Прибытие в Россию Креста Андрея Первозванного совпало с важной годовщиной — датой 1025-летия Крещения Руси, у истоков которого стоял, по преданию, апостол Андрей.
Не всем довелось припасть к святыне. Многие не нашли времени или средств, чтобы приехать в города, которые почтила своим посещением эта реликвия, священная для всех православных христиан.
Но ко Кресту Андрея Первозванного можно обращаться в своих молитвах. И незримая помощь от этой святыни обязательно придет — по вере вашей.
В 2013 году многие люди сподобились поклониться великой святыне — Кресту Андрея Первозванного.
V 1.0 by prussol
1.01 — генеральная уборка, исправление жанров
В 2013 году многие люди нашей страны сподобились поклониться великой святыне — Кресту Андрея Первозванного.
Это второе значительное событие за один год — ведь совсем недавно русские православные люди встречали еще одну священную реликвию — Пояс Пресвятой Богородицы.
Инициатива привезти в Россию из Греции Крест Андрея Первозванного принадлежала Фонду Андрея Первозванного.
На это деяние было получено благословение Патриарха Кирилла и предстоятеля Элладской церкви архиепископа Иеронима.
Перемещение реликвии на такое большое расстояние от ее местоположения (город Патры в Греции) бывает крайне редко. Оно происходит только в особых случаях и требует множества согласований, как на церковном, так и на государственном уровнях.
Для перевозки потребовалось соорудить новый киот для Креста, который бы отвечал требованиям безопасности при транспортировке.
Вместе с постаментом Крест весит больше 150 кг. Высота Креста с постаментом 2 м 70 см, а ширина — 2 м.
Прибытие в Россию Креста Андрея Первозванного совпало с важной годовщиной — датой 1025-летия Крещения Руси, у истоков которого стоял, по преданию, апостол Андрей.
На самолете Крест был доставлен из греческих Патр в Москву и пребывал 23 дня на территории трех славянских государств — России, Белоруссии и Украины.
С 11 июля по 2 августа святыня побывала в Санкт-Петербурге, Одинцове, Дмитрове, Москве, Киеве, Минске.
За это время Кресту Андрея Первозванного поклонилось более 1 000 000 человек.
Не всем довелось припасть к святыне. Многие не нашли времени или средств, чтобы приехать в города, которые почтила своим посещением эта реликвия.
Но ко Кресту Андрея Первозванного можно обращаться в своих молитвах. И незримая помощь от этой святыни обязательно придет — по вере вашей. Любые предметы, даже самые священные, могут творить чудеса не сами по себе, а только благодаря нашей вере. Вера преодолевает любые расстояния, как во времени, так и в пространстве. Недаром, согласно православной традиции, мы находимся в постоянном общении со святыми, которые жили давным-давно, но благодатная помощь от них продолжает творить чудеса и в наше время.
Имя апостола Андрея Первозванного чрезвычайно важно для истории нашей страны. Согласно преданию, он в начале I века посещал славянские земли и заповедал принятие там христианства.
Апостол Андрей считается одним из покровителей Санкт-Петербурга, ведь он был родным братом апостола Петра, в честь которого назван этот город.
Первый российский орден, который в Российской империи был высшей государственной наградой, учрежден императором Петром I в честь апостола Андрея Первозванного. Считается, что сам император при закладке Петропавловской крепости поместил в ее основание золотой ковчежец с частицей мощей апостола.
К петровским временам относится и учреждение флага русского флота — в честь Креста апостола Андрея. Он так и называется — Андреевский флаг. Император определил, как он будет выглядеть: «Флаг белый, через который синий крест Святого Андрея, того ради, что от сего апостола приняла Россия святое Крещение».
Россия уже принимала святыню, связанную с именем апостола Андрея. 9 июня 2003 г., накануне праздника, посвященного годовщине интронизации Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, в Москву были доставлены мощи святого апостола Андрея Первозванного со Святой горы Афон.
Частица мощей апостола Андрея находится и в России. В 1644 г. монахи греческого монастыря св. Анастасии Узорешительницы преподнесли в дар царю Михаилу Федоровичу десницу апостола Андрея, которая сначала хранилась в Успенском соборе Московского Кремля, а теперь она помещена в московском Богоявленском соборе.
Апостол Андрей был простым рыбаком, как и его брат Петр. Они родились в Вифсаиде и рыбачили на берегу Галилейского озера. Андрей первым откликнулся на призыв Христа и стал его первым учеником. С тех пор апостол Андрей зовется Первозванным. Считается, что ранее он был учеником Иоанна Крестителя.
В Евангелии, кроме сцены призвания, апостол Андрей появляется еще несколько раз. Он говорит с Иисусом о насыщении пяти тысяч людей хлебами и рыбой, вместе с апостолом Фомой приводит к Спасителю эллинов.
Дальнейшая жизнь апостола Андрея и его мученическая смерть известны нам из церковного Предания и отражены в его житиях, которые мы приводим ниже.
Апостол Андрей мученически погиб в городе Патры около 70 г. Как Спаситель и многие апостолы, он был распят на Кресте. Апостол считал себя недостойным умереть на таком же Кресте, как и Спаситель. Крест, на котором распяли апостола Андрея, имеет особую форму — римской цифры X. С тех пор крест подобного рода носит его имя. По преданию, на месте распятия апостола Андрея Первозванного забил чудесный источник.
На месте кончины апостола Андрея был воздвигнут посвященный ему собор, самый большой православный храм Греции. Двенадцать малых куполов-колоколен с крестами окружают большой купол, символизируя Иисуса в окружении двенадцати апостолов. В правом приделе храма есть престол из белого мрамора, в котором расположен серебряный ковчег. В нем хранится честная глава Святого Андрея Первозванного. За престолом находится реликварий в форме андреевского креста. Он содержит вкрапления, представляющие собой сохранившиеся частицы того креста, на котором был распят апостол.
Крест апостола Андрея хранился в Патрах, был перемешен в Византию, а после ее падения в 1462 году Крест был передан на хранение в Рим. Там он находился на протяжении многих столетий, пока не был возвращен в 1980 году Элладской православной церкви.
Архиепископ Керкирский Арсений (X век), обращаясь с благоговением к святому апостолу Андрею, говорит: «Пусть будет благословенно и то древо, к которому тебя привязали, потому что оно исполнилось благодати после того, как его коснулось твое тело, Андрей».
Согласно церковному преданию, крест святого апостола Андрея был изготовлен из оливы, которая произрастает в области Ахаия. Исследования подтвердили, что крест принадлежит к той эпохе, в которую был распят апостол Андрей и что он изготовлен именно из оливы, росшей когда-то в Ахаии.
Церковь с благоговением относится к историческим реликвиям, которые самим своим существованием свидетельствуют о достоверности преданий.
Но эти реликвии обладают и чудодейственной силой, которая способна даровать людям то, что они просят, если их молитвы воссылаются с истинной верой.
Каждый такой случай тщательно исследуется и фиксируется.
В сводах города Патры есть такие записи:
«Приходящие к Кресту апостола люди, одержимые злыми духами, исцеляются, и паломники часто слышат с криками и воплями исходящих злых духов, кричащих: «Нас попалил крест Андреев».
Прибегающие к Кресту люди с неизлечимыми болезнями исцеляются.
Онкологические больные, которым врачи не давали положительный прогноз, в конечном итоге чудесным образом полностью выздоровели.
Молодые люди, измученные личными и семейными проблемами нашли им решение и со слезами в глазах непрестанно благодарят святого Андрея.
Недавно одна женщина внезапно заболела болезнью крови и была направлена в больницу города Патры, где врачи ей сообщили, что ей осталось жить несколько дней. Ее супруг и дети молились перед Крестом и честной главой святого Андрея. Попросили и епископа совершить молебен перед Крестом и честной главой о спасении женщины.
Произошло чудо и женщина, к изумлению врачей и членов своей семьи, вышла здоровой из больницы; ей помогло заступничество апостола.
Родители принесли к Кресту святого Андрея своего ребенка, который не ходил, и после усердной молитвы ребенок оперся на свои ноги и стал ходить.
Это чудо произошло не так давно перед глазами священников храма святого апостола Андрея.
Часто Крест святого Андрея источает священное и чудесное благоухание, главным образом, в день празднования святого апостола и в великие праздники Православной Церкви».
Время безжалостно стирает многие моменты человеческой жизни. Даже, если это жизнь апостола и мученика.
Тем дороже нам те сведения, которые собраны в двух взаимодополняющих друг друга житиях апостола Андрея. Особое внимание в них уделено Кресту, на котором он был распят.
По вознесении Господа и Бога нашего Иисуса Христа святые апостолы разошлись по разным городам и селам, смело поучали народ, и многих покоряли слову. Преславными чудесами своими обращали многих в христианство, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Однажды пришли они в Синоп, город, лежащий на берегу Черного моря, в котором находилось множество иудеев и язычников; последние же, по свирепости и дикости своей, почитались даже от многих людоедами.
Недалеко от города лежит островок, где приютились блаженные апостолы, и поучали всех приходящих к ним. Ныне на этом месте находятся две церкви, высеченные в скалах, во имя св. апостола Андрея. В одной из них есть образ, вычеканенный на мраморной доске, полный благодатию и чудесами, и во всем сходный с честным ликом апостола.
Сказывают, будто еще при жизни Богоносного, сделано это изображение. Во дни иконоборства, в царствование Константина Копронима, некоторые из гонителей, сожигатели икон, пришли сюда, с желанием сокрушить образ святого, однако все их усилие осталось тщетным и, пораженные стыдом, они удалились.
Издавна этот остров был гнездом демонов; но присутствие апостолов палило их как бы огнем, и мучимые взывали: «ученики Назарянина пришли сюда и гонят нас».
Обитатели острова и окрестных мест, услышав о том, стекались к апостолам и приводили к ним больных, одержимых злыми духами и разного рода недугами.
Проповедники же истины поучали народ, просвещали умы людей учением Божественным, многих из иудеев и язычников обратили в христианство, а бесноватых совершенно исцелили возложением на них рук.
Один из апостолов, Матфей, отплыл в город по некоторому делу. Там неверующие, с некоторыми из иудеев, схватили его и заключили в темницу, с намерением умертвить его на следующий день.
В ту же ночь извещенный свыше о том, блаженный Андрей поспешил в город, которого врата и двери самой темницы отверзлись сами собою. Когда апостол вошел в оную, внезапно упали цепи с рук и ног не токмо Матфея, но и прочих узников. Освобожденные узники уверовали в Господа Иисуса. Апостол велел им семь дней скрываться в некоторой пещере, отстоящей от города на семь стадий, поблизости коей росло множество смоковниц, обремененных плодами. Здесь апостол поучал их, а на восьмой день, после принятия ими св. крещения, отпустил их, заповедав о сохранении во всей чистоте принятой ими веры.
Однажды собрались вместе проповедники истины, приветствовали друг друга, и будучи соединены всегда верою и любовью, мыслию и чувствами, разошлись в разные стороны для проповеди.
Блаженный Петр, взяв Гаия и некоторых братий, отправился на запад; блаженный же Андрей, с Матфеем и прочими учениками, направил стопы к странам востока. В городе Мисонов, лежащем близ берегов Понта, он остановился в доме некоего еврея, по имени Доментия.
Апостол с учениками вошел в синагогу и, проповедуя слово истины, доказывал из Писания, что Господь Иисус Христос есть Сын Божий.
В синагоге, восстали против апостола некоторые из еретиков, называвшихся иродианами, и утверждали, что Ирод был Христос, который, низвергнув первосвященника Гиркана, сам облекся в сан сей, и, будучи царем, одержал над врагами знаменитые победы.
Апостол же заграждал уста противникам, говоря им, что Ирод был иноплеменник, вероломный убийца жены и детей, сосуд беззакония. Другие доказывали, будто Иоанн был Христос, так как он происходил от колена Иудина и был сын священника.
Апостол отвечал им, что он сам был учеником Иоанна, когда сей проповедовал крещение покаяния. «Я слышал из уст его свидетельство о Иисусе: се Агнец Божий, вземляй грехи мира, — и я три года следовал за Господом, когда Он проповедовал о Царствии Божием, исцеляя разного рода больных и расслабленных, доколе, по зависти первосвященников, не был предан Пилату на смерть; Его распяли, погребли, но Он воскрес в третий день, вознесся на небо со славою, и паки приидет судить живых и мертвых, и воздаст каждому по делам».
Поучая таким образом в синагоге, св. апостол, по выходе из нее, встретил людей, которые привели множество больных. Блаженный приказал им придти на другой день, а сам возвратился в дом вместе с учениками, которых имена суть следующие: Фаддей, Матфей, Тихик, Евстафий, Евод, Симеон, Агапит и Доментий. Все они питались хлебом и водою раз в день, спали на голой земле, и после кратковременного отдохновения, восставали для славословия. На другой день собрались больные, и осененные крестным знамением блаженного Андрея совершенно исцелились.
Удивленные чудесами приносили пожертвования, состоявшие из необходимых вещей, но апостол раздавал их неимущим.
И уверовали многие в Господа Иисуса Христа и крестились во имя Святой Троицы.
Блаженный апостол стоял непрестанно на возвышенном месте в виду всех, поучая людей, которых число день ото дня более и более увеличивалось (св. Андрей был роста высокого, вид имел величественный, глаза выразительные, брови, волосы и бороду весьма благолепные).
Часто, окруженный бесноватыми, он исцелял их одним словом, а больных посредством возложения рук; расслабленных приказывал окропить водою, которая испорченному телу мгновенно сообщала нежность младенческого тела; а слепые от одного прикосновения пальцев святого получали зрение.
Все удивлялись чудесам блаженного, но более — кротости и смирению его и словам Божественной мудрости. Число верующих увеличивалось, за что блаженный апостол каждый вечер, утро и полдень, или, лучше сказать, беспрестанно воссылал хвалу Богу.
В это время св. Андрей устроил церковь, при помощи новозванных верных, соорудил алтарь и поставил священников и диаконов. Крестились же не одни бедные, но и богатые вельможи, отцы и матери, иудеи и язычники.
Еще тогда обладатели царства Римского Тиверий кесарь, Гаий и Клавдий не препятствовали исповеданию Имени Христова.
Церковь, сооруженная во имя Пресвятыя Богородицы и доселе всем известная, приводила многих в восторг. Апостол поучал их молитве и славословию, последованию св. литургии; заповедал верным, чтобы молящиеся становились лицом к востоку, на коленах, пели псалмы, постились и бодрствовали, не читали языческой мифологии, а занимались св. Писанием, чтением Моисея и других пророков, и соблюдали все апостольские постановления без всяких изменений, как установления Божественные. Так проповедовал блаженный Андрей и просвещал жителей городов и селений Понта и утверждал их в вере в Господа Иисуса. Проповедь его гремела повсеместно и, окрыленный силою Божественной благодати, он посещал города и села, поучая всех слову Божественному.
Св. апостол посетил Трапезонт, город, лежащий в земле Мингрельцев, и после краткого там пребывания, заметив грубое невежество жителей, отправился в Карталинию. Там, находясь долгое время в городах ее: Ниглие, Кларджете и Артапан-колосе, просветил многих св. крещением.
Отселе св. Андрей отправился в землю Парфян, или в Сомхетию, и потом прибыл в Иерусалим на праздник Пасхи.
Ежегодно двенадцать апостолов собирались в Иерусалиме и, в присутствии Пресвятыя Богородицы, совершали Пасху. После же праздника, Андрей, с братом своим Петром и Иоанном Зеведеевым, с Филиппом — одним из двунадесяти, Варфоломеем и Филиппом из семи диаконов, пошли в город Антиохию сирийскую, называемую городом Божиим. Там остался Петр.
Другие апостолы разошлись по разным городам для распространения проповеди. Филипп из двенадцати с Варфоломеем отправился в верхнюю Фригию, Ликаонию и Писидию. Филипп из седьми диаконов после крещения, совершенного им над евнухом царицы Кандакии, посетил Кесарию палестинскую.
Андрей же и Иоанн прибыли в город Еффс, и жителей оного поучали слову жизни.
Здесь явился блаженному Андрею Господь наш Иисус Христос и сказал ему: «Спеши немедленно в Вифинию, не бойся; Я с тобою, доколе шествуешь; еще же земля Готфов ожидает тебя».
Сие видение блаженный Андрей пересказал Иоанну Богослову и, простившись с ним, пошел с учениками своими в Лаодикию, а оттоле в мисийский город Одис, где поставил епископом одного из учеников своих, по имени Аппиона. Отселе, горами Олимпийскими, достиг до обширного села вифинийского Никеи. (В это время Никея не была городом, но впоследствии оградил и распространил ее царь Траян).
Блаженный Андрей посетил Никею, проповедуя Христа и умоляя живших там иудеев и язычников, чтобы приняли учение Христово; но они были горды, вероломны и полны лжи, а потому и проповедь апостола сопровождали смехом и поруганиями.
В этом селе евреи имели синагогу, а у язычников стоял идол Аполлона губителя, который поражал людей злыми чарами, лишавшими их дара слова и чувства слуха. Апостол говорил им, что если не примут веры Христовой, то они не освободятся от болезней и беснования; но они по-прежнему оставались в заблуждении.
Недалеко от села возвышается каменная гора, на которой скрывался огромный змий, пожиравший путников.
Узнав о том, апостол в сопровождении двух учеников своих, имея в руках железный жезл, с изображением животворящего Креста, пошел сокрушить змия и, со свойственною ему неустрашимостью, жезлом сокрушил главу змию. Многие из слышавших об этом дивном деле уверовали в Господа Иисуса.
Когда апостол возвратился в Никею, жители умоляли его, дабы избавил их и от восьми страшных разбойников, которые скрывались в недоступной пещере и производили убийства; из них двое были одержимы злыми духами.
Св. Андрей внял мольбе народной. Бесноватые встретили его громкими восклицаниями; но от заклинания апостола бежали злые демоны. Освобожденные с благоговением пали к ногам его; прочие же разбойники, видя столь необыкновенное чудо, бросили свое оружие и смиренно поклонились апостолу Христову.
Тогда блаженный, голосом, исполненным любви и кротости, сказал им: «О, люди! убегайте зла, и чего сами себе не желаете, не делайте другим; уразумейте, что есть Бог на небесах, Создатель и Промыслитель, который видит все и каждому воздаст по делам. За чем же убиваете людей, похищаете чужое имущество? Бог одарил вас здравием и имуществом для того, чтоб вы сами трудились, и не нуждались ни в чем. Наипаче же сами подавайте нищим. Отныне удаляйтесь от дел злых и нечистых, и возвратитесь в свои дома, дабы приобресть Божию милость и благосклонность от царей и правителей». Окончив краткую речь свою, апостол научил их слову жизни, и они прияли от него святое крещение.
Недалеко от Никеи было место, которое служило жилищем духов нечистых, постоянно искавших жертвы; ибо здесь стоял идол Артемиды, и никто не мог к нему приблизиться; блаженный Андрей, вооруженный духовным мужеством, вместе с учениками своими, посетил оное и там переночевал.
Нечистые духи не могли вынести присутствия апостола, превратились в плотоядных вранов и улетели, восклицая плачевным голосом: «О, Иисус Назарянин! велика язва сия нас постигшая, ибо ученики твои гонят и преследуют нас». Блаженный Андрей сокрушил идола, и на том самом месте водрузил животворящий Крест.
На другом месте, недалеко от селения Давкома, лежавшего на левой стороне Никеи, находился змий, чреватый демонами и почитаемый за божество безумным народом. Здесь же стоял скверный идол Афродиты, которому народ приносил жертвы. Апостол Христов, силою своей молитвы, прогнал змия и злых духов, и, возвратившись в Никею, поучал народ и исцелял больных.
В ночное время восходил он на холм, называемый Клидосом, и, подобно Учителю своему, Который часто молился на горе, всю ночь проводил в молитве, прося Бога о успехах проповеди. Господь же, творящий волю боящихся Его, благоволил обратить неверных следующим образом.
У язычников был праздник, по случаю которого собирался весь народ. Все приносили жертву идолам и потребляли ее сами. Во время жертвоприношения, бесы овладевали людьми с такою силою, что одержимые ими пожирали друг друга.
Страждущие спешили к холму, обрели на нем Блаженного и умоляли его избавить их от жестоких мучений.
Апостол Христов стал среди народа и немедленно укротил, посредством крестного знамения, тех, которые сами себя терзали.
С возвышенного места поучал он народ истинам Божественного разума, укорял их в том, что доселе, по жестокосердию своему, не покорялись слову. Таким образом св. апостол обнаружил все ничтожество идолов и открыл народу, что демоны, за привязанность к ним, платят одним только злом. Тогда слушающие уразумели силу проповеди.
Апостол же на каждого из них возлагал руки и исцелял от всех недугов, отпуская с миром.
На другой день было еще стечение народа; св. апостол стал на обычном своем месте, приветствовал его словами: «Мир вам…», все единогласно ответствовали: «и духу твоему».
Он начал говорить о том, как сотворил Бог Адама, как первый человек за непослушание был изгнан из рая; доказывал из писаний пророческих, что Иисус Христос, пришедший на землю спасти мир, есть Сын Божий. Далее говорил о крещении и, посредством возложения рук, исцелял больных, отпуская же их, приказал собраться и на другой день. Когда они собрались, св. апостол, опершись на железный жезл свой, начал благовествовать о Святой Троице, о промысле Божием, воплощении Христовом, Его крестной смерти и воскресении; о вознесении и седении одесную Отца, о славном втором пришествии и воздаянии каждому по делам его.
По окончании беседы, народ воскликнул: «истинно ты ученик и друг благого и милостивого Бога; и Святый Дух говорит твоими устами».
Апостол пребыл среди них два года, отпадших обращал, погибших обретал, больных исцелял, изгонял бесов, разрушал капища, созидал церкви, рукополагал священников, обновлял всех св. крещением. Находившуюся там синагогу еврейскую разрушил, и на ее месте построил церковь во имя Пресвятыя Богородицы, а человека некоего доблестного и благочестивого, по имени Драконтия, поставил епископом, который в последствии удостоился и мученического венца, месяца мая в 12-й день.
