Дело было вечером, делать было нечего…
Лялька крутилась у зеркала, примеряя на себя мамины помады. Было смешно смотреть на неё со стороны, когда она вот так изо всех сил старалась быть взрослой.
- Посмотри, Гришечкин, какой я красивой стала. Любая принцесса в обморок от зависти грохнется! – привлекала она внимание друга.
Но Гришке было не до помад и не до принцесс. У него было дело поважней этого, да только ни Лялька, ни Кнопка, ни кто другой всей важности важного дела не поймут.
Впрочем, это ему только казалось.
- Гриш, а что это ты на себя надел? – спросила Лялька, увидев на нём подозрительный головной убор. Не шляпка и не берет, что же это такое?
- Я?.. А, это… вот… это штука такая… - замялся смущённый Гришка.
- Новый колпак клоунский?
- Нет, Лялька, ну ты что! Никакой он не клоунский. А совсем даже дедморозовский! - Гришкина улыбка осветила комнату.
- Ой… Гришка… А что, у нас разве скоро новый год?
- Конечно новый год! И не скоро, а прямо сейчас.
- Нет, Гришечка, ты что-то путаешь… - Лялька напрягла всё своё клоунское воображение: - Новый год это когда зима, и подарки, и Дед Мороз со Снегурочкой…
- Ну вот, ты сама сказала, что Дед Мороз бывает как раз на новый год. Значит, я и есть Дед Мороз.
- Гриша, - засомневалась Лялька, - Ты какой-то ненастоящий Дед Мороз…
- Как так? Вон, и колпак у меня есть, и борода… - в срочном порядке из комода появилась старая облезлая мочалка, - А шубу я в прихожей оставил, потому что в верхней одежде в комнату нельзя!
Лялька недоверчиво оглядывала Гришку со всех сторон, пытаясь придумать, как поймать его на обмане. Наконец, ей пришла в голову замечательная идея.
- Слушай, - вкрадчиво пропела она, - Если ты Дед Мороз, то ведь, кажется, подарки должен дарить. Так где же они?
Она забегала по комнатам, прижимая ручки к губам, как рупор:
- Подарки! Подарочки-и-и, ау-у-у!
Гришка не растерялся, и нашарив в кармане конфету, протянул её Ляльке:
- Вот, это Гришке, передавай ему, когда вернётся.
Ляльку такой поворот событий немного расстроил.
- Неправильный Дед Мороз, жадный, прямо как Гришка!..
Выскочила в прихожую и присела там на банкетке у двери. Она часто так делала, когда обижалась.
Гришка немного подождал, попытался поиграть один, в надежде, что Лялька вернётся, но скоро ждать её ему наскучило – и он осторожно выглянул из гостиной в коридор:
- Ляль, а Ляль? Я же пошутил. Возьми конфету, она твоя.
- И обманывать, между прочим, нехорошо. Я ведь даже поверила на минутку, что ты Дед Мороз! – пристыдила Лялька.
- Я не обманывал, а фантазировал. Просто очень-очень новый год хотел…
- Ну ты тогда так бы и сказал: «Лялька, давай в Новый год играть!»
Гришка удивился:
- А ты будешь?!
- Ну конечно!
Она притащила из детской мишуру и надела её на шею. Протанцевала по комнате, как заправская балерина:
- Отгадай, кто я такая?
Гришка почесал в затылке.
- Ну, на бабку-ёжку вроде не похожа, и на воспитателницу Элеонору Сергеевну тоже…
- Снегурочка я! Тоже понарошку. И я хочу подарить тебе на новый год… конфету!
Конфета была волшебной и не хотела, чтобы её съели раньше времени, она любила, чтобы её вместо этого клоуны почаще дарили друг другу.
О том, что настоящий новый год ещё не скоро, Гришка и Лялька напрочь забыли.
И когда Гришка принёс откуда-то маленькую блестящую ёлочку, Лялька уверилась в том, что он всё-таки настоящий волшебник, хоть и не Дед Мороз – и побежала приглашать гостей. До двенадцати оставалось ровно пять минут.