«Секрет драгоценного мусора»
Две симпатичные девчонки – Даша и Оля, а с ними трое парней – Стас, Кирилл и Петька. Шикарная компания и для вечеринки, и для детективного расследования! Вот новое дело и не заставило себя ждать. Среди хлама и отходов Кирилл обнаружил старинный костяной веер, украшенный драгоценными камнями. Подозрительные люди, которые то и дело появлялись поблизости, уже давно привлекали внимание ребят. А теперь эта необычная находка! Зачем веер прячут в мусоре? Он краденый? Наверняка здесь кроется какое-то серьезное преступление…
«Невероятное везение»
Даше и Петьке повезло. В их жизни хватает места и для настоящей первой любви, и для… детективных расследований! Вот и сейчас им стало известно, что шайка мошенников терроризирует город. Их жертвами становятся пожилые женщины. Пострадали даже Дашина тетя и Петькина бабушка. Срочно найти и обезвредить преступников – такую цель поставила себе парочка юных детективов! У них есть множество зацепок. И главное – просто невероятное везение!
v1.0 - создание fb2
v1.1 - Aligned structure document (FB2Aligner v1.5, 11/09/2014)
v1.2 - исправление ошибок валидации, доп. форматирование (LeV 11.09.2014)
v1.201 - 1 of 1 pictures replaced (fb2bin v1.5, 2014/09/11 13:33)
Стас отложил в сторону учебник и вздохнул. Скоро весенние каникулы, последние в его школьной жизни. Надо бы отдохнуть. И отец, и Саша, и тетя Витя – все советуют ему на эту неделю забыть о занятиях. Дашка даже предлагает поехать в Братушев, покататься на лыжах, там снег еще лежит… Пожалуй, это неплохая идея. И тут он услышал, как в двери поворачивается ключ.
– Стас, ты здесь? – раздался голос отца.
– Да!
В последнее время Стас занимался в своей прежней квартире, тут днем никого не бывало, а в квартире, где он жил сейчас, вечно кто-то толкался: тетя Витя пела и смотрела телевизор, Дашка непрерывно трепалась по телефону – одним словом, все отвлекало от занятий.
Взглянув на отца, Стас испугался.
– Что с тобой, папа? Что-то случилось?
– Да, Стасик, у меня неприятности… Я, конечно, сам виноват, разиня несчастный, но от этого не легче…
– Папа, да скажи же, в чем дело?
– Понимаешь, у меня что-то забарахлил мотор, я вылез, открыл капот и…
– Ты хочешь сказать, что у тебя из машины в этот момент что-то украли? – догадался Стас.
– Вот именно!
– Папа, но что?
– «Дипломат» с документами и деньгами!
– А денег много было?
– Нет, не очень… Но вот документы… Там был и заграничный паспорт, и вообще…
– Но как ты мог? Сколько уж таких историй было!
– Понимаешь, я задумался… А тут что-то с мотором, ну и… Да что говорить, если человек – идиот. Воображаю, что мне скажет Саша, и будет права, что бы ни сказала…
– Папа, еще не все потеряно! Может, они возьмут деньги, а документы подбросят. Такое часто бывает… Или, на худой конец, потребуют вознаграждение!
– Ты думаешь?
– Конечно, надо подождать несколько дней. А Саше пока не говори!
– Я не смогу… Она же почувствует, что я расстроен…
– Да, наверное… Но все равно, папа, это все-таки по большому счету ерунда. Ну, на худой конец, придется восстановить документы.
– Но это такая потеря времени, к тому же через три дня я должен лететь в Америку… А паспорт тю-тю!
– Подожди! Я уверен, что они объявятся! Увидят визу у тебя в паспорте и поймут, что надо спешить, если хотят получить хорошие денежки…
– Спасибо, Стасик, ты меня немножко утешил. Но в таком случае надо все время кому-то быть здесь, ведь если они позвонят, то именно сюда…
– Господи, папа, что с тобой? Да ты просто скажи на автоответчик, чтобы звонили в ту квартиру – и все…
– Да, действительно, все так просто, а я… Спасибо, сын! Ты полагаешь, что они могут позвонить уже сегодня?
– Вполне! Хотя… Если у них хватит ума, то они позвонят завтра – завтра ты им заплатишь больше, у тебя останется меньше времени.
– Подумать только, какой у меня умный и хладнокровный сын! Вот что, сын… Давай все-таки пока не будем говорить Саше… Авось она сегодня ничего не заметит…
– Заметано! Но Дашке-то я могу сказать?
– Дашке можешь, она умеет держать язык за зубами. А вот тете Вите лучше не говорить. Она будет так охать и ахать, смотреть на меня с таким глубоким сочувствием, что Саша сразу заметит…
– Все понял!
Даша болтала по телефону с Олей. Они обсуждали планы на весенние каникулы.
– Олька, хочешь, я поговорю с твоей мамой, чтобы тебя пустили с нами в Братушев? Там так клево!
– А Круз поедет? Если нет, я тоже не поеду!
Тут в комнату вошел Стас.
– Сестренка, поговорить надо! – шепнул он.
Даша кивнула.
– Оль, я тебе попозже перезвоню, тут у Стаса ко мне какое-то дело!
– Хорошо! – согласилась Оля с некоторым раздражением. Ей так хотелось поговорить о Крузе, а тут Стас…
Но ничего не попишешь.
Даша положила трубку.
– Что случилось, Стасик?
– Дашка, только никому ни звука, особенно Саше!
– Ладно, да что стряслось?
Стас рассказал сводной сестре о том, что случилось с Кириллом Юрьевичем.
– Какая глупость! – воскликнула Даша. – В наше время уже всем понятно, что нельзя оставлять машину незапертой даже на секунду! А он очень расстроился?
– Очень!
– Какие же гады! Просто зла не хватает! Слушай, Стас, если они позвонят, надо будет их выследить!
– Да ты что? Как?
– Очень просто! Они же если потребуют выкуп, то назначат встречу. Если привести туда милицию, может черт-те что выйти, а если мы сами…
– Не вздумай!
– Почему это? Мало мы, что ли, всякой дряни разоблачили?
– Вот именно, что много! И хватит!
– Да они, может, и не возникнут вообще, денежки прикарманят, а «дипломат» со всем содержимым в реку выкинут – и все дела!
– Ох, нет… У отца ответственная командировка срывается…
– И мама расстроится… Он только-только начал у нее работать…
Дело в том, что Кирилл Юрьевич, высококлассный переводчик-синхронист, поступил на работу в российско-американскую телекомпанию, где заместителем генерального директора работала его жена, Дашина мама.
– Да… Слушай, сестренка, а может, это кто-то нарочно сделал, а?
– То есть как?
– Ну, из зависти? Саша говорила, что там многие были недовольны, что его туда взяли.
– Да ну, глупость какая! Можно было бы найти другой способ его подсидеть! Нет, ерунда! Мало, что ли, таких случаев по Москве? До фига и больше! Это промысел такой. И насколько я знаю, пока еще никого не поймали. Во всяком случае, я об этом не слышала.
– А как тебе кажется, они позвонят?
Даша задумалась.
– Не знаю, – честно призналась она.
Они еще поговорили о том о сем, и Стас ушел заниматься в свою квартиру. А Даша немедленно позвонила Петьке.
– Лавря? – обрадовался тот. – Что-то случилось?
– Откуда ты знаешь?
– По голосу!
– Петь, надо поговорить!
– Через пятнадцать минут буду!
Даша позвонила Оле и быстренько сообщила свою новость.
Петька действительно примчался через четверть часа.
– Ну? В чем дело?
Даша поведала старому другу о сегодняшнем происшествии.
– Ну и что ты хочешь?
– Посоветоваться! Понимаешь, надо бы выследить этих типов.
– А что толку говорить об этом, пока они не позвонили… Рано еще!
– А потом может быть поздно! Надо именно сейчас заранее все обсудить и подготовиться к их звонку!
– Как? Разве что найти телефон с определителем?
– Хотя бы!
– Это несложно, у Круза есть.
– А он даст? Ну, не он, а его родители?
– Даст, конечно, даст! Я сейчас ему позвоню.
Петька набрал номер Игоря Крузенштерна.
– Крузейро, привет! Что это у тебя с голосом?
– Петь, у отца неприятность случилась… Он на машине ехал…
– Только не говори, что у него уперли портфель! – воскликнул Петька.
– А ты почем знаешь?
– Круз! Не может быть!
– Почему? Очень даже может быть! Он остановился что-то в моторе поглядеть, и буквально в считаные секунды у него уперли портфель, а там и деньги, и документы… Он так расстроен, ужас просто…
– Обалдеть можно! У отца Стаса сегодня тоже свистнули «дипломат»!
– Да ты что?
– Я тебе именно по этому поводу и звоню!
– А что, ты хочешь их поймать, да?
– Ну, поймать не поймать, а для начала засечь, если они позвонят насчет выкупа. Мы хотели у тебя телефончик с определителем позаимствовать, но теперь он тебе самому нужен. Ничего, нароем где-нибудь!
– Ты серьезно думаешь, что они позвонят?
– Ну, есть вообще надежда… У твоего отца много денег сперли?
– Ну, не очень…
– Тогда есть шанс, что позвонят…
– В таком случае звонить они будут из автомата, не совсем же они кретины…
– Может быть… А вдруг?
– Вряд ли. Ох, попались бы они мне… Петь, послезавтра каникулы начнутся. Займемся, а? – воодушевился Игорь. – Думаю, это одна компашка действует!
– Это не факт! Но попытаться стоит!
– Значит, будем держать связь. Я пока буду на телефоне.
– Там, у Лаври, тоже Стасик бдит. Ладно, Крузейро, я все-таки попробую найти телефон, чем черт не шутит, – сказал Петька и положил трубку.
Через полчаса он действительно нашел телефон с определителем номера у одних знакомых, которые, как выяснилось, полгода назад точно так же пострадали от наглых грабителей. Но им никто не звонил и ничего не вернули.
«Что за люди, – думал Петька, – разве трудно, выходя из машины, ее запереть? Мой папа всегда осторожен, а эти… Раззявы, одно слово! А грабители этим пользуются… Но какими ловкими и быстрыми должны быть эти люди. Чтобы за считаные секунды подобраться к машине, незаметно влезть и похитить самое ценное… Тут действуют профессионалы высокого класса. Или же не в меру расторопные ребятишки… Что ж, мы это выясним», – решил он и отправился за телефоном. Его установили в квартире, где жили Даша, Стас и тетя Витя, чтобы не привлекать внимания Александры Павловны, а в их квартире автоответчик давал другой номер. Все было подготовлено, однако никто в этот день не позвонил. Кирилл Юрьевич чрезвычайно расстроился.
Утром, когда Даша и Стас завтракали перед последним школьным днем, тетя Витя спросила:
– Стасик, что это за аппарат у тебя в комнате? Откуда?
– Да так… Взял у приятеля… – растерялся от неожиданного вопроса Стас.
– Интересно, зачем? Что, у нас разве нет своего? А этот отнюдь не новый, да к тому же еще и с определителем номера… Чей же это номер ты собрался определять?
«Ну, тетя Витя дает! – подумала Даша. – С ходу все просекла!»
– Да ничей, так просто… – пробормотал Стас.
– Так просто? Извини, не верю! Не тот ты человек, да и возраст у тебя уже не тот, чтобы со старыми аппаратами играть. У тебя вон новейший компьютер стоит, а тут…
Даша расхохоталась.
– Тетя Витя, да вы настоящий сыщик!
– С кем поведешься, от того и наберешься, – хитро улыбнулась тетя Витя. – А ну говорите, в чем дело!
Даша и Стас переглянулись. И рассказали все тете Вите.
– Боже мой, разве можно быть таким растяпой! – всплеснула она руками. – Я от Кирилла не ожидала! Подумать только!
– Только маме не говорите! – предупредила Даша.
– Разумеется, не скажу! А вы спокойно ступайте в школу, если будет такой звонок, я обязательно запишу номер!
– Вряд ли они станут с вами разговаривать, – усомнился Стас.
– А я буду записывать все номера на всякий случай! Из дому до вашего прихода не выйду. У меня все в хозяйстве есть. Только я думаю, что если уж они позвонят, то из автомата. Не совсем же они дурные!
– Мы тоже так думаем! – признался Стас. – Но ведь и на старуху бывает проруха. Сегодня вон какая погода мерзкая, – может, кто-то поленится из дому выходить…
– А ты мне вот что скажи, Стасик, разве, когда звонишь по телефону, нельзя узнать, есть определитель или нет?
– В том-то и беда, что с этими старыми аппаратами всегда слышно…
– Ну, тогда уж лучше его вовсе отключить… А то, не ровен час, они соберутся вернуть документы, а услышат эту штуку и раздумают!
– Вы правы, тетя Витя! У вас логика железная! – улыбнулся Стас. – Я сейчас его отключу!
Что он и не преминул сделать. Петькины старания пропали даром.
А тетя Витя кругами ходила вокруг телефона. И от каждого звонка у нее колотилось сердце. Часов в двенадцать опять зазвонил телефон. Она схватила трубку.
– Алло! Я вас слушаю!
– Извините, а Кирилла Юрьевича можно к телефону? – спросил вкрадчивый мужской голос.
У тети Вити от предчувствия даже голова закружилась.
– Его нет дома, – проговорила она, и во рту у нее пересохло. – Кто спрашивает?
– А когда он дома будет?
– Только вечером. Ему что-то передать?
– Да ничего, мамаша… Только у меня к нему дело очень срочное… Не могли бы вы, мамаша, дать мне его телефон на работе?
Тетя Витя пришла в замешательство. Давать телефон или не давать? Но ведь Кириллу нужны документы как можно скорее… «А, ладно, – решила она, – дам, а там посмотрим!»
– Хорошо, записывайте!
– Благодарю, мамаша!
Едва повесив трубку, тетя Витя набрала номер Кирилла Юрьевича.
– Кира, я в курсе, мне Стасик все сказал, и сейчас звонил кто-то, по-моему, от них! Я дала твой номер на работе, ты не сердишься?
– А почему вы решили, что это…
– Понимаешь, он называл меня мамашей! А у тебя интеллигентные знакомые, меня еще никто из них ни разу не называл мамашей!
– Тетя Витя, вы умница и вообще чистое золото! – растроганно проговорил Кирилл Юрьевич.
– Ладно, Кира, я кладу трубку. Только прошу, если это он, перезвони мне! А то я умру от волнения!
– Хорошо, обещаю.
Прошел час, Кирилл Юрьевич все не звонил.
Даша и Стас вернулись из школы раньше обычного – перед каникулами их отпустили после четвертого урока и в субботу тоже отменили занятия, прибавив к каникулам два с половиной дня.
Тетя Витя рассказала им о звонке. Стас разволновался и позвонил отцу на работу. Но там сказали, что он куда-то уехал.
– Ах, черт! Наверняка поехал на встречу с этими бандитами!
– Но тогда мы их упустили! – огорчилась Даша.
– Похоже, дело умерло, не родившись…
– Интересно, а что у Круза? Я сейчас позвоню!
– У него определитель, это действительно могло отпугнуть… Дураки мы… – сетовал Стас.
Даша набрала номер Игоря.
– Круз? Привет! Ну что?
– Пока ничего! Отец, кстати, снял определитель… Сказал, что это глупость.
– Да, мы тоже дотумкали! А нам, похоже, звонили. – И Даша рассказала о таинственном звонке.
– Ну, это еще не факт. Мало ли кто мог звонить…
– Вообще-то да… Ладно, Крузик, будем держать связь…
– Пока.
И едва Даша положила трубку, позвонил Петька, уже изнемогший от желания поскорее заняться делом.
– Ах, черт, Лавря, я кретин, болван, олух!
– Что такое? – рассмеялась Даша.
– Не определитель нам был нужен, это все фигня, а магнитофон! Тогда бы у нас был хотя бы голос преступника!
– Задним умом ты, Петька, крепок!
– Ну а я про что? Говорю же, кретин!
– Ну, вообще-то еще не поздно, – сообразила Даша. – Подключи маг к телефону Круза, и, может, не все еще потеряно!
– Лавря! Ты гений! А я, видно, заучился. Пока!
– Пока! – попрощалась Даша.
– Ну, что, Квитко бьет копытом? – поинтересовался Стас.
– Бьет! – подтвердила Даша.
Они промаялись еще два часа, а потом явился Кирилл Юрьевич.
– Папа! – бросился к нему Стас. – Тебе звонили?
– Увы! Увы!
– Как увы? – растерялся Стас. – А кто же это звонил?
– Да один парень, который машины чинит… Ложная тревога! – вздохнул Кирилл Юрьевич. – Если они сегодня не объявятся, моя командировка горит синим пламенем… Только зря вы посвятили тетю Витю…
– Мы не посвящали, – возразила Даша, – она сама догадалась, у нее интуиция – дай бог всякому.
Кирилл Юрьевич выпил чашку кофе и снова умчался.
– Жалко его… – задумчиво проговорила Даша. – Если сорвется командировка, мама все узнает и, боюсь, устроит ему желтую жизнь…
– Почему желтую? – удивился Стас.
– Не знаю, это Петька иногда так говорит. В общем, все понятно, разве нет?
– Понятно, – вздохнул Стас.
– Ну что, братишка, чем на каникулах займемся, а? Похоже, расследования никакого не будет…
– Не расстраивайся, что-нибудь придумаем! Ой, я же забыл! У меня для тебя сюрприз! Совсем из головы вылетело!
– Сюрприз? – оживилась Даша. – Какой?
– Мы с тобой сегодня идем в Большой! На «Раймонду»!
– Стас! С ума сойти! Братишка!
– Ты рада?
– Не то слово! – взвизгнула Дашка. – Обожаю балет! А «Раймонду» я никогда не видела!
– Сюрприз удался?
Вместо ответа Даша повисла на шее у сводного брата и расцеловала его в обе щеки.
– Ты самый лучший братик на свете! Ой, мне надо Ольке позвонить, я обещала сегодня к ней пойти. И еще голову надо помыть!
Даша со Стасом возвращались домой пешком. После спектакля хотелось еще продлить праздник, обсуждая понравившихся исполнителей, декорации, костюмы. Даша была в восторге, Стасу же спектакль показался затянутым и скучноватым, но он не хотел портить удовольствие сестренке.
Когда они вошли в подъезд, было уже около двенадцати.
– Стас, достань «Вечерку», – сказала Даша и заглянула в почтовый ящик родительской квартиры. – Смотри, и тут что-то есть! Странно, что мама не вынула почту.
Стас вытащил газету и открыл второй ящик. Там лежал конверт, на котором ничего не было написано.
– Странно, – пробормотал Стас и пощупал конверт. Внутри было что-то достаточно плотное. Он мигом вскрыл конверт и вытащил оттуда… заграничный паспорт.
– Дашка, смотри!
Это был паспорт на имя Смирнина Кирилла Юрьевича.
– Ура! – завопила Дашка, но Стас шикнул на нее.
– Чего ты орешь? Поздно уже!
– Ура! – шепотом повторила Даша, и они понеслись к лифту.
Поскольку они предупредили, что вернутся поздно, то никто их не ждал. Тетя Витя легла спать, а Кирилл Юрьевич и Александра Павловна были в своей квартире. Стас с Дашей переглянулись и позвонили им в дверь. Александра Павловна открыла моментально.
– Слава богу, явились! Что за манера ночами шляться по городу! Это опасно! Ну, как спектакль, понравился? Вы голодные?
– Нет, Стасик угощал меня в буфете пирожными! – с гордостью сообщила Даша. – А где Кирилл?
– Он спит.
– Ничего, мама, разбуди его! – потребовала Даша.
– Зачем?
– У Стаса к нему дело!
– Что ж, иди буди его сам, если это не терпит отлагательств, – недовольным голосом сказала Александра Павловна.
Стас юркнул в комнату.
– Дашка, что у него? – шепотом спросила мама.
– Они тебе сами скажут! Мам, а у тебя есть чего-нибудь попить?
– Сок хочешь?
– Смотря какой!
– Грейпфрутовый!
– Хочу.
Они пошли на кухню, и вдруг из комнаты донесся восторженный вопль. Александра Павловна вопросительно глянула на Дашу. Та с загадочной улыбкой пожала плечами. И тут на кухню выскочил встрепанный со сна Кирилл Юрьевич.
– Кира, в чем дело?
– Сашенька! Такая радость! Смотри!
– Паспорт? Ничего не понимаю! – удивленно пожала плечами Александра Павловна.
И тут Кирилл Юрьевич во всем признался жене.
– Выходит, жулики эти благородные?
– Да нет, просто им паспорт ни к чему, чтобы не злить клиента чересчур… – начал объяснять Стас. – Теперь скорее всего они позвонят и попросят денег за остальное…
– Кира, там было что-то важное?
– Да как тебе сказать…
– Это можно восстановить?
– Вполне. Слава богу, права были у меня в кармане.
– В таком случае пошли их к черту! Нечего им платить! Тем более ты уезжаешь! А вообще странно… Ведь именно за паспорт они могли с тебя содрать…
– А может, они идиоты? Вряд ли этим занимаются интеллектуалы! – радостно засмеялся Кирилл Юрьевич.
– Короче, плюнь на это, Кира. И не надо с ними встречаться, я не хочу! – властно проговорила Александра Павловна. – Мне это не нравится. А может, позвонишь Володе Крашенинникову, спросишь, как быть?
– Обязательно позвоню, но уже по возвращении, до отъезда мне просто будет некогда!
– Вот и отлично! Ну все, пора спать!
Даша и Стас простились с родителями и вернулись к себе. Сна не было ни в одном глазу. И вставать рано завтра нет никакой необходимости. Каникулы!
– Ну что, сестренка, может, махнем все-таки в Братушев?
– Можно, – без особого энтузиазма отозвалась Даша.
– Но ты не хочешь?
– Стасик, а как же эти типы?
– Я вовсе не уверен, что они объявятся. Паспорт подкинули…
– А про Круза ты забыл? Ведь его отца тоже ограбили!
– Завтра с утра надо выяснить, как у них дела? А, я понял, почему ты не хочешь уезжать! Вовсе не из-за грабителей, а из-за Юрочки своего! Надеешься, он приедет!
– Нет, я уже не надеюсь, – тихо проговорила Даша, – он не сможет, у него мама заболела.
– Он прислал письмо?
– Нет, он звонил…
– Дашка, ты что, плачешь?
– Нет, не плачу… Но мне грустно…
– Понял. И лучшее лекарство от грусти – новое увлекательное дело?
– Конечно, ты, братик, всегда меня понимаешь! – улыбнулась сквозь слезы Даша.
– Ну, тогда иди спать, поздно уже!
– Да. Спокойной ночи, братишка!
– Спокойной!
Телефон зазвонил в десять часов утра. Игорь схватил трубку. Незнакомый мужской голос попросил отца.
– Его нет! – ответил Игорь. – А кто говорит?
– Я по личному делу, – чуть замешкался с ответом мужчина.
– Я его сын, можете сказать мне, а я передам!
– А когда отец-то будет?
– Примерно через час.
– Я перезвоню!
– Передать что-нибудь?
– Передай, чтобы дождался моего звонка. Это в его интересах.
С этими словами он повесил трубку.
«Началось», – подумал Игорь. Он был совершенно уверен, что это звонит вымогатель. Сердце учащенно забилось. Это верный признак того, что он не ошибается. И Игорь позвонил своему лучшему другу.
– Петька, ты не спишь?
– Нет, валяюсь просто, а что?
Игорь рассказал о звонке.
– Магнитофон подключил? – деловито осведомился Петька.
– Конечно!
– Записал?
– А как же!
– Значит, будем действовать так: когда он позвонит, сними незаметно вторую трубку, послушай сам, на маг не полагайся, а то мало ли… Главное запомнить место встречи!
– Петь, неужели они пойдут на прямой контакт? А если отец милицию вызвал бы, а?
– Ну, это зависит от их интеллектуального уровня. Если это малолетняя шпана так зарабатывает, то могут и на прямой контакт пойти, а если…
– Знаешь, у того, кто звонил, голос был совсем даже не дебильный.
– Крузик, чего гадать? Подождем. А куда твой предок с утра пораньше смылил?
– В бассейн.
– А! Значит, скоро будет. Ты ему скажешь про звонок?
– А что, не надо?
– Почему? Скажи.
– Ладно, как только они поговорят, я тебе позвоню, но ты уж сиди дома.
– Естественно, куда ж я денусь. Тут такое дело…
Не успел Игорь положить трубку, как телефон снова зазвонил.
– Даша? – удивился Игорь. – Ты?
– Я! Слушай, Крузик, твоему отцу ничего в ящик не подкинули?
– Что ты имеешь в виду?
– Понимаешь, Кириллу подбросили в почтовый ящик его заграничный паспорт. Мы вчера из театра возвращались и нашли.
– Не знаю, – сказал Игорь. – Отец в бассейн поехал. Если подкинули, то он, наверное, уже нашел, только я не знаю. А не звонил никто?
– Нет!
– А нам только что звонили, какой-то мужик сказал, что по личному делу.
– Ну, мы уже один раз считали, что это они, а оказался механик.
– Ты сегодня никуда не собираешься?
– Нет, пока нет. Правда, вечером я обещала съездить к папе. А что?
– Ничего, просто я подумал: если он все же позвонит, надо нам будет собраться, все обсудить…
– Ладно, Крузик, я часов до пяти точно буду дома!
Даша позвонила еще и Петьке, сообщила ему о вчерашней находке.
– Да? Похоже, это совсем разные истории. Наверное, в Москве таких банд до фига и больше, – вздохнул он. – И в случае с отцом Стаса действуют какие-то благородные жулики. Поглядим, что там с отцом Круза.
– А может, нам еще позвонят.
– Все бывает, и кит икает!
– Думаешь, в нашем случае он не икнет?
– Я уже ничего не знаю! – буркнул Петька. Поговорив еще о том о сем с Дашей, Петька глубоко задумался.
«Интересно, а как действуют эти люди? Просто стоят и ждут, что у кого-то забарахлит машина? Или же сами как-то провоцируют поломки? Подбрасывают, к примеру, гвозди на проезжую часть? Вряд ли. Но какая-то система у них, несомненно, есть. И скорее всего они действуют на оживленных магистралях. У Кирилла Юрьевича «дипломат» увели на Садовом кольце, а у отца Игоря на Комсомольском проспекте. На самом деле надо бы опросить всех знакомых, наверняка может сложиться целая схема». При слове «схема» Петька вспомнил о соседях, Эдуарде Николаевиче и Максиме Николаевиче. Когда-то Петька подозревал, что они бог знает какие преступники, а они оказались вполне порядочными и славными людьми. Особенно Петька подружился со старшим братом, Эдуардом Николаевичем. Надо будет с ним поговорить, а еще он непременно позвонит писателю Мелешину. Он начинающий автомобилист и наверняка слышал такие истории. Петька глянул на часы. Уже можно ему звонить, он рано встает.
Мелешин обрадовался его звонку.
– Ну что, Петя, когда же наконец наши соседи переедут? Ждем не дождемся!
На одной площадке с Мелешиными находилась та квартира, куда должны переехать Смирнины-Лаврецкие, то есть семья Даши и Стаса.
– Думаю, когда учебный год кончится, – сказал Петька. – Василий Константинович, у меня к вам есть вопрос.
– Вопрос? Серьезный?
– Очень!
– Что ж, задавай свой серьезный вопрос!
– Вы слышали, что в Москве сейчас грабят автомобилистов прямо посреди улицы?
– Что ты имеешь в виду?
– Ну, знаете, такие истории, их много… У человека барахлит мотор, он выскакивает, открывает капот…
– А в это время кто-то ловко похищает у него деньги, документы, ценные вещи, так?
– Именно!
– Не только слыхал, Петя, но и сам, так сказать, пострадал…
– Правда? Когда? – буквально завопил Петька.
– Да вот, недели две назад!
– А где это было?
– На Ленинском проспекте, недалеко от универмага «Москва».
– И что у вас свистнули?
– Сумку с теннисной ракеткой и портмоне.
– А документы?
– Документы, слава богу, были у меня в кармане куртки.
– А вы никого не заметили?
– Нет! Но мужик, что стоял неподалеку, говорил, будто видел каких-то двух подростков. Постой, Петр, а почему тебя это волнует?
– Да понимаете, Василий Константинович, тут буквально в один день таким способом ограбили отцов двух моих друзей, да вы же их знаете, это Стас и Игорь Крузенштерн.
И Петька рассказал все известные ему подробности.
– Надо же, паспорт все-таки вернули, благородные, можно сказать, люди. А ты что же, Петя, статистику составляешь?
– Ну, вроде того…
– Зачем? Неужели надеешься отловить этих воришек?
– Ну, вообще-то была такая мысль…
– Брось, Петя! Ну, допустим, поймаешь ты одного, ну двух, а сколько их по Москве? Сотни, наверное!
– Василий Константинович! От вас я не ожидал! Если так рассуждать, то вообще никаких преступников ловить не надо, их же очень-очень много.
– Да, брат, уел ты меня! Ты прав, Петя, и я тебя уважаю. Ты – настоящий человек!
Петьке приятно было это слышать.
– И вот что я тебе скажу: уж коль скоро ты с друзьями возьмешься за это дело, можешь на меня рассчитывать. Как ты там говоришь: сыщик без мотора – мертвый сыщик?
– Да! – рассмеялся Петька.
– Так вот – понадобится мотор, звони! Если смогу, обязательно помогу. И ты не думай, я не забыл про свое обещание!
– Какое обещание?
– Я же обещал написать о тебе книгу, так вот, я уже кое-что написал, но, честно говоря, выдумывать про живого человека не хочется, а тут… Одним словом, это будет взаимовыгодное сотрудничество, как теперь в газетах пишут. Согласен?
– Еще бы! – восторженно закричал Петька. – Иногда без мотора все срывается… А тут… Тут можно будет и на живца ловить, и вообще, – уже захлебывался Петька. – Здорово! Спасибо вам огромное!
– На живца, говоришь? А что, это мысль! Надо будет ее хорошенько проработать.
– Значит, вы согласны?
– Согласен! Но ты же знаешь, я старый сапер, и с бухты-барахты действовать не люблю.
– Но хорошо бы это сделать на каникулах…
– Ох, я совсем забыл, у вас же сейчас весенние каникулы! Ну, Петя, я не такой уж тугодум, думаю, уже завтра мы сможем с тобой это обсудить. Позвони мне завтра в это же время, договорились?
– Договорились!
«Вот это мужик! – думал Петька. – Недаром я про него вспомнил. Да, конечно, это самый надежный способ, а то ведь эти грабители и впрямь вряд ли пойдут на прямой контакт и выследить их будет очень сложно. Ну и черт с ними! Мы их будем ловить на живца!»
Вскоре позвонил Игорь. Голос у него был разочарованный.
– Петь, полная лажа!
– А что?
– Это звонил мужик с папиной старой работы.
– Ничего, Круз, у меня тут такие новости!
– Да? От Лаври?
– Нет! От Мелешина!
– А при чем тут Мелешин? – удивился Игорь.
– При том, что он готов нам помочь! Его точно так грабанули. И мы решили с ним ловить на живца!
– Это как? – не понял Игорь.
– Ну, проще пареной репы! Выезжаем на трассу, я прячусь на заднем сиденье, он играет лоха, грабитель лезет в машину и…
– И что? – скептически хмыкнул Игорь. – Ты один его ловишь, так?
– Ну и что?
– А то, что в таком положении он просто отпихнет тебя и смоется. И это еще в лучшем случае. Ты один не справишься, надо вдвоем. Я с тобой! Вместе у нас есть шанс!
– Соображаешь, Крузик! Ты настоящий друг!
– Только я не понимаю… Ну, поймаем мы одного, и что с ним делать будем, а?
– В ментуру сдадим!
– А доказательства? И вообще… По-моему, это чепуха! Так и будем по Москве гонять, отлавливать по одному этих ворюг, а в результате нас же еще и кокнут!
Петька задумался. «Может, и впрямь они с Мелешиным погорячились? Похоже, Круз прав, и это глупость в чистом виде. Но что же делать, если другого выхода нет? Тут надо подумать».
– Петь, ты чего? – удивился Игорь молчанию друга.
– Думаю.
– Ладно, ты пока подумай, а мне надо в магазин сходить, мама посылает. Я тебе потом еще звякну.
Петька в раздумье ерошил волосы. Ну, что касается мер предосторожности, то надо просто сменить номера на машине Мелешина, ни в коем случае не выезжать с настоящими номерами. Идея неплохая, но где взять другие номера? Надо пошевелить мозгами, может, что и придет в голову. И он тут же вспомнил о «Запорожце», давно гниющем во дворе у Даши. Если эта бесхозная железяка еще стоит, то надо ночью свинтить номера на машине Мелешина. Ущерба никому никакого, их придется подновить, но это не проблема. Вот только согласится ли Мелешин менять номера на своей машине – еще большой вопрос. Хотя должен! Он же понимает, что со своими номерами опасно… Конечно, если его остановят, то объяснить все гаишникам будет очень сложно. Черт, неужели это совсем глухое дело? Круз, конечно, кругом прав. Что они будут делать с вором-одиночкой? Еще захочет ли милиция с этим связываться? А если это малолетки действуют? Значит, за ними кто-то стоит… Да, вообще-то не больно разберешься… Ну да ничего, завтра он поговорит с Мелешиным, и тогда они все решат, но номера свинтить определенно стоит. Пригодятся еще, не сейчас, так потом… Он точно знал, что одинокий хозяин «Запорожца» в прошлом году умер. А родственников то ли не было, то ли никто на такую развалюху не польстился… Одним словом, воровством это назвать нельзя, как ни верти… Олька, конечно, всегда сможет подвести базу и сказать, что воровство ни у кого – тоже воровство, но это вопрос спорный! Взять эти номера – все равно что подобрать на улице потерянную и никому не нужную железку! И, приняв такое решение, Петька успокоился.
Вскоре ему позвонил Игорь. Петька изложил ему свой план.
– А что, можно! – сказал Игорь. – Боюсь только, что там так все проржавело, что не открутишь… А действовать надо быстро, чтобы не засекли… Ну ничего, в четыре руки мы управимся, если в темноте, попозже вечером…
– Договорились!
Когда стемнело, Петька сказал родителям, что идет к Игорю, а Игорь сказал, что идет к Петьке. Оба вооружились инструментами и направились во двор дома, где жили Даша и Стас. «Запорожец» стоял на месте, но вокруг было довольно много людей, и они не решились взяться за дело.
– Надо подождать, – вздохнул Петька, – когда никого не будет. Эх, черт, надо было телепрограмму изучить…
– Пойдем немножко прошвырнемся, а потом снова придем, – предложил Игорь. – Не торчать же тут…
Они прошатались по улицам целый час и вернулись к «Запорожцу». Народу во дворе и впрямь поубавилось. Они решили начать с заднего номера. Натянули старые кожаные перчатки.
– Ты стой на стреме, – сказал Игорь, – а я попробую его снять, вдвоем мы только дольше провозимся.
Петька согласился. У Игоря были золотые руки. Сначала он работал молча, потом недовольно прошептал:
– Черт, так все проржавело…
– Помочь?
– Да нет, тут надо осторожно, а то сломается… Ты лучше бди… Ага, есть!
– Уже? – обрадовался Петька.
– Нет, еще только полдела… Ну, ничего, теперь полегче будет…
Но Петька его уже не слушал. Он вдруг увидел, как к мусоропроводной камере ближайшего подъезда подошли двое вполне прилично одетых мужчин и стали возиться с замком. Интересно, что им там ночью понадобилось?
– Круз, – прошептал Петька, – посмотри…
Игорь глянул туда, куда указывал Петька.
– Ну и что? – шепотом спросил он.
– Подозрительно что-то… Давай поближе подберемся, может, что и услышим! Мне это не нравится!
Перебегая от машины к машине, они подобрались совсем близко. А мужчины между тем открыли дверь, но входить не стали.
– Порядок, – негромко сказал один из них.
– Между прочим, мне показалось, что у машины кто-то возился, давай-ка глянем!
И они прямым ходом направились к «Запорожцу». Петька и Игорь замерли.
– Глянь-ка, номер скручен, точно кто-то был!
– И кому эти ржавые номера понадобились?
– Да ребятишкам каким-нибудь…
– Вот-вот, от ребятишек обычно все неприятности. Они вечно суют нос не в свое дело. Надо поосторожнее быть… Пошли. Чего зря мерзнуть. И вообще, надоела мне эта вонючая железяка.
Петька с Игорем переглянулись и, отпустив мужчин на некоторое расстояние, двинулись за ними. Тут явно пахло криминалом. Мужчины вышли на улицу и сели в старенькую белую «копейку» с заляпанными грязью номерами. Но никуда не поехали. Казалось, они кого-то или чего-то ждут.
Игорь незаметно подобрался к машине сзади и протер номер. Запомнил его и снова замазал грязью.
«Ай да Круз, – подумал Петька. – Из него получается отличный детектив!»
– Что будем делать? – спросил Игорь, вернувшись к Петьке.
– Ждать! Надо поглядеть, что это будет. Я-то думал, они грабить пойдут и сбросят награбленное в мусоропровод…
– Скорее всего так и будет, только грабит кто-то еще… Айда, Петька, может, удастся предотвратить ограбление!
И они со всех ног понеслись к тому подъезду. Домофон не работал, и они беспрепятственно добрались до лифта и поднялись на последний этаж. Прислушались. А потом на цыпочках стали спускаться, внимательно оглядывая все двери на площадках. Но все было спокойно. Никаких грабителей.
– Странно, – пробормотал Петька. И направился к мусоропроводной камере. Она была заперта. Тогда они выскочили на улицу. «Копейка» исчезла.
– Да, – сказал Петька, – мы с тобой, Круз, два самых больших идиота в Москве и Московской области!
– Похоже на то, – согласился Игорь. – Надо было разделиться, а мы… Ладно, пошли хоть номера открутим…
Через полчаса они сделали свое дело. Два насквозь проржавевших, но все же целых номера стали их добычей. Конечно, они чудовищно перемазались.
– Пошли ко мне, умоешься! – предложил Игорь. – Я совсем забыл, мои сегодня у соседей на дне рождения.
– Да, надо немножко привести себя в порядок, а то мама может меня не понять.
– А я про что? Слушай, Квитко, по-моему, мы с тобой настоящее дело нарыли, это тебе не воришки уличные…
– Да, очень может быть… Но одно другому не мешает…
– То есть как?
– Я завтра поговорю с Мелешиным, скажу про номера и вообще… К тому же, Крузик, нас не так мало. Надо поручить Лавре понаблюдать за тем, что у них во дворе делается, и Дениса еще можно привлечь, тем более каникулы.
– Ну, Дениса его брат наверняка куда-нибудь увезет отдыхать…
– Еще не факт! Что-то он ничего пока не говорил…
– Погоди, Петь, давай-ка лучше поговорим о том, что мы сегодня видели.
– Давай!
Но тут они подошли к дому, где жил Игорь. Лифтерша, к счастью, увидев знакомые лица, не обратила внимания на их вид, она вязала крючком кружевную салфетку.
В квартире они довольно быстро привели себя в порядок, достали из холодильника бутылку пепси и уселись на кухне.
– Ну, что ты обо всем этом думаешь? – спросил Игорь.
– Пока еще мало что могу сказать, но, на мой взгляд, дело было так: эти двое ждали, что им что-то сбросят в мусоропровод, схватили это и умчались. Похоже, ключ от мусоропроводной камеры у них свой, а еще они зачем-то используют «Запорожец»… Знаешь, Круз, больше всего это похоже на шпионскую историю… Шпионы часто используют такие тайники. Кроме номеров, там, собственно, уже нечего взять, и кто, спрашивается, туда полезет?
– Выходит, мы их спугнули?
– Выходит, так!
– Плохо!
– Ну, плохо, а почем мы знали? – пожал плечами Петька.
– Понимаешь, насчет «Запорожца» я согласен, похоже на шпионский тайник, а вот насчет мусоропровода… Что ж, им шпионские сведения в мусоропровод спускают?
– Почему бы и нет?
– Глупо!
– Не скажи! Давай рассуждать!
– Давай!
– Предположим, для них главное – не иметь видимых контактов со шпионом. Они закладывают сообщения для него в старый «Запорожец», а он им спускает в мусоропровод. Таким образом, не выходя со своего двора, он может иметь отличную связь… Представь себе, за ним следят, а он чистенький – с работы домой, из дому на работу – никаких подозрительных контактов…
– Хорошо, допустим. Действительно, в мусоропровод можно совершенно незаметно выкинуть что угодно! А вот на виду у всего двора лезть в эту ржавую развалюху…
– Точно мыслишь, Круз! У него должна быть собака!
– Собака?
– Ну да, собака! И собака эта приучена пи́сать около «Запорожца». А пока собака писает, хозяин на вполне законном основании толчется рядом, и ему ничего не стоит что-то оттуда взять!
– Ну, Петь, ты даешь! Значит, достаточно выследить собаку…
– Вот именно! Но есть один момент… К «Запорожцу» ходят писать еще и другие собаки. Поэтому на него уж точно никто внимания не обратит!
– Если из этих собак вычесть тех, которые живут в других подъездах, то…
– Светлая мысль, Крузейро! Кстати, Лавря вполне может знать некоторых собак во дворе.
– Запросто! Надо завтра с утра ей обо всем рассказать.
– А як же ж! Всенепременно! Только Лавря, боюсь, не станет целыми днями в окно пялиться… И я думаю, что ради такого дела можно посвятить во все тетю Витю!
– Чтобы в окно пялилась?
– Именно! Особенно если рассказать ей про шпиона… Во времена ее молодости шпионы были в большой моде, и, я надеюсь, она примет это близко к сердцу…
– А что, неплохая идея, только надо сперва спросить Лаврю.
– Она согласится, вот увидишь! Тем более тете Вите не придется куда-то ходить, а можно просто чаще поглядывать в кухонное окно.
И, приняв это мудрое решение, они расстались до утра.
Утром Петька не мог дождаться десяти, чтобы позвонить Даше. И тут же вспомнил, что обещал позвонить Мелешину. «Вот и чудненько, пока я с ним поговорю, время и пройдет! – мудро решил Петька. – А то неудобно в каникулы рано трезвонить». Но у Мелешина почему-то никто не взял трубку. Однако Петька не расстроился. Уличные воры уже мало его волновали. Он послонялся по квартире и ровно в десять набрал Дашин номер.
– Алло!
– Это я, Лавря!
– Петь, привет! Что с тобой? Опять у кого-то «дипломат» увели?
– Лавря, тут такие дела… Не до «дипломатов»!
– Что еще, Петька?
– Мы с Крузом вчера на такое в твоем дворе напоролись…
– В моем дворе?
– Да! Очень-очень надо поговорить! Можно я сейчас приду?
– Давай!
Даша встретила Петьку и увела к себе в комнату.
– А где Стас?
– Дрыхнет!
– Я тебя разбудил?
– Нет, что ты! Мы с тетей Витей уже давно позавтракали.
– А тетя Витя дома?
– Дома, а что?
– А то, что у меня на нее виды!
– Какие виды? – удивилась Даша.
– Сейчас я тебе все по порядку расскажу…
– Да… – выслушав его, протянула Даша. – И вправду интересно… Кто бы это мог быть? Да, а зачем тебе тетя Витя?
– Чтобы смотрела в окно. Может, она что-нибудь заметит, а ее уж точно никто не засечет. Подумаешь, старушка в окно смотрит. Ты согласна?
– Да, пожалуй, согласна. Она будет просто в восторге! А что же мы сами делать будем? Вряд ли они каждый день сюда таскаются.
– Это точно… Но дело найдется. Не можем же мы целиком положиться на тетю Витю…
– Слушай, Петь, но с чего ты взял, что они как-то используют «Запорожец»?
– Как с чего? С того, что они обратили на него внимание, и вообще, если верна моя версия насчет собаки, то мы там обнаружим тайник.
– Но ты же сам сказал, что туда могут и другие собаки полезть. И как тогда отличить шпионскую псину от нешпионской?
– Понимаешь, Лавря, по моим расчетам, шпионская псина должна лезть туда… как бы сказать… активнее, что ли…
– Ну ты даешь! А как измерить степень активности?
– Просто, даже очень просто! Нормальные хозяева не будут особенно разрешать своим собачкам вертеться вокруг такой пакости…
– Поняла! – засмеялась Даша.
– Я и не сомневался, что ты меня поймешь! Давай зови тетю Витю!
– А вдруг она не согласится?
– Она согласится! Можешь мне поверить!
– Посмотрим!
Даша вышла и вскоре вернулась с тетей Витей.
– Петруша! Доброе утро! А я и не слыхала, как ты пришел. Дашутка говорит, у тебя есть ко мне какое-то дело?
– Совершенно верно, Виталия Андреевна! Очень, очень важное дело!
– Ну выкладывай! – сказала тетя Витя, поудобнее устраиваясь в кресле.
Петька решил сразу взять быка за рога.
– Виталия Андреевна, в пятом подъезде живет шпион!
– Что? Какой шпион, Петя? Что ты говоришь?
– Понимаете…
И Петька поведал тете Вите все, что они вчера наблюдали с Крузенштерном.
– И ты думаешь, это шпионы?
– Ну, если и не шпионы, то уж точно преступники. Но скорее все-таки шпионы. И помочь выяснить это можете только вы!
– Я? Но каким образом?
– Вам надо всего лишь почаще смотреть в окно.
– Петя, я ничего не понимаю! До первого апреля еще больше недели, а ты вздумал меня разыгрывать?
– Да что вы, какой розыгрыш!
И Петька объяснил тете Вите, что он думает насчет собак и тайника в «Запорожце».
– А по-моему, ты просто хочешь отвлечь мое внимание от какого-то другого дела, которым вы собираетесь заняться!
– Ничего подобного! Что вы! Мы до того хотели попытаться поймать ворюг, которые тибрят из машин деньги и документы, но теперь… Их же все равно не переловишь… А тут…
– Даша, он говорит правду?
– Чистую правду, тетя Витя!
– Но неужели в наш век техники шпионы пользуются такими примитивными средствами?
– Конечно! Чем примитивнее, тем лучше! Даже ФСБ, наверное, не придет в голову, что тайник устроен во дворе его же дома, да еще в закаканном собаками «Запорожце» и в мусоропроводной камере!
– Да, очень уж неаппетитно… – вздохнула тетя Витя. – Слава богу, мне не надо туда лезть…
– Вам никуда не надо лезть. Я знаю, вы очень наблюдательны, вы справитесь… – польстил ей Петька.
Тетя Витя задорно улыбнулась.
– А что, конечно, справлюсь! Только… не говорите Стасу! Он меня на смех поднимет!
– Не скажем! – пообещала Даша. – То есть мы ему вообще про это все скажем, но про вас – ни звука!
– А еще пообещайте, что не станете мне врать! А будете все подробно рассказывать!
– Обещаем!
– Ну что ж… Тогда я согласна!
– Тетя Витя, я вас обожаю! – воскликнула Даша и поцеловала тетю Витю.
– В таком случае предлагаю сейчас всем пойти на кухню и поглядеть, что делается вокруг вашего «Запорожца».
Они отправились на кухню и подошли к окну.
– Ну ни фига себе! – завопил Петька.
«Запорожца» во дворе не было!
Все трое в растерянности переглянулись.
– Как же так? – спросила тетя Витя. – Зачем они его увезли?
– Наверное, чтобы и следа не осталось, – огорченно проговорил Петька.
– Я знаю, что надо делать! – вдруг решительно заявила тетя Витя.
Петька с Дашей в изумлении уставились на нее.
– Я выйду погулять во двор. У меня там есть уже кое-какие знакомые, я заговорю с ними на совершенно посторонние темы, а потом увижу, что «Запорожец» пропал, и страшно обрадуюсь, что наконец исчез этот рассадник заразы. И послушаю, что мне скажут. Может быть, кто-нибудь видел, как убирали эту мерзость!
– Тетя Витя, вы бесценный кадр! – завопила Даша.
– Да, уж вас точно никто ни в чем не заподозрит! – усмехнулся Петька. Он был страшно горд: ведь именно он решил привлечь к расследованию тетю Витю, и она оказалась весьма перспективным агентом.
Тетя Витя торопливо оделась и спустилась во двор. Петька с Дашей наблюдали за нею в окно. Вот она вышла из подъезда, остановилась в некотором раздумье и подошла к двум молодым мамам, гулявшим с колясками. Заговорила с ними, наклонилась поочередно к каждой из колясок, поговорила о чем-то, а потом обернулась и радостно всплеснула руками – «обнаружила» исчезновение «Запорожца».
– В ней умерла актриса! – воскликнул Петька.
– В ком умерла актриса? – раздался вдруг сонный голос Стаса. – Петро, ты уже здесь? Который час?
– Двенадцатый! – отозвалась Даша, предпочитая ответить на последний вопрос.
– Вы завтракали?
– Конечно!
– Могли меня разбудить!
– Жалко было!
– А если умру с голоду, тебе не жалко будет?
– Не умрешь! Садись! Яичницу хочешь?
– А если омлет?
– Можно и омлет, никаких проблем. Тебе простой или с молоком?
– С молоком!
– Петька, хочешь омлет?
– Нет, спасибо, не хочу!
– Стас, ты кофе будешь или чай?
– Чай. Так в ком же умерла актриса?
– В Ольге! – не моргнув глазом, ответила Даша. – Она очень артистичная!
– Но если она такая артистичная, то почему актриса дала дуба? – засмеялся Стас. – Она же еще школу не кончила!
– Она не хочет в актрисы!
– Сейчас не хочет, потом захочет! – махнул рукой Стас. – Петь, а что нового слышно про ворюг? Крузенштернам тоже никто не позвонил?
– Пока нет.
– Стасик, тут нам совсем другое дело подвернулось… – вкрадчиво начала Даша.
– Что? Какое еще дело? Когда?
– Вчера вечером, Петька с Крузом случайно наткнулись… Петь, расскажи!
И Петька уже в третий раз за сегодняшнее утро рассказал все сначала. Умолчал он только о роли тети Вити.
Стас слушал его, уплетая омлет.
– Так! Значит, вместо чистого воздуха в Братушеве нам предстоит копаться в мусоропроводной камере? Замечательно, просто восторг!
– Стас, не хочешь, не надо! – тихо проговорила Даша. – Но мне кажется, это очень интересное дело. У нас такого еще не было!
Тут они услышали, что вернулась тетя Витя. Она заглянула на кухню.
– О! Стасик встал! Дашутка, ты его накормила? Отлично. Кстати, можно тебя на минутку? Извините, мальчики!
Даша выскочила из-за стола, и они с тетей Витей закрылись в Дашиной комнате.
– Ну что? Тетя Витя, что там?
– Я поговорила с Зиночкой и Маечкой. Они с детками своими гуляют. Так вот, Зиночка видела, как сегодня очень рано подъехала машина с краном, подцепила «Запорожец» и увезла в неизвестном направлении. А дворник Виктор говорит, что давно требовал убрать эту гадость, и вот наконец его послушались. Вроде даже при этом присутствовала наша техник-смотритель, или как сейчас эта должность называется…
– То есть никакой неожиданности не было?
– Выходит, так! Хотя, согласись, это странное совпадение! Но, с другой стороны, зачем шпионам увозить «Запорожец», это же, наоборот, привлекает внимание… Даша, вы Стасу ничего не сказали?
– Мы ему сказали все, но про вас – ни звука!
– Вот и прекрасно! Но я подумала вот о чем. Если собаки привыкли к этому месту, их все равно еще долго будет туда тянуть… И таким образом я хотя бы выясню, какие собаки из пятого подъезда, верно?
– Еще как верно! Уж из двух-трех собак мы нужную отыщем. Да и проследить за хозяевами двух-трех собак тоже не так сложно…
– Даша, вот это мне уже не нравится!
– Но что же делать? Оставить все как есть?
– А может, стоит заявить в ФСБ?
– Тетя Витя, а если это вообще полная ерунда? Нет, надо сперва разобраться.
– Кстати, Дашенька, а откуда вы знаете про собаку?
– Про собаку? Петька сказал.
– А он откуда знает?
– Понятия не имею. А в самом деле? Сейчас спрошу!
Даша кинулась в кухню, где Петька беседовал со Стасом.
– Петь, слушай, откуда ты знаешь про собаку?
– Про какую собаку? – не понял Петька.
– Ну, откуда ты знаешь, что у шпиона есть собака?
– Я этого не знаю. Это всего лишь предположение!
– Здрасьте, я ваша тетя! Значит, мы тут на уши становимся, а ты эту собаку просто выдумал? – возмутилась Даша.
– Не выдумал, а вычислил. Тут все-таки есть разница, согласись! И потом это же логично… Хозяин, которого туда собака тянет, не привлечет ничьего внимания, а если человек просто так каждый день на виду у всего двора крутится вокруг такой вонючки, это уже подозрительно…
– Логично, Петро, логично! – заметил Стас. – Что ж, для начала мы и будем из этого исходить.
– Из чего? Из собаки? – засмеялась Даша.
– Вот именно! Между прочим, одну собаку из этого подъезда я знаю, это мопсиха Луша. С ней гуляет Машка Ивашенцова из нашего класса.
– А кто у нее отец? – спросил Петька.
– У нее нет отца, она живет с мамой и отчимом.
– А отчим кто? – гнул свое Петька.
– Отчим у нее артист театра Моссовета.
– Артист? Ну, это неинтересно, – сказал Петька. – Но зато одну псину мы уже можем исключить из списка подозреваемых.
Даша вернулась к тете Вите и рассказала ей все, что узнала о собаках.
– Между прочим, Петя отлично соображает, – заметила тетя Витя. – Действительно, прогулка с собакой на глазах у всех – отличное прикрытие! И вот что я еще думаю: вместо «Запорожца» они измыслят какой-нибудь новый тайник, такой же неприметный и такой же неаппетитный. И я уж постараюсь его обнаружить. Ну все, мне надо готовить обед, гони ребят с кухни! Освобождай мне НП!
– Что освобождать? – не поняла Даша.
– НП! Наблюдательный пункт!
Из кухни ребята перебрались в комнату Стаса. И тут Петька вспомнил о Мелешине. Позвонил ему.
– Петя? Прости, друг, меня жена утром услала на рынок! Я вот тут поразмыслил… Глупая затея, брат. Ну изловим мы одного-двух, а дальше что? Да и небезопасно это…
– Если честно, я сам пришел к тому же выводу!
– Вот и отлично! Но чует мое сердце, что ты неспроста это решил… Что-то другое подвернулось, да?
– Есть немножко! – со смехом признался Петька.
– Моя помощь нужна?
– Пока нет, спасибо, Василий Константинович!
– Но если что, обращайся!
– Спасибо, обязательно! – ответил Петька, положил трубку и подумал: «Вот понадеешься на тебя, а тут жена велит на рынок ехать – и все дела. Нет уж! Обойдемся!»
– Петь, – сказала Даша, – может, соберемся всей командой, а? Дело-то серьезное!
– Свистать всех наверх, – засмеялся Стас. – Но вообще-то собраться не помешает. Впереди больше недели, и вшестером мы можем неплохо поработать. Только вот где в субботу собраться?
– Предлагаю скинуться и пойти в кафе-мороженое! – воскликнула Даша.
– Несерьезно! – поморщился Стас. – Мало ли кто нас может подслушать. А Денис? Он сейчас один?
– Нет, – вздохнул Петька. – Брат в Москве.
И тут зазвонил телефон. Это была Оля. Она пригласила вечером всех к себе в гости – по случаю каникул.
– Мы с бабушкой все приготовим, а потом она уйдет! Так что погуляем на свободе! Придете?
– Еще бы, конечно, придем! – обрадовалась Даша. – Тем более нам нужно собраться. Ты никого чужого не приглашала?
– Нет, я тебе первой позвонила. А что?
– Дениса ты собираешься звать?
– Да, а ты против?
– Что ты! А Круза уже позвала?
– Круза? Да! Ты тогда позвони сама Денису, ладно, а я – Петьке!
– Петька тут и уже заранее на все согласен!
– Отлично, жду вас к шести часам!
– Эклеры будут?
– Будут!
Эклеры – коронное Олино блюдо.
Даша позвонила Денису и передала ему Олино приглашение. Он с радостью его принял.
– Здорово! – потирал руки Петька. – Не просто соберемся, а будет дружеское застолье…
– Это плохо, – засмеялся Стас, – мозги размягчатся, соображать плохо будем…
– Ничего подобного! Мы сначала все обсудим, проведем мозговую атаку, а уж потом сядем за стол.
К шести часам все собрались у Оли. Стол был красиво сервирован, и Олина бабушка, Ираида Антоновна, уходя к подруге в соседний дом, сказала:
– Детки, ужин у нас нынче холодный, чтобы девочкам зря не возиться! Ведите себя хорошо, а то за стенкой у нас очень бдительные соседи!
И с этими словами она ушла. Едва дверь за нею закрылась, как Игорь, в последнее время часто бывавший у Ольги, завопил:
– К столу! К столу! Я специально сегодня с утра не жрал!
– Ничего подобного! – строго сказал Петька. – Сначала мы обсудим нашу проблему, а уж потом расслабимся!
– Как? На голодный желудок? – ужаснулся Игорь. – Я не могу!
– Игорь, – с робкой улыбкой проговорила Оля, – ты пока съешь пирожок, замори червячка!
– Такой крохотный пирожок никакого червячка не заморит. Как минимум пять!
Оля дала ему пять пирожков, которые он в мгновение ока стрескал.
– На один зуб! – пробормотал он.
– Кончай базар, Крузейро! – одернул его Петька. – Чем раньше мы займемся делом, тем раньше ты сможешь нажраться! Все, надо только пойти в другую комнату, а то вид этого стола и вправду мешает сосредоточиться.
Они со смехом перебрались в Олину комнату, и Петька с Игорем рассказали то, что Даша и Стас уже знали. Потом Даша поведала о роли тети Вити, взяв со Стаса честное слово, что он не будет ее дразнить. Стас пообещал.
– Да! Это история! – проговорил Денис. – Тут и в самом деле дурной запашок… Что касается собак, идея тоже здравая, но вот как быть с мусоропроводом? Если бы мы хоть на пять минут заполучили то, что туда бросают, мы могли бы многое понять.
– Так-то оно так, – задумчиво заметила Оля, – но ведь в мусоропроводной камере не подежуришь…
– Это и не требуется! Какой смысл торчать в этой вонище, если мы даже не знаем, что должны найти, – сказал Петька, – наша задача не камера, мы должны углядеть «это» не на выходе, а на входе!
– То есть? – поднял брови Стас.
– Если бы мы увидели, кто и что бросает в мусоропровод…
– Ерунда! В доме девять этажей. Не можем же мы у каждой камеры поставить человека… Чушь! Тут надо что-то другое, – пробурчал Стас. – Вот если бы у нас был список жильцов подъезда… Кстати, давайте выясним, кто знает хоть кого-то из пятого подъезда? Я знаю Машку Ивашенцову из нашего класса! А из вашего класса там никто не живет?
– Живет! Кирюшка Хованский! – вспомнила Оля.
– А у него собака есть?
– Нет, у него два кота и белка!
– Белка не в счет, – засмеялся Стас. – Да и коты тоже. А кто у него отец?
– Кажется, художник, – ответила Даша, – да, точно художник!
– Можно смело о нем забыть, художник вряд ли такими делами занимается. Да еще и без собаки, – подвел итог Денис. – А кстати, что он собой представляет, этот ваш Хованский?
– Хованский? Да вроде нормальный парень. А ты почему спрашиваешь? – поинтересовалась Даша.
– Потому что нам очень не помешал бы кто-то из этого подъезда.
Они молча переглянулись.
– А что, неплохая идея, – сказал Игорь. – У Хованского котелок варит…
– Вопрос не в этом, а вот умеет ли он держать язык за зубами? – спросил Денис.
– Ну, вообще-то он не из болтливых, – пожал плечами Петька.
Оле ужасно хотелось привлечь к делу Хованского, она знала, что очень ему нравится, а Крузу невредно будет немножко поревновать, но она помалкивала.
– Тогда, может, мы его прямо сейчас позовем? – предложил Денис.
– Но вряд ли он в субботу вечером, да еще в каникулы, дома торчит! – высказалась Даша.
– И вообще это неправильно с психологической точки зрения, – заметил Петька.
– Почему?
– Ну, придет он сюда, наверняка настороженный, с какой это радости вдруг его позвали… А тут еще незнакомые люди, Денис и Стас, он может решить, что мы его разыгрываем, и вообще…
«Ну, положим, если я ему позвоню, он примчится как миленький», – подумала Оля, но опять промолчала.
– Так что ты предлагаешь? – нетерпеливо спросил Игорь, глотая слюнки при одном воспоминании о накрытом столе.
– Предлагаю завтра встретиться с ним с глазу на глаз и посвятить в это дело спокойно и просто. Все будет звучать куда убедительнее…
– По-моему, это неверно, – вмешалась Даша. – Пусть лучше сразу узнает всех, с кем придется действовать…
– А я думаю, что Петька прав, – вставил Денис, – может, даже лучше, что он меня не знает… Мало ли что…
– Нет, – подала вдруг голос Оля, – в таком деле мы не имеем права терять время, и если Хованский свободен, предлагаю его позвать. Говорите, он не знаком с Денисом и Стасом? Значит, познакомится – большое дело. И не подумает он, что это розыгрыш! С какой стати нам его разыгрывать? Я могу ему прямо сейчас позвонить. Мы введем его в курс дела, а потом вместе сядем за стол, и все будет нормально.
– Что? – завопил Игорь. – Еще ждать! Ольга, ты меня уморишь!
– Возьми еще пирожков! – буркнула Оля. – Ну так что, я ему звоню?
– Погоди, Оля, – остановил ее Денис. – А у него есть какой-нибудь закадычный дружок или подружка?
– Да нет, он ни с кем особо не дружит, – сказала Даша. – Правильно, Олька, звони! Это может нам здорово облегчить задачу.
Оля позвонила Хованскому.
– Добрый вечер, можно попросить Кирилла? – благонравно произнесла она. – Кирилл, привет, это Оля Жукова.
– Привет! – страшно удивился Хованский.
– Кирилл, у меня к тебе дело. Ты сейчас свободен?
– Ну, в общем, да. А что?
– Понимаешь, мы тут собрались у меня по случаю каникул…
– Кто собрался?
– Лаврецкая, Квитко, Крузенштерн, а еще Дашкин брат и один парень не из нашей школы…
– Ну так что?
– Приходи и ты!
– Когда?
– Прямо сейчас.
– А зачем? У вас же парней хватает!
– Ты не понял! У нас к тебе дело!
– Слушай, Жукова, кончай придуриваться!
– Да я не придуриваюсь, чудак! Я вправду приглашаю тебя! Мы ждем, за стол не садимся, Круз уже зубами стучит!
– Но зачем я вам нужен?
– Это не телефонный разговор…
Но тут Петька вырвал у Оли трубку.
– Привет, Хованщина! Это я, Квитко. Понимаешь, мы расследуем одно дело, и ты нам можешь очень помочь. Очень! То есть без тебя мы можем все упустить!
– Чем я могу помочь? – удивился Кирилл. – И почему именно я?
– Хованщина, ты наш человек! С такой недоверчивостью ты далеко пойдешь! Ну что, согласен? Ольгина бабка тут напекла, нажарила… Стол обалденный. Давай, живо подваливай, не пожалеешь! А может, еще и грамоту от ФСБ заработаешь!
– Чего? – ошалел Хованский.
– Ну, это я так, для красного словца… Последний раз спрашиваю: придешь?
– Ну ладно, приду!
– Только давай быстро, а то мы с голодухи помрем!
– Иду!
Через четверть часа Хованский явился с тремя нарциссами для Оли.
– Спасибо! Где ты их взял?
– У мамы конфисковал! – признался Кирилл.
Оля познакомила его со Стасом и Денисом. Кирюша держался настороженно.
– Ну, что тут у вас?
Петька быстренько ввел его в курс дела.
– Вы это всерьез?
– Серьезнее не бывает, – кивнула Даша.
– И вы думаете, что у нас в подъезде живет шпион?
– Скорее всего шпион, но, может, и другой какой-то преступник. Но, согласись, все это более чем подозрительно, – заметил Стас.
– Вообще-то да. Но что я-то могу сделать?
– Ну, во-первых, ты наверняка многих знаешь в своем подъезде, я вот знаю Машку Ивашенцову, у которой мопсиха Луша, вот ее сразу можно избавить от подозрения…
– Ну и ну, – покачал головой Хованский, – вообще-то я слыхал, что вы каких-то преступников ловите, но думал, что это так… А вы…
– Короче, ты согласен нам помочь? – спросил Петька.
– Да! Согласен! – вдруг воодушевился Хованский. – Для начала рассмотрим всех собаковладельцев нашего подъезда и, кстати, никого исключать не будем – ни Машку, ни Лушку. Может, у них есть какой-то дядя или кузен…
– Правильно! – захохотал Стас. – Петька прав, ты далеко пойдешь!
– Договорились? – закричал Игорь. – Ну и чудненько, пошли за стол! Остальное обсудим после ужина! Зачем вам мой труп?
И они наконец уселись за стол.
Однако, воздавая должное кулинарным творениям Олиной бабушки, они, как ни пытались, не могли оторваться от волнующей темы. Кирилл Хованский, поняв, что его вовсе не разыгрывают, с каждой минутой все больше проникался важностью своей задачи.
– Итак, у нас в подъезде тридцать три квартиры, по четыре на каждом этаже, а на первом – одна. Но там живет дворник Виктор. Значит, уже две квартиры из тридцати трех можно исключить.
– Почему две? – спросил Игорь.
– Потому что в нашей квартире уж точно нет никаких шпионов!
– Действительно! – рассмеялись все.
– А сколько в вашем подъезде собак? – спросила Оля.
– Одиннадцать, – ни на секунду не задумавшись, ответил Хованский.
– Ты это точно знаешь? – спросил Стас. – Я, например, понятия не имею, сколько собак у нас в подъезде. А ты? – обратился он к Даше.
– И я не знаю, – ответила она.
– А я вот знаю! Я про наш подъезд много чего знаю. Например, сколько ступенек в каждом пролете и как можно пройти в соседний, шестой, подъезд через чердак!
– Что? – заорал Петька. – Что ты сказал?
– Что из нашего подъезда можно пройти в шестой подъезд! Там, правда, обычно заперто…
– Кошмар! – схватился за голову Петька. – Теперь надо искать кого-то из шестого подъезда!
– Ты думаешь, кто-то ходит в наш подъезд пользоваться мусоропроводом? – сообразил Хованский. – Извини, но это чушь! Это же только привлечет внимание. Насколько я понимаю, тут вся штука в полной мимикрии. Человек выходит из квартиры и идет к мусоропроводу. Какое подозрение он может вызвать хоть у одной живой души? А вот если он потащится через чердак…
– А ты годишься! У тебя на плечах не кочан капусты! – одобрительно сказал Денис.
Кирилл был страшно доволен. Ему всегда нравилась эта компания, но гордость не позволяла набиваться в друзья. А вот теперь он им понадобился и сразу сумел завоевать доверие. Отлично! И Жукова смотрит на него как-то очень ласково…
– Значит, одиннадцать собак, включая Лушу? – задумчиво проговорил Стас. – И ты их всех знаешь?
– Да. Я очень люблю собак! А у нас в доме кошки и белка… Мама ни за что не хочет взять собаку…
– И ты знаком с хозяевами всех собак? – поинтересовался Петька.
– Более или менее. Люди же разные… Да и собаки тоже. Например, бассет Фанечка, у нее хозяйка такая милая, добрая. А у Рекса, королевского пуделя, – просто истеричка какая-то… Даже погладить пса не разрешает, а пудель – такая безобидная псина…
– Так, трех собак мы уже знаем! – засмеялась Даша. – И, судя по всему, это не они…
– А еще у одного дядьки три коккера.
– А сам дядечка чем занимается?
– Он фотограф. В газете работает.
– Фотограф? Это уже интереснее! – воскликнул Петька. – Оль, будь добра, дай листок бумаги и ручку!
Оля дала ему тонкую тетрадь.
– Лучше записать все в тетрадь, чем на листочке! А то листок пропасть может, а тетрадь будет у меня спрятана.
– Хорошо, – согласился Петька. – Итак, Хованщина, фамилия фотографа, имя отчество, газета, где он работает.
– Фамилия Яшвили, зовут Мераб Иванович, а жену – Нина Львовна. А работает он в разных газетах и журналах, в основном специализируется на портретах всяких звезд.
– Итого шесть! – сказала Даша.
– Есть еще кэрриблютерьер, его хозяин, между прочим, иностранец! Снимает квартиру. Финн. Господин Юхан Марьямяки. Жена у него русская. Он какой-то фирмач.
– Кирюха, у тебя не голова, а ФСБ! – закричал Игорь.
– Это семь, – загибала пальцы Даша.
– Еще в соседней с нами квартире живет потрясный ирландский терьер. Кличка Слай. В честь Сталлоне. Ума палата.
– А хозяин кто? – деловито осведомился Петька.
– Пока не знаю, он только недавно переехал. Живет один в двухкомнатной квартире. Очень необщительный. Я даже кличку случайно во дворе услышал.
– А с чего ты взял, что его назвали в честь Сталлоне? – засмеялся Игорь.
– Догадался!
– А!
– Итак, восемь, – возвестила Даша, – осталось три.
– Еще есть чудная дворняга по кличке Джулька, ее хозяйка – пенсионерка, живет вдвоем с больной дочерью. Этих можешь даже не записывать.
– Нет уж, ты сам требовал ни для кого не делать исключения, и у пенсионерки может найтись преступный племянник или там деверь, – усмехнулся Стас.
– Девять!
– А еще… Такса Кукуруза, сокращенно Кука, хозяйка – балерина Большого театра, а муж – какой-то телевизионщик.
– Десять!
– И, наконец, тойтерьер Кузьма, с ним обычно гуляет девчонка лет десяти, учится в английской школе, а про родителей я ничего не знаю. Они тут тоже недавно живут.
– Обалдеть! – воскликнула Оля. – Столько сведений сразу!
– Я все записал, – начал Петька, – итак, что мы имеем? На первый взгляд, любой может оказаться нашим подопечным, но… все же я бы в первую очередь проверил господ Яшвили, Марьямяки, хозяина Сталлоне, тьфу, Слая… и, пожалуй, таксу Кукурузу.
– Почему? – удивилась Оля.
– Не знаю, кличка какая-то… шпионская. Кукуруза!
– Ты считаешь, что наш человек собаку Кукурузой не назовет? – расхохоталась Даша.
– Вот именно!
Тут уж расхохотались все.
– Но как ты собираешься их проверять? – обратился немного погодя Кирюша к Петьке.
– Ну, тут много всяких способов, – пожал плечами Петька. – И слежка, и более близкое знакомство… Да мало ли…
– А что конкретно должен делать я?
– Ты? Ну, для начала ты должен поближе познакомиться с новым соседом. Тут тебе и карты в руки!
– Но как? Он такой неприветливый, нелюдимый…
– А у вас с ним общий балкон? – спросила вдруг Даша.
– Нет.
– Жалко. Тогда надо будет что-то другое придумать! Пораскинь мозгами, поговори с мамой, вдруг она с ним уже познакомилась или что-то слышала о нем. Это тебе пока первое задание! Хотя ты и так уже здорово нам помог! А мы тем временем займемся другими собаками.
– Послушайте! – вклинилась вдруг в разговор Оля. – Почему мы зациклились на собаках? Может, у этого шпиона и нет собаки? В конце концов, все это Петькины раскладки, но ведь и Петька может ошибаться…
– Могу, конечно, и сколько уж ошибался! Но тут хоть какая-то идея… Я на ней вовсе не настаиваю! Если есть другие разумные предложения, ради бога!
– Интересно, а ключи от мусоропроводных камер у дворника? – полюбопытствовал Денис.
– Наверно, у кого же еще?
– А черт его знает, может, есть какой-то специальный человек, который отвечает за вывоз мусора, – предположил Денис.
– Это вряд ли, по-моему, я видела, как наш Виктор бачки из камеры выкатывал, – припомнила Даша.
– Если так, хорошо бы эти ключики хоть ненадолго поиметь. Сделать слепок и вернуть хозяину. Нам такой ключ как воздух нужен!
– Ты прав, старик! – одобрительно хлопнул его по плечу Петька.
– Вот уж не проблема! – хмыкнул Хованский.
Все с интересом на него уставились.
– Я завтра же зайду к Виктору и скажу, что уронил в мусоропровод что-нибудь ценное, и он мне без проблем даст ключ от этого дивного места. Проще пареной репы!
– Просто, как все гениальное, – обрадовался Петька.
– Слепок сделаю, а потом закажу ключ – и все дела!
– Молоток, Хованщина! – сказал Игорь, которому совсем не нравилось, как Кирюша поглядывает на Ольгу, но он был справедливым человеком.
– Итак, записываю: Хованский – ключ от мусорки и знакомство с соседом! Для начала хватит, – проговорил Петька, глядя в тетрадь.
– Стас возьмет на себя Машку Ивашенцову с Лушей и телевизионщика с Кукурузой! И с балериной!
– Хорошо, – улыбнулся Стас.
– Далее… Лавря познакомится поближе с дворнягой Джулькой и с тойтерьером. Особенно обрати внимание на тойтерьера, у него какие-то загадочные родаки…
– А я? – спросила Оля.
– Ты? Ты, пожалуй, будешь систематизировать поступающие сведения.
– Нет, я не желаю! Я тоже хочу с собаками знакомиться!
– Хорошо, на здоровье, займешься бассетом Фанечкой и пуделем Рексом.
– А ты?
– А я возьму на себя трехкоккерного фотографа и, наверное, еще иностранца. Но заодно мы все должны следить в оба и за другими жильцами. Денис, поскольку живет далеко, займется…
– Я знаю: я буду анализировать, как ты выразился, «поступающие сведения».
– А я? – возмущенно осведомился Игорь.
– Ты у нас красавчик, значит, тебя надо будет напустить вместе с Олькой на бассета и пуделя. Там одна хозяйка, кажется, истеричка, может, ты на нее хорошо подействуешь!
Оля и Игорь переглянулись с довольным видом. Они опять будут вместе.
Короче говоря, вечер прошел весьма плодотворно. Обязанности были распределены, и все с нетерпением ждали завтрашнего дня, чтобы начать новое и очень необычное расследование.
Когда уже поздним вечером Даша и Стас вернулись домой, навстречу им выскочила взволнованная тетя Витя. В руках у нее был какой-то странный предмет.
– Тетя Витя! – ахнул Стас. – Что это? Подзорная труба?
– Да!
– Откуда?
– Неважно! – махнула рукой тетя Витя. У нее напрочь вылетело из головы, что Стас якобы не знает о ее участии в этом деле. – Ребята, я весь вечер проторчала у окна и кое-что выяснила! Мусоропроводную камеру сегодня никто не открывал. А на место «Запорожца» бегают чуть ли не все собаки нашего двора. Там для них как будто медом помазано!
– Ну, медом я бы это не назвала, – хмыкнула Даша. – Но откуда подзорная труба-то, тетя Витя? Неужели вы с кем-то уже поделились впечатлениями?
– Даша, за кого ты меня принимаешь? – оскорбилась тетя Витя. – Подзорная труба эта… Ну, одним словом, когда-то в ранней юности я была… знакома с одним моряком, капитаном дальнего плавания…
– Откуда капитаны дальнего плавания в Нижних Сергах? – рассмеялся Стас.
