<?xml version="1.0" encoding="utf-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre>sf</genre>
   <author>
    <first-name>Роберт</first-name>
    <last-name>Сойер</last-name>
   </author>
   <book-title>Неандертальский параллакс</book-title>
   <annotation>
    <p>Вся трилогия Неандертальский параллакс в одном томе.</p>
    <p>Содержание:</p>
    <p>1. Гоминиды (роман, перевод В. Слободяна), стр. 5-292</p>
    <p>2. Люди (роман, перевод В. Слободяна), стр. 293-586</p>
    <p>3. Гибриды (роман, перевод В. Слободяна), стр. 587-876</p>
   </annotation>
   <date></date>
   <coverpage>
    <image l:href="#Neandertalskijjparallaks.jpg"/></coverpage>
   <lang>ru</lang>
   <translator>
    <first-name>Владислав</first-name>
    <last-name>Слободян</last-name>
   </translator>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <first-name></first-name>
    <last-name></last-name>
   </author>
   <program-used>FictionBook Editor Release 2.6.6</program-used>
   <date value="2015-04-14">14 April 2015</date>
   <id>B8E1611A-FDF2-4AAF-BBDD-7901131DE104</id>
   <version>1.0</version>
  </document-info>
  <publish-info>
   <book-name>Неандертальский параллакс</book-name>
   <publisher>Урания</publisher>
   <year>2014</year>
   <sequence name="ШФ (продолжатели)"/>
  </publish-info>
 </description>
 <body>
  <title>
   <p>Роберт Сойер</p>
   <p>Неандертальский параллакс</p>
  </title>
  <section>
   <title>
    <p>Гоминиды</p>
   </title>
   <section>
    <epigraph>
     <p>Южные леса дают нам понять, что не обязательно всё должно быть именно так, что на земле есть место для вида, верного моральным аспектам того, что мы, люди, называем «гуманностью»: уважение к другим, самоограничение, неприятие насилия для урегулирования конфликтующих интересов. Появление таких черт у бонобо даёт нам намёк на то, что они могли бы развиться и у Homo sapiens, если бы его эволюционная история была немного другой.</p>
     <text-author>Ричард Рэнгам и Дейл Петерсон</text-author>
     <text-author>«Демонические самцы: человекообразные обезьяны и истоки людской жестокости»</text-author>
    </epigraph>
    <epigraph>
     <empty-line/>
     <p>Никакой приватности всё равно нет. Просто смиритесь.</p>
     <text-author>Скотт Макнили</text-author>
     <text-author>Исполнительный директор «Sun Microsystems»</text-author>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Посвящается Марселю Ганье и Салли Томашевич,</emphasis></p>
    <p><emphasis>«чуваку» и «чувихе»,</emphasis></p>
    <p><emphasis>большим людям и большим друзьям</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 1</p>
    </title>
    <subtitle>День первый</subtitle>
    <subtitle>Пятница, 2 августа</subtitle>
    <subtitle>148/118/24</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Тьма была абсолютно непроницаема.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_1">За ней присматривала Луиза Бенуа, постдок<a l:href="#id20150414092305_1">[1]</a> из Монреаля двадцати восьми лет, с безупречной фигурой и роскошной гривой каштановых волос, в соответствии со здешними правилами забранной под предохранительную сетку. Она несла вахту в тесной пультовой, погребённой в двух километрах — «миля с четвертью», как она иногда поясняла гостям из Америки с акцентом, который они находили очаровательным — под поверхностью земли.</p>
    <p>Пультовая находилась сбоку от платформы, расположенной непосредственно над огромной тёмной каверной, в которой помещалась Нейтринная обсерватория Садбери. В центре каверны была подвешена крупнейшая в мире акриловая сфера двенадцати метров («почти сорок футов») в диаметре. Сфера была заполнена 1100 тоннами тяжёлой воды, взятой в аренду у компании «Канадская атомная энергия, Ltd.».</p>
    <p>Прозрачную акриловую сферу охватывал геодезический массив стальных балок, несущих на себе 9600 фотоумножительных трубок; каждая из них направлена в центр сферы и с внешнего конца закрыта параболической отражающей крышкой. Всё это — тяжёлая вода, акриловая сфера и окружающая её геодезическая оболочка — находилось внутри каверны высотой в десять этажей, выдолбленной в окружающей норитовой породе и имеющей форму бочки. И эта гигантская каверна была почти до краёв заполнена обычной водой высокой степени очистки.</p>
    <p>Луиза знала, что два километра Канадского щита у неё над головой защищают тяжёлую воду от космических лучей. А оболочка обычной воды поглощает природную фоновую радиацию, испускаемую следовыми количествами урана и тория, содержащимися в окружающих горных породах, не давая ей достичь тяжёлой воды. Таким образом, ничто не могло добраться до тяжёлой воды, кроме нейтрино, тех бесконечно малых субатомных частиц, что были объектом исследований Луизы. Триллионы нейтрино пронзают Землю каждую секунду; в сущности, нейтрино способно пройти сквозь слой свинца толщиной в световой год со всего пятидесятипроцентной вероятностью столкнуться с чем-нибудь.</p>
    <p>И всё же Солнце испускает такое чудовищное количество нейтрино, что столкновения время от времени случаются, и тяжёлая вода — идеальная мишень для таких столкновений. Ядро входящего в состав тяжёлой воды водорода содержит протон — как и любое ядро водорода — а также нейтрон. И когда нейтрино случайно ударяет в нейтрон, тот распадается, испуская ещё один протон, электрон, и вспышку света, которую может зарегистрировать фотоумножительная трубка.</p>
    <p>Луизины тёмные изогнутые брови поначалу даже не шелохнулись, когда она услышала гудок, означающий детекцию нейтрино — такой сигнал звучал десяток раз на дню, и хотя это было самое волнующее из того, что может произойти здесь, под землёй, само по себе это событие не стоило того, чтобы отрываться от свежего номера «Космополитэн».</p>
    <p>Но потом сигнал прозвучал снова, и снова, а потом загудел непрерывно, словно сигнал с электрокардиографа умирающего.</p>
    <p>Луиза поднялась из-за стола и подошла к консоли детектора. На ней красовалась рамка с фотографией Стивена Хокинга — разумеется, неподписанной; Хокинг посетил торжественное открытие Нейтринной обсерватории Садбери в 1998. Луиза постучала пальцем по динамику сигнала на случай, если его перемкнуло, но гудение не прекратилось.</p>
    <p>Пол Кирияма, костлявый аспирант, ворвался в пультовую, прибыв из какого-то другого места огромной подземного комплекса. Как было известно Луизе, Пол в её присутствии ужасно смущался, но в этот раз за словом он в карман не полез.</p>
    <p>— Что за фигня здесь творится? — спросил он.</p>
    <p>На детекторной консоли находилась матрица светодиодов 98 на 98, каждый элемент которой обозначал один из 9600 фотоумножителей; они горели все до единого.</p>
    <p>— Может, кто-то случайно включил освежение в каверне? — предположила Луиза. Предположение не показалось правдоподобным даже ей самой.</p>
    <p>Непрерывное гудение, наконец, смолкло. Пол нажал несколько кнопок, включив систему видеонаблюдения внутри каверны. Экраны мониторов были совершенно черны.</p>
    <p>— Ну, если свет и включали, — сказал он, — его уже выключили. Интересно, что…</p>
    <p>— Сверхновая! — воскликнула Луиза, хлопнув своими изящными ладонями с длинными пальцами. — Мы должны связаться с Центральным бюро астрономических телеграмм и установить наш приоритет. — Хотя Нейтринная обсерватория была построена с целью изучения нейтрино, излучаемых Солнцем, она фиксировала нейтрино из любого источника.</p>
    <p>Пол кивнул и бухнулся в кресло перед компьютером, активируя закладку с сайтом Бюро. Луиза знала, что об обнаруженном явлении лучше заявить сразу, даже если уверенности в нём нет.</p>
    <p>С детекторной консоли прозвучала ещё одна серия гудков. Луиза взглянула на световую матрицу — по ней было разбросано несколько сотен огоньков. Странно, подумала она. Сверхновая должна фиксироваться как направленный поток…</p>
    <p>— Может быть, что-то не в порядке с оборудованием? — сказал Пол, очевидно, подумав о том же самом. — Или соединение с одним из умножителей искрит, а остальные регистрируют свечение.</p>
    <p>Воздух разорвал скрипучий стон, идущий от двери — той, что вела на платформу над гигантской детекторной камерой.</p>
    <p>— Может быть, нам стоит самим включить свет в камере, — сказала Луиза.</p>
    <p>Стон повторился — словно подземное чудовище рыскало в ночи.</p>
    <p>— А если это и правда сверхновая? — сказал Пол. — Если включить свет, детектор станет бесполезен, и…</p>
    <p>Раздался резкий звук, как от хоккейного щелчка.</p>
    <p>— Включи свет!</p>
    <p>Пол убрал предохранительную крышку с кнопки выключения и нажал на неё. Мониторы видеонаблюдения вспыхнули белым, затем на них проступило изображение…</p>
    <p><emphasis>— Mon dieu!</emphasis> — воскликнула Луиза. </p>
    <p>— Что-то внутри ёмкости с тяжёлой водой! — крикнул Пол. — Но как оно туда…</p>
    <p>— Ты это видел? — перебила его Луиза. — Оно шевельнулось, и… о боже, это человек!</p>
    <p>Стуки и стоны продолжились, а потом…</p>
    <p>Они увидели это на мониторах и услышали сквозь стены.</p>
    <p>Гигантская акриловая сфера треснула вдоль нескольких швов, что скрепляли её сегменты. <emphasis>«Tabernacle»</emphasis> — выругалась Луиза, осознавая, что тяжёлая вода сейчас смешивается с обычной H<sub>2</sub>O, заполняющей бочкообразную каверну. Её сердце бешено заколотилось. Какое-то мгновение она не знала, что тревожит её больше — потеря детектора, или судьба человека, который, очевидно, тонул внутри него.</p>
    <p>— Пошли! — крикнул Пол, направляясь к двери, ведущей на платформу над детекторной каверной. Камеры наблюдения записывали всё происходящее; ничего не будет упущено.</p>
    <p>— <emphasis>Un moment</emphasis>, — сказала Луиза. Она метнулась через пультовую, схватила телефонную трубку и набрала внутренний номер из списка, висящего на стене.</p>
    <p>Ответили после второго гудка.</p>
    <p>— Доктор Монтего? — сказала Луиза, услышав ямайский акцент врача шахты. — Это Луиза Бенуа из нейтринной обсерватории. Вы нужны нам прямо сейчас внизу, в пультовой. Человек тонет в детекторной камере.</p>
    <p>— Тонет? — удивился Монтего. — Как он туда попал?</p>
    <p>— Мы не знаем. Поторопитесь!</p>
    <p>— Уже бегу, — ответил доктор. Луиза вернула трубку на место и бросилась к синей двери, за которой скрылся Пол; она уже успела закрыться. На двери были надписи, которые Луиза помнила наизусть:</p>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Держать дверь закрытой</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>Осторожно, высоковольтные кабели</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>Запрещается вносить несертефицированное электронное оборудование</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>Состав атмосферы проверен: вход разрешён</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>Луиза потянула за ручку, открыла дверь и вошла в большое помещение с металлическими стенами.</p>
    <p>Сбоку в полу был люк, ведущий непосредственно в детекторную камеру; когда детектор закончили собирать, последние монтажники вышли через этот люк и задраили его. К удивлению Луизы, люк был по-прежнему задраен на все сорок болтов… то есть, конечно, так и должно быть, но ведь человек никак не мог попасть внутрь камеры, кроме как через этот люк…</p>
    <p>Окружающие платформу стены были покрыты тёмно-зелёным пластиковым покрытием, предохраняющим её от каменной пыли. Десятки проводов и полипропиленовых трубопроводов свисали с потолка, контуры помещения очерчивали стальные балки. Одна стена была заставлена компьютерным оборудованием; вдоль остальных тянулись полки. Пол что-то искал на одной из них, скорее всего, клещи, достаточно массивные, чтобы отвернуть закрывающие люк болты.</p>
    <p>Металл снова мучительно застонал. Луиза бросилась к люку, хотя и не смогла бы ничего сделать голыми руками. Её сердце ёкнуло, когда со звуком, напоминающим автоматную очередь запорные болты взлетели в воздух. Люк резко распахнулся и с грохотом ударился о металлический пол. Луиза отпрыгнула в сторону, но вырвавшийся из люка фонтан холодной воды окатил её с головы до ног.</p>
    <p>Самая верхняя часть детекторной каверны была заполнена азотом, который, как понимала Луиза, и вырвался теперь наружу. Водяной фонтан быстро иссяк. Она подошла к открытому люку и заглянула внутрь, пытаясь не дышать. Внутренность каверны была залита светом прожекторов, которые включил Пол, а вода была абсолютно прозрачна, так что пространство просматривалось до самого дна тридцатью метрами ниже.</p>
    <p>Луиза с трудом различала гигантские изогнутые сегменты акриловой сферы — показатель преломления у акрила практически такой же, как у воды, так что в воде его практически не видно. Сегменты, теперь отделённые друг от друга, крепились к потолку тросами из синтетического волокна, иначе они бы погрузились на дно окружающей их геодезической сферы. Люк давал ограниченный угол обзора, и Луиза нигде не видела тонущего человека.</p>
    <p><emphasis>— Merde! — </emphasis>Свет внутри каверны погас. — Пол! — закричала Луиза. — Что ты делаешь?</p>
    <p>Голос Пола, теперь доносящийся сзади, из пультовой, был едва слышен за шумом вентиляции и плеском воды в огромной каверне у Луизы под ногами.</p>
    <p>— Если он ещё жив, — кричал Пол, — то увидит свет, идущий из люка.</p>
    <p>Луиза кивнула. Всё, что человек внизу мог теперь видеть — квадратное пятно света, метр на метр размером, на огромном, с его точки зрения, тёмном потолке.</p>
    <p>Мгновения спустя Пол вернулся на платформу. Луиза взглянула на него, потом снова посмотрела в открытый люк. Никого.</p>
    <p>— Одному из нас нужно спуститься туда, — сказала она.</p>
    <p>Миндалевидные глаза Пола стали почти круглыми.</p>
    <p>— Но… тяжёлая вода…</p>
    <p>— Делать нечего, — сказала Луиза. — Ты хорошо плаваешь?</p>
    <p>Пол смутился; Луиза знала, что последнее, чего бы ему хотелось — уронить себя в её глазах. Однако…</p>
    <p>— Не особо, — ответил он, опуская взгляд.</p>
    <p>Ей и так-то было неловко находиться внизу наедине с тайно влюблённым в неё Полом, но в воде форменный синий комбинезон будет мешать. Однако под ним у неё, как практически у всех сотрудников обсерватории, было лишь нижнее бельё — температура воздуха на такой глубине держалась на тропическом уровне в 40,6°C. Она скинула туфли и расстегнула молнию на комбинезоне. Слава богу, сегодня она надела лифчик, хотя кружев на нём могло бы быть и поменьше.</p>
    <p>— Включи снова внутреннее освещение, — сказала она Полу. Пол, молодчина, кинулся исполнять, не мешкая. Пока он не вернулся, Луиза скользнула через люк в холодную воду — вода охлаждалась до десяти градусов, чтобы подавить в ней биологическую активность и уменьшить уровень шумов в фотоумножителях.</p>
    <p>Она почувствовала приступ паники, внезапное осознание того, что оказалась на большой высоте без всякой опоры — дно было далеко-далеко внизу. Она поболталась на поверхности, высунув голову и плечи в открытый люк, пока панику не улеглась. После этого она сделала три глубоких вдоха, плотно закрыла рот и нырнула.</p>
    <p>Видимость под водой была отличная, и глаза совершенно не щипало. Она огляделась в поисках человека, но вокруг было столько обломков акриловой сферы, и…</p>
    <p><emphasis>Вот он!</emphasis></p>
    <p>Он и правда всплыл, а между поверхностью воды и платформой наверху был небольшой просвет — сантиметров пятнадцать. Обычно он заполнен сверхчистым азотом. Несчастный <emphasis>определённо</emphasis> мертв; три вдоха в этой атмосфере — и ты труп. Какая ирония — он, вероятно, изо всех сил стремился вверх, к поверхности, надеясь найти там воздух, лишь для того, чтобы быть убитым непригодным для дыхания газом. Нормальный воздух, поступающий через люк, сейчас смешивался с азотом, но для утопленника, похоже, было уже слишком поздно.</p>
    <p>Луиза снова всплыла к люку и высунула голову наружу. Пол, нервничая, ждал, что она скажет хотя бы что-нибудь. Однако на это не было времени. Она сделала такой глубокий вдох, какой смогла, и нырнула снова. Просвет над поверхностью был слишком низкий, чтобы плыть, держа нос над водой, и не стукаться постоянно макушкой о металлический потолок. Человек оказался метрах в десяти. Луиза заработала ногами, покрывая это расстояние с максимально возможной скоростью, но тут…</p>
    <p>Облако в воде. Что-то тёмное.</p>
    <p><emphasis>Mon dieu!</emphasis></p>
    <p>Кровь.</p>
    <p>Облако окружало голову человека, скрывая его черты. Он не двигался; если ещё жив, то, несомненно, без сознания.</p>
    <p>Луиза извернулась, чтобы выставить нос и рот на воздух. Сделала осторожный вдох — воздух уже был вполне пригоден для дыхания — и ухватила человека за руку. Луиза перевернула его — он плавал лицом вниз — так, чтобы его нос и рот оказались над водой, но ему, похоже, было всё равно. Ни пузырей, ничего — никаких следов дыхания.</p>
    <p>Луиза потянула его за собой. Это оказалось нелегко — человек был довольно плотного сложения и полностью одет; одежда насквозь пропиталась водой. У Луизы не было времени его разглядывать, но она отметила, что на мужчине <emphasis>не было</emphasis> ни комбинезона, ни бахил. Он не мог быть горняком с никелевой шахты, и, хотя Луиза бросила лишь один быстрый взгляд на его лицо — белый, светлобородый — он также не был и из штата нейтринной обсерватории.</p>
    <p>Пол тем временем свесился с платформы наверху и разглядывал их приближение, опустив голову в воду. В других обстоятельствах Луиза сначала дала бы поднять из воды раненого, а потом бы вылезла сама, но сквозь люк мог пролезть лишь один человек за раз, а втащить наверх тяжёлого незнакомца Полу одному не под силу.</p>
    <p>Луиза отпустила руку мужчины и просунула голову в люк, который Пол к этому времени освободил. Некоторое время ей понадобилось, чтобы отдышаться; буксируя тело, она выбилась из сил. Потом она упёрлась ладонями в платформу и начала подниматься из воды. Пол снова присел на краю и помог ей вылезти, после чего они повернулись к плавающему в воде человеку.</p>
    <p>Он начал было дрейфовать в сторону, но Луиза изловчилась ухватить его за рукав и вернуть обратно к люку. После этого соединёнными усилиями они потащили его наверх и, наконец, втянули на край платформы. У него до сих пор шла кровь; рана, очевидно, была где-то в районе виска.</p>
    <p>Пол немедленно склонился над утопленником и начал делать искусственное дыхание «рот в рот»; его щёку пятнала кровь каждый раз, как он поворачивал голову посмотреть, не начала ли подниматься грудь раненого.</p>
    <p>Луиза тем временем искала пульс на его правой руке. Пульса не было… хотя нет! Вот, вот он! Есть пульс!</p>
    <p>Пол продолжал вдувать воздух в рот незнакомца, и, наконец, мужчина издал слабый хрип. Вода и рвота хлынули у него изо рта. Пол отвернул ему голову в сторону, и извергаемая им жидкость смешалась с натёкшей на платформу кровью, частично смывая её.</p>
    <p>Незнакомец, однако, по-прежнему оставался без сознания. Луиза, мокрая с головы до ног, замёрзшая и практически голая, начала чувствовать себя неловко. Она влезла обратно в свой комбинезон и застегнулась; Пол украдкой посматривал на ней, хоть и делал вид, что не смотрит.</p>
    <p>До прихода доктора Монтего всё ещё оставалось много времени. Нейтринная обсерватория не просто в двух километрах под землёй, она ещё и в километре с четвертью в стороне от ближайшего подъёмника в шахте номер девять. Даже если клеть в этот момент находилась наверху, а это вовсе не обязательно было так, даже в этом случае доктору Монтего понадобится минут двадцать с лишним, чтобы добраться сюда.</p>
    <p>Луиза подумала, что они могли бы снять с незнакомца его промокшую одежду. Она потянулась к его тёмно-серой рубашке, но…</p>
    <p>На ней не было пуговиц. И молнии тоже не было. Она не была похожа на водолазку, хотя и имела воротника, и…</p>
    <p>А, вот они где! Ряд скрытых застёжек-кнопок располагался на широких плечах. Луиза попыталась их расстегнуть, но они не шевельнулись. Она осмотрела его штаны. Сейчас они были тёмно-зелёными, хотя в сухом виде, должно быть, гораздо светлее. Однако, пояса не было; вместо него талию опоясывал ряд кнопок и складок.</p>
    <p>Луизе внезапно пришло в голову, что мужчина может страдать от кессонной болезни. Детекторная камера была тридцати метров в глубину, а кто знает, на какой глубине он был и как быстро всплыл. Атмосферное давление так глубоко под землёй составляло 130% нормы. В тот момент Луиза не смогла сообразить, как это может повлиять на развитие кессонной болезни, но по крайней мере означало, что больной получает больше кислорода, чем на поверхности, что было, безусловно, к лучшему.</p>
    <p>Ничего не оставалось, кроме как ждать; незнакомец дышал, его пульс стабилизировался. Луизе наконец представился случай рассмотреть лицо мужчины повнимательней. Оно было широкое, но не плоское; скулы были скошены назад. А нос его был поистине гигантским — размером со сжатый кулак. Нижнюю челюсть покрывала густая тёмно-русая борода, прямые светлые волосы облепляли лоб. Его черты казались отдалённо восточноевропейскими, но цветом кожи он скорее напоминал скандинава. Широко расставленные глаза были закрыты.</p>
    <p>— Откуда он вообще мог взяться? — спросил Пол, усевшись по-турецки на пол рядом с незнакомцем. — Сюда никто не мог спуститься, и потом…</p>
    <p>Луиза кивнула.</p>
    <p>— И даже если бы смог, то как бы он пробрался в запечатанную детекторную камеру? — Она замолчала и откинула волосы с глаз, только сейчас обнаружив, что в воде она потеряла сетку для волос. — Тяжёлая вода испорчена. Если он выживет после этого трюка, его засудят так, что мало не покажется.</p>
    <p>Луиза обнаружила, что качает головой. Кем может быть этот человек? Может быть, индейский активист, считающий, что шахта осквернила священные земли его народа? Но он был светловолос — большая редкость среди индейцев. На глупую подростковую авантюру тоже не похоже — на вид мужчине было примерно тридцать пять.</p>
    <p>Возможно, это террорист или борец против атомных электростанций. Но хотя «Канадская атомная энергия, Ltd.» и предоставила тяжёлую воду, ничем связанным с атомной энергетикой здесь не занимались.</p>
    <p>Кем бы он ни был, думала Луиза, если он всё же умрёт от своих ранений, то станет главным кандидатом на Дарвиновскую премию. Это был классический случай эволюции-в-действии: человек совершил нечто неизмеримо глупое, и это стоило ему жизни.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 2</p>
    </title>
    <p>Луиза Бенуа услышала звук открывающейся двери; кто-то прошёл по помещению над детекторной камерой.</p>
    <p>— Эй! — крикнула она доктору Монтего. — Мы здесь!</p>
    <p>Рубен Монтего, выходец с Ямайки лет тридцати пяти, поспешил к ним. Он брил голову налысо, и поэтому был единственным, кому позволено входить в нейтринную обсерваторию без сетки для волос, однако, как и все остальные, обязан был носить каску. Доктор присел над раненым, взял его за левую руку, повернул запястьем вверх и…</p>
    <p>— Это ещё что такое? — спросил Рубен с легко заметным ямайским акцентом.</p>
    <p>Луиза тоже увидела это: что-то, по-видимому, вживлённое прямо в кожу запястья — высококонтрастный матовый прямоугольный экран примерно восемь сантиметров в длину и два в ширину. Он показывал строку символов, самый левый из которых менялся примерно раз в секунду. Шесть крошечных бусинок, все разного цвета, выстроились в линию под экраном, а что-то, возможно, линза, находилось сбоку от экрана выше по руке незнакомца.</p>
    <p>— Какие-то супермодные часы? — предположила Луиза.</p>
    <p>Рубен, очевидно, решил пока проигнорировать эту загадку; он приложил указательный и средний пальцы к лучевой артерии пострадавшего.</p>
    <p>— Пульс хороший, — объявил он. Он несильно хлопнул мужчину по щеке, потом по другой, пытаясь привести его в чувство. — Ну, давай, — сказал он ободряюще. — Давай. Просыпайся.</p>
    <p>Наконец, мужчина пошевелился. Он сильно закашлялся, и изо рта вылилось ещё немного воды. Потом его глаза неуверенно открылись. Они оказались поразительного золотисто-карего цвета — Луиза никогда раньше такого не видела. Ему, должно быть, понадобилось какое-то время, чтобы сфокусировать взгляд, потом его глаза округлились. Похоже, вид Рубена поразил незнакомца до глубины души. Он повернул голову и посмотрел на Луизу и Пола. Его лицо по-прежнему выражало глубочайший шок. Он шевельнулся, как будто пытаясь отползти от них.</p>
    <p>— Кто вы? — спросила Луиза.</p>
    <p>Мужчина смотрел на неё без капли понимания.</p>
    <p>— Кто вы? — повторила Луиза. — Что вы пытались сделать?</p>
    <p>— <emphasis>Дар,</emphasis> — сказал мужчина как будто с вопросительной интонацией.</p>
    <p>— Я должен отвезти его в больницу, — сказал Рубен. — Он получил серьёзный удар по голове; надо сделать снимок.</p>
    <p>Мужчина оглядывал металлическую платформу с таким видом, словно не мог поверить своим глазам.</p>
    <p>— <emphasis>Дар барта дулб тынта?</emphasis> — сказал он. — <emphasis>Дар хулб ка тапар?</emphasis></p>
    <p>— Что это за язык? — спросил Пол у Луизы. Та пожала плечами.</p>
    <p>— Оджибвейский? — предположила она. Недалеко от шахты располагалась резервация индейцев оджибве.</p>
    <p>— Нет, — ответил Рубен, качая головой.</p>
    <p>— <emphasis>Монта хас палап ко,</emphasis> — сказал незнакомец.</p>
    <p>— Мы не понимаем вас, — ответила ему Луиза. — Вы говорите по-английски? — Молчание. — <emphasis>Parlez-vous français?</emphasis> — Никакой реакции.</p>
    <p>— <emphasis>Нихонго-га дэкимас ка?</emphasis> — спросил Пол, что, как предположила Луиза, значило «говорите ли вы по-японски?»</p>
    <p>Мужчина по очереди смотрел на каждого из них выпученными глазами, но не делал попыток ответить.</p>
    <p>Рубен встал, потому протянул незнакомцу руку. Секунду он непонимающе смотрел на неё, потом взял её в свою. У него была огромная рука с пальцами-сосисками; большой палец был неестественно удлинён. С помощью Рубена он поднялся на ноги. Он весил, должно быть, килограмм на тридцать больше Рубена, но был очень мускулист. Пол подошёл к незнакомцу с другой стороны и обхватил его рукой, поддерживая. Луиза шла впереди них троих, придерживая дверь в пультовую, которая после того, как вошёл Рубен, автоматически закрылась.</p>
    <p>В пультовой Луиза надела свои бахилы и каску; Пол сделал то же самое. В касках имелись встроенные фонарики и ушные протекторы, которые опускались вниз в случае необходимости. Все также надели защитные очки. Каска Рубена всё ещё было на нём. Пол нашёл ещё одну, лежащую на металлическом шкафу, и протянул её раненому, но доктор отмахнулся от неё.</p>
    <p>— Не хочу, чтобы ему что-то давило на голову, пока мы не сделаем снимки, — сказал он. — Ну что ж, давайте доставим его наверх. Я вызвал скорую перед тем, как спуститься сюда.</p>
    <p>Вчетвером они покинули пультовую и по коридору прошли к выходу из обсерватории. Обсерватория поддерживала режим «чистой комнаты» — хотя какое теперь это имеет значение, горько подумала Луиза. Они прошли мимо пылесосной камеры — похожей на душевую кабинку установки, которая удаляла пыль и грязь с одежды всех входящих в обсерваторию. Потом миновали ряд собственно душевых кабинок: каждый входящий обязан был принять душ, но на выходе этого тоже не требовалось. Здесь был пункт первой помощи, и Луиза видела, как Рубен посмотрел в сторону шкафчика с надписью «Носилки». Но раненый передвигался вполне уверенно, так что доктор жестом приказал идти дальше.</p>
    <p>Они включили фонарики на касках и начали свой километровый с четвертью путь по сумрачному тоннелю с грязным полом. Грубо обтёсанные стены тоннеля были утыканы стальными прутами и затянуты сверху металлической сеткой; так глубоко под землёй неукреплённая скальная стена под весом двухкилометрового слоя горных пород рухнула бы, заполняя любую полость.</p>
    <p>По дороге, особенно когда они пересекали участки, где скапливалась вода, раненый всё меньше опирался на сопровождающих; он определённо приходил в себя.</p>
    <p>Пол и доктор Монтего вели оживлённую дискуссию по поводу того, каким образом этот человек мог попасть внутрь запечатанной камеры. Луиза тем временем погрузилась в невесёлые раздумья о разрушенном нейтринном детекторе — и о том, как это отразится на финансировании её исследований. Всю дорогу им в лицо дул ветер — огромные вентиляторы постоянно засасывали воздух с поверхности.</p>
    <p>Наконец они добрались до подъёмника. Рубен по пути сюда заблокировал клеть на этом уровне, 6800 футов — здешние таблички и указатели были изготовлены ещё до перехода Канады на метрическую систему. Клеть до сих пор ожидала их, наверняка к неудовольствию шахтёров, которым требовалось подняться или спуститься.</p>
    <p>Они вошли в клеть, и Рубен несколько раз нажал кнопку, сообщая оператору наверху, что можно включать лебёдку. Подъёмник дёрнулся и пошёл вверх. В клети не было внутреннего освещения, и Рубен, Луиза и Пол выключили фонарики на касках, чтобы не слепить друг друга их светом. Свет проникал внутрь через открытую переднюю стену и только тогда, когда клеть через каждые двести футов проходила мимо освещённых уровней. В этом прерывистом освещении Луиза разглядывала угловатые черты лица незнакомца и его глубоко посаженные глаза.</p>
    <p>По мере подъёма у Луизы несколько раз закладывало уши. Скоро они проехали уровень 4600 футов, её любимый. «Инко» выращивало здесь саженцы для проектов по восстановлению лесов вокруг Садбери. Температура здесь постоянно держалась на уровне 20°; добавление искусственного освещения превратило шахту в великолепную теплицу.</p>
    <p>В голову Луизы лезли всякие безумные мысли, словно из выползшие из «Секретных материалов»: о том, как можно попасть внутрь детекторной сферы, не тронув болтов, которыми задраен ведущий туда люк. Он она держала их при себе; если что-то подобное и приходило в голову Рубену и Полу, они тоже не торопились это озвучивать. Всему найдётся рациональное объяснение, убеждала себя Луиза. Обязательно найдётся.</p>
    <p>Клеть продолжала свой долгий подъём; незнакомец тем временем окончательно пришёл в себя. Его одежда всё ещё была влажной, хотя постоянно дующий в шахте ветер успел её подсушить. Незнакомец попытался отжать свою рубаху; несколько капель упали на выкрашенный жёлтой краской металлический пол клети. Потом он своей огромной ладонью убрал со лба прилипшие к нему мокрые волосы, открыв взгляду — Луиза даже ахнула, хотя в шуме и бряканье работающего подъемника вряд ли кто её услышал — огромный надбровный валик над глазами, словно сплюснутый логотип «Макдональдс».</p>
    <p>Наконец, клеть дёрнулась и остановилась. Пол, Луиза, доктор Монтего и раненый незнакомец вышли из неё, миновав небольшую группу озадаченных и сердитых шахтёров, ожидающих спуска. Вчетвером они поднялись по пандусу в обширное помещение, где шахтёры каждый день оставляют свою городскую одежду и переодеваются в рабочие комбинезоны. Двое санитаров уже ждали их.</p>
    <p>— Я Рубен Монтего, — сказал им Рубен, — врач предприятия. Этот человек едва не утонул и получил травму черепа… — Доктор и двое санитаров продолжали обсуждать состояние пациента, выводя его из здания шахты на свет горячего летнего дня.</p>
    <p>Пол и Луиза последовали за ними; доктор, раненый и санитары погрузились в «скорую» и умчались прочь по засыпанной гравием дороге.</p>
    <p>— И что теперь? — спросил Пол.</p>
    <p>Луиза нахмурилась.</p>
    <p>— Нужно позвонить доктору Ма, — сказала она. Бонни Джин Ма была директором Нейтринной обсерватории Садбери. Её офис находился в Карлтонском университете в Оттаве, почти в 500 километрах отсюда. В обсерватории её видели редко; всё оперативное управление было переложено на плечи постдоков и аспирантов, таких, как Луиза и Пол.</p>
    <p>— И что мы ей скажем? — спросил пол.</p>
    <p>Луиза посмотрела в направлении, куда «скорая» увезла своего невозможного пассажира.</p>
    <p>— <emphasis>Je ne sais pas,</emphasis> — ответила она, медленно качая головой.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 3</p>
    </title>
    <p>Началось всё <emphasis>гораздо</emphasis> более спокойно.</p>
    <p>— Здравый день, — тихо сказал Понтер Боддет, подпирая голову согнутой рукой и оглядывая Адекора Халда, стоящего перед раковиной умывальника.</p>
    <p>— Привет, засоня, — отозвался Адекор, поворачиваясь и прислоняя мускулистую спину к чесательному столбу. Он задвигался влево-вправо. — Здравый день.</p>
    <p>Понтер улыбнулся Адекору. Ему нравилось смотреть, как Адекор двигается, как перекатываются его грудные мышцы. Понтер даже не представлял себе, как бы он пережил утрату своей партнёрши Класт без поддержки Адекора, хоть они и не всё время были вместе. Когда Двое становились Одним — последний такой период закончился только что — Адекор уходил к своей партнёрше и ребёнку. А дочери Понтера взрослели, и он в этот раз их почти не видел. Конечно, есть много женщин постарше, чьи мужья умерли, но женщины, настолько умудрённые опытом — настолько, что имеют право голосовать! — вряд ли заинтересуются мужчиной возраста Понтера, видевшего всего 447 лун.</p>
    <p>Но хотя у дочерей нашлось для не слишком много времени, Понтер всё равно был рад с ними повидаться, хотя…</p>
    <p>Это зависело от того, как падал свет. Но иногда, когда солнце светило у неё из-за спины, Жасмель казалась точной копией своей матери. И у Понтера перехватывало дыхание: он тосковал по Класт больше, чем мог сказать словами.</p>
    <p>На другом краю комнаты Адекор наполнял бассейн. Он перегнулся через край, откручивая вентили, спиной к Понтеру. Понтер опустил голову на дискообразную подушку и просто смотрел на него.</p>
    <p>Кое-кто предостерегал Понтера от партнёрства с Адекором, и Понтер был уверен, что некоторые из друзей Адекора и ему высказывали подобные опасения. Это никак не было связано с тем, что случилось в Академии; просто совместная работа с точки зрения многих плохо сочеталась с совместной жизнью. Однако, хотя Салдак и был крупным городом (суммарное население его Окраины и Центра превышало двадцать пять тысяч), здесь жило всего шестеро физиков, и трое из них — женщины. Понтеру и Адекору доставляло удовольствие говорить о своей работе и обсуждать новые теории, и каждому из них нравилось иметь рядом с собой того, кто по-настоящему понимает то, что говорит другой.</p>
    <p>Кроме того, и в других отношениях они были прекрасной парой. Адекор был жаворонком; утро было пиком его активности, и он обожал наполнять ванну. Понтер разгонялся ближе к середине дня и всегда предвкушал удовольствие от приготовления ужина.</p>
    <p>Вода продолжала литься из кранов; Понтер любил этот звук, беспорядочный белый шум. Он испустил довольный вздох и выбрался из постели; росший на полу мох защекотал его пятки. Он шагнул к окну, ухватил ручку, прикреплённую к металлической ставне, и оттянул её от намагниченного оконного переплёта. Потом он поднял руки над головой и укрепил ставню в её дневном положении — прилепленной к магнитной металлической панели на потолке.</p>
    <p>Сквозь деревья светило восходящее солнце; оно кололо Понтеру глаза, и он наклонил голову вперёд, уперев нижнюю челюсть в грудь и отгородив глаза от солнца надбровным валиком. На улице олень пил из родника в сотне шагов от дома. Понтер иногда охотился, но не в жилых районах; этот олень знал, что ему ничего не угрожает — не здесь, не от рук людей. Вдалеке Понтер мог различить поблёскивание солнечных панелей, установленных вокруг соседнего дома.</p>
    <p>— Хак, — произнёс Понтер в пустоту, обращаясь к своему импланту-компаньону, — какой на сегодня прогноз?</p>
    <p>— Хороший, — ответил компаньон. — Максимум днём — шестнадцать градусов; минимум ночью — девять. — Его компаньон разговаривал женским голосом. Понтер недавно перепрограммировал его на использование голоса и манеры речи Класт, позаимствованных в её архиве алиби, и теперь жалел об этом. Он думал, что её голос притупит чувство одиночества, но вместо этого у него начинало болеть сердце каждый раз, кок имплант заговаривал с ним.</p>
    <p>— Дождя не ожидается, — продолжал компаньон, — ветер двадцать процентов посолонь, восемнадцать тысяч шагов в децидень.</p>
    <p>Понтер кивнул; сканеры импланта фиксировали такие жесты с лёгкостью.</p>
    <p>— Ванна готова, — сказал Адекор у него из-за спины. Понтер повернулся и увидел, как Адекор скользнул в круглый бассейн, утопленный в пол. Он включил перемешиватели, и вода вокруг него вспучилась волнами. Понтер — голый, как и Адекор — подошёл к бассейну и тоже залез в него. Адекору нравилась вода немного теплее, чем находил комфортным Понтер, так что в конце концов они сошлись на компромиссном значении в тридцать семь градусов — температура человеческого тела.</p>
    <p>Понтер воспользовался <emphasis>голбасовой</emphasis> щёткой и собственными руками, чтобы отскоблить те места, до которых Адекор не мог дотянуться сам или предпочитал, чтобы это делал Понтер. Потом они поменялись ролями, и Адекор помог очиститься Понтеру.</p>
    <p>Воздух был пропитан влагой; Понтер глубоко дышал, увлажняя носовые синусы. В комнату вошла Пабо, здоровенная коричнево-рыжая собака Понтера. Она не любила воду, так что остановилась за несколько шагов от бассейна. Однако она совершенно очевидно хотела, чтобы её покормили.</p>
    <p>Понтер кинул на Адекора выразительный взгляд — «ну что ж тут поделаешь?» — и вылез из бассейна, капая на покрывающий пол мох.</p>
    <p>— Сейчас-сейчас, малышка, — сказал он собаке. — Дай мне только одеться.</p>
    <p>Удовлетворённая тем, что её послание принято, Пабо вышла из спальни. Понтер потянулся над бассейном и выбрал сушильный шнур. Схватив его за обе рукоятки, он прокатил его по спине от одного бока до другого; потом зажал одну из рукояток зубами и высушил руки и ноги. Понтер осмотрел себя в квадратном зеркале, висящем над бассейном, и неуклюжими пальцами расчесал волосы так, чтобы они симметрично спадали по сторонам головы.</p>
    <p>В углу комнаты лежала груда чистой одежды. Понтер подошёл к ней и осмотрел ассортимент. Обычно он особо не задумывался о выборе одежды, однако если им с Адекором повезёт, один из эксгибиционистов может сегодня прийти посмотреть на них. Он выбрал тёмно-серую рубаху, натянул её на себя, застегнул кнопки на плечах, запахивая широкие проймы. Эта рубашка — хороший выбор, подумал он. Её подарила Класт.</p>
    <p>Он выбрал брюки и надел их, просунув ноги в мешковатые карманы на конце каждой штанины. После этого затянул кожаные ремешки на лодыжках и вокруг стоп, удобно подогнав штанины к ногам.</p>
    <p>Адекор тем временем выбирался из бассейна. Понтер взглянул на него, потом посмотрел на экран своего компаньона. Время поджимало; автобус прибудет уже скоро.</p>
    <p>Понтер вышел из спальни в главную комнату дома. Пабо немедленно начала виться вокруг него. Понтер потянулся к ней и почесал её за ухом.</p>
    <p>— Не беспокойся, малышка, — сказал он ей. — Я про тебя не забыл.</p>
    <p>Он открыл вакуумный шкаф и достал из него большую бизонью кость с остатками мяса, недоеденного вчера за ужином. Он положил кость на пол — мох в этом месте был покрыт стеклом, чтобы было легче потом убираться — и Пабо немедленно вцепилась в неё. Адекор присоединился к Понтеру на кухне и занялся приготовлением завтрака. Он взял два плоских куска лосиного мяса из вакуумного шкафа и засунул их в лазерную печь, которую предварительно заполнил паром, чтобы мясо снова напиталось влагой. Понтер заглянул в печь сквозь прозрачную переднюю стенку: рубиновые лучи образовали на мясе сложный узор, идеально прожаривая каждую его часть. Адекор насыпал в чашу кедровые орешки и выставил кружки с разбавленным кленовым сиропом, а потом достал из печи готовые стейки.</p>
    <p>Понтер включил визор; укреплённая на стене квадратная панель ожила. Экран был разделён на четыре квадратные секции. В одной шла трансляция усовершенствованного компаньона Хавста; во второй — Талока; нижняя правая демонстрировала сцены из жизни Гаулта, нижняя левая — Луласма. Понтер знал, что Адикор — почитатель Хавста, поэтому велел визору расширить эту секцию на весь экран. Понтер признавал, что Хавсту всегда удаётся найти что-то интересное; сегодня утром он направлялся на Окраину Салдака, где пять человек оказались заживо погребены под оползнем. Но всё же, если кто-то из эксгибиционистов придёт сегодня к входу в шахту, Понтер предпочёл бы, чтобы это оказался Луласм: по мнению Понтера, его вопросы обычно более проницательны.</p>
    <p>Понтер и Адекор уселись и натянули перчатки для еды. Адекор зачерпнул горсть кедровых орешков из чаши и рассыпал их по поверхности стейка, а потом вдавил их в мясо затянутой в перчатку ладонью. Понтер улыбнулся; это была одна из привычек Адекора, которую он находил милой — он не знал больше никого, кто бы так делал.</p>
    <p>Понтер подхватил собственный стейк, всё ещё немного скворчащий, и откусил большой кусок, ощутив резкий привкус, характерный для мяса, которое никогда не замораживали. И как люди выживали до изобретения вакуумных шкафов?</p>
    <p>Через короткое время Понтер заметил в окно, как неподалёку от дома совершил посадку автобус. Он приказал визору отключиться; они побросали перчатки для еды в акустический очиститель, Понтер потрепал Пабо по голове, и они с Адекором покинули дом, не закрывая дверей, чтобы Пабо могла входить и выходить, когда захочет. Они залезли в автобус, поздоровались с семью другими его пассажирами и отправились на работу, как в самый обычный день.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 4</p>
    </title>
    <p>Понтер Боддет вырос в этой части света; про никелевую шахту он знал всю свою жизнь. Несмотря на это, он никогда не встречал никого, кто бы побывал в её глубинах — разработку шахты вели исключительно роботы. Однако когда у Класт диагностировали лейкемию, они с Понтером начали посещать собрания больных раком, чтобы поддерживать и помогать друг другу и делиться информацией. Встречи проходили в здании <emphasis>кобалант</emphasis>, которое, разумеется, по вечерам пустовало.</p>
    <p>Понтер ожидал, что в группе будут те, кто заболел из-за работы в шахте. В конце концов, спускаясь глубоко в толщу скал, ты подвергаешься воздействию повышенной радиации.</p>
    <p>Однако никого, кто спускался в шахту, в группе не оказалось. Понтер стал расспрашивать людей и выяснил, что это была очень необычная никелевая шахта — уровень фоновой радиации окружающих её древних гранитов был чрезвычайно низок.</p>
    <p>И вследствие этого у него возникла идея. Он был физиком и работал с Адекором Халдом над постройкой квантового компьютера. Но квантовые регистры чрезвычайно чувствительны в внешним воздействиям; одной из самых тяжёлых проблем было воздействие космических лучей, приводящее к нарушению когерентности.</p>
    <p>Решение, как казалось, лежало прямо у них под ногами. С тысячами саженей скалы над головой космические лучи перестанут создавать проблемы. На такую глубину не сможет проникнуть ничто, кроме нейтрино, а нейтрино не помешает экспериментам, которые собирались проводить Понтер и Адекор.</p>
    <p>Главным администратором Салдака был Делаг Боуст; этот пост его заставили занять Серые. Но с администраторами так всегда — тот, кто выбрал бы подобный вклад добровольно, обычно для него не годился.</p>
    <p>Понтер представил Боусту свои предложения: позволить им построить лабораторию квантовых вычислений внутри шахты. И Боуст убедил Серых согласиться. В конце концов, технологическая цивилизация не может обходиться без металлов, а шахта не всегда была безвредной для окружающей среды. Так что любая возможность использовать её для чего-то полезного могла только приветствоваться.</p>
    <p>Итак, квантовый компьютер был построен. У Понтера и Адекора появились проблемы с непредвиденным источником декогерентности — пьезоэлектрическими разрядами, вызванными напряжениями, которые испытывают на такой глубине горные породы. Но Адекору казалось, что он нашёл решение проблемы, и сегодня они снова попробуют разложить на множители непредставимо огромное число.</p>
    <p>Автобус на воздушной подушке доставил Понтера и Адекора к входу в шахту. Стоял чудесный летний день, небо было голубое и безоблачное, как и предсказывал компаньон Понтера. Понтер чувствовал в воздухе запах пыльцы и слышал печальные крики гагар над озером. Он взял в кладовке головной протектор — две стойки, удерживающие плоскую платформу над головой — и пристроил его к плечам. Адекор тоже надел защиту, и они направились к лифту.</p>
    <p>Шахтный подъёмник имел цилиндрическую форму. Двое физиков вошли в кабину; Понтер нажал ногой педаль активации.</p>
    <p>Лифт начал спуск.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер и Адекор вышли из лифта и направились по длинному тоннелю в квантовой лаборатории; разумеется, она была построена в той части шахты, где ценных руд уже не осталось. Они шли молча, в лёгком, дружеском молчании двух мужчин, которые знают друг друга целую вечность.</p>
    <p>Наконец они добрались до лаборатории. Она занимала четыре помещения. Первое было крошечной каморкой, предназначенной для еды — подниматься наверх, чтобы пообедать, а потом спускаться обратно отняло бы слишком много времени. Во втором был автономный санузел — в шахте не было канализации, так что все отходы каждый вечер нужно было поднимать наверх. В третьем помещалась пультовая с инструментальными кластерами и рабочими столами. А в четвёртом, самом большом, помещалась гигантская вычислительная камера; по объёму она превышала все комнаты в доме Понтера и Адекора, вместе взятые.</p>
    <p>Когда строят компьютер, обычно стараются сделать его как можно меньше: тогда задержки, вызываемые ограниченностью скорости света, будут минимальны. Но квантовый компьютерный массив Понтера и Адекора использовал в качестве регистров квантово запутанные протоны, и была необходимость отличать реакции, происходящие одновременно вследствие запутанности от реакций, являющихся следствием нормального, «субсветового» взаимодействия протонов. И самым простым способом этого достичь было развести регистры на некоторое расстояние, так, чтобы время, которое нужно свету для того, чтобы дойти от одного регистра до другого, можно было легко измерить. Таким образом, протоны находились в колоннообразных магнитных ловушках, равномерно распределённых по всей площади помещения.</p>
    <p>Понтер и Адикор сняли головные протекторы и вошли в пультовую. Адекор был практиком — это он нашёл способ воплотить идеи Понтера в электронику и программное обеспечение. Он устроился за консолью и начал запускать процедуры, необходимые для инициализации квантового вычислительного массива.</p>
    <p>— Ещё пол-деци, — сказал Адекор. — У меня до сих пор проблемы со стабилизацией 69-го регистра.</p>
    <p>— Думаешь, он заработает? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Я? — сказал Адекор. — Конечно. — Он улыбнулся. — Разумеется, я говорил это и вчера, и позавчера, позапозавчера.</p>
    <p>— Вечный оптимист, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Эй, — откликнулся Адекор, — когда ты залез так глубоко, то единственный возможный путь — наверх.</p>
    <p>Понтер рассмеялся, потом через сводчатый проход зашёл на кухню, чтобы взять тубу с водой. Он надеялся, что сегодня эксперимент наконец завершится успехом. Следующий Серый Совет уже скоро, и им с Адекором надо будет снова объяснять, чем их работа полезна общине. Предложения учёных обычно одобряют — каждый прекрасно видит, как улучшилась жизнь людей благодаря науке, однако всё же при этом было бы приятнее иметь возможность сообщить о положительных результатах.</p>
    <p>Понтер зубами сорвал пластиковую крышку с водяной тубы и сделал несколько глотков холодной жидкости. После этого он снова вернулся в пультовую и принялся просматривать веер бледно-зелёных листов, содержащих записи о предыдущих попытках; время от времени он делал глоток воды. Понтер сидел спиной к Адекору, который возился с консолью управлением на противоположном краю небольшого помещения. Одна из стен была почти полностью прозрачной; окно во всю стену выходило в огромную вычислительную камеру, пол которой находился ниже, а потолок — выше, чем в других помещениях лаборатории.</p>
    <p>Они уже достигли определённых успехов в квантовых вычислениях. За последний декамесяц они факторизовали число, которое потребовало бы 10<sup>73</sup> атомов водорода в качестве регистров — то есть неизмеримо больше, чем есть водорода во всех звёздах всех галактик, на шестьдесят с лишним порядков больше, чем уместилось бы в вычислительной камере, если бы её полностью заполнили водородом. Совершить такую операцию можно лишь одним способом — воспользоваться квантово-вычислительными эффектами, сделать так, чтобы ограниченное количество физически существующих регистров одновременно находилось во множестве состояний, наложенных друг на друга.</p>
    <p>Фактически, текущий эксперимент был лишь звеном в цепи — попыткой факторизовать ещё большее число. Но число это было из тех невообразимо больших чисел, которые, согласно теореме Дегандала, должны быть простыми. Ни один обычный компьютер не способен это проверить, но квантовый компьютер должен справиться.</p>
    <p>Понтер просмотрел ещё несколько страниц распечатки, потом перешёл к другому пульту и вытянул несколько управляющих штырьков, регулируя компоненты записывающей системы. Он хотел убедиться, что каждый аспект тестового прогона будет записан, так что сомнений в полученных результатах не возникнет. Если бы можно было…</p>
    <p>— Готов, — сказал Адекор.</p>
    <p>Понтер почувствовал, как чаще забилось сердце. Он так хотел, чтобы всё заработало — и ради себя, и ради Адекора. Понтеру сопутствовала удача в самом начале его карьеры; в физических кругах он пользовался авторитетом. Даже если он умрёт прямо сейчас, его ещё долго будут помнить. Адекор же был не так успешен, хотя заслуживал большего. Как будет здорово, если они вместе смогут доказать — или опровергнуть; важен будет любой результат — теорему Дегандала.</p>
    <p>Эксперимент управлялся с двух пультов, расположенных по краям маленькой комнаты. Понтер остался у того, возле которого стоял, расположенного у прохода, ведущего в кухню; Адекор перешёл ко второму. Вообще-то следовало оба контрольных кластера расположить в одном месте, но такая планировка позволила сэкономить почти тридцать саженей дорогого квантовопроводящего кабеля, которым соединяются регистры. Пульты были смонтированы на стене. Адекор встал перед своим и вытянул нужные штырьки. Понтер тем временем произвёл необходимые настройки на своём пульте.</p>
    <p>— Всё готово? — спросил Адикор.</p>
    <p>Понтер оглядел индикаторы на своём пульте: они все были красные, цвета крови, цвета здоровья.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— Десять тактов, — сказал он, начиная отсчёт. — Девять. Восемь. Семь. Шесть. Пять. Четыре. Три. Два. Один. Ноль.</p>
    <p>Несколько огоньков вспыхнули на панели Понтера, показывая, что регистры работают. Теоретически, все возможные делители должны быть опробованы за долю такта, и результат получен в виде набора интерференционных узоров на фотоплёнке. Обычному компьютеру, который расшифрует интерференционные узоры, понадобится некоторое время на составление списка делителей, который в случае, если теорема Дегандала неверна, может оказаться очень и очень длинным.</p>
    <p>Понтер отошёл от своего пульта и присел. Адекор ходил взад-вперёд, поглядывал в окно на ряды регистровых ёмкостей — запаянных стеклянно-стальных колонн, содержащие точно отмеренное количество водорода.</p>
    <p>Наконец, обычный компьютер издал гулкий звон, сигнализируя о завершении работы.</p>
    <p>В центре пульта Понтера был экран монитора; результаты появились на нём в виде чёрных знаков на жёлтом фоне. И результатом было…</p>
    <p><emphasis>— Хрящ!</emphasis> — выругался Адекор, стоящий позади Потера, положа руку ему на плечо. </p>
    <p>На экране светилась надпись: «Ошибка в регистре 69; факторизация прервана».</p>
    <p>— Нам <emphasis>придётся</emphasis> его заменить, — сказал Понтер. — От него одни проблемы.</p>
    <p>— Это не регистр, — ответил Адекор. — Это основание, которым он крепится к полу. Но на изготовление нового уйдёт декадень.</p>
    <p>— И нам нечего будет показать на Сером Совете? — сказал Понтер. Перспектива выйти перед собранием старейшин и сообщить им, что со времени последнего заседания Совета им не удалось ничего добавить в копилку общих знаний, ему совершенно не нравилась.</p>
    <p>— Разве что… — сказал Адекор и замолчал.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Ну, проблема с 69-м состоит в том, что он вибрирует в нижней части; соединительные зажимы не были обработаны как следует. Если бы нам удалось его чем-то зафиксировать…</p>
    <p>Понтер оглядел помещение. Ничего подходящего.</p>
    <p>— А что если я просто пойду в вычислительную и обопрусь на него. Ну, то есть, налягу всем весом. Это предотвратит вибрацию?</p>
    <p>Адекор нахмурился.</p>
    <p>— Его надо будет держать очень крепко. Конечно, оборудование может выдержать небольшой сдвиг, но…</p>
    <p>— Я попробую, — сказал Понтер. — Только… моё присутствие в вычислительной само по себе не создаст декогерентности?</p>
    <p>Адекор покачал головой.</p>
    <p>— Нет. Регистровые колонны хорошо экранированы. Понадобится что-то гораздо более радиоактивное или электрически шумное, чем человеческое тело, чтобы повлиять на содержимое.</p>
    <p>— Ну, тогда…</p>
    <p>Адекор снова нахмурился.</p>
    <p>— Это не слишком элегантное решение проблемы.</p>
    <p>— Но оно может сработать.</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— Думаю, попробовать стоит. Это лучше, чем идти на Совет с пустыми руками.</p>
    <p>— Хорошо! — решительно сказал Понтер. — Давай начнём.</p>
    <p>Адекор кивнул. Понтер открыл дверь, отделяющую три обитаемых помещения от большой камеры, содержащей регистровые колонны. Он спустился по лестнице на гладкий гранитный пол пещеры, выровненный лучами лазеров. Понтер двигался осторожно — в прошлом он здесь однажды поскользнулся. Дойдя до цилиндра под номером 69, он положил руку на его закругленный верх, накрыл её другой рукой, а затем изо всех сил надавил на него.</p>
    <p>— Запускай по готовности, я держу, — крикнул он.</p>
    <p>— Десять, — крикнул Адекор в ответ. — Девять. Восемь. Семь.</p>
    <p>Пнтер следил, чтобы руки оставались неподвижными. Насколько он мог судить, цилиндр совершенно не вибрировал.</p>
    <p>— Шесть. Пять. Четыре.</p>
    <p>Понтер глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Он удержит.</p>
    <p>— Три. Два. Один.</p>
    <p><emphasis>«Поехали»</emphasis> — подумал Понтер. </p>
    <p>— Ноль!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Адекор услышал, как задребезжало стекло в окне, выходящем на вычислительную камеру.</p>
    <p>— Понтер! — закричал он. Потом бросился к окну. — П-понтер?</p>
    <p>Его нигде не было.</p>
    <p>Адекор потянул за ручку незапертой двери, и…</p>
    <p><emphasis>Ш-ш-шух-х!</emphasis></p>
    <p>Дверь резко рванулась вперёд и распахнулась, ручка вырвалась у Адекора из пальцев, и воздушная волна из пультовой пронеслась мимо него в вычислительную камеру; Адекора едва не бросило на лестницу лицом вниз. Ветер дул внутрь вычислительной камеры из пультовой и шахты позади неё, словно… словно воздух, который был в ней до этого, куда-то исчез. У Адикора заложило уши.</p>
    <p>— Понтер! — снова позвал он, когда ветер утих, но, хотя помещение было велико, регистровые колонны, заполнявшие его, были лишь тонкими трубками; они не могли загородить от него Понтера.</p>
    <p>Что могло случиться? Если где-то в шахте рухнула стена, а за ней была область низкого давления, то…</p>
    <p>Но весь шахтный комплекс утыкан сейсмическими сенсорами, и если бы произошло что-то такое, система оповещения в лаборатории начала бы испускать запахи тревоги.</p>
    <p>Адекор побежал по гранитному полу.</p>
    <p>— Понтер! — кричал он. — Понтер!</p>
    <p>На полу не было никаких трещин; его не могла поглотить земля. Адекор видел регистр 69, тот, с которым работал Понтер, на дальнем краю помещения. Понтера рядом с ним определённо не было, но Адекор всё равно до него дошёл, ища какой-нибудь ключ, след…</p>
    <p><emphasis>Хрящ!</emphasis></p>
    <p>Адекор почувствовал, как опора выскальзывает у него из-под ног и грохнулся спиной о гранитный пол. На нём была вода — много воды. Откуда она взялась? Понтер перед этим пил из тубы, но, Адекор был в этом уверен, оставил её наверху. Кроме того, воды было гораздо больше, чем могло вылиться из тубы; здесь было по меньшей мере несколько вёдер воды, растекшейся обширной лужей.</p>
    <p>Вода — если это была вода — выглядела чистой и прозрачной. Адекор набрал немного в ладонь, поднёс к носу. Никакого запаха.</p>
    <p>Осторожно лизнул.</p>
    <p>Никакого вкуса.</p>
    <p>Похоже, вода и правда чистая. Очищенная.</p>
    <p>С колотящимся сердцем и кружащейся головой Адекор разыскал несколько ёмкостей и взял образцы. Пока это был единственный след.</p>
    <p>Откуда могла взяться вода?</p>
    <p>И куда пропал Понтер?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 5</p>
    </title>
    <p>— <emphasis>Что за…?</emphasis></p>
    <p>Полная тьма.</p>
    <p>И… вода! У Понтера Боддета были мокрые ноги, и…</p>
    <p>И он погружается; вода доходит до пояса, до груди, начинает заливать лицо.</p>
    <p>Понтер задрыгал ногами.</p>
    <p>Его глаза и правда были открыты, но смотреть было не на что. Абсолютно не на что.</p>
    <p>Он замолотил по воде руками. Глотнул воздуха.</p>
    <p>Что произошло? Где он?</p>
    <p>Вот он стоит в лаборатории квантовых вычислений, и в следующую секунду…</p>
    <p>Тьма. Тьма настолько непроглядная, что Понтер подумал, что ослеп. Такое мог сделать взрыв; так глубоко под землёй всегда существует вероятность обвала, и…</p>
    <p>Прорыв подземных вод также возможен. Он раскинул руки вширь, выпрямил ноги, пытаясь нащупать дно, но…</p>
    <p>Но ничего не нащупал, совсем ничего. Только вода. Он мог быть и в одной сажени от дна, и в тысяче. Он подумал о том, чтобы нырнуть, но в толще воды и в темноте, без малейшего света, он мог потерять направление вверх и не вынырнуть вовремя.</p>
    <p>Пытаясь нащупать ногами дно, он случайно глотнул воды. Она была совершенно безвкусна. Он ожидал, что вода в подземной реке будет солоноватой, но эта, похоже, была чистая, словно только что растаявший лёд.</p>
    <p>Он продолжал хватать ртом воздух; сердцебиение учащалось, и…</p>
    <p>И ему захотелось доплыть до края этого места, что бы это ни…</p>
    <p>Стонущий звук, низкий, глубокий, словно идущий со всех направлений сразу.</p>
    <p>Словно просыпающийся зверь, словно…</p>
    <p>Словно что-то, находящееся под огромным давлением?</p>
    <p>Ему наконец удалось набрать в лёгкие достаточно воздуха, чтобы закричать.</p>
    <p>— Помогите! — кричал он. — Помогите!</p>
    <p>Он услышал странное эхо, как будто находился в замкнутом помещении. Может, он по-прежнему в вычислительной камере? Но если это так, то почему Адекор не отзывается на его голос?</p>
    <p>Он не мог просто болтаться здесь. Он ещё не устал, но скоро устанет. Он должен найти поверхность, на которую можно бы было взобраться, или что-нибудь, что поддерживало бы его на плаву, и…</p>
    <p>Снова стон, с этот раз громче, требовательнее.</p>
    <p>Понтер поплыл по-собачьи. Если бы только был свет — любой свет. Он проплыл вроде бы всего ничего, и…</p>
    <p><emphasis>Боль!</emphasis> Понтер ударился головой обо что-то твёрдое. Он снова заработал руками и ногами, удерживая себя на месте; конечности начинали болеть. Он вытянул руку ладонью вперёд, растопырив пальцы. То, обо что он ударился, было твёрдым и тёплым — так что не металл и не стекло. Оно было совершенно гладкое, возможно, слегка вогнутое, и… </p>
    <p>Снова стон, доносящийся от…</p>
    <p>Его сердце ёкнуло; он ощутил, как расширились глаза, но по-прежнему ничего не видел.</p>
    <p>…доносящийся от твёрдой стены перед ним.</p>
    <p>Он поплыл в противоположном направлении; шум усилился, от него заболели уши.</p>
    <p>Где он? Где он?</p>
    <p>Шум становился всё громче. Он продолжал плыть от него, и…</p>
    <p><emphasis>Ай! Как больно!</emphasis></p>
    <p>Он врезался в ещё одну твёрдую гладкую стену. Это определённо не была стена вычислительной камеры — её стены были покрыты мягким звукопоглощающим материалом.</p>
    <p><emphasis>Ш-ш-шух-х-х-х!</emphasis> </p>
    <p>Внезапно вода вокруг Понтера начала двигаться, завертелась, заревела, она подхватила его, словно горная река. Понтер сделал глубокий вдох, заглотив вместе с воздухом немного воды, а потом…</p>
    <p>А потом ощутил, как что-то твёрдое ударило его по виску, и впервые за всё время этого безумия он увидел свет — искры из глаз.</p>
    <p>И после этого — снова тьма, и тишина, и…</p>
    <p>И больше ничего.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Адекор Халд вернулся в пультовую, тряся головой от удивления и не веря собственным глазам.</p>
