Один — ноль! До конца матча три минуты. Капитан перехватывает мяч в центре поля. Вырывается вперед, обходит одного игрока, другого, оглядывается… Его нападающие далеко. Решение принимается немедленно: он сам бросается к штрафной площадке. Вратарь все ближе… Мощный удар… Мгновение кажется, что мяч идет мимо, но нет — вот он уже в сетке ворот, и стадион взрывается криком восторга. Два — ноль!

Пит Кларк протер глаза и провел пальцами по волосам. Улыбаясь, он смотрел, как его друг, Джез Харрис, оторвавшись от монитора и откинувшись на спинку кресла, упивается овацией компьютера.

— Видал, Пит, в футболе я не промах, — не удержался Джез хвастануть перед приятелем.

Пит усмехнулся. Что правда, то правда. У себя дома, на 32-битной игровой приставке, Джез в самом деле был что надо.

— Разве это настоящий футбол! — возразил Пит.

— Еще бы, — согласился Джез. — Этот гораздо лучше.

Игра возобновилась, и Джез умолк. Пит обвел взглядом комнату. Назвать комнату Джеза свалкой значило сильно ее приукрасить. Больше всего она напоминала компьютерный склад, на который упала бомба. Всюду валялись журналы, дискеты, картриджи…

Джез победно взмахнул кулаком: очередной матч выигран!

— Твоя очередь, — подтолкнул он к Питу потрепанную приставку.

— Сейчас не могу, — отказался Пит, взглянув на часы. Было уже половина седьмого, а он обещал матери, что будет дома в шесть.

— Ну давай. Может, быстренько сыграем в штурмовиков? — упрашивал Джез, роясь в куче дискет.

— Нет, Джез, я и так уже опоздал, — сказал Пит и встал.

Лицо Джеза приняло безутешное выражение. С тех пор как он впервые обнаружил у себя на лице прыщи — это случилось вскоре после того, как в доме поселилась мачеха, — Джез тщательно за ним следил. Но Пит был непреклонен.

— В другой раз, — пообещал он.

Джез со вздохом кивнул.

Всю дорогу до дома Пит бежал. Иногда он думал, как это они с Джезом стали лучшими друзьями: ведь у них так мало общего! Пит был без ума от футбола, Джеза нельзя было оторвать от компьютера.

Пит же никогда не увлекался компьютерными играми. Иногда играл у Джеза, иногда крутился за компанию с ним в игровом зале на Хай-стрит, не получая, правда, особого удовольствия. Другое дело — футбол!

— Опять опоздал, — машинально отметила мать, увидев сына, но она слишком торопилась на работу и не стала продолжать эту тему. — У меня вечерняя смена, — сказала она. — Если помнишь, я говорила тебе утром? Не мог бы ты…

— Приглядеть за своим младшим братом? — закончил за нее Пит. — Проверить у него уроки и вовремя уложить спать?

— Ведь тебе нужны новые кроссовки? — напомнила она, застегивая куртку.

Пит со вздохом кивнул. Как только дверь за мамой захлопнулась, с лестницы скатился Томми, младший брат Пита.

— Пит, поиграем в футбол, а? — умоляюще протянул он, глядя на Пита ясными голубыми глазами из-под светлой челки.

— Ладно, — согласился Пит, — но только в саду и маме смотри не проболтайся.

Томми радостно бросился из дома.

«Бедный Томми, — подумал Пит. — Отличный парень, но к учебе никаких способностей! До сих пор алфавита не выучил».

Пит перемешал карточки со словами, которые Томми бросил на кухонном столе: кошка, над, под… Томми учился читать их уже не одну неделю.

Пит вышел на задний двор, откуда была видна вся улица. Дома на ней стояли маленькие, но за каждым был большой сад. Взгляд Пита упал на старую оранжерею в дальнем углу двора. Он с нежностью смотрел на полуразвалившуюся постройку. С полдюжины стекол было выбито, дверь давно соскочила с петель, деревянный каркас почти сгнил, но все же это еще была оранжерея.

Раньше за садом ухаживал отец Пита. Дело это было не очень сложное, собственно, кроме стрижки газона, ничего особенного и не требовалось — просто оранжерея была излюбленным местом отца, где он отдыхал в тишине и покое. Пит отдался нахлынувшим воспоминаниям. Он часто вспоминал отца, стараясь только не думать о катастрофе и о том, что отца больше с ними нет. Правда, об этом многое напоминало: не было карманных денег, мама ходила по вечерам на подработку. В школе Фиона Брэмнер постоянно отпускала ядовитые шуточки.

Фиона стала цепляться к нему вскоре после катастрофы. Он не помнил, чтобы чем-то досадил ей, хотя Фиона, собственно, никогда не нуждалась в особом поводе. Достаточно, чтобы с тобой стряслась беда или ты просто проявил слабость. Нет, она никогда прямо не говорила о смерти отца, но постоянно напоминала, что у Пита в кармане пусто, что он ходит в старом тряпье и должен от многого отказаться.

Вспоминая ее колкости, которые она для пущего эффекта отпускала при всем классе, Пит морщился как от боли.

«Послушай, Пит, ты, никак, эту рубашку носил в младших классах?»

Или:

«Боже, Пит, эта форма уже целую вечность как вышла из моды!»

Он старался не обращать на нее внимание, но чем чаще она цеплялась к нему, тем труднее ему удавалось сдерживаться, и, что хуже всего, ее придирки стали замечать и другие.

Перебрасываясь с Томми мячом, Пит в конце концов выбросил Фиону из головы. Но позже, когда он помогал Томми делать уроки, он снова вспомнил эту язву. Как же ему хотелось поставить ее на место!

Откуда ему было знать, что, когда это произойдет, грянут такие события и он ступит на такую дорогу, с которой уже не свернуть.

Отличное настроение, с которым Пит пришел в школу на следующий день, продержалось недолго. Не прошло и десяти минут, как его вызвали к директору, и вернулся Пит на урок истории чернее тучи.

— Простите, что опоздал, сэр. Я был…

— Кларк, мне не нужны твои извинения. Садись, — прогремел на весь класс мистер Бакстер.

Пит съежился на своем месте. Ему очень хотелось объяснить, что он не из тех, для кого вызов к директору — такое уж привычное дело. А что уж говорить об анонимке, в которой Пита обвиняют в краже денег из школьного буфета?

Он не крал денег; разумеется, не крал, но директор не был в этом так уверен, как Пит. В конце концов тот отпустил его со строгим напутствием:

«Хорошо, Питер, на этот раз я тебе поверю. Ступай в класс и чтоб никаких нареканий! Ты же понимаешь: отныне никаких проделок».

Пит только пожал плечами, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимость.

«Отныне никаких проделок» — эти слова звучали у него в голове и на истории, и на английском. Пит отлично знал, что совсем не гений, и урокам всегда предпочитал спорт, но во всяком случае он старался… О Фионе Брэмнер и того не скажешь.

Краем уха слушая мистера Робертсона, который что-то бубнил о Шекспире, Пит смотрел в окно. Наверняка анонимку написала Фиона — это в ее духе. Он все больше приходил к этому выводу и становился все злее. Он ей отплатит… Надо что-то придумать.

Вон она, сидит на два ряда впереди. Пит злобно сверлил взглядом ее затылок, а она преспокойно малевала что-то в своей тетрадке. Слов было не разобрать, но любовное сердечко, нарисованное красным фломастером, Пит разглядел отлично.

Перед самым звонком мистера Робертсона вызвали в учительскую, и Пит решил осуществить свой замысел. Он резко встал из-за парты и решительно шагнул вперед.

— Да неужто Пит проснулся? — поинтересовался Грэхэм Джонсон, признанный классный остряк. — Эй! Ты что делаешь?

Пит быстро схватил тетрадь Фионы. Не обращая внимания на ее вопли, он отскочил к доске и уставился на рисунок. В сердечке была надпись: «ДД + ФБ = навсегда». Не долго думая, Пит огласил ее на весь класс. Раздался смех. Некоторые оглянулись на Фиону. Она молча смотрела прямо перед собой.

— Кто такой этот ДД? — вскричал Грэхэм Джонсон. По классу прокатился тихий шепот. — Фиона, неужели не скажешь? — стал допытываться Грэхэм.

Фиона молчала.

Пит лихорадочно соображал. ДД, ДД… Ну конечно! Он подался вперед.

— ДД, дорогой ДД, это… Даррен Дженкинс! — радостно объявил Пит.

— Ой, красавчик Дженкинс из старшего класса! — ахнула одна из девочек.

Пит посмотрел на Фиону и по ее вспыхнувшему лицу понял, что угадал.

— Точно, Даррен Дженкинс. Только гляньте на нее, — продолжал Пит. — Как рак покраснела.

Класс разразился смехом и криками.

— Фиона и Даррен. Погодите, вот я порадую его приятелей, — орал один из мальчишек.

— Браво, Питер! — вопил Грэхэм Джонсон.

Прозвучал звонок, и все потянулись к выходу.

Ближе всех к двери оказалась Фиона. На мгновение Пит увидел ее глаза: в них стояли слезы. К своему удивлению, Питу вдруг стало стыдно, и он поспешно отвернулся.

На большой перемене во дворе к нему подскочил Джез.

— Слышал о твоих подвигах на английском!

— О каких подвигах? — удивленно переспросил Пит.

— Брось, об этом уже вся школа говорит, — воскликнул Джез. — Ты теперь герой. Фиона всех достала! Так ей и надо! Слыхал, она уже отпросилась домой?

Пит вспомнил лицо Фионы и внутренне поежился.

— Я… я все думаю, зря я ее так…

— Брось, она первая к тебе цеплялась, — ухмыльнулся Джез. — Надеюсь, с ее братом ты тоже справишься.

— Что? С Большим Стивом? Но ведь он не учится здесь, — с тревогой переспросил Пит, но Джез уже по уши влез в разговор о новой игре с заядлыми игроками из третьего «А».

Пит не знал старшего брата Фионы, Стивена, но слышал о нем достаточно. Большой Стив был грозой школы: сильный, наглый и изворотливый тип. Он всегда знал, как получить то, что хочешь, быстро нащупывал слабое место каждого, и многие ребята с готовностью расставались со своими карманными деньгами, стоило ему щелкнуть пальцами перед их носом. При мысли о нем Питу стало не по себе.

После занятий он торопливо вышел из школьных ворот и краем парка пошел домой. Проходя мимо футбольного поля, он почувствовал грусть.

Когда-то он проводил здесь много времени, гоняя с отцом мяч. После его смерти он разлюбил парк. И даже футбол стал меньше любить. Конечно, перед каждым особенно ответственным матчем, как, например, перед битвой с командой «Тэлфер-Хит» или яростным сражением с задавалами «Окмарша» с их пижонской формой и постоянным тренером, он честно собирался, но без подбадривающих криков отца с боковой линии все было не так…

В задумчивости Пит повернул за угол и остановился как вкопанный: его явно поджидала скучающая кучка парней в черных кожаных куртках. У Пита екнуло сердце, но вовсе не от количества парней и даже не от того, как они медленно стали окружать его. В ужас привел его один парень, самый здоровый из всех.

«Нет, этого не может, не должно быть!» — судорожно сглотнул набежавшую слюну Пит.

Да, это в самом деле был брат Фионы, Большой Стив, и он шел прямо на Пита.

Стивен навис над Питом, обдав его запахом табачного дыма.

— Эй, ребята, похоже, это сам мистер Кларк пожаловал, гроза местных девчонок! — веселился он. — Довел мою сестренку до слез, а? Да ты, видать, крутой парень?

Приятели Стива засмеялись. Один из них хрустнул костяшками пальцев, и Пита передернуло.

— Мы ведь не любим крутых парней, правда? Крутых парней надо учить, верно?

— Само собой, — поддержали другие и вплотную придвинулись к Питу. Он отчаянно огляделся по сторонам. Спасения не было.

И тут кто-то из парней привалился к припаркованной машине, и всю округу огласил прерывистый вой сигнализации. Стив удивленно вскинул глаза. Это был единственный шанс. Пит рванул сквозь окружавшее его кольцо и помчался вниз по дороге.

— За ним! — заорал Стив, и вся шайка бросилась догонять Пита.

Оглянувшись на бегу, он увидел, как двое вскакивают на велосипеды. Пит перепрыгнул через сломанную ограду и понесся по газону.

«Большая ошибка, — самокритично отметил он, — газон для велосипедистов — самое подходящее место».

Словно в подтверждение его мыслей, сзади донеслось улюлюканье.

Чувствуя, что легкие вот-вот разорвутся, Пит бежал из последних сил, когда впереди вдруг показался велосипедист. Но это был не враг, это был хорошо знакомый Питу Грэхэм Джонсон, его одноклассник!

— Грэхэм, Грэхэм! — закричал Пит. — Помоги! Можешь взять меня? Быстрее!

Пит взгромоздился на руль велосипеда и, прикрыв глаза и поминутно рискуя свалиться, доверился Грэхэму, который изо всех сил налег на педали. На бешеной скорости они вылетели из парка. Велосипед вихлял из стороны в сторону, и Грэхэм чудом не сшиб двух невесть откуда взявшихся малышей. Вскоре Пит рискнул оглянуться. Преследователи остались далеко позади.

Через несколько минут оглянулся и Грэхэм.

— Похоже, мы оторвались от них, — выдохнул он, отпуская педали.

— Нет, жми дальше, — попросил Пит.

— Ладно, — согласился Грэхэм, — как-никак ты не побоялся и допек-таки Фиону Брэмнер.

— Поэтому мы и убегаем, — объяснил Пит. — Там ее брат.

Минут через пять Грэхэм притормозил.

— Приехали, Пит. Мне нужно успеть к чаю, — выдавил он, жадно глотая воздух.

— Спасибо, Грэхэм. Я твой должник.

Проводив взглядом уезжающего Грэхэма, Пит перевел дух, вытер лоб курткой и огляделся. Место было незнакомое. Неужели они забрались так далеко? Он пошел по пустынной улице, которая вскоре привела его к старому заброшенному предприятию. Указатель гласил: «Парк развлечений Элмвуда».

Возвращаться Питу не хотелось: чем дольше он будет отсутствовать, тем больше вероятность, что Стив и его парни бросят поиски. Пит вошел в пустынный парк. Большая часть аттракционов была заколочена досками, только за углом он увидел более или менее новый павильон с вывеской «Зона». Стены павильона были выкрашены в черный цвет, казалось, это был единственный действующий аттракцион парка. Заинтересовавшись, Пит подошел поближе: в павильон входили и выходили ребята примерно его возраста.

Пит посмотрел на часы. Пойдет он домой сейчас или через полчаса, все равно он уже опоздал и нагоняй от матери ему обеспечен. Так что, по крайней мере, стоит взглянуть, что там такое.

«Только взгляну и назад», — убеждал он себя.

Тяжелая металлическая дверь медленно открылась и пропустила его внутрь.

Сделав несколько шагов, Пит наткнулся на низкие створчатые двери, какие бывают в салунах на Диком Западе. Он толкнул их и вошел. Внутри царил полумрак, некоторое время он ничего не видел. Но скоро понял, что попал в зал видеоигр, только совсем не похожий на тот, что на Хай-стрит, где всегда людно и светло.

В полутемном зале тускло поблескивали ряды игровых автоматов. В их мерцающем мягком свете из тьмы призрачно проглядывали лица немногочисленных игроков. Здесь были уличные бои, несколько автомобильных гонок и обычные звездные войны, но были и такие игры, о каких Пит никогда прежде не слышал: «Виртуальный боец», «Убийца воспоминаний», «Кубус». Во втором ряду автоматов Питер обнаружил «Джинзу» — любимую компьютерную игру Джеза.

У Джеза она никогда особенно не привлекала Пита, но здесь почему-то выглядела заманчиво, и Пит не устоял. Он нашарил в карманах мелочь, опустил в автомат монетку и взялся за джойстик. Быстро выбрав установки, он терпеливо ждал начала игры.

Пит оказался за штурвалом космического разведчика, который, отстреливаясь, уходил в глубь галактики от вражеского флота. Пит попытался укрыться за небольшим астероидом, но враги обнаружили его, и их выстрелы все чаще и чаще задевали Пита. Вжав палец в красную кнопку джойстика, он яростно отстреливался. Он разделался с двумя их них и уже собирался отходить, когда его собственный корабль внезапно превратился в ослепительную вспышку, и экран погас. Игра кончилась.

— Неплохая драка! — неожиданно раздался голос над самым его ухом, так что Пит даже вздрогнул. Резко обернувшись, он увидел за своей спиной парня года на два старше и гораздо выше его, с короткими светлыми волосами и серьгой в левом ухе.

— Чего тебе? — раздраженно спросил Пит.

