захотелось попробовать молодецкую забаву. Миша выставил несколько чурбаков и подал инструмент доку. Тот, недоверчиво усмехаясь, растерянно повертел орудие в руках, разглядывая его со всех сторон, а потом возмутился:

— Это же совсем тупой топор, как им дрова рубить? Наточить сначала надо!

Тут уже рассмеялись мы с Мишей и Олегом.

— Это не топор, Николай Григорьевич, — стал пояснять Михаил, — это колун, он не рубит, а колет.

— А колун не должен быть острым, — добавил Олег, — иначе колоть не будет.

— А как здесь с телефонной связью, это куда-то выезжать нужно на машине или можно на сопку подняться? — задал важный для него вопрос доктор.

— Можно сходить к реке, это недалеко, два километра, — пояснил Мамаев, — там уже берут местные операторы.

— А звери здесь водятся, тигры, волки? — осторожно осведомился доктор.

— Водятся, конечно, но вы их не бойтесь, идите спокойно, звери вас не тронут, потому что их тоже здесь не трогают.

— А как же охотники, — спросил док, — разве охотники сюда не забредают?

— В самом начале, случалось, захаживали, но я им объяснил, что в районе Ранадора охотиться не следует.

— И что, охотники сразу согласились? — недоверчиво спросил Григорьевич.

— У тех, кто не понял, в следующий раз пришлось ружья отобрать и разбить, и повторить, что в зверя я не стреляю, потому что мне его жалко, а иного двуногого, если он «заслужил», и наказать могу. Дошло. Теперь звери здесь себя в полной безопасности чувствуют.

Когда стемнело, затарахтел генератор, и в доме загорелись лампочки, заработали электроприборы. Настало время бани. По местному распорядку первыми в неё отправились женщины, через время Олег пошёл их врачевать.

А вот и наша очередь посетить сие неказистое строение. В предбаннике царил холод, в помывочном отделении ледяные капли конденсата падали на плечи с потолка, а в парилке проржавевшая стальная труба, вокруг которой в металлической сетке были засыпаны камни, пропускала дым. Старая, простоявшая десяток лет баня давно просилась на покой, тем более что фундамент новой уже был готов, осталось только подвезти деревянный брус и собрать постройку. Я подумал, сколько тысяч людей были исцелены в этой неказистой баньке, сколько негатива, болезней и горя впитали её одряхлевшие стены. Точно так же волхвы лечили и правили людей в подобных «мовницах» сотни и тысячи лет назад. Жаль, что теперь волхвов — буквально единицы во всём мире. И как здорово, что мне повезло быть знакомым с одним из них.

Вообще, когда утром мы с доком поднялись на второй недостроенный этаж «замка» волхва, то Григорьевич, оглядевшись вокруг, сразу сказал, что здесь нужно построить центр здоровья. Кто же спорит, только почему этот центр должен строиться руками всё того же Олега Мамаева, на его скромные заработки, разве забота о здоровье людей этого края, и вообще России, и других стран, — это только его задача? Почему он должен и лечить, и кормить, и строить, почему это, как сейчас говорят, «по фиг» тем, кто именно за это отвечает, получает зарплату, регулярно отчитывается на бумаге о «проделанной» работе по оздоровлению населения. Я видел, что добрый подвижник Григорьевич и сам бы взялся построить тут центр здоровья для блага людей, тем более что опыта у него в этом достаточно, но сейчас у нас на Украине жесточайший кризис.

В бане доктор предложил Мамаеву переделать печку, чтоб не дымила и сильнее грела.

— Да нет, этого уже никто делать не будет. Через несколько дней привезут брус, мы соберём новую баню, переселим в неё Банника, а эту просто сожжём, потому что здесь слишком много негатива. Он непременно должен быть уничтожен огнём, но только после того, как будет готова новая, людей ведь лечить нужно каждый день.

Олег Иванович был прав, — даже в эти дни, которые он объявил неприёмными, и сообщил, что его вообще не будет дома, даже сейчас каждый день приезжали пациенты. Где уж тут останавливать баню на ремонт печки.

Пока мы раздевались, а первые два человека отправились в парилку, целитель продолжил рассказывать об устройстве позвоночника, ведь кроме доктора, никто из нас с этим сложным механизмом человеческого организма знаком не был.

— Несколько слов об азбуке движений и терминологии — произнёс Мамаев, стягивая рубаху. — Если говорить научным языком, то позвоночник способен к движению в трёх плоскостях: фронтальной вертикальной, сагиттальной вертикальной или горизонтальной. Звучит, конечно, страшно, как, впрочем, и все научные, в том числе и медицинские термины. Но краткие анатомические справки необходимы. Не разобравшись, не понимая, как устроен позвоночник, мы не сможем определить, что с ним происходит, когда ощутим в работе какие-либо сбои и неполадки, а также чётко представить, чего нам нужно добиться. Кстати, это основополагающий принцип подхода к любому делу в ведовстве.

Бояться используемой мною научной терминологии не стоит, тем более что мы сделаем её простой и понятной. И в дальнейшем, прочитанные в специальной литературе или услышанные от медиков, эти научные термины покажутся вам старыми знакомыми, для общения с которыми не нужно тратить особенных усилий.

Итак, о плоскостях движения:

— Сергей, наклонись немного вперёд. Теперь немного назад. Видите, позвоночник совершил движение в сагиттальной вертикальной плоскости. Или по терминологии ведовской Живы — в Колесе, т. е. в плоскости, в которой вращается колесо телеги или автомобиля.

— Сагиттальной, созвучно слову «согнутый», «согбенный», так легче будет запомнить, — предложил я.

— Теперь, Серёжа, склонись вправо-влево.. Ты совершил движение во фронтальной вертикальной плоскости или Щите, — плоскости, в которой держат перед собой щит. А ну-ка, поверни голову влево-вправо. — Теперь шейный отдел позвоночника Сергея совершил движение в горизонтальной плоскости. В терминологии ведовского учения Живы эта плоскость называется Опояс, Пояс или Виднокрай. Вращение в этих трёх плоскостях ещё называется «Перунов крест».

Продолжим далее. Шейный и поясничный отделы, — костоправ показал на позвоночнике Сергея соответствующие участки, — гораздо подвижнее, чем грудной отдел. Это обусловлено соотношением между толщиной позвонков и дисков, а также натяжением связок. Однако большая часть вращательных движений совершается как раз в грудном отделе. На поясницу приходится около 80 % движения при наклонах вперёд, назад, в стороны, поэтому этот отдел так чувствителен к перегрузкам. Причем, примерно 20 % всех движений происходит между 4 и 5 поясничными позвонками и 60 % между 5 поясничным и крестцом.

Теперь пару слов о костях.

Кости нашего тела живые, обильно снабжаемые кровью и пронизанные нервами. В них происходит непрерывный обмен питательных веществ, в особенности минералов кальция, фосфора и витамина Д. Кстати, согласно древним постулатам Живы, именно кости накапливают Силу Хорса — энергию солнечного света, а современная биология в результате научных изысканий установила, что витамин Д вырабатывается нашим организмом в результате солнечной радиации.

— Подобно хлорофиллу в растениях, — прокомментировал Сергей.

— В костном мозге, который находится в более крупных костях, образуются клетки крови, играющие жизненно важную роль в иммунных реакциях и переносе кислорода по всему организму. Кости, соединенные между собой суставами и связками, образуют скелет, который поддерживает и защищает мягкие ткани и позволяет нам двигаться.

— Ну что, пошли, будем осматривать спины тех, кто уже пропарился, — кивнул мне Мамаев. — Чтобы написать правильно, тебе нужно всё своими руками потрогать. Хорошо бы ещё сколиозника «приличного» посмотреть, чтобы не менее третьей степени, может, кто подъедет, — предположил он, пока мы в темноте осторожно продвигались в парилку.

В парилке Мамаев проводит пальцами правой руки по позвоночнику Григорьевича и по ходу движения пальцев сразу говорит о нарушениях.

— Шейный отдел «подрихтовать» надо, в грудном сердечный позвонок зажат, позвонки расхлябаны, в поясничном беспокоят почки, повышенная сонливость, есть такое?

— Есть, — кряхтя, отвечает док.

— Ладно, пока правим грудной отдел, потом через день-два поясничным займёмся, а затем шейным, — решает ведун.

— Что означает термин «расхлябанные» позвонки? — интересуюсь я.

— Это когда какой-то позвонок зажат, а значит мало и плохо двигается, и тогда соседним позвонкам приходится компенсировать это повышенной подвижностью. Давай теперь ты, — предлагает волхв.

Я провожу пальцами по позвоночнику доктора, как это делал Мамаев, и к своему удивлению легко ощущаю изъяны позвоночника именно там, где он указал. Интересно, а если попробовать наоборот, у Миши, например, — сначала я попытаюсь найти нарушения, а потом целитель подтвердит или опровергнет мой «диагноз».

Волхв приступает к работе. В свете фонарика внимательно слежу за его действиями. Он надавливает на позвонки в определённых местах и в нужном ему направлении, иногда просто захватывает позвонок пальцами, что-то нащупывает, выдерживает некоторое время, потом снова что-то правит и вытягивает.

— Так, Григорьевич, теперь тихонько встаём и идём в предбанник, — Олег придерживает пациента, помогает ему слезть с полки и сопровождает в предбанник. — Теперь руки в замок за шеей, локти развести.

Когда док выполняет указание, целитель поднимает его вверх, обхватив борцовским захватом подмышки и шею. Слышен негромкий хруст. Потом Григорьевич меняет положение рук, теперь ладони лежат на шее, а локти направлены вперёд. Снова подъём, и снова слышен негромкий хруст грудных позвонков.

— Садимся и тихонько сидим, обтирая водой грудь и лицо, вот так, — говорит волхв и, усадив пациента на скамью, показывает ему, как и в каком направлении следует обтирать себя холодной водой из ковша.

— А почему нельзя сразу править весь позвоночник и в каком порядке это стоит делать? — спрашиваю я, когда мы возвращаемся в парную, где на верхней полке нас уже ждёт Михаил.

— Потому что это слишком большая нагрузка для организма больного. Видел, как аккуратно я проводил в предбанник Григорьевича? Человек может потерять сознание даже при небольшой правке. Есть определённая последовательность, — вначале грудной отдел, потом поясница, а затем шейный.

— А почему именно такая последовательность?

— Потому что в результате правки открываются каналы, сосуды, и если открыты одни, а другие закрыты, то может случиться избыточное давление, — инсульт, — терпеливо объясняет Мамаев.

Мы подходим к Мише. Теперь я сам первым хочу прощупать его позвоночник и определить нарушения. Учитывая его занятия самбо, боевыми искусствами и участие в боях без правил, таковых нарушений оказывается более чем достаточно.

— Вот здесь позвонок утоплен, — замечаю я.

— Значит, бронхи задеты, — поясняет целитель.

— А этот выступает.

— Лёгкие, — снова комментирует он мои действия.

— Здесь тоже непорядок, — продолжаю я.

— Это сердце.

— Кажется, позвонок ушёл немного в сторону.

— Правильно, сколиоз — подтверждает Мамаев.

Я вновь удивлён, что так легко нахожу нелады в позвоночнике, но потом догадываюсь, что это происходит от присутствия рядом волхва, в энергетическую ауру которого я попадаю вместе с пациентом.

— Давай, для примера, попробуем сразу за один сеанс все Мишины нарушения в грудном отделе исправить, — говорит Олег таким тоном, как будто править мы будем вместе. — Миша парень тренированный, крепкий, выдержит, — заключает он.

Я снова слежу в лучах фонарика за руками целителя. Кажется, те же движения, что и в предыдущей правке, но что-то несколько по-иному. Может быть, прихватив большим и согнутым указательным пальцем Мишин позвонок, он держит его чуть дольше, может ещё что-то, чего я не могу понять, а только чувствую, находясь в его поле.

— Завтра ему отработку ударов и «Дровяную дорожку» наверное, нельзя будет делать? — спрашиваю я с опаской за Мишу, который так рьяно сегодня крошил поленья и стучал по промёрзшим шинам.

— Почему нельзя, можно, я же ему замок поставлю, — успокоил Мамаев.

— Да, ещё в прошлый раз хотел спросить, что такое «замок»?

— Это когда мышца на нужном суставе блокируется, то есть вызывается искусственный её спазм, который не даёт позвонку с исправленного положения вернуться в прежнее, неправильное, — просто поясняет Олег Иванович.

— Долго ли действует этот замок? — интересуюсь у целителя.

— Месяца два, достаточно для того, чтобы закрепилась правка, — отвечает он.

А меня осеняет: так вот почему все предыдущие попытки мануальных терапевтов исправить мне сдвиг позвоночника оканчивались безрезультатно. Один даже воскликнул в отчаянии: «Тебя править бесполезно, мышцы, что доски, во-первых, не дают сдвинуть позвонок, а потом уже правленый позвонок снова на прежнее место возвращают, и вся работа насмарку!» Поэтому пациентов после такой правки позвонков заставляют беречься, ходить осторожно, нередко затягивают в специальный корсет, чтобы мышцы ненароком не вернули в уже привычное для них положение только что исправленный позвонок.

— Проверяй! — костоправ оставляет в покое хребет нашего бойца. Я опять провожу пальцами по грудному отделу позвоночника и не могу поверить своим ощущениям. Снова и снова провожу по спине Миши и единственное, что могу выдавить из себя, это восхищённо удивлённое: «Вот это да!» Ещё бы, позвоночная дуга идеальна, как новая! Всего через пятнадцать минут, в моём присутствии, без единого удара, скручивания или «ломки».

— Олег, как ты это делаешь? — ещё не оправившись от удивления, спрашиваю я.

— Это называется «лепка». Она применяется в работе, например, с позвоночной грыжей, с высокими стадиями сколиоза, когда позвонки не только искривлены, но ещё и развёрнуты вокруг своей оси. Процесс лепки — это вхождение в резонанс с больным позвоночником пациента и выравнивание его позвонков при помощи своего позвоночника, своих мышц. Я структурирую позвоночник больного, как бы размягчаю его, а руками уже «леплю», ставлю всё на место. А потом делаю «замок».

— Прямо мистика какая-то.

— Никакой мистики, обычная волшба, — заключает волхв.

Мы вдвоём помогаем нашему «боевому дровосеку» встать и выводим из парилки, поддерживая на всякий случай под руки. Я набираю ковш ледяной воды и после того, как Миша ровненько усаживается на скамейке в предбаннике, Олег Иванович обтирает его лицо и верхнюю часть груди.

— Ну, как себя чувствуешь, не тошнит, не мутит? — спрашивает он.

— Нормально, — отвечает стойкий Миша.

— Тогда держи ковш, обтирайся сам, можешь попить, — наставляет целитель. — А мы пошли, кто там у нас прогрелся следующий?

Меняются спины, меняются повреждения, я слежу за работой Олега и проверяю позвоночники до правки и после.

— А вот эти два позвонка как будто не совсем вправились...

— Верно, я их сдвинул, а окончательно они станут на место после вытяжки.

После «прямого общения» с позвоночником и с его дефектами посредством собственных рук, через личные ощущения, возник интерес глубже познакомиться с устройством этого уникального механизма, — человеческого позвоночника. После бани, пока работает генератор, я снова окунаюсь в текст лекций волхва.

Утром я, как обычно, вернулся с зарядки и стал одеваться. Док тоже проснулся и направился на улицу, — спал он в своём любимом тёплом охотничьем костюме, лёжа поверх спального мешка. Григорьевич ещё не успел выйти, как за его спиной раздался треск дерева, грохот, и Олег, спавший над доком, рухнул вместе с дощатым настилом на место Григорьевича, тут же провалился сквозь него и оказался сидящим на цементном полу в куче сломанных досок и матрасов вперемешку со спальниками. На шум вбежал Сабир и долго дивился случившемуся, потому что нары эти уже лет десять стоят, и никогда ничего подобного не происходило, хотя порой на верхних ярусах лежали мужики и потяжелее Олега. Больше всего радовало то, что доктор успел вовремя покинуть ложе. Я мимоходом подумал, что происшествие с нарами, видимо, сулит нам нарушение каких-то планов.