    <p>Они с Понтером были друзьями целую вечность. Они оба были из 145-го и познакомились, будучи студентами Научной Академии. Но за всё это время он ни разу не замечал за Понтером склонности к розыгрышам. Правила пожарной безопасности требовали, чтобы из любого помещения было несколько выходов, но здесь, под землёй, соблюсти это правило было невозможно. Единственный путь из вычислительной камеры проходил через пультовую. Кабели иногда прячут за фальшивыми дверями, но здесь все кабели и трубопроводы были проложены на виду, а полом служил гладко отполированный древний гранит.</p>
    <p>Адекор следил за приборами; он не смотрел в окно на вычислительную камеру. Тем не менее, там не было никаких световых вспышек — он бы заметил их боковым зрением. Если бы Понтер — что? Испарился? Если бы Понтер испарился, то наверняка остался бы запах дыма или, скажем, озона. Но ничего такого не было. Он просто <emphasis>исчез</emphasis>.</p>
    <p>Адекор бессильно упал в кресло — Понтерово кресло.</p>
    <p>Он не знал, что делать дальше; не имел ни малейшего представления. Ему потребовалось несколько тактов, чтобы собраться с мыслями. Он должен сообщить городской администрации, что Понтер пропал; они организуют поиски. Может быть — хотя и трудно в это поверить — что земля разверзлась и Понтер куда-то провалился, возможно, в шахту уровнем ниже. В этом случае он, возможно, ранен.</p>
    <p>Адекор поднялся на ноги.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Доктор Рубен Монтего, двое санитаров «скорой» и раненый человек вошли через раздвижную стеклянную дверь в приёмный покой Медицинского центра Сент-Джозеф — подразделения Регионального госпиталя Садбери.</p>
    <p>Принимающий врач оказался сикхом за пятьдесят в нефритово-зелёном тюрбане.</p>
    <p>— Что заболело? — спросил он.</p>
    <p>Рубен взглянул на его беджик, на котором значилось «Н. Сингх, врач».</p>
    <p>— Доктор Сингх, — сказал он, — я Рубен Монтего, медик с шахты «Крейгтон». Этот человек едва не утонул в ёмкости с тяжёлой водой и, как вы видите, получил травму черепа.</p>
    <p>— С тяжёлой водой? — удивился Сингх. — Где он нашёл…</p>
    <p>— В нейтринной обсерватории, — ответил Рубен.</p>
    <p>— Ах, да, — сказал Сингх. Он отвернулся и вызвал кресло-каталку, потом осмотрел пострадавшего и стал делать пометки в блокноте. — Необычная форма тела, — сказал он. — Ярко выраженные надбровные дуги. Очень мускулист, очень широкоплеч. Короткие конечности. И… привет! Это ещё что такое?</p>
    <p>Рубен покачал головой.</p>
    <p>— Я не знаю. Оно, похоже, вживлено ему в кожу.</p>
    <p>— Очень странно, — сказал Сингх. Потом посмотрел пациенту прямо в глаза. — Как вы себя чувствуете?</p>
    <p>— Он не говорит по-английски, — пояснил Рубен.</p>
    <p>— Ах, — сказал Сингх. — Ладно, его кости расскажут нам всё сами. Давайте его на рентген.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Рубен Монтего ходил взад-вперёд по приёмному покою, иногда заговаривая с проходящими мимо знакомыми врачами. Наконец, Сингху сообщили, что рентгенограммы готовы. Рубен надеялся, что его пригласят, хотя бы из профессиональной вежливости, и Сингх действительно сделал знак следовать за ним.</p>
    <p>Пострадавший всё ещё находился в рентгенкабинете, предположительно, на случай, если Сингх решит, что нужны дополнительные снимки. Сейчас он сидел в кресле-каталке и выглядел, по мнению Рубена, более напуганным, чем маленький ребёнок, впервые попавший в больницу. Рентгенолог развешивал снимки — вид спереди и сбоку — на световой панели, к которой и подошли Сингх с Рубеном.</p>
    <p>— Взгляните на это, — тихо сказал Рубен.</p>
    <p>— Весьма необычно, — ответил Сингх. — Весьма.</p>
    <p>Череп оказался удлинён — в гораздо большей степени, чем это свойственно человеческим черепам, и сзади имел округлую выпуклость, напоминающую шиньон. Надбровные дуги выступали далеко вперёд под низким лбом. Носовая полость была гигантских размеров, со странными треугольными выступами с обоех сторон. Огромная челюстная кость, видимая на нижней границе снимка, открыла то, что скрывала борода — полное отсутствие подбородка. Также бросалась в глаза прореха между последним коренным зубом и краем челюсти.</p>
    <p>— Никогда не видел ничего подобного, — признал Рубен.</p>
    <p>Карие глаза Сингха были удивлённо расширены.</p>
    <p>— Я видел, — сказал он. — Видел. — Он повернулся и посмотрел на пациента, который по-прежнему сидел в кресле-каталке, бормоча что-то непонятное. Потом Сингх снова изучил рентгеновские снимки. — Это невозможно, — заявил сикх. — Попросту невозможно.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Этого не может быть…</p>
    <p>— Чего? Доктор Сингх, ради бога…</p>
    <p>Сингх поднял руку.</p>
    <p>— Понятия не имею, как это может быть…</p>
    <p>— Что? Что?</p>
    <p>— Этот ваш пациент, — сказал Сингх с неподдельным изумлением, — похоже, он неандерталец.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 6</p>
    </title>
    <p>— До свидания, профессор Воган.</p>
    <p>— До свидания, Дария. Увидимся завтра. — Мэри Воган взглянула на часы — 20:55. — Будьте осторожны.</p>
    <p>Молодая аспирантка улыбнулась.</p>
    <p>— Обязательно. — И она двинулась к выходу из лаборатории.</p>
    <p>Мэри смотрела, как она уходит, и с завистью вспоминала время, когда у неё была фигура, как у Дарии. Мэри было тридцать восемь, у неё не было детей, и с мужем она давно рассталась.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_2">Она вернулась к работе с плёнкой радиоавтограммы — к считыванию нуклеотида за нуклеотидом. ДНК, которую она изучала, была получена из чучела странствующего голубя<a l:href="#id20150414092305_2">[2]</a>, выставленного в Музее естественной истории Филда; её специально прислали сюда, в Йоркский университет в Торонто, чтобы посмотреть, возможно ли её секвенировать. Такие попытки делались и раньше, но ДНК оказывалась слишком повреждённой. Однако лаборатория Мэри достигла беспрецедентных успехов в реконструкции ДНК, которую никому не удавалось прочитать.</p>
    <p>К сожалению, последовательность обрывалась; было невозможно определить, какой набор нуклеотидов здесь присутствовал изначально. Мэри потёрла переносицу. Нужно извлечь из образца ещё немного ДНК, но она слишком устала, чтобы заниматься этим сегодня. Она взглянула на стенные часы. 21:25.</p>
    <p>Не слишком поздно — летом многие вечерние занятия начинаются в девять вечера, так что должно быть ещё довольно людно. Если она уходила после десяти, то обычно звонила в университетскую службу сопровождения и просила проводить её до машины. Но так рано в этом вряд ли была необходимость. Мэри сняла бледно-зелёный лабораторный халат и повесила его на вешалку возле двери. Был август; в лаборатории работал кондиционер, но снаружи наверняка духота. Наступала ещё одна липкая и неприятная ночь.</p>
    <p>Мэри выключила свет; одна из флуоресцентных ламп немного поморгала, прежде чем окончательно угаснуть. Потом она закрыла дверь и пошла по коридору второго этажа, мимо торгового автомата с пепси-колой («Пепси» платила Йоркскому университету два миллиона долларов в год за то, чтобы быть эксклюзивным поставщиком безалкогольных напитков в кампусе).</p>
    <p>Стены коридора были увешаны обычными досками объявлений, заполненными сообщениями о вакансиях, о резервировании аудиторий, о собраниях клубов, о выпуске дешёвых кредиток, о подписке на журналы и о продаже всякой всячины как студентами, так и преподавателями, включая одного чудака, который надеялся, что кто-то заплатит ему деньги за старую электрическую пишущую машинку.</p>
    <p>Мэри шла дальше, цокая каблуками по плиткам пола. В коридоре не было ни души. Проходя мимо мужского туалета, она услышала шум спускаемой воды, но это происходило автоматически, по таймеру.</p>
    <p>В двери на лестницу были окна из безопасного стекла, с вплавленной в него металлической сеткой. Мэри распахнула дверь и направилась вниз. Четыре лестничных пролёта с бетонными ступенями, каждый опускает её на половину этажа. На цокольном этаже она сошла с лестницы и прошла короткое расстояние по ещё одному коридору. Этот тоже был пуст, за исключением работающего на дальнем краю уборщика. Она дошла до парадного входа, миновала стойки со стопками «Экскалибура» — университетской газеты и, наконец, через двойные двери выбралась на тёплый вечерний воздух.</p>
    <p>Луна ещё не взошла. Мария зашагала по дорожке, миновав несколько незнакомых студентов. Она прихлопнула комара, и тут…</p>
    <p>Чья-то рука зажала ей рот, и она ощутила у горла что-то острое и холодное.</p>
    <p>— Ни звука, — произнёс низкий хриплый голос, и рука увлекла её за собой.</p>
    <p>— Прошу вас… — сказала Мэри.</p>
    <p>— Тихо, — сказал мужчина. Он продолжал тянуть ей за собой, прижимая нож к горлу. Сердце Мэри выскакивало из груди. Рука, зажимающая рот, исчезла, и мгновением позже она ощутила её на левой груди; она сжалась, грубо и болезненно.</p>
    <p>Он затащил её в какой-то закуток: две бетонные стены смыкаются под прямым углом, большая сосна полностью закрывает обзор. Он развернул её лицом к себе, прижал её руки к стене — левая рука по-прежнему держит нож, даже обхватывая её запястье. Теперь она могла его рассмотреть. На нём была чёрная балаклава, но это был, безусловно, белый, судя по видимому из-под балаклавы участку кожи вокруг голубых глаз. Мари попыталась ударить его коленом в пах, но он выгнулся назад, и удара не получилось.</p>
    <p>— Не сопротивляйся, — сказал он. В его дыхании чувствовался запах табака, а ладони, сжимающие руки Мэри, потели. Мужчина отнял руку от стены, не переставая сжимать её запястье, а потом снова прижал его к бетону так, чтобы нож оказался ближе к её лицу. Другой рукой он потянулся к штанам, и Мэри услышала звук расстёгиваемой молнии. Она почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.</p>
    <p>— Я… у меня СПИД, — сказала она, зажмуриваясь, словно пытаясь выключить всё происходящее.</p>
    <p>Мужчина рассмеялся наждачным злобным смехом.</p>
    <p>— Значит, нас теперь двое, — сказал он. У Мэри ёкнуло сердце, но он, вероятно, тоже врал. Со сколькими женщинами он уже делал это? Сколько из них в отчаянии пробовали эту уловку?</p>
    <p>Его рука теперь была на поясе её брюк, стягивая их вниз. Мэри ощутила, как разошлась молния, как брюки скользнули по её бёдрам, и как его таз и твёрдый как камень напряжённый член прижались к ней. Она вскрикнула, и его рука вдруг оказалась на её горле, сжалась, ногти впились в кожу.</p>
    <p>— Тихо ты, сука!</p>
    <p>Почему никто не пройдёт мимо? Почему вокруг никого нет? Боже, ну почему…</p>
    <p>Она почувствовала, как рука сдирает с неё трусики, а член упирается в промежность. Он вогнал его ей в вагину. Боль была невыносимой; её будто раздирали изнутри.</p>
    <p><emphasis>Это никакой не секс,</emphasis> — думала Мэри, даже когда слёзы брызнули из уголков зажмуренных глаз. — <emphasis>Это насильственное преступление.</emphasis> Её поясница стукалась о бетон каждый раз, как насильник налегал на неё, проникал глубоко в неё, снова и снова и снова, и его животные стоны становились громче с каждым разом. </p>
    <p>А потом всё, наконец, кончилось. Он вышел из неё. Мэри знала, что сейчас она должна посмотреть вниз, попытаться запомнить характерные приметы, увидеть хотя бы, обрезан он или нет, всё что угодно, что помогло бы осудить ублюдка, но она не могла на него смотреть. Она вскинула лицо к тёмному небу; всё расплылось в пелене жгучих слёз.</p>
    <p>— Теперь ты останешься здесь, — сказал насильник, похлопав её по щеке плоским лезвием ножа. — Ты не издашь ни звука и останешься здесь в течение пятнадцати минут. — А потом она услышала звук застёгиваемой молнии и его шаги — он бежал через поросший травой газон.</p>
    <p>Мэри оперлась спиной о бетонную стену и скользнула по ней вниз; колени упёрлись в подбородок. Она ненавидела себя за вырывающиеся из груди мучительные всхлипы.</p>
    <p>Через некоторое время она просунула ладонь между ног, потом вытащила и осмотрела её, чтобы узнать, не идёт ли кровь; слава Богу, нет.</p>
    <p>Она подождала, пока не выровняется дыхание, а желудок не уляжется достаточно, чтобы она смогла встать, и её бы не вывернуло. И тогда она встала, медленно и мучительно. Она слышала голоса — женские голоса — в отдалении: две студентки болтали и смеялись на ходу. Часть её хотела их позвать, но она не смогла выдавить из горла ни звука.</p>
    <p>Она знала, что температура воздуха никак не ниже двадцати пяти градусов, но ей было холодно, холоднее, чем когда-либо в жизни. Она начала растирать руки, чтобы согреться.</p>
    <p>Непонятно, сколько времени ей потребовалось на то, чтобы прийти в себя. Пять минут? Пять часов? Она должна найти телефон, набрать 911, позвонить в полицию Торонто… или в полицию кампуса, или — она знала о таком, читала в справочнике для студентов — в центр помощи жертвам изнасилований Йоркского университета, но…</p>
    <p>Но она не хотела ни с кем говорить, не хотела никого видеть… не хотела, чтобы кто-то увидел её такой, как сейчас.</p>
    <p>Мэри застегнула брюки, сделала глубокий вдох и зашагала. Лишь через несколько секунд она осознала, что направляется не к машине, а возвращается в Фаркуарсон-билдинг, к себе на факультет биологии.</p>
    <p>Войдя в здание, она поднялась на четыре лестничных пролёта вверх, всё время держась за перила, боясь потерять равновесие, если их отпустит. К счастью, коридор был по-прежнему пуст. Она добралась до своей лаборатории, никем не замеченная. Замерцали и зажглись флуоресцентные лампы.</p>
    <p>Она не беспокоилась насчёт беременности — она глотала таблетки (не грех в её глазах, хотя несомненный грех в глазах её матери) с тех пор, как вышла замуж за Кольма, и просто продолжила их принимать после того, как они разошлись, хотя, как скоро стало ясно, потребности в этом никакой не было. Но ей совершенно точно надо будет найти клинику и провериться на СПИД, просто для душевного спокойствия.</p>
    <p>Мэри не собиралась сообщать о преступлении; она уже определилась на этот счёт. Сколько раз она проклинала тех, о ком читала, что они не стали заявлять в полицию об изнасиловании? Они предают других женщин, дают чудовищу уйти, дают ему шанс сделать это снова с кем-то ещё, <emphasis>со мной, сейчас,</emphasis> но…</p>
    <p>Но легко проклинать кого-то, когда это случилось не с тобой, когда не ты была там.</p>
    <p>Она знала, что случается с женщинами, которые обвиняют мужчин в изнасиловании; она видела это по телевизору множество раз. Они пытаются доказать, что в этом была <emphasis>её</emphasis> вина, что её показаниям нельзя верить, что она каким-то образом согласилась с тем, что её моральные устои не слишком крепки.</p>
    <cite>
     <p>— Так вы говорите, что вы — добрая католичка, миссис О’Кейси… о, простите, вы больше не носите это фамилию, правда ведь? С тех пор, как разошлись с вашим мужем Кольмом. Теперь вы мисс Воган, так? Но вы и профессор О’Кейси юридически до сих пор состоите в браке, не так ли? Пожалуйста, расскажите суду, спали ли вы с другими мужчинами с тех пор, как ушли от мужа?</p>
    </cite>
    <p>Она знала, что справедливость редко можно найти в зале суда. Там её разорвут на части и соберут из них такое, что она сама не узнает.</p>
    <p>А в результате ничего, по сути, не изменится. Монстру всё сойдёт с рук.</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох. Возможно, потом она передумает. Но прямо сейчас самым важным делом был сбор вещественных доказательств, и она, профессор Мэри Воган, была в этом не менее компетентна, чем женщина-полицейский с чемоданчиком для сбора улик.</p>
    <p>В двери в её лабораторию было окно; она встала так, чтобы её было невозможно увидеть из коридора. Она сняла брюки, едва не подпрыгнув от звука расстёгиваемой молнии. Потом взяла стеклянный контейнер для образцов и несколько ватных тампонов и, смаргивая выступившие слёзы, промокнула оставшуюся внутри неё гадость.</p>
    <p>Закончив, она запечатала контейнер для образцов, написала на нём дату красным маркером, и пометила как «Воган 666»: её фамилия и номер образца, как нельзя лучше подходящий для маньяка. Потом она запечатала свои трусики в непрозрачный пластиковый контейнер и пометила его той же датой и обозначением. И то, и другое она поместила в холодильник для хранений биологических образцов, рядом с ДНК странствующего голубя, египетской мумии и шерстистого носорога.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 7</p>
    </title>
    <p>— Где я?</p>
    <p>Понтер знал, что в его голосе слышна паника, но ничего не мог с собой поделать. Он всё ещё сидел в странном кресле, катающемся на двух обручах, что было хорошо, поскольку он сомневался, что сможет устоять на ногах.</p>
    <p>— Успокойся, Понтер, — сказал имплант-компаньон. — У тебя пульс подскочил до…</p>
    <p>— Успокойся! — огрызнулся Понтер, будто Хак предложила что-то до смешного невозможное. — <emphasis>Где я?</emphasis></p>
    <p>— Я не уверена, — ответил компаньон. — Я не принимаю сигналов от башен системы позиционирования. Вдобавок, я отрезана от планетарной инфосети и не получаю подтверждений от архивов алиби.</p>
    <p>— Ты не повреждена?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Значит… значит, мы не на Земле? Иначе ты принимала бы сигналы от…</p>
    <p>— Я уверена, что мы на Земле, — ответила Хак. — Ты обратил внимание на солнце, когда они вели нас к экипажу?</p>
    <p>— А что с солнцем?</p>
    <p>— Его цветовая температура 5200 градусов, а угловой размер — одна семитысячная большого круга, как и должно быть у Солнца, видимого с орбиты Земли. К тому же, я опознал породу большей части деревьев, которые успел рассмотреть. Нет, это вне всякого сомнения Земля.</p>
    <p>— Но эта вонь! Откуда такой поганый воздух?</p>
    <p>— Могу лишь поверить тебе на слово, — ответила Хак.</p>
    <p>— А мы не могли… скажем, переместиться во времени?</p>
    <p>— Маловероятно, — ответил компаньон. — Но если сегодня ночью мне удастся взглянуть на звёзды, я смогу сказать, сдвинулись ли они вперёд или назад на заметное расстояние. А если я смогу зафиксировать положение других планет и фазу луны, то, возможно, мне даже удастся точно определить дату.</p>
    <p>— Но как нам вернуться домой? Как мы…</p>
    <p>— Понтер, я снова должна повторить свой совет: успокойся. Ты близок к гипервентиляции. Сделай глубокий вдох. Вот так. Теперь медленно выдыхай. Правильно. Расслабься. Ещё один вдох…</p>
    <p>— Кто эти <emphasis>существа</emphasis>? — спросил Понтер, делая рукой жест в сторону костлявой фигуры с тёмной кожей и без волос и другой фигуры, с кожей посветлее и обмотанной тканью головой.</p>
    <p>— Хочешь знать, что я думаю? — сказала Хак. — Это глексены.</p>
    <p><emphasis>— Глексены!</emphasis> — воскликнул Понтер достаточно громко, чтобы две странных фигуры повернулись в его сторону. Он понизил голос. — Глексены? Не говори ерунды… </p>
    <p>— Взгляни на вон те изображения черепов. — Хак разговаривала с Понтером через посредство пары кохлеарных имплантов, но изменяя звуковой баланс между правым и левым имплантом она могла указывать направление так же точно, как если бы тыкала пальцем. Понтер поднялся с кресла и нетвёрдой походкой проковылял через комнату, прочь от странных существ, к одной из освещённых панелей, такой же, какую изучали они, с прикреплёнными к ней рентгенограммами головы.</p>
    <p>— Зелёное мясо! — выругался Понтер, разглядывая странные черепа. — Они и правда глексены. Точно ведь?</p>
    <p>— Я бы сказал, очень похоже. Из всех приматов только у них отсутствует надбровный валик и есть такой вот выступ на передней части нижней челюсти.</p>
    <p>— Глексены! Но они ведь вымерли… э-э… как давно они вымерли?</p>
    <p>— Вероятно, около 400000 месяцев назад, — ответил Хак.</p>
    <p>— Это не может быть Земля той эпохи, — сказал Понтер. — То есть, я имею в виду, если бы тогда существовала развитая цивилизация, она обязательно оставила бы какие-то следы. Глексены максимум умели обрабатывать камень, ведь так?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>Понтер попытался подавить в своём голосе истерические нотки.</p>
    <p>— Так <emphasis>где же</emphasis> мы тогда?</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Рубен Монтего смотрел на врача скорой помощи, раскрыв от удивления рот.</p>
    <p>— Что значит «похоже, он неандерталец»?</p>
    <p>— Особенности строения черепа говорят сами за себя, — сказал Сингх. — Уж поверьте мне — у меня учёная степень в краниологии.</p>
    <p>— Но как это может быть, доктор Сингх? Неандертальцы вымерли миллионы лет назад.</p>
    <p>— На самом деле лишь двадцать семь тысяч, — сказал Сингх, — если предположить, что датировка последних находок верна. Если же нет, тогда 35000 лет назад.</p>
    <p>— Но как тогда…</p>
    <p>— Этого я не знаю. — Сингх указал на рентгенограммы, прикреплённые к световой панели. — Но набор наблюдаемых характеристик не оставляет места для сомнений. Одна или две могут появиться на черепе Homo sapiens. Но все сразу? Невозможно.</p>
    <p>— Каких характеристик? — спросил Рубен.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_3">— Во-первых, разумеется, надбровный валик, — ответил Сингх. — Заметьте, что в отличие от такового у других приматов он имеет двойной изгиб и борозду позади. Потом прогнатизм — выдвинутость лицевой части вперёд: посмотрите как выпирают челюсти. Отсутствие подбородка. Ретромолярный пробел, — он указал на пустое пространство позади последнего зуба. — А эти треугольные выступы в носовой полости? Таких нет ни у какого другого млекопитающего, тем более примата. — Он постучал пальцем по изображению задней части черепа. — И видите вот этот закруглённый выступ на затылке? Он также характерен именно для неандертальцев.</p>
    <p>— Вы меня разыгрываете, — сказал Рубен.</p>
    <p>— Никогда не занимался ничем подобным, — ответил Сингх.</p>
    <p>Рубен оглянулся на незнакомца, который встал с кресла-каталки и изумлённо рассматривал пару рентгенограмм на другом краю кабинета. Потом Рубен ещё раз посмотрел на рентгенограммы, висящие перед ним. Ни он, ни Сингх не присутствовали, когда рентгенограф делал снимки, так что теоретически возможно, что их с какой-то целью подменили, хотя…</p>
    <p>Хотя это были реальные рентгенограммы реальной живой головы, не ископаемого: носовые хрящи и контуры мягких тканей хорошо просматривались. И всё-таки что-то было не так с нижней челюстью. Часть её на ренгенограмме получилась значительно светлее, словно была сделана из менее плотного материала. И цвет этот был сплошным, без вариаций, словно материал был абсолютно однороден.</p>
    <p>— Это подделка, — сказал Рубен, указывая на странный фрагмент челюсти. — Я хочу сказать, <emphasis>он</emphasis> — подделка. Он сделал себе пластику, чтобы быть похожим на неандертальца.</p>
    <p>Сингх вгляделся в рентгенограмму.</p>
    <p>— Да, это следы операции — но только на челюсти. Особенности черепа подлинные.</p>
    <p>Рубен снова взглянул на раненого, который по-прежнему разглядывал рентгенограммы и что-то бормотал себе под нос. Он попытался представить себе череп этого человека под кожей и тканями. Будет он выглядеть похоже на то, что он видит на рентгенограмме?</p>
    <p id="id104445__msoanchor_4">— У него несколько зубов вставные, — сказал Сингх, вглядываясь в снимок. — Но они находятся на реконструированной секции челюсти. Что же до остальных зубов, они выглядят натуральными, только корни укороченные, как при тауродонтизме<a l:href="#id20150414092305_3">[3]</a>. Это тоже неандертальская особенность.</p>
    <p>Рубен снова повернулся к снимкам.</p>
    <p>— И ни единого дупла, — в раздумье отметил он.</p>
    <p>— Похоже на то, — сказал Сингх. Потом он снова вгляделся в снимок. — Как бы то ни было, я не вижу ни трещины в черепе, ни субдуральной гематомы. Держать его в больнице нет причин.</p>
    <p>Рубен посмотрел на пришельца. Да кто же он такой, чёрт возьми? Он болтал на незнакомом языке, он подвергался обширной восстановительной хирургии. Может быть, приверженец какого-нибудь извращённого культа? Может, поэтому он вломился в нейтринную обсерваторию? В принципе, такая версия имела смысл, но…</p>
    <p>Но доктор Сингх был прав: за исключением восстановленной нижней челюсти, на снимках перед ними был натуральный, естественный череп. Рубен Монтего медленно, с опаской пересёк кабинет и лишь через несколько секунд осознал, что делает: он приближался к незнакомцу не так, как подходят к другому человеческому существу, а, скорее, как подходил бы к дикому животному. Хотя до сих пор он вёл себя исключительно мирно.</p>
    <p>Незнакомец определённо услышал шаги Рубена. Он оторвался от созерцания снимков, которые приковали его внимание, и повернулся к доктору.</p>
    <p>Рубен уставился на него. Он ещё раньше заметил, что лицо выглядит странно. Надбровные валик, изгибающийся над каждым глазом, был хорошо заметен. Волосы разделялись пробором ровно посередине, не сбоку, и было видно, что таково их естественное состояние, а не прихоть парикмахера. И нос: нос был просто огромный, но ни в малейшей степени не орлиный. В сущности, он не был похож ни на один нос, что Рубену приходилось видеть до сих пор — у него совершенно отсутствовала переносица.</p>
    <p>Рубен медленно поднял руку с немного растопыренными пальцами, чтобы его жест не был воспринят как угроза.</p>
    <p>— Вы позволите? — спросил он, приближая руку к лицу незнакомца.</p>
    <p>Он не мог понять слов, но намерение было очевидно. Он слегка склонил голову вперёд, словно предлагая её для исследования. Рубен пробежал пальцами по надбровным дугам, по лбу, вдоль всей длины черепа, ощупал затылочный выступ — под кожей твёрдая кость. Сомнений не оставалось: череп, изображённый на рентгенограмме, принадлежал этому человеку.</p>
    <p>— Рубен, — сказал доктор Монтего, коснувшись своей груди. — Ру-бен. — Потом он указал на незнакомца рукой с повёрнутой вверх ладонью.</p>
    <p>— Понтер, — произнёс незнакомец низким звучным голосом.</p>
    <p>Конечно, пришелец мог воспринять «Рубен» как название той разновидности людей, к которой принадлежал доктор Монтего, так что «Понтер» могло означать «неандерталец» на его языке.</p>
    <p>К ним подошёл Сингх.</p>
    <p>— Наонигал, — сказал он; вот что, оказывается, означало «Н» на его беджике. — Меня зовут Наонигал.</p>
    <p>— Понтер, — повторил незнакомец. Другие интерпретации всё ещё возможны, подумал Рубен, но вероятнее всего, это всё же его имя.</p>
    <p>Рубен кивнул доктору Сингху.</p>
    <p>— Спасибо вам за помощь, — сказал он. Потом повернулся к Понтеру и жестом позвал его за собой. — Пойдёмте.</p>
    <p>Понтер двинулся к креслу-каталке.</p>
    <p>— Нет, — сказал Рубен. — Нет, с вами всё в порядке.</p>
    <p>Он снова жестом позвал незнакомца за собой, и в этот раз тот последовал за ним, пешком. Сингх снял рентгенограммы со световой панели, уложил их в большой конверт и вышел вместе с ними, направляясь обратно в приёмный покой.</p>
    <p>Коридор перегораживала раздвижная дверь матового стекла. Когда Сингх наступил на резиновый коврик перед ней, створки разъехались в стороны, и…</p>
    <p>Вспышки десятков блицев ослепили их.</p>
    <p>— Это тот парень, который взорвал нейтринную обсерваторию? — выкрикнул мужской голос.</p>
    <p>— Какие обвинения собирается выдвинуть «Инко»? — вторил ему женский.</p>
    <p>— Он ранен? — спросил ещё один мужской голос.</p>
    <p>Рубену потребовалось несколько секунд, чтобы сориентироваться в ситуации. Одного мужчину он опознал как корреспондента местной станции «Си-Би-Си», второго — как репортёра «Садбери Стар», пишущего про горнодобывающую промышленность. Там было ещё с десяток незнакомых людей, но они все потрясали микрофонами с логотипами «Глобал Телевижн», «Си-Ти-Ви», «Ньюсуорлд» и местных радиостанций. Рубен посмотрел на Сингха и вздохнул; похоже, что встречи с журналистами не избежать никак.</p>
    <p>— Как зовут подозреваемого? — спросил какой-то репортёр.</p>
    <p>— У него есть судимости?</p>
    <p id="id104445__msoanchor_5">Репортёры непрерывно фотографировали Понтера, который не сделал ни малейшей попытки закрыть лицо. В этот момент с улицы вошли двое офицеров RCMP<a l:href="#id20150414092305_4">[4]</a> в тёмно-синих униформах.</p>
    <p>— Где террорист?</p>
    <p>— Террорист? — удивился Рубен. — С чего вы взяли?</p>
    <p>— Вы медик с шахты, не так ли? — спросил один из полицейских.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Рубен Монтего. Но я не верю, что этот человек — террорист.</p>
    <p>— Но ведь он взорвал нейтринную обсерваторию! — заявил один из репортёров.</p>
    <p>— Обсерватория была повреждена, это так, — сказал Рубен, — я он был там, когда это случилось, но я не верю, что это было сделано намеренно. В конце концов, он чуть не утонул.</p>
    <p>— Согласно приказа, — сказал полицейский, сразу уронив себя в глазах Рубена, — он должен пройти с нами.</p>
    <p>Рубен посмотрел на Понтера, на репортёров, на Сингха.</p>
    <p>— Вы знаете, как оно бывает в таких случаях, — тихо сказал он Сингху. — Если власти заберут Понтера, мы его никогда больше не увидим.</p>
    <p>Сингх медленно кивнул.</p>
    <p>— Надо полагать.</p>
    <p>Рубен закусил губу, соображая. Потом сделал глубокий вход и заговорил во весь голос.</p>
    <p>— Я не знаю, откуда он пришёл, — сказал Рубен, кладя руку на массивное плечо Понтера, — и не знаю, как попал сюда, но этого человека зовут Понтер, и…</p>
    <p>Рубен замолчал. Сингх смотрел на него. Рубен знал, что мог бы на этом остановиться: да, имя этого человека известно. Он не обязан говорить ничего сверх этого. Он мог остановиться сейчас, и никто не подумает, что он спятил. Если же он продолжит говорить…</p>
    <p>Если он продолжит говорить, то разверзнется ад.</p>
    <p>— Продиктуйте по буквам, пожалуйста, — попросил репортёр.</p>
    <p>Рубен прикрыл глаза, собирая все внутренние резервы.</p>
    <p>— Только фонетически, — сказал он, глядя на журналиста. — П-О-Н-Т-Е-Р. Но тот, кто первым успеет накорябать это на бумаге, станет первым в мире человеком, записавшим его имя буквами английского алфавита. — Он снова сделал паузу, ещё раз взглянул на Сингха в поисках ободрения, и продолжил: — Этот джентльмен, как мы начинаем подозревать, не относится к виду Homo sapiens. Вероятно, он относится к виду… хотя среди антропологов по сей день нет согласия относительно таксономии данной разновидности гоминид. Так вот, он, по-видимому, относится к тому, что мы называем либо Homo neanderthalensis, либо Homo sapiens neanderthalensis — в любом случае, он, по-видимому, неандерталец.</p>
    <p>— Что? — переспросил один из репортёров.</p>
    <p>Другой лишь насмешливо фыркнул.</p>
    <p>Третий — кажется, это был как раз репортёр-горник из «Садбери Стар» оттопырил губу. Рубен знал, что он по образованию геолог; наверняка у него был курс палеонтологии, а то и не один.</p>
    <p>— Что заставляет вас так думать? — со скепсисом в голосе спросил он.</p>
    <p>— Я видел рентгеновские снимки его черепа. Присутствующий здесь доктор Сингх совершенно уверен в правильности такой идентификации.</p>
    <p>— Что общего у неандертальца и нейтринной обсерватории? — спросил репортёр.</p>
    <p>Рубен пожал плечами, признавая, что это очень хороший вопрос.</p>
    <p>— Мы не знаем.</p>
    <p>— Это наверняка какая-то мистификация, — сказал репортёр-горник. — Это не может быть ничем иным.</p>
    <p>— Если так, то меня обвели вокруг пальца, и доктора Сингха тоже.</p>
    <p>— Доктор Сингх, — крикнул репортёр, — этот… этот субъект действительно пещерный человек?</p>
    <p>— Прошу прощения, — ответил Сингх, — но я не могу обсуждать пациента с кем-либо, кроме участвующих в его лечении врачей.</p>
    <p>Рубен уставился на Сингха, не веря своим ушам.</p>
    <p>— Доктор Сингх, пожалуйста…</p>
    <p>— Нет, — сказал Сингх. — Есть правила…</p>
    <p>Рубен на секунду задумался. Потом с жалобным выражением лица повернулся к Понтеру.</p>
    <p>— Дело за вами, — сказал он.</p>
    <p>Понтер, разумеется, не понимал ни слова, но, по-видимому, сознавал, что происходит что-то серьёзное. На самом деле, подумал Рубен, Понтер сейчас вполне мог бы сбежать, если бы захотел; хоть и не особенно высокий, он был гораздо массивнее и сильнее любого из полицейских. Но глаза Понтера были направлены на доктора Сингха, точнее, как понял Рубен, проследив его взгляд, на манильский конверт, который Сингх крепко сжимал в руках.</p>
    <p>Понтер шагнул к Сингху. Рубен увидел, как один из полицейских положил руку на кобуру; по-видимому, предположил, что Понтер собирается напасть на доктора. Однако Понтер остановился прямо перед Сингхом и протянул к нему руку мясистой ладонью вверх, в жесте, универсальном для всех культур.</p>
    <p>Сингх на секунду заколебался, но потом отдал конверт. Здесь не было панели с подсветкой, а на улице уже стемнело. Но огромные окна выходили на стоянку, залитую светом фонарей. Понтер подошёл к окну; он как будто догадался, что полицейкие попытаются его задержать, если он направится к стеклянным дверям, ведущим наружу. Он приложил один из снимков — вид сбоку — к оконному стеклу так, чтобы его было видно всем. Камеры были немедленно направлены на снимок, засверкали вспышки. Понтер жестом подозвал Сингха. Сикх подошёл, Рубен последовал за ним. Понтер постучал пальцем по снимку, затем указал на Сингха. Он повторил этот жест два или три раза, потом несколько раз сжал и разжал пальцы на поднятой руке: «Говори» — ещё один, по-видимому, универсальный жест.</p>
    <p>Доктор Сингх откашлялся, оглядел обращённые к нему лица заполнивших вестибюль людей, и слегка пожал плечами.</p>
    <p>— Э-э… похоже, я получил разрешение пациента на обсуждение его рентгенограмм. — Он вытащил из нагрудного кармана халата ручку и воспользовался ею, как указкой. — Вы видите округлую выпуклость на задней части черепа? Палеоантропологи называют её затылочным бугром…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 8</p>
    </title>
    <p>Мэри медленно проехала десять километров до своей квартиры на Ричмонд-Хилл. Она жила в Обсерваторном переулке, рядом с обсерваторией Дэвида Данлапа, когда-то — хотя и очень давно и недолго — владевшей самым большим в мире оптическим телескопом, а сейчас из-за огней Торонто низведённой до положения астрономического кружка.</p>
    <p>Мэри купила здесь кондоминиум из соображений безопасности. Когда она выезжала на подъездную дорожку, охранник у ворот помахал ей, хотя Мэри и не хотела встречаться с ним взглядом — с ним или кем-либо ещё. Она проехала мимо подстриженных газонов и огромных сосен, объехала вокруг и спустилась в подземный гараж. Её парковочное место было вдалеке от лифта, но она никогда не боялась идти через гараж, даже глубокой ночью. Камеры свисали с потолка, между трубами водопровода и канализации и пожарными разбрызгивателями, торчащими вниз словно носы кротов-звездоносов. Каждый шаг её пути от парковки до лифта находился под наблюдением, хотя сегодня, этим жутким вечером, она не хотела, чтобы её кто-нибудь видел.</p>
    <p>Можно ли догадаться о том, что случилось, по её походке? По её склонённой голове, по тому, как она запахивает жакет, словно даже застёгнутый на все пуговицы он недостаточно надёжен, недостаточно закрыт.</p>
    <p>Похоже, уже никогда в жизни она не будет чувствовать себя достаточно закрытой.</p>
    <p>Она вошла в вестибюль лифта P2, открыв сначала одну, потом вторую дверь. Потом нажала единственную кнопку вызова — отсюда можно было уехать только наверх — и стала ждать, пока приедет одна из трёх кабин. Обычно, дожидаясь лифта, она просматривала объявления, оставленные жильцами либо администрацией. Но сегодня Мэри упёрлась глазами в пол, покрытый обшарпанной выщербленной плиткой. Здесь не было цифрового индикатора, по которому можно бы было следить за приближением кабины, как двумя этажами выше в главном холле, и хотя за пару секунд до открытия дверей кнопка вызова гасла, Мэри решила не следить и за ней. О, ей не терпелось попасть домой, но после первого взгляда вскользь она уже не смогла заставить себя посмотреть на светящуюся стрелку.</p>
    <p>Наконец, двери дальнего от неё лифта разверзлись. Она вошла и ткнула кнопку четырнадцатого этажа — на самом деле то был тринадцатый, но этот номер считался несчастливым. Над панелью с кнопками этажей поблёскивала стеклянная рамка с отпечатанным на лазерном принтере объявлением: «Удачного дня. Ваш Совет Директоров».</p>
    <p>Лифт начал подъём. Когда он остановился, дверь судорожно откатилась в сторону, и Мэри вышла в коридор, недавно застеленный по распоряжению того самого Совета Директоров ковровой дорожкой жуткого томатного цвета, и подошла к двери своей квартиры. Она пошарила в сумочке, нашла ключ, вытащила его…</p>
    <p>…и уставилась на него сквозь застилающую глаза пелену слёз; сердце снова тревожно затрепыхалось.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_6">У неё была цепочка для ключей, на конце которой, подаренный двенадцать лет назад тогдашней свекровью, очень практичной дамой, висел SOS-свисток<a l:href="#id20150414092305_5">[5]</a> из жёлтой пластмассы.</p>
    <p>У неё не было возможности им воспользоваться, пока не стало слишком поздно. О, она могла бы свиснуть в него после нападения, но…</p>
    <p>…но изнасилование — это насильственное преступление, и она осталась жива. У её горла держали нож, но её не ранили, не изуродовали. Однако если бы она свистнула в свисток, насильник мог вернуться, мог убить её.</p>
    <p>Послышался тихий звон — прибыл ещё один лифт. Один из её соседей через секунду появится в коридоре. Мэри вставила ключ в замок — свисток закачалася на цепочке — и быстро вошла в тёмную квартиру.</p>
    <p>Она стукнула по выключателю и включила свет, потом повернулась и заперла замок на все обороты.</p>
    <p>Мэри сбросила туфли и прошла в гостиную с её персиковыми стенами, заметив, но не обратив внимания на подмигивающий ей красный глазок автоответчика. Она прошла в спальню и сняла с себя всю одежду — одежду, которую, она знала, придётся выбросить, потому что она никогда не сможет носить её снова, которая никогда снова не станет чистой, сколько её не стирай. Потом пошла в ванную, смежную со спальней, но не стала включать свет — хватало того, что проникал из спальни от лампы с витражным абажуром на ночном столике. Она забралась в душевую кабинку и в полумраке скребла и тёрла, пока кожа не начала саднить, а потом достала тяжёлую фланелевую пижаму, которая так выручала её в особо холодные зимние ночи, которая закрывала всё её тело целиком, и надела её на себя, заползла в постель, свернулась клубком, трясясь и снова плача, и наконец, наконец, наконец, промучившись несколько часов, провалилась в тревожный сон. Ей снилось, что её преследуют, что она сопротивляется, и что её режут ножом.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Рубен Монтего никогда не видел своего самого главного босса, президента «Инко», и очень удивился, обнаружив, что его номер есть в телефонном справочнике. С ощутимым трепетом Рубен набрал его.</p>
    <p>Рубен гордился своим работодателем. «Инко» начинала, как и многие канадские компании, в качестве дочернего подразделения американской фирмы: в 1916 было создано канадское отделение Международной Никелевой Компании, горнодобывающего концерна со штаб-квартирой в Нью-Джерси. Но двенадцать лет спустя, в 1928, канадское отделение стало головной компанией путём обмена акций.</p>
    <p>Основным местом деятельности «Инко» был метеоритный кратер здесь, в Садбери, где 1,8 миллиардов лет назад астероид размером от одного до трёх километров врезался в Землю на скорости пятнадцать километров в секунду.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_7">Богатство «Инко» росло и падало в соответствии с колебаниями мирового спроса на никель; компания обеспечивала треть его мирового производства. Но всё это время «Инко» старалась быть добросовестным корпоративным гражданином<a l:href="#id20150414092305_6">[6]</a>. И когда в 1984 Герберт Чен из Калифорнийского университета заявил, что глубина принадлежащей компании шахты «Крейгтон», её низкая природная радиоактивность и близость к хранилищам тяжёлой воды, производимой для использования в канадских реакторах CANDU, делают её идеальным местом для размещения самого большого в мире нейтринного детектора, «Инко» с готовностью согласилась бесплатно предоставить учёным место, а также, за отдельную плату, провести работы по подготовке детекторной камеры размером с десятиэтажный дом и прокладке ведущего к ней 1200-метрового штрека.</p>
    <p>И хотя Нейтринная обсерватория Садбери была совместным проектом пяти американских и двух канадских университетов, Оксфорда, а также американских Лос-Аламосской, Брукхейвенской и Лоуренсовской национальных лабораторий, обвинения в незаконном проникновении против неандертальца мог выдвинуть только владелец шахты. То есть, «Инко».</p>
    <p>— Здравствуйте, сэр, — сказал Рубен, когда президент снял трубку. — Прошу простить за то, что беспокою вас дома. Это Рубен Монтего, я врач на шахте…</p>
    <p>— Я знаю, кто вы, — прервал его приятный низкий голос.</p>
    <p>Рубен на мгновение смешался, потом продолжил:</p>
    <p>— Сэр, я звоню вам, чтобы попросить позвонить в RCMP и сказать им, что вы не собираетесь выдвигать никаких обвинений против человека, найденного внутри Нейтринной обсерватории Садбери.</p>
    <p>— Я слушаю.</p>
    <p>— Мне удалось убедить госпиталь не выписывать пока этого человека из больницы. Поглощение большого количества тяжёлой воды, согласно «Перечню опасных материалов», может привести к смерти. Она влияет на осмотическое давление в клеточных стенках. Конечно, он не мог выпить её столько, чтобы нанести себе ощутимый вред, но мы воспользовались этим в качестве предлога для того, чтобы оставить его в больнице. Иначе его бы уже упекли в каталажку.</p>
    <p>— В каталажку, — повторил президент с явным удовольствием.</p>
    <p>Рубен смешался ещё больше.</p>
    <p>— В любом случае, как я сказал, я не думаю, что ему место в тюрьме.</p>
    <p>— Расскажите мне, почему вы так думаете, — потребовал голос.</p>
    <p>И Рубен рассказал.</p>
    <p>Президент компании «Инко» был решительным человеком.</p>
    <p>— Я позвоню им, — сказал он.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер лежал на… предположительно, это была кровать, но она не была утоплена в пол, чтобы лежащий находился на одном с ним уровне; наоборот, она была приподнята над полом на неприятного вида металлической раме. А подушка была бесформенным мешком, наполненным непонятно чем, но уж точно не высушенными кедровым орешками, как подушки у него дома.</p>
    <p>Лысый человек — Понтер заметил, что на голове у него пробивается щетина, так что отсутствие волос не было врождённой особенностью, а достигалось искусственно — покинул комнату. Понтер лежал, закинув руки за голову — это создавало черепу более привычную опору, чем здешние подушки. Хак это не мешало: её сканеры воспринимали всё в радиусе нескольких шагов, а оптический объектив ей был нужен только для того, чтобы рассмотреть что-то за пределами этого радиуса.</p>
    <p>— Сейчас, очевидно, ночь, — произнёс он в пространство.</p>
    <p>— Да, — ответила Хак. Понтер почувствовал слабую вибрацию кохлеарных имплантов прижатым к ладоням затылком.</p>
    <p>— Но снаружи светло. В этой комнате есть окно; похоже, у них искусственное освещение и внутри, и снаружи.</p>
    <p>— Интересно знать, зачем? — сказала Хак.</p>
    <p>Понтер поднялся — так странно было свешивать ноги с края кровати и нащупывать пол где-то внизу — и заспешил к окну. Было слишком светло, чтобы разглядеть звёзды, но…</p>
    <p>— Вон там, — сказал Понтер, поворачивая запястье к окну, чтобы Хак могла видеть.</p>
    <p>— Да, это земная луна, — сказала Хак. — Её фаза — примерно последняя четверть — в точности соответствует сегодняшней дате: 148/118/24.</p>
    <p>Понтер покачал головой и вернулся на странную приподнятую кровать. Он сел на её край; без опоры для спины сидеть было неудобно. Потом дотронулся до левой стороны головы, которую забинтовал человек с замотанной тканью головой — возможно, подумал Понтер, этот человек тоже серьёзно ранен.</p>
    <p>— Голова болит, — сказал он в пустоту.</p>
    <p>— Да, — согласилась Хак. — Но ты же сам видел нутрограммы, которые они сделали; серьёзных повреждений нет.</p>
    <p>— Но я чуть не утонул.</p>
    <p>— Это так.</p>
    <p>— Так что… возможно, у меня повреждён мозг. Аноксия и всё такое…</p>
    <p>— Думаешь, у тебя галлюцинации? — спросила Хак.</p>
    <p>— Ну, — сказал Понтер, обводя рукой комнату, — как ещё объяснить всё это?</p>
    <p>— Если у тебя галлюцинации, — ответил компаньон после короткой паузы, — то мои слова о том, что это не так, могут быть их частью. Так что нет никакого смысла пытаться тебя разубедить, не правда ли?</p>
    <p>Понтер снова улёгся на кровать и уставился в потолок, на котором не было ни хрономеров, ни украшений.</p>
    <p>— Тебе обязательно нужно поспать, — сказал Хак. — Возможно, утром ситуация прояснится.</p>
    <p>Понтер едва заметно кивнул.</p>
    <p>— Белый шум, — сказал он. Хак повиновалась и начала проигрывать через кохлеарные импланты тихое, успокаивающее шипение. Но несмотря на это Понтер ещё долго не мог заснуть.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 9</p>
    </title>
    <subtitle>День второй</subtitle>
    <subtitle>Суббота, 3 августа</subtitle>
    <subtitle>148/118/25</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Адекор больше не мог сидеть дома. Дома всё напоминало о несчастном пропавшем Понтере. Понтеров любимый стул, его планшет, статуэтки, которые выбирал он — да вообще всё. Так что он снова вышел на улицу — сидеть на веранде и грустно пялиться на природу. Потом вышла Пабо и какое-то время смотрела на Адекора. Пабо была собакой Понтера, он завёл её задолго до того, как они с Адекором стали жить вместе. Адекор оставит её — хотя бы для того, чтобы в доме не было так одиноко. Пабо ушла обратно в дом. Адекор знал, что она приходила к входной двери, чтобы посмотреть, не возвращается ли Понтер. Она курсировала так между передней и задней дверьми с тех самых пор, как Адекор вернулся вчера вечером один. Никогда прежде Адекор не возвращался с работы без Понтера; бедная Пабо была озадачена и очень расстроена.</p>
    <p>Адекор тоже был очень расстроен. Несколько раз за утро он начинал плакать. Не стенать, не причитать — просто плакать, иногда даже не осознавая этого, пока горячая капля не упадёт на руку.</p>
    <p>Спасательные команды обшарили всю шахту, но не нашли никаких следов Понтера. С помощью портативного оборудования пытались поймать сигнал его компаньона, но никаких сигналов не было. Люди с собаками обошли всю шахту штольню за штольней, пытаясь уловить запах человека, который, возможно лежал без сознания в каком-нибудь неприметном закутке.</p>
    <p>Это тоже ничего не дало. Понтер исчез полностью и бесследно.</p>
    <p>Адекор поёрзал в своём кресле. Оно были сделано из сосновых досок; спинка расширялась кверху, подлокотники широкие и плоские, на них очень удобно ставить питьевую тубу. Несомненно, это была очень полезная вещь. Его создательница — имя Адекор забыл, но оно было выжжено на задней стороне спинки — наверняка считала, что вносит достаточный вклад в жизнь сообщества. Людям нужна мебель; у Адекора был стол и два шкафа, сделанные той же самой мебельщицей.</p>
    <p>Но каков будет вклад Адекора, если Понтера не станет? В их паре главным был Понтер; Адекор это признавал и принимал. Какой вклад он сможет внести без Понтера, дорогого, милого Понтера?</p>
    <p>Их проект квантового компьютера мёртв, это Адекору было ясно. Без Понтера у него одного ничего не получится. Другие подобные проекты — женская группа на континенте Эвсой, и ещё одна, мужская, на западном побережье этого континента — продолжат работы по своим планам. Он пожелает им удачи, но, хотя и будет с интересом читать их отчёты, какая-то его часть будет всё время жалеть, что не они с Понтером достигли того или иного прорыва.</p>
    <p>Осины и берёзы образовывали над верандой тенистый полог; среди мха у подножия деревьев цвели белые триллиумы. Мимо пробежал бурундук; откуда-то донеслась дробь дятла. Адекор дышал полной грудью, вдыхая пыльцу вместе с запахами земли и природы.</p>
    <p>Послушался звук чьих-то шагов. Иногда крупные животные подходили близко к дому даже среди бела дня, хотя…</p>
    <p>Внезапно из задней двери выскочила Пабо. Значит, она тоже заметила визитёра. Адекор раздул ноздри. Это был человек. Мужчина.</p>
    <p><emphasis>Неужели это…?</emphasis></p>
    <p>Пабо жалобно заскулила. Человек вышел из-за угла.</p>
    <p>Не Понтер. Конечно, не он.</p>
    <p>Сердце Адекора сжалось. Пабо ушла обратно в дом, снова к передней двери, продолжать своё бдение.</p>
    <p>— Здравый день, — поздоровался Адекор в мужчиной, взошедшим на веранду. Он его не знал: коренастый, с рыжеватыми волосами. Он был одет в свободную синюю рубаху и зелёные штаны.</p>
    <p>— Ваше имя Адекор Халд, и вы проживаете здесь, на Окраине Салдака?</p>
    <p>— Первое верно, — ответил Адекор, — второе очевидно.</p>
    <p>Визитёр поднял левую руку, обратив внутреннюю часть запястья к Адекору: по-видимому, хотел что-то передать на его компаньон.</p>
    <p>Адекор кивнул и выдвинул штырёк на своём компаньоне. Увидел, как его экран вспыхнул, принимая данные. Он ожидал, что это будет рекомендательное письмо, что мужчина — приехавший в город дальний родственник или ремесленник, ищущий работу и предъявляющий рекомендации. Адекор мог легко стереть эту информацию, если она не представляет интереса.</p>
    <p>— Адекор Халд, — произнёс визитёр, — в мои обязанности входит проинформировать вас о том, что Даклар Болбай, действуя в качестве <emphasis>табанта</emphasis> несовершеннолетних Жасмель Кет и Мегамег Бек, обвиняет вас в убийстве их отца, Понтера Боддета.</p>
    <p>— Что? — вскинулся Адекор. — Вы шутите?</p>
    <p>— Нет, не шучу.</p>
    <p>— Но Даклар — партнёрша Класт. В смысле, была. Она знает меня целую вечность.</p>
    <p>— Тем не менее, — сказал мужчина. — Пожалуйста, обратите ко мне моё запястье, чтобы я мог убедиться в том, что все нужные документы были приняты.</p>
    <p>Ошеломлённый Адекор подчинился. Мужчина лишь скользнул взглядом по дисплею, на котором светилась надпись «Болбай обвиняет Халда, передача завершена», потом снова посмотрел на Адекора. — Будет <emphasis>доосларм басадларм</emphasis>, — старинное понятие, буквально означающее «малый спрос перед большим спросом», — в ходе которого выяснится, предстанете ли вы за это преступление перед трибуналом.</p>
    <p>— Преступления не было! — сказал Адекор; внутри него вскипала ярость. — Понтер пропал. Он может быть мёртв, я это допускаю — но в результате несчастного случая.</p>
    <p>Мужчина пропустил его слова мимо ушей.</p>
    <p>— Вы вольны выбрать лицо, которое будет говорить от вашего имени. <emphasis>Доосларм бадасларм</emphasis> состоится завтра утром.</p>
    <p>— Завтра! — Адикор ощутил, как сжимаются его кулаки. — Это смешно!</p>
    <p>— Медлящее правосудие — не правосудие вовсе, — изрёк мужчина и ушёл.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 10</p>
    </title>
    <p>Мэри хотелось кофе. Она соскользнула со своей односпальной кровати, доковыляла до кухни и запустила кофеварку. Потом вошла в гостиную и нажала кнопку воспроизведения на автоответчике, старом, надёжном, серебряном-с-чёрным «Панасонике», в котором всегда что-то громко брякало, когда он начинал и завершал перемотку ленты.</p>
    <p>— Четыре новых сообщения, — объявил холодный, лишённый всякого выражения мужской голос; включилось воспроизведение.</p>
    <p>— Привет, сестрёнка, это Кристина. Я просто <emphasis>обязана</emphasis> рассказать тебе о новом парне, с которым встречаюсь — на работе познакомилась. Да я знаю, знаю, ты всегда говоришь, что нельзя ни с кем заводить шашни на работе, но он правда такой здоровский и такой весёлый. Клянусь, сестрёнка, это настоящая находка!</p>
    <p><emphasis>Настоящая находка,</emphasis> — подумала Мэри. — <emphasis>Боже ж ты мой, ещё одна.</emphasis></p>
    <p>Механический голос произнёс: «Пятница, 21:04». В Сакраменто это седьмой час вечера; Кристина, должно быть, позвонила сразу же, как только ушла с работы.</p>
    <p>— Привет, Мэри, это Роз. Целую вечность тебя не видела. Давай поужинаем, а? У вас в Йорке нет «Блюбери-Хилл»? А то тот, что рядом со мной, закрылся. Сейчас я тут всё разгребу, и пойдём, хорошо? Сейчас тебя всё равно нет дома — надеюсь, хорошо проводишь время, что бы там ни делала.</p>
    <p>Механический голос: «Пятница, 21:33».</p>
    <p>Господи, подумала Мэри. Это же как раз тогда, когда… когда…</p>
    <p>Она закрыла глаза.</p>
    <p>Началось следующее сообщение.</p>
    <p>— Профессор Воган? — произнёс голос с ямайским акцентом. — Это квартира профессора генетики Мэри Воган? Я прошу прощения, если звоню не туда, и за то, что звоню так поздно; я пытался звонить в кампус Йоркского на случай, если вы ещё на работе, но попал на голосовую почту. Я заставил справочное дать мне телефоны всех М. Воган в Ричмонд-Хилле — в статье, которую я нашёл в интернете, было сказано, что вы там живёте. — Сообщение на её автоответчике говорило лишь «Это Мэри», но звонящего, похоже, вдохновило и это. — Так вот. Я надеюсь, меня не разъединят прямо сейчас. Меня зовут Рубен Монтего, я врач, работаю на компанию «Инко» на шахте «Крейгтон» в Садбери. Я не знаю, видели ли вы уже новости, но мы нашли… — он сделал паузу, и Мэри это показалось странным — до этого места он тараторил непрерывно. — В общем, если вы не видели новостей, то скажем так: мы нашли нечто, что посчитали неандертальцем в, так сказать, прекрасном состоянии.</p>
    <p>Мери покачала головой. В Северной Америке не могло быть ископаемых неандертальцев; этот тип, должно быть, принял старый индейский череп за…</p>
    <p>— Ну и я запустил в интернете поиск со словами «неандерталец» и «ДНК», и получил кучу ссылок с вашим именем. Не могли бы вы…</p>
    <p><emphasis>Би-и-п.</emphasis> Звонящий исчерпал максимальную длительность сообщения. </p>
    <p>«Пятница, 22:20» — доложил голос аппарата.</p>
    <p>— Чёрт, ненавижу эти штуки, — снова зазвучал голос доктора Монтего. — Так вот, я пытался сказать, что нам бы очень хотелось, чтобы вы провели экспертизу нашей находки. Перезвоните мне в любое время дня и ночи, номер моего сотового…</p>
    <p>У неё нет для этого времени. Ни сегодня, ни в обозримом будущем. Однако неандертальцы не были единственным её интересом; если это хорошо сохранившиеся древние индейские кости, то это тоже весьма интересно, хотя условия хранения должны быть поистине уникальными для того, чтобы ДНК не разрушилась…</p>
    <p>Садбери. Это в Северном Онтарио. А вдруг у них там…</p>
    <p>Это было бы просто сказочно. Ещё один человек изо льда, замороженный целиком, возможно, найденный глубоко под землёй при проходке шахты.</p>
    <p>Но нет, она и думать сейчас об этом не хочет. Сейчас она вообще ни о чём не хочет думать.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_8">Мэри вернулась на кухню и наполнила кружку свежесваренным кофе, в который добавила немного шоколадного молока из поллитровой упаковки — она не знала никого, кто бы так делал, и давно перестала пытаться заказывать такой кофе в ресторанах. Потом она вернулась в гостиную и включила телевизор, четырнадцатидюймовый агрегат, который она редко когда смотрела: вечерами она предпочитала свернуться калачиком с романом Джона Гришема или, изредка, с любовным романом от «Арлекина»<a l:href="#id20150414092305_7">[7]</a>.</p>
    <p>Она взяла пульт и выбрала «Кейбл-Плюс 24», круглосуточный новостной канал, посвящавший новостям лишь часть экрана: правая часть показывала прогноз погоды, а внизу мелькали заголовки из «Нэшнл Пост». Мэри хотела узнать сегодняшнюю температуру, и пойдёт ли, наконец, дождь, забрав с собой накопившуюся в воздухе влажность, и…</p>
    <p>— …вчерашнее разрушение Нейтринной обсерватории Садбери, — произнесла Женщина-Скунс; Мэри никогда не могла вспомнить её фамилию, но узнавала по нелепой светлой пряди на её темноволосой голове. — Подробностей известно пока немного, но в обсерватории, которая находится на глубине более чем двух километров, по-видимому, произошла серьёзная авария примерно в 15:30. Пострадавших нет, но лаборатория стоимостью 73 миллиона долларов в данный момент закрыта. Детектор, попавший в заголовки мировых новостей в прошлом году после разрешения так называемой «загадки солнечных нейтрино», испытывает на прочность тайны Вселенной. Он был торжественно открыт в 1998; на церемонии открытия присутствовал знаменитый физик Стивен Хокинг. — Лицо Женщины-Скунса сменилось архивными кадрами с Хокингом в инвалидном кресле, спускающимся вниз в шахтёрской клети.</p>
    <p>— Кстати, о тайнах. Из больницы Садбери поступили сообщения о том, что в шахте был обнаружен живой неандерталец. С подробностями из Садбери Дон Райт. Дон?</p>
    <p>Мэри в абсолютном изумлении смотрела, как журналист-индеец сообщает подробности. У парня, которого они показывали, действительно были надбровные дуги, и…</p>
    <p>Боже, череп, мелькнувший на рентгеновском снимке, который чья-то рука прижимала к оконному стеклу.</p>
    <p>Он действительно выглядел как неандертальский, но…</p>
    <p>Но как это может быть? Как это вообще возможно? И ведь этот парень явно не дикарь, вон какая модная причёска. Мэри смотрела «Кейбл-Плюс 24» довольно регулярно; она знала, что там иногда показывают репортажи, которые на поверку оказываются слегка замаскированной рекламой нового фильма, однако…</p>
    <p>Но Мэри была подписана на посвящённый гоминидам лист рассылки и участвовала в тамошних обсуждениях достаточно часто, чтобы быть уверенной: она не могла не слышать о снимающемся здесь, в Онтарио, фильме про неандертальцев.</p>
    <p>Садбери… Она никогда не бывала в Садбери, и…</p>
    <p id="id104445__msoanchor_9">И, чёрт возьми, да, ей сейчас пойдёт на пользу на какое-то время уехать куда-нибудь к чёрту на кулички. Она нажала на автоответчике кнопку просмотра номеров; первым высветился номер с кодом региона 705. Она ткнула в кнопку вызова и устроилась на своём любимом «троне Мортисии»<a l:href="#id20150414092305_8">[8]</a>, плетёном кресле с высокой спинкой. После трёх гудков ответил голос, который она только что слышала.</p>
    <p>— Монтего.</p>
    <p>— Доктор Монтего, это Мэри Воган.</p>
    <p>— Профессор Воган! Спасибо, что перезвонили. У нас тут…</p>
    <p>— Доктор Монтего, видите ли… вы не представляете себе, какой у меня тут сейчас завал. Если это шутка или какая-то…</p>
    <p>— Это не шутка, профессор, но мы не хотим пока Понтера никуда отправлять. Вы не могли бы приехать в Садбери?</p>
    <p>— Вы абсолютно уверены, что это что-то настоящее?</p>
    <p>— Я не знаю; это мы и хотели узнать от вас. Я ещё пытаюсь разыскать Норманна Тьерри из UCLA, но в Калифорнии нет и восьми утра…</p>
    <p>Чёрт, не хотелось бы, чтобы это досталось Тьерри; если всё это взаправду — хотя, чёрт возьми, как такое может быть? — то шум поднимется до небес.</p>
    <p>— Почему вы хотите, чтобы я приехала?</p>
    <p>— Я хочу, чтобы вы собственноручно взяли образцы ДНК; я хочу, чтобы не было никаких вопросов по поводу их происхождения и подлинности.</p>
    <p>— Отсюда до Садбери… я даже не знаю, не меньше четырёх часов на машине.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_10">— Не беспокойтесь на этот счёт, — сказал Монтего. — В Пирсоне<a l:href="#id20150414092305_9">[9]</a> со вчерашнего вечера стоит принадлежащий компании самолёт, на случай, если вы перезвоните. Так что садитесь на такси и езжайте в аэропорт, будете у нас ещё до полудня. И не беспокойтесь о расходах, «Инко» всё возместит.</p>
    <p>Мэри осмотрела свою квартиру: белые стеллажи для книг, плетёная мебель, её коллекция фигурок от «Ройал Даултон», репродукции Ренуара в рамках. Она могла бы заехать в университет на распределение первокурсников, а потом…</p>
    <p>Нет. Нет, она не хочет туда возвращаться. Ещё нет, не сегодня — может быть, до самого сентября, когда она должна будет снова выйти на работу.</p>
    <p>Но ей нужны первокурсники. И сегодня как раз день, когда их распределяют по профессорам. И она могла бы оставить машину на парковке DD и подойти к Фаркуарсон-билдинг с совершенно другого направления, даже близко не подходя к месту, где…</p>
    <p>Где…</p>
    <p>Она закрыла глаза.</p>
    <p>— Мне надо заехать в университет по одному делу, но потом… да, договорились, я приеду.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 11</p>
    </title>
    <p>Оставалось двадцать четыре дня до того, как Двое в следующий раз станут Одним, этого сказочного четырёхдневного праздника, которого Адекор с нетерпением ждал каждый месяц. Но вопреки правилам приличия он не мог ждать так долго для встречи с той, кого хотел попросить говорить от его имени на <emphasis>доосларм басадларм</emphasis>. Он мог поговорить с ней по голосовому коммуникатору, но когда общаешься одними словами, без жестов и феромонов, так многое теряется. Нет, это дело слишком деликатное; ему придётся посетить Центр.</p>
    <p>Адекор воспользовался компаньоном, чтобы вызвать транспортный куб с водителем. Община владела примерно тремя тысячами машин; ему не придётся ждать долго, пока до него дойдёт очередь.</p>
    <p>Компаньон обратился к нему.</p>