– Но я же не всю жизнь прожила в Нижних Сергах! Я была в Одессе, отдыхала там у знакомых и встретилась с капитаном дальнего плавания. Капитана звали Матвей Матвеевич Матвеев.
– И у вас была любовь, да, тетя Витечка? – воодушевилась Даша.
– Да! И однажды капитан подарил мне эту подзорную трубу… И я храню ее всю жизнь как зеницу ока. А сейчас она и пригодилась. Вот, посмотри сама, как прекрасно в нее все видно!
Даша осторожно взяла в руки красивую старинную трубу и поднесла к глазу. И первое, что она увидела, был Кирюшка Хованский, который о чем-то беседовал с мужчиной, державшим на поводке ирландского терьера. Во дает! На ходу подметки режет! Он может здорово пригодиться в этом расследовании, если не будет пороть горячку. Но, с другой стороны, он очень недоверчивый и осторожный, это вселяет надежду.
– Ну как? – спросила тетя Витя.
– Кайф!
– Дашка, дай мне! – потребовал Стас.
Даша отдала ему трубу. Он глянул в нее.
– Отлично! Только, тетя Витя, ею надо пользоваться с большой осторожностью!
– Почему!
– Она при определенном освещении может бликовать, а шпионы – люди более чем осторожные…
– Ты думаешь?
– Еще бы! Вы что, в кино такого не видели? Один маленький блик может вас выдать.
– Стасик! – огорчилась тетя Витя.
– Ничего, вы и так прекрасно видите вдаль. Трубу берите только в самом крайнем случае.
– Точно, Стас! Он прав, тетя Витечка, вы рискуете… Лучше спрячьте вашу реликвию до лучших времен.
– Что ты называешь лучшими временами? – уточнила тетя Витя.
– Ну, вот переедем на Фрунзенскую, там можете сколько угодно глядеть в трубу на Парк культуры, на реку и вообще. А еще мама обещала летом куда-нибудь нас с вами отправить, например, на море…
– Что ж, до лучших – так до лучших! – весело кивнула тетя Витя и унесла подзорную трубу к себе в комнату.
– А ничего парень этот ваш, Хованский, – заметил Стас. – Только горяч больно! Вдвоем с Петькой такая гремучая смесь получиться может…
– Это да! – засмеялась Даша. – Ничего, Крузик внесет разумное начало.
– Знаешь, сестренка, почему-то мне эта идея с собаками кажется не очень перспективной.
– Но ведь за что-то надо уцепиться? И потом, пока мы будем за собачниками наблюдать, можем попутно и еще что-то приметить.
– Вот как бы шпион, или кто он там, не заметил слишком пристального интереса к собакам своего подъезда!
– И что ты предлагаешь? Пристально интересоваться всеми собаками нашего дома для отвода глаз?
– Нет, конечно… Но, наверное, существует еще какой-то путь…
– Ну, путей тут до фига и больше… Дежурить у мусоропровода, заявить в ментуру, установить видеокамеру…
– Стоп! – воскликнул Стас.
– Ты что?
– Эх, если бы добыть видеокамеру ночного видения…
– И установить в мусорке?
– Именно! Тогда бы мы…
– Что?
– Мы бы увидели…
– Что бы мы увидели? – насмешливо осведомилась Даша.
– Не что, а кого!
– Ни фига! Тех, кого бы мы увидели, Петька с Крузом и так видели! А вот того, кто что-то бросает в мусоропровод, мы бы опять не увидели!
– Да, действительно, – почесал в затылке Стас. – Но мы хотя бы увидели…
– Стасик, у тебя что, есть такая камера?
– Нет, но, в принципе, можно было бы достать…
– Незачем!
– Думаешь?
– Уверена!
– Значит, завтра по утряночке пойдем с песиками дружбу заводить? – скептически покачал головой Стас.
– Начнем с этого, а там поглядим…
– Значит, я должен закорешиться с балериной и Кукурузой. Попробую. Таксы вообще-то мне нравятся!
– Мне тоже!
Кирилл Хованский проснулся ни свет ни заря, словно от толчка, и мигом бросился к окну. Оглядел двор: не видать ли где Виктора. Ах черт, сегодня же воскресенье! Погодка хуже некуда, снег выпал, подтаяло, а к утру опять все замерзло – значит, Виктор должен быть поблизости, уж хотя бы солью посыпать двор он обязан. И тут же Кирилл его увидел. Виктор и впрямь тащил за собой ручную тележку, на которой стоял большой мешок с солью. Не прошло и трех минут, как Кирилл выскочил во двор и со всех ног бросился к дворнику:
– Привет, Виктор!
– Привет, салага! Чего не спишь? У вас же нынче не просто воскресенье, а каникулы! Отпуск, по-нашему!
– Виктор, у меня к тебе просьба! Понимаешь, я тут одну штукенцию случайно в мусоропровод спустил…
– Прими мои поздравления, – хихикнул дворник.
– Ты мне ключ от камеры не дашь, я поищу?
– А что ж ты туда отправил, а?
– Понимаешь, я вчера часы отцовские взял поносить и забыл… А когда мама меня послала ведро вынести, я их уронил… Может, я поищу, пока отец не проснулся, а?
– Что ж, поищи, поищи, а то отец задницу-то надерет! На вот, возьми ключ! Только как ты голыми-то руками в этом дерьмище возиться будешь, а? Пошли, я тебе рукавицы дам! Только чтоб без глупостей!
– Спасибо, выручил!
Кирилл схватил рукавицы, ключ и побежал к камере, отпер дверь, юркнул в камеру. Задержав дыхание, чтобы не дышать вонью, аккуратно сделал слепок, на всякий случай протер рукавицей ключ, чтобы Виктор не заметил следов пластилина, потом достал из кармана заранее приготовленные часы, еще раз подивился небрезгливости шпионов и с довольным видом выскочил во двор. Запер дверь и помчался к Виктору.
– Неужто нашел? Быстро ты управился!
– Спасибо, Виктор! Нашел! Вот они!
– Хорошие часики.
– Ага, швейцарские! Я их почти сразу увидал, даже рыться почти не пришлось!
– Значит, везучий ты! Тут недавно одна дамочка колечко искала… Ищи-свищи! Обещала сто долларов дать, если я найду. Я бы и рад, но…
– Сто долларов? Дорогое, наверное, колечко-то было!
– Надо думать! Давай, Кирюха, беги до дому, а то спохватятся твои-то!
– Еще раз спасибо!
– Не за что!
Кирилл не спеша двинулся к подъезду, внимательно ко всему приглядываясь. Ему безумно, до боли в животе, хотелось первым обнаружить шпиона!
– Кирик, – встретила его в прихожей мама, – ты куда бегал?
– Да я… Просто воздухом подышать захотелось! – ничего умнее не придумал он.
– Воздухом? – крайне удивилась мама.
– Да, душно чего-то было…
– А ты не заболел, Кирик?
Мама пощупала лоб.
– Температуры нет. Тогда, наверное, воздух свободы вскружил тебе голову! – засмеялась мама. – Ну что, опять ляжешь или проголодался?
– Проголодался, только я сперва душ приму!
– Давай-давай! А то от тебя почему-то странно пахнет…
– Ага, я в собачью кучу случайно вляпался…
И он поспешил в ванную. «Да, работка, врать приходится на каждом шагу!» Стоя под душем, он обдумывал, где бы найти мастерскую, чтобы работала в воскресенье. Ну ничего, он потом позвонит Петьке и посоветуется с ним. Квитко иногда знает самые неожиданные вещи.
Петьку разбудила мама:
– Сыночка, тебя к телефону.
– Кто? – сквозь сон спросил Петька.
– Кирюша Хованский. У него какое-то срочное дело! Я не хотела тебя будить, но вообще-то уже одиннадцатый час.
Петька схватил трубку.
– Хованщина, ты?
– Ну!
– Чего у тебя?
– Ты случайно не в курсе, где в воскресенье можно ключ заказать?
– Какой ключ, ты офонарел с утра пораньше?
– Ты даешь, Квитко! Забыл, что ли?
– Ох, да… Ты что, уже слепок добыл? – понизил голос Петька.
– Добыл, представь себе!
– Молоток, Хованщина! А еще какие новости?
– Да попытался вчера вечером с нашим соседом разговориться…
– Ну и как?
– А никак! Единственное, что я узнал, так это что у Джека Лондона в «Майкле, брате Джерри» описан как раз ирландский терьер.
– И все?
– И все!
– Не много, но кое-что! Лиха беда начало, Хованский! Это первый шаг…
– А второй как сделать, может, ты знаешь?
– Пока нет, а там посмотрим. Вот насчет ключа… Пожалуй, только где-нибудь на рынке может быть открыто, да и то вряд ли…
– На рынке, говоришь?
– Я предполагаю. Но, на худой конец, это можно отложить и до завтра.
– А если они сегодня приедут… И я вот еще что думаю – надо сделать не один ключ, а по крайней мере три или четыре. Чтобы не искать друг дружку в нужный момент!
– Сечешь, Хованщина! Точно! А то такая глупость может получиться. Нам нужно… да, четыре ключа. Тебе, мне, Крузу и Стасу. Девчонкам не надо, у них носы слишком нежные, да и вообще не женское это дело…
– Слушай, Квитко, а у вас кто из девчонок… ну, больше отличился?
– В каком смысле?
– Как в каком? В детективном!
– Лавря, конечно! Но и Ольга тоже, – припомнил последнее дело Петька. – Правда, у Лаври опыта больше, да и вообще… Ты же не знаешь, как она с Денисом на пару знаменитую воровку бриллиантов поймала!
– Где?
– В Дюссельдорфе, в пятизвездочной гостинице, аккурат в прошлые весенние каникулы!
– Правда, что ли?
– Конечно! Если хочешь, Лавря тебе немецкие газеты покажет, там про них написано…
– Ошизеть! А Денис этот – Лаврин приятель?
– Нет, он наш общий друг! А вообще-то они там в отеле познакомились.
– Понятно… С вами не соскучишься!
– Это я тебе гарантирую!
– Ну ладно, попробую-ка я смотаться на рынок, вдруг и вправду сумею заказать ключи!
Стас смотрел в окно с тоской. Погода мерзкая, собак во дворе мало, и если он сейчас потащится на улицу… Нет, в такую погоду не больно-то разговоришься с собачниками. А вон и его подопечная такса Кукуруза семенит по дорожке. Но хозяев что-то не видать. Ага, вон та женщина, явно балерина, это видно хотя бы по походке. «Нет, в такую погоду ничего не получится, – окончательно решил Стас. – Лучше я в окно понаблюдаю за жизнью двора. Это может быть интересно». Кукуруза побегала, сделала свои дела неподалеку от места, где стоял «Запорожец», и вернулась к хозяйке. Балерина с непередаваемым изяществом нагнулась и взяла Кукурузу на поводок. Вскоре они скрылись в подъезде; спустя минуту во двор вышел мужчина в плаще с поднятым воротником, в кожаной кепке и под зонтом. На поводке у него был кэрриблютерьер. «Ага, господин Марьямяки собственной персоной. Надо к нему попристальнее приглядеться, как-никак иностранец». Господин Марьямяки не стал спускать с поводка своего четвероногого друга, который, конечно же, тянул его в сторону бывшей стоянки «Запорожца», а решительно направился прочь со двора.
– Стасик, привет! – послышался голос Дашки. – Бдишь?
– Ага!
– Ну и что?
– Да ничего! Хорошая собака в такую погоду хозяина из дому не выгонит!
– Что, так никого и не видел?
– Почему? Кукуруза погуляла минут десять, и еще господин Марьямяки куда-то под зонтом проследовал.
– Один или с псюкой?
– С псюкой.
– А ты отлыниваешь?
– Да пойми, какой идиот под дождем будет разводить ля-ля о собачках?
– Тоже верно, – потянулась Даша. – И чего мы так рано встали, можно было бы еще поспать.
– Да я вроде выспался. Ты не знаешь, у нас сегодня общесемейный завтрак планируется или как?
– Не знаю, вчера никто ничего не говорил. А тетя Витя еще спит?
– Наверное!
– Непохоже на нее. Уж не заболела ли она?
– Пойди загляни!
Даша заглянула в комнату тети Вити. Ее не было. Постель была аккуратно застелена. Даша выскочила в прихожую и обнаружила, что на вешалке нет ее пальто.
– Стас! Ее нет дома!
– В магазин, наверное, пошла. Значит, будет общий завтрак, но вопрос в том, когда! У меня уже живот подвело!
– Пойди возьми бутерброд, что за проблема.
– Сестренка, а ты мне бутербродик не сварганишь? У тебя вкусно получается!
– Ладно уж, лентяй и подлиза!
– Ой, Дашка, смотри, Круз! Вот чувство долга у человека!
Действительно, во дворе появился Игорь Крузенштерн. Он внимательно окинул взглядом двор, поежился от порыва холодного ветра и занял позицию под козырьком подъезда.
– Вот дурак! – воскликнула Даша. – Кто же так делает? Он ведь только привлечет к себе внимание! Знаешь, Стас, я сейчас сбегаю скажу ему, а то он или простудится, или все испортит. Надо соображать!
– Нет уж, я сам! – проявил мужество Стас.
Он накинул куртку и выскочил за дверь. Вскоре Даша увидела в окно, как он подбежал к Игорю и принялся ему что-то объяснять, размахивая руками. В этот момент из подъезда выскочил Хованский и удивленно замер. Потом они о чем-то поговорили, Стас побежал домой, а Игорь с Хованским вместе покинули двор.
– Ну что? – выскочила в прихожую Даша.
– Слушай, сестренка, этот ваш Хованский – гигант! Он уже с утра успел сделать слепок с ключа! И сейчас они вместе с Крузом отправились на рынок – искать мастерскую, где делают ключи. Не слабо!
– Ага! Ему охота отличиться перед Олькой. Он давно к ней неровно дышит. Вот тебе бутерброд, замори червячка. Но куда же девалась тетя Витя?
– Может, тоже на рынок подалась?
– На рынок? Нет! Они же с мамой обычно ездят на машине…
– Ну, может, какой-нибудь новый магазин открылся… А ты что, волнуешься?
– Волнуюсь, – призналась Даша. – Я уже жалею, что мы ее втянули в это дело. Глупость, конечно…
– Что ж, по-твоему, она пустилась в какую-то авантюру?
– А вдруг?
– Ерунда! Она же старая, разумная женщина… Чтобы никого не предупредив… Нет, этого не может быть!
Вскоре появилась Александра Павловна.
– Привет, дети!
– Привет, взрослые! – отозвалась Даша.
– Завтракать будем? – поинтересовалась мама.
– Будем, только тети Вити нет…
– Как нет?
– Ну, она, скорее всего, в магазин пошла… – неуверенно проговорил Стас, которому вдруг стало как-то не по себе.
– Да? Значит, скоро вернется! Данчик, может, по старой памяти накроешь на стол? Кирилл бреется, придет минут через десять. А я пойду оденусь!
И Александра Павловна удалилась.
Даша со Стасом переглянулись. Молча. И Даша направилась на кухню. Стас поплелся за ней. Вместе они накрыли на стол. Даша покопалась в холодильнике, и тут ей действительно стало страшно. Чтобы тетя Витя ничего не приготовила к воскресному завтраку? Так еще ни разу не было! В холодильнике лежали сыр, ветчина, какая-то рыба в вакуумной упаковке, но ничего – никаких «вкусняшек», как выражалась сама тетя Витя.
– Стас, – в панике прошептала Даша, – Стасик, что-то случилось! Посмотри, она же ничегошеньки не приготовила!
– А может, ее кто-нибудь срочно вызвал?
– Срочно вызвал? Куда? Кто?
– Ну мало ли!
– Тогда бы она оставила записку!
– Тоже верно…
– Стасик, а вдруг ее убили?
– Убили? Ты что, спятила? С какой стати? И потом… Я рано проснулся.
– Ну и что?
– И сразу стал пялиться в окно. Ее не видел. Что ж, по-твоему, ее выкрали из квартиры?
– Нет, конечно, но… А вдруг вчера кто-то все-таки приметил блик от подзорной трубы?
– Нет, сестренка, так быстро это все-таки не делается… Или уж тогда просто стреляют в окно!
Даша отшатнулась от него.
– Что ты говоришь, Стасик?
– Погоди паниковать, сестренка! Подумай, вот, например, будь все то же самое, но без всяких наших дел, разве бы ты так испугалась?
Даша задумалась.
– Я бы удивилась…
– Ну вот видишь! Вспомни, ведь у тети Вити за те полгода, что она с нами живет, и знакомые появились, и даже бывшая ученица нашлась. Может, она позвонила, попросила помощи… А тетя Витя не стала нас будить!
– Стасик, если бы так, она бы оставила записку! Нет, тут что-то другое…
В этот момент пришли Александра Павловна и Кирилл Юрьевич.
– Ну что, тети Вити все еще нет?
– Нет, – потерянно ответила Даша.
– Ничего, скоро вернется! Наверняка кого-то встретила и заболталась, – беспечно сказала Александра Павловна. – Я умираю с голоду, давайте завтракать без нее. – Она открыла холодильник, обвела взглядом кухню. – Что? Тетя Витя ничего нам не приготовила? Как странно!
– Я могу сделать омлет, – предложила Даша.
– Ну что ж, омлет так омлет! – бодрым голосом сказал Кирилл Юрьевич. Сегодня он улетал в Америку со вновь обретенным паспортом и пребывал в отличном настроении.
Даша дрожащими руками разбивала яйца, Стас достал с полки банку с мукой.
– Дети, что это с вами? – пригляделась к ним Александра Павловна. – Вы почему такие? А? Что случилось?
– Не знаю! Я беспокоюсь из-за тети Вити! – заявила Даша.
– Но почему? На каком основании? Ну не приготовила она ничего, подумаешь, большое дело. Может, ей нездоровилось?
– Нездоровилось? Тогда почему она ушла?
– Ну, так бывает, чувствуешь себя плохо, хочется выйти, подышать воздухом… Ой, а в самом деле! Может, она вышла и ей стало плохо? Может, ее увезла «Скорая»? – Александра Павловна растерянно взглянула на мужа.
Тот недоуменно пожал плечами:
– Не похоже, тетя Витя, по-моему, ни разу не жаловалась на здоровье.
– Но она уже очень немолода! Все может случиться впервые…
– Саша, дети, прекратите панику! Убежден, все выяснится в ближайшие полчаса. И вообще, не надо никогда раньше времени хоронить своих близких. Жизнь полна неожиданностей, случиться может всякая чепуха… Допустим, тетя Витя отправилась в супермаркет, а туда подложили бомбу…
– Кира!
– Дай мне договорить, Сашенька! – мягко попросил Кирилл Юрьевич. – Какой-то кретин сообщил, что в магазин подложили бомбу. Всех покупателей выгнали, магазин оцепили, так что, по-вашему, сделает тетя Витя? Как всякий нормальный человек, в толпе будет обмениваться мнениями с другими покупателями, а потом, когда ей это надоест, отправится в другой магазин. Вот вам и одно из возможных происшествий. Мало ли что бывает! Да вот я месяц назад был в Лондоне и там…
– Ты серьезно так считаешь, папа? – спросил Стас.
– Ну, разумеется. В конце концов, сейчас утро, тетя Витя не молоденькая девушка, которую любой болван может заманить куда угодно, да и вообще, если бы что-то плохое случилось, мы бы уже знали! Можете мне поверить!
– Хорошая весть лежит, а плохая бежит… – задумчиво проговорила Александра Павловна.
– Вот именно! Даша, у тебя омлет не сгорит? – напомнил Кирилл Юрьевич.
– Ой! – вскрикнула девочка. – Нет, но еще немножко и…
Они позавтракали, потом Стас собрал посуду и засунул в посудомойку. А тети Вити все не было. Александра Павловна посмотрела на часы.
– Кира, пора собираться, пока доедем до Шереметьева…
– Да, Сашенька, через двадцать минут я буду готов! Ребята, может, поедете с нами в аэропорт? А то вы тут киснете…
– Правда, ребятки! А вернемся, тетя Витя наверняка уже будет дома!
– Нет, – решительно отказалась Даша. – Ни за что! Я лично буду сидеть и ждать. Может, она позвонит!
– И я тоже, – поддержал девочку Стас.
– Ну что ж, вероятно, вы правы, – не без сожаления произнес Кирилл Юрьевич. – Я позвоню из аэропорта.
Они попрощались, и родители уехали.
– Стасик, что же это? – со слезами в голосе спросила Даша.
– Не знаю, что и думать…
– Давай позвоним Петьке!
– Зачем?
– Может, он что-то придумает…
– Ну, если тебе так легче, звони… – пожал плечами Стас.
Даша набрала номер. Трубку взял Петькин отец.
– Здрасьте, Игорь Алексеевич, это Даша! А Петя дома?
– Здравствуй, Даша. Дома, дома! Сейчас позову!
Через секунду трубку схватил Петька.
– Лавря, привет, как дела?
– Плохо!
– А что? – встревожился Петька. Он знал, что Даша по пустякам не психует.
– Тетя Витя пропала!
– То есть как пропала? Куда?
Даша все ему рассказала.
– Это, конечно, немножко странно, но повода для паники пока не вижу! Подожди, я пойду к себе в комнату! Почему ты решила, что это как-то связано?
– Я не знаю, – всхлипнула Даша.
– А Стас чего говорит?
– Он тоже боится…
– Родаки в курсе?
– Более или менее. Они вообще-то в аэропорт уехали, Кирилла провожать…
– Да, кстати, о Кириллах! Хованщина сегодня с утра отличился…
– С ключами? Я знаю!
– Откуда?
Даша рассказала про явление Крузенштерна.
– Да, заставь Круза богу молиться, он и лоб расшибет, – усмехнулся Петька.
– Петь, что же делать, а?
– Хочешь, я приду?
– Да нет, не стоит… А вообще приходи!
– Иду!
– Зачем это он придет? – недовольно спросил Стас. – Тебе уже меня мало?
– Мало! – запальчиво воскликнула Даша. – Ты меня извини, но тебе в жизни не придумать того, что Петька может измыслить!
– Где уж нам уж выйти замуж! – возмутился Стас.
– Стасик, не обижайся, – опомнилась Даша. – Ну миленький, ну пожалуйста! Я просто очень, очень волнуюсь!
– Да ладно, пусть будет Петька, мне не жалко.
Петька явился через пятнадцать минут.
– Ну что?
– Да ничего! – развел руками Стас.
– Надо поговорить с дворником! – заявил вдруг Петька.
– С дворником? О чем? – удивилась Даша.
– Ни о чем, а о ком! О тете Вите! Насколько я понимаю, она ушла из дому очень рано, когда еще все спали. А вот дворник в такую погоду наверняка очень рано начал убирать двор. И вполне мог видеть тетю Витю!
Стас с Дашей переглянулись.
– А что, это мысль, – медленно произнес Стас. – Хоть какая-то зацепка появиться может.
– А вы не посмотрели, она взяла хозяйственную сумку? – спросил Петька.
– Ой, нет! – закричала Даша. – Сейчас посмотрю! Нет, не взяла! Вот ее сумка!
– А сумочку взяла?
– Да, взяла!
– Значит, ни в какой магазин она и не собиралась! – заключил Петька.
Даша побледнела.
– Но тогда…
– Нет, Лавря, не спеши с выводами, твой отчим прав, в жизни бывают непредсказуемые повороты! Но сейчас… Стасик, вон ваш дворник! Беги к нему!
Стас не заставил себя просить дважды и, набросив куртку, выбежал из квартиры. Даша с Петькой следили за ним в окно.
Дворник Виктор был очень добросовестным человеком, и его территория всегда была убрана лучше других. А тут наконец вывезли проклятущую ржавую развалюху, и он решил убрать все вокруг и засыпать песком.
– Виктор Демидыч, добрый день! – сказал Стас, подбегая к нему.
– А! Здорово, здорово! Ты глянь, как собачня тут все загадила!
– Виктор Демидыч, скажите, вы нашу тетю знаете?
– Какую это тетю?
– Ну, полная такая, седая, в зеленом пальто…
– Виталия Андреевна?
– Ну да, конечно! – обрадовался Стас и только тут вспомнил, что Виктор и тетя Витя почти земляки, из одной и той же Свердловской области. – Вы ее сегодня утром не видали?
– Погоди, дай сообразить… А она что, пропала?
– Да вот… Ушла куда-то, когда мы еще спали, и до сих пор нет ее. Мы волнуемся!
– А ведь точно! Видал я ее! Видал! Очень она странная была…
– Странная?
– Ну да… Я, правда, только издали ее видел… Она вышла и остановилась, как будто что-то в сумочке искала. А потом вдруг чуть не бегом на улицу бросилась, как будто гналась за кем-то…
– А дальше что? – упавшим голосом спросил Стас.
– А дальше я не видел… Наверное, опаздывала куда-то. Да не волнуйся, парень, найдется она… Виталия Андреевна – она такая… Найдется.
– Но непохоже было, что она больна, что ей плохо?
– Нет, это уж точно, не сомневайся. Очень даже бодро выглядела.
– Спасибо вам.
– Да не за что!
Стас поплелся домой. Даша с Петькой уже по его унылому виду поняли, что он мало что узнал.
Все передав Дашке и Петьке, Стас без сил рухнул на диван.
– Ох, как мне это не нравится! – простонал он.
– Даш, – сказал Петька, – у тебя есть что-нибудь попить?
– Соку хочешь?
– А какого?
– Апельсиновый есть и черносмородиновый.
– Налей апельсинового и льду побольше набухай!
Даша пошла на кухню.
– Стас, – зашептал Петька, – я чего подумал… Может, с Софьей Осиповной что-то случилось, и тетя Витя к ней помчалась, а? Чтобы вас не пугать! И потому записку не оставила?
– Петро, это мысль!
И тут вернулась Даша со стаканом сока.
– На, пей! А о чем это вы тут шепчетесь?
– Даш, а она не могла к твоей бабушке поехать? – предположил Стас, словно его только что посетила эта мысль.
– К бабушке? Зачем?
– Ну мало ли…
– Сейчас позвоню!
– Только ты бабушку очень-то не пугай! – предупредил Петька.
– Постараюсь! Ой, правда, вдруг она у нее! – сказала Даша, набирая бабушкин номер. – Алло, бабуль, привет!
Стас с Петькой незаметно перевели дух. Хотя бы Софья Осиповна дома.
– Данечка, как дела? Отдыхаешь?
– Более или менее. А ты как?
– Вчера была в «Сатириконе» на «Трехгрошовой опере»!
– Ну и как? – без всякого интереса спросила Даша. Ей сейчас было не до театральных новостей.
– Довольно интересный спектакль… Дашка, что там с тобой, а? У вас что-то случилось?
– Тетя Витя пропала! – не выдержала Даша.
– То есть как пропала?
– Ушла куда-то ни свет ни заря, и до сих пор ее нет!
– Ну, это не называется пропала! Это называется – задерживается! Не волнуйся, внучка, найдется Витя! Непременно! Может, она заблудилась в Москве – все-таки провинциалка… Заблудилась, устала, нет жетончика позвонить, да мало ли…
– Что значит заблудилась? Тут же не лес! Люди везде есть! И куда ее могло понести в такую погоду!
– Вот это действительно странно… А мама что говорит?
– Мама? Они с Кириллом в аэропорт поехали, он же сегодня в Америку летит…
– Ох, я совсем забыла… Данечка, может, мне приехать к вам, а?
– Нет, бабуля, куда в такую погоду тащиться. Я же не одна, со мной Стасик, Петька… Мы просто подумали: вдруг она к тебе поехала…
– Увы, нет. Но ты не волнуйся, все будет хорошо, я это чувствую!
– Правда, бабушка?
– Конечно, правда.
Рухнула и эта надежда. К ребятам явился заспанный кот Петр Петрович и вскочил на колени к Стасу.
– Что, Петр Петрович, проголодался? Ну пойдем на кухню, дам тебе пожрать!
У Петьки при виде понурой и встревоженной Даши сердце разрывалось.
– Знаешь, Лавря, я уверен на сто процентов, что с тетей Витей все в порядке! Да, да! Ты же знаешь, у меня интуиция!
– Ты настоящий друг, Петька, – грустно улыбнулась Даша.
И тут из кухни донесся вопль Стаса:
– Идет! Идет! Живехонька!
Даша и Петька вскочили и бросились к кухонному окну. Действительно, по двору шла тетя Витя.
– Ура! – завопила Дашка. – Нашлась!
– А что я тебе говорил? У меня интуиция! – без ложной скромности заявил Петька.
Они поджидали тетю Витю у лифта. Когда дверцы раздвинулись, тетя Витя даже отшатнулась от неожиданности. Дашка повисла у нее на шее.
– Тетя Витечка, миленькая, любименькая, вы живы! – плакала девочка.
– Тетя Витя, куда вы пропали, мы чуть с ума не сошли! – говорил Стас, помогая тете Вите снять пальто.
– Да, Виталия Андреевна, задали вы нам задачку! – покачал головой Петька.
– Дорогие мои, простите меня, старую дуру, но я сначала должна выпить горячего чаю и что-нибудь съесть! У меня маковой росинки во рту не было!
Даша бросилась в кухню ставить чайник. Она была так счастлива, что готова была ждать объяснений хоть до вечера.
Когда тетя Витя выпила большую кружку чаю с лимоном и съела приготовленный Дашей омлет, она обвела ребят довольно-таки хитрым взглядом и сказала:
– Я сегодня прошла боевое крещение!
– Что? – в один голос закричали они.
Но тут позвонила из аэропорта Дашина мама. Узнав, что тетя Витя вернулась, она очень обрадовалась и сказала, что, раз так, она поедет к подруге Наде, с которой давно не виделась. Даша положила трубку и с интересом уставилась на тетю Витю.
– Какое еще боевое крещение? – переспросила она.
– Я, кажется, напала на след преступников!
– Я ночью плохо спала, – начала свой рассказ тетя Витя, – и около половины шестого решила, что лучше встать и заняться каким-то делом, чем мучиться в попытках заснуть. Я встала, оделась, вышла на кухню, посмотрела в окно и увидела, что у пятого подъезда стоит белый «жигуленок». Тут меня как будто что-то ударило! Я взяла свою подзорную трубу и посмотрела на номер машины. Это был тот самый номер! А в машине никого не было. Ну, я подумала, что такого случая может больше не подвернуться. Оделась, взяла побольше денег на всякий случай, вышла во двор и остановилась, как будто ищу что-то в сумочке. И вижу – выходит из пятого подъезда женщина лет тридцати и выносит какой-то пакет, завернутый в тряпку, открывает машину и кладет туда этот пакет. Ну, думаю, сейчас уедет – и ищи-свищи. Но нет!
– А она машину ключом открыла? – спросил вдруг Петька.
– Нет! Оказалось, что шофер там был, – видимо, спал. Когда она открыла дверцу, он сел. А она вернулась в дом. Тогда я выбежала на улицу. Ну, думаю, если удастся поймать такси, поеду за этой машиной.
– О! – схватился за голову Стас.
– Но у меня ничего не вышло. «Жигуленок» уехал, а я осталась стоять как дура. И вдруг смотрю: идет эта женщина. Так, не спеша идет себе, о чем-то думает. Ну, я за ней.
– А вы хоть ее разглядели? – полюбопытствовала Даша.
– А как же! И могу сказать, что раньше я ее никогда не видела.
– Могли просто не обратить внимания.
– На нее трудно не обратить внимания. Она очень эффектная. Высокая, волосы рыжие. Хорошо одета…
– Ну и дальше что? – в нетерпении спросил Стас.
– Иду я за ней и радуюсь, что она медленно идет. И соображаю, что направляется она к метро. И тут происходит нечто невероятное! Она обо что-то спотыкается и падает. И буквально кричит от боли. Я бросаюсь к ней, пытаюсь помочь подняться, но куда там! И я понимаю, что она, скорее всего, сломала ногу! А вокруг ни души! Погода хуже некуда, воскресенье, ранний час… Значит, вся надежда на меня! Хорошо, поблизости телефон увидела. Позвонила в «Скорую», потом остановила какую-то заграничную машину и попросила, чтобы ее хоть на сиденье пока положили, а то лежит женщина на мокром снегу. Пока «Скорая» приедет, она еще сто болезней подхватить может. И, представь себе, этот мужчина предложил сразу отвезти ее в больницу, но, пока мы пытались ее поднять, как раз «Скорая» подъехала и увезла ее.
– А вы? – закричал Петька.
– А я, естественно, поехала с ней! – гордо заявила тетя Витя.
– Она не удивилась? – полюбопытствовал Стас.
– Нисколько! Ей так больно, бедняжечке, было… Ну, привезли ее в больницу, определили, что у нее перелом. Она попросила меня позвонить по какому-то телефону, предупредить, что Алиса Майкова попала в больницу. Уж как она меня благодарила, мы с ней теперь, можно сказать, подружки. Но все это долго продолжалось, так что сами понимаете…
– Да, тетя Витя, с вами не соскучишься, – протянул Стас.
– А я думаю, какое счастье, что упала эта Алиса, а не вы! – воскликнула Даша.
– Это просто замечательно, – сказал Петька, – но что же мы имеем в результате? Алиса явно связана с преступниками! И мы знаем телефон каких-то ее знакомых или сослуживцев, потому что, если бы это был телефон домашний, она бы не назвала фамилию. Сказала бы просто: Алиса. А Алиса Майкова…
– Петя, ты меня недооцениваешь!
И жестом фокусника тетя Витя извлекла из сумочки визитную карточку. На ней по-русски и по-английски стояло: «Майкова Алиса Владимировна, художник-реставратор».
– Художник-реставратор? Интересно, какое отношение может иметь художник-реставратор к шпионам? – удивилась Даша.
– Ну, это ты не права! – ответил Петька. – Она может быть связной, например, или просто подругой шпиона, да мало ли… Интересно, Виталия Андреевна, вы не можете сказать, что за пакет вынесла она? На что он был похож?
– Пакет? Пожалуй, больше всего он был похож на… картину или зеркало.
– Картину или зеркало? – повторил Стас.
– Ну да, это было вот такого размера и завернуто в мягкую тряпку, и она очень бережно положила это на сиденье.
– Так, примерно сантиметров тридцать на сорок! – на глазок определил Петька. – Что бы это могло быть?
– Ну, если речь идет о шпионаже, то это может быть даже деталь какого-нибудь механизма, – предположил Стас.
– Извини, Стас, но это чушь! Где ты видел, чтобы шпионы воровали детали? Чертеж, схему – сколько угодно, но детали? Да еще такие здоровые? Если производство секретное, то как он ее вынес? – засмеялся Петька.
– Что бы это ни было, но мне ясно одно – это просто не поместилось в мусоропровод! – резонно заметила Даша.
– Верно, – согласился Петька. – И все-таки есть во всем этом какая-то… червоточина!
– То есть? – поднял брови Стас.
– Ну не действуют профессиональные шпионы так, чтобы их можно было запросто засечь у мусоропровода.
– Интересное кино! – закричала Даша. – Ты же сам говорил, что шпионы именно так и действуют!
– Говорил, не спорю! Но доигрывание показывает, что… А впрочем, может, это у меня уже мозги набекрень…
– По-моему, ты, Петя, недалек от истины! – усмехнулась тетя Витя. – И я с вами тут с ума сошла, на старости лет в погоню пустилась!
– Тетя Витя, вы не собираетесь навестить в больнице эту Алису? – спросила Даша.
– А вы считаете, это нужно?
– Необходимо! – закричал Петька. – Что бы там ни было, мы должны разобраться в этом деле. Преступление – налицо! Неясно только, какого рода это преступление. Шпионаж или что-то другое?
– Шпионаж! Очень похоже на шпионаж, – авторитетно заявила тетя Витя. – Я когда-то лежала в больнице и прочла кучу шпионских романов. И все очень похоже…
– Может, вы и правы, – задумчиво проговорил Петька. – Меня смутило, что они явились сюда рано утром, когда дворник мог заметить, что они лезут в камеру мусоропровода. Но ведь на сей раз они этого не делали! Значит, заранее знали, что посылочка будет, что называется, негабаритной. Логично.
– Значит, ловим все-таки шпиона? – спросила Даша.
– Шпиона, шпиона!
– Ну и что будем делать дальше?
– Для начала я завтра навещу в больнице Алису! – заявила тетя Витя.
– А мы прямо сегодня наведаемся туда, где она живет! – сказал Стас. – Поглядим, что и как, и вообще…
– Это правильно! – кивнул Петька.
– Тогда пошли прямо сейчас! – заявила Даша. – А тетя Витя пока полежит, отдохнет!
– Да, с удовольствием, что-то я притомилась, – улыбнулась тетя Витя.
– Виталия Андреевна, у меня к вам вопрос, – начал Петька, – ответьте на него, и мы уйдем.
– Слушаю тебя, Петруша!
– Какое она на вас произвела впечатление, эта Алиса? Первое впечатление бывает самым точным.
– Знаешь, я затрудняюсь ответить… Мы же с ней не в купе поезда встретились, где люди сразу видны как на ладони… Она шла впереди меня, упала, потом мучилась от боли, пережила стресс… Одно могу сказать: она хорошо воспитана. А больше… Вот я завтра к ней пойду, и тогда…
– Спасибо, вопросов больше нет!
Тетя Витя ушла к себе.
– Ну что, двинем к Алисе домой? – спросил Стас.
– Постойте, – сказала Даша, – может, для начала спросим у Хованского, не знает ли он такую женщину или хотя бы к кому она ходит!
– Точно! – обрадовался Петька. И тут же набрал номер Хованского. Но его отец сказал, что Кирилл у Крузенштерна. Петька позвонил Игорю:
– Крузейро, привет! Как дела?
– Никак. Не нашли мы открытой мастерской. Решили отложить до завтра.
– А что делаете? – полюбопытствовал Петька.
– В шашки режемся!
– Крузик, позови Хованщину, надо задать ему пару вопросов! – Через секунду трубку взял Хованский. – Кирюха, слушай, ты никогда не видал у вас в подъезде высокую рыжую бабу, красивую, ходит, по нашим сведениям, в кожаной куртке с мехом.
– А черт ее знает, не помню. Ты поточнее описать ее можешь?
– Рад бы, но сам ее не видел, описываю с чужих слов.
– Нет, Квитко, врать не буду. Но уж коли увижу, непременно посмотрю, к кому она идет.
– Боюсь, ты не скоро ее увидишь!
– Почему?
– Да она ногу сломала.
– Ничего не понимаю! Ты можешь объяснить по-человечески?
– Постараюсь!
И Петька все ему рассказал.
– Ну и дела! – оживился Кирилл. – Похоже, у нас там целое гнездо… Можно бы спросить Виктора, он приметливый, может, он знает…
– Нет, пока не надо! Не исключено, что и он замешан как-то в этом деле, – только сейчас осенило Петьку. Может, именно поэтому преступники так нагло пользуются мусоропроводной камерой? Но это соображение Петька оставил при себе.
– Да ты что? Виктор – отличный парень! – возмутился Хованский.
– А я и не говорю, но все же лишних людей посвящать в это не следует!
– Понял! Я вот что думаю, Квитко, надо не у меня об этой бабе спрашивать, а либо у старух, либо у девчонок. Они всегда примечают, кто в чем одет и все такое…
– Точно! Соображаешь, Хованщина! Ну ладно, пока! – Петька положил трубку. – Стас, ты не мог бы у этой вашей Машки, которая с Лушкой, спросить, не видала ли она у них такую дамочку?
– Нет, не стоит! – покачал головой Стас. – Она жутко любопытная, привяжется с вопросами, ну ее… Чего пороть горячку? Завтра тетя Витя пойдет к Алисе, может, что-то и выяснит.
– Так это когда еще будет! В больнице приемные часы с пяти до семи! Еще больше суток!
– Знаете, – сказала вдруг Даша. – По-моему, не надо никуда сейчас идти.
– Почему это? – рассердился Петька, который уже жаждал деятельности.
– А что мы там узнаем? Поглядим на запертую дверь – и все?
– Иногда даже запертая дверь может сказать о многом. И потом, тут недалеко, на Чистых прудах… Ты можешь оставаться, я пойду. Стас, а ты?
– Пожалуй, я с тобой! Каникулы так каникулы!
– Ну и пожалуйста! А я дома посижу, с тетей Витей!
– Дело хозяйское! – пожал плечами Петька.
– Не горюй, Петро, баба с возу, лошади легче!
И они вдвоем направились на Чистые пруды. Дом они нашли сразу – большой, чуть ли не дореволюционной постройки, с высокими лестничными пролетами. Поднялись и, к вящему удивлению, обнаружили, что элегантная Алиса Майкова живет в коммунальной квартире! На неряшливо обитой двери висела табличка:
«Кузовлевым – 1 зв.
Майковой – 2 зв.
Трушиной – 3 зв.
Елагину – 4 зв.»
– Надо же, – удивился Стас. – Ты был когда-нибудь в коммуналке?
– Ага, был!
– Ну, что дальше?
– Для начала давай уберемся отсюда, чтобы нас раньше времени никто не приметил, – прошептал Петька.
Они спустились вниз и направились к бульвару.
– Знаешь, Стас, я думаю, нам повезло!
– В чем это?
– Коммуналка – это как раз то, что нужно!
– Ты хочешь туда сунуться? – испугался Стас.
– Конечно! Это такой шанс! Мы можем не бояться, что вернется Алиса, и спокойно расспросим соседей. Можешь быть уверен: информации у нас будет больше чем достаточно.
– А на каком, интересно, основании ты станешь расспрашивать соседей? Кем ты собираешься прикинуться?
– Ну, вообще-то у нас с Крузом уже есть свой метод. Мы звоним в квартиру и говорим, что привезли посылку откуда-то для такой-то. И информация на нас сама сыплется.
– А посылка где? – поинтересовался Стас.
– Это не проблема! Покупаем пластиковый пакет покрасивее и кладем туда что-то, завернутое в бумагу. Хоть хлеб, это неважно. Не станем же мы оставлять посылку соседям!
– А что, может, и верно… Но, с другой стороны, в коммуналку нас могут и не пустить. Скажут через дверь, что Алиса в больнице, и все дела.
– Ну, от меня так просто не отделаешься! – усмехнулся Петька. – Я стану спрашивать, где больница, какая больница, что с Алисой… А кстати – они могут не знать еще, что она в больницу попала. Запросто.
– Ну что ж, пойдем, попытка не пытка! – решился Стас.
Они зашли в магазин, купили хлеба на две семьи – Квитко и Смирниных, завернули его в непрозрачный пакет и сунули в другой пакет, побольше, с изображением трех тигрят.
– Отличная посылочка из… Откуда, Стас, как ты думаешь?
– Из… Краснодара!
– Годится!
И они снова вошли в подъезд. Поднялись на третий этаж. Едва Петька поднес руку к кнопке звонка, как дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина, довольно молодой и совершенно пьяный. Он собирался выйти из квартиры, но его буквально мотало из стороны в сторону. Он уставился на ребят остекленевшими глазами и, едва ворочая языком, спросил:
– Вы ко мне, пацаны?
– Нет, – нарочито громко произнес Петька, желая привлечь внимание кого-то более трезвого. – Нам нужна Алиса Владимировна!
– Алиска? Ее дома нет! Как вчера ушла, так и нету ее! А вам она зачем?
На громкие голоса явилась пожилая женщина в халате.
– Иван, ты опять наклюкался? Что тут такое? Вы к кому, ребятки?
– Да к Алиске они, – едва выговорил Иван и чуть не упал на ребят.
– Уйди с глаз, – рявкнула на него женщина.
– Иду! – и пьяница, держась за стенку, вышел на площадку. Петька и Стас посторонились. Но женщина ухватила его за полу пальто.
– Ну куда ты в таком виде, позорник? Тебя же опять заберут. Пойди проспись!
– Марь Иванна, душа горит! Мне бы сейчас бутылочку пива, и все… И порядок! Я только до палатки…
– А деньги-то у тебя есть?
– А как же! Вот!
Он достал из кармана смятую кучку денег. Женщина одним ловким движением выхватила их у него и сунула в карман. Иван завопил:
– Побойся бога, Марь Иванна! Это ж мои, кровные!
– А я их тебе отдам, когда протрезвеешь!
– Дай хоть на бутылочку пивка, – захныкал пьяница.
– А я вот ребятишек сейчас попрошу…
Она вытащила из кармана десятирублевую бумажку и сказала Стасу:
– Не сочти за труд, паренек, купи ему банку пива! А то он не дойдет!
– А вы не боитесь, что я убегу? – улыбнулся Стас.
– Не убежишь, я вот товарища твоего в заложники возьму!
«Вот это везение», – подумал Петька.
– Согласен! – сказал Стас. – А какое пиво-то покупать?
– Парень, «Балтику»! Светлое! – растроганно воскликнул Иван.
– Понял!
И, подмигнув Петьке, Стас побежал вниз по лестнице. А Петьку женщина жестом пригласила в квартиру. Потом довела Ивана до второй от входа двери и втолкнула в комнату.
– Золотой мужик! – вздохнула она. – А пьет, как… Когда трезвый, лучше и не сыщешь…
– А часто он трезвый? – поддержал беседу Петька.
– Он запойный, – объяснила женщина. – Может месяц не пить, два, а потом… Ну да бог с ним, с Иваном. Тебе-то чего? Хотя что это мы тут в коридоре лясы точим, пошли на кухню!
Кухня была довольно большая, но там стояли четыре стола и две газовых плиты.
– Садись, – указала на табуретку Мария Ивановна. – Ты к Алисе?
– Да, к Алисе Владимировне.
– По какому делу?
– Да вот, посылку ей прислали из Краснодара.
– Из Краснодара? И кто же там у нее?
– Подруга! Вместе учились.
– В институте, что ль?
– Ну да.
– А ты при чем?
– Я ни при чем! Я просто был в Краснодаре у бабушки, а ее соседка Кристина просила передать Алисе Владимировне. А мне что, трудно?
– А чего там, в посылке-то?
– Я не знаю. Не приучен по чужим посылкам шарить! – заявил Петька, чтобы пресечь любопытство соседки.
– Да, молодец ты, парень! Только вот Алисы дома нет!
В этот момент в коридоре зазвонил телефон. Марья Ивановна поспешила к нему. Говорила она негромко, а Петька не стал прислушиваться. Вскоре Марья Ивановна вернулась.
– Вот, милок, беда-то какая! Алиса-то в больницу попала!
– Как в больницу?
– Ногу, сказали, сломала, в Склифосовском лежит! Да и немудрено, вон на каких каблучищах бегала! Говорила я ей, говорила, разве ж можно по нашим улицам на каблучищах таскаться! Вот и добегалась…
– Что же нам теперь делать? Говорите, она в Склифе лежит?
– Мне так сказали…
– Ничего, мы ее там отыщем и посылочку отдадим!
– Ой, милок! Вы и впрямь к ней пойдете?
– Конечно! Вот Стас вернется, мы и двинем туда!
– Тогда, милок, будь такой добренький, я ей тут кое-что из ее вещей соберу, ну, халат там, мыло, щетку зубную – словом, все, что в больнице нужно, а ты уж отвези, Христом Богом молю!
– Да что вы, не надо молить, я и так согласен! – несказанно обрадовался Петька. Это был такой шанс самим познакомиться с Алисой. – Только, Марья Ивановна, вы мне хоть ее фотографию покажите, а то как искать…
– Фотографию, это можно. Идем!
И она повела Петьку к двери Алисиной комнаты, открыла ее и впустила его. В глаза ему сразу бросился большой фотопортрет, висевший на стене. Красивая женщина с волевым, решительным лицом.
– Это она и есть? – спросил он.
– Она. Красивая баба, да невезучая…
– Почему?
– В личной жизни не везет, да и вообще… В коммуналку попала после развода с мужем. И теперь из кожи лезет, чтобы квартиру хоть какую себе купить… Раньше в Третьяковке работала, но там гроши платят, так она теперь на вольные хлеба подалась, заказы берет…
– Но как же она тут работает? – озираясь в комнате, спросил Петька. Здесь не было ни малейших признаков работы реставратора. Обычная аккуратная комната.
– Она тут и не работает, что ты… Она с каким-то знакомым мастерскую снимает напополам.
«Очень интересно», – подумал Петька. Но куда провалился Стас? Наверное, просто дает мне время…
И тут в дверь позвонили. Явился Стас с бутылкой пива.
– Вот! – протянул он Марье Ивановне бутылку и сдачу.
– Спасибо! Ох, сыночки, как же вы вовремя пришли!
Она заглянула в комнату Ивана. Оттуда доносился могучий храп.
– Ну и ладно. Проснется, выпьет.
– Стас, ты знаешь, Алиса Владимировна в больницу попала, в Склиф!
– Да ты что! – довольно фальшиво воскликнул Стас.
– Ага! И мы сейчас к ней поедем, отвезем посылочку и заодно от Марьи Ивановны передачку!
– Да, ребятки, вот сейчас еще кое-что соберу…
– Марья Ивановна, – осторожно начал Петька, – а этого ее знакомого, ну, с которым она мастерскую снимает, предупредить не надо?
– Ну, не знаю, это уж не мое дело! Вы у ней будете, вот и спросите! Что ж, кажись, все собрала. Обрадуется, поди, бедолага. Она ж меня только к завтраму ждет, а тут уж ей все несут! Но вы, ребятки, не задерживайтесь, езжайте прямо сейчас, тут ведь недалеко…
– Да, конечно, Марья Ивановна! Спасибо вам за доверие! – прочувствованно произнес Петька, глядя ей прямо в глаза.
– Да нешто вы бабские вещички, неновые, сопрете?
– Не сопрем, будьте уверены! Мы вам потом позвоним!
– Да уж, ребятушки, будьте такие добрые, позвоните!
На этом они простились с простодушной Марьей Ивановной.
– Ну, Петро, ты даешь! – развел руками Стас, когда они вышли на улицу. – Только ты вот что мне скажи – как объяснять будешь Алисе, откуда мы взялись?
– Ну, это ерунда! Она, я думаю, еще в шоке и не станет обращать внимание на всякую ерунду. Я скажу, что знакомый Марьи Ивановны, у нее чего-то разболелось, ну, допустим, голова или же нога, вот она меня и попросила… Думаешь, они будут это выяснять между собой? Да никогда в жизни! Только вот тебе, Стасик, к ней ходить, пожалуй, не стоит!
– Это почему же?
– Потому что она вполне могла тебя видеть во дворе и еще, чего доброго, что-то заподозрит…
– Но она и тебя могла сто раз видеть у нас во дворе.
– Все-таки я в вашем дворе бываю реже, чем ты.
– Я в этом не уверен, – засмеялся Стас. – Да ладно, иди один, я за эту честь бороться не стану.
– Но ты со мной в Склиф сходишь, а то одному тоскливо!
– Ладно уж…
– А между прочим, я кое-что о ней узнал… – И Петька передал Стасу все, что слышал от Марьи Ивановны.
– Мастерская, говоришь? Это интересно. Вот бы куда проникнуть…
– Но что ты надеешься там увидеть?
– А вдруг они не шпионы?
– А кто?
– Фальшивомонетчики!
– Ну ты хватил! – с уважением взглянул на Стаса Петька. – Мне такое и в голову не пришло. Хотя постой! Зачем фальшивомонетчикам мусоропровод и загаженный «Запорожец»?
– Ну, мало ли…
– Нет, Стасик, ты, конечно, извини, но ты тут стереотипно мыслил. Художники – фальшивомонетчики!
– Может, ты и прав, – согласился Стас. – Я на своей версии не настаиваю. Тебе больше нравятся шпионы – ради бога!
– Между прочим, я видел ее портрет!
– Ну и что?
– Она мне не понравилась!
– Чем?
– И сам не пойму. Вроде красивая, но…
– Подожди судить, фотография не дает того представления… Вот увидишь ее живьем, тогда и скажешь!
Мальчики попали в институт имени Склифосовского как раз в приемные часы. И без труда отыскали палату в хирургическом отделении, где лежала Алиса Владимировна Майкова.
– Иди, я тебя тут, в коридоре, подожду! – шепнул Стас.
Петька кивнул, сунул Стасу в руки пакет с хлебом и решительно открыл дверь в палату. Там стояло пять коек. Все они были заняты. Петька сразу узнал Алису по разметавшимся по подушке рыжим волосам. Одна нога ее была задрана вверх и подвешена на какой-то штуке. Глаза были закрыты. Губа закушена. Видимо, ей было очень больно.
– Алиса Владимировна! – негромко произнес Петька, подходя к кровати.
Женщина открыла глаза и недоуменно уставилась на Петьку.
– Здравствуйте! – сказал он.
– Ты ко мне? – удивилась она.
– К вам! Меня послала Марья Ивановна, она себя неважно чувствует, вот и попросила меня привезти вам вещи и…
– А… Спасибо тебе. Положи вот сюда! А ты откуда взялся?
– Да я зашел к Марье Ивановне, а тут ей как раз позвонили…
– Послушай, мальчик… Как тебя зовут?
– Петр!
– Петя, а ты не рассердишься, если я тоже тебя кое о чем попрошу?
– Пожалуйста! – с готовностью откликнулся Петька.
Она потянулась к тумбочке и достала оттуда кошелек. Извлекла из него пятидесятирублевую купюру и протянула Петьке.
– Зачем? – испугался он.
– Ты не мог бы спуститься и купить мне бутылку минеральной воды и два килограмма мандаринов? Тут наверняка где-нибудь недалеко продают… Меня мучает жажда… Пожалуйста!
– Хорошо! Я мигом!
Петька выскочил в коридор.
– Уже? – удивился Стас, приготовившийся к долгому ожиданию.
– Она просила купить ей воды и мандаринов!
Они перебежали через Садовое кольцо и у метро «Сухаревская» купили то, что просила Алиса.
– Ну и как она тебе живьем?
– Не знаю, у нее такой несчастный вид…
– Но зато теперь ты можешь предложить ей еще какую-нибудь помощь…
– Это уж точно!
Когда Петька вошел в палату, он увидал, что у постели Алисы сидит мужчина и выгружает на тумбочку апельсины, виноград, соки.
– А вот и мой спаситель! – улыбнулась Алиса, указывая на Петьку.
Мужчина повернулся, и Петька чуть не вскрикнул. Это был один из тех двоих, что они с Крузом видели в первый вечер.
– Откуда он взялся? – жестко спросил мужчина, как будто Петьки тут и не было.
– Соседка прислала с ним мои вещи, а я думала, что сегодня ты не приедешь, вот и попросила… Спасибо тебе, мальчик!
– Не за что! Вот сдача! Больше вам ничего не нужно?
– Нет, спасибо тебе большое!
– Так я пойду?
– Иди-иди! – недобро произнес мужчина.
– До свидания!
– До свидания, милое создание!
Петька вышел в коридор. Вид у него был обескураженный.
– Ты чего? – спросил Стас. – Она тебе нахамила?
– Она – нет! А вот ее хахаль…
– Откуда там взялся хахаль?
– Явился, пока мы за фруктами бегали. Между прочим, один из той парочки! Мерзкий тип!
– Скажи мне, кто твой хахаль, и я скажу, кто ты…
– Приблизительно, – буркнул Петька. – Не мешало бы за ним проследить, но…
– Какое «но»?
– Понимаешь, он еще в первый вечер говорил, что ребятня – самый поганый народ, во все суются и вообще…
– Я бы сказал, что он не так уж неправ, – засмеялся Стас.
– И сейчас он на меня смотрел, как на заклятого врага!
– Опять-таки не без основания!
– Стас, кончай шутить! Он наверняка на машине, и нам ничего не светит…
– Петя, ты? – раздался вдруг знакомый голос. – Ба, и Стас тут! Что у вас стряслось? Кто тут лежит?
Перед ними стоял Василий Константинович Мелешин.
«Это судьба», – подумал Петька.
– Василий Константинович!
– Да, я! У меня двоюродный брат сюда загремел, поскользнулся и…
– А у нас… Василий Константинович, вы сейчас очень спешите? – с мольбой в голосе спросил Петька.
– Нет, я свободен как ветер. Жена уехала на три дня в Питер, к родне. А вам, как обычно, нужен мотор?
– Да! У нас тут такое дело разматывается!
– И вы тут по делу?
– Да!
– Но вы мне все расскажете?
– Конечно! Еще бы! Нам только бы найти машину, за которой надо проследить…
Минут через пять в Коптельском переулке они обнаружили искомую «копейку».
– Ну что ж, друзья, я сейчас подгоню сюда машину… А вам не нужно позвонить домой, предупредить, а?
Петька и Стас переглянулись.
– Да, нужно! Еще бы!
– Вон там автомат! Бегите скорее!
Петька со Стасом бросились к телефону. Петька позвонил домой и сказал, что задерживается у Дениса еще часика на полтора, но его привезут домой на машине. Стас сказал Даше все как есть.
– Ты не врешь насчет Мелешина?
– Сестренка, клянусь своим пупком!
– Пупком? – засмеялась Даша. – Ладно, так и быть, прикрою тебя. Хотя тетя Витя смотрит телик, а мама еще не вернулась от Нади. Они там сливаются в экстазе!
– Все, пока! – крикнул Стас, увидев, что Мелешин подъехал к тротуару. – Предупреди Дениса! – успел еще крикнуть в трубку Петька.
И они забрались в машину Мелешина.
– Ну, друзья, рассказывайте! – потребовал тот.
Петька не заставил просить себя дважды.
– Да, весьма занятная история. И в самом деле похоже на шпионаж. Непонятно, правда, при чем тут художники-реставраторы, но… На свете все бывает. А может, не надо заниматься самодеятельностью и стоит заявить в ФСБ? Вдруг это серьезное дело?
– А если нет? Если это все же какая-нибудь чепуха? Такое ведь тоже может быть? – горячился Петька, которому больше всего на свете хотелось самому поймать настоящего шпиона. Этого в их практике еще не случалось.
– Ладно, для начала мы проследим за этим, как ты выражаешься, хахалем. Тем более он такой неприятный тип! Но раз он говорит, что не любит детей, то лучше вам не попадаться ему на глаза. Пригнитесь, чтобы он вас не видел, а то еще заподозрит что-нибудь.
– Вон он идет! – крикнул Петька, и они со Стасом скорчились на заднем сиденье, а Мелешин прикрыл их пледом, который лежал в машине.
– Ну, с богом! – тихонько сказал Василий Константинович и аккуратно выехал на проезжую часть.
Он ехал, соблюдая дистанцию, чтобы не привлекать внимания. Минут через десять Петька спросил из-под пледа:
– Где мы?
– На Ленинградском проспекте! – отвечал Мелешин. – И, похоже, пока он никуда не собирается сворачивать.
– А вдруг он в Шереметьево едет? – предположил Стас.
– Что ж, тем интереснее, – воодушевился Мелешин.
Минут через пятнадцать он сказал:
– А ведь он и в самом деле в Шереметьево едет! Что будем делать?
– Как что? Следить! – закричал Петька. – Ведь именно тут может все выясниться!
– Отлично, но только, Петя, следить буду я один. Вам туда соваться нельзя!
– Но меня он не видел! – сказал Стас.
– Нет, друг мой, если он крутится в вашем дворе, то лучше тебе на глаза ему не попадаться. Береженого бог бережет! Неужто вы думаете, я не справлюсь? На меня он вовсе не обратит внимания.
– Да, наверное, вы правы… – проворчал огорченный Петька. К тому же он не был уверен, что Мелешин ничего не упустит. Хотя он бывший сапер…
– Ребята, он на нас пока внимания не обращает, сядьте как люди! Но когда подъедем, пока он не выйдет, опять закроетесь!
Они с наслаждением приняли нормальное положение.
– В Шереметьево-2 едет! Интересно, улетает или встречает? – полюбопытствовал Стас.
– Во всяком случае, не провожает! – заметил Петька.
– А вот это еще неизвестно! – возразил Мелешин. – Вполне возможно, что как раз провожает!
– Вообще-то да, – согласился Петька.
«Копейка» въехала на платную стоянку. Мелешин въехал следом, но припарковался в другом ряду.
– Пока мы из виду не скроемся, уберите головы! – скомандовал он и быстро вышел из машины. Петька в окно все-таки следил за происходящим. Мелешин первым вошел в здание аэропорта. А Петькин недоброжелатель не спеша направился за ним.
Время тянулось страшно медленно. Мальчики истомились вконец.
– Нет, я не хочу быть сыщиком, – убежденно проговорил Стас. – На первый взгляд – сумасшедшая романтика, а на самом деле – зеленющая тоска!
– Ну, это когда как, – неопределенно хмыкнул Петька. – Бывает так весело, что ой-ой-ой!
Прошло еще минут двадцать, прежде чем появился Мелешин.
– Ну что, улетел? – выпалил Петька, едва тот сел в машину.
– Даже и не собирался!
– Но что же он там делает?
– Встречает самолет из Мадрида.
– А он скоро будет?
– Скоро, через четверть часа. Но пока то, пока се… Раньше чем через час там делать нечего.
– А откуда вы про Мадрид знаете? – спросил Стас.
– Он подошел к справочной и спросил про самолет из Мадрида. Кстати, он очень нервничает, это видно невооруженным глазом. Хотя, возможно, он встречает любимую женщину и нервничает именно по этому поводу. Впрочем, поживем – увидим. Кстати, друзья, если вам надо пробежаться кое-куда, то можете себе это позволить, только держитесь левее…
Он объяснил им, как избежать встречи с таинственным незнакомцем.
Петька и Стас с наслаждением выскочили из машины и побежали в зал. Посетив туалет, Стас хотел вернуться к Мелешину, но Петька тихо сказал:
– Стас, он тебя совсем не знает и здесь не обратит внимания, если ты не будешь близко подходить…
– Ну и что?
– Поди все-таки глянь на него. Так, на всякий случай.
– Хорошо, – кивнул Стас. Он быстро сориентировался, где могут быть те, кто встречает мадридский рейс, и направился в нужную сторону. И очень быстро вернулся.
– Ну что?
– Ничего. Сидит в кресле и дремлет.
– Все, идем, а то неудобно перед Мелешиным.
– Что-то вы долго! – попенял им Мелешин.
– Там очередь была! – без запинки соврал Петька.
Еще через полчаса Василий Константинович сказал:
– Пожалуй, я пойду! Встречу мадридский самолет!
И он ушел.
– Знаешь, Стас, – сказал вдруг Петька, – по-моему, будет лажа…
– Почему?
– Сам не знаю. Интуиция подсказывает. Мне вдруг стало скучно, а это верный признак!
– Смотри, вон он! – прошептал Стас и немного сполз с сиденья.
– Ну где же Мелешин? Он ведь сейчас уедет! – запаниковал Петька.
И в самом деле, «копейка» выехала со стоянки.
– Ну куда же он делся?
– Правда, странно! Как бы с ним чего не случилось! – испугался Стас. И уже хотел выскочить из машины, как вдруг заметил идущего к ним Мелешина.
– Василий Константинович! Он уехал! – крикнул Стас. – Мы его упустили!
Мелешин сел за руль.
– Спокойно, ребята! Я это сделал сознательно! Мы поедем не за ним, а за старой дамой, которую он явно встречал, но не подошел к ней. К нему у нас все-таки есть подступы, а даму можем упустить безнадежно. А она может оказаться главным действующим лицом в этой истории.
Петька со Стасом переглянулись. Не исключено, что Мелешин прав.
– А где она? – спросил Петька, охваченный нетерпением.
– Сейчас появится! Ага! Вон она!
К стоящему неподалеку «БМВ» приближалась старая дама в меховой роскошной шубе. А за нею шел мужчина с двумя шикарными чемоданами.
– Она русская? – спросил Стас.
– Похоже на то! Во всяком случае, говорит по-русски, как мы с вами.
Мужчина аккуратно усадил даму в машину, положил в багажник чемоданы и сел за руль.
– Кто он ей? – полюбопытствовал Стас.
– Я не понял, но, кажется, какой-то родственник.
Наконец «БМВ» тронулся. Мелешин тоже завел мотор. И они выехали со стоянки.
– Черт побери, фигуранты плодятся, как кролики, – проворчал Петька.
– Василий Константинович, а почему вы решили, что он именно ее встречал? – спросил Стас. – Вы же говорите, он к ней даже не подошел.
– Понимаете, мальчики, я это почувствовал. Я стоял очень близко от него, и как только она прошла таможню и вышла к встречающим, этот тип страшно напрягся, а когда к ней подбежал родственник и что-то ей сказал, как-то ее назвал, я, увы, не расслышал, то мой подопечный сразу ушел. Видимо, убедился в том, что она действительно прилетела. Знаете, о чем я подумал… Это не шпионы! Тут что-то другое, какая-то международная афера… Если вообще что-то есть. Может, просто мирные граждане живут своей личной жизнью. А у нас с вами мозги набекрень. Как вам такой вариант, а?
– Вполне возможно! – засмеялся Стас.
– Нет, невозможно! – закричал Петька. – А что они в таком случае в мусоропроводной камере делали, а? Ночью! А «Запорожец»?
– Что касается «Запорожца», то они вполне могли использовать его по тому же назначению, что и собаки! А увидав, во что там все превратилось, сказали: больше им пользоваться не будем! Вот тебе и объяснение!
– Василий Константинович, вы серьезно? – возмутился Петька.
– Вполне!
– Ну, допустим! А мусоропровод?
– Петя, я же не говорю, что они просто ангелы без крыльев. Нет! Наверняка какие-то темные личности. И рожа у этого типа противная, хоть и смазливая. А этого на «БМВ» зовут Ростиком. Надо полагать, Ростислав.
– А может, не Ростиком, а Рустиком? – предположил Петька.
– Да нет, Ростиком, я внятно слышал.
– А грымзу как звать? – поинтересовался Петька.
– Не знаю! Чего не слышал, того не слышал! Интересно, куда ее везут?
– Надеюсь, не очень далеко, – сказал Стас, – а то дома будет буря.
– Да ладно, какая у тебя буря? – закричал Петька. – Твой отец улетел, а тетя Саша и не заметит… Вот у меня будет буря так буря! Шторм двенадцать баллов!
Между тем «БМВ» выехал на Тверскую, потом свернул вправо, запетлял по переулкам и остановился у роскошного нового дома, такие дома в Москве часто называют «элитными».
– Вылезайте и посмотрите, что к чему! – распорядился Василий Константинович, ему не хотелось въезжать в этот двор.
Петька со Стасом мигом оценили его идею. И бросились к подъезду, у которого затормозил «БМВ». Тут же из подъезда вышел парень в камуфляже. Он помог старухе выйти из машины, а Ростик достал чемоданы из багажника. Охранник тут же взял их у него. Ростик подал руку старухе, и они проследовали в подъезд. Охранник занес чемоданы и тут же вышел, сел за руль и отогнал машину на платную стоянку за углом.
– Вот и все, – сказал Петька. – Ждать не имеет смысла.
– Пожалуй, – согласился Стас.
И они вернулись в машину. Рассказали, что видели.
– Ну что будем делать дальше? – спросил Мелешин. – То есть сейчас я отвезу вас домой. А завтра? Я могу быть свободен?
– Конечно! – сказал Петька. – Не следить же за этой старушенцией. К кому-то какая-то родственница приехала, какое нам до этого дело! И потом завтра тетя Витя собирается навестить Алису. Может, что-то от нее узнает… – довольно уныло говорил Петька. Он устал, проголодался и был страшно разочарован.
– Хорошо, завтра занимаемся каждый своими делами, но вечером непременно созвонимся. Договорились?
– Договорились!
Даша и тетя Витя с нетерпением дожидались Стаса.
– Братишка! Где вас носило? – накинулась на него Даша.
– Погоди, я так хочу есть, что сейчас просто сдохну!
– Иди, милый, иди скорее мыть руки! – запричитала тетя Витя.
«Как хорошо дома», – подумал Стас, уплетая вкуснейший грибной суп. А после картофельной запеканки с мясом и грушевого компота он и вовсе ощутил, что жизнь прекрасна.
– Стас, мы столько терпели, пока ты ел… – начала Даша.
– Ладно уж!
И Стас рассказал им все, что с ними сегодня приключилось.
– Ну, а как тебе Алиса? – поинтересовалась тетя Витя.
– Да не знаю, я же ее не видел, всего-навсего рядом с палатой стоял. У нее только Петька был.
– Стасик, а ты найдешь этот дом? – спросила вдруг Даша.
– Какой?
– Ну, куда старуху привезли?
– Найду, конечно, только зачем?
– Да я так спросила, на всякий случай!
– Собираешься следить за старой грымзой?
– Стас! – возмутилась тетя Витя. – Ты и меня за глаза тоже грымзой зовешь?
– Что вы, тетя Витя! Какая же вы грымза? Вы классическая бабушка, душа нашего дома… А эта и впрямь грымза. Старая, лет за семьдесят, и вся накрашенная, противная…
– Нет, тетя Витечка, он никогда вас грымзой не называл! – поддержала сводного брата Даша.
– Ну и слава богу! – вздохнула тетя Витя. – Значит, мы договорились: завтра под вечер навещу Алису и попытаюсь хоть что-то у нее выведать.
– Да, Стас, я забыла, тебе два раза звонил какой-то Валька Конышев. Это кто такой?
– Валька? Это из моей старой школы… Отличный парень! Ох, у него же завтра день рождения!
– Да, он тебя приглашал к четырем часам! Ты пойдешь?
– Конечно, пойду! – обрадовался Стас.
Даша пожала плечами. Она ревновала Стаса к его прежней жизни.
Утром Даша позвонила Оле и рассказала ей все, что узнала от брата.
– И ты предлагаешь пойти к этому дому? – удивилась Оля. – Зачем?
– Да так, на всякий случай, вдруг что-нибудь да узнаем?
– Давай, – без особого рвения откликнулась Оля. – Все равно делать нечего. Хотя, если честно, дело, по-моему, дохлое. Но все же попробуем, все интереснее, чем подлавливать собачников в вашем дворе.
И они условились, что Оля через час зайдет за Дашей, а та пока выяснит у Стаса, куда им следует направиться. Она пошла к нему в комнату. Стас валялся на кровати с английским детективом в руках.
– Стас, слушай, где эта улица, где этот дом?
– Где эта барышня, что я влюблен! – пропел в ответ Стас.
– Нет, ну правда, я серьезно спрашиваю!
– Что ты от меня хочешь? – оторвался от книги Стас.
– Мы с Олькой хотим покрутиться там… Мало ли…
– Делать вам нечего!
– И правда нечего!
И тут зазвонил телефон. Это был Кирилл Хованский. Он задыхался от волнения:
– Даш, можно я сейчас забегу? Я Квитко звонил, но его нету! Очень, очень важное дело!
– Давай, беги скорее!
– Я мигом!
Не прошло и пяти минут, как в квартиру буквально ворвался Хованский.
– Привет! Где можем поговорить, чтобы нас никто не слышал? – прошептал он.
Даша в изумлении смотрела на него. Он был бледен, глаза горели лихорадочным огнем, руки дрожали…
– Идем! – сказала Даша и отвела его в комнату Стаса.
Тети Вити дома не было. Она ушла в магазин.
– Выкладывай! – сказал Стас.
– Смотрите, что я нашел!
Он вытащил из кармана ярко-лиловый пластиковый мешочек, сверху завязанный узлом. Дрожащими пальцами он развязал узел и вытряхнул на расстеленную по его просьбе газету… кожаный футляр. Открыл его, и Даша со Стасом увидели фантастической красоты маленький веер из пластинок слоновой кости, украшенный зелеными камнями.
– Ну и ну! – проговорил Стас.
– Какая прелесть! – взвизгнула Даша и потянулась, чтобы подержать в руках восхитительную вещицу.
– Где взял? – спросил Стас.
– Там! В мусорке! – выпалил Хованский.
– Что? В мусорке?
– Ага.
– Ни фига себе! Но как?
– Я вчера вечером был в гостях, возвращаюсь довольно поздно и вдруг гляжу – мусорка открыта! Я оглянулся, вроде никого нет, ну и заглянул. И первое, что увидел, – такой яркий, чистенький пакет. Ну, думаю, оно! Схватил – и деру! Решил: погляжу, чего там, а потом подброшу! Но дома родители начали приставать с разговорами, короче, когда я смог наконец посмотреть, что в пакете, прошел, наверное, целый час. Я что угодно готов был увидеть, но только не это… Это же, наверное, жуткая ценность!
– Да, похоже… Штучка явно старинная, слоновая кость и, видимо, изумруды…
– Но, может, это кто-то случайно выбросил… по ошибке, а теперь рвет на себе волосы? – предположила Даша.
– Ну, это вряд ли, – сказал Кирилл.
– Почему?
– Потому что футляр был завернут еще в бумагу, уложен в очень яркий пакет, такой, чтобы привлечь внимание.
– Значит, ты думаешь, его нарочно в мусоропровод выкинули?
– Ну да! А как же иначе? Сам подумай, Стас, это же не колечко, не сережка, которые можно уронить, не заметив!
– Вообще-то ты прав, – почесал в затылке Стас.
– И что теперь будет? – спросил Хованский. – Что мне-то делать?
– Ты уверен, что тебя никто не видел?
– Кажется, никто, но поручиться не могу!
– Это может быть опасно! – воскликнула Даша.
– Ты думаешь? – еще больше побледнел Кирилл.
– Ну, я не знаю… Если кто-то видел тебя…
– Но тогда получается, что кто-то ждал, когда этот пакет попадет в мусорку…
– Послушайте, что мне пришло в голову! – перебил их Стас. – Никаким шпионажем тут и не пахнет! Это ограбление, медленное и постепенное. Кто-то выбрасывает ценности в мусоропровод, понемножку, по вещичке… А вчерашний тип еще с кем-то их подбирает! И, скорее всего, обкрадывают какого-то старика или старуху, которые либо уже в маразме, либо плохо видят…
– Братишка, ты гений! Именно так! Кирилл, ты не знаешь, есть у вас в подъезде такие?
– Не знаю. Но в принципе это нетрудно узнать… А вы не допускаете, что это совсем другое дело, а шпион все-таки существует?
– Нет, не может быть. Чтобы и те и другие пользовались мусоропроводом? Нет! – решительно заявил Стас. – Значит, Кирилл, для начала попробуй узнать… Хотя нет! Ты пока об этом забудь, как будто ничего не было. Это для тебя слишком опасно. Я постараюсь разведать как-то иначе… Не может быть! – вдруг прохрипел Стас и прилип к окну.
– Стасик, что там такое? – крикнула Даша.
– Смотрите! Смотрите! Грымза!
Кирилл ничего не понял. А Даша бросилась к окну. Действительно, у пятого подъезда стоял «БМВ», и оттуда вылезла вчерашняя старая дама. Ростик бережно повел ее к дверям, и они скрылись в подъезде.
– Час от часу не легче! – проговорил Стас. – Эх, узнать бы, в какую квартиру она идет!
– Ну, мало ли…
– Что значит ну мало ли! Это даже самой глупой в мире козе понятно, что она идет в ту самую квартиру! – заорал Стас.
– Это я – самая глупая в мире коза? – оскорбилась Даша.
Но тут в дверь позвонили. Явилась Оля.
– Вы чего орете? На лестнице слышно! Случилось что-нибудь?
– Да! Да! Скорее! – крикнул Стас и вылетел в прихожую. Набросив на плечи куртку, он выскочил на площадку и, не дожидаясь лифта, понесся вниз по лестнице.
– Куда это он? – недоуменно осведомилась Оля.
– Вон видишь «БМВ»? На нем в пятый подъезд приехала та самая старуха, которую мы с тобой собирались выслеживать!