В этот день Дима собирался в районный центр, и мы с доком решили поехать с ним. Я хотел купить себе спортивную сумку и фонарик, а док истосковался по связи с внешним миром. Едва мы покидаем «зону телефонного безмолвия», как доктор принимается звонить всем друзьям, знакомым и сотрудникам. Но это ещё мелочи. Самое главное, чем больше мы удаляемся от Ранадора и приближаемся к цивилизации районного масштаба, тем чаще в перерывах между звонками начинает «оживать» тема мирового сионизма, как-то угасшая было в поместье волхва. Хорошо, что сейчас не ночное время, дорога чистая от снега, а встречных машин совсем мало, поэтому никаких последствий от «камланий» дока на иноприродную силу у нас не произошло. Так мне казалось.

В районном центре мы остановились у рынка. Дима пошёл за покупками, и мы с доком решили пройтись по ларькам и магазинчикам. Учитывая, что было седьмое января, православное христианское Рождество, базар совсем никакой, да и большая часть магазинов закрыта по случаю праздника, я решил, что мы возвратимся к «Сурфу» быстро. Так бы оно и было, если бы.

Довольно скоро обойдя скудный базарчик, мы вошли в киоск, где скучала симпатичная большеглазая девушка. Купив у неё сувениры, мы уже вышли на улицу, как вдруг доктор увидел цветочный ларёк, и его осенила мысль доставить неожиданную радость этой девушке. Доктор вообще по своей натуре очень щедр и романтичен, и любит делать людям приятные сюрпризы.

— Я куплю цветы, пусть ей станет немного радостнее в этот скучный день, — предложил док, и мы вошли в дверь под вывеской «Цветы». Лучше бы я вошёл туда один. Продавщица цветов оказалась из того разряда людей, которые считают себя верующими, но со святыми писаниями знакомы понаслышке и толком даже не знают, почему одна часть христиан празднует Рождество на тринадцать дней раньше другой. Женщина принялась поздравлять нас с праздником Рождества Христова. Я ей пояснил, что этот праздник был заимствован христианами из древних культов почитания, скажем, в Египте — Осириса 6 января, в Греции — Диониса 6 января, в Иране Митры — 25 декабря, а у нас — Коляды. Наши предки праздновали Рождество Коляды, начало нового солнечного года, после того, как закончилось зимнее солнцестояние и прекратилось удлинение ночи. Это праздник победы Светлых сил над силами Тьмы, и он соответствует 25 декабря. Празднование Рождества Христова 7 января появилось у славян после разделения христианской церкви на католиков и православных и введения нового Григорианского календаря, у которого разница со старым Юлианским составляет 13 дней.

Это была ещё одна моя грубая ошибка. Григорьевич тут же оседлал своего любимого масонского «конька». Его понесло так, что на какое-то время он забыл и о цветах, и о девушке, сосредоточившись на мысли, что «нам же историю подменили, всё совсем не так было, и Писание говорит не о том, о чём нам твердят...» В общем, остановить его уже было невозможно, тем более что женщина с величайшим интересом слушала этого респектабельного седобородого мужчину. Напоминание о цветах и девушке ничего толком не исправило, только на несколько минут отвлекло дока для вручения букета, и всё продолжилось. Минут через двадцать я побрёл к «Сурфу».

— Дима, это очень надолго, что будем делать? — сообщил я неутешительную весть.

— Плохо, нам ещё за электродами съездить, а также на овощную базу успеть, — отвечает «сталкер». Минут десять мы сидим в раздумье.

— Есть идея, я попрошу Григорьевича помочь мне в выборе сумки и фонарика, он не откажет, — решаю я и выхожу из машины.

Хитрость, хоть и с трудом, удаётся: я увлекаю дока в магазин метрах в пятидесяти от рынка. Здесь мы покупаем фонарик, и я тяну его дальше ещё метров пятьдесят, там мы выбираем сумку. Возвращаясь к машине, я все время твержу, что нам нужно спешить, что овощная база скоро закроется. Вот мы и в машине, Дима поворачивает ключ зажигания и... доктор со словами «ой, я ей забыл сказать», выскакивает из «Сурфа». Подождав немного, я снова иду увещевать дока. Бесполезно, всяческие доводы о том, что нас ждут, что ещё нужно купить продуктов, а база скоро закрывается и т.д. никакого эффекта не имеют. Загипнотизированный восхищённым вниманием цветочницы к своим пламенным речам, Григорьевич уже не в состоянии прервать сладчайший миг триумфа. Я снова возвращаюсь к «сталкеру» ни с чем. Времени уже практически нет, — или мы уезжаем немедленно, или нам уже вообще торопиться некуда. Но как мы объясним в Ранадоре всю глупость ситуации? Остаётся только одно решение — силовое. Я выхожу из «Сурфа», а Дима заводит двигатель.

В цветочном ларьке ничего не изменилось, как будто время здесь не властно: всё то же восторженное лицо женщины с широко открытыми глазами и вошедший в раж док, вдохновенно вещающий о кознях треклятого сионизма. Какие тут могут быть продукты и овощная база?

— До свидания! — грубо прерываю я идиллическую беседу. — Мы очень спешим, опаздываем! — хватаю Григорьевича за руку и тащу из ларька. Женщина второпях на толстом журнале пишет свой телефон и адрес и суёт ему вдогонку. Я упорно продолжаю тащить упирающегося доктора, причитающего заклинание «я не всё сказал», к работающему «Сурфу». Едва мы касаемся сидений, как смышленый «японец» тут же срывается с места. Некоторое время я с опаской поглядываю назад, — на площади стояла машина с двумя патрульными. Нет, нас никто не догоняет, уф, пронесло, наверное, подумали, что друзья забирают своего перебравшего товарища. А док сидит теперь такой смирный, что не верится, и когда мы перед самым закрытием подъезжаем к овощной базе, он приступает к своему второму любимому делу — разговорам по телефону. Замечательно, это надолго, мы с Димой отправляемся на базу и спокойно берём всё по списку, которым нас снабдила Галя.

На обратном пути «сталкер» легко ведёт железного коня по лесной дороге, попутно читая следы на глубоком снегу. Кажется даже, что разумный «Сурф» сам бежит по знакомой дороге, не мешая хозяину разбираться в хитросплетениях звериных следов.

— Вон, справа, косуля! — кричит Дима, указывая рукой в тайгу. Мы смотрим туда и видим большую красивую в своём испуганном изяществе косулю, которая лёгкими прыжками летит через заросли и кусты справа от машины. Мы замедляем скорость. Животное обгоняет нас.

— Сейчас она на дорогу выскочит, — предполагает Дима. В самом деле, косуля устремляется к прочищенной трактором дороге нам наперерез, ещё миг — и она побежит не по рыхлому снегу, а по твердому мерзлому покрытию. Но в последний момент чуткое животное вдруг делает великолепный огромный прыжок и, распростершись в воздухе, перелетает на левую сторону дороги. Там, где передние ноги животного должны были коснуться заснеженной земли, оказалась впадина. Косуля с размаху влетает в сугроб, кувыркается по рыхлому снегу, взбив его белыми фонтанами и, вскочив на ноги, скрывается в зарослях.

— В прошлую зиму было очень много снега, полтора-два метра, пищу таким животным, как косули и олени, добыть было трудно, многие погибли, — принялся рассказывать Дима, — обессиленные косули выходили прямо на дорогу. Вначале бежит впереди машины, потом переходит на шаг, а после и вовсе падает на снег. Тогда я выхожу, подбираю их и, положив в «Сурф» отвожу в Ранадор. Там мы их выкармливали. Одна, помню, беременная оказалась, совсем плохая была. Постепенно выходили, уже есть хорошо стала, и вдруг умерла. Сделали вскрытие, оказалось, что у неё два плода было, и один умер, видимо, она ударилась где-то животом, убегая от хищника, плод стал разлагаться, и она погибла. Дети очень плакали. Суровая была зима, — заключил «сталкер».

В Ранадоре уже не чаяли нашего возвращения, давно прошли все расчётные сроки, начало смеркаться.

— Что там опять придумал этот Дима? — Возмущалась Галя, когда мы принялись сдавать ей продукты. — Куда это он вас возил? Уже собирались отправлять «Тирано» навстречу, хотя бы до речки, где появляется связь и можно, по крайней мере, созвониться и узнать, что же с вами стряслось! — вычитавала строгая хозяйка Ранадора.

— Галя, ты не поверишь, но на этот раз Дима ни при чём, — ответил я устало. — Нас сегодня задержал совсем не он, а мировой сионизм.

— Кто? — Глаза Гали округлились от удивления, потому что до сей поры в местной тайге зверя со столь странным именем не водилось. — Это как же? — спросила она.

— А вот так, — и я начал свой рассказ, усевшись на лавку за большим столом в кухне.

— Да, — печально вздохнула Галя, после того как я поведал о наших приключениях, — жалко Григорьевича.

— Хорошо, что «Сурф» не простой автомобиль, а хозяин его — «сталкер», напитанный духом Ранадора, а то неизвестно, чем бы это взывание к сионистским духам для нас кончилось, — заключил я, припомнив наш «полёт» в сугроб на «Тирано».

— Хм, значит, будем лечить доку не только позвоночник, — задумчиво сказал волхв, который тоже слушал мой рассказ.

За ужином доктор привычно затянул песнь на больную тему, горячо клеймя сионистов во всех своих и мировых бедах.

— Когда наша группа спецназа после выполнения задания уходила по джунглям от преследования — вдруг заговорил молчавший до этого Мамаев, — я в спешке не заметил растяжки. Грохнул взрыв, — большую часть осколков принял на себя кивларовый бронежилет, лицо я каким-то чудом успел прикрыть рукой, и осколки вошли вот сюда, — Олег показал шрамы на левом предплечье и выше локтя. — Но взрывом меня отшвырнуло на несколько метров, и так садануло спиной о ствол красного дерева, что лопнули позвонки, и спинной мозг зажало в трещине. — За столом все замолчали, потому что Олег Иванович обычно не любит рассказывать о «той» своей жизни. — Ребята сразу всадили мне противошоковый укол и потащили на себе. — Мамаев помолчал, а потом, повернувшись к доку, продолжил. — Так вот, Николай Григорьевич, восемнадцать километров, по джунглям, уходя от преследования, меня тащили на своих плечах еврей и таджик. Случись с ними такое, я точно так же тащил бы их. Знаете, я за этого еврея и этого таджика любому глотку перегрызу, потому что мы делали одно дело, одну мужскую работу, они — мои боевые побратимы, как Дима, как Рома, как другие ребята. — Олег замолчал, видно было, что ему нелегко вспоминать прошлое.

— Это была Африка? — спросил я после паузы.

— Юго-Восточная Азия, — тихо ответил Мамаев.

— А что было потом? — спросил ещё кто-то.

— Я очнулся уже на катере. Потом госпиталь в Хабаровске, где пролежал девять месяцев и изгрыз от боли не одну подушку. — Олег замолчал. Молчал и доктор, явно обескураженный неожиданным поворотом в разговоре.

— Понимаете, Григорьевич, — продолжил Мамаев, после долгого молчания, — почему-то мне мировой сионизм не смог помешать, когда я решил стать боевым офицером и защищать свою родину. Он мне не помешал и после того, как я стал инвалидом, вытащить себя из недуга и стать на собственные ноги, а не на костыли. А когда я вернулся в родной город и увидел, как процветают бандитские шайки, поделив город на свои вотчины, как спивается молодёжь и разрастается наркомания, а мальчишки пополняют тюрьмы, я не стал проклинать ни сионистов, ни кого-то ещё. Я просто организовал клуб для молодёжи, где мальчишки и девчонки учились единоборствам и прыжкам с парашютом, а также умению работать с деревом и металлом. Никому не нужные мальчишки, которым уже высвечивалась дорога в эти самые шайки, руководимые уголовниками, а оттуда прямиком в тюрьму, эти ребята начали наводить порядок сначала в одном районе города, потом в другом. Затем они сами стали преподавателями и тренерами, руководителями кружков в клубе. Сейчас они приезжают ко мне, привозят своих детей, которые называют меня «дедом», и я счастлив. И ничего воспеваемый вами мировой сионизм не может нам сделать. Так почему вам он мешает, а мне и моим ребятам нет? Почему, если я хочу заниматься с ребятами, лечить людей, то я это делаю? Вы рассказывали, что у вас есть спортзалы и медицинские центры, приватизированы целые комплексы с общежитиями и учебными классами, у вас есть средства и вот такие боевые ребята, как Миша, так в чём же дело, почему вы не делаете то, что делали мы с ребятами, не имея ни денег, ни помещений?

— Наверное, проклятый сионизм не хочет поставить печать и одобрить решение Григорьевича, а без него никак, да? — съязвил прямолинейный Сергей, а потом добавил: — Я всегда думал, что человек, прежде чем браться за решение мировых проблем и всех учить, как правильно нужно жить, должен вначале наладить свою жизнь и своей семьи и показать на её примере, как быть счастливым.

— Да я вообще-то счастливый человек, — стал растерянно оправдываться доктор, — я очень счастливый человек: у меня отличная семья, дети, просто. ну, как сказать, в общем, за мир обидно, что ли..

— А я вот ещё о чём думаю, все эти «измы» во многом подобны скандальной поп-звезде, — сказал я. — Если о ней перестанут говорить, то она «погаснет», никто не пойдёт на её концерты, и она, чтоб не помереть с голоду, будет вынуждена идти мыть посуду. Пристальное внимание как раз и питает «измы» своей энергией, благодаря миллионам подобных «борцов» они-то и живы. А займутся «борцы» своим настоящим делом, для которого каждый пришёл в этот мир, тогда и мировому сионизму придётся идти «посуду мыть».

На этом разговорам о мировом сионизме был поставлен жирный крест. Больше доктор данную тему не затрагивал.

Когда в следующий раз пришёл черёд бани, я случайно услышал разговор двух женщин, вернувшихся после правки Мамаева.

— Я ведь врач, — говорила, не скрывая удивления, одна из них, — и могу сказать, что при помощи аппарата Илизарова за месяц нога удлиняется на один сантиметр, но мне сейчас за несколько минут Олег Иванович вытянул ногу на два сантиметра, это же невероятно! А вы его откуда знаете?

— От своей коллеги по работе, — отвечала вторая. — Водитель, с которым она ехала, решил быстрее проскочить железнодорожный переезд, машину сильно подкинуло, и она ударилась головой в потолок кабины. После этого стали мучить постоянные головные боли. Прошла обследование и выяснилось, что у неё сдвиг шейного позвонка. Врачи ничего сделать не смогли, работу пришлось оставить, только боли-то от этого никуда не подевались. От кого-то она узнала про Мамаева, приехала, он позвонок ей на место поставил, теперь снова работаем вместе. Тогда и я со своими болячками сюда подалась.

Вскоре идёт «баниться» мужская смена. На этот раз я не только проверяю позвоночники до и после лечения, но и помогаю целителю при вытяжке ног.

— Придерживайте с Сергеем таз Олега с двух сторон вот так, чтобы не двигался, а я начну ему суставы вытягивать. — Мамаев показал нам, как мы должны удерживать лежащего на спине Олега. Я снова при свете фонарика слежу за действиями волхва и снова не замечаю ничего особенного, но теперь лучше ощущаю некую его внутреннюю работу. Разминая поочерёдно суставы правой ноги пациента левой рукой, правой он одновременно потягивает ногу ниже сустава. Кажется, ничего не изменилось после проделанных манипуляций, но сравнив пятки обеих ног, обнаруживаем, что правая нога стала сантиметра на полтора длиннее. Снова обычная волшба.

