BlizzGame(BG): Кристи, с момента выхода "Точки кипения" в свет прошло три месяца и многие наиболее заинтересованные читатели уже прочитали книгу в оригинале. Однако для тех, у кого не было такой возможности, не могли бы вы рассказать, о чем же повествует "Точка кипения"?

Кристи Голден(КГ): Безусловно. "Точка Кипения" это в каком-то смысле две истории в одной. Мы хотели создать книгу которая на самом деле практически незаметно соединяет Wings of Liberty и Heart of the Swarm. Так что "Точка кипения" начинается прямо с финального ролика, часть которого включена в книгу, и завершается вступительным роликом к Heart of the Swarm. Я полагаю, вы все его уже видели, это действительно что-то… Потрясающее вступление. Так что книга покрывает все события, произошедшие между этими точками.

Кроме того, в книге есть воспоминания о тех днях, которые Джим Рейнор и Сара провели вместе. У них были очень тесные взаимоотношения, они полюбили друг друга за достаточно короткое время и затем им пришлось расстаться. Это поворотные моменты их истории, и было действительно здорово поделиться ими с читателями, показать, почему они полюбили друг друга, что подтолкнуло их к тому, чтобы открыться друг другу, и насколько крепка их связь. Так что в книге происходит две вещи — заполняются пробелы в их прошлом и разворачивается действие в настоящем, всё что происходит вплоть до этого вступительного ролика Heart of the Swarm.

BG: Понятно. Как вы упомянули, одним из главных персонажей книги является Сара Керриган — человек (ну, почти человек:)), женщина, которую различные фракции контролировали на протяжении долгого времени. Мы практически не видели настоящую Сару в играх и предыдущих книгах. Что было отправной точкой, когда вы начали писать её персонаж?

КГ: Очень здорово, у меня была потрясающая возможность копнуть глубоко в неё в формате книги, воспоминания позволили мне показать поворотные точки её жизни. Нам хотелось работать с этой третьей… В какой-то степени третьей инкарнацией Сары. Мы видели Сару-призрака, мы видели Королеву Клинков, и теперь появилась эта третья сущность, которая не является ни первым ни вторым. Она не та, кем была раньше. Джим хотел вернуть её, и это невозможно, в данный момент…

По крайней мере на эмоциональном уровне после всего, через что она прошла, она не может остаться собой. Понимаете, с этим каждый сталкивается, мы — это то, во что нас превратило наше прошлое, мы не можем просто вернуться назад. Для неё это стоит особенно остро, ведь в ней всё ещё присутствует генетический материал зергов. Так что теперь она некто третий, совокупность всего её опыта, и она пытается разобраться в этом. Она помнит всё урывками. Что-то она помнит чётко, а что-то не помнит вообще. Поэтому она потихоньку собирается с мыслями, пытаясь понять, кто же она. По этому пути она идёт вплоть до самой кульминации книги и до начала Heart of the Swarm, который перехватит эстафету и, как я полагаю, понесёт факел дальше. Итак, мы увидим поворотные моменты из её детства, очевидно, из времени, проведённого с Джимом, и мы увидим очень нежную и невинную сторону Сары в этих воспоминаниях, которые не упоминались ни в каких книгах или игровых диалогах. Мне было в удовольствие писать их.

BG: Как выдумаете, после всего, что Керриган совершила и перенесла, с таким бременем на плечах, есть ли у неё хотя бы крошечный шанс на нормальную человеческую жизнь?

КГ: О чём мне больше всего нравится писать, пусть это и прозвучит как клише, но это человеческий дух. Люди — потрясающие создания. Глядя на людей, поднявшихся на невообразимые высоты чистосердечности и доброжелательности, невзирая на произошедшие с ними жестокости, они смогли перенести всё это и претворить своё страдание на благо другим. Керриган досталось больше всех. Опять же, человеческая природа такова, но, поскольку это научная фантастика, на её долю приходится гораздо больше. Так что… Я думаю… Что, если бы это было невозможно, этой книги бы не было. Думаю, некоторые моменты с Сарой бы не произошли, не было бы её чуткости и доверия к Джиму. В общем… Я не знаю. Я не знаю содержания Heart of the Swarm, не знаю, что там произойдёт. Поэтому я не могу сказать наверняка: "Да, она искупит свои грехи". Но я думаю, что надежда а это ещё есть, потому что иначе бы не было этой книги.

BG: Раз уж вы это упомянули: нам было очень интересно узнать, играли ли вы уже в Heart of the Swarm?

КГ: Нет, я не играла! Я даже не знаю основных поворотных моментов истории, только то, что было необходимо. Они позволили мне узнать только то, что было нужно.

BG: То есть это совершенно секретная информация даже для вас?

КГ: Это очень секретно. Я знаю некоторые вещи, которые произойдут, но моё знание устарело на несколько месяцев, так что…

BG: Хорошо. Мы ещё встретимся в Керриган в Heart of the Swarm, поэтому сейчас давайте поговорим о втором главном персонаже книги — Джиме Рейноре. В Wings of Liberty Джим говорит, что у него не осталось дел на этом свете, но он должен отомстить Менгску. Теперь, когда Королева Клинков побеждена, Сара снова в какой-то степени человек, появится ли у него новое стремление в жизни?

КГ: Я думаю, что, конечно, это так, что все события кардинально поменяли для него правила игры, в эмоциональном плане. Он до крайности не доверяет Валериану, он ни в чём не уверен, всё-таки это сын Менгска, они разные люди, но насколько разные? Джим не может рисковать Сарой, для него это жизненно важно. И… Он хочет иметь будущее, с ней, иметь возможность наконец опустить оружие. Я думаю, что он понимает, что ему всегда придётся держать руку на пистолете, поскольку, пока Менгск рядом, это будущее под угрозой. Думаю, его тянет в нескольких направлениях. Всё просто, когда тебе нечего терять, нечего ценить и ничто тебя не трогает, можно сосредоточиться на мести и убийстве. Но это гораздо сложнее, когда кто-то ещё находится из-за этого под угрозой. Думаю, для него одно цепляется за другое, ведь его будущее и будущее Сары зависят от того, избавятся ли они от Менгска, но теперь это приобретает совершенно другой смысл.

BG: Ясно. Перед первой Великой Войной у Джима Рейнора был сын — Джон (он также был упомянут в книге) — который погиб в академии призраков. Точнее, это то, что было сказано Джиму. Возможно ли, что сын Рейнора на самом деле жив и когда-нибудь появится в истории?

КГ: Знаете, без тела…(смеётся) Нельзя сказать наверняка. Я как-то об этом не думала, но это, безусловно, было бы очень интересно, не так ли? Когда пытаешься создать вселенную, в которой переплетается множество историй, нужно убедиться, чтобы всё было точно. Так что если персонаж погибает нужно сделать так, чтобы было невозможно использовать его в будущем. Поэтому всё, что происходит "за кадром" оставляет такую возможность открытой… Так что пока мы не увидим его на экране… Даже тогда будет трудно сказать.

BG: Ага. Тогда двинемся к следующему персонажу. Валериан Менгск. Он принимает активное участие в повествовании и по ходу истории открыто выступает против своего отца. Планировал ли Валериан такой исход, или он полагался на свои дипломатические способности и влияние?

КГ: Я не думаю, что… Я думаю, это был крайний случай. Валериан очень умён и он должен был знать, что всё могло прийти к этому. Вряд ли это было для него совершенной неожиданностью. Я не думаю, что это был предпочтительный для него выход.

В книге мы неоднократно видим, как он просит своего отца не делать этого, присоединиться к нему, двигаться вперёд вместе, чтобы, защитив Керриган, которая является ключом к пророчеству, спасти галактику. Валериан предпочёл бы именно такой путь. Но его отец не дал ему этот шанс, и ему пришлось сделать очень трудный выбор, и он знал, что этот выбор будет стоить жизни многим людям, тысячам людей. Валериану это совсем не нравится, ему не нравится терять людей, они небезразличны ему. Конечно, он тоже не весь в белом, но в нём много хорошего, много положительных качеств. Он не перестанет делать то, что, по его мнению, правильно и важно сделать. Но то, что произошло, не было желаемым результатом, это было не по плану. Он хотел быть лучше, чем его отец, но не уничтожать последнего.

BG: Да, в книге совершенно очевидно показано, что Валериан хочет быть лучше, чем его отец. Но что это для него значит: сместить отца с трона и занять его место, или быть лучше, как человек?

КГ: Хороший вопрос! Думаю, что могу ответить на него совершенно точно, поскольку я помогала… В общем-то я разрабатывала личность этого персонажа. Поэтому… Я думаю, что он просто хочет как лучше. Думаю, его тронуло то, что он видел в Мертвецком Порту, он считает неправильным то, что правительство ничего не делает, чтобы исправить положение.

Думаю, ему бы хотелось создать место, где люди бы имели шанс начать новую жизнь и чувствовать себя в безопасности. И чтобы оставалась галактика, в которой это место бы существовало, поскольку над всем нависла угроза, грядёт кризис. Чтобы быть уверенным в том, что его люди в безопасности, он сначала должен обезопасить галактику. Но в целом, я думаю, что он порядочный парень, которому не доставляет удовольствие чужое страдание и который не может просто закрыть на это глаза.

BG: Но и Арктур Менгск тоже не начал, как бессердечный тиран. Когда-то он тоже был парнем, который хотел лучшего. Так что если перед Валерианом встанет выбор: победить отца, совершив при этом нечто ужасное, или отступить и быть лучше него как человек — что он выберет?

КГ: Думаю, для него цель оправдывает средства. У него есть цель и путь, по которому он предпочтёт к ней идти, но если у него не останется другого выбора — он может совершить разные вещи. Валериан — потрясающий персонаж. Он не из тех, кто ляжет в могилу с чистой совестью. До самой смерти он будет ставить себе цель и делать всё возможное, чтобы её достичь. Возможно, выбор будет даваться ему с трудом и он будет сожалеть о сделанном, но я не думаю, что это его остановит.

BG: То есть если ему будет необходимо уничтожить планету, используя, скажем, зергов, пси-эммитер, то он это сделает?

КГ: Думаю, что он может. Скорее всего он бы это сделал. Если бы у него не было альтернативного решения и это бы послужило высшему благу — да.

BG: Ясно. А ожидал ли Арктур Менгск, что его сын в открытую выступит против него?

КГ: Сомневаюсь. У Менгска огромное эго, думаю, он считает, что у него всё под контролем, хотя на самом деле это не всегда так. Он думал, что он контролирует Сару и Джима, а вышло совсем не так. И, я думаю, что он действительно не видел в Валериане угрозы. Вероятно, он уважал сына, восхищался им, но на подсознательном уровне он всё ещё помнил маленького мальчика, которого он назвал "ботаником и изнеженным слабаком". Думаю, он недооценивает Валериана и вряд ли на самом деле думал, что это случится.

BG: Как вы думаете, было ли Менгску трудно сделать выбор между смертью врага (Сары) и жизнью сына?

КГ: Я не знаю, есть ли вообще кто-нибудь, кто Менгску не безразличен. Думаю, с практической точки зрения было бы лучше, если бы его сын был с ним, потому что тогда ему не пришлось бы тратить время, силы и ресурсы на его усмирение. Для него это скорее досадная помеха, нежели душевная травма. Не думаю, что, отключив монитор, он взялся за голову и начал глубоко переживать о том, что ему необходимо убить сына. Возможно, когда-то он и был таким человеком, но теперь в нём этого совсем не осталось.

BG: Хорошо, двинемся дальше. В "Точке кипения" мы узнаем, что Джейкоб Рэмси из "Саги Тёмных Тамплиеров" принял участие в освобождении Керриган. Что стало с ним и РМ Дал после "Саги" и увидим ли мы его в ближайшее время?

КГ: Я на самом деле не знаю, что они собираются сделать с Джейком. Конечно же я хочу, чтобы он появился ещё раз, всё-таки он в каком-то смысле протосский парень. Я надеюсь, что мы увидим его в Heart of the Swarm, подождём — увидим, пока я на самом деле ничего не могу сказать.

BG: Какие-нибудь ещё персонажи, которых мы возможно встретим в Heart of the Swarm?

КГ: Я правда не знаю, меня не проинформировали. Уверена, мы увидим всех наших друзей; мы, очевидно, увидим Джима, Сару, Мэтта. Лично я надеюсь на появление ещё одного персонажа — это Мира Хан — просто потому что она классная… Так что нет, я не уверена в том, кого мы увидим, и, на самом деле, я рада, потому что мне как и всем хочется какой-то тайны и интриги.

BG: Скажу честно, мы все надеемся увидеть Стукова.

КГ:(без ответа)

BG: Ладно. В Wings of Liberty мы встретили Зератула, который предупредил Джима о роли Керриган в судьбе вселенной. Как вы думаете, как он отреагирует на её перевоплощение обратно в человека?

КГ: Оу. Как вы знаете, он наказал Джиму сохранить ей жизнь, потому что она часть пророчества. И я думаю, что он поверит в то, что её частичное перевоплощение в человека тоже является частью этого. Он подключил к этому Джима и… Я думаю, что он скорее всего знает, что Джим любит её и захочет, чтобы она снова стала человеком. Так что Зератул может быть будет настороже в случае, если что-то пойдёт не так, но у него будет вера в то, что всё идёт так, как должно, потому что он же подключил Джима и всё, что сделал Джим также должно являться частью пророчества.

BG: А другие протоссы, например Артанис и Селендис?

КГ: Ох, да, это должно быть очень интересно, потому что они… Мы не знаем, кто что знает о пророчестве. Мы знаем, что Валериан не уточнил это. Но я думаю, что многие будут задаваться вопросом — как же она сражается(подозреваю, здесь имелось в виду "управляет" — прим. BG) с зергами, раз она обычный человек. И они могут не смириться с пророчеством, как это сделал Зератул. Это будет очень интересно, возможно, что это приведёт к гражданской войне или восстанию. Так что, думаю, нужно дождаться третьей игры(вероятнее всего здесь речь идет о Legacy of the Void — прим. BG), чтобы увидеть это.

BG: Хорошо, нам также было интересно узнать: вы уже написали пять книг по вселенной StarCraft, главными героями которых являлись в основном терраны и протоссы. Есть ли у вас планы касаемо зергов?

КГ: На данный момент планов нет. С зергами все сложно, потому что на самом деле кроме Керриган они по сути безмозглые части единого целого. Трудно дать им мотивацию, найти конфликт, очень трудно думать о них как о персонажах. Они ведь неразрывны. Для меня зерги…

Вот есть Сара Керриган, есть Королева Клинков, которая однозначно личность, со своими мотивациями и эмоциями, с ней действительно здорово работать. Но сами зерги в большей степени её прихвостни. Для меня как для писателя, когда дело касается конфликта и борьбы, это… Понимаете, мы не можем забраться в сознание к зергам, я не вижу вещи с их точки зрения, так что мне было бы трудно собраться для посвященной зергам истории. Что касается книги, где зерги были бы главными антагонистами, либо если бы они по какой-то причине могли стать личностями — здесь совсем другое дело. Я вижу зергов как инструмент, и для меня писать о них книгу равносильно, что писать книгу об инструменте.

BG: А вообще, есть планы касаемо будущих книг по вселенной StarCraft?

КГ: Планов пока нет, но у меня есть третья книга в контракте и, конечно, есть планы на будущие контракты. Мне действительно нравится писать о StarCraft, это весело и здорово отвлекает от рутинной работы. Так что, конечно, я надеюсь, что будут ещё книги.

BG: Что ж, мы тоже на это надеемся. Большое спасибо, что уделили нам время, было приятно пообщаться.

КГ: Вам спасибо.

BG: До свидания.

КГ: Пока-пока.

*** 2504 год ***

«У нас всегда есть выбор».

Такими были последние слова, которые Тайкус Финдли — бывший морпех, разбойник, а теперь и предатель, услышал от Джеймса Рейнора, своего старого друга.

Тайкус первым сделал свой выбор — он разрушил все, попытавшись убить Сару Керриган. Бывшая Королева Клинков находилась в красно-черной пещере на планете Чар — дрожащая и беззащитная.

Но Джим также сделал свой выбор, не позволив убить ее.

«Это сделка с Дьяволом, Джимми».

Что касается сделки, то ее результат оказался очевиден. Сара была абсолютно беспомощная, но живая. Тайкус Финдли коченел внутри своего металлического бронекостюма, который в свое время служил ему тюрьмой, а теперь превратился в гроб.

Джим опустил пистолет. Из дула еще шел дымок, который смешивался с паром, клубящимся у ног Рейнора. Безусловно, выстрел предназначался для Арктура Менгска. Джим ненавидел его больше всех. Но пуля нашла другую мишень и оборвала жизнь бывшего лучшего друга.

«Что я наделал?»

Джим попытался отрешиться от бури эмоций. Время истекало. Он не мог позволить себе ничего — даже порадоваться целительной силе артефакта, спасшего Керриган. Нельзя было и отругать себя за то, что он не разгадал скрытые мотивы Тайкуса. Поэтому Джим просто запретил себе горевать о гибели этого здоровяка, чьих громогласных угроз и едких шуток он больше никогда не услышит.

Надо побыстрее выбираться из мрачной адской пещеры и, конечно, с этой планеты.

Вместе с Сарой Керриган.

Солдаты приблизились к своему командиру, убиравшему оружие в кобуру Они явно намеревались поднять тело Финдли.

— Стоп! — рявкнул Джим.

— Сэр? — удивленно переспросил Сэм Фрэйзер. — Мы никого не оставляем на поле боя.

— Он будет исключением. Я не собираюсь рисковать вами ради трупа предателя, — отрезал Джим. Серьезный довод, но далеко не единственный.

Теперь мертвый Тайкус будет здесь вечно. Так захотел Джим. Финдли кое о чем договорился с Арктуром Менгском. Свобода для своей персоны в обмен на жизнь Сары Керриган. Но судьба распорядилась иначе, и Тайкусу предстояло сгнить внутри бронекостюма. Справедливо, хотя и жестоко. Джим подозревал, что воспоминания об этих событиях доведут его до безумия. К счастью, сейчас нет ни секунды, чтобы погрузиться в размышления.

Они прилетели на Чар, главную планету зергов, чтобы осуществить почти невыполнимую задачу — вернуть Королеве Клинков ее прежний человеческий облик. Предприятие было не из легких. В конце концов, они нашли Сару в глубине этой вулканической планеты, сплошь покрытой лавой и засыпанной пеплом. Теперь Керриган полностью лишилась своих способностей, полученных у зергов. Да и внешность ее перестала быть пугающей. Сгинули костистые крылья и чешуйчатая кожа, которая покрывала ее тренированное тело. Только вот волосы… Они могли испугать кого угодно.

В принципе, почти все сработало. Вполне достаточно для Рейнора. По крайней мере, пока.

— Нам нужен десантный корабль, Мэтт, — произнес Джим в микрофон.

Мэтт Хорнер, капитан крейсера «Гиперион», был ошеломлен.

— У вас… получилось? Инопланетная штука, которую нас отправил искать принц Валериан… она пригодилась?

Рейнор встал на колени и очень аккуратно, насколько позволял огромный бронекостюм, подсунул руки под Сару и поднял ее. Она тихо застонала. Звук ее голоса разорвал ему сердце.

— Вроде бы, — ответил он. Пусть Мэтт пребывает в неведении. Нечего ему беспокоиться по поводу небольших несостыковок.

Длинные рыжие пряди, которые Рейнор так любил перебирать и гладить, исчезли. Голову молодой женщины покрывала омерзительная смесь щупалец, конечностей насекомых и игл дикобраза. Правда, они вились во все стороны, будто кудри. Вероятно, это был рудимент, оставшийся после того, как артефакт свершил свое темное колдовство.

А может, и нет.

— Невероятно, сэр, — продолжал Мэтт.

— Повторяю, нам нужен десантный корабль, иначе все будет без толку. Керриган погибнет, и мы умрем вместе с ней, — заявил Рейнор и поднялся. Обнаженное тело Сары беспомощно повисло у него в руках. Он прижал ее к груди. Ему казалось, что она только что появилась на свет.

Если бы он мог ее обнять. Бронекостюм… что за дурацкая помеха, — подумал он. Он хотел почувствовать прикосновение Сары, прижаться к ней, как несколько лет тому назад. Все это было словно в прошлой жизни.

Сара… я не позволю никому причинить тебе вред.

— Конечно, сэр, — ответил Хорнер, оправившись от шока. — Без Керриган зерги совсем спятили. Королева Клинков уже не управляет ими. Некоторые сбежали, но многие настроены на самоубийственные атаки. А мы постараемся вас вызволить.

— Молодчина, — ответил Рейнор. И зашагал к выходу. — Внимание всем. У нас возникла небольшая проблема. Десантный корабль должен подобрать две группы, а не одну. Я был вынужден разделить команду. Первая группа добралась со мной до пещеры. Артефакт зел-нага помог Саре Керриган. Лайл и Хейнс остались охранять объект. Как только выясните, где сможете посадить десантный корабль, я информирую ребят, и они присоединятся к нам.

Оставлять артефакт на Чаре нельзя ни в коем случае. Джим представил его… Изящный, черный, чуть больше человеческого роста и вдобавок испещренный синими линиями. Они служили светящимися ориентирами, которые соединяли в единое целое пять его частей. Артефакт являлся поразительным устройством. Пока Рейнор мог только догадываться, на что способен древний загадочный объект. Но Джим не сомневался — он никогда не забудет, что артефакт исцелил Сару. Уже одно это заслуживает благодарности.

— Начинаю анализировать рельеф местности, чтобы выбрать самое безопасное место посадки, сэр, — сообщил Мэтт.

— Давай, — ответил Джим, заканчивая разговор и переключаясь на другой канал. Они покинули пещеру…

…я убил лучшего друга и оставил его гнить там…

Все вокруг имело красноватый оттенок. Мглистое свечение заменяло на Чаре лучи Солнца. Уродливый и непредсказуемый мир. Скалистая поверхность, покрытая черно-серым пеплом или залитая раскаленной лавой. Вряд ли в атмосфере можно выжить без бронекостюма. Настоящий ад, но подходящее жилище для зергов.

— Эй, ребята, — произнес Джим. — Все в порядке. Вы сохранили в целости зел-наговскую штуковину?

— Да, сэр, — послышался голос Лайла. — Сначала мы отбивались от кучи тварей, но теперь они стараются держаться от артефакта подальше. Странно, но монстры принялись кидаться друг на друга.

— Уверен, вы не огорчились.

— Ни капельки, сэр!

— Сообщу о точке сбора сразу же, когда буду иметь данные, — заявил Джим и поднял голову. Битва шла и над планетой. В красноватом небе сверкали яркие вспышки взрывов. Присмотревшись, Рейнор смог разглядеть крохотные силуэты муталисков, пикирующих вниз.

— Мы…

Тело Керриган внезапно свела судорога. Женщина начала кашлять. Джим выругался. Как же он не подумал о последствиях! Он в точности не знал, что произошло с Сарой после очередного перерождения. Возможно, она находилась на границе между жизнью и смертью.

— Врача! — крикнул он, осторожно опуская Керриган на землю. К ним подбежала Лили Престон. Достала из контейнера дыхательный аппарат. Встала на колени и прикрепила его к носу и рту Сары. Та продолжала судорожно дышать. Лили быстро вытащила тонкое одеяло из теплотекстиля. Невесомый и прочный материал автоматически поддерживал температуру тела в 37 градусов. Они аккуратно завернули Керриган в одеяло. Она вновь застонала, когда они принялись пеленать ее, как куклу, но кашель и судороги прекратились.

Престон внимательно поглядела на Джима.

— Я не понимаю, кем она является, — недоуменно произнесла она. — Я обращаюсь с ней как с человеком, но…

— Она и есть человек! — отчеканил командир, отчасти чтобы убедить в этом и себя самого. При одной мысли о том, что в Керриган остались мутагены зергов, его охватывал леденящий ужас. — Здесь просто мало кислорода. Состояние Сары…

Почва у них под ногами внезапно взбрыкнула, как дикий зверь. Раздался чудовищный грохот, который, казалось, длился целую вечность. Несколько рейдеров упали. Джим прижал Сару к себе, стараясь, чтобы ее не ранило. Краем глаза увидел ослепительную вспышку и моментально сообразил, в чем дело.

Возле них рухнул взорванный крейсер. Еще в стратосфере он превратился в огромный пылающий обломок. А сейчас догорал внутри кратера, образовавшегося при падении. Орды кошмарных тварей устремились к месту событий. Зерглинги, самые маленькие из зергов. Гидралиски, напоминающие разбившийся поезд на магнитной подушке. Их суставчатые конечности имели острые серповидные шипы на концах, а рты с бесчисленными зубами увенчивали змеиные туловища. Иглы, выстреливающие из спины гидралиска, могли с легкостью пробить неосталь. Муталиски, способные летать не только в атмосфере, но и в космическом вакууме. В монстрах текла кислотная кровь, а еще они выращивали и вскармливали личинок-копьезмеек. Своих детенышей они лихо выбрасывали прямо на врага. К счастью, зерглинги были маловаты. Еще они не умели нападать на противника, поэтому компенсировали свои недостатки количеством. В боевом состоянии они представляли собой жуткое зрелище — сплошные зубы, когти и панцири. Теперь обезумевшие твари бросились на остатки крейсера, как обычные насекомые — на свет и тепло. Истошно завопили, когда их самих начал пожирать огонь.

— Приготовиться! — крикнул Джим, увидев, что на поверхность Чара летят остальные обломки, размером от шлема бронекостюма до двухэтажного дома. Атака бывшего крейсера была подобна удару латной перчатки в незащищенное лицо.

Несмотря на предупреждение командира и дополнительную устойчивость, обеспечиваемую бронекостюмами, несколько рейдеров упали. Джим крепко держал Сару, покачиваясь из стороны в сторону и еле-еле сохраняя равновесие.

Многие из зерглингов уже затихли навсегда, но остальные продолжали орать и метаться. В любой момент неуправляемые монстры могли выбрать себе новую жертву. Например, Джима и его рейдеров. И даже не потому, что те отняли их бывшую владычицу. Причина была проста — люди движутся. Значит, являются добычей.

Рейнор внезапно осознал, что преследовало и изводило его последние четыре года. Ужасное воображаемое зрелище о последних мгновениях жизни Сары.

Вспомнил, как она звала на помощь. Жалкий ответ Арктура. «Приказ отменяется. Мы уходим». Арктур Менгск… Он всегда использовал других, а потом избавлялся от соратников, когда те становились бесполезны или опасны. «Что?! Мы не можем оставить их!» — закричал тогда Джим. Странно, но даже до сих пор он иногда не верил в злой умысел Арктура. Возможно, он просто не до конца понял Менгска…

Но бессердечный ублюдок поступил самым подлым образом. В сознании Джима опять предстала роковая сцена. Он, как наяву, услышал слегка дрожащий голос Керриган. Обычное спокойствие покинуло женщину.

«Ребята?.. как насчет эвакуации?»

«Арктур, будь ты проклят, не делай этого!»

Теперь ты действительно проклят…

«Командир?»

Молчание.

«…Джим? Отвечай, что у вас случилось?»

И наступил конец. Джим представлял себе, как Сара тревожно оглядывается по сторонам. Зерги накатываются волна за волной, визжа от буйной радости. А затем на свет появляется Королева Клинков. Частично человек-псионик, но в большей степени — чудовищный зерг.

Он постоянно мучился мыслями о том, что ей пришлось пережить. На что она решилась? Расстреляла боеприпасы и бросилась на противника? Или молча стояла, позволив взять себя в плен? А вдруг попыталась покончить с собой?

Я думал, что тебя убили. И множество раз сам желал этого.

Но я рад даже теперь — после гибели стольких людей, которые умерли по твоей вине. Ты осталась жива.

Вдали раздались выстрелы и стрекотание зергов. Джим потянулся за пистолетом. Пригнулся, защищая Сару, и выпрямился. Они не получат ее обратно. Только через его труп. В буквальном смысле этого слова. Последнюю драгоценную секунду жизни он потратит на то, чтобы уничтожить тварей. Сара Керриган никогда не будет Королевой Клинков.

Сегодняшний день не подходит для смерти. Он может начать все заново — именно в эту секунду. Спустя четыре года после сокрушительного удара судьбы.

Фрэйзер быстро взглянул на командира, принявшего оборонительную стойку.

— Мне жаль тех зергов, которые попытаются напасть на тебя.

— Мне тоже.

Джим осмотрелся. С облегчением вздохнул. Муталиски отвлеклись, нападая на корабли Доминиона. Ситуация не безнадежна. Главную проблему представляло огромное серое облако пепла. Оно знаменовало собой приближение врагов. Джим уже различал сквозь клубы пыли челюсти, змеевидные туловища и конечности с серповидными когтями, торчащими в разные стороны. Четыре гидралиска. За ними спешила еще парочка. Они напоминали стаю диких псов. Только гораздо более опасных, безобразных и смертоносных, чем любая собака.

Джим прицелился.

— Огонь по моей цели!

У него хорошие солдаты. Он почувствовал, как пот застилает глаза, и заморгал, стараясь не обращать внимания на жжение. Он потерпит. Он уже знал, когда выстрел будет максимально эффективен и противник не успеет повалить их и подмять под себя. Джим понял — он настолько привык убивать зергов, что рассчитал время автоматически.

Они бежали, издавая вопли. Жаждали крови и смерти. Зерги обезумели после потери Королевы.

Рейнор замер.

— Огонь! — заорал он спустя секунду. Радостные вопли сменились громкими стонами. Зерги стали разлетаться в кровавые клочья. Рваная плоть чудовищ заполнила все вокруг. Обломок чешуи упал Джиму на шлем и соскользнул вниз. Но он не снизил темп стрельбы. Он ловко выпускал пулю за пулей, водя пистолетом из стороны в сторону. Раньше ему никогда не доводилось видеть, чтобы зерги действовали настолько разрозненно. Прежде ими управлял разум Керриган. А здесь властвовали лишь хаос и безумие, сверкающие в их крохотных ярких глазенках. Твари двигались абсолютно беспорядочно.

Наконец он отстрелил голову последнему монстру. Зерг рухнул в шести шагах от Джима, истекая кровью и лимфой. Тело дернулось один раз и затихло навсегда.

Джим опустился на колени рядом с Сарой. Она свернулась калачиком внутри одеяла, схватившись пальцами за его края. Джима утешил этот жест. А поза ее была такой… человеческой.

— Мэтт, где десантный корабль? — рявкнул Рейнор в микрофон.

— Только что вылетел, сэр, — тревожно отрапортовал Хорнер. Судя по догорающим останкам крейсера, Джим мог представить себе, с чем пришлось иметь дело «Гипериону». Но времени на сочувствие не было. Следовало доставить Керриган на борт и убираться подальше из ада.

— Передай им — я дам вдвое больше, если доберутся за пять минут.

— Сэр, вы уже несколько недель им не платили.

— А если они прилетят и обнаружат мой труп, то ничего не изменится, верно?

Мэтт слегка усмехнулся, что подбодрило Джима.

— Точно, сэр. Я им сообщу, но у меня нет никакой гарантии. Координаты точки сбора: восемь, четыре, семь, точка, восемь.

— Понял. Мы недалеко от этого плато.

— Сэр, приборы показывают, что оно кишит зергами, — сообщил Фрэйзер.

— Конечно, — согласился Джим. — Как и вся паршивая планета. Будем отбиваться, пока катер не заберет нас.

Он взял Керриган на руки. Внезапно ее глаза распахнулись. Они снова стали зелеными и были лишены ужасающего свечения. Она слегка улыбнулась Джиму бледными пересохшими губами. Затем медленно подняла руку, коснулась его груди, но тут же бессильно уронила ее. Через секунду Сара устало откинула голову и провалилась в беспамятство. Даже небольшое усилие потребовало от нее огромной концентрации.

Джим будет отбиваться от зергов. Хоть целую вечность.

Он сообщил Лайлу и Хейнсу координаты посадки десантного корабля. Теперь оставалось лишь надеяться, что двое солдат смогут держать оборону от зергов. Плато, на котором должен был сесть десантный корабль, располагалось в паре километров. Но Джиму казалось, что пункт назначения находился на другом конце света. Они начали бежать к точке сбора в ровном темпе. Механизмы бронекостюмов несли их вперед с легкостью и изяществом, но внезапно Джим услышал вдали ровный низкий звук. Некстати вспомнилось жаркое лето на Шайло, где он вырос. Каждый раз на закате воздух наполнялся стрекотом, исходящим от многочисленных насекомых.

И он полностью сосредоточился. Он уже увидел первых тварей, направляющихся к ним навстречу. Монстры, лишенные контролирующего их разума, вели себя как дикие звери. Чуяли добычу и охотились. Джим мрачно усмехнулся про себя, подумав, что наверняка Лайл и Хейнс в большей безопасности, чем остальная команда. Зерги заинтересуются четверкой людей на открытой местности, а не двумя солдатами с артефактом. Простая математика. Зерги хотели получить побольше пищи.

— Занять оборону!

Раздался лязг бронекостюмов. Солдаты остановились, вскинули винтовки и приготовились выполнять дальнейшие команды. Джим разглядел три отдельные стаи зергов. Обычные своры, никакого порядка или строя. Ни единой попытки обойти врага с фланга, ни капли тактики. Просто безудержный голод.

Ждем…

— Огонь!

Рейдеры принялись безжалостно уничтожать тварей. Некоторые замирали как вкопанные. Затем кидались на павших собратьев и мгновенно пожирали их. Джим держал в руках Сару, а остальные продолжали стрелять, методично убивая монстров. Наконец на импровизированном поле боя не осталось ни одного свирепого зерга. Только корм и увлеченные едоки. Джим дал знак солдатам обойти это мрачное пиршество. Рейдеры пробежали мимо зерглингов, пожиравших гидралисков. Когда опасность осталась позади, Джим задумался. Найдут ли твари тело человека, которого он когда-то считал другом? Смогут ли взломать металл бронекостюма и добраться до лакомого содержимого…

Возникший в сознании образ был отвратительным. Джим заставил себя успокоиться. Тайкус мертв. Он не должен был погибнуть. Мог бы остаться в живых. Если бы отказался от «сделки с Дьяволом». Если бы не попытался убить женщину, которую любил Джим. Но Тайкус сделал выбор. Он должен был сообразить, что Джим незамедлительно примет свое решение.

Тайкус… Я бы сделал ради тебя все, что угодно. И был уверен — ты поступишь таким же образом. Я не сомневался, что ты мог всем ради меня пожертвовать.

Джим отвлекся на размышления, а на него уже несся новый зерглинг, с челюстей которого стекала слюна. Атака в одиночку, без стаи, была самоубийственной, но монстр ничего не понимал. Он лишь испытывал голод. Джим крепко прижал Керриган к груди и повернулся спиной к твари, прикрывая Сару. Фрэйзер опустил оружие и всадил иглу из винтовки Гаусса [Снайперская винтовка, в которой используется принцип магнитной индукции для ускорения снаряда — прим. переводчика]прямо между сверкающих глаз твари. Та неуверенно прошла еще пару шагов и резко рухнула. Фрэйзер взял на прицел следующего зерга, но в этом не было необходимости. Зерглинг резко остановился и принялся вырывать куски из мертвого товарища по стае.

— Сзади! — крикнул Джим.

Фрэйзер развернулся и расправился еще с двоими. Остальные зерглинги возбужденно затрещали, радуясь неожиданному угощению, которое обеспечили им Джим и рейдеры. Но командир даже не сморщил нос от отвращения. Он снова принялся бежать к плато.

Было бы лицемерием ставить в вину зергам каннибализм и убийство сородичей. У них, по крайней мере, есть оправдание. Раньше их полностью контролировал Сверхразум, затем — Королева Клинков. Сейчас они превратились в примитивных животных. А вот какое извинение может быть у людей, когда они делают то же самое?

Менгск решился погубить Керриган, не моргнув глазом. Он оставил ее на произвол судьбы и ожидал, что участь Сары будет незавидной. Тайкус хотя бы на мгновение сожалел о содеянном. «Как стыдно», — пробормотал он перед тем, как нажать на курок.

Он решился убить беззащитную, измученную женщину на глазах мужчины, любящего ее.

Будь ты проклят.

Тем временем атака повторялась с угрюмым однообразием. Зерги в количестве от одного до десяти выскакивали на рейдеров. Джим выкрикивал команды. Солдаты стреляли, монстры падали, некоторые быстро, другие — не слишком. Когда число мертвых тварей удвоилось, наступил переломный момент. Он оказался совершенно непонятен для людей. Зерги переставали интересоваться рейдерами и начинали пожирать своих павших собратьев.

Интересно, удивился Рейнор, возмущены ли солдаты тем, что их командир просто стоит рядом и наблюдает за происходящим. К тому же он держит на руках Сару Керриган, бывшую Королеву Клинков, виновную в гибели столь многих. А им приходится ее защищать. Джим с горечью осознал одно. Неважно, насколько хорошо ты знаешь кого-то. Ты никогда не поймешь другого человека до конца. На такое способны лишь протоссы. Они объединяют свои разумы и сущности в психическом пространстве, которое называют Кхала. И даже среди них есть те, кто не раскрывает себя полностью. Темные Тамплиеры.

«Я лечу вслепую», — решил Джим, продолжая мчаться как можно быстрее и по возможности не встряхивая Сару. Все мы так живем. Каждый мужчина и каждая женщина. Вокруг нас — только чужие умы и сердца. Надеюсь, что в самих себе мы еще как-то разбираемся.

— Сэр! — крикнул Фрэйзер.

Расстроившись, Джим понял, что настолько погрузился в раздумья, что даже не заметил крошечной точки в небе. С каждым мигом она становилась все больше. Но вскоре он различил знакомые, столь желанные очертания десантного корабля «Фанфара». Это было самым прекрасным зрелищем в его жизни… Конечно, за исключением взгляда Сары, которым она удостоила его, когда он завоевал ее.

Усталые солдаты радостно закричали, но к их ликованию примешались странные звуки. Жужжание и гудение. Джим выругался. «Фанфара», как и остальные десантные корабли, не имела никакого вооружения. Катер не мог приземлиться, пока команда не расчистит ей место.

— Огонь по готовности! — приказал Джим. — Чтобы ни один мерзкий зерг не стоял у нас на пути!

Рейдеры без колебаний принялись выполнять приказ, стреляя по монстрам еще упорнее, чем прежде. Те разлетались на куски. Теперь рейдеры не оставляли в живых никого, даже тех, которые прекращали атаку, чтобы перекусить. Джим и его солдаты двигались к точке сбора, скользя по плато, покрытому кровью и лимфой. В конце концов «Фанфара» опустилась на скалистую, более-менее ровную поверхность.

Выдвинулась аппарель [Установка, которая предназначена для загрузки или разгрузки судна. - прим. переводчика].Пилот, Уилл Меррик, яростно замахал руками:

— Быстрее! Сюда несется еще целая уйма!

— Вторую группу видели?

— Нет, — ответил Меррик и взглянул на обернутую одеялом Сару. — Это она?

— Да, — произнес Джим.

— Она в состоянии шока, — пояснила Престон. Она приняла от Джима его драгоценную ношу. Лили взяла Керриган на руки с легкостью, благодаря особым свойствам бронекостюма врача. Джим не хотел отдавать Сару, но врачи могли сделать для нее больше, чем он. Сердце его дрогнуло, когда Лили понесла ее внутрь катера. Керриган опустили в кресло, поставили капельницу и присоединили к тысяче разных трубочек и приборов. По крайней мере, так показалось Джиму.

— Поаккуратнее, — с трудом выдавил он.

Неслабая просьба, сказал он сам себе. Проявить осторожность по отношению к женщине, виновной в гибели миллиардов. Но Престон молча кивнула и занялась своим делом. Сара еще пребывала в беспамятстве.

Держись. Ты — сильная. Ты сможешь. Пусть будет не слишком поздно. Ведь мы через столько прошли…

— Сэр, пора! — выкрикнул пилот. — Мы обнаружили еще одну толпу зергов!

— Каких?

— Нам пришлось облететь целую кучу муталисков, чтобы попасть на плато, командир, — сообщил Меррик. — Уже в атмосфере они погнались за кем-то еще, но приборы показывают кучу зерглингов и гидралисков, которые не прочь полакомиться людьми.

Джим взглянул на Сару. Ему очень хотелось, чтобы ее увезли отсюда поскорее. Прочь от опасностей! Лазарет «Гипериона» примет новую пациентку. Но он не может бросить здесь тех, кто рискнул всем, чтобы спасти Керриган.

— Мы никого не оставим на съедение зергам и не позволим уничтожить артефакт! — отрезал он. — Старайтесь поддерживать ее в стабильном состоянии. Если я дам приказ взлетать, чтобы эвакуировать Сару, но оставить меня здесь, ты его выполнишь! Понял?

— Так точно, сэр.

Джим снова посмотрел на Сару. В искусственном свете ее кожа приобрела неестественный оттенок. Он выпрыгнул из десантного корабля. Двери закрылись за его спиной.

Рейдеры последовали за командиром. Один вручил ему винтовку Гаусса. Каждый момент, пока он держал на руках любимую, был для него драгоценен. Но теперь Рейнор ощутил удовлетворение другого сорта. Он вступал в бой.

Джим услышал шум приближающихся зергов. Плато завибрировало под ногами. Слегка ухмыльнувшись, Рейнор поднял винтовку, навел ствол на клубящееся облако серой пыли и начал стрелять.

Валериан Менгск — Престолонаследник Доминиона терран — расположился на роскошном мостике «Буцефала». Он вынул пробку из стеклянного графина с коллекционным золотистым портвейном, наполнил напитком небольшой бокал и поглядел в огромный панорамный иллюминатор, занимающий целую стену.

Уродливая планета Чар, красная и тусклая, сейчас немного приукрасилась. Шла битва. Исход был очень важен для Валериана. Здесь, в этом негостеприимном вулканическом мире, должно произойти возвращение Сары Керригаи в человеческий облик. Имелся и другой вариант. Королева Клинков уничтожит тех, кто намеревался исцелить ее.

Среди звезд тоже шла битва. Зергами никто не управлял. И это было двояко. С одной стороны, такой расклад был явно неплохим. Ведь атаки монстров лишены стратегии. Но непредсказуемость зергов оказалась поистине чудовищна. В битву вступили его корабли, и уже одиннадцать из двадцати пяти приведенных крейсеров уничтожены. Даже прекрасный «Буцефал» не избежал атак.

Ситуация слишком шаткая. Рейнору надо выяснить, где находится Керриган. Затем команде необходимо транспортировать артефакт на Чар, чтобы он сработал. А вдруг ничего не получится и артефакт окажется фикцией? Валериан никогда не забывал слова старой поэмы: «Лучшие планы мышей и людей часто идут вкривь и вкось» [Цитата из стихотворения поэта Р. Бернса «К полевой мыши, разоренной моим плугом» — прим. переводчика]. К счастью, удача пока сопутствовала ему. Если считать подтверждением тот факт, что зерги стали неуправляемы и безумны.

Но Валериану оставалось лишь строить догадки. Возможно, Рейнор вытащит Керриган из переделки… и согласится отдать ее Престолонаследнику…

Вот тогда он отпразднует победу. В предвкушении долгожданного момента Валериан собрал группу врачей и ученых. Принимая во внимание, что это был лишь временный состав, он был превосходным. Они пребывали почти в таком же возбуждении, как и он сам. Им просто не терпелось осмотреть Королеву Клинков. Скорей бы ее доставили на корабль! Рейнор дураком не был. Бывший разбойник должен понимать, что команда Валериана более профессиональна, чем медики, собравшиеся на борту «Гипериона». Валериан намеревался разыграть эту карту в конце, чтобы тревога за любимую женщину взяла верх. Рейнор сам захочет, чтобы Сару лечили наилучшим образом.

Задумчиво посмотрев на янтарную жидкость, он пригубил напиток. Вино приятно согревало. По краю бокала сбегала капля алкоголя — он поймал ее языком.

Скоро у него будет власть. Валериан докажет отцу, что он — настоящий мужчина. Более сильный и милосердный. Но сейчас его интересовала информация, которая хранилась в сознании Керриган. Он надеялся, что она не утеряла ценные данные. Хотя имеется вероятность, что Сара напрочь забыла о своем чудовищном прошлом на Чаре. А ведь она была прекрасной и ужасной Королевой Клинков, владычицей зергов. Вдруг обратная трансформация вообще разрушила ее разум?

Тогда придется сожалеть о случившемся. И этот результат огорчит его сильнее, чем потеря власти или богатства. Валериан ценил знания, особенно древние. Они приводили его в восторг. А Керриган, безусловно, прикоснулась к ним.

Звуки возвышенной музыки, исходящие от антикварного проигрывателя с виниловым диском, нарастали крещендо. Затем они плавно стихли. Послышался тихий царапающий звук. Валериан протянул руку с ухоженными ногтями, поднял звукосниматель и переставил иглу в начало пластинки. Заиграли старинные инструменты, запел женский голос, обладательница которого умерла много столетий назад.

Безусловно, знанием можно воспользоваться для личной выгоды. Но мудрость прекрасна и драгоценна сама по себе. Она подобна искусству, например той же опере, которой сейчас наслаждался Валериан.

Менгск сделал глоток портвейна и задумался о силе того, что люди называют «любовью». Он любил свою мать, но на этом все и заканчивалось. Он понимал, что значит испытывать к другим уважение или влечение, но ни разу не ощущал себя влюбленным. Но надеялся, что когда-нибудь испытает это в будущем. Ведь он — человек, стремящийся добраться до сути вещей. Он неоднократно убеждался в силе этого чувства. Взять хотя бы некую Р. М. Даль. Она превратилась в исключительно эгоистичную и умелую убийцу Она была согласна лишить жизни любого и даже умереть самой — не только ради своего избранника, но и ради идеалов, перед которыми он преклонялся.

И профессор Джекоб Джефферсон Рэмси ответил ей взаимностью. Более того, он погрузился в изучение загадочных инопланетных существ, а в конце концов начал ими искренне восхищаться. Валериан не боялся признаться в том, что его тронуло знакомство с этой парой. Он был рад помочь им, и не только из-за того, что они оказались ему потрясающе полезны.

А теперь другой мужчина, любящий женщину всем сердцем, совершил великий подвиг. Валериан — баловень судьбы и принц — прекрасно осознавал, что Джим Рейнор спас Сару Керриган. Рейнор любил ее, несмотря на зверства, которые она творила в обличье Королевы Клинков. Он был готов рисковать жизнью, ринуться в логово монстров — только бы обрести ее вновь.

Весьма знаменательно. Валериан снова взглянул на остатки янтарной жидкости и слегка улыбнулся.

— Что ж, выпьем за любовь, — провозгласил он радостно и осушил бокал.

Лайл сообщил Джиму, что они движутся к точке сбора. Разумеется, артефакт они взяли с собой. Казалось, их предыдущий разговор состоялся несколько столетий назад.

Разумеется, в реальности все случилось совсем недавно. За краткий промежуток времени Джим и его группа окружили себя горой из тел зергов. Она, правда, несколько уменьшилась, когда в атаку бросились два гидралиска. Рейдеры превратили одного в кучу пурпурных ошметков. Второй насадил на серповидные когти тело одного из зерглингов и отступил.

Солдаты не стали тратить боеприпасы. Они завопили от радости, глядя, как огромное создание отползает вместе с добычей.

— Проблема с зергами решена, — заявил Фрэйзер. — Отруби голову, а тело с конечностями скорми остальным.

Джим бросил на него быстрый взгляд. В замечании Фрэйзера не было злобы. И он был прав. Королевы Клинков больше не существует. Но Сара Керрриган у него на руках. И она пока дышит.

В наушнике щелкнуло.

— Мы в километре, — доложил Лайл. — Извините, босс, зел-наговская штука нас слегка задерживает. И приходится отстреливать по дороге бешеных псов.

Джим не удержался от улыбки. Лайл просто молодчина. Ведь рейдерам приходилось каждую секунду бороться за жизнь.

— Вас понял, — спокойно ответил он и обратился к присутствующим..

— Фрэйзер, Рольфсен. Идите вперед, навстречу ребятам. Расчищайте им дорогу. У нас хватит закуски, чтобы следующая волна тварей отвлеклась. А у них нет такого преимущества.

