Урожденная Мария София Ольга Зинаида Годебска, мадам Натансон, мадам Эдвардс, мадам Серт, Мися, как называли ее на русский лад в кругах дягилевской антрепризы, и, наконец, просто Мизиа для всего художественного и светского Парижа.

Смешение кровей: польской, бельгийской, еврейской. Родилась в 1872 году в Санкт-Петербурге. Детство и юность провела в Бельгии, а потом переехала в Париж — уже навсегда. Родной язык — и единственный — французский, которому твердое и слегка раскатистое «р», как находили ее друзья-французы, придавало особый «славянский» шарм. Ее портреты, написанные Ренуаром, Тулуз-Лотреком, Боннаром, Вюйаром, Валлоттоном[1], можно увидеть в музеях разных концов света — в Лувре и Метрополитен в Нью-Йорке, в Норфолке, штат Виргиния, и в Лионе, в Лондоне и Тель-Авиве, в парижском Музее современного искусства и в Хьюстоне, Берне, Брюсселе, Дрездене, Цюрихе, не говоря уже о том, что они хранятся во многих известных частных коллекциях и экспонируются на различных выставках. Ей посвятили свои сочинения Стравинский, Равель и Пуленк[2], Малларме и Верлен[3] писали ей стихи. Она была другом Дягилева[4] и Пикассо. Стала прообразом героини романа Кокто[5] «Самозванец Тома» и двух персонажей «В поисках утраченного времени» Пруста[6]. О ней писали в своих дневниках Поль Клодель[7] и Андре Жид[8].

На склоне лет, уже почти совсем потеряв зрение, Мизиа продиктовала воспоминания, в которых рассказала историю своей жизни, достойную пера романиста начала XX века. Рассказала, казалось бы, с подкупающей искренностью. На самом деле в ее книге (она назвала ее «Мизиа») о некоторых, причем важных событиях сказано расплывчато, какие-то эпизоды романтизированы, о чем-то она умалчивает, где-то говорит полуправду, а изредка и вовсе неправду. Не случайно хорошо знавшие Мизию люди, прочтя ее мемуары, улыбались и говорили, что в них есть все, кроме настоящей Мизии.

Ей хочется предстать перед читателем наивной, беспомощной, незащищенной «маленькой девочкой», как она не раз себя называет. Пусть избалованной, пусть этакой enfant terrible[9], посмевшей прервать пение самого великого Карузо, но при этом чистой и самоотверженной.

И все же она не удержалась и процитировала дифирамбическую статью Кокто, где он называет ее «молодой тигрицей с нежным и жестоким личиком кошечки». Этой Мизии, которая, можно сказать с уверенностью, нравилась ей самой и о которой Поль Моран[10] писал: «Пожирательница гениев, влюбленных в нее… Мизиа — капризная, коварная, объединяющая своих друзей, чтобы «иметь возможность поссорить их потом», как уверял Пруст. Гениальная в вероломстве, утонченная в жестокости, Мизиа, о которой Филипп Бертело[11] сказал, что ей не следует доверять то, что любишь… Мизиа, чьи пронизывающие насквозь глаза еще смеялись, когда рот уже кривился в недобрую гримасу», — этой Мизии в ее книге не существует.

Какой же она была на самом деле, чем привлекала таких разных и незаурядных людей? Какой возникает она в рассказах и письмах многих своих современников?

Все они в один голос утверждают, что она была красива. Красива вполне в духе бель-эпок[12]: с величавой осанкой, высокой грудью, широкими бедрами и тонкой талией. С массой светло-каштановых волос, коротким, слегка вздернутым носиком, миндалевидными глазами, прекрасным цветом лица. Быстрая, решительная походка, вызывающая смесь смелости и наивности, с какими Мизиа держала себя, она — обольстительница по природе — приковывала внимание всюду, где бы ни появлялась, как уверяет Жан Ренуар[13].

Пышущая здоровьем, полная жизни и любопытства к ней, с характером пылким и переменчивым, то нежная, то колкая и язвительная, остроумная, не боявшаяся грубых слов, которые в ее устах теряли вульгарность и становились пикантными. Ей доставляло удовольствие быть оригинальной, удивлять и не удивляться, а может быть, делать вид, что ее ничем удивить нельзя.

Не только внешне, но и по своему психологическому складу, по отношению к жизни Мизиа принадлежала к бель-эпок, с ее знаменитыми кокотками, кричащей роскошью, модой на пышные формы, вычурные туалеты и шляпы с перьями. Не случайно в старости с такой ностальгией вспоминает она это время.

От отца[14] Мизиа унаследовала художественный вкус, любовь к роскоши и не очень твердые моральные нормы. От родных со стороны матери[15] — поразительные музыкальные способности, а от бабушки вдобавок расточительность и стремление помогать людям, которых находила талантливыми.

Карьере профессиональной пианистки, которую ей пророчил сам Форе[16], она предпочла жизнь праздную, но насыщенную впечатлениями. А для Мизии было непреложно: чтобы вести такую жизнь, рядом должен быть мужчина, который даст ей деньги и общественное положение.

Таким мужчиной сначала стал ее первый муж, Таде Натансон, журналист и критик. Он был старше Мизии на четыре года. Высокий, крепкий, живой гурман, друзья прозвали его «Великолепный». В нем причудливо соединялись утонченный эстет с неутомимым дельцом, проницательный ум с пылким воображением, одерживающим верх над рассудком. Как и Мизиа, он тянулся к новаторам, как и она, почти безошибочно распознавал талант в еще не признанных поэтах и художниках. Издатель популярного в то время «Ревю Бланш», он дал жене возможность осуществить то, к чему, по свидетельству беспристрастных современников, она была склонна по натуре: устанавливать законы, помогать тем, кого признавала, и отвергать тех, кого находила «скучными». С Таде она познала власть, научилась пользоваться ею ловко и искусно. Окруженная влюбленными, преданными друзьями, которых придирчиво выбирала, Мизиа стала в центре того, что Пруст называл «кланом» или «кружком избранных».

А быть в центре и играть главную роль Мизии необходимо как воздух. Это ее почти физическая потребность. Она играет, принимая позы то мадам Рекамье[17] у себя в салоне, то романтической мечтательницы в своем экипаже. Играет, даже оставшись наедине с собой, придавая себе вид мученицы, когда все в жизни ей улыбалось.

Жизнь для Мизии — захватывающее приключение. Таким «увлекательным приключением» называет она и экспедиции в санитарных машинах на фронт, в которых она играла главную, не лишенную героизма роль в начале Первой мировой войны. Таким приключением была для нее и февральская революция в России. Поль Моран в апреле 1917 года пишет в дневнике о том, что она представлялась Мизии «грандиозным балетом», в результате которого ее друзьям — а следовательно, и ей — Баксту, Бенуа, князю Владимиру Аргутинскому-Долгорукову[18] — будут отведены первые роли.

Благодаря браку с газетным магнатом миллионером Альфредом Эдвардсом Мизиа начинает играть на сцене общественной жизни гораздо более важную роль, чем когда была женой Натансона.

Теперь у Мизии было все, что только она могла пожелать: деньги без счета, драгоценности, шиншилла и соболя, роскошная яхта, собственная ложа в Опера. Ее салон посещали политические деятели, владельцы влиятельных газет и журналов, такие знаменитости, как Карузо и Режан[19].

С Эдвардсом, деспотичным, жестоким, вульгарным, у Мизии не было ничего общего. Он не привлекал ее ни как человек, ни как мужчина. Со свойственной ей склонностью к эпатажу она любила говорить, что, занимаясь с ним любовью, мысленно составляла меню к завтрашнему обеду. В истории с Эдвардсом она отличалась от актрисы Женевьев Лантельм, к которой он ушел от нее и о которой она пишет с таким презрением, разве лишь тем, что та была цинична, не ханжила и не скрывала, что продает себя.

Неловко читать, когда Мизиа уверяет, что была «слишком привязана к Эдвардсу, чтобы выйти замуж за другого, пока он был жив». Весь Париж знал о ее связи с художником Хосе-Мариа Сертом[20] — единственным мужчиной, кого она действительно любила, — связи, которую они не скрывали и которая к моменту смерти Эдвардса в 1914 году длилась целых шесть лет.

Дело заключалось, конечно, в значительной ренте, выплачиваемой ей Эдвардсом после того, как тот женился на Лантельм, и которую они с ее будущим третьим мужем, Сертом, в ту пору еще только начинающим свое восхождение к известности, боялись потерять.

Деньги много значили для Мизии. И не только потому, что давали возможность жить в роскоши и путешествовать с расточительным Сертом, но и потому, что позволял ей щедро помогать людям, которых ценила и любила за их талант, и прежде всего Сергею Дягилеву.

В биографии Мизии 1910-е и первая половина 20-х годов были звездным временем. Жизнь ее полна до краев — любимый человек, деньги Эдвардса, дружба с Дягилевым.

У нее с Дягилевым было много общего: ровесники, оба родились в России, оба страстно любили музыку, у обоих было тонкое художественное чутье, инстинктивное стремление к новому в искусстве. Мизию, как и Дягилева, отличали презрение к условностям, надменность и равнодушие к тем, кто их не интересовал, пылкость чувств и щедрость по отношению к людям, которых они любили, безудержность в симпатиях и антипатиях. Им обоим были свойственны непостоянство и крайности, склонность к интригам и властолюбие. Дягилева привлекали в Мизии живость, легкая, чисто французская фривольность, остроумие. Но главное: подозрительный по натуре, Дягилев верил в искреннее и бескорыстное отношение к нему и безусловно доверял ее музыкальному вкусу.

«Русский балет» Дягилева, музой которого назвал Мизию Александр Бенуа, многим был обязан ее щедрости и страстной заинтересованности в его успехе. Тот же Бенуа вспоминает, что ложа Мизии служила «сборищем перворазрядных amis des Russes»[21] и что «при каждом новом эффекте вся ложа в один голос ахала».

Она быстро освоилась в атмосфере дягилевской антрепризы, которую авторы фундаментальной биографии Мизии, американские пианисты Артур Голд и Роберт Фицдейл, остроумно сравнивали с восточным двором — со всеми его интригами, изгнаниями, фаворитами и рабами, — где все подчинялось воле и капризам ее владыки деспота Дягилева. Мизиа стала своего рода принцем-консортом, Хозяйкой, как ее называли. Двадцатые годы — апогей ее власти. Все прослушивания и просмотры происходили в ее присутствии. От ее мнения часто многое зависело в решениях, которые принимал Дягилев. Ее уважали, любили, боялись, перед ней заискивали. Она стала посредником в отношениях Дягилева с композиторами, художниками, танцовщиками. Проявляя чудеса дипломатичности, изворотливости, ловкости в искусстве маневрировать, она умела успокоить, примирить, уладить конфликты[22]. Действуя всегда в интересах Дягилева[23], иногда не чуралась хитрости и, по-видимому, даже двуличия. Жан Кокто и Эрик Сати[24], случалось, называли ее «тетушкой Труфальдино» и «теткой Брут»[25].

Благодаря Дягилеву Мизиа была принята в свете, к чему она и Серт весьма стремились, хотя она отрицает это в своей книге. Характерно, что все четыре женщины, которым Мизиа посвящает специальную главу, принадлежали к высшему свету, и познакомилась она с ними благодаря Дягилеву.

Была еще одна женщина, с которой Мизию связывала более чем тридцатилетняя, до самой смерти, тесная дружба. Она много раз упоминает ее в мемуарах как свою «любимую, самую близкую подругу», ни разу не назвав ее имени. Но вина за это лежит не на Мизии.

Подругой этой была Коко Шанель, та, кого называют Великая Мадемуазель. До опубликования книги Мизии в ней была глава, специально посвященная Шанель. Но Коко, никому не позволявшая писать о себе, настояла, чтобы Мизиа не печатала ее[26].

Сравнение этих двух женщин помогает лучше понять характер Мизии Серт.

Хотя Шанель была всего на одиннадцать лет моложе Мизии, по своему отношению к жизни и психологическому складу они принадлежали к разным эпохам. Не случайно Мизиа мечтала: «Если бы я родилась на двадцать лет раньше…», а Коко не раз повторяла: «Я хотела бы родиться на двадцать лет позднее».

Одна из них до конца жизни оставалась женщиной, рожденной и сформированной бель-эпок. Другая ненавидела это время и старалась навсегда зачеркнуть его в своей биографии.

Обе стремились к независимости и понимали, что обрести ее могут только с помощью денег. Но для Мизии — это независимость от ненавистной мачехи, а деньги — это деньги, которые ей давали ее мужчины. Для Шанель — абсолютная свобода и независимость от всего на свете, и прежде всего от мужчин, даже тех, которых любила. А деньги — заработанные собственным трудом и талантом.