В тот же день, когда удалось вылечить Григорьевича от мирового сионизма, в Ранадоре появился больной с сильным сколиозом четвёртой степени, вернее больная. Четырнадцатилетняя Аня из Южно-Сахалинска. Одно плечо ниже другого, одна нога короче, так что девочка заметно прихрамывала. Было видно, что даже просто сидеть ей больно. Мама Ани с некоторым страхом восприняла спартанскую обстановку Ранадора, видимо, ожидая увидеть обитель знаменитого целителя гораздо более комфортабельной.

— Здесь ведь нет даже элементарных условий! — восклицала она.

Но папа отнесся к обстановке совершенно спокойно.

— Подумаешь, — возразил он супруге, — в армии и не в таких условиях ночевать приходилось. Спать есть где, дров хватает, чего ещё надо?

Оставив Аню, родители уехали.

Я сфотографировал спину девочки, чтобы было с чем сравнить после лечения. Спина как с рисунка-схемы в лекции о сколиозе. Правое плечо опущено, левое поднято, у линии таза наоборот, — правая сторона выше, а левая ниже. Грудная клетка справа образует ярко выраженный «горб». К тому же таз несколько повёрнут в вертикальной оси вперёд, а плечи и грудная клетка назад, так что тело девочки как бы скручено наподобие шурупа. Соответственно мышцы спины, поясничного и тазобедренного отделов правой и левой стороны развиты непропорционально. Справа талия резко обозначена, будто перетянута невидимой верёвкой, а слева её линия почти незаметна.

И всё же, когда я взглянул на рентген-снимок позвоночника Ани, мне стало по-настоящему не по себе. Одно дело внешний вид, и совсем другое, когда видишь «без прикрас» сам позвоночник — неестественно изогнутый, со скошенными деформированными позвонками. Ни ходить, ни стоять, ни сидеть ровно девочка, естественно, не могла. Неужели это можно как-то исправить?

Посмотрел Аню и доктор. Он сказал, что в таких случаях единственный выход — операция, но она очень сложная и дорогая.

— А самое главное, — заключил доктор со вздохом, — что человек после операции остается инвалидом на всю жизнь. Ведь через брюшную полость врачам необходимо будет «добираться» до позвонков, сверлить и устанавливать штифты для вытяжки позвоночника. Кроме вытяжки ещё нужно повернуть позвонки вокруг вертикальной оси. В общем, операция и технически очень сложная, и по средствам дорогая, — снова повторил док.

— Врачи уже предложили Аниным родителям операцию, и цену сказали, 120 тысяч долларов, — уточнил Мамаев.

Здесь между целителем и доктором началась профессиональная беседа о хирургических методах лечения сколиоза, и мне оставалось только «оживлять» все эти жуткие вещи в своём «внутреннем» компьютере.

— Самым простым и надёжным методом считается имплантация стержня Харрингтона, — пустился в рассказ об истории операций Мамаев. — Этот метод был разработан хирургом Полем Харрингтоном из Хьюстона в 40-х годах XX века и успешно используется поныне. Хирург делает на спине срединный разрез, вводится специальный состав, уменьшающий кровотечение из мягких тканей, затем мышцы скрепляются специальными зажимами, и открывается позвоночник. Далее техника выполнения зависит от вида искривления.

При С-образном искривлении, открыв позвоночник, врач его выпрямляет (вытягивает). Для этого к позвонкам, находящимся в верхней и нижней точках искривления, крепятся L-образные металлические крючки с отверстиями на одном конце. В отверстие вставляется аутригер — стержнеобразное устройство, действующее по принципу домкрата. Поворачивая аутригер, удлиняют стержень и выпрямляют позвоночник.

Одновременно подготавливают позвонки к наложению костного трансплантата. При декортикации (удалении коркового слоя) обнажают нижний губчатый слой кости, из которого выделяется кровь — очень важный компонент, способствующий сращиванию позвонков с костным трансплантатом. После этого аутригер удаляют и вставляют в отверстие крючков новый стержень со специальными механизмами — храповиками с промежуточным звеном — «собачкой», с их помощью хирург производит коррекцию положения позвоночника. Затем с помощью специальных инструментов с бедра или рёбер берут материал для костного трансплантата.

Хирург, отодвинув мышцы, охватывающие бедро или ребро, снимает костную стружку, для чего кость делят на сотни узких полосок, которые затем укладывают крест-накрест на деформированные позвонки.

После уложения костной структуры снимают зажимы, удерживающие мышцы во время операции, расправляют мышечные и другие ткани на новом выровненном позвоночнике, закрывают раны и отправляют больного в палату. Вся операция обычно занимает 3-4 часа.

Костная структура сращивается с позвонками в единую сплошную кость через 6-12 месяцев у взрослых и через 4-6 месяцев у подростков. После такой операции необходимо минимум 4-6 месяцев носить жесткий корсет.

При искривлениях, трудно поддающихся коррекции, вводят два стержня: один — Харрингтона — на вогнутой стороне для вытяжения позвоночника, а другой — компрессионный — на выпуклой, для стягивания искривлённых сторон позвонков.

Это позволяет обеспечить более точную коррекцию сколиозного искривления, чем при использовании только одного стержня, — заключил волхв.

— В настоящее время используются десятки различных методов хирургической коррекции при сколиозе, и у каждого из них свои преимущества и недостатки, — заметил доктор.

— Впервые в мире успешную операцию по созданию искусственного межпозвонкового анкилоза провёл хирург-ортопед из нью-йоркской ортопедической клиники Гиббса в 1911 году. В качестве анестезирующего средства он применял капельный эфир, от которого пациент не всегда засыпал. В то время не было ни антибиотиков, защищающих от инфекции, ни заменителей крови, не существовало еще ни стержневых и проволочных фиксаторов, ни приспособлений, позволяющих удерживать позвоночник в прямом положении во время операции, — продолжил волхв. — Неудивительно, что современники считали его идеи сумасбродными, хотя сегодня хирурги, специализирующиеся на операциях позвоночника, идут практически по пути, проложенному Гиббсом. Хотя его операции не были столь сложными и высокоточными по технике, как современные методы.

Гиббс сращивал одновременно 2-3 позвонка с помощью костной стружки, снимаемой с позвоночника. Срастив 2-3 позвонка во время первого этапа, Гиббс закрывал рану и надевал на больного корсет на 6-8 недель, в течение которых больной оставался в клинике. Следующим этапом сращивалось еще 2-3 позвонка, и вновь одевался корсет. И так до полной коррекции и сращивания всех позвонков. В среднем это занимало около года.

— Сегодня наиболее близок к описанному методу приём, когда для соединения двух позвонков вживляется фрагмент бедренной кости. Часто для фиксации и предотвращения дальнейшей деформации используются штифты и винты, — дополнил Григорьевич.

— Я уже говорил, что самым простым и надёжным методом считается имплантация стержня Харрингтона, — опять продолжил Мамаев. — При хрупких костях крючки стержневого имплантата, крепимые к позвонкам, проходят через них. Во избежание повреждения костей, многие хирурги пользуются проволочными фиксаторами, выполняемыми различными способами.

— В некоторых случаях, — добавил док, — проволочные тросики пропускают через нервный канал, а затем обматывают ими стержень. В других — просверливают маленькие отверстия в остистых отростках позвонков, пропускают через отверстия проволоку и обматывают стержень. Этот способ в различных его вариациях считается самым надёжным, так как проволока не проходит через спинномозговой канал. В большинстве случаев при удалении стержня обеспечивается 60 % выпрямление искривления.

— Почему же не устраняют искривления совсем? — изумился я.

— Да потому что под остистыми отростками находится толстый канал спинного мозга, состоящего из высокочувствительной нервной ткани, по которой мозг передаёт информацию различным органам и получает информацию от них, — пояснил Мамаев. — А спинной мозг не терпит никакого насилия над собой, даже самого незначительного. Соответственно, выпрямление сколиозного искривления — очень рискованная операция. И не важно, какими методами это достигается — хирургическим вмешательством, вытяжками или мануальными приёмами. Об этом всегда нужно помнить.

— При поражении спинного мозга в результате неосторожных или неверных действий врача-хирурга, мануального терапевта, возможна параплегия — паралич нижней части туловища и нижних конечностей или неполный паралич, при котором нарушается функция одной нижней конечности. При резком растяжении спинного мозга, что может иметь место при хирургическом или костоправном вытяжении позвоночника, может быть нарушено кровообращение спинного мозга, также ведущее к параличу, — тут же подхватил доктор.

— Поэтому чрезвычайно опасны резкие встряхивания позвоночника, используемые в качестве приёмов некоторыми двух-трёхмесячными «спецами»-мануальщиками, при таких приёмах сохраняется риск нарушения или даже разрыва спинного мозга.

Именно поэтому я и повторяю постоянно — пользуйтесь услугами хороших специалистов. Только хороший специалист сможет определить величину безопасного усилия, необходимого и допустимого на конкретном позвоночнике. Это возможно только интуитивно и не просчитывается ни математическими формулами, ни «астрально-космическими посвящениями», — заключил волхв. — Вытяжение — это своего рода искусство.

— А есть ещё какие-то виды операций при сильном сколиозе, может, что-то погуманнее, помягче что ли? — с надеждой спросил я у «спецов».

— Подобен методу Харрингтона и имплантат, состоящий из двух L-образных стержней и очень большого количества проволочек, проходящих через позвоночный канал. После того, как стержни обмотаны проволочками и стянули позвоночник, концы проволочек закручиваются, загибаются вниз. Стержни размещаются между остистыми и поперечными отростками позвонков — т.е. на позвоночник как бы накладывается шина, стянутая проволочками, и точно так же делается костный имплантат, — «успокоил» меня Мамаев. — Хотя после операций по этому методу фиксация лучше и нет необходимости носить жесткий корсет, вероятность поражения спинного мозга значительно выше, так как через спинной мозговой канал пропускается большое количество проволочек. При всём его достоинстве, особенно при лечении больных с неврологическими расстройствами и расстройствами, обусловленными мягкостью позвоночной кости, остеопорозом, этот метод даёт меньшую площадь участка костной трансплантации, т. е. и меньшую площадь сращивания, и очень высокую вероятность поражения спинного мозга.

— Ну спасибо, — грустно пошутил я, — как говорится, «хрен редьки не слаще».

— Метод Котреля-Дюбуссе, который начали применять в 1984 г., по надёжности не уступает методу Харрингтона, а по прочности — методу, использующему два стрежня и большое количество проволочек, — продолжил просвещать меня Олег. — При этом методе вместо двух крючков вверху и внизу искривления, используется несколько крючков, размещаемых вдоль позвоночника, и стержень L-образной формы, закрепляемый с вогнутой стороны. После его закрепления хирург делает деротацию (развёртывание) позвоночника при его вытяжении. Для фиксации стержня, который держится на крючках, используют малые винтики, что позволяет обеспечить заданное положение позвоночника после коррекции. Затем для компенсации выпуклой стороны вводится второй стержень. Оба стержня удерживаются с помощью соединительных стержней меньшего размера, которые, пересекаясь с основными стержнями, образуют прямоугольник. Затем так же накладывается костная стружка. После операции по этому методу носить корсет нет особой нужды.

Описанные методы вроде бы более привлекательны, хотя бы из-за того, что они бескорсетные, однако нужно не забывать, что они связаны с вхождением в позвоночный канал. Для выполнения этих операций требуется высокий уровень мастерства хирурга, да и не для каждого больного можно их рекомендовать.

Метод Двайера разработан австралийским хирургом-ортопедом Аленом Двайером в 60-х годах уже прошлого ХХ века для лечения больных со сложным искривлением. Вместо вытяжения позвоночника и сращивания всех позвонков, он предложил удаление нескольких межпозвонковых дисков в верхней части искривления. Образовавшееся пространство заполняется костным трансплантатом, что позволяет обеспечить деротацию и выпрямление позвоночника.

Операция по этому методу выполняется в положении больного лёжа на боку. Открыв позвоночник (для чего удаляют ребро и часть реберного хряща и отводят в сторону внутренние органы), удаляют диски между позвонками в верхней части искривления. Затем на боковой половине каждого позвонка, составляющего искривление, крепится маленький металлический колпачок с отверстием в центре. В это отверстие вставляется винтик, который закручивают в центр позвонка. То же и на остальных позвонках. Затем в отверстия головок винтиков вставляется гибкий металлический тросик, а пространство, занятое ранее дисками, заполняется костной стружкой, снятой с удалённого ребра.

С помощью специального устройства тросик туго натягивается, стягивая позвонки, и позвоночник выпрямляется. Чтобы повысить надёжность тросика, обжимают головки винтиков на концах тросика, затем возвращают все органы в исходное положение и закрывают рану.

В зависимости от типа искривления, хирург проводит сначала деротацию, а затем во время следующей операции, через 7-14 дней — выпрямление позвоночника.

В некоторых случаях обязательно ношение в течение 4-6 недель после операции корсета.

Метод Цильке во многом похож на метод Двайера, но здесь вместо тросика используют гибкий стержень, а с помощью особого инструмента деротация позвоночника осуществляется сравнительно легко, одновременно с его выпрямлением. Гибкий стержень пропускается через отверстия в головках винтиков, вставляемых в позвонки.

Методы Цильке и Двайера по-разному оценивается врачами-ортопедами по степени риска и эффективности. Одни утверждают, что подобные операции оправданы лишь в некоторых случаях (например, при острых прогрессирующих формах сколиоза и при очень сильном искривлении) и могут быть рекомендованы больным с неврологическими расстройствами, обусловленными сколиозом, но не оправданы в обычных случаях. Так как при доступе к позвоночнику со стороны живота, бока, операция продолжается дольше и хирург работает в непосредственной близости к основным органам, то значительно повышается риск длительных осложнений.

Другие считают, что эти операции оправдывают себя при искривлении порядка 40-70°, при них сокращается площадь вмешательства, если вынуть два диска и создать искусственный анкилоз между тремя позвонками, то во многих случаях искривление можно свести к нулю. Качество коррекции по этим методам выше. Несмотря на рассечение большого участка и также смещение внутренних органов, больные чувствуют себя хорошо, кровопотери невелики, больные испытывают не столь острую боль, как при операции по Харрингтону и Котрелю-Дюбуссе.

Степень риска меньше, вероятность паралича ниже, чем при других операциях, так как искривление не удлиняется, а укорачивается и, следовательно, спинной мозг не растягивается. Вероятность осложнений значительно ниже. По крайней мере, при одиночном люмбальном или одиночном торако-люмбальном искривлениях более 45° эти операции более оправданы.

— Стоп, учёные мужи, так это что же получается, если удаляются межпозвонковые диски, и позвонки сращиваются, то позвоночник перестаёт гнуться, как будто человек аршин проглотил? — возмутился я последствиями искусственного сращивания позвонков.

— Хм, конечно это будет уже не полноценный позвоночник, — согласился док, — но зато больной избавляется от чрезмерной и постоянно прогрессирующей кривизны позвоночника, сдавливания и деформации внутренних органов. Хотя, как я уже говорил раньше, любая операция при сколиозе всё равно влечёт за собой инвалидность.

— А конкретнее, в чём это проявляется? — уточнил я у доктора.

— В том, что сильные боли, отёки, спазмы, будут преследовать человека постоянно, — тяжело вздохнул док. И добавил: — Когда удаляются диски, корешки выходящих из позвоночника нервов могут зажиматься, а это боль. Кровоснабжение позвонков вообще дело тонкое, а тут оно нарушается в результате их сращивания, вот вам отёки и спазмы. — доктор расстроено махнул рукой. Я тут же вспомнил Аню и подумал, какая страшная участь ждёт её в случае операции. Одно дело теоретические рассуждения, а другое конкретный живой человек, тем более ребёнок. Ведь, как пояснил доктор, человеку после операции нельзя не только бегать, но и много ходить, не говоря уже о какой-то нагрузке на позвоночник, лишённый амортизирующих дисков. Жизнь инвалида с четырнадцати лет и никаких просветов в будущем, естественно никакого спорта, туризма, да вообще никакой активной жизни! Обидно слаба наука в области здоровья!