И тут Кирилл не выдержал:
– Может, мне кто-нибудь объяснит наконец, что тут происходит? Я ничего не понимаю!
– Ладно, не злись, я сейчас все объясню!
И Даша, не вдаваясь в особенные подробности, рассказала Хованскому о вчерашних приключениях Стаса и Петьки, а потом еще заставила его показать свою находку Оле.
– Какая красивая штука! – всплеснула руками Оля. – Глаз не оторвать!
Еще Даша рассказала ей о догадке Стаса. Оля сразу с ним согласилась.
– Понятное дело, это не шпионаж. Но интересно, что об этом скажет Петька.
– Но мне-то что делать с этой игрушкой? – уже с раздражением проговорил Хованский. – Подбросить обратно в мусоропроводку?
– Ты что, с ума сошел? – закричала Оля. – Какая гарантия, что она попадет в руки кому надо?
– А кому надо? – усмехнулся Кирилл.
– Ну, тому, кому предназначалась! Он наверняка уже потерял надежду, и теперь эту красоту могут просто увезти на свалку!
– Но я же не вор! – гордо заявил Хованский.
– Надо подождать! – сказала Даша. – Эта штука может оказаться важной уликой!
– Слушайте, мы вот говорим, что это не шпионаж… А если это не просто антикварная ценность… Современные спецслужбы иногда такое выдумывают! А вдруг туда вмонтировано какое-нибудь устройство… Или микрофончик, или какая-нибудь ядовитая иголка, да мало ли что еще…
– Ну, Хованский, ты даешь! Мы ее вертели-вертели и ничего не обнаружили, – рассмеялась Даша.
– А ты думаешь, они это делают так, чтобы любой дурак мог обнаружить?
– Ты серьезно? – удивилась Оля.
– Вполне! Допустим, этот веер предназначается роскошной даме, которая с его помощью должна убить какого-нибудь важного деятеля. Допустим, они сидят в ресторане, она говорит: «Ах, тут так душно!» – и достает этот веер. Вещичка редкая, красивая, не может не привлечь внимания. Деятель просит показать ему веер, дама нажимает на камешек – и все! Туши свет! Деятель умирает от паралича сердца, и ни одно вскрытие ничего не покажет!
Девочки слушали, открыв рты.
– Хованский, ну у тебя и фантазия, – проговорила Оля. – Но боюсь, это все ерунда…
– Почему?
– Потому что, если бы это было связано со спецслужбами, ты бы уже тут не сидел, а веер не лежал бы на столе…
– А давайте попробуем! – блестя глазами, воскликнула Даша. – Попробуем осторожненько нажать на каждый камушек – вдруг что-то и обнаружим…
– Правильно! – кивнул Кирилл. – Только надо действовать очень-очень осторожно. Ни в коем случае не нажимать пальцем…
– А чем? Носом?
– Не шути, Лаврецкая, я дело говорю! Надо раскрыть веер, положить на стол, прикрыть полиэтиленом и нажимать какой-нибудь палочкой, желательно подлиннее…
– Соображаешь, Хованский! – с уважением заметила Оля.
– А еще лучше сделать это в ванной, а то вдруг там яд? Тогда мы его просто смоем. Или в раковине.
– Понятно! – согласилась Даша.
Они с предельной осторожностью достали веер из футляра и отнесли в ванную комнату, Кирилл положил его на дно ванны, прикрыл прозрачным полиэтиленовым пакетом и вооружился пластмассовой спицей, которую Даша позаимствовала у тети Вити.
– Даш, у тебя очки есть?
– Зачем тебе очки?
– Прикрыть глаза на всякий случай!
Даша принесла солнечные очки.
– А теперь, девчонки, отойдите, чтобы не…
– Нет уж, нам интересно! – возразила Оля.
– Отойди, Жукова, по-хорошему! Это не шутки!
– Ладно, – согласилась Оля.
– Кирилл, постой! – крикнула вдруг Даша. И достала высокие резиновые перчатки. – Надень!
– Спасибо!
И вот наконец с гулко бьющимся сердцем Кирилл приступил к операции. Одной рукой в перчатке придерживая веер, он храбро ткнул спицей в первый изумруд. Ничего не произошло. Потом – во второй. Опять ничего. На пятом камне он уже понял, что это дохлый номер и нет тут никаких секретных устройств. Но мужественно довел операцию до конца.
– Ни фига? – спросила Даша.
– Ни фига, – вздохнул он.
– Так я и думала, – не без яда заметила Оля. – Обычный антиквариат.
– Обычный антиквариат в необычном месте! А это уже само по себе вызывает подозрения. Но куда девался Стас? – вспомнила Даша и побежала к кухонному окну.
Но тут как раз открылась дверь и вошли Стас и Петька.
– Что это с тобой, Хованщина? – удивился Петька при виде Кирилла, который не успел еще снять перчатки и солнечные очки.
– Да мы тут экспертизу проводили, – усмехнулся он.
– Вот, Петь, смотри, что Кирилл нашел! – И Даша протянула Петьке веер.
– Ух ты, красотища! – пришел в восторг Петька. – А какую это экспертизу вы делали?
Они все рассказали. Стас умирал со смеху, а Петька счел, что они поступили совершенно правильно. Он долго вертел в руках изящную вещицу.
– Она наверняка стоит бешеных денег! – заключил он.
– Да, Стас, – опомнилась вдруг Даша. – Ты что-нибудь выяснил?
– Нет. Ничего. Я спросил там у одной бабки, к кому такая роскошная старуха приехала, а она не знает. Особо мельтешить там мне тоже не хотелось…
– Как интересно и необычно складывается это дело, – задумчиво начал Петька, – сперва у людей крадут «дипломаты» и портфели, мы собираемся этим заняться, натыкаемся на, казалось бы, явно шпионскую историю, а теперь… Алиса, которая тоже что-то вынесла из пятого подъезда, этот веер, да еще и иностранная старуха, которая заявилась в этот же самый подъезд… Но если бы не сегодняшняя Кирюхина находка, я бы мог предположить, что это все же какое-то недоразумение, даже цепь недоразумений, но этот веер… Да в лиловеньком мешочке, чтобы не спутать… Вот что, братва, думаю, сегодня, как стемнеет, в мусорку явится целая бригада искать пропажу!
– Возможно, – кивнул Стас.
– Так, может, подбросить туда эту штуку, а? – спросил Кирилл.
– Нет уж, пусть пока она побудет у нас, а то они успокоятся и лягут на дно, – покачал головой Петька.
– Я знаю, что надо сделать! – сказала вдруг Даша.
Все с интересом на нее уставились.
– Надо подбросить туда лиловый мешочек, рваный…
– Зачем? – удивилась Оля.
– Пусть думают, что это упер какой-то случайный человек!
– Нет, нельзя! – возразил Хованский. – Тогда они решат, что это сделал Виктор, и у него могут быть неприятности, и это еще мягко сказано!
– Действительно, – почесал в затылке Петька. – Но, с другой стороны, Виктор все равно подпадает под подозрение, в любом случае! Поэтому, я думаю…
– Думай не думай, а придется нам подкинуть им эту штуку! Если речь идет о безопасности человека… И вообще, не украли же мы веер! Нет, теперь я понимаю – надо его подбросить! – решила Оля.
– А если его и впрямь найдет кто-то другой, хотя бы тот же Виктор? Тогда как? – спросил Хованский.
– Ну, есть вообще одна идея, – неуверенно произнес Петька. – Мы предполагаем, что, когда стемнеет, эти типы явятся в мусорку, так?
– Так!
– Значит, наша задача состоит в том, чтобы подкараулить их в момент, когда они туда войдут, и спустить футляр с веером в мусоропровод в его родном лиловом мешочке! Это сложно, требует собранности, скоординированности, но…
– А что мы со всего этого будем иметь? – пожал плечами Стас.
– Мы? Мы убедимся в том, что они охотятся именно за этим! – разъяснил Петька.
– Нет, этот план никуда не годится, – сказала Оля.
– Почему? – возмутился Петька.
– Именно потому, что он ровным счетом ничего не даст. А может вообще спугнуть их! Подумайте сами – они не нашли мешочка, так что первым делом они предпримут? Скорее всего позвонят по телефону тому, кто его бросил в мусоропровод. А тот скажет, что он все сделал! И тут вдруг – подарок из Африки! Там такое начаться может…
– Так оно и хорошо! Они забеспокоятся и выдадут себя! Могут даже сразу побежать в подъезд, и тут-то мы этих голубчиков и обнаружим на месте преступления. Раз это не шпионы, у них дисциплина не такая уж жесткая, ну и…
– А ведь, возможно, Петро прав! – заметил Стас. – Надо нам всем собраться и распределить роли. Кому где быть и так далее. И Дениса надо вызвать, и Круза! Оля с Крузом и мы с Дашкой будем изображать парочки…
– Стас, ты сдурел! – завопила Дашка. – Вдруг нас кто-то увидит, наговорит черт-те чего маме или тете Вите… Нет, точно, у тебя крыша поехала! И вообще ты же сегодня собирался на день рождения.
– Ой, – схватился за голову Стас, – ты права, сестренка! Значит, будешь изображать парочку с Хованским, – нарочно поддразнил Петьку Стас, – а на день рождения я не пойду. Не до того.
– Нет уж! – заявила Даша. – Никакую парочку я изображать не собираюсь! А Ольга с Крузом – как хотят!
Оля и Игорь скромно промолчали. Им ничего изображать было не надо.
– И вообще я лучше пойду с тетей Витей в Склиф!
– Зачем, Даш? Что, тетя Витя сама не справится?
– Действительно, Дарья, у нас каждый человек на счету, а что тебе в Склифе делать? – удивился Стас.
– Ладно, уговорили… – проворчала Даша. Она не очень любила многолюдные мероприятия, считала, что от них мало толку, но раз все согласились…
И они расстались до вечера, договорившись встретиться часов в восемь, когда стемнеет.
Без пяти восемь все пришли в квартиру Даши. Тетя Витя еще не вернулась из больницы. Петька, Игорь и Кирилл успели разработать точную схему. Следить за дверью мусорки решено было из дому. Это поручалось девочкам, вооруженным подзорной трубой. Разрешение у тети Вити было получено. Заметив что-то, они должны немедленно позвонить на сотовый Денису, который вместе с Хованским и Крузенштерном будет дежурить на площадке у мусоропровода. А Стас с Петькой засядут в стоящую во дворе машину уехавшего Кирилла Юрьевича. Таким образом, никто не будет вертеться возле мусоропроводной камеры. А присутствие мальчишек в компании с Хованским на лестничной площадке никого удивить не может.
– Даш, как ты думаешь, обнаружим мы их сегодня? – спросила Оля, глядя в подзорную трубу.
– Нет.
– Почему?
– Слишком хороший план!
– Что? – повернулась к ней удивленная Оля.
– Нас слишком много, мы ко всему подготовлены… Это не сработает.
– Но почему?
– По закону мирового свинства! Но ты все-таки смотри в окно, Олька, я ведь не ясновидящая, могу запросто и ошибиться!
– Хорошо бы ты ошиблась!
– Хорошо бы.
– Тетя Витя идет! – объявила Оля.
– Отлично, может, она что-то разведала!
Однако приход тети Вити принес одно лишь разочарование. Алисе сегодня сделали операцию, и тетю Витю к ней попросту не пустили.
– Ну, точно, – сказала Даша, – не будет нам сегодня удачи.
– Дашка, не каркай! – одернула ее Оля.
Но Даша как в воду глядела. Никто возле мусоропроводной камеры так и не появился. В одиннадцать Петька зашел за Олей и проводил до подъезда. Они жили в одном доме. Хованскому тоже велели идти домой. Денис должен был остаться ночевать у Стаса в комнате; по этому случаю они, отправив домой Крузенштерна, просидели в машине до половины первого, а потом по требованию тети Вити вернулись домой. Им еще повезло – Александра Павловна не заметила, что они сидят в машине.
– Да, неудачный день, – сказал Стас, когда они ужинали на кухне.
– А я заранее это знала! Слишком хороший был план!
– Может быть, – улыбнулся Денис. – В таких делах всегда лучше действовать как бог на душу положит. Ну, ничего, еще не вечер.
– Совершенно верно, еще не вечер, уже ночь! – повела плечиком Даша. – Я пошла спать!
Утром Петька встал поздно, когда родителей уже не было дома. Вчерашняя неудача обескуражила его. К тому же он ломал голову над тем, как быть с драгоценной вещицей. Петька поставил чайник, приготовил любимую яичницу с помидорами и черным хлебом и включил телевизор. Побегал по программам. «Одна лабуда», – решил он, но тут на Московском канале начались пятиминутные новости. Он особенно не прислушивался, но вдруг поднял глаза и обомлел – на экране была та самая старуха! Грымза. И она была… мертвой. Но текст он пропустил мимо ушей. И буквально тут же раздался звонок.
– Петро! – услыхал он взволнованный голос Стаса. – У тебя телевизор не включен?
– Стас! Я видел, но не расслышал! Что там сказали?
– Сказали, что сегодня утром на Тверском бульваре обнаружен труп неизвестной женщины! На скамейке! При ней не было никаких документов.
– Стас! Ее убили!
– Про это никто ничего не говорил. Она старая, могла и своей смертью умереть! Могла! Но мне это ужасно не нравится!
– Что будем делать? Сообщим в милицию?
– Обязательно, только надо сперва подумать… В конце концов, видели ее не только мы, но и Мелешин. Так что сообщить придется! Давай я сейчас ему позвоню, и мы все обсудим!
– Валяй! Только лучше нам встретиться, а не по телефону…
– Ну, это ясно…
– Петя? – обрадовался Мелешин. – Какие новости?
– Вы сейчас телевизор не смотрели?
– Нет, а что случилось?
– Василий Константинович, старушку того… убили.
– Какую старушку, Петя? Ты что, «Преступление и наказание» читаешь?
– Если бы! – мрачно произнес Петька. – Нет, настоящую живую старушку… Ту самую, из аэропорта, испанскую…
– Петя, что ты говоришь? Что за шутки?
– Шутки! Какие шутки! Только что по телику показали. На Тверском бульваре найден труп старушки, без документов. Я ее сразу узнал!
– Надо немедленно сообщить в милицию, мы же многое знаем!
– Василий Константинович, я согласен, надо, даже необходимо, только сперва требуется кое-что обсудить. Ведь если мы скажем, что попали туда случайно…
– Да, Петя, верно… Вот что, дружище, возьми Стаса и приезжайте ко мне. Мы тут спокойно все обсудим и вместе поедем в милицию. Мне надо еще кое-что доделать, а пока вы приедете, я как раз с этим управлюсь. Жду вас!
Петька тут же позвонил Стасу и передал приглашение Мелешина.
– Отлично! – сразу согласился Стас. – Заодно заглянем в нашу новую квартиру – посмотрим, как там и что.
– А Дашка что делает? – полюбопытствовал Петька.
– Они с тетей Витей ушли по каким-то бабским делам. Туфли покупать, что ли.
– Это к лучшему. Они не в курсе?
– Нет, конечно!
– Стас, через десять минут я жду тебя у твоего подъезда!
Ровно через десять минут Стас спустился. Петька уже был там.
– К мусорке никто не подходил! – тихонько сообщил Петька. – Я там вчера бечевочку незаметную оставил. Ее никто не трогал.
– Да черт с ней, с мусоркой! Тут человек умер, какой-никакой, а все-таки человек!
Почти всю дорогу они молчали. Смерть неизвестной старухи произвела на них тяжелое впечатление. Только уже у самого дома Стас спросил:
– Сначала заглянем в квартиру или потом?
– Лучше потом!
– Хорошо, – согласился Стас.
Едва лифт остановился на четвертом этаже, как Мелешин уже открыл дверь.
– Заходите, заходите! – пригласил он ребят. Провел их в свой кабинет.
Они уселись рядом на кожаном диване, а хозяин устроился за письменным столом.
– Ну, какие будут соображения? – спросил он.
– Как ни крути, а в ментуру сообщить придется, – мрачно проговорил Петька. – Вопрос в том, что сообщать. Всю правду говорить никак нельзя. Мы же еще окажемся виноватыми!
– Петя!
– А вы что, нашу милицию не знаете? Можно, конечно, позвонить Крашенинникову, но не факт, что он не переадресует нас куда-то, а там…
– Петька, не пори ерунды! Если дядя Володя возьмется, то мы можем быть спокойны.
– Так-то оно так, но все равно придется объяснять много такого, чего мы объяснить не можем… Да еще эта штукенция, которую Хованский нашел…
– Что нашел Хованский? – быстро спросил Мелешин.
Петька вынужден был все ему рассказать. Тот схватился за голову:
– Да, друзья, ну и влипли мы в историю…
– Василий Константинович, Стас, у меня есть идея! Отличная! Мы выполним свой долг, никого при этом не подведем и сами останемся в стороне!
– То есть? – поднял брови Стас.
– Анонимное сообщение! Я позвоню и скажу, что видел эту старуху вчера в аэропорту Шереметьево, она прилетела из Мадрида. Тогда им ничего не будет стоить установить ее личность. Просто раз плюнуть! Скажете, плохая идея?
– Но позволь… Ведь мы же еще знаем, куда отвезли эту старуху! – напомнил Мелешин.
– Ну и что? Могу и об этом сказать, хотя это уже подозрительно. И потом, кроме нас, ее видели еще охранники в подъезде и тоже могут опознать, да и тот тип на «БМВ», он вовсе не скрывался, он ее привозил в наш дом… Открыто с ней появлялся – вряд ли он ее убил и кинул на бульваре… Поймите, если мы дадим им зацепку, скажем, что она прилетела из Мадрида, то они уж как-нибудь сумеют установить… Ой, да я могу сказать, что видел, как ее увезли из аэропорта на «БМВ» с таким-то номером!
– Вот это мне уже больше нравится… – медленно проговорил Мелешин. – Честно говоря, я бы предпочел открыто пойти в милицию и рассказать им всю правду!
– Но это невозможно! – воскликнул Стас. – Сюда уже вовлечено столько людей! И мы даже не сможем толком ничего объяснить!
– Согласен. Только звонить нужно из автомата.
Петька расхохотался.
– Ты чего? Хочешь сказать мне – не учи ученого, да? – улыбнулся Мелешин.
– Ну, что-то в этом роде.
– Хорошо. Это вопрос решенный. Ты сейчас им позвонишь. Но… Я все-таки хотел бы кое-что посоветовать вам, просто на правах старшего. Бросьте это дело. Не суйтесь туда. Это опасно. Никакой это не шпионаж, разумеется, это какая-то, по-видимому, сложная афера, а старушка каким-то образом помешала им, сделала что-то не так… Если, разумеется, она не умерла просто своей тихой смертью. Что, кстати, вполне возможно.
– Но тогда почему при ней не было документов? – резонно поинтересовался Стас.
– Они вполне могли быть при ней, но что стоит ограбить мертвую старуху? Тем более она была богато одета, и сумочка могла привлечь любого бессовестного человека, а их в Москве более чем достаточно.
– Да, это похоже на правду, – кивнул Петька. – Вы пока посидите, а я сбегаю позвоню!
– Нет, спустимся все вместе, а потом я отвезу вас домой, – поднялся со стула Василий Константинович.
Они отыскали работающий телефонный автомат. Петька уже снял трубку, но Василий Константинович отобрал ее у него:
– Я сам позвоню! Ты извини, друг, но взрослому скорее поверят!
Петька обиженно пожал плечами, но все-таки промолчал. Ничего не попишешь, Мелешин прав. Анонимный звонок от мальчишки могут принять за розыгрыш. Василий Константинович набрал номер, который Стас успел записать с телевизора, когда передавали сообщение о смерти неизвестной старушки. Абсолютно четко, без единого лишнего слова он сообщил, что видел позавчера старушку в Шереметьеве, когда встречал мадридский рейс. Она прибыла в Москву одна, ее встретил какой-то мужчина на машине марки «БМВ» с таким-то номером.
– Извините, не называю себя, ибо не хочу быть втянутым в милицейские процедуры, – закончил он и повесил трубку.
– Ну что? – выдохнул Петька.
– Да ничего. Приняли к сведению.
– Номер машины записали?
– Надо полагать.
– Интересно, а они сообщат потом: своей смертью она умерла или ее убили? – спросил Стас.
– Это вряд ли. Если ее убили, тогда, может, в какой-нибудь газете и просочится информация, а уж если своей смертью…
– Лучше бы все-таки она своей смертью померла, – заявил Петька.
– Разумеется, – поддержал Мелешин. – Ну, что, друзья, куда вас отвезти? Домой?
Стас и Петька переглянулись.
– Да, – сказал Стас, – если вам нетрудно.
– Василий Константинович, а как вы считаете, что нам делать с этим веером? – спросил Петька, уже сидя в машине.
– Пока оставьте у себя, а когда выяснится, у кого он украден, вернете! Что же еще тут можно предположить?
– Но ведь вполне вероятно, что мы никогда этого не узнаем, – заметил Петька, в бедовой голове которого уже начал созревать новый план.
– Вы? Не узнаете? – засмеялся Мелешин. – Быть такого не может! По-моему, вы всегда узнаете то, что хотите узнать.
– Почти всегда, – поправил его Петька. – Но ведь всякое бывает…
– Что ж, поживем – увидим, – заключил Мелешин.
Он довез ребят до Петькиного дома, и они простились. Едва Мелешин отъехал, Петька сказал:
– Стас, у меня идея!
– Стоящая?
– Думаю, да.
– Выкладывай!
– Пошли ко мне, не на улице же разговаривать!
– Тоже верно.
Они поднялись в квартиру.
– Что за идея? – нетерпеливо спросил Стас.
– Понимаешь, я хочу сделать один ход…
– Ну, говори же! Не тяни кота за хвост!
– Я сегодня наведаюсь к Алисе!
– Зачем?
– Узнать о здоровье и так далее… И заодно, чтобы развлечь бедняжку, расскажу ей, что мы нашли совершенно случайно потрясающий веер с драгоценными камнями…
– Ты сдурел, да?
– Почему? По-моему, очень даже остроумный ход! И я погляжу, как она отреагирует… Причем я скажу, что нас было много, а у кого именно этот веер, я ей говорить не стану!
– А если эта самая Алиса заодно с ворами? Кстати, я уверен, что так оно и есть.
– Да ты пойми, чудак, она же понятия не имеет, кто я такой и откуда! Меня же прислала ее соседка!
– Ерунду говоришь! Когда соседка скажет, что ты привез ей посылку из Краснодара, немедленно выяснится, что никакой посылки не было! А найти веер могли только в одном месте – в мусорке. И круг поисков катастрофически сузится. Тебя, может, и не найдут, а вот Хованский ваш может оказаться первой жертвой. Так что план твой, Петро, никуда не годится, ты уж меня извини.
Петька глубоко задумался.
– Да, может, ты и прав… – с неохотой признал он через некоторое время. – Но что же делать, а?
– Знаешь, Петро, мы ведь не украли этот веер, мы его нашли. Ну, не мы, а Хованский, но это неважно. Совесть у нас чиста, и потому мы должны временно о нем забыть. А пока… Давай попробуем раньше ментов выяснить, кто пришил старушку, зачем она пожаловала в наш дом и к кому.
– У тебя есть конкретные идеи?
– Есть, хоть и очень немудрящие.
– Ты предлагаешь поехать к тому дому и покрутиться там?
– Молодец, Петро! – похлопал его по плечу Стас. – Именно. Ведь старушка там остановилась.
– Но там же охрана…
– Петро, ты меня удивляешь! Чтобы тебя смутила какая-то охрана!
– А что, мне твоя идея нравится, такие внезапные озарения самые плодотворные. Поехали!
И они отправились в район Большой Бронной улицы, где в одном из переулков стоял «элитный» дом.
– Эх, плохо, что сейчас не лето, – вздохнул по дороге Петька.
– Ничего не имею против вечного лета! – засмеялся Стас.
– Нет, я серьезно… Летом везде во дворах старушки загорают, а это такой источник информации…
– Ничего, попробуем своими силами обойтись!
Однако двор при дневном свете производил какое-то безнадежное впечатление. Все три подъезда «элитного» дома охранялись. Перед домом стояло множество машин, а вот лавочек, где иной раз даже в плохую погоду дышат загазованным воздухом пожилые обитательницы домов, не было и в помине. Спрятаться негде.
– Да, тот еще двор, – проговорил Петька, – боюсь, мы тут ничегошеньки не узнаем. Придется придумать что-то другое… Пошли, не будем пока мозолить глаза охранникам.
И только они повернулись, чтобы покинуть негостеприимный двор, как кто-то крикнул:
– Стас! Стас!
Они оглянулись. К ним подбегала худенькая, долговязая девочка в очках.
– Милка! Откуда ты свалилась?
– Я тут живу! А вот ты откуда? Ой, сколько ж мы с тобой не виделись? Года полтора, да?
– Вроде того! А ты что, теперь в этом доме живешь?
– Ну да! Мама замуж вышла – и мы сюда перебрались!
«Неужели опять повезло?» – подумал Петька.
– Милка, вот, познакомься – это мой друг…
– Петр, – вежливо представился Петька.
– А я Мила! – и девочка подала Петьке руку.
«Она некрасивая, но славная», – подумал Петька.
– Ой, Стасик, как я рада! Слушай, а ты спешишь?
– Да нет, – ответил Стас.
– Тогда пошли к нам! Мама будет в восторге!
– Но я же с другом!
– Ну и что? Друга я тоже приглашаю! Пошли, пошли! Все нам расскажешь! Как твой папа?
– Папа женился.
– Что ты говоришь! Сколько перемен за полтора года!
И Милка повела их прямиком в тот подъезд, где тогда скрылась старуха, прилетевшая из Испании в Москву. Петьке стало ее жалко, хоть он понятия не имел о том, какую роль она играла в этой запутанной истории.
– Это со мной! – сказала Мила охранникам, указывая на ребят.
– А твой отчим дома? – осторожно осведомился Стас.
– Отчим? – засмеялась Милка. – Да я вижу его от силы один раз в неделю. Он работает в банке и вообще крутой воротила! А мама жутко обрадуется!
– Мы раньше жили в одном доме! – объяснил Стас в ответ на недоуменный Петькин взгляд.
– Ага! – кивнула Милка. – И я с первого класса была в него влюблена!
Она открыла ключом явно бронированную, тяжеленную дверь, потом – еще одну.
– Мама! Смотри, кто к нам пришел! – закричала Милка, едва переступив порог.
В громадную прихожую выглянула милая, еще молодая женщина, очень похожая на Милку, только в отличие от дочери красивая.
– Боже мой! Стасик! – воскликнула она и бросилась к нему. – Стасик! Какими судьбами?
– Представляешь, мама, я иду себе и вдруг гляжу – Стас! А это Петя, его друг!
– Очень рада, мальчики! Раздевайтесь, проходите! Ты молодчина, Милочка, что привела ребят! Ох, да ты совсем взрослый молодой человек, Стасик! Ты, наверное, уже школу кончаешь?
– Да, в этом году!
– Мам, а его папа тоже женился! – доложила Милка.
– Что значит тоже? – спросила ее мама.
– Ну, ты замуж вышла, и его папа женился!
Мама с дочкой провели ребят в роскошно обставленную гостиную.
– Садитесь, мальчики! Я сейчас чуть-чуть расспрошу Стасика, а потом приготовлю вам что-нибудь ужасно вкусное! Согласны?
Они уселись на невиданно громадный диван, обитый лиловой кожей. «Не слишком ли много лилового?» – подумал Петька, вспомнив о лиловом мешочке для мусора. А Милкина мама, которую звали Ириной Яковлевной, буквально впилась в Стаса.
– Ну, скажи, Стасик, на ком же Кирилл женился? Она красивая?
– Красивая.
– Она работает?
– Да! Она заместитель генерального директора одной телекомпании…
– Боже! Настоящая бизнесвумен?
– Да.
– А ты не против?
– Нет, почему… И потом, у меня появилась сводная сестра Даша!
– Ой, Стасик, я так хочу с ней познакомиться! – завопила Милка. – Ты нас познакомишь?
– Обязательно!
«Пока эта хаусвумен не уберется на кухню, – раздраженно подумал Петька, – ничего не удастся узнать. Хотя, если бы не встреча с Милкой, у нас даже надежды не было бы… А так надо просто набраться терпения и радоваться новому знакомству. Между прочим, и Милка, и ее мама – вполне симпатичные, и нечего срывать на них раздражение», – уговаривал себя Петька.
Наконец, удовлетворив свое любопытство, Ирина Яковлевна удалилась на кухню. «Как бы так незаметно свернуть разговор на покойную старушку?» – думал Петька. Та же мысль вертелась и в голове у Стаса.
– А у вас роскошный дом! – начал он. – Тут всякая знать живет?
– Ага! Раньше это был дом ЦК, а теперь тут разные люди живут. И банкиры, и коммерсанты, и из правительства…
– Машины внизу клевые, – пришел на помощь Стасу Петька. – Даже «Линкольн» есть! Но мне лично больше всех машин «БМВ» нравится.
– Да? У моего отчима как раз «БМВ». Он тоже любит эту марку.
– Какого цвета?
– Черный!
И вдруг у Петьки оборвалось сердце. Неужели… Он вспомнил внешность хозяина «БМВ». Типичный банковский деятель. Только без охраны. Но что-то не похоже, что в доме кто-то умер. Но, может, они еще не в курсе? Стасу пока ничего такого в голову не приходило, и он вполне непринужденно болтал с Милкой о разных разностях, предоставляя Петьке возможность вклиниваться иногда со своими вопросами. Но Петька замер от предчувствий.
– Слушай, Мил, – перебил он вдруг разговор. – А где у вас тут… ну, куда прогуляться можно?
– Туалет? – сообразила Милка. – Пойдем, покажу. У нас их два!
– Покажи один, два мне ни к чему.
Петька пошел за ней.
– Да у вас тут заблудиться можно!
– Если на обратном пути заблудишься, кричи «ау»!
– Обязательно!
Выйдя из туалета, он не стал ничего кричать, а на цыпочках подошел к одной из дверей и легонько ее толкнул. Это явно была спальня хозяев. Он толкнул еще одну дверь и чуть не вскрикнул. Первое, что бросилось ему в глаза, – два знакомых чемодана, стоявших у стены. Да! Вот это игра случая! Ошизеть можно. Как бы дать понять Стасу, куда они попали. Он, похоже, еще не врубился.
Едва Петька вернулся в гостиную, как Ирина Яковлевна позвала Милку на помощь. Мальчики остались одни.
– Стас, – едва слышно прошептал Петька. – Это та самая квартира!
– Какая та самая? – не понял Стас.
– Куда старуха приехала, я ее чемоданы видел!
– Петь, ты что?
– Ничего! У них «БМВ», черный!
– Ну и что? Мало ли сейчас в Москве черных «БМВ»?
– А чемоданы? Я их сразу узнал!
– Где ты их видел?
– В одной из комнат.
– Петь, но так не бывает!
– Все бывает, Стасик!
– Но они ведут себя как ни в чем не бывало!
– Они просто еще не знают…
– Как они могут не знать, если она пропала?
– Мальчики, – раздался голос Ирины Яковлевны, – вы не обидитесь, если я приму вас на кухне? Если честно, мне просто лень таскать все в комнату!
– Ну что вы… – смутился Стас.
– Тогда идемте! Как хорошо, что мы снова встретились… Столько перемен, могли вообще никогда в этой жизни не увидеться… Обязательно передай папе самый нежный привет!
– Мама, он же еще не уходит! – засмеялась Милка.
Кухня была очень просторной и оборудованной по последнему слову техники. Круглый стеклянный стол был красиво сервирован. И умопомрачительно вкусно пахло. Они уселись за стол.
– Ешьте, мальчики, не стесняйтесь! Петя, тебе положить вот этот салат?
– Да, спасибо.
– А я вот ломаю голову: ты, Петя, ведь помоложе Стаса, я не ошибаюсь?
– Нет, не ошибаетесь, – улыбнулся Стас. – Петро учится в одном классе с Дашей, и мы вместе дружим!
– Ой, а примите меня в свою компанию! – закричала Милка.
Стас и Петька промолчали. Что на это скажешь? В компанию не принимают просто по первой просьбе.
На столе стоял какой-то странной формы кувшин. Желтое стекло было оклеено резной тончайшей кожей, крышечка была деревянная, а прозрачный носик прикрыт колпачком на цепочке.
– Какая странная штука! – сказал Петька. – Что это?
– О! Это всего лишь оливковое масло! Из Испании!
– Что, так прямо продается? – полюбопытствовал Петька.
– Я не знаю, – ответила Ирина Яковлевна, – это нам привезла родственница мужа со своих плантаций. Масло и впрямь потрясающее.
– Со своих плантаций? – поперхнулся Петька.
– Да, у нее там оливковые рощи и маслодавильни свои, – кажется, это так называется?
– Значит, она плантаторша? – уточнил Петька.
– А черт ее знает, плантаторша или не плантаторша, но довольно-таки богатая старуха.
Петька под столом пхнул Стаса ногой. Да, теперь уже и Стас поверил, что в этой жизни бывает всякое.
– Интересно было бы взглянуть на живую плантаторшу, – сказал он.
– Думаю, у вас еще будет такая возможность, – улыбнулась Ирина Яковлевна. – Она остановилась у нас, но вчера уехала к своей сестре и пока не вернулась. Ну да Бог с ней! Стасик, а вот скажи…
И она перевела разговор. Видимо, Ирина Яковлевна не была в восторге от родственницы мужа.
«К сестре? – подумал Петька. – Значит, в пятом подъезде Лавриного дома живет сестра этой старухи. Узнать бы, в какой квартире она живет, многое могло бы проясниться». Петька почувствовал, что ключ ко всей истории – умершая или убитая старуха. Но опять возвращаться к этой теме нельзя, это может вызвать подозрения. И тут же его посетила одна совсем не дурная мысль… Надо только улучить момент и остаться наедине со Стасом. Но это будет еще не скоро, судя по всему. И он попытался передать свою мысль Стасу телепатически.
– Слушай, Милка, – начал вдруг Стас, – приходи к нам завтра! Я тебя познакомлю с сестрой, да и вообще посмотришь, как мы живем…
«Удалось!» – пришел в восторг Петька. Именно эту мысль он внушал Стасу.
– А вы далеко живете? – поинтересовалась Ирина Яковлевна.
– Да нет, недалеко! – И Стас назвал адрес.
– Что ты говоришь? Неужели? Но в этом доме живет и сестра нашей плантаторши! Подумать только, какое совпадение!
– Да, а в какой квартире? – с невинным видом поинтересовался Стас.
– Понятия не имею, – ответила Ирина Яковлевна. – Я просто слышала, как муж говорил адрес дома кому-то, помню, что пятый подъезд, а номер квартиры… Нет, не знаю.
Стас уже собрался спросить фамилию сестры, но тут зазвонил телефон. Ирина Яковлевна взяла трубку и вышла из кухни. Через десять минут она вернулась бледная-пребледная.
– Мама, что случилось? – встревожилась Милка.
– Милочка, несчастье… Плантаторша… она умерла!
– Как умерла?
– Звонил Ростислав… Ее нашли мертвой на Тверском бульваре… Без документов… Какой кошмар! Боже мой, Ростик просто в ужасе! Да сейчас такое начнется…
– А он откуда узнал?
– Говорит: ему позвонили из милиции… Господи, вот несчастье так несчастье…
Стас и Петька сидели, едва дыша. Они понимали, что сейчас надо подняться и уйти, но… это было выше их сил.
– Мальчики, извините, – начала Ирина Яковлевна.
И тут Стас вскочил.
– Нет, это вы извините нас! Мы пойдем!
– Боюсь, что завтра у нас ничего не выйдет, – чуть не плача, сказала Милка. – Но я теперь знаю твой телефон, я обязательно позвоню!
– Ирина Яковлевна, может, вам нужна какая-то помощь? – спохватился Стас.
– Нет, Стасик, я не знаю… Я так растерялась… Что теперь будет… Но вы идите, не беспокойтесь, муж все устроит…
Стас и Петька оделись, смущенно потоптались в прихожей, выражая соболезнования, и наконец распрощались с гостеприимными хозяйками.
– Да, история… – проговорил Петька, когда они вышли на улицу. – Как ты думаешь, Стас, отчим этой Милки тут не замешан? – Почем я знаю? Но скорее всего, нет. А вот тот тип на «копейке»… Он очень подозрительный! Очень! Зачем, спрашивается, он приезжал в Шереметьево? Похоже, просто убедиться, что старуха прилетела. И тут же смылся. Теперь, кстати, понятно, почему они не стали искать в мусорке веер. Не до того было!
– Постой, постой, Стас! Но ведь нам никто не сказал, что ее убили! – охладил его пыл Петька. – Так что тот тип, может, и ни при чем, хотя… Эх, узнать бы, своей она смертью померла или нет…
– И что тогда было бы?
– Стас, пойми, тип на «копейке» каким-то образом связан с пятым подъездом, и Алиса оттуда что-то вынесла… Там какое-то гнездо… Но ты подумай, мы никак не можем выяснить, в какой это квартире происходит! Просто чушь какая-то… Нет, это надо поломать. Я не я буду, если сегодня же не выясню, что это за таинственная квартира.
– Как ты собираешься это выяснить?
– Методом исключения!
– То есть?
– Возьму Хованщину, и мы пойдем с ним по этажам. Он покажет мне все квартиры, хозяев которых он знает. Может, что-то подвернется… А если мы исключим из списка подозреваемых хотя бы десяток квартир, нам уже будет гораздо легче. Ты согласен?
– Пожалуй! Хотя это чересчур сложно.
– Погоди, у меня вот еще какая мысль мелькнула. Сестра этой старухи тоже должна быть старухой!
– Логично!
– Значит, спросим Хованщину, где живут старухи. И, предположительно, богатые!
– Мудро, Петя!
– А еще у богатой старухи должна быть очень мощная дверь. Так вот, по сумме всех этих данных я попытаюсь вычислить нужную квартиру.
– Допустим! А что дальше?
– Ну, Стас, это детский вопрос. Установим слежку за квартирой…
– Боюсь, что это не удастся.
– Почему?
– Потому что после звонка Мелешина милиция не пройдет мимо этой квартиры.
– Но они же просто наведаются к сестре, чтобы узнать там всякие подробности: когда пришла, когда ушла – и все такое… А про систему с мусоропроводом они ничего не знают! И быстро отвалят!
– Черт, мы все время говорим так, будто ее и впрямь убили… – сообразил Стас.
– Думаю, это неспроста, – зловещим голосом проговорил Петька. – Слушай, а тетя Витя к Алисе больше не собирается?
– Почему, собирается! Сегодня вечером хотела проведать…
– Надо, чтобы она как-то ненароком поинтересовалась, что же такое тогда вынесла из дому Алиса и в какую именно квартиру она ходит.
– А ты не много ли хочешь? – засмеялся Стас.
– Хотеть не вредно!
Петька первым делом позвонил Хованскому:
– Привет, Кирюха! Какие новости?
– Плохие! – мрачно отозвался Кирилл.
– То есть?
– Меня спасло только чудо!
– Спасло? От чего?
– От кого! От мамы!
– Ничего не понимаю!
– Мама только чудом не нашла у меня эту проклятую штукенцию! Я уж думал: хана, представляешь, что было бы, если б она на нее наткнулась! Она искала у меня в столе конверт. И я уж думал: каюк – но тут ее к телефону позвали… И, конечно, перепрятал… Знал бы ты, как мне уже обрыд этот веер! Петь, что делать-то?
– Я тебе как раз насчет этого звоню. Ты один дома?
– Конечно. Мои на работе.
– Тогда я сейчас к тебе приду! Надо кое-что обмозговать.
– Жду!
Вскоре Петька уже рассказывал Кириллу о событиях сегодняшнего дня.
– Ну и ну! – поражался тот. – Вот это совпадение! Значит, та старуха в шубе померла… Знаешь, а мне твоя идея пройти по этажам очень нравится! Пошли, не будем терять время!
Они поднялись на лифте на последний этаж. Петька держал в руках блокнотик и ручку.
– Так, – начал Кирилл, – вот тут живет знаменитый футбольный судья Лагутин. У него жена и девчонки-близняшки.
– Вычеркиваем, – решительно сказал Петька.
– Вот тут – Матильда Наумовна, моя училка по-английскому. Живет одна. Сразу вычеркивай!
– Да, – сказал Петька.
– Вот тут…
Пройдя четыре этажа, Петька подумал: «Кажется, так ничего не добьешься». Многие двери были укреплены, обиты кожей, под которой скрывалось стальное полотно, но ничего из ряда вон выходящего не было. Да и Кирилл знал далеко не всех жильцов.
На третьем этаже из вполне обычной двери вышла немолодая женщина в байковом халате, с пластмассовой гребенкой в волосах и спустилась к мусоропроводу. Однако никаких лиловых мешков они не заметили. В руках у нее было обычное зеленое пластмассовое ведро. Она смерила ребят сердитым взглядом и, вытряхнув ведро, пошла обратно.
– А это кто? – шепотом спросил Петька.
– Не знаю. Первый раз вижу! Сейчас жильцы часто меняются. Народ улучшает жилищные условия!
– Да, это точно.
– Петь, по-моему, это безнадега, а?
– Боюсь, что ты прав… Чертовщина какая-то… Чтобы в одном подъезде мы никак не могли обнаружить квартиру… А ты с мамой говорил?
– С мамой? Нет, что ты!
– Почему?
– Ты мою маму не знаешь! Она сразу все просечет!
Петька был в отчаянии. Сколько всяких остроумных планов они строили, и все насмарку! Или он отупел? Может, он, как говорится, уже «выработал свой ресурс»? Вчера его папа так сказал о ком-то из своих сослуживцев. Видимо, так и есть. Дурак набитый, хвастун и задавака! Еще называл себя Петром Великим! Тупица чертов. Или просто удача от него отвернулась? Ведь, если судить по справедливости, многие его успехи объяснялись простым везением. Такой вариант понравился ему куда больше, чем «выработанный ресурс». Отвернулась удача? Ничего, она еще повернется к нему лицом…
– Квитко, что с тобой? Ты чего?
– Ничего, – встряхнулся Петька и глянул в лестничное окно. Кровь бросилась ему в голову. Нет, удача от него не отвернулась! Во двор въезжал знакомый черный «БМВ»!
– Хованщина, внимание! – скомандовал он. – Этот мужик сейчас пойдет в нужную нам квартиру!
– Что делать? – быстро спросил Хованский.
– Бежим вниз и поднимемся с ним на лифте! Если спросит, какой этаж, скажи – последний!
Но Кирилл уже несся вниз через три ступеньки. И первым оказался у лифта. Петька тоже успел спуститься, надвинув кепку на глаза. И тут вошел долгожданный Ростик. Петька сразу же вызвал лифт. Вежливо пропустил Ростика вперед.
– Вам какой? – спросил он.
– Третий! – ответил мужчина.
Петька нажал кнопку третьего этажа. Когда лифт остановился, он сказал:
– Ну пока, Кирюха! – и вышел вслед за Ростиком.
Тот был настолько занят своими мыслями, что вовсе не обратил внимания на каких-то мальчишек и с огорченным видом позвонил в ту самую квартиру, откуда выходила пожилая женщина в байковом халате. Петька остановился у двери напротив и притворился, будто ищет в кармане ключи. Впрочем, все его маневры были излишни. Мужчина и не глядел в его сторону.
Очевидно, в той квартире спросили, кто пришел.
– Ростислав! – ответил он.
Там долго возились с замками и наконец открыли. Ростислав вошел, и дверь захлопнулась. Опять было слышно, как тщательно запирают двери.
– Это уже кое-что! – раздался голос за его спиной.
От неожиданности Петька вздрогнул. Это был Хованский. Они спустились во двор.
– Неужели та тетка – сестра плантаторши? – недоуменно проговорил Петька. – Ну просто ничего общего! Вот что, Хованщина, теперь мы знаем номер квартиры, постарайся выяснить, кто там живет. Теперь это куда проще узнать. Можно хоть у дворника спросить…
– Да я и сам об этом подумал. Только не идти же мне к нему домой с таким вопросом!
– Нет, конечно, увидишь – спроси! А сейчас идем к Лавре!
– Зачем?
– Как зачем? Как зачем? Надо же их ввести в курс дела! И потом, у меня родились еще две идеи!
– Сразу две?
– Вот именно! Как будто плотину прорвало!
– А нас не затопит? – усмехнулся Кирилл.
– Не боись, Хованщина! Прорвемся, удача на нашей стороне!
– Петька! Кирилл!
К ним подбегал Стас.
– Вы видели? – он глазами указал им на «БМВ».
– Спокуха, Стасик! Мы узнали номер квартиры! Сто сорок два! Третий этаж!
– А я выглянул в окно и ахнул…
– А мы как раз к вам собирались.
– Пошли, тетя Витя пирожки с картошкой сделала. Вкусные!
– Печеные или жареные? – деловито осведомился Хованский.
– А тебе не все равно? – удивился Петька.
– Конечно, нет.
– Жареные! – успокоил его Стас.
Они поднялись к ним на седьмой этаж.
– Надо же, жареные пирожки, и никакого чада! – восхитился Хованский. – Моя мама никогда их не делает, говорит, чадить неохота.
– Наверное, тетя Витя знает какой-то секрет, – предположил Стас.
– Петька! Тебя Круз искал! – встретила его Даша. – Его родители до конца каникул в Киев отправляют, к родственникам. Он рвет и мечет.
Пока Петька разговаривал с Игорем, Кирилл со Стасом все рассказали Даше.
– Я, кажется, знаю тетку, которую вы видели. Она седая, стриженая, а в волосах гребенка?
– Точно!
– Она месяца два назад поскользнулась возле магазина, я ей помогла встать и до дому дойти. Она очень неприятная. А еще у нее тогда в сумке яйца переколошматились, а я не заметила, и, пока вела ее, они мне сапог залили.
– Да, такое не забывается, – усмехнулся Стас.
– Только я вам вот что скажу – не может она быть сестрой той старухи!
– Почему?
– По определению! Та такая аристократка, насколько я понимаю? Да? А эта просто обычная полуграмотная тетка.
– Ну, милая, это ты ерунду говоришь, – перебил ее Стас. – Одна выросла, допустим, где-то за границей, а другая – тут, и неизвестно еще, какая судьба у нее была.
– Нет, Лавря права, – поддержал ее Петька, – у них, как это говорится, кость совсем разная. Я-то их обеих видел! Надо узнать, нет ли там еще одной старухи. Теперь, когда мы знаем квартиру, можно будет что-нибудь придумать, чтобы к ним проникнуть, хотя бы в прихожую.
– Это можно, – сказал Хованский. – Подкараулим, когда она в магазин пойдет, и позвоним в квартиру. Поглядим тогда, откроет ли нам кто-нибудь.
– Ребятки, идите на кухню, угощу бульоном с пирожками! – радушно пригласила тетя Витя.
Пирожки просто таяли во рту.
– А я нынче собираюсь Алису навестить, – сказала тетя Витя.
– Я пойду с вами! – заявил Петька.
– Это зачем?
– На всякий случай! – ответил Петька и подумал: «Одну старушку уже кокнули – хватит».
Стас без слов понял его и кивнул. А сам решил пойти тайком.
– Виталия Андреевна, – осторожно начал Петька, – а у вас случайно не сохранился номер телефона, по которому вас просила позвонить Алиса?
– Ты меня недооцениваешь, Петя! Разумеется, сохранился.
– Что же вы молчали?
– А меня никто не спрашивал. Я его себе в книжечку переписала – на всякий случай. Только тебе-то он зачем?
– Да пока без надобности. Но надобность может возникнуть в любой момент, – таинственно проговорил Петька.
– Вот что, дорогие мои, не надо из меня делать дуру! Думаете, я не знаю, что ту иностранную старуху нашли мертвой? И вы теперь решили – одну старуху укокошили, поэтому мы будем тайно и явно охранять другую! Это очень мило с вашей стороны, но я и сама могу за себя постоять!
Они сидели красные от смущения.
– Тетя Витечка, черт с ней, с Алисой! Не ходите вы к ней! – взмолилась Даша. – Не надо, пожалуйста!
– Но что она мне сделает?
– Она – ничего! А вот ее дружок…
– Погодите, погодите, разве уже известно, что ее именно убили?
– Нет, пока неизвестно… – отозвался Стас.
– Стас, у меня есть идея… – начал Петька.
– У тебя вроде их было две? – напомнил Хованский.
– Одна – это насчет телефона, мы уже все выяснили, а вот вторая… Ты сегодня вечером позвони этой своей Милке…
– Я не могу! С чего я ей позвоню? Скажу, Милка, вашу гостью пришили или она сама коньки отбросила? Так? – рассердился Стас.
– Стасик! Что ты говоришь? – ужаснулась тетя Витя.
Петька переждал, пока они выплеснут свои эмоции, потом спросил:
– Я похож на идиота? На ненормального хама? Так вот, ты позвонишь туда и скажешь ее маме, что приглашаешь Милку на завтра на весь день к вам, потому что у них в доме такая атмосфера, и так далее, и тому подобное. Ты проявишь редкую чуткость, за что тебя еще больше будут в этом доме обожать. Во-первых, девчонке там и вправду не очень приятно будет, во-вторых, мы уж точно узнаем, как умерла эта плантаторша, а в-третьих, может, нам удастся узнать многое другое, и в-четвертых, не исключено, что мы сведем знакомство с Ростиком, что в данной ситуации совсем невредно.
Все потрясенно молчали.
– Петя, ты совершенно прав! – воскликнула наконец тетя Витя. – Девочке и в самом деле будет лучше у нас!
– Но у них, наверное, есть какие-то родственники, – предположил Хованский.
– Родственники, может, и есть, но она по уши влюблена в Стаса, – сказал Петька, – и предпочтет поехать к вам, чем к каким-то дурацким родственникам.
– Петро, а ведь это идея! И какая! – закричал Стас. – Извини, старик, я был несправедлив!
– То-то же! – торжествовал Петька.
– А может, не надо ждать вечера, а? Позвоню прямо сейчас! – воодушевился Стас. – Тем более этого Ростислава дома нет.
– Звони! – кивнул Петька.
– А хорошо ли пользоваться чужим горем… – задумчиво проговорила Даша. – Я не уверена!
– Да нет там никакого горя! Они просто подавлены – еще бы, к ним гостья из Испании приехала… и вдруг умерла. А так… Они же ее раньше в глаза не видели. Может, Ростик и чувствует горе, но мы же не к нему обращаемся, и потом, Милке этой до ужаса охота у вас побывать, с тобой, Лавря, познакомиться, и вообще.
– Дашенька, я понимаю твои сомнения, – ласково погладила ее по голове тетя Витя, – но Петя прав… И потом, это же не из пустого любопытства, это ради дела…
– Ладно, убедили, – улыбнулась Даша. – Вообще-то она и сегодня может приехать и переночевать у нас…
– Хорошо, я звоню! Только пойду к себе, мне на публике труднее…
И он ушел. Прошло минут пятнадцать, прежде чем Стас вернулся на кухню.
– Предложение принято с восторгом и благодарностью.
– Отлично! Когда она приезжает? – поинтересовалась Даша.
– Завтра утром. Ее привезут часам к десяти.
– Класс! Я тоже приду! – заявил Петька.
– Конечно, приходи!
– Ребятки, вы только ничего не рассказывайте девочке о ваших детективных историях, – предупредила тетя Витя. – Иначе она любой ваш вопрос может встретить в штыки.
– Правильно, Виталия Андреевна! – воскликнул Кирилл. – Даже мне сначала было как-то неуютно от всего этого…
Тетя Витя глянула на часы.
– Пожалуй, мне пора!
– Тетя Витя, не надо! – опять взмолилась Дашка.
– Да бросьте вы! Я пойду. И не из-за ваших дел, а просто мне ее жалко! Валяется там, может, и воды подать некому…
– Хорошо, – сказал Стас, – но мы с Петькой тоже пойдем. Просто проводим вас туда и обратно.
– Ну что с вами сделаешь! – сдалась тетя Витя.
– Мне тоже пора, – поднялся Хованский. – Скоро мама вернется. А пока я попробую все же хоть что-то разузнать.
– Оставляете меня одну? Ладно, я сейчас Ольке звякну, ее тоже надо просветить.
До института Склифосовского они добрались вместе, но в здание тетя Витя вошла одна. Ребята осмотрели все стоянки поблизости от хирургического отделения, но знакомой «копейки» не обнаружили. Они долго ходили кругами, но тети Вити все не было. Прошло не меньше часа. Они замерзли, устали, а потому вдруг разнервничались.
– Стас, мне это не нравится! Сколько можно торчать у совершенно чужого человека?
– Что ты предлагаешь? Пойти за ней? А если мы разминемся?
– Может, я один смотаюсь наверх, а ты здесь подождешь?
– Нет уж, если эта дамочка тебя увидит, она может слишком удивиться. Они, скорее всего, просто заболтались. Тары-бары-растабары, ах, любовь, ах, ревность, ах, эти ужасные мужчины! И все в таком духе. Их же хлебом не корми, дай поболтать на эти темы. И тетя Витя – не исключение!
– Вообще-то да, – понуро согласился Петька.
Тетя Витя появилась еще через четверть часа.
– Ой, мальчики, милые, простите меня, мы с Алисой так заболтались… Она, бедненькая, уж истомилась там, в палате все только о своих болячках говорят… Она так мне обрадовалась! А вы совсем, я гляжу, продрогли! Давайте-ка такси поймаем, тут рядышком, рублей за десять довезут.
Машину они поймали мгновенно.
– Вот и хорошо, – сказала тетя Витя. – А я, мальчики, все-таки не зря сходила. И для вас кое-что разузнала!
– Виталия Андреевна, а когда ее выпишут? – спросил Петька, чтобы не дать ей говорить о новостях при шофере.
– Говорят, что через недельку.
Они быстро добрались до дома.
– Петя, пошли к нам, – сказала тетя Витя. – Я вам все расскажу!
Петька взглянул на часы. Восемь. Детское время.
Дома они застали Дашу и Олю.
– Сейчас поужинаем, – проговорила тетя Витя.
– Нет, прошу вас, Виталия Андреевна! – взмолился Петька. – Это будет очень долго, родители обидятся, что я опять где-то ужинал… Расскажите все вкратце, и я побегу!
– Так и быть, – улыбнулась тетя Витя. – Уж не знаю, похвалите вы меня или будете ругать, только я кое-что сделала без вашего ведома. Захотите – воспользуетесь, а на нет – и суда нет.
– Тетя Витя! – испуганно воскликнул Стас. – Что вы такое удумали?
– А я в ходе разговора спросила, не порекомендует ли она мне хорошего реставратора, который бы не очень дорого брал…
Все с интересом уставились на тетю Витю.
– И что? – вырвалось у Петьки.
– А то, что она порекомендовала мне своего приятеля, с которым вместе снимает мастерскую! И дала адрес и телефон! Кстати, совсем не тот, по которому я тогда звонила. Зовут напарника Максимом. И если вы согласитесь, я могу завтра же к нему наведаться…
– А с чем? Что вы собираетесь реставрировать? – удивленно осведомилась Даша.
– Это не проблема! – заявил Стас. – У нас есть несколько старых картин, отец давно говорил, что их надо отреставрировать…
– Но зачем все это? – недоуменно спросила Оля. – Что вы хотите выяснить?
– Как ты не понимаешь! – закричал Петька. – Во-первых, мы проникнем в это логово…
– Если это логово, – резонно заметил Стас.
– Во-вторых, посмотрим на этого Максима: а вдруг это тот тип, на «копейке»? А вообще-то… – Петька на минутку задумался. – А вообще-то это еще надо как следует обдумать. Завтра у нас на повестке дня – Милка. Главное – расспросить ее. Может, и вообще не придется никуда ходить. И вы тоже все обдумайте, а завтра мы решим этот вопрос. Виталия Андреевна, есть еще что-нибудь важное?
– Да, пожалуй, нет.
– Тогда я побегу, а подробности вы мне завтра расскажете, ладно?
– Ладно, Петечка, беги!
И он унесся.
Тетя Витя занялась ужином, Даша взялась ей помогать, а Оля со Стасом стали разгадывать кроссворд. Вскоре явилась Александра Павловна, усталая и голодная.
В десять часов Стас пошел провожать Олю. Тетя Витя и Александра Павловна дремали у телевизора, а Даша ушла к себе и позвонила Денису.
– Привет! – обрадовался он. – Ну, есть новости?
– Еще какие!
И Даша рассказала ему все, что случилось за два дня.
– Ну ничего себе! У вас столько событий, а я…
– Денисик, не обижайся! Я как раз звоню тебе, хочу попросить кое о чем…
– Все, что угодно!
– Понимаешь, я уверена, что Петька завтра с утра попрется в эту мастерскую.
– Но он же сам предложил хорошенько все обдумать!
– Денис, ты что, Петьку не знаешь? Он попросту усыплял нашу бдительность. А ему нельзя одному туда лезть. Круз уехал в Киев. Вот я и решила попросить тебя. Может, ты его подстрахуешь?
– Нет вопросов! Но где она находится, эта мастерская?
– У Павелецкого вокзала.
– Но как мне быть? Позвонить ему и предложить помощь или ждать его уже там? Поставить перед свершившимся фактом?
– Это было бы лучше. Хотя мы же не знаем, когда он туда поедет.
– Ну, это-то я как раз знаю! – засмеялся Денис. – У Петьки любимое время – восемь утра. Думаю, если я туда приеду к восьми – не ошибусь! А то он ведь может отказаться от помощи!
– Запросто. Денисик, ты настоящий друг! Слушай, а почему твой брат тебя никуда на каникулы не повез?
– Ему некогда, у него в издательстве какие-то сложности.
– Понятно.
Они еще поболтали о том о сем, а потом Денис сказал, что пойдет спать – ведь завтра надо подняться очень рано.
Даша и Денис действительно знали Петьку как облупленного. Он и впрямь поднялся в семь часов и в пять минут девятого уже выходил из метро «Павелецкая».
– Привет, старик! – хлопнул его кто-то по плечу.
Он вздрогнул от неожиданности и обернулся.
– Денис? Ты что тут делаешь?
– Гуляю!
– Что ты брешешь, ты же живешь далеко отсюда!
– Живу далеко, а гуляю близко! А ты куда намылился?
– Да так, по одному делу… Слушай, ты спешишь?
– Я? Нет, я же сказал – гуляю!
– Пошли со мной, а?
– Пошли, но куда?
– Тут неподалеку… Есть одно дело…
– Важное?
– А черт его знает. Просто надо кое в чем удостовериться.
– Это все насчет шпионских дел?
– Что ты! Шпионами там, кажется, и не пахнет!
– Расскажи, я за эти дни от вас отстал!
Петька быстро сообщил ему то, что он уже знал от Даши.
– Послушай, но ты же говорил, что этот самый тип плохо относится к нашему брату…
– Для начала надо выяснить, тот ли это тип!
– И как ты собираешься выяснять?
– Ну, для начала я погляжу, не стоит ли у дома его «копейка».
– Если она стоит, то это еще, может, что-то значит, а вот если нет…
– Ну, тогда что-нибудь само придумается, – беспечно заявил Петька. – Правда, меня он уже знает в лицо…
– Это не проблема. Меня-то он не знает. Я могу подняться и позвонить в квартиру. Хотя тут есть одно затруднение – я его в лицо не знаю.
– Ничего, я тебе его опишу! – воодушевился Петька. – Или я просто поднимусь вместе с тобой и спрячусь. Если он откроет дверь, мне достаточно будет даже его голос услышать… Ух ты! – вырвалось у Петьки, и он, схватив Дениса за руку, толкнул его за газетный киоск.
– Что? – одними губами спросил Денис.
– Он! И она! Вот это номер!
Из подворотни вышел Петькин недоброжелатель с большим чемоданом в одной руке и корзиной – в другой. А за ним семенила та самая женщина, которую они с Кириллом видели у мусоропровода. Предчувствие удачи жаром обдало Петьку. Мужчина поставил вещи на край тротуара, ступил на проезжую часть и поднял руку. «Ловит такси, – решил Петька, – а где же его «копейка»?»
– Денис, – едва слышно зашептал он на ухо другу, – покрутись поближе к ним и послушай, куда они едут!
Денис кивнул и вышел из-за киоска. Тоже подошел к краю тротуара и замер с видом полного идиота. Мужчина смерил его подозрительным взглядом, но тут же успокоился. Рыжий парнишка производил впечатление дебила. Денис вытаращил глаза, смотрел в одну точку, нелепо размахивал одной рукой и для колорита еще немножко пускал слюни. Петька, поняв его замысел, чуть не помер со смеху. «Ай да Денис, я от него не ожидал!»
Между тем к мужчине подъехала «Волга». Шофер приспустил стекло.
– Куда ехать?
– На Белорусский вокзал!
Шофер покачал головой и уехал. А Денис с таким же идиотским видом ухмыльнулся и пошел. Зайдя за газетный киоск, он шепнул Петьке:
– На Белорусский вокзал!
– Едем!
– Куда?
– На Белорусский, куда же еще!
Они бросились в метро.
– Ну как тебе мой дебил?
– Отпадно!
– Только я теперь выбыл из игры. Он меня узнает!
– Давай куртками поменяемся, и в жизни он тебя не узнает, если ты слюни пускать не будешь!
– Это идея! Надеюсь, мы приедем туда раньше них! А кто эта баба?
Петька объяснил ему.
– Интересно, куда он ее везет?
– Надеюсь, узнаем!
Прежде чем выйти из метро на «Белорусской», они действительно поменялись куртками. Петька порылся в кармане брюк и вытащил оттуда черную аптечную резинку.
– На вот, стяни волосы в хвост!
У Дениса была хорошая шевелюра, но хвост получился малюсенький.
– Неважно, – махнул рукой Петька и отдал ему свою кепку. – Теперь он тебя ни за что не узнает!
– Как думаешь, Петь, они на электричку или на дальнего следования?
– Судя по вещам – вряд ли на электричку.
На всякий случай они заняли позицию с тем, чтобы видеть подъезжающие к вокзалу такси. Прошло минут пять, и вот к тротуару подкатил старый «Москвич». Оттуда выскочил давешний мужчина и почти силком вытащил пожилую женщину. Чувствовалось, что он пребывает в крайнем раздражении. Выхватил из багажника вещи, поставил их рядом с женщиной и сказал:
– Стой здесь, я сейчас!
– Максим, ты куда?
– За билетами!
Чувствовалось, что женщине очень неуютно стоять с вещами на краю тротуара. Она попыталась поднять чемодан и корзину, но, видно, не смогла.
– Бабуся, помочь? – подкатился к ней Петька.
– Помоги, милый, помоги в сторонку отойтить! Я тебе денежку дам.
Петька подхватил ее вещи. Они оказались тяжеленными. Он оттащил их поближе к зданию вокзала.
– На вот, возьми! – она сунула ему двухрублевую монетку. – Уж не взыщи, я женщина бедная.
– А далеко ли собралась, бабуся?
– Далеко – не близко, – ответила старуха, и вдруг Петька поймал на себе ее цепкий взгляд. – Постой, а я вроде тебя знаю… – начала она.
Но Петька подбросил вверх полученную от нее монетку, поймал и нагло ухмыльнулся.
– Обознатушки! – крикнул он и скрылся из вида.
– Ты чего к ней полез? – напустился на него Денис, когда они сошлись за углом. – Она тебя узнала?
– Узнала, черт бы ее побрал! Я думал, она скажет, куда едет!
– Ага, скажет она, как же!
– Денис, а может, нам двинуть за ней, а?
– Это куда? В Минск, например?
– Почему ты решил, что она едет в Минск? А может, в Перхушково?
– Может, и в Перхушково, только нам туда соваться незачем. На фиг нам сдалась какая-то мерзкая, злобная старуха? Нам бы за этим Максимом угнаться.
– Тоже верно. Вот только у меня впечатление, что старуха дает деру!
– От кого?
– А я знаю? Может, даже и от милиции!
Тут они увидели, что Максим схватил старухины вещи и направился в здание вокзала. Старуха едва поспевала за Максимом. Друзья на почтительном расстоянии следовали за ними. Они вышли на платформу, откуда уходили поезда дальнего следования.
– Денис, вот бы тебе подсуетиться к тому моменту, когда проводник будет у них билеты проверять.
– Попробую.
Денис вытащил из-под куртки шарф и замотал им пол-лица. Трудно угадать в этом веселом юноше давешнего дебила, особенно если он стоит спиной. Между тем Максим и старуха прошли уже далеко вперед по перрону. И остановились у еще запертого вагона поезда Москва – Брест.
– Петь, ты дальше не ходи! – распорядился Денис и быстро пошел вперед. Проходя мимо старухи с Максимом, он услышал, что они ругаются. Остановился поодаль, но ветер доносил до него их слова.
– Максимушка, ты уж меня совсем умотал!
– Я – тебя? Да если бы не ты, старая дура, все было бы нормально. Ишь, прошлое вспомнила, кикимора!
– А ты не больно-то заносись, ты, милой, у меня в руках!
– Это я у тебя в руках? – почти заорал Максим. – Чертова перечница! Да одно мое слово…
– Одно твое слово – твой приговор!
Она произнесла это таким тоном, что Денис содрогнулся. Но в этот момент проводница открыла вагон и спрыгнула на платформу.
– Ваши билетики, граждане!
Денис повернулся и увидел, что Максим подал проводнице два билета.
– Вот, прошу вас! – с изысканной вежливостью сказал он.
– Проходите, третье купе!
И она помогла старухе войти в вагон. Максим нес за нею вещи.
Итак, они уезжают вместе. Ждать больше нечего. Денис во всю прыть понесся по перрону к Петьке.
– Ну, куда она едет? – набросился на него Петька.
– Они вместе едут, а куда – я не знаю. Только, Петя, там такое…
И Денис пересказал Петьке то, что донес до него ветер.
– Да, старушка-то еще та… Видно, из уголовниц! У нее на руке, между прочим, наколка! Буквы какие-то, я не разглядел! Ну что ж, все-таки кое-что мы теперь знаем! Этого зовут Максим, и именно он напарник Алисы. Хорошая компашка – прелесть просто. Да, не зря я сегодня встал пораньше… Слушай, Денис, а между прочим, как ты там оказался? Ты мне, по-моему, мозги пудришь насчет ранних прогулок, а?
– Точно, – рассмеялся Денис. – Это Даша меня навела. Позвонила вчера, мол, чувствует, что Петька с утра в отрыв собрался, вот и попросила тебя подстраховать!
У Петьки стало тепло на душе. Значит, Лавря беспокоится о нем, значит, никак нельзя сказать, что она к нему равнодушна.
– Но я все-таки не понимаю, как вы могли меня так точно вычислить?
– Ну, это уже проще простого! Она знала район поиска, а я твое любимое время – восемь утра. Вот и все дела!
– Потрясающе! Плохо, конечно, что я такой предсказуемый, но ты оказался очень даже кстати. Дай пять!
– А сейчас куда? – спросил Денис.
– Сейчас – к Лавре. У нее там должна быть эта Милка. Она может много интересного рассказать. Но одно мне все-таки ясно – эта старуха с наколкой не сестра той испанской покойнице. Нет, не сестра!
– А кто же она такая?
– Может, домработница?
– Да, это вполне вероятно. Но почему же, интересно знать, этот Максим увез ее не из Лавриного дома, а из своей мастерской?
Петька остановился и внимательно посмотрел на Дениса.
– Это мне в голову не пришло! Действительно, интересно!
– Конечно, может, она была приходящей домработницей, а живет с Максимом в одном доме. Но что ж их связывает?
– Преступление!
– Какое?
– Я думаю, тут все ясно! Она работала на сестру плантаторши и медленно обкрадывала ее. Бросала драгоценности в мусоропровод, а Максим их подбирал. А поскольку из-за смерти плантаторши там начался шухер, она и предпочла слинять.
– Да, похоже. Очень интересно, что нам расскажет эта Милка.
– Может, и ничего, – заявил вдруг Петька. – Она такая… Балаболка. А плантаторша и ее сестра – родственницы Милкиного отчима. Она может запросто вообще ничего не брать в голову. Я рассчитываю получить от нее только одну информашку – своей смертью померла старуха или нет?
– А как ты думаешь, мог этот Максим ее пришить?
– Вполне! Даже очень похоже на правду. Иначе какого черта он мотался в Шереметьево – только за тем, чтобы на нее посмотреть?
– Погоди, давай предположим, что она умерла без посторонней помощи – просто вышла подышать воздухом на Тверской бульвар, и сердце остановилось…
– Ну и что?
– Тогда зачем, действительно, он в Шереметьево мотался?
– А вдруг он хотел ее кокнуть, но просто не успел? Она взяла и сама преставилась?
– Тоже возможно.
– А вот если ее убили…
– Погоди, об этом мы подумаем, когда выясним!
И они поспешили к Даше, где надеялись разжиться интересующими их сведениями.
Даша открыла дверь на звонок. На пороге стояла высокая тоненькая девочка в очках.
– Ты Мила? – на всякий случай спросила Даша.
– Да. Привет! А ты Даша?
– Да. Заходи!
– А Стас дома?
– Он в магазин побежал. Сейчас вернется! Ну, здравствуй! – Даша протянула девочке руку.
Та от души пожала ее.
– Раздевайся и проходи. Ты завтракала?
– Да, спасибо!
Тут в прихожую выглянула тетя Витя.
– Здравствуйте, – сказала Мила и сделала книксен.
– Здравствуй, здравствуй, деточка, заходи!
Даша провела Милу к себе в комнату.
– Садись!
Она не знала, о чем говорить с незнакомой девчонкой, и уже сердилась на Стаса: не мог раньше сбегать в магазин.
– Знаешь, – начала Мила, – я так хотела с тобой познакомиться – с той минуты, как узнала, что у Стаса появилась сестра. Только не думала, что это случится уже на следующий день. Не было бы счастья, да несчастье помогло, знаешь такую пословицу?
– Конечно, – улыбнулась Даша.
– И мы с мамой очень благодарны вам за приглашение…
– Ну что ты, ерунда…
– Нет, правда, мама сама уже думала, куда бы меня отправить, а тут как раз Стас позвонил…
Даша почувствовала, что Мила говорит искренне, и это ей понравилось.
– Тебя мама привезла? – спросила она, просто чтобы что-то сказать.
– Нет, отчим. Ты же, наверное, знаешь, что в вашем доме живет сестра этой… Ну, которая умерла…
– Знаю, – кивнула Даша. – Но как странно ты говоришь о ней… Ведь у нее же есть имя…
– Да, ее звали Констанция Львовна, но…
– Констанция? Красивое имя. А сестру как зовут?
– Агриппина Львовна.
– Представляю, какое для нее горе…
– Наверное…
– Они какие-нибудь аристократки? Из старинного рода?
– Да, они княжны Микульские.
– А как вышло, что одна сестра в Испании, а другая в России?
– Я не очень много об этом знаю…
– Расскажи, что знаешь, интересно же!
– Ну, в общем, они родились в Париже, в эмиграции. Констанция вышла замуж за испанца, а Агриппина – за французского дипломата. Его послали в Москву, и, в общем, каким-то образом у нее начался роман с одним русским. И ни одна живая душа об этом не знала. Только у нас в те годы нельзя и думать было жениться на иностранке. Потом она уехала из России и жила со своим мужем еще долго. А потом он умер. И у нас все изменилось. Она разыскала своего бывшего возлюбленного, и они поженились. Уже немолодыми людьми. Вот какая бывает любовь!
– Да, – грустно сказала Даша, вспомнив о Юре, который так и не сможет приехать на пасхальные каникулы из своей окаянной Бельгии. – Красивая история. Слушай, а твой отчим кем же им приходится?
– Ростик? Он внук их двоюродного брата.
– Тоже князь?
– Нет, он не князь и даже не граф.
Тут в комнату вошел Стас.
– О! Вы уже познакомились! Отлично!
Милка вспыхнула.
– Здравствуй, Стасик!
«Кажется, она в него влюблена, – догадалась Даша. – А что, она мне нравится, хоть и некрасивая».
– Ой, Стас, – воскликнула Даша. – Мила мне тут такую романтическую историю рассказала про нашу соседку!
– Да? Мне тоже интересно!
Мила вкратце повторила свой рассказ.
– А муж Агриппины Львовны жив?
– Нет, умер. Констанция приехала, чтобы забрать ее с собой в Испанию, потому что она почти ничего не видит.
– А с кем она живет? – поинтересовалась Даша.
– Я не знаю, вроде домработница есть и еще какие-то родственники мужа… Но я точно не знаю. Я до приезда этой Констанции вообще о ней ничего не слышала.
– А почему она у вас остановилась, а не в гостинице? – спросил Стас.
– Она говорит… вернее, говорила, что у нас с иностранцев дерут бешеные деньги, а обслуживание плохое.
– А твой отчим раньше ее знал?
– Да, конечно, он много раз у нее бывал в Испании. Она к нему очень хорошо относилась…
– Но отчего же она умерла? – осторожно спросила Даша.
– Не знаю, наверное, что-то с сердцем…
– А зачем ее ночью понесло на Тверской бульвар?
– Ну, откуда мне знать… Может, подышать захотелось.
– А разве она от вас вышла?
– Нет, конечно… Она позвонила вечером и сказала, что останется у сестры до утра.
– Это странно, – пробормотал Стас. – Если бы она от вас пошла на Тверской, это еще можно было бы понять, но от нас… Далековато…
– Да, Ростик тоже ничего не понимает.
– А он хороший человек? – вдруг спросил Стас.
– Кажется, да. Во всяком случае, я ничего плохого о нем сказать не могу. Маму он обожает, ко мне тоже прекрасно относится… Ему только всегда некогда, а так…
– Скажи, она что, одинокая, эта Констанция?
– Да, у нее никого не осталось. Муж умер, сын погиб в горах, он был альпинист. Но вообще-то… – Мила понизила голос: – Понимаете, она все время хвасталась своим здоровьем, говорила, что даже гриппом никогда не болеет, и вдруг… Мне вообще кажется, что ее убили!
– Да ты что! – не слишком убедительно удивилась Даша. – Убили? Но с чего ты взяла?
– А с того! Я уже не говорю про здоровье, но… Если бы она сама по себе умерла, Ростику бы сказали… А они все чего-то темнят…
– Кто?
– Милиция! Они его вчера допрашивали часа два. Хорошо, у него было стопроцентное алиби! Он в час, когда она умерла, был еще с пятью людьми на каком-то экстренном совещании.
– Ночью? – уточнил Стас.
– Ага, ночью! Это у них бывает…
– И они подтвердили его алиби? – спросила Даша.
– Ну, конечно! Так что сами понимаете, если бы она умерла сама, никто не стал бы этим заниматься…
– Да… – почесал в затылке Стас.
Даша горько пожалела, что Петька не присутствовал при этом разговоре. Интересно, встретились они с Денисом? А Мила ей с каждой минутой все больше нравилась. Не всякая девчонка будет настолько откровенно рассказывать о таких вещах почти незнакомым людям. Хотя Стаса она знает очень давно, зато Дашу видит в первый раз.
В этот момент раздался звонок. Стас пошел открывать. На пороге стояли взволнованные Петька и Денис.
– Откуда вы? – спросил Стас. Даша ему ничего не говорила.
– Мы были на Белорусском вокзале! – выпалил Петька, снимая куртку.
– Вы что, куртками поменялись? – пригляделся к ним Стас.
– Да!
– Зачем это? Просто так или для дела?
– Сейчас все подробно расскажем, если дашь чего-нибудь пожевать!
– Это к Дашке!
