Исключительное право публикации книги «Империя. От Екатерины II до Сталина» принадлежит ЗАО «ОЛМА Медиа Групп». Выпуск произведения без разрешения издателя считается противоправным и преследуется по закону.

Вечером 28 июня 1762 года Екатерина верхом, в гвардейском мундире Преображенского полка, в шляпе, украшенной дубовыми ветвями, выступила с войском из Петербурга. Это была демонстрация: ведь первое, что сделали гвардейцы, – сбросили прусские мундиры, введенные Петром НЕ Екатерина направлялась в Петергоф, куда утром должен был прибыть император. О перевороте там стало известно лишь в три часа дня. В течение нескольких следующих часов Петр III безуспешно пытался что-то предпринять, но в конце концов вступил с Екатериной в переговоры, предложив ей разделить с ним власть. Однако его заставили подписать отречение, после чего бывший император был препровожден во дворец в Ропше. 30 июня Екатерина торжественно возвратилась в Петербург. Фридрих II, узнав о перевороте, заметил, что Петр III «позволил свергнуть себя с престола, как ребенок, которого отсылают спать».

Екатерина II. Неизвестный художник. XVIII в.

В первые дни после переворота Екатерина распорядилась вознаградить его участников, отменила многие указы Петра III, в том числе все его нововведения в армии. 6 июля был обнародован особый Манифест с обвинениями против Петра III.

В тот же день из Ропши пришло неприятное для Екатерины известие о смерти свергнутого императора. Петр III якобы случайно погиб от руки охранявшего его Алексея Орлова.

Не все было гладко и с политическим статусом новой императрицы – Екатерина не могла считаться законной государыней. Елизавета, родная дочь Петра, сместила с престола правительницу-немку, занявшую его вопреки установленным издревле правилам; теперь же чистокровная немка свергла пусть нелюбимого, но все же законного императора. Далеко не все рядовые гвардейцы знали, что 28 июня их ведут низлагать Петра III: они были уверены, что он умер, и им предстоит только присягнуть новой императрице. Когда обман открылся, в Преображенском и Семеновском полках начались открытые выступления, которые пришлось подавлять самыми жесткими мерами. Смерть Петра III тоже вызвала различные толки. Все чаще стали поговаривать об Иване Антоновиче, уже 20 лет заточенном в Шлиссельбургской крепости. О том, что он лишился разума, знал лишь узкий круг лиц.

22 сентября 1762 года в Москве состоялась коронация Екатерины. Ее официальное положение укрепилось, но до настоящего признания было еще далеко. Через несколько дней стало известно о заговоре с целью возвести на престол Ивана Антоновича. Хотя все ограничивалось только разговорами, Екатерина усмотрела в этом опасность. Кульминацией заговора стала безумная попытка подпоручика Василия Мировича освободить Ивана Антоновича. 4 июля 1764 года он, находясь в карауле, поднял мятеж, арестовал коменданта, однако больше ничего сделать не смог – офицерам, состоявшим при Иване Антоновиче, было приказано убить узника, если того попытаются освободить, и они выполнили приказ.

Но заговоры были меньшим злом по сравнению с притязаниями тех, кому Екатерина обязана была престолом. Эти люди – прежде всего Орловы – считали императрицу чем-то вроде удачного капиталовложения и желали теперь пользоваться всеми возможными выгодами. Они хотели чинов, денег и власти. В первое время отказывать им было трудно. Однако Екатерина быстро окружила себя умными советниками, такими, как граф Никита Панин и бывший канцлер Бестужев-Рюмин. Поначалу программа ее была проста – восстановить лучшее из утраченного в прошлые царствования и возродить национальное достоинство России. На это и были направлены первые правительственные мероприятия.

Каково было состояние страны, явствует из того, что уже в первые дни после переворота Екатерине пришлось думать о том, как остановить стремительный рост цен на хлеб и найти деньги на самые неотложные государственные нужды – русская армия в Пруссии уже восемь месяцев не получала жалованья. Она разрешила Сенату использовать свои «комнатные деньги» – те, что считались собственностью государя и шли исключительно на его личные нужды. Членов Сената тронуло то, что императрица считает всё, принадлежащее ей, собственностью государства и в будущем не намерена делать различие между интересами государственными и своими собственными. Для Екатерины подобный шаг был совершенно естественным. Воспитанная на идеях французских просветителей, она считала государство целостным, обладающим собственными интересами организмом, где властвуют рационально устроенные законы, а подданные трудятся на общее благо. Себя же она видела служительницей отечества, призванной привести подданных к этому общему благу.

Это было нечто на Руси невиданное. Власть больше не грозила подданным дыбой и плахой, а предлагала вместе трудиться для общего блага, говорила о «правилах богоугодных, человеколюбие вселяющих и добронравие к сохранению блаженства и спокойствия рода человеческого». Прежние власти считали достаточным держать подданных в страхе, Екатерина же хотела завоевать их любовь. «Наше искреннее и нелицемерное желание есть прямым делом доказать, сколь мы хотим быть достойны любви нашего народа» – говорилось в Манифесте, опубликованном 6 июля.

Снижение пошлин на соль, отмена торговых монополий, указ против взяточничества, детские приюты, борьба с разбоями – эти первейшие меры, предпринятые Екатериной, диктовались не стремлением к преобразованиям, а необходимостью и желанием расположить к себе подданных. Однако они стали для нее отличной практической школой государственного управления. Очень скоро Екатерина поняла, как мало она знает страну, в которой ей выпало царствовать, и постаралась лучше ее изучить. В первые пять лет своего правления Екатерина совершила несколько поездок по России. Это позволило ей узнать, чем живут ее подданные.

Но Екатерина не забывала о главном – об учреждении таких государственных установлений, которые действовали бы в рамках закона, что было обещано еще в Манифесте от 6 июля. Для этого требовалось привести в порядок всё косное российское законодательство – по сути дела, создать его заново. Екатерина думала об этом с первых дней своего правления.

К счастью, первые его годы прошли почти безоблачно. Ее любили искренне, как любят свои надежды на лучшее будущее. В этой приподнятой атмосфере ей удалось восстановить обороноспособность страны и провести некоторые меры, намеченные еще при Елизавете и Петре НЕ Прежде всего, это касалось церковных имуществ. Монастырские земли давно вызывали беспокойство властей. Еще при Елизавете происходили постоянные волнения монастырских крестьян. Чтобы как-то справиться с ситуацией, при Петре III эти земли были переданы в светское управление. Но тогда возмутились церковные власти. Екатерина успокоила их, вернув им имения, но это вызвало еще большее возмущение крестьян. В 1762 году «в явном возмущении» было около 150 тысяч монастырских и помещичьих крестьян, тогда же бунтовало около 50 тысяч крестьян горнозаводских. Опять понадобилось вмешательство военных отрядов и даже артиллерии. Поэтому через год Екатерина вновь учредила комиссию по церковным имениям. Против нее резко выступил митрополит ростовский Арсений Мацеевич, пользовавшийся в свое время покровительством Елизаветы, – человек неуживчивый и жестокий. Он потребовал у Синода немедленно возвратить отобранные церковные владения. Послание его было настолько резким, что Синод, восприняв его как оскорбление ее величества, передал дело на рассмотрение Екатерине. Она не проявила обычного снисхождения, и Арсения лишили сана и сослали в отдаленный монастырь. Церковные владения перевели в ведение Коллегии экономии, которая должна была теперь вести все церковное хозяйство. Это же ведомство содержало инвалидные дома. Президентом коллегии был назначен совершенно светский человек, князь Борис Куракин.

Екатерина II законодательница. Скульптор Ф. Шубин. 1783-1790 гг.

С 1765 года Екатерина начала писать свой «Наказ» – рекомендации комиссии по выработке Нового Уложения. Необходимость в новом законодательстве назрела давно. В 1754 году Елизавета (по предложению Петра Шувалова) уже повелела сочинить «ясные законы», но дело с места так и не сдвинулось. Такие же попытки предпринимала Анна Иоанновна, а до нее – Петр I. Екатерина твердо решила довести дело до конца.

В 1767 году в Москву собрались депутаты от всех сословий (за исключением крепостных крестьян и духовенства) с тем, чтобы начать выработку Нового Уложения. Екатерининский «Наказ» стал руководством. Большую часть его статей Екатерина заимствовала из книги Монтескье «Дух законов» и трактата итальянского юриста Беккариа «О преступлениях и наказаниях». Краеугольным камнем государства, по мысли Екатерины, оставалось самодержавие, но все остальное было настолько ново и непривычно, что многих этот документ попросту испугал. А ведь Екатерина опубликовала «Наказ» лишь после обсуждения со своими приближенными, которые переделали или сократили совсем больше половины написанного императрицей.

Что же так потрясло русских людей второй половины XVIII столетия?

Вот основные положения «Наказа».

Все граждане равны перед законом. Они вправе не только делать то, что законы дозволяют, но и все, что законом не запрещено. Законом следует запрещать лишь то, что может принести вред отдельной личности или обществу. Частое употребление казней не исправляет людей. Слова не вменяются в преступление, если не соединены с действиями. Пытка – установление, противное здравому рассудку. «А ежели найдется страна, где люди инако не воздерживаются от пороков, как только суровыми казнями, опять ведайте, что сие проистекает от насильства правления». Дозволение верить «по своему закону» смягчает сердца, а в Российской империи веротерпимость необходима уже потому, что ее подданные исповедывают разную веру

Екатерине, однако, пришлось отказаться от всяких упоминаний о необходимости освободить крестьян из крепостного состояния, хотя она считала рабство противным христианской религии и справедливости. В «Наказе» она вынуждена была признать, что «не должно вдруг и через узаконение делать великого числа освобожденных».

Депутаты, собравшиеся в Москву для работы над Новым Уложением, показали Екатерине, что Россия куда дальше отстоит от новейших европейских идей, чем она думала. 564 человека, среди которых были чиновники, купцы, казаки, «пахотные солдаты» и инородцы, не были представителями русского общества, потому что общества в тогдашней России не было. Каждое сословие пеклось только о своих интересах. Благо народа они понимали только как свое собственное, государственные интересы – как интересы государыни. Каждое сословие требовало себе исключительных привилегий за счет других и не желало нести никакой ответственности. Дворяне ратовали за отмену пыток, но исключительно для своего сословия, купцы требовали запретить дворянам и крестьянам участвовать в торговле, все (за исключением дворян, уже получивших такую привилегию) желали не служить и не платить податей, и все требовали рабов – против крепостной зависимости высказались лишь отдельные депутаты. Ясно, что никакого Уложения создать так и не удалось, и в 1768 году комиссия по его выработке была распущена под предлогом начавшейся войны с Турцией.

Надо сказать, что в практической деятельности Екатерина далеко отступала от своих высоких идеалов. Она знала, что обязана своей властью русскому дворянству, и понимала: лучший способ завоевать его любовь – это раздавать поместья, деньги и привилегии. Только при восшествии на престол она пожаловала главным своим сподвижникам 18 тысяч душ. Всего в правление Екатерины из казенных и дворцовых имений было роздано около миллиона душ. В 1765 году (работая над «Наказом») она разрешила помещикам ссылать крестьян в Сибирь без суда «по продерзостному состоянию» (подтвердив указ Елизаветы 1760 года), а в 1767 году, получив во время путешествия по Волге около 600 челобитных от крестьян с жалобами на помещиков, приказала вернуть их без рассмотрения; позже был выпущен специальный указ, запрещавший крестьянам подавать императрице жалобы на помещиков. К моменту восшествия Екатерины на престол на Украине еще существовало право свободного перехода крестьян, но уже в 1763 году она резко ограничила его, а через 20 лет отменила вовсе.

Крестьяне ожидали, что вслед за Манифестом о вольности дворянства свободу получат и они. «Наказ» Екатерины еще более подогрел их надежды. Способствовали этому и терпимая политика правительства по отношению к раскольникам, и перевод монастырских крестьян на положение государственных (последнее, впрочем, позволяло свободно жаловать их кому угодно). Но изменений в жизни крестьян так и не наступало. Напротив, к началу работы комиссии по выработке Уложения крепостные вопреки всем законам негласно признавались рабами – хотя еще при Петре I крепостные могли брать казенные подряды. В середине XVIII века социальная разница между помещиками и крепостными была так велика, что один из человеколюбивых депутатов комиссии выразил желание принять закон, по которому можно было бы судить помещика, убившего крестьянина. Оказалось, что такой закон давно существовал и даже применялся: по Уложению 1645 года помещика-убийцу следовало казнить, а семье убитого возместить ущерб из имущества убийцы. Но об этом успели забыть.

В первые годы правления Екатерины положение крепостных стало невыносимым. Прежде помещик передавал крестьянам в пользование часть своей земли, а они за это обрабатывали и его участок, да еще платили ему денежный оброк. Теперь помещики предпочитали жить в городах. В пользование крестьянам они передавали всю землю и получали за это деньги, не занимаясь хозяйством вовсе. Размеры оброка при этом зависели от желания помещиков. В свою очередь, помещики, постоянно проживающие в деревне, зачастую превращали свои имения в настоящие рабовладельческие плантации – крестьяне, лишенные своего хозяйства, работали на помещика только за пропитание. Крестьян держали в повиновении с помощью штрафов, розог, цепей, палок и плетей, а также угроз ссылки в Сибирь или пожизненной службы в армии. Для контроля за удаленными имениями помещикам нужны были особенные люди, и такие быстро сыскались из числа тех же крепостных. К середине XVIII века в помещичьих усадьбах стремительно возросло число дворни, часть которой обеспечивала надзор за крестьянами. Когда своими силами не справлялись, на помощь вызывали военные отряды.

Страдали крестьяне и от государства, которое требовало податей, забирало в солдаты, привлекало к выполнению различных повинностей. В середине XVIII века государственных крестьян «приписывали» к горным заводам, во множестве строившимся на Урале (только с 1751 по 1763 год там было построено 66 заводов).

В отличие от постоянных горнозаводских рабочих приписные крестьяне должны были несколько месяцев в году выполнять на заводе различные подсобные работы: валить лес, рубить дрова и жечь уголь. Кроме того, они перевозили грузы и строили. Эта работа оплачивалась, но по нищенским расценкам. Поскольку предприятий становилось все больше и больше, к ним приписывали деревни, находившиеся в 400 и даже в 700 верстах от них. С 1761 года приписные должны были добираться за свой счет (формально стоимость прохода была включена в стоимость рубки дров), при этом считалось, что в день они должны проходить 25 верст. Иной раз только в дороге приписные находились 200 дней в году. На заводах крестьян обсчитывали, вымогали взятки, избивали. Все это вызывало на Урале непрерывные волнения. К 1763 году правительство в основном с ними справилось, но подавить мятежный дух на Урале до конца не удалось.

Все первые годы правления Екатерины крестьянские выступления происходили и в других районах страны. Правительство даже вынуждено было создать специальную комиссию по исследованию причин массового бегства крепостных за пределы России. Комиссия установила, что бегут от чрезмерной строгости духовенства и светских властей к раскольникам; от рекрутских наборов; от неограниченной помещичьей власти; от работ, превосходящих силы человеческие… Ближайшие к польской границе земли едва ли не обезлюдели, да и в других частях государства чувствовалась острая нехватка рабочей силы. Пытаясь прекратить бегство, правительство уговаривало раскольников вернуться, принимало меры по заселению Сибири и Казанской губернии, рекомендовало назначить пограничных начальников с европейским воспитанием и тайно направить в Польшу воинские отряды для розыска беглых. Но недовольство не утихало. По России ходил фальшивый указ императрицы, в котором говорилось, что дворянство вознеслось, низринуло правду и чинит государству недобро. В 1765 году впервые во множестве появились самозванцы, в основном из беглых солдат. Большинство из них назывались именем Петра III – так отозвалась странная смерть свергнутого императора и те указы, что появились в его недолгое царствование.

Указы эти и в самом деле нарушили хрупкое равновесие в обществе. Своим манифестом Петр III даровал дворянам освобождение от службы – теперь того же ждали и крестьяне. Ведь крепостная зависимость крестьян в некотором смысле издревле была их службой отечеству: дворянин по первому повелению государя обязан был явиться на военную службу с людьми и провиантом; его крестьяне обеспечивали этот провиант, вооружение и платили подати. Теперь равновесие рухнуло. Крестьяне больше не находили никакого смысла в своем крепостном состоянии.

Портрет Е. И. Пугачева, написанный на портрете Екатерины II. Неизвестный художник. XVIII в.

Наиболее напряженной в конце 1760-х годов была обстановка на Южном Урале, в Западной Сибири и Поволжье. Совсем рядом с уральскими заводами жили башкиры, неоднократно восстававшие и помнившие жестокость правительственных войск. Обитавшие южнее яицкие и волжские казаки выражали недовольство стараниями правительства превратить их в регулярные воинские подразделения. Неспокойно было и в других частях страны, особенно после того как в 1768 году началась русско-турецкая война. В 1771 году вспыхнул «чумной бунт» в Москве.

В 1772 году взбунтовались донские и волжские казаки. В январе 1772 года началось восстание яицких казаков – правительству лишь через полгода удалось заставить восставших сложить оружие. До поры эти разрозненные выступления удавалось подавлять, но в 1773 году появился человек, который смог объединить всех недовольных и превратить стихийные выступления в настоящую войну против правительства, а более всего – против дворян. Звали его Емельян Пугачев.

Пугачев не был оригинален – объявившись в 1772 году на Яике, он назвался императором Петром III. По его словам, он чудом избежал смерти и с тех пор под видом купца скитался по России и другим странам, чтобы узнать нужды простого народа. К тому времени Пугачев уже успел поучаствовать в последних кампаниях Семилетней войны, в русско-турецкой войне 1768—1770 годов, бежал на Терек, оттуда пытался пробраться в Петербург, несколько раз бывал под арестом и всякий раз спасался бегством. На Яике он подговаривал казаков, войска уйти за Кубань. В результате доноса в декабре 1772 года Пугачева снова арестовали. Следствие велось в Казани, но и на этот раз он сбежал. Пугачев направился опять на Яик и начал уже всерьез готовить восстание. С самого начала он решил привлечь на свою сторону крестьян и кочевников Оренбургского края – и не просчитался.

Пугачев призывал к возврату в прошлое, но прошлое идеализированное, в золотой век крестьянских мечтаний. Всех он жаловал «древним крестом и молитвою, головами, бородами, вольностию и свободою», обещал, что все будут «вечными казаками», кочевникам предоставлял «земли, воды, леса и луга», казакам – реку Яик и все угодья. И не будет больше податей и пошлин, заводы будут закрыты, прежние вины прощены…

Восстание началось осенью 1773 года. У Пугачева было всего 2500 человек и 20 пушек, однако с этими силами он осадил Оренбург и взял его. Казаки почти не оказывали сопротивления. Пугачев обладал даром убеждения, и все его манифесты достигали цели. Впервые в России восставшие действовали по подготовленному плану. Один из сподвижников Пугачева, Хлопуша, наладил на заводах Южного Урала производство пушек и другого оружия. Рабочие собирались в боевые отряды. Специальный указ, направленный в Башкирию, приглашал присоединяться к восстанию всех «башкирцев, калмыков и мухаметанцев». Крестьян открыто призывали убивать помещиков и забирать себе их имущество. Пропаганда возымела успех, и к ноябрю 1773 года у Пугачева под Оренбургом собралось уже 15 тысяч человек.

Руководители восставших, обладая некоторым военным опытом, понимали, что противостоять регулярной армии может лишь организованное войско. В ноябре 1773 года Пугачев создал «государственную военную коллегию» – штаб и центральный орган власти восставших. Коллегия занималась комплектованием и снабжением армии, пропагандой, осуществляла общее руководство отрядами. На нее же возложена была обязанность творить суд и обеспечивать порядок на занятой повстанцами территории. В армии Пугачева все было по-настоящему – организация войска, боевая учеба. Поэтому первые действия правительственных войск были неудачны: царские генералы недооценили восставших.

Восстание охватило огромную территорию – весь горнозаводской Урал, Башкирию, Нижнее Поволжье. К началу 1774 года пугачевские отряды появились в Западной Сибири и на Левобережной Украине. Неспокойно было и в Москве, еще не остывшей от «чумного бунта». Правительство направило для подавления восстания войска под командованием генерала А. И. Бибикова. В январе—феврале 1774 года его 16-тысячная армия развернула широкое наступление. 22 марта 1774 года под Татищевой крепостью, в 54 верстах от Оренбурга, произошло решающее сражение. Армия повстанцев была разбита, а сам Пугачев с небольшим отрядом ушел за Урал. Правительственные силы освободили большинство захваченных городов, но война только начиналась. Уже в апреле Пугачев на Урале и в Башкирии собрал новое войско и начал наступление на Казань. 12 июля город штурмом был взят, но через три дня отряд полковника Михельсона после жестокого четырехчасового боя выбил повстанцев из Казани и преследовал на протяжении 30 верст. Самому Пугачеву опять удалось уйти, но он потерял всю артиллерию и 2 тысячи человек убитыми, более 5 тысяч повстанцев попали в плен.

Пугачев ушел на север, к городу Кокшайску, и там переправился на правый берег Волги. Так начался заключительный этап войны. Пугачев не рискнул двигаться на Москву или Нижний Новгород, а направился на юг по реке Суре. 18 июля он издал манифест, извещавший о передаче земли крестьянам и призывавший «противников нашей власти… и разорителей крестьян ловить, казнить и вешать, и поступать равным образом так, как они, не имея в себе христианства, чинили с крестьянами». По всему Поволжью запылали помещичьи усадьбы, волнения распространились и на Московскую, и Воронежскую губернии. Правительство спешило скорее завершить войну с Турцией, чтобы задействовать против повстанцев освободившиеся войска. Страх был оправдан – на последнем своем этапе восстание Пугачева превратилось в беспощадную классовую войну. Все «господа» – мужчины, женщины и дети – истреблялись без пощады: в одном только Саранске было повешено около 300 дворян.

Казнь Е. Пугачева в Москве. Рисунок А. Болотова

24 августа близ Царицына Михельсон нанес еще одно поражение Пугачеву. Тот снова смог уйти – с небольшим отрядом он укрылся за Волгой, но его предали свои. 10 января 1775 года Пугачев был казнен на Болотной площади в Москве. Восстание после этого продолжалось еще в течение нескольких месяцев, но противостоять правительственным войскам разрозненные отряды не могли. Расправа с повстанцами была жесточайшей – казнены были все, кто убивал помещиков или выдавал их, во многих деревнях вешали каждого третьего. А уцелевшие помещики расправлялись потом с крестьянами по своему усмотрению.

Пугачевщина оставила о себе долгую память и стала не последней причиной, подтолкнувшей правительство к освобождению крестьян в 1861 году.

Все то время, пока бушевало пугачевское восстание, Россия вела войну с Турцией. Началась она в 1768 году из-за вмешательства России в дела Польши. С самого начала своего правления Екатерина II стремилась утвердить на польском престоле Станислава Понятовского, настроенного в пользу России. Ее целью было установление в Польше равноправия православных и католиков. Это укрепило бы престиж Екатерины в России и позволило бы создать основу для сближения с Пруссией, которая добивалась гарантий для протестантского населения в Польше. В итоге Россия и Пруссия 31 марта подписали союзный договор, обязуясь проводить по отношению к Польше согласованную политику. В 1764 году Понятовский был избран польским королем, и Екатерина сразу же предъявила свои требования. К февралю 1768 года русский посол в Польше князь Н. В. Репнин добился принятия декларации о признании прав православных.

Католическая шляхта сопротивлялась отчаянно – уравнять в правах православных дворян значило допустить их к государственному управлению, – но противопоставить русскому давлению ничего не смогла. Ранее (в 1767 году) Польша заключила с Россией оборонительный союз.

Станислав II Август Понятовский, король Польши. Художник Дж. Б. Лампи

Блестящая дипломатическая победа, однако, вызвала слишком сильное недовольство польских католиков. В марте 1768 года в небольшом городке на юге Польши собрались те, кто желал с оружием в руках отстаивать свою веру и свободу. Расположились они на самой границе с Австрией и Турцией, и любая попытка направить туда войска вызвала бы недовольство в Константинополе. Конфедераты (как их называли) притесняли православных, принуждали переходить в унию и учиняли всяческие насилия. В ответ на это украинские крестьяне подняли восстание, известное как восстание гайдамаков. Однажды гайдамаки разграбили город, принадлежавший крымскому хану. Турецкие власти не стали вникать в подробности и потребовали немедленно вывести из Польши русские войска, фактически объявив войну России. Это стало роковой ошибкой – Россия приняла вызов, и даже направила в Средиземное море эскадру под командованием Алексея Орлова (хотя Екатерина находила состояние русского флота никуда не годным). На суше П. А. Румянцев одержал блестящие победы при Рябой Могиле и Кагуле, а «негодный» флот 26 мая 1770 года с блеском уничтожил турецкие корабли в Чесменской бухте (командовали той операцией адмиралы С. К. Грейг и Г. А. Спиридонов). Русские войска высадились на островах Эгейского моря, а в 1771 году заняли Крым.

Турция надеялась на помощь Австрии, и, чтобы предупредить возможный союз, Россия согласилась на предложение Австрии и Пруссии о разделе Польши. По договору 1772 года Россия получила часть восточной Белоруссии и Ливонии. Чтобы окончательно добить Турцию и как можно скорее освободить войска для борьбы с Пугачевым, Россия нанесла решающий удар. Русские части перешли Дунай, а некоторые действовали уже на Балканах. Турция оказалась в безнадежном положении, и в 1774 году в местечке Кучук-Кайнарджи был подписан мир – далеко не такой выгодный, как обещали военные успехи. Дипломаты опасались, что обширные приобретения обострят отношения России с ведущими европейскими державами, и вынуждены были пожертвовать многим. Тем не менее Россия получила все северное побережье Черного и Азовского морей, свободный выход в Средиземное море, а Крымское ханство и юг Бессарабии стали независимыми от Османской империи (хотя едва ли того желали). Но вот от островов в Эгейском море пришлось отказаться.

1775 год принес России мир. Передышка пришлась очень кстати – нужно было восстанавливать разрушенное пугачевским восстанием хозяйство на Урале и в Поволжье, а также осваивать новые территории, полученные по Кучук-Кайнар-джийскому миру, получившие название «Новая Россия». Екатерина воспользовалась этой передышкой, чтобы воплотить в жизнь проект нового территориального устройства России. В 1775 году страна была разделена на 50 губерний (вместо прежних 20), а каждая из них – на уезды с четкой системой органов управления. Впервые судебная власть отделялась от административной, а некоторые посты стали выборными. Вместе с тем страх перед пугачевщиной заставил правительство опираться исключительно на дворянство. Именно с этого времени Россия по-настоящему становится дворянской империей, а дворянство – в полном смысле слова привилегированным сословиям, хотя его исключительные права будут законодательно закреплены лишь через десять лет.

Внешнеполитическая ситуация, возникшая после войны была крайне сложной. «Независимый» Крым, как оказалось, все равно остался под влиянием Турции. В ответ Россия ввела в Крым войска и провозгласила ханом своего ставленника. В 1782 году сторонники Турции изгнали его, а у берегов Крыма появилась турецкая эскадра. Чтобы окончательно решить эту проблему, 8 апреля 1783 года Екатерина II издала манифест о присоединении Крыма к России. Турция была вынуждена это признать.

В Европе ситуация тоже коренным образом изменилась – после раздела Польши Пруссия стала едва ли не самым сильным государством на севере Европы. Борьба с Турцией также не была закончена, поэтому Россия решила пойти на разрыв с Пруссией, и в 1781 году Екатерина II заключила договор с австрийским императором Иосифом II. Планы у нее были грандиозные: захват Константинополя, островов Эгейского моря, а потом и объединение под российской короной всех южнославянских и православных народов. Крым был лишь первым шагом. Это хорошо понимали в Турции, и потому Россия готовилась к войне. Одновременно Россия стремилась укрепить свои связи с Кавказом. После долгих переговоров в июле 1783 года в Георгиевске был подписан трактат между царем Кахетии и Картли Ираклием II и русским правительством. Ираклий II отдавал свое царство под покровительство России.

С 1780 года Россия выступала на международной арене как великая держава: в 1780 году Екатерина приняла декларацию о вооруженном нейтралитете с тем, чтобы отстаивать свободу морской торговли с Северной Америкой, которая вела тогда войну за независимость. Реально Россия никакой торговли с Америкой не вела, но теперь ей приличествовал образ защитницы слабых. Хотя это был вызов могущественной Англии, в 1781 году декларацию подержали еще несколько стран Северной Европы.

Важнейшим событием внутренней жизни страны стала Жалованная грамота дворянству, обнародованная в 1785 году. В ней официально признавалось, что дворянство есть особая привилегированная корпорация, которая сама определяет свой состав; дворянство есть звание потомственное и наследственное; дворянин не платит никаких податей; он избавлен от телесных наказаний; имеет право служить или не служить по своему желанию; имеет исключительное право владеть населенными землями. Тем не менее служба по-прежнему открывала путь в дворянство человеку всякого звания.

На десятилетие между двумя русско-турецкими войнами пришелся расцвет русской культуры. Просветитель Н. И. Новиков начал издание «Древней российской вивлиофилики», в тридцати томах которой были впервые опубликованы многие древнерусские документы. Была учреждена Российская академия наук, подготовившая первый Словарь русского языка. В столице Фальконе возвел памятник Петру I. В Петербурге и в Москве выросли великолепные дворцы. Провинциальные города застраивались по регулярным планам, разработанным лучшими архитекторами.

Страна менялась на глазах – к середине 1780-х годов уже выросло поколение Екатерининской эпохи, для которого понятия «общество» или «благо человечества» были вовсе не пустым звуком. В течение нескольких лет, с 1782 по 1786 год в России была создана сеть учебных заведений, среди которых выделялись 25 главных народных училищ, превращенных позже в гимназии. Так было положено начало российской системе классического образования.

Адмирал Ф. Ф. Ушаков

В первой половине 1787 года Екатерина предприняла большое путешествие в Крым, чтобы своими глазами увидеть вновь приобретенные территории.

Едва она успела вернуться из поездки, как Турция объявила России новую войну. Менее чем через год объявила войну России и Швеция, которую поддерживали Англия и Пруссия.

У Кронштадта появилась шведская флотилия, а сухопутные силы начали наступление на Петербург. Но Россия обрела такую силу, что могла уже успешно вести войну на два фронта. В 1788 году русская армия под командованием Г. А. Потемкина взяла штурмом турецкую крепость Ачи-Кале (Очаков). В июле и сентябре 1789 года А. В. Суворов одержал блестящие победы над турецкой армией под Фокшанами и на реке Рымнике. В августе 1789 года русский флот уничтожил на Балтике шведскую флотилию. Столь же мощные удары были нанесены шведам и на суше, и 3 августа 1790 года в финской деревне Вереле со Швецией был заключен мир. Война с Турцией продолжалась, против России готовилась выступить и Англия, но после того как Суворов в 1790 году взял на Дунае мощнейшую крепость Измаил, а Ф. Ф. Ушаков год спустя разгромил турецкий флот, Турция запросила мира. 29 декабря 1791 года в Яссах был подписан договор, по которому Турция признавала все предшествующие завоевания России и уступала территории вплоть до Днестра. Россия прочно укрепилась на берегах Черного моря: оборот черноморской торговли, в 1776 году не достигавший и 400 рублей, в 1796 году возрос почти до 2 миллионов.

Светлейший князь генералиссимус А. В. Суворов

После русско-турецкой войны Россия приняла участие в новом разделе Польши – Екатерина усмотрела в этом политическую необходимость. После жестокого кризиса, который Польша пережила в 1760—1780-е годы, в ней наметилась тенденция к национальному возрождению. Екатерина опасалась укрепления Польши, поскольку видела в этом усиление Пруссии и возможность быстрого распространения через Польшу революционных идей. Поэтому в 1793 году Пруссия и Россия сговорились и еще раз разделили Польшу. Россия получила Волынь, Подолию и Минскую область. То, что еще осталось от Польши, фактически сделалось российским протекторатом. На следующий год польские патриоты подняли восстание, во главе которого стоял Тадеуш Костюшко. Восставшие уничтожили 2 тысячи российских солдат. Русская армия, которой командовал А. В. Суворов, ответила страшными репрессиями – и в 1795 году состоялся третий раздел Польши, после которого она перестала существовать как самостоятельное государство. В состав Российской империи вошли оставшаяся часть Литвы и Курляндия.

В последние годы правления Екатерину заботили две проблемы – как уберечь Россию от вредоносного, как она полагала, влияния французской революции и кому передать престол.

Что касается французской революции, то противостоять ее влиянию было очень сложно, но Екатерина делала все возможное. Она обязала всех французов, проживавших в России, дать подписку в том, что они не принимают принципов революции, ограничивала ввоз вредных книг, боролась с масонскими ложами, которые считала корнем зла (особенно много их появилось в России после присоединения польских земель, где масонство было широко распространено).

Н. И. Новиков. Художник Д. Левицкий

В ссылку отправились первые вольнодумцы – Екатерина, когда-то призывавшая свободно высказывать всякое мнение и говорить ей в глаза самую неприятную правду, с одобрением встретила смертный приговор А. Н. Радищеву, вынесенный за официально разрешенную к печати книгу «Путешествие из Петербурга в Москву» (казнь все же была заменена ссылкой). Н. И. Новиков был заключен в Шлиссельбургскую крепость.

Еще хуже дело обстояло с наследником. Павел Петрович отличался дурным характером и обладал редкой способностью вызывать к себе ненависть. Кроме того, Екатерина сомневалась в его способностях управлять государством. По некоторым сведениям, она намеревалась передать престол своему внуку Александру, но не успела это подготовить.

Пять лет правления Павла потрясли Россию. Этот одинокий, замкнувшийся в своих фантазиях человек к моменту восшествия на престол казался современникам почти безумным. Между тем в нововведениях Павла было много полезного, а без его реформ в армии Россия вряд ли справилась бы с Наполеоном.

В юности Павел проявлял большие способности, получил хорошее образование и был вполне подготовлен к управлению государством. Но когда он стал взрослым, мать не обсуждала с ним государственных вопросов, предпочитая советы своих фаворитов. У Павла сложилась своя система политических взглядов. Он выступал за сильную императорскую власть при ограничении крепостного права и роли дворянства. По его мнению, смысл деятельности правительства – не в присоединении новых территорий, а в улучшении внутреннего устройства государства, в развитии торговли и промышленности, в неуклонном соблюдении законов. Подобную политику проводил в Австрии император Иосиф II, а в Пруссии – король Фридрих II. Павел был в дружеских отношениях с этими монархами, с которыми познакомился во время длительного путешествия по Европе. Особенно восхищал его прусский король, который не только создал сильнейшую в Европе армию, но был в прямом смысле королем-философом: Фридрих переписывался с Вольтером и оставил 36 томов сочинений. Прусский военный порядок восхищал Павла – он увидел в нем краеугольный камень здания идеальной монархии.

Павел I. С рисунка С. Пончи. Ок. 1800 г.

Взгляды Павла в значительной мере сформировались под влиянием его воспитателя Никиты Ивановича Панина, видного дипломата, в свое время приложившего немало усилий, чтобы возвести Екатерину на престол. Но последние годы правления Екатерины мало походили на расцвет ее царствования. В страхе перед Французской революцией она перешла к репрессивной политике, которую усугубляли воспоминания о недавней пугачевщине. С вольнодумцами Екатерина больше не церемонилась, и Радищев за свое «Путешествие из Петербурга в Москву» отправился в ссылку, а издатель и масон Новиков – в Шлиссельбурге кую крепость. В сущности, они поплатились за стремление ограничить крепостничество. Екатерина защищала право владеть людьми не как таковое, но как главную привилегию дворянства – политической опоры всего ее царствования. Однако в конце ее правления эта привилегия была выгодна в основном всесильным фаворитам государыни.

Павел отдалился от матери задолго до Французской революции (события во Франции страшили его не меньше, чем всех остальных). Единственный раз, когда Екатерина решила узнать его мнение по вопросам внешней политики, выявил полное несходство взглядов, и с 1783 года Павел поселился в Гатчине, превратив ее в свое маленькое «государство». У него было три батальона, выученные по прусскому образцу, которыми командовали незнатные офицеры (один из них, Аракчеев, сделал блестящую карьеру при Александре I). Павел всячески о них заботился, и служили они, несмотря на невиданную в русской армии дисциплину, не за страх, а за совесть. В Гатчине Павел построил школу и больницу, православную, лютеранскую и католическую церкви (он отличался веротерпимостью), собрал библиотеку в 36 тысяч томов, создал фарфоровую мануфактуру и другие предприятия.