— Понятно, в двадцать первом веке не намного большего достигли в этом деле, чем в двадцатом, — хмуро заметил я, — получи костыль в виде негнущегося позвоночника, да плюс постоянные боли и инвалидность и будь доволен, что ещё живой! Замечательный прогресс!

— Прогресс действительно слабый, — согласился Мамаев. — Поэтому если человек всё же решился на операцию, то ему нужно оценить степень риска с учетом собственного состояния здоровья и сложности операции. Засомневался — иди к другому врачу. Выбирая хирурга, как, впрочем, и врачей других специальностей, самое главное, что мы должны учитывать, — это его опыт и уровень мастерства. Ведь даже в хирургических операциях, выполненных по одним и тем же методам, результаты у различных хирургов совершенно разные. Если у одного хирурга неблагополучный исход операций составляет 15-20 % случаев, то у другого подобное крайне редко. Конечно, вполне возможно, что и первый хирург постепенно приобретёт мастерство и опыт, но хотите ли вы быть в роли лабораторной мышки сейчас?

Собираясь на операцию, следует узнать, сколько операций в целом делал хирург? Какой метод использует чаще всего? Сколько операций в месяц он делает этим методом. Еще лучше узнать имена и адреса больных, у которых этим хирургом уже проводилась та же операция. Если удовлетворён ответами, оцени совместно с этим врачом степень риска в конкретно твоём случае. А тогда — решай.

И желательно применять этот способ определения профессионализма относительно и врачей, и инструкторов здорового образа жизни, и тренеров, и целителей. Подобные оценки принесут гораздо больше пользы, чем оценка по количеству дипломов, научных званий или работ.

Да, подумалось мне, надо подробнее разобраться, что такое сколиоз и от чего он возникает. Лучше предупредить болезнь или ликвидировать её на начальной стадии, чем дотянуть до вышеописанного хирургического вмешательства. Поэтому я приступаю ко второй теме лекций Мамаева о спине.

Наш неунывающий «сталкер» постоянно откалывал какие-то штуки. Так, однажды, мы проснулись от шума, детского визга и криков. Оказалось, Дима не поленился встать на рассвете, изловил в курятнике пару залетевших туда воробьёв, и утром пораньше запустил их в Каминный зал, где спали дети и женщины, приехавшие на лечение. Всё мигом пришло в движение, — дети с огромным энтузиазмом бросились ловить перепуганных птиц, к ним живо подключились огромные пушистые ранадорские коты. Дети носились по двухэтажным кроватям, по диванам и столам, лезли на сложенные стопки поленьев, приготовленных для камина, с грохотом обрушивали эти поленницы на пол, и верещали от восторга, наблюдая, как коты скачут на занавесы и проносятся по столам и подоконникам вслед за мечущимися в ужасе воробьями. Сумасшедший дом в Каминном зале на полдня был обеспечен, и проказник Дима был доволен.

Однако Галю подобные выходки возмущали.

— Нельзя с этим шутить! — сердилась хозяйка Ранадора. — Животные, которые вокруг в тайге живут, они ведь не сами по себе, они — часть природы, её знаки, символы, а птицы вообще особые вестники, духовные. Когда к нам вдруг через каминную трубу влетела сова, неясыть, я сразу испугалась, подумала — что-то случилось. Оказалось, в этот день умер отец Олега.

А в другой раз, когда тоже птица к нам залетела, я в тяжёлом состоянии в больницу попала. Не надо с птицами шутить, природа таких глупостей не любит.

— Это ещё что, — кивнул на доносящийся в кухню шум Мамаев, — летом он мне тоже сюрприз устроил. Приехал как-то утром, а у меня ни минуты времени, — народу полно, Гали нет, я тут сам и лечить, и по хозяйству, и огород, и кормёжка животных, да ещё ребята приехали крышу на доме ставить. В общем, пробегаю мимо «Сурфа» и вижу, Дима какие-то коробки картонные выгружает.

— Что это? — спрашиваю.

— Да так, корм для гусей и индюков, ещё чепуха всякая, — отвечает. Ну, я и побежал дальше, с утра разнарядку Сабиру с Юрой дать, потому что потом некогда будет. Через часок возвращаюсь, и вдруг мимо меня на повышенной скорости по двору пробегают две крупных птицы.

— Дима, — кричу, — что это такое?

— Где? — самым невинным голосом спрашивает Дима с крыши.

— Откуда здесь взялись цесарки?

— Какие цесарки? — удивляется хитрец.

— Вот эти самые, которые только что пробежали мимо! — теряя терпение, кричу я.

— А, эти, так они взрослые, не потеряются, — успокаивает Дима.

Цесарки, конечно, убежали в тайгу, и Дима потом полдня гонялся за ними. Вернулся, запыхавшийся, с одной самкой и стал всех агитировать идти ловить самца.

— Эх, ты, птицелов, — говорю ему, — больше делать нечего, как за твоими цесарками по тайге бегать. Накрой самку сеткой посреди двора, и пойдём обедать.

После обеда вышли, — всё в порядке, самец вокруг сетки круги выписывает.

— Ну вот, — говорю, — куда же он от своей женщины денется?

Расскажу ещё один случай, произошедший опять же с подачи «сталкера». Как-то, разгружая свой «Сурф», Дима вынул из багажника тубус ПЗРК (переносного зенитно-ракетного комплекса) «Стрела-2М».

— Дима, это ещё зачем? — спросил я.

— Так ведь удобнейшая вещь для электродов, — пояснил «сталкер», — не рассыпаются по машине, и от влаги отлично защищены.

Электроды из тубуса забрали, а сам он так и остался лежать во дворе. Спустя какое-то время на втором жилом этаже дома случился пожар. Большую часть книг и некоторые вещи, которые успели выбросить через окна прямо на снег, удалось спасти, остальное сгорело. Под конец в кладовой рванула емкость с горючим или ещё с чем-то, и взрывом разворотило весь угол каменной кладки. Так совпало, что наутро после пожара в Ранадор заехал Рома со знакомыми собровцами. Перед ними предстала картина, которую они больше привыкли видеть в горячих точках. Каменный остов сгоревшего этажа дома, вывороченный взрывом угол, разбросанные на снегу остатки бумаг и обгоревших книг. А рядом во дворе — тубус «Стрелы». Когда собровцы увидели всё это, вмиг обратились в слух и зрение, привычно разделившись на пары, как при «зачистке», а руки инстинктивно потянулись к автоматам, чтобы снять оружие с предохранителей. Именно в этот напряжённый момент и застал их хозяин, выходя из уцелевшего нижнего этажа с бетонным потолком и метровыми каменными стенами. Опытным взглядом спецназовца он сразу оценил обстановку и понял ход мыслей своих гостей.

— Мужики, спокойно, у нас порядок, просто был пожар, уберите автоматы, — успокоил их Мамаев.

Я представил, какие мысли промелькнули у Ромы и его друзей, когда они увидели тубус от ПЗРК и развороченный сгоревший дом. Тут у кого угодно рука к предохранителю потянется.

— Погоди, Олег, — заинтересовался я, — а почему вообще случился пожар?

— Как тебе сказать, — неожиданно замялся волхв, — в общем, Галя тебе лучше расскажет, — он допил свой чай и поспешил к Сабиру, занятому кладкой печи. А я обратился со своим вопросом к Гале.

— Олег всегда предупреждает приезжающих, чтобы, находясь в «Ранадоре», были осторожнее со своими желаниями, — начала супруга волхва, продолжая заниматься хозяйственными делами.

— Да, помню, он рассказывал, как один из посетителей стал ругать свой старый джип, что он ему надоел, а когда вернулся во Владивосток, джип неожиданно сгорел, и ему пришлось покупать новый, — кивнул я. — Да я сам здесь тоже в прошлый раз кое-что загадал, и, в общем-то, всё довольно быстро исполнилось!

— Дело в том, что исполняются все желания, даже отрицательные. Не все ведь умеют управлять своими эмоциями, особенно мы, женщины... Мне давно очень хотелось, чтобы мы, наконец, построили новый дом, — деревянный, тёплый. Разговоры шли не один год, а времени всё не находилось, — продолжала Галя. — В общем, разозлилась я в тот вечер не на шутку, кричать стала, что мне уже надоело слушать обещания про новый дом, что в холодной каменной казарме жить надоело. В общем, выплеснула свои эмоции, дверью хлопнула, и спать пошла. А дом возьми и сгори в эту же ночь, как тот джип у мужика. Да ещё и взрывом весь угол разворотило, теперь хочешь, не хочешь, а отстраивать надо!

— Да, Галя, — согласился я, — женщина от природы, как продолжательница рода и хранительница очага, наделена очень большой силой, только в большинстве случаев она об этом не знает, и потому не управляет этой энергией сознательно. Я вот дочери своей всегда об этом говорю. Стоит ей только разозлиться, — любая техника из строя выходит, — горит, ломается. Я представляю, какой эффект сердитой женщины здесь, в Ранадоре!

— Да уж, когда я разозлилась, что дети вместе с пациентами всякие глупые сериалы по вечерам смотрят, то сгорели друг за другом два «видика», а потом и генератор, — поделилась Галя. — Но это ещё что, когда людей в прошлую зиму столько приезжало, что сил уже не было, я и обронила в сердцах: хоть бы снег сильный пошёл, чтобы все дороги засыпало... На следующее утро едва из дома смогли выйти, — снег до полутора метров выпал, теплицы под тяжестью сугробов поломало, еле собаку откопали, на его будку навес рухнул. А снег всё шёл и шёл, такой сильный, что ни гусеничный трактор, ни армейский «Урал» не могли пробиться до трассы.

Олег занимался спиной Ани. После первой правки линии таза и плеч несколько «разошлись» с правой стороны, но рёберный горб (гиббус) справа ещё сильно выделялся, хотя перетяжка на месте талии справа уменьшилась, а слева немного обозначилась. Существенно уменьшилась винтообразность тела. После второй правки линия талии слева проявилась ещё лучше. Плечи и таз теперь параллельны, во всяком случае, на глаз отклонение от нормы уже незаметно. Винтообразность по вертикальной оси тоже исчезла. Оставалась всё ещё сильно заметной диспропорция между правой и левой сторонами грудной клетки. После третьей правки выделялись только диспропорция мышц спины и талии и остаток рёберного горба справа. Обе ноги у девочки теперь одинаковой длины. Изменения, конечно, разительные. Сейчас для неё главное сохранить, вернее, закрепить положительные изменения в организме вообще и в позвоночнике в частности. Олег и Галя следят за тем, чтобы Аня ровно сидела и ходила. Девочка заметно повеселела и с удовольствием играет с детьми волхва Олесей и Яном, которые так же неусыпно следят за исполнением Аней всех папиных указаний и одёргивают её всякий раз, как только она забывает об осанке. А я в связи с этим вспомнил слова одной из пациенток Мамаева, которая, возвращаясь из Ранадора, некоторое время ждала автобус из районного центра на Владивосток.

— Я просто ужаснулась, — рассказывала эта женщина, — когда оглянулась на людей вокруг и подумала, неужели и у меня была такая же жуткая осанка?

— Теперь Ане нужны постоянные тренировки, — рассказал нам целитель, — я объяснил девочке, что делать, ещё объясню родителям. Месяца через два занятий мышцы восстановятся, обретут пропорциональность, а через год сделаем повторную правку, думаю, она будет окончательная. Пока же достаточно.

Только сейчас, познакомившись с лекцией волхва и разобравшись немного с методами его работы, я в какой-то степени начинаю понимать, насколько объёмен и сложен процесс лечения больных, особенно таких, как Аня. Правка позвонков — это далеко не всё в лечении сколиоза четвёртой степени. Я уже знаю, что она просто невозможна без резонанса, который воздействует комплексно, как на мышцы, связки и позвонки больного, так и на состав его крови, через регулирование деятельности почек, печени, сердца и т.д., вероятно, есть ещё что-то. Настоящее волховское исцеление, это как работа великого дирижера с огромным оркестром. Само слово «целитель» отражает глубинный смысл восстановления целостного. В общем, легко сказать, да трудно сделать. Ведь те же самые скошенные болезнью позвонки, которые наращивают врачи путём сложнейших трансплантаций, ведуну надо умудриться исправить без пил и скальпелей. Хотя, кто сказал, что волшба проще, чем операция? Для больного, конечно проще, но для волхва... отнюдь!

— Олег, а как достигается восстановление правильной формы позвонка в ведовской практике? На рентгенснимке Ани я видел, что позвонки сильно скошены, они имеют не прямоугольную форму, а трапециевидную. При оперативном вмешательстве, понятно, берётся костная стружка с бедра или ребра больного и этим трансплантантом наращиваются позвонки. А каким образом ты в своей лечёбе исправляешь дефект позвонков? — поинтересовался я.

— Всё та же лепка, — пояснил Мамаев, — резонансное воздействие на костные клетки позвонка, вернее, на ту «царь-клетку», которая является оптимально здоровой и сильной, с неискажённой программой. Ведь в каждой клетке записана программа восстановления, нужно только её запустить.

— Погоди! — осенила меня догадка. — Получается, когда мы говорим о негативном психоэмоциональном воздействии больного на свой собственный позвоночник, что вызывает его искривление, то в этом случае больной подсознательно «сворачивает» программу нормального (природного) построения клеток, и запускает искажённую. Когда же психоэмоциональное состояние больного положительное, то и природная программа, соответственно, помогает восстановлению позвоночника.

— Верно, организм выполняет наши указания, только и всего, — подтвердил Олег.

— Ты знаешь, мне с детства было непонятно, почему человек, столь совершенное создание, тем не менее, прибегает к помощи хирурга для того, чтобы устранить в своём теле какой-то недостаток, скажем, вырезать опухоль, язву или исправить нос. Ведь если в организме произошёл какой-то дефект, причиной его в большинстве случаев является сам человек, и значит, он может и должен сам себя «отремонтировать». — Я снова задумался о том, что волховское воздействие — это не лечение в общепринятом понимании этого слова, это пробуждение понимания своей исконной природной сущности.

Целитель после правки дал Ане упражнения для укрепления мышц и коррекции позвоночника. Я заинтересовался, какие вообще есть методы нехирургического исправления позвоночника. И обратился к третьей беседе Олега Мамаева.

Мы снова сидели до четырёх утра при свете фонариков и обсуждали с волхвом разные темы, интересуясь его ведовским взглядом на те, или иные вопросы медицины, истории, либо конкретные жизненные ситуации. Доктор опять пытался записать Олега на диктофон. Это он зря, — всех будет слышно, а Мамаева нет, если он того не пожелает. Об этом ещё в первый мой приезд сказала Галя, а потом я проверил правоту её слов на практике. Поэтому, когда хочу записать что-то из сказанного волхвом, то достаю свой диктофон. Совсем не потому, что он у меня лучше, диктофоны как раз одной фирмы, только у дока новее и мощнее. Разница в том, что волхв согласен, чтобы я делал записи, он знает, что это нужно для книги, а вот с записью дока.

Всё так и оказалось. На записях дока было слышно всё, — разговоры, чей-то кашель, передвижение предметов по столу и скрип дверей, но голос Мамаева, даже при полной громкости, был практически неразличим. На моём диктофоне голос волхва был прекрасно слышен, даже на небольшой громкости.

По просьбе Миши Мамаев показывает суставную гимнастику. Все пробуют вращение суставов в трёх плоскостях Перунова Креста, — Колесе, Щите и Виндокрае.

— Кроме Перунова Креста, есть ещё Велесов Крест и Крест Макоши, — дополняет волхв. — Велесов крест — это когда вращения делаются не в строго вертикальной и горизонтальной плоскостях, а по диагонали, как будто пишешь этими траекториями в пространстве букву Х.

А Крест Макоши тот же, что и Велесов, только добавляется вращение в строго вертикальной плоскости, Колесе. Потому траектория вращений напоминает букву Ж.

— А какие суставы нужно прорабатывать хотя бы в трех плоскостях? — уточнил Миша.