Мизиа по своей природе содержанка, содержанка мужа, содержанка любовника.

Коко сделала все, чтобы не быть ею.

Для Мизии жизнь — игра и приключение, для Шанель — постоянное сражение.

Что же общего было у этих двух, таких разных женщин?[27]

Обе были нонконформистками. Правда, нонконформизм у Мизии не лишен некоторого эпатажа, у Шанель он — непроизвольный и органичный.

Обе были умны, трезвы, беспощадны. С той только, пожалуй, разницей, что в отличие от подруги Коко не щадила и саму себя.

Обе, хоть и по-разному, помогали людям, которых ценили как больших творцов.

Обе эти женщины, и Мизиа, и Шанель, каждая по-своему, отметили свою эпоху.

Смерть матери в Санкт-Петербурге — Дед — Бабушка и ее дом в Алле — Первая мачеха — Попытка бегства — Ференц Лист — Александр Дюма-сын

Дом отца в Париже — Чета Доде — Занятия с Форе — Смерть мачехи — Третья жена отца — Монастырь Сакре-Кёр

Конфликт с мачехой — Бегство в Лондон — Возвращение в Париж — На балу в королевском дворце — Брак с Таде Натансоном

«Ревю Бланш» — Клод Дебюсси — Встреча с Ибсеном и Григом — Дружба с Малларме и Тулуз-Лотреком — Гийом Аполлинер — Дело Дрейфуса — Поль Верлен — Влюбленность Вюйара

Закат «Ревю Бланш» — Леон Блюм и «Лига прав человека» — Домогательства Эдвардса — Отъезд Таде в Колошвар — На распутье — Развод с Таде — Брак с Эдвардсом

Жизнь с Эдвардсом — Смерть Тулуз-Лотрека — Нравы парижской прессы — Визит Теми де Гурмона Карузо — Сеансы у Ренуара

Графиня де Шевинье — Друг Дягилева графиня де Греффюль — Прекрасная маркиза — Леди Рипом

Бони де Кастеллан — Марсель Пруст

Влюбленность Эдвардса — Женевьев Лантельм — Встреча с Хосе-Мариа Сертом

Хосе-Мариа Серт — Путешествие по Италии — «Борис Годунов» в «Опера» — Знакомство с Дягилевым

Дружба с Дягилевым — Письма Орика, Пуленка, Сати, Кокто — Женитьба Нижинского и его разрыв с Дягилевым — «Послеполуденный отдых фавна»

Финансовые трудности Дягилева — Претензии Бакста — Равель и история с «Вальсом» — Алчность Стравинского

Смерть Эдвардса — Начало войны — Экспедиции на фронт — Трагедия и гибель Ролана Гарроса — Кокто о «Параде» — Встреча с Мата Хари

Таинство встреч — Одиссея семьи Мдивани — Злосчастное письмо — Руси уезжает в Америку

Смерть Дягилева — Концерт в «Континентале» — «Отчет» Кокто — Смерть Руси

Письмо Серту

Солемский отшельник — Реверди — Феномен Пикассо — Ответственность художника — Гибель Макса Жакоба — Последние годы Серта

Мизиа пережила Серта на пять лет. Пять мучительных лет, полных разочарований, поражений, физической и моральной деградации.

Закат начался много раньше, задолго до конца. В сущности, он начался с того момента, когда Мизиа почувствовала, что проигрывает сражение, которое вела несколько лет. Сражение, где все было перемешано: и отчаянное желание сохранить Серта, и не потерять Руси, к которой действительно привязалась (когда после смерти Мизии открыли перламутровый медальон в форме сердца, висевший возле ее кровати, там с удивлением увидели фотографию Русуданы). Это сражение, как заметила проницательная Шанель, было искусной и опасной игрой, которую она проиграла, начав терять себя. Близкие к Мизии люди замечали, как менялся ее характер. Все сильнее проявлялось не знающее границ возбуждение и вместе с тем росли сухость сердца, горечь, не свойственные ей раньше. Еще при жизни Дягилева исчезал прежний энтузиазм к новому, что приходило в искусство, появилось равнодушие.

Со смертью Дягилева она потеряла такое важное для нее положение — положение визиря и тайного советника при султане.

Еще один раз ей удалось сыграть главную роль на концерте, который она якобы устроила для Марселль Мейер. Еще раз у нее появилась возможность утвердить себя как личность самостоятельно. Но она, как и в молодости, от этого отказалась.

В день, когда Серт с «маленьким чемоданом» ушел из их общего дома, она сломалась. Все чаще искала успокоение в морфии.

Последовала пора унизительных, отчаянных усилий не потерять Серта и Руси окончательно. Шанель всячески пыталась отвлечь ее, увозя с собой то в Голливуд, то в круизы на яхте Вестминстера или в его замок в Англию. Но верховая езда, псовая охота, теннис, рыбная ловля — все, чем наслаждалась Коко, — Мизии были неинтересны и скучны. А главное, ей надо было быть рядом с Сертами, разделять их жизнь, быть их постоянной спутницей. И вновь она проиграла, став им обоим в тягость.

Теперь ей досталась жалкая роль. В ее присутствии испытывали неловкость. Кокто сравнивал положение Мизии при Сертах с положением человека, который в переполненном ресторане стоит у столика и ждет, когда он освободится, и присутствие которого мешает есть, лишая аппетита.

Так как их постоянно видели вместе, по Парижу стали ходить упорные слухи о «браке втроем». Поль Моран в своей книге «Венеция» спустя годы писал: «Вспоминаю Хосе-Мариа Серта, развалившегося в кресле с его двумя женами, Мизией и Руси, у его ног». В 1933 году французский драматург польского происхождения Альфред Савуар[314], годами посещавший салон Мизии (говорили, он был когда-то ее любовником), не мог удержаться, чтобы не сделать эту ситуацию сюжетом своей пьесы «Мария», героями которой, что ни для кого, несмотря на вымышленные имена, не осталось секретом, стали Мизиа, Серт и Руси[315]. В «Марии» была сцена, когда все трио оказывалось в одной постели. На первом представлении разгневанная Мизиа вышла из зала посреди акта. Для Руси все это было невыносимо. В Испанию, где Серт построил для нее дом, она не приглашает Мизию; в Париже не принимает в присутствии друзей.

Но вот Руси умирает. Вместе с неподдельным (хочется думать) горем в Мизии воскресает надежда, что Серт вернется и вновь станет ее мужем. Серт не покидает ее до самой своей смерти. Он всячески помогает ей. Они видятся каждый день. Но он не вернется так, как хотелось Мизии. Она — не любовница, не жена. Она просто существует при нем. Мало того: во время войны Серт ждал развода жены германского посла в Испании баронессы Штохрер, чтобы жениться на ней. Щадя Мизию, он старался скрыть от нее свои планы. Но она не могла не узнать о них.

Беда настигает ее одна за другой. Умирает ее любимый брат Сипа. Она начинает терять зрение. Операция в Швейцарии не принесла успеха. Тщетно пытаются спасти второй глаз. Колетт, у которой были те же проблемы с глазами, в своем дневнике 1941 года восхищается тем, с каким мужеством и достоинством переносит Мизиа свою почти полную слепоту. Оставалось два утешения: пианино и миниатюрные деревья, которые она мастерила своими ловкими руками из кораллов и нефрита и продавала богатым американцам или дарила друзьям.

Перед самой войной тяжелый сердечный приступ приковывает ее к постели. В течение нескольких дней она находится, как пишет Серт сестре, между жизнью и смертью. Обеспокоенный, он откладывает свою поездку в Испанию.

Теперь большую часть времени Мизиа проводит лежа; ее навещают друзья: Шанель, Пикассо, Лифарь. Иногда, правда все реже и реже, она наведывалась к антикварам, иногда бывала на концертах. Но это была уже не та Мизиа, которая, как рассказывали, еще недавно заставляла смеяться весь Париж, когда после бурных оваций на премьере оратории Клоделя-Онеггера[316] заявила: «Ну вот, собрались самые большие зануды на свете: Клодель, Онеггер и Жанна д’Арк». Теперь руки, поднятые для аплодисментов, уже не опускались, когда слышалось ее громкое, на весь зал: «Какая скука!» Когда в «Театре де Шанз-Элизе» на первом после Освобождения концерте оркестра Консерватории Шарль Мюнх дирижировал «Весной священной», она, закутанная в соболя, громко и отчетливо выразила свое неодобрение, по залу пронеслось недоброжелательное «Тише!». С горечью она должна была признать, что и здесь потерпела поражение, потеряв роль высшего судьи в том, что касалось музыки.

Мизиа не только перестала занимать центр сцены. Но для нового поколения превратилась в осколок прошлого, возбуждала любопытство как исторический предмет, своего рода музейный экспонат.

Но настоящий конец наступил со смертью Серта. Он завещал ей свою квартиру, свою пещеру Али-Бабы, со всем, что в ней находилось, избавив ее тем самым от материальных забот. Квартира эта в доме 22 на улице де Риволи была в двух шагах от той, где она когда-то царствовала как жена Эдвардса, и очень близко от дома, где жила молоденькая Мизиа Натансон, квартира, полная теней и воспоминаний. Мизиа выбрала для себя самую маленькую спальню и велела обить ее черным и розовым шелком.

Она получила в наследство и секретаря Серта, сына дипломата Було Ристельхюбера[317]. Этот эрудированный, болезненный, странный, чрезмерно пристрастный к косметике молодой человек давно восхищался Мизией. Еще при жизни Серта он вел дневник, почти на каждой странице которого писал о Мизии: «…Можно говорить о комедии, о чрезвычайной ловкости, с которой она строит свою жизнь, о постоянной саморекламе, об игре, о чем угодно. Это не мешает мне безгранично восхищаться ею». Для Було все оправдывала, как он писал, ее великая любовь к Серту. Он был бесконечно предан Мизии. После смерти Серта навещал ее почти каждый день. У них было много общего: друзья, музыка, наркотики. С ним она познала последнюю романтическую дружбу. Мизиа испытывала огромное утешение, диктуя, вернее, рассказывая свою жизнь этому странному юноше, у которого был настоящий культ ее прошлого. Эти воспоминания так много значили для нее. Они воскрешали молодость и время, когда она наслаждалась властью. Диктуя свои мемуары, она вновь обретала главную роль.

Понимал ли этот чувствительный молодой человек, по вечерам записывавший ее рассказы, как искусно Мизиа лавирует, скрывая подлинные пружины, которые двигали ею, свои социальные амбиции и честолюбие, как и многое другое? Как стремится создать свой образ таким, каким ей хотелось предстать перед будущими читателями? Понимал ли он все это? Трудно сказать. Гораздо легче представить себе саркастическую мину Шанель, когда он читал ей, племяннице Мизии Мими, Габриэлль Дорзиа[318] и кому-нибудь из гостей старательно переписанные им страницы, а Мизиа, довольная, продолжала свою постоянную игру, капризничала и, смеясь, говорила: «О нет! Это совсем не то, что я хотела сказать!»

В 1947 году она совершила паломничество в Венецию. Фотожурналист Хорст рассказывал биографам Мизии, как она, почти совсем слепая, показывала ему в галерее Академии свои любимые картины, с какой страстью говорила о них, вспоминая все детали, которые не могла уже видеть. Когда он проводил ее в номер отеля, она бросила на кровать все оставшиеся у нее лиры и сказала Хорсту: «Возьмите, вы еще вернетесь сюда, мне они больше не пригодятся».

В Венеции Хорст снял ее в последний раз. Тонкая, изящная, хрупкая, трогательная — как не похожа она на сытую, довольную, избалованную Мизию-кошечку, какой мы видим ее на еще недавних фотографиях. И насколько прелестнее, утонченнее она на этом своем последнем снимке, одиноко стоящая перед старинным венецианским дворцом!

Венеция, эта «вечная утешительница», с какой она простилась навсегда, не принесла ей — в который раз! — успокоения.

А Париж готовил для нее новые мучения: равнодушие молодых, все растущую душевную и физическую усталость, болезни. Ей случалось падать на улице, и незнакомые люди помогали ей добраться до дома. И новые утраты: в 1949 году в автомобильной катастрофе погибла племянница Мими. Единственным прибежищем Мизии остались наркотики, которые верно вели ее к саморазрушению. Становилось все труднее и опаснее доставать их. Мизиа, теперь часто терявшая ощущение реальности, была уверена, что сама диктует законы, что ее привилегированное положение гарантирует ей безопасность. Тщетно Шанель умоляла ее быть осторожнее. Мизию уже ничто не могло остановить. Она стала безнадежной наркоманкой, не пытавшейся даже скрыть это. В Монте-Карло в аптеке громко требовала, чтобы ей продали морфий. Теперь за обедом в присутствии людей или бродя по Блошиному рынку, она не таясь кололась прямо через юбку. В один прекрасный день раздался звонок в дверь. На пороге стоял полицейский. Мизию арестовали, потому что ее имя нашли в списке тех, кто перепродает наркотики. Почти сутки она провела в камере с пьяными проститутками, бродяжками, наркоманками, пока не вмешались ее влиятельные друзья. Теперь она вздрагивала при каждом звонке в дверь. Но все больше и больше становилась зависимой от морфия. Перестала следить за собой, стала неряшливой, забывала о еде.

