В те далекие времена отнюдь не редкостью было то, что некоторые люди отличались талантами одновременно в нескольких сферах знаний и умений, однако, несмотря на это, даже в эпоху Леонардо да Винчи никто не мог сравниться с ним на поприще живописи, скульптуры, архитектуры и инженерного дела. Более того, он был естествоиспытателем, которому удавалось постигать не только то, как что-то происходит, но и почему. Дэн Браун абсолютно прав, утверждая, что Леонардо был «истовым почитателем божественного мироустройства». В то время как его современники перерисовывали растения со страниц книг, он копировал их непосредственно из окружающей природы. Его выбор растений для картин был достаточно символичен. Как сообщает нам Дэн Браун несколько шокирующим тоном, великий художник действительно занимался вскрытием трупов, сделав таковых вскрытий около тридцати, примерно по два в год, в пору изучения им человеческой анатомии. Это было нарушением тогдашних законов, но действительно ли он эксгумировал тела покойных — совсем другой вопрос. Церковь верила в то, что человеческое тело должно быть погребено нетронутым, чтобы воскреснуть в последний день Божьего суда.

Тем не менее, судя по всему, Леонардо проводил свои исследования с разрешения церкви. Нет никакого сомнения в том, что многих влиятельных людей чрезвычайно впечатляло удивительное умение, продемонстрированное Леонардо на картинах, с каким человеческое тело изображалось в самых разных ракурсах. Иными словами, вскрытие трупов было запрещено, однако никто не проявил особого беспокойства по поводу аналогичных действий со стороны Леонардо да Винчи. (Столь очевидное пренебрежение к законам в некоторых случаях может вызвать недоумение у тех, кто знаком с системой юриспруденции современной Италии.) Выполненные со скрупулезной точностью рисунки Леонардо, несомненно, внесли немалый вклад в медицинские знания, которыми анатомы пользуются и по сей день.

Его открытия свидетельствуют о широте видения. Он создал чертежи танка, парашюта, автомобиля и вертолета, которые нашли практическое применение лишь много столетий спустя. Он даже изобрел телескоп, на сто лет опередив Галилея. Для Леонардо главным человеческим органом чувств было зрение по причине его способности точно отражать окружающий мир. Поэтому его жизненная философия определялась следующей формулой — saper videre (знать, как нужно правильно видеть). По этой причине слова Дэна Брауна о том, что Леонардо брался за картины с библейскими сюжетами исключительно ради денег, чтобы иметь возможность вести роскошный образ жизни, скорее всего следует считать несправедливыми в отношении этого великого человека. За что бы художник ни брался, он все выполнял с непревзойденным мастерством. Что действительно соответствует истине, так это то, что он никогда не избирал в качестве темы для творчества эпизод распятия Христа. Нельзя также утверждать, что Леонардо внес особо крупный вклад в религиозное искусство. Из всего семнадцати сохранившихся до наших дней картин, приписываемых его кисти, несколько работ так и остались незавершенными.

Историки искусства называют его просто Леонардо. Да Винчи — это не фамилия, а название местечка, где он родился. Это подобно тому, что Александра Великого называют просто Великим. Однако слова «да Винчи» употребляются так часто, что не возникает никаких сомнений в том, что они означают.

Леонардо появился на свет в 1452 году и был незаконным сыном преуспевающего флорентийского нотариуса и землевладельца. Его мать была флорентийской крестьянкой, которая позднее вышла замуж за местного ремесленника. Леонардо воспитывался в отцовском поместье в Винчи, близ Эмполи, где к нему относились как к незаконнорожденному. Именно здесь будущий великий художник научился чтению, письму и началам арифметики. Латыни, высшей математике и геометрии он научился позднее.

Когда Леонардо было пятнадцать лет, отец определил его на обучение в мастерскую Андреа дель Верроккьо, где юноша постиг основные каноны живописи, скульптуры и механики. Именно в это время он знакомится с еще одним Великим магистром Приората Сиона — Сандро Боттичелли, который в ту пору также был учеником Верроккьо. Предположительно в те же годы Леонардо заинтересовался анатомией. Во Флоренции он пробыл до 148! года. Многие из его работ, включая и незавершенную картину «Поклонение волхвов», датируются именно флорентийским периодом.

В 1482 году Леонардо поступил на службу к миланскому герцогу Лодовико Сфорца, он же Лодовико иль Моро (Мавр). В реестре герцогского двора он значился как ркДог et inegarius ducalis (герцогский художник и инженер). Сфорца был близким другом Рене Анжуйского, еще одного Великого магистра Приората Сиона. При его дворе Леонардо прожил последующие семнадцать лет, до тех пор пока герцог не утратил власть. Помимо того, что Леонардо да Винчи являлся живописцем, скульптором и организатором придворных праздников, он также был техническим консультантом по архитектуре, фортификационному и военному делу и даже выполнял обязанности инженера-механика и гидравлика. Именно в эти годы наиболее ярко и многогранно проявилась его универсальная гениальность.

В тот период он нарисовал всего семь картин, в том числе и первый вариант «Мадонны в гроте», упоминаемый Дэном Брауном в «Коде да Винчи». Он предназначался для триптиха часовни Сан-Франческо Гранде в Милане. Великолепная фреска «Тайная вечеря», которую художник написал на стене миланской церкви Санта-Мария делле Грацие, была создана также в этот период.

В ту же пору Леонардо занялся разработкой принципов «науки живописи». Он пришел к выводу, что художники, использующие свой дар особого видения окружающего мира, — превосходные посредники, передающие знание в виде картин и рисунков. Это имеет особую важность для понимания роли Леонардо да Винчи в романе Брауна «Код да Винчи». Леонардо не просто создал замечательную картину на основе знаменитого библейского сюжета. Это был тот способ передачи грядущим поколениям чего-то очень важного, что могут постичь лишь те, кто владеет тайной его кода. Представляя одновременно текст и иллюстрацию, он отдавал предпочтение иллюстрации. Иллюстрация не выражает текст; текст служит лишь объяснению смысла картины.

В 1490–1495 годах Леонардо создал ряд трактатов по живописи и несколько книг по основам механики и анатомии. Кроме того, он продолжал изучение основ и многих других наук. Он делал подробные записи и рисунки по всем вопросам, какими только занимался, оставив после себя архивное наследие объемом в несколько тысяч страниц. Часть этих архивов сохранилась и до наших дней.

Поскольку Леонардо был левшой, то овладеть так называемым зеркальным письмом смог без особых усилий. Читать записи, сделанные таким образом, было нелегко, поскольку их расшифровка усугублялась наличием орфографических ошибок и одному автору известных сокращений. Не всегда отличались записи Леонардо и логичностью. Он использовал зеркальное письмо для своих личных, рабочих целей, однако его переписка с другими людьми свидетельствует о том, что обычное письмо не вызывало у него никаких затруднений. Авторитетный исследователь жизни и творчества Леонардо да Винчи Серж Бремли, изучив все сохранившиеся рукописи великого художника, пришел к выводу, что тот писал с одинаковой легкостью как слева направо, так и справа налево.

Одним из последствий, если не причин использования художником зеркального письма, было то, что если он писал левой рукой, то чернила не размазывались по листу бумаги. Кроме того, это делалось также и с целью сокрытия от окружающих своих истинных намерений и сокровенных мыслей. Еще одной причиной подобных мер предосторожности могли быть его антирелигиозные воззрения, считавшиеся в ту эпоху богохульственными. Как утверждает в своей книге Дэн Браун, тот факт, что Леонардо был левшой, в эпоху Возрождения мог рассматриваться как свидетельство связи художника с некими сатанинскими силами и занятием колдовством. К левшам тогда относились с подозрительностью, и поэтому вызывает некоторое недоумение то, что из своего одинакового владения обеими руками Леонардо не делал никакого секрета. Он писал свои заметки, надеясь на будущую публикацию, и на полях одного рисунка на тему анатомии просил своих последователей обязательно издать книги с его рисунками и записями.

В начале XVI века Леонардо покинул Милан и вернулся во Флоренцию через Венецию, где местные власти попросили его совета о том, как им противостоять неизбежному вторжению турок во Фриули. Леонардо посоветовал затопить близлежащую местность. Вернувшись во Флоренцию, он начинает работу над набросками к картинам «Святая Анна с Мадонной и младенцем Иисусом» и «Мадонна с веретеном».[1] В 1503 году Леонардо покинул Флоренцию и поступил на службу к герцогу Валентинуа, Чезаре Борджиа, сыну папы Александра VI, выдающейся личности своей эпохи. Подозревали, что герцог причастен к смерти своего брата, однако преступление, которое, несомненно, было на его совести, — это убийство в августе 1500 года его зятя Альфонсо, герцога Бисельи, второго мужа его печально известной сестры Лукреции. Леонардо искренне восхищался двадцатисемилетним герцогом, который был почти вдвое младше его.

В эти годы Леонардо увлекся созданием планов городов и топографических карт. Его работы того периода заложили основы современной картографии. В 1503 году он вернулся во Флоренцию, где руководил строительством канала, который должен был соединить город с морем. Проект так и не был осуществлен, однако современная автострада, соединяющая Флоренцию с морским побережьем, проложена точно по тому маршруту, который в свое время выбрал великий Леонардо.

Леонардо да Винчи создал свою знаменитую «Мону Лизу», работая над заказом для Зала Пятисот во Флоренции в 1503–1506 годах. Он был вынужден отложить работу над ней, когда ему пришлось вернуться в Милан по просьбе Шарля д’Амбуаза, наместника французского короля в Милане. В Милане Леонардо провел полгода, занимаясь архитектурными проектами и получая за них щедрое вознаграждение в сумме 400 дукатов в год. В это же время он завершил второй вариант «Мадонны в гроте».

После того как в 1513 году французы были изгнаны из Милана, Леонардо перебрался в Рим. Джулиано де Медичи, брат папы Льва X, предоставил ему жилье в своей резиденции в Бельведере, являющейся частью Ватикана. Леонардо получал жалованье, однако в отличие от Микеланджело, активно занимавшегося различными художественными и архитектурными проектами, работы для него практически не находилось.

Леонардо был приписан к армии Шарля де Монпансье Бурбона, коннетабля Франции, вице-короля Лангедока и Милана, имевшего в начале XVI века репутацию могущественного монарха. В 1519 году он заменил Леонардо да Винчи на посту Великого магистра Приората Сиона.

В возрасте 65 лет Леонардо да Винчи принял предложение юного короля Франции Франциска I поступить к нему на службу. Три последних года своей жизни великий живописец провел в небольшом имении Клу (позднее получившем название Кло-Люсе) неподалеку от летней резиденции короля на берегу реки Луары. Его официальное звание было «главный королевский художник, зодчий и механик». В это время его до известной степени принимали при дворе как почетного королевского гостя. Единственная картина, которую Леонардо успел завершить, — «Иоанн Креститель». Остальной материал того периода в основном представляет собой наброски, запечатлевшие эпизоды придворных праздников. Леонардо также разработал проект дворцового парка для королевы-матери, который, однако, так и не был воплощен в жизнь из опасений возможной эпидемии малярии.

Скончался Леонардо да Винчи 2 мая 1519 года в Клу и был похоронен в дворцовой часовне Сан-Флорентин. В период Великой французской революции она подверглась серьезному разрушению и позднее, в XIX веке, была окончательно снесена. Могилу Леонардо так и не нашли. Собственность художника перешла по наследству его преданному ученику Франческо Мельци.

Леонардо часто называли одним из первых розенкрейцеров, а автор его биографии, Вазари, назвал его человеком «еретического склада ума». Ересью считалось также и то, что Леонардо да Винчи верил в существование у Иисуса Христа брата-близнеца по имени Фома. На картине «Тайная вечеря» изображены две почти одинаковые человеческие фигуры. Вторая фигура слева от сидящего по центру Спасителя удивительно похожа на него. Существует предположение, что она может изображать Фому.

Роберт Лэнгдон, Софи Невё, Лью Тибинг и другие герои романа «Код да Винчи» по ходу развития сюжета обсуждают несколько произведений Леонардо. Рассмотрим самые главные из них.

Последний вариант рисунка Леонардо «Витрувианский человек» — вне всякого сомнения, известный во всем мире — украшает поверхность монеты, итальянского евро, что свидетельствует о том, что популярность этого символа нисколько не устарела. Он изображен и на обложке книги, которую вы сейчас держите в руках. Сам Леонардо писал об этом рисунке следующее:

«Марк Витрувий, древнеримский архитектор, в одной из своих книг утверждал, что природа распорядилась в строении человеческого тела следующими пропорциями: длина четырех пальцев равна длине ладони, а четыре ладони равны стопе, шесть ладоней составляют один локоть, четыре локтя — рост человека. Четыре локтя равны шагу, а двадцать четыре ладони составляют рост человека. Все эти пропорции он использовал в своих архитектурных сооружениях. Если вы расставите ноги так, чтобы это расстояние между ними равнялось 1/14 человеческого роста, и поднимете руки таким образом, чтобы средние пальцы оказались на уровне макушки, то центральной точкой тела, равноудаленной от всех конечностей, будет ваш пупок. Пространство между расставленными ногами и полом образует равносторонний треугольник. Длина вытянутых рук будет равна росту. Расстояние от корней волос до кончика подбородка равно одной десятой человеческого роста. Расстояние от верхней части груди до макушки составляет одну шестую роста. Расстояние же от верхней части груди до корней волос — одну седьмую. Расстояние от сосков до макушки составляет ровно четверть роста. Наибольшая ширина плеч — восьмая часть роста. Расстояние от локтя до конца ладони — одна пятая роста, от локтя до подмышечной ямки — одна восьмая. Длина всей руки — это одна десятая роста. Начало гениталий находится как раз посредине тела. Стопа — одна седьмая часть роста. Расстояние от мыска ноги до коленной чашечки равно четверти роста, а расстояние от коленной чашечки до начала гениталий — также равно четверти роста. Расстояние от кончика подбородка до носа и от корней волос до бровей будет одинаково и, подобно длине уха, равно одной трети лица».

«Мадонна в гроте» работы Леонардо да Винчи

Дэн Браун утверждает, что заказ на картину «Мадонна в гроте» поступил от монахинь часовни Непорочного зачатия миланской церкви Сан-Франческо Гранде. На самом деле картину заказали монахи той же церкви. Один из вариантов «Мадонны в гроте» находится в Дувре и считается произведением, созданным исключительно Леонардо. В отношении другого варианта, выставленного в Лондоне, в Национальной галерее, утверждать подобное искусствоведы не решаются, полагая, что великий художник создал его с чьей-то посторонней помощью. Для этого полотна характерна некая «пластичность», что и породило предположение о том, что Леонардо трудился над его созданием не один. Эта картина не только отражает образ Непорочного зачатия, ной свидетельствует о том, что в те далекие времена во Флоренции легенды об Иоанне Крестителе пользовались большой популярностью. На картине изображен эпизод первой встречи младенца Иисуса с Иоанном Крестителем. Оба ребенка избежали устроенного по приказу бесславного Ирода избиения младенцев, и Иоанн оказался под покровительством ангела Уриеля. Фактически Леонардо да Винчи был всю жизнь одержим образом Иоанна Крестителя. На набросках к картине в облике Уриеля заметны явные женские черты, однако на самой картине ангел более напоминает андрогина.

Противоречивое чувство, вызываемое этой картиной, определяется не «ужасом», который внушали ее образы. Иоанн Крестительбыл наставником Иисуса Христа, и в текстах Евангелий имеются некоторые непонятные места, описывающие крещение Иисуса Иоанном. Иоанн Креститель сыграл важную роль в жизни Иисуса. Согласно утверждению автора третьего Евангелия, апостола Луки, они были двоюродными братьями. Будучи потомком Аарона, Иоанн мог претендовать на титул священника-мессии. Иисус, являясь потомком как Аарона, так и Давида, мог претендовать на звание и священника-мессии, и царя-мессии. Таким образом, они оба могут являть собой ответ на молитвы евреев, олицетворяя и духовный и мирской аспекты одного и того же семейства. Помимо всего прочего, дело происходило в годы правления Маккавейской династии — последней монархии Израиля. Все это плохо укладывалось в «план» римско-католической церкви представить Иисуса Сыном Божьим. Он вряд ли мог быть таковым, если воспринимал другого человека как своего учителя.

Иоанн Креститель был пророком, предсказавшим, что явится царственная особа, которая осуществит пророчество о том, что римляне, покорившие Иудею, будут изгнаны с ее земель. Римским властям он показался такой опасной личностью, что его казнили. Остается спорным вопрос о том, действительно ли предсказание это нашло отражение в картине великого художника. Позы, в которых дети находятся относительно друг друга на второй картине, не слишком отличаются от первой. Самое важное в композиции заключается в том, что на первой картине у священных персонажей нет над головами нимбов. Именно по этой причине заказчики-монахи сочли ее неприемлемой, потребовав создания второго варианта живописного полотна.

Существуют и другие различия двух картин. Например, на второй больше голубых тонов. Рука Уриеля, которая, по мнению Дэна Брауна, запечатлена в неком рубящем жесте под скрюченными пальцами Марии, на второй картине более не указывает на святого Иоанна. На первой она могла быть поднята вверх в знак пророчества будущего обезглавливания Иоанна.

Заказ на картину Леонардо получил 25 апреля 1483 года. Работу надлежало выполнить точно в срок, к 8 декабря, празднику Непорочного зачатия. Леонардо, как обычно, в указанный срок не уложился, что привело к двум судебным тяжбам. Вполне вероятно, что художник подарил копию картины королю Франции Людовику XII в благодарность за помощь в разрешении возникших юридических проблем. Это могло привести к тому, что был создан второй вариант картины. Монахи точно оговорили то, что желали бы увидеть на картине:

«Во-первых: Богородица должна быть изображена в центре, ее одежды должны быть из парчи золотистого и ультрамаринового оттенков. Во-вторых: ее юбка должна быть из золотистой парчи поверх ярко-красной, написана маслом, покрыта тонким слоем лака… В-третьих: Бог Отец — его одежды должны быть из парчи золотистого и ультрамаринового оттенков. В-четвертых: ангелы. Их изображения должны быть позолочены. Их одежды в складку очерчены по контуру маслом в манере греческого письма. В-пятых: горы должны быть выписаны маслом в яркой манере…»

Тем не менее в эти указания были внесено несколько изменений. Теперь мы знаем, что картина была выставлена для всеобщего обозрения 18 августа 1508 года и окончательная выплата за сделанную работу была произведена в октябре того же года.

«Мона Лиза»

«Мона Лиза» работы Леонардо да Винчи

Эта картина, которая является самой узнаваемой в мире, до 2003 года находилась в Лувре, в одном из залов крыла Денон. После этого ее выставили в другом зале, способном вмещать большее количество посетителей, желающих посмотреть на знаменитое творение Леонардо. Считается, что одни только губы своей героини художник рисовал целых десять лет. Это единственный портрет, который безоговорочно приписывается кисти Леонардо, хотя на нем нет ни его подписи, ни даты создания картины. Он имеет не одно, а несколько названий. По-французски картина именуется «La Joconde», а по-итальянски — «La Gioconda», то есть «легкомысленная женщина». По всей вероятности, это было любимое творение Леонардо, и, видимо, по этой причине он до последних дней жизни не расставался с ним, как полагает Дэн Браун. Однако возможна и другая причина — работа по-прежнему оставалась незаконченной.

«Мона Лиза» написана маслом на доске из древесины тополя и первоначально была куплена королем Франции за четыре тысячи дукатов. После Великой французской революции она была выставлена в Лувре. Какое-то время знаменитая картина украшала спальню Наполеона, однако после его изгнания из Франции она снова вернулась в главный музей Парижа. Первоначально она была большего размера. На двух ее панелях когда-то были изображены две колонны, свидетельствующие о том, что Мона Лиза сидела на террасе.

Предположение Дэна Брауна о том, что словосочетание Мона Лиза (Mona Lisa) равнозначно анаграмме АМОН Л’ИЗА (AMON L’ISA), подразумевающей единение мужского и женского начал, звучит интригующе. Однако данное словосочетание в равной степени может являться и анаграммой слов «солнце» (sol) и «душа» (anima), имеющих непосредственное отношение к одной из главных религий Римской империи эпохи императора Константина Великого — Сол Инвиктус (Непобедимое Солнце). Культ Непобедимого Солнца лег в основу многих христианских традиций.

Существует несколько версий того, кто мог послужить прообразом Моны Лизы. Гипотеза автора «Кода да Винчи» о том, что Леонардо изобразил на портрете самого себя, вполне может соответствовать истине. Компьютерный анализ подтвердил близкое сходство черт лица Моны Лизы с чертами лица на известном автопортрете Леонардо. Однако большинство людей считают, что портрет Моны Лизы был написан по заказу ее мужа, Франческо Бартоломео дель Джоконд о.

Давно стало общим местом утверждение о том, что за улыбкой Моны Лизы кроется некая загадка. Один итальянский врач высказал предположение, что она страдала бруксизмом — болезнью, заставляющей больного скрежетать зубами во сне или при неожиданном стрессе. Известно, что Леонардо пытался, насколько это было возможно, занять свою натурщицу во время позирования, чтобы свести к минимуму связанные с этим неудобства. Он нанял шестерых музыкантов, которые музыкой услаждали ее слух, и брал с собой в мастерскую белую персидскую кошку и борзую собаку. Стиль изображения улыбки был характерен как для Леонардо да Винчи, так и для других живописцев той эпохи, таких как его учитель Андреа дель Верроккьо.

Кому-то эта картина кажется скучной, однако следует отметить, что Леонардо в ней отразил новую для тех далеких лет стилистику. Один из его новаторских приемов — отсутствие на Моне Лизе ювелирных украшений. Еще одно нарушение художником условностей своего времени состояло в том, что он изобразил Мону Лизу в слишком спокойной, расслабленной позе, а не в традиционно формальной и напряженной.

Прием живописи, именуемый сфумато (героиня романа «Код да Винчи» Софи Невё называет его «туманным»), благодаря которому окружающий мир предстает перед зрителем как будто в легкой дымке, является главной отличительной чертой живописных полотен Леонардо да Винчи. Таков был его способ выражения «совершенства природы». На страницах своего романа Дэн Браун отмечает, что линия горизонта на картине прорисована неровно, а левый край немного ниже правого. Существует мнение, что таким образом Леонардо подчеркивал более темную сторону бытия. В правой части картины мы видим озеро, которое находится выше уровня текущей реки в левой части. Можно предположить, что над головой Моны Лизы находился водопад, который питал реку поступающей из озера водой.

Дэн Браун пишет, что в 1911 году картина была похищена из Лувра. Похитителем оказался итальянец, который отвез «Мону Лизу» в Италию. Прошли целые сутки, прежде чем администрация узнала о пропаже. Сначала было высказано предположение, что картину мог забрать музейный фотограф. Потребовалась неделя для обыска всех помещений Лувра, но единственным, что удалось найти, была рама от картины, обнаруженная под лестницей. Через два года Винченцо Перуджа, похититель знаменитого творения Леонардо, предложил «Мону Лизу» галерее Уффици за сто тысяч долларов. В Италии картина экспонировалась до тех пор, пока не была возвращена в столицу Франции.