Первозванный апостол Христов из Никеи отправился в город Никомидию, где встретили его верные, наученные им слову жизни, у которых и остался несколько дней, утверждая их в вере учением и чудесами. Там воскресил он некоего Каллиоста, умерщвленного яростью бесовскою.
Оттоле отправился водою в вифинийский город Халкидон и поставил там епископом Тихика, одного из учеников своих. Потом посетил Ираклию и Амастриду, город обширный и великолепный, в котором оставался долгое время. Там просветил он многих светом Божественной мудрости, и поставил епископом Пальма, человека знаменитого словом и делами, о котором говорят жители сего города, что он написал много Божественных поучений, но, впоследствии времени, пожар, истребивший город, истребил и дом, в котором хранились его писания, и тем лишились мы великой духовной пользы.
Из Амастриды апостол отправился рекою, Парфением называемою, в город Харакон, который окружен двумя реками: с южной стороны, так называемая, река Лик, или Волк, по вредной быстроте ее течения, а с северной река Лусия. Обе сии реки соединяются вместе и образуют Парфен, реку глубокую, широкую и удобную для судоходства. Здесь, в особенности в летнее время, бывало большое стечение народа.
Св. проповедник Христова Евангелия начал возвещать слово истины, обращая многих. Для верных он избрал место молитвы и воздвиг знамение животворящего Креста, а впоследствии жители соорудили церковь во имя апостола, с изображением на стене его образа, совершенно сходного с подлинником, при котором совершаются многие чудеса и доныне. Впоследствии первая церковь разрушилась, но боголюбивые жители воздвигли новую, еще больше первой.
По окрещении обитателей Харакона и утверждении их в вере, славный апостол отправился в город Синоп. Там обрел несколько учеников своих, прежде просвещенных, и остался у них.
В этом городе было множество иудеев, как мы сказали выше.
Узнав о прибытии Богоносного Андрея, который еще прежде отверз двери темницы и освободил из оной всех заключенных, они собрались и с гневом напали на святого, намереваясь предать огню самый дом, в котором он жил; его влачили по улицам, жестоко били камнями и палками, терзали его тело.
Один из них, человек с зверским духом, укусил палец апостола и за это жители Синопа доселе называются перстоедами. Пораженный жестокими язвами, св. Андрей брошен был, как мертвый, вне города. В наступившую ночь явился ему Господь Иисус Христос, и говорил: «Встань, избранный мой и первозванный ученик! Спеши в город с дерзновением без всякого страха, Я с тобою». Сказав сие, Господь исцелил уязвленный палец его и вознесся на небо. С рассветом апостол снова явился к жителям города, без страха поучал и проповедовал Христа. Они же, видя столь удивительное терпение и кротость, с какою умолял их о принятии слова, смягчились и со вниманием стали слушать толкования писаний о Иисусе Христе, в Которого наконец и уверовали.
В это «время, некто умерщвлен был рукою убийцы и брошен в яму. Жена убитого горько плакала над трупом, а народ искал убийцу, но не находил его. Апостол, сжалившись о несчастной, сотворил молитву и воскресил мертвого. Видя столь дивное чудо, многие уверовали.
Так возрастало число верных. Апостол некоторых из них посвятил во священники и диаконы, научил их совершению литургии и другим молитвам и, преподав благословение, отправился к берегам Понта, посетил село, называемое Залихон.
Жители Амасии с радостью встретили апостола и после приветствий ввели его в город и водворили в том же доме, в котором жил он прежде; ибо сей город давно уже просвещен был апостолом. Отселе отправился в мингрельский город Трапезонт, где, как я сказал выше, обитали люди безрассудные, а потом посетил Неокесарию, жителям коей, по обыкновению, проповедовал слово Божие, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Оставив Неокесарию, апостол проходил многие места, везде распространяя слово Божественного разума, и наконец достиг до обширного города Самосата, лежащего на границе Парфян или Армении, где обитало множество армян, греков, и идолопоклонников. Жили здесь и философы, которых мнения противоречили проповеди апостольской. Но учитель Божественной мудрости сказал им следующее: «Вы рассмотрите сами беспорядочную жизнь ложных богов ваших, как они враждуют друг против друга. Истинный Бог один. Он благ и делатель добра, и источник мира. Рассмотрите, кто творец четырех стихий и кто образовал из них видимый мир. Подумайте, кто распределил планеты и звезды, и дал им правильное всегдашнее течение? Они не двигаются сами по себе, ибо бездушны, но волею Творца их. Направьте стопы ваши на путь истинный, на путь искони избранного и проповеданного пророками, Который напоследок явился нам, примирил землю с небом и дарует милость исповедающим Его. Познайте Владыку, благого Бога истинного, Иисуса Христа, именем Которого, как вы ныне видите, мертвые восстают, бесы бегут, а болезни и страсти упраздняются».
Сими и подобными наставлениями, долгое время апостол поучал их; многие уверовали и крестились во имя Святыя Троицы.
Из Самосата апостол отправился в Иерусалим, для празднования Пасхи вместе с Пресвятою Богородицею. По совершении праздника, апостол вышел из Иерусалима, в сопровождении Симона Кананита, Матфея, поставленного на место Иуды Искариотского, и Фаддея, в город Едесс. Там остался Фаддей, у владетеля Авгаря, которому послан был нерукотворный образ Господа нашего Иисуса Христа, чудодейственною силою возвративший царю здравие телесное и душевное. Блаженный Андрей с остальными спутниками посещал города и села.
Они везде поучали народ и творили чудеса; наконец достигли до земли Карталинской, прошли часть земли Тиулетской до реки, называемой Чорохи, беспрестанно проповедуя Христа Спасителя.
Апостолы посетили Сванетию в княжение некоей жены, которая приняла их проповедь. Здесь остался Матфей с прочими учениками, а великий Андрей с Симоном отправился в землю Осетинцев и достиг города, Фостофором называемого, где они после дивных чудес обратили и просветили многих.
Оставив Осетию, они посетили Абхазию и остановились в городе Севасте, называемом ныне Сухумом, жители которого приняли слово Божие. Блаженный Андрей в сем городе оставил Симона Кананита с прочими учениками, а сам отправился в землю Джигетов.
Обитатели этой страны Джиги были жестоки сердцем, погружены в делах нечестия, и по этому они не приняли проповеди апостола, а искали случая умертвить его; но благодать Божия сохранила его.
Блаженный, видя их грубость, жестокосердие и непреклонность, удалился; посему Джигетцы до сего времени остаются в неверии. Отселе отправился апостол Христов в страну, называемую верхним Суадагом, ныне необитаемую; жители ее с радостью приняли проповедь апостола и уверовали в Иисуса Христа.
Спустя несколько времени, апостол посетил приморский (Евксинского понта) город Босфор, лежащий близ земли Тавро-Гуннов. Здесь указывают гроб, с надписью имени Симона Зилота; могила же Симона Кананита находится в городе Никополе, лежащем между Абхазиею и Джигетиею.
В Босфоре, апостол своею проповедью многих обратил в христианство и утвердил в вере. Из Босфора отправился в Феодосию, город обширный и многолюдный, управляемый в то время правителем по имени Савроматом. Ныне он в развалинах и безлюден. Малое число из жителей сего города уверовали в Спасителя, посему апостол оставил его и удалился в город Готфов, Херсонес, где обитали люди грубые и неверные. Он пробыл у них долгое время, обращая их к вере.
Оставив Херсонес, апостол в другой раз посетил Босфор, утверждая жителей в вере; а отсюда Черным морем отправился в город Синоп. Здесь приветствовал просвещенных верою, дал им епископом одного из учеников своих по имени Филолога, посетил многие приморские города и селения, и основанные им церкви, и достиг Византии. В знаменитом городе Хрисополе, или Золотограде, он поставил епископом Стахия, одного из семидесяти учеников, прошел Византию, а в местечке называемом Акрополисом построил церковь во имя Пресвятыя Богородицы, которая доныне находится вблизи врат городских, называемых Авгенопом, а самая церковь называется Армасоном.
Отселе отправился в фракийский город Ираклию, и, оставаясь там долгое время, посеял семя Божественного ведения.
Посещая города Македонии, он проповедовал, поучал, утешал и исцелял больных, крестил и утверждал в вере во Христа, созидал церкви, посвящал священников и беспрестанно наставлял на путь истинной жизни.
В Фессалоникии Апостол оставался долго, поучая народ и утверждая верующих, наученных св. апостолом Павлом. Из Фессалоникии отправился в Пелопонис, посетил ахайский город Патры и остановился у некоего Сосия. Он нашел его на смертном одре, и исцелил. В том же городе увидел еще человека, одержимого жестоким недугом и лежавшего на навозной куче. Апостол сжалился над ним, подал ему руку, и именем Христовым воздвиг его.
Весть о сем славном чуде распространилась по городу. Все говорили о пришельце, который именем некоего Иисуса исцеляет больных, воскрешает мертвых и изгоняет духов нечистых.
Весть сия дошла и до Анфипата, именем Лезвиоса, человека, одержимого духом идолопоклонства. Лезвиос внушал народу, что пришелец тот волхв и льстец, и что непростительно верить словам его, и вознамерился убить апостола.
Но, когда размышлял о сем, ночью явился ему ангел и грозным голосом сказал: «ты почто умышляешь злое на человека, именуемого Андреем, и хочешь умертвить его? Ты отвергаешь Иисуса Христа, Которого он проповедует. Но вот рука Господа, разгневанного на тебя. Ты будешь расслаблен дотоле, пока научишься от него истине».
После слов ангельских, Лезвиос поражен был невидимою язвою; он лишился дара слова и рассудка. Но как скоро пришел в себя, почувствовал совершенное расслабление. Тогда, призвал воинов своих и умолял немедленно отыскать и привести человека-странника, для исцеления его от тяжкой болезни.
Воины в скорости нашли блаженного Андрея, и представили Анфипату, который умолял его горькими слезами, говоря: «О, человек, пришлец и проповедник Бога иного! помилуй меня заблужденного и чуждого истины, простри руку помощи и исцели меня от язвы сей, и открой, мне двери разумения». Ученик же благого Владыки сжалился над ним, возложил руку на расслабленное тело его, возвел очи на небо, и произнес следующую молитву:
«Господи Иисусе Христе! Боже истинный, Сын Единородный безначального Бога! Сый прежде век, и напоследок дней пришедший на землю, для спасения людей!
Сотвори милость с сим рабом Твоим; исцели его от телесных и душевных недугов, и удостой его быть Твоим служителем; соедини его стаду Твоему, дабы и он проповедовал славу Твою».
Сказав это, апостол взял за руку больного и, подняв его, исцелил от недуга.
Тогда Лезвиос исповедал Бога и сказал апостолу: «Истинен Бог, которого ты проповедуешь. Отныне я раб Его и твой ученик, со всем моим семейством, и верую в Пославшего тебя».
Св. апостол ответствовал: «Ежели ты так пламенно веруешь в Господа нашего Иисуса Христа, то Он и даст тебе уразуметь Себя».
Так уверовал Анфипат, об исцелении которого радовался весь народ. Жители стекались со всех сторон, и были свидетелями чудес, совершаемых апостолом. При виде исцеления жестоких болезней посредством молитвы, объятые чувством удивления вопияли громогласно: «Велик Бог, Которого проповедует пришлец Андрей!» Потом устремились на идольские капища, разрушая и сожигая их, и все единодушно прославляли Бога.
Анфипат Лезвиос душевно радовался и усердно вспомоществовал людям во всех их добрых начинаниях.
Слух о распространении проповеди апостольской достиг до императора Нерона. По его повелению, сменен был Лезвиос, и прислан другой правитель. Обрадованный Лезвиос, с радостью обратился к блаженному Андрею, говоря: «Благой мой наставник! Отныне я с большей ревностью готов служить Господу; ибо я свободен от суетных земных занятий и славы: прими меня, апостол Христов!»
С тех пор, оставив все дела мирские, он повсюду сопровождал св. проповедника.
Около сего времени, Андрей видел следующее сновидение: является ему Иисус Христос и говорит: «Андрей, избранный Мой! Возложи руки на Лезвиоса и сообщи ему благодать твою, а сам возьми крест твой, и спеши в Патры; — ибо скоро оставишь мир сей, для получения уготованного тебе венца». Проснувшись, апостол рассказал о видении ученикам своим, а сам, по повелению Господа, отправился в Патры.
По отставлении Лезвиоса от должности правителя, занял место его некто Егеат — человек, проникнутый духом идолослужения. Жена его Максимилла, слыша о чудесах, совершаемых апостолом Христовым, отправила к нему верную рабыню свою, по имени Ифидамию, женщину рассудительную, чтобы более удостовериться в истине распространившегося учения. Ифидамия пришла в дом Сосия, у которого жил апостол. Здесь она услышала то высокое благовестие, которое так сладостно исходило из уст его, и, возвратившись к госпоже своей, рассказала ей обо всем, что видела и слышала.
Спустя несколько дней, жена Анфипата заболела смертною болезнью и была оставлена всеми врачами.
В минуту отчаяния она вспомнила об Андрее, и призвала его. Апостол явился и нашел больную в отчаянии, а мужа ее в совершенном ожесточении. Он держал в руках меч, готовый умертвить себя, тотчас после смерти жены. Апостол сказал ему голосом, исполненным кротости и любви:
«Вложи меч твой в ножны, и призови Господа, Бога неба и земли; веруй во имя Его, и ты спасешься с женою твоею».
Анфипат стоял как окаменелый, ничего не отвечая. Ревностный же ученик Врача душ и телес возложил руку на главу страждущей жены, и жестокое воспаление вдруг оставило ее. Она потребовала пищи, по принятии коей, встала с одра здравою, славя Бога. Многие из видевших столь дивное исцеление уверовали в Господа.
Некоторые умоляли его идти на пристань, где лежал прокаженный, человек, некогда знаменитый родом и богатством. По причине зловония никто не приближался к нему, а только издали бросали ему хлеб, как бы псу. Весь народ принимал участие в его страданиях, но никакой врач не мог исцелить его.
Ученик милостивого Владыки, услышав о том, поспешил к больному и, не страшась его зловония, сказал: «я пришел исцелить тебя благодатию Господа нашего».
После сих слов, больной воспрянул, сбросив с себя рубище, проникнутое смрадом и червями. Апостол повел его к морю, и, сотворив молитву, погрузил в воду. Страждущий вышел из нее совершенно здравым, без всяких признаков долгой болезни.
Апостол обратился к изумленным жителям и приказал им снабдить несчастного одеянием; но исцеленный обнаженным бегал по всему городу, дабы все видели, от какой мучительной болезни он исцелился, и восклицал: «Благодарю Тебя, Господи, Боже мой! Ты сотворил милость, и всеми оставленного утешил; Ты призрил меня, и обновил истлевшего. Слава Тебе, Владыко страшный!»
Жители города Патры со всех сторон стекались и обращались к апостолу. Он же поучал их слову жизни и благодати, вере правой и заповедям Божиим; а приходящих к нему больных, какими бы они ни были одержимы болезнями, исцелял посредством возложения рук.
Жители, озаренные светом истины, разрушали капища и сокрушали идолов, были ли они золотые, или серебряные, каменные или деревянные; книги языческой мифологии сожигали, и большие пожертвования полагали к ногам блаженного апостола.
Ученики его снабжали ими нуждающихся вдов и сирот, а некоторую часть употребляли на сооружение и украшение церквей, сами довольствуясь самою малою пищею. Апостол заповедал всем читать книги Ветхого и Нового Завета и почитать священников и диаконов, которых рукоположил. Он предложил верным, построить большую церковь, что и было исполнено ими со всею ревностию и усердием.
По окончании строения, апостол велел расписать стены храма изображениями, взятыми из повествований книг Ветхого и Нового Завета, как свидетельствуют жители сего города.
Анфипат Егеат, после дивного исцеления жены его, отправился в Рим повидаться с императором Нероном. Там жил брат Егеата, именем Стратоклис, который, испросив у императора позволение оставить звание Философа, прибыл в Патры, в сопровождении верного раба своего, по имени Алкмана. В Патрах раб сей впал в болезнь, будучи одержим злым демоном.
Стратоклис, видя его страждущим жестоко и в бешенстве терзающим собственное тело, сердечно о нем сокрушался. Но когда узнал от жены брата своего Максимиллы, как она сама была избавлена от смерти блаженным Андреем, Стратоклис умолял ее призвать к себе апостола Христова. Максимилла послала к нему верную рабу свою Ифидамию.
Блаженный Андрей явился в преторию и объявив всем, что в этом доме обитает нечистый дух, прямо обратился к страждущему юноше, при котором находился и Стратоклись. Рабы Стратоклисовы, видя рубище Апостола, приняли его за человека простого, не стоящего уважения, и принуждали удалиться, но некоторые из граждан, которые знали его, заставляли их молчать. Максимилла же, услышав о прибытии апостола, с поспешностью вышла на встречу и поклонилась ему.
Апостол, после обычного приветствия, сказал ей: «Вот сколько здесь волхвов и чародеев собрано около юноши и не оказывают ему никакой помощи; почему же они не изгоняют злых духов? Потому что они свойственники в друзья им; а я, именем Господа моего, исцелю его». Сказав это, он начал молиться: «Господи, Иисусе Христе, всегда приемлющий моления рабов Твоих! Прими ныне молитву мою, изгони беса и исцели юношу, во славу святого имени Твоего». Потом сказал злому духу: «Именем Господа моего Иисуса Христа повелеваю тебе, дух нечистый, оставить юношу и град сей, избегая и стран, оглашенных проповедию братьев моих, апостолов Господа Иисуса Христа». Вдруг страшным голосом воскликнул демон: «Человек Божий! По приказанию твоему удаляюсь». После сих слов юноша пал, как мертвый, апостол поднял и возвратил его господину.
Свидетели столь славного чуда — Стратоклис, Максимилла и Ифидамия, уверовали в Господа; а исцеленный Алкман и многие другие умоляли апостола удостоить их св. крещения. Блаженный совершил над ними св. таинство; они же постоянно находились при апостоле и учениках его, которые наставляли их в правилах веры и добродетели.
Достохвальный апостол внушал им, чтобы они мало думали о тленной плоти, а более постились бы, постоянно заботясь о сохранении тела в чистоте; благодетельствовали бы нищим; ненавидели корыстолюбие, многоглаголание, ложь; и всегда благодарили Бога.
Около сего времени прибыл из Рима Анфипат Егеат. Жена его Максимилла отказалась разделять с ним брачное ложе, извиняясь нездоровьем, но тайно исполняя заповедь о чистоте.
Такой поступок жены удивил Анфипата; но он не долго оставался в недоумении. Один из рабов сказал ему, что брат его, жена и многие другие уверовали в Бога Андреева и приняли христианство.
Весть сия исполнила гневом беззаконника. Он приказал заключить в темницу Христова проповедника, как некогда Ирод Иоанна Крестителя, а жене сказал: «Оставь учение старца-пришельца и будь госпожою всего моего имущества; если же не хочешь, я велю распять пришельца и убить тебя».
Максимилла, не обращая никакого внимания на угрозы мужа, постоянно думала о учении апостола, которому, во время тайных свиданий, сообщала о замыслах Егеата. Апостол же, укрепляя ее в вере, говорил: «храни всегда страх Божий и заповеди Его, терпи все случившееся с тобою, ради имени Христова, и ты получишь вечную радость; а мое распинание на кресте есть величайшая для меня радость. Пострадать так, как пострадал Господь, и быть постоянно с Ним, — это мое единственное желание».
Подобныя слова более одушевили и укрепили Максимиллу, Она явно объявила мужу, что уже христианка и потому более не хочет осквернить себя нечистотою, и не боится временной смерти, как учил ее апостол Христов.
Слова жены привели в ярость уже разгневанного мужа. Он устремился в темницу, собственноручно заключил ее двери, приложив к ним печать, и строго запретил стражам кого-либо туда пускать.
Ночью Стратоклис, Максимилла и вся братия подошли к темнице. Апостол, узнав о посещении их, осенил крестным знамением двери, и они отверзлись сами собою. Изумленным и ужаснувшимся стражам он сказал, голосом сильным, но кротким: «Не бойтесь! Анфипат не узнает о сем».
Темница, освященная посетителями, более походила на церковь. Апостол, после божественных поучений, потребовал хлеба и вина для литургии, совершил таинство Евхаристии и приобщил всех пречистого тела и крови Владычних. Стратоклиса рукоположил во епископа, а других во священники и диаконы и заповедал им совершать литургию со страхом и благоговением. Он преподал им правила для чтения псалмов и различных молитв и, облобызав их, отпустил с миром. Двери же темницы, силою крестного знамения, опять затворились.
Злочестивый Егеат, раздраженный отказом жены своей, искал случая погубить ее; но, опасаясь мщения родителей ее, излил весь яд злобы своей на Богоносного Андрея. Он предал его воинам, и, как некогда Пилат — Иисуса Христа, осудил на распятие.
Блаженный апостол, еще издали увидев крест, воздвигнутый для него, радостно к нему устремился, и, став пред ним на колена, произнес сию хвалебную песнь:
«Радуйся всечестный Крест! С веселием предстою тебе.
Радуйся животворящий Крест! Я знаю тебя — мою надежду, знаю чудеса твои, для которых ты насажден на земле, дабы восстановить падших и укрепить колеблющихся.
Радуйся Крест честный, глава которого касается небес, прообразуя тем Главу всех Бога-Слова! Средина твоя, наподобие рук, распростерта, чтобы сокрушить силу вражию и рассеянных совокупить воедино; а подножие твое утверждено во глубине земли, дабы седящих в преисподней возвести на небо.
Радуйся всечестный Крест, сокрушитель силы демонской!
Радуйся древо жизни, насажденное на земле, плоды которого суть сокровище неба! Радуйся преславный Крест, сладчайший именем и делами!
Радуйся Крест достопоклоняемый, принявший на себя моего Владыку, подобно виноградной лозе, гроздием отягченный. Радуйся Крест благословенный, спасший разбойника, и даровавший ему плоды исповедания!
Радуйся всехвальный Крест, — ты, который приводишь к Богу всех достойных уверовать в Него.
Приидите, свидетели моей радости; исполнители воли Егеата, исполните волю обоих. Распните агнца, принесите в жертву Творцу сотворенного Им, а дух мой Давшему его мне».
По окончании сего песнопения, распинатели приступили к апостолу, чтобы простерть его на кресте.
Руки и ноги, по приказанию Егеата, не были пригвождены, а только привязаны вервиями, с той целью, как думал нечестивый правитель, чтобы продолжительностью мучений одолеть твердость апостола.
Народ с благоговением взирал на мученика, который, раскрыв уста, так поучал его: «Неприлично страшиться смерти тем, которые подвизаются в этом мире. Они достигают вечного успокоения. Рабы греха спешат на казнь. Братья! возлюбите искренно веру во Отца, Сына и Святого Духа, храните заповеди Господа Иисуса Христа, и тем явите себя достойными вечного блаженства».
Прошел день, прошла ночь, а из уст апостола непрерывно истекали слова любви и утешении.
Достойный Стратоклис приходил к апостолу с желанием снять его со креста; но он отказал ему, и, оставаясь на кресте четверо суток, постоянно поучал народ сильным словом. Лице его не изменялось, голос не ослабевал, вздохи не вылетали из его сердца, глаза не увлажались слезами; но лик его, полный благодати божественной, озарен был небесным светом, Народ ублажал его, славя Бога, прославившего раба Своего, и милующего всех, уповающих на Него.
Жители окружили судилище, на котором сидел Егеат, и громогласно проклинали его; ибо он столь невинного и добродетельного человека осудил на жесточайшую смерть. Нечестивый правитель, видя, что ожесточенный народ готов покуситься на жизнь его, ужаснулся, и произнес слова, исполненные лести: «я погрешил и раскаиваюсь; иду сам снять его со креста».
И, действительно, пошел к мученику; но блаженный апостол, видя его, громко к нему воззвал:
«О, Егеат! Зачем ты пришел ко мне? Я далек от тебя. Для чего лицемеришь, будто намерен снять меня со креста, и принести
раскаяние? Я далек от тебя; ибо сердце твое объято лукавством, а не раскаянием. Ты напрасно ищешь случая освободить меня: я давно свободен. Меня любит и милует Избавитель мой. К Нему спешу, — иду к Тому, Кто открыл мне дела твои, и сказал: не принимай приношения от Егеата, и не страшись его гнева».
Сказав это, апостол возвел очи к небу, хваля Бога. В последний раз со креста благословил он братьев своих, и скончался с миром, предав дух свой Господу, ноября 30 дня.
Кончина славного апостола оплакиваема была всеми. Достойный епископ Стратоклис и раба Господня Максимилла сняли святое тело со креста и, помазав ароматами, погребли его с великою честью.
Нечестивый Егеат, мучимый совестью за неправедную казнь апостола Христова, и снедаемый скорбью о потере жены своей Максимиллы, впал в мрачное уныние и в припадке сумасшествия бросился в пропасть.
Стратоклис, брат его, не захотел наследовать его имуществу, говоря: «Егеат! все твое да исчезнет вместе с тобою, а наследием моим да будет единый Господь, Которому я предал себя». Максимилла также не коснулась богатства мужа своего, а с верною рабынею своею Ифидамиею, во все продолжение жизни своей, находилась при гробе св. апостола Андрея. Стратоклис и Максимилла часть из собственного имения раздали нищим, а другую определили для сооружения церквей. Долговременна была благочестивая жизнь их, и кончина тихая, блаженная.
Со дня преставления Первозванного апостола Христова, беспрестанно совершались великие чудеса. Все страждущие, с верою прибегавшие к святому гробу его, исцелялись во славу Бога и в честь Его апостола.
Теперь расскажу о перенесении св. тела апостольского в город Константинополь, чтобы все ведали, как это совершилось, и где оно погребено.
По прекращении гонения против христиан, бывшего в царствование Диоклетиана и Максимилиана, Максимина и Максентия, истребленных небесным гневом, свет мира излился на церковь Христову. Благодатию Святого Духа является благочестивый, равноапостольный царь, Константин великий. По его повелению, все верные исповедники Христа получают свободу и возвращаются из заточения; явным делается исповедание имени Иисуса Христа и распространяется христианство по всей империи; воздвигаются церкви, умножаются архиереи, и благими делами исполняется весь мир. Наконец мать царя, благочестивая Елена, обретает честный и животворящий Крест Господень.
По смерти Константина Великого, воцарился сын его Константий. Он построил великолепную церковь во имя св. апостол, в новом Риме — Константинополе, с тою целью, чтобы положить в нее св. останки мужей апостольских, которых благодать охраняла бы город.
Он призвал Артемия, человека славного между всеми правителями, который впоследствии, при отступнике Иулиане, удостоился светлого мученического венца за исповедание имени Христова.
Артемий был сын знаменитого вельможи, исполнен разума и добродетели и почтен любовью царя Константина и сына его: «Спеши, — сказал ему Константий, — в ахайский город Патры, и с честью перенеси сюда останки всехвального апостола Андрея, да почиют в воздвигнутой мною церкви».
Доблестный Артемий немедленно отправился в Патры. Там, у гроба апостола, проведя всю ночь в бдении и песнопениях, он наконец открыл раку и вынул из нее св. мощи. Пришествие блаженного Артемия в Патры почтено было самим апостолом; ибо он не препятствовал ему перенести земные останки свои в Константинополь. Артемий, по тем мученическим подвигам, которые должен был совершить впоследствии, достоин был такой чести.
Когда вынул он сокровище мощей из гроба с подобающей честью, жители окрестных городов со свечами и кадильницами выходили на встречу святыни и провожали ее с пением. За вратами царственного города, благочестивый царь с архиереями и синклитом, имея в руках зажженные свечи и кадильницы, встретили апостола Христова. Духовные и миряне, юноши и девы, старцы и дети, все единогласно воспевали и лобызали раку страдальца.
Столб истины, твердыня веры и верных, сокровище вожделенное, честнейший паче всякого камени честна, злата и жемчуга, храм Бога живого, тело св. апостола положено было в алтаре между двумя гробницами — евангелиста Луки и Тимофея, проповедника истины, которых останки перенесены были тем же Артемием, еще при жизни царя Константина, первый с места его кончины, а Тимофей из Ефеса, где он был рукоположен во епископа.
За перенесение св. мощей и усердную службу, Артемий почтен был царем Константием высокою славою, облечен властью правителя города Александрии и всего Египта. А от вечного и бессмертного Владыки ему дана свыше честь вечная и непреходящая, он удостоен славы невечерней, царства безконечного и лицезрения Христа Спасителя, Которому слава, честь и поклонение, со Отцем и Святым Духом, всегда и ныне, и во веки веков. Аминь.
Святый апостол Христов, Андрей Первозванный! Ты, который сказал первоверховному брату твоему Петру: мы обрели Мессию, предсказанного пророками, Христа Назарянина, Спасителя мира, — и немедленно последовал за Ним, — ты будь защитником и покровителем списателя сей книги, недостойного иеромонаха Романа, и сохрани его от всякого смертного греха. Аминь.
Святой Андрей, Первозванный Апостол Христов, сын одного еврея, по имени Ионы, брат святого верховного Апостола Петра, был родом из города Вифсаиды.
Презирая суеты сего мира и предпочитая девство супружеству, он не пожелал вступать в брак, но, услышав, что святой Предтеча Иоанн проповедует на Иордане покаяние, оставил все, пошел к нему и сделался его учеником.
Когда святой Предтеча, указывая на проходившего мимо Иисуса Христа, произнес: «Се Агнец Божий», святой Андрей вместе с другим учеником Предтечи, которого считают за Евангелиста Иоанна, оставил Крестителя и последовал за Христом. Он нашел брата своего Симона (Петра) и сказал ему: «Мы нашли Мессию, именуемого Христа», и привел его к Иисусу (Ин.1:41–42).
После сего, когда он ловил, вместе с Петром, рыбу на берегу Галилейского моря, и Иисус воззвал к ним, говоря: «идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков» (Мф.4:19), — тогда Андрей, тотчас оставив, по зову Господню, сети, пошел, вместе со своим братом Петром, за Христом (Мф.4:20).
Андрей был назван Первозванным, потому что прежде всех Апостолов сделался последователем и учеником Иисуса Христа. Когда же, после вольных страданий Господа, по воскресении Его, святой Андрей принял, как и прочие Апостолы, Духа Святого, сшедшего на него в виде огненного языка (Деян.2:3), и когда были разделяемы страны, ему достались по жребию страны Вифинийские и Протонтидские, с Халкидоном и Византиею, Фракиею и Македонией, простирающиеся до самого Черного Моря и Дуная, а также — Фессалия, Еллада, Ахаия, Аминтин, Трапезунт, Ираклия и Амастрида.
Святый Андрей прошел эти города и страны, проповедуя Христову веру, и в каждом городе принял много скорбей и страданий; подкрепляемый всесильной помощью Божией, он терпел все бедствия за Христа с услаждением.
Более всего он претерпел мучений в городе, называемом Синоп: здесь его бросали на землю и, взяв за руки и ноги, таскали, били поленьями, бросали в него камнями, вырывали у него пальцы и зубы; но он, благодатью своего Спасителя и Учителя, снова оказался здоровым и целым от ран.
Отправившись оттуда, он проходил иные страны: Неокесарию, Самосаты, Аланы, страны Абасков, Зигов, Босфоринов.
Потом он отплыл во Фракийский город Византию, где он первый проповедал Христа, и, научив многих, поставил пресвитеров Церкви; во епископа Византии он рукоположил Стахия, о котором святой Апостол Павел упоминает в послании к Римлянам (Рим.16:9).
Сам же он, подъемля в благовествовании Христовом Апостольские болезни и труды, обходил Понт, побережье Черного моря, Скифию и Херсонитов.
По Промышлению Божию, он дошел до реки Днепра, в Российской стране, и, пристав к Киевским горам, остановился на ночлег. Вставь поутру от сна, он сказал бывшим при нем ученикам:
— Верьте мне, что на этих горах воссияет благодать Божия; великий город будет здесь, и Господь воздвигнет там много церквей и просветит святым крещением всю Российскую землю.
Взойдя на горы, святой благословил их и водрузил крест, предвозвещая принятие народом, обитавшим здесь веры от своей Апостольской кафедры, основанной в Византии.
Пройдя и выше лежавшие российские города, — где расположен ныне великий Новгород, — посетив еще и Рим, он возвратился в греческую страну Эпир, и снова пришел во Фракию, утверждая христиан и поставляя им епископов и наставников. Пройдя многие страны, он достиг Пелопоннеса и, войдя в Ахайский город, по имени Патры, остановился у одного почтенного мужа, по имени Сосия; он восставил его с одра болезни и после того обратил ко Христу весь этот город Патры.
В то же время уверовала во Христа и жена местного правителя Егеата Антипата, по имени Максимилла, освободившись от тяжких оков недуга и получив скорое исцеление.
И мудрый Стратоклий, брат Антипатов и многие иные, одержимые различными недугами, выздоровели чрез возложения рук Апостола.
Тогда Егеат Антипат пришел в бешенство, и, схватив святого Апостола, пригвоздил его ко кресту, о чем пресвитеры и диаконы Ахайской страны написали так:
— Мы, все пресвитеры и диаконы церквей Ахаии, пишем о страдании святого Апостола Андрея, которое видели своими очами, всем церквам, — которые находятся на востоке и на западе, на юге и на севере. Мир вам и всем верующим во Единого Бога, в Троице совершенного, истинного Отца нерожденного, истинного Сына рожденного, истинного Духа Святого, исходящего от Отца и почивающего на Сыне; этой вере мы научились от святого Андрея, Апостола Иисуса Христа, страдание которого, непосредственно нами виденное, мы и описываем.
Егеат Антипат, придя в город Патры, начал принуждать верующих во Христа приносить жертвы идолам. Святой Андрей, зайдя ему на пути вперед, сказал:
— Тебе, судья людей, следовало бы познать своего Судью, сущего на небесах, и, познав, поклониться Ему: поклонившись же истинному Богу, следовало бы отвращаться от ложных богов.
Егеат сказал ему:
— Ты ли тот самый Андрей, который разрушает храмы богов и склоняет людей к той появившейся недавно волшебной вере, которую римские цари повелели истребить?
Святый Апостол Андрей отвечал:
— Римские цари не познали того, что Сын Божий, снизойдя на землю ради спасения рода человеческого, с ясностью показал, что эти идолы не только не боги, но — нечистые бесы, враждебные человеческому роду, которые научают людей прогневлять Бога и отвращать Его от себя, чтобы Он не слышал их. Когда же Бог, прогневавшись, отвратится от людей, тогда бесы пленяют их в порабощение себе и до тех пор обольщают их, пока души их не выйдут из тела обнаженными, не имея с собою ничего другого, кроме грехов своих.
Егеат сказал:
— Когда ваш Иисус проповедывал эти бабьи и пустые слова, Иудеи пригвоздили Его ко кресту.
Андрей отвечал:
— О, если бы ты захотел познать таинство креста: — как Создатель человеческого рода, по Своей любви к нам, добровольно претерпел страдания на кресте, потому что Он и о времени Своих страданий знал, и о тридневном Своем воскресении пророчествовал и, сидя с нами на последней вечери, возвестил о Своем предателе, говоря о будущем, как о прошедшем, и добровольно пошел на то место, на котором имел быть предан в руки Иудеев.
— Удивляюсь тебе, — возразил Егеат, — что ты, будучи человеком мудрым, последуешь за Тем, Кого исповедуешь распятым на кресте — всё равно каким образом: добровольно или невольно.
Апостол отвечал:
— Велико таинство креста, — и если ты хочешь слышать, я скажу тебе.
— Это — не таинство, но казнь злодеев, — возразил Егеат.
Святый Андрей отвечал:
— Эта казнь — тайна человеческого обновления, только благоволи терпеливо выслушать меня.
— Выслушаю тебя терпеливо, — сказал судья, — но если ты не сделаешь того, что я приказываю, то понесешь на себе ту же тайну креста.
Апостол на это отвечал:
— Если бы я боялся крестной казни, то никогда не славил бы креста.
Егеат сказал:
— Как ты хвалишь крест по безумию своему, так не боишься смерти — по дерзости.
Апостол отвечал:
— Не боюсь смерти не по дерзости, но по вере, ибо честна смерть преподобных, для грешников же смерть люта. Я хочу, чтобы ты выслушал, что я скажу о тайне креста, и, познав истину, уверовал; уверовав же, обрел свою душу.
Егеат сказал:
— Обретают то, что погибло. Неужели моя душа погибла, что ты велишь обрести ее верою, не знаю — какою?
Святый Андрей отвечал:
— Это то, чему ты мог бы научиться от меня; я покажу тебе, в чем погибель человеческих душ, чтобы ты мог познать спасение их, совершившееся чрез крест. Первый человек ввел смерть чрез древо преступления, и нужно было для человеческого рода, чтобы смерть была уничтожена чрез древо страдания. И как первый человек, введший чрез древо преступления смерть, был создан из чистой земли, так надлежало, чтобы от чистой Девы родился Христос, совершенный человек, Который есть вместе и Сын Божий, создавший первого человека, дабы Он возвратил вновь вечную жизнь, потерянную всеми людьми: и как первый человек согрешил, простерши к древу познания добра и зла руки, так для спасения людей надлежало, чтобы Сын Божий простер на кресте Свои руки за невоздержание человеческих рук и за сладкую пищу от запрещенного древа вкусил горькой желчи.
Егеат сказал на это:
— Говори эти речи тем, которые станут слушать тебя. Если же ты не послушаешься моего повеления, и если не захочешь принести жертвы богам, то, избив палками, я распну тебя на кресте, который ты прославляешь.
Андрей отвечал:
— Я каждый день приношу Единому, Истинному и Всесильному Богу не дым кадила, не мясо волов, не кровь козлов, но непорочного Агнца, принесенного в жертву на алтаре крестном. Все верующие люди причащаются Его пречистого тела и вкушают кровь Его, однако Сей Агнец пребывает целым и живым, хотя и истинно закалается; истинно вкушают все Его плоть и пьют Его кровь, — однако, как говорю, Он всегда пребывает целым, непорочным и живым.
Егеат сказал:
— Как это может быть?
Андрей отвечал:
— Если хочешь узнать, будь учеником, чтобы научиться тому, о чем спрашиваешь.
Егеат сказал:
— Я выпытаю у тебя это учение муками.
Апостол отвечал:
— Удивляюсь я тому, что ты, будучи человеком мудрым, говоришь, как бессмысленный, ибо можешь ли узнать от меня тайны Божии, испытывая чрез мучения? Ты слышал о таинстве креста, слышал и о таинстве жертвы. Если уверуешь, что Христос, Сын Божий, распятый Иудеями, есть истинный Бог, то я раскрою тебе, как Он, будучи умерщвлен, живет, и как, будучи принесен в жертву и вкушаем, пребывает целым во Царствии Своем.
Егеат сказал:
— Если Он умерщвлен и, как ты говоришь, употреблен людьми в пищу, то как же Он может быть живым и целым?
— Если будешь веровать всем своим сердцем, — отвечал Апостол, — то можешь уразуметь сию тайну; если же не уверуешь, то никогда не постигнешь сей тайны.
Тогда Егеат, разгневавшись, повелел бросить Апостола в темницу.
Когда святой был ввергнут в темницу, к нему собралось из всей той страны много народу, который хотел убить Егеата, Андрея же освободить из темницы.
Но святой Апостол удержал их, вразумляя и говоря:
— Не превращайте мира Господа нашего Иисуса Христа в диавольский мятеж; ибо Господь наш, будучи предан на смерть, показал всякое терпение, не прекословил, не вопиял, и не было слышно на улицах гласа Его; посему и вы молчите и будьте спокойны. Не только не делайте препятствий моему мученичеству, но сами, как добрые подвижники и воины Христовы, приготовляйтесь к тому, чтобы терпеливо понести на своем теле всевозможные истязания и раны. Если и нужно бояться мук, то — только таких, которые не имеют конца, устрашения же и угрозы человеческие подобны дыму, — явившись, они внезапно исчезают. И если бояться страданий, то надлежит бояться тех, которые начинаются с тем, чтобы никогда не иметь конца. Временные же страдания, если они незначительны, переносятся легко; если же они велики, то скоро, удалив из тела душу, сами окончатся. Но люты те страдания, которые вечны. Посему будьте готовы к тому, чтобы чрез временные скорби перейти к вечной радости, где будете веселиться, всегда процветать и всегда царствовать со Христом.
Поучая так людей, святой Андрей провел всю ночь.
Поутру Егеат Антипат сел на судилище; послав, он призвал к себе святого Андрея и сказал ему:
— Решился ли ты оставить безумие и не проповедывать Христа, чтобы мог веселиться с нами в сей жизни, ибо великое безумие в том, чтобы добровольно идти на мучения и огонь?
Святый отвечал:
— Веселиться с тобой я буду в состоянии, когда ты уверуешь во Христа и отвергнешь идолов, ибо Христос послал меня в эту страну, в которой я немало приобрел Ему людей.
Егеат сказал:
— Я принуждаю тебя к жертвам для того, чтобы обольщенные тобою оставили суету твоего учения и принесли угодные богам жертвы, ибо нет города в Ахаии, в котором бы не опустели храмы богов; посему теперь нужно, чтобы чрез тебя честь их была восстановлена, — чтобы те, которые тобою прогневаны, тобою же были умолены, чтобы и самому тебе пребыть с нами в дружеской любви. Если же — нет, то за бесчестие их ты примешь различные мучения и будешь повешен на кресте, который ты прославляешь.
Святый Андрей отвечал на это:
— Слушай, сын смерти, обреченный на вечные муки, послушай меня, слугу Господня и Апостола Иисуса Христа! До сих пор я беседовал с тобой кротко, желая научить тебя святой вере, чтобы ты, как имеющий разум, познал истину и, отвергши идолов, поклонился живущему на небесах Богу. Но так как ты пребываешь в своем бесстыдстве и думаешь, что я боюсь твоих мучений, то изобрети против меня мучения самые тяжкие, какие знаешь, ибо тем угоднее я буду Царю моему, чем более тяжкие претерплю за Него мучения.
Тогда Егеат повелел растянуть его и бить.
И когда бьющие его сменились, по трое, семь раз, святой был поднят и приведен к судье.
Судья сказал ему: «Послушай меня, Андрей, и не проливай понапрасну своей крови, ибо, если не послушаешь меня, то распну тебя на кресте».
Святый Андрей отвечал:
— Я раб креста Христова и желаю крестной смерти. Ты же можешь избежать вечного мучения, если, испытав мое терпение, уверуешь во Христа, ибо я печалюсь о твоей погибели более, чем о своих страданиях: страдания мои окончатся в один, много — в два дня, твои же мучения и после тысячи лет не будут иметь конца; посему, не приумножай себе мучений и не распаляй для себя вечного огня.
Разгневанный Егеат повелел распять святого Андрея на кресте, привязав ему руки и ноги: ибо он не хотел прибить его гвоздями, чтобы он не умер в скором времени и, вися привязанным, принял больше мучений. Когда слуги мучителя вели его на распятие, собрался народ, восклицая:
— В чем согрешил человек праведный и друг Божий, за что его ведут на распятие?
Андрей же умолял народ, чтобы он не делал препятствий страданию его, и шел на мучения с веселием, не переставая учить. Когда он пришел на место, где имел быть распятым, то, издалека увидев приготовленный для него крест, воскликнул громким голосом:
— Радуйся, крест, освященный Христовою плотью и украшенный членами Его, как Маргаритами! Пока не был распят на тебе Господь, страшен ты был для людей, теперь же тебя любят и с желанием принимают, ибо верующие знают, какое ты заключаешь в себе веселие, и какое уготовано за тебя воздаяние. С дерзновением и радостью я иду к тебе, ты же прими меня с веселием, ибо я — ученик Того, Который был повешен на тебе. Прими меня, так как я всегда любил и желал обнять тебя, о честный крест, получивший от членов Господних красоту и славное украшение, издавна желанный, горячо любимый, которого я непрестанно искал. Возьми меня из среды людей и отдай меня моему Учителю, чтобы чрез тебя принял меня Тот, Который искупил меня тобою.