— Подумал, может, совет нужен, — ответил незнакомец, почесал свой кривой нос и снова сунул руку в карман поношенной кожаной куртки. — Впервые здесь? — спросил он.

Пит кивнул.

— Я сам давно не был. Забавное местечко, да?

— Да, забавное, — согласился Пит.

— Так вот тебе совет. Если приходится совсем туго, пускай в ход смарт-бомбу — желтая кнопка на джойстике.

Питу было немного не по себе. Его смущала развязная манера, с которой незнакомец вел разговор, не нравилось, что тот наблюдает за его игрой. Лучше всего было бы уйти. Пит так бы и поступил, если бы не оставшиеся в автомате деньги. Пит снова нажал на старт.

Быстро пройдя два первых уровня, он снова столкнулся с четырьмя вражескими кораблями. На этот раз он быстро справился с одним из них, удачно наведя на него лазерную ракету. Бах! Оставшиеся три яростно обстреливали Пита и все сильнее теснили его. Но тут Пит вспомнил совет незнакомого парня и нажал желтую кнопку. Ба-бах! Экран озарила ослепительная вспышка, разом поглотившая все три корабля противника.

Он выбрался на следующий уровень. Через мгновение его подстрелили, но он не огорчился. Трюк со смарт-бомбой поможет ему обыграть Джеза. Конечно, хотелось еще поиграть, но деньги кончились, да и вообще пора было идти домой.

— Уходишь?

Пит обернулся. Это был опять тот парень с серьгой.

— Надо. Спасибо за совет. Здорово работает.

— А, я целую кучу приемов знаю. Хочешь глянуть?

Пит заколебался и промолчал.

— Зовут меня, кстати, Рик, — неожиданно представился парень.

— Мне пора домой, — не слишком уверенно пробормотал Пит.

— Да ладно, давай я покажу тебе эти штучки.

Рик вытащил из кармана пригоршню монет и бросил несколько монет в автомат.

— Ну вот. На пару игр хватит, чтобы немного поднатаскать тебя.

Пит склонился над панелью, а Рик навис над его плечом, помогая в особо сложных ситуациях. Уже во второй игре Пит получил бонус-игру. Автомат засверкал и сыграл победный марш. Игроки по соседству завистливо оглянулись, и Пит ощутил прилив гордости.

Бонус-уровень оказался дьявольски сложным. Рик успешно протащил Пита через несколько ловушек, но тут на него понеслись пять скоростных военных крейсеров, на ходу палящих из всех орудий. И это было полной неожиданностью для обоих.

— Сбивай их справа налево! — закричал Рик.

Пит нажал кнопку и открыл огонь. Один крейсер он все-таки сбил, но целился он из рук вон плохо, и остальные три остались целы. Экран погас. Игра закончилась. Затем на экране появилась надпись: «Бонус-уровень завершен. Поздравляю. Бесплатная игра».

Пит был поражен.

— Не может быть, — проговорил он, — я же промахнулся!

— Это тебе кажется, что промахнулся, — отозвался Рик, нажимая на кнопку паузы. — В этом все дело: голова и руки у тебя действуют быстрее глаз. — И, помолчав, добавил: — Твои чувства отстают от мыслей и действий. Это и делает тебя непобедимым.

— Правда? — смущенно отозвался Пит.

Сам он вовсе не считал себя непобедимым, даже и не надеясь угнаться, например, за Джезом. Но тем не менее внутренне прямо раздулся от гордости.

— Теперь мне и в самом деле пора.

— Тогда до скорого? Скажем, завтра? — спросил Рик.

— Попробую, — ответил Пит.

Когда он вышел из павильона, глаза некоторое время привыкали к яркому дневному свету. Придется рассказать маме про Стивена и его шайку, но про «Зону», пожалуй, не стоит упоминать. Еще не очень понимая причину, он чувствовал, что ей не понравится, если он будет проводить время в этом зале на другом конце города. Что ж, если она не будет об этом знать, то и запретить не сможет.

Пит покинул «Зону» и, не оглядываясь, зашагал домой. Если бы он только оглянулся, то наверняка заметил бы глаза, пристально смотревшие ему вслед из маленького зарешеченного окошка. Но все равно ни за что не расслышал бы злорадного смеха из-за треснувшего стекла.

Заложив руки за голову, Пит откинулся в кресле и, глядя на изумленную физиономию Джеза, расплылся в широкой улыбке.

— Нет, просто не верится, — простонал Джез. — Как тебе это удалось? Я загнал тебя в угол, у тебя уже не было смарт-бомб, осталось меньше половины сил…

Все правильно. И Пит непременно проиграл бы и в этот раз, если бы вовремя не вспомнил уроки, которые ему преподнес Рик. Стоило пустить их в ход, как Джез был обречен.

Пит показал Джезу приемы, которым научился от Рика, тот всегда называл их трюками.

— И это в самом деле дает двойную защиту? — удивился Джез.

Пит кивнул и рассказал ему о Рике и «Зоне».

— Сходим? Тебе понравится.

— Ладно, но, сдается мне, ты теперь другим стал, нет разве? — ухмыльнулся Джез.

— Вовсе нет, — решительно возразил Пит.

На самом деле, после того как в его жизни появилась «Зона», он не мог думать ни о чем другом. По крайней мере ничего более захватывающего он еще не знал. В школе по-прежнему царила скука; Стива с его бандой, к счастью, пока не было видно… Пит поблагодарил Грэхэма за отличную велосипедную гонку и старался держаться подальше от Фионы.

В субботу он снова отправился в Зону. Джез тоже было собрался, но в пятницу вечером позвонил и сказал, что он уезжает с отцом на выходные. Мать работала в дневную смену, так что Питу надо было вернуться к обеду. Но часа два у него еще было.

К удивлению Пита, даже в субботу Зона была почти пуста. Но Рик был на месте. Он подвел Пита к автомобильному симулятору «Безумие в Монако».

— Попробуй, это фантастика! — посоветовал он и кинул в прорезь жетон. — Я знаю потрясающий трюк.

Пит скользнул в кресло и погрузился в игру. Рик оказался прав: графика и звук были восхитительны, но Питу никак не удавалось пройти круги экстрабонуса. Когда Пит собрался начать в третий раз, Рик остановил его:

— Подожди. Попробуй теперь так: на длинной прямой держись за первой машиной и, как только покажется финишная черта, иди на обгон. Увидишь, твоя машина выиграет.

Пит взялся за джойстик. Через четыре круга он увидел перед собой лидера. Перед финишной чертой Пит пошел на обгон. Как и говорил Рик, машина уверенно вышла на первое место.

Через заезд компьютер выдал звуковое сообщение:

— Новый рекорд!

Думая только об игре, Пит даже не замечал столпившихся за его спиной игроков, пока кто-то случайно не толкнул его. Машина Пита, как раз проходившая самый сложный участок, тут же слетела с дороги. Она должна была разбиться, но секундой позже Пит снова обнаружил ее на трассе. Пит был озадачен, однако продолжил гонку.

Пит гнал круг за кругом, каждый раз ускоряя ход машины, стремясь заработать бонус, но через десять кругов не сумел-таки вписаться в слишком крутой поворот. На этот раз машина действительно разбилась.

«Игра окончена».

Пит выбрался из кресла, все кругом его поздравляли. Он почувствовал гордость: так его поздравляли только тогда, когда он в прошлом году забил решающий мяч в ворота «Школьников Окмарша».

Он поискал взглядом Рика, но того поблизости не было. Рик оказался на другом конце зала: он склонился над автоматом, за которым сидел какой-то новичок. Пита кольнула ревность, и он решил, что пора домой. У двери его окликнул Рик. Пит сделал вид, что не слышит, но Рик догнал его, лучезарно улыбаясь.

— Ну как? — спросил он.

Пит пожал плечами и двинулся дальше.

— Пойдем, я покажу тебе нечто сногсшибательное. Не каждому дано играть в такое…

— И с чего ты решил, что я смогу? — настороженно спросил Пит.

— Потому что ты прирожденный игрок, — кратко ответил Рик. — Пойдем.

— Не знаю, — заколебался Пит. — Я вовсе не игрок. Я ведь редко играю. И не очень люблю это дело. Точнее, раньше не очень любил. Теперь, правда, эти высокие баллы, и явно не только из-за твоих советов.

— Ты говорил, что любишь футбол, — сказал Рик, подталкивая Пита к дальнему углу зала.

Пит не помнил, чтобы говорил это, но все-таки кивнул.

— Так вот, здесь то же самое. Бывает, кажется, что игрок допустил ошибку, а на самом деле ничего подобного: правильное движение он уже давно сделал, только никто его не увидел.

Питу это было знакомо. Мистер Бакстер, тренер их школьной команды, вечно твердил о том же.

— Ну, а при чем тут я?

— Прирожденный игрок вовсе не мрачный тип, что вечно ошивается в видеозалах, как эти дети, — кивнул Рик в сторону нескольких подростков, застывших перед экранами. — Лучшие игроки часто даже и не подозревают о своих способностях. И знаешь, что делает их лучшими? Интуиция!

Пит засмеялся, но Рик даже не улыбнулся, и Пит отвел глаза от его пристального взгляда. Тут он заметил железную лестницу, ведущую наверх.

— А что наверху? — полюбопытствовал он.

— Наверху? О, там… — Рик замялся, — там Внутренняя зона, — сказал он, проходя вперед.

— Что-что? — переспросил Пит с возросшим интересом.

— Внутренняя зона, офис и мастерская мистера Кагора. Вход посторонним воспрещен. Необходимо его личное разрешение.

— А кто такой мистер Кагор?

— Владелец. Некоторые из автоматов он сделал сам. Наверху у него мастерская.

— Что? Ты хочешь сказать, он сам делает игры? — изумился Пит.

— Вроде бы так, но точно не знаю, так что не спрашивай, — резко прервал дальнейшие расспросы Рик.

Они молча прошли к отгороженному углу зала, где в полумраке поблескивал один-единственный автомат.

— А сюда можно? Разрешается? — забеспокоился Пит.

— Все нормально. Я спросил. Тебе можно.

— Спросил? Кого? Мистера Кагора? Но я думал, тебе тоже нельзя…

— Все в порядке, — отрезал Рик и, показывая на автомат, сказал: — «Агрессор».

Пит разглядывал черный, слишком уж простой на вид аппарат. Смотрелся он не очень… Пожалуй, такой самодельной игрушкой, не больше. Но игра здесь стоила вдвое дороже, чем на других автоматах.

Рик велел Питу надеть на голову присоединенный к панели черный блестящий шлем. Это был шлем виртуальной реальности, — в точности такой Пит видел по телевизору. Шлем оказался удивительно удобным и плотно прилегал к голове.

Рик ткнул пальцем в пару больших черных перчаток, от которых тянулись провода к панели. С волнением Пит надел и их. Перчатки оказались теплыми и чуть влажными, но почему-то это было тоже приятно. Пит почувствовал, как его плечи расслабились и тело обмякло.

— Затяни ремень, только не слишком туго, — сказал Рик, засовывая в машину жетоны. — Теперь осмотрись.

Пит выполнил все указания. Шлем наполнился роем образов, пошла заставка и зазвучала восточная музыка.

— Здесь встроено несколько разных игр. — Пит с трудом услышал голос Рика в шуме аппарата.

— Выбор от тебя не зависит, — продолжил Рик. — Что тебе досталось?

— Войны самураев, — прокричал в ответ Пит.

Заставка уступила место пустой комнате в японском доме. На соломенной подстилке прямо перед Питом лежал бамбуковый шест.

— Видишь боевой шест? — спросил Рик.

Пит кивнул.

— Подними его.

— Что ты несешь? — поморщился Пит.

— Ну, протяни руки и возьми.

Чувствуя себя очень глупо, Пит потянулся к шесту. На полпути и немного внизу в поле его зрения появились руки. Его руки. На левой он увидел свои спортивные часы, выглядывавшие из-под широких рукавов какого-то белого балахона.

— Ты что, не слышал о виртуальной реальности? — засмеялся где-то далеко от него Рик.

— Слышал не хуже тебя, — огрызнулся Пит.

Он протянул руки и сомкнул пальцы на шесте.

Ох! Он действительно ощутил его в своих руках!

— Как это? — выдохнул Пит.

— Понятия не имею, но здорово, правда? — раздался голос Рика.

Пит вертел бамбуковый шест в руках. Неужели это только компьютерная игра?

— Я объясню тебе, как играть, — продолжал вещать Рик. — Самураев в черном бей по ногам. Парни в голубом пошустрее, но парочка ударов по корпусу обычно успокаивает и их. В желтых бутылочках — экстра-сила. Все запомнил?

Пит ошарашенно кивнул.

— Отлично, — ответил Рик. — Тогда мне пора. Желаю удачи!

Пит занервничал. Лучше бы Рик остался и помог ему. Но он уже начинал понимать, что в этой игре всегда приходится быть одному. Здесь все игра. Даже и Пит был всего лишь ее частью.

Прямо перед ним появился большой, медлительный японский самурай. Что-то зловещее было в его мягких, крадущихся движениях.

Первый удар пришелся Питу в живот. Мальчик ничего не почувствовал, но микрофоны в шлеме издали возглас боли, а счетчик жизней упал сразу на десять процентов.

Пит кое-как защищался шестом, но попытки контрударов были просто смехотворны, и черный воин делал с ним все, что хотел. Когда их шесты скрестились, Пите изумлением почувствовал дрожь в перчатках. Ощущение было совершенно реальным. Пока Пит приходил в себя от удивления, черный воин нанес ему серию ударов, сразу положивших игре конец. Изображение комнаты исчезло, шлем погас.

Но прежде чем Пит успел снять его и сунуть в автомат новые монеты, игра возобновилась сама собой. Пит снова проиграл, но на этот раз ему уже удалось разок хватить самурая шестом.

Странно, но «Агрессор» включил и третью игру. Пит вспомнил совет Рика и теперь старался ударить черного воина по ногам. На Пита тоже сыпались удары, у него уже оставалось всего лишь двадцать процентов жизни, но вот после очередного удара по ногам самурай рухнул. Победа!

Пит постепенно осваивался. После третьей игры ему уже пришлось кинуть в автомат монетки. И потом еще раз… Когда деньги кончились, Пит снял шлем. Он так и не одолел первого уровня, но многому научился и был доволен собой.

Пит прошелся по залу в поисках Рика, но того нигде не было. Выйдя на улицу, Пит посмотрел на часы. Половина первого!

Он провел на «Агрессоре» почти два часа! Похоже, он совсем утратил чувство времени. Как могло случиться, что он играл так долго? Ведь казалось, времени прошло совсем мало. И кидал монеты он только дважды… Пит был сильно озадачен, но дома на него сразу нахлынули другие заботы. В холле его ждала мать.

— Где ты пропадал, Питер? Я же просила тебя быть к двенадцати. Мне пришлось отпроситься с работы.

Пит задумался. Прежде он никогда не лгал матери, но теперь почему-то был уверен, что правду ей лучше не говорить.

— Прости, совсем заигрались, — сказал он.

И, не дожидаясь отповеди, проскочил в комнату и кинулся к младшему брату.

— Томми, пошли покидаемся? — предложил он. На самом деле ему совсем не хотелось играть с Томми, но сейчас главное — улизнуть от матери.

Томми радостно рванулся в сад, и Пит побежал за ним. Мать в кухне, мимо которой промчались сыновья, только тихо вздохнула и ничего не сказала.

Миссис Тейлор, соседка, хмуро смотрела из-за ограды.

— Смотрите, чтобы я больше не видела вашего мяча в своем саду, — буркнула она и отвернулась. И вовремя: вряд ли ей понравилась бы рожа, которую скорчил Томми.

Братья гоняли мяч по саду, но душа Пита была в другом месте. Его мысли все время возвращались к «Зоне» и удивительной игре. Гонять мяч было уже не так интересно; во всяком случае, это не шло ни в какое сравнение со схваткой с самураями.

На следующее утро Пит с тяжелым сердцем выбрался из дома, пока мать и Томми еще спали. На столе он оставил записку, что должен встретиться с приятелем и вернется только к обеду.

Томми расстроится: по воскресеньям они всегда вместе ходили играть в футбол. Ничего, Пит возместит ему это в другой раз. Как и деньги, которые взял из его копилки. Он их быстро вернет. Ему просто хотелось быть уверенным, что денег хватит, чтобы продержаться на «Агрессоре» сколько потребуется.

Когда он вошел в «Зону», половина автоматов была уже занята. И что-то тут изменилось. Экраны светились зловеще и неприветливо, не было ни одного знакомого лица из тех, кого он запомнил вчера и кто поздравлял его так дружески. Не было и Рика.