В Гатчине Павел не только сочинял воинские уставы и принимал парады, но всерьез работал над проектом государственного переустройства, сформулировав его в 38 пунктах «Наказа». Часть этого плана он осуществил, многое выполнили его сыновья Александр I и Николай I, которые были очень близки с отцом. Верной его спутницей была и жена, принцесса вюртембергская Мария Федоровна, разделявшая воззрения мужа.

Гатчина. Вид на Приоратский дворец. Архитектор Н. А. Львов

Павел мечтал о золотом веке, который наступит в России под властью абсолютного монарха-философа. Придя к власти, он попытался воплотить эту утопию в жизнь. Но эмоции взяли верх над здравым смыслом. Больше всего ему хотелось перечеркнуть деяния ненавистной матери – и он начал именно с этого.

Прежде всего, он объявил амнистию всем политическим заключенным, среди которых было более 12 тысяч участников польского восстания 1795 года. Одновременно он стремился ограничить влияние дворянства, усматривая в нем не опору самодержавия, но угрозу своей абсолютной власти. В государстве Павла привилегиями мог обладать лишь один человек – император, всем прочим оставалось только одно – служение государству. Многие десятилетия дворяне добивались исключительного положения в обществе, и вот теперь все пошло прахом. Снова, как при Петре I, дворянин должен был начинать службу в звании рядового, снова дворяне подвергались телесным наказаниям. «Дворянин только тот, с кем я говорю, да и то, пока я оказываю ему эту честь», – любил повторять Павел. Неудивительно, что высшее общество ненавидело императора.

Парад при Павле I. Художник А. Бенуа. 1907 г.

Современники замечали, что положительные результаты царствования Павла сказывались в провинции, в Петербурге же, где император вмешивался во все дела, «царил ежедневный ужас». Пугали не столько нововведения Павла, сколько его нетерпимость и мелочность, которые граничили с безумием: всякое отступление от установленных императором правил становилось преступлением, и нарушителю еще везло, если он оставался на свободе. Павел амнистировал государственных преступников екатерининских времен, но множество честных людей отправлялись в ссылку только из-за незначительных нарушений формы одежды или неумения красиво пройти на параде.

Павел произвел в армии настоящую революцию. Мундиры прусского образца были самым заметным, но отнюдь не самым важным новшеством. Дело в том, что, несмотря на все победы, боеготовность екатерининской армии была крайне слаба. Три четверти офицеров числились лишь на бумаге, очередные чины получали только по протекции, дезертирство стало массовым, а срок службы ружей доходил до 40 лет. Гвардейские офицеры не утруждали себя службой, предпочитая балы, пирушки и придворные интриги. Павел в течение нескольких недель ввел новые уставы и новую систему управления вооруженными силами, а также улучшил содержание солдат.

Хотя Павел окружил себя своими людьми, гонений на екатерининских вельмож не было – большинство из них вышли в отставку с повышением в чине. Даже предполагаемый убийца Петра III, граф Алексей Орлов-Чесменский частенько обедал у Павла. Вообще современники склонны были преувеличивать размах репрессий Павла, когда говорили о тысячах дворян, сосланных в Сибирь и посаженных в крепость. Павел, бесспорно, был легок на расправу, но большинство арестованных через считанные дни выходили на свободу, часто с повышением в чине.

Труднее оценить законодательную деятельность Павла. За четыре года его правления было принято 2179 законодательных актов, часто противоречащих друг другу. В основном они были направлены на укрепление власти монарха и государственного аппарата. Дворянство лишилось части своих прав, которые гарантировала Жалованная грамота Екатерины; города лишились самоуправления; были закрыты частные типографии и введена цензура; подданным было запрещено покидать страну, а из-за границы – ввозить иностранные книги. Но простой народ почувствовал при Павле некоторое облегчение. Улучшилось материальное положение белого духовенства; государственные крестьяне получили самоуправление; в России была введена свобода вероисповедания, а старообрядцы получили право строить свои церкви. Противник расширения империи, Павел разрешил употребление польского языка на присоединенных польских землях и особый статус Курляндии.

Важнейшим актом Павла стала отмена петровского указа о престолонаследии. Отныне трон переходил от государя к его старшему сыну. Одновременно было принято «Учреждение об императорской фамилии», определявшее порядок содержания особ царствующей семьи.

В отношении крепостного права политика Павла была двусмысленной. С одной стороны, положение крепостных улучшилось: обязательная работа на помещика ограничивалась тремя днями в неделю, помещик мог быть наказан за жестокое обращение с крепостными. С другой стороны, за четыре года своего правления Павел раздал около 600 тысяч душ – немногим меньше, чем Екатерина за три с лишним десятилетия пребывания на троне.

Наполеон I Бонапарт. Литография М. Левине

Противоречивой была и внешняя политика Павла. Он хотел мирного сосуществования со всеми государствами, но международное положение на рубеже веков отнюдь этому не способствовало. Первоначально он продолжал политику Екатерины, стремясь сдержать распространение идей Французской революции. Россия открыла двери французским эмигрантам и вступила в союз с Австрией и Англией. Одновременно Павел надеялся распространить влияние России на все Восточное Средиземноморье. Добиться этого он рассчитывал, заключив союз с Турцией. С той же целью Павел 4 января 1797 года взял под покровительство Мальтийский орден (орден иоаннитов), а когда Мальта была захвачена французами, принял звание Великого магистра ордена. Все это привело к столкновению России с республиканской Францией, которая тоже стремилась к господству в этой части Средиземного моря.

Вид Михайловского замка в Петербурге. Художник Ф. Алексеев. 1799-1800 гг.

В 1798 году армия под командованием Наполеона направилась в Египет. Наполеон должен был обеспечить Франции выход в Индию – жемчужину английской короны. Павел объявил Франции войну и направил в Средиземное море эскадру под командованием адмирала Федора Ушакова. Адмирал, действуя совместно с турецким флотом, изгнал французов с Ионических островов и создал там республику, фактически находившуюся под контролем России. Тогда же свой союз России предложила Черногория, единственное славянское государство на Балканах, не попавшее под власть Османской империи. Таким образом, русский флот обрел надежную базу на Адриатике. Противники Франции, Австрия и Англия, убедили Павла направить против французских войск армию под командованием А. В. Суворова. Знаменитый полководец разбил французов в северной Италии и провел русские войска через Сен-Готардский перевал в Швейцарию, но победа оказалась бессмысленной – союзники бросили русскую армию на произвол судьбы. Еще больше оскорбили Павла действия англичан: отобрав у французов Мальту, они и не подумали отдать ее во власть ему, Великому магистру ордена. Поэтому 4 января 1800 года Павел решил предложить Франции союз.

Наполеон к тому времени стал первым консулом республики, и в его преобразованиях Павел видел воплощение в жизнь некоторых своих идей. Он без промедления начал действовать: выгнал из России всех французских эмигрантов, включая претендента на французский престол Людовика XVIII, и послал 22 500 донских казаков на завоевание Индии (добираться они должны были, разумеется, по суше). В ответ в Балтийском море появился британский флот, а английский посол в России оказал материальную помощь организаторам заговора против Павла I.

Недовольство «безумным» императором достигло пика в ночь на 12 марта 1801 года. Заговорщики ворвались в Михайловский замок и убили Павла. Возглавлял заговор губернатор Петербурга граф Петр Пален. Среди убийц были братья Зубовы (Платон Зубов был последним фаворитом Екатерины II). Не последнюю роль в заговоре сыграл и старший сын Павла Александр, когда-то очень близкий отцу, но в последние годы относившийся к его правлению резко критически. Но двадцатитрехлетний Александр не предполагал, что за смену правления придется заплатить так дорого, и впал в полное отчаяние. Тогда граф Пален сказал ему: «Довольно ребячиться, ступайте царствовать!»

Александра I восприняли как продолжателя дела Екатерины II. Молодой император рьяно взялся за искоренение последствий правления своего отца. Он сразу же объявил амнистию и возвратил опальным прежние права и должности. В полном объеме были восстановлены все положения Жалованной грамоты дворянству, в частности, отмена телесных наказаний и выборы дворянских представителей. Еорода вернулись к самоуправлению. Наконец, Александр ликвидировал политическую полицию – Тайную экспедицию, введенную Екатериной II взамен Тайной канцелярии Елизаветы, а вместе с ней и верную спутницу сыска – пытку. Вновь открылись частные типографии. Была отменена мелочная регламентация частной жизни, больше всего досаждавшая жителям столиц. Русская армия вновь надела овеянные славой мундиры.

Но в одном Александр был сходен с отцом – как и Павел, он не признавал власти, проистекающей не от закона, и полагал, что закон должен быть для всех один. Поэтому многие начинания предыдущего царствования получили продолжение, хотя и в иной форме.

Александр I. Художник Дж. Уокер (по оригиналу Ж. Кюгельхена). 1801 г.

В юности Александр с интересом относился к Французской революции, не разделяя, конечно, ее крайностей. Оказавшись на троне, он перестал быть республиканцем, но все же идеалом считал конституционную монархию. Взгляды императора разделяли его друзья – граф Павел Строганов, князь Виктор Кочубей, дипломат Николай Новосильцев и князь Адам Чарторыйский. Вместе с Александром они составили в 1801 году Комитет общественного спасения, на заседаниях которого обсуждались пределы императорской власти, возможность ограничения ее конституцией и готовились проекты будущих реформ. Комитет проработал недолго – уже через год его заседания стали нерегулярными, а 9 ноября 1803 года состоялось последнее заседание. Тем не менее несколько реформ были претворены в жизнь.

Александр расширил права Сената, над которым теперь был только государь, и ввел вместо петровских коллегий восемь министерств, а для руководства ими учредил кабинет министров. Хуже было с отменой крепостного рабства, которое позорило Россию в глазах всего просвещенного мира. Даже в самых робких попытках хоть как-то улучшить положение крепостных помещики видели революционную заразу и угрозу самому существованию государства. Дворяне не так давно достигли исключительного положения и понимали, что оно полностью держится на сохранении крепостного права. Все нововведения, способные поколебать привилегии дворян, пугали и признавались вредными: покупка земли не дворянами, запрет продавать крепостных без земли, разрешение государственным крестьянам приобретать незаселенные земли.

Александр все же прекратил раздачу крепостных в награду. Был еще указ о вольных хлебопашцах, позволявший помещикам освобождать своих крепостных и наделять их землей по взаимному согласию. Но этим указом воспользовались лишь те, кто считал бесчеловечным торговать людьми как скотом.

Пожалуй, наиболее эффективными оказались меры по развитию народного просвещения. За короткий срок в России было основано несколько университетов и других высших учебных заведений, повсеместно открывались гимназии, школы и училища. Правительство материально поддерживало ученых и литераторов, финансировало научные экспедиции и эксперименты. В 1811 году был основан знаменитый Царскосельский лицей, в котором учился А. С. Пушкин. Все это привело к тому, что через десять лет в России появилась прекрасно образованная молодежь, готовая к дальнейшим преобразованиям и торопившая их. Именно реформы Александра I в области образования привели к расцвету русской культуры в первой трети XIX века.

Но прежде России пришлось испытать вражеское нашествие. Последний раз подобное случилось в Смутное время. Карл XII, конечно, тоже нарушал границы России, но война с ним шла на далеких окраинах. Теперь в Россию вторглась армия Наполеона – тирана, перед которым преклонялась в то время значительная часть прогрессивного человечества. Нацелился он в самое сердце страны. Но произошло это не вдруг.

Александр и его дипломаты понимали, что война с наполеоновской Францией неизбежна. Наполеона поддерживали все республиканцы Европы, которые надеялись приблизить новый золотой век, век свободы, равенства, братства и разума. Часто Наполеону даже не приходилось применять военную силу: крепости сами открывали ему ворота, а население встречало французов как освободителей. Самодержавной России это не сулило ничего хорошего. Но Павел I заключил союз с Наполеоном, и какое-то время Александр следовал политике своего отца. 10 сентября 1801 года он подписал с Францией Парижский мирный договор. Франция в тот момент нуждалась в мирной передышке и подписала с главным своим противником, Англией, Амьенский мирный договор. Павел был бы доволен: договор этот учитывал российские интересы в Восточном Средиземноморье, а Мальта была возвращена рыцарям-иоаннитам.

Мир оказался недолгим. Англия видела, что амбиции Наполеона растут день ото дня, и нарушила условия договора просто из страха перед будущими возможностями его агрессивного государства. Русская дипломатия всеми силами противостояла натиску Франции на уже традиционную сферу интересов России – Восточное Средиземноморье и Балканы. Наполеон недвусмысленно поддерживал Турцию, видя в ней союзницу в борьбе против Австрии, а потом – и против России.

Опасность стала очевидной, когда 18 мая 1804 года Наполеон принял титул императора. Титул был не пустым звуком – Наполеон видел в своей державе наследницу великих империй прошлого, а в перспективе – и мировую империю. Он бросал вызов мировым державам, присоединяя все новые и новые территории. Война возобновилась. В 1805 году Россия вступила в союз с Англией и Австрией против Франции. Пока Наполеон готовился к высадке в Англии, австрийцы развернули наступление в Баварии. Англичане не позволили Наполеону осуществить его план: 21 октября 1805 года адмирал Нельсон разгромил французский флот в Трафальгарской битве и спас свою страну от завоевания. Но на суше противостоять Наполеону было невозможно. Он разбил австрийцев в Баварии и устремился в Австрию, где находилась большая русская армия. Там французы впервые узнали, что такое мужество русских солдат: даже ранеными и безоружными они продолжали сражаться и сдавались только под ударами штыка или ружейного приклада. Но ничто не могло остановить Наполеона, жаждавшего отомстить за Трафальгар. 2 декабря 1805 года французы разгромили соединенную австрийско-русскую армию под Аустерлицем. После этого они согласились на перемирие, позволив остаткам русских войск беспрепятственно удалиться. Священная Римская империя, центром которой была Австрия, перестала существовать, а собственно австрийские владения съежились до предела.

Встреча на Немане Александра I и Наполеона

После того как с Австрией было покончено, Наполеон устремился в Пруссию, до последнего момента балансировавшую между Францией и Россией. Александр I в 1805 году поклялся прусскому королю Фридриху Вильгельму III и королеве Луизе в вечной дружбе и, после того как 14 октября 1806 года прусская армия была полностью разгромлена, готов был доказывать свою преданность слову любой ценой. Цена царского слова стала известна после битвы с французами под Прейсиш-Эйлау 27 января 1807 года: русские войска потеряли в ней 26 тысяч убитыми, причем ни одна сторона не добилась преимущества. Поражение русской армии под Фридландом 2 июня 1807 года у самой польской границы сделало продолжение войны невозможным. Потери были не меньшими, а французы заняли Кенигсберг. Пришлось срочно начинать переговоры.

Наполеон был готов к ним: ослабленная Россия могла стать опорой в предстоящей борьбе против Англии. В свою очередь, Александра оскорбило то, что Англия отказывалась видеть в России равного партнера и попросту бросила ее в тяжелый момент. К тому же с октября 1806 года Россия вела войну против Турции, закрывшей для русских кораблей черноморские проливы. Александр надеялся, что Франция согласится оказать давление на Турцию. 25 июня 1807 года Александр и Наполеон впервые встретились на плоту посреди реки Неман. Наполеон сделал все, чтобы очаровать российского императора, Александр старался выглядеть очарованным. За взаимными комплиментами крылся холодный расчет. Александр рассчитывал обеспечить себе мирную передышку и свободу действий на Балканах, Наполеон хотел, чтобы Россия поддержала блокаду Англии и позволила ему свободно действовать в Европе. Соглашение, получившее название Тильзитского мира, было достигнуто. Франция и Россия обязались выступать сообща, Россия примкнула к блокаде, однако утратила свое влияние на Ионических островах. Прямым следствием договора стало образование герцогства Варшавского, зависимого от Франции и враждебного России. В конце сентября 1808 года эти положения были подтверждены на встрече императоров в Эрфурте.

Тильзитский мир вызвал в России недоумение и негодование. Договор с Францией в армии восприняли как предательство памяти десятков тысяч русских солдат, павших в Австрии и Пруссии. Приобретения Александра в Финляндии расценили как нападение на слабого соседа с разрешения всесильного завоевателя. Резко отрицательно отнеслось к договору с Францией русское дворянство, все еще видевшее в Наполеоне распространителя революционных идей. Самым печальным образом сказалось присоединение России к блокаде Англии. Это лишило русских купцов главного внешнего рынка и привело к резкому сокращению импорта колониальных товаров. Ко всему прочему, война привела к резкому падению стоимости рубля.

Примирение с Францией сказалось и на внутренней политике Александра I. Место его прежних советников, противившихся сближению с Наполеоном, заняли канцлер граф Николай Румянцев и статс-секретарь Михаил Сперанский. Тогда же Александр назначил военным министром бывшего советника Павла I графа Аракчеева.

Александр поручил Сперанскому разработать план конституционной реформы, и к началу октября 1809 года на суд императора был представлен «План всеобщего государственного образования», который строился на разделении законодательной, исполнительной и судебной властей. Основные законы – конституция – должны были хранить страну от произвола, а текущее законодательство поручалось Государственной думе, депутаты которой избирались бы из числа депутатов нижестоящих государственных органов; Думе предоставлялось и право контроля над исполнительной властью. Система, предложенная Сперанским, была стройной и отвечала всем новейшим веяниям, но не имела ничего общего с российской действительностью. Сперанский, будучи добросовестным чиновником, и сам прекрасно понимал это и не настаивал на исполнении своего плана. Он быстро пришел к выводу, что конституционное правление невозможно без установления политической свободы, а политическая свобода немыслима без освобождения крестьян.

М. М. Сперанский. Художник П. Борель

Император и его советник предпочли сохранить план в тайне. Осуществлены были лишь некоторые положения, направленные на улучшение системы управления государством.

В 1810 году Александр создал Государственный совет – по плану Сперанского, совещательный орган при императоре, поставленный выше всех прочих ветвей власти.

Светлейший князь, генерал-фельдмаршал М. И. Кутузов

На следующий год более четко определились полномочия министерств и была предпринята попытка привести в порядок государственные финансы, в частности, восстановить стоимость рубля. Но в правительственных кругах и в армии зрела оппозиция Сперанскому. Несмотря на конфиденциальность, содержание проекта стало известным и страшно напугало дворянство. Раздражал Сперанский и своих коллег-министров, считавших его выскочкой. Наконец, Сперанский был проводником французского влияния, а в глазах патриотов заимствование французских идей выглядело изменой.

Князь, генерал-фельдмаршал М. Б. Барклай-де-Толли

К этому времени отношения с Францией так осложнились, что следующая война казалась неизбежной. Александр I стал опасаться, что отношения со Сперанским могут ему повредить, и легко убедил себя, что деятельность советника «подрывала самодержавие». 29 марта 1812 года Сперанского арестовали и выслали в Нижний Новгород. (В августе 1816 года Александр I своим указом возвестил о полной невиновности Сперанского, и тот продолжил свою карьеру.)

Эти преобразования проходили на фоне затянувшейся войны с Турцией. Россия требовала независимости Сербии и признания российского протектората над Грузией. Вопреки обещаниям, Франция не оказала России существенной помощи, Турция же обрела нового союзника – Англию. Весь 1809 год русские войска простояли на левом берегу Дуная, не решаясь оставить за спиной сильные пограничные крепости. В сентябре 1810 года дорогой ценой удалось одержать несколько побед и взять под контроль Дунай. Но двигаться дальше сил не было: только за один этот год русская армия потеряла 27 тысяч человек убитыми и умершими, еще 9 тысяч стали негодными к военной службе.

Весной 1811 года из Петербурга поступил приказ отвести часть войск за Днестр: Россия уже готовилась к войне с Францией. В апреле командовать оставшимися силами был назначен М. И. Кутузов. О походе на Константинополь и речи не шло, нужно было удерживать завоеванное. Тем не менее Кутузову удалось нанести поражение обладавшей троекратным превосходством турецкой армии при городе Рущук, а в октябре 1811 года окружить большое турецкое соединение в Слободзее. Россия под угрозой нашествия французов спешила закончить войну. Французы, в свою очередь, убеждали Турцию продолжать военные действия – армия Наполеона уже приближалась к российской границе. И все же 28 мая 1812 года в Бухаресте был подписан мир – как раз вовремя, ибо уже 24 июня французские войска начали переправу через Неман.

Так начался поход великой армии Наполеона в Россию. С точки зрения стратегии расчет был верен. Но покоритель Европы просчитался политически: в России он не встретил никакой поддержки. Не восстали даже крепостные, хотя в самом начале нашествия в западных областях России начались было крестьянские волнения. Но походы наполеоновской армии давно уже сопровождались не установлением революционного порядка, а обычными грабежами и мародерством. Русские полководцы заманили армию Наполеона вглубь страны, измотали в нескольких сражениях, важнейшим из которых стала Бородинская битва, позволили войти в Москву, при этом лишив возможности зазимовать там и преградив удобные пути отхода. Решающую роль в воплощении этого замысла сыграл многоопытный полководец М. И. Кутузов. В результате французам пришлось отступать в крайне невыгодных условиях, они несли громадные потери и к концу 1812 года были полностью разгромлены. Русские войска преследовали их и за пределами России. М. И. Кутузов не дождался полной победы – 27 апреля 1813 года он умер в Силезии.

Летом 1814 года русская армия во главе с Александром I в сопровождении союзников вступила в Париж. Александр был на вершине славы, а Россия – на пике своего влияния. 26 сентября 1815 года по инициативе Александра I был создан Священный союз, объединивший большинство христианских монархов Европы, за исключением Папы Римского и принца-регента Великобритании. (Реально ситуацию определяли четыре державы – Россия, Великобритания, Австрия и Пруссия.) Александр надеялся, что государи, входящие в него, словно добрые отцы семейства, будут любовно управлять своими подданными. На деле подданные вовсе не желали такой опеки – идеи Французской революции продолжали распространяться. Народы, населявшие империи, хотели жить самостоятельно, и по всей Европе начались волнения, а то и восстания. «Отцы» считали своим долгом наказывать «детей» – логика неумолимо толкала Священный союз к репрессиям. Во имя абстрактных принципов Священного союза Александр пожертвовал интересами России, отказавшись поддержать греков, восставших против турецкого владычества. Разочарование русского общества было так велико, что даже петербургское наводнение 1824 года приняли как кару за отказ в помощи единоверцам.

Что же касалось внутренней политики, то Александр I хотя и обсуждал еще либеральные идеи, на деле терзался страхом перед революцией и тайными обществами. Эта опасность казалась ему вполне реальной: многие молодые дворяне, еще до войны увлекавшиеся идеалами Французской революции, пройдя в сражениях половину Европы, еще более укрепились в своих убеждениях. Солдаты тоже подмечали, что во многих странах простой народ живет свободнее и богаче, чем в России.

Победа в Отечественной войне вызвала национальный подъем. Народ прекрасно понимал свою роль в освобождении страны и надеялся на благодарность государя. Александр все еще пытался решить проблему крепостного права, позорившего Россию перед просвещенной Европой. Он освободил крестьян в Прибалтике, но пойти дальше не решался, опасаясь восстановить против себя всю помещичью Россию.

А. А. Аракчеев. С портрета И. Б. Лампи-старшего. 1798-1799 гг

Внимание императора привлек проект создания военных поселений, предложенный Аракчеевым. Подобную систему Аракчеев уже опробовал в собственном имении, и царь увидел в ней универсальный способ решения важных проблем – набора рекрутов (длительные войны обескровили армию), военной подготовки и снабжения войск. Предполагалось, что военные поселенцы в свободное от службы время будут возделывать землю, а их сыновья станут солдатами. Дисциплина, разумеется, была палочная, регламентация – самая мелочная. Чем-то военные поселения напоминали порядки, установленные Павлом I в Гатчи-не. Ничего хорошего из этой затеи не вышло, потому что ограничения касались не только быта военных поселенцев, но и всех хозяйственных вопросов: крестьянам указывали, что сеять и когда выходить в поле. Несмотря на возмущение крестьян и солдат, эксперимент продолжался. К концу царствования Александра в стране было около 250 тысяч военных поселенцев – треть всей армии.

Александр не ограничился крестьянами. Он попытался переустроить и всю духовную жизнь в России. Уверившись, что победе над Наполеоном обязан исключительно Божественному провидению, император впал в мистицизм, но потом вернулся на более привычную для России стезю – стал насаждать официальное благочестие. В этом у него нашлось много добровольных помощников, во всяком движении мысли видевших «вредное направление». Полному разгрому подверглись университеты – многие профессора были уволены, прекращено преподавание некоторых предметов. В Казанском университете Магницкий – старый друг Сперанского – ввел преподавание «в духе принципов Священного союза», предписав научные доклады чередовать с молитвами, запретил медицинское вскрытие. Церковь приветствовала такие новшества. Архимандрит Фотий писал: «Безбожие уничтожено, богохульствующая армия дьявола побеждена, ересь и раскол приведены к молчанию, все общества, враждебные Богу, сокрушены. Мы имеем министром только нашего спасителя Иисуса Христа!»

«Русская правда». Основной программный документ «Южного общества». Составлен П. И. Пестелем

Недовольны были не только крестьяне, но и все мыслящие люди. Уже в 1816 году в России возник тайный «Союз спасения», позже превратившийся в «Союз благоденствия». Последний вскоре распался на «Северное общество», стоявшее за конституционную монархию и федеративное устройство государства, и «Южное общество», ратовавшее за неделимую республику. Но и то и другое общества выступали за освобождение крестьян, равенство всех граждан перед лицом закона, уничтожение военных поселений, облегчение положения солдат. Во главе «Северного общества» стоял Никита Муравьев, которого сменил Кондратий Рылеев, «Южного» – Павел Пестель. Пестель был настроен решительно и готов даже к цареубийству. «Северное общество» действовало в Петербурге, «Южное» – на юге России, где были расквартированы военные части. Членами обществ были в основном гвардейские и армейские офицеры. Заговорщики не особенно скрывались, и царь еще в 1821 году знал об их деятельности. Возможно, Александр не считал угрозу серьезной – ведь он сам обсуждал в свое время подобные проекты.

К. Гольштейн. «Так будет же республика!» Выступление П. на собрании «Северного общества» в Петербурге в 1824 г. И. Пестеля

Правление Александра завершилось неожиданно. Он заболел лихорадкой и скоропостижно умер 1 декабря 1825 года в Таганроге. Смерть Александра породила легенду, что, удалившись от дел, он долгие годы безвестно скитался по России и лишь в конце жизни объявился в Сибири под именем старца Федора Кузьмича.

Смерть Александра I породила конституционный кризис. Старший его брат Константин давно отказался от права наследовать престол, а в 1822 году заявил об этом официально. Александр особым манифестом от 16 августа 1823 года сообщил об отказе Константина и о передаче его прав младшему брату, Николаю. Все это держалось в строжайшей тайне. О содержании манифеста знали не более 10 человек, сам документ хранился в московском Успенском соборе с надписью: «В случае моей кончины открыть прежде всякого другого действия». Копии хранились в Сенате и в Государственном совете. Даже сам Николай не знал наверняка, назначен ли он наследником.

Известие о смерти Александра дошло до Петербурга не сразу. Константин, который был в это время в Варшаве, узнав о случившемся, сразу приказал принести присягу новому императору – Николаю. Но сам Николай принес присягу Константину и велел присягнуть ему на верность всем полкам и придворным чинам. Государственный совет уже прочитал акт о престолонаследии, где наследником был назван Николай, но тот все равно потребовал от членов Государственного совета присягнуть Константину и упорствовал до того момента, пока от Константина не пришло официальное письмо об отречении. Николай не посмел настаивать на своем.

14 декабря 1825 года на Сенатской площади. Художник К. И. Кольман. 1820-е гг.

Теперь высшие государственные чиновники и солдаты должны были присягать снова. Новая присяга была назначена на 14 декабря. Члены тайного «Северного общества», среди которых было много офицеров гвардии, решили, что настал подходящий момент потребовать ограничения самодержавной власти. Они убедили солдат нескольких полков, что присяга незаконна и нужно отстаивать права императора Константина и требовать конституцию. Рано утром 14 декабря офицеры построили полки на Сенатской площади (всего там было около 4 тысяч человек). Вокруг собралась толпа, раздавались крики «Да здравствует Константин!» Власти попытались уговорить восставших, но как только военный губернатор Петербурга генерал Милорадович обратился к ним с речью, поручик Петр Каховский убил его выстрелом из пистолета. Стреляли и в других офицеров, пытавшихся вести переговоры, и даже в самого императора. К восставшим прибывали новые силы, однако выяснилось, что многие солдаты мятежных полков остались в казармах. Правительство тянуло время – восставшие уже несколько часов бессмысленно стояли на морозе. Дальнейшие попытки уговорить их сдаться ни к чему не привели – в ответ звучали выстрелы. Тогда Николай приказал открыть огонь. Четыре пушечных выстрела – и картечь обратила восставших в бегство. Вслед им еще трижды выстрелили из пушек, а несколько кавалерийских атак окончательно очистили площадь. Точное число погибших неизвестно, но полагают, что оно составило несколько сотен человек.

М. А. Милорадович. Художник Д. Доу. 1882 г.

К. Ф. Рылеев

П. И. Пестель

Аресты начались немедленно. Следствие по делу декабристов вела специальная комиссия, которая за пять месяцев допросила 240 заключенных и 3 тысячи свидетелей. Арестованные предстали перед Верховным судом из 80 членов, в числе которых были представители Государственного совета, Сената и Синода (одним из судей был Сперанский). Суд обвинил их в организации восстания, военном мятеже и планах цареубийства. Декабристы не скрывали своей позиции, напротив, они считали своим долгом донести ее до государя и в последний раз попытаться убедить его в своей правоте. Суд приговорил 31 обвиняемого к смерти, 17 – к пожизненной каторге. Николай смягчил приговор – пяти главным осужденным он заменил четвертование повешением, а прочим осужденным на смерть казнь – на каторгу. 12 июля 1826 года пять декабристов – Кондратий Рылеев, Петр Каховский, Павел Пестель, Сергей Муравьев-Апостол, Михаил Бестужев-Рюмин – были повешены в Петропавловской крепости. Солдат, оставшихся в живых после картечи, подвергли жестоким наказаниям – некоторых двенадцать раз прогнали сквозь строй в тысячу человек. Тех, кого сочли менее виновными, ждали штрафные части на Кавказе, каторга или ссылка.

Ненависть декабристов к самодержавию потрясла Николая. Страх лишиться короны в результате революции преследовал его до конца жизни, и репрессии были направлены на то, чтобы удержать власть любой ценой. Он готов был защищаться даже от призрачной опасности, но угроза его правлению была вполне реальной. Европа стояла на пороге революций, и когда они разразились, Николаю пришлось противостоять их влиянию.

Николай был неглуп, но способностями не превосходил любого добросовестного офицера. По замечанию А. С. Пушкина, в Николае было «много от прапорщика и немного от Петра Великого». Не слишком образованный, внимательный к мелочам, хороший хозяин, превыше всего ценивший порядок, и в общем, порядочный человек – из него бы мог выйти неплохой командир полка. Но ему выпало править Россией.

Беседуя с арестованными декабристами, Николай искренне не мог понять, почему эти люди выступали против той формы правления, которую он считал лучшей из возможных. Тем не менее Николай использовал многие идеи декабристов, в частности, по улучшению судебной системы и оздоровлению экономики.

Был создан комитет по составлению Свода законов во главе со Сперанским. Через несколько лет тот опубликовал 51 том «Полного собрания законов Российской империи» – от Соборного уложения до начала царствования Николая. Позже на основе этого труда был составлен 15-томный Свод законов Российской империи. Не меньшее значение имело появление в 1845 году Уложения о наказаниях уголовных и исправительных, на котором строилось все уголовное право Российской империи.

В 1839—1843 годах министр финансов Канкрин провел денежную реформу и ввел кредитные билеты, обеспечиваемые серебром и золотом.

Император Николай I

Императрица Александра Федоровна

Крепостное право Николай отменять не собирался, но, как всякий разумный хозяин, видел его неэффективность и понимал, что оно обрекает страну на экономическую отсталость. На протяжении своего правления Николай девять раз учреждал секретные комитеты по крестьянскому вопросу. Они создавали всевозможные проекты, но дальше общих рассуждений дело не шло. Взаимосвязь российского правящего класса и крепостного права была такой прочной, что Николай не желал ничего менять, опасаясь всеобщего возмущения, с которым бы он не совладал. Он прямо заявлял, что «прикасаться к этому злу было бы злом еще более гибельным», и даже саму мысль об этом называл «преступным посягательством на общественное спокойствие и благо государства».

В нежелании что-либо менять императора поддерживало «молчаливое большинство», вполне довольное своим безгласным положением. Национальный подъем, возникший в России после 1812 года, был неоднозначен. Новые идеи в годы войны восприняли немногие. Большинство же видело в Наполеоне кошмарное порождение революции, считало его гибель торжеством православной, самодержавной, крепостнической России и радовалось силе своей страны. Понадобился позор Крымской войны, чтобы Россия стряхнула национальное самодовольство и захотела перемен.

Вид на Дворцовую площадь от начала Невского проспекта. Литография. 1820 г.

В деле сохранения устоев Николай проявил большую изобретательность. После восстания декабристов он перестал доверять дворянам и нашел опору в чиновниках. Важную роль в формировании новой бюрократии играла Собственная его императорского величества канцелярия, состоявшая из шести отделений. Наибольшую известность получило Третье отделение – политическая полиция, усиленная корпусом жандармов. Она осуществляла надзор за религиозными движениями и сектами, политически неблагонадежными лицами, ведала цензурой и такими политически опасными делами, как жестокое обращение помещиков с крестьянами. Николай поддерживал бюрократию, и именно в его правление она обрела силу В 1827 году впервые были установлены пенсии за государственную службу

Во внутренней политике Николай придерживался принципа «запрещено все, что не разрешено». Он ввел жесткую цензуру, систему паспортов, не позволявшую подданным свободно передвигаться, резко ограничил выезд за границу За «неблагонадежными лицами» мог быть установлен гласный или негласный надзор полиции.

Правительство не желало допускать ни малейшего инакомыслия. Реакция на европейские революции 1848 года была прямо-таки истерической. Николай I сразу же предложил прусскому королю подавить революцию во Франции военной силой, объявил о мобилизации армии и потребовал, чтобы все русские подданные покинули Францию. Газетам было приказано как можно меньше освещать революционные события в Европе. Дабы уберечь подрастающее поколение от «тлетворного влияния» Запада, правительство запретило студентам и преподавателям выезд за границу и перестало впускать в страну иностранных преподавателей и воспитателей. Неблагонадежных арестовывали или отправляли в административную ссылку. Великому историку С. М. Соловьеву запретили публичные чтения по русской истории. Чтобы навсегда покончить с революционной заразой, московский генерал-губернатор А. А. Закревский предложил запретить устройство новых заводов и фабрик, а существующим не дозволять расширения производства.

Но все это не помогло – инакомыслие и оппозиция существующей власти зрели в России давно, а теперь число недовольных только увеличилось. После восстания декабристов многие осознали, что главное зло России – самодержавие. Стали говорить уже не о конституции и об отмене крепостного права, но об уничтожении царской власти как таковой. Ведущую роль среди противников самодержавия играл А. И. Герцен, в 1847 году высланный из России.

Находили своих поклонников и социалистические идеи, организовывались кружки, в которых изучались и распространялись труды французских социалистов. Поначалу власти не уделяли социалистам большого внимания, но после 1848 года взялись за них всерьез. В частности, были арестованы и впоследствии приговорены к смерти члены кружка Петрашевского, среди которых был и подающий надежды писатель Ф. М. Достоевский. Лишь когда осужденные уже стояли на эшафоте, смертный приговор заменили каторжными работами.

Другим важнейшим течением мысли стало славянофильство, оформившееся в 1840-е годы. Истоки его лежали в национальном подъеме 1812 года, а ведущая роль в нем принадлежала видным философам и литераторам И. С. Аксакову, А. С. Хомякову и И. В. Киреевскому. Славянофилы верили, что России предназначен особый путь исторического развития и она призвана выполнить особую миссию по отношению к Западной Европе. Этим они отличались от «западников», считавших Россию одной из многих европейских стран. Главным действующим лицом истории славянофилы признавали народ и потому пристально изучали все особенности народного быта. При этом они исходили из принципа единства славянских народов. Поскольку вся политика Николая I строилась на принципе нерушимости европейских границ, сочувствие зарубежным славянам вызывало у властей недоверие, и в славянофилах видели опасную оппозицию. Славянофилы вызывали подозрения еще и потому, что в своих политических воззрениях они требовали того же, что и либералы-западники: ограничения самодержавной власти, отмены крепостного права, установление публичного суда (при Николае судьи выносили свое суждение по документам) и суда присяжных, равенства сословий, свободы вероисповедания и собрания «депутатов всех сословий для обсуждения вопросов государственных».