Говоря это, он снимал с себя одежды и отдавал их мучителям.
Они подняли его на крест, привязав руки и ноги веревками, распяли и повесили.
Вокруг него стояло множество народа, около двадцати тысяч; между ними был и брат Егеата, по имени Стратоклий, который восклицал вместе с народом:
— Несправедливо страдает так святой муж.
Святый же Андрей укреплял веровавших во Христа и убеждал их терпеть временные мучения, уча, что никакое мучение ничего не стоит в сравнении с имеющим быть за него воздаянием.
Потом весь народ пошел к дому Егеата, восклицая и говоря:
— Не должно так страдать человеку святому, честному, учителю доброму, благонравному, кроткому и премудрому, но должно снять его со креста, ибо он, вися второй день на кресте, не перестает учить правде.
Тогда Егеат, убоявшись народа, тотчас пошел с ними, чтобы снять Андрея со креста. Андрей, увидев Егеата, сказал:
— Зачем пришел ты, Егеат? Если хочешь уверовать во Христа, то откроется тебе, как я обещал, дверь благодати. Если же ты пришел только для того, чтобы снять меня со креста, то я не желаю, пока жив, быть снятым со креста, ибо я уже вижу моего Царя, уже поклоняюсь Ему, уже стою перед Ним, но страдаю за тебя, потому что тебя ожидает уготованная тебе вечная погибель. Позаботься о себе, пока можешь, чтобы не захотелось тебе начинать тогда, когда будешь уже не в силах.
Когда слуги хотели отвязать его от креста, то не могли прикоснуться к нему; множество и других людей, одни за другими, старались отвязать его, однако не могли, потому что руки их приходили в омертвение. После сего святой Андрей воскликнул громким голосом:
— Господи Иисусе Христе! Не попусти мне быть снятым со креста, на котором я повешен за имя Твое, но приими меня, Учитель мой, Которого я возлюбил, Которого познал, Которого исповедую, Которого желаю видеть, чрез Которого я стал тем, что есмь! Господи Иисусе Христе, приими дух мой с миром, ибо время уже мне придти к Тебе и зреть Тебя, так сильно желаемого мною! Приими меня, Учитель Благий, и не ранее повели мне быть сняту со креста, как примешь дух мой!
Когда он говорил это, его осиял свет с неба, как молния, на виду у всех, и блистал вокруг его, — так что для тленного человеческого ока невозможно было смотреть на него.
Этот небесный свет сиял вокруг него с полчаса, и когда свет отступил, святой Апостол испустил дух и отошел в блистаниях света, чтобы предстать Господу.
Веровавшая во Христа Максимилла, женщина знатного происхождения, целомудренной и святой жизни, узнав, что святой Андрей отошел к Господу, сняла с великою честью тело его и, помазав драгоценными ароматами, положила его в своем гробе, в котором имела быть похоронена сама.
Егеат, разгневавшись на народ, замышлял отмстить ему и открыто казнить восставших на него, Максимиллу же он хотел оклеветать пред царем. Когда он помышлял об этом, внезапно напал на него бес и, мучимый им, Егеат умер посреди города. Когда сообщили об этом его брату Стратоклию, веровавшему во Христа, тот повелел предать его погребению, сам же не искал ничего из имений его, говоря:
— Не дай мне, Господи мой Иисусе Христе, чтобы я прикоснулся к чему-либо из сокровищ моего брата, чтобы не оскверниться грехом его, ибо он, любя суетное имущество, осмелился умертвить Апостола Господня.
Это было в последний день ноября, в Ахаии, в городе Патры, — где до сих пор, по молитвам Апостола, подаются людям многие благодеяния. Страх был на всех, и не было никого, кто не веровал бы в Спасителя нашего Бога, хотящего всех спасти и привести в познание истины, Которому слава во веки веков, аминь.
По прошествии многих лет, мощи сего святого Апостола Андрея были принесены мучеником Артемием в Константинополь, по повелению великого царя Константина, и положены вместе со святым Евангелистом Лукою и со святым Тимофеем, учеником святого Апостола Павла, в пресветлом Апостольском храме, внутри священного жертвенника.
Молитвами Апостола твоего, Христе Боже, верных Своих в православии утверди, и спаси нас. Аминь.
Крепка сеть Апостольского ловления, дивна память Андрея и дивно воспоминание сети, которую он употребил для ловления и для привлечения народов ко Христовой вере. Ибо невод, каким пользовались сии бессмертные мертвецы, никогда не может быть прорван забвением. Не придут с временем в ветхость те орудия ловли, которые соделаны не человеческим искусством, но Божьею благодатью. Хотя сами рыбари и ушли от нас, однако орудия, какими они пользовались, или невод, которым охватили самый мир, никогда не приходили в ветхость. Когда они забрасывают и вытаскивают сеть, то бывают невидимыми, однако сети их оказываются полны. Не трость они взяли, которая тлеет от времени, не льняные нитки, сгнивающие от ветхости, погрузили они в воду. Не крючок сделали они, который съедает ржавчина, не пищу они положили на крючок, которою могли бы уловлять рыб. Не на камне они сидели, к которому прикасаются воды, не в лодке, которую разбивает волнение, они плыли. Не рыб, естество неразумное, они уловили; но как дивно то искусство, которое они употребили, так и орудия их были новы и необыкновенны. Ибо вместо трости они употребляли проповедь, вместо лесы — память, вместо крючка — силу, вместо приманки — чудеса, вместо камня — небеса, с которых они производят такую ловлю; вместо лодки у них — алтарь, вместо рыб они уловляют и самих царей, вместо невода распространяют Евангелие; вместо искусства они прилагают Божественную благодать; вместо моря они управляют человеческой жизнью, вместо сети они привыкли пользоваться крестом, как каким-либо неводом.
И кто видел когда-либо, чтобы мертвые рыбари уловляли живых людей, как рыб? О, великая сила Распятого! О, высочайшая красота Божественного достоинства! Ничего не может быть в жизни такого, как высота Апостольской благодати. Человеческая жизнь видела много поистине дивного и превышающего разум; ибо видела пролитую кровь вопиющую, и убийство, говорящее без языка, и естество, разделившееся, по зависти, с собою, видела брата, причиняющего смерть единоутробному брату, и дверь смерти, открытую чрез язву зависти. Видела этот ковчег Ноя непогруженным во время потопа мира и погибель человеческого рода. Видела старца, вооружившегося, по вере, против своей утробы, т. е. сына, и того, который не был умерщвлен, — приносимого как бы в жертву. Видела благословение, полученное чрез кражу, и борьбу Создателя Бога с рабом. Видела зависть, возникшую между братьями, и рабство, исходатайствовавшее царство. Видела приготовленный чрез сновидения престол и предателей брата, привлеченных голодом. Видела жезл, творящий чудеса, и купину, покрытую огнем, как росой. Видела законодателя Моисея, повелевающего стихиями. Видела воды, сделанные твердыми подобно камню, глубокое море — обнаженным, путь — внезапно приготовленным и столп облачный
днем, огненный ночью, дарованный в вожди для множества людей. Видела жезл, прозябший без земли. Видела манну, вместо хлеба ниспосылаемую с неба. Видела солнце, остановленное человеческою молитвою, как бы некоторою уздою, и зачатие пророка, испрошенное молитвами неплодной. Видела горсть муки, которая была больше житниц, и кувшин елея, который был обильнее источников. Видела колесницу, носимую на воздухе, и пророка, восхищаемого (на ней). Видела потом, что кости мертвого были врачевством для жизни.
Жизнь человеческая видела много такого великого и удивительного; но то миновало, как трава, и угасло, как светильник при восходе солнца. Никогда не было ничего такого, каковы были Апостолы. Они, будучи служителями Божия Слова, имели общение с воплощенным Тем, Кто, как Бог, не имеет образа. Они последовали за ходящим Тем, Кто вездесущ. Возлежали вместе с Тем, Кто не вмещается никаким местом. Слышали голос Того, Кто сотворил словом всё (См. Ин.1:3; Пс.32:6). Они обняли языком, как бы некоторым неводом, самый мир. Они обошли во время своих путешествий концы земного круга. Они искоренили заблуждения — как куколь, порубили капища — как какое-нибудь терние, истребили идолов — как диких зверей, прогнали демонов — как волков. Они соединили Церковь — как некоторое стадо, собрали православных — как пшеницу. Они исторгли ереси — как плевелы, иссушили жидовство — как траву, греческие изваяния пожгли огнем — как какие-либо растения. Они возделали человеческую природу крестом — как плугом, и посеяли слово Божие — как некоторое семя. Наконец, все их действия просияли как некоторые звёзды. Посему, Господь ясно сказал им: «Вы свет миру» (Мф.5:14).
Ибо восток для человека христианина — Тот Кто родился от Девы. Утро для него — Тот, Кто положил начало крещению. Сияние — благодать распятого Христа. Лучи — сии предивные языки, день — сей будущий век. Полуденное время — то, в которое Господь был на самом кресте. Запад — пребывание во гробе. Вечер — сия кратковременная смерть. Сияние солнца — воскресение из мертвых. «Вы свет миру», — сказал Он.
Смотри на сии звезды, и ужаснись сиянию их. Посему, воспоминаемый ныне Андрей, когда нашел Господа всех, как некоторое сокровище света, восклицал, обращаясь к своему брату Петру:
— Мы нашли Мессию.
О, превосходство братней любви! О, противообращение порядка! — Андрей после Петра родился в жизнь, и первый привел Петра к Евангелию, и — как уловил его: «Мы нашли, — сказал, — Мессию».
От радости это было сказано, это было соединенное с веселием благовестие о найденном предмете. «Мы нашли, — сказал, — сие сокровище: избегай, Петр, нищеты обрезания, освободись от раздранных рубищ закона, свергни с себя иго письмена, сочти это за нечто незначительное, пренебреги настоящим — как сновидением, и возгнушайся Вифсаиды — как некоторого дурного и отверженного места.
Оставь сеть — как орудие нищеты, лодку — как обиталище во время потопа, рыбную ловлю — как ремесло, подлежащее морскому волнению, рыб — как товар для чревоугодия, народ иудейский — как превозношение перед Богом, Каиафу — как отца лукавого сборища.
Мы нашли Мессию, Которого предвозвестили пророки, Которого закон провозгласил нам своим учением, как некоторою трубою. Мы нашли сокровище закона. Избегай, Петр, глада письмен: мы нашли Мессию, Которого из древности предъизобразили знамения, Которого Михей видел на престоле славы (Мих.4:1–3), Которого Исаия зрел на серафимах (Ис.6:1–3), Которого Иезекииль видел на херувимах (Иез.1:1–28), Которого Даниил зрел на облаках (Дан.7:13–14), Которого Навуходоносор видел в той печи (Дан.3:92), Которого Авраам принял в шатер, Которого Иаков не отпустил, прежде чем не получил от Него благословения (Быт.32:24–32), Задняя Которого Моисей видел на камне — Сего мы нашли, безначально рожденного и явившегося в последние дни.
О, великое сокровище, полнота которого не может быть исчерпана! Это — богатства, неподлежащие законам вещества, существо которых не знает начала и самое нахождение которых — ново.
«Мы нашли Мессию, что значит: Христос».
Много христов, но все они — смертные. Авраам был христос, но истлел во гробе; Исаак был также христос, но кости его лежат во гробе. Иаков был христос, но — смертный. И Моисей был христос, но был погребен, — в каком месте, не знаем. Подобно этому и Давид был христос, но все они были добычею смерти, все — пленниками смерти.
Один Христос — истинно по природе Бог, но Который, по Своему милосердию к людям, запечатлел Своим исхождением девическое чрево, как некоторою печатью, и сих рыбарей источниками Своих исцелений. Его есть держава, Царство, слава и поклонение, с непорочным и единосущным, того же существа, Отцом и Святым Духом, ныне и всегда, и во веки веков, аминь.
Яко Апостолов первозванный, и верховнаго сущий брат, Владыце всех, Андрее, молися, мир вселенней даровати, и душам нашым велию милость.
Мужества тезоименитаго боголагольника, и церкве возследователя верховнаго, Петрова сродника восхвалим, зане якоже древле сему, и ныне нам воззва: приидите обретохом желаемаго.
Яко апостолов первозванный и верховнаго сущий брат, Владыце всех, Андрее, молися, мир вселенней даровати и душам нашым велию милость.
Мужества тезоименитаго богоглагольника и Церкве возследователя верховнаго, Петрова сродника восхвалим: зане якоже древле сему, и ныне нам воззва: приидите, обретохом Желаемаго.
Первозваннаго апостола Христова, Евангелия святаго проповедника, Русския страны богодухновеннаго просветителя Андрея преславнаго, песньми восхвалим, стояще на версе холма, идеже Крест водрузи десница его, и ему, яко Церкве возследователю верховному, в след себе указавшему ей путь ко Христу, во умилении воззовем: Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Ангел благовестник Агнца Христа, вземлющаго грехи мира, был еси Андрее апостоле, и с Ним во веки пребываеши на Небеси; отонудуже и призри на пения, приносимая тебе во храме твоем, на месте, идеже стоясте нозе твои, и, яко богат сый блатодатию Божиею, подаждь нам слово благо, да зовем ти:
Радуйся, деннице от града Вифсаиды нам возсиявшая.
Радуйся, равночестный брате верховнаго Петра.
Радуйся, учениче великаго Предтечи Христова.
Радуйся первее прочих апостол званный ко апостольскому служению от Самого Господа.
Радуйся, яко и другим с радостию воззвал еси: «Приидите, обретохом желаемаго Мессию».
Радуйся, и нас к Нему же приводяй.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Учителю, где живеши? — вопросил еси, Андрее, Спаса душ наших и, с Ним пребыв день един, возлюбил еси на все дни живота твоего обретеннаго тобою Мессию, и брата твоего старейшаго привел еси к Нему. Темже и нас, яко меньшую братию твою, к Нему же не престай влещи, да и мы, последующе стопам твоим, вопием Богу: Аллилуиа.
Провидя в тебе, святый Андрее, веры и любве пламень, Господь паки тя обрете на езере Геннисаретсте, яко рыбаря, купно с братом твоим, вметающа мрежи во глубину, и рече вама:
«Грядита по Мне, и Аз сотворю вы ловца человеком».
Ты же абие последовал еси Ему и богодухновенным словом, яко мрежею, человеки уловил еси Христу, с нимиже и мы уловленнии тобою во спасение, вещаем ти:
Радуйся, яко от Самаго Господа ловитве духовней научился еси.
Радуйся, яко на том же езере с прочими апостолы обуреваем быв, верою спаслся еси в Господа, запрещающаго ветром и морю. Радуйся, стяжавый велию веру, егда видел еси пречудное насыщение пяти тысящ пятию хлебами.
Радуйся, дар приявый от Господа целити всяк недуг и всяку болезнь.
Радуйся, яко глас с небесе слышан бысть еллином, Христа тобою узревшим.
Радуйся, яко на горе Елеонстей откровена быша и тебе грядущая при кончине мира. Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Странствия Владычня и Безсмертныя Трапезы на Горнем месте Сиона насладився, яко верный друг Христов, вкупе с прочими апостолы узрел еси Господа и Бога твоего, от Негоже и Дух Свят приял еси, во еже вязати и решити грехи людския.
И паки, в тойжде горнице Сионстей, обильное бысть на тя излияние обетованнаго Духа во огненных языцех.
Темже вся племена удивишася, како языком их глаголал еси величия Божия, поя: Аллилуиа.
От Господа заповедь приим проповедати Евангелие всей твари, обтекл еси многая грады и страны, апостоле Андрее, призывая люди к познанию Истиннаго Бога и крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа; с нимиже и мы сподобихомся благодати Крещения.
Сего ради благодарственная восписуем ти:
Радуйся, чудес Христовых провозвестниче верный.
Радуйся, Святаго Евангелия проповедниче громогласный.
Радуйся, идольскаго служения потребителю.
Радуйся, истиннаго благочестия насадителю.
Радуйся яко по слову твоему людие водою и Духом возрождаются.
Радуйся, яко тобою вернии Безсмертныя Трапезы причащаются.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Сила Божия осени тя, апостоле Первозванный, во еже благовестити силу и славу Сына Божия и утверждати вся веровати во Святую Троицу призванныя.
Темже убо и нас, покланяющихся Единому в Триех Ипостасех Богу, на злачней пажити веры Христовы соблюди, да благодатию Святаго Духа выну освящаемии, велегласно поем Ему:
Аллилуиа.
Привед ко Христу брата своего Симона Петра, Первозванне, с ним изшел еси и на апостольское служение твое, первее во Антиохию и Синоп, тамо победив демонов полки, от уз темничных спутника твоего апостола Матфия свободил еси, и юзники с ним бывшия крестил, верховному Петру оттуду в западныя страны текущу, ты братнее целование дал еси ему, сам же добре подвизался еси на востоцех. Темже и мы, людие Церкве Восточныя, блажим тя: Радуйся, сило Божия, полки демонов прогоняющая и узы темниц сокрушающая.
Радуйся, приятелище благодати апостольския, от адовых уз тайнодейственне нас свобождающия.
Радуйся запад и восток с братом твоим богомудрым, проповеди ради слова Божия, жребием разделивый.
Радуйся, во граде Синопе неверие иудеев силою чудес твоих обличивый.
Радуйся яко тамо от безбожных Христа ради биен был еси.
Радуйся, яко от Самаго явльшагося ти Господа исцеление язв тебе даровася.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Двукраты возвращся во святый град, да купно со апостолы пятидесятный день
празднуеши тамо, двукраты паки шествовал еси от святаго Сиона, во еже Христа проповедати вселенней, первее со Иоанном наперсником Господним, посем же с Симоном Кананитом и Матфием, иже жребием назнаменован бысть во апостола, и вся пределы Асии и Понта обтекл еси, словом спасения всех оглашая, да Богу поют: Аллилуиа.
От моря Галилейскаго до Понта Евксинскаго апостольския мрежи твоя распрострый и все поморие окрест огласивый благовестием твоим, востекл еси, Первозванне, и в страны Скифии, Крест Христов всюду водружая в знамение нашего спасения. Сего ради и мы, аще и позднии роди, внемлюще благовестию твоему и воспоминающе подвиги твоя, зовем ти:
Радуйся, в Никеи лютыя разбойники укротивый и лютейшаго дракона умертвивый.
Радуйся, Крест Христов посреде града сего водрузивый, яко Предтеча сый двукраты собранных тамо отец богоносных.
Радуйся, яко во Асии и Понте тобою свет Христов возсия.
Радуйся, яко апостольский жезл твой предгорие Кавкаса свету Христову отверзе.
Радуйся, имже мрак киммерийский озарися.
Радуйся, имже вселенная струями воды живы напоися.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Бурею страстей одержимая и, яко воды океана, волнуемая, племена человеков, яже не ведяху Бога Истиннаго, привел еси, апостоле, к тихому пристанищу Христову и тех сердца, аки утлую ладию неверием обуреваемая, на якори веры православныя утвердил еси.
Темже и мы, яко чада православныя веры, благодарным сердцем и благодарными усты вопием Богу: Аллилуиа.
На горе Елеонстей Божественного Учителя твоего иногда со прочими апостолы вопросил еси, Андрее:
«Рцы нам, что есть знамение пришествия Твоего?»
На горах же Киевских, яко орган сый благодати Духа Святаго, ты предвозвестил еси грядущую славу места сего; мы же, предреченныя на милости сея сподобльшеся, умиленно взываем ти:
Радуйся, яко с горы Сиона закон нам евангельский принесл еси.
Радуйся, яко по водам Ворисфена апостол Божий к нам востекл еси.
Радуйся, благодать Иорданову, Крещения нашего ради, реце сей даровавый.
Радуйся, на горах Киевских Kpeст нашего спасения водрузивый.
Радуйся, имже обильное излияние благодати Божией зде предречеся.
Радуйся, имже бытие града велика и церквей многих зде предвозвестися.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Днесь, во исполнение пророческаго гласа твоего, храм преславный красуется на месте, идеже не сущая яко сущая провидел еси по дару Духа Святаго; окрест же его град велий с церквами златоверхими истину словес твоих свидетельствует, ему-же и доныне ты, яко с горния кафедры, мир благовествуеши. Темже и мы, сбытие богодухновенных глагол твоих зряще, велиим гласом взываем Богу: Аллилуиа.
От светоносныя зари, Первозваннаго апостола свет боговедения восприимши, святая Ольга возсия Русской земли яко денница нашего спасения, возводя вслед себе, яко светозарное светило, внука своего Владимира, просветителя всея полунощныя страны. Темже и мы, возведше очи наша к тебе, Андрее богомудре, яко к начальному благовестнику нашего спасения, восписуем ти похвальная сия:
Радуйся, яко деннице нашего спасения, Ольге святей, света Божественнаго познание даровася.
Радуйся, яко благоверию ея Христово Царствие отверзеся.
Радуйся, яко благословением твоим преславное светило от сея денницы нам произыде;
Радуйся, яко по твоему предвозвестию апостольскому равноапостольный князь нам явися.
Радуйся, яко тобою святаго Владимира царствие земное к Небесному приобщися.
Радуйся, яко Днепр и Почайна, реки Киевския, спасительною купелию нам быша.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Проповедуют преславного града Киева и всея Русския страны пастырие и пасомии память деяний твоих, богомудре Андрее апостоле; в недрах же пещерных нетленно почивающии угодницы Божии, со Антонием и Феодосием, немолчными усты, яко живи суще, славу твою веком и родом возглашают, тобою бо водруженный зде Крест, яко благосеннолиственное древо, произрасте, во еже изнести нам плоды благочестия и святыни. Мы же райскаго вертограда твоего, аки птенцы духовнии, тобою научени есмы воспевати Богу: Аллилуиа.
Не точию Руси единыя был еси спасения провозвестник, Первозванный апостоле Христов, но и вся словенская племена, якоже кокош, птенцы своя под криле собираяй, привел еси я ко Христу; ты бо от Херсониса во мрак полунощныя страны презирая, сущим тамо людем, да Божию научатся слову, премудрыя учители, Кирилла и Мефодия, проповедию твоею за многие веки предуготовал еси; мы же, аки устами сих просветителей наших, велегласно вопием ти:
Радуйся, словенская племена искони благословивый. Радуйся, слово их разумное словом Божиим умудривый.
Радуйся, яко глаголу Божию послушливии, Церкве чада словесная быша.
Радуйся, яко в Херсонисе, идеже проповедал еси, первая росская писмена Кирилл святый обрете и прият я.
Радуйся, яко теми Алфу и Омегу, начаток и конец, Христа Божию премудрость возвестил еси им
Радуйся, яко и вся богодухновенная писания учителие сии на язык словенск нам преложиша.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Пустынныя Скифии не убоявся, во глубину полунощныя страны, простерл еси апостольская странствия твоя, Первозванне, отонудуже и в ветхий Рим пришел еси, иже тогда глава миру языческому бысть; обаче тьмы ради идольския оставль его, и на красный брег Воспора пришед, тамо во граде Византии, иже новый Рим и матерь христианом бысть, апостольский престол твой утвердил еси. да от него Восток и Север весь светом веры озарится, вернии же чада Церкве Христовы Богу единомысленно зовут: Аллилуиа.
Мати Сион — псаломски речет человек, яко человек духовно родися в нем, новый же Сион нам бысть Киев: в нем бо свет и благодать Божия явися всем сыновом русским от кафедры, юже ты, Первозванне апостоле, в Византии утвердил еси. Темже и мы, Невечерним Светом озаряемии, благодарне взываем ти:
Радуйся, от горы Сионския снисшедый и горним светом Киев многохолмный озаривый.
Радуйся, граду сему многоплодие духовное благословением твоим ниспославый.
Радуйся, яко посреде вселенныя апостольский престол твой утвердил еси.
Радуйся, яко под сень его (в новом Риме) вся просвещенныя тобою языки собрал еси.
Радуйся, имже православие в душах их утверждается.
Радуйся, имже от Востока тьма Запада отревается.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Егда наста время преставления твоего, блаженне апостоле, в древния Патры Ахайския пришел еси, да тамо жрен будеши, течение бо скончал еси, подвигом добрым подвизался еси, всем проповедав Христа распята, иудеем соблазн, еллином же безумие, нам же, званным и спасаемым, Христа, Божию Силу и Божию Премудрость, от Неяже и научихомся пети Богу: Аллилуиа.
Всюду именем Господа Иисуса болящия исцеляя, мертвыя воскрешая, бесы изгоняя, и во Патрах предсмертную проповедь твою чудесами утвердил еси, апостоле Христов, и анфипата Лезвия обратил еси к познанию истины, егда противления ради язвою поражен быв, тобою от одра болезни воздвижен бысть; людие же вси, видевше в тебе силу Божию, идолы своя сокрушиша, посем и Господь явися тебе, якоже Павлу иногда в Коринфе, и повеле взяти Крест твой, назнаменовав сим твое в Патрах, Его ради, страдание. Темже и мы, дивящеся велией благодати в тебе, благоговейно взываем:
Радуйся, велия Бога всемогущаго сило. Радуйся, многоценное чудес сокровище.
Радуйся, древних Патр просвещение и украшение.
Радуйся, неверие анфипата в веру пременивый.
Радуйся, яко тамо паки явися тебе Господь, на подвиг крестный тя призвавый.
Радуйся, яко уготовася тебе венец правды.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Нерон кесарь, якоже иногда Ирод, гонения на вся верныя воздвигнувый, в Риме Павла мечем усекну, Петра же на кресте распя, подобне и тебе достиже в Патрах рука мучителева, егда вместо кроткаго Лезвия судию постави Егеата лютаго, иже не терпяй крещения брата своего, ниже исцелением жены своея умягчен быв, в темницу вверже тя и, якоже верховного Петра, на крест осуди.
Ты же юзник сый, в темнице мрачней, яко во светлом храме, брата анфипатова Стратоклиса во епископа Патром проручествовал еси, Богу со всеми верными посреде узилища воспевая: Аллилуиа.
На месте лобнем крест воздвизаем узрев, на немже имел еси распят быти, не убоялся еси, апостоле, даже до смерти свидетельствовати возлюбльшаго тя и возлюбленнаго тобою Христа, и к сему знамению спасения руце простирая, умиленно взывал еси:
Радуйся, Кресте Всечестный, пред ним-же с веселием предстою, ведая тя, упование мое. Радуйся, Кресте Животворящий, егоже глава до Небес достиже, подножие же врата ада сокруши.
Радуйся, Кресте достопокланяемый, восприемый Владыку моего, яко гроздие сладчайшее, источившее нам спасение.
Радуйся, Кресте благословенный, разбойника спасый и тому плоды исповедания даровавый. Радуйся, яко и моея радости исполнение был еси.
Темже радуйся и ты, страстотерпче, на Кресте веру твою во Христа запечатлевый.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
Приидите, свидетелие радости моея! — воззвал еси апостоле к совершителем воли Егеата, — творите волю над мною, распните мя и, яко агнца, принесите в жертву создавшему мя Творцу.
И сия рек, возшел еси на крест, яко на горнюю кафедру, с неяже три дни и три нощи проповедал еси слово Божие окрест стоящим людем, да не боятся смерти, исповедающе Господа Иисуса.
Егда же светом небесным озарися лик твой, ужасеся мучитель и тя со креста взяти повеле; обаче ты, страстотерпче, не восхотел еси от крестных мук разрешитися, до исхода твоего непрестанно Богу вопия: Аллилуиа.
Славяще апостольския подвиги твоя, Андрее Первозванне ублажаем святую кончину твою, еюже Живоносную Страсть Сына Божия прославил еси,
И во умилении сердца взываем ти сице:
Радуйся, друже Христов, с радостию крестная страдания за Него претерпевый.
Радуйся, апостоле верный, со креста глаголы Живота Вечнаго людем проповедавый.
Радуйся, яко в час снятия со креста осени тя свет, аки молния с небесе.
Радуйся, аки православно исповедающим проповеданнаго тобою Христа Сына Божия обещал еси благодать велию.
Радуйся, Горняго Иерусалима апостольское основание.
Радуйся, седяй со апостолы на едином от двоюнадесяте престолов, во еже судити вся колена Израилева.
Радуйся, Андрее, апостоле Христов Первозванный.
О Первозванный апостоле Христов Андрее, призри на благохваления сия всех чтущих святую память твою, и яко водрузил еси Крестное Древо на горах града Киева, присно осеняй и нас спасительным знамением сим, да, Крестом Господа Бога и Спаса нашего охраняеми, достигнем в меру возраста исполнения Христова и сподобимся с тобою и со всеми святыми, во гласе радования, в безконечныя веки пети Богу, Спасителю нашему:
Аллилуиа.
(Этот Кондак читается трижды. Затем читается Икос 1 и Кондак 1.)
Первозванне апостоле Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, Церкве последователю верховный, всехвальне Андрее, славим и величаем апостольским труды твоя, сладце поминаем твое благословенное
к нам пришествие, ублажаем честная страдания твоя, яже за Христа претерпел еси, лобызаем священныя мощи твоя, чтим святую память твою и веруем, яко жив Господь, жива же и душа твоя и с Ним во веки пребываеши на Небеси, идеже и любиши ны тоюжде любовию, еюже возлюбил еси нас, егда Духом Святым прозрел еси наше еже ко Христу обращение, и не точию любиши, но и молиши о нас Бога, зря во Свете Его вся нужды наша. Тако веруем и тако сию веру нашу исповедуем во храме, иже во имя твое, святый Андрее, преславно создася, идеже святыя мощи твоя почивают; верующе же, просим и молим Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, да молитвами твоими, яже присно послушает и приемлет, подаст нам вся потребная ко спасению нас грешных; да яко-же ты абие по гласу Господа, оставль мрежи своя, неуклонно ему последовал еси, сице и кийждо от нас да ищет не своих си, но еже к созиданию ближняго и о горнем звании да помышляет. Имуще же тя предстателя и молитвенника о нас, уповаем, яко молитва моя много может пред Господем и Спасителем нашим Иисусом Христом, Емуже подобает всякая слава, честь и поклонение со Отцем и Святым Духом во веки веков. Аминь.
В житии апостола Андрея упоминается мученик Артемий, Артемий-воин, как именует его Православная Церковь (память 20 октября / 2 ноября).
События его жизни были связаны с переносом мощей Андрея Первозванного, сохраненными после распятия апостола на Кресте, который с тех пор служит неиссякаемым источником чудес для истинно верующих христиан всего мира.
Здесь приводится житие мученика Артемия в изложении святителя Димитрия Ростовского.
В нем рассказывается об эпизодах, связанных с посмертным прославлением Андрея Первозванного:
«О святом мученике Артемии древние сказания сообщают, что он был родом из знатного Римского семейства, имел звание сенатора и при императоре Констанции заведывал всем царским имуществом.
Артемий начал свою службу при Константине Великом в войсках этого благочестивого императора.
Когда ему пришлось вместе с Константином, увидеть на небе чудесное знамение святого креста, то он утвердился в вере христианской и стал верным слугою императора Константина и его дома.
По смерти Константина, он все время пребывал при сыне его, Констанцие, как его лучший друг, и царь давал ему самые почетные поручения. Так, когда Констанций узнал от одного епископа, что тела апостолов Христовых Андрея и Луки погребены в Ахаии, то поручил Артемию перенести сии драгоценные сокровища в Константинополь.
Артемий, исполняя царское повеление, с великими почестями перенес мощи святых апостолов в царствующий град и за сие получил от царя повышение, которого он был вполне достоин: именно царь сделал его дуксом и августалием Египта, и Артемий жил там, благоугождая Богу. Распространяя честь и славу имени Иисуса Христа, он низвергнул и сокрушил много идолов в Египте.
Когда царь Констанций, сын Константина Великого, скончался, то власть над всею Римскою империей принял нечестивый отступник Юлиан, который прежде тайно, а теперь явно отвергся от Господа нашего Иисуса Христа и открыто стал покланяться идолам.
Он разослал по всем странам своего царства, восточным и западным, указ о том, чтобы те храмы, которые в царствование Константина Великого христиане отняли у язычников, поставив в них свои алтари, снова были отданы язычникам; вместе с тем он повелел в этих храмах снова поставить кумиры и совершать жертвоприношения богам. Сей нечестивый царь снова возстановил великое многобожие,
которое пало при святом царе Константине, христиан же подверг сильным притеснениям, мучая и умерщвляя их, разграбляя их имущество, и изрыгая хуления на святое имя Иисуса Христа.
Чтобы унизить христианство, нечестивый Юлиан, взяв из раки кости святого пророка Елиссея и мощи святого Иоанна Крестителя — кроме честной его главы и правой руки, которые лежали в Севастии — и смешав их с костями животных и нечестивых людей, сжег их, а пепел рассеял по воздуху; христиане, впрочем, тот пепел и оставшиеся от сожжения кости собрали и хранили в почетном месте.
Затем он узнал, что в городе Панеаде находится изваяние Христа Спасителя, устроенное кровоточивою женщиною, исцелившеюся чрез прикосновение к краю риз Христовых (Мф. 9:20).
Сие изваяние царь ниспровергнул и повелел влачить его по площади, доколе оно все ни разбилось; только голову сего изваяния один христианин похитил и сохранил.
На месте же, где стояло это изваяние, царь повелел поставить свою статую, которая однако была разбита ударом молнии. Собрав большое войско, нечестивец Юлиан решил идти против Персов и во время сего похода прибыв в Антиохию, воздвиг здесь по своему обычаю гонение на Церковь Христову, умерщвляя верующих.
В то время к нему приведены были два Антиохийских пресвитера Евгений и Макарий, — люди ученые.
С ними Юлиан долго спорил о богах, приводя для доказательства нечестивых своих мыслей различные слова языческих греческих писателей, но не смог принудить к молчанию богоглаголивые уста мудрых старцев; напротив, он сам был ими поражен, посрамлен и обличен в нечестии.
Не вынося своего посрамления, Юлиан повелел бить святых нещадно, предварительно обнажив их, и Евгению было дано пятьсот ударов, а Макарию — без числа.
Когда святые сии подвергнуты были тяжким мучениям, в то время на месте казни случилось быть великому Артемию.
Услышав, что воцарился Юлиан и, что он идет в поход против Персов, — в виду чего и ему был послан указ о прибытии со всеми своими войсками в Антиохию, — Артемий пришел сюда с своими войсками, воздал Юлиану почтение, подобающее царю, предложив ему при сем подарки, и стоял около царя в то время, когда подвергаемы были мучению святые исповедники, Евгений и Макарий. Слыша, как нечестивый Юлиан хулит своими скверными устами Господа Иисуса Христа, Артемий исполнился ревности и, подойдя к царю, сказал:
— Зачем ты, государь, так бесчеловечно мучишь неповинных и посвященных Богу мужей и принуждаешь их отступить от православной веры? Знай, что и ты — человек немощный; если Бог и поставил тебя царем, то все таки ты можешь подвергнуться искушению от диавола; я думаю, что первый виновник зла — лукавый диавол, как некогда он испросил у Бога позволение искусить Иова и получил оное, так и тебя он воздвиг против нас и навел на нас, чтобы твоими руками истребить Христову пшеницу и всеять свои плевелы. Но тщетны его старания и ничтожна его сила; ибо с тех пор, как пришел Господь и водружен был крест, на коем вознесен был Христос, пала бесовская гордыня и сокрушена сила бесовская. Итак, не обольщайся, царь, и не преследуй, в угодность демонам, Богом хранимый народ христианский. Знай, что крепость и сила Христова непобедимы и непреодолимы.
Услышав сие, Юлиан возгорелся гневом и закричал громким голосом:
— Кто и откуда сей нечестивец, который так дерзновенно обращается к нам и смеет в лицо оскорблять нас?
Предстоявшие царю отвечали:
— Царь! это дукс и августалий Александрийский.
— Как? — сказал царь, — это мерзкий Артемий, который участвовал в умерщвлении брата моего Галла.
— Да, державный царь, это — он, — отвечали предстоявшие.
Царь же сказал: — Я должен благодарить безсмертных богов, а более всего Дафнийского Аполлона за то, что они предали мне в руки сего врага, который сам пришел сюда. Итак пусть сей негодный будет лишен своего сана; пусть с него снимут пояс и ныне же подвергнут его наказанию, а завтра, если угодно будет богам, я произнесу над ним приговор за убийство моего брата. Я отомщу на нем неповинную кровь и погублю его не одною казнию, но множеством казней, ибо он пролил кровь не простого человека, а царскую.
Когда царь сказал сие, оруженосцы его тотчас взяли Артемия и, сняв с него военачальнический пояс и другие знаки достоинства, поставили его обнаженным.
И отдан был святой в руки палачей, которые, связав ему руки и ноги, растянули его в четыре стороны и так долго били его по спине и чреву воловьими жилами, что от усталости сменились четыре пары палачей. Но святой проявил подлинно сверхчеловеческое терпение, и казался всем как бы совершенно бесчувственным: он не испустил ни одного звука, не застонал, не сделал ни одного движения и не выказал никакого знака страдания, как обыкновенно показывают люди, терпящие мучения. Земля напоялась его кровию, а он оставался непоколебим, так что удивлялись ему все и даже сам нечестивый Юлиан. Потом царь повелел перестать бить его и святый уведен был в темницу со святыми мучениками Евгением и Макарием. Страстотерпцы в сие время пели:
«Ты испытал нас, Боже, переплавил нас, как переплавляют серебро. Ты ввел нас в сеть, положил оковы на чресла наши, посадил человека на главу нашу. Мы вошли в огонь и в воду, и Ты вывел нас на свободу».
Окончив пение, Артемий сказал сам себе: — Артемий, вот язвы Христовы начертаны на твоем теле, — осталось тебе самую душу твою отдать за Христа с оставшеюся в тебе кровию; и вспоминал он пророческое слово, говоря: Я предал хребет Мой биющим и ланиты Мои поражающим.
Но разве потерпел я недостойный, — говорил он, — более, чем мой Владыка? Он по всему телу был покрыт ранами: от ног до главы не было в Нем здорового места, глава Его была пронзена тернием, руки и ноги были пригвождены ко кресту за грехи мои, тогда как Сам Он греха не знал и не сказал даже ни одного неправедного слова. О, как велики, по сравнению с моими, страдания моего Владыки и как далек я, жалкий человек, от Его терпения и незлобия! Радуюсь и веселюсь, потому что украшаюсь страданиями моего Владыки: сие облегчает мои мучения. Благодарю Тебя, Владыко, за то, что увенчал меня Твоими страданиями! Молю Тебя, доведи меня до конца по пути исповедничества; не дай мне оказаться недостойным сего предначатого мною подвига, ибо я возложил свое упование на Твои щедроты, преблагий Господи Человеколюбче!
Так помолившись сам в себе, святый достиг темницы и, в течении целой ночи пребывать там вместе со святыми Евгением и Макарием, славословя Бога.
Когда наступило утро, Юлиан Отступник снова повелел мученикам явиться на судилище, и здесь, не подвергая допросу, разлучил их: Артемия оставил при себе, Евгения же и Макария послал в заточение в Оасим Аравийский.
Страна та — крайне нездоровая: там дуют гибельные ветры и никто из приходящих туда не может выжить более года, ибо непременно впадает в лютую болезнь, кончающуюся смертию.
Итак святые Евгений и Макарий, будучи посланы туда, чрез несколько времени достигли блаженной кончины, а святый Артемий претерпел множество страданий. Но сначала Юлиан, как волк, надевший на себя овечью шкуру, кротко, как бы соболезнуя Артемию и жалея его, начал говорить так:
— Безрассудною своею дерзостью ты принудил меня, Артемий, обесчестить твою старость и повредить твое здоровье, о чем я и сожалею. Теперь прошу тебя, подойди и принеси жертву богам, прежде же всего Дафнийскому богу Аполлону, особенно чтимому мною. Если ты сие исполнишь, то я отпущу тебе преступление против брата моего и награжу тебя еще более славным и почетным саном: я сделаю тебя верховным жрецом великих богов и начальником над жрецами всей вселенной; я назову тебя своим отцом и ты будешь вторым за мною лицом в моем царстве. Ты, Артемий, знаешь и сам, что брат мой, Галл, безвинно, из одной зависти, был умерщвлен Констанцием. На престол более прав имел наш род, чем род Константина, ибо отец мой, Констанций, родился у деда моего, Констанция, от дочери Максимиана, Константин же родился от Елены, женщины простого звания. К тому же дед мой тогда еще не был кесарем, когда у него родился сын от Елены, а отец мой родился у него тогда, когда он уже вступил на престол. Но Константин дерзко похитил царскую власть. Сын его, Констанций, умертвил моего отца и братьев его, убил недавно и брата моего, Галла. Хотел он убить и меня, но меня спасли из его рук боги. В надежде на них, я отрекся от христианства и уклонился к Еллинской религии; я хорошо знаю, что вера Еллинская и Римская есть вера древнейшая, христианская же явилась недавно, и Константин принял ее, отвергши древние и добрые Римские правила жизни, только по своему невежеству и неразумию. И боги его возненавидели, как нечестивого, и недостойного доверия их. Боги возненавидели и отвергли его от себя, а его нечестивое потомство истребили от среды живущих. Не правду ли я говорю, Артемий? Ты человек старый и разумный — рассуди же, правду ли я говорю? Итак, признай истину и будь нашим, ибо я хочу, что бы ты мне был другом и помощником по управлению царством.
Услышав сие и немного помедлив, святый Артемий начал так говорить:
— Прежде всего, относительно твоего брата скажу тебе, царь, что я неповинен в его смерти, — да и вообще я ни делом, ни словом никогда не сделал ему вреда; сколько ни расследывай — ты ничем не докажешь, что я был повинен в его смерти. Я знал, что он был настоящий христианин, благочестивый и послушный закону Христову. Да ведают небо и земля и весь лик святых ангелов и Господь мой Иисус Христос, Коему я служу, что я неповинен в убийстве твоего брата и ни в чем не содействовал его убийцам. Меня и не было с царем Констанцием в то время, когда было рассуждение о твоем брате: все время до сего года я оставался в Египте. А на твое предложение, чтобы я отрекся от Христа, моего Спасителя, — отвечу тебе словами трех отроков, которые были при Навуходоносоре (Дан. 3:18): да будет тебе, царь, известно, что богам твоим я не служу и золотому истукану тебе любезного Аполлона не поклонюсь никогда. Ты унизил блаженного Константина и его род, назвав его врагом богов и человеком безумным. Но он был обращен ко Христу от богов ваших, чрез особое призвание свыше. Об этом ты послушай меня, как свидетеля сего события. Когда мы шли на войну против лютого мучителя и кровожадного Максенция, около полудня явился на небе крест, сиявший ярче солнца, и на том кресте звездами были изображены латинские слова, обещавшие Константину победу. Все мы видели тот крест, явившийся на небе и прочитали написанное на нем. И ныне в войске есть еще много старых воинов, которые хорошо помнят то, что ясно видели своими глазами. Разузнай, если хочешь, и ты увидишь, что я говорю правду. Но зачем я говорю об этом? Христа еще за долго до Его пришествия предвозвестили пророки, как это и ты сам хорошо знаешь. Много есть свидетельств о том, что Он действительно приходил на землю, и даже самые ваши боги нередко прорицали о пришествии Христа, — говорили о том же Сивиллины книги и Виргилий.
И говорил далее святый о том, как нередко живущие в идолах бесы, будучи принуждаемы силою Божией, против своей воли, исповедывали Христа истинным Богом.
Юлиан же, не, вынося правдивых речей Артемия, повелел обнажить мученика и раскаленными шилами проколоть бока его, а в спину вонзить; острые трезубцы.