В сентябре 1950 года, вернувшись из Швейцарии, куда увозила ее Шанель, пытаясь оградить от опасности, Мизиа слегла и уже не могла подняться. Утром 15 сентября горничная вызвала ее приятельницу Дениз Мейер[319]. Та рассказывала биографам Мизии, что нашла ее в полном сознании, спокойно отдающей себе отчет в том, что умирает. «Знаешь, — сказала она Дениз, — жизнь вовсе не так прекрасна». Во второй половине дня приехали Шанель, Кокто, Клодель, который в тот же день записал у себя в дневнике: «Мизиа в бывшей квартире Серта. Она выглядит удивительно молодо. Она причастилась».

К вечеру Мизиа перестала говорить, дышала все отрывистее и труднее. Друзья уходили один за другим. Ночью она бесшумно отошла. Ей минуло в марте 78 лет.

Ранним утром приехала Шанель. Велела перенести Мизию в большую кровать Серта под балдахином и выйти всем из комнаты, Коко обмыла, причесала, загримировала ее, одела во все белое с широкой бледно-розовой лентой на груди, на которую положила белую розу. Когда Коко наконец разрешила войти, раздался возглас удивления: Мизиа никогда не была так прекрасна, даже на полотнах художников, влюбленных в нее. Это был последний дар, принесенный Шанель подруге, с которой ее так многое связывало.

Мизию отпевали в польской церкви на улице Камбон, совсем рядом с Домом Шанель. Похоронили ее на маленьком кладбище близ Вальвена, где покоился Малларме.

Н. Тодрия

Авриль, Сюзанн

Александра, королева Англии, жена Эдуарда VII

Альфонс XIII, король Испании

Ан, Рейнальдо

Андерсен, Ханс Кристиан

Ане, Клод

Анри, полковник

Ансерме, Эрнст

Апак

Аполлинер, Гийом

Аргутинский-Долгоруков, Владимир, князь

Арокур, Эдмон

Астрюк, Габриэль

Ренуар Огюст (1841–1911), Тулуз-Лотрек Анри де (1864–1901), Боннар Пьер (1867–1947), Вюйар Эдуард (1868–1940), Валлоттон Феликс (1865–1925) — французские художники.

Стравинский Игорь Федорович (1882–1971) — композитор и дирижер, оказавший большое влияние на развитие мировой музыкальной культуры XX века. Мизии он посвятил «Три пьесы для струнного квартета». Равель Морис (1875–1937) — французский композитор, пианист и дирижер, посвятивший Мизии свои произведения «Вальс» и «Лебедь». Пуленк Франсис (1899–1963) — французский композитор и пианист, посвятил Мизии музыку к балету «Лани».

Малларме Стефан (1842–1898), Верлен Поль (1844–1896) — французские поэты-символисты.

Дягилев Сергей Павлович (1872–1929) — театральный и художественный деятель. Один из основателей в Петербурге объединения «Мир искусства» (1898) и журнала «Мир искусства» (1899–1904). С 1906 г. начинает пропаганду русского искусства за рубежом. В 1911 г. создает постоянную труппу «Русский балет Дягилева».

Кокто Жан (1889–1963) — «человек-оркестр», как его называют во Франции: прозаик, поэт, драматург, критик, эссеист, сценарист, художник, режиссер театра и кино. Член Французской академии. Мизиа послужила прообразом княгини де Борм, героини его романа «Самозванец Тома».

Пруст Марсель (1871–1922), — французский писатель, лауреат Гонкуровской премии. Мизиа послужила ему прототипом княгини Юрбелетьевой. Многие ее черты он использовал, создавая образ мадам Вердюрен с ее «кланом».

Клодель Поль (1868–1955) — французский писатель и дипломат. Член Французской академии.

Жид Андре (1869–1951) — французский писатель, лауреат Нобелевской премии.

Ужасный ребенок (франц.).

Моран Поль (1888–1976) — французский писатель и дипломат, член Французской академии. Автор памфлета «Я жгу Москву» (1924).

Бертело Филипп — французский дипломат. В своем особняке на бульваре дез Инвалид устраивал приемы, на которых бывали политические деятели, титулованные особы, артисты и писатели.

Бель-эпок («Прекрасная эпоха») — так называют во Франции период в ее истории, охватывающий конец XIX — начало XX в. до Первой мировой войны.

Ренуар Жан (1894–1979) — французский кинорежиссер, сын Огюста Ренуара.

Сиприен Годебски (1835–1909), скульптор, получавший заказы в разных концах света от Чили до Петербурга. В 1865 г. он женился на Эжени Софи Леопольдин Серве (1843–1872) — матери Мизии. Его дед был солдатом армии Наполеона. Отец, Франсуа Ксавье — автор легких комедий, фарсов, водевилей, либретто для опер и балетов, — эмигрировал со всей семьей во Францию, где с тех пор и жили все Годебски.

Дед Мизии бельгийский виолончелист и композитор Серве Адриен Франсуа (1807–1866) во время гастролей в Петербурге женился на девушке из богатой еврейской семьи, Софье Фейгиной (1820–1893), принявшей католичество. Ходили упорные слухи, что отцом одного из ее сыновей был Ференц Лист.

Форе Габриэль (1845–1924) — французский композитор и педагог, профессор Парижской консерватории.

Рекамье Жанн Франсуаз Жюли Аделаид (1777–1849). В ее салоне собирались выдающиеся люди Франции от политических деятелей до литераторов. Ее ближайшим другом был писатель и политик Франсуа Рене де Шатобриан (1768–1848). Бакст Лев Самойлович (1866–1924) — русский живописец и театральный художник, многие годы сотрудничал с Дягилевым. Бенуа Александр Николаевич (1870–1960) — русский живописец, график, критик, идеолог объединения «Мир искусства». Европейскую известность ему принесли Русские сезоны.

Аргутинский-Долгоруков Владимир Николаевич, князь (1874–1941) — дипломат, любитель искусства, принимал участие в субсидировании выставки русских художников в Париже в 1906 г. и Русских сезонов. После 1917 г. был хранителем Эрмитажа. В начале 20-х гг. эмигрировал во Францию.

Режан Габриэлль (1856–1920) — французская актриса.

Серт-и-Бадиа Хосе-Мариа (1876–1945) — испанский художник, живший во Франции. Известен своими архитектурно-декоративными работами. Оформил несколько спектаклей в «Русском балете». Дягилев называл его «старым другом и единомышленником всех наших выставок и театральных выступлений». О его декорациях к балету Рихарда Штрауса «Легенда об Иосифе» (1914) А. Бенуа писал: «Грандиозная», «веронезовская декорация». И. Грабарь, видевший произведения Серта в 1924 г., отмечал «претенциозность» его искусства, «приблизительность рисунка, обманчивость знаний и умения».

Друзей русских (франц.).

Об этом свидетельствуют многочисленные письма Стравинского, Бакста, Сати, Кокто, Равеля, Орика и многих других. О том, как Мизии удалось, в частности, уладить ссору Дягилева с Пикассо из-за эскизов костюмов к балету «Пульчинелла», вспоминает режиссер «Русского балета» С. Л. Григорьев.

Мизиа даже пыталась помешать женитьбе фаворита Дягилева, танцовщика и балетмейстера Д. Мясина, на английской артистке «Русского балета» Вере Савиной (Кларк).

Сати Эрик (1866–1925) — французский композитор, на музыку которого были поставлены в «Русском балете» три спектакля.

Труфальдино — герой комедии итальянского драматурга Карло Гольдони «Слуга двух господ». Брут — древнеримский военачальник, друг Цезаря, принявший участие в заговоре против него.

«Я сама расскажу свою историю», — заявила Шанель. На что Мизиа остроумно заметила: «Но она уже написана. Тебе достаточно опубликовать свои бухгалтерские книги».

Мизиа и Шанель познакомились у французской актрисы Сесиль Сорель в мае 1917 г. Поль Моран записал у себя в дневнике: «Кокто рассказывает о вчерашнем неслыханном завтраке у Сесиль Сорель. Там были Бертело, Серт, Мизиа, Коко Шанель, которая решительно становится важной персоной».

Мизиа в главе о Шанель, опубликованной в книге Голда и Фицдейла, рассказывает о впечатлении, какое произвела на нее Коко: «За столом я сразу обратила внимание на молодую женщину, жгучую брюнетку. Хотя она не произносила ни слова, от нее исходило неотразимое обаяние. Она заставила меня вспомнить о мадам дю Барри (Графиня Жанн дю Барри, фаворитка Людовика XV, казненная в 1793 г.). <…> Она показалась мне неслыханно изящной и грациозной. Когда перед уходом я восхитилась ее очень красивым манто из красного бархата, отороченным мехом, Шанель немедленно накинула его мне на плечи, сказав с очаровательной непринужденностью, что будет счастлива подарить мне его. <…> Я не переставала думать о ней и на другое же утро отправилась в ее бутик на улицу Камбон. <…> Часы пролетели незаметно, как по волшебству, хотя говорила почти все время я одна. Мысль расстаться с ней была мне невыносима, и в тот же вечер мы с Сертом пошли обедать к Шанель».

Коко, что с ней случалось крайне редко, на всю жизнь сохранила благодарность Сертам: они открыли ей, воспитаннице монастырского приюта, новый мир, мир высокого искусства. «Если бы не Серты, я бы так и умерла дурой», — сказала она уже в поздние свои годы. Шанель оказалась на редкость способной ученицей. Ей нравился Серт, она называла его человеком Ренессанса. Как тонко заметил друг и конфидент последних лет жизни Коко, ее первый биограф Марсель Эдрих, Серт посвятил ее в искусство жить, в искусство, какое не было дано ей от природы. Но, наделенная врожденным вкусом, Шанель не скрывала от Мизии своего скептического отношения к нему как художнику.

Мизиа и Серт, как утверждала сама Шанель, «спасли ее от отчаяния», когда погиб Бой Кейпел, первый человек, которого она любила. Коко в свою очередь не раз приходила на помощь Мизии в трудные для той времена.

С годами они стали почти неразлучны. Начали ходить двусмысленные слухи об их отношениях. Друзья Коко категорически это отрицали. Напротив, те, кто близко знал Мизию, вполне допускали.

При всей привязанности друг к другу, в отношениях Мизии и Шанель существовали и подозрительность, и дух соперничества, особенно после того как Мизиа познакомила Шанель с Дягилевым, Стравинским и другими людьми из круга «Русского балета». Коко (хоть и сама она не лишена была коварства) раздражало постоянное стремление Мизии быть «открывательницей», ее склонность к интригам и манипулированию людьми. Она часто называла ее «мадам Вердюренски», намекая на вероломную героиню прустовского романа.

В 1921 г. после финансового неуспеха в Лондоне «Спящей красавицы» Шанель дала Дягилеву чек на крупную сумму, чтобы он мог расплатиться с долгами, поставив условие: об этом «никто не должен знать».

Биографы Мизии предполагают: Шанель знала, что ее подруга уверила бы Дягилева в том, будто это она уговорила дать ему чек. Более того, подозревая Мизию в вероломстве, она могла думать, что та в противном случае предпочла бы, чтобы он вовсе не получил его.

Когда Игорь Стравинский безответно влюбился в Коко, Мизиа, по-видимому, считая всех людей дягилевского круга своей собственностью, пыталась поссорить их.

«Наби» (на древнееврейском «пророк») — течение в живописи, возникшее во Франции в конце 80-х гг. XIX в., к которому принадлежали друзья Мизии Вюйар, Боннар, Валлотгон.

«Шестерка» — основанная в 1918  г. группа, куда вошли шесть молодых французских композиторов: Пуленк, Онеггер, Мийо, Орик, Дюрей, Тайффер. Вдохновителем и автором манифеста «Шестерки» — «Петух и Арлекин» — был Кокто.

Дебюсси Клод (1862–1918) — французский композитор.

Памятник Франсуа Серве открыт в 1871 г. в Алле.

Цецилия, святая католической церкви, покровительница духовной музыки. Давид — израильский царь, поэт, музыкант и пророк.

Мари-Анриэтт, жена Леопольда II (1835–1909), короля Бельгии с 1865 г.

Лукулл, древнеримский полководец, славившийся богатством, роскошью и пирами.

Дантон Жорж Жак (1759–1794), деятель Великой французской революции, один из вождей якобинцев.