    <p>— Ты же помнишь, что сейчас Последние Пять?</p>
    <p><emphasis>Хрящ!</emphasis> Он и забыл об этом. В это время эффект сильнее всего. Он лишь дважды бывал в Центре во время Последних Пяти; он знал тех, кто этого не делал вообще никогда, и дразнил их, рассказывая, как едва ушёл живым. </p>
    <p>Тем не менее будет нелишним окунуться лишний раз в бассейн и смыть с себя собственные феромоны.</p>
    <p>Сказано — сделано.</p>
    <p>Потом он просушился шнуром и оделся в тёмно-коричневую рубаху и светло-коричневые штаны. Только он успел закончить, как рядом с домом на землю опустился транспортный куб. Пабо, всё ещё ожидающая Понтера, выскочила из дома посмотреть, кто явился. Следом за ней чинно вышел Адекор.</p>
    <p>Куб был последней модели, почти полностью прозрачный, с двумя моторами под днищем и сиденьями в четырёх углах; одно из них занимал водитель. Адекор влез в куб и устроился на мягком седлокресле рядом с водителем.</p>
    <p>— Едете в Центр? — спросил водитель, сто сорок третий с залысиной, тянущейся вдоль всей головы.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Знаете, что сейчас Последние Пять?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>Водитель хихикнул.</p>
    <p>— Учтите, ждать я вас там не буду.</p>
    <p>— Я в курсе, — сказал Адекор. — Поехали.</p>
    <p>Водитель кивнул и запустил мотор. У куба была хорошая звукоизоляция: Адекор едва различал шум винтов. Он поудобнее устроился на сиденье. Они обогнали пару других кубов, каждый — с пассажиром-мужчиной. Адекор подумал, что водители, наверное, чувствуют себя весьма полезными. Раньше он никогда не управлял транспортным кубом, но может быть, <emphasis>эта</emphasis> работа пришлась бы ему по душе?</p>
    <p>— Каков ваш вклад? — спросил водитель, просто чтобы завязать разговор.</p>
    <p>Адекор продолжал смотреть сквозь стену куба на окружающий пейзаж.</p>
    <p>— Я физик, — ответил он.</p>
    <p>— Здесь? — удивился водитель.</p>
    <p>— У нас лаборатория под землёй, в выработанной шахте.</p>
    <p>— Ах, да, — ответил водитель. — Что-то слышал. Новомодные компьютеры, да?</p>
    <p>Наверху пролетел гусь; его белоснежные щёки резко контрастировали с чёрной головой и шеей. Адекор проследил за ним взглядом.</p>
    <p>— Точно.</p>
    <p>— И как продвигается?</p>
    <p>Обвинение в убийстве меняет твой взгляд буквально на всё, осознал Адекор. При обычных обстоятельствах он просто ответил бы «Нормально», не вдаваясь в подробности произошедшего несчастья. Однако в какой-то момент могут задать вопросы и водителю. «Да, арбитр, я вёз Адекора Халда, и когда я спросил его, как идут дела с его компьютерным проектом, он сказал “нормально”. Понтер Боддет погиб, но он не выказал по этому поводу никакого сожаления.»</p>
    <p>Адекор сделал глубокий вдох, потом ответил, взвешивая каждое слово:</p>
    <p>— Вчера у нас был несчастный случай. Мой партнёр погиб.</p>
    <p>— Ох, — сказал водитель. — Очень печально это слышать.</p>
    <p>Местность, через которую они двигались, была скучна и невыразительна: древние гранитные обнажения и низкий кустарник.</p>
    <p>— Мне тоже, — ответил Адекор.</p>
    <p>Они продолжили путь в молчании.</p>
    <p>Конечно, его не могли признать виновным в убийстве; арбитр наверняка постановит, что коль скоро нет тела, то нет доказательств того, что Понтер мёртв, не говоря уж о том, что он пал от его руки.</p>
    <p>Но если…</p>
    <p>Если его всё-таки осудят за убийство, то…</p>
    <p>То что? Разумеется, у него отнимут всю его собственность, которую отдадут партнёрше Понтера и его детям, но… но нет, нет, Класт ведь умерла двадцать месяцев назад.</p>
    <p>Помимо конфискации имущества, что ещё?</p>
    <p>Конечно… конечно, не <emphasis>это</emphasis>.</p>
    <p>Но с другой стороны, а какое ещё наказание может быть за убийство? Оно казалось бесчеловечным, но в случае необходимости к нему прибегают с самого первого поколения.</p>
    <p>Конечно, он беспокоится попусту. Даклар Болбай, очевидно, скорбит по Понтеру, ведь Понтер — партнёр Класт, которая была партнёршей Болбай; и он, и она были связаны с Класт, и её смерть потрясла Болбай не меньше, чем Понтера. А теперь она потеряла и Понтера тоже. Да, Адекору теперь было ясно, что двойная потеря на время вывела её из душевного равновесия. Нет сомнений, что через день или два Болбай придёт в себя, отзовёт обвинение против Адекора и извинится.</p>
    <p>И Адекор, конечно, примет её извинения; а что ещё ему остаётся.</p>
    <p>Но если она <emphasis>не отзовёт</emphasis> иск? Если Адекор пройдёт через этот смехотворный процесс и предстанет перед трибуналом? Что тогда? Ну, тога ему придётся…</p>
    <p>Водитель снова заговорил, прервав размышления Адекора.</p>
    <p>— Мы почти в Центре. Вы знаете точный адрес?</p>
    <p>— Северная сторона, площадь Мелбон.</p>
    <p>Адекор увидел, как голова водителя наклонилась и выпрямилась в знак подтверждения.</p>
    <p>Они и правда уже въезжали в Центр; открытые пространства уступали место рощам осин и берёз и группам зданий, построенных из культивированных деревьев и серого кирпича. Был почти полдень, и утренние облака исчезли без следа.</p>
    <p>По мере их продвижения Адекор заметил сначала одну женщину, потом другую, потом ещё несколько, идущих вдоль дороги. Самые прекрасные существа на свете.</p>
    <p>Одна из них заметила машину и указала другой на Адекора. Появление мужчины в Центре не в дни, когда Двое становятся Одним, не было такой уж редкостью, но в Последние Пять дней месяца на мужчину в Центре обращали внимание.</p>
    <p>Адекор пытался не обращать внимания на направленные на него взгляды женщин; машина тем временем углублялась в город.</p>
    <p>Нет, думал он. Нет, они не признают его виновным. Ведь тела нет!</p>
    <p>И всё же, если они признают…</p>
    <p>Куб летел дальше, неся в себе Адекора, сжавшегося на своём сиденье. Он чувствовал, как сжимается его мошонка, вдавливая содержимое внутрь тела, подальше от грозящей опасности.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 12</p>
    </title>
    <p>Рубен Монтего пришёл в восторг, узнав, что Мэри Воган уже на пути в Садбери. Часть его страстно желала, чтобы она генетически доказала, что Понтер не является неандертальцем, что он обычный заурядный человек. Это вернуло бы ситуации некоторую рациональность; он плохо спал в ту ночь, а наутро обнаружил, что ему было бы гораздо легче проглотить историю про чудака, специально изменившего себя так, чтобы походить на неандертальца, чем про настоящего неандертальца. Возможно, Понтер и правда был членом какого-то странного культа, как Рубен сразу и предположил. Если бы его в детстве заставляли носить специальные шлемы в форме неандертальского черепа, постепенно увеличивая их размер по мере роста, то и его череп приобрёл бы такую форму. А в какой-то момент он, очевидно, перенёс операцию на нижней челюсти, в результате которой она и приобрела свои доисторические очертания…</p>
    <p>Да, так вполне могло бы быть, думал Рубен.</p>
    <p>Ехать прямо в аэропорт смысла пока не было; профессор Воган прибудет только через пару часов. Поэтому Рубен отправился в медицинский центр Сент-Джозеф проведать Понтера.</p>
    <p>Первое, что он заметил, войдя в палату, были тёмные полукружья у Понтера под глазами. Рубен был рад, что на его собственной лице не могут появиться подобные признаки усталости. Его родители, ещё когда они жили в Кингстоне (в том, что на Ямайке, а не в Онтарио, хотя и в этом втором Кингстоне ему довелось немного пожить), никогда не могли определить по его виду, спал он, или полночи читал комиксы.</p>
    <p>Возможно, подумал Рубен, доктору Сингху стоит прописать Понтеру седативное. Даже если он и правда неандерталец, то, что действует на людей, наверняка подействует и на него. Впрочем, если бы решения принимал он, то тоже, вероятно, предпочёл бы перебдеть.</p>
    <p>В любом случае, Понтер сейчас сидел на кровати за принесённым медсестрой поздним завтраком. Он смотрел на поднос так, словно на нём чего-то не хватало. В конце концов он обернул руку белой льняной салфетку и начал есть этой обёрнутой рукой, подцепляя ломтики бекона по одному за раз. Столовыми принадлежностями он воспользовался лишь раз, когда ел яичницу, причём для этой цели он взял ложку, а не вилку.</p>
    <p>Тост он, обнюхав, вернул обратно на поднос. Он также проигнорировал содержимое маленькой упаковки кукурузных хлопьев «Келлог», хотя и с видимым удовольствием возился с замысловатой перфорацией, чтобы открыть пакетик и высыпать хлопья в плошку. Сперва осторожно попробовав, одним глотком осушил маленькую пластиковую чашку апельсинового сока, но отказался и от кофе, и от четвертьлитровой упаковки молока пониженной жирности.</p>
    <p>Рубен пошёл в ванную, чтобы набрать ему чашку воды из-под крана — и застыл на пороге.</p>
    <p>Понтер на самом деле был откуда-то не отсюда. В этом не осталось сомнений. О, не смыть за собой унитаз — это не так уж необычно, но…</p>
    <p>Но Понтер не только не смыл — он ещё и подтёрся лентой с надписью «Продезинфицировано для вашей защиты» вместо висящей тут же туалетной бумаги. Никто, даже житель самой отсталой страны третьего мира не сделает такой ошибки. А ведь Понтер явно был из технически развитого общества; об этом свидетельствовал загадочный имплант у него на левом запястье.</p>
    <p>Ладно, подумал Рубен, лучший способ побольше узнать об этом человеке — поговорить с ним. Он определённо не может — или не хочет — говорить по-английски, но, как говаривала бабушка Рубена, есть шестьдесят и девять способов освежевать кошку.</p>
    <p>— Понтер, — сказал Рубен, произнеся единственное слово, которое выучил прошлым вечером.</p>
    <p>Пришелец довольно долго молчал, его голова булла немного наклонена в сторону. Потом он кивнул, будто соглашаясь с кем-то, но не с Рубеном.</p>
    <p>— Рубен, — произнёс он.</p>
    <p>Рубен улыбнулся.</p>
    <p>— Правильно. Меня зовут Рубен. — Он говорил очень медленно. — А тебя зовут Понтер.</p>
    <p>— Понтер, <emphasis>ка</emphasis>, — сказал Понтер.</p>
    <p>Рубен указал на имплант на левом запястье Понтера.</p>
    <p>— Что это? — спросил он.</p>
    <p>Понтер поднял левую руку.</p>
    <p>— <emphasis>Пасалаб</emphasis>, — сказал он. Потом произнёс это слово снова, медленно, по слогам, должно быть, догадавшись, что начался урок языка. — <emphasis>Па-са-лаб</emphasis>.</p>
    <p>И тут Рубен осознал свою ошибку: соответствующего английского слова попросту не существовало. Ну, может быть, «имплант», но это слишком общий термин. Он решил попробовать что-нибудь попроще. Он поднял вверх один палец.</p>
    <p>— Один, — сказал он.</p>
    <p><emphasis>— Колб</emphasis>, — отозвался Понтер<emphasis>.</emphasis></p>
    <p>Он показал два пальца, как знак победы.</p>
    <p>— Два.</p>
    <p><emphasis>— Дак</emphasis>, — сказал Понтер. </p>
    <p>Три пальца.</p>
    <p>— Три.</p>
    <p><emphasis>— Нарб.</emphasis></p>
    <p>Четыре пальца.</p>
    <p>— Четыре.</p>
    <p><emphasis>— Дост.</emphasis></p>
    <p>Полная рука, пять растопыренных пальцев.</p>
    <p>— Пять.</p>
    <p><emphasis>— Айм.</emphasis></p>
    <p>Рубен продолжил, добавляя по пальцу уже левой руки, пока не выучил числительные от одного до десяти. Потом попробовал их вразброс, чтобы посмотреть, будет Понтер называть их одинаково, или он их придумывает на ходу. Насколько Рубен мог судить — он и сам не очень хорошо помнил эти незнакомые слова — Понтер в показаниях не путался. Это была не хохма; это был настоящий язык.</p>
    <p>Потом Рубен стал указывать на части тела. Он ткнул пальцем в свою бритую голову.</p>
    <p>— Голова, — сказал он.</p>
    <p>Понтер указал на собственную голову.</p>
    <p>— <emphasis>Кадун</emphasis>.</p>
    <p>Рубен указал на глаз.</p>
    <p>— Глаз.</p>
    <p>И тут Понтер сделал нечто поразительное. Он поднял правую руку ладонью наружу, словно прося Рубена подождать минутку, и потом начал быстро говорить на своём языке, слегка пригнув голову и снова склонив её набок, словно разговаривая с кем-то по невидимому телефону.</p>
    <empty-line/>
    <p>— Душераздирающее зрелище! — сказала Хак Понтеру через кохлеарные импланты.</p>
    <p>— Да ты что! — ответил Понтер. — Мы, знаешь ли, не такие, как ты; информацию в нас нельзя просто <emphasis>записать</emphasis>.</p>
    <p>— Достойно сожаления, — сказал Хак. — Но правда, Понтер, если бы ты с самого начала следил за тем, что они говорят друг другу, то сейчас бы уже знал гораздо больше слов, чем этот куцый список существительных. Я с большой долей достоверности распознала 116 слов их языка и по контексту использования примерно догадываюсь о значении ещё 240.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Понтер с некоторым раздражением, — если ты считаешь, что у тебя получится, лучше, чем у меня…</p>
    <p>— При всём уважении, в деле изучения языка даже у шимпанзе получится лучше, чем у тебя.</p>
    <p>— Ладно, ладно! — сказал Понтер. Он потянулся к запястью и вытянул на компаньоне штырёк, включающий его внешний динамик. — Давай, работай!</p>
    <p>— С удовольствием, — ответила Хак через кохлеарные импланты и переключилась на внешний динамик.</p>
    <empty-line/>
    <p>— Превет, — сказал женский голос. Сердце у Рубена подпрыгнуло. — Эй, я здесь!</p>
    <p>Рубен посмотрел вниз. Голос исходил от странного импланта на левом запястье Понтера.</p>
    <p>— Сказать руке, — произнёс имплант.</p>
    <p>— Гмм, — сказал Рубен. Потом: — Привет.</p>
    <p>— Превет, Рубен, — повторил голос женский голос. — Меня зовут Хак.</p>
    <p>— Хак, — повторил Рубен, слегка качнув головой. — Где вы?</p>
    <p>— Я здесь.</p>
    <p>— Нет, в смысле <emphasis>где</emphasis> вы? Я так понимаю, эта штуковина — что-то вроде сотового телефона — кстати, в больнице ими пользоваться вообще-то нельзя, они могут создавать помехи контрольной аппаратуре. Мы не можем вам перезвонить…</p>
    <p><emphasis>Би-и-ип!</emphasis></p>
    <p>Рубен замолчал. Сигнал исходил от импланта.</p>
    <p>— Учим язык, — сказала Хак. — Следуйте.</p>
    <p>— Учим? Но…</p>
    <p><emphasis>— Следуйте</emphasis>, — повторил Хак. </p>
    <p>— Э-э… да, хорошо. О-кей.</p>
    <p>Внезапно Понтер кивнул, будто услышал что-то неслышное для Рубена. Он указал на дверь палаты.</p>
    <p>— Это? — сказал Рубен. — О, это дверь.</p>
    <p>— Много слова, — сказал Хак.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Дверь, — сказал он. — Дверь.</p>
    <p>Понтер встал и подошёл к двери. Он положил свою огромную ладонь на ручку и, потянув за неё, открыл дверь.</p>
    <p>— Гмм, — сказал Рубен. Потом: — О! Открыть. Открыть.</p>
    <p>Понтер закрыл дверь.</p>
    <p>— Закрыть.</p>
    <p>Понтер несколько раз открыл и закрыл дверь.</p>
    <p>Рубен нахмурился, но потом догадался:</p>
    <p>— Открывает. Понтер открывает дверь. Или закрывает. Открывает. Закрывает. Открывает. Закрывает.</p>
    <p>Понтер подошёл к окну. Он сделал руками жест, будто охватывая его.</p>
    <p>— Окно, — сказал Рубен.</p>
    <p>Он постучал по стеклу.</p>
    <p>— Стекло, — сказал Рубен.</p>
    <p>Понтер распахнул окно, и снова зазвучал женский голос:</p>
    <p>— Я открывает окно.</p>
    <p>— Нет, — поправил Рубен. — Я открываю. Понтер открывает. Я открываю.</p>
    <p>Понтер захлопнул створки.</p>
    <p>— Я закрываю окно, — сказал женский голос.</p>
    <p>— Да! — сказал Рубен. — Всё верно!</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 13</p>
    </title>
    <p>Адекор Халд уже забыл, на что похожи Последние Пять. Он чуял их, чуял всех женщин. Менструация ещё не наступила — осталась самая малость. Её начало, которое совпадёт с новолунием, будет означать окончание Последних Пяти, окончание текущей луны и начало следующей. Но менструация будет у всех; он знал это, ощущая запах витающих в воздухе феромонов.</p>
    <p>Ну, не у всех до единой, конечно. У подростков — девочек из поколения 148 — не будет, равно как у тех женщин поколения 144, у которых наступила менопауза, и также практически у всех представительниц более ранних поколений. И если бы какая-то из женщин была беременна или кормила грудью, у неё бы тоже не было менструации. Но до поколения 149 оставалось ещё много месяцев, а поколение 148 отлучено от груди давным-давно. Также было небольшое количество женщин, которые, обычно не по своей вине, были бесплодны. Но остальные, живущие вместе в Центре, постоянно обоняющие феромоны друг друга, давно синхронизовали свои циклы, и у них у всех вот-вот должен был начаться новый период.</p>
    <p>Адекор прекрасно знал, что эти гормональные изменения делают женщин раздражительными в конце каждого месяца, и что именно поэтому пращуры-мужчины задолго до того, как начался отсчёт поколений, в эти дни собирались и уходили в лес.</p>
    <p>Водитель высадил Адекора возле дома, который он искал — простого прямоугольного строения, наполовину выращенного, наполовину построенного из кирпича и раствора, с солнечными панелями на крыше. Адикор глубоко вдохнул через рот — успокаивающий вдох, минующий носовые синусы и обонятельные рецепторы. Он медленно выпустил воздух и пошёл по узкой тропинке мимо цветочных клумб, травяных газонов, кустов и живописно расставленных камней, заполняющих пространство перед домом. Добравшись до двери, которая оказалась приоткрыта, он громко позвал:</p>
    <p>— Эй! Есть кто дома?</p>
    <p>Мгновение спустя из-за двери появилась Жасмель Кет. Она была высокая, гибкая, и ей только-только исполнилось 250 лун — возраст совершеннолетия. Адекор различал в её лице черты и Понтера, и Класт; Жасмель повезло, что она унаследовала его глаза и её скулы, а не наоборот.</p>
    <p>— Чт… Что… — Жасмель запнулась. Она замолчала, с заметным усилием овладела собой, и заговорила снова: — Что ты тут делаешь?</p>
    <p>— Здравый день, Жасмель, — сказал Адикор. — Давно не виделись.</p>
    <p>— Тебе хватает нахальства заявляться сюда, да ещё в Последние Пять.</p>
    <p>— Я не убивал твоего отца, — сказал Адекор. — Честное слово, не убивал.</p>
    <p>— Но его нет. Если он жив, то где он?</p>
    <p>— Если он мёртв, то где тело? — спросил Адекор.</p>
    <p>— Не знаю. Даклар говорит, что ты избавился от него.</p>
    <p>— Даклар здесь?</p>
    <p>— Нет, она ушла на курсы обмена мастерства.</p>
    <p>— Я могу войти?</p>
    <p>Жасмель взглянула на свой имплант, будто хотела удостовериться, что он по-прежнему функционирует.</p>
    <p>— Ну… думаю, да, — сказала она.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>Она отступила в сторону, и Адекор вошёл в дом. Внутри было прохладно — большое облегчение в летнюю жару. В углу возился домашний робот, поднимая с пола разные мелочи и удаляя с них пыль маленьким пылесосом.</p>
    <p>— Где твоя сестра? — спросил Адекор.</p>
    <p>— <emphasis>Мегамег</emphasis>, — Жасмель произнесла имя сестры с нажимом, словно упрекая Адекора за то, что он, по-видимому, забыл его, — Мегамег играет в <emphasis>барсталк</emphasis> с друзьями. </p>
    <p>Адекор раздумывал, стоит ли ему показать, что он прекрасно осведомлён о жизни Мегамег — ведь Понтер постоянно рассказывал о ней и Жасмель. Будь это просто визит вежливости, он не стал бы развивать эту тему. Но от этого визита многое зависело.</p>
    <p>— Мегамег, — повторил Адекор. — Да, Мегамег Бек. Из 148-го, да? Для своего возраста маловата, но драчлива. Хочет стать хирургом, когда вырастет.</p>
    <p>Жасмель молчала.</p>
    <p>— А ты, — продолжал напирать Адекор, — Жасмель Кет, учишься на историка. Особо интересуешься Эвсоем до начала отсчёта поколений, но тебе также нравится эпоха тридцатых поколений на этом континенте…</p>
    <p>— Хватит, — сказала Жасмель, оборвав его на полуслове.</p>
    <p>— Ваш отец часто о вас рассказывал. Он вас очень любил и гордился вами.</p>
    <p>Жасмель приподняла бровь, явно удивлённая и польщённая.</p>
    <p>— Я его не убивал, — снова сказал Адекор. — Поверь, я тоскую по нему так, что не выразить словами. С того… — Он оборвал себя; он едва не сказал, что со дня исчезновения Понтера Двое ещё не становились Одним, так что у Жасмель ещё не было шанса ощутить его отсутствие. Действительно, при нормальных обстоятельствах она бы и не виделась с отцом в последние три дня, с тех пор, как Двое перестали быть Одним. А вот для Адекора пустота в доме, отсутствие партнёра, который всегда был рядом, было реальностью его жизни каждое мгновение с того момента, как он пропал. Однако глупо спорить о том, чьё горе сильнее; Адекор осознавал, что, как бы он ни любил Понтера, но его дочь Жасмель связана с ним генетически, его плоть и кровь.</p>
    <p>Вероятно, Жасмель подумала о том же самом.</p>
    <p>— Я тоже по нему скучаю. Уже. Я… — Она отвела взгляд. — Я не слишком много времени с ним проводила, когда Двое становились Одним. Понимаешь, тот парень, с которым мы…</p>
    <p>Адекор кивнул. Он не был уверен, что полностью понимает, каково быть отцом молодой женщины. У него самого не было детей поколения 147. Они с Лурт тогда уже образовали пару, но как-то так получилось, что Лурт не смогла забеременеть. Пришлось услышать массу шуток о том, как физик и химичка не смогли одолеть биологию. От поколения 148 у Адекора был сын Даб; он был мал и ещё жил с матерью, но стремился проводить с отцом каждое мгновение во время его ежемесячных визитов.</p>
    <p>Но Адекор слышал и Понтеровы… ну, не сказать, что жалобы; он понимал, что таков естественный порядок вещей. Но всё же у Жасмель оставалось для отца так мало времени, когда Двое становились Одним, и Адекор знал, что Понтера это расстраивало. А теперь, похоже, Жасмель осознавала, что никогда больше не увидит отца, жалела о том времени, которое могла бы провести с ним, понимала, что уже ничего не исправить, не наверстать, что отец уже никогда её не обнимет, что она никогда не услышит его голос, одобрительный или весёлый или просто спрашивающий, как дела.</p>
    <p>Адекор осмотрелся и нашёл себе стул. Он был деревянный, сработанный той же мебельщицей, что и тот, на котором Понтер любил сидеть на их веранде — та женщина была знакомой Класт.</p>
    <p>Жасмель присела на другом краю комнаты. Позади неё робот уборщик тихо исчез, направившись в другую часть дома.</p>
    <p>— Ты знаешь, что будет, если меня признают виновным? — спросил Адекор.</p>
    <p>Жасмель закрыла глаза, вероятно, чтобы не дать взгляду метнуться вниз.</p>
    <p>— Да, — тихо сказала она. Но потом продолжила, будто защищаясь: — Но какая разница? Ты уже оставил потомство, у тебя двое детей.</p>
    <p>— Не двое, — сказал Адекор. — Один, со 148-го.</p>
    <p>— О, — тихо вздохнула Жасмель, видимо, пристыженная тем, что она знала про партнёра отца меньше, чем партнёр отца знал про его дочерей.</p>
    <p>— И, кроме того, речь не только обо мне. Моего сына Даба тоже стерилизуют, и мою сестру Келон — всех, у кого по крайней мере пятьдесят процентов генов моих генов.</p>
    <p>Конечно, сейчас не старые времена; сейчас — эра генетического тестирования. Если бы Келон и Даб смогли показать, что не унаследовали аберрантных генов Адекора, то их могли бы помиловать и не подвергать операции. Но хотя некоторые преступления были результатом какого-то хорошо изученного генетического изъяна, убийство подобных маркеров не имело. К тому же, убийство было преступлением настолько отвратительным, что возможность, даже исчезающее малая, передачи склонности к нему последующим поколениям будет пресекаться всеми возможными средствами.</p>
    <p>— Я сожалею об этом, — сказал Жасмель. — Но…</p>
    <p>— Нет никаких «но», — сказал Адекор. — Я невиновен.</p>
    <p>— Тогда арбитр признает тебя таковым.</p>
    <p>Ах, безыскусность юности, подумал Адекор. Это даже могло показаться милым, если бы речь не шла о нём самом.</p>
    <p>— Это очень необычный случай, — сказал Адекор. — Даже я это признаю. Но нет ни единой причины, которая заставила бы меня убить любимого человека.</p>
    <p>— Даклар говорит, что тебе было тяжело всё время находиться в тени моего отца.</p>
    <p>Адекор почувствовал, как его спина напряглась.</p>
    <p>— Я бы так не сказал.</p>
    <p>— А я бы сказала, — возразила Жасмель. — Мой отец, скажем честно, был умнее тебя. Тебе не нравилось быть на побегушках у гения.</p>
    <p>— Мы делаем вклад, на который способны, — сказал Адекор, цитируя «Кодекс Цивилизации».</p>
    <p>— Истинно так, — сказала Жасмель. — И тебе хотелось, чтобы твой вклад был главнее. Но в вашем проекте вы проверяли идеи Понтера.</p>
    <p>— Это не причина его убивать, — огрызнулся Адекор.</p>
    <p>— Так ли? Моего отца нет, и ты был с ним, когда он пропал.</p>
    <p>— Да, его нет. Его нет, и я… — Адекор чувствовал, как в глазах набухают слёзы, слёзы горечи и отчаяния. — Мне так тоскливо без него. Я говорю с откинутой головой: я этого не делал. Я не мог.</p>
    <p>Жасмель посмотрела на Адекора. Она видела, как раздуваются его ноздри, обоняла его запах, его феромоны.</p>
    <p>— Почему я должна тебе верить? — спросила она, скрещивая руки на груди.</p>
    <p>Адекор нахмурился. Он не скрывал свой скорби; он пытался апеллировать к чувствам. Но у девушки от Понтера были не только глаза, но и ум — острый, аналитический, ставящий во главу угла рационализм и логику.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Адекор, — подумай вот о чём. Если я виновен в гибели твоего отца, будет приговор. Я потеряю не только способность к воспроизводству, но и свой статус и всё, чем владею. Я не смогу продолжить работу: Серый Совет наверняка потребует от осуждённого убийцы более прямого и осязаемого вклада, если ему вообще будет позволено оставаться частью общества.</p>
    <p>— И это правильно, — сказала Жасмель.</p>
    <p>— Ага, но если я <emphasis>не</emphasis> виновен, если <emphasis>никто</emphasis> не виновен, если твой отец просто пропал, потерялся, то ему нужна помощь. Ему нужна <emphasis>моя</emphasis> помощь; я — единственный, кто, возможно, способен… <emphasis>вытащить</emphasis> его. Без меня твой отец пропал навсегда. — Он посмотрел в её золотистые глаза. — Ты не понимаешь? Самым разумным сейчас будет поверить мне: если я лгу, если я убил Понтера — тогда никакое наказание его не вернёт. Но если я говорю правду, если Понтер не убит, то его единственная надежда в том, что я продолжу его искать.</p>
    <p>— Шахту <emphasis>уже</emphasis> обыскали, — сказала Жасмель.</p>
    <p>— Шахту — да, но… — Решится ли он ей сказать? Даже звучащие лишь в его голове, слова казались безумными; он мог представить, каким бредом они покажутся, будучи произнесёнными вслух. — Мы работали с параллельными вселенными, — сказал Адекор. — Возможно — лишь теоретически, конечно, но когда речь идёт о человеке, который так важен для тебя и меня, такой возможностью нельзя пренебрегать — так вот, возможно, что он, так сказать, каким-то образом провалился в одну из этих вселенных. — Он умоляюще посмотрел на неё. — Ты должна знать хоть что-нибудь о работе отца. Даже если ты проводила с ним мало времени, — он видел, как уязвили её эти слова, — он должен был рассказывать тебе о своей работе, о своих теориях.</p>
    <p>Жасмель кивнула.</p>
    <p>— Да, он мне рассказывал.</p>
    <p>— Так вот, есть шанс… вернее, он может появиться. Но сначала мне нужно разобраться с этим дурацким <emphasis>доосларм басадларм</emphasis>; мне нужно вернуться к работе.</p>
    <p>Жасмель долго молчала. Адекор знал по редким спорам с её отцом, что дать ей молча обдумать ситуацию будет эффективнее, чем продолжать уговаривать, но уже не мог остановиться.</p>
    <p>— Пожалуйста, Жасмель. пожалуйста. Это наиболее разумный выбор. Предположи, что я невиновен, и появляется шанс вернуть Понтера. Предположи, что виновен, и он пропал навсегда.</p>
    <p>Жасмель сидела молча ещё некоторое время. Потом спросила:</p>
    <p>— Чего ты от меня хочешь?</p>
    <p>Адекор моргнул.</p>
    <p>— Я… э-э… я думал, это очевидно, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты говорила от моего имени на <emphasis>доосларм бадасларм</emphasis>.</p>
    <p>— Я? — воскликнула Жасмель. — Но ведь это я обвиняю тебя в убийстве!</p>
    <p>Адекор повернул к ней своё левое запястье.</p>
    <p>— Я тщательно изучил документы, которые мне вручили. Мой обвинитель — партнёрша твоей матери, Даклар Болбай, действующая от имени детей твоей матери: тебя и Мегамег Бек.</p>
    <p>— Именно.</p>
    <p>— Но она не может действовать от твоего имени. Тебе уже 250 лун; ты взрослая. Да, ты пока не можешь голосовать — как и я, разумеется — но ты уже сама за себя отвечаешь. Даклар может быть <emphasis>табантом</emphasis> Мегамег, но не твоим.</p>
    <p>Жасмель нахмурилась.</p>
    <p>— Я… я не подумала об этом. Я так привыкла, что Даклар заботится о нас с сестрой…</p>
    <p>— С точки зрения закона ты теперь совершенно независимая личность. И никто лучше не убедит арбитра в том, что я не убивал Понтера, чем его собственная дочь.</p>
    <p>Жасмель закрыла глаза, сделала глубокий вдох и выпустила воздух в долгом, судорожном выдохе.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала она, наконец. — Хорошо. Если есть шанс, хоть какой-нибудь шанс, что папа до сих пор жив, я им воспользуюсь. Я должна. — Она кивнула. — Да, я согласна говорить от твоего имени.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 14</p>
    </title>
    <p>По стенам конференц-зала шахты «Крейгтон» были развешаны планы запутанной сети туннелей и штолен. Посреди длинного деревянного стола лежал кусок никелевой руды. У одной из стен стоял канадский флаг; противоположную стену занимало огромное окно, выходящее на парковку и холмистую местность за ней.</p>
    <p>Во главе стола сидела Бонни Джин Ма — европейского вида женщина с огромной гривой каштановых волос; фамилия досталась ей от мужа-китайца. Она была директором Нейтринной обсерватории Садбери и только что прилетела из Оттавы.</p>
    <p>За длинной стороной стола сидела Луиза Бенуа, высокая красивая сотрудница обсерватории, которая находилась на вахте в пультовой, когда случилась катастрофа. Напротив неё сидел Скотт Нейлор, инженер из компании-производителя акриловой сферы, составлявшей основу нейтринного детектора. Рядом с ним расположился Альберт Шоуаноссовей, главный эксперт «Инко» по механике горных пород.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Бонни Джин. — Последние новости таковы: начато осушение детекторной камеры, чтобы предотвратить ещё большее загрязнение тяжёлой воды. КанАтомЭнерго планирует отделить тяжёлую воду от обычной, а мы, теоретически, можем снова собрать сферу, заполнить её восстановленной тяжёлой водой и снова запустить детектор. — Она оглядела собравшихся в зале людей. — Но мне всё ещё хочется знать, что стало причиной случившегося.</p>
    <p>Нейлор, коренастый лысеющий мужчина, заговорил:</p>
    <p>— Я бы сказал, что сфера, содержащая тяжёлую воду, была разорвана внутренним давлением.</p>
    <p>— Оно могло быть создано оказавшимся внутри человеком? — спросила Бонни Джин.</p>
    <p>Нейлор покачал головой.</p>
    <p>— Сфера вмещает 1100 тонн тяжёлой воды; добавьте человека весом в сотню килограмм — одна десятая тонны — и вы увеличите эту массу на одну десятитысячную. Плотность человека примерно такая же, как плотность воды, так что объём также увеличится на одну десятитысячную. Акриловая сфера легко такое выдержит.</p>
    <p>— Значит, внутри сферы должно было произойти что-то вроде взрыва, — сказал Шоуаноссовей, черноволосый индеец-оджибве лет пятидесяти.</p>
    <p>Нейлор покачал головой.</p>
    <p>— Мы сделали анализ образцов воды из детекторной камеры. Никаких следов взрывчатых веществ — а таких, которые способны взрываться, будучи пропитанными водой, вообще-то не так много.</p>
    <p>— Тогда что? — спросила Бонни Джин. — Мог это быть, я не знаю, прорыв магмы или что-то такое, отчего вода закипела?</p>
    <p>Шоуаноссовей покачал головой.</p>
    <p>— За температурой на обсерватории, да и на всей шахте, тщательно следят. Никаких изменений не зафиксировано. В каверне обсерватории она постоянно держалась на нормальном уровне в 105 градусов — это по Фаренгейту, по Цельсию сорок один. Жарко, но до точки кипения очень далеко. Помните также, что шахта находится в миле с четвертью под землёй; атмосферное давление там около 1300 миллибар, то есть на 30% больше, чем на поверхности. А при повышенном давлении температура кипения, разумеется, увеличивается, а не уменьшается.</p>
    <p>— А что насчёт другой крайности? — спросила Бонни Джин. — Может, тяжёлая вода замёрзла?</p>
    <p>— Она действительно расширяется при замерзании, как и обычная вода, — сказал Нейлор. Он нахмурился. — Да, это разорвало бы сферу. Но тяжёлая вода замерзает при 3,82 градусах Цельсия. На такой глубине не может быть настолько холодно.</p>
    <p>Луиза Бенуа присоединилась к разговору.</p>
    <p>— Что если в сферу попал не один человек? Как много материала можно в неё добавить, прежде чем она лопнет?</p>
    <p>Нейлор на секунду задумался.</p>
    <p>— Точно не скажу; мы никогда не делали таких расчетов. Мы всегда знали совершенно точно, сколько именно тяжёлой воды КАЭ собирается нам одолжить. — Он задумался. — Ну… не знаю, может быть, 10 процентов. Сотня кубометров или около того.</p>
    <p>— Сколько это? — спросила Луиза. Она оглядела конференц-зал. — Эта комната в длину метров шесть, так ведь?</p>
    <p>— Двадцать футов? — сказал Нейлор. — Да, примерно столько.</p>
    <p>— И здесь десятифутовый потолок — это около трёх метров, — продолжала Луиза. — То есть, потребовалось бы добавить примерно объём этой комнаты.</p>
    <p>— Более-менее.</p>
    <p>— Это смешно, Луиза, — сказала Бонни Джин. — Вы нашли там только одного человека.</p>
    <p>Луиза кивнула, соглашаясь, но потом подняла свои изогнутые брови.</p>
    <p>— А как насчёт <emphasis>воздуха</emphasis>? Что будет, если в сферу закачать сотню кубометров воздуха?</p>
    <p>Нейлор кивнул.</p>
    <p>— Я думал об этом. Думал, может быть, в сферу попал пузырь газа, хотя не представляю себе, как он мог проникнуть внутрь. Образцы воды, которые мы взяли, демонстрируют некоторую аэрацию, но…</p>
    <p>— Но что? — спросила Луиза.</p>
    <p>— Ну, вода действительно была насыщена газом — азот, кислород, немного CO<sub>2</sub>, а также немного габброидной каменной пыли и пыльцы. Другими словами, обычный шахтный воздух.</p>
    <p>— В таком случае, он не мог исходить из помещений нейтринной обсерватории, — заметила Бонни Джин.</p>
    <p>— Точно так, мэм, — сказал Нейлор. — Воздух в обсерватории очищенный; в нём отсутствует каменная пыль и другие загрязнители.</p>
    <p>— Но единственная часть шахты, которая соединяется с детекторной камерой — это помещения обсерватории, — сказала Луиза.</p>
    <p>Нейлор и Шоуаноссовей кивнули.</p>
    <p>— О’кей, о’кей, — сказала Бонни Джин, складывая руки перед собой и сплетая пальцы. — Что мы имеем? Объём содержащегося в сфере материала увеличился, как мы думаем, на 10 процентов или больше. Это могло быть вызвано впуском сотни кубометров неочищенного воздуха — хотя, если только воздух не закачивали феноменально быстро, его бы сжало давлением воды, не так ли? И, в любом случае, мы понятия не имеем, откуда этот воздух взялся — определённо не из обсерватории — или как он попал внутрь сферы. Всё верно?</p>
    <p>— Всё примерно так и есть, мэм, — сказал Шоуаноссовей.</p>
    <p>— И этот человек — мы тоже не знаем, как он попал в сферу? — спросила Бонни Джин.</p>
    <p>— Нет, — ответила Луиза. — Технический люк, отделяющий заполненное тяжёлой водой внутренней пространство от обычной воды снаружи остался задраенным даже после того, как сфера лопнула.</p>
    <p>— Ладно, — сказала Бонни Джин, — мы знаем, как этот… этот неандерталец, как они его называют — вообще попал внутрь шахты?</p>
    <p>Шоуаноссовей единственный из присутствующих работал непосредственно на «Инко». Он развёл руками.</p>
    <p>— Служба безопасности шахты просмотрела записи со всех камер слежения и журналы доступа за предшествующие инциденту сорок восемь часов, — сказал он. — Каприни — это шеф нашей охраны — клянётся, что когда найдёт того, кто пустил этого парня внутрь, полетят головы. Ещё худшие кары он обещает тем, кто его покрывает.</p>
    <p>— Что, если никто не врёт? — спросила Луиза.</p>
    <p>— Это просто невозможно, мисс Бенуа, — сказал Шоуаноссовей. — Никто не может проникнуть в обсерваторию незамеченным.</p>
    <p>— Только если он пользуется подъёмником, — ответила Луиза. — Но что, если он пришёл другим путём?</p>
    <p>— Думаете, он два километра спускался по вентиляционной шахте? — Шоуаноссовей сердито нахмурился. — Даже если бы он и правда это сделал — а для такого нужны стальные нервы — то камеры слежения всё равно бы его заметили.</p>
    <p>— Я к этому и веду, — сказала Луиза. — Очевидно, он не спускался в шахту. Как сказала профессор Ма, его называют неандертальцем. Но это неандерталец с каким-то высокотехнологичным имплантом, вживлённым в запястье — я сама его видела.</p>
    <p>— И что? — спросила Бонни Джин.</p>
    <p>— Ну пожалуйста! — воскликнула Луиза. — Вы все наверняка думаете о том же самом, что и я. Он не пользовался подъёмником. Он не лез через вентиляцию. Он просто <emphasis>появился</emphasis> внутри сферы — он, и некое количество воздуха объёмом с эту комнату.</p>
    <p>Нейлор просвистел начальные ноты музыкальной темы из «Стартрека».</p>
    <p>Все рассмеялись.</p>
    <p>— Да ладно, — сказала Бонни Джин. — Согласна, ситуация малость безумная, и искушение дать ей такое же безумное объяснение велико. Но давайте оставаться на твёрдой земле.</p>
    <p>Шоуаноссовей тоже умел свистеть. Он изобразил тему из «Сумеречной зоны».</p>
    <p>— Прекратите! — рявкнула на него Бонни Джин.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 15</p>
    </title>
    <p>Мэри Воган была единственным пассажиром принадлежащего «Инко» самолёта марки «Лирджет», выполняющего рейс Торонто — Садбери. Садясь в самолёт, она заметила на его тёмно-зелёном боку надпись «Никелец-огурец».</p>
    <p>Мэри воспользовалась коротким перелётом, чтобы просмотреть на портативном компьютере материалы по своим прошлым исследованиям; со времён публикации в «Сайенс» её исследований неандертальской ДНК прошло много лет. Читая свои записки, она наматывала на палец золотую цепочку от маленького крестика, который она всегда носила на шее.</p>
    <p>В 1994 Мэри сделала себе имя, когда сумела извлечь генетический материал из тридцатитысячелетнего медведя, найденного в юконской вечной мерзлоте. Поэтому когда двумя годами позже в <emphasis>Rheinisches Amt für Bodendenkmalpflege</emphasis> — германском ведомстве, ответственном за археологические раскопки на территории Рейнланда — решили, что пришло время посмотреть, нельзя ли извлечь ДНК из самой знаменитой окаменелости всех времён, <emphasis>того самого</emphasis> человека неандертальского, они позвонили Мэри. Она колебалась: образец был обезвожен, никогда не замораживался, и — оценки разнились — ему было около 100000 лет, втрое старше медведя. Однако устоять было невозможно. В июне 1996 она прилетела в Бонн и явилась в <emphasis>Rheinisches Landesmuseum</emphasis>, где хранилась находка.</p>
    <p>Наиболее известная её часть — верхняя часть черепа с надбровными дугами — выставлялась, остальные кости хранились в стальной ящике, запертом в стальном шкафу, стоящем в стальном сейфе размером с комнату. Мэри вошла в сейф в сопровождении местного препаратора костей по имени Ганс. Они надели защитные пластиковые комбинезоны и медицинские маски; были предприняты все меры предосторожности для того, чтобы избежать загрязнения древних костей современной ДНК. Конечно, нашедшие кости археологи без сомнения их загрязнили, но за минувшие с тех пор полтораста лет их незащищённая ДНК на поверхности костей полностью распалась.</p>
    <p>Мэри могла взять лишь малюсенький кусочек кости; туринские священники стерегут свою плащаницу столь же ревностно. Тем не менее, это оказалось чрезвычайно трудно и для неё, и для Ганса — они словно оскверняли величайшее произведение искусства. Мэри обнаружила, что утирает слёзы, наблюдая, как Ганс ювелирной пилой отрезает полукруглый фрагмент толщиной всего сантиметр и весом три грамма от правой плечевой кости, сохранившейся лучше других.</p>
    <p>К счастью, твёрдый карбонат кальция в наружных слоях кости должен был защитить и сохранить исходную ДНК внутри неё. Мэри привезла образец в свою лабораторию в Торонто и высверлила из него крошечные образцы.</p>
    <p>Потребовалось пять месяцев кропотливой работы, чтобы извлечь 379-нуклеотидную последовательность из контрольного участка неандертальской митохондриальной ДНК. Мэри воспользовалась полимеразной цепной реакцией, чтобы создать миллионы копий восстановленной ДНК, а потом тщательно секвенировала её. Потом она проверила соответствующий участок митохондриальной ДНК 1600 современных людей: канадских индейцев, полинезийцев, австралийцев, африканцев, азиатов и европейцев. У каждого из этих 1600 людей по крайней мере 371 из 379 нуклеотидов были одинаковы; максимальное отклонение равнялось всего восьми нуклеотидам.</p>
    <p>Но в ДНК неандертальца в среднем лишь 352 нуклеотида совпадало с современными образцами; отклонение в целых двадцать семь нуклеотидов. Мэри заключила, что её вид людей и неандертальцы должны были разойтись в развитии где-то между 550000 и 690000 лет назад, чтобы их ДНК оказалась настолько различной. Общий же предок всех современных людей жил, вероятно, между 150000 и 200000 лет назад. Хотя разделение линий людей и неандертальцев произошло гораздо позже, чем разделение рода Homo и его ближайших родственников, шимпанзе и бонобо, имевшее место от пяти до восьми миллионов лет назад, это всё же было достаточно давно, чтобы Мэри посчитала неандертальцев совершенно отдельным от современных людей видом, а не просто подвидом: Homo neanderthalensis, а не Homo sapiens neanderthalensis.</p>
    <p>Многие не согласились. Милфорд Уолпофф из Мичиганского университета был уверен, что неандертальские гены были полностью включены в генофонд современных европейцев; любой образец, демонстрирующий что-то иное, он считал нехарактерной последовательностью или неверной интерпретацией.</p>
    <p>Но многие палеоантропологии согласились с выводами Мэри, хотя каждый — и она сама в том числе — оговорился, что для подтверждения нужно провести дополнительные исследования… если только появится другой источник неандертальской ДНК.</p>
    <p>И сейчас, возможно — лишь возможно — такой источник был найден. Этот неандерталец никак не может быть настоящим, думала Мэри, но если он всё же настоящий…</p>
    <p>Мэри закрыла компьютер и посмотрела в иллюминатор. Под ней простирался пейзаж Северного Онтарио, усыпанный обнажениями скал Канадского щита и утыканный осинами и берёзами. Самолёт начал снижение.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Рубен Монтего понятия не имел, как выглядит Мэри Воган, но, поскольку на самолёте «Инко» не было других пассажиров, он опознал её без труда. Это оказалась белая женщина под сорок с волосами медового цвета, темнеющими у корней. В ней было, наверное, фунтов десять лишнего веса, а когда она подошла ближе, Рубен ясно увидел, что она мало спала в эту ночь.</p>
    <p>— Профессор Воган, — сказал Рубен, протягивая руку. — Я Рубен Монтего, врач с шахты «Крейгтон». Спасибо, что приехали. — Он указал на молодую женщину, с которой приехал в аэропорт. — Это Джиллиан Риччи, пресс-секретарь «Инко»; она о вас позаботится.</p>
    <p>Рубену показалось, что Мэри была очень обрадована тем, что её будет сопровождать молодая привлекательная женщина; возможно, профессор была лесбиянкой. Он потянулся за чемоданчиком, который Мэри держала в руках.</p>
    <p>— Позвольте вам помочь.</p>
    <p>Мэри отдала ему чемодан, но держалась рядом с Джиллиан, а не Рубеном, когда они шли под летним солнцем через посадочное поле. Рубен и Джиллиан были в солнцезащитных очках; Мэри же щурилась от яркого света — очевидно, она очки с собой не захватила.</p>
    <p>Когда они подошли к тёмно-красному «форду-эксплореру» Рубена, и Джиллиан начала садиться на заднее сиденье, вежливо уступив переднее гостье, Мэри остановила её.</p>
    <p>— Нет-нет, лучше я там сяду, — сказала она. — Я… мне надо вытянуть ноги.</p>
    <p>Её странное заявление на мгновение повисло в воздухе, потом Джиллиан слегка пожала плечами и пошла к передней двери.</p>
    <p>Они поехали прямиком в медицинский центр Сент-Джозеф, который находился на Парижской улице, прямо за зданием Музея Севера в форме снежинки. По дороге Рубен вкратце рассказал о происшествии в обсерватории и о странном человеке, которого там нашли.</p>
    <p>Когда они въезжали на больничную парковку, Рубен заметил три фургончика местных телестанций. Больничная охрана, разумеется, не пускает журналистов к Понтеру, но так же очевидно, что журналисты держат эту историю под неусыпным наблюдением.</p>
    <p>Когда они вошли в палату 3-G, Понтер смотрел в окно, обратив к ним свою широкую спину. Он махал кому-то — и Рубен сообразил, что с улицы его, должно быть, снимают телекамеры. Знаменитость, идущая на контакт, подумал он. Журналисты будут от парня без ума.</p>
    <p>Рубен вежливо кашлянул, и Понтер обернулся. На фоне дневного света, льющегося из окна, его всё ещё было трудно разглядеть. Но когда он шагнул вперёд, Рубен с удовлетворением проследил, как у Мэри от первого же брошенного на неандертальца взгляда отвисла челюсть. Она говорила, что мельком видела Понтера по телевизору, но это, похоже, никак не подготовило её к встрече с реальностью.</p>
    <p>— Вот тебе и Карлтон Кун, — сказала Мэри, по-видимому, придя в себя.</p>
    <p>— Что вы сказали? — резко обернулся к ней Рубен.</p>
    <p>Мэри сначала опешила, потом смешалась.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_11">— О, нет, простите<a l:href="#id20150414092305_10">[10]</a>. Карлтон Кун, американский антрополог. Он утверждал, что если неандертальца одеть в костюм от «Брукс Бразерс», то он легко сойдёт за обычного человека.</p>
    <p>— Ах, — сказал Рубен и кивнул. Потом сказал: — Доктор Воган, позвольте представить вам Понтера.</p>
    <p>— Здравствуйте, — донёсся женский голос из импланта на запястье.</p>
    <p>Рубен увидел, как глаза Мэри удивлённо расширились.</p>
    <p>— Да, — сказал он, кивнув. — Эта штука у него на руке разговаривает.</p>
    <p>— Что это такое? — спросила Мэри. — Говорящие часы?</p>
    <p>— Нечто гораздо большее.</p>
    <p>Мери наклонилась, чтобы рассмотреть поближе.</p>
    <p>— Я не узнаю этих цифр, если это цифры, — сказала она. — И… вам не кажется, что они сменяются слишком быстро?</p>
    <p>— У вас верный глаз, — сказал Рубен. — Да, так и есть. Используются десять различных цифр, хотя я таких значков никогда не видел. И я засекал время — они сменяются каждые 0,86 секунд, что, если посчитать, оказывается в точности одной стотысячной частью суток. Другими словами, это десятичная система отсчёта времени, основанная на продолжительности земных суток. И, как вы можете видеть, это весьма продвинутый прибор. Дисплей не жидкокристаллический; я не знаю, какой именно, но изображение на нём чётко видно под любым углом и при любом освещении.</p>
    <p>— Меня зовут Хак, — произнёс имплант на левом запястье странного человека. — Я — компаньон Понтера.</p>
    <p>— Ах, — сказала Мэри, выпрямляясь. — Э-э… рада познакомиться.</p>
    <p>Понтер произвёл серию низких звуков, которые Мэри не смогла разобрать.</p>
    <p>— Понтер тоже рад, — сказал имплант.</p>
    <p>— Мы провели утро за изучением языка, — сказал Рубен Мэри. — Как видите, мы довольно далеко продвинулись.</p>
    <p>— Да уж, — потрясённо сказала Мэри.</p>
    <p>— Хак, Понтер, — сказал Рубен. — Это Джиллиан.</p>
    <p>— Зравствуйте, — сказал Хак. Понтер кивнул в знак согласия.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказала Джиллиан, пытаясь, как показалось Рубену, выглядеть невозмутимой.</p>
    <p>— Хак — это… в общем, я думаю, термин «компьютер» здесь подойдёт. Говорящий портативный компьютер. — Рубен улыбнулся. — Моему «палм-пилоту» даёт сто очков форы.</p>
    <p>— Кто… кто-нибудь производит устройства вроде этого? — спросила Джиллиан.</p>
    <p>— Насколько я знаю, нет, — ответил Рубен. — Но у неё — Хак, я имею в виду, — у неё отличная память. Услышит слово раз, и уже не забудет.</p>
    <p>— А этот человек, Понтер, он правда не говорит по-английски? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Не говорит, — подтвердил Рубен.</p>
    <p>— Невероятно, — сказала Мэри. — Невероятно.</p>
    <p>Имплант Понтера пискнул.</p>
    <p>— Невероятно, — повторил Рубен, поворачиваясь к Понтеру. — Означает нечто, во что невозможно поверить, — имплант снова пискнул, — не являющееся правдой. — Он обернулся к Мэри. — Мы определили концепции «правды» и «неправды» с помощью простых арифметических действий, но, как видите, нам есть, над чем поработать. Например, хотя для Хак, с её идеальной памятью, гораздо легче выучить английский, чем для нас — неандертальский, но ни она, ни Понтер не способны произнести звук «и».</p>
    <p>— Правда? — внезапно оживилась Мэри. Её это всерьёз заинтересовало, подумал про себя Рубен. Он кивнул.</p>
    <p>— Вас зовут Мере, — сказала Хак, иллюстрируя явление. — Её зовут Джеллеан.</p>
    <p>— Это… это потрясающе, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Да? — удивился Рубен. — Почему?</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох.</p>
    <p>— Много лет идут споры о том, могли ли неандертальцы говорить, и если могли, то какого рода звуки они могли производить.</p>
    <p>— И какие же? — сказал Рубен.</p>
    <p>— Некоторые лингвисты полагали, что неандертальцы были неспособны произносить звук «и», потому что у них ротовая полость глубже, чем у нас.</p>
    <p>— То есть он всё-таки неандерталец! — подытожил Рубен.</p>
    <p>Мэри снова сделала вдох, потом медленно выдохнула.</p>
    <p>— Я как раз и приехала, чтобы это выяснить, не так ли?</p>
    <p>Она поставила на стол свою сумку и открыла её. Из сумки она достала пару латексных перчаток и натянула их на руки. Потом открыла пластиковую упаковку ватных палочек и достала одну.</p>
    <p>— Мне нужно, чтобы он открыл рот, — сказала Мэри.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Это легко. — Он повернулся к Понтеру. — Понтер открывать рот.</p>
    <p>Была секундная задержка — как Рубен уже выяснил, Хак могла переводить для Понтера так, чтобы никто её не слышал. Понтер вскинул свою сросшуюся светловолосую бровь на надбровную дугу — очень непривычное зрелище — словно был удивлён просьбой, но сделал то, что просили.</p>
    <p>Рубен был поражён. В школе у него был друг, который мог засунуть в рот кулак. Однако у Понтера ротовая полость уходила так далеко назад и была настолько объёмна, что там, должно быть, поместился бы не только кулак, но и запястье, и часть предплечья.</p>
    <p>Мэри осторожно протянула руку и провела ватной палочкой по внутренней стороне длинной скошенной щеки.</p>
    <p>— Во рту клетки легко отслаиваются, — объяснила она, должно быть, заметив озадаченное выражение на лице Джиллиан. — Это самый простой способ взять образец ДНК. — Она вынула ватную палочку у Понтера изо рта и немедленно поместила её в стерильный контейнер, который запечатала и надписала. — Ну вот, это всё, что мне нужно, — сказала она.</p>
    <p>Рубен посмотрел на Джиллиан, потом на Мэри.</p>
    <p>— Здорово, — сказал он. — А когда мы узнаем результаты?</p>
    <p>— Ну, мне нужно вернуться в Торонто, и там…</p>
    <p>— Конечно, если хотите, — сказал Рубен, — но я… в общем, позвонил другу на факультете химии и биохимии в Лаврентийском университете. Наш университет совсем маленький, но у него хорошая лаборатория, где делают анализы ДНК для полиции — и федеральной, и провинциальной. Вы бы могли работать там.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_12">— «Инко» поселит вас в «Рамаде»<a l:href="#id20150414092305_11">[11]</a> за свой счёт, — добавила Джиллиан.</p>
    <p>Мэри явно собиралась отказаться от этого предложения. Она уже начала было говорить, но вдруг, по-видимому, передумала.</p>
    <p>— Конечно, — сказала она. — Конечно, почему нет?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 16</p>
    </title>
    <p>Теперь, когда Жасмель согласилась говорить от имени Адекора, он должен был отвести её на Окраину и показать ей место так называемого преступления. Однако Адекор попросил Жасмель подождать деци или около того, потому что у него было ещё одно дело в Центре.</p>
    <p>Партнёршей Понтера была Класт; Адекор хранил о ней тёплые воспоминания и был безутешен, когда она умерла. Но у него была и его собственная партнёрша, и она, к счастью, пребывала в добром здравии. Адекор знал красавицу Лурт Фрадло так же давно, как и Понтера; у них с Лурт был сын Даб 148 поколения. Однако, несмотря на давнее знакомство и партнёрство, Адекор всего несколько раз бывал у Лурт в химической лаборатории; ведь, в конце концов, когда Двое становятся Одним, это выходные дни и на работу никто не ходит. К счастью, компаньон знал дорогу и отвёл Адекора куда надо.</p>
    <p>Лаборатория Лурт была целиком построена из камня; хотя вероятность взрывов в химических лабораториях не слишком велика, правила безопасности предписывают строить такие здания из материалов, способных противостоять взрывам и огню.</p>
    <p>Дверь в здание была открыта. Адекор вошёл.</p>
    <p>— Здравый день, — сказала женщина, проделавшая, по мнению Адекора, отличную работу по сокрытию своего удивления при виде мужчины в этот период месяца.</p>
    <p>— Здравый день, — ответил Адекор. — Я ищу Лурт Фрадло.</p>
    <p>— Она дальше по этому коридору.</p>
    <p>Адекор улыбнулся и пошёл вдоль коридора.</p>
    <p>— Здравый день, — сказал он, просовывая голову в дверь лаборатории Лурт.</p>
    <p>Лурт обернулась и расцвела в улыбке.</p>
    <p>— Адекор! — воскликнула она, подбежала к нему и крепко обняла. — Какой приятный сюрприз!</p>
    <p>Адекор не мог припомнить, виделся ли он когда-нибудь прежде с Лурт во время Последних Пяти. Она выглядела совершенно нормальной и рассудительной — как, кстати, и Жасмель. Возможно, мужские представления о Последних Пяти несколько раздуты…</p>
    <p>— Привет, красавица, — сказал Адекор, снова сжимая её в объятиях. — Как я рад тебя видеть.</p>
    <p>Но Лурт хорошо знала своего мужа.</p>
    <p>— Что-то случилось? — спросила она, выпуская его. — Рассказывай.</p>
    <p>Адекор оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что они одни. потом взял Лурт за руку и отвёл её на другой край комнаты, где стояла пара лабораторных кресел рядом с большим стендом с периодической таблицей; кроме них в лаборатории присутствовали лишь двое паукообразных роботов: один переливал жидкость из мензурки в мензурку, другой собирал какую-то конструкцию из колб и трубок. Адекор сел; Лурт расположилась в соседнем кресле.</p>
    <p>— Меня обвинили в убийстве Понтера, — сказал он.</p>
    <p>Глаза Лурт широко распахнулись.</p>
    <p>— Понтер умер?</p>
    <p>— Я не знаю. Он пропал вчера днём.</p>
    <p>— Вчера вечером у нас был праздник свежевания, — сказала Лурт. — Я не слышала новостей.</p>
    <p>Он рассказал ей всю историю. Она сочувствовала ему и ни разу не высказала сомнения в невиновности Адекора; на доверие Лурт Адекор всегда мог рассчитывать.</p>
    <p>— Ты хочешь, чтобы я говорила за тебя? — спросила Лурт.</p>
    <p>Адекор отвёл взгляд.</p>
    <p>— Тут такое дело. Я уже попросил Жасмель.</p>
    <p>Лурт кивнула.</p>
    <p>— Дочь Понтера. Да, я думаю, это произведёт впечатление на арбитра.</p>
    <p>— Я как раз про это и подумал. Надеюсь, ты не обидишься.</p>
    <p>Она улыбнулась.</p>
    <p>— Ну что ты. Но послушай, если я хоть чем-нибудь могу помочь…</p>
    <p>— Да, есть одно дело, — сказал Адекор. Он вытащил из набедренного кармана маленький пузырёк. — Это образец воды, который я взял на месте исчезновения Понтера; там по полу было разлито несколько вёдер. Сможешь сделать анализ?</p>
    <p>Лурт взяла пузырёк и посмотрела его на просвет.</p>
    <p>— Конечно, — ответила она. — И если нужно будет что-то ещё, только попроси.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Адекор вернулся на Окраину вместе с дочерью Понтера Жасмель. Они поехали прямиком на никелевую шахту; Адекор хотел показать Жасмель место, где пропал её отец. Но когда они подошли к шахтному лифту, Жасмель вдруг заколебалась.</p>
    <p>— В чём дело? — спросил Адекор.</p>
    <p>— Я… у меня клаустрофобия.</p>
    <p>Адекор в растерянности покачал головой.</p>
    <p>— Да нет, не может быть. Понтер рассказывал, что когда ты была маленькой, то любила прятаться в кубиках для <emphasis>добалака</emphasis>. А не далее как декамесяц назад вы лазали в пещеру.</p>
    <p>— Ну, гммм… — Жасмель замолкла.</p>
    <p>— О! — Адекор кивнул, догадавшись. — Ты мне не доверяешь, не так ли?</p>
    <p>— Просто это как-то… ну, мой отец был последним, кто спускался с тобой в эту шахту. И не поднялся обратно.</p>
    <p>Адекор вздохнул. Её можно было понять. Кто-то, какое-то частное лицо, должно было обвинить Адекора в убийстве; без этого разбирательство не могло начаться. Так что если он избавится от Жасмель, Мегамег и Болбай, возможно, некому будет поддержать иск против него…</p>
    <p>— Кто-то должен спуститься вместе с нами,- сказал Адекор.</p>
    <p>Жасмель задумалась. Она тоже, должно быть, подумала о том, что всё, что она делает сейчас, приобретает особое значение. Да, она могла попросить кого-нибудь сопровождать их — кого-нибудь из знакомых, тех, кому она доверяла без вопросов. Но этого человека также могут вызвать на разбирательство, если дело дойдёт до трибунала. «Да, арбитр, я знаю, что Жасмель говорит от имени Адекора, но даже она слишком боится его, чтобы спуститься с ним вдвоём в шахту. И можно ли её винить, после того, что он сделал с её отцом?»</p>
    <p>В конце концов она заставила себя улыбнуться, и улыбка эта напомнила Адекору Понтера.</p>
    <p>— Нет, — сказала она, — нет, зачем? Я просто нервничаю. — Она улыбнулась снова, более радостно. — В конце концов, сейчас ведь именно <emphasis>те</emphasis> дни месяца.</p>
    <p>Однако когда они приблизились к входу в лифт, перед ними возник какой-то особенно массивный мужчина.</p>
    <p>— Стойте где стоите, учёный Халд, — сказал он.</p>
    <p>Адекор был уверен, что никогда в жизни не видел этого человека.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Вы намереваетесь спуститься в свою лабораторию?</p>
    <p>— Да, намереваюсь. А вы кто такой?</p>
    <p>— Гаскдол Дат, — ответил мужчина. — Мой вклад — принуждение.</p>
    <p>— Принуждение? К чему?</p>
    <p>— К соблюдению условий судебного надзора. Я не могу пустить вас под землю.</p>
    <p>— Судебного надзора? — сказала Жасмель. — Что это такое?</p>
    <p>— Это значит, — сказал Дат, — что передачи компаньона учёного Халда непрерывно просматриваются живым человеком в момент их получения в павильоне Архива Алиби — и так будет продолжаться до тех пор десять деци в день, двадцать девять дней в месяц, пока его невиновность не будет доказана. Если будет.</p>
    <p>— Я не знал, что такое разрешено, — Адекор был потрясён.</p>
    <p>— О, конечно разрешено, — сказал Дат. — В тот момент, как Даклар Болбай подала на вас жалобу, арбитр приказал поместить вас под судебный надзор.</p>
    <p>— Почему? — спросил Адекор, пытаясь совладать с поднимающимся гневом.</p>
    <p>— Разве Болбай не пересылала вам документ, объясняющий это? — спросил Дат. — Если нет, это её упущение. В любом случае, судебный надзор даст уверенность, что вы не попытаетесь покинуть данную юрисдикцию, сфальфицировать потенциальные улики и так далее.</p>
    <p>— Но я не пытаюсь делать ничего такого, — сказал Адекор. — Почему вы не пускаете меня в лабораторию?</p>
    <p>Дат посмотрел на Адекора так, словно не поверил своим ушам.</p>
    <p>— Почему? Потому что сигналы вашего компаньона оттуда не доходят; там невозможно осуществлять надзор.</p>
    <p>— Пустая кость, — тихо выругался Адекор.</p>
    <p>Жасмель скрестила руки на груди.</p>
    <p>— Я Жасмель Кет, и я…</p>
    <p>— Я знаю, кто вы, — ответил принудитель.</p>
    <p>— Тогда вы, должно быть, знаете, что Понтер Боддет — мой отец.</p>
    <p>Принудитель кивнул.</p>
    <p>— Этот человек пытается его спасти. Вы <emphasis>обязаны</emphasis> пустить его в его лабораторию.</p>
    <p>Дат потрясённо покачал головой.</p>
    <p>— Этого человека обвиняют в убийстве вашего отца.</p>
    <p>— Но вполне возможно, что он никого не убивал, — ответила Жасмель. — Мой отец может быть до сих пор жив. Единственный способ это узнать — повторить их эксперимент с квантовыми вычислениями.</p>
    <p>— Я ничего не знаю о квантовых экспериментах, — ответил Дат.</p>
    <p>— Почему меня это не удивляет? — съязвил Адекор.</p>
    <p>— За словом в карман не лезете, а? — Дат оглядел Адекора с головы до ног. — В любом случае, мои инструкции просты. Не давать вам покидать Салдак или спускаться в шахту. А мне позвонили из архива алиби и сказали, что вы как раз это и собираетесь делать.</p>
    <p>— Я должен попасть туда, — сказал Адекор.</p>
    <p>— Простите, — сказал Дат, складывая массивные руки на массивной груди. — Там вы не только выйдете из-под надзора, но и можете попытаться избавиться от ещё не найденных улик.</p>