Артемий же, как и прежде, как бы не чувствуя: никакой боли, не закричал, и не испустил никакого стона, являясь дивно терпеливым в страдании.
После сих истязаний Юлиан снова отослал его в темницу, повелев морить святого голодом и жаждой, сам же ушел на место, называемое Дафне, чтобы принести жертвы богу своему Аполлону и вопрошал его об исходе своей войны против Персов.
Там пробыл он довольно долго, всякий день принося в жертву скверному Аполлону большое количество животных, но все-таки не получил желаемого ответа.
Ибо бес, находившийся в идоле Аполлона и дававший ответы людям, умолк с того времени, когда на то место перенесены были мощи святого Вавилы (епископа и мученика Антиохийскаго) вместе с останками трех младенцев, пострадавших с Вавилой.
Итак Аполлон ничего не ответил Юлиану. Когда царь узнал, после долгого расследования, что Аполлон онемел потому, что невдалеке от него были положены мощи Вавилы, то тотчас повелел христианам взять оттуда мощи; но лишь только святые мощи были взяты ее своего места, как на храм Аполлонов ниспал огонь с неба и сжег его вместе с находившимся в нем идолом.
Артемий же, находясь в темнице, был посещен Самим Господом и Его святыми ангелами.
Когда Артемий молился, ему явился Христос и сказал:
— Мужайся Артемий! Я с тобою и избавлю тебя от всякой боли, какую причинили тебе мучители, и уже готовлю тебе венец славы. Ибо как ты исповедал Меня пред людьми на земле, так и Я исповедаю тебя пред Отцом Моим небесным. Итак будь мужествен и радуйся — ты будешь со Мною в Моем Царстве.
Услышав сие от Господа, мученик тотчас стал славословить Его; ни одной раны или язвы не осталось на его святом теле; душа его исполнилась Божественного утешения и он пел и благословлял Бога.
А между тем, с тех пор как он был брошен в темницу, он ничего не вкушал и ничего не пил, и так продолжалось до самой его смерти.
Питаем же был Артемий свыше. — благодатию Святого Духа.
Возвратившись со стыдом от своих жертвоприношений, Юлиан возложил вину в сожжении храма Аполлонова на христиан, — говоря, что его зажгли ночью именно они, — в отняв у христиан святые церкви, превратил их в идольские храмы и стал делать большие притеснения христианам. Приказав затем привести к себе Артемия из темницы, он сказал ему:
— Ты, конечно, слышал, что случилось в Дафне, — как нечестивые христиане зажгли храм великого бога Аполлона и уничтожили прекрасное его изображение. Но пусть не радуются сему беззаконные, пусть не смеются над нами, ибо я отплачу за сие в семьдесят раз в семеро, как у вас говорится.
Святый же Артемий отвечал:
— Слышал я, что, по попущению разгневанного Бога, сошедший огонь с неба,
истребил твоего бога, и сжег его храм. Но если твой Аполлон был богом, то как он не избавил себя от огня?
Царь же сказал:
— И ты, несчастный, смеешься и радуешься сожжению Аполлона?
— Я смеюсь над вашим безумием, — отвечал Артемий, — что вы служите такому богу, который не мог сам себя спасти от огня. Как же он может вас избавить от огня вечного? Утешаюсь же я падением его и радуюсь всему тому, что чудодейственно совершает мой Христос. А если ты похваляешься отплатить в семьдесят раз в семеро неповинным и никакого тебе зла не сделавшим христианам, то ты получишь за сие тогда, когда будешь ввержен в неугасимый огонь и вечные мучения, что наступит для тебя скоро. Ибо погибель твоя — уже близка и скоро память твоя погибнет с шумом.
Мучитель, разгневавшись, повелел каменотесам рассечь один большой камень и потом столкнуть его сверху на Артемия, который был связан и положен на каменную же плиту под этим камнем.
Когда это было исполнено, все тело мученика покрыл упавший на него камень и так придавил его, что сломал ему все кости; внутренности его выпали, составы тела переломились и глазные яблоки вышли из своих мест. И какое великое чудо!
Будучи сплющен между камнями, святый остался живым и призывал Бога, своего Помощника, и говорил словами Давида:
— Возведи меня на скалу, для меня недосягаемую, ибо Ты прибежище мое, Ты крепкая защита от врага. Поставил на камне ноги мои и утвердил стопы мои.
Прими же теперь, Единородный, дух мой, ибо Ты знаешь мое тяжкое положение, и не оставь меня в руках вражеских.
Так, будучи придавлен камнем, святый провел целые сутки. Потом Юлиан повелел снять камень, считая святого уже умершим, но святый, к общему удивлению, оказался жив и, встав, ходил.
И было всем страшно смотреть на него: пред ними был обнаженный человек, вдавленный как доска, с раздробленными костями, с выпавшими внутренностями; лицо его было раздавлено, глаза вышли из орбит, но жизнь все еще держалась в нем, ноги могли двигаться и язык еще был способен ясно говорить.
Сам мучитель, увидав такое чудо, ужаснулся и сказал своим приближенным:
— Человек это или привидение? Не отвел ли глаза нам этот волшебник? Ибо пред нами зрелище страшное и выходящее за пределы природы. Кто ожидал, что он еще жив? А теперь, когда у него выпали внутренности и все суставы его разбиты и расслабли, он все-таки двигается, ходит и говорит. Но, видно, наши боги сохранили его живым для вразумления других, чтобы тот, кто не хотел признать их власть, оставался ужасным страшилищем для тех, кто на него смотрит.
И сказал Юлиан мученику:
— Вот ты, несчастный, уже лишился очей и все члены твоего тела окончательно испорчены — как можешь ты еще питать надежду на Того, на Кого ты доселе надеялся напрасно? Но проси милости у милосердых богов, чтобы они помиловали тебя и чтобы не предали тебя адским мучениям.
Мученик же Христов, услышав о мучениях, усмехнулся и сказал царю:
— Твои ли боги предадут меня мучениям? Они и сами не могут избежать уготованных им мучений, а с ними и ты, будучи брошен в вечный огонь, будешь вечно мучиться, ибо отрекся от Сына Божия и попрал ногами Его святую кровь, пролитую за нас, и поругался над благодатию Святого Духа, повинуясь губительным бесам. Я же за незначительнуио боль, причиненную мне тобою, надеюсь у своего Господа, за Которого страдаю, иметь вечный покой в Его небесном чертоге.
Юлиан, услышав сие, изрек мученику такой приговор:
— Артемия, хулившего богов, поправшего Римские и наши законы, признавшего себя не римлянином, а христианином и нарекшего себя, вместо дукса и августалия, Галилеянином — предаем на смерть и повелеваем скверную его голову отсечь мечем.
После такого приговора святый был уведен на место казни и шествовал туда с несказанною радостию, желая разрешиться и быть со Христом. Придя же на место, где должна была совершиться над ним казнь, он испросил себе время для молитвы и, обратившись к востоку, трижды преклонил колена и долго молился.
После сего он услышал с неба голос, который говорил:
— Войди со святыми принять уготованную тебе награду. И тотчас блаженный преклонил главу свою и был усечен одним воином, в двадцатый день октября месяца; день же, в который он совершил мученический подвиг, была пятница. Честное и святое тело его одна женщина, по имени Ариста, диаконисса Антиохийской церкви, выпросила у мучителя и, помазавши его драгоценными ароматами, вложила в ковчег и послала в Константинополь, где оно и было с почестями предано погребению. От мощей его совершались многие дивные чудеса и болящим подавались различные исцеления, которые и ныне подает святый Артемий всем, с верою к нему притекающим.
После же кончины Артемия вскоре сбылось то пророчество, которое он высказал Юлиану прямо в глаза относительно его смерти: тебе предстоит скорая погибель и недолго уже до того времени, когда память о тебе погибнет с шумом.
Ибо Юлиан, умертвив святого Артемия, тронулся со своими войсками из Антиохии и пошел на Персов.
Когда дошел он до города Ктезифона, ему встретился один перс, человек старый, уважаемый и очень рассудительный.
Он обещал Юлиану предать Персидское царство и вызвался быть проводником в Персию беззаконному царю и всему его войску. Но это не послужило на пользу злому кровопийце, ибо тот перс обманул его и, показывая вид, что ведет его прямою настоящею дорогою, ввел злодея в Карманитскую пустыню, в места непроходимые, где постоянно встречались пропасти, где не было вовсе воды и никакой пищи, так что все воины истомились от голода и жажды, а кони и верблюды все пали. После сего проводник признался, что он с намерением завел Римлян в такие пустые и страшные места, чтобы ослабить их силу.
«Я для того сие сделал — сказал он, — чтобы не видеть отечество свое плененным врагами, и лучше здесь мне одному, чем всему моему отечеству, погибнуть от ваших рук».
И тотчас после сего признания перс тот был рассечен воинами на части. Блуждая по пустыне, Греки и Римляне, против своей воли, столкнулись с Персидским войском и, во время происшедшего здесь сражения, многие Юлиановы воины пали. Возмездие Божественное постигло тут и самого Юлиана, ибо он был пронзен в бок невидимою рукою свыше и невидимым оружием, которое прошло вниз живота его. Он тяжко застонал и, схватив рукою горсть крови, бросил ее в воздух, и воскликнул:
— Ты победил, Христос, насыться, Галилеянин!
И тут извергнул он, умирая в муках, свою злодейскую и скверную душу и погиб с шумом, по пророчеству святого Артемия.
Войско же Римское, по смерти Юлиана, поставило царем Иовиана, который был христианином, и который, заключив с Персами мир, возвратился назад. Итак Юлиан мучится в аду с Иудою, Артемий же веселится на небе со святыми, предстоя Богу Единому в Троице, Отцу и Сыну и Святому Духу, Емуже слава во веки. Аминь.
Истинною бо Христовою верою утверждься, страстотерпче, мучителя злочестива царя победил еси со идольским того возношением. Тем от Царя Великаго, вечно царствующаго, пресветлым венцем победным одарен бысть, вся исцеляяй болящия и призывающия тя, Артемие великий, моли Христа Бога спасти души наша.
Благочестиваго и венценоснаго мученика, на враги победы вземшаго одоление, сошедшеся, достойно песньми восхвалим Артемия, превеликаго в мученицех, чудес же дателя пребогатаго, молится бо Господу о всех нас.
Взбранному воеводе и августалию страны Египетския, царем земным честию превознесенному, последиже от Юлиана злочестиваго мучимому и во главу усеченному, яко зельне страдавшему и победительне вся претерпевшему, от Бога же приявшему нетление и благодать чудотворения, днесь вернии в похвальная возопиим: Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Антиохийстии людие дивишася святей ревности твоей о имени Христове, славне Артемие, не терпя бо зрети мучения святых и хулы слышати на Господа, Юлианом изрыгаемыя; аще и честь ему воздати от Александрии пришел, обаче и обличити того не устрашился еси. Темже, и чина своего воинскаго изверженный за дерзновение свое, осуждение на раны и смерть приял еси. Мы же ныне, аки обстояще ти на позорищи мучимому, вопием ти сице: Радуйся, безславие и мучение от Юлиана претерпевый. Радуйся, в славу и осияние от Бога облеченный. Радуйся, лютая страдания подъявый. Радуйся, величие веры показавый. Радуйся, блистаяйся славою терпения. Радуйся, крепосте наша в скорбех и изнеможении. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Буди верен царю, прещаше святый Артемий нечестиваму Юлиану: «Яко суетны твоя начинания и немощна есть гордость твоя истребити христианы: отнележе бо прииде Христос, и водрузися Крест, и воздвижеся на нем Господь — паде злочестивых гордыня и попрана бысть лукаваго крепость, Христова же непобедима и непреодоленна есть сила, еюже ограждающеся, возможем устояти противу козней вражиих, победне вопия Богу: Аллилуиа».
Воинствуя за великаго царя Константина, крепкою силою крестною побеждал еси враги, оружеборче Артемие; тою же силою и мучителя своего Юлиана одолел еси. Видением бо креста овогда на небеси в вере Христовей утвердился, лесть идольскую и почести воинскаго звания презрев, за христианы пред отступником мужественно ратовал еси, и воинов началовождя веры нашея, Господа Христа, себе нарек, живот свой за Того доблественно положил еси. Темже и притяжал еси себе от нас звания таковая: Радуйся, знамена идольская кесаря — отступника отринувый. Радуйся, знамению Креста последовавый. Радуйся, и ныне силы борющихся под стягом веры укрепляяй. Радуйся, упование изнемогающих утверждаяй. Радуйся, добрый Христов оружниче. Радуйся, святыя веры твердый защитниче. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
«Господи, далече есмь от терпения и незлобия Твоего», — вопиял еси, святе Артемие, первая мучения претерпев, — «Ты бо, Господи, за мене, грешнейшаго, по всему телеси содроблен был еси ранами, от ног до главы не бе в Тебе целости. Молю убо Тя, Владыко, яко Твоими страданьми венчал мя еси, да и совершиши течение мое во исповедании Тебе с песнию: Аллилуиа».
Даде злочестивый царь повеление оруженосцем своим восхитити тя, славнаго воинскаго вождя, Артемие, и сановный пояс твой отъемше, и ризы совлекше, нага истязати. Они же, связавше руце и нозе твои, растягоша тело твое на четверо и бияху воловьими жилами по хребту и чреву толико, яко оскудети силам их. Ты же аки нечувствен пребывал еси, яко всем, окрест стоящим, и самому Юлиану чудитеся зело. Приими убо и от нас похвальная удивления сицевая: Радуйся, в вере непобедимый. Радуйся, в уповании непреодолимый. Радуйся, на камени терпения нозе свои поставивый. Радуйся, мужественне стопы своя исправивый. Радуйся, радовавыйся в страданиях. Радуйся, прославленный в поруганиях. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Егда святии исповедницы Евгений и Макарий мучими бяху, тогда и ты, блаженне Артемие, ревностию по Бозе движим, молитву творил еси, да не покажет Бог тебе не точию недостойна страдальческаго начинания, но да исправится пред Ним и твоя исходная песнь: Аллилуиа.
Жилами воловьими биемый и по земле протязаемый ничтоже малодушествовал еси, но радуяся и веселяся, страданьми Христовыми просвещаем, подвиг мученичества до конца совершил еси добре. Тем-же и достоин явился еси ублажения сицеваго: Радуйся, скудельный сосуд плоти своея сокрушивый. Радуйся, свет веры и силу мужества из него явивый. Радуйся, в егоже немощи сила Господня совершися. Радуйся, егоже терпению мучитель почудися. Радуйся, яко Бог прият твою жертву мучения. Радуйся, яко Благий даде тебе жребий спасения. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
«За Мене страждеши, Артемие, дерзай и радуйся», — глагола Христос, явився святому в темнице, — «Со Мною будеши во Царствии Моем». Сия слышав мученик, абие от ран исцеле, и душею исполнився Божественнаго утешения, пребываше в темнице, благословляя Бога и поя Ему: Аллилуиа.
И гладом, и жаждею мучиша тя в темнице, блаженне Артемие. Ты же, на щедроты Преблагаго Господа себе возверг, единаго просил еси, да и самую душу твою, яко жертву живую приимет Владыка Христос от тебе с еще оставшеюся кровию твоею. И не вотще бысть рачение твое: заповеда бо Господь Ангелом Своим в темнице питати и сохраняти тя, потом же и Сам явися, укрепляя тебе, нас же возглашати тебе научая: Радуйся, от руки Ангел в темнице питавыйся. Радуйся, хлебом животным с небесе укреплявыйся. Радуйся, от ран Господним посещением во узах исцеливыйся. Радуйся, явлением Христовым утешения исполнивыйся. Радуйся, Господем в темнице обрадованный. Радуйся, восшедый к Нему прияти венец славы тебе уготованный. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
«Коль многа суть Владыки моего страдания и что более Его претерпех аз, недостойный», — вопияше блаженный Артемий, — «Той ко Кресту пригвожден бысть греха ради моего, Сам не познав греха, ниже лесть во устех содела. Радуюся и веселюся просвещаемый Господа моего страданьми, яже облегчевают ми болезни моя». Тако святый в себе беседуя, чрез всю нощь купно со страдальцами Евгением и Макарием воспеваше Богу: Аллилуиа.
Лютейшим мукам предаде тя, страдальче Артемие, нечестивый царь, егда со стыдом от Аполлона Дафнийскаго возвратися и от тебе посмеяние и проречение погибели своея слышав, зельною яростию распалися. Темже и мы за оныя страдания множайшими ликостоянии ублажаем тя сице: Радуйся, яко тобою Бог, дивный во святых
Своих, языком явися. Радуйся, яко тобою сладчайшее имя Христово прославися. Радуйся, ярости мучителевы не устрашивыйся. Радуйся, в Христовем уповании над идолы посмеявыйся. Радуйся, в дусе пророчестем будущих предзрителю. Радуйся, Духа Господня доблий носителю. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Многа досаждения творяше нечестивый Юлиан христианом, лжуще на ня, яко сожгоша храм Аполлона Дафнийскаго. Егда же сей лжец пред Артемием множайшия прещения изрекаше на христианы, святый Артемий отвеща: «Богопустный гнев и огнь с небесе пояде идола твоего и капище его сожже; посмеваюся безумию вашему, яко служите бездушному богу, утешаюся о падении его и радуюся о всех сих, яже Христос чудодействова, Емуже достоит пети велегласно: Аллилуиа».
Не терпя слышати праведных слов твоих, святе Артемие, беззаконный Юлиан, разгневався зело, повеле каменосечцем разсещи великий камень, да посреде частей его согнетен будеши. И сему уготованному, падший камень все тело твое сотре, и внутренняя твоя распадошася, и сломишася вся члены твоя. И бе зрети чудо велие, яко в таковом согнетении посреде камней ты жив остася. Мы же Божией силе, укреплявшей тя, удивляяся, вопием: Радуйся, грозде винограда Христова в точиле истоптанная. Радуйся, жертво живая, Господу верху камене кровию возлиянная. Радуйся, мучениче, егоже все тело аки дска согнетеся. Радуйся, скрижале живая, на нейже исповедание веры кровию написася. Радуйся, кровьми своими, аки брением камение смесивый. Радуйся, себе самаго жива в созидание Церкве Христовы положивый. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Очи твои от мук искочиша, святе, и лице бе сотрено, душа же еще бе держащися и язык добре вещающ, имже и в согнетении призвал еси Бога, Помощника своего, и во уповании на Него взывал еси:
Аллилуиа.
Привидением почте тя царь, егда узре видом страшна и естество человеческое происходяща; обаче и увеща тебе еще поклонитися идолом, да помилуют тя и поне яже во аде мукам не предадят. Ты же, посмеявся царю, отвещал еси: «Яко идоли и сами огня не могут избежати, с нимиже и ты, царю, безконечному огню предан будеши». За еже, яко хульника, царь на смерть осуди тя. Мы же, сшествуя тебе на место усечения, увязаем главу твою похвальными венцы тако: Радуйся, страдальче, посреде камений согнетенный. Радуйся, исповедниче, в крепости веры не одоленный. Радуйся, истину без страха пред цари вещавый. Радуйся, за сие последи всех злостраданий усечение мечное приявый. Радуйся, главу свою священную под меч самовольне подклонивый. Радуйся, терпением своим главы невидимых врагов сокрушивый. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Ранами содроблен был еси по всему телеси, яко людем на тя зрети бе страшно: согнетенный аки дска, кости сокрушенны и вся внутренняя испадоша. Таковое злострадание за малую болезнь почитал еси, надеяся у Господа, за Негоже страдал еси, имети покой вечный, научая в злострадании не малодушествовати, но паки возсылати Богу благодарне: Аллилуиа.
«Се язвы Христовы на теле твоем начертаны суть, — глагола к себе святый, — осталося убо, да и самую душу за Христа отдам с оставшеюся во мне кровию».
И на щедроты Господни себе возверг, небоязненно Христа исповедал пред человеки, за Негоже и усечение с радостию приял еси. Сего ради, за превосходящую любовь твою к Богу, похваляем тя сице: Радуйся, Христова Евангелия скорый послушателю. Радуйся, великия заповеди Его готовый исполнителю. Радуйся, крепкую любовь ко Господу Христу показавый. Радуйся, и душу свою с кровию радостно за Того предавый. Радуйся, содроблением своим наше разслабление укрепляяй. Радуйся, язвами своими наша болезни исцеляяй. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Твердою верою вооружився, неистовство мучителево презрел еси, и осуждение на усечение мечное с радованием приял еси, и ведомый на смерть, шествовал еси веселыми ногами, вопия Христу Богу: Аллилуиа.
Усечением главы подвиг свой мученический запечатлевый, утверди молитвами твоими и нас, главы своя под иго Христово подклонивших, чрез все житие подвигом добрым подвизатися, любити Господа у тебе поучатися, вопия тебе сице: Радуйся, сильне, на одоление мучителей меч веры при бедре препоясавый. Радуйся, шлемом спасения от Господа защищенный. Радуйся, поясом славы от Него добре украшенный. Радуйся, щитом молитв своих всех прибегающих к тебе охраняяй. Радуйся, за страдальцев Господних во всеоружии ополчаяйся. Радуйся, шествующих узким путем в Царствие Небесное неуклонно провождаяй. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Фиал злострадания уготовляяся до конца испити, на месте усечения преклонився до земли, молитвою к Богу дух свой укреплял еси. И слышав глас с неба глаголющ: «Вниди со святыми прияти воздаяние тебе уготованное», — преклонил еси главу под меч, с радостию вознося Богу: Аллилуиа.
Хвалим тя вси, страстотерпче святый, и почитаем честная страдания твоя, яже паче естества человеческаго претерпел еси, и Царствие Небесное притяжал еси. Темже воздвизаемся вопити тебе тако: Радуйся, измождения и членовреждения приявый. Радуйся, высоту духа в муках явивый. Радуйся, щитом упования себе оградивый. Радуйся, твердостию своею дерзость мучителей истощивый. Радуйся, его-же мучению Ангели предстояху со удивлением. Радуйся, егоже страдания людие почитают со умилением.
Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
Ценою крови твоея притяжал еси Царствие Небесное, великострадальче Христов Артемие. Управи и нас твоим предстательством во обители небесныя, да, наслаждаяся с тобою части праведных, выну славим с тобою Бога песнию: Аллилуиа.
Чертог небесный отверзе ти Страстоположник Христос и даде ти достойно венец славы: и ныне на небесех со Ангельскими чинми радуешися. Темже и мы, благодарнии людие и любомученицы, песньми вопием ти: Радуйся, воеводо, никимиже в мужестве одоленный. Радуйся, ратоборче за Христа, в силе неоскудеемый. Радуйся, великострадальче, муками твоими естество человеческое удививый. Радуйся, несокрушимость духа в телеснем содроблении явивый. Радуйся, во уповании на Бога Жива не усумневыйся.
Радуйся, части праведных на небесех наслаждаяйся. Радуйся, святый Артемие, преславный Христов великомучениче.
О преславне великомучениче Христов Артемие! Поем страдания твоя, чтим доблюю кончину твою, с усердным молением к тебе притекающе: укрепи и нас с терпением в подвизе крестоношения пребывати, испытания и злострадания чрез все житие до конца понести не унывающе, но бодренне пребывающе в пении Богу: Аллилуиа.
(Этот кондак читается трижды, затем икос 1 и кондак 1)
О всехвальный великомучениче Артемие, Господень воинственниче и всем нам крепкий поборниче! Скор буди предстательством твоим у Человеколюбца Христа, да даст правоверным людем, почитающим тя и на поклонение мощем твоим приходящим, милость и благих прошений скорое исполнение. Предстояй Престолу Божию в лице мученик, поминай всех нас, бедами, напастьми и скорбьми обстоимых, и в житии сем много страждущих: да твоею помощию и крепким поборством престанут приходящая на нас злая. Мы же, твоими злостраданиями назидаеми, силою благодати Христовы чрез тебе исполняеми, в терпении крестоношения жити начнем, во еже Господу покаянием благоугодити и неизреченная благая наследовати, яже уготована любящим Бога и прославляющим святое имя Его, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
Символика Креста в Православии глубока и многозначна.
Это и стороны света, по которым Иисус послал Своих учеников, в том числе, апостола Андрея, нести проповедь Нового Завета. Это и вертикаль, соединяющая верх, небеса и ад, потерявший свою силу после Христова Воскресения.
Но чтобы взять на себя свой крест, необходимо смирение.
Об этом — покаянный акафист и молитвы ко Кресту.
Аз есмь пучина греха и блато всякия нечистоты, аз есмь хранилище всех злых и безместных деяний: увы мне, увы мне, Боже мой, увы мне, Творче и Создателю мой, увы мне, Свете души моея!
Что возглаголю Ти, удаливший себе от лица Твоего, или что реку Ти, отвергший себе от очию света Твоего?
Преступих бо заповедь Твою, якоже и Адам исперва, и николиже принесох Ти жертвы покаяния; ныне же, познав падение свое, из глубины души моея в покаянии зову Ти, Милостиво:
Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Бог мой еси Ты, Творец и Создатель мой, Хранитель живота моего и Заступник мой; аз же есмь создание Твое и дело руку Твоею. Но увы мне! Прародительный грех царствует во мне, и злая воля моя господствует надо мною, и аз, яко раб, выну работаю греху и тем прогневляю Тебе, Владыку и Бога моего; но, припадая Твоей благости, смиренно молю Тя, Щедре: Помилуй мя, Творче мой преславный. Помилуй мя, Создателю мой предивный. Помилуй мя, Боже мой Предвечный. Помилуй мя, Господи мой пребезсмертный. Помилуй мя, Владыко мой премилостивый. Помилуй мя, Царю мой прекрепкий. Помилуй мя, воззвавый мя от небытия в бытие. Помилуй мя, вдохнувый в тело мое дух безсмертия. Помилуй мя, почтый мя Своим образом и подобием. Помилуй мя, вознесый мя превыше всех видимых. Помилуй мя, даруяй мне ведение познавати Тя и любити Тя. Помилуй мя, животворяй мя Своею благодатию. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Владыко мой и Господи, како приступлю к Тебе аз, погруженный грехми многими, коима очима воззрю на Тя, пресветлаго Творца моего, кое принесу Ти покаяние? Аще бо восплачуся, оскверню токмо землю слезами моими, аще воздохну, як мытарь, непщую отягчити небеса.
Обаче ж покаянием очисти мя от всякий скверны и душу мою уясни светом милостиваго лица Твоего, да радостно зову Ти:
Аллилуиа.
Глаголы уст Твоих выну презревах, во след бо писаний Твоих николиже ходих, но со тщанием соблюдах волю диаволю, боюсь отягчить и в след злыя похоти моея усердно ходих; ныне же, горце познавый падение свое, со слезами ищу Тебе, незаходимаго Света моего, в покаянии зовя:
Помилуй мя, в беззакониих зачатаго. Помилуй мя, во гресех рожденнаго. Помилуй мя, блудно жизнь иждившаго. Помилуй мя, не радившаго о спасении своем. Помилуй мя, не тщащагося благоугождати Тебе. Помилуй мя, творящаго выну волю свою, паче же диаволю. Помилуй мя, удалившагося от Тебе, присносущнаго Света моего. Помилуй мя, заблуждшаго в пустыни страстей моих. Помилуй мя, отчуждившагося Твоея благодати. Помилуй мя, предавшаго душу свою во тьму греховную. Помилуй мя, преступника закона Твоего. Помилуй мя, нарушителя заповедей Твоих. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Добро и праведно есть еже не удалитися от Тебе, Источника света, но тьма греховная, юже аз привлекох на себе злыми деянии моими, находит на мя, якоже нощь, и помрачающи душу мою, отводит мя от Тебе, Бога моего: но молю Тя, Создателю мой, блесни молниею и разжени мрак моих страстей, да во свете Твоем узрю свет, благодарственно поя: Аллилуиа.
Естество закона преидох, окаянный, согреших бо аз грехми, ихже нелеть и глаголати; но Ты, Боже, яко Сердцеведец и провидяй вся, не объяви моя тайная пред Ангелы Твоими, ниже вверзи мене в дебрь огненную, но, пощадив, прости ми вся злая сия, мною содеянная, вопиющему Ти: Помилуй мя, оскверненнаго грехи многими. Помилуй мя, вселившагося во ад вместо рая. Помилуй мя, возлюбльшаго паче тму, еже свет. Помилуй мя, ввергшагося во огненную пещь страстей. Помилуй мя, оскорбившего Тя неподобными глаголы. Помилуй мя, преслушавшаго Твоя повеления. Помилуй мя, осудившаго ближняго моего. Помилуй мя, оклеветавшаго брата моего. Помилуй мя, не воздавшаго Тебе обетов моих. Помилуй мя, не сохраншаго заповедей духовнаго моего отца. Помилуй мя, призывавшаго имя Твое всуе. Помилуй мя, ничтоже благо пред Тобою сотворшаго. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Жизнь сущи и Источник жизни, Живоначальная Троице, Нераздельное и Неслитное Божество, Отче, Сыне и Душе Святый, призри на мя, сотвореннаго по образу и по подобию Твоему, обнови мой разум, слово исправи и дух мой освяти, да во обновленном трехчастном моем существе разумно пою: Аллилуиа.
Земля есмь аз и в землю отыду, от неяже взят есмь, якоже Сам глаголал еси, Создателю мой преславный, но прежде неже найдет смерть на мя, прежде неже вниду во гроб, взирая на беззаконную жизнь мою, со слезами зову Ти, Творцу моему: Помилуй мя, помраченнаго страстьми. Помилуй мя, заблуждающаго в путех моих. Помилуй мя, побеждающагося скупостию. Помилуй мя, снедаемаго завистию. Помилуй мя, согрешившаго Ти объядением без сытости. Помилуй мя, прогневавшаго Тя опивством чрезмерным. Помилуй мя, не напитавшаго алчущаго. Помилуй мя, не напоившаго жаждущаго. Помилуй мя, не любящаго брата моего. Помилуй мя, не почитавшаго некогда родителей своих. Помилуй мя, согрешившаго Ти делом, словом и помышлением. Помилуй мя, прогневавшаго Тя вольными и невольными злыми деянии моими. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Идеже Ты хощеши. Всемогущий Боже, побеждается естества чин: естество мое выну влечет мя ко греху и порабощает мя, но Ты, яко Создатель естества, угаси греховная стремления его, обновив е росою благодати Твоея, да невозбранно пою Teбе: Аллилуиа.
Кто согреши когда, якоже согреших аз, окаянный? Коего греха не сотворих? Коего беззакония не содеях? Коего зла не вообразих в души моей? О люте мне, люте мне, что буду и где обрящуся аз? Но прежде онаго праведнаго воздаяния Твоего, смиренно молю Тя, Милостивый Боже, якоже отца блудный сын: Помилуй мя, окаяннаго. Помилуй мя, немилосерднаго. Помилуй мя, жестокаго. Помилуй мя, гневливаго. Помилуй мя, тщеславного. Помилуй мя, гордаго. Помилуй мя, сквернаго. Помилуй мя, блуднаго. Помилуй мя, коварнаго. Помилуй мя, памятозлобнаго. Помилуй мя, окамененнаго сердцем. Помилуй мя, сожженнаго совестию. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Лучи благодати Твоея не скрый от мене, Творче и Создателю мой, но облистай мя ими, просвети милостивое лице Твое на мя, раба Твоего, и научи мя творити волю Твою, да во благих делех моих радостно пою Тебе, Небесному Отцу моему: Аллилуиа.
Мрачная и безлунная нощь греховнаго моего жития содела во мне многая множества прегрешений, иже отчуждиша мя от Тебе, Присносущнаго Света моего, и приблизиша мя ко аду преисподнейшему, его-же жжение и мрак ужасают мя и ныне. Райская же жилища Твоя, уготованная праведным, и блаженство в них живущих исполняют душу мою скорбию, яко удален есмь от сея присносущныя жизни. Но доколе жив есмь и дух мой во мне, не лишен есмь светлыя сия надежды, пламенея бо к Тебе любовию, от сердца зову Ти: Помилуй мя, лениваго. Помилуй мя, неблагодарнаго. Помилуй мя, празднословца. Помилуй мя, сквернословца. Помилуй мя, смехотворца. Помилуй мя, сребролюбца. Помилуй мя, клятвопреступника. Помилуй мя, пияницу. Помилуй мя, прекословнаго. Помилуй мя, непокориваго. Помилуй мя, лживаго. Помилуй мя, льстиваго. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
На небо очи мои возвожу и духом весь предстою Ти, Отче Небесный, но естество брения влечет мя долу, и грехи мнози влекут душу в преисподнюю. Ты же, Творче и Создателю мой, яко Всемогущий и Милосердый, обнови мя, да воспаряю выну горе, якоже орел, победно взывая Ти песнь: Аллилуиа.
Око имам выну лукаво, мерзости и всякия нечистоты преисполнено, Боже мой и Творче: смотрях выну неподобная, прелестною красотою мира сего восхищахся и вдаях душу мою во всяку нечистоту. На доброту же вещей мира сего, от них же поучался бых познавати и любити Тя, николиже очима моима взирах, ныне же, егда померкнуша душевнеи мои очи, в слепоте духовней сый, зову Тебе, Свету моему: Помилуй мя, покаянно Тебе взывающаго. Помилуй мя, сокрушенным сердцем к Тебе припадающаго. Помилуй мя, верою Тебе покланяющагося. Помилуй мя, любовию Тебе молящагося. Помилуй мя, приносящаго Ти, яко слезы, глаголы моя. Помилуй мя и не отвержи мене от лица Твоего. Помилуй мя и подаждь ми источник слез, да плачуся дел моих горько.
Помилуй мя и изведи душу мою из темницы страстей. Помилуй мя и дух прав обнови во утробе моей. Помилуй мя и возстави во мне образ Твой.
Помилуй мя, Свете мой, и просвети душевнеи мои очи. Помилуй мя и сотвори мя храмом Твоего обитания. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Пламень любве моея к Тебе, Создателю мой, не до конца еще угасе во мне, но дух мой выну пламенеет к Тебе, Первообразу моему: слезы умиления и радости о Тебе не изсохша еще во мне до конца, но, яко облако дождевное в засуху инде находят на мя и орошают мя; лукавство же, гнездящееся во мне, и суетность мира сего, окружающая мя, поглощают сия: обаче же, аще колиждо найдет на мя минута благодати, выну воспеваю Тебе, Источниче живота моего: Аллилуиа.
Разумом моим николиже достойная разумех. Разуме неуразуменный, выну же заблуждах в беспутиих жизни моея и предавах себе в руце разбойников, идее обнажиша мя одежды нетления, Юже дал ми еси при крещении моем, и ныне предстою Tи нагий и отпадший дружбы Твоея; обаче же дерзая, покаянно Тебе взываю:
Помилуй мя и исправи путь мой пpeд Тобою. Помилуй мя и не вниди в суд с рабом Твоим.
Помилуй мя и не презри мя, обнищавшаго благими делы.
Помилуй мя и не воздаждь ми по делом моим в День Судный. Помилуй мя и очисти мя от всякаго действа диавола.
Помилуй мя и остави ми множество грехов моих. Помилуй мя и свободи мя мучительства царствующих во мне страстей. Помилуй мя и настави мя на путь покаяния. Помилуй мя и подаждь ми разум творити волю Твою.
Помилуй мя и взыщи мя, заблуждшее Твое овча. Помилуй мя и сопричти мя овцам избраннаго Твоего стада. Помилуй мя. Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Слово не довлеет ми, пречудный Царю и Господи, подаждь ми слезы покаяния и по сих слезы умиления, яко да ими омыю скверну души моея, юже аз оскверних злыми и безместными деянии моими, да в чистоте души моея радостно пою Тебе, Богу моему: Аллилуиа.
Тело мое питаю пространно, дух же мой истаявает гладом, о Господи мой, Господи! Даждь ми разумети мое беззаконие, даждь ми тщание насыщати дух мой благими делы, даждь ми поне отныне положити начало своего спасения, зовущем Ти во гладе своего духа:
Помилуй мя, Мудросте недомыслимая Помилуй мя, Божество неописанное. Помилуй мя, Сило непобедимая. Помилуй мя, Славо превознесенная. Помилуй мя, Красото пресветлая. Помилуй мя, Совершенство неизследимое. Помилуй мя, Высото недостижимая. Помилуй мя, Милосте безконечная. Помилуй мя, всемогущий Властителю. Помилуй мя, небесных чинов державный Повелителю.
Помилуй мя, Трисолнечный и Трисиянный Свете. Помилуй мя, Отче, Сыне и Душе Святый.
Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Утроба моя распалается к Тебе люббвию, Творче небесе и земли, и дух мой возносится к Тебе в превыспренняя, но увы мне, увы! О окаянства моего и несовершенства! Вся сия погубляю во едином часе, преступив заповеди Твоя; обаче, аще и ратую греху, но пою Тебе: Аллилуиа.
Хищением и неправдою богат есмь аз, коварством и студодеянием порабощен, лжа и лесть не оскудеша от мене, завистию снедаюся и скупостию побеждаюся, и всем беззаконием, яко раб, усердно служу. Но Ты, Милостивый Создателю мой, отжени вся злая сия от мене, с любовию и трепетом в покаянии Тебе зовущаго: Помилуй мя, веселие мое и радование. Помилуй мя, надеждо моя преславная. Помилуй мя, сокровище мое нетленное. Помилуй мя, богатство мое неистощимое. Помилуй мя, просвещение ума моего и сердца. Помилуй мя, здравие души моея и телесе. Помилуй мя, Наставниче мой предобрый. Помилуй мя, Хранителю мой преблагий. Помилуй мя, истинное радование плачущих. Помилуй мя, прибежище наше и упование. Помилуй мя, изглаждаяй неподобная наша деяния. Помилуй мя, ограждаяй нас святыми Твоими Ангелы. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Целомудрие нарушив аз, окаянный, от начала дней юности моея, оттоле есмь смиренный раб сего греха. Кий вид его не сотворйх, коего от сих беззаконий не содеях? Всякое чувство души моея и всякий уд телесе моего оскверних, растлих и непотребен сотворих; но молю Тя, незлобиве Господи, избави мя блудных страстей плоти моея, зовущаго Ти: Аллилуиа.
Чистоты душевныя не стяжах и душу мою во тму греховную предах: о люте мне, люте мне!
Разбойник есмь аз души моея, израних бо ю до конца, и несть места цела в ней; совлекох ю одежды Боготканныя и облекох ю в ризу раздранную и оскверненную от окаянства моего?
Что возглаголю Ти, Отче Щедрый, или что реку Ти во оправдание мое, Судие Праведнейший? Обаче же, яко навыкох, прошу у Тебе помилования, горце зовущи: Помилуй мя, пламенногорящая Любы. Помилуй мя, выну светящая Премудросте. Помилуй мя, Сокровище благих. Помилуй мя, жизни Подателю. Помилуй мя, везде Сый и вся исполняяй. Помилуй мя, творяй дивная чудеса. Помилуй мя, предведый не сущая яко сущая. Помилуй мя, не оставляяй нас посреде греха и смерти. Помилуй мя, оживляяй мертвыя духом. Помилуй мя, очищаяй оскверненныя совестию. Помилуй мя, призираяй на воздыхания наша к Тебе.
Помилуй мя, полагаяй милость Свою на всех делех руку Твоею.
Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Широтою благодати Твоея, Триипостасный Боже, покрый моя согрешения, якоже покрыл еси древле согрешения богоотца Давида, и приими мое покаяние, якоже приял еси покаяние Манассии царя, и призови мя, заблуждающаго в путех своих, якоже призвал еси гонителя Павла, и даждь ми с любовию выну воспевати Тебе: Аллилуиа.
Юность моя пройде в неразумии и начало живота моего в лености к добродетели. Не насадих бо тогда в сердце моем семена хлеба духовнаго, питающаго жизнь вечную, Боже мой и Господи, семена же терния и репия прилежно в себе посевах. Ныне же, егда прозябоша во мне вся злая сия, пронзают душу мою и ураняют сердце мое, и все естество мое исполняют болезнию. Умилосердися, о Боже мой, и попали огнем Божества Твоего вся греховная терния во мне, взывающем Ти 6олезненно: Помилуй мя, Отче Безначальне, Сыне Предвечне и Душе Присносущне. Помилуй мя, Троице Единосущная и Нераздельная. Помилуй мя, Триипостасная Державо. Помилуй мя, Нераздельное и Неслитное Божество. Помилуй мя, едино Царство и Господство. Помилуй мя, едина воля и хотение. Помилуй мя, Егоже боятся и трясутся Херувими. Помилуй мя, пред Нимиже закрывают лица своя страшнии Серафими. Помилуй мя, Егоже боится солнце и трепещет луна. Помилуй мя, пред Ним же дымятся горы и бегут вспять реки. Помилуй мя, пред Ним же всяко колено небесных, земных и преисподних преклоняется. Помилуй мя, Егоже вся тварь на небеси и на земли выну славословит. Помилуй мя, Господи Боже мой, и к покаянию призови мя, падшаго.
Яко Творец Всемогущий и Владыко незлобивый, не помяни моих беззаконий, имиже Тебе прогневах, делом, словом и помышлением, ведением и неведением, вся мне, яко Бог милостив, прости и разреши от них, излей на мя, яко капли дождевныя, благодать Твою, да поне от ныне начну благоугождати Тебе, Создателю моему, выну воспевая:
Аллилуиа.
Кресте Честный, хранитель души и телу буди ми: образом своим бесы низлагая, враги отгоняя, страсти упражняя и благоговение даруя ми, и жизнь, и силу, содействием Святаго Духа и честными Пречистыя Богородицы мольбами. Аминь.
О Пречестный и Животворящий Кресте Господень!
Древле убо был еси казни позорныя орудие, ныне же знамение спасения нашего присно почитаемое и прославляемое!
Како достойне возмогу аз, недостойный, воспети Тя и како дерзну преклонити колена сердца моего пред Искупителем моим, исповедая грехи свои!
Но милосердие и неизреченное человеколюбие Распеншегося на тебе смиренное Дерзновение подает ми, да отверзу уста моя воеже славити Тя; сего ради вопию Ти:
Радуйся, Кресте, Церкве Христовы красота и основание, всея вселенныя — утверждение, христиан всех — упование, царей — держава, верных — прибежище, Ангелов — слава и воспевание, демонов — страх, губительство и отгнание, нечестивых и неверных — посрамление, праведных — услаждение, обремененных — ослаба, обуреваемых — пристанище, заблудших — наставниче, одержимых страстьми — раскаяние, нищих — обогащение, плавающих — кормчий, слабых — сила, во бранех — победа и одоление, сирых — верное покровение, вдов — заступниче, дев — целомудрия охранение, ненадеянных — надежда, недужных — врач и мертвых — воскресение! Ты, прообразованный чудотворящим жезлом Моисея, животворный источник, напаяющий жаждущия духовныя жизни и услаждающий наши скорби; Ты — одр, на немже царственно почил тридневно Воскресший Победитель ада. Сего ради и утро, и в вечер, и полудне прославляю Тя, треблаженное Древо, и молю волею Распеншегося на Тебе, да просветит Он и укрепит Тобою ум мой, да открыет в сердце моем источник любве совершенней и вся деяния моя и путие мои Тобою осенит, да выну величаю Пригвожденнаго на Тебе, грех моих ради, Господа Спасителя моего. Аминь.
Образ Креста показывает примирение и содружество, в какое вступил человек с Богом. Посему и демоны боятся образа Креста, и не терпят видеть знамение Креста изображаемым даже и на воздухе, но бегут от этого тотчас, зная, что Крест есть знамение содружества человеков с Богом и что они, как отступники и враги Богу, удаленные от Божественного лица Его, не имеют более свободы приближаться к тем, кои примирились с Богом и соединились с Ним, и не могут более искушать их. Если и кажется, что они искушают некоторых христиан, да ведает всякий, что это борют они тех, которые не познали как следует высокого таинства Креста.
Следует поклоняться и почитать не только тот один Животворящий Крест, на котором был распят Христос, но и всякому Кресту, сотворенному по образу и подобию того Животворящего Креста Христова, следует поклоняться, как тому самому, на котором был пригвожден
Христос. Ведь там, где изображается Крест, из любого вещества, — туда приходит Благодать и Освящение от Пригвожденного на Кресте Христа Бога нашего.
Крест без любви нельзя мыслить и представлять: где Крест, там и любовь; в церкви вы везде и на всем видите кресты, для того чтобы все напоминало вам, что вы во храме Бога любви, в храме Любви, распятой за нас.
Тайна Креста Господня — тайна спасения мира. Кто может достаточно изъяснить тайну Креста, послужившего орудием страданий Спасителя? В самом деле, сколько было других способов, посредством которых Он мог исполнить совет Свой относительно страдания за нас! И однако из всех Он пожелал и избрал один этот, как Сам предрек о Себе: «Сыну Человеческому должно много пострадать»… (Лк. 9:22). Заметь, как говорит Он здесь: не просто только и в общих чертах предсказывает Свои страдания, как сделал бы кто другой, но, по некой таинственной необходимости, обозначает и как бы узаконивает для Себя один род смерти: «Сыну Человеческому надлежит быть предану в руки человеков грешников, и быть распяту, и в третий день воскреснуть» (Лк. 24:7).
Вникни в значение этого «надлежит», и ты увидишь, что в нем заключается именно нечто такое, что не допускает другого рода смерти, кроме Креста. В чем же причина этого? Один Павел, восхищенный в притворы рая и слышавший в них неизреченные глаголы, может изъяснить ее… может истолковать эту тайну Креста, как отчасти и сделал это в послании к Ефесянам: «чтобы Вы… могли постигнуть со всеми святыми, что широта и долгота, и глубина и высота, и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову, дабы вам исполниться всею полнотою Божиею» (Еф. 3:18–19). Не произвольно, конечно, божественный взор апостола созерцает и начертывает здесь образ Креста, но уже это показывает, что чудесно очищенный от тьмы неведения взор его ясно прозрел в самую суть. Ибо в очертании, состоящем из четырех противоположных перекладин, выходящих из общего средоточия, он усматривает всеобъемлющее могущество и дивное промышление Того, Который благоволил явиться в нем миру. Потому-то апостол каждой из частей этого очертания усваивает особое наименование, а именно: ту, которая нисходит из середины, называет глубиной, идущую вверх — высотой, обе же поперечные — широтой и долготой. Этим он, как мне кажется, ясно хочет выразить, что все, что ни есть во вселенной, превыше ли небес, в преисподних ли, или на земле от одного края ее до другого, — все это живет и пребывает по Божественной Воле — под осенением крестным.
Можешь еще созерцать божественное и в представлениях души твоей: воззри на небо и умом обними преисподнюю, простри мысленный взор твой от одного края земли до другого, помысли при этом и о том могучем средоточии, которое все это связывает и содержит, и тогда в душе твоей само собою вообразится очертание Креста, простирающего свои концы сверху вниз и от одного края земли до другого. Это очертание представлял и великий Давид, когда говорил о себе: «Куда пойду от Духа Твоего, и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо (это высота) — Ты там; сойду ли в преисподнюю (это глубина) — и там Ты. Возьму ли крылья зари (то есть с востока солнца — это широта) и переселюсь на край моря (а морем у Иудеев назывался запад — это долгота), — и там рука Твоя поведет меня» (Пс. 138:7-10). Видишь ли, как Давид изображает здесь начертание Креста? «Ты, — говорит он Богу, — повсюду существуешь, все Собою связуешь и все в Себе содержишь. Ты вверху и Ты внизу, рука Твоя одесную и рука Твоя ощуюю». По той же причине и божественный апостол говорит, что в это время, когда все будет преисполнено веры и ведения. Сущий превыше всякого имени будет призываем и поклоняем о имени Иисуса Христа от небесных, земных и преисподних (Еф. 1:21; Флп. 2:10). По моему мнению, тайна Креста скрыта также и в иной «йоте» (если рассматривать ее с верхней поперечной чертой), которая крепче небес и тверже земли и прочнее всех вещей и о которой говорит Спаситель: «доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона» (Мф. 5:18). Мне кажется, что эти божественные слова имеют в виду таинственно и гадательно (1Кор. 13:12) показать, что образом Креста все содержится в мире и что он вековечнее всего содержимого им. По этим-то причинам Господь не просто сказал: «Сыну Человеческому надлежит умереть», но «быть распяту», для того, то есть, чтобы созерцательнейшим из богословов показать, что в образе Креста сокрыта всемогущая сила Того, который почил на нем и благоизволил, чтобы Крест стал всем во всем!
Если смерть Господа нашего Иисуса Христа есть искупление всех, если смертью Его разрушается средостение преграды и совершается призвание народов, то как бы Он призвал нас, если бы не был распят? Ибо на одном Кресте претерпевается смерть с распростертыми руками. И потому Господу нужно было претерпеть смерть такого рода, распростереть руки Свои, чтобы одной рукой привлечь древний народ, а другой — язычников, и обоих собрать воедино. Ибо Сам Он, показывая, какой смертью искупит всех, предсказал: «И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12:32).
Иисус Христос не претерпел ни смерти Иоанна — отсечением головы, ни смерти Исаии — перепиливанием пилой, чтобы и в смерти Тело его сохранилось не рассеченным, чтобы этим отнять повод у тех, которые бы дерзнули разделять на части Его Церковь.
Крест четверочастен ради пригвожденного на нем Христа, Сына Божия, сотворившего и содержащего горнее и дольнее, и все существующее, соединившего горнее с тем, что на земле, свыше нисшедшего, чтобы возвысить нас, воздвигшего из ада и из земных сделавшего нас небесными, соединившего все в Себе Самом и созвавшего концы мира к поклонению Истинному и Живому Богу, все усвоившего Себе, воссоздавшего нас высотой славы и глубиной нищеты и смирения, и широтой милости и любви.
Как четыре конца Креста связываются и соединяются в центре, так Божией силой содержатся и высота, и глубина, и долгота, и широта, то есть вся видимая и невидимая тварь.
Все части мира были приведены к спасению частями Креста.
Кто не умилится, взирая на Странника, так бедно возвращающегося в Свой дом! Был Он у нас в гостях; мы дали Ему первый ночлег в стойле между животными, потом выпроводили Его в Египет к народу идолопоклонническому. У нас Он не имел где приклонить голову, «пришел к своим, и свои Его не приняли» (Ин. 1:11). Теперь же отправили Его в дорогу с тяжелым
Крестом: возложили на рамена Его тяжкое бремя грехов наших. «И, неся Крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобное» (Ин. 19:17), держащий «все словом силы Своей» (Евр. 1:3). Несет Крест истинный Исаак — древо, на котором должен быть принесен в жертву. Тяжкий Крест! Под тяжестью Креста падает на дороге крепкий в бранях, «сотворивший державу мышцею Своею» (Лк. 1:51). Многие плакали, но Христос говорит: «не плачьте обо Мне» (Лк. 23:28): этот Крест на плечах есть власть, есть тот ключ, которым Я отопру и изведу из заключенных дверей адских Адама, «не плачьте».
«Иссахар осел крепкий, лежащий между протоками вод; и увидел он, что покой хорош, и что земля приятна: и преклонил плечи свои для ношения бремени» (Быт. 49:14–15).
«Выходит человек на дело свое» (Пс. 103:23). Несет престол Свой Архиерей, чтобы благословить с него простертыми руками все части света.
Выходит на поле Исав, взяв лук и стрелы, чтобы достать и принести дичи, «уловить лов» отцу своему (Быт. 27:5).
Выходит Христос Спаситель, взяв Крест вместо лука, чтобы «уловить лов», чтобы привлечь всех нас к Себе.
«И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12:32).
Выходит мысленный Моисей, берет жезл. Крест Свой, простирает руки, разделяет Чермное море страстей, переводит нас от смерти к жизни, и диавола. как фараона, потопляет в бездне адской.
Крест — знамение истины.
Крест есть знамение мудрости духовной, христианской, крестной и сильной, как оружие крепкое, ибо премудрость духовная, крестная, есть оружие против противящихся церкви, как говорит апостол: «Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия. Ибо написано: погублю мудрость мудрецов, и разум разумных отвергну», и далее: «Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого… Божию силу и Божию премудрость» (1 Кор. 1, 18–19; 22–24).
В поднебесной живет двоякая мудрость у людей: мудрость мира сего, которая была, например, у эллинских философов, не знающих Бога, и мудрость духовная, какова она у христиан. Мирская премудрость есть безумие перед Богом: «Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?» — говорит апостол (1 Кор. 1, 20); духовная же премудрость почитается безумием у мира: «для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие» (1Кор. 1:23). Мирская мудрость — слабое оружие, бессильное воинствование, немощная храбрость. Но какое оружие премудрость духовная, это видно из слов апостола: оружия воинствования нашего… сильные Богом на разрушение твердынь» (2Кор. 10:4); и еще «слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого» (Евр. 4:12).
Образом и знамением мирской эллинской мудрости являются содомогоморрские яблоки, о которых повествуется, что извне они прекрасны, внутри же их прах смрадный. Образом же и знамением христианской духовной мудрости служит Крест, ибо им явлены и как бы ключом открыты нам сокровища премудрости и разума Божия. Мудрость мирская — прах, а словом крестным мы получили все блага: «се бо прииде Крестом радость всему миру»…
Крест через неученых убедил и обратил целую вселенную, убедил не в предметах маловажных, но в учении о Боге, истинном благочестии, евангельской жизни и будущем Суде; он сделал философами всех… Благодаря Кресту мы уже не блуждаем в пустынях, потому что познали истинный путь, уже не обитаем вне Царства, потому что нашли дверь.
Крест обратил вселенную, изгнал заблуждение, явил Истину, землю сделал Небом, людей превратил в Ангелов.
Видишь ли, чем диавол победил, тем и сам побежден; он через древо одолел Адама, и Христос древом же победил его.
То древо низвело нас в ад, а это и низверженных в ад извело оттуда. То древо скрыло нагого пленника, а это обнаженного на высоком месте явило победителем. Та смерть пала и на потомков, а эта воскресила и бывших прежде Христа. Кто возвестит силы Господни? Из мертвых мы сделались бессмертными. Таковы действия Креста.
Крест — трофей против бесов, оружие против греха, меч, которым Христос пронзил змия.
Как светильник содержит свет на своей вершине, так и Крест на своей вершине имел сияющее Солнце правды.
Благодаря Кресту мы не трепещем перед тираном-диаволом, потому что находимся около Царя.
Крест — это грань Божественного попечения о нашем спасении, это — великая победа, это — трофей, воздвигнутый страданиями, это — венец праздников.
Все, что совершилось на древе крестном, было врачеванием нашей немощи, возвращающим ветхого Адама туда, откуда он ниспал, и приводящим к древу жизни, от которого удалил нас плод древа познания, безвременно и неблагоразумно вкушенный. Поэтому древо за древо и руки за руку, руки, мужественно распростертые, — за руку, невоздержанно протянутую, руки пригвожденные — за руку, извергнувшую Адама. Поэтому вознесение на Крест — за падение, желчь — за вкушение, терновый венец — за худое владычество, смерть — за смерть, тьма — за погребение и возвращение в землю для света.
Крест — знамение будущего бессмертия. Крест Иисусов есть укрощение всех страстей до совершенного их истребления.
Как грех вошел в мир посредством древесного плода, так и спасение — посредством древа крестного. Крест Христов для нас — победный венец.
Иисус Христос, истребляя то непослушание Адама, которое вначале совершилось через древо, был «послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп. 2:8). Или иначе: то преслушание, которое совершено через древо, исцелил послушанием, совершенным на древе.
Если Иисус Христос пришел для того, чтобы понести на Себе наши смертные грехи и наше проклятие, то каким другим образом мог бы Он принять на Себя проклятие или удовлетворить Бога за наши смертные грехи, если бы не претерпел смерти, предназначенной проклятым? А это и есть Крест, ибо написано: «проклят пред Богом всякий повешенный на дереве» (Втор. 21:22).
Имеешь у себя честное древо — Крест Господень, которым, если пожелаешь, можно усладить горькую воду твоего нрава.
«А я не желаю хвалиться, разве только Крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, а я для мира» (Гал. 6:14). Когда Сын Божий явился на земле и когда развращенный мир не мог вынести Его безгрешности, беспримерной добродетели и обличительной свободы и, осудив это святейшее Лицо на позорную смерть, пригвоздил ко Кресту, тогда Крест стал новым знамением.
Он стал жертвенником, ибо на нем принесена великая Жертва нашего избавления. Он стал божественным алтарем, ибо окропился бесценной Кровию непорочного Агнца.
Стал престолом, ибо на нем опочил от всех своих дел великий Посланник Божий.
Стал пресветлым знамением Господа сил, ибо «воззрят на Того, Которого пронзили» (Ин. 19:37).
И эти пронзившие не по чему иному Его узнают, как только увидев это знамение Сына Человеческого.
В этом значении мы с почтением должны взирать не только на то самое древо, которое прикосновением Пречистого Тела освятилось, но и на всякое другое, являющее нам тот же образ, не привязывая нашего почтения к веществу дерева или золота и серебра, но относя его к Самому Спасителю, на нем совершившему наше спасение.
И этот Крест не столько был тягостен для Него, сколько облегчителен и спасителен для нас. Его бремя — наше успокоение; Его подвиги — наша награда; Его пот — наше облегчение; Его слезы — наше очищение; Его раны — наше исцеление; Его страдание — наше утешение; Его Кровь — наше искупление; Его Крест — наш вход в рай; Его смерть — наша жизнь.
Господь сказал ученикам Своим: «Аще кто хощет по мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет» (Мф.16:24).
Что значит «крест свой», почему этот «крест свой», то есть отдельный каждого человека, вместе называется и «Крестом Христовым»?
Крест «свой»: скорби и страдания земной жизни, которые у каждого человека — свои.
Крест «свой»: пост, бдение и другие благочестивые подвиги, которыми смиряется плоть и покоряется духу. Эти подвиги должны быть сообразны силам каждого, и у каждого они — свои.
Крест «свой»: греховные недуги, или страсти, которые у каждого человека — свои! С одними из них мы родимся, другими заражаемся на пути земной жизни. «Крест Христов» — учение Христово.
Суетен и бесплоден «крест свой», как бы он ни был тяжек, если чрез последование Христу он не преобразится в «Крест Христов». «Крест свой» делается для ученика Христова «Крестом Христовым»:
потому что ученик Христов твердо убежден, что над ним неусыпно бдит Христос, что Христос попускает ему скорби, как необходимое и неминуемое условие христианства, что никакая скорбь не приблизилась бы к нему, если б не была попущена Христом, что скорбями христианин усвоивается Христу, соделывается причастником Его участи на земле, а потому и на небе.
«Крест свой» делается для ученика Христова «Крестом Христовым»: потому что истинный ученик Христов почитает исполнение заповедей Христовых единственною целью своей жизни.
Эти всесвятые заповеди соделываются для него крестом, на котором он постоянно распинает своего ветхого человека «со страстьми и похотьми» его (Гал.5:24).
Отсюда ясно — почему для принятия креста, предварительно нужно отвергнуться себя даже до погубления души своей.
Так сильно и обильно усвоился грех падшему естеству нашему, что Слово Божие не останавливается называть его душою падшего человека.
Чтоб восприять на рамена крест, должно прежде отказать телу в его прихотливых пожеланиях, доставляя ему одно необходимое для существования; должно признать свою правду лютейшею неправдою пред Богом, свой разум, совершенным неразумием, и, наконец предавшись Богу со всею силою веры предавшись непрестанному изучению Евангелия, отречься от воли своей.
Совершивший такое отречение от себя способен к принятию креста своего.
С покорностью Богу, призывая Божию помощь для укрепления своей немощи, он смотрит без боязни и смущения на приближающую скорбь, уготовляется великодушно и мужественно перенести ее, уповает, что посредством ее он соделается причастником страданий Христовых, достигнет таинственного исповедания Христа не только умом и сердцем, но и самым делом, самою жизнью.
Крест дотоле тягостен, доколе он пребывает крестом своим. Когда же он преобразится в Крест Христов, то получает необыкновенную легкость: «иго Мое благо, и бремя Мое легко есть», сказал Господь (Мф.11:30).
Крест возлагается на рамена учеником Христовым, когда ученик Христов признает себя достойным скорбей, ниспосланных ему Божественным промыслом.
Ученик Христов тогда несет правильно крест свой, когда признает, что именно ниспосланные ему скорби, а не другие, необходимы для его образования о Христе и спасения.
Терпеливое несение креста своего есть истинное зрение и сознание греха своего. В этом сознании нет никакого самообольщения. Но признающий себя грешником, и вместе с тем ропщущий и вопиющий с креста своего, доказывает тем, что он поверхностным сознанием греха лишь льстит себе, обманывает себя.
Терпеливое несение креста своего есть истинное покаяние. Распятый на кресте! исповедайся Господу в праведности судеб Его. Обвинением себя оправдай суд Божий, и получишь отпущение грехов твоих.
Распятый на кресте! Познай Христа — и отверзутся тебе врата рая.
С креста твоего славословь Господа, отвергая от себя всякий помысл жалобы и ропота, отвергая его, как преступление и богохульство.
С креста твоего благодари Господа за бесценный дар, за крест твой, — за драгоценную участь, за участь подражать Христу страданиями твоими.
С креста богословствуй: потому что крест есть истинное и единственное училище, хранилище и престол истинного Богословия. Вне креста нет живого познания Христа.
Не ищи христианского совершенства в добродетелях человеческих. Там нет его: оно сокровенно в Кресте Христовом.
Крест твой изменяется в «Крест Христов», когда ученик Христов несет его с деятельным сознанием своей греховности, нуждающейся в казни, — когда несет его с благодарением Христу, с славословием Христа. От славословия и благодарения является в страдальце духовное утешение; благодарение и славословие делаются обильнейшим источником непостижимой, нетленной радости, которая благодатно кипит в сердце, изливается на душу, изливается на самое тело.
Крест Христов, только по наружности своей, для плотских очей, есть поприще жестокое. Для ученика и последователя Христова он — поприще высшего духовного наслаждения. Так велико это наслаждение, что скорбь вполне заглушается наслаждением и последователь Христов среди лютейших томлений ощущает одно наслаждение.
Говорила юная Мавра юному супругу своему Тимофею, который терпел страшные муки, и приглашал ее принять участие в мученичестве: “Боюсь, брат мой, чтоб мне не устрашиться, когда я увижу страшные муки и разгневанного игемона, чтоб не изнемочь мне в терпении по молодости лет моих”. Ей отвечал мученик: «Уповай на Господа нашего Иисуса Христа и будут для тебя муки елеем, изливаемым на тело твое, и духом росы в костях твоих, облегчающим все болезни твои».
Крест — сила и слава всех от века святых.
Крест целитель страстей, губитель демонов. Смертоносен крест для тех, которые креста своего не преобразили в Крест Христов, которые с креста своего ропщут на Божественный промысл, хулят его, предаются безнадежию и отчаянию. Несознающиеся и некающиеся грешники на кресте своем умирают вечною смертью, лишаясь нетерпением истинной жизни, жизни в Боге. Они снимаются с креста своего только для того, чтоб снизойти душами в вечный гроб: в темницы ада.
Крест Христов возносит от земли распятого на нем ученика Христова. Ученик Христов, распятый на кресте своем мудрствует горняя, умом и сердцем жительствует на небе, и созерцает таинства Духа во Христе Иисусе, Господе нашем. «Аще кто хощет по Мне ити, — сказал Господь, — да отвержется себе, и возмет крест свой и по Мне грядет». Аминь.
«Слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия» (1Кор. 1:18). Ибо «духовный судит о всем, а душевный человек не принимает того, что от Духа Божия» (1Кор. 2:15,14). Ибо это есть безумие для тех, которые не принимают с верой и не помышляют о Благости и Всемогуществе Бога, но божественные дела исследуют посредством человеческих и естественных рассуждении, ибо все, что принадлежит Богу, выше естества и разума, и мысли. Всякое, конечно, деяние и чудотворение Христово — весьма велико и божественно, и удивительно, но удивительнее всего — Честной Его Крест.
Ибо смерть ниспровергнута, прародительский грех уничтожен, ад ограблен, даровано Воскресение, дана нам сила презирать настоящее и даже самую смерть, возвращено первоначальное блаженство, открыты врата рая, наше естество село одесную Бога, мы сделались чадами Божиими и наследниками не через другое что, а через Крест Господа нашего Иисуса Христа. Ибо все это устроено через Крест: «все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, — говорит апостол, — в смерть Его крестились» (Рим. 6:3). «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись» (Гал. 3:27). И далее: Христос есть Божия сила и Божия премудрость (1 Кор. 1, 24). Вот смерть Христа, или Крест, одел нас в ипостасную Божию Мудрость и Силу. Сила же Божия есть слово крестное или потому, что через него открылось нам могущество Божие, то есть победа над смертью, или потому, что, подобно тому как четыре конца Креста, соединяясь в центре, твердо держатся и крепко связываются, так и через посредство силы Божией содержатся и высота, и глубина, и длина, и широта, то есть вся видимая и невидимая тварь.
Наш рассказ о пребывании Креста Андрея Первозванного на русской земле, о житии апостола и его посмертной славе, явленной через чудеса для приходящих к его Кресту с верой подошел к концу.
Это короткий рассказ, ведь говорить о Кресте можно бесконечно, так бездонны божественные глубины этого великого символа.
Святыня отправилась к своему дому, в Патры, в собор апостола Андрея, а мы остаемся здесь, сохраняя в душе тепло благодатного огня и память о чудесном соприкосновении со священной реликвией.
Если вам не удалось поклониться Кресту Андрея Первозванного, призывайте его в своих молитвах и благочестивых размышлениях. И вам будет явлена его сила так, как будто вы в этот самый момент стоите перед святыней.
Ибо вера творит чудеса.