— Лучше, конечно, все, начиная с каждого сустава всех пальцев, — ответил Мамаев. — Но как минимум, хотя бы суставы кистей рук, ступней ног, локтевые и коленные, плечевые и тазобедренные. Ну и работа с основными Родниками Силы, — это Чело, Явло, Горло, Ярло, Живот, Чрево и Зарод, называемые в восточной терминологии чакрами, — Волхв по очереди указал означенные точки и продемонстрировал, как правильно делать ими вращения в трёх плоскостях.

— А каков порядок их проработки? — спросил Сергей.

— Порядок произвольный, а требование то же, что и ко всем упражнениям Здравы, — никогда не делать их автоматически. Каждое движение Здравы должно выполняться с умом и чувством. Дело в том, что плечевые и тазобедренные суставы — это ещё и наша связь с природой, окружающим миром. Локтевые и коленные — связь с социумом, человеческим обществом. А кисти и ступни — это связь со своей семьёй и Родом. Можно сосредоточить внимание на тех суставах, где у вас возникли проблемы. Эти же упражнения применяются и для тренировки глаз. Вращайте ими в трёх и более плоскостях, только не переусердствуйте, всё должно быть в меру.

— Эти упражнения были описаны в книге «Путь к волхву», — замечаю я. — Так вот знакомые, которые прочли книгу и стали выполнять упражнения, рассказали мне интересные вещи, на первый взгляд, совершенно неожиданные. — Все с любопытством прислушались. — Один мой знакомый, который уже около двадцати лет занимается йогой, — продолжил я, — позвонил мне, чтобы рассказать, как мощно у него прочистились чакры от суставной гимнастики, как не удавалось прежде при помощи йоги! Другая знакомая, встретив меня, тоже не могла сдержать восторга. Говорит, с тех пор, как стала регулярно делать суставную гимнастику по книге, с ней начали происходить удивительные вещи. Изменились отношения с людьми, вредная начальница на работе вдруг уволилась, да и в других сферах стало всё складываться. Она давно занимается астрологией, посещала разные курсы по психологии и эзотерике, но существенного результата не было. И вот вдруг всё изменили совершенно простые упражнения. Да я и сам почувствовал, — делился я, — что когда делаю упражнения, вдруг начинаю ощущать некое слияние с окружающим миром. Возникает яркое ощущение, что я могу этим миром управлять.

— Так и есть, — подтвердил Олег, — когда ты выполняешь упражнение, то входишь в резонанс с природной частотой. Раз возникло такое ощущение, значит ты на верном пути. Теперь попробуй эти ощущения детализировать.

— Каким образом?

— Попробуй делать упражнения, глядя на Луну, на Полярную звезду, Венеру, и ты почувствуешь, что это разный спектр природной частоты. А каждая из этих частот воздействует на разные процессы в природе. То же самое с животными и птицами, — если войти в правильный резонанс, можно ощутить их природную вибрацию, слиться с ними и оказать воздействие. В случае крайней надобности, конечно. А о том, что суставы связаны с определёнными сферами жизни, ты и сам теперь убедился.

— А ведь и в самом деле, когда я делал упражнения, скажем с локтевым суставом, то даже и не думал, что тем самым улучшаю не только его, но и своё положение в социуме. Только потом, по конкретным результатам со временем удостоверился, что так и происходит, — признался я.

— Верно, — кивнул Мамаев, — ты начинаешь улавливать и чувствовать потоки природных вибраций, как хороший яхтсмен ветер, а значит, использовать их для движения. Ты будешь стремительно скользить и быстро достигнешь своей цели. Но если ты не чувствуешь этих самых потоков, то тебя просто развернёт, закрутит, перевернёт в конце концов, и до намеченной точки ты не доберёшься.

— Вы говорили, что в ходе лечения тоже используете вибрации? — заинтересовался доктор. — Получается, что вы как бы «настраиваете» позвоночник пациента на эти самые природные частоты?

— Природные частоты я, конечно, использую, но в начале лечёбы стараюсь сам войти в резонанс с больным органом.

— Постойте, Олег Иванович, — осенила кого-то догадка, — значит ли это, что вы, при лечении больного, вступаете в резонанс с больным органом пациента, а потом перестраиваете частоту этого больного органа на свою вибрацию, на частоту здорового органа или на природную частоту?

— Где-то в общих чертах так, хотя на самом деле всё гораздо сложнее, — ответил волхв.

Это не просто набор приёмов, — это целое искусство и называется оно мечетничеством. По сути, это создание определённых вибраций, направляемых от целителя к пациенту. Кстати, современная наука подтверждает волновую теорию, которая лежит в основе метода воздействия. Каждый участок нашего тела, орган, отдельный сегмент, вибрирует, то есть излучает волну определённой частоты. Излучение больных органов, соответственно, отлично от излучения здоровых. Волхв, владеющий мечетничеством, настраивает (изменяет) длину волны излучения своего органа в унисон с излучением больного органа пациента, как бы завязывая их в единое целое.

Отсюда, кстати, и существующее в учении Живы правило, что «исцеляющий берёт хворь на себя». Затем, одновременно с приёмами правки и разминаний, производится изменение — выравнивание частоты излучения до частот здорового тела. Отмечу, что речь идёт не об «астрально-ментальных» энергетических действиях и повелениях, типа «я делаю твой позвоночник здоровым» или самовнушениях: «я настраиваюсь на позвоночник и выравниваю его».

— Ух, ты, — восхищённо заметил Миша, — это посложнее единоборства, это высочайший уровень владения телом, да вообще-то и не только телом!

— Для овладения этим умением нужна учёба по определённой системе, обязательно нужно научиться управлять своим организмом, приобрести умение переносить «расшатки» баланса своего тела и быстро восстанавливаться, опять же, необходимы очень хорошие знания анатомии, физиологии, биохимии и многое другое. К примеру, при мечетническом воздействии на позвоночник, волхву-мечетнику приходится одновременно контролировать излучение фрагментов в каждом сочленении, одновременно это относится и к спинномозговым нервам, и спинному мозгу, и связкам, и параспинальным мышцам, и кровеносной системе, — это, как минимум. К сожалению, методом мечетничества овладеть очень сложно, как и рядом других также далеко не мистических методов волшбы. Даже при наличии Дара, т.е. предрасположенности, способностей, на это уходят годы, причем годы тренинга по выверенной и отработанной за тысячелетия системе.

— Но ведь это опасно, сколько негатива проходит через вас, можно ведь не рассчитать силы, или их может просто не хватить?

— Я стараюсь контролировать уровень своих сил, делаю «разгонку» перед работой и очищение после, — отплююсь, отрыгаюсь, и всё проходит.

— Я заметил вашу уникальную способность к очищению, — подтвердил доктор, — вы, Олег Иванович, недавно выходили покурить с Сергеем, а когда вернулись, то от Сергея запах сигарет был сильнейший, а от вас нет. Как это достигается, не могу понять.

Может после того, как я побыл некоторое время в поле вибраций волхва, а может от сходства наших психологических конструкций, но я почувствовал в этот момент, что бросить курить для Мамаева не какая-то сверхзадача, он легко сделает это, как только посчитает, что курение мешает ему.

— Да, имеются различные способы очищения. А ещё у меня есть вот это, — Мамаев оттянул ворот тельняшки, и в перекрёстном свете фонариков мы увидели предмет, висевший у волхва на шее на шнурке. — Это оберег, он сделан из серебра и, как индикатор, показывает, насколько я набрался негатива. Если много — металл чернеет, а когда возвращаюсь в норму, то он светлеет. Перед вашим приездом он был почти чёрный, я сказал всем, что не принимаю, людей стало меньше и, видите, оберег вверху уже посветлел.

Я пристальнее вгляделся в оберег. В верхней его части был изображён сокол, в центре крылатый пёс, а между соколом и псом нечто похожее на клубы поднимающегося дыма.

— А что здесь изображено?

— Это крылатый Симаргл. Мой родовой знак. Если темнеет эта часть оберега, то значит мои физические силы, связь с силами Рода, сильно ослабела. Вот эти клубы, похожие на дым, Симарглов огонь — духовная составляющая. А выше — Сокол, разум и воля, то, что связывает нас с богами, с природой, если хотите.

— А твои кольца тоже серебряные? Что они обозначают?

— Вот это, — целитель поднял большой палец левой руки, — кольцо с изображением неясыти, одного из видов сов. Это знак испытания смертью на звание волхва, его мне надела бабушка, после того, как я прошёл испытание. Вот это, — Мамаев продемонстрировал средний палец той же руки, на котором был перстень с головой оскалившегося волка, — это знак воинского служения. А это, — волхв поднял указательный палец правой руки, где на перстне был изображён атакующий сокол, — знак княжеской власти. Этот знак мне вручили в этом году по общему решению тех, кто считает меня своим руководителем, что ли.

— Тебе как бы предлагают принять командование?

— Нет, в таком случае моего желания не спрашивают, и отказаться я не имею права, ибо общее решение важнее личного мнения. Ну а кольцо на среднем пальце правой руки с изображением головы пса — это знак принадлежности к воинам-симуранам Симаргловой верви.

— А какая разница между Симарглом и Симураном, похоже на «самурая», и кто такой Симаргл по сути? — спросил кто-то из ребят.

И волхв поведал нам древнюю легенду о Симаргле.

В пра-прадавние времена жил был пёс, и звали его Симаргл. Верно служил он людям, защищая их от диких зверей, лихих людей и всяких других неприятностей. Только стал он старым, и выгнали его люди. Но Симаргл не ушёл далеко, а продолжал жить подле селения и тайно оберегать детей и взрослых, их имущество и скотину. Увидел это бог Перун, разгневался, и метнул в людей, работавших на поле, пучок своих грозовых молний. И полетела одна из них в малыша несмышлёного, что лежал на подстилке под кустом. Метнулся из последних сил верный пёс Симаргл, на краткий миг опередил молнию и принял её удар на себя.

— Почему ты сделал это, зачем против воли моей пошёл, — воскликнул в гневе Перун, — люди ведь тебе за преданную службу чёрной неблагодарностью отплатили?

— А зачем ты в младенца стрелу пустил, не по Прави это, — отвечал Симаргл могучему богу. — Я ведь не за благодарность или кусок мяса людей защищал и берёг очаги их, а по долгу службы своей.

— Ежели так, — молвил могучий Перун, смиряя гнев свой, — тогда дарую тебе жизнь вечную, силу огня небесного, что с молнией моей в тебя вошла, и быть тебе отныне и навеки Симарглом-Огнебогом, покровителем домашнего очага человеческого, а чтобы успевал повсюду на помощь нуждающимся, дарую тебе крылья быстрые!

С тех прадавних пор почитают люди Огнебога, Симаргла крылатого, покровителя и защитника очагов своих, жилищ и полей, а он к ним в трудный час всегда на помощь спешит с помощниками своими Симуранами, воинами и защитниками. А Симуранами становятся те из людей, кто честно и верно, не щадя живота, исполняет свой долг на земле, подобно Симарглу. И когда приходит час кому-то из детей человеческих стать в ряды тех воинов-защитников Симуранов, то проходят они обряд огненный, и получают посвящение и силу через огонь от самого Симаргла. И нет той рати сильнее и чище, потому что после огня священного ни зависть, ни корысть, ни гордыня, ни страх за жизнь свою, ни ненависть слепая, — ничего кроме любви к людям и стремления защитить их не остаётся в душах тех воинов.

Волхв замолчал, молчали и мы захваченные древней легендой. И не верилось нам, что это просто легенда. «Ни корысть, ни гордыня, ни страх за жизнь свою, ни ненависть слепая, — ничего кроме любви к людям и стремления защитить их не остаётся в душах тех воинов». Нет, это отнюдь не красивые слова, это жизнь, повседневная жизнь воинов-симуранов. Их нельзя купить, потому что равнодушны они к богатству, их нельзя запугать, потому что смерть на поле боя самая желанная для настоящего воина.

— Олег Иванович, а можете рассказать о посвящении в Симураны и как его пройти? — спросил Михаил.

— Что касается участия в обряде посвящения, то это право заслужить нужно, а не просто потому, что захотелось чего-то необычного попробовать. Это выбор жизненного пути, раз и навсегда. А насчёт созвучия слов «симуран» и «самурай» что сказать, у китайцев тоже есть слово «мама», только значение у него совсем другое, — «мама» означает «заяц». Вот тебе пример точного созвучия и совершенно разного значения. Здесь понятия ближе, — оба слова означают «воин», «служивый», но суть служения разная.

— Да я уже по методам отработки ударов понял, что это совсем другая техника, культура, иные принципы удара, — добавил Миша.

— Именно так, и различия не только в ударной технике, — согласно кивнул Олег. Он встал из-за стола и подозвал к себе Мишу. Наш «железный дровосек» был на полголовы выше и мощнее Мамаева. — Сделай какой-нибудь захват, — предложил он бойцу.

После того, как Миша захватил его за предплечье, Олег сделал медленное и плавное движение, как в стандартном освобождении от захвата из арсенала боевого самбо, именно таким освобождениям я обучал и своих ребят. Сейчас Олег освободится и обозначит удар в одну из болевых точек. Но я ошибся. Волхв не довёл освобождение до конца, а наоборот, захватил надёжнее своей второй рукой кисть Миши и стал медленно, с комментариями своих действий, управлять опытным бойцом, как послушной марионеткой.

— Вот сейчас посадим Мишу на пол. а теперь положим на спину. можем перевернуть на бок или заставить снова встать. — пояснял Мамаев, мягко и плавно переводя большого и сильного Мишу из одного положения в другое, — боль в захваченной руке заставляла послушно выполнять «указания» волхва. При всём его боевом опыте он не мог ни вырваться, ни сопротивляться. А я подумал, что в настоящей схватке противник после такого приёма вмиг оказался бы инвалидом с навсегда повреждёнными суставами. Действительно, симуран и самурай — понятия разные.

Под впечатлением этой ночной беседы, мы с ребятами обратили особое внимание на гимнастику Здравы. В ведовском целительстве она является одним из важнейших способов лечения не только искривлений, но и всяческих хворей, и волхв рекомендует заниматься ею всем людям, мечтающим быть здоровыми и счастливыми.

Прежде чем мы разберём сами ключи — упражнения из Сводов Здравы, используемые для составления индивидуальных лебечно-оздоровительных комплексов при исправлении различных искривлений позвоночника, да и вообще для лечёбы спины волхвами, давайте поговорим о том, как заниматься этими упражнениями.

Простое механическое выполнение упражнений даст очень малый эффект. Нельзя заниматься неосознанно и недобросовестно. В Здраве важны не только техническая правильность движения, последовательность упражнений и ритм. Самое важное — насколько осознанно, насколько серьёзно и добросовестно вы подходите к каждому движению, к каждому упражнению-ключу.

Когда человек начинает делать какую-либо гимнастику, он хочет добиться конкретного результата. Но при этом важно понимать, чего именно хочешь, и зачем это нужно. Иногда говорят: «Я хочу быть более здоровым, счастливым, богатым». Понимаете ли, для чего это надо вам? Ведь ни деньги, ни здоровье никогда не были и не могут стать целью, — это лишь средство для достижения более важных задач. Да и сами понятия здоровья, богатства, счастья... Вы хорошо представляете то, о чем говорите? Задумайтесь.

Очень важно не говорить абстрактные вещи, а видеть конкретную цель. Как? Вспомните те моменты вашей жизни, когда вы чувствовали себя по-настоящему здоровым человеком, когда вы были счастливы, когда ваш разум, тело и душа пели от радости. Вот с этим-то куражом вы уже можете попробовать начать занятия и добиваться этого состояния счастья постоянно.

Обычно человек, приступая к занятиям, от абстрактного здоровья переходит к конкретному: «Хочу выпрямить сутулость, обрести красивую спину, избавиться от боли в позвоночнике или нутре и т.п.»