    <p>Жасмель в самом деле унаследовала от отца его быстроту ума.</p>
    <p>— Однако ничто не мешает <emphasis>мне</emphasis> спуститься туда, не так ли? — сказала она. — Я не под надзором.</p>
    <p>Дат подумал.</p>
    <p>— Нет. Полагаю, что нет.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Жасмель, поворачиваясь к Адекору. — Скажи мне, что делать, чтобы вернуть отца назад.</p>
    <p>Адекор покачал головой.</p>
    <p>— Это не так просто. Оборудование очень сложное, и поскольку мы всё конструировали под себя, многие штырьки даже не подписаны.</p>
    <p>Жасмель была не на шутку расстроена. Она посмотрела на здоровяка-принудителя.</p>
    <p>— А что, если вы спуститесь вниз вместе с нами? Вы увидите всё, что делает Адекор.</p>
    <p>— Спуститься с вами? — Дат рассмеялся. — Вы хотите, чтобы пошёл в место, откуда не доходят сигналы компаньона, да ещё и с человеком, который, возможно, ранее совершил в этом месте убийство? Не смешите шерсть у меня на спине.</p>
    <p>— Вы <emphasis>должны</emphasis> пропустить его вниз, — сказала Жасмель.</p>
    <p>Но Дат лишь покачал головой.</p>
    <p>— Наоборот. Я должен <emphasis>не пускать</emphasis> его туда.</p>
    <p>Адекор выпятил челюсть.</p>
    <p>— Как? — спросил он.</p>
    <p>— Э-э… прошу прощения? — ответил Дат.</p>
    <p>— Как? Как вы собираетесь помешать мне спуститься в шахту?</p>
    <p>— Любым способом, который потребуется, — ровно ответил Дат.</p>
    <p>— Ну, хорошо, — сказал Адекор. Он замер на мгновение, словно обдумывая, действительно ли он собирается это сделать. — Ну, хорошо, — повторил он и решительно двинулся к входу в лифт.</p>
    <p>— Стойте, — сказал Дат без какого-либо напряжения в голосе.</p>
    <p>— Или что? — спросил Адекор, не оглядываясь. Он старался, чтобы его слова прозвучали бесстрашно, но его голос дрогнул, так что желаемого эффекта он не добился. — Разобьёте мне череп? — В этот момент мышцы шеи у него непроизвольно сжались, ожидая удара.</p>
    <p>— Вряд ли, — сказал Дат. — Просто усыплю вас дротиком с транквилизатором.</p>
    <p>Адекор остановился и повернулся.</p>
    <p>— О, — сказал он. Он никогда не пытался идти наперекор закону, и не знал никого, кто бы это делал. Да, было бы логично обзавестись способами остановить человека, не причиняя ему вреда.</p>
    <p>Жасмель встала между Адекором и метателем дротиков, который тем временем оказался у Дата в руке.</p>
    <p>— Вам придётся сначала выстрелить в меня, — сказала она. — Он спустится вниз.</p>
    <p>— Как пожелаете. Только должен вас предупредить — вы проснётесь с ужасной головной болью.</p>
    <p>— Прошу вас! — крикнул Жасмель. — Он пытается спасти моего отца — вы не понимаете?</p>
    <p>В голосе Дата впервые послышалось что-то вроде сочувствия.</p>
    <p>— Вы хватаетесь за дым. Я знаю, как вам тяжело, но вам придётся смириться с реальностью. — Он качнул метателем в сторону выхода из шахты. — Я сожалею, но ваш отец мёртв.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 17</p>
    </title>
    <p>В генетической лаборатории Лаврентийского университета не было такого оборудования для извлечения дергадировавшей ДНК из старых образцов, как в лаборатории Мэри в Йоркском. Однако в данном случае оно и не требовалось. Взять клетки у Понтера из ротовой полости и извлечь из них митохондриальную ДНК — эта рутинная операция была под силу любой генетической лаборатории мира.</p>
    <p>Мэри ввела два праймера — коротких отрезка митохондриальной ДНК, соответствующих началу последовательности, которую она идентифицировала много лет назад в образце, взятом у германского неандертальца. Потом она добавила фермент — ДНК-полимеразу, запустив полимеразную цепную реакцию, в ходе которой интересующий её участок подвергнется амплификации — будет воспроизводить себя снова и снова, каждый раз вдвое увеличиваясь в объёме. Скоро у неё будут миллионы копий этого участка для анализа.</p>
    <p>Как сказал Рубен Монтего, лаборатория в Лаврентийском много работала по заказу полицейской судмедэкспертизы, так что здесь был запас специальной ленты для герметизации ёмкостей. Это лента использовалась для того, чтобы генетики могли без тени сомнения утверждать в суде, что содержимое ёмкости не могло быть фальсифицировано в то время, когда на неё никто не смотрел. Мэри запечатала контейнер с результатами продолжающейся полимеразной амплификации и расписалась на ленте.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_13">Потом она воспользовалась лабораторным терминалом для того, чтобы проверить свою почту в Йоркском. За последние сутки почты пришло больше, чем за весь предшествующий месяц; многие письма были от экспертов по неандертальцам со всего мира, которые как-то прознали о том, что она в Садбери. Пришли письма из Вашингтонского, Мичиганского, Стэнфордского, Кембриджского университетов, из UCB<a l:href="#id20150414092305_12">[12]</a>, UCLA, Университета Брауна, Университета штата Нью-Йорк, из британского Музея естественной истории, французского Института четвертичной истории и геологии, её старых друзей из <emphasis>Rheinisches Landesmuseum</emphasis> и от многих других — и все спрашивали образцы неандертальской ДНК, в то же самое время отпуская по этому поводу шутки, поскольку, разумеется, такого попросту <emphasis>не могло</emphasis> было быть.</p>
    <p>Она проигнорировала все эти письма, но посчитала необходимым написать своей аспирантке в Йоркском:</p>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Дария,</p>
     <p>Прошу прощения за свой поспешный отъезд, но я знаю, что вы со всем отлично справитесь. Уверена, что вы уже видели новости, и я могу сказать — да, есть реальный шанс, что этот человек действительно неандерталец. Я сейчас провожу тестирование его ДНК для окончательного подтверждения.</p>
     <p>Я не знаю, когда смогу вернуться. Я задержусь здесь по меньшей мере ещё на несколько дней. Но я хочу вам сказать… вернее, предупредить… мне показалось, что когда я ушла с работы в пятницу, меня пытался преследовать мужчина. Будьте осторожны. Если собираетесь работать допоздна, то пусть ваш друг приезжает и встречает вас, либо звоните в службу сопровождения, чтобы вас проводили до дома.</p>
     <p>Будьте здоровы,</p>
     <text-author>МНВ</text-author>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>Мэри перечитала письмо несколько раз, потом нажала «Отправить».</p>
    <p>А потом долгое время просто сидела, тупо уставившись в экран.</p>
    <p><emphasis>Да провались оно.</emphasis></p>
    <p>Провались, провались, провались.</p>
    <p>Она не могла выбросить это из головы — даже на пять минут. Похоже, не менее половины её сегодняшних мыслей было посвящено ужасным событиям… <emphasis>Боже мой, неужели это было только вчера?</emphasis> Казалось, прошло гораздо больше времени, несмотря на то, что воспоминания о том, что он с ней сделал, были по-прежнему остры, как скальпель.</p>
    <p>Если бы она была в Торонто, то могла бы поговорить об этом с матерью…</p>
    <p>Но её мать — добрая католичка, и, обсуждая изнасилование, не избежать других неприятных тем. Мама беспокоилась бы о том, чтобы Мэри не забеременела, хотя ни за что не одобрила бы аборт — у Мэри был с ней горячий спор по поводу эдикта Иоанна Павла, предписавшего изнасилованным в Боснии монахиням родить в срок. Но сказать, что об этом нечего беспокоиться, потому что Мэри принимает противозачаточные таблетки, было бы ничуть не лучше. С точки зрения родителей Мэри календарный метод был единственным приемлемым способом планирования семьи — Мэри считала подлинным чудом, что у них было всего четверо детей, а не целая дюжина.</p>
    <p>Конечно, она могла бы поговорить об этом с братьями или сестрой. Вот только… вряд ли она смогла бы говорить о таком с мужчиной — <emphasis>любым</emphasis> мужчиной. Так что Билл и Джон исключались. А её единственная сестра, Кристина, уехала в Сакраменто, а это не такая вещь, которую захочешь обсуждать по телефону.</p>
    <p>И всё же, ей надо с кем-то поговорить. Поговорить с кем-то лично.</p>
    <p>То есть, с кем-то <emphasis>отсюда</emphasis>.</p>
    <p>На лабораторном столе стоял рекламный календарь Лаврентийского университета. Мэри нашла в нём карту кампуса и отыскала на ней то, что искала. Она поднялась из-за стола. Пройдя по коридору к лестничному пролёту, она перешла из 1-го Научного в Учебный корпус и прошла через то, что, как она узнала, местные студенты называют боулинговой аллеей — длинный наземный стеклянный переход между Учебным и Главным корпусами. Переход был залит светом полуденного солнца; она прошла мимо киоска с пончиками «Тим Хортонс» и несколькими стендами, посвящёнными студенческой деятельности. Наконец, на дальнем конце боулинговой аллеи она свернула налево, прошла мимо отделения связи, поднялась по лестнице и прошла по короткому коридору.</p>
    <p>Посещение центра помощи жертвам изнасилований в Йоркском университете исключалось без вопросов; там работали в основном волонтёры, и хотя предполагалось, что они будут поддерживать конфиденциальность, искушение рассказать кому-нибудь по секрету, что насилию подвергся кто-то из преподавательского состава, могло оказаться непреодолимым. К тому же, её могли увидеть входящей туда или выходящей оттуда.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_14">Но в Лаврентийском университете, при его скромных размерах, такой центр тоже был. Грустная истина состоит в том, что такой центр нужен в каждом университете; она слышала, что такой есть даже в Университете Орала Робертса<a l:href="#id20150414092305_13">[13]</a>. Никто здесь не знал Мэри, её ещё не показывали по телевизору, хотя, несомненно, покажут, когда она будет представлять результаты анализа ДНК Понтера. Так что если она хочет хоть какой-нибудь анонимности, стоит поторопиться.</p>
    <p>Дверь была открыта. Мэри вошла в маленькую приёмную.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказала молодая чернокожая женщина, сидящая за столом. Она встала и вышла из-за стола к Мэри. — Входите, входите.</p>
    <p>Мэри понимала логику её действий. Вероятно, многие женщины доходили до порога, но потом бросались наутёк, не в силах рассказать кому-то о том, что с ними произошло.</p>
    <p>Впрочем, женщина, похоже, сообразила, что если Мэри и подверглась насилию, это произошло не только что. Одежда Мэри была в полном порядке, равно как причёска и макияж. К тому же, сюда наверняка заходят не только жертвы — люди приходят поработать волонтёрами или провести исследование, просто воспользоваться ксероксом.</p>
    <p>— Вам сделали больно? — спросила женщина.</p>
    <p><emphasis>Больно.</emphasis> Да, это правильный подход. Гораздо проще признать, что тебе сделали больно, чем произнести слово на букву «и».</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Я обязана спросить, — сказала женщина. У неё были большие карие глаза; ноздря проколота крошечным гвоздиком с блестящим камешком. — Это случилось сегодня?</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>Какую-то долю секунды женщина выглядела… нет, «разочарованной» было неподходящим словом, подумала Мэри, но случай, несомненно, был бы более интересным, если бы это произошло только что, если бы надо было вскрывать комплект для сбора улик, если бы…</p>
    <p>— Вчера, — сказала Мэри, впервые заговорив. — Вчера вечером.</p>
    <p>— Это был… кто-то знакомый?</p>
    <p id="id104445__msoanchor_15">— Нет, — сказала Мэри… но потом задумалась. По сути, она не была уверена в ответе на этот вопрос. Насильник был в лыжной маске. Это мог быть кто угодно: студент из её группы, другой преподаватель, кто-то из технического персонала, какой-нибудь подонок из Дрифтвуда<a l:href="#id20150414092305_14">[14]</a>. Кто угодно. — Я не знаю. Он… на нём была маска.</p>
    <p>— Я знаю, что он сделал вам больно, — сказала женщина, беря Мэри под руку и ведя вглубь офиса, — но он вас не ранил? Вам не нужен доктор? — Женщина сделала упреждающий жест. — Мы можем вызвать доктора-женщину.</p>
    <p>Мэри снова покачала головой.</p>
    <p>— Нет, — сказала она. — У него был… — её голос дрогнул, удивив её саму. Она начала сначала. — У него был нож, но он им не воспользовался.</p>
    <p>— Животное, — сказала женщина.</p>
    <p>Мэри кивнула в знак согласия.</p>
    <p>Они вошли во внутренний офис, стены которого были выкрашены в мягкий розовый цвет. Здесь было два стула, но не было дивана — даже здесь, в этом убежище, его вид мог быть невыносим. Женщина указала Мэри на стул — простой стул с мягким сиденьем, а сама уселась на другой напротив неё, но тут же потянулась и мягко взяла Мэри за левую руку.</p>
    <p>— Вы назовёте своё имя? — спросила она.</p>
    <p>Мэри подумала о том, чтобы назваться вымышленным именем, или — ей не хотелось лгать приятной молодой особе, которая так старается ей помочь — может быть, назваться вторым именем — Николь, тогда это не будет ложь, но всё равно поможет скрыть её личность. Но когда она открыла рот, то произнесла:</p>
    <p>— Мэри. Мэри Воган.</p>
    <p>— Мэри, меня зовут Кейша.</p>
    <p>Мэри посмотрела на неё.</p>
    <p>— Сколько вам лет? — спросила она.</p>
    <p>— Девятнадцать, — ответила Кейша.</p>
    <p><emphasis>Так молода.</emphasis></p>
    <p>— И вы… вас…?</p>
    <p>Кейша сжала губы и кивнула.</p>
    <p>— Когда?</p>
    <p>— Три года назад.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как её глаза удивлённо расширяются. Ей тогда было всего шестнадцать; это мог быть… Боже, её первый раз мог оказаться изнасилованием.</p>
    <p>— Мне так жаль, — сказала она.</p>
    <p>Кейша склонила в голову в знак признательности.</p>
    <p>— Мэри, я не стану говорить вам, что вы справитесь, но вы можете это пережить. И мы поможем вам это сделать.</p>
    <p>Мэри закрыла глаза, глубоко вдохнула, медленно выдохнула. Она чувствовала, как Кейша мягко стискивает её руку, вливая в неё силы. Наконец, Мэри снова заговорила:</p>
    <p>— Я ненавижу его, — сказала она и открыла глаза. Лицо Кейши излучало заботу и готовность помочь. — И… тихо добавила Мэри, — я ненавижу себя за то, что позволила этому произойти.</p>
    <p>Кейша кивнула и, не выпуская её левой руки, осторожно взяла её за правую.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 18</p>
    </title>
    <p>Адекор и Жасмель вернулись к Адекору домой, в дом, в котором жили они с Понтером. Светильные трубки зажглись по звуку его голоса; Жасмель с интересом огляделась.</p>
    <p>Жасмель впервые посетила жилище отца; когда Двое становятся Одним, мужчины приходят в Центр, а не женщины — на Окраину.</p>
    <p>Жасмель в испытывала какое-то меланхолическое очарование, бродя по дому и разглядывая собранную Понтером коллекцию статуэток. Ей было известно, что он любит каменных грызунов, и она взяла за правило дарить ему статуэтку на каждое лунное затмение. Она также знала, что Понтеру особенно нравятся грызуны, вырезанные из камня, не характерного для ареала их обитания; его гордостью и отрадой, судя по занимаемому ею месту возле плиты <emphasis>вадлака</emphasis>, была фигура бобра с масштабе 1:2, вырезанная из привезённого из центральных районов Эвсоя малахита.</p>
    <p>Она всё ещё осматривала дом, когда компаньон Адекора звякнул.</p>
    <p>— Здравый день, — сказал Адекор в компаньон. — О, прекрасно, любимая. Отличная новость! Погоди тактик… — Он повернулся к Жасмель. — Тебе это тоже надо услышать. Это моя партнёрша Лурт. Она сделала анализ жидкости, которую я нашёл в лаборатории квантовых вычислений после исчезновения твоего отца. — Адекор потянул на компаньоне за штырёк, активирующий внешний динамик.</p>
    <p>— Со мной Жасмель Кет, дочь Понтера, — сказал Адекор. — Продолжай…</p>
    <p>— Здравый день, Жасмель, — сказала Лурт.</p>
    <p>— И вам того же, — ответила Жасмель.</p>
    <p>— Так вот, — сказала Лурт. — я такого вообще не ожидала. Знаешь, что за жидкость ты мне принёс?</p>
    <p>— Воду, я полагаю, — ответил Адекор. — Разве нет?</p>
    <p>— Почти. На самом деле это <emphasis>тяжёлая</emphasis> вода.</p>
    <p>Жасмель вскинула бровь.</p>
    <p>— Правда? — удивился Адекор.</p>
    <p>— Ага, — сказала Лурт. — Чистая тяжёлая вода. Конечно, молекулы тяжёлой воды встречаются в природе; к примеру, в обычной дождевой воде их около одной сотой процента. Но получить такую концентрацию — не представляю, как это можно сделать. Полагаю, можно придумать технологию выделения тяжёлой воды из природной, воспользовавшись тем фактом, что тяжёлая вода действительно процентов на десять тяжелее, но придётся переработать реально гигантские объёмы воды, чтобы получить столько, сколько ты, говоришь, нашёл. Я не знаю ни одного предприятия, где могли бы такое проделать, и не имею представления, <emphasis>для чего</emphasis> это могло бы понадобиться.</p>
    <p>Адекор глянул на Жасмель, потом снова на своё запястье.</p>
    <p>— То есть, в природе такая вода не встречается? Её не могло, скажем, выдавить из горной породы?</p>
    <p>— Без шансов, — сказала Лурт. — Она <emphasis>была</emphasis> немного загрязнена, но я определила примесь как моющее средство для пола; должно быть, оно оставило осадок на полу, который потом растворился в воде. В остальном вода абсолютно чистая. В ископаемой воде было бы много растворённых минералов; эта же вода явно <emphasis>изготовлена</emphasis>. Не знаю, кем, не уверена, как, но в природе такое совершенно точно встретиться не может.</p>
    <p>— Потрясающе, — сказал Адекор. — И никаких следов ДНК Понтера?</p>
    <p>— Нет. Есть немного твоей — несомненно, какое-то количество клеток отслоилось, когда ты брал образец — но это и всё. Никаких следов плазмы крови или чего угодно, что могло попасть в воду из его тела.</p>
    <p>— Отлично. Тысяча благодарностей.</p>
    <p>— Здравого дня, дорогой, — произнёс голос Лурт.</p>
    <p>— Здравого дня, — повторил Адекор и потянул за штырёк разрыва соединения.</p>
    <p>— Что такое тяжёлая вода? — спросила Жасмель.</p>
    <p>Адекор объяснил, добавив в конце:</p>
    <p>— Возможно, это ключ.</p>
    <p>— Ты говорил правду об источнике тяжёлой воды? — спросила Жасмель.</p>
    <p>— Конечно, — ответил Адекор. — Я собрал её с пола вычислительной камеры после того, как Понтер исчез.</p>
    <p>— Она не ядовита?</p>
    <p>— Тяжёлая вода? Не вижу причин.</p>
    <p>— Где она используется?</p>
    <p>— Нигде, насколько я знаю.</p>
    <p>— А тело отца никак не могло… я не знаю… <emphasis>превратиться</emphasis> в тяжёлую воду?</p>
    <p>— Весьма сомневаюсь, — сказал Адекор. — И нет никаких следов веществ, составляющих его тело. Он не сгорел, не уничтожился — он просто исчез. — Адекор тряхнул головой. — Может быть завтра на <emphasis>доосларм бадасларм</emphasis> мы сможем объяснить арбитру, для чего нам нужно попасть в лабораторию. До тех пор будем просто надеяться, что Понтер жив-здоров, где бы он сейчас ни был.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Отведя Мэри в генетическую лабораторию Лаврентийского университета, Рубен наскоро перекусил в «Тако Белл» и поехал назад в Медицинский центр Сент-Джозеф. В холле он заметил Луизу Бенуа, красавицу-квебечку из нейтринной обсерватории. Она спорила с кем-то, по виду, из больничной охраны.</p>
    <p>— Но я спасла ему жизнь! — услышал Рубен восклицание Луизы. — Конечно, он хочет меня видеть!</p>
    <p>Рубен подошёл к спорящим.</p>
    <p>— Привет, — сказал он. — Что за проблема?</p>
    <p>Женщина повернула к Рубену своё красивое лицо; в её карих глазах читалась благодарность.</p>
    <p>— О, доктор Монтего! — сказала она. — Слава Богу, вы здесь. Я пришла проведать нашего друга, но меня не пускают к нему на этаж.</p>
    <p>— Я Рубен Монтего, — сказал Рубен охраннику, рыжеволосому здоровяку. — Я… — <emphasis>собственно, почему нет?</emphasis> — участковый врач мистера Понтера. Можете справиться обо мне у доктора Сингха.</p>
    <p>— Я знаю, кто вы, — ответил охранник. — И да, вы в списке тех, кому разрешены посещения.</p>
    <p>— В таком случае эта женщина со мной. Она действительно спасла Понтеру жизнь в нейтринной обсерватории.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказал охранник. — Извините, что пил вам кровь, но туда всё время пытаются пролезть репортёры и просто любопытные, так что…</p>
    <p>В этот момент Рубен заметил проходящего мимо доктора Наонигала Сингха в приметном тёмно-коричневом тюрбане.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказал Сингх, подойдя к ним и пожав Рубену руку. — Прячемся от телефона? Мой так просто разрывается.</p>
    <p>Рубен улыбнулся.</p>
    <p>— Мой тоже. Похоже, все хотят знать о нашем мистере Понтере.</p>
    <p>— Вы знаете, я очень рад, что с ним всё в порядке, — сказал Сингх, — но, боюсь, что должен буду его выписать. У нас не хватает койко-мест, спасибо Майку Харрису.</p>
    <p>Рубен сочувственно кивнул. Прослывший скрягой бывший губернатор Онтарио закрыл или объединил много больниц по всей провинции.</p>
    <p>— Кроме того, — продолжил Сингх, — не хочу показаться невежливым, но с уходом Понтера из больницы меня перестанут осаждать репортёры.</p>
    <p>— Но куда же мы его денем? — спросил Рубен.</p>
    <p>— Этого я не знаю, — ответил Сингх. — Но если он здоров, то ему нечего делать в больнице.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Хорошо, хорошо. Когда будем уходить, мы заберём его с собой. Можно его как-то вывести из здания, не привлекая внимания?</p>
    <p>— Вообще-то основная идея в том, — сказал Сингх, — чтобы пресса <emphasis>знала</emphasis>, что он ушёл.</p>
    <p>— Да, да, — сказал Рубен, — но мне хотелось бы переправить его в безопасное место, <emphasis>прежде</emphasis> чем они об этом узнают.</p>
    <p>— Понимаю, — сказал Сингх. — Попробуйте вывезти его через подземный гараж. Припаркуйте там машину; потом спуститесь с ним на служебном лифте до уровня B2 и выйдете в гараж по коридору. Если Понтер в машине пригнёт голову, никто не узнает, что он уехал.</p>
    <p>— Отлично, — сказал Рубен.</p>
    <p>— Прошу вас, заберите его сегодня, — сказал Сингх.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Обязательно.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал доктор Сингх и удалился.</p>
    <p>Рубен с Луизой поднялись по лестнице.</p>
    <p>— Привет, Понтер, — сказал Рубен, входя в палату. Понтер сидел на кровати; он был одет в ту же одежду, в которой его нашли.</p>
    <p>Сначала Рубену показалось, что он смотрит телевизор, но потом он заметил, как Понтер держит левую руку — запястьем к экрану. Скорее всего, компаньон пополнял словарный запас, пытаясь опознать по контексту новые слова.</p>
    <p>— Превет, Рубен, — сказала Хак, предположительно, от имени Понтера. Понтер повернулся и увидел Луизу. Рубен отметил, что его реакция отличалась от реакции обычного человеческого мужчины: не было улыбки восхищения и радости по поводу неожиданного визита сногсшибательной молодой женщины.</p>
    <p>— Луиза, — сказал Рубен. — Познакомьтесь с Понтером.</p>
    <p>Луиза выступила вперёд.</p>
    <p>— Привет, Понтер, — сказала она. — Я Луиза Бенуа.</p>
    <p>— Луиза вытащила вас из воды, — пояснил Рубен.</p>
    <p>Вот теперь Понтер улыбнулся; возможно, мы просто выглядим для него на одно лицо, подумал Рубен.</p>
    <p>— Луыз… — произнёс голос Хак. Понтер сконфуженно пожал плечами.</p>
    <p>— Он не может выговорить звук «и» в вашем имени, — сказал Рубен.</p>
    <p>Луиза улыбнулась.</p>
    <p>— Ничего. Можете звать меня Лу; меня так зовут друзья.</p>
    <p>— Лу, — повторил Понтер собственным низким голосом. — Я — вы — я…</p>
    <p>Рубен посмотрел на Луизу.</p>
    <p>— Мы всё ещё работаем над словарным запасом. Боюсь, до формул вежливости мы ещё не добрались. Думаю, он пытается поблагодарить вас за то, что спасли ему жизнь.</p>
    <p>— Не за что, — ответила Луиза. — Я рада, что с вами всё в порядке.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Кстати, о «всё в порядке». Понтер, ты отсюда уходить.</p>
    <p>Сплошная бровь Понтера взметнулась к надбровной дуге.</p>
    <p>— Да! — сказала за него Хак. — Где? Куда?</p>
    <p>Рубен почесал свой бритый затылок.</p>
    <p>— Хороший вопрос.</p>
    <p>— Далеко, — сказала Хак. — Далеко.</p>
    <p>— Ты хочешь уйти подальше? — удивился Рубен. — Почему?</p>
    <p>— Здесь… здесь… — Хак умолкла, но Понтер поднял руку и накрыл ладонью свой гигантский нос — видимо, эквивалент зажимания носа у людей.</p>
    <p>— Запах? — догадался Рубен. Он кивнул и обернулся к Луизе. — С таким шнобелем, как у него, не удивлюсь, если и нюх будет соответствующим. Я и сам терпеть не могу больничный запах, а я в нём провожу очень много времени.</p>
    <p>Луиза сказала, обращаясь к Рубену, но не сводя глаз с Понтера:</p>
    <p>— Вы до сих пор не знаете, откуда он взялся?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Я думала о параллельном мире, — сказала Луиза без обиняков.</p>
    <p>— Что? Да ладно!</p>
    <p>Луиза пожала плечами.</p>
    <p>— Откуда тогда?</p>
    <p>— Ну, это хороший вопрос, однако…</p>
    <p>— А если он из параллельного мира, — продолжала Луиза, — представьте себе, что в нём нет двигателей внутреннего сгорания и других вещей, загрязняющих воздух. Если у вас по-настоящему чувствительный нос, вы не станете разрабатывать вонючих технологий.</p>
    <p>— Возможно, но отсюда вовсе не следует, что он из другой вселенной.</p>
    <p>— В любом случае, — сказала Луиза, убирая с глаз прядь длинных каштановых волос, — он, вероятно, хочет оказаться где-нибудь подальше от цивилизации. Где-нибудь, где не так ужасно пахнет.</p>
    <p>— Ну, я могу взять в «Инко» больничный, — сказал Рубен. — Прелесть должности штатного медика в том, что ты его выписываешь себе сам. Мне правда нравится у них работать.</p>
    <p>— Мне тоже нечего делать, — сказала Луиза, — пока из обсерватории откачивают воду.</p>
    <p>Рубен почувствовал, как его сердце забилось чаще. Чёрт, он всё ещё в деле! Хотя Луиза наверняка хочет отправиться с ними из научного интереса к Понтеру. Однако в любом случае будет очень приятно провести время в её обществе. Её акцент был неотразимо сексуален.</p>
    <p>— А что если власти снова попытаются его увезти? — спросил Рубен.</p>
    <p>— Он здесь всего сутки, — сказала Луиза, — и я уверена, что в Оттаве его ещё никто не воспринимает всерьёз. Просто ещё одна безумная история, каких полно в «Нэшнл Инквайрер». Федеральные агенты и военные не выезжают проверять каждое сообщение о залётном НЛО. Наверняка они ещё даже не начали думать, что всё это может оказаться правдой.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Запахи и правда отвратительные, думал Понтер, глядя на Лу и Рубена. Они резко контрастировали друг с другом: он — темнокожий и совершенно лысый, она же ещё бледнее Понтера и с густыми каштановыми волосами, спадающими волнами на узкие плечи.</p>
    <p>Понтер был по-прежнему напуган и растерян, но Хак нашёптывала успокаивающие слова к кохлеарный имплант каждый раз, как замечала, что жизненные показатели Понтера выбиваются из нормы. Понтер был уверен, что без помощи Хак уже давно сошёл бы с ума.</p>
    <p>Так много произошло в такое короткое время! Только вчера он проснулся в своей постели рядом с Адекором, покормил собаку, пошёл на работу…</p>
    <p>И вот он <emphasis>здесь</emphasis>, где бы это ни было. Хак была права: это должна быть Земля. Понтер полагал, что где-то в необъятных глубинах космоса существуют другие пригодные для жизни планеты, но он вроде бы весил столько же, сколько и дома, и воздух был пригоден для дыхания… по крайней мере, в той же степени, в какой стряпня Адекора была пригодна для еды. В нём были скверные ароматы, запахи газов, запахи плодов, химические запахи, запахи, которые он вообще не мог классифицировать. Но приходилось признать, что этот воздух способен поддерживать в нём жизнь, и еда, которую ему дали, была, в основном, химически совместима с его пищеварительной системой.</p>
    <p>Так что — Земля. И определённо не Земля в прошлом. На современной Земле, как он знал, есть слабо исследованные регионы, особенно в экваториальных областях, но, как указывала Хак, растительность была по большей части та же самая, что и в Салдаке, из чего следовало, что он вряд ли переместился на другой континент или в южное полушарие. И хотя было тепло, многие из деревьев, которые он видел, принадлежали к листопадным породам; он не мог находиться в тропиках.</p>
    <p>Значит, будущее? Вряд ли. Если бы человечество по какой-то непостижимой причине перестало существовать, то его место занял бы кто угодно, но только не глексены. Глексены <emphasis>вымерли</emphasis>; шансов появиться снова у них было не больше, чем у динозавров.</p>
    <p>Но если это была не просто Земля; а то же самое место на Земле, где жил Понтер, то где же тогда огромные стаи странствующих голубей? Он не заметил ни одной с тех пор, как очутился здесь. Возможно, подумал Понтер, их разогнала ужасная вонь.</p>
    <p>Но нет.</p>
    <p>Нет.</p>
    <p>Это было не будущее, но и не прошлое. Это было настоящее — параллельный мир, мир, где, непонятно как, вопреки своей врождённой тупости, глексены не исчезли с лица Земли.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Понтер, — сказал Рубен.</p>
    <p>Понтер посмотрел на него с каким-то отсутствующим выражением в глазах, словно оторвавшись от глубоких раздумий.</p>
    <p>— Да? — сказал он.</p>
    <p>— Понтер, мы увезём тебя в другое место. Я пока не знаю, куда. Но, в общем, для начала надо уехать отсюда. Ты… гммм… ты пока можешь пожить у меня.</p>
    <p>Понтер склонил голову — без сомнения, слушал перевод Хак. Пару лицо приобретало растерянное выражение; вероятно, Хак не была уверена в переводе некоторых слов.</p>
    <p>— Да, — ответил Понтер после паузы. — Да. Мы удаляться отсюда.</p>
    <p>Рубен жестом предложил Понтеру идти вперёд.</p>
    <p>— Открывать дверь, — с видимым удовольствием произнёс Понтер без помощи Хак; он потянул за ручку и открыл дверь палаты. — Проходыть дверь, — сказал он и подкрепил слова соответствующим действием. Потом подождал, пока выйдут Рубен и Луиза. — Закрывать дверь, — сказал он, и захлопнул её за собой. После этого широко улыбнулся, а когда он улыбался широко, его рот растягивался на добрый фут. — Понтер снаруже.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 19</p>
    </title>
    <p>Следуя инструкциям доктора Сингха, Рубен Монтего, Луиза Бенуа и Понтер без приключений добрались до машины Рубена, которую он загнал в гараж для персонала. У Рубена был вишнёвый внедорожник; краска кое-где была оббита вылетающим из-под колёс гравием — основным покрытием дорог шахтного комплекса. Понтер залез на заднее сиденье и улёгся там, накрыв голову сегодняшней «Садбери Стар». Луиза, которая пришла в больницу пешком, села на переднее сиденье рядом с Рубеном. Она приняла приглашение Рубена поужинать у него дома вместе с Понтером; позже он отвезёт её домой.</p>
    <p>Они отъехали от больницы под тихую музыку радиостанции CJMX, льющуюся из автомобильной аудиосистемы; Джери Холлиуэлл исполняла свою интерпретацию «It’s Raining Men».</p>
    <p>— Ну что, — сказал Рубен, взглянув на Луизу, — обратите меня в свою веру. Почему вы думаете, что Понтер из параллельной вселенной?</p>
    <p>Луиза на мгновение поджала свои полные губы — Боже, подумал Рубен, до чего же она красива — и спросила:</p>
    <p>— Насколько вы разбираетесь в физике?</p>
    <p>— Я? — удивился Рубен. — На уровне средней школы. О, я купил «Краткую историю времени», когда в Садбери приезжал Стивен Хокинг, но далеко в ней не продвинулся.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Луиза, — тогда попробуем так. Если вы стреляете единственным фотоном в барьер с двумя вертикальными щелями, и на установленном за щелями листе фотобумаги видите интерференционную картину, значит, произошло что?</p>
    <p>— Не знаю, — не покривив душой, ответил Рубен.</p>
    <p>— Одна из интерпретаций такова: единственный фотон превратился в волну энергии, а когда волна ударяет в барьер со щелями, каждая щель порождает новый волновой фронт, так что мы получаем классическую интерференционную картину — гребни и провалы двух волн где-то усиливают друг друга, а где-то взаимно уничтожаются.</p>
    <p>Её слова породили у Рубена какие-то смутные воспоминания.</p>
    <p>— Понятно.</p>
    <p>— Как я сказала, это лишь одна из интерпретаций. Согласно другой вселенная в этот момент расщепляется, и на короткое время появляется две вселенные. В одной фотон — по-прежнему частица — проходит через левую щель, во второй — через правую. И поскольку не имеет никакого мыслимого значения, через какую щель фотон на самом деле прошёл в той или иной вселенной, две вселенные снова сливаются в одну, и интерференционная картина — то, что получается в результате.</p>
    <p>Рубен кивнул; ему казалось, что данных обстоятельствах это единственная правильная реакция.</p>
    <p>— Так вот, — продолжала Луиза, — у нас есть достаточная экспериментальная база для того, чтобы поверить в возможность существования параллельных вселенных — мы действительно видим интерференционную картину, посылая единственный фотон сквозь пару щелей. Но что, если две вселенные не сливаются в одну? Что если после расщепления они продолжают существовать независимо?</p>
    <p>— Да? — сказал Рубен, пытаясь не упустить нить.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_16">— Представьте себе вселенную, разделившуюся на две, скажем, десятки тысяч лет назад, тогда, когда две ветви человечества ещё жили бок о бок: наши предки, кроманьонцы, — Рубен отметил, что она произнесла это название на французский манер<a l:href="#id20150414092305_15">[15]</a>, — и предки Понтера, древние неандертальцы. Я не знаю, как долго два вида сосуществовали, но…</p>
    <p>— Со 100000 лет назад до примерно 27000 лет назад, — подсказал Рубен.</p>
    <p>Луиза сделала удивлённое лицо; она явно не ожидала от Рубена таких познаний.</p>
    <p>Рубен пожал плечами.</p>
    <p>— К нам приехала генетик из Торонто, Мэри Воган. Она рассказала.</p>
    <p>— Ах. Понятно. Так вот, в некоторый момент в прошлом, возможно, произошло разделение, после которого две вселенные продолжили расходиться. В одной доминировать стали наши предки. В другой вершины эволюции достигли неандертальцы, создав собственный язык и цивилизацию.</p>
    <p>Рубен чувствовал, что у него начинает звенеть в голове.</p>
    <p>— Но… но как тогда между двумя вселенными снова возникла связь?</p>
    <p>— <emphasis>Je ne sais pas,</emphasis> — сказала Луиза, качая головой. </p>
    <p id="id104445__msoanchor_17">Они выехали из Садбери и покатили по просёлочной дороге к городку с весьма не соответствующим названием Лайвли<a l:href="#id20150414092305_16">[16]</a>, возле которого и располагалась шахта.</p>
    <p>— Понтер, — сказал Рубен. — Думаю, уже можно встать; движения здесь почти нет.</p>
    <p>Понтер не пошевелился.</p>
    <p>Рубен понял, что выразился слишком замысловато.</p>
    <p>— Понтер, вверх, — сказал он.</p>
    <p>Он услышал шуршание газетных страниц и увидел, как массивная фигура Понтера появляется в зеркале заднего вида.</p>
    <p>— Вверх, — подтвердил Понтер.</p>
    <p>— Сегодня, — сказал Рубен, — останетесь в моём доме, понятно?</p>
    <p>После паузы, в течение которой он, вероятно, выслушивал перевод, Понтер ответил:</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Понтер нужен еда, — добавила Хак.</p>
    <p>— Да, — сказал Рубен. — Да, скоро поедим.</p>
    <p>Они продолжили путь к дому Рубена и прибыли туда минут через двадцать. Это был современный двухэтажный коттедж на участке в пару акров на самой границе Лайвли. Все вошли в дом; зрелище того, как Рубен отпирает входную дверь, а потом запирает её на засов и набрасывает цепочку, вызвало у Понтера неподдельный интерес.</p>
    <p>Внутри Понтер улыбнулся.</p>
    <p>— Прохладно, — сказал он с восторгом. Наличие у Рубена кондиционера явно обрадовало его.</p>
    <empty-line/>
    <p>— Ну, — сказал Рубен, улыбаясь Луизе и Понтеру, — добро пожаловать в моё скромное жилище. Устраивайтесь кто как хочет.</p>
    <p>Луиза огляделась вокруг.</p>
    <p>— Вы не женаты? — спросила она.</p>
    <p>Рубен подумал о том, что могло побудить её задать такой вопрос. Возможно, она хотела узнать, свободен ли он — такая интерпретация нравилась ему больше всего. Вторая, более вероятная — она вдруг сообразила, что заехала в какую-то тьмутаракань с человеком, с которым едва знакома, и теперь находится с ним и неандертальцем в пустом доме. Возможна и третья, самая вероятная, осознал Рубен, оглядывая царящий в гостиной беспорядок — разбросанные повсюду журналы, тарелку с засохшими остатками пиццы на кофейном столике — что он <emphasis>очевидно</emphasis> живёт один; никакая женщина не смирится с подобным бардаком.</p>
    <p>— Нет, — сказал Рубен. — Был женат, но…</p>
    <p>Луиза кивнула.</p>
    <p>— У вас хороший вкус, — сказала она, оглядывая мебель: смешение карибского и канадского стилей, много тёмного полированного дерева.</p>
    <p>— У жены, — сказал Рубен. — Я почти ничего не менял после развода.</p>
    <p>— Ах, — сказала Луиза. — Вам помочь с ужином?</p>
    <p>— Нет, я собирался просто зажарить несколько стейков. У меня мангал на заднем дворе.</p>
    <p>— Я вегетарианка, — сказала Луиза.</p>
    <p>— О. Ну, можно запечь какие-нибудь овощи… картошку?</p>
    <p>— Это было бы здорово, — согласилась Луиза.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Рубен. — Развлекайте Понтера. — И он пошёл в ванную вымыть руки.</p>
    <p>Работая за столом на заднем дворе, Рубен смотрел, как между Луизой и Понтером разворачивается всё более оживлённая дискуссия. Вероятно, Хак изучила много новых слов, пока они ехали сюда. Наконец, когда стейки поджарились, Рубен постучал в стекло, чтобы привлечь их внимание, и жестом позвал их на двор.</p>
    <p>— Доктор Монтего, — радостно заявила Луиза, выйдя из дома, — Понтер — физик!</p>
    <p>— Неужели? — ответил Рубен.</p>
    <p>— Да! Совершенно точно. Я пока не смогла уточнить детали, но он определённо физик; я думаю, даже <emphasis>квантовый</emphasis> физик.</p>
    <p>— Как вы это определили?</p>
    <p>— Он сказал, что думает о том, как вещи работают, и я сказала, думая, что он инженер: он имеет в виду большие вещи? Но он сказал, нет-нет, маленькие, такие маленькие, что не видно. И я нарисовала несколько диаграмм из базового курса физики, и он их узнал, и сказал, что он этим и занимался.</p>
    <p>Рубен взглянул на Понтера с ещё бо́льшим восхищением. Из-за покатого лба и выступающего надбровного валика он выглядел, скажем так, малость туповатым, но — физик! Учёный!</p>
    <p>— Интересно-интересно, — сказал Рубен. Он жестом пригласил всех рассаживаться вокруг круглого стола с зонтиком, потом разложил стейки и завёрнутые в алюминиевую фольгу печёные овощи по тарелками и расставил их на столе.</p>
    <p>Понтер улыбнулся своей широченной улыбкой. Это, без сомнения, была настоящая еда для него. Но он снова начал оглядываться, точно так же, как утром за завтраком, словно не мог чего-то найти.</p>
    <p>Рубен ножом отрезал кусочек от своего стейка и поднёс его ко рту.</p>
    <p>Понтер неуклюже попытался повторить его действия, хотя отхватил кусок гораздо крупнее.</p>
    <p>После того, как Понтер закончил жевать, он начал издавать какие-то звуки, похожие на слова его речи. Следом послышался мужской голос, которого Рубен раньше не слышал.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал голос. — Хорошая еда. — Голос, по-видимому, исходил из импланта Понтера.</p>
    <p>Рубен удивлённо вскинул брови, и Луиза объяснила:</p>
    <p>— Разговаривая с ним, я постоянно путалась, пытаясь отделить то, что имплант говорит сам по себе от его перевода речи Понтера. Теперь он говорит мужским голосом, когда переводит слова Понтера, и женским, когда говорит сам по себе.</p>
    <p>— Так проще, — подтвердила Хак привычным женским голосом.</p>
    <p>— Да, — согласился Рубен, — определённо.</p>
    <p>Луиза осторожно развернула фольгу, в которую были завёрнуты овощи; у неё были удивительно длинные пальцы.</p>
    <p>— Ладно, — сказала она, — посмотрим, что ещё удастся узнать.</p>
    <p>Весь следующий час Рубен и Луиза разговаривали с Понтером и Хак. Потом налетели тучи комаров. Рубен зажёг цитронелловую свечу, но от её запаха Понтеру стало плохо. Рубен загасил свечу, и все вернулись обратно в гостиную; Понтер устроился на большом шезлонге, Луиза — на одном краю дивана, поджав под себя ноги, Рубен сел на другом.</p>
    <p>Они проговорили ещё три часа, по кусочкам собирая общую картину произошедшего. И когда она, наконец, была собрана вся, Рубен устало откинулся на спинку дивана в абсолютном изумлении.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 20</p>
    </title>
    <subtitle>День третий</subtitle>
    <subtitle>Воскресенье, 4 августа</subtitle>
    <subtitle>148/118/26</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>ПОИСК ПО НОВОСТЯМ</p>
    <p>Ключевые слова: <emphasis>неандерталец</emphasis></p>
    <cite>
     <p>Сегодня утром пришло сообщение из Садбери, Канада, о том, что количество предложений руки и сердца неандертальскому гостю превысило количество смертельных угроз в его адрес в пропорции два к одному. Двадцать восемь женщин прислали письма или электронные сообщения для неандертальца в нашу газету с предложением вступить в брак, в то время как полиция Садбери и федералы зарегистрировали лишь тринадцать угроз убить его…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Опрос «USA Today»:</p>
     <p>• Считают, что так называемый неандерталец — фальшивка: <strong>54%</strong>.</p>
     <p>• Считают, что он действительно неандерталец, но происходит откуда-то с Земли: <strong>26%</strong>.</p>
     <p>• Считают, что он прибыл из космоса: <strong>11%</strong>.</p>
     <p>• Считают, что он явился из параллельного мира: <strong>9%</strong>.</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Сегодня полиция обезвредила бомбу, заложенную у входа в подъёмник, ведущий в пещеру, где находится Нейтринная обсерватория Садбери, в которой впервые появился так называемый неандерталец…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Религиозная секта в Батон-Руж, Луизиана, приветствует прибытие неандертальца в Канаду как второе пришествие Христа. «Разумеется, он выглядит как древний человек, — заявил преподобный Хули Гордуэлл. — Мир был создан 6000 лет назад, и с первого явления в него Христа прошла целая треть этого срока. Мы значительно изменились, вероятно, вследствие лучшего питания, но он — нет». Община планирует совершить паломничество в Садбери, Онтарио, где неандерталец проживает в настоящий момент.</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>На следующее утро, встав очень рано и предприняв меры предосторожности, чтобы не быть опознанными по дороге, Понтер и доктор Монтего встретились с Мэри в лаборатории в Лаврентийском университете. Настало время провести анализ ДНК Понтера, ответить на главный вопрос.</p>
    <p>Секвенирование 379 нуклеотидов — кропотливая работа. Мэри сидела, сгорбившись, над молочно-белой пластмассовой панелью, подсвеченной снизу флуоресцентными трубками. Она поместила на стол плёнку радиоавтограммы и маркером выписывала на ней буквы генетического алфавита для искомой последовательности: Г-Ц-Ц — один из триплетов, кодирующих аминокислоту глицин; Т-А-Т, кодирует тирозин; А-Т-А — специализированный метонин митохондриальной, но не ядерной, ДНК; А-А-А — рецептор лизина…</p>
    <p>Наконец, всё было готов: все 379 оснований контрольного участка генома Понтера были идентифицированы. У Мэри на ноутбуке была небольшая программка сравнения ДНК. Она ввела в неё все 379 букв, которые только что выписала ни плёнке, потом попросила Рубена сделать это заново, чтобы убедиться, что она всё ввела верно.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_18">Компьютер немедленно сообщил о трёх различиях между последовательностями, введёнными Мэри и Рубеном, заметив — программа была довольно продвинутая — сдвиг рамки считывания, вызванный тем, что Мэри в одном месте пропустила Т; остальные две ошибки были опечатками Рубена. Убедившись, что все 379 букв введены правильно, она запустила сравнение последовательности Понтера с той, которую она извлекла из типового экземпляра<a l:href="#id20150414092305_17">[17]</a> неандертальца в <emphasis>Rheinisches Landesmuseum.</emphasis></p>
    <p>— Ну? — спросил Рубен. — Каков вердикт?</p>
    <p>Мэри, потрясённая, откинулась на спинку стула.</p>
    <p>— ДНК, которую я взяла у Понтера, — сказала она, — в семи местах отличается от ископаемой ДНК. — Она подняла руку. — Нет, конечно, надо ожидать индивидуальных вариаций, да и генетического дрейфа за прошедшее время, но…</p>
    <p>— Да? — сказал Рубен.</p>
    <p>Мэри подала плечами.</p>
    <p>— Но он определённо неандерталец.</p>
    <p>— Вау, — сказал Рубен, глядя на Понтера, словно увидел его впервые. — Вау. Живой неандерталец.</p>
    <p>Понтер что-то сказал на своём языке, и имплант перевёл:</p>
    <p>— Мой народ нет?</p>
    <p>— Здесь? — уточнила Мэри. — Да, здесь таких, как вы, больше нет — уже около 27000 лет.</p>
    <p>Понтер склонил голову, обдумывая услышанное.</p>
    <p>Мэри тоже задумалась. До появления Понтера ближайшими ныне живущими родственниками Homo sapiens были два представителя рода Pan: шимпанзе и бонобо. И те, и другие состояли примерно в одинаковом родстве с людьми, имея с ними 98,5% общей ДНК. Изучение ДНК Понтера только началось, но она должна совпадать с человеческой где-то на 99,5%.</p>
    <p>И эти вот полпроцента отвечали за все различия. Если Понтер был типичным представителем своего вида, то объём черепа у неандертальцев, вероятно, немного превышал человеческий. Он был более мускулист, чем практически любой, кого Мэри когда-либо видела: рука у него толще, чем у большинства людей бедро. Плюс, его глаза были невероятного золотисто-коричневого цвета. Интересно, у них у всех такие, или цвет глаз варьируется так же, как у людей?</p>
    <p>Он также был довольно волосат, но это не так уж бросалось в глаза из-за светлого цвета волос. Его предплечья и, как она полагала, спину и грудь покрывала густая поросль. Также у него была борода, а на голове волосы разделялись ровно посередине и спадали по бокам.</p>
    <p>И тут её осенило: она уже видела подобное устройство волос на голове. У бонобо, тех подвижных обезьян, которых иногда называют карликовыми шимпанзе, волосы на голове росли именно таким манером. Удивительно. Интересно, это природная особенность его вида, или просто избранный им стиль причёски?</p>
    <p>Понтер снова что-то сказал на своём языке, глухим голосом, словно сам себе, но имплант перевёл его слова.</p>
    <p>— Мой народ больше нет.</p>
    <p>— Да. Мне очень жаль, — сочувственно сказала Мэри.</p>
    <p>С губ Понтера опять сорвались звуки его языка, и его компаньон произнёс:</p>
    <p>— Я… нет больше. Я… все. — Он покачал головой и сказал что-то ещё. Компаньон переключился на женский голос, говоря от своего имени. — Не хватает слов перевести что Понтер говорит. — Вместо «и» в её речи по-прежнему звучало что-то среднее между «е» и «ы».</p>
    <p>Мери печально кивнула.</p>
    <p>— Вы ищете слово «одинок», — подсказала она.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Доосларм бадасларм</emphasis> Адекора Халда проводился в здании Серого Совета, на периферии Центра. Мужчины могли туда попасть, не углубляясь в женскую территорию; женщины технически находились там на своей земле. Адекор не мог сказать, как проведение предварительного слушание во время Последних Пяти влияет на его шансы, но поколение арбитра, женщины по имени Комел Сард, он на глаз определил как 142-е, так что менопаузу она уже наверняка давно миновала.</p>
    <p>Слово имела Даклар Болбай, обвинитель Адекора. Вентиляторы гнали воздух от северной стены помещения к южной, у которой сидела арбитр Сард, следя за разворачивающимся перед ней действием с бесстрастным выражением на изрезанном морщинами лице. Вентиляторы служили двоякой цели: они несли к ней феромоны обвиняемого, которые иной раз говорили красноречивее слов, и не давали обвиняемому или обвинителю, расположившимся у северной стены, учуять её собственные феромоны и таком образом определить, какие аргументы производят на неё большее впечатление.</p>
    <p>Адекор много раз виделся с Класт и поддерживал с ней хорошие отношения — в конце концов, это была партнёрша Понтера. Но в Болбай, партнёрше Класт, похоже, не было ни грамма её теплоты и доброго нрава.</p>
    <p>Болбай была одета в тёмно-оранжевые штаны и тёмно-оранжевую блузку; оранжевый всегда был цветом обвинения. Адекор, в свою очередь, был одет в синее, цвет обвиняемого. Сотни зрителей, примерно поровну мужчин и женщин, собрались на другой половине помещения; <emphasis>доосларм бадасларм</emphasis> по делу об убийстве явно считался событием незаурядным. Жасмель Кет была здесь, и её сестра Мегамег Бек. Партнёрша Адекора Лурт присутствовала тоже; она крепко обняла его, как только пришла. Рядом с ней сидел сын Адекора Даб, того же возраста, как и малышка Мегамег.</p>
    <p>И конечно же, присутствовали почти все салдакские эксгибиционисты; в данный момент нигде не происходило ничего интереснее этих слушаний. Несмотря на своё незавидное положение Адекор был обрадован, увидев Хавста во плоти — его трансляции он смотрел большую часть жизни. Он также узнал Луласма, любимца Понтера, и Гаулта, и Талока, и Репета, и пару других. Эксгибиционистов было легко заметить: они были обязаны носить серебристые одежды как знак общедоступности того, что транслирует их компаньон.</p>
    <p>Адекор сидел на табурете; вокруг него было много свободного места, что позволяло Болбай во время своей речи ходить вокруг него кругами, что она и делала, демонстрируя явную склонность к театральным эффектам.</p>
    <p>— Так скажите нам, учёный Халд, чем закончился ваш эксперимент? Удалось ли вам факторизовать ваше число?</p>
    <p>Адекор покачал головой.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— То есть, подземное расположение не помогло, — сказала Болбай. — Чьей идеей было проводить эксперименты с факторизацией под землёй? — Её голос был низковат для женщины — глубокий и раскатистый.</p>
    <p>— Понтер и я приняли это решение совместно.</p>
    <p>— Да, да, но кто первым предложил эту идею? Вы или учёный Боддет?</p>
    <p>— Я не уверен.</p>
    <p>— Это были вы, не так ли?</p>
    <p>Адекор пожал плечами.</p>
    <p>— Это мог быть я.</p>
    <p>Болбай встала перед ним; Адекор демонстративно не следил за ней взглядом во время её передвижений.</p>
    <p>— А теперь, учёный Халд, расскажите нам, почему вы выбрали это место?</p>
    <p>— Я не говорил, что выбрал его. Я сказал, что я <emphasis>мог</emphasis> это сделать.</p>
    <p>— Хорошо. Тогда скажите, почему для вашей работы было выбрано именно это место.</p>
    <p>Адекор нахмурился, прикидывая, насколько глубоко стоит вдаваться в детали.</p>
    <p>— Землю, — сказал он, — непрерывно бомбардируют космические лучи.</p>
    <p>— Что это такое?</p>
    <p>— Ионизирующее излучение, приходящее из космического пространства. Поток фотонов, ядер гелия и других ядер. Когда они сталкиваются с ядрами атомов в нашей атмосфере, они порождают вторичное излучение — в основном, пионы, мюоны, электроны и <emphasis>дутар</emphasis>-лучи.</p>
    <p>— Они опасны?</p>
    <p>— Нет; во всяком случае, в количествах, производимых космическими лучами. Но они влияют на чувствительные инструменты, поэтому мы хотели поместить наше оборудование в место, экранированное от космических лучей. А Дебральская никелевая шахта расположена поблизости.</p>
    <p>— Вы могли разместиться в каком-либо другом месте?</p>
    <p>— Полагаю, могли. Но Дебральская шахта уникальна не только глубиной, хоть это и самая глубокая шахта в мире, но и чрезвычайно низкой собственной радиоактивностью окружающих горных пород. Уран и другие радиоактивные элементы, присутствующие в других шахтах, испускают заряженные частицы, которые могут повредить наши инструменты.</p>
    <p>— Так что внизу вы были надёжно экранированы от всего?</p>
    <p>— Да; от всего, кроме, я полагаю, нейтрино. — Адекор уловил изменение выражения лица арбитра. — Крошечных частиц, которые беспрепятственно пролетают сквозь твёрдые тела; против них не может быть защиты.</p>
    <p>— Не были ли вы экранированы от кое-чего ещё в вашей шахте? — спросила Болбай.</p>
    <p>— Я не понимаю вопроса, — сказал Адекор.</p>
    <p>— Тысячи саженей скалы между вами и поверхностью. Никакое излучение не в силах до вас добраться — даже космические лучи не в силах пронзить эту толщу.</p>
    <p>— Именно так.</p>
    <p>— И никакое излучение снизу не способно достигнуть поверхности с того места, где вы работали, не так ли?</p>
    <p>— К чему вы ведёте?</p>
    <p>— Я веду к тому, — сказала Болбай, — что сигналы ваших компаньонов — вашего и учёного Боддета — не доходят до поверхности, когда вы в шахте.</p>
    <p>— Да, это так, хотя я даже не думал об этом до вчерашнего дня, когда мне на этот факт указал принудитель.</p>
    <p>— Даже не думали? — с подчёркнутым скептицизмом переспросила Болбай. — С момента вашего рождения у вас есть персональный куб памяти в павильоне архива алиби, прилегающем к зданию Совета, в котором мы находимся. Он записывает всё, что вы делаете, каждое мгновение вашей жизни, передаваемое вашим компаньоном. Каждое мгновение вашей жизни — кроме тех, что вы провели глубоко под поверхностью земли.</p>
    <p>— Я не специалист в этих вопросах, — уклончиво ответил Адекор. — Я не слишком много знаю о том, как компаньон передаёт данные.</p>
    <p>— Не надо, учёный Халд. Минуту назад вы развлекали нас историями про мюоны и пионы, а сейчас вы хотите нас убедить, не понимаете устройства обычного радио?</p>
    <p>— Я не говорил, что не понимаю его, — ответил Адекор. — Я лишь сказал, что не задумывался над этой проблемой до того, как её озвучили.</p>
    <p>Болбай снова оказалась у него за спиной.</p>
    <p>— Никогда не задумывались о том, что, когда вы спуститесь под землю, то в архиве, впервые с момента вашего рождения, не окажется записей ваших действий?</p>
    <p>— Послушайте, — сказал Адекор, обращаясь напрямую к арбитру, пока кружащая вокруг него Болбай снова не перекрыла ему вид. — У меня не было повода обратиться к своему архиву алиби в течение несчётных месяцев. Да, я был осведомлён о том, что обычно все мои действия записываются, но это было абстрактное знание, про которое не вспоминаешь каждый день.</p>
    <p>— И всё же, — продолжала Болбай, — каждый день вашей жизни вы наслаждаетесь покоем и безопасностью, которые достигаются посредством именно этих записей. — Она посмотрела на арбитра. — Вы знаете, что ваши шансы стать жертвой ограбления, убийства или <emphasis>ласагклата</emphasis> во время одинокой ночной прогулки практически равны нулю, потому что такое преступление никак не может сойти с рук. Если вы обвините, скажем, меня, в том, что я напала на вас на площади Песлар, и вам удастся убедить арбитра, что ваши обвинения имеют под собой почву, арбитр прикажет вскрыть ваш или мой архив алиби за интересующий период и просмотреть запись, которая докажет мою невиновность. Тот факт, что преступление невозможно совершить, не оставив записи, позволяет нам всем жить спокойно.</p>
    <p>Адекор молчал.</p>
    <p>— Кроме случая, — продолжила Болбай, — когда преступник заманивает жертву в такое место — практически в единственное место — где невозможно сделать запись о происходящих там событиях.</p>
    <p>— Это абсурдно, — сказал Адекор.</p>
    <p>— Так ли? Шахта была выкопана задолго до появления первых компаньонов, и, разумеется, мы уже давно используем для подземных работ роботов. Люди практически никогда не спускаются в шахту, вот почему мы никогда не пытались решить проблему отсутствия связи между компаньоном и павильоном архива алиби. Однако вы создали условия, которые требовали вашего с учёным Боддетом длительного пребывания в этом вашем подземном убежище.</p>
    <p>— Мы никогда об этом не думали.</p>
    <p>— Не думали? — переспросила Болбай. — Вам знакомо имя Кобаст Гант?</p>
    <p>Сердце Адекора тяжело забу́хало, а во рту внезапно пересохло.</p>
    <p>— Это исследователь в области искусственного интеллекта.</p>
    <p>— Правильно. И он утверждает, что семь месяцев назад он модернизировал ваши с учёным Боддетом компаньоны, добавив продвинутые функции искусственного интеллекта.</p>
    <p>— Да, — подтвердил Адекор. — Так и было.</p>
    <p>— Зачем?</p>
    <p>— Ну, э-э…</p>
    <p>— Зачем?</p>
    <p>— Потому что Понтеру не нравилось оставаться без доступа к планетарной информационной сети. В условиях, когда компаньоны не могут выйти в сеть, ему хотелось, чтобы они имели своём распоряжении больше локальных вычислительных ресурсов и оставались способными помогать нам.</p>
    <p>— И вы как-то забыли про это? — сказала Болбай.</p>
    <p>— Как вы сами сказали, — резко ответил Адекор, — это было много месяцев назад. Я успел привыкнуть к более разговорчивому компаньону. В конце концов — я уверен, что Кобаст Гант это подтвердит — это были лишь прототипы его новых компаньонов с искусственным интеллектом, которые он собирается сделать доступными для всех желающих. Он ожидает, что люди найдут их более удобными, чем старые, даже если они никогда не оказываются отрезанными от сети, и что люди быстро к ним привыкнут и станут относиться к ним как к чему-то совершенно обычному, так же, как к старым, неинтеллектуальным компаньонам. — Адекор сложил руки на коленях. — По крайней мере, я привык к своему очень быстро, и, как я уже и сказал, уже не думал о нём и о том, зачем они нам изначально понадобились… но погодите. Погодите!</p>
    <p>— Да? — сказала Болбай.</p>
    <p>Адекор обратился непосредственно к арбитру Сард:</p>
    <p>— Мой компаньон может рассказать, что произошло в тот день.</p>
    <p>Арбитр наградила Адекора тяжёлым взглядом.</p>
    <p>— Каков ваш вклад, учёный Халд?</p>
    <p>— Мой? Я физик.</p>
    <p>— И компьютерный программист, не так ли? — сказала арбитр. — Ведь правда же, вы и учёный Боддет работали с очень сложными компьютерами.</p>
    <p>— Да, но…</p>
    <p>— Поэтому, — продолжила арбитр, — я не думаю, что мы можем доверять чему-либо из того, что скажет ваш компаньон. Для специалиста вашего уровня перепрограммировать его так, чтобы он сказал то, что вам нужно — достаточно тривиальная задача.</p>
    <p>— Но я…</p>
    <p>— Спасибо, арбитр Сард, — сказала Болбай. — Теперь расскажите нам, учёный Халд, сколько людей обычно задействовано в научном эксперименте?</p>
    <p>— Бессмысленный вопрос, — ответил Адекор. — Какие-то проекты выполняются в одиночку, другие…</p>
    <p>— … а в других участвуют десятки исследователей, не так ли?</p>
    <p>— Да, иногда.</p>
    <p>— Но в вашем эксперименте участвовало всего двое.</p>
    <p>— Это не так, — сказал Адекор. — Ещё четверо помогали нам на разных стадиях проекта.</p>
    <p>— Но ни один из них не спускался к вам шахту. Под землёй работали только вы двое — Понтер Боддет и Адекор Халд, не так ли?</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— И только вы вернулись на поверхность.</p>
    <p>Адекор промолчал.</p>
    <p>— Это так, учёный Халд? Только вы вернулись на поверхность?</p>
    <p>— Да, — сказал он, — но, как я объяснял, учёный Боддет исчез.</p>
    <p>— Исчез, — сказала Болбай, словно никогда раньше не слышала этого слова, словно пыталась постичь его значение. — Вы имеете в виду, что он пропал?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Растворился в воздухе.</p>
    <p>— Именно так.</p>
    <p>— Но мы не знаем ни об одном случае подобных исчезновений.</p>
    <p>Адекор слегка качнул головой. Почему Болбай преследует его? Он никогда с ней не ругался, и даже представить не мог, чтобы Понтер представлял его ей в невыгодном свете. Что ею двигало?</p>
    <p>— Вы не нашли тела, — вызывающе заявил Адекор. — Вы не нашли тела, потому что тела <emphasis>не было</emphasis>.</p>
    <p>— Это ваша позиция, учёный Адекор. Однако в тысячах саженей под землёй вы могли избавиться от тела множеством способов: поместить его в герметично закупоренный контейнер, чтобы предотвратить распространение запаха, а потом сбросить в какую-нибудь трещину, обрушить на него непрочную кровлю, перемолоть проходческой машиной. Шахтный комплекс огромен, десятки тысяч шагов туннелей и штолен. Вы могли избавиться от тела где угодно.</p>
    <p><emphasis>— Но я этого не делал.</emphasis></p>
    <p>— Вы так говорите.</p>
    <p>— Да, — сказал Адекор, усилием воли возвращая голосу спокойствие, — я так говорю.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Вчера вечером у Рубена дома Луиза и Понтер пытались придумать эксперимент, который доказал бы правоту утверждений Понтера о том, что он явился из параллельного мира.</p>
    <p>Химический анализ волокон его одежды мог помочь. По словам Понтера, они были синтетическими, и предположительно отличались от всех известных полимеров. Точно так же, некоторые компоненты странного импланта-компаньона наверняка окажутся неизвестными современной науке.</p>
    <p>Дантист мог бы доказать, что Понтер никогда не пил фторированной воды. Возможно, он даже доказал бы, что Понтер жил в мире без ядерного оружия, диоксинов или двигателей внутреннего сгорания.</p>