Чтобы вынести картину из Лувра, Перуджа спрятался в одной из комнат и дождался закрытия музея. Войдя в зал, где находилась «Мона Лиза», он снял картину со стены и вырезал ее из рамы. Поскольку двери Лувра были закрыты, ему пришлось вывинтить шурупы, удерживавшие дверную ручку. Расположение музейных залов вору было хорошо знакомо, потому что он был столяром и выполнял в Лувре работы по остеклению картин.

В 1956 году один душевнобольной посетитель музея плеснул в «Мону Лизу» кислотой. Картина был убрана на реставрацию, которая продлилась несколько лет. В последний раз «Мона Лиза» покидала Лувр в 1974 году, когда экспонировалась в Японии. В знак благодарности за возможность увидеть легендарное творение Леонардо японцы подарили парижскому музею толстое стекло, которое теперь надежно защищает картину в пуленепробиваемом контейнере. В настоящее время принято решение о том, что «Мона Лиза» больше никогда не покинет стен Лувра — риск похищения или порчи картины слишком велик. Она хранится при постоянной температуре 68 градусов по Фаренгейту при влажности 55 процентов. В контейнере имеются встроенный кондиционер и девять фунтов силиконового влагопоглотителя, поддерживающего постоянный уровень влажности воздуха. Контейнер открывают один раз в год, чтобы проверить саму картину и работу кондиционера. До сих пор никто не осмелился протереть картину из опасения повредить ее. Краски под слоем пыли наверняка ярче, чем кажутся нам сейчас.

«Тайная вечеря»

«Тайная вечеря» работы Леонардо да Винчи

Заказ на «Тайную вечерю» Леонардо получил от герцога Лодовико. Картину нужно было написать на стене трапезной в фамильной часовне Санта-Мария делле Грацие в Милане. Ее размеры — 30 на 14 футов. Художник работал над ней три года и завершил в 1498 году. Нарушив привычные каноны живописи, Леонардо разместил апостолов по одну сторону стола, группами по трое. Все они кажутся слишком большими, поскольку стол слишком мал, чтобы они могли удобно расположиться за ним. Нарисованные за спиной Иисуса Христа три окна делают его фигуру центром картины, к которой сразу приковывается внимание зрителей. Христос показан в состоянии полного спокойствия, тогда как собравшиеся вокруг него апостолы явно взволнованны.

У Леонардо возникла проблема при поиске человека, с которого можно было нарисовать Иуду. Художнику потребовалось около года, чтобы наконец отыскать такого натурщика. Он даже пригрозил, что будет рисовать его с настоятеля церкви Санта-Мария делле Грацие: «До сих пор я не осмеливался на это, чтобы не сделать вас предметом насмешек всего монастыря». Леонардо никогда не спрашивал у людей разрешения запечатлеть их на картине, и они не знали, что он рисует их. Иуда — единственный персонаж картины, который не повернулся в сторону Христа. Его рука поднята над блюдом, иллюстрируя слова Спасителя: «Истинно говорю вам, один из вас, ядущий со Мною, предаст Меня» (Марк, 14:18).

Картина с самого начала пользовалась огромной популярностью. Она настолько понравилась королю Франции, что тот пожелал, чтобы стену с «Тайной вечерей» перевезли к нему на родину. Связанные с этим материально-практические проблемы оказались неразрешимыми, и картина осталась там, где и была написана.

К сожалению, сегодня она находится в крайне плачевном состоянии. Отчасти это вызвано тем, что «Тайная вечеря» нарисована красками, которые совершенно не подходили для создания живописного полотна на стене. Ее состояние начало катастрофически ухудшаться, а в 1652 году в центральной части картины прорезали дверь! Последствия разрушительного воздействия времени на картину сегодня видны особенно четко.

После того как в 1796 году наполеоновские войска заняли Милан, трапезную превратили в конюшню. Несмотря на то что Наполеон запретил портить картину, солдаты забавлялись тем, что кидали в нее обломки кирпича и комья грязи. Затем помещение какое-то время использовалось как склад фуража. Порчу знаменитой картины усугубило наводнение 1800 года, в результате которого она покрылась плесенью.

Однако несмотря ни на что, «Тайная вечеря» пережила даже такие ужасные события, как бомбежка Милана англо-американской авиацией в 1943 году, когда бомба повредила крышу церкви. Несмотря на то что она была обложена мешками с песком, повреждений избежать все же не удалось. Затем картина подверглась полной реставрации, которая была закончена в 1954 году. От прежних, первоначальных слоев краски почти ничего не осталось, и сегодня уже невозможно воссоздать выражение лиц апостолов, которые нарисовал великий художник, хотя контуры фигур и оставались видны во время реставрации.

Несмотря на многовековое разрушение, можно, однако, явственно разглядеть, что фигура справа от Христа — женская. Как сказат Дэн Браун в интервью телеведущей программы «Прайм-тайм» канала Эй-би-си ньюс Элизабет Варгас:

«Картины символичны по своей сути. Символ в виде буквы V, который можно увидеть на картине „Тайная вечеря“, еще задолго до Леонардо да Винчи считался символом женского начала. Это главным образом символ женского чрева в его строгом смысле».

Зеркальные образы Магдалины и Иисуса образуют не только букву V, но также и букву М, с которой начинается имя Магдалины. Это видно еще более четко на картине неизвестного художника XVI века, хранящейся в Музее да Винчи в бельгийском городе Тонгерло. Однако Брюс Батчер в своей статье «Позволяет ли „Код да Винчи“ разгадать загадки Леонардо?» («Нью-Йорк тайме», 3 августа 2003 года) высказывает иное мнение. Он утверждает, что в других флорентийских описаниях «Тайной вечери», сделанных в те же годы, внимание акцентируется не только на предательстве Иуды и не на евхаристии и чаше, но также и на том, что «святой Иоанн» неизменно изображался в облике красивой молодой женщины, чья особая близость с Иисусом выражалась тем, что она сидела по правую руку от него.

«Поклонение волхвов»

«Поклонение волхвов» работы Леонардо да Винчи

Заказ на эту работу Леонардо получил в 1480 году от монастыря Сан-Донато а Скопето, расположенного близ Флоренции. Оплату он должен был получить посредством сложной сделки с недвижимостью. В условиях оговаривались штрафные санкции, предусматривающие потерю всего гонорара, если Леонардо не завершит картину к условленному сроку. Как и во всех остальных случаях с заказными картинами, художник не выполнил взятых на себя обязательств.

Картина изображает трех волхвов, пришедших к новорожденному Иисусу и Марии. Отдельно от толпы, состоящей из шестидесяти шести человек и одиннадцати животных, в правом углу картины изображена фигура юного пастушка. Считается, что в его образе Леонардо изобразил самого себя в детстве. Развалины на заднем плане, как принято считать, символизируют упадок язычества. Подобный символизм характерен для того времени. Однако при исследовании картины при помощи инфракрасного излучения было обнаружено, что художник запечатлел на ней фигуры людей, возводящих лестницу. Это, по мнению ряда искусствоведов, символизировало эпоху Возрождения.

Поскольку картина осталась незаконченной, то можно было разглядеть под слоем охры следы первоначального наброска и, таким образом, увидеть, как работал Леонардо. «Поклонение волхвов» всегда считалось одним из самых знаменитых творений итальянской живописи. Так было до заявления Маурицио Серазини, почти тридцать лет занимавшегося диагностикой произведений искусства. Галерея Уффици попросила его сделать заключение о том, возможно ли реставрировать «Поклонение волхвов». К удивлению всего мира, 21 апреля 2002 года в интервью репортеру «Нью-Йорк таймс» Мелинде Ханнебергер Серазини сообщил, что проведенный им анализ выявил, что «слои краски на „Поклонении волхвов“, которые мы с вами сегодня видим, были нанесены не Леонардо да Винчи, а каким-то другим художником, который не обладал особым талантом». Кое-кто воспринял его слова как обычное желание произвести сенсацию. Как пишет Дэн Браун в «Коде да Винчи», Серазини утверждает, что серо-зеленые линии были нанесены Леонардо, и выражал возмущение тем, что художнику приписывали также и линии, сделанные оттенками охры. Он считал, например, что правая нога Марии имеет заостренные пальцы и стопу, которые смотрятся так, будто выточены из дерева, а волосы младенца напоминают «детский парик». По мнению Серазини, Леонардо, обладавший превосходным знанием человеческой анатомии, был бы до глубины души оскорблен тем, что ему приписали единоличное авторство такой работы.

Гипотезу Серазини поддержал один из ведущих специалистов по творчеству Леонардо да Винчи, Карло Педретти из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Он уже три десятилетия знаком с Серазини и убежден, что результаты проведенного им недавно анализа абсолютно верны. «Из того, что он нам продемонстрировал, — полагает Педретти, — явствует, что первоначальный набросок Леонардо раскрашен неким неизвестным художником».

Туринская плащаница

Туринская плащаница

Одна из самых увлекательных гипотез, относящихся к Леонардо, связана со знаменитой Туринской плащаницей, которой, как считают, был накрыт после смерти Иисус Христос и на которой якобы навсегда запечатлен его лик. Довольно странно, но Леонардо да Винчи никогда не рисовал сцену распятия Иисуса на кресте — сюжет, к которому часто обращались другие художники того времени. Кое-кто думает, что Туринская плащаница — творение Леонардо, который все-таки отдал дань легендарному сюжету. В 1978 году католическая церковь позволила ученым исследовать бесценную реликвию, определив для этого очень короткий срок — всего пять дней и пять ночей. Ткань подвергли радиоуглеродному анализу, на основании которого было сделано заключение с вероятностью в 95 процентов, что ее изготовили где-то между 1260 и 1390 годами. Церковь официально объявила об этом, как ни странно, только 13 октября 1988 года. Авторство Леонардо, таким образом, исключалось, потому что он родился только в 1452 году. Однако не следует забывать о том, что во времена Леонардо да Винчи широко пользовались тканями, изготовленными столетие или более назад, поскольку в Европу из крестовых походов было привезено много различных трофеев. Вполне возможно, что Леонардо использовал материал, который, по его словам, был плащом Иисуса Христа. Невозможно утверждать наверняка, когда именно на плащанице появилось изображение человеческого лица, потому что этого радиоуглеродный анализ не определил.

Лицо в достаточной степени напоминает лицо Леонардо да Винчи на его автопортрете. Существует мнение, что сам он мог запечатлеть себя в образе знаменитой Моны Лизы. Подобно режиссеру Альфреду Хичкоку, ему также нравилось помещать свой облик в собственных творениях. Нет никаких сомнений в том, что Леонардо был достаточно умелым художником, чтобы создать нечто подобное Туринской плащанице и сохранить втайне свою причастность к этому.

В течение пятисот лет Туринская плащаница принадлежала Савойской королевской династии Италии. Наследник этой династии в 1983 году подарил ее римско-католической церкви. В королевском дворце в Турине также находится единственный известный автопортрет Леонардо. Скорее всего заказ на плащаницу сделал герцог Савойский или сам папа, а быть может, они оба обратились к художнику с этой просьбой. Имеется предположение, что им могла потребоваться копия существовавшей в то время Лирейской плащаницы. Она впервые была выставлена для всеобщего обозрения в 1389 году. Епископ прихода Труа объявил ее фальшивкой. Утверждать что-то подобное в отношении Туринской плащаницы нельзя, ведь и по сей день мы не знаем точную историю ее происхождения. Нам известно лишь, что Леонардо постоянно экспериментировал с различными техниками и приемами живописи. Например, просвечивание рентгеновскими лучами картины «Иоанн Креститель» не выявило никаких мазков кисти, и у исследователей возникло ощущение, что она как будто нарисована мельчайшими капельками. Никакому другому живописцу не удалось воспроизвести удивительную манеру письма Леонардо.

В 1976 году фотография плащаницы была исследована при помощи анализатора изображений типа V-8. Выяснилось, что на снимке закодирована некая трехмерная информация. Это оказалось прекрасного качества рельефное изображение человеческого тела, которое невозможно воссоздать при помощи рисунка. Изменение волокон ткани, создавшей это изображение, свидетельствовало о том, что имел место процесс технологического обжига. Подобное могло произойти только при изготовлении барельефа в печи с высокой температурой, когда раскаленной формой изображение было нанесено на ткань. Это была широко распространенная в Средние века практика — изготовление барельефных изображений покойников, которые устанавливались на могильной плите. Леонардо да Винчи, несомненно, обладал соответствующими навыками и умениями, поскольку считался талантливым ваятелем.

Существует также и другой убедительный аргумент, свидетельствующий в пользу того, что плащаница была создана при помощи так называемой камеры-обскуры — ящика с затемнением, в котором помещалась выпуклая линза, или апертура. Изображение внешнего предмета проецировалось на экран, находившийся внутри такой камеры. В творческом наследии Леонардо имеются рисунки такой камеры. Художник был хорошо знаком с необходимыми для работы такого устройства химикатами, такими, например, как нитрат серебра. Разбирался он и в вопросах, связанных с оптическими приборами. Данное предположение объясняет то, почему изображение тела на задней стороне плащаницы несколько выше, чем на передней. Требуется лишь небольшая разница в расстоянии между предметом и камерой, чтобы достичь такой разницы в размерах.

Эта проблема, а также тот факт, что многочисленные поколения паломников почитают плащаницу священной реликвией, запечатлевшей нетленное изображение лика Иисуса Христа, не догадываясь даже, что это может быть автопортрет Леонардо, наверняка позабавила бы великого художника. Плащаница скорее всего является величайшей загадкой, которую он оставил в наследство человечеству.

Леонардо находился в близких, дружеских отношениях с королем Франциском I, о чем свидетельствует рисунок, на котором Леонардо изобразил себя умирающим на его руках. Франциск происходил из Савойской династии и был связан узами брака с кланом Медичи. Таким образом, Леонардо да Винчи вполне мог получить заказ на создание такого произведения, как Туринская плащаница. Не следует также сбрасывать со счетов и то преимущество, что для той эпохи Леонардо нетрадиционно относился к религии. Он не боялся обвинений в богохульстве за столь кощунственное, с точки зрения правоверных католиков, деяние, как фальсификация лика Иисуса Христа. Будучи ученым и притом гомосексуалистом, Леонардо в глазах клерикалов уже давно считался еретиком. Он не понимал, почему нельзя работать по воскресеньям, и не считал это грехом. Мы ни разу не встретим упоминание Бога на тринадцати тысячах страниц его записных книжек. Однако особенно Леонардо возмущала торговля святыми мощами, на чем в его эпоху делались целые состояния. Леонардо был человеком обаятельным, красивым, остроумным, пользовавшимся любовью окружающих. О его чувстве юмора говорит тот факт, что он снискал шутливое звание «устрашителя пап». Например, он как-то раз сообщил папе, скорее всего это был Лев X, в миру Джованни Медичи, что у него в шкатулке сидит дракон. Почувствовав, что в достаточной степени запугал святейшего, Леонардо открыл шкатулку, из которой выскочила ящерица, выкрашенная серебристой краской, с приделанными к спинке крылышками. Короче говоря, мистификация с Туринской плащаницей вполне могла иметь место, поскольку это вполне отвечало склонности художника к святотатственным розыгрышам.

Следы от гвоздей на ладонях, запечатленные на Туринской плащанице, расположены точно в том месте, где они и должны быть у человека, распятого на кресте. Казненных распинали именно таким образом, потому что иначе — в отличие от традиционных изображений казни Христа — они не удержались бы на кресте. Даже если предположить, что плащаница — подделка, ее создатель тем не менее был хорошо знаком с тем, как осуществляется казнь на кресте. Вполне вероятно, что Леонардо мог расположить на кресте имевшиеся в его распоряжении тела покойников и получить представление о том, как был распят Спаситель.

Тема Приората Сиона незримой нитью проходит через всю сюжетную канву «Кода да Винчи». Хотя до встречи с Робертом Лэнгдоном Софи ничего не знала об этой организации, однако вся ее жизнь подчинялась Приорату. Тем самым она оказывается в точно такой же ситуации, что и читатели «Кода да Винчи», которые, будучи воспитаны в христианском духе, почти ничего не знали о реальных исторических силах, стоявших за христианством. Энн Эванс, исследователь, чьими услугами Майкл Бейджент, Ричард Ли и Генри Линкольн пользовались при работе над своей книгой о Приорате «Мессианское наследие», обладала тридцатипятилетним практическим опытом, однако никогда прежде не сталкивалась с таким препятствиями, как при проведении данного расследования. Неопределенный характер так называемого свидетельства создает туманную атмосферу, которая придает деятельности Приората еще большую загадочность. А та часть истины, которая доступна нашему пониманию, является, несомненно, достаточно мрачной.

Большая часть фактических документальных свидетельств существования Приората Сиона хранится в залах Национальной библиотеки в Париже, где доступ к ним, по словам ряда исследователей, довольно затруднен. Подобные заявления, как правило, подразумевают, что по крайней мере некоторые из представителей администрации Национальной библиотеки Франции неким образом связаны с Приоратом Сиона или сотрудничают с ним. Начиная с 1950-х годов Приорат время от времени подбрасывает общественности соблазнительные крохи сенсационной информации о своей истории.

Особый интерес для Бейджента, Ли и Линкольна, работавших над своей знаменитой книгой «Святая кровь, Священный Грааль» (1982 г.), рассказывавшей о королевской династии Меровингов, представляли два документа, хранящиеся в Национальной библиотеке Франции. Первый — это загадочные «Тайные досье» — подборка с первого взгляда разрозненных, никак не связанных друг с другом документов, которые время от времени то добавлялись в фонды библиотеки, то изымались из них. Второй — брошюра под названием «Красный змей», написанная, по всей видимости, Жаном Кокто, поскольку стиль ее очень напоминает стиль знаменитого режиссера и поэта. Она содержит генеалогическое древо Меровингов, план церкви Эглиз де Сен-Сюльпис и тринадцать стихотворений, посвященных знакам зодиака (включавшим в себя тринадцатый знак — Змееносца). Предполагаемые авторы обоих комплектов документов (в общей сложности четыре человека) умерли при невыясненных обстоятельствах.

Считается, что Приорат Сиона уходит корнями в далекое прошлое и возник как далекий наследник герметического, или гностического, общества, возглавляемого древнеегипетским мистиком Ормусом примерно в 46 году нашей эры. В 1188 году Приорат Сиона стал называть себя «Ормус» вместо своего прежнего названия «Орден Сиона». Его участники в то время называли себя «Орденом истины розы и креста», что дает основания полагать, что Приорат Сиона первоначально был розенкрейцерским орденом.

Эта организация заявила о себе лишь в эпоху Средневековья. Аббатство Орваль в Стене (некогда именовавшемся выразительным словом «Сатаникум»), расположенное в Арденнах на севере Франции, было основано в 1070 году группой монахов из Калабрии. Их возглавлял меровингский «принц Урсус» (согласно слухам, внук Дагоберта II Сигиберт VI). Именно эти монахи и заложили основу Ордена Сиона, в который они в 1099 году вошли вместе с участниками ордена тамплиеров Готфрида Бульонского. 1099 год стал годом захвата крестоносцами Иерусалима. Готфрид Бульонский был не только герцогом Лотарингии. Он являлся потомком Дагоберта II, то есть наследником династии Меровингов (см. главу третью настоящей книги). Стене был одной из двух столиц династии Меровингов. Именно в соседнем с ним священном лесу Вевр король Дагоберт II 23 декабря 679 года был убит во время охоты. Как пишет в своем романе Дэн Браун, он спал под деревом и был убит ударом кинжала в глаз. Существует предположение, что его лишили жизни по приказу Пипина Толстого, майордома королевского дворца.

Судя по всему, главной целью Приората Сиона всегда была реставрация власти Меровингов, династия которых после смерти Дагоберта II лишилась права на королевскую власть в Европе. В результате различных политических альянсов и династических браков династия стала включать в себя представителей таких августейших семей, как Бланшфор, Жизор, Сен-Клер, Монтескье, Монпеза, Лузиньян, Плантар и Габсбурги-Лотаринги. Архивы того далекого времени свидетельствуют о том, что штаб-квартирой ордена был монастырь Нотр-Дам дю Мон де Сион, находившийся южнее Иерусалима. Он был прекрасно укреплен и возведен на развалинах бывшей византийской базилики. Согласно статье, опубликованной в 1990 году на страницах журнала «Библикал аркеолоджи» («Библейская археология»), гора Сион была также своего рода штаб-квартирой секты иерусалимских эбионитов. Члены этой секты верили в то, что духовным основателем христианской церкви был брат Иисуса Иаков, а не апостол Павел.

Что вызывает определенные сомнения, так это утверждение о том, что, по словам героя «Кода да Винчи» Роберта Лэнгдона, «у Приората Сиона накоплено немало документальных свидетельств их приверженности культу священной женственности». Кроме того, устами Лэнгдона Браун утверждает, что Приорат почитал Марию Магдалину, веря в то, что она была супругой Иисуса Христа и воплощением женского начала. Трейси Тваймен в журнале «Месть Дагоберта» пишет следующее:

«Мария Магдалина некоторыми исследователями считается героиней-феминисткой, которая якобы была „женщиной, написавшей Библию“ и по этой причиной так нелюбима церковью. Однако ни Мария Магдалина, ни отцы церкви не думали таким образом; подобное даже не могло прийти им в голову. Магдалина представляла угрозу для церкви не потому, что была женщиной, а потому, что была матерью детей Иисуса — его кровных и духовных наследников. По всем существовавшим правовым нормам они должны были стать не только наследниками главы христианской церкви, но и наследниками царского трона в Иерусалиме (что, по мнению многих людей, означало также и власть над всем миром). И то, и другое представляло серьезную угрозу церкви, которая желала осуществлять над миром не только духовную власть, но также и мирскую, полагая, что обладает священным правом назначать монархов, невзирая на их происхождение».

Готфриду Бульонскому было хорошо известно, что он наследник семьи Грааля и, таким образом, является потомком Меровингов и де-факто властителем Иерусалима, восходя к древнему роду царя Давида. После захвата Иерусалима он основал орден тамплиеров. Хотя в Палестину направлялось три отряда крестоносцев, Готфрид как будто знал, что королем Иерусалимским выберут именно его. Прежде чем покинуть родной дом, он все продал и недвусмысленно дал понять, что намерен остаться в Иерусалиме до конца своих дней. Как бы то ни было, он отказался от титула короля и принял лишь титул «защитник Гроба Господня». Бейджент, Ли и Линкольн высказали предположение, что вышеназванная группа калабрийских монахов, без всяких объяснений исчезнувшая из Орваля, — та самая группа гражданских советников, которые, как известно, сопровождали Готфрида Бульонского в Иерусалим. Предполагается, что именно эта группа и выбрала его королем Иерусалимским.

Судя по всему, орден Сиона располагался в монастыре Нотр-Дам дю Мон де Сион (Богоматери Сионской Горы) с 1118 по 1152 год и возник после официального создания ордена тамплиеров. В 1127 году в Труа, при дворе графа Шампанского, тамплиеры были признаны военно-религиозным орденом. Великим магистром избрали Гуго да Пайена.