– А Мила пришла? – одними губами спросил Петька.
Стас кивнул. Петька и Денис пошли в Дашину комнату. Петька приветствовал Милу как старую знакомую, познакомил ее с Денисом.
– Даш, они с голоду помирают, – сказал Стас.
– Нет проблем!
Через пять минут они уже сидели на кухне и уплетали вчерашние пирожки, разогретые в микроволновке, запивая их чаем.
Когда они поели, возникла неловкость. Петьку и Дениса распирало от своих новостей, а Дашу и Стаса – от своих. Но присутствие Милы сковывало их. Внезапно Даша решилась:
– Послушайте, что мы занимаемся ерундой! Молчим как идиоты… Надо все рассказать. Мила нас поймет, тем более она уже внесла некоторую ясность в эту запутанную историю, и, кстати, с ее помощью мы сможем вернуть хозяевам веер!
– Что? Какой веер? Что ты говоришь? – заморгала глазами Мила.
– Понимаешь, мы тут напали на след преступной группы, и, как ни странно, это связано с родственниками твоего отчима, а точнее, с Агриппиной Львовной.
– Кто это – Агриппина Львовна? – удивленно спросил Петька.
– Сестра умершей, а скорее всего убитой Констанции Львовны!
– Ну дела!
– Подожди, Петечка, я сперва все объясню Миле, а остальное потом!
И Даша рассказала Миле всю историю с самого начала. Та слушала, широко открыв рот.
– Значит, если бы мы случайно не встретились…
– Было бы плохо! – констатировала Даша. И попросила Милу повторить для Петьки и Дениса свой рассказ, а уж потом слово дали им.
Когда Петька заставил Дениса показать, как он изображал дебила, все валялись от смеха. Но когда он закончил свой рассказ, подавленно замолчали.
– Значит, полуслепая старуха осталась без всякой помощи… – огорченно проговорила Даша. – Надо что-то придумать!
– Нет, ничего придумывать не надо, – успокоила ее Мила. – Ростик уже сказал, что возьмет ее к нам.
– А твоя мама согласна? – полюбопытствовал Стас.
– Конечно, она ее очень жалеет. Только неизвестно еще, согласится ли она. Ростик говорит, что у нее характер дай боже…
– Послушай, Мила, ты можешь вернуть этот веер хозяйке, а то мы уж с ним измучились? – спросила Даша.
– Знаете, давайте немножко подождем, – застенчиво ответила Мила, – у нее сейчас горе, думаю, ей не до того… К тому же, если она узнает, что ее систематически обкрадывали, она может от расстройства тоже помереть.
– Ну, тогда, может, ты возьмешь его и отдашь отчиму? – предложил Петька.
– Тоже нет! Пусть пока он у вас побудет, а уж когда все определится… Понимаете, если ее убили, то… Я боюсь, что могут обвинить Ростика…
– Но ты же сказала, что у него стопроцентное алиби! – воскликнула Даша.
– Понимаете, я не говорю, что его обвинит милиция, нет, но какие-нибудь его враги могут воспользоваться и через газету ославить его, поди потом докажи, что ты не верблюд… Поэтому лучше ему не иметь ни одной вещи из того дома…
– А ты думаешь, может дойти до обыска? – ахнул Денис.
– Нет, не думаю, но…
– Ладно, пусть пока побудет у нас, – решил Петька. – А ты любишь своего отчима!
– Я люблю свою маму, но он тоже хороший человек, – с большим достоинством произнесла Мила, и все посмотрели на нее с уважением.
– Хорошо, бог с ним, с веером, но почему же уехала эта домработница? – задумался Денис.
– Может, поспешила вывезти награбленное, – предположила Милка.
– Да нет, она же спускала эти вещи в мусоропровод, а подбирал их некий Максим, знакомый Алисы, – возразил Петька. – Скорее уж она побоялась, что теперь ее разоблачат, вот и смылась.
– Интересно, а этот Максим… Он уехал без вещей, – значит, скорее всего проводит ее до места и вернется, – рассуждал вслух Петька. – Но я думаю, что он все же не убивал вашу плантаторшу. Если ее убили, то, скорее всего, случайные люди. Увидели ночью на бульваре такую богатую старуху и кокнули. Эх, узнать бы, за каким чертом ее туда понесло!
– Может, этот Максим назначил ей там встречу и убил? – высказала предположение Даша.
– А что, очень возможно, – согласилась Милка. – Ой, а вы думаете, что надо сообщить обо всем в милицию?
– Пока не нужно. Милиция, со своей стороны, занимается этим делом, и не исключено, что они обнаружат преступника, а если мы в такой ситуации дадим им наводку, они могут ухватиться за эту версию и обвинить тех, кто не убивал. Пусть даже они жулики, но убийство – совсем другое! – серьезно сказал Петька. – Если помните, у нас уже был подобный случай, нам казалось, что мы нашли убийцу, и хотели сообщить милиции, но тетя Витя нам тогда сказала: подождите, нечестность – это одно, а убийство – совсем другое. Я это тогда хорошо запомнил.
– А настоящего убийцу
– Конечно, мы!
– Потрясающе! Значит, это у вас не первое дело?
Они переглянулись и расхохотались.
– Почему вы смеетесь? – недоуменно округлила глаза Милка.
– Потому что у нас это дело – одиннадцатое, не считая побочных линий, – сообщил с гордостью Петька.
– Каких побочных линий? – не поняла Милка.
– Ну вот, к примеру, мы делали ремонт в Дашиной новой квартире, – сказал Денис, – и туда повадился ходить один псих. Пока мы его выслеживали, к нам обратилась одна девочка, у которой мама оказалась неродная…
– И что?
– А то, что именно это дело и завершилось поимкой убийцы!
– Ой, как ты здорово говоришь – дело завершилось поимкой убийцы! – восторженно воскликнула Милка.
Денис смутился.
– А что тут такого? – пожал он плечами. – Я всегда так говорю…
Кажется, Мила смекнула, что сморозила глупость, но ей с каждой минутой все больше нравился этот рыжий парень. Даже Стас поблек в ее глазах.
Только Даша сообразила, в чем дело, и, чтобы перебить неловкость, спросила:
– Послушайте, а что же дальше? Тут есть одна неясность…
– Какая?
– Мне пока совершенно непонятна роль Алисы во всем этом деле. И еще… У Макса был напарник. Но после того, первого, вечера он больше не появлялся. Может, его тоже убрали, а?
– Ну уж сразу и убрали! – хмыкнул Стас. – Может, он гриппом заболел!
– Запросто, – согласилась Даша. – А вот насчет Алисы… – Она понизила голос: – У меня есть идея! Я пойду к ней в больницу. Пока нет в Москве Макса.
– Зачем? – воскликнул Стас.
– Я скажу, что меня прислала тетя Витя, отнесу ей чего-нибудь вкусненького и попробую с ней подружиться. Я это умею!
– Правильно! – сказал Петька. – Только одну мы тебя не пустим!
– Нет, я пойду одна! Как я смогу спокойно с ней разговаривать, зная, что вы на улице мерзнете? В конце концов, что мне может угрожать? Кто я такая? Родственница тети Вити. А тетя Витя кто? Обычная женщина, которая помогла на улице другой женщине со сломанной ногой! Абсолютно никаких подозрений это вызвать не может. Ни у кого! С тетей Витей вчера ничего не случилось, и со мной тоже ничего не случится! И потом, я предложу ей свою помощь. Вдруг надо сходить по каким-то делам или еще что-то, о чем тетю Витю ей просто неудобно просить.
Петька глядел на Дашу с восхищением. Она иногда бывает такой умной и сильной… Да, Лавря есть Лавря, уж сколько лет он ее знает, и она его еще ни разу не разочаровала…
– А что… Может, ты и права, сестренка…
– Конечно, права!
– А когда ты к ней пойдешь? – спросила Милка.
– Там приемные часы с пяти до семи, вот к пяти и пойду. А кстати, Мила, ты никогда не слышала про Алису Майкову от своего отчима?
– Нет, никогда. Я бы запомнила. А почему ты спросила?
– Потому что ты упомянула о родственниках мужа Агриппины Львовны, вот я и подумала… Может, она родственница?
– Ну, я могу спросить…
– Пока не надо!
Даша подошла к палате в хирургическом отделении с гулко бьющимся сердцем. Ей было страшновато. Не то чтобы она думала, будто ей грозит опасность, нет, но она взяла на себя задачу, вдруг показавшуюся ей непосильной. Но отступать уже было поздно. Она открыла дверь и огляделась. На второй кровати справа лежала женщина с рыжими пышными волосами и читала какой-то яркий журнал.
– Извините, вы Алиса Владимировна? – чуть охрипшим голосом спросила девочка.
– Я. – Женщина смотрела на нее с любопытством. – Ты кто такая?
– Я Даша Лаврецкая, родственница Виталии Андреевны!
– А! Ну что ж, здравствуй! А что случилось с тетей Витей?
– Ничего, просто сегодня скользко… Ну, вот она попросила меня… Я тут принесла вам от нее…
– Господи, ну бывают же добрые люди! Я вот до тридцати лет дожила, а таких не встречала… Садись, Даша. И ешь фрукты, а то меня уже ими завалили.
– Спасибо, не хочется, – застенчиво ответила Даша. – Алиса Владимировна…
– Ой, только не зови меня Алисой Владимировной, а то мне кажется, что я уже старая. Просто Алиса, этого достаточно!
– Хорошо, – улыбнулась Даша. – Алиса, может, вам нужна какая-то помощь? Куда-то сходить, что-то сделать… У нас сейчас каникулы, и я могла бы…
– Ты серьезно?
– Ну конечно, – с достоинством ответила Даша.
– И тебе не жалко тратить время на совершенно чужого человека?
– Нет, у меня его навалом!
Алиса пристально вгляделась в Дашу.
– Ну что ж, я хочу попросить тебя об одном одолжении… Ты не могла бы завтра утром съездить к метро «Павелецкая»…
У Даши екнуло сердце от предчувствия.
– Пожалуйста, – сказала она.
– Погоди, я еще ничего не сказала, – засмеялась Алиса. – Так вот, я дам тебе ключи от своей мастерской. Ты возьмешь там кое-что…
– Хорошо! – поспешно согласилась Даша. – И привезти вам сюда?
– Нет, не стоит! Я ведь скоро выпишусь, но ходить не смогу, а потому буду жить не в мастерской, а дома. Там у меня соседка – хорошая женщина. Она мне поможет на первых порах.
– И я тоже могу вам помогать. Ну, купить там что-то, например…
– Спасибо! – очень серьезно проговорила Алиса. Она потянулась к тумбочке и достала из сумки связку ключей. Сняла с кольца три ключа и протянула Даше: – Вот, возьми. Я тебе сейчас все объясню: вот этот ключ от верхнего замка, а этот от нижнего. Как войдешь, сразу же отключи сигнализацию и позвони по этому номеру, сними мастерскую с охраны. Знаешь, как это делается?
– Представляю.
– Хорошо. Мастерская огромная. Правая часть ее – моя. Налево не ходи, это половина моего напарника, а он не выносит, когда кто-то трогает его вещи.
– Зачем мне трогать его вещи? – удивилась Даша.
– Действительно, – с улыбкой сказала Алиса. – На моей половине увидишь большой старый сундук. Открой его вот этим ключом и достань оттуда синюю сумку, в сумке – косметичка, на самом дне. В косметичке – деньги. Вот эту косметичку ты мне и принеси.
– И все?
– И все!
– И вы мне доверяете?
– Представь себе. Я, может, не очень хорошо разбираюсь в людях, как выяснилось, но тебе я верю.
– Спасибо. Я вас не подведу.
– Ты пока отдай эти деньги тете Вите, пусть спрячет…
– Обязательно!
Они еще поболтали с Алисой на всякие посторонние темы, но сколько Даша ни старалась что-то узнать о ней, у нее ничего не вышло. Наконец она сказала:
– Алиса, мне пора! Я к вам завтра зайду, все расскажу…
– Правда? Чудесно! И знаешь, Даша, ты достань из косметички сто долларов…
– Нет! Я принесу косметичку вам, вы возьмете, сколько вам нужно, и я унесу ее обратно, – твердо ответила Даша.
– Ишь ты какая! – улыбнулась Алиса. – Знаешь, ты мне очень нравишься!
В ответ Даша тоже улыбнулась. Она не могла пока точно сказать, нравится ли ей Алиса.
Когда она спустилась вниз, ее там дожидался Петька.
– Ты зачем приперся? – неласково спросила она.
– Решил, что тебе одной будет скучно возвращаться. Разве нет?
– Конечно, да, – засмеялась Даша.
– Ну как? Есть результаты?
Поначалу Даша не хотела никому говорить о поручении, которое ей дала Алиса, но решила, что Петьке можно сказать все. И, кстати, если он согласится завтра пойти с нею, это будет просто здорово.
– Петь, – таинственным шепотом произнесла она, – смотри!
И вытащила из кармана три ключа, которые она нацепила на кусочек бинта.
– Это что?
– Ключи, не видишь разве?
– От чего, интересно знать?
– От мастерской Алисы!
– Врешь!
– Очень надо! Она просила меня смотаться туда и взять деньги.
– Деньги?
– Ну да, у нее там сундук, а в сундуке…
– Кощеева смерть, что ли?
– Ну почти, – засмеялась Даша. – В сундуке – сумка, в сумке – косметичка, а в косметичке – денежки.
– Лавря, но это же потрясающее везенье! Я пойду с тобой!
– Спасибо, Петька, друг! Честно говоря, мне было страшновато идти туда одной. Она хоть и сказала, что ее напарника нет, но все равно… И там еще сигнализация.
– Она объяснила, как с ней управиться?
– Конечно.
– Лавря, когда пойдем?
– Только не в восемь утра! – улыбнулась Даша.
– А когда же? Такие дела лучше делать с утра пораньше. Утром люди на работу идут, и на нас вряд ли обратят внимание… Самое милое дело – пойти к восьми!
– Ладно, твоя взяла!
– Ты сама-то проснешься или тебя разбудить?
– Проснусь, не беспокойся. Только, Петька, Стасу ни звука. И тете Вите тоже.
– Ясненько-понятненько! Только что ты скажешь, куда в такую рань отправилась?
– Надо что-то придумать. О! Все просто, я скажу, что у меня разболелся зуб и я бегу в поликлинику!
– Нет, Лавря, не надо!
– Почему это?
– Потому что я один раз тоже сказал, что у меня зуб болит, а он и вправду разболелся, да так, что я чуть с ума не сошел!
– Ладно, что-нибудь другое придумаю!
– Только не про болезни!
– Постараюсь! А что там у нас делается?
– Ничего особенного! Они в карты режутся!
Петька проводил Дашу до подъезда, и они простились до завтра.
Дома Дашу ждали с нетерпением, не садились ужинать.
– Ну, как Алиса? – спросила тетя Витя.
– Нормально, вам привет! А где мама? – поинтересовалась Даша.
– На работе! До сих пор торчит там. Сказала, будет часов в десять.
– Понятно. Хорошо тебе, Милка, твоя мама не работает!
– Она всего только год не работает, а раньше тоже вкалывала – будь здоров! – утешила Дашу Милка.
Вскоре после ужина Денис ушел, а за Милкой прислали машину с шофером. Она чуть ли не со слезами простилась с тетей Витей и Дашей. А Стаса поцеловала в щеку. И сама себе удивилась. Наверное, она так осмелела со Стасом оттого, что ей теперь больше нравился Денис.
– Милочка, детка, скажи маме, что, если нужно, пусть привозят тебя и завтра тоже! – напутствовала ее тетя Витя.
– Спасибо! Мне у вас было так хорошо! Когда у нас все утрясется, вы тоже приходите к нам в гости!
Едва Стас с Дашей остались вдвоем, он спросил:
– Ну что, сестренка, как успехи?
– Да никак, Стасик! Я уж и так и эдак к ней подступалась, но ничего не вышло. Молчит, как партизанка, только общие слова…
– Значит, ты зря сходила?
– Ну почему? Она была рада, ей там скучно до смерти…
– Гуманистка ты моя! А как тебе Милка?
– Милка? Отличная девчонка! Очень мне понравилась!
– Да, она славная.
– А почему ты никогда о ней не рассказывал?
– Да потому что я о ней попросту забыл, – пожал плечами Стас.
– Эх ты, а она была в тебя влюблена!
– Была? – хмыкнул Стас. – По-моему, она и сейчас…
– Ничего подобного! – не без торжества отчеканила Даша. – Она сегодня втюрилась в Дениса!
– В Дениса? С чего ты взяла?
– Я вижу! Я такие вещи всегда замечаю сразу!
– Ну и хорошо, мне не жалко! А Денис тоже в нее втюрился?
– Нет, – твердо ответила Даша.
Она проснулась по звонку будильника и сразу вскочила. Сегодня им с Петькой предстояла очень ответственная операция. Почему-то ей было немного не по себе. Хорошо, что Петька пойдет с ней. Одной было бы просто невмоготу. Даша быстро оделась, на цыпочках вышла в кухню и задумалась. Съесть что-нибудь или не стоит? Ее чуть-чуть подташнивало от волнения. «Нет, потом поем», – решила она и выпила стакан сока. Затем едва слышно вышла в прихожую, но одеваться не стала, а, взяв куртку и шапочку, выскочила на площадку. Там она оделась и не стала вызывать лифт, а побежала вниз по лестнице. Ура! Удалось выбраться без проблем. Петька уже был на месте.
– Привет! – поздоровался он с нею.
– Привет, Петька, бежим!
– Постой, у тебя шапка набекрень!
И он осторожно поправил на ней шапку.
– Теперь нормально? – обеспокоенно спросила Даша.
– Ага. Без зеркала, что ли, одевалась?
– Конечно!
И они помчались к метро.
– Ты когда-нибудь была в мастерской художника? – поинтересовался Петька.
– Сколько раз!
– А я – нет! Интересно!
Они проскользнули в подъезд и поднялись на последний этаж. Оттуда лесенка вела наверх, они взбежали по ступенькам, и Даша дрожащими руками открыла дверь, опустила рычажок сигнализации и тут же бросилась к телефону – звонить на пульт. Эта операция прошла успешно.
– Лавря, ты чего трясешься? – спросил Петька, заметив ее состояние.
– Не знаю, но я боюсь!
– Чего ты боишься, чудачка? Тут же никого нет, сейчас возьмем деньги и уйдем! Ух ты! – воскликнул он, открыв дверь в мастерскую. Это было поистине гигантское помещение с высоченными потолками, верхним светом и настоящими антресолями – деревянной галереей на уровне второго этажа. – Ну и ну! Я такого сроду не видал!
– Я тоже, – призналась Даша. – Тут можно настоящие балы устраивать и танцевать менуэт!
– Здорово! Мне нравится! Вот это простор! И второй этаж! Кайф! Жалко, что я не умею рисовать!
– Почему? – улыбнулась Даша.
– Тогда бы я стал художником и завел бы себе такую мастерскую!
– Ладно, Петька, пошли направо, это Алисина половина. Вон и сундук!
Даша опустилась на колени перед большим старинным сундуком, вставила ключ в замочную скважину. Сундук был полон больших картонных папок. В таких художники носят свои рисунки. Она сунула руку под папки и тотчас нащупала сумку, вытащила ее, нашла в ней косметичку, открыла, увидела там пачку долларов и сразу закрыла. Осторожно положила косметичку в свою сумку, а Алисину спрятала опять под папки. Заперла сундук и поднялась с колен.
– Петь, я готова!
Петька, как зачарованный, осматривал мастерскую. По стенам висели картины и иконы. Картины были свалены в углах, стояли прислоненными к стене.
– Странно, они же вроде реставраторы… – удивленно проговорил он.
– Петь, говори потише, тут так гулко… И вообще пошли скорее отсюда.
– Погоди, Лавря, тут так здорово! Давай поднимемся на галерею, а? Интересно сверху на все это поглядеть! Ну, пожалуйста, Лавря!
– Черт с тобой!
Они единым духом взлетели по скрипучей деревянной лестнице. Наверху тоже везде стояли картины, какие-то ящики, разнокалиберные стулья, табуретки, продавленный диван.
– Теперь я понимаю, что такое художественный беспорядок! – заметил Петька.
Сверху мастерская казалась еще огромнее.
– Кайф, правда?
– Нет, мне тут не нравится, – сказала Даша. – Страшно!
– Что страшного-то?
И тут они явственно услыхали мужские голоса, гулко отдававшиеся в огромном помещении. Они разом присели на корточки. У Даши сердце выскакивало из груди. Вот то, чего она боялась. Кто-то входил в мастерскую.
– Странно, сигнализация выключена! – произнес уже знакомый Петьке голос.
– Да ты в запарке сам забыл включить! Так спешил, что…
– Может быть… Чертова старуха, такое устроила!
– Да разве можно было с ней связываться?
– Что толку теперь говорить! Заходи. Есть хочешь?
Даша с Петькой переглянулись. Похоже, это надолго. И они тихонько сели на пол. На корточках долго не усидишь.
– Да нет, я ел.
– Спасибо, что встретил.
– Ну, как ты ее довез?
– А что ей сделается? Железный бабец.
– Не многовато ли старух в этом деле? Просто старушатник какой-то!
– А куда без них? Хотя эта идиотка такое дело испортила… Теперь пока найдешь подходящего человека…
– Слушай, а может, ты перемудрил, а? Лучше просто чик-чик – и все?
– Чик-чик? Нет уж! Столько сил и ума потрачено, чтобы все сделать чистенько, а ты…
– Чистенько? Это называется чистенько – в мусоре копаться?
– Ну, я предпочитаю копаться в мусоре, чем пачкать руки мокрухой!
– Можно и без мокрухи. Старуха-то на ладан дышит. Устроить ей легкую смерть от инфаркта и аккуратненько все взять! Очень уж долго это все тянется…
– Ничего, тише едешь – дальше будешь! Если бы не эта идиотка…
– Если бы не она, то твою старуху увезли бы в Испанию, и прости-прощай все ее богатства!
– Ну, мы уже больше половины добыли, тоже не на один «лимон» зелеными тянет! Так что…
– Зачем довольствоваться половиной, ежели можно взять все?
– Не волнуйся, Ластик, возьмем. Сейчас надо тихонечко пересидеть, пока все не успокоится, а потом подыщем еще кого-нибудь…
– Трудно будет. Алиску бы туда…
– Да ты что? Алиска не согласится ни за что. И потом, она же в больницу загремела. Пока еще кости срастутся… Да и вообще…
– Что вообще? Она даже петюкать не смеет, сама нас, можно сказать, на квартиру навела!
– Но она же ничего не знает!
– Догадается! Или уже догадалась. И не возражает. Вон, картину же сама принесла оттуда. Левитан – это тебе не жук начихал.
– Но она же ее взяла на реставрацию!
– Реставрация затянуться может до самой старухиной смерти. А за Левитана вполне можно небольшую квартирку купить. Она ж в коммуналке мается, об отдельной квартирке мечтает. Так что, Макс, она повязана с нами – будьте-нате!
– Не надейся. Она такая… Может взбрыкнуть и в ментовку побежать. Я нарочно все тут, у нее под носом, храню. Ей и в башку не вскочит!
Петька с Дашей едва дышали. Вот это попали!
– Слышь, Макс, а у тебя на Петровке никого нет?
– На Петровке?
– Ну да, на Петровке, 38?
– Нет, а тебе зачем?
– Да хотелось бы узнать… насчет той старухи прижмуренной.
– Ты спятил? Чего узнавать? Надо тихо сидеть и не рыпаться. Не вздумай!
– Да ведь уже по ящику ее показали…
– Ну и что?
– Да жутковато…
– Слушай, мы с тобой ее убивали? Нет! Так чего нам беспокоиться?
– Ну все ж таки…
– Кончай, Ластик! А жутко тебе – смотайся из Москвы на некоторое время…
– Макс, ты, по-моему, просто не понимаешь! Сейчас даже близко нельзя к той квартире подходить! Ведь если они вскрытие сделают, то такой шухер начнется…
– А если не сделают? Зачем им с какой-то старухой возиться? Села она на лавочку и дуба дала. Картина ясная!
– Ты совсем дурак? Если даже бомж помирает, ему обязаны вскрытие сделать…
– Да ты что? Там родственничек богатенький, сильненький, он наверняка взятку даст, чтобы вскрытие не делали…
– И ты на это надеешься? Ну, Макс, не ожидал от тебя. Прямо как пацан малый рассуждаешь! Ты же сам говорил – сейчас надо лечь на дно, а пока суд да дело, постараться сплавить то, что есть. Шутка ли – больше половины… И коридор на той неделе будет! Давай отправим!
– Говоришь, на той неделе?
– Ну да! Тот же самый! Надежный мужик, ты же знаешь!
– Я подумаю!
– Подумай, подумай! А ты, кстати, алиби себе обеспечил?
– Железное! – засмеялся Макс. – А ты?
– Тоже!
– Тогда можем жить спокойно! Нас ни одна живая душа не видела, и алиби есть!
– Я вот чего думаю… Может, анонимочку настрочим, а?
– Анонимочку? На кого?
– Ну на родственничка богатенького и сильненького. Мол, так и так, видели, как он ночью труп волок…
– Ластик, не суетись, кому говорю! А если у него настоящее алиби? Сразу начнут искать, кому выгодно его потопить.
– Да ладно, я так… Но ты, короче, насчет отправки подумай… А то ведь потом коридора долго может и не быть.
– Я сказал – подумаю! Вот ты сейчас смылишь, я лягу в ванну – отмокнуть после этих вонючих поездов – и подумаю, крепко подумаю. Может, и надумаю: мне тоже трястись тут над всем этим надоело!
– Ладно, тогда я пошел.
– Спасибо, друг, выручил!
– Чего уж… Мы с тобой кореша, как говорится, не на жизнь, а на смерть. Повязаны крепко!
– Что да, то да!
– Ну, я пошел.
– Захлопни дверь, ладно? А я в ванную!
– Погоди, а веер так и не нашелся?
– Нет! Да ладно, Ластик! Спишем его – и все дела! Естественная убыль, кажется, так это называется? Ну ступай, а то я уж весь исчесался!
– Больно нежный! В помойке рыться – это ничего, а в поезде проехать – прямо трагедия!
Макс засмеялся.
– Когда я в помойке роюсь, я представляю себе, что я археолог, ищу сокровища Трои, например. Так это совсем другое дело!
– Ладно, археолог, отмокай иди! Пока!
И Даша с Петькой услыхали, как захлопнулась дверь за Ластиком.
Петька вытащил из кармана блокнот и написал на листке: «Сейчас он пойдет в ванную! Смываемся! Быстро и тихо!»
Даша кивнула.
А Макс, что-то напевая, пустил в ванной воду, потом взял газеты и ушел, оставив дверь открытой.
«Черт бы его побрал, – подумал Петька. – Эта лестница жутко скрипит, и если он дверь не закроет…» Но Макс оставил дверь открытой.
– Петь, что будем делать? – еле слышно прошептала Даша.
– Подождем, пока он душ не пустит! И тогда уж…
Прошло не меньше получаса, и вдруг зазвонил телефон. Ребята вздрогнули. Из ванной послышалось чертыханье, потом Макс выскочил весь в мыльной пене и бросился к телефону.
– Вы ошиблись! – сердито рявкнул он и, оставляя на полу мокрые следы, вернулся в ванную. Но теперь он закрыл дверь и вдобавок включил душ.
Даша с Петькой в мгновение ока слетели вниз, и лестница даже не заскрипела. Еще минута – и они уже тихонько прикрыли за собой входную дверь.
Петька схватил Дашу за руку, и они сбежали по ступенькам к лифту.
– Петька! – Даша уронила голову ему на грудь. – Я чуть не померла со страху!
Петька осторожно погладил ее по голове.
– Ничего, Лавря, все хорошо, что хорошо кончается! Но зато мы сколько всего узнали… Обалдеть! И вот что, подруга, первое, что мы сделаем сейчас, – это дубликаты ключей от мастерской!
– Что? Ты спятил?
– А тебе не кажется, что мы просто обязаны найти то, что украдено у слепой старухи?
– Я больше никогда туда не пойду! Ни за что! Я такого страху натерпелась… – всхлипнула Даша. – И потом… Как можно делать дубликаты? Это же нечестно! Алиса мне их дала…
– Ты что, дура? Насчет Алисиной честности тоже еще не все ясно. Ластик же сказал, что она их навела на эту квартиру.
– Но она же не нарочно.
– Это еще выяснить надо!
– Не надо! Ничего не надо выяснять. Они же боятся, что она может их сдать. Если бы она была виновата, то…
– Ладно, не заводись! Но ключи нам все-таки пригодятся. Ты же не думаешь, что я могу что-то украсть?
– Еще не хватало!
– То-то же! А раз так, то я не я буду, если не верну старухе ее добро.
– Петь, а что значит коридор?
– Я думаю, это какая-то возможность переправить ценности за границу. Через какого-нибудь подкупленного таможенника или даже дипломата. Но все-таки, Лавря, согласись, какие мы умные!
– Мы?
– Конечно, мы уже давно сообразили, что старуху постепенно обкрадывают… И знаешь, у меня создалось такое впечатление, что плантаторшу убила та баба, домработница… Очень похоже на то…
– И я тоже так подумала… Петь, а не пора ли дяде Володе Крашенинникову позвонить, а?
– Нет, Лавря, не пора!
– Почему?
– Потому что эти ценности тогда попадут в милицию как вещдоки и старуха их никогда в жизни не увидит. И никакой дядя Володя тут не поможет! Они просто испарятся… А мне, знаешь ли, очень не нравится, когда грабят слепых старух, кто бы это ни делал… Я не хочу ничего плохого сказать про милицию, но… Самим экспроприировать экспроприированное будет куда надежнее… А кстати, как тебе нравится история с Левитаном?
– Может, она и вправду взяла его, чтобы отреставрировать?
– Может, и так… А вообще ей повезло, что она ногу сломала!
– Почему?
– Потому что у нее уж точно стопроцентное алиби!
И тут Петька увидал мастерскую, где делают ключи. Он решительно направился туда. Даше ничего не оставалось, как пойти за ним.
– Ключи будут готовы только завтра! – сказал мастер.
– Утром? – спросил Петька.
– А тебе надо утром? – улыбнулся старый мастер.
– Мне надо сегодня, – подхалимским голосом проговорил Петька. – Очень надо!
– Сегодня не выйдет, юноша! Только завтра!
– Но утром?
– Ладно, приходи к одиннадцати!
– Спасибо! – вздохнул Петька.
Они вышли на улицу.
– Петь, я не могу идти! – вдруг пролепетала Даша. – Мне надо посидеть!
– Лавря, тебе плохо? – испугался Петька. – Держись за меня.
Но Даша и без того уже почти висела на нем. Она была страшно бледная. Петька не на шутку перепугался.
– Лавря, что мне с тобой делать?
– Пойдем в булочную, мне надо чего-нибудь съесть… Я, наверное, голодная…
– Ох ты, горе луковое! Это у тебя от стресса!
Он довел ее до булочной и прислонил там к стене. Купил ей булку и баночку «миринды».
– Подкрепись! А вообще… Ты сегодня не ела?
– Нет!
– Никогда не ходи на дело голодная! Поняла?
– Поняла! – с полным ртом кивнула Даша.
– Ты пока ешь, а я подумаю…
– О чем?
– О том, кого мне взять с собой!
– Куда?
– Туда! Эх, Круза нет, жалко! С ним хорошо, он смелый и сильный!
– А Стас? Стас тебе не подходит?
– Стас? На худой конец, сгодится и Стас… Но он будет слишком много вопросов задавать.
– А Денис?
– Я вот и думаю, что лучше всего подойдет Денис.
– Может, Хованского возьмешь? Вдвоем вам не справиться!
– Я Хованского еще в деле не знаю! Ну ничего, у меня есть время…
– Но как ты узнаешь, когда туда идти?
– И это еще надо обдумать!
– Не надо, я уже придумала!
– Да? Только что умирала, а теперь… – засмеялся счастливый Петька. – Ну, выкладывай!
– Надо просто пойти к Алисе и рассказать ей абсолютно все! Ну, то есть про предварительное расследование мы ничего говорить не будем, расскажем, что произошло в мастерской, как мы спрятались и что услышали! И я уверена, что она нам поможет. В конце концов, они грабят ее родственницу!
– Ты уверена? На сто процентов?
– На девяносто девять и девять десятых!
– Что ж, пожалуй, это вариант! Мне он нравится! Да, Лавря, если тебя вовремя кормить… Но кто к ней пойдет?
– Я! И потом, Петька, я скажу ей, что там была одна!
– Почему?
– Потому что она доверила ключи мне, а я взяла еще кого-то… Нет! Так даже лучше! Если я одна, неудивительно, что я жутко испугалась, спряталась, ну и так далее… Но потом я все рассказала своему близкому другу, и мы решили… Ну, словом, понятно! И я думаю, она согласится нам помочь, особенно если без всякой милиции…
Когда они вышли из метро на своей станции, Петька посоветовал Даше:
– Ты купи чего-нибудь!
– Что? – не поняла Даша.
– Купи, говорю, что-нибудь для отвода глаз! Скажи, например, что тебе ужасно захотелось свежего хлеба или ряженки… Одним словом, если тебя спросят, где была, у тебя отличная отмазка будет.
– Правильно! – согласилась Даша.
И в первом же магазине купила ряженку.
– Лавря, не говори Стасу! – предупредил ее Петька.
– Постараюсь, но он иногда как будто мои мысли читает!
– Значит, постарайся не оставаться с ним наедине! Пойди, к примеру, к Ольге! Или еще куда-нибудь.
– А Ольге можно сказать?
– Ольге можно.
– Я уже не дождусь, когда пойду к Алисе, – призналась Даша.
– А может, вместе пойдем?
– Зачем это?
– Для убедительности! Понимаешь, если ты ей предложишь такую операцию, она может не поверить, что мы на это способны…
– А при виде такого Шварценеггера сразу поверит? – захохотала Даша.
– При чем тут Шварценеггер? Дело ведь не в мускулах, хотя у меня с этим все в порядке, а в силе убеждения!
– Нет, Петька, тебе нельзя! Она же тебя видела, так откуда ты тут возьмешься, знакомый ее соседки? Слишком неправдоподобно будет! Хотя ты прав – лучше, чтобы кто-то был со мной. Может, Денисик?
– Это, конечно, вариант, но лучше бы мне самому… Она запросто может меня не узнать! Подумай, она видела меня в первый день и всего минутку! Ей не до меня было!
– Ошибаешься. Она художница, у нее профессиональная память на лица.
– Пожалуй, да. Ладно, подумаем, время еще есть.
– Кстати, Стас вполне мог бы внушить ей доверие!
– А ты можешь поручиться, что он не испортит нам всю обедню?
Даша задумалась.
– Могу! Стасу тоже не нравится, когда грабят слепых старух! Да и зрячих тоже! И вообще… На Стаса можно положиться. Он, конечно, будет меня ругать, но поскольку я в мастерскую больше не пойду ни за какие коврижки, то… Он же не трус, он за меня боится, не за себя! – пылко говорила Даша. Ей вдруг стало обидно за сводного брата.
– Ну что ж, ладно! Стас и впрямь умеет внушать доверие женщинам. Он такой!
– Здорово! – обрадовалась Даша. – И, кстати, Алисе больше понравится, что я привела с собой брата, а не чужого парня.
– Это я чужой? – оскорбился Петька.
– Нет, Петька, для меня ты совсем не чужой, а вот для Алисы…
– Я все понял. Ладно, поговори со Стасом. А я позвоню Денису. На такое дело лучше идти втроем.
– Почему?
– Бог любит троицу!
– Дарья, ты где была? – сурово встретил ее Стас.
– Дашенька, куда ты с утра исчезла? – недоумевала тетя Витя.
– Да я проснулась, и мне вдруг смертельно захотелось ряженки. Вот я и купила!
И она выложила на стол три коробочки с ряженкой.
– Первый раз слышу, чтобы кому-то смертельно хотелось ряженки, – усмехнулся Стас. – А мы сидим голодные, тебя ждем!
– Я тоже жутко хочу есть!
– И начнешь с ряженки? – не без издевки осведомился Стас.
– Конечно!
Даше совсем не хотелось ряженки, но она мужественно ее съела.
После завтрака тетя Витя сказала, что зайдет ненадолго к соседке с третьего этажа, та обещала показать ей какой-то новый узор. И, взяв с собой спицы и моток красной шерсти, тетя Витя удалилась.
– А теперь говори, где ты была! – потребовал Стас. – Знаю я эти Петькины штучки – купить что-то, как будто выскочил из дому на минутку! Меня не надуешь. Колись, сестренка.
– Стасик, можно считать, что мы вышли на финишную прямую!
– То есть?
– Стасик, скажи, тебе нравится, когда грабят слепых старух?
– А ты, часом, не рехнулась?
– Тогда ты нам поможешь!
– Что за бред ты несешь? Объясни толком! Где вы с Петькой были?
– В Алисиной мастерской. И там хранятся краденые ценности.
– Но как вы туда попали?
– Погоди, я расскажу все по порядку!
Внимательно выслушав ее, Стас сказал:
– Кошмар! Хорошо, что так кончилось! Разве можно было соваться туда?
– Но если человек меня попросил?
– А если какой-нибудь человек попросит тебя завтра войти в клетку тигра, ты тоже попрешься, да?
– Стас, прекрати!
– Хорошо. Попробую. Но что вы с Петром Великим намерены делать дальше? Ручаюсь, что у вас уже есть какой-нибудь план!
– Есть, – вздохнула Даша, – и тебе в нем отводится решающая роль.
– Мне? Вот это номер! Без меня меня женили!
– Стас, перестань, никто тебя не женил, но просто, кроме тебя, некому…
– И что я должен делать?
– Ничего особенного! Пойти к Алисе вместе со мной. Я расскажу ей, что произошло со мной в ее мастерской, но только я буду говорить так, будто была там одна…
– Ну, допустим…
– Так вот, я все расскажу, а потом… Потом предложу ей план… как вернуть награбленное ее же родственнице. Но мне одной она может не поверить, а если я приду со старшим братом…
– А у вас уже есть идея?
– Пока нет! Но к пяти часам скорее всего Петька придумает!
– А кто будет осуществлять эту идею? Надеюсь, не ты?
– Нет, что ты! Я боюсь… Я там чуть со страху не померла… Вообще-то мы думали, что ты и Денис поможете Петьке, а то он ведь и один способен туда двинуть…
– То есть вы собираетесь проникнуть в Алисину мастерскую с помощью самой же Алисы?
– Да!
– А если Алиса согласится для виду, как будто она возмущена не знаю как, а сама предупредит этого Максима, и в лучшем случае он просто перепрячет краденое, а в худшем… В худшем он постарается от нас избавиться.
– Нет, Стасик, этого быть не может.
– А почему, собственно?
– Потому что Алиса не такая. Я знаю! – твердо сказала Даша.
– Не уверен. И потом, какой смысл забирать у этих жуликов вещественные доказательства? Это вроде как Денис с девчонками утопил в болоте партию наркотиков.
– Ну и что? Они же все равно поймали главаря! А попади эта партия в руки какого-нибудь жулика из милиции? Сколько народу могло стать наркоманами!
– Это правда, – согласился Стас. – Считай, что меня убедила. Но сперва надо разработать план. И если он будет разработан без меня, то я и участвовать в нем не буду. Я вам не безмолвный статист!
– Стасик! – захлопала в ладоши Даша. – Ты у нас солист! Прима-балерун! Хотя балеруны тоже безмолвные! Тогда ты у нас – оперный примадон! Прима-дон!
– Подхалимка! – фыркнул Стас. – Звони Петьке, пусть несет сюда свои светлые мысли!
Петька мигом примчался.
– Я рад, старик, что ты согласился! – заявил он Стасу.
– Можно подумать, вы оставили мне какой-то выбор, – проворчал Стас. – Ну, у тебя уже есть идеи?
– Да, понимаешь, идея очень простая – проникнуть туда и найти… Проникнуть – не проблема, завтра в одиннадцать у меня будут вторые ключи… Проблема в том, чтобы нас не застал хозяин. И еще время! Ты бы видел, что это за мастерская, – ангар! И не на один самолет! Понадобится уйма времени!
– И вряд ли он хранит эти ценности просто в кастрюле! Они наверняка упрятаны в какой-нибудь тайник. Мы можем перевернуть там все вверх дном и не найти их.
– Вот потому-то нам и нужна Алиса! Она может предположить хотя бы, где он все прячет! Запросто, она же хорошо его знает!
– Знала бы, не связалась с таким типом! Если бы этим делом занялась милиция, ее могли бы обвинить как наводчицу.
– Но они же говорили, что она сама этого не знает…
– Мало ли что они говорили. Не знаю, но мне этот вариант представляется безнадежным.
– Но надо хотя бы попробовать! – горячился Петька. – А вдруг нам повезет? Нам часто везет!
– Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить! – проговорила Даша.
– Хорошо! – устало отмахнулся Стас. – Я пойду сегодня с тобой. Посмотрим, что скажет твоя Алиса!
– Стасик, ты молодец! Вот увидишь, у нас все получится!
– А вы понимаете, что, если нас вдруг застанут, мы никогда не отмоемся. Нас обвинят в воровстве, ограблении со взломом и еще черт знает в чем.
Петька и Даша побледнели.
– Стас, ты чего? Кто нас застанет?
– А я знаю? Вот вас сегодня чуть не застали, но сегодня у вас были оправдания, а тут…
– Ты передумал? – упавшим голосом спросила Даша.
– Нет, не передумал. Пока.
В начале шестого с букетом нарциссов и банкой яблочного компота от тети Вити они вошли в палату и увидели Макса, сидящего у Алисиной постели. Даша страшно смутилась, заметалась внутренне, но Алиса поспешила сказать:
– Здравствуй, Дашенька! Будь добра, присядь, я скоро освобожусь. А кто это с тобой?
– Это мой брат… Мы подождем в коридоре…
И они вышли в коридор, за ними вышла женщина, сидевшая у постели другой больной, и оставила дверь открытой.
– Откуда эти детки? – недовольным тоном осведомился Макс.
– Зря ты так! Девочка очень славная, это внучка женщины, которая меня подобрала… Они вроде как взяли надо мной шефство. И я очень рада, ты ведь уезжаешь…
Стас с Дашей переглянулись.
– Алиска, не сердись, я всего на два дня, в Питере хороший заказ светит! Я и пробуду там всего ничего – сегодня ночным поездом туда, послезавтра ночным же обратно. Так что когда тебя выпишут, я уже буду тут!
– Да ладно, я пошутила. Обойдусь я без тебя, Максик, не волнуйся!
– Верю, верю! Но я предпочитаю думать, что тебе без меня плохо!
– Думать не вредно. Ладно, иди уж, я же вижу: сидишь как на иголках. А там ребятки пришли, что-нибудь веселенькое расскажут. А то от тебя такая тоска…
– От меня тоска? Просто я озабочен, у меня много дел, мало денег…
– Не прибедняйся!
– Ну, я пошел, а то ты тоже не из самых веселых – раздраженная какая-то!
– А думаешь, приятно тут валяться? И, между прочим, по твоей вине. Если бы тогда ты меня подвез…
– Но я же опаздывал, ты прекрасно знаешь!
– Все, катись колбаской… Пока!
Стас и Даша отскочили от двери.
– Дашка, давай ничего ей не скажем, а? – прошептал Стас. – Если он сегодня уезжает… Может, мы сами, а? Так проще!
Даша, не успев ничего сообразить, кивнула. Макс вышел из палаты и быстрым шагом удалился. Они вошли.
– Вот, Алиса, знакомьтесь, это мой старший брат, Стас!
– Очень приятно! Садитесь, ребятки. Ну как, справилась с замком? – спросила Алиса.
– Да, да, все в порядке. Вот!
Даша протянула ей косметичку. Алиса достала оттуда стодолларовую бумажку и, протягивая ее Стасу, попросила:
– Извини меня, Стас, но не мог бы ты поменять это на рубли? Что мне тут с долларами делать? А остальные отдайте тете Вите, пусть спрячет, – тихонько проговорила она.
Стас взял деньги и с готовностью направился к двери.
– Стас, – окликнула его Алиса. – Если у тебя есть паспорт, то тут в переулке банк, а если нет, то на Сретенке можно и без паспорта…
– Я знаю!
И он ушел.
– Какой у тебя славный брат… Только вы совсем не похожи.
– Это сводный брат! Моя мама вышла замуж за его папу.
– Понятно!
Даша потерянно молчала. Она так долго готовилась к объяснению с Алисой, а теперь… Разговор никак не клеился. И тут она вспомнила, что забыла ключи. Так волновалась перед ответственным разговором, что начисто забыла о них. Они остались у Петьки.
– Ой, Алиса! Я совсем спятила! Я забыла дома ваши ключи. Я так тряслась из-за косметички, даже вот брата с собой взяла, а про ключи совсем забыла! Может, я сбегаю, а?
– Да ты что! Не вздумай! Завтра принесешь. Или еще лучше – оставь пока у себя. Вдруг мне еще что-то понадобится. Пусть тетя Витя их спрячет с деньгами.
«Это судьба, очередное наше везение», – подумала Даша. Вскоре вернулся Стас и отдал Алисе деньги.
– Не знаю, что бы я без вас делала? Спасибо вам, ребятки. Даша, а ты налей водички в стакан и поставь цветы, будь добра.
– Тетя Витя просила передать, что завтра сама вас навестит.
– Да? А я уже по ней соскучилась. Она такая уютная, такая добрая… Вам повезло!
– Еще как!
Они посидели минут двадцать и попрощались с Алисой. Отойдя от палаты, Даша прошептала:
– Стасик, я забыла отдать ей ключи! И она не велела их ей приносить. Просила спрятать вместе с деньгами. Ну а как она тебе?
– Ничего, нормальная. Не противная. И не похожа на преступницу. Но это все неважно. Я думаю, под каким предлогом мне сегодня отлучиться на ночь?
– На ночь? – ужаснулась Даша. – Зачем на ночь?
– Но нам же нужно время! Не можем же мы терять целую ночь! Идем скорее!
Дома он первым делом позвонил Петьке. И сообщил о неожиданном повороте дела.
– Сможешь на ночь вырваться? – спросил Стас.
– Запросто, система налажена. Я как будто иду ночевать к Денису. Кстати, надо его взять с собой. Чем больше народу, тем лучше.
– Ты сам ему позвонишь?
– Конечно! Эх, плохо, что Круза нет, он бы нам пригодился!
– А Хованский?
– Хованский? Я не уверен, что он сможет выбраться на ночь. Но я попробую. Действительно, лишний человек не помешает!
Петька, не теряя времени, позвонил Кириллу:
– Хованщина? Привет! Как дела?
– Да ничего, – скучным голосом ответил Кирилл.
– У меня к тебе вопрос… Ты говорить можешь?
– Конечно.
– Скажи, а тебе слабо на всю ночь уйти из дому?
– На всю ночь? Зачем?
– Надо! Но ты скажи – слабо или нет? Твои родаки крепко спят?
– Мои родаки уехали на свадьбу в Одинцово и вернутся в лучшем случае завтра.
– А тебя не взяли?
– Да что я там забыл?
– Тогда ты имеешь шанс совершить благороднейший поступок!
– Квитко, ближе к делу, а то говоришь загадками…
– Просто я хотел узнать главное! А если ты можешь, я сейчас к тебе забегу и все расскажу! У нас тут намечается одна экспедиция…
– Экспедиция? Куда?
– Недалеко, к Павелецкому вокзалу.
– Зачем?
– Подожди, не телефонный разговор!
– Стасик, а можно я все-таки пойду с вами? – осторожно спросила Даша.
– Вот новости! Конечно, нет! Женщина на корабле – к несчастью.
– Ну, Стасик…
– Нет, сестренка, насчет женщин на корабле я пошутил, но тут… Нет, это чисто мужское дело! Даже и не заикайся. А потом, что я скажу твоей маме, куда я тебя тащу? Я же наврал, что иду на день рождения к старому другу, что он живет у черта на куличках и я останусь у него ночевать. А при чем тут ты? И не надо дуться!
– Я не дуюсь, – вздохнула Даша, – просто мне будет так страшно за вас…
– Не волнуйся, все будет отлично!
– Только вы там поосторожнее, ладно?
– Это я тебе обещаю!
Все четверо собрались в пустой квартире Хованского. И стали ждать. К сожалению, они не знали точно, во сколько уходит поезд, которым едет Макс.
– Надо как-то это выяснить! – кричал в нетерпении Петька.
– Интересно, как ты собираешься выяснить? – поднял брови Стас.
– Можно туда позвонить…
– И что? Спросить: извините, дяденька, когда мы сможем приступить к обыску?
– Стас, мне не до шуток!
– Если тебе не до шуток, оставайся дома! – сурово проговорил Стас. – Чувство юмора нельзя терять ни при каких обстоятельствах!
– Это ты мне говоришь? – возмутился Петька. – Ты?
– А что я?
– Эй, Стас, Петька, вы что, с дуба свалились? – спросил Хованский. – Не хватало только, чтобы вы подрались.
– Да ладно, просто все нервничают, – поставил диагноз Денис. – Дело-то и вправду непростое…
Петька все-таки не выдержал, позвонил в мастерскую. Было уже десять часов.
– Алло! – услышал он голос Макса.
– Иру будьте добры!
– Какую Иру?
– Кузнецову!
– Вы ошиблись!
Петька положил трубку.
– По крайней мере, ясно, что он еще там!
– Да он наверняка поедет «Красной стрелой», – сказал Хованский.
– Ох, черт, долго ждать! – простонал Петька.
– А я предлагаю в одиннадцать выйти из дому и поехать туда. Пока то да се, он и свалит, – спокойно проговорил Денис. – Даже лучше, если мы своими глазами увидим, как он уходит.
– Правильно! – поддержал его Стас. – Вполне разумное предложение.
– А вы хоть знаете, что искать? – спросил Хованский.
Все растерянно переглянулись.
– А ведь Кирюха прав, – заметил Стас. – Мы же понятия не имеем, что там за ценности. Хорошо, если это штучки вроде веера, а если это картины? Почем мы знаем…
– Это не могут быть картины! – отчеканил Петька. – Они не пролезут в мусоропровод! Скорее всего, это какие-то безделушки, может, драгоценности, – одним словом, что-то некрупное.
– Но, может, он не держит все это в одном месте, тогда что? – сказал Хованский.
– Слушайте, кто ищет, тот всегда найдет! – сказал Петька. – И не вздумайте терять кураж! Мы найдем, мы обязательно найдем!
– Что, и шкафы взламывать будем? – хмыкнул Денис.
– Черт, про шкафы я не подумал… Но если потребуется – взломаем! – решительно заявил Петька.
– Кошмар! – схватился за голову Стас. – И вот что я вам скажу: если мы за эту ночь ничего не найдем, мы бросим это дело и просто заявим в милицию!
– Нет, тогда мы не в милицию заявим, а сообщим Ростику! – решил Петька. – Пусть он думает, как спасать свое наследство. Это ж его родственница!
– А может, с этого и надо начинать? – заметил Денис.
– Нет! Нам повезло – мы узнали, что Макс уезжает, у нас остались ключи. Это неспроста, я верю в такие вещи! – убежденно сказал Петька. – К тому же если они хотят в ближайшие дни отправить краденое через какой-то коридор, то скорее всего вещи собраны в каком-нибудь чемодане или портфеле. Так что первым делом проверим всю тару, а там будем решать…
В одиннадцать часов они по одному вышли из дому, чтобы не привлекать внимания, и встретились уже на полпути к метро.
На Павелецкой позвонили из автомата в мастерскую и услышали голос на автоответчике: «К сожалению, меня нет дома, будьте добры, после сигнала оставьте свое сообщение, и я в ближайшее время свяжусь с вами».
– Порядок! – сказал Петька.
– Неизвестно еще, может, он автоответчик уже включил, а сам еще не ушел, – на всякий случай усомнился Стас.
– Есть одна идея, как проверить! Пошли!
– Какая идея? Петро, скажи, а то опять во что-нибудь вляпаемся! – потребовал Стас.
– Если его «копейка» стоит у подъезда, надо ее по колесам пнуть, чтобы она завыла, и поглядим: выскочит ли хозяин!
– Нет, ты точно сдурел! – закричал Стас. – Во-первых, еще не факт, что на такой развалюхе вообще стоит сигнализация, а во-вторых, если Макс уже уехал, то кто, спрашивается, ее отключит? Так она и будет выть?
– Ты прав, – понурился Петька. – У меня что-то с мозгами неважно…
– Ну что за проблема? – пожал плечами Хованский. – Я позвоню ему в дверь, в крайнем случае, если он дома, скажу, что ошибся, – делов-то!
– Такие простые и добротные идеи приходят в голову только новичкам, – проворчал Петька.
Все рассмеялись, но как-то нервно.
– И, по-моему, нам нужно рассредоточиться, – предложил Денис.
– То есть?
– Ну, подниматься на лифте по одному, а то четверо ребят в такой час могут привлечь внимание!
– Нет, вы пока постойте тут, а я поднимусь и позвоню в дверь! – решился Кирилл. – Я спущусь за вами, если все в порядке!
– Зачем? Если тебя не будет десять минут, мы просто поднимемся, – возразил Стас.
– Ну уж нет, я не буду там торчать один, как дурак!
И в этот момент дверь подъезда открылась и оттуда торопливо вышел Макс с дорожной сумкой в руках. Они отпрянули, но он, к счастью, их не заметил. И побежал ловить такси.
– Вот теперь – порядок! – с удовлетворением произнес Петька.
– Это он? – спросил Хованский.
– Он, голубчик! Не знает еще, что его ждет! Так, теперь я пойду первым! Я уже знаком с сигнализацией! А вы пока подтягивайтесь!
– Подождите, давайте убедимся, что он уехал! А то мало ли, вдруг он что-то забыл… – сказал Хованский.
Он вышел в подворотню и стал наблюдать, как Макс ловит машину. Тот довольно быстро ее поймал. Кирилл вернулся к ребятам.
– Теперь все чисто. Только, Петь, я пойду с тобой, постою на стреме, пока ты будешь дверь открывать.
– Молодец, Хованщина, осторожный! – растрогался Петька. – Далеко пойдешь!
Они вдвоем поднялись наверх, взбежали по ступенькам. Петька быстро открыл дверь, первым делом отключил сигнализацию и позвонил на пульт. Охрипшим голосом он произнес:
– Извините, девушка, я передумал: решил остаться дома!
– Хорошо! – ответила девушка.
Кирилл тоже удивился, увидев мастерскую.
– Фью! – присвистнул он. – Ну и ну! Степь да степь кругом…
– Это точно.
– Фиг здесь что-нибудь найдешь! Тут год искать будешь и тогда не сыщешь.
– Хованщина, кончай причитать. Надо всегда сохранять оптимизм! Если бы мы думали, что у нас ничего не выйдет, у нас ничего и никогда бы не вышло! Запомни это, как дважды два!
– А как трижды три нельзя?
– Хорошо, запомни, как таблицу умножения!
Тут явились Стас с Денисом. Мастерская и на них произвела впечатление. И им тоже показалось, что шансы найти тут какие-то безделушки ничтожно малы.
– А кстати, потушите-ка верхний свет! – посоветовал Хованский.
– Точно!
Они зажгли торшер и еще какие-то светильники, которых тут было множество, а верхний свет погасили и еще задернули занавески на тех окнах, где они были.
– Ну, с чего начнем? – спросил Денис, озираясь по сторонам.
– Надо постараться ничего тут не раскидывать, чтобы он не сразу хватился своих сокровищ, – заметил Стас.
– Так сокровища еще надо найти, – проворчал Хованский.
– Ладно, не будем терять время! Я лично беру на себя вон тот стенной шкаф! – заявил Стас.
– А я посмотрю за картинами, вон их сколько понаставлено! – сказал Денис.
– А я займусь письменным столом! – решил Хованский.
– Вот и хорошо, а я сейчас спущусь на улицу!
Все с удивлением уставились на Петьку.
– Надо поглядеть, как все это с улицы выглядит, не слишком ли подозрительно, ведь кто-то из соседей может знать, что он в Питер укатил.
– Да ерунда! – махнул рукой Стас. – Мало ли кому он мог оставить ключ от мастерской, да и необязательно соседи знают, что Алиса в больнице. Не занимайся ерундой, Петро, лучше возьмись за дело!
– Возьмусь, не беспокойся, а все-таки на улицу надо выйти. Я вот чувствую, что надо!
– Ну иди! Если тебе приспичило! – раздраженно отозвался Стас. – Вечно Петька что-то мудрит!
Петька не стал захлопывать дверь, только прикрыл ее и, не вызывая лифта, вихрем бросился вниз. Выбежал на улицу и отошел на некоторое расстояние от дома. Мастерская была освещена совсем тускло. Даже непонятно было, горит там свет или это блики рекламы отражаются в стеклах. Эти блики служили отличным прикрытием. Успокоившись и повеселев, он направился к дому. В этот момент к подъезду подкатило такси. У Петьки упало сердце: а вдруг хозяин вернулся? Но нет, оттуда вышел мужчина совсем другой комплекции. Он показался Петьке знакомым. Ластик! Все полетело к черту! И он даже не успеет предупредить ребят. Петька стал пробираться поближе к дверям, стараясь не привлечь к себе внимания. «Если он войдет первым, я его в последний момент отпихну от лифта, – решил Петька, – он от неожиданности не успеет опомниться…» Но Ластик не спешил. Он вытащил из кармана сигареты, зажигалку и с удовольствием закурил. Петька юркнул в подъезд. К счастью, лифт стоял внизу, и он сразу уехал.
– Атас! – крикнул Петька, закрыв за собой дверь. – Тушите свет! Прячьтесь! Быстро наверх! Потом объясню!
И едва они успели распластаться на полу, на антресолях, как дверь открылась.
– Надо же, опять сигнализацию забыл включить, идиот! А что это свет горит?
Они успели потушить все, кроме одной настольной лампы. Ластик не спеша снял пальто, бросил его на одно из кресел и подошел к шкафу, который только что осматривал Стас, но в отличие от Стаса он не церемонился – просто стал выкидывать оттуда все содержимое: папки, альбомы, книги… Управившись со шкафом, он подошел к старинному секретеру, подергал крышку. Она была заперта. Тогда, недолго думая, он вытащил из кармана какой-то инструмент и в два счета открыл секретер. Петька напрягся. Может, в этом секретере есть какой-нибудь потайной ящик? Ластик тем временем вывалил на пол содержимое секретера и всех его ящиков, пошарил внутри, потом чертыхнулся и стал осматривать письменный стол.
Интересно, зачем он устраивает такой беспорядок? Не иначе хочет найти украденные вещи и смыться с ними через свой коридор, оставив ни с чем закадычного дружка. Тому, конечно, так и надо, но вот Агриппина Львовна…
И вдруг Ластик подошел к столику, где стоял музыкальный центр, и включил музыку. Под сводами мастерской разнесся похоронный марш Шопена.
– Тьфу ты черт! – выругался Ластик и поменял кассету.
«Аквалангисты – это хорошо!» – грянула группа «Манго-Манго».
– Совсем другое дело, – пробормотал Ластик, продолжая бесчинствовать в мастерской.
«А что будет, когда он доберется до антресолей? Нас, конечно, четверо, мы с ним справимся, но… Есть еще вариант – спугнуть его, но это надо сделать, когда он найдет то, что ищет. Если, конечно, найдет…»
Ластик тем временем вывалил все из платяного шкафа, потом вдруг замер, задумался и, хлопнув себя по лбу, решительно двинулся на Алисину половину.
«Там-то он что ищет?»
– Петь, – прошептал Хованский, – он то же самое ищет, да?
– Наверное.
– А что делать будем?
– Подождем, когда он найдет, а потом спугнем его.
– Как?
– Придумаем!
– Ах я идиот! – довольно громко произнес Ластик, выходя из Алисиной кухоньки с мясным топориком в руках. Прижавшись спиной к окну, начал, считая шаги, двигаться к центру мастерской. Петька насчитал тридцать шагов. Затем Ластик распластался на полу и начал простукивать его. Мальчики переглянулись. Они в жизни не нашли бы этот тайник. Ластик простукал пол, потом прополз еще немножко вперед и снова стал стучать. Но вот звук изменился. И он поддел топориком половицу.
– Есть! – воскликнул он, и ребята увидели, что возле него в полу открылся люк. Ластик запустил туда руку и вытащил сначала один «дипломат», потом второй. Не вставая с пола, он буквально снес замки на обоих «дипломатах». Открыл, посмотрел и громко расхохотался. Потом вскочил и, не глядя, пересыпал содержимое «дипломатов» в свою довольно объемистую сумку. Хованский тревожно взглянул на Петьку. Тот прижал палец к губам. У него уже созрел план. А Ластик вдруг подскочил к стеклянной витринке, где находилась небольшая коллекция бабочек, и со всего маху ударил топориком по ней. Стекло со звоном разлетелось. А он принялся крушить все подряд под бодрые песни «Манго-Манго».
– Он спятил, – прошептал Стас.
Но тут вдруг Петька сложил руки рупором и страшно завыл:
– Ууууу!
В первый момент ребята вздрогнули, а потом последовали его примеру. Теперь под сводами громадного помещения раздавался четырехголосый вой. Сначала Ластик словно не слышал, продолжая крушить, что попадалось под руку. Потом вдруг замер, прислушался. Выключил музыку.
– Уууууу!
Продолжая выть, они расползлись в разные стороны, и вой теперь несся, казалось, отовсюду.
Ластик оцепенел.
– Что это? – едва слышно прошептал он и схватился за сердце. И вдруг увидел, что с антресолей сама по себе медленно спускается большая икона.
Он побелел и бросился к двери. Выскочил на лестницу и только там перекрестился.
Мальчики умирали со смеху. Они уже праздновали победу! Сбежали вниз и схватили сумку Ластика. Первым туда заглянул Стас.
– Стасик, что там? – в нетерпении закричал Петька.
– Не знаю, тут все завернуто! Но мы ничего трогать не будем. Вернем так, как есть. Захотят нам показать – покажут. А трогать ничего нельзя.
Ластик между тем выбежал на улицу и в изнеможении прислонился к стене. Этот вой… Неужели нечистая сила? Он никогда не верил в эти бредни. Это все сказочки для старых глупых баб. И при чем тут икона? Нервы, наверное. Конечно! Это от радости в голове помутилось, ну, и от страха, конечно. Все-таки как Макс может жить в таком месте? Поневоле спятишь. «Ну я хорош! Бросил все и удрал». И тут вдруг ему в голову стукнуло – а что, если там кто-то был? Спрятаться в таком помещении ничего не стоит. Он вспомнил отключенную сигнализацию, зажженную лампу… Но если это так, значит, кто-то все видел и решил так просто, на халяву завладеть тем, что полагается ему по справедливости? Ну уж нет, не выйдет! И, накачав себя злобой, он вернулся к дверям мастерской. Прислушался. Никакого воя. Он неслышно отпер дверь, вошел в тесный тамбур и приник ухом ко второй двери. Оттуда доносились веселые мальчишеские голоса.
– Ладно, пошли отсюда!
– Куда, интересно, мы пойдем ночью, да еще с такими ценностями? Надо дождаться утра, когда пустят метро…
– А если он вернется?
– Ну, это вряд ли! Ночью он точно не вернется! Он придет, когда будет светло, когда силы зла уже спят! – насмешливым голосом сказал один из мальчишек.
– Похоже на то! А как ты догадался насчет иконы?
– Просто увидел, что она стоит, и привязал к ней бечевку, а он с перепугу решил, что она спускается с небес!
«Шутки шутить вздумали? Ах вы паршивцы! Ну погодите, вам это даром не пройдет! – кипел злобой Ластик. – Болваны самонадеянные!»
– Ну так что, остаемся?
– Конечно! А то как мы ночью домой заявимся? С какой стати? Тут места довольно. Можем отлично выспаться.
«Прекрасно! – решил Ластик. – Спите, голубчики, спите! Если очень постараться, вы вообще вечным сном уснете. Вас, судя по голосам, четверо! Вот и славно!»
И Ластик, совершенно успокоившись, спустился вниз, прошел пешком два квартала и только там поймал машину. Не надо, чтобы его видели у этого дома.
А мальчики и в самом деле скоро угомонились. Сказывалась усталость.
– Стасик, я тебя прошу, давай хоть одну штучку посмотрим, а? Нет сил терпеть! – взмолился Петька. – Только одну! Запусти туда руку и наугад вытащи чего-нибудь!
– Правда, Стас, – поддержал Петьку Денис. – Ты боишься, что мы это украдем?
– Еще не хватало! Просто я вас знаю: посмотрите одну штучку, потом – другую…
– Нет, Стас, всего одну! Единственную! – высказался Хованский.
– Ладно, уговорили, речистые! Но только одну!
– Одну, одну! – загалдели все.
Стас закрыл глаза и сунул руку в сумку. Нащупал что-то довольно большое, завернутое в целлофан, и вытащил. Под целлофаном была мягкая тряпка. Он снял ее, и взору ребят представилась фантастической красоты серебряная кружка. Снизу ее опоясывали танцующие фигурки с воздетыми кверху руками. Фигурки не были выгравированы на кружке, а образовывали что-то вроде подстаканника.
– Ух, красотища! – простонал Хованский.
– Да, не слабенькая кружечка, – согласился Денис.
– Это Фаберже! – проговорил Петька, разглядывая произведение ювелирного искусства.
– Может быть, – кивнул Стас. – Во всяком случае, сразу видно, что вещичка уникальная. А работа какая!
– Это, наверное, фамильная ценность, – заметил Кирилл. – Слава богу, что не досталась каким-то мазурикам! Все-таки мы большие молодцы!
– Ну все, налюбовались – и будет! Если там все в том же роде, то этот Ластик обязательно вернется. Но ты, Петька, прав, он вернется уже при свете дня. И, возможно, не один. Так что мы вполне можем соснуть часика три-четыре. Только не проспать бы.
– Я не просплю! – уверенно заявил Петька. – У меня будильник в голове.
Стас спрятал кружку в сумку, и они разбрелись по мастерской. Стас улегся на огромной тахте, стоявшей на половине Алисы. Спать в том разгроме, который учинил Ластик, как-то не хотелось. Не найдя ничего лучше, Денис примостился у него под боком. Кирилл поднялся на антресоль и лег на диван с продавленным сиденьем, а Петька облюбовал себе кушетку. Вскоре почти все уснули.
Прошло два часа. Дверь мастерской неслышно открылась. На цыпочках вошел Ластик.
«Спите, голубчики? Ишь, какие, молоко на губах не обсохло, а туда же… Разбогатеть захотели в таком возрасте? Вам еще не положено, вы ничего еще в жизни не сделали, чтобы такие ценности вам достались задарма. Я за них спину-то поломал, страхов натерпелся, в вонючих помоях рылся, а вы пришли и взяли? Как бы не так! Сдать бы вас ментам, чтоб в колонию вас отправили, чтоб вы там хлебнули того, что я хлебнул в свое время… но нельзя, нельзя… И вообще тут ничего нельзя… И в живых вас оставить тоже нельзя. Никак нельзя! Слишком много вы видели, слишком много слышали… Небось и днем сегодня кто-то из вас тут прятался, вот почему сигнализация была отключена. Макс обычно никогда не забывает ее включить. А откуда, интересно, эта пацанва знает, как отключить сигнализацию? Что-то тут нечисто… Уж не Алиска ли их навела? А что, запросто! Либо догадалась, либо нашла тайник. Вот и решила… Небось думает, если в больницу попала, так ее и не достанут? Еще как достанут! Я теперь всех вас достану, а сам коридорчиком, коридорчиком! Мне до самой смерти на красивую житуху хватит! А Макс пусть себе сам вторую половину старухиных богатств добывает, но уж один, без меня. Только фиг он без меня добудет!»
Все эти мысли вихрем пронеслись в его воспаленном мозгу. Он схватил свою сумку и, неслышно ступая, вошел в кухню, открыл все четыре крана на газовой плите и так же неслышно покинул квартиру.
Даша проснулась от необъяснимой тревоги. Впрочем, она была вполне объяснима – ребята в огромной страшной мастерской, а вдруг их там кто-то застал? Почему-то у нее зуб на зуб не попадал от волнения. Она чувствовала, что с ними что-то случилось. Девочка глянула на часы. Половина шестого. Она быстро вскочила, оделась. Но ехать туда одной было слишком страшно. Даша помедлила мгновение и набрала Олин номер. Только бы трубку взяла сама Ольга, а не бабушка. Даша знала, что телефон стоит у самой Олькиной кровати. И действительно, после третьего гудка раздался сонный голос подруги:
– Слушаю!
– Олька! Это я!
– Дашка? Что случилось?
– Я не знаю, но что-то случилось, я чувствую!
– Да с кем? Я ничего не понимаю, – шептала в трубку Оля.
– Понимаешь, мальчишки пошли на дело. Я тебе все объясню по дороге!
– Погоди, говори толком!
– Не могу, надо спешить, каждая минута дорога!
Даша вовсе не была паникершей, и Оля вдруг тоже испугалась.
– Даш, я сейчас! Через десять минут встретимся!
Действительно, через десять минут девочки встретились на улице.
– Надо поймать такси! – сказала Даша. – Сейчас еще мало машин, так будет быстрее.
– А денег хватит?
– Я взяла стольник. Хватит!
– А куда ехать?
– На Павелецкую!
– Они там? – ахнула Оля.
Она вчера ездила за город к подруге на дачу и была еще не в курсе последних событий. Машин довольно долго не было, но вот возле них затормозил старенький «Москвич».
– Девчата, куда?
– На Павелецкую!
– На поезд опаздываете?
– Встречать!
– Понятно! Сейчас вмиг домчу по Садовому!
Они вбежали в подъезд и поднялись наверх.
– По-моему, пахнет газом! – в ужасе прошептала Оля.
У них от страха округлились глаза.
– Только не вздумай звонить! – прошептала Оля. – А то как рванет!
– Но что же делать?
– Вызывать 911!
– Правильно!
Но тут вдруг Даша заметила, что дверь неплотно закрыта. Она рванула ее и вместе с Олей вбежала в мастерскую. Зажав ладонью нос и рот, девочки бросились в кухню и в четыре руки перекрыли газ, тут же распахнули окно в кухне, потом стали распахивать окна и в мастерской. К счастью, прошло совсем немного времени с того момента, как ушел Ластик. Свежий воздух хлынул в мастерскую, и девочки бросились будить ребят.
– А где Хованский? – крикнула Оля, тряся Петьку.
– Жучка, ты? Тьфу, что тут такое? Как ты сюда попала? Ой, как башка болит!
– Я спрашиваю – где Хованский?
– Наверху! Ох, голова!
Оля тем временем кинулась наверх. От шума и холода Кирилл открыл глаза.
– Ты откуда? – задал он ей тот же вопрос.
– Скорее, надо ехать в больницу!
– В какую больницу? Ты что?
– Тебя тошнит? Голова болит?
– Что случилось?
– Да вас же газом отравили! Скорее, надо сматываться!
Даша растолкала Стаса и Дениса. Все четверо были бледными, у всех болела голова, но они были в состоянии двигаться.
Девочки в мгновение ока собрали их вещи, Оля помогла Хованскому спуститься по лестнице. Совершенно ошалелые, они покорно двинулись к выходу. Запах газа уже не чувствовался, и девочки поспешно закрывали окна.
И тут вдруг Петька вспомнил, зачем они вообще сюда приперлись.
– Ушел! – завопил он. – Унес! Все напрасно! Черт бы нас побрал, кретины несчастные!
– Что? Что? Ты о чем? – спрашивала Даша.
– Нет, ну надо же! И кому в голову пришло тут оставаться? Идиоты, болваны, все дело провалили! Конечно, он вернулся и забрал сумку! Она вот тут стояла!
– Да черт с ней, с сумкой, главное, что вы живы! – всхлипывала Даша.
– С сумкой? – переспросил Хованский.
– Ну да, он унес сумку!
– Ни фига! Ничего он не унес! – с затаенным торжеством проговорил Хованский.
– То есть как?
– А вот так!
– Где?
– Она? Ее он унес, но только там ничего нет! Вот, смотрите! – И он показал друзьям свою сумку.
– Ничего не понимаю! – закричал Петька.
– А чего тут понимать? Вы задрыхли, а я подумал: вдруг он вернется за сумкой, когда мы еще будем спать? Ну и на всякий случай пересыпал все в свою. А в ту навалил всякой дряни!
Все потрясенно молчали.
– Да, – сказал Стас, – я говорил, что он далеко пойдет!
– Хованщина, дай пять, ты такой молодец, что у меня просто нет слов.
Кирилл зарделся от похвалы друзей.
– Ну все. Пошли скорее, а то этот тип обнаружит подмену и явится сюда с пулеметом! – закричала Даша. – И надо непременно в больницу.
– Никуда не надо! Мы не успели отравиться. Нас даже не рвало, – запротестовал Петька. – Но отсюда надо скорее уносить ноги!
– А куда вещички-то повезем?
– Пока к нам, – сказал Стас. – А потом позвоним Милке и попросим ее приехать к нам вместе с отчимом.
Но Даша настояла на том, чтобы они зашли в поликлинику, к знакомому врачу Евгении Ивановне. Та осмотрела ребят и сказала, что это даже нельзя назвать отравлением. Им здорово повезло! Она спросила, как это случилось, но они наврали ей с три короба. В общем, отделались легким испугом. И тут вдруг до Петьки дошло.
– Лавря, Жучка! Но как вы туда попали?
– Интуиция, Петька! У Дашки интуиция сработала! – объяснила Оля.
– Потрясающе! Ты нам жизнь спасла! – пришел в восторг Петька. – А я на этот раз лажанулся! Да как!
– Не страшно, Петька! Главное, что все живы-здоровы! – чуть не плакала от счастья Даша.
Когда они вошли в квартиру, навстречу им выглянула пораженная тетя Витя.
– Боже мой! Я думала, вы еще спите! Откуда вы?
– А мама ушла? – тихонько спросила Даша.
– Минут десять назад. Но что все это значит? И почему это вы такие бледные?
Они переглянулись.
– Тетя Витя, мы вам доверим один секрет, – таинственным шепотом проговорил Стас. – Только чур – никому!
– Стасик, ты меня знаешь!
– Так вот, мы сегодня вернем старухе Агриппине Львовне все, что у нее украли эти гады!
– Господи, Стасик, что ты говоришь?
– Вот видите эту сумку? Здесь – все!
– Но где вы это взяли?
– Мы это тоже украли! – с торжеством сказал Петька. – Мы не воры, но мы украли. И нисколечко в этом не раскаиваемся!
– Что же это получается – вор у вора дубинку украл?
– Нет! Мы экспроприировали экспроприированное!
– Кошмар, нельзя ли как-нибудь изящнее выразиться? – засмеялась тетя Витя. – Не забывай, Петя, я все-таки всю жизнь была учителем словесности.
– Хорошо, я подумаю, Виталия Андреевна!
Стас позвонил Милке и, ничего не объясняя, попросил ее как можно скорее приехать к ним вместе с отчимом.
– А что случилось? – разволновалась она.
– У нас к нему очень-очень важное дело!
– Ну, я не знаю, он ведь страшно занят…
– Милка, поверь, это того стоит!
– Хорошо, я попробую!
Через десять минут она перезвонила и сказала, что они с отчимом приедут часа через два.
Когда Милка и Ростислав Иванович вошли в квартиру, вид у них был весьма встревоженный.