    <p>Однако, как указал Рубен, всё это демонстрировало лишь то, что Понтер происходит не с этой Земли, но не доказывало, что он явился с <emphasis>другой</emphasis> Земли. В конце концов, он мог быть просто инопланетянином.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_19">Луиза доказывала, что инопланетная форма жизни никак не может настолько точно походить на случайный продукт эволюции на нашей планете, но согласилась, что для многих идея о пришельце с другой планеты окажется более приемлемой, чем идея параллельных миров — на что Рубен сказал что-то насчёт Киры Нэрис, которая выглядит лучше в коже<a l:href="#id20150414092305_18">[18]</a>.</p>
    <p>Наконец, подходящий тест предложил сам Понтер. Его имплант, сказал он, содержит полный комплект карт никелевой шахты, предположительно расположенной поблизости от этого места на его версии Земли; в конце концов, лаборатория, в которой работал он, тоже располагалась в шахте. Разумеется, основная часть рудной залежи была найдена и его народом, и персоналом «Инко», но, сравнивая свои карты с картами на сайте «Инко», имплант идентифицировал место, содержащее, по его словам, богатую залежь меди, которая ускользнула от внимания «Инко». Если залежь существует, то о ней может знать лишь пришелец из параллельного мира.</p>
    <p>И вот теперь Понтер Боддет — они теперь знали его полное имя — Луиза Бенуа, Бонни Джин Ма, Рубен Монтего и женщина, которую Луиза увидела впервые, генетик Мэри Воган, стояли посреди густого леса в 372 метрах от принадлежащего нейтринной обсерватории здания. С ними были двое геологов «Инко» с разведывательной буровой установкой. Один из них настаивал, что Понтер не прав и меди в этом месте быть не может.</p>
    <p>Следуя указаниям Хак, они пробурили скважину глубиной 9,3 метра и вытащили наружу керн. Луиза испытала огромное облегчение, когда бур с алмазной головкой, наконец, остановился; от его визга у неё заболела голова.</p>
    <p>Упакованный керн сообща отнесли на парковку, где было больше места, и там сняли с него непрозрачную мембрану. На вершине керна, разумеется, была почва, под ней — ледниковый тиль, состоящий из глины, гравия и гальки. Под ним, сказал один из геологов, была докембрийская норитовая скала.</p>
    <p>А под ней, в точности на указанной Хак глубине, обнаружилась…</p>
    <p>Луиза в восхищении захлопала в ладоши. Рубен Монтего улыбался от уха до уха. Сомневающиеся геологи что-то бормотали под нос. Профессор Ма поражённо качала головой. А генетик, доктор Воган, смотрела на Понтера широко раскрытыми глазами.</p>
    <p>Она была в точности там, где было предсказано: самородная медь, перекрученная и пузыристая, тусклая, но несомненно металлическая.</p>
    <p>Луиза улыбнулась Понтеру, думая о зелёном, незагаженном мире, который он описывал вчера вечером.</p>
    <p>— Манна небесная, — тихо сказала она.</p>
    <p>Профессор Ма подошла к Понтеру и взяла его гигантскую ладонь обеими руками.</p>
    <p>— Никогда бы не поверила, — сказала она, — но добро пожаловать на нашу версию Земли.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 21</p>
    </title>
    <p>Все, кроме геологов, снова собрались в конференц-зале шахты «Крейгтон»: Мэри Воган, генетик из Торонто, Рубен Монтего, врач компании «Инко», Луиза Бенуа, сотрудница Нейтринной обсерватории Садбери, присутствовавшая при разрушении детектора, Бонни Джин Ма, директор обсерватории, и, самое главное, Понтер Боддет, физик из параллельного мира, единственный живой неандерталец, которого видела Земля за последние 27000 лет.</p>
    <p>Мэри села рядом с Бонни Джин Ма, единственной женщиной в зале, возле которой было свободное место. Слово взял Рубен Монтего.</p>
    <p>— Вопрос, — сказал он со своим ямайским акцентом, который Мэри находила восхитительным. — Почему мы ведём горные работы на этом месте?</p>
    <p>Мэри не имела ни малейшего понятия, а те, кто наверняка знал, выглядели не расположенными к игре в угадайку, но в конце концов Бонни Джин всё же ответила:</p>
    <p>— Потому что 1,8 миллиардов лет назад, — сказала она, — здесь упал астероид, создав огромную залежь никеля.</p>
    <p>— Именно, — сказал Рубен. — Событие, имевшее место задолго до возникновения на Земле многоклеточной жизни, часть общего прошлого нашего мира и мира Понтера Боддета. — Он оглядел обращённые к нему лица, и его взгляд остановился на Мэри. — Мы не выбирали место для постройки шахты, — сказал Рубен, — мы построили её там, где была руда. А что насчёт нейтринной обсерватории? Почему <emphasis>она</emphasis> была построена здесь?</p>
    <p>— Потому что, — ответила Ма, — два километра скальной породы над шахтой прекрасно защищают от космических лучей, делая её идеальным местом для размещения нейтринного детектора.</p>
    <p>— Но дело ведь не только в этом, мэм? — сказал Рубен, который, как предположила Мэри, стал настоящим экспертом в области нейтринной физики благодаря разговорам с Луизой. — На этой планете есть и другие глубокие шахты. Но в этой ещё и необычайно низкий уровень фоновой радиации, не так ли? Это место — наилучшее для размещения инструментов, чувствительные к воздействию фоновой радиации.</p>
    <p>Мэри рассуждения Рубена показались здравыми, и она заметила, как профессор Ма кивнула. Но потом всё же добавила:</p>
    <p>— И что из этого следует?</p>
    <p>— А то, — сказал Рубен, — что во вселенной Понтера на этом самом месте тоже существует глубокая шахта для разработки той же самой залежи никеля. И в один прекрасный момент он сам осознал ценность этого места и убедил своё правительство устроить глубоко под землёй лабораторию физических исследований.</p>
    <p>— То есть он уверяет, что в другой вселенной на этом самом месте тоже существует нейтринный детектор? — спросила Ма.</p>
    <p>Рубен покачал головой.</p>
    <p>— Нет, — ответил он. — Не совсем. Вспомните: на выбор места для нейтринной обсерватории повлияла историческая случайность: тот факт, что в канадских ядерных реакторах, в отличие от американских, британских, японских или русских, в качестве замедлителя используется тяжёлая вода. Это обстоятельство отсутствовало в мире Понтера — там, похоже, ядерной энергией вообще не пользуются. Но это место также идеально подходит для размещения другого типа физических инструментов. Он замолчал, снова оглядел присутствующих, и сказал:</p>
    <p>— Понтер, где вы работаете?</p>
    <p>— <emphasis>Дусбле корбул то калбтаду,</emphasis> — ответил Понтер, и имплант перевёл его слова мужским голосом: — В лаборатории квантовых вычислений.</p>
    <p>— Квантовых вычислений? — повторила Мэри, чувствуя неловкость; она не привыкла оказываться самой невежественной в компании.</p>
    <p>— Именно так, — сказал Рубен. — Доктор Бенуа?</p>
    <p>Луиза поднялась и кивнула Рубену.</p>
    <p>— Квантовые вычисления — это область, в которой мы лишь начинаем делать первые шаги, — сказала она, убирая с глаз прядь волос. — Обычный компьютер определяет делители некоторого числа, деля его сначала на один предполагаемый делитель, потом на другой, потом на третий — перебирая их все. Но если использовать обычный компьютер для нахождения делителей реально больших чисел — например 512-значных, которые используются для шифрования транзакций по кредитным карточкам в Интернете — то на перебор и проверку всех возможных делителей могут уйти столетия.</p>
    <p>Она тоже оглядела обращённые к ней лица, убеждаясь, что никто не потерял нить её мысли.</p>
    <p>— Но квантовый компьютер использует суперпозицию квантовых состояний для проверки нескольких делителей одновременно, — сказала Луиза. — Это значит, что от нашей вселенной отделяются её короткоживущие идентичные копии специально с целью выполнения квантового вычисления, которые по его завершению — то есть практически тут же — снова сливаются в одну, поскольку они различаются только проверяемым делителем, в остальном же абсолютно идентичны. Таким образом за время, достаточное для проверки одного делителя они фактически проверяются все разом, и мы получаем решение прежде неразрешимой задачи. — Она сделала паузу. — По крайней мере, так мы до сих пор представляли себе природу квантовых вычислений — что они основаны на одномоментной суперпозиции квантовых состояний, то есть, фактически, на создании набора вселенных</p>
    <p>Мэри кивнула, пытаясь осознать услышанное.</p>
    <p>— Но представьте себе, что всё происходит немного не так, — сказала Луиза. — Представьте, что вместо создания на долю секунды новой вселенной квантовый компьютер обращается к <emphasis>уже существующим</emphasis> параллельным вселенным — другим версиям реальности, в которых квантовый компьютер также существует.</p>
    <p>— Для этого предположения нет теоретических оснований, — сказала Бонни Джин немного раздражённо. — И, кроме того, на этом месте нет квантового компьютера в нашей вселенной, единственной, в существовании которой мы можем быть уверены.</p>
    <p>— Именно! — воскликнула Луиза. — Моё предположение таково. Доктор Боддет и его коллега пытались факторизовать число настолько большое, что для одновременной проверки всех возможных делителей потребовалось больше копий квантового компьютера, чем их есть в уже существующих независимых долгоживущих вселенных. Понимаете? Он обратился к тысячам и миллионам существующих параллельных вселенных. В каждой из них квантовый компьютер нашёл копию себя, и каждая из них выполнила проверку своего делителя. Правильно? Но что, если вы факторизуете огромное число, гигантское число, число с большим количеством потенциальных делителей, чем количество параллельных вселенных, в которых существует квантовый компьютер? Что тогда? Так вот, я думаю, что случилось следующее: доктор Боддет с партнёром факторизовали гигантское число, квантовый компьютер обратился к своим собратьям во всех и каждой из вселенных, где он существует, но ему нужно было больше копий себя, так что он стал их искать в <emphasis>других</emphasis> параллельных вселенных, включая те, в которых квантовый компьютер никогда не был построен — такие, как <emphasis>наш</emphasis> мир. И как только он обратился к одной из таких вселенных, это было как удар о стену — факторизация тут же прекратилась. И в результате этого удара существенная часть вычислительной установки Понтера оказалась перемещённой в нашу вселенную.</p>
    <p>Мэри снова заметила, что доктор Ма кивает.</p>
    <p>— Воздух, вместе с которым появился Понтер.</p>
    <p>— Точно, — сказала Луиза. — Как мы и думали, в нашу вселенную переместился в основном воздух — достаточно воздуха, чтобы взломать акриловую сферу изнутри. Но вместе с воздухом оказался захвачен человек, который оказался внутри установки квантовых вычислений.</p>
    <p>— То есть, он не знал, что происходит, когда попал сюда? — спросила Ма.</p>
    <p>— Нет, — сказал Рубен Монтего. — Он ничего не понимал. Если вам кажется, что мы были в шоке, подумайте о том, как ошалел он. Бедолага обнаружил, что оказался в воде в полной темноте. Если бы с ним не было здорового пузыря воздуха, он бы точно утонул.</p>
    <p><emphasis>Весь твой мир вдруг вывернулся наизнанку,</emphasis> — подумала Мэри. Она посмотрела на неандертальца. Конечно, он старался скрыть растерянность и страх, которые, должно быть, испытывал, но перенесённый им шок был вне всякого сомнения огромен. </p>
    <p>Мэри сочувственно улыбнулась ему.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 22</p>
    </title>
    <p><emphasis>Доосларм бадасларм</emphasis> Адекора Халда шёл своим чередом. Арбитр Сард сидела на южном краю зала, Адекор сидел пришпиленный к своему табурету обвиняемого, а Даклар Болбай ходила вокруг него кругами.</p>
    <p>— Действительно ли было совершено преступление? — сказала Болбай, обращаясь в этот раз к арбитру Сард. — Труп не был найден, так что можно бы было утверждать, что это дело о пропавшем без вести, как бы абсурдно ни звучало это в наши дни. Но мы обыскали шахту с портативными детекторами сигналов, так что мы знаем, что компаньон Понтера ничего не передаёт. Если бы он был ранен, компаньон бы передавал. Даже если бы он погиб от естественных причин, компаньон работал бы от батарей ещё несколько дней после того, как биохимические процессы в теле Понтера прекратились. Ничто, кроме насильственных действий не может объяснить исчезновение Понтера и молчание его компаньона.</p>
    <p>Адекор чувствовал, что его желудок начинает заворачиваться узлом. Рассуждения Болбай логичны: конструкция компаньонов проста и надёжна. Когда их ещё не было, случалось, что люди пропадали, и их объявляли мёртвыми лишь через много месяцев, часто просто из-за отсутствия лучшего объяснения. Но Лонвес Троб обещал, что его компаньоны всё изменят, и так и случилось. Никто больше не пропадает без вести.</p>
    <p>Арбитр Сард, очевидно, была удовлетворена аргументацией Болбай.</p>
    <p>— Я согласна, — объявила она, — что отсутствие одновременно и тела, и сигналов компаньона заставляет предположить преступное деяние. Давайте двигаться дальше.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказала Болбай. Она коротко взглянула на Адекора, потом снова повернулась к арбитру. — Убийства, — сказала она, — никогда не были часты. Оборвать жизнь другого, полностью и невозвратно прекратить чьё-то существование — деяние гнусное и ни с чем не сравнимое. И всё же подобные случаи известны; большинство, разумеется, из эпохи до компаньонов и архивов алиби. И в те времена трибунал обычно просил показать три вещи для подкрепления обвинения в убийстве.</p>
    <p>Во-первых, возможность совершить преступление — и таковой у Адекора Халда было больше, чем у кого-либо другого на планете, поскольку он находился в условиях, когда его компаньон был не способен вести передачу.</p>
    <p>Во-вторых — метод, способ, которым преступление было совершено. В отсутствие тела мы можем лишь строить догадки о том, как могло быть осуществлено убийство, хотя, как вы увидите позднее, один способ более вероятен, чем другие.</p>
    <p>И, наконец, нужно показать причину, мотив преступления, что-то, побудившее преступника совершить столь ужасное и необратимое действие. Арбитр, я собираюсь исследовать вопрос о мотиве Адекора Халда.</p>
    <p>Сард кивнула.</p>
    <p>— Я слушаю.</p>
    <p>Болбай резко обернулась к Адекору.</p>
    <p>— Вы и Понтер Боддет жили вместе, не так ли?</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— В течение семи декамесяцев.</p>
    <p>— Вы любили его?</p>
    <p>— Да. Очень любил.</p>
    <p>— Но его партнёрша недавно умерла.</p>
    <p>— Она была и вашей партнёршей, — сказал Адекор, воспользовавшись возможностью подчеркнуть конфликт интересов Болбай.</p>
    <p>Однако Болбай оказалась к этому готова.</p>
    <p>— Да. Класт, моя возлюбленная. Она ушла из жизни, и я глубоко скорблю по ней. Но я никого не виню; в этой смерти некого винить. Болезни случаются, и продлители жизни сделали всё, что в их силах, чтобы облегчить страдания её последних месяцев. Но в смерти Понтера Боддета <emphasis>есть</emphasis>, кого обвинять.</p>
    <p>— Осторожно, Даклар Болбай, — сказала арбитр Сард. — Вы не доказали, что учёный Боддет мёртв. Пока я не вынесу решение по этому поводу, вы должны говорить о такой возможности лишь в предположительном ключе.</p>
    <p>Болбай повернулась к Сард и поклонилась.</p>
    <p>— Прошу прощения, арбитр. — Потом вернулась к Адекору. — Мы обсуждали другую смерть, смерть, которая вне всяких сомнений имела место: смерть Класт, партнёрши Понтера и моей. — Болбай прикрыла глаза. — Моё горе слишком велико, чтобы выразить его словами, и я не выставляю его ни перед кем напоказ. Горе Понтера, я уверена, было столь же велико. Класт часто говорила о нём; я хорошо знаю, как сильно она любила его, как сильно он любил её. — Болбай мгновение помолчала, вероятно, чтобы успокоиться. — Однако, принимая во внимание недавнюю трагедию, мы должны рассмотреть ещё одну возможную причину исчезновения Понтера. Мог ли он покончить с жизнью, не выдержав горя разлуки с Класт? — Она посмотрела на Адекора. — Каково ваше мнение, учёный Халд?</p>
    <p>— Он очень горевал по Класт, но Класт умерла уже довольно давно. Если бы Понтер собирался наложить на себя руки, я уверен, что заметил бы это.</p>
    <p>Болбай важно кивнула.</p>
    <p>— Не могу сказать, что знакома с учёным Понтером так же хорошо, как вы, учёный Халд, но я того же мнения. Однако, не могло ли у него быть какой-либо другой причины для самоубийства?</p>
    <p>Адекора этот вопрос сбил с толку.</p>
    <p>— Например?</p>
    <p>— Ну, скажем, ваша работа… простите меня, конечно, учёный Халд, но я не могу выразить это мягче: ваш проект оказался полным провалом. Приближалась сессия Серого Совета, на которой обсуждался бы ваш вклад в общественное благосостояние. Мог ли он настолько бояться возможного прекращения проекта, чтобы наложить на себя руки?</p>
    <p>— Нет, — ответил Адекор, потрясённый предположением. — Нет, на самом деле, если кто и выглядел бы плохо на совете, то, скорее, я, а не он.</p>
    <p>Болбай дала его комментарию повиснуть в воздухе, потом продолжила:</p>
    <p>— Не будете ли любезны развить свою мысль?</p>
    <p>— Понтер был теоретиком, — сказал Адекор. — Его теории не были ни доказаны, ни опровергнуты, так что c ними ещё работать и работать. Я же был инженером; это я должен был построить установку для проверки теоретических идей Понтера. И это моя установка — прототип квантового компьютера — отказалась работать. Совет мог признать мой вклад недостаточным, но совершенно точно не стал бы делать этого в случае с Понтером.</p>
    <p>— Так что смерть Понтера никак не могла быть самоубийством, — сказала Болбай.</p>
    <p>— Я снова напоминаю, — сказала Сард, — что вы обязаны говорить об учёном Боддете как если бы он был жив, пока я не решу иначе.</p>
    <p>Болбай поклонилась арбитру.</p>
    <p>— Я снова приношу свои извинения. — Потом повернулась к Адекору. — Если бы Понтер захотел убить себя, можно ли утверждать, что он не стал бы это делать способом, который навлёк бы подозрение на вас?</p>
    <p>— Предположение, что он мог наложить на себя руки, настолько немыслимое… — начал Адекор.</p>
    <p>— Да, мы с этим согласны, — спокойно произнесла Болбай, — но, гипотетически, если бы он это сделал, он наверняка не выбрал бы способ, который вызвал бы подозрения в преступном деянии, вы согласны?</p>
    <p>— Да, согласен, — ответил Адекор.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Болбай. — Вернёмся теперь к затронутой вами теме о недостаточности вашего вклада.</p>
    <p>Адекор поёрзал на табурете.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Я не хотела этого касаться, — сказала Болбай. Адекору показалось, что при этих словах от неё слегка повеяло ложью. — Но раз вы сами подняли этот вопрос, мы, наверное, должны немного углубиться в него — вы понимаете, просто чтобы кое-что прояснить.</p>
    <p>Адекор ничего не ответил, и Болбай продолжила.</p>
    <p>— Каково вам было, — мягко спросила она, — всё время жить с подветренной стороны от него?</p>
    <p>— Э-э… простите?</p>
    <p>— Ну, вы же сами сказали, что его вклад вряд ли подвергся бы сомнению, в отличие от вашего.</p>
    <p>— На ближайшем заседании Совета — возможно, — сказал Адекор. — Но в целом…</p>
    <p>— В целом, — подхватила Болбай, вы должны признать, что в любом случае ваш вклад был лишь малой частью его вклада. Это так?</p>
    <p>— Это относится к делу? — поинтересовалась арбитр Сард.</p>
    <p>— Я уверена, что относится, арбитр, — ответила Болбай.</p>
    <p>Сард явно сомневалась в этом, но кивком позволила Болбай продолжать.</p>
    <p>— Вы ведь сами понимаете, учёный Халд, что в учебниках, по которым будут учиться ещё не родившиеся поколения, имя Понтера будет упоминаться часто, тогда как ваше — гораздо реже, если вообще попадёт в учебники.</p>
    <p>Адекор чувствовал, как начинает частить его пульс.</p>
    <p>— Я никогда не задумывался над такими вопросами, — ответил он.</p>
    <p>— О, прошу вас! — сказала Болбай так, словно им обоим было прекрасно известно, какая это несусветная чушь. — Неравенство ваших вкладов было очевидно каждому.</p>
    <p>— Я снова предупреждаю вас, Даклар Болбай, — сказал арбитр. — Я не вижу никаких причин унижать обвиняемого.</p>
    <p>— Я лишь пытаюсь оценить его психическое состояние, — ответила Болбай, снова кланяясь. Не дожидаясь реакции Сард, Болбай повернулась к Адекору. — Итак, учёный Адекор, скажите нам: как вы относились к тому, что ваш вклад меньше, чем вклад вашего партнёра?</p>
    <p>Адекор сделал глубокий вдох.</p>
    <p>— Не моё дело оценивать, чей вклад больше, а чей — меньше.</p>
    <p>— Конечно, нет, но разница между вашим и его настолько бросалась в глаза… — сказала Болбай, словно Адекор цеплялся к незначительной детали, отказываясь видеть общую картину. — Общеизвестно, что Понтер был талантлив. — Болбай снисходительно улыбнулась. — Ну так расскажите нам, как вы к этому относились.</p>
    <p>— Я отношусь к этому сейчас, — сказал Адекор, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — совершенно так же, как относился до исчезновения Понтера. Единственное, что поменялось с тех пор, это то, что я невыразимо опечален потерей своего лучшего друга.</p>
    <p>Болбай снова начала нарезать вокруг него круги. У табурета было крутящееся сиденье; Адекор мог поворачиваться вслед за ней, но решил этого не делать.</p>
    <p>— Вашему лучшему другу? — переспросила Болбай, как будто это заявление её безмерно удивило. — Вашему лучшему другу, так? И как вы почтили память о нём, когда он исчез? Заявив, что в ваших с ним экспериментах главными были ваше оборудование и программы, а не его теоремы!</p>
    <p>У Адекора от неожиданности отпала челюсть.</p>
    <p>— Я… я такого не говорил. Я сказал эксгибиционистам, что могу давать комментарии только относительно оборудования и программ, потому что за них отвечал я.</p>
    <p>— Именно! Вы принижаете роль Понтера в проекте с самого момента его исчезновения.</p>
    <p>— Даклар Болбай, — громыхнула Сард. — Вы должны обращаться к учёному Халду со всем подобающим уважением.</p>
    <p>— Уважением? — усмехнулась Болбай. — С таким же, с каким он говорит о Понтере с тех пор, как он исчез?</p>
    <p>У Адекора закружилась голова.</p>
    <p>— Мы можем обратиться к архиву алиби, моему или эксгибициониста, — сказал он и указал на Сард, как будто они были давними союзниками. — Арбитр может услышать в точности, что я говорил.</p>
    <p>Болбай махнула рукой, отметая предложение, словно это был бред сумасшедшего.</p>
    <p>— Не важно, какие именно слова вы произнесли; важно, какие чувства эти слова выражали. А вы чувствовали облегчение от того, что вашего давнего соперника наконец не стало…</p>
    <p>— Нет, — выкрикнул Адекор.</p>
    <p>— Делаю вам предупреждение, Даклар Болбай, — резко сказала Сард</p>
    <p>— Облегчение от того, что вы вышли из его тени, — продолжала Болбай.</p>
    <p>— Нет! — повторил Адекор, чувствуя, как в нём вскипает гнев.</p>
    <p>— Облегчение, — продолжала Болбай, возвышая голос, — от того, что теперь вы сможете включить в свой вклад то, что было сделано совместно.</p>
    <p>— Замолчите, Болбай! — каркнула Сард, громко хлопая ладонью по подлокотнику своего кресла.</p>
    <p>— Облегчение, — Болбай почти кричала, — от того, что ваш соперник мёртв!</p>
    <p>Адекор поднялся на ноги и повернулся к Болбай. Его рука сжалась в кулак и поднялась…</p>
    <p><emphasis>— Учёный Халд!</emphasis> — голос арбитра Сард был подобен грому. </p>
    <p>Адекор замер. Его сердце бешено колотилось. Болбай, как он заметил, предусмотрительно переместилась на подветренную сторону от него, так, чтобы вентиляторы не несли её феромоны в сторону Адекора. Он посмотрел на свой сжатый кулак — кулак, который мог расколоть череп Болбай одним тычком, одним хорошим ударом проломить грудную клетку и разорвать сердце. Он смотрел на него как на что-то инородное, не принадлежащее его телу. Адекор опустил руку, но в нём по-прежнему было столько гнева и негодования, что в течение нескольких тактов он не мог разжать пальцы. Он повернулся к арбитру.</p>
    <p>— Я… — сказал он умоляющим тоном. — Арбитр, вы, конечно, понимаете… Я… Я не мог… — Он тряхнул головой. — Вы слышали, что она мне говорила. Я не мог… никто бы не смог…</p>
    <p>Фиолетовые глаза арбитра Сард, взирающие на него, были широко раскрыты от изумления.</p>
    <p>— Я никогда не видела ничего подобного, ни в зале суда, ни за его пределами, — сказала она. Учёный Халд, за что с вами такое?</p>
    <p>Адекор всё ещё кипел от ярости. Болбай знает о той истории; наверняка знает. Она — партнёрша Класт, а Понтер и Класт в то время уже были вместе. Но… но… так из-за этого Болбай с таким рвением преследует его? В этом состоит её мотив? Она не может не знать, что Понтер никогда не пожелал бы такого.</p>
    <p>Адекор прошёл через длительное лечение по поводу своей проблемы с контролем гнева. Понтер, милый Понтер, посчитал это болезнью, химический дисбалансом, и — к чести это замечательного человека — был рядом с Адекором в течение всего курса лечения.</p>
    <p>Но сегодня… сегодня Болбай вынудила его, спровоцировала, подвела его к краю у всех на глазах.</p>
    <p>— Достойный арбитр, — сказал Адекор, пытаясь — пытаясь, <emphasis>пытаясь!</emphasis> — заставить свой голос звучать спокойно. Должен ли он всё объяснить? Мог ли? Адекор склонил голову. — Я прошу прощения за свой срыв.</p>
    <p>В голосе арбитра Сард по-прежнему слышалось изумление.</p>
    <p>— Даклар Болбай, у вас имеются ещё какие-либо улики, подкрепляющие обвинение?</p>
    <p>Болбай, явно достигшая именно того эффекта, на который рассчитывала, снова превратилась в воплощение спокойствия и рассудительности.</p>
    <p>— Если позволите, я хотела бы коснуться ещё одного небольшого аспекта…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 23</p>
    </title>
    <p>По окончании собрания в конференц-зале «Инко» Рубен Монтего пригласил всех к себе домой на ещё одно барбекю. Понтер широко улыбался; ему явно понравился вчерашний ужин. Луиза также приняла приглашение, снова пояснив, что, поскольку обсерватория лежит в руинах, ей всё равно нечего делать. Согласилась и Мэри: барбекю — это весело, уж точно веселее, чем снова весь вечер пялиться в потолок гостиничного номера. Профессор Ма отказалась. Ей нужно было возвращаться в Оттаву, где на десять вечера была назначена встреча на Сассекс-драйв, 24 — она сегодня встречалась с премьер-министром.</p>
    <p>Основной проблемой теперь было избавиться от журналистов, которые, по словам охраны «Инко», дежурили у главных ворот шахты «Крейгтон». Но Луиза с Рубеном быстро разработали план, который тут же и претворили в жизнь.</p>
    <p>У Мэри была машина, которую «Инко» взяла для неё напрокат — красный «додж-неон». (Когда Мэри забирала её в прокатной конторе, она спросила, ездит ли машина на благородном газе; клерк лишь непонимающе уставился на неё.)</p>
    <p>Мэри оставила «неон» на парковке шахты, и уселась на пассажирское сиденье Луизиного чёрного «форд-эксплорера», украшенного сине-белым номерным знаком с номером «D2O», в котором Мэри спустя секунду опознала химическую формулу тяжёлой воды. Луиза достала из багажника одеяло — разумные водители и в Онтарио, и в Квебеке всегда возят с собой одеяло на случай, если зимой заглохнет мотор — и завернула Мэри в него.</p>
    <p>Сначала Мэри было невыносимо жарко, но, к счастью, у Луизы в машине был кондиционер; немногие аспиранты могли себе это позволить, но Мэри подозревала, что Луиза с лёгкостью получает максимальные скидки и прочие бонусы.</p>
    <p>Луиза подкатила по извилистой гравийной дорожке к выезду с шахты, и Мэри, в меру способностей, попыталась сделать вид, что под одеялом прячется что-то массивное и одушевлённое. Через некоторое время Луиза резко прибавила скорость, словно желая побыстрее скрыться.</p>
    <p>— Мы только что проехали ворота, — сказала она Мэри, которая из-под одеяла ничего не видела. — Ура, сработало! На нас показывают пальцами и бегут к машинам.</p>
    <p>Луиза уводила журналистов за собой до самого Садбери. Если всё пошло по плану, то Рубен дождался, пока вся пресса увяжется за «эксплорером», а потом увёз Понтера в свой дом на окраине Лайвли.</p>
    <p>Луиза подъехала к многоквартирному дому, в котором жила, и припарковалась на стоянке у подъезда. Мэри слышала, как рядом с ними останавливаются машины, взвизгивая тормозами. Луиза вышла из машины и подошла к дверце пассажирского сиденья.</p>
    <p>— Всё о-кей, — сказала она Мэри, — можете вылезать.</p>
    <p>Мэри услышала, как хлопают дверцы машин — журналисты выскакивали наружу. Луиза воскликнула «<emphasis>Voilа!</emphasis>» и сдёрнула одеяло с Мэри; Мэри одарила репортёров застенчивой улыбкой.</p>
    <p>— Вот чёрт! — сказал один из журналистов. — Зараза, — сказал другой.</p>
    <p>Но третья — а всего их было, должно быть, с дюжину — оказалась более сообразительной.</p>
    <p>— Вы доктор Воган, не так ли? — спросила она. — Генетик?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Так это неандерталец или нет? — требовательно спросила журналистка.</p>
    <p>Луизе и Мэри потребовалось сорок пять минут, чтобы отделаться от репортёров, которые, хоть и были разочарованы тем, что упустили Понтера, были рады первыми услышать о результатах проделанных Мэри анализов ДНК. Наконец, Луизе и Мэри удалось войти в дом и подняться в Луизину маленькую квартирку на третьем этаже. Там они дождались, пока журналисты уберутся с парковки — она была видна из окна Луизиной спальни, а потом Луиза взяла из холодильника пару бутылок вина, и они с Мэри снова спустились вниз, сели в машину и поехали в Лайвли.</p>
    <p>Они добрались до дома Рубена около шести вечера. Рубен и Понтер решили не начинать готовить ужин до их прихода, поскольку не были уверены, когда они явятся. Понтер лежал на диване в гостиной; должно быть, подумала Мэри, неважно себя почувствовал, что было неудивительно, принимая во внимание, сколько ему пришлось пережить за последние пару дней.</p>
    <p>Луиза объявила, что будет помогать готовить ужин. Мэри уже знала, что Луиза вегетарианка и, должно быть, чувствовала неловкость за то, что Рубену вчера пришлось готовить для неё отдельно. Рубен, как отметила Мэри, тут же принял её предложение — а какой нормальный мужчина отказался бы?</p>
    <p>— Мэри, Понтер, — сказал Рубен, — чувствуйте себя как дома. Мы с Луизой займёмся барбекю.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как зачастило сердце, а во рту моментально пересохло. Она не оставалась наедине с мужчиной с…</p>
    <p>Но сейчас совсем ещё рано, и…</p>
    <p>И Понтер — не…</p>
    <p>Это было затасканное клише, но в данной случае — истинная правда.</p>
    <p>Понтер не такой, как другие мужчины.</p>
    <p>Конечно, всё будет хорошо; в конце концов, Рубен и Луиза были неподалёку. Мэри сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.</p>
    <p>— Ага, — ответила она. — Хорошо.</p>
    <p>— Здорово, — сказал Рубен. — В холодильнике есть пиво и газировка. Луизино вино выпьем за ужином.</p>
    <p>Они с Луизой удалились сначала на кухню, а через пару минут вышли во двор. Мэри судорожно втянула воздух, когда увидела, что Рубен закрыл стеклянную дверь, ведущую наружу, чтобы не кондиционировать улицу. Сомнительно, чтобы они услышали что-нибудь из-за закрытой двери и гудения кондиционера.</p>
    <p>Мэри повернула голову и посмотрела на Понтера, который поднялся на ноги. Они сумела выдавить из себя вялую улыбку.</p>
    <p>Понтер улыбнулся в ответ.</p>
    <p>Он не был уродлив; вовсе нет. Но его лицо выглядело весьма необычно: как будто кто-то взял глиняную модель нормального человеческого лица и вытянул её вперёд.</p>
    <p>— Превет, — сказал Понтер без посредства импланта.</p>
    <p>— Привет, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Неудобно, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри вспомнила свою поездку в Германию. Вспомнила постоянные усилия, которые приходилось прилагать только для того, чтобы быть понятой, чтобы прочитать инструкцию к телефону-автомату, сделать заказ в ресторане, спросить дорогу. Как ужасно должен чувствовать себя Понтер — учёный, интеллектуал! — вынужденный общаться на уровне ребёнка-дошкольника.</p>
    <p>Эмоции Понтера были очевидны: он улыбался, хмурился, вскидывал белобрысые брови, смеялся; она не видела, как он плачет, но, должно быть, он умел и это. Они ещё не накопили достаточный словарный запас для обсуждения того, какие чувства он испытывает по поводу мира, в который попал; сейчас было легче говорить о квантовой механике, чем о чувствах.</p>
    <p>Мэри сочувственно кивнула.</p>
    <p>— Да, — сказала она, — это очень неудобно, когда не можешь общаться.</p>
    <p>Понтер слегка склонил голову. Возможно, понял; возможно, нет. Он оглядел гостиную Рубена, словно что-то потерял.</p>
    <p>— В вашей комнате нет… — Он нахмурился, явно не в силах высказать идею, для которой ни у него, ни у его импланта ещё не было слов. Наконец, он подошёл к одному из массивных встроенных книжных шкафов, заполненных детективами, DVD-дисками и маленькими ямайскими статуэтками. Понтер повернулся и принялся тереться спиной об угол шкафа, двигая ею из стороны в сторону.</p>
    <p>Мэри поначалу опешила, но быстро сообразила, что происходит: Понтер использовал шкаф как чесательный столб. В голове возник образ довольного Балу из диснеевской «Книги джунглей». Она пыталась подавить улыбку. У неё самой спина чесалась довольно часто — и, подумала она, уже давно некому было ей её почесать. Если спина Понтера действительно такая волосатая, то она, должно быть, чешется довольно регулярно. Наверное, жилые помещения в его мире оборудованы специальными приспособлениями для чесания спины.</p>
    <p>Она задумалась, будет ли вежливо предложить почесать ему спину — и эта мысль повергла её в ступор. Она полагала, что уже никогда не захочет касаться мужчины, или чтобы он её касался. В чесании спины не обязательно присутствует сексуальный подтекст, но опять же, литература, которую дала ей Кейша, подтвердила то, что она уже знала: в изнасиловании тоже нет ничего от секса. И всё же она ничего не знала о том, как принято вести себя друг с другом мужчине и женщине в мире Понтера; она могла серьёзно его оскорбить или…</p>
    <p><emphasis>Опомнись, женщина!</emphasis></p>
    <p>Без сомнения она выглядела для Понтера не более привлекательно, чем он для неё. Он почесался ещё какое-то время, потом отступил от массивного шкафа. Он сделал рукой приглашающий жест, будто предлагая Мэри проделать то же самое.</p>
    <p>Она забеспокоилась о том, что может что-то сломать или скинуть с полок, но если шкаф выдержал Понтера, то и её наверняка выдержит.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Мэри. Она пересекла комнату, обошла прозрачный кофейный столик и прижала спину к углу шкафа. Потом поелозила спиной по дереву. Это и правда было приятно, хотя застёжка лифчика постоянно цеплялась за угол.</p>
    <p>— Хорошо, да? — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Ага.</p>
    <p>В этот момент зазвонил телефон. Понтер посмотрел на него, Мэри тоже. Телефон не умолкал.</p>
    <p>— Точно не для я, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мери засмеялась и подошла к столу, на котором лежала трубка зеленоватого цвета. Она приняла звонок.</p>
    <p>— Дом доктора Монтего.</p>
    <p>— Профессор Мэри Воган случайно не у вас? — спросил мужской голос.</p>
    <p>— Э-э… я слушаю.</p>
    <p>— Здо́рово! Меня зовут Санджит. Я продюсер «@discovery.ca», вечерней программы научных новостей на канале «Дискавери-Канада».</p>
    <p>— Вау, — сказала Мэри. — Крутое шоу.</p>
    <p>— Спасибо. Мы следим за этой историей с неандертальцем из Садбери. Честно говоря, мы поначалу в неё не верили, но только что пришло сообщение, что вы установили подлинность его ДНК.</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри. — У него действительно ДНК неандертальца.</p>
    <p>— А что скажете про… про него самого? Он не подделка?</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — Он вполне настоящий.</p>
    <p>— Круто. В общем, видите ли, мы были бы счастливы увидеть вас в нашей завтрашней передаче. Нашим каналом владеет CTV, так что мы могли бы прислать кого-нибудь из местной студии организовать телеинтервью между вами в Садбери и Джеем Инграмом, одним из ведущих, в нашей студии в Торонто.</p>
    <p>— Гмм, — сказала Мэри. — Ну, хорошо. Я согласна.</p>
    <p>— Отлично, — сказал Санджит. — Давайте я вам вкратце расскажу, о чём будет разговор.</p>
    <p>Мэри повернулась и выглянула в окно. Во дворе Рубен и Луиза всё ещё возились с барбекю.</p>
    <p>— Давайте.</p>
    <p>— Во-первых, хочу убедиться, что в моих сведениях о вас самой ничего не напутано. Вы преподаёте в Йоркском университете, верно?</p>
    <p>— Да, генетику.</p>
    <p>— На постоянной должности?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Ваша кандидатская степень в области…</p>
    <p>— Молекулярной биологии.</p>
    <p>— В 1996 году вы ездили в Германию, чтобы взять образец ДНК хранящегося там типового экземпляра неандертальца, всё верно?</p>
    <p>Мэри бросила взгляд на Понтера, чтобы убедиться, что он ничего не имеет против того, что она так долго разговаривает по телефону. Его ответная улыбка была вполне искренней, так что она продолжила.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Расскажите об этом подробнее, — попросил Санджит.</p>
    <p>В целом подготовка к интервью заняла минут двадцать. Она слышала, как Рубен и Луиза пару раз проходили со двора на кухню; один раз Рубен просунул голову в гостиную убедиться, что у Мэри всё в порядке, и она, зажав микрофон рукой, рассказала ему, что происходит. Он улыбнулся и вернулся к готовке. Наконец, Санджит исчерпал свой запас вопросов, и они подтвердили свою готовность к записи интервью. Мэри положила трубку и вернулась к Понтеру.</p>
    <p>— Простите, — сказала она.</p>
    <p>Но Понтер уже бросался на неё с вытянутой вперёд рукой. В одно мгновение она поняла, какой была идиоткой; он специально заманил её сюда, к книжным шкафам, подальше от двери. Одним движением массивной руки он отбросит её и от окна, и Рубен и Луиза не смогут видеть её снаружи.</p>
    <p>— Прошу, — сказала Мэри, — Прошу… я закричу…</p>
    <p>Понтер сделал ещё один судорожный шаг вперёд, и тут…</p>
    <p>И тут Мэри закричала.</p>
    <p><emphasis>— Помогите! Помогите!</emphasis></p>
    <p>Понтер тяжёло оседал на ковёр. Его лоб над надбровным валиком покрывал густой пот, а кожа приобрела пепельный оттенок. Мэри бухнулась на колени рядом с ним. Его грудь быстро поднималась и опускалась; он начинал хрипеть.</p>
    <p>— <emphasis>Помогите!</emphasis> — завопила она снова.</p>
    <p>Она услышала, как распахивается дверь. В комнату ворвался Рубен.</p>
    <p>— Что слу… о Господи!</p>
    <p>Он подскочил к Понтеру. Луиза прибежала пару секунд спустя. Рубен щупал у Понтера пульс.</p>
    <p>— Понтер не здоровый, — сказала Хак женским голосом.</p>
    <p>— Да, — ответил Рубен, кивая. — Вы знаете, что с ним не так?</p>
    <p>— Нет, — ответила Хак. — Пульс учащён, дыхание неглубокое. Температура тела 39.</p>
    <p>Мэри на мгновение растерялась, услышав, что имплант называет температуру в, как ей показалось, градусах Цельсия — если так, что у Понтера серьёзный жар. Но, если подумать, это была самая логичная температурная шкала, которую могли бы выдумать существа с десятью пальцами.</p>
    <p>— У него есть аллергия? — спросил Рубен.</p>
    <p>Хак пискнула.</p>
    <p>— Аллергия, — объяснил Рубен, — Еда или вещи из нормального окружения, которые не действуют на других людей, но ему от них плохо.</p>
    <p>— Нет, — ответила Хак.</p>
    <p>— Был ли он болен, когда покидал ваш мир?</p>
    <p>— Болен? — повторила Хак.</p>
    <p>— Нездоров. Чувствовал недомогание.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>Рубен взглянул на украшенные затейливой резьбой деревянные часы, стоящие на одной из книжных полок.</p>
    <p>— Он в нашем мире уже пятьдесят один час. Чёрт, чёрт, чёрт!</p>
    <p>— Что такое? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Боже, какой я идиот! — сказал Рубен, вставая. Он бегом устремился в соседнюю комнату и вернулся с коричневым врачебным чемоданчиком, который тут же открыл. Он достал из него деревянный медицинский шпатель и крошечный фонарик. — Понтер, — твёрдо сказал он, — откройте рот.</p>
    <p>Золотистые глаза Понтера были полузакрыты, но он сделал, что просил Рубен. По-видимому, его никогда раньше таким образом не обследовали — Понтер засопротивлялся, почувствовав деревянную лопаточку на языке. Однако, по-видимому, успокоенный словами Хак, которые слышал он один, он перестал сопротивляться, и Рубен осветил фонариком внутреннюю поверхность огромной неандертальской ротовой полости.</p>
    <p>— Миндалины и другие ткани сильно воспалены, — сказал Рубен. Он посмотрел на Мэри, потом на Луизу. — Какая-то инфекция.</p>
    <p>— Но вы, профессор Воган или я находились с ним практически всё время, — сказала Луиза, — и мы не заболели.</p>
    <p>— <emphasis>Именно,</emphasis> — сказал Рубен. — Что бы он ни подхватил, он подхватил это здесь, и это что-то, к чему у нас имеется природный иммунитет, а у него — нет. — Рубен порылся в своём чемоданчике и достал из него пузырёк с пилюлями. — Луиза, — сказал он, не оборачиваясь, — принесите стакан воды, пожалуйста.</p>
    <p>Луиза бегом кинулась на кухню.</p>
    <p>— Я собираюсь дать ему лошадиную дозу аспирина, — сказал он, обращаясь то ли к Хак, то ли к Мэри — она не поняла. — Это должно сбить жар.</p>
    <p>Луиза вернулась со стаканом, полным воды. Рубен взял у неё стакан, потом просунул две пилюли Понтеру между губ.</p>
    <p>— Хак, скажите ему, чтобы он это проглотил.</p>
    <p>Мэри не была уверена, понял ли компаньон слова Рубена, или просто догадался о его намерениях, но секундой позже Понтер действительно проглотил таблетки и, поддерживаемый за руку Рубеном, сумел отхлебнуть из стакана немного воды, хотя бо́льшая часть растеклась по его лишённой подбородка челюсти, промочив бороду.</p>
    <p>Но он не захлебнулся и не закашлялся. Неандерталец неспособен подавиться — это была обратная сторона их неспособности произносить многие звуки. Их ротовая полость имела такую форму, что ни еда, ни вода не могли попасть не в то горло. Рубен помог залить в Понтера ещё немного воды; стакан опустел.</p>
    <p><emphasis>Кретины</emphasis>, подумала Мэри. <emphasis>Чёртовы кретины.</emphasis></p>
    <p>Ну как они могли быть такими тупыми? Когда Кортес со своими конкистадорами явился в Центральную Америку, он привёз болезни, от которых у ацтеков не было иммунитета — а ведь ацтеки и испанцы были изолированы друг от друга всего несколько тысяч лет, в течение которых в одной части планеты успели развиться патогены, от которых в другой не было зашиты. Мир Понтера был изолирован от нашего по меньшей мере двадцать семь тысяч лет; у нас <emphasis>наверняка</emphasis> есть болезни, к которым у него отсутствует иммунитет.</p>
    <p>И… и… и…</p>
    <p>Мэри содрогнулась.</p>
    <p>И, конечно, это работает в обе стороны.</p>
    <p>Та же мысль, по-видимому, пришла в голову и Рубену. Он вскочил на ноги, пересёк комнату и схватил со стола телефон, по которому раньше разговаривала Мэри.</p>
    <p>— Алло, оператор, — сказал он в телефон. — Я доктор Рубен Монтего, у нас чрезвычайная эпидемиологическая ситуация. Мне нужно связаться с Лабораторным центром контроля заболеваний при Министерстве здравоохранения в Оттаве. Да, именно так — с тем, кто там главный по инфекционным болезням…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 24</p>
    </title>
    <p><emphasis>Доосларм басадларм</emphasis> Адекора Халда был временно приостановлен — якобы для перерыва на ужин, но также и потому, что арбитр Сард явно хотела дать ему время успокоиться и прийти в себя и проконсультироваться с другими о том, как исправить нанесённый его вспышкой ярости ущерб.</p>
    <p>Когда <emphasis>доосларм басадларм</emphasis> возобновился, Адекор снова сидел на табурете. Он раздумывал о том, какой гений придумал, что обвиняемый должен сидеть на табурете, а обвинитель ходить вокруг него кругами? Наверное, Жасмель знает; в конце концов, она изучает историю, а эта традиция наверняка очень древняя.</p>
    <p>Болбай широким шагом вышла в центр зала.</p>
    <p>— Я хотела бы, чтобы мы прошли а павильон архива алиби, — сказала она.</p>
    <p>Сард взглянула на укреплённый на потолке хрономер, явно обеспокоенная тем, сколько времени это займёт.</p>
    <p>— Вы уже показали, что архив алиби учёного Халда не может содержать ничего, имеющего отношение к исчезновению Понтера Боддета. — Она скривилась. — Я <emphasis>уверена</emphasis>, — сказала она тоном, который подавлял желание возражать, — что и учёный Халд и тот, кто будет говорить от его имени, согласятся с этим утверждением без посещения архива.</p>
    <p>Болбай степенно кивнула.</p>
    <p>— Я согласна с вами, арбитр. Но я хотела бы разблокировать куб памяти не учёного Халда, а Понтера Боддета.</p>
    <p>— В нём также не может быть ничего о его исчезновении, — сказала Сард с явными признаками раздражения, — и по той же самой причине: тысячи саженей скалы, блокирующие радиосигналы.</p>
    <p>— Совершенно верно, арбитр, — сказала Болбай. — Однако я хотела бы просмотреть не момент исчезновения учёного Боддета. Я хочу показать вам эпизод, имевший место 254 месяца назад.</p>
    <p>— Двести пятьдесят четыре месяца! — воскликнула арбитр. — Как может произошедшее так давно иметь хоть какое-то отношение к данному разбирательству?</p>
    <p>— Если вы мне позволите, — сказала Болбай, — я продемонстрирую вам эту связь.</p>
    <p>Адекор в раздумье постукивал себя большим пальцем по надбровной дуге. Два с половиной гектомесяца: чуть больше девятнадцати лет. Он уже был знаком с Понтером; они оба со 145-го, и поступили в Академию одновременно. Но что за событие тех давних времён могло…</p>
    <p>Адекор сам не заметил, как вскочил на ноги.</p>
    <p>— Достойный арбитр, я возражаю.</p>
    <p>Сард посмотрела на него.</p>
    <p>— Возражаете? — переспросила она, не ожидая услышать такого во время судебного разбирательства. — На каком основании? Болбай просит вскрыть не ваш архив, а Понтера Боддета. И поскольку он пропал, то правом просить об открытии его архива обладает <emphasis>табант</emphasis> его ближайших живых родственников, то есть Даклар Болбай.</p>
    <p>Адекор был зол на себя. Сард могла бы отклонить запрос Болбай, если бы он держал свой рот на замке. Но теперь он возбудил в ней любопытство, и она захочет узнать, что же такое Адекору хотелось скрыть.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказала Сард, придя к решению. Она оглядела толпу зрителей. — Вы все останетесь здесь, пока я не решу, есть ли там что-то такое, что необходимо продемонстрировать публике. — Она переместила свой взгляд. — Члены семьи учёного Боддета, учёный Халд и тот, кто будет говорить от его имени, могут присоединиться к нам при условии, что никто из них не является эксгибиционистом. — Наконец, её взгляд упёрся в Болбай. — Хорошо, Болбай. Но в ваших интересах, чтобы дело того стоило.</p>
    <p>Сард, Болбай, Адекор, Жасмель и Мегамег, которую Жасмель держала за руку, по широкому выстланному мхом коридору прошли в павильон архива алиби. Болбай не смогла удержаться от язвительного замечания по адресу Адекора:</p>
    <p>— Что, никто не согласился говорить от твоего имени, а?</p>
    <p>Хотя бы в этот раз Адекору хватило ума удержать язык за зубами.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Не так много ныне живущих людей родилось до внедрения компаньонов: немногочисленные представители 140-го поколения и ещё меньшее число представителей 139-го, которые ещё не умерли. Для всех остальных компаньон был частью их жизни практически с её первых дней, когда вживляется первый младенческий имплант. До тысячемесячного юбилея начала Эры Алиби оставалось совсем немного времени — весь мир готовился к празднествам.</p>
    <p>Даже в одном только Салдаке десятки тысяч людей успели родиться и умереть после вживления первого компаньона; самый первый имплант был установлен в запястье его изобретателя, Лонвеса Троба. Огромный павильон архива алиби, расположенный рядом со зданием Серого Совета, был разделён на два крыла. Южное упиралось в древнее скальное обнажение; расширение этого крыла было бы непростым делом, и поэтому здесь хранили активные кубы алиби, принадлежащие ныне живущим людям, число которых оставалось практически постоянным. Северное крыло, хотя в данный момент не превышавшее размером южное, могло достраиваться без ограничений, как того и требовалось. Когда кто-нибудь умирал, его куб алиби отсоединяли от приёмника и переносили сюда.</p>
    <p>Интересно, подумал Адекор, в каком крыле сейчас находится куб Понтера. В принципе, арбитру ещё предстояло вынести решение о том, было ли убийство. Он очень надеялся, что куб пока ещё в крыле живых; он опасался, что не сможет сохранять присутствие духа, если придётся просматривать сцены из жизни Понтера на стороне мёртвых.</p>
    <p>Раньше Адекору не доводилось бывать в архиве. В северном крыле, крыле мёртвых, для каждого поколения имелось отдельное помещение с ведущим в него сводчатым проходом. Первое из них было крошечным, и в нём хранился единственный куб, принадлежащий Валдеру Шару, единственному в Салдаке представителю 131-го поколения, который ещё был жив на момент внедрения компаньонов. Следующие постепенно становились больше — в них хранились кубы рождённых в 132, 133, 134 и 135 поколениях, каждое на десять лет младше, чем предыдущее. Начиная со 136-го поколения все помещения были одинакового размера, хотя в отведённых для 144-го и более поздних пока находилось всего несколько кубов: почти все его представители были ещё живы.</p>
    <p>В южном крыле было единственное помещение с тридцатью тысячами разъёмов для подключения кубов памяти. Хотя поначалу в южном крыле царил порядок и кубы были сгруппированы по поколениям, а внутри поколений — по полам, к настоящему времени большая часть этого порядка оказалась утрачена. Дети рождались в упорядоченной предсказуемой манере, однако умирали люди без всякого порядка, и кубы последующих поколений подключались к освободившимся разъёмам.</p>
    <p>Поэтому найти нужный куб среди более чем 25000 — население Салдака — было бы невозможно без каталога. Поэтому арбитр Сард предстала перед Хранителем Алиби, грузной женщиной 143-го поколения.</p>
    <p>— Здравый день, арбитр, — сказала она, сидя на седлокресле за столом причудливо выгнутой формы, напоминающей почку.</p>
    <p>— Здравый день, — ответила Сард. — Я хочу получить доступ к архиву алиби Понтера Боддета, физика 145-го поколения.</p>
    <p>Женщина кивнула и заговорила, обращаясь к компьютеру. На квадратном экране появилась серия цифр.</p>
    <p>— Следуйте за мной, — сказала она.</p>
    <p>Для своих размеров двигалась она на удивление проворно. Она провела их через череду коридоров, стены которых были испещрены рядами ниш, содержащими кубы памяти — блоки реструктурированного гранита размером с человеческую голову.</p>
    <p>— Вот он, — сказала женщина. — Разъём номер 16321: Понтер Боддет.</p>
    <p>Арбитр кивнула, потом повернула своё морщинистое запястье так, чтобы её компаньон был направлен на горящий синий глаз алиби-куба.</p>
    <p>— Я, Комел Сард, арбитр, сим приказываю разблокировать хранилище алиби номер 16321 для справедливого и обоснованного судебного разбирательства. Дата, время.</p>
    <p>Глазок на алиби-кубе из синего стал жёлтым. Арбитр отошла в сторону, и архивист предъявила свой компаньон.</p>
    <p>— Я, Мабла Дабдалб, Хранитель Алиби, сим подтверждаю разблокирование хранилища алиби номер 16321 для справедливого и обоснованного судебного разбирательства. Дата, время. — Глазок стал красным, и прозвучал звуковой сигнал.</p>
    <p>— Готово, арбитр. Вы можете воспользоваться проектором в двенадцатой комнате.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Сард, и все вернулись обратно к входу. Дабдалб указала им проекционную комнату, которую зарезервировала для них, и Сард, Болбай, Адекор, Жасмель и Мегамег вошли в неё.</p>
    <p>Комната была большая и квадратная, с рядом седлокресел вдоль одной из стен. Все, кроме Болбай, уселись, она же подошла к вмонтированной в стену консоли управления. Архивы алиби можно было просматривать только внутри этого здания; чтобы защитить их от несанкционированного доступа здания архивов были полностью изолированы от планетарной информационной сети и не имели внешних линий связи. Хотя необходимость лично являться в здание архива для просмотра записей часто создавала неудобства, изоляция считалась необходимой и полезной мерой.</p>
    <p>Болбай оглядела сидящих перед ней людей.</p>
    <p>— Ну, хорошо, — сказала она. — Я собираюсь обратиться к событиям 146/128/11.</p>
    <p>Адекор обречённо кивнул. Он не был уверен, что то был именно одиннадцатый день, но 128-я луна со дня рождения 146-го поколения звучала правдоподобно.</p>
    <p>В комнате потемнело, и перед ними появилась почти невидимая сфера, напоминающая мыльный пузырь. Болбай, похоже, считала, что стандартный размер не способен передать драматизма демонстрируемых событий: Адекор услышал щёлканье управляющих штырьков, и сфера начала увеличиваться, пока не достигла сажени в диаметре. Потом она снова повозилась с консолью, и внутри сферы появились три меньшие, окрашенные в немного различающиеся цвета. Потом в этих сферах также появилось по три меньшие, и в них тоже, снова и снова, словно на ускоренной видеосъёмке клеточного митоза. По мере того, как сферы постепенно становились всё меньше и меньше, они раскрашивались во всё большее и большее количество цветов, и наконец, когда процесс завершился, сферу заполнило изображение молодого человека в камере размышлений Научной Академии — помещении с повышенным давлением. Он выглядел, словно статуя, слепленная из мелких бусинок.</p>
    <p>Адекор кивнул; запись была сделана довольно давно, до появления современных технологий высокой чёткости. Но смотреть вполне можно.</p>
    <p>Болбай снова что-то сделала с консолью, и пузырь повернулся так, чтобы всем стало видно лицо изображённого на голограмме человека. Адекор уже и забыл, как выглядел молодой Понтер. Он взглянул на сидящую рядом Жасмель. Она смотрела, как зачарованная. Она наверняка понимала, что здесь отцу столько же лет, сколько ей сейчас; когда делалась эта запись, Класт уже была беременна ею.</p>
    <p>— Это, конечно же, Понтер Боддет, — сказала Болбай. — Здесь ему вдвое меньше, чем сейчас — чем было бы сейчас, будь он жив. — Она торопливо продолжила, пока арбитр не сделала её замечание. — Итак, сейчас я включаю ускоренное воспроизведение…</p>
    <p>Изображение Понтера пошло, село, встало, послонялось по комнате, сверилось с планшетом, потёрлось о чесательный столб — двигаясь при этом неестественно быстро. А потом дверь комнаты открылась — повышенное давление не давало проникать в комнату феромонам других людей, которые отвлекали от учёбы — и в неё вошёл Адекор Халд.</p>
    <p>— Стоп, — произнесла арбитр Сард. Болбай остановила изображение. — Учёный Халд, вы подтверждаете, что это в самом деле вы?</p>
    <p>Адекор на мгновение похолодел, увидев своё лицо; он и забыл, что как раз тогда начал было брить бороду. Ах, если бы то было единственным безумством юности, что зафиксировал этот куб…</p>
    <p>— Да, арбитр, — тихо сказал Адекор. — Это я.</p>
    <p>— Всё в порядке, — сказала Сард. — Продолжайте.</p>
    <p>Изображение в пузыре снова задвигалось в ускоренном темпе. Адекор перемещался по комнате, как и Понтер, хотя изображение Понтера всегда оставалось в центре сферы, а перемещалось его окружение.</p>
    <p>Адекор и Понтер, по-видимому, дружески беседовали…</p>
    <p>Потом беседа приняла менее дружеский характер…</p>
    <p>Болбай переключила воспроизведение на нормальную скорость.</p>
    <p>К этому моменту Понтер и Адекор жарко спорили.</p>
    <p>И потом…</p>
    <p>Потом…</p>
    <empty-line/>
    <p>Адекору хотелось закрыть глаза. Он и так отлично помнил эту сцену. Но он никогда не смотрел на неё снаружи, никогда не видел, какое у него было при этом лицо…</p>
    <p>Так что он смотрел.</p>
    <p>Смотрел, как он сжимает пальцы…</p>
    <p>Как отводит руку назад, как вздувается бицепс…</p>
    <p>Как рука летит вперёд…</p>
    <p>Как именно в этот момент Понтер приподнимает голову…</p>
    <p>Как его кулак встречается с челюстью Понтера…</p>
    <p>Как челюсть ломается наискось…</p>
    <p>Как Понтера отбрасывает назад, изо рта хлещет кровь…</p>
    <p>Как Понтер выплёвывает зубы.</p>
    <p>Болбай снова остановила картинку. Да, на лице молодого Адекора теперь застыло выражение шока и раскаяния. Да, он нагнулся, чтобы помочь Понтеру. Да, он явно сожалел о том, что сделал, потому как он, конечно же, был…</p>
    <p>…был на волосок от того, чтобы убить Понтера Боддета, со всей силы ударив его кулаком в лицо.</p>
    <p>Мегамег плакала. Жасмель ёрзала на своём кресле, отодвигаясь от Адекора. Арбитр Сард в изумлении медленно раскачивала головой. А Болбай…</p>
    <p>Болбай просто стояла, скрестив руки на груди.</p>
    <p>— Ну так что, Адекор, — сказала она, — мне проиграть всю сцену снова, на этот раз со звуком, или вы сэкономите нам время и сами расскажете, о чём у вас с Понтером вышел спор?</p>
    <p>Адекора мутило.</p>
    <p>— Это несправедливо, — тихо произнёс он. — Несправедливо. Я прошёл курс лечения по контролю над гневом — корректировку уровня нейротрансмиттеров; мой скульптор личности это подтвердит. Я в жизни никого не ударил ни до, ни после этого случая.</p>
    <p>— Вы не ответили на мой вопрос, — сказала Болбай. — О чём вы ругались с Понтером?</p>
    <p>Адекор молчал, сокрушённо качая головой.</p>
    <p>— Учёный Халд? — требовательно напомнила о себе арбитр.</p>
    <p>— Это была ерунда, — сказал Адекор, глядя в устланный мхом пол. — Это… — Он сделал глубокий вдох, потом медленно выдохнул. — Это была философская идея, связанная с квантовой физикой. Существует много интерпретация квантовых явлений, но Понтер был сторонником модели, об ошибочности которой был прекрасно осведомлён. Я… Я знал, что он просто дразнит меня, но…</p>
    <p>— Но вы не выдержали, — сказала Болбай. — И простая научная — научная! — дискуссия вышла из-под контроля, и вы вспылили настолько, что это стоило бы Понтеру жизни, ударь вы его на два пальца выше.</p>
    <p>— Это несправедливо, — повторил Адекор, теперь глядя на арбитра. — Понтер меня простил. Он не выдвинул обвинения; если нет обвинения со стороны жертвы, то по определению нет и преступления. — Его голос стал почти умоляющим. — <emphasis>Это закон.</emphasis></p>
    <p>— Сегодня утром в зале Совета мы имели возможность наблюдать, насколько успешно Адекор Халд контролирует свой гнев, — сказала Болбай. — А теперь вы увидели, что однажды он уже пытался убить Понтера Боддета. В тот раз у него не получилось, но, по моему мнению, у нас достаточно оснований полагать, что новая попытка, совершённая в лаборатории квантовых вычислений глубоко под землёй, была успешнее. — Болбай замолчала и взглянула на Сард. — Я думаю, — сказала она довольным голосом, — что установленных фактов достаточно для передачи дела в полный трибунал.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 25</p>
    </title>
    <p>Мэри подошла к окну, выходящему на улицу, и выглянула в него. Хотя уже больше шести вечера, в это время года будет светло ещё пару часов, и…</p>
    <p>О Господи! Продюсер с канала «Дискавери» был не единственным, кто догадался, где их нужно искать. Она увидела два телевизионных фургона с микроволновыми антеннами на крышах, три легковушки, украшенные логотипами радиостанций, и потрёпанную «хонду» с крылом чуть иного цвета, чем остальной автомобиль; она, должно быть, принадлежала какому-нибудь газетчику. Похоже, сообщение о том, что она подтвердила подлинность ДНК Понтера, заставило всех и каждого отнестись к этой совершенно невероятной истории всерьёз.</p>
    <p>Рубен, наконец, положил трубку. Мэри повернулась к нему.</p>
    <p>— Я не планировал, что вы останетесь на ночь, — сказал он, — но…</p>
    <p>— Что? — удивлённо переспросила Луиза.</p>
    <p>Но Мэри уже всё поняла.</p>
    <p>— Никто никуда не едет, да? — спросила она.</p>
    <p>Рубен покачал головой.</p>
    <p>— ЛЦКЗ наложил на дом карантин. Никто не входит и не выходит.</p>
    <p>— Как долго? — спросила Луиза, распахивая свои карие глаза.</p>
    <p>— Это решит правительство, — ответил Рубен. — По меньшей мере несколько дней.</p>
    <p>— Дней! — воскликнула Луиза. — Но… но…</p>
    <p>Рубен развёл руками.</p>
    <p>— Прошу прощения, но никто не знает, что плавает у Понтера в крови.</p>
    <p>— А от какой болезни вымирали ацтеки? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Большей частью от оспы, — ответил Рубен.</p>
    <p>— Но от оспы… — сказала Луиза. — Если б это была оспа, то были бы язвы на лице?</p>
    <p>— Они появляются через два дня после начала лихорадки, — сказал Рубен.</p>
    <p>— Но оспу ведь уничтожили, — сказала Луиза.</p>
    <p>— В этой вселенной, да, — сказала Мэри. — Поэтому от неё больше не прививают. Но возможно, что…</p>
    <p>Луиза кивнула, догадавшись.</p>