Когда французский король Людовик VII вернулся из Второго крестового похода, он привез с собой девяносто пять членов ордена. Семь из них стали рыцарями ордена тамплиеров, а остальные вернулись к себе в Орлеан. Документы, официально закреплявшие создание ордена и подписанные Людовиком, сохранились до наших дней.

В 1131 году в монастыре Орваль началась история цистерцианского ордена. Орден первоначально испытывал серьезные материальные затруднения, однако позднее, после возникновения ордена тамплиеров, положение его значительно улучшилось. И цистерцианцы, и тамплиеры в конечном счете крупно разбогатели и обрели внушительные земельные угодья.

Название «орден Сиона» впервые появилось в исторических хрониках, датированных 19 июля 1116 года. Историки обнаружили хартию более позднего периода, датированную 1178 годом. На ней хорошо различима печать папы Александра III. Из хартии явствует, что за орденом закреплялся ряд земель не только в Палестине, но и в нескольких странах континентальной Европы.

В 1956 году учеными Манчестерского университета была расшифрована так называемая «Медная скрижаль» Кумранской библиотеки. Выяснилось, что в подземельях храма Соломона спрятаны клад с ковчегом Завета Господня и многочисленные золотые слитки. В 1979 году Пьер Плантар де Сен-Клер, последний из известных Великих магистров Приората Сиона, рассказал Бейдженту, Ли и Линкольну, что Приорат обладает сокровищами иерусалимского храма, которые были захвачены римлянами во время восстания евреев в 66 году нашей эры. Этот исторический эпизод запечатлен на арке императора Тита в Риме. Когда позднее в Рим вторглись вестготы, сокровища попали в их руки и были вывезены предположительно на юг Франции, в местность близ Ренн-ле-Шато. Далее Плантар поведал о том, что «сокровище» вернется в Израиль, только когда «для этого настанет истинный час». Он не сказал, какова природа этого сокровища — драгоценности, или некие документы, или, как предположил Дэн Браун, карта, на которой указано то место, где хранится Святой Грааль.

Существует легенда о том, что когда-то этим сокровищем владели еретики-катары. Катары (они же альбигойцы) населяли земли Лангедока на юге современной Франции, где находится городок Ренн-ле-Шато. В 1209 году против них объявили войну, и силами тридцатитысячной королевской армии в этом краю была проведена, выражаясь современным языкам, масштабная этническая зачистка. В глазах католической церкви Лангедок был краем, населенным еретиками. Ненависть к нему со стороны церковных властей и инквизиции была главным образом вызвана недостаточно почтительным отношением местных жителей к религии вообще и к римско-католической церкви в частности. Среди многочисленных «прегрешений», в которых их обвинили, были, например, и такие, что у них-де разрешены аборты и противозачаточные средства. Сокровища, которыми они, по слухам, обладали, представляли собой не чистое золото, а легендарную чашу Грааля или знание о том, как обрести несметные богатства.

Взлет и падение тамплиеров

Казнь тамплиеров, сжигаемых заживо на костре

Главным доводом создания ордена тамплиеров была защита паломников, отправлявшихся в Иерусалим. Однако Роберт Лэнгдон на страницах «Кода да Винчи» объясняет Софи Невё, что главная их миссия состояла в поиске сокровищ, таящихся под развалинами храма Соломона, отнюдь не случайно ставшего жилищем тамплиеров в Иерусалиме.

Тамплиеры были в известной степени героями своего времени. Сыновья из благородных семейств, они становились политическими советниками монархов самого высокого уровня, и всем окружающим хотелось купаться в лучах их славы. Они жили в роскоши, получая щедрые вознаграждения, их влияние на самые разные стороны жизни было чрезвычайно велико. Тамплиеры владели собственными морскими портами и основывали лечебницы. Принадлежавший им флот первым в ту эпоху стал использовать магнитный компас. По иронии судьбы каждый из них при вступлении в тамплиеры отказывался от принадлежавшего ему имущества в пользу ордена и давал обет бедности. Тамплиеры должны были коротко стричь волосы, но обязывались никогда не брить бород. Им не дозволялось отступать в бою, им надлежало биться с врагом насмерть. В 1139 году папа Иннокентий II издал папскую буллу, в которой заявил, что тамплиеры полностью избавлены от чьей-либо власти и являются сами для себя законом.

Именно тамплиеры создали первую в мире международную банковскую систему. Они возвели самые красивые и изящные готические соборы в Европе, такие как собор Парижской Богоматери в Париже. Слово «готический», кстати сказать, не имеет ничего общего с готами, а происходит от греческого слова goetic, которое означает «магическое (действо)». Это являлось отражением божественной геометрии, элементы которой каменотесы тамплиеров использовали при строительстве таких соборов.

В 1306 году богатство тамплиеров достигло таких масштабов, что король Франции Филипп IV (известный также под именем Филипп Красивый) крайне встревожился этим. Он задолжал тамплиерам огромную сумму и мучительно осознавал, что их могущество стало сравнимо с его. Эдикт Ватикана сильно ограничивал короля в обложении налогами церковников. Однако это никоим образом не помешало Филиппу лишить жизни папу Бонифация VIII. Следующий понтифик, папа Бенедикт XI, ненадолго пережил своего предшественника и покинул лучший из миров подозрительно скоро. После этого папой стал фаворит Филиппа Красивого Бертран де Гот, получивший имя Климента V.

После этого Филипп приступил к замыслу полного искоренения тамплиеров, выдвинув против них обвинения в ереси, которые те восприняли особенно болезненно. Тамплиеры отказывались признавать традиционные христианские взгляды на распятие Иисуса, а кроме того, их предпринимательская деятельность предполагала их частые контакты с иудеями, гностиками и мусульманами. Имели место их частые контакты с пресловутым мусульманским аналогом тамплиеров — сектой гашашинов, или ассасинов. Считалось также, что тамплиеры поклоняются демону Бафомету — бородатой мужской голове, о которой рассказывает Дэн Браун устами Роберта Лэнгдона, голове, которая разговаривала с ними и наделяла их магическими способностями.

Замысел Филиппа Красивого был воплощен в жизнь в день, получивший название «пятница, тринадцатое», — в пятницу, 13 октября 1307 года. После этого события пятница тринадцатого числа в западной культуре стала считаться несчастливым днем. Филипп отдал приказ своим наместникам по всей Франции одновременно приступить к массовым арестам тамплиеров. Затем все имущество храмовников конфисковали и передали в королевскую казну. После допросов и пыток они были казнены — сожжены на костре. Тамплиеров обвинили в самых разных грехах: черной магии, содомии, богохульстве и осквернении образа Иисуса Христа. Однако, несмотря на эти бесчеловечные, жестокие меры, Филиппу так и не удалось добиться главной цели — завладеть легендарными сокровищами тамплиеров.

По всей вероятности, массовое истребление тамплиеров не стало для них самих неожиданностью. Незадолго до злополучной пятницы 13 октября рыцари-тамплиеры переместились из Россильона в испанской провинции Арагон в Ренн-ле-Шато, на юг Франции, где построили мощную крепость на вершине горы Безу. Именно тем тамплиерам, которые нашли в ней убежище, удалось избежать репрессий королевских крестоносцев. Возможно, это произошло благодаря тому, что папа Климент V (он же Бертран де Гот) был сыном Иды де Бланшфор, происходившей из той же самой семьи, из которой был родом и бывший Великий магистр ордена Бертран де Бланшфор. Похоже, что именно благодаря этим семейным связям удалось спасти немало тамплиеров в тот день, когда король отдал приказ начать аресты.

Не следует исключать также и того, что тогдашний Великий магистр ордена тамплиеров Жак де Моле знал о грядущих событиях и успел заранее вывезти сокровища ордена из Франции. Предполагалось, что они оказались в Шотландии, однако Филипп, видимо, об этом ничего не знал. Он продолжал преследования тамплиеров, пытаясь убедить других европейских монархов в необходимости уничтожить этих еретиков на территории остальных государств. В 1312 году он вынудил папу Климента V отлучить тамплиеров от церкви. Два года спустя, в 1314 году, Жак де Моле был осужден и приговорен к казни на костре. В свои последние минуты, объятый языками пламени, он прокричал проклятия в адрес главных своих мучителей, Филиппа и Климента V, пообещав им скорую, в течение ближайшего года, смерть. Пророчество Великого магистра сбылось. В следующем месяце умер папа Климент V, в том же году при загадочных обстоятельствах скончался и Филипп Красивый. Причиной их смерти скорее всего был яд. А в ядах тамплиеры разбирались очень хорошо.

Эдуард II, король Англии, оказался в затруднительном положении. Он был родственником Филиппа, однако не разделял его ненависти к тамплиерам и не имел особого желания подвергать их преследованиям.

Вопреки своим убеждениям он учредил инквизицию и приказал провести аресты тамплиеров. Однако все они получили относительно мягкие судебные приговоры, и их постигла не столь суровая судьба, как их товарищей во Франции.

В Шотландии папскую буллу приняли с достаточной долей пренебрежения, и поэтому перебравшиеся в эту страну тамплиеры отнюдь не бедствовали. Все представители династии Брюсов и Стюартов, начиная с Роберта Брюса, со дня своего рождения зачислялись в орден тамплиеров, так что распоряжения Филиппа Красивого в Шотландии практически не выполнялись.

Гравюра на дереве, изображающая Великого магистра ордена тамплиеров Жака де Моле со связанными руками

«Распиливание вяза»

Орденом тамплиеров и Приоратом Сиона руководили одни и те же Великие магистры, которые являлись двумя ветвями одной и той же организации до тех пор, пока в Жизоре в 1118 году не произошло событие, получившее название «распиливание вяза». Оно в конечном счете привело к разделению и появлению двух самостоятельных орденов. Вероятнее всего, это было вызвано «предательством» Великого магистра Жерара де Ридефора, которое, согласно «Тайным досье», привело к потере европейцами Иерусалима, оказавшегося в руках сарацин.

О «распиливании вяза» в Жизоре в 1118 году осталось упоминание в старинных документах, правда, эти документы относятся к архивам Приората Сиона. Это одна из средневековых легенд. Она имеет не слишком вразумительный и убедительный характер, однако за ней кроется нечто более важное и серьезное.

На поле Шам-Сакр (Священном Поле) действительно когда-то рос огромный вяз, которому в ту пору якобы было более восьмисот лет. Ствол дерева был настолько велик, что обхватить его могли, взявшись за руки, только девять взрослых мужчин. Само поле использовалось как место для встреч королей Англии и Франции.

Согласно сохранившимся свидетельствам, на определенном этапе отношения между Генрихом II и Филиппом II серьезно обострились. Вполне вероятно, что по причине антипатии, издавна существовавшей между англичанами и французами, Генрих II и его свита укрылись под кроной дерева от лучей палящего солнца, оставив французов изнывать от жары на ничем не защищенном пространстве. Не желая сносить это, оскорбленные, несомненно, насмешками уроженцев Альбиона, численно превышавшие их французы набросились на обидчиков, которые поспешили скрыться в стенах Жизора. Кипевший от гнева Филипп II повелел срубить ни в чем не повинное дерево и в скверном расположении духа вернулся в Париж, заявив, что более не желает выступать в роли дровосека.

Из другого источника явствует, что Филипп заявил Генриху, что собирается срубить знаменитый вяз. Услышанное настолько разгневало английского короля, что он отдал приказ укрепить ствол дерева прочными металлическими обручами. Французы набросились на вяз, но сын Генриха, Ричард Львиное Сердце, вместе со своими придворными встал на его защиту. Французы одержали победу, и дерево было срублено.

Сказания эти скорее всего являются аллегорическими легендами, которые на самом деле свидетельствуют о чем-то более важном, что лежит на поверхности и на первый взгляд не требует никаких разъяснений. Однако похоже, что на этом самом повороте истории дороги ордена Сиона и ордена тамплиеров разошлись. Орден, которому было суждено посвятить свою деятельность судьбе династии Меровингов, отныне стал именоваться Приоратом Сиона. Орден тамплиеров примерно в то же самое время породнился с династией королей Шотландии, а именно с домом Стюартов, предполагаемых наследников французских Меровингов. Стюарты, позднее вынужденные искать пристанища во Франции, установили тесные связи с масонами и основали организацию под названием «Шотландский ритуал». Степеней посвящения в ней было даже больше, чем в известных масонских обществах.

В архивах Орлеана хранятся документы, в которых утверждается, что поведение членов Приората Сиона оказалось настолько недостойным, с точки зрения церковных властей, что вызвало гнев и папы римского, и короля Франции Людовика XIV. В 1619 году терпение властей окончательно иссякло, и Приорат Сиона был вынужден покинуть свою резиденцию в Сен-Самсоне близ Орлеана. Этот эпизод вряд ли имел особое значение в истории Приората. Скорее, он свидетельствует о том, что Орлеан не обладал какой-либо значимостью для ордена, поскольку его деятельность осуществлялась в других местах, если не сказать, повсеместно.

Тем, чем, в свою очередь, Людовик XIV вызвал раздражение у Приората Сиона, было его решение установить во Франции новый меридиан, вычисленный астрономом Кассини и проходивший через Парижскую обсерваторию. В «Коде да Винчи» Дэн Браун упоминал о том, что «Линия Розы» (предположительно первоначальный, самый старый меридиан) проходит через церковь Эглиз де Сен-Сюльпис. В «Красном змее» и других документах Приората Сиона утверждается, будто этот старый меридиан, проходящий по оси север — юг, через несколько магических церквей Франции, включая Сен-Сюльпис в Париже, собор Богородицы Роз в Родесе, церковь Сен-Винсент в Каркасоне и церковь Св. Стефана в Бурже. Важно отметить и то, что он проходит через местечко Ренн-ле-Шато, название которого происходит от названия древнего кельтского племени редов (Rhédae), почитавших Линию Розы как святыню. Людовик XIV лишил романтического ореола и религиозной значимости этот старый меридиан, проявив прагматический подход и отдав предпочтение экономическому развитию Франции.[2]

Феномен Нострадамуса

В XVI веке династии герцогов Лотарингских и Гизов неоднократно предпринимали попытки занять трон Франции, на котором в ту пору восседали короли династии Валуа. Их попытки, как намекают на это авторы книги «Святая кровь, Священный Грааль», координировались Приоратом Сиона. Франсуа де Гиз был близок к достижению цели, но этому помешала его насильственная смерть в 1563 году. Однако это не остановило Гизов, и в конце столетия Валуа исчезли с политической арены Франции. Впрочем, династия Гизов сама пострадала от многолетней вражды, утратив со временем свое былое политическое влияние.

Одним из тех, кто активно помогал Гизам и герцогам Лотарингским, был легендарный Нострадамус. Он состоял астрологом при французском королевском дворе, и его пост давал ему идеальную возможность для того, чтобы консультировать две вышеназванные оппозиционные династии по важным государственным вопросам. Иными словами, он попросту шпионил в их пользу. Существует предположение, что писания Нострадамуса были не пророчествами, каковыми они обычно считаются, а кодами различного рода, за которыми скрывались истинные намерения Приората Сиона.

Ряд «предсказаний» Нострадамуса относится не к будущему, а к тогдашнему настоящему и предшествовавшему ему прошлому, и в особенности к Меровингам и тамплиерам. По словам автора Жерара де Седа, много писавшего о катарах, тамплиерах, династии Меровингов, Соньере и Ренн-ле-Шато, Нострадамус какое-то время проживал в Лотарингии. О нем рассказывали, будто он прочитал какую-то таинственную книгу, на основе которой сочинил собственные произведения. Книга хранилась в монастыре Орваль, где, как мы уже знаем, некогда возник Приорат Сиона.

Упомянутые выше династии имели самое непосредственное отношение к религиозным волнениям шестнадцатого столетия, гражданской войне во Франции XVII века, получившей название Фронды, и масонским заговорам XVIII века. Они оставили свой след также и в истории Приората Сиона. Эти династии обязаны своим богатством Меровингам, которые достались им через Дагоберта II и его сына Сигиберта II.

Великие магистры Приората Сиона

Список Великих магистров Приората Сиона, который Дэн Браун приводит на страницах «Кода да Винчи», впервые появился среди документов, относящихся к «Тайным досье». Отчасти он включает в себя лиц, которые, по всеобщему мнению, могли иметь отношение к тайным организациям. Многие из них имели непосредственное отношение к Ренн-ле-Шато и Стене, а также к влиятельному клану герцогов Лотарингских.

С другой стороны, в списке упоминался ряд людей, широко известных в других сферах жизни, которых мы никогда не заподозрили бы в принадлежности к каким-либо тайным обществам. Единственное, что их объединяло, так это их неортодоксальные религиозные взгляды. Бейджент, Ли и Линкольн пришли к заключению, что звание Великого магистра Приората Сиона передавалось через семейства, ведущие происхождение от Меровингов, однако если подобная династическая цепочка каким-то образом прерывалась, то Приорат приглашал аутсайдеров занять этот пост. Этим, видимо, объясняется присутствие в списке таких имен, как Леонардо да Винчи, Исаак Ньютон и Жан Кокто.

Одно забавное совпадение имеет отношение к Кокто.

После «распиливания вяза», состоявшегося в 1118 году, первым Великим магистром Приората Сиона стал Жан (Иоанн) де Жизор. После этого все Великие магистры — мужчины принимали имя Иоанн, а все до единой четыре женщины — Иоанна (Жанна). Однако Жан де Жизор назывался в документах Приората не «Иоанном I», а «Иоанном II», породив предположения о том, что Иоанном I был либо Иоанн Креститель, автор Евангелия от Иоанна, либо Иоанн, автор Откровения святого Иоанна Богослова. Иоанн Креститель был пророком, предсказавшим явление мессии — царственной особы, которая должна была изгнать римлян с земель Палестины. Он представлял серьезную угрозу Ироду Галилейскому, который позднее приказал казнить его. Иисус Христос в действительности был учеником Иоанна Крестителя. Христианским богословам всегда было трудно объяснить, почему Иисус Христос должен уступать по значимости Иоанну Крестителю. Многие еретики вот уже многие годы утверждают, что Христом был Иоанн, а не Иисус. Таких людей называют иоаннитами.

Согласно «Тайным досье», Жан Кокто был Иоанном XXIII — двадцать третьим по счету мужчиной, занимавшим пост Великого магистра. Когда в 1959 году умер папа Пий XII, Кокто все еще был главой Приората Сиона. Новый папа, кардинал Анджело Джузеппе Ранкалли, вызвал значительное смятение в определенных кругах, когда выбрал себе имя «папа Иоанн XXIII». Так же звали и пресловутого «антипапу», осмелившегося в XV веке претендовать на звание понтифика. Невозможно было найти какое-либо объяснение тому, почему новый папа захотел принять такое имя.

В 1976 году был опубликован сборник стихов, якобы написанных папой Иоанном XXIII. Нет полной уверенности в том, действительно ли они написаны им, однако предисловие к книге дает пищу для размышлений. В нем высказывается предположение о том, что Иоанн XXIII был членом ордена розенкрейцеров. Как нам уже известно, второе название Приората Сиона, принятое в 1188 году, было «Истина Розы и Креста». Неужели из этого следует, что папа Иоанн XXIII тоже состоял в рядах Приората Сиона? Явно не случайно удивительное совпадение: выбор Иоанна — Великого магистра Приората Сиона происходит одновременно с принятием новым понтификом — вопреки всеобщим пожеланиям — точно такого же имени.

Папа Иоанн XXIII в значительной степени реформировал римско-католическую церковь, инициировав невиданные прежде изменения. Он на сто восемьдесят градусов повернул отношение церкви к масонству — предыдущие двести лет католикам запрещалось вступать в масонские общества. Теперь же запрет был отменен. В своем апостольском послании от июня 1960 года новый понтифик сделал особый акцент на значимости «Бесценной крови Христовой». Он заявил, что страдания Христа и пролитие его крови искупили людские грехи. Эти два аспекта биографии Христа, таким образом, получили даже большее значение, чем Воскресение и сама казнь на кресте. Вскоре поползли слухи о том, что это меняет всю основу, на которой зиждется христианство. Иными словами, получалось так, что Иисусу даже не нужно было принимать смерть, чтобы искупить грехи всего человечества. Это убедительным образом показало, что казнь на кресте и Воскресение являются не столь существенными.

Несколько предполагаемых Великих магистров

Никола Фламель — родился в 1330 году, предположительно в Понтуазе, Франция, умер в 1418 году в Париже.

Никола Фламель стал первым Великим магистром Приората Сиона, который не был связан родственными узами с другими магистрами. Его имя, по всей вероятности, хорошо знакомо всем поклонникам Гарри Поттера. Именно вместе с Фламелем работал директор Хогвартской школы магии и волшебства Альбус Дамблдор над вопросами алхимии, такими, как превращение свинца в золото. Посмертная слава пришла к Фламелю благодаря его страстному интересу к магии, и в настоящее время есть люди, которые считают, что Фламель жив до сих пор! Автор книги «Гарри Поттер и философский камень» утверждает, что Фламелю было 665 лет. Это в какой-то мере имеет смысл, если принять во внимание, что он родился в 1330 году. По профессии он был нотариусом, но занимался также переписыванием мистических текстов и продавал книги. Фламель был самоучкой и свои знания получил преимущественно из книг, которые проходили через его руки. Сохранилась легенда о том, что однажды ночью Фламелю приснился сон, в котором ему явился ангел, который показал книгу с инкрустированной медью обложкой. Забрать книгу не удалось, потому что в следующее мгновение Фламель проснулся.

Тем не менее после этого Фламель начал новый этап своей жизни, который многое изменил в нем самом.

Однажды в его книжную лавку пришел человек, который отчаянно нуждался в деньгах, и предложил купить у него книгу. Книга оказалась точно такой, какая ему когда-то приснилась. Фламель без раздумий купил ее. У книги было странное, длинное название — «Священная книга еврея Авраама, князя, священника, левита, астролога и философа того племени евреев, которые по причине гнева Божьего расселились среди галлов».

В те годы евреев во Франции не было, поскольку их изгнали за ее пределы. Фламель понял, что только образованные евреи в состоянии помочь ему с переводом книги. Он сделал копию с нескольких ее страниц и в 1382 году отправился в Испанию. Поначалу Фламелю не везло, потому что встречавшиеся евреи с подозрением относились к нему. Фламель уже собрался возвратиться во Францию, когда ему довелось познакомиться с крещеным евреем по имени маэстро Канчес, жившим в Леоне. Канчес также сначала подозрительно воспринял Фламеля, однако после того, как тот упомянул о книге Авраама, отношение сразу изменилось. Он сумел перевести те несколько страниц, которые Фламель захватил с собой, но не смог приехать во Францию, чтобы довести перевод до конца. Тем не менее благодаря нескольким переведенным страницам Фламелю 17 января удалось осуществить первый удачный алхимический опыт. Вскоре после этого он фантастически разбогател и большую часть своего состояния потратил на создание благотворительных организаций, строительство церквей и приютов.