Не прекращались и крестьянские волнения. Особенного размаха они достигли с началом Крымской войны, охватив и центральные области страны.

Однако Николай не был противником прогресса, если тот не подразумевал социальных перемен. В его правление начинается строительство железных дорог, связавших Варшаву и Вену, Москву и Санкт-Петербург (к концу царствования Николая их протяженность достигла 1044 километров), совершенствуется система речного судоходства. Тогда же в России впервые появился электрический телеграф (первая линия в 1843 году). Продолжалось освоение Сибири и Дальнего Востока. Процветали русские владения на Аляске и Алеутских островах. В 1850 году экспедиция Г. И. Невельского вышла к устью Амура и установила, что Сахалин – это остров. Развивалась промышленность, которую правительство поддерживало, ограничивая ввоз конкурентоспособных товаров из-за рубежа. На многих заводах и фабриках стали применяться паровые машины, увеличивалась численность наемной рабочей силы (еще в 1840 году среди рабочих металлургических заводов преобладали крепостные). Было основано множество новых учебных заведений, хотя сам царь придавал образованию чисто прикладное значение. В 1833 году министром народного просвещения был назначен С. С. Уваров, известный своей знаменитой формулой русского консерватизма – «православие, самодержавие, народность». Чтобы не допустить проникновения в учебные заведения либеральных идей, надзор за их деятельностью был усилен.

Власти повысили плату за обучение в университетах и ограничили число обучающихся. К 1855 году в шести главных университетах России училось около трех с половиной тысяч человек. Правительство стремилось направить молодежь в военные учебные заведения – за годы правления Николая в России было основано 11 кадетских корпусов. Во всех учебных заведениях страны – от начальных школ до университетов – обучалось только около 1 процента населения.

Тем не менее, именно на правление Николая пришелся золотой век русской литературы. Появление плеяды прославленных поэтов и писателей вызвано, конечно, не бюрократическим и охранительным духом этого времени, а величайшим напряжением народных сил и свободолюбивыми чаяниями эпохи Александра I. При Николае русская литература стала больше чем просто словесностью. Она выражала философские и политические взгляды, утверждала высшие принципы свободы человеческой личности. Русское общество училось читать между строк, и недаром правительство воспринимало стихи как прокламации.

В начале правления Николая Россия вела успешные войны на Кавказе и в Турции. Война с Персией 1826—1828 годов стала следствием попыток Персии вернуть под свое владычество Грузию. Началась она еще при Екатерине и шла с перерывами; при Александре русская армия 9 лет сражалась в Закавказье, после чего Персия уступила России оставшиеся грузинские земли, а также Абхазию, Дагестан, Карабах и признала право России иметь на Каспийском море военный флот. Теперь персы оспорили Гюлистанский договор 1813 года и ввели войска в Ленкорань и Карабах. Новая война сложилась для России удачно – разгромив персидскую армию и подступив к самому Тегерану, генерал Иван Паскевич заставил шаха подписать мирный договор. По Туркманчайскому договору 1828 года Россия получила Эриванское и Нахичеванское ханства.

Первое свидание графа Паскевича-Эриванского с персидским наследным принцем Аббас-Мирзой (пятый справа – А. С. Грибоедов). Литография с оригинала Машкова

Неизбежной становилась новая война с Турцией. Поводом к ней стало греческое восстание и постоянные нарушения Турцией условий Бухарестского мира. В 1827 году Россия, Англия и Франция заключили договор о помощи Греции, и осенью того же года эскадра союзников уничтожила турецко-египетский флот в Наваринской бухте (южная Греция). В 1828 году русская армия овладела Варной, а в 1829 году перешла Балканы и заняла Адрианополь, что открывало путь на Константинополь. Одновременно Паскевич эффективно действовал в Армении, захватив Карс и Эрзерум. Турция пошла на переговоры, и в 1829 году в Адрианополе был заключен мир, по которому Россия получила восточный берег Черного моря и право свободного плавания через проливы и по Дунаю.

Оборона Малахова кургана. 1855 г.

Во внешней политике Николай руководствовался той же «охранительной» идеей, что и во внутренней. Это соответствовало духу учрежденного Александром Священного союза и стремлению Николая оградить страну от революционной «заразы». В том, что она чрезвычайно опасна, Николай убедился в 1830 году, когда под воздействием июльской революции во Франции вспыхнуло восстание в Варшаве, столице образованного после разгрома наполеоновской Франции Царства Польского. Русский главнокомандующий великий князь Константин (брат императора) бежал, а в январе 1831 года польский сейм лишил Николая I польского престола и сформировал национальное правительство во главе с бывшим соратником Александра I Адамом Чарторыйским.

Россия немедленно ввела в Польшу стотысячную армию, жестоко подавившую восстание (Варшава была взята штурмом). Тысячи поляков были высланы в Россию, шляхта была существенно ограничена в правах, имущество многих участников восстания конфисковывалось. В 1832 году конституция Царства Польского была отменена – отныне оно стало составной частью Российской империи.

В 1848—1849 годы начались новые революции в Европе. Только за первое полугодие 1848 года восстания прокатились по восьми странам, снова вызвав волнения в Польше. Русский император призвал покончить с революцией силой оружия, и в 1849 году без колебаний направил сто семьдесят тысяч солдат на подавление венгерского восстания в Австрии. Империя Франца-Иосифа была спасена, но Европа Священного союза стремительно уходила в прошлое.

После революционного 1848 года былые союзники, прежде всего Франция и Англия, отвернулись от России. Это сразу изменило соотношение сил в Восточном Средиземноморье. Турция могла теперь игнорировать требования России, не опасаясь английского или французского флотов. Между тем отношения России и Турции обострились еще в 1849 году, когда Николай I ввел войска в Молдавию и Валахию, чтобы подавить там движение за национальную независимость. Столь резкий шаг был вызван не только ненавистью к революциям, но и опасениями, которые вызывала вновь усиливающаяся Турция. Николай хотел нанести упреждающий удар. Предлог для него отыскался, когда в 1853 году турецкий султан признал французские требования на владение некоторыми православными святынями в Палестине. Николай потребовал от султана гарантий православной вере, но получил отказ. Желая оказать давление на султана, Николай вновь направил русские войска в Молдавию и Валахию, но в ответ Турция объявила России войну. Когда русская черноморская эскадра уничтожила турецкий флот в Синопе, в Черном море появились британская и французская эскадры. Вчерашние противники готовы были сообща действовать против России. Начиналась Крымская война. Осенью 1854 года англо-французские войска высадились в Крыму и осадили Севастополь. Город сопротивлялся 11 месяцев. Николай развязки не дождался: он умер 18 февраля 1855 года.

Александр II стал императором в разгар кровопролитной Крымской войны. Англо-французские войска взяли Севастополь в кольцо. Военные действия шли не только в Крыму. Англичане высадили десант на берегу Белого моря, обстреливали Петропавловск-Камчатский, русские войска сражались с Турцией в Закавказье.

Империя оказалась на грани катастрофы. У России в Европе союзников больше не было – сказались последствия николаевской политики по отношению к революциям. Даже Австрия, император которой удержался на троне только благодаря российским штыкам, теперь угрожала вторжением.

Стала очевидной слабость русской армии. У нее не было современных вооружений, хорошего обмундирования, достаточного провианта. Солдаты в Крыму дрались геройски, но гибли не столько в боях, сколько в госпиталях и лазаретах. Между тем Англия и Франция вели войну уже совершенно иначе, опираясь на мощный паровой флот, телеграф, современные стрелковое оружие и артиллерию.

Император Александр II. Художник А. Рокштуль. 1859 г.

Императрица Мария Александровна. Художник А. Рокштуль. 1859 г.

Александр II понимал, что противостоять коалиции ведущих европейских держав Россия не сможет. Без европейских кредитов и вооружений русская армия превратилась в колосса на глиняных ногах: она не могла отстоять даже собственную территорию. Падение Севастополя 27 августа 1855 года стало национальным позором.

В феврале 1856 года в Париже начались переговоры, и 18 марта Россия подписала мир на условиях победителей. Она лишилась права держать в Черном море военный флот и строить береговые укрепления; территории в низовьях Дуная, приобретенные по Адрианопольскому миру, отходили к Турции; Россия теряла исключительное право покровительства православным в Турции; ограничениям подверглась и военная деятельность России на Балтике.

Одной из причин поражения России было тяжелейшее внутреннее положение страны. Крымская война сделала очевидной несостоятельность николаевской политики, обрекавшей страну на застой. Нужно было либо догонять Европу, либо навсегда смириться с второстепенной ролью. Александр II выбрал реформы.

Начинать надо было с отмены крепостного права. Это диктовали не только соображения нравственности и справедливости, но и состояние экономики. К середине XIX века три четверти дворянских имений владели не более чем 100 крепостными душами. Мелкие помещики стояли на грани разорения. Потребности их давно переросли тот минимум, который давало натуральное хозяйство. Чтобы получить хоть какие-то деньги, они отдавали свои имения под залог государству без всякой надежды когда-нибудь их выкупить. К 1859 году в залоге было две трети всех имений (более 44 тысяч).

Крупные хозяйства находились в лучшем положении. С развитием внешней торговли производство и продажа зерна стали приносить большие доходы. Поэтому крупные землевладельцы отказывались от денежного оброка, заставляя работать крепостных на своей земле почти всю неделю. В таких имениях крестьяне лишились возможности вести собственное хозяйство и работали на помещика только за пропитание.

Недовольство крепостных все возрастало, но выступления носили стихийный характер, выражаясь в основном в массовом бегстве, бунтах и убийствах помещиков и управляющих. Волнения подавлялись военной силой, но было ясно, что долго так продолжаться не может.

Правящие круги России пошли на отмену крепостного права, опасаясь худшего. Даже лучших представителей дворянства охватил страх перед «мужиком». Не случайно в конце николаевского правления большинство дворян предпочитали жить в городах: они просто боялись задерживаться в своих родовых гнездах. Свежа была в памяти резня помещиков в 1846 году в австрийской Галиции, а из Лондона самый жесткий критик русского самодержавия Герцен призывал дворян предупредить «большие бедствия» и спасти «крестьян от той крови, которую они должны будут пролить». Теперь почти то же самое говорил государь.

В марте 1856 года в ответ на просьбу московских дворян развеять слухи о готовящемся освобождении крестьян Александр прямо заявил, что «существующий порядок владения душами не может оставаться неизменным. Лучше отменить крепостное право сверху, нежели дожидаться того времени, когда оно само собой начнет отменяться снизу».

Слова императора сочли лишь неловким выражением благих намерений. Александр, однако, был настроен решительно. Для подготовки реформы он в январе 1857 года создал Секретный комитет, но дальше общих соображений дело не пошло – большинство членов комитета оказались убежденными крепостниками. Одновременно над проектом освобождения крестьян работало министерство внутренних дел, предложившее признать за помещиками право собственности на землю, а за крестьянами – право пользования ею. Видную роль в подготовке этого проекта сыграл Н. А. Милютин, служивший тогда товарищем (заместителем) министра внутренних дел В. С. Ланского.

Правительство скоро нашло способ показать, что идет на освобождение крестьян «по желанию» помещиков. Дворянство литовских губерний обратилось с просьбой пересмотреть введенные в западных губерниях в 1855 году нормы, определявшие, сколько крестьянин должен работать на помещика. Вообще-то просители надеялись на отмену этих ограничений, но правительство повернуло дело так, будто литовские помещики желают улучшить положение своих крепостных. Император поздравил дворян с благородным начинанием и уполномочил образовать комитет по подготовке реформы, четко указав, на чем должна такая реформа основываться. В ноябре 1857 года был обнародован рескрипт об «улучшении быта крестьян», но в пояснительной записке министра внутренних дел говорилось, что понимать под этим следует освобождение от крепостной зависимости. Великий князь Константин Николаевич убедил Секретный комитет разослать рескрипт всем губернаторам к сведению. В последний момент члены комитета попытались обратиться к государю с тем, чтобы остановить рассылку, но министерство внутренних дел сработало оперативно: почта уже ушла.

Косцы. Художник Г. Мясоедов. Фрагмент

Возражать правительству помещики не осмелились. К тому же в глубине души дворянство понимало, что после того, как Петр III освободил дворян от обязательной службы, их право собственности держится не на законе, а на обычае, ничем не подкрепленном. Поневоле дворянство стало создавать губернские комитеты по выработке проектов нового положения о крестьянах. Это позволило 8 января 1858 года создать уже вполне официальный «Главный комитет по крестьянскому делу для рассмотрения постановлений и предложений о крепостном состоянии» под председательством государя. Еще через год начала работать редакционная комиссия под председательством генерала Я. И. Ростовцева. В нее вошли новый министр внутренних дел Н. А. Милютин и эксперты – Ю. Ф. Самарин и князь Б. А. Черкасский, державшиеся славянофильского направления. Последние привнесли в проект освобождения крестьян некоторые свои воззрения: считая общинную собственность на землю характерной для русского народа, они сочли необходимым после освобождения прочно привязать крестьянина к «миру» – сельской общине.

Освобожденные крестьяне подносят хлеб-соль Александру II. 1861 г.

Пока шла работа над проектом, правительство 20 июня 1858 года освободило более 20 миллионов казенных и удельных крестьян, состоявших в крепостной зависимости от государства и от императорской фамилии, приравняв их к «свободным сельским сословиям». Это был важнейший политический акт, но предстояло самое трудное – освобождение 20 миллионов крестьян помещичьих. Решался главный вопрос – о земле. Крупным землевладельцам было выгоднее освободить крестьян без земли. Но это привело бы к разорению большинства мелких помещиков и недовольству крестьян, которые всегда считали землю своей и были убеждены, что помещики силой навязали им всевозможные повинности. В 1859—1860 годы редакционные комиссии обсуждали условия освобождения. После этого проект представили императору, и 19 февраля 1861 года Александр II подписал Манифест об освобождении крестьян от крепостной зависимости.

Крепостные стали лично свободными, больше их нельзя было продавать, покупать, налагать какие-либо повинности. Но свобода эта оговаривалась рядом условий.

Прежде всего, земля, на которой крестьяне жили и которую обрабатывали, признавалась собственностью помещика. Чтобы крестьянин мог исправно платить государству подати, помещик обязывался передать ему в постоянное пользование усадьбу и участок земли. За этот надел крестьянин должен был платить землевладельцу деньгами или трудом. По сути, оброк и барщина сохранялись, хотя и в измененном виде. Размеры земельных наделов определялись численностью крепостных и качеством почвы (самыми маленькими были наделы в черноземных губерниях). О размере участка земли и повинностях крестьяне договаривались с помещиком. Если соглашения они не достигали, то обращались к закону. Пользуясь землей на таких условиях, крестьяне становились временнообязанными и пребывали в таком положении до тех пор, пока не выкупят землю у помещика. Только после этого все обязательства крестьян по отношению к помещику прекращались.

С выкупом тоже все было не просто: свою усадьбу – крестьянский двор и огород – крестьянин мог приобрести и без согласия землевладельца, но землю он мог выкупить либо по обоюдному соглашению, либо по одностороннему требованию помещика. Иногда помещику было выгодно предоставить крестьянину земельный надел даром, потому что в этом случае размер участка земли мог быть значительно меньше, чем по выкупу. Так действовали помещики черноземных губерний, желавшие сохранить за собой дорогую землю. Крестьянин сразу и бесплатно получал свободу и даровой надел, который был так мал, что прокормить большую семью не представлялось возможным. Через несколько лет крестьянин оказывался на положении сельскохозяйственного рабочего.

Без земли остались дворовые люди и крестьяне мелких помещиков – если в имении было менее 20 крестьян, а земли меньше 75 десятин (около 80 га), помещик не обязан был наделять ею крестьян.

Поскольку подавляющее большинство крестьян не в состоянии было сразу заплатить выкуп, правительство брало 80 % выплаты на себя. 20 % крестьяне возмещали сами, как правило, своим трудом и в течение 49 лет выплачивали долг государству. При этом ответственность за платежи лежала не на крестьянине, а на всей сельской общине. Именно «мир» становился собственником земли после ее выкупа – крестьянин в лучшем случае был хозяином только на своем дворе. Община распределяла землю между крестьянами в зависимости от численности семьи, при этом через несколько лет участки перераспределялись. Эта по существу средневековая система владения землей сдерживала развитие сельского хозяйства и обрекала Россию на периодически повторяющийся голод.

Освобождение крестьян от крепостной зависимости – величайший законодательный акт, открывший «новое летосчисление русской истории». Но восторги были недолгими – Манифест появился в неспокойное время. В Варшаве правительственные войска расстреливали мирных демонстрантов, выступавших с националистическими лозунгами. А в России совсем скоро после обнародования Манифеста войскам пришлось стрелять в освобожденных крестьян.

Современники, даже далекие от либеральных идей, отмечали, что дворянство встретило Манифест с негодованием. Ведь правительство, вопреки желанию помещиков, освободило крестьян с землей. А одно это лишало дворянство будущего. Видный правовед и историк, воспитатель рано умершего цесаревича Николая Александровича, Константин Кавелин сразу после появления Манифеста заметил, что дворянство обречено раствориться среди других классов, что «ему не выдержать нового порядка дел, новых условий хозяйственного быта… Большинство дворянства вынуждено будет поневоле продать свои имения и, расплатившись с долгами, остаться ни при чем». Удар был настолько силен, что едва не пошатнул самодержавную власть. Часть дворян считала, что царь, лишив высшее сословие привилегий, должен поступиться и своей властью в пользу дворянства. Некоторые требовали конституции.

И уж меньше всех были довольны крестьяне. Они ждали, что вместе с волей получат и землю в полную собственность, без всяких условий и немедленно. Каково же было их разочарование, когда стало ясно, что «воля» ничего не изменила и предстоит еще не один год работать на помещика!

Как только крестьяне вникли в суть Манифеста, сразу же возникли слухи, что помещики скрывают настоящий манифест. В Пензенской, Тамбовской и Казанской губерниях начались волнения. Как обычно, бунты подавляли военной силой. Десятки крестьян были убиты, сотни ранены. Власти пытались скрыть происходящее, но подобных фактов оказалось слишком много. Особенный резонанс вызвали трагические события в селе Бездна Казанской губернии, где войска расстреляли восставших. В Казани студенты университета и учащиеся духовной академии провели панихиду по погибшим. В ответ власти арестовали ее организаторов и участников, в том числе профессора академии А. П. Щапова

Первый лист манифеста 1861 года об освобождении крестьян

Фронтиспис и титульный лист первого номера альманаха «Полярная звезда». Лондон. 1855 г.

.

В июле в России впервые появились нелегальные печатные листки под названием «Великорус». Кто стоял за ними, точно не установлено, но они содержали четыре самых страшных для правительства требования: введение конституции, освобождение крестьян без выкупа, освобождение Польши и право Украины на самоопределение.

В легальных изданиях публиковались статьи Д. И. Писарева, Н. А. Добролюбова, Н. Г. Чернышевского. Проникнутые материалистическими и социалистическими идеями, они вызывали огромный отклик среди прогрессивной молодежи. Россия опять прониклась духом революции 1848 года: предвестия будущей бури видели в крестьянских бунтах и национальном движении в Польше. Освобождение крестьян придало этим революционным мечтаниям более прочную основу: с легкой руки славянофилов и правительства в обществе утвердилось мнение, что сельская община – органичная для России форма организации общества. В ней усматривали основу социалистического общежития, где все равны между собой и трудятся на общее благо.

В сентябре—октябре 1861 года Москву и Петербург потрясли студенческие волнения. Повод к ним мог показаться невинным – правительство ввело плату за учебу, обязательное посещение лекций и запретило любые студенческие объединения. Студенты вышли на улицы, власти попытались разогнать их силой. Пролилась кровь. Тогда же резко обострилась и без того напряженная ситуация в Польше.

Казалось, еще один толчок – и все рухнет. «На стороне правительства стоят только негодяи… Династия Романовых и петербургская бюрократия должны погибнуть. То, что мертво и гнило, должно само собою свалиться в могилу; нам останется только дать им последний толчок и забросать грязью их смердящие трупы», – писал Писарев. Осенью в Петербурге радикально настроенная молодежь образовала тайное общество «Земля и воля», выступавшее за созыв народного собрания (парламента), всеобщее право на землю, превращение России в федерацию. Местные организации общества действовали во многих городах России, поддерживало оно связи и с Польшей.

Правительство оказалось в трудном положении. Несмотря на самые жесткие меры, справиться с оппозицией оно не могло. Как бы ни различались между собой оппозиционные силы, все они сходились во мнении, что существующий социальный строй обречен. Если бы они объединились, возможно, им довелось бы увидеть «рассвет новых времен», но началось восстание в Польше.

Первоначально польские националисты планировали выступить летом 1863 года, но правительство нанесло упреждающий удар, объявив в январе рекрутский набор. В списки рекрутов были внесены предполагаемые революционеры. Для многих из них это означало верную гибель. Поэтому восстание началось почти стихийно, без подготовки. Повстанцы провозгласили национальную независимость, создали нелегальное временное правительство. Революционные волнения быстро охватили Литву, Украину и Белоруссию, где Кастусь Калиновский начал настоящую крестьянскую войну. В самой Польше и Литве вооруженных повстанцев было сравнительно немного – около 8 тысяч, разделенных на небольшие отряды. Восстание сразу приняло характер партизанской войны. Густые леса и поддержка населения помогали революционерам уходить от преследования, однако польское временное правительство вынуждено было оставаться в подполье.

Кастусь Калиновский (1838-1864)

Наученное опытом прошлого польского восстания царское правительство в этот раз действовало эффективнее. Уже в конце января с Пруссией была заключена конвенция, позволяющая преследовать польских повстанцев на ее территории. В апреле Александр II объявил об амнистии всем участникам восстания, которые сдадутся сами, и направил в Польшу и Литву генералов Ф. Ф. Берга и М. Н. Муравьева, наделив их неограниченными полномочиями. Правительственные войска жестоко расправлялись с повстанцами. В августе 1864 года руководители восстания Р. Траугут, Р. Краевский и другие были казнены. Репрессии продолжались и после восстания. Считают, что в борьбе с русскими войсками в Польше погибли около 30 тысяч человек, полторы тысячи человек были казнены, а около 150 тысяч поляков заключены в тюрьмы или высланы в Сибирь. Понесли потери и правительственные войска.

В подавлении польского восстания сыграла роль не только сила, но и тонкая политика Н. А. Милютина. В 1864 году он провел в Польше земельную реформу, выгодную для крестьян. Фактически они получили то, на что надеялись русские, – всю помещичью землю без выкупа и полную свободу от помещиков (польские крестьяне были лично свободными с 1807 года, но по вотчинному праву помещики могли судить и наказывать их за мелкие проступки и направлять на общественные работы). Польская шляхта, главная движущая сила национального восстания и хранительница памяти о Польше «от моря до моря», разом лишилась и средств к существованию, и влияния в низах общества. Три месяца спустя правительство по предложению М. Н. Муравьева перешло к принудительной русификации Белоруссии и Литвы.

Русское общественное мнение, на словах готовое отстаивать независимость Польши, отвернулось от повстанцев, когда они потребовали восстановления Польского государства в границах 1772 года. Даже либеральная пресса, еще вчера называвшая повстанцев «борцами за независимость», теперь называла их «бандитами» и «разбойниками».

Польское восстание не помешало правительству продолжить реформы. Были отменены телесные наказания по суду (17 апреля 1863 года). Теперь им подвергали лишь крестьян (розги), ссыльных, каторжников и штрафных солдат. Полностью от телесных наказаний были освобождены женщины.

Продолжалась реформа системы образования, начатая в 1858 году с организации женских гимназий. В мае 1863 года кадетские корпуса уступили место военным гимназиям и училищам, а 18 июня был принят либеральный университетский устав: студенческие демонстрации не прошли даром. В 1864 году появились новые уставы начальных ттткол и гимназий, которые отныне делились на классические (дававшие право на поступление в университет без экзамена) и реальные.

1 января 1864 года было обнародовано «Положение о земских учреждениях», впервые установившее в стране систему местного самоуправления с бессословными выборами. Земства занимались здравоохранением, народным образованием, заботились о местных дорогах и содействовали экономическому развитию. (Они были введены не во всех губерниях.) Несколько позже, в 1870 году, подобным же образом было устроено городское самоуправление.

Для России земства стали настоящей школой общественной деятельности – и своего рода предохранительным клапаном. Теперь те, кто хотел перемен, могли вполне легально работать на благо страны. С этого времени тайные революционные общества радикального толка постепенно становятся глубоко законспирированными террористическими организациями.

В ноябре 1864 года правительство осуществило еще одну важнейшую реформу – судебную, подготовка которой началась в первые же годы царствования Александра II. Главную роль в этом сыграл видный юрист С. И. Зарудный. На характере и темпах этой реформы самым непосредственным образом сказалось освобождение крестьян, поскольку с уничтожением крепостного права всякий смысл утратил прежний вотчинный суд, который творил помещик. Судебная реформа, в отличие от крестьянской, вдохновлялась идеалами западников, принявших за образец европейскую судебную систему, прежде всего английскую и французскую. Реформа разделила административную и судебную власть, сделала судей независимыми, всех уравняла перед законом. Суд отныне проходил гласно и в присутствии обвиняемого (прежде суд был заочным), с прениями сторон. Уголовные дела рассматривал суд присяжных. Впервые в суде появился защитник, а в стране – прокурорский надзор и адвокатура. Усовершенствовалась система расследования уголовных дел, были учреждены мировые суды (волостные – для крестьян) для решения мелких дел.

Император Александр II и его сподвижники (фотомонтаж создан к пятидесятилетию реформы 19 февраля 1861 года)

В январе 1865 года московское дворянство обратилось к Александру II с призывом созвать Собор Русской земли – парламент. Царь ответил отказом. Реформы еще продолжались, но о единстве устремлений общества и правительства с этого момента говорить уже не приходится. Царь в частной беседе с одним из сторонников конституции четко обозначил свою позицию: «Я готов подписать какую угодно конституцию, если бы я был убежден, что это полезно для России. Но я знаю, что сделай я это сегодня, и завтра Россия распадется в куски». В официальном рескрипте говорилось: «Никому… не предоставлено предупреждать мои непрерывные о благе России попечения и предрешать вопросы о существенных основаниях ее общих государственных учреждений. (…) Никто не призван принимать на себя передо мной ходатайство об общих пользах и нуждах государства. Подобные уклонения от установленного действующими узаконениями порядка могут только затруднить меня в исполнении моих предначертаний».

Это была пощечина всем жителям России, осознавшими себя (увы, преждевременно!) не подданными, а гражданами. Обстановка вновь резко накалилась – те, кто уже видел за местным самоуправлением очертания политической свободы, испытали жестокое разочарование. Возобновили деятельность тайные общества и подпольные кружки, причем, по мнению их членов, главным препятствием на пути к свободе было самодержавие. Точнее, сам царь.

4 апреля 1866 года Дмитрий Каракозов стрелял в императора, прогуливавшегося в Летнем саду. Царь лишь случайно остался жив. Когда Каракозова арестовали, выяснилось, что террорист не был одиночкой – он входил в тайное общество «Ад», возглавляемое Николаем Ишутиным и примыкавшее к обществу «Земля и воля». Всех причастных к покушению арестовали. Верховный уголовный суд приговорил Каракозова к повешению, а многих членов кружка Ишутина – к каторге и ссылке.

Покушение повлекло за собой самые серьезные последствия. Правительство, напуганное распространением революционных настроений среди молодежи, существенно ограничило дарованные реформами свободы. В руководящей верхушке сторонники либеральных взглядов уступили место консерваторам. Были сильно урезаны права земской власти и независимость суда.

Прошло немногим более года, и на Всемирной выставке в Париже в Александра II стрелял поляк Антон Березовский (он был приговорен к вечной каторге на острове Новая Каледония и освобожден спустя 40 лет).

Реформы быстро меняли облик страны. Крестьянские выступления пошли на убыль – правительство в жесткой форме дало понять, что уступать не намерено. Началось массовое составление уставных грамот, в которых определялась стоимость выкупаемых земель. Уже через два года такие грамоты были составлены на большую часть владений. Освобождение крестьян привело к перераспределению собственности значительно быстрее, чем рассчитывали творцы реформы. Некоторые дворяне сказочно обогатились за счет выкупных платежей, но большинство, оставшись без крепостных, быстро разорялось. Дворянские имения переходили в собственность купцов, мещан, промышленников и новой бюрократии.

Резко изменилось и положение крестьян. Чтобы платить по ссудам, нужны были деньги. Уравнительные принципы общинного землевладения не позволяли сосредоточить в одних руках большую земельную собственность и перейти к фермерскому хозяйству, поэтому крестьяне искали заработок в городах, на строительстве железных дорог. Выплата процентов по ссудам обрекла многих крестьян на нищету. Наконец, во многих местностях обнаружилась нехватка земли. Правительство принимало меры по организации переселения части крестьян в Сибирь.

Поезд Царскосельской железной дороги

Постоянные нововведения влекли неожиданные последствия, к которым нелегко было приспособиться. Размеренная жизнь сменилась бешеной активностью. Огромные капиталы рождались из ничего и исчезали в считанные дни. Возникали новые предприятия, акционерные общества. Родовитость ценилась теперь куда меньше, чем деньги, связи и знания. Чтобы не отстать от жизни, нужно было знать курсы ценных бумаг, пускать в оборот деньги, следить за новинками технического прогресса. А последним достижением были железные дороги. Правительство почти не вмешивалось в их строительство, которое на свой страх и риск вели частные компании. Размах был огромен – за 15 лет было построено 18,5 тыс. км железных дорог, и к 1880 году длина их достигла 20 тыс. км (в 1865 году – 1,5 тыс. км). Железнодорожное сообщение способствовало развитию самых разных отраслей хозяйства – от металлургии до производства зерна на рынок. К 1880 году Россия вывозила за рубеж 40 млн центнеров зерна (в 1860 году – 12 млн центнеров). Стремительно развивались технические науки.

Акции и облигации железнодорожных обществ и промышленных предприятий, государственные кредитные билеты

Начало 1870-х годов ознаменовалось новым подъемом национального духа. Усиление России и изменение международной обстановки (в конце 1870 года Франция, воевавшая против России в Крымской войне и надежная союзница Турции, потерпела поражение во франко-прусской войне) позволили отвергнуть унизительные условия Парижского мира. Россия снова могла держать флот на Черном море. Вновь ожили надежды на свободу слова, свободу совести, конституцию. Они оказались призрачными, но возвышение России было реальным. Страна стремительно возвращалась в ряды великих держав.

Перемены значительно повлияли на нравственность и религию. Старая система ценностей дала трещину. Молодежь видела в науке и просвещении универсальный ключ к решению проблем бытия, отвергая «устаревшие» нравственные устои. Существующие общественные отношения нарушают естественные потребности организма – есть, пить, наслаждаться и производить здоровых детей, утверждал Д. Писарев. Правящие классы могут позволить себе все это, рабочие и крестьяне – нет. Следовательно, существующие общественные отношения должны быть уничтожены. Какой ценой? «Что можно разбить, то и нужно разбивать; что выдержит удар, то годится… Бей направо и налево, от этого вреда не будет и не может быть». Это направление умов, завоевавшее популярность в середине 1860-х годов, было названо нигилизмом.

Организаторы и участники «Северного союза рабочих» (слева направо): С. Н. Халтурин, В. П. Обнорский, Д. Н. Смирнов, А. Н. Петерсон

Тогда же в России начали распространяться радикальные революционные идеи – анархические, социалистические, коммунистические. Этому всячески способствовала русская эмиграция, заметную роль в которой после 1861 года играл теоретик анархизма и видный деятель европейского революционного движения 1848 года М. А. Бакунин. Революционеры всего мира тесно общались друг с другом: в 1864 году К. Маркс и Ф. Энгельс создали Международное товарищество рабочих, в котором была и Русская секция. Мысль о революции владела многими умами, а незавершенность реформ, неуклюжие действия правительства и бедственное положение трудящихся масс убеждали молодежь в близости великих потрясений. Об этом, казалось бы, свидетельствовали и социальные бури в Европе: 1870 год стал годом Парижской коммуны. Вопрос был лишь в методах. Одни полагали, что народ нужно подготовить к новой жизни, снять с его глаз пелену заблуждений, а для этого необходимо просвещение. Другие были убеждены, что революцию надо начинать стремительно, главное – раскачать народ, поднять спящую Россию на бунт.

Организаторы и участники «Южного союза рабочих» (слева направо): Е. О. Заславский, И. О. Рыбицкий, Ф. И. Кравченко, М. П. Скверн

Весной 1873 года тысячи образованных молодых людей отправились «в народ» (отсюда названия «народники» и «народничество»), чтобы учить и просвещать его, распространять социалистические идеи и готовить крестьянское восстание. Многие работали в деревне учителями, врачами, волостными писарями, землемерами. Другие намеренно «опрощались» и нанимались на фабрики или на уборку урожая. Им действительно удавалось вербовать последователей, но число их было невелико – чаще крестьяне сдавали пропагандистов полиции. Весной и летом 1874 года движение приняло наибольший размах, охватив 37 губерний европейской части России. Правительство усматривало в подобной пропаганде значительную опасность и отвечало арестами (всего было арестовано около 4 тысяч человек).

Русские социалисты требовали введения конституции и широкого самоуправления, многие стояли за свержение самодержавия, анархисты же стремились к уничтожению государства как такового. Как правило, образованные слои общества, разочарованные тем, что власть не идет дальше по пути преобразований, сочувствовали революционерам и даже оказывали им прямую поддержку. Между правящими кругами и обществом пролегла пропасть взаимного недоверия.

Правительство не сразу перешло к репрессиям. В начале 70-х годов XIX века началось постепенное ограничение ранее дарованных свобод, цензурные препоны (любопытно, что в 1872 году русский перевод «Капитала» К. Маркса, сделанный Г. А. Лопатиным, народником, членом генсовета I Интернационала, был разрешен цензурой), исключения из учебных заведений «неблагонадежных» и слежка за ними.

Переломным стал 1873 год. В январе в России начался процесс над С. Г. Нечаевым, организовавшим в 1869 году подпольное общество «Народная расправа», члены которого по подозрению в предательстве убили одного из своих соратников. Нечаев тогда бежал за границу, но был арестован властями Швейцарии и выдан России. Российское правительство, обеспокоенное деятельностью русских эмигрантов в Швейцарии, приказало всем русским подданным, обучавшимся в швейцарских университетах, вернуться на родину. В том же 1873 году окончательно оформился заключенный в 1872 году «Союз трех императоров» – соглашение Австрии, Пруссии и России о взаимном уважении территориальной целостности друг друга. Императоры договорились также совместно противостоять революционному движению.

По всей России участились волнения промышленных рабочих. Протестовали они против тяжелых условий труда и нищенской заработной платы. Социалисты справедливо считали рабочих самым взрывоопасным элементом в государстве и целенаправленно вели среди них пропаганду. Первые подпольные рабочие организации появились уже в 1875 году и через несколько лет сыграли заметную роль в подготовке покушений на Александра II.

Правительство, раздраженное всем этим до крайности, развернуло настоящую охоту на пропагандистов. Многих арестовывали по одному только подозрению. В 1877 году в России состоялось несколько крупных политических судебных процессов: «процесс 50-ти», процесс Южнорусского союза и «процесс 193-х». Несмотря на обвинительные приговоры, правительство не добилось поставленной цели: общественное мнение приняло сторону обвиняемых. Взаимное ожесточение властей и революционеров еще более усилилось. Однако начало новой русско-турецкой войны (1877—1878 годы) отвлекло общество от революционных идей.

Причиной войны стала жестокая расправа турецких войск с восставшими христианами Балканского полуострова. Когда в 1876 году в Боснии и Герцеговине вспыхнуло восстание, вся Россия поспешила на помощь. Был объявлен сбор средств, тысячи русских добровольцев вступили в сербские войска, а сербскую армию возглавил русский генерал М. Г. Черняев. Когда турецкие власти подавили восстание, царь предъявил Турции ультиматум. Военные действия развернулись на Балканах и в Закавказье; самые кровопролитные сражения проходили в Болгарии на перевале Шипка и под Плевной. В конечном счете модернизированная русская армия достигла решающего превосходства, и Турция запросила мира.

Вступление русских войск в Софию. Литография. 1878 г.