    <p>— Возможно, что в <emphasis>его</emphasis> вселенной её не уничтожили.</p>
    <p>— Именно, — сказал Рубен. — Но в любом случае есть масса патогенов, которые эволюционировали в его мире и от которых у нас не может быть иммунитета.</p>
    <p>Луиза глубоко вдохнула, по-видимому, пытаясь успокоиться.</p>
    <p>— Но я чувствую себя хорошо, — сказала она.</p>
    <p>— Я тоже, — ответил Рубен. — Мэри?</p>
    <p>— Со мной всё в порядке.</p>
    <p>Рубен покачал головой.</p>
    <p>— Но рисковать всё равно нельзя. В Сент-Джозефе брали кровь Понтера на анализ; женщина из ЛЦКЗ, с которой я говорил, сказала, что она позвонит тамошнему заведующему патологией, и они сделают мазки на всё, на что можно.</p>
    <p>— У нас достаточно еды? — спросила Луиза.</p>
    <p>— Нет, — ответил Рубен, — но нам привезут, и…</p>
    <p><emphasis>Динь-дон!</emphasis></p>
    <p>— О, ч-чёрт! — зарычал Рубен.</p>
    <p>— Кто-то звонит в дверь! — объявила Луиза, выглядывая сквозь входную дверь.</p>
    <p>— Репортёр, — определила Мэри, увидев звонящего.</p>
    <p>Рубен бросился наверх. Мэри подумала было, что он вернётся с дробовиком, но потом услышала, как он кричит из окна верхнего этажа:</p>
    <p>— Уходите! Этот дом на карантине!</p>
    <p>Мэри видела, как репортёр отступил от двери на несколько шагов и поднял голову, глядя на Рубена.</p>
    <p>— Я хотел бы задать вам несколько вопросов, доктор Монтего, — крикнул он.</p>
    <p>— Уходите! — крикнул Рубен в ответ. — Неандерталец болен, и минздрав наложил на этот дом карантин.</p>
    <p>Мэри услышала, как по просёлку приближаются ещё несколько автомобилей; в окнах стали видны красно-жёлтые сполохи мигалок.</p>
    <p>— Да ладно, доктор, — не сдавался репортёр. — Всего пара вопросов.</p>
    <p>— Я серьёзно, — крикнул Рубен. — У нас здесь инфекционное заболевание.</p>
    <p>— Я так понимаю, профессор Воган с вами? — крикнул репортёр. — Она может прокомментировать анализ неандертальской ДНК?</p>
    <p>— Да уходите же! Ради Бога, человече, бегите отсюда!</p>
    <p>— Профессор Воган, вы здесь? Стэн Тинберген, «Садбери Стар». Я бы хотел…</p>
    <p>— <emphasis>Mon dieu!</emphasis> — воскликнула Луиза, указывая на улицу. — У него ружьё!</p>
    <p>Мэри посмотрела туда, куда показывала Луиза. Метрах в тридцати от дома действительно кто-то целился в их сторону из длинного ружья. Секундой позже стоящий рядом человек поднял ко рту мегафон:</p>
    <p>— <emphasis>Это RCMP,</emphasis> — произнёс его усиленный мегафоном раскатистый голос. — <emphasis>Отойдите от дома.</emphasis></p>
    <p>Тинберген обернулся.</p>
    <p>— Это частная собственность! — крикнул он. — Здесь не было совершено преступление, и…</p>
    <p id="id104445__msoanchor_20">— <emphasis>ОТОЙТИ ОТ ДОМА!</emphasis> — взревел федерал. Он был одет в гражданское, но на их белой машине действительно виднелись буквы RCMP и их французский эквивалент, GRC<a l:href="#id20150414092305_19">[19]</a>.</p>
    <p>— Если доктор Монтего или профессор Воган ответят на пару вопросов, — сказал Тинберген, — я тут же…</p>
    <p>— Последнее предупреждение! — сказал федерал в мегафон. — Мой напарник постарается только ранить вас, но…</p>
    <p>Тинберген, по-видимому, очень хотел свою статью.</p>
    <p>— Я имею право задать вопросы!</p>
    <p>— <emphasis>Пять секунд,</emphasis> — прогремел голос федерала.</p>
    <p>Тинберген не сдавался.</p>
    <p><emphasis>— Четыре.</emphasis></p>
    <p>— Общество имеет право знать! — крикнул репортёр.</p>
    <p><emphasis>— Три!</emphasis></p>
    <p>Тинберген снова повернулся к дому, по-видимому, настроенный любой ценой получить хотя бы один ответ.</p>
    <p>— Доктор Монтего, — крикнул он, подняв голову к окну верхнего этажа, — насколько опасна эта болезнь?</p>
    <p><emphasis>— Два!</emphasis></p>
    <p>— Я отвечу на все ваши вопросы, — крикнул в ответ Рубен. — Но не вот так вот. Отойдите от дома.</p>
    <p><emphasis>— ОДИН!</emphasis></p>
    <p>Тинберген резко развернулся и поднял руки на уровень плеч.</p>
    <p>— Ну хорошо, хорошо! — проворчал он и медленно пошёл прочь от дома.</p>
    <p>Не успел репортёр дойти до противоположной стороны улицы, как в доме зазвонил телефон. Мэри подошла к столу и взяла трубку, но Рубен, похоже, уже ответил на звонок с аппарата наверху.</p>
    <p>— Доктор Монтего, — произнёс в трубке мужской голос, — это инспектор Мэттьюз, RCMP.</p>
    <p>В обычных обстоятельствах Мэри положила бы трубку, но она умирала от любопытства.</p>
    <p>— Здравствуйте, инспектор, — ответил голос Рубена.</p>
    <p>— Доктор, минздрав попросил нас оказать вам любую помощь, какая потребуется. — Голос инспектора звучал слабо; должно быть, он звонил с сотового телефона. Она вытянула шею, чтобы посмотреть в окно; человек, говоривший в мегафон, теперь действительно стоял возле своей белой машины и держал у уха телефон. — Сколько людей в доме?</p>
    <p>— Четверо, — ответил Рубен. — Я, неандерталец и две женщины: профессор Мэри Воган из Йоркского университета, и Луиза Бенуа, физик из Нейтринной обсерватории Садбери.</p>
    <p>— Как я понимаю, один из них болен.</p>
    <p>— Да, неандерталец. У него сильный жар.</p>
    <p>— Запишите мой номер, — сказал федерал. Он продиктовал серию цифр.</p>
    <p>— Записал, — сказал Рубен.</p>
    <p>— Я планирую дежурить здесь, пока меня не сменят в 23:00, — сказал Меттьюз. — Сменщик будет по этому же номеру; звоните, если что-то понадобится.</p>
    <p>— Мне нужны антибиотики для Понтера. Пенициллин, эритромицин, и много других.</p>
    <p>— У вас дома есть выход в интернет?</p>
    <p>— Есть.</p>
    <p>— Составьте список и пришлите мне: Роберт Меттьюз, с двумя «т», собака, rcmp-grc.gc.ca — <emphasis>robert_matthews@grc.gc.ca.</emphasis> Записали?</p>
    <p>— Да, — ответил Рубен. — Лекарства мне нужны как можно быстрее.</p>
    <p>— Мы их доставим сегодня, если это можно купить в аптеке или раздобыть в Сент-Джозефе.</p>
    <p>— Нам также нужны продукты.</p>
    <p>— Привезём всё, что нужно. Пришлите мне список продуктов, предметов гигиены, одежды — всё, что понадобится.</p>
    <p>— Отлично, — сказал Рубен. — Я также возьму образцы крови у всех четверых; их нужно будет доставить в Сент-Джозеф и другие лаборатории.</p>
    <p>— Сделаем, — ответил Мэттьюз.</p>
    <p>Они договорились звонить при любой смене обстоятельств, и Рубен положил трубку. Мэри услышала его шаги на лестнице — он спускался вниз.</p>
    <p>— Ну? — спросила Луиза, переводя взгляд с Рубена на Мэри и обратно и выдавая тем самым, что Мэри подслушивала на телефоне.</p>
    <p>Рубен вкратце пересказал разговор с федералом и добавил:</p>
    <p>— Я дико извиняюсь за всё это; мне правда очень жаль.</p>
    <p>— А что насчёт остальных? — спросила Мэри. — Других людей, которые контактировали с Понтером?</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Я скажу инспектору Мэттьюзу, что федералы должны найти их всех; думаю, для них устроят карантин в Сент-Джозефе, а не здесь. — Он сходил на кухню и вернулся с блокнотом и огрызком карандаша, которые, должно быть, использовал для составления списка покупок. — Так, значит, кто ещё контактировал с Понтером?</p>
    <p>— Аспирант, который со мной работал, — сказала Луиза. — Пол Кирияма.</p>
    <p>— Ещё доктор Ма, конечно же, — сказала Мэри, — и… Боже, она же улетела в Оттаву! Ей нельзя встречаться с премьером!</p>
    <p>— Также куча народу в Сент-Джозефе, — сказал Рубен. — Санитары из «скорой», доктор Сингх, рентгенолог, сёстры…</p>
    <p>Они продолжили дополнять список.</p>
    <p>Всё это время Понтер лежал на желто-оранжевом ковре Рубена. По-видимому, он потерял сознание; Мэри видела, как поднимается и опускается его массивная грудь. Покатый лоб по-прежнему был весь в испарине, а глаза двигались под закрытыми веками, как подземные существа, мечущиеся в своих норах.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Рубен, — Всем спасибо. — Он посмотрел на Мэри, потом на Луизу, потом на больного Понтера. — Теперь мне надо написать список лекарств, которыми я собираюсь лечить Понтера. Если нам повезёт…</p>
    <p>Мэри кивнула и тоже посмотрела на Понтера. <emphasis>Если нам повезёт,</emphasis> подумала она, <emphasis>то никто из нас не умрёт.</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 26</p>
    </title>
    <subtitle>День четвёртый</subtitle>
    <subtitle>Понедельник, 5 августа</subtitle>
    <subtitle>148/118/27</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>ПОИСК ПО НОВОСТЯМ</p>
    <p>Ключевые слова: <emphasis>неандерталец</emphasis></p>
    <cite>
     <p>Пребывает ли Понтер в Канаде на законных основаниях? Этот вопрос продолжает беспокоить иммиграционных экспертов в стране и за рубежом. Сегодня у нас в гостях профессор Саймон Коэн, преподаватель иммиграционного права в Университете Макгилла в Монреале…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Десять признаков, по которым мы определили, что Понтер Боддет — настоящий неандерталец:</p>
     <p>• Номер десять: Когда он впервые встретил человеческую женщину, он стукнул её дубинкой по голове и отволок за волосы в пещеру.</p>
     <p>• Номер девять: При тусклом освещении его можно принять за Леонида Брежнева.</p>
     <p>• Номер восемь: Когда к нему в гости пришёл Арнольд Шварценеггер, Понтер спросил: «Кто этот тщедушный тип»?</p>
     <p id="id104445__msoanchor_21">• Номер семь: Смотрит только канал «Fox»<a l:href="#id20150414092305_20">[20]</a>.</p>
     <p>• Номер шесть: На вывесках «Макдональдсов» теперь написано: «Мы обслужили миллиарды и миллиарды <emphasis>Homo sapiens</emphasis> — и одного неандертальца».</p>
     <p>• Номер пять: Назвал Тома Арнольда «красавчиком».</p>
     <p>• Номер четыре: Увидев в Смитсонианском музее редкий образец горной породы, изготовил из него отличный наконечник для копья.</p>
     <p id="id104445__msoanchor_22">• Номер три: Носит часы «Fossil»<a l:href="#id20150414092305_21">[21]</a> и пьёт действительно «Старое Милуоки»<a l:href="#id20150414092305_22">[22]</a>.</p>
     <p>• Номер два: Начал собирать патентные отчисления за огонь.</p>
     <p id="id104445__msoanchor_24">• И признак номер один, по которому мы определили, что Понтер Боддет — настоящий неандерталец: Волосатые щёки — все четыре<a l:href="#id20150414092305_23">[23]</a>.</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Джон Пирс, директор по международным приобретениям издательства «Рэндом Хауз — Канада» предложил Понтеру Боддету крупнейший аванс в истории канадского книгоиздания за эксклюзивные права на издание его авторизованной биографии, сообщает журнал «<emphasis>Quill Quire</emphasis>»…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Ходят слухи, что Понтером Боддетом интересуется Пентагон. Военное применение способа, с помощью которого он предположительно попал к нам, заинтересовало по меньшей мере одного пятизвёздочного генерала…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Сейчас,</emphasis> подумал Адекор Халд, усаживаясь на свой табурет в зале Совета, <emphasis>мы узнаем, совершил ли я самую большую ошибку в своей жизни.</emphasis></p>
    <p>— Кто говорит от имени обвиняемого? — спросила арбитр Сард.</p>
    <p>Никто не двинулся с места. Сердце Адекора подпрыгнуло. Жасмель решила оставить его? Это было бы неудивительно. Вчера она собственными глазами видела, что однажды — хотя и очень давно — Адекор уже пытался убить её отца.</p>
    <p>В помещении было тихо, только один из зрителей, по-видимому, придя к тому же выводу, что и Болбай вчера, издал презрительный смешок: <emphasis>никто</emphasis> не будет говорить от имени Адекора.</p>
    <p>Но потом, наконец, Жасмель поднялась на ноги.</p>
    <p>— Я, — сказала она. — Я говорю за Адекора Халда.</p>
    <p>Многие зрители ахнули.</p>
    <p>Даклар Болбай, сидевшая на краю зала, тоже поднялась на ноги. Её лицо было очень сердито.</p>
    <p>— Арбитр, так нельзя. Эта девушка — одна из обвинителей.</p>
    <p>Арбитр Сард выставила вперёд свой морщинистый лоб, разглядывая Жасмель из-под надбровных дуг.</p>
    <p>— Это правда?</p>
    <p>— Нет, — ответила Жасмель. — Даклар Болбай — партнёрша моей матери; она была утверждена моим <emphasis>табантом</emphasis>, когда мама умерла. Но мне уже исполнилось 250 лун, и я требую признания меня взрослой.</p>
    <p>— Вы из 147-го? — спросила Сард.</p>
    <p>— Да, арбитр.</p>
    <p>Сард повернулась к Болбай, которая по-прежнему стояла.</p>
    <p>— Все родившиеся в 147-м поколении достигли возраста личной ответственности два месяца назад. Если вы не заявляли о невменяемости вашей подопечной, то ваша опека над ней закончилась автоматически. Вы хотите заявить о её невменяемости?</p>
    <p>Болбай исходила злобой. Она открыла рот, явно чтобы сказать что-то язвительное, но удержалась. Она посмотрела в пол и ответила:</p>
    <p>— Нет, арбитр.</p>
    <p>— Тогда всё в порядке, — сказала Сард. — Можете сесть, Даклар Болбай.</p>
    <p>— Спасибо, арбитр, — сказал Жасмель. — Теперь, если позволите…</p>
    <p>— Не так быстро, 147-я, — сказала Сард. — С вашей стороны было бы вежливым предупредить вашего <emphasis>табанта</emphasis> о том, что вы собираетесь оппонировать её обвинению.</p>
    <p>Адекор понимал, почему Жасмель молчала. Если бы она предупредила Болбай, та сделала бы всё, чтобы её от этого отговорить. Но Жасмель унаследовала отцовский шарм.</p>
    <p>— Ваши слова мудры, арбитр, — сказала она. — Я сохраню ваш совет за своим надбровным валиком.</p>
    <p>Сард кивнула, и жестом позволила Жасмель продолжать.</p>
    <p>Жасмель вышла в центр помещения.</p>
    <p>— Арбитр Сард, мы слышали множество инсинуаций от Даклар Болбай. Инсинуаций и беспочвенных нападок на характер Адекора Халда. Однако она едва знает этого человека. Адекор был партнёром моего отца, так что я лишь мельком виделась с ним, когда Двое становились Одним, поскольку у него есть свой сын, присутствующий здесь Даб, и своя партнёрша, Лурт, сидящая рядом с Дабом. И всё же я виделась с ним довольно часто — гораздо чаще, чем Даклар.</p>
    <p>Она подошла к Адекору и положила руку ему на плечо.</p>
    <p>— И я, дочь человека, в убийстве которого обвиняют Адекора, говорю вам: я не думаю, что он это сделал. — Она замолчала, быстро взглянула на Адекора и снова встретилась взглядом с арбитром Сард.</p>
    <p>— Ты <emphasis>сама</emphasis> видела запись алиби, — встряла Болбай со своего места на краю первого ряда зрителей. Сард шикнула на неё.</p>
    <p>— Да, — сказала Жасмель. — Да, я видела. Я знала, что у отца была повреждена челюсть. Она иногда болела, особенно по утрам. Я не знала, кто нанёс повреждение — он никогда не рассказывал. Но он говорил, что это было очень давно, что тот, кто это сделал, глубоко раскаялся, и что он его простил. — Она помолчала. — Мой отец хорошо разбирался в людях. Он не вступил бы в партнёрство с Адекором, если бы считал, что есть хоть малейшая возможность того, что Адекор снова совершит подобное. — Она посмотрела на Адекора, потом снова на арбитра. — Да, мой отец пропал. Но я не думаю, что он был убит. Если он и умер, то в результате несчастного случая. А если нет…</p>
    <p>— Вы думаете, он ранен? — спросила арбитр Сард. Жасмель смешалась; для арбитров нехарактерно задавать прямые вопросы.</p>
    <p>— Возможно, арбитр.</p>
    <p>Но Сард лишь покачала головой.</p>
    <p>— Дитя, я сочувствую тебе. Правда сочувствую. Я слишком хорошо знаю, каково это, потерять родителя. Но то, что ты говоришь, лишено смысла. Люди обшарили всю шахту в поисках твоего отца. Женщины также участвовали в поисках, хотя уже были Последние Пять. И собак тоже приводили.</p>
    <p>— Но если бы он умер, — сказала Жасмель, — его компаньон передавал бы сигнал, по крайней мере, какое-то время. Его искали переносными сканерами, но не обнаружили.</p>
    <p>— Это так, — согласилась Сард. — Но если его компаньон был намеренно выведен из строя или уничтожен, никакого сигнала не было бы.</p>
    <p>— Но нет никаких свидетельств…</p>
    <p>— Дитя, — сказала арбитр, — люди пропадали без вести и раньше. Когда жизненные обстоятельства становятся невыносимыми, некоторые люди выдирают компаньон из запястья и уходят в необитаемые земли. Они отказываются от всех благ цивилизации и присоединяются к одной из общин, избравших традиционный образ жизни, либо просто ведут жизнь кочевников-одиночек. В жизни твоего отца было что-то, что могло толкнуть его на такой путь?</p>
    <p>— Нет, — ответила Жасмель. — Я виделась с ним, когда Двое в последний раз становились Одним, и с ним всё было в порядке.</p>
    <p>— Мельком, — сказала арбитр.</p>
    <p>— Прошу прощения?</p>
    <p>— Ты виделась с ним мельком. — Сард, очевидно, заметила, как бровь Жасмель полезла на лоб. — Нет, я не смотрела твой алиби архив; ведь тебя ни в чём не обвиняют. Но я навела справки; это полезно, когда ведёшь такое необычное дело, как это. Так что я спрашиваю снова: была ли какая-либо причина для того, чтобы твоему отцу захотелось исчезнуть? В конце концов, он мог просто скрыться от Адекора в шахте, подождать, пока вокруг не будет ни одного шахтного робота, и потом просто подняться наверх на лифте.</p>
    <p>— Нет, арбитр, — сказала Жасмель. — Я не помню никаких признаков психической нестабильности, он казался вполне счастливым — ну, настолько, насколько может быть счастливым человек, не так давно потерявший партнёршу.</p>
    <p>— Я подтверждаю, — сказал Адекор, обращаясь напрямую к арбитру. — Мы с Понтером были счастливы вместе.</p>
    <p>— Вашему свидетельству в данных обстоятельствах доверять нельзя, — сказала Сард. — Но, опять же, я наводила справки, и все подтвердили то, что вы говорите. У Понтера не было долгов, которые он не был бы в состоянии выплатить, не было ни врагов, ни <emphasis>надалп</emphasis> — никаких причин бросать семью и карьеру.</p>
    <p>— Именно, — сказал Адекор; он знал, что должен молчать, но не мог сдержаться.</p>
    <p>— Итак, — сказала арбитр Сард, — если у него не было причин исчезать, и не было психического расстройства, то мы возвращаемся к аргументу Болбай. Если бы Понтер Боддет был лишь ранен или умер от естественных причин, то поисковые партии его бы нашли.</p>
    <p>— Но… — сказала Жасмель.</p>
    <p>— Дитя, — сказала Сард, — если у тебя есть какие-то доказательства — не просто личное мнение или суждение, а конкретное доказательство — что Адекор Халд невиновен, то изложи его.</p>
    <p>Жасмель посмотрела на Адекора. Адекор посмотрел на Жасмель. За исключением пары покашливаний и случайного скрипа сиденья, в зале воцарилась абсолютная тишина.</p>
    <p>— Итак? — сказала арбитр. — Я жду.</p>
    <p>Адекор в ответ на взгляд Жасмель пожал плечами; он понятия не имел, правильно ли будет выложить это сейчас. Жасмель откашлялась.</p>
    <p>— Да, арбитр, есть ещё одна возможность…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 27</p>
    </title>
    <p>Мэри плохо спала в эту ночь.</p>
    <p>У Рубена на заднем дворе были вывешены эоловы бубенцы. Мэри считала, что тех, кто так делает, надо расстреливать, но, с другой стороны, участок Рубена был площадью в два акра, так что бубенцы вряд ли беспокоили ещё кого-то. Однако их постоянное позвякивание не давало её нормально спать.</p>
    <p>Вечером они долго обсуждали, кому где спать. У Рубена в спальне была королевского размера двуспальная кровать, диван наверху в кабинете, и ещё один в гостиной. К сожалению, ни один из диванов не раскладывался. В конце концов, решили положить в кровать Понтера — он нуждался в этом больше остальных. Рубен лёг на диване наверху, Луиза — на диване внизу, а Мэри улеглась спать в большом шезлонге, также поставленном в гостиной.</p>
    <p>Понтер был серьёзно болен — но с Хак всё было в порядке. Мэри, Рубен и Луиза решили давать импланту уроки языка по очереди. Луиза сказала, что она всё равно сова, так что может заниматься с Хак по ночам; таким образом, языковые уроки будут вестись почти круглые сутки. Луиза и правда исчезла в комнате Понтера незадолго до десяти вечера, и снова спустилась в гостиную уже после двух ночи. Мэри не была уверена, разбудили её шаги Луизы, или она уже не спала, но она поняла, что её очередь идти наверх заниматься с Хак.</p>
    <p>Разговаривая с компаньоном, Мэри нервничала. Не из-за того, что приходилось разговаривать с компьютером — это, наоборот, было ужасно интересно, а потому что нужно было остаться в спальне с Понтером наедине, да ещё и прикрыть дверь, чтобы звуки разговора не потревожили спящего в соседней комнате Рубена.</p>
    <p>Она была поражена, увидев, насколько у Хак улучшился английский за те несколько часов, что она провела с Луизой.</p>
    <p>К счастью, Понтер крепко проспал весь урок языка, хотя однажды Мэри чуть не запаниковала, когда он неожиданно зашевелился и перевернулся на другой бок. Если Мэри правильно поняла объяснения Хак, компаньон проигрывал Понтеру в ушные импланты белый шум, так что тихий разговор Хак и Мэри не мог его побеспокоить.</p>
    <p>Мэри выдержала всего час называния предметов и имитации действий, после чего почувствовала себя настолько уставшей, что не могла продолжать. Она извинилась и спустилась в гостиную. Луиза, сбросившая с себя всё, кроме нижнего белья, сопела на диване, полуукрытая верблюжьим одеялом.</p>
    <p>Мери улеглась на своё кресло и в этот раз, вымотанная до предела, немедленно заснула.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>К утру жар у Понтера начал спадать; по-видимому, подействовали аспирин и антибиотики, которые дал ему вчера Рубен. Неандерталец поднялся с постели и спустился в гостиную, повергнув Мэри в глубочайший шок, поскольку был абсолютно голый. Луиза всё ещё спала, а Мэри, свернувшаяся на своём кресле, только-только проснулась. На долю секунды она перепугалась, что Понтер спустился за ней, или… да нет, если бы его кто и привлёк, то наверняка молодая красивая квебечка.</p>
    <p>Но хотя он и скользнул взглядом по Мэри и Луизе, выяснилось, что настоящей его целью была кухня. Наверняка он даже не заметил, что глаза у Мэри открыты.</p>
    <p>Она хотела заговорить, возразить против его наготы, но…</p>
    <p>Боже мой, — думала Мэри, пока Понтер пересекал гостиную. — Боже ж ты мой. Выше шеи он был не слишком впечатляющим на вид, но…</p>
    <p>Она повернула голову ему вслед, провожая исчезающие в дверях кухни ягодицы, и продолжала смотреть, когда он появился из кухни с банкой «кока-колы» в руках; у Рубена в холодильнике ею была заставлена целая полка. Как учёному Мэри было очень интересно наблюдать на неандертальцем во плоти…</p>
    <p>А как женщина она просто наслаждалась зрелищем того, как двигается его мускулистое тело.</p>
    <p>Мэри позволила себе слегка улыбнуться. А ведь она считала, что уже никогда не сможет <emphasis>так</emphasis> смотреть на мужчину.</p>
    <p>Так здорово было узнать, что она ошибалась.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри, Рубена и Луизу уже неоднократно интервьюировали по телефону. С разрешения «Инко» Рубен также устроил пресс-конференцию: они трое стояли вместе перед включённым в селектороном режиме телефоном, а телевизионщики снимали происходящее телеобъективами сквозь открытые окна.</p>
    <p>Тем временем проводились анализы на оспу, бубонную чуму и множество других болезней. Образцы крови военными самолётами доставили в Центр по контролю и профилактике заболеваний в Атланте и в лабораторию четвёртого уровня в Канадском научном центре здоровья людей и животных в Виннипеге. Результаты первых анализов пришли в 11:14 утра. В крови Понтера не было пока обнаружено никаких патогенов, и ни у кого из контактировавших с ним, включая находившихся на карантине в Сент-Джозефе, не появилось никаких признаков болезни. Пока исследовались другие культуры, микробиологи также проверяли образцы крови на наличие неизвестных патогенов — клеток и иных включений, с которыми учёные раньше не сталкивались.</p>
    <p>— Жаль, что он физик, а не физиолог, — пожаловался Рубен Мэри после пресс-конференции.</p>
    <p>— Почему, — спросила Мэри.</p>
    <p>— Ну, нам сильно повезло, что у нас оказались антибиотики, которые на него действуют. Бактерии со временем становятся невосприимчивыми к ним; обычно я сразу даю своим пациентам эритромицин, потому что пенициллин в наши дни уже неэффективен, но Понтеру я сначала дал пенициллин. Он выделяется из хлебной плесени, и если Понтер и его народ не пекут хлеб, то они вряд ли имели дело с пенициллином, так что он может быть очень эффективен против бактерий, которые Понтер принёс из своего мира. Потом я дал ему эритромицин и несколько других, чтобы подавить те микробы, которые он успел подхватить здесь. У народа Понтера, вероятно, есть собственные антибиотики, но они наверняка сильно отличаются от тех, что открыли мы. Если бы он смог рассказать нас о том, какими антибиотиками пользуются они, мы бы получили мощнейшее оружие в борьбе с болезнями, сопротивляться которому наши бактерии ещё не умеют.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Интересно, — сказала она. — Жаль, что портал между нашими мирами сразу же закрылся. Наверняка две версии Земли могли бы торговать многими вещами. Фармацевтика — это лишь вершина айсберга. Большая часть того, что мы едим, в природе не встречается. Возможно, они не любят пшеницу, но современные помидоры, картошка, кукуруза, домашние куры, свиньи, коровы — все эти формы жизни фактически создали мы сами путём селективного разведения. Мы могли бы обменивать всё это на продукты, которые есть у них.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— И это только начало. Мы могли бы обмениваться сведениями о залежах полезных ископаемых. Держу пари, есть много месторождений минералов и углеводородов, которые они нашли, а мы — нет, и наоборот.</p>
    <p>Мэри подумала, и пришла к выводу, что Рубен прав.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_25">— Всё, что существует в природе и старше нескольких десятков тысяч лет, будет существовать в обоих мирах, правильно? Ещё одна Люси<a l:href="#id20150414092305_24">[24]</a>, ещё один тиранозавр рекс, дополнительный комплект окаменелостей Бёрджесских сланцев<a l:href="#id20150414092305_25">[25]</a>, ещё один алмаз Хоупа — ну, по крайней мере, оригинальный неогранённый камень. — Она замолчала и задумалась.</p>
    <p>К середине дня Понтер уже чувствовал себя значительно лучше. Мэри и Луиза смотрели на него, спокойно спящего на кровати под грудой одеял.</p>
    <p>— Хорошо, что он не храпит, — сказала Луиза. — С таким-то носом…</p>
    <p>— На самом деле, — тихо сказала Мэри, — возможно, поэтому-то он и не храпит — дыхательные пути ничто не блокирует.</p>
    <p>Понтер перевернулся на бок.</p>
    <p>Луиза ещё секунду смотрела на него, потом повернулась к Мэри.</p>
    <p>— Пойду приму душ, — сказала она.</p>
    <p>У Мэри как раз сегодня утром начались месячные; ей душ тоже совсем не помешал бы.</p>
    <p>— Я после вас, — сказал она.</p>
    <p>Луиза ушла в ванную и закрыла за собой дверь.</p>
    <p>Понтер снова пошевелился, потом проснулся.</p>
    <p>— Мэре, — сказал он тихо. Он спал с закрытым ртом, поэтому его голос не был хриплым даже спросонья.</p>
    <p>— Привет, Понтер. Хорошо выспались?</p>
    <p>Он приподнял свою длинную белёсую бровь — Мэри до сих пор не привыкла к зрелищу того, как она взбирается на надбровную дугу — будто услышав что-то до крайности нелепое.</p>
    <p>Потом он слегка наклонил голову; Луиза включила душ. А потом раздул ноздри — каждая стала с размером с четвертак — и посмотрел на Мэри.</p>
    <p>И она внезапно поняла, что происходит, и почувствовала неимоверное смущение и неловкость. Он учуял, что у неё менструация! Мэри попятилась через комнату; она не могла дождаться, когда наступит её очередь воспользоваться душем.</p>
    <p>Лицо Понтера сохраняло нейтральное выражение.</p>
    <p>— Луна, — сказал он.</p>
    <p><emphasis>Да,</emphasis> подумала Мэри, <emphasis>те самые дни месяца.</emphasis> Но она определённо не хотела об этом говорить. Она поспешила вниз, в гостиную.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 28</p>
    </title>
    <p>Выражение морщинистого лица арбитра Сард недвусмысленно говорило: «Лучше б у вас было что-то стоящее».</p>
    <p>— Хорошо, дитя, — сказала она Жасмель, стоящей рядом с Адекором в зале Совета. — Какое другое объяснение ты можешь дать исчезновению своего отца, кроме чьих-то злонамеренных действий?</p>
    <p>Жасмель мгновение помолчала.</p>
    <p>— Я бы с радостью рассказала вам, арбитр, но…</p>
    <p>Сард уже не выглядела такой невозмутимой, как прежде.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Но, в общем, учёный Халд рассказал бы об этом лучше меня.</p>
    <p>— Учёный Халд? — воскликнула Сард. — Вы предлагаете обвиняемому самому говорить за себя? — Она недоумённо покачала головой.</p>
    <p>— Нет, — быстро сказала Жасмель, сообразив, что Сард может сейчас отвергнуть нелепую идею. — Нет, ничего такого. Просто он мог бы разъяснить некоторые детали технического характера: касающиеся квантовой физики и…</p>
    <p>— Квантовой физики! — сказала Сард. — Какое отношение к данному делу может иметь квантовая физика?</p>
    <p>— По сути, самое прямое, — сказала Жасмель. — И учёный Халд мог бы представить данную информацию более красноречиво… — она заметила, что Сард хмурится, -…и более <emphasis>сжато</emphasis>, чем я.</p>
    <p>— Не может ли кто-нибудь другой предоставить эту информацию? — спросила Сард.</p>
    <p>— Нет, арбитр, — ответила Жасмель. — То есть, в Эвсое есть женская группа, занятая подобными проблемами…</p>
    <p>— В Эвсое! — громыхнула Сард, как будто речь шла об обратной стороне Луны. Она снова покачала головой. — Ладно, — сказала она. — Учёный Халд, приказываю вам быть кратким.</p>
    <p>Адекор не был уверен, положено ли было ему встать, но сидеть на табурете он уже устал, так что поднялся на ноги.</p>
    <p>— Спасибо, арбитр, — сказал он. — Я… э-э… я признателен за разрешение говорить, а не только отвечать на вопросы.</p>
    <p>— Не дайте мне пожалеть о своей снисходительности, — ответила Сард. — Давайте, начинайте.</p>
    <p>— Да, конечно, — сказал Адекор. — Проект, над которым работал Понтер Боддет и я, касался квантовых вычислений. Квантовый компьютер, согласно одной из интерпретаций, делает следующее: он контактирует с бесчисленными параллельными вселенными, в которых существует идентичный ему квантовый компьютер. И эти квантовые компьютеры одновременно решают различные части сложной математической задачи. Объединяя их вычислительные мощности мы получаем решение задачи очень быстро.</p>
    <p>— Уверена, что это весьма интересно, — сказала Сард. — Но где связь с предполагаемой смертью Понтера?</p>
    <p>— У меня есть основания полагать, достойный арбитр, что во время нашего последнего эксперимента мог возникнуть… в некотором роде, макроскопический проход в одну из этих вселенных, через который и прошёл Понтер, так что…</p>
    <p>Даклар Болбай презрительно фыркнула; её примеру последовали многие из зрителей. Сард снова недоверчиво качала головой:</p>
    <p>— Вы ждёте, что я поверю, будто учёный Боддет провалился в <emphasis>иную вселенную</emphasis>?</p>
    <p>Теперь, когда арбитр высказала своё отношение к предложенной версии, зрители сочли, что можно больше не сдерживать своих чувств. Из разных мест зала послышался нескрываемый смех.</p>
    <p>Адекор ощутил, как учащается его пульс, а пальцы сжимаются в кулаки — он знал, что это последнее, чего ему сейчас было бы нужно. Он ничего не мог поделать с тахикардией, но постепенно сумел заставить пальцы разжаться.</p>
    <p>— Арбитр, — сказал он самым почтительным тоном, на какой был способен, — существование параллельных вселенных лежит в основе многих современных теорий квантовой физики, и…</p>
    <p>— <emphasis>Тишина,</emphasis> — гаркнула Сард; её низкий голос заметался между стенами зала. — Учёный Халд, за все сотни месяцев моей работы арбитром я никогда не слышала настолько слабой отговорки. Вы считаете, что те, кто не посещал вашу хвалёную Академию Наук — невежды, которым можно запудрить мозги непонятными словами?</p>
    <p>— Достойный арбитр, я…</p>
    <p>— Замолчите, — сказала Сард. — Просто замолчите и сядьте.</p>
    <p>Адекор глубоко вдохнул и задержал дыхание — так, как его учили тогда, 250 месяцев назад, когда он лечился после нападения на Понтера. Он медленно выпустил воздух, представляя себе, что вместе с ним из него вытекает ярость.</p>
    <p>— Я сказала <emphasis>сядьте</emphasis>! — рыкнула Сард.</p>
    <p>Адекор подчинился.</p>
    <p>— Жасмель Кет! — сказала арбитр, обращая свой пылающий взор на дочь Понтера.</p>
    <p>— Да, арбитр, — ответила Жасмель.</p>
    <p>Арбитр тоже сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.</p>
    <p>— Дитя, — сказала она уже более спокойным тоном, — я знаю, что недавно от лейкемии умерла твоя мать. Я могу лишь вообразить, насколько несправедливым это казалось тебе и маленькой Мегамег. — Она улыбнулась сестре Жасмель; к существующим морщинам на её лице добавились новые. — И теперь, возможно, и ваш отец тоже мёртв, и снова то была не та неизбежная смерть, что ждёт в конце пути каждого из нас, но смерть, наступившая неожиданно, без предупреждения, в цветущем возрасте. Я могу понять, почему тебе так не хочется смириться с этим, что ты готова поверить любой чепухе…</p>
    <p>— Это не так, арбитр, — сказала Жасмель.</p>
    <p>— Не так? Ты в отчаянии ищешь что-то, за что можно держаться, последнюю призрачную надежду. Разве не так?</p>
    <p>— Я… я так не думаю.</p>
    <p>Сард кивнула.</p>
    <p>— Потребуется время, чтобы принять то, что случилось с твоим отцом. Я знаю это. — Она она оглядела зал, и её взгляд остановился на Адекоре. — Хорошо, — сказала она. Потом сделала паузу, видимо, размышляя. — Хорошо, — повторила она. — Я готова вынести решение. Я считаю, что будет справедливым и приемлемым признать, что у нас имеется дело об убийстве, основанное на косвенных уликах, и посему приказываю вынести его на рассмотрение коллегии трёх арбитров, если только обвинитель не откажется от продолжения дела. — Теперь она смотрела на Болбай. — Вы желаете продолжить преследование обвиняемого от имени своей подопечной, малолетней Мегамег Бек?</p>
    <p>Болбай кивнула.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>У Адекора упало сердце.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказала Сард, заглядывая в свой планшет. — Трибунал будет созван в этом же зале через пять дней, 148/119/03. Вы, учёный Халд, останетесь до этого времени под судебным надзором. Вам понятно?</p>
    <p>— Да, арбитр. Но если бы я мог спуститься в…</p>
    <p>— Никаких «но», — оборвала его Сард. — И ещё одна вещь, учёный Халд. Я буду председательствовать на вашем процессе, и я буду инструктировать двух других арбитров. То, что от вашего имени говорит дочь понтера Боддета — это удачный ход, он добавил делу драматизма, но во второй раз такого эффекта вы не добьётесь. Поэтому искренне советую вам найти кого-то более подходящего, чтобы говорить за вас на трибунале.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 29</p>
    </title>
    <p>К середине дня Рубен смог озвучить хорошие новости. Всё утро он общался по телефону и электронной почте с экспертами в Оттаве, Атланте и Виннипеге.</p>
    <p>— Вы, должно быть, заметили, что Понтер не любит хлеб и молочные продукты, — сказал он, сидя в своей гостиной и прихлёбывая крепчайший эфиопский кофе, который, как обнаружила Мэри, он обожал.</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри, которая после душа чувствовала себя куда как комфортнее, несмотря даже на то, что пришлось одеться во вчерашнее. — Он любит мясо и свежие фрукты. Но к овощам, молоку и хлебу интереса не проявляет.</p>
    <p>— Именно, — сказал Рубен. — И люди, с которым я общался, сказали, что это очень хорошо для нас.</p>
    <p>— Почему? — спросила Мэри. Она терпеть не могла кофе, которым наслаждался Рубен; они заказали «Максвелл Хауз» и даже шоколадное молоко, но их доставят только к вечеру, вместе со свежей одеждой. Пока же она получала свою дозу кофеина из банки «кока-колы».</p>
    <p>— Потому что, — ответил Рубен, — это говорит о том, что народ Понтера не занимается сельским хозяйством. То, что мне удалось узнать от Хак, это более-менее подтверждает. Население той версии Земли, похоже, значительно меньше, чем нашей. Как следствие, они не практикуют земледелие или скотоводство, по крайней мере, не в таких масштабах, в каких ими занимаемся мы в последние несколько тысяч лет.</p>
    <p>— Я считала, что без этого невозможно поддерживать сколько-нибудь высокий уровень цивилизации, независимо от численности населения, — сказала Мэри.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Жду не дождусь, когда Понтер сможет развёрнуто ответить на наши вопросы на эту тему. Так вот, мне сказали, что наши самые опасные болезни впервые появились как болезни домашних животных, которые потом перешли на человека. Корь, туберкулёз и оспа происходят от коров, грипп — от свиней и уток, коклюш — от свиней и собак.</p>
    <p>Мэри нахмурилась. Заметила пролетающий за окном вертолёт — опять репортёры.</p>
    <p>— Ну, если подумать, то так оно и есть.</p>
    <p>— Более того, — сказал Рубен, — болезни наподобие чумы развиваются в основном в местах с высокой плотностью населения, где много потенциальных жертв. В малонаселённых местностях такие болезни, по-видимому, эволюционно нежизнеспособны: они убивают носителя прежде, чем он успевает заразить кого-то ещё.</p>
    <p>— Да, думаю, это тоже верно, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Наверное, будет слишком радикальным упрощением считать, что раз общество Понтера не сельскохозяйственное, то это общество охотников и собирателей, — сказал Рубен. — Но это самый близкий известный нам аналог тому, что пытается описывать Хак. Общества охотников и собирателей действительно имеют значительно меньшую плотность населения, и в них и правда гораздо меньше болезней.</p>
    <p>Мэри кивнула. Рубен продолжал:</p>
    <p>— Как мне сказали, тот же самый принцип работал, когда в Америку явились первые европейцы. Первооткрыватели прибыли из густонаселённых аграрных обществ и кишели болезнетворными микробами. Местные жили не так плотно, и животноводство у них практически отсутствовало; они не знали чумы или других болезней, которые передались от животных к человеку. Именно поэтому от контакта пострадала в основном одна сторона.</p>
    <p>— Я считала, что сифилис попал в Старый Свет из Нового, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Да, есть некоторые свидетельства в пользу такой версии, — согласился Рубен. Но хотя сифилис и правда впервые возник в Северной Америке, здесь он никогда не передавался половым путём. Лишь попав в Европу, он приспособился к такому способу распространения и стал одной из основных причин смертности. На самом деле эндемичная, невенерическая форма сифилиса встречается до сих пор, правда, в основном среди кочевников-бедуинов.</p>
    <p>— Надо же!</p>
    <p>— Истинная правда. Так что сифилис не опровергает картину одностороннего распространения эпидемических заболеваний, наоборот, его пример подтверждает тезис о том, что для эпидемий требуются социальные условия, типичные для перенаселённых цивилизаций.</p>
    <p>Мэри некоторое время переваривала услышанное.</p>
    <p>— Это значит, что вы, Луиза и я… нам, скорее всего, ничего не угрожает?</p>
    <p>— Это выглядит весьма вероятным: Понтер страдает от чего-то, что подхватил здесь, но скорее всего не принёс с собой ничего, о чём следовало бы беспокоиться.</p>
    <p>— А что будет с ним? Понтер поправится?</p>
    <p>Рубен пожал плечами.</p>
    <p>— Не знаю, — ответил он. — Я дал ему достаточно антибиотиков широкого спектра, чтобы одолеть большинство известных бактериальных инфекций, как Грам-негативных, так и Грам-позитивных. Однако вирусы не реагируют на антибиотики, и не существует такой вещи, как антивирусный препарат широкого спектра действия. Пока мы не установим, что у него действительно конкретная вирусная инфекция, накачивать его произвольными антивирусными средствами без толку — мы ему скорее навредим, чем поможем.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Эксгибиционисты хлынули на дотоле закрытую половину зала Совета и окружили Адекора плотной толпой, выкрикивая вопросы, которые разили его, словно копья — попавшего в засаду мамонта.</p>
    <p>— Стал ли для вас неожиданностью вердикт арбитра Сард? — спрашивал Луласм.</p>
    <p>— Кто будет говорить от вашего имени перед трибуналом? — требовал ответа Хауст.</p>
    <p>— У вас сын 148-го поколения; достаточно ли он взрослый, чтобы осознавать последствия того, что может ждать вас — и его тоже? — спросил эксгибиционист, имени которого Адекор не знал, 147-й, передачи которого, должно быть, смотрела более молодая аудитория.</p>
    <p>Эксгибиционисты набросились и на Жасмель.</p>
    <p>— Жасмель Кет, какими теперь станут ваши отношения с Даклар Болбай?</p>
    <p>— Вы правда верите, что ваш отец жив?</p>
    <p>— Если трибунал осудит учёного Халда как убийцу, что вы будете чувствовать, зная, что защищали виновного?</p>
    <p>Адекор чувствовал поднимающийся гнев, но он старался, старался, <emphasis>старался</emphasis> скрыть его. Он знал, что трансляции эксгибиционистов смотрит множество людей.</p>
    <p>Жасмель наотрез отказалась отвечать на любые вопросы, и эксгибиционисты, наконец, оставили её в покое. Те, кто осаждал Адекора, тоже скоро насытились и мало-помалу очистили зал, оставив Жасмель и Адекора в гулком одиночестве. Жасмель на мгновение поймала взгляд Адекора, но тут же отвернулась. Адекор не знал, что ей сказать; он с лёгкостью читал настроение её отца, но в Жасмель было много и от Класт. Наконец, просто чтобы заполнить зияющую тишину, Адекор произнёс:</p>
    <p>— Я знаю, ты сделала всё, что смогла.</p>
    <p>Жасмель подняла глаза к потолку, к нарисованной на нём заре и укреплённому в центре хрономеру. Потом опустила голову и посмотрела на Адекора.</p>
    <p>— Ты правда это сделал? — спросила она.</p>
    <p>— Что? — сердце Адекора тяжело забилось. — Нет, конечно нет. Я люблю твоего отца.</p>
    <p>Жасмель закрыла глаза.</p>
    <p>— Я не знала, что ты уже пытался убить его.</p>
    <p>— Я не пытался убить его. Я просто разозлился, вот и всё. Я думал, ты поняла это, думал…</p>
    <p>— Ты думал, что раз я продолжала говорить от твоего имени, то на меня никак не повлияло то, что я видела? Это был мой <emphasis>отец</emphasis>! Я видела, как он выплёвывает собственные зубы!</p>
    <p>— Это было очень давно, — сказал Адекор. — Я… я и не помнил, что тогда было столько… столько крови. Мне очень жаль, что тебе пришлось это увидеть. — Он помолчал — Жасмель, ты не понимаешь? Я <emphasis>люблю</emphasis> твоего отца; ему я обязан всем, что имею. После этого… инцидента… он мог обвинить меня; он мог добиться моей стерилизации. Но он не стал. Он понимал, что я был… и есть… нездоров, что иногда я неспособен сдерживать гнев. Тем, что я остался цел, я обязан исключительно ему; тем, что у меня есть сын, Даб, я обязан ему. Моим самым большим чувством по отношению к твоему отцу является <emphasis>благодарность</emphasis>. Я бы никогда не причинил ему вред. Я бы не смог.</p>
    <p>— Возможно, ты устал быть у него в долгу.</p>
    <p>— Это был не долг. Ты ещё молода, Жасмель, ни с кем не связана, но скоро будешь, я знаю. Между теми, кто любит, нет никаких долгов; они прощают друг друга и живут дальше.</p>
    <p>— Люди не меняются, — сказала Жасмель.</p>
    <p>— Нет, меняются. И твой отец это знал.</p>
    <p>Жасмель долго молчала, потом заговорила снова:</p>
    <p>— Кто в этот раз будет говорить от твоего имени?</p>
    <p>Услышав этот вопрос от эксгибициониста, Адекор просто пропустил его мимо ушей. Но сейчас он всерьёз над ним задумался.</p>
    <p>— Лурт была бы логичным выбором, — сказал он. — Она из 145-го, достаточно взрослая, чтобы арбитр отнёсся к ней уважительно. И она сказала, что сделает всё, чтобы помочь.</p>
    <p>— Я надеюсь… — сказала Жасмель. Она сбилась и начала сначала. — Я надеюсь, что всё для тебя закончится хорошо.</p>
    <p>— Спасибо. Что ты теперь планируешь делать?</p>
    <p>Жасмель посмотрела прямо на Адекора.</p>
    <p>— Сейчас, прямо сейчас, я хочу оказаться подальше от этого места… и от тебя.</p>
    <p>Она повернулась и вышла из гнетущего зала Совета, и Адекор остался в нём один.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 30</p>
    </title>
    <subtitle>День пятый</subtitle>
    <subtitle>Вторник, 6 августа</subtitle>
    <subtitle>148/118/28</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>ПОИСК ПО НОВОСТЯМ</p>
    <p>Ключевые слова: <emphasis>неандерталец</emphasis></p>
    <cite>
     <p>Исламский духовный лидер заявил, что так называемый неандерталец — неудачный продукт западных генетических экспериментов. Иранец Вилайят аль-Факих призывает канадское правительство признать, что Понтер Боддет — результат нечестивой и аморальной процедуры рекомбинирования ДНК…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>На Оттаву оказывается давление с целью дать Понтеру Боддету канадское гражданство, и эта просьба исходит из весьма неожиданного источника. Президент США Джордж Буш попросил премьер-министра Жана Кретьена ускорить процесс, результатом которого было бы принятие Понтера Боддета в канадское гражданство. Понтер Боддет указал, что в своём мире он родился в местности, которая в нашем соответствует городу Садбери, Онтарио. «Если он родился в Канаде, — сказал Джордж Буш, — значит, он канадец».</p>
     <p>Президент США продвигает идею выдачи Понтеру Боддету канадского паспорта для того, чтобы он мог беспрепятственно приехать в Соединённые Штаты после прекращения карантина; таким образом президент положил конец дебатам на Капитолийском холме по поводу того, может ли американская таможня допустить неандертальца в страну.</p>
     <p>Часть 5 параграфа 4 канадского закона о гражданстве допускает широкое толкование, которым президент Буш предлагает воспользоваться: «С целью разрешения случаев особой и необычной сложности или в знак признания выдающихся заслуг перед Канадой Губернатор может, на своё усмотрение и вопреки другим положениям данного Закона, дать указание Министру наделить гражданством любое лицо…»</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>В Министерство здравоохранения Канады была подана интернет-петиция, подписанная более чем 10000 человек со всего мира с требованием поместить Понтера Боддета под бессрочный карантин…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>«Инко» закончила сегодняшние торги двадцатидвухнедельным максимумом стоимости акций…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>«Это медийный цирк, — заявил многолетний ротарианец из Садбери Берни Монкс. — Северное Онтарио не видело ничего подобного с 1934 года, когда в семье Дионн родилось пятеро близнецов…»</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Понтер Боддет продолжает получать многочисленные предложения о работе. Лаборатория Базовых Исследований, принадлежащая японской компании «NNT», предложила ему пост директора их нового подразделения квантовых вычислений. «Майкрософт» и «IBM» также предложили ему контракты с весьма привлекательными условиями. Эм-Ай-Ти, КалТех и ещё восемь университетов пригласили его к себе преподавать. Поступают предложения от корпорации «RAND» и Гринписа. Нет никаких сведений о том, нашёл ли неандерталец привлекательными хоть какие-то из этих предложений…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Группа учёных из Франции выступила с заявлением о том, что, хотя Понтер Боддет и появился на нашей Земле в Канаде, он не мог родиться в этой стране, поскольку неандертальцы никогда не жили в Северной Америке. Поэтому, считают они, его нужно признать гражданином Франции, поскольку именно во Франции были найдены самые поздние останки неандертальцев…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Защитники гражданских прав по обеим сторонам границы осуждают принудительный карантин, которому был подвергнут так называемый человек неандертальский, утверждая, что нет никаких свидетельств того, что он представляет собой угрозу чьему бы то ни было здоровью…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>Анализы крови возвращались отрицательными один за другим. То, что заразило Понтера, по-видимому, уже ослабло, и не было никаких следов того, что он может быть носителем чего-то опасного для человечества. И всё же ЛЦКЗ не торопилась отменять карантин.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_27">Сегодня Понтер был одет в собственную рубаху, ту, в которой он прибыл на Землю. Федералы привезли для него небольшой гардероб из местного «Марка»<a l:href="#id20150414092305_26">[26]</a>, но эта одежда сидела на нём плохо; трудно подобрать готовую одежду для человека, который похож на слегка приплюснутого Мистера Вселенная<a l:href="#id20150414092305_27">[27]</a>.</p>
    <p>Понтер — или, скорее, Хак — быстро улучшала свой английский. У компаньона не было звука «и» в предустановленном наборе для синтеза речи, но Хак записала, как Рубен и Мэри произносят его и проигрывала эти записи тогда, когда требовалось произнести английское слово с этим звуком. Однако было настолько непривычно слышать своё имя как «Мэр-<emphasis>и</emphasis>» — первая половина одним из голосов Хак, вторая — голосом Рубена или её собственным, что Мэри сказала компаньону не беспокоиться на этот счёт; в конце концов, и люди не всегда произносят её имя внятно, так что Хак может запросто это делать и дальше. Луиза также сказала Хак, что не имеет ничего против, если та будет называть её Лу.</p>
    <p>Наконец, Хак заявила, что набрала достаточный словарный запас для содержательного общения. Да, сказала она, будут провалы и проблемы, но их можно решать по мере возникновения.</p>
    <p>И вот, пока Рубен принимал по телефону очередную порцию результатов анализов, а Луиза, ярко выраженная сова, отсыпалась наверху, приняв предложение Понтера воспользоваться кроватью, когда он не спит, Мэри и Понтер устроились в гостиной, чтобы в первый раз поболтать по-настоящему. Понтер тихо сказал что-то на своём языке, а Хак воспроизвела его слова мужским голосом по-английски:</p>
    <p>— Как хорошо поговорить.</p>
    <p>У Мэри вырвался тихий нервный смешок. Она так страдала от невозможности общаться в Понтером, а теперь, когда они, наконец, могли разговаривать, она не могла придумать, что ему сказать.</p>
    <p>— Да, — согласилась она. — Хорошо поговорить.</p>
    <p>— Прекрасный день, — сказал Понтер, выглядывая в окно гостиной.</p>
    <p>Мэри снова засмеялась, на этот раз от души. Разговоры о погоде — обычай, выходящий за пределы видовых границ.</p>
    <p>— Да, очень, — сказала она.</p>
    <p>И тут она поняла, что проблема не в том, что она не знала, что сказать Понтеру. Просто вопросов было столько, что она не знала, с чего начать. Понтер — учёный; он наверняка имеет понятие о том, что его народу известно о генетике, о разделении родов Homo и Pan, о…</p>
    <p>Но нет. Нет. Понтер — человек; во-первых и главных он — человек, к тому же прошедший через серьёзную переделку. Наука может подождать. Сейчас они будут говорить о нём, о том, каково ему сейчас.</p>
    <p>— Как вы себя чувствуете? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Хорошо, — ответил голос переводчика.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Я имею в виду, на самом деле. Как у вас дела на самом деле?</p>
    <p>Понтер, казалось, заколебался, и Мэри подумала: интересно, разделяют ли неандертальские мужчины с человеческими нежелание говорить о своих чувствах. Но потом он выдохнул шумно и судорожно.</p>
    <p>— Я напуган, — сказал он. — И скучаю по семье.</p>
    <p>Мери вскинула брови.</p>
    <p>— По семье?</p>
    <p>— По дочерям. У меня две дочери, Жасмель Кет и Мегамег Бек.</p>
    <p>Мэри немного опешила. Почему-то ей ни разу не пришло в голову, что у Понтера может быть семья?</p>
    <p>— Старшей сейчас, — сказал Понтер, — я знаю, сколько месяцев, но вы вроде измеряете возраст в годах, нет? Старшей… Хак, посчитай!</p>
    <p>— Жасмель девятнадцать лет, — прозвучал женский голос Хак, — Мегамег девять.</p>
    <p>— О Боже, — сказала Мэри. — С ними всё будет в порядке? А их мать?</p>
    <p>— Класт умерла два декамесяца назад, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Двадцать месяцев, — торопливо добавила Хак. — Один и восемь десятых года.</p>
    <p>— Простите, — тихо сказала Мэри. Понтер слегка кивнул.</p>
    <p>— Её клетки, её кровь — они изменились…</p>
    <p>— Лейкемия, — подсказала термин Мэри.</p>
    <p>— Я скучаю по ней каждый месяц, — сказал Понтер.</p>
    <p>Должно быть, ошибка перевода, подумала Мэри; наверняка он хотел сказать, что скучает по жене каждый день.</p>
    <p>— Потерять обоих родителей…</p>
    <p>— Да, — сказал Понтер. — Конечно, Жасмель уже почти взрослая, так что…</p>
    <p>— То есть, она может голосовать и всё такое? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Нет-нет-нет. Хак что-то неправильно подсчитала?</p>
    <p>— Я совершенно уверена, что расчёты верны, — ответила Хак женским голосом.</p>
    <p>— Жасмель слишком молода, чтобы голосовать, — сказал Понтер. — <emphasis>Я</emphasis> слишком молод, чтобы голосовать.</p>
    <p>— И в каком же возрасте в вашем мире получают право голоса?</p>
    <p>— Ты должен встретить по крайней мере 667-ю луну — две трети от традиционного тысячемесячного периода жизни.</p>
    <p>Хак, по-видимому, не желая, чтобы её компетентность в области арифметике снова подвергали сомнению, быстро добавила:</p>
    <p>— Право голоса получают в возрасте пятидесяти одного года; традиционная продолжительность жизни — семьдесят семь лет, хотя в наши дни многие живут гораздо дольше.</p>
    <p>— Здесь, в Онтарио, люди получают право голосовать в восемнадцать, — сказала Мэри. — В смысле, лет.</p>
    <p>— Восемнадцать! — воскликнул Понтер. — Это безумие.</p>
    <p>— Я не знаю ни одного места, где бы этот возраст был больше двадцати одного года.</p>
    <p>— Это многое объясняет в вашем мире, — сказал Понтер. — Мы не позволяем людям влиять на политику и принимать решения, пока они не накопят достаточно мудрости и жизненного опыта.</p>
    <p>— Но если Жасмель не может голосовать, то чем в вашем мире взрослый отличается от подростка?</p>
    <p>Понтер слегка двинул плечами.</p>
    <p>— Полагаю, в моём мире эта разница не так значительна, как в вашем. Тем не менее, достигнув возраста 250 месяцев человек начинает сам нести юридическую ответственности за свои действия и находится на пороге обустройства собственного дома. — Он покачал головой. — Хотел бы я дать Жасмель и Мегамег знать, что я жив, что думаю о них. Даже если я никогда не смогу вернуться назад, я бы отдал всё, только бы передать им весточку.</p>
    <p>— А вы действительно не сможете вернуться? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Не вижу, как. О, если бы здесь был построен квантовый компьютер, то условия, которые привели к моему… переносу сюда можно бы было попытаться повторить. Но я физик-теоретик; я имею лишь смутное представление о деталях внутреннего устройства квантового компьютера. Мой партёр, Адекор, в этом хорошо разбирается, но с ним никак не связаться.</p>
    <p>— Должно быть, вы в отчаянии, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Простите, — ответил Понтер. — Я не хотел нагружать вас своими проблемами.</p>
    <p>— Всё в порядке, — заверила его Мэри. — Можем ли мы… Можем ли мы вам как-то в этом помочь?</p>
    <p>Понтер произнёс единственное короткое слово, прозвучавшее как-то по-особенному грустно.</p>
    <p>— Нет, — перевела его Хак.</p>
    <p>Мэри захотелось поднять ему настроение.</p>
    <p>— Ну, хоть карантин должен уже скоро кончиться. Может быть, после того, как нас выпустят, вы сможете попутешествовать, посмотреть мир. Садбери — маленький город, но…</p>
    <p>— <emphasis>Маленький?</emphasis> — Понтер выпучил от удивления глаза. — Но здесь же… даже не знаю, сколько… по меньшей мере несколько десятков тысяч жителей.</p>
    <p>— В городской черте Садбери живёт 160000 человек, — сказала Мэри, которая полистала в гостинице путеводитель.</p>
    <p>— Сто шестьдесят тысяч! — повторил Понтер. — И это маленький город? Вы, Мэре, приехали из другого места, да? Из другого города. Сколько людей живёт там?</p>
    <p>— Собственно в городе Торонто — 2,4 миллиона; в агломерации — в зоне сплошной городской застройки с Торонто в центре — около 3,5 миллионов.</p>
    <p>— Три с половиной миллиона? — изумлённо переспросил Понтер.</p>
    <p>— Плюс-минус.</p>
    <p>— Сколько всего людей?</p>
    <p>— Во всём мире? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Чуть больше шести миллиардов.</p>
    <p>— Миллиард — это… тысяча раз по миллиону?</p>
    <p>— Именно так, — ответила Мэри. — По крайней мере здесь, в Северной Америке. В Британии… ладно, забудьте. Да, миллиард — это тысяча миллионов.</p>
    <p>Понтер осел в своём кресле.</p>
    <p>— Это… это просто немыслимое количество людей.</p>
    <p>Мэри подняла брови.</p>
    <p>— А сколько людей живёт в вашем мире?</p>
    <p>— Сто восемьдесят два миллиона, — ответил Понтер.</p>
    <p>— Почему так мало? — спросила Мэри?</p>
    <p>— Почему так много? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Я не знаю, — ответила Мэри. — Никогда не задумывалась.</p>
    <p>— Вы не… в моём мире мы знаем, как предотвращать беременность. Возможно, я мог бы вас научить…</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— У нас тоже есть для этого средства.</p>
    <p>Понтер поднял бровь.</p>
    <p>— Должно быть, наши работают лучше?</p>
    <p>Мэри рассмеялась.</p>
    <p>— Возможно.</p>
    <p>— И вам хватает еды для шести миллиардов людей?</p>
    <p>— Мы по большей части едим растения. Мы культивируем… — Раздался гудок; по соглашению с Хак, услышав слово, которого нет в базе данных и о значении которого она не смогла догадаться по контексту, она подавала звуковой сигнал. -…мы специально их выращиваем. Я заметила, что вам не нравится хлеб, — снова гудок, — э-э… еда, приготовленная из зерна, но хлеб, а также рис — это то, что ест большинство из нас.</p>
    <p>— Вы кормите шесть миллиардов человек <emphasis>растениями</emphasis>?</p>
    <p>— Э-э… не совсем, — сказала Мэри. — Примерно полмиллиарда человек испытывает нехватку еды.</p>
    <p>— Это очень плохо, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри не могла не согласиться. Только тут она неожиданно для себя осознала, что до сих пор Понтер имел дело лишь с весьма облагороженным образом Земли. Он немного смотрел телевизор, но недостаточно для формирования целостной картины. Тем не менее, было похоже, что Понтеру действительно придётся провести остаток своей жизни на этой Земле. И ему нужно будет рассказать о войне, о преступности, о загрязнении, о рабстве — о кровавой полосе, тянущейся через всю историю человечества.</p>
    <p>— Наш мир — непростое место, — сказала Мэри, как будто это оправдывало тот факт, что люди голодают.</p>
    <p>— Да, я уже понял, — сказал Понтер. — У нас только один вид людей, хотя в прошлом их было больше. Но вас тут три или четыре вида.</p>
    <p>Мэри недоумённо тряхнула головой.</p>
    <p>— Что? — спросила она.</p>
    <p>— Разные виды людей. Вы относитесь к одному виду, а Рубен, очевидно, к другому. А мужчина, который помогал меня спасать — это, по-видимому, какой-то третий вид.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Нет, это не различные виды. У нас все люди тоже принадлежат к одному биологическому виду — Homo sapiens.</p>
    <p>— И вы все способны скрещиваться? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Да, — ответила Мэри.</p>
    <p>— И потомство не стерильно?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— Вы — генетик, — сказал он, — не я, но… но… если все могут скрещиваться со всеми, то откуда такие различия? Разве люди не стали бы со временем похожими, демонстрируя смесь всех возможных черт?</p>
    <p>Мэри шумно вздохнула. Она не хотела влезать в это болото на такой ранней стадии общения.</p>
    <p>— Ну, в общем, в прошлом — не сейчас, вы понимаете, но… — она сглотнула. — То есть, и сейчас тоже, но в меньшей степени, люди разных рас… — гудок в другой тональности: известное слово в непонятном контексте, — люди с одним цветом кожи избегали… скрещивания с людьми с кожей другого цвета.</p>
    <p>— Почему? — спросил Понтер. Простой вопрос; действительно, почему?</p>
    <p>Мэри слабо пожала плечами.</p>
    <p>— Разница в цвете изначально возникла из-за длительной географической изоляции популяций. Но после этого… после этого взаимодействие было затруднено невежеством, глупостью, ненавистью.</p>
    <p>— Ненавистью, — повторил Понтер.</p>
    <p>— Да, как ни грустно это признать. — Она снова пожала плечами. — В прошлом моего вида много такого, чем я не горжусь.</p>
    <p>Понтер довольно долго молчал.</p>
    <p>— Я думал над тем, что это за мир, — сказал он, наконец. — Я удивился, когда увидел изображения черепов в больнице. Я видел такие черепа раньше; в моём мире они известны лишь в виде ископаемых останков. Это было поразительно — увидеть во плоти то, с чем раньше был знаком лишь в виде костей.</p>