Зарембски Юлиус (1854–1885) — польский пианист.

Серве Жозеф (1850–1885), бельгийский виолончелист и композитор. Страдивари — виолончель, изготовленная в мастерской знаменитого мастера смычковых инструментов Антонио Страдивари, или Страдивариуса (1644–1737).

Шиме, князь Караман (1836–1892) — бельгийский политический деятель, министр иностранных дел с 1884 по 1892 г.

Годебски Сипа (1875–1937), любимый сводный брат Мизии.

Лист Ференц (Франц, 1811–1886) — венгерский композитор и пианист.

Козима Вагнер — дочь Ференца Листа, вторая жена немецкого композитора Рихарда Вагнера (1813–1883). Бюлов Ганс фон (1830–1894) — немецкий композитор, пианист, дирижер.

Дюма-сын Александр (1824–1895) — французский драматург и романист.

Мюссе Альфред де (1810–1857) — французский поэт, писатель и драматург, член Французской академии.

Женский монастырь Сакре-Кёр находился с 1820 по 1904 г. в особняке, построенном в начале 30-х гг. XVIII в. С 1907 г. часть особняка, называемого до сих пор по имени купившего его в 1753 г. маркиза де Бирона «Отелем Бирон», занимал скульптор Огюст Роден. В 1911 г. он становится его единственным обладателем. С 1916 г. в «Отеле Бирон» помещается музей Родена.

Были сделаны Сиприеном Годебски.

Доде Альфонс (1840–1897) — французский писатель.

Лука делла Роббиа (1400–1482) — итальянский скульптор, впервые применивший технику майолики.

Каролюс-Дюран Шарль (1837–1917) — французский салонный живописец, член Академии изящных искусств, директор Римской академии. Шарпантье Жорж (1846–1905) — постоянный издатель Флобера и Золя и еженедельника «Ла Ви Модерн» («Современная жизнь»). Поззи Самюэль-Жан (1846–1918) — французский хирург-гинеколог, друг племянницы Наполеона I принцессы Матильды (1820–1904). Ропс Фелисьен (1832–1898) — бельгийский художник Его эротические гравюры иллюстрировали произведения Верлена, Бодлера, Гонкуров.

Эрман Абель (1862–1950) — французский писатель. Арокур Эдмон (1856–1941) — французский писатель.

На собраниях «Лиги Розы» по правилам, предложенным доктором Поззи, ее члены играли роли пациентов, которым надо было не только отвечать на вопросы о своих сексуальных пристрастиях, но и демонстрировать их.

Повесть французской писательницы графини де Сегюр, урожденной Софьи Федоровны Ростопчиной (1799–1874), о проказах и наказаниях маленькой Софи. Переведена на русский язык под названием «Приключения Сонечки» в 1864 г. В 1980 г. французский актер и режиссер Жан Клод Бриали снял фильм по повести де Сегюр.

На самом деле Мизии было восемнадцать лет. По свидетельству современников (и по фотографиям), в эту пору она была соблазнительной, вполне сформировавшейся девушкой с высокой грудью и цветущим чувственным личиком.

Существует другая версия бегства и пребывания Мизии в Лондоне. Артуру Голду и Роберту Фицдейлу Жак Порель, сын Габриэлль Режан, подруги Мизии, рассказывал со слов матери, что она бежала в Лондон с художником Фелисьеном Ропсом, адептом «сатанизма», который был на сорок лет старше ее. Об этом Режан узнала от самой Мизии, которая сказала ей, что стала любовницей Ропса. Во Францию она вернулась одна.

Адам Натансон, богатый польский банкир, эмигрировавший во Францию с русской женой и тремя сыновьями, Александром, Таде и Альфредом.

Нобель Альфред (1833–1896) — шведский инженер-химик, изобретатель динамита. Учредитель Нобелевской премии.

Серве Франц (1846–1901) — бельгийский виолончелист и композитор.

Ван де Вельде Анри Клеман (1863–1957) — бельгийский живописец, с 1890  г. посвятивший себя прикладному искусству, а с конца XIX в. — архитектуре.

Метерлинк Морис (1862–1949) — бельгийский драматург, поэт, эссеист. Нобелевский лауреат. Гюисманс Жорж Шарль (1848–1907) — французский писатель. Его роман «Там» опубликован в 1891 г.

Леконт де Лиль Шарль (1818–1894) — французский поэт, член Французской академии.

Моттль Феликс (1856–1911) — немецкий композитор и дирижер. С 1886  г. дирижировал вагнеровскими операми в Байрейте.

«Парсифаль» — последняя опера Вагнера (1882) по мотивам романа Кретьена де Труа (ок. 1130 — ок. 1191) «Парсифаль, или Сказки Грааля».

Мизиа и Таде сочетались браком 25 апреля 1893 г. Ей в марте исполнился двадцать один год, ему было двадцать пять лет.

Салон этой квартиры запечатлен на полотнах Эдуарда Вюйара «Салон с тремя лампами» и «Мизиа за пианино».

«Ревю Бланш» (1889–1903) — первый художественно-литературный журнал, издававшийся в Париже на правом берегу Сены, основанный братьями Натансон. Самый значительный и дольше всех просуществовавший из так называемых маленьких журналов, возникших во Франции в 1880–1990-е гг. (в большинстве случаев они переставали выходить через год-два). Название «Ревю Бланш» — «Белый журнал» — связано с пониманием белого цвета как синтеза всех цветов, как стремление объединить весь спектр духовных исканий эпохи. Один из современных французских журналистов утверждает, что «Ревю Бланш» был «общественной, художественной и литературной энциклопедией». В нем печатались только первые переводы произведений иностранных писателей от Толстого до Горького, от Джейн Остин до Оскара Уайльда, Марка Твена, Маринетти и многих других. Разумеется, французы — от Сен-Симона, Стендаля, Золя до Малларме, Верлена, Жида, Пруста. В журнале сотрудничали О. Мирбо, Ж. Ренар, А. Жарри, Т. Бернар, Г. Аполлинер и др. Таде был художественным критиком журнала. Дебюсси, под псевдонимом М. Крош, — музыкальным; Леон Блюм писал о литературе, театре и спорте. В «Ревю» печатались репродукции импрессионистов; с конца 1890-х гг. журнал оформлялся в стиле модерн. В нем появлялись рисунки Вюйара, Валлоттона, Синьяка, Редона. Анри Тулуз-Лотрек написал для плаката «Ревю Бланш» портрет Мизии на катке в шляпе с огромными перьями и с муфтой в руке. Она часто вместе с Таде читала рукописи, поступавшие в журнал. На рисунке, полном дружеского юмора, «Редакция «Ревю Бланш»» Пьер Боннар изобразил Мирбо и Анри де Ренье, Александра и Таде Натансонов, Феликса Фенеона, Жюля Ренара и Мизию, сидящую рядом за столом. Редакция «Ревю Бланш» была местом, где устраивались выставки Сера, Вюйара, и клубом, в котором встречались писатели, художники, музыканты. Многие из них стали друзьями Мизии.

Натансон Александр — старший брат Таде, бизнесмен и преуспевающий адвокат, финансировал «Ревю Бланш» при его основании и был в первые годы его директором. Младший, Альфред, — инициатор создания журнала, его литературный критик.

Валери Поль (1871–1945) — французский поэт. Блюм Леон (1872–1950) — писатель и политический деятель, в 1936–1938  гг. глава Народного фронта. Фенеон Феликс (1861–1944) — французский писатель и художественный критик. Геон Анри (1875–1944) — французский драматург. Бернар Тристан (1866–1947) — французский прозаик и драматург. Ренар Жюль (1864–1910) — французский писатель. Ренье Анри де (1864–1936) — французский писатель, член Французской академии. Мирбо Октав (1848–1917) — французский писатель и драматург. Жарри Альфред (1873–1907) — французский драматург. Ла Женесс Эрнст Леон (1874–1917) — французский писатель. Коолюс Ромон (1868–1952) — французский драматург. Воллар Амбруаз (1868–1939) — французский писатель и торговец картинами. Колетт Сидони Габриэлль (1873–1954) — французская писательница, член Академии Гонкуров и Бельгийской Академии. Кавалер ордена Почетного легиона. Вилли — псевдоним французского писателя и музыкального критика Анри Готье-Виллара (1859–1931).

Луис Пьер (1870–1925) — французский поэт и прозаик. Валери называл его «литературной совестью» Дебюсси.

«Пелеас и Мелизанда», опера Дебюсси (1902) по одноименной пьесе Метерлинка.

«Опера-Комик» — французский музыкальный театр Парижа. Здесь были впервые поставлены «Кармен» Бизе, «Лакме» Делиба и «Манон» Массне, оперы Р. Штрауса, Пуччини и других. Первое исполнение «Пелеаса и Мелизанды» состоялось 30 апреля 1902 г.

Мендес Катюлль (1841–1909) — французский поэт.

В греческой мифологии Менелай, царь Спарты, муж Елены Прекрасной. Палиссандр — древесина некоторых южноамериканских деревьев, из которых делают дорогую мебель.

В городе Байрейт в Германии в 1876 г. был открыт театр Вагнера, где исполнялись его оперы.

Бреваль Люсьенн — оперная певица.

Сен-Санс Камиль (1835–1921) — французский композитор, пианист, дирижер и музыкальный критик.

Люнье-По Орельен (1869–1910) — французский режиссер и актер. В 1893 г. открыл в Париже театр «Эвр» пьесой Ибсена «Росмерсхольм».

Так до 1925 г. называлась столица Норвегии Осло.

Григ Эдвард (1843–1907) — норвежский композитор, пианист, дирижер. Автор музыкальной сюиты к романтической поэме Ибсена «Пер Гюнт».

Озе — одна из героинь поэмы.

Герой одноименной трагедии Шекспира, действие которой происходит в Дании в королевском замке Эльсинор.

Таде Натансон купил дом в Вальвене (деревне неподалеку от Фонтенбло), где в маленьком доме на берегу Сены жил Малларме.

Как рассказывают Голд и Фицдейл, нынешний владелец дома Натансонов, парижский врач, нашел там висевший над камином рисунок Тулуз-Лотрека, изображающий его кузена Тапье де Салейрана, похожего на Дон Кихота в цилиндре и рединготе.

Валлетт Альфред, директор «Меркюр де Франс», литературного журнала, основанного писателями-символистами в 1889 г. Жена Валлетта — романистка Маргерит Рашильд (1860–1953).

Моризо Берт (1841–1895) — французская художница.

Игра слов: С.М. — S.M. — Stefane Mallarme (Стефан Малларме) и Sa Majeste (Его Величество). — Здесь и далее, кроме особо оговоренных случаев, примечания переводчика.

«Трубка» (отрывок из «Бреда»). — Примеч. Мизии Серт.

В эрмитажном каталоге западноевропейской живописи XIX–XX вв., изданном в 1983 г., портреты Мизии не числятся.

Барнс Альберт Кумбс (1873–1951), известный американский коллекционер преимущественно французской живописи.

Псевдоним французского поэта и художественного критика Гийома Владимира Аполлинария Александра Костровицкого (1880–1918).

Дюран-Рюэль Поль (1831–1922) — французский торговец картинами, владелец картинной галереи, основанной его отцом в 1833 г., издатель художественных журналов, сыгравший большую роль в признании импрессионистов.

Пылесос (англ.).

Гийом Поль (1893–1934) — французский художественный критик и торговец картинами.

«Треуголка» — одноименный балет на музыку Мануэля де Фальи, хореография Л. Мясина. «Русский балет», 1919 г.

«Парад» — балет композитора Э. Сати, балетмейстер Л. Мясин, оформление Пикассо. «Русский балет», 1917 г. Аполлинер в связи с этим спектаклем впервые ввел в о биход термин «сюрреализм».

Руссо Анри (1844–1910), французский художник-примитивист, до 1893 г. служивший в налоговой инспекции, отсюда его прозвище Таможенник.

Бланш Жак Эмиль (1861–1942) — французский художник и литератор, член Академии изящных искусств. В своем «Дневнике художника» вывел Мизию под именем Сони.

Ан Рейнальдо (1875–1947) — французский композитор, сочинения которого характеризуют лиризм и мелодичность.

Золя Эмиль (1840–1902) — французский писатель. Автор памфлета в защиту Дрейфуса «Я обвиняю» (январь 1898 г.), открытого письма президенту Франции Феликсу Фору. Генеральный штаб привлек Золя к суду за клевету. Писатель был приговорен к году тюремного заключения и штрафу в 3000 франков. До приведения приговора в исполнение Золя удалось уехать в Англию. Он вернулся во Францию приблизительно через год, после того как признание полковника Анри подтвердило его полную правоту.