– Что случилось? – спросил Ростислав Иванович, когда они разделись и Милка познакомила его со всеми. – Я вижу, что-то серьезное… Вы живете в одном доме с моей родственницей… Это как-то с нею связано, да?
– Да! – торжественно произнес Стас. – Ростислав Иванович, нам удалось узнать, что вашу родственницу регулярно обкрадывали, пользуясь ее старостью и слепотой. А мы… мы случайно кое-что выяснили… ну, одним словом, мы не любим, когда грабят слепых старух… И вот… – Стас взял сумку Хованского. – Мы смогли найти эти вещи и возвращаем их вам. Мы не знаем, как это сделать, чтобы не волновать Агриппину Львовну. Мы даже не знаем, что там такое… Видели только одну серебряную кружку… И еще – мы знаем тех, кто это сделал, и более того, – кажется, знаем, кто убил Констанцию Львовну… Ее ведь убили, да?
– Да, ее отравили… Но кто? Эта сбежавшая домработница, да? Милиция уже вышла на ее след. Но почему она это сделала?
– От жадности. Ей, видимо, причитался какой-то процент от награбленного, и она испугалась, что Констанция Львовна увезет сестру в Испанию. Ну и вот…
– А кто эти воры? Впрочем, это потом… Но как же вам это все удалось? Я просто не могу прийти в себя… Вы… Вы просто потрясающие ребята.
– Ростислав Иванович, – тихо сказала Даша, – а вы знаете Алису Майкову?
– Алису? Конечно! Она покойного мужа Агриппины Львовны родственница, а почему ты спрашиваешь?
– Потому что она хоть и знакома с ворами, но она ни при чем. Мы это точно знаем!
Они еще долго говорили об этом запутанном деле. Потом Ростислав Иванович спросил:
– А с чего все началось? Почему вы вдруг заинтересовались этим делом?
– С чего все началось? – задумался Петька.
– С того, что у моего папы украли «дипломат» из машины!
– Нет, Стас, все началось с вонючего «Запорожца»!
Прошло три недели. И вот в один прекрасный день позвонила Милка и сказала, что Макс и Ластик арестованы за пособничество убийце. Именно они вынесли из квартиры труп Констанции Львовны и оставили на Тверском бульваре. Милиция сама нашла их, арестовав бывшую домработницу. У нее было в прошлом немало уголовных дел.
А Алису вскоре выписали из больницы. Даша, Оля, Петька и Стас часто навещали ее и помогали, чем могли.
Как-то под вечер Петька с Дашей возвращались от Алисы, и Петька сказал со вздохом:
– А все-таки, Лавря, мы большие молодцы. Управились с этим делом точно в каникулы. Ни одного лишнего дня не прихватили. Согласись, что это уже высокий класс?
«B такую погоду только и болеть», – огорченно подумал Петька и отвернулся к стене. Конец апреля, а на улице почти ноябрь. Холодно, мокро, серо. Но зато не так обидно… Привязалась проклятущая ангина… Горло уже не болит, а температура почему-то еще держится. Это мешает, а то можно было бы даже понаслаждаться болезнью – лежишь себе, на столике стоит здоровенная кружка с клюквенным морсом, хочешь, смотри телик или видак, хочешь, читай – папа принес еще три романа Незнанского. Правда, в последнее время они уже не такие интересные, но все-таки любимый герой Александр Турецкий по-прежнему совершает свои подвиги… Но с температурой ничего этого не хочется… «Хорошо, что у нас сейчас нет никакого расследования, а то бы я совсем извелся», – подумал Петька и снова уснул.
Проснулся он оттого, что в квартире кто-то был. Странно, кто бы это?
– Эй, кто там? – крикнул он.
– Петечка, это я! – услышал он голос бабушки Марии Львовны.
– Баба Маня, ты? – обрадовался Петька.
– Да, Петечка, я!
– Что ты там делаешь, иди сюда!
– Да я вот… Сейчас приду!
Петька услыхал, что она прошла в ванную, там включила воду. Но вскоре появилась, пряча глаза.
– Баба Маня, ты что? – перепугался Петька.
Вид у Марии Львовны был вконец несчастный.
– Ты плакала? Что-нибудь с бабусей? – перепугался Петька.
– Да нет, Петечка, это так, ерунда…
– Баба Маня, не делай из меня дурака! Что, я тебя не знаю? Ты из-за пустяков плакать не станешь!
– Полторы тысячи – это, Петечка, совсем не пустяк!
– Какие полторы тысячи?
– У меня в сумке было полторы тысячи, мне долг отдали…
– И ты их потеряла?
– Можно сказать и так!
– У тебя их украли?
– Ну не то чтобы… Но, в общем, да, украли.
– Баба Маня, ты говоришь загадками.
– Просто мне стыдно. Я такая дура! Я только потом сообразила, что это была целая шайка.
– Баба Маня! Немедленно все расскажи!
– Нет, Петя, не расскажу! Я же тебя знаю, ты хоть и болен, соберешься их ловить! А я за тебя боюсь!
– Баба Маня, во-первых, ты сама сказала, что я болен. У меня сил не то что бандитов ловить, даже телевизор смотреть нету! Но я должен все знать, да и тебе легче станет, если ты все расскажешь.
Мария Львовна внимательно посмотрела на внука.
– Только, Петька, чур, никому ни словечка!
– Родителям и бабусе – ни слова! А своим друзьям… Им обязательно надо сказать, они могут помочь.
– Петя, я не хочу! Почему из-за моей дурости должен кто-то рисковать? И ведь я всегда так гордилась собой, что ни в какие «МММ» и «Чару» деньги не вкладывала, а тут… Понимаешь, иду я по подземному переходу, и подскакивает ко мне молодой человек, очень приличный с виду, и сует в руки какую-то карточку. Мол, у них открывается новый магазин видеотехники, и они проводят лотерею… Не хотела я ее брать, видит бог, а он мне насильно всучил и подвел к какой-то девице, у которой в руках был журнал с номерами. Она выхватила у меня карточку. У вас, говорит, восемнадцатый номер, а у вас, женщина, двадцатый! Я гляжу в журнал и вижу – под восемнадцатым номером написано – приз, а под двадцатым – шанс. А тут еще какой-то парень подскакивает с карточкой, уж не знаю, что там у него было написано, только девица ему тут же без долгих слов сотенную бумажку вручила…
– Так, – проговорил Петька, – это чтобы ты ничего не заподозрила.
– Это я потом сама поняла, только уже поздно было… Ну вот, девица объясняет, что, поскольку у меня приз, я могу выбрать, что взять: телевизор или деньги. Причем телевизор-то хороший, «Сони», но получать его надо на каком-то складе, и вроде ни к чему он нам, да и вам тоже, вот я и подумала, что неплохо будет, если я приз деньгами возьму…
– Баба Маня! Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, ты же сама знаешь!
– Знаю. Бес попутал! Старая дура!
– Ну а что дальше-то было?
– Дальше? А дальше я сказала, что беру деньгами! А тогда она, девица эта, говорит, вы мне сейчас дайте пятьсот рублей, а я вам через две минуты верну две тысячи без пятидесяти рублей, это мои проценты! А тут женщина, у которой шанс выпал, спрашивает: «А что мне-то будет?» – «А вам, если внесете тысячу, достанется вся сумма, конечно, если эта женщина – то есть я – не захочет все себе оставить…»
– И ты, чтобы не потерять пять сотен, дала ей еще тысячу? – воскликнул Петька.
– Откуда ты знаешь?
– Баба Маня, это же обыкновенная пирамида! А потом вторая внесла две тысячи, чтобы не потерять первую, и забрала всю кассу, так?
– Так… Там еще какая-то женщина стояла, она все меня подзуживала: возьмите у меня, если вам не хватает, вот сто рублей, отдадите мне потом двести, и хорошо…
– Ты не взяла?
– Сто рублей взяла… Мне не хватало. А уж когда я сообразила, что меня просто облапошили, я как закричу, что ж вы делаете, у меня же копейки не осталось! А девчонка эта наглая говорит, вы внесите две тысячи, у вас преимущественное право перед той женщиной, и все деньги достанутся вам. Я говорю, у меня же ничего нет, вы же видите! А она – займите у кого-нибудь или же долларами дайте. Ну, тут уж у меня хватило ума просто унести ноги! Еще эта тетка, что мне сотню дала, за мной шла, причитала, что вот сотню зазря потеряла, а у меня сорок рублей в кармане завалялось, так я ей в морду швырнула, поняла, что она с ними заодно! Скажи мне, Петечка, а вот та, что выигрыш унесла, она тоже с ними?
– Можешь быть уверена! Если бы у тебя еще деньги нашлись, она бы тоже в кармане тысчонку-другую обнаружила… Да они все там из одной шайки.
– Знаешь, когда она, отдав тысячу, полезла еще за двумя, мне уже стало ясно, что меня надули, и я потребовала обратно свои деньги…
– А они над тобой посмеялись?
– Нет, я же говорю, предложили еще занять, но тут я опомнилась… Не хватало только в долги залезть…
– И на том спасибо! – улыбнулся Петька. – А теперь, баба Маня, напрягись маленько, и давай запишем их приметы. Ты их хоть запомнила?
– Представь себе, да! Особенно девчонку. Да и тех двух теток тоже!
– Баба Маня, будь добра, достань из моего стола тетрадку и ручку.
– Зачем это?
– Как зачем? Приметы записать. Я их капитану Крашенинникову на всякий случай дам.
– Станет он с этим возиться! Скажет – сама виновата, дура старая! И будет прав!
– Может, он и будет прав, но, баба Маня, сама подумай, сколько еще народу они вот так облапошат. Хорошо тебе, ты с голоду не помрешь, и вообще… А у других они таким манером последние деньги выманят…
– И ведь как у них все продумано… Специально стравливают двух клиенток. Ах, продувные бестии!
– Все, давай вспоминать! Как выглядела девчонка, в чем была одета?
– На ней была черная кожаная курточка, сама она брюнетка, а глаза светлые-светлые, видать, волосы-то крашеные… Лет ей не больше двадцати двух, ногти выкрашены таким серебристым лаком с крупочками…
– С какими крупочками? – не понял Петька.
– Ну, знаешь, будто шарики серебристые в лак подмешаны…
– А, знаю! Дальше!
– И помада у нее вроде бы синеватая…
– А ногти длинные?
– Длинные, точно! Но больше, пожалуй, я ничего не запомнила…
– Это не так уж мало! А теперь тетки…
– Ну, та, что тысячи-то из сумки доставала, была такая полная, стриженая, волосы седые, но темные, понимаешь?
– Ага!
– Плащ на ней был желтоватый, а на шее зеленый шарфик с цветочками. Сумка такая хозяйственная на «молнии», вот в точности как у твоей мамы, только не синяя, а черная в горошек!
– Баба Маня, ты гений!
– А вторая, та, что взаймы давала, лет за шестьдесят, в сером пальто, и пучок у нее на затылке бордовой косынкой перевязан!
– Все это хорошо, баба Маня, но ведь и косыночку, и шарфик, и даже плащ ничего не стоит сменить… А лица их ты не запомнила?
– Лица? Вот у той, что с тысячами, лицо противное было, плаксивое, такие на митингах выступать любят…
– Понятно, – кивнул Петька.
– А та, вторая, с виду даже и ничего… внушает доверие… Но конкретнее ничего сказать не могу! А еще там парень вертелся, тот, которому девка сразу сто рублей дала. Он тоже меня все подзуживал…
– Баба Маня, как же ты, а? – огорченно спросил Петька. – Это ж все элементарно…
– Ах, не говори! Я так на себя зла…
– Ну, ничего, баба Маня, капитан Крашенинников так этого не оставит! – утешал бабушку Петька, ни на секунду не собираясь посвящать в это дело капитана. Они сами отыщут этих жуликов, а там будет видно.
Между тем бабушка, продолжая сокрушаться, напоила Петьку чаем с яблочной шарлоткой, которую привезла из дому, и пощупала внуку лоб.
– Петька, а температура, похоже, спала! – обрадовалась она и сунула ему градусник.
Оказалось, что температура и впрямь понизилась. На градуснике было ровно тридцать семь.
– Вот и слава богу, а то уж мы за тебя испугались, сколько времени температура держалась. Только теперь тебе сил набираться надо. Ты поспи, Петечка! Может, тебе чего-нибудь вкусненького приготовить?
– Да нет, баба Маня, ничего не хочется, я и вправду посплю.
Когда он проснулся и померил температуру, на градуснике было тридцать шесть и три.
– Отлично! – сказала баба Маня и принесла ему чашку бульона. – Теперь пойдешь на поправку! Пока ты спал, тебе твоя Лавря звонила.
– Да? И что говорила?
– Беспокоится, как ты тут!
– Баба Маня, будь другом, дай телефон, – взмолился Петька.
– Ладно уж, Ромео!
И баба Маня принесла Петьке телефон.
– Баба Маня, ты же понимаешь, я при тебе не могу…
– Хорошо, хорошо, ухожу! Но ты не очень забалтывайся, тебе еще нельзя…
И с этими словами Мария Львовна вышла из комнаты. Ей нравилась Даша и нравилось постоянство внука. Вон сколько лет он все влюблен в свою Лаврю.
Но Петька и не думал звонить Даше. Он позвонил Игорю Крузенштерну.
– Круз, это я!
– О! Квитко! Ты ожил?
– Ожил! И даже температура упала, Крузик, есть срочное дело!
– Какое дело, Квитко? Ты спятил? Не успел еще голову от подушки оторвать, а уже новое дело надыбал?
– Ага! – рассмеялся Петька. – Мне его домой принесли, на блюдечке с голубой каемочкой!
– Валяй, выкладывай.
– Игорек, тут вот что случилось…
И Петька довольно подробно изложил Игорю все, что случилось с бабой Маней.
– Вот гады! – вскипел Игорь. – Старуху ограбили! Сволочи!
– Я знал, что ты меня поймешь.
– Но что-то же надо делать?
– Для начала собрать всех наших, ввести в курс дела, размножить приметы, это Ольга на компьютере сделает в два счета, ну и продумать план действий!
– Ты хочешь, чтобы я собрал всех у тебя?
– Я-то хочу, но баба Маня не даст! Надеюсь, завтра меня уже оставят без присмотра, если, конечно, температура не подскочит.
– Кстати, вполне может быть.
– Но нам нельзя терять время!
– Тогда сделаем так – я сейчас приду к тебе без звонка, и твоя бабушка одного меня к тебе пустит!
– Надо надеяться!
– От тебя я пойду к Лавре, мы всех соберем и будем держать с тобой связь по телефону! А по дороге я наведаюсь в переход, может, они еще там…
– Ну, это вряд ли. Хотя чем черт не шутит! Ты правильно мыслишь, Круз! Значит, в любом случае я жду тебя.
– Жди!
Петька повесил трубку. Да, Круз надежный парень, на него вполне можно положиться.
– Ну, поговорил? – заглянула к внуку Мария Львовна.
– Поговорил, – кивнул Петька и закрыл глаза. Ему хотелось подумать.
– Спи, Петечка, спи, – едва слышно прошептала Мария Львовна и закрыла дверь.
Игорь Крузенштерн первым делом позвонил Даше:
– Привет!
– Привет, Круз! Что нового?
– Вагон и маленькая тележка!
– Выкладывай!
– У Петьки температура упала!
– Здорово! А еще что?
– У нас новое дело! Надо срочно всем собраться. Обзвони всех, а я пока смотаюсь к Петьке за приметами.
– Круз, ты что несешь? Какие приметы?
– Приметы преступников!
– Ничего не понимаю! Ты можешь толком объяснить?
– Попытаюсь, хотя у меня нет времени, я хочу сбегать на проспект Мира, там сегодня в переходе бабу Маню грабанули!
– Как? – ахнула Даша. – Среди бела дня?
– Ну да, ее облапошили на полтора куска! Там целая группа работала. А Квитко записал их приметы с ее слов. Мы должны поймать эту погань. Ладно, Даш, ты собери всех, а я пока смотаюсь туда!
– Куда? В метро? Да их давно уже след простыл!
– Ничего, может, кто их видел… Покручусь там…
– Игорь, я с тобой!
– Нет! А кто звонить будет? И вообще, один я меньше внимания привлеку, – решительно заявил Игорь и повесил трубку.
«С ума сойти, – подумала Даша, – надо же, какой он стал…» И первым делом она позвонила Оле:
– Оль, ты очень занята?
– А что?
– Собраться надо!
– Свистать всех наверх? – усмехнулась Оля.
– Вот именно!
– А что стряслось?
– Знаешь, у меня сведения из третьих рук, вот придешь и все узнаешь!
– Но у тебя-то все нормально?
– У меня – да, неприятности у Петькиной бабы Мани. Давай, Олька, через час подваливай!
– А Крузу позвонить?
– Не надо, он-то и расскажет, ведь Петька болен. А мне надо еще Денису звякнуть.
– А Хованскому? – спросила Оля.
В их последнем деле Кирилл сыграл немалую роль.
– Хованскому тоже позвоню.
– А Стас? – поинтересовалась Оля.
– Стас? Стасу некогда, он с репетитором занимается, его и дома-то почти не бывает. Ладно, Олька, пока!
Даша позвонила Денису. Тот с радостью согласился приехать. А вот Хованского дома не было.
Игорь первым делом окинул взглядом лестницу, на которой сегодня бессовестно надули Петькину бабушку. Никого, даже отдаленно напоминавшего мошенников, там, конечно, не было. Игорь еще послонялся по переходу, где было множество киосков. Но ничего не вызвало его подозрений. Да, теперь ищи-свищи, подумал он. И стал медленно подниматься по ступенькам. У перехода тоже шла бойкая торговля. Несколько фруктовых ларьков, палатки с напитками, прилавок с газетами и детективами, мороженое. И вдруг возле одной из палаток он увидел горько плачущую пожилую женщину. Она сидела на пластмассовом стуле возле белого столика. Мало ли почему может плакать женщина, но что-то словно толкнуло Игоря к ней.
– Извините, я могу вам чем-нибудь помочь? – мягко спросил он.
Женщина подняла глаза, увидела высокого красивого парнишку с добрым интеллигентным лицом и громко всхлипнула.
– У вас какое-то горе? Может, я провожу вас до дома? Случилось что-то плохое? – тихо допытывался Игорь.
– Да, – шмыгнула носом женщина, – случилось, плохое! Я деньги потеряла. Все, до копеечки. Даже домой доехать не на что!
– Ну, это поправимо, – улыбнулся Игорь и полез в карман. – Вот, у меня есть карточка на метро! Доберетесь?
– Ох, миленький, спасибо тебе! Да на метро я уж доберусь! Господи, надо же…
– А где вы деньги потеряли? – в предчувствии удачи осведомился Игорь.
– Да не потеряла я, – тихонько призналась женщина, – меня обмишурили как последнюю идиотку!
Игорь присел за столик рядом с женщиной.
– Может, вы хотите пить? – спросил он.
– А что это ты так обо мне заботишься? – насторожилась вдруг женщина. – Нешто тебе не на кого больше деньги потратить?
– Вы принимаете меня за мошенника? – оскорбился Игорь. – Напрасно! Меня просто мама с папой так воспитывали. Если видишь, что человек в беде, помоги, чем можешь.
– Ох, прости меня, дуру старую! Я уж обожглась, теперь вот всех подозреваю! Но только пить я не хочу, спасибо!
– Тогда, если вы не против, я возьму себе баночку колы, а то просто так сидеть неудобно…
С этими словами Игорь подошел к палатке и вскоре вернулся с банкой колы и двумя пластмассовыми стаканчиками.
– Вот, выпейте немножко…
– Спасибо, парень! Как тебя звать-то?
– Игорь!
– Спасибо, Игорек!
Женщина с удовольствием выпила воду. Потом достала из сумочки платок и усмехнулась.
– Вот, глянь, Игорек, какие дуры бывают! – Она продемонстрировала ему пустую сумку. – Все проклятые выманили, до копеечки!
И она рассказала Игорю то же самое, что рассказала Петьке баба Маня.
– И главное… Я вроде у них приз выиграла, а она мне, девчонка эта наглая, говорит: «Дайте мне пятьсот рублей, чтобы доказать свою платежеспособность!» Но мне и в голову не пришло, она на моих глазах какому-то парню сотенную отстегнула, вроде за здорово живешь… Ну я и купилась! Короче, раскрутили меня на тысячу, больше у меня не было…
– А вы их внешность запомнили?
– Еще бы! До смерти теперь не забуду!
И она описала тех же самых людей, добавила только, что у тетки, которая все тысячи из сумки вытаскивала, глаза пронзительно-зеленые. И бородавка над губой.
– А девчонка эта… Она вроде даже и красивая, но глаза… Холодные, безжалостные… Змеиные, одним словом! Я ее, кажется, до смерти не забуду!
Игорь вполне полагался на свою память, ничего не записывал, чтобы не спугнуть женщину.
– Ох, спасибо тебе, милый, утешил ты меня, я уж думала, хороших людей и вовсе не осталось, а тут ты…
Игорь улыбнулся. И женщина совсем растаяла.
– Как думаешь, Игорек, в милицию заявлять не стоит?
– В милицию? Думаю, без толку это. Не станут они их искать…
– Вот и я думаю – скажут, сама виновата, тетка!
– Может быть…
– Но как же… Значит, они еще многих так вокруг пальца обведут! И останутся безнаказанными?
– Нет, безнаказанными они не останутся, – сквозь зубы проговорил Игорь.
– Но кто ж их накажет, разве только бог?
– Ну, это уж как пить дать! – улыбнулся Игорь. – Но не только…
– Постой, уж не ты ли хочешь их искать? А? Ты вот у меня про их приметы все выспросил… Знаешь, у меня внучка все книжки читает про каких-то девчонок, Асю и Мотьку, которые бандитов ловят…
– Вот-вот, у меня тоже есть такая компания, – рассмеялся Игорь. – Деньги ваши мы вряд ли вернем, но жуликов этих поймать вполне можем… И уж тогда сдадим их в милицию!
– Ты правду говоришь?
– Я говорю, что мы попытаемся, конечно, ручаться я не могу…
– Игорек, миленький, поймай! Поймай этих гадов! А я за тебя буду бога молить, чтобы помог тебе и твоим друзьям.
– Вот и договорились! – улыбнулся Игорь. – Уж с божьей помощью мы их наверняка отловим. А вы не могли бы оставить свой телефон, вдруг нам удастся кого-то из них сфотографировать?
– Конечно! Запиши! Звать меня Еленой Федоровной!
Женщина продиктовала Игорю свой номер телефона, который он аккуратно занес в записную книжку. Потом он проводил Елену Федоровну до метро и на бешеной скорости помчался к Петьке.
– Игорь? – встретила его на пороге Мария Львовна. – Ты чего такой запыхавшийся?
– Да так, я спешил… – смущенно ответил Игорь. – А к Петьке можно?
– Ладно уж, заходи, только ненадолго, а то он еще слабенький!
– Спасибо, Мария Львовна.
– О! Крузейро! – радостно приветствовал его Петька. – Вижу, у тебя какие-то достижения? – шепотом добавил он.
– Ага! Еще какие! Я вторую жертву нашел.
И он подробно рассказал Петьке о встрече с Еленой Федоровной.
– Молодец, Крузейро! Я тобой горжусь! Значит, скоро вы все соберетесь у Лаври, ты там будешь моим полномочным представителем!
– Ну и нахальный ты, Квитко, – покачал головой Игорь.
– Есть немножко, – согласился Петька. – Но вы все-таки держите со мной связь!
– Обязательно! – пообещал Игорь и, забрав у Петьки записку с приметами жуликов, убежал к Даше.
Там уже его ждали.
– Ну, что стряслось? – в нетерпении спросила Даша.
Игорь во всех подробностях пересказал друзьям сегодняшние события.
– Ну ни фига себе! – воскликнул Денис. – Совсем внаглую работают! Вопрос в том, как нам их искать. Вряд ли они завтра сюда заявятся.
– Нет, конечно, – кивнула Оля. – Они все наверняка живут где-то далеко отсюда и работают тоже далеко от дома. А значит – по всей Москве. И шансов у нас – кот наплакал. Нас слишком мало, чтобы прочесать все станции метро.
– Ты думаешь, они обязательно у метро тусуются? – спросила Даша.
– Конечно! Такие всегда орудуют в самых людных местах…
– Ольга, почему ты заранее ставишь крест на нашем деле? – возмутился Игорь.
– Никакого креста я не ставлю. Я просто реально смотрю на вещи. В данном случае у нас действительно мало шансов!
– Нет, Олька, шансы есть всегда, – возразила Даша. – Мы столько дел распутали, когда у нас вообще никаких шансов не было… Шансы шансами, но есть еще и везение. А нам везет! Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить. Может, нам снова повезет.
– Обязательно повезет! Не может не повезти! – горячо воскликнул Игорь. – Мы просто обязаны найти этих… Этих… Гады, у старух деньги выманивают!
– Наверное, не только у старух, – заметил Денис, – просто мы знаем два случая… Ладно, везение везением, но с чего-то надо начинать.
– Да, действительно. Шансы шансами, везение везением, а работать надо, – рассмеялся Игорь. – Для начала надо свести воедино приметы, которые вспомнили баба Маня и Елена Федоровна, и размножить…
– Это я сделаю, – вызвалась Оля. – Сегодня же распечатаю. Сколько экземпляров?
– Чем больше, тем лучше! – сказала Даша. – Раздадим всем, кому можно. А вдруг их встретит кто-то другой!
– Кого ты имеешь в виду? – не понял Игорь.
– Ну, Хованского, к примеру, тетю Витю, да мало ли…
– Да, и всем бабушкам надо рассказать про них, чтобы не попадались. Я, например, обязательно бабушку предупрежу! – сказала Оля.
– Да, я тоже! – согласилась Даша.
– А что, если… А что, если написать про них статью? – воскликнул Денис. – Предупредить народ?
– Ни в коем случае! – отрезала Даша. – Тогда мы их спугнем. Они лягут на дно, и прости-прощай! У меня есть идея – давайте завтра попробуем охватить хотя бы проспект Мира. Начнем с Сухаревки, нашу станцию и «Рижскую» пропустим: там нет подземного перехода, зато на «Алексеевской» он очень даже оживленный. Потом «ВДНХ»…
– А дальше уже вряд ли имеет смысл, – сказал Денис. – Может, нам стоит разделиться? Допустим, Оля с Крузом двинут по этому маршруту, а мы с тобой доберемся до «Октябрьской», там целых два перехода.
– И чего мы на переходах зациклились? – спросил Игорь. – Почему они на площади возле метро орудовать не могут?
– Могут, – вздохнула Оля. – Они все могут. Но с чего-то действительно надо начинать! Предлагаю завтра, часов в двенадцать, смыться с уроков и встретиться всем на Сухаревке. Если их там не будет, тогда разойдемся.
– Хорошо, только надо сейчас звякнуть Квитко, может, он чего-нибудь такое удумал! – предложил Игорь.
Петька, однако, ничего более дельного пока не придумал. Сказывалась болезнь. Но их план он, в общем-то, одобрил. Действительно, с чего-то надо начинать.
Стас последнюю неделю занимался в новой квартире, куда им предстояло переехать в начале июня. Тут было чисто, тихо, не трезвонил телефон, вид за окнами успокаивал нервы – река и деревья Нескучного сада. Они с отцом перевезли сюда его стол и компьютер, поставили раскладушку. Тетя Витя снабжала его продуктами, да иногда соседка, Елизавета Григорьевна Мелешина, приглашала его пообедать. И в самом деле, он тут очень много успевал. Но ночевать он всегда возвращался домой. Вот и сегодня он взглянул на часы и ахнул. Половина девятого! Он не заметил, как пролетело время. Надо позвонить Дашке, сказать, что он уже едет. Но тут зазвонил телефон. Дашка, подумал Стас. Беспокоится, наверное.
Это и в самом деле звонила Даша:
– Стасик, ты скоро?
– Уже выхожу!
– Давай, мы тебя ждем!
– Дашка, что-то случилось? – насторожился вдруг Стас.
– Нет, у нас ничего не случилось.
– А у кого?
– У Петьки!
– Что? Ему стало хуже?
– Да нет, приедешь, объясню!
– Но там все живы?
– Да! Конечно, живы!
– Ну и хорошо! Ладно, сестренка, я уже выхожу!
На платформе метро было пусто. Стас не спеша шел в сторону первого вагона. И вдруг он заметил на лавочке совсем молоденькую девчонку с неправдоподобно длинными ногами. Такие всегда нравились ему. Правда, он не видел ее лица. Подойдя поближе, он понял, что девчонка горько плачет.
– Девушка, что случилось? – спросил он осторожно, понимая, что его сейчас запросто могут и обругать.
Девушка словно не слышала его, продолжала лить слезы.
– Извините, – уже громче и настойчивее произнес он, – у вас неприятности? Вас кто-то обидел?
Девушка подняла на него заплаканные глаза, шмыгнула носом и ответила:
– А тебе-то что?
– Да ничего, просто я хотел помочь…
– Не нуждаюсь! – буркнула девушка и полезла в сумку за платком. И вдруг разрыдалась еще горше прежнего.
«А ей не больше пятнадцати, – подумал Стас. – Поругалась, наверное, со своим парнем. Ну и ладно, не больно нужно…»
Тут к платформе подкатил поезд. Стас шагнул было к вагону, но тут девушка окликнула его:
– Эй, погоди!
Он обернулся. Дверь вагона захлопнулась перед его носом. Он не спеша подошел к девушке.
– Ты извини, я не хотела тебе хамить…
– Тогда зачем хамила, если не хотела?
– Просто… Просто надо было на ком-то зло сорвать… Прости. Тебя как зовут?
– Стас.
– Станислав, что ли?
– Да.
– А я – Ника!
– Ника? Вероника?
– Точно, – улыбнулась она.
У Стаса даже сердце екнуло: такая она была хорошенькая. Он сел рядом с ней.
– Так что у тебя стряслось? И почему ты тут сидишь?
– Храбрости набираюсь, чтоб домой ехать. А стряслось у меня… Обокрали меня, Стасик, – всхлипнула она.
– Как обокрали? Кто?
– Да их целая шайка была! Они меня на понт взяли… Пообещали телевизор, а сами… сами выманили у меня всю мою получку! Семьсот рублей! Для меня это большие деньги…
– А ты что, в школе не учишься? – удивился Стас.
– Почему? Учусь, а после школы работаю. Мы вдвоем с бабушкой живем, на одну пенсию разве проживешь? И вот теперь все мои деньги…
– Но как же это случилось?
Ника пристально посмотрела ему в глаза, словно прикидывая, достоин он доверия или нет. Наконец она решилась и рассказала историю, уже хорошо известную Петьке, Даше, Крузу и остальным членам их команды. Но Стас слышал ее впервые и возмутился до глубины души:
– Ника, но как же ты поддалась этим жуликам?
– Сама не знаю, меня как загипнотизировали…
– Но ты хотя бы их приметы запомнила?
– Вроде да. Я ведь и в милицию заявила!
– В милицию?
– А что, не надо было?
– Почему? Надо! И они приняли дело?
– Приняли!
– Послушай, Ника, милиция это хорошо, только вряд ли она их найдет. А я вот что думаю, не поискать ли нам самим этих голубчиков, а?
– Как самим? – растерялась Ника.
– Вот так, самим!
– Как же мы их будем по Москве искать? Они небось в одном месте два раза не появятся…
– Ну, мы это обдумаем. Я теперь их приметы знаю, буду во все глаза глядеть, и ты тоже не зевай. Я тебе свой телефон оставлю, если вдруг увидишь, звони!
– Ну, допустим, я их увижу, позвоню тебе, а что ты-то сделаешь?
– Ну, это видно будет, у моего отца близкий друг в МУРе работает.
– А ты не врешь?
– Зачем мне врать? – удивился Стас. Его так и подмывало рассказать Нике обо всех их приключениях, но он понимал, что она ему просто не поверит. – Знаешь что, давай-ка я тебя провожу домой. Ты далеко живешь?
– Метро «Проспект Вернадского». Не стоит меня провожать: я живу у самого метро, и потом, моя бабушка говорит – два раза снаряд в одну воронку не попадает! – улыбнулась Ника. – А телефончик ты мне свой оставь. Может, я тебе просто так позвоню…
– Отлично! – расплылся в улыбке Стас и сказал свой номер телефона. – И ты мне тоже дай свой телефон.
– Нет уж! Если захочу, сама позвоню, а не захочу… Словом, не дам и все! И провожать меня не надо! Не маленькая, доберусь!
– Дело хозяйское, – пожал плечами Стас. – Что ж, в таком случае, прощай!
Он повернулся на каблуках и пошел в другую сторону. От обиды у него дрожали губы. Он был уже по уши влюблен.
– Стасик! – накинулась на него Даша. – Разве так можно? Куда ты запропастился? Ужинать будешь?
– Буду! – буркнул Стас и пошел мыть руки.
«Что это с ним?» – подумала Даша. Она побежала греть ужин сводному брату. Тот явился на кухню мрачнее тучи. Даша поставила перед ним тарелку с едой, налила в стакан сок и села напротив, подперев щеку кулачком. Стас молча все съел, отпил сок, поморщился и отставил стакан.
– Что случилось? – спросила Даша. – Только не говори мне, что ничего! Я же вижу! С тобой что-то стряслось по дороге! Когда мы говорили по телефону, все было в порядке!
– Да, сестренка, от тебя ничего не скроешь! – хмыкнул Стас. – Со мной лично ничего не случилось, но в метро я встретил одного человека…
– Какого человека?
– Жертву ограбления!
– И как ее зовут, эту жертву? – весьма скептически поинтересовалась Даша.
– А какое это имеет значение? – вспыхнул Стас.
– Никакого! – пожала плечами Даша. – Только кто ее ограбил?
– Разве я сказал, что ее?
– Ну, разумеется! Жертва ведь женского рода!
– Ах да…
– Хорошо, кто ограбил жертву мужского рода?
– Представь себе, целая шайка накинулась на одного человека и в мгновение ока выманила у… него семьсот рублей!
– Что? – насторожилась Даша. – Как выманила?
– Очень просто! Они внушили… ему, что он выиграл приз в какой-то юбилейной лотерее, которую якобы устроила одна крупная фирма…
– Стоп! – воскликнула Даша.
Стас изумленно на нее взглянул.
– Там была девица со змеиными глазами, две старухи и два парня, так?
– А ты почем знаешь? – опешил Стас.
– Еще бы мне не знать, если именно так сегодня облапошили Петькину бабу Маню, а когда Круз помчался на место происшествия, он застал еще одну рыдающую тетку, которую тоже обобрали до нитки.
– Ну и ну! Что ж это делается?
– Стас, а вот ты сказал насчет крупной фирмы… Ты запомнил, что это была за фирма?
– Запомнил, конечно, они называли фирму «Партия»!
– Интересно!
– Что тебе интересно?
– Ни Петькина бабка, ни Крузова тетка ничего про «Партию» не говорили.
– Они запросто могли забыть! Мне вот другое интересно, почему эти преступления вокруг нас словно кучкуются? Вспомни историю с ограблениями машин – отец, Крузенштерн-старший, Мелешин… Хотя это дело мы бросили тогда…
– Действительно! – воскликнула Даша. – Только сейчас мы не можем это бросить! Мы просто обязаны все расследовать и вывести этих негодяев на чистую воду! А эта твоя…
– Кто моя? – вскинулся Стас.
– Жертва! – рассмеялась Даша. – Ты у нее хоть телефон взял?
– Дал!
– Стас, ты что, втюрился? – тихонько осведомилась Даша.
– Что? В кого это я втюрился?
– Ну, как в кого? В жертву! Это же козе понятно!
– Глупости, – буркнул Стас.
– Почему глупости? Это здорово! Знаешь, как приятно быть влюбленной! Или влюбленным!
– Приятно? Что-то я не замечаю, по-моему, ты от своей влюбленности в Юрика большой радости не испытываешь.
– Много ты понимаешь, – вздохнула Даша.
– Но он же обещал приехать весной и не приехал!
– Весна еще не кончилась! И он обязательно приедет на все лето. Обязательно! – В голосе Даши уже звенели слезы.
– Ладно, сестренка, прекрати, не заводись. Хочешь ждать своего Юрочку, жди, сколько влезет!
– А чего ты задираешься?
– Я? Это ты задираешься!
– Я просто сказала, что ты втюрился, вот и все.
Стас решил не спорить с Дашей и просто промолчал. Допил сок, потом заглянул в электрический чайник, долил туда воды и включил.
– Чаю хочешь? – спросила Даша, убирая тарелку.
– Угу.
– И я с тобой выпью.
Они любили пить чай вдвоем, поздним вечером, когда все уже угомонились. В такие минуты между ними часто возникали откровенные разговоры.
– Вы тут уже наверняка разработали план действия, да? – спросил Стас, наливая кипяток в две большие кружки с пакетиками чая «Липтон».
– Да, но шансов, по-моему, ноль. Решили для начала обследовать станции метро на нашей ветке. Так мы можем за ними до скончания века гоняться.
– Но другого выхода попросту нет.
– Боюсь, что да. Но рассчитываю, что нам опять повезет. Знаешь, если бы про нас писали книжки, то вполне можно было бы назвать их «Везучие сыщики»!
– Дашка, ты что, спятила? Разве можно так говорить?
– Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить! А как ее зовут?
– Ника, – машинально ответил Стас и тут же спохватился: – Ты о ком?
– А ты о ком? Ника? Вероника, что ли?
– Вероника, – развел руками Стас. – От тебя разве скроешься? Скотланд-Ярд на дому!
– Да ладно, Стас, Вероника так Вероника! Хорошенькая?
– Очень! Понимаешь, сестренка, у нее трудная жизнь: она живет вдвоем с бабушкой, учится в школе, после школы еще работает, и эти деньги – ее получка, а…
– Можешь не продолжать! Ее жалко! Как и старух, как всех… Она могла бы нам помочь, как ты думаешь?
– Когда? Я ж говорю, она учится и работает!
– И ты, как я понимаю, тоже не помощник?
– Ну, по мере возможности… А вы Хованского привлекли? Он, по-моему, вполне достойная замена.
– Скромный ты наш, – засмеялась Даша. – Кирюшки просто не было дома, но завтра в школе мы его посвятим, думаю, он согласится. Стасик, а почему она тебе свой телефон не дала, эта Ника?
– Не знаю. Может, бабки опасается…
– Не расстраивайся, братишка, она прорежется, вот увидишь…
– Ты думаешь?
– Ага! Ты ведь у нас парень что надо, такие на дороге не валяются.
На другой день, когда Даша и Стас ушли в школу, тетя Витя не спеша направилась к метро. Ее чрезвычайно заинтересовала рассказанная Дашей история о ловких аферистах. Она понимала, что дети во что бы то ни стало займутся ими. И шансов помешать им у нее не было. «А коли не можешь помешать, значит, помоги!» – сказала она себе. И отправилась на Рижский рынок, хотя большой нужды в этом не было. Ничего, куплю творог и зелень, она там все-таки дешевле, чем у метро. А заодно по дороге погляжу, не стоят ли эти жулики на прежнем месте. Но их там, конечно же, не было. Не оказалось их и на Рижской, сколько ни бродила там тетя Витя. «Доеду до «Сухаревской», – решила она на обратном пути, благо сумка была нетяжелой. Выйдя из метро на «Сухаревской», тетя Витя огляделась. Справа у лестницы, ведущей на Садовое кольцо, никого не было. Она пошла к левой, поднялась по ступенькам до площадки и чуть не вскрикнула. Там стояли трое – женщина с бордовой косынкой на пучке волос, парень в кожанке и девушка, похоже, та самая, темноволосая, со светлыми глазами. Они о чем-то оживленно говорили, но явно не «работали». У тети Вити сердце замерло. Она подошла поближе к ним и остановилась, словно ища что-то в сумке. Прислушалась. Они не обратили на нее внимания. Но разговор их вертелся вокруг какого-то ремонта. Побелка, шпаклевка, такие обои, сякие обои… «Может, это вовсе и не они», – подумала тетя Витя, но тут же ей в глаза бросились ногти девушки, покрытые серебристым лаком с «крупочками». И глаза… «Точно, змеиные, – подумала тетя Витя. – А ведь они явно кого-то ждут…» Тетя Витя тоже топталась на месте, словно кого-то поджидая. Но вот из метро по ступенькам стала подниматься пожилая женщина в светлом плаще с зеленым шарфиком. Поднималась она тяжело, отдыхая через каждые несколько ступенек. Они! Это они! Нет никаких сомнений. Что же делать? Между тем женщина поднялась наверх и направилась к тем троим.
– Мама, ну, сколько можно ждать? – недовольно проговорила девица.
– Я уж не молоденькая, бегать не могу! – проворчала женщина. – Ты тоже не развалишься, подождешь несколько минут.
Она вытащила из хозяйственной сумки пакет и передала его девушке. Та сунула его в свою сумку, потом достала из кармана три сотенные бумажки и вручила женщине с бордовым платком на затылке.
– Тетя Вера, твоя доля!
– Не жирно при ваших-то доходах, – заметила та, убирая деньги в сумочку.
– Три сотни в день – это девять тысяч в месяц! – хмыкнул парень. – Да и роль твоя, тетя, мизерная. Ты ничего не придумала, только играешь дурищу жадную… За это хватит тебе! Тем более и играть-то ничего не надо! Девять тысяч ей мало!
– Ладно, Лешик, я же ничего…
– Глаза у тебя, Верка, завидущие! – заметила женщина в зеленом шарфике. – Ладно, все, расходимся!
«За кем же мне пойти? – заметалась тетя Витя. – Легче всего уследить за этой в шарфике, она не может быстро ходить…» Тем временем тетя Вера легко поднялась по ступенькам, девчонка с парнем, наоборот, спустились в метро, а женщина в зеленом шарфике стала медленно подниматься дальше. Тетя Витя последовала за нею. Эх, познакомиться бы… Женщина вышла на Сретенку и первым делом зашла в магазин «Весы». Там она накупила всякой дорогостоящей снеди и, очень довольная, вышла опять на Сретенку. Переждала поток машин, перешла улицу и углубилась в Даев переулок. Тетя Витя шла за ней на некотором расстоянии.
– Надежда Никандровна! – раздался вдруг женский голос.
Пожилая женщина обернулась. «Какая она неприятная», – мелькнуло в голове у тети Вити.
– Здравствуйте, Надежда Никандровна!
К ней поспешала молодая женщина с большим, явно тяжелым портфелем.
– А, Ингуля! – улыбнулась Надежда Никандровна. – Вот хорошо, что я вас встретила. Болит у меня все, ох, болит!
– А я вот как раз хочу спросить, как вы себя чувствуете? Неужели совсем лекарство не помогает?
– Помогает, миленькая, помогает, да только мало! А я вот в газете читала, есть такое средство…
– Надежда Никандровна, давайте условимся – либо вы у меня лечитесь, либо у газеты! – сурово проговорила молодая женщина. – Я вам не обещала, что вы в три дня поправитесь, но все же улучшения есть?
– Есть, Ингуля, есть, как не быть, а все же…
– Наберитесь терпения, а главное, соблюдайте диету! Это для вас первое! Месяц посидите на диете и вовсе про свои хворобы забудете!
– Ох, и трудно это – на диете сидеть, когда кругом столько всего вкусненького!
– Что вы, Надежда Никандровна, мне с моей зарплатой и вам с вашей пенсией самое милое дело – на диете сидеть! Ну, ладно, мне пора. Послезавтра приходите на прием!
– Приду, обязательно приду! Ой! Инга Арсеньевна!
– Да? – на бегу обернулась врачиха.
– Ох, простите, хотела что-то спросить, да из головы вылетело.
– Ничего, может, до послезавтра вспомните. До свидания!
И Инга Арсеньевна умчалась.
«Мне потрясающе везет, – подумала тетя Витя. – Я знаю имя-отчество не только преступницы, но и ее лечащего врача. Наверняка из районной поликлиники». Но в этот момент мимо проехала на большой скорости машина и обдала тетю Витю фонтаном грязи.
– Ой! – взвизгнула она, но было поздно. Машина промчалась, а Надежда Никандровна куда-то исчезла, как сквозь землю провалилась. Тетя Витя ужасно расстроилась. Во-первых, упустила преступницу, а во-вторых, придется идти домой в грязном плаще. Еще хорошо, что он темный и на нем грязь не так заметна. А Надежда Никандровна могла скрыться только вон в том дворе… Больше ей деваться некуда. «Ну что ж, – подумала тетя Витя. – Для первого раза не так уж плохо! Ребята просто ахнут! А плащ постираю в машине, и все дела». И она бодрым шагом направилась опять на Сретенку. Ей, провинциалке, было страшновато заблудиться в московских переулках.
Дома она решила не терять времени, сунула плащ в стиральную машину и тут же позвонила Петьке.
– Виталия Андреевна? – удивился тот.
– Да, Петенька, как ты себя чувствуешь?
– Уже лучше, температуры нет. Надеюсь, скоро совсем выздоровлю, – отвечал Петька, теряясь в догадках, что нужно от него тете Вите.
– Ты, наверное, удивился, что я тебе звоню, – догадалась она.
– Есть немножко. Ой, а с Лаврей все в порядке? – вдруг всполошился он.
– Да, Петечка, с ней все хорошо. Но дело не в этом. Просто, Петя, я знаю, что случилось с твоей бабушкой, и вообще…
Посочувствовать решила, что ли? Петька промолчал. Пусть сама скажет.
– Видишь ли, Петя, дело в том, что ребята собираются сегодня пуститься на поиски… Они будут с тобой связываться?
– Ну, я не знаю… Наверное…
– Так ты им передай, что я уже напала на след!
– Что? – поперхнулся Петька. – На какой след вы напали?
– Я приблизительно знаю, где живет одна из этих бандиток, знаю ее имя-отчество и даже имя-отчество ее лечащего врача!
– Ну, ни фига себе! – вырвалось у Петьки. – Ой, простите, Виталия Андреевна, но вы это… вы даете! Как вам удалось?
И тетя Витя рассказала ему о своих сегодняшних успехах.
– Потрясающе! Значит, они работают с утра, а потом исчезают…
– Похоже на то.
– Очень интересно!
– Так ты, Петечка, скажешь им, чтобы зря времени не теряли, да? Конечно, если они позвонят…
– А я сам сейчас попробую связаться с ними, позвоню Денису на сотовый. В школу он его теперь не берет, а после школы с ним уже не расстается, так что есть шанс перехватить их. Тогда я сейчас с вами прощаюсь, а если поймаю Дениса, то обязательно перезвоню!
– Отлично! – обрадовалась тетя Витя.
… Петька тут же набрал номер, и Денис почти сразу откликнулся.
– Петь, ты?
– Денис, ты где сейчас?
– Еду на встречу с ребятами. А что случилось?
– Денис, скажи, что все отменяется, тетя Витя вышла на след.
– Что? Тетя Витя?
– Ага! Она выследила тетку в зеленом шарфике. Пусть не тратят зря время, а возвращаются домой. Она все расскажет, а потом подваливайте ко мне, мы все обдумаем. Там такие горизонты открываются!
– Будет сделано! Пока!
… Денис на бешеной скорости несся к станции «Сухаревская», где они условились встретиться, сбежав с уроков. Даша, Оля, Игорь Крузенштерн подошли к месту встречи одновременно с ним.
– Привет! – запыхавшись, выкрикнул Денис.
– Что это с тобой, Денисик? – спросила Даша. – Кто за тобой гнался?
– Никто не гнался, – отмахнулся Денис. – Потрясная новость! Ее зовут Надежда Никандровна!
– Кого зовут Надежда Никандровна? Новость? – удивилась Оля.
– Да не новость, а одну из этой шайки, ту, что в зеленом шарфике! – выпалил Денис. – И она живет где-то в Даевом переулке.
– Откуда такие сведения? – поразился Игорь.
– От тети Вити!
– Как от тети Вити? – ахнула Даша.
– Да я толком ничего не знаю! Мне Петька позвонил…
И Денис рассказал друзьям то, что узнал от Петьки.
– Вот так тетя Витя! – воскликнул Игорь. – Бежим скорее к вам, надо все узнать из первых рук!
– А мне это не нравится, – угрюмо проговорила Даша. – Она еще доиграется! Разве можно в одиночку пускаться в такие авантюры, тем более в ее возрасте.
– Так она уже не первый раз! – напомнила Оля. – Взять хотя бы историю с Алисой. Ей, наверное, понравилось…
– А если бы с ней что-то случилось?
– Понимаешь, она, наверное, рассчитывает, что ее никто ни в чем не заподозрит… И, в общем-то, она права… – заметил Денис.
– Только не в этой истории! – закричала Даша. – Да пойми же ты – они ведь облапошивают в основном старух и вполне могут решить, что одна из их жертв…
– Ерунда! – перебила подругу Оля. – У таких людей наверняка отличная зрительная память, и они помнят своих жертв! Я просто уверена!
– Думаешь? – спросила Даша, наморщив в раздумье лоб. – Может, ты и права…
Они буквально ворвались в квартиру.
– Тетя Витя! – крикнула с порога Даша. – Тетя Витя, где вы?
Тетя Витя выглянула из кухни.
– Я здесь, – сказала она с загадочной улыбкой.
– Тетя Витя, ну что?
– Ишь, торопыга! А что это вы так рано? – с невинным видом спросила она. – Или с уроков опять сбежали?
– Тетя Витя! – укоризненно воскликнула Даша. – Вы же сами знаете! Ну, рассказывайте скорее!
И тетя Витя поведала друзьям о своих похождениях.
– Потрясающе! – закричал Денис. – Уж теперь-то мы их выведем на чистую воду! Собственно, мы могли бы прямо сейчас сообщить обо всем в милицию.
– Еще чего! – фыркнул Игорь. – Их надо брать на месте преступления, а так они просто ото всего отопрутся.
– Как они, интересно, отопрутся, если есть пострадавшие, которые их опознают! – кипятился Денис.
– А в милиции спросят, почему сами пострадавшие не заявили?
– Почему не заявили, одна заявила! – сказала Даша. – И это только из тех, кого мы знаем!
– Кто заявил? – недоуменно спросил Игорь.
– Ника.
– Кто такая Ника? – хором спросили все.
– Ах да, вы же еще не знаете! Стас вчера в метро встретил рыдающую девушку, с ней произошла точно такая же история… Она заявила в милицию.
– Это уже что-то! – обрадовался Денис. – Наверняка у них есть еще не одно заявление. Если шайка действует достаточно давно…
– Нет, все-таки надо выследить их всех, а то возьмут старуху, а остальные скроются, – сказала Оля. – Тетя Витя, а как вам показалось, они родственники?
– Конечно! По-моему, девчонка – дочка этой Никандровны, парень, возможно, – зять, а тетка с платком на затылке – ее сестра. Может, не родная, но…
– А ведь там, кажется, еще какой-то парень действовал… – вспомнил Игорь.
– Я его не видела, – заявила тетя Витя. – Но, по-моему, Денис прав. Уже можно обращаться в милицию. Пусть установят за ними слежку и берут с поличным!
– Нет, тетя Витя, еще рано! – задумчиво проговорила Даша.
– Почему рано?
– Потому что для дяди Володи Крашенинникова у нас еще слишком мало улик, а для районного отделения… Какая у нас гарантия, что эта шайка не подкупила там кого-нибудь? И что тогда? Нас же еще и укокошат!
– Даша, что ты говоришь? – всплеснула руками тетя Витя. – Но почему ты считаешь, что у нас мало улик? Совсем не мало! Даже более чем достаточно! Если тебе неловко, я могу сама к нему обратиться!
– Нет, не надо, – тихо сказала Оля. – Даша права… Еще рано.
– Что значит рано? Вы хотите дождаться, пока они еще пол-Москвы ограбят? – возмутилась тетя Витя.
– Нет, но ведь эта их деятельность запросто может быть только верхушкой айсберга, – заявил вдруг Игорь, и все недоуменно уставились на него.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Денис.
– Что с мозгами у них все в порядке, раз они такую штуку удумали. А значит, наверняка занимаются чем-то еще, и мы постараемся это выяснить.
– Ну нет! Это слишком опасно! – сказала тетя Витя. – Я не могу на это согласиться. Я потому и отправилась сегодня искать эту шайку, чтобы вы не лезли на рожон! Я просто уверена, что по Москве уже ходят слухи о каких-то героях-подростках, которые уйму преступников переловили. И если бы они заметили вас возле себя…
– Тетя Витя! – засмеялась Даша. – Вы думаете, мы такие знаменитые?
– Ну, ты-то уж точно! Про тебя даже в европейских газетах писали! – проворчала тетя Витя.
– Так это было год тому назад! Все про меня давно уж забыли!
– Это ты так думаешь. А эта воровка, которую ты изловила, тебя до смерти не забудет. Да и ее сообщники тоже. Так что я бы на твоем месте была поосторожнее. А на своем я просто запрещаю вам продолжать это расследование без милиции! А если вы, как обычно, меня не послушаете, я все расскажу твоей маме! И бабушке!
– Тетя Витя! Да что это с вами такое? – поразилась Даша.
– Со мной? Я боюсь! Боюсь за тебя и за всех вас! А потому немедленно позвоню Владимиру Петровичу!
И она взяла в руки телефонную книжку, где был записан номер капитана Крашенинникова. Даша беспомощно развела руками.
Между тем у капитана Крашенинникова было занято. И вдруг на кухне появился Стас. В руках он держал продолговатый изящный конверт.
– Тетя Витя, вам письмо!
– Мне? От кого?
– Вот уж не знаю!
Тетя Витя взяла конверт в руки, повертела его.
– Кажется, это из-за границы?
– Похоже на то! Да вскройте же его скорее! – посоветовала Даша.
Тетя Витя дрожащими руками вскрыла конверт, вытащила оттуда несколько листов голубоватой бумаги, густо исписанной довольно мелким почерком. Все с интересом наблюдали за ней. Она начала читать и вдруг вскрикнула и схватилась за сердце.
– Что такое? Тетя Витя?
– Это… Это… Письмо… от моей подруги детства… из Германии… Но как она меня нашла? Ничего не понимаю? Откуда ей известно, что я тут, у вас, в Москве?
И тут Даша все поняла. Это дело рук мамы! Тетя Витя много говорила о своей подруге Маше, с которой она давно потеряла связь. И мама решила найти эту Машу, только ничего не сказала тете Вите, чтобы зря ее не обнадеживать.
Тетя Витя, между тем забыв обо всем, читала письмо. Потом она вскочила и унесла его к себе в комнату.
– Стас! Ты очень вовремя принес письмо. А то тетя Витя уже дозванивалась дяде Володе.
– Дяде Володе? Крашенинникову?
– Ну да!
– Зачем?
Даша быстро ввела брата в курс дела.
– Во дает! – только и смог сказать Стас.
– А ты тоже считаешь, что пора звонить Крашенинникову? – спросил Денис.
Стас задумался.
– Да нет, – ответил он по некотором размышлении, – пожалуй, еще рановато. Мне тоже кажется, что их деятельность этим не ограничивается. То есть старухи, наверное, просто статистки в этих спектаклях, а главные действующие лица – девушка с парнем. И за ними надо бы последить. И обязательно выяснить, где они живут.
– Ой, тетя Витя еще слышала, что они обсуждали какой-то ремонт! – вспомнила Даша. – Может, они на награбленные денежки уже квартиру купили!
– Ну, ремонт можно и в старой квартире делать, – пожала плечами Оля. – А как ты думаешь, тетя Витя еще вспомнит про Крашенинникова?
– Обязательно вспомнит! – вздохнула Даша.
– Я знаю, что надо сделать, чтобы она не дозвонилась! – сказал вдруг Игорь.
– Что?
– Надо подчистить номер в записной книжке. Там он кончается на 45, а мы исправим на 54. Она не заметит.
– А ты можешь так аккуратно подчистить? – заинтересовался Денис.
– Могу! Я пока с Квитко не подружился, по матеше вообще одни пары получал. Частенько приходилось подчищать, и никто ничего не замечал.
– Покажи! – потребовал Стас и написал на отдельном листке 45.
Игорь ушел в комнату Даши, чтобы не выдавать своих фирменных секретов, и через десять минут вернулся. На листке было аккуратно выведено 54. И сколько они ни вглядывались, ничего не заметили.
– Ну, ты даешь! – восхитилась Оля. Впрочем, ее многое в Игоре восхищало.
Стас, взглянув на дело рук Крузенштерна, одобрительно кивнул и отдал ему записную книжку.
– На, переправь! И еще заодно замени тройку на пятерку!
– Зачем? Тройку я просто исправлю на восьмерку!
– Стас, но как же? А вдруг твой папа захочет ему позвонить?
– Ну и что? У него есть электронная книжка, там все номера! Да и Саша этой книжкой практически не пользуется. Она так, для нас и тети Вити. А мы его номер наизусть знаем!
Игорь давно уже подчистил номер в книжке, а тетя Витя все не возвращалась. Ребята между тем успели созвониться с Петькой, который тоже сказал, что пока еще рано обращаться в милицию. И потребовал, чтобы все они пришли сейчас же к нему. Стас отправился на занятия с репетитором, а они, всей компанией, – к Петьке. Тетя Витя из своей комнаты так и не выходила.
Петька чувствовал себя раненым командиром, проводящим совещание в штабе.
– Значит, так, – сказал он, выслушав подробный отчет друзей, – надо перво-наперво выяснить, где находится поликлиника, которая обслуживает Даев переулок, потом разыскать там терапевта Ингу Арсеньевну…
– Почему ты решил, что она терапевт? – резонно поинтересовалась Оля. – Может, она кардиолог или рентгенолог?
– Допустим, кем бы она ни была, я твердо убежден, что второй Инги Арсеньевны в этой поликлинике нет! – заявил Петька.
– Да, это вряд ли, – согласно кивнула Оля. – Только на фиг она нам сдалась?
– Жучка, как ты не понимаешь! – воскликнул Петька. – Она – наша главная удача!
– Да почему?
– Да потому! Мы должны быть совершенно уверены, что она ни в каких аферах не замешана, и мы как-нибудь осторожненько вытянем из нее нужную информацию. Как фамилия этой Никандровны, где живет, с кем и все такое.
– Интересно, с какой это стати она тебе все это выложит? – усмехнулась Даша.
– То-то и беда, что не мне! Я пока не могу выйти на нее, здоровье не позволяет. Но я бы уж исхитрился… А так придется кому-то из вас взять ее на себя. И лучше всего это сделать девчонкам… Надо придумать какую-то большую красивую враку… И чем скорее, тем лучше! Чтобы уже завтра взять ее в оборот. Думаю, вы справитесь!
Даша с Олей переглянулись. Задача представлялась им достаточно сложной. Ведь в государственную поликлинику не пойдешь наниматься, как в частную лавочку. Такой опыт у девочек был. Даша в свое время нанялась в одну фирму уборщицей, а Оля – продавщицей в магазин дамского белья. Но тут… Да еще им нужны не какие-то общие сведения, а данные о конкретном человеке.
– Ничего, подумайте до утра! Утро вечера мудренее! – подбодрил их Петька.
– Что ж, нам завтра опять прогуливать? – спросила Оля.
– Почему? После уроков можно пойти. Время пока терпит.
– Но ты тоже думай! – сказала Даша. – Ты на такие штуки мастер!
Петька польщенно улыбнулся.
– После болезни у меня голова плохо варит. Но если что-то придумаю, обязательно позвоню!
Открыв дверь ключом, Даша прислушалась. Все было тихо. Она молча заглянула на кухню. Потом осторожно приоткрыла дверь комнаты, где жила тетя Витя. Та лежала на диване со странным выражением испуга и одновременно счастья на заплаканном лице.
– Тетя Витечка, что с вами?
– Данечка! Пришла! Ты не представляешь, сколько я всего передумала и перечувствовала! Это такое письмо… Маша пишет… Да ты сама прочитаешь! Ах, твоя мама – золотой человек, я так ей благодарна… Она разыскала Машу! Та думала, что меня уже нет в живых… А теперь! Она собирается вскоре приехать в Москву. И приглашает меня к себе. Она живет в маленьком городе в Германии…
– Ну и здорово! Обязательно поезжайте к ней в гости. Вы же никогда не были за границей. У вас хоть паспорт заграничный есть?
– Нет! Откуда?!
– Тогда завтра же отправляйтесь в ОВИР за анкетами!
– Но я не знаю…
– Ничего, мама все вам скажет, что нужно! Какие-то справки, но это сейчас совсем несложно…
– Но как же я поеду?
– А как все ездят? Сядете на самолет и полетите! Тут вас проводят, там встретят, что за проблема!
– А паспорт долго делают?
– Не знаю. Но думаю, не очень. А когда ваша подруга приедет?
– Нет, Данечка, я с паспортом подожду. Мы же столько лет не виделись, может, совсем чужими стали… Пусть она сначала приедет, а потом уж я займусь…
– Нет, тетя Витя! Помните, мама говорила, что хочет летом куда-нибудь нас с вами отправить? А как же вы без паспорта? Даже если вы не найдете общего языка с вашей Машей…
– Ты думаешь?
– Я твердо уверена! Сейчас для вас паспорт – самое главное! – убеждала тетю Витю Даша, надеясь таким образом переключить ее внимание.
Пожилая дама, казалось, напрочь позабыла о жуликах и капитане Крашенинникове, вся уйдя в воспоминания молодости. Они весь вечер читали письмо, обсуждали каждую его фразу, и наконец тетя Витя сказала:
– Если с Машей мы найдем общий язык, то, думаю, лучше всего будет сочетать приятное с полезным…
– То есть?
– Ну, ты же сама говоришь, Саша хотела нас с тобой куда-то отправить, так почему бы не в Германию… То есть мы поедем вместе с тобой.
– Ну нет! Я не согласна!
– Почему?
– Вы с Машей будете предаваться воспоминаниям, а мне что делать? Я же там с ума сойду… Да и вообще, пока у вас нет паспорта, об этом даже говорить не стоит. А вообще, там видно будет! Итак, завтра с утра первым делом идите в ОВИР за анкетами…
Утомленная всеми событиями, тетя Витя довольно рано улеглась, а Даша дождалась Стаса.
– Ну, как тут дела? – спросил он.
– Я ее отключила!
– Кого? – испугался Стас.
– Тетю Витю!
И она рассказала сводному брату о своих маневрах.
– Молодчина, – улыбнулся он. – Ты знаешь, о чем я подумал… Судя по описаниям этой компашки, вряд ли кто-то из них мог сам придумать эту аферу. Не тот интеллект! За ними кто-то стоит. Наверняка. И наша задача – не поймать за руку этих мелких жульниц, а выяснить, кто ими управляет.
– Почему ты так решил? – заинтересовалась Даша.
– Ну, сама подумай – две малопочтенные старухи, злобная девица, какой-то парень…
– Два!
– Ну два! Мне кажется, тот, кто в состоянии придумать такой ход, не станет сам этим заниматься…
– Ну, Стас, что уж тут такого особенного? Полстраны обжулили такими пирамидами, вот кто-то из них на ус и намотал…
– Вообще, конечно, все возможно, но хотелось бы все-таки убедиться…
– Но, Стасик, ты же сейчас не можешь!
– Я не могу, но вы-то уж точно будете этим заниматься!
– Будем! – кивнула Даша.
– А давай поспорим! Я утверждаю, что это придумал кто-то нам неизвестный. Ты считаешь, что кто-то из этой компашки вполне мог такое придумать. Вот я и предлагаю поспорить!
– На что?
– Если выиграешь ты, я поведу тебя в Большой!
– А если ты выиграешь?
– А если я… Ты сводишь меня в Ленком! Идет?
– Идет! – согласилась Даша, совершенно уверенная в своей правоте.
Оля проснулась рано – солнце светило в окно. Как хорошо! Может, наконец наступит долгожданная весна? А то уже конец апреля, а деревья еще совсем голые. На носу майские праздники и целых три выходных! Скорей бы вообще каникулы, жутко надоело учиться, тем более подвернулось такое интересное дело. И тут вдруг Олю осенило! Ведь ее бабушка, Ираида Антоновна, до выхода на пенсию работала в той самой поликлинике, куда они сегодня собирались после школы! И как она забыла об этом? Вот это удача! А вдруг бабушка знает эту Никандровну? Ведь та наверняка давно уже живет на Сретенке, а значит, лечится в этой поликлинике! Но под каким предлогом расспросить бабушку? Оля даже вскочила от нетерпения. В голове забрезжила совсем недурная идея…
– Олюшка, иди завтракать, – позвала бабушка. – О, да ты уже готова! Умница! Я вчера поздно вернулась, совсем тебя не видела. Ну, что нового?
– Ой, баб, умора! Я вчера с одним парнем познакомилась, так его знаешь, как зовут? Никандр!
– Никандр? Надо же! Какое чудное старинное имя! Но где ты с ним познакомилась?
– Да он какой-то дальний родственник одной девчонки из нашего класса.
– Москвич?
– Не знаю, а что?
– Никандром могли назвать сына либо в глухой провинции, либо в Москве какие-нибудь любители русской старины.
– А вообще-то красивое имя – Никандр! – гнула свое Оля. – Только уж очень редкое. Я вообще никогда его не слыхала. Даже отчества такого не слыхала. А ты?
– Ну, я-то прекрасно знаю имя Никандр. Во-первых, я обожаю Островского, а у него каких только имен нет, а потом у меня была одна пациентка, как сейчас помню – Надежда Никандровна Рукозеева. В высшей степени неприятная особа…
«Вот это да! Я просто гений!» – подумала Оля.
– А чем она неприятная была? – спросила девочка как-бы между прочим, намазывая хлеб маслом.
– Скандальная очень, и глаза на мокром месте, вечно рыдала! Чуть что – в слезы, а на самом деле такая бой-баба!
– А кем она работала?
– Кажется, где-то в торговле, я уж не помню. Да ну ее, даже вспоминать противно! А ты что рассиживаешься? Уже в школу пора!
Оля, однако, спокойно доела бутерброд, не задавая больше никаких вопросов. Иначе бабушка может что-то заподозрить. Потом быстренько вскочила, чмокнула бабушку в щеку и выскочила из дома.
По дороге она столкнулась с Дашей.
– Ты чего это с утра так сияешь? – поинтересовалась Даша. – Круз приснился?
– Да нет! Просто я, не выходя с кухни, узнала фамилию нашей Никандровны!
– Как это? – удивилась Даша.
– Очень просто! Я вспомнила, что бабушка работала в той самой поликлинике…
И Оля рассказала Даше, как ей удалось выяснить фамилию Надежды Никандровны.
– Здорово! – восхитилась Даша. – Значит, можно не терять время в поликлинике… Вот что, Олька, давай сейчас звякнем Петьке, он все равно дома сидит, вот пусть и попробует узнать телефон или адрес этой Рукозеевой. Тогда после школы мы могли бы уже что-то предпринять!
– Правильно! У тебя жетончик есть?
– Есть!
Они позвонили Петьке, который пришел в полный восторг от их предприимчивости и сообразительности и пообещал выяснить телефон. Адрес же по телефону вряд ли узнаешь, но он все же постарается…
И действительно, когда после уроков они вместе с Крузенштерном забежали к Петьке, тот с торжеством сообщил им не только номер телефона, но и точный адрес Надежды Никандровны Рукозеевой.
– Класс! – обрадовался Игорь. – Ну и что теперь?
– Теперь надо будет последить за этой Рукозеихой и ее семейкой, выяснить их связи, попробовать с кем-то из них закорешиться, может быть…
– Мне кажется, нам не надо разбрасываться, – заметила Оля. – Я хочу сказать, что для начала надо всем навалиться на Никандровну, узнать о ней как можно больше, а там видно будет. А то если мы станем одновременно следить и за ней, и за девчонкой, и за парнем, и за второй теткой, то ничего не узнаем, только спугнем их.
– Я согласна, – сказала Даша. – А вы знаете, Стас считает, что за ними кто-то стоит. Что сами они не могли такую аферу придумать!
– Я тоже в этом убежден, – кивнул Петька. – Но дело тут, похоже, семейное, возможно, автор идеи тоже член их семьи…
– Да что вы заладили – семья да семья! – воскликнул Игорь. – Может, никакая они не семья, а просто знакомые?
– Вот чтобы со всем этим разобраться, мы и должны взять в оборот Надежду Никандровну! Я, к сожалению, пока не могу действовать, а вас, как-никак, четверо, если считать Дениса и не считать Стаса, так что справитесь! Круз, ты с Денисом установи за ней слежку, а вы, девчонки, постарайтесь как-нибудь влезть к ней в доверие. Познакомиться…
– Ладно, придумаем что-нибудь! – махнула рукой Даша. – Не впервой!
– Только с нею надо быть очень осторожными! Это вам не Таисия! – вспомнив историю с похищением рукописи, предостерег девочек Игорь.
– Ну, это понятно… – сказала Даша. – Только вот… Такая баба нанимать никого ни для чего не будет…
– Да, это исключено, – серьезно проговорила Оля. – Значит, мы должны сами подготовить почву… А может, нам стоит сказать ей, что мы заметили за ней слежку, а? Пойти, что называется, ва-банк?
– Глупости! – закричал Петька. – Нам же проследить за ней необходимо. Такой финт можно будет сделать, когда мы уже все выясним. А пока – ни в коем случае!
– Нет, это все чепуха, – покачал головой Игорь. – Для начала мы должны проследить за их работой, точно узнать, кто какую роль играет, и все такое! Параллельно можно, конечно, заниматься Рукозеихой, но это, по-моему, не главное…
– Круз прав! – восторженно согласилась Оля. – Именно так!
– А знаете что, не надо никаких планов составлять, это всегда без толку! Мы вот планировали нынче в поликлинику идти, а Ольга у себя дома все узнала, и вообще, лучше действовать, как бог на душу положит… – заговорила Даша. – Хотя идея Круза мне тоже нравится! Но для того чтобы застать их за работой, мы должны все равно следить за этой Никандровной. А вы еще учтите, что в лицо ее только тетя Витя знает, а тетю Витю ни в коем случае нельзя больше ни во что посвящать. Пусть занимается заграничным паспортом. А то она нам все может испортить.
– Хорошо бы, между прочим, эту бабу сфотографировать, – заметил Петька.
– Попытаемся! – сказал Игорь, весьма довольный тем, что его план, в общем-то, был одобрен.
– К восьми надо уже быть у ее дома, – командовал Петька. – И Дениса вызовите! Лишний человек в таком деле никогда не лишний! Эх, жалко, я не смогу еще пойти с вами! Но после праздников, я надеюсь, меня уже выпустят на свободу. И не забудьте о Хованском. Он может пригодиться.
– А зачем время терять? – спросила вдруг Оля, когда они вышли от Петьки. – Давайте сейчас туда подадимся, поглядим, как там и что. Вдруг что-то разузнаем, а?
– Точно! – возликовал Игорь. – Может, у них перед праздником тусовка наметится!
– Да, тетя Витя, между прочим, говорила, что Рукозеиха накупила всяких деликатесов! – вспомнила Даша.
– Слушайте, а ведь мы думали, что они скорее всего далеко живут, и в этом была своя логика, а эта Никандровна живет просто на следующей станции метро, – проговорила Оля. – Нелогично получается.
– Почему, вполне логично! Она же играет роль случайной прохожей, которой просто больше повезло… – заметила Даша.
– Ладно, чего зря рассуждать – логично, не логично! Пошли туда и на месте выясним все про их логику! – сказал Игорь.
В Даевом переулке они мигом отыскали нужный дом, вошли в подворотню и очутились в чистеньком проходном дворе, который связывал два переулка – Даев и Селиверстов.
– Удобное местечко! – констатировал Игорь. – Можно сразу в две стороны смываться!
– А вот ее подъезд, – сказала Даша.
Старый шестиэтажный кирпичный дом был побелен, и только дверь была старой и обшарпанной. Игорь заглянул в подъезд. Там было темно, сыро, пахло затхлостью и кошками.
– Я сейчас! – сказал он девчонкам и скрылся в подъезде. Вернулся он скоро.
– Ну, что там? – нетерпеливо спросила Даша.
– Ее квартира на третьем этаже.
– Отдельная или коммуналка? – поинтересовалась Оля. – Бабушка говорила, что на Сретенке еще много коммуналок.
– Да нет, похоже, отдельная. Дверь довольно приличная. Коммуналку всегда по двери определить можно!
– Ну, и что дальше? – спросила Оля.
– Подождем! Покрутимся тут немножко. Тем более вон там скамеечка есть. Посидим побалдеем. Солнышко все-таки светит. Давно мы его не видали!
И они уселись на скамейку.
Прошло минут двадцать.
– Знаете что? – сказала вдруг Даша. – Вы тут посидите пока, а я схожу в магазин.
– В какой еще магазин? – удивился Игорь. – Зачем?
– А тут в переулке какой-то магазин, «Квант» называется, мне интересно, чего там продают. Не могу я так долго на одном месте торчать!
Она вскочила и пошла к подворотне. На самом деле Даша просто решила оставить ненадолго Олю вдвоем с Игорем. Она чувствовала себя с ними третьей лишней. А вот и магазин «Квант». Даша вошла туда и удивилась. Там продавали мужское белье, костюмы, халаты и посуду. При чем здесь квант? Но посуду она любила и принялась с удовольствием ее разглядывать.
– Девочка, ты что-то ищешь? – спросила продавщица.
– Ага! Подарок бабушке приглядываю! – ответила с улыбкой Даша. – Может, что из посуды подойдет, я посмотрю.
– Посмотри, посмотри! У нас красивая посуда!
– Да, я вижу!
Она походила по магазину.
– Ну как, нашла что-нибудь? – осведомилась продавщица.
– Нашла, только у меня сейчас с собой денег нету. А вот этот кувшин, он завтра еще будет?
– Будет, будет! Заходи!
– Обязательно! До свиданья!
И она не спеша покинула магазин. Посмотрела на часы. Она отсутствовала двадцать минут. Хватит с них! И тут ей пришло в голову, что вдвоем они запросто могли все на свете проворонить! Даша прибавила шагу и вдруг заметила впереди себя полную женщину с бордовой газовой косынкой на затылке. Ого! Женщина шла медленно, с тяжелой сумкой в руке. Она идет к Никандровне! Даша рванула вперед, обогнала женщину и кинулась в подворотню.
Игорь и Оля о чем-то оживленно болтали.
– Эй! Сюда идет тетка с пучком! Наверное, к Рукозеихе! Игорь! Живо в подъезд!
Но не успел Игорь подняться со скамейки, как во двор уже вошла пожилая женщина в сером пальто. И вдруг, точно из-под земли, перед ней выросла малорослая, ободранная и, по-видимому, в стельку пьяная женщина. Она раскинула руки.
– О! Какие люди! Веруня! Сколько лет! Сколько зим!
– Татьяна, ты, что ли?
– Я, Веруня, я! Аль не признала? Неужто я так изменилась?
– Изменилась, Таня, изменилась! Ох, изменилась! Все пьешь?
– Да как же мне не пить, Веруня? Жисть такая… Эх, жисть наша… А ты, погляжу, в порядке.
– Да где в порядке, перебиваюсь с хлеба на квас, да квас-то нынче дорог.
– А куда идешь, к Надьке небось? Ух, и стервозина она, Надька-то! Как есть стервозина!
– Таня, пусти, тороплюсь я!
– Да ладно тебе, Верка, что ты строишь из себя! Старую подругу встретила, а нос воротишь.
– Да что ты, Таня, что ты! Просто дела у меня…
– Это какие ж дела такие на пенсии, а? Нету дел! Не должно быть! А если дела, значит, еще на стороне деньгу зашибаешь. Зашибаешь, зашибаешь! Вона ты какая, гладкая, это на пенсию?
Веруня промолчала и попыталась протиснуться мимо старой подруги. Но не тут-то было! Та вцепилась в нее мертвой хваткой.
– Верка, дай денег!
– Что ты, Таня, откуда у меня деньги, говорю же – на одну пенсию живу.
– Врешь! Все врешь! Твоя Надька тоже вроде на пенсию живет, а в квартире-то небось такой ремонт закатила, чертям тошно! Я все знаю, она таперича никого в квартиру не пущает! Дальше порога – ни-ни! У ней там потолки, говорят, золотые! Это с каких же доходов, интересно знать? Аль ограбили кого? А что, Надька может! Она кого хошь ограбит, не поперхнется!
– Таня, да что ты такое говоришь? Какие золотые потолки? Вот люди, вот люди! Если у человека в квартире чистота, значит, он невесть какой богатый? Таня, Таня, погляди на себя, до чего ты дошла! Как есть бомжиха! Что водка с людьми делает!
Она снова попыталась вырваться из цепких рук старой подруги и даже слегка оттолкнула ее, но оступилась и, неловко взмахнув руками, упала наземь.
– Ох, господи! – простонала она.
Таня тут же как сквозь землю провалилась, а Даша с Олей кинулись поднимать пожилую женщину.
– Вы ушиблись? – участливо спросила Даша.
– Ушиблась, ногу ушибла, – простонала она, тяжело опираясь на Олину руку. – Спасибо вам, деточки! Ой, больно! Кажется, я ногу подвернула…
– Вам далеко? – поинтересовалась Оля. – Мы вас проводим!
– Вот спасибо, милые, спасибо! Мне вот в этот подъезд, я сама как-нибудь дойду! Вы меня только до лифта проводите.
Девочки довели ее до лифта.
– Вот и спасибо! А теперь ступайте, я уж сама…
Она вошла в лифт. Оля успела заметить, что она нажала на кнопку третьего этажа, благо лифт был старый, с застекленными дверцами.
Девочки переглянулись и вышли из подъезда. Во дворе стоял Игорь.
– Скорее сюда! – прошептал он и оттащил их в подворотню. – Глядите, что я нашел! Такая пруха!
И он показал им паспорт в желтой кожаной обложке на имя Веры Никандровны Курдюмовой, проживающей на Новослободской улице.
– Откуда это у тебя? – испугалась Оля.
– Она выронила, когда упала, и не заметила, и вы тоже проворонили. Выходит, они точно родные сестры. Ух как нам везет! Даже жутко! Мы уже два адреса знаем!
– Но паспорт надо вернуть! – сказала Даша.
– Обязательно! – поддержала ее Оля. – Но только не сейчас!
– Почему?
– Потому что нам это ничего не даст, Надежда нас в квартиру не пустит, а мы засветимся! Пусть Веруня немножко поволнуется, а завтра мы пошлем по этому адресу Стаса! Он же с нами работать не будет, так что пусть она его разглядывает, сколько хочет.
– Он может не согласиться, – сказала Даша.
– Не страшно, тогда Хованского пошлем. Или еще кого-нибудь.
– Но вы, кстати, уже засветились! – напомнил Игорь.
– А что было делать? – пожала плечами Оля. – Но ничего! Пока все идет как по маслу!
– Мотаем отсюда? – спросил Игорь.
– Думаю, да, – согласилась Даша. – Адрес ее мы знаем, чего тут еще ждать?
Но не успела она это произнести, как во двор въехало такси. И оттуда вылезли двое – девушка в красном пальто и парень в элегантном плаще. В руках у девушки был большой торт, а у парня пышный букет хризантем. Пока они расплачивались с таксистом, Даша юркнула в подъезд и тут же вышла оттуда, лицом к лицу столкнувшись с парочкой. Девушка смерила ее ледяным взглядом очень светлых глаз, и Даше стало жутко. И в самом деле, змеиные глаза!
– Ты что вытворяешь? – набросилась на нее Оля.
– Я просто хотела увидеть ее глаза! Это она!
– Почти вся компашка в сборе, там, наверное, какое-то семейное торжество, – заметил Игорь. – Предлагаю поторчать тут еще… Может, засечем и других действующих лиц?
– Ага, и все они будут терять паспорта, специально для нас! – хмыкнула Даша. – Думаю, мы тут больше ничего не узнаем!
– Да, наверное… Ну, все же мы не зря сюда приперлись!
И они вышли в Селиверстов переулок. Пройдя немного в сторону Сретенки, Оля вдруг воскликнула:
– Глядите, это, кажется, Хованский! И с каким букетом! Эй, Кирилл! – крикнула она.
Кирилл обернулся:
– Привет! Вы откуда?
– Да так… Ходили по одному делу, – небрежно бросил Игорь.
– Вы опять что-то расследуете? – насторожился Кирилл.
Вместо ответа Оля спросила:
– А кому это такие цветочки классные, а?
– Да понимаешь, мама меня послала отнести цветы к празднику одной ее знакомой, а знакомая, оказывается, уехала на целый месяц. И что теперь с ними делать, ума не приложу!
– Отнеси домой, что за проблема! – пожала плечами Даша.
– Постой, Кирилл, отдай мне этот букет! – сказал вдруг Игорь.
– Тебе? Зачем они тебе? – удивилась Оля и тут же покраснела. Она решила, что Игорь хочет отдать эти цветы ей…
– Я сейчас пойду туда и отнесу цветы, как будто их кто-то послал! – заговорил Игорь.
– Это еще зачем? – нахмурилась Даша.
– Внесу смятение в ряды противника!
– Ага! Значит, у вас новое дело! – закричал Хованский. – А я?
– Вот ты и одолжишь нам цветы! – обрадовался Игорь.
– Куда и зачем? Если не скажете, я цветы не отдам!
– Скажем, скажем, что за проблема! – суетился Игорь.
– Игорь! – прикрикнула на него Оля. – Подожди! Скажи толком, чего ты этим хочешь добиться? Ну, возьмут они у тебя цветы, а дальше что?
– А то, что они обязательно спросят, кто прислал букет! Забеспокоятся, станут допытываться!
– Ладно, я пошел! – обиженно бросил Хованский и собрался уже уйти.
Игорь схватил его за рукав. Они зашли в другой двор и сели там на лавочку. Через четверть часа Кирилл Хованский был уже в курсе всех дел.
– А что, мне идея Круза нравится. Только я сам туда пойду. Меня еще никто из них видеть не мог. А Игоряшку запросто могли в окно засечь!
– Точно! – воскликнула Даша. – Мы же не знаем, куда у них окна выходят. А вообще, в этом что-то есть… Они и в самом деле могут забеспокоиться и начнут тебя расспрашивать. Только что ты им скажешь?
– Скажу, что подрабатываю в цветочном магазине разноской, а уж кто им букет послал, я знать не знаю! Или лучше описать какого-нибудь человека? Тогда они дольше допытываться будут…
– Кирилл, а что это у тебя с руками? – спросила Даша.
Хованский поглядел на свои ладони и громко чертыхнулся:
– Бумага проклятая линяет!
Букет был завернут в лиловую гофрированную бумагу, которая, намокнув от стеблей, полиняла.
– Это класс! – закричал Игорь. – Иди так, а там попроси разрешения руки помыть. Может, тебя в квартиру впустят.
– Ну и впустят, а что я там должен делать?
– Ничего, просто погляди, как там все, и вообще…
– Ладно, попробую, – согласился Кирилл.
– А еще запомни их всех в лицо, посмотри, нет ли там еще кого-нибудь! – напутствовал Игорь.
– Ладно! Только вы меня тут ждите, а то вы во дворе и так уже всем глаза намозолили!
– Погоди, Кирюха, не спеши! – сказал Игорь. – Давай прорепетируем. Итак, что ты скажешь, когда они спросят через дверь, кто ты такой.
– Скажу, что у меня букет для Надежды Никаноровны…
– Никандровны! – поправила его Даша.
– Ну да, Никандровны! А вообще-то я имею право ошибиться. Я, в конце концов, просто этот… как его… рассыльный из магазина!
– А они спросят, из какого магазина? – гнул свое Игорь.
– Я скажу, что из магазина на… Тверской! Или на Ленинском проспекте! Или…
– Скажи, что ты из магазина «Подарки»! – посоветовала Оля. – В большом магазине труднее отыскать концы…
– А ты думаешь, они будут их искать? – удивился Хованский. – Мало ли кто мог послать цветы…
– Там видно будет! – зловеще проговорила Оля.
– Ладно, я все понял! Пока!
– Кирюшка, я с тобой! – вызвалась Даша. – Я поднимусь на следующий этаж и послушаю, что там происходит. Так надежнее, а то мало ли…
– Мало ли что? – уточнил Хованский. – Убьют они меня, что ли?
– Нет, конечно, не убьют! – воскликнула Оля. – Мошенники обычно мокрухой не занимаются. Но все-таки пусть Даша с тобой пойдет. Лишние глаза и уши не помешают!
– Ладно! – согласился Кирилл. – Пошли, а то, пока мы тут калякаем, цветочки завянут!
По дороге Даша спросила:
– Кирюха, а что ты маме скажешь?
– Про цветы?
– Ну да!
– Скажу, что ее знакомая уехала, а цветы я подарил…
– А если она спросит кому?
– Я не скажу!
– Наведешь тень на плетень?
– Вот именно!
– А она не рассердится?
– Думаю, нет.
Они подошли к подъезду. Даша первой поднялась на четвертый этаж, спустилась на один пролет и затаилась. А вот и Кирилл с букетом. Он нажал на кнопку звонка. За дверью послышались шаги, и кто-то явно прильнул к глазку. Он позвонил еще раз.
– Кто там? – спросил женский голос.
– Госпожа Рукозеева здесь живет?
– Кто вам нужен?
– Рукозеева Надежда Никаноровна!
– Может, Никандровна?
– Ах да, извините, Никандровна!
– А зачем она вам нужна?
– Ей цветы прислали!
– Кто прислал? – продолжали допытываться из-за двери.
– Ну, я не знаю, тут, может быть, написано, мое дело доставить цветы…
– А ты кто такой?
– Я рассыльный из магазина «Подарки»!
За дверью явно началась возня с многочисленными замками, и наконец она открылась. На Кирилла смотрели холодные змеиные глаза. Он даже поежился.
– Давай сюда цветы! – потребовала девица.
– Вот, пожалуйста! Ой, бумага полиняла! Вы осторожнее! – воскликнул Кирилл. – Извините, а нельзя ли мне руки вымыть, а то как я пойду?
И он растерянно показал ей свои фиолетовые ладони.
– Какая гадость! – поморщилась она и осторожно высвободила цветы из бумаги.
– Так мне можно руки помыть? – настаивал Кирилл.
– Ладно уж, проходи!
Она провела его в ванную и показала, каким полотенцем можно вытереть руки. Когда он вышел, она сунула ему пятирублевую монету. И молча проводила до двери.
– Спасибо, – сказал он и собрался уже выйти, как вдруг его окликнул мужской голос:
– Эй, парень, постой!
Кирилл обернулся.
– Так ты из какого магазина, а?
– Магазин «Подарки» на Тверской знаете?
– Ну?
– Что? – не понял Кирилл.
– Кто тебя послал?
– Как кто? Моя начальница, Ирина Петровна.
– Начальница? Чего начальница?
– Как чего? Цветочного отдела. Моя обязанность – разносить цветы! Она дала мне букет и адрес. А больше я ничего не знаю.
– А ты по дороге ничего не потерял?
– А что я мог потерять? – удивился Кирилл, которому изрядно надоел этот допрос.
– Ну, записку какую-нибудь?
– Не мог я ничего потерять! Если там нет записки, значит, ее и не было. Может, это неизвестный поклонник цветы прислал! – вышел из себя Кирилл.
В ответ раздался гомерический хохот.
– Ладно, парень, ступай! – сквозь смех сказала змееглазая. И она почти что вытолкала его за дверь.
Он вышел и, на мгновение прикрыв спиной глазок, сделал Даше знак, она мигом пронеслась мимо него вниз, и лишь тогда он отлип от двери.
Даша ждала его в подворотне.
– Ну, что?
– Да ничего особенного! Просто в квартире каждый гвоздик кричит: «Мы богатые! Мы богатые!»
– То есть?
– Видела бы ты эту ванную! Как в каталоге, только выбрано все самое уродливое. Безвкусица жуткая! Но – богато!
– И как она не боится? Хотя все-таки боится, эта бомжиха же говорила, что она никого на порог не пускает!
Оля с Игорем бросились к ним.
– Ну? Что там?
– Да ничего, просто убедились, что у хозяйки денег куры не клюют! А больше ничего! – сообщила Даша.
Но Игорь с Олей потребовали подробного отчета. Кирилл передал им слово в слово свой разговор с девицей и парнем.
– Одно могу сказать, глаза у нее и вправду страшные. Она как на меня посмотрела, у меня душа в пятки ушла, – признался Кирилл. – И я их уже до смерти не забуду. Ладно, а что дальше-то?
– Дальше? Предлагаю завтра с утра последить за Верой Никандровной. Кто она, что она, куда пойдет! – сказала Оля.
– Но мы же собирались сперва всем миром навалиться на Надежду! – вспомнила Даша.
– Понимаешь, если у нее нынче праздник, вряд ли она с утра пойдет на дело! Наверное, будет уборкой заниматься, и все такое…
– Но, наверное, без нее они тоже не пойдут… Но, с другой стороны, видишь, как рано они праздновать начали, значит, и разойдутся рано… Так что, вполне возможно, с самого утра уже будут готовы…
– Вот что! – решительно вмешался в разговор Игорь Крузенштерн. – Завтра с утра мы с Кирюхой проследим за Веруней! Вас она уже знает в лицо, вам там делать нечего, а тут мы все уже достаточно засветились. Поэтому занимайтесь завтра с утра своими делами! Большой компанией нет смысла следить за одной старухой! А если вы нам понадобитесь, мы вам позвоним! Только еще возьмем с собой Дениса, если он, конечно, сможет.
Девочки переглянулись. А ведь Игорь прав. И они согласились.
Даша проснулась и сразу ощутила радость – на улице светило солнце! Она вскочила и подбежала к окну, чтобы распахнуть его. И в глаза ей бросилась надпись на тротуаре. Большими белыми буквами было выведено: «Ты лучше всех на свете!»
Еще вчера вечером этой надписи не было. «Интересно, кто это лучше всех на свете? Уж точно, это не я, – с грустью подумала Даша. – Мне такое могли бы написать два человека, Юра и Петька, но Петька болен, а Юра далеко, в маленьком бельгийском городке под названием Маасмехелен. А счастливая, должно быть, та девчонка, для которой это написано. Нет, Петька, пожалуй, не стал бы такое писать…» Кстати, вчера, чтобы не волновать Петьку, они решили ничего ему не рассказывать, ведь они только сегодня собирались следить за старухой из Даева переулка. Даше вдруг стало скучно. До чего же надоело выслеживать всяких мерзких типов! И вообще, все надоело до смерти – школа, квартира, вечная слежка… Хочется чего-то совсем другого! Весны, любви, хочется переехать и с удовольствием устраиваться на новом месте. Там за окнами течет река, шумят деревья парка, там ремонт сделан своими руками, там чудесные соседи – писатель Мелешин и его жена Елизавета Григорьевна, которая, как выяснилось, училась в одной школе с Дашиной мамой, Александрой Павловной… Но пока из всего этого доступно одно – весна! Она, похоже, уже берет свое! Солнце такое ласковое, и деревья уже засветились зеленью. Это еще не листочки, а просто прозрачный зеленый свет… Как хорошо! Она еще раз с грустью глянула на надпись на тротуаре… Кто бы ни был этот парень, он молодец!
– Сестренка, ты уже встала? – заглянул к ней Стас.
– Стасик, поди сюда!
– Ох, хороша погодка! Что там такое!
– Погляди!
– На что?
– Видишь надпись?
– «Ты лучше всех на свете!» Это ты лучше всех на свете?
– Я? Нет! Мне некому это написать! Но правда здорово?
– Знаешь, были какие-то стихи… – Стас наморщил лоб. – Нет, не помню!
И тут в окно они увидели тетю Витю, она, похоже, возвращалась из магазина. Заметила надпись, остановилась, покачала головой и посмотрела вверх, на Дашино окно. Обнаружив в окне Дашу и Стаса, она помахала им.
– Пойду ставить чайник! – вздохнула Даша.
Тетя Витя тоже была в восторге от этой надписи.
– В моей молодости было популярно стихотворение Смелякова про девочку Лиду. «Хорошая девочка Лида!» – в отчаянье он написал»…
– Ой, именно эти стихи я пытаюсь вспомнить! – обрадовался Стас.
И тут вдруг у Даши почему-то стало тепло и радостно на душе. А почему, она и сама не знала. Надо попозже папе позвонить, узнать, как там и что. Юра доводился племянником папиной жене Людмиле Генриховне. «Наверное, он скоро приедет», – подумала она.
А Стаса эта надпись тоже взволновала. Он подумал, что если бы знал адрес Ники, то запросто мог бы написать ей тоже что-то в этом роде!
– Данечка, ты после завтрака никуда не идешь? – спросила вдруг тетя Витя.
– Нет, а что?
– Ты не поможешь мне заполнить анкеты для ОВИРа? Вчера Сашенька принесла их мне. После праздников сразу же подам…
– О! С удовольствием! Стас, а у тебя какие планы?
– Какие у меня могут быть планы? Поеду на Фрунзенскую, заниматься! Все-таки у нас благородная школа – лишний день подарила! Да еще такой погожий!
– При чем тут благородство? Просто директор надеется за четыре дня отремонтировать сортиры! Говорят, он нашел какую-то очень клевую бригаду и они обещали ему за праздники все сделать, – весьма прозаически объяснила Даша. – Но нам свободный день по кайфу!
После завтрака Стас спросил, когда тетя Витя не слышала:
– А у вас сегодня что, никаких детективных дел?
Даша быстро рассказала ему обо всем, что было вчера.
– Действительно, везучие вы! Даже паспорт вам в руки попал! Вот это пруха! Да, кстати, а мне никто не звонил вчера?
– При мне – нет! А ты что, дал ей здешний телефон? А на Фрунзенскую не дал?
– Нет, я не сообразил…
– Одурел от любви!
– Дарья!
– Ладно, ладно! Не буду!
Тут раздался звонок. Стас с тоской устремил взгляд на телефон и первым схватил трубку. На лице его тотчас отразилось разочарование.
– Привет, Петро! Как здоровье? Дома, дома, сейчас позову.
Он передал трубку Даше.
– Лавря, привет!
– Петечка, как дела?
– Как сажа бела!
– А что? – перепугалась Даша.
– Да температура опять поднялась! Черт бы ее побрал!
– Петька, ты, наверное, рано вскочил.
– Ха! Мне не больно-то давали вскакивать!
– Ну, и что теперь? А температура высокая?
– Тридцать восемь.
– Это плохо.
– Это не просто плохо, это ужасно! У вас такое дело интересное, а я должен валяться, как идиот. А вы еще ведете себя так по-свински!
– То есть?
– Ты почему с утра дома? Вы же собирались следить за этой Никандровной! А раз ты дома, значит, вы вчера что-то предприняли, а меня… А мне даже не сказали! С глаз долой, из сердца вон!
– Петька, ты спятил?
– Может, и спятил! Спятишь тут! Давай, Лавря, колись! Что вы вчера учинили?
– Петька, хочешь, я сейчас к тебе приду и все расскажу? – великодушно предложила Даша, и в самом деле чувствуя себя виноватой перед другом.
– Приходи! Одну тебя мама, наверное, пустит! А кстати, где Круз?
– Круз с Хованским сегодня следит за Верой Никандровной!
– Кто это?
– Приду и расскажу! Жди!
– Постой, я маму спрошу! Мама! Мама! – закричал он.
– Что, Петечка? – примчалась на его зов Светлана Петровна.
– Сейчас ко мне Даша Лаврецкая придет, можно? У нас там, в школе, всякие события…
– Одна или с целой оравой?
– Одна, мамочка, одна.
– Ну что ж, если не боится заразиться, пусть приходит.
– Лавря, ты заразиться не боишься?
– Нет, не боюсь! Ангина не такая уж заразная!
– Ладно, жду! – сказал Петька и положил трубку.
Даша побежала к тете Вите.
– Тетя Витечка, я сейчас на часок к Петьке сбегаю, у него опять температура подскочила, надо с ним посидеть, пока его мама не вернется, – соврала на всякий случай Даша, – а анкету мы заполним, когда я вернусь, ладно? Вы не обижаетесь? Все равно ведь до праздников вы документы не отдадите, правда же?
Тетя Витя не обиделась. Она дала Даше с собой банку домашнего яблочного компота.
– Пусть Петечка пьет, он мой компот любит, я знаю!
Когда Даша рассказала Петьке обо всем, что случилось вчера, он тяжело вздохнул и тихо сказал:
– Идиоты!
– Почему?
– По кочану! Сама, что ли, не понимаешь? Где этот паспорт?
– У Круза!
– Так! И что они собираются с ним сделать?
– С кем? С Крузом?
– Да не с Крузом, а с паспортом?
– Не знаю, – растерялась Даша. – Мы о нем как-то забыли…
– Ты забыла, а они?
– Ну, я не знаю… А давай позвоним Денису, они же собирались с ним связаться.
– Чепуха! У Дениса же не отменили занятия, он, наверное, в школе!
– Я сейчас ему звякну на сотовый.
Но ответом ей было «Абонент временно недоступен».
Петька страшно расстроился. Даше стало его жалко, к тому же она чувствовала свою вину.
– Петь, ну ты чего? Что уж Круз с Кирюхой такие идиоты?
– Не в этом дело! Просто паспорт можно было бы использовать…
– Как? Втереться в доверие к старушке? Так и они это могут. Запросто! И потом, я не уверена, что они тоже о нем забыли. Ты только не нервничай, тебе вредно!
– Слушай, Лавря, позвони Жучке и… Ты адрес этой Веруни помнишь?
– Да! На Новослободской…
– Так вот! Позвони Жучке и… Хотя постой, я сейчас!
Он быстро набрал какой-то номер.
– Извините, а Веру Никандровну можно попросить?
У Даши глаза полезли на лоб.
– Спасибо!
И он аккуратно положил трубку. На лице его было написано торжество.
– Конечно, как я и думал!
– Что?
– Что вы все верблюды безмозглые!
– Петька!
– Что Петька? Никому из вас в башку не залетело, что она же вчера повредила ногу! И, конечно, осталась у сестры! И неизвестно еще, сколько там пробудет.
– Ну, Квитко, ты даешь! – покачала головой Даша.
– А эти два остолопа там только время теряют! Может, вы с Жучкой туда мотанете и объясните им, что они там могут прождать еще очень долго?
Даша позвонила Оле и вкратце все ей объяснила. Они решили немедля податься на Новослободскую.
«Вот, – подумал Петька, – у меня даже с температурой котелок варит лучше, чем у них у всех, вместе взятых». Но он скромно промолчал. Лавре и так все ясно!
А Игорь с Кириллом и в самом деле уже извелись в ожидании. Правда, ждали они не без приятности – сидели на лавочке в симпатичном дворе, грелись в лучах весеннего солнца, лениво перебрасывались словами. На скамейку рядом с ними опустился пожилой мужчина в темных очках. Он вытащил из кармана газету и углубился в нее. Почему-то Кирилл сразу насторожился. Чем-то этот человек привлек его внимание. Во-первых, обычно пожилые люди старались не садиться рядом с подростками, какого бы приличного вида эти подростки ни были. А во-вторых, он явно не читал газету, а только прикрывался ею. Да и эти темные очки… Похоже, он тоже здесь кого-то поджидает. Очень интересно!
– Крузик, ты пить не хочешь? – спросил он.
– Ну, а если хочу, тогда что?
– Посиди пока, а я мигом смотаюсь, куплю водички!
– Валяй!
Кирилл вскочил и выбежал на улицу, купил две банки фанты и написал на вырванном из записной книжки листке: «Круз, обрати внимание на нашего соседа. По-моему, он тоже за кем-то следит, так что не сболтни лишнего. И кстати, не мешает, наверное, последить за ним». Он вернулся и с беспечным видом плюхнулся на прежнее место. Протянул Игорю банку фанты, а другой рукой незаметно для старика нащупал ладонь Игоря и сунул ему записку. Тот понимающе кивнул. Не спеша выдул фанту и поискал глазами урну. Приметил не урну, а мусорный бак, встал и направился к нему. «Грамотно действует!» – одобрил его Кирилл. Игорь вернулся, сел и стал незаметно наблюдать за стариком. И вдруг ему показалось, что тот прекрасно раскусил все их хитрости. Хотя старик сидел, все так же уставясь в газету.
Но тут во дворе неожиданно возникли Оля и Даша.
– Вот вы где! – подбежали они к скамейке.
«Только бы не ляпнули чего-нибудь», – подумал Игорь. Но девочки были достаточно опытными. Правда, Хованский открыл было рот, чтобы спросить, зачем они явились, но Игорь легонько его толкнул, и тот промолчал.
– Ну, куда пойдем? – поднялся навстречу девочкам Игорь.
Кирилл последовал его примеру.
– Пошли, погуляем! Погодка – благодать! – безмятежно проговорила Оля.
– Извините, молодые люди, – произнес вдруг старик.
Они обернулись к нему.
– А сегодня что, уже не учатся?
– Почему, учатся, – пожала плечами Даша, – просто в нашей школе срочный ремонт!
– А, понял! – улыбнулся старик. – Спасибо за информацию!
Девочки улыбнулись ему и увели ребят со двора.
– Вы чего приперлись? – накинулся на них Игорь.
– Мы приперлись сказать, что вы тут напрасно загораете! – обиженно ответила Оля.
– Почему это?
– Потому! Веруня осталась у сестрички, она же ногу повредила!
– А вы почем знаете?
– Квитко проверил!
– Как проверил?
– Очень просто! Сперва сообразил, а потом позвонил домой этой Никандровне и попросил Веру к телефону.
– Обалдеть! Ну и Квитко! – поразился Кирилл. – А нам это даже в голову не пришло! Во дает!
– Да, Петька у нас умный! – кивнула Даша. – Кстати, и про паспорт мы забыли.
– Постойте, девчонки, у меня вот какая мысль… Видели старика на лавке?
– Этого, в темных очках, который про школу спросил?
– Ага!
– Ну и что? Кстати, он не такой уж и старик, – заметила Даша.
– А то, что, по-моему, он тоже за кем-то следит!
– Ну и пусть следит, нам-то что? – удивилась Оля.
– Просто я подумал, а вдруг он следит за тем же объектом? Но просто не знает, что Веруни дома нет?
– Хорошо, но мы-то тут при чем?
– Просто я подумал, а вдруг он тоже их жертва?
– Ну и что? – хмыкнула Оля.
– Но, если это так, мы могли бы объединиться, тем более что он… Мне показалось, что он – профессионал! Какой-нибудь сыщик на пенсии…
– Ну, если он сыщик и попался на их приманку, то грош ему цена! – засмеялся Игорь.
– А если он частный сыщик, которого наняли жертвы, а?
– Хорошо, что ты конкретно предлагаешь? – уже с раздражением спросила Оля.
– Нужно как-то дать ему понять, что Вера Никандровна… отсутствует! И поглядеть, что он будет делать!
– Но как? Как мы дадим ему это понять?
– Очень просто! Игоряшка, паспорт у тебя?
– У меня, а что?
– Я сейчас подойду к нему, вроде как посоветоваться, как быть. Мы, мол, нашли паспорт, хотим вернуть, а хозяйки дома нет… Он спросит, откуда я знаю, что ее нет, а я скажу…
– Интересно, что ты скажешь? – усмехнулась Оля.
– Скажу, что звонил в дверь несколько раз…
– Тогда погоди, надо сделать так! – сказала Даша.
Игорь и Кирилл вернулись во двор через двадцать минут. Старик по-прежнему сидел на лавочке, только газету отложил в сторону и просто грелся на солнышке. Ребята, не глядя по сторонам, вошли в подъезд, поднялись на пятый этаж, осмотрели дверь квартиры Веры Никандровны, пришли к выводу, что у нее тоже отдельная квартира, и не спеша спустились опять во двор. Подошли к скамейке, сели на прежнее место.
– Что это вы вернулись? И куда барышень девали? Такие славные барышни у вас…
– Да понимаете, – начал Кирилл, – мы тут вчера паспорт нашли, вот и думали с утра отдать, а хозяйки все дома нет! Не знаем, что и делать. Вот вернулись, решили все же дождаться.
– А она что, в этом подъезде живет, эта растеряха?
– Ну да.
– А почему бы вам не опустить его в почтовый ящик?
– Ну что вы, разве можно! – воскликнул Игорь. – А вдруг у нее коммунальная квартира и соседи-злыдни? Или даже отдельная, но кто-то вдруг взломает ящик, а женщина, судя по паспорту, очень немолодая… Нет уж, мы подождем…
– А как ее зовут, эту женщину? – полюбопытствовал старик.
– Вера Никандровна Курдюмова!
– Не знаю такую, – с полным равнодушием ответил старик. – А вдруг я в лицо ее знаю! – предположил он немного погодя. – Дайте-ка взглянуть.
Игорь вытащил из кармана паспорт и протянул старику. Тот приподнял свои темные очки и внимательно взглянул на фотографию. Он полистал паспорт и с явным безразличием вернул его Игорю.
– Ну как, знаете ее? – полюбопытствовал Кирилл.
– Да, кажется, видел… А вы, ребятки, где же паспорт нашли?
– На Сретенке!
– Ах, на Сретенке… Ну что ж, я, пожалуй, пойду…
Так, значит, он действительно поджидал Веру Никандровну, только, видимо, не знал, кто она такая, как ее зовут… Что же делать? Проследить за ним? Но Игорь был уверен, что это вряд ли удастся.
– Извините, – догнал он старика. – Извините, пожалуйста!
– Слушаю вас, юноша!
– Понимаете, мы… То есть я хотел сказать… Вернее, спросить… – бормотал Игорь, не зная, как начать, но тут вмешался Кирилл Хованский:
– Мы хотели спросить, вы ведь тоже ждали тут эту женщину, Курдюмову, ведь так, а?
– Ну, а если так, то что?
– Поймите, это очень важно… Я понимаю, вы можете не отвечать на наш вопрос, но мы его все-таки зададим: вы следите за ней, да?
– С чего вы взяли?
– Вы тоже пострадали, да?
– Пострадал?
– Ну, как это, пали жертвой… Да?
– Жертвой чего? – уточнил старик.
– Как чего? Обмана!
– А вы, юноша, хотите сказать, что сами, как вы выражаетесь, пали жертвой? – усмехнулся старик.
– Не сами, нет! Но наши близкие! – решился Кирилл.
– Вот что, юноши, чувствую, нам надо поговорить! Идемте-ка опять на лавочку, пока ее не заняли! Там нас никто не подслушает!
Они вернулись и снова сели.
– Что вы имеете в виду, говоря о жертвах обмана?
– А вы разве не знаете? – удивился Игорь.
– Я знаю одно, вы, быть может, другое! И потом меня настораживает история с паспортом. Вы его украли?
– Да что вы такое говорите! – вспыхнул Игорь. – Мы его действительно нашли, только… это нельзя назвать чистой случайностью, потому что мы… следили за ней! Она выронила паспорт, когда шла к сестре в гости, подвернула ногу… И поэтому ее сегодня нет…
– Минутку! Если вы знаете, что она подвернула ногу и ее нет дома, зачем же вы тут околачиваетесь?
– Мы не знали! Но…
– Ах, вот что! Барышни! Вас известили барышни. Тогда зачем вы вернулись? Решили проследить за мной? Вы догадались, что я тоже интересуюсь Верой Никандровной?
– Да, – признался Игорь.
– Понятно! Что ж, в проницательности вам не откажешь! И, судя по вашим ухваткам, вы опытные сыщики! – улыбнулся он.
– По каким ухваткам? – осторожно спросил Игорь.
– Ну, все вам расскажи… Ладно, друзья, к делу! Вы правы, я очень интересуюсь этой особой… Дело в том, что я не жертва, а случайный свидетель. На моих глазах компания жуликов чрезвычайно ловко обманула женщину. Они в мгновение ока выудили у нее три тысячи и словно растворились в воздухе. И я решил, что попробую выследить их! Я когда-то хотел стать сыщиком, но не пришлось… Сейчас я на пенсии, время у меня есть… И я пошел за одной из них и довел до дома. Так что судьба была ко мне благосклонна, когда послала мне вас! Вы успели куда больше, чем я! А посему предлагаю вам действовать вместе! Но для начала давайте познакомимся. Меня зовут Сергей Игнатьевич. А вас?
– Игорь!
– Кирилл!
– Очень приятно. А кстати, куда вы девали ваших барышень?
– Да они тут… Неподалеку! – смущенно ответил Игорь.
– И, разумеется, они в курсе дела?
– Конечно!
– Нехорошо заставлять барышень ждать!
– Но мы же не думали… – начал оправдываться Кирилл.
– Вот что, Игорек, ты давай, сбегай за девушками, а мы с Кирюшей пока потолкуем!
– Нет, – решительно возразил Игорь. – Нельзя!
– Почему? – удивился Сергей Игнатьевич.
– Потому что эта Вера Никандровна девочек в лицо знает! А вдруг она все же появится?
– Правильно мыслишь! Тогда пойдемте сами к ним! Тем более, если эта особа появится дома, то вряд ли сегодня отправится куда-то! А уж на дело точно не пойдет! Ну где же ваши барышни ждут вас?
– Да тут недалеко, в одном дворе…
– Что ж, идемте!
И он весьма бодро зашагал прочь со двора. Ребята, переглянувшись, отправились за ним. «Ох, и влетит нам от Петьки», – подумал Игорь. Он уже не был уверен в том, что они поступили правильно.
Девочки не очень удивились, увидев вместе с ребятами того старика.
– Ну, молодые люди, представьте меня!
– Это Сергей Игнатьевич, – сказал Кирилл, – а это… Даша, а это Оля.
– Здравствуйте, барышни! Весьма рад. Надеюсь, вы не станете возражать, если мы объединим усилия в расследовании этого дела?
– Нет, – неуверенно проговорила Даша.
Оля промолчала.
– Большого энтузиазма не чувствую! – засмеялся Сергей Игнатьевич. – Что ж, это вполне естественно. И вот что я вам предлагаю – я вам оставлю свой телефон, а сейчас разойдемся. Вы обсудите все хорошенько и решите, стоит ли вам связываться со мной. Уговаривать вас не стану, это дело сугубо добровольное. Захотите – мой телефон у вас есть. Нет – значит, не судьба!
– Сергей Игнатьевич, вы не так поняли… – смущенно начала Даша.
– Нет, нет, Даша, все в порядке!
И он протянул Игорю бумажку со своим телефоном.
– Всего хорошего, друзья!
– До свидания, Сергей Игнатьевич!
Он бодрым шагом удалялся от них, и у Игоря вдруг мелькнуло подозрение, что не так уж он стар, этот человек.
А Сергей Игнатьевич, не оглядываясь, шел в сторону метро.
– Ну, что теперь? – спросила Оля.
– По-моему, главное сейчас – посоветоваться с Петькой! – заявила Даша.
– Почему это только с Петькой? А Денис? А Стас? У нас что, Петька начальник? – возмутился Кирилл.
– Слушай, Хованщина, начальников у нас, конечно, нет, – решительно начал Игорь, – но у Петьки столько заслуг, сколько тебе и не снилось! И голова у него варит лучше всех! Так что не возникай! А не нравится – скатертью дорожка! Ты нам помог, и спасибо!
– Да ладно, охота вам советоваться, советуйтесь, мне не жалко!
А Оля с восторгом думала – Круз настоящий друг! Преданный и верный!
Они подошли к автомату, и Игорь позвонил Петьке. Но трубку взяла его мама.
– Светлана Петровна, – взмолился Игорь. – Мне ужасно надо с Петей поговорить! Просто до зарезу!
– Да пойми ты, у него температура!
– Светлана Петровна, ну, пожалуйста, на минуточку!
– Ладно уж, сейчас отнесу ему телефон. Только недолго!
– Алло! – раздался слабый Петькин голос.
– Квитко! Это я!
– Крузейро! Отловили вас девчонки?
– Ага! Петь, тут такое дело… Жутко надо посоветоваться, а я из автомата звоню!
– Круз, мама на стреме, боюсь, не пустит никого!
– Петь, придумай чего-нибудь!
– Круз, ты вот что… Лавря там далеко?
– Рядом!
– Дай на минутку!
– Даш, он тебя требует! – растерянно сказал Игорь.
Даша взяла трубку.
– Петь! Это я!
– Слушай, Лавря, помнишь, ты мне как-то давала воду с облепихой?
– Ну?
– У тебя еще есть эта облепиха?
– Вроде была, а что?
– Если не жалко, дай Крузу небольшую баночку, пусть он мне принесет, тогда мама его, наверное, пустит! Он ей вообще очень нравится, Крузик наш! Сможешь?
– Запросто! Я вообще-то могу и сама ее тебе принести!
– Ты уже была сегодня! Теперь пускай Круз! Это меньше подозрений вызовет, и потом… Я боюсь тебя заразить!
– Ладно, Петька, не пори чепуху. Круз так Круз! Жди, скоро будет!
И она повесила трубку.
– Ну что? – спросили они хором.
– Сейчас идем ко мне, я дам Крузу банку с облепихой, и он пойдет к Петьке, как будто очень заботится о больном друге! А мы пока посидим у меня!
– Ладно, – согласились все.
– А облепиха – это вкусно? – спросила Оля.
– Ничего особенного, кисленько так…
Дверь ему открыла Светлана Петровна.
– Игорь! – укоризненно воскликнула она. – Но Петя же болен!
– Вот именно! Я принес ему облепиху! Ее надо развести теплой водой и давать пить. Очень полезно!
И Игорь протянул Петькиной маме баночку с протертой облепихой.
– Мама! Кто там пришел? – крикнул Петька.
– Игорь! Облепиху тебе принес!
– Светлана Петровна, можно я с ним немножко посижу?
– Посидишь? А что, пожалуй, можно! Побудь с ним часок, а мне нужно в магазин и в аптеку!
– Ну, конечно!
– Только не забудь через полчаса дать ему вот эту таблетку!
– Что вы, я не забуду!
Проводив Игоря в комнату сына, Светлана Петровна быстро собралась и ушла.
– Повезло! – обрадовался Игорь.
– Ну, выкладывай! – потребовал Петька.
Игорь подробно рассказал ему обо всем, что случилось сегодня.
– Да, интересно, – задумался Петька. – Значит, ваших телефонов он не спрашивал?
– Нет.
– А свой оставил?
– Да.
– Надо было за ним проследить!
– Смешно! Он бы нас мигом обнаружил. Да и зачем? У нас ведь есть его телефон. Если что… А потом, не мы в нем заинтересованы, а он в нас! Знаешь, как он обрадовался, когда паспорт увидал! Если он не врет, то…
– А что тебе интуиция подсказывает, врет или не врет?
– Понимаешь, у меня такое ощущение… что он не врет, но все-таки притворяется!
– Как это?
– Ну, что касается Веруни, то это все правда, а вот что он… Мне кажется, он не старик, он притворяется стариком!
– Почему?
– Я даже не могу тебе объяснить… Лицо у него старое, это да… И одет он так… по-стариковски… А вот руки… И походка…
– Ну, походка зависит от спортивной формы, если он спортсмен… А вот руки? Что такое у него с руками?
– Молодые у него руки… Я сколько раз замечал, что руки часто выдают возраст. Вот у мамы есть двоюродная сестра, она актриса, травести, мальчишек в театре играет, вернее, играла… Она маленькая, худенькая, и лицо у нее такое… без возраста. То ли тридцать, то ли пятьдесят… А вот руки ее выдают.
– По руками видно, что пятьдесят? – удивился Петька.
– Вот именно.
Петька задумался.
– А что, Крузик, ты прав, я просто никогда об этом не думал, но, кажется, тут что-то есть. Хотя, наверное, бывают исключения из правил… И у старого человека вполне могут быть молодые руки.
– Все бывает! – согласился Игорь. – Но почему-то мне все же пришло в голову, что с ним что-то не так!
– Да, интуиция, наверное…
– Ну и как, по-твоему, что нам делать?
– Знаешь, Круз, мне подумать нужно, с температурой думать труднее, башка раскалываться начинает. Давай я до утра подумаю, и вы все тоже думайте, а утром свяжемся и решим, как быть. Торопиться тут не нужно… Эти гады от нас уже не уйдут!
– Уйти-то не уйдут, просто ограбят еще несколько доверчивых дур и дураков!
– Так ты считаешь, нам надо сразу их сдать ментам?
– Нет, конечно! Знаешь, я когда их всех своими глазами увидел…
– Не всех, там же еще какой-то парень был! – напомнил Петька.
– Неважно! – махнул рукой Игорь. – Действительно, Стасик прав, вряд ли они сами это придумали… Там есть кто-то еще, точно!
– И я так думаю, – кивнул Петька. – Слушай, Круз, а что, если…
– Что?
– Что, если этот Сергей Игнатьевич и есть ихний главарь?
– Квитко, у тебя температура!
– Да погоди ты…
– Нет, Петька, это бред! Я голову дам на отсечение, что он не знал ее фамилии.
– Ну и что? Может, он родил идею, кто-то из его близких взялся ее осуществить, а он просто… ну, скажем, инспектирует? Присматривает, как они действуют!
Игорь растерянно хлопал глазами.
– Ну, ты даешь, Квитко!
– Я, конечно, на этой версии не настаиваю, но она все-таки имеет право на существование. Скажешь, нет?
– Почему… Имеет. Но только мне кажется, это уж слишком…
– Может, и слишком. Но все же этого Сергея Игнатьевича надо прощупать.
– Согласен, надо. Я же первый в нем усомнился. Но как ты предлагаешь его прощупать?
– Я пока не предлагаю. Я должен подумать до утра.
– Да, мы об этом уже говорили.
Круз явился к Даше в растерянности.
– Что с тобой, Крузик? – спросила Оля с беспокойством.
– Понимаете, Петька родил одну идею…
Игорь передал им свой разговор с Петькой.
– А почему ты нам ничего не сказал о своих подозрениях? – сердито спросила Даша.
Но в этот момент зазвонил телефон. Даша сняла трубку.
– Алло!
– Извините, можно попросить Станислава? – спросил приятный девичий голосок.
– Кого? – удивилась Даша.
– Станислава! Ну, Стаса…
– Ах, Стаса! Его нет дома! Ой, а кто его спрашивает?
– А когда он будет? – вопросом на вопрос ответила девушка.
– Ну, он вообще-то будет поздно… А вы случайно не Ника? – спохватилась Даша.
– Ника, – немного растерянно отозвалась девушка. – Он что… Говорил про меня?
– Ника, не бойся, я его сестра! – быстро заговорила Даша. – Я сейчас дам тебе другой телефон, позвони ему туда! Он там занимается, чтобы ему тут не мешали. Он сам не дал тебе тот телефон просто по рассеянности. Но ты обязательно ему позвони!
– Хорошо! Спасибо!
И девушка записала телефон квартиры на Фрунзенской набережной.
– Это кто звонил? – полюбопытствовала Оля. – Что за Ника?
– Я тебе говорила, это та девушка, которую наша компашка тоже ограбила! Стас ее в метро встретил!
– У любви как у пташки крылья! – пропел Хованский.
– Много ты понимаешь! – презрительно фыркнула Оля.
– Ладно, как сказано у Пушкина: у нас сейчас не то в предмете! – вернула их на землю Даша. И они продолжили обсуждение Сергея Игнатьевича.
Стас встал из-за стола и с наслаждением потянулся. Потом распахнул окно – в комнате было душно. Подумать только – второй теплый день, а деревья Нескучного сада уже зазеленели. Хорошо! И тут зазвонил телефон.
– Я слушаю.
– Это Стас?
У него оборвалось сердце.
– Да, это я, – хриплым от волнения голосом ответил он.
– Здравствуй, Стас, это говорит Ника. Вероника. Ты помнишь меня?
– Ну, конечно! Ника! Я очень рад, что ты позвонила… Постой, но откуда у тебя этот номер?
– Мне его дала твоя сестра!
– А, понятно. Ну, Ника, как твои дела?
– Стас, я звоню, потому что я вчера встретила ту, со змеиными глазами! И пошла за ней. Она живет у метро «Университет». В доме, где рыбный магазин. Я только номер квартиры не знаю. А подъезд знаю.
– Замечательно, Ника! А я знаю адреса двух старух! Нам обязательно нужно встретиться и все обсудить!
– А что тут обсуждать, ты же вроде говорил, что у твоего отца есть друг в милиции…
– Да, конечно! Но, пока мы не встретились, я не могу…
– Почему не можешь? Я же сказала, где она живет, а ты говоришь, еще про двух знаешь! – волновалась Ника.
– Это не так просто! Ника, когда мы можем встретиться? – стоял на своем Стас. – Пойми, Ника, это очень, очень важно…
– Ну хорошо, – помявшись, согласилась Ника. – Но я могу только вечером!
– Да? И я тоже!
– Ну, давай встретимся там же, где прошлый раз, в метро!
– В метро? Зачем? Давай, может, немножко погуляем, погода такая отличная… Может, около метро?
– Хорошо! В восемь часов!
– Договорились! – возликовал Стас и повесил трубку.
«Ну, я и идиот, даже не спросил, как все у нее утряслось», – подумал Стас, усаживаясь опять за учебники. Но где там! Все мысли его были о Нике. Надо обязательно подарить ей цветы. Только не какой-нибудь пышный букет, это было бы бестактно в такой ситуации… И он вспомнил, что сегодня утром видел, как у метро торговали тюльпанами. Несколько тюльпанов будет в самый раз. Он словно не слышал того, что она говорила о мошеннице со змеиными глазами… Все эти преступления… слежка… Что все это в сравнении с тем, что он наконец увидит Нику?
А тем временем Даша, Оля, Крузенштерн и Хованский продолжали обсуждать Петькину идею.
– Да ерунда все это! – говорила Даша. – У Петьки температура, вот он и выдумывает невесть что! Я лично считаю, что этот человек такой же, как мы…
– Народный мститель? – хмыкнул Кирилл.
– Да! Именно! – воскликнула Даша.
Но сколько они ни толкли воду в ступе, так ничего и не решили. И вскоре разошлись по домам. Все-таки утро вечера мудренее.
Мама и Кирилл Юрьевич сегодня вернулись с работы не поздно. Как-никак завтра праздник.
– А Стас все трудится? – спросил Кирилл Юрьевич, который уже несколько дней вообще не видел сына.
– Да, он сказал, что сегодня будет поздно! – сообщила Даша, отлично понимая, что Стас наверняка пойдет на свидание с Никой.
– Данчик, ты видела на улице объяснение в любви? – спросила мама.
– Видела!
– Это не к тебе относится?
– Ко мне? Что ты, мама! Откуда? – с грустью сказала Даша.
– Нет? Жаль! Просто мне-то кажется, что ты действительно лучше всех на свете, – нежно прошептала мама.
Даша прижалась к ней. Ей хотелось плакать. Но тут тетя Витя позвала их к столу. Во время ужина мама и Кирилл Юрьевич пытались не говорить о работе, однако у них ничего не вышло (они теперь работали вместе), а после ужина, увлеченные разговором, они ушли к себе. Даша с тетей Витей занялись анкетами, и, когда с ними было покончено, тетя Витя так устала, что сразу пошла спать. А Даша все слонялась по квартире, лишь усилием воли заставляя себя не рыдать. Ей было бесконечно грустно и одиноко. Вот, даже Стас, можно сказать, последнее утешение, и тот нашел себе девчонку… А она, Даша, не только не помешала ему, но, наоборот, помогла. Мысль о собственном благородстве так умилила ее, что она все-таки расплакалась. Но совсем тихо, чтобы никто не слышал. И вдруг зазвонил телефон. У Даши отчего-то екнуло сердце. Она сняла трубку.
– Алло!
– Дашенька, это я!
Она чуть не выронила трубку.
– Что? – хриплым голосом переспросила она.
– Это я!
– Юрка? Ты? Откуда? – задохнулась она.
– Оттуда! – засмеялся он. – Ох, как я рад тебя слышать! Даша! Ты в окно сегодня смотрела?
– В окно? – удивилась Даша, и тут же кровь бросилась ей в голову. – Это ты? Это ты написал? Это мне?
– Это я! Тебе! А ты не догадалась?
– Нет, но я так хотела, чтобы это было… мне! Юрка, я такая счастливая! Когда же мы увидимся?
– Завтра, завтра с утра! Я за тобой зайду, и мы весь день будем вместе! Я так соскучился!
– А ты надолго? – с замиранием сердца спросила Даша.
– На все лето – это точно! Мне уже нашли тут работу!
– А ты один приехал?
– Пока один! Но через две недели приедут мама с Люней. А пока – свобода! Дашка, как ты, что у тебя?
– У меня? Да ничего особенного… Так все… Школа до смерти надоела.
– А какие-нибудь новые детективные успехи есть?
– Юрка, я не хочу про детективные успехи…
– Я тоже! Дашка, я хочу сказать тебе одну вещь… – он понизил голос.
– Какую? – с трудом выговорила она, точно зная, что он сейчас скажет.
– Я тебя люблю.
– И я, – еле слышно прошептала Даша.
Но он расслышал.
А тем временем Стас, держа в руках букет тюльпанов, дожидался Нику у метро «Парк культуры». Было уже двадцать пять минут девятого. Неужели не придет, думал он. Нет, должна, она должна прийти… Ведь она сама позвонила! Время шло, а Ники все не было. Стас прождал до половины десятого, швырнул уже увядшие тюльпаны в урну и вбежал в метро. Ну и черт с ней! Не хочет, не надо! Насильно мил не будешь! И это даже хорошо, мне сейчас надо заниматься, а не бегать на свидания! Сейчас приду домой, Дашка наверняка меня ждет, мы с ней поговорим по душам, и мне станет легче. Еще два-три дня – и я совсем о ней забуду… Тоже мне, королева красоты!
Даша, совершенно счастливая, бегала из угла в угол. Спать она не могла. Ей необходимо было с кем-то поделиться своим счастьем. А с кем? Только со Стасом! Когда бы он ни пришел! Раздался телефонный звонок. Даша схватила трубку.
– Алло! Это сестра Стаса? – раздался голос той самой девчонки.
У Даши от ужаса сжалось сердце, неужто со Стасом что-то случилось?
– Что? В чем дело? – воскликнула она.
– Он еще не приходил? – спросила Ника.
– Нет! Я думала…
– Понимаешь, я должна была с ним встретиться, но тут такое… Словом, я не могла прийти. Ты скажи ему, я не виновата, но за мной сегодня кто-то следил, а потом меня хотели убить… Я чудом убежала и теперь боюсь выйти! – сбивчиво говорила Ника.
– Что ты говоришь? Кто за тобой следил? – опомнилась Даша.
– Понимаешь, я вчера встретила ту девушку, со змеиными глазами, я выследила, где она живет… А сегодня, когда я с работы вышла, то заметила, что за мной кто-то идет, я попыталась от него избавиться, и мне показалось, что смогла, а потом меня в проходном дворе поймал один человек… – она всхлипнула. – Это было так страшно! Он выхватил нож… Но я занималась карате, и я ударила его ногой… Он упал, а я убежала!
– Господи, Ника! А где ты сейчас?
– Я у подруги! Я боюсь! Когда Стас придет? Скажи, он говорил, что у его отца есть знакомый в уголовке, это правда?
– Конечно, правда!
– Послушай, а как тебя зовут?
– Даша.
– Даша, миленькая, скажи ему, пусть обратится в ментуру! К этому знакомому!
– А почему ты думаешь, что это как-то связано? Может, к тебе просто пристал какой-то псих?
– Нет, я уверена, что она меня узнала! Я тогда про это не подумала, а теперь… Я не знаю, что мне делать… Ну, пересижу я праздники тут, а потом что?
– Вот что, Ника! Ты не паникуй! Мы завтра обязательно займемся этим! Я и мои друзья! Ничего не бойся. Только дай мне твой телефон! И скажи, где живет эта баба!
Ника продиктовала ей телефон подруги и объяснила, как найти дом и подъезд, где живет девушка с глазами змеи.
Едва она положила трубку, как явился Стас. Он был мрачнее тучи. Даша выскочила ему навстречу.
– Стасик! Она сейчас звонила! Твоя Ника! С ней беда!
– Что? Что с ней!
Даша быстро растолковала ему все. Стас побледнел и тут же позвонил Нике. Она долго ему что-то говорила, он ее утешил, обещал все сделать, что в его силах. Наконец он простился с нею до завтра.
– А ты небось думал, она тебя бросила? – участливо осведомилась Даша.
– Было дело! – улыбнулся Стас. – Я умираю с голоду. Покормишь?
– А как же! Идем на кухню! Да, кстати, Стас, оказывается, это я – лучше всех на свете.
Они еще долго сидели вдвоем, обсуждая события этого долгого дня.
– Я не верю, что это связано, – говорил Стас. – Она испугалась… Но, сама посуди, откуда им знать, где она работает?
– Ну, если та, со змеиными глазами, ее узнала, она могла, в свою очередь, за ней проследить или послать кого-то, это, в принципе, несложно, сам знаешь…
– Но зачем же им брать на себя мокрое дело?
– Почему на себя? Ее прикончил бы в проходном дворе какой-то маньяк, а при чем здесь они?
– Так, может, и в самом деле ни при чем, а?
– Нет, Стасик, мне так не кажется…
– И что ты предлагаешь?
– Я думаю, что завтра с утра вы с Денисом должны покрутиться во дворе, где живет эта змееглазая, послушать, поглядеть…
– Почему именно с Денисом? – удивился Стас.
– Потому что вас с Денисом она никогда не видела! У нее, похоже, отличная зрительная память…
– Да нет, сестренка, уверен, это просто случайность! Но я, конечно, готов!
– Вот и хорошо! Я тебя завтра разбужу пораньше, созвонюсь с Денисом, сейчас уже поздно…
– Но завтра праздник, и вряд ли они пойдут на дело!
– И не надо! С их делами нам уже и так все ясно, теперь надо с этой змеюкой разобраться…
– Со змеюкой? А как же Юрик?
– Юрик? – вспыхнула Даша. – Юрик, если надо, нам поможет, я знаю!
– Имей в виду, Денис, надо соблюдать сверхосторожность! – наставлял его Стас по дороге. – Это очень опасные люди!
– Но ты же сам не веришь, что это они подослали убийцу к той девчонке!
– Да, я не верю, но все же не исключаю…
– Ну, хорошо, они же нас в лицо не знают! И ни в чем таком заподозрить не могут!
– Все равно, мой долг тебя предупредить! С кем попало в контакт не вступаем!
– Интересное кино! А что ж мы там делать будем?
– Ну, для начала обследуем подъезд.
– И чего мы будем там обследовать?
– Понимаешь, тетя Витя утверждает, что они увлеченно говорили о ремонте!
– Ну и что?
– А то, что, возможно, у них ремонт. Значит, первая же квартира, где идет ремонт, берется на заметку!
– Ну… Так можно попасть пальцем в небо! Запросто!
– Я же не говорю, что это единственная задача! Но, по крайней мере, хоть какая-то зацепка…
Они без труда нашли нужный дом и подъезд. У подъезда стояла скамейка, на которой с утра пораньше собрались местные старушки. Они грелись на утреннем солнышке.
– Черт бы их побрал, – проворчал Стас. – И не присядешь!
– Пусть бабульки греются, пошли вон там сядем! – углядел Денис тенистую скамейку в глубине двора. – Погоди, они еще сами сюда переберутся, когда их припечет как следует! О, отсюда все прекрасно видно!
– Но ни фига не слышно! Сам знаешь, бабки – самый лучший источник информации.
– Ничего, мы сейчас что-нибудь придумаем и разговоримся с ними. Надо только сообразить…
– Знаешь, ты сиди тут, держи место, а я пока зайду в подъезд, тут всего-то девять этажей, квартир на площадке максимум четыре, так что я быстро управлюсь.
И Стас побежал к подъезду. К счастью, домофон был сломан, и он беспрепятственно проник в подъезд, поднялся на лифте на девятый этаж. Внимательно оглядел все двери. И только тут сообразил, что его идея насчет ремонта вполне идиотская. Такие уж если будут ремонтировать квартиру, то по высшему классу, евроремонт, а у настоящих классных мастеров никакой лишней грязи нет, если что-то ломают или выбрасывают, то внизу стоит специальный контейнер, да и вообще… Но все же, чем черт не шутит, вдруг они пожалеют деньги на евроремонт! И он стал спускаться по лестнице, приглядываясь и даже принюхиваясь к каждой двери, не пахнет ли оттуда краской или лаком. Восьмой этаж, седьмой, шестой… И вдруг он услыхал женские голоса, они говорили негромко, но он слышал почти каждое слово. И чувствовал запах табачного дыма – они вышли покурить на лестницу.
– Нет, Тань, ты только представь, как такое может быть?
– А что особенного? Мало ли кто чем сейчас деньги зарабатывает! Всем жить надо!
– Но у нее же муж из такой семьи…
– Да из какой такой семьи?
– Ну, отец у Жорки член-корреспондент, мать профессор…
– Мать, положим, давно умерла, а отец… Это раньше быть членом-корреспондентом чего-то стоило, а теперь… Такая же рвань, как и все прочие! Я только не пойму, чего он на ней женился, красивый парень, а она… Одно слово – кобра! Я как ее увижу, меня в дрожь бросает. Ну, чистая кобра!
Стас затаил дыхание.
– Кобра, это точно, но все-таки красивая она.
– Кому-то и кобры красивыми кажутся, а по мне… Век бы ее не видать!
– А я только не понимаю, как она с такими глазами клиентов не отпугивает, я бы ей в жизни не поверила!
– Да что она такое делала?
– Ну, я не совсем поняла, только она с каким-то парнем вроде фирму какую-то рекламировала. Но мне разбираться некогда было, да и неохота с ней связываться… Не нравятся они мне все, только вот Жорку жалко: попался он… Хороший парень, Жорка… Да и не пара она ему, совсем не пара!
– Что да, то да! Мамаша-то ее, говорят, в торговле работала… Думаю, покойная Лидия Семеновна этого бы не пережила…
– Ну, мало ли… Может, у них любовь…
– Любовь? Какая любовь у кобры? Думаю, на квартиру она польстилась, на профессорскую, и на дачу…
– Да чего сейчас на это все льстятся, коли бабок нет? А есть, так, пожалуйста, покупай себе любую квартиру, и почище, чем в нашем доме! Ладно, Тань, я пошла, а то мой проснется, вопить будет!
И женщины разошлись.
Стас мигом слетел вниз. Да, кое-что он все же разузнал…
– Ну что? Где ты пропадал? – накинулся на него Денис.
– Да кое-что услыхал…
Стас передал ему услышанный на лестнице разговор.
– А что, не так уж плохо. Найти квартиру члена-корреспондента будет не так уж сложно… Наверняка бабки знают. А еще Жорку… – задумчиво чесал в затылке Денис. – Вот что, Стас, ты посиди, а я пойду, попробую с бабульками закорешиться!
– Погоди, что ты задумал?
– А я у них сейчас все про Жорку выспрошу! Жорка, судя по всему, с ними не работает…
– Почему это?
– Но ты же сам сказал, одна из теток видела Кобру с «каким-то парнем»! Значит, это не Жорка!
– Правильно, – кивнул Стас. – Соображаешь! И вот еще что, нам надо действовать быстрее, а то скоро они, боюсь, на дно залягут! Похоже, под ними уже земля горит! Видно, много они народу обобрали по Москве! Примечают их, и заметь, больше всего по змеиным глазам! Это у них прокол! Надела бы она контактные линзы, один раз одни, другой – другие, и никогда бы их не запомнили.
– Ну, так я пошел?
– Нет, постой… А вдруг, когда ты их расспрашивать будешь, он сам выйдет?
– Ну и что, а я скажу, что мне совсем другой Жорка нужен! Чай не Сигизмунд какой-нибудь, а просто Жорка, а Жорок у нас… – засмеялся Денис и бодрым шагом направился к старушкам. Он умел найти с ними общий язык.
– С праздником! – сказал он, подойдя к скамейке.
– И тебя с праздником! – ответила наиболее приветливая из старушек. – Ты чей будешь?
– Я ничей! – широко улыбнулся Денис. – Я вот спросить хотел, вы не знаете, в этом подъезде Жора живет?
– Жора? Какой Жора?
– Эх, знал бы я, какой, не стал бы спрашивать!
– А зачем он тебе, коли ты его не знаешь?
– Знать-то я его знаю, в лицо, а так… Одним словом, надул он меня, пообещал одну вещь…
– Так это, может, Нинкин Жорка?
– Или Кудреватых?
– Да нет, Марь Иванна, Жорка Кудреватых разве кого обманывает? Такой парень золотой, да и то сказать, отец – большой ученый, член-корреспондент!
Денис чуть не подпрыгнул от радости.
– А как он выглядит, милок? – спросила одна из старушек. – Твой-то Жорка?
– Да невысокий такой, щуплый, нос курносый и лысоватый! – помня о том, что Жорку назвали красивым парнем, описывал Денис.
– Ну, точно, не Кудреватых! Но и на Нинкиного не похож! А ты подъезд, часом, не перепутал?
– Вроде нет, – развел руками Денис. – Но, вообще-то, все может быть!
– Погоди, а может, он не Жорка, а Гошка? В пятом подъезде живет Гошка, так он вроде похож!
– Гошка Куракин? Ты что, голуба, его уж два месяца как посадили!
– Посадили? Два месяца назад? Так, теперь понятно, почему он не появляется! – обрадовался Денис. – Ну что ж, спасибо вам, бабушки, счастливого праздника.
И он вернулся к Стасу.
– Ну как улов?
– Классный! Фамилия их – Кудреватых!
– Слушай, а нам и вправду везет!
– Плюнь три раза через левое плечо!
– Нет, я лучше по дереву постучу! – засмеялся Стас. – Это Дарья тебя научила плевать через левое плечо?
– Она!
И в этот момент чей-то голос произнес:
– Денис, это ты?
Денис обернулся и вскочил.
– Пашка! Ты! Откуда?
Перед ними стоял парнишка, такой же рыжий, как Денис, с веселым и лукавым лицом. Они обнялись. Стас расхохотался, так забавно выглядели эти два рыжих, но Денис был на голову выше Пашки.
– Стас, познакомься, это Пашка, мы с ним раньше в одном классе учились!
– Привет! – сказал Пашка и протянул руку.
– Привет! – сказал Стас, пожимая протянутую руку.
– Слушайте, а вы что тут делаете? – спросил Пашка, плюхаясь на скамейку рядом с ними.
– А ты? – вопросом на вопрос ответил Денис.
– Я тут, между прочим, живу! Вон в том подъезде! – и он указал на подъезд, где жила семья Кудреватых.
Денис со Стасом переглянулись. Ну и везение!
– Слушай, Паш, а ты случайно не знаешь семью Кудреватых? – осторожно спросил Денис.
– Кудреватых? Еще бы не знать! Они прямо под нами живут! Такая семейка, просто жуть с ружьем!
– Что? – опешил Стас.
– Жуть с ружьем! – повторил Пашка. – А что, может, они ваши родственники?
– Боже упаси! – воскликнул Стас.
– А почему вы ими интересуетесь?
– Да понимаешь…
– Понимаю! – поспешно кивнул Пашка. – Темная семейка! Моя мама говорит, что нисколько не удивится, если их в один прекрасный день всех арестуют! Только зачем они вам понадобились?
– Паш, ты, кажется, язык за зубами держать умеешь?
– На дурацкие вопросы не отвечаю!
– Хорошо, мы тебе скажем все как есть и очень рассчитываем на твою помощь! – таинственным голосом проговорил Денис.
– На помощь? – У Пашки загорелись глаза.
– Слушай и помни, если кому слово скажешь, могут пострадать очень многие! – предупредил Стас.
Пашка только нетерпеливо отмахнулся.
И Стас с Денисом, дополняя друг друга, поведали Пашке почти все, что знали.
– Жуть с ружьем! – воскликнул он, выслушав их. – Точно, преступная семейка! Мама права! И эта Роза-гюрза… По ней сразу видно…
– Как ты сказал? – не расслышал Стас.
– Ну, ее вообще-то Розой зовут, а мальчишки во дворе прозвали Роза-гюрза! Она на змею похожа!
– Надо же, она всем, кто ее видит, змею напоминает! – рассмеялся Стас. – Тут две соседки, я слышал, Коброй ее звали.
– А вы, значит, расследуете это дело? – осведомился Пашка.
– Ну да! И многое уже выяснили.
– А почему в милицию не сообщаете?
– Рано, Паша, пока еще рано! Мы подозреваем, что за ними кто-то стоит, а если это так, что толку сдавать их в милицию?
– А милиция, думаете, сама не дознается?
– Может, да, а может, и нет!
– А какая от меня помощь требуется?
– Ну, ты, так сказать, гляди в оба! Если что приметишь, сразу сообщай!
– Ерунда! Пошли сейчас ко мне! Я один! Мои на праздники в Турцию укатили отдыхать, аж до десятого!
– А тебя почему не взяли?
– Привет, у меня же школа, черт бы ее драл! И вообще… Но я обожаю оставаться один, по крайней мере, никто не мешает… Ладно, пошли, что ли?
– Пошли! Только ты не удивляйся, если бабки на скамейке начнут какие-нибудь вопросы задавать, – предупредил Денис.
Но на скамейке к тому времени осталась всего одна бабка, и она ни о чем никого не спрашивала.
– А у вас большая квартира! – сказал Денис.
– Ага! Четыре комнаты!
– Значит, у Кудреватых такая же! – заметил Стас.
– В точности! – кивнул Пашка. – Заходите, располагайтесь! Квасу холодного хотите? Домашнего!
– Хотим! – в один голос сказали они.
– Айда на кухню!
– А давно твои родичи свалили? – поинтересовался Денис, окинув взглядом удивительно чистую кухню.
– Вчера! А что?
– Тогда понятно, почему тут так чисто, – засмеялся Денис.
– Ты хочешь сказать, что я один запакостил бы тут все?
– Ну, не то чтобы…
– Ошибаешься, я сам не выношу грязи и беспорядка! Не вы-но-шу! У меня в комнате такой порядок – закачаешься!
– Может, скажешь, ты и квас сам делаешь? – усмехнулся Стас.
– Нет! Квас бабушка делает!
– Значит, ты не совсем один остался, а с бабушкой?
– Нет, бабушка живет в Отрадном, только приезжает иногда.
Напившись квасу, Стас спросил:
– Ну, Павло, что ты нам можешь рассказать про Кудреватых?
– Что я могу рассказать? Ну, живут они втроем: Жора со своей Розой и его папаша, член-корреспондент! У Жоры с ней случаются скандалы и даже до драк доходит. А вот с папашей его у нее отношения вроде бы приличные, хоть он и чистый псих.
– А он в какой области ученый? – спросил Денис.
– Он-то? А я и не знаю! Он меня мало интересует, вот только вечно требует, чтобы мы на цыпочках ходили. У него, видите ли, обостренный слух, и мы должны летать по квартире. А чуть что, он нам письма пишет: «Вы позавчера после двенадцати недостаточно тихо раздвинули диван!»
– Да ты что? – воскликнул Денис.
– Ей-богу! Такой приставучий, ужас!
– А почему твоя мама говорила, что не удивится, если их посадят? – гнул свое Стас.
– Не знаю! Просто ей эта Розка подозрительной кажется… И вроде бы она с ее мамашей как-то столкнулась…
– Да, мамаша у нее еще та… – кивнул Стас. – Ну, а еще что?
Пашка задумался.
– Даже не знаю, что и сказать… Не интересовался я ими… Но теперь! Теперь они от меня не уйдут! Я все про них узнаю!
– Но как?
– Пошли ко мне в комнату!
Комната Пашки представляла собой настоящую мастерскую. Чего тут только не было! Наборы инструментов, маленький верстак, стол с ящиками, полными каких-то деталей. И все в образцовом порядке.
– Вот это да! – поразился Денис. – Ты что, мастер на все руки?
– Ну, в общем, многое могу.
Он подошел к столу и достал какую-то металлическую штучку, напоминающую грецкий орех.
– Вот это нам может пригодиться!
Ночью Петька проснулся весь мокрый и с совершенно ясной головой. Вот только совсем не было сил. Он потянулся к кружке с морсом, и тут же в комнату заглянул отец:
– Что, Петрушка? Ох, да ты мокрый как мышь! И температура упала!
Папа быстро стащил с него мокрую майку, насухо вытер его, еще протер ваткой с одеколоном, надел на него чистую майку. И сел рядом.
– Ну, надо надеяться, это уже конец болезни. Что-то долго ты хвораешь, брат! Мало спортом занимаешься, все больше сыском, а это вредно для здоровья! – улыбнулся Игорь Алексеевич.
– Пап, я есть хочу!
– Есть хочешь? Отлично! Это ты, брат, меня обрадовал! Я сейчас!
Через пять минут он вернулся с большой кружкой чая с лимоном и двумя бутербродами.
– Я не хотел маму будить, поэтому ограничимся бутербродами, да?
– Конечно! – кивнул Петька, набрасываясь на еду.
А потом он заснул спокойным сном. Ему ничего не снилось.
Утром, когда мама явилась к нему с градусником, оказалось, что у него тридцать шесть и одна. Мама обрадовалась, но сказала, что он должен пролежать в постели еще как минимум два дня, не считая сегодняшнего, то есть все три, а потом еще не выходить тоже три дня.
– И не спорь со мной! Знаешь, после ангины какие бывают осложнения? Не дай бог! Надо быть очень, очень осторожным!
– Хорошо, мама, – кротко согласился Петька. – Но хоть телефон ты можешь мне дать?
– Петька!
– Ну что, я даже без температуры не могу общаться с людьми, да?
– Да общайся, горе мое! – махнула рукой мама и принесла телефон.
Первым делом он позвонил Крузу, но его отец сказал, что Игорь с мамой у Веры, его сестры. Тогда он позвонил Даше. У нее был такой звонкий счастливый голос, что Петьке стало нехорошо. Неужели этот красавчик из своей Бельгии прикатил? Но спрашивать он не стал. А она ничего не говорила. Сообщила только, что Стас с Денисом отправились выслеживать дочку Рукозеихи, которая якобы пустила убийц по следу некой Ники, к которой неравнодушен Стас. Потом Петька позвонил Хованскому и с пристрастием допросил его, что тот думает по поводу Сергея Игнатьевича.
– Да не знаю я, ничего особенного не думаю!
– А вот Круз считает, что он ряженый!
– Ну, мало ли кто что считает! Я ничего такого не заметил! Я уверен, что он так же, как и мы, хочет выследить эту компанию! И, по-моему, с ним надо поддерживать связь!
– Что ж, может, ты и прав! – сказал Петька и повесил трубку.
Он устал от всех разговоров и был ужасно недоволен тем, как складываются обстоятельства. Все время возникают какие-то новые люди… Вот теперь еще Ника какая-то, на которую кто-то покушался… Черт знает что! И непонятно, что тут правда, а что девчачьи страхи. И этот счастливый голос Лаври… Все плохо!
Он заснул, а когда проснулся, его посетила интересная мысль. Он решил позвонить Сергею Игнатьевичу! Но там никто не отвечал. «Ничего, я ему еще дозвонюсь! И постараюсь по телефону разобраться, что он за человек. Это интересная психологическая задача. Что мне еще остается? Только психологические задачи я и могу сейчас решать».
Стас и Денис возвращались весьма довольные.
– Поехали к нам! – предложил Стас.
– Поехали, – согласился Денис, которому скучно было возвращаться в пустую квартиру. Старший брат, Борис, опять уехал за границу. У него почти не было времени на Дениса. Но тот не обижался, он привык.
Даши, конечно, дома не было. Но и Александры Павловны с Кириллом Юрьевичем тоже.
– Они на Фрунзенскую поехали, – сообщила тетя Витя. – Как-никак через месяц переезжать…
И мальчики сели играть в шахматы. Стас решил, что один день он может себе позволить отдохнуть от занятий.
Выиграв у Стаса две партии, Денис сказал:
– По-моему, надо позвонить Петьке! Во-первых, узнать, как он там, а во-вторых, рассказать о наших успехах! А еще лучше, пойти навестить его. Когда я болел, он меня часто навещал!
– Звони! – согласился Стас. Ему хотелось скорее остаться одному, чтобы позвонить Нике. Он давно уже ругал себя за то, что пригласил Дениса. Звонить при нем не хотелось.
Действительно, Денис вскоре ушел к Петьке, а Стас набрал номер Никиной подруги.
– Добрый день, можно попросить Нику?
– А кто ее просит?
– Стас.
– Минутку! Ника! Тебя!
– Я слушаю!
– Привет, Ника! Это Стас!
– Здравствуй!
– Ну как ты?
– Стасик, ты что-нибудь сделал?
– Конечно, думаю, скоро мы их всех поймаем! Не бойся, Ника! Мы все уверены, что это нападение на тебя никак не связано с той историей. Просто ты… очень красивая…
Они еще долго ворковали по телефону, но ничего существенного так и не выяснили. Им просто нравилось слушать голоса друг друга.
А Петька все не мог дозвониться Сергею Игнатьевичу.
Даша с Юрой гуляли по городу, сидели в кафе, снова гуляли и были совершенно счастливы. А что сказать о счастливых людях?
Паша проснулся от тихого звонка. Звонило его хитрое устройство – в нижней квартире начался разговор. Он поглядел на часы – одиннадцать вечера. «Молодец я!» – подумал он и нажал кнопку магнитофона. Разговор, казалось, происходил в его комнате. Он узнал голос Розы, а второй голос был ему совершенно незнаком.
– Заходи, что ты топчешься! Никого же нет!
– А где они?
– На даче! Ну что?
– Ничего! Не вышло, киска…
– Почему?
– Оказалось, девка владеет карате…
– И что, ничего нельзя сделать?
– Она исчезла! Видать, напугалась очень и затаилась!
– Ну, а тетка?
– С теткой сложно, она пока что у твоей мамаши торчит, сама знаешь! Но это еще полбеды!
– То есть?
– Видишь ли, киска, нам надо не девок мочить и не теток…
– А кого?
– Да никого! Нам надо просто лечь на дно! У нас уже земля под ногами горит!
– Да что ты порешь? Дело так пошло… Сам знаешь!
– А я тебе говорю – сворачиваться надо, перебираться в другой город, короче, сейчас надо залечь! Мой человек выяснил, что на наш след напала какая-то компания подростков! И они глубоко копают!
– Какие подростки, откуда? – В голосе Розы прозвучала тревога.
– Четверо подростков, два парня и две девки. Они уже знают адреса твоей матери и тетки, фамилию и имя-отчество матери, и теткин паспорт у них в руках!
– Что? Откуда?
– Говорят, нашли, а там – черт их знает! Вот и за тобой тоже какая-то девчонка таскалась!
– Ну, не какая-то, ее-то я запомнила, она у меня семьсот рублей оставила!
– А ты никого не щадишь, ни старых, ни малых!
– Ишь, какие нежности! Лешик, бизнес есть бизнес! Одно знаю – тетку пора выводить из игры.
– Но мочить-то ее зачем? Скажи, что мы сворачиваем дело, и хорош!
– Она слишком много знает, и потом… Я же говорила, она рассиропилась! Жалко того, жалко этого… Так дело не делают!
