Закусочную Дэла Кременса едва ли можно было назвать шикарной. Однако цены там вполне приемлемые, а еда не в пример лучше той, что производил дорогостоящий кулинарный комбайн Барта. К тому же старый Дэл содержал свое заведение в безукоризненной чистоте, что наш страховой агент особенно ценил.

Этим вечером Хью застал здесь старого приятеля Ги Рассела. Тот сидел за столиком, пил пиво и задумчиво глазел на официанток.

Он и Ги не то что были друзьями, просто вместе начинали работать в страховой компании «Радости жизни». Дела у Ги шли тогда даже получше, чем у Барта, но потом он занялся космическими перевозками, и их пути разошлись.

— Привет, — сказал Барт, подсаживаясь за столик.

— Здорово. Как дела в страховании? — обрадовался Ги, никогда не любивший выпивать в одиночку.

— Плохо, — сварливо проворчал Хью. — Мало по-настоящему солидных клиентов, одни домохозяйки да мелкие лавочники. Большие деньги ушли в производство космических кораблей, но там все уже схвачено конкурентами. Просто не знаю, что и делать. Даже подумывал сменить работу.

— Ты это серьезно?

— Почти. Если подвернется что-нибудь хорошее, то соглашусь, а если нет, буду страховать дальше. Впрочем, рано или поздно уходить из «Радостей Жизни» все равно придется, сам понимаешь, никакой перспективы роста…

— Ясно. Пожалуй, тебе стоит пройти профессиональное тестирование.

— Да я и сам подумывал об этом, но все как-то не соберусь. К тому же вдруг я окажусь непригоден для работы страховым агентом? Ведь тогда придется менять все: образ жизни, работу, может быть, даже переезжать на новую квартиру… Нет уж, уволь, подобные встряски не по мне.

— Да ну! Я же прошел — и ничего. Да и тебе когда-нибудь придется. Стоять на пути прогресса все равно, что на пути асфальтового катка. Прогресс не остановишь, эффективность производства неуклонно растет и возможности среднего индивидуума для современной экономики уже недостаточны. В нынешней ситуации просто необходимо, чтобы каждый занимался именно тем делом, для которого рожден, тем, которому в наибольшей степени соответствуют качества его характера. Только сочетание тщательного отбора наиболее приспособленных работников с их длительной тренировкой позволяет достичь необходимой конкурентоспособности. А определить врожденную предрасположенность можно только путем профессионального тестирования. И все идет к тому, что через пару лет оно станет обязательным для всех землян. — Рассел всегда славился умением говорить как по писанному.

— Я понимаю, хотя все же как-то не по себе…

— Ну и что, всегда можно отказаться. Тест ни к чему тебя не обязывает, у нас ведь свободное общество?

Барт только хмыкнул.

Вечер был теплым, и Хью решил пройтись до дома пешком. Где-то высоко над его головой, в бескрайнем пространстве Солнечной системы, реяли, охраняя покой тихого страхового агента, космические дредноуты Великого Флота Земли. А в голове Хью в это же самое время реяли винные пары. Видимо, именно они и заставили Хью замедлить нетвердые шаги перед вывеской:

Немного помявшись, Хью отважно шагнул в низкую дверцу. Дремавший за конторкой хозяин, полный лысенький человечек, встрепенулся и, увидев посетителя, радостно засуетился, бормоча что-то о том, насколько тяжело в нынешнее время маленьким фирмам и как он рад каждому клиенту и в особенности глубокоуважаемому…

— Хью Барт, — пробормотал страховой агент, несколько обескураженный неукротимой энергией лысого.

— …именно, глубокоуважаемому Хью Барту.

Не переставая суетиться, владелец угостил Хью пивом и провел в глубину помещения. Процедура тестирования заняла изрядное количество времени. Барт стоически перенес наклеивание на кожу множества датчиков и троекратное прохождение через массивную раму сканирующего устройства. Он уже оделся и заканчивал повязывать галстук, когда компьютер завершил, наконец, анализ данных и с глухим урчанием выдал результаты тестирования. На экране значилось: A-VIII.

— Послушайте, уважаемый, — обратился Барт к владельцу заведения, — а что такое A-VIII?