— Есть, сэр, — кивнул Фрэйзер. Он и Рольфсен сразу начали выполнять приказ командира…

— Сэр, — зазвучал в наушниках голос пилота. — Между нами и основными силами флота — группа муталисков.

Пилот говорил бесстрастно. Джим понял, что ситуация очень серьезная.

— Керриган без сознания, — сообщил он. — Она не может управлять зергами.

— Разумеется, сэр, но твари собираются в стаю. Вероятно, следят за нами, хотя я не уверен.

— Просто они решили, что им хорошо вместе, — агрессивно парировал Джим. — Ты ведь не знаешь, как ведут себя зерги без Королевы. Наверняка это обычное совпадение.

Он разозлился, но не мог с собой ничего поделать. Ведь Сара уже не управляла зергами.

— Так точно, сэр.

Клубы пепла возвестили о том, что враг приближается. Пока было неясно, насколько он далеко. Но Джим мгновенно встал в боевую стойку. Внезапно в затылке началось покалывание. Инстинкт воина был настолько силен, что иногда чутье оказывалось вернее разума.

Но он не стал стрелять. И сделал совершенно верно. Спустя три секунды он понял, что пыль с поверхности планеты подняли не безумные чудовища. К плато приближались Лайл. Хейнс, Фрэйзер и Рольфсен. Они двигались настолько быстро, насколько могли. Рейдеры несли защитный футляр, в котором хранился сверкающий черный обелиск.

Аппарель десантного корабля опустилась. Четверо солдат, ухмыляясь, внесли внутрь бесценный артефакт. Проводив их взглядом, Джим увидел Сару. Она по-прежнему была без сознания. Опутанная трубочками, она еще меньше напоминала человека, чем в тот момент, когда Джим обнаружил ее в пещере.

Затем он начал наблюдать за плато и выругался. Очередное облако пыли. На этот раз сквозь него явно проступали уродливые силуэты.

— Твари прибыли, — усмехнулся он. — Похоже, пошли по следу десантного корабля.

Он поднял винтовку и прицелился.

— Сэр, нам пора! — заорал Рольфсен.

Джим даже не стал отвечать. Пусть каждый займется своим делом. Им надо взлетать, но сделать это гораздо проще без ватаги зергов, вцепившихся когтями в корабль. Джим начал методично расстреливать тварей одну за другой, без радости или сожаления. Спустя пару минут он запрыгнул внутрь и упал в кресло рядом с Керриган. Еще до того, как двери закрылись и пассажиры пристегнулись, десантный корабль взмыл вверх.

Джим и остальные открыли щитки бронекостюмов. Никогда еще многократно рециркулированный воздух не казался им настолько сладким. Джим с наслаждением вдохнул его. С удивлением понял, что думает не об обратной дороге и даже не о Саре. А о Тайкусе.

Я должен оставаться в этом костюме, пока не отдам все долги.

Тайкус Финдли сам заключил себя в тюрьму. Жил и умер в ней. Прямо как улитка в своем жилище. Если бы только все могло случиться иначе…

Джим постарался переключиться на что-нибудь другое и поглядел на Керриган. Ее тело было крепко привязано к креслу. Глаза закрыты. Голова безвольно моталась из стороны в сторону, жутковатые «волосы» тряслись в такт движениям корабля. Престон тщательно подоткнула одеяло, чтобы прикрыть наготу Керриган. Хотя Сара в подобных вопросах отнюдь не была неженкой и недотрогой.

— Как она? — спросил Джим.

Лили оторвала взгляд от экрана прибора.

— Сложно сказать. Я держу ее в стабильном состоянии. Судя но показаниям, она стала человеком. Но нашей помощи ей недостаточно.

— Что еще?

Престон задумалась:

— Полагаю, Саре нужен более серьезный уход, чем тот, который мы можем обеспечить даже на «Гиперионе».

— «Гиперион» был флагманом Менгска. — возразил Джим. — Там отличное оборудование. Что именно ты имеешь в виду?

— Между прочим, мы толком не располагаем никакими сведениями. У нас отличное оборудование, но, черт подери, я вовсе не первоклассный врач и не эксперт по зергам.

— Она — не зерг!

Лили пожала плечами.

— Кто знает, — тихо ответила она.

И снова склонила темноволосую голову к экрану.

Джим мгновение сидел неподвижно, а затем нажал кнопку, расстегивая одну из защитных перчаток. Он осторожно и аккуратно взял Керриган за руку.

Он прикоснулся к ее теплой коже. У него защипало глаза, и он сморгнул. Джим не ожидал, что это ощущение вызовет такую реакцию. Взглянул на ее пальцы, будто никогда раньше их не видел. Ногти, еще недавно бывшие когтями, оказались невероятно длинными. Он вспомнил, как Сара коснулись его руки в первый раз.

Она тогда упомянула, что не отращивает ногти. Это же удобно. Волосы она закалывала в хвост по той же самой причине. Всегда поддерживала себя в превосходной физической форме. И окружила ментальной стеной в километр толщиной.

Практично. Главный довод для воина и профессионального убийцы.

Джиму захотелось прижать ее пальцы к губам или к груди, но он просто погрузился в размышления.

Раздался резкий удар, и корабль сильно мотнуло в сторону. Джим опустил стекло шлема и подключился к информационной сети корабля. Система отображения на стекле начала загружать информацию из камер обзора.

Муталиски.

Они атаковали с особой жестокостью, а теперь, без приказов Королевы, стали совсем безмозглыми. Двое занялись кораблем, не интересуясь даже собственной жизнью. Яростно хлопая тонкими крыльями сомнительного с точки зрения аэродинамики качества, они плевались копьезмейками. Те были способны прогрызть, прорезать или проковырять все, что угодно. Одна из копьезмеек попала в десантный корабль.

«Фанфара» нырнула с такой скоростью, что живот у Джима булькнул от неожиданности. Голова Керриган резко мотнулась вперед. Остальные были в бронекостюмах, предохраняющих от различных травм. Джим понимал, что на карту поставлены их жизни. Оставалось надеяться на мастерство пилота и помощь с других кораблей. Копьезмейка могла прогрызть обшивку в любую секунду.

Катер резко рванул вверх, крутанулся и снова спикировал. Глядя на изображение на индикаторе, Джим осознал великолепие выбранной пилотом тактики. Муталиски оказались друг напротив друга. И со всей неизбежностью схлестнулись, забыв про десантный корабль. Откинули назад многоглазые головы и завопили от боли, когда их собственные отродья начали вгрызаться в родительскую чешую. Внезапно Джим пожелал услышать их вой, неслышимый в космосе.

Двое готовы. Но, возможно, рядом находятся несколько десятков. Джим вспомнил остатки крейсера, упавшие на планету, как метеоритный дождь.

— На помощь, десантный корабль «Фанфара» с «Гипериона». Нам нужно укрытие. Немедленно! Атакуют муталиски, на борту командир и Керриган. Повторяю, нужна помощь!

— «Буцефал» на связи. Дайте пеленг, «Фанфара».

— Нет, — спокойно заявил Джим, переключаясь на связь с пилотом. — Не туда. Я не позволю Менгску забрать Сару.

Катер снова качнуло.

— Сэр, у нас нет выбора! — крикнул Меррик. — Нам уже хорошенько досталось. У нас около семи минут. Потом змейка прогрызет корпус!

Джима раздирали противоречия. Валериан не воспринимает Сару как человека. Для него она — средство превзойти папочку, самоутвердиться. Рейнор никогда не простит себе, если позволит этому милому мальчику заполучить Керриган.

А если оборудование и персонал «Гипериона» не помогут Саре? Тогда он лишит ее единственного шанса окончательно выздороветь.

— Сэр, второго попадания мы не выдержим. Датчики показывают еще четырех тварей, — сообщил пилот.

— Черт, — выругался Джим. — Рейнор, «Буцефалу». Посылайте своих ребят, чтобы сшибить у нас с хвоста зергов. Мы заходим на посадку.

— Вас понял, мистер Рейнор. Перехватим их как можно скорее.

Он принял решение. Главное — не жалеть о содеянном.

Джим выключил связь, откинулся в кресло, решив просто сидеть с Сарой, пока они не войдут в шлюз «Буцефала». Потом он возьмет в руки винтовку и убедится, что встречающие не собираются их убивать. Он взглянул на нее и удивился — Керриган пришла в сознание.

— Сара, — тихо произнес он и взял ее за руку.

— Это — норма для ее состояния, — сообщила Престон. — Но не уверена, что она осознает происходящее.

Джим кивнул.

— Эй, милая, — сказал он как можно мягче, но не в силах скрыть переполняющие его чувства.

Зеленые глаза широко распахнулись. Казалось, мысли Сары продирались через заслоны и грязь. Она приподняла голову и даже вжалась в кресло, издав дикий крик.

Сердце Джиму будто сдавила гигантская рука. Конечно, ей страшно. Она сейчас уязвимее, чем в любой из моментов своей взрослой жизни. Обнаженная, слабая и беспомощная, хотя и рядом с человеком, который любит ее. Но однажды он поклялся убить ее. Помнит ли Сара его слова? А сейчас — рада она или испугана?

— Попробуй ее успокоить, Джим, — взволнованно произнесла Лили. Остальные рейдеры молчали. Джим мог только догадываться, что у них на уме. — У нее все показатели зашкаливают!

— Сара, девочка, — вымолвил Джим спокойно. — Обещаю, никто не причинит тебе вреда. Даю тебе слово. Я тебе обещаю.

Она перестала нервничать и сопротивляться. Внимательно посмотрела на Джима. Кошмарные иглы-щупальца закрывали ей лицо.

Она медленно кивнула и закрыла глаза, как ребенок, поверивший доброму слову.

Сара… С тобой все будет в порядке. Я сделаю все, что в моих силах. Ты снова стала Сарой. Если потребуется последняя капля моей крови, я отдам и ее, только чтобы ты была в безопасности.

— Она отключилась, — подытожила Престон.

— Поддерживай ее в таком состоянии, — попросил Джим. — Ей не надо видеть того, что может случиться.

Валериан приказал, чтобы переговоры между кораблями — участниками сражения тщательно отслеживались. Правило также распространялось на крейсеры и «Мираж», не принадлежащие Престолонаследнику. Он уже доедал плитку темного шоколада, наблюдая за битвой через прозрачную стену своей каюты, когда поступило сообщение с мостика.

— Сэр, вы должны услышать данную информацию… — доложил Эверетт Вон, капитан «Буцефала».

Обернувшись к изображению, Валериан кивнул. Горько-сладкий изысканный шоколад таял на языке. Но вкус лакомства не шел ни в какое сравнение с ощущением триумфа, которое его охватило.

— На помощь, десантный корабль «Фанфара» с «Гипериона». Нам нужно укрытие. Немедленно! Атакуют муталиски, на борту командир и Керриган!

— Принимай их! — воскликнул Валериан, расплываясь в довольной улыбке. Как и предсказал Джейк Рэмси, артефакт зел-нага «сработал». Менгск снова достиг своей цели. Рейнор и Керриган идут прямо к нему в руки.

— «Буцефал» на связи. Дайте пеленг, «Фанфара», — запросил Вон.

Повисла длинная пауза. Валериан немного напрягся. Он не хотел захватывать корабль Рейнора силой, но…

— Рейнор, «Буцефалу». Посылайте своих ребят, чтобы сшибить у нас с хвоста зергов. Мы заходим на посадку.

— Вас понял, — спокойно ответил Вон. — Перехватим их как можно скорее.

Валериан снова широко улыбнулся. Для империи Менгсков наступил великий день. Наконец-то власть перейдет от отца к сыну.

— Капитан Вон, я встречу их на причальном шлюзе, — заявил он и бросился к двери. Красный плащ поднялся, развеваясь, за спиной Престолонаследника.

Джим в бронекостюме и с винтовкой Гаусса в руке стоял рядом с четверкой своих рейдеров. Десантный корабль медленно пришвартовывался. Рейнор вспомнил, когда посетил «Буцефал» в последний раз. Теперь обстановка совсем другая. Тогда вместе с ним был Тайкус Джим прибыл на борт флагмана Менгсков, чтобы свершить правосудие. А теперь их встречает не Арктур Менгск, а его сын, Валериан.

Хотя, в принципе, изменилось не слишком многое.

Рейнора не волновало его будущее. Он был готов всадить стальную иглу из винтовки Гаусса в аристократический лоб Валериана, если тот скажет что-нибудь неподобающее. То, что не устроит Джима.

— Он здесь, сэр, — сообщил пилот. Командир взглянул на изображение на мониторе и прищурился.

На экране появился Валериан — уверенный, самодовольный и аристократичный. В общем, такой, как и всегда. Вряд ли он намеревался спровоцировать Джима на явную агрессию. Охранников при нем было немного, и они сохраняли полное спокойствие.

Текли секунды. Валериан смотрел на десантный корабль, скрестив руки на груди и приподняв светлые брови.

— Мистер Рейнор, — произнес он. — Я не давал вам ни малейшего повода не доверять мне. Был честен, излагая мотивы, которыми я руководствуюсь. Безопасность Сары Керриган является для меня вопросом наивысшей важности.

Точно, усмехнулся Джим про себя. Однако его не покидало четкое ощущение, что при необходимости Валериан убьет его, не задумываясь, и захватит Керриган для своих нужд.

Сара — ключ ко всему. Он услышал слабый стон и вздрогнул. Она жива. Но если Джим будет стоять в ожидании, все может быть потеряно..

— Открыть двери, — приказал он, поднимая стекло шлема.

Опустилась аппарель. В серых глазах Валериана отразилось легкое удивление. Джим и его рейдеры наставили на Менгска винтовки. Его охранники сразу приняли боевую стойку. Валериан одним изящным жестом попытался разрядить обстановку.

— Опустите оружие, господа, — улыбнулся он. — Не следует встречать мистера Рейнора так сурово.

Морпехи подчинились. Джим кивнул своим и пошел вперед. Облаченный в боевой бронекостюм, он возвышался над Валерианом. Но надо отдать юноше должное. Престолонаследник не выразил ни малейшего испуга.

— Поздравляю, мистер Рейнор. Где наша прекрасная леди?

Как раз в этот момент на причальный шлюз вывезли Сару. Рольфсен катил носилки, а Престон несла рядом стойку с капельницами. Сара была без сознания, ее голова безвольно моталась из стороны в сторону. Джим напрягся.

— А вот и она, — тихо выдохнул Валериан. Решительно приблизился к Керриган, не отрывая взгляда от ее неподвижного тела. — Просто поразительно, — добавил он. — Вновь приняла человеческий облик… кроме волос…

Валериан протянул палец, чтобы коснуться одного из странных отростков.

Рука Джима в металлической перчатке молниеносно перехватила кисть Престолонаследника — крепко, но безболезненно. Раздался лязг: охранники по обе стороны вскинули винтовки.

— Она — не добыча, — выпалил Джим.

— Разве я это говорил? — с похвальным спокойствием парировал Валериан и многозначительно посмотрел на Джима, который был на пределе. — Отпустите, мистер Рейнор.

Тот послушался.

— Ей плохо, — сообщил он. — Мои врачи сказали, что она нуждается в срочном лечении.

— И она получит должную заботу, — ответил Валериан. В его голосе зазвенела сталь. Он кивнул. Вперед вышли несколько человек в белых халатах. Они повезли носилки с величайшей осторожностью.

— Мы предоставим ей лучшее лечение, какое сможем обеспечить, а затем доставим в один из центров Фонда Мебиуса. У нас превосходная лаборатория. Если вам известно, профессор Эмиль Наруд — единственный эксперт в физиологии зергов — будет рад обследовать пациентку. Мы сможем провести все испытания…

— Сара — не лабораторная мышь! — заорал Джим.

— Пока мы не знаем, кем она является сейчас, — резко сказал Валериан. Его терпение лопнуло. — И, пока не соберем все сведения, мы будет бессильны ей помочь! Вы столь многим рискнули, чтобы вернуть ее… А теперь не желаете сделать один шаг навстречу. Полагаю, вы боитесь признаться себе в том, что она — не совсем человек!

Джима охватила ярость.

— Слушай, ты, мелкий, самодовольный…

Фразу Джима прервал сигнал боевой тревоги.

— Мостик, принцу Валериану!

Менгск прервал спор.

— Что за…

Вопрос оказался ненужным, когда он поглядел в огромные иллюминаторы.

Без всякого предупреждения возле «Буцефала» появились десятки кораблей. Рейнор оцепенел. Он понял, что здесь находится вторая половина флота Доминиона. Валериан от изумления даже приоткрыл рот.

Джим пришел в себя первым.

— Сукин ты сын, предатель! — заорал он. поворачиваясь к Менгску и замахиваясь. Он был готов ударить Престолонаследника Доминиона терран прямо в челюсть, не задумываясь о последствиях.

Но Валериан ловко метнулся назад и спрятался за спину Рейнора.

— Не стрелять! — заорал он. У него в руке откуда ни возьмись очутился небольшой пистолет. Валериан наставил его на Джима.

— Считаешь, я подстроил засаду? — прошипел Менгск. Аристократичность и любезность Престолонаследника мигом испарились. Теперь Валериан очень напоминал отца — такой же опасный и смертоносный. Грация его движений напоминала изящество хищника. Стать, достойная джунглей, а не светского салона. — Думаешь, что я хочу передать тебя и Керриган ему?

Разумеется, нет. Валериан собирался возвеличить свое имя, используя Сару и Рейнора. Соперничество с отцом было для Менгска мощным стимулом.

— Привет, сын. Здравствуй, Джим, — прозвучали хорошо знакомые интонации. Рейнору даже не нужно было оборачиваться к экрану на стене причального шлюза, чтобы увидеть ухмыляющееся лицо Арктура Менгска. Он вспомнил ужасное мгновение перед тем, как Тайкус прицелился в Сару. Тогда в его наушниках раздавался голос Менгска.

— Вам был отдан приказ, мистер Финдли. Выполняйте.

— Тайкус!.. Что ты наделал?!

— Я заключил сделку с Дьяволом, Джимми. Она умрет… меня отпустят.

Конечно, Менгск мог разговаривать с Тайкусом по самому обычному каналу связи.

Ведь этот ублюдок все время прятался поблизости.

Вероятно, он обосновался неподалеку от орбиты планеты, тщательно избегая обнаружения. Менгск позволил сыну сделать грязную работу. Кроме того, Арктур использовал Тайкуса, чтобы избавиться от Керриган. А теперь буквально материализовался из воздуха, чтобы воспользоваться плодами победы.

«Черта с два», — фыркнул Джим. В точности такие же мысли и чувства отразились на лице Валериана.

— Ты нашел то, что мне нужно, сын, — протянул Арктур.

Валериан опустил пистолет и повернулся к экрану.

— Трофеи — победителю, отец, — произнес он холодно. — Ты сам так меня учил.

— Ты пока не победитель, — заявил Арктур. — Я бы не хотел стрелять в тебя. Отдай мне Керриган или то, что от нее еще осталось. А вообще-то, будет лучше, если ты ее убьешь. Потом — арестуй преступника, и мы вместе сообщим населению, что зерги не представляют никакой угрозы. Доминион в безопасности, и все — только, благодаря нам. Ко всеобщей радости и ликованию.

— Нет, отец, — ответил Валериан.

— Ты — слабак, — ответил Арктур, презрительно улыбаясь.

— Отнюдь. Это — мудрость. У нас есть уникальный шанс изучить Керриган. Мы сможем узнать о зергах то, что позволит нам окончательно разгромить их. Раз и навсегда. Ведь они не так просты, как кажутся. Когда был уничтожен Сверхразум, они быстро заменили его на Керриган. И снова найдут нового кандидата.

Такая жуткая мысль не приходила в голову Рейнору. Он посмотрел на носилки с Сарой. Когда прозвучал сигнал боевой тревоги, ученые остолбенели, ожидая дальнейших приказов. Пока старший и младший Менгски спорили, драгоценное время утекало. Перехватив взгляд Валериана, он мотнул головой в направлении Керриган. Менгск-младший еле заметно кивнул, и ученые дружно убрались восвояси.

Джиму очень хотелось последовать за ними, но еще больше он желал стать свидетелем ссоры между Валерианом и Арктуром.

— Я догадался о твоем скромном плане, сын. И с меня хватит. Керриган надо прибить, как бешеную собаку, каковой она и является.

Джим не сдержался.

— Как и многих других, кто не согласен с тобой… верно, Арктур? В этом — весь ты. Конечно, послать закоренелого уголовника, чтобы он всадил пулю в голову нагой беспомощной женщине…

— Рейнор, ты просто влюбленный дурак, — заявил Менгск-старший. — И дал неверную характеристику Саре Керриган. Едва покинув утробу матери, она взяла все под контроль.

И тут Валериан сказал то, что ошеломило и Арктура, и Джима.

— Она больше, чем призрак или зерг. Керриган должна исполнить пророчество!

Джим лишился дара речи. Откуда у Престолонаследника такие сведения?

Он и сам бы не знал этого, если бы не его старый друг, Темный Тамплиер Зератул. Он передал Рейнору кристалл с уникальной информацией. Оказалось, что протоссы, столкнувшись с Керриган, испытали настоящий шок.

Итак, зел-нага возвращаются. Что же сказал Зератул? «Ты будешь держать в руках ее жизнь. Справедливость требует того, чтобы она умерла, поскольку она несет ответственность за свои преступления. Но лишь она может нас спасти».

Если уж в пророчество верил Зератул, то Джиму лишь оставалось последовать примеру Тамплиера. Как, судя по всему, сделал Валериан.

Кустистые брови Арктура Менгска сошлись у переносицы.

— Чего ты там вещаешь?

— Я не терял времени даром, отец. Протоссы — древняя раса. Они полагают, что их творцы, зел-нага — и есть те самые существа, которые создали артефакты. И я обнаружил эти загадочные артефакты. Между прочим, один из них исцелил Керриган. Когда зел-нага вернутся, Сара будет нашей единственной надеждой на спасение.

— И ты до сих пор любишь сказки? — спросил Арктур.

— Главное, что пророчество существует. Нам нельзя действовать поспешно. Если убьем Керриган сейчас, наша судьба предрешена.

— Пустые бредни и россказни, мой мальчик. Я — сам себе хозяин. Надеюсь, ты не забудешь моих слов. Кстати, все мы — люди. Не протоссы и не зерги. Философия высоколобых мистиков стоит не дороже звездной пыли и прочих выдумок. Будь хорошим сыном. Убей это недоразумение в женском обличье. Керриган — злейший враг твоего отца, не говоря уже об остальном человечестве. Не хочешь марать руки — просто отдай ее мне, и папочка выполнит грязную работу за тебя.

— Валериан, не позволяй…

Престолонаследник поднял руку, давая Рейнору знак молчать. На мгновение отвернулся, а затем произнес:

— Нет, отец. Я не стану подчиняться приказу, который я считаю недальновидным и, в перспективе, вредоносным.

— Умора! Сохранить жизнь виновной в истреблении людей? Миллиарды погибли, Валериан! Ты ставишь зергское отродье и предателя Рейнора выше собственного отца?

— Отнюдь, — заявил Валериан твердым голосом, — здесь имеет значение судьба сектора Галактики. Остановись! Умерь свою жажду мести! Мы оба знаем, что я прав. Я не оправдываю ее преступлений. Я призываю тебя понять, что сделал ты.

Он сжал кулаки.

— Ты еще можешь присоединиться ко мне. Взгляни на ситуацию без предубеждений, как истинный лидер. Осознай то, что поставлено на карту. Не будь эгоистом!

Валериан шагнул вперед.

— Давай вместе займемся изучением пророчества, чтобы быть готовыми к возвращению зел-нага! — умоляюще произнес он.

Глаза императора стали жесткими и холодными.

— Отлично, — процедил Арктур, — В таком случае я приду за ней сам. Я никому не позволю встать у меня на пути, даже своему сыну.

Изображение исчезло. Престолонаследник замер на месте.

— Валериан… — начал Джим.

Золотоволосый принц резко повернулся к Рейнору.

— Иди в лазарет, — сказал он. — Будь с ней рядом. Что бы ни сделала Керриган… во имя любви ко всему святому, прекрасному и истинному, оберегай ее, Джим.

И в этот самый момент «Буцефал», флагман флота Доминиона, атаковали корабли императора.

Мэтт Хорнер съежился в кресле, мрачно размышляя. «Я так и знал. Мы доигрались».

Действительно, настал тот день, когда Арктур Менгск нашел «террористов», известных как Рейдеры Рейнора. Теперь он обрушил боевую мощь Доминиона на корабль, который когда-то был его флагманом.

Трезвый расчет сразу же подсказал Мэтту, что на них надвигается лишь половина сил Доминиона. Менгску-младшему досталась вторая часть, состоящая из двадцати пяти крейсеров. Правда, теперь их количество сократилось до четырнадцати. Вместе с «Миражами», разведывательными, десантными и транспортными кораблями они отбивались от кораблей Арктура. Валериан подключил «Гиперион» к трансляции своего спора с отцом, поэтому Мэтт знал, по ком следует стрелять. А командир и близкий друг Джеймс Рейнор пока находился на «Буцефале».

Положение оказалось не очень приятным. Мэтт не был уверен, что им удастся сбежать. Император решил пожертвовать семейными узами ради собственных амбиций. Его крейсеры безжалостно обстреливали эскадру Валериана.

Пока явных преимуществ не было ни у кого. На экране виднелась красно-оранжевая планета Чар и яркие вспышки взрывов. Поистине началась настоящая битва гигантов, и урон обещал быть ужасным. Огромные крейсеры двигались медленнее «Миражей», стреляя, принимая удары, и зрелище было завораживающим и чудовищным одновременно.

— А я-то решил, зерги будут главной проблемой, — грустно усмехнулся Мэтт. — Обзор на «Буцефал», — произнес он.

— Есть, сэр, — ответил Марк Кейд, штурман.

Изображение на мониторе сменилось, и перед ними возник крейсер класса «Горгона». Он уже получил повреждения, но держался хорошо. Мэтт знал, что флагман флота Менгска оборудован и вооружен по последнему слову техники. Он представлял собой самый крупный боевой корабль из всех, когда-либо созданных людьми. Хорнер полюбовался на него. Тем временем «Буцефал» выстрелил из пушки «Ямато». Небольшой направленный ядерный взрыв выбросил сгусток энергии в цель. Результаты оказались сокрушительны. Более старый крейсер класса «Бегемот» не выдержал попадания. Вспух огромный огненный шар, и подбитое судно резко сбросило ход, ложась в дрейф. Корабль, как и шесть тысяч человек на борту, уже не представляли никакой угрозы.

Но два других крейсера класса «Минотавр» тоже не дремали. «Гиперион» начал приближаться к ним, а вокруг «Буцефала» возникло зеленое свечение защитного поля. Крейсер задействовал защиту, и, если ему немного повезет, он продержится, пока «Гиперион» не выйдет на дистанцию стрельбы.

Внезапно сбоку что-то мелькнуло.

Зерги.

Муталиски атаковали беспорядочно, но, как обычно, очень жестко. Мэтт отдал приказ стрелять по тварям. Каждая секунда, которую они тратили, уничтожая безрассудно несущихся монстров, была потерянной для людей. Ведь они не имели возможности помочь кораблю, где находился Джим и еще несколько рейдеров.

— Уничтожать всех зергов, которые будут нападать, — приказал Мэтт. — Вывести на другой экран «Буцефал», продолжать слежение. Мы… отменяю приказ.

— Сэр? — переспросил Марк Кейд.

— Стрелять в сторону зергов, но — не по ним. Пусть заинтересуются «Гиперионом». Мы отвлечем их внимание от кораблей Доминиона и покажем другую мишень.

Кейд озадаченно повиновался.

— На перехват идут еще два корабля из флота Валериана. У него осталось четырнадцать, некоторые сильно повреждены.

— Понял, — кивнул Мэтт. — Продолжаем двигаться по курсу.

С целой кучей обозленных зергов на хвосте, — подумал он, криво усмехнувшись.

«Буцефал» слегка раскачивался от обстрела. Джим не тратил времени на беспокойство. Сейчас он ничего не может сделать — ни для корабля Валериана, ни для своего собственного. На данном этапе ребятам придется справляться без командира.

Но есть один человек, которому он может помочь.

Лазарет на «Буцефале» был в точности такой же, как на «Гиперионе», но выглядел покруче. Так решил Джим, хотя он не являлся в этом деле профессионалом. Огромный зал напоминал пещеру и был снизу доверху напичкан современным оборудованием.

Сара лежала на нормальной койке. К бедняжке подсоединены несколько капельниц. Монитор, висящий у изголовья, усыпан рядами золотисто-желтых букв и цифр. Джим мог прочесть отдельные слова, но не понимал смысла ни одного из терминов. Однако три врача и один ученый замерли у экрана.

Джим уже снял боевой бронекостюм и сел на стул рядом с койкой. Взял руку Сары и заключил в свои ладони.

— Конечно, эти ребята выглядят пугающе, — зашептал он. — Но ты в безопасности. Они пытаются помочь тебе. А если не станут, я сам вышвырну их через шлюз прямо в космос.

Вначале ему показалось, что она спит. Но потом ее веки задрожали, и она пару раз моргнула. Огляделась по сторонам, а затем встретилась с ним взглядом.

— …Джим?

— Я здесь, милая, — ответил Рейнор, улыбаясь.

Сара попыталась улыбнуться в ответ. Он понял, что она пытается осознать происходящее. Внезапно ее лицо исказилось. Керриган закрыла глаза и отвернулась.

— Что бы ты там ни сделал, — пробормотала она, — лучше бы ничего не трогал.

У него перехватило дыхание, но он постарался быть спокойным.

— Ты не понимаешь, — ответил он. — Пусть каждый занимается своей работой. Не беспокойся.

— Не беспокоиться? — переспросила она, резко мотнув головой. Похоже, ее пробуждение отвлекло врачей от слежения за показаниями приборов. Они решили, наконец, взглянуть на пациента. — Как ты мог? Джим, я знаю, что я натворила. Миллиарды погибших… по моей вине!

Он, сдерживая отвращение, коснулся щупалец, которые заменяли ей волосы. В остальном Сара ничем не отличалась от человека. Любимая женщина… Он мягко провел своей рукой по ее голове, сдвигая назад колючие наросты. Внутренне напрягся перед тем, как коснуться их, но те, к его удивлению, оказались теплыми на ощупь. Они были словно второй кожей Сары. Любые сомнения в любви к ней, которые он спрятал так глубоко, что и сам едва ли догадывался о них до этой секунды, исчезли.

Но его ласка не утешила ее. Сара попыталась отодвинуться. Джим убрал руку, чтобы лишний раз не беспокоить ее.

— Не имеет значения. Сара Керриган, Королева Клинков… — произнесла она. — Наверное, ты не поймешь никогда. Я всегда несла с собой хаос. Я уничтожала все, что было мне дорого… именно поэтому они меня и выбрали, Джим. Я — разрушитель по натуре…

И она снова впала в забытье. Джим выпрямился, пытаясь осознать ее слова. Что являлось правдой, а что было бредом больного воображения?

Но и сам Рейнор не мог отделаться от одной навязчивой мысли. Он пытался разубедить себя, но уже не знал, кто перед ним. Губительница миллиардов — Королева Клинков или слабая и беззащитная Сара Керриган?

Самая прекрасная вещь во всем мире. Она ее поймала! Надо показать ее маме и папе.

Сара затопала крошечными ножками по покрытому желтыми цветами полю. Лепестки были повернуты к солнцу. Она осторожно держала в ладошках самую прекрасную вещь на свете. Чувствовала, как та трепещет крылышками. Она испугалась, но Сара ее отпустит, сразу же, как только покажет родителям.

— Сара Луиза Керриган!

Ее шаги замедлились. Родители стояли на крыльце. Папа поглядывал на карманные часы, мама хмурилась. Сара вспомнила, что они сегодня собирались в город.

— Простите, я забыла, — произнесла она. Снова широко улыбнулась и протянула к ним сложенные руки. — Я…

— Что за волосы! — раздраженно бросила мать. Женщина принялась вытаскивать из рыжих волос Сары лепестки цветов, одновременно пытаясь убрать дикую гриву в хвост. — Ты грязная с головы до ног, а вымыть тебя некогда!

— Ну, вам обеим надо поторапливаться, — заявил папа, продолжая всматриваться в циферблат.

— Почему у нас растет не аккуратная маленькая девочка, которой нравится хорошо выглядеть, а маленькая грязнуля…

Ее слова были обидными, но Сара слышала их уже не в первый раз. Все нормально. Мама будет в восторге, когда увидит, что обнаружила ее дочка. И Сара так рада своей находке. Мамина фраза оборвалась, прервавшись невнятным жужжанием. Сара разомкнула ладони…

Она умерла. Самая прекрасная вещь на свете погибла.

Сара стала убийцей.

— Ой, что ж ты наделала! Раздавила жука, измазала руки…

Девочка на миг онемела, а потом закричала.

Хотя, по правде сказать, она яростно заорала в ответ на укор матери. Ее переполнял ужас — ведь она поняла, что покрыла свои маленькие руки смертью в буквальном смысле слова. Она чувствовала себя виноватой. Она не сдержала обещания, которое дала этому хрупкому созданию.

И вокруг все покраснело.

Что-то теплое и влажное заляпало лицо Сары, крыльцо и кресло-качалку. Кровавые ошметки начали медленно стекать. Казалось, время остановилось. Происходящее оказалось слишком жутким для реальности.

Сара едва расслышала нечленораздельный крик, который издал отец. Он раздался будто под водой — глухо, едва различимо. Она не могла оторвать взгляд от головы мамы, вернее, того, что от нее осталось. Почти ничего. Часть нижней челюсти, зазубренные осколки кости, покрытые кровью и частицами мозга.

Тело мамы упало, как марионетка, у которой внезапно обрезали нити. Странная медлительность и размытость окончилась, уступив место отчетливой, безжалостной и грубой реальности. Сара разобрала отдельные слова отца, которые он повторял без остановки:

— У нее взорвалась голова… у нее взорвалась голова!

— Что с ней, черт подери?! — воскликнул Джим.

Сара одеревенела, ее зеленые глаза резко открылись. В них отразился немой ужас. Доктор Фредерик, бледный и встревоженный, изучил показания приборов.

— Не вполне понятно. Это не реакция на лекарства…

Фредерик умолк.

— Я не знаю, — честно признался он.

Сара резко вдохнула и затряслась. Джиму не понравилось, что она привязана к койке. Теперь же обрадовался, что к его возражениям не прислушались. Сейчас Сара не сможет причинить вред ни себе, ни окружающим.

Валериан стоял на мостике, сжав кулаки. Его серые глаза были жесткими, как неосталь. Он наблюдал за сражением.

Хотя события оказались предсказуемы. Престолонаследник был уверен в себе и лишен иллюзий насчет Арктура. Но, похоже, сын не ожидал, что его отец зайдет настолько далеко. На каждом крейсере была команда, от четырех до шести тысяч человек. Жизни других людей ничего не значили для Менгска Первого.

Даже жизнь его собственного ребенка.

Ситуация была очень скверной. Четыре из четырнадцати оставшихся у Валериана крейсеров — «Эней», «Амфитрита», «Метила» и «Мелеагр» — неподвижно застыли в космосе. Другие корабли получили серьезные повреждения. Вокруг летали, вращаясь, огромные обломки, диаметром с пару футбольных полей. Когда они попадали в атмосферу планеты, то мгновенно ярко вспыхивали. Настоящий метеоритный дождь. Десять оставшихся крейсеров продолжали бой. Крейсер Арктура вывела из строя спланированная атака «Антигоны» и «Эоса». Они зашли с разных сторон и нанесли удар одновременно. Несмотря на доблестное сопротивление, вражеское судно было уничтожено. Валериан мысленно поблагодарил свою команду. Эти люди могли бы перейти на другую сторону ради собственной безопасности. Он бы не стал упрекать их за подобный выбор.

«Тебе еще многому предстоит научиться», — однажды сказал ему Арктур. И он прав, ублюдок.

— Сэр, «Гиперион» приближается, — доложил Эверетт Вон, капитан «Буцефала». Молодой, но уже седеющий, он неожиданно хорошо справился с чрезвычайной обстановкой, которая длилась несколько дней. Вон впервые возглавлял огромный корабль, но оказался профессионалом. — Поступило сообщение от капитана Хорнера. Он говорит…

Вон посмотрел на Престолонаследника озадаченно.

— Он предупреждает, чтобы мы побереглись бродячих псов.

— Что?

«Гиперион» неторопливо выплыл на экран, и Валериан догадался, о чем шла речь. Он улыбнулся, вспомнив слова пьесы, еще более древней, чем опера, которую он недавно слушал. «Всем смерть! — собак войны с цепи спуская…» [Цитата из трагедии У. Шекспира «Юлий Цезарь» — прим. переводчика]

За «Гиперионом» несся рой зергов.

Пока одни монстры атаковали корабль, другие яростно его преследовали. Роились вокруг корпуса, как разъяренные пчелы. Тем не менее, смекалкой они явно не блистали. А «Гиперион» продолжал свой курс и неминуемо должен был столкнуться с «Белой Звездой», где находился Арктур Менгск.

— Они не собираются его таранить, верно? — спросил Вон.

Валериан промолчал. Рейнор и его рейдеры совершенно непредсказуемы. Принц не думал, что молодой парень, капитан «Гипериона», готов принести в жертву всех находящихся на борту ради Рейнора и Керриган. Но кто его знает? Рейдеры были непредсказуемы, и в этом заключалось их преимущество.

Конечно, Арктур и подавно не знал, что ожидать от нового противника.

Два огромных корабля — «Гиперион» и «Белая Звезда» — сближались. Они относились к одному классу. Их создали в одно время, и они были равными соперниками. Валериан нахмурился. За последние пару лет «Гиперион» неоднократно бывал в боях и приобрел много заплат. Ремонт производили на скорую руку, поэтому он мог изрядно пострадать в дуэли. Хорошо хоть, Рейнор не в курсе происходящего. Валериан считал, что разбойник, ненавидящий Арктура Менгска, вряд ли бы согласился на самоубийственную и, вероятно, неудачную атаку. Джим Рейнор не стал бы жертвовать своими людьми.

— Сэр, они идут на перехват, — подтвердил Вон.

— Я заметил, капитан, благодарю, — холодно бросил Валериан, не в силах оторвать взгляд от надвигающейся катастрофы.

«Белая Звезда» начала палить по «Гипериону». «Миражи» понеслись на врага, как разъяренные шершни, обстреливая его на пролете. С «Белой Звезды» ответили им пушкой «Ямато». Валериан прищурился, наблюдая за яркой вспышкой. «Гипериону» повезло. Он начал разворачиваться, и удар пришелся по касательной. Но вреда причинил немало. Как ни странно, «Гиперион» не выпалил в ответ и снова пошел по курсу.

— Невероятно… — пробормотал Валериан.

И вдруг он восхищенно рассмеялся. Скользящее попадание действительно повредило «Гиперион». А еще — разозлило зергов. Все монстры ринулись на «Белую Звезду».

— «Гиперион», «Буцефалу». Переходим в открытый космос, координаты четыре, один, семь, точка, восемь.

— Валериан на связи, — сообщил принц, не соблюдая стандартную процедуру переговоров. — Извещу мои корабли.

Престолонаследник повернулся к Вону.

— Ты слышал этого джентльмена, — сказал он. — Передай сообщение с кодированием по третьему уровню. Нельзя допустить, чтобы мой отец его перехватил.

— Есть, сэр, — отчеканил Вон.

Валериан продолжил следить за боем. Корабли были рядом. Казалось, их можно было коснуться рукой. «Буцефал» вздрогнул от нового попадания.

— Корабли подтверждают прием, сэр. «Эос», «Патрокл», «Геракл» и «Антигона» сообщают о различных повреждениях, но они попытаются добраться туда. Остальные суда получили повреждения главных двигателей и не в состоянии лететь на такое расстояние.

Валериан кивнул. Неудивительно. Арктур вел сражение беспринципно и жестоко. А вот он, Престолонаследник, будет сожалеть о каждой человеческой жизни, оборвавшейся в битве. Почему так случилось? Все шло отлично, но он получил урок, Валериан его усвоит. Любая ситуация может измениться за считаные секунды в худшую сторону. Началась открытая схватка между отцом и сыном, и под удар попадут тысячи и тысячи. Такова природа войны.

Зерги продолжали атаковать «Белую Звезду», не обращая внимания на гибнущих собратьев. Они дали Валериану и его воинам бесценную передышку. «Буцефал» и остальные корабли развернулись, направляясь в указанную Хорнером точку. Они были слишком медлительны… Валериан стиснул зубы, увидев, как враги сосредоточили огонь на «Эосе», едва не разнеся крейсер в клочья.

Четыре. Из двадцати пяти… Принц знал, что пилот ведет поврежденный «Буцефал» на максимальной скорости. Но, казалось, прошла целая вечность, прежде чем Валериан увидел в иллюминаторах звезды и открытый космос, а не планету Чар и ее жутких обитателей. Впереди был «Гиперион», побитый, но не сломленный.

— «Буцефал», где вы? — послышался голос Хорнера.

— По пути к вам. Еще четыре крейсера доложили, что смогут сделать прыжок вместе с нами.

— Торопитесь. Ваше отсутствие заметили.

— Обзор сзади, — резко скомандовал Валериан, не отрываясь от одного из экранов. Разумеется, несколько кораблей отца тоже начали разворачиваться, с трудом пытаясь преследовать их. Принц увидел четыре собственных судна, пытающихся догнать «Буцефал». Имперский флот открыл огонь, и уже поврежденный «Эос» внезапно потерял ход и лег в дрейф.

Три.

— Давайте, — пробормотал Валериан. Почувствовал, как на лбу выступил пот, и выругал себя за панику. Он привык вести себя гордо и сдержанно, но ему еще не доводилось быть в подобной ситуации.

— Сэр, сигнал с «Белой Звезды», — отрапортовал Вон.

Менгск-младший удивился. На мгновение он решил, что надо проигнорировать вызов отца. Сейчас ему совершенно не хотелось выслушивать угрозы и едкие замечания. А если Арктур передумал?

Сомнительно. Если честно, то практически невозможно. Но Валериан не узнает, если не выслушает Менгска-старшего.

— Сэр?

— Соединяй, — заявил Валериан, подходя к монитору и радуясь, что голос не выдает охватившей его нервозности.

На экране появилось изображение отца.

— Поскольку ты мой сын и пока еще мой наследник, я принял крайне важное решение. Я сделаю для тебя исключение. Итак, я собираюсь поступиться собственной гордостью.

Надежда, смешанная со страхом, наполнила Валериана, словно адреналин. Неужели такое возможно?

— Я даю тебе последний шанс. Сдавайся. У тебя на корабле, мой мальчик, находятся враги. Мы можем убить их вместе, и ты разделишь со мной славу. Я обещаю. Не жертвуй жизнью своего экипажа ради погони за протосскими химерами… Это же бред, иллюзия.

Нет. Первая мысль Валериана была самой правильной.

Менгск-младший заговорил, меланхолично и обреченно.

— Ты убил тысячи людей, отец. У меня долг перед теми, кто погиб, защищая меня и мои убеждения. И, кстати, я не верю… тебе и твоим обещаниям, — закончил он и прервал связь.

Замигал световой сигнал. Арктур явно хотел оставить последнее слово за собой, но Валериан потерял к угрозам всякий интерес.

Летящая позади «Белая Звезда» практически избавилась от наседавших на нее зергов. Теперь она разворачивалась, чтобы выстрелить по кораблям, сопровождающим «Буцефал». Она попала по «Патроклу» — идеально. Вспух очередной красно-оранжевый шар, знаменующий гибель многих.

Значит, только два крейсера.

Два из двадцати пяти, которые прибыли сюда вместе с Валерианом, совершат прыжок. Капитаны подбитых кораблей вынуждены остаться, они могут сражаться или сдаться на милость Арктуру. Император волен поступить так, как ему вздумается. В любом случае Валериан здесь бессилен. Он сделал свой единственно правильный выбор, хотя и понес урон. Но в лазарете находилась Сара Керриган, ключ к пророчеству о возвращении зел-нага. Он не станет отказываться от своих намерений.

— Сэр, «Белая Звезда» выходит на дистанцию стрельбы, — доложил Вон.

— Прыгаем, — ответил Валериан.

Они всем скопом набросились на нее, и их было множество. Она почувствовала горячее дыхание, на лицо ей попала слюна. Она видела сверкание бесчисленных рядов зубов и покачивающиеся когтистые конечности. Перед нападением она отстреливалась, пока оружие не щелкнуло, израсходовав иглы. Била по ним псионическими ударами, уничтожая их ряды. Но их было подавляющее большинство, и они победили.

Тьма… плен, неспособность шевелиться. Но что-то двигалось. Внутри ее тела кости, мышцы и связки корчились, дергались и перерождались. Изменения порождали мучительную боль. Ее переделали, и она ощутила прикосновение чужого разума.

Власть. Как много силы и живых существ, подчиненных ей. И столько любви…

Любви…

Она познала любовь задолго до того, как странные существа соединились с ней. Познала, как простая женщина из рода человеческого, в объятиях сильного и нежного мужчины с обветренным бородатым лицом.

Джеймс Рейнор. Шериф, разбойник, отец, вдовец. Любимый.

Джим…

Боль утихла. На смену ей пришли видения. Бесчисленные зерги, заполняющие поверхность планет, нападающие на все живое. Она вместе с ними…

Она ощутила свои жесткие крылья, острые, как кинжалы. Они легко сгибались и разгибались. Тяжелая голова оказалась покрыта не волосами, а чем-то более весомым и извивающимся. Ее глаза стали видеть дальше и четче. Ее сознание открылось…

…расширилось…

…вместив в себя столько, сколько ей не приходилось осознавать даже в состоянии «призрака». Знание, чувства, ощущение власти и мощи.

Цель? Чтобы убивать в непредставимых количествах.

Сколько же?

Океан лиц и событий. Но лишь одно навеки врезалось ей в память. Королева Клинков увидела все глазами подчиненного ей зерга. Гибель чьей-то матери.

Женщина пыталась укрыть плачущую дочку от опасности, но им было даже негде укрыться…

О да, Саре доводилось убивать и прежде. Но каждый раз, когда она забирала чужую жизнь, ей приходилось отдавать часть себя взамен. Сара вспомнила пляску смерти, которую она исполнила… а за ней вел наблюдение журналист Майк Либерти. Она выныривала из невидимости и молниеносно скрывалась. Она резала, сворачивала шеи, стреляла из пистолета, исчезая в одном месте и появляясь в другом. Размозженные лица, израненные тела. Она оставила за собой дорогу из трупов, по которой брел Либерти. А позже, когда он наконец-то ее обнаружил, то упал к ее ногам от изнеможения…

— Вафли, — прошептала она.

— Что такое, дорогая? Соскучилась по мне?

Голос из прошлого. Знакомые нежные слова. Но когда-то он угрожал убить ее. И ведь его не может быть рядом…

Один из техников, которого она убила в той пляске смерти на Антиге Прайм, перед смертью жалел, что не съел горячие вафли, которые подали утром к завтраку.

Я — разрушитель.

Она стояла среди трупов. Люди с окровавленными, гниющими, размозженными лицами. Здесь были убитые Сарой за всю ее жизнь — в облике человека и Королевы Клинков. Каждый мужчина, женщина, ребенок, павшие от ее рук, с тех пор как она стала «призраком», а потом — королевой зергов. И теперь они подняли покрытые кровью и грязью руки и потянулись к ней. Они умоляли вернуть то, что она отняла. Они требовали отмщения за жизни, так быстро и безвременно оборвавшиеся.

Море изуродованной плоти. Она ошеломленно глядела на свои жертвы. Десятки… сотни… тысячи… миллионы… миллиарды…

…и мать с ребенком…

Их ужасающие предсмертные возгласы разорвали тишину. И в этот момент Сара Керриган выплеснула их крик из себя.

От ее воя у Джима волосы дыбом встали. Прекрасное лицо Сары исказила гримаса ужаса и муки. Она яростно вопила, не делая никаких пауз.

— Сара! — воскликнул Рейнор, хватая ее за плечи. Встряхнул, сначала аккуратно, затем посильнее. — Ты в безопасности! Все нормально!

Она немного утихла. Потом застонала и заплакала — отчаянно и безнадежно. У Джима выступили слезы на глазах.

— Поговори с ней, — резко произнес Фредерик. — Судя по ритмам ее мозга, она нас слышит. Просто не позволяет нашим голосам проникнуть в сознание.