    <p>Он снова замолчал, глядя на Мэри так, словно до сих пор дивился её внешности. Она смущённо поёрзала на стуле.</p>
    <p>— Мы ничего не знали ни о цвете вашей кожи, — сказал Понтер, — ни о цвете волос. Наши… — гудок; гудком Хак также заменяла слова, для которых не могла найти английского эквивалента, — были бы поражены, узнав, насколько разными вы могли быть.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Ну, не все эти различия природные, — сказала она. — Вот, к примеру, мои волосы на самом деле не такого цвета.</p>
    <p>Понтера явно удивила это новость.</p>
    <p>— И какого же тогда?</p>
    <p>— Да такого, серовато-коричневого.</p>
    <p>— И почему вы его изменили?</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Самовыражение, и… в общем, я сказала, что они серовато-коричневые, но на самом деле они больше серые, чем коричневые. Мне… как, как впрочем, и многим другим, не нравится такой цвет.</p>
    <p>— У моего вида волосы становятся серыми с возрастом.</p>
    <p>— И у нас тоже; волосы такого света мы называем седыми. Никто не рождается с седыми волосами.</p>
    <p>Понтер снова нахмурился.</p>
    <p>— В моём языке слово для человека, обладающего знаниями, которые приходят только с опытом, и слово для цвета, который приобретают волосы с возрастом, одно и то же — «серый». Не могу себе представить, чтобы кому-то хотелось скрыть этот цвет.</p>
    <p>Мэри в очередной раз пожала плечами.</p>
    <p>— Мы делаем много бессмысленных вещей.</p>
    <p>— Это точно, — сказал Понтер. Он помолчал, словно раздумывая, стоит ли продолжать тему. — Мы часто задумывались, что стало с вашим народом — я имею в виду, в нашем мире. Простите, я не хочу показаться… — гудок, — но вы, должно быть, в курсе, что ваш мозг меньше нашего.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— В среднем на десять процентов, если я правильно помню.</p>
    <p>— И вы, очевидно, заметно слабее физически. Исходя из следов крепления мышц на ископаемых костях мы заключили, что ваша мышечная масса была вдвое меньше нашей.</p>
    <p>— Примерно так и есть, я полагаю, — сказала Мэри, кивая.</p>
    <p>— А также, — продолжал Понтер, — вы упомянули о неспособности уживаться даже с представителями собственного вида.</p>
    <p>Мэри снова кивнула.</p>
    <p>— В моём мире тоже находили археологические свидетельства того же самого, — сказал Понтер. — Согласно популярной у нас теории вы истребили друг друг сами… что в случае с существами менее разумными, чем мы, вовсе не кажется… — Понтер опустил голову. — Простите; я не хотел вас расстроить.</p>
    <p>— Всё в порядке, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Я уверен, что существует лучшее объяснение, — сказал Понтер. — Мы так мало о вас знаем.</p>
    <p>— Я думаю, — сказала Мэри, — что одно только знание о том, что всё могло быть по-другому — что выживание именно нашего вида не было предопределено — это уже очень ценно. Это напомнит моему народу о том, как драгоценна на самом деле жизнь.</p>
    <p>— Для вас это не очевидно? — спросил Понтер, изумлённо округляя глаза.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 31</p>
    </title>
    <p>Наконец Адекор медленно и печально поковылял к выходу из зала Совета. Всё это было безумием. Безумием! Он потерял Понтера, и, будто это был недостаточно тяжёлый удар, его теперь ждёт трибунал. Доверие, которое он раньше чувствовал по отношению к судебной системе — о которой до сего дня он имел весьма смутное представление — рассыпалось в прах. Как они могут травить невиновного человека, перенёсшего такое горе?</p>
    <p>Адекор прошёл по длинному коридору, стены которого украшали ряды портретов великих арбитров прошлого, мужчин и женщин, заложивших основы современного права. Был ли этот… этот <emphasis>фарс</emphasis> венцом из замысла? Он продолжал идти, не обращая внимания на других людей, мимо которых проходил, пока его взгляд не зацепился за пятно оранжевого цвета.</p>
    <p><emphasis>Болбай</emphasis>, всё ещё в цветах обвинения, на дальнем конце коридора. Она задержалась в здании Совета, вероятно, дожидаясь ухода эксгибиционистов, и теперь уходила сама. </p>
    <p>Прежде, чем он сообразил толком, что делает, Адекор обнаружил, что бежит через коридор к ней; покрывающий пол ковёр мха заглушал топот его ног. Он догнал её как раз в тот момент, когда она шагнула в дверь в конце коридора, ведущей наружу, под тёплое предвечернее солнце.</p>
    <p>— Даклар!</p>
    <p>Даклар Болбай испуганно оглянулась.</p>
    <p>— Адекор! — воскликнула она, выпучив на него глаза. Потом громко заговорила: — Тот, кто ведёт судебное наблюдение за Адекором Халдом, внимание! Он приблизился ко мне, своему обвинителю!</p>
    <p>Адекор медленно покачал головой.</p>
    <p>— Я не собираюсь причинять тебе вред.</p>
    <p>— Как я имела возможность убедиться, — сказала Болбай, — твои действия не всегда совпадают с твоими намерениями.</p>
    <p>— Это было много <emphasis>лет</emphasis> назад, — сказал Адекор, намеренно употребив слово, которое подчёркивало исключительную длительность промежутка времени. — Я никого не бил ни до того, ни после того.</p>
    <p>— Но ты сделал это <emphasis>тогда</emphasis>, — сказала Болбай. — Ты сорвался. Ты ударил. Ты бил насмерть.</p>
    <p>— Нет! Нет, я никогда не хотел Понтеру зла.</p>
    <p>— Нам не следует разговаривать, — сказала Болбай. — Позволь мне откланяться. — Она повернулась.</p>
    <p>Адекор протянул руку и схватил её за плечо.</p>
    <p>— Нет, подожди!</p>
    <p>Когда он снова увидел её лицо, на нём было выражение паники, однако она быстро успокоилась и со значением посмотрела на его руку, держащую её за плечо. Адекор отпустил её.</p>
    <p>— Прошу, — сказал он. — Прошу, просто скажи мне, <emphasis>почему</emphasis>? Почему ты преследуешь меня с такой… как будто мстишь мне за что-то? За всё время, что знаем друг друга, я ни разу не сделал тебе дурного. Ты наверняка знаешь, что я любил Понтера, и что он любил меня. Ему бы не хотелось, чтобы ты вот так вот преследовала меня.</p>
    <p>— Не строй из себя невинность, — сказала Болбай.</p>
    <p>— Но я невиновен! Почему ты это делаешь?</p>
    <p>Она просто качнула головой, развернулась и пошла прочь.</p>
    <p>— Почему? — крикнул Адекор ей вслед. — <emphasis>Почему?</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Может быть, поговорим о вашем народе? — предложила Мэри Понтеру. — До сих пор мы могли изучать неандертальцев лишь по ископаемым останкам. Было много споров по разным вопросам, таким как, скажем, для чего нужны ваши выступающие надбровные дуги.</p>
    <p>Понтер моргнул.</p>
    <p>— Они прикрывают глаза от солнца.</p>
    <p>— Правда? — изумилась Мэри. — Да, думаю, это имеет смысл. Но тогда почему у моего народа их нет? В смысле, неандертальцы же эволюционировали в Европе, а мои предки пришли из Африки, где гораздо более солнечно.</p>
    <p>— Мы тоже ломали над этим голову, — сказал Понтер, — когда исследовали останки глексенов.</p>
    <p>— Глексенов? — повторила Мэри.</p>
    <p>— Разновидность ископаемых гоминид в моём мире, на которую вы более всего походите. У глексенов не было надбровных дуг, так что мы предположили, что они вели ночной образ жизни.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Я думаю, неверны очень многие из заключений, сделанных на основе исследований одних только костей. А скажите: что вы думали насчёт этого? — Она постучала указательным пальцем по подбородку.</p>
    <p>Понтер смутился.</p>
    <p>— Я теперь знаю, что это совершенно не так, но…</p>
    <p>— Да? — ободрила его Мэри.</p>
    <p>Понтер разгладил ладонью бороду, так, чтобы стала видна его челюсть без подбородка.</p>
    <p>— У нас нет такого выступа, так что мы предположили…</p>
    <p>— Что? — сказала Мэри.</p>
    <p>— Мы предположили, что этот выступ удерживал стекающую слюну. У вас такая маленькая ротовая полость, мы думали, что из неё постоянно вытекает слюна. Также, поскольку у вас меньший объём мозга, чем у нас, а у, гм, идиотов часто капает слюна изо рта…</p>
    <p>Мери рассмеялась.</p>
    <p>— Какой ужас, — сказала она. — Кстати, раз речь зашла о челюстях: а что случилось с вашей?</p>
    <p>— Ничего, — сказал Понтер. — Она такая, как всегда была.</p>
    <p>— Я видела ваши рентгеновские снимки в больнице, — сказала Мэри. — На вашей нижней челюстной кости видны следы обширной реконструкции.</p>
    <p>— Ах, <emphasis>это</emphasis>, — сказал Понтер, словно бы виновато. — Да, пару сот месяцев тому назад я получил удар по лицу.</p>
    <p>— И чем это вас ударило? — спросила Мэри. — Кирпичом?</p>
    <p>— Кулаком, — ответил Понтер.</p>
    <p>У Мэри отвисла её собственная челюсть.</p>
    <p>— Я знала, что неандертальцы сильны, но… вау! И всё это одним ударом?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Вам повезло, что вы остались живы, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Нам обоим повезло — и ударенному, и ударятелю, если так можно выразиться.</p>
    <p>— Но из-за чего вас ударили?</p>
    <p>— Дурацкий спор, — сказал Понтер. — Конечно, он не должен был этого делать, и потом дико извинялся. Я решил не давать делу ход; если бы я это сделал, его обвинили бы в покушении на убийство.</p>
    <p>— Он правда мог убить вас одним ударом?</p>
    <p>— О да. Я успел среагировать и приподнять голову, так что удар пришёлся в челюсть, а не в середину лица. Если бы кулак попал туда, то бы проломил дыру в черепе.</p>
    <p>— О ужас, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Он был зол, и я его спровоцировал. Мы оба были виноваты в равной мере.</p>
    <p>— А вы… <emphasis>вы</emphasis> способны убить кого-нибудь голыми руками? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Конечно, — ответил Понтер. — Особенно если подойти сзади. — Он переплёл пальцы, поднял руки и изобразил удар сомкнутыми кулаками сверху вниз. — Если такой удар нанести сзади, человеческий череп расколется. Спереди же, если удастся нанести хороший удар кулаком или ногой в грудную клетку, я могу раздавить сердце.</p>
    <p>— Но… но… не в обиду будь сказано, но обезьяны тоже очень сильны, но при этом редко убивают друг друга в драках.</p>
    <p>— Это потому что в схватках за превосходство внутри группы действия обезьян ритуализированны и инстинктивны, и обычно они просто шлёпают друг друга — это работа на публику. Но вообще-то шимпанзе убивают других шимпанзе, хотя обычно пользуются для этой цели зубами. Сжимать пальцы в кулак способны только люди.</p>
    <p>— О… ужас. — Мэри понимала, что повторяется, но не смогла придумать ничего другого, чтобы выразить сумму своих чувств. — У нас люди дерутся всё время. Некоторые даже превращают это в спорт: бокс, борьба, реслинг.</p>
    <p>— Безумие, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Да, я согласна, — сказала Мэри. — Но они почти никогда друг друга не убивают. То есть, я имею в виду, человек практически не способен убить другого человека голыми руками. Мы, я так думаю, просто недостаточно сильны для этого.</p>
    <p>— В моём мире, — сказал Понтер, — ударить значит убить. Поэтому мы <emphasis>никогда</emphasis> друг друга не бьём. Насилие может закончиться смертью, поэтому мы просто не можем его допустить.</p>
    <p>— Но вас ведь ударили, — сказала Мэри.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Это было очень давно, когда я учился в Научной Академии. Я спорил так, как это делают лишь в юности, будто от победы в споре что-то зависит. Я видел, что мой оппонент приходит в ярость, но продолжал его донимать. И он отреагировал… неудачным образом. Но я его простил.</p>
    <p>Мэри посмотрела на Понтера и представила себе, как он подставляет вторую свою длинную скошенную щёку ударившему его.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Адекор попросил компаньона вызвать ему транспортный куб, который отвёз его домой. И теперь он снова сидел на веранде, один, изучая судебную процедуру. Хотя передачи его компаньона и контролировались, однако он по-прежнему мог им пользоваться, чтобы обратиться к накопленным человечеством знаниям и перенести часть из них на планшет для комфортного изучения.</p>
    <p>Его партнёрша Лурт сразу же согласилась выступать от его имени на трибунале. Но хотя она и другие — в этот раз она сможет вызывать свидетелей — могут засвидетельствовать мирный характер Адекора и стабильность их отношений с Понтером, этого вряд ли хватит, чтобы убедить арбитра Сард и её коллег оправдать его. Так что он начал перерывать судебную историю в поисках других дел с обвинением в убийстве в отсутствие тела жертвы, в надежде, что решение по прежнему делу сможет ему помочь.</p>
    <p>Первое такое дело, что ему попалось, слушалось давным-давно, во времена 17-го поколения. Обвинялся мужчина по имени Дасста, который якобы убил свою жену, незаметно пробравшись в Центр. Однако тело так и не было найдено: его партнёрша в один прекрасный день просто исчезла без следа. Трибунал постановил, что в отсутствие тела невозможно утверждать, что произошло убийство.</p>
    <p>Адекора эта находка привела в восторг — пока он не углубился в изучение судебной процедуры.</p>
    <p>Понтер и Адекор выбрали для веранды кресла обычной — не слишком прочной — конструкции. Это было свидетельством непоколебимой уверенности понтера в то, что Адекор излечился, и его гнев никогда больше не выльется во вспышку насилия. Но Адекор был так расстроен тем, что прочитал, что в сердцах разломал подлокотник кресла ударом кулака — щепки так и полетели во все стороны. Юридические последствия, прочитал он, имеют лишь дела не старше десяти поколений; общество развивается, гласил «Кодекс Цивилизации», и то, что люди делали в далёком прошлом, в современном мире могло полностью утратить смысл.</p>
    <p>Адекор продолжил поиски и в конце концов наткнулся на интригующее дело времён 140-го поколения — всего восемь поколений назад. Мужчина был обвинён в убийстве другого мужчины во время спора из-за того, что последний вырастил дом слишком близко к дому первого. Однако труп так и не был найден. В этом случае трибунал также решил, что отсутствия тела достаточно для прекращения преследования. Адекор снова обрадовался, но…</p>
    <p>Но.</p>
    <p>140-е поколение. Это период… посмотрим… от 1100 до 980 месяцев назад; от девяноста восьми до семидесяти девяти лет назад. Однако компаньоны появились всего лишь около тысячи месяцев назад; сейчас как раз готовятся к празднованию юбилея.</p>
    <p>Произошёл тот случай из 140-го до или после внедрения компаньонов? Адекор принялся уточнять.</p>
    <p>До того. <emphasis>Хрящ!</emphasis> Болбай наверняка заявит, что то решение не имеет отношения к настоящему разбирательству. Разумеется, скажет она, трупы и даже живые люди запросто могли пропасть без следа в тёмные времена до того, как великий Лонвес Троб освободил нас, но дело, в котором <emphasis>не могло</emphasis> быть записи действий обвиняемого не может влиять на решение по делу, в котором обвиняемый подстроил ситуацию с целью <emphasis>избежать</emphasis> появления такой записи.</p>
    <p>Адекор стал искать дальше. На мгновение он задумался о том, что хорошо бы, если бы были люди, специализирующиеся на разрешении всяких правовых вопросов от имени других; казалось бы, такой вклад был бы весьма ценным. Он с радостью обменялся бы трудом с кем-нибудь, кто провёл бы это исследование за него. Но нет; плохая идея. Само существование людей, которые полный день занимаются вопросами права, без сомнения спровоцировало бы рост числа таких дел и…</p>
    <p>Внезапно из дома выскочила Пабо и заливисто залаяла. Адекор посмотрел, на кого она лает, и его сердце, уже в который раз за эти дни, подпрыгнуло. Неужели?… Неужели?…</p>
    <p>Но нет. Конечно, нет. И всё же это был некто, кого Адекор совершенно не ожидал сейчас увидеть — юная Жасмель Кет.</p>
    <p>— Здравый день, — сказала она, подойдя на десять шагов.</p>
    <p>— Здравый день, — ответил Адекор, стараясь не выдать голосом удивления.</p>
    <p>Жасмель уселась на второе кресло, то, на котором обычно сидел её отец. Пабо хорошо знала Жасмель; Понтер часто брал собаку с собой в Центр, когда Двое становились Одним, и она явно обрадовалась, увидев знакомое лицо. Пабо тыкалась носом в колени Жасмель, а та ерошила рыжевато-коричневую шерсть у неё на макушке.</p>
    <p>— Что случилось с креслом? — спросила Жасмель.</p>
    <p>Адекор отвёл взгляд.</p>
    <p>— Ничего.</p>
    <p>Жасмель, по-видимому, решила не педалировать эту тему; в конце концов, всё и так было очевидно.</p>
    <p>— Лурт согласилась говорить от твоего имени? — просила она.</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Жасмель. — Я уверена, она сделает всё, что сможет. — Она какое-то время молчала, потом, снова взглянув на отломанный подлокотник, сказала: — Но…</p>
    <p>— Да, — согласился Адекор. — Но.</p>
    <p>Жасмель смотрела вдаль, на окружающую дом местность. На приличном расстоянии от дома спокойно и невозмутимо брёл мимо мамонт.</p>
    <p>— Теперь, когда дело передано в трибунал, алиби-куб моего отца был перенесён в крыло мёртвых. Даклар провела весь день, просматривая эпизоды из него и готовясь к процессу против тебя. Это, конечно, её право, как обвинителя, говорящего от имени мёртвого человека. Но я настояла, чтобы она разрешила мне смотреть алиби отца вместе с ней. И я смотрела на вас с отцом, в последние дни перед его исчезновением. — Она подняла на него затуманенный взгляд. — Болбай не видит этого, но она ведь уже давно одна. Но я… я тебе рассказывала, что мной интересуется один молодой человек? Что бы ты там ни говорил про то, что я ещё ни с кем не связана, я <emphasis>знаю</emphasis>, как выглядит любовь — и у меня нет ни малейшего сомнения в том, что ты на самом деле любил моего отца. Увидев тебя его глазами, я больше не могу верить в то, что ты мог нанести ему хоть какой-нибудь вред.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— Я могу… могу как-нибудь помочь тебе подготовиться к трибуналу?</p>
    <p>Адекор печально покачал головой.</p>
    <p>— Похоже, уже никто не сможет спасти меня и моих родных.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 32</p>
    </title>
    <subtitle>День шестой</subtitle>
    <subtitle>Среда, 7 августа</subtitle>
    <subtitle>148/118/29</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>ПОИСК ПО НОВОСТЯМ</p>
    <p>Ключевые слова: <emphasis>неандерталец</emphasis></p>
    <cite>
     <p>Журнал «Плейгёрл» прислал Понтеру Боддету письмо с предложением сняться для обложки обнаженным…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>«Есть ли у него душа?» спрашивает Преподобный Питер Дональдсон из Церкви Христа Искупителя в Лос-Анджелесе. «Это ключевой вопрос. И я отвечаю: нет, у него нет души…»</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>«Мы считаем, что эта спешка с предоставлением Понтеру Боддету канадского гражданства затеяна с тем, чтобы он смог представлять Канаду на следующих Олимпийских играх, и мы призываем МОК явным образом разрешить участие в соревнованиях только представителям <emphasis>Homo sapiens sapiens</emphasis>…»</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Не пропустите: футболки с лицом Понтера Боддета. Имеются размеры S, M, L, XL, XXL и неандертальский.</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Германское Общество Скептиков со штаб-квартирой в Нюрнберге заявило сегодня, что нет ни единой причины считать Понтера Боддета пришельцем из параллельного мира. «Эту версию мы примем в последнюю очередь, — заявил исполнительный директор Карл фон Шлегель, — и лишь после того, как иные, более простые теории окажутся неверными…»</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Федеральная полиция сегодня арестовала трёх человек, пытавшихся проникнуть сквозь полицейские кордоны вокруг дома доктора Рубена Монтего в Лайвли, городке в 14 км к юго-западу от Садбери, в котором находится на карантине неандерталец…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>Есть множество способов убить время, и похоже, что Рубен и Луиза нашли старейший из них. Мэри никогда не смотрела на Рубена под таким углом, но теперь, обдумав всё хорошенько, поняла, что он и в самом деле весьма симпатичен. Бритая голова была не в её вкусе, но у Рубена были приятные, чёткие черты лица, ослепительная улыбка, умный взгляд, он был поджар и довольно мускулист.</p>
    <p>И, конечно, у него был этот очаровательный акцент. Но не только. Оказалось, что он бегло говорит по-французски, так что они с Луизой могли общаться на её родном языке. Плюс, судя по его дому и машине, он очень неплохо зарабатывал — что, впрочем, не удивительно для врача.</p>
    <p><emphasis>Просто находка,</emphasis> сказала бы сестра Мэри. Конечно, у Мэри было достаточно жизненного опыта, чтобы понимать, что после снятия карантина этим отношениям, скорее всего, суждено завершиться. И всё же она испытывала неловкость. Не из-за того, что была ханжой — ей нравилось думать, что это не так, несмотря на то, что росла «хорошей девочкой» в католическом семействе. Скорее, она опасалась, что у Понтера сложится превратное представление о сексуальных привычках в этом мире, что он может подумать, будто от него теперь <emphasis>ожидают</emphasis>, что он вступит в связь с Мэри. А чьи-то ухаживания ей сейчас нужны были меньше всего. </p>
    <p>Однако интрижка между Луизой и Рубеном действительно привела к тому, что Мэри стала больше времени проводить наедине с Понтером. Вскоре выяснилось, что дневное время Рубен и Луиза предпочитают проводить в подвале за просмотром фильмов из обширной коллекции Рубена, тогда как Мэри и Понтер оставались на первом этаже. И поскольку Рубен и Луиза теперь спали вместе, они реквизировали у Понтера двуспальную кровать. Мэри не знала, какими словами Рубен объяснил необходимость такого обмена, но Понтер теперь спал на диване в кабинете наверху, а гостиная оставалась в полном распоряжении Мэри.</p>
    <p>Иногда по воскресеньям Мэри ходила к мессе. На этой неделе не пошла, хотя и могла — карантин был объявлен только в воскресенье вечером — и теперь жалела об этом.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_29">К счастью, мессу можно посмотреть по телевизору; канал «Вижн-TV» ежедневно транслировал католическую мессу из одной из церквей Торонто. У Рубена был второй телевизор в кабинете наверху в дополнение к тому, что который они с Луизой смотрели в подвале. Мэри поднялась в кабинет, чтобы посмотреть трансляцию церковной службы. Священник был одет в пышное зелёное одеяние. У него были седые волосы, но чёрные брови, а лицо заставило Мэри подумать о сухопаром Джине Хэкмене<a l:href="#id20150414092305_28">[28]</a>.</p>
    <p>— …Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святаго Духа со всеми вами, — провозгласил священник, монсиньор Де Фрис согласно подписи внизу экрана.</p>
    <p>Мэри, сидя на диване, на котором по ночам спал Понтер, перекрестилась.</p>
    <p>— Иисус послан был исцелить раскаявшихся, — произнёс Де Фрис. — Господи, помилуй.</p>
    <p>Мэри вместе с собравшимися в церкви прихожанами повторила:</p>
    <p>— <emphasis>Господи, помилуй.</emphasis></p>
    <p>— Он пришёл воззвать ко грешным, — сказал Де Фриз. — Христе, помилуй.</p>
    <p><emphasis>— Христе, помилуй,</emphasis> — повторила Мэри вместе со всеми. </p>
    <p>— Он молится за нас одесную от Отца. Господи, помилуй.</p>
    <p>— <emphasis>Господи, помилуй.</emphasis> </p>
    <p>— Господи всемогущий, помилуй нас, — сказал Де Фриз, — прости нам грехи наши и дай нам жизнь вечную.</p>
    <p><emphasis>— Аминь,</emphasis> — сказали прихожане. </p>
    <p>Чтение было из Книги Иеремии; читала чернокожая женщина с коротко остриженными волосами в пурпурном одеянии. Позади неё великолепное витражное окно изображало Иисуса с нимбом, апостолов и взирающую на них сверху Деву Марию. Мэри не могла сказать наверняка, почему ей захотелось прослушать мессу именно сегодня. В конце концов, не ей требовалось отпущение грехов…</p>
    <p>Заиграл орган; молодой мужчина запел «Спаси меня, Господь, в твоей святой любви…»</p>
    <p>Мэри не сделала ничего дурного. Она была жертвой.</p>
    <p>Причастие продолжалось; теперь монсиньор читал из Евангелия от Луки:</p>
    <p>— «Вели, чтобы оба мои сына сели один по правую, а другой по левую руку от Тебя в Твоем Царстве…»</p>
    <p>Конечно, Мэри знала историю, которую декламировал священник — о женщине, которая молила Христа по дороге в Иерусалим; она помнила контекст. Но слова продолжали эхом звучать у неё в голове: <emphasis>оба мои сына сели один по правую, а другой по левую руку от Тебя</emphasis>…</p>
    <p>Возможно ли это? Возможно ли, чтобы два человечества мирно жили бок о бок? Каин был земледельцем; он выращивал зерно. Авель был скотоводом, он выращивал овец на заклание. Но Каин убил Авеля.</p>
    <p>Священник теперь разливал вино.</p>
    <p>— Благословен Ты, Господи, Боже вселенной; по щедрости Твоей Ты дал нам вино — плод лозы и трудов человеческих, — и мы приносим его Тебе, чтобы оно стало для нас питием спасения…</p>
    <p>— Молитесь, братья и сёстры…</p>
    <p>— Воистину достойно и праведно, должно и спасительно нам всегда и везде благодарить Тебя, Святой Отче, через Иисуса Христа, Сына Твоего Возлюбленного, посланного Тобою Спасителя нашего и Искупителя…</p>
    <p>— Господь наш Отец, мы удалились далеко от Тебя, но через Сына Твоего вернул Ты нас…</p>
    <p>— Поэтому молим Тебя: oсвяти эти дары силой Духа Твоего…</p>
    <p>— Примите и вкусите от Него всё, ибо это есть тело Моё, которое за вас будет предано…</p>
    <p>— Примите и пейте из неё все, ибо это есть чаша крови Моей нового и вечного завета, которая за вас и за многих прольётся во отпущение грехов…</p>
    <p>Как Мэри хотела оказаться сейчас в церкви с прихожанами, принимающими причастие. Когда церемония закончилась, она снова перекрестилась и встала.</p>
    <p>И только тогда заметила Понтера Боддета, который стоял в дверях и смотрел на неё с приоткрытым от удивления бородатым ртом.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 33</p>
    </title>
    <p>— Что это было? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Как долго вы здесь стоите? — набросилась на него Мэри.</p>
    <p>— Некоторое время.</p>
    <p>— Почему вы ничего не сказали?</p>
    <p>— Не хотел вас тревожить, — ответил Понтер. — Вы казались такой… <emphasis>поглощённой</emphasis> происходящим на экране.</p>
    <p>Мэри подумала, что, в каком-то смысле, узурпировала его комнату — она сидела на диване, на котором он спал. Понтер вошёл в кабинет Рубена и шагнул к дивану, видимо, собираясь сесть рядом с ней. Мэри отодвинулась на дальний от него край и оперлась спиной о мягкий диванный валик.</p>
    <p>— И всё же, — сказал Понтер, — что это было?</p>
    <p>Мэри слегка приподняла плечи.</p>
    <p>— Церковная служба.</p>
    <p>Компаньон Понтера загудел.</p>
    <p>— Церковь, — пояснила Мэри. — Место для, гм… поклонения.</p>
    <p>Снова гудок.</p>
    <p>— Религия. Поклонение Богу.</p>
    <p>Хак заговорила собственным, женским голосом.</p>
    <p>— Простите, Мэре. Я не знаю значения ни одного из этих слов.</p>
    <p>— Богу, — повторила Мэри. — Существу, сотворившему вселенную.</p>
    <p>Какую-то секунду лицо Понтера сохраняло нейтральное выражение. Но потом, видимо, после того, как Хак закончила переводить, его золотистые глаза округлились. Она заговорил на своём языке, и Хак перевела мужским голосом:</p>
    <p>— Вселенную никто не сотворял. Она существовала всегда.</p>
    <p>Мэри нахмурилась. Она подумала, что Луиза, которая как раз поднималась по лестнице, ведущей в подвал, с удовольствием объяснила бы Понтеру теорию большого взрыва. Мэри же ответила лишь:</p>
    <p>— Мы верим в другое.</p>
    <p>Понтер покачал головой, но, по-видимому, решил не вдаваться в подробности. Однако же и уходить от темы не спешил.</p>
    <p>— Тот человек, — сказал он, указывая на телевизор, — говорил про «жизнь вечную». Ваш народ владеет секретом бессмертия? У нас есть специалисты по продлению жизни, и они давно пытаются найти способ…</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — Нет-нет. Он говорит о Небесах. — Она подняла руку в предостерегающем жесте и успешно предотвратила очередной гудок Хак. — Небеса — это место, где мы предположительно будем существовать после смерти.</p>
    <p>— Это оксюморон. — Мэри молча восхитилась мастерством Хак. Понтер на своём языке явно произнёс несколько слов, должно быть, что-то вроде «терминологическое противоречие», но компаньон сообразил, что в английском существует отсутствующий в неандертальском способ выразить эту мысль более коротко.</p>
    <p>— Ну, — сказала Мэри, — не каждый человек на Земле — на этой Земле, понятное дело — верит в жизнь после смерти.</p>
    <p>— Большинство?</p>
    <p>— Ну… думаю, да.</p>
    <p>— Вы?</p>
    <p>Мэри нахмурилась, размышляя.</p>
    <p>— Да. Полагаю, да.</p>
    <p>— Основываясь на каких свидетельствах? — спросил Понтер. Тон его неандертальского голоса оставался нейтральным; он не насмехался.</p>
    <p>— Ну, говорят, что… — она замолкла. Почему она верила в это? Она — учёный, рационалист, человек, мыслящий логически. Конечно, её религиозное индоктринирование произошло задолго до того, как она получила биологическое образование… В конце концов она просто пожала плечами, понимая, что любой объяснение будет неадекватным. — Так записано в Библии.</p>
    <p>Хак загудела.</p>
    <p>— Библия, — сказала Мэри. — Святое Писание. — <emphasis>Би-ип.</emphasis> — Священный текст. — <emphasis>Би-ип.</emphasis> — Почитаемая книга, содержащая моральное учение. Первая её часть — общая у моего народа, называемого «христиане», и у другой крупной религии — иудеев. Во вторую часть верят только христиане.</p>
    <p>— Почему? — спросил Понтер. — Что описывает вторая часть?</p>
    <p>— В ней изложена история Иисуса, сына Божьего.</p>
    <p>— А, да. Тот человек говорил о нём. Так… так у этого… создателя вселенной был сын-человек? Значит, Бог — тоже человек?</p>
    <p>— Нет, нет, он бесплотен. У него нет тела.</p>
    <p>— Как такое может быть?</p>
    <p>— Мать Иисуса была женщина, Дева Мария. — Она помолчала. — Моё имя происходит от её.</p>
    <p>Понтер качнул головой.</p>
    <p>— Прошу прощения. Хак проделала изумительную работу, но здесь явно не справляется. Мой компаньон перевёл что-то из сказанного вами как «не имеющая сексуального опыта».</p>
    <p>— Дева, именно так, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Но как дева может стать матерью? — спросил Понтер. — Это снова… — и Мэри услышала, как он произносит те же слова, которые Хак ранее перевела как «оксюморон».</p>
    <p>— Иисус был зачат без сексуального контакта. Бог будто бы просто поместил его в её чрево.</p>
    <p>— А другая фракция — иудеи, так вы их назвали? — она отвергает эту историю?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Они, похоже, менее… легковерны, я бы сказал. — Он посмотрел на Мэри. — Вы в это верите? В историю об Иисусе?</p>
    <p>— Я — христианка, — сказала Мэри, убеждая в этом не столько Понтера, сколько себя. — Последовательница Иисуса.</p>
    <p>— Понимаю, — сказала Понтер. — И вы также верите в существование жизни после смерти?</p>
    <p>— На самом деле я верю в то, что настоящим средоточием личности является душа, — <emphasis>би-ип,</emphasis> — бестелесная версия личности, и эта душа попадает после наше смерти в одно из двух мест, где продолжает существовать. Если это был хороший человек, то его душа попадает на Небеса — в рай, в присутствие Господа. Если же человек был плохой, то его душа попадёт в Ад, — <emphasis>би-ип,</emphasis> — где подвергается пыткам, — <emphasis>би-ип,</emphasis> — мучениям бесконечно долго.</p>
    <p>В этот раз Понтер долго молчал; Мэри пыталась прочитать выражение его лица. Наконец, он сказал:</p>
    <p>— Мы — мой народ — не верим в жизнь после смерти.</p>
    <p>— И что же, по-вашему, происходит после смерти? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Для того, кто умирает, ничего не происходит. Он прекращает быть, полностью и безвозвратно. Всё, чем он был, утрачивается навсегда.</p>
    <p>— Это так печально, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Разве? — удивился Понтер. — Почему?</p>
    <p>— Потому что приходится жить дальше без них.</p>
    <p>— А вы можете общаться с теми, кто обитает в этой вашей жизни после смерти?</p>
    <p>— Нет. Я не могу. Есть люди, которые утверждают, что могут, но их утверждения ничем не подкреплены.</p>
    <p>— И почему я не удивлён? — сказал Понтер; интересно, где Хак умудрилась подхватить это выражение? — Но если у вас нет способов контактировать с жизнью после смерти, с этой обителью мёртвых, то почему вы в неё верите?</p>
    <p>— Я никогда не видела параллельный мир, из которого вы явились, — сказала Мэри, — но я верю в его реальность. Да и вы сами больше не можете его видеть — но всё ещё продолжаете в него верить.</p>
    <p>Хак снова заработала высший балл.</p>
    <p>— Туше́, — сказала она, подытожив полдюжины сказанных Понтером слов.</p>
    <p>Но откровения Понтера заинтриговали Мэри.</p>
    <p>— Мы считаем, что мораль возникает из религии: из веры в существование абсолютного добра и из, гмм, так сказать, страха перед проклятием — попаданием в Ад.</p>
    <p>— Другими словами, — сказал Понтер, — люди вашего вида ведут себя хорошо только потому, что иначе им угрожает наказание?</p>
    <p>Мэри согласно качнула головой.</p>
    <p>— Это Пари Паскаля, — сказала она. — Если вы верите в Бога, но он не существует, то вы почти ничего не теряете. Но если вы не верите, а он существует, то вы рискуете подвергнуться вечным мукам. Учитывая вышесказанное, разумнее верить, чем не верить.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер; это междометие звучало на его языке так же, как и по-английски, так что Хак не трудилась его воспроизводить.</p>
    <p>— Но послушайте, — сказала Мэри, — вы так и не ответили на мой вопрос о морали. Без Бога — без веры в то, что вы будете вознаграждены или наказаны после смерти — что лежит в основе морали вашего народа? Понтер, я провела с вами довольно много времени; я знаю, что вы хороший человек. Но что делает вас таким?</p>
    <p>— Я веду себя так, а не иначе, потому что так правильно.</p>
    <p>— По чьим стандартам?</p>
    <p>— По стандартам моего народа.</p>
    <p>— Но откуда взялись эти стандарты?</p>
    <p>— Из… — И тут глаза Понтера расширились, став почти круглыми под изгибом лобной кости, словно узрел явление Христа народу — его светский аналог. — Из нашего убеждения в том, что жизнь после смерти не существует, — победоносно заявил он. — Вот что встревожило меня в ваших верованиях; теперь я это увидел. Наши убеждения недвусмысленны и согласуется со всеми наблюдаемыми фактами: жизнь человека после смерти полностью завершена; после того, как он ушёл, с ними уже не помиришься и не отблагодаришь, равно как не существует ни малейшей возможности того, что, благодаря своей добродетельной жизни они теперь пребывают в раю, забыв о земных тревогах. — Он замолк и внимательно оглядел лицо Мэри, по-видимому, в поисках следов понимания.</p>
    <p>— Вы ещё не поняли? — продолжал Понтер. — Если я обижу кого-нибудь — если я скажу ему что-то гадкое или, я не знаю, скажем, возьму принадлежащую ему вещь — в соответствии с вашим мировоззрением я смогу успокоить себя знанием о том, что после того, как человек умирает, с ним всё равно можно установить контакт; примирение по-прежнему возможно. Но согласно моему мировоззрению, как только человек умер — а это может случиться с каждым из нас в любой момент, из-за несчастного случая, или от разрыва сердца и так далее — то я, совершивший зло, буду вынужден жить с этим, зная, что существование обиженного мною человека завершилось, а я так и не попытался примириться с ним.</p>
    <p>Мэри задумалась. Да, большинство рабовладельцев игнорировали эту проблему, но наверняка и в обществе, основанном на купле-продаже людей, находились совестливые люди, испытывавшие угрызения… и неужели они успокаивали себя мыслью о том, что люди, с которыми они жестоко обращались, будут вознаграждены за свои страдания после смерти? Да, нацистские лидеры были воплощением зла, но как многим из их рядов, выполнявших приказ об истреблении евреев, удавалось спокойно спать по ночам благодаря вере в то, что убитые ими сегодня уже в раю?</p>
    <p>Впрочем, это верно и в не таком драматическом контексте. Господь — великий компенсатор: если с тобой несправедливо обошлись при жизни, то после смерти тебе воздастся — фундаментальный принцип, позволявший родителям посылать своих детей умирать в бесчисленных войнах. И правда, ведь ничего страшного, что вы разрушили чью-то жизнь, потому что пострадавший может попасть прямиком на Небеса. О, вас самих могут упечь в Ад, но другим никакие ваши действия в конечном итоге не могут повредить. Земное бытие — лишь пролог; впереди — жизнь вечная.</p>
    <p>И конечно же в этом бесконечном будущем существовании Господь воздаст за все обиды, которые причинили… <emphasis>ей</emphasis> в том числе.</p>
    <p>И этот ублюдок, ублюдок, напавший на неё, будет гореть в Аду.</p>
    <p>И ничего, что она так и не сообщила о преступлении; нет никакого способа избежать последнего суда.</p>
    <p>Но… но…</p>
    <p>— А как поступают в вашем мире? Что у вас делают с преступниками?</p>
    <p><emphasis>Би-ип.</emphasis></p>
    <p>— С людьми, которые нарушили закон, — пояснила Мэри. — С теми, кто намеренно нанёс другому вред.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер. — У нас с этим почти нет проблем, поскольку почти все плохие гены давно вычищены из нашего генофонда.</p>
    <p><emphasis>— Что?</emphasis> — воскликнула Мэри. </p>
    <p>— Тяжкие преступления караются стерилизацией не только самого преступника, но и всех, у кого хотя бы половина генетического материала общая с ним: братья и сёстры, родители, дети. От этого двойной эффект. Во-первых, их дефектные гены исключаются из оборота, и…</p>
    <p>— Как в обществе без сельского хозяйство вообще появилась генетика? К примеру, у нас она выросла из селекции растений и животных.</p>
    <p>— Мы не разводим животных и растения для еды, но мы одомашнили волков, чтобы они нам помогали на охоте. У меня самого есть собака Пабо, которую я очень люблю. Волки очень восприимчивы к селективному разведению; результат очевиден.</p>
    <p>Мэри кивнула; звучало вполне правдоподобно.</p>
    <p>— Вы сказали, что у стерилизации преступников двойной эффект.</p>
    <p>— Ах, да. Кроме прямого исключения дефектных генов эта мера заставляет семью заботиться о том, чтобы никто из её членов не вступал в серьёзный конфликт с обществом.</p>
    <p>— Да уж, надо полагать, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Конечно, — сказал Понтер. — Вы как генетик, разумеется, знаете, что единственным реально существующим видом бессмертия есть бессмертие генетическое. Жизнью движут гены, которые хотят обеспечить собственное воспроизводство. Поэтому наше правосудие касается генов, а не людей. Наше общество практически не знает преступлений, потому что система правосудия нацелена на то, что на самом деле движет жизнью: не на отдельных людей, не на обстоятельства, но на <emphasis>гены</emphasis>. Мы сделали так, что наилучшей стратегией выживания генов стало соблюдение закона.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_30">— Ричард Докинз<a l:href="#id20150414092305_29">[29]</a> одобрил бы, я полагаю, — сказала Мэри. — Но вы упомянули об этой… практике стерилизации в прошедшем времени. Её прекратили?</p>
    <p>— Нет, но в наши дня в ней почти нет нужды.</p>
    <p>— Она была настолько успешна? У вас больше нет серьёзных преступлений?</p>
    <p>— Практически никто не совершает их из генетической предрасположенности. Существуют, конечно же, биохимические расстройства, ведущие к антисоциальному поведению, но их лечат медикаментозно. До стерилизации доходит крайне редко.</p>
    <p>— Общество без преступности, — сказала Мэри, изумлённо качая головой. — Это, должно быть… — Она замолкла, задумавшись над тем, стоит ли так явно выражать своё восхищение. — Это просто <emphasis>сказка</emphasis>. — Потом нахмурилась. — Но наверняка многие преступления остаются нераскрытыми. Ну, то есть, если неизвестно, кто совершил преступление, то преступник останется ненаказанным, или, в случае биохимического расстройства, невылеченным.</p>
    <p>Понтер моргнул.</p>
    <p>— Нераскрытые преступления?</p>
    <p>— Ну да. Когда полиция, — <emphasis>би-ип</emphasis>, — или кто у вас занимается поддержанием законности, не смогла установить, кто преступник.</p>
    <p>— Таких преступлений не бывает.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как у неё напряглась спина. Как и большинство канадцев, она была против смертной казни из-за возможности казнить не того. Все канадцы несли бремя стыда за несправедливое заключение Гая Пола Морина, который десять лет гнил в тюрьме за убийство, которого не совершал; Дональда Маршалла-младшего, который провёл в заключении одиннадцать лет за убийство, которого тоже не совершал; Дэвида Милгаарда, просидевшего двадцать три года за изнасилование и убийство, в которых не был виновен. Кастрация была самым мягким из наказаний, которым она хотела бы подвергнуть того, кто её изнасиловал, но если бы из-за неё такое сотворили с непричастным человеком, как она смогла бы с этим жить? А дело Маршалла? Нет, бремя стыда за этот случай несли не все канадцы, а лишь <emphasis>белые</emphasis> канадцы. Маршалл принадлежал к племени микмак, и его заявления о невиновности были проигнорированы белыми судьями просто потому, что исходили от <emphasis>индейца</emphasis>.</p>
    <p>Впрочем, возможно, сейчас она думает скорее как атеист, а не как добрая католичка. Верующий обязан считать, что Милгаард, Морин и Маршалл получат воздаяние на Небесах, которое искупит всё, что им пришлось пережить на земле. В конце концов, собственный сын Господа был казнён несправедливо, даже по стандартам Римской Империи; Понтий Пилат не считал Христа виновным в преступлениях, в которых его обвиняли.</p>
    <p>Но из рассказанного Понтером вырисовывалось что-то похуже Пилатова суда: жестокость стерилизации вкупе с абсолютной уверенностью в том, что виновный установлен со стопроцентной точностью. Мэри с трудом сдержала дрожь.</p>
    <p>— Откуда вы знаете, что приговорённый действительно виновен? Вернее, откуда вы знаете, что <emphasis>не</emphasis> приговорили невиновного?</p>
    <p>— По архивам алиби, — объяснил Понтер, как нечто совершенно очевидное.</p>
    <p>— По <emphasis>чему</emphasis>?</p>
    <p>Понтер, по-прежнему сидя на другом краю дивана в кабинете Рубена, поднял левую руку и повернул её так, чтобы внутренняя сторона запястья была повёрнута к ней. Мэри увидела компаньон со сменяющимися на нём чужими цифрами.</p>
    <p>— По архивам алиби, — повторил он. — Хак постоянно передаёт информацию о моём местоположении и трёхмерное изображение того, что меня окружает, и меня самого, того, что я делаю. Конечно, с тех пор, как я попал сюда, её сигналы до архива не доходят.</p>
    <p>В этот раз Мэри не смогла подавить дрожь.</p>
    <p>— Вы хотите сказать, что живёте в тоталитарном обществе? Что за вами постоянно наблюдают?</p>
    <p>— Наблюдают? — бровь Понтера заползла на надбровный валик. — Нет-нет-нет. Никто не просматривает передаваемые данные.</p>
    <p>Мэри озадаченно нахмурилась.</p>
    <p>— Тогда что с ними происходит?</p>
    <p>— Они записываются в мой архив алиби.</p>
    <p>— А что это, собственно, такое?</p>
    <p>— Компьютеризированное хранилище информации; куб из особого материала. Информация необратимо кодируется в его кристаллической структуре.</p>
    <p>— Но если никто её не просматривает, тогда зачем?</p>
    <p>— Я неправильно интерпретировала ваше слово «алиби»? — спросила Хак своим собственным, женским голосом. — Я понимаю алиби как доказательство того, что во время совершения преступления обвиняемый находился в другом месте.</p>
    <p>— Э-э… да, — сказала Мэри. — Всё верно, это алиби.</p>
    <p>— Ну так вот, — продолжала Хак, — архив Понтера является неопровержимым источником алиби для любого преступления, в котором его могут обвинить.</p>
    <p>Мери почувствовала, как что-то переворачивается в её желудке.</p>
    <p>— Боже мой… Понтер, то есть бремя доказательства невиновности лежит на вас самих?</p>
    <p>Понтер мигнул, и Хак перевела его слова мужским голосом:</p>
    <p>— А на ком же ещё?</p>
    <p>— Здесь, в смысле, на нашей Земле, человек невиновен, пока его вина не доказана. — Уже произнося эти слова, Мэри сообразила, что есть много мест, где это не так, но решила не усложнять.</p>
    <p>— И, как я понял, у вас нет ничего аналогичного нашим архивам алиби.</p>
    <p>— Да. О, кое-где есть камеры наблюдения. Но они далеко не везде, и дома их точно практически никто не держит.</p>
    <p>— И как же вы тогда устанавливаете виновность? Если у вас нет записи того, что происходило на самом деле, как вы можете быть уверены, что перед вами — тот самый, кто совершил преступление?</p>
    <p>— Это я и имела в виду, говоря про нераскрытые преступления, — сказала Мэри. — Если мы не уверены… а часто мы не знаем даже, кого подозревать — то преступнику всё сходит с рук.</p>
    <p>— Не могу сказать, что ваша система лучше, — дипломатично высказался Понтер.</p>
    <p>— Но наша частная жизнь под защитой. Никто не заглядывает нам через плечо.</p>
    <p>— Как и в нашем мире — по крайней мере, если вы не… не знаю слова. Тот, кто даёт другим видеть себя всего.</p>
    <p>— Эксгибиционист? — предположила Мэри, удивлённо вскинув брови.</p>
    <p>— Да. Их общественный вклад состоит в позволении другим просматривать трансляцию их компаньонов. У них специальные импланты с лучшим разрешением и большей дальностью, и они посещают всякие интересные места, так что другие люди могут видеть, что там происходит</p>
    <p>— Но ведь, чисто теоретически, кто-нибудь может нарушить неприкосновенность чьей угодно трансляции, даже не эксгибициониста.</p>
    <p>— Зачем бы он стал это делать? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Ну, не знаю. Потому что может?</p>
    <p>— Теоретически я могу пить мочу, — сказал Понтер, — но на деле никогда не испытывал такого желания.</p>
    <p>— У нас есть люди, которые считают взлом систем защиты интересной задачей — особенно те, что разбираются в компьютерах.</p>
    <p>— Это вряд ли можно назвать общественным вкладом.</p>
    <p>— Вероятно, — сказал Мэри. — Но послушайте, что если обвиняемый в преступлении не захочет вскрывать свой этот… как вы его назвали?… свой архив алиби?</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Ну, я не знаю. Просто из принципа.</p>
    <p>Понтер выглядел озадаченно.</p>
    <p>— Или, — сказала Мэри, — потому что во время совершения преступления он занимался чем-то неприличным? — <emphasis>Би-ип.</emphasis> — Неприличным. Ну, тем, чего обычно стыдятся. — <emphasis>Би-ип.</emphasis></p>
    <p>— Возможно, это будет понятнее на примере? — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри оттопырила губу, раздумывая.</p>
    <p>— Ну… ладно, скажем, я… ну, вы понимаете, занималась, э-э… сексом с… скажем, с чужим мужем. Тот факт, что я это делала, даст мне алиби, но я не хотела бы, чтобы другие люди узнали об этом.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Ну, потому что адюльтер, — <emphasis>би-ип</emphasis>, — это плохо.</p>
    <p>— Плохо? — переспросил Понтер; Хак, видимо, всё же подставила какой-то перевод для незнакомого слова. — Почему это может быть плохо, кроме как в случае ложного признания отцовства? Кому причинён вред?</p>
    <p>— Ну, э-э… я не знаю. В смысле, у нас адюльтер считается грехом. — <emphasis>Би-ип</emphasis>.</p>
    <p>Мэри предвидела этот гудок. Если у вас нет религии, нет списка вещей, которые, не нанося никому вреда, тем не менее считаются предосудительными — употребление лёгких наркотиков, мастурбация, адюльтер, порнография — то вы, скорее всего, и не будете так ревностно относиться к сохранению тайны частной жизни. Люди настаивают на её соблюдении частично из-за существования в их жизни вещей, огласки которых они до смерти страшатся. Но в терпимом обществе, где преступлением являются лишь те, что направлены против конкретной жертвы, огласка, возможно, не такое уж большое дело. И, конечно же, как недавно Понтер наглядно продемонстрировал, в таком обществе отсутствует табу на наготу — ещё одно явление сугубо религиозной природы — а также потребность запираться в туалете.</p>
    <p>Мэри покачала головой. Все те жизненные ситуации, в которых ей было стыдно или неловко, когда она была рада, что никто не видит, чем она занимается: неужели ей было не по себе только из-за нарушения каких-то церковных эдиктов? Стыд от того, что она ушла от Кольма; стыд, который не давал ей потребовать развода; стыд от того, что в её жизни не было мужчины, а потребности никуда не делись; стыд греха… Понтер, как казалось, был свободен от этого; никогда не стыдится того, что доставляет ему удовольствие, если только это не вредит никому другому.</p>
    <p>— Полагаю, ваша система может работать, — с сомнением в голосе сказала Мэри.</p>
    <p>— Она работает, — ответил Понтер. — И учтите, что в случае серьёзных преступлений доступны два архива алиби: подозреваемого и жертвы. Жертва обычно приобщает свой архив к делу в качестве доказательства, и в большинстве случаев преступник устанавливается тут же.</p>
    <p>Мэри чувствовала одновременно восхищение и отвращение. И всё же…</p>
    <p>Тот вечер в Йоркском…</p>
    <p>Если бы всё записывалось, смогла бы она заставить себя показать запись кому-то другому?</p>
    <p><emphasis>Да,</emphasis> твёрдо ответила она себе. Да. Она не сделала ничего дурного, ничего такого, чего стоило бы стыдиться. Она — невинная жертва. Так говорилось во всех брошюрах, которые дала ей Кейша в центре помощи жертвам изнасилования, и она приложила все, абсолютно все свои силы, чтобы в это поверить. </p>
    <p>Но… даже если бы записывалось все, что она видела, помогло бы это поймать чудовище? На нём была балаклава; она не видела его лица, хотя тысячи разных лиц с тех пор преследовали её в кошмарах. Кого бы она обвинила? Чей архив алиби суд постановил бы вскрыть? Мэри не имела ни малейшей зацепки, ни единого подозреваемого.</p>
    <p>Что-то сжалось у неё внутри. Может быть, в этом и состоит проблема, которой народ Понтера сумел избежать — в том, что у нас слишком много потенциальных подозреваемых, слишком много тесноты, слишком много анонимности, слишком много злобных агрессивных… мужчин. Да, мужчин. Каждого преподавателя её поколения особо ориентировали на использование гендерно-нейтрального языка. Но насильственные преступления совершаются преимущественно мужчинами.</p>
    <p>И всё же она прожила свою жизнь в окружении добрых, приличных мужчин. Её отец, двое братьев, множество доброжелательных коллег, отец Калдикотт, а до него — отец Бельфонтэн, друзья, горстка любовников.</p>
    <p>Какая часть мужского населения создаёт проблемы? Сколько процентов буйных, злобных, неспособных контролировать эмоции, неспособных противиться импульсам? Действительно ли их настолько много, чтобы их нельзя было… «вычистить», кажется, так выразился Понтер — какое доброе и оптимистичное слово — из генофонда человечества поколения назад?</p>
    <p>Неважно, велик или мал процент буйных мужчин, подумала Мэри, всё равно их слишком много. Даже один такой ублюдок — это слишком много, и…</p>
    <p>Вот и она уже думает, как народ Понтера. Генофонду и правда пошла бы на пользу небольшая терапевтическая чистка.</p>
    <p>Да, не повредила бы.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 34</p>
    </title>
    <p>Адекор Халд лежал на утопленном в пол ложе и смотрел на вделанный в потолок хрономер. Солнце уже несколько деци как взошло, но он так и нашёл причин для того, чтобы встать.</p>
    <p>Что случилось в тот день в лаборатории квантовых вычислений? Что пошло не так?</p>
    <p>Понтер не испарился, его не пожрало пламя, он не взорвался. Все эти процессы оставили бы немало следов.</p>
    <p>Нет, если он прав и Понтера <emphasis>перенесло</emphasis> в иную вселенную… но…</p>
    <p>Но это звучало дико даже для него самого; он вполне понимал, как возмутительно прозвучало подобное предположение для арбитра Сард. Но как ещё это объяснить?</p>
    <p>Понтер исчез.</p>
    <p>И на его месте появилось большое количество тяжёлой воды.</p>
    <p>Предположим, думал Адекор, это был равный обмен: переместилась идентичная <emphasis>масса</emphasis>, но весьма различные <emphasis>объёмы</emphasis>. В конце концов, пропал не только Понтер; Адекор слышал шум врывающегося в вычислительную камеру воздуха, словно там образовалось разрежение. Но даже весь воздух в камере весил очень мало, тогда как жидкая вода — притом жидкая <emphasis>тяжёлая</emphasis> вода — пребывает в своём наиболее плотном из возможных состояний, более плотном, чем если бы она полностью замёрзла.</p>
    <p>Значит, так: большой объём воздуха и один человек пропали из этой вселенной, а идентичная, но занимающая значительно меньший объём масса тяжёлой воды, появилась вместо них из… с <emphasis>другой стороны</emphasis>; именно это определение постоянно лезло Адекору в голову.</p>
    <p>Но…</p>
    <p>Но это значит, в этом же месте другой вселенной находится тяжёлая вода. А чистая тяжёлая вода в природе не встречается.</p>
    <p>Что означает, что… <emphasis>портал</emphasis>, снова слово всплыло в голове непрошеным… так вот, портал должен открываться внутрь большого бака с тяжёлой водой. И если тяжёлая вода переместилась оттуда сюда, то Понтер переместился отсюда туда, из чего следовало…</p>
    <p>Из чего следовало, что он, вполне вероятно, утонул.</p>
    <p>На дне глубоких глазниц Адекора выступили слёзы, словно собирающаяся в колодцах дождевая вода.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер поёрзал на диване и снова посмотрел на Мэри.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_31">— Архивы алиби не только раскрывают преступления, — сказал он. — У них есть и другие применения. К примеру, вчера по телевизору говорили, что двое туристов потерялись в Алгонкинском парке<a l:href="#id20150414092305_30">[30]</a>.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— В моём мире невозможно потеряться. Компаньон триангулирует сигналы с нескольких установленных на вершинах гор передатчиков и определяет ваше местоположение, а если вы ранены или, скажем, застряли под обвалом, то спасатели быстро найдут вас по сигналу компаньона. — Он поднял руку, очевидно, копируя виденный ранее жест Мэри, чтобы предупредить возражения. — Конечно, только арбитр может приказать, чтобы вас нашли таким способом, и только в том случае, если вы сами этого потребуете путём посылки сигнала бедствия, либо по просьбе членов вашей семьи.</p>
    <p>Заголовки, которые ей приходилось читать слишком часто, промелькнули у Мэри перед глазами:</p>
    <p>«Полиция прекратила поиски»</p>
    <p>«Пропавшая девочка не найдена; поисковые партии отозваны»</p>
    <p>«Жертвы лавины считаются погибшими»</p>
    <p>— Да, я думаю, такая система была бы очень полезна, — признала Мэри.</p>
    <p>— Ещё бы, — уверенно ответил Понтер. — Компаньон также может послать сигнал бедствия сам, если вы окажетесь не в состоянии этого сделать. Он отслеживает ваши жизненные показатели, и если с вами случится инфаркт — или даже если вы окажетесь на грани инфаркта — он вызовет помощь.</p>
    <p>У Мэри царапнуло на душе. Её отец умер от сердечного приступа, когда ей было восемнадцать. Она нашла его мёртвым, вернувшись из школы.</p>
    <p>Понтер, очевидно, интерпретировал печаль на лице Мэри как сомнение.</p>
    <p>— А всего за месяц до того, как я сюда попал, я куда-то засунул дождевик, который очень любил — это был подарок Жасмель. — Я был бы очень… — <emphasis>би-ип</emphasis>; огорчён? — если бы он потерялся. Но я просто пришёл в павильон архива, где хранятся мои записи, и просмотрел события последних пары дней. Увидел, где я оставил дождевик, пошёл туда и забрал его.</p>
    <p>Мэри, конечно, ненавидела бесчисленные часы, потраченные на поиски непонятно куда девающихся книг, студенческих работ, визитных карточек, ключей от квартиры и купонов, срок действия которых вот-вот истечёт. Возможно, вы ненавидите это ещё больше, если знаете, что ваше существование конечно; возможно, это знание способно заставить вас найти способ избегать этих бессмысленных потерь времени.</p>
    <p>— Персональный чёрный ящик, — сказала Мэри, обращаясь скорее к себе, но Понтер всё равно ответил:</p>
    <p>— На самом деле носитель информации скорее розовый. Мы используем специально обработанный гранит.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Нет-нет. Чёрным ящиком у нас называют полётный регистратор — устройство, которое устанавливается на борту самолёта и записывает все показания приборов и разговоры в кабине, на случай, если самолёт разобьётся. Но идея о персональном чёрном ящике для меня самой никогда меня не посещала. — Она помолчала. — А как он ведёт съёмку? — Мэри взглянула на запястье Понтера. — У него где-то там объектив?</p>
    <p>— Да, но он используется только для того, чтобы рассматривать объекты за пределами радиуса восприятия компаньона. Компаньон использует сенсорные поля для записи окружения и своего носителя. — Понтер издал низкий звук — его аналог смешка. — Если бы записывалось лишь то, что компаньон видит в объектив, от этого было бы мало проку — в основном это были бы изображения моего левого бедра или внутренний вид левого кармана. А так, проигрывая свой архив, я вижу себя как бы с небольшого расстояния.</p>
    <p>— Поразительно, — сказала Мэри. — У нас нет ничего подобного.</p>
    <p>— Но ведь я видел продукты вашей науки, промышленности, — сказал Понтер. — Если бы вы сделали разработку подобной технологии приоритетным направлением…</p>
    <p>Мэри насупилась.</p>
    <p>— Да, возможно. Ну, то есть, мы ведь смогли одолеть путь от запуска первой ракеты в космос до полёта человека на Луну всего за двенадцать лет, и…</p>
    <p><emphasis>— Повторите ещё раз.</emphasis></p>
    <p>— Я говорю, когда нам по-настоящему приспичило послать человека на Луну…</p>
    <p>— Луну, — повторил Понтер. — Вы говорите про луну <emphasis>Земли</emphasis>?</p>
    <p>Мэри моргнула.</p>
    <p>— Ага.</p>
    <p>— Но… но… это же фантастика, — сказал Понтер. — Мы никогда не делали ничего подобного.</p>
    <p>— Вы никогда не были на Луне? Не вы конкретно, а ваш народ? Ни один неандерталец не был на Луне?</p>
    <p>Глаза Понтера стали круглыми.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— А на Марсе или других планетах?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— А спутники у вас есть?</p>
    <p>— Только один, как и здесь.</p>
    <p>— Нет, я имею в виду <emphasis>искусственные</emphasis> спутники. Необитаемые механизмы, которые летают над Землёй по орбитам, чтобы предсказывать погоду, обеспечивать связь и всякое такое.</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер. — У нас ничего такого нет.</p>
    <p>Мери на секунду задумалась. Без наследия Фау-2, без ракетных разработок второй мировой войны, сумело бы человечество запустить в космос хоть что-нибудь?</p>
    <p>— Мы запустили в космос… не знаю, сколько точно, но по меньшей мере несколько сотен аппаратов.</p>
    <p>Понтер поднял взгляд к потолку, словно представляя себе недовольное лицо луны над крышей дома Рубена.</p>
    <p>— Сколько людей живёт на Луне сейчас?</p>
    <p>— Нисколько, — ответила захваченная врасплох Мэри.</p>
    <p>— У вас нет там постоянного поселения?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— То есть, люди просто прилетают посмотреть на Луну, а потом возвращаются на Землю? И сколько бывает там за месяц? Это популярное занятие?</p>
    <p>— Гмм, нисколько. Никто не был на Луне уже… да, похоже, уже тридцать лет. На Луне побывало всего двенадцать человек. Шесть групп по два человека.</p>
    <p>— Почему вы прекратили туда летать?</p>
    <p>— Это сложный вопрос. Не в последнюю очередь из-за денег.</p>
    <p>— Могу себе представить, — сказал Понтер.</p>
    <p>— И ещё из-за политической ситуации. Видите ли, мы… — Она на мгновение замолчала. — Это трудно объяснить. Мы называем это «Холодная война». Настоящих военных действий не было, но Соединённые Штаты и другая большая страна, Советский Союз, находились в состоянии серьёзного идеологического конфликта.</p>
    <p>— Из-за чего?</p>
    <p>— Гмм, из-за устройства экономики, я полагаю.</p>
    <p>— Вряд ли стоит драться из-за такого, — сказал Понтер.</p>
    <p>— В те времена это казалось очень важным. Так вот, президент Соединённых Штатов в, если не путаю, 1961 году поставил цель высадить человека на Луне к концу десятилетия. Видите ли, русские — народ, населяющий Советский Союз — они первыми запустили в космос искусственный спутник, а потом первыми запустили в космос человека, а США отставали, и вот таким образом решили отыграться.</p>
    <p>— И получилось?</p>
    <p>— О да. Русские так и не смогли полететь на Луну. Однако после того, как мы опередили русских, то почти сразу потеряли к Луне интерес.</p>