– А ты, Розка, безжалостная…
– Слушай, ты, жалостливый больно!
– Что, может, и меня закажешь, а?
– Надо будет, закажу! Не посмотрю, что ты мне родственник! Но хватит языки чесать, говори, что за подростки? Твой человек это выяснил?
– Он им свой телефон оставил, сказал, что народный мститель, тоже хочет наказать проклятых обманщиков!
– Он идиот! Надо было не свой телефон оставлять, а взять у них телефон. Козлище!
– А что, ты бы и четверых ребят замочила, не поморщилась?
– Есть и другие способы заткнуть им пасть! Слушай, Лешик, а ведь и впрямь надо посидеть тихо!
– Посиди, посиди!
– Но ты же говоришь, они даже мамин адрес знают… Постой, постой, мы позавчера у мамы на дне рождения были, так туда явился какой-то парень лет пятнадцати с букетом цветов неизвестно от кого… Он явно был из них! Ох, мне это уже не нравится!
– А может, и вправду кто-то цветы мамане прислал?
– Не смеши меня! Кто пошлет цветы этой старой мымре!
– Вон как ты про мамочку! – засмеялся Лешик.
– Хоть и мамочка, а мымра и есть мымра!
– Тебе не стыдно? Она тебя растила, воспитывала!
– За воспитание ей спасибо, и помогает она нам будь здоров, а что мымра она, так это ж правда. Мымра и есть.
– Нет, мымра не она, мымра тетка!
– Тетка – супермымра!
Они расхохотались. Паша слушал, затаив дыхание. Ну и дела!
– Ладно, киска, посмеялись и будет, а то как бы потом плакать не пришлось. Короче…
– Стоп! Командую тут пока что я! Главное сейчас увезти из Москвы мать и тетку! Мочиловку пока отменяем! Куда бы нам их отправить?
– Лучше их отправить вместе, все тетка под приглядом будет!
– Точно! Я знаю, мы их в Эстонию отправим, в Пярну. Пускай дышат воздухом. Это и загранка, и все же там по-русски говорят. Да и мама любит Пярну… Пускай там лето поживут, я это устрою!
– А визы?
– Нет проблем, после праздников в два дня сделаю! Да и нам с тобой тоже надо слинять. Мы, пожалуй, на Кипр подадимся…
– Подожди, киска, Эстония – это долго! Их бы надо прямо завтра увезти. Вот давай-ка мы их на Кипр пошлем…
– Да ерунда все это… У этих коров даже паспортов заграничных нет. Так что и Эстония, и Кипр горят синим пламенем…
– Черт, я и не подумал… А кстати, это хорошо! Их надо просто отвезти в деревню к дяде Ване! Вот пусть там и проживут лето. С заграничными паспортами их еще найти могут, а в деревне…
– Верно! Кстати, и нам лучше куда-нибудь из России слинять… Это ведь на время… А потом папаша еще что-нибудь удумает… А вот когда лимон зелеными соберем, тогда рванем когти, только нас и видели, да, Лешик?
– Если соберем…
– Соберем, ты же меня знаешь, я своего всегда добиваюсь! Только уж Жорке с его папаней ни грошика не оставлю!
– Несправедливо, идея-то чья?
– Идея? А что идея, много ли она стоит, если ее некому воплотить в жизнь, а? И что это ты все хочешь меня каким-то чудищем выставить? Можно подумать, это я на нарах за кражу со взломом парилась!
– Все, киска, уймись! Ты же знаешь, я люблю поговорить про мораль…
– Моралист хренов! Вот что, завтра с утра едем к маме.
– Только, киска, к дяде Ване их посылать не стоит!
– Опять двадцать пять! А куда же?
– Если их искать начнут, сразу туда наведаются…
– Ну, если уж их начнут искать…
– Не вешай нос, киска! У меня есть отличная идея, мы их отправим в деревню, только совсем не в ту…
– А если тетка заупрямится? У нее ведь паспорт пропал?
– Да там триста лет никому ее паспорт не нужен, куда мы их отвезем! Места – райские, а народу – ни души! Лес кругом, воздух, речка – благодать, одним словом. Мы и сами отдохнем зачуток!
– Нет уж, я так отдыхать не люблю!
– А тебе отель подавай, да чтобы пять звездочек, да, киска?
– Да!
– Ладно, я устал, спать хочу! Утром поговорим!
– Слушай, а ты своему человеку отбой насчет тетки дал?
– Конечно! Мне ее жалко, Веруню-то, неплохая она!
– Еще немного, и эта неплохая сдала бы всех нас! Совесть ее, видите ли, мучает! Ладно, везучая она, вместо того света в деревне воздухом дышать будет! А вот как с этими проклятыми быть?
– С ребятней, что ли?
– Ну да!
– А никак! Если мы все на дно заляжем, что они доказать смогут? Ничего! Это они так, сгоряча, но они же ни фига не смыслят! Кроме обвинения, доказательства нужны! А где они? Нету!
– Ладно, я подумаю! Ну, Лешик, до завтра, я тоже спать хочу, умираю!
Разговор закончился. Ошеломленный Пашка выключил магнитофон, вытянул на бечевке свой чудо-микрофон с балкона Кудреватых и в растерянности взглянул на часы. Было уже двенадцать ночи. Все спят… Но ведь информация срочная. И он решил, что разбудит Дениса.
Денис всегда пугался ночных звонков, особенно когда брата не было дома. С гулко бьющимся сердцем он подбежал к телефону.
– Алло!
– Денис, это я, Павел!
– Какой Павел? – не понял со сна Денис.
– Ну, Пашка Лазарев!
– Ой, Паш, прости, я со сна не понял! Что случилось? Уже ведь двенадцать!
– Денис, тут такое… Я послушал, о чем они говорят, но, конечно, не все понял… Они собираются линять… И, кстати, на эту девчонку, ну, зазнобу Стаса, все-таки они напали, хотели убить…
– Пашка, что же делать? – растерялся Денис.
– Может, позвоните вашему менту знакомому, а?
– Ну, я-то ему позвонить не могу, у меня даже и номера его нет… А ночью, в праздники, и вообще безнадега… Слушай, Паш, а по телефону ты не мог бы дать мне послушать?
– Запросто! Только подожди маленько…
Пашка повозился с магнитофоном, и вскоре Денис отчетливо услышал голоса. Когда пленка кончилась, Пашка взял трубку.
– Ну как, впечатляет?
– Еще бы! Ты, Пашка, просто гений! Да одна эта пленка может служить обвинением!
– Не очень-то! То есть в расследовании она помочь может, но как единственное доказательство… Нет, суд у нас такие штуки в расчет не принимает, кажется.
– Но сам же говоришь – следствию это поможет! Ты, Паш, на всякий случай, сделай копию и хорошенько спрячь, а я к тебе утром заскочу за кассетой, ладно?
– И что ты с ней делать будешь?
– Для начала дам послушать всем нашим…
– Денис, а ты меня с собой не возьмешь?
– Конечно, возьму, о чем разговор! Ты такое для нас сделал, и вообще…
– А ты когда приедешь-то?
– Часам к девяти, годится?
– Годится, – неуверенно произнес Пашка. Он любил поспать. – Только если я долго не буду открывать, не думай, что я помер или ушел, я просто сплю очень крепко!
– Понял! Я тебе сперва по телефону позвоню! Из автомата.
– Точно! Ну, до завтра!
– До завтра.
Денис долго ворочался в постели, пытаясь снова уснуть, но где там! Он прекрасно понимал, что завтра надо собрать у себя всю компанию, поскольку у всех остальных родители будут дома. Но какой начнется крик! И он должен хорошенько обдумать свою позицию. Жаль, что не будет Петьки… Мысли путались, и в результате он уснул крепким сном.
А Петька, проснувшись, первым делом прислушался к своим ощущениям. Температуры явно нет! Он обрадовался и посмотрел на часы. Половина девятого. Родители еще спят. Праздник все-таки. Он потянулся к телефону и набрал номер таинственного Сергея Игнатьевича. Вчера он так и не смог ему дозвониться.
– Слушаю! – раздался в трубке заспанный мужской голос.
– Можно попросить Сергея Игнатьевича?
– У телефона. Кто говорит?
– Сергей Игнатьевич, вы тут дали нам свой телефон…
– Игорек, ты? Или Кирилл?
– Кирилл, – сказал Петька, вспомнив, что его голос частенько путают с голосом Хованского.
– Здорово, приятель, что нового?
– Да нет, ничего нового. Я думал, может, у вас…
– Нет, и у меня особых новостей нету. Так что, дружище, думаю, надо нам объединить усилия! Обязательно! Знаешь, как говорят, одна голова хорошо, а пять лучше!
– Пять? Почему пять?
– Ну, у меня одна, а у вас, как я понимаю, четыре? Ты с Игорьком и девочки ваши!
– А! – рассмеялся Петька. – Понял!
– Так что мы решим, надо бы встретиться, поговорить… Я, правда, сейчас должен бежать, может, ты оставишь мне свой телефончик, а? Я вернусь и позвоню!
– Ладно, записывайте!
«Ничего страшного, – подумал он, – я буду сам подходить к телефону. А если он нарвется на маму или папу, решит, что просто не туда попал. Вроде он ничего, симпатичный дядька, надо будет ребятам с ним все-таки объединиться, это может принести пользу».
Денис немного проспал и на полной скорости несся от метро к дому Пашки и вдруг застыл как вкопанный. У подъезда стояла молодая женщина с большой дорожной сумкой. И хотя он ни разу ее не видел, но узнал сразу. Черные, модно подстриженные волосы и очень светлые, холодные глаза. Она явно кого-то ждала. Денис направился к скамейке, где они вчера сидели со Стасом, и не сводил глаз с Розы. Но вот к подъезду подкатил старенький «жигуленок», оттуда выскочил парень лет двадцати пяти, выхватил у Розы сумку, швырнул на заднее сиденье, рядом посадил Розу, а сам сел с водителем. И они укатили. Денис быстренько записал номер, хотя что это могло им дать? Наверняка наняли первую попавшуюся машину… Драпают! И все усилия были напрасны!
Он поднялся к Паше, забыв разбудить его по телефону, но, вопреки ожиданиям, тот сразу ему открыл.
– Все! Смылись! – сказал Денис. – Я сейчас видел!
– И что? Выходит, все зря?
– Ну, поживем – увидим…
И вдруг Денис хлопнул себя по лбу и бросился к телефону. Трубку сняла тетя Витя.
– Виталия Андреевна, здрасьте, это Денис! Пожалуйста, позовите Стаса!
– Денис, здравствуй, милый, что-то случилось?
– Нет, пока нет, но может случиться…
– Но Стасик спит…
– Разбудите его, пожалуйста! Он мне очень, очень нужен!
– Хорошо, подожди немножко!
Вскоре трубку взял заспанный Стас.
– Денис, ты? Что стряслось?
– Стас, где твоя девочка?
– Какая девочка? – ничего не понял Стас.
– Ну, эта, Ника, что ли…
– Ника? – сразу проснулся он. – Зачем тебе Ника?
– Стасик, где она?
– У подруги!
– Ты можешь ей позвонить?
– Могу, но… Да что случилось, говори толком!
– Стас, ей уже можно возвращаться домой! И вообще, нам надо срочно всем собраться…
– Пусть сюда подваливают! – шепнул ему Пашка.
Денис кивнул.
– Стас, бери Дашу и всех остальных, и приезжайте к Паше! Тут такое открылось… И не вздумайте звонить этому Игнатьевичу! Ни в коем случае! Дело приняло совсем новый оборот! А эти… они слиняли! – добавил он.
– Что? – заорал Стас. – Как слиняли, куда? Почему же ты раньше не позвонил?
– А что бы ты сделал в двенадцать ночи в праздники? Да еще без прямых доказательств?
– Наверное, ты прав, – сник Стас. – Ну все, я звоню Нике, а вы ждите нас! – Ждем!
Стас уже набрал первые три цифры, но потом в задумчивости положил трубку. Нет уж! Пусть Ника пока еще побудет у подруги, так спокойнее, а он сперва все хорошенько узнает. Тише едешь – дальше будешь! И, приняв это решение, он пошел будить Дашу.
– Стасик, что случилось? – окликнула его тетя Витя.
– Да ничего не случилось, просто Денис с приятелем устраивают что-то вроде пикника, вот нас и позвали!
– В такую рань?
– Ну, пока мы соберемся, пока доедем…
– А куда вы поедете? За город?
– Конечно! За город! – обрадовался Стас.
– И ты второй день будешь лодырничать?
– Не лодырничать, а отдыхать! – поправил ее Стас. – А уж завтра с утра возьмусь за учебу! Да не волнуйтесь вы, тетя Витя! Все будет в порядке!
И с этими словами он вошел к Дашке. Та спала и во сне улыбалась.
– Эй, сестренка, проснись! – потряс он ее за плечо.
– А? Что? Стасик, что такое? Который час?
– Дашка, уже девять! Надо вставать!
– Девять? Ну и что? Сегодня же праздник!
– Дашка! Срочное дело! Надо немедленно ехать!
– Куда ехать? Ты что, Стас?
– Там какие-то крутые новости! У Пашки!
– Кто такой Пашка? Ах да, ты же говорил… Ладно, иди, я сейчас встану!
Через десять минут, проглотив на ходу бутерброд, они уже бежали к метро, по дороге их нагнал Кирилл Хованский. А Игоря не было в городе.
– Слушайте, что там, а? – спросил Хованский.
– Приедем, узнаем! – не стал распространяться Стас.
– Ой! – воскликнула Даша. – Про Ольгу забыли!
– Ну и фиг с ней! – сказал Кирилл.
Даша строго на него посмотрела. Она не любила, когда так говорили о ее подруге.
– Ладно, вы езжайте, а я забегу за ней! Только дайте адрес!
– Даш, ну некогда же! Позвони ей, пусть сама добирается!
– Нет! Десять минут погоды не делают! Я пошла!
Дело было не только в Оле. Она вспомнила, что со сна забыла позвонить Юре, предупредить, что их встреча откладывается. И решила позвонить от Оли.
Дверь ей открыла Олина бабушка.
– Даша? Здравствуй, детка, заходи! А Олечка еще спит!
– Баб! Кто пришел? – донесся до них Олин голос.
– Ну беги к ней!
Даша вбежала в Олину комнату и плотно закрыла за собой дверь.
– Олька! Вставай скорее!
– Что такое? Ты чего?
Даша быстро объяснила ей все, и Оля мигом вскочила.
– Ты пока одевайся, я позвоню, ладно?
– Ох, Дашка, у тебя такая счастливая рожа!
Даша в ответ только кивнула и блаженно зажмурилась.
Вскоре они уже бежали к метро. По дороге их нагнала зеленая «Дэу», за рулем которой сидел Эдуард Николаевич, Петькин сосед, которого они когда-то подозревали во всех смертных грехах, а он оказался вполне порядочным и очень милым человеком.
– Девочки, привет! Куда вы так торопитесь, может, подвезти?
– Ой, спасибо, если только до метро!
– А вообще-то вам куда?
– К метро «Университет»!
– Отлично! Садитесь, я как раз еду в те же края, так что подброшу вас без проблем! Сегодня по Москве ехать одно удовольствие, никаких пробок!
И действительно, он мгновенно домчал их до места. Они горячо его поблагодарили.
– Вы что, на самолете? – спросил Стас при виде их. Они с Кириллом только что вошли, тем более, что поезд почему-то простоял минут десять в туннеле.
– Почти! – отмахнулась Даша.
– Ну что тут у вас? – спросила Оля.
– Для начала познакомьтесь! – сказал Стас и представил им Пашку, который залился краской при виде двух хорошеньких девочек. Он не мог бы сказать, которая из них ему больше нравится.
– Эй, Павло, ты что? Давай, ставь пленку! – поторопил его Стас.
– Ах да! Жуть с ружьем! – спохватился он.
Они прослушали пленку в полном молчании.
– Ну, что скажете? – заговорил первым Денис.
– А что тут скажешь? Полный провал! – пожала плечами Даша. – Одно хорошо, что пока Ника может быть спокойна.
– Это немало! – высказался Стас.
– Кто ж спорит! – заметила Оля. – Но мне не кажется, что все так безнадежно! По-моему, у нас есть неплохие перспективы!
И тут Пашка понял, что больше ему нравится Оля.
– Я тоже так считаю! – сказал он. – Дело вовсе даже не безнадежное! Только надо действовать совсем не так…
– А как? – повернулась к нему Даша. – Ты что, в курсе, как мы действуем? И не одобряешь?
– Я более или менее в курсе. И вполне одобряю. Только тут случай другой… Жуть с ружьем.
– Как ты не понимаешь? Они же ушли от нас… Мы и вправду ничего доказать не можем!
– Даш, подожди, ты не права! – перебила ее Оля. – Да, сейчас они ушли… Но они же вернутся! Никуда не денутся! Эта Розочка та еще штучка, жадная до денег, разве она станет долго прохлаждаться? А кстати, именно ее мы должны словить, она самая опасная! Тетка ее вообще, похоже, раскаивается, мать… Ну что ж, она старая, в конце концов, и с нее вполне хватит, если доченьку посадят! Тут другое важно…
– Что? – заинтересовалась Даша.
Олина горячность, казалось, переубедила ее.
– Насколько увяз в этом ее муж!
– Почему?
– Потому что… Короче говоря, если он в курсе…
– Нет! Он не в курсе! Я уверен! – вмешался в разговор Пашка. – Понимаете, он… Он хороший человек! Моя мама всегда говорит: Жорка – чистый парень, а эта змея его окрутила…
– Но ведь твоя мама не знает, чем они занимаются, она просто… просто не любит эту Розу, – подал голос Кирилл.
– Да, не любит, я бы даже сказал, терпеть не может, но Жору она знает давно! – заявил Пашка. – И я согласен с Олей! Если Жора не в курсе их дел, то…
– То что? – спросила Даша.
– То надо его просветить. Пусть знает, какая у него женушка!
– Но если он такой хороший, чистый и все такое… То вряд ли он обрадуется. Тем более, что все придумал его собственный папочка. Нет, так человека можно до самоубийства довести! – покачала головой Даша.
– Дашка! – ахнула Оля.
– Что Дашка? Запросто! Ты поставь себя на его место…
Оля подавленно молчала.
– Да, пожалуй, это было бы чересчур, – согласился Пашка. – Но что же тогда остается? Из жалости к Жорке просто махнуть на все рукой? Ведь он, как ты ни верти, все равно узнает! И про жену, и про папу! Не можем же мы… устраниться! Они сколько людей до отчаяния довели, жуть с ружьем, может кто-то даже и с собой покончил, всякое бывает! Да еще и с киллерами дружбу водят!
– Не могу поверить, что тот старик – киллер! – сказал Хованский.
– А вот Круз сразу просек, что с ним что-то не так! – с гордостью заметила Оля. – И кстати, этот киллер – тоже зацепка…
– Петя, к тебе Эдуард Николаевич пришел! – сообщила Светлана Петровна. – Заходите, сосед, заходите!
– Петр, что за дела? Сколько можно хворать? Ты же еще молодой!
– Да мне уже лучше, Эдуард Николаевич! Второй день температуры нет!
– Это уже достижение, Петя! Я вот тебе конфет принес, бельгийские, говорят, что бельгийские конфеты лучшие в мире! Ну, уж там лучшие, не лучшие, а вкусные – это точно! Ты, по-моему, конфеты любишь, а?
– Люблю, спасибо!
– Ну, а чем же ты целыми днями занимаешься? Читаешь? Телевизор смотришь?
– Всего понемножку… А вообще надоело ужасно.
– А я нынче твоих подружек подвозил!
– Каких подружек? – насторожился Петька.
– Одну я помню, Дашей звать, а вторую, кажется, Олей.
– Да? И куда ж вы их подвозили?
– К метро «Университет».
– Зачем?
– Ну, милый, я таких вопросов не задавал. Просто выехал утром, в начале десятого, гляжу, подружки твои сломя голову бегут, ну, думаю, может, подвезу их. Оказалось, что нам с ними по пути, вот я их и подвез. А что? Я гляжу, ты расстроился чего-то?
– Да нет, что вы! – вымученно улыбнулся Петька. Он, конечно, расстроился. И даже почему-то испугался. Куда это девчонки с утра пораньше поехали? Кто или что там их ждет, у метро «Университет»? Да, видно, они что-то делают, не ставя его в известность. Хотя на Лаврю это непохоже… Что ж, с глаз долой, из сердца вон… Но и это неправда. Вон этого Юрки нет, а она все о нем думает… Но, может, он приехал? Тогда при чем здесь Ольга?
Эдуард Николаевич понял, что Петьке сейчас не до него, и ушел на кухню, к маме.
А Петька набрал Лаврин номер.
– Виталия Андреевна, здравствуйте!
– Петечка! Как твое здоровье?
– Спасибо, лучше! А Даша или Стас дома?
– Нет, Петенька, они на какой-то пикник уехали!
– На пикник? – удивился Петька. – Вдвоем?
– Нет, их Денис позвал к какому-то приятелю на дачу.
– А… Понятно… Они ушли вместе?
– Ну, конечно!
– А что, он только их позвал, я имею в виду из наших…
– Кажется, еще Кирюшу Хованского. А Игорька вроде бы не застали.
– Все, спасибо, Виталия Андреевна.
Петька окончательно пал духом. Ну, тетю Витю они надули, это понятно и объяснимо… А вот почему Оля с Дашкой вдвоем мчались к Университету… И куда девались Стас с Хованским?
Петьке стало так грустно, что он чуть не разревелся. Но все-таки взял себя в руки. Мало ли что там у них затеялось, они же знают, что он болен и не может поехать ни на какой пикник, так зачем, спрашивается, ставить его в известность? Только чтобы он огорчился? Нет, все правильно! И все-таки, почему Лавря с Жучкой вдвоем бежали как оголтелые? «Все, хватит!» – приказал он себе. И для утешения сунул в рот бельгийскую конфету. Она и впрямь была жутко вкусной.
– А чем вообще этот Жора занимается? Чем денежки зарабатывает, а? – спросила Даша.
– Он оператор на телевидении. Говорят, хороший, – ответил Пашка.
– Ну, ладно, это все лирика! – перебил их Хованский. – Давайте думать, что делать будем.
– Да подожди ты! – прикрикнула на него Оля. – Чтобы действовать, надо знать всю «лирику», как ты выражаешься! Паш, а отец его что за человек?
– Говорят, он очень талантливый ученый был… Но в последние годы, сами знаете, что у нас с наукой творится, денег не платят и все такое, одним словом, он жутко озлобился, и я вполне допускаю, что и вправду это придумал! И вообще он псих. Он, наверное, не представляет себе толком, как это выглядит на деле, сколько слез, сколько горя…
– Думаешь? – спросил Стас.
– Предполагаю.
– Что ж, в таком случае… А кстати, это вообще неплохо было бы сделать…
– Что, Стасик?
– Понимаете, у нас есть три жертвы этой компашки – баба Маня, Ника и еще та женщина, которую Игорек встретил… Надо взять у них свидетельские показания и заснять на видеопленку. У нас есть видеокамера…
– Мне нравится эта идея! – закричал Пашка. – Даже очень! Такая пленка может здорово пригодиться! Ее можно будет в случае чего и Жорке показать, и даже его отцу! Пусть знает! Да и милиции это будет нелишне, если вы решите туда обратиться.
– Дарья, Ольга, поручаю это вам! – сказал Стас. – Вы уж сумеете у всех выжать слезу!
– Слезу? У бабы Мани? Ну, это вряд ли, – усмехнулась Даша. – Но попробуем! Прямо сегодня и начнем. Ой, я совсем забыла про Петьку. Он же вообще ничего еще не знает. Надо ему позвонить скорее!
– А кто такой Петька? – полюбопытствовал Пашка.
Его быстренько просветили на этот счет. А Даша набрала Петькин номер.
– Петька? Привет!
– Лавря? – сухо спросил Петька. – Откуда ты? С пикника?
– Петь, я тебе все объясню… У нас тут такие дела! Понимаешь, они все сбежали!
– Кто сбежал? Куда? – завопил Петька.
– Ну, обе старухи, эта Роза…
– Какая Роза?
– Дочку Рукозеихи зовут Розой! Погоди, дай сказать! Или нет, лучше послушай одну пленочку! Паш, будь другом, дай ему послушать!
– Кто такой Паша? – ревниво осведомился Петька.
– Это приятель Дениса, он живет как раз над этой Розой… Вот, Петь, готово, слушай!
Петька затаил дыхание…
– Ну, как впечатления? – раздался Дашин голос, когда пленка кончилась.
– Лавря, я болван!
– Почему? – удивилась такой реакции Даша.
– Потому что я звонил этому Сергею Игнатьевичу…
– Петька, зачем?
– Понимаешь, я надеялся понять, что он за тип… Круз его сразу заподозрил, а я думал, может, ему померещилось…
– Ну и что? Ну, позвонил, а дальше что?
– Дальше пока ничего, я, видишь ли, назвался Кириллом, не хотел его спугнуть тем, что еще кто-то о нем знает, но он спешил, и я дал ему свой телефон.
– Подумаешь! Не страшно! Не подходи сам, а твои родители скажут, что тут нет никакого Кирилла, он решит, что неправильно расслышал, и все!
– Лавря, ты не понимаешь! Он ведь может затаиться…
– Ну и пускай! Черт с ним, Петька! Все равно, пока ты болен, ты ничего не сможешь сделать. Выздоравливай скорее, а там поглядим!
– Думаешь?
– Конечно!
Прошла неделя. Сергей Игнатьевич не звонил. Петька даже отважился спросить у мамы, не звал ли кто к телефону Кирилла.
– Кирилла? Нет. А кто такой Кирилл?
– Да нет, мам, это так, розыгрыш…
Петька с Игорем пытались сами ему дозвониться, но телефон не отвечал ни днем ни ночью.
– Наверное, тоже слинял вместе с ними! – предположил Игорь. – Ну, ничего, этот ваш Пашка сразу сообщит, если они вернутся! Все равно, они от нас не уйдут.
Петька поправился и на День Победы с родителями поехал к бабкам – прабабушка Елена Константиновна была участницей войны, имела даже орден Красной Звезды, кучу медалей, и День Победы был для нее главным праздником в году. Кстати, Даша и Оля успели уже побывать у бабы Мани и записали ее показания на видеопленку, только съемка происходила в квартире Вероники Леопольдовны, чтобы не волновать Елену Константиновну, которой баба Маня ничего не рассказывала.
В гости к бабкам были приглашены еще две подруги Елены Константиновны, тоже фронтовички, и Вероника Леопольдовна, чему Петька был страшно рад, так как уже наизусть знал все рассказы прабабушки и ее подруг. А поговорить с Вероникой Леопольдовной всегда интересно. И она тоже любила с ним беседовать. За столом Петька нарочно сел с нею рядом.
– Ну что, Петя, как продвигается дело? – спросила Вероника Леопольдовна.
– Какое дело? – удивился Петька.
– Ну, я не верю, чтобы ваша компания не занялась поиском мерзавцев, что Маню облапошили!
– Мы, конечно, этим занимались, – тихонько сказал он, – только потерпели провал. Они от нас ушли!
– Быть не может!
– Понимаете, я был болен, а…
– А без тебя они их упустили, ты это хочешь сказать?
– Ну, не совсем…
– Петя, а что ты делаешь завтра? – спросила вдруг Вероника Леопольдовна.
– Завтра? Да ничего особенного… А что?
– Хочешь поехать со мной за город? Мне нужно посмотреть один дачный поселок, в котором будет развиваться действие моего нового романа…
Дело в том, что Вероника Леопольдовна, всю жизнь проработавшая редактором в издательстве, в последнее время начала сама писать детективы, и, надо заметить, с большим успехом.
– Поедем, Петя! На машине, с удобствами, так сказать, посмотрим, что там и как, погуляем на свежем воздухе и вернемся. Это займет от силы полдня. Ну как?
– Поедем! А на чьей машине?
– А я, Петя, в последнее время нанимаю шофера со своей машиной, когда мне нужно сделать какие-то срочные дела. Я уж старая, да и времени на транспорт мне жалко!
– Вероника Леопольдовна! – воскликнул Петькин папа. – Куда это вы собираетесь везти моего сына?
– За город! Пусть подышит свежим воздухом! Мы только на полдня, Игорь, не волнуйтесь! И на машине!
– Вот и чудно! – сказала Светлана Петровна. – Пусть после болезни на воздухе побудет! А то на дачу его не вытащишь…
– А ты мне по дороге все расскажешь, договорились? – шепнула Вероника Леопольдовна.
– Договорились!
Петька очень радовался предстоящей поездке. Тем более что их компания в последнее время почти не встречалась. Даша все время проводила с Юрой, а в школе сидела с таким отсутствующим лицом, что даже учителя махнули на нее рукой и почти не вызывали. И так было ясно, что она ничего не знает. Стас занимался на Фрунзенской, а по вечерам гулял по улицам с Никой. Оля праздники проводила с родителями у них на квартире, Хованского увезли на дачу и Круза тоже. Даже Денис сидел дома с вернувшимся из-за границы братом. Так почему бы не поехать за город?
Поездка и в самом деле оказалась восхитительной. Природа словно наверстывала упущенное в холодном, промозглом апреле. Буйно зазеленели деревья, свежая, не успевшая пропылиться трава была усыпана желтыми одуванчиками, за городом в воздухе стоял такой аромат, что у Петьки даже голова закружилась.
– Кислородное отравление! – сказал, смеясь, Дима, шофер.
– Да, – вздохнула Вероника Леопольдовна, – мы же в Москве дышим черт знает чем! Я вот даже думаю, не снять ли мне на лето комнату за городом. Буду сидеть на воздухе и работать. Теперь ведь продукты из Москвы возить не надо…
– А что? Хорошая мысль! – поддержал Веронику Леопольдовну Петька. – Вот сейчас приедем в поселок, вы посмотрите, что вам надо, а потом и комнату поищем!
– Прямо сегодня? – оторопела Вероника Леопольдовна.
– А зачем же откладывать? Чем дальше, тем труднее будет комнату снять! – поддержал Петьку Дима.
Они приехали в дачный поселок, где Вероника Леопольдовна когда-то бывала в гостях. Прошлись по его улицам. Она что-то записывала в блокнот, чертила какие-то схемы. Покончив с этим, она сказала:
– А сейчас мы немножко отъедем и где-нибудь отыщем местечко для пикника. Я прихватила с собой всякие вкусности. Обожаю есть на свежем воздухе, в хорошей компании. Вот только надо купить холодной воды.
Так они и сделали. Купили воды, нашли прелестную лужайку, Петька с Димой расстелили плед на траве, а Вероника Леопольдовна достала из сумки вкуснейшие пирожки с мясом, огурцы, помидоры, яйца вкрутую, фрукты и ветчину.
– О, да это целый пир! – восхищенно закричал Дима.
– Да уж, наготовили на Маланьину свадьбу! – заметил Петька.
– Ничего, на воздухе аппетит так разыграется, все съедите! – смеялась пожилая дама.
Когда они насытились, Вероника Леопольдовна сказала:
– Ну, Петенька, а теперь расскажи мне эту историю…
– Какую историю?
– Ну как же, последнее ваше дело! Ты ведь обещал, мне это может очень пригодиться!
– А что за история? – полюбопытствовал Дима.
– Да вот Петя с друзьями выследили кучку мерзавцев, которые возле станций метро так ловко облапошивали людей… Кстати, все началось с его бабушки, моей соседки.
Петьке было лень рассказывать, тем более что история кончилась полным провалом, но все же он рассказал ее без особых подробностей, многое упустив, но его так разморило после обильной еды на теплом солнышке…
– Значит, они просто от вас деру дали? – смеялся Дима. – Но и то хорошо!
– Ничего, никуда они не денутся! – сказал Петька. – Не на век же они смотались, верно?
– Это уж точно! – подтвердил Дима. – Вернутся обязательно, и тогда уж вы их заловите, как пить дать!
– Вероника Леопольдовна, а дачу снимать? – закричал вдруг Петька.
– Нет, Петя, я так не хочу! Я в Москве позвоню знакомым, может, кто-то что-то знает. А так… Таскаться по дачам, спрашивать… Неохота!
Они еще посидели на травке, а потом собрались в обратный путь.
– Что-то я притомилась, – со смехом проговорила Вероника Леопольдовна. – Поехали домой, Дима!
– А Петя где живет?
– В районе Сухаревки… Вы меня просто у какой-нибудь станции метро выкиньте!
– Зачем? Я тебя до дома доставлю, что за проблема! Вот отвезу Веронику Леопольдовну, она устала, а потом и тебя! Мне, кстати, в ту же сторону!
«Ну что ж, еще лучше», – подумал Петька, который тоже чувствовал себя утомленным. Видно, еще не набрался сил после болезни.
На обратном пути все молчали. Вероника Леопольдовна на переднем сиденье клевала носом, Дима что-то тихонько насвистывал, а Петька и вовсе заснул. Проснулся он уже у дома, где жила Вероника Леопольдовна. Дима помог ей выйти из машины, она с ним расплатилась, попрощалась с Петькой и ушла в подъезд.
– Ну, герой! Перебирайся вперед! – предложил Дима.
Петька с удовольствием пересел, и они покатили по московским улицам.
– До чего ж Москва красивая стала! – восхищался Петька.
– Да, ничего не скажешь, – соглашался Дима.
Они уже миновали Триумфальную арку, когда Дима вдруг спросил:
– Слушай, а у вас большая вообще-то компания, а?
– Да как сказать? Основной костяк – шесть человек, но всегда еще кого-то привлекаем…
– Да, молодцы, ничего не скажешь, молодцы… Прямо, можно сказать, восхищаюсь я вами, ей-богу! Молодцы!
– А вы все время на машине работаете?
– Да нет, на машине я только подрабатываю, а вообще-то я в туристическом бизнесе подвизаюсь.
– Да? И кем?
– Да пока курьером… Невелика птица, – засмеялся Дима.
– О, вот мы и приехали! – сказал Петька. – Спасибо, что довезли!
– Значит, ты тут живешь?
– Ну да!
– А братва твоя тоже тут, поблизости?
– Конечно!
– Хорошо устроились! Ну, пока! Желаю успехов!
– И вам так же.
Очень довольный, Петька вернулся домой. Родителей не было. Они с утра уехали на дачу, которую Петька терпеть не мог.
«Пожалуй, я сейчас посплю», – решил Петька, плюхаясь на диван. Но едва он закрыл глаза, позвонил Игорь, только что вернувшийся с дачи:
– Привет, Квитко!
– Привет, Крузейро! Вернулся?
– Давно! Я тебе звоню, звоню, куда ты делся? Вообще никого не могу застать!
– Ага, все как-то разбрелись… А я был за городом…
– Слушай, я там на даче от нечего делать все думал…
– И чего, Крузейро, надумал?
– Чего-то мне тот мужик, Сергей Игнатьич, покоя не дает!
– Это понятно, а конкретные предложения есть?
– Да есть, только я не знаю…
– Давай выкладывай!
– Петь, я по телефону не люблю, а то мало ли…
– Хорошо, приходи ко мне, я пока один!
– Бегу!
Через четверть часа Игорь был у Петьки.
– Ну, что ты там надумал?
– Как я понял, этот Сергей Игнатьич – знакомый того парня, что с Розой беседовал, а он – ее родственник, так?
– Так!
– Ну, я и подумал… Надо как-то попытаться узнать, кто он такой…
– Как?
– Ну, подобраться каким-то образом к Жорику и спросить, как нам Лешика найти…
– Постой, Крузейро, в этом что-то есть… И вообще, недурно было бы пока закорешиться с Жориком и постепенно его подготовить… Отличная мысль, Крузик! Слушай, а у тебя телефон того парня, Пашки, есть?
– Есть!
– Круз, ты великий человек! – чрезвычайно оживился Петька. Усталости как не бывало. – Давай позвони ему! Надо узнать, как можно к Жорику подобраться.
– Ну, вообще-то нам самим можно к нему не подбираться, Пашке-то проще будет.
– Так-то оно так, но мы ведь этого Пашку мало знаем… Может, он все провалит?
– Да непохоже, он башковитый! Видел бы ты, какая у него техника, и все своими руками… Да и микрофончик он сам сделал.
– Ну, это невелика хитрость… А вообще, надо нам с ним поближе познакомиться.
– Правильно, Квитко! Знаешь, когда очень много народу, тоже плохо. Нашим всем сейчас не до того, у них одна любовь на уме, а мы потихонечку, полегонечку…
– А у тебя, Круз, тоже вроде была любовь на уме…
Круз только загадочно улыбнулся, но ничего не ответил. Он не любил распространяться на эти темы. И позвонил Пашке.
Тот удивился.
– Игорь? Крузенштерн? Ах да, помню. Привет. Какие новости?
– Слушай, надо бы встретиться, поговорить…
– Вообще-то мне некогда, я квартиру убираю, сегодня ночью мои прилетают…
– Жалко… Очень нужно… Вот Квитко жаждет с тобой познакомиться…
– Знаете что? Вы давайте сейчас подваливайте, пока доберетесь, я покончу с уборкой, наверное…
– Отлично!
– Ты адрес помнишь?
– Адрес не помню, но найду запросто!
– Тогда я вас жду! – сказал Паша и положил трубку.
– Поехали! – сказал Игорь.
Петька мгновенно собрался, и они направились к метро.
По дороге Петька думал: я сейчас должен, просто обязан встать на уши и довести это дело до конца. Втроем мы с этим вполне справимся! И пусть тогда Лавря увидит… Жалко, что нельзя будет посвятить эту победу Прекрасной Даме, как делали рыцари. Хотя почему нельзя? Можно! Только говорить об этом вслух не следует, а то засмеют. Но про себя я буду знать – я посвящаю эту победу Прекрасной Лавре, тьфу, глупость какая, Прекрасной Даме! Несмотря ни на какого Юрика! Юрики приходят и уходят, а Квитко остается! И еще неизвестно, чья возьмет!
И, приняв такое решение, он широко улыбнулся Крузу, с некоторой тревогой на него посматривавшему.
Из-за двери доносился рев пылесоса. И на первый звонок никто не открыл.
– Надо постучать, – сообразил Петька, – а то он не услышит. Тоже мне изобретатель, пылесос воет, как стая волков!
На стук дверь быстро открылась.
– Привет! Давно звоните?
– Нет, не очень! – сказал Петька. – Будем знакомы, Петр!
– Павел!
– Петр и Павел час убавил, Илья-пророк два уволок! – процитировал народную мудрость Игорь.
Они рассмеялись.
– Я сейчас, уберу пылесос, и порядок! А вы пока проходите ко мне.
В комнате Петька огляделся и с уважением в голосе произнес:
– Да! Впечатляет!
Тут появился Пашка.
– Ну, что у вас?
– Паш, тут такое дело… Не хотим мы смириться с тем, что они слиняли! – заявил Петька.
– Понятно, – кивнул Пашка.
– Тем более киллер гуляет на свободе! Короче, пока они где-то прохлаждаются, мы хотим выйти на киллера!
– Но как?
– С твоей помощью!
– А чем я могу помочь? – заинтересовался Пашка.
– Ты в каких отношениях с этим Жориком?
– Да ни в каких. Здрасьте – до свиданья!
– А с его отцом?
– Ну, с ним я даже и здороваться перестал. Он никогда не отвечает, глядит, как будто сквозь тебя, ну, мне и надоело…
– Это скверно… А ты случайно не знаешь, Жорик чем-нибудь увлекается? Ну, скажем, шахматами, машинами, огородом, может, коллекционирует что-нибудь?
– Точно, коллекционирует! – закричал Пашка. – Дореволюционные журналы.
– Чего?
– Ну, еще до революции выпускали разные журналы…
– До какой революции? – уточнил Петька.
– То есть как до какой? Семнадцатого года.
– Ну ни фига себе! – расстроился Петька. – Тоже мне коллекция… А ты откуда про нее знаешь?
– А он у нашей соседки по площадке купил целую кучу таких журналов…
– Стоп! – воскликнул Игорь. – Нет проблем! Найдем журнальчик!
– Где? – поразился Петька.
– У нас есть! Называется «Столица и усадьба»! На антресолях целый чемодан! Мама давно хочет их выкинуть, а отец не позволяет. Уж один-то журнал я точно уведу, никто не заметит!
– А вдруг у него уже есть именно этот журнал? – спросил Пашка.
– Неважно, это ведь только повод для знакомства! – воодушевился Петька. – А ты не мог бы ему сейчас позвонить?
– У них нет никого, они на даче. Но как только появятся, я позвоню. Хотя, честно сказать, мне не очень удобно…
– А что ж тут неудобного? – удивился Петька. – Позвонишь и скажешь, так, мол, и так, я знаю, что вы собираете старые журналы, а у моего приятеля есть «Столица и усадьба». Если вам надо… ну и так далее… А кстати, ты не в курсе, это дорого стоит?
– Понятия не имею… Но вроде не очень. Что-то соседка говорила, будто… Нет, не помню.
– Да ладно, мы же не наживаться на этом собираемся, сколько даст, все хорошо… Главное, чтобы заинтересовался.
– Это да… Ой, надо цветы полить, а то мама мне башку открутит, – воскликнул Пашка, хватая пластмассовую лейку.
– А ты что, все это время их не поливал? – ахнул Игорь.
– Поливал раза два! Но к ее приезду они должны быть сырыми! Ребята! – вдруг завопил он. – Глядите, Жорка с папашей приехали!
Мальчики подскочили к окну. У подъезда стоял старенький «жигуленок», из которого вылез пожилой мужчина высокого роста, с довольно длинными седыми волосами, неряшливо одетый. Не оглядываясь, какой-то деревянной походкой он вошел в подъезд.
– А Жорка? – спросил Игорь.
– Сейчас, сейчас, – успокоил его Пашка.
Действительно, вскоре вылез и Жорка – стройный мужчина лет двадцати восьми. Он открыл капот и занялся мотором.
– Ну, это надолго! Движок старый, он его все время латает! – сообщил Пашка.
– Отлично, идем скорее к нему! – воскликнул Петька.
– И что мы ему скажем? – растерялся Пашка.
– Неважно, что-нибудь да скажем!
Они быстро спустились вниз. Жора по-прежнему копался в моторе.
– Здрасьте, Георгий Васильевич! – откашлявшись, сказал Пашка.
Тот поднял голову.
– А, сосед! Добрый день!
Петька решил взять инициативу в свои руки.
– Паш, это тот самый Георгий Васильевич? – нарочито громко спросил он.
– Какой это тот самый? – засмеялся Жора.
«А он симпатяга», – подумал Петька.
– Да вот, Паша говорил, будто вы старые журналы собираете…
– Старые журналы? Точно, собираю! А у тебя что, есть что-нибудь?
– Есть! – кивнул Петька. – «Столица и усадьба».
– А за какой год?
– Тринадцатый, четырнадцатый, пятнадцатый, – подсказал Игорь.
– И что, ты можешь мне их продать?
– Все? – растерянно спросил Петька.
– Да нет, все не нужно, а вот если бы у тебя нашелся третий номер за четырнадцатый год и второй за пятнадцатый…
– Так ничего сказать не могу, надо поглядеть…
– Вот-вот, погляди! И запиши мой телефон! Тебя как звать-то?
– Петр!
– Очень приятно, Петр! Слушай, а твои родители не будут возражать?
– Нет, что вы!
– Тогда порядок! Значит, буду ждать твоего звонка. – Он захлопнул капот и вытер руки ветошью. – Ну, пока!
И он вошел в подъезд.
– Круз, ты извини, друг, что я… на себя все взял…
– Да ладно, все равно ты лучше с этим справишься! – вынужден был признать Игорь. – Только давай не будем время терять, махнем сейчас ко мне, пока моих дома нет!
У Крузенштерна действительно никого не было. На кухне лежала записка: «Игорь, мы у Веры. Ждем тебя! Папа».
– Ждут-подождут! – проворчал Игорь, доставая с балкона стремянку.
– По закону мирового свинства именно этих номеров там не окажется, – мрачно проговорил Петька. Почему-то сейчас вся эта затея показалась ему трудновыполнимой и даже безнадежной.
Круз снял с антресолей видавший виды фибровый чемодан и прямо в прихожей на полу открыл его. Там лежали аккуратно перевязанные стопки журналов.
– Обалдеть! – проговорил Петька. – Какая бумага! И только чуток пожелтела! Во качество!
– Ага! А фотографии! У нас есть фотографии отцовых предков, на картоне, как будто вчера снимали, а они конца века, им уже сто лет! Петька! Гляди, есть!
Игорь с торжественным видом вытащил из пачки номер журнала за пятнадцатый год, потом нашел и другой, за четырнадцатый.
– Порядок!
– Здорово! – обрадовался Петька, и оптимизм вернулся к нему.
– Звони ему прямо сейчас!
– Нетушки! – возразил Петька. – Суетиться мы не будем. Больно надо! Позвоню ему завтра!
– Петь, но зачем же время терять! Хорошо, не звони сейчас, но вечером – обязательно! Чтобы завтра же с ним встретиться.
– Завтра, между прочим, рабочий день. И у нас скоро конец года!
– Ну и при чем тут это?
– При том, что я…
Но тут зазвонил телефон. Игорь вскочил с пола.
– Да! Пап, я только что вошел! Ага! Видел! Скоро приду! Через полчасика! Договорились!
– Предки требуют? – спросил Петька, аккуратно перевязывая развязанные пачки.
– Ну да!
Они вернули чемодан на прежнее место.
– Петька, чего-то я в толк не возьму… Ты что, все же хочешь открыть этому Жоре глаза на его жену?
– Нет, пока нет… Для начала я с ним заведу дружбу, а уж потом, может быть… Главное, подобраться к киллеру… А вообще я и сам не знаю, что дальше делать, просто надеюсь на удачу! Согласись, все-таки невероятная удача, что этот Пашка живет как раз над ними!
– Да уж!
– Вот видишь! А если я внедрюсь к ним в дом, может, я что-то и узнаю.
– Понял!
– Ты только не думай, Круз, если он даст мне деньги за журналы, я их тебе отдам!
– Ты что, больной? Мне это и в башку не залетело!
– Ну все-таки…
– Ладно, Квитко, заткнись!
– Уже! – рассмеялся Петька.
Они вместе вышли на улицу и там расстались. Петька пошел домой. И принялся изучать журналы. Это оказалось страшно интересно. Когда он опомнился, был уже десятый час. Родители еще не вернулись с дачи. И он позвонил Жоре:
– Георгий Васильевич, это Петр!
– Какой Петр? – не понял тот.
– Ну, мы же с вами сегодня познакомились, я обещал посмотреть для вас журналы.
– Ах да! Петр! Ну и как, нашел?
– Нашел, потому и звоню!
– Именно те, что я просил? – оживился Жора.
– Именно те!
– Отлично, просто здорово! Слушай, а ты сколько за них хочешь?
– Ну, я вообще-то не знаю, так, слышал краем уха… А вы назовите вашу цену! Если меня устроит, я скажу!
– Хорошо! По тридцать долларов за журнал, итого шестьдесят!
– Годится! – воскликнул Петька.
– Отлично! Когда ты смог бы мне их привезти?
– Завтра. Во второй половине дня.
– Превосходно, Петр! Адрес ты знаешь, квартира как раз под квартирой твоего приятеля. В пять часов тебя устроит?
– Вполне, договорились!
– До завтра, Петя!
Петька положил трубку и задумался. Тридцать долларов за журнал – совсем неплохо, но… Ведь у родителей Игоря несколько комплектов этих журналов, и вероятно, если продать их комплектами, Крузенштерны могли бы получить неплохие деньги, а теперь… Черт, как он об этом не подумал… Правда, сами они об этом не догадываются… Надо поговорить с Игорем, а то совесть замучает. Разумеется, шестьдесят баксов он отдаст Крузу! И тут вдруг Петька почувствовал, что ужасно, просто смертельно устал. Такой длинный, напряженный день, а он ведь после болезни…
Когда родители вернулись с дачи, они застали Петьку крепко спящим на диване у телевизора. На полу лежали два старинных журнала. Мама пощупала сыну лоб. Температуры не было.
– Умаялся, бедненький, – прошептала она, а отец просто взял его на руки и отнес в постель.
По дороге в школу Петька столкнулся с Игорем и изложил ему все свои мысли по поводу журналов и денег за них.
– Ерунда! – сказал Круз. – Отец их ни за что не продаст! Наследие предков! Так что их все равно рано или поздно мыши сожрут!
– У вас есть мыши?
– Нет, это я фигурально выразился!
– Понятно!
– Так что спокойно езжай к Жоре, а шестьдесят баксов мы с тобой найдем на что потратить!
– Уверен?
– На сто процентов! Мама вообще хотела эти журналы выкинуть!
Петька решительно позвонил в дверь, и она почти сразу распахнулась. На пороге стоял Жорин отец, член-корреспондент Академии наук Василий Александрович Кудреватых.
– Тебе что надо? – весьма неприветливо осведомился он, окинув Петьку подозрительным взглядом.
– Георгий Васильевич дома?
– Еще не пришел! А зачем он тебе?
– У меня к нему дело. Личное!
– Личное? Это что значит – личное? А? Я тебя спрашиваю!
– А он когда вернется? – осторожно спросил Петька.
– Тебя что, не учили – отвечать вопросом на вопрос неприлично! Не-при-лич-но!
И он помахал длинным костлявым пальцем у Петьки перед носом.
– Извините, – растерянно пролепетал тот, потихоньку пятясь к лифту.
– Стой! – загремел Кудреватых.
Петька замер.
– Какое, ты сказал, у тебя дело?
– Личное!
– Личное? Личное, неприличное, симпатичное, идентичное, хаотичное, чечевичное…
– Ежевичное! – невольно вырвалось у Петьки, совершенно обалдевшего от этого потока рифм.
– Клубничное, земляничное, фанатичное, истеричное… – уже с восторгом выкрикивал Кудреватых.
«Он же сумасшедший!» – мелькнуло у Петьки. Надо сматываться.
Но тут из лифта вышел Жора.
– Ох, Петя, извини, я задержался, не думал, что ты так пунктуален. Папа, может, хватит?
– Хватит? Нет, не хватит! Платит! Катит! Тратит!
– Идем, Петя!
Жора схватил Петьку за руку и буквально втолкнул в одну из комнат. И даже повернул ключ в двери.
– Извини, ты сам видишь… Ну, где журналы?
– Вот!
Петька протянул ему пластиковый пакет, где лежали журналы. Тот осторожно вынул их, развернул бумагу.
– О! В каком они прекрасном состоянии! Мечта!
И он, забыв о Петьке, углубился в журнал. Но Петька был доволен. Он озирался в комнате. Тут было много книг, телевизор с видеомагнитофоном, большая полка с видеокассетами, и вдруг Петька замер. Прямо на него с большой фотографии смотрела красивая молодая женщина. Темные волосы, светлые, очень светлые глаза. «Она! Роза! Не знаю, похожа ли она на змею, но на убийцу – точно! Ей действительно необходимо носить контактные линзы. Один раз увидев этот взгляд, его уже трудно забыть… Неужели Жора не замечает, какое у нее страшное лицо…»
– Петя, ты на что там загляделся?
– А кто это? – спросил Петька, указывая на фотографию.
– Жена. Красивая, да?
– Да, – неуверенно ответил Петька. – По-моему, я ее видел…
– Видел? А почему бы и нет! Вполне возможно. Вот что, Петя, у меня только сто долларов, у тебя, конечно, сдачи нет?
– Откуда?
– Так я и думал, хотел разменять, но уже опаздывал… Знаешь, что мы с тобой сейчас сделаем? Сходим и разменяем, верно?
В ответ Петька только пожал плечами.
Они вышли, Василия Александровича не было ни видно, ни слышно.
– Петя, ты есть хочешь? – спросил уже на площадке Жора.
– Не очень…
– А давай зайдем тут в кафешку, перекусим! Я приглашаю! Одному есть скучно! Там очень недурно кормят!
– Можно, – согласился Петька.
Они вышли со двора, прошли немного и увидели маленькое уличное кафе, каких в Москве в последнее время развелось немало. Несколько пластмассовых столиков под пестрыми зонтиками, искусственная зелень. Народу было мало. Они сели в тени.
– Привет, Жора! – сказала сразу подошедшая официантка.
– Здравствуй, Тома!
– А это твой брат?
– Нет, это мой новый друг! Вот что, Тома, дай-ка нам две окрошки… Ты окрошку ешь? – обратился он к Петьке.
– Ем!
– А я вот лет до двадцати в рот ее не брал, дурак, потому и спросил. Значит, две окрошки и два мяса в горшочках. И попить чего-нибудь, похолоднее!
Тома тут же принесла им две банки кока-колы.
– Петя, ты пока посиди, а я сбегаю вон туда! – и он указал на пункт обмена валюты.
Жора быстро вошел в обменный пункт и буквально через минуту вышел с довольным видом. Вдруг его кто-то остановил, и они заговорили. В парне, подошедшем к Жоре, было что-то смутно знакомое, хотя он стоял спиной. Петька напрягся. Кто же это? Ведь я его знаю. Ба! Да это же Дима! Шофер Вероники Леопольдовны! Петька хотел было сорваться с места, но тут Тома принесла окрошку.
– А где Жорик-то?
– Вон он! – показал Петька.
– Знакомого встретил, видать. А мы с ним, с Жориком, в одном классе учились. Хороший парень! – вздохнула она. – Только невезучий, ох, невезучий. И жена стерва редкая, и отец полоумный…
Но тут появился Жора.
– О! Окрошка уже тут! И со льдом! Хорошо!
Петька попробовал окрошку, она и в самом деле была очень вкусная. Наконец Тома отошла.
– Знакомого встретили? – спросил, как бы между прочим, Петька, пряча в карман шестьдесят долларов.
– Да нет, я его первый раз вижу.
– А что он от вас хотел?
– Да он ищет одного родственника моей жены… Как будто я могу знать, где он.
Очень интересно. Зачем это Диме понадобился родственник Розы? И вдруг Петька похолодел. А что, если… Вдруг он как-то связан с этой шайкой? А он, Петька, по просьбе Вероники Леопольдовны в присутствии Димы рассказывал эту историю…
– Петя, что с тобой, тебе нехорошо? Ты что-то побледнел… – встревожился Жора.
– Да нет, ерунда, – встряхнулся Петька, уже без всякого аппетита доедая окрошку.
Тома тут же принесла мясо в горшочках, такое вкусное, что Петька на время забыл обо всем.
– Мороженое будешь? – спросил Жора.
– Нет, спасибо! – решительно отказался Петька. Ему нужно было как можно скорее остаться одному и все хорошенько обдумать.
– Послушай, Петя, я хочу задать тебе один вопрос, – пристально глядя на него, сказал Жора.
– Пожалуйста!
– Скажи, ты что, знаешь этого типа, который подходил ко мне? А?
– Знаю? С чего вы взяли?
– С того! Я же не слепой все-таки!
«Слепой, еще какой слепой», – мелькнуло в голове у Петьки. И тут же его пронзила новая мысль – а что, если Жора все знает? Что, если он действительно не слепой?
– Что молчишь?
– А что говорить, – осторожно ответил Петька. Ему уже всюду мерещились опасности.
– Черт подери, знаешь ты его или не знаешь?
– Нет, не знаю!
– Ну а не знаешь, значит, и говорить не о чем! – вдруг вспылил Жора. – Вот что, – справившись с собой, сказал он немного погодя, – ты на меня не сердись, просто мне всюду что-то мерещится… Может, я с ума схожу? Немудрено при такой наследственности…
У Петьки сжалось сердце. Ему стало так жалко Жору…
– Нет, Георгий Васильевич, вам ничего не мерещится! – вдруг вырвалось у него.
Жора поднял голову.
– Что ты сказал? Ничего не мерещится? Ты что-то знаешь?
Он с мольбой и тоской смотрел на Петьку. И тот вдруг решился:
– Георгий Васильевич, простите меня, но я должен вам сказать… Сам не знаю, зачем я это делаю…
– Да говори же!
– Георгий Васильевич, вокруг вас… преступники! Настоящие!
– Ты о ком, Петя?
– Ваша жена, ваша теща, ее сестра, еще какие-то родственники…
– Ты что несешь? – испуганно прошептал Жора.
– Ничего я не несу! Они уже столько людей обобрали…
– Как обобрали?
– Они в метро залавливали какую-нибудь старуху, говорили, что действуют от какой-то крупной фирмы, совали ей в руки карточку, говорили, что она выиграла ценный приз, а рядом возникала вторая женщина, которая тоже что-то выиграла, потом требовали внести пятьсот рублей, скажем, за телевизор «Сони», а она на радостях давала деньги, поскольку ей обещали через минуту их отдать с прибавкой двух тысяч, а вторая, ваша теща, вносила уже тысячу, от первой, чтобы ее деньги не пропали, требовали полторы, ну и так далее…
– Но это же бред…
– Совсем даже не бред! У моей бабушки они так полторы «штуки» вытянули!
– У твоей бабушки?
– Да!
– Значит, ты… – Жора помотал головой, словно пытаясь что-то стряхнуть с себя. – Выходит, ты не случайно ко мне явился?
– Нет, не случайно!
– Ты, что же, сыском занимаешься? Один?
– Занимаюсь, – признался Петька. – Но не один…
– Хорошо, так что же там делала моя жена?
– Она выманивала эти деньги!
– Но зачем же они ей давали?
– А вы поставьте себя на место этих женщин! Вы идете себе спокойно, и вдруг выясняется, что вы выиграли телевизор хорошей фирмы, и вас спрашивают, что вы хотите – телевизор или деньги. Причем за телевизором надо еще ехать на какой-то там склад, а денежки можно получить сейчас, сию минуту, да к тому же на ваших глазах какому-то парню на предъявленную карточку тут же отстегивают сотню! Вас втравливают в соревнование, в торговлю с вашей соперницей. Вы, допустим, отдали «полштуки», а она отдает «штуку». Чтобы ваши «полштуки» не пропали, вы должны внести еще «штуку»… ну и так далее, а ваша соперница уже рыдает, и, чтобы спасти свою «штуку», достает еще две…
– Пирамида…
– Именно! Легонькая такая, примитивная пирамида…
– Так… Жена, значит, выманивала деньги, теща изображала соперницу… Погоди, а что делала тещина сестра?
– Она изображала случайную прохожую, которая готова была ссудить денег вам, когда ваши кончились…
– И что, на это многие клевали?
– Ну, точно я не знаю, но, думаю, многие! И там еще два парня действовали, одного зовут Лешик, а второго мы пока не знаем…
– Слушай, а почему ты все это мне рассказал? Откуда ты знаешь, что я в этом не замешан?
– Я знаю! – уверенно ответил Петька. – Я чувствую! Только это еще не все! Одна девочка, у которой они выманили всю получку, случайно встретила вашу жену и выследила, где она живет… Так вот, ваша жена ее узнала и послала кого-то ее убить!
– Что? – прохрипел Жора, бледный, как пластмассовый столик, за которым они сидели. – Ее убили?
– К счастью, нет! Она сумела удрать!
– Боже мой, боже мой!
Жора закрыл лицо руками.
– А придумал все это… – начал Петька, решив, что надо сказать все.
– Это ты можешь не говорить! Это я уже понял! Но он же сумасшедший! То-то я удивился, что они поладили с Розой… Но скажи, почему же вы до сих пор не сообщили в милицию?
– Мы хотели сами во всем разобраться!
– Но они же удрали!
– Они – да! Но остался еще наемный убийца, которому, кстати, заказали и Веру Никандровну, поскольку она уже стала раскаиваться…
Глаза у Жоры были полны такой безысходной тоски, что Петька испугался, как бы он и в самом деле не покончил с собой. Он уже жалел, что затеял этот разговор. Но слово – не воробей.
– И что же мне теперь делать? Как жить со всем этим?
– Но вы ведь ни в чем не виноваты!
– А кто мне поверит?
– Мы! Мы верим вам!
– Вы? Боюсь, что этого мало! Хотя, конечно, спасибо! Петя! Послушай, но кто же такой этот парень, что подходил ко мне?
– Я не знаю… Понимаете, он работает шофером у одной моей знакомой… Ну не совсем… Она, когда ей нужно, вызывает его с машиной, и он за деньги ее возит…
– А она кто такая?
– Она писательница! Известная, Вера Ивченко!
– Вера Ивченко? Не слыхал, да и бог с ней.
– Мальчики, вам еще что-нибудь? – раздался вдруг голос Томы, официантки.
– Нет, Томочка, спасибо! – Он расплатился с нею. – Нам еще посидеть можно?
– Да сидите, народу-то нет.
Она ушла.
– А что ты от меня хочешь? Зачем ко мне подбирался? – спросил Жора бесконечно усталым голосом.
– Я хотел узнать, как можно найти этого Лешика. И кем он приходится вашей жене?
– Лешик? Кажется, троюродный брат. А где его искать, я понятия не имею. Я с ее родней старался как можно меньше встречаться. Ну а что еще? – В его тоне Петьке послышалась враждебность.
– А вы никогда не слышали ни о каком Сергее Игнатьевиче?
– Сергей Игнатьевич? – Жора наморщил лоб. – Нет, не слыхал. Вот что, Петя, ты подожди меня тут немножко, я сейчас!
И он бегом бросился в сторону своего дома.
Интересно, что ему там понадобилось? Черт, как жалко человека. Но ничего, зато он теперь наш, он нам поможет, это точно! Никуда не денется.
Вскоре Жора вернулся, держа в руках… оба номера «Столицы и усадьбы».
– Вот! Возьми! Деньги можешь оставить себе!
– Но почему? – растерялся Петька и полез в карман за деньгами. Ему подачек не нужно.
– Не хочу! Коллекция – это, может, единственное, что у меня осталось… чистого. И я не хочу…
– Понял! – сказал Петька и выложил на стол шестьдесят долларов. – Но и я тоже не хочу брать деньги ни за что! Вот!
– Петя, ты, верно, думаешь, что я стану вам помогать?
– Ну…
– Забудь! Что бы они ни сделали, но это моя жена и мой отец! И я не могу… копать под них. Не могу, пойми! Я, конечно, сделаю для себя кое-какие выводы, но…
– Хорошо, я вас понимаю, – кивнул Петька, – только… Только…
– Ну, говори, что хотел сказать. А… Знаю, ты, верно, хотел спросить, не покончу ли я с собой, да?
– Да… – прошептал Петька.
– Так вот – я не покончу с собой! Нет, это было бы им много чести! Просто кое-что предприму… Ну что, Петя, ты хороший парень, жаль, что встретились мы при таких обстоятельствах… Но как бы там ни было, я тебе благодарен! Конечно, рано или поздно я узнал бы все это, но… В данном случае, чем раньше, тем лучше! И за это я тебе век буду благодарен. Молодец, что не пощадил меня и все рассказал! И знаешь что, оставь мне на всякий случай свой телефон.
– Пожалуйста!
Петька написал на салфетке свой номер.
– Еще раз спасибо! Дай пять!
Они обменялись крепким рукопожатием.
– И не бойся, Петя, о нашем разговоре не узнает ни одна душа.
– Хорошо. Спасибо.
– Прощай, Петя!
– Прощайте, Георгий Васильевич.
Жора побрел к своему дому. Он шел как глубокий старик.
«Да, дела», – подумал Петька, и в носу у него защипало.
Едва Петька переступил порог своей квартиры, как раздался звонок.
– Наверняка опять твой Круз! – проворчала мама. – Который уж раз звонит!
Это и в самом деле оказался Игорь.
– Ну, что там? – в нетерпении спросил он.
– Ноль!
– Что это значит?
– То и значит – ноль!
– Квитко, ты можешь говорить нормально? – рассердился Игорь.
– Нет, не могу!
– Почему? У тебя там что, предки?
– Именно!
– Тогда я буду задавать тебе вопросы! А ты отвечай, да или нет!
– Крузейро, я тебе перезвоню, ладно? Через пять минут!
– Ладно, – проворчал Игорь.
– Через пять минут ты ему не перезвонишь! – засмеялась мама.
– Почему?
– Потому что мы будем ужинать.
– Нет, я не буду, я ел!
– То есть как не будешь? Где ты ел?
– Я был в гостях, и меня там накормили!
– У Лаври, что ли?
– Да, у Лаври! Мамочка, не сердись, я не мог отказаться!
– Бог с тобой, не ужинай! Позови папу!
Папа тоже был недоволен, что Петька не будет ужинать, но что поделаешь, если человек сыт?
А Петька ушел к себе и позвонил Игорю:
– Крузейро, твои журналы у меня! Он их не взял!
– Почему?
– То есть он сперва взял… Ох, Круз, там такая каша заварилась… Придется все следствие сначала начинать! Правда, есть одна хорошая зацепка. Вот только куда она нас выведет!
– Квитко, ты опять говоришь загадками!
– Хорошо, Крузик, слушай!..
– Да-а-а-а, – протянул Игорь, выслушав Петькин рассказ. – Не слабо! Как ты думаешь, он не… Не сведет счеты с жизнью?
– Думаю, нет. Во всяком случае, надеюсь, хотя мне страшно, Круз!
– Надо думать, у меня у самого внутри все трясется, – признался Игорь.
– У меня тоже! Но ты мне вот что скажи, Круз, как быть с Вероникой?
– С которой?
– Как с которой? – не понял Петька.
– Ты имеешь в виду Стасову девчонку или Леопольдовну?
– Ох, черт, я и забыл, что у нас их теперь две. Но я-то имел в виду Леопольдовну. Ее возит какой-то подозрительный тип, это же опасно! Вдруг он хочет ее ограбить или…
– Да, Петь, надо бы ее предупредить… А ты, значит, ему все про нас выложил?
– Но почем я знал, что он…
– Вообще-то всегда лучше держать язык за зубами, а то что-то ты очень разговорчивый стал!
– Ты прав, Крузейро, это, наверное, я намолчался во время ангины… Да, глупостей я наделал…
– Знаешь, чем бить себя в грудь, звони-ка лучше Веронике! – посоветовал Игорь.
– Нет, я ей завтра позвоню, надо сперва все обдумать…
– А если будет поздно?
– То есть?
– Вдруг он ее убьет или ограбит?
– Да ну тебя, Круз!
– Петь, звони сейчас и говори все открытым текстом! Пусть знает!
– Погоди, Круз, а если это какая-то нелепая случайность? Если его просто кто-то попросил найти Жору и спросить про Лешика, а сам он к этому никакого отношения не имеет. Может такое быть?
– Ну, вообще-то все бывает…
– Вот видишь! Нет, тут надо действовать осторожненько. Лучше я для начала попрошу у нее Димин телефончик…
– А если она спросит зачем?
– Скажу, что хочу на лето… нет, не я, а ты…
– Что не ты, а я?
– Ты хочешь на лето устроиться в турфирму, подработать, вот я и подумал о Диме… Понимаешь, Круз, не хочется мне ее пугать, она и так недавно какой стресс пережила! А тут опять подарочек из Африки!
Несколько месяцев назад у Вероники Леопольдовны украли новый роман, не только рукопись и дискеты унесли, но даже в компьютере издательства уничтожили все следы романа. Ребятам тогда удалось вернуть ей роман, особенно отличилась в том деле Оля.
– Это да, – кивнул Круз, – но все-таки, мне кажется, лучше правду сказать, чем… Квитко, она же сразу смекнет, что тут что-то не то! Обязательно, она же как-никак пишет детективы!
– Ладно, убедил! Сейчас позвоню!
– А потом перезвони мне, ладно?
– Ладно! Пока! – попрощался Петька и положил трубку.
Однако, сколько он ни набирал, телефон у Вероники Леопольдовны был занят. «Черт, с кем это она треплется?» – раздраженно думал Петька, хотя знал, что у пожилой писательницы много знакомых. Но вот наконец она ответила:
– Слушаю вас!
– Вероника Леопольдовна!
– Петруша, ты?
– Я!
– Что нового, Петя?
– Вероника Леопольдовна, я вот что хотел у вас спросить… Откуда вы знаете Диму?
– Диму? А в чем дело? – вдруг встревожилась она.
– Ну, я просто подумал… Я ведь при нем рассказывал нашу историю… Надо бы подстраховаться…
– А! – с облегчением вздохнула Вероника Леопольдовна. – Полагаю, тут тебе опасаться нечего! Дима – отличный парень…
– Извините меня, Вероника Леопольдовна, но все-таки откуда вы его знаете? Вам его кто-то порекомендовал?
– О нет! Просто он однажды меня подвез, просто как левак, мы разговорились, я спросила, не согласится ли он изредка меня возить, вот он и согласился. Берет он недорого, водит машину хорошо, не гонит, не лихачит, веселый, симпатичный парень. Мне казалось, он тебе понравился.
– Понравился, я не отрицаю, но сами знаете, береженого…
– Да, наверное, ты прав.
– А вы знаете, где он живет, с кем, и вообще…
– Знаю, Петя, знаю! Живет он один, он вообще не москвич, снимает квартиру, не брезгует никакой работой…
– А какая у вас с ним связь?
– Телефонная! Когда он мне нужен, я накануне ему звоню. Вот и все. А недавно он сам мне позвонил, сообщил, что поменял квартиру, и дал свой новый телефон.
– А вы… Вы можете дать мне его телефон?
– Зачем это?
– Ну, вообще-то я хотел ему позвонить, потому что… наш Игорь мечтает летом поработать в какой-нибудь турфирме… А Дима говорил…
– Да, да, я понимаю… Ну что ж, я, разумеется, дам тебе его телефон, только обещай, что не станешь устанавливать за ним слежку!
– Вероника Леопольдовна! – вскричал Петька. – Как я могу устраивать слежку за человеком на машине? Да и зачем? Он же, насколько я знаю, никаких преступлений не совершал!
– То-то и оно! – засмеялась Вероника Леопольдовна. – Подожди, Петруша, я возьму очки… Так, Дима, Дима… Ага, вот! Четыреста тридцать один, девяносто шесть, шестьдесят семь, записал? Ох, что это я! Это же старый номер, а новый вот: девятьсот семьдесят один, одиннадцать, одиннадцать.
– Спасибо вам огромное!
– Не за что, Петя!
На этом они простились. Петька зачеркнул старый номер, а новый записал в книжку. Он хотел уже выкинуть бумажку с номерами, но вдруг ему показалось, что он знает этот старый номер. Но откуда? Откуда? От напряжения даже разболелась голова. И тут позвонил Круз.
– Ну, ты чего? Не дозвонился, что ли? – спросил он. – Я жду, жду…
– Погоди-ка, Круз, тебе такой номер телефона не знаком? – и Петька продиктовал старый номер Димы.
– Нет. Вроде нет, а что?
– Да мерещится что-то… Ладно, я потом разберусь.
Петька передал Игорю свой разговор с Вероникой Леопольдовной.
– Не стал я ее пугать на ночь глядя. Жалко старушку.
– Тебе видней. Завтра в школу-то пойдешь?
– Пойду, куда денусь!
– Тогда пока!
– Пока, Крузейро! – сказал Петька и положил трубку.
Номер телефона не давал ему покоя, и он, уже лежа в постели, решил тщательно просмотреть всю записную книжку, от А до Я. Но на букве Л он заснул.
Разбудила его мама.
– Петечка, пора вставать! И тебя к телефону просят!
– Кто? – встрепенулся Петька.
– Не знаю, какой-то мужчина.
Петька схватил трубку.
– Я слушаю!
– Петя, это Георгий Кудреватых!
– Георгий Васильевич? – страшно удивился Петька.
– Да, я! Я хочу сказать тебе, что… Одним словом, я уезжаю! Надолго, а может, и насовсем. Что называется, жгу за собой мосты! С отцом поживет его сестра, а что касается жены… С этим покончено! Я не хочу больше ничего знать о ней. Спасибо тебе, Петя! Я звоню, чтобы ты знал – все было не зря! Прощай, дружище!
И не успел Петька слова вымолвить, как он уже повесил трубку.
– Кто это был? – полюбопытствовала Светлана Петровна.
– Да так, один знакомый… Неинтересно.
– Но ты отчего-то расстроился. Петя, это опять какие-то детективные дела?
– Да нет, мама, просто у Крузенштернов есть коллекция дореволюционных журналов «Столица и усадьба». Я нашел на них покупателя, а сейчас он позвонил и отказался. Только и всего.
Светлана Петровна сперва не поверила сыну, но потом вспомнила, что видела у него два номера этого журнала, и успокоилась.
Возможность заняться изучением записной книжки представилась только на уроке истории, после того как он ответил домашнее задание на пятерку. Итак, вчера он остановился на букве Л. Он углубился в изучение книжки и вдруг чуть не завопил на весь класс. Вот он, этот номер телефона. Неудивительно, что он показался знакомым. Это был телефон Сергея Игнатьевича! Он так пнул Круза в бок, что тот едва не свалился со стула.
– Ты что, чокнулся? – возмутился Игорь.
– Круз, смотри, Димин прежний номер – это номер Игнатьича!
– Ни фига себе! Покажь! Да, точно! Ну, дела!
И тут вдруг Петька вспомнил, что Круз ведь великолепно рисует. Он зимой со слов своей сестры нарисовал такой портрет преступника, куда там всяким фотороботам!
И тут Петька заметил, что учительница пристально на них смотрит. Он сделал вид, будто внимательно слушает отвечающую у доски Лялю Белову, а сам написал на листке: «Крузик, ты можешь по памяти нарисовать портрет С. И.?» Круз нацарапал в ответ: «Я его еще тогда нарисовал, просто забыл. Он у меня дома».
К счастью, вскоре прозвенел звонок. К ним тут же подскочила Оля.
– Что случилось? – быстро спросила она. – Я по глазам вижу, у вас новости!
Мальчики переглянулись.
– И нечего переглядываться! Меня не надуете! Давайте выкладывайте.
А Даша в это время с блаженной улыбкой стояла у окна, ничуточки не интересуясь всей этой уголовщиной. Она была далеко отсюда.
– Игорь! Петька! Это нечестно! Когда я была вам нужна… – уже обиделась Оля.
– Спокуха, Жучка! – сказал Петька. – Сейчас все расскажем.
– Сейчас не успеем! – резонно заметил Игорь. – После уроков идем ко мне, там все и узнаешь.
– Ладно, – согласилась Оля.
– А Лавря пойдет? – с надеждой спросил Петька.
– Она в осадок выпала, не видишь разве? Не надо ее трогать! – вступилась за подругу Оля.
Всегда в трудные минуты жизни Петька подбадривал себя какой-нибудь им самим придуманной фразой. Так и сейчас он повторил как заклинание: Юрики приходят и уходят, а Квитко остается!
Когда после уроков они гурьбой высыпали во двор, Петька сразу увидел его, Юрика. Он стоял у ворот, и не было девчонки, которая не смерила бы его обалдело-восхищенным взглядом. Даша замерла при виде его, а он подошел к ней, взял под руку и увел.
– Да, – проговорила Маринка Кузовлева, – просто прынц! Жукова, где Лавря такого отрыла?
– Где отрыла, там больше нету! – засмеялась Оля.
Ничего, сказал себе Петька, он, конечно, красивый, спору нет, зато я обаятельный, а если верить мировой литературе – обаяние всегда ценилось дороже. Красота проходит, а обаяние – нет!
Оля глянула на него с сочувствием, но, к счастью, он этого не заметил.
– Петька, пошли скорее к Крузу, – сказала она, – я умираю от любопытства!
Петька довольно быстро ввел Олю в курс дела, а Игорь достал свой рисунок.
– Вот! Рисовал по памяти, так что…
Петька буквально впился в рисунок. Нет, конечно, это не Дима, ничего общего! Ему даже стало немного легче.
– Это не Дима! – сказал он.
– Петь, я все же хотел бы на него взглянуть, на этого Диму! А вдруг это он? Знаешь, грим, парик, то, се…
– Ладно, придумаем что-нибудь. Ну, Ольга, а ты что скажешь?
– Что я могу сказать? Упустили мы их всех, остался только один сумасшедший старик. Невелика радость.
– Почему это один сумасшедший старик? А Дима?
– Дима? По-моему, это просто недоразумение.
– Недоразумение? Ничего себе недоразумение! – закричал Петька. – А телефон?
– Мало ли что… Допустим, он, Дима этот, снимал комнату у Сергея Игнатьевича…
– И чем это плохо? Тогда, может быть, Дима нас на него и выведет…
– Скорее уж он его на нас выведет, – усмехнулся Игорь.
– Зачем? – не понял Петька.
– Чтобы замочить нас всех по очереди. Слишком много знаем!
– Да ладно тебе, Круз, что ты несешь! Станут они такую мокруху разводить! Убивать шесть человек! А почем они знают, что про это неизвестно еще куче народу? Всех не перемочишь!
– Зачем всех мочить? – зловеще усмехнулся Круз. – Вполне достаточно замочить одного, чтобы все заткнулись раз и навсегда!
– Игорь! – воскликнула Оля.
– Я считаю, что звонить этому Диме ты не должен. Да, кстати, ты предупредил Веронику, чтобы она ему не говорила о твоем звонке?
– Нет, не предупредил… Я как-то не подумал…
– Подождите, – сказала Оля, – ему позвоню я! И приглашу его на свидание!
– Что? – заорал Круз. – На какое свидание!
– Игорюша, успокойся, я не пойду на это свидание, я просто его вызову, а ты на него поглядишь. Он же тебя не знает. Все просто.
– Как, интересно знать, ты его вызовешь на свидание? – кипятился Игорь.
– Ну, скажу, что давно на него смотрю, что он мне нравится, ну и так далее…
– Чепуха! Детский лепет на лужайке! – рассердился вдруг Петька. – Я сам ему позвоню, скажу, как и собирался, что один мой друг хочет летом поработать в турфирме и не может ли он помочь. Кстати, послушаешь его голос! Ты по голосу его узнаешь?
– Я узнаю! – сказала Оля. – У меня абсолютный слух.
– Вот это деловой разговор, а то развели какую-то муру собачью! Ну, я звоню?
– Звони, только, скорее всего, он сейчас работает!
Димы и в самом деле не оказалось дома.
– Придется вечером звонить, – вздохнул Петька. – Еще на день все откладывается.
– Слушай, а он не говорил, в какой фирме работает? – спросила Оля.
– Олька, ты гений! – завопил Петька. – Точно! Надо его накрыть в фирме!
– А ты эту фирму знаешь?
– Нет, но Вероника знает наверняка! Я сейчас же ей позвоню.
Вероника Леопольдовна удивилась, что Петька опять звонит ей по поводу Димы, но сказала, что, если она не путает, фирма называется «Лагуна» или «Атолл», да, именно «Атолл»! Запудрив ей мозги по мере сил, Петька распрощался с писательницей. Раздобыть адрес фирмы «Атолл» было делом техники. Она размещалась во дворе так называемого «Дома преподавателей» на Ломоносовском проспекте.
– А вот, кстати, вполне нормальное объяснение того, что он искал Жору. Он там поблизости работает! – заметила Оля.
– Может быть, может быть…
– Что будем делать? – спросил Игорь – Тут есть один момент, который мне не нравится…
– Какой еще момент? – фыркнул Петька.
– Мне совсем не нравится, что он, возможно, знает всех нас в лицо.
– То есть как?
– Если предположить, что Дима и есть Сергей Игнатьевич, то он уж точно знает нас троих, Лаврю и Хованщину! Это, конечно, маловероятно, однако наплевать на такое предположение мы не можем!
– И что ты предлагаешь?
– Я предлагаю подключить к этому делу Гелю!
– Гелю? Мирославцеву? – удивился Петька. – Почему именно ее?
– Потому что она взрослая женщина, опытная журналистка, она кому хочешь мозги запудрит…
Петька задумался. Ангелина Мирославцева была довольно известной журналисткой и подругой старшей сестры Игоря – Веры. Она очень помогла ребятам в истории с маньяком, травившим свои жертвы французскими духами.
– А что, в этом что-то есть… – проговорил Петька по некотором размышлении. – Только ее вряд ли застанешь в это время. И потом, ей надо будет все рассказать. Может, она даже напишет об этой шайке…
– Было бы здорово, – заметила Оля.
В этот момент раздался телефонный звонок. Игорь взял трубку.
– Да! Я! Геля? Вы?
Оля и Петька вытаращили глаза.
– Она? – прошептала Оля.
Игорь кивнул.
– Да, да, конечно, обязательно. Он, кстати, тоже здесь. И еще Оля Жукова. Можем. Знаете, мы сами собирались вам звонить. Вот только что. Честное слово. У нас тоже есть к вам одно дело! Хорошо, мы приедем, прямо сейчас. Да, помню. Хорошо, мы выезжаем.
Игорь положил трубку и в полной растерянности посмотрел на друзей.
– Она просит нас сейчас к ней приехать, у нее болит нога, она сидит дома, и ей пришла в голову какая-то идея, она хочет о чем-то нас попросить.
– Это кайф! – воскликнул Петька. – Она возникла именно в тот самый момент, когда мы о ней подумали! Это что-нибудь да значит!
– Что это значит, кроме совпадения? – пожала плечами Оля.
– Это значит – счастливое совпадение! И она нам поможет! И у нас все получится! Я знаю, я уверен! Она – классная, эта Геля!
Геля Мирославцева жила в трех минутах ходьбы от метро «Аэропорт». Она предупредила консьержку, и та беспрепятственно пропустила ребят. Геля открыла дверь сразу.
– О! Какие люди! Давно не виделись! Заходите, заходите! Сейчас попьем чаю с сушками, больше у меня в доме ничего нет. Нога болит…
– А что с ногой? – поинтересовался Петька.
– Да подвернула, ничего страшного, однако пришлось сидеть дома, и мне вот что взбрело в голову, друзья мои. У вас ведь скоро каникулы, верно?
– Верно!
– Вы сразу уедете из Москвы?
– Нет. А что? – первым откликнулся Петька.
– А я, наверное, сразу, – вздохнула Оля.
Игорь промолчал.
– Может, я, конечно, сумасшедшая, но мне пришло в голову, что вы могли бы мне помочь в одном деле… Просто у вас компания, вас много, вы не вызовете подозрений… Собственно, единственное, что от вас требуется, это поездить по линиям метро…
– Зачем? – с замиранием сердца спросил Петька.
– Черт! Даже стыдно рассказывать… Дело в том, что я… попала в потрясающе идиотское положение… То есть сваляла такого дурака, что даже стыдно было кому-то рассказывать. Одним словом, меня…
– На сколько вас нагрели? – перебил ее Петька.
– Что? – поперхнулась сушкой Геля.
– На сколько вас нагрели? – повторил он. – На «штуку» или больше? И что вы выиграли? Телевизор «Сони» или видак «Панасоник»?
У Гели в буквальном смысле слова отвисла челюсть. Она молча смотрела на Петьку с каким-то даже благоговением.
– Откуда? Откуда ты знаешь? – прошептала она.
Оля с Игорем уже умирали со смеху.
– А облапошила вас девушка с глазами змеи? А еще там были две старухи и два парня, одному из них змеюка дала стольник, так?
– Петя, ты ясновидящий? – пролепетала Геля.
– Нет, я не ясновидящий. Просто последнее время мы занимались именно этим делом.
– Невероятно! Но как?
– Началось с того, что они обобрали мою бабушку. А потом нашлись еще жертвы. И мы знаем почти всех этих мошенников в лицо и по фамилии. Но только они слиняли, Геля! И у нас осталась одна зацепка…
– Погоди, давайте все по порядку! Это такое везенье… Просто чудо! Я такой материал из этого сделаю… Погоди, я сейчас возьму диктофон!
– Только скажите сперва, сколько они из вас вытянули?
– Полторы «штуки».
– Точно, как у бабы Мани.
– Я, между прочим, когда пришла домой, первым делом позвонила в фирму «Партия», они говорили, что представляют именно эту фирму. Но там, разумеется, ни о чем подобном не слыхали. Они рекомендовали мне обратиться в милицию, но это, сами знаете, гиблое дело… Я была так зла на себя… Но это как под гипнозом… И понимаешь, что тебя обманывают, а ничего сделать не можешь… И азарт нездоровый просыпается, и вообще… – Она только рукой махнула. – Ну что ж, приступим!
Когда они окончили свой рассказ, Геля выключила диктофон и проговорила с чувством:
– Да, вы потрясающие ребята, я еще тогда это поняла. Недаром я сразу о вас подумала…
– И мы о вас подумали! – подхватила Оля.
– Так что вы от меня-то хотите?
– Мы хотим, чтобы вы пошли в фирму «Атолл»… Нам надо как-то незаметно посмотреть на этого Диму! – объяснил Игорь.
– Ерунда! Его запросто может там не быть в это время, и вообще… У меня есть совсем другая идея… Как, ты сказал, фамилия этой писательницы?
– Вера Ивченко. Но это псевдоним.
– Неважно! А у вас есть ее книги?
– Конечно! Они вообще на всех лотках есть! – ответил Петька.
– Правда? Слушай, чтобы не терять времени… Может, кто-то из вас сбегает, купит мне одну-две книжки?
– Я! – вызвался Петька. Он считал себя знатоком произведений Веры Ивченко. – Я пока сбегаю… Но зачем? Зачем вам ее книги? – спохватился он.
– Видишь ли, я кое-что придумала… О ней еще не очень много писали, верно?
– Совсем не много!
– А я напишу! Я прочитаю книги, возьму у нее интервью. А поскольку у меня нога болит, я попрошу ее приехать ко мне на дом. Я понимаю, это неудобно, но… А вдруг она согласится? И уж тогда точно привезет ее этот самый Дима! Как идейка?
Петька задумался.
– А если вам ее книги не понравятся, тогда как?
– Это неважно, все равно возьму у нее интервью!
– Но я… Мне бы очень не хотелось, чтобы о ней писали что-то плохое, Геля! Она старая женщина… Для нее эти романы – вся ее жизнь…
– Обещаю! Обещаю, что не напишу ничего плохого! На худой конец, я вообще ничего о ней не напишу! Давай, Петя, не трать время зря!
Петька помчался к метро, где видел несколько книжных прилавков. Ага, вот и романы в мягкой обложке. Геля дала деньги, и Петька купил три романа. Пусть читает.
– Отлично, – сказала Геля. – Я за ночь их прочитаю, а утром позвоню ей. Как ее имя-отчество?
– Вероника Леопольдовна.
– У нее симпатичное лицо, чувствуется, что хорошая тетка, – Геля разглядывала фото на обложке. – Ужасно неловко, конечно, просить ее приехать ко мне… Неприлично просто. Но… дело есть дело! Я наговорю ей сорок бочек арестантов, и, думаю, она согласится.
– Но она ведь может и на метро приехать или взять такси… – заметила Оля.
– Зачем думать о худшем? – засмеялась Геля. – После столь невероятного стечения обстоятельств, тем более!
– Да, это вообще странное дело – нам, с одной стороны, фантастически везет, а с другой – непруха ужасная, – вздохнула Оля.
– А что ж вы вашего муровца, Крашенинникова, не привлекли, а? – улыбнулась Геля. – Помнится, вы ему доверяли.
– Конечно! – воскликнул Петька. – Еще бы нам ему не доверять! Но мы все время думали, что за этим кто-то стоит, что они не сами это придумали. Кто же мог предположить, что это просто сумасшедший ученый? А фигуранты все разбежались. Вернее, почти все. Кстати, надо этого Диму сфотографировать и показать фотографию моей бабушке и Нике. Ну и еще той тетке, которую Круз нашел. Может, он и есть недостающее, пятое звено в этой цепочке.
– Правильно, – кивнула Геля. – Как только я договорюсь с вашей Агатой Кристи, я сразу же вам позвоню, и в назначенный час вы прибудете сюда со всей необходимой аппаратурой, – засмеялась Геля. – Только уж не взыщите, придется вам торчать во дворе!
– Да, кстати, Геля, я хотел вас попросить, – сказал Петька, – не говорите Веронике Леопольдовне ничего про нас! Пусть она радуется, что у нее берут интервью… ну, без всяких там знакомств… Понимаете?
– Понимаю, – кивнула Геля. – А ты, видно, очень хорошо к ней относишься, да, Петя?
– Очень! Она, знаете, какая клевая тетка? Вот познакомитесь с ней, сами увидите! Ну, спасибо вам, мы пойдем! А вы читайте!
– Непременно! Утром я позвоню ей и попробую договориться. И буду держать вас в курсе дела.
– Спасибо! – хором ответили они.
Примчавшись из школы, Петька бросился звонить Геле, но у нее все время было занято. До нее вообще очень трудно было дозвониться, она все время говорила по телефону. А Петька буквально не находил себе места, так ему хотелось узнать новости.
«А что, если я позвоню Веронике сам? Просто так? Нет, лучше придумать какой-то предлог. Но какой? Какой? Ничего умного в голову не приходит. И у Гели все занято, занято».
Но тут вдруг зазвонил телефон. Петька даже вздрогнул. Это звонила Вероника Леопольдовна. Петька чуть не подскочил от радости.
– Петя? Здравствуй, милый!
– Вероника Леопольдовна! Здравствуйте!
– Петя, скажи мне, это твоих рук дело?
– Моих рук дело? Какое дело?
– Это ты подослал ко мне эту журналистку?
– Какую журналистку? О чем вы говорите? – честным голосом спрашивал Петька, ликуя в душе.
– Но я помню, ты мне о ней рассказывал… Ангелина Мирославцева.
– Геля? Да, я ее знаю, но… Я ее после Нового года вообще не видел, а что случилось?
– Ничего не случилось, просто мне сегодня утром позвонила эта Ангелина Мирославцева, представилась, сказала, что прочитала два моих романа и жаждет взять у меня интервью…
– Но это же здорово! Молодчина Геля! Пусть, пусть она о вас напишет! По-моему, вам это не помешает!
– Нет, конечно, но… Видишь ли, у нее что-то с ногой, и она просит меня приехать к ней. Как-то это странно…
– А чего тут странного? Особенно, если у нее нога болит! Хотите, я с вами поеду?
– Нет, зачем же… Я просто вызову Диму, вернее, уже вызвала!
– Да? Здорово! И когда же у вас интервью?
– Завтра, в четыре часа. Знаешь, Петя, я волнуюсь, у меня еще никогда не брали интервью…
– Подумаешь, большое дело! Привыкайте, лиха беда начало!
– Тебе легко говорить… – вздохнула Вероника Леопольдовна. – А ты мне вот что скажи, она славная, эта Ангелина? А то, если человек неприятный, трудно будет…
– Да что вы! Она такая… Вы с ней сразу найдете общий язык, я просто уверен! Она лихая, знали бы вы, как она машину водит! Умереть – не встать! И вообще, она своя в доску!
– Ну что ж, неплохая рекомендация.
– Вероника Леопольдовна, а вы мне потом, после интервью, все расскажете?
– Разумеется, расскажу!
Простившись с Вероникой Леопольдовной, он первым делом позвонил Игорю и рассказал ему последние новости.
– Здорово! – обрадовался тот. – Значит, нам надо быть там не позже половины четвертого. Спокойно выберем местечко поудобнее, чтобы спрятаться. Нельзя, чтобы он нас засек…
– И сфотографировать его надо!
– Обязательно!
Ровно в половине четвертого они вдвоем – Оля не смогла пойти с ними – уже были в Гелином дворе. Прикинули, где бы им спрятаться, не привлекая внимания. Но там все было словно специально создано для слежки. Разросшиеся кусты, лавочки за ними… Так что можно, просто сидя на лавочке, сквозь кусты наблюдать за машинами, стоящими у подъезда.
– Слушай, а что, если он решит ждать Веронику не в машине, а на лавочке? – сказал Игорь.
– Ну и что? Мы же увидим, что он из машины выходит, успеем спрятаться, это не проблема. Сиганем вон туда, и все!
– А может, лучше сверху, а?
– Что сверху? – не понял Петька.
– Ну, допустим, с третьего этажа следить за ним! С лестничной площадки?
– Нет, Крузик, тут лучше. Да и консьержка у них – зверюга!
– Тоже верно! – кивнул Игорь. – Ого, скоро уже должны приехать, – глянул он на часы.
В самом деле, без трех минут четыре во двор въехал знакомый Петьке «жигуленок» и остановился у самого подъезда. Мальчики напряглись, Игорь держал наготове «Полароид». Вот из машины выскочил Дима, обошел ее и помог вылезти Веронике Леопольдовне. Пожилая дама была в элегантном светло-сером костюме. Поддерживая ее под локоток, Дима довел писательницу до двери, она что-то сказала ему, он кивнул и открыл ей дверь. Она вошла, а он остановился на крыльце в некотором раздумье. Вот тут-то Игорь и сделал снимок. Он оказался очень удачным.
– Далековато немножко, – проворчал он.
– Ну как, ты его не узнаешь? – спросил Петька.
– Да вроде нет… Этот совсем молодой… Мне бы поближе на его руки глянуть…
Дима между тем занялся машиной – тщательно протер лобовое стекло, потом достал из багажника какую-то брызгалку, начал надраивать капот и дверцы. Чувствовалось, что он любит машину, с удовольствием ухаживает за ней. Потом он запер ее и побрел прочь со двора. Петька с Игорем переглянулись и, держась на расстоянии, двинулись за ним. Дима подошел к газетному киоску, купил пачку сигарет, затем в другом киоске поллитровую бутылочку воды «Святой источник». Вытряхнув на ладонь мелочь из кошелька, он что-то нашел там, спрятал мелочь и огляделся.
– Автомат ищет, – прошептал Петька. – Послушать бы!
– Попробуем! – шепнул в ответ Игорь.
Действительно, Дима направлялся к телефону-автомату. Около него стояли две девчонки лет по двенадцать и, глупо хихикая, наперебой беседовали, очевидно, с каким-то мальчишкой.
– Ну, Саня, зачем ты так? Мы же и вправду тебя приглашаем! – томно сказала одна.
– Скажи, скажи ему, что Людки не будет! Пусть не беспокоится!
– Ну, Сань, вот Машка говорит, что Людки не будет! Так ты придешь?
– Эй, красавицы, людям позвонить надо! – не выдержал Дима.
Девчонки смерили его презрительным взглядом.
– У нас тоже дело! – отрезала одна.
– Ах ты, шмакодявка! – засмеялся Дима. – А ну! Пошли вон отсюда!
Он одним движением вырвал трубку у нее из рук и крикнул:
– Саня, они тебе потом позвонят! – и нажал на рычаг.
– А я в милицию заявлю! – сказала блондинка.
– Да ради бога! И чем скорее, тем лучше! – веселился Дима. – Пустобрешки.
Петька в данном случае сочувствовал Диме. Девчонки были на редкость противные кривляки. «Вот Лавря никогда не кривлялась», – с горечью подумал он. Они с Игорем заняли исключительно удобную позицию. Им было все не только видно, но и слышно. Дима набрал номер.
– Здравствуйте, позовите, пожалуйста, Зину! Зинуль, это я! Замотался жутко, с этим переездом знаешь сколько возни… И вещей вроде немного… А потом все же на двух работах, вот сейчас привез старушку по делу, выбрал минутку позвонить. Ну а ты-то как, а? Слушай, у меня сегодня вечерок вроде свободный, ты как, а? Может, подвалишь ко мне? Я теперь не так далеко живу, в Марьиной Роще. Да? Ну и дивненько! Записывай адрес!
«Вот это удача!» – подумал Петька и на радостях пнул Игоря в бок. Тот поморщился и пнул Петьку в ответ.
– Ну все, Зинуль, значит, к восьми жду! Отвезу старушку и домой! Один, конечно, один! Все, целую, Зинуль!
Поговорив с Зинулей, Дима вернулся в машину, вытащил из бардачка газету и принялся разгадывать кроссворд.
– Это не он, – сказал Игорь. – У него совсем другие руки. Слушай, Квитко, по-моему, нам тут больше делать нечего, только время терять.
– Согласен! Эх, послушать бы, о чем там Геля с Вероникой говорят!
– Ты что, дурной? Не читал, что ли, такие интервью? «Ах, что вас заставило взяться за перо? Ах, какое ваше любимое блюдо?» Ну и все в таком роде. Фигня!
– Вообще-то ты прав, Крузейро! Пошли отсюда!
– А в Марьину Рощу поедем?
– Поедем, только не сегодня.
– Почему это?
– А что мы там сегодня узнаем? Разве что на Зинулю глянем!
– Кстати, тоже не лишнее!
– Да на кой она нам сдалась? Тем более, ты говоришь, это не он.
– Точно не он. Петь, а вот что он сказал в конце? Один, конечно, один. Она, наверное, спросила, один ли он дома будет. Значит, он не один живет?
– Верно мыслишь, Круз! Но вроде Вероника говорила, что он живет один… Может, он что-то другое имел в виду?
– А что другое?
– Почем я знаю… Точно Ольга говорила – с одной стороны, пруха немыслимая, а с другой – черт-те что и сбоку бантик… Скоро конец года, учиться тоже когда-то нужно, зыбкое какое-то дело, тьфу!
– Так, может, бросим все к чертям, а? Мы ведь и впрямь за каким-то призраком гоняемся. Ведь вовсе не факт, что этот киллер еще в Москве, что Дима к нашему делу вообще не сбоку припека… А, кстати, ты его отчество знаешь?
– Чье, Димино?
– Ну да.
– Нет, не знаю. Дима и Дима. А что?
– Узнай!
– Круз, зачем тебе его отчество?
– Я вот подумал, а вдруг он – Игнатьевич?
– Чего?
– А вдруг это его брат?
– Брат? Ну и что? Круз, подожди! У меня идея! Давай сию минуту поедем в Марьину Рощу. Димы там точно нет, а мы заявимся в ту квартиру…
– И что?
– А то, что этот ваш Игнатьич меня-то в глаза не видел! А ты спрячешься и поглядишь, а?
Игорь задумался.
– Это мысль, Квитко, и очень недурная! Поехали!
Вскоре они уже подходили к девятиэтажному белому дому в Марьиной Роще.
Квартира находилась на втором этаже. Петька подошел к двери, а Игорь встал за углом, на лестнице. Петька позвонил. Дверь тут же открылась. На пороге стоял мужчина лет сорока с приятным веселым лицом.
– Тебе чего, парень?
– Здравствуйте, а Дима дома?
– Дима? Нет, его нет, а тебе он зачем?
– Да по одному делу… А когда он будет?
– Скоро! Заходи, подождешь его. Он сейчас в магазин побежал! Заходи, заходи, не стесняйся!
Петька вдруг испугался, но вспомнил, что рядом Игорь и ничего страшного тут нет.
– Да ты что, боишься?
– Нет, что вы!
– Так заходи!
Петька нерешительно шагнул в квартиру, а больше он ничего не помнил.
Оля то и дело набирала номер телефона Игоря. Там никого не было. У Петьки тоже никто не отвечал. Ничего странного в этом не было, но она почему-то страшно волновалась. Был уже девятый час. Конечно, их могло куда угодно занести, это такие люди, но… Почему-то ныло сердце и болел живот.
– Олюшка, что с тобой? – допытывалась бабушка.
– Да ничего, погода, наверное, меняется, – пробурчала Оля. Делиться своими страхами с бабушкой было невозможно. Наконец Оля не выдержала и позвонила Даше. Как ни странно, Даша была дома.
– Привет, ты дома?
– Да, только что пришла! – восторженно сообщила Даша. – Мы сегодня были в зоопарке! Так здорово!
– Погоди, Даш, тут одно дело…
– Олька, что у тебя с голосом? Что-то случилось? – очнулась Даша.
– Не знаю, но мне страшно…
– Почему?
– Круза и Петьки до сих пор дома нет…
– Ну и что? – удивилась Даша. – Время-то еще детское!
– Но я волнуюсь… У меня интуиция…
– А ты знаешь, где они?
– Да, – и она рассказала Даше о последних событиях.
– Значит, они должны были просто посмотреть на этого шофера?
– Ну да! Я боюсь!
– Подожди, что ты заладила – боюсь, боюсь! Что такое могло с ними случиться у Гели во дворе? Слушай, а может, они встретились с Вероникой и поехали к ней? А там же еще Петькины бабки, то да се… Ты Веронике не звонила?
– Нет!
– Так позвони! Или, хочешь, я позвоню?
– Позвони ты! Пожалуйста…
– Нет проблем! Сейчас позвоню и тут же перезвоню тебе.
Даша набрала номер Вероники Леопольдовны.
– Даша? – удивилась та. – Лавря?
– Да. Я. Вероника Леопольдовна, вы Петьку давно видели?
– Что?
– Вы сегодня Петьку видели?
– Нет, деточка, я его сегодня не видела. Я вчера говорила с ним по телефону. А в чем дело, Даша? Он что, пропал?
– Ну, я не знаю, время еще детское, но Олька почему-то волнуется.
Даша не знала, говорить ли о том, что мальчишки хотели посмотреть на Диму. И решила, что пока не стоит. Вдруг они через полчаса вернутся и скажут, что она им все дело испортила.
– Понимаете, мы подумали, может, он к вам поехал…
– Нет. Я умоляю тебя, Дашенька, как только что-то узнаешь, позвони мне.
– Обязательно! Но я думаю, это просто ерунда какая-то… Замусорились куда-то!
– Он не один пропал?
– С Крузом!
– Ну, вдвоем они могли куда угодно податься, это такая публика… – с облегчением рассмеялась Вероника Леопольдовна.
– Вот-вот!
Положив трубку, Даша позвонила Петьке. Но его мама сказала совершенно спокойным голосом, что он еще не возвращался. Она привыкла к Петькиным поздним приходам. Но Оля не находила себе места.
– Оль, ну ты подумай, – говорила Даша. – Их же двое! Если с одним что-то стряслось, второй уже сообщил бы…
– А если с обоими… стряслось?
– Что? Что могло стрястись с обоими?
– Вдруг они попали под машину?
– Вдвоем? Они что, сиамские близнецы?
– А вдруг… бомба…
– Какая бомба?
– Откуда я знаю какая? Шли мимо чьей-нибудь машины, а она взорвалась, ну и они…
– Олька, ты спятила? Да они через полчаса вернутся, и тебе самой будет смешно.
– Мне смешно не будет! – закричала вдруг Оля. – Ты просто… не понимаешь! Ты от счастья совсем сдурела! Ты просто боишься его нарушить, свое счастье! – уже захлебывалась слезами Оля.
Даше ее слова показались до ужаса обидными и несправедливыми. Но Оля так горько плакала, что она решила отложить обиды в сторону, на потом.
– Олька, перестань! Ну хочешь, я позвоню дяде Володе Крашенинникову? Только он нас на смех поднимет! Ничего ведь такого не происходит, сама пойми!
– Да, я понимаю, заявлять еще рано! Но ты… Знаешь, ты меня прости, я несу, сама не знаю что… Ты только дай мне телефон Крашенинникова… На всякий случай!
– Олька, я только что с Петькиной мамой говорила, она нисколько не волнуется!
– Правда?
– Честное слово! Ни капельки! А уж у матери обязательно интуиция сработала бы!
– Ты думаешь?
– Уверена!
– Даш, ты на меня не обиделась?
– Да ты что? Что я, дура? Олька, будем держать связь.
– Конечно!
– Я уверена, что они скоро вернутся. Самое позднее – через час.
Но их не было ни через час, ни через два.
Петька очнулся в полной темноте и ничего не мог сообразить. Голова болела, все тело ныло. Он пошевелился и понял, что связан. И тут он вспомнил, что вошел в квартиру этого Димы и… Дальше ничего. Странно, почему же Круз его не вызволил? И где это он находится? Он прислушался, и ему показалось, что рядом кто-то дышит. Он пошевелился и прошептал:
– Эй, кто тут?
– Петька! Это я!
– Круз, где мы?
– Почем я знаю! Ты живой, Квитко, это здорово! Я уж думал…
– Круз, но как ты-то сюда попал?
– Не знаю! Я помню только, что стоял на лестнице, ты вошел в квартиру, а тот мужик как выскочит, как… Знаешь, у него в руках какая-то тряпка была. Ну и вот… А очнулся я уже тут… Мне, кажется, мы за городом. Тут землей пахнет…
– Крузик, а ты связан?
– Да, но я попробую сейчас тебе руки освободить.
– Как?
– Зубами, как!
Они долго елозили по полу, пока наконец Игорь не дотянулся до Петькиных рук, связанных за спиной.
– Сейчас попробую, вдруг получится!
Руки были связаны не веревкой, а довольно толстым проводом. Перекусить его было невозможно, но Круз все же вцепился в него зубами, языком нащупал узел и прошептал:
– Петь, ты только не шевели руками, пока я не скажу!
– Хорошо!
Сколько он провозился, он не мог бы сказать, ему показалось, что страшно долго, но в конце концов он просто стянул одну петлю с Петькиных рук, а дальше тот уже сам освободился.
– Крузик, ты великий человек!
Двумя руками он довольно быстро развязал Круза.
– Порядок!
Глаза уже привыкли к темноте, и они смогли понять, что находятся в каком-то погребе. Деревянная стремянка вела наверх, к люку. Петька осторожно взобрался по лестнице, но люк был заперт.
– Вот черт! – выругался он и спустился обратно.
– Ничего, Квитко, не дрейфь, Ольга знает, куда мы пошли…
– Ничего она не знает! Она знает только про Гелин двор, а про Марьину Рощу – ни фига!
– Все равно нас найдут! Она же знает про Диму, если найдут Диму, а это просто дело техники, то…
– То ничего… Дима, похоже, действительно ни при чем… Я даже не уверен, что он врубился, когда я рассказывал историю про криминальную компашку. Да, кстати, ты узнал того мужика?
– Я не успел ничего заметить… Но только это все дело десятое, нам надо как-то отсюда выбраться. Иначе…
– Рано или поздно они придут сюда, хотя бы посмотреть, что тут с нами. Может, поесть принесут или хотя бы попить. Мы должны притвориться, как будто мы еще в обмороке и как будто связаны. Тогда, возможно, мы хоть что-то услышим…
Они помогли друг другу надеть на руки провод так, чтобы в мгновение ока можно было сбросить его. И вовремя, потому что не прошло и пяти минут, как люк открылся.
– Эй вы, живы? – крикнул мужской голос.
В ответ не донеслось ни звука.
– Неужто еще не очухались? – спросил второй голос.
– Похоже, что так! Дай-ка фонарик, я гляну!
Тот, что заглядывал в люк, спустился в погреб. Посмотреть на него не было никакой возможности. Он светил мальчикам прямо в лицо.
– Надо же, как отрубились! Этот идиот, видно, переборщил… И вообще, что за дела! Надо тебе пришить ребят, так делай свое дело, как говорится, без шума и пыли! На хрена он нам их припер!
– А я давно говорю, от Серого надо избавляться, у него нервы ни к черту! И мудрит лишнее. Грим, понимаешь, парики разные…
– Ладно, это мы разберемся сами, а вот что с этими пацанами делать?
– Так, может, шпокнуть прямо сейчас, пока в сознание не пришли, да и закопать по-быстрому!
– Ишь ты какой быстрый! А почем ты знаешь, что за этими мальцами еще с десяток не стоит? Говорил же Серый, у них компания целая. А вдруг они знают, куда эти наладились? Тогда что? Пойдут по их следу… Да с ментами, да с собаками…
– Слушай, а может, нам их того… выбросить?
– Как это выбросить?
– А вот так, пока они в бессознанке, вытащить их, отвезти подальше, да и выбросить в лесу…
– А Серый?
– А Серому давно пора отсюда линять, засиделся. Или…
– Ну, это не нам решать вообще-то… Знаешь, мне твоя мысль нравится! Но, с другой стороны, они очухаются и в ментовку побегут!
– Ну и что? Пускай бегут! Только что они скажут?
– А скажут, что пришли по такому-то адресу…
– Так адресок тот все равно уж засвеченный, Серому оттуда сваливать так и так надо…
– Ну, пошли, подготовим все, чтобы времени не терять, и вывезем пацанов. Слушай, а у меня мысль… Может, вколем им чего-нибудь, тогда они не скоро очухаются, потом пока доберутся до дому…
– Хорошая твоя мысль! Без хлопот все сделаем! Пошли! Еще поесть не мешает перед дорожкой, их надо как можно дальше увезти…
Они ушли. Возникшая было надежда на легкое избавление исчезла. Интересно, что они собираются им вколоть?
– Петь, они люк не заперли, – прошептал Игорь. – Надо попробовать уйти, а то черт их знает… Это наш последний шанс…
И он на цыпочках подбежал к лестнице. Взобрался наверх и чуть-чуть приподнял крышку люка. В помещении было темно. Петька вскарабкался за ним.
– Ну, что там? – прошептал он.
– Темно! Я лезу!
И, очень осторожно откинув крышку, он ловким движением выскользнул наружу и протянул руку Петьке. Вдвоем они закрыли люк и замерли, прислушиваясь и приглядываясь. Они находились в довольно просторной кухне, в раскрытое окно которой светила луна. Игорь подскочил к окну, выглянул и сделал Петьке знак – давай. Высокий и длинноногий, он с легкостью перемахнул через подоконник и мягко приземлился на траву. Петька последовал за ним.
– Что там такое? – раздался голос одного из приятелей. – Вроде что-то зашуршало.
– Кошки небось, кому тут шуршать.
– Погоди, я все же гляну!
В кухне зажегся свет. Мальчишки прижались к стене по обеим сторонам окна.
– Ну чего там?
Тут Петька очень правдоподобно замяукал.
– Я ж говорю, кошки бродят.
– Мя-я-я-у! Мя-я-я-у!
– Ишь, разорались! Вот что, Федяка, сваргань-ка нам яишенку по-быстрому, и надо вывозить пацанов.
– Ладно, только я пока яишенку делать буду, ты поди вколи им дозу, а то очухаются, такой хай подымут…
Федяка громко шмякнул сковородку на плиту, а когда зашипело масло, мальчики, не сговариваясь, кинулись прочь от дома.
– Мя-я-я-у! Мя-я-я-у! – вопил на бегу Петька.
Луна освещала сад, и калитку они нашли без труда. И вдруг до них донесся крик:
– Федяка! Удрали!
Отбежав на приличное расстояние, они остановились перевести дух. Петька взглянул на часы: половина первого.
– Представляешь, что дома делается? – вздохнул он.
– Надо найти телефон!
– Ишь чего захотел, телефон! Надо на шоссе выйти, может, подбросят нас до Москвы.
– Ага, дожидайся! Ночью двух ребят никто не посадит, – здраво рассудил Игорь.
– Тогда надо постараться найти станцию. Там, кстати, и телефон может быть. А заодно узнаем, где находимся. Слушай, Крузейро, надо бы вернуться, – неожиданно прошептал Петька.
– Вернуться? – удивился Игорь. – Куда?
– Туда!
– Зачем? Ты что, спятил?
– Надо бы послушать, что там делается…
– Бред! У тебя бред, Квитко! Во-первых, я в жизни не найду дорогу, а во-вторых, подумай о наших! Они же там с ума сходят! Ты как хочешь, а я пойду станцию искать!
– Еще не факт, что тут поблизости есть железная дорога.
– Факт, факт! Слышишь?
Петька прислушался. Действительно, издали доносился шум идущего поезда.
– Это хорошо, даже очень! На станции, может… Нет, Круз, нельзя нам на станцию!
– Думаешь, они нас там искать будут?
– Именно!
– А что же делать? Я как подумаю, что там с мамой… Ольга наверняка уже панику подняла, возможно, по нашему следу уже идут, но… Могут ведь и не успеть…
– Да ты что, Круз? Прорвемся! Главное, мы от них ушли! А между прочим, они запросто могут нас и не искать…
– Как это?
– А зачем мы им? Они же решили нас не мочить, а выкинуть где-то далеко… А раз мы сами ушли… Ой, Крузик, что-то мне так хреново…
Петька вдруг пошатнулся. Игорь едва успел подхватить его.
– Петька, что с тобой?
– Не знаю, тошнит чего-то и голова кружится…
– Это ты после болезни… Ну и траванули тебя чем-то… Держишься?
– Держусь вроде. Постой, я посижу немножко… – и он опустился прямо на траву.
Игорь присел с ним рядом.
– Ты, может, голодный?
– Не знаю, может, и голодный… – слабым голосом проговорил Петька.
Посидев немного, они поднялись и зашагали вдоль по улице. Игорь на всякий случай слегка поддерживал Петьку, а то еще свалится посреди дороги… И вдруг, свернув за угол, они наткнулись на телефонную будку.
– Квитко, смотри!
Они бросились к будке. Вывернули карманы и нашли один жетончик.
– Кому позвоним? – спросил Круз.
– Ольге! Пусть она родителям позвонит, а мы, пока доберемся, отмазку придумаем!
– Интересно, как мы доберемся? Пусть уж лучше кто-то за нами приедет!
– Приедет? А куда? Мы же сами не знаем, где находимся!
– Тогда, может, лучше не звонить?
– Нет! Позвоним и скажем, что живы и здоровы. Утром будем дома.
– Да, наверное, так лучше.
Они вошли в будку. Телефон, к счастью, был исправен.
Оля не находила себе места. И Даша тоже. Время от времени они тихонько перезванивались. А что творилось с родителями ребят, и говорить не приходится. Даша в какой-то момент не выдержала и позвонила Крашенинникову. Однако выяснилось, что его нет в Москве. Петькины родители и Крузенштерны обратились в милицию, но там им сказали, что еще рано паниковать… Мало ли куда мальчишки запропастились. «Приходите утром», – посоветовали им.
Внезапно зазвонил телефон. Оля схватила трубку в уверенности, что звонит Даша.
– Алло! Даш, ты?
– Оль, это я, Игорь!
– Игорь! Игорь! Вы живы? Петька с тобой?
– Да, да, мы живы, Петька со мной! У нас один жетон! Позвони родителям, скажи, все в порядке, мы утром будем дома.
– Игорь, Игорь, а где вы? – кричала сквозь слезы Оля. – Что с вами случилось?
– Ерунда, ничего не случилось, просто ужасная невезуха, завтра расскажу! Ты позвонишь нашим?
– Да, конечно! Ой, мамочки, какое счастье!
На этом разговор прервался. Оля задумалась: кому звонить сначала – Квитко или Крузенштернам? И позвонила Даше:
– Дашка! Нашлись! Они живы-здоровы!
– Откуда ты знаешь?
– Круз звонил! Даш, я позвоню его родителям, а ты Петькиным, ладно?
– Но что я им скажу?
– Главное, скажи, что они целы и невредимы, а остальное они сами завтра расскажут!
Между тем Игорь и Петька вполне успокоились. Дома уже знают, что с ними все в порядке, погони за ними явно нет, как-нибудь они доберутся до станции и с первой же электричкой вернутся домой. Может, на станции даже удастся поспать…
– Петь, а почему все-таки они за нами не погнались?
– А черт их знает… Может, им лень? Мы им триста лет не нужны были, убежали, и ладно!
– Но ведь мы можем навести ментов…
– Нет, Крузик, они, похоже, не дураки. И поняли, что ночью, после того как нас усыпили, с перепугу мы в жизни этот дом не найдем. Что, кстати, правда… Так что им особенно опасаться нечего. К тому же не они нас похитили… Ты мне лучше скажи, зачем нас похитили? У меня такое впечатление, что нас там поджидали. Не успел я позвонить…
– Скорее всего, он нас в окно увидел. И узнал меня.
– Интересно, а как он нас вывез? В одиночку, среди бела дня! Он ведь не мог дождаться темноты – у Димы свиданка была назначена.
– Так, может, Дима и помог?
– Не верится что-то… Ты вот говоришь, что этот Сергей Игнатьевич тебя узнал… Значит, все-таки он живет вместе с Димой. Это уж точно…
– Петь, а у тебя не отпала охота всем этим заниматься, а?
– Да как тебе сказать… Может, и отпала, но только надо довести дело до конца, хочешь не хочешь.
В этот момент они увидели свет фар. На улицу, по которой они шли, свернула машина. Они юркнули в кусты. Машина остановилась, не доезжая кустов, где спрятались мальчики. Из машины вышли мужчина и женщина, у мужчины в руках была дорожная сумка. И тут же машина развернулась и уехала. Мужчина вытащил из кармана сигареты и закурил.
– Далеко еще? – спросила женщина.
– Да минут десять ходу.
«Интересно, почему они не доехали до места назначения», – привычно отметил про себя Петька.
– Так идем, поздно уже!
– Погоди, киска, дай покурить. Этот придурок не разрешил курить в его тачке, так я извелся весь… А на ходу курить я не люблю.
– Там хоть дом приличный, с удобствами?
– Удобства во дворе, киска, ничего, потерпишь! Лето ведь!
«Киска? Киска! Неужели это Роза и ее родственник?» – сообразил Петька и тут же получил пинок от Игоря, который, видимо, тоже догадался.
– Петь, это змеюка, – едва слышно прошептал он.
– Знаю, – шепнул в ответ Петька.
– Как думаешь, они туда идут?
– Почем я знаю, но скорее всего, да.
– Петь, надо бы проследить!
– Придется.
И они замерли.
– Ну, Лешик, накурился уже?
– Да, киска, идем. Держись за меня, а то ты на каблуках, в темноте и ногу подвернуть недолго.
«Ишь, заботливый родственничек», – подумал Петька. Лешик взял сумку в одну руку, а второй крепко подхватил Розу под локоть, и они пошли по улице. Немного выждав, ребята вылезли из кустов и, держась поближе к заборам, двинулись вслед за парочкой.
– Дурак ты, Лешик, – раздался вдруг Розин голос.
– Вот новости! – засмеялся тот.
– Почему нельзя было подъехать к дому?
– А конспирация?
– Да ну тебя с твоей конспирацией. Кому мы нужны? Ребятня эта давно уж про нас забыла. Жорка меня бросил.
– Так ты же вроде рада была?
– Была бы рада, если бы он еще папашку своего прихватил, а то что мне с этим психом делать? Тем более там его сестра поселилась…
– А может, этот псих для тебя еще что-нибудь умное придумает? Ты вон сколько бабок поимела, озолотилась, можно сказать. Да и все мы…
– Ну, не знаю, все же мы этим полтора года занимались, а он за это время, по-моему, окончательно свихнулся и уже ничего придумать не может.
– Слушай, киска, а чего мудрить? Надо просто сменить команду…
– Как это?
– Ну, мы с тобой останемся, только тебе контактные линзы надо купить, а то ты как глянешь, человека в дрожь бросает! Мамашу с теткой – в отставку.
– А кого вместо них?
– Ну, найти-то несложно…
– Дурак ты! Так все деньги все-таки в семье оставались…
– Жадина ты, киска! А вот мы и пришли!
– Темно, спят уже… А вдруг никого дома нет?
– Не боись, киска, я знаю, где у них ключи лежат.
Лешик открыл калитку и, держа Розу под руку, повел ее к террасе. Он долго стучался, но никто ему не открыл. Тогда он пошарил под крыльцом и отпер дверь.
– Крузик, а, похоже, те два мужика нас ищут! – прошептал Петька. – Иначе, куда ж они делись?
– Может, выпили с горя и дрыхнут?
– Хорошо бы!
– Ну, что делать будем?
– Круз, гляди, эта улица называется Тополиная, а дом тринадцать. Это, кажется, еще то гнездо! Но теперь они от нас не уйдут! Будут знать, как людей красть!
– Квитко, погоди хорохориться, надо сперва домой добраться.
– Доберемся, Крузик, доберемся. Идем!
Они двинулись обратно. Дошли до автомата. И вдруг впереди увидели молодого человека, который выкатывал из ворот дома мотоцикл с коляской. Вероятно, он не хотел будить соседей ревом мотора.
– Извините, вам не помочь? – сказал вдруг Игорь.
– А вы чьи? – спросил молодой человек.
– Ничьи! Просто мы заблудились, опоздали на электричку… – заторопился Петька. – Вы не скажете, как к станции пройти?
– А вам куда, ребята? – спросил он, окинув их внимательным взглядом.
– В Москву! У нас там родители уже с ума сходят!
– Так позвоните им! Вот же телефон!
– Уже позвонили, но все равно…
– Ладно, довезу вас, так и быть, только вот докатим мою машину до угла… Постойте, я сейчас шлемы принесу, а то оштрафуют еще…
Он мигом сбегал за шлемами, закрыл ворота, и они покатили мотоцикл к концу улицы.
– Ой, вы извините, а как этот поселок называется? – спросил Петька. – А то мы тут блуждаем в темноте, как идиоты…
– Воронцы! Раньше тут деревня была Воронцы.
– Понятно! А по какой дороге?
– По Ярославской.
– А станция как называется?
– Тоже – Воронцы. А как же вы сюда попали-то?
Но тут как раз они остановились. Молодой человек надел шлем и, не дождавшись ответа, сказал:
– Ну, по коням!
Мальчики надели шлемы, Петька сел в коляску, Игорь за спину Валерия – так звали молодого человека, – и мотоцикл рванул с места.
Они ехали около часу, несмотря на то, что дорога была свободна.
Уже въехав в город, Валерий притормозил у открытой палатки и купил пачку сигарет.
– Ну, братва, вы где живете?
– В районе Сухаревки, – ответил Игорь.
– Это значит недалеко от трех вокзалов?
– Точно!
– Повезло вам! До дому доставлю!
– Спасибо большущее! Нам вообще с вами здорово повезло! – расплылся в улыбке Петька, но вдруг подумал: а что, если он каким-то образом разговорится с теми мужиками и скажет, что сам отвез этих ребят домой? Хотя Дима все равно знает, где он живет, чего уж там… А кроме того, силы были на исходе.
Не успел Петька сунуть ключ в замочную скважину, как дверь распахнулась. На пороге стояла мама.
– Мамочка, прости, так получилось…
– Мне, Петя, это уже надоело! Понимаешь, надоело!
– Мамочка, я устал жутко и есть хочу, умираю! – взмолился Петька.
– Я всю ночь не сплю, схожу с ума, утром мне на работу!
– А папа где?
– Уснул! После звонка твоей Даши… Кстати, почему ты ей позвонил, а не мне? Она важнее, да?
– Мама! Я вообще никуда не звонил! Звонил Круз, у него был один жетон, он позвонил Ольге Жуковой, а она Лавре…
– Иди на кухню! Только умойся сначала, от тебя разит, как от бомжа!
Петька поплелся в ванную, принял быстро душ и явился на кухню. На столе стояла тарелка куриного бульона с лапшой. Петька в два счета все съел.
– Мам, я не наелся.
– Хватит с тебя. Сейчас пять утра. Иди спать. Но не надейся, что сегодня пропустишь школу! Даже не мечтай! Так и быть, разбужу тебя в восемь, и ни минутой позже! Я пошла!
И мама, даже не погладив его по голове, ушла в спальню. А Петька буквально ползком добрался до постели и рухнул.
Утром в школе им только на большой перемене удалось объяснить Даше, Оле и Стасу, что с ними произошло.
– Вы еще легко отделались! – проворчал Стас. – Но вообще в таких случаях надо предупреждать, куда вас несет!
– Да мы вроде все предусмотрели, – сказал Игорь, – но этот Сергей Игнатьевич явно видел нас в окно, меня узнал, ну и…
– Он элементарный псих! – заявила Даша. – Он же мог просто не открыть тебе дверь, и все. А он, видно, занервничал…
– Да, они тоже про его нервы говорили, этот Федяка и… Кстати, я не знаю, как второго зовут, – заметил Петька. – Круз, а ты?
– Не слыхал вроде… Да зачем нам его имя…
– Послушайте, надо что-то делать! – воскликнула Оля. – Они зачем-то собираются на этой даче, надо бы разведать! Неспроста это!
– Что ты предлагаешь? – посмотрела на нее с удивлением Даша.
Но тут прозвенел звонок.
– После уроков надо собраться, – сказал Петька. – У меня. А то я знаю, мама будет каждые полчаса проверять, дома ли я… Меня теперь еще долго будут третировать…
– Да кто тебя третирует? – засмеялся Стас. – У тебя на редкость демократичные родители…
– Ну, чужую беду руками разведу, – проворчал Петька.
После уроков Даша, Оля и Круз завалились к Петьке. Стас пошел домой. И не успели они войти, как позвонила с работы Светлана Петровна.
– Явился? – сердито спросила она. – Не вздумай никуда больше таскаться! Сиди дома и занимайся! Скоро конец года, и мне очень интересно, как ты его закончишь!
– Мама, ты же знаешь, хорошо, но не отлично!
– Не отлично? Да если без двоек, я буду счастлива.
– В таком случае можешь уже чувствовать себя счастливой! Двоек не будет, даже троек и то не будет!
– Ладно, посмотрим! Кстати, вечером ты нам с отцом расскажешь, где ты вчера пропадал! – На этой пессимистической ноте разговор был окончен.
– Что, пропесочили? – засмеялась Ольга.
– Не самое страшное, – пожал плечами Петька. – Но сегодня уж точно придется дома торчать… Крузейро, а ты, похоже, легко отделался…
– Да я сказал, что мы ездили в собачий питомник, заблудились, опоздали на электричку…
– В собачий питомник? – удивился Петька.
– Ага! Я сказал, что тебе родители обещали собаку, вот мы и поехали за город, где есть собачий питомник…
– Они поверили?
– Вроде да.
– Ладно, хватит трепаться! – сказала Даша, нервно поглядывая на часы. У нее было назначено свидание с Юрой. – Ну, у кого какие мысли?
– Думаю, можно уже в ментовку идти! – высказался Круз. – Собственно, мы все знаем, кто что, кто где, а по заявлению Стасовой девочки, наверное, уже возбуждено дело…
– Это еще не факт, – поморщился Петька. – Да и вообще, кто нас там слушать станет, в районной милиции. Очень им это надо… Если только дяде Володе позвонить…
– Его нет в Москве! – воскликнула Даша. – Я уж вчера ему звонила, когда вы пропали… Интересно, а ваш Дима в курсе, что у него в квартире делается?
– Думаю, нет! Иначе, зачем бы нас так спешно за город увезли?
– Но ведь тот тип, Игнатьич, не мог же один среди бела дня погрузить в машину два бесчувственных тела? – резонно заметила Оля. – Значит, кто-то ему помогал! И с машиной!
– Нет, это не мог быть Дима! Он ждал Веронику Леопольдовну! А потом должен был еще отвезти ее домой, на другой конец города. В час пик! Это же пробки на каждом шагу, сами знаете, какое в Москве теперь движение. Хорошо, если он к восьми часам на свою свиданку успел, – рассуждал Петька.
– По-твоему, он просто ангел, а под боком у него киллер живет? А он знать не знает, ведать не ведает? – усмехнулась Даша.
– Такое бывает! Вон у Жоры под боком целая шайка жила, а он знать не знал… – напомнил ей Петька. – Эх, если бы не мама…
– Что бы ты сделал, если бы не мама? – спросила Оля.
– Поехал бы в эти Воронцы, разведал бы там все…
– Бодливой корове бог рог не дает, – засмеялся Круз. – А вообще… По-моему, надо бросить все это к чертям собачьим!
– Как бросить? Как бросить? – завопил Петька. – Мы же столько знаем уже! У нас материалу – прорва! И видеозапись с показаниями потерпевших, и аудиозапись разговора этой Розы с Лешиком, и адрес киллера, и адрес дачи, и… Нет, это надо довести до конца во что бы то ни стало! Нет, вы как хотите, а я завтра утром поеду в эти Воронцы!
– Один? Ну нет! – сказал Игорь.
– Вы с ума сошли! А если вас узнают? – закричала Оля.
– Ну что же делать, если мы все засветились! – пожал плечами Петька.
– Почему? Денис, например, не очень засветился, – напомнила Даша. – Ой, я же забыла! Он вчера мне звонил – он руку сломал!
– Руку сломал? Что же ты молчала? – возмутился Петька. – Он в больнице?
– Да нет, дома, но рука в гипсе!
– Значит, Денис отпадает!
Даша задумалась.
– Знаете что, – сказала она немного погодя, – отложим до субботы! В субботу в дачных поселках народу прорва, и на нас никто внимания не обратит, поедем все вместе! Чем больше нас будет, тем лучше. И Хованского позовем, и Стаса я попробую уговорить. И Нику свою он пускай возьмет… – горячилась Даша.
Но Петька почему-то ни капельки ей не верил. «Она что-то задумала, – думал Петька, – я ее знаю, наверняка сегодня же туда помчится со своим прынцем». Петька давно уже так называл про себя красавца Юрика. Он ничего Даше не возразил, что ее, откровенно говоря, удивило. Она ждала, что он начнет вопить, но нет, молчит себе в тряпочку. Что бы это значило?
А Оля и Игорь все приняли за чистую монету и с облегчением согласились. В субботу? Отлично! Всей компанией? Еще лучше. Они уже устали от этой истории, которая расползалась, как старая истлевшая тряпка, стоило к ней прикоснуться.
Наконец все разошлись. Петька хотел было позвонить Веронике Леопольдовне, узнать, как прошло интервью, но у нее было занято. И у Гели тоже. Он хотел уже с горя сесть за уроки, но вдруг услыхал, как в двери повернулся ключ.
– Сыночек, ты дома? – раздался мамин голос. В нем звучали слезы.
– Мама? Что случилось? – выскочил Петька ей навстречу. – Что-то с бабками?
– Нет, что ты! Просто у Наташи сердечный приступ, она в больнице, и мы с папой сейчас туда поедем.
Наташа была маминой двоюродной сестрой и жила в Звенигороде.
– Сейчас папа приедет… А я пока соберу ей кое-что…
Мама с растерянным видом и со слезами на глазах металась по квартире, а Петька лихорадочно соображал: скоро приедет папа, и они помчатся в Звенигород. Это не так уж близко… Пока доедут, пока найдут больницу, пока то да се, потом наверняка будут утешать тети-Наташиного мужа дядю Мишу… Одним словом, они вернутся только поздно вечером…
– Петя, ты уже ел?
– Нет, мама, не хочется пока… Я уроки делаю…
– Петенька, обещай мне, что ты никуда не уйдешь?
– Мама!
– Ну, я прошу тебя!
– Хорошо, обещаю, – кивнул он, скрестив пальцы. Если скрестить пальцы, обещание не считается! – И вообще, мама, я же не нарочно!
– Ладно, горе мое!
Тут явился папа, они заторопились и вскоре уже были готовы к отъезду.
– Петя, мы вернемся поздно! – предупредила мама.
– Я понимаю!
Едва они вышли за дверь, как Петька тоже стал собираться. Побросал в рюкзачок то, что, по его мнению, может понадобиться в такой ситуации, потом выглянул в окно. Машина отца как раз отъезжала от дома. Надо подождать минут десять, а то мало ли, вдруг они что-то забыли и вернутся? Ждать, однако, было труднее всего. Надо все-таки позвонить Крузу, предупредить!
– Крузик, тут такое дело… Мои уехали до позднего вечера в Звенигород…
– Повезло!
– Я сейчас еду в Воронцы!
– Зачем? Спятил, да?
– Надо разобраться на месте…
– Один ты не поедешь! Я с тобой!
– А твои как же?
– Меня на цепь не сажали! Я только возьму чего-нибудь пожрать, а то вчера я чуть не сдох! И позвоню Верке, пусть прикроет меня в случае чего! Только Ольге ничего говорить не будем, а то она визг поднимет. И Лавре тоже, ладно?
– Ладно, Круз, ты настоящий друг.
Конечно, вдвоем ехать куда веселее.
Вскоре они уже сидели в электричке.
– Я, Петь, вот что подумал… Они нас просто так на улице в жизни не узнают!
– Почему это?
– Потому что вряд ли они вчера особенно нас разглядывали. Запихнули в погреб – и все дела. А потом, когда фонариком в морду светили, мы, наверное, бледные были, глаза закрытые… А тут два веселых гуся идут себе по поселку…
– Жили у бабуси два веселых гуся?
– Именно!
Они рассмеялись. Петька вспомнил, как год назад тоже ездил на дачу, где окопались преступники, но тогда у него еще не было такого верного друга, как Круз.
Наконец поезд остановился на станции «Воронцы». Мальчики договорились выйти порознь. Первым на перрон вышел Игорь, а из другого вагона, чуть позже, Петька. И к поселку они двинулись тоже держась на некотором расстоянии друг от друга. Но вдруг Игорь остановился. Петька тоже. «Что это с Крузом?» – не понял он. Но тот пальцем поманил его. Петька пожал плечами и подошел к Игорю.
– Ты чего? – прошипел он.
– Петь, я чего подумал… Глупость это!
– Что?
– Зря мы туда премся!
– Почему это?
– Потому что светло, потому что люди ходят, и вообще… Мы даже на участок войти не сможем! Так какого черта…
– Интересно, тебе это только сейчас в голову пришло?
– Именно.
– Ну и что ты предлагаешь?
– Может, вернемся?
– Ни за что! Ты, если хочешь, возвращайся, а я – нет, ни за что!
– Хорошо, – легко согласился Игорь, – но все-таки, что мы тут делать будем?
– Найдем этот дом, поглядим, что там и как… А может, там никого дома нет…
– И что тогда?
– Мы знаем, где лежит ключ – под крыльцом.
– И что? Мы туда полезем? – ужаснулся Игорь.
– А почему бы и нет?
– Квитко, ты больной?
– Здоровый, Круз, вполне здоровый, но, может, мы там что-нибудь интересное обнаружим.
– Ага! Обнаружим! Протокол заседания, на котором решено угрохать тетю Веру или еще кого-нибудь. Даже, может, нас с тобой. С указанием месяца, числа и точного времени убийства…
– Три ха-ха! Очень смешно, Крузейро, я тебе аплодирую! Но в этом деле столько неожиданных поворотов, что… Смотри!
По улице навстречу им торопливо шла молодая женщина, темноволосая, стриженая, с необыкновенно синими глазами. Даже не взглянув на мальчиков, она прошла мимо.
– Это она, – прошептал Петька, – Роза!
– Да ты что? Эта такая красивая, и глаза…
– Это она. Точно. Фигура, походка – ее! А глаза – это она линзы надела, чтобы ее не узнали… Пошли скорее!
– Ты уверен?
– На девяносто девять процентов!
Женщина свернула за угол, немного выждав, мальчики последовали за нею и вскоре поняли, куда она идет. Возле небольшого сельского магазина было устроено симпатичное кафе. Вместо обычных пластмассовых столиков там стояли нарочито грубо сколоченные деревянные столы и лавки. За одним из столов сидел мужчина, при виде которого Игорь и Петька разом отпрянули за угол магазина.
– Это он! – прошептал Петька.
– Это Сергей Игнатьевич, точно! – шепнул в ответ Игорь. – Я по рукам вижу. А вчера он тебя встретил?
– Да!
Между тем Роза вошла в магазин, что-то купила, опять вышла и словно бы задумалась. Потом подошла к столу, за которым сидел Сергей Игнатьевич, и села с ним рядом. Что-то спросила у него. Он кивнул. Тогда она подвинулась к нему поближе.
– Ах, черт! Послушать бы… – простонал Петька и вдруг чуть не вскрикнул – к столику, стоявшему совсем рядышком, подошла пара: высокий парень лет восемнадцати с копной золотистых волос и… Лавря!
– Петька! Гляди! Это же Лавря с Юркой! Что они тут делают?
– Подозреваю, то же, что и мы.
– Но ведь этот Игнатьевич может ее узнать!
Впрочем, Даша сидела к нему спиной, и, кроме того, на голове у нее была большая матерчатая шляпа, закрывавшая пол-лица.
– Вряд ли, да и потом, она же не одна, нас тут трое… защитников. Эх, хорошо бы они услышали, что те говорят…
«Все-таки я ее знаю как облупленную, – подумал Петька. – Я же знал, я чувствовал, что она сюда двинет!»
– По-моему, Юрик слышит, о чем они говорят, – прошептал Игорь.
Петька пристально смотрел на Дашу и Юрика, а потом усилием воли перевел взгляд на Розу и Сергея Игнатьевича. Они о чем-то явно договаривались, потом Роза вынула из сумочки листок бумаги и принялась на нем что-то чертить. Сергей Игнатьевич следил за рукой.
– Она ему кого-то заказала! – сообразил Петька.
– С чего ты взял?
– Элементарно, Ватсон! Зачем ей с ним тут встречаться?
– Наверное, нас…
– Да нет, что ей толку с нашего убийства?
– Ну ничего себе… Мы все о ней знаем…
– Ей, Круз, на это плевать. Она совершенно уверена в своей безнаказанности. Вон, линзы надела и думает, что… Я, кажется, догадываюсь, кто ей сейчас больше всех мешает…
– Кто?
– Ее сумасшедший свекор и его сестра…
– Да ты что? Он же для нее придумал эту пирамиду…
– Ну и что? Знаешь, как говорят, мавр сделал свое дело, мавр может уходить…
– Какой мавр? – опешил Игорь.
– А черт его знает, скорее всего, Отелло. Он был мавр, задушил свою жену Дездемону…
– Петь, а у тебя крыша не поехала?
– Нет, она на месте, моя крыша… Я просто уверен, что она хочет инсценировать ограбление квартиры в свое отсутствие… Иначе зачем ей жить тут?
– Ну, она, возможно, боится пока в Москве появляться… Почему сразу думать, что…
– Потому что она… Потому что у нее такой стиль… Чуть что – в расход! По законам революционного времени… Ты забыл, что она уже заказала Нику и тетку свою… Ты же сам этого Игнатьича у теткиного дома встретил.
– А красивая она с этими глазами… – проговорил вдруг Игорь. – И совсем на змею не похожа…
– Брось, Крузейро, она хуже змеи… Она… крокодил!
– Но согласись, красивый крокодил.
– Дело вкуса. А я вот Ольге все скажу, – усмехнулся Петька.
– Да пожалуйста, – хмыкнул Игорь.
Между тем Даша и Юра съели мороженое и завели разговор. Они при этом неотрывно смотрели друг на друга.
– Идиоты! – с досадой прошептал Петька. – Вместо того чтобы слушать… дилетанты окаянные… Не могут молча посидеть.
– Петь, ты не прав… Посмотри, они же только делают вид… Просто губами шевелят…
– Почем ты знаешь?
– Вижу. У них артикуляция не такая…
– Артикуляция… – проворчал Петька. – Дилетанты и есть дилетанты.
Но тут Роза поднялась из-за стола, кивнула на прощание Сергею Игнатьевичу и, чуть покачиваясь на высоких каблуках, пошла назад, к Тополиной улице.
– Надо проследить за ним! – шепнул Петька.
– Постараемся!
Однако Сергей Игнатьевич не спешил. Медленно, со смаком тянул пиво из большой кружки. Затем вынул из кармана рубашки Розину записку, развернул ее, несколько раз пробежал глазами, скомкал, бросил в большую пепельницу на столе. «Сейчас он ее сожжет, – подумал Петька в панике. – Надо что-то сделать». И тут, словно услыхав его мысли, Игорь прошептал:
– Петь, я сейчас свистну, а ты…
– Понял, попробую.
Сергей Игнатьевич полез в карман брюк, видимо, за спичками или зажигалкой, а Петька тем временем стянул с крайнего столика пепельницу, бросил туда скомканный листок из записной книжки. Игорь внимательно следил за его манипуляциями. Наконец Петька подобрался максимально близко к столику Сергея Игнатьевича. И вдруг из-за магазина раздался такой оглушительный свист, как будто там скрывался Соловей-разбойник. Все вскочили и обернулись. Свист повторился. А когда он смолк, на столе стояла другая пепельница.
Недовольно покачав головой, Сергей Игнатьевич вытащил зажигалку и поджег бумажку. Она вспыхнула невидимым на солнце пламенем и вскоре почернела и обратилась в пепел…
– Юр, я знаю, это свистел Крузенштерн, – прошептала Дашка. – Только он так умеет! Подожди меня, я сейчас!
Она вскочила и побежала за магазин, где, как и ожидала, обнаружила Игоря.
– Круз! Это ты свистел?
– Узнала?
– Еще бы! Так никто больше не умеет. Но зачем?
– Сейчас поймешь!
Тут появился Петька.
– Привет, Лавря!
– А ты что, не удивился?
– Я? Да я еще в Москве знал, что ты сюда попрешься… Вот! Что я говорил? – протянул он друзьям с таким трудом добытую бумажку.
– Это что?
– Записка из его пепельницы!
– Ну, ты даешь! – поразилась Даша. – Круз, ты для этого свистел?
– Естественно!
– Ну так что в этой записке?
– Адрес Кудреватых, как я и говорил!
– Петь, она ему заказала этого сумасшедшего старика и его сестру!
– Вы слышали, да?
– Не все, но у Юрика в сумке диктофон, очень сильный…
– Это клево!
– Но надо же что-то делать! Нельзя допустить…
– Конечно, нельзя! Мы прямо отсюда поедем в МУР.
– Но дяди Володи нет… – напомнила Даша.
– Подожди, а следить за ним мы сейчас не будем? – уточнил Игорь.
– Нет, сейчас уже нет. Зачем?
– А если он прямо сейчас поедет их убивать?
– Не смеши меня. Раз он не знал адрес, значит, он там никогда не был. А раз не был, то обязательно пойдет на разведку. Ему же надо подготовиться, наметить пути к отступлению, и все такое… Сейчас… – Он выглянул из-за магазина и увидел, что Сергей Игнатьевич медленно направляется к станции. Едва он скрылся из виду, как они втроем подбежали к столику, где сидел Юра.
– Привет! – бросил Петька.
– Здорово! – ответил Юра. – Ну, что?
– Для начала надо бы послушать, что у тебя записалось, – сказала Даша.
Юра вытащил из сумки диктофон, подключил к нему наушники и протянул Петьке.
– Нет, – сказал вдруг Игорь. – Все-таки здесь мы слушать ничего не будем. Поехали в Москву. Там и послушаем!
– Наверное, Круз прав, – кивнула Даша.
– Хорошо, – согласился Петька. – Едем!
– Подожди, но он ведь тоже на станцию пошел, – сообразил Юра. – Лучше мы на следующей электричке вернемся. А пока уйдем куда-нибудь в лес и все обсудим.
Его предложение было принято. Они для верности перешли через железнодорожные пути и углубились в лесок. Удобно устроившись там, они включили диктофон.
– «…мне он говорил», – услышали они Розин голос. – «Отлично, дамочка. Мне нужен только адрес, остальное моя забота». – «И когда?» – «Послезавтра. Если будет все нормально. Не в моих интересах это затягивать. У меня сложности, нужны бабки. Мою цену знаете?» – «Десять «штук» за двоих?» – «Нормально. Но нужен аванс – две «штуки». – «Нет проблем. Завтра Лешик передаст. Но это должно выглядеть как ограбление». – «А несчастный случай не подойдет?» – «Какой несчастный случай?» – «А если они у нас газом отравятся, а?» – «Вдвоем, что ли?» – «Ну?» – «Да нет, а если рванет? Там тогда такой ремонт понадобится… Нет, ограбление лучше…» – «Как скажете, дамочка». – «А может, это сделать на даче, если вам удобнее… У нас дача в Перхушкове…» – «Нет, я на дачах не работаю. Там всякие неожиданности бывают». – «Дело ваше». – «Вы вот, дамочка, напишите мне адрес, объясните, как пройти от метро, а потом уж…» – «Вот, – после некоторого молчания проговорила Роза, – только уж вы записку уничтожьте». – «Не надо меня учить! Как только я все сделаю, я позвоню и скажу…» – «Нет, звонить мне некуда… Просто сразу приезжайте сюда, прямо на дачу, и получите остальные бабки». – «Еще чего! Скажите спасибо, что я вообще сюда приехал! Тут у нас вчера накладка вышла, мальцы сбежали, так я на дачу больше ни ногой». – «Какие еще мальцы?» – «А, вы не в курсе, дамочка… Ну и ладно. К вам это отношения не имеет, хотя как сказать…» – «Ничего не понимаю, говорите яснее!» – «Ладно, нам только одна ясность нужна – я делаю дело, вы платите бабки. Значит, завтра с Лешкой пришлете две «штуки», а остальные положите в камеру хранения на Ленинградском вокзале. И оставите мне ваш телефон. Я, как только дело сделаю, позвоню, а вы мне назовете шифр камеры хранения. Вот так, дамочка!» – «Интересное кино! А если вы мне просто позвоните, откуда я буду знать, что дело сделано, а? Вас тогда ищи-свищи!» – «Я, дамочка, не вор! У меня другая специальность!» – «Нет! Так не пойдет! Придумайте что-нибудь другое!» – «А не верите, можете пойти со мной, я могу их на ваших глазах… шпокнуть». – «С ума сошли?» – «На вас не угодишь! Ладно, сделаем так – назначаем операцию на послезавтра. На вечер. А через сутки, когда вы убедитесь во всем, пусть Лешка со мной встретится и принесет бабки. Я с ним завтра сам договорюсь. Только не вздумайте сами слинять с бабками. Я вас и под землей найду!» – «Я в такие игры не играю. И слово всегда держу». – «Значит, договорились? Тогда я жду завтра в одиннадцать Лешку с двумя «штуками» на Казанском вокзале. Он знает где…» – «Хорошо. Договорились». – «Вот и прекрасно, дамочка». – «Всего хорошего». – «Пока, пока, дамочка!»
Дальше на пленке ничего не было.
Все молчали. Потом вдруг Игорь заговорил:
– Да, все-таки Квитко гений, у него интуиция… Он же до всего сам догадался, что она ему свекра своего закажет…
– Правда? – воскликнула Даша.
Петька кивнул.
– Ну, ты даешь!
– А все-таки, что теперь нам делать? – спросил Юра. – Если этого вашего дяди Володи нет… По-моему, все равно необходимо в милицию обратиться… Мы, конечно, можем и сами помешать киллеру…
– Ну, нет, теперь уже очередь милиции! – решительно заявил Петька. – Мы им все принесем на блюдечке с голубой каемочкой… Вася! – закричал он вдруг, и все растерянно оглянулись. Однако никакого Васи рядом не было. – Вася Мурыжко! Он с дядей Володей работает! Он поймет…
Петька вспомнил, как Вася Мурыжко невежливо обошелся с ним, когда они ловили маньяка на Ленинградском вокзале, но… Но рассказывать об этом он никому не собирался, а Вася Мурыжко, по крайней мере, выслушает их…
– Мы попробуем ему прямо отсюда позвонить! Потом заберем все материалы и двинем в МУР… – Петька глянул на часы. – Пора! Игнатьич уже уехал. Айда на станцию.
На станции было пусто. До следующей электрички оставалось еще полчаса. Петька вошел в будку автомата, а остальные встали на некотором от нее расстоянии, чтобы никто незаметно не подошел. Петька набрал номер капитана Крашенинникова.
– Здравствуйте, могу я поговорить с Василием Мурыжко?
– Слушаю вас!
– Ой, Вася, здравствуйте, это говорит Петр Квитко!
– Здорово, Петр! Что новенького? Еще кого отловили?
– Вася, у нас очень серьезное дело. В двух словах не скажешь… Надо встретиться, мы передадим вам много материалов…
– Ух ты, даже с материалами! Растете, друзья!
– Вася, я серьезно!
– Прости, друг, я тоже серьезно. Ты что, не из Москвы звонишь? Слышимость ни к черту!
– Да. Станция «Воронцы»!
– И что, надо срочно туда ехать?
– Нет, не надо! Просто мы приедем в Москву, я забегу домой за материалами и… В общем, закажите нам пропуска… Четыре…
Но Даша с Юрой знаками показали ему, что им пропуска ни к чему.
– Нет, простите, два, мне и Крузенштерну!
– Хорошо, договорились! Пропуска я закажу!
– …Да, не слабо! – проговорил Вася Мурыжко. – Тут вам и киллер, и еще целая шайка… Мы о ней наслышаны, наслышаны, как же… А вы молодцы, ребята. Настоящие молодцы. Только вот что… Мы их задержим, не сомневайтесь… Но… У меня к вам личная просьба, надеюсь, вы мне не откажете?
– Что вы, конечно! – хором воскликнули мальчики.
– У вас в том доме приятель живет, верно?
– Верно!
– Непосредственно над квартирой Кудреватых?
– Да!
– Так вот – чтобы никаких засад на балконе… или в подъезде, это не игрушки, не развлечение. Я тебя, Петр, слишком хорошо знаю, тебе охота поглядеть, как будут брать преступника…
Петька покраснел. Да, интуиция у Васи Мурыжко не хуже, чем у него самого. Он как раз собирался подбить Игоря поехать послезавтра к Пашке Лазареву.
– Но мы же столько сделали… – жалобно проговорил он.
– Народ вас не забудет! И, думаю, наше начальство тоже. А вот смотреть на задержание… Кстати, Владимир Петрович тоже был бы категорически против. Обещаете?
– Обещаем, – тяжело вздохнул Петька.
– Между прочим, должен вам сказать, что теща моего старшего брата тоже нарвалась на эту шайку. Ей это стоило две тысячи. Есть еще вопросы?
– Есть! Вася, а как вы считаете, этот Дима, он с ними заодно?
– Милый друг, что я могу считать? Дилетантский вопрос, Петр!
– Да, извините, просто… Не хотелось бы думать…
Вася отвез их домой на машине. Петька испуганно глянул на окна своей квартиры. Но там было темно. Родители еще не вернулись. «Везет, – подумал он. – Вообще это дело – сплошная пруха!»
Прошло две недели. И как-то вечером Петьке вдруг позвонил Вася Мурыжко.
– Вася! – обрадовался Петька. – Что слышно?
– Многое, Петр, многое! Вам объявлена благодарность! Думаю, твоим родителям знать о ней необязательно, а?
– Конечно!
– Так, понятно! Кстати, Владимир Петрович Крашенинников лично тоже приносит вам благодарность…
– Спасибо!
– Это вам спасибо! А теперь тебе, наверное, не терпится узнать, как там Дима?
– Да!
– Так вот, Дима – племянник этого… Сергея Игнатьевича. Но ничего о его делах не знал. Он нигде не засветился… Можешь быть спокоен! Он еще молодой парень, легкомысленный, но… Мы по нему ничего не нашли!
– Спасибо! Я очень, очень рад! А эту Розу вы взяли?
– Взяли, взяли, не волнуйся. Благодаря вам все преступники арестованы! Можете гордиться!
Петька сперва позвонил Крузу, все ему рассказал. А потом набрал номер Лаври.
– А я уже все знаю! – сообщила она. – У нас вчера был дядя Володя…
– Вчера? – задохнулся от обиды Петька. – Вчера? И ты мне ничего не сказала? Ну, Лавря, я от тебя не ожидал!
– Петька, прости! Я виновата, я понимаю, я настоящая свинья!
– Не спорю!
– Петь, ну прости меня, я… У меня немножко крыша поехала, ты понимаешь, да?
– Понять я могу, но простить…
– Петечка, я тебя умоляю! Ну прости меня, ты же мой самый лучший друг, ты не можешь меня не простить…
– Это что, из-за него, да? – шмыгнул носом Петька.
– Да… Ты простил меня?
– Ладно, так и быть. Но учти, это в последний раз! Ты должна запомнить – Юрики приходят и уходят, а Квитко остается!