И очень важно, чтобы, осваивая ключи Здравы, вы хорошо представляли, что делаете (для этого мы уделили столь много времени строению вашей спины) и тот образ, то состояние, к которому хотите прийти. Можно идти, как идут многие в жизни, — куда глаза глядят, по течению, не видя и не слыша ничего вокруг, да и в самом себе. Для нас же важно знать, куда мы идём и, прежде чем начать что-то делать, нужно подумать, понять и решить, чего мы хотим. Здрава рассчитана на мудрых. Мы учим не бороться с болезнью, избавляться от боли и хвори, а становиться здоровым. Вроде одно и то же, но по сути абсолютно разное. Человек уверенно идёт лицом вперёд и смотрит туда, куда идёт, а не откуда вышел.

Начните с изменения отношения к себе. Перестаньте мириться со своей болезнью, со своими недостатками, полюбите себя. Однако любовь — это не нытьё о том, какие вы бедненькие, несчастные, и врачи-то вас не могут вылечить, и целители все шарлатаны, и вообще весь мир — большое зловонное болото. Да, ваш мир — болото. Да, вы «почти смертельно» больны. Но вы сами залезли в свою вонючую лужу и квакаете, подобно таким же другим.

Болезнь — это борьба вашего организма с вашей глупостью, с вашим невежеством. Это реакция вашего организма на то, что вы не слышите его, не понимаете, что ему нужно, вернее, что нужно вам, чтобы быть здоровым.

А отчего произошла болезнь, — оттого ли, что вы слушаете свою лень, озабочены ли удовлетворением лишь естественных потребностей тела, — поесть, поспать и др., разбирайтесь сами.

Не ищите козлов отпущения, виноватых в ваших болезнях и неудачах, не надо винить близких, врачей, учителей, экологию, бытовую суету и т.д. Вся ответственность за все, что с вами происходило, происходит и произойдет, лежит лично на вас. Что бы вы ни делали, — это сделали вы. Лишь осознавая это, Вы отнесётесь серьезно к лечёбе, Здраве, да и ко всему, происходящему в вашей жизни.

Я не требую, чтобы вы вмиг стали волевыми и вольными людьми, — это происходит не за день, и не за год. Станьте хотя бы свободными. Свобода — это не «делаю, что хочу или беру, что хочу»... Единственная свобода для человека — это право выбора. Если вы выбираете упражнения Здравы, у вас также есть право выбора, — как их делать, сколько и когда. Главное, чтобы вы понимали, что в освоении ключей Здравы, в становлении своего здоровья, ответственность лежит лично на вас. Я, в свою очередь, постараюсь, чтобы мои беседы помогли вам получить максимальный эффект, реально обрести то, что вы хотите. Если вы, начав занятия, чего-то не получили, то прочтите эти беседы еще раз. Вы где-то что-то сделали не так.

Здрава дает реальную возможность повысить свой уровень здоровья. Но относитесь к ней разумно, — повышать здоровье нужно настолько, насколько это необходимо в данный момент. Любое излишество — такая же болезнь, как и недостаток. Слишком подвижные суставы и позвонки — это такие же больные суставы, как и негнущиеся. Вспомните цирковых артистов, показывающих чудеса гибкости, — увы, они одни из самых больных людей. Очень важно, чтобы каждый отдел позвоночника работал хорошо. Насколько хорошо он должен гнуться и как — это уж вы определите сами, исходя из того, каковы ваши жизненные цели и задачи.

Не старайтесь добиваться с каждым днем все больших и больших результатов, — это не спорт, вам не нужно гнаться за рекордом и готовиться к соревнованиям. Забудьте о результатах вообще и радуйтесь малым шажкам вперед. Радуйтесь малому, но прочно ставшему вашим собственным.

То, что предлагаю я и учение Живы вашему телу, вашей душе и разуму — это работа, хотя и очень приятная, но не чудеса. Это нормальный, обычный и достойный труд, доступный каждому. Вам нужно только полюбить себя и свое тело, — другого у вас в этой жизни не будет. Можно, конечно «медитировать и беседовать с Абсолютом» на темы духовного развития, но если у вас геморрой — вся медитация будет на известном месте болезни. Нельзя быть духовным, нельзя быть психически уравновешенным, нельзя быть мудрым, будучи кривым, больным, не любя свое тело. И как бы грубо не прозвучало, — тот, кто утверждает обратное — лжец и лентяй, оправдывающий свою тупость, невежество и леность высокими, вернее, высокопарными речами.

Делайте всё от души, с любовью, стараясь быть с каждым днем лучше.

Не надо бороться с болезнью, иначе, как в спорте — бороться, значит, тренировать. Измените отношение, — займитесь не борьбой с искривлением, не сражением с больной спиной, а восстановлением здоровой спины и здоровья всего тела. Борьбой можете только усугубить дело, — укрепить болезнь и еще больше травмировать спину.

Поэтому не заставляйте себя насильно делать гимнастику. Упражнения Здравы не заставляют стать позвоночник здоровым, они его отпускают к здоровью. Любой орган, любой позвонок, любая клетка, как и сам человек, хотят быть здоровыми и счастливыми. Самое главное — не мешать.

Для того чтобы вернуть Телу здоровье при помощи Здравы, необходимо включить Сознание и Душу.

Задача Сознания, — необходимо хотеть красоты и здоровья, понимать, что, где и как нужно исправить, и почему это нужно делать именно так.

Задача Души, — необходимо любить свое тело, чувствовать, что ему нужно для того, чтобы быть здоровым и красивым. Не совершать насилия, уверяя, что хочешь, как лучше, просто не мешать ему. Результат получается только тогда, когда что-нибудь делается от души, с удовольствием. Главное совершается в глубине.

Нельзя заниматься неосознанно ни Здравой, ни иной лечёбой, ни каким-либо иным делом. Через движения вам нужно научиться видеть, куда идете, через каждое движение зреть свое приближение к желаемой цели, к тому образу здоровья, который вы создали и который хорошо понимаете и знаете. Для этого нужно и осознание, и чувствование. Важно найти способ, чтобы ваше тело, ваш организм начал вам верить, чтобы вы вступили с ним в диалог.

Овладение ключами Здравы — это гармонизация формы и содержания.

Помочь человеку, который сам пытается вылезти из зловонного болота болезней, хворей, неудач и неурядиц, во много раз легче и приятнее, чем говорящему о своем желании, но на деле ничего не предпринимающему для исправления положения.

Если чувствуешь себя разбитым, несчастным, убогим, — то будешь согнут. Форма выражает содержание, и заниматься нужно и тем, и другим. Надо помнить, что осанка тела, осанка души, и осанка разума взаимосвязаны и воздействуют друг на друга.

Прекратите играть забитого жизнью, откажитесь от своего образа страдальца и мученика. Выйдите из замкнутого круга, сделайте хотя бы маленький шажок вперед, в сторону ухода от своего рока (тем более, что он придуман вами).

Сколько раз приходилось видеть убогих, несчастненьких: «Я сутулый, я весь искривленный, меня, бедного, от этого пытались лечить в детстве ортопеды, массажисты, потом мануальные терапевты и т.п., но все бесполезно, это наследственное и т.п. и т.д.» Если человек не изменит своё отношение к жизни, своё внутреннее состояние, если не начнет реально смотреть в будущее, то ему никто не поможет. Попробуйте, ссутулившись, улыбнуться радостно. Попробуйте улыбнуться, ссутулившись и опустив голову вниз. Что, плохо получается? Теперь в этом положении тела пожалейте себя, бедняжку, поплачьте, пошипите злобно на весь мир. Что, самое то, самое удобное?

Улыбаться и радоваться жизни, быть счастливым, можно только широко расправив грудь и плечи, смело и свободно глядя вперед. Так научитесь улыбаться жизни, только не скрипя внутри себя зубами, и не приклеенной американской улыбкой.

Улыбайтесь, читая хорошие книги, смотрите фильмы, после которых хочется жить, радоваться, трудиться и быть счастливым. Не ведитесь на «жвачку» типа ток-шоу и «мыльных опер», к жвачным животным относятся большей частью коровы.

Делайте все и всегда добросовестно. Все, что вы несете в мир, все возвращается к вам, а точнее, в вас и остается. Быть добросовестным — значит относиться с уважением ко всему, что ты делаешь. Если ценишь время — не станешь тратить его на «абы как» и «тяп-ляп». И не рассказывайте сказки себе и окружающим про то, что это не в ваших силах. Все в ваших руках, все можно преодолеть трудом. Трудом, но не ленью, невежеством и глупостью.

Очень важно, чтобы каждый отдел позвоночника хорошо работал, т.е. гнулся и амортизировал нагрузки. Насколько он должен гнуться и как — мы уже говорили, это вы решаете сами, исходя из того, каковы ваши цели и жизненные задачи. Но если вы хотите, чтобы позвоночник был здоровым и гибким, то важно, чтобы он работал целиком. Иначе неработающие позвонки (как это бывает и в жизни, любом коллективе, социуме) заставляют исполнять свою функцию соседние здоровые позвонки, что быстрее их изнашивает и переводит в разряд больных. Одна из главных ваших задач, и, наверное, самая сложная в упражнениях Здравы, заключается в том, чтобы заставить трудиться неработающий отдел.

Итак, нужно чувствовать, что и где не в порядке. Прислушайтесь к себе и поймите себя. Когда вы понимаете причину, и что нужно сделать, то организм уже готов к работе, все мышцы и связки его готовы, и работать легче и приятнее.

И еще очень важная вещь. Часто говорят: «Что уже можно сделать с кривой спиной в моем 30-, 40-, 50-летнем возрасте позвоночник можно спасти от искривления в детском, подростковом возрасте, да и то лишь частично восстановить его» и т.д. и т.п. со ссылками на всевозможные авторитеты. Извините, но это — чушь, миф, которым забили вашу голову от невежества или лени. Сколько бы вам ни было лет, результат будет и в подростковом, и в молодом, и в среднем, и в пожилом возрасте, если начнете трудиться добросовестно, осознанно и с душой. Тем более что позвоночник восстанавливается быстрее всего. А возраст.. За полтора десятилетия моей практики лечения сколиотической болезни, самой старой пациентке было 82 года. Так что дело не в возрасте, а в тех мифах, в которые вы поверили.

Сколиоз, сутулость, горбы — это неестественное положение для вашего тела. Здрава — возврат к естественности, к тому, что должно быть. Цветок не надо выпрямлять, он сам разворачивается и тянется к солнцу. Только не надо мешать ему. Точно так же, делая Здраву, не мучайте себя, а разворачивайтесь к Солнцу Здоровья.

Любое движение — наклоны, повороты, сгибания, скруты — делайте без усилий и со спокойным выражением лица. Не боритесь, не пугайте окружающих красным от натуги лицом и оскалом, сотрите это мученичество.

Делаете движение — не сгибайте, не наклоняйте тело, а без напряжения, естественно отпускайте движение. Это очень важно — не нарушайте гармонии, не насилуйте себя.

Вспомните, как работают маленькие мышцы, связки, которые расположены вокруг позвоночника. Они могут потягиваться, когда потягиваешься с удовольствием, сладко-сладко, после того, как хорошо выспался. И это ощущение «потягушек» обязательно при выполнении всех упражнений.

Очень важно, чтобы работали не внешние большие мышцы и сухожилия, а именно мелкие, глубокие мышцы и связки, что расположены ближе к позвоночнику.

И именно «потягушки», которые вы будете делать в каждом упражнении по 5-10 раз в каждую сторону, с каждым потягиванием дают маленькое контролируемое прибавление движения. То малое, но постоянное прибавление степени вашей свободы от хворей и боли, которое становится вашим навсегда, а не на время действия таблетки. Большинство людей хотят результата сразу, по мановению волшебной палочки, по принятии волшебной пилюли, и т.п. Так не бывает. И Здрава также рассчитана на идущих постепенно и понемногу. Когда вам предлагают чудеса, например, за два дня выучить английский, за неделю сделать мастером боевых искусств, мгновенно избавиться от всех болячек, то подумайте, реальны ли подобные чудеса. И не слишком ли они опасны.

В нашем случае быстрое — за одну правку — выпрямление позвоночника в лучшем случае опасно травмой спинного мозга со всеми вытекающими последствиями, в т.ч. и параличом.

Я не предлагаю чудес: все, о чем я говорю, совершенно обычно и естественно, — так растут цветы и деревья, так дети учатся разговаривать и ходить, учатся понимать друг друга. Точно так же Здрава учит вас понимать себя самих.

Начнёте заниматься, — и очень скоро увидите результаты, но сначала это будут результаты грубой внешней работы. Внешне изменится ваше тело, осанка. Это очень хорошо, но не самое главное.

Затем большая часть вашего делания себя будет почти на уровне связок и мелких мышц. Также очень важно, и также не самое трудное.

Годами вы ходили, согнувшись, и если привыкли к такому положению, если суставы не на своих местах, и органы уже приспособились к этому, значит, вы уже вырастили свои позвонки больными, т.е. они приспособились к болезни на уровне костей и связок. Через какое-то время, когда вы отпустите свой организм, немного расслабите жилы и мышцы (именно расслабите, а не накачаете — это одна из особенностей гимнастики Здравы), то они потихоньку начнут тянуть к естественному здоровью и позвоночник.

Очень важно, чтобы вы поняли: вы не боретесь с искривлением, не закачиваете больную спину, вы отпускаете ее к здоровью, к естественному движению, к естественному положению. Здесь только нужно прочувствовать, что нужно вашему организму, и отпустить его.

Только тогда, через какое-то время, начнут восстанавливаться и суставы, и позвонки. Я говорю о самом важном — о восстановлении первоначальной естественной здоровой формы позвонков.

И еще раз напоминаю: все время следите за своим лицом (и в прямом, и в переносном смысле), за своими мыслями и настроем. Если опять думаете о болячках — остановитесь и задумайтесь, в какую сторону идете.

Самое важное, приступая к упражнениям-ключам Здравы, помнить: то, что делаешь, следуя Здраве, идет изнутри, а не снаружи.

Поэтому прежде, чем начать осваивать упражнения Здравы, сформируйте для себя СВОЙ ОБРАЗ ЗДОРОВОГО ТЕЛА. Очень важно, чтобы это было не «хочу здоровый позвоночник», а четкое представление того, что и как должно изменяться в вас.

Контролируйте этот образ здоровья до и после выполнения каждого упражнения. Чем лучше это у вас получается, тем быстрее будут результаты. Вы как бы зададите программу изменений, запрограммируете свое тело.

Теперь перейдем непосредственно к упражнениям. Для их понимания и правильного исполнения, внимательно рассматривайте рисунки.

1. Лёгкие наклоны и потягивания головы

Слегка наклонить голову назад и потянуться, затем отпустить (шея при этом неподвижна). Слегка склонить голову вперед и потянуться, отпустить. Проделать в каждом направлении 5-10 раз (рис. 30).

Рис. 30.

2. Повороты головы

Сделать по несколько поворотов влево и вправо, стараясь прочувствовать работу каждого позвонка (рис. 31).

Рис. 31.

3. Наклоны головы в среднем шейном отделе.

Наклонить голову вперед-назад в середине шейного отдела позвоночника с потягиванием. Напомню, что все упражнения делаются без рывков и усилий, отпуская тело, потягиваясь, как после сна (рис. 32).

Рис. 32.

4. Наклоны головы в нижнем шейном отделе

Наклоны головы и шеи вправо-влево с обязательным потягиванием в нижнем шейном отделе позвоночника (рис. 33).

Рис. 33.

5. Наклоны головы в верхнем шейном отделе

Наклоны головы вправо-влево с обязательным потягиванием в верхнем шейном отделе позвоночника (рис. 34).

Рис. 34.

6. Втягивание и вытягивание шеи

Вытягивание шеи вверх (35А) и втягивание в плечи (35Б). Возврат в естественное положение (35В) с вызовом образа здоровья.

Рис. 35.

7. Свободное вращение головы

Свободное (отпущенное) вращение головы сначала в одну, затем в другую сторону (рис. 36).

Рис. 36.

8. Поднятие и опускание плеч

Сесть ровно, почувствовать все тело. Поднимать одно плечо с одновременным опусканием другого. Голова при этом движении опускается к нижнему плечу. Внимание на движение нижних шейных и верхнегрудных позвонков (рис. 37).