Джим поглядел на женщину, привязанную к койке, и молча помолился всем божествам — истинным и выдуманным. Пусть они услышат его просьбу.

— Сара, милая, ты помнишь, как ты возненавидела меня до самого нутра, когда мы впервые повстречались?

Снова плач. Никакой надежды, что она поняла его. Джим бросил взгляд на врача, и тот махнул рукой, давая знак продолжать.

— Ты была такая недоступная, милая, и выглядела потрясающе. Да уж, тогда я попался, верно?

Джим выругался. Тайкус Финдли оценил бы стиль и виртуозность бывшего друга.

— Как?

— Не представляю, сэр, — ответил Кейд. Он выглядел взволнованным, как и остальные члены команды. — Капитан Хорнер выдал указания, как произвести прыжок, координаты были зашифрованы. Менгск не мог так быстро взломать код!

Мэтт не стал тратить время на оправдания. Ведь он — капитан крейсера, ведущего сражение.

— Боевые посты! Включить защиту!

Джим повернулся к Валериану. Их лица оказались в паре сантиметров друг от друга.

— Ничего не хочешь добавить?

Глаза Валериана сузились. Он уверенно оттолкнул Рейнора.

— Нет, — заявил он. — Тебе не стоит быть подозрительным.

— За нами проследили. И их вел не «Гиперион».

— И не я! — парировал Валериан. — Я потерял десяток крейсеров, на каждом из которых было по несколько тысяч человек. Рейнор, ради союза с тобой, и…

— Джим, — резко произнес Свонн. — Он ни при чем. Может, он и придурок, но не виноват.

— В смысле?

Экраны полыхнули огнем, и «Гиперион» качнулся.

— Я должен вернуться на мой корабль! — рявкнул принц.

— Не раньше, чем я дослушаю Рори, — ответил Джим. Ему тоже хотелось оказаться на «Буцефале» и быть рядом с Керриган. Чем дольше их задержит «старый» Менгск, тем больше времени будет разделять Сару и медиков.

Рори оглядел Валериана, но продолжил говорить с Джимом.

— Когда ты позаимствовал «Гиперион» у Менгска, тебе пришлось найти и уничтожить целую кучу систем записи и обнаружения. Судя по твоим словам, ликвидация заняла некоторое время. Полагаю, «Буцефал» просто нашпигован «жучками». Ты не забыл, что он был флагманом Менгска? Остается только надеяться, что Арктур приказал установить их примерно в таком же порядке.

Джим кивнул:

— Логичное объяснение.

— Я приведу на «Буцефал» ребят из моей команды, — сообщил Свонн, таращась на Валериана из-под кустистых бровей. — Мы привыкли быть в бегах и быстро удирать восвояси, в отличие от вас, прекрасный принц.

— Когда дело доходит до работы с кораблями, Свонн — настоящий волшебник, — усмехнулся Джим, похлопав друга по плечу.

Валериан слегка нахмурился. Несомненно, его не воодушевляла перспектива, что этот бестактный человек станет шарить по его любимому кораблю.

— Очень хорошо, — заявил он. — Учитывая, насколько удачно вам удавалось скрываться от моего отца, я позволю себе кое-что заметить. Наверняка вы справитесь. Удачи.

И он искренне улыбнулся.

— Я с радостью приму любую предложенную вами помощь. Мои корабли подверглись нападению. Я бы предпочел спасти оставшихся людей.

— Не волнуйтесь, я свое дело знаю, — ответил Рори.

Аннабель Тэтчер несла по две вахты подряд, как, впрочем, и остальные. Она осознала, что это — самая тоскливая задача рейдеров Джима Рейнора. Она могла лишь помогать Свонну ремонтировать «Гиперион» или проверять технические системы корабля. Немного полегче становилось, когда они сидели в баре с друзьями. Они дегустировали великолепные коктейли, приготовленные барменом Купером. Также скуку разбавляли минуты непередаваемого ужаса.

Сейчас эти мгновения показались ей бесконечными. В конце концов, ни Аннабель, ни другие рейдеры уже не знали, кто с кем сражается.

Сначала они прилетели на планету Чар, нашли Королеву Клинков и вернули ей человеческий облик с помощью артефакта. Самой собой, многие из команды ворчали, а некоторые отважились на открытый протест. Мило Качински, самый болтливый из рейдеров, заявил, что, дескать, Рейнор пошел на союз с Доминионом. Даже Аннабель мучили сомнения.

Тайкус Финдли, который, по ее мнению, был поистине кошмарен, когда выбирался из скафандра, добавил проблем. Он начал ругаться по поводу пьянства Рейнора. Правда, Аннабель тоже серьезно беспокоилась по этому поводу. Но Тайкус не унимался. Он сказал, что, дай ему шанс, Рейнор смоется, бросив их на произвол судьбы.

А в это обвинение Аннабель не поверила. Тогда Рейнор подошел к Тайкусу, стряхнул на него пепел с сигары, и началась классическая, старомодная драка. Прямо у барной стойки. У Тайкуса было очевидное преимущество в виде бронекостюма, но парню сильно досталось. Мило не сдержался.

— О таком командире можно только мечтать, — произнес он, имея в виду Джима.

Когда они вышли на орбиту вокруг Чара и стали пытаться спасти Керриган, события сменяли друг друга с огромной скоростью. Аннабель едва успевала осознавать происходящее. Хорнер объявил, что возвращение Керриган в человеческое обличье состоялось, но тут появился Арктур Менгск. Новый монстр. Все поняли только одно — они в опасности. Им пришлось сосредоточиться на том, чтобы исполнять приказы и стрелять.

А теперь все началось по новой. Очередное указание, прыжок туда… черт знает куда, вздохнула Аннабель. Похоже, Менгск нашел их за шесть наносекунд. А они едва успели перевести дух. И снова оказались под обстрелом кораблей императора.

— Нет покоя проклятым, — устало пробормотал ее друг Эрл. Он, как Аннабель и другие члены инженерной команды, был перепачкан грязью.

— Мог бы догадаться, — парировала Аннабель. Корабль качнулся, но неожиданно мягко по сравнению с жестокостью битвы, шедшей в открытом космосе.

— Вы оба… заткнитесь и вперед, — произнес Рори, заходя на инженерный пост. В Свонне преобладала особая смесь грубости и добродушия, которая очень нравилась Аннабель. Характер у него был крайне вспыльчивый. Конечно, подчиненные знали, что в таком настроении босса лучше не трогать. Эрл и Аннабель переглянулись, пожали плечами и подчинились приказу. Оба быстро вскинули на плечи вещмешки с инструментами и последовали за Свонном. Они шли по устланному коврами коридору корабля, который когда-то был флагманом Арктура Менгска.

— Сэр, куда мы направляемся? — осторожно поинтересовалась девушка.

— На «Буцефал», — кратко ответил Свонн и начал бежать трусцой. Эрл и Аннабель бросились за ним вдогонку. — Может, ты не в курсе, но в прошлом бою, как и в нынешнем, Менгск-старший сражается против Престолонаследника. Ну и — против нас, за компанию.

— Я и не знала, — изумилась Аннабель. — Мы прямо погрязли в делах, стараясь сохранить «Гиперион» в целости, а вокруг роились зерги и крейсеры Доминиона.

— Валериан и пара его кораблей отправились с нами. Но Менгск нашел нас спустя пятнадцать минут после прыжка. Поэтому мы отправляемся на борт — в гости к золотому мальчику. Вероятно, там спрятаны передатчики и прочие «жучки», который отец оставил сыну в подарок. А нам…

— Надо действовать, иначе Менгск быстро расправится и с рейдерами, — закончила Аннабель. — Знакомая ситуация, ребята.

Она была на «Гиперионе» с тех самых пор, когда Рейнор захватил корабль. Девушка помнила, как они обыскивали весь корабль в поисках скрытых камер и подслушивающих устройств. Ей не нравилась перспектива снова погрузиться в такое занятие. Хотя это намного лучше, чем постоянно уходить от погони и уворачиваться от ударов имперского флота. Они быстро проскочили через шлюз и оказались внутри «Буцефала».

— Сначала на инженерный пост, — сообщил Рори.

Валериан стоял на мостике. Такой злобы и отчаяния он не испытывал уже давно. Наверное, последний раз он был охвачен бессильной яростью, когда вместе с матерью спрятался, чтобы скрыться от отрядов убийц Конфедерации. Он понимал, что проделал значительную работу, но гнев на отца не проходил. Принц не мог смириться с решением Менгска-старшего. Оно казалось Валериану недальновидным и глупым. Странно, но прежде он бы никогда не дал отцу подобные характеристики. Но теперь наступило время «разбрасывать камни».

Ему пришлось превозмогать и другое, доселе незнакомое чувство. Впервые он ощутил вину. Он приказал своим солдатам стрелять в императора, разорвать противника в клочья. Конечно, некоторые из служивших на крейсерах были ресоциализированными. Этим морпехам воздействовали на мозг, и они превратились в абсолютно послушных бойцов, радостно исполняющих любые приказы. Но ведь они являлись людьми, а не машинами, в отличие от роботов-адъютантов. Кроме того, большинство из них выбрало военную стезю добровольно.

Теперь многие пожертвовали своими жизнями. И череда смертей продолжится. Отец изощрился и установил на «Буцефале» маячки. Валериан непроизвольно сжал кулаки. Он не мог успокоиться.

Наблюдая за сражением, он с мрачным удовлетворением подметил, что не только он потерпел урон. Флот императора также пострадал. Бой был неравный, но удача пока не улыбнулась ни одной стороне. У него и Менгска-старшего имелось по двадцать пять кораблей, не считая «Белой Звезды», «Буцефала» и «Гипериона». Кстати, принцу повезло с Эвереттом Воном. Он оказался отличным капитаном. Кроме того, Валериан знал, что мудрость правителя заключается в том, чтобы поставить на каждый пост самого достойного кандидата. Затем все пойдет как маслу.

Но юноша вздрагивал всякий раз, когда по его кораблям попадали. «Антигоне» досталось больше, чем «Буцефалу». Этот крейсер получил максимальное количество повреждений в предыдущей битве, но тогда ему удалось скрыться с остальными уцелевшими кораблями. Теперь Менгск явно решил окончательно вывести его из строя, а заодно уничтожить «Буцефал».

— Сэр, запрос на связь с «Белой Звезды», — доложил Вон.

— Не отвечать. Меня не интересуют отцовские речи.

— …Есть, сэр.

Престолонаследнику было необходимо кое-что выяснить. Он уверенно нажал кнопку внутренней связи.

— Валериан, Свонну. Как у вас дела?

— Продвигались бы получше без вашей брехни, — рыкнул инженер. — Работаем быстро, стараемся. Помни, что стреляют не только по тебе и твоему расчудесному кораблю.

— Безусловно.

— Мы нашли на борту уже три «жучка». Скоро доберемся до мостика и начнем доскональную проверку.

— Признаюсь, не ожидал, что трое рейдеров Рейнора окажутся на мостике «Буцефала», да еще в самом пекле, — произнес Валериан. Смотровые иллюминаторы залил оранжевый свет, и корабль качнулся.

— Повреждения на четвертом и седьмом уровнях, шесть погибших, — рапортовал Вон.

— Чем скорее мы произведем чистку, тем быстрее прыгнем снова, — сказал Свонн.

— Сэр, — начал Вон, поворачиваясь к Валериану. — Доклады с «Геракла» и «Антигоны». У них серьезные повреждения, и они не уверены, что смогут снова совершить прыжок без надлежащего ремонта.

Валериан изменился в лице.

— Свяжись с Рейнором, — приказал он.

На экране возникло объемное изображение Джима.

— Как держитесь, Валериан?

— Ваш Свонн — действительно мастер, но время поджимает, — ответил принц. — Возможно, два других моих корабля не смогут осуществить прыжок.

— Вам решать. Имейте в виду, нам придется почти сразу делать следующий.

Серые глаза Валериана сузились. Два его корабля продолжали храбро биться. Но было очевидно, что «Антигона» уже совсем плоха, а «Геракл» не отстает от нее.

— Пусть Свонн и его люди поработают еще.

— Они быстро найдут нас…

— Мне плевать! — заорал Валериан. — Мы будем прыгать столько раз, Рейнор, сколько потребуется! Я должен спасти своих людей. И если ты ничего не понимаешь, значит, я сильно ошибался в тебе!

Рейнор нахмурился. И без всякой телепатии можно было догадаться, о чем подумал Джим. Он пытался понять, было ли это демонстративным благородством или Менгск-младший и в самом деле лучше, чем Старший.

— Понял, — наконец, произнес он и бросил в сторону: — Мэтт, приготовь новые координаты. Даже если выиграем десять-пятнадцать минут, дело того стоит.

Принц с облегчением прикрыл глаза.

— Благодарю вас, командир Рейнор, — сказал он и переключил канал связи. — Принц Валериан, «Антигоне» и «Гераклу». Сейчас с «Гипериона» пришлют новые координаты для прыжка. Следуйте сразу же за кораблем капитана Хорнера.

Последующее время, казалось, тянулось целую вечность. Валериан сдержал желание в панике метаться по мостику. Он начал выполнять медленное ритмичное дыхание, древний способ успокоить ум. Они продолжали безжалостно обстреливать «Белую Звезду». Корабль Арктура получал повреждения, хотя и совсем незначительные.

Давай, давай…

— Сообщение от «Гипериона», сэр, — доложил Вон. — Передают координаты прыжка. Мы должны быть готовы совершить его по их сигналу. Наш лимит — две минуты.

На мгновение Валериан с ужасом подумал, что переговоры давно подслушивают. Но тут же отбросил абсурдную мысль. Ведь имперский флот был бы уже возле «Буцефала». Слабое, но логичное утешение.

— Передать на «Геракл» и «Антигону», — приказал Престолонаследник. — Обоим кораблям оставить канал связи, чтобы получить сигнал от капитана Хорнера. Мы…

Внезапно яркая вспышка залила все экраны. Валериан зажмурился. Открыв глаза, он узрел сущий ад. «Антигона» смертельно пострадала от прямого попадания. Пламя, разгорающееся за счет кислорода во внутренней атмосфере крейсера, было ослепительно. Из огромной дыры в корпусе сыпался поток, состоящий из обломков и человеческих тел. Менгск-младший оцепенело взирал на трагедию, а император не медлил. Второй удар расколол корабль надвое.

«Антигона» и весь ее экипаж погибли.

— Хорнер, эскадре. Прыжок по команде. Три… два… один… пошли!

«Буцефал» и «Геракл». Теперь только два корабля являлись «эскадрой», отправившейся следом за «Гиперионом». Так или иначе, но они прыгнули, и успешно. Их ожидала короткая передышка.

В душе Валериана забурлила злоба. Он нажал на кнопку.

— Уверен, ты это видел, Рейнор.

— Да. Я очень сожалею о случившемся, — с искренним состраданием ответил Джим.

— Мы не можем позволить себе таких потерь.

— Согласен, но Свонн и его люди делают все возможное. Как я и говорил, у нас имеется пятнадцать минут. Затем император снова нас догонит. Похоже, работа Свонна в самом разгаре. И он еще даже мостик не проверял.

— Точно, — кивнул Валериан.

— А ты загляни к нам, пока он там будет возиться. Поговорим с Мэттом. Вдруг мы найдем надежное укрытие. Тогда и маячки нам не помеха.

Когда Валериан, наконец, оказался на мостике, Джим слегка удивился. Действительно, принц умеет себя подать, признался себе Рейнор. На фоне помятых и перепачканных членов команды «Гипериона» Менгск-младший буквально сверкал. Но последние события слегка поубавили лоску в этом мальчике. Джим заметил, что, несмотря на молодость, высокий лоб Престолонаследника прорезали глубокие морщины, да и гордости в нем стало меньше. Раньше рейдер бы порадовался этому факту, но сейчас почему-то огорчился.

Хорнер чувствовал себя в высшей степени неловко. Увидев Валериана, он просто скрестил руки на груди и замер. Он выглядел так, будто ему предстояло пощекотать гидралиска. Принц выжидающе приподнял золотистые брови.

— Во-первых, Ваше Превосходительство, я хотел бы выразить свои соболезнования по поводу гибели «Антигоны», — начал Хорнер. — Если бы ваши корабли совершили прыжок минутой раньше, все могло быть по-другому. Хочу заверить вас, я старался изо всех сил.

В серых глазах Валериана слегка поубавилось холода.

— Благодарю, — ответил он. — Буду очень благодарен, если вы выскажете любые предложения, как предотвратить дальнейшие потери. Следует доставить Сару Керриган к врачам и ученым для надлежащего ухода.

— Я… наверное, у меня есть решение, — заявил Хорнер.

— Говори же, парень! — послышался голос Свонна. Джим с удовольствием подметил, что Менгск-младший слегка растерялся. Но затем Престолонаследник улыбнулся, посмеиваясь над собой. Понятно, что Свонн с самого начала слышал их беседу.

— Я не знаю, хорошая ли моя идея, — сообщил Хорнер. — Вообще-то, я полагаю …

— Выкладывай начистоту, — перебил его Джим. — Это приказ.

— Есть, сэр, — произнес Мэтт. — Мы можем спрятаться в Мертвецком порту.

— Что вы имеете в виду? — недоверчиво спросил Валериан. — Мистер Хорнер, вы с ума сошли! Прятаться в бандитском логове! Пираты сразу на нас набросятся, как только мы закончим прыжок!

Но Джим кивнул. Он догадывался, куда клонит Мэтт.

— Плюс в том, Валериан, что твой папочка не сможет подогнать туда пушки и отправить тебя в спальню вечного сна без ужина, — усмехнулся он. — У Доминиона нет никакой власти в Мертвецком порту. Арктуру придется организовывать полноценный штурм планеты, если он пожелает добраться до нас. Не уверен, что он готов к такой операции.

Принц взял себя в руки и призадумался.

— Вы правы, — согласился он. — Он потерял «Буцефал» и еще два… один крейсер, который совершил прыжок вместе с нами. Я не представляю, в каком состоянии находятся другие корабли, которые остались у орбиты планеты Чар. Но ведь чудесные и выдающиеся граждане самой жуткой клоаки Галактики захотят напасть на нас и ограбить?

— Отнюдь, — ухмыльнулся Джим, хлопнув Хорнера Кто плечу. — У нас имеется туз в рукаве, верно, Мэтью?

Хорнер покраснел.

— Да… — у меня там есть человек, — пробормотал он. — Я думаю, он согласится предоставить нам убежище, по крайней мере, на время.

— Ты — псих полоумный, Хорнер! — взорвался Свонн. — Мира Хан? Наемница?!

— Потишее, Свонн, — вымолвил Джим. — Веди себя прилично. Ты говоришь о его…

— Нет нужды вдаваться в подробности, — поспешно перебил Мэтт. Валериан изумленно посмотрел на него. Хорнер опустил голову и махнул рукой.

— Долгая история…

— Но, полагаю, весьма увлекательная, — резюмировал принц с неподдельным интересом. — Послушаю в другой раз. Значит, Мира Хан договорится с пиратами и прочими лихими людьми, которыми кишит Мертвецкий порт? А заодно — защитит нас от Доминиона? И сделает все ради тебя?

— Смелое предположение, но мне удастся ее убедить.

— Насколько я знаю, наш Мэтью — ее слабая сторона, — произнес Рейнор. — Ну как, Свонн? Может, ты подкинешь нам оригинальную идею?

— С флотом Доминиона, который будет у нас на «хвосте» сразу же, как только мы чихнем? Думаю, других вариантов у нас нет. Мертвецкий порт окажется для нас тихой гаванью. Как ты собираешься связаться с Мирой, Хорнер?

— Есть один способ.

Валериан шагнул вперед.

— Мистер Хорнер, я очень вам признателен. Очевидно, вы согласились сделать что-то неприятное, исключительно для меня и моей команды…

— При всем уважении должен заметить — вы здесь ни при чем. Я хочу спасти рейдеров, — сурово ответил Мэтт.

— Принято. Однако, учитывая риск, я желал бы узнать детали вашего плана.

Хорнер кинул взгляд на Рейнора, и тот кивнул. Джиму тоже стало интересно. Мэтт обреченно ссутулился.

— Она постоянно посылает мне информацию насчет безопасных каналов связи. На случай, если у меня будет настроение поговорить с ней. Сейчас я этим воспользуюсь. Впервые, между прочим.

— Бедняжка Мира, — усмехнулся Джим. — Полагаю, мне следует дать тебе небольшой отпуск в Мертвецком порту.

— Сэр, умоляю, — горячо возразил Мэтт. — Я лучше буду по две вахты стоять.

— Что ж, тогда приступай, — сказал Свонн, которому явно надоела болтовня. — А я закончу работу на мостике. Сообщите, если понадоблюсь. «Жучки» сами по себе не выключатся.

Раздался щелчок.

- Свонн прав, как обычно, — заметил Рейнор. — Мы тратим время, сотрясая воздух. Валериан, пожалуйста, возвращайтесь к себе. Так будет лучше. У нас в запасе еще пара-тройка минут, после чего можно ожидать появления вашего отца.

— Это будет нежеланным воссоединением семьи, — подытожил Менгск-младший.

— Вообще-то, у меня имеются кое-какие мысли по этому поводу, — сказал Хорнер.

Эрл и Аннабель молча слушали разговор. Когда прозвучало название «Мертвецкий порт», Аннабель вздрогнула. Повернув голову, увидела, что Эрл прямо-таки спал с лица. Свонн помрачнел, как грозовая туча, возникшая посреди ясного неба. Мертвецкий порт был слишком опасным местом. Но, как говорили в старину, в бурю любая гавань хороша. Если Мира Хан сможет прятать их от Доминиона, чтобы они успели отремонтировать корабли, то стоило рискнуть.

Конечно, им предстояло найти все маячки прежде, чем совершить очередной прыжок. Если имперский флот появится здесь прежде, чем «Гиперион», «Геракл» и «Буцефал» скроются, план пойдет насмарку. Эрл был специалистом по нанотехнологиям и поэтому знал толк в филигранной работе и тайниках. Вкупе с внимательной Аннабель и Свонном, обладающим прекрасным чутьем, дело продвигалось быстро. Но все же им следовало поторопиться. В целом «жучки» были спрятаны стандартно, без особых выдумок — на мостике, в каютах капитана и гостевых, на инженерном посту.

Случайно расставленных устройств на корабле оказалось немного.

Если мостик «Гипериона» можно было назвать роскошным, то уж этот был выше всяких похвал. Он больше напоминал палубу шикарной яхты, чем мостик боевого корабля. Рейдеры Рейнора часто ходили небритые и в мятой одежде свободного стиля. А команда Валериана просто блистала во всей красе. И мужчины и женщины выглядели безупречно. Форма каждого отглажена до миллиметра, придраться не к чему. А разговаривали они так, словно только что прибыли на светскую вечеринку. Аннабель, которая утром приняла ультразвуковой душ и оделась в свежую одежду, ощущала, что от нее дурно пахнет. Сейчас она стояла рядом с одним из штурманов. Молодой темноволосый и темноглазый парень вопросительно поглядел на нее.

— Мне… ну… надо посмотреть там, — пробормотала Аннабель, застенчиво улыбаясь этому симпатяге. — Поискать маячки и прочую дрянь.

— Конечно же, — ответил парень, сразу же поднявшись с кресла. Девушка, не мешкая, забралась под консоль управления. Аннабель начала ощупывать холодный металл и пластик ловкими и чувствительными, несмотря на рабочие мозоли, пальцами. И победно улыбнулась, обнаружив плоский овальный предмет.

— Один! — крикнула она Рори. Девушка быстро достала небольшой инструмент со светящимся наконечником. Чтобы открепить «жучок» от поверхности, нужна сноровка. При неумелом обезвреживании устройства блокировались, продолжая шпионить. Тогда их уже нельзя будет выключить.

Внезапно завыли сирены боевой тревоги. Аннабель испугалась, но не остановилась.

— Арктур, ублюдок, как раз вовремя! — тихо выругался Рори.

— Дерьмо, — фыркнула напарница. На мгновение она задумалась, услышал ли ругательство симпатичный штурман. И как он отнесся к сквернословию из уст девушки. Она отбросила эту мысль. Прикусила губу, почувствовав соленый вкус пота, и погрузилась в работу. Теперь Аннабель размышляла о том, стоит ли пытаться удалить «жучка» или подождать до конца боя.

Вдруг прямо в трех сантиметрах от ее бедра появились ботинки, и она свернулась калачиком под консолью управления. Видимо, офицер принял решение. Во время сражения он должен находиться на посту, и лишил Аннабель возможности выбраться. Пожав плечами, она снова взялась за дело.

— Связь с «Белой Звездой». — Надо же, это оказался Валериан. Девушка замерла. Он хочет выиграть несколько минут… или намерен сдаться императору?

— Ну, теперь ты хочешь поговорить с отцом, — прозвучал голос Арктура Менгска. Аннабель непроизвольно сжалась от ужаса. Видеоизображение императора было совсем рядом с ней.

— Действительно, — ответил Валериан. — Отец, оставь свое безумие. Ты убиваешь людей тысячами, гоняясь за женщиной, которой больше не существует.

— Пока она дышит, она будет моим главным врагом. Она была опасна для меня и как Королева Клинков, и как Сара Керриган. Если бы ты не помешался на бессмысленных пророчествах чужаков, ты бы понял меня. Она — опасна для всех, и ты — не исключение.

— Я не согласен. Лучший способ победить неприятеля — сделать его другом.

— Она не умеет дружить, — ответил Арктур, расхохотавшись. — Она была порченой задолго до своего рождения. Ее не изменишь. Вам нельзя было препятствовать Тайкусу.

Аннабель оцепенела. Тайкуса Финдли… Значит, вот каков был замысел императора. А она была слишком занята на инженерном посту, ей было не до слухов. Выходит, морпеха наняли, чтобы попытаться убить Сару…

— Твоя марионетка мертва, отец. Ты проиграл. Ты просто не хочешь видеть…

— Хватит! Даю последний шанс, Валериан. Сдавайся, возврати мне Керриган и Рейнора. И забудем обо всем случившемся.

— Отвечу одно. Буду сопротивляться до последнего вздоха.

— Отлично. Я легко устрою. Это будет твое последнее приключение. Но я всего лишь попытался уговорить…

Внезапно послышался другой голос.

— Сэр, говорит Роджер Мерримэн, капитан «Геракла». С сожалением сообщаю, что прекращаю выполнять ваши приказы.

— Что? — спросил Валериан. Он не взвизгнул, но его голос явно стал выше тоном.

— Ага! — радостно воскликнул Арктур. — Ну как, сын? Твои люди хотят перейти на сторону победителя.

— Отнюдь, император Арктур. Мы присягнули служить принцу Валериану, сэр, вверили ему наши жизни. Вы установили маячки на его корабле, поэтому и смогли следовать за нами. Наши корабли слишком сильно повреждены для прыжка, но мы выиграем время для Престолонаследника.

— Запрещаю! — вскричал принц. Аннабель тоже все поняла. — Огонь по «Белой Звезде»! Если мы повредим ее достаточно, то спасем…

— Нет, сэр, — твердо произнес Мерримэн. — Другого пути нет. Сообщите нашим семьям об утрате.

Аннабель обхватила колени руками, чтобы справиться с дрожью. Из глаз полились слезы. Почти шесть тысяч человек готовы отдать жизни за Валериана… И за всех рейдеров «Гипериона».

— Сэр, «Геракл» идет к «Белой Звезде» на полной скорости, — сказал кто-то. — До столкновения… семь секунд.

Инстинктивно Аннабель коснулась ноги штурмана. Ей надо было ощутить простое человеческое тепло. Девушка приготовилась к тому, что он резко отодвинется, но юноша протянул свою руку и коснулся ее ладони. Она молча сжала его пальцы, а он ответил ей тем же. Странно, она даже не знала, как его зовут…

В этот момент Аннабель увидела отблеск вспышек, ознаменовавший окончание таранного удара.

Воцарилась тишина. Потом принц вздохнул.

— Итак, — вымолвил он, — «Белая Звезда» сильно повреждена.

— Валериан, из тебя бы вышел прекрасный актер, — послышался знакомый протяжный голос Джима Рейнора. — Он клюнул и увяз..

— Как там дела у моих ребят?

— Они удивлены, но пока спокойны. Никто не лезет в драку без причины. Тесновато у нас будет с тремя тысячами народу дополнительно, которых и кормить придется. Ничего… справимся.

— Что? — вырвалось у Аннабель прежде, чем она успела сообразить. Штурман наклонился к ней, откинув назад темные волосы. Спустя миг она увидела и самого Престолонаследника. Валериан присел перед ней на корточки, его убранные в хвост светлые волосы упали через плечо.

— Мисс Аннабель, — произнес он. — Боюсь, вы не расслышали конца разговора. Приношу извинения.

Девушка не шевелилась. Оба глядели на нее с сочувствием.

— Я… это была уловка?

— И она сработала, — пояснил Валериан. — Мы смогли перевести экипаж «Геракла», понесший, к моему сожалению, тяжелые потери, на «Буцефал» и «Гиперион». Капитан был в безопасности. Он говорил о своем намерении пойти на таран, когда находился в моей каюте. Вел корабль на «Белую Звезду» робот-адъютант. Теперь Арктур не будет нас преследовать хотя бы некоторое время. «Геракл» уже сильно пострадал, но с его экипажем все в порядке.

— Ой, — тихо ответила Аннабель. Вытерла наполненные слезами глаза и внезапно густо покраснела.

— Какая же я дура, — пробормотала она.

Штурман сжал ее руку, которую так и не выпускал из своей.

— Нет, — произнес он. — Истина в том, что эти мужчины и женщины были готовы погибнуть за Престолонаследника. Просто им не понадобилось совершать такой подвиг. И если уж ты поверила, то Арктур, конечно, попался на удочку…

Убедившись, что Аннабель успокоилась, Валериан кивнул.

— Пожалуйста, продолжайте, мисс, — сказал он. Невероятно… но чем быстрее мы доберемся до Мертвецкого порта, тем лучше.

— Почему ты поступил… так? — спросила Аннабель у штурмана, показывая на его руку. — В смысле… ты был в курсе насчет корабля..

Он сочувственно поглядел на нее темными глазами и улыбнулся.

— Думаю, ты сама знаешь, — ответил он.

Когда Джим вернулся на «Буцефал», Сара выглядела ничуть не лучше. Он подумал, что тут уж ничего не поделаешь. Ему нельзя преждевременно радоваться, хотя он почему-то надеялся, что медицинское оборудование ей поможет. Когда он вошел в лазарет, Фредерик кивнул ему:

— В отключке, но стабильная.

— Хорошо. Просто хочу еще немного посидеть с ней.

— Пожалуйста.

Стул слегка скрипнул под ним. Джим вздрогнул, но Сара не пошевелилась. Он снова взял ее за руку. Ведь даже находясь в коме, люди чувствуют прикосновения. Оставалось надеяться и ждать.

Затем Джим вернулся к недавним событиям. Он старался не терять доверия к Валериану. Пока мальчишка был верен своему слову. План с «Гераклом» предложил Мэтт. Сначала они решили, что придется оставить на корабле небольшой экипаж, но, к удивлению Джима и Мэтта, Валериан сразу же отказался.

— Я и так потерял сегодня слишком много верных мне людей, — заявил принц. — Может, отец и обращается со своими последователями, как с туалетной бумагой, но я не собираюсь брать с него пример. Если мы не можем спасти корабли, то должны попытаться спасти экипажи. Другого приказа я не отдам.

И они начали масштабную эвакуацию, соблюдая немыслимые предосторожности. Запрограммировали робота-адьютанта, чтобы вести на таран «Геракл». Обрекая тем самым «Белую Звезду» и Арктура Менгска.

Но Джим уже давно распрощался с наивными надеждами. Даже если корабль не переживет столкновения, то Менгск выйдет сухим из воды. Он словно таракан — мерзкий, но выживающий везде. Несомненно, он снова настигнет их. Увы, это лишь вопрос времени.

Неужели он, Джим Рейнор, действительно был убежденным сторонником императора? Рейдер медленно расставался с иллюзиями насчет «верного союзника», который всегда говорил то, что хотел услышать собеседник. Но сколько бы он на него ни злился, Джим, в общем-то, не ожидал предательства.

Ни он, ни Сара, храни Бог ее измученную душу…

— Мэтью!

Голос оказался мягким, ласковым и с легким акцентом, как у сексуальной кошечки. У женщины, которой он принадлежал, были кудрявые волосы карамельно-розового цвета, но в остальном ее внешность шокировала с первого взгляда. Один глаз шаловливо блестел из-под пряди ярко окрашенных волос. Второй представлял собой красный светящийся компьютерный имплант, окруженный сборками кожи. Защитный костюм довершал ее облик. Мира Хан была самым настоящим клубком противоречий.

«Мэтью» робко улыбнулся, глядя на возникший на экране образ.

— И снова здравствуй, Мира. Спасибо, что согласилась помочь нам.

— С удовольствием, мой милый любимый муж, — ответила она, игриво ухмыляясь, что еще больше смутило Хорнера. — По крайней мере, пока, — Добавила она серьезно.

— Пока? — нахмурившись, переспросил Мэтт.

— Безусловно. Я не могу подвергать моих людей длительной опасности. Ты сам поступил бы так же.

Мэтт мысленно согласился с ней.

— О’кей, каков же срок? — со вздохом спросил он.

— Секрет. Я не стану сражаться с Доминионом даже ради тебя, Мэтью. Поэтому, если они объявятся, тебе, Джеймсу и твоему новому другу придется самим о себе позаботиться. Но, опять же… — Она пожала плечами. — Я знаю немало действительно укромных мест в Мертвецком порту. Так что не волнуйся.

Внезапно Рейнор растерялся от своих путающихся мыслей. Но в этот момент он почувствовал, что Сара слегка сжала ему руку. Он с изумлением увидел, что ее веки дрожат. Наконец молодая женщина открыла глаза.

— Привет, — произнес он.

— И тебе привет, — тихо ответила она, слабо улыбнувшись. — Здесь что, лабораторию качает или у меня голова кругом идет?

— Нет, — сказал Джим. — По кораблю стреляют, милая.

— И кто? Зерги, протоссы, Доминион или новый монстр?

Джим снова оторопел. Она пыталась шутить! По крайней мере, в этой женщине хоть что-то осталось от прежней Сары. Но он мгновенно сосредоточился. Ведь теперь ей придется услышать правду.

— Доминион, — пояснил он. Она сжала губы.

— Арктур, — подытожила она, будто выплюнув это слово, как осколок льда.

— Да, — кивнул Рейнор. — Он еще не знает, что такое поражение.

— Точно, Джим. Он нас всех переживет и еще спляшет на наших могилах.

Сара отвернулась и попыталась выдернуть руку из его руки, но Джим не отпустил ее.

— Ну-ну, — успокаивающе проговорил он. — Ты пока не знаешь всей истории.

— И не хочу.

— Тебе стоит быть в курсе, — произнес Джим. — Мы только что устроили Арктуру публичную порку, которую он не забудет. Думаю, он сидит на мостике своего нового флагмана, надувшись и зализывая раны.

— Твой союзник… тот, кто…

Она показала на свое тело.

— Ага, — подтвердил Джим. — Мальчишка Менгска. Я не совсем доверяю ему, но он пока не врет. Кроме того, его пытался убить его собственный отец. В моих глазах он начинает набирать очки.

Сара нахмурилась. Ее мозг, затуманенный лекарствами, пытался осознать услышанное.

— Менгск пытался убить своего сына?

— Совершенно верно. И всех нас. А Валериан лишился двадцати пяти крейсеров.

Сара зажмурилась и оцепенела. Джим мысленно выругал себя. Видимо, он зашел слишком далеко.

— Он не вернул меня тебе, Джим, — равнодушно вымолвила она. — Он просто будет меня использовать.

Краем глаза рейдер уловил какое-то движение. Врач отчаянно жестикулировал и качал головой. Он явно настаивал на том, чтобы Рейнор сменил тему разговора. Джим нахмурился и покачал головой в ответ. Он никогда не лгал Саре раньше и не собирался делать это сейчас. Он вспомнил свой разговор с Валерианом.

Я хочу большего, — заявил принц. — Я докажу, что могу быть лучше. И как император, и как человек.

Это будет несложно, — ответил рейдер.

Если я смогу изменить самого страшного убийцу в истории Вселенной… снова превратить Королеву Клинков в человека — я добьюсь своей цели. И я стану сотрудничать с известным разбойником Джимом Рейнором.

Значит, я — обычная шестеренка в твоем сложном механизме.

Если в результате ты получишь желаемое — какая тебе разница?

Несомненно, разница есть.

— Я сам много об этом размышлял, — сообщил Джим. — Конечно, помогая тебе и мне, Менгск младший тешит свою гордость. Но это не играет роли. Ты здесь, рядом со мной, а он располагает большими возможностями. Мы выясним…

— Являюсь ли я чудовищем до сих пор? — перебила его Сара, выдергивая руку из ладони Рейнора и хватаясь за один из длинных змеевидных отростков у себя на голове. — А это человеческое? Я избежала смерти, уготованной мне Арктуром, только для того, чтобы стать королевой зергов. Зараженная. Мутант. И теперь ты собираешься отдать меня его сыну? Почему ты просто не застрелил меня? Ты не забыл о своих словах?

Джим обещал, и очень давно. Он сказал, что убьет ее, чтобы не позволить ей продолжать громить Галактику, планету за планетой, во главе Роя.

— Милая, я…

Она откинула голову и завопила. Не от боли или ужаса, а в бешенстве. Отчаяние и безнадежность будто раздирали ее на куски. Сара выгнулась, пытаясь вырваться из ремней и наброситься на Рейнора. Он накрыл ладонями ее запястья и держал ее, пока врач не вколол успокоительное. Через пару секунд она обмякла. Наконец-то он смог обхватить ее и осторожно уложить обратно в койку. Только потом Джим заметил текущие из ее глаз слезы.

— Я старался предупредить тебя, — шепнул Фредерик. — Тебе надо уйти.

Рейнор кивнул. Еще раз коснулся руки Сары, а затем поднялся и направился к двери.

— Возможно, тебе лучше пока не возвращаться, — добавил Фредерик. — Конечно, ты за нее беспокоишься… Но, похоже, ты выводишь ее из равновесия.

Джим медленно развернулся.

— Ты, что же, не будешь меня пускать в лазарет? — процедил он.

— Это — врачебное требование, — ответил тот. — Забота о пациенте — превыше всего.

В один миг Джим оказался рядом с медиком.

— Ты ничего не знаешь о Саре Керриган, — заявил он. — Я свернул горы, чтобы вернуть ее. Мое присутствие, хоть и тяжело для нее, пойдет ей только на пользу. Я уверен, ты меня понимаешь.

— Я полагаю…

— Не я вывел Сару из равновесия, — произнес Джим. — А реалии нашего мира. Твой шеф был первым, кто решил, что ее надо вернуть. Теперь у Сары есть единственный якорь. — Он ткнул пальцем себя в грудь. — И я не намерен бросить ее. Сара уже столкнулась с предательством. Если это произойдет еще раз, то лишь через мой труп.

Он направился к выходу из лазарета, и Фредерик не осмелился возразить рейдеру.

— Что? — не скрывая удивления, спросил Валериан.

— Мы будем прятаться на свалке, — повторил Мэтт Хорнер, чье изображение транслировалось на экране.

— Я подумал, что ослышался.

Мэтт слегка улыбнулся:

— Ты никогда не был в Мертвецком порту?

— Отнюдь, — возразил Валериан. — В программу моего образования, разумеется, входили такие занятия. А как же? Экскурсии по планете, кишащей убийцами, бандитами и ворами. Увы, я проигнорировал эту замечательную возможность.

— Мы наверстаем упущенное.

— Какое счастье.

— Ну… тогда ты понятия не имеешь, что означает «свалка» для местных аборигенов. На планете целые города строят поверх настоящих свалок. Именно в этом и заключается суть Мертвецкого порта. Поверь мне… там легко скрыть весь флот Доминиона. А два крейсера — вообще не проблема.

Джим вышел из ангара «Гипериона» и очутился среди серого едкого тумана, который являлся нормой для Мертвецкого порта. Он огляделся по сторонам, вспоминая, как много лет назад был здесь вместе с Тайкусом Финдли. С тех пор почти ничего не изменилось. Огромная куча мусора, замаскированная под поселение. Дома внутри разбитых кораблей. Улицы, если можно назвать таким словом узкие проходы между горами хлама. Но люди жили и умирали здесь. Возможно, даже любили и мечтали.

В тот раз Джим и Тайкус сматывались от наемного убийцы. Они были вынуждены попросить помощи у некоего Скаттера О’Бэнона. Тогда этот тиран правил планетой. Джим решил, что Мертвецкая Скала, как тогда называли планету, — самое отвратительное место в Галактике, О’Бэнон — самый мерзкий человек из тех, кого ему довелось встретить в своей жизни.

Хотя О’Бэнон предоставил им убежище и дал работу. Но Джим старался не вспоминать, как он и Тайкус бродили по «улицам». Здоровяк Финдли тогда громогласно заявлял, что «тут руками не взмахнешь, чтобы шлюху не задеть». Странно, он был уверен, что хуже уже не будет. Он добрался до дна.

Но, оказывается, это была лишь верхушка айсберга…

Мне не хватает тебя, Тайкус. Не предателя, каким ты стал… тебя настоящего, того, кто был моим другом..

Но Тайкуса не стало. И О’Бэнон ушел в мир иной. Какой-то Итон быстро сменил его, но властвовал весьма краткий срок. Джим предполагал, что очередной владыка этой кошмарной планеты поддерживает хорошие отношения с Мирой. Иначе она бы не смогла предложить им убежище. Рейнор надеялся, что у правителя хорошая охрана. «Большие шишки» Мертвецкого порта жили не слишком долго. Рейнор менее всего жаждал попасть из огня да в полымя. Нет ничего хуже периода смены власти, когда приходится просить у оной одолжения.

— Я понимаю, что хотел сказать мистер Хорнер, — дрожащим от отвращения голосом пробормотал Валериан, выходя из «Буцефала».

— Точно, — кивнул Джим, продолжая озираться. В голове бурлили воспоминания. Откуда-то принесло клуб сигарного дыма, и на одно чудесное мгновение он поверил в то, что Тайкус жив. Джиму надо только обернуться.

Но он увидел Хорнера и Менгска-младшего. Тряхнул головой. Престолонаследник Доминиона сменил сверкающий военный мундир на простые штаны и рубаху с закатанными рукавами. Но даже в таком наряде принц выделялся среди их пестрой компании. Он будто нес на груди табличку с надписью «Мишень».

— Надо с тобой что-то сделать, Валериан, — сообщил Рейнор, радуясь возможности отвлечься. — Ты выделяешься, как прыщ.

Валериан кинул взгляд на свою идеально выглаженную рубашку, брюки со стрелками и новенькие ботинки.

— Вот вы где, трое пригожих мальчиков, прибывших в гости к Мире, — раздался женский голос позади. Спустя секунду появилась и его обладательница — рослая мускулистая женщина. Она встала перед ними и ухмылялась, уперев руки в бедра. — Отлично, — начала она, — двое классных парней и один оборванец. Джеймс.

Она вздохнула.

— Ты никогда не принимаешь ультразвуковой душ на твоей посудине?

Сейчас «посудину» не узнал бы даже его разработчик. Посланная Мирой команда выполнила впечатляющую работу. Эти ребята сняли (под присмотром чуткого ока Свонна) ненужные внешние детали, временно присоединили другие и умело расписали корабль. Он выглядел как самый настоящий брошенный обгорелый остов. Чтобы довершить образ, поверх «Гипериона» навалили груду мусора. «Буцефал» постигла та же участь. Джим готов был поклясться, что Свонн прослезился минимум один раз.

— Ничего подобного. Перед сном и с превеликим удовольствием, — ответил Джим. — Но, судя по всему, просто притягиваю грязь.

Мира скорчила гримасу разочарования и выставила вперед свою пышную грудь.

— Некоторые сочли бы это оскорблением, но, к счастью, у меня — другое мнение на твой счет, — произнесла она.

Потом бросила взгляд на Валериана.

— Меня попросили называть тебя «мистер Вэ», — продолжила она. — Я согласилась. Ты оказался более высоким, чем в новостях UNN.

— Действительно, я от многих такое слышал, — вежливо подтвердил принц. — Благодарю, что согласились укрыть нас. Я не забуду вашу доброту.

— Будем надеяться, твой дорогой папа не узнает о вашем местопребывании. Кстати, у него тоже память хорошая, — фыркнула Мира. Джим уловил предостережение в ее словах. Она могла кокетничать сколько угодно, но была непредсказуемой и потому — смертельно опасной. Не стоило ее недооценивать.

— И тебе спасибо за возможность провести немного времени с моим милым Мэтью, — добавила она.

Наконец она решительно подошла к Мэтту. Мира обняла его, поцеловала в щеку и передала свернутый лист бумаги. Тот стоял, не шелохнувшись. Он напоминал преступника перед казнью, который уже смирился с судьбой, но страстно желал, чтобы все сложилось по-другому.

— Так как же вы повстречались? — слегка улыбнувшись, поинтересовался Менгск-младший..

— Давайте без подробностей, — поспешно сказал Мэтт.

— Любит он меня подкалывать, — улыбнулась она. Но, конечно, было очевидно, что именно она и поддразнивает всех присутствующих. — Не пишет, не звонит… а сейчас мы восполним упущенное, верно?

Мэтт кивнул безо всякого энтузиазма. Ничего нового, подумал Джим. Казалось, что Мира абсолютно беззаботна и, разумеется, ее сердце никогда не было разбито. Но внешний облик обманчив. Она по-настоящему любила Мэтта, хотя и выражала свое чувство столь наигранно.

— Не хотел перебивать, — произнес Джим, — но полагаю, Мэтт… то есть Мэтью сообщил тебе, что на борту — тяжелобольная женщина. Ей нужен хороший уход и спокойное место, чтобы отдыхать и выздоравливать.

Мира Хан посерьезнела.

— Он то сказал. Правда, был очень скуп в словах относительно сути заболевания и личности вашей пассажирки.

В конце концов, Мира была наемником. Она очень рисковала, согласившись на такую авантюру. Мэтт, Рейнор и Валериан решили, что она имеет право знать некоторые подробности. Принц согласился раскрыть перед ней свое инкогнито. Таким образом, Мира узнала, почему корабли разыскивает Доминион. Но все сошлись на том, что назвать имя Сары Керриган означает подписать ей смертный приговор. Если не от самой Миры, то от других. Многие одержимы жаждой мести. На морпехов, с внедренной в их умы лояльностью, можно положиться. Рейдеры, преданные Джиму, бесспорно заслуживают доверия. Но люди Миры Хан — это другое дело. Будучи Королевой Клинков, Керриган была неудержима. Да и Сара Керриган могла отлично защитить себя и обороняться. Но лежавшая в лазарете женщина была слаба и уязвима. Достаточно выдернуть капельницы, и она умрет. Как странно… Джим понял, что впервые в своей жизни она полностью зависит от него. И он не позволит погубить ее.

— У всех есть свои тайны, — заявил Рейнор.

— Мэм, — начал Менгск-младший, очаровательно улыбаясь, — у нас нет никаких дурных намерений. Я целиком в вашей власти. Ведь вы можете легко отправить послание в Доминион, и мой отец не замедлит сюда явиться. И Мэтью рассказывал нам о ваших незаурядных качествах. Пожалуйста, проявите любезность по отношению к нам.

Миру не тронула его речь, и она продолжала глядеть на Джима и Валериана компьютерным глазом.

— Мира… нам надо сохранять тайну. Просто доверься мне, — тихо вымолвил Хорнер.

Ее жесткое лицо смягчилось.

— Мэтью, ты добропорядочный человек и хороший мужчина, а я так редко встречаю таких людей. Договорились. Только ради тебя. Я не стану задавать лишних вопросов.

— Спасибо тебе, — с облегчением произнес Джим.

— Ладно, — нерешительно начала она. — Есть тут одно безопасное месте, где ваша… пациентка получит должный уход. Я связалась с некоторыми местными врачами. Вряд ли они более опытные, чем доктора, которые работают на тебя, мистер Вэ. Тем не менее они в вашем распоряжении. Укрытие изолированное, совершенно безопасное.

— Нас все полностью устраивает.

— Отлично. Я пришлю за вами кого-нибудь… примерно через час. А пока мы с Мэтью займемся другими делами, — улыбнулась Мира, уверенно беря Хорнера под руку. Тот с тоской взглянул на Джима. Рейнор пожал плечами.

— Это уж твоя забота, — почти беззвучно прошептал он.

Спустя час за Джимом и Сарой прилетел небольшой корабль. Рейдер, одетый в мешковатую, неприметную одежду, выглядел как обычно. Он нес на руках завернутую в одеяло Сару. Он старательно подоткнул ткань, чтобы скрыть ее странные «волосы». Снаружи корабль имел потрепанный вид, но внутри выглядел вполне новым. Наверное, владельцы не слишком аккуратно с ним обращались, соблюдая маскировку. Джим осторожно внес Керриган внутрь, придерживая одеяло на ее голове. Она не спала, но была одурманена лекарствами.

— Куда именно мы летим? — спросил он пилота.

— За пределы города. — ответил тот. — Вас и вашу леди никто не побеспокоит.

Джим нахмурился. Ему в голову пришла мысль, которую он спешно прогнал. Не может быть, чтобы пункт назначения оказался тем самым местом.

Они взлетели и оставили позади «мусорный город». И оказалось, что не вся планета представляет собой свалку. Сплошной ковер металла и отходов сменила почва, трава и даже голубое пятно озера.

И вдруг он увидел знакомую постройку. Дом выглядел заброшенным, но это точно…

— Вилла Скаттера О’Бэнона? — спросил он.

— Точно, — ответил пилот, смеясь. — Откуда знаете?

— Мы… я здесь бывал прежде. Очень давно.

Они тогда были по уши в неприятностях, но, впрочем, он привык к такому раскладу. Тогда он был беззаботным. Но не ценил этого.

Он жил-поживал без груза проблем, одна из которых — убийство лучшего друга.

Рейнор пожалел, что согласился отправиться сюда. Хватит с него и одного призрака.

— Когда сядем, увидите, что многое изменилось, — продолжал пилот. — Мира не такая, как О’Бэнон.

— И слава богу, — ответил Джим. Усмехнулся и покачал головой. Значит… Мира с карамельными волосами — тот человек, который взял власть после Итона Стюарта. Бедняга, в свою очередь, превратился в зерга. Рейнор понятия не имел о положении Миры Хан. Судя по словам пилота, она знает в этом толк. Похоже, их будут обслуживать по высшему разряду.

Бывшая вилла О’Бэнона усиленно охранялась, как и всегда. Но бассейны засыпали, за садами и клумбами перестали ухаживать. Особняк в общем-то не изменился. Идеально подстриженный газон остался в прошлом.

Посадочная площадка была прибрана. Рейнор с удивлением обнаружил старомодный автомобиль, поджидающий их в нескольких шагах от корабля. И совсем оторопел, увидев розовые пряди водителя.

Джим положил на сиденье Сару и захлопнул за собой дверцу. Мира обернулась к нему и ухмыльнулась.

— Не ожидал! — торжествующе вскричала она.

— Еще бы, — ответил Джим. Проверил, хорошо ли подоткнуто одеяло. Пока она спокойно дремала, но лекарства скоро перестанут действовать. — Ловко ты нас надула, Мира… или тебя теперь называть Леди Босс?

— Нет, если тебе дорог твой облик добродушного грубияна, Джеймс, — заявила она. Рядом с ней сидел довольный Мэтт. — Джим, ты когда-нибудь катался на автомобиле?

— Ну да, — ответил Рейнор. — Если честно, только здесь.

— Ого! Значит, ты был знаком с покойным Скаттером или покойным Итоном, — сообщила она и мастерски повела антикварное средство передвижения. Они ехали по хорошей дороге, ведущей к особняку. Деревья остались такими же, какими их запомнил Джим. Несколько лет для растений ничего не значили.

— Я знал О’Бэнона, хотя и не могу утверждать, что был этому рад, — парировал Рейнор. — Здорово, что ты заняла его место.

— Потому что я на вашей стороне?

— Да, — признался он. — И ты — гораздо лучше, чем он.

Она встретилась с ним взглядом, посмотрев в зеркало заднего обзора.

— Спасибо тебе, — тихо и мрачно вымолвила она.

— Эй, а Рэндэлл у тебя остался? — попытался сменить тему Джим. Филипп Рэндэлл был классическим дворецким О’Бэнона — элегантным, сдержанным, седоволосым, с острым взглядом голубых глаз. Его, похоже, ничто не могло смутить — ни потрепанный вид рейдеров, ни требование Тайкуса привести девочек. Финдли пошутил… а Рэндэлл принял его шутку всерьез.

— Я многое слышала о Филиппе, — произнесла Мира. — Но он мертв. Он был наемным убийцей.

Рейнор и Мэтт переглянулись. Внезапно рейдеру стало ясно, что его тревожило в идеальной точности движений Рэндэлла. В сознании всплыла фраза, которую в сердцах обронил Скаттер О’Бэнон, когда они некстати вернулись к нему. «Черт, парни, вам повезло, что у Рэндэлла выходной, иначе вы бы уже на полу валялись, в луже крови». Тогда Джим воспринял это как шутку…

— Я и не знал. Просто думал, что он прекрасный дворецкий.

— Он и был таким. Здесь есть врачи, чтобы помочь вашей… пациентке… но, боюсь, стирать и готовить вам придется самим.

Она остановила автомобиль перед виллой. Джим удивился тому, насколько хорошо помнит дом. Он взял сонную Керриган на руки и вместе с остальными поднялся на крыльцо. Мира ввела код, и массивная старинная дверь распахнулась.

Джим застыл на пороге. Во времена Скаттера гладкие деревянные полы сверкали. Их регулярно и идеально чистили, а стены были украшены охотничьими трофеями. Теперь в особняке царило полное пренебрежение к обстановке. Мебель покрывал толстый слой пыли. Ковры и большая часть безделушек, загромождавших дом, исчезли. Впрочем, Рейнор не особо огорчился по этому поводу. Бесценный антиквариат, на его взгляд, был слишком безвкусно подобран. К счастью, от звериных голов тоже не осталось и следа. Такая переделка пошла особняку на пользу.

— Я здесь не живу, — пояснила Мира. — Это — гостевой дом, как говорили в прошлом.

Он покачал головой. Надо же, обожаемая вилла диктатора Скаттера О’Бэнона превратилась в «конспиративную квартиру». Просто замечательно.

Когда они начали подниматься по изогнутой лестнице, старое дерево заскрипело. Джима снова передернуло. В комнате, которую отвели ему с Сарой, жил Тайкус.

Теперь он действительно пожалел, что попал сюда.

Мира порылась в одном из карманов своего жилета и достала старомодный металлический ключ. Помещение было светлым и просторным. Как и в холле, большая часть предметов, украшавших (или захламлявших) комнату, отсутствовала. Скорее всего, их продали. А кровать оставили. Она была большая, с балдахином и, вероятно, очень удобная.

Посему для Джима не имело значения, что здесь когда-то обитал Финдли. Сейчас это — обитель для любимой женщины. Она сможет отдохнуть здесь и, наверное, поправиться. Джим заметил, что прикроватные столики сменили переносные столы с медицинским оборудованием.

Из гостиной вышли два человека в белых одеждах. Они держались немного надменно, будто только им одним были ведомы какие-то тайные знания. Джим догадался, что перед ним врачи. Он крепко прижал Сару к себе.

— Полагаю, что могу рассчитывать на конфиденциальность в отношении пациента? — спросил он.

Они переглянулись.

— Мы работаем на Миру Хан, — сказал стоящий ближе к рейдеру. — Но благо пациента — превыше всего.

— Значит, это означает «да»? — настойчиво осведомился Рейнор. Он хотел услышать четкий ответ. Судьба Сары значила для него все.

— Да, — кивнул второй. — Хотите, чтобы мы принесли вам расписку? — язвительно добавил он.

— Ага, на самом деле было бы круто, — нахально произнес Джим, широким шагом подойдя к кровати и аккуратно положив на нее Сару.

Мэтт слегка забеспокоился, будто бесцеремонность Рейнора может обидеть Миру, но та лишь усмехнулась.

— О, Джеймс, ты так очаровательно груб и прямолинеен. Вот за что я тебя люблю. Всегда знаешь, что к чему.

— Я этого и добиваюсь, — искренне улыбнувшись, ответил он. — Я очень ценю то, что ты для нас сделала.

— Спасибо, — сказала хозяйка. — Надеюсь, Мэтью и мистер Вэ тоже меня поблагодарят. Оставляю тебя и твою подругу наедине с врачами. Надеюсь, они смогут ей помочь.

Она повернулась к Мэтту:

— Не хочешь прокатиться со мной далеко-далеко? Тут еще остались укромные места…

— Разве мы не собирались вернуться к мистеру Вэ? — затараторил Мэтт. — Ты обещала, что устроишь ему связь по защищенному каналу.

— Ах, да, конечно, — ответила Мира. — Думаю, он слегка раздражен, не так ли? Ладно, пойдем, позаботимся о нем. А потом — наверстаем упущенное.

Она взяла Хорнера под руку, и оба удалились. Врачи посмотрели на Сару. Один наклонился, чтобы откинуть одеяло, но рука Джима метнулась, перехватывая его запястье.

— Вы обещали, — процедил он. — Конфиденциальность.

— Безусловно, — немного раздраженно ответил медик. Джим отпустил его руку и сел, наблюдая за шоком, охватившим доктора при виде змееподобных «локонов» Сары.

— Да, она перед вами, — просто сказал Джим.

— Вы привезли нам Королеву Клинков? — тихо спросил один из них.

— Нет. Ее имя — Сара Керриган. И вы обеспечите ей наилучший врачебный уход.

Уже не первый раз Джим ощутил укол боли, понимая, насколько она слаба. Он помнил ее сильной и волевой женщиной. Бой в ее исполнении был танцем единства ума, мышц и оружия, поэмой целенаправленного и хорошо контролируемого насилия. Ее научили убивать, но он знал, что она платит за каждую смерть. Если она могла выполнить задание, не становясь ангелом смерти, она так и поступала. Он жил точно так же. В отличие от Арктура Менгска.

Наверное, именно поэтому они так хорошо работали вместе — два превосходных киллера, которые не любили убивать.

Прежде чем Мэтт успел среагировать, Валериан перехватил крепко запястье собеседника. У Мэтта подогнулись колени. Принц услышал грохот отодвигаемых стульев. Рейдеры явно спешили на помощь капитану. Он отпустил Хорнера, не сводя с него глаз.

— Если проблема во мне, так и скажи, — рявкнул он низким голосом.

— Не совсем, — ошеломленно ответил тот, потирая запястье. — Дело в другом. Вы… ну… вас всякий сразу узнает. Вам следует замаскироваться. Ведь нам, скорее всего, придется идти пешком через Мертвецкий порт.

Валериан уже очень давно научился справляться с гневом. Он периодически прорывался, ударяя, как ядовитая змея, но всегда быстро угасал.

— Понимаю. Можно было просто сказать, — ответил он. — И болевых ощущений вы бы избежали.

— Ничего страшного, — буркнул тот. — Но я удивлен.

— Я — полон сюрпризов, — усмехнулся Менгск-младший, пригубив второй коктейль. — Итак, почему надо идти пешком?

— Мира говорит, что, хотя здесь — сплошная свалка, люди обычно не пользуются транспортом. Население сильно увеличилось в результате последних атак зергов на другие планеты. Раньше большинство составляли наемники и преступники, а сейчас — беженцы. Денег ни у кого нет. Любой корабль или иное средство передвижения привлечет внимание.

Тем временем Купер молча подвинул бокал Хорнеру. Тот поблагодарил его кивком и парой купюр.

— Ясно, — задумчиво протянул Валериан. — А ты предпочитаешь джин с тоником.

— Тоник и синте-лайм, — уточнил Хорнер. — Обычно я не пью, когда на вахте. Короче, наша задача — сделать так, чтобы вы выглядели грязным, подавленным и ничтожным, как большинство местных. Прошу прощения, но это будет чертовски трудная задача.

Мэтт занялся содержимым бокала.

Валериан слегка улыбнулся:

— Возможно, ты немного ошибаешься.

После получаса поисков и расспросов Хорнер нашел изрядно поношенную одежду. Естественно, наряд был позаимствован у одного из людей Свонна. Парень, по словам Мэтта, «очень любит пачкать руки за работой».

Принц взглянул на свое будущее облачение, стараясь не обращать внимания на запах. Заляпанные маслом и заплатанные штаны, рубашка, куртка и ботинки.

— Чудесно, — растягивая слова, выговорил он.

— Скверно, что мы не можем подождать денек-другой. Тогда бы и щетина отросла, — заявил Хорнер. — Ну ладно. Добавим немного грязи на лицо и волосы, и ты отчасти сойдешь за обитателя Мертвецкого порта.

Мэтт старался говорить деловитым тоном. Тем не менее, Валериану было очевидно, что Хорнер наслаждается мыслью о перевоплощении принца. Ведь Престолонаследник будет брести по улице «мусорного города», как беженец! Мысль была забавной и раздражающей одновременно.

— Отчасти?.. — переспросил он. — Полагаете, у меня ничего не получиться, капитан Хорнер?

— Признаюсь, меня это весьма беспокоит. Одно неверное движение, и мы — мертвецы. А до бункера, между прочим, — пять километров.

— Ты тоже не похож на оборванца, — усмехнулся Валериан. — Может, мне о тебе побеспокоиться? Ведь морпехи остаются на «Буцефале»?

— Точно, сэр. Ресоциализированные не смогут пойти против программы. Увы, они непригодны для подобных операций. И даже вашим лучшим морпехам не скрыть военной выправки.

— Верно.

— Мы возьмем пару рейдеров, которые нигде особо не светились. Они будут защищать вас, — сообщил Мэтт. — Вы согласны? Может, вы еще в нас сомневаетесь.

Недовольство начало пересиливать любопытство. Валериан посмотрел Хорнеру прямо в глаза.

— Я тебе не нравлюсь, — произнес он. — И ты мне не доверяешь. Однако я здесь, и моя жизнь будет в твоих руках. Если мы хотим работать вместе, капитан Хорнер, тогда, ради всего святого, давай сотрудничать сообща. А то мне уже надоели все эти глупости.

Мэтт слегка покраснел. Слова Валериана попали в точку.

— Конечно, — ответил он.

— Кроме того, — продолжил Менгск-младший, бросив взгляд на одежду, пахнущую кислым потом, — небольшое задание на время избавит тебя от Миры Хан. Я считал, ты мне будешь только благодарен.

Лед в их общении не был сломан окончательно, но Хорнер с трудом удержался от улыбки.

Наконец они выбрались из «импровизированного убежища в виде кучи мусора», в которую превратился печально известный по всей Галактике крейсер. Валериан снова едва не закашлялся от едкого воздуха. Хорнер оценивающе поглядел на него. Он был более аккуратен, чем остальные рейдеры, но принц опередил его на пару очков. Помимо мгновенной реакции, Престолонаследник явно обладал актерским талантом. Он целиком погрузился в фарс с маскировкой. Мэтт готов был побиться об заклад, что Менгск-старший никогда бы не признал в этом неряшливом парне своего родного сына.

Скрыть аристократические черты Валериана оказалось невозможно, поскольку они располагали скромными средствами. Поэтому они прибегли к самому легкому способу и замазали лицо принца грязью. Вдобавок Престолонаследник постоянно жевал что-то, взятое у одного из рейдеров. Оказавшись на «свежем воздухе», он наклонился и сплюнул вниз.

— Надеюсь, что это не пристанет к зубам навечно, — пробормотал он.

— Конечно, если не баловаться жвачкой сутки напролет, — произнес Мэтт.

Распустив золотистые волосы, Валериан провел по ним липкими пальцами, выпачканными в машинном масле. Оба взяли по пистолету. Оружие, которое первоначально выбрал принц, оказалось слишком новым и блестящим. Хорнер заявил, что так дело не пойдет. Мэтт быстро заменил ствол на более старый и потрепанный, из арсеналов «Гипериона». Пару минут Менгск-младший озирался по сторонам, привыкая к новой обстановке. Он держался так, будто палку проглотил. Едва Мэтт открыл рот, чтобы сделать очередное замечание, принц помотал головой и прошелся вразвалочку.

— О’кей, — сказал Мэтт.

Валериан усмехнулся и поднес палец на опасное расстояние к ноздре.

— Ладно, необязательно, — буркнул Хорнер, сдерживая смех. — Двигаемся тихо и спокойно. Даже сейчас мы все равно выглядим лучше и богаче, чем местные жители.

Им пришлось спрыгнуть на тропу, служившую «коридором». Мэтт подметил, что слои мусора напоминали пласты осадочной породы. Недавние обломки кораблей просто сваливали поверх старых. Он задумался. Интересно, что случилось с людьми, которые когда-то летали на этих космических судах?

Они старательно продвигались на север, следуя указаниям Миры Хан. Она с придыханием прошептала их прямо в ухо Хорнеру да еще сопроводила поцелуем в щеку. Вздрогнув при этом воспоминании, Мэтт снова сосредоточился на текущей задаче.

Принц шагал рядом с ним нарочито развязной походкой. Наконец они выбрались на открытое пространство.

— Здесь теперь перенаселение, — изумился Хорнер.

Валериан промолчал. Он внимательно озирал окрестности. Десятки горожан. Много детей, некоторые — почти голые. Они бегали без присмотра, забирались куда попало, и безрассудно прыгали по сломанным и искореженным частям бывших космических кораблей. В глазах мельтешило от ярких красок. Все вокруг было разноцветным, начиная от клочков одежды и заканчивая мусором. Менгск-младший обратил внимание на маленького мальчика, который настойчиво царапал голубой кусок металла.

— Что он делает? — тихо спросил Валериан.

— Ищет себе обед, — ответил Мэтт. В этот момент ребенок сунул что-то себе в рот. Валериан поспешно отвернулся.

— Не надо, — прошипел Хорнер. — Ты не должен показывать слабости. Никакой жалости. Да, такова реальность нищеты. Но есть и детские шайки, которые заманивают новичков к подросткам, а те просто грабят их без разбору. Джим сразу попался на эту удочку, когда попал в Мертвецкий порт.

— Ясно, — смачно сказал Валериан.

Они принялись проталкиваться сквозь толпу детей. Те, увидев незнакомцев, принялись хватать их за ноги и тянуть к ним грязные руки, попрошайничая. «Пожалуйста, мистер», — неслось отовсюду.

— Отвалите, — рыкнул Мэтт, с наигранной злобой и отвращением отталкивая оборванцев. Он действовал жестко, но не жестоко. Один из детей споткнулся и упал. Он вряд ли сильно ушибся, но моментально завопил во все горло. И даже выдавил из глаз пару слез.

— Что ты сделал моему ребенку? — произнес низкий голос. Язык у говорящего слегка заплетался, но от этого угроза не уменьшилась. Хорнер вздрогнул. Началось. Мужчина оказался очень высоким, а телосложением напоминал Тайкуса. Еще одним сходством с Финдли был длинный шрам. Он тянулся через все лицо, рассекал губу и заканчивался у подбородка. Здоровяк был не одинок. Двое его друзей, почти такого же внушительного вида, стали надвигаться на Мэтта и Валериана.

— Учу хорошим манерам, — сказал Валериан прежде, чем Мэтт попытался уладить конфликт.

— Хочешь сказать, у моего мальчика поведение плохое? — заявил великан, широко разевая бесформенный рот. Его речь могла показаться какой угодно, но только не смешной.

— Верно. Убери своего сына с дороги, и мы пойдем дальше.

Мужчина оскалился. Ему было явно не до шуток.

— Не думаю, что ты куда-то пойдешь.

Кулак размером с тарелку двинулся вперед, и здоровяк ухватил Валериана за рубашку, поднимая в воздух. Краем глаза Хорнер уловил блеск ножей. Едва успел поднять пистолет, но внезапно…

Валериан двигался молниеносно. Он крепко вцепился в руку противника, и через долю секунды мужчина с рассеченной губой рухнул на колени, вопя от боли. Приятели великана ринулись на принца. Престолонаследник быстро увернулся и оказался у них за спиной. Подпрыгнув, ударил обеими ногами в ботинках одну широкую спину, а затем… буквально взбежал по обоим. Он задержался наверху ровно настолько, чтобы стукнуть их головы друг о друга и, сделав сальто, приземлиться в низкую стойку. В руке он сжимал нож.

Двое здоровяков упали, но не потеряли сознание. Драться они уже явно не хотели. А зачинщик с рассеченной губой заревел и бросился на Валериана. Тот выждал, балансируя на носках, и в последнее мгновение резко отпрыгнул в сторону. Нападавший по инерции полетел вперед и врезался в кучу мусора. Раздался грохот, за которым последовал тонкий свист.

Нож принца пригвоздил потрепанный рукав противника к чему-то, напоминающему старый матрас.

Мужчина мгновение смотрел на это, а затем расхохотался. Выдернул острие и развернулся к Валериану, уже вооруженный.

— Промазал, — рыкнул он.

— Нет, — тихо ответил Престолонаследник, блаженно улыбаясь. — Я решил не лишать ребенка отца. Даже такого.

Великан увидел в руке Валериана второй нож.

— А теперь, может быть, мы мирно разойдемся? Или доведем бой до логического завершения? — спокойно спросил принц.

Свинячьи глазки мужчины стали совсем узкими… Ничего себе, подумал Мэтт, он даже не запыхался… Внезапно здоровяк пробормотал что-то неразборчивое и побрел к сыну.

Кивнув, Валериан подобрал брошенный нож и повернулся к своему спутнику. Хорнер молчал. Спустя секунду они пошли дальше. Больше их никто не трогал.

— Я понятия не имел, что ты такое можешь, — вымолвил Мэтт.

— Что именно?

— Да все.

Менгск-младший усмехнулся:

— Думал, я книгочей и женоподобный слабак?

— Я…

Хорнеру не хотелось признаваться в этом, но и врать не тянуло. Он пытался найти компромисс.

— Ну… я не ожидал, что ты окажешься настоящим мастером. Справишься в одиночку с тремя.

— Двое против троих, — поправил Валериан. — Ты же достал пистолет.

— Ты настолько быстро двигался, и я мог попасть в тебя.

— Извини.

— Мне надо просить прощения, — рассмеявшись, ответил Мэтт.

— Незачем. Ты очень мало обо мне знаешь, мистер Хорнер, — продолжил Престолонаследник. — Ты видел меня по UNN, разрезающим ленточки и радостно разглагольствующим о древних артефактах. Я люблю роскошь и не имею заметных шрамов. Но большая часть моей жизни является тайной. Я провел в компании вояк времени побольше, чем ты или сам мистер Рейнор. Долго и упорно тренировался со старинным оружием. Например, с мечами…

— И ножами.

— …правильно, — согласился Валериан. — Изучил три разных стиля боевых искусств.

— Ложкой убить меня сможешь?

— Столовые приборы нужны только неумехам, — бесстрастно ответил Менгск-младший.

Не разыгрывает ли он меня, подумал Хорнер, посмотрев на Валериана. В глубине серых глаз принца мелькали искорки веселья. Но Престолонаследник быстро отвернулся.

— Даже в детстве я не чувствовал себя в безопасности. Я научился быть настороже всегда и во всех обстоятельствах. Поэтому я ввязался в драку, а не отступил. В таких местах слухи разлетаются мгновенно. Нас не будут беспокоить.

— Ты оказался в центре заварушки, — сказал Мэтт.

— Лучше я буду жив, привлекая внимание, чем мертв и недостоин оного. В отличие от этих бедняг.

— Я пытался приготовить тебя к нашей «прогулке» по Мертвецкому порту.

— Мы оба. Просто… — Валериан попытался подобрать нужные слова. — Правительство, по идее, должно заботиться о людях. Но после недавних нападений зергов… они гниют заживо, Мэтт. Мужчины, женщины, дети. Доминион палец о палец не ударил ради них.

— Но и они Доминион не слишком-то любят.

— Однако я видел, что здесь раздают еду, хотя и по карманам тоже шарят. Не узнал упаковки?

— Ну… — невнятно пробормотал Хорнер.

— Я подмечал все детали, — произнес Валериан. — Ведь это — моя прямая обязанность. Две упаковки имели тот же знак, что на комбинезоне Миры. Эмблема ее, так называемой банды. Убийцы снабжают местных жителей бесплатной пищей… Удивительно, наемники оказались добрее, чем люди в правительстве моего отца.

Мэтт молчал. Мира всегда поражала его своей исключительной самостоятельностью. Поверив Валериану, Хорнер увидел ее в новом свете. Кроме того, у нее в руках — Престолонаследник. Мира прекрасно понимает, сколь щедро вознаградит ее Арктур, если она выдаст Валериана.

Но она так не поступила.

По крайней мере, пока. Но Мэтт почему-то знал, что Мира их не выдаст.

— Интересно, что бы она сказала, расскажи мы ей о Саре, — спросил он у Валериана.

— Даже не думай об этом, — быстро ответил принц. — В результате действий Королевы Клинков десятки тысяч людей, ставших беженцами, оказались на этой планете. Миллиарды погибли. Если они будут в курсе, что Мира укрывает Керриган, то мы проиграли. Ее благотворительность не купит Саре и секунды жизни. Практически все здешние обитатели жаждут мщения, — с горечью произнес он. — Я не отплачу Мире за ее доброту, поставив ее под прицел, — подытожил Валериан.

Мэтт промолчал, устыдившись своей легкомысленности.

— Подожди, — вдруг сказал он. Они углубились в разговоры, и Хорнер решил проверить, не сбились ли они с пути. Быстро проверил карту, которую набросала Мира.

— Невероятно, — изумился принц.

— Думаю… это так и есть, — присвистнул Мэтт. Он продемонстрировал Менгску-младшему карту с какими-то символами. Потом показал на изодранное кресло, принадлежащее, судя по всему, старому космическому кораблю. На сиденье и спинке были нацарапаны точно такие же знаки.

— Хорошо, что мы с тобой поменьше Тайкуса, — пробормотал Хорнер, протискиваясь в узкий лаз под креслом.

Джим почти не покидал комнату. Он вообще не хотел оставлять Сару наедине с чужими людьми. Но его организм имел некоторые потребности, которые следовало удовлетворять. Например, пища. Внезапно живот Рейнора забурчал так громко, что оба врача, Йейтс и Беккер, вопросительно переглянулись.

Мира оказалась верна своему слову. Никто не собирался стирать или готовить для непрошеных гостей. Блуждая по огромной кухне в поисках съестного, Джим с грустью подумал о дворецком-наемнике Рэндэлле. Ведь тот мог приготовить кулинарный шедевр, просто поскребя по сусекам. Рейдер сразу же вспомнил себя и Тайкуса на этой кухне. Повара были раздражены, но не выражали открытый протест, наблюдая за нахальным Финдли. Он накладывал себе горячую еду из кастрюль, которые еще не успели снять с плиты. Не один раз они бродили здесь с утра пораньше, ища, чем бы опохмелиться.

— Черт, — буркнул Джим. — Чем раньше я отсюда выберусь, тем лучше.

Он отсутствовал совсем недолго, но этого оказалось достаточно для нового витка судьбы. Когда спустя пару минут он вернулся к Саре с двумя тарелками лапши и соусом из армейского пайка, то обнаружил, что врачи не на шутку встревожены.

Сара, закрыв глаза, лежала на кровати. Она дышала медленно и равномерно. К ее рукам и груди тянулись трубочки.

— Как она? — нервно спросил Джим.

— Не очень, — ответил старший, Йейтс — пожилой мужчина с морщинистым лицом. — У нас тут происшествие.

Джим напрягся:

— Что конкретно?

— Она попыталась выдернуть одну из ее… ну, мы между собой решили называть их головными иглами, — пояснил молодой коллега Йейтса — темнокожий Беккер. — Слегка надорвала у основания, но рана оказалась незначительна, мы ее обработали.

— Понимаю, — сглотнув, выдавил Рейнор.

— Затем она отказалась отвечать на любые наши вопросы и ведет себя так, будто нас здесь нет.

— Она не спит? — тихо спросил рейдер, не отрывая взгляда от Сары.

— Да, — сообщил Йейтс. — Но игнорирует нас.

— Я попробую поговорить с ней.

Джим прошел мимо врачей и сел на стул возле кровати. Подчеркнуто громко шаркнул ногами, чтобы дать ей понять, что он рядом. Она лежала спиной к нему и даже не пошевелилась. Он заметил поврежденный отросток, аккуратно перевязанный у основания.

— Привет, милая, — вымолвил Рейнор.

— Хватит пялиться на мою голову, — ответила она, оставаясь в том же положении.

— Снова мысли читаешь?

— Нет. Просто хорошо тебя знаю. И в курсе всех врачебных комментариев.

— Ага. Ты взбесилась.

— Ты не представляешь, — ответила Сара. Ее голос был одновременно ледяным и яростным. Явно взбешенная, она контролировала себя только силой воли. Джиму хотелось прикоснуться к ней, но он сдержался. И снова заговорил с ней очень мягко:

— Знаешь, а ведь ты права. Никто не знает, что творится внутри у другого.

— За исключением телепатов.

Джим слегка усмехнулся:

— Точно. Точнее… я не знаю, о чем думают другие.

— Согласна. Разговор окончен?

— А ты этого хочешь?

Молчание. Рука Сара двинулась к голове, чтобы откинуть отростки. Но Рейнор понял, что ее замысел не столь невинен, и мгновенно перехватил ее запястье.

— Незачем причинять себе увечья, — произнес он. — Таким образом ничего не изменишь. Кроме того… ты не виновата. Это все проклятое заражение. Они превратили тебя в Королеву Клинков. Не забывай, пожалуйста.

Он приготовился к новой вспышке гнева и борьбы, но рука Сары обмякла. Он аккуратно отпустил ее.

— Я не уверена, — вымолвила она и умолкла.

Другой купился бы на спокойствие в ее голосе, но только не Джим. Сара была охвачена яростью. Молодая женщина, образно говоря, прикрыла кипящий котел крышкой. Рейнор догадался, что скоро ее гнев выплеснется наружу с новой силой.

— Я люблю тебя, милая, — прошептал он, наклонившись к ней. — Что бы там ни было.

*** 2500 год ***

После услышанного Джим искренне удивился, что Сара оказалась в состоянии не взорвать научный центр сразу же и со всеми безумными учеными. Она терпеливо выжидала. Это и есть настоящая мощь, знающая себе цену, понял он. Любой человек, вооруженный чем-то, будь то револьвер Кольта армейского образца, винтовка Гаусса или телепатия, должен быть достаточно силен внутренне, чтобы лишать другого жизни. Но глубоко укоренившееся в Саре отвращение к убийству давало ей возможность всегда делать выбор. Она могла остановиться. Он начал немного лучше понимать ее и стал еще больше ею восхищаться.

Они уже некоторое время действовали вместе, но теперь дело обстояло по-другому. Задача оказалась не из простых. Хотя найти и освободить подопытных бедняг им не составит особого труда. Но обнаружить среди своры безумных ученых их коллег, не потерявших честь и достоинство, будет сложно. А еще надо расставить заряды взрывчатки и подорвать центр. Единственный, кто будет им помогать, — Джек… черт, Мэтт Хорнер. Его голос в наушниках станет указывать им нужное направление в коридорах. Джим старался не показывать беспокойства и пытался взять себя в руки.

Кроме того, он не хотел, чтобы Сара лишний раз тревожилась.

— Верно, — согласилась она, снова прочтя его мысли. — Все очень круто. А я накрутила еще сильнее. Но я права.

— Точно, — усмехнулся он. — Ладно, начали…

Джим выставил вперед руки, и она защелкнула наручники у него на запястьях. Потом другие, на лодыжках. На вид — отличные и прочные металлические браслеты с цепями, используемые Конфедерацией. Замечательно бряцают и не выполняют своего истинного предназначения. Она кинула на него внимательный взгляд.

— Извини, — произнесла Сара.

— За что?

Джима застали врасплох — он не ожидал удара кулаком в лицо. На мгновение у него перед глазами закружились звездочки. Он почувствовал, как вспухает губа, едва сдержался, чтобы не поднять руки и не стереть кровь. Сейчас он прекрасно понял намерение Сары.

— Милая, — сказал он, шепелявя. — Ты бьешь как девчонка.

— Ну да, — ответила она, ухмыляясь впервые с начала их разговора.

Он выбрался из десантного корабля, она последовала за ним. В причальном шлюзе их встретил пожилой мужчина с идеально стриженными седыми волосами и в белом халате. С ним были двое вооруженных охранников. Троица пребывала в радостном возбуждении.

— Профессор Орвилл Харрис, — представился врач, протягивая руку Саре. Джим знал его имя. Влалыка центра, инквизитор, главный из ученых, он распоряжался всеми творимыми здесь ужасами и знал самые мрачные тайны. Он отдавал приказы. Сара демонстративно убрала свою руку за спину.

— Я не жму рук, — холодно ответила она.

— А… конечно же, — ответил Харрис, натянуто улыбаясь.

И сразу переключился на Рейнора, оглядывая его с головы до ног, будто животное, которое привели на бойню. «Что ж, вполне соответствует действительности, — подумал Джим, — но только мы их опередим».

— Я бы хотела проверить распорядок прежде, чем передам в ваше распоряжение Заключенного 493, - продолжала Сара.

— Безусловно, — сообщил Харрис. — Должен поблагодарить вас за ценный трофей, агент?..

— Я — «призрак», — заявила Керриган. — Вам незачем знать мое имя. И ваши громилы… — Она презрительно улыбнулась. — Отправьте их, пожалуйста, подальше. Неужели вы полагаете, что я не справлюсь с одним заключенным, закованным по рукам и ногам?

Джим удержался от смеха. Она мастерски разыграла Харриса. Тот буквально сдулся на глазах.

— Нет, нет! Вы же профессионал. Свободны, господа. Сюда, агент… э-э, агент.

Дверь скользнула в сторону. Керриган, Рейнор и Харрис прошествовали в коридор.

Вышли из него уже двое. Тело профессора они кинули в угол, достав, из нагрудного кармана безупречно чистого белого халата маленький прямоугольный чип. Теперь на груди Харриса покоилась бомба с мигающим огоньком. Совсем небольшая, размером с пол кулака Рейнора. Им предстояло установить еще немало бомб, которые должны взорваться одновременно. Странно, но они кажутся безобидными, подумал Джим. Вещи, причиняющие большой вред, должны быть огромными и впечатляющими.

— Вот, — шепнул он, показывая Саре ключ.

Она быстро кивнула. Сейчас она выглядела как вышедший на охоту хищник, полностью сосредоточившийся на текущей задаче. На ее лице появилось выражение, которое Рейнор запомнил по прошлым операциям. Она прислушивалась к мыслям. В этом состоянии у нее был очень странный взгляд — одновременно отсутствующий и сконцентрированный, как луч лазера.

— О’кей, Мэтт, — тихо произнес Джим. — Харрис готов, ключ взяли, движемся на юг по одному из коридоров.

Разумеется, Сара предварительно ознакомилась со схемой центра, но сейчас для нее настало время максимальной концентрации. Ей незачем ломать голову насчет очередного поворота. Она будет проникать в сознание окружающих, и никто не сможет неожиданно их атаковать.

— Идите дальше, — раздался в его ухе голос Мэтта. У Сары в ухе был точно такой же микронаушник, транслирующий сообщения Хорнера. — В десяти метрах впереди дверь. За ней — зона, которая охраняется сильнее. Секьюрити там нет, а ключ Харриса должен избавить вас от прочих проблем.

— Ясно, — ответил Джим. Коснулся ключом электронного замка, и дверь с жужжанием открылась. — Входим.

— О’кей, — сказал Мэтт. — Сейчас увидите три двери. Две справа, одна слева. Те, что справа, ведут в лабораторию и кабинет. Постарайтесь не привлекать внимания. Вам нужна левая. Это — вход в главное… хранилище. Наверное, ключ вам поможет туда проникнуть, по внутри вас встретит куча народа.

Джим и Сара переглянулись.

— Значит, продолжаем блефовать. Я выясню, кому можно доверять, а потом дам тебе знак.

— Точно, — кивнул Рейнор.

Сара заново застегнула на нем бутафорские наручники, и они повторили трюк. Уловка сработала. Охранники были внимательны, но послушны приказам руководства. А ученые просто ликовали. Ведь к ним в руки пришла ценная добыча — мозг знаменитого Джеймса Рейнора! Какие фантастические перспективы их ожидают! Но Джим знал, что любопытство для некоторых исследователей было такой же маскировкой, как и его наручники. Сара на мгновение взглянула на Джима после того, как внимательно посмотрела на третьего ученого, и едва заметно улыбнулась. Это был условный сигнал. И он повторился, но лишь несколько раз. Из восьмерых сотрудников центра только двое обладали состраданием и втайне ненавидели то, чем занимались. Мужчина азиатской наружности и светловолосая женщина. Хоть кто-то. Джим надеялся, что позже они найдут и других.

В конце концов Сара закончила проверку. Теперь им следовало проникнуть в следующий блок. Но в последний момент к ним присоединился еще один ученый. Крепкий и рослый мужчина с загорелой кожей и темными волосами, седеющими на висках. Сара «не давала на него добро». Но надо было действовать. И они подошли к массивной двери. Джим воспользовался ключом Харриса. Спустя секунду они попали в иной мир.

Джим не счел необходимым скрывать шок от увиденного. Слухи оказались правдивы, как он и предполагал. Эти люди являлись обычными гражданами. Свидетельством тому выступали документы, которые Рейнору и Саре удалось перехватить по каналам связи. Мужчины, женщины и дети сидели на стульях, на корточках, на полу или лежали в самых причудливых позах. Некоторым, судя по уродливым рубцам на выбритых головах, провели операции на мозге. У других к телу были присоединены непонятные устройства. К этим «пациентам» проявили неожиданное сострадание, оставив несчастным одежду. И они старательно кутались в тряпье, прикрывая свои недавно появившиеся физические аномалии. Джим едва сдержал вспышку гнева, увидев стоящего в помещении мальчика лет десяти. Ребенок даже не повернулся к вошедшим. На его голове виднелся свежий уродливый шрам.

Внезапно исследователь, который вошел вместе с ними в помещение, решил ввести Сару в курс дела. Он начал объяснять женщине жуткие подробности экспериментов и упомянул насчет «подстройки и адаптации на генетическом уровне». Сара молчала и перевела взгляд на Джима.

Тот взревел, стряхивая с себя наручники, и бросился на профессора. Провожатый оторопел. Самодовольство и мерзкое выражение превосходства мгновенно пропали с его лица. Разбойник Джеймс Рейнор быстро ударил профессора в красивый мощный подбородок.

Врач упал как мешок с трухой. Джим не был уверен, жив ли поверженный. Ему было наплевать. Он выхватил из кармана халата ученого ключ и принялся открывать двери.

В то же мгновение Сара подскочила к другому мужчине, светло-голубые глаза которого остекленели. С небрежностью мастера ударила его ногой в горло, ломая гортань.

Через секунду она развернулась и схватила женщину. Та намеревалась закричать, но Сара прикрыла ей рот ладонью.

— Мы здесь, чтобы, забрать вас из центра. Ты хочешь?

У женщины в глазах засветилось облегчение и даже нечто, напоминающее радость. Она энергично кивнула. Сара убрала руку.

— Тогда помогай. Есть другие, которые думают так же, как ты. К примеру, доктор Фэнь. Есть кто-нибудь еще?

— Наверное… Мы никогда не откровенничали.

Лицо Сары в гневе — ужасно и прекрасно одновременно, подумал Джим, кинув взгляд на напарницу, пока освобождал заключенных.

— Понятно. Свяжись с ними. Через десять минут в четвертом причальном шлюзе нас будут ждать дескатеры. Найди людей и отведи туда.

Она сунула женщине пистолет.

— Возьми. Он тебе понадобится. И спеши. Скоро все взорвется.

Женщина нерешительно поглядела на оружие, но послушалась Сару. Они подошла к Джиму и начала помогать ему открывать двери. Некоторые заключенные уже поняли, что происходит, и явно приготовились к бегству. Остальные испуганно жались к стенам.

— О’кей, Мэтт. Мы внутри, у нас союзник. Доктор?..

— Элизабет Мартин, — представилась женщина.

— Элизабет Мартин, — повторил Рейнор. — Она выведет людей из этого блока, а потом свяжется с другими.

— Ясно, — ответил Хорнер. — Теперь займитесь следующим отделением.

Джим обернулся к Саре. Она прятала в карман ученого, которого все же уложил Джим, очередную бомбу. Керриган быстро встала.

— Вперед.

В центре оказалось четыре помещения для подопытных. К тому времени, когда Джим и Сара вскочили в последний десантный корабль, сорок четыре «объекта экспериментов» были на свободе. Кроме того, Сара отобрала тринадцать ученых. Мэтт постоянно держал их в курсе хода операции, но для конспирации использовал другие маршруты, новые входы и выходы. Иногда он менял указание дважды за раз. Сара оставляла на своем пути все новые бомбы. Теперь она просто клала их на пол. И Джим понимал ее. Он соглашался с ее выбором. Надо покончить с центром пыток как можно скорее. Конечно, есть и другие лаборатории. Но сегодня им удастся отрубить, по крайней мере, одну ветвь ужасающего древа мучений. Навсегда.

Сара распрощалась с последней бомбой и замерла.

— Сколько? — осведомился он.

— Пять минут, — ответила она.

— Милая, времени в обрез.

— Ничего.

Они едва успели. Последний десантный корабль, на борту которого, кроме них, были четверо ученых и шестеро заключенных, начал набирать высоту. В этот миг научному центру пришел конец. Бомбы взорвались по цепочке, начиная с первой, в кармане профессора Харриса, и до последней, которую Сара в спешке оставила на столе. Замелькали слепящие вспышки, а затем вспухли оранжевые шары пламени. Спустя двадцать секунд после первого взрыва от здания остался лишь черный остов, охваченный огненными языками.

Сара не отрывалась от этого зрелища. Джим ожидал увидеть в ее глазах праведный гнев или радость. Но па лице Сары Керриган появилось спокойствие. Она сделала то, что было необходимо, и ни о чем не жалела.

— Сара? Как насчет того, чтобы хорошенько выпить, когда вернемся? — непринужденно поинтересовался он.

*** 2500 год ***

Бар «У Сэма» был неподалеку от базы. Не слишком скучный и не очень дикий. Не мрачный, но и не безлюдный. Джим хотел, чтобы Сара чувствовала себя комфортно, и намеревался показать ей нечто стоящее, а не стерильную версию питейного заведения. Он бывал здесь раньше, хорошо знал барменов и самого хозяина — Сэма. Конечно, это — не «Грешный Уэйн», который он и Тайкус крышевали так долго, что чувствовали себя там как дома. Кроме того, Рейнор очень изменился. Он уже не нуждался в обнаженных стриптизершах, которые вертелись вокруг шеста под грохочущую музыку. Теперь он полюбил неторопливые беседы за кружкой холодного пива, а иногда предпочитал просто молчать. Бар «У Сэма» был идеальным местом для этого.

Он тщетно пытался не смотреть на часы и не вздрагивать, когда открывалась входная дверь. Сара опаздывала. Наверное, решила проигнорировать его приглашение. Эта мысль пронзила его, но он не стал ее ругать. Ей все это в новинку, да и для него — тоже. Их отношения… он даже не представлял, как это правильно назвать. Рейнор уже собрался бросить на стойку несколько банкнот и уходить, когда почувствовал на себе ее пристальный взгляд. Непринужденно обернулся, чтобы она не заметила, насколько он обрадован. Джим приготовился отпустить едкий комментарий в качестве приветствия.

— Выглядишь… потрясающе, — только и смог он ошеломленно вымолвить.

Он увидел Сару Керриган… но вовсе не ту Керриган, которую так хорошо знал. Перед ним уже не было «призрака» в облегающем костюме-невидимке. Исчез профессиональный наемник, превративший убийство в танец с несколькими партнерами одновременно. Остался где-то в прошлом солдат, который, хотя и мог подвергнуть приказ сомнению, выполнял его изо всех сил.

Впервые перед ним появилась женщина.

Она нашла платье (Бог знает, каким образом), которое сидело на ней так, будто наряд специально шили для нее. Не сногсшибательное и роскошное, не открытое и соблазнительное. Совершенно простое, зеленое летнее платье с подолом до середины икры и завязками на ее мускулистых, но женственных плечах. Новое одеяние подчеркивало ее светлую кожу, покрытую редкими веснушками. Только теперь она отважилась распустить волосы. Ее густые локоны отливали естественным рыжим цветом и струились по спине. Прядь над ухом удерживалась заколкой в виде бабочки. Грудь была прикрыта, но ложбинка осталась на свободе. На стройных изящных ногах красовались легкие сандалии из тонких ремешков. Сара заметно нервничала.

Странно. Она никогда не волновалась.

— Спасибо, — поблагодарила она, одарив Джима мимолетной улыбкой. — Надеюсь… я правильно оделась. Пришлось позаимствовать платье.

— Идеально, милая, — ответил он, пододвигая ей стул, так, как учил его отец. Снова понял, что у нее — абсолютно безупречная фигура. Был ли предел ее совершенству?

— Разумеется, нет, — произнесла она, прочитав его мысли, и огорчилась. — Прости. Пыталась не… сам понимаешь.

— Милая, если ты будешь называть меня свиньей, как прежде, я разрешаю тебе забираться ко мне в голову когда угодно. Я буду твоей открытой книгой.

Джим говорил шутливым тоном, но был искренним. Она сразу расслабилась и снова улыбнулась. Он попытался вообразить, каково же это — поцеловаться с Сарой? С изумлением обнаружил, что она покраснела и опустила голову. Волосы упали ей на лицо. Он накрыл ее ладонь своей рукой.

— Что тебе заказать выпить?

Она слегка пожала красивыми крепкими плечами.

— Понятия не имею. Я не пью, кроме тех случаев, когда Арктур угощает.

— Тогда начнем с чудесного холодного пива. День-то жаркий, — решился Джим. — И обязательно попробуй вот это.

Он показал на горячие закуски неизвестного происхождения.

Джим, Мэтт и Валериан молча сидели в корабле, который быстро отдалялся от хаотической горы мусора, носившей гордое название «Мертвецкий порт». Он летели в пустынную горную местность, точнее в Рай.

— Из одной чертовой дыры в другую, — пробормотал Мэтт, ища, где приземлиться.

— Но, признайтесь, здесь такое разнообразие рельефа, — усмехнулся принц, сидящий позади двух рейдеров.

— Точно, — согласился Джим. — Немного многовато, на мой вкус. Мэтт, почему Мира выбрала это поселение?

Мэтт бросил на него недовольный взгляд.

— Почем я знаю? Эта женщина для меня — сплошная загадка.

— Но зато она добилась впечатляющих результатов, — подытожил Престолонаследник.

Джим прищурился и разглядел место под скалой, нависающей неподалеку от потрепанных домов, из которых состоял городок.

— Ничего себе, — вымолвил он. — Если Мира решила сдать нас, она могла сделать это раньше.

Мэтт повел корабль на посадку и мягко опустил его на поверхность. Они вылезли наружу, и их обувь сразу погрузилась в мягкую пыль кирпичного оттенка. Пейзаж напомнил Джиму планету Чар. Рейдер вздрогнул. Тот этап закончен. Сару спасли, а Наруд, по словам Валериана, поможет ей окончательно выздороветь. Надо сосредоточиться на текущем моменте. Следует на время забыть о том, как он выстрелил в друга. А ведь тот однажды принял удар на себя… «Все, пора остановиться», — вздохнул он.

Рейдер заметил, что Мэтт таращится на него, и быстро тряхнул головой. Я в порядке. Хорнер кивнул.

— В городке есть бар, — заявил Мэтт.

— Вряд ли мне пойдет на пользу выпивка, — ответил Джим. — Уверен, здесь подобных заведений тысячи.

— Стоит заглянуть именно туда. Раньше там был наркопритон, но Мира его в порошок стерла. Правда, портвейн там вряд ли подают.

— Обойдусь и без выпивки, — не клюнув на наживку, сообщил Валериан. Джим еще не успел расспросить Хорнера о том, как прошел их «пеший поход» на узел связи Мертвецкого порта. Тем не менее, он сразу чувствовал, что нелюбовь Мэтта к императорскому отпрыску слегка поубавилась. Хорошо. Его не слишком-то беспокоил этот баловень судьбы. Сейчас у них — одна общая цель. Пока юноша Валериан Менгск не провалил дело, никому из их компании не надо ссориться.