При мысли, что придется одному идти в огороженный угол, где стоял «Агрессор», Питу стало не по себе, и он сперва бросил монетку в «Формулу X». На экране появилась стартовая дорожка, Пит стиснул руль своей гоночной машины, но только начался заезд — Пит шел шестым, — на его плечо легла большая мясистая рука.

— И что, по-твоему, ты сейчас делаешь? — раздался голос.

— Играю в «Формулу X», — ответил Пит, высвобождая свое плечо и оборачиваясь. Над ним возвышался здоровенный детина, явно старше Пита и куда крепче его.

— Здесь оставались мои деньги, я не доиграл, — угрожающе заявил тот.

— Не может быть… — начал было Пит.

— Ты украл мою игру, а теперь еще называешь меня лжецом?

— Да нет же. Я только хочу сказать, что здесь не было никакой игры, — защищался Пит.

— А мне сдается, была, — нахмурился парень, злобно стягивая со своей головы бейсболку.

Из компьютера раздался визг тормозов и треск разбившегося автомобиля. Игра явно закончилась. Пит разозлился: этот тип лишил-таки его игры! Он уже был готов высказать этому парню то, что он о нем думает, но тут из темноты выступили еще двое. Пит беспокойно огляделся в надежде увидеть Рика или еще кого-нибудь из завсегдатаев, но никого не было. Пит был один.

— В чем дело? — поинтересовался один из подошедших.

Пит отшатнулся: Стивен Брэмнер!

— А ты не знал? — Стиву было очень весело. Он облокотился на автомат и ткнул пальцем в значок на своей рубашке. — Я здесь главный распорядитель. А ты, Пит Кларк, никак, думал, что ушел от нас?

— Но… — начал было объяснять Пит, но тут же понял всю бесполезность своих слов.

Три фигуры нагнулись над Питом. Краем глаза он заметил движение на площадке железной лестницы. Там медленно открывалась дверь. Из нее вышел человек, и Стив с его бандой застыли как по команде.

— Мистер Кагор, — выдохнул один из них. Остальные стояли, глупо разинув рты.

Пит немного успокоился и тоже повернулся к лестнице. Наверху стоял высокий мужчина с длинными черными волосами, собранными на затылке в хвост; одет он был довольно неряшливо: в потертые черные джинсы и старую куртку, но во всем его облике, в том, как он стоял наверху в наступившей мертвой тишине, было что-то очень властное.

— В чем дело, мальчики? — наконец спросил он неожиданно для Пита низким и громовым голосом с легким непонятным акцентом.

— Этот парень, — пожаловался Стив, — нарушает правила.

— Ничего я не нарушаю, — запротестовал Пит. — Я только пришел поиграть…

— Он использовал мои деньги, — перебил парень в бейсболке. — Он был…

Но закончить тоже не смог. Мистер Кагор приложил к губам палец, и мгновенно воцарилась тишина.

— Возвращайся к своим обязанностям, Стивен, — произнес мистер Кагор. — Я поговорю с тобой позже.

— Да, мистер Кагор, — кивнул Стив и поплелся куда-то в глубь зала.

— А ты, — кивнул мистер Кагор Питу, — подойди ко мне.

Сердце Пита чуть не выпрыгнуло, пока он взбирался по лестнице. Мистер Кагор оказался всего на несколько сантиметров выше Пита, но было ясно, что властности в нем куда больше, чем сантиметров. На его остром и костлявом небритом лице странно блестели светлые голубые глаза.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Пит. Питер Кларк.

— Хорошо, Питер. Ты украл деньги?

— Нет, сэр.

— Здесь не школа. Можешь звать меня мистер Кагор.

— Да… то есть нет, мистер Кагор.

Мистер Кагор еле заметно улыбнулся:

— Я наблюдал за тобой, Пит Кларк. Знаешь, ты очень способный игрок.

Пит почувствовал, что краснеет.

— Не обращай внимания на Стивена и его друзей. Этим олухам я иногда приплачиваю, чтобы они следили за порядком и выполняли мелкую работу. Иногда они забываются, но тебя больше не потревожат, не беспокойся.

Мистер Кагор помолчал. Стояла мертвая тишина.

— Да, чуть не забыл, — сказал он, собираясь уходить. — Небольшой подарок. Чтобы сгладить инцидент… Потрать их на «Агрессоре». Хорошая игра! Да ты знаешь.

И он протянул Питу пластиковую коробочку с жетонами для автоматов. Пит запустил туда руку. Не меньше пятидесяти, может быть, даже все шестьдесят жетонов! Потрясающе! Когда он поднял глаза, чтобы поблагодарить мистера Кагора, тот уже исчез в сумраке своей мастерской.

Пит немного побродил по залу. Стычка со Стивом не на шутку его встревожила, и какая-то часть его души рвалась прочь из «Зоны». Другая же часть откровенно ликовала: еще бы — у него теперь куча бесплатных жетонов и комплименты мистера Кагора!

Вскоре Пит все-таки сидел перед загадочным черным аппаратом в отгороженной части зала. Искушение оказалось непреодолимым. Он надел шлем, перчатки и кинул в автомат четыре жетона.

Он снова был в комнате японского дома, и перед ним на коврике лежал, дожидаясь своего часа, бамбуковый боевой шест. Пит поднял его и сразился с самураями. Ему понадобилось лишь несколько минут, чтобы разделаться с ними, но вдруг наступила темнота. Проклятие! Жетоны кончились, когда он только вошел во вкус!

Он хотел уже снимать шлем, когда на засветившемся экране появилось новое изображение.

Оно было до странности знакомым… Пит стоял на лужайке, то ли на школьной площадке, то ли в парке возле собственного дома. Издали приближался шум моторов. И скоро он отчетливо различил в динамиках шлема далекий треск мотоциклов.

Когда мотоциклы подъехали, треск превратился в оглушающий рев моторов. Пит не верил своим глазам: «Агрессор» показывал ему то, что он знал… Перед ним был Стив и его банда.

Пит взглянул на свои руки. Бамбукового шеста в них больше не было. Теперь он держал пистолет, и на миг Питу стало не по себе.

— Да ладно, это же игра, — успокоил он себя.

Но он отчетливо чувствовал тяжесть пистолета, ощущал под пальцем сопротивление курка… Невероятно! Пит выстрелил. Небольшая отдача отбросила руку назад, он промахнулся. Первый мотоциклист был уже совсем рядом. Пит тщательно прицелился… Есть!

Пит быстро развернулся влево — второй враг замахивался на него велосипедной цепью. Бах! И тот вылетел из седла. Когда с диким ревом на Пита понесся Стивен, на экране замерцала надпись: «Дополнительная игра». Графика была потрясающая. Компьютерный Стив был точной копией настоящего, вплоть до его отвратительной ухмылки. Он был как живой. Пока Пит, без колебаний нажав на курок, не убил его.

«Призовая игра», — возвестил «Агрессор».

Всю следующую неделю почти каждый вечер Пит ходил в «Зону», играя на жетоны, которые ему подарил мистер Кагор. Сначала он побаивался очередной стычки со Стивом, но, похоже, что-то изменилось. Тот старался держаться от него подальше. Иногда злобно улыбался Питу, но чаще, казалось, просто не замечал его. По крайней мере, этот бандит больше не трогал Пита.

На этой неделе, в какое время Пит не приходил бы, Рик уже был здесь, причем в любую погоду в своей драной кожаной куртке.

— Тебе не жарко? — спросил однажды Пит, когда они вместе играли в «Виртуального бойца». Стояла настоящая жара — первый по-настоящему летний день.

— Ничуть, — ответил Рик. — Я всегда мерзну. Что-то наследственное.

Пит озадаченно заморгал глазами. И Рик, не отрываясь от экрана, продолжил:

— Мать приехала из Австралии, вышла за отца и осталась, к несчастью, здесь.

— Тебе здесь не нравится? — удивился Пит.

— Я имею в виду: к несчастью для отца, — уточнил Рик с непроницаемым выражением лица, и Пит оставил расспросы.

Однако дня через два он не выдержал и снова спросил:

— Так они не против, что ты все время торчишь здесь?

— Кто? — удивился Рик.

— Твои родители.

— А они не знают. Я больше не живу с ними, — ответил Рик, глядя в сторону.

— А где же ты живешь? — удивился Пит.

— А, здесь неподалеку, — отмахнулся Рик, и на его лицо легла мрачная тень.

Пит не решился продолжать расспросы.

Пит иногда играл с Риком, но все больше и больше времени проводил на «Агрессоре» один. С каждым разом игра была все более захватывающей. В «Агрессоре» постоянно появлялись новые враги. Иногда это были самураи, иногда — римские легионеры; разбойников с Дикого Запада сменяли американские гангстеры. Но возвращаться к «Агрессору» вновь и вновь Пита заставляло другое…

Откуда автомат мог знать, что Пит ненавидит ближайшую соседку — миссис Тейлор или что Питу кажется, будто школьный тренер, мистер Бакстер, его недолюбливает? Но «Агрессор» знал. И давал Питу бесценную возможность отомстить за свои обиды.

Хотя Пит всегда с готовностью пользовался советами Рика в других играх, ему и в голову не приходило просить у него помощи на «Агрессоре». Он чувствовал, что эта игра только для него, и только он один может выиграть и перейти на следующий уровень. Через неделю или две он уже почти не играл ни на каких автоматах, кроме как на «Агрессоре».

И чем больше времени он проводил в «Зоне», тем меньше времени у него оставалось на другие дела: учебу, друзей и даже на Томми. Пит понимал, что совсем забросил братишку. Иногда, правда, когда уже нельзя было отказаться, он все-таки играл с ним, но немного и нехотя. С матерью тоже становилось все труднее… Она вечно просила помочь его то здесь, то там, а когда он не успевал этого сделать, начинала ворчать.

В четверг, ровно через три недели и один день после того, как Пит впервые обнаружил «Зону», он сидел вечером дома и занимался с Томми, помогал ему разбираться с карточками. Он раздражался все больше и больше и наконец окончательно вышел из себя.

— К-О-Ш-К-А — кошка, Томми. Мы неделями мусолим одни и те же карточки! — рявкнул Пит.

Томми повесил голову, и его взгляд сразу потускнел.

— Я впустую трачу на тебя время! — взорвался Пит. — Ты настоящий тупица!

Томми молчал, но было заметно, как он расстроен.

— Ненавижу читать! — вдруг выпалил он и, хлопнув дверью, убежал в свою комнату.

Пит понимал, что надо бы пойти и извиниться, утешить братишку, но… почему-то не пошел. Вместо этого он закрыл дверь, чтобы не слышать доносящихся из спальни всхлипываний, и рухнул в кресло: он чувствовал себя несчастным и ужасно одиноким.

На следующее утро в школе он чувствовал себя не лучше и, наверное, все это заметили. Даже Грэхэм Джонсон подошел к нему после географии.

— У тебя все в порядке? — спросил он.

— Все отлично, — коротко ответил Пит, приходя в еще большее раздражение от участливого тона Грэхэма.

— Но все видят, что последние дни ты какой-то поникший.

— Молодцы, пусть наблюдают дальше, — процедил Пит.

— Знаешь, что говорит Фиона?

— Нет!

— Она всем рассказывает, что ее брат побил тебя, и теперь ты здорово напуган.

Грэхэм тщетно ждал ответа.

— Но мы-то знаем, что этого не было, правда, а? — подмигнул он.

Пит даже вздрогнул. Да что этот Грэхэм о себе возомнил, будто он лучший друг Пита?

Пит пожал плечами. Фиона в самом деле пришла в себя быстро и опять взялась за свои издевки, но не с Грэхэмом же было это обсуждать! Он отошел, напустив на себя безразличный вид. Он все еще размышлял об этом, когда после занятий его окликнул Джез.

— Привет, э… как вас зовут сегодня? — фальшиво-бодрым голосом начал Джез. — Мы, случайно, не знакомы?

Пит резко обернулся. Он уже целую вечность не заходил к Джезу. У него ни на что не было времени, кроме «Зоны».

— Очень смешно, Джез, — произнес он.

— В это воскресенье я свободен, — все тем же наигранно-оживленным тоном продолжал Джез. — Может, сходим в твой зал?

Пит немедленно просветлел. Ну, теперь он покажет Джезу, чего тот лишился за последние несколько недель!

— Отлично, в воскресенье я зайду за тобой в девять, — предложил он.

— В девять! Так рано? — расстроился Джез.

— Чтобы занять «Агрессор», нужно приходить рано, — неумолимо сказал Пит. — Это лучшая игра.

— Ладно, буду готов в девять, — сдался Джез.

Его загнали в угол, поймали в пятно ослепительно белого света. Некуда бежать, негде спрятаться. Только смотреть. На нее… На Фиону. Она выросла вдвое с тех пор, как он видел ее в последний раз. И у нее что-то с левой рукой… Да она теперь из стали и зловеще блестит в лучах невыносимого света.

— Ты заплатишь мне, — бросает ему в лицо Фиона.

— Сколько? — хочет спросить Пит, но слова не идут с языка.

Фиона пронзительно смеется.

— Ты знаешь цену, Кларк. Ты заплатишь за то, что сделал.

Раздается странный шипящий звук. Пит смотрит на левую — стальную — руку Фионы и видит, как она распускается зловещим цветком с быстро вращающимися изгибающимися лепестками лезвий.

Рука тянется к Питу, лезвия мелькают перед самым его лицом, звук вращения нарастает…

— Ты заплатишь, заплатишь, — все громче и громче повторяет Фиона.

Пит проснулся от собственного крика, весь в поту. Сердце бешено колотилось в груди.

Он посмотрел на часы: половина пятого утра. Отбросив со лба мокрые волосы, он перевел дыхание. Ему и раньше снились кошмары, особенно в детстве, но этот был совсем другой. Он был слишком реальным, слишком страшным…

— Ма! Мама! — закричал Пит.

Дверь распахнулась.

— Что? Что случилось? — перепуганным голосом спросила мать.

— Мне приснился такой кошмар, — простонал Пит.

— И только? Я думала, ты поранился.

— Но это было ужасно. Это была…

Он хотел рассказать, но мать оборвала его.

— Питер, спи, пожалуйста. Я сегодня так устала. Две смены подряд. Мне необходимо выспаться, я не могу вскакивать среди ночи из-за твоих кошмаров. Ты хуже Томми!

— Но, ма…

— Никаких «но». Будешь вести себя как полагается, повзрослеешь наконец, вот и не будет никаких кошмаров.

И она плотно прикрыла за собой дверь спальни. Пит остался один. Он лежал на кровати, глядя широко открытыми глазами на светящийся циферблат будильника. Страх прошел, но осталось жуткое чувство одиночества. Страшного одиночества… Только когда засветлела щель между занавесками, Пит забылся беспокойным сном. Когда он проснулся, будильник показывал 9.55. Пит проклял все на свете: в девять его ждал Джез!

Пока Пит торопливо одевался, ночной кошмар полностью вылетел у него из головы. Последнее время он так редко видел Джеза. Пит был рад, что сегодня наконец покажет ему «Зону».

Пит прокрался на кухню, встал на цыпочки и, нащупав на буфете свою копилку, взял оттуда денег. В копилке осталось совсем мало.

Когда он добрался до дома Джеза, было уже почти половина одиннадцатого.

— Очень смешно, Пит, — проворчал Джез. — Я жду тебя целую вечность.

— Извини.

В молчании они миновали парк. Извилистыми пустынными улочками, мимо заброшенных заколоченных зданий Пит повел Джеза к «Зоне». Джезу явно было не по себе.

— Ты уверен, что здесь безопасно?

— Разумеется, ты же со мной, — самоуверенно заявил Пит.

— Ох, извини, я и забыл, какой ты у нас крутой, — усмехнулся Джез.

При виде «Зоны» Джез оживился.

— Большая, — уважительно протянул он.

— Да уж не маленькая, — ответил Пит, привычно толкая дверь.

Джез нерешительно последовал за ним, настороженно озираясь в полумраке. Пит кивнул нескольким игрокам, сидевшим у экранов.

— Тебе здесь вправду нравится? — недоверчиво спросил Джез.

Пит удивленно обернулся. Он давно привык к полумраку, и нервозность приятеля начинала его раздражать.

— Ну и где же это чудо, о котором ты говорил? — нетерпеливо спросил Джез.

— Там. Пойдем, — ответил Пит и потянул Джеза в дальний отгороженный угол зала, где гордо показал на аппарат.

— И что это за металлолом? — скептически протянул Джез.

— «Агрессор», — уязвленно ответил Пит. — Лучшая игра здесь.

— Больше смахивает на неудачную модель, чем на автомат. Посмотри только на все эти висящие провода.

Пит промолчал.