Рис. 37.

9. Повороты

Сесть ровно. Плавно и грациозно повернуться, сладко потянуться мышцами, расположенными вокруг позвоночника. То же в другую сторону (рис. 38).

Рис. 38.

10. Потяжка в холке

Сесть ровно, склонить голову и тянуться вверх холкой. Обратить внимание на область шеи, плеч и область спины (рис. 39).

Рис. 39.

Эту группу упражнений полезно применять и как своеобразный разминочный комплекс при длительной сидячей работе. Ими же, но только стоя, полезно начинать и выполнение лечебно-оздоровительных комплексов.

11. Растяжка-сжатие позвоночника

Растянуть позвоночник, как будто вас подвесили за макушку, подобно елочной игрушке (рис. 40А), затем спрессовать его, подобно сжатию пружины (рис. 40Б).

Рис. 40.

12. Боковая растяжка-сжатие

Упражнение, сходное с упражнением 8, но выполняем стоя, как бы растягиваем и сжимаем тело от плеча до стопы.

13. Скрут

Упражнение, подобное 9.

Скрут от макушки до поясницы, и обратно. Сначала скрут шейного отдела, затем грудного, потом поясничного. Раскручивание делать в обратном порядке. Скрут и возврат делать мягко и гармонично.

14. Вытяжка спины

Наклонить спину параллельно полу и, прогнувшись в пояснице, потягивать спину и мышцы задней поверхности бёдер (рис. 41). Можно использовать опору.

Рис. 41.

15. Расслабление спины

Вытянуть руки перед собой на уровне груди и сделать наклон, отпуская позвоночник (рис. 42).

Рис. 42.

16. Складывание (Складень)

Сделав наклон, ухватиться за лодыжки и потянуться с истомой к ногам (рис. 43А). По возможности схватиться руками в замок за лодыжками и снова потянуться (рис. 43Б).

Рис. 43.

17. Волновой прогиб позвоночника

Начинать движение с вытягивания шейных позвонков (рис. 44А), продолжая начатое движение, протягиваем всю спину вперед-вниз в наклон (рис. 44Б), не прерывая движение, из максимально глубокого наклона поднимаем вверх голову и, прогнувшись, устремляемся вверх (рис. 44В). Положение А и Б выполняется с естественным выдохом, В — на вдохе.

Рис. 44.

18. Скрут от пяток и до макушки

Выполнять как упражнение 13, но в положении стоя, последовательно включая скрут шейного, грудного, поясничного отделов и суставов ног. Раскручивание делать в обратном порядке, начиная с пяток.

Возникающая при выполнении ряда упражнений небольшая боль должна быстро уменьшаться и проходить, или будет доставлять удовольствие, как боль во время массажа. Разумеется, если упражнения делаются правильно. Пусть вас также не пугает сухое потрескивание, которое будет раздаваться во время выполнения многих упражнений из позвоночника.

Очень эффективно разрабатывают подвижность позвоночника упражнения группы так называемых «кошачьих потягиваний».

Чтобы лучше понять принципы их выполнения, стоит немного понаблюдать за поведением кошек.

19. Кошачье потягивание-1

Встать на четвереньки (рис. 45А), выгнуться вверх подобно рассерженной кошке, увидевшей собаку (рис. 45Б), затем прогнуться вниз, подобно кошке, увидевшей вверху птицу (рис. 45В).

Рис. 45.

20. Кошачье потягивание-2

Встать на четвереньки (рис. 46А) и потянуться, подобно кошке, потягивающейся после сна или еды (рис. 46 Б, В, Г, Д). Вернуться в исходное положение (рис. 46Е).

Рис. 46.

21. Скрутка-Складень

Встать прямо, ноги слегка врозь. Поднять руки, как на рис. 47А. Медленно наклониться так, чтобы правая рука опустилась вниз и обхватила с внутренней стороны голень правой ноги. Смотреть на левую руку. Ноги не сгибать (рис. 47Б). Медленно выпрямиться, вернув руки в исходное положение. Повторить упражнение в другую сторону (рис. 47В). С каждым разом старайтесь опускаться ниже. Не забывайте поворачивать голову так, чтобы видеть тыльную сторону ладони. Упражнение развивает гибкость позвоночника, приводит позвоночник в норму и формирует правильную осанку.

Рис. 47.

Не менее эффективно восстанавливают подвижность позвоночника, приводят его в норму, укрепляют параспинальные мышцы и связки, восстанавливают межпозвоночные диски упражнения «круговой волны». Рассмотрим два упражнения, выполняемые в горизонтальной плоскости:

22. Вращение поясницей по кругу

Точка вращения (и, соответственно, точка внимания) для мужчин — предстательная железа, для женщин — матка. Плечи, по возможности, грудной отдел позвоночника, колени и стопы стараемся держать неподвижно (рис. 48).

Рис. 48.

23. Вращение грудной областью тела по кругу.

Поясницу, ноги, голову, по возможности, плечи, стараемся держать неподвижно. Точка вращения (точка внимания) — Ярло — нервный узел в центре диафрагмы (рис. 49).

Рис. 49.

Когда вращение по кругам (по часовой, и против часовой стрелки) в этих отделах позвоночника не будет вызывать затруднения, можете пробовать вращать этими узлами во фронтальной вертикальной плоскости и в вертикальной плоскости по центральной линии (в Щите и Колесе).

Не забывайте во всех упражнениях делать основной упор на те отделы позвоночника, которые нужно исправить.

24. Наклоны вправо-влево

Поставить ноги на ширину плеч, руки поднять вверх, хорошо потянуться, обращая внимание на максимальное выпрямление позвоночника и растягивание суставных сумок (рис. 50А). Из этого положения сделать несколько наклонов вправо и влево, стараясь плавно изгибать весь позвоночник (рис. 50Б).

Рис. 50.

25. Дуга

Лечь на спину, руки положить за голову, ноги вместе. На вдохе прогнуться в пояснице и грудном отделе, опираясь на пятки, плечи, шею с подъемом таза (рис. 51). На выдохе опуститься в исходное положение и расслабиться.

Рис. 51.

Вариант этого упражнения с опорой на ладони, плечи, пятки (рис. 52).

Рис. 52.

Эти упражнения помогают предупредить и преодолеть патологии поясничного прогиба и малоподвижной поясницы, поднять тонус забрюшных лимфоузлов, перистальтики кишечника, органов малого таза, избавиться от радикулита.

26. Струна

Лечь на спину, руки вдоль туловища, ладонями вниз, стопы вместе. При вдохе на 3 счета поднять и опустить руки за головой. Тянуться руками и ступнями, растягивая все тело. При выдохе на 3 счета вернуть руки в исходное положение. Расслабиться и повторить упражнение (рис. 53).

Рис. 53.

Струна укрепляет мышцы спины, вертикальные и остистые мышцы (прямо воздействующие на позвоночный столб). Часто при растяжках струны можно почувствовать неудобство справа или слева от позвоночника — это дают о себе знать деформации. Упражнение поможет их преодолеть (как и предотвратить), а также способствует правильной работе органов сердечно-сосудистой и дыхательной систем.

27. Веретено

Лечь на спину, руки в стороны, ладонями вниз, стопы вместе (рис. 54А).

Быстрый, но не резкий поворот таза вправо. Работают мышцы спины, голова, плечи; пятки остаются в прежнем положении, не отрываются от пола (рис. 54Б). Вернуться в исходное положение и расслабиться.

Быстрый, но не резкий поворот таза влево (рис. 54В).

Рис. 54.

При выполнении упражнения тела позвонков от 6 грудного до 1-2 поясничного позвонков двигаются относительно друг друга. Помогает предотвратить и устранить патологические связи во взаимодействии позвонков. Благотворно для почек, печени, желудочно-кишечного тракта, сердца и легких.

28. Кобра

Лечь на живот, согнуть руки, локтями в стороны, пальцы друг к другу, опустить лоб на пол. Затем медленно поднять голову, затем плечи, опираясь на руки (рис. 55А).

Рис. 55.

Медленно прогнуться, выпрямляя руки, продолжая поднимать туловище насколько возможно без напряжения и с максимально равномерным прогибом по всему позвоночнику. Немного задержаться в этом положении, отпуская позвоночник.

Вернуться в исходное положение, медленно опуская туловище, а затем голову на пол вниз. Руки положить вдоль туловища. Расслабиться. Повторить упражнение.

Одно из лучших упражнений для гибкости позвоночника, устранения нарушений его функций и болей в спине. Увеличивает подвижность шейного и грудного отделов позвоночника.

29. Кобра с поворотом

Лечь на пол. Ладони около плеч, выпрямить руки, подняв тело в упор лежа. Хорошо прогнуться с протяжкой вперед-вверх (рис. 56А). Скрутить тело, оглядываясь через плечо (рис. 56Б) сначала в одну, затем в другую сторону.

Рис. 56.

30. Простой скрут тела

Сидя на полу, выпрямить ноги перед собой. Перенести левую ногу через правую, опираясь на левую руку за собой. Положить правую руку на правое колено и крепко держать его. Медленно повернуть голову и туловище насколько возможно влево. Вернуться в исходное положение. Отдохнуть и повторить в другую сторону. Контроль — за прямизной позвоночника, не забывать поворачивать голову, насколько возможно (рис. 57).

Рис. 57.

Этот скрут устраняет в первую очередь неподвижность шейного отдела, устраняет боли и нарушение функций всех отделов позвоночника.

31. Полный скрут тела

Сесть на пол. Вытянуть обе ноги вперед (рис. 58А). Согнуть левую ногу в колене, параллельно плоскости пола. Бедро и колено этой ноги остаются на полу, а стопа перемещается под правую ягодицу. Рукой помочь расположить правую стопу на полу с наружной стороны левого колена. Удерживать правую стопу тесно прижатой к левому колену. Правое колено оказывается поднятым вверх, левое лежит на полу (рис. 58Б). Затем, упираясь левым плечом в правое колено, зафиксируйте их в замок.

После чего вытянуть левую руку и поместить её на наружную поверхность правого колена. Теперь рука, упирающаяся в правое колено, плотно зафиксирована в замке. Охватить правую стопу левой рукой для придания устойчивости части тела в замке. Без усилия перевести правую руку за спину (рис. 58В), стараясь коснуться спины тыльной поверхностью кисти. Из этого положения делаем поворот тела вправо. Вытянуть тело, голову вверх и следить за выпрямленностью позвоночника при скруте. Скрут делать медленно и плавно, стараясь повернуть туловище и голову как можно больше вправо, подобно тому, как выжимаете мокрую тряпку. Задержаться немного в этом положении.

Рис. 58.

Вернуться в исходное положение и расслабиться. Повторить упражнение. Выполнить его на другую сторону, поменяв положение рук и ног.

Этот скрут восстанавливает подвижность и гибкость. Оказывает благотворное влияние на все позвоночные сегменты — от шейных до копчиковых, и устраняет функциональные нарушения во всех отделах позвоночника.

В комплексы упражнений часто включаются разнообразные вращения не только в виде круговой волны, но и эллипсоидной, и восьмеричных волн, упражнения на укрепление брюшного пресса и стенок брюшины, на подвижность суставов, балансировку (равновесие) и формирование правильной культуры движения и осанки.

Пример составления комплекса для исправления поясничного лордоза

1. Вращение бедрами и тазом в горизонтальной плоскости по часовой и против часовой стрелки.

2. Максимальное втягивание и выпячивание живота. Впрочем, стоит учитывать, что в большинстве случаев поясничного лордоза выпячивание не нужно, т.к. у большинства при лордозе он и так выпячен сверх нужного.

3. Из положения «лежа на спине» — поднять ноги вверх, развести их и опустить. Упражнение дает укрепление прямых мышц живота.

4. Для укрепления косых мышц живота из положения «лежа на спине» — подтягивая ноги к ягодицам, класть ноги, согнутые в коленях, налево и направо. Вариант веретена.

5. Из положения «лежа на спине» сесть-лечь (качать пресс). Если вызывает затруднение — вытягивать вперед руки, если легко — сцепить кисти пальцами на затылке. Важно научиться подъему волной, как бы прорабатывая каждый отдельный позвонок.

6. Сесть на опору типа лавки, табуретки; зацепившись ногами за опору (батарея, шкаф), качать пресс, доставая затылком до пола и садясь ровно, затем прогибаясь вперед.

Количество повторов любого из упражнений увеличивать постепенно, начиная с 4-10 раз и через 3-4 дня прибавляя по одному повтору. Если пациент сильно слаб, то количество повторов добавлять через неделю.

Вообще обычная причина появления лордоза — сильно развитые спинные мышцы (как у плотников и лесорубов), а брюшные — дряблые и вялые. При выпрямленной спине поясница очень сильно прогнута дугой вперед. Сильные спинные мышцы прогибают позвоночник, и межпозвонковые диски сзади постоянно сдавлены телами позвонков, плохо питаются, быстро склеротируются, теряют эластичность.

В общем, завершая эту беседу, хотелось бы подвести итоги: как выправить кривую спину? Ведовское костоправское искусство и обязательная корректирующая и укрепляющая гимнастика. Можно просто — правильно выполнять гимнастику каждый день. Чуть дольше, но эффективно, если вы будете делать ее по принципам ведовской Здравы.

В заключение данной беседы следует сказать, что на практике применяется гораздо больше ключей Здравы в лечении сколиоза и иных болезней спины. Рассмотренные в данной беседе упражнения достаточно эффективны и главное, вполне доступны для самостоятельного освоения. Ряд ключей нет смысла приводить в этих строках, так как осваивать их необходимо под руководством человека, хорошо понимающего структуру сложения усилий в ключах Здравы и умеющего корректировать выполнение этих ключей с индивидуальными вашими особенностями.

Упражнения, описанные в беседе, принесут практический эффект не только в борьбе с различными видами искривлений позвоночника, но и победе над остеохондрозом и рядом иных заболеваний вашей спины. Но, как уже не раз говорилось мною на страницах наших бесед, — думайте, осознавайте, что вы делаете, понимайте механику движения в том или ином сочленении.

При протрузии (сжатии) межпозвонковых дисков предварительно растяните этот участок позвоночника и лишь после этого очень аккуратно нагружайте его скрутами и вращательными движениями. Не делайте упражнения через боль, упорно превозмогая её. Это признак не вашей Воли — это признак глупости и невежества вашего. Будьте разумны.

Можно ли делать эти упражнения в качестве реабилитационной гимнастики после операций на позвоночнике или после травм? Возможно, но при разумном подходе. В этом случае лучше сначала поделать упражнения в воде, будь то бассейн или спокойное озеро, пруд или река. Полезны, кстати, эти упражнения и в случае сколиозов и межпозвонковых грыж.

Предварительно обзаведитесь приспособлениями, поддерживающими тело в воде, даже если вы ранее хорошо плавали. Это может быть плотик из дерева или пенопласта размером примерно 60 на 40 см или резиновый круг и т.п.

Также хорошо, если сделаете из пенопласта или сухого дерева водные гантели — два диска диаметром по 15 см и толщиной 6-8 см, укрепите их на палку длиной около 30 см. Они хорошо держатся на воде, и для того, чтобы их погрузить в воду, требуется прилагать усилие.

При выполнении упражнений в воде, в нашем случае — при заболевании позвоночника, после травмы или операции соблюдайте следующие условия:

— стоять в воде по грудь;

— ноги обязательно широко расставлены;

— наклоны назад делать, только взявшись за поручень мостика или т.п.;

— наклоны вперёд нежелательны;

— все упражнения делать как можно мягче, плавней и пластичней;

— повороты и наклоны туловища в стороны помогут восстановить гибкость, упражнения с водными гантелями укрепят мышечный корсет.

Варианты различных упражнений показаны на рис. 59-67.

Рис. 59.

Рис. 60.

Рис. 61.

Рис. 62.

Рис. 63.

Рис. 64.

Рис. 65.

Рис. 66.

Рис. 67.

Разных тем касались мы на беседах в «вечерней волховской школе», хотя точнее её назвать ночной. И всякий раз ответы целителя были основаны на древних знаниях и многовековой практике, удивительно органично ложившихся на наши современные представления о мире, науке, природе.

Как-то зашёл разговор о деревьях, об их энергетическом воздействии на человека.

— Правда ли, что от дерева можно «подзарядиться», набраться силы, а то и вылечится от болезни? — спросил кто-то.

— Дело вовсе не в излучении некой целительной энергии, — отвечал ведун. — Дерево, как и всякий живой организм, излучает определённую частоту вибраций, и человек, соприкасаясь с деревом, соответственно, взаимодействует с этой частотой. Вопрос в том, нужно ему это в данный момент или нет, и частота вибраций какого дерева будет благотворно воздействовать на него. Всё не так просто. — Олег задумался на мгновение, видимо подбирая подходящий пример. — Например, осина и тополь, — осокорь, чёрный тополь — считаются деревом бурлаков. Именно из них делались нары и жилища для этой категории работников, а почему?

Мы пожали плечами.

— Труд бурлака, — продолжил Мамаев, — был очень тяжёлым и оплачивался лучше, чем, скажем, труд грузчика, потому что это работа не только тяжёлая физически, но и сопровождается вредными условиями. Тащить баржу по мелководью, постоянно пребывая в воде, сырости, холоде, — это ревматическая, подагрическая работа с постоянной нагрузкой на суставы, что вызывает артрозы, артриты, грыжевые смещения и т. д. Так вот, данные породы деревьев как раз содействуют уменьшению воспалительных процессов и восстановлению сил после напряжённой физической работы. Их вибрации способствуют разрушению в клетках кристаллов вредных солей, выработавшихся вследствие тяжелой работы и воспалительных процессов. Но если мы поместим в тот же осиновый сруб какого-то любителя полежать и ничего тяжелее ложки в руки не брать, то ему плохо станет в таком жилище. Поэтому бездельникам сие дерево противопоказано.

— Это что же, дерево будет у него энергию отсасывать? — спросил Сергей.

— Дерево не вампир, да и энергия здесь вовсе не причём. Просто происходит не резонанс, а диссонанс вибраций, а диссонанс — это разлад системы, вот и всё. Так что и здесь совершенно никакой мистики, все на законах природы основано. Если у тебя воспалительный процесс, то достаточно покатать осиновой палочкой больное место или приложить осиновый срез, и боль уменьшится, но если дело не в воспалении, пользы не жди. То же и с осиновым поленом, подложенным на ночь под голову при повышенном давлении, — если оно повысилось в результате атмосферных или возрастных процессов, то поможет, а если боль вызвана зажатым нервом, сколько ни прикладывай, толку не будет. Вообще вопрос применения в лечении деревьев, трав, злаков и прочее, да и просто взаимодействия с миром растений, чрезвычайно интересный и объёмный, тут не одну книгу написать можно. Когда, в каком случае, в каких сочетаниях и пропорциях можно, а когда нельзя применять то или иное растение, да и в каком виде: как настой, отвар, мазь, укреп, либо просто есть в салате, например, — всё это наука сложнейшая.

— А вот, камни, минералы разные, смолы природные, они тоже обладают какими-то свойствами для лечения, или это досужие разговоры, мистика, как вы говорите?

— Любое вещество в природе имеет свой химический состав и естественно может вступать в химическое взаимодействие с другими веществами. Простой пример: всем известная болезнь псориаз, лекарства против неё дорогущие, сотни долларов стоят, а толк не всегда есть. А стоит вам найти ленивого тракториста, который масло в тракторе раз в несколько лет меняет и льёт самое дешёвое, — вот вам и прекрасное лекарство от псориаза, — старая отработка масла. Мажьте и выздоравливайте.

— А если от иномарки взять? — спросил кто-то.

— С иномарки брать бесполезно, там масло синтетическое или полусинтетическое, да ещё и часто меняется, соответствующие химические вещества не успевают образоваться. Но кроме этого существует ещё радиоактивность, инфракрасное излучение, волновые процессы. Всё это определённым образом воздействует на скелет человека, нервную систему, на кожные покровы или, скажем, на органы внутренней секреции и т.д.

— Кстати, в радиоэлектронике, где нужно отделить радиоизлучения определённой частоты, используются кварцевые фильтры, которые пропускают только нужные сигналы, — напомнил я.

— А в природе различных кварцитов множество. Морион, например, это кристаллический минерал, похожий на горный хрусталь, только чёрного цвета, — продолжил волхв. — Подержит человек такой камешек в руках или наступит голой ногой, и долго после этого не проживёт.

— Морион, получается, камень Смерти? — уточнил я. — Недавно по телевидению показывали, как парень из Крыма привёз морион и носил с собой в кармане, как талисман, ему какой-то «знаток» сказал, что этот камень приносит удачу. Вскоре почувствовал депрессию, угнетённое состояние, а через две недели попал в больницу, был при смерти, хотя медики никакой болезни или патологии у него не обнаружили. Молодой, здоровый человек умирал без видимых причин. Хорошо, догадался, наконец, что это связано с камнем, сразу выбросил его, но после этого ещё целых полгода восстанавливался.

— Ну и зря выбросил, — резюмировал Олег. — Морион — это камень Духа-хранителя, если его закопать в землю, то в радиусе пятидесяти метров с человеком точно ничего плохого не произойдёт, — ни краж, ни травм, ни несчастных случаев. В ритуальных обрядах он издавна используется, им отделывают надгробные плиты и памятники. Правда, если запечь морион в хлебе, он теряет свои прежние свойства и меняет внешний вид, — становится похож на аметист с золотистым оттенком.

Мы задумались над словами ведуна, вспоминая каждый свои случаи из жизни, связанные с удивительными выздоровлениями близких и знакомых.

— Недавно обратились ко мне друзья с просьбой помочь девушке с тяжёлой онкологией, — снова заговорил Мамаев. — Я к шахтёрам: надо человека выручать, достаньте Кровь Земли! А они мне: да ты что, уже больше двух лет не попадалась. Только мы поговорили, а на следующий день горный мастер звонит. Чудеса, говорит, только полость открыли, а там, на камне, как на столике, лежат Кровь Земли и Кожа Земли, будто сама Горная Хозяйка приготовила, вот и не верь после этого в её существование!

— Что такое Кровь и Кожа Земли? — Одновременно заинтересовались и удивились мы, потому что слышали эти названия впервые.

— Да вот, смотрите, — волхв достал из шкафчика два небольших полиэтиленовых пакета и развернул их один за другим. — Вот это тёмно-красное смолистое вещество, что на изломе блестит, как запекшаяся кровь, и есть Кровь Земли. По составу близкое с веществом «мумиё», которое в шестидесятые-семидесятые годы было столь популярным, что хранилось почти в каждой домашней аптечке, только это во много раз сильнее. Осторожно! — воскликнул Мамаев, когда кто-то потянулся к пакету, чтобы лучше рассмотреть Кровь Земли. — Её голыми руками брать опасней, чем Морион. Будете возвращаться, в Москве передадите родственникам той девушки, о которой я говорил.

— Если даже в руки брать нельзя, то, как же это употреблять? — с опаской спросил доктор.

— Зёрнышко Крови Земли размером со спичечную головку нужно растворить в стакане тёплой воды и выпить малыми дозами в течение дня. Две недели такого лечения, потом месяц перерыв. Повторение курса по результатам. А вот это, — волхв развернул второй пакет и показал какое-то серое вещество, очень похожее на свёрток кожи, — это Кожа Земли, можете брать в руки, тут никакой опасности. Великолепно помогает против подагры путём накладывания на воспалённые суставы.

— Но я никогда о таком не слышал... — продолжал удивляться доктор.

— И не услышите. В официальной медицине это не применяется. А ведовская наука защищает и хранит свои древние знания. Ни шахтёры, ни геологи вам никогда не расскажут о Крови и Коже Земли, хотя и знают о них. И никогда не станут продавать их за деньги, потому что Горная Хозяйка может обидеться и сурово наказать.

Доктор тут же выпросил у волхва кусочек Крови Земли.

Морион, Кровь и Кожа земли, Горная Хозяйка и её «подарки», печь на талой и родниковой воде, лечение псориаза «отработкой» масла, — всё это было похоже, скорее, на фантастическую легенду, чем на реальность.

Я вспомнил случай с печкой-буржуйкой и подумал, что, наверняка, несколько подобных Мориону камней всё-таки закопано в Ранадоре. Взрыв при пожаре никому не причинил ни малейшего вреда, хотя разворотил каменную стену. При работе на втором этаже работник упал вниз, но благополучно приземлился на кучу строительного мусора. Мы не угорели во сне, когда дым повалил в помещение. Григорьевич успел подняться до того, как на то место, где он спал, рухнули верхние нары. У многих исполняются заветные желания и т.д. и т.п.. Да, не так всё просто в Ранадоре, и время здесь течёт совсем по-другому, значительно быстрей, чем за пределами за мка, — это замечают все, кто пробыл в сём непростом месте хоть несколько дней.

Только теперь до меня в полной мере дошло, почему именно верви Симаргла принадлежит волхв Олег Мамаев. Потому что Симураны — воины Симаргла — служат и сражаются за благополучие людей так же верно, преданно и самозабвенно, как делал это мифический Крылатый Пёс, не требуя ни наград, ни благодарности.

Однако я не хотел бы, чтобы у читателя возникла мысль о некоем всемогуществе волхва. Когда, например, к нему обратилась женщина, у которой сын стал инвалидом в результате пулевого ранения в шею, то Мамаев, посмотрев томограмму больного, однозначно сказал, что ничего в этом случае сделать не может.

— Видишь, — показал мне целитель снимок с повреждением, — пуля, пройдя через спинной мозг, разрушила его оболочку, и он «растёкся», это уже всё, — заключил он, горестно вздохнув, ему было обидно и тяжело, что ничем не может помочь человеку. Затем взял в руки томограмму другого больного, это был снимок разбившегося лётчика.

— А здесь что? — спросил я, вглядываясь в рентгенснимки позвоночного перелома.

— Этот случай необычный, — отметил волхв, — хотя бы потому, что после такой травмы люди не выживают. Видимо, этот лётчик не простой человек, да и врачи молодцы, сделали всё, что можно, и вовремя, мастерски сделали. Шанс у лётчика есть, если будет заниматься по системе Валентина Дикуля, то лет через восемь пойдёт.

— Ты мог бы ему помочь?

— Я мог бы поставить его на ноги за два-три года, только для этого я должен заниматься только этим больным. Но это, к сожалению, невозможно, поток других больных не остановить. Вот как всё непросто получается, вроде могу, и в то же время не могу, — мрачно заключил Мамаев.

— Ты сказал, что это человек непростой, сильный, а значит, он сам может сократить срок реабилитации?

— Человек многое может, особенно когда у него есть близкие любящие люди. Их любовь и жизненные силы поддержат Живу лётчика, вместе они победят.

А я подумал, что для волхва Жизнь и Смерть — сёстры родные, и в процессе лечёбы ему тоже приходится общаться с обеими. Ту же вибрацию смерти можно использовать во благо. Чтобы человек выздоровел, нужно убить хворь, иначе она, в конце концов, убьёт человека.

Мы уезжали из Ранадора рано утром, дети и лечащиеся ещё спали. Когда прощались с Олегом Ивановичем и Галей, Сабиром и Юрой, забросив сумки, рюкзаки и чемодан дока в «Сурф», Галя, смеясь, сказала:

— Вы нам Мишу оставьте, он так хорошо дрова рубит, что для камина и печей запас всегда есть!

— Не получится, Миша теперь у Григорьевича филиал Ранадора делать будет, — в тон Гале ответил я.

Литературоведы утверждают, что герой романа обязательно должен выйти из сюжета другим человеком, изменённым, не таким, каким он был в начале. В результате общения с такими людьми, как волхв Олег Мамаев, человек тоже меняется, и притом гораздо быстрее, чем в романе. Взять хотя бы нашу нынешнюю компанию. Изобретатель Сергей стал менее нетерпим к окружающим, а это значит, что он перестал исподволь напрягать других людей, заряжать их желанием ответного сопротивления. И сам теперь не будет тратить большую часть Живы на противостояние, а использует её на творчество и работу фирмы. Доктор не только вылечил позвоночник и приобрёл физическую бодрость, но, что значительно важнее, почти перестал отдавать свои силы, мысли и время мировому сионизму, а обратил основной поток своей доброты и энергии на семью, корпорацию, свои изобретения, многочисленных пациентов и просто окружающих людей, которые нуждаются в его помощи и внимании.

— Некоторые методы волхва, в той мере, насколько я их понял, теперь применяю в своей практике и получаю очень хорошие результаты, — удовлетворённо пояснил мне доктор.

Миша физически ощутил, как его грудная клетка «развернулась», дыхание стало свободным, а боли в области шеи, донимавшие столько лет, остались в прошлом. Кроме того, после возвращения домой он неожиданно для себя вылечил свою жену. Она преподаёт йогу и разные виды гимнастики для женщин в оздоровительном центре, и как-то, придя домой после трудного дня, пожаловалась Мише:

— Сегодня пришлось работать с проблемными женщинами, устала, как никогда.

А когда стала переодеваться, вскрикнула от боли. Попробовала наклониться, но резкая боль в пояснице не давала ей сделать этого.

— Давай я тебе массаж сделаю, — предложил Миша, — может, хоть чуть полегчает.

Мастерством массажиста Миша не владеет, поэтому просто разминал пальцами поясницу супруги несколько минут. Когда же она осторожно попробовала наклониться, то к своему крайнему изумлению сделала это без труда и боли.

— Даже не представляю, что я сделал, — рассказывал Миша позднее. — Или я случайно вправил сдвинувшийся позвонок, или просто принял на себя тот негатив, что «подцепила» жена, работая с нездоровыми женщинами. А может, я каким-то образом ещё находился в частоте вибраций Олега Ивановича, не знаю, не могу объяснить. Но боль в спине мою жену больше не беспокоит, — заключил Михаил. — А ещё я в полной мере осознал смысл и значение своих занятий единоборствами, чётко увидел путь, по которому шёл все эти годы, зачастую наугад. Встреча с волхвом буквально перевернула мои представления. У каждого человека есть свой путь, но не каждый успевает за краткий миг жизни увидеть его и пойти по нему.

Мой казахстанский земляк Сабир вновь обрёл свою семью. Как влюблённо он говорил о жене и детях, с гордостью показывая мне их фотографии. Сказать, что он стал другим, больше года пробыв в Ранадоре? Пожалуй, это будет неверно. Наоборот, он стал таким, каким был, когда женился на любимой женщине, когда родились дети. Потом он предал любимую и детей, но прежде всего себя, потому что начал пить, а это всегда предательство.

— Ты знаешь, — дрожащим от волнения голосом делился он со мной, — оказывается, она меня всё равно ждала, всё равно надеялась, а я... Смотри, какая она у меня красивая!

Через месяц после возвращения, я связался с Димой и узнал, что Сабир уже звонил из дома и сообщил, что у него всё хорошо, передавал Ранадору и всем его обитателям большущий рахмат (благодарность).

Только у меня, кажется, ничего не изменилось. Так я думал поначалу. Однако через пару недель убедился, что могу довольно легко делать такие вещи, о которых только читал в книгах, но никогда не думал, что смогу совершать сам.

Каждый человек после встречи с неким особым явлением, будь то природный катаклизм, война, клиническая смерть, экстремальные условия и прочие состояния, где Жизнь граничит со Смертью, обязательно меняется. Людей подсознательно тянет на это «пограничье», потому что оттуда они выходят обновлёнными и выносят необычайный заряд новых жизненных сил. За этим люди ходят в горы, ныряют в морские глубины, летают в небо, одолевают пески пустынь. Ранадор — это тоже своего рода пограничье, только из сферы духа. Я бы отнёс это место к разряду встречи с особым явлением. Встречи, после которой человек возвращается к самому себе, настоящему, а что может быть важнее в этой жизни?