Дрейфус Альфред (1859–1935) — французский офицер еврейского происхождения, приговоренный по ложному обвинению в шпионаже в 1894 г. к пожизненной каторге. Помилован в 1899 г., полностью реабилитирован в 1906 г.

На самом деле действительный виновник преступления, за которое был осужден Дрейфус, потомок старинного венгерского рода майор французской армии Фердинанд Эстергази передавал секретные документы французского Генерального штаба германскому военному атташе.

Полковник Анри, служивший в отделе разведки Генерального штаба, признался в 1898 г., что один из документов, доказывающих преступление Дрейфуса, был им сфабрикован. Посаженный в тюрьму, Анри покончил жизнь самоубийством в том же, 1898 г.

Лабори Фернан Гюстав Гастон (1860–1917) — французский адвокат, выступавший защитником Дрейфуса и Золя на их процессах. Клемансо Жорж (1841–1929) — французский политический деятель и публицист, премьер-министр в 1906–1909  гг. и в 1917–1921 гг. Член Французской академии. Выступал за пересмотр дела Дрейфуса.

Форен Жан Луи (1852–1931) — французский живописец, рисовальщик и гравер.

Рейнах Жозеф (1856–1921) — французский публицист и политический деятель, выступал за пересмотр дела Дрейфуса, написал семитомную историю этого дела.

Палеолог Морис (1859–1944) — французский дипломат. Посол Франции в России во время Первой мировой войны. Член Французской академии.

Коппе Франсуа (1842–1908) — французский поэт. Член Французской академии.

Манье Мари Луиз Жозефин (1848–1913) — французская актриса.

Лоран Мери (1849–1900) — возлюбленная и преданный друг Э. Мане последних десяти лет его жизни. Незадолго до кончины художника позировала ему для картины «Осень», которую завещала музею своего родного города Нанси. Малларме, близкий друг Мане, испытывал к Мери Лоран самую глубокую привязанность и поддерживал с ней отношения до конца своих дней.

Руссель Кер Ксавье (1867–1944) — французский художник.

Леблан Жоржетт — французская актриса, жена Метерлинка.

Бурж Элемир — французский писатель.

Террасс Клод (1867–1923) — французский композитор.

Картина «За столом у месье и мадам Натансон», где изображена Мизиа, вульгарная и толстая, на вид много старше своих лет. Она сидит, твердо поставив локти на стол, выпятив подбородок. Рядом с ней рассерженный Вюйар, высокомерный Валлоттон и напротив Мизии, спиной к зрителям, Таде.

Любопытно, что Пруст в своем романе «В поисках утраченного времени» несколько раз называет госпожу Вердюрен «Хозяйкой».

Я послала ему пластинку. — Примеч. Мизии Серт.

Ида Годебска. Равель, большой друг Иды и Сипы, посвятил им свою «Сонатину».

Мицкевич Адам (1799–1855) — польский поэт.

Мари-Анн Годебска, в замужестве Блак-Блэр, родилась в 1901 г., любимая племянница Мизии. Равель посвятил ей и ее брату Жану свое сочинение «Моя матушка гусыня». В юности Мари-Анн была одаренной поэтессой, в семнадцать лет написала поэму, которая вдохновила Сати на одно из его сочинений. Погибла в автомобильной катастрофе в 1949 г.

Сенкевич Генрик (1846–1916) — польский писатель. Лауреат Нобелевской премии.

Луше Луи (1872–1930) — промышленник.

Речи Фенеона во время процесса позднее были опубликованы.

Вальдек-Руссо Пьер (1846–1904) в 1899–1902 гг. премьер-министр Франции.

Панар Рене (1841–1908) — конструктор автомобилей, вместе с Левассором Эмилем (1843–1897) основал в 1886 г. «Товарищество Панар и Левассор».

Жена Эдвардса Жанн (1865 — после 1936 г.) — дочь знаменитого французского психиатра Жана Мартена Шарко. Известный русский издатель и журналист А. С. Суворин весной 1893 г. записывает в дневнике: «Дочь Шарко знает по-русски <…> брала уроки, читала Пушкина и Лермонтова <…> очень миловидная девушка». Ее брат Шарко Жан-Батист (1867–1936) — океанограф, исследователь Арктики. Погиб на своем специально построенном для экспедиции на полюс судне «Пуркуапа?», которое затонуло в 1936 г.

Лиан де Пужи — знаменитая кокотка начала XX века. Ей принадлежат мемуары «Мои голубые тетради», в которых она рассказывает о незадаче Мизии, пытавшейся вернуть Эдвардса, возбудив в нем ревность к Анри Бернстайну.

Робен Альбер (1847–1928) — известный французский врач.

Доннэ Морис (1859–1945) — французский драматург Член Французской академии. Батай Анри (1872–1922) — французский драматург. Его драма «Мольба о жизни» была последним спектаклем, показанным МХАТом Вторым (1936).

Бог из машины (лат.).

Мало Гектор (1830–1907) — французский писатель.

На самом деле Эдвардс был старше Мизии на шестнадцать лет.

Эдвардс родился в Константинополе в 1856 г. Его отец, Чарлз Эдвардс — англичанин, врач короля Фуада. Мать — француженка Эмили Капораль.

Развод Натансонов произошел в феврале 1904 г., Эдвардсов — в июле. В феврале 1905 г. Мизиа стала официальной женой Эдвардса.

Как утверждают Голд и Фицдейл, современники Мизии не расходились во мнении, что ее обольстили богатство, авторитет Эдвардса, сознание того, что с ним, которого миллионы сделали одним из некоронованных королей Парижа, перед ней откроются все двери.

О том, что Мизиа сделала свободный выбор, говорит и то, что все произошло вовсе не так молниеносно, как она рассказывает в своей книге. Она вышла за Эдвардса замуж спустя более двух лет после того, как стала его любовницей.

Через три года после развода с Мизией Таде в соавторстве с Октавом Мирбо написал пьесу «Очаг», в которой острая сатира на нравы, царящие в высших государственных кругах, соединялась с любовной интригой. В главных героях «весь Париж» без труда узнал не пощадившего себя Таде, Мизию и Эдвардса.

В пьесе миллионер Бирон уговаривает баронессу де Куртэн, бросившую его после того, как много лет она была его любовницей, вернуться к нему. На это она отвечает: «Я больше не продаюсь». Но когда ее муж, сенатор, которому грозит тюрьма за растрату казенных денег, знавший о связи жены с Бироном, умоляет ее любой ценой спасти его от тюрьмы с помощью любовника, она соглашается снова продать себя не только ради спасения мужа, но и соблазненная драгоценностями, яхтами, которые Бирон сулит ей. Пьеса кончается тем, что все это трио, да еще молодой человек, будущий любовник баронессы, отправляются на яхте Бирона в Венецию.

Во Франции «Очаг» был напечатан в 1909 г. и тогда же поставлен в «Комеди Франсэз» (в 1938 г. он вновь появился на парижской сцене). В России «Очаг» опубликован по рукописи, полученной от Мирбо, в 1908 г. в сборнике Товарищества «Знание». Имени Натансона как соавтора в этом издании нет. С тех пор пьеса неоднократно переводилась, но лишь в издании журнала «Театр и искусство», появившемся в том же 1908 г., стоят имена обоих ее авторов.

Маркиз де Карабас — персонаж сказки Перро «Кот в сапогах».

Плавучий дом (англ.).

Манци (Манзи) Мишель (1849–1915), специалист по хромотиполитографии, коллекционер, торговец картинами, и Жуайян (Жойан) Морис (ум. в 1930 г.), близкий друг Тулуз-Лотрека, торговец картинами, издали в 1905 г. отдельным альбомом 22 рисунка из серии «Цирк». В 1952 г. издательство «Ливр» выпустило альбом со всеми 39 рисунками этого цикла.

«Фигаро» — еженедельный сатирический журнал, основанный в 1854 г. С 1866 г. стал ежедневной политической и литературной газетой.

Кальметт Гастон (1858–1914) — директор «Фигаро», убит Анриэтт Кайо, женой Жозефа Кайо, премьер-министра Франции в 1911–1912 гг.

Гурмон Реми де (1858–1915) — французский писатель и литературный критик.

Ане Клод (1868–1931) — французский писатель.

Эллё Поль (1859–1927) — французский художник, получивший известность своими акварелями и особенно гравюрами. Сем (1863–1934) — французский художник, прославившийся остроумными и беспощадными карикатурами. Он называл фрески Серта огромными мыльными пузырями. Март Летеллье — знаменитая кокотка начала века, элегантностью которой восхищалась Коко Шанель.

Мюраты — потомки маршала Франции Иоахима Мюрата, мужа сестры Наполеона Каролин.

«Эмэ» — в названии яхты Эдвардс использовал игру слов: эмэ (aimee) — любимая и М.Э. — инициалы Мизии Эдвардс.

Эдуард VII (1841–1910) — король Великобритании с 1901 г.

Ренар Габриэлль (1879–1954), кузина жены Ренуара, с 1894 г. жила в семье Ренуаров, была няней, экономкой, моделью. Существует несколько ее портретов, написанных Ренуаром. В 1914 г. вышла замуж за американского художника Конрада Слейда.

Парижской коммуне 1871 г.

Литературный агент Мизии Женни Брадле рассказывала, что Мизиа показала ей несколько любовных писем Ренуара, спрашивая, следует ли опубликовать их в мемуарах. К сожалению, Брадле посоветовала не делать этого, потому что, как она считала, любовные письма старого человека к молодой женщине выглядят «очень глупо». Письма эти исчезли.

Дега Эдгар (1834–1917) — французский художник.

Мане-Руар Жюли, дочь Берт Моризо и Эжена Мане, брата Эдуарда.

Игра слов: merci — спасибо, merde — дерьмо (франц.).

Карсавина Тамара Платоновна (1885–1978) — русская балерина. В 1909–1914 и 1918–1929 гг. ведущая балерина «Русского балета».

Эгретка — женский головной убор с перьями и драгоценными камнями.

Мизиа ошибается: в оформлении «Шехеразады» Бенуа участия не принимал.

Лор де Сад, графиня Адеом де Шевинье, в ней видят один из прототипов герцогини Ориан де Германт в романе Пруста «В поисках утраченного времени».

Греффюль Элизабет, графиня де( 1860–1952) — друг Дягилева; играя важную роль в великосветской жизни Парижа, способствовала успеху всех его начинаний. Для Марселя Пруста, восхищавшегося графиней, она послужила одним из прототипов герцогини де Германт — персонажа романа «В поисках утраченного времени».

Леди Грей, с 1909 г. маркиза де Рипон (ум. в 1917 г.), фрейлина английской королевы. «Она была большим другом «Русского балета», первая, кого я полюбил в Англии, и первая, кто оценил нашу работу», — говорил Дягилев.

Эти качества, по-моему, так важны в женщине, что я никогда не могла иметь уродливых подруг. Часто говорят, что соседство непривлекательной женщины выгодно оттеняет вашу красоту. Мне это кажется абсурдом. В театре в моей ложе собирались самые красивые женщины. — Примеч. Мизии Серт.

Сад, маркиз де (1740–1814), французский писатель. Тридцать лет провел в тюрьмах за преступления на сексуальной почве. От его имени произошло понятие «садизм».

Великая княгиня Мария Павловна (1854–1923) — президент Санкт-Петербургской академии художеств с 1909 г. Великий князь Владимир Александрович (1847–1909) — сын Александра II. С 1876 г. президент Академии художеств. Президент комитета по организации художественных выставок в Париже (1906). Под его покровительством осуществлялись «Русские исторические концерты» (1907) и открытие Русских сезонов Дягилева.

Жены короля Эдуарда VII, дочери датского короля Христиана IX.

Нижинский Вацлав Фомич (1890–1950) — русский танцовщик и балетмейстер. В 1909–1913 и в 1916 гг. ведущий танцовщик и балетмейстер труппы Дягилева.

Джульетта Дафф. В интервью 1929 г. английской газете «Обсервер» Дягилев назвал ее «главной патронессой нашего нынешнего сезона».

Дамиа (Мариза Дамиен, 1892–1978) — эстрадная певица и актриса. Дебютировала в Париже в 1911 г. Ее называли «Сарой Бернар песни». Оставила сцену в 1949 г.

Картье — знаменитая французская ювелирная фирма, основанная в 1847 г., носящая имя своего основателя.

Бэйби Леон — в 1905–1932 гг. директор французской ежедневной политической газеты «Л’Энтрансижан».

Сорель Сесиль (1875–1966) — французская актриса, устраивавшая роскошные приемы в своем особняке на набережной Вольтера.

Мизиа, очевидно, имеет в виду время, которое во Франции называют бель-эпок.

«Дама от Максима» — пьеса французского драматурга Жоржа Фейдо (1862–1921). Первая постановка в театре «Нувоте» в 1899 г. Пьеса Фейдо и в наше время появляется в театрах на Бульварах.

«Ша Нуар» («Черный кот») — знаменитое парижское артистическое кабаре на Монмартре, основанное в 1881 г. художником Родольфом Сали (1851–1897). «Бог сотворил мир, Наполеон — орден Почетного легиона, а я — Монмартр», — говорил Сали. В кабаре выступали молодые поэты, музыканты, певцы, артисты. Здесь начинала карьеру известная певица «Мюзик-холла» Иветт Гильбер (1867–1944), одна из любимых моделей Тулуз-Лотрека. При кабаре Сали открыл «Театр теней». С 1882 по 1895 г. издавался выходивший каждую субботу журнал «Ша Нуар». Среди посетителей кабаре были Верлен, Рембо, Дебюсси, Тулуз-Лотрек, Мизиа и Таде Натансоны, Сати, Доннэ. В 1897 г. после смерти Сали кабаре прекратило существование.

Огюст Роден в жарких спорах о «Послеполуденном отдыхе фавна» в зрительном зале и в прессе в нескольких газетных статьях решительно встал на защиту балета, назвав его «шедевром».

«Послеполуденный отдых фавна» — одноактный балет на музыку Дебюсси по стихотворению Малларме. Сценарий, хореография и исполнение роли Фавна В. Нижинского. Художник Л. Бакст. «Русский балет», Париж, 1912 г.

Театр «Варьете» — основан в 1807 г. мадемуазель Монтасье (Маргерит Брюне, 1730–1820), известным театральным деятелем, на бульваре Монмартр. Театр мелодрамы, легкой комедии, водевиля, оперетты. Фредерик-Леметр играл там «Кина» Дюма-отца, Сара Бернар — «Даму с камелиями» Дюма-сына. На сцене «Варьете» выступали такие большие актеры, как Рэмю, Сесиль Сорель, Эльвир Попеско, Мишель Симон, Фернандель, Жанн Моро, Даниэлль Даррье, Жак Дюфило и др. Там сыграла одну из первых своих ролей Анн Парийо — Никита в знаменитом фильме Бессона. С 1991 г. «Варьете» принадлежит Жан-Полю Бельмондо, сыгравшему там в числе прочих ролей Сирано де Бержерака и Кина.

В годы, о которых говорит Мизиа, на сцене «Варьете» дебютировала великая эстрадная певица Мистангет (1875–1956), с огромным успехом шла «Парижская жизнь» Оффенбаха.

Парижские бульвары, тянущиеся от площади Мадлен до площади Республики. Наиболее фешенебельная их часть (бульвары Мадлен, Капуцинок, Итальянцев, с их кафе, ресторанами, магазинами) вошла в моду в 1750 г. как излюбленное место прогулок праздных парижан.

Мадам де Таллейран… — бывшая жена Бонни де Кастеллана, богатая американка Анна Гулд, вышедшая вторым браком за его кузена, герцога де Таллейрана.

Люинес де — одна из знатных старинных фамилий Франции. Самый известный из де Люинес, Шарль, был фаворитом Людовика XIII.

Монтескиу-Фезенак Робер де (1855–1921) — французский поэт. А. Бенуа назвал его «законодателем и арбитром подлинной элегантности». Послужил прототипом барона Шарлюса из «Поисков утраченного времени» Пруста и Пассавента из «Фальшивомонетчика» А. Жида.

Женни Брадле рассказала биографам Мизии, как спустя годы после смерти Пруста Мизиа однажды удивила своих гостей, заявив: «У меня есть куча писем Пруста, которые я даже не давала себе труда вскрыть». Когда раздались недоверчивые возгласы, она попросила свою племянницу пойти за ними. Мари-Анн принесла целую пачку писем, старательно перевязанную лентой. Мизиа спросила: «Кто-нибудь хочет взять их?» Мадам Брадле, страстно желающая их получить, постеснялась признаться в этом. Другие, менее щепетильные, унесли письма с собой.

Кроме «Потерянного попугая» Эдвардс написал по крайней мере еще одну пьесу для Лантельм, «Рикошетом», сюжетом которой послужила его победа над Таде Натансоном, превращенная им в легкую комедию. Пьеса была поставлена в «Театре де Капюсин», где роль Мизии (выведенной, разумеется, под вымышленным именем) играла сама Лантельм.

Лантельм Женевьев (1887–1911) — актриса. Дочь хозяйки борделя, главной приманкой которого она была. В 14 лет поступила в Парижскую консерваторию драматического искусства. Ее приглашали в «Комеди Франсэз», но она предпочла театры на Бульварах. Помимо красоты славилась своей сексуальностью, равной склонностью как к мужчинам, так и к женщинам. Эдвардс познакомился с ней весной 1906 г., когда она дебютировала в труппе Режан.

C любовником, актером Полем Ардо.

Вероятно, Мизиа, чтобы как-то отвлечься от терзаний, уехала в Кобур в Нормандию, где тогда находились ее друзья: Вюйар, Сем, Бернар, Люсьен и Саша Гитри. Она остановилась в «Гранд Отеле», в котором жил и Марсель Пруст. И там произошел случай, как будто специально созданный для бульварного фарса. О нем со злым юмором рассказал Пруст, не очень благоволивший к Мизии, в письме к Рейнальдо Ану (письмо это приведено в книге Голда и Фицдейла). За завтраком в ресторане отеля Мизиа увидела того самого Шарко, который несколько лет назад уговаривал ее стать любовницей Эдвардса. За другим столиком сидел сам Эдвардс с Лантельм и, наконец, из глубины зала ей улыбался Таде Натансон.

Эдвардс женился на Лантельм через четыре месяца после развода с Мизией в 1909 г.

Существует версия, что это был не портье, а давний обожатель Мизии писатель Ромэн Коолюс, который пригласил ее в Италию, а она его в свое ложе с купидонами. Проведя несколько дней с ним в Риме и Неаполе, Мизиа вернулась в Париж и больше не давала о себе знать, «разбив ему сердце», как сетовал Коолюс в письме к ней. Это была не единственная эскапада Мизии, чтобы, пробудив ревность Эдвардса, вернуть его. Лиан де Пужи рассказывает в своих мемуарах, что несколько дней в Баден-Бадене у Мизии был роман с драматургом Анри Бернстайном. На этот раз брошенной оказалась она. Бернстайн в ужасе писал Лиан, что не знает, как от нее избавиться. Мизиа постаралась отомстить, призвав в качестве рыцаря своего бывшего мужа Таде. Встретив Бернстайна, Натансон нашел способ оскорбить драматурга. В результате последовала дуэль, которая прекратилась, как только Таде увидел капли крови на руке Бернстайна.

Чистый лист бумаги (лат.).

«Бедекер» — известный путеводитель, названный по имени его составителя Карла Бедекера (1801–1859).

Сикстинская капелла — бывшая домовая церковь в Ватикане, знаменитая своей стенной и плафонной живописью. Построена в 1473–1481 гг. при папе Сиксте IV. Фрески работы Боттичелли, Перуджино и др. Все пространство стены над алтарем занято картиной Страшного суда Микеланджело, им же сделана роспись плафона.

Буль — мебель в стиле, созданном французским художником-столяром Андре Шарлем Булем (1642–1732).

Пещера, полная сокровищ, в которую попадает один из героев «Тысячи и одной ночи».

C 6/19 мая по 22 мая/4 июня 1908 г. состоялось семь спектаклей «Бориса Годунова».

Фокин Михаил Михайлович (1885–1957) — русский хореограф и танцовщик. В 1909–1912 и 1914 гг. работал в дягилевском балете.

Гитри Саша (1885–1957) — французский актер, драматург, режиссер театра и кино.

Майоль Аристид (1861–1944) — французский скульптор.

Сезанн Поль (1839–1906) — французский художник. Памятник Майоля Сезанну находится в саду Тюильри.

Орик Жорж (1899–1983) — французский композитор, входивший в объединение «Шестерка». В «Русском балете» на музыку Орика поставлены «Докучные» (1924), «Матросы» (1925), «Пастораль» (1926).

Речь идет о Вагнере, изображенном на листе бумаги, на котором написано письмо. — Примеч. Мизии Серт. Бош (Boche — франц. — презрительная кличка немцев).

Соге Анри (1901–1989) — французский композитор. Входил в группу музыкантов Аркёйской школы, возглавляемой Э. Сати.

Французский композитор Эрик Сати (1866–1925) жил неподалеку от Парижа в Аркёйе. На его музыку у Дягилева были поставлены балеты «Парад» (1917), «Чертик из табакерки» («Попрыгунчик», 1926), «Меркурий» (1927).

Матисс Анри (1869–1954) — французский художник и скульптор. Первая его работа как театрального художника состоялась у Дягилева: оформление балета на музыку И. Стравинского «Песнь соловья» (1920).

Гранадос Энрике (1867–1916) — испанский композитор, пианист, дирижер.

В концертном зале на улице Юйген.

Мизиа ошибается: битва под Верденом, когда французская армия под командованием маршала Петена отразила наступление немецких войск, пытавшихся прорвать фронт, происходила в феврале-декабре 1916 г. Премьера балета «Парад» на музыку Э. Сати (сценарий Ж. Кокто, хореография Л. Мясина, оформление П. Пикассо) состоялась в «Русском балете» 18 мая 1917 г. Письма же Сати по поводу «Парада» действительно относятся к моменту «разгара битвы».

«Парад» был первой работой Пикассо как театрального художника. Кроме того, он оформил для Дягилева еще четыре балета и сделал занавес к «Голубому поезду».

По-видимому, Сати в это время сочинял музыку к басням Лафонтена.

Лафонтен Жан де (1621–1695) — французский баснописец, драматург и поэт.

«Призрак розы» — балет по стихотворению Т. Готье, музыка К. Вебера, балетмейстер М. Фокин, художник Л. Бакст. «Русский балет», 1911 г.

Мясин Леонид Федорович (1895–1979) — русский танцовщик и хореограф. В 1914–1921 и 1924–1928 гг. танцовщик и балетмейстер «Русского балета». Поставил там 17 спектаклей.

Мария Шабельская, артистка балета. Выступала у Дягилева в сольных партиях в сезоне 1916/17 гг.

Художник Жан Огюст Доминик Энгр (1780–1867) любил играть на скрипке. Отсюда выражение: «скрипка Энгра», т. е. заниматься непрофессиональной артистической деятельностью. Может быть, Кокто в данном случае, в свойственной ему в ту пору сюрреалистической манере, называл Бакста «какаду со скрипкой Энгра на голове», намекая на парик, который, по слухам, носил художник.

«Волшебная лавка» — балет на музыку Дж. Россини в оркестровке и аранжировке итальянского композитора, скрипача и дирижера Отторино Респиги (1879–1936) был поставлен у Дягилева в 1919 г. Л. Мясиным, художник А. Дерен.

Нижинский женился на Ромоле де Пульска (1892–1979), дочери известной венгерской актрисы Эмилии Маркуш, во время гастролей в Южной Америке в Буэнос-Айресе летом 1913 г.

Мизиа ошибается: никто из перечисленных ею артистов, кроме Нижинского, в американских гастролях «Русского балета» не участвовал.

Ромола, как свидетельствуют многие современники, действительно была против примирения мужа с Дягилевым. Но Мизиа несправедлива, когда утверждает, что она «предпочла для него сумасшедший дом». Нижинский действительно заболел психическим расстройством в 1919 г. и с тех пор часть жизни проводил в клиниках и санаториях для душевнобольных.

английского прозаика, поэта, драматурга, эссеиста Оскара Уайльда (1854–1900), приговоренного к тюремному заключению за гомосексуализм в 1895 г.

сославшись на то, что Нижинский пропустил один спектакль в Рио-де-Жанейро и тем самым нарушил контракт, Дягилев зимой 1913 г. известил его телеграммой, подписанной режиссером «Русского балета» С. Л. Григорьевым, что Дягилев в его «дальнейших услугах не нуждается».

Владимиров Петр Николаевич (1893–1970), русский танцовщик и педагог. В 1912–1925 гг. периодически выступал у Дягилева.

Весной 1914 г. М. Фокин вернулся в «Русский балет», поставил там до начала июня четыре спектакля, и на этом его сотрудничество с Дягилевым закончилось.

В 1916 г. Нижинский был приглашен принять участие в гастролях «Русского балета» в США. Как рассказывает С. Григорьев (правда, с чужих слов), его встреча с Дягилевым «прошла холодно и формально». Нижинский выступал как танцовщик и, кроме того, поставил балет «Тиль Уленшпигель» на музыку Р. Штрауса. Дягилев участия в постановке не принимал, и спектакля, который, по словам того же Григорьева, «провалился», даже не видел. Еще одна попытка к воссоединению с Нижинским в 1917 г. в Мадриде завершилась неудачей.