— А почему такая дорогая? — с тревогой допытывался Джез. — Вдвое дороже, чем обычные!

— Она того стоит, — нетерпеливо ответил Пит.

— Ну, Пит, не знаю; чем просаживать деньги на этой рухляди, я бы лучше лишний раз сыграл в «Виртуального бойца» или «Уличные бои».

— Это не рухлядь, — рявкнул наконец потерявший терпение Пит.

— Ладно, ладно. Если ты о ней такого мнения, значит, она того стоит, — согласился Джез.

Пит раздраженно наблюдал, как Джез не торопясь надевает шлем и сует в автомат монетки.

— Похоже на «Виртуальную реальность», — бормотал Джез.

— Да давай же! — прорычал Пит.

Пит уже был вне себя от злости. С самого утра, как они встретились, всю дорогу Джез постоянно ныл; все ему не нравилось, и он явно не верил ни единому слову Пита.

«Он просто не может допустить, что я нашел игру, которой он никогда не видел», — успокаивал себя Пит.

Он принялся наблюдать, как играл Джез. Судя по тому, как дергались его руки и голова, схватка получилась нешуточной. Каждый раз, когда Джез вскрикивал, Пит тихонько хихикал. В перчатках и шлеме Джез выглядел на редкость глупо.

Минуты через две Джез снял шлем. Его взгляд был отсутствующим, глаза, как стеклянные. Он молчал. Возбуждение Пита все росло, и, уже не в силах сдерживаться, он прямо набросился на Джеза:

— Ну как?

Джез молчал. Его трясло.

— Да брось, я знаю, в первый раз в самом деле немного делается не по себе, но ведь, правда, игра замечательная? Джез… Джез?

Но Джез не слушал его: он шел к выходу.

— Я ухожу, Пит. И никогда больше не зови меня сюда.

Разъяренный Пит догнал Джеза уже на улице и встряхнул его за плечи. Ослепленные солнечным светом, оба на мгновение замерли. Джез повернулся к Питу.

— Прости, но это в самом деле было страшно, — слегка улыбнулся он.

— Да что с тобой? — взорвался Пит. — Ты что, не понимаешь, как это глупо — убегать из зала? Что подумают другие игроки? Я привожу тебя, а ты…

— Я ухожу, — решительно прервал его Джез.

И действительно ушел. В «Зону» Пит вернулся в отвратительном настроении. Но через полчаса игры на «Агрессоре», расстреляв десяток допотопных аэропланов времен первой мировой войны, которыми управляли маленькие копии Джеза, он успокоился и к нему вернулось хорошее настроение.

Правда, ненадолго. Когда он пошел домой, он чувствовал себя еще хуже, чем раньше.

Следующий день в школе тоже начался для Пита не лучшим образом, и дело было не в Джезе и даже не в Фионе Брэмнер. Сперва Пит получил нагоняй за невыполненное задание, а потом выслушал нудную нотацию мистера Бакстера за пропуск футбольной тренировки.

— Не знаю, о чем ты думаешь, Кларк: до отборочных игр в летний турнир осталось три дня.

— Три дня! — поразился Пит.

Последние недели он совсем утратил чувство времени.

— Вот-вот, мальчик, три дня. И те, кто попадет, получат льготный отпуск и бесплатную новую форму. Обо всем этом ты знал бы, если бы был на последней тренировке.

— Да, сэр, виноват.

Весь следующий урок он не мог сосредоточиться. Едва он вышел с рисования, как через весь коридор его громко окликнул мистер Робертсон, учитель английского.

— Что я еще натворил, сэр? — устало спросил Пит.

— Ничего, мой мальчик, ровным счетом ничего, — удивился мистер Робертсон. — Я только хотел сказать, что если тебе нужно с кем-то поговорить… — Он умолк и, прежде чем уйти, некоторое время пристально смотрел на Пита.

Уроки тянулись мучительно долго. Пит был не в состоянии собраться и то и дело получал замечания за невнимательность, рассеянность и плохую работу.

Все его в школе раздражало. Если раньше он просто не замечал толкотни в буфете, то сейчас зло отшвыривал путающихся в ногах малышей. Когда на уроке учитель перепутал его имя, Пит едва не выскочил из класса.

— Пол, не так ли?

— Нет, не так. Пит, — вызывающим тоном ответил он.

— Ну конечно, Пит. Пит Дункан.

— Кларк! — проговорил Пит, глядя учителю в глаза. — К-Л-А-Р-К! — повторил он, едва сдерживая возмущение.

Сзади кто-то хихикнул.

«Если бы они видели меня в „Зоне“, — подумал Пит, — они вряд ли стали бы смеяться».

Накануне отборочных игр Пит столкнулся на школьном дворе с Джезом. Они не виделись со времени их размолвки в «Зоне», и Пит чувствовал, что должен извиниться. Джез настороженно глядел на Пита.

— Э… извини меня, Джез. Я был не прав.

— Да что с тобой, Пит? Что случилось?

— У меня все в полном порядке, — сразу ощетинился тот.

— Может, зайдешь завтра? Найдешь минутку? — улыбнулся Джез.

— Не могу. Пойду в «Зону», — раздраженно ответил Пит. — Ты тоже мог бы пойти, если бы не был таким трусом.

— В тот зал? Ни за что! — отшатнулся Джез.

В Пите снова закипала ярость.

— Как знаешь. Я пошел.

— Ладно, увидимся, когда будешь в лучшем настроении.

— В лучшем настроении? Что ты хочешь сказать? — тут же вскинулся Пит.

— Но ведь ясно, что с тобой что-то творится. Грэхэм Джонсон говорит…

— Джонсон кретин, — оборвал приятеля Пит.

— Вот как? Кажется, неделю назад именно он спас тебя от Большого Стива. Нет, с тобой точно что-то творится.

Пит почувствовал, как у него на загривке волосы встали дыбом.

— Со мной что-то творится? Нет, урод прыщавый, творится что-то с тобой!

Когда Джезу напоминали о его прыщах, он приходил в ярость. Раньше Пит никогда не позволял себе такого.

— Что? Как ты меня назвал? — угрожающе переспросил Джез.

— Я назвал тебя прыщавым уродом, смахивающим на огрызок тухлой пиццы! Непонятно? — язвил Пит.

— Ты точно псих, Кларк! — заорал Джез и бросился на Пита с кулаками.

Пит оттолкнул Джеза. За пять лет дружбы они ни разу не дрались, и теперь их самих поразила ярость, с которой они вцепились друг в друга. Лишь нескольким парням удалось растащить бывших друзей. Им еще крупно повезло, что поблизости не оказалось учителей.

Пит увидел Рика у самого входа в «Зону». Тот стоял, как всегда, ссутулив плечи и сунув руки в карманы.

— Как ты? — спросил Рик, шутливо подталкивая Пита плечом.

Тот быстро отстранился.

— Хорошо. Очень хорошо, — медленно произнес он.

— Эй, в чем дело? — спросил Рик, озабоченно хмуря лоб.

— Что-то слишком часто меня стали спрашивать, как я живу. Так вот, у меня все в полном порядке! — проорал Пит.

— Ладно, ладно, извини, что спросил.

— Подрался с лучшим другом, только и всего! — вырвалось вдруг у Пита.

Рик не ответил. Молча они вошли в зал.

Этим вечером Пит не возвращался домой до самой темноты. После того как отключили «Агрессор» и закрыли «Зону», он долго бесцельно бродил по парку и думал. Сегодня он долго играл на «Агрессоре» и видел там много знакомых лиц. Сначала он вроде бы выместил свою ярость, уничтожив множество джезоподобных фигурок, но потом ярость снова к нему вернулась. После каждой игры он становился все злее, и это тревожило его. Когда он впервые сел за «Агрессор», автомат успокаивал его. Теперь все было иначе: автомат, казалось, распалял в нем ярость. Он шел в «Зону», надеясь расслабиться и успокоиться после тяжелого дня в школе, а вместо этого ему становилось только хуже.

— Где ты был? — строго спросила мать, когда он наконец вернулся домой. Настроение у нее было не лучше, чем у Пита. — Мне удалось найти вечернюю смену. Посмотришь за Томми? — коротко попросила она.

— А без няньки он не может? — резко отозвался Пит.

— Конечно, не может, Пит. Ему всего шесть. О чем ты думаешь? Послушай, я знаю, нам всем пришлось тяжело, но надо оставаться семьей. За эту работу мне хорошо заплатят. А деньги нам очень нужны. Каждому приходится чем-то жертвовать.

— Да что ты знаешь о жертвах? — прокричал в ответ Пит.

Миссис Кларк вздрогнула. Питу показалось, что сейчас она закричит на него, но она промолчала. А потом тихо сказала, плотно сжав губы:

— Мне некогда, Пит. Поговорим позже, — и она с грохотом захлопнула за собой входную дверь.

— Куда мама ушла? — на площадке лестницы показался одетый в пижаму Томми.

— Ушла, и все, — рявкнул Пит. — А теперь заткнись и иди спать.

— Я не хочу. Я хочу маму. — Глаза Томми начали наливаться слезами.

— Ну, вряд ли ты ее сейчас получишь, — усмехнулся Пит и заорал: — А ну убирайся наверх, плакса!

Остаток вечера Пит даже не обращал внимания на приглушенные рыдания брата, доносившиеся сверху. Пит был зол и думал совершенно о другом: об отце, о своей драке с Джезом, но больше всего — об «Агрессоре».

Утром, спускаясь по лестнице, Пит ощутил удивительный прилив энергии. Мать и Томми уже ушли, оставив на столе записку с пожеланием удачи в матче. Ни в каких пожеланиях Пит не нуждался: в конце концов он был одним из главных игроков команды. Конечно, последнее время он пропускал тренировки, но вряд ли это приведет к каким-нибудь для него серьезным проблемам.

К концу занятий самоуверенность Пита достигла пика. Он чувствовал в себе боевой дух как никогда, именно об этом всегда говорил мистер Бакстер, утверждая, что Пит способный футболист, но не всегда способен вовремя остановиться.

Через два часа, когда прозвучал финальный свисток мистера Бакстера, Пит отправился в душ гордый и довольный собой. Он хорошо сыграл. Конечно, пару раз у него отобрали мяч, и, наверное, тому голу тоже можно было помешать, но в целом он был удовлетворен своей игрой.

Пит немного удивился, когда сразу после душа его вызвали в кабинет мистера Бакстера.

«Ну уж не настолько хорошо я сегодня играл, чтобы назначать меня капитаном», — снисходительно размышлял он, расправив плечи и развязно входя к мистеру Бакстеру.

— Вызывали, сэр?

— Да, Питер. — Мистер Бакстер смотрел в сторону. — Я сразу перейду к делу. Ты совершенно потерял форму. Не знаю, что с тобой творится: сказались пропуски тренировок, неуверенные пасы… Обещаю: если подтянешься, после летних игр снова вернешься в команду.

— Вернусь? Я? — Пит не верил своим ушам.

Он испытующе посмотрел на тренера. Нет, тот не шутил. Пита действительно выгоняли! Он почувствовал, как его захлестывает волна бешенства.

— Да подавитесь вы своей дурацкой командой! — заорал он и выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью.

Ярость и негодование клокотали в нем, не находя выхода. Он был вне себя от бешенства.

— Да как он посмел, как посмел! — выкрикивал Пит, топая по коридору; грязные бутсы болтались у него через плечо.

Завернув в главный коридор, ведущий на улицу, Пит задержался взглядом на кнопке пожарной тревоги в маленькой стеклянной нише. Пит замер. Огонек благоразумия, теплившийся где-то внутри, погас, и Пит, раскрутив на шнурке бутсу, с размаху врезал ею в тонкое стекло пожарной сигнализации и выбежал из школы.

Что было сил Пит бежал сквозь лабиринт узких улочек к «Зоне», а в его голове продолжало бушевать холодное яростное пламя. Добравшись до «Зоны», Пит выругался: «Зона» была закрыта. Нет, время было рабочее, но Пит вспомнил, что иногда «Зона» закрывалась раньше, чем обычно. Он растерянно толкнул дверь, и, к его удивлению, она подалась. Пит вошел внутрь.

Свет был выключен, только из мастерской мистера Кагора на лестницу падали слабые отблески. Пит подобрался ближе.

«Да что он такое делает, если торчит там круглые сутки?» — подумал он.

Внезапно тишину нарушили голоса двух спорящих.

— С меня хватит! Вы задолжали мне. Если не отдадите деньги, я пойду в полицию.

— Не посмеешь. По правде говоря, я и так заплатил тебе слишком много.

— Я сыт по горло и вами, и вашим «Властелином разума», который вы уже год как вот-вот закончите. Мне надоело работать даром.

— Ну, это мне урок: не брать детей на мужскую работу. Попробуй уйди, и ты получишь такие проблемы, каких и представить себе не можешь. — Это был голос мистера Кагора.

— Ой, только не надо меня пугать. Как-нибудь справлюсь.

Дверь, едва не соскочив с петель, распахнулась, и из нее вылетел Стивен. Никого злее Пит еще не видел в своей жизни. Он поспешно нырнул под лестницу, подальше от разъяренного Стива.

Дверь наверху захлопнулась, шаги Стива прогремели по ступеням над головой Пита и затихли на улице. Переведя дух, Пит осторожно, сохраняя дистанцию, двинулся за ним.

Высунувшись на улицу, он увидел, как Стив со всего маху швырнул какой-то предмет прямо в желтую вагонетку, стоявшую поблизости. Дождавшись, пока Стив взобрался на свой велосипед и укатил, яростно крутя педали, Пит огляделся и направился к вагонетке. В ней был строительный мусор, щебень, битый кирпич, обрывки стального троса и обломки шифера. Заинтересовавшись, Пит залез в нее, и, сдвинув старую, развалившуюся оконную раму, увидел служебный значок Стива. Рядом лежала маленькая красная записная книжка.

«Должно быть, Стив выбросил ее вместе со значком», — решил Пит, стирая с книжки кирпичную пыль.

Книжка была почти целиком исписана мелким неразборчивым почерком. Щурясь, Пит принялся разбирать тщательно разлинованные страницы, постепенно вникая в написанное.

Первая часть записной книжки содержала описание трюков, дававших преимущество в компьютерных играх. С их помощью можно было легко выигрывать в «Уличных боях», «Безумии в Монако», «Кубусе», да почти во всех играх, которые были в «Зоне».

Дальше было несколько пустых страниц, а затем шла страница с единственной фразой: «Властелин разума: никогда не ступай в пустоту».

Заканчивалась книжка бессмысленным набором букв и цифр. Возможно, это была программа, хотя представить Стива программистом было нелегко.

Услышав звук открывающейся двери, Пит пригнулся. Зазвенели ключи, раздался звук удаляющихся шагов и рев заводимого мотоцикла. Когда мотоцикл стих вдали, Пит выбрался из вагонетки и пошел домой.

Мистер Бакстер уже успел позвонить матери и рассказать о разбитой пожарной сигнализации, и на Пита тут же набросилась с упреками мать.

Не дослушав, он вылетел в сад. Из окна своей кухни с жадным любопытством выглядывала миссис Тейлор. Пит вытаращился на нее и глядел так до тех пор, пока та, не выдержав его взгляда, не спряталась за кружевной занавеской. Пит отвернулся и злобно пнул мяч, забытый Томми в траве. Он проследил взглядом, как мяч пролетел через весь сад и упал возле старой оранжереи…

Старой оранжереи больше не было! Остался только прямоугольник цементного фундамента и стекла, аккуратно поставленные у изгороди.

Пит пошатнулся, по телу прошла волна ярости.

— Где оранжерея? — крикнул он в заднюю дверь.

— Один из моих сослуживцев избавил нас от нее, — ответила мать, выходя в сад. — Она совсем завалилась; будь у нас даже деньги на ремонт, на что она нам. Ею занимался только отец. Пойдем ужинать. В холодильнике твои любимые гамбургеры, и я булочек купила…

— Замолчи! Какие гамбургеры? Что ты наделала! — взорвался Пит. — Это же оранжерея отца! Как ты могла сломать ее?

Питу показалось, что громадная тяжесть обрушилась на его плечи. Было больно и хотелось плакать. Но слез не было.

Думая успокоить его, мать протянула к нему руку, но Пит отшатнулся.

— Оставь меня!

Пит рано лег спать, но был настолько взбешен и одновременно подавлен, что долго не мог уснуть. А заснув, оказался среди разрушенных зданий, куч кирпича и щебенки. Он копался в этих обломках и что-то искал, все время чувствуя на себе чей-то взгляд. Кто-то невидимый внимательно следил за ним…

Когда он проснулся, в доме никого не было: мама повела Томми в подготовительный класс. Никто не кричал и не подгонял его, и Пит, наслаждаясь покоем, не спеша оделся, умылся, позавтракал на кухне кашей и вышел из дома позже обычного.