Воздух был горячим, и дул слабый ветерок, что несказанно порадовало Рейнора. Ужасно не хотелось, чтобы мелкая пыль скребла кожу, когда из одежды на нем были всего лишь штаны, рубашка да ботинки с курткой. Конечно, рейдер захватил с собой три пистолета, два из которых гордо красовались у всех на виду.

Хорнер и Валериан были вооружены точно так же. Молча они направились к окраине городка Рай.

Сначала путники увидели собранные из хлама укрытия. Их было рядов десять. «Времянки» сменили потрепанные дома, казавшиеся еще старше. Ветер переменился, и Джима едва не стошнило от запаха фекалий и немытых тел. Он увидел целые семьи, сбившиеся в кучки. Они оглядывали их со страхом, подозрением и ненавистью.

— Откуда столько народа? — удивился Джим.

Хорнер хотел ответить, но Валериан опередил его.

— Беженцы, — пояснил он. — Очевидно, Мира делает все, чтобы помочь им.

— Не слишком-то много, — произнес рейдер без доли критики. Он просто констатировал факт.

— О’кей, — начал Хорнер. — Мира сказала, что некоторые из ее людей будут следить за нами — прямо из толпы. Мы наверняка их не узнаем. Она предупредила, что некоторые из здешних очень голодны и злы. Они могут на нас напасть, так что надо держать пушки наготове.

Джим слегка усмехнулся. Ведь он оказался предусмотрительнее, чем принц. Валериану пришлось поторопиться.

В этот миг Рейнор почувствовал на себе недоброжелательные взгляды. Некоторые таращились на незнакомцев исподтишка, другие — открыто. Он был невозмутимым и игнорировал обитателей городка. Валериан, к счастью, снова изменил походку. Он начал широко и уверенно шагать, приноровившись к поступи Рейнора и Хорнера.

Дома напоминали тот, в котором вырос Джим. Правда, качество их было похуже, чем те готовые дома на Шайло, где он родился. Многие уже развалились. Такие лачуги подпирали с боков булыжниками. В воздухе висела атмосфера безнадежности и подозрительности.

— Нам нужен второй слева, — тихо сказал Мэтт. Они свернули к дому без крыши и без вывески. Джим напрягся, открывая старую потертую дверь.

Внутри висел едкий сладковатый запах, давая понять осведомленным, чем в баре занимались раньше. Но недавно в заведении навели полный порядок. С тех пор здесь не поощряли ни один из грехов, кроме винопития. Обстановка была стандартной. Клиенты склонились над кружками и бутылками. Хорнер прошествовал прямо к бармену — мужчине с грязными бакенбардами и бритой татуированной головой. Тот неприязненно оглядел всю компанию.

— Кто что будет? — спросил он басом, почти с вызовом.

— Виски… «Скотти Болджер Олд номер 8», — произнес Джим.

— То же самое, — заявил Валериан.

— Пиво, а лучше два. Пить охота, — сказал Хорнер.

Именно так они и должны были сказать.

Бармен уставился на Мэтта, но набор напитков, произнесенный в точном порядке, предназначался не для его ушей. Заказ услышал человек из банды Миры Хан. Они не стали оборачиваться, чтобы посмотреть, кто соскользнул со стула.

Безо всяких церемоний на стойке появились два бокала и две бутылки. Виски слегка пролился, и бармен

даже не попытался убрать лужицу. Далеко ему до Купера, — вздохнул Рейнор, беря бокал. Даже в тусклом свете на нем были заметны отпечатки пальцев. Пожав плечами, Джим осушил его одним глотком. Алкоголь убьет всю заразу, а обжигающее ощущение в горле было приятным. Он заказал вторую стопку, а затем и третью.

Наконец они прошли в свободную кабинку, которых здесь было достаточно.

— Пока ситуация нормальная, — сообщил Джим.

— Согласен, — подтвердил Хорнер. — Кстати, Валериан, вон те парни в углу не кажутся знакомыми?

Престолонаследник скривился, будто от боли, и начал потирать шею, медленно поворачивая голову. Потом обернулся к столу.

— Крэйн, если не ошибаюсь. Полагаю, Мира расставила охрану.

Джим решительно потянулся за одной из бутылок Мэтта, который притворялся, что пьет. Но вдруг в их кабинку кто-то проскользнул. Голову и лицо мужчины скрывал капюшон, но, когда он поднял голову, рейдер увидел белоснежные усы и бакенбарды.

— И снова — здравствуйте, профессор, — протяжно поприветствовал он Эмиля Наруда.

— Позволю сказать, чем быстрее мы отсюда уйдем, тем лучше, — быстро ответил профессор.

— Согласен, но спешить не следует. Мы привлечем излишнее внимание, — отозвался Хорнер.

— Тогда давайте не будет тратить время понапрасну. Я хотел бы ввести вас в курс дела, — начал Наруд. — Я знаю, что вам это не понравится, но мне необходимо провести несколько проверок… объекта. У нее в генах остались мутагены зергов, судя по незавершенности трансформации, о которой сообщил мне Валериан. Надо определить, в достаточной ли степени она вернулась в человеческое состояние, чтобы доверять ей. Иначе мы будем вынуждены изолировать ее ради безопасности, как ее собственной, так и…

— Нет.

— Вам необходимо понять… — подал голос Наруд после секундного замешательства, — она…

— Ты должен понять меня. Итак, ты не будешь тестировать и проверять ее, как подопытное животное. Не пытайся демонстрировать свое превосходство. Уверен, ты не забыл, как мы спасли твою шкуру на Тирадоре VIII.

Наруд неуверенно поглядел на него.

— Конечно же, нет…

Если бы не рейдеры, Королева Клинков получила бы важнейшую информацию об артефакте, который позже вернул ее в человеческий облик. И в качестве побочного «положительного» эффекта уничтожила бы находившихся на планете ученых.

— У нас сильная нехватка медикаментов. Кроме того, наши корабли повреждены, и мы понесли потери среди членов экипажей, — тихо сказал Валериан. — Мира помогла нам с ремонтом, но по минимуму. Она сделала все, что в ее силах. Нам необходимо добраться до секретной базы Фонда Мебиуса. Там мы сможем укрыться и обеспечить Саре Керриган должный уход.

— Они правы, — кивнул Хорнер. Джим бросил на него гневный взгляд, но Мэтт лишь пожал плечами. — Если хотите, сэр, я предоставлю вам список припасов и дыр в кораблях. Мне такая идея тоже не по нраву, но нам не стоит оставаться здесь. И незачем доставлять Мире лишние заботы и неприятности из-за того, что она нас выручила.

Джим достал из-за отворота рукава пачку сигарет и закурил. Затянулся, думая о Саре, лежащей на кровати. Огонь в ней угас, принимать пищу отказывается… Она стала беззащитной и хрупкой женщиной, а когда-то олицетворяла быстроту и живость.

Миру также нельзя подводить. Джим оценивающе поглядел на Наруда.

— Договорились, — процедил он. — Но у меня имеются кое-какие дополнения. Даже в твоем центре последнее слово останется за мной… Можешь с этим не соглашаться. Тогда мы найдем другой способ помочь ей. Понял?

Наруд открыл рот, чтобы ответить.

Глаза Сары мгновенно распахнулись. Происходит что-то очень плохое. Джим в опасности. Или ей приснился кошмар? Успокоительные, лекарства, провалы в памяти… Сара уже не была уверена, где реальность, а где — морок. Она попыталась вырваться из дремоты.

— Доктор… — прохрипела она.

Йейтс сразу же подскочил к ней.

— Что такое, Сара?

— Джим… он не здесь… он не на «Гиперионе»… так ведь?

— Нет. Он куда-то отправился с капитаном Хорнером и мистером Вэ.

Внезапно стакан с водой поднялся воздух и перелетел через всю комнату. Сара попыталась встать, сбрасывая одеяло и вставая босыми ногами на деревянный пол.

— Он в опасности… свяжитесь с ним! Сейчас же! Они хотят захватить его!

Рори Свонн не любил командовать. Он предпочитал работать не с людьми, а с инструментами и не боялся испачкать руки. Ему нравилось ремонтировать технику и общаться с небольшой бригадой подчиненных. Стоя на мостике «Гипериона», который они умело замаскировали снаружи горой хлама, он вздохнул. Зачем Рейнору и Хорнеру понадобилось мчаться на встречу с этим Нарудом? Неужели нельзя было кому-то одному остаться на корабле, чтобы Свонну не надо было торчать здесь и…

— Сэр, кажется, нас атакуют! — крикнул Марк.

Сирены не звучали, и сигналы не мигали. Рори прищурился.

— Тебе кажется? — грубо переспросил он. — Как это понимать?

— Кто-то стреляет по мусорной куче!

Пусть так, но такой вывод — слишком поспешный. Свонн сдвинул кустистые брови.

— Сэр… по хламу, который…

— …является нашим укрытием, — закончил Рори. — Черт побери. Нас нашли. Свяжись с капитаном «Буцефала», живо!

На экране появилось лицо капитана Эверетта Вона.

— Что такое, мистер Свонн?

— Нас атакуют, идиот!

— Я зарегистрировал активность на поверхности, — доложил тот.

Рори моргнул.

— Кто-то стреляет по мусору — по нашей маскировке, Вон, — резко и отрывисто воскликнул он. — Что еще это может значить?

— Мы идентифицировали суда как корабли наемников, — продолжил Эверетт. Он был непоколебим. — Возможно, это — обычные разборки среди местных.

— Что? — гневно заорал Рори. — Ты спятил? Надо убираться, и быстро! Нападать, если понадобится!

— «Гиперион» и «Буцефал» — крейсеры, мистер Свонн, — парировал Вон. — Бывшие флагманы Доминиона. Если кораблями, которые, как вы предполагаете, атакуют нас, и в самом деле являются «Миражи», то можете не беспокоиться. Их слишком мало. По моей оценке, они представляют весьма слабую угрозу, даже если ведут огонь. Вы когда-нибудь охотились, мистер Свонн?

— Чего? — выпалил Рори, ошеломленный неуместностью вопроса.

— То, что они делают, называется «вспугивать дичь». Полагаю, они вообще не представляют, где мы находимся. Если мы сейчас взлетим, то полностью утратим возможность прятаться в Мертвецком порту, сэр. Думаю, вы перестраховались.

У Свонна на лбу забилась жилка. У него на языке вертелись такие крепкие словечки, что он счел за лучшее промолчать.

— Уверен, что за время, проведенное в статусе повстанца, вы привыкли остро реагировать на возможность обнаружения, — спокойно продолжил Эверетт.

Кроме того, у меня есть свои обязанности. Пока я не услышу приказ от принца Валериана, я буду придерживаться своего мнения. Уверен, что нам следует оставаться на месте.

Но после такой речи Вона Свонна прорвало:

— Ты, идиот! Ты еще не понял? Весь ваш флот на куски разнесли! Вы теряли людей там и сям! А ты развалился в кресле и мелешь чушь насчет приказа от Прекрасного Принца и какой-то дичи? Вон, послушай… мы все теперь повстанцы! Когда на меня нападают, я отбиваюсь! А ты делай что тебе вздумается!

Он ударил кулаком по пульту так, что едва не сломал его. Изображение Вона исчезло.

— Кейд! Выходим из укрытия и начинаем отстреливаться! Известите командира и капитана. Наверняка они в опасности. Передай координаты экстренной точки сбора! Нет… свяжи меня с ним напрямую.

Свонн чувствовал, что только он сможет ясно передать серьезность ситуации.

— Есть, сэр! — отчеканил Марк. Присутствующие на мостике почувствовали огромное облегчение.

— При всем моем уважении… — пренебрежительно заявил Наруд, — я не думаю, что ваше положение…

В ухе у Рейнора зазвучал грубый голос.

— Джим! Мы под обстрелом! Против нас — куча наемников! Капитану твоего приятеля Валериана на это наплевать, но мы убираемся восвояси. Если они нашли нас, то знают, где вы!

Наруд продолжал что-то вещать, но Джим уже полностью переключился на сообщение Рори.

— Дерьмо, — буркнул Рейнор, перебивая профессора. — Сматываемся.

Все удивленно посмотрели на рейдера.

— Свонн, — просто сказал он.

— Ага, — кивнул Мэтт. Валериан и Наруд оказались сообразительны. Оба разом поднялись и, продолжая непринужденную беседу, направились к выходу. Мужчина, которого Хорнер и Валериан опознали как одного из людей Миры, тоже встал и пошел следом за ним. Это был Крэйн. К нему присоединился еще один тип.

— Наемники атакуют «Гиперион», — вполголоса произнес ему Мэтт. — Предупредите Миру.

— Почему-то я уверен, что этого не произойдет, — усмехнулся Крэйн.

И Джим почувствовал, что ему в спину уперлось дуло пистолета.

Валериан ахнул.

— Но… ты же работаешь на Миру Хан!

— Не дергайтесь и спокойно идите к двери, — прошипел Крэйн. — Не надо устраивать разборку в баре.

Джим и Мэтт подчинились. Хорнер схватил встревоженного Наруда за локоть и повел вперед. Джим оглядел помещение, лихорадочно ища выход из сложившейся ситуации. Ему еще повезло, что Мэтт не новичок и быстро сообразит, как им выпутаться. Но умник Валериан мог все испортить.

— Ты предаешь Миру, а вдобавок продаешь нас, верно? — воскликнул принц. Он был почти в панике. Джим почувствовал отвращение. Мальчик хорош, когда находится в безопасности, на своем корабле, но разваливается на куски, как только вляпывается в навоз.

— Так ведь? — повторил Престолонаследник.

— Заткнись, — хрипло пробормотал Джим.

— Рейнор понимает, что к чему, — протянул Крэйн, обращаясь к легендарному разбойнику. — А у тебя мозгов не больше, чем…

Но окончание фразы так и осталось загадкой. Лицо принца, мягкое и испуганное, мгновенно посуровело. Он молниеносно перехватил запястье Крэйна и резко дернул его в сторону, отбирая у наемника пистолет.

Крэйн заорал от боли, выпуская оружие. Валериан тут же врезал ему ногой под колено и одновременно ударил локтем в горло второго предателя.

Джим испытал шок и облегчение. Воспользовавшись общим замешательством, он выхватил второй пистолет из-за пояса Крэйна. И сильно стукнул рукоятью по темени противника. Раздался скрежет отодвигаемых стульев. Рейнор понял, что время, выигранное за счет уловки Валериана, истекает.

— Вперед! — крикнул Джим, и все четверо побежали.

Минуты тянулись невыносимо медленно. «Гиперион», будто зверь, зарытый заживо, с трудом поднимался, стряхивая с корпуса хлам. Свонн взмок, но не от страха, а от желания хоть как-то помочь работающим на полную мощность двигателям. Идея с многотонным камуфляжем, в принципе, оказалась удачной, но сейчас Рори в этом засомневался.

— У нас в бою вышли из строя два двигателя, и мы их до сих пор не починили, — жестко сказала Аннабель. Свонн знал, что девушка очень переживает за «начинку» корабля. Настоящий техник, как и он сам.

— Да, — кивнул он. — Но нам надо выбраться!

— Датчики показывают, что мы пробьемся сквозь мусор…

Экраны на мостике засветились.

— Сию секунду, — подытожил Кейд.

Свонн выругался.

— Давай, малыш, — прошептал он «Гипериону».

Ты же не позволишь крохотной кучке мусора остановить себя?

Корабль начал плавно раскачиваться. Они свободны!

— Прямое попадание в правый борт, — доложил Кейд. — Вижу другие «Миражи». Они на подходе…

Он на мгновение умолк.

— …и «Викинги».

— Сколько всего?

— В общей сложности восемь «Миражей» и три «Викинга».

Совсем скверно. Один-два «Миража» или «Викинга» против двух крейсеров — еще терпимо. Но в таком количестве…

— Ну же! — взмолился Рори. Корабль еще раз сильно покачнулся.

— Ничего нет с «Буцефала»? — спросил Свонн.

— Никак нет, сэр.

— Вызывай их снова. Скажи, что мы почти выбрались. Спроси, собираются ли они вместе с нами или будут изображать мишень.

— Я сообщу это помягче.

— Как хочешь, мальчик. Но пусть он поймет, что скоро может превратиться в дичь.

Выстрелы не задели их, за исключением одного. Игла из винтовки Гаусса проткнула предплечье Мэтта. Хлынула алая кровь. Хорнер отрывисто вскрикнул, зажал рану другой рукой и побежал дальше. Джим развернулся и выстрелил в ответ. Чертовски повезло, подумал Рейнор, но неизвестно, как развернется ситуация. До корабля далеко бежать. Имеется вероятность, что они просто не успеют. Следовательно, не попадут на экстренную точку сбора, которую он сам указал Свонну.

А в Раю им не следует задерживаться ни под каким предлогом.

Значит, команде «Гипериона» придется добираться до них. Он заметил заброшенный дом, расположившийся на окраине. Неплохое укрытие.

Наруд споткнулся и с размаху полетел на землю. И сделал это вовремя. Спустя долю секунды игла пролетела там, где он только что стоял. Не останавливаясь, Валериан схватил ученого за ворот, рывком поднял на ноги и потащил за собой.

— Туда! — крикнул Рейнор, показывая на дом слева. — Будем обороняться!

Валериан изумленно уставился на него, но послушался. А Джим решил не обижаться. Лачуга выглядела так, будто могла развалиться от сильного порыва ветра. Но это единственный вариант. Им нельзя было искушать судьбу, удирая от врагов в открытую. Сара жива, и Джим не мог так рисковать.

Наконец они ввалились в хибару и захлопнули за собой дверь. Джим бросил Наруду пистолет и кивнул Валериану.

— Быстро, каждый занимает окна с каждой стороны. Начинаем обороняться, — сказал он. — Я позабочусь о ране Мэтта, а потом попытаюсь устроить нам эвакуацию.

— Пистолеты против неприятеля? — недоверчиво осведомился профессор. — Они сбросят на нас бомбу, и мы — покойники!

— Они не станут так делать, — заявил Рейнор. Вытащил из кармана куртки пакет первой медицинской помощи и разорвал рукав рубашки Мэтта. Сверхзвуковая игла прошила предплечье насквозь, не задев кость, но, судя по яркому цвету сгустков крови, повредила артерию. Джим принялся поливать рану пеной, поправляя ее рукой.

— Они хотят взять нас живьем. Не забыл? Значит, ребята ограничены в боевых средствах. И мы сможем выиграть немного времени.

— Ну как? — спросил Хорнер. Кровь еще сочилась из-под пенопластыря, и Джим нахмурился. Чтобы отвлечь друга, он провел рукой ему по бицепсу и нажал чувствительную точку.

— Сообщение от Свонна, — сообщил он очень громко, чтобы его слова перекрыли грохот выстрелов. — «Гиперион» и «Буцефал» атакованы. Твой пудель-капитан отказывается взлетать, — добавил он, обращаясь к Валериану. — Рори пытается выбраться из-под хлама, чтобы отбиваться. Нас будут ждать в экстренной точке сбора.

— Если бы не был сейчас занят, — сообщил принц, уверенно отстреливаясь, — я бы лично взгрел Вона.

— Попрошу Свонна, чтобы он передал твои слова капитану, — усмехнулся Джим. — Мэтт… держи руку поднятой.

Кровочение должно было замедлиться. Теперь Хорнер напоминал школьника, тянущего руку на уроке.

— Подумай, как можно связаться с Мирой. Вдруг она пришлет в Рай проверенных людей?

— Попытаюсь, — ответил Мэтт. — Понятия не имею, защищенный канал или нет.

— Уже неважно, — буркнул Рейнор. — В любом случае они узнают, что она подняла тревогу. Сейчас нам нужна реальная подмога.

Мэтт кивнул, доставая телефон и вводя номер здоровой рукой. Джим поднялся, вытирая кровь, и подошел к Валериану.

— Сообщи своему капитану, чтобы пошевеливался.

— Капитан Вон на связи, сэр, — ухмыльнулся Марк, несмотря на серьезность ситуации.

— Уже не такой надутый? — поинтересовался Рори, как только изображение Вона возникло на экране.

— Я… получил приказ от командира, — сухо и напряженно ответил Эверетт.

— Сэр, прилетели еще три «Миража», — доложил Марк. Вон изменился в лице.

— Мы почти вылезли, — заворчал Свонн. — Прикроем вас, пока будете возиться. Отбой.

Корабль буквально стонал от натуги. Но они были почти свободны. Свонн мысленно попросил двигатели, чтобы они продержались.

Внезапный рывок застал всех врасплох, но Рори и присутствующие на мостике радостно завопили.

До этого момента мониторы показывали только маскировочный мусор. Теперь хлам посыпался в разные стороны. «Гиперион» всплывал на поверхность, как массивный морской корабль. Или цель, очевидная для противника.

И враг сразу же начал стрелять.

— Всего одиннадцать «Миражей» и шесть «Викингов», сэр, — рапортовал Кейд. — Открыть ответный огонь?

Рори погладил усы, раздумывая, и покачал головой.

— Нет. Максимальную энергию на щиты. Когда «Буцефал» высунет нос из-под мусора целиком, тогда и будем убивать мух.

Исполинский корабль продолжал подниматься вверх под непрекращающимся обстрелом. Щиты держали удар. Изображения с камер показывали не нападающих «Миражей» и «Викингов», а кучу мусора, с которой сражался «Буцефал».

— Давай же, — прошептал Свонн, не отводя взгляда от экрана.

Наконец огромный корабль Валериана оказался на свободе, стряхивая с себя хлам, как вылупившийся птенец — скорлупу. Он дернулся в последний раз и взмыл в небо.

— Ладно, — улыбнулся Рори. — Навести оружие на эти проклятые «Викинги» и «Миражи» и разнести их в клочья. Марк, отправь Вону координаты экстренной точки сбора. Скажи ему, что на орбите нас ждет группа встречающих.

С немыслимой скоростью «Гиперион», только что неуклюже ворочавшийся на свалке, ринулся вверх. Спустя миг он оказался в открытым космосе и продолжил обстреливать неприятеля. Свонн угадал. Их поджидали другие «Миражи» и даже один крейсер. Последний явно знавал лучшие времена. Корабль был достоин покоиться на помойке Мертвецкого порта, а не сражаться с бывшим флагманом Доминиона. Но Рори хорошо знал наемников. Они зря денег не тратят, поэтому не заботятся о внешнем виде корабля. Не следовало недооценивать того, на что способен полуразвалившийся крейсер.

— Зарядить «Ямато». Навести на крейсер и выдать ему по первое число! — крикнул Свонн. «Миражи» причиняли больше вреда, но без крейсера они лишены мобильности, поскольку не могут выполнять прыжки через пространство. И у них не будет принимающих шлюзов, где их смогут подремонтировать.

А еще у «Миражей» нет пушки «Ямато».

Кейд навел прицел на крейсер и выстрелил. Противник получил прямое попадание, но был еще боеспособен. «Миражи» набросились на «Гиперион», как разозленные шершни.

— Сэр, они целятся в гравиускорители, — доложил Кейд.

— Прибавить мощности на щиты, — мгновенно отреагировал Свонн.

— Уже сделано, сэр, но при таком сосредоточении огня… сэр! Это — «Буцефал»!

Действительно, могучий корабль выбрался из-под завалов и вышел на орбиту. Он направлялся на подмогу «Гипериону». Навел свое главное орудие на крейсер наемников… и новые сверкающие «Викинги» ринулись на перехват кораблей наемников.

Вон прибыл.

Теперь бы им надо подобрать капитана и командира.

— Конечно, — послышался задорный голос Миры. — Я в курсе… ситуации. Высылаю людей к вам, прямо сейчас. И пусть Джеймс не беспокоится о своей подруге. Она уже в пути на «Буцефал». Но, милый, вам надо убираться из городка! Иначе я не смогу прислать за вами корабли!

— У нас нет выхода, — проорал Мэтт, едва слыша сам себя сквозь грохот стрельбы. Он все еще не опускал руку, но чувствовал, что слабеет от сильной кровопотери. — Мы в западне. Укрылись в заброшенном доме на краю Рая. Тут везде — открытое пространство и так просто не сбежишь. Джим говорит, что мы нужны им живыми. Хотя, сама знаешь, раз на раз не приходится.

— Точно, — согласилась Мира. Мэтт был и восхищен и разозлен одновременно. Судя по всему, эта женщина не слишком озабочена передрягой, в которой оказались ее «гости». Наверное, она больше волнуется по поводу краски для волос. А ведь речь шла о спасении людей из-под шквального огня. Хорнер представил себе, как она задумчиво постукивает пальцем по подбородку.

— Мира, пожалуйста, поторапливайся…

— Мэтью, не надо нервничать. В каком вы доме?

— На северо-западном углу городка. Недалеко от притона, который ты зачистила. На той же стороне.

— Последний, на самой окраине?

— Ага.

Раздался звон — последнее стекло разбилось вдребезги. В комнату влетел небольшой округлый предмет. Помещение начало наполнятся бледно-зеленым газом.

— Черт! — заорал Джим. Прикрыв рот рукой, он кинулся к гранате и вышвырнул ее на улицу. Затем согнулся пополам от кашля.

— Мира, — выговорил Мэтт, смаргивая выступившие слезы. — Они только что бросили в нас газовую гранату. Они пытаются выкурить нас…

— Мэтью, дорогой, слушай внимательно! Давным-давно под моим руководством были прорыты тоннели. Они находятся в четырех домах по углам Рая. Вы как раз в одном из них. Ищи на полу люк!

Мэтта охватила смесь отчаяния и облегчения. Вдохнув, чтобы ответить, он кашлял секунд пятнадцать. Потом хрипло заговорил:

— Твои люди тоже нас обстреливают. Они точно знают про тайный ход!

— Мой глупый Мэтью, — с нескрываемым весельем ответила Мира. — Ты думаешь, я всем правду выкладываю?

Хорнер ухмыльнулся:

— Мира, ты потрясающая!

Он повернулся к товарищам:

— Под полом должен быть тоннель!

— Мира, милая, я тебя обожаю! — воскликнул Джим, и Мэтт услышал ее смех.

Рейнор оттащил Валериана от окна, и они принялись топать по доскам, ища хоть один намек на люк.

Внезапно в лачугу влетела вторая газовая граната, с шипением выпуская свое мерзкое содержимое. Наруд схватил ее и выбросил наружу, но в комнате тут же оказались еще две. Все начали кашлять.

У Мэтта закружилась голова. Он не понимал, от потери крови или от газа. Колени подогнулись, и он рухнул на пол в полной растерянности.

— Вот он, — произнес Валериан. Мэтт еле разобрал слова Престолонаследника.

— Мэтью? Не молчи! Джеймс нашел тоннель? — спросила Мира. Она все еще была на связи.

— Вроде бы, — ответил Хорнер заплетающимся языком. Кровотечение не останавливалось. — Мира? Я не думаю, что смогу выбраться.

— Чушь, — заявила она. — Я еще не готова стать вдовой, Мэтью Хорнер.

Мэтт увидел перед собой ботинки Валериана. Потом его подхватили чьи-то руки и, не церемонясь, поволокли в темную дыру. Больше он ничего не помнил.

— Мы их упустили.

— Что? Я подал вам их на серебряном блюде! — заорал Купер. «Гиперион» вел бой, и бар пустовал.

— Мы окружили их в заброшенном доме, кинули туда газовых гранат… но, когда ворвались внутрь, они уже исчезли.

— Как вы могли! Что за бред!..

Купер внезапно понял, в чем дело.

— Крэйн, ты идиот! Там в полу, наверное, лаз в тоннель.

— Я, это… ага, наверное.

— А ты понятия не имеешь, куда он ведет.

— Точно.

Купер уныло поглядел на небольшой рюкзак с вещами, спрятанный за стойкой.

— О’кей. Между прочим, я собираюсь передать тебе первоначальные координаты точки сбора. Но держу пари, что Рейнор уже полдюжины раз их сменил. Не говорю о твоей неосведомленности и тупости. Будь я на твоем месте, я бы послал людей в назначенное место. А остальные пусть ищут тайный лаз!

Купер быстро отправил координаты и выключил телефон. Похоже, разбогатеть не получилось в мгновение ока, но надежда умирает последней.

Хорнер медленно приходил в себя. Горло и нос буквально горели от газа, вдобавок его тошнило. Рука мучительно болела, но ум был ясный. Мэтт осознал три факта. Во-первых, он жив. Во-вторых, им удалось сбежать. В-третьих, Валериан тащит его, закинув на плечо, как мешок с мукой.

— Опусти меня, — буркнул он.

— Позже, — ответил принц. И Мэтт понял еще одну вещь. Рядом с Валерианом бежали Джим и Наруд. Но куда? И где они находятся? Хорнер не представлял. Он видел лишь ноги Менгска-младшего.

Мэтт захотел высвободиться, но сразу передумал. Быстро сообразил, что так он лишь поставит под вопрос свое спасение и подвергнет риску остальных. Нахмурился. Голова раскалывалась.

— Мира — чудная женщина, — пробормотал Валериан. — Послала за нами чудесный корабль… и людей, чтобы… мы смогли выбраться.

В промежутках между фразами он шумно дышал.

— Мы почти на месте.

— И наемники тоже, — буркнул Джим.

— Мы сможем, — заявил Валериан. — Держись, Мэтт.

В его незавидном положении Хорнеру больше не оставалось ничего другого. Валериан бросился вперед.

Мэтт услышал гудение летящих кораблей. Взметнулась красноватая пыль — очередь была совсем близко. Раздалась ответная стрельба, и прозвучал гневный женский голос:

— Как вы посмели ранить моего Мэтью!

Мира разозлилась не на шутку. Хорнер мысленно пожалел наемников. Спустя пару мгновений, которые будто длились вечно, Валериан остановился. Он осторожно опустил раненого на землю.

— Откажись от мучного, — еле выговорил Престолонаследник империи. Его лицо заливал пот. Мэтт даже не знал, сколько времени Валериан бежал с ношей, равной его собственному весу.

— Я не ем мучного, — сообщил он. — Ну… не очень часто. Шоколадный эклер иногда…

— Мэтью!

Сначала Хорнер увидел гриву карамельно-розовых волос, а потом ухмыляющееся лицо Миры. Увидев окровавленный пенопластырь, она посерьезнела.

— У тебя — отличные друзья. Теперь пошевеливайся. Корабли получили повреждения, но мы прорвемся!

Мэтт начал озираться по сторонам. Джим и Валериан стояли в тени транспортного судна, с которого вели огонь по пешим наемникам. Огромные тени других кораблей проносились друг за другом с бешеной скоростью.

Мира обняла его.

— Давай же! — произнесла она, подталкивая его к судну. Помогла усесться в кресле. Вдруг он увидел у нее на груди большое красное пятно.

— Ты ранена! — ахнул он, удивившись, насколько он испугался за Миру.

Она мягко улыбнулась:

— Нет, Мэтью, это — твоя кровь. Я — в порядке. Но так мило, что ты обо мне беспокоишься!

Взяв его за подбородок, она одарила Хорнера долгим и страстным поцелуем. Мэтт почувствовал, что с готовностью отвечает на поцелуй, но списал все на эмоциональный шок. Ведь он просто чудом избежал смерти.

В следующий момент Мира выскочила из корабля, а Джим, Наруд и Валериан забрались внутрь. Рейнор занял место пилота, Валериан устроился рядом — в кресле второго пилота.

— Где у вас аптечка? — спросил профессор. — Надо заняться мистером Хорнером.

— Корабль — не мой, — быстро ответил Джим, нажимая кнопку закрытия дверей и готовясь взлетать. — Я бы поискал под креслом в заднем ряду. Как ты, Мэтт?

— Живой, сэр.

— Отлично. Наруд, позаботься о нем. Держитесь за поручни, не высовывайтесь из иллюминаторов.

Принц рассмеялся. Корабль резко взмыл вверх. Мэтт порадовался, что у него пустой желудок. Спустя пару секунд они попали под обстрел. Судно стало сильно раскачиваться, и у Хорнера появился новый повод для радости. Он был пристегнут.

Наруд, сжимавший в руках аптечку, выглядел очень встревоженным. Мэтт положил ладонь поверх раны и вздрогнул от боли. Мира была права. Пенопластырь не поможет. Кровотечение началось снова.

— Мы выберемся. Джим — чертовски хороший пилот.

— Полагаю, ему придется проявить все свое мастерство, — тихо и обреченно ответил Наруд и погрузился в изучение аптечки.

— Ерунда, — фыркнул Джим. — Смотрите-ка.

Ограничившись столь простым предупреждением,

Рейнор задрал нос транспортного корабля почти вертикально. Профессор едва не взвизгнул. Они пронеслись на максимально близком расстоянии от другого корабля. Хорнер на мгновение встретился взглядом с пилотом. Скривившись, ученый раздраженно махнул рукой.

Мэтт, не сдержавшись, громко расхохотался. Почему? Он и сам не знал. Может, от кровопотери, бегства по тоннелю или от поцелуя Миры? Наверное, это было неуместно, и его смех прозвучал отчасти истерическим… Но Хорнеру было все равно. Они выживут… либо погибнут. Время покажет. Наруд ошеломленно уставился на соседа.

— Наш человек, — одобрительно кивнул Джим. — Молодчина.

Профессор побледнел, а Хорнер расхохотался еще сильнее.

— Свонн, вызывает Рейнор.

— В каком драном углу нашей милой Галактики ты находишься, ковбой? Мы ждем тебя в точке сбора, отстреливаясь от «Миражей», «Викингов» и прочих гадов.

— Прости, но пришлось срезать, чтобы нас не замочили. Уверен, ты не обиделся.

Казалось, последующие слова Рори могут расплавить монитор.

— Быстро лети на «Гиперион», пока цел. Надеюсь, ты не увидишь его обломков.

Мэтт откинулся в кресло. Теплая и липкая кровь сочилась сквозь пальцы.

— Мистер Хорнер, у вас повреждена плечевая артерия, — четко и спокойно заявил Эмиль Наруд. — Простой перевязки недостаточно. Я все сделаю, когда мы окажемся на борту «Буцефала». Пока я не располагаю нужными инструментами. Но я наложу три повязки, чтобы ослабить кровотечение. Вы поняли?

— Три вместо одной. Спасибо.

Рейнор вел транспортный корабль с максимально возможной скоростью, оставляя позади убожество Мертвецкого порта. Пока профессор занимался раной, Мэтт повернул голову к иллюминатору. Настолько ли убога эта планета? Мусор спас их от погони. А где-то далеко внизу осталась женщина, которой он искренне восхищается. И она ему не безразлична.

Силуэты домов стремительно уменьшались. Наконец они исчезли среди красноватых скал и облаков. Судно сильно тряхнуло, Мэтт увидел яркую вспышку. В них попали. Завыла сирена, огоньки замигали красным. Но в этот момент перед ними возник «Гиперион».

Корабль еще никогда не казался Хорнеру настолько желанным. И он сразу же встревожился — «Гиперион» продолжали атаковать. Мэтт не почувствовал ни капли сострадания, когда неприятельский крейсер «Мираж» взорвался огненным шаром. Зато им больше не угрожают. И «Гипериону». Джим повел подбитый корабль к левому причальному шлюзу. Ворота медленно открывались.

— Не успеем! — вскричал Наруд.

— Заткнитесь док, — ответил Джим ласково. — Твои сомнения мешают мне творить чудеса.

По ним снова попали, как раз в носовую часть. Раздался треск, из пульта полетели снопы искр. Рейнор щелкнул тумблером огнетушителя, на огонь обрушились потоки пены.

— Что же ты наделал, — сообщил Джим, обращаясь к профессору.

Мэтт судорожно сглотнул. Пульт полностью вышел из строя. Транспортное судно не тормозило, в космосе ни одно движение не заканчивается само по себе. И их корабль не мог свернуть. Если Свонн не поймет, что случилось, и не поведет «Гиперион»…

Очередное попадание. Поврежден хвост.

— Что ты творишь?! — заорал ученый.

— Ничего, — усмехнулся Джим. — Я — пас. Я даже не могу выйти на связь. Теперь все зависит от Свонна.

И разбойник, сцепив пальцы на затылке, откинулся в кресло и начал насвистывать. Наруд обхватил голову руками и тихо застонал.

Принц мгновение глядел на Джима, затем улыбнулся и последовал примеру Рейнора.

— Отдохну напоследок, — произнес он.

— Ты начинаешь соображать, Валериан, — резюмировал Джим. Прищурился и нахмурился. — Надо же, прямо как в тире.

Мэтт взглянул в иллюминатор. Старый, но крепкий «Мираж» нацелился на транспортный корабль. Похоже, вариант «похищения» Рейнора, Хорнера и Валериана отвергли. Бедняга Наруд оказался случайным довеском в их компании. Один хороший выстрел уничтожит судно. Они уязвимы и беззащитны. Менгск наверняка не будет возражать, если из приказа «взять живыми или мертвыми» выполнят вторую часть.

И вдруг «Мираж» взорвался. Хорнер вытянул шею и догадался, что им помог «Буцефал».

— Валериан… ты и твои люди еще не совсем пропащие, — пробормотал он.

Затем потянулись бесконечные секунды ожидания. Ворота шлюза были открыты, готовые принять их, но черепашья скорость их судна не позволит им даже увернуться от врага. Прилетит новый «Мираж», и все будет кончено. Внезапно ворота начали быстро приближаться. Мэтт широко улыбнулся. Если транспортный корабль застопорился на месте, то Свонн может подвести «Гиперион» к своим рейдерам. Конечно, Рори нельзя ошибаться. Ворота не слишком широки. Есть вероятность, что судно врежется в борт крейсера, в считанных метрах от спасительного шлюза.

Свонн не подвел. Мэтт затаил дыхание, услышав, легкий скрежет… но в конце концов они состыковались. Шлюз наполнился воздухом, корабль тяжело плюхнулся на посадочную площадку.

— Кто бы сомневался, — произнес Джим.

Спустя пару минут «Буцефал» и «Гиперион» совершили прыжок.

Мира подняла голову, наблюдая за улетающим транспортным судном. Все четверо спасены, хотя Мэтью ранен. Ничего, выживет. Он — крутой парень. Не такой, конечно, как она, но тоже ничего. Просто он мягкий.

Она позволила себе на мгновение задержать взгляд на корабле, пока тот не превратился в яркую точку в небе.

Она будет скучать по мужу.

Потом она повернулась к врагам. Они были всюду — на земле и в воздухе. Наемники, завербованные ее же людьми. Те, в свою очередь, хотели отобрать у нее все. Она им доверяла. Ладно, список уже готов. Мира сжала губы и вскинула винтовку, прицеливаясь в первого, кого заметил и опознал ее компьютерный глаз.

Предать ее? Миру Хан? Причинить вред Мэтью и его друзьям, которые искали у нее убежища?

Они заплатят. Все до единого.

Она начала с Крэйна.

Мэтта сразу доставили в лазарет «Гипериона». Врач заверил Джима, что не только восстановит поврежденную артерию, но и сделает переливание крови. Медики смогут компенсировать кровопотерю. Рейнор успокоился и отправился к Саре, на «Буцефал». Когда он вошел в палату, Фредерик выглядел очень тревожным.

И весьма испуганным.

— Врачам Миры пришлось накачать ее успокоительными, — сообщил он вместо приветствия.

— Зачем? — мрачно спросил рейдер.

— Керриган знала, — напряженно ответил Фредерик, скрестив руки на груди. — Про нападение.

— Ну, разумеется, она…

— Раньше, чем все произошло, Рейнор, — выдавил собеседник. — Она начала… ну, все крушить, орать, что ты в опасности. Выскочила из кровати, упала. Мне не нравится накачивать ее лекарствами, но это — единственный способ с ней сладить.

Джим постарался сохранить спокойствие.

— Ясно, — вымолвил он. Значит, ее сила начинает к ней возвращаться, подумал он. Хорошо это или плохо?

Сара что-то пробормотала, дернув головой. Рейнор протянул к ней руку.

— Я здесь, милая. Вернулся. Ситуация почти в норме.

— Джим? — заплетающимся языком произнесла она. Затем медленно и с трудом открыла глаза. Ее зрачки были неестественно расширены.

— Ты… жив.

— Пустяковая засада нас не разлучит, — задорно ответил он. Но его слова были чистейшей правдой.

— Почему ты ушел? Я… забыла…

Она была очень напряженной, и Рейнор решил вкратце рассказать ей о приключении в Раю.

— Мы отправились на встречу с одним человеком, который поможет тебе, — начал он, но вдруг раздался другой голос — более молодой и хорошо поставленный.

— Мы собираемся отвезти вас туда, где вам предоставят необходимый уход и лечение, мисс Керриган, — произнес принц.

Сара нахмурилась:

— Ты… Валериан.

Он улыбнулся. Престолонаследник еще не снял грязной одежды, которую был вынужден носить в Мертвецком порту, но уже перестал играть роль бродяги. Манеры Валериана были исключительно аристократичны. Перед ними был Менгск-младший, Престолонаследник Доминиона терран. Саре Керриган это явно не понравилось.

— Да, вы угадали, — ответил он. — Полагаю, наш друг Джим уже поведал вам, каким образом вы снова обрели свой человеческий облик и оказались в лазарете. Но мы не можем оказать вам нужной медицинской помощи в полной мере. Поэтому я связался с ученым, моим давним другом. В данный момент мы направляемся на секретную базу, где Фонд Мебиуса создал лабораторию — самую современную в Галактике. Там мы…

— Вы будете ставить на мне опыты, как на крысе? Спасибо, не надо.

— Сара, я не позволю им, — твердо произнес Джим. Он бросил на Престолонаследника сердитый взгляд, означавший: «Уйди, дай мне ее успокоить». Валериан не пошевелился.

— Считаешь, ты сильнее их? Этих типов, так называемых ученых? — распалилась Сара, и Джим понимал, что ее не в чем винить. — Я не верю тебе, Престолонаследник. Ты Менгск. А я прекрасно осведомлена, как поступают Менгски. Джим, как только мы туда попадем, ты окажешься бессилен. Они заберут меня в плен, начнут мучить, а тебя запрут под замок, если не убьют на месте.

— У нас нет другого выхода. Валериан нам пригодится, милая, — ответил Джим. — И до сих пор он сдерживал свои обещания. И он вел себя достойно, хотя он и зануда.

Валериан притворно улыбнулся. И без телепатии было ясно, что слова Сары ранили принца. Но Валериан уже не ребенок, подумал Рейнор. Вряд ли она могла воспринимать сына Арктура Мениска по-другому, да еще пережив трансформацию на планете Чар.

Сара закрыла глаза.

— Я устала, — прошептала она. Джим вздохнул. Бороться с лекарствами, которыми ее накачали, оказалось очень тяжело. Он поправил ей одеяло, поцеловал в лоб и направился к выходу вместе с Валерианом.

— Ее псионические способности возвращаются, — тихо вымолвил Рейнор, когда за ними закрылась дверь. Он предпочел бы вообще не касаться такой щекотливой темы. Тем не менее, даже врач подметил этот факт, значит, и Валериану скоро все доложат.

— Вот как, — ответил принц.

— Фредерик сказал кое-что. Она почувствовала, что нам угрожала опасность, и взбунтовалась.

— В таком случае я рад, что Наруд здесь. Он…

— Надо подождать, — заявил Джим. — Конечно, у него руки чешутся, но ты сам видел, как она болезненно отреагировала на тебя. А ведь тебе я доверяю гораздо больше, чем доку.

— Спасибо тебе, — поблагодарил его Престолонаследник.

— Не надо сентиментальности, — предостерег Джим. — Время покажет, был ли я прав. Сейчас проведаю Мэтта, потом вернусь в лазарет. Может, смогу хоть немного утихомирить Сару. В принципе, я отчасти с ней согласен.

Он резко остановился. Принц испытующе посмотрел на Рейнора.

— Послушай, Валериан, — начал он. — Пообещай мне, что Наруд будет со мной считаться, когда дело дойдет до лечения Сары.

— Он — профессионал, я — нет. И ты тоже.

— Неважно. Я знаю Сару. Я имею представление о том, чего она хочет, иногда даже лучше, чем она сама. Так что дай мне слово.

Принц протянул руку.

— А если жизнь Сары или…

— Я приму решение и возьму всю ответственность на себя. Или, прости меня, расстанусь с тобой, заберу ее, и мы сбежим в один миг.

Валериан помолчал.

— Что мне еще ответить на такое искреннее выражение доверия? — наконец произнес он, отвечая рукопожатием. Рейнор обратил внимание на его идеально постриженные ногти. «Да уж, принц всегда будет принцем», — подумал он.

— Даю тебе слово, Джеймс Рейнор, — подытожил Валериан. — Я не отдам Сару Керриган на съедение волкам.

Рейнор изумился, увидев Хорнера на мостике. Молодой капитан стоял, глядя в большой иллюминатор. Рука у него была на перевязи. Когда Джим подошел поближе, Мэтт обернулся. Он был бледным, уставшим и… взбешенным.

— Что это за ерунда?! — спросил он, показывая на космический пейзаж.

Джим присвистнул. Координаты для прыжка передали с «Буцефала», но все произошло настолько быстро, что Рейнор не знал, где они оказались. Теперь он понял, почему Мэтт трясется от ярости.

Перед ними была огромная сине-зеленая планета. Этот газовый гигант окружало плотное кольцо вращающихся осколков, размером от пылинки до небольшого спутника. Так что они могли легко уничтожить крейсер. Данное место официально называлось Поясом Киркегарда. Но во всем секторе его именовали не иначе как Пояс Киркой-в-бок.

Мы у самого Пояса, — кратко пояснил рейдер, прищуриваясь.

— Я уже понял, — фыркнул Мэтт. — Свонну координаты дал капитан Вон. Зачем мы здесь?

— А это — совсем другой вопрос, и я собираюсь задать его нашему прекрасному принцу.

Он нажал на кнопку.

— Валериан, что мы тут делаем?

На экране появилось изображение Валериана.

— Как что? — непринужденно сказал Менгск-младший. — Станция, где располагается секретная лаборатория Фонда Мебиуса, известная как космическая станция «Прометей», находится внутри пояса астероидов.

Мэтт лишился дара речи.

— Сногсшибательная новость, — произнес Джим. — Есть очевидная причина, почему пояс прозвали «Киркой-в-бок». Тот, кто попытается приблизиться к нему, либо чокнутый, либо дурак. Беднягу быстро разнесет в пыль. Тут вообще никого не бывает.

— Я с удовольствием поддерживаю твою точку зрения. Ведь благодаря этому секретная лаборатория останется тайной. Надеюсь, навсегда, — улыбнулся принц. — Между прочим, Пояс не является преградой. Нужны только очень точные координаты и куча терпения. Мы сможем провести наши корабли к базе профессора Наруда. Она размещена в центре астероида, который выпотрошили именно ради ее создания.

Слишком уж он самодовольный, решил Рейнор.

— Нет! — воскликнул Хорнер. — Наверное, судно поменьше и справится, но у нас-то — крейсеры. Целых два, что удваивает наши шансы стать постоянным элементом Пояса Киркегарда. Мы попадем прямо на космическое кладбище. Если не веришь, просканируй участок. Увидишь обломки кораблей, чьи капитаны оказались лишены разума и поплатились.

Валериан посерьезнел.

— Господа, — мягко сообщил он, — согласен с вашей тревогой. Да, это кажется невероятным. Но многие люди скажут вам, что спасти Сару Керриган было невозможно.

Джим и Хорнер переглянулись. Мэтт молча помотал головой.

— Мэтт… я надеялся, что после наших приключений ты чуть лучше узнал меня. Джим, ты понимаешь, что я всегда действую продуманно. Посуди сам. Ведь база действительно построена здесь.

Принц убедил их. Чутье подсказывало рейдеру, что молодой Менгск не врет. Это была бы слишком вычурная ложь и тому же — бестолковая.

— Ты когда-нибудь прилетал туда на «Буцефале»? — осведомился Рейнор.

— Вообще-то… нет. Я использовал корабль поменьше.

Хорнер уже хотел было всплеснуть руками, но дернулся от боли и раздумал.

— Но дорога существует. Проход достаточно широк, крейсер следует вести с величайшей осторожностью. Джим… это — единственный способ помочь Саре, сделать для нее все, в чем она нуждается. Если хотите, «Буцефал» будет первым. Он будет доказательством, что я вас не подставляю. Мой корабль крупнее «Гипериона». Если мы справимся, значит, и вы сможете.

Джим внезапно улыбнулся. Мэтт озадаченно уставился на рейдера.

— Полагаю, я просто староват стал, застоялся слегка. Наверно, мне надо встряхнуться.

Мэтт оторопел и просто показал на свою раненую РУКУ-

— Дружище, мы же собирались именно сюда. Встречались с Нарудом, чтобы отправиться на станцию «Прометей», где позаботятся о Саре. Именно поэтому мы попросили о помощи Миру, случайно поставив под удар и ее. Мы почти достигли цели. Неужели тебя пугает обычный пояс астероидов?

Мэтт вздохнул.

— Терпеть не могу, когда ты так разглагольствуешь, — буркнул он. Но Джим понял, что Хорнер уже согласился. И Рейнор был благодарен ему за его непоколебимую преданность.

— Посылай нам координаты, Валериан, — устало вымолвил капитан. — Чем быстрее начнем, тем скорее закончим.

Принц передал необходимые данные и повернулся к Наруду. Профессор стоял неподалеку и не участвовал в разговоре.

— На «Гиперионе» вас не слишком-то жалуют, — произнес Престолонаследник. — Полагаю, что у нас в лазарете вам оказывают суровый прием.

В отличие от Хорнера, Валериана и Рейнора Эмиль Наруд успел привести себя в порядок. На нем были брюки, рубашка и ботинки, которые ему одолжил принц.

Чужая одежда сидела на профессоре не идеально, но что поделаешь? Он потупился.

— Гениев редко признают при жизни, — вымолвил Наруд. Он не шутил, и Валериан это знал. Безусловно, ученый был прав.

— Попытайтесь их понять, — продолжал принц. — Им много пришлось пережить. Керриган… и Рейнору.

— Именно об этом я и думаю, — жестко ответил Наруд. — Я бы очень хотел, чтобы ты позволил мне увидеть ее. Я бы послал информацию моей команде — для предотвращения неожиданных ситуаций.

— У меня есть один вариант, — сообщил Валериан. — Я прикажу профессору Фредерику передать вам сведения о состоянии Керриган. Вы побеседуете вместе. Правда, вам придется подождать пару часов, Эмиль. Но, надеюсь, это вас не затруднит. А Джим… поможет ей немного смириться с самим фактом пребывания на станции.

— Да, — пробормотал Наруд. — Только Рейнор нас выручит.

Аннабель стояла в коридоре вместе с Трэвисом Роулинзом. Они держались за руки. Сначала они выпивали в баре, но юношу срочно вызвали на «Буцефал». Аннабель слышала, как ему отдали приказ, и побледнела, услышав название «Пояс Киркегарда».

— Мне пора, — шепнул Трэвис. Он был совсем близко. Она чувствовала его тепло. Роулинз казался таким надежным… Она знала, что если поднимет голову, то встретится с добрым взглядом его темных карих глаз.

— Ясно, — ответила она.

Оба не двинулись с места.

— Тебе надо поговорить с главным инженером Свонном, — произнес Трэвис. — Насчет установки оружия на «Фанфару».

— Нет, глупая идея.

— Напротив, очень хорошая. Возможно, непрактично устанавливать оружие на все катера, но на один — не помешает. Опасность ведь не дремлет.

— Что штурман понимает в десантных кораблях? — подразнила она его.

— Не слишком много, — признался Трэвис. — Но он быстро соображает. Ему надо просто услышать катер или… увидеть.

Аннабель слегка покраснела.

— Ну… — наконец произнесла дрожащим голосом. — До скорого.

— Но сначала тебе придется отпустить мою руку, — тихо сказал он, не делая ни малейших попыток расцепить ее пальцы.

— Да, — согласилась девушка. — Но я почему-то не могу.

Она осмелилась поднять глаза, и ее сердце прямо подпрыгнуло.

— Смешно, правда?

— Не очень, — он покачал головой и погладил ее по щеке. — Я чувствую то же самое.

Аннабель привыкла находиться в компании мужчин, и обычно ей это нравилось. Она была частью инженерной команды. Воспринимала Рори как грубоватого дядюшку, Джима и Мэтта — как старших братьев. Остальные стали ее приятелями. Но теперь она внезапно осознала себя женщиной, а Трэвиса — мужчиной, и от него… так хорошо пахло.

А еще ему предстояло провести корабль через печально известный пояс астероидов, самый ужасный во всем секторе. На огромном крейсере «Буцефал».

— Я весьма неплохо вожу корабли, Аннабель, — слегка улыбнувшись, вымолвил Трэвис.

— Конечно! Я имела в виду… просто…

Он прервал ее поцелуем, столь же сладостным и возбуждающим, сколь и неожиданным. Что она творит? Влюбилась в едва знакомого мужчину? Но когда он впервые взял ее за руку, она открылась ему, как расцветающий цветок. Так, будто ждала…

— Наверное, я всю жизнь ждал встречи с тобой, — тихо произнес Трэвис, целуя ее в висок.

— Ой, — еле слышно прошептала Аннабель. Мысленно дала себе пинка. Что за глупость, сказать «ой» в такой момент. Она не могла думать больше ни о чем — лишь держалась за его руку, как за спасательный канат.

Он засмеялся, его теплое дыхание окатило ее лицо.

— Не бойся. Я проведу корабль через пояс астероидов. Но я хочу кое-что взамен. Поговори со Свонном.

— Но я не…

— Пожалуйста… пообещай мне. Ведь, пока не спросишь, не узнаешь.

— Точно, — кивнула она.

— И еще. Ты поужинаешь со мной, когда мы причалим?

Она улыбнулась — открыто, радостно, от всего сердца. Внезапно ей показалось, что теперь возможно все.

— Договорились, — сказала Аннабель.

Когда он ушел, она ощутила в своей ладони болезненную пустоту.

Перед Джимом возник трудный вопрос — остаться на «Гиперионе» и поддерживать Мэтта или вернуться на «Буцефал» и находиться возле Сары в такой ответственный момент.

— Вам нет нужды быть здесь, сэр, — заявил Хорнер. — Команда справится и… вам надо быть с ней.

— Дело не в том, чего я хочу, а в том, как будет лучше. Сара совсем не в восторге из-за того, что мы сюда прилетели. Я не могу ее винить. С другой стороны, рейдеры тоже особо не ликуют.

— Опять же, при всем уважении, я считаю, что твое присутствие важнее для Керриган, чем для нашего экипажа.

Мэтт слегка ухмыльнулся.

— И ты будешь в первом корабле. Ребята поймут, насколько ты уверен в исходе.

— Отнюдь, — признался Джим.

— Разумеется, ты сомневаешься. Но для рейдеров «Гипериона» все выглядеть будет по-другому.

Джим решил, что Мэтт прав. Он похлопал его по плечу здоровой руки и отправился на «Буцефал». Прежде чем идти в лазарет, он решил проведать Валериана. Принц и Наруд явно удивились, увидев Рейнора на мостике.

— Я подумал… — произнес он. Профессор начал бормотать, что «задумавшийся Рейнор — это знаменательное событие», но разбойник не обратил на это внимания.

— Нам надо сделать совместное заявление, транслируя его на оба крейсера. Я скажу, что я нахожусь здесь, на «Буцефале» — первом корабле, который будет проходить через пояс астероидов. И я целиком доверяю вашему штурману…

Он выжидающе посмотрел на штурмана, вопросительно подняв брови.

— Трэвис Роулинз, сэр, — представился тот.

— Ясно, о ком Аннабель все уши прожужжала. Не стесняйся, сынок. У девчонки есть голова на плечах. Она слов на ветер не бросает.

Трэвис напряженно сидел в кресле. Принц кивнул и поднял руку, давая знак, что беспокоиться не о чем.

— И я целиком доверяю Трэвису Роулинзу, который в целости доставит нас к станции. А тебе надо толкнуть речь насчет того, как давно она построена, сколько раз корабли проходили весь путь туда и обратно и не разбились. Загрузи в компьютер любые изображения, доказывающие, что она — не вымысел.

— Ни в коем случае, — заявил Наруд. — Станция строго секретна!

— Ладно, — согласился Джим, поворачиваясь к профессору. — Вероятно, ты знаешь, как справляться с мятежом?

— Вряд ли ты веришь, что твой экипаж на такое способен, — насмешливо парировал ученый.

Джим почесал бороду.

— И, да и нет. Вряд ли они начнут палить по «Гипериону» и ломать приборы. Такого бунта не будет. Но вполне могу ожидать, что рейдеры просто перестанут работать. Они объявят забастовку, а потом наверняка решат уйти. Ни один член моей команды не является военнообязанным. Никто не заставит их оставаться со мной насильно.

Рейнор попал в цель. Валериан слегка возмутился сказанным.

— Напоминаю тебе, Джим, что Сара — на нашем корабле. Если твои люди решат саботировать твой приказ, ты их потеряешь. А мой экипаж мне подчинится.

— Я не воспринимаю твое замечание как оскорбление. И я вообще-то понятливый, — сообщил Джим. — Но ты не хуже меня знаешь, что на обоих кораблях все до смерти перепуганы перспективой лететь в самое пекло.

Он показал пальцем на экран, где виднелись бесчисленные астероиды.

— Между прочим, ребятам станет легче, если их хоть немного успокоят опытные люди, которых не сплющило в лепешку о космическую скалу.

— Соглашусь, что совместное заявление укрепит дух наших экипажей, — ответил Валериан. — Профессор Наруд, ваше желание сохранять в тайне станцию «Прометей» совершенно уместно. Но строительство спонсировал я. Поэтому именно я вправе решать, какую информацию мы можем раскрыть. Совсем скоро они увидят базу воочию, если не всю, то хотя бы ее часть. Полагаю, Рейнор хочет предоставить командам доказательства того, что она просто существует в реальности. Никого не будут интересовать секретные научные исследования. Верно?

Наруд скривился, но понял, что его переспорили. Нерешительно кивнул. Рейнор спешно направился в лазарет. Сара не спала. Она была менее бледной и ела, не обращая ни на что внимания.

Джим не удержался от ухмылки:

— Решила порадовать меня, милая?

Сара бросила на него холодный взгляд.

— Верно. В отличие от тебя, — парировала она и автоматически отправила себе в рот очередной кусок пищи. Рейнор пронзила догадка. Она хочет набраться сил, на случай, если придется драться со своими «надзирателями».

— Ясно, — прошептал Джим. — Сара… ты мне веришь?

Она промолчала. Но ее лицо немного смягчилось. — Да.

— Послушай, я делаю все ради тебя и несу за тебя ответственности. Они не станут причинять тебе вред.

— Я доверяю тебе, Джим. Но не Валериану.

— Давай я позабочусь о принце и Наруде. А ты — отдыхай.

— Корабль просто пропитан страхом. Я не могу оставаться спокойной, если экипаж пребывает в панике, думая об этом поясе астероидов.

— Милая, ты права. Нам надо потерпеть совсем чуть-чуть. А ты считаешь, что, если нас размажет по скале, проблемы исчезнут?

Она, несмотря на свое недовольство, не удержалась от улыбки.

Рейнор сказал, что «поработает с ней». Престолонаследник и профессор подразумевали под этим одно — Джим должен уговорить Сару показаться Наруду по доброй воле.

Пусть остаются при своем мнении.

И наступили шесть часов скрытого и явного ужаса. Люди кусали пальцы, обливались потом, молились и посылали небу проклятия. Каждый знал, что представляет собой Пояс «Киркой-в-бок». А сейчас они видели в иллюминаторах и на экранах обломки кораблей, чьи капитаны имели наглость бросить вызов судьбе.

Аннабель попыталась отвлечься, но время от времени поглядывала на экран. В какой-то момент Свонн подошел к ней и сунул в руку несколько банкнот.

— Свободна от вахты, — грубо буркнул он. — Проветрись в баре. Выпей за мой счет. Поболтай с нашим Купером. Поведай ему, что беспокоишься насчет этого парня-штурмана.

— Я действительно волнуюсь, Рори. Но, пожалуйста, не выгоняй меня. Я справлюсь.

— Конечно. — Мрачно произнес Свонн. — Ведь ты — инженер из моей команды. Но и тебе следует расслабиться.

Аннабель поняла, что он говорит искренне.

— Спасибо тебе. Но я бы хотела поработать. Мне так легче.

Рори кивнул, слегка улыбнувшись.

— Молодец, девочка. Ну, раз так, тогда вперед. Тебе не за безделье платят.

Аннабель задумалась, припоминая последний… нет, только не это слово… Вернее, недавний разговор с Трэвисом. Он сможет пройти через Пояс. Он — лучший штурман флагмана Доминиона.

— Вообще-то нам надо поговорить, — начала она, почувствовав себя увереннее. — У меня есть к тебе одна просьба.

— Я — к твоим услугам.

Валериан был абсолютно невозмутим. Экипаж и так уже взвинчен до предела, и не стоит лишний раз накалять обстановку.

— Твой парень ведет корабль очень медленно, — буркнул Наруд.

— «Буцефал» изрядно поврежден. Новые пробоины мне не нужны.

— Мы теряем время, которое я бы мог потратить на лечение Сары Керриган, — удрученно вздохнул ученый. — Если бы ты позволил мне увидеть ее сейчас.

— Увы, профессор. При всем моем уважении я вам откажу. Кроме того, вы не поставите точного диагноза с имеющимся на борту оборудованием. Вы, в самом деле, творите чудеса, но художнику необходима палитра с красками и кисти. Пусть Джим побудет с ней.

— Ты романтизируешь этого разбойника.

— Напротив, — ответил Валериан. — Беспочвенные представления, которые у меня имелись по поводу Рейнора и его людей, рухнули окончательно.

Он не стал добавлять, что у него сформировалось новое четкое мнение. Чем больше Менгск-младший узнавал Джима и его рейдеров, тем больше убеждался в правильности своего решения. Он сделал достойный выбор, когда воспротивился воле отца.

Роулинз медленно вел огромный крейсер между страшных глыб. Иногда он ощущал еле заметную дрожь «Буцефала». Трэвису казалось, что он слышит скрежет, когда корабль подходил слишком близко к очередному осколку астероида. Разумеется, Валериану и в голову не приходило порицать штурмана за такое «лихачество».

— Выхожу на обозначенные координаты станции, сэр, — наконец доложил Роулинз.

— Спасибо, — произнес Наруд.

— Отличная работа, мистер Роулинз, — похвалил принц. — Мастерская.

— Благодарю вас, сэр.

Валериан заранее договорился с Фондом Мебиуса, что научные исследования и местонахождение главной станции должны оставаться тайной для всей Галактики. Именно поэтому Менгск-младший решил разместить базу внутри неприступного Пояса Киркегарда. Вряд ли кто-то осмелится проникнуть туда, а если и найдется смельчак, то без указаний он далеко не продвинется.

Именно поэтому станция находилась в недрах астероида. Здесь использовался метод многослойной защиты. Тот, кто попадал сюда, уже не улетал обратно. Только Наруд и пара доверенных людей могли покинуть пределы базы.

— Сэр? — озадаченно спросил Роулинз. — Согласно выданным профессором Нарудом координатам нам нужен астероид номер 3958. Но здесь нет следов космической станции.

Валериан и Наруд довольно переглянулись.

— Прошу вас, профессор, — вымолвил Престолонаследник.

Ученый подошел к пульту и выбрал канал связи.

— Говорит профессор Эмиль Наруд. Я прибыл с «Буцефалом» и «Гиперионом». Пожалуйста, начинайте следовать инструкции по протоколу 221-С.

Внезапно на экране Трэвиса Роулинза появилась подробная схема. Сбоку побежала колонка цифр.

— Это всякий раз меня радует, — заметил Валериан. Это был уже третий уровень секретности станции: невидимость для органов чувств и приборов. Он нажал на кнопку. — Внимание экипажам «Буцефала» и «Гипериона». Ваша вера в меня и моего штурмана вознаграждена. Позвольте представить… космическая станция «Прометей».

— Хочешь взглянуть? — поинтересовался Джим.

— Нет, — отрезала Сара. — Но, бьюсь об заклад, ты хочешь.

— Рано или поздно ты ее увидишь, — мягко сказал Рейнор и начал возиться с небольшим монитором. — Признаюсь, мне любопытно, на что Валериан потратил столько денег… Ничего себе, — он присвистнул.

Джим не относился к истовым ценителям прекрасного и не был любителем роскоши. Но, когда он повернул экран к Саре, даже у нее перехватило дыхание.

«Прометей» отвечал утонченному вкусу Валериана в полной мере. Это было настоящее произведение искусства, если данное слово применимо к космической станции. Ее соорудили из обычного пластобетона и неостали, но во всем остальном она превзошла подобные конструкции.

— Зел-нага, — прошептала Сара. Джим кивнул. Станцию создали терране, но завитки, изгибы, оттенки и освещение напомнили ему прекрасные и загадочные артефакты, сродни тем, которые исцелили Керриган.

Она состояла из трех колец — двух небольших и одного побольше, расположенного по центру. Кольца окружали продолговатый купол, подобный огромной серебристо-голубой слезе, которой не суждено упасть. Ничего жесткого, остроконечного — гармония, изящество и плавность линий.

Внезапно из сферы выдвинулась посадочная площадка. Вокруг нее образовался полупрозрачный экран, создавая тоннель. Заработали генераторы атмосферы.

Включился канал связи.

— Мистер Рейнор, мисс Керриган… пора собираться, — раздался голос принца. — Космическая станция «Прометей» расстелила перед нами ковровую дорожку.

Транспортный корабль с Рейнором, Сарой, Валерианом, Нарудом, Игоном Стетманном и несколькими рейдерами опустился на посадочную площадку. Джим приказал своим ребятам отправиться на «Прометей» по двум причинам. Во-первых, он счел благоразумным, чтобы рядом с ним была пара надежных товарищей. Во-вторых, станция выглядела потрясающе. Джим решил, что не стоит лишать его команду (или хотя бы ее часть) такого восхитительного зрелища. Пилот подтвердил догадку Рейнора. В тоннеле была атмосфера. Они могли запросто пройти от посадочной площадки к станции, словно прогуливались на Мар-Сара.

Джим хотел, чтобы Сару несли на носилках или, по крайней мере, везли на кресле-каталке, но она отказалась.

— Я могу двигаться и все сделаю сама, — заявила она. Джим не стал спорить. Наверняка ей надоело подчиняться указаниям других и его советам. Если честно, то Рейнор был доволен уже тем, что она вообще согласилась посетить «Прометей».

Наруд подошел к ней с заботливым выражением лица и протянул руку.

— Мисс Керриган, очень рад вас видеть, — поздоровался он.

Она не подала ему руки. Джим, поддерживавший Сару под локоть, почувствовал, как она словно одеревенела.

— Хотела бы я сказать то же самое, — процедила она.

— Профессору не терпится помочь тебе, Сара, — дипломатично вставил Валериан. — Я чувствую огромное облегчение, что мы наконец-то прибыли в пункт назначения.

Она уселась в кресло на посадочном корабле, не произнеся ни слова. Затем Сара кивнула Джиму.

— С Нарудом что-то явно не так, — прошептала она. — Кажется, я уже с ним встречалась.

— Ну, не будем ворошить прошлое, милая. Конечно, ты могла его где-то видеть. Не удивлен, что он кажется тебе знакомым.

Она нетерпеливо тряхнула головой:

— Нет, здесь дело в другом. Трудно объяснить… Это — псионическое ощущение. Я знала Наруда.

Джим кивнул, но слегка встревожился. Способности Сары начали восстанавливаться совсем недавно, и пока она не контролировала их всецело. Она перенесла тяжелейшие испытания. Память была буквально дырявой, как решето. Но ее подозрения иногда являлись обоснованными.

Возникла новая проблема. Учитывая нынешнее ее состояние, Джим не мог поручиться, когда ее трезвый рассудок становится параноидальным. Да и Наруд ему тоже не нравился. И разбойник, и бывшая Королева Клинков по-волчьи глядели на профессора.

Полет был не особенно комфортным, но коротким. Они выбрались на светящуюся белую площадку. Игон тихо вздохнул, будто узрел объект обожания.

— Прекрасно, — вымолвил он. В паре метров от них гладкая поверхность каплевидной станции начала раскрываться, как диафрагма.

— Есть, безусловно, некоторые тесты, которые я бы хотел провести прежде, чем начать соответствующее лечение, — сообщил Наруд.

Джим хотел возразить, но дверь станции «Прометей» уже открылась. Сейчас их будут приветствовать врачи с носилками и ученые, подумал Рейнор. Но он увидел вооруженную охрану.

В голове появились две мысли.

Первая. Сара оказалась права. Вторая. Почему он не взял с собой оружие?

— Какого черта? — выпалил он, пряча Сару себе за спину.

— Если леди согласится, мы проведем тесты, которые… — начал Наруд.

— Нет! — отрезала она, делая шаг вперед. Она не выглядела слабой и хрупкой. Ее лицо зарделось от „гнева, а тело напряглось. — Я не давала согласия стать объектом экспериментов твоей лаборатории!

Она показала на край платформы.

— Спрыгну, если хоть один из твоих людей до меня дотронется, клянусь!

— Она так и сделает, — подтвердил Рейнор.

— Джим, — произнес Валериан, — пожалуйста. Нельзя лечить больного, не определив диагноза.

— Принц абсолютно прав, — кивнул профессор. — Будет лучше, если…

— Платформа, — повторила Сара. — Гравитация.

— Мне начхать, что ты задумал, док, — отчеканил Джим. — Ты слышал, что сказала леди. Сейчас она нуждается в человеческой заботе и обычном медицинском уходе. Ясно?

Раздался лязг. Охранники одновременно подняли сверкающие винтовки и навели их на Рейнора. Молниеносно рейдеры сделали то же самое.

Джим ухмыльнулся. Он почувствовал странное спокойствие, хотя напряжение нарастало.

— Боюсь, я плохой хозяин, — сообщил Наруд. — Я приказал охране действовать в соответствии с протоколом 221-С. Стандартная процедура встречи новичков.

— Чертовски глупый способ приветствия, — заявил Рейнор.

— Большинство прибывающих — не разбойники. Они понимают необходимость предосторожностей. Но…

Он махнул рукой начальнику охраны, и подчиненные опустили оружие.

— Прошу прощения. Уверен, вы понимаете… сложность нашей ситуации. Я всегда забочусь о безопасности своих сотрудников. Надеюсь, вы меня простите, мистер Рейнор.

— Ага, — фыркнул Джим. — А теперь? Будем здесь воздух сотрясать или проводим ее в лазарет?

Наруд дал знак. Появились два врача. Мужчина и женщина в белых халатах катили носилки.

— Отлично, — резюмировал Рейнор и повернулся к Валериану, окинув рейдеров внимательным взглядом.

— Я буду сопровождать Сару. Им что делать?

— Они получат доступ в станцию. Разумеется, они будут под наблюдением, — ответил Наруд.

— Что?

— Джим, это — сверхсекретная лаборатория. Профессор Стетманн, — обратился Наруд к побледневшему Итону. — Вы были бы рады, если бы чужие люди… появились в вашем кабинете и принялись там хозяйничать?

— Ну… нет, — выпалил Стетманн. — Но должен признаться…

Он усмехнулся.

— …я бы зубами уцепился за любую возможность поглядеть на «Прометей».

— Это можно устроить, — улыбнулся Эмиль Наруд. — Опять же, приношу свои извинения. Полагаю, что стандартная процедура в данном случае неуместна. Мне очень долго приходилось защищаться от окружающих. Вероятно, излишняя предусмотрительность стала моей привычкой. Здесь есть столовая, зона отдыха, библиотека — там ваши люди могут бывать беспрепятственно. Но для доступа в определенные места я бы предпочел приставить к ним сопровождающих. Мои условия приемлемы?

Снова взяв Сару под локоть, Джим почувствовал, что молодая женщина слегка обмякла. Адреналин и ярость уже иссякли. Он не хотел, чтобы сейчас она выглядела слабой и беззащитной.

— О’кей. Договорились.

Затем он осведомился у Сэма Фрэйзера:

— Если тебе не понравится, как с тобой обращаются, сообщи мне немедленно.

— Обязательно.

Врачи приблизились к Саре, намереваясь помочь ей лечь на носилки. Рейнор решительно перегородил им дорогу и взял Керриган на руки. Он понес ее по длинным коридорам, следуя за медиками. Стены были увешены картинами, не такими роскошными, как у Валериана, но не менее красивыми и стильными. Свет был не слишком приглушен, а на полу лежали толстые мягкие ковры. Откуда-то доносилась тихая музыка.

— Профессор Наруд, — оживленно заговорил Игон. — Я, безусловно, знаю, что вы — эксперт по зергам. Меня всегда интересовало ваше мнение насчет господствующей теории о том…

Джим не стал слушать их научную болтовню. Внезапно в его сознании всплыло одно яркое воспоминание.

Когда Джим и Сара исчезли за поворотом, Наруд обратился к Валериану:

— Я был бы очень признателен, если бы ты выполнил мою просьбу. Покажи мне этот чудесный артефакт.

— О, да! — радостно воскликнул Игон. Принц снисходительно посмотрел на молодого человека, который нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Тот даже не понял, что профессор обратился к Престолонаследнику.

— Мы перевезли собранные предметы на «Гиперионе», — выпалил Стетманн. — Но сейчас они на «Буцефале», у принца Валериана.

— Но доктор Стетманн… Престолонаследник уже распорядился, чтобы вам устроили отдельную экскурсию в нашу лабораторию, — сообщил Наруд. — Если вам интересно.

Глаза Игона стали похожи на блюдца.

— Я, это… да! Просто здорово!

На платформе появились еще четверо людей, двое мужчин и две женщины. Одна из сотрудниц — рослая, с иссиня-черными волосами, светлой кожей и серыми глазами — подошла к Игону.

— Доктор Стетманн? Позвольте представиться. Я — доктор Шанталь де Врие. С удовольствием буду вас сопровождать.

Было уже неясно, чему больше обрадовался юноша — перспективе посмотреть на лабораторию или сделать это в компании сногсшибательной красавицы. Без сомнения, ему крупно повезло.

— Рад познакомиться, — ответил он высоким голосом, стараясь не заикаться. — Я счастлив. Я имею в виду лабораторию. Такая редкая возможность… Я изучал зергов в примитивных условиях, но…

Она улыбнулась:

— Пойдемте же со мной.

И Шанталь развернулась в сторону коридора. Игон потопал за ней, как послушный щенок за любимой хозяйкой.

Хоть один из людей Джима доволен, подумал Валериан. Тем временем Наруд представил присутствующим остальных исследователей. Нэнси Уайндхэм, Джозеф Рейнольдс и Эдриан Скотт пожали руки рейдерам.

— Сотрудники «Прометея» отведут вас туда, куда пожелаете, — сообщил Эмиль, — за некоторым исключением. Пожалуйста, все в вашем распоряжении. Я… хотел бы смягчить впечатление от первоначального приема, далеко не дружеского.

Принц почувствовал, что напряжение спало. Недоверие только мешает. Он сам знал это с детства. Жаль, что он вырос в тяжелой атмосфере подозрительности. Они направились к входу. Наруд слегка улыбнулся.

— Еще одна деталь. Не распорядишься, чтобы на ваши корабли допустили ремонтные бригады?

Валериан был дальновиден. Добраться до «Прометея» являлось сложной задачей даже для самых опытных пилотов. Престолонаследник позаботился о том, чтобы здесь трудился высококлассный персонал, готовый справиться с любым повреждением космического корабля.

— Безусловно, — кивнул он, включая связь, — Мэтт, это Валериан. Я бы хотел послать на «Гиперион» бригады, чтобы починить и залатать все как следует. Возражения есть?

— Шутишь? — послышался голос Мэтта, — Свонн уже рыщет в поисках клейкой ленты и использует жвачку. Ждем с нетерпением.

— Они скоро прибудут вместе с транспортным судном, — продолжил Валериан, — конец связи.

— А теперь, — важно произнес профессор, — артефакт.

— Именно, — ухмыльнувшись, подытожил Менгск-младший

Конечный результат нескольких лет поисков и исследований парил в отсеке «Буцефала». Лаборатория, окрашенная в цвет вороненой стали, освещалась неярким светом, приятным для глаз. Артефакт зел-нага — гладкий черный обелиск — источал почти волшебное лазурное сияние по стыкам. Он состоял из нескольких частей, соединенных в одно целое. Никто не мог смотреть на него равнодушно, даже самые отпетые циники из числа рейдеров и ресоциализированные морпехи. И, разумеется, не ученый, изучавший зергов и зел-нага с настоящей страстью.

Под еле заметно качающейся инопланетной конструкцией находился транспортировочный короб. Он напоминал саркофаг. Наряду с силовым полем, удерживающим обелиск в воздухе, стенки саркофага были сделаны из особого материала. Все надеялись, что он в состоянии экранировать энергии, излучаемые артефактом.

Валериан весьма гордился достижениями Фонда. Наруд не отрывал взгляда от находки.

— Он — ваш, — улыбнулся принц. — Уверен, вы раскроете его тайны.

Открылась дверь, на пороге появился Рейнор. Он приблизился к ним, скрестив мощные руки на груди.

Наруд не обратил на него внимания.

— Как он прекрасен для оружия.

— Оружия? — переспросил Джим. — Вы знаете его предназначение?

— Тот факт, что он повернул вспять последствия заражения Керриган, является очевидным доказательством, — снисходительно ответил ученый.

Валериан подошел к пульту управления и начал транспортировку. Из саркофага выдвинулись четыре болта. Крышка разошлась надвое и открылась. Обелиск медленно развернулся на девяносто градусов и тихо опустился на металлические подставки, расположенные внутри короба.

— Зел-нага постоянно изменяли и протоссов, и зергов. Способность разрушить ДНК — это мощное оружие, — продолжил Наруд. Крышка саркофага медленно закрывалась. Мягкое голубое свечение исчезло. Лаборатория сразу стала выглядеть серо и аскетично, как военная казарма. — То, что терране смогли использовать его во благо, не имеет никакого отношения к намерениям создателей артефакта.

Джим небрежно хмыкнул.

— Ладно, ты получил свое, — пробормотал он. — Только будь осторожен.

— Тебя связывают с ним очень сильные переживания, — произнес ученый. — Заверяю тебя, он в надежных руках. Благодарю тебя, принц Валериан. Я распоряжусь, чтобы его перевезли на «Прометей». Пока я здесь, свяжись со своим молодым и полным энтузиазма ученым.

— Спасибо, что позволили ему посмотреть лаборатории, — сказал Престолонаследник.

— Он — славный мальчишка, — заявил Рейнор. — Сообразительный, все схватывает на лету.

— Возможно, для него найдется место на станции, конечно, если он согласится, а вы не будете возражать, — сообщил Наруд. — И, кстати, я сегодня устраиваю ужин в честь вашего прибытия. Начало в 20.00. Милости прошу вас присоединиться. Мистер Рейнор, надеюсь, что Сара Керриган почтит меня своим присутствием.

— Медсестры уже передали приглашение. Там видно будет.

— Я вам очень признателен. Мне крайне неловко за ваше первое впечатление о «Прометее». Это — исключительно моя вина. Позвольте мне загладить ее.

Дверь снова открылась, и вошли двое морпехов в боевых бронекостюмах.

— Здравствуйте, господа. Вот артефакт. Пожалуйста, обращайтесь с ним аккуратно, — быстро и непринужденно сказал Валериан прежде, чем Джим успел открыть рот.

Рейнор сбросил лишнее напряжение, и принц вздохнул. Он не винил Джима в подозрительности, но постоянное недоверие стало его утомлять. Морпехи ухватили саркофаг за ручки и унесли так, будто огромный предмет ничего не весил.

— Итак, до ужина. Мистер Рейнор, ожидаю увидеть вас вместе с Сарой.

Наруд хотел было протянуть руку, но понял, что жест проигнорируют. Поэтому он кивнул и последовал за морпехами.

— И почему мне так не нравится, что артефакт оказался у дока? — спросил рейдер у Валериана, когда они остались одни.

— Джим, — начал принц, — Фонд Мебиуса отвечал за сбор…

— Ответственность лежала на мне, — перебил тот. — Я и мои люди рисковали жизнью — и не раз.

— Тебе хорошо заплатили, — ответил Менгск-младший, игнорируя горячность собеседника. — И, кроме того, артефакт дал тебе нечто неизмеримо более ценное, чем деньги.

Рейнор нахмурился и промолчал.

— Фонд Мебиуса — мой. Не моего отца. И теперь я — сам по себе. Не принадлежу моему отцу. Эмиль Наруд — прекрасный ученый, и я всем сердцем верю, что он поможет Саре вернуться в мир людей.

Джим спокойно посмотрел ему в глаза. Затем кивнул.

— Ладно, по крайней мере, мы хотя бы славно поужинаем.

— Уверен, что не хочешь идти? — второй раз осведомился Джим у Мэтта. — Свонн понаблюдает, как работают ремонтники.

— Конечно же, — ответил Мэтт. — Но мне безразлична станция, сэр. Я лучше буду на «Гиперионе».

Если честно, то и Рейнор предпочел бы остаться. Он был уверен, что Наруд и Валериан наведут на себя лоск, но сам решил одеться попроще и почище. Его вкусы не изменились с тех самых времен, когда он был простым фермером и обычным шерифом. Ни к чему ему мундир, украшенный регалиями. Поэтому он принял душ, побрился, подстриг волосы и бороду. В общем, ограничился минимально приличествующими случаю приготовлениями.

— Дело твое, — пожав плечами, сказал он Мэтту. — Принесу тебе пакет с остатками пиршества.

— Давай. А Керриган?

— Ей только этого не хватало. Не думаю, что она согласится на встречу в неформальной обстановке. Уговаривать Сару я не стану. И надеюсь побольше узнать сегодня вечером. Все должно проясниться. Ничего не слышно от Игона?

— Тишина, — ответил Хорнер.

— Наверное, пускает слюни, как ребенок в кондитерской, в одной из лабораторий, — произнес Джим. — Наруд пригрозил, что переманит его. Наверняка он заявится на ужин. Может, предложить ему прибавку, чтобы он остался?

— Дважды нуль — равняется нулю, — улыбнулся Мэтт.

— Заткнись, или я тебе по раненой руке двину. Увидимся через пару часов.

Сначала Джим отправился в лазарет «Прометея», чтобы еще раз попытаться убедить Сару принять приглашение Наруда. Еда там точно будет хорошая, качественная, а Саре надо набираться сил. Медсестра, которая за ней ухаживала, явно старалась сделать то же самое.

— Ведь мы примерно одного сложения, — с порога сказала она Джиму. — У меня есть чудесное платье, которое я могу одолжить мисс Керриган.

— Я не ношу платья, — бросила Сара. Джим снова вспомнил зеленое летнее платье, но промолчал. Это случилось лишь однажды.

— Пришел руки выкручивать? — с вызовом спросила она.

— Даже и не мечтай, — парировал Рейнор. — Я просто спрошу, не передумала ли ты?

— Нет.

— Пообещал Мэтту, что лично доставлю ему пакет со всякой всячиной. Тебе принести?

Она заулыбалась.

— Я — в порядке, Джим, — вымолвила она. Рейнор призадумался, потом наклонился и нежно поцеловал ее в губы. В первое мгновение она замерла, но потом ответила на поцелуй.

— Вернусь, как только смогу, — прошептал он. — Расскажу тебе обо всем.

Она проводила его долгим взглядом.

Дверь в помещение, скромно названное «многоцелевым», была в форме ирисовой диафрагмы. Джиму стало очень неуютно, еще сильнее, чем на «Буцефале».

Свет был мягким, но не приглушенным, звучала успокаивающая музыка. Такая же ненавязчивая, как на всей станции. К нему подошла девушка с подносом, на котором стояли изящные фужеры. Джим взял один и пригубил игристого вина. Безусловно, отличного качества и наверняка безумно дорогое. Ему сразу захотелось очутиться в баре на «Гиперионе» и пить пиво под музыку из его любимого дребезжащего музыкального автомата.

Валериан был одет по высшему классу, как и ожидал Рейнор. Принц отказался от привычного военного стиля, выбрав черные брюки с пиджаком, лаковые туфли и темно-синюю кружевную рубашку. Черный шелковый галстук был заколот золотой булавкой с наконечником в виде волчьей головы. Из копны золотых волос выбивалась одна непослушная прядь. Вот и отлично, подумал рейдер. Иначе совершенство Престолонаследника станет картинным и вычурным.

— Мне жаль, что мисс Керриган не составит нам компанию, — начал он, — но я рад, что пришел ты, Джим.

— Благодарю, — буркнул Рейнор. Он не пытался быть намеренно грубым, просто чувствовал себя не в своей тарелке. Он жаждал, чтобы все побыстрее закончилось.

Подошел Наруд, одетый так же, как и Валериан, но без изысканности, присущей принцу. Единственным выделяющимся элементом его костюма было странное украшение. Эта вещица, как и станция «Прометей», наводила на мысли о зел-нага.

Валериан сразу же заметил аксессуар.

— Часть артефакта зел-нага, профессор? Очень похоже, — похвалил он.

— Во имя неба, нет, — ответил Наруд. — Так, мелочь, которую я придумал, надеясь угодить мисс Керриган.

— Хочу такую. Уверен, смогу сделать из нее последний крик моды.

Эмиль усмехнулся:

— Конечно. Но это — скромное дополнение к костюму, Ваше Высочество. Если пожелаете, я попробую сделать еще один экземпляр.

Он повернулся к Джиму:

— Добро пожаловать, мистер Рейнор. Приятно вас видеть, но огорчен, что вы — один. Я так хотел, чтобы мисс Керриган почтила нас своим присутствием.

— Ну… а в аду холодной воды хочется, — нахально заявил Джим.

Но Наруд вроде бы не удивился.

— И капитана Хорнера здесь нет, — пробормотал он, осматриваясь по сторонам.

— Я не вижу Игона, — поинтересовался рейдер. — Где он?

— Очевидно, так поглощен экскурсией по «Прометею», как и, вероятно, доктором де Врие, что решил не отвлекаться.

Эх, Игон, вздохнул Джим. А ведь парень мог осыпать обреченного Наруда вопросами о зергах.

— Проверю, как он. Вдруг удастся уговорить, — сообщил Рейнор, доставая из кармана рацию. Он внимательно следил за реакцией профессора, но тот был доброжелательным и любезным.

— Давай, — сказал он, дружески обращаясь на «ты». — Может, тебе повезет в том, в чем не повезло мне.

— Игон Стетманн, — раздался знакомый голос.

— Хорошая еда пропадает и шанс повиснуть на ушах у Наруда, пока они не оборвутся.

— О, я понимаю, сэр. Но тут так здорово! Вы не… я ведь не обязан прийти? — спросил он умоляюще.

Убедившись, что Игон, чем бы он ни был занят, доволен и в полном порядке, Джим не стал настаивать.

— О’кей. Сам виноват будешь.

— Вряд ли, сэр. Что-нибудь еще?

— Ничего в голову не лезет. Я же не потеряю тебя в пользу этих умных головастиков?

— О, нет. Уверен, мне будет чем поделиться с вами, когда я вернусь!

Джим щелкнул рацией и спрятал ее.

— Ты прав, — обратился он к Наруду. — За исключением того, что я хочу получить обратно своего главного ученого.

— Даже не знаю, — с наигранной легкомысленностью ответил профессор. — Такого талантливого парня? Нам наверняка захочется украсть его. Но сейчас… — и ученый сделал жест в сторону хорошо одетого юноши, который нес поднос с чем-то маленьким, сдобным и соблазнительно пахнущим, — пожалуйста, угощайтесь.

Как оказалось, Игон не слишком много потерял. В начале ужина Наруд больше слушал, чем рассказывал. Старательно выяснял подробности того, где они нашли части артефакта и прочие детали. Например, как сработало «оружие» и в каком состоянии они обнаружили Королеву Клинков.

Джим ухитрился перепробовать все закуски, съесть устричный суп и выпить вина, несмотря на то, что его засыпали вопросами. Но потом подали главное блюдо. Огромные порции, выглядящие так, как надо. Первоклассные стейки скалета.

— Я сижу в удобном кресле, мне приносят отличную еду… Но почему-то не могу отделаться от мысли, что я скрючился на табурете под яркой лампой и мне под ногти загоняют иголки, — сообщил он. — Док, пожалуйста, умерь немного темп своего допроса.

Наруд сделал вид, что смутился.

— Простите, — вымолвил он. — Я слишком настойчив.

— Это понятно, — подал голос Валериан. — Джим — умный человек, но, боюсь, он не разделяет нашей страсти к науке.

— Наоборот. Когда наука дает мне то, что нужно, — ответил Рейном, отрезая кусок от стейка и отправляя себе в рот. Матерь милосердная, какая вкуснятина! Фраза Тайкина. Здоровяк уже бы, наверное, штуки три смолотил. Но судьба распорядилась иначе.

— А мистер Рейном прав, — не унимался принц. — Ведь у вас будет время проанализировать информацию о Саре Кардиган, и вы сами проведете некоторые анализы.

Прежде чем рейдер успел хоть слово вставить, Престолонаследник продолжил:

— Ты был в лазарете, когда они взяли пробы крови и тканей, Джим. Они не делали ничего лишнего.

Пока, подумал Рейном с набитым ртом. Да уж, мясо скелета не дает ему ответить. Профессор озабоченно повернулся к нему.

— Позвольте поделиться с вами тем, что мы выяснили, — произнес он. — Анализы были сугубо предварительные. Когда мы убедим мисс Кардиган и вас провести остальные, мы узнаем больше. В ее теле осталось изрядное количество мутагенов зигов. Уверен, вы догадались, увидев ее… волосы, так их назовем.

Джим проглотил кусок стейка и скрипнул зубами.

— Но это — видимое проявление. Вероятно, заражены другие части ее тела. К примеру, могут быть затронуты органы чувств, почки, печень, мозг…

— Я считал, артефакт решил проблему, — наконец выговорил Джим.

— Мистер Рейном, вы, конечно, понимаете, насколько… чужд нам инопланетный артефакт. — Горячо ответил Народ. — Мы совсем недавно узнали о самом существовании зергов, протоссов и зел-нага.

— Валериан заявил, что ты — эксперт по зергам, — удивился рейдер.

— Это — правда, — произнес принц. — Но даже такой профессионал не обладает всей необходимой информацией.

Наруд потер виски и вздохнул.

— Сару Керриган следует тщательно проверить ради блага человечества и ее самой, — изрек он. — Вы, в свою очередь, связываете мне руки. Пока мы не представляем, как на нее воздействуют мутагены. Позвольте мне быть откровенным. Каждая минута, которую мы тратим на споры, может превратиться в упущенный шанс. Мы можем потерять ее навсегда, или же она будет жить, вернее, влачить жалкое существование.

Внезапно деликатесы показались Джиму безвкусными, как армейские пайки. Наруд не лгал и не преувеличивал. Сложно отрицать очевидное. Щупальца, достойные Горгоны. Они заменили Саре ее мягкие шелковистые рыжие волосы. И это — лишь верхушка айсберга…

Но нельзя же оставлять слова Сары без внимания? Она упомянула о знакомом ощущении, исходящем от Наруда. Вероятно, это просто ее болезненное состояние и провалы в памяти. А если нет и здесь кроется тайна? Джима беспокоило благо человечества, но Сара была важнее всего на свете. Он хотел, чтобы ей стало лучше.

И с сожалением понял, что понятия не имеет, как это сделать.

Сара лежала в койке в лазарете. Джим договорился с персоналом, и ей принесли поесть те же блюда, которые подавали за ужином. Надо признать, еда восхитительно пахла. С точки зрения практической, она знала, что надо восстанавливать силы. В любой момент она может завязнуть в новых неприятностях, и она должна быть готова к бою.

Поэтому Сара, к радости медсестры, съела целый стейк из скалета с пюре из клубней, приправленного ягодным соусом. Но и во время принятия пищи она продолжала размышлять над ситуацией.

Разумеется, мутагены зергов остались в ее ДНК. Любой мог это подтвердить. Но раз она сама и остальные видят то, что снаружи, то внутри ее тела творится сущий кошмар… даже в ее голове. Клубок ужаса.

Отчасти она была согласна с исследователями. Ей необходимо точно знать, что с ней произошло. Что артефакт сделал и чего ей пока недостает. Но она чувствовала, что каждая клеточка ее организма буквально кричит, пытаясь предостеречь ее насчет Эмиля Наруда. Сара тряхнула головой и заставила себя откусить еще кусок стейка. Странно… похоже, она знала профессора, но забыла. И эта информация затаилась в глубине ее сознания. Она не могла туда проникнуть. Но была уверена, там было запрятано что-то очень скверное:

У Сары Керриган было много неприятных воспоминаний. Мать, отец, котенок Бутс… то, как она была Королевой Клинков…

…Сначала зерг, подчинявшийся Керриган, напал на женщину. Небрежно раскроил пополам голову жертвы своей острейшей серповидной конечностью. В стороны полетели мозги, осколки костей. Полилась кровь. Маленькая девочка завопила еще громче, пронзительно и отчаянно.

— Мама! Твоя голова!

…У нее взорвалась голова… у нее взорвалась голова…

И Сару будто накрыло тенью.

Она подавилась, выплюнула мясо и судорожно задышала. Кожа покрылась мурашками.

Случилось что-то плохое. Очень плохое.

Ее живот напрягся, адреналин хлынул в кровь. На мгновение Саре показалось, что сейчас ее вырвет, но она подавила рефлекс усилием воли.

Она почти чувствовала ее на вкус. Злобу, мстительную радость. Негатив был направлен лично на нее. И не так, как в прошлый раз — совсем недавно, когда она ощутила тревогу за Джима.

Рывком повернув голову, Сара взглянула на дверь.

Они идут.

Игон Стетманн задумался, сколько ему еще дадут прожить.

Он ничего не ожидал. Но мог предвидеть. Влез в логово пауков, блаженно полагаясь на то, что у ученого братства свой кодекс чести. Доверчивость привела к тому, что теперь он был связан и спрятан под стол на складе, словно коробка с наборами для анализа крови.

Он оказался слишком любопытен. Он всегда был любознателен. Сгорал от нетерпения, желая познакомиться с невероятными открытиями, ожидающими его за дверями лаборатории. И вдруг его сногсшибательная… (о, Игон, какой удачный термин ты подобрал…) и красивая конвоирша… (еще лучше, просто золотое дно для автора комедий на этом «Прометее»)… ткнула ему в бок пистолетом. А потом заставила говорить в какое-то записывающее устройство. Он даже не испугался, только удивился. По крайней мере, сначала.

— Зачем ты взяла меня на мушку? — ошеломленно спросил он.

Де Врие закатила глаза.

— Вообще-то, это называется «угроза», идиот, — фыркнула женщина. Естественно, первое слово, на которое он среагировал, было не «угроза», а «идиот».

— Когда я был на скоростном поезде на Тирадоре III, ехал в исследовательский…

И тут он согнулся пополам от боли. Она изо всех сил ударила его стволом пистолета в живот.

— Заткнись. А теперь скажи что-нибудь сюда, — приказала де Врие.

Он вполне пришел в себя, но не стал указывать на очевидную бессмысленность такой фразы.

— О’кей. Что ты хочешь знать?

— Просто говори.

— Э… о'кей… меня зовут Икон, я… я… сейчас… — отрывисто начал он и вдруг осознал весь ужас ситуации. — Я ничего не понимаю… но — это я, и… это слова, и…

— Достаточно.

— Для чего? — не удержался он от вопроса.

Она улыбнулась. Испуганный Стетманн задумался, что бы это значило. Эй, Игон, старина, ты заставил их кататься со смеху… но, тем не менее, Шанталь де Врие казалась ему привлекательной.

— Мне был нужен образец твоего голоса. Я введу его в базу данных адъютанта, и если кто-то из ваших попытается связаться с тобой при помощи вот этой вещицы, — заявила она, доставая из кармана его халата рацию, — он убедится, что ты жив и здоров.

— Умно, — обреченно пробормотал он.

— У меня три ученые степени, — с гордостью ответила она.

— А теперь? — спросил он, выпрямляясь и стараясь выглядеть неустрашимым. — Пристрелишь меня?

Она оскорбительно и совсем не по-женски расхохоталась прямо ему в лицо.

— Ты нужен Наруду живым. Полагаю, он вытащит из твоих мозгов хоть какие-то полезные сведения.

— Ой.

По крайней мере, не слишком плохая альтернатива.

— Считай, что тебе повезло, доктор Стетманн. Кстати, гораздо больше, чем Саре, — фыркнула де Врие. Больше он ничего не помнил. Когда, наконец, очнулся, то голова раскалывалась от боли. Игон попытался пошевелиться. Внезапно его сильно вырвало. Его начал бить озноб. Только что он добавил к своей травме унижение.

Думай, приказал он себе. Ты же — не дурак. Помещение еле освещено, свет проходит через дверные щели. Не видно ни одной из «расчудесных» ирисовых диафрагм, что обнадеживает. Значит, помещение не слишком важное. Возможно, ему удастся выбраться. Конечно, если не считать связанных рук и ног. Он слабо усмехнулся, осознав этот факт.

Но слабого света оказалось достаточно, чтобы оглядеться. Итак, он лежит под столом, в окружении коробок. К счастью, преграда не высокая. Очень медленно, судорожно извиваясь, он выполз на середину комнаты. Оглушительно чихнул, вдохнув пыль с пола, и резко замер. Вдруг кто-нибудь из сотрудников центра явится сюда и завершит начатое де Врие, несмотря на приказ Наруда? Шли минуты, и постепенно его сердце перестало бешено колотиться. Хороший знак. Похоже, охрана не выставлена.

Он скрючился на боку. Даже ухитрился не измазаться в собственной рвоте. Игон продолжал изучать комнату. Так и есть, он находится на складе.

Что хранится в подобных подсобках? Иглы… пробирки… разнообразные контейнеры… никаких ножей или…

Но разбитое стекло весьма острое. А пробирки обычно делают из стекла. Старый, но самый надежный материал для всех лабораторных работ. Дешевый, химически инертный. После долгих усилий он сел. «Наверняка я выгляжу как рыба, выброшенная на берег», — подумал он. Затем снова принялся озираться по сторонам. На столе возвышалась высокая стопка каких-то предметов. У противоположной стены — шкаф, забитый коробками с надписями. Разобрать слова он не мог, надо было встать или подползти поближе.

Наклонившись в сторону, Игон рывком встал на колени. Начал двигаться к полкам. Затем приступил к чтению. Увы, ничего нужного в данный момент он не обнаружил. Теперь у него два варианта. Попытаться встать, что практически нереально, или высвободить руки, связанные за спиной.

Игон выбрал второй пункт и через несколько минут борьбы с собственным телом сдался. Он полностью изнемог. Он — не гибкий и не тренированный. Простой ученый.

Ты слишком глуп для умного парня, сказал он себе. Полез в ловушку, будто с табличкой на спине «Я — мишень». Умник, а проиграл. Теперь придется тебе стать крутым. Как Джим.

Рейнор, без сомнения, уже выпутался бы из веревок и с боем пробивался через станцию. Никто не знает, где Игон. Рейдеры уверены, что он — в порядке. Что там говорила де Врие? Считай, что тебе повезло, доктор Стетманн. Кстати, гораздо больше, чем Саре.

О, нет. Они пошли за Керриган. Будут ставить на ней опыты. Возможно, убьют. А если Рейнора уже нет в живых? Но пока, судя по всему, лишь Игон знал об опасности.

Он еле слышно всхлипнул. А потом с мрачным видом, усевшись на холодном полу, принялся за дело. Он медленно, но упорно протаскивал свои туго связанные руки под длинные худые ноги. Надо же ему выпутаться в прямом и переносном смыслах.

Мэтт Хорнер, как и любой другой человек с нормальными вкусовыми ощущениями, терпеть не мог стандартные пайки. Но еще он не любил официальные приемы, в особенности те, где присутствуют персоны, которые плетут интриги. Тут же мысленно он поправил себя. Безусловно, он доверяет Джиму и уже начал воспринимать Валериана всерьез.

Но Наруд ему очень не нравился. Хорнер был готов заплатить любую цену, лишь бы не идти на пресловутый ужин. К счастью, у него была возможность отказаться, причем бесплатно.

Бригада ремонтников, как заявил Свонн, «взялась за все, вплоть до медных гвоздей». Интересно, что он имел в виду? Так или иначе, но инженер был доволен.

— А у нашей мисс Аннабель есть идея, и она теперь воплощает ее в жизнь. Если сработает, то расскажем. Если нет, считай, что нашего разговора не было.

— Ладно, — согласился Мэтт.

Решил, что заслужил отдых на пару часов. «Гиперион» в безопасности. Джим, Сара и Валериан на «Прометее». Даже Рори не ворчит. Мэтт откинулся в кресло, аккуратно поправил перевязь, сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Рана ныла.

— Капитан Хорнер?

— В чем дело, Марк? — сразу отреагировал Мэтт.

— У меня странные показания… Не знаю, что делают ребята Наруда, но, похоже, они сильно напортачили.

— Что там у тебя? — спросил Хорнер, мгновенно вскочив и поглядев через плечо Марка Кейда. И понял прежде, чем тот ответил.

— Объекты на внешней границе пояса астероидов, — доложил Марк.

На экране было множество отметок.

— Но… вряд ли это корабли, — произнес Хорнер, но нутром почувствовал неладное.

— Сэр, похоже, именно они, поэтому я…

— Хорнер, Свонну, — перебив Марка, заговорил Мэтт. — Срочно бегите к ребятам, которых прислал Наруд. Что-нибудь может повлиять на внешние датчики?

— Сейчас погляжу. Сразу же сообщу тебе.

— Обязательно.

Мэтт принялся расхаживать, напряженно размышляя. На неисправность не тянет. Мелкие точки не могут так двигаться. Одни оставались на месте, другие перемещались, добавлялись новые…

Он принял решение. Если это ошибка, он извинится. Он устроит собственный званый ужин на борту «Гипериона»! Но не станет испытывать судьбу.

— Хорнер, Свонну.

— Парень, дай мне хоть секунду…

— Прекращай ремонт. Просто останови их.

Аннабель услышала их разговор, несмотря на то, что целиком погрузилась в свой «новый проект». За последние несколько дней в девушке внезапно проснулась страсть к штурманскому делу — заодно с живейшим интересом к Трэвису Роулинзу. Она поняла тревогу Хорнера. Кто знает… Вдруг ситуация на «Гиперионе» и в самом деле чрезвычайная? Есть способ проверить, являются ли показания неисправностью систем корабля или реальной внешней угрозой. Аннабель даже слегка улыбнулась.

Она включила рацию на нужный канал, чтобы связаться с Трэвисом. Он, конечно, находился на «Буцефале». Обычно штурман отвечал сразу же, но сейчас все было иначе.

Наверное, занят. Может, оставил рацию в каюте. Или девушка уже ему надоела, и он игнорирует ее вызовы. Но Аннабель быстро отмела эту мысль. Нет, здесь явно происходит нечто серьезное.

В этот момент раздался голос Хорнера.

— Прекращай ремонт. Просто останови их, — сказал Мэтт.

— Ради любви… ладно, — проворчал Свонн. Нажал на кнопку и повернулся к одному из ремонтников. — Приказ понятен? Стоп машина. Не знаю, какая муха его укусила, но он капитан.

— Возмутительно, — запротестовал один из них. — Мы же хотим помочь вам. А вы считаете нас виновными в фантомных изображениях на…

Аннабель перестала его слушать. Повинуясь интуиции, вывела на монитор диаграммы технических устройств «Фанфары» и ввела команду на проверку уровня заряда энергетических батарей. Надеялась, что ошибается и по этому поводу, и насчет молчания Трэвиса. Вначале сигнал был совершенно нормальным. Но через десять секунд…

Вообще-то, показания приборов, в виде оранжевых полосок, должны слегка колебаться. Но они не двигались.

Что означало — на экране ложное изображение.

Рори продолжал орать на сотрудника «Прометея», тот огрызался. Ее сердце заколотилось. Аннабель вызвала Хорнера.

— Инженерный отсек, мостику, — тихо произнесла она. Поглядела на двоих спорящих инженеров. Оба ничего не заметили.

— Аннабель? Где Рори?

— Ругается с ремонтником, — ответила она. — Мэтт… с датчиками — порядок. Кто-то берет энергию из батарей. И они блокируют связь между кораблями. Я не могу поговорить с Трэвисом.

Мэтт поверил ей. Во-первых, он слышал дикие крики Свонна. Во-вторых, знал, что Аннабель — человек уравновешенный и благоразумный. Если типы с «Прометея» виноваты…

— Мне надо передать сообщение Рейнору.

Шум помех. Офицер-связист беспомощно развел руками.

— Марк, что делают корабли на внешней границе пояса?

— Сэр… — Кейд повернулся к капитану. — Они входят в Пояс Киркегарда.

— Сколько?

— Все сразу.

Наконец подали десерт, но беседа так и не сдвинулась с мертвой точки. Наруд продолжал настаивать на своем, Джим упираться. Валериан пытался примирить обоих. Тем не менее, все отдали должное огромному ягодному пирогу. Он был выше всех похвал.

— Кстати, Валериан, — улыбнулся Наруд. — Я приказал найти портвейн, специально для тебя. Ты же предпочитаешь золотистый портвейн, а не красный?

Официант принес старую запыленную бутылку и три бокала.

— Верно. Как приятно, что ты вспомнил.

Пока вино разливали, Валериан обратился к Джиму:

— У меня с отцом есть и сходства, и различия. Нам нравится портвейн, но он — любитель красного.

Джим с готовностью взял бокал. Если профессорский ужин является вычурным методом отравить рейдера, то он бы уже давно был на том свете. А хорошей выпивки он никогда не упустит… впрочем, и от плохой не откажется.

Рейнор пригубил портвейн. Почти не хуже десерта.

— Ого. Вроде вишня и карамель.

— Чувствую настоящего знатока, мистер Рейнор, — одобрительно произнес Престолонаследник.

— Странно… Я привык к дешевому пойлу, — ничуть не стыдясь, ответил тот. Он редко стыдился правды. Сделал очередной глоток.

— Рад, что вам понравилось, принц, — сообщил Наруд. Кивнул прислуживающему. — Пожалуйста, убери со стола и принеси-ка нам красный.

— Но он говорил, что его отец…, - начал Джим, и внезапно его осенило.

Он все понял — за долю секунды до того, как двери отворились и на пороге появились три вооруженных охранника. На них не было бронекостюмов. Валериан впал в ступор. Джим на мгновение пожалел парня, а затем принялся лихорадочно размышлять, как найти выход.

— Ты, сукин сын, — бросил он Наруду.

— Эмиль… что?.. — выдавил Валериан и умолк. Его серые глаза широко распахнулись.

— Мистер Рейнор очень сообразителен, — язвительно усмехнувшись, сказал профессор. — С прискорбием сообщаю, Ваше Превосходительство, что очень скоро здесь будет ваш отец. Разумеется, не один, в компании собственного флота, точнее его остатков.

Валериан начал озираться по сторонам. Джим поймал его взгляд.

Ты — не телепат, как Сара, но и не дурак, подумал рейдер. Достаточно пробыл рядом со мной и Мэттом. Давай, Валериан. Читай по лицу. Ты должен собраться, или мы оба — трупы.

Джим спокойно пожал плечами и потянулся за портвейном.

— Хочу побаловать себя в последние минуты своей жизни…

Он вскочил и метнул бутылку в первого охранника. Тот попытался увернуться, но не успел. Горлышко задело его висок.

Валериан вскочил и ринулся на второго, сжимая в руках тонкие и острейшие ножи для стейков. Тот, одураченный наигранной беспомощностью принца, вскинул винтовку, но опоздал. И упал, издавая булькающие звуки — изо рта хлынула кровь. Ножи по рукоятку вошли ему в горло. Менгск-младший подхватил падающее оружие и дал очередь по третьему охраннику. Его тело вмиг обросло иглами, выпущенными из винтовки Гаусса.

Хороший мальчик, подумал Джим, хватая стул и бросая его вслед бутылке. Но противник ожидал атаки. Увернулся, перекатился и начал стрелять.

— Дураки! — зарычал Наруд. — Вы — в ловушке! «Прометей» — моя станция, на ней полно моих людей и солдат императора!

Джим нырнул под стол. Стиснув зубы, расставил ноги и представил себе Тайкуса Финдли, швыряющего музыкальный автомат. Как давно это было. Рейнор начал поднимать стол. Он оказался тяжелым, но не слишком большим, поэтому не перевернулся. Профессор вскочил и попятился.

Джим бросился на него…

…и упал. Наруд исчез.

— Что за…

Ответом ему был самодовольный, удовлетворенный смех. Он раздавался уже возле двери.

На мгновение Джим перестал понимать, что происходит. Но тут же вспомнил «украшение» Наруда в стиле зел-нага.

— Часть артефакта зел-нага, профессор? Очень похоже.

— Во имя неба, нет. Так, мелочь, которую я придумал, надеясь угодить мисс Керриган.

Сара — «призрак». А чертова заколка или булавка — реактор Мебиуса.

— Валериан! У дока — костюм невидимости! Он может сбежать!

— Я немного занят, — буркнул принц. Джим поднял голову. В зал ворвались новые охранники. Рейнор схватил винтовку убитого и махнул рукой Валериану, давая знак укрыться за столом. Слабая защита, но все же лучше, чем стоять у врага на виду, как легкая добыча.

— Сколько? — спросил рейдер.

— Шесть, — ответил Валериан. Каждое движение Менгска-младшего было выверенным и четким. Джим восхитился им, правда, лишь на одну наносекунду.

— Займись новыми, — сообщил он — Надо отсюда выбираться.

— Отличное предложение. А поконкретнее?

Двое охранников заглянули в помещение. Разбойник и Престолонаследник моментально открыли огонь. Противники рухнули с простреленными головами.

— Пока не знаю. Надо позаботиться о Саре и Игоне.

— Она мертва, — зашелестел знакомый голос над ухом. Джим крутанулся с винтовкой наперевес, но Наруд снова ускользнул. Рейнору очень хотелось, чтобы сердце не билось с такой быстротой. Вдобавок пелена, застилающая глаза, мешала правильно оценить обстановку. Но он видел Сару в деле. Понимал, на что обращать внимание. Небольшая вибрация воздуха. Легко списать на игру теней или воображение, если не в курсе.

Но Джим был прекрасно осведомлен о «призраках».

— Продолжай, — сказал он Валериану. — Держи их за дверью. Я поймаю Наруда.

Он расфокусировал зрение, чтобы все казалось расплывчатым. Его бил озноб, но он заставил себя успокоиться и замедлить дыхание. Постепенно навязчивый звук стрельбы превратился в фоновый шум. Нужного результата можно достичь только за счет хладнокровия. Тогда он сможет уничтожить профессора и любого, кто осмелился причинить вред Саре Керриган.

Вдруг он увидел дрожь в воздухе — прямо возле небесно-голубой стены. Он начал стрелять. Никакого результата.

Джим улыбнулся.

— Промазал, — заявил он Валериану. — Но обнаружил кое-что хорошее. Сейчас мы смоемся отсюда.

Мэтт понял, как «Гипериону» выбраться из передряги.

— Аннабель, будь внимательна. Я высылаю подмогу. Ничего никому не говори. Уверен, ребята Наруда до зубов вооружены. Пусть Рори продолжает ругаться как ни в чем не бывало. Попробуй потихоньку позвать наших. Начните ликвидировать то, что эти «ремонтники» натворили с энергетическими элементами.

— Я… конечно.

Голос девушки на мгновение дрогнул. Но она быстро взяла себя в руки. Настоящий рейдер.

— Ты права насчет «Буцефала». Мы отрезаны от них и от станции. Если твой приятель-штурман такой умный, как ты говорила, он тоже должен был заметить корабли.

— Я уверена, он их засек.

Если честно, она сомневалась. Мэтт тоже.

Связавшись с охраной, он приказал нескольким разгневанным парням надеть броню и идти на инженерный пост. Безуспешно попытался связаться с крейсером принца.

— Марк, следи за «Буцефалом». Если они начнут готовиться к бою, доложи мне.

— Сэр, неужели вы считаете, что «Буцефал» замешан в этом? — спросил Марк.

— Возможно. Если Валериан — предатель, — ответил капитан.

— Но… но ведь вы так не думаете?

— Давай я объясню тебе проще, — заявил Мэтт. — Сейчас я верю только Джиму. Но я не собираюсь атаковать «Буцефал» здесь и сейчас. Вероятно, они в такой же ситуации, что и мы. Убивать надо врагов, а не союзников.

Еще бы знать, кто есть кто, — мысленно добавил он. Он страшно рискует. Ему давно надо было разнести крейсер Престолонаследника в клочья. Но сердце подсказывало, что этого делать не следует. Пока.

— Сэр, они включают щиты и готовятся к бою, — рапортовал Кейд. — Но в нас не целятся.

Мэтт кивнул.

— Оценка времени прибытия… армады?

— Примерно семнадцать секунд.

— Так быстро! Каким образом? — поинтересовался Хорнер. — Разумеется, у них есть координаты, но мы пробирались сюда несколько часов подряд.

— Они просто расстреливают астероиды помельче и растаскивают обломки в стороны, — произнес Марк. — Некоторые вообще в пыль разнесли.

— Да, — буркнул капитан. — Ребята пробивают себе дорогу.

Четыре секунды.

Три.

Две.

Одна.

Сара позвала медсестру. Тишина. Она — одна в лазарете «Прометея». Керриган погрузилась в размышления и чувство вины. Она даже не заметила, что персонал тихо удалился.

Но скоро за Сарой придут.

Она отцепила капельницы и надела комбинезон, который попросила принести себе, чтобы не умереть в больничной сорочке. Жаль, что она поужинала. Вкуснейшая еда вязким комом лежала в желудке. Это помешает двигаться быстро, когда…

Когда… что же с ней будет?

Ведь она потеряла прежнюю форму. Она выглядит смехотворно. Внезапно Сара вспомнила, как стояла одна и без боеприпасов. Тогда ее бросили. А на нее напали зерги — не десятки, а сотни, а возможно, и тысячи. Однажды Менгск спас ее. Но в тот день он обрек ее на смерть.

И она успокоилась. Горькое отчаяние превратилось в безразличное и печальное смирение. Драться бесполезно. Она не победит зергов.

И сейчас все повторяется. Конечно, они схватят ее. Вероятно, не станут пытать. Но…

И вдруг она почувствовала знакомое ощущение. Резкое, отчетливое и грубое, как яркий солнечный свет на лезвии ножа. Оно будто подстегивало ее.

Альфа-волны. Они послали «призрака». Началась охота.

Нет!

Открылась дверь, и ее тело и сознание непроизвольно начали действовать. Сара подняла руку, сфокусировала псионическую энергию и припечатала невидимого врага к стене. Раздался хруст, воздух завибрировал. Труп, уже видимый, сполз по белой поверхности. Через секунду в палату вбежали четверо охранников. Но они не успели выстрелить. Сара парализовала их и, рыча, превратила их мозги в желе. Они умерли мгновенно. Их глаза, уши, носы и рты представляли собой кровавое месиво.

Сара поняла, что способности не только вернулись к ней. Она стала гораздо сильнее. Она всегда была лучшей в своем деле. В убийстве. Но сейчас она почувствовала мощь полубога. На мгновение осознание своего дара обеспокоило ее, но затем она переключила свое внимание на другое.

Джим!

Он в смертельной опасности

Они все…

База качнулась, словно она была маленькой игрушкой, надоевшей ребенку. Это — невозможно для космической станции, находящейся внутри астероида! Кто-то нашпиговал ее взрывчаткой, чтобы в нужный момент взорвать.

Сара напряглась от ненависти. На «Прометей» напали.

— У тебя не получится, — гневно рявкнула она. Кровь прилила к лицу, адреналин заструился по сосудам. — Не в этот раз. Никогда.

Игон мог гордиться собой. Он ухитрился сохранить спокойствие, найти пробирки, разбить одну. Теперь резал веревку на запястьях острым краем стекла.

Внезапно пол вздрогнул. Коробки зашатались на полках и посыпались прямо на него. Игон поднял связанные руки, чтобы загородиться от них, и вскрикнул, когда осколок вонзился в ладонь. Внезапно все прекратилось.

— Боже, — выдохнул он. Потом повторил это слово еще несколько раз. Завыла сирена. Раздался бесстрастный голос, записанный в информаторе.

— Внимание. Космическая станция «Прометей» атакована. Ожидайте дальнейших указаний. Внимание…

Он снова продолжил резать веревку. Через несколько минут добился своей цели и немедленно принялся освобождать ноги. Скользкий от крови осколок выворачивался из пальцев. В конце концов, Игону удалось снять с себя путы. Следующая задача — дверь.

Юноша неуклюже встал. Тело онемело. Схватился за ручку и сильно дернул.

Безрезультатно.

Отчаяние, которое ему до сих пор удавалось сдерживать, охватило его. Он на космической станции, заперт в небольшом складе, и никто не знает, где он находится. Наверное, Джима и Валериана поймали. Их выдадут Менгску-старшему. На них будут ставить бесчеловечные опыты, пытать или сразу убьют.

Если бы хоть кто-то нашел его. Скорее всего, он умрет здесь, в одиночестве и муках — от обезвоживания или… быстро разлетится в клочья.

Ручка двери повернулась.

Он замер, но тут же вскочил на ноги, ища, куда спрятаться. Везде валялись коробки, но они были маленького размера. Долговязый Игон вздохнул и мрачно решил, что не сдастся без боя. Схватил какой-то контейнер, вздрогнув от боли в порезанной руке, и поднял «оружие» над головой.

Дверь распахнулась. Игон увидел силуэт в дверном проеме. Контейнер упал на пол.

Его крепко схватили за ворот халата и вытащили в коридор.

И он узрел перед собой лицо. Прекрасное в своей ярости, увенчанное волосами, которые походили на клубок змей. Медуза горгона.

— Быстро за мной, — прошептала Сара Керриган напряженно. — Последний раз спасаю.

Сотрудники станции, посланные «ремонтировать» «Гиперион» и, предположительно, «Буцефал», невольно сделали нечто полезное. Чтобы прикрыть диверсию в отношении энергетических элементов, им пришлось провести самый настоящий ремонт. Именно поэтому корабль выдержал атаку трех крейсеров и базирующихся на них «Миражей».

Инженеры вкалывали, устраняя повреждения и восстанавливая связь между двумя кораблями и «Прометеем». Но коммуникативных проблем с «Белой Звездой» не возникло.

— Император Арктур Менгск, — услышали они злорадный голос, как только флот миновал пояс астероидов. — Сдавайтесь! Так вы избежите уничтожения.

— Менгск, — ответил Хорнер, даже не изображая уважение и опуская титул. — Это капитан Мэтью…

— Привет, Мэтт, — произнес император. — Я знаю, где твой командир… и его подружка. На борту твоего корабля и на «Буцефале» есть мои люди. Мне жаль их убивать. Да и тебя тоже. У нас — подавляющее превосходство, а ваши корабли едва летают. Сдавайтесь, избавите нас от траты времени и сил.

— Ничего себе! Звучит здорово, но я почему-то не сомневаюсь, что мой Рейнор на это не согласится, — усмехнулся Хорнер, кивая оружейнику. Безо всяких церемоний они с полной мощностью выстрелили из орудия «Ямато» по «Белой Звезде».

И события начали разворачиваться совершенно непредсказуемо. Ни угрозы Менгска, ни ответный удар, ни штурм станции не прекратились. Похоже, «Прометей» был главной целью. Почему бы и нет? — с болью подумал Мэтт. Ведь там Рейнор и Керриган.

Он был почти уверен, что отца привел сюда Валериан. Ведь «Буцефал» не трогают. Хорнер мысленно обрушил на Вона поток ругательств. Опять он ничего не делает. Неудивительно, что у этого червяка, принца, не хватает смелости даже присоединиться к Менгску.

— Это — автономный режим, сэр. Значит, мы не сможем открыть огонь, — произнес Элиас Томпсон, главный инженер «Буцефала». Он был раздражен и испуган. Капитан прекрасно понимал его.

— Они отправят космическую станцию и принца вместе с ней прямиком в двадцать первый век. Надо помочь «Гипериону»! — отрезал Вон. Он хотел присоединиться к рейдерам в атаке на императора. Менгск явно не пылал желанием воссоединиться с сыном. Он продолжал рьяно наносить удары по «Прометею». Вон хотел отправить вперед истребители и прикрыть своих. Пусть ребята, которых и так уже немного осталось, не идут в атаку совсем одни.

Но возникла очередная проблема. Специалисты по вооружению, присланные для поддержки, не выполняли своих обязанностей. Вне зависимости от лихорадочных усилий их собственных инженеров люди гибли. Вон разделял опасения Мэтта Хорнера.

Дрожащей рукой он протер глаза.

— Посылайте истребители, — приказал Эверетт Вон.

— Сэр, при всем уважении… и у нас нет прикрытия… — начал Трэвис.

— Но мы должны действовать. Томпсон, сколько у нас времени?

— Вы имеете в виду, когда мы сможем обороняться или наладить связь с «Прометеем»?

— Хоть что-нибудь.

— Понятия не имею, сэр. Пока приходится держаться.

У нас нет выбора, подумал Эверетт. Включил рацию на открытый канал, чтобы его слышали на «Буцефале».

— Говорит капитан Вон. Всем членам экипажа, умеющим пилотировать малые корабли, немедленно явиться в причальный шлюз. Мы мало что можем противопоставить Менгску, но мы будем биться. Если «Буцефалу» суждено погибнуть, он погибнет сражаясь.

Купер знал, что надо сматываться.

Так не должно было случиться. Ребята с «Прометея» должны были полностью вывести из строя системы корабля, а потом взять заложников. Тогда бы они ускользнули прямиком к Менгску, забрав с собой улыбчивого бармена. Его сноровку рейдеры явно недооценивали.

Но ублюдок Хорнер слишком умен. Он сообразил, что «Гиперион» — в западне. Агент Купера, снабжавший бармена свежей информацией, неожиданно умолк на середине фразы. А теперь еще и император обстреливает всех подряд.

Бар пустовал. Купер понял, что его час настал. Он закинул на плечо рюкзак и убрался восвояси, лихорадочно размышляя. Вместе с ним на корабле был еще один тип, который должен заниматься саботажем. Он говорил с Арктуром Менгском несколькими часами раньше, как и с Нарудом. Сейчас пришло время для обмена новостями с Купером, но связь оборвалась. Замысловато выругавшись, он выбросил рацию и побежал по коридору.

Его занимало только то, пошлют ли в атаку истребители. Конечно, парни удивятся, увидев его, но он умеет пилотировать «Мираж». Так что он заявит нечто вроде «Я хочу помочь!» и использует последнюю возможность. Кроме того, более опытные пилоты скоро превратятся в куски плоти, разбросанные в космосе.

Отчаянная попытка, и шансы на успех невелики. Надо соблюдать исключительную осторожность, иначе его прикончат люди, на которых он работает. А если его бегство будет слишком очевидно, то с ним расправятся рейдеры. Следует вести себя убедительно, но не угрожающе. Взмокший Купер судорожно сглотнул.

Так не должно было случиться, в сотый раз недоумевал он.

— Сэр, с «Буцефала» стартовали несколько маленьких кораблей, — рапортовал Марк.

Мэтт нахмурился и наклонился к экрану.

— Почему они не…

И тут его осенило.

— Прикрывайте эти истребители! Живо!

— Начинаю, сэр, — отозвался Марк.

— Свонн! Когда будет связь?

— «Диверсия» обычно означает, что все испорчено, — возразил Рори. — Мы только начали распутывать клубок!

У Мэтта в голове вертелись назойливые мысли, но он старался быть спокоен. Джим на станции. Похоже, что именно он, Мэтт Хорнер, должен найти решение, как им всем выжить и спасти командира. А теперь у него еще долг по отношению к крейсеру Валериана. Морпехи «Буцефала» бросились в самое пекло, не имея соответствующего прикрытия. Для Хорнера такой поступок означал очень многое. Эти люди не должны погибнуть. Он должен им как-то помочь.

Станция продолжала содрогаться от ударов. Хорнер решил отвлечь Менгска, заставить императора обратить внимание на «Гиперион». При этом необходимо защитить корабль и отчаянных пилотов, которые отправились в самоубийственную атаку.

— Свонн!

— Ой, не кричи так… Что еще?

— Нехватка энергии… Мы не можем прыгнуть?

— Пока нет. У меня тут целая бригада трудится без передышки.

— Ты и еще двое, самые лучшие, бросайте это дело. У меня для вас есть другое задание.

Наруд оказался проницателен. Джиму пришлось это признать. Он почти согласился с недавним заявлением Валериана о том, что ученый является гением. Но

такие высоколобые умники обычно любят демонстрировать свою гениальность. Забавно, но данное обстоятельство не играет им на руку.

Профессор сглупил. Он так старался показать Джиму и Валериану свою даровитость, что невольно открыл свой главный козырь. Наруд пребывал в невидимости.

И дверь, через которую он сбежал, тоже была не вполне обычной. Голограмма служила маскировкой.

— Голограмма! Вперед! — заорал Джим и с разбегу бросился прямо в стену. Валериан последовал его примеру, одновременно прикрывая их с тыла меткими выстрелами. Джим выставил вперед руку, на случай, если Наруд закрыл за собой дверь. Правильная предосторожность, поскольку ученый так и сделал. Джим нащупал рукоятку, повернул ее и выскочил в коридор. Через секунду рядом с ним оказался Валериан. Рейнор захлопнул дверь и с ухмылкой поглядел на Престолонаследника.

Лицо принца было будто высечено из камня. Лишь румянец на скулах и яростно пылающий взгляд выдавали его тревогу.

— Что такое?

Валериан опешил, но тряхнул головой. Золотистые волосы, как обычно, затянутые в небольшой хвост, рассыпались по его плечам.

— Ничего.

И вдруг Джим понял:

— Ты… впервые…

— Нет. Но ведь… Это были живые люди, Рейнор. А теперь они — трупы.

— Прости, что ты был вынужден совершить такое, Валериан. Я очень сожалею. Такая уж штука — жизнь. Иногда, если хочешь сотворить что-то хорошее, сначала приходится пачкать руки. Ты все сделал правильно. Это был твой долг. Вот и все.

Взгляд Валериана показался Джиму знакомым. Когда рейдерам приходилось отнимать чужие жизни, их глаза были точно такими же. Джим читал их как раскрытую книгу. Они просто хотели, чтобы все можно было сделать по-другому.

— Я — не исключение, — тихо произнес Рейдер. — Так случается каждый раз. Но сейчас нам надо выбираться отсюда.

Они оказались в полутемном коридоре, запасном проходе, которым пользовались нечасто. Рейдер проверил оружие и неторопливо побежал по застеленному ковром полу. Протянул руку за рацией и выругался.

— Сигнал блокируют, — заявил он.

Внезапно раздался грохот, отдавшийся эхом. Станция качнулась. Рейнор и Валериан слегка пошатнулись.

— Он стреляет по «Прометею», — с горечью вымолвил принц. — Столько знаний пропадет зря…

— Менгск не даст за них и крысиного хвоста, — отрезал Джим. — Он хочет убить нас всех. Меня, Сару, тебя. Знаешь план станции?

— Я участвовал в ее разработке.

— Матерь милосердная, — выдохнул Джим. — Где мы по отношению к лазарету?

Валериан сморщил лоб.

— Если правильно помню, вокруг него — куча рабочих коридоров. Чтобы ремонтники и обслуживающий персонал могли обойти помещения, не мешая друг другу. Впереди, в нескольких метрах, будет развилка. Как раз после нее есть еще одно помещение с несколькими выходами.

— Один из которых ведет в лазарет?

— Да.

— Ты не знаешь какой?

— Нет. Джим, последние пару лет я сосредоточился отнюдь не на том, чтобы вызубрить план «Прометея».

Джим удержался от комментариев. Валериан был прав.

— Ладно. Может, карту найдем.

— Безумный молодой оболтус, — пробормотал Свонн, выполняя задание Хорнера вместе с Эрлом и Аннабель. — Почти никаких шансов, что все сработает. Только тот, кто ничего не смыслит в инженерной науке, мог предложить такое.

План, предложенный оболтусом, по случаю — капитаном «Гипериона», был радикален. Но Аннабель не сомневалась, что Рори считает его вполне осуществимым. Иначе Свонн вообще не стал бы тратить на него ни минуты. Хотя у девушки ныло сердце… Она держится изо всех сил, пытаясь помочь двум кораблям. Но она не смогла связаться с Трэвисом. В порядке ли он?

Аннабель вздохнула, постаралась выбросить из головы его доброе лицо и сосредоточилась на работе.

Постепенно план начал воплощаться в жизнь.

— Босс… наверное, нам надо почаще спрашивать совета у людей, не смыслящих в инженерном деле. Они нам точно подкинут свежих идей, — подколол Эрл начальника.

— Заткни пасть, — рыкнул тот беззлобно. Он несколько приободрился. — Там видно будет.

— Надо же, карта!

Джим не мог поверить своим глазам. Он и Валериан остановились у выхода из коридора. Пара шагов — и они окажутся в небольшом атриуме, увенчанном куполом. Помещение напоминало ступицу колеса. Из округлого пространства в разные стороны расходилось не меньше пяти коридоров. Три скамьи, несколько растений в кадках, небольшой журчащий фонтан, совершенно неуместно выглядящий рядом с голографической картой станции «Прометей». Только они оказались слишком уж далеко от нее.

— Теперь надо туда подобраться, чтобы нас не подстрелили, — буркнул принц.

— Вроде никого нет, — заявил Джим, сделав ударение на слове «вроде». — Полагаю, весь персонал станции сейчас, задрав хвост, несется к спасательным капсулам.

— Конечно, — согласился Престолонаследник. — Ты — первый.

Джим угрожающе взглянул на него, и Валериан ухмыльнулся в ответ. Вздохнув, Рейнор двинулся вперед. В таких вещах он был явно опытнее принца. Выставив перед собой винтовку, он медленно добрался до угла и осторожно выглянул. Он приготовился к шквалу огня, но ничего не произошло.

— Чисто, — сообщил он. Оба подбежали к карте. Валериан коснулся небольшой кнопки у основания, и голограмма изменилась, показав их местонахождение.

— Это — коридор, из которого мы вышли, — произнес он. — А вот другой, второй справа. Он ведет в лазарет и другие зоны, которые не имеют названий. Вероятно, самые секретные из лабораторий.

— Сколько же их на «Прометее»? — спросил рейдер. Смогут ли они найти беднягу Игона? Хотелось бы надеяться, что парень жив.

— Двадцать семь, — ответил принц. — Понимаю твое беспокойство. Даже если мы знаем, что Игона утащили в лабораторию, у нас нет времени…

— Сначала Сару, — сказал Джим. — Мы должны спасти ее. Потом Игона. Я никого не бросаю на поле боя.

Престолонаследник мягко улыбнулся.

— И я не стану, — тихо произнес он.

Джим кивнул, развернулся и помчался по нужному коридору. Валериан бросился следом.

Наруд стоял на главном посту службы безопасности космической станции «Прометей». Сейчас и он сам находился в безопасности. Стены помещения состояли из экранов и пультов с мигающими огоньками. Рядом было не меньше семи вооруженных охранников, ожидавших его распоряжений. Медлить нельзя, решил профессор. Надо убираться отсюда, но он хотел убедиться в том, что противники мертвы. Они опрометчиво отказались героически погибнуть во время ужина. И теперь метались по станции, как мыши в лабиринте.

Его взгляд был прикован к изображению из атриума номер четыре. Зал располагался вблизи поста безопасности. Валериан и Рейнор шли за ним буквально по пятам. Ученый нахмурился. Он хотел эффектно исчезнуть. Но Рейнор раскусил его.

— Послать за ними отряд, — приказал Наруд. — Нашпигуйте их тела металлом. Им не дозволено существовать в этой Галактике. А жизней у них, кстати, побольше, чем у известных мне кошек.

— Конечно, сэр, — ответил начальник охраны. — Врэйн, Озгуд, Уоррен, Митчелл, Цен. Слышали приказ профессора.

Четверо мужчин и женщина мигом направились к двери.

Наруд наклонился вперед и нажал на кнопку. Слегка улыбнулся. У него хорошие охранники, но он решил, что другое оружие еще лучше.

В нескольких метрах от лазарета распахнулась массивная дверь, до того закрытая на все мыслимые кодовые замки. Огромные пулеметы, способные уничтожить любой движущийся объект, были отключены.

Две тени, уродливые и огромные, двинулись в коридор.

— Мы задели… что-то, — выдохнул Валериан. — Индикаторы… не мигали… до этого момента.

Джим искренне удивился, как принцу удалось на бегу заметить, что зажглись новые огоньки среди множества других. Но он поверил Престолонаследнику. Рейнор сжал губы и заставил себя мчаться с максимальной скоростью. Он не покинет «Прометей» без Сары.

И тут же остановился — оказалось, что Валериан схватил рейдера за руку и резко дернул. Джим мрачно взглянул на него.

— Что за…

— Ты слышишь?

Рейдер приподнял брови.

— Что-то новенькое, кроме завывания полусотни и двух сирен?

— Тсс!

Просьба была смехотворной, но Джим умолк и последовал примеру принца.

И услышал.

Резкий высокий звук, который скорее ощущался и пронизывал все пространство. Рейнор начал догадываться о его происхождении. И от этой мысли у него кровь застыла в жилах, а волосы буквально дыбом встали.

Валериан побелел.

— Я знал, что Наруд с ними работает, — в ужасе прошептал он. — Но он мне говорил лишь о предварительных исследованиях…

Престолонаследник резко встряхнулся и схватил Джима за плечо.

— Гибриды, — прорычал тот.

— Скорее, — произнес принц.

— Подожди немного. Сара в лазарете…

— Она выживет или умрет сама по себе, Джим! — закричал Валериан. — А мы точно погибнем сейчас!

Ужасный звук, буравящий голову, приближался. Внезапно Рейнора пронзил страх, будто этот назойливый писк или свист пробил ужасающую холодную дыру в сердце. Вдобавок раздалось громкое шуршание. Существа приближались.

Вспомнив, что такое гибриды, Джим согласился с Валерианом. Он кивнул ему. Оба бросились наутек.

— Ты готов, Свонн? — осведомился Мэтт.

— Десять секунд назад спрашивал, — рявкнул в ответ Рори. — Ответ такой же. Еще нет.

Хорнер сдержался, чтобы не огрызнуться. Сейчас Свонн делал просто фантастическую работу. Но Мэтт видел все новые и новые огненные шары взрывов. «Миражи» с «Викингами», вылетевшие с «Буцефала», были лишены защиты. Корабли гибли один за другим. Каждая потеря отдавалась в нем болью сильнее, чем рана в руке.

— О’кей, начинаем представление, — заявил Свонн. — У тебя последний шанс передумать.

— Вперед, — приказал Мэтт.

Огромный крейсер неторопливо двигался, выбирая позицию, наиболее удобную и для обороны, и для нападения. Теперь же «Гиперион» затормозил и будто неподвижно завис в космосе. Мэтт не сомневался, что, Менгск попадется на их уловку. Тогда они станут главной целью и станцию «Прометей» оставят в покое.

Спустя две секунды щелкнула рация. На мгновение Хорнер впал в панику и решил, что Рори просчитался. Что, если «Гиперион» найдет здесь свою смерть?

— Сэр! Сработало! — радостно заорал Марк.

— «Буцефал» на экран, — скомандовал Мэтт.

Марк выполнил приказ. У Хорнера чуть ноги не подкосились от облегчения. Спасительный голубой ореол окутал «Буцефал» и уцелевшие «Миражи». Исполняя безумную идею Мэтта, Свонн переключил энергию с двигателей на щиты. Освободившаяся дополнительная энергия позволила «Гипериону» прикрыть своими щитами не только себя, но и крейсер Валериана и небольшие корабли. Но их уловка не прошла даром. «Гиперион» был не в состоянии двигаться. Следовало подождать, пока мощность снова не переключат обратно. Кроме того, большое пространство требовало немалого расхода энергии, и защитное поле «Гипериона» ослабело.

Но это дало необходимую передышку. «Миражи» уже не напоминали рыб, которых поймали в сети. Они начали причинять серьезные повреждения неприятелю.

— Свонн! Ты — просто чудо! — вскричал Мэтт.

— Ага, не забудь свои слова в следующий раз, когда будешь деньги выдавать, — парировал Рори. — Кстати, у меня для тебя еще один маленький подарок. Дай мне секунд двадцать, и сможешь выйти на связь с «Буцефалом» и, надеюсь, с нашим ковбоем на станции.

«Гиперион» качнулся от попадания, которое нанесло ему гораздо больше вреда, чем час назад.

— Мэтт?

Услышав голос Джима Рейнора сквозь жуткие помехи, Мэтт просиял.

— Сэр! Что происходит?

— Долго объяснять, — тяжело дыша, отрывисто ответил рейдер. Похоже, он сражался или бежал. — Как «Гиперион»?

— Еще жив, сэр, как и «Буцефал». Мы потеряли связь, только что восстановили. Крейсер принца не может стрелять. Сейчас мы защищаем оба корабля.

— Вы долго не продержитесь, — уверенно заявил Джим. — Валериан как раз получил сообщение от «Буцефала». Вам, ребята, не выбраться. Надо торопиться. Не думайте о нас. Мы застряли на «Прометее».

— Исключено. Мы не бросим вас и обязательно…

Пульт выбросил снопы искр. Кейд увернулся, прикрывая лицо рукой. Раздалось гудение, и включились резервные системы.

— Мэтт, это приказ. Если сможем, то ты нас увидишь. Вам крепко достается от императора.

Сквозь шум и треск Мэтт услышал другие звуки. Стрельбу. И какой-то высокий пронзительный писк. Хорнер понял его происхождение. Капитана охватил страх, смешанный с ненавистью. Повисло тяжелое молчание.

— Командир?

— Мы в порядке, — ответил Джим, но голос выдал ложь в его словах. — Уходите. Тысячи жизней важнее полдюжины. Теперь ты — главный рейдер. И должен остаться в живых, чтобы остальные могли продолжить борьбу.

— Сэр, я…

— Сделай так, чтобы я не погиб напрасно, Мэтт. Иначе мой призрак будет терзать тебя, клянусь.

Хорнер не сдержал улыбки, поражаясь чувству юмора командира. Рейнор прав. Если они промедлят,

Менгск и его флот взорвут оба крейсера, а потом и станцию. Арктур уничтожит своего главного врага. Он сотрет в порошок все, что создал Рейнор. Останутся лишь очаги восстания. Мэтт понимал: если он продолжит бой сейчас, то они проиграют навсегда.

Значит, надо отступать… оставив Джима, Валериана, Сару и Игона на произвол судьбы.

— Джим?

— Уходите!

Мэтт на мгновение закрыл глаза.

— Связаться с «Буцефалом», — мрачно приказал Хорнер. — Скажите, что мы…

Он не успел закончить фразу. По «Гипериону» попали. Корабль резко качнулся, и все вокруг погрузилось в темноту

Твари приближались. Чудовища, помесь протоссов и зергов, которых не должно было существовать в реальности. Их удел — кошмарные видения. Джим был уверен, что они играют с ним и Валерианом в «кошки-мышки», и возненавидел их еще больше.

Он уловил глазом движение впереди.

— Охранники. Стреляем!

— Когда гибриды…

— Ну!

Секьюрити являлись профессионалами. Им приказали уничтожить Рейнора и Валериана. Но ведь они были людьми. Будь у Джима выбор — убить двоих беглецов или этих… тварей, — он бы открыл огонь по монстрам.

Рейнор считал, что охранники придерживаются такого же мнения. Это давало шанс ему и Валериану.

Конечно, они уже не смотрели на принца и разбойника. Они таращились на быстрых гибридов. Вскинули винтовки и принялись за дело. Пули пролетали в метре над головой Джима. Рейнор и Валериан выстрелили по охранникам. На войне как на войне. Не сбавляя шаг, Джим перепрыгнул через тела, которые еще бились в конвульсиях, и бросился дальше. Услышал, как гибриды остановились. Последовал непередаваемый хруст взламываемой брони и треск разрываемой плоти. Мертвые подарили им немного времени.

Джим знал, что оборачиваться нельзя, но не мог с собой справиться.

И совершил ошибку.

Гибридов оказалось два. Огромные тела чудовищ заполнили коридор. Они были по-своему уникальны. Один походил на гигантское насекомое. Шесть жилистых лап, напоминающих конечности протоссов, послушно несли вперед угловатое тело. Две передние представляли собой помесь между отростками муталиска с серповидными шипами и «руками» протосса с псионическими клинками. Этот гибрид принялся пожирать ближайшего охранника, которому не повезло умереть сразу. Монстр поднял добычу, открыл рот и откусил огромный кусок.

Второй был широк и приземист. Он обладал удлиненной головой протосса, челюстями зерглинга и костистым выростом за затылком, наподобие веера. Тела обоих чудовищ местами излучали голубоватое свечение.

Никогда прежде Джиму не доводилось сталкиваться с такими гибридами. Рейнор решил, что они являются любимыми детищами ученого и существуют в единственном экземпляре.

— Круто, — пробормотал он. — Оба хороши.

В этот момент он услышал нечто, что ненавидел еще сильнее, чем новый вид мутантов, пожирающих людей.

— Мистер Рейнор! Мой блудный сын! Профессор Наруд заверил меня, что излучение определенной частоты может успокоить гибридов и сделать их покорными. Естественно, я могу отозвать охрану. Вам просто надо сдаться на милость правосудия Доминиона. И отдать мне эту дрянь, Сару Керриган.

Валериан схватил Джима за руку, выводя рейдера из оцепенения.

— Давай же! — крикнул принц. — Мы не дадим ему победить нас!

Гибриды на свободе. Наруд сбежал, Сара в ловушке. «Гиперион» подбит и все еще под обстрелом…

Джим Рейнор подумал, что Арктур Менгск, наверное, уже победил.

— Вам просто надо сдаться на милость правосудия Доминиона. И отдать мне эту дрянь, Сару Керриган.

Сара так резко затормозила, что Итон врезался в нее. Она застыла, каждый мускул напрягся. Молодая женщина быстро и неглубоко дышала. С самого начала атаки она знала, кто играет в заговоре главную роль. Но услышать ненавистный голос спустя годы, после всего того, что с ней случилось…

Ребята? Как насчет эвакуации?

Она — одна перед наступающими зергами.

Ее тело, корчащееся, перерождающееся внутри куколки.

И, что хуже всего, та радость, с которой она убивала, будучи Королевой Клинков.

Уничтожить мать на глазах у ребенка… спустя несколько секунд убить ребенка и того, кто пытался ему помочь.

Эти деяния достойны того, чтобы швырнуть их к ногам Менгска, обутым в армейские ботинки.

А теперь он пришел за ней.

Она откинула голову, открыла рот в безмолвном вопле и начала корчиться от ярости и боли. Сара сжала кулаки, ногти прорезали маленькие красные полумесяцы в ладонях.

Ну, нет. Хватит. Она пришла за ним.

— Сара? — озабоченно произнес Игон. Она проигнорировала вопрос.

— Менгск! — заорала она, надрывая глотку. Наверняка горло закровоточило. Она понимала, что он использует систему оповещения станции, не рассчитывая на ответ. Самодовольный ублюдок. Сейчас он внимает лишь собственному голосу.

— Ты не довершил дело! Ты оставил меня в живых!

Она почувствовала, как гнев вскипает в ней, будто лава, клокочущая под поверхностью и ищущая выхода. Горячее, мощное и сладостное чувство. Сара закрыла глаза, позволяя этому чувству объять ее целиком. Пусть ярость питает ее. Скоро ее врага настигнет смерть.

Внезапно все вокруг изменилось. Керриган открыла глаза и огляделась, как человек, только что прозревший после долгой слепоты. Она замечала малейшие колебания воздуха и слышала биение сердца Итона, быстрое, как у перепуганного кролика. Она словно прижала ухо к его груди.

Внезапно Керриган осознала, что неподалеку — прислужники Менгска.

И она бросилась бежать. Женщина ощущала, как работают легкие. Они насыщали ее кровь кислородом, и та струилась внутри тела. Сара стала идеальной машиной — еще лучшей, чем прежде.

Свернула за угол, там оказались восемь морпехов в боевых бронекостюмах. Они быстро шагали вперед с металлическим лязгом. Каждый держал в руках оружие размером с человека.

— Менгск! — закричала она. — Смотри!

На звук ее голоса они повернулись и прицелились.

Но они опоздали. Стекла шлемов мгновенно залило красным, и морпехи разом рухнули на пол.

Игон завопил от ужаса. Сара, не обратив на него внимания, двинулась дальше.

— Сэр? — спросил Марк Кейд. — Врача позвать? Как себя чувствуете?

— Как долго я был в отключке? — спросил Мэтт, коснувшись головы. В висках стучал пульс — боль не унималась. Ладонь моментально стала мокрой и красной. Падая, он задел рану, и она сильно ныла.

— Пару секунд.

— Тогда я в порядке, — ответил капитан. — Сейчас есть вещи поважнее. Как сильно поврежден корабль?

Кейд вздрогнул.

— Достаточно. Рори не в восторге. Мы в скверном положении, сэр.

Мэтт кивнул и включил рацию.

— Свонн, можешь переключить энергию обратно со щитов на двигатели?

— Легко.

— Как двигатели?

— Беззаботно скакать туда-сюда по всей Галактике мы пока не в состоянии, но летать «Гиперион» будет.

По крайней мере, крейсеры отвлекут Менгска от станции, подумал Хорнер. Вдруг Джиму удастся найти себе корабль и сбежать.

Иногда приходится лгать самому себе.

— Кейд, еще один прицельный залп по «Белой Звезде». Затем отходим. Убираемся отсюда, используя тот же маршрут. Вон, прием. Твой штурман готов?

— Роулинз проложил курс, инженер сообщил, что двигатели пока тянут, — доложил Эверетт. — Мы последуем за вами… Если честно, не знаю, далеко ли мы продвинемся.

— Понял. Оставайся на связи. Марк, огонь по команде.

Он нажал на кнопку.

— Это капитан Хорнер. Всем кораблям — возвращаться на «Гиперион» и «Буцефал». Мы отступаем.

Мэтт понаблюдал, как «Миражи» еще пару секунд постреляли и развернулись, выходя из боя, пока имелась такая возможность.

— Сэр, один из кораблей нарушил строй и идет прямо на «Белую Звезду»!

— Кто пилот? — наклонившись, осведомился Мэтт.

Кейд быстро проверил данные.

— Сэр… это — Купер.

— Наш бармен?

— Точно. Очевидно, явился в шлюз и сказал, что не может сидеть без дела, а хочет драться.

— Весьма благородно с его стороны, но он должен вернуться, — произнес Мэтт, хотя и не в его стиле было запрещать подобную отвагу.

— Соедини меня с ним.

Кейд кивнул.

— Куп, это Мэтт. Ты ничего не сделаешь против «Белой Звезды». Возвращайся назад. Мы уходим.

Молчание.

Мэтт нахмурился. Что еще стряслось?

— Он может меня услышать?

— Да, сэр.

И вдруг Хорнера пронзила четкая мысль. Все встало на свои места. Он, Джим и Валериан думали, что их предал кое-кто из людей Миры Хан. Но Крэйн и другие негодяи оказались не одиноки. Эти типы слишком много знали и, конечно, черпали информацию из самых близких к «Гипериону» источников.

— Я буду скучать только по Май-Тай, — пробормотал он.

— Сэр?

— Пусть летит, — ответил Мэтт. — Он примет более достойную смерть, чем ту, что он заслужил.

Марк растерянно посмотрел на капитана.

— Объясню позже, — произнес Мэтт.

— Сэр, он — рейдер, мы не можем…

— Это — приказ. И он — уже не рейдер. Все вернулись?

— Да, — безрадостно ответил Марк. Но он хорошо знал Мэтта, доверял ему и больше не протестовал.

— Тогда прощаемся с «Белой Звездой».

Последний выстрел из орудия «Ямато» оставил отметину на вражеском корабле. Мэтт кинул взгляд на вспышку и скомандовал слегка дрогнувшим голосом:

— Уходим.

Ему не было стыдно.

Двигатели «Гипериона» включились, и огромный крейсер внезапно двинулся задним ходом. Пару мгновений «Белая Звезда» и другие вражеские корабли стреляли по космической пустоте.

— Давайте, — прошептал Хорнер. — Вы ведь не хотите упустить нас…

И «Белая Зведа» последовала за противником. За крейсером императора полетели два оставшихся судна Доминиона.

— Они начинают преследование. Обстрел станции «Прометей» прекращен, — улыбнулся Марк.

— Отлично, — подтвердил Мэтт. — Нам надо пройти через самый опасный пояс астероидов. Щиты работают на двадцать пять процентов, двигатели тянут вполсилы, да еще Арктур Менгск на хвосте. Ничего, прорвемся.

Сара второй раз резко остановилась. Голова внезапно закружилась.

Зерг!

Странное чувство охватило ее. Смесь ужаса и странной безопасности. В следующую секунду она изумилась.

Протосс?

Они тоже ощутили ее присутствие. Но гибриды не признали бывшую Королеву Клинков. Сара «прозондировала» их. Голод, злоба и радость от убийства. Еще два сознания. Джим! Она нашла его! Он жив, но переполнен страхом, сомнениями и… целеустремленностью.

Я не отдам ее этим… тварям.

— Джим, — выдохнула она.

— Командир еще здесь?

Голос Итона был так приятен слуху. И Сара вернулась в реальность. Кровавая ненависть, переполняющая гибридов, беспокойство Джима перестали захлестывать сознание молодой женщины. Теперь только ее собственная ярость была самым устойчивым ориентиром. Сара могла двигаться дальше.

Впереди виднелась дверь. Совершенно непримечательный темный квадрат, не имеющий ничего общего с элегантными ирисовыми диафрагмами и другими изысками «Прометея». Джим, задыхаясь, молча показал на нее. Если они смогут оторваться, то доберутся до укрытия и останутся в живых.

Надежда, острая, как нож, пронзила их. Джим не стал оглядываться, чтобы проверить, насколько близко враги. Они либо успеют, либо нет. Легкие и мышцы ног будто горели, но он из последних сил мчался вперед. Только бы добежать… а потом снова искать Сару…

Оказавшись возле двери, Рейнор и принц резко остановились и едва не упали. Обливаясь потом, Джим обернулся и увидел, что они оторвались на достаточное расстояние. Ринулся к пульту управления и с силой стукнул по нему ладонью.

Никакого результата. Технику отключили. Наруд и Менгск приняли все меры предосторожности, чтобы поймать добычу.

Джим заревел. Не от страха и отчаяния, а от гнева и беспомощности. Рывком, с трудом заставив руки и ноги слушаться, вскинул винтовку и начал стрелять. Валериан молча сделал то же самое.

Жалкая попытка. Гибриды почти нагнали и уже ринулись на людей. С челюстей монстров капала слюна. Они предвкушали убийство и последующее пиршество.

Внезапно костяной гребень одной приземистой твари треснул посередине. С головой произошло то же самое. Чудовище дернулось и упало. Мозг твари… взорвался. Будто щелкнули тумблером. Почему-то Джим не мог отделаться от этой мысли. Вероятно, он был отчасти прав. Синее свечение, окутывающее части тела гибрида, мгновенно погасло.

Но второй мутант еще жил. Он пребывал в ярости из-за смерти товарища. Огромное чудовище молниеносно развернулось в сторону врага. Челюсти разошлись в стороны, и монстр издал боевой клич. Винтовка выпала из рук Джима. Лицо свело от боли. Он прижал руки к ушам, но звук не угасал. Он будто раздирал сознание Джима. Рейнор зажмурился.

Принц схватил его за плечо и встряхнул.

— Смотри!

Он открыл глаза и испытал радость и ужас одновременно.

Сара!

Одетая в простой комбинезон, сейчас она выглядела страшнее гибрида, с которым собралась сражаться. Прежде Джим видел на ее лице легкую усмешку, раздражение, гнев, любовь… Но теперь он узрел не Сару Керриган и даже не Королеву Клинков.

Перед ним появилась не любимая, не друг или «призрак» и даже не мутировавший в зерга человек.

На станции «Прометей» возник ангел мщения.

Именно так ее однажды назвал Арктур Менгск.

Она не нуждалась в оружии. И она приготовилась к битве. Гибрид бросился на нее, издавая ужасный псионический вопль. Передние конечности, увенчанные серповидными шипами, засветились синим. Монстр мог быстро исполосовать противника в один миг. Но Сара уже исчезла. Высоко подпрыгнув, она сделала в воздухе сальто и очутилась на спине твари. Схватив руками по две конечности гибрида, она откинула голову и издала гневный крик. «Ноги» оторвались от тела, из ран потекла лимфа. Подбросив их в воздух, Сара снова подпрыгнула, соскакивая со спины монстра. Бритвенно-острые серпы, как дротики, вонзились в шею чудовища. Монстр пронзительно завизжал, скребя по полу оставшимися конечностями. Из ран начала сочиться кровь — бледно-синяя и светящаяся.

Сара очутилась перед тварью. Та алчно выставила голову и разинула громадную пасть. Но Керриган не увернулась, а рванулась вперед и ухватила обе челюсти. Издала утробный крик ярости и дернула.

Раздался ужасающий треск. Все было кончено.

Гибрид начал визжать и корчиться, как насекомое, на которое брызнули ядом из баллончика. Спустя минуту он затих навсегда.

Сара застыла, все еще крепко сжимая трофеи. Поглядела на тварь, тяжело дыша. Ее грудь высоко вздымалась. Глаза не моргали.

— …Сара?

Молчание.

— Милая… все в порядке. Ты — молодчина. Они мертвы.

Наконец она медленно повернула голову в его сторону. Кровь, лимфа и ошметки мозга гибридов покрывали ее сверху донизу. Встретившись взглядом с Джимом, она расслабилась. Но, увидев Валериана, ее лицо вновь стало жестким и непроницаемым.

— Менгск, — низким гневным голосом произнесла она. Затем Сара начала приближаться к Валериану с мрачной целеустремленностью.

— Сара! Нет! — забыв обо всем, вскричал Рейнор, метнувшись вперед и хватая ее за руку.

Она отшатнулась и уставилась на него горящими зелеными глазами.

— Он — Менгск, Джим! Ему нельзя доверять!

— Как и телепатам? — спросил Джим. Он едва заметил Итона, который подскочил к рейдеру. Валериан не шевелился. — И разбойникам?

— Ты знаешь, о чем я. Пропусти.

— Нет, не буду. Я не позволю тебе сделать то, о чем ты пожалеешь.

— Командир, — задумчиво сказал Игон. — С ней что-то случилось, когда она услышала голос императора. Пока не пойму.

— Сомневаешься в том, кто я такая. Верно, Игон? — рявкнула Керриган. — Не волнуйся, здесь я, самая настоящая.

— Тогда тебе не надо убивать его, — произнес Джим. — Он — совсем не такой, как его отец. Он мне это уже доказал.

— Мне он ничего не демонстрировал.

— Тогда тебе придется просто мне поверить.

Джим вспомнил все, сделанное Валерианом. Обещания, которые принц всегда сдерживал. Опасности, которым он подвергался. Конечно, мальчишка — сын Менгска, но тут уж ничего не поделаешь. Глаза Сары впились в Джима, и ему показалось, что в них блеснули слезы. Он знал, что она читает его мысли. Воцарилась тишина. Теперь она внимательно изучала Валериана. Она проверяет его, догадался Джим. В конце концов, напряженное лицо Сары чуть смягчилось.

— Нет, ты — не Арктур, — вымолвила она. — По крайней мере, пока.

— Спасибо за комплимент, мисс Керриган, — ответил Валериан, криво улыбнувшись.

— Значит, она тебя нашла, — произнес Джим, поворачиваясь к Игону. — Рад, что ты жив.

— Я тоже, — серьезно заявил Стетманн. Интересно, подумал Джим, что именно увидел молодой ученый, когда Сара услышала голос Менгска. Рейнор похлопал Игона по плечу. Тот вздрогнул. Затем Джим подошел к Керриган. Аккуратно вытер что-то густое и багрово-черное с ее скулы.

— Благодарю вас, мисс Керриган. Вы появились как раз вовремя, — сказал Валериан.

— В последнюю секунду — резюмировал рейдер.

— Это — только начало, — отчеканила она и пнула ногой тело одного из гибридов. — Менгск хочет нашей гибели. Помимо обстрела «Прометея» и приказа Наруду спустить своих бешеных псов, он устроил кое-что еще. Здесь рыщут морпехи. Я уже наткнулась на восьмерых, уверена, их тут предостаточно.

Игон побледнел и опустил голову. Джиму не надо было спрашивать, что осталось от тех бедолаг.

— Но медлить нельзя. Давайте продвигаться к шлюзу.

— И молиться, чтобы там остался хоть один корабль, — добавил Валериан.

— Нет, — заявила Сара. — Сначала мы заберем артефакт. Слишком опасно оставлять его в руках Наруда. Он не должен ускользнуть вместе с ним.

Они тихо застонали, но решили не возражать. Все прекрасно понимали, что Керриган права.

— Игон, — начал Джим, поворачиваясь к другу, — как считаешь, где он может находиться?

— Профессор де Врие обходила важные темы, — ответил тот. — Просто хотела убрать меня подальше. Я даже не представляю.

— Я знаю, — воскликнул Валериан. — Точно.

— И тебе не нужна карта?

— Зачем? — улыбнулся принц. — Скоро сами все увидите. Пошли!

— И долго это будет продолжаться? — спросил Свонн.

— Столько, сколько потребуется, — парировал Мэтт.

«Гиперион» и «Буцефал» оставались под обстрелом. Они выигрывали совсем немного времени. Джим понятия не имел, насколько повреждены оба корабля, когда отдавал приказ. Он…

Мэтт задумался. Рискованный вариант, но у них нет другого выбора. О безопасных решениях придется забыть.

— Свяжите меня с Воном, — сказал он.

— Вон слушает, — раздался усталый голос Эверетта.

— У меня есть план, — сообщил Хорнер. — Слушай…

Спустя пять минут все было готово. На очереди — новый трюк от «Гипериона». Свонн, конечно, возражал. «Ты движки запорешь такими фортелями», — заявил он. Мэтт знал, что это — их единственный шанс. Они выживут или умрут.

— Готовы?

Раздалось дружное: «Так точно». Капитан глубоко вдохнул.

— Вон, займи их.

— Начинаю, Хорнер.

— О’кей. Кейд… прыжок!

— Сэр, мы потеряли «Гиперион», — нервничал штурман «Белой Звезды».

— Что ты имеешь в виду? — спросил Менгск, делая шаг вперед и угрожающе нависая над ним.

— В смысле, сэр… он исчез. Наверное, оба корабля прыгнули.

— Куда? Мы — посреди пояса астероидов. Это было бы самоубийством. Рулевой, держать на прицеле «Буцефал». Уверен, здесь кроется уловка. Варли, выясни, где они.

— Есть, сэр, — кивнул штурман, быстро выводя на экраны изображения и пытаясь найти ответ на вопрос императора. Его глаза расширились от изумления.

— Они снова появились. Но, похоже, они прыгнули… нам в тыл\

Валериан уверенно шагал по длинному коридору. Очевидно, он был прекрасно осведомлен о дороге в самое закрытое место «Прометея». Неудивительно, подумал Джим, ведь в лазарете артефакт не спрячешь.

Лаборатория находилась в самой глубине станции. Сначала они долго спускались по бесконечным лестницам. «Лучше не пользоваться лифтами», — предупредил принц. И удары, которым подвергался «Прометей», становились глуше. Престолонаследник вел их все дальше. Им повезло, что Наруд не успел (или не догадался) заблокировать пропуск Валериана к засекреченным объектам. Сара нетерпеливо шла следом за ним. Замыкали процессию Джим и Игон. Молодой ученый пыхтел от усталости.

— Надо чаще тренироваться, — посоветовал Рейнор.

— Да… уж, — выдохнул тот. Его лицо покрылось нездоровым румянцем. Они пробежали через очередной коридор. Внезапно Валериан остановился.

— Вот, — вымолвил он. Поднес руку к сканеру, потом подошел ближе. Устройство послушно проверило его отпечатки пальцев, сетчатку глаз и голос.

Дверь скользнула в сторону. Внутри царила темнота.

— Свет, — произнес принц. Помещение мгновенно озарилось. Они стояли у пустой платформы.

— Мы опоздали, — воскликнула Сара. — Он забрал его!

Престолонаследник выглядел потрясенным.

— Это я виноват, — прошептал он. — Я же отдал ему артефакт.

— Хватит ныть. Валериан, — отрезал Джим. — Наруд украл обелиск. Но ты помог вернуть Саре человеческий облик. И мне пару раз шкуру спас.

— Мы можем остановить его, — сообщила Керриган, обращаясь скорее к себе самой. — Со станции есть только один выход. Я ошиблась, когда согласилась идти сюда. Зачем я послушалась!

Она выглядела взбешенной. Джим понимал, что она злится исключительно на себя.

— Тогда веди нас, милая, — попросил он. Внезапно в наушнике раздался голос.

— Командир?

— Мэтт? — нахмурившись, отозвался Джим. — Мне казалось, я приказал тебе убираться отсюда.

— Я так и сделал, но вернулся.

Рейнор мгновенно развернулся и, позвав за собой остальных, бросился назад.

— Этого не планировалось.

— Знаю. Но мы пытаемся разделить силы Доминиона. «Буцефал» ведет их за собой. Двое бросились в погоню. На «Белой Звезде» пытаются понять, в чем дело. Наверное, они скоро погонятся за мной. Но пока что я вполне могу забрать вас на борт.

— Ясно, — ответил Джим. — Мы будем в причальном шлюзе. До встречи.

Теперь Игон не жаловался, но Рейнор опасался, что ученый не выдержит. Время поджимало. Даже минутная передышка могла стать последней. Оставалось одно — бежать и молиться, чтобы они не опоздали.

На этот раз первой мчалась Сара, задав практически невозможный темп для остальных. Она с легкостью перепрыгивала через две ступеньки. Когда все добрались до выхода из очередного коридора, молодая женщина остановилась и прижала палец к губам. Джим понял, что рядом поджидают морпехи.

— Спрячьтесь под лестницей, — прошептал он Игону и Валериану. Те подчинились. Рейнор полагал, что Сара сделает то же самое, но она поступила с точностью до наоборот.

Он услышал звуки бойни прежде, чем увидел происходящее. Легко узнаваемый звук выстрелов из винтовок Гаусса, удары игл по стенам и поручням гулким эхом отдавались в их укрытии. Сара яростно проорала нечто неразборчивое. Затем раздался мучительный крик боли, внезапно оборвавшийся. Джим и остальные выскочили в коридор, вскинув винтовки, но замешкались. Ни он, ни Валериан не решались выстрелить. Они боялись попасть в Керриган, которая двигалась очень быстро, словно хищник на охоте. Двое морпехов в скафандрах были повержены и мертвы. Рейнор не смог разглядеть их лица — шлемы оказались заляпаны кровью и чем-то липким. Третий бешено палил в разные стороны, а Сара сидела у него на плечах, протягивая руку к экстренному выключению систем бронекостюма. Еще миг — и мужчина начал падать. Прежде чем он ударился о пол, Керриган принялась за четвертого. Тот просто полетел вниз с лестницы.

Остался только один противник. Сара резко крутанулась, сжала кулаки и снова что-то выкрикнула. У женщины-морпеха взорвалась голова.

Сара обернулась к Джиму. Щупальца, служившие ей волосами, шевелились, то ли от недавних активных действий, то ли сами по себе. Джим постарался не думать об этом. Судорожно сглотнул. Валериан и Игон тоже молчали.

— Чего застыли? — крикнула Сара. — Мы должны остановить Наруда!

И бросилась вперед.

Рейнор хотел скрыть от нее свои мысли, но понимал, что ужас и огорчение неминуемо вырвутся наружу. Надеялся лишь на то, что сейчас она больше сосредоточена на поиске врагов.

— Считаешь, мы сможем справиться с ним? — спросил Джим на бегу.

— Не мы, а Сара, — ответил Валериан. — И она сразу узнает, если он покинет «Прометей».

Джим устыдился своей недогадливости.

Завывание сирен и грохот выстрелов по станции создавали слишком много шума и мешали думать. Но Рейнор сосредоточился на Саре. Она бежала как спринтер, перепрыгивала через поваленную мебель и ка-кой-то мусор, с легкостью удерживая равновесие. Она была на удивление изящна, в отличие от своих спутников, которые запыхались и начали спотыкаться. Тем не менее, они все же почти добрались до причального шлюза. Сара обогнала их, но вдруг притормозила и напряглась.

— Нет! — воскликнула она. — Он собирается улететь!

Неужели несколько часов назад Джим, Игон, Сара и Валериан подлетали к выдвижной площадке с собственной атмосферой, совершая посадку на красивейшей космической станции «Прометей»? Казалось, это было в другой жизни. Они догнали Сару. Она замерла, прислушиваясь к чужим мыслям. Они остановились, переводя дыхание. Валериан и Джим вскинули винтовки. Даже не сговариваясь, они выбрали Сару командиром этой операции.

— Он еще здесь, но нам придется пробиваться, — бросила она. — Готовы?

Она оглядела их троих поочередно. Каждый кивнул. Сара повернулась к двери и нажала на кнопку.

Открылись врата ада.

Джим рванул вперед, стреляя и что-то крича. Только потом он увидел, кто им противостоит. Но не остановился. Хотя в этом уже не было смысла.

На дальнем конце площадки возвышался транспортный корабль. Четверо морпехов осторожно заносили внутрь контейнер с артефактом. Наруд находился внутри и махал своим людям рукой, нетерпеливо их подгоняя. Между Рейнором и профессором расстилался целый отряд морпехов.

И один гибрид.

Тварь сразу ринулась на Сару, а Керриган — на нее. Оба противника начали мериться силами. Монстр оказался безногим. Он полз, как змея, и развивал ужасающую скорость. Костистые крылья, как у летучей мыши, напоминали те, что были у Королевы Клинков. Гибрид мог похвастаться двумя громадными клешнями, которые представляли собой смертельное оружие. Они бы быстро перекусили пополам тело Керриган, если бы сомкнулись на ней.

Но Сара не дала чудовищу такой возможности. Она отпрыгнула в сторону с легкостью гимнаста на соревнованиях и получила в награду жизнь. Спустя миг она приземлилась на площадку по-кошачьи мягко. Вытянула руку, и монстр попятился, прикрывая голову клешнями, прежде чем снова броситься в атаку.

Джим, Игон и Валериан занялись людьми. Укрыться было некуда. Приходилось полагаться лишь на внезапность и общую неразбериху. Кроме того, поединок Керриган и гибрида отвлекал всех помимо их воли. Было сложно игнорировать этот уникальный бой. Вопли твари, и слышимые, и псионические, вонзались в уши и головы присутствующих. У беглецов было своеобразное преимущество. Ведь они уже познакомились с повадками гибридов и знали, как они сражаются. Морпехи видели это впервые.

Нельзя было упускать этот шанс. И они нашли новую тактику. Джим и Валериан продолжали стрелять на бегу, Сара металась туда-сюда, пригибаясь и уворачиваясь от чудовища. Она буквально водила гибрида за собой, натравливая его на ненавистного Наруда и его союзников.

Джим не слышал голоса профессора в какофонии схватки. Но он заметил, что артефакт почти погрузили. Сара также все увидела. На мгновение она застыла, в отчаянии глядя на Наруда.

— Сара! — воскликнул Рейнор.

Воспользовавшись паузой, гибрид взметнул клешню к женщине. Керриган отпрыгнула в последний момент, но тварь вырвала небольшой кусок плоти из ее бедра.

Вдруг Джим почувствовал, как металлическая игла пронзила ему руку. Крякнул от боли. Но вторая-то была здорова. И рейдер продолжил стрелять.

Он понимал, что положение безнадежно, и остальные — тоже. Их превосходили как минимум в четыре раза. Морпехи оказались отлично вооружены. А Сара не могла отвлечься от гибрида.

Ладно… все когда-нибудь на тот свет отправимся. Помирать, так с музыкой, — подумал Джим.

Двери транспортного корабля закрылись. Он взлетел. Наруд сбежал у них на глазах. Оставалось лишь избавить Галактику от еще одного монстра и забрать с собой столько морпехов Менгска, сколько получится.

В этот момент над космической станцией «Прометей» началась стрельба. Джим поднял голову и ухмыльнулся до ушей. Транспортный корабль Наруда атаковали.

«Фанфара», десантный корабль с «Гипериона». Как же Свонну удалось переделать корабль за такое короткое время? Джим не знал, да и не стал над этим размышлять.

— Слава тебе, Свонн. И тебе, Мэтт, непослушный ублюдок, — пробормотал Рейнор. «Фанфара» придала ему сил. Краем глаза он увидел, что Валериан и Игон тоже широко и беззаботно улыбаются. Может, они и не выживут, но теперь у них есть то, чего не было еще минуту назад. Надежда.

Десантный корабль вел бешеный огонь по судну Наруда, но транспортный корабль быстро удалялся. Спустя несколько секунд сверкнула вспышка, и он исчез. Новая вспышка, и сердце Джима на миг замерло. Вся радость испарилась, словно ее ветром сдуло.

«Белая Звезда».

Но у рейдеров на борту десантного корабля явно было побольше оптимизма, чем у него. Вместо того чтобы защищаться от крейсера, они занялись битвой на «Прометее». Сара, почувствовав их намерения, отпрыгнула в сторону. Меткий выстрел «Фанфары» размазал гибрида в кашу. Затем они принялись за морпехов.

— Пошли! — заорал Рейнор. Валериан и Игон последовали приказу, но Сара не шелохнулась. Она стояла на месте, забрызганная кровью и ошметками, и сжимала кулаки. Внезапно от нее покатилась псионическая волна. Морпехи попадали, как костяшки домино. Волна двинулась к десантному кораблю. Сара расчищала путь, устилая его трупами врагов. Но через мгновение она рухнула на площадку.

Джим отбросил винтовку и бросился к ней. Валериан и Игон были уже возле десантного корабля. Рейнор догонял их, скрипя зубами от боли в раненой руке. Он нес Сару на плече и бежал по проложенной ею тропе из мертвых тел, сдерживая отвращение. Опустилась аппарель. Рейдеры «Фанфары» с готовностью схватили Сару и втащили ее внутрь. Джим впрыгнул следом и едва не оступился. Валериан протянул ему руку.

Аппарель убрали. Пилот быстро поднял корабль. Джим упал в кресло. Валериан и Игон, шатаясь, уселись у него за спиной.

— Как Сара? — спросил Рейнор врача Лили Престон. Она молчала, наклонившись над Керриган и ее неподвижным соседом. Когда она отодвинулась, Джим понял, что на десантном корабле есть один погибший рейдер.

Аннабель Тэтчер.

— О, нет, — произнес он.

— Сара без сознания, — сообщила Лили. — Но в полном порядке. Просто выдохлась….

Он кивнул ей с благодарностью. Но при виде Аннабель внутри его что-то оборвалось. Карие глаза девушки были широко открыты. Кровь текла у нее из ушей, носа и рта, будто алые слезы. Открытых ран не было.

Удар Сары по морпехам оказался плохо контролируемым. И он взорвал мозг Аннабель. Как жаль… Как бесконечно жаль. Вероятно, она находилась в дальней части «Фанфары», ближе всего к псионической волне. Там до сих пор осталась открытая панель, мигающая огоньками и проводами. Наверное, девушка с чем-то возилась, когда…

— Почему Аннабель вообще оказалась здесь? — горько спросил Джим. — Лили, на корабле должны находиться только ты и пилот. Инженеры не летают на десантных кораблях. Что случилось?

— Оружие, — просто ответила Престон. — Это была ее идея. Она сама сконструировала и установила его на «Фанфаре», — тихо ответила Лили. Она сохраняла бесстрастный тон врача, привыкшего защищаться от эмоциональной перегрузки подобным образом. Престон спокойно посмотрела на Рейнора. — Она была вынуждена полететь с нами, чтобы вручную управлять им. Не было времени интегрировать оружие в систему управления.

Он автоматически кивнул. Последняя жертва Сары. Она убила ее ненамеренно. А ведь Аннабель сделала возможной саму атаку на судно Наруда и уничтожение гибрида. Спасла их жизни ценой своей.

— Трэвиса ее гибель просто раздавит, — вымолвил Валериан.

С Джимом это уже произошло…

— «фанфара», «Гипериону», прием!

— Слышу вас хорошо. «Фанфара», груз у вас?

— Да, но не без потерь. Аннабель нет в живых.

Мэтт зажмурился.

— Ужасно жаль. Сам скажу Рори.

— Так точно. Прибываем через шесть минут с погоней на хвосте.

— Сэр, корабль позади, — доложил Кейд.

Но противник, похоже, был везде. Мэтт вспомнил слова древней поэмы. «Ряды орудий справа, ряды орудий слева, вослед грохочут залпы из огненной лавины»1. Странно, что в критический момент в голове всплывают стихи. А ведь там, кажется, все кончилось плохо и для нападавших, и для оборонявшихся.

«Белая Звезда» гналась за «Фанфарой» по пятам. Позади «Гипериона» прыжок завершил еще один имперский крейсер, который сопровождали корабли поменьше.

— Огонь с кормы, — приказал капитан Марку. — Хорнер, к причальному шлюзу. Через шесть минут прибывает «Фанфара». Будьте готовы принять их, и мы сразу же убираемся восвояси.

Если продержимся. Но «вослед грохочут залпы».

Внезапно ослепительный свет озарил черноту космоса.

— Ну? — устало спросил Мэтт. — Опять корабль Доминиона?

— Нет, сэр…

Хорнер прищурился от вспышки. Раздался знакомый голос.

— Капитан Вон, с «Буцефала». Мой штурман никак не хочет расставаться с вашим хитроумным инженером. Он решил, что вам понадобится помощь.

У Мэтта заныло сердце.

— Точно, — ответил Хорнер. — Мы подобрали вашего командира вместе со своим. Они летят на полной скорости на десантном корабле. Передай Трэвису…

Он постарался, чтобы его голос не дрогнул.

— Аннабель их всех спасла.

Наверняка это — правда. А если нет, то пусть так и будет.

— Вы позаботьтесь о десантном корабле, а мы займемся «Белой Звездой», — сообщил Вон. — Наше оружие в порядке, и у меня руки чешутся использовать его на всю катушку.

Мэтту не надо было повторять дважды. «Гиперион» развернулся, чтобы причальный шлюз находился на максимально близком расстоянии от «Фанфары». Спустя несколько долгих секунд Хорнер услышал долгожданные слова.

— Они прибыли, капитан!

— Тогда сматываемся отсюда.

— Как именно, сэр? — осведомился Марк.

Мэтт не представлял.

Запах только что пролитой крови. Ее вкус — медный, едкий. Ужас, исказивший лица и наполнивший умы павших. Она знала обо всех погибших через ее любимых зергов, которые стали частью ее тела, души и разума. Возбуждение при виде нового генетического материала. Рождение новых существ, созданных из него. Радость единства, настолько великого, что ни один человек не может вообразить себе нечто подобное. Отсутствие боли и обиды. Только ста. Мощь одного и всех. Единственная цель — двигаться вперед, уничтожать, завоевывать.

Она — Королева Клинков. Прекрасная, с длинными шуршащими «локонами». Крыльями, достойными восхищения и удобными для атаки. Бесконечная энергия.

Цель. Общность.

Общность, которую она обрела, освобожденная…

Арктуром!

Ее глаза мгновенно раскрылись, дыхание перехватило. Она смутно осознала, что находится в лазарете на «Гиперионе», но ей было на это наплевать.

Он не дал ей ни единства, ни умиротворения. Он бросил ее в ад. И оказался прав, когда назвал ее оружием. За исключением немногих случаев, она была просто прочным клинком. Смертоносным, но ограниченным в возможностях.

Но Арктур Менгск превратил ее в ядерную бомбу.

А теперь он хочет ее уничтожить.

Хватит бегать по кругу. Пора остановиться и драться. Нужно свести счеты с Арктуром Менгском за все его безумные деяния.

И ему не уйти живым с этого поля боя.

— Сэр?

Кораблем командовал Мэтт. И рейдеры ждали ответа капитана. А у него в голове царила пустота. Корабль содрогнулся от очередных попаданий, будто желал подстегнуть его мысли.

— «Буцефал» запрашивает инструкции.

— Ясно, — ответил Хорнер. Поглядел на экран, надеясь, что его осенит вдохновение. Когда они пробирались к станции через Пояс Киркегарда, дорога заняла шесть часов. Сейчас он сомневался, что существует хоть какой-то безопасный проход. Менгск разнес в пыль столько астероидов, что все превратилось в…

— …звездную пыль, — произнес он вслух.

Арктур Менгск усмехнулся, видя, как два крейсера метнулись в облако, состоящее из «песчинок». Вот и все, что осталось от громадных опасных обломков, которые «Белая Звезда» безжалостно искрошила на своем пути. Они действительно думают, что могут спрятаться? Наивные! Ведут себя как дети, которые зажмуриваются и верят, что их никто не найдет. Но… Менгск слегка нахмурился. Джим Рейнор сколотил себе хорошую команду. Они сообразительные. Ведь разбойник до сих пор избегал пленения. У него полно недостатков, но глупости среди них не имеется. Да и капитан Вон, командир «Буцефала», — не дурак. Что ж… придется и императору действовать быстро…

— Огонь по пылевому облаку! Живо! — рявкнул он.

Рулевой подчинился. Вспышки выстрелов лазеров… и все. Никакого чудесного и весьма ожидаемого взрыва.

«Гипериона» и «Буцефала» не было в точке «X».

— Что происходит? — спросил Менгск. — Где они, черт их дери?

Рулевой лихорадочно суетился у приборов, но с совершенно безрадостным лицом.

— Сэр… мы не можем их обнаружить.

— Два крейсера прячутся в пылевом облаке, сынок. В чем дело?

— От пыли исходит излучение. И оно возникает при движении других объектов, например, тех же кораблей. Показания приборов путаются. Мы не в силах проникнуть сквозь такую завесу. Смотрите…

— Быстрее.

— Так точно.

Он вывел изображение на экран. Специально настроенные системы не показали ровным счетом ничего.

Крейсеры использовали крохотные передышки, чтобы совершать короткие, хаотические и непредсказуемые прыжки из облака в облако. Могучий флот Доминиона отстал от них уже на минуту. А таких укрытий в Поясе Киркегарда были десятки. Менгск уже не успеет найти ни «Буцефал», ни «Гиперион». А они тем временем разгонятся и совершат полноценный прыжок на большое расстояние.

Бунтари бросили императору в лицо звездной пыли.

Сара лежала на койке в каюте Джима. Он сидел рядом, глядя на дверь. Она отвернулась к стене. Раздался звонок.

— Войдите, — отозвался Рейнор.

Это были Валериан, Мэтт и Свонн. Все молчали.

— Разве ей не место в лазарете? — нарушил паузу Рори. — После…

— Располагайтесь, ребята, — перебил его рейдер, показывая на стулья. — Как только она проснулась, то сказала, что не хочет там находиться. Поэтому я предложил ей побыть у меня, — закончил он резким тоном. Тема была закрыта.

Сара не шевелилась. Ее напряженное, свернувшееся в клубок тело словно излучало гнев.

Мэтт и Валериан переглянулись. Свонн поерзал на краю удобного стула, уставившись в пол. Принц приподнял золотистые брови. Мэтт пожал плечами, показав, что наследник мог продолжать.

— Джим, не хочу тратить время на лишние объяснения, — начат Валериан. — Все мы понимаем, что после недавних событий на «Прометее» ее необходимо проверить.

Он помолчал, ожидая взрыва эмоций от Керриган, но она никак не реагировала.

— Она еще очень опасна для других. Мы были свидетелями… — продолжал Менгск-младший.

— Я тоже это видел, — жестко произнес Джим.

— Я согласен с Валерианом, — сказал Мэтт, что удивило Рейнора. — Кроме того, Игон рассказал мне кое-что. А ведь трагедия с Аннабель… — он запнулся.

— Эх, — вздохнул Свонн. Девушка была всеобщей любимицей, но Рори долго проработал с ней вместе. Боль от потери — особенно такая, от обстрела со стороны своих — была сильнее, чем ожидал Джим. Сара сжалась в комок, а у Джима заломило в груди. — То, что она сделала с ней. Аннабель уже не вернешь, — тихо вымолвил Свонн.

— Рори… Сара не хотела причинить вред девочке.

— Скажи это Эрлу и Мило, — ответил Свонн. — И Трэвису Роулинзу.

— Это — чистая правда. Валериан и Мэтт могут все подтвердить.

— Знаю, Джим. Но мы понимаем, что Сара не в состоянии контролировать свою силу, — заявил Мэтт. — Мы еще толком не выбрались из передряги. Корабли едва на части не разваливаются. Ты не забыл, что нас считают преступниками, за поимку которых назначена награда? Что случится в следующий раз? А ведь он не обязательно наступит. Что она разрушит? Кого уничтожит?

Джим почувствовал, как Сара одеревенела. Она окончательно замкнулась в себе. «Я ухожу». Это были единственные слова, которые она произнесла после того, как очнулась в лазарете.

— Просто случайность, — сказал Рейнор.

— Возможно. Но Аннабель — мертва. Я не хочу больше никого терять.

— Джим, ты — отличный командир, — тихо произнес Валериан. — Сара тебе очень дорога. Но на тебе лежит ответственность за рейдеров. И за тех, кто верит в тебя. Сейчас мисс Керриган является серьезной угрозой. Ты должен адекватно оценить ситуацию, чтобы защитить и ее, и экипаж.

Они правы, признал Джим. Никуда теперь не денешься. Выхода нет. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием разозленной Сары.

— О’кей, — наконец выдавил Рейнор. — Я с ней поговорю.

Остальных явно не обрадовал его ответ, но они кивнули. Это было лучшее, на что они могли рассчитывать. «Делегация» направилась к выходу. Валериан попрощался с Джимом взглядом. Рори задержался в дверях.

— Верю тебе, ковбой, — вымолвил он.

Хорнер был последним. Внезапно Рейдер встал и позвал его:

— Мэтт?

— Сэр?

Джим подошел к нему:

— Ты нарушил приказ, сынок. Ты и сам знаешь.

— Да, сэр. Разрешите начистоту?

— Валяй.

— Вы живы и можете меня наказать.

Рейнор слегка улыбнулся:

— Конечно. Ты ведь должен был убраться отсюда. Но я… рад, что ты меня ослушался.

Мэтт улыбнулся в ответ. На мгновение он стал похож на того молодого идеалиста, которого Джим повстречал несколько лет назад. Его глаза засияли, а морщины пропали.

— Никогда вас не брошу, командир.

— Какой курс прокладывать? — осведомился Хорнер, догнав принца в коридоре.

— Удивлен твоему вопросу, — сказал Валериан.

— Ну… вообще-то все связи и деньги только в твоих в руках, — пожал плечами Мэтт.

— Точно, — подтвердил Престолонаследник. — Я рекомендовал мистеру Рейнору идти в Умоджанский протекторат. У меня есть координаты сверхсекретной орбитальной станции, на которой мы быстро и эффективно можем отремонтировать «Буцефал» и «Гиперион».

— И вдали от чужих глаз?

Валериан усмехнулся:

— Даже лучшие из шпионов моего отца о ней не догадываются.

— Ты уверен?

— Вполне.

— Будем надеяться, что ваш бармен тоже не знает.

— Прошу прощения?

— Позже объясню.

Джим оставил Саре свою каюту, поселившись вместе с эвакуированными с «Геракла». На протяжении всего перелета она отказывалась разговаривать. Лишь когда корабль начал причаливать, он подошел к двери и постучал.

Керриган открыла дверь. Она приняла душ и надела его рубашку и брюки, туго стянув их ремнем на талии. Но ботинки, конечно же, оставила свои. Джим заметил, что она тщательно смыла кровь — и человеческую, и гибридов. Она внимательно смотрела на Рейнора.

— Разрешишь войти?

— Каюта твоя, — вымолвила Сара. — Делай что хочешь.

— Пока она принадлежит тебе, милая. Я не перешагну порог, если ты мне не позволишь.

Керриган отвернулась. Он заметил, как напряглись ее плечи, когда он назвал ее «милой».

— Заходи.

Он сел на один из стульев, а она — на край койки. Сара выглядела… измотанной. Не уставшей и не обтрепанной. Она выспалась, отмылась от грязи, переоделась в чистую одежду. И она была практически без сил. Она казалась одновременно и старше, и младше своего возраста. На «Прометее» достигла почти предела своих возможностей, что не прошло для нее даром. И Джиму очень не хотелось начинать разговор.

— Рано или поздно тебе придется это сказать… Так что я тебя слушаю, — произнесла она.

Ладно. Значит, предисловий не будет. Ему не привыкать.

— О’кей. Всем ясно, в том числе и тебе, что внутри твоего организма мутагены зергов. Необходимо изучить их досконально — вдоль и поперек. Тогда сможем тебе помочь. Ты — умная женщина, Сара… И, конечно, сообразительнее обычного парня, выросшего на ферме. Поэтому ты наверняка уже разобралась в себе.

Он ожидал яростного отпора. Сломанной мебели. Но она просто ссутулилась.

— Я… не уверена в своих ощущениях по этому поводу. Честно.

Джим пересел на койку и нерешительно потянулся к ее руке. Она позволила ему притронуться к ее пальцам.

— Они проведут исследование. Выяснят, как удалить из тебя всю зерговскую заразу и снова сделать тебя Сарой Керриган.

— Мне такое и раньше говорили, Джим. Помнишь?

Он вздрогнул. Это — правда. Он опять попытался

подобрать нужные слова, чтобы убедить ее, но она уже прочитала его мысли. Не было нужды их озвучивать.

Они долго сидели рядом, держась за руки.

Сара судорожно вздохнула и повернулась к нему. Она приняла решение. И теперь смотрела на Рейнора.

Неожиданно она произнесла тихим и мягким голосом:

— Ради тебя, Джимми. Я сделаю это ради тебя.

И сжала его руку так сильно, что едва не сломала ее. У Рейнора перехватило горло, а на глазах выступили слезы — но вовсе не от боли.

Они находились на небольшом корабле, который Джим вел к орбитальной платформе. Похоже, Валериан был прав, заверяя их насчет полной безопасности и сверхсекретности. Никаких неожиданностей — ни имперских крейсеров Доминиона, ни излишне вежливых хозяев-профессоров. Стандартная космическая станция. Только почему-то Джим не мог избавиться от гнетущего ощущения поражения.

Слишком много людей погибло. Менгск пребывает на свободе, как и Наруд, а значит, и разрушительный чужеродный артефакт. Сара снова стала ангелом мщения и разрушителем. Радость жизни покинула женщину, и виной тому был не ее злейший враг, а она сама.

Джим не сомневался, что здесь о Саре хорошо позаботятся. Исследователи найдут способ уничтожить или навсегда подавить остатки зерга внутри ее тела. Знал, что она в это не верит… Но надеялся, что окажется прав.

Наконец они долетели до станции и причалили. Их встретила лишь женщина-ученый, представившаяся Мэдди Уилсон. Охрана ее не сопровождала. Хороший знак.

Взявшись за руки, они следовали за Уилсон по коридору. Добрались до лифта. Уже в кабине Мэдди повернулась к Джиму и Саре.

— Разумеется, вас предупредили о правилах, но я напомню еще раз. Полная изоляция. Помещение будет заперто. Мы будем наблюдать за вами через мониторы и общаться через канал связи.

Уилсон сочувственно улыбнулась.

— Если захотите с кем-то побеседовать о своих ощущениях, просто скажите об этом заранее. Не волнуйтесь и не сомневайтесь — здесь вы находитесь в безопасности..

Керриган молчала. Лифт тихо остановился. Уилсон отвела их к комнате в конце длинного коридора. Набрала код.

— Вот мы и пришли, — сказала Сара.

Рейнор наклонился к ее уху.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

Ее лицо смягчилось. Она улыбнулась ему — печально и обреченно.

— Ия тебя люблю, — еле слышно сказала она. Сделала глубокий вдох и переступила порог. Он сделал то же.

Оба очутились в просторной комнате. Одна из стен представляла собой панорамное окно, из которого открывался вид на бесконечные, уходящие вниз этажи. Рейнор и Сара созерцали их, не разнимая рук. Внезапно они увидели прозрачную сферу, которая приближалась к ним, вращаясь и сверкая. Она напоминала огромный мыльный пузырь, но, конечно, не являлась детской забавой. Через некоторое время она достигла нужного окна.

Молодая женщина в последний раз сжала пальцы Джима. К удивлению Рейнора, ему оказалось труднее отпустить Сару, чем ей — его. Она неторопливо вошла внутрь транспортного средства. Вход закрылся, отрезая ее от Джима. А Сара вдруг взлетела вверх, да так и зависла — внутри сферы была невесомость. Затем развернулась к Джиму, прижимая ладони к поверхности.

Он ответно прижал руку с внешней стороны, ощущая Сару сквозь преграду.

Вскоре сфера начала опускаться вниз. Она постепенно отдалялась от Джима и уплывала в глубь станции, минуя бесчисленное количество этажей, на которых деловито сновали ученые. Наверняка они сгорали от любопытства и нетерпения. Для исследователей не существовало Сары Керриган с ее радостями и горестями, смехом, улыбками и слезами. Это был уникальный объект для испытаний. Слова Валериана о помощи не имели отношения к предстоящему ей пути исцеления, холодному и жестокому.

Но, по крайней мере, у нее есть шанс. Арктур пытался лишить ее всего, использовав Тайкуса — свое новое орудие. Но Финдли погиб от руки Джима. И теперь уже никогда не искупит содеянное и не вернет их дружбу. Рейнор печально улыбнулся, вспоминая прямолинейный, грубый и добродушный характер здоровяка. Душевная боль уже немного улеглась. Джим не мог поступить иначе. Он даже не злился на Тайкуса. На человека, который был его лучшим другом.

Он подумал об Аннабель. Такая светлая, надежная, умная, преданная делу рейдеров… Ее идея спасла их. А Сара, не контролируя себя, убила девушку. Джим остро чувствовал эту потерю, но ведь было еще столько других. Миллиарды жертв, со своими историями. Их жизни преждевременно оборвались — из-за Королевы Клинков.

Но не из-за Сары Керриган — женщины, которую он любит и знает. Она, еще будучи «призраком», скорбела об убитых. Она доверилась ему и позволила привезти себя на космическую станцию. И Сару снова будут исследовать, и над ней станут проводить эксперименты.

— Милая, — тихо произнес Джим. — Я надеюсь, что поступил правильно.

Сара осталась в одиночестве — внутри прозрачной сферы. Испарились чужие мысли: о вафлях, о нитке, торчащей в пиджаке, о смерти любимого. Здесь была только она и никого более.

Но она принесла с собой воспоминания. О выборе, который делала постоянно: согласиться или отказаться, подчиниться или упереться. Убить или оставить в живых.

Она осознавала, что в процессе «проверки» ей придется вспомнить все до малейших деталей. Джим не представлял, что это такое. Он умный и… очень хороший, но еще многого не понимает.

Но она любила его. И верила в него. Она даже согласилась прилететь на эту станцию. Вероятно, ее исцелят, и она станет прежней Сарой. Хотя возможно ли это после тех испытаний, которые выпали на ее долю? В сознании всплыли горькие и обреченные слова Зератула: «Судьбу не изменишь… всему приходит конец. Надеюсь, я с достоинством приму его».

Может, она и была не права.

Она твердо гнала от себя ярость и холодное мерзкое чувство вины. Она отбрасывала видения, пронзающие ее, будто электрический ток. Месть подождет. Она удержит дикого зверя в глубине своего сердца, он перестанет терзать ее и хотя бы на время успокоится. Ей придется лицом к лицу столкнуться со своим прошлым и настоящим, но не сейчас. И Сара смотрела на Джима Рейнора, пока еще могла его разглядеть. Когда он первый раз поцеловал ее, она почувствовала потрясающую чистоту его души, скрытую под тяжким грузом пережитого. Она уцепилась за это ощущение, и оно успокоило ее. Позволила себе на секунду понадеяться, что действительно найдет выход.

Но бородатое лицо Джима, такое любимое, тоже исчезло. И Сара Керриган осталась наедине со своими мыслями и воспоминаниями о любви.

О любви и жажде месте.

И не могла сказать, что было для нее слаще.