Дом Никола Фламеля в Париже, ок. 1900 г.

Современный вид дома Фламеля

Рене Анжуйский — родился 16 января 1409 года в Анжере, Франция, умер 10 июля 1480 года в городе Экс-ан-Прованс.

Рене Анжуйский остался в истории под именем «доброго короля Рене». К числу его многочисленных титулов относится и титул короля Иерусалимского. Он прожил бурную жизнь, и, хотя ему принадлежит честь создания так называемого рыцарского кодекса чести, его поступки довольно часто не укладывались в рамки благонравия. В 1431 году в Бульневилле он был захвачен в плен и передан в руки Филиппа Доброго, герцога Бургундского, однако в 1432 году отпущен под честное слово, оставив в заложниках своих сыновей.

Великим магистром Приората Сиона он стал в десятилетнем возрасте, что, согласно «Тайным досье», было весьма необычно. Позднее он стал членом нескольких других орденов, таких как орден Полумесяца. В качестве символа своей королевской власти Рене Анжуйский использовал так называемый лотарингский крест. В годы Второй мировой войны лотарингский крест был также символом сил французского Сопротивления, руководимого генералом Шарлем де Голлем. Ранее его использовали Готфрид Бульонский и тамплиеры.

Рене Анжуйский был влиятельной особой своего времени и в значительной степени способствовал наступлению эпохи Возрождения. Одна из его дочерей стала супругой английского короля Генриха VI. По всей видимости, его связывали некие отношения с Жанной д’Арк, легендарной фигурой французской истории. Считается, что Рене находился вместе с ней, когда она отправилась в замок Шинон к будущему королю Карлу VII, а также участвовал в снятии осады Орлеана. То, что Жанне д’Арк удалось убедить Карла короноваться, объяснялось влиянием на него Иоланды Анжуйской, матери Рене. Имеются все основания предполагать, что в этом случае имело место ловкое манипулирование и что за теми далекими событиями стояла некая тайная организация, скорее всего Приорат Сиона.

Рене Анжуйский был автором поэтических произведений, которые он сам же иллюстрировал. Он также проявлял глубокий интерес к эзотерическим и мистическим темам. Кроме того, ему приписывали авторство некоторых живописных работ. Рене имел большое влияние на династию флорентийских Медичи, сыгравших выдающуюся роль в развитии искусства эпохи Возрождения. В то время делались переводы многих классических книг, а в университете Флоренции впервые за многие века велось преподавание древнегреческого. Там же, во Флоренции, в 1444 году была открыта первая в Европе публичная библиотека, библиотека Святого Марка. Рене Анжуйский ввел в обиход тему Аркадии, пасторального рая Древней Греции, которая означала «Золотой век» для Приората Сиона. Члены этого ордена верили в то, что Золотой век наступит после того, как на королевский трон вернутся наследники династии Меровингов. Понятие «подземная река» стало идефиксом для Рене Анжуйского, символизируя для него «подпольное» движение среди оккультистов, поставивших перед собой задачу ускоренного наступления новой Аркадии. В то время подобные идеи имели широкое распространение по всей Европе в областях литературы и изобразительного искусства.

Сандро Филипепи — родился в 1445 году во Флоренции, умер 17 мая 1510 года во Флоренции.

Этот живописец, более известный под именем Боттичелли, оказал огромное влияние на европейских художников-прерафаэлитов в XIX веке. В списке Великих магистров он второй человек, который не имел родственных связей с семьями, генеалогические таблицы которых приводятся в «Тайных досье». Тем не менее он был связан личными отношениями со многим представителями королевских династий. К числу его влиятельных покровителей относились все те же Медичи. Свидетельством его интереса к эзотерике является приписываемое ему создание первых колод карт Таро. Сюжеты картин Сандро Боттичелли, таких как «Весна» и «Рождение Венеры», основаны на похожих на сновидения образах Аркадии и подземной реки.

Роберт Бойль — родился 25 января 1627 года в Лисмор-Касле, графство Уотерфорд, Ирландия, умер 31 декабря 1691 года в Лондоне.

Роберт Бойль был младшим сыном графа Корка. Он прославился своими знаменитыми экспериментами с воздушным насосом, в результате которых был установлен названный его именем закон физики. В молодости посетил Флоренцию, где в кругах деятелей искусства и любителей эзотерических знаний тон задавало семейство Медичи. Учился демонологии в Женеве, где прожил почти два года, точнее, двадцать один месяц. Одним из первых поддержал Стюартов после возвращения Карла II на трон короля Англии. Во время проживания Бойля в Лондоне его навещал Козимо Медичи, ставший впоследствии властителем Флоренции. Одним из близких друзей Бойля был Исаак Ньютон, его Бойль познакомил с принципами алхимии, интерес к которой проявлял всю свою жизнь. В 1675–1677 годах Бойль написал два трактата на эту тему — «Сплавление ртути с золотом» и «Ухудшение золота».

Исаак Ньютон — родился 25 декабря 1642 года (4 января 1643 года по новому стилю) в Вулсторпе, графство Линкольншир, Англия, умер 20 марта (31 марта) 1727 года в Лондоне.

Интересно отметить, что Дэн Браун на страницах «Кода да Винчи» уделяет Исааку Ньютону достаточно большое внимание. Ньютон, которого в XXI веке считают выдающимся математиком, оказавшим огромное влияние на теоретическую физику доэйнштейновой эры, был так называемой темной лошадкой самого высшего ранга в Приорате Сиона. Он получил образование в Кембридже и в 1672 году был избран в Королевское общество, президентом которого стал в 1703 году. Ньютон находился в близких отношениях с Никола Фатио де Дюйе, женевским аристократом, который, по всей видимости, шпионил в пользу врагов короля Франции Людовика XIV. В 1699 году Ньютон стал директором Монетного двора, а в 1701 году — членом совета Кембриджского университета. Он также был близким другом Жана Дезагюльера, который имел репутацию человека, связанного с масонскими обществами многих европейских стран. Хотя сам Ньютон скорее всего не был масоном, он состоял в рядах организации «Клуб джентльменов Сполдинга», членом которого был также и поэт Александр Поп. В 1689 году Ньютон приступил к работе над своим монументальным трудом «Измененная хронология древних царств». Он искренне верил в то, что Пифагор был преемником древних мистических знаний иудаизма. Помимо увлечения алхимией вместе с Бойлем он также интересовался божественной геометрией и нумерологией.

Шарль Нодье — родился 29 апреля 1780 года в Безансоне, Франция, умер 27 января 1844 года в Париже.

Нодье не был родственником тех династических семейств, что упоминаются в документах Приората Сиона, но также и не имел каких-либо контактов с ними. В юности он попал в опалу, вызвав неудовольствие у власть имущих своей сатирической поэмой о Наполеоне.[3] В 1824 году он перебрался в Париж, где стал вхож в литературные круги, тесно общаясь с такими писателями-романтиками, как Виктор Гюго и Альфред де Мюссе. Он много писал и остался в памяти любителей изящной словесности как автор многочисленных новелл. В 1833 году Нодье был принят во Французскую академию, что привело к укреплению позиции литературного романтизма.

Виктор Гюго — родился 26 февраля 1803 года в Безансоне, умер 22 мая 1885 года в Париже.

Виктор Гюго был поэтом, романистом, драматургом и самым видным деятелем французского романтизма. Далеко за пределами Франции он широко известен своими романами «Отверженные» и «Собор Парижской Богоматери». Его отец был офицером наполеоновской армии, но симпатизировал противникам Наполеона. Виктор Гюго с юных лет был знаком с Шарлем Нодье, познания которого в готической архитектуре подвигнули его на создание истории горбуна Квазимодо. В библиотеке Арсенала, где работал Нодье, Виктор Гюго и Шарль Нодье создали литературный салон, получивший название Сенакль. Вполне возможно, что Сенакль был своего рода ширмой для деятельности Приората Сиона. Салон был открыт для художников и литераторов, разделявших взгляды романтизма, чьим девизом была фраза «Et in Arcadia ego». В 1822 году Гюго женился, и его венчание проходило в церкви Эглиз де Сен-Сюльпис. Он часто путешествовал вместе с Нодье, и свидетельством их добрых отношений было то, что автор «Собора Парижской Богоматери» нес на похоронах гроб скончавшегося в 1844 году Шарля Нодье.

Несмотря на то что Гюго был глубоко религиозным человеком, он часто высказывал крайне неортодоксальные взгляды на катехизис, критиковал клерикальные круги и испытывал немалый интерес к философии гностиков, каббалистов и герметиков. Гюго с уважением относился к Наполеону, но в то же время придерживался строгих монархических убеждений, оставаясь сторонником династии Бурбонов. Однако реставрация их власти представлялась ему лишь временной мерой. Наибольшее уважение у него вызвал король Луи-Филипп, который поднялся на вершину власти в результате июльской революции 1831 года. Луи-Филипп был женат на племяннице Максимилиана Лотарингского, наследника Габсбургско-Лотарингской династии, Великого магистра Приората Сиона. Поэзия Виктора Гюго носила главным образом политический характер, однако в своих поэтических и прозаических произведениях он касался и социальных проблем.

Клод Дебюсси — родился 22 августа 1862 года в Сен-Жермен-ан-Ле, Франция, умер 25 марта 1918 года в Париже.

Несмотря на то что Клод Дебюсси происходил из небогатой семьи, ему довольно быстро удалось достичь широкого признания. В юности он был домашним пианистом русской миллионерши Надежды Филаретовны фон Мекк и учителем музыки ее детей. Вместе с ней он много путешествовал и благодаря ей познакомился со многими влиятельными людьми. По натуре Дебюсси был очень скрытным человеком, и потому не представляется возможным точно установить, насколько серьезные отношения связывали его с семействами, входившими в Приорат Сиона. На его творчество большое влияние оказали произведения немецкого композитора Рихарда Вагнера. По словам Дебюсси, Вагнер в его представлении был «восхитительным закатом, по ошибке принятым за рассвет». Дебюсси считается основоположником музыкального импрессионизма, эквивалентного символизму в живописи и в литературе. Самые известные его произведения — «Послеполуденный отдых фавна», «Ноктюрны» и опера «Пеллеас и Мелизанда». Он переложил на музыку ряд произведений Виктора Гюго. К числу его знакомых относились Эмиль Оффе, Беранже Соньер, а также известная певица Эмма Кальве, состоявшая в близких отношениях с Соньером. Дебюсси был тесно связан с оккультными кругами Парижа. На званых вечерах, устраивавшихся поэтом-символистом Стефаном Малларме, он часто встречался с Оскаром Уайльдом, Уильямом Батлером Йитсом, Полем Валери, Андре Жидом и Марселем Прустом.

Жан Кокто — родился 5 июля 1889 года в Мэзон-Лафите близ Парижа, умер 11 октября 1963 года в Миллила-Форе близ Парижа.

Жан Кокто — французский поэт, сценарист, романист, актер, кинорежиссер и художник. Он прославился стихотворением «Фривольный поэт», написанным в пятнадцатилетием возрасте. Его долгие годы так и называли — «Фривольный поэт», после чего Кокто удостоился звания «король поэтов», которым нарек его друг Гийом Апполинер. Именно Апполинер первым назвал балетные работы Кокто для Русского балета «сюрреалистическими». Жан Кокто вполне оправдывал репутацию вольнодумца, несмотря на то что избрание его Великим магистром Приората Сиона было не в последнюю очередь вызвано тем, что он происходил из богатой и влиятельной семьи. Он был в прекрасных отношениях с Жаном Гюго, правнуком великого Виктора Гюго, а также с Клодом Дебюсси, своим предшественником на посту Великого магистра. В его фильмах «Орфей» и «Завещание Орфея» угадываются тайные мотивы Приората Сиона, а сделанные им фрески в церквях Нотр-Дам де Франс в Лондоне и в часовне Святого Петра в Вильфранш-сюр-Мер содержат в себе зашифрованные секреты Приората. Некоторые его произведения были предположительно созданы по прямому заказу Приората Сиона. Кокто пользовался благосклонностью президента Франции генерала де Голля, который, как предполагается, также мог состоять в рядах Приората.

Жан Кокто оставался на посту Великого магистра вплоть до своей смерти, последовавшей в 1963 году. Когда Пьер Плантар де Сен-Клер в 1979 году беседовал с Бейджентом, Ли и Линкольном, он, Плантар, был генеральным секретарем Приората. Великим магистром он скорее всего стал 17 января 1981 года, а оставил этот пост, видимо, в 1984 году. Неизвестно, кто мог быть Великим магистром Приората в период между Кокто и Плантаром, хотя Бейджент, Ли и Линкольн в 1979 году получили информацию о том, что это мог быть влиятельный церковный деятель по имени Франсуа Дюко-Бурже, хотя последний неоднократно отрицал это.

Приорат сегодня

Когда в 1619 году Приорат Сиона был изгнан из Орлеана, он одновременно исчез и из истории. В следующий раз он заявил о себе лишь в 1956 году, когда был упомянут во французском «Журнал офисьяль» — еженедельном государственном бюллетене, в котором объявляют о своем создании различные общества и организации.[4] Приорат Сиона утверждает, что имел отношение ко многим историческим событиям, к которым, очевидно, проявлял особый интерес. Нет никакого сомнения в том, что одно французское тайное общество XVII века, «Общество Святого Причастия», вело скрытую, закулисную деятельность.

Бейджент, Ли и Линкольн провели ряд интервью с Пьером Плантаром, занимаясь сбором материалов для своих книг. Многие из них проходили в кабачке «Ля Типия» на рю де Ром в Париже. Ответы Плантара были загадочны и иногда противоречивы, как и большая часть информации, связанной с Приоратом Сиона. Например, он рассказал своим интервьюерам, что в октябре 1943 года был арестован и находился в застенках гестапо вплоть до февраля 1944 года по подозрению в связях с силами французского Сопротивления. Никаких документальных свидетельств этого обнаружено не было.

Интервьюерам удалось выяснить, что Плантар в годы Второй мировой войны издавал журнал под названием «Vaincre!» («Не сдаваться!»). Правда, вместо проблем французского Сопротивления он был полностью посвящен мифологии и всевозможным эзотерическим темам и являлся рупором монархической организации «Альфа Галата», цели и структура которой во многом напоминали цели и структуру Приората Сиона. Предположительно это была своего рода ширма, скрывавшая истинную деятельность Приората. В статьях журнала открыто поддерживалась политика вишистского правительства, а в первом же его номере была опубликована ода в честь маршала Анри Филиппа Петена. Однако следует помнить о том, что в те годы все французские издания подвергались строгой цензуре со стороны немцев, а Плантар позднее признался, что журнал был подпольным изданием Сопротивления, в котором публиковались зашифрованные послания, понятные лишь французским патриотам, боровшимся против нацистов. Поскольку Плантар тесно общался с генералом Шарлем де Голлем, а тот на дух не переносил коллаборационистов, то вполне вероятно, что поддержка вишистского правительства была лишь маскировкой.

Одной из целей общества «Альфа Галата» было создание Соединенных Штатов Европы, которые стали бы бастионом между США и Советским Союзом и одновременно отдельной сильной державой. До известной степени можно считать, что Приорат своей цели добился: теперь в Европе введена единая валюта и имеется свое собственное правительство — Совет Европы. Сегодня эмблема объединенной Европы похожа на ту эмблему, которую предлагал Приорат Сиона еще в 1940 году, — круг со звездами.

В Соединенных Штатах Америки подобная идея также вызвала живейший интерес. В 1950–1960-е годы на Европу хлынул мощный поток долларов, предоставленных американским правительством для «сдерживания красной угрозы», вместе с которой пришла и идея единой Европы. ЦРУ и Ватикан всегда поддерживали друг с другом тесные связи. Деньги ЦРУ щедро выделялись епископам и кардиналам, к числу которых относился и Джованни Монтини, будущий папа Павел VI, чьей обязанностью было финансировать политические движения, отвечавшие вышеназванным целям.

Неудача в Алжире

В 1957 году во Франции произошел кризис, вызванный войной за независимость в Алжире. Для защиты французских интересов в Алжире был сформирован Комитет общественного спасения (Comtes de Salut Public). Человеком, способным возглавить эту организацию, оказался Шарль де Голль. Те силы, которые оказали ему доверие, впоследствии приложили все усилия для того, чтобы сделать его президентом Франции. Поддержку оказали самые влиятельные лица, в числе которых был и маршал Альфонс Юэн, который, по слухам, мог быть членом Приората Сиона.

В 1958 году новоизбранное французское правительство заявило, что единственный способ преодолеть алжирский кризис — предоставить бывшей колонии независимость.

Комитет к тому времени стал влиятельной силой Франции. По всей стране говорили о том, что неминуем военный переворот. Правительство подало в отставку, и власть в стране взял в свои руки де Голль. Примерно в этот самый момент, похоже, возник серьезный конфликт между членами Комитета в Алжире, желавшими, чтобы Алжир оставался французским, и членами Комитета в метрополии, которым представлялось более важным дальнейшее продвижение де Голля к вершинам власти.

Сам де Голль оказался в сложном положении. Он достиг президентского поста при поддержке сил, отстаивавших колониальную политику Франции, и в то же время должен был сесть за стол переговоров с лидерами Алжира. Своими действия он вызвал крайнее недовольство французов, желавших сохранения колоний, и до конца своей жизни опасался покушений на свою жизнь со стороны реакционных группировок Франции, таких как ОАС, которые считали, что он предал национальные интересы.

Однако даже большую опасность представлял все тот же Комитет, оппозиционно настроенная часть которого вносила напряжение в политическую жизнь страны. Осуществление пропагандистских акций по их нейтрализации взял на себя Пьер Плантар де Сен-Клер, создавший центральный парижский комитет, целью которого было поглощение всех прочих комитетов.

«CIRCUIT»

Помимо вышеупомянутого журнала, Приорат Сиона выпускал и еще один. Он назывался «CIRCUIT». Это была аббревиатура французского названия «Chevalerie d’Institutions et Règles Catholiques, d’Union Indépendente et Traditionaliste» («Союз независимых рыцарей-католиков и традиционалистов»), Это было одно из названий самого Приората Сиона, назвавшегося таким образом в полиции при регистрации в 1956 году. Первые выпуски журнала содержали материалы на эзотерические темы, сходные с теми, что освещались на страницах «Vaincre!». В выпуске «CIRCUIT» от 1959 года Пьер Плантар упоминался как главный редактор журнала. В нем также сообщалось о том, что журнал является печатным органом организации под названием «Федерация французских сил». Однако никаких сведений об этой организации найти не удалось. Интересно отметить то, что в роли лица, ответственного за контакты с читателями, упоминалась первая жена Пьера Плантара — генерального секретаря Комитета общественного спасения Франции. Это позволяет нам сделать вывод, что Федерация французских сил была административным подразделением Комитета.

Помимо названных сходных эзотерических тем, которых касались статьи в «Vaincre!» и «CIRCUIT», печатались и статьи на темы вина, виноградарства и виноторговли. Они вполне могли носить замаскированный характер и относиться к вопросам генеалогии, поскольку в христианской культуре вино символизировало кровь, а виноградная лоза — династии. Поскольку Иисус называл себя виноградной лозой, то вполне резонно предположить, что такое специфическое использование данного символа содержит намек на его потомство.

«Истинное лицо» Пьера Плантара де Сен-Клера

Сегодня нам остается лишь гадать о том, продолжает ли Приорат Сиона существовать и сегодня, после того как Пьер Плантар де Сен-Клер перестал занимать пост Великого магистра. Бейдженту, Ли и Линкольну он рассказал, что сделал это в 1984 году по причине того, что внедрившийся в Приорат так называемый англо-американский контингент вознамерился повернуть вектор деятельности ордена в ином направлении. Другая причина его отставки, видимо, была связана с взрывоопасной информацией, которая в то время должна была появиться в книге «Скандалы Приората Сиона», написанной неким Корнелиусом. Бейджент, Ли и Линкольн получили брошюру, в которой сообщалось об этой книге. Из нее явствовало, что в «Скандалах» подробно описываются различные теневые финансовые сделки, к которым имели отношение Приорат Сиона, известный итальянский политик и американские банкиры. Кардинал Жан Данилу, бывший друг Жана Кокто, состоявший, вероятно, в знакомстве и с Пьером Плантаром, был в 1974 году найден мертвым, причем смерть его наступила при весьма загадочных обстоятельствах.

В книге Корнелиуса также сообщалось о том, что Данилу связывали с Приоратом некие финансовые отношения, а также высказывалось предположение о возможных связях Приората Сиона, итальянской мафии и масонской ложи «П2». (Подробнее о ложе «П2» рассказывается в главе десятой.) Корнелиус писал и о том, что через два года после избрания Плантара Великим магистром состоялась встреча некоего высокопоставленного члена Приората с Великим магистром ложи «П2» Личо Джелли в уже упоминавшемся парижском кабачке «Ля Типия». Однако, несмотря на то что брошюра, написанная Корнелиусом, была распространена довольно внушительным тиражом, ни одно из упомянутых в ней предположений не нашло документального подтверждения, и ее автора вполне могут привлечь к суду за клевету.

Хотя Пьер Плантар утверждал, что является наследником династии Меровингов и происходит от короля Дагоберта II, далеко не все верили этим заявлениям, полагая, что подобные заверения основываются на фальшивых документах. В документальном фильме телестудии Би-би-си «Наблюдаем за прошлым» было сказано о том, что его имя просто вставили в генеалогические таблицы, опубликованные в историческом журнале. Кое-кто утверждал, что Плантар — потомок жившего в XVI веке крестьянина и что он в 1964 году прибавил к своей фамилии аристократическую фамилию де Сен-Клер. Одно время ходили упорные слухи о том, что возрожденный из глубины веков Приорат Сиона был его собственным изобретением. Вполне естественно, что после того, как Плантар перестал быть Великим магистром, больше никто не претендовал на роль главы тайного ордена. По мнению Дэна Брауна, Приорат Сиона по-прежнему продолжает действовать во Франции, однако ряд лиц полагают, что он переместился в Барселону.

Очень трудно разглядеть истину за плотной дымовой завесой, окутывавшей Приорат Сиона в течение многих веков. Однако если принять во внимание связанные с ним важные события современности, то нет никаких причин верить в то, что наследники тамплиеров поспешно собрали вещи и бесследно скрылись. Есть гораздо больше оснований считать, что Приорат играет роль опекуна, стоящего за кулисами различных событий. Вполне возможно, что он может проявить себя в любое время в любой новой роли.

Куратору Лувра, найденному мертвым в начале романа «Код да Винчи», Дэн Браун дал имя Жак Соньер. В книге ни разу не упоминалось о каких-либо семейных связях между Жаком и Беранже Соньерами. Беранже вряд ли мог иметь сына по крайней мере на законном основании носящего его имя, — поскольку католический священник прихода Ренн-ле-Шато не имел права жениться.