Посмотрев на часы, он убедился, что не только пропустил школьную линейку, но и опоздал на первый урок. Миновав школьные ворота, он понял, что не в силах идти дальше. Было только одно место, куда ему хотелось пойти. И Пит, подавив угрызения совести, отправился в «Зону».

Рика не было. Странно… Пит рассчитывал его встретить. Хотя, возможно, он просто пошел в школу. Ни одного из игроков Пит раньше не видел, и даже на «Агрессоре» играл какой-то незнакомый парень. Пит вдруг ощутил злобу и ревность.

— Надеюсь, он получил разрешение, — пробормотал Пит.

Он вытащил списанный из книжки Стива прием игры в «Кубус»:

Пит поспешил в угол, где одиноко стоял «Кубус». Первые три уровня он прошел без проблем. Нужно было только поднять «Кубус» наверх, увернувшись от кислотных водопадов и прыгающих патрулей Зеленых вредителей.

Довольно быстро он переправил «Кубус» на вторую платформу и взял джойстик влево. «Кубус» упирался, но Пит крепко прижимал его к краю экрана.

Когда рядом с платформой появился готовый к нападению отряд Зеленых вредителей, Пит заколебался, но все-таки удержал «Кубус» на месте. Когда Вредители напали, произошло что-то странное. С каждым Вредителем, который прыгал на «Кубус», количество жизней не уменьшалось, а, наоборот, увеличивалось. В конце их атаки у Пита оказалось девятнадцать лишних жизней. Это было просто чудо!

С таким количеством жизней следующие пять-шесть уровней Пит мог проходить спокойно. Он даже пожертвовал парочкой жизней, чтобы не мучиться в неудобной части экрана.

Когда Пит вышел на двенадцатый уровень, из динамиков автомата полилась бравурная музыка, которая привлекла внимание других игроков. Вскоре за спиной Пита собралась целая толпа.

— Что творится? Двенадцатый уровень? Ничего себе!

— Тихо, не мешайте! — прошипел Пит.

Теперь он чувствовал себя скованно: терять марку перед всем залом ему не хотелось. Резко отвернув джойстик вправо и одновременно нажав кнопку двойного прыжка, он увернулся от стремительного огненного шара. Тринадцатый уровень был совсем близко. Он вспомнил слова Рика, что еще никто в «Зоне» не заходил так далеко.

— Тебя зовут наверх, — вдруг раздался голос из толпы. — Мистер Кагор хочет тебя видеть.

— Меня? Мистер Кагор? — воскликнул Пит, внезапно теряя самообладание под взволнованное перешептывание толпы.

— Да, и он сказал: немедленно, — подтвердил все тот же голос.

Плечи Пита поникли. Тринадцатому уровню придется подождать до следующего раза.

Он оторвался от автомата и протолкался сквозь кольцо разочарованных зрителей.

Медленно и нерешительно Пит поднялся по лестнице: Рику все-таки удалось нагнать на него страху перед этой Внутренней зоной. Когда он добрался до мастерской, ему безумно захотелось сбежать. Вместо этого он повернул ручку и вошел.

— Рад тебя видеть снова. — Мистер Кагор вытер руки о свои черные джинсы, поправил черный кожаный жилет и только после этого протянул руку и провел Пита в глубь мастерской.

Значит, это и есть Внутренняя зона? Пит был немного разочарован. С потолка свисала тусклая электрическая лампочка без плафона, сквозь зарешеченное оконце в стене на пол падали длинные полосы света, в пыльное окно на потолке смутно проглядывало небо. В полумраке виднелась гора компьютеров, проводов и электрических деталей. В глубине комнаты угадывалась картотека, два больших рабочих стола и компьютерная клавиатура, присоединенная к чему-то, напоминающему три или четыре мощных игровых автомата. В дальнем углу комнаты тихо жужжали принтеры, безостановочно выплевывая бесконечную ленту бумаги.

— Люблю поговорить с завсегдатаями, — сказал мистер Кагор своим странным, низким голосом. — Ты ведь постоянный клиент, не так ли?

Пит кивнул.

— И в другие игровые залы не ходишь?

Пит отрицательно покачал головой.

— Хорошо. Все, что тебе нужно, ты находишь здесь?

Пит кивнул снова.

— Я видел, ты часто играешь на «Агрессоре». Как он тебе? — Мистер Кагор задумчиво поглаживал свою косичку.

— Поразительно!

— Так и задумано, — улыбнулся мистер Кагор.

— Но как он работает? — начал Пит. — Я имею в виду, как он узнает, о чем я думаю, как ему удается отбирать мои мысли… мои воспоминания и использовать их в игре?

— О нет, «Агрессор» использует не воспоминания. Ему нужны только твои мысли. И он только занимает их на время, чтобы сделать игру более интересной.

— Занимает? — переспросил Пит, удивленный странным тоном, каким мистер Кагор произнес это слово.

— Да, — безучастно подтвердил мистер Кагор. — Мы великодушны. Мы отдаем их обратно.

— Но ведь вы не можете забрать их насовсем? Навсегда?

— Как знать? — ответил мистер Кагор.

Пит был озадачен. Он не совсем понимал суть разговора. Мистер Кагор кинул взгляд в дальний угол мастерской. Пит тоже посмотрел туда. Через полуоткрытую дверь можно было разглядеть пустую комнату, посреди которой стоял массивный агрегат, накрытый белым полотном.

— Что это? — показывая в сторону комнаты, спросил Пит, чтобы сменить тему.

— А, это… — протянул мистер Кагор. — Это новый игровой автомат, над которым я работаю.

— И как он называется?

— «Властелин разума», — кратко ответил мистер Кагор и, подойдя, плотно закрыл дверь. — «Властелин разума», — повторил он, — но я позвал тебя не за тем, чтобы говорить о нем. Я хотел поговорить о тебе. У тебя ведь неприятности в школе?

Сердце Пита на миг замерло. Словно заколдованный взглядом ледяных голубых глаз мистера Кагора, он, не желая того, рассказал ему о своих школьных незадачах. Единственное, о чем он умолчал, это о драке с Джезом: ему было стыдно рассказывать о стычке с лучшим другом. Когда он закончил, мистер Кагор задумчиво помолчал.

— Недавно ты подрался со своим другом Джезом, не так ли? — спросил он.

— Как вы узнали? — Пит был удивлен и обескуражен.

— Мне многое о тебе известно, Пит Кларк. Я знаю, что ты был с отцом в машине, когда вы попали в автокатастрофу. Ты не получил ни царапины, а твой отец погиб. Я знаю, что у тебя есть младший брат, которого зовут Томми, и мать, которая работает в нескольких местах, чтобы свести концы с концами.

— Как вы все это узнали? — выдохнул Пит, лихорадочно пытаясь найти ответ. — Рик! Это, должно быть, Рик! — вскрикнул он. — Только он знал обо всем этом. Но ведь я просил его не рассказывать.

— Рик мне все рассказывает. — Тонкие губы мистера Кагора растянулись в слабой улыбке. — У него нет выбора.

Пит вздрогнул.

— Думаю, ты уже догадался. Он играет бесплатно. Взамен он заводит с новичками дружбу и старается, чтобы они вернулись. На самом деле таким, как ты, лучше держаться от него подальше.

— Что вы хотите сказать? — запинаясь, пробормотал Пит.

— Видишь ли, ему нельзя доверять. Он лжет, крадет, только бы иметь возможность играть снова и снова. Он не может жить без игры: она для него как наркотик. Виртуальный наркотик, — засмеялся мистер Кагор, словно придумал удачную шутку. — Рик не в состоянии оторваться от автомата. Ну просто трагедия!

Пит с трудом переваривал в себе то, что узнал о Рике. Мистер Кагор, облокотившись на заваленный стол, заговорил снова:

— Кстати, Пит, как тебе удалось забраться так далеко на «Кубусе»?

Пит лихорадочно размышлял, что ответить. Он не мог признаться, что нашел записную книжку Стива: мистер Кагор сразу догадается, что Пит слышал их ссору.

— Один знакомый в школе дал мне парочку советов, — солгал Пит.

Глаза мистера Кагора жестко вонзились в Пита. Под этим пронизывающим взглядом Питу стало совсем не по себе, но тут зазвонил телефон, и мистер Кагор снял трубку.

— Ага, заказанные комплектующие… Да. Хорошо. Они нужны мне завтра. Нет… На них ведь нет серийных номеров? Хорошо. Да. Оплата как договорились, — отрывисто говорил он.

Мистер Кагор снова повернулся к Питу. Его лицо было непроницаемо, но, к облегчению Пита, он, кажется, забыл о своем последнем вопросе.

— Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня, Пит, — начал мистер Кагор. — У нас со Стивеном возникли разногласия — о, ничего серьезного, разумеется, — но он взял одну вещь, которая ему не принадлежит, и я хотел бы вернуть ее. Если увидишь его, передай ему, пожалуйста, чтобы он зашел. Скажи, что я хочу с ним все уладить.

Пит кивнул и натянуто улыбнулся. Если под «разногласиями» имелся в виду спор, который он подслушал, то выражение «ничего серьезного» мало к ним подходило.

— Не надо так волноваться, — мягко произнес мистер Кагор. — Знаешь что, я дам тебе хороший совет для «Агрессора».

Мистер Кагор стал вплотную к Питу и смотрел прямо ему в глаза. Завороженно, словно от этого зависела его жизнь, Пит слушал.

— Слиться с машиной, стать воплощением ее возможностей — вот конечная цель игры. Твой разум — твой мозг — должен находиться как можно ближе к сенсорам шлема. Расстояние даже в волос толщиной между твоим мозгом и машиной может иметь значение. Не исключено, что только оно и стоит между тобой и высшими уровнями «Агрессора».

Мистер Кагор протянул Питу еще одну коробочку с жетонами.

— Стивен ушел, а я нуждаюсь в постоянных клиентах, которым можно доверять. Пользуйся, друг мой.

— Спасибо, мистер Кагор, — ответил Пит.

Голова у Пита гудела. Хотя предательство Рика сильно его расстроило, Пит вышел из «Зоны» окрыленный. Мистер Кагор назвал его своим другом и подарил секрет «Агрессора»!

Пит помчался домой, с трудом переводя дух. Отперев дверь, он, не останавливаясь, бросился по лестнице наверх. Если бы он хоть на минуту остановился и посмотрел вокруг, если бы зашел сначала в гостиную или спальню, тогда все, что произошло потом, могло и не произойти. Но Пит не остановился. Он прямиком ринулся в ванную.

Распахнув зеркальные дверцы аптечки, Пит лихорадочно рылся в коробках и склянках. Наконец дрожащими от нетерпения пальцами он нащупал то, что искал. Открыв пластмассовую коробку, Пит вытащил небольшой черный предмет… Старую электрическую бритву отца.

«Твой мозг… как можно ближе к сенсорам… расстояние даже в волос толщиной имеет значение», — эти слова снова и снова звучали в его голове, пока он искал розетку для бритвы, спрятавшуюся за банными полотенцами.

У миссис Кларк выдался на редкость тяжелый день. Преодолевая усталость, она целых восемь часов распечатывала бесконечный список адресов и фамилий. Голова раскалывалась от боли; ныли уставшие глаза и пальцы.

Она медленно брела по Ферндаунской улице, неся в одной руке сумку с продуктами, а другой волоча упирающегося Томми. Дома ей еще предстояла встреча с Питом, и ничего хорошего от этой встречи она не ждала. Последнее время сына было не узнать. Буквально за несколько недель он стал просто неузнаваемым; у него даже манеры изменились.

Она прикрыла за собой входную дверь, опустила сумку и вошла в гостиную. Застыв посреди комнаты, она вскрикнула от ужаса. На шум из ванной выскочил Пит и скатился по лестнице вниз.

— Что происходит? Что ты наделал? — простонала мать.

— Это же только прическа, — начал Пит, проводя рукой по бритой голове.

— Нет, — крикнула мать. — Это!

Только теперь Пит заметил то, что должен был увидеть, как только вошел в дом. Потрясенный увиденным, он огляделся. Казалось, по дому пронесся ураган. Повсюду валялись книги, игрушки, одежда. Содержимое ящиков и шкафов в беспорядке кучами громоздилось на полу.

Пит задохнулся:

— Это не я, мама. Я ничего не трогал. Я только пришел и сразу поднялся наверх и…

— Нас ограбили, — кричала мать, — а ты даже не заметил!

— Я, я… Прости.

— И что ты сделал с волосами? У тебя вид бандита.

Томми изумленно рассматривал брата.

— Ты похож на скелет, — хихикнул он.

— Зато не на деревенского идиотика, — отрезал Пит.

Томми покраснел и разразился слезами.

— Питер, Питер! — гневно посмотрела на него мать. — Если бы твой отец был жив, он бы… он бы…

— Но он вроде бы мертв? — ядовито спросил Пит.

— Отправляйся в свою комнату. Сейчас же! — взорвалась мать.

Когда полиция уехала и миссис Кларк немного прибрала в доме, она почти успокоилась. Но не Пит! Он разозлился еще сильнее. Поднявшись в спальню, он обнаружил, что в ней тоже все перевернуто вверх дном, а единственная пропавшая вещь — это маленькая красная записная книжка. Неужели это и было то, за чем приходили воры? Возможно ли, чтобы взламывали дом ради нескольких игровых секретов? Мысли Пита прервал Томми, бочком пробравшийся в комнату. Он потянул Пита за рукав.

— Пит, а, Пит, поможешь мне?

— Отцепись и иди играй в сад.

— Но, Пит…

— Я занят. Иди играй в саду, — повысил он голос. — Найди себе зеркало. С ним и развлекайся, — злобно добавил он.

Томми выбежал из спальни. Пит провел рукой по бритой голове и выглянул в окно. Солнце уже почти скрылось за невысокой горной грядой в отдалении. Пит полуобернулся к свету и посмотрел на длинный ряд домов с садами. Ничто не шевелилось, даже настырная миссис Тейлор куда-то провалилась.

Взгляд Пита задержался на свежем клочке бетона на месте отцовской оранжереи. Пит отвернулся. Ему внезапно вспомнился сон с разрушенными домами, среди которых он что-то искал в камнях. Что бы это могло быть? Ну конечно: записная книжка! Теперь исчезнувшая! Пит поежился: дурные сны становились явью. Впервые ему пришло в голову, не связано ли это с «Зоной»?

«Конечно нет!» — отбросил он эту мысль. Дело совсем не в «Зоне». Напротив, это было лучшее в его жизни за последнее время. Дело было в чем-то другом.

Крррак! Пит посмотрел вниз, где играл Томми. У его ног на земле лежало разбитое стекло. И вмиг все вернулось. Автокатастрофа. Отец, телом пробивающий ветровое стекло, скрежет тормозов, крики, визг. Пит отчаянно сжал голову руками, пытаясь прогнать нахлынувшие воспоминания.

— Томми, Томми! — кричал Пит, скатываясь с лестницы и выбегая в сад. — Какого черта ты здесь устроил? — схватив брата, Пит яростно встряхнул его.

Улыбка Томми растаяла.

— Ты сказал мне играть с зеркалом. Я и пошутил, Пит, я хотел тебя рассмешить. Ты никогда не смеешься, Пит, никогда… — Томми захлебнулся в слезах.

— Не смеюсь? Ничего, зато ты, идиот, сейчас посмеешься! — пообещал Пит, встряхивая брата так сильно, что тот вскрикнул.

— Прекрати, Питер! Прекрати! — выбежала во двор миссис Кларк. Она вырвала Томми из рук Пита, и тот, обливаясь слезами, ушел в дом. — Да что с тобой происходит, Питер? — закричала на него мать.

Но Пит не слышал. Он не желал ничего слышать. Не сказав ни слова, он пронесся по лестнице в свою спальню, по дороге скинул с полки в гостиной свадебную фотографию родителей, захлопнул за собой дверь, повернул ключ и прислонился к ней спиной. Будет знать!

Какая все это несправедливость! Вечно на него взваливают вину за все. Если бы отец был жив, он не допустил бы такого. Пит еще долго не выходил из своей комнаты. Он сидел на кровати и все думал и вспоминал… Потом он услышал на лестнице шаги матери.

— Питер… Питер! — позвала она, берясь за ручку запертой двери. — Пожалуйста, открой мне.