премьера балета на музыку Дебюсси «Послеполуденный отдых фавна» состоялась 29 мая 1912 г. в самом большом театре Парижа «Шатле». Русские сезоны проходили там с перерывами в течение десяти лет.

В 1909 г. Дягилев попросил Равеля сочинить музыку для балета «Дафнис и Хлоя». Композитор затягивал с завершением партитуры, и Дягилев в 1911 г. пригласил Равеля в Петербург, надеясь побудить его закончить работу. Композитор показал Дягилеву и Фокину фрагменты партитуры и получил, как пишет режиссер «Русского балета» С. Григорьев, «высочайшее одобрение». И все же к моменту отъезда Равеля партитура оставалась неоконченной.

В 1912 г. Фокин репетировал «Дафниса и Хлою». Дягилев, всецело поглощенный «Фавном», мало интересовался «Дафнисом» и, как казалось тому же Григорьеву, вообще отказался бы от постановки балета, если бы не боялся обидеть Равеля, к тому же уже были готовы декорации и костюмы Л. Бакста. Премьера «Дафниса и Хлои» состоялась 8 июня 1912 г. в «Шатле».

Оркестровая партитура симфонической поэмы «Вена» («Вальс»), посвященная Мизии и посланная Равелем Дягилеву в мае 1919 г., была отвергнута им. Под названием «Вальс» впервые осуществлена Б. Нижинской в 1929 г. в Монте-Карло в труппе Иды Рубинштейн. В 1951 г. Дж. Баланчин создал одно из своих лучших и самых глубоких произведений на музыку Равеля, «Вальс», в «Нью-Йорк сити балле». Это был один из редких случаев, когда Дягилев ошибся.

Падлу Жюль Этьен (1819–1887), французский дирижер, в 1861 г. основал общедоступные воскресные «Народные концерты классической музыки» («Концерты Падлу»), прекратившиеся после его смерти. В 1920 г. французский дирижер Батон Рене (1879–1940) создал «Ассоциацию концертов Падлу», продолжавшую их традицию.

Н. А. Римского-Корсакова (1844–1908), русского композитора, педагога, общественного деятеля, члена «Могучей кучки».

Лядов Анатолий Константинович (1855–1914) — русский композитор и дирижер. В антрепризе Дягилева в 1917 г. шел балет на его музыку «Русские сказки» (балетмейстер Л. Мясин, декорации и занавес М. Ларионова, костюмы Ларионова и Гончаровой).

«Весна священная» — картины языческой Руси. Музыка И. Стравинского, хореография В. Нижинского, оформление Н. Рериха. Первое исполнение 29 мая 1916 г. в «Театре Шанз-Элизе».

Астрюк Габриэль (1864–1938) — французский театральный деятель, музыкальный критик. Первый Русский сезон в Париже проходил под эгидой «Музыкального общества Астрюка и К°». В 1913 г., став директором нового «Театра Шанз-Элизе», пригласил туда «Русский балет» и разорился, так как кассовый сбор не покрывал расходы.

Монте Пьер (1875–1964) — французский дирижер. В 1911–1914 гг. принимал участие в Русских сезонах.

«Море» — три симфонических эскиза Дебюсси (1905).

«Царь Эдип» — опера Стравинского, премьера в Париже в «Театре Сары Бернар» в 1927 г.

Ансерме Эрнст (1883–1969) — швейцарский дирижер и композитор. В 1915–1923 гг. сотрудничал с «Русским балетом».

Кан Отто (1867–1934) — американский банкир, в 1910 г. председатель директората «Метрополитен-опера», организатор гастролей труппы Дягилева в США в 1916 г.

В Нью-Йорке в 1919 г. «Петрушка» был поставлен русским балетмейстером, танцовщиком и педагогом Адольфом Рудольфовичем Больмом (1884–1951), постоянным участником антрепризы Дягилева в 1909–1916 гг. В 1916 г. организовал в США труппу «Интимный балет». Судя по тону письма Стравинского, он намеренно искажает фамилию Больма. Декорации и костюмы к «Петрушке» в постановке Больма делал Джон Венгер.

В театре «Альгамбра», где в 1919 г. в Лондоне давал спектакли «Русский балет».

Фалья Мануэль де (1876–1946), испанский композитор и пианист. В июле 1919 г. в «Альгамбре» состоялась премьера его балета «Треуголка».

По свидетельству С. Лифаря, вторым сыном Дягилев считал русского композитора Сергея Сергеевича Прокофьева (1891–1953), балеты которого «Шут» (1921), «Стальной скок» (1927) и «Блудный сын» (1929) были поставлены в его антрепризе. А третьим сыном Дягилев называл Владимира Дукельского (псевдоним Вернон Дьюк, 1903–1969), американского композитора русского происхождения. В «Русском балете» в 1925 г. Л. Мясин поставил его «Зефира и Флору».

«Свадебка» — хореографические картины с пением. Музыка, сценарий и текст И. Стравинского. Поставлен в «Русском балете» в 1923 г. Хореограф Б. Нижинская, художник Н. Гончарова.

Рубинштейн Ида Львовна (1885–1960) — русская танцовщица и актриса. В 1909–1911 гг. и в 1920 г. участвовала в Русских сезонах. В 1928 г. организовала балетный сезон в парижской Опера при участии Бенуа, Б. Нижинской, Равеля, Онеггера. Стравинский написал для нее балет «Поцелуй феи» (1928).

Лифарь Серж (1905–1987) — французский танцовщик, хореограф и педагог, родившийся в Киеве, в 1923–1929 гг. солист труппы Дягилева.

Дягилев посмотрел все три программы, показанные Рубинштейн. Он писал Лифарю: «Затем дали балет Игоря (Стравинского «Поцелуй феи». — Н.Т.). Что это такое, определить трудно — неудачно выбранный Чайковский (балет Стравинского написан на темы музыки Чайковского. — Н.Т.), нудный и плаксивый, якобы мастерски сделанный Игорем (говорю «якобы», потому что нахожу звучность серой, а всю фактуру совершенно мертвой). Pas de deux сделано хорошо на чудную тему Чайковского — романс «Нет, только тот, кто знал свиданья жажду». Это единственное вместе с кодой жанра Аполлона («Аполлон Мусагет» — балет Стравинского, поставленный у Дягилева Дж. Баланчиным в 1928 г. — Н.Т.) светлое пятно».

Мизиа имеет в виду «Три пьесы для струнного квартета». Она писала Стравинскому: «Вторую пьесу я ненавижу, слышите, яростно ненавижу, да! да!»

Эдвардс умер 10 марта 1914 г. от гриппа, завещав свое состояние, в том числе «Театр Режан» и «Казино де Пари», своей последней любовнице, красавице Колонна Романо, которую много раз писал Ренуар.

Летом 1911 г. во время круиза на «Эмэ» Лантельм утонула в Рейне. Гибель ее вызвала много толков. Не только газеты, но и срочно опубликованные книги выдвигали разные версии ее смерти, от самоубийства до убийства. «Ла Депеш Парламантер» утверждала, прозрачно намекая на Эдвардса, что убийцей был человек атлетического сложения, хотевший получить свободу. Эдвардс подал в суд, процесс длился месяцы и кончился тем, что газета была приговорена к символическому штрафу в один франк. Но самые абсурдные слухи не переставали ходить по Парижу, вплоть до того, что обвиняли Мизию (которой, разумеется, не было на яхте), якобы толкнувшую соперницу за борт. Спустя почти двадцать лет после трагедии, в 1930 г. в газете «Аксион Франсэз» появилась статья «Безнаказанное убийство Лантельм» сына Альфонса Доде, Леона, где он без всяких околичностей утверждал, что это Эдвардс убил Лантельм. Доде мог не опасаться процесса, так как Эдвардса давно уже не было на свете.

Лантельм похоронили в фамильном склепе Эдвардсов на парижском кладбище Пер-Лашез. К несчастью, в газетах писали, что вместе с ней погребли ее драгоценности. Воры вскрыли могилу, но, застигнутые на месте преступления полицейским, бежали, бросив добычу. Аукцион в галерее Друо, где в течение двух дней продавались вещи Лантельм, начиная от мебели в стиле Людовика XVI, ковров, картин, книг и кончая бельем актрисы, привлек «весь Париж» и принес 750 000 франков.

Эдвардс считал, что его жизнь кончена. Он продал яхту, особняк, поселился на первом этаже в доме на улице Анжу, но продолжал показываться в обществе молодых женщин, став предметом насмешек и пересудов. Когда его увидели со знаменитой красавицей, оперной певицей Линой Кавальери, Форен ядовито заметил: «Надеюсь, что эта умеет плавать».

Мизиа и Серт обвенчались в 1920 г. в Париже в церкви Сен-Рош после двенадцати лет совместной жизни и через шесть лет после смерти Эдвардса.

28 июня 1914 г. в Сараево были убиты наследник австро-венгерского престола Франц-Фердинанд и его жена.

Мизии было в это время 42 года.

1 августа Германия объявила войну России, 3-го — Франции.

Бриан Аристид (1862–1932) — французский политический деятель; 11 раз премьер-министр, 15 раз министр иностранных дел. Лауреат Нобелевской премии мира.

Мандель Жорж (1885–1944) — сподвижник Клемансо, неоднократно министр в его правительстве, убит фашистской полицией.

Леже Алекси (1887–1975) — французский дипломат, известен как поэт под именем Сен-Жон Перс. Нобелевский лауреат.

Гаррос Ролан (1888–1918) — французский летчик, первым совершивший перелет через Средиземное море.

Галльени Жозеф (1849–1916) — военный губернатор Парижа в 1914 г. Друг Сертов.

Андре Жид в своем дневнике 3 июля 1914 г. подтверждает все рассказанное Мизией, но не без яда замечает, что, явившись в Красный Крест, застал там Сертов, «которые здесь, как и везде, немедленно заняли роли первого плана».

Ириб Поль (1883–1935) — французский художник испанского происхождения, издатель газеты «Ле Темуен».

Пуаре Поль (1879–1944) — известный французский кутюрье.

Гёзи Пьер — заместитель директора Опера.

Здание в неоклассическом стиле было заказано в 1670 г. архитектору Брюану Людовиком XIV для увечных воинов королевской армии. В центре его высится купол Собора инвалидов, воздвигнутый в 1679–1706 гг. строителем Версаля Жюлем Ардуэн-Мансаром, закончившим постройку Дома инвалидов. В собор в 1840 г. был перенесен прах Наполеона I. В настоящее время большое место в Доме занимает Военный музей.

«Мертвые петли» (англ.).

Так называли Клемансо.

Так называли во Франции короткометражные фильмы Чаплина 1914–1921 гг. Среди них только в одном действие происходит на войне: «На плечо!», во французском прокате «Шарло-солдат» (1918).

В переводе сохранены грамматические особенности написания Кокто.

Х.-М. Серт.

Кокто, по-видимому, имеет в виду графа Гарри фон Кесслера (1868–1937), немецкого дипломата, почитателя «Русского балета».

Кокто в эти годы жил в Париже на улице Анжу.

Стравинского.

Лейзэн — туристическая станция в Швейцарии.

Кокто имеет в виду свой сценарий балета «Давид», действие которого происходит в цирке. Перед войной он предложил его Дягилеву и Стравинскому, которые отвергли сценарий.

Псевдоним танцовщицы Маргареты Гертруды Зелле (род в Голландии в 1876 г., расстреляна во Франции 14 декабря 1917 г.). О масштабах ее шпионской деятельности существуют разные версии. Сам Ваагенаар, известный публицист, журналист, фотограф, автор документальных фильмов о Второй мировой войне, в своей основанной на множестве архивных материалов фундаментальной биографии Мата Хари (книга, плод тридцатилетних изысканий, вышла в 1984 г.), пришел к выводу, что ее вряд ли вообще можно назвать шпионкой.

В конце 1911 г. Г. Астрюк, ставший с 1905 г. импресарио Мата Хари, начал вести переговоры с Дягилевым о ее сотрудничестве с «Русским балетом». К этому времени с большим успехом у публики и прессы прошли выступления танцовщицы на сцене парижского мюзик-холла «Олимпия» (1905), в Опера де Монте-Карло, где она танцевала вместе со знаменитой Замбелли в «Короле Лахора» Массне (1906), в венском театре «Аполло» (конец 1906 — начало 1907 г.). В то время, когда Астрюк вел переговоры с Дягилевым, Мата Хари выступала на сцене Ла Скала, Прославленный итальянский дирижер Тулио Серафин, десятилетия спустя, вспоминая о выступлениях танцовщицы, называл ее «восхитительным созданием с неслыханным артистическим чутьем, настоящим серьезным художником, незаурядной личностью».

Весной 1912 г. Мата Хари приехала в Монте-Карло, где проходили спектакли «Русского балета», специально для того, чтобы подписать контракт. Предполагалось, что она исполнит партию Богини в «Голубом боге» — индусской легенде, которую ставил Фокин на музыку Р. Ана. В день приезда она встретилась с балетмейстером, Нижинским и Дягилевым, решительно заявившим, что он заключит контракт только после того, как она начнет работать. Но в тот же вечер танцовщица получила от него следующее письмо:

«Дорогая Мадам.

Мы кончили репетировать в половине первого ночи — поэтому я не пришел повидать Вас сегодня вечером. Очень сожалею, что мы не смогли немного поработать над танцем богини. Я с удовольствием навещу Вас во время моего пребывания в Париже».

По-видимому, больше Мата Хари с Дягилевым не встречалась. Но Бакст, занимавшийся оформлением «Голубого бога» и, кстати, уже предлагавший Мата Хари сделать костюмы для миланских выступлений (она отклонила его предложение), убедил ее, что ему необходимо для создания костюма Богини увидеть танцовщицу совершенно обнаженной. Любопытно: после «сеанса» у Бакста Мата Хари написала Астрюку, что теперь она «в курсе всех тонкостей переговоров» и что ее «напрасно заставили приехать» в Монте-Карло.

И все же в 1915 г. она вновь попросила своего импресарио добиться для нее контракта с Дягилевым. Но снова из этого ничего не вышло, как и в 1916 г. в Мадриде, где она пыталась встретиться с Дягилевым.

То ли Мизиа дает волю своей фантазии, то ли ее подводит память. В 1911–1914 гг. Мата Хари жила в фешенебельном пригороде Парижа Нейи, где у нее был особняк с большим садом, в котором она иногда танцевала обнаженной для избранных приглашенных. В 1915 и 1916 гг., приезжая в Париж, она останавливалась в «Гранд отеле», ав 1917 г. в «Палас-отеле» на Шанз-Элизе, где и была арестована 13 февраля того же года.

Это произошло в 1925 г.

Русудана Захариевна Мдивани (1905–1938). Насчет ее титула существует сомнение, не относится ли он к числу мифов, на которые были так щедры молодые Мдивани. Рассказывают, что, когда ее отца генерала Захария Мдивани по телефону называли князем, он отвечал: «Вероятно, вам нужен кто-нибудь из моих сыновей?» Старый Мдивани любил говорить, что он единственный в мире человек, получивший титул по наследству от своих детей. Мизиа могла убедиться в этом, навестив брата Русуданы в Голливуде.

По сведениям Голда и Фицдейла, он был губернатором Батума.

Из оперы Сен-Санса.

Там Давид Мдивани женился на знаменитой «вамп» немого кино Пола Негри (1901–1987), польке по происхождению. Младший, Алекси, позднее тоже переехавший в Штаты, женился на богатой наследнице из семьи Асторов, а когда он развелся с ней, чтобы жениться на еще более богатой Барбаре Хатгон, наследнице Вулвортов, его брат Сергей, спустя четыре года, стал мужем его первой жены.

Маркевич Игорь Борисович (1912–1983), французский композитор и дирижер. Родился в Киеве, в годовалом возрасте был увезен за границу.

«Тристан и Изольда» — опера Вагнера.

Ковент-Гарден… — английский музыкальный театр, открытый в Лондоне в 1732 г.

Кохно Борис Евгеньевич (1904–1990) — французский деятель балетного театра русского происхождения, критик, сценарист. С 1922 г. секретарь Дягилева.

Шестая симфония Чайковского.

Лифарь в своей книге о Дягилеве рассказывает, что, когда Дягилев был уже в бессознательном состоянии, отец Ириней из православной греческой церкви «прочел по церковно-славянски отходную».

Мизиа оставалась ему верна всю жизнь. В предисловии к каталогу выставки, посвященной Дягилеву, в парижском Музее декоративного искусства в 1939 г. она напишет: «Любовь вдохновляла тебя всю твою жизнь. Она была в тебе как лихорадка, которой ты заражал своих артистов…

Ты был прав: произведения, рожденные любовью, не погибают.

Те, которых сотворила твоя любовь, пережили тебя, продолжая в наших сердцах чудо твоей жизни».

Д’Эрланже Катрин, близкий друг Дягилева.

Коко Шанель.

Хью-Ричард-Артур, герцог Вестминстерский (1879–1953). Его роман с Шанель длился с 1924 по 1930 г.

Мизиа называет так группировавшихся вокруг Эрика Сати музыкантов, в частности «Шестерку», на которых он оказал заметное влияние.

В 1892 г. двадцатилетняя Мизиа выступила перед публикой на сцене «Театра теней» при кабаре «Ша Нуар» на вечере в честь сотрудника Сали, поэта, певца, композитора Мориса Роллина. Второе отделение концерта она открывала тремя вальсами Роллина. «Исполнение м-ль Годебска отличает редкая индивидуальность и эмоциональность», — писал репортер «Ревю Бланш».

Жакоб Макс (1876–1944), французский поэт, прозаик и художник.

Туле Поль Жан (1867-1920), — французский поэт.

Честертон Гилберт Кийт (1874–1936) — английский писатель.

Героине романа французского писателя Стендаля (1783–1842) «Пармская обитель».

«Плейель» — концертный рояль, сделанный на фабрике пианино и роялей, основанной в Париже австрийским композитором Игнацием Плейелем (1757–1831).

Он был талантливым пианистом-любителем.

Коко Шанель, которая отвезла Руси в Швейцарию и оставалась с ней до конца.

Городок в Пиренеях, где в 1858 г. будто бы произошло чудесное явление Богоматери двенадцатилетней девочке, Бернадетт Субиру, причисленной к лику святых. С тех пор Лурд стал местом паломничества католиков. Эмиль Золя посвятил ему свой роман «Лурд».

Венеция, вечная вдохновительница нашего успокоения — слова, высеченные на надгробии Дягилева. Как рассказывает Лифарь, они повторяют надпись, сделанную Дягилевым на первом листе тетради, которую он подарил Лифарю в 1926 г. для записей уроков Чекетти.

Письмо адресовано Х.-М. Серту. Начатое за два года до смерти Руси, оно было закончено и вручено ему полгода спустя после того, как он потерял свою вторую жену. — Примеч. Мизии Серт.

Мизиа, по-видимому, так называет маленькие спортивные машины, на которых обычно ездили молодые жиголо.

В конце декабря 1927 г. Мизиа была в Гааге разведена с Сертом. Через полгода в той же Гааге он сочетался гражданским браком с Русуданой Мдивани, а весной 1930 г. обвенчался с ней в испанской церкви в Париже.

У Шанель.

Шанель, по ее собственному признанию, была позднее покорена Руси.

Весной 1931 г. Мизиа сопровождала Шанель, приглашенную в Голливуд, чтобы одевать его «звезд» в жизни и на экране.

Эль Греко (1540–1614) — испанский художник.

Буало-Деперео Никола (1636–1711), французский писатель.

Реверди Пьер (1889–1960) — французский поэт, прозаик, эссеист. Обращенный в неотомизм (современный этап в развитии учения итальянского философа и теолога XIII в. Фомы Аквинского), поселился в Солемском аббатстве, изредка приезжая в Париж.

Сартр Жан Поль (1905–1980), французский писатель, философ, публицист, глава французского экзистенциализма.

В Солемском аббатстве.

В 1917 г. Реверди издавал маленький журнал «Нор-Сюд» (так называлась линия метро, связывавшая два художественных полюса Парижа, Монпарнас и Монмартр), публиковавший произведения двух новых течений дада и сюрреализм. Мизиа не только помогала деньгами новому журналу, но и уговорила своих друзей подписаться на него. Она также посылала ежемесячно чек Реверди, который позволял ему подолгу жить в аббатстве. В благодарность Реверди преподнес ей переплетенный томик своих стихотворений.

Шанель, которая познакомилась с Реверди в 1921 г. (их роман продолжался с перерывами несколько лет, но дружеские отношения сохранились до конца жизни поэта), нашла другой способ помогать ему: в тайне от Реверди она давала деньги издателям, чтобы они покупали его рукописи и выплачивали поэту ренту.

Альфонс XIII (1886–1941).

Розенберг Поль — владелец картинной галереи в Париже, друг и агент Пикассо, организатор его выставок в конце 1910-х–1930-е гг. В 1938 г. переехал в Америку.

«Осенний Салон» 1944 г. был целиком посвящен работам Пикассо: выставлялось 75 полотен и пять скульптур.

Куртелин Жорж (1858–1929), французский драматург, автор комедий и фарсов.

На свадьбе Пикассо с его первой женой, танцовщицей дягилевской труппы Ольгой Хохловой в 1917 г. и крестной его первого сына Пауло, родившегося в 1921 г., Поль Моран, не раз наблюдавший за Пикассо в обществе Мизии, уверял, что он испытывал к ней явную слабость.

Пикассо вступил в КПФ в 1944 г.

«Юманите» — ежедневная газета коммунистической партии Франции.

Андре Жид посетил СССР в 1936 г.

«По возвращении из СССР», 1936 г., где написал всю правду о том, что происходит в Стране Советов.

Макс Жакоб погиб в концентрационном лагере Драней в 1944 г., куда был заключен фашистами как еврей, несмотря на то, что еще в 1915 г. перешел в католичество.

В 1935 г. Алекси Мдивани погиб в автомобильной катастрофе по дороге из Франции к Сертам в Испанию. Через год разбился насмерть, упав с лошади во время матча в поло во Флориде, ее второй брат, Сергей Мдивани.

Во время Второй мировой войны Серт был назначен послом нейтральной Испании в Ватикане.

Прадо — национальный музей в Мадриде. Установить, о чем идет речь, не удалось. Возможно, Серт помог вернуть картины музея из Швейцарии в Испанию через оккупированную Францию таким образом, что они не попали в руки немцев. Но это лишь предположение.

Савуар Альфред (Альфред Познански, 1883–1934) — французский драматург, слыл авангардистом театров на Бульварах. Его пьесы, как отмечала критика, отличавшиеся блеском, остроумием и тонкостью, шокировали благонравную публику цинизмом и аморальностью.

Роль Мизии играла известная актриса, писательница и критик, долгие годы президент литературной премии «Фемина» Мадам Симон (Полин Бенда). В нее были влюблены и пользовались ее расположением многие выдающиеся люди, в том числе Леон Блюм, Саша Гитри, итальянский писатель, поэт и драматург Габриэле Д’Аннунцио, французский поэт и публицист Шарль Пеги и… французская поэтесса Анна Ноай, член Королевской академии Бельгии, удостоенная Большой премии Французской академии и ордена Почетного легиона. Мадам Симон была последней любовью автора знаменитого «Большого Мольна» Алена-Фурнье, погибшего в битве под Верденом. В 1985 г., когда ей было почти сто лет, потерявшая зрение, но сохранившая память и светлую голову, в интервью журналу «Мадам Фигаро», вспоминая о роли, которую играла в «Марии», она заметила, что «Мизиа в постели была нулем».

Гораздо более деликатно, чем Савуар, завуалированно (хотя для посвященных очевидно) и лестно для Мизии использует этот сюжет «брака втроем» Жан Кокто в «Священных чудовищах».

Но оба драматурга показали Мизию как женщину, наделенную даром страстно любить и отдать тем, кого любит, все и вся. В пьесе Савуара (кстати, первоначальное ее название — «Дарительница») Мария произносит фразу, которую Мизиа не раз повторяет в своих мемуарах; «Я все отдала мужу, даже женщину, которую он любит».

Первое представление оратории Клоделя-Онеггера «Жанна д’Арк на костре» состоялось в 1938 г. в Базеле. В Париже — в Национальном народном театре (Theatre National Populaire, TNP) в июне 1942 г.

Ристельхюбер Було — Мизиа сделала его основным наследником, а Було в свою очередь завещал все состояние художнику Полю Ульдасу, который стал таким образом литературным наследником Мизии. Сам Ульдас никогда не встречался с ней, но сохранил большую коробку с фотографиями Мизии и ее друзей, письмами Жида, Пруста, Стравинского, Кокто, Колетт, Вюйара, Боннара и др., адресованными Мизии и Серту и главой о Шанель из мемуаров Мизии. Все это он отдал Голду и Фицдейлу, когда они во второй половине 70-х гг. собирали материал для своей книги о Мизии Серт.

Дорзиа Габриэлль (1886–1979) — французская актриса театра и кино, которую называли «Петронием элегантности».

Мейер Дениз — жена Рене Мейера (1895–1972), французского политического деятеля, премьер-министра в 1953 г.

В указатель помимо имен собственных внесены косвенные упоминания родных и близких Мизии, например отец, бабушка, дедушка и т. д. Из комментариев — только те имена, которые имеют отношение к событиям из жизни М. Серт или к фактам и явлениям, о которых она рассказывает.