Ренн-ле-Шато — деревушка, расположенная на горной вершине в 25 милях от города Каркасон на юге Франции. После того как 23 декабря 679 года был убит король Дагоберт II, его сыну Сигиберту IV пришлось бежать в Ренн-ле-Шато, где родилась его мать Жизель де Разе. В нескольких милях от деревушки возвышается гора Безу, на которой находятся развалины бывшей крепости ордена тамплиеров. Примерно в миле к востоку от Ренн-ле-Шато лежат руины замка Бланшфор, родного дома Бертрана де Бланшфора, четвертого Великого магистра ордена тамплиеров. Тамплиеров называли «монахами-воинами», которых папа Иннокентий II в папской булле 1139 года объявил своими личными подданными, не подвластными никаким королям или князьям. Тамплиеры на самом деле представляли собой своего рода автономную международную империю.

В 1891 году священник прихода Ренн-ле-Шато Беранже Соньер решил отремонтировать ветхое церковное строение. Церковь была воздвигнута в честь Марии Магдалины в 1059 году и стоит на том месте, где когда-то находилась вестготская часовня VI века.

После того как убрали алтарный камень, Соньер обнаружил, что одна из колонн, поддерживавших свод, пустотелая. В колонне он нашел четыре древних манускрипта, написанных на пергаменте и запечатанных в двух деревянных цилиндрах. Два манускрипта содержали генеалогические таблицы. Один из них датировался 1244 годом, другой — 1644-м.

Первый манускрипт Соньера

Второй манускрипт Соньера

Вторая пара документов была написана на латыни предшественником Соньера, аббатом Бигу, личным исповедником семьи Бланшфор, влиятельных землевладельцев, давно обитавших в тех местах. Эти манускрипты датировались примерно 1780 годом и представляли собой отрывки из Нового Завета, написанные на латыни. Однако в одном из них слова были написаны слитно, без пробелов. В отдельных местах слова имели лишние — и с первого взгляда совершенно безосновательно — буквы.

Во втором документе отдельные буквы располагались в строке выше других. Приводимая ниже расшифровка появилась во французских документах, в которых сообщается о Ренн-ле-Шато, в книге «Святая кровь, Священный Грааль» Майкла Бейджента, Ричарда Ли и Генри Линкольна и в документальных фильмах Би-би-си, снятых Линкольном на эту тему.

ПАСТУШКА. НЕТ ИСКУШЕНИЯ, ЧТО ПУССЕН, ТЕНИРС ОБЛАДАЮТ КЛЮЧОМ; МИР 681. БЛИЗ КРЕСТА И ЭТОЙ БОЖЬЕЙ КЛЯЧИ Я ЗАВЕРШАЮ (РАЗРУШАЮ) ЭТОГО ДЕМОНИЧЕСКОГО СТРАЖА В ПОЛДЕНЬ, СИНИЕ ЯБЛОКИ.

Более вразумительной оказалась вторая надпись, сделанная аналогичным образом:

ДАГОБЕРТУ II, КОРОЛЮ, И СИОНУ ПРИНАДЛЕЖИТ ЭТО СОКРОВИЩЕ, И ЗДЕСЬ ПОКОЯТСЯ ЕГО ОСТАНКИ.

Соньера найденные документы привели в полное недоумение, однако он понял, что обнаружил нечто очень важное. Свои находки он захватил с собой в Каркасон, чтобы показать их епископу города. С этого момента жизнь Соньера изменилась самым невероятным образом. Существует предположение, что он получил доступ к документам Приората Сиона, руководство которого доверило ему действовать от имени ордена.

Соньер получил приказание немедленно отправиться в Париж, где ему было велено встретиться с рядом влиятельных лиц из числа высшего католического духовенства. В столице Соньер пробыл три недели. Он показал манускрипты директору семинарии Сен-Сюльпис по имени Биель и его племяннику Эмилю Оффе, молодому, но уже авторитетному лингвисту, криптографу и палеографу. Оффе был также связан с парижскими оккультными кругами, в которые были вхожи такие выдающиеся лица, как литераторы Стефан Малларме и Морис Метерлинк и композитор Клод Дебюсси. В этих кругах также вращалась знаменитая оперная певица Эмма Кальве, с которой, по слухам, у Соньера завязался любовный роман или по меньшей мере очень близкая дружба. В Ренн-ле-Шато, на камне возле так называемого Фонтана влюбленных некогда можно было лицезреть надпись «Э. Кальве» рядом с изображением пронзенного стрелой сердца.

Во время пребывания в Париже Соньер приобрел репродукции трех картин, выставленных в залах Лувра. Среди них «Аркадских пастухов» Никола Пуссена, имя которого упоминалось в зашифрованных документах, обнаруженных в Ренн-ле-Шато. Две другие репродукции — копии картин, принадлежащих кисти Давида Тенирса, также упомянутого в этих документах, а также портрет папы Целестина V (Пьетро де Мороне), правившего в 1294 году.

Надгробие могилы Мари де Бланшфор на церковном кладбище в Ренн-ле-Шато. На нем отчетливо виден символ Приората — PS

Когда Соньер вернулся в Ренн-ле-Шато, то продолжил работу по перестройке церкви и обнаружил старинную усыпальницу, в которой якобы находились человеческие останки неизвестного происхождения. Он также обратил внимание на склеп Мари, маркизы д’Отполь де Бланшфор. Склеп был построен по чертежам аббата Антуана Бигу, а зашифрованная надпись на нем представляла собой анаграмму вышеприведенного шифра, в котором упоминались имена Пуссена и Тенирса. Соньер по неизвестной причине уничтожил эту надпись, не зная, что она неоднократно дублировалась во многих других местах. Позднее он взял за привычку совершать прогулки по окрестностям Ренн-ле-Шато в обществе своей домоправительницы Мари Денарно, собирая образцы минералов. Кроме того, Соньер вступил в переписку со многими незнакомыми людьми со всего мира и тратил на оплату почтовых услуг огромные денежные суммы.

Нет необходимости говорить о том, что для скромного кюре из сельской глубинки Франции такой образ жизни совершенно нетипичен. Соньеру были присущи и многие другие экстравагантные привычки. До сих пор в хорошем состоянии сохранилась мощеная дорога, которая ведет в гору, в направлении деревни. В те дни, столетие назад, местные жители прекрасно обходились простой грунтовой дорогой. Тем не менее Соньер оплатил строительство дороги, ведущей к деревне, а также башни, получившей название Башни Магдалины и возведенной на вершине горы. Вокруг одного из ее окон, высокого и узкого, кирпичи были выложены в форме лотарингского креста.

Башня Магдала

Был также построен и новый дом кюре Соньера — Вилла Бетания (Вифания), в котором он так никогда и не жил. Библейский Лазарь и его сестра Мария (существует мнение, что она и есть легендарная Магдалина) были родом из Вифании. Такое же название дал и Приорат своей «арке» в Ренн-ле-Шато.

Наиболее существенные изменения Соньер внес в убранство своей церкви, которая была украшена самым причудливым образом. Над входом в нее была сделана надпись: «УЖАСНО МЕСТО СИЕ».

Трейси Тваймен на страницах «Мести Дагоберта» объясняет это так:

«…это цитата из Книги Бытия, из того места, где говорится о том, как Иаков засыпает, положив под голову камень, и видит во сне лестницу, ведущую в небо, по которой поднимаются и спускаются вниз ангелы. Это, конечно же, тот самый Камень Судьбы, привезенный в Шотландию Иосифом Аримафейским, камень, на котором коронуются британские монархи даже в наши дни. Необходимо отметить, что под словами „Ужасно место сие“, точнее, „как страшно сие место!“, выгравирована заключительная часть фразы Иакова, приводимой в Книге Бытия: „…это не иное что, как дом Божий, это врата небесные“. Это никоим образом не является проклятием, а лишь замечанием о двойственной сути божественного».

Внутри церкви, прямо у порога Соньер установил статую демона Асмодея. Подобное меньше всего ожидаешь увидеть, входя в христианский храм. Традиционно Асмодей считается хранителем тайн, стражем потаенных сокровищ и, согласно иудейской традиции, строителем храма Соломона. Его также именуют «Разрушителем» и латинским словосочетанием «Rex Mundi», катарским названием, означающим «Царь Земной».

Статуя Асмодея в церкви Ренн-ле-Шато

В самой церкви на стенах размещались ярко раскрашенные сцены распятия Иисуса на кресте. На некоторых из них видны расхождения с каноном. Например, эпизод XIV изображает людей, несущих тело Христа к гробнице в ночное время при полной луне. Если верить Библии, это происходило всего через несколько часов после распятия. Однако дело может обстоять таким образом, что тело Христа выносят из гробницы, а не вносят, потому что на самом деле Спаситель был жив.

В разных местах в церкви можно увидеть парные статуи Христа, стоящие в нескольких футах друг от друга, причем одна из них обязательно слегка возвышается над другой. Они не идентичны. Обе указывают вверх, однако более высокая статуя, похоже, указывает на свод храма на стене над собой, где находится Розовый Крест. Та статуя, что пониже, окружена фигурками учеников. По всей видимости, это должно символизировать приоритет альтернативной христианской традиции над традицией ортодоксального христианства.

По другую сторону алтаря стоят статуи Марии и Иосифа, у каждого из них по младенцу Иисусу. Может быть, один из малышей — тот самый ученик Христа Фома Дидим, который считается его братом-близнецом? И слово «Фома», и слово «Дидим» означают «близнец».

Вдоль стены расположены статуи пяти святых, инициалы их имен, написанные латинскими буквами, составляют слово G.R.A.A.L. — святой Жермен (St. Germain), святой Рок (St. Roch), святой Антоний Падуанский (St. Anthony de Padue), святой Антоний Отшельник (St. Anthony the Hermit) и святой Лука (St. Luke). Они расставлены так, что образуют букву «М», предположительно означающую «Магдалина». Магдалина, как известно, — святая покровительница церкви в Ренн-ле-Шато, родоначальница семейства Грааля, легенда о котором играла столь важную роль для Приората Сиона.

Главным украшением интерьера церкви является Розовый Крест. В часовне повсюду можно увидеть fleur-de-lys — символ королевской лилии бывшего герба монархической Франции. Это также веское доказательство связи семейства Грааля и династии французских королей. В опубликованной в «Мести Дагоберта» статье Трейси Тваймен говорится, что «на стене церкви имелась хорошо заметная отметка, желтая полоса, вдавленная в фундамент, которая в те дни использовалась для того, чтобы показать, что в церкви похоронен кто-то из членов августейшей семьи».

Церковь в Ренн-ле-Шато

Однако даже после того, как церковь была отреставрирована, Соньер продолжал тратить деньги в огромных количествах. В Башне Магдалины он устроил богатейшую библиотеку. Построил оранжерею и зоологический сад, собрал бесценные коллекции фарфора, тканей и антиквариата. Для его прихожан устраивались роскошные банкеты, в гости к Соньеру приезжали важные гости. Самым примечательным из них был архиепископ Иоганн фон Габсбург, кузен Франца-Иосифа, императора Австро-Венгрии. Согласно некоторым банковским отчетам, архиепископ выплатил Соньеру весьма приличную сумму.

Число 22 очень часто встречалось в отреставрированной Беранже Соньером церкви. Несомненно, это был один из тайных кодов молодого кюре. На крышу Башни Магдалины ведут 22 ступеньки. Ее крышу обрамляют 22 зубца. Под Стеклянной башней имеется 22 ступеньки, по которым можно спуститься в недоступный для посетителей подвал. Два пролета из 11 ступенек ведут в сад. На тамплиерской и масонской эмблеме — череп со скрещенными костями, — помещенной над воротами церковного кладбища, у черепа 22 зуба. На надписях на здании церкви число намеренно сделанных ошибок составляет 22. Неизвестно, по какой именно причине, но в Старшем Аркане карт Таро насчитывается 22 карты. В мистическом ивритском алфавите букв тоже 22.

Хотя церковь смотрела на происходящее сквозь пальцы, тем не менее настал час, когда епископ Каркасона решил, что настала пора вмешаться. Он вызвал Соньера для дачи объяснений и обвинил его в симонии — так в Средние века называлась продажа и покупка церковных должностей или духовного сана. Фактически настоятель Ренн-ле-Шато был обвинен в незаконной, за деньги, службе литургий. Соньер решительно отказался признаваться в подобных грехах, и на этом основании епископ временно отстранил его от исполнения духовных обязанностей. Пастырь прихода Ренн-ле-Шато обратился с апелляцией в Ватикан и, получив положительный ответ, был восстановлен в сане.

Позднее, 17 января 1917 года, шестидесятипятилетнего Беранже Соньера внезапно поразил апоплексический удар. Интересна дата случившегося. В этот же день (но много лет назад) скончалась Мари, маркиза д’Отполь де Бланшфор, надпись на склепе которой Соньер уничтожил. В святцах этот день также считается праздником святого Сульпиция. Названная его именем парижская церковь (Сен-Сюльпис) неоднократно упоминается на страницах настоящей книги и романа «Код да Винчи».

Есть основания предполагать, что в 1916 году Соньер поступил каким-то образом вопреки указаниям Приората Сиона. Особую важность представляет тот факт, что всего за десять дней до смерти он появился перед прихожанами, находясь в бодром здравии. Однако именно в этот день его домоправительница Мари Денарно заказала ему гроб. Священник, причащавший Соньера, якобы «перестал улыбаться» и отказался соборовать его, как то обязывают ритуалы римско-католической церкви. Соньер скончался 22 января. Его обнаружили сидящим в кресле на террасе Башни Магдалины. Он был одет в парадную сутану с пришитыми к ней алыми кисточками. Так никем и не опознанные несколько человек из числа присутствовавших на похоронах приблизились к усопшему и сняли эти кисточки. Никто не мог понять смысла этой странной процедуры. К всеобщему изумлению, когда было зачитано завещание покойного, выяснилось, что Соньер отошел в мир иной практически без гроша в кармане. Незадолго до смерти он перечислил все свои деньги домоправительнице. Вполне вероятно, что она и раньше распоряжалась его финансами.

После Второй мировой войны французское правительство провело обмен денег, все граждане должны были обменять старые франки на новые. Происхождение больших сумм следовало подтверждать документально. Это позволяло проследить судьбу денег, накопленных и припрятанных коллаборационистами, нарушителями налоговых законов и прочими подозрительными лицами. Мари Денарно не стала отчитываться за свои наличные. Случайно нашлись свидетели того, как она сжигала целые охапки купюр в саду Виллы Бетания. В конце концов она продала дом месье Ноэлю Корбу и на вырученные деньги жила до конца дней своих. Перед смертью Мари Денарно пообещала открыть ему некую «великую тайну», которая сделает его богатым и «могущественным». К несчастью и великой досаде Корбу, 29 января 1953 года с Денарно, так же как и с Соньером, случился удар, послуживший причиной смерти.

Источник баснословного богатства Соньера

В связи с вышеизложенным на ум приходит вполне законный вопрос: как Соньеру удалось так фантастически разбогатеть? Деревня и окружающая ее местность были центром загадочной деятельности еще со времен кельтов, выбравших ее своим святилищем, и до тех дней, когда в XI веке сюда перебрались преследуемые крестоносцами катары. Среди жителей Ренн-ле-Шато постоянно ходили слухи о сокровищах, якобы закопанных где-то поблизости в те далекие века, причем особый акцент делался на катарах, владевших Святым Граалем. Имелись подозрения и на счет тамплиеров, которые якобы также спрятали где-то в деревне свои сокровища, и по инициативе Бертрана де Бланшфора были проведены раскопки.

Короли династии Меровингов в V–VIII веках правили большей частью современной Франции, и один из них, Дагоберт II, был женат на вестготской принцессе. Ренн-ле-Шато какое-то время был одним из главных мест обитания вестготов. Считалось, что вестготы накопили несметные богатства, совершая набеги на различные европейские государства; особенно отличились они при разграблении Рима в 410 году. Тем не менее происхождение сокровищ окутано тайной. Этой тайной объясняется и многое другое, в том числе и радушный прием, оказанный Соньеру со стороны парижской интеллигенции, и сильный интерес к церкви Ренн-ле-Шато. Это отчасти может объяснить и отказ священника соборовать Соньера, и причину приезда архиепископа Иоганна фон Габсбурга.[6] Однако сокровище, измеряемое лишь денежным эквивалентом, вряд ли способно объяснить зашифрованные надписи в манускриптах и на склепе маркизы д’Отпольде Бланшфор. Мари Денарно обмолвилась, что тайна, которую она унесла с собой в могилу, касается не только денег, но и некоего «могущества». Деньги, которые заплатил Соньеру Иоганн фон Габсбург, были явно из другого источника. В последние годы жизни Беранже Соньера Ватикан обходился с ним с большой осторожностью и деликатностью. Может быть, деньги поступали также из Ватикана, желавшего купить молчание священника прихода Ренн-ле-Шато?

Туман сгущается

Когда вышла в свет книга «Святая кровь, Священный Грааль», ее авторы получили письмо от удалившегося на покой бывшего священника англиканской церкви, утверждавшего, что он обладает «неоспоримыми доказательствами» того, что Иисус Христос не умер на кресте, а дожил до 45 года нашей эры. При встрече с писателями он сообщил им, что эти сведения получил от другого священника англиканской церкви, каноника Альфреда Лесли Лили. Всю свою жизнь Лили поддерживал отношения с Движением католического обновления, располагавшимся в парижской церкви Сен-Сюльпис, и находился в дружеских отношениях с Эмилем Оффе. Авторам казалось, что факт данного знакомства добавил достоверности вышеназванному заявлению.

Никола Пуссен, уже упоминавшийся французский живописец, также до известной степени был причастен к этой тайне. В 1656 году в Риме он встретился с аббатом Луи Фуке, братом Никола Фуке, суперинтенданта финансов французского короля Людовика XIV. После встречи аббат написал брату следующее:

«Мы обсудили с ним некоторые вопросы, которые я с легкостью смогу подробно объяснить тебе. Это даст тебе, благодаря любезности месье Пуссена, определенные преимущества, коих вряд ли смогли бы добиться от него даже особы королевской крови. По его словам, видимо, никто никогда не сможет заново открыть этой тайны в ближайшие столетия. Более того, познать ее очень трудно, поскольку в наши дни ничто на грешной земле не способно стать большим благом или даже сравниться с ним».

Объяснить истинный смысл этого загадочного послания невозможно, однако известно, что вскоре после получения этого письма Никола Фуке был осужден к пожизненному заключению в одиночной камере. Предполагается, что именно он стал прообразом знаменитого таинственного узника — «Человека в железной маске». Вся переписка между братьями была конфискована и передана Людовику XIV, который читал ее один, без свидетелей. После этого король, приложив немало усилий, приобрел картину Пуссена «Аркадские пастухи», которую спрятал в своих личных покоях в Версале.

«Аркадские пастухи» работы Никола Пуссена

Напомню, что репродукцию именно этой картины Беранже Соньер приобрел в Лувре во время своего приезда в Париж. На ней изображены стоящие на фоне старинного надгробия три пастуха и пастушка. Суровый пейзаж написан в типичном для Пуссена стиле. Хорошо различима надпись на могильной плите: «ЕТ IN ARCADIA EGO» («И я в Аркадии»). Долгое время считалось, что пейзаж — исключительно плод воображения художника. Однако в 1970-е годы было обнаружено, что точно такое же надгробие реально существует. Оно расположено в деревушке под названием Арк в шести милях от Ренн-ле-Шато и в трех милях от семейного особняка Бланшфоров. Точных свидетельств возраста гробницы не существует. Из деревенских архивов явствует, что земля, на которой она находится, принадлежала некоему американцу, в 1920-е годы вскрывшему ее. Гробница оказалась пуста. Американец умер в 1950-х годах и был похоронен в той самой гробнице вместе с женой. Это заставляет нас вспомнить надпись на гробнице, изображенной на картине Пуссена. Она представляется не совсем понятной, поскольку в ней отсутствует сказуемое. «Et in Arcadia ego» переводится как «И я в Аркадии». Однако анаграмма этой надписи «I TEGO ARCANA DEI» означает «BEGONE! I BEHOLD THE SECRETS OF GOD» («Прочь! Я стерегу Божьи секреты»). По всей видимости, мэр Ренн-ле-Шато был прав, когда сказал издателям журнала «Месть Дагоберта»: «Это место — центр вселенной».

Божественная геометрия

Дэн Браун вполне обоснованно подчеркивает в «Коде да Винчи» важность символа пентаграммы. В 1970-е годы Генри Линкольн обнаружил, что пять горных пиков, окружающих Ренн-ле-Шато, образуют почти безупречно правильную с точки зрения геометрии пентаграмму. Другие достопримечательности, такие как церкви и старинные особняки, расположенные по всей долине, в которой находится деревня, образуют множество пентаграмм и гексаграмм. Они сделаны в соответствии с размерами «мегалитического двора». Эти измерения использовались в доисторические времена, когда были воздвигнуты такие мегалитические сооружения, как Стоунхендж. Подобная геометрическая точность возникла явно не случайно. Исследования Линкольна, занимавшегося этими загадками, нашли отражение в двух его книгах — «Священное место» и «Ключ к божественному образцу», а также в документальных видеофильмах «Загадка: расследование тайн Ренн-ле-Шато вместе с Генри Линкольном» и «Путеводитель Генри Линкольна по Ренн-ле-Шато и долине Од» производства компании «Иллюминейтид уорд». В другой его книге, «Тайный остров тамплиеров», написанной в соавторстве с Эрлингом Хагансеном, рассказывается о подобных геометрических моделях, найденных на датском острове Борнхольм.

В интервью журналу «Месть Дагоберта» на вопрос о том, что он думает по поводу таких геометрических моделей, Генри Линкольн ответил, что в какой-то момент древней истории кто-то обратил внимание на пятиугольную форму, образуемую горными пиками, и решил считать ее священной. После этого наши далекие предки стали возводить вокруг нее сооружения, придавая им геометрическую точность. Далее Линкольн сказал следующее:

«Способность создавать сооружения с высокой степенью геометрической точности отнюдь не является чем-то запредельным для человеческого разума. Для этого стоит, например, посмотреть на гору Силбери — творение рук человека, или на египетские пирамиды. Вполне возможно, что реальные горные пики, которые образуют идеальный пятиугольник, могли быть облагорожены, хотя думаю, что уже в первоначальном своем естественном состоянии горы производили впечатление искусственно созданных. Однако все было именно так. Затем вокруг этих природных образований люди начали создавать геометрическую планировку. Возможно, тысячелетие спустя мы наконец пришли к тому более позднему периоду XII века, когда подобные геометрические фигуры появились на Балтике. Это было естественное продолжение того, что началось в Ренн-ле-Шато, а теперь перенеслось и на Борнхольм».

Фигура, образованная горными вершинами, окружающими Ренн-ле-Шато, представляет собой безупречной формы пентаграмму. Точно по такой же орбите проходит Венера раз в четыре года. Венера тесно связана с образом Магдалины, в честь которой возведена церковь в Ренн-ле-Шато.