19 февраля 1878 года в предместье Константинополя Сан-Стефано был заключен мир, давший Балканам независимость, а России – значительные территории в Армении. Приоритет на Балканах получала Австро-Венгрия. Независимая Сербия была разделена на части, причем Босния и Герцеговина отошла к Австрии. В дальнейшем это привело только к осложнению обстановки на полуострове и, не исключено, стало одной из причин Первой мировой войны.

Но все это было впереди, а весной 1878 года Россия торжествовала. Россия взяла реванш за поражение в Крымской войне и вернула все утраченные территории. Царь снова выступил в роли освободителя: Сербия и Болгария обрели независимость, а Болгария получила выход к Средиземному морю. Но условия мира, заключенного в Сан-Стефано, были пересмотрены на Берлинском конгрессе. Россия потеряла плоды своих побед – и не по слабости своей, а только потому, что Александр II поставил интересы своей дружбы с прусским императором Вильгельмом выше государственных интересов России. Надежда сменилась горчайшим разочарованием, иллюзии рассеялись. Император был самодержцем и превыше всего ставил интересы своей власти, ни в чем не желая ею поступаться. Русское общество раскололось, и вновь подавляющее большинство мыслящих людей стало сочувствовать борцам с самодержавием.

С. Л. Перовская и А. И. Желябов. Рисунок П. Я. Пясецкого, сделанный во время суда

Столкнувшись с яростной реакцией властей на пропаганду среди крестьян и рабочих, члены тайных обществ перешли к террору. Поначалу цель его была все та же – заставить правительство пойти на уступки.

Революционеры были уверены в сочувствии общества: в январе 1878 года Вера Засулич стреляла в петербургского градоначальника Ф. Ф. Трепова (за то, что тот велел наказать розгами одного из политических преступников), и суд присяжных ее оправдал.

Но жертв становилось все больше, и оправдательных приговоров уже не выносили. В 1878 году террористов стали предавать военному суду. В ответ те сосредоточились на подготовке убийства императора. Главную роль в достижении этой цели играла созданная в 1879 году подпольная организация «Народная воля», во главе которой стояли Андрей Желябов и Софья Перовская. В нее входили сотни человек, отделения ее существовали во многих городах. Менее чем за год ее члены трижды совершали покушения на государя, который уже нигде не чувствовал себя в безопасности – бомбы взрывались и под императорским поездом, и в Зимнем дворце.

Чтобы справиться с ситуацией, в 1880 году правительство создало Верховную следственную комиссию по охранению государственного порядка и общественного спокойствия. Руководил ею харьковский генерал-губернатор М. Т. Лорис-Меликов, получивший диктаторские полномочия. Уже через неделю на него было совершено покушение. Генерал лично задержал преступника, и в 24 часа тот был осужден и повешен. Понимая, что полицейских мер недостаточно, Лорис-Меликов попытался вернуть доверие общества и наметил ряд либеральных реформ. Он сам упразднил Верховную следственную комиссию и ненавистное Третье отделение, вернул многих ссыльных и восстановил в учебных заведениях исключенных студентов. Венцом его деятельности стал проект, позволявший привлечь общество к выработке законопроектов и получивший название «конституции Лорис-Меликова». Но террористов уже было не остановить.

1 марта 1881 года Александр II был убит. Бросивший бомбу народоволец И. И. Гриневицкий (сам погибший при взрыве) не знал, что утром этого дня император подписал указ об установлении в России конституционного правления. Его должны были обнародовать на следующий день.

Российское правительство со времен Петра I стремилось поставить под контроль Среднюю Азию, воинственные ханства которой препятствовали установлению прямых связей с Южной Азией и Средним Востоком. Кроме того, закаспийские степи и пустыни всегда были надежным укрытием для бухарских и хивинских отрядов, совершавших грабительские набеги на сопредельные территории. Главной их целью был захват пленных, которых потом обращали в рабов. Эта практика продолжалась вплоть до XIX века – в 1819 году в Хиве было около 30 тысяч пленных персов и более 3 тысяч русских рабов.

Сражение русских войск с хивинцами

Однако военные экспедиции в Хиву и Бухару долгое время терпели неудачу Вплоть до конца XVIII века Россию отделяли от Средней Азии воинственные казахские племена. Хотя они формально перешли под покровительство России, фактической границей империи оставались укрепленные линии по рекам Яик (Урал) и Орь. Путь от границы по степям и пустыням был очень долог и опасен. Не удавалось подобраться и со стороны Каспийского моря: первым неудачником был князь Бекович-Черкасский, в 1717 году попытавшийся захватить Хиву с казачьим отрядом. Хивинцы взяли Бековича в плен, содрали с него кожу и сделали из нее барабан. Через сто лет похожая судьба едва не постигла штабс-капитана Муравьева: в 1819 году он 48 дней провел в темнице хивинского хана, пока тот размышлял, не закопать ли его живьем в землю. Муравьев все же смог вернуться на родину, и от него впервые стало известно об ужасном положении рабов в Хиве. Решено было усилить военное давление на Хиву, но польское восстание, русско-турецкая и кавказская войны отсрочили эти планы.

Оренбургский губернатор генерал В. А. Перовский, стремившийся обезопасить русские рубежи от набегов, вынужден был действовать на свой страх и риск. Он решил создать оборонительную линию между Каспийским и Аральским морями, и в 1834 году на берегу Каспия была построена крепость Ново-Александровская. Но на дальнейшее строительство средств не хватило, и набеги продолжались, причем хивинцы доходили иногда до Волги.

Зимой 1839 года Перовский выступил против Хивинского ханства во главе большого отряда, насчитывавшего более 5 тысяч солдат и более 10 тысяч верблюдов. Но необычные холода и снегопады, погубившие треть солдат и почти всех верблюдов, заставили Перовского повернуть назад. После этого правительство почти не предпринимало попыток продвинуться вглубь Средней Азии. К середине 1840-х годов русское влияние ощущалось лишь в Северном Казахстане, однако Перовский смог в 1847 году закрепиться на северном берегу полноводного тогда Аральского моря и основать там флотилию.

В начале 1850-х годов Перовский предпринял большой поход против Кокандского ханства, земли которого располагались по реке Сырдарье. 9 августа 1853 года русские войска штурмом взяли крепость Ак-Мечеть, которая была переименована в Перовск. Год спустя русские войска, двигаясь от Семипалатинска, закрепились в районе озера Балхаш. Оренбургская линия стала не нужна – новая русская граница широким полумесяцем отодвинулась к юго-востоку и теперь вплотную соприкасалась с Туркестаном.

В середине 1860-х годов, после завершения Крымской и Кавказской войн, Россия смогла перейти к более активным действиям в Туркестане. Опираясь на Сырдарьинскую, Кокандскую и Новосибирскую (Семиреченскую) укрепленные линии, русские войска в 1864 году устремились в Среднюю Азию. 24 октября 1862 года был взят Пишпек (ныне Бишкек), а 16 июня 1865 года генерал М. Г. Черняев с небольшими силами легко захватил столицу Кокандского ханства Ташкент.

Эмир Бухары попытался помочь соседям, но против него были направлены силы под командованием генерала К. П. Кауфмана, который в 1867 году был назначен генерал-губернатором Туркестана. В 1868 году он захватил Самарканд, и Бухара признала протекторат русского царя.

В 1873 году Кауфман, полагавший, что «окончательно решить туркменский вопрос» можно «или смирением туркмен, или совершенным их уничтожением» чрезвычайно жесткими мерами, принудил к повиновению Хивинское ханство. В 1876 году, воспользовавшись вспыхнувшей в Кокандском ханстве междоусобицей, русские войска под командованием К. П. Кауфмана и М. Д. Скобелева окончательно ликвидировали его самостоятельность. Оно вошло в состав Российской империи под именем Ферганской области.

М. Д. Скобелев

В 1880 году Россия предприняла экспедицию против текинцев, населявших Ахал-Текинский оазис (в современном Туркменистане). Войска генерала Скобелева, двигавшиеся от Красноводска, захватили несколько крепостей. Одновременно с продвижением войск строилась железная дорога, облегчавшая снабжение и переброску подкреплений. В декабре 1880 года превосходящие силы русских войск начали осаду крепости Геок-Тепе, которую защищали более 30 тысяч человек. 12 января 1881 года крепость пала. Защитники ее подверглись практически полному истреблению: у солдат был приказ пленных не брать.

В марте 1884 года к России был присоединен Мерв, а на следующий год русские войска вышли к границам Афганистана и разбили афганские войска на реке Кушке. (Это едва не привело к войне с Великобританией, считавшей Афганистан своей сферой влияния.) К 1888 году Закаспийская железная дорога была продлена до Самарканда, и после этого господство России в Туркестане больше не вызывало сомнений. Бухарский эмират и Хивинское ханство под протекторатом России сохранили внутреннюю автономию.

Последним приобретением России в Средней Азии стал Восточный Памир, присоединенный в 1895 году.

2 марта 1881 года Россия увидела нового императора Александра III. Гибель отца наложила тяжелый отпечаток на характер государя и на все его царствование. Вначале Александр III распорядился из уважения к памяти своего отца оставить его повеления неизменными. Лорис-Меликов и большинство министров высказались за публикацию конституционного проекта. Против был лишь обер-прокурор Святейшего синода К. П. Победоносцев. Но 29 апреля особым манифестом Александр III объявил, что, приняв престол «с верою в силу и истину самодержавной власти», будет утверждать и охранять ее для блага народного «от всяких на нее поползновений». Реформаторы Лорис-Меликов, военный министр Милютин и министр финансов Абаза подали в отставку. В течение нескольких месяцев после этого были сменены все высшие правительственные чиновники. Их место заняли люди с репутацией реакционеров. Главную роль в правительстве стал играть Победоносцев, утверждавший идею гармонии между православной церковью, самодержавной властью и народом, под которым прежде всего понималось крестьянство. Манифест превратился в политическую программу, которой император следовал до конца своего правления.

За два месяца между коронацией и появлением манифеста произошли важные события: террористы, организовавшие убийство Александра II, были арестованы и осуждены. Пятеро руководителей «Народной воли», в том числе А. И. Желябов и С. Л. Перовская, повешены. Это, однако, не решило проблему терроризма – разветвленная организация еще несколько лет сопротивлялась властям, устраивая покушения на чиновников. Ради безопасности Александр III поселился в Гатчине, а 14 августа 1881 года в целях «водворения спокойствия и искоренения крамолы» было принято Положение об усиленной и чрезвычайной охране, действовавшее вплоть до 1917 года и позволявшее правительству при необходимости вводить в той или иной местности осадное положение. Одной из последних акций террористов стала попытка убийства Александра III. В 1887 году казнили пятерых студентов, готовивших покушение. Одним из них был Александр Ульянов, старший брат Владимира Ульянова, которому суждено будет возглавить Октябрьскую революцию 1917 года.

Александр III в мундире лейб-гвардии Преображенского полка. Нач. 1880-х гг.

Императрица Мария Федоровна, супруга императора Александра III. 1881 г

Террористическое движение пошло на спад, но вряд ли благодаря полицейским мерам. Террористов было не так уж много, а деятельность их, завершившаяся убийством императора, явно показала свою бесплодность. Общество уже не сочувствовало террористам, но еще менее оно поддерживало правительство, жестоко обманувшее его надежды.

Перемены коснулись и самого общества. Реформы 1860-х годов принесли не только политическую, но и экономическую свободу Рост городов, стремительное развитие промышленности, расслоение крестьянства привели к появлению множества промышленных рабочих, технических специалистов и инженеров. Их не увлекали идеи полувековой давности – они искали свой путь, обращаясь к передовой европейской мысли. А в Европе в моде были социал-демократия, республиканские устремления и национализм. Во многих странах политическая власть давно уже перешла к «третьему сословию» – предпринимателям, финансистам, бюрократии. Формировались рабочие партии, и в некоторых странах они добились значительных успехов, отстаивая права трудящихся. Преследуя террористов, правительство не замечало роста рабочего движения и распространения социал-демократических и марксистских идей.

Покончив с террором, правительство принялось за ограничение реформ Александра II, в которых видело корень зла.

Прежде всего ужесточилась цензура (1882 год), были отменены университетские свободы (1884 год) и закрыты высшие женские курсы. Профессоров теперь назначало правительство. Жесткий контроль был установлен над системой среднего образования. В 1887 году циркуляр министерства народного просвещения ограничил доступ в гимназии детям из низших сословий. Начальные школы перешли в ведение Святейшего синода.

В 1889 году были упразднены мировые суды (они сохранились только в крупных городах), а в уездах введены должности земских начальников, которые назначались исключительно из числа дворян. В их обязанности входил надзор за крестьянским самоуправлением, расходованием общинных капиталов, хозяйственным благоустройством и так далее – вплоть до нравственности населения. Они имели право налагать на крестьян административные взыскания и даже судить их (поскольку им были переданы права мировых судов). При этом самих земских начальников в любой момент могли сменить по докладу губернатора.

В 1890 году были существенно урезаны права земств, а в 1892 году – городских органов самоуправления. В обоих случаях был усилен административный контроль и обеспечено преобладание дворянства.

Конечно, Александр III и его сподвижники вовсе не помышляли об отмене реформ и тем более о возращении крепостного права. К середине XIX века широко распространилось представление о крестьянине (или «народе», потому что крестьяне составляли тогда около 90 процентов населения страны) как о носителе особых нравственных и духовных ценностей, которому присущ дух коллективизма и «общин-ности». Крестьян воспринимали как особый слой населения, который нуждается в просвещении и опеке и который следует защищать от тлетворного влияния города и политических организаций.

В свою очередь, народники-пропагандисты, увлеченные социалистическими идеями, видели в общине основу будущего коллективного хозяйства, прообраз будущего социалистического общежития (не подозревая о том, что еще во времена Николая I государственные крестьяне худшей из повинностей считали общественную запашку).

Теми же воззрениями руководствовался и Александр III. Победоносцев увлек царя представлениями об особой роли русского самодержца как «покровителя-печальника» русского народа, защитника всех слабых и страждущих – то есть опять-таки крестьян. Александр III распространил этот подход на всю Россию. И если террористы убивали людей из стремления привести все человечество к счастью, то император с той же целью строил полицейское государство, в котором весь народ был бы под защитой государя.

С этими взглядами связаны противоречивые меры правительства в отношении крестьян.

Император Александр III с августейшим семейством

В 1881 году крестьяне перестали быть временнообязанными, а выкупная плата за землю была снижена. Для того чтобы облегчить крестьянам приобретение и аренду земли, в 1882 году был создан Крестьянский банк.

В 1885 году вовсе отменили подушную подать. Началась подготовка к переселению крестьян в Сибирь и на Дальний Восток (наибольший размах оно приобрело после 1892 года, когда началось строительство Транссибирской железной дороги). Однако правительство всячески ограждало крестьян от «безнравственной» частной собственности на землю, считая наиболее подходящей для них собственность общинную.

На деле же работящие крестьяне стремились вырваться из общины. Ведь круговая порука заставляла их выплачивать налоги и ссуды за всех пьяниц и лентяев, а уравнительная система распределения земли не позволяла увеличивать свой достаток.

Власти же убеждены были, что превращение крестьян в промышленных рабочих и землевладельцев свидетельствует о нравственном упадке народа. В сохранении традиционного крестьянства с его «особым умственным строем» (придуманным в тиши академических кабинетов) видели гарантию сохранения самодержавия и всеми силами препятствовали расслоению этого сословия. Но противопоставить этому процессу ничего не могли – промышленность развивалась слишком быстро, а вместе с ней и новые социальные отношения. Оказавшись на фабрике, вчерашние крестьяне вели себя совершенно иначе.

В 1880-е годы в России впервые произошли массовые забастовки промышленных рабочих. Это заставило правительство обратить внимание на их положение. Созданная в 1882 году Инспекция труда установила 8-часовой рабочий день для подростков и запретила труд детей до 12 лет. С 1885 года женщин и подростков уже не привлекали к работе в ночную смену. Вместе с тем после 1886 года организаторы и участники забастовок могли поплатиться несколькими месяцами тюрьмы.

Правление Александра III ознаменовалось гонениями на национальные меньшинства. Не случайно самые массовые и кровопролитные еврейские погромы в России начались именно в его царствование. С другой стороны, Победоносцев был убежден в превосходстве национального русского уклада жизни над западноевропейским. А поскольку в европейском влиянии видели источник крамолы, во всех областях жизни насаждался национальный, а точнее, национально-православный дух. Победоносцев полагал, что в России должна господствовать лишь одна церковь – православная. Другие исповедания допускались, но деятельность сект в 1883 году была резко ограничена.

Утверждение национального духа в России встретили с пониманием. Победоносно закончилась русско-турецкая война, в ходе которой были освобождены православные народы. Колониальные захваты в Средней Азии тешили имперское самолюбие. Но для национальных окраин России наступила пора испытаний – с 1881 года власти перешли к последовательной политике русификации. Император руководствовался в этом и чувством, и расчетом. Ему хотелось видеть своих подданных сплоченными в единый послушный народ, с общими преданиями и святынями. Потенциальная угроза со стороны быстро возвысившейся Германской империи требовало как можно быстрее превратить немецкие провинции России в русские, чтобы не дать агрессивному соседу основания претендовать на них. Русифицировать нужно было и огромные территории в Средней Азии – хотя бы для того, чтобы управлять ими.

Методы русификации в разных частях империи применялись различные, общим был лишь запрет иностранцам приобретать земельную собственность. Самые жесткие меры принимались против поляков. Ограничивалось их право владеть земельной собственностью и занимать государственные должности. В школах было отменено изучение польского языка, на нем нельзя было говорить и писать в государственных учреждениях, все вывески и надписи выполнялись только на русском языке. Униатов (греко-католиков) объявили православными, упорствующих избивали, заключали в тюрьмы и отправляли в ссылку.

В Прибалтике, где проживало много немецких предпринимателей и рабочих, действовали осторожнее, но и там требовали нанимать на работу русских, изучать русский язык, а иногда и увольняли служащих-иностранцев. Административные привилегии прибалтийских провинций были ликвидированы. Русский язык стал обязательным во всех органах управления и учебных заведениях. Одновременно обращали в православие довольно безразличных к религии латышских и эстонских крестьян.

Сходная политика проводилась и в Финляндии, которая со времен Александра I представляла собой фактически отдельное государство под верховной властью России. До Александра III в Финляндии была своя валюта, все делопроизводство велось только на финском или шведском языках, а русские могли приобретать там недвижимость лишь по специальному разрешению местного правительства. В 1890 году с широкой автономией было покончено. В Финляндии начали создавать русские гимназии, от чиновников потребовали знания русского языка, пустили в оборот рубль. (При Николае II политика русификации была продолжена. Результатом ее стало не только широкое распространение русского языка, но и усилившаяся неприязнь к русским и всему русскому на окраинах империи.)

Еще одной особенностью правления Александра III стало резкое ограничение прав евреев, которым еще с 1804 года было запрещено селиться в центральных областях России, и они сосредотачивались в Польше и на юго-западе Украины. После того как летом 1881 года по украинским городам прокатилась волна еврейских погромов, правительство запретило евреям в пределах черты оседлости селиться вне городов и местечек и иметь во владении участки земли. В 1887 году была введена трехпроцентная квота на поступление евреев в университеты, их не принимали на государственную службу. В 1891 году более 20 тысяч евреев выслали из Москвы.

В 1891 году правительство Александра III столкнулось с серьезными испытаниями. Холода и засухи уничтожили урожай во многих губерниях. Последовал катастрофический голод, особенно страшный в Поволжье и на юге России. В следующем году на голодный край обрушилась эпидемия холеры. Во многих местах начались крестьянские волнения.

Не в лучшем состоянии была экономика – на нее повлиял мировой экономический спад. Между тем, чтобы не отстать от ведущих европейских держав, государство должно

было развивать тяжелую промышленность, производство вооружений. Для всего этого нужны были средства. За решение экономических проблем взялся новый министр финансов граф С. Ю. Витте, назначенный на этот пост в августе 1892 года.

За 10 лет на посту министра финансов С. Ю. Витте сотворил чудо. Он последовательно проводил политику ускоренного развития отечественной промышленности, сочетая ее с решительными мерами в финансовой области. Уже в 1893 году доходы государства значительно превысили расходы: сказались жесткая финансовая дисциплина и разнообразные дополнительные источники доходов, которые изыскивал Витте. Некоторые налоги взимались лишь с состоятельных слоев населения, но акцизы на вино, табак, сахар, спички, увеличившиеся почти вдвое, коснулись всех и существенно подорвали благосостояние народа. Тем не менее принятые меры позволили в 1897 году провести денежную реформу, установившую золотой эквивалент рубля.

С. Ю. Витте

Российская экономика стала развиваться невиданными темпами. За десять лет промышленное производство во многих отраслях возросло в два, а то и в три раза. С 1890 по 1900 год протяженность железных дорог возросла с 29 тыс. до 53 тыс. км, добыча угля увеличилась почти в три раза, а выплавка железа и стали – почти вчетверо. Правительство уделяло большое внимание развитию технических знаний, в течение нескольких лет было открыто несколько технологических и политехнических институтов, восстановлена система высшего образования для женщин. Изобретения и усовершенствования в технической области следовали одно за другим, причем большинство из них сразу же находило широкое применение. Электрическое освещение, телефон, электрический трамвай, водопровод и канализация распространились в крупнейших городах России в течение каких-то 15 лет. В богатых домах уже пользовались фонографами, а интеллигентные горожане увлекались фотографией и прогулками на велосипедах. Зажиточные крестьяне покупали паровые молотилки.

В армии появилось невиданное прежде оружие – пулемет. На основе новейших технологий создавался современный флот, ведущую роль в котором стали играть броненосцы.

Началась эта бурная деятельность в последние годы царствования Александра III. В полную меру Витте реализовал свои идеи уже при Николае II. 20 октября 1894 года Александр III скончался от болезни. На этот раз смена государя не привела к резким изменениям политики. Многие министры остались на своих местах, Победоносцев по-прежнему был обер-прокурором Синода, хотя уже не оказывал такого влияния на политические решения.

Преемственность политики была обусловлена личностью нового царя. У Николая не было той властности и особенного чутья, которым отличался его отец. В первые годы царствования склонность Николая подчиняться чужому влиянию привела к тому, что лидирующую роль в правительстве стали играть модернизаторы. Витте и его сторонники не произносили политических лозунгов – они создавали новую, экономически развитую Россию. В считанные годы изменилась экономическая география страны. Вокруг Москвы и Петербурга сосредоточились машиностроительные, металлургические и химические заводы, где трудились тысячи рабочих. На юге Украины открывались новые шахты и строились домны. Крупные промышленные центры возникли в Польше и в Прибалтике, где развивались самые передовые в технологическом отношении отрасли. В страну потек иностранный капитал. К несчастью, экономическое развитие опережало развитие социальное и политическое. Это привело к жестокому кризису – первой русской революции.

Николай II и Александра Федоровна

Правление Николая II началось с обычного уже конфликта – в поздравительных адресах, преподнесенных новому императору, высказывались просьбы о том, чтобы допустить земских представителей к участию в управлении государством и законотворчеству, позволить им выражать свое мнение. Ответ был незамысловат: оставьте «бессмысленные мечтания». Эти слова стали роковой ошибкой Николая. Никакой надежды на сближение с властью у общества не осталось. Николай и Победоносцев (говорят, что именно обер-прокурор написал эту речь) полагали, что защищают народ от вредных идей; на деле уже более десяти лет самодержавная власть не желала замечать его нужды и чаяния.

Пока продолжался экономический подъем, конфликт между властью и обществом был не так заметен. Правительство больше волновала проблема освоения Сибири. Было создано управление, содействовавшее переселению. Казна взяла на себя большую часть расходов по переезду и обустройству переселенцев. Право сменить место жительства предоставлялось не всем, но все же ежегодно в Сибирь отправлялись более 100 тыс. человек. Это нужно было не только по экономическим, но и по военно-стратегическим соображениям. Русские владения на Дальнем Востоке значительно увеличились, когда к России отошли области в низовьях Амура (в 1858 году) и по реке Уссури (в 1860 году), а также остров Сахалин. Россия вошла в непосредственный контакт с Японией. До 1870-х годов Япония практически не играла роли в международной политике, но после восстановления в этой стране императорской власти и проведения быстрой и эффективной модернизации Россия поняла, что сосед у нее очень агрессивный. В 1894 году Япония напала на Китай. На природные богатства Китая претендовала и Россия, и другие европейские страны. Поэтому, когда Россия стала на защиту Китая, ее поддержали Франция и Германия. Япония вынуждена была освободить захваченный ею Ляодунский полуостров.

В 1896 году между Россией и Китаем был подписан договор о дружбе. Россия получила право строительства железной дороги через Северную Маньчжурию, которая должна была кратчайшим путем соединить Читу с Владивостоком. Явно недооценивая силы Японии, в Петербурге строили далеко идущие планы. Спустя два года Россия сама оккупировала Ляодунский полуостров, а потом навязала Китаю договор о его аренде на 25 лет. Там была построена русская военно-морская база Порт-Артур. В 1899 году в Китае вспыхнуло так называемое боксерское, ихэтуаньское восстание. Участвуя вместе с другими европейскими державами в его подавлении, Россия фактически оккупировала Маньчжурию. Это привело к резкому обострению отношений с Японией, которая тоже претендовала на эти земли.

Русско-японские отношения обострились в неблагоприятное для России время. В 1900 году во всем мире начался значительный спад производства. Приток иностранных капиталов, на которых основывался экономический рост, везде резко сократился. Потеряло возможность получать иностранные займы и российское правительство. Объем государственных заказов, от которых зависела металлургия, горная и военная промышленность, уменьшился. (Другие отрасли пострадали меньше, а текстильной промышленности кризис вообще не коснулся.) В течение трех лет закрылось более 4 тысяч предприятий.

В деревне тоже было несладко. 1900 и 1901 годы выдались неурожайными, но мировые цены на зерно из-за кризиса резко упали. Казалось, наступило всеобщее разорение. Витте обвинили в развале сельского хозяйства и промышленности и отстранили от дел. Нищие крестьяне, видевшие причину своих бедствий в нехватке земли, начали силой захватывать помещичьи угодья: в 1902 году по всей России прокатилась мощная волна крестьянских бунтов. В городах усиливалось забастовочное движение, причем с началом экономического подъема в 1903 году оно стало еще мощнее – рабочие увидели, что трудности позади и они могут требовать большего. Повсеместно начались студенческие волнения, особенно усилившиеся после того, как с 1899 года за участие в беспорядках студентов стали отправлять в солдаты (мера эта возмутила и многих офицеров, оскорбленных тем, что армию низводят до положения арестантских рот). В Польше, Закавказье, Крыму и Финляндии большим влиянием пользовались националистические организации, многие из которых выступали и за социалистические преобразования.

Выступления против существующего порядка не были стихийными. С конца 1890-х годов в стране шел быстрый процесс формирования политических организаций. Либеральный «Союз освобождения», в который входили видные ученые, юристы и земские деятели, требовал созыва Учредительного собрания и широких социальных реформ, в крупных городах с конца 1880-х годов действовали марксистские кружки.

Было несколько попыток организовать настоящую социал-демократическую партию (формально Российская социал-демократическая рабочая партия была основана в Минске в 1898 году, но сразу же после первого съезда восемь из девяти ее основателей были арестованы). Дело сдвинулось в 1900 году, когда выехавший за границу В. И. Ульянов (с 1901 года он пользовался псевдонимом Ленин), вместе со своими соратниками стал издавать в Мюнхене газету «Искра». Ход оказался верным – российский рабочий класс был уже грамотен и жадно требовал независимой информации. Газета позволяла не только вести революционную пропаганду, но и учить практике революционной борьбы. Уже в 1902 году Ленин выступил за создание партии из профессиональных революционеров, и значительная часть социал-демократов поддержала его на II съезде РСДРП. Партия раскололась примерно поровну – другие социал-демократы поддержали Ю. О. Мартова, выступавшего за создание широкой партии западноевропейского типа. Поскольку некоторые делегаты покинули съезд, сторонники Ленина оказались в большинстве, получив с тех пор название «большевики».

В деревне ведущую роль играла партия социалистов-революционеров (эсеров), идеи которых восходили к революционному народничеству. От народников эсеры унаследовали приверженность террору и уверенность в том, что подлинными носителями революции могут быть лишь крестьяне. Особенно сильны были позиции эсеров в Поволжье.

Опять начался террор, направленный против государственных чиновников. В 1901 году был убит министр народного просвещения Н. П. Боголепов и совершено неудачное покушение на К. П. Победоносцева. В апреле 1902 года произошло убийство министра внутренних дел Д. С. Сипягина. Новый министр внутренних дел, «человек крепкой руки» В. К. Плеве принял жесткие меры. Все земские деятели, заподозренные в либерализме, были смещены с постов. Крестьянские бунты и забастовки подавлялись военной силой. Власти попытались обратить народное возмущение на «инородцев», и в Одессе и Кишиневе прокатились еврейские погромы. Однако обстановка продолжала накаляться. Сам Плеве признавался: «Если я проявлю малодушие в подавлении репрессий, смысла в моей деятельности не будет… Раз уж я начал, надо продолжать. Я сижу на пороховой бочке и взорвусь вместе с ней».

27 января 1904 года японский флот уничтожил русскую эскадру при Порт-Артуре. Началась русско-японская война, пожалуй, самая бесполезная и неудачная для России. Поражения на суше и на море следовали одно за другим. Русские солдаты и матросы совершали великие подвиги – отрезанный от России Порт-Артур продержался около года, – но все было тщетно. Правительство попыталось спасти положение и направило на Дальний Восток из Кронштадта новую эскадру. 15 мая она была полностью уничтожена в сражении у острова Цусима. О влиянии России на Дальнем Востоке речь уже не шла. Главной задачей стало сохранить собственную территорию. Война не вызвала в стране патриотических чувств. Правительство пришло к выводу, что продолжение ее неизбежно вело бы к усилению беспорядков, и стремилось скорее закончить военные действия. К миру стремились и японцы – вести большую войну на суше у них не было сил, зато существовала самая реальная возможность закрепить свои завоевания. При посредничестве президента США Теодора Рузвельта стороны вступили в переговоры, и 23 августа 1905 года в американском городе Портсмуте был заключен мир. Россия вынужденно уступила Японии Ляодунский полуостров, южную половину Сахалина и предоставила ей полную свободу действий в Корее.

Война не остановила стремительного движения страны к революции. 15 июля 1904 года членами Боевой организации эсеров был убит Плеве. Николай II назначил новым министром внутренних дел князя П. Д. Святополк-Мирского, известного своими либеральными суждениями, который предложил программу в духе реформ Александра II. В 1880-е годы ее бы встретили с восторгом, теперь же она была явно несвоевременной. В декабре 1904 года, в годовщину восстания декабристов, «Союз освобождения» организовал в Петербурге банкет, 800 участников которого потребовали немедленного созыва Учредительного собрания.

Правительство обещало реформы, но и слышать не хотело об изменении государственного устройства. 3 января петербургские рабочие начали массовую забастовку, в которой участвовали около 200 тысяч человек. Официальное Собрание русских фабрично-заводских рабочих (нечто вроде профсоюза), которое возглавлял священник Г. А. Гаи он, решило обратиться к царю с петицией, в которой излагались требования рабочих, в частности, «свобода борьбы труда с капиталом – немедленно». (Гапона небезосновательно подозревали в том, что он провокатор, внедренный в рабочее движение охранкой. В 1906 году Гапон попытался проникнуть в Боевую организацию эсеров, был разоблачен и казнен.)

9 января 1905 года более 150 тысяч человек двинулись к Зимнему дворцу (царь в это время отсутствовал). Демонстрацию расстреляли солдаты. Несколько сот человек погибли, тысячи были ранены. «Кровавое воскресенье» развеяло миф о царе – защитнике и покровителе народа. Примирение с самодержавием стало невозможным. Лучшие умы России осуждали власти. Л. Н. Толстой, в духе раннего христианства призывавший к непротивлению злу насилием, признался В. Г. Короленко, что не может осуждать террористов. Однажды он назвал российского самодержца Чингисханом с телефоном.

После «Кровавого воскресенья» страну захлестнули забастовки, в которых участвовало более миллиона человек. Теперь бастующие требовали прежде всего политических свобод. Вместе с рабочими выступали интеллигенция, официальные профсоюзы и деловые круги. Правительство отделывалось полумерами, но все же 19 февраля 1905 года вынуждено было подписать указ, позволяющий частным лицам доводить до сведения центральной власти свои предложения по улучшению государственной деятельности.

Весной прокатилась новая волна крестьянских бунтов. Целые уезды отказывались от уплаты налогов и призыва в армию (еще шла война с Японией). Начались волнения и в армии (восстание на броненосце «Потемкин» в июне 1905 года и крейсере «Очаков»), Весной забастовки промышленных рабочих не приняли большого размаха, но именно тогда в Иваново-Вознесенске бастующие создали новую структуру власти – Совет, который первоначально руководил забастовкой, но постепенно стал выполнять самые разнообразные функции. Просуществовал он около двух месяцев, но опыт этот был подхвачен в других городах, а социал-демократы (меньшевики) объявили Советы органами рабочего самоуправления.

В мае Россию потрясло цусимское поражение. В нем усмотрели еще одно доказательство несостоятельности правящего режима. Летом в Москве состоялись два важных съезда – Земский и Крестьянский. На Земском съезде был разработан проект конституции в европейском духе, а Крестьянский съезд потребовал созыва Учредительного собрания и изъятия земель у помещиков.

6 августа Николай II подписал указ об учреждении Государственной думы, который вызвал только всеобщее раздражение – по указу Думу предполагалось сделать совещательным органом. Чтобы добиться своего, либеральное движение, представленное так называемым Союзом союзов, и социал-демократы выдвинули идею всеобщей стачки.

В сентябре 1905 года страну охватила крупнейшая всеобщая забастовка. Встали все железные дороги, за исключением Финляндской, в городах отключили электричество и водопровод, не было связи. Пик забастовки пришелся на середину октября. Тут-то и пришелся кстати опыт Иваново-Вознесенска: теперь уже в Петербурге был образован Совет рабочих депутатов. В нем преобладали представители социал-демократов и эсеров, что говорило об их влиянии среди рабочих. Появились Советы и в других городах.

Пытаясь спасти положение, Николай II снова обратился к Витте. Тот предложил царю гарантировать населению основные гражданские свободы. Император несколько дней колебался, но 17 октября 1905 года был подписан манифест «Об усовершенствовании государственного порядка».

Манифест гарантировал неприкосновенность личности, свободу совести, слова, собраний и организаций, обещал демократические выборы в Государственную думу и контроль Думы за законодательством. Однако в нем ничего не говорилось о конституции, полномочиях новой Думы и, главное, о роли самодержавия. Тем не менее эта мера успокоила международные финансовые круги, от которых зависели новые кредиты. Удалось расколоть и российскую оппозицию: умеренные либералы поддержали манифест. Воплотить в жизнь положения манифеста предстояло самому Витте: 19 октября он был назначен на только что введенную должность премьер-министра.

Против царского манифеста выступили все социалисты, увидев в нем попытку правительства привлечь на свою сторону либералов и не допустить революции. Едва ли это было так, потому что и Николай II, и умеренные либералы не доверяли Витте, считая его политическим хамелеоном. Но социалисты оказались правы, когда предсказывали, что император при первой же возможности отступит от манифеста. Правительство действительно перешло к репрессиям, только проводило их теперь руками либерального Витте.

Манифест отнюдь не погасил накала революционных выступлений. В конце октября вспыхнул мятеж в Кронштадте, следом – на военно-морской базе в Севастополе. На Транссибирской магистрали взбунтовались солдаты, возвращающиеся с войны. В ноябре—декабре положение стало угрожающим. В Поволжье и на юге России продолжались крестьянские бунты. Властям удалось в конце ноября арестовать членов Петербургского совета, но буквально через несколько дней настоящее восстание вспыхнуло в Москве. В течение нескольких дней правительственные войска штурмовали баррикады восставших, оплотом которых стал рабочий район Пресни. Одновременно шли массовые аресты. Весной 1906 года общее число заключенных в тюрьмы и высланных превысило 50 тысяч человек. О неприкосновенности личности больше говорить не приходилось.

В начале декабря 1905 года правительство запретило бастовать государственным служащим, а 13 февраля 1906 года приняло закон, позволяющий преследовать любого по обвинению в антиправительственной пропаганде. Были проведены выборы в Думу, однако власти значительно урезали ее полномочия: она не могла обсуждать никаких вопросов, входящих в «ведение государя». Это означало, что Дума не контролировала военные и международные дела, а также бюджет страны.