Пит, не отвечая, неподвижно сидел на кровати. Пусть поволнуется. Наконец он услышал, как мать тяжело вздохнула и стала спускаться по лестнице. Оставаться дома Пит больше не мог. Замкнутое пространство давило на него, ему просто необходимо было выйти на волю. Он взял свой электрический фонарик, поднял окно и встал на подоконник. Глубоко вдохнув, перемахнул на крышу и подполз к водосточному желобу. Снова набрав в легкие воздуха, Пит спрыгнул на землю и, даже не поинтересовавшись, замечено ли его бегство, побежал. Он был уверен, что не вернется.

К тому времени, когда легкие горели и ноги подгибались, он, вынужденный остановиться, оказался в дальней части парка. Солнце зашло, и парк погрузился во тьму. От земли поднималась тонкая пелена тумана, заволакивая все вокруг призрачной белой дымкой. Где-то ухнула сова. От этого звука по коже Пита пробежали мурашки. Он никогда еще не был на улице так поздно, один — никогда. Ему было мучительно страшно здесь… Но возвращаться домой он не собирался.

Тяжело опустившись на влажную землю, он подпер усталую голову рукой. Долгое время ему не удавалось собраться с мыслями. Внезапно в отдалении раздались приглушенные голоса женщин, он вздрогнул и пришел в себя. Женщины были еще далеко, но, кажется, направлялись в сторону Пита. Он огляделся. Совсем ни к чему попадаться кому-нибудь на глаза. Особенно сейчас.

Вскочив на ноги, он прошел вдоль гаревой дорожки и скоро увидел справа от себя тень от небольшой купы деревьев. Он пробрался вглубь и стал дожидаться, пока женщины пройдут. Через несколько минут их голоса затихли вдали.

Пит хотел уже выбираться на дорогу, но вдруг обнаружил, что не может пошевелиться. В затылке покалывало, и у Пита возникло мучительное ощущение, что он здесь не один. Дрожащими руками он включил фонарь и очень медленно стал поворачиваться вокруг себя, вглядываясь в маленький кружок земли, выхватываемый светом фонаря из темноты.

Пит разглядел старое велосипедное колесо. Ржавое, без многих спиц. Пит расслабился. Выброшенные велосипедные части, насколько он знал, довольно безобидны. Луч света весело проскочил мимо колеса, осветил небольшую впадинку за невысоким кустарником и замер, зацепившись за безвольную мертвенно-белую человеческую руку.

Белое бескровное лицо, неестественно разбросанные руки и ноги не оставляли никаких сомнений: человек мертв. Пит выронил фонарь и в ужасе застыл. Желудок свело, Питу стало совсем плохо.

Это было тело Стивена Брэмнера.

Схватив фонарь и забыв обо всем на свете, Пит бросился домой на Ферндаунскую улицу. Он должен сказать маме. Она знает, что делать. Она все уладит…

Когда он добрался до дома, ни в одном окне уже не горел свет. Всюду царила мертвая тишина. Должно быть, мама и брат спят… Он уже хотел было войти к матери, но остановился. С щемящим сердцем он вспомнил, как не захотел открыть ей дверь.

Ведь она даже на знает, что он уходил. Она придет в ярость! И он представил себе, какое у нее было выражение лица, когда он разбудил ее из-за кошмара, приснившегося ему. Да, она придет в ярость.

Пит пробрался в свою комнату и опустился на кровать. По крайней мере, он дома. Теперь ужас, оставшийся в парке, казался странно далеким. Пит был в безопасности, и сейчас это главное. Впервые в своей жизни Пит устал по-настоящему, вымотался и изнемог. Скинув ботинки, мальчик забрался под одеяло и положил голову на подушку…

Увидел он уже льющийся в окно яркий утренний свет. Часы возле кровати показывали 8.50. Снова — второй раз подряд — он пропустил линейку. Но это было не так уж важно, особенно в сравнении с тем, что он видел прошлой ночью. Но Пит не собирался больше об этом думать. Он старательно вычеркнул это из памяти. Этого не было. Не было, и все.

Пронесясь ураганом по дому, Пит собрал учебники и быстро вышел на улицу. В школу он успел как раз к концу линейки и слился с расходящимися по классам школьниками.

Одноклассники были сегодня странно молчаливы — даже Грэхэм Джонсон. С Питом никто не заговаривал, но что ему было до них? Дети, наверняка не способные пройти на «Агрессоре» даже один уровень!

Погруженный в свои мысли, Пит уселся, открыл учебник и стал ждать появления учителя.

Мистер Робертсон вошел в класс с небывало серьезным выражением лица, Пит его еще таким не видел.

— Прежде чем начать урок, я хотел бы сказать несколько слов. В связи со вчерашними страшными событиями я попросил бы вас не разговаривать с журналистами, околачивающимися возле школы. Пожалуйста, подумайте о родных Фионы. Если у вас есть что сообщить об убийстве, обращайтесь к констеблю Такеру; он весь день будет в школе.

Убийство! Холод, повеявший от этого слова, тут же воскресил жуткую картину. Безвольные пальцы, белое лицо, вывернутые руки… Убийство! Стивен Брэмнер был мертв, и он, Пит Кларк, наткнулся вчера на его тело.

— Простите, сэр, можно выйти? — попросил Пит.

Мистер Робертсон мрачно кивнул, и Пит выбежал из класса в туалет. Захлопнув за собой дверь кабинки, он склонился над унитазом. Его долго рвало. Чувствовал он себя ужасно. В конце концов он выполз из кабинки и добрался до умывальника.

«Возьми себя в руки, — твердил он себе. — Ты ни при чем. Твоей вины здесь нет».

Когда он пришел в себя настолько, чтобы вернуться в класс, там уже никого не было. Только посмотрев на часы, Пит понял, что пропустил весь урок.

Он вяло двинулся по коридору к распахнутой двери, выходившей на школьный двор. Свежий воздух. Ему нужно вдохнуть свежего воздуха. Но у самой двери, словно из воздуха, возник мистер Робертсон.

— А, Пит, вот ты где. Так быстро устал от Шекспира, что даже не вернулся на урок?

— Нет, я…

— Вижу, ты немного постригся, — продолжал мистер Робертсон. — Похоже, теперь надолго хватит, а?

На мгновение Пит смутился. Он совсем забыл о своей бритой голове.

— Да, сэр, я…

— Пойдем, — прервал его мистер Робертсон. — Поможешь мне в компьютерном классе навести порядок.

Пит беззвучно простонал, но был рад, что мистер Робертсон не стал углубляться в причины такой стрижки. Он безвольно пошел за учителем в компьютерный класс и по его указаниям принялся переставлять оборудование. Передвигая струйный принтер, Пит обнаружил лежащий под ним открытый журнал. В глаза бросился заголовок во всю страницу: «Могут ли компьютеры проникнуть в ваш разум?»

Пит замер.

— Что случилось? — озабоченно спросил мистер Робертсон.

— Н-ничего, сэр. Просто я увидел вот это, — показал Пит заголовок. — Вы думаете, могут?

Мистер Робертсон улыбнулся.

— Интересная статья. Возможно, тебе покажется немного сложной, но она дает пищу для размышлений. Это про компьютеры, преобразующие мысли в цифровые сигналы.

Пит не очень понял, но заинтересовался еще больше.

— Как это? — переспросил он.

— Предположим, что твои мысли и переживания можно заложить в компьютер и сохранить на жестком диске. А если вообразить все в обратном направлении, тогда компьютер переводил бы цифровые сигналы в мысли и передавал их в мозг. Представляешь, какой прорыв! — восторженно улыбнулся мистер Робертсон. — Врачи смогли бы лечить больных, разум которых пострадал в результате шока или травмы; инвалиды получили бы коляски, управляемые не руками или ногами, а мыслями…

Пит смущенно переступил с ноги на ногу.

— В самом деле? Это возможно? Компьютеры действительно могут брать из мозга мысли и использовать их?

— Пока нет, — успокаивающе улыбнулся мистер Робертсон. — Такой технологии еще не существует. Люди еще не научились записывать и кодировать мысли, а без этого их в компьютер не заложишь. Но разница между мозгом и компьютером не так уж и велика: оба работают на электрических импульсах. Только мозг устроен гораздо сложнее… Но кто возьмется предсказать даже ближайшее будущее?

Мистер Робертсон помолчал.

— Тут, разумеется, есть о чем задуматься. Идея очень интересная. А теперь давай-ка передвинем вон те мониторы.

— Хорошо, — не сразу ответил Пит, задумавшись.

Он колебался. Ему необходимо было кому-то довериться. Мистер Робертсон был как раз из тех немногих учителей, кто способен спокойно выслушать…

— Сэр, а что, если предположить… Просто предположить, что такую машину уже изобрели, что она действительно умеет читать мысли и передавать их в компьютер или, например, в видеоигру… Смогла бы она…

— Знаешь, Пит, прибереги-ка свои фантазии для свободного урока английского. Подключи вон тот монитор и можешь идти.

Пит был в замешательстве. Ему отчаянно нужно было поговорить с человеком, который объяснил бы ему все те странные вещи, что происходят с ним. С другой стороны, было ясно, что от мистера Робертсона понимания не дождешься. Он все-таки нисколько не отличался от других учителей. Пит вышел из компьютерного класса растерянный и подавленный. Кто же ему поверит?

К обеду настроение Пита не улучшилось. Он в одиночестве сидел в буфете, когда к нему опасливо подошел малыш.

— Чего тебе? — грубо спросил Пит, вовсе не желая быть грубым.

— Там у ворот парень… Говорит, нужно увидеться, — запинаясь, сказал посланник.

— Ладно, спасибо, — пробурчал Пит, вставая из-за стола.

За воротами его ждал Рик.

— Привет, рад тебя видеть, — сказал он.

Пит взглянул на Рика. Лицо его, как всегда бледное, теперь выглядело так, словно кожи уже не хватало, чтобы обтянуть выступающие скулы. Из запавших глазниц напряженно смотрели покрасневшие глаза. Вид у Рика был ужасный.

— Что ты хочешь, Рик? — осторожно спросил Пит, вспомнив разговор с мистером Кагором.

— Вот, зашел узнать, как поживаешь, — ответил Рик, явно нервничая.

— Не волнуйся, отлично.

— Что случилось, Пит? Последнее время мы редко виделись, но ведь это не мешает нам оставаться друзьями? А наши игры? «Джинза», «Виртуальный боец»… Здорово было, правда? Помнишь, как ты первый раз играл на «Агрессоре»? — не останавливаясь, тараторил Рик, стараясь выглядеть непринужденно, но в то же время создавалось впечатление, что он хочет за что-то попросить прощения.

— Помню, — нахмурился Пит. — И еще помню, как мистер Кагор сказал мне, что за дружбу с тобой приходится хорошо платить.

— Послушай, я понимаю, ты расстроен из-за ограбления…

— Что? — остолбенел Пит. — Откуда ты знаешь?

— Я… Слышал от кого-то.

Пит взвился: он наконец догадался!

— Так это был ты! Ты вломился в мой дом! — вскричал он.

— О чем ты говоришь? — жалко улыбаясь, запротестовал Рик, но обмануть Пита ему не удалось.

— Ты взломал наш дом, из-за паршивой записной книжки ты взломал наш дом! Почему?

Рик помолчал, потом устало пожал плечами.

— Мистер Кагор заставил. Он хотел вернуть ее, Пит. В ней была важная компьютерная программа. Поверь мне.

— Но она же принадлежала Стиву, — удивился Пит.

— Нет, — неожиданно твердо ответил Рик, — он украл ее у мистера Кагора.

— Почему я должен тебе верить? Как я могу верить виртуальному наркоману? — спросил Пит. — Это ведь правда, не так ли? А может, кроме того, ты еще и виртуальный убийца?

Рик мертвенно побледнел.

— Убийца? О чем ты?

— А то ты не знаешь! — брякнул Пит. — О Стиве. Его убили.

Рик не знал — это Пит понял сразу. Страх в глазах Рика был неподдельным.

— Нет, только не Стив! — вздрогнул Рик. — Пит, ты даже не представляешь, какие дела творятся в «Зоне». Это действительно очень страшно. Там, наверху, во Внутренней зоне, стоит «Властелин разума» и…

— Подумаешь. Не ходи туда, и все дела, — оборвал его Пит.

— Пожалуйста, послушай. У меня уже нет выбора, я попался! — Лицо Рика вдруг стало беззащитным, глаза — пустыми. — Послушай, если ты мне поможешь… Вдвоем мы сможем остановить все это, — чуть не криком убеждал его Рик.

— Ни за что!

— Но ты должен!

— Что бы ты ни говорил и ни делал, моей ноги там больше не будет, слышишь? Никогда! — выкрикнул Пит, сам удивляясь своему пылу.

Запавшие глаза Рика на миг полыхнули злым огнем, но он тут же развернулся на пятках и, не сказав больше ни слова, быстро пошел прочь.

На уроках Пит едва слышал, о чем говорят преподаватели. Он думал, не сообщить ли в полицию о Рике и о взломе, но понимал, что не решится это сделать. Он боялся. Ведь он и сам уже слишком далеко зашел, и в конце концов Рик украл лишь маленькую записную книжку, а она и у Пита появилась не самым законным образом!

Вечером Пит смотрел по телевизору новости. Говорили об убийстве Стива: рассказывали, как было обнаружено тело, сообщали, что полиция ищет свидетелей. Пит выключил телевизор. В полицию он идти не мог. Поздно. А если там подумают, что он как-то причастен?

Но не думать о Стиве он тоже не мог. Пит никогда не любил его, мечтал от него избавиться, но ведь только мечтал! И уж конечно, не таким способом! Но вспомнив, сколько времени он провел на «Агрессоре», сколько раз расправлялся с бесчисленными компьютерными копиями Стива, содрогнулся.

С трудом взобрался он наверх и стал готовиться ко сну. Чистя зубы, он посмотрел в зеркало. На него смотрело лицо, показавшееся ему незнакомым. Нижнюю часть покрывали угри; на голове, словно лишай, темнела пробивающаяся щетина.

— Что со мной происходит? — услышал он собственный сдавленный голос. — Я выгляжу не лучше Рика.

Внезапно он вспомнил слова мистера Кагора: «Он не может оторваться от машины. Он виртуальный наркоман».

Неужели Пит тоже? Впервые после смерти отца он заплакал. И плакал, пока хватило слез.

Этой ночью Пит поклялся себе, что начнет новую жизнь. Он сдержит данное Рику обещание и больше не появится в «Зоне». Никогда больше не сядет за «Агрессор».

Следующая неделя была свободной от занятий, и Пит изо всех сил старался вернуться к жизни, которой жил до «Зоны». Но Томми не хотел иметь с ним дело. После случая с разбитым стеклом в саду он словно вычеркнул Пита из своей жизни и, что бы тот ни делал, просто не замечал его. Пит делал за Томми всю работу по дому, постоянно предлагал поиграть или помочь с уроками — Томми молча отходил в сторону.

Во вторник, ближе к обеду, он вдруг подошел сам.

— Твой друг заходил, — равнодушно сообщил он.

— Джез? Когда?

— Нет, не Джез. Тот, с серьгой. Он оставил записку. — Томми сунул сложенный клочок бумаги Питу и поспешно исчез в своей комнате. Пит развернул записку.

Пит читал и перечитывал. Что-то здесь было не так. В последний раз, когда он видел Рика, тот казался смертельно напуганным. Жизнерадостный тон записки никак не вязался с этим впечатлением. В голове Пита зазвучал сигнал тревоги. Как бы ни обеспокоились за него Рик и мистер Кагор — если это действительно так, — он все равно не вернется в «Зону».

Однако записка, по-видимому, взволновала его больше, чем он думал. Всю ночь Пит не сомкнул глаз. Перед глазами был мертвый Стив, каким он увидел его в парке.

Пит глянул на светящиеся цифры будильника: 2.25. Он спустился на кухню, решив выпить стакан молока. Слова Рика не выходили у него из головы. Если из-за какой-то записной книжки мистер Кагор заставил Рика вломиться в чужой дом, на что же еще он способен!

Внезапно Пит замер с бутылкой в руке. Страшная мысль пришла ему в голову. А если Стива убил мистер Кагор? Питу стало жарко. Тревожно забилось сердце. Почему он не выслушал Рика? Как бы он хотел поговорить с ним сейчас! Невозможно. Он не знал, где живет Рик, и боялся появляться в «Зоне». Он даже не мог ничего рассказать маме. Никогда в жизни Пит не чувствовал себя таким одиноким.

В среду Пит проснулся, когда дома уже никого не было. Мама давно ушла на работу, и Пит смутно помнил, что Томми должен был идти в парк аттракционов с семьей приятеля.