В том же самом интервью Линкольн отказывает Приорату Сиона в роли надежного источника информации, доходя до дезавуирования обоснованности и полноценности тех сведений, что изложены им в книгах «Святая кровь, Священный Грааль» и «Мессианское наследие»: «Я ничего не знаю о Приорате Сиона. Все это чистой воды слухи и домыслы. Мы не знаем, существовал ли он в той форме, о которой говорил мсье Плантар, или нет. Мы располагаем лишь его голословными заявлениями… Я не знаю точно, что же стоит за Приоратом Сиона».

Линкольн утверждает, что единственное, что есть достоверного и надежного во всем этом деле, — географическая геометрия местности, окружающей Ренн-ле-Шато. Его подтолкнула к такому убеждению геометрия, зашифрованная в манускриптах, опекунами которых был Приорат Сиона.

Достаточно трудно обойти вниманием гипотезу о том, что существует связь между династией царя Давида и Меровингами. Свидетельств этой связи в истории слишком много, чтобы ее игнорировать. Приорат Сиона уверяет, что является тем самым звеном, связующим вместе эти факты. Более того, если судить по собственной литературе Приората, его тайны берут начало даже не в эпохе Иисуса Христа, а там, куда мы не догадывались заглянуть, — в эпохе, предшествовавшей Всемирному потопу. Именно к такому же выводу пришли и другие авторитетные исследователи загадки Ренн-ле-Шато.

Нельзя исключать и такой возможности, что Бейджент, Ли и Линкольн выступили в роли рупора Приората Сиона, когда писали свои книги «Святая кровь, Священный Грааль» и «Мессианское наследие». Сейчас, когда отношения между сторонами обострились, этот самый рупор внезапно изменил отношение к заказчику.

Как бы то ни было на самом деле, но Генри Линкольн дал еще одно интервью, после чего туман, окружающий эту загадку, сгустился еще больше. В передаче телеканала Эй-би-си «Прайм-тайм понедельника» Линкольн рассказал ведущей Элизабет Варгас нечто совершенно противоположное. Приведем расшифровку стенограммы его выступления.

Варгас: Так, значит, меровингская королева зачала от морского существа, рыбы, которая, по вашему мнению, символизирует Иисуса Христа. Следовательно, Меровинги могли быть потомками династии Иисуса.

Линкольн: М-м-м…

Варгас: …и эта династия представляла собой угрозу для церковных ортодоксов…

Линкольн: М-м-м…

Варгас: …и поэтому Приорат Сиона был создан для защиты наследников этой династии, династии Меровингов.

Линкольн: Замечательно. Очень хорошо. Вы все прекрасно поняли.

Совершенно очевидно, что таинственную суть Ренн-ле-Шато не может игнорировать даже такой закоренелый скептик, как Линкольн.

Помимо того, что Константин первым принес христианство в Рим, он также был и первосвященником государственной религии — культа Сол Инвиктус (Непобедимое Солнце), который, как пишет в «Коде да Винчи» Дэн Браун, состоял в обожествлении солнца. В то время в Риме существовал еще один популярный культ — культ Митры. Он также предусматривал бессмертие души, Судный день и воскрешение из мертвых. И Сол Инвиктус, и культ Митры подобно христианству признавали лишь одного бога. Культ Сол Инвиктус возник в Сирии и проник на земли Рима за сто лет до эпохи Константина. Константин Великий увидел прекрасную возможность соединить все три религии и добиться политического и религиозного единства, которое было жизненно необходимо для укрепления его власти. К счастью, и культ Митры, и Сол Инвиктус, и христианство были во многом очень схожи.

Константин жил в то время, когда политический успех во многом зависел от прилюдных проявлений набожности. Так что помимо несомненной симпатии к христианам император, благосклонно относясь к последователям Иисуса, руководствовался и прагматическими мотивами. Число христиан в Риме неуклонно росло, и Константин видел в них надежную опору для борьбы с посягательствами на трон со стороны своего соперника и одновременно родственника Максенция. Когда Константин в 312 году одержал над ним победу в битве у Мульвиева моста возле Рима, проблема была окончательно решена. Как утверждал церковный писатель IV века епископ Евсевий Кесарийский, незадолго до битвы Константина посетило видение. Он увидел огненный крест и слова «Сим победиши!». После этого он якобы приказал начертать на щитах своих воинов греческую монограмму «Хи-Ро» (инициалы Иисуса Христа). Это видение было признано вещим — символом победы христианства над язычеством. Константин стал императором Западной римской империи, а Лициний — Восточной.

Первым делом Константин потребовал принести ему гвозди, которыми был прибит к кресту Иисус, и один из них повелел прикрепить к императорской короне. Вскоре после победы над Максенцием он Миланским эдиктом 313 года закрепил равенство христианства с другими религиями. Затем Константин отвоевал у Лициния принадлежавшие тому земли и окончательно разгромил его. Столицей, значительно расширившей пределы империи, он избрал Византий, который в 330 году переименовал в Константинополь (ныне Стамбул). В 313 году Константин даровал епископу Рима Латеранский дворец, в котором был построен новый собор — базилика Константина — ныне Базилика Сан-Джованни-ин-Латерано, — где папа Сильвестр I крестил его самого.

С этого момента и далее христианство получило официальный статус. Вопреки сложившимся традициям Константин сделал папой своего приближенного Сильвестра, чем положил начало практике назначения императорами пап. Тем самым было покончено и с преследованиями христиан. Теперь они могли жить, ни от кого не скрываясь и свободно исповедуя свое вероучение. Однако многим показалось, что такая роскошная жизнь идет вразрез с учением Христа и даже унижает вечных страдальцев, а церковь христианская свернула с пути истинного. Некоторые христиане посчитали, что их принесли в жертву политическим амбициям Константина. Как будто специально для того, чтобы подтвердить их сомнения, император закрепил свой сакральный статус, официально объявив, что его крестным отцом является христианский Бог. Соединив христианство, культы Сол Инвиктус и Митры, а также некоторые элементы религий Сирии и Персии, Константин действительно создал универсальную («католическую») религию — своего рода гибрид.

Видение, которое снизошло на него, случилось на самом деле в языческом храме, храме Сол Инвиктус. Константин стал последователем культа Непобедимого Солнца незадолго до этого. После победы у Мульвиева моста в Риме была воздвигнута триумфальная арка. Она стала символом того, что победа была достигнута благодаря Божественному вмешательству, причем имелся в виду не христианский Бог, а Сол Инвиктус.

Как утверждает историк и церковный писатель Евсевий Кесарийский, Памфил, так называемые деспосины, предполагаемые наследники Иисуса, в 318 году отправились к папе Сильвестру I. Они высказали пожелание получить некоторые епархии и заявили, что Церковь Девы должна именоваться Церковью деспосинов в Иерусалиме и что римская церковь должна и далее оказывать ей финансовую поддержку. Сильвестр отверг их требования, ответив, что спасение было уделом Константина, а не Иисуса Христа. Такой холодный прием стал причиной того, что дальнейшие контакты между бывшими назареями и римской церковью, следовавшей в ту пору павликианской традиции, навсегда прекратились.

В 321 году Константин объявил о том, что суды более не должны закрываться в день еврейской субботы, и перенес выходной на «почтенный день солнца» — воскресенье. Христианский выходной день также был перенесен с субботы на воскресенье, чем увеличил разрыв между иудаизмом и христианством. Кроме того, рождение Христа праздновалось до этого времени 6 января. Эту дату в некоторых странах Европы до сих пор почитают как «день Короля». Однако вместо этой традиционной даты христианство приняло в качестве дня рождения Христа 25 декабря, праздник приверженцев культов Сол Инвиктус и Митры. В этот день праздновалось возрождение солнца, когда световой день начинал увеличиваться и усиливалось воздействие светила на окружающий мир. Таким образом, праздник стал общим для верующих самых разных сект. Не следует забывать о том, что у вышеназванных культов было много общего, например, культ Митры объединяла с христианством вера в жизнь после смерти и бессмертие души. Было выгодно объединить в единое целое культ Иисуса Христа и культ Сол Инвиктус, тем более что по всей империи начали возводиться христианские храмы. Повсюду создавались многочисленные статуи Непобедимого Солнца, в образе которого угадывались черты императора Константина. Возвеличивая себя, Константин в значительной степени принижал статус Иисуса.

Итак, дата Рождества была установлена. Дата празднования Пасхи была определена позднее, на Никейском соборе 325 года. Большинством голосов присутствующих было решено считать днем Пасхи первое воскресенье после полнолуния, следующего за днем северного весеннего равноденствия (21 марта). Определить точную календарную дату не удалось. Христианский праздник заменил старый языческий праздник, носивший имя Эстры, богини весны. Кстати, от этого имени и произошло название женского гормона эстрогена.

Никейский собор был первым экуменическим собором христианской церкви, который состоялся в Никее (ныне турецкий город Изник). Дэн Браун оставляет без внимания главную причину созыва собора: решение вопроса о ересях, возникших в среде ариан — христиан, последователей александрийского пресвитера Ария, отрицавших божественное происхождение Иисуса Христа. Собор решил — в очередной раз голосованием, — что Иисус был Богом, а не человеком. Этот вопрос имел для Константина огромную важность, потому что Иисус Христос в роли Бога мог непосредственно ассоциироваться с Непобедимым Солнцем. При таком положении вещей, случись кому-то задать щекотливый вопрос о его происхождении, Христос считался бы смертным человеком, олицетворяющим Непобедимое Солнце. Папа Сильвестр сам на собор не поехал, отправив туда своих представителей. Константин лично выслал Ария за пределы империи, подчеркнув таким образом свою значимость в решении церковных вопросов.

Христиане так называемого павликианского толка продолжали ожидать Второго пришествия мессии, и Константину следовало найти с ними общий язык и по возможности привлечь на свою сторону. Делая упор на том факте, что Иисусу не удалось выполнить свою миссию по изгнанию римлян из Иерусалима, Константин начал сеять семена сомнения и утверждать, что Иисус никогда не был мессией. Он заявил, что он, Константин, а не Христос ввел христианство в империи. Следовательно, разве не он является мессией? Христиан, продолжавших верить в то, что мессией был Иисус Христос, стали объявлять еретиками.

Следует понимать, что Иисус, будучи правоверным евреем, несомненно, отверг бы саму идею создания новой религии, отличной от иудаизма, и посчитал бы ее ересью. Как мы увидим в седьмой главе, повествующей о правде и вымысле в истории Иисуса Христа, примерно через 25 лет после смерти Христа в христианской церкви произошел раскол между сторонниками Иакова, брата Иисуса, и святым Павлом.

Для сохранения существующего положения вещей Константин приказал уничтожить все документы, противоречащие новой религии, включая все писания авторов-язычников, повествующие об Иисусе Христе, и даже работы христианских церковных писателей, которым недоставало «предвидения» того, каким образом следует переписывать историю. Приказание было исполнено с надлежащим рвением, и почти все христианские документы, особенно те, что хранились в Риме, бесследно исчезли и были заменены новыми. В 331 году Константин охотно воспользовался представившейся возможностью обелить историю и повелел создать новые варианты Нового Завета. Авторы были вольны сказать все, что их христианские повелители сочтут нужным.

Это привело к тому, что Новый Завет, который мы имеем сегодня, был переписан в IV веке в угоду политической конъюнктуре тех лет, в угоду тогдашним амбициям Константина Великого. Подобное было равносильно тому, как если бы президент США в угоду требованиям дня отдал приказание заново переписать всего Шекспира.

Но на этом Константин не остановился. Ожидание мессии — важный элемент иудаизма, а обожествление монарха типично и для других цивилизаций — и Древнего Египта, и Древнего Рима. Царь и бог в одном лице обладал силами целителя, способного излечить мир от всех его недугов и страданий. Это относится, разумеется, не только к привычному для нас образу Иисуса Христа, но также и к образу королей династии Меровингов. Однако для Константина христианский Бог был не более чем еще одним возможным образом Непобедимого Солнца. Роль, которую он примеривал для себя, — роль мессии. Император считал, что Иисус попытался — правда, тщетно — стать тем, что от него ожидали: личностью, которая одновременно была воином, духовным наставником, объединителем земель, политики и религии. Иными словами, фигурой, подобной ему, Константину Великому. Он решил, что способен справиться с этой ролью. Удивительно, но римская церковь не стала возражать против такого решения. По всей вероятности, ей было известно о том, что мать императора, Елена, британская принцесса Элейн, дочь короля Кела II, происходила из Аримафейской династии и имела непосредственное отношение к роду Грааля. Таким образом Константин мог оправдать свое высокородное происхождение через родственные связи с потомками Христа. Кроме того, церковь была готова признать, что цель мессии состояла не в роли доброго спасителя человечества, а в роли могущественного, сильного, воинственного предводителя, признанного вождя нации. Отныне основателем христианства признавался не Иисус Христос, живший в I веке, а император Константин Великий из IV века. Уже упоминавшийся на этих страницах историк Евсевий был убежден в квазибожественном происхождении Константина и считал его тринадцатым апостолом.

Тем не менее эта дымовая завеса не идет ни в какое сравнение с так называемой «Дарственной Константина» и последствиями, которые тот оказал на любого из нас, живущих в западном мире, будь вы христианин или нет.

Константин принял крещение в 337 году, незадолго до смерти. Он хотел, чтобы его крестили в водах реки Иордан, однако обстоятельства не позволили исполнить это желание. Для обряда посвящения в христианскую веру он снял свои багряные императорские одежды и облачился в белые одежды неофита.

После того как Константин был провозглашен императором Священной Римской империи, он стал властелином практически всего мира в полном смысле этого слова. В VIII веке на свет появился документ якобы четырехсотлетней давности, получивший название «Дарственная Константина». Кажется достаточно странным, что документ не был обнаружен раньше. Его цель состояла в том, чтобы подтвердить тот факт, что папа является наместником Бога на земле. Однако одним только этим дело не ограничилось.

Римская церковь заявила, что документ был написан в IV веке, предположительно еще до смерти Константина Великого, в 337 году, в знак благодарности папе Сильвестру за то, что тот излечил императора от проказы. В знак величайшей признательности Константин передавал всю полноту власти в Священной Римской империи католической церкви, в том числе и право выбирать монархов и лишать их власти.

Римская церковь незамедлительно принялась за дело и довела его до логического конца, сделав Пипина первым королем Франции. Именно тогда Меровинги были сначала отстранены от власти и заменены майордомами, находившимися от них в вассальной зависимости. Церковь предложила поддержку своим марионеткам, королям династии Каролингов. Вряд ли можно усомниться в том, что Меровинги с подозрением восприняли документ, приписываемый Константину Великому. Однако Константин имел общих с ними предков, и им лишь оставалось удивляться идиотизму его решения, лишавшего Меровингов векового кровного права на верховную власть. Не исключено, что Константин отписал главе церкви и свои императорские регалии и одежды, однако папа, как истинный джентльмен, великодушно отказался принять их.

Вот таким образом церковь узурпировала власть законной королевской династии. С точки зрения окружающих, Константин был вправе разрешить это, если подобное положение дел устраивало его.

Могущество римской церкви стало усиливаться с фантастической скоростью. Все европейские монархи восходили на трон лишь после коронации, устраиваемой высшими иерархами церкви. Все законы, принимаемые в монархиях, создавались с учетом положений «Дарственной Константина». Власть церкви, таким образом, становилась абсолютной.

Проблема, однако, заключалась в том, что «Дарственная Константина» была фальшивкой и церковь никогда не имела законного права на такую огромную власть над обществом. Это давно не является секретом, потому что в эпоху Возрождения гуманист Лоренцо Валла исследовал пресловутый документ на предмет его подлинности. Он обнаружил, что ссылки на Новый Завет, фигурирующие в тексте завещания императора Константина, взяты из Вульгаты — латинского перевода Библии, — появившейся значительно позже. Этот вариант был создан святым Иеронимом, который родился лишь через двадцать лет после того, как император Константин предположительно подписал документ.

Более того, разновидность латыни, на которой он был написан — испорченная латынь! — вошла в обиход лишь в VIII веке. В IV веке в ходу была латынь классическая. Кроме того, церемонии, упоминаемые в «Дарственной Константина», просто не существовали. Однако это не помешало предположительно величайшей фальшивке в истории человечества находить применение и по настоящее время.

Церковь в Средние века не упустила возможности подкрепить свое могущество, опираясь на эту ложь. В послании папы Григория IX императору Фридриху II говорится:

«…что будучи викарием князя апостолов (римского папы), властвовал над империей, духовенством и душами всего мира, так что ему надлежит властвовать и над вещами и телами во всем мире, принимая во внимание то, что будет править земными делами, руководствуясь браздами справедливости, он, которому — как известно — Господь доверил власть на земле над делами духовными. Император Константин смирил себя клятвой и передал империю под вечную опеку римского понтифика со всеми имперскими регалиями с городом Римом и римским княжеством…»

Несмотря на то что в Британии при коронации монархов пользовались положениями «Дарственной Константина», архиепископы англиканской церкви проводили эту церемонию неправильно. Когда Генрих VIII, возжелавший связать себя узами нового брака, порвал с римской церковью, он тем не менее сохранил право архиепископов на коронацию монархов и тем самым увековечил фальшивку, поскольку британские короли короновались в соответствии с ней. Как следует из родословной Эдуарда IV, о которой рассказывалось в главе третьей, ни один из Тюдоров не имеет права даже мечтать о том, чтобы хотя бы украдкой взглянуть на королевский трон.

Если мы доведем дело до логического конца, то можем смело заявить следующее: последствия фальшивки поистине огромны, потому что все законы, которые были приняты в Британии и ратифицированы монархами, неправильно коронованными архиепископами на основе «Дарственной Константина», являются юридически неправомочными.

Когда кельты пришли в Западную Европу, преодолев Альпы и просторы Центральной Европы, они не только принесли с собой умение пользоваться железом, но также и привели прирученных лошадей. У них была традиция бросать в считавшееся волшебным озеро меч (которому они приписывали и магические свойства) и драгоценности. Когда король Артур уже лежал при смерти, один из его приближенных бросил в соответствии с кельтским обычаем в озеро его меч, так называемый Экскалибур. Кельты верили в то, что озера являлись входом в подземный мир, Царство Мертвых, находившееся, по их убеждению, в центре земли. Король Артур предположительно умер на острове Аваллон. Не совсем ясно, где именно находился этот остров. Одни утверждают, что близ южного побережья Англии, в Майклз-Монт, другие — что в Монт Сен-Мишель рядом с побережьем Франции. Это могут быть также и окрестности Гластонбери, потому что, как гласит древняя легенда, Артур был похоронен именно здесь. Название «Аваллон» ассоциируется с яблоками, а Экскалибур якобы был выкован в Гластонбери.

Экскалибур надежно служил королю Артуру, им можно было насмерть поразить любого врага. Сам Артур стал королем только потому, что смог вытащить Экскалибур из камня, в который он был вонзен. Существует и другая легенда, аллегорически повествующая о том, что Артур умел извлечь железо из камня, потому что древние кельты обладали этим умением.

Помимо заколдованных мечей, существовало немало древних традиций, связанных с волшебными сосудами, такими как знаменитый Рог Изобилия — якобы являвшийся неиссякаемым источником пищи и благоденствия. Такое понятие, должно быть, особенно импонировало народу, жившему в суровые времена, когда частыми были голод и лишения. Волшебными свойствами наделялись многие сосуды — чаши, кувшины, бокалы и кубки. Следовательно, и Грааль был сосудом, символизирующим насыщение и спасение.

Согласно кельтским легендам, король Артур и его дружинники занимались поисками магического кубка. Лишь в Средние века этот сюжет переместился из языческих времен в более позднюю эпоху и обрел христианскую форму. Артур был любимым в народе королем, который единственный смог дать отпор скоттам, вторгшимся в кельтские земли после ухода в V веке римлян. С ним также связывалось наступившее впоследствии мирное благоденствие. В это время в Англии началось упрочение позиций христианства, все еще испытывавшего сильное влияние язычества. Легенды того времени несут на себе явный отпечаток и христианства, и язычества.

Кельты обожествляли природу и верили в то, что между ней и людьми существует некая духовная связь. Окружающий мир, по их мнению, населяли феи и эльфы, которые могли предсказывать людям судьбу. Добро вознаграждалось, зло наказывалось. Существовала вера в то, что воины воскреснут после того, как наступит Судный день, если, конечно, им не отрубили в бою голову; кстати, кельты обезглавливали пленных.

Один из наиболее известных христианских ритуалов — причастие, при котором верующему предлагается вино, символизирующее кровь Христову. В основе легенды в варианте артурианского цикла лежит история о римском воине Лонгине, который копьем пронзил бок распятого на кресте Иисуса, чтобы удостовериться в том, что тот мертв. Иосиф Аримафейский собрал кровь Иисуса в ту самую чашу, из которой Спаситель пил во время Тайной вечери. Именно эту чашу и считают Святым Граалем. Затем тело Христово было перенесено в семейный склеп Иосифа Аримафейского. По возвращении в 1274 году английских рыцарей из Палестины в Англию, после фактического провала крестового похода, организованного Эдуардом I, моральный дух сынов Альбиона нуждался в серьезной поддержке. Рыцари короля Артура описывались в легендах как простые воины, отправившиеся на поиски благого дела. Поиск Святого Грааля идеально соответствовал этому благому делу.

Поскольку Иосиф Аримафейский был последователем Христа, то вскоре после казни Иисуса на кресте римляне арестовали Иосифа и поместили в темницу. Предполагается, что он сохранил священную чашу и брал ее с собой в путешествие в Рим и Южную Францию, где какое-то время жил вместе с Марией Магдалиной и некоторыми другим учениками Иисуса на землях современной провинции Лангедок. Считается, что он (возможно, вместе с самим Христом) впоследствии перебрался в Англию, где прожил остаток своих дней в южноанглийском городе Гластонбери. Первая христианская церковь в Англии была построена именно там, где сегодня можно увидеть развалины старинного монастыря и где, по всей видимости, когда-то хранился Святой Грааль. Затем Грааль был потерян, и с этого момента король Артур и его рыцари отправились на его поиски.

Поиски, очевидно, начались в районе озера (где Артур намеревался проникнуть в подземное царство) неподалеку от Камелота, если, конечно, этот самый Камелот существовал на самом деле. Сначала Артура не пустили туда, однако затем ему удалось уговорить призраков и демонов, охранявших вход. После этого он смог забрать у них волшебный кубок. Если Грааль на самом деле существовал, то он оказался в обиталище короля Артура, являвшем собой несколько жалких деревянных хижин, которым очень недоставало дворцовой роскоши воспроизведенной в Голливуде киноверсии. Вероятнее всего, оно располагалось в горной крепости в Кэдбери, в Сомерсете, на юге Англии, где обнаружены следы древнего поселения V века. Интерес к приключениям Артура возник не раньше XI века, через пятьсот лет после смерти легендарного короля. Жизнь и подвиги Артура и его рыцарей идеально соответствовали понятию рыцарской доблести и чести при создании воображаемых картин бесклассового утопического общества. Это был век праведности, при котором вполне искренне верили в общение с миром сверхъестественного. Король Артур и его рыцари служили напоминанием о Христе и его учениках. Однако Артуров двор был расколот любовью, которой Ланселот воспылал к жене короля Гиневре. Она была осуждена на смерть, а Ланселот изгнан. Мучимый угрызениями совести, он удалился в монастырь, где провел остаток дней.

В Средние века религия во многом определяла жизнь людей, именно тогда началась эпоха массового паломничества к святым местам. До сих пор сохранилась традиция паломничества в Сантьяго-де-Компостелла, когда на пути к конечной цели паломники посещают множество небольших церквей, сохранившихся с давних времен. Примерно в 1200-х годах католическая церковь приняла идею Пресуществления — превращения вина в кровь Христову. Примерно в это же время Кретьен де Труа написал свои сказания о Граале, создав из языческой истории христианский сюжет.

Далеко не всех устраивало то, какой путь далее избрала для себя католическая церковь. Катары, отстаивавшие идеалы скромной и праведной жизни, отвергали пышную роскошь, характерную для тогдашней церковной жизни. С типичной для Дэна Брауна любовью к кодам и анаграммам они предпочитали ассоциировать свою церковь со словом AMOR (Любовь), а не со словом ROMA (Рим). Папа объявил катарам настоящую войну, и его крестоносцы осадили оплот катарской веры — крепость Монсегюр на юге Франции, где, как предполагалось, катары вместе с другими своими сокровищами хранили Грааль, хотя оснований для его нахождения там не имелось. Катарам удалось перепрятать сокровища еще до осады крепости, завершившейся тем, что большинство ее защитников были живьем сожжены на костре.

Предполагается, что Святой Грааль более трехсот лет находился в Италии, пребывая какое-то время под защитой монаха — святого Лаврентия, дьякона одной из церквей Рима. По его приказу в конце III века Святой Грааль якобы был перевезен двумя испанскими легионерами в его родной город Уэска в испанских Пиренеях. Монаха же постиг драматический конец — он был заживо изжарен на решетке через несколько дней после того, как казнили его покровителя папу Сикста III. До 711 года Грааль хранился в церкви Сан-Педро эль Вьехо. В монастыре, построенном в романском стиле, есть несколько скульптурных изображений Грааля, в том числе скульптура ангела, подающего кубок Иисусу.

Вольфрам фон Эшенбах, скончавшийся в 1230 году, по праву причисляется к выдающимся средневековым немецким поэтам-миннезингерам. Одна из его главных работ — роман «Парцифаль», положенный в основу одноименной оперы Рихарда Вагнера. Источником для «Парцифаля» послужили произведения Кретьена де Труа, а также, по словам фон Эшенбаха, — творения Койта Прованского. Койт Прованский, в свою очередь, черпал материалы для своих сказаний в Испании, в Толедо, тогдашнем центре литературы и науки, где обитало много арабских и еврейских мистиков и философов. Согласно Вольфраму фон Эшенбаху, Святой Грааль был волшебным камнем, подобным мифическому рогу изобилия, неиссякаемому источнику пищи и вечной молодости.

Альфонсо I, король Арагона и Наварры, часто бывал в Сан-Педро эль Вьехо в Уэске. Он приезжал туда для молитв и размышлений. Имя Альфонсо сходно с латинским именем Анфортус и тесно связано с героем сказаний о Граале королем Анфортусом. Таким образом, вполне вероятно, что Альфонсо мог послужить прообразом короля Грааля. В конце жизни он удалился в тот же монастырь Сан-Педро эль Вьехо, где получил ранение, приведшее к фатальному исходу. Подобным образом, как и в легенде о Граале. Король Грааля Анфортус ожидал в замке Парцифаля, чтобы тот исцелил его раны, однако это было за много лет до того, как Парцифаль добрался до замка Анфортуса. Похоже, что прообразом Парцифаля был кузен Альфонсо I, испанский граф Перке де Валь (1100–1144 гг.).

Широко распространено мнение, что хранителями Грааля были тамплиеры. Замок Грааля, как гласит легенда, можно было увидеть только в состоянии славы и величия, во всех остальных случаях он оставался незрим для окружающих.

На земле Испании был только один замок, подходивший под подобное определение, — монастырь Сан-Хуан де ла Пенья. Согласно легендам, он был построен на священном месте, давшем начало испанской провинции Арагон. Якорь, изображенный на гербе Парцифаля, можно увидеть в погребальных нишах внушительных размеров монастырского двора. В Средние века Грааль то и дело приходилось перевозить с места на место по причине частых набегов мавров. Монастырь Сан-Хуан де ла Пенья был одним из нескольких мест, где обычно хранился Грааль, и именно из него эта реликвия была перевезена туда, где находится и по сей день. Во вступительной части Королевского реестра, хранящегося в библиотеке Барселоны, рассказывается об укрепленном монастыре и о даре, который был ему сделан. Назывался этот дар наполовину по-испански, наполовину по-латыни — calice lapideum (каменная чаша). Ранее он якобы хранился в часовне монастыря Сан-Хуан де ла Пенья. Хранился Грааль либо в склепе, высеченном в толще камня, либо на алтаре. Эта часовня — та самая комната, именовавшаяся часовней внутри храма, которую искал Парцифаль. Существует легенда о том, что, когда Парцифаль оказался в монастыре, он увидел торжественную процессию — Дева Грааля несла священную чашу Королю Грааля. Сопровождавший ее сзади оруженосец нес копье, которым Лонгин пронзил бок Христа. С кончика копья чудесным образом продолжали капать капли крови. За ними следовала женщина, которая несла блюдо с головой Иоанна Крестителя.

Наверняка кому-то из читателей вспомнилась книга Тревора Рейвенскрофта «Копье судьбы», написанная в форме исторического романа о том, как Гитлер пришел к власти благодаря вере в чудодейственные силы копья Лонгина. Сюжетообразующий элемент романа — допущение, что Лонгин, пронзивший копьем бок Иисуса Христа, на какой-то краткий миг взял в свои руки будущее всего мира. Известно, что Карл Великий брал это копье, отправляясь на поля сражений, как талисман, как оружие, неизменно приносящее удачу. Как бы то ни было, к изложенной в романе Рейвенскрофта гипотезе следует относиться скептически.

Последнее местонахождение Святого Грааля — мы можем видеть его там и сегодня — боковая часовня собора в Валенсии. Хотя церковь никогда официально не признавала Грааль священной реликвией, его считают чашей, которую Христос благословил во время Тайной вечери и которой пользовались понтифики до тех пор, пока святой Лаврентий не перевез ее в Испанию. Сейчас легендарная чаша хранится за пуленепробиваемым стеклом. Король Наварры привез чашу в Валенсийский собор 18 марта 1437 года, и она с тех пор редко покидала его стены. Фактически ее увозили лишь два раза на короткое время — во время войны Испании за независимость, когда испанцы сражались с войсками наполеоновской Франции, и в XX веке, в годы Гражданской войны.

Отлитая из чистого золота нижняя часть чаши украшена 28 жемчужинами, двумя красными драгоценными камнями и двумя изумрудами. Высота ее основания — 5,5 сантиметра, диаметр — 9,5 сантиметра. Ее размеры, включая дно, — 17 на 14,5 сантиметра. Известный археолог Антонио Бельтран утверждает, что Грааль в нынешнем его виде был изготовлен в стенах монастыря Сан-Хуан де ла Пенья неизвестным мастером из Византии. Верхняя часть чаши выдает ее ближневосточное происхождение — она была изготовлена либо в Александрии, либо в Антиохии. Бельтран убежден, что время изготовления чаши — конец последнего столетия до нашей эры — первая половина I века нашей эры. Именно этот период и является временем жизни Иисуса Христа.

По мнению Бельтрана, каменное дно чаши и есть легендарный Грааль. На ней нанесена надпись на арабском, которую до сих пор никто не смог точно перевести. Имеются самые разные версии, в том числе и такие: «Ему, дарующему величие», «Слава Марии», «Милосерднейшему» (именно так обращаются к Аллаху арабы) и «Процветающий». Согласно легендам, время от времени на чаше появляется надпись «LAPIS EXCILLIS».

Мы скорее всего никогда и не узнаем истинную суть Святого Грааля. Однако этот небольшой изящный предмет, судя по всему, действительно был той самой чашей, которой две тысячи лет назад пользовался Иисус Христос и которая стала основой многочисленных мифов и романтических сказаний, созданных западной цивилизацией. Святой Грааль продолжает оставаться для нас вечной загадкой. Он является частью мировой культуры, и само понятие «Святой Грааль» означает нечто такое, что человечество постоянно и безуспешно пытается постичь. Поиски Святого Грааля означают не намерение найти некий материальный предмет, а стремление к установлению вечно ускользающей истины, неустанного духовного обновления.

Папа Иоанн Павел II, целующий легендарную чашу. 8 ноября 1982 г.

При посещении интернет-сайта «Опус Деи» (www.opusdei.org) вы наверняка представите себе католических священников, которые ухмыляются от уха до уха при мысли о том, насколько хорошо они делают свое дело. Ничего страшного, если вам покажется, будто вы находитесь в поездке по киберпространству, организуемой воскресной школой, которая никоим образом не связана с жутковатой тайной организацией, которую описал в своем романе Дэн Браун. «Опус Деи» на латыни означает «Дело Божье». Девиз этой организации — «Ищите Бога в работе и повседневной жизни». Она контролирует радио Ватикана и владеет крупной недвижимостью и промышленными предприятиями почти повсеместно в западном мире.

Полное название «Опус Деи» — «Прелатура Святого Креста и Божьего Дела». Она была создана в Испании в 1928 году и в настоящее время является весьма могущественной организацией. (Кстати, именно в Испании возникли многие религиозные ордена агрессивного толка, например, иезуиты и доминиканский орден.) Отчасти это объясняется тем, что здесь долго велась борьба против фашизма и географически сама страна стала оплотом антифашистских сил на пути его распространения.

Хотя официально «Опус Деи» является частью католической церкви, эта организация имеет отличительные черты самой настоящей секты. Существует предположение, что в ее рядах состоят высокопоставленные испанские военные. Нет никакого сомнения в том, что там они чувствуют себя как дома. Руководство этой организацией осуществляется с брутальной эффективностью: ни для кого не делается никаких исключений, все распоряжения вышестоящих выполняются беспрекословно. В Испании потенциальным объектом вербовки в «Опус Деи» являются круги молодых интеллектуалов из среды университетской интеллигенции. По причине окружающей «Опус Деи» загадочной атмосферы в традициях жанра плаща и шпаги ее часто называют «святой мафией».

Несмотря на противоречия, связанные с нарушениями норм церковного права, а также свидетельства тысяч людей, которые каким-то образом пострадали от «Опус Деи», его основатель Хосе Мария Эскрива де Балагер 6 октября 2002 года был канонизирован, причем за самый короткий в истории срок — он умер в 1975 году. Из этого напрашивается вывод: либо папа Иоанн Павел II активный сторонник «Опус Деи», либо ничего не знал об истинной сути «Дела Божьего». Свидетельства о жизни Хосе Марии Эскрива де Балагера рисуют его как человека малоприятного в общении. Он был подвержен частым вспышкам гнева и был отчаянно нетерпим к тем, кого подозревал даже в самой малой антипатии к «Опус Деи», включая папу Иоанна XXIII и Павла VI. Ходили слухи о том, что его канонизация могла нанести серьезный ущерб церковной системе.

Хотя часть тех, кто состоит в рядах «Опус Деи», являются хорошими, порядочными людьми, исполненными лучших намерений, нет никаких сомнений: эта организация контролирует жизнь своих подопечных тем самым образом, который ее критики называют самым что ни на есть зловещим.

Во всем мире насчитывается не менее 80 ООО членов «Опус Деи», состоящих из священников (собственно духовенства) и мирян. Так называемые нумерарии «Опус Деи» дают обет безбрачия и живут в домах, принадлежащих организации. Они посвящают себя «духу Опус Деи», возможно, даже не понимая истинных последствий этого. Чтобы вступить в «Опус Деи», не обязательно быть только католиком-мужчиной. В качестве помощников нумерариев принимаются и женщины, главным образом из бедных крестьянских семей, как правило, не имеющие образования. Им также приходится клятвенно отказываться от вступления в брак. Они ведут хозяйство в помещениях, принадлежащих «Опус Деи», и, несомненно, благодарны за недавнее разрешение носить брюки. Некатолики могут выполнять роль «помощников». Это означает, что в благодарность за, возможно, крайне незначительную милость Божью в духе средневековых индульгенций они выплачивают крупные денежные суммы в пользу «Опус Деи».

Методы вербовки агрессивны и хитроумны. Если потенциальный кандидат на членство в «Опус Деи» проявляет интерес или склонность к какому-либо виду деятельности, то вербовщики устраивают уик-энд, неким образом с этой деятельностью связанный, чтобы подтолкнуть его к скорейшему вступлению в «братство». Спонсируемое «Опус Деи» студенческое общество «UNIV» время от времени устраивает поездки в римскую штаб-квартиру «Дела Божьего», в течение которых оказывает психологическое давление на потенциальных кандидатов на вступление в ряды организации.

«Опус Деи» всячески поощряет создание ее членами групп из десяти — пятнадцати друзей, часть которых — потенциальные кандидаты на вступление. Они обязаны регулярно представлять подробные отчеты о том, как ведется дальнейшая обработка таких кандидатов. Охотнее всего вербовщики рекрутируют молодых одиноких католиков привлекательной наружности. Такие не только смогут лучше других привлекать в «Опус Деи» новых членов, но и больше других заработать денег во славу «Дела Божьего». (Читатели «Кодада Винчи», несомненно, придут к мнению, что способность к вербовке была не самой сильной стороной Сайласа, монаха-альбиноса.) Вербовка активно осуществляется в университетах и молодежных организациях. Члены «Опус Деи» часто не признаются в том, кто они такие на самом деле. Для того чтобы «довести сделку до конца», используется тактика мощного психологического давления. Вербуемым внушают, что они оказались в критической ситуации и что если они откажутся вступить в ряды «Опус Деи», то навсегда лишатся Божьей милости.

После вступления в «Опус Деи» нумерариев шантажом вынуждают выполнять все отдаваемые им приказания, постоянно напоминая о «духе Опус Деи», который они согласились признавать. Начиная с этого момента они перестают быть хозяевами собственной жизни — она перестает принадлежать им лично. Этим людям постоянно твердят об идее «детства пред ликом Божьим». Тем самым их вынуждают передать право принятия решений людям из «Опус Деи» так, как дети перекладывают ответственность на плечи родителей. Это в особенности касается личностей, подпадающих под определение «вечных жертв», вроде изображенного автором «Кода да Винчи» Сайласа.

Нумерарии — это, как правило, студенты или молодые профессионалы. Они проживают в пригородах, в центрах «Опус Деи», имеющих штатного директора, заместителя директора и секретаря.

Повседневная жизнь нумерариев протекает примерно так.

Они принимают обет безбрачия и практикуют умерщвление плоти, о котором мы расскажем чуть позже.

На манер юного уличного хулигана, отбирающего у сверстников мелочь, выданную родителями на завтрак, «Опус Деи» вымогает деньги у своих членов. Последние вынуждены просить обратно какие-то суммы на личные нужды, подробно объясняя при этом, на что именно потратят свои собственные деньги. Заводить свой банковский счет не разрешается. Какие-либо сведения о том, как «Опус Деи» тратит получаемые от своих членов деньги, полностью отсутствуют.

Общение с внешним миром контролируется самым строгим образом.

Все виды развлечений также строго регламентируются, будь то личные или общественные. Члены «Опус Деи» могут смотреть телевизор только в присутствии соглядатая. Книги должны быть предварительно одобрены директором центра. Предпочтение отдается книгам, написанным основателем «Опус Деи». В 339-м разделе главного печатного труда Хосе Марии Эскрива де Балагера «Путь», упомянутого на страницах «Кода да Винчи», говорится следующее: «Не следует покупать книги без совета опытного христианина. Слишком велика вероятность приобрести нечто бесполезное или способное ввести во искушение. Людям часто кажется, что они несут книгу, но на самом деле они несут кучу грязи».

Все перемещения, как на территории центра «Опус Деи», так и за ее пределами, должны согласовываться с директором.

Члены «Опус Деи» обязаны еженедельно исповедоваться, предпочтительно перед священником «Опус Деи». Они должны признаваться не только в обычных повседневных грехах, но и в малейших сомнениях в отношении «Опус Деи». Иначе, как поэтично высказывается на этот счет руководство организации, «дьявол немоты овладевает человеческой душой».

Отношения с родственниками не поощряются на том основании, что «ваши близкие вас не поймут». Членов «Опус Деи» заставляют уничтожать семейные фотографии. Им подсказывают, что они могут писать родным, а что — нет и как следует общаться с ними по телефону. После бесед по телефону их допрашивают, стараясь выведать содержание разговора. Иногда родители месяцами или даже годами не знают о том, что их дети вступили в «Опус Деи».

Подобным же образом трудно завязать дружеские связи с теми, кто не намечен для последующей вербовки в ряды «Опус Деи». Поэтому контакты с внешним миром начинают ослабевать, а затем и вовсе прерываются.

Изучение испанского языка и латыни является обязательным. Испанский — родной язык основателя «Опус Деи», а молитвы произносятся исключительно на латыни.

Члены «Опус Деи» формально могут выйти из рядов организации в любое время, однако ее руководство идет на все, чтобы никогда не допустить этого. Таким морально неустойчивым личностям внушается, что тогда они больше не смогут вести богоугодную жизнь. Крайне сомнительно, чтобы сам Хосе Мария Эскрива вел такую же тяжелую, полную суровых ограничений жизнь. Во дворце в Риме, в котором он жил, одних только часовен было двадцать четыре! Нынешний прелат «Опус Деи», епископ Хавьер Эчеварриа (не путать с вымышленным Мануэлем Арингаросой из «Кода да Винчи»), родился 14 июня 1932 года в Мадриде.

В Средние века католическая церковь помимо поста практиковала множество болезненных ритуалов, связанных с умерщвлением плоти. Сегодня они представляются очевидным анахронизмом. Интересно отметить, что излишне рьяная склонность к боли способна привести к гордыне и самодовольству.

Подобные ритуалы «Опус Деи», описанные в «Коде да Винчи», не являются исключениями. Они — лишь обычные стороны повседневной жизни нумерариев.

Дэн Браун умело использует такую деталь, как «пояс смирения», чтобы охарактеризовать типичного фанатика, члена «Опус Деи», в образе монаха Сайласа. Члены братства обязаны носить его по два часа в день каждое воскресенье, а также в иных предписанных им случаях.

Руководство «Опус Деи» очень неохотно касается этой темы. Пояс смирения оставляет на теле хорошо заметные уколы, которые члены «Опус Деи» стесняются показывать другим, посторонним людям. Чтобы избежать мазохистского привыкания к поясу смирения, наказуемый должен пользоваться им под духовным надзором директора центра. Сайлас надевает такой пояс для искупления «вины», и он становится причиной его одержимости. Нам трудно представить, что в начале XXI века в цивилизованном западном обществе такие же люди, как и мы с вами, могут использовать пояс смирения так, как это делает брауновский Сайлас, добровольно причиняя себе физическую боль во имя религиозных убеждений, однако подобное действительно вполне допустимо.

Раз в неделю по ягодицам или спине наносятся удары завязанной узлом веревкой. Члены «Опус Деи» должны просить разрешения, если хотят заниматься этим чаще. Во всяком случае, многие из них так поступают.

Многие каждое утро принимают холодный душ, что делается в честь прелата.

Принимая пищу, нумерарии обычно воздерживаются от тех кушаний, которые считают непозволительным излишеством. Например, они могут обходиться без сахара, сливочного масла или десерта. Многие регулярно постятся в определенные дни, но помимо этого они должны просить разрешения делать это добровольно. И опять-таки многие так и поступают.

Когда по утрам нумерариев будят стуком в дверь, они должны выскочить из постели, поцеловать пол и приветствовать постучавшего латинским словом «servium», означающим «готов служить».

Запрещается что-либо говорить, даже произносить такие простые слова, как «доброй ночи» или «доброе утро», начиная с вечерней исповеди до времени после мессы следующего утра. Днем обету молчания следуют до обеда. Не рекомендуется слушать музыку по воскресеньям, особенно днем.

В практикуемом в «Опус Деи» укрощении плоти существуют различия для мужчин и женщин. Например, женщины спят на положенных на матрас досках. Мужчины раз в неделю спят на голом полу. Один раз в неделю и мужчины, и женщины спят без подушки. Женщинам запрещено курить и посещать бары. Мужчинам разрешается курить и посещать бары только в тех случаях, когда они занимаются вербовкой новых кадров для «Опус Деи». Основатель «Дела Божьего» Хосе Мария Эскрива де Балагер считал, что в целом женщины больше мужчин подвержены страстям и обязаны укрощать их.

Завершая тему, отметим, что, к худу или к добру, но истинная природа «Опус Деи» представляется суровой и жестокой, как явствует из литературы самой этой организации. Приводимые ниже цитаты взяты из Интернета, из сайта www.ordan.com:

«Благословите боль. Возлюбите боль. Обожествите боль… Восславьте боль!» («Путь», 208).

«Без жертвы никакой идеал не может воплотиться в жизнь. Как же это прекрасно — стать жертвой!» («Путь», 175).

«Подчиняйтесь устами, сердцем и разумом. Подчиняется не человек, но Бог» («Борозда», максима 374).

«Будьте бдительны, потому что искру потушить легче, чем пожар. Воспарите над миром, потому что быть „храбрым“ — низкое коварство; блуждающий взгляд не означает дух живой, но оборачивается ловушкой сатанинской. И все же человеческое прилежание вместе с умерщвлением плоти, поясом смирения, епитимьей и постом совершенно бессмысленны без тебя, Господь!» («Борозда»,834).

«Они[7] должны привыкнуть с целью наказания тела своего и смирения гордыни к ношению малого пояса смирения по меньшей мере два часа в день, раз в неделю на них налагается епитимья, а также обязанность спать на голом полу при условии, что это не вредит здоровью» («Устав „Опус Деи“», статья 147).

«Для укрепления своей святости святой Франциск Ассизский катался в снегу, святой Бенедикт бросался в терновый куст, святой Бернард окунался в прорубь… А ты… что такого сделал ты?» («Путь», 143).

«Все, что плоть потеряла, плоти вернется: будь щедр в епитимье» («Кузница», 207).

«Если ты понимаешь, что тело твое — враг твой и враг славе Божьей, поскольку оно — враг твоего стремления к святости, то почему ты так нежно к нему относишься?» («Путь», 227).

«Твой злейший враг — ты сам!» («Путь», 225).

«Ты пришел к нам для того, чтобы смирить свою душу и тело, уничтожить себя, а не навязывать нам свои взгляды» («Путь», 936).

Нет никакого сомнения в том, что «Опус Деи» занимается общественно полезной, благотворительной деятельностью, однако трудно удержаться от соблазна и не сделать вывод о том, что лучше давать организации деньги на благие дела, чем состоять в ее рядах. Вполне понятно, почему Дэн Браун в «Коде да Винчи» выбрал на роль отрицательных персонажей членов «Опус Деи». В некотором смысле вся организация является легкой мишенью для критики, однако, возможно, подбор романных типажей вполне оправдан.