Несмотря на старания правительства и удобную для власти систему выборов, правительственные и монархические партии потерпели на выборах жестокое поражение. Больше всего мест получила партия конституционных демократов (кадетов). Крестьяне, в которых правительство видело верную опору монархии, не оправдали надежд. Вместо того чтобы поддержать своих «естественных защитников» – помещиков и чиновников или просто монархические партии, – они проголосовали за близких эсерам беспартийных кандидатов, выступавших за аграрную реформу.

Перед открытием Думы Витте подал в отставку. Незадолго до этого ему удалось получить крупный зарубежный кредит, который и спас Россию от финансового краха. Новым премьер-министром стал И. Л. Горемыкин, продержавшийся в этой должности ровно столько, сколько проработала I Дума.

Первая Государственная дума начала свою деятельность 27 апреля с приема депутатов в Зимнем дворце. После этого работа продолжилась в Таврическом дворце, специально оборудованном для первого российского парламента. Депутаты надеялись сразу же приступить к подготовке самых насущных для страны реформ, но правительство не горело желанием сотрудничать с «революционерами», да и не слишком понимало, каким образом строить отношения с этим невиданным в России учреждением. Словно в насмешку, одним из первых вопросов, вынесенных на обсуждение в Думу, стал проект устройства прачечной в Юрьевском университете. В свою очередь, Дума не была готова разрабатывать новые законы – не было опыта, соответствующего аппарата и времени. Поэтому уже через несколько дней депутаты сделали то, что умели лучше всего, – составили политический манифест с требованиями к императору.

П. А. Столыпин

Ничего принципиально нового в нем не содержалось: всеобщие выборы, конституция, гражданские свободы, землю – крестьянам, а исполнительную власть – под контроль Думы. Фактически это была попытка привлечь к себе внимание в надежде превратить Думу в полноценный парламент. Правительство эти требования отвергло. Дума выразила ему недоверие. Одновременно депутаты потребовали провести аграрную реформу, изъяв землю у крупных собственников. Однако правительство сочло, что этот вопрос не входит в компетенцию депутатов, и премьер Горемыкин убедил царя распустить Думу. Поводом для роспуска стали крестьянские бунты, вспыхнувшие во многих местах во время обсуждения в Думе аграрного вопроса. Единственной уступкой либералам стала отставка Горемыкина. Его место занял П. А. Столыпин, прежде занимавший пост министра внутренних дел.

Роспуск Думы стал для оппозиции полной неожиданностью. 182 оскорбленных депутата от оппозиции собрались в Выборге и призвали население не платить налоги и отказываться от воинской повинности вплоть до созыва нового народного представительства. Отклика в народе это не вызвало, а авторы воззвания подверглись судебному преследованию и не смогли участвовать в следующих выборах.

Столыпин сразу же начал действовать. Специальные карательные отряды жестоко подавляли крестьянские волнения. Правительство опасалось худшего: в середине июля прокатилась волна военных мятежей на Балтийском флоте, самым значительным из которых был мятеж в Свеаборгской крепости. 12 августа 1906 года эсеры устроили взрыв на даче Столыпина. Погибли 27 человек, около 100 были ранены, в том числе и двое детей премьера. Столыпин ответил на это военно-полевыми судами, которые за восемь месяцев вынесли более тысячи смертных приговоров. Понимая, что на штыках власть долго не удержится, Столыпин попытался вернуть доверие к ней крестьянства – самой многочисленной части русского народа. Если бы крестьянские выступления пошли на спад, это стабилизировало бы обстановку в городах, поскольку подавляющее число рабочих еще вчера были крестьянами. Новый премьер-министр не обольщался относительно крестьян. Он не сомневался, что, пока они лишены земли, мира в обществе не будет. А значит, надо дать крестьянину землю.

Уже в августе 1906 года часть государственных земель была передана в ведение Крестьянского банка для последующей продажи крестьянам. Указ от 5 октября 1906 года предоставлял крестьянам равные с остальным населением права. Первая его статья гласила, что всем российским подданным, за исключением инородцев, предоставляются в отношении государственной службы равные права. Отныне крестьяне могли поступать на государственную службу или на учебу без согласия общины, свободно выходить из общины, а также получали право свободного передвижения и выбора места жительства. Этот же указ отменил право земских начальников наказывать крестьян.

Через месяц, 9 ноября, появился новый указ, определявший основные принципы аграрной реформы. Он стал основой принятого позднее Думой закона, по которому община могла быть распущена по желанию большинства входящих в нее крестьян.

Принимая эти указы, Столыпин полагал, что появление независимых и грамотных собственников-фермеров будет способствовать развитию внутреннего рынка и росту промышленности. Теоретически это было верно, но проект столыпинской реформы не учитывал того, что в вихре первой русской революции и крестьянских бунтов идея частной собственности на землю и роспуска общины была дискредитирована. За годы революционного подъема община во многих местах стала настоящим органом крестьянского самоуправления. Вторая Государственная дума, начавшая свою работу 20 февраля 1907 года, оказалась еще более радикальной, чем первая, и не в последнюю очередь потому, что авторы «Выборгского воззвания», среди которых было много известных либеральных политиков, были лишены права участвовать в выборах. Впрочем, депутаты хотели работать и старались избегать конфликтов.

На этот раз правительство Думу не игнорировало. 6 марта 1907 года Столыпин представил депутатам целую программу либеральных реформ, при этом конечной целью декларировалось построение правового государства. Депутаты встретили речь холодно. Социалисты в принципе были против либеральных реформ, а либералов не устраивало, что правительство в борьбе с революцией готово выйти за пределы правовых норм. В итоге программу Столыпина поддержали лишь монархисты, но не потому, что стояли за правовое государство, а потому, что это была программа правительства его императорского величества, решительно боровшегося с революцией.

Правительство начало беспощадную войну с террористами. Власти предложили Думе осудить террор, но депутаты отказались и вместо этого приняли резолюцию о незаконных действиях полиции. Тогда Столыпин потребовал от Думы исключить 55 депутатов социал-демократической фракции, обвинив их в заговоре против царской семьи. Николай II не стал дожидаться, пока II Дума вынесет решение, и 3 июня ее распустил. В тот же день было опубликовано новое положение о выборах в Думу, не имеющее ничего общего с гарантиями, которые давал российским подданным манифест от 17 октября. Теперь голос одного помещика приравнивался к голосам 7 горожан, 30 крестьян и 60 рабочих.

Несомненно, что подлинной причиной роспуска Думы стал ее отказ сотрудничать с правительством. Фактически Столыпин, при молчаливом согласии императора и членов правительства, изменил государственный строй России. Новый избирательный закон, на первый взгляд означавший возвращение к самодержавию, по сути был направлен на то, чтобы сделать основой конституционного строя России земство. Это соответствовало идеям, господствовавшим в 1860—1870-е годы и всё еще популярным в российской провинции. Закон должен был обеспечить ведущую роль в Думе представителям земского самоуправления. К началу XX века былой демократический дух покинул земских деятелей, поэтому Столыпин не сомневался, что они станут сотрудничать с правительством.

Состав III Государственной думы, проработавшей весь отведенный ей срок, показал, что премьер был прав – Дума приняла либеральную программу, и правительство приступило к последовательному воплощению ее в жизнь. Через Крестьянский банк крестьяне приобретали в кредит земли, прежде принадлежавшие помещикам или государству. Но, несмотря на желание многих крестьян выйти из общины (в год поступало около полумиллиона запросов), дело двигалось медленно. Далеко не всем, получившим участок земли, удавалось расплатиться по кредитам. Бедняки – а их было немало в черноземных и центральных губерниях – вообще не могли воспользоваться кредитами. Они или нанимались батраками к зажиточным соседям, или уходили в города. В итоге к 1917 году полноценными собственниками стали лишь около 8 процентов крестьян.

Правительство предложило программу переселения в Сибирь и на Дальний Восток. Но перебраться туда решался не всякий. Еще сложнее было обустроиться на новом месте. С 1907 по 1914 год в Сибирь выехали 3,5 миллиона человек, и около 1 миллиона вернулись обратно. Большинство из них предпочитали селиться в уже обжитых местах – не в последнюю очередь потому, что в неосвоенных собрать хороший урожай без специальных знаний было просто невозможно. В результате в Сибири оставались лишь самые самостоятельные, самые работящие и самые грамотные из числа добровольных переселенцев. И хотя к 1917 году в Сибири было уже 14,5 млн жителей (в 1897 году – 8,2 млн), значительную их часть по-прежнему составляли солдаты, ссыльные и каторжники.

Медленно продвигалась и школьная реформа, объявленная 3 мая 1908 года и предполагавшая бесплатное обязательное начальное обучение. За шесть лет в стране было открыто 50 тысяч новых школ, а общее их число составило около 150 тысяч – вдвое меньше, чем требовалось.

К счастью для России, реформы совпали с подъемом мировой экономики. Россия вышла на первое место в мире по экспорту зерна. Прибыль от внешней торговли поддерживала государственный бюджет и даже позволяла платить по внешним долгам. Иностранцы охотно вкладывали капиталы в самые передовые отрасли – судостроение, электротехнику, железные дороги, нефтяную и металлургическую промышленность.

Темпы промышленного развития были колоссальны. Крупных предприятий, где работали тысячи человек, в России было больше, чем в США. Быстро развивалось производство сельскохозяйственных машин, строились электростанции, появились новейшие отрасли – производство автомобилей и самолетов.

Стремительно шла вперед русская наука. В 1908 году И. И. Мечников был удостоен Нобелевской премии по медицине, химик С. В. Лебедев исследовал полимеризацию непредельных углеводородов, создавал свои первые самолеты будущий великий авиаконструктор И. И. Сикорский.

Экономический подъем позволял частному капиталу выделять значительные средства на благотворительность и социальные нужды. За счет этих средств строились многие больницы, учебные заведения и целые рабочие поселки.

Промышленный рост привел к бурному развитию больших городов. С 1895 по 1917 год население Москвы выросло более чем вдвое и превысило 2 млн человек. Менялся и городской быт. Повсюду возводились многоэтажные здания. Горожане уже не мыслили себя без электрического освещения, водопровода и канализации (в Москве канализация появилась в 1899 году). Телефон, автомобиль и трамвай тоже понемногу начинали свое победное шествие.

В эти годы появляются первые спортивные общества и устраиваются соревнования, входит в моду кинематограф (первый русский фильм «Стенька Разин» был снят в 1908 году). Издается множество журналов самых различных направлений. Чеховский «Вишневый сад» и «На дне» Максима Горького в Московском художественном театре проходят при аншлаге. На оперной сцене гремит бас Федора Шаляпина, а на балетной блещет Анна Павлова. Концерты Сергея Рахманинова собирают полные залы. Выставки «передвижников» и «мирискусников» привлекают всеобщее внимание. Тиражи книг возрастают, и стоят книги очень дешево… Не удивительно, что на фоне бурных потрясений последующих лет эта недолгая относительно зажиточная эпоха запомнилась многим как «мирное время».

На десятилетие перед Первой мировой войной пришелся небывалый расцвет литературы, живописи, театра, философской, религиозной и политической мысли. Поэты Серебряного века Александр Блок, Андрей Белый, Николай Гумилев, Игорь Северянин стали настоящими кумирами молодежи. Игорь Стравинский и Сергей Прокофьев создавали современную русскую музыку.

Усилились религиозные искания, мистицизм переплетался с радикальными революционными идеями. Многие ожидали конца «буржуазной цивилизации», на смену которой, согласно распространенным тогда социалистическим учениям, неминуемо должно было прийти новое общество, основанное на социальной справедливости. Об апокалипсисе, о начале новой эры и обновлении мира говорили не только в политическом, но и в религиозномистическом смысле. Именно в это время в окружении императорской семьи появился сорокалетний «святой старец» – Григорий Распутин.

Происходил Распутин из тобольских крестьян, в молодости попал под влияние секты хлыстов. Он обладал способностью подчинять себе волю других людей и, оказавшись в Петербурге, быстро обзавелся связями в высших сферах. Царская семья обратилась к Распутину с просьбой исцелить наследника престола, страдавшего неизлечимым заболеванием крови. Вскоре он приобрел огромное влияние на императрицу Александру Федоровну и часть придворных.

Г. Е. Распутин

Распутин стал причиной неприязни царя к Столыпину. Николай II, с мистическим трепетом относившийся к собственной власти, завидовал успехам своего премьер-министра, который с каждым годом становился все популярнее. В общественном мнении стабилизация политической жизни и экономический рост связывался не с государем, а с премьером. Николай терпел это, когда дело касалось интересов государства. Но в 1910 году Столыпин настоял на удалении Распутина от двора – на том основании, что «старец» порочит царскую семью. Премьер-министр не знал или не хотел замечать, что отношения царицы со старцем были очень близкими. Александра Федоровна не простила Столыпину нападок на своего фаворита и убедила Николая II, говорившего, что лучше «десять Распутиных, чем одна истерика императрицы», отправить премьера в отставку. Быть бы Столыпину каким-нибудь наместником на Кавказе, но 1 сентября 1911 года он был убит. До сих пор неизвестно, была ли это удачная «акция» террористов или же Столыпина устранили по приказу свыше. Распутин вернулся в Петербург уже осенью 1911 года.

Со смертью Столыпина реформы закончились. Но экономический подъем продолжался, и это позволило правительству, премьером которого был назначен В. Н. Коковцов, какое-то время сохранять внешнее благополучие в экономике. Однако политическая обстановка накалялась. Началось все с массовых манифестаций, последовавших после смерти Льва Толстого 7 ноября 1910 года. Участники их протестовали против смертной казни, за отмену которой боролся писатель. Затем начались студенческие волнения, перешедшие в длительную забастовку, охватившую многие университеты. Но поворотным моментом стал расстрел рабочих 4 апреля 1912 года в ходе подавления забастовки на золотых приисках Ленского золотопромышленного товарищества («Лензолото»), Погибли 270 человек. «Лензолото» было тесно связано с дворцовыми кругами, и потому общественное мнение немедленно возложило ответственность за расстрел на императора и его приближенных. Начались массовые забастовки.

К этому времени рабочие в России были уже достаточно грамотны, и социалистическая пропаганда имела большой успех. В 1912 году газета большевиков «Правда», выходившая 40-тысячным тиражом, успешно распространялась на предприятиях. Свои газеты были и у других революционных партий. Идея классовой солидарности глубоко проникла в умы, и требования сибирских рабочих восприняли как собственные трудящиеся самых разных городов России. Они сами были в таком же положении: условия труда на подавляющем большинстве заводов и фабрик были крайне тяжелые. И хотя зачастую рабочие неплохо зарабатывали, в случае болезни или увечья им приходилось рассчитывать только на себя.

В 1912 году существенно обострилась международная обстановка. На Балканах началась война между молодыми государствами, в которых кипели националистические чувства. Ее участники были слишком слабы, чтобы справиться с противником самостоятельно, и обращались за поддержкой к различным европейским странам. Между тем еще в 1907 году на II Международной конференции в Гааге по сохранению мира стало ясно, что Европа раскололась на два блока. Тройственный союз (Германия, Австро-Венгрия, Италия) противостоял Тройственному согласию (Франция, Россия, Великобритания). Любой конфликт между блоками мог привести к большой войне, поскольку нападение на одну из стран автоматически вовлекало в военные действия ее союзников. Но ни в Европе, ни в России опасности не замечали.

Неизбежное произошло 15 июня 1914 года, когда в боснийском городе Сараево был убит австрийский эрцгерцог Фердинанд (Австрия присоединила Боснию и Герцеговину в 1908 году). Австро-Венгрия обвинив в организации убийства сербское правительство, предъявила Сербии ультиматум и 15 июля начала войну. На следующий день Николай II принял решение о мобилизации российской армии с тем, чтобы оказать на Австро-Венгрию хотя бы психологическое давление. Но 19 июля 1914 года войну России объявила Германия, а через несколько дней – Австро-Венгрия.

Все в едином порыве стали на защиту отечества. Сотни тысяч человек пришли к Зимнему дворцу 20 июля, чтобы получить благословение императора. В патриотическом порыве Санкт-Петербург был переименован в Петроград. В городах громили немецкие магазины. В Государственной думе звучали речи с призывами забыть политические распри. Наступил звездный час молодой русской буржуазии, которой надоело засилье иностранного капитала (и в особенности – немецкого) и которая мечтала о свободном выходе в Средиземное море. К тому же в беде снова оказались православные братья – сербы. Патриотические чувства были настолько сильны, что мобилизация прошла быстро и организованно. Дезертиров практически не было, забастовки прекратились. Был провозглашен сухой закон – во имя победы государство отказалось от важнейшего источника доходов, а подданные – от соответствующего удовольствия. Вместе с тем в крупных городах все же состоялись и манифестации под антивоенными лозунгами.

Поначалу военные действия складывались для русского оружия благоприятно. Но 18 августа наступление против Германии было остановлено при Танненберге. Немцы захватили в плен более 100 тысяч русских солдат, а в следующие несколько недель вытеснили русскую армию из Восточной Пруссии. Однако поражение русской армии помогло союзникам на Западном фронте: Германия не смогла перебросить туда подкрепления, и французы остановили продвижение немецких войск

В австрийской Галиции успех русским войскам сопутствовал дольше. Они захватили большую территорию и взяли в плен более 200 тысяч человек. В сентябре 1914 года Германия вынуждена была сосредоточить на варшавском направлении 52 дивизии, но сдержать натиск русской армии австрийские и немецкие войска не смогли и после месяца жестоких боев отступили. В ноябре русские части двинулись в Силезию и Пруссию. Чтобы противостоять им, Германия перебрасывала силы с Западного фронта и терпела там неудачи. Поэтому весной 1915 года немецкое командование решило нанести основной удар по России. На Восточный фронт было брошено 13 новых дивизий и огромное количество артиллерии. К этому времени в русской армии, рассчитывавшей на трехмесячную кампанию, уже остро сказывалась нехватка вооружений и боеприпасов. Положение осложнялось тем, что на стороне германо-австрийского блока выступила Турция. В октябре 1914 года в Закавказье открылся еще один фронт. Проливы были перекрыты, и Россия лишилась практически всех портов: в ее распоряжении остались только Архангельск и Владивосток. Страна оказалась почти в полной блокаде, а российская промышленность еще не успела наладить производство необходимых вооружений.

В мае 1915 года Германия и Австро-Венгрия начали наступление. Фронт был прорван, русская армия потеряла 150 тысяч убитыми, около 700 тысяч ранеными, 900 тысяч попали в плен. Польша, Галиция, Литва, значительная часть Украины и Белоруссии оказались под властью противника. Германия и Австро-Венгрия всячески поощряли на оккупированных землях национальные движения, направленные против России, и 5 ноября 1916 года даже позволили Польше провозгласить свою государственность. Для России потеря этих территорий была тяжелым ударом еще и потому, что она лишилась многих передовых промышленных предприятий, сосредоточенных в Польше и в Прибалтике.

Немецкое наступление продолжалось до осени 1915 года. Попытки союзников поддержать Россию наступлением на Дарданеллы кончились неудачей. Плохо вооруженные русские солдаты (треть из них вообще не имела оружия и пользовалась оружием убитых и раненых) сдерживали немецкие войска, но те все же продвинулись до линии Рига – Пинск – Тернополь.

В 1916 году на фронтах наступило затишье. Россия наконец смогла перевести экономику на военные рельсы и наладить снабжение армии. Однако недавний патриотический подъем сменился упадком духа. После того, как 80 процентов российских предприятий переключились на военное производство, в стране начался острый дефицит всех промышленных товаров. Резко подскочили цены. Возобновились забастовки, которые власти подавляли по законам военного времени. Ухудшилось снабжение продовольствием. Производство его резко сократилось из-за нехватки рабочих рук, реквизиции лошадей для нужд армии и прекращения импорта сельскохозяйственных машин. А то немногое, что удавалось вырастить, крестьяне не хотели продавать, поскольку в городах не было нужных им товаров. Наладить нормальное снабжение городов было невозможно еще и потому, что железные дороги были заняты исключительно военными перевозками.

22 мая 1916 года русские войска под командованием А. А. Брусилова начали мощное наступление в Галиции. Оно продолжалось все лето, и русская армия смогла продвинуться более чем на 100 километров. Снова начались трудности со снабжением. Осенью 1916 года против Германии и Австро-Венгрии выступила Румыния, но потерпела поражение. Ее оккупировали германо-австрийские войска, поставив под угрозу русскую армию в Галиции. Наступление пришлось прекратить.

Император Николай II с августейшим семейством. 1913 г.

Со второй половины 1915 года власть стала постепенно терять контроль за положением в стране, в особенности в центральных ее областях. Это было вызвано противоречиями между гражданской администрацией и военным командованием. Военные еще в начале войны получили самые широкие полномочия в зоне действия армии, но с отступлением эта зона оказалась фактически в центре страны. Власть оказалась парализованной: гражданские и военные чины мешали друг другу осуществлять полномочия. Их функции легко перехватили многочисленные общественные организации, возникшие с началом войны. Комитет Красного креста подчинил себе санитарную администрацию. Земский и Городской союзы объединились в Земгор, чтобы централизовать военные поставки. В мае 1915 года по инициативе видного промышленника и председателя III Государственной думы А. И. Гучкова был создан Центральный военно-промышленный комитет, взявший на себя распределение оборонных заказов между предприятиями и организацию снабжения армии. Война укрепила в обществе дух коллективизма, позволила людям осознать, сколь эффективными могут быть действия общественности.

Военные неудачи и разруха привели к тому, что доверие к императорской власти практически рухнуло. Но Николай II, похоже, этого не понимал. Под влиянием Распутина император еще больше уверился в своей роли «царя-батюшки, командующего армией доброго крестьянского народа». По совету Александры Федоровны и «старца» Николай II сместил с поста главнокомандующего великого князя Николая Николаевича и взял верховное командование на себя. Ставка главного командования находилась в личном поезде, стоявшем под Могилевом. Поскольку Николай II не отличался военными дарованиями, все его управление свелось к замене одних бездарных чиновников другими, еще более бездарными. В течение 1916 года сменилось пять министров внутренних дел и три военных министра, не говоря уже о других чинах. Когда выяснилось, что делалось это по указке Распутина и царицы Александры Федоровны, разразился скандал. В Думе политику государя называли «глупостью либо изменой».

Отношения царя и Думы стали предельно напряженными. Фактически возникло противостояние между царским двором и новой буржуазией. Крепли опасения, что царь и его окружение готовят сепаратный мир с Германией – и винили в этом Распутина, влияние которого и в самом деле стало безмерным. В кругах высшей аристократии и офицерства возник заговор, и 16 декабря 1916 года Распутин был убит. Для царской семьи это убийство стало страшным ударом.

Всю зиму в Петрограде продолжались забастовки. Дума требовала отставки министров. В феврале 1917 года, когда перебои в снабжении заставили власти ввести в городе карточную систему распределения продуктов, начались беспорядки. 22 февраля Николай II выехал в Ставку в Могилев. А 23 февраля началась революция.

Крах императорской России наступил внезапно. В конце февраля 1917 года в Петрограде начались беспорядки, но ни правительство, ни демонстранты еще не сознавали, что происходит. Забастовки на промышленных окраинах, с демонстрациями, пением революционных песен и красными флагами давно стали привычными. Заседавший 24 февраля Совет министров даже не обсуждал эти события. Полиция разгоняла толпу, но она тут же собиралась в другом месте. Насилия избегали и демонстранты, и солдаты. Правительство не допускало мысли стрелять в людей. Даже большевики отказались тогда вооружать демонстрантов – чтобы не провоцировать войска. И все же в городе, наполненном оружием, постоянно звучали выстрелы. Поползли слухи, что на чердаках установлены пулеметы и где-то полицейские уже стреляли в толпу.

Первый председатель Временного правительства князь Г. Е. Львов. Петроград. 1917 г.

Это мирное противостояние закончилось после того, как 25 февраля из Ставки поступила телеграмма с требованиями немедленно прекратить беспорядки. 26 февраля император издал указ о закрытии сессии Думы, а на одной из центральных площадей Петрограда солдаты открыли огонь. Десятки человек были убиты. На следующее утро революционные толпы захлестнули Петроград: началась стрельба, убивали полицейских и офицеров, захватили тюрьму «Кресты». Восстали солдаты, расквартированные в Преображенских казармах.

В такой обстановке депутаты Думы не подчинились императорскому указу и составили Временный комитет, назначивший своих комиссаров во всех правительственных учреждениях.

Председатель Временного правительства А. Ф. Керенский

Рукопись В. И. Ленина. Первоначальный набросок «Апрельских тезисов» 3 (16) апреля 1917 г.

Тогда же в том же Таврическом дворце собрались представители рабочих и солдат, образовавшие Петроградский совет рабочих и солдатских депутатов. Председателем его был избран депутат-социалист Н. С. Чхеидзе, до этого отказавшийся войти в состав Временного комитета Думы. Две новых власти тут же оказались на грани конфликта, поскольку каждая уже назначила своего коменданта Петрограда. Однако Совет счел за лучшее отступить, предоставив инициативу Думе. Та, в свою очередь, не могла не считаться с Советом, потому что солдатские депутаты уже добились от Совета Приказа № 1: теперь часть столичного гарнизона подчинялась Совету, контроль над вооружением переходил к солдатским комитетам, а решения Думы подлежали исполнению лишь в том случае, если не противоречили решениям Совета. Не желая обострения конфликта, 1 марта лидеры Думы и Совета заключили соглашение об образовании Временного правительства, которое возглавил князь Г. Е. Львов. В составе его преобладали конституционные демократы, единственным социалистом в нем был А. Ф. Керенский, назначенный министром юстиции. Фактическим лидером нового правительства стал министр иностранных дел П. Н. Милюков.

В Ставке царило смятение. Сведения из столицы поступали противоречивые, а приказы не выполнялись. Понимая, что положение серьезное, Николай II выехал в Петроград. Но на станции Дно железнодорожники остановили царский поезд и направили его в Псков. Тем временем петроградский гарнизон перешел на сторону революции. Главнокомандующий М. В. Алексеев предложил командующим фронтами направить царю телеграммы с рекомендацией отречься от престола. Опасаясь, что события примут худший оборот, Николай II отрекся от престола в пользу своего брата Михаила Александровича. Но было уже поздно – как только весть об этом дошла до столицы, народ потребовал провозглашения республики. При таких обстоятельствах Михаил не решился принять царскую корону.

3 марта 1917 года российское самодержавие прекратило свое существование. 8 марта 1917 года царская семья была арестована.

Наступили лихорадочные революционные будни. Новая власть пыталась наладить снабжение Петрограда. 6 марта декретом Временного правительства были провозглашены: общая амнистия политзаключенным; свобода слова, собраний и забастовок; равенство всех граждан, независимо от сословной, национальной и религиозной принадлежности, а также созыв Учредительного собрания на основе всеобщих и прямых выборов.

Революция вызвала резкий подъем национальных движений по всей России. 4 марта на основе нескольких демократических организаций была создана Центральная рада Украины. 6 марта потребовали национальной автономии буряты. 7 марта была восстановлена конституция Финляндии. Ждали независимости оккупированные немцами Польша, Литва и Латвия. Добивались автономии башкиры, узбеки и азербайджанцы, а мусульмане-«унитаристы» надеялись объединить все исламские народы России под эгидой крымских татар. Не столь активным было национальное движение в Закавказье. В Армении понимали, что без России Турция может полностью уничтожить армянский народ (в 1915 году турецкие власти осуществляли массовый геноцид армян), а многие грузинские революционеры после февраля заняли важные посты в новых органах власти.

Революционная власть сразу же заявила, что намерена воевать до победы. Это был важный политический шаг, потому что в последний год правления Николая II до союзников России доходили слухи о подготовке сепаратного мира с Германией. Новый министр иностранных дел П. Н. Милюков по-прежнему считал главной целью России в войне завоевание Константинополя, не обращая внимания на то, что ресурсы для продолжения боевых действий полностью исчерпаны.

3 апреля 1917 года в Петроград приехал лидер большевиков В. И. Ленин. С 1907 года он находился в эмиграции, и вернуться в Россию ему удалось лишь при содействии германского правительства. Спецслужбы Германии поддерживали российское рабочее движение в надежде, что революция выведет Россию из войны. В свою очередь, Ленин и другие радикально настроенные социал-демократы были убеждены, что социальный взрыв в России станет началом мировой социалистической революции, которая покончит и с мировой войной, и со многими правящими режимами.

На следующий день Ленин изложил руководству партии свои «Апрельские тезисы». Он утверждал, что Февральская революция лишь первый шаг к настоящей, социалистической революции, что партия должна ни в чем не поддерживать Временное правительство и взять курс на создание Республики Советов, которая станет государственной формой диктатуры пролетариата. В будущей Советской республике вся земля должна перейти в руки государства, частная собственность будет конфискована, все банки объединены в один общенациональный банк, действующий под контролем Советов, все производство и распределение взято под рабочий контроль.

А в данный момент нужно настаивать на прекращении войны любой ценой, игнорировать решения правительства и перехватывать у него власть с помощью Советов.

Министр Временного правительства А. И. Гучков. 1906 г

Предложения Ленина были встречены настороженно и даже с недоумением. Некоторые были настроены на открытое противодействие власти. Другие опасались, что антиправительственная пропаганда подорвет авторитет партии в массах. И всех смущал тезис о выходе из войны. С одной стороны, силы страны были полностью истощены, с другой – выйти из войны можно было только ценой сепаратного мира с Германией на ее условиях. Это грозило оккупацией огромной части страны, подавлением революционного движения германскими войсками, колоссальной контрибуцией и, вполне возможно, войной со вчерашними союзниками. Самым опасным мог стать конфликт с Японией, выступавшей на стороне Антанты. Оставалось надеяться, что германо-австрийский блок, измотанный не меньше России, долго не продержится.

Примерно такими соображениями руководствовался Петроградский совет, 14 марта призвавший народы воюющих держав немедленно заключить мир «без аннексий и контрибуций». «Русская революция не отступит перед штыками завоевателей», – говорилось в воззвании.

Обеспокоенные пацифистскими призывами, союзники прислали в Петроград свои делегации во главе с представителями социалистических партий. Они приняли участие в съезде солдатских комитетов Западного фронта и удостоверились, что русская армия вполне боеспособна и о сепаратном мире речь не идет. Но слишком сильны были противоречия между солдатами и офицерами. Многим офицерам легче было объявить себя социалистами, чем научиться говорить солдату «вы».

Генерал А. А. Брусилов

Правительство само обострило ситуацию. 18 апреля П. Н. Милюков направил союзникам ноту, в которой подтвердил, что Россия готова участвовать в войне «до победного конца». В тот же день по случаю Международного дня солидарности трудящихся (по старому стилю он выпадал на 18 апреля) в Петрограде состоялась крупная демонстрация под антивоенными лозунгами. Еще через три дня Петроградский совет организовал мощное шествие рабочих и солдат, в котором звучали большевистские призывы «Вся власть Советам!» и «Временное правительство в отставку!».

Апрельские демонстрации привели к правительственному кризису. Через месяц Гучков и Милюков подали в отставку. Во главе нового правительства остался князь Львов, но фактически им руководил А. Ф. Керенский. Новое правительство согласилось проводить курс Совета, направленный на прекращение войны. Однако союзники и слышать не хотели об остановке военных действий. Не удалась и попытка организовать мирную конференцию социалистических партий.

Керенский еще надеялся на последнее решающее наступление. Чтобы поднять дух солдат, он издал Декларацию прав солдат, еще более радикальную, чем Приказ № 1. Тогда же в армии были назначены комиссары, которые должны были проводить в жизнь политику правительства. Результатом стало дальнейшее падение дисциплины. Приказы офицеров не выполнялись, целые подразделения самовольно покидали позиции. В армии широко распространялась пропагандистская литература, усилились позиции большевиков и анархистов.

Между тем 22 мая Верховным главнокомандующим был назначен прославленный генерал А. А. Брусилов, который начал наступление в Галиции. Австрийцы побежали. Около двух недель русские войска успешно продвигались вперед. Но как только противник перешел в контрнаступление, некоторые части стали самовольно покидать позиции. В итоге немцы легко прорвали фронт и заняли Тернополь. Над всеми юго-западными русскими землями нависла угроза оккупации.

Положение русской армии осложнялось и тем еще, что до начала наступления, 10 июня, Центральная рада провозгласила независимость Украины, и лишь 1 июля Временное правительство смогло договориться с новыми украинскими властями о том, что судьба Украины будет решена с помощью референдума. Договор вызвал резкие протесты в России, поскольку ставил под угрозу целостность государства. Мини-стры-кадеты 2 июля подали в отставку. Разразился новый правительственный кризис. В тот же день до Петрограда дошла весть о немецком контрнаступлении.

Немедленно распространились слухи, что на фронт бросят части петроградского гарнизона. Поскольку революционно настроенным солдатам (среди них преобладали большевики и анархисты) воевать совсем не хотелось, они решили, что лучше умереть не в окопах, а на баррикадах, и попытались быстро подготовить восстание. План был таков: арестовать Временное правительство, захватить телеграф и вокзалы и создать под руководством большевиков и анархистов Временный революционный комитет.

Л. Д. Троцкий

3 июля начались многотысячные демонстрации. Звучали зажигательные речи Л. Д. Троцкого против Временного правительства и Совета. Между демонстрантами и войсками, верными

Совету, вспыхнули столкновения. Многие поверили сведениям о том, что большевиков содержало немецкое правительство и те специально вывели людей на улицы, когда Германия начала наступление.

Троцкий и еще несколько руководителей большевиков были арестованы, большевистские газеты закрыты, а Ленину пришлось скрываться в Финляндии. Однако многие большевики остались в Совете.

8 июля князь Львов подал в отставку, и Керенский сформировал новый кабинет, большинство в котором получили социалисты. Однако за те 16 дней, что продолжался правительственный кризис, положение в стране резко ухудшилось. Наступление русских войск в Галиции захлебнулось. Снабжение сельскохозяйственной продукцией полностью нарушилось. Крестьяне не хотели сдавать зерно по твердым ценам, а государство не могло доставить в города даже то немногое, что удавалось купить. Особенно нуждались в хлебе северные и центральные губернии (в конце августа хлебный паек в Москве и Петрограде составлял пол фунта в день). В Средней Азии начался голод.

С этого времени серьезное давление на правительство стали оказывать консервативные круги, такие, как группа «Общество за экономическое возрождение России», созданная по инициативе крупного предпринимателя Путилова, «Республиканский центр» промышленника Рябушинского. Оживились монархические организации. Но самой серьезной силой стал «Союз армейских и флотских офицеров», организованный бывшим главнокомандующим Алексеевым и генералом Деникиным. К августу в нем состояли десятки тысяч патриотически настроенных людей. На фронте Союз создавал «ударные отряды» (первый такой отряд был сформирован еще в мае).

После провала наступления генерал Л. Г. Корнилов обратился к правительству с призывом срочно восстановить дисциплину в армии. Правительственные комиссары его поддержали, и 12 июля на фронте снова была введена смертная казнь для дезертиров. А спустя шесть дней Корнилов сменил Брусилова на посту главнокомандующего. При этом Корнилов потребовал от правительства неограниченных полномочий, распространения режима военного времени на тыл, создания концентрационных лагерей для нарушителей воинской дисциплины, введения военного положения на шахтах, железных дорогах и заводах. Корнилова поддерживали генералы Алексеев и Брусилов. Тогда же был сформирован «корниловский ударный полк», проявивший себя в годы Гражданской войны. Корниловцев отличала мрачная эмблема на фуражках: череп со скрещенными костями.

Встреча генерала Л. Г. Корнилова в Москве. Август 1917 г

Желая укрепить позиции правительства, Керенский организовал в Москве, которая оставалась в стороне от революционных потрясений, Государственное совещание. Правительством были отобраны 2500 делегатов из всех слоев населения, однако депутатов Советов среди них было совсем немного. 12 августа Государственное совещание торжественно открылось в Большом театре. На следующий день Корнилов прибыл в столицу, а 14 августа он выступил на Государственном совещании с речью. Многим уже были известны его требования.

Почти в те же дни в Петрограде проходила конференция фабрично-заводских комитетов, созданных на предприятиях самими рабочими для того, чтобы контролировать работу администрации, наём и увольнение рабочих, а также снабжение предприятий топливом и сырьем. Они же формировали отряды рабочей милиции и Красной гвардии. Со временем комитеты превратились в надежную опору большевиков, которые еще в самом начале августа на VI съезде своей партии приняли решение о подготовке вооруженного восстания и захвате власти.