    <p>— Это смешно… — начал Понтер, но оборвал себя. — Нет, прошу меня простить. Полёт на Луну — это великое достижение независимо от того, сделали вы это единожды или тысячу раз — это всё равно достойно восхищения. — Он помолчал. — Думаю, это просто вопрос выбора приоритетов.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 35</p>
    </title>
    <p>Мэри и Понтер спустились вниз, собираясь чего-нибудь поесть. Только они вошли в кухню, из подвала появились Рубен с Луизой. Рубен улыбнулся Понтеру.</p>
    <p>— Ещё барбекью?</p>
    <p>Понтер улыбнулся в ответ.</p>
    <p>— Неплохо бы. Но вы должны позволить мне помогать.</p>
    <p>— Я вам покажу, что делать, — сказала Луиза. Она похлопала Понтера по руке. — Идёмте со мной, мой великан.</p>
    <p>Мэри неожиданно для себя самой возразила:</p>
    <p>— Вы же сказали, что вегетарианка.</p>
    <p>— Так и есть, — ответила Луиза. — Пять лет уже. Но я знаю, как готовить барбекью.</p>
    <p>Мэри очень захотелось пойти с ними, когда Понтер и Луиза вышли через стеклянную дверь на террасу. Но… нет, это будет совсем глупо.</p>
    <p>Луиза задвинула за собой стеклянную дверь, чтобы кондиционированный воздух не выходил наружу.</p>
    <p>Рубен тем временем освобождал кухонный стол. Имитируя голос старой еврейки-сплетницы, он спросил:</p>
    <p>— Ну что, о чём вы детки болтали?</p>
    <p>Мэри всё ещё смотрела через стеклянную дверь на улицу, на Луизу, которая, смеясь и откидывая со лба волосы, объясняла устройство мангала, и на Понтера, внимающего каждому её слову.</p>
    <p>— Гмм, по большей части о религии, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Правда? — удивился Рубен уже своим собственным голосом.</p>
    <p>— Ага, — сказала Мэри. Она, наконец, оторвала взгляд от сцены на террасе и посмотрела на Рубена. — Или, точнее, об отсутствии религии у неандертальцев.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_32">— Но я думал, что у неандертальцев была религия, — сказал Рубен, доставая из шкафа несколько белых кореллевских тарелок<a l:href="#id20150414092305_31">[31]</a>. — Культ пещерного медведя и всё такое.</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Вы читали старые книжки. Сейчас это никто не воспринимает всерьёз.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Точно. О, черепа пещерных медведей действительно находили в одной пещере, в которой жили неандертальцы. Но сейчас считается, что медведи попросту умерли в этой пещере, вероятно, во время спячки, а неандертальцы потом поселились в ней.</p>
    <p>— Но разве черепа не были расставлены регулярным образом?</p>
    <p>— Ну, — сказала Мэри, достав из ящика вилки и ножи и раскладывая их на столе, — тот, кто их нашёл, утверждал, что они лежали в каменных яслях или гробу. Но он не сделал ни одной фотографии, рабочие якобы уничтожили гроб, а две зарисовки, выполненные археологом, неким Белчером, полностью противоречат друг другу. Нет, скорее всего Белчер увидел то, что хотел увидеть.</p>
    <p>— О, — сказал Рубен, роясь в холодильнике в поисках ингредиентов для салата. — А что насчёт захоронений неандертальцев вместе с вещами, которые усопшему могут понадобиться в следующей жизни? Разве это не зачатки религии?</p>
    <p>— Это были бы зачатки, — сказала Мэри, — если бы неандертальцы действительно так делали. Но в местах, где живут на протяжении поколений, всегда накапливается мусор — кости, старые каменные инструменты и прочее. Те немногие вещи, которые были найдены захороненными вместе с неандертальцами, оказались таким мусором, который мог попасть в могилу случайно.</p>
    <p>Рубен обрывал листья с огромного кочана латука.</p>
    <p>— Но разве сам по себе обычай хоронить мёртвых не подразумевает веру в загробную жизнь?</p>
    <p>Мэри оглядела кухню в поисках ещё чего-нибудь, с чем она могла бы помочь, но ничего не нашла.</p>
    <p>— Возможно, — сказала она, — но так же возможно, что таким образом они просто избавлялись от трупов. Множество неандертальских трупов было найдено в скрюченной эмбриональной позе. Это может быть частью погребальной церемонии, но может также быть следствием желания того, кто копал могилы, сделать их поменьше размером. Трупы привлекают падальщиков, и кроме того, воняют, если их бросить валяться просто так.</p>
    <p>Рубен нарезал зелень.</p>
    <p>— Но… я читал, что неандертальцы будто бы были первыми детьми цветов.</p>
    <p>Мэри засмеялась.</p>
    <p>— Ах, да. Пещера Шанидар в Ираке, где трупы неандертальцев были засыпаны цветочной пыльцой.</p>
    <p>— Точно, — сказал Рубен. — Словно их похоронили с цветочными гирляндами или вроде того.</p>
    <p>— Простите, но этот миф тоже развеяли. Пыльца в могилах оказалась случайной интрузией, её туда занесли норные грызуны или вода, просачивавшаяся сквозь отложения.</p>
    <p>— Но… минуточку! А как же неандертальская флейта! Это ж было на первых полосах всех газет.</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри. — Обнаружена Иваном Турком в Словении: трубчатая кость медведя с четырьмя отверстиями.</p>
    <p>— Точно-точно. Флейта!</p>
    <p>— Боюсь, что нет, — сказала Мэри, облокачиваясь на огромный двустворчатый холодильник. — Оказалось, что кость прокушена глодавшим её хищником — вероятно, волком. И, как это типично для газет, <emphasis>это</emphasis> открытие не попало на первые полосы.</p>
    <p>— Это уж точно. Я об этом впервые слышу.</p>
    <p>— Я была на том съезде Палеоантропологического общества в Сиэтле в девяносто восьмом, где Новелл и Чейз представили свою работу, дискредитирующую флейту. — Мэри помолчала. — Нет, всё действительно выглядит так, как будто до самого конца неандертальцы — по крайней мере, в нашей версии истории — не имели ничего, что мы могли бы назвать религией, да и просто культурой, если уж на то пошло. В позднейшие времена перед самым исчезновением наблюдается небольшое разнообразие изготовляемых или орудий, но большинство палеоантропологов считает, что неандертальцы пытались имитировать технику кроманьонцев, которые в то время уже жили по соседству. Кроманьонцы — это наши несомненные предки.</p>
    <p>— Кстати, о кроманьонцах, — сказал Рубен, — что там слышно о скрещивании между неандертальцами и кроманьонцами? Я вроде читал о находке гибрида, кажется в 1998.</p>
    <p>— Да, в Португалии; Эрик Тринкаус помешан на этой находке. Но видите ли, он физический антрополог, а я — генетик. Его теория всецело основывается на детском скелете, который, по его мнению, демонстрирует гибридные характеристики. Но у него нет черепа, а череп — это единственная часть скелета, по которой можно достоверно опознать неандертальца. По-моему, тот скелет мог принадлежать просто коренастому ребёнку.</p>
    <p>— Хмм, — сказал Рубен. — Но знаете, я ведь встречал людей, которые выглядят довольно похоже на Понтера. Я имею в виду, обличьем, а не цветом. У восточноевропейцев, к примеру, часто большие носы и надбровные дуги заметнее. У них не может быть примеси неандертальских генов?</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Я знаю палеоантропологов, доказывающих, что так оно и есть. Но в целом пока неизвестно, могли ли люди нашего вида скрещиваться с неандертальцами.</p>
    <p>— Ну, — сказал Рубен, — если вы и дальше будете проводить столько времени с Понтером, то, возможно, сумеете это выяснить.</p>
    <p>Рубен стоял достаточно близко, и она хлопнула его ладонью по руке.</p>
    <p>— Прекратите! — сказала она. Но поскольку она тут же отвернулась в сторону гостиной, Рубен не видел, что она улыбается от уха до уха.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Жасмель Кет появилась у дома Адекора около полудня. Адекор был удивлён и обрадован её приходом.</p>
    <p>— Здравый день, — сказал он.</p>
    <p>— И тебе того же, — ответила Жасмель, наклоняясь, чтобы почесать Побо за ухом.</p>
    <p>— Хочешь есть? — спросил Адекор. — Мясо? Сок?</p>
    <p>— Нет, не надо, — сказала Жасмель. — Я сегодня много читала на судебные темы. Ты не думал ещё о встречном иске?</p>
    <p>— Встречном иске? — повторил Адекор. — Против кого?</p>
    <p>— Против Даклар Болбай.</p>
    <p>Адекор отвёл Жасмель в дом. Он уселся на стул, она взяла второй.</p>
    <p>— В чём я её обвиню? — сказал Адекор. — Она мне ничего не сделала.</p>
    <p>— Она помешала тебе скорбеть по утраченному партнёру…</p>
    <p>— Да, — согласился Адекор. — Но это наверняка не преступление.</p>
    <p>— Точно ли? — сказала Жасмель. — Что Кодекс Цивилизации говорит о вмешательстве в чужую жизнь?</p>
    <p>— Много чего, — сказал Адекор.</p>
    <p>— Я думаю о той части, в которой говорится, что «не должно потакать необоснованным нападкам; цивилизация функционирует благодаря тому, что мы используем всю её мощь против отдельного человека лишь в наиболее вопиющих случаях».</p>
    <p>— Она обвинила меня в убийстве. Трудно придумать более «вопиющий» случай.</p>
    <p>— Но у неё не было против тебя ни единой прямой улики, — сказала Жасмель. — Это делает её действия недостаточно необоснованными — вернее, таковыми их может посчитать арбитр.</p>
    <p>Адекор покачал головой.</p>
    <p>— Не думаю, что на Сард этот аргумент произведёт впечатление.</p>
    <p>— Да, но Сард не может слушать встречный иск; таков закон. Ты будешь выступать перед другим арбитром.</p>
    <p>— Правда? Тогда, возможно, стоило бы попробовать. Но… но моя цель не затянуть этот процесс, а поскорее его закончить, чтобы освободиться от судебного надзора и вернуться в лабораторию.</p>
    <p>— О, я согласна, что выдвигать встречный иск тебе не стоит. Но предположение о том, что ты мог бы это сделать, возможно, помогло бы тебе добиться правды.</p>
    <p>— Правды? Какой правды?</p>
    <p>— Правды о том, почему Даклар так настойчиво тебя преследует.</p>
    <p>— Так ты знаешь, почему? — спросил Адекор.</p>
    <p>Жасмель опустила глаза.</p>
    <p>— Я не знала до сегодняшнего дня, но…</p>
    <p>— Но что?</p>
    <p>— Я не могу тебе сказать. Если ты это узнаешь, то только от самой Даклар.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 36</p>
    </title>
    <p>Рубен, Луиза, понтер и Мэри сидели вокруг стола у Рубена на кухне. Все, кроме Луизы, ели гамбургеры; перед Луизой стояла тарелка салата.</p>
    <p>По-видимому, в мире Понтера было принято есть руками в перчатках. Понтер не любил пользоваться столовыми приборами, и гамбургер оказался приемлемым компромиссом. Он не ел булочку, но пользовался ею, как ухваткой: выдвигал мясо между её половинками и откусывал высунувшуюся часть.</p>
    <p>— Стало быть, Понтер, — сказала Луиза, заводя разговор, — вы живёте один? Я имею в виду, в вашем мире.</p>
    <p>Понтер покачал головой.</p>
    <p>— Нет. Я жил с Адекором.</p>
    <p>— Адекор, — повторила Мэри. — Так звали того, с кем вы вместе работали.</p>
    <p>— Да, — сказал Понтер. — Но он также мой партнёр.</p>
    <p>— В смысле, ваш бизнес-партнёр? — сказала Мэри.</p>
    <p>— Ну, это тоже, я полагаю. Но он также мой «партнёр»; мы это так называем. Мы живём в одном доме.</p>
    <p>— А, — сказала Мэри. — Вы соседи.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Вы делите расходы и обязанности.</p>
    <p>— Да. И еду, и постель, и…</p>
    <p id="id104445__msoanchor_33">Мэри обозлилась на себя за то, как подпрыгнуло при этих словах её сердце. Она была знакома со многими геями; просто ей было привычнее, когда они выходили из шкафов<a l:href="#id20150414092305_32">[32]</a>, а не выпрыгивали из межпространственных порталов.</p>
    <p>— Так вы гей! — воскликнула Луиза. — Круто!</p>
    <p id="id104445__msoanchor_34">— На самом деле дома я был счастливее<a l:href="#id20150414092305_33">[33]</a>, — ответил Понтер.</p>
    <p>— Нет-нет-нет, — сказала Луиза. — Не счастливый. <emphasis>Гей.</emphasis> Гомосексуалист. — <emphasis>Би-ип.</emphasis> — Тот, кто вступает в сексуальные отношения с лицами того же пола: мужчина, который занимается сексом с другими мужчинами, или женщина, которая занимается сексом с другими женщинами.</p>
    <p>Понтер выглядел более озадаченно, чем когда бы то ни было раньше.</p>
    <p>— Невозможно заниматься сексом с представителем того же пола. Секс — это потенциально репродуктивный акт, который требует участия самца и самки.</p>
    <p>— Ну, ладно, секс не в смысле полового акта, — сказала Луиза, — а в смысле интимного контакта, ну вы знаете — скажем так, нежное соприкасание… гениталий.</p>
    <p>— О, — сказал Понтер. — Да. Мы с Адекором это делали.</p>
    <p>— Вот это у нас и значит быть гомосексуалистом, — сказал Рубен. — Когда имеют подобные контакты только с представителями своего пола.</p>
    <p>— Только? — удивлённо переспросил Понтер. — В смысле, исключительно? Нет-нет-нет. Адекор и я живём вместе, пока Двое Порознь, но когда Двое становятся Одним, мы, конечно же имели… Лу, как вы это назвали? — нежное соприкосновение гениталий каждый со своей женщиной… ну, в моём случае так было до того, как Класт, моя женщина, умерла.</p>
    <p>— Ах, — сказала Мэри. — Вы бисексуал. — <emphasis>Би-ип</emphasis>. — Вы совершаете генитальные контакты как с мужчинами, так и с женщинами.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— В вашем мире все такие? — спросила Луиза, вонзая вилку в горку салата. — Бисексуальные?</p>
    <p>— Практически. — Понтер моргнул; до него, наконец, дошло. — Вы хотите сказать, что тут по-другому?</p>
    <p>— О, да, — сказал Рубен. — По крайней мере, для большинства людей. То есть, конечно, среди нас есть какое количество бисексуалов и довольно много геев — гомосексуальных людей. Но подавляющее большинство гетеросексуальны. Это значит, что они вступают в интимную связь лишь с представителями противоположного пола.</p>
    <p>— Как скучно, — сказал Понтер.</p>
    <p>Луиза захихикала. Потом, успокоившись, сказала:</p>
    <p>— И что же, у вас есть дети?</p>
    <p>— Две дочери, — сказал Понтер, кивнув. — Жасмель и Мегамег.</p>
    <p>— Красивые имена, — сказала Луиза.</p>
    <p>Понтер погрустнел, очевидно, вспомнив, что, скорее всего, никогда больше их не увидит.</p>
    <p>Рубен, очевидно, догадался об этом и попытался перевести разговор на менее личную тему.</p>
    <p>— Так что это за Двое, которые становятся Одним, которых вы упомянули? О чем это вообще?</p>
    <p>— В моём мире мужчины и женщины большую часть времени живут отдельно…</p>
    <p>— Бинфорд! — воскликнула Мэри.</p>
    <p>— Нет, это не так, — запротестовал Понтер.</p>
    <p>— Нет-нет, это не ругательство, — объяснила Мэри. — Это имя человека. Льюис Бинфорд — антрополог, у которого была как раз такая теория: что неандертальские мужчины и женщины на нашей версии Земли жили отдельно друг от друга. Он сделал такой вывод по результатам раскопок в Комб-Греналь во Франции.</p>
    <p>— Он был прав, — сказала Понтер. — Женщины живут в Центрах наших территорий, мужчины — на Окраинах. Но раз в месяц мы, мужчины, приходим в Центр и проводим четыре дня с женщинами; в это время, как мы говорим, «Двое становятся Одним».</p>
    <p>— <emphasis>Фи-еста!</emphasis> — воскликнула Луиза, широко улыбаясь.</p>
    <p>— Поразительно, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Это необходимо. Мы не производим еду так, как это делаете вы, поэтому должны держать численность населения под контролем.</p>
    <p>Рубен посерьёзнел.</p>
    <p>— Так эти «Двое становятся Одним» имеют какое-то отношение к контролю рождаемости?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— И к этому тоже. Дни встреч утверждаются Верховным Серым советом — собранием старейшин, нашим руководящим органом — так что обычно Двое становятся Одним, когда женщины неспособны зачать. Но когда приходит время произвести на свет новое поколение, даты сдвигаются, и мы встречаемся с женщинами тогда, когда шансы забеременеть максимальны.</p>
    <p>— Господи, — сказала Мэри. — Целая планета на календарном методе. Ватикан будет от вас без ума. Но… но как это может работать? То есть, это что же, у всех женщин период — в смысле, менструация — наступает в одно и то же время?</p>
    <p>Понтер моргнул.</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>— Но как это воз… а, поняла. — Мэри улыбнулась. — Этот ваш нос — он ведь очень чувствительный, правда?</p>
    <p>— Всегда считал его совершенно обычным.</p>
    <p>— Но он наверняка гораздо чувствительнее наших. Носов, я имею в виду.</p>
    <p>— Ну да, у вас носы действительно <emphasis>очень</emphasis> маленькие, — согласился Понтер. — Мне от них даже становится немного не по себе — всё время кажется, что вы сейчас задохнётесь. Хотя я заметил, что многие из вас дышат ртом, возможно, как раз поэтому.</p>
    <p>— Мы всегда полагали, что неандертальцы эволюционировали, приспосабливаясь к условиям оледенения, — сказала Мэри. — Мы считали, что ваши большие носы позволяли вам увлажнять холодный воздух перед тем, как он попадёт в лёгкие.</p>
    <p>— Наши учёные, которые изучают древних людей, считали точно так же, — сказал Понтер.</p>
    <p>— С тех пор, как эволюция создала ваши носы, климат существенно потеплел, — сказала Мэри. — Но вы сохранили эту особенность, вероятно, по причине благоприятного побочного эффекта: большой нос — это ещё и более острый нюх.</p>
    <p>— Более острый? — усомнился Понтер. — Ну, я, конечно, различаю запахи каждого из вас, и запах разных продуктов на кухне, и цветов во дворе, и той вонючей штуки, которую Рубен и Лу жгли в подвале, но…</p>
    <p>— Понтер, — прервал его Рубен, — для нас вы вообще не пахнете.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Правда. Нет, если я засуну нос к вам под мышку, то наверняка что-то учую, но в обычных обстоятельствах люди не различают запахов других людей.</p>
    <p>— Как же вы находите друг друга в темноте?</p>
    <p>— По голосу, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Очень необычно, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Но вы можете не только обнаружить чьё-то присутствие, правда ведь? — сказала Мэри. — В тот раз, когда вы странно на меня посмотрели. Вы ведь… — Мэри запнулась. Но Луиза — женщина, а Рубен — доктор, так что чего уж там. — Вы заметили, что у меня период, ведь так?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Даже женщины нашего вида, к примеру Луиза и я, если они живут вместе достаточно долго, могут синхронизировать свои менструальные циклы — а у нас обоняние, считай, отсутствует. Я думаю, что вполне возможно, чтобы все женщины жили по одному циклу.</p>
    <p>— Никогда даже и не думал, что может быть по-другому, — сказал Понтер. — Меня очень удивило, когда я заметил, что у вас наступила менструация, а у Лу — нет.</p>
    <p>Луиза нахмурилась, но ничего не сказала.</p>
    <p>— Так, — сказал Рубен, — кто-нибудь хочет чего-нибудь ещё? Понтер, ещё кока-колы?</p>
    <p>— Да, — сказал Понтер. — Спасибо.</p>
    <p>Рубен поднялся.</p>
    <p>— Вы знаете, что в этом напитке кофеин? — спросила Мэри. — Может вызвать привыкание.</p>
    <p>— Не беспокойтесь, — ответил Понтер. — Я выпиваю всего семь или восемь баночек в день.</p>
    <p>Луиза рассмеялась и снова принялась за салат.</p>
    <p>Мэри откусила ещё кусочек гамбургера; кружок лука хрустнул на зубах.</p>
    <p>— Но погодите, — торопливо сказала она сразу, как только проглотила. — Ведь это значит, что ваши женщины не скрывают овуляцию.</p>
    <p>— Ну, она скрыта от <emphasis>глаз</emphasis>… — сказал Понтер.</p>
    <p>— Да, но… знаете, я вела совместный курс с кафедрой женских исследований: «Биология доминирования в сексуальных отношениях». Мы предполагали, что скрытая овуляция — это ключевое свойство, благодаря которому самка получает постоянную заботу и защиту от самца. Ну, вы знаете: если вы не способны понять, когда самка фертильна, то лучше быть внимательным всё время, иначе станете рогоносцем.</p>
    <p>Хак загудела.</p>
    <p>— Рогоносцем, — повторила Мэри. — Это такая метафора. Означает мужчину, который тратит энергию и силы на выращивание детей, зачатых другим. Но в условиях скрытой овуляции…</p>
    <p>Понтер оглушительно захохотал; Массивная грудная клетка и глубокая ротовая полость создавали басовитые громоподобные раскаты.</p>
    <p>Мэри и Луиза недоумённо посмотрели на него.</p>
    <p>— Что такого смешного? — спросил Рубен, ставя перед Понтером новую банку кока-колы.</p>
    <p>Понтер поднял руку; он пытался перестать смеяться, но у него ничего не получалось. В уголках его глубоко сидящих глаз выступили слёзы, а обычно бледное лицо отчётливо покраснело.</p>
    <p>Мэри, по-прежнему сидя за столом, положила руки на бёдра — и тут же смутилась своей реакции; в языке тела руки на бёдрах означали увеличение видимого размера с целью запугивания. Но Понтер был настолько кряжистей и мускулистее любой женщины, да и почти любого мужчины, что такая попытка выглядела смехотворной.</p>
    <p>— Так что смешного? — спросила она.</p>
    <p>— Простите, — сказал Понтер, приходя в себя. Своим невероятно длинным большим пальцем он вытер с глаз слёзы. — Просто у вашего народа иногда такое смешные идеи. — Он улыбнулся. — Говоря о скрытой овуляции, вы имеете в виду, что у человеческих женщин не она не сопровождается вздутием гениталий?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Как у шимпанзе и бонобо, а также горилл и большинства других приматов.</p>
    <p>— Но у людей вздутие гениталий пропало не для того, чтобы скрыть факт овуляции, — сказал Понтер. — Оно пропало тогда, когда перестало быть эффективно в качестве сигнала. Когда климат стал холоднее, и люди начали носить одежду. Такой тип визуальной сигнализации, базирующийся на напитывании тканей жидкостью, требует значительных энергозатрат; он потерял своё значение, когда мы начали укрывать свои тела шкурами животных. Но — по крайней мере, у моего народа — факт овуляции по-прежнему легко устанавливается с помощью обоняния.</p>
    <p>— Вы можете учуять овуляцию так же, как и менструацию? — спросил Рубен.</p>
    <p>— Связанные с нею… химические вещества.</p>
    <p>— Феромоны, — подсказал Рубен.</p>
    <p>Мэри медленно кивнула.</p>
    <p>— Получается, — сказала она, скорее для себя, чем для Понтера, — что самцы могут удалиться на неделю и больше, не беспокоясь о том, что их самки забеременеют от кого-то другого.</p>
    <p>— Точно так, — сказал Понтер. — Но не только это.</p>
    <p>— Да? — сказала Мэри.</p>
    <p>— Мы считаем, что причиной того, что наши предки-мужчины «уходили в лес» — думаю, у вас тоже должна быть похожая метафора — было то, что женщины становились весьма неприятны во время Последних Пяти.</p>
    <p>— Последних Пяти? — переспросила Луиза.</p>
    <p>— Последние пять дней месяца перед самым началом нового цикла.</p>
    <p>— О, — догадался Рубен. — ПМС. Предменструальный синдром.</p>
    <p>— Да, — сказал Понтер. — Но, конечно, это не настоящая причина. — Он слегка повёл плечами. — Моя дочь Жасмель изучает историю до начала отсчёта поколений, она мне объяснила. На самом деле было вот что. Мужчины постоянно дрались за доступ к женщинам. Но, как заметила Мэре, доступ к женщинам эволюционно значим только в течение той части каждого месяца, когда женщина может забеременеть. Поскольку циклы всех женщин синхронизированы, мужчины гораздо лучше ладили друг с другом, живя отдельно на протяжении большей части месяца, и появляясь всей толпой в критический для производства потомства период. Не женская раздражительность породила такое поведение, а мужская склонность к насилию.</p>
    <p>Мэри кивнула. С тех пор, когда она вела тот курс, минули годы, но всё выглядело донельзя типично: мужчины создают проблемы и обвиняют в них женщин. Мэри не знала, встретится ли когда-нибудь хоть с одной женщиной из мира Понтера, но уже сейчас ощущала несомненное сродство со своими неандертальскими сёстрами.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 37</p>
    </title>
    <p>— Здравый день, Даклар, — сказала Жасмель, входя в дом. Хотя Жасмель Кет и Даклар Болбай жили в одном доме, они почти не разговаривали со дня <emphasis>доосларм басадларм</emphasis>.</p>
    <p>— Здравый день, — холодно ответила Болбай. — Если ты… — её ноздри расширились. — Ты не одна.</p>
    <p>За спиной Жасмель в дом вошёл Адекор.</p>
    <p>— Здравый день, — сказал он.</p>
    <p>Болбай посмотрела на Жасмель.</p>
    <p>— Опять какое-то коварство, дитя?</p>
    <p>— Не коварство, — сказала Жасмель. — Беспокойство. За тебя и за моего отца.</p>
    <p>— Чего вы хотите от меня? — спросила Болбай, пристально вглядываясь в Адекора.</p>
    <p>— Правды, — ответил он. — Только правды.</p>
    <p>— О чём?</p>
    <p>— О тебе. О том, почему ты преследуешь меня.</p>
    <p>— Не я нахожусь под следствием, — сказала Болбай.</p>
    <p>— Нет, — согласился Адекор. — Пока нет. Но это легко изменить.</p>
    <p>— О чём ты говоришь?</p>
    <p>— Я готов передать тебе собственный пакет документов, — сказал Адекор.</p>
    <p>— На каком основании?</p>
    <p>— На основании того, что ты незаконно вмешиваешься в мою жизнь.</p>
    <p>— Это смехотворно.</p>
    <p>— Да? — Адекор пожал плечами. — Это решать арбитру.</p>
    <p>— Это очевидная попытка затянуть процесс, который приведёт к твоей стерилизации, — сказала Болбай. — Очевидная каждому.</p>
    <p>— Если всё это настолько нелепо и очевидно — арбитр отклонит мой иск. Но не раньше, чем даст мне возможность допросить тебя.</p>
    <p>— Допросить меня? О чём?</p>
    <p>— О твоих мотивах. О том, за что ты так на меня взъелась.</p>
    <p>Болбай посмотрела на Жасмель.</p>
    <p>— Это твоя идея, не так ли?</p>
    <p>— Так же, как и идея до подачи иска прийти сюда, — сказала Жасмель. — Это семейное дело: ты, Даклар — партнёрша моей матери, а Адекор — партнёр моего отца. Смерть моей мамы далась тебе очень нелегко — как и всем нам.</p>
    <p>— Смерть Класт тут совершенно ни при чём! — вскинулась Даклар. — <emphasis>Ни при чём!</emphasis> — Она посмотрела на Адекора. — Всё дело только в нём одном.</p>
    <p>— Почему? — спросил Адекор. — Какое дело?</p>
    <p>Болбай тряхнула головой.</p>
    <p>— Нам не о чем говорить.</p>
    <p>— Нет, есть, — сказал Адекор. — Или ты ответишь на мои вопросы здесь, или я их тебе задам в присутствии арбитра. И тогда тебе <emphasis>придётся</emphasis> ответить.</p>
    <p>— Ты блефуешь, — сказала Болбай.</p>
    <p>Адекор поднял левую руку и повернул её внутренней стороной запястья к Болбай.</p>
    <p>— Ваше имя Даклар Болбай, и вы проживаете в Центре Салдака?</p>
    <p>— Я не приму документы от тебя.</p>
    <p>— Ты лишь оттягиваешь неизбежное, — сказал Адекор. — Я обращусь к судебному исполнителю, и он загрузит их на твой компаньон независимо от того, потянешь ты за контрольный штырёк или нет. — Пауза. — Я спрашиваю снова: Ваше имя Даклар Болбай, и вы проживаете в Центре Салдака?</p>
    <p>— Ты правда хочешь это сделать? — сказала Болбай. — Потащить меня к арбитру?</p>
    <p>— Как ты потащила меня, — ответил Адекор.</p>
    <p>— Прошу, — сказала Жасмель. — Просто скажи ему. Лучше так. Для тебя же лучше.</p>
    <p>Адекор скрестил руки на груди.</p>
    <p>— Итак?</p>
    <p>— Мне нечего сказать, — ответила Болбай.</p>
    <p>Жасмель испустила шумный вздох.</p>
    <p>— Спроси её, — тихо произнесла она, — о <emphasis>её</emphasis> партнёре.</p>
    <p>— Ты ничего об этом не знаешь, — рявкнула Болбай.</p>
    <p>— Не знаю? — сказала Жасмель. — Как ты узнала, что это Адекор ударил моего отца?</p>
    <p>Болбай молчала.</p>
    <p>— Очевидно, тебе рассказала Класт, — сказала Жасмель.</p>
    <p>— Класт была моей партнёршей, — сказала Болбай. — У неё не было от меня секретов.</p>
    <p>— И она была моей матерью, — сказала Жасмель. — И от меня тоже ничего не скрывала.</p>
    <p>— Но… она… я… — голос Болбай затих.</p>
    <p>— Расскажи нам о своём партнёре, — сказал Адекор. — Я… по-моему, я с ним никогда не встречался, не так ли?</p>
    <p>Болбай медленно покачала головой.</p>
    <p>— Нет. Его здесь давно не было; мы расстались много лет назад.</p>
    <p>— И поэтому у тебя нет собственных детей? — мягко спросил Адекор.</p>
    <p>— Думаешь, ты такой <emphasis>догадливый</emphasis>? — ответила Болбай. — Думаешь, всё так просто? Не смогла удержать партнёра, так что и забеременеть теперь не от кого? Ты <emphasis>так</emphasis> думаешь?</p>
    <p>— Я пока ничего не думаю, — ответил Адекор.</p>
    <p>— Я бы стала хорошей матерью, — сказала Болбай, вероятно, больше для себя, чем для Адекора. — Спроси Жасмель. Спроси Мегамег. С тех пор, как Класт умерла, я растила их одна и справлялась <emphasis>прекрасно</emphasis>. Разве не так, Жасмель? Разве не так?</p>
    <p>Жасмель кивнула.</p>
    <p>— Но ты из 145-го, как Понтер и Класт. Как Адекор. Ты всё ещё можешь родить собственного ребёнка. Даты, когда Двое становятся Одним, будут сдвинуты в следующем году; ты могла бы…</p>
    <p>Адекор вскинул бровь.</p>
    <p>— Это был бы твой последний шанс, ведь так? Тебе 520 месяцев — сорок лет, как и мне. У тебя может быть ребёнок в 149-м поколении, но точно не через десять лет, когда родится 150-е.</p>
    <p>— Ты смог это подсчитать без своего хвалёного квантового компьютера? — язвительно сказала Болбай.</p>
    <p>— А Понтер, — продолжил Адекор, слегка кивнув, — Понтер остался без партнёрши. Вы с ним любили одну и ту же женщину, ты была <emphasis>табантом</emphasis> его детей, поэтому ты решила, что…</p>
    <p>— Ты и мой отец? — спросила Жасмель. В её голосе не было шока; лишь удивление.</p>
    <p>— А почему нет? — ощетинилась Болбай. — Я знаю его так же долго, как и ты, Адекор, и мы всегда хорошо ладили.</p>
    <p>— Но теперь он тоже исчез, — сказал Адекор. — Ты знаешь, я так и думал с самого начала: что от новой потери у тебя переклинило в голове, и ты вцепилась в меня. Но Даклар, неужели ты не видишь, что это совершенно неправильно? Я любил Понтера и уж точно не стал бы вмешиваться в его выбор новой партнёрши…</p>
    <p>— Это здесь <emphasis>совершенно</emphasis> ни при чём, — сказала Болбай, качая головой. — Совершенно.</p>
    <p>— Так за что же ты меня так ненавидишь?</p>
    <p>— Не из-за того, что случилось с Понтером, — сказала она.</p>
    <p>— Но ты ненавидишь меня.</p>
    <p>Болбай молчала. Жасмель смотрела в пол.</p>
    <p>— Почему? — спросил Адекор. — Я ничего тебе не сделал.</p>
    <p>— Ты ударил Понтера, — огрызнулась Болбай.</p>
    <p>— Много лет назад. И он простил меня.</p>
    <p>— И ты остался цел, — сказала она. — У тебя есть ребёнок. Тебе всё <emphasis>сошло с рук</emphasis>.</p>
    <p>— Что именно?</p>
    <p>— Твоё преступление. Попытка убить Понтера.</p>
    <p>— Я не пытался его убить.</p>
    <p>— Ты был необузданным чудовищем. Тебя <emphasis>должны были</emphasis> стерилизовать. Но мой Пелбон…</p>
    <p>— Кто такой Пелбон? — спросил Адекор. Болбай молчала.</p>
    <empty-line/>
    <p>— Её партнёр, — тихо пояснила Жасмель.</p>
    <p>— Что случилось с Пелбоном? — спросил Адекор.</p>
    <p>— Ты не знаешь, каково это, — сказала Болбай, глядя в сторону. — Не можешь даже представить. Одним прекрасным утром ты просыпаешься и видишь в своём доме двух принудителей, которые уводят твоего партнёра, а потом…</p>
    <p>— А потом? — повторил Адекор.</p>
    <p>— А потом они его кастрируют, — сказала Болбай.</p>
    <p>— Почему? — спросил Адекор. — Что он сделал?</p>
    <p>— Они <emphasis>ничего</emphasis> не сделал, — сказала Болбай. — Совершенно ничего.</p>
    <p>— Тогда почему… — начал Адекор, и догадался сам. — Ох. Не он. Один из его родственников.</p>
    <p>Болбай кивнула, всё так же глядя в сторону.</p>
    <p>— Его брат напал на кого-то, и его приговорили к стерилизации вместе с…</p>
    <p>— Вместе со всеми, у кого хотя бы половина его генов, — договорил Адекор за неё.</p>
    <p>— Он <emphasis>ничего</emphasis> не сделал, мой Пелбон, — сказала Болбай. — Он не тронул никого и пальцем, но был наказан. <emphasis>Я</emphasis> была наказана. Но ты! Ты мало не убил человека, и тебе это сошло с рук! Нужно было кастрировать тебя, а не моего бедного Пелбона!</p>
    <p>— Даклар, — сказал Адекор. — Прости. Мне так жаль…</p>
    <p>— Уходи, — твёрдо сказала Болбай. — Оставь меня в покое.</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— <emphasis>Убирайся!</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 38</p>
    </title>
    <p>Понтер доел свой гамбургер и по очереди посмотрел на Луизу, Рубена и Мэри.</p>
    <p>— Не подумайте, что я жалуюсь, — сказала он, — но мне начинает надоедать это животное — <emphasis>корова</emphasis>, так вы его называете? Мы не могли бы попросить, чтобы вечером нам принесли какого-нибудь другого мяса?</p>
    <p>— Например? — сказал Рубен.</p>
    <p>— Да что угодно, — сказал Понтер. — Хотя бы мамонта.</p>
    <p>— <emphasis>Что?</emphasis> — воскликнул Рубен.</p>
    <p>— <emphasis>Мамонта?</emphasis> — потрясённо повторила Мэри.</p>
    <p>— Хак что-то неправильно перевела? — забеспокоился Понтер. — Мамонт. Такой северный волосатый слон.</p>
    <p>— Да-да-да, — сказала Мэри. — Мы знаем, кто такие мамонты, но…</p>
    <p>— Но что? — спросил Понтер, удивлённо приподняв бровь.</p>
    <p>— Но, видите ли, они, так сказать… в общем, они вымерли, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Вымерли? — удивился Понтер. — Да, я действительно ни одного здесь не видел, но посчитал, что они не любят подходить к таким большим городам.</p>
    <p>— Нет-нет, они вымерли, — сказала Луиза. — Во всём мире. Вымерли тысячи лет назад.</p>
    <p>— Почему? — спросил Понтер. — Какая-то эпидемия?</p>
    <p>Повисла неловкая тишина. Мэри медленно выдохнула, пытаясь решить, как объяснить это потактичнее.</p>
    <p>— Нет, не эпидемия, — сказала она, наконец. — На самом деле, это мы… — наши предки, люди нашего вида — истребили их.</p>
    <p>Понтер округлил глаза.</p>
    <p>— Что сделали?</p>
    <p>Мэри стало тошно; она не думала, что некоторые «достижения» её цивилизации выплывут на поверхность так быстро.</p>
    <p>— Мы убивали их для еды, и… в общем, убивали до тех пор, пока их не осталось совсем.</p>
    <p>— О, — тихо вздохнул Понтер. Он посмотрел в окно, на просторный задний двор Рубенова дома. — Мне нравились мамонты, — сказал он. — Не только их мясо, хоть оно и очень вкусно, но как животные, как часть ландшафта. Неподалёку от моего дома живёт небольшое стадо. Мне всегда было радостно их видеть.</p>
    <p>— У нас есть их скелеты, — сказала Мэри, — и бивни, а в Сибири иногда находят целые замёрзшие туши, но…</p>
    <p>— Всех, — сказал Понтер, печально качая головой. — Вы убили их всех…</p>
    <p>Мэри хотела было возразить «Не я лично», но это было бы неискренне; кровь мамонтов действительно пятнала честь её расы. Но хоть как-то возразить всё же хотелось и поэтому она сказала:</p>
    <p>— Это было очень давно.</p>
    <p>Понтер выглядел кисло.</p>
    <p>— Я даже боюсь спрашивать, — сказал он, — но в моём мире в окрестностях того места, где я живу, водятся и другие крупные животные. Опять же, я считал, что они просто избегают больших городов, но…</p>
    <p>Рубен качнул своей бритой головой.</p>
    <p>— Нет, Понтер, не поэтому.</p>
    <p>Мэри на секунду зажмурилась.</p>
    <p>— Мне очень жаль, Понтер. Мы уничтожили почти всю мегафауну — и здесь, и в Европе, и в Австралии, — она ощутила, как желудок завязывается узлом, — и в Новой Зеландии, и в Южной Америке. Единственный континент, где всё ещё много по-настоящему крупных животных — это Африка, но и там большинство из них в зоне риска.</p>
    <p><emphasis>Би-ип.</emphasis></p>
    <p>— На грани вымирания, — пояснила Луиза.</p>
    <p>— Вы же сказали, что это было очень давно, — сказал Понтер с упрёком в голосе.</p>
    <p>Мэри опустила взгляд на свою пустую тарелку.</p>
    <p>— Мы перестали убивать мамонтов очень давно, потому что мамонтов не стало. И мы перестали убивать большерогих оленей, и больших кошек Северной Америки, и шерстистых носорогов, и многих других, потому истребили их всех.</p>
    <p>— Истребить весь вид до последней особи, — сказал Понтер, качая головой.</p>
    <p>— Мы многому научились с тех пор, — сказала Мэри. — У нас есть программы защиты исчезающих видов, и мы добились некоторых успехов. Американские журавли почти вымерли, и белоголовые орланы, и бизоны. Теперь они вернулись.</p>
    <p>— Потому что вы перестали истреблять их, — холодно сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри хотела было возразить, что причина не всегда была в охоте; чаще это было уничтожение человеком естественной среды обитания этих видов. Но какая, в сущности, разница.</p>
    <p>— Какие… какие ещё виды вымирают? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Многие виды птиц. Гигантские черепахи. Панды. Кашалоты. Шим…</p>
    <p>— Шим? — переспросил Понтер. — Что это? — Он наклонил голову: видимо, Хак высказывала свои догадки о том, какое слово хотела произнести Мэри. — О, нет. Нет! <emphasis>Шимпанзе?</emphasis> Но… но это же наши <emphasis>родичи</emphasis>. Вы охотитесь и на них?</p>
    <p>Мэри внезапно почувствовала себя крошечной и слабой. Как она могла ему сказать, что шимпанзе убивали ради еды, а горилл — чтобы делать из их рук экзотические пепельницы?</p>
    <p>— Они <emphasis>бесценны</emphasis>, — продолжал Понтер. — Вы, как генетик, наверняка это понимаете. Они — ближайшие наши ныне живущие родственники; мы можем многое узнать о нас самих, изучая их ДНК и поведение в естественных условиях.</p>
    <p>— Я знаю, — тихо сказала Мэри. — Я знаю.</p>
    <p>Понтер посмотрел на Рубена, потому на Луизу, потом на Мэри, оценивающе, словно увидев их — <emphasis>по-настоящему</emphasis> увидев — в первый раз.</p>
    <p>— Вы убиваете без меры, — сказал он. — Уничтожаете целые виды. Вы даже убиваете других приматов. — Он замолк и снова по очереди оглядел их, будто давая шанс предупредить то, что он собирался высказать, предложить логичное объяснение, смягчающее обстоятельство. Но Мэри молчала, и все молчали, так что Понтер продолжил: — И мой вид тоже исчез из этого мира.</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри очень тихо. Она знала, как это произошло. Хотя не все палеоантропологи поддерживали эту теорию, многие считали, что где-то между 40000 и 27000 лет назад Homo sapiens — анатомически современные люди — совершили геноцид, первый в ряду многих, намеренных или случайных, которые им предстояло совершить в будущем. Люди очистили планету от единственного, кроме них, представителя рода Homo, другого, менее воинственного вида, который, возможно, гораздо лучше соответствовал бы двойному значению слова «человечный».</p>
    <p>— Вы убили нас? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Это очень спорная проблема, — ответила Мэри. — Среди учёных по этому поводу нет согласия.</p>
    <p>— Но как <emphasis>вы</emphasis> думаете, что произошло? — спросил Понтер, уперев в Мэри взгляд своих золотистых глаз.</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох.</p>
    <p>— Я… да, я думаю, что именно это и произошло.</p>
    <p>— Вы истребили нас, — сказал Понтер; и его голос, и тональность воспроизведённого Хак перевода свидетельствовали о глубоком душевном потрясении.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Мне жаль, — сказала она. — Правда. Это случилось невероятно давно. Мы тогда были дикарями. Мы…</p>
    <p>И в этот момент зазвонил телефон. Рубен, явно обрадованный, выскочил из-за стола и схватил трубку.</p>
    <p>— Алло? — сказал он.</p>
    <p>Мэри подняла голову, услышав, как голос Рубена повеселел.</p>
    <p>— Но это же здорово! — сказал он. — Великолепно! Да… нет… да-да, это годится. Спасибо! Точно. Да свидания.</p>
    <p>— Что? — спросила Луиза.</p>
    <p>Рубен явно сдерживал улыбку.</p>
    <p>— У Понтера чумка, — сказал он, возвращая телефон на место.</p>
    <p>— Чумка? — повторила Мэри. — У людей не бывает чумки.</p>
    <p>— Правильно, — сказал Рубен. — У нас естественный иммунитет. А у Понтера — нет, потому что его вид не контактировал с нашими домашними животными в течение многих поколений. Если быть точным, у него лошадиная разновидность; ветеринары её называют «мыт». Она поражает жеребят и вызывается бактерией <emphasis>Streptococcus equii</emphasis>. К счастью, у лошадей её обычно лечат пенициллином, и я его как раз давал Понтеру. Он выздоровеет.</p>
    <p>— То есть нам можно не бояться, что мы тоже заболеем?</p>
    <p>— Не только это, — сказал Рубен и расплылся в улыбке. — Они снимают карантин! Если последняя серия бакпосевов, результатов которой ждут сегодня вечером, будет негативной, то завтра утром мы сможем выйти отсюда!</p>
    <p>Луиза захлопала в ладоши. Мэри тоже обрадовалась новости. Она взглянула на Понтера, но тот сидел, понурив голову, и, должно быть, до сих пор размышлял о судьбе своего вида на этой Земле.</p>
    <p>Мери потянулась к нему и тронула за руку.</p>
    <p>— Эй, Понтер, — тихо сказала она. — Это ведь отличная новость. Завтра вы сможете выйти из дома и увидеть наш мир.</p>
    <p>Понтер медленно поднял голову и посмотрел на Мэри. Она всё ещё училась распознавать детали его мимики, но его широко распахнутые глаза и приоткрытый рот словно говорили: «Стоит ли?»</p>
    <p>Но в конце концов он просто кивнул, словно уступая.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 39</p>
    </title>
    <p>Большую часть вечера Понтер провёл в одиночестве, с печальным выражением на лице глядя через окно кухни на задний двор Рубенова дома.</p>
    <p>Луиза и Мэри сидели в гостиной. Мэри жалела, что книга, которую она сейчас читала, осталась в Торонто. Она как раз была где-то на середине последнего романа Скотта Туроу и хотела бы читать его дальше, но пришлось довольствоваться листанием свежего номера «Тайм». На этой неделе на обложке красовался президент Буш; Мэри подумала, что на обложке следующего номера может оказаться Понтер. Сама она предпочитала «Экономист», но Рубен его не выписывал. Впрочем, Мэри всегда нравились кинорецензии Ричарда Корлисса, хоть ей и не с кем было теперь пойти в кино.</p>
    <p>Луиза залезла с ногами в соседнее кресло и писала письмо — как заметила Мэри, по-французски — в большом жёлтом блокноте. На ней были шорты и футболка с эмблемой рок-группы «INXS».</p>
    <p>В гостиную зашёл Рубен и умостился между двумя женщинами.</p>
    <p>— Меня беспокоит Понтер, — сообщил он вполголоса им обеим.</p>
    <p>Луиза отложила блокнот. Мэри закрыла журнал.</p>
    <p>— Меня тоже, — сказала Мэри. — Похоже, он воспринял новость о вымирании своего вида не слишком хорошо.</p>
    <p>— Это точно, — подтвердил Рубен. — У него было много стрессов в последние дни, и завтра всё станет ещё хуже. На него насядут журналисты, не говоря уж про официальных лиц, двинутых на религии психов и прочих.</p>
    <p>Луиза кивнула.</p>
    <p>— Да, наверняка.</p>
    <p>— Что же нам делать? — спросила Мэри.</p>
    <p>Рубен секунду помолчал, будто подбирая слова. Потом заговорил:</p>
    <p>— В Садбери не так уж много чёрных вроде меня. Мне говорили, что в Торонто дела обстоят получше, но даже там чернокожим частенько докучает полиция. «Что вы здесь делаете?» «Это ваша машина?» «Могу я увидеть ваше удостоверение личности?» — Рубен покачал головой. — Проходя через это, ты кое-чему учишься. Пониманию того, что у тебя есть права. Понтер не преступник, и он никому ничем не угрожает. Он не на пограничном посту, так что никто не может потребовать от него доказательств, что он пребывает в Канаде легально. Правительство может <emphasis>хотеть</emphasis> его контролировать, полиция может <emphasis>хотеть</emphasis> поместить его под надзор — но их хотелки не имеют никакого значения. У Понтера есть права.</p>
    <p>— Безусловно, соглашусь, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Вы когда-нибудь были в Японии? — спросил Рубен.</p>
    <p>Мэри покачала головой. Луиза тоже.</p>
    <p>— Это замечательная страна, но там практически нет неяпонцев, — сказал Рубен. — Вы можете за весь день не увидеть ни одного белого лица, не говоря уж о чёрном. Но я помню, как я однажды прогуливался по центру Токио; я прошёл, наверное, мимо десяти тысяч человек в тот день, и все они были японцами. А потом я увидел белого парня, который шёл мне навстречу. И он улыбался мне. Он видел меня впервые, но признал во мне почти соотечественника — мы оба были с Запада. Он улыбался, словно говоря: как я рад тебя видеть, брат! Брат! И я вдруг осознал, что тоже улыбаюсь ему и думаю то же самое. Я никогда не забуду этот момент. — Он посмотрел на Луизу, потом на Мэри. — Так вот, старина Понтер может обыскать целый свет, но нигде не увидит в толпе лица, в котором он бы признал своего собрата. Тот белый парень и я, даже все те японцы и я, мы ближе друг к другу, чем Понтер и любой из шести миллиардов человек на этом земном шаре.</p>
    <p>Мэри глянула через кухонную дверь на Понтера, который по-прежнему пялился в окно, подложив кулак под выступающую нижнюю челюсть.</p>
    <p>— Что мы можем для него сделать? — спросила она.</p>
    <p>— Практически с самого своего прибытия он был пленником, — сказал Рубен, — сначала в больнице, а потом здесь, на карантине. Я уверен, что ему нужно время, чтобы подумать, восстановить душевное равновесие. — Он помолчал. — Джиллиан Риччи намекнула мне по е-мэйлу. Похоже, мысль, которую я высказывал ранее, пришла в голову и верхушке «Инко». Они хотят подробно расспросить Понтера обо всех месторождениях в его мире, о которых ему хоть что-то известно. Я уверен, что он будет рад помочь, но ему всё же нужно больше времени на адаптацию.</p>
    <p>— Я согласна, — сказала Мэри. — Но как мы можем добиться, чтобы он это время получил?</p>
    <p>— Они прекращают карантин завтра утром, правильно? — сказал Рубен. — Так вот, Джиллиан говорит, что я могу устроить пресс-конференцию прямо здесь в десять утра. Разумеется, пресса ожидает, что Понтер будет присутствовать. Я думаю, нам надо увезти его до этого времени.</p>
    <p>— Как? — спросила Луиза. — Дом окружают федералы — чтобы не давать любопытным пробраться сюда, но, вероятно, и для того, чтобы держать под наблюдением Понтера.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Один из нас должен увезти его куда-нибудь в глушь. Я его доктор, и это моё назначение. Покой и отдых. И именно это я скажу любому, кто спросит — Понтер находится на лечебном отдыхе по моему предписанию. Вероятно, у нас будет всего день или два, прежде чем пиджаки из Оттавы насядут на нас по-серьёзному, но я уверен, что Понтеру нужна эта пара дней.</p>
    <p>— Я это сделаю, — сказала Мэри, удивив саму себя. — Я увезу его.</p>
    <p>Рубен посмотрел на Луизу, ожидая, что она тоже вызовется, но та лишь кивнула.</p>
    <p>— Если мы скажем, что пресс-конференция состоится в десять, газетчики начнут подтягиваться к девяти, — сказал Рубен. — Но если вы с Понтером выберетесь через задний двор, скажем, в восемь, вы с ними разминётесь. С задней стороны есть забор, там, за деревьями, но вы через него легко перелезете. Только убедитесь, что никто вас не видит.</p>
    <p>— И что потом? — спросила Мэри. — Просто пойдём бродить по лесу?</p>
    <p>— Вам нужна машина, — сказала Луиза.</p>
    <p>— Моя осталась на шахте, — сказала Мэри. — И я не могу взять одну из ваших — федералы не дадут нам уехать. Как сказал Рубен, нам нужно ускользнуть незаметно.</p>
    <p>— Без проблем, — сказала Луиза. — Я устрою так, что мой друг встретит вас завтра утром на каком-нибудь просёлке позади дома. Он отвезёт вас на шахту, и вы пересядете в свою машину.</p>
    <p>Мэри моргнула.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>Луиза пожала плечами.</p>
    <p>— Легко.</p>
    <p>— Я… я совсем не знаю этих мест, — сказала Мэри. — Мне нужна карта.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_35">— О! — сказала Луиза. — Тогда я точно знаю, кому позвонить — Гарту. У него новомодный « Handspring Visor»<a l:href="#id20150414092305_34">[34]</a> с GPS-модулем. Он проложит вам маршрут до любого места и будет подсказывать, где поворачивать.</p>
    <p>— И он мне его отдаст? — усомнилась Мэри. — Ведь эти штуки жутко дорогие.</p>
    <p>— Ну, на самом-то деле он будет оказывать услугу мне, — сказала Луиза. — Так, давайте я ему сейчас звякну и всё устрою. — Она поднялась с кресла и ушла наверх. Мэри смотрела ей вслед с изумлением и восторгом. Интересно, каково это — быть настолько красивой, что можешь просить мужчин о чём угодно и знать, что они никогда не откажут.</p>
    <p>Понтер, осознала она, не единственный, кто чувствует себя чужим в этом мире.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Жасмель и Адекор вернулись транспортным кубом на Окраину, в дом Адекора и Понтера. По дороге они почти не разговаривали, частично из-за того, что Адекор был погружён в раздумья над откровениями Даклар Болбай, частично потому, что ни ему, ни Жасмель не нравилась мысль о ком-то, сидящем в павильоне архива алиби и следящем за каждым их словом и шагом.</p>
    <p>Тем не менее, у них на руках была насущная проблема. Адекору нужно было как-то попасть в подземную лабораторию; как бы мизерны ни были шансы на спасение Понтера — или, думал Адекор, хотя и не делился этой мыслью Жасмель, на возвращение его утонувшего тела, которое очистило бы Адекора от обвинений в убийстве — этими шансами можно было воспользоваться только там, внизу. Но как туда попасть? Он взглянул на компаньон, вживлённый во внутреннюю сторону левого запястья. Он мог бы его выковырять — приняв меры безопасности, чтобы не повредить лучевую артерию. Но компаньон не только получал питание от тела Адекора, он ещё и передавал его жизненные показатели — и перестанет это делать, если его от тела отсоединить. Быстро пересадить компаньон в тело Жасмель или кого-нибудь еще он тоже не мог: имплант был привязан к его биометрическим параметрам.</p>
    <p>Транспортный куб высадил их возле дома, и Адекор с Жасмель зашли внутрь. Жасмель прошла на кухню поискать, чем можно покормить Пабо, а Адекор просто сидел, уперев взгляд в противоположный конец комнаты, где стояло любимое кресло Понтера, в котором он больше всего любил читать.</p>
    <p>Обход судебного надзора был проблемой — и проблемой научной, внезапно осознал Адекор. Должен быть способ избавиться от него, способ обмануть свой компаньон и того, кто отслеживал его передачи.</p>
    <p>Адекор был знаком с историей Лонвеса Троба, изобретателя компаньонов: многие из его изобретений изучались в Академии. Но то было много лет назад, и детали изгладились из памяти. Конечно, он мог просто спросить компаньон об интересующих его фактах; он мог прочесть ответ на маленьком экранчике на запястье или любом телеэкране или портативном планшете на свой выбор. Но этот запрос вне всякого сомнения привлечёт внимание того, кто следит за ним.</p>
    <p>Адекор чувствовал, как начинает злиться, как напрягаются мышцы, учащается сердцебиение, становится глубже дыхание. Он подумал было, что нужно бы как-то это замаскировать — но нет, пусть тот, кто за ним следит, видит, что это его расстраивает.</p>
    <p>Как бы ни был умён Лонвес Троб, должен найтись способ добиться того, чего он хотел. Того, в чём нуждался. А чего он, собственно, хочет? Чётко сформулируёте проблему — этому ему учили на протяжении всех месяцев, проведённых в Академии. Чего конкретно он хочет добиться?</p>
    <p>Нет, его цель не в том, чтобы найти способ обманывать компаньоны. И это хорошо, поскольку у него пока нет ни малейшей идеи о том, как это сделать. Он не хочет отключить все компаньоны — это было бы безумием, ведь импланты обеспечивают безопасность каждого. Ему нужно отключить только его собственный компаньон, но…</p>
    <p>Но нет, это тоже неправильно. Отключение ничем ему не поможет; Гаскдол Дат и другие принудители, может быть, и не смогут проследить за ним, когда его компаньон перестанет посылать сигнал, но отсутствие сигнала тут же насторожит их. И не нужно быть Лонвесом, чтобы догадаться, что Адекор попытается пробраться в шахту, поскольку ему уже однажды не дали этого сделать.</p>
    <p>Нет, настоящей его проблемой было не то, что компаньон продолжает работать. Проблема была в том, что кто-то просматривает его передачи. Вот что нужно прекратить — и не на какое-то мгновение, а на несколько деци, и…</p>
    <p>И внезапно он увидел его: идеальное решение.</p>
    <p>Но он не мог устроить это в одиночку; план сработает лишь в том случае, если принудители не будут знать, что Адекор в этом замешан. Впрочем, подготовкой может заняться Жасмель. Адекор верил, что под надзором держат только его собственный компаньон; иное было бы слишком вопиющим произволом. Но как поделиться своими мыслями с Жасмель?</p>
    <p>Он поднялся и прошёл в кухню.</p>
    <p>— Пойдём, Жасмель, — сказа он. — Погуляем с Пабо.</p>
    <p>По выражению лица Жасмель было видно, что выгул Пабо находился в самом конце её списка приоритетов, но она поднялась и прошла вместе с Адекором в задней двери. Пабо специального приглашения не требовалось; она тут же увязалась следом за Жасмель.</p>
    <p>Они вышли на веранду, под летний зной и пронзительный стрёкот цикад. Было влажно. Адекор сошёл с веранды, Жасмель следовала за ним. Пабо убежала вперёд, громко лая. Через пару сотен шагов они достигли ручья, который протекал за домом. Журчание ручья почти заглушало стрёкот насекомых. Посреди ручья лежал здоровенный валун — один из бесчисленных ледниковых эрратиков, усеивавших окрестности. Адекор ступил на ведущую к валуну цепочку торчащих из воды камней и знаком велел Жасмель следовать за собой. Пабо убежала вверх по течению вдоль берега ручья.</p>
    <p>Когда Жасмель выбралась на валун, Адекор похлопал рукой по заросшей густым мхом поверхности, приглашая сесть рядом с ним. Она так и сделала. Он склонился к её уху и зашептал; шум разбивающейся о валун воды совершенно заглушал его слова. Он был уверен, что в таких условиях его речь будет для компаньона совершенно неразличима. Он изложил Жасмель свой план, и на её лице появилась озорная улыбка.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер сидел на диване в кабинете Рубена. Все остальные отправились спать — хотя Рубен и Луиза в соседней комнате определённо не спали.</p>
    <p>Понтеру было грустно. Производимые ими звуки и запахи напоминали ему о Класт, о том, как Двое становятся Одним, обо всём, утраченном до появления на этой Земле, и обо всём остальном, потерянном вследствие этого.</p>
    <p>Телевизор работал; он был настроен на канал, посвящённый этому явлению под названием <emphasis>религия</emphasis>. Похоже, существовало много разновидностей, но все они включали в себя нелепое понятие Бога, вселенную конечного и часто смехотворно малого возраста и тот или иной вид посмертного существования чего-то, для чего у неандертальцев не было слова, но что Мэре называла «душа». Оказалось, что символ, который Мэре носила на шее, был знаком конкретной разновидности религии, к которой она принадлежала, а ткань, которой обёртывал голову доктор Сингх была знаком какой-то другой религии.</p>
    <p>Понтер отключил на телевизоре звук — найти соответствующую кнопку оказалось довольно просто, хотя он и сомневался, что паре в соседней комнате хоть что-то способно помешать.</p>
    <p>— Как ты себя чувствуешь? — спросил голос Класт, и сердце Понтера подпрыгнуло.</p>
    <p>Класт!</p>
    <p>Милая Класт, она обращается к нему…</p>
    <p>… с Небес?</p>
    <p>Но нет.</p>
    <p>Конечно, нет.</p>
    <p>Это Хак говорит с ним. Похоже, Хак теперь всегда будет говорить голосом Класт, поскольку это единственная альтернатива монотонному мужскому голосу, входящему в основной комплект программного обеспечения; без специального оборудования перепрограммировать имплант не получится.</p>
    <p>Понтер испустил долгий вздох и ответил:</p>
    <p>— Мне грустно.</p>
    <p>— Но ты справляешься? Когда мы впервые попали сюда, ты ужасно нервничал.</p>
    <p>Понтер пожал плечами.</p>
    <p>— Я всё ещё сбит с толку и дезориентирован, но…</p>
    <p>Понтер почти воочию увидел, как Хак сочувственно кивает головой.</p>
    <p>— На это нужно время, — сказала она голосом Класт.</p>
    <p>— Я знаю, — ответил Понтер. — Я знаю. Но мне придётся к этому привыкнуть, так ведь? Похоже на то, что мне… что <emphasis>нам</emphasis> придётся остаться в этом мире до конца наших дней.</p>
    <p>— Похоже на то, — согласилась Хак.</p>
    <p>Какое-то время Понтер сидел неподвижно, и Хак не мешала ему. Наконец, Понтер сказал:</p>
    <p>— Думаю, лучше принять всё как есть. Мне надо думать о том, как я буду жить здесь.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 40</p>
    </title>
    <subtitle>День седьмой</subtitle>
    <subtitle>Четверг, 8 августа</subtitle>
    <subtitle>148/119/01</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>ПОИСК ПО НОВОСТЯМ</p>
    <p>Ключевые слова: неандерталец</p>
    <cite>
     <p>Депутат от оппозиции Марисса Кротерс заявила сегодня в Палате Общин, что афера с неандертальцем была неумелой попыткой правящей Либеральной партии оправдаться за ужасное фиаско 73-миллионного проекта Нейтринной обсерватории Садбери…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>«Хватит прятать троглодита!» Плакат с такой надписью нёс сегодня один из протестующих во время большой демонстрации у здания канадского посольства в Вашингтоне. «Поделитесь Понтером с миром!» — было написано на другом плакате…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Понтер Боддет через газету «Садбери Стар» получил приглашения посетить за счёт принимающей стороны: Диснейленд; «Анкор Бар энд Грилл», родину оригинальных куриных крылышек в Буффало, штат Нью-Йорк; Букингемский дворец; Космический центр имени Кеннеди; Музей Севера в Садбери; музей НЛО в Розуэлле, Нью-Мексико; стрип-клуб «Занзибар Таверн» в Торонто; штаб-квартиру «Майкрософт»; Всемирный Конвент любителей фантастики следующего года; Музей неандертальцев в Меттмане, Германия; стадион «Янки» в Нью-Йорке. Также поступили предложения о встрече от президентов Франции и Мексики, японского премьер-министра и императорской семьи, папы римского, далай-ламы, Нельсона Манделлы, Стивена Хокинга и Анны Николь Смит.</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Вопрос: Сколько неандертальцев нужно, чтобы вкрутить лампочку? Ответ: все, сколько есть.</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>… поэтому колумнист призывает засыпать шахту «Крейгтон» и тем самым предотвратить вторжение неандертальских орд в наш мир через портал в её недрах. В прошлый раз победа была за нами, но сегодня результат может быть иным…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Приглашение на конференцию на тему: Меметические и эпистемиологические несовместимости между H. neanderthalensis и H. sapiens…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Пресс-секретарь Центра по контролю и профилактике заболеваний в Атланте, штат Джорджия, высоко оценил оперативность реакции канадского правительства на появление потенциального разносчика инфекционных заболеваний. «Мы считаем, что канадские власти сработали отлично, — сказала доктор Рамона Кейтель. — Однако мы не обнаружили никаких патогенов в образцах, что они нам прислали на анализ…»</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>Всё прошло без сучка без задоринки. Понтер и Мэри ушли из дома Рубена в девятом часу утра; никто не заметил их, когда они пробирались через заросшую деревьями дальнюю часть участка и перелезали через забор; обоняние Понтера помогло им проскользнуть мимо пеших полицейских, патрулирующих эту часть периметра.</p>
    <p>Луизин друг действительно дожидался их. Гарт оказался статным мускулистым индейцем двадцати двух лет от роду. Он был чрезвычайно вежлив, обращаясь к Мэри, всё время говорил «мэм», к её скрываемой досаде, а к Понтеру — «сэр». Он подвёз их к самым воротам «Крейгтона». Охранник узнал её и, разумеется, Понтера и впустил их. Там Мэри с Понтером пересели в её прокатный красный «неон», покрывшийся за дни, проведённые на стоянке, пылью и птичьим помётом.</p>
    <p>Мэри знала, куда ехать. Вчера вечером она спросила у Понтера:</p>
    <p>— У вас есть какие-нибудь пожелания по поводу того, куда бы вы хотели завтра отправиться?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Домой, — сказал он. — Отвезите меня домой.</p>
    <p>Мэри стало его очень жалко.</p>
    <p>— Понтер, я бы рада, но это невозможно. Вы же знаете, что у нас нет таких технологий.</p>
    <p>— Нет-нет, — сказал Понтер. — Не домой в мой мир. На то место в вашем мире, на котором в моём стоит мой дом.</p>
    <p>Мэри недоумённо моргнула. Ей бы такое и в голову не пришло.</p>
    <p>— Ну-у, да. Можно. Если хотите. Но как мы это место найдём? В смысле, какие ориентиры вы помните?</p>
    <p>— Если вы дадите мне подробную карту окрестностей, я найду это место, и мы сможем туда отправиться.</p>
    <p>Пароль Рубена открыл им доступ на корпоративный сервер «Инко» с геологическими картами всего горного бассейна Садбери. Понтер без труда узнал местность и отыскал нужную ему точку примерно в двадцати километрах от дома Рубена.</p>
    <p>И теперь Мэри подвезла его к указанной точке так близко, как это было возможно. Большую часть окружающей город Садбери территории занимали скальные обнажения Канадского щита, леса и заросли кустарников. Они ломились через них к цели несколько часов, и хотя Мэри никогда не была особо спортивной — лишь иногда играла в теннис, причём очень посредственно — прогулка доставила ей удовольствие, особенно после нескольких дней безвылазного сидения в доме Рