Гришке приснился страшный сон. В нём он был невидимым и его никто не мог найти. Ни родители, ни Лялька, ни ребята с соседнего двора, ни даже воспитательница Элеонора Филипповна из детского сада.

Все ходили и спрашивали друг у друга:

- Вы нашего Гришу не видели?

И только пожимали плечами и разводили руками в ответ:

- Сами не понимаем, куда наш Гришка подевался!

А под конец сна все вообще про него забыли.

От такого ужаса Гришка вскочил с кровати в холодном поту и сразу же побежал к зеркалу, поглядеться, на месте он или нет.

Глядит – а в зеркале Гришки целых два! И не только в зеркале. Смотрит Гришка сам на себя – и понять ничего не может.

- Неужели я раздвоился?

А второй Гришка решил, наверное, его подразнить, потому что повторил вслед за ним:

- Неужели это я раздвоился?

- Эй! – от досады Гришка замахнулся на лже-Гришку кулачком. - Ты чего! Гришка ведь – это я!

- Гришка – это я! – рассмеялся тот в ответ, и показал настоящему Гришке язык.

Тогда обиженный Гришка побежал на кухню: вдруг там родители завтракают. Пусть они и разберутся, кто тут настоящий Гришка.

Но дома никого не было, и Гришка вспомнил, что мама с папой накануне вечером как раз на гастроли собирались, и сказали, что его с собой не возьмут…

Ах, вот оно что! Ну, конечно, пока он спал, папа с мамой себе ещё одного Гришку купили – чтобы ему одному скучно не было! Он немножко обрадовался, но сомнения всё-таки остались.

- Откуда ты тут вообще взялся? – на всякий случай спросил он Гришку-два.

- Это ты взялся. А я здесь давно живу, - сказал Гришка-два и для убедительности стал на его кровати прыгать, до самого потолка.

От такой наглости Гришка даже дар речи потерял.

И чтобы уже как-то разобраться, побежал к Ляльке. Уж она-то настоящего Гришку завсегда отличит!

Лялька в это время по телевизору передачу «Мультиклоуны» смотрела, когда в дверь кто-то позвонил.

- Погоди, - шепнула она телевизору. - Пока я не вернусь, дальше не показывай.

Телевизор послушно остановился, а Лялька пошла дверь открывать.

То, что она увидела за дверью, заставило её широко-широко ротик открыть и глаза сильно-пресильно вытаращить.

- Упс! – сказала она, глядя на такое приключение.

На пороге стояло… Два Гришки! Да, два, как две капли воды похожих!

Лялька зажмурилась, досчитала до пяти и снова глаза открыла.

Гришки не исчезали – и их по-прежнему было два. Только один Гришка был в полосатой пижаме, а второй – в пижаме в горошек. А в остальном они казались совершенно одинаковыми.

Что-то подсказывало Ляльке, что второго такого Гришки, как их, в природе не бывает. Гришка особенный, всем Гришкам Гришка. И даже Мишкам и Пашкам!

Но со зрением не поспоришь: на пороге стояло Гришки ровным счётом два – ни больше, ни меньше.

- Так, - сказала Лялька. - По порядочку… Ты кто?

- Я Гришка, - сказал Гришка, который в полоску.

- А ты? – спросила тогда она того, что в горошек.

- И я!

- Не верь ему, Лялечка, - разревелся полосатый Гриша. - Он тебя обманывает!

- А ты спроси, если не веришь, что-нибудь секретное! – предложил Гришка в горошек.

- Да-да, - кивнул полосатый. - Спроси! И всё сразу поймёшь!

Лялька схватилась за голову.

Два Гришки! Кто-то из них совершенно точно ненастоящий. Но вот только как узнать, который из двух – наш?

- Вот скажите мне: какое у меня платье любимое?

- Жёлтое!

- С розовым! – наперебой прокричали Гришки.

- А что у меня на кабинке в садике нарисовано?

- Щенок! – хором ответили Гришки.

- Он подсмотрел!

- Он подглядел!

Гришка в горошек кинулся на полосатого с кулаками.

- Так, хватит! – прикрикнула Лялька. - Если нам никак настоящего Гришку не узнать, то поступим по-честному. Оставим кого-нибудь одного. Кто из вас больше конфет съест, тот и будет Гришкой.

- Ха, - сказал левый Гришка. - Пара пустяков! Это я быстро, это я легко!

- Хи, - передразнил правый Гришка. - А я тем более! Неси сюда свои конфеты.

Лялька побежала на кухню и скоро вернулась с большущим чемоданом, таким здоровенным, что она еле волочила его по полу.

- Там что – конфеты-кирпичи? – спросили Гришки хором.

- Нет, просто они там утрамбованные.

Лялька расстегнула золочёные пряжки чемодана и вывалила содержимое прямо на ковёр.

Каких только конфет там не было! Шоколадных, жевательных, карамелек, петушков на палочке, конфеток-шипучек и трюфелей. Были даже конфеты с сюрпризами: никогда не знаешь, что внутри!

Лялька засекла время на часах.

- Итак, на старт…

- Внимание…

- Фарш!

И выстрелила из конфетомёта.

Оба Гришки набросились на конфеты, только фантики во все стороны полетели.

Чтобы всё было по-честному, Лялька эти фантики подбирала и аккуратненько в две стопочки складывала: одну перед Гришкой в полосатом, вторую перед тем, что в горошек.

Стопки стремительно росли, и скоро превратились в большущие кучи. Стрелка на часах вертелась, вертелась, а Гришки ели конфеты, не переставая. Лялька даже забеспокоилась, что в доме скоро конфеты закончатся. Потому что скоро на смену конфетам из чемодана пришли леденцы из волшебной шкатулки. А потом – ириски из маминой безразмерной вазочки и шоколадные матрёшки из исчезательного ящика. Когда же и с ними было покончено, Лялька позвонила подружке Кнопке и та принесла мешочек с сахарными подушечками и две тарелки воздушных карамелек.

Потом клоун Веня привёз тележку зефира. А когда и он закончился, пришлось подключить к конфетопоедательному эксперименту ещё и остальных соседей.

Гришки еле успевали жевать. Пару раз попросили воды, три раза колы и один раз грушевого компота.

До самого вечера в мультидоме стоял шорох фантиков, а во всех комнатах и даже в коридоре собралась целая толпа зрителей-болельщиков. Всем было интересно: кто же из Гришек победит. Они даже ставки делали.

- Всё, я сдаюсь… - прохрипел наконец полосатый Гришка. - Не могу больше!

Лялька внимательно посмотрела на второго: не выдохся ли и тот. Но Гришка в горошек упорно продолжал за обе щёки сладости уплетать. И тогда Лялька поняла, который Гришка был настоящим! Ведь их Гришечкин, вообще-то, чемпион по поеданию сладостей, он их может есть сколько угодно, утром, днём и вечером, до, во время и даже вместо любых занятий. И ни капельки даже не лопнет.

А Гришка, который уже наелся – никакой не Гришка! Во всяком случае, не настоящий.

Он это, наверное, и сам понял. Потому что вытер пот со лба, обвёл всех уставшим взглядом и сказал:

- Ешьте сами свои конфеты, не хочу больше быть Гришкой!

И стал превращаться.

- Ах! – ахнула Кнопка.

- Это ты?! – воскликнул Веня.

- Безобразие! – покачал головой Дядя Фокусник.

И все увидели, что Гришка в полосатом костюме – никакой не Гришка вовсе, а самая настоящая Бяка, знакомая мультиклоунская вредина, которая любила праздники детям портить.

Бяку никто в мультидоме не любил, и она отвечала всем взаимностью.

- Как тебе не стыдно! – возмутилась Лялька. - Ты такая… Плохая!

Но, видимо, от сладкого даже Бяки добреют.

Потому что, прожевав последнюю конфету, Бяка сказала:

- Если хотите, я даже соглашусь целых два дня не безобразничать. Только уберите от меня эти противные конфеты! Видеть их больше не могу.

И к Гришкиному удовольствию выбежала из квартиры, только её и видели.

А по случаю Гришкиного возвращения в мультидоме был праздник. С шариками и хлопушками. Без конфет тоже не обошлось. Ведь Гришка с Бякой не все, конечно, съели. Всем было весело. А когда гости разошлись, Лялька с Гришкой сели у телевизора смотреть «Засыпайку».

А слово своё Бяка не сдержала. Уже на следующий день по всему мультидому бегал мультилиционер Дядя Жора, и разбирался с её новыми безобразиями.