19 августа германские части начали наступление в Прибалтике и 21 августа захватили Ригу. Армия всё больше разлагалась. Начались убийства офицеров. 22 августа Корнилов потребовал от Керенского передать ему в подчинение Петроградский военный округ. Керенский отверг эти требования. Корнилов направил в Петроград 3-й кавалерийский корпус под командованием генерала А. М. Крымова и так называемую Дикую дивизию, требуя отставки правительства.

Вначале Керенский растерялся. Но поступившие сведения о том, что Корнилов намерен свергнуть правительство и ввести в Петрограде военное положение, позволили Керенскому расценить это как мятеж. 27 августа глава Временного правительства приказал Корнилову немедленно сложить полномочия главнокомандующего. Тот отказался и 28 августа выступил по радио с обращением к стране. «Русские люди! – говорил он. – Великая родина наша умирает… Вынужденный выступить открыто, я, генерал Корнилов, заявляю, что Временное правительство под давлением большевистского большинства Советов действует в полном согласии с планами германского генерального штаба».

У Корнилова имелись шансы взять власть. На его стороне были офицерство и значительная часть казачества, предприниматели и интеллигенция. Поддерживали Корнилова и союзники, надеявшиеся, что он не позволит России выйти из войны.

Керенскому пришлось обратиться за поддержкой к Совету. Служащие почты и телеграфа немедленно прервали связь, а верные правительству войска выступили Корнилову навстречу. Социалистические организации тоже поддержали Керенского. Власти выпустили из тюрьмы арестованных лидеров большевиков (Троцкого выпустили под залог только 4 сентября). 30 августа Керенский принял на себя руководство войсками, которые отказались подчиняться генералу Крымову. Во время встречи с генералом Керенский обвинил его в измене и передал в распоряжение Чрезвычайной комиссии по расследованию контрреволюционного мятежа. Через несколько часов Крымов покончил с собой – возможно, чтобы не давать показаний.

Мятеж был подавлен. 1 сентября Корнилова арестовали. Керенский немедленно провозгласил республику и приступил к формированию нового кабинета. Но его возможности с самого начала были сильно ограничены влиянием Советов. Корниловский мятеж по существу открыл дорогу большевикам. 9 сентября председателем Петроградского совета был избран Троцкий. Спустя несколько дней Ленин призвал к вооруженному восстанию. Чуть позже работавший в Клеве Съезд народов России потребовал создания федеративного государства.

В стране была полная разруха. Сотни заводов и фабрик остановились из-за нехватки сырья и энергии. Рабочие организации протестовали против массовых увольнений, но это не меняло дела – работы все равно не было. Десятки тысяч людей оказались на улице. Железные дороги бастовали. После корниловского мятежа офицеры утратили всякий авторитет. Солдаты отказывались выполнять приказы, братались с солдатами противника, покидали фронт и уходили домой. От военной катастрофы Россию спасло только развернутое союзниками наступление на Западном фронте.

Возвращение в деревню анархически настроенных, озлобленных солдат еще более обострило обстановку. Начался стихийный дележ помещичьей земли, погромы усадеб. Доставалось и зажиточным крестьянам – «кулакам». Крайне напряженными сделались отношения между деревней и городом. Крестьяне не хотели бесплатно кормить горожан, а тем нечем было платить за еду и негде на нее заработать. Цены на продовольствие росли стремительно. В середине сентября Ленин заявил, что стране грозят «катастрофа невиданных размеров и голод», и избежать этого удастся лишь в том случае, если Советы рабочих и солдатских депутатов под руководством большевиков полностью возьмут власть в свои руки. А сделать это можно только вооруженным путем, свергнув правительство. Более 50 Советов в разных городах России требовали всей полноты власти.

В середине сентября в Петрограде открылось Демократическое совещание, которое должно было выработать принципы управления страной вплоть до созыва Учредительного собрания. Кроме того, ему предстояло решить вопрос о составе нового правительства. Левые партии возлагали на Демократическое совещание большие надежды. Большевики полагали, что вполне смогут взять власть демократическим путем в ходе назначенного на конец октября II съезда Советов. Такой подход Ленин, не склонный стесняться в выражениях, называл идиотизмом или полной изменой. К середине октября ему удалось убедить своих соратников, и Центральный комитет партии принял решение о подготовке восстания.

Рабочие к тому времени не слишком стремились на баррикады. Но, с точки зрения большевиков, революция без восстания пролетариата была бы неполноценной. Большевикам пришлось сыграть на патриотических чувствах: они заявили, что правительство хочет сдать Петроград немцам, и создали Военно-революционный центр для организации обороны города. 9 октября председатель Петроградского совета Троцкий объявил о создании при Совете самостоятельной военной организации – Петроградского военно-революционного комитета, который контролировал около 40 воинских частей (из 180 размещенных в столице), Красную гвардию и множество предприятий. Возглавил ВРК В. А. Антонов-Овсеенко (позднее именно он руководил штурмом Зимнего дворца). Троцкий утверждал, что все военные приготовления проводятся для защиты съезда Советов.

Однако даже накануне съезда конкретной даты восстания назначено не было. Не было и четкого плана. В левой прессе ставилась под вопрос сама необходимость восстания, а 17 октября Каменев выступил со статьей, осуждавшей эту идею и фактически раскрывшей планы большевиков. Однако Керенский не придал статье большого значения, поскольку был убежден, что гарнизон верен правительству.

Центральный комитет, избранный на Апрельской конференции РСДРП (большевиков): В. И. Ленин, И. В. Сталин, Я. М. Свердлов, В. П. Милютин, В. П. Ногин, Л. Б. Каменев, Г. Е. Зиновьев, И. Т. Смилга, Г. Ф. Федоров

Крейсер «Аврора». Петроград. 1917 г.

Это стало его роковой ошибкой, потому что 21 октября гарнизон перешел на сторону Военно-революционного комитета. Всякий приказ теперь должен был утверждаться Комитетом. Утром 24 октября глава Временного правительства приказал закрыть типографию большевиков и вызвал в Петроград подкрепления. Большевики снова заняли типографию, а перешедшие на их сторону воинские части начали брать под охрану мосты и другие важные объекты. Только тогда в Смольном, где вот-вот должен был открыться съезд Советов, собрался Центральный комитет большевиков, чтобы выработать какой-то план.

Вечером 24 октября Красная гвардия и несколько военных частей, действуя от имени Петроградского совета, легко захватили мосты, почту, телеграф, вокзалы. В руках правительства оставался Зимний дворец. 25 октября в 10 утра было опубликовано воззвание Петроградского военно-революционного комитета, где говорилось, что правительство низложено. Во второй половине дня на сессии Петроградского совета Ленин объявил о том, что рабочая и крестьянская революция, о необходимости которой все время говорили большевики, свершилась.

В 22.40 в Смольном открылся II съезд Советов. А поздно ночью после нескольких холостых выстрелов в сторону Зимнего дворца, произведенных крейсером «Аврора», начался его штурм. Несколько сот рабочих, матросов и солдат, почти не встретив сопротивления, ворвались во дворец, и в 2 часа ночи находившиеся там министры Временного правительства были арестованы. Керенского среди них не оказалось: он уехал из города за подкреплением.

Тем временем съезд продолжался. Меньшевики и правые эсеры покинули его в знак протеста против переворота. После этого съезд одобрил резолюцию о передаче всей власти Советам (которые находились теперь под контролем большевиков), а спустя два часа после ареста Временного правительства – Декрет о мире и Декрет о земле. Первый фактически представлял собой призыв к мировой революции, второй включал 242 обобщенных эсерами крестьянских наказа, в соответствии с которыми вся земля становилась общенациональным достоянием, частная собственность на нее отменялась, а всякий гражданин мог обрабатывать землю только своим трудом. Непосредственных практических последствий эти декреты не имели. Первый, впрочем, способствовал тому, что союзники отказались признать правительство большевиков, а Германия и Австро-Венгрия дали понять, что готовы вступить с новым правительством в переговоры. Второй просто узаконил уже сложившуюся практику захвата земли.

Следующей ночью на заключительном заседании II съезда Советов было образовано новое правительство – Совет народных комиссаров (Совнарком) под председательством Ленина. Троцкий стал наркомом иностранных дел, Сталин – по делам национальностей.

Уже 26 октября казачий атаман А. М. Каледин объявил, что принимает на себя всю власть на Дону и начал разгон Советов. В тот же день в Петрограде противники большевиков объединились вокруг Комитета спасения родины и революции, в состав которого входили представители умеренных социалистических партий и влиятельнейших профсоюзов железнодорожников и почтово-телеграфных служащих. Но попытку подготовить вооруженное выступление против большевиков в Петрограде новая власть подавила. В Москве же большевики взяли власть не сразу – потребовалось несколько дней и артиллерия, чтобы захватить Кремль, где укрепились враждебные большевикам части.

По призыву Керенского 27 октября на Петроград начали наступление войска генерала П. Н. Краснова, но 1 ноября большевистским агитаторам удалось склонить их на свою сторону. Керенский бежал, а Краснов был арестован.

К удивлению Ленина, против большевиков единодушно выступили все государственные служащие и специалисты. Многочисленные декреты никто не собирался исполнять.

Демонстрация в Петрограде

В Москве фабрично-заводские служащие осудили большевизм как «социально-революционную утопию». Студенты и служащие крупных городов стояли за созыв Учредительного собрания.

Тем не менее к 1 ноября советская власть была установлена в Ярославле, Твери, Смоленске, Рязани, Нижнем Новгороде, Казани, Самаре, Саратове, Ростове, Уфе, Ташкенте и Баку.

Ф. Э. Дзержинский

Выборы в Учредительное собрание все же состоялись, как и намечалось, в середине ноября. В них участвовало почти 50 партий и около половины внесенных в списки избирателей (45 млн человек). Победили эсеры, получившие более 55 процентов голосов, большевики получили 22,5 процента. В городах успеха добились буржуазные партии. Самыми слабыми позиции большевиков оказались в непромышленных губерниях Украины и в казачьих районах.

ГПУ. Революционная молния 1930. Художник В. Дени

В конце 1917 года реальной власти в стране не было. Где-то продолжали действовать дореволюционные органы власти, в отдаленных районах и на национальных окраинах возникали собственные правительства.

Страна находилась в состоянии войны, но военных действий не велось. Озлобленные солдаты покидали фронт, часто с оружием, и готовы были уничтожать всех, кто был им не по душе, кто в их глазах представлял «старый мир» и офицерство. Созданная 7 декабря 1917 года по инициативе Ф. Э. Дзержинского Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией (ВЧК) по сути стала политической полицией. Борьба с преступностью ей была еще не под силу, да и не в этом состояла ее главная задача. (В 1922 году ВЧК была преобразована в Государственное политическое управление (ГПУ) НКВД РСФСР, а в 1923 году – в Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ), но характер деятельности этого учреждения не изменился.)

Подразделение специального назначения ОГПУ на занятиях

Надвигающаяся зима сулила голод.

Большевики заранее договорились с левыми эсерами, что деятельность Учредительного собрания должна быть прекращена, если оно не одобрит законов и декретов, принятых Совнаркомом и съездом Советов. В ночь с 5 на 6 января 1918 года так и случилось. Накануне была расстреляна демонстрация в поддержку Учредительного собрания. Новая власть показала силу, и защищать Учредительное собрание никто не стал. Большевики тоже не спешили решать, какой будет новая власть. Они ждали мировую революцию.

Зимой 1918 года большевики оказались в тяжелейшем положении. Страна еще не вышла из войны и сохранялась угроза оккупации. А это означало крах революции. Германские власти не потерпели бы большевиков, а революция в Германии все не начиналась. Нужно было срочно заканчивать войну. Переговоры о перемирии с державами германо-австрийского блока начались в Брест-Литовске (современный Брест) еще 20 ноября 1917 года, а 9 декабря там открылась уже настоящая мирная конференция. Однако Германия тянула время. Она не была уверена в том, что большевики долго продержатся, и лишь после разгона Учредительного собрания стала воспринимать советское правительство как реальную силу. А России необходим был мир, потому что армия фактически утратила боеспособность.

У большевиков не было четкой позиции. В. И. Ленин склонялся к тому, чтобы согласиться с первоначальным требованием Германии передать ей уже оккупированные западные территории. Л. Д. Троцкий и Н. И. Бухарин стояли за революционную войну, на которую у России уже не было сил. К тому же с 9 января в переговорах участвовали представители Украины, объявившей о своей независимости. В конце концов Троцкий заявил, что Россия выходит из войны, но мира не подписывает. Это привело к тому, что германо-австрийский блок заключил договор с делегацией Украинской рады, которая тут же попросила у Германии военной помощи. Через несколько дней, в середине февраля (по новому стилю), Германия начала новое наступление по всему фронту, от Прибалтики до Украины. Сторонники Троцкого надеялись, что агрессия против Советской России спровоцирует революцию в Германии, но германский пролетариат вовсе не спешил проявлять классовую солидарность.

Большевикам пришлось спешно создавать новые вооруженные силы.

Декрет о создании Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА) был подписан еще в январе. Непосредственное участие в ее организации принял Троцкий. Численность и под-

готовка войск, набранных из добровольцев-рабочих и отрядов Красной гвардии была совершенно недостаточна для того, чтобы противостоять мощному наступлению германских войск. Все же 23 февраля 1918 года отряды красноармейцев смогли остановить продвижение противника под Нарвой и Псковом, но ясно было, что нового натиска им не выдержать. Поэтому ленинское правительство с одобрением отнеслось к высадке в Мурманске двухтысячного контингента английских войск, который должен был помешать готовившемуся наступлению немцев. Все же угроза Петрограду была вполне реальной, и 12 марта 1918 года политическое руководство Советской России переехало в Москву. Петроград перестал быть столицей.

В начале апреля на Дальнем Востоке высадилось 70 тысяч японцев и 7500 американцев. Фронта там не было. Под предлогом борьбы с большевиками, изменившими делу союзников, Япония преследовала свои собственные интересы, а США стремились ей помешать. Активизировались и противники большевиков внутри России. На их сторону перешел сформированный из военнопленных 50-тысячный чехословацкий легион, размещенный в эшелонах вдоль всей Транссибирской магистрали.

Большевики отказались от принципа добровольности революционных вооруженных сил и объявили о всеобщей мобилизации. С этого момента вооруженное противостояние сторонников и противников советской власти перешло в полномасштабную гражданскую войну.

Плакат 1920 г. Художник Д. Моор

Первые залпы этой войны прогремели еще в декабре 1917 года, когда атаман А. М. Каледин ввел в области Войска Донского военное положение. Большевики, уже 28 октября 1917 года захватившие власть в Ростове-на-Дону, потребовали, чтобы Каледин отказался от власти. В ответ атаман начал военные действия, и 15 декабря его части в тяжелых боях овладели Ростовом. Тогда же на Дону началось формирование Добровольческой армии под командованием генерала Корнилова. Политическая программа Корнилова предполагала создание «временной сильной верховной власти из государственно мыслящих людей», которая должна была восстановить частную собственность, остановить стихийный раздел земли, а в дальнейшем провести выборы в новое Учредительное собрание. О возвращении к монархии и речи не было.

К началу 1918 года части Каледина были остановлены в Донбассе. А 10 января положение на Дону резко изменилось: в станице Каменской съезд представителей вернувшихся с фронта казачьих полков принял резолюцию о том, что власть в Донской области переходит к казачьему Военно-революционному комитету. Каледин попытался вступить в переговоры с комитетом, но его обвинили в связях с Добровольческой армией. Когда атаман Каледин попытался уничтожить революционных казаков силой, ВРК, доселе независимый, объявил о признании власти Совнаркома. 20 января войска 1-й Южной революционной армии разбили отряд Каледина. 28 января Корнилов принял решение вывести из Ростова Добровольческую армию. Каледин, узнав, что Донская область остается без защиты, приказал прекратить сопротивление Красной армии и покончил с собой.

9 (22) февраля Добровольческая армия двинулась на Кубань. В походе, получившем название «Ледяной», погибли более половины корниловцев. Утром 31 марта (13 апреля) на подступах к Екатеринодару Корнилов был убит случайным разрывом снаряда.

Настоящая война началась лишь после того, как 29 мая была объявлена всеобщая мобилизация в Красную армию. На службу пошли многие офицеры царской армии, особенно выслужившиеся из низов. Ими двигал не только страх перед возможными репрессиями. Многие профессиональные военные увидели в этом долгожданное возрождение армии, возможность противостоять иностранной интервенции и распаду России. Армия строилась на принципах строгой дисциплины. Солдатских комитетов больше не было, зато появились «коммунистические ячейки» и комиссары-большевики. Солдатам был гарантирован продовольственный паек и льготы. А с дезертирами (и их семьями) новая власть расправлялась без колебаний.

Красная армия в походе. 1919 г.

К лету 1918 года контрреволюционные силы оправились от потрясения, вызванного большевистским переворотом. В начале июня практически вся территория восточнее Волги оказалась вне контроля большевиков. 8 июня в Самаре был образован комитет членов Учредительного собрания, ведущее положение в котором заняли эсеры и меньшевики. 23 июня в Омске было сформировано консервативно-монархическое правительство. В Уфе в августе власть перешла к директории во главе с эсером Н. Д. Авксентьевым. Эти правительства опирались на чехословацкий корпус. По-прежнему центрами сопротивления оставались Кубань и Дон. После смерти Корнилова командование Добровольческой армией перешло к генералу А. И. Деникину, и к лету ему удалось очистить от большевиков значительные территории на юге России.

В июле белые с Кубани и Дона начали наступление на Царицын с тем, чтобы уничтожить отделявший их от Сибири «красный коридор», простиравшийся вдоль Волги до Астрахани. Одновременно на Урале началось наступление войск омского правительства, послужившее для большевиков поводом к расстрелу царской семьи, находившейся под арестом в Екатеринбурге. В августе англ о-французские части высадились в Архангельске – уже не для того, чтобы сдерживать немецкое наступление, а для поддержки антибольшевистского правительства Севера России.

В ноябре в Заволжье, на Урале и в Сибири власть в своих руках сосредоточил адмирал А. В. Колчак, известный до революции полярный исследователь. 18 ноября он объявил омское правительство низложенным, сверг уфимскую директорию и провозгласил себя верховным правителем России.

В конце 1918 года под контролем большевиков осталась лишь центральная часть России. Юг был оккупирован немецкими и австрийскими войсками, на Дону установился дружественный немцам режим. На Кубани, напротив, преобладали антигерманские настроения и раздавались требования автономии и даже независимости. Южный Урал, Сибирь и Север России контролировали местные правительства, опиравшиеся на войска союзников. Дальний Восток был фактически оккупирован Японией.

Экономика той части страны, что еще оставалась под властью Совнаркома, была полностью развалена. Производство остановилось: во-первых, не было сырья, а во-вторых, незачем было производить. Начался голод. Правительство предоставило Нарком-ироду чрезвычайные полномочия: против крестьян, не желавших сдавать зерно, разрешено было применять силу. В деревню направили вооруженные части «продовольственной армии», сформированные из рабочих, получавших оплату натурой в соответ-

ствии с количеством изъятых продуктов (половину продовольствия получала пославшая продотряд организация). Чтобы это не напоминало обычный грабеж, продотряды брали с собой некоторое количество товаров, необходимых сельским жителям.

В июне 1918 года были созданы комитеты крестьянской бедноты (комбеды), помогавшие в изъятии у крестьян «излишков». Создавая комбеды, большевики руководствовались ложными представлениями о крестьянстве и его реальном положении. Во-первых, летом 1918 года «излишков» не было, во-вторых, крестьяне, в полном соответствии с общинной психологией, которая возобладала с возвращением к натуральному хозяйству, распределили поборы на всех равномерно. В итоге больше всего пострадали крестьяне-середняки. Во многих районах вспыхнули бунты. Сопротивление было таково, что удалось заготовить в десять раз меньше зерна, чем планировалось. Нелегко было и доставить собранный продотрядами хлеб к месту назначения: в провинции эшелоны и суда с продовольствием грабили, зачастую по постановлению местной власти. В городах продовольствие распределялось с учетом рода занятий и социального происхождения.

Все шло к тому, что большевикам не удержаться. Так бы и случилось, если бы белые иначе относились к крестьянству. Но на контролируемых ими территориях крестьянский вопрос решался просто: никаких перемен. Крестьяне всерьез опасались, что с приходом белых помещики вернутся и лишат их земли. И ради права на землю крестьяне готовы были терпеть продотряды. Как выяснилось позже, терпели они зря – красные все равно отобрали землю.

Летом 1918 года недовольство достигло таких масштабов, что с ним не справлялась и специально созданная для борьбы с контрреволюцией ВЧК. В этой ситуации власть попытались перехватить левые эсеры. Стремясь сорвать Брестский мир и развязать мировую революционную войну, они 6 июля убили германского посланника в Москве графа Мирбаха, захватили телеграф и даже арестовали Дзержинского и ряд других руководителей. Большевики бросили против мятежников дивизию латышских стрелков, и уже 7 июля выступление эсеров было подавлено.

Красноармейцы перед атакой

Одновременно с московским мятежом левых эсеров в Ярославле, Рыбинске и Муроме начались восстания, подготовленные Союзом защиты родины и свободы, во главе которого стоял знаменитый террорист Борис Савинков, в прошлом один из руководителей Боевой организации эсеров, а впоследствии – верный сторонник Временного правительства. В Союз защиты родины и свободы входили патриотически настроенные офицеры, и в Ярославле восставшим удалось продержаться более двух недель, после чего они были разгромлены отрядами Красной армии. Сам Савинков избежал ареста и до конца Гражданской войны сражался против советской власти под самыми разными знаменами. (В дальнейшем ему удалось создать Народный союз защиты родины и свободы, сопротивлявшийся советской власти вплоть до 1923 года. В 1924 году Савинков был захвачен ГПУ. Над ним состоялся открытый судебный процесс. В 1925 году он покончил с жизнью в тюрьме.)

Не прекращались покушения на большевистских лидеров. 30 августа 1918 года в Москве в Ленина по официальной версии стреляла Фанни Каплан и тяжело ранила его. В тот же день в Петрограде был убит председатель петроградской ЧК М. С. Урицкий. 2 сентября ВЦИК принял постановление о превращении республики в военный лагерь. 3 сентября в Петрограде большевики расстреляли около 500 заложников и «подозрительных лиц», а 5 сентября появилось постановление о «красном терроре». Вскоре все местные Чрезвычайные комиссии (их насчитывалось около 400) по распоряжению Дзержинского получили полную свободу действий, вплоть до совершения казней. Совнарком требовал от них только отчетов.

Широко распространились взятие заложников и система трудовых концентрационных лагерей. Последние разделялись на лагеря, подчиненные Народному комиссариату внутренних дел (НКВД) – туда направлялись уже осужденные люди, и лагеря ВЧК, куда попадали все арестованные «на всякий случай». В августе в Муроме и Арзамасе были организованы два лагеря для «провокаторов, контрреволюционных офицеров, саботажников, паразитов и спекулянтов». Заключенных использовали на принудительных работах. Сколько людей прошло через лагеря в годы Гражданской войны, точно не известно. Смертность была очень высока, не столько из-за массовых расстрелов, сколько от голода. По официальным данным, к 1 января 1921 года, уже после Гражданской войны, в лагерях находилось 76 тысяч человек.

Брали заложников и устраивали концлагеря и белые, но с меньшим размахом. Отчасти это связано с тем, что белые не придавали такого значения принудительному труду и предпочитали пленных не брать, а расстреливать на месте. (Только в Екатеринбургской губернии при Колчаке было расстреляно не менее 25 тысяч человек.)

К концу 1918 года сформировались основные черты политики «военного коммунизма». Смысл ее был в том, что вся страна признавалась осажденной крепостью (а таково было тогда реальное положение вещей) и вся экономика работала исключительно на армию. Действительно, в 1919—1920 годах Красная армия была фактически единственным работодателем и потребителем в стране. В армии проводилась идеологическая обработка призывников: крестьян учили грамоте и внушали им коммунистические идеи.

Военное положение требовало жесточайшего государственного контроля над всей экономикой, а дефицит продовольствия и всех товаров – контроля над их распределением. Голод заставлял рабочих бросать работу и уходить в деревню, правительство стремилось любой ценой удержать людей на рабочих местах. В первое время помогала карточная система – без карточек человек не мог получить ни хлеба, ни предметов первой необходимости.

В конце Гражданской войны были введены административные меры – трудовые книжки, а потом и всеобщая трудовая повинность (в 1920 году). Венцом ее стали две Революционные трудовые армии, созданные Троцким и «прославившиеся» своей полной бесполезностью.

Конституция РСФСР. Издание 1918 г.

За годы Гражданской войны большевики под разными предлогами уничтожили или подчинили себе все независимые общественные организации, возникшие после февраля 1917 года. Уже первая советская Конституция, принятая V Всероссийским съездом советов в июле 1918 года, провозглашала, что коммунистическая партия руководит, управляет и ведает всем государственным аппаратом, а 23 статья ее говорила, что республика в интересах рабочего класса может лишать прав отдельных граждан и целые социальные группы.

Так сформировались основы Советского государства: принудительный труд и фактическое прикрепление трудящихся к предприятиям, безжалостная эксплуатация деревни и жесточайшая система подавления всякого инакомыслия. В зависимости от обстоятельств разные черты этой системы выходили на первый план. Самые неприглядные из них со временем были сглажены, но все они сохранялись на протяжении последующих семи десятилетий.

В 1919 году белогвардейцы предприняли три мощных наступления.

Колчак, начавший в марте успешный поход, вместо того чтобы соединиться с частями Деникина в районе Саратова, решил взять Москву сам. Это дало Красной армии свободу маневра и возможность по очереди разбить войска Колчака и Деникина. Колчак вынужден был отступать, и в его тылу вспыхнуло крестьянское восстание, вызванное неосмотрительным указом о возвращении земли прежним владельцам. Красные партизаны захватили Колчака в плен, и в феврале 1920 года адмирал был расстрелян в Иркутске.

На юге положение резко изменилось в ноябре 1918 года, когда закончилась Первая мировая война. Немецкие части оставили Украину, и власть там захватил социалист Симон Петлюра, разгромивший части Красной армии и отряды выступавшего с ней в союзе знаменитого анархиста Нестора Махно. Лишь после упорных боев Деникин смог одолеть войска независимой Украины. Только летом, располагая 150-тысячной армией, он начал мощное наступление. Ему удалось захватить Курск и Орел, и в октябре 1919 года прямая угроза нависла над Тулой. Но в конце октября—ноябре Красная армия перехватила инициативу, и к январю 1920 года практически все территории, остававшиеся в руках белых, перешли под контроль советского правительства. 27 марта 1920 года Деникин отступил в Крым и передал командование генералу П. Н. Врангелю. Тот продержался до 17 ноября 1920 года.

Победы большевиков привели к тому, что союзники вывели свои войска с территории России. Лишь в Батуми они пробыли до марта 1921 года, да японцы оставались на Дальнем Востоке. Россия возвращалась к своим прежним границам. В июле 1920 года советские войска под командованием М. Н. Тухачевского развернули наступление на Польшу и в начале августа подступили к Варшаве. Ленин полагал, что установление советской власти в Польше ускорит социалистическую революцию в Германии. Но поляки восприняли наступление Красной армии как агрессию со стороны заклятого врага и невероятным усилием вытеснили советские войска из страны. (Справедливости ради надо отметить, что война с Польшей началась после того, как в апреле польские части оккупировали значительную часть Украины. 8 мая поляки захватили Киев. Целью их операции было восстановление Польши в границах начала XVIII века.)

М. Н. Тухачевский, в прошлом поручик царской армии, маршал Советского Союза

К 1922 году советская власть распространилась практически на всю территорию бывшей Российской империи, за исключением Польши, Финляндии и Прибалтики. На окраинах империи местная советская власть без поддержки Москвы всегда была бы под угрозой. Поэтому в декабре 1922 года все советские республики (еще в феврале доверившие Советской России защиту своих интересов на международной конференции в Генуе) выступили с Декларацией о создании Советского Союза. В него вошли Российская, Украинская, Белорусская и Закавказская социалистические советские республики. В 1924 году в состав Советского Союза вошли Узбекская и Туркменская республики. Со временем в Средней Азии появились еще три равноправных советских республики – Таджикская, Киргизская и Казахская, а Закавказская республика распалась на Азербайджан, Армению и Грузию. В итоге к 1929 году в составе СССР было 11 республик, формально обладавших максимально широкими правами, вплоть до права выхода из состава Союза. В свою очередь, некоторые союзные республики включали в себя республики автономные. Больше всего их было в составе России.

После Гражданской войны политика военного коммунизма зашла в тупик. Экономики в стране больше не существовало, изымать и распределять было нечего. Деревня, преисполнившись ненависти к грабившему ее «городу», полностью перешла на натуральное хозяйство. В городах стояли практически все предприятия. Уровень производства в 1921 году составлял 12 процентов от довоенного. Продразверстка, предполагавшая сдачу заранее установленного количества зерна и других продуктов, привела к восстаниям крестьян против большевиков, которые начались с 1919 года. Самым мощным антикоммунистическим (но не контрреволюционным) стало движение Махно на Украине. В его отрядах сражались около 50 тысяч человек. Пока шла Гражданская война, советское правительство использовало его как союзника, но позднее большевики объявили его вне закона. В августе 1921 года Махно и остатки его армии были вытеснены в Румынию.

После Гражданской войны восстания вспыхнули с новой силой. Крестьяне больше не опасались помещиков и обратили свой гнев против новой власти. В январе 1921 года вся Тамбовская губерния оказалась под контролем Повстанческой армии, возглавлял которую эсер А. С. Антонов. План восставших, принятый еще в мае 1920 года на губернском крестьянском съезде, предполагал свержение коммунистической партии, созыв Учредительного собрания, прекращение продразверстки, отмену деления народа «на классы и партии». Против восставших бросили 35-тысячную армию М. Н. Тухачевского, в прошлом офицера царской армии, а ныне красного командарма (его армия располагала мощной артиллерией, бронетехникой и самолетами), и спецвойска ВЧК. В течение нескольких месяцев эти силы подавляли восстание, применяя массовые расстрелы, уничтожение непокорных деревень и даже химическое оружие.

В феврале—марте 1921 года поднялось крестьянство Западной Сибири. Вооруженные формирования численностью несколько тысяч человек захватили почти всю Тюменскую губернию, Петропавловск, Кокчетав и перерезали на три недели сообщение по Транссибу. Крестьянские выступления, хотя и не столь масштабные, проходили на Дону, в Полесье, в Поволжье, на Урале.

Тамбовские повстанцы стали не первыми жертвами Тухачевского. В марте он жесточайшим образом подавил мятеж моряков Балтийского флота и рабочих в Кронштадте, которые выступили примерно с теми же требованиями, что и тамбовские крестьяне: вернуть гражданские свободы, признать другие политические партии, провести новые выборы на основе тайного голосования, ввести свободу торговли. Большевики отвечали на подобные заявления выстрелами.

Кронштадтские моряки выступали не в одиночку. Их организация была частью более крупной структуры – Петроградской боевой организации (ПБО), во главе которой стоял профессор Таганцев. Она объединяла как крупных ученых, юристов и финансистов, так и офицеров, в том числе и тех, что уже поступили на службу в Красную армию. Требуя свободных выборов в Советы и ограничения влияния большевиков, Таганцев и его единомышленники готовили вооруженное восстание в Петрограде и Петроградской губернии и уже довольно близко подошли к цели, однако в июне Таганцев был арестован. Он мужественно хранил молчание, но в конце июня чекистам удалось получить от него нужные сведения. Более 200 членов ПБО были арестованы. 28 августа 1921 года руководители организации и многие ее члены были расстреляны, в том числе и знаменитый поэт Николай Гумилев.

В. И. Ленин – председатель Совета рабочей и крестьянской обороны. 1918 г.

И все же руководство партии вынуждено было отступить от идеологической догмы. 8 марта 1921 года, когда войска Тухачевского действовали в Кронштадте, в Москве открылся X съезд РКП(б). Итогом его стал запрет фракций внутри партии (очередная политическая победа Ленина), а также замена продразверстки более щадящим продналогом, размер которого определялся в зависимости от местных условий и зажиточности каждого крестьянина. Продналог, полагал Ленин, мог бы вдохновить крестьян на расширение посевов. Уже после съезда было разрешено создавать мелкие частные предприятия, предприятия с участием иностранного капитала, а также свободно торговать. Рабочим позволили менять место работы. Этот комплекс мер, к которым впоследствии добавились и другие, получил название новой экономической политики – НЭПа. Тем не менее, государство сохранило полный контроль над ведущими отраслями промышленности и транспортом.

Перемена курса была неизбежна – в противном случае народное недовольство смело бы большевиков. Бедствия Первой мировой и Гражданской войн, политика военного коммунизма, неурожаи поставили страну на грань катастрофы. Весной 1921 года в Поволжье начался страшный голод. Несмотря на создание Всероссийского комитета помощи голодающим и обращение к международным организациям, в 1921—1922 годы от голода умерли более 5 млн человек. Наиболее действенную помощь Советской России оказали США: Американская администрация помощи (АРА) выделила РСФСР более 61,5 млн долларов. В августе 1922 года сотрудники АРА ежедневно кормили более 10 млн человек.

Итог восьми лет войн и революций был чудовищным: Россия потеряла в Первой мировой войне около 3,2 млн человек (в том числе 1,5 млн мирных жителей); в Гражданской войне – около 7 млн; с начала Гражданской войны к 1922 году число жертв голода в разных районах страны превысило 6 млн человек; эпидемии тифа и гриппа привели в 1918—1921 годах к гибели более 2,5 млн человек. Кроме того, более 2 млн человек оказались в эмиграции.

Немногие поняли тогда, что НЭП был лишь тактическим отступлением. Идейные коммунисты, как, впрочем, и европейские деловые круги, считали это капитуляцией. Между тем в 1922 году Ленин вполне определенно заявлял, что ни о каком отступлении от дела революции и речи быть не может. «Надо расширить применение расстрела (с заменой высылкой за границу) ко всем видам деятельности меньшевиков и т. и.; найти формулировку, ставящую эти деяния в связь с международной буржуазией и ее борьбой с нами…» – писал он наркому юстиции Д. И. Курскому. Вождь революции указывал, что «суд не должен устранить террор… а обосновать и узаконить его принципиально…»

Трудно сказать, как Ленин осуществлял бы НЭП: в 1923 году здоровье его резко ухудши -лось, а 21 января 1924 года он умер. Хотя в последний год жизни он уже не играл активной политической роли, все же в глазах коммунистов он оставался вождем революции. Похороны Ленина вылились в демонстрацию доверия народа к преобразованиям в обществе. Сотни тысяч людей вступили в коммунистическую партию. Тело вождя было решено сохранить навечно в специальном мавзолее, который построили на Красной площади. Петроград переименовали в Ленинград.

А. И. Рыков

После Ленина председателем Совнаркома был назначен А. И. Рыков, но фактически власть в партии захватил Сталин, с апреля 1922 года занимавший должность генерального секретаря ЦК РКП(б). Еще при жизни Ленина Сталин попытался стать у руля государства, оттеснив других влиятельных партийных лидеров. После его смерти у Сталина остался единственный серьезный соперник – Троцкий. Должность генерального секретаря позволила Сталину проводить на руководящие посты «своих» людей и таким образом сосредоточить в своих руках огромную власть. Кроме того, с 1919 года Сталин возглавлял и аппарат влиятельной Рабоче-крестьянской инспекции. Четкой позиции по вопросу о дальнейшем развитии страны у генерального секретаря не было, однако он успешно занимал позу беспристрастного судьи и верного последователя Ленина. Главный же соперник Сталина Троцкий отстаивал крайне левые взгляды, не всегда находившие сторонников в партии даже в годы военного коммунизма. Тем не менее идеи Троцкого легко находили поддержку среди рабочих. Недовольство засильем партийной бюрократии толкало их на забастовки и создание «подлинно рабочих» подпольных групп. Кроме того, Троцкий требовал демократизации партии и снижения роли партийного аппарата.

Троцкий выступил первым, обвинив Зиновьева и Каменева – тогда верных соратников Сталина – в предательстве дела революции и в «правом уклоне». Троцкий не учел, что против него будет обращена вся мощь аппарата партийной пропаганды. Сталин стал отрицать роль Троцкого в революции и Гражданской войне и подверг сомнению теорию мировой революции, которую отстаивал Троцкий и в которой до сих пор никто не сомневался. Именно тогда Сталин заговорил о победе социалистической революции в отдельно взятой стране. Подобное замечание когда-то высказал Ленин, но в обработке Сталина оно обрело патриотическую окраску.

С. М. Киров и И. В. Сталин. Ленинград. Апрель 1926 г.

Сталин попал в точку. Перспектива бесконечной революционной борьбы очень многим была не по душе. Красноармейцы устали от многолетней войны – ведь многие ушли на фронт еще в 1914 году Выдвинувшимся в годы Гражданской войны «революционным бюрократам» тоже хотелось воспользоваться всеми преимуществами своего нового положения. В 1925 году Сталин пошел еще дальше, поддержав ряд мер в пользу крестьянства. В глазах настоящих коммунистов это было уступкой кулачеству. Возглавлявший ленинградскую парторганизацию Г. Е. Зиновьев говорил об ошибочности теории построения социализма в отдельно взятой стране и осуждал новую политику по отношению к крестьянству. И снова Сталин выиграл, взяв на XIV съезде партии на себя роль арбитра между «правыми» и «левыми». Несмотря на то, что на стороне оппозиции выступила вдова Ленина Н. К. Крупская, съезд поддержал Сталина. Вскоре после этого Зиновьев был смещен, и ленинградскую парторганизацию возглавил С. М. Киров.

Борьба продолжилась, и в 1926 году. Троцкий, уже смещенный с должности военного наркома, утверждал, что революция предана бюрократами и единственное спасение состоит в стремительном развитии тяжелой промышленности, улучшении условий жизни рабочих, демократизации партии и борьбе с зажиточным крестьянством. Однако распространить свои идеи в массах Троцкому и его сторонникам было нелегко: партийный аппарат, контролируемый Сталиным, этого не допустил бы. Поэтому оппозиция решилась на создание подпольных организаций и на пропаганду своих взглядов в низовых партийных организациях. За троцкистами неотступно следило ОГПУ (Объединенное государственное политическое управление при СНК СССР, к которому перешли функции ВЧК. Председателем ОГПУ в 1923—1934 годах был В. Р. Менжинский. Союзному ОГПУ подчинялись республиканские ГПУ.)

В октябре 1926 года пленум ЦК исключил Троцкого и Зиновьева из состава Политбюро. Сталинская теория о построении социализма в отдельно взятой стране восторжествовала. Оппозиция еще пыталась сопротивляться и осенью 1927 года подпольно напечатала программу реформ в партии, ключевым требованием которой стала независимость ЦК от аппарата. Это было использовано как предлог, и практически все видные сторонники Троцкого были исключены из партии. В начале 1928 года Троцкий и еще 30 оппозиционеров были сосланы в Алма-Ату.

XV съезд партии, проходивший в декабре 1927 года, заявил о ликвидации троцкизма и, следовательно, об отказе от подготовки «мировой революции». Страна должна была научиться выживать во враждебном окружении, а для этого требовалась сильная экономика. В кратчайшие сроки в промышленности и сельском хозяйстве нужно было совершить настоящую революцию. В необходимости ее мало кто сомневался – все были уверены в близкой войне с «миром капитала». Простые рабочие и рядовые коммунисты воспринимали индустриализацию как составную часть борьбы за выживание революции. Противником в этой борьбе стало русское крестьянство, весь образ жизни и чаяния которого не вписывались в облик сильной индустриальной страны. Конфликт между городом и деревней, возникший еще в годы Первой мировой войны, достиг кульминации.

Советские денежные знаки

В конце 1927 года в стране стало не хватать хлеба. Крестьяне поставили на четверть меньше зерна, чем год назад. Страна лишилась главного экспортного товара и осталась без валюты, необходимой для индустриализации. Снабжение городов снова было под угрозой. Сталин сделал немедленный вывод – необходимо создавать гигантские сельхозпредприятия, которые составят конкуренцию мелкому производителю. Одновременно в деревню были направлены уполномоченные и рабочие отряды, чтобы изъять излишки зерна.

Политика возвращения к продразверстке вызвала недовольство многих членов партии, которое проявилось на апрельском пленуме ЦК 1928 года. Чтобы укрепить свою позицию, Сталин воспользовался процессом в городе Шахты против 53 человек, в основном инженеров и других технических специалистов. Их обвиняли в промышленном саботаже по заданию бывших владельцев шахт. Партийная пропаганда выжала из Шахтинского дела все возможное. Дело представили как разоблачение заговора международного капитала против революции. Вновь говорили о «кулацкой угрозе», «саботажниках», «опасности справа».

Тем не менее, полемика в партии продолжалась. Теперь главным оппонентом Сталина выступал Н. И. Бухарин, полагавший, что планы заставить крестьянство потратиться на нужды индустриализации приведут страну к террору и голоду. Сталин, в свою очередь, туманно заявлял об опасном «правом уклоне» в партии – не называя, впрочем, имен. В ноябре 1928 года пленум ЦК единогласно осудил «правый уклон». Во имя единства партии Бухарин и его сторонники проголосовали за сталинские резолюции об индустриализации и развитии социалистического сектора в сельском хозяйстве. После этого открыто высказывать свои идеи они уже не могли.

Оппозиция больше не представляла опасности. Как только линия партии повернула влево, рядовые коммунисты отвернулись от Троцкого. Вскоре его обвинили в создании «антисоветской партии» и 21 января 1929 года выслали из страны. Бухарину досталось больше: ему припомнили контакты с троцкистами и все прочие ошибки, вплоть до оппозиции Ленину в 1915 году, и сняли со всех постов.

Центральная контрольная комиссия провела «чистку» партии. Было исключено более 170 тысяч большевиков, причем треть – за политическую оппозицию линии партии.

В конце 1920-х годов в стране развернулось огромное строительство, проходившее по заранее подготовленному плану, рассчитанному на пять лет. За 4—5 лет в стране должны были возникнуть целые отрасли промышленности. В этой ситуации руководители партии воспользовались разработками талантливых инженеров и экономистов, строивших свои концепции будущего страны. Их обобщили сотрудники Госплана – ведомства, созданного в 1921 году для реконструкции разрушенной в годы войны экономики. В основе принятого плана лежало создание новых промышленных центров на Урале и в Сибири, в непосредственной близости к источникам сырья. Главная роль отводилась тяжелой промышленности – металлургии, химии, станкостроению и производству вооружений. Чтобы вдохнуть в новые предприятия жизнь и связать их между собой, предусматривалось строительство крупных электростанций и транспортных магистралей.

Самыми значительными стройками первой пятилетки стали металлургический комбинат в Магнитогорске, крупнейшая электростанция на Днепре – Днепрогэс (первоначальный Днепрогэс больше не существует – он был взорван во время войны), Туркестано-Сибирская железная дорога, Сталинградский тракторный завод (построенный при содействии американцев), Ростовский завод сельскохозяйственных машин. Автомобильные и тракторные заводы строились и в других городах. С самого начала на них был возложен и выпуск военной техники. Для воплощения этих проектов в жизнь привлекались иностранные инвестиции и иностранные специалисты (к началу 1931 года в СССР работали более 5 тысяч технических специалистов из разных стран).

Основные валютные средства поступали от продажи за рубеж зерна, леса и золота. Валить лес и работать на приисках предстояло заключенным – возрождалась система принудительного труда, отошедшая за годы НЭПа на второй план. Первая пятилетка (фактически «четырехлетка») стала не только эпохой великих строек, но и временем создания «лагерной экономики», просуществовавшей долгие десятилетия.

Основой для постоянного пополнения исправительных лагерей стала 58 статья Уголовного кодекса, предусматривавшая ответственность за различные политические преступления. Она была введена в УК 6 июня 1927 года, и первое время применялась избирательно. С началом массовых арестов противников коллективизации и членов оппозиции число заключенных резко увеличилось. В марте 1928 года Совнарком постановил «считать необходимым расширение емкости трудовых колоний», и таким образом организовать принудительные работы, чтобы они были выгодны государству. 27 июня 1929 года Политбюро приняло решение о развертывании сети исправительно-трудовых лагерей. Уже к 1930 году по всему северу европейской части России и в Карелии появилось множество лагерей. С 7 апреля 1930 года они были переданы под контроль Главного управления лагерей – ГУЛАГа.

Колонна первых тракторов Челябинского тракторного завода. 1933 г.

Суть лагерной экономики заключалась в сочетании непомерных норм выработки, крайне ограниченного питания (при перевыполнении нормы паек мог быть увеличен, но и тогда он не покрывал физических затрат) и возможности досрочного освобождения за доблестный труд. При добросовестном выполнении этих условий человек сгорал за несколько месяцев и редко доживал до конца срока. А поскольку большая часть лагерей находилась в суровых климатических условиях и заключенные подвергались систематическим издевательствам, исправительно-трудовые лагеря быстро превратились в лагеря уничтожения. Тем не менее число осужденных было так велико, что с их помощью удалось быстро освоить отдаленные районы страны. Постоянный приток заключенных давали многочисленные процессы над «саботажниками», на которых возлагали все провалы и неудачи первой пятилетки. Сплошным потоком шли в лагеря крестьяне – «кулаки» и «подкулачники», жертвы гонений на религию и «басмачи» – противники советской власти из Средней Азии.

Утро первой пятилетки. Художник Я. Д. Ромас. 1956 г.

Первым полностью лагерным строительством стало сооружение Беломорско-Балтийского канала, который начали строить в июне 1930 году, а уже 1 мая 1933 года закончили. На стройке должны были работать 120 тысяч человек, но фактически там ежегодно из-за тяжелейших условий погибал каждый третий. Особенностью строительства стал сознательный отказ от использования техники – все делалось вручную, иной раз даже без инструментов. Механизация сводилась к тачке и деревянному «журавлю». В отличие от прочих строек первой пятилетки, практическое значение Беломорско-Балтийского канала имени Сталина оказалось ничтожным – большую часть года он покрыт льдом и не годится (даже после многочисленных модернизаций) для прохода крупных судов.

Все же в годы первой пятилетки роль лагерей в индустриализации была невелика. Еще существовала массовая безработица, молодежь горела неподдельным энтузиазмом, и люди готовы были терпеть лишения за небольшой заработок или из идейных соображений.

Продовольственный кризис, разразившийся в 1927—1928 годах, быстро разрешить не удалось. Крестьяне не желали сдавать хлеб даже под угрозой тюрьмы. В городах вновь появились карточки, а когда власти закрыли кустарные мастерские и частные лавки как «капиталистические предприятия», дефицит стал всеобщим. Причиной кризиса Сталин объявил неразвитое, несоциалистическое сельское хозяйство, несознательность крестьян и враждебные действия кулаков. Рядовые коммунисты в городах тоже винили во всех бедах кулаков-скопидомов. Поэтому предложение Сталина полностью перестроить все сельское хозяйство, уничтожив частный сектор, нашло горячую поддержку – многие коммунисты видели в коллективизации решающий бросок к социализму. Важным аргументом для многих стал тот факт, что в течение 1928 года сотни тысяч бедняков объединились в Товарищества по обработке земли. (На самом деле они надеялись хоть как-то повысить свое благосостояние за счет государства.) Колхозы получили всевозможные льготы, десятки тысяч рабочих и студентов были направлены в деревню на заготовку продовольствия. Было у коллективизации и реальное подспорье – уже строились первые заводы, которые должны были обеспечить село современной техникой.

Планы коллективизации все время подправляли в сторону увеличения. Если в июне 1929 года предлагалось в течение 1930 года обобществить 8 миллионов хозяйств, то в декабре речь шла уже о 30 миллионах. Основные сельскохозяйственные районы подлежали сплошной коллективизации к весне 1931 года, остальные – на год позже.

Одновременно приступили к «ликвидации кулачества как класса». В январе 1930 года специальная комиссия Политбюро ЦК ВКП(б) разделила всех кулаков на три категории. Первую категорию – «контрреволюционный кулацкий актив» – предлагалось немедленно изолировать в исправительно-трудовых лагерях, а к организаторам антисоветских выступлений применять высшую меру наказания. Кулаки второй категории – лояльные к советской власти, но самые богатые – высылались в отдаленные местности с конфискацией имущества. Кулаков «третьей категории», в которую могла попасть любая мало-мальски зажиточная семья, просто переселяли на необработанные земли. Комиссия постановила, что количество кулацких хозяйств не должно превышать 5 процентов от всех крестьянских хозяйств.

Чтобы обеспечить коллективизацию, в село направили еще 25 тысяч рабочих, которым предстояло стать председателями новых колхозов. В своей деятельности они опирались на местных партийных руководителей, милицию, военных и ГПУ. Коллективизация шла строго по графику, к намеченной дате нужно было обобществить определенное число хозяйств. Крестьян склоняли к вступлению в колхоз угрозами и обещанием льгот. Раскулачиванию мог подвергнуться любой противник коллективизации. Если список кулаков первой категории составлял местный отдел ГПУ, то вторую и третью определяли деревенские «активисты». Списки кулаков обсуждались на собраниях деревенской бедноты, проверялись сельсоветами, а потом утверждались райисполкомами. Простора для злоупотреблений было более чем достаточно.

Новая техника в колхозе. 1930 г.

Во многих местностях крестьяне так обеднели, что никаких внешних признаков достатка в их хозяйствах не было, а план по раскулачиванию надо было выполнять. Поэтому основной мишенью стали середняки, уклонявшиеся от коллективизации. Во многих районах число ликвидированных кулацких хозяйств достигло 15—20 процентов, а кое-где и 25 процентов. В итоге на Украине только в 1930 году было ликвидировано 200 тысяч «кулацких» хозяйств. Раскулачивание проводилось и там, где ни о какой коллективизации и речи не было, – например, в Ненецком округе Северного края. В общей сложности из деревень было выселено более 1,8 млн человек, включая женщин и детей. Многие из них погибли, поскольку раскулаченных вывозили в самые отдаленные местности и оставляли там без продовольствия и необходимых орудий труда, не считаясь с временем года. Лишь в феврале 1930 года появилась инструкция, требовавшая при конфискации имущества оставлять кулакам предметы домашнего обихода и некоторые средства производства.

2 марта 1930 года в «Правде» появилась статья Сталина «Головокружение от успехов». В ней осуждались «перегибы», допущенные при создании колхозов, но сам принцип коллективизации сомнению не подвергался. 14 марта появилось постановление ЦК «О борьбе против искривления партийной линии в колхозном строительстве». Эффект был моментальный – крестьяне массово стали выходить из колхозов (только в марте вышло 5 млн человек). Возможно, власти и были готовы замедлить темпы коллективизации, но крестьян подвел урожай, который в 1930 году оказался просто великолепным. Государство получило вдвое больше зерна, чем в последние годы НЭПа. Это только укрепило мысль о благотворности коллективизации. Крестьян снова стали сгонять в колхозы. Прокатилась и новая волна раскулачивания.

Безоглядная политика коллективизации вызывала протесты и в партии. В конце лета 1932 года партиец с дореволюционным стажем М. Н. Рютин выступил с требованием отстранить от руководства Сталина и вернуться к демократическим нормам партийной жизни. Сталин настаивал на немедленном аресте Рютина и вынесении ему смертного приговора, но большинство членов Политбюро не поддержало его. Рютин был отправлен в ссылку.

Зерно было необходимо для поставок в Германию. По германо-советскому соглашению 1931 года за зерно и золото (которое добывали заключенные, в основном те же раскулаченные) Германия обязывалась предоставить Советскому Союзу кредиты и технику. Объем хлебозаготовок не снизился и после того, как в 1931 году случился неурожай. В результате тысячи колхозов остались без семян и кормов. В 1932 году на Украине появились первые приметы голода. Чтобы выжить, колхозники пытались припрятать хотя бы немного зерна. В ответ власти приняли жесточайшие законы: за ущерб колхозу можно было на десять лет угодить в ссылку. Осенью 1932 года власть нанесла решающий удар – сотни тысяч колхозников обвинили в подрыве советской власти за самые незначительные проступки, вроде срезанных для себя колосьев. Арестовывали и председателей колхозов, обвиняя их в саботаже хлебозаготовок (более трети председателей было смещено). Продотряды действовали в зерновых районах как карательные экспедиции. Они изымали все зерно дочиста, включая и то, что было предназначено на семена.

В 1932—1933 годы Украину, Северный Кавказ, Нижнее и Среднее Поволжье, Казахстан охватил массовый голод. Общее число жертв голода оценивается в 7—8 млн человек. Тысячи селян двинулись к городам, надеясь хотя бы получить подаяние. Воинские подразделения никого не выпускали из голодающих районов, где отмечались даже случаи людоедства. В советских газетах тех лет упоминаний о голоде нет. Естественно, что никакой помощи голодающим не оказывалось.

Все это не оставляет сомнений, что в основе репрессий по отношению к крестьянству лежали идеологические соображения. Кроме того, советская власть таким образом рассчитывала попутно освоить малообжитые районы страны. Более половины высланных кулаков в качестве «спецпереселенцев» были направлены на работы в лесную и горнорудную промышленность, а также на стройки первой пятилетки.

В январе 1933 года на пленуме ЦК ВКП(б) Сталин объявил, что «отмирание государства придет не через ослабление государственной власти, а через ее максимальное усиление, необходимое для того, чтобы добить остатки умирающих классов». Одной из задач второго пятилетнего плана, утвержденного XVII съездом партии в 1934 году, было объявлено «искоренение пережитков капитализма в сознании людей». И здесь система принудительного труда пригодилась как нельзя кстати: «роль исправительно-трудовых учреждений как орудия пролетарской диктатуры, как органа репрессии, как средства принуждения и воспитания должна еще больше возрасти и усилиться» – утверждали советские теоретики из карательных органов.

Лагеря, расстрелы, раскулачивания отнюдь не были тайной для советских граждан – тысячи людей так или иначе соприкасались с этой системой, знали о ее существовании и верили в ее необходимость. Они могли сомневаться в правомерности применения репрессий к конкретному человеку («какой же он кулак, если у него в доме есть нечего?»), но не сомневались в необходимости уничтожать классового врага. Социализм – превыше всего, и во имя его победы все дозволено. При подобном подходе общечеловеческие нормы морали теряли всякое значение.

В такой атмосфере началась новая волна политических репрессий, намного менее массовая, чем уничтожение «кулачества», но вызвавшая в обществе куда больший резонанс, потому что впервые затронула верхи партии. Ей предшествовала мощная «чистка» в партии, проходившая летом 1933 года. Исключению подлежали классово чуждые и враждебные элементы, те, кто под прикрытием «лживой клятвы в верности», пытаются сорвать политику партии, явные и скрытые нарушители партийной дисциплины, а также все, кто выражает сомнения в осуществимости планов партии. Исходили при этом из тезиса об обострении классовой борьбы по мере приближения к победе социализма.

На состоявшемся в январе—феврале 1934 года XVII съезде партии эта программа получила дальнейшее развитие. Поскольку на съезде не прозвучала критика линии партии и методов ее руководства (если не считать того, что в ходе тайного голосования при выборах нового состава ЦК Сталин получил меньше голосов, чем некоторые другие кандидаты), все существующие проблемы объяснялись тем, что правильные указания партийного руководства просто плохо выполняются. Таким образом, партия становилась непогрешимой, а любое невыполнение указаний свыше можно было объяснить либо неумением, либо скрытым саботажем. Отсюда оставался один шаг до теории заговора: «В ходе обострения классовой борьбы враги советской власти и иностранные наймиты проявляют все большую изощренность и тайно ставят палки в колеса поступательному развитию общества».

Такой подход нашел живой отклик в народных массах. Несмотря на все декларации, в советском обществе той поры не было равенства. Официальные доходы 10 процентов наиболее высокооплачиваемых служащих и специалистов в 8 раз превосходили доходы 10 процентов самых низкооплачиваемых. (Заключенных и репрессированных эти подсчеты не учитывают.) Кроме того, советская власть разработала сложную систему всевозможных льгот и социальных гарантий. Высшая бюрократия уже тогда располагала служебными автомобилями, государственными дачами, прислугой, в то время как десятки тысяч рабочих на стройках социализма жили в бараках. Трудящиеся, особенно молодежь, безусловно готовы были «пострадать» во имя светлого будущего и счастья своих детей, но «барские привилегии» бюрократов вызывали ненависть. Поэтому репрессии против вчерашних «верных ленинцев» и их близких оставили народные массы равнодушными.

Поводом к террору стало убийство 1 декабря 1934 года руководителя ленинградской парторганизации С. М. Кирова. В свое время многие обвиняли в причастности к этому Сталина, но в последнее время историки склоняются к тому, что убийца руководствовался личными мотивами. Тем не менее Сталин моментально воспользовался этим преступлением и, не дожидаясь результатов расследования, развернул чрезвычайные меры.

В тот же день было разрешено сокращать срок следствия по делам государственной важности до 10 дней, рассматривать их в отсутствие обвиняемых и выносить смертный приговор, не подлежащий обжалованию. Уже через несколько дней начались первые аресты, а 22 декабря агентство ТАСС сообщило, что убийство Кирова – дело рук таинственного «ленинградского центра», связанного с Зиновьевым и Каменевым. 28—29 декабря состоялся закрытый процесс по делу членов этого «центра». Все они были приговорены к смерти, и приговор немедленно привели к исполнению. Вслед за «ленинградским центром» обнаружился «московский». Несмотря на то что число осужденных по этим процессам исчислялось всего лишь десятками, они послужили надежным «доказательством» существования заговора. ЦК распространил по всем партийным организациям закрытое письмо (его содержание не подлежало разглашению среди беспартийных), призывавшее выискивать замаскировавшихся троцкистов и зиновьевцев. Началась очередная чистка.

Г. Е. Зиновьев

Л. Б. Каменев

Одновременно под лозунгом борьбы с бюрократией развернулось наступление на руководителей производства и технических специалистов. Их обвиняли в том, что они скрывают истинный производственный потенциал и не дают рабочим в полную меру проявить свои способности. Ответом рабочих стало стахановское движение – стремление многократно превышать норму выработки. (Оно началось с того, что шахтер Стаханов перекрыл ее в 14 раз.) Рабочие действовали по собственной инициативе – как раз в это время в магазинах наконец появились товары, и имело смысл работать в полную силу. Власти же использовали стахановское движение в своих целях и развернули кампанию за резкое увеличение производительности труда. В итоге производственный процесс на многих предприятиях вышел из нормального ритма, оборудование быстро изнашивалось, а нормы выработки стали непомерными. Стахановцы вошли в конфликт с техническими специалистами и основной массой рабочих. В 1936 году началась кампания против саботажников стахановского движения.

Одновременно НКВД получил от руководства партии задание пересмотреть дело об убийстве Кирова и подготовить открытый судебный процесс против «террористического троцкистско-зиновьевского центра». Под пытками 16 обвиняемых, в числе которых были многие бывшие руководители коммунистической партии и советского государства, признались во всех возможных преступлениях и в августе предстали перед Военной коллегией Верховного суда. Их обвиняли в подготовке политических убийств и связях с Троцким (которого можно было обвинять в чем угодно, поскольку он находился за границей). Всех обвиняемых приговорили к смертной казни. Приговор немедленно был приведен в исполнение. Процесс сопровождался мощной пропагандистской кампанией – на митингах и собраниях трудящиеся призывали раздавить «троцкистскую гадину».

Г. Г. Ягода

Н. И. Ежов

Руководителю НКВД Г. Г. Ягоде, готовившему процесс, не хватило воображения. Руководству партии мало было обвинений в терроризме. Нужна была борьба с контрреволюцией, в духе учения Сталина об обострении классовой борьбы. Ягоду сместили с должности за то, что он не смог в полной мере разоблачить троцкистско-зиновьевский блок, и 30 сентября 1936 года на его место был назначен Н. И. Ежов. Уже в октябре начались аресты. Надвигалась новая волна террора. Но прежде советским людям предстояло принять «самую демократическую Конституцию в мире».

Новая советская Конституция была принята 5 декабря 1936 года на VIII Чрезвычайном съезде Советов. Она подтверждала руководящую роль партии, плановый характер экономики и коллективность сельского хозяйства. Гражданам были гарантированы равные права и свободы личности. Число союзных республик было увеличено до 11, все они признавались равноправными.

В конце января 1937 года развернулся второй открытый московский процесс против троцкистов. На этот раз НКВД обвиняло подсудимых в организации заговора с целью свержения правительства Сталина, срыва пятилетки, уничтожения колхозного строя, восстановления частной собственности на землю и в конечном счете капиталистических отношений. Кроме того, троцкистов обвиняли в организации саботажа в промышленности и в шпионаже в пользу Германии и Японии. Снова обвиняемые во всем признались и дали показания против своих недавних коллег – Бухарина и Рыкова, которых через несколько дней исключили из партии и вскоре арестовали прямо на пленуме ЦК. В своей речи на пленуме Сталин сообщил, что из-за происков шпионов, диверсантов и саботажников страна оказалась в крайне тяжелом положении и призвал всемерно бороться с ними. Поскольку четких признаков у врага не было, отныне врагом мог оказаться каждый. Сразу за пленумом последовали массовые аресты сотрудников наркоматов.

В течение следующего года были арестованы сотни тысяч партийных и советских работников, руководителей предприятий и специалистов. Поощрялось доносительство, размах его был таков, что только в Киеве «компрометирующие заявления» были поданы почти на половину членов городской парторганизации. Общее число репрессированных членов партии составило около миллиона человек. Большинство из них были казнены. Репрессиям подверглись и члены семей осужденных. Однако основную массу попавших под каток репрессий людей составляли беспартийные. Всего с января 1937 года по декабрь 1938 года были арестованы около 7 млн человек.

Но к январю 1937 года в тюрьмах и лагерях уже находились около 5 млн человек, в большинстве своем вчерашних крестьян, осужденных в конце 1920 – начале 30-х годов. Чтобы освободить место для новых заключенных, начались массовые расстрелы. Полагают, что за два года «ежовщины» в лагерях умерли и были расстреляны около 3 млн человек. В итоге к концу 1938 года общее число заключенных было около 8 млн.

Массовое уничтожение людей, в большинстве своем специалистов, привело к печальным результатам. Во второй половине 1937 года в стране начался экономический кризис. Работники, занявшие место репрессированных, зачастую не отличались высокой квалификацией и совсем не склонны были проявлять инициативу, опасаясь, что ее истолкуют как «враждебные происки». Самым пагубным образом это сказалось на состоянии вооруженных сил, поскольку в 1937– 1938 годах высший и средний командный состав был практически полностью истреблен. Из 80 членов Высшего военного совета осталось только пятеро, из 16 командармов – двое, а всего из 80 тысяч красных командиров было уничтожено 35 тысяч. Уничтожались ученые, деятели искусства, революционеры-интернационалисты… Чуть больше повезло технической интеллигенции: инженеров и конструкторов стали использовать в так называемых шарашках – конструкторских бюро за колючей проволокой. С особым размахом под предлогом борьбы с национализмом развернулись репрессии в республиках Советского Союза.

В начале 1938 года партия заговорила о необходимости исправления ошибок. 8 декабря 1938 года непосредственный организатор террора Ежов был смещен со своего поста, его место занял Л. П. Берия. Размах репрессий сократился, но система осталась незыблемой. Более того, с этого времени лагерная экономика становится неотъемлемой частью экономики страны. Заключенный отныне должен был прежде всего производительно трудиться. Не в последнюю очередь такая трансформация была связана с возрастанием угрозы войны.

Переход к новой экономической политике в 1920-х годах многие за рубежом встретили с надеждой, полагая, что Россия вернется на путь «естественного развития» и откроет двери для иностранного капитала. Именно поэтому некоторые страны пошли на дипломатическое признание России. Предлагали и помощь – в обмен на то, что большевики признают все прошлые долги Российской империи и будут развивать нормальную систему финансов и торговли.

В 1922 году на международной конференции по восстановлению экономики Европы в Еенуе представители советского

правительства в принципе согласились с таким подходом. Однако другие страны не смогли согласовать свои интересы, и переговоры с советской делегацией кончились неудачей. Вместе с тем в дни работы конференции Россия и Германия подписали в Рапалло сепаратное соглашение. Они отказались от взаимных претензий и в полном объеме восстановили дипломатические и торговые отношения. С этого времени Германия надолго стала основным партнером России (а потом и Советского Союза) в Европе. К 1925 году были установлены экономические связи и с большинством других европейских стран. Однако к советскому правительству долгое время относились с недоверием, поскольку оно поддерживало деятельность Коминтерна – международной организации, координировавшей коммунистическое движение в разных странах мира. Руководители Коминтерна всеми силами старались приблизить мировую революцию. Они всячески разжигали международную напряженность, поскольку были убеждены, что «межимпериалистические противоречия» неизбежно приведут к усилению революционных настроений.

С серьезными внешнеполитическими проблемами советская власть столкнулась на Дальнем Востоке. После 1920 года Япония не вывела свои войска из Приморского края и оккупировала северную часть Сахалина. Возможностей вести серьезные военные действия на Дальнем Востоке у Советской России тогда не было, и большевики пошли на то, чтобы создать восточнее Байкала буферное государство – Дальневосточную республику. Столицей ее стала Чита. Дальневосточная республика потребовала немедленного вывода японских войск из Приморья и обратилась к России за помощью. В Читу вошли части Красной армии. Япония колебалась, несколько раз вступала в переговоры и в октябре 1922 года вывела свои войска. Вскоре после этого Дальневосточная республика вошла в состав РСФСР.

С середины 1920-х годов СССР и Германию связывали самые теплые отношения. В 1926 году в Берлине был подписан договор о дружбе и взаимном нейтралитете. Германия предоставила Советскому Союзу крупный заем, выступила против «антисоветских тенденций» в Лиге Наций, германские и советские военные тесно сотрудничали. В 1927—1928 годах на Германию приходилось 30 процентов советской внешней торговли. Зато отношения СССР и Англии резко обострились после того, как в 1926—1927 годах Москва оказала серьезную поддержку бастующим британским шахтерам. Большевики надеялись, что в Англии начинается настоящая революция, которая могла бы стать лучшим подтверждением учения Маркса. В 1927 году британские спецслужбы завладели документами, в которых содержалась информация о том, что советские представители ведут в Англии подрывную деятельность. После этого Британия разорвала дипломатические отношения с СССР. (Через два года они были восстановлены.) По-прежнему отказывались признавать советское правительство США, не препятствуя при этом торговым связям.

Отношения с западными странами улучшились, когда в СССР возобладала идея «построения социализма в отдельно взятой стране». Коминтерн, впрочем, остался, но теперь он призван был содействовать внешнеполитическим целям СССР. А главной проблемой в Москве считали угрозу агрессии какой-либо империалистической державы. Противостоять этой угрозе надеялись не только дипломатическими и военными средствами, но и с помощью организации революционного движения во всем мире, в особенности в колониальных странах (там это представлялось проще). В целом отношения СССР с зарубежными странами складывались мирно, если не считать конфликта из-за КВЖД: в 1929 году китайское правительство попыталось захватить контроль над железной дорогой под предлогом, что ее русские служащие распространяют коммунистическую пропаганду. Однако внутреннее положение в Китае было настолько сложным, что этот инцидент не получил продолжения. К тому же в 1929 году началась японская агрессия против Китая. Первым делом Япония оккупировала Маньчжурию (в 1932 году) и создала там марионеточное правительство. С этого времени напряженность на дальневосточных границах СССР неуклонно нарастала.

В то время многие коммунисты считали великий экономический кризис, охвативший весь мир, прологом к решающей битве между трудом и капиталом, зарей мировой революции.

С этой точки зрения, все попытки достичь компромисса между трудящимися и предпринимателями вредили делу революции. Поэтому в 1928 году на VI конгрессе Коминтерна «самым опасным врагом рабочего движения» была признана социал-демократия. Непримиримая борьба с ней (и с «правым уклоном» вообще) считалась отныне долгом всякого настоящего коммуниста. В 1929 году X пленум Исполкома Коминтерна объявил социал-демократию «социал-фашизмом». Такой подход серьезно повлиял на развитие событий в Германии, где рабочее движение было чрезвычайно активным: на протяжении нескольких лет коммунистическая партия Германии, твердо следуя указаниям из Москвы, боролась с социал-демократией. Немецкие коммунисты даже выступали иногда на стороне нацистов, и Коминтерн это приветствовал.

Приход в 1933 году Гитлера к власти вызвал в Москве противоречивую реакцию. На XVII съезде ВКП(б) Бухарин говорил о «зверином лице» фашизма, но Сталин в ответ на это заметил, что «фашизм в Италии не помешал СССР установить наилучшие отношения с этой страной». В свою очередь, нацисты тоже не спешили менять сложившиеся отношения: сотрудничество с СССР в военной области было им выгодно. В мае 1933 года они продлили действие Берлинского договора.

В самом конце 1934 года нарком иностранных дел М. М. Литвинов сформулировал внешнеполитический курс. Стержнем его становилась политика нейтралитета: нужно было любой ценой избежать войны или отсрочить ее, поскольку вести войну в тот момент Советский Союз не мог. Государственные интересы признавались теперь вьтттте пролетарской солидарности – иными словами, «страдания германских товарищей» не должны были мешать сотрудничеству с гитлеровской Германией. Лишь когда в январе 1934 года Гитлер подписал договор о ненападении с Польшей, в Москве поняли, что Германия из союзника превратилась в потенциального противника, а антибольшевистские высказывания фюрера – вовсе не пропаганда.

Выступление М. М. Литвинова на сессии Лиги Наций. 1934 г.

СССР постарался наладить более тесные отношения с другими западными странами. В 1934 году были заключены торговые договоры с Англией и Францией, восстановлены дипломатические отношения с Чехословакией, Румынией и Болгарией, а в сентябре СССР был принят в главную международную организацию тех лет – Лигу Наций. В 1935 году изменил свою политику и Коминтерн и на своем VII (и последнем) конгрессе главной угрозой признал фашизм. Преградить путь фашизму должно было мировое коммунистическое движение, однако все делегаты конгресса подтвердили, что национальным компартиям следует беспрекословно подчиняться указаниям из Москвы и действовать исключительно в ее интересах. Поэтому правительства европейских стран более чем осторожно относились к стремлению Советского Союза заключить с ними договоры о взаимной безопасности.

Самым серьезным испытанием для советской внешней политики в середине 1930-х годов стала гражданская война в Испании. Вначале СССР, как и Франция и Англия, придерживался политики невмешательства. Но Германия и Италия оказывали Франко открытую поддержку Хотя ключевую роль в сопротивлении играли троцкистская Всемирная рабочая партия и анархисты, Сталин не мог бросить левые силы Испании на произвол судьбы. Троцкий и так обвинял Сталина в измене делу революции, и продолжение политики невмешательства стало бы в глазах всего прогрессивного человечества лучшим подтверждением этих обвинений. Невмешательство в испанские события вызывало недоумение и у многих честных людей в СССР Сталин не хотел оставаться в стороне еще и потому, что опасался роста влияния троцкистов и анархистов в рабочем движении.

Но Советский Союз не мог себе позволить поддерживать испанских республиканцев открыто. В Европе это истолковали бы как попытку «экспорта революции», и с трудом налаженные отношения с европейскими странами пошли бы прахом. Максимум, на что решился Советский Союз, – это направить в Испанию советников. Многие из них были сотрудниками советских спецслужб. В их задачу прежде всего входила борьба с троцкистами, анархистами и другими «отступниками». Коминтерн считал поражение троцкизма необходимым условием победы над фашизмом. Советские агенты не останавливались перед провокациями, и в результате руководители Всемирной рабочей партии были арестованы. В некотором смысле это способствовало поражению республиканцев в Испании.

Сталинские репрессии 1937—1938 годов в Европе расценили как проявление внутреннего кризиса в СССР. Во Франции открыто сомневались в прочности советского режима, Англия отвергла советское предложение созвать международную конференцию по предотвращению новой мировой войны. Советское руководство доверяло Англии, Франции и их союзникам еще меньше, чем гитлеровской Германии, и в начале 1938 года Сталин начал искать сближения с Гитлером. Отношения с Англией и Францией стали еще хуже после того, как осенью 1938 года эти страны подписали с Германией Мюнхенские соглашения, позволившие Гитлеру в 1939 году полностью захватить Чехословакию. В Москве увидели в этом попытку направить агрессию Гитлера на восток.

Мир на западных рубежах стал особенно необходим Советскому Союзу после начала японской агрессии в Китае. В 1937 году Япония захватила практически весь северо-восток Китая и систематически испытывала на прочность дальневосточные рубежи СССР. В августе 1938 года жестокие пограничные сражения произошли у озера Хасан на границе с Кореей. Летом 1939 года японские войска попытались вторгнуться в Монголию, но были остановлены и разгромлены советско-монгольскими войсками на реке Халхин-Гол.

Весной и летом 1939 года Советский Союз вел переговоры с Францией и Англией о тройственном союзе, который гарантировал бы безопасность всей Восточной Европы от Румынии до Прибалтики. Переговоры начались, но протекали вяло. Кроме того, руководитель английской делегации не располагал необходимыми полномочиями. В конечном счете все застопорилось из-за вопроса, пропускать ли советские войска через территорию Польши и Румынии. С военной точки зрения, обойтись без этого было невозможно, но правительства Польши и Румынии категорически возражали. Англия и Франция молчаливо поддерживали их позицию, ибо не верили в искренность намерений советского руководства.

Подписание соглашения между СССР и Германией (пакт Молотова-Риббентропа). В. Молотов подписывает документ.

В центре снимка И. Риббентроп. 1939 г.

У подобных сомнений были основания. 17 апреля 1939 года, в тот самый день, когда СССР предложил Англии и Франции заключить соглашение, советский посол в Берлине высказался в том смысле, что Советский Союз заинтересован в самых теплых отношениях с Германией. Две недели спустя Литвинов был смещен со своего поста, и место его занял В. М. Молотов. Правительство Германии, готовившее тогда нападение на Польшу, расценило это как смену курса и дало понять, что заинтересовано в сближении. 19 августа 1939 года Германия подписала с Советским Союзом торговое соглашение и предоставила крупный кредит. 23 августа министр иностранных дел Германии фон Риббентроп, наделенный чрезвычайными полномочиями, подписал в Москве советско-германский пакт о ненападении.

Пакт был заключен сроком на десять лет. Секретный дополнительный протокол к нему разграничивал сферы влияния Германии и СССР в Восточной Европе. Через неделю, 1 сентября 1939 года, Германия напала на Польшу. Великобритания, связанная с Польшей союзными обязательствами, объявила Германии войну. Началась Вторая мировая война.

Еще до того как сопротивление польской армии было окончательно сломлено, советское правительство известило Берлин о намерении оккупировать часть Польши, отходившую к СССР по секретному протоколу. 17 сентября 1939 года советские войска перешли польскую границу и устремились к Висле, отныне разделявшей германскую и советскую сферы влияния. 28 сентября СССР и Германия заключили договор о дружбе и границах. Он предполагал некоторые изменения: к Советскому Союзу отходила Литва, а советские войска отступали с Вислы на Западный Буг. Таким образом, в состав СССР вошли области, где почти не было поляков и преобладали украинцы и белорусы. В итоге территория СССР расширилась на 200 тысяч квадратных километров, население увеличилось на 12 млн человек. Десятки тысяч польских военнослужащих попали в советский плен. Весной 1940 года многие из них, прежде всего офицеры, были расстреляны.

В полном соответствии с секретным протоколом, СССР начал оказывать давление на прибалтийские страны. 28 сентября Эстония вынуждена была заключить с Советским Союзом «пакт о взаимопомощи» и предоставить в распоряжение советских войск свои военно-морские базы. В течение следующих двух недель такие же соглашения были заключены с Латвией и Литвой. (СССР передал тогда Литве Вильнюсский край и Вильнюс, в 1920 году захваченный Польшей.)

Секретный протокол позволил СССР проводить более жесткую линию по отношению к Финляндии. На переговорах, состоявшихся в октябре 1939 года, советское правительство предложило Финляндии отодвинуть границу от Ленинграда, предоставить СССР в аренду на 30 лет порт Ханко и передать некоторые территории в Карелии и Заполярье. В обмен Финляндии предлагалось более 5 тысяч квадратных километров в Карелии. Но финская делегация не согласилась ни с одним из этих предложений и 13 ноября покинула Москву. 30 ноября советские войска перешли финскую границу.

Финны сражались стойко, и война затянулась на 105 дней. Красная армия несла тяжелейшие потери, но в феврале 1940 года смогла сокрушить финляндскую оборону и захватить Выборг. Ставка на новые советско-германские отношения полностью оправдалась: Германия в конфликт не вмешалась. В итоге финское правительство согласилось на все требования СССР. (Но планы Сталина были куда более масштабными. Недаром 31 марта 1940 года Карельская автономная республика была преобразована в союзную Карело-Финскую республику: Финляндии предстояло стать ее составной частью. Слабость Красной армии заставила от этих планов отказаться.)

Финская война имела большое значение для дальнейшего развития событий. Проявились недостатки Красной армии, и советские военачальники делали все, чтобы устранить их. Вместе с тем очевидная слабость, проявленная советскими вооруженными силами в войне с Финляндией, привела к тому, что германское командование недооценивало их истинную мощь.

Май 1940 года стал поворотным пунктом в отношениях между СССР и гитлеровской Германией. После того как Германия начала большую войну на Западе, Советский Союз решил полностью использовать заложенные в секретных протоколах возможности. В июне 1940 года советское правительство обвинило страны Прибалтики в нарушении договоров о взаимопомощи и потребовало увеличения там советского военного присутствия и создания в этих странах «народных правительств». Прибалтийские государства не смогли оказать сопротивления. Туда были введены дополнительные части Красной армии, созданы «народные правительства» и проведены новые выборы, в которых участвовали лишь кандидаты от местных компартий. Новые парламенты тут же обратились с просьбой о вхождении в состав СССР. В начале августа 1940 года Советский Союз пополнился еще тремя республиками. Как и в захваченных осенью 1939 года польских землях, там сразу же начались репрессии. Десятки тысяч «неблагонадежных» были высланы в Сибирь или отправлены в лагеря. Тем же летом подобная операция была проведена с принадлежавшими Румынии Бессарабией и Северной Буковиной.

А. Гитлер и его приближенные за разработкой плана «Барбаросса»

Все это не могло не насторожить Германию, занятую тогда покорением Франции. Хотя план войны против Советского Союза был разработан Гитлером еще весной 1940 года, осуществление его было отложено на неопределенный срок. Даже выступая перед военными, Гитлер говорил, что договор с СССР будет соблюдаться до тех пор, пока это целесообразно. В Москве смотрели на это примерно так же. А большая и долгая война в Западной Европе казалась самым удачным выходом из положения, поскольку оттягивала возможный конфликт с Германией. Но Франция сдалась неожиданно быстро – уже в июне 1940 года немецкие войска без боя вошли в Париж. Фактически с этого момента началась подготовка к нападению на СССР согласно плану «Барбаросса».

Гитлер, конечно, хотел уничтожить «большевистскую опасность», но главной его целью было уничтожить Британскую империю. Именно эту блестящую перспективу рисовал фюрер

Молотову на переговорах в Берлине в ноябре 1940 года. Он утверждал, что хочет создать мировую коалицию заинтересованных стран (с участием Советского Союза), интересы которых были бы удовлетворены «за счет британской конкурсной массы». Но переговоры показали, что раздел сфер влияния в мировом масштабе едва ли возможен, и Гитлер утвердился в своем решении начать войну против СССР. Фюрер полагал, что победа над единственным возможным союзником Англии на востоке не позволит ей долго сопротивляться натиску вермахта, а в случае затяжной войны Германия воспользуется ресурсами Восточной Европы. Об этом Гитлер говорил высшим германским военачальникам еще в июле 1940 года.

Итак, Гитлер готов был в любой удобный момент нарушить пакт о ненападении. Но до последнего момента и Советский Союз, и Германия делали вид, что находятся в хороших отношениях. Это было вызвано не только стремлением ввести в заблуждение возможного противника. Договор о дружбе был выгоден обеим сторонам с экономической точки зрения и поэтому соблюдался. Когда в конце 1940 года СССР согласился увеличить поставки зерна в Германию на 10 процентов, та вынуждена была в ответ увеличить поставки в СССР алюминия и кобальта, в которых советская промышленность испытывала тогда недостаток. В СССР также поступали автомобили, станки и вооружения. В течение двух лет, с учетом опыта конфликтов на Дальнем Востоке и войны с Финляндией, СССР смог в значительной степени улучшить боеспособность своих вооруженных сил, создать новые образцы вооружений и начать военное производство на востоке страны и на Урале.

Однако в целом СССР к войне готов не был. Весной 1941 года Германия объективно находилась в выигрышном положении. У нее была испытанная в боях армия, налаженное производство самых современных вооружений и все ресурсы Европы. На Западе уже никто, кроме Англии, не оказывал сопротивления, а США занимали неопределенную позицию.

В СССР политическое руководство пребывало в уверенности, что до войны еще есть время. Кадровый состав советских вооруженных сил из-за репрессий понес серьезные потери. Не был освоен массовый выпуск новейших вооружений. Четкая концепция ведения войны отсутствовала: даже после финской кампании командный состав Красной армии пребывал в убеждении, что бить врага предстоит на его территории. Наконец, советская пропаганда явно переборщила, демонстрируя уверенность в том, что войны с Германией не будет. 14 июня 1941 года ТАСС все еще официально опровергал слухи о возможной войне, а те, кто пытался говорить об этом, рисковали свободой. Тем не менее некоторые меры были приняты. В июне 1940 года в СССР была введена шестидневная рабочая неделя и восьмичасовой рабочий день (с августа 1929 года рабочая неделя была пятидневной, продолжительность рабочего дня составляла семь часов), а за прогул можно было угодить под суд. Рабочие потеряли право свободно менять место работы. В начале 1941 года в пятилетний план были внесены изменения с тем, чтобы ускорить выполнение военных программ. Большого успеха добилась советская дипломатия: 13 апреля 1941 года был заключен договор с Японией о нейтралитете, и хотя бы на время опасность войны на два фронта миновала.

Сталин продолжал верить, что Германия не нарушит пакт о ненападении. Сообщения о неизбежности гитлеровской агрессии против СССР, причем в самое ближайшее время, поступавшие как по каналам внешней разведки, так и от некоторых западных руководителей, он расценивал как провокацию. Даже в расквартированных в западных районах воинских частях многие командиры в июне 1941 года ушли в плановые отпуска. Никто в стране, от великого вождя до рядового пограничника, не был всерьез готов к тому, что ранним утром 22 июня 1941 года германские войска перешли советскую границу.

Сталин, похоже, был растерян. Настолько, что даже поручил выступить по радио с сообщением о нападении Германии на СССР В. М. Молотову. Сам вождь решился обратиться к народу только 3 июля. «Братья и сестры…» – так назвал он своих слушателей. Чтобы спасти страну, нужны были не «винтики», а патриоты…

Гитлер рассчитывал на быструю победу. Такую точку зрения разделяло не только командование вермахта, но и ведущие военные чины других стран. В США многие полагали, что вся кампания против СССР продлится не более трех месяцев. На стороне Германии были Италия, Финляндия, Венгрия и Румыния, а также все ресурсы оккупированной Европы. Первые успехи Германии, казалось, подтверждали это убеждение. Количество пленных и уничтоженной военной техники позволило немецким военным в начале июля утверждать, что с Советским Союзом будет покончено через две недели.

План германского командования предполагал согласованные действия четырех групп армий численностью около 3,4 млн человек. Целью финляндской группировки были Мурманск, Ладога и Беломорье; группа армий «Север» наступала на Ленинград; группа армий «Центр» – на Москву; группа армий «Юг» должна была оккупировать Украину. Конечной целью войны был выход к линии Волга – Архангельск, расчленение страны на четыре рейхскомиссариата и превращение ее в германскую колонию. Москва, Ленинград, Киев и ряд других городов подлежали полному уничтожению.

Германская армия обладала существенным превосходством в живой силе и технике, к тому же на ее стороне был фактор внезапности. Советские пограничники, первыми принявшие на себя удар, смогли сдержать продвижение врага лишь на несколько часов. Недолго противостояли натиску и основные силы. К началу июля под Минском оказались в окружении 11 советских дивизий. 320 тысяч советских бойцов и командиров попали в плен. За три недели боев немецкие войска продвинулись вглубь советской территории на 300—600 километров. Особенно опасным было продвижение гитлеровцев в Прибалтике, где они почти не встречали сопротивления. Лишь под Смоленском советские войска смогли с 16 июля по 15 августа задержать наступление противника. Общие потери советских войск в первый месяц войны составили около 1 млн человек, из них 700 тысяч пленными.

Страница газеты «Московский большевик» от 3 июля 1941 г. С текстом выступления по радио И. Сталина

Осенью положение Советского Союза было очень тяжелым. 9 сентября – блокирован Ленинград. 19 сентября – окружен Киев, где в плен попали около 650 тысяч человек. Германские войска начали наступление на Донбасс и Крым и 3 ноября подошли к Севастополю. В начале октября группа армий «Центр» приблизилась к Москве.

Плакат. Художники Кукрыниксы. 1941 г.

Гитлер в немалой степени рассчитывал на крах советской политической системы. Именно этим объясняются подготовленные еще в начале июня «Директивы по обращению с политическими комиссарами», приказывавшие уничтожать комиссаров на месте, и относительно «умеренные» (в сравнении с последующими приказами) инструкции для немецких чиновников в оккупированных областях. Советская политическая система в самые первые недели войны действительно обнаружила свою полную неготовность к войне. Лишь через несколько часов после начала войны из Москвы пришел приказ об ответных действиях. Растерянное молчание Сталина в первые дни войны можно объяснить лишь тем, что, по-видимому, он просто не понимал истинного масштаба событий.

Проблема заключалась в том, что сложившаяся перед войной политическая система не предполагала никакой самостоятельности действий. За самостоятельное решение и собственное мнение можно было дорого поплатиться. Партийные работники и советские бюрократы ждали указаний, а в начале войны их не было и не могло быть. В лагерях, расположенных за тысячи километров от фронта, начались массовые расстрелы – «на всякий случай». 28 августа была ликвидирована автономная республика немцев Поволжья, а полмиллиона ее жителей выслали в восточные районы страны в качестве спецпереселенцев.

Тем не менее, советская система была способна в кратчайшие сроки мобилизовать людей на выполнение самых сложных задач. Уже 27 июня был создан Совет по эвакуации, развернувший массовую переброску промышленных предприятий на восток страны. С июля по ноябрь 1941 года в Сибирь, на Урал, в Среднюю Азию и Казахстан было переведено более 1500 предприятий, и в 1942 году на Урале производилось более 40 процентов вооружений. Эти меры не всегда встречали понимание людей, недооценивавших степень опасности. Многим казалось, что эвакуация, сопровождавшаяся неизбежной остановкой производства, только на руку врагу.

Первые месяцы войны показали также, что советское общество не столь уж монолитно, как об этом твердила официальная пропаганда. Особенно сильно антикоммунистические настроения проявились после тяжелых поражений октября 1941 года, когда под Вязьмой были уничтожены несколько дивизий народного ополчения и восемь армий, более 670 тысяч человек попали в плен. 12 октября немцы заняли Калугу, и из Москвы началась эвакуация органов государственного управления и дипломатического корпуса. 19 октября в Москве было объявлено осадное положение. Город охватила паника, десятки тысяч человек попытались вырваться из столицы. Лишь когда выяснилось, что Сталин и правительство остаются в Москве, порядок был восстановлен.

Бойцы народного ополчения

Неспособность многих партийных и советских чиновников принимать ответственные решения вызывала гнев населения. В Ивановской области в октябре 1941 года состоялись массовые выступления рабочих. Из толпы кричали: «Все главки сбежали из города, а мы остаемся одни»; «Не дадим разбирать и увозить оборудование»; «НКВД и обком вывезли свои семьи, а наши остались». При этом партийных активистов обвиняли во лжи и эгоизме. Сходные настроения были тогда по всей России.

Недовольство точнее всего выразила женщина, написавшая в 1942 году в письме в газету: «Я никогда не думала, что способна на такое глубокое чувство злобы и ненависти, равное, если не сильнее, ненависти к фашизму, – к нашим руководителям с партбилетом в кармане, с бронью, дающей им право сидеть как мышь в щели, загребать жар чужими руками, а когда победим фашизм, они первые будут кричать о заслугах своих…» Письмо подписано – и это самая верная примета того, что война убила чувство страха, на котором держалась предвоенная советская система. Осенью 1941 года в сознании советских людей свершился важнейший поворот – отныне все они защищали родину. Официальная пропаганда учла эти настроения – войну стали называть Великой Отечественной.

В ноябре 1941 года началась битва за Москву. Немцам удалось форсировать канал Москва – Волга и выйти к подмосковным Химкам. Передовые их части уже видели башни Московского Кремля. Но 6 декабря советские войска перешли в контрнаступление, и к марту 1942 года фронт был отодвинут от Москвы к линии Великие Луки – Гжатск – Ока.

Блицкрига не получилось – к зиме 1941/42 годов Германия не смогла достичь ни одной из поставленных целей. Блокированный Ленинград стойко держался, несмотря на голод и жесточайшие морозы. В конце ноября Красная армия смогла отбить Ростов-на-Дону. Однако развить наступление советские войска не могли: не хватало ресурсов, а Германия была еще слишком сильна. К марту 1942 года к Гитлеру вернулась уверенность, что Германия может выиграть войну.

Г. К. Жуков

Этому способствовали крупные поражения советских войск весной 1942 года. С апреля по июнь советские войска тщетно пытались прорвать блокаду Ленинграда, в результате под Тихвином была потеряна целая армия, а ее командующий генерал-лейтенант А. А. Власов сдался в плен (впоследствии он возглавил организованную немецким командованием Русскую Освободительную армию). В мае советские войска не смогли сдержать немецкое наступление на Керчь и потеряли 175 тысяч человек пленными. Пал Севастополь, в течение восьми месяцев сдерживавший продвижение немецких войск на Кавказ. Наконец, 12 мая Сталин приказал начать наступление в районе Харькова. Плохая подготовка и стратегические просчеты привели к тому, что немцы взяли советские войска в кольцо. Более 240 тысяч человек попали в плен, 1000 советских танков было уничтожено.

28 июня Германия начала широкомасштабное наступление восточнее Курска. На этот раз целью был Сталинград. Выйдя к Волге, немецкие войска должны были отрезать Россию от кавказской нефти. После этого Гитлер планировал удар по Москве. Южная группа армий, воевавшая в Крыму, в Сталинградской операции не должна была участвовать – ее целью стал Кавказ.

Немецкая армия продвигалась стремительно. Советские войска вынуждены были отойти за Дон. Чтобы остановить отступление, 28 июля 1942 года Сталин подписал знаменитый приказ № 227. По нему предусматривалось создание штрафных батальонов и рот, а также заградотрядов, которые, находясь в непосредственном тылу советских войск, обязаны были «в случае паники и беспорядочного отхода… расстреливать на месте паникеров и трусов».

Однако немецкое наступление продолжалось. В начале августа южная группа немецких войск вышла к Майкопу. 23 августа гитлеровцы вышли к Сталинграду и на одном из участков фронта прорвались к Волге. Началась Сталинградская битва. В критической ситуации, когда противник мог закрепиться на Волге, заместителем Верховного главнокомандующего был назначен Г. К. Жуков. Осенью 1942 года Сталин наконец понял, что командовать в армии должны только военные: с 9 октября в армии отменили должности политических комиссаров. Это не значит, что влияние партии ослабло: оно осуществлялось через систему партийных и комсомольских организаций и через органы госбезопасности. Но это все же позволило достичь единоначалия: больше никто не имел права оспорить приказ командира.

12 октября немцы начали штурм Сталинграда. За три дня они потеряли 70 тысяч человек, утратили превосходство в технике и вынуждены были перейти к обороне, ожидая подхода подкреплений. 19 ноября советские войска начали контрнаступление и через несколько дней взяли в кольцо более 330 тысяч гитлеровцев. Попытки немцев прорвать окружение ни к чему не привели. Несмотря на категорический запрет фюрера, 2 февраля 1943 года 100 тысяч окруженных сдались. Остальные погибли. В общей сложности в Сталинградской битве Германия и ее союзники потеряли около 800 тыс. человек.

После этого началось широкомасштабное наступление советских войск на всем южном участке фронта. Опасаясь окружения, немецкие армии отступали. 14 февраля был вторично освобожден Ростов. Успешно развивалась операция по освобождению

Северного Кавказа. В январе 1943 года удалось частично прорвать блокаду Ленинграда и создать коридор вдоль южного берега Ладожского озера. Наступательные операции проходили и на центральном участке фронта.

В марте 1943 года советское командование разрабатывало план нового стратегического наступления. В это время стало известно, что противник решил овладеть инициативой и ликвидировать так называемую Курскую дугу – участок советско-германского фронта, на котором советские войска выдвинулись далеко на запад. В этой операции Гитлер делал ставку на новейшую технику и сосредоточил под Курском более 2000 самолетов, около 2700 танков и самоходных орудий, тысячи пушек и минометов и около 900 тыс. человек. Задача заключалась в том, чтобы отсечь курский выступ и взять в кольцо советскую группировку.

Советские войска противопоставили немецкому наступлению, начавшемуся 5 июля, более 1,3 млн человек, 3600 танков и 2400 самолетов. Спустя неделю противник был обескровлен и остановлен. Началось советское контрнаступление. 12 июля под станцией Прохоровка произошло крупнейшее танковое сражение Второй мировой войны (до 1200 танков с обеих сторон). 23 июля немцы были остановлены по всему фронту, а 3 августа советские войска перешли в наступление по линии Орел – Курск – Белгород. Вермахт потерял под Курском более 500 тыс. солдат и офицеров, 1500 танков, тысячи орудий и самолетов. После этого стратегическая инициатива до конца войны принадлежала советскому командованию.

Начавшееся Курской битвой наступление фактически не прекращалось до весны 1944 года. К этому времени военное производство в Советском Союзе уже было хорошо отлажено, к тому же американцы снабжали Красную армию техникой и снаряжением. Как только советская пехота стала передвигаться на грузовиках, маневренность войск резко возросла.

Самым мощным было наступление советских войск на юго-западе страны. 7 октября 1943 года они форсировали Днепр, а к апрелю 1944 года разгромили захватчиков на всей территории Украины и пересекли границу с Румынией. Тогда же, осенью 1943 – зимой 1944 года, советские войска сломили сопротивление немецких частей на Таманском полуострове и в Крыму (немецкие войска оставили Крым в мае 1944 года, когда уже была освобождена Одесса).

6 июня 1944 года союзники наконец высадили десант в северной Франции. Открылся долгожданный второй фронт, создававший непосредственную угрозу важнейшим промышленным районам Германии.

27 января 1944 года была прорвана блокада Ленинграда, которая продолжалась 900 дней. За это время от голода, холода и непрекращающихся вражеских обстрелов и бомбардировок в городе погибли около 800 тыс. человек (по другим данным – более миллиона). Гитлеровцы пытались удержаться на северо-западе страны, будучи уже в безнадежном положении – 20 июля советские войска пересекли границу с Польшей.

Советские солдаты, с боями освобождавшие Польшу, столкнулись с тем, от чего даже у ветеранов, за плечами которых были долгие, страшные, кровавые дороги войны, а на гимнастерках светились ордена и медали за воинское мужество и нашивки о ранениях, сжались сердца. Освенцим, Майданек, Треб-линка… Концентрационные лагеря, которые сами эсэсовцы в неофициальных документах называли Femichtungslager – лагерь уничтожения. Миллионы людей, согнанных со всех концов Европы, нашли здесь свою смерть. Россия не впервые спасала Европу. На этот раз – от коричневой фашистской чумы…

Через несколько недель после снятия блокады Ленинграда советские войска заняли почти всю Прибалтику и 11 октября вторглись в Восточную Пруссию. Осенью 1944 года Красная армия изгнала гитлеровцев с территорий Болгарии, Югославии, Чехословакии и Норвегии.

К весне 1945 года все территории, оккупированные Германи-ей в Европе, были освобождены (за исключением западной части Чехословакии). Гитлер еще надеялся на раскол в рядах союзников, но сопротивление было уже бесполезным. 9 апреля пали Кенигсберг и Вена. 25 апреля советские войска окружили берлинскую группировку противника, вышли к Эльбе и встретились с американскими частями. Начался штурм Берлина. 30 апреля 1945 года Адольф Гитлер покончил с собой, а 2 мая Берлин капитулировал. Поздно вечером 8 мая 1945 года (в Москве уже наступило утро следующего дня) в Карлсхорсте (Берлин) в присутствии представителей СССР, Великобритании, США и Франции был подписан Акт о безоговорочной капитуляции Германии.

1942—1943 годы стали переломными не только в военном, но и в политическом отношении. Именно тогда Сталин пересмотрел уже привычные черты советской идеологии. Теперь Советский Союз виделся не столько центром мирового коммунистического движения, сколько наследником Российской империи.

Первые признаки такого поворота наметились еще в середине 1930-х годов, когда готовилась новая Конституция СССР. В тот момент Сталину нужно было обеспечить устойчивость своей власти. До сих пор эту гарантию давала ему роль верного продолжателя дела Ленина. Борьба с оппозицией показала, что Сталин – не единственный претендент на роль наследника вождя революции и лидера мирового коммунистического движения. Но вот роль Сталина как руководителя первого в мире социалистического государства никто не мог оспорить. В самом деле, под его руководством Советский Союз за двадцать лет из полностью разрушенной страны превратился во вторую индустриальную державу мира. О цене не спрашивали – люди тех лет прекрасно знали, чего это стоило, и гордились тем, что выдержали такие испытания. Жертвы считались неизбежными.

У. Черчилль, Г. Трумен и И. Сталин. Потсдам. 1945 г.

Со второй половины 1930-х годов Сталин сосредоточился прежде всего на укреплении советского государства. Тезис классиков марксизма об отмирании государства постарались забьнь как троцкистский и контрреволюционный. Рядовые члены партии, пополнившие ее состав после многочисленных «чисток», легко согласились с тем, что сильное государство необходимо, чтобы защитить завоевания социализма. С середины 1930-х годов был отвергнут «классовый подход» к изучению истории, и школьникам стали рассказывать не только о преступлениях русского царизма, но и о великих деяниях прошлого.

Поворот был связан еще и с тем, что людям понадобилась новая точка опоры. К середине 1930-х годов большевики не достигли ни одной из своих главных целей. Мировая революция и просто достойная жизнь для миллионов людей оставались такими же призрачными, как и в 1920 году. Между тем во имя торжества революции погибли миллионы людей, а другие годами влачили совершенно жалкое существование. Теория усиления классовой борьбы, оправдывавшая репрессии, быстро исчерпала себя. Новое поколение знало об «эксплуататорских классах» только по книгам, а вести дальнейшую войну с крестьянством значило обречь страну на голод. Терпение народа иссякало, и свидетельствует об этом увеличение размаха репрессий. Многие с сожалением вспоминали не только годы НЭПа, но и дореволюционное «мирное время». Жертвовать собой во имя светлого будущего мало кто хотел. И уж совсем не хотела жертвовать собой новая партийно-бюрократическая элита – раз уж не удалось построить это светлое будущее для всех, она строила его для себя.

Именно в этот момент и наметился поворот. Теперь священное место «мировой революции» занял умеренный русский национализм и своеобразное государственничество. Уже не партия определяла государственную политику, а интересы партийно-государственной номенклатуры определяли политику партии. Коммунизм стал лишь ширмой, прикрывавшей власть бюрократической элиты. Не случайно именно в эти годы некоторые лидеры белой эмиграции перешли к поддержке СССР – с их точки зрения, Сталин отказался от коммунизма и начал возрождать империю.

С началом войны коммунистическая идеология оказалась явно несостоятельной, поэтому в советской пропаганде времен войны ключевое место занимали национальные ценности. Всячески подчеркивалась преемственность Советского Союза как наследника царской России: демонстративным шагом стало введение в 1943 году погон, напоминавших погоны царской армии.

Одновременно происходило сближение с Русской православной церковью. Первые шаги к нему были сделаны еще до войны, когда снизился накал антирелигиозной пропаганды. В сентябре 1941 года были закрыты антирелигиозные издания, а Союз воинствующих безбожников распущен. 9 ноября 1942 года «Правда» опубликовала поздравительную телеграмму митрополита Сергия, в которой Сталин назывался «богоизбранным вождем». А 4 сентября 1943 года Сталин встретился с тремя высшими иерархами Русской православной церкви и дал согласие на избрание патриарха. Через три дня собрался Поместный собор, избравший патриархом митрополита Сергия. Так было восстановлено патриаршество, упраздненное Петром I.

В 1943 году были предприняты и другие важнейшие меры, утвердившие разрыв с предвоенной политической системой: 15 мая Сталин распустил Коминтерн (контроль над деятельностью иностранных компартий СССР осуществлял теперь негласно, с помощью советских спецслужб), а 22 декабря на смену «Интернационалу» пришел новый советский гимн. «Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки великая Русь…» – гласили его первые слова.

С 1944 года началась новая волна массовых репрессий, проходивших уже не только по классовому, но и по национальному признаку. Прежде всего, они затронули народы Крыма и Северного Кавказа. Гитлер считал Кавказ лишь промежуточным плацдармом, и потому оккупационный режим там был сравнительно либеральным. Карачаевцы, кабардинцы и балкарцы, поднявшие после отхода Красной армии антисоветские восстания, получили политическую, экономическую и религиозную автономию. В Крыму, которому по замыслу Гитлера предстояло стать немецкой колонией, ни о какой автономии крымских татар речи не было, однако и там нацисты способствовали возрождению националистических и мусульманских организаций.

Чечено-Ингушетия не была оккупирована, но на нее гитлеровцы возлагали особые надежды, поскольку там на протяжении 1930-х годов не прекращались восстания (по официальным данным, только в 1938 году участники повстанческих групп совершили 98 вылазок, в ходе которых были убиты 49 партийных и советских работников). С августа 1942 года на территории Чечено-Ингушетии действовали несколько немецких диверсионных групп, которые должны были организовать массовое восстание. По данным НКВД, осенью 1942 года значительная часть людей ушла в банды, с которыми боролись две дивизии и 12 истребительных батальонов.

После освобождения Северного Кавказа виновными в пособничестве захватчикам были объявлены не конкретные лица, а народы. Сталинское руководство применило к ним испытанное наказание – выселение. К депортации начали готовиться еще осенью 1943 года, определяя места переселения и необходимые материальные ресурсы. В конце 1943 года и в первой половине 1944 года в Сибирь были высланы карачаевцы, калмыки, чеченцы, ингуши, балкарцы и крымские татары. В ноябре 1944 года такая же судьба постигла живших на юге Грузии турок-месхе-тинцев. Всего в Сибирь, Среднюю Азию и Казахстан было выселено более 700 тысяч человек. Депортации проводились самым жестоким образом: на сборы людям иногда давали считанные минуты, бесконечно долго везли в товарных вагонах к месту назначения и выбрасывали практически на голой земле.

Подобная политика в самых широких масштабах проводилась на Западной Украине и в Прибалтике. Население этих территорий испытало все то, что советские люди пережили в 1930-е годы: коллективизацию, террор, массовые высылки. Местное население сопротивлялось новой власти с оружием в руках. На Украине и в Литве повстанческое движение существовало вплоть до начала 1950-х годов. Серьезной силой в Западной Украине была Украинская повстанческая армия под руководством С. А. Бандеры, организованная в 1943 году и насчитывавшая до 20 тысяч человек (антисоветское движение на Западной Украине возникло еще в 1939 году после советской оккупации этой территории).

Самым пышным цветом в послевоенные годы расцвел русский национализм. Теперь он нужен был еще и как оправдание политики изоляционизма. Меньше всего советское руководство желало распространения «тлетворного влияния Запада», которому подверглись советские солдаты, освобождавшие Европу. Любому солдату было совершенно очевидно, что простые люди повсюду жили богаче, чем в первой стране победившего социализма. С Запада в СССР проникали новые идеи, находившие широкий отклик, а идеологические послабления, на которые Сталин пошел в годы войны, вызвали большие надежды у всего народа. Деревня ждала, когда распустят колхозы. В архивах сохранились предложения рядовых экономистов о превращении государственных предприятий в акционерные общества и свободе торговли, а председатель Госплана военных времен Н. А Вознесенский рекомендовал поощрять приусадебное хозяйство. Народ, выиграв войну, надеялся, что отныне государство будет с ним считаться. Ничего подобного не произошло. «Братья и сестры» (слова, с которыми Сталин обратился к советскому народу в первые дни войны. – Ред.) снова превратились в «винтики». Всякая либерализация угрожала режиму личной власти Сталина, установившемуся в годы войны.

Период конца 1940 – начала 50-х годов стал, может быть, самым мрачным временем в истории Советского Союза. Во всех сферах жизни был установлен жесточайший идеологический контроль. Партийная идеология теперь причудливым образом сочетала великодержавие, национализм и приверженность марксизму-ленинизму. Но основой ее был безграничный культ вождя. Празднование в 1949 году 70-летия Сталина превратилось в настоящую демонстрацию раболепной преданности лидеру государства.

В экономическом смысле страна словно вернулась в тридцатые годы. Все внимание уделялось развитию тяжелой промышленности, а из села выжимали практически все, ничего не давая взамен. Война выкосила мужское население, во многих деревнях оставались лишь женщины, старики и дети. В дополнение ко всем несчастьям, в 1946 году разразилась засуха. Начался голод, охвативший преимущественно Украину. Коллективизация, война и послевоенный разгром деревни привели к тому, что в 1952 году продуктивность одного гектара была ниже, чем в 1913 году, а скота – меньше, чем в 1916 году. Между тем население с тех пор увеличилось на 30 млн человек. В итоге недоедало все население, кроме высшей бюрократии. Чтобы создать видимость изобилия и ограничить спрос, в 1946 году розничные цены были установлены на уровне свободного рынка, а в 1947 году была проведена денежная реформа, уничтожившая даже сравнительно небольшие накопления. Характерной чертой послевоенной экономики, отличавшей ее от индустриализации 1930-х годов, было полное игнорирование новейших технологий (исключение представляли оборонные предприятия).

А. А. Жданов

Одна за другой в стране разворачивались кампании, которые должны были поставить на место интеллигенцию, отбить у нее всякую охоту высказывать критические замечания. С осени 1946 года партия обрушивалась на все, в чем усматривала «идеологическую вялость, появление новых идей и иностранных влияний, подрывающих дух коммунизма». Главным вдохновителем и организатором этой кампании был соратник Сталина А. А. Жданов. Особой критике подвергались так называемые безыдейные произведения искусства, не служившие делу «коммунистического воспитания масс». В рамках борьбы с «западным упадничеством» требовали исключить из репертуара театров все пьесы зарубежных драматургов. В 1947 году началась кампания против «формализма» – осмеянию и осуждению подвергались все деятели искусства и литературы, отклонявшиеся в своем творчестве от примитивного жизнеподобия. Они изгонялись из творческих союзов и научных учреждений, лишались права работать по специальности, однако в большинстве своем оставались на свободе. К этому же времени относятся попытки подчинить идеологическому контролю науку, прежде всего те ее области, в которых не усматривалась конкретная польза. Репрессии коснулись ученых, работавших в области генетики, кибернетики, психоанализа, теории вероятности и языкознания. Ядерную физику спасло лишь то, что работы по созданию советской атомной бомбы курировал всесильный Берия.

В августе 1948 года Жданов скоропостижно умер. Сразу после его смерти в ленинградской партийной организации началась самая жестокая чистка. Были арестованы все ведущие партийные работники и государственные служащие Ленинграда и Ленинградской области. Такая же судьба постигла многих их подчиненных. После этого стали делать все, чтобы вытравить из памяти героизм, проявленный ленинградцами в годы войны. Музей обороны Ленинграда был закрыт, а его архивы конфискованы. Предполагают, что «ленинградское дело» могло быть связано с разрывом между Сталиным и югославским лидером Иосипом Броз Тито, который произошел в 1948 году, – во всяком случае, официально ленинградских ответственных работников обвиняли «в заговоре со сторонниками Тито». Другой стороной дела были, без сомнения, экономические взгляды, которых придерживался Н. А. Вознесенский, человек, близкий Жданову, – не случайно ленинградские партийные работники обвинялись в попытке «развалить социалистическое хозяйство методами международного капитализма». Вознесенский тоже был арестован и расстрелян без суда.

Вслед за этим в идеологии резко усилились ультранационалистические тенденции. Главным содержанием идейной жизни тех лет стала борьба с «низкопоклонством перед Западом», которая быстро приобрела откровенно антисемитский характер. Развернулась настоящая травля еврейской интеллигенции, сотни людей были арестованы. Евреев обвиняли в «сионистской деятельности в интересах империализма». Высшего накала антисемитская кампания достигла в 1952 году, когда несколько видных евреев – деятелей культуры были обвинены в попытке организовать акты саботажа. Все они были расстреляны. В январе 1953 года грянуло дело «врачей-убийц», которые, якобы, готовили заговор против высшего руководства страны.

Не исключено, что страну ожидала новая волна массовых репрессий, но 5 марта 1953 года Сталин скоропостижно скончался. У миллионов советских граждан его смерть вызвала неподдельную скорбь. В день похорон Сталина на некоторых улицах Москвы возникла страшная давка, унесшая жизни сотен человек.

Саркофаг с телом Сталина поместили в Мавзолее рядом с саркофагом Ленина.