Чувствовал себя Пит ужасно. Хотелось есть, но он не мог проглотить ни кусочка. Голова была тяжелой, в висках ломило от тупой боли. Ему предстоял долгий и тоскливый день дома. Заняться было нечем, поговорить не с кем…

На кухонном столе он обнаружил мамин кошелек. Должно быть, она забыла его, торопясь на работу. Пит знал, что денег там совсем немного… Как раз на пару игр. Хотя какая разница? Он ведь решил, что не пойдет туда. Он представил себе «Агрессор». Если бы только… Всего один раз… Ему бы стало гораздо лучше.

Не отрывая глаз от кошелька, Пит позавтракал. Кошелек словно уговаривал его:

«Ну же, всего один разок!»

«Мама даже не заметит, а я так давно там не был, — думал Пит. — Целую вечность».

Его пальцы медленно двинулись к кошельку.

— Ну же. Ты ведь так хочешь, — настаивал чей-то голос в его голове.

Правая рука Пита схватила кошелек.

— Нет!

Левой рукой он приоткрыл верхний ящик буфета, швырнул туда кошелек и облегченно вздохнул. Он победил! Он все-таки удержался. Но что дальше? Надо было чем-то заняться. Отвлечься от мыслей об «Агрессоре».

Внезапно оживившись, он взбежал по лестнице в ванную. Стараясь не смотреть в зеркало, он взял с полки злополучную электробритву.

— Там ей самое место, — громко произнес он.

Он решил отнести ее на чердак, к остальным вещам отца. Пит открыл люк и начал взбираться по железной лесенке.

Как и на любом чердаке, здесь было полно старого хлама. Пыльные чемоданы, набитые старой одеждой пластиковые пакеты, детская кроватка Томми, кучи картонных коробок и прочее в том же духе. Пит моментально принял решение: он наведет здесь порядок. Мама давно уже хотела это сделать, но у нее вечно не хватало то сил, то времени.

Пит принялся не спеша разбирать старые коробки. Смахнув многолетние наслоения пыли, он увидел, что большая часть хранящихся здесь вещей принадлежала отцу. На одном из чемоданов даже сохранилась наклейка: мистер Роджер Кларк. Отец, похоже, никогда ничего не выбрасывал: здесь были даже его детские вещи. Питу стало грустно. С одной стороны, ему хотелось сбежать от этих воспоминаний, но с другой — хотелось остаться и посмотреть, что здесь можно найти.

Пит едва успел переворошить несколько коробок, как услышал на лестнице шаги.

— Питер! Питер, ты здесь? — это был голос матери, пришедшей с работы пораньше. Черт! Он думал устроить ей сюрприз — прибрать чердак.

Миссис Кларк поднялась по шаткой железной лесенке и протиснулась на чердак.

— Что ты делаешь? — устало спросила она.

— Разбираю папины вещи, ты ведь давно собиралась, — начал объяснять Пит, оперевшись на непонятно откуда здесь взявшийся футляр от гитары, прислоненный к одной из балок.

— Это папин, — показала на футляр мать. — Ты ведь не знал, что он играл? Смотри.

Она открыла футляр и вытащила электрогитару, раскрашенную под зебру. Пит молча уставился на гитару.

— Отец был рок-звездой? — спросил он.

— Не совсем, — улыбнулась мать. — Немного играл на гитаре, вот и все.

Она вздохнула. Пит знал, что она думает об отце.

— Он не любил выкидывать вещи. Вся его жизнь тут. — Она помолчала. — Томми еще не скоро вернется. Давай немного разберем здесь вместе, хорошо?

Так, по-дружески, мама уже давно с ним не разговаривала. Пит улыбнулся и молча кивнул.

«Может быть, все еще наладится», — подумал он.

Остаток дня они провели на чердаке вместе, роясь в давно забытых вещах. Большую их часть Пит видел впервые.

— Вот это тебе понравится, — засмеялась мать, вытаскивая из коричневого чемодана растрепанный картонный конверт. — Сомневаюсь, что ты помнишь, как это называется. Грампластинка, — улыбнулась она.

— Я знаю, — засмеялся Пит.

— Да, но взгляни внутрь.

Пит вытащил вкладыш. Светящимися зелеными чернилами были выведены названия песен: «Грязь и ярость», «Давайте ломать», «Кев-убийца».

— Что это? — спросил Пит.

— Переверни.

На обратной стороне вкладыша была фотография рок-группы. На Пита самодовольно смотрели пятеро молодых парней в обтягивающих брюках-дудочках.

— Нет, не может быть! — Пит потряс головой и еще раз взглянул на фотографию, прежде чем вопросительно повернуться к матери.

— Да. Третий слева, — усмехнулась она, пододвигаясь к окну, чтобы лучше видеть, и мягко кладя руку на плечо Пита.

Пит улыбнулся. Улыбка становилась все шире и шире и наконец переросла в безудержный смех. Пит не мог оторвать глаз от отца в узеньком пиджаке с блестками, обтягивающих клетчатых брюках и с крашеными зелеными волосами. Отец смотрел на него исподлобья.

— Ох, — выдавил Пит между взрывами смеха. — Ма, а кто вообще слышал «Смертоносных муравьев»? На что это было похоже?

— Ну, слушать их было трудно… Они-то считали себя довольно приличной группой, но на самом деле это было просто ужасно. Вот в твоем отце что-то было… Что-то такое, что мне нравилось… Думаю, он не воспринимал себя так серьезно, как остальные.

— Отец ведь ко всему относился легко? — спросил Пит.

— Что ты, вовсе нет. К вам с Томми он относился очень серьезно. Вы для него были все. Он просто не пережил бы, если бы с вами что-то случилось… — Мать вдруг умолкла.

Пит глядел в пол.

— Ну, ничего. — Ее голос снова повеселел. — Он был бы счастлив, видя нас сейчас.

Она снова заулыбалась. Пит посмотрел на старый проигрыватель, который обнаружил в куче скарба. Он как раз собирался спросить, можно ли послушать на нем запись, но раздался звонок в дверь.

— Я открою, — рванулся Пит.

— Нет, я сама.

На плечо Пита легла рука. Он обернулся и увидел в глазах матери тепло.

— Все будет хорошо, Питер. Мы справимся.

Пит проглотил нахлынувшие вдруг слезы.

— Мне так жаль, мама. Прости меня за все…

— Забудь. Это уже в прошлом.

Она умолкла, слушая, как снова задребезжал звонок. На этот раз звонили гораздо настойчивее.

— Иду, иду! — крикнула она, спускаясь по лестнице. — Спокойно!

Пит широко — от уха до уха — улыбнулся. Это было любимое словечко отца. Он радостно продолжил уборку, бережно отложив альбом «Смертоносных муравьев» на верхнюю ступеньку лестницы. Радужные мысли прервал крик матери.

— Питер! Быстро спускайся. Ужас! Томми…

У Пита сжалось сердце.

— Что? Что с ним? — срывающимся голосом выдавил он, кубарем слетая вниз.

Мать дрожащими руками пыталась вытащить из сумочки платок. За ней, в дверном проеме, стояли двое мужчин. Полицейские.

— Томми исчез, — сказала мать странным сдавленным голосом. — Они с Беном играли в яме для прыжков; ты знаешь, в парке, а потом его вдруг не стало. — Она начала всхлипывать. — Он исчез.

Мать уехала с полицейскими, а Пит остался дома.

— Кто-то должен быть дома, — проговорила она сквозь слезы. — На всякий случай…

Пит понимающе кивнул, но чувствовал себя совершенно бесполезным. Он ровным счетом ничего не мог сделать.

Возвращаться на чердак ему не хотелось. Пит забрел на кухню, вымыл грязную посуду и принялся бесцельно шататься по комнатам. Потом включил телевизор, пощелкал пультом, но ничего интересного не нашел.

Время шло, и Пит начал бояться, что случилось худшее. В глубине души он прекрасно понимал, что Томми не мог просто потеряться или убежать. Пит слишком хорошо знал своего брата. Может, он и не умел читать, но был далеко не глуп.

Пит снова посмотрел на часы. Половина шестого. Мать ушла больше трех часов назад. Он вернулся в гостиную, включил телевизор и сел, слепо уставившись в экран. Должно быть, он задремал, потому что, когда снова посмотрел на часы, было уже около восьми. Пит вышел в сад. Солнце почти село, становилось холодно. В сгущающихся сумерках Пит принялся бить мячом Томми по изгороди.

— Поосторожней с моим забором, юноша, — немедленно выскочила миссис Тейлор.

Пит не обратил на нее ни малейшего внимания.

— У вас все в порядке? — не унималась та. — Я видела, твоя мать уехала в полицейской машине. Надеюсь, ничего страшного?

Пит холодно глянул на нее, от всей души желая, чтобы она исчезла.

— Томми пропал, — коротко сообщил он; старые дамы, вечно сующие нос куда не следует, не пользовались расположением Пита, особенно в такую минуту.

— Томми? — вскричала миссис Тейлор с неподдельным удивлением. — Но я же видела его на Хай-стрит сегодня днем. С твоим мерзким дружком, у которого серьга в ухе.

Пит непонимающе смотрел на нее. Слова медленно доходили до его сознания. Когда дверь за миссис Тейлор с грохотом захлопнулась, Пит вздрогнул и очнулся.

— Что вы сказали, миссис Тейлор? — запинаясь, переспросил он, но той уже и след простыл.

«Томми шел с твоим мерзким дружком, у которого серьга в ухе», — вот что она сказала, вспомнил Пит.

Рик! Постепенно Пит начинал понимать смысл сказанного. Значит, Томми был с Риком. Пугающие картины пронеслись перед его глазами. Пит с трудом отогнал их. Он должен подумать. Что все это значит? Куда они могли пойти вместе?

Ответ был только один: «Зона». Питу показалось, что земля уходит у него из-под ног. Томми и «Зона». Томми и мистер Кагор. Пит боялся продолжать. Нужно немедленно действовать! Он схватил телефон и быстро набрал номер своего лучшего — когда-то лучшего! — друга. Он шел на риск: Джез мог просто бросить трубку.

На другом конце провода послышался знакомый голос, и Пит глубоко вдохнул.

— Привет, Джез, это Пит.

Молчание.

— Пит Кларк.

— Что тебе, Пит? — холодно отозвался голос в трубке.

— Джез, я знаю, у нас с тобой были нелады…

— Нелады? Ты ударил меня, гад, — прервал Джез.

— Я помню. Прости. Мне очень нужна твоя помощь. Случилась беда.

— И поделом. Не будешь шататься по сомнительным заведениям.

— Джез, пожалуйста, послушай. Это правда важно. Беда не со мной — с Томми.

Тон Джеза мгновенно изменился.

— Что произошло?

— Похоже, Рик из игрового зала забрал, то есть попросту украл его.

— Украл? Не может быть!

Пит начал терять терпение.

— Слушай, Джез, у меня нет времени объяснять все сейчас. Ты можешь подождать, пока я не вернусь? Если через два часа я не позвоню, иди в полицию и расскажи, где я.

— Конечно, Пит, но где ты будешь?

Для Пита это было так очевидно, что он искренне удивился, как можно этого не понимать.

— В «Зоне», Джез. Конечно, в «Зоне». Я возвращаюсь.

Пит положил в карман фонарик и вышел из дома. Свернув направо, он быстро прошел перекресток и двинулся по Хилсайд-авеню. В парке было уже почти совсем темно, и у Пита засосало под ложечкой. После того как он нашел здесь Стива, он ни за что на свете ночью не пойдет парком.

Он выбрался на хорошо освещенную улицу, которая наконец привела его к цели. Крюк занял у Пита больше часа. Надо было спешить. Стараясь сохранять спокойствие, он быстро пробежал призрачный заброшенный поселок. Когда он вступил в тень знакомого, а теперь темного и зловещего павильона, он глубоко вздохнул.

Входная дверь была заперта. Казалось, внутри никого нет. Но они должны были быть здесь. Рик и Томми. Куда еще они могли деться? Питу надо было попасть внутрь.

Он обошел здание в поисках какой-нибудь лазейки. Другого входа не было — только железная пожарная лестница, ведущая на крышу. Около нее тускло поблескивало чердачное окно — окно в потолке мастерской мистера Кагора. Это был путь во Внутреннюю зону.

Цепляясь за ржавые перекладины лестницы, Пит взобрался на крышу и медленно пополз к окну. Удача! Окно было не заперто. Осторожно он взглянул вниз — темная комната была пуста. Но как высоко!

Пит все-таки прыгнул, но каким-то образом он зацепился рукой за гвоздь. Ох! Через всю ладонь протянулся глубокий порез. Пит заскрипел зубами и обмотал руку платком. Продвигаясь в темноте ощупью, он направился через мастерскую к лестнице в игровой зал. Проходя мимо стола, он вдруг увидел такое, от чего волосы на его голове встали дыбом. Из открытой папки на стол высыпались фотографии, и на верхней его брат, Томми, играл во дворе со своим приятелем.

— Нет… нет! — вскрикнул Пит, схватив фотографию, чтобы разглядеть ее поближе. Мысли в его голове начали путаться. Он уже был не в состоянии мыслить логично.

Вдруг сзади раздался резкий, шипящий звук. Это заработал стоявший на столе компьютер. Потом звук изменился, и Пит понял, что машина выводит распечатку. Не задумываясь, он оторвал кусок ленты и впился в нее глазами. Сердце его забилось еще чаще.

У Пита все поплыло перед глазами. Он мало что понял из записи, но вторая фраза была достаточно ясна: он отпустил мальчика. Рик отпустил Томми! Сердце Пита радостно забилось: брат в безопасности!

Пит выпрямился. Теперь нужно поскорее отсюда убираться. Но чердачное окно далеко вверху, а боковое окошко зарешечено. Выйти можно только через игровой зал внизу, но дверь туда оказалась заперта. Пит молча смотрел на большой висячий замок на тяжелой металлической двери. Похоже, ему отсюда не выбраться.

Он огляделся. Должен же быть другой выход! Вдруг он вспомнил о пустой комнате в дальнем углу мастерской, правда, и туда дверь была закрыта. Пит в отчаянии толкнул ее. Дверь распахнулась! В темноте комнаты раздавалось слабое гудение. Пит нащупал на стене выключатель и повернул его. Под потолком зажглась тусклая электрическая лампочка, бросив мертвенный отсвет на стены. Пит вздрогнул: его окружали сплошные тени. Он медленно вошел.

Однажды он уже это видел: под белым пыльным покрывалом тихо гудела большая машина. Да, конечно… Это тот самый «Властелин разума», о котором Пит столько слышал последнее время. Но под покрывалом было что-то еще… Неподвижная фигура застыла в странной неестественной позе.

Кровь отхлынула от лица Пита: он уже видел такую позу… у мертвого Стива. С замирающим сердцем он подошел ближе. На голове человека под покрывалом был шлем, подсоединенный проводами к машине. Никто не станет спать таким образом. И тут Пит понял, что знает этого человека, знает очень хорошо… Потому что это был Рик.

Пит нагнулся и попытался нащупать пульс Рика. Он крепко прижал палец к вене на его запястье.

— Ну, Рик, ты должен быть жив, — молил он.

Пульс был, но очень слабый. Пит всмотрелся в лицо Рика. От постоянного пребывания в зале оно давно приобрело болезненный серый цвет. Сейчас оно было мертвенно-белым.

Что делать? Пит принялся снимать с Рика шлем, но застежки не поддавались. Шлем был намертво закреплен на голове Рика. Пит не сомневался, что это дело рук мистера Кагора. Теперь он не сомневался и в том, что случилось со Стивом перед тем, как он нашел его в парке мертвым. Со Стивом все было кончено, но неужели он опоздал и Рика ждет та же участь?

Внезапно он вспомнил распечатку — сегодняшнюю запись мистера Кагора. Неужели память Рика в самом деле перешла в машину, в «Властелина разума»? Пит убеждал себя, что это чушь. Что это невозможно. Но, глядя в безжизненное лицо Рика, понимал, что это правда. Он лихорадочно вспоминал…

«Загружено 75 %… не удается добраться до остального… он все еще может восстановиться…»

Значит, у Рика есть надежда! Но что надо сделать? Ответ пришел сам: с помощью «Властелина разума». Пит взялся за белое покрывало. Материал оказался грубым и плотным. Сразу напомнила о себе пораненная рука. Пит начал считать: «Раз… Это опасно. Два… Томми спасен. Остальное неважно. Три… Надо уходить. Сейчас же! Четыре… Рик умирает. Пять!..»

Покрывало слетело, обнажив металлический корпус «Властелина разума». Он выглядел чистой самоделкой — даже в большей степени, чем «Агрессор». На вид совсем несложный: громоздкий черный ящик, скорее напоминающий старый усилитель, чем изощренный игровой автомат. Он стоял на пластиковых ящиках, сзади свисала гроздь проводов. На полу, на сером резиновом коврике, лежал шлем — точно такой же, как на голове Рика, — и дистанционный джойстик.

Пит ступил на коврик и поднял шлем. Он был почти такой же, в каком Пит играл на «Агрессоре», только тяжелее. Пит надел его, закрепил застежки и повернулся к машине. Она мало чем отличалась от автоматов, стоявших в зале, возле единственного рычага на металле были отметки уровней: от первого до тринадцатого. Только прорези для жетонов не было.

Пит опустил рычаг до отметки первого уровня и взялся за джойстик. Тот не шелохнулся. Пит попробовал снова. Джойстик не слушался. Не обращая внимания на боль в порезанной ладони, Пит взялся за него еще раз, теперь обеими руками. Никакого результата. Пит выругался: без джойстика игры нет! Разочарованный, он хотел снять шлем, но обнаружил, что застежки не поддавались.

Когда он снова попытался освободиться от застежек, его внезапно ослепили яркие мерцающие огни. Сначала перед ним, а потом и вокруг появилось трехмерное изображение. Шлем ожил. На экране возникли объемные буквы, и он машинально отступил назад, чтобы лучше видеть.

Строчка голубых цифр, появившаяся в воздухе слева от Пита, отображала игровые уровни. Курсор мигал около цифры один. Пит снова потянулся к джойстику, но тот по-прежнему не подчинялся.

Подняв глаза, Пит увидел, что курсор медленно поднимается. Первый уровень… второй… третий… Пит почувствовал страх. Он не контролировал эту игру.

«Беги отсюда!» — звенело в мозгу, и Пит снова тщетно подергал застежки шлема. Он попробовал сойти с серого коврика, но какая-то неведомая сила толкнула его обратно.

Курсор продолжал подниматься. Четвертый уровень… пятый… шестой… На седьмом он остановился. Седьмой уровень. Именно здесь хранились воспоминания Рика. Но что с того? Пит не мог играть: джойстик не двигался; и не мог выйти из игры: не снимался шлем. Пит был в плену. В плену у «Властелина разума».

Игра началась. Сперва казалось, никакой опасности нет. «Властелин разума» перенес Пита в знакомые места. Улицы, сады, дома и магазины — все это Пит уже где-то видел. Ничего пугающего не было. Машина, похоже, реагировала на движения и речь Пита: он наклонился вперед и пошел, улица тут же заскользила мимо него.

Как предлагалось в начале игры, он высматривал золотые ключи. Обнаружить их было совсем не трудно. Надо было только протянуть руку и поднять их.

Каждый раз, как он делал это, рой образов заполнял экран, и по всему существу Пита прокатывала волна удивительно приятных ощущений. Это была волшебная смесь счастья, радости, спокойствия и силы.

«Если бы всегда так себя чувствовать, — думал Пит, — о большем и мечтать нечего».

Он заметил на дороге очередной ключ. Нагибаясь, чтобы поднять его, Пит услышал визг тормозов и, обернувшись, успел заметить за рулем кого-то, очень похожего на Рика, только гораздо моложе. В следующее мгновение удар отбросил Пита далеко в сторону.

Левую руку пронзила резкая боль.

«Невозможно, — подумал Пит. — На мне нет даже перчаток для виртуальной реальности».

Но боль не проходила. Наоборот, она распространилась на всю левую половину тела, и вместе с ней изменилось и все состояние. Волшебное ощущение счастья исчезло; он почувствовал ужасающую пустоту и отчаяние. Нахлынул страх, все вокруг дышало угрозой.

Пит изо всех сил потянул шлем. Он сорвет его, должен сорвать, даже если придется вырвать эти чертовы ремни вместе с собственной кожей! Но машина следила за ним, она вовсе не собиралась его отпускать. Картинка перед ним внезапно переменилась. Теперь он был в помещении. Сама комната была нормальных размеров, но все вещи в ней были крупнее обычных. Такими они могли выглядеть в глазах ребенка…

Напротив Пита стоял мужчина. Он был намного выше его, грубое лицо дышало жестокостью. Пит повернулся, чтобы убежать… и наткнулся на стену. Его загнали в угол.

«Это только игра, только игра», — убеждал он себя.

— Ты заслужил это, Рик, — произнес мужчина.

— Рик? — взвыл Пит. — Но я не Рик!

Рука мужчины поднялась и тяжело опустилась вниз. Сжатый кулак с размаху двинул Пита в челюсть и поднялся снова. Пит попробовал увернуться, но поздно. Пита потряс новый, совершенно реальный удар. Пит зашатался, в голове у него все смешалось. Удары продолжали сыпаться один за другим, пока женский крик не прекратил избиение.

Лежа на полу в ожидании очередного удара, Пит догадался. Он был в воспоминаниях Рика. Помещенные в компьютер, они превратились в жуткую абсурдную игру.

— Сдаешься? — рявкнул мужчина, и в воздухе появилась кнопка с надписью: «Сдаюсь».

Пит с готовностью поднял руку, но она замерла, так и не дотянувшись до кнопки. Память Рика все еще оставалась в машине. Он не хочет сдаваться!

Тут же все началось снова, только на этот раз удары были еще сильнее. После третьего раунда Пит почти потерял сознание. Боль была невыносима. Он неподвижно лежал, не было сил даже дотянуться до кнопки в сантиметре от его руки. Он не знал, как долго пробыл в таком состоянии, но в какой-то момент осознал, что на экране новая надпись. Яркие буквы резали заплывшие глаза, и он с трудом прочел:

Пит неуверенно искал в голове нужное слово. Выйти… выйти… выйти… Да, это было оно, и он мучительно вытолкнул его на поверхность сознания. В голове раздался долгий шипящий звук, пронеслась ослепительная вереница образов, словно пленку на видеоплейере быстро прокручивали назад. Пит закрыл глаза и сжал уши ладонями, спасаясь от оглушающего рева.

Неожиданно наступила тишина, и Пит, шатаясь, поднялся на ноги. Шлем, видимо, отключился, и сквозь прорезь Пит отчетливо видел комнату.

Рик шевельнулся.

— Рик! Это я, Пит! Ты слышишь? — что было сил закричал Пит.

Рик медленно поднялся на ноги. В его глазах был ужас. Не в силах двинуться с серого коврика под ногами, Пит молча смотрел, как Рик снимает шлем, бросает его на пол и, словно испуганное животное, выбегает из комнаты.

Пит с трудом подавил подступившую дурноту. Неужели Рик его бросит? После того как Пит спас его?! Нет!

Снизу раздался звук открываемой двери. Тут же дверь захлопнулась. Все. Рик ушел. Не в силах поверить в предательство Рика, Пит отвернулся от двери и увидел… рычаг на панели «Властелина разума» передвинулся на самый верх. Тринадцатый уровень!

Игра началась снова, только на этот раз все происходило в ускоренном темпе. Пит шел по незнакомым улицам, мимо незнакомых людей и по-прежнему искал ключи. Но уже не находил их.

Неожиданно он увидел что-то знакомое. Точно в таком доме жил когда-то его дедушка. Вспыхнуло далекое воспоминание: Пит — совсем еще маленький — играет в дедушкином саду. Потом появились качели в саду за их домом на Ферндаунской улице. Рядом стояла мама, держа на руках ребенка — Томми… Первое воспоминание о брате. «Властелин разума» вытягивал из него воспоминания, о существовании которых не догадывался даже сам Пит.

Темп нарастал: все больше знакомых лиц, памятных мест, каждое в свою очередь вызывало новый образ. Неимоверно быстро они заполняли сознание Пита, словно вся прожитая жизнь на головокружительной скорости проносилась перед его глазами.

Он потерял способность связно думать. Все его попытки ни к чему не приводили, мозг был занят другим. Мозг заполонили образы самого Пита, его друзей, родных, всевозможных мест и предметов. И все это уже не зависело от Пита, все происходило помимо его воли. На миг ему удалось сосредоточиться на записной книжке — маленькой красной записной книжке, которую он нашел в вагонетке.

Но она тут же исчезла, и хоровод видений закружился с еще большей быстротой. В ушах Пита нарастал странный звук. Негромкий и очень странный. Словно одновременно звучали сотни, тысячи магнитофонных записей.

Потом на фоне звукового хаоса стал выделяться голос одной-единственной фигуры. Фигура росла и становилась все ярче. Безумный вихрь видений замедлился и исчез, осталось лишь темное пустое пространство. Мысли Пита несколько прояснились. На самом краю черной пустоты стоял темноволосый мужчина. Пит наконец полностью пришел в себя. Он во все глаза смотрел на мужчину.

— Папа, это правда ты? — растерянно спросил Пит.

— Иди ко мне, Пит! — широко раскинул руки отец.

Пит потянулся к нему. Ему так хотелось коснуться отца, почувствовать тепло его рук, знать, что тот его защитит. «Властелин разума» нагнал на него страху… Ему надо было передохнуть… Отец, верный, добрый папа поможет ему.

Пит шагнул вперед. В его глазах стояли слезы. Слава Богу, отец пришел вызволить его из этого кошмара. Когда до тьмы оставался один шаг, что-то остановило его. В памяти всплыла строчка из записной книжки: «Никогда не ступай в пустоту».

Пит застыл, балансируя на краю тьмы.

— Ну же, Пит, — улыбаясь, звал отец. — Этак мы опоздаем на матч.

Пит колебался. «Никогда не ступай в пустоту!»

Опоздаем на матч? Но его же выгнали из команды! Отец просто повторил те самые слова, которые сказал в день катастрофы — в день своей гибели. Он уже не мог сказать новых… Лицо отца стало жестким.

— Пойдем же, Пит. Осталось совсем мало времени. Мы опоздаем.

— Нет, я не пойду! — крикнул Пит. — Меня выгнали из команды, а ты… — Он умолк, чувствуя, как пересохло в горле. — Ты не мой отец. Мой отец мертв! Ты только копия… подделка!

Сквозь слезы Пит смотрел на отца. Картинка изменилась. Теперь Пит стоял на шоссе между Элмвудом и Тэлферс-Хит, на том самом месте, где… Красная машина отца неслась по шоссе. Пит сидел рядом с отцом.

— Ладно, ладно. Доставлю тебя вовремя. Не волнуйся, — улыбался он.

Катастрофа произошла точно так, как на самом деле, только как бы в замедленном темпе. Крики, звон стекла, удар — все повторилось снова. Мучительно и медленно… Слишком медленно и подробно… По лицу Пита текли слезы боли, и слева от него появилась знакомая уже кнопка с надписью: «Сдаюсь».

Катастрофа началась снова. На этот раз боль была невыносима, а кнопка раздулась до невероятных размеров. Рука Пита сама собой потянулась к ней. Второй раз он не мог вынести катастрофы и перед самым столкновением нажал на кнопку. Он должен был прекратить эту муку. Прекратить любой ценой!

Но до кнопки он не дотянулся. В какой-то доле сантиметра от виртуальной кнопки ладонь Пита, замотанная в окровавленный платок, наткнулась на острый угол панели. Пит отпрянул и взвыл от боли. Он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Но красная машина исчезла, кнопка с призывом сдаться — тоже, и Пит видел теперь только отца, стоявшего на краю тьмы. Прощаясь, он махал Питу рукой.

— Папа! — жалобно выкрикнул Пит, когда изображение медленно растворилось в темноте.

Пит обессиленно опустился на пол. Резкий громкий щелчок привел его в себя. Это расстегнулась застежка на шлеме. Пит был свободен.

Он попытался подняться, но колени подломились, и он снова рухнул на пол. В мозгу вспыхнула одна, но очень важная мысль: он должен уничтожить «Властелина разума». Кое-как поднявшись на ноги, Пит собрал последние силы и дрожащими руками поднял машину над головой. А подняв, с размаху швырнул об пол.

Машина разлетелась вдребезги. Пит равнодушно посмотрел на ее остатки, пошатнулся и упал, с лета ударившись затылком об острый угол металлической подставки.

Раздался слабый хруст, вылетело несколько крошечных искр и поползла тонкая струйка голубого дыма. «Властелина разума» больше не существовало. Пит улыбнулся и потерял сознание.

Очнулся Пит в больнице. В глазах стоял туман, и сквозь него смутно вырисовывались две фигуры.

— Привет, Питер, — ласково сказала мама. — Как ты себя чувствуешь?

Пит попытался было приподняться, но тупая боль в затылке заставила его снова откинуться на подушку.

— Я-то хорошо, а как Томми? — с трудом выдавил он.

— Томми отлично, — ответила мать. — Сам добрался до дома. Миссис Тейлор его обнаружила на ступеньках дома. Джез рассказал, куда ты пошел его искать. Он позвонил в полицию. Ох, Пит, как же ты напугал нас!

Пит попробовал оглядеться: не отрывая головы от подушки, это было сделать не просто. Рядом с кроватью стояла тележка с каким-то сложным электронным устройством.

— Это что? — испуганно спросил он.

— Успокойся, Питер, тебе лучше пока не двигаться, — донесся из тумана голос.

Скосив глаза, Пит увидел доктора.

— Это всего лишь монитор. Он следил за твоим состоянием, пока ты был без сознания.

Пит заснул. Проснулся он уже около полудня, и из тумана выплыло новое лицо. На этот раз это был Джез.

— Твоя мама ушла за Томми. Она разрешила зайти к тебе на минутку, — смущенно проговорил он. — Знаешь, ты обнаружил что-то действительно важное. Весь район оцепили.

— Спасибо, что позвонил в полицию.

— Я ждал два часа, как ты велел. Жутко волновался, пришлось играть в «Джинзу», чтобы… Ох, прости, Пит, тебе вряд ли хочется сейчас слышать об играх.

— Джез, это я должен просить у тебя прощения, — ответил Пит.

— Давай забудем об этом, ладно?

Джез ушел, и в комнату ворвался Томми.

— Пит! Пит! А где твоя рука? В школе Бен сказал, что тебе отпилили руку.

— Да нет, вот она, — успокоил братишку Пит.

— Так, значит, ты сможешь стоять на воротах! А я буду бить! Вот здорово! — Томми радостно вскинул кулак в воздух.

Пита выписали из больницы через неделю. В последний день он несколько часов проговорил с двумя полицейскими — мужчиной и женщиной. Они слушали его терпеливо до самого конца, не перебивая. Потом он ответил на много вопросов…

— Можешь больше ни о чем не тревожиться, — напоследок сказала ему женщина. — Мистер Кагор арестован и ждет суда. Его обвиняют в убийстве Стивена.

— А что с «Властелином разума»? Что с Риком? Что было дальше?

Женщина мягко улыбнулась:

— Постарайся лучше думать о выздоровлении, Питер.

— Но…

— Тебе давно надо было прийти к нам, — упрекнула она.

— Я боялся, — ответил Пит. — Боялся, что мне не поверят.

— Ты не прав, — спокойно ответила она. — Когда говоришь правду, тебе всегда верят. — Она понимающе подмигнула. — Ну, теперь ты можешь выбросить все это из головы.

«Но я же сказал правду о „Властелине разума“, а вы ведь не поверили ни единому моему слову», — подумал про себя Пит, но ничего не сказал.

Он только кивнул головой и слегка улыбнулся.

В следующей четверти, как только почувствовал, что достаточно поправился, Пит приступил к тренировкам. Он твердо решил вернуться в школьную футбольную команду. Однажды вечером, когда он возвращался с тренировки, на глаза ему попалась местная газета. На первой странице он прочел заголовок: «Владелец зала игровых автоматов осужден на пожизненное заключение».

Дома он нашел газету и жадно прочитал статью.

Пит не стал читать дальше — зачем? Он ведь знал правду, знал, что произошло на самом деле. Но какой толк тратить время и пытаться убедить в этом других? Все это осталось в прошлом. «Властелин разума» разрушен, а за мистером Кагором навсегда захлопнулись ворота тюрьмы.

Через несколько месяцев Пит получил еще одно — последнее — напоминание о «Зоне».

— Вот, — сказал Томми, протягивая Питу письмо, которое он достал из почтового ящика.

Почерк показался незнакомым. Гадая, кто бы это мог быть, Пит вскрыл конверт.

Значит, Рик все-таки не совсем бросил его той ночью! Пит часто думал, что с ним стало. Теперь он почувствовал облегчение. Рик, конечно, разочаровал его, но Пит не мог думать о нем плохо. Вспоминая показанные «Властелином разума» эпизоды из жизни Рика, он испытывал только жалость. Но долго думать о Рике ему не пришлось. Его дернули за рукав, и, обернувшись, он увидел Томми.

— «Кошка… и… мышка… хотят… дружить», — прочитал он, водя пальцем по букварю.

Пита немедленно потянуло в сон, и он улыбнулся. Томми стал читать гораздо быстрее, но слушать его было…

— Здорово! — похвалил Пит. — А может, пойдем погоняем мяч?