Спираль Фибоначчи

Главная тема «Кода да Винчи» такова: влияние на мировую историю и нашу жизнь по меньшей мере одного тайного общества — Приората Сиона. Тайные общества появились еще на заре человеческого существования, ибо люди всегда испытывали необходимость тайно манипулировать мировыми событиями, преследуя либо благие, либо злокозненные цели. Тайное общество часто называлось словосочетанием «кабальный совет». Исторические корни его уходят в прошлое: кабинет из пяти министров английского короля Карла II состоял из людей, чьи имена начинались с латинских букв С, А, В, А и L. В соответствии с традициями таких религий, как иудаизм и буддизм, существуют «кабальные советы», состоящие из тщательно отобранных лиц, проживающих по всему свету, которые следят за тем, чтобы в мире происходило то, что угодно их богу. В буддизме это предполагает реинкарнацию тайных властителей в каждом последующем поколении.

Существуют самые разные степени секретности, а тайны в известной мере присутствуют во всех мировых религиях. Католический орден иезуитов был до недавнего времени «святой палатой», более известной как инквизиция. О том, как он принял облик «Опус Деи», рассказывается в предыдущей, девятой главе. Ордену розенкрейцеров удалось добиться соблюдения такой строгой секретности, что есть мнение, будто он вообще никогда не существовал. Приорат Сиона также чрезвычайно ревниво оберегает свои тайны.

Наиболее известные тайные общества — это масонские организации, которые, вне всякого сомнения, являются самыми многочисленными во всем западном мире. За их благопристойным фасадом благотворительных организаций таится достаточно зловещая суть. Многие подозревают масонов в том, что они связаны с чрезвычайно высокими эшелонами власти во многих странах мира.

Другие современные организации, имеющие репутацию тайных обществ, — это мафия, «Трехсторонняя комиссия», «Бильдербергская группа», общества «Череп и кости» и «Богемская роща» и, как кое-кто предполагает, так называемые иллюминаты (они фигурируют на страницах романа Дэна Брауна «Ангелы и демоны»). Помимо того, что они обладают огромной властью, их также отличает способность внушать окружающим страх, что, в свою очередь, помогает им еще больше упрочить свое могущество.

На протяжении многих веков такие личности, как Шарль Нодье, которого относят к числу Великих магистров Приората Сиона, искусно играли на страхе, который внушают людям тайные общества. Он создавал такие общества, писал о них книги, а затем причислял к ним совершенно невиновных людей. Такие действия провоцировали несчастных создавать свои собственные тайные организации, чтобы защитить себя от мнимых сил, якобы угрожающих их жизни, превращая тем самым вымышленные тайные организации в реальные.

Мнение любого человека в отношении любого тайного общества по меньшей мере частично зависит от того, является он сам членом этого общества или нет. Тайное общество, о котором Дэн Браун рассказывает в «Коде да Винчи», — Приорат Сиона. Приорат, судя по свидетельствам автора, многие века действовал тайно и скрытно занимался своей деятельностью. Существовал и ряд других тайных организаций, которые, как предполагается, были связаны с Приоратом Сиона.

В своем современном виде это общество было создано в 1804 году. Однако его члены утверждают, что у его истоков много веков назад стоял сам Жак де Моле, Великий ма гистр ордена тамплиеров, казненный в 1314 году. Он якобы успел оставить особую хартию, дававшую законное право на создание будущего ордена Иерусалимского храма. Предполагается, что такая хартия действительно существовала, однако некоторые историки ставят сей факт под сомнение. Поскольку орден занимается главным образом благотворительной деятельностью, он не представляет собой какой-либо угрозы обществу.

В 1982 году писатели Бейджент, Ли и Линкольн несколько раз встречались с Великим магистром Приората Сиона. Им рассказали о том, что организация распалась и была заново создана в качестве неотамплиерского общества в Швейцарии во главе с неким Антоном Дзапелли. Имя оказалось знакомо Бейдженту и его коллегам, потому что за несколько лет до этого им стало известно, что реальной властью в Приорате Сиона обладает человек по фамилии Дзапелли. После небольшого расследования они выяснили, что Дзапелли не только связан с банковскими операциями, но и имеет прямое отношение к «роли современных тамплиеров в объединении Европы», что, по словам самого Дзапелли, являлось истинным первоначальным намерением тамплиеров. Под Европой они подразумевали страны, расположенные на огромном пространстве от Атлантики и Средиземного моря на западе и до Уральских гор на востоке. Они почти добились своей цели в виде современного Европейского союза, который в настоящее время включает в себя государства от Ирландии на западе и до Польши на востоке.

Ложа «П2» (полное название «Рагруппаменто Джелли пропаганда дуэ») была создана в 1966 году. Это масонская ложа, занимавшаяся помимо прочего антикоммунистической деятельностью. По мнению тогдашнего лидера республиканской партии Италии, ложа «П2» стала «центром осквернения жизни страны — тайным, извращенным, насквозь коррумпированным». Она была причастна к уходу в отставку правительства Арнальдо Форлани. ложа исполняла роль связующего звена между Ватиканом и ЦРУ, с одной стороны, и антикоммунистическими организациями в Европе и Латинской Америке — с другой. Правда о ложе «П2» выплыла наружу после того, как «Божий банкир» Роберто Кальви был найден мертвым. В 1982 году он повесился на пролете моста Блэкфрайарз в Лондоне. Кальви передавал миллионы долларов из Ватикана польскому антикоммунистическому движению «Солидарность». Когда у его собственного банка возникли проблемы, он обратился за помощью в Ватикан, пригрозив, что в противном случае обнародует сведения о помощи бастующим полякам. После этого Кальви прожил всего двенадцать дней. Таинственным образом исчез его портфель, который Ватикан позднее приобрел за десять миллионов евро.

Согласно некоторым источникам, ложа «П2» контролировалась — а возможно, и сейчас контролируется — мафией, согласно другим — КГБ, ЦРУ и даже Приоратом Сиона.

Ложей руководил Великий магистр Личо Джелли. Он уверял потенциальных членов своей организации, что обладает огромным политическим влиянием и самыми серьезными связями. Многие верили, что он способен помочь им добиться успехов в жизни. Подобная методика давала положительные результаты, и авторитет Джелли неуклонно рос. Ему удавалось выведывать у своих подопечных тайны государственной важности и использовать их для укрепления собственной власти, а также в качестве инструмента шантажа.

В 1981 году итальянская полиция провела обыск в жилище Джелли и обнаружила списки членов ложи «П2», которые затем были опубликованы в итальянской прессе. В них упоминался «Опус Деи», а также имя Джулио Андреотти, политика из христианско-демократической партии Италии, который шесть раз избирался премьер-министром страны. Он также предположительно состоял в рядах Приората Сиона. В 1995 году Андреотти был обвинен в связях с мафией и причастности к убийству в 1979 году одного итальянского журналиста. В 1999 году его оправдали по обоим обвинениям. В 2003 году апелляционный суд поддержал это решение.

В списках членов ложи «П2» упоминались также и лица, состоявшие в Суверенном военном ордене Иерусалимского храма.

Общество Святого Причастия было основано в 1627–1629 годах. В нем усматривается несомненное сходство с Приоратом Сиона, и многие считают его одним из прикрытий самого Приората или подконтрольной ему организацией. Это прекрасный пример тайного общества, история которого надежно подкреплена документами. В документах Приората Сиона утверждается, что Приорат «посвятил себя делу свержения Мазарини», в них имеется немало отсылок к вышеназванному Обществу Святого Причастия. Джулио Мазарини (1602–1661 гг.) — реальная историческая фигура XVI века, первый министр Франции в эпоху правления короля Людовика XIV. Он активно проводил политику укрепления абсолютной монархии, и его яростно ненавидела политическая оппозиция, так называемая Фронда, объединявшая в своих рядах противников абсолютизма.

Общество Святого Причастия было широко известно во Франции. Однако оно имело такой закрытый характер, что его члены не знали, кто руководил ими. Кроме того, они были убеждены, что занимаются исключительно благотворительной деятельностью. Располагалось общество в парижской семинарии Сен-Сюльпис. Именно там герой «Кода да Винчи» Сайлас пытался найти пресловутый «замковый камень». Известно, что основатель семинарии Жан-Жак Олье имел тесные связи с Обществом Святого Причастия. С ним были связаны и многие другие известные семьи Франции, имевшие отношение к Фронде и Приорату Сиона. Об истинной сути деятельности общества никто не знал. Сегодня предполагается, что оно занималось шпионажем, особенно в придворных кругах, а также в правительственных учреждениях, таких как полиция. Хотя оправдание смысла существования этой тайной организации сводилось к борьбе с ересями, католические власти обвинили в ереси ее саму.

В 1660 году король Людовик XIV приказал распустить Общество Святого Причастия, однако с воплощением его повеления в жизнь тянули еще пять лет, до 1665 года. Все документы было собраны и спрятаны в неизвестном месте, предположительно в стенах семинарии Сен-Сюльпис. Однако общество, судя по всему, продолжило существование, уйдя в подполье, и якобы не прекращало свою деятельность вплоть до XX века. В 1667 году известный своими монархическими взглядами драматург Мольер сочинил пьесу под названием «Тартюф», в которой содержались недвусмысленные намеки в адрес Общества Святого Причастия. Однако оно в течение двух лет задерживало инсценировку пьесы, что свидетельствует о его нешуточном влиянии и могуществе.

О происхождении карт Таро имеется очень мало точных сведений, однако скорее всего они появились во Франции специально для того, чтобы развлечь правившего в 1380–1422 годах короля Карла VI, пребывавшего в постоянной депрессии. Примерно в это же время появились они и в Италии. Карты Таро использовались во Франции в качестве развлечения до относительно недавнего времени. Некоторые карты, придуманные еще в XIV–XV веках, сегодня выглядят точно так же, как и много столетий назад. Простая карточная игра, включавшая в себя символические изображения теологических «пороков и добродетелей», была широко распространена в Италии. Насколько нам сегодня известно, создателем карт Таро был скорее всего кто-то из еврейских каббалистов, пожелавший принести древнюю мудрость Востока в Европу и соответствующим образом модернизировавший отдельные изображения карт. Человек этот, вне всякого сомнения, понимал, какую роль карты как средство проведения досуга могут сыграть в том, чтобы донести до людей их истинный смысл. Примером тому могут послужить карты, выпущенные американским военным ведомством. На картах изображены находящиеся в розыске высокопоставленные иракцы. Предположение, которое Дэн Браун высказывает в «Коде да Винчи» о том, что карты Таро иллюстрированное переложение истории о «потерянной Невесте, которую подчинила своей воле злобная церковь», скорее всего притянуто за уши, хотя, возможно, не так уж далеко от истины.

В противовес высказыванию Дэна Брауна Трейси Тваймен и Бойд Райс в своей книге «Сосуд Божий» утверждают, что Малый Аркан напоминает современные карты, а не наоборот.

Какие-либо свидетельства того, что карты Таро использовались для гадания до конца XVI — начала XVII века, отсутствуют. Важно отметить, что в XVI веке ни Парацельс, ни Буассар не упоминали о картах Таро в своих трактатах на темы предсказаний и гадания. Первое упоминание о подобном применении карт Таро встречается в книге, опубликованной во Франкфурте в начале XVII века. Для гадания карты Таро стали широко использоваться лишь в XVIII веке. Первыми предсказателями судеб были цыгане. В том же веке благодаря стараниям различных писателей карты Таро стали ассоциироваться с эзотерическими знаниями. Подобные представления сохранились и до наших дней.

Символы некоторых карт Старшего Аркана имеют древнее происхождение и уходят корнями во II век до нашей эры. Культура Древнего Египта оказала сильное влияние на культуру Древней Греции, и поэтому идея божественного единства, важным компонентом которой было солнце, выдержала испытание временем. Знание, стоявшее за этой верой, выражалось символами, о значении которых знали лишь посвященные. Внешняя сторона их религиозных ритуалов служила только в качестве физического проявления этих верований.

Такие символы могут отождествляться с картами Таро, в которых Старший Аркан (22 карты) интерпретируется как духовные сущности и направления жизни того, кто спрашивает о будущем, тогда как Малый Аркан (56 карт) отражает дела профессиональной карьеры. Использование таких символов типично для китайских иероглифов и даже западной геральдики.

Таким образом, карты Таро можно сравнить с книгой, написанной символами, которые возникли из жизненных представлений жителей Древнего Египта, Малой Азии, а также науки о Вселенной в трактовке дохристианских времен. Однако, как считают Тваймен и Райс, многие ученые предполагают, что карты были привезены в Европу тамплиерами и что потомки тамплиеров сыграли решающую роль в дальнейшем совершенствовании карт Таро.

Дэн Браун пишет, что мечи соответствуют пиковой масти современных карт, кубки — червам, палицы — масти треф, пентакли — бубнам. Однако более распространено соответствие масти треф палицам, а бубен — динарам. Современная колода карт Таро имеет в основе Венецианское или Пьемонтское Таро. Каждая карта имеет свое собственное значение. Динары ассоциируются с карьерными успехами, кубки — с любовью и семейными отношениями, мечи — с конфликтами, а пентакли (палицы) — с деньгами. Карты выкладываются гадателем перед тем, кто хочет узнать свою судьбу. И тот и другой выбирают по карте — этот прием именуется раскладом. Значение карты определяется также и тем, как она легла: что изображено на ней сверху и что снизу, а также тем, какая карта ей предшествует, а какая следует за ней.

Карта Таро, изображающая «повешенного», предположительно работы Жакемина Грингонера

Ватиканская обсерватория

Ватиканская обсерватория — одна из старейших в мире. Она была создана по инициативе папы Григория XIII, учредившего в 1582 году комитет по надзору за научным реформированием календаря. После этого папство стало проявлять активный интерес к астрономическим наблюдениям и основало три обсерватории — обсерваторию Римской семинарии (1774–1878 гг.), обсерваторию Капитолия (1827–1870 гг.) и обсерваторию Спекула Ватикана (1789–1821 гг.) в Башне Ветров на территории Ватикана. В XIX веке иезуитский священник отец Анджело Секки открыл новую страницу в астрономии, начав классифицировать звезды в соответствии с их спектром. В ответ на обвинения католической церкви, игнорировавшей достижения науки, ватиканские иерархи в 1891 году переместили обсерваторию Спекула Ватикана за здание базилики Святого Петра. Здесь предполагалось составлять карты звездного неба, однако в 1936 году обсерваторию переместили в Кастель Гандольфо (см. далее в тексте).

Сотрудники обсерватории назначались различными религиозными орденами, включая августинский и орден иезуитов. Одним из наиболее выдающихся астрономов был Иоганн Георг Хаген, иезуитский священник, открывший так называемые облака Хагена — темные облака разреженного межзвездного вещества. В 1906 году папа Пий X назначил его директором Ватиканской обсерватории. В 1981 году по причине избыточной освещенности неба городским светом, мешавшим астрономическим наблюдениям, обсерваторию в очередной раз перевели в другое место. Нынешний адрес Исследовательской группы Ватиканской обсерватории (ИГВО) Тусон, штат Аризона, США. Ее усовершенствованный телескоп находится на горе Грэм в штате Аризона.

Кастель Гандольфо

Озеро Альбано, деревушка Кастель Гандольфо и замок с тем же названием находятся в римской провинции в области Лацио, в центральной Италии. Это летняя резиденция папы римского, расположенная в 35 километрах к юго-востоку от Рима. Здесь расположен апостолический, или папский, дворец.

Название замка происходит от фамилии герцогского клана XII века Гандальфи. Сооружение папского дворца началось при папе Урбане VIII — главе святого престола в 1623–1644 годах. Официально это место считается частью государства Ватикан. Бывшая вилла Барберини была построена на развалинах виллы римского императора Домициана. С 1936 года здесь располагается Ватиканская обсерватория, потому что на своем прежнем месте ее сотрудникам мешал вести наблюдения за небесными светилами интенсивный свет Вечного города. Здесь установлены два мощных телескопа и размещается астрофизическая лаборатория. В библиотеке Кастель Гандольфо насчитывается 22 тысячи книг, в числе которых редкие издания старинных книг, написанных Коперником, Галилеем и Исааком Ньютоном. В 1960 году в дни Олимпиады в деревне проводились соревнования по гребле. Кастель Гандольфо славится своими винами, персиками и рыбой, которую ловят в озере Альбано.

Гностические евангелия

Слово «гностический» произошло от греческого «гносис» — знание. Гностицизм — религиозно-философское направление, возникшее в первых веках нашей эры, для которого характерен дуализм. Он рассматривает мир как категорию, движимую в равной степени добром и злом.[9] Кроме того, они верили в Абраксаса — всемогущего бога добра и зла, изображавшегося в виде существа с человеческим телом, петушиной головой и змеями вместо ног. Абраксасу поклонялись многие гностические секты, в том числе и базилиды во II веке. От имени этого божества образовано и магическое слово «абракадабра». Гностики верили в то, что Иисус Христос произошел от Абраксаса и жил на земле в виде призрака. Кроме того, они придавали огромное значение самому имени Абраксаса, который, по их мнению, был владыкой 365 других божеств, обладавших каждый своей добродетелью.

Гностические евангелия считаются так называемыми апокрифами Нового Завета. «Апокриф» дословно означает «тайный». Так называются не признанные официальной церковью христианские сочинения, не включенные в библейский канон.

Гностические евангелия написаны от имен апостолов, но их авторами на самом деле вряд ли были всем известные ученики Иисуса Христа. Евангелия созданы во II веке нашей эры, еще до того, как были собраны вместе канонические Евангелия Нового Завета. В 367 году епископ Афанасий Александрийский отобрал из них наиболее значимые, после чего тексты были одобрены на церковном соборе в 393 году. Из их числа позднее и были отобраны Евангелия от Матфея, Марка, Луки и Иоанна.

Гностические евангелия были исключены из христианского канона. Некоторые из них сохранились лишь в виде отрывков, другие были найдены в виде греческих и коптских манускриптов на египетском папирусе. В них содержатся бытовавшие в позднеантичный период верования, рассказывается о Христе и его учениках, о традициях раннехристианской церкви. Церковники утверждали, будто все, что написано в этих книгах о Христе, является фальшивкой, и запрещали верующим читать их.

Евангелие от Филиппа, о котором герой «Кода да Винчи» Лью Тибинг говорит, что «именно с него и следует начинать», относится к числу тех, которые приписывают двенадцати апостолам. Оно является трактатом секты гностиков-валентиниан. Валентин был религиозным философом, основателем одной из наиболее известных в Риме гностических школ. Евангелие от Филиппа это собрание из примерно ста коротких отрывков. В них рассказывается о ритуалах посвящения в христианскую веру, о происхождении имен, в том числе и имени самого Иисуса. Содержится в евангелии и спорное высказывание, которое так интересовало Тибинга: «Говорят, что Дева Мария зачала от Святого Духа. Те, кто так говорит, ошибаются. Они не ведают, что говорят». Евангелие от Филиппа было обнаружено среди рукописей так называемой библиотеки Наг-Хаммади — собрания гностических текстов, написанных во II–III веках, правда, сами рукописи являются сделанными с них в IV веке копиями. Эти древние тексты были найдены в 1945 году в Верхнем Египте, в местечке Наг-Хаммади, на западном берегу Нила, близ древнего поселения Хенобоскион.

Церковь Сен-Сюльпис находится на площади Сен-Сюльпис к северу от Люксембургского сада. Монументальный фасад церкви отличают лоджия с галереей и две башни. На левой башне можно разглядеть надпись, сделанную буквами древнееврейского алфавита, — ЯХВЕ. План церкви повторяет знаменитый собор Парижской Богоматери. Строительство Сен-Сюльпис началось в 1646 году на развалинах старинной церкви. Строительство велось с перерывами, и поэтому за 134 года сменилось шестеро архитекторов. Через хоры церкви проходит медная линия Парижского меридиана, именуемая также Линией Розы. В церкви находится один из лучших органов Франции. Интерьер украшен фресками работы Эжена Делакруа. В церкви крестили Бодлера и маркиза де Сада, здесь же венчался в 1822 году Виктор Гюго.

Линия Розы (предположительно самая первая) — меридиан, проходящий через церковь Сен-Сюльпис

Основателем семинарии Сен-Сюльпис был Жан-Жак Олье, который был связан с упоминавшимся ранее, в десятой главе этой книги, Обществом Святого Причастия. Предполагается, что церковь была центром деятельности этой тайной организации. Опасаясь репрессий со стороны Людовика XIV, члены общества поспешили спрятать все свои документы, которые, по всей видимости, хранились в церкви Сен-Сюльпис.

Семинария готовила будущих священников. Название свое она получила по имени святого Сульпиция, епископа города Буржа, жившего в эпоху Меровингов. Выпускники семинарии основали в Канаде город Монреаль, где в 1829 году ими была построена базилика Нотр-Дам. Интересно отметить, что их символом были две буквы «М» — одна, перевернутая, установлена на другой.

Штаб-квартира Движения католического обновления находилась в семинарии Сен-Сюльпис. Движение католического обновления — организация, основанная для подготовки специалистов, способных отстаивать истинные библейские ценности. Однако ее назначение неожиданно привело к обратным результатам, потому что чем больше «специалистов» по Библии занималось изучением своего главного предмета, тем больше находилось несоответствий в Священном Писании и тем большее недоверие возникало к изложенным в нем истинам. В конечном счете церковь обвинила «обновленцев» в принадлежности к масонским обществам.

Рю Аксо

Эта улица берет свое начало от дома 29, расположенного на рю де Сюрмелин, и упирается в дом 67, что на бульваре Серурье. Она протянулась из 19-го в 20-й район Парижа. Между номерами 16 и 36 рю Аксо никаких домов нет. Упоминаемый в «Коде да Винчи» депозитарный банк Цюриха предположительно должен был находиться в доме 24, но на самом деле на рю Аксо такого дома не существует. Как не существует и самого банка, несмотря на то что издательство, выпустившее роман Дэна Брауна, «Даблдей/ Рэндом-Хаус», создало в Интернете фальшивый сайт www.depositorybankofzurich.com.

Шато Виллет

Поместье с замком, в котором проживает герой «Кода да Винчи» Лью Тибинг, находится в 35 минутах езды к северо-западу от Парижа, неподалеку от Версаля. Автор проекта — архитектор Франсуа Мансар, создавший его примерно в 1668 году. Поместье предназначалось для графа д’Офлей, посланника Людовика XIV в Венеции, и было достроено в 1696 году племянником Мансара, Жюлем Ардуином-Мансаром. Это один из наиболее выдающихся замков подобного рода во Франции. В настоящее время он сдается внаем для проведения деловых встреч, семинаров, свадеб и отдыха. В нем имеется одиннадцать спален. Рядом с самим особняком находятся два водоема прямоугольной формы. Площадь поместья — 185 акров. Королевский дворец в Версале был построен примерно в то же самое время, что и Шато Виллет.

Michael Baigent and Richard Leigh, The Dead Sea Scrolls Deception, New York: Simon&Schuster, 1993