— Вообще-то следует обратиться к справочнику, но исключительно для вас замечу: там вы этого не найдете.

— Почему?

— Буква «А» зарезервирована для государственной службы. Вы в наибольшей степени приспособлены к работе в каком-то федеральном учреждении, но в каком именно, сказать не могу. Эта информация закрыта для частных лиц. Вам придется обратиться в местное отделение Министерства трудовых ресурсов.

Расплатившись, Барт продолжил свой путь домой. Его одолевали мысли о том, для какой именно государственной службы подходят его врожденные склонности. Наверное, министерский чиновник, или, на худой конец, налоговый инспектор… а может быть, может быть, даже начальник управления или — подумать страшно — министр!!

«В конце концов, — размышлял он, — всем же известно, что в нынешнее время на государственные должности, за исключением выборных, конечно, назначают, руководствуясь именно результатами подобных тестов. Только так и удалось добиться того, что планетой управляют действительно компетентные люди!»

Всю эту ночь страховой агент Хью Барт провел без сна, разрываясь между возможностью осуществить давнюю мечту и необходимостью разрушить традиционный стиль жизни. К утру романтическая сторона его личности победила, и он, полный радужных надежд, устремился в Министерство трудовых ресурсов.

Сонный клерк долго не мог понять, чего от него хочет возбужденный молодой человек. Наконец сообразив, пробурчал:

— A-VIII? Прямо по коридору, третья дверь налево, морячок. Конец фразы Барт не расслышал.

За указанной дверью он нашел еще одного клерка. Этот государственный служащий разительно отличался от своего коллеги. Уяснив суть дела, он восторженно пожал Барту руку и горячо поблагодарил.

— Вы поступили совершенно правильно. Ваши исключительные способности очень нужны государству, и в особенности именно сейчас. Большое вам спасибо!

Хью задумался. Какие такие способности важны именно сейчас? Пока он, кляня себя за недостаточное внимание к новостям политики, судорожно перебирал в уме имена недавно уволенных министров и важных чиновников, клерк протянул ему какой-то бланк. Барт слегка насторожился.

— Вам необходимо выполнить этот тест, — пояснил клерк, — и еще заполнить пару анкет, пустая формальность, конечно, но в нашем деле без этого нельзя, инструкция. Так что пока трудитесь, а я вас на минуточку оставлю, мне необходимо связаться с руководством.

Он записал данные Барта на какой-то листочек и вышел в соседнюю комнату. Хью буквально раздулся от гордости. Еще бы, о его появлении докладывают руководству! Стало быть, его действительно ждет выдающаяся карьера. С этими мыслями Барт взялся за решение тестов и заполнение анкет, на что ему понадобилось около получаса.

— Ну что ж, теперь все в порядке, — довольно произнес вернувшийся чиновник, рассматривая бумаги, — чаю хотите?

Слегка уставший Барт охотно согласился. Напиток был ароматный, со странным, едва заметным привкусом.

— Своеобразный чай. Кстати, я до сих пор не понял, а что же собственно означает это самое A-VIII?

— Семейный рецепт.

— ??

— Нет-нет, это я о чае. Что такое A-VIII? Это означает, что вашим врожденным склонностям более всего соответствует служба матросом в Космофлоте.

— Что?! Да как вы… Да я… — обескураженный Барт задохнулся от возмущения. Хрустальные замки, которые он так любовно возводил в последние часы, рассыпались в прах. Вместо безмятежно-тихой конторы его ждал судовой кубрик с трехъярусными койками и неистребимым запахом дешевого табака и хлорки. Не бывать этому! Хью резко поднялся и, кипя от возмущения, шагнул к двери. Неожиданно пол закачался под ногами страхового агента. Он удивленно всплеснул руками и стал медленно валиться набок. Последним, что увидел Барт, прежде чем потерять сознание, были входящие в комнату рослые парни во флотских мундирах.

— А рецепт, между прочим, действительно семейный, как-никак мой дедушка составил целое состояние, торгуя этим снотворным, — задумчиво пробормотал чиновник, глядя на распростертого на полу Барта. — Нехорошо, конечно, вышло, но что поделать, нам сейчас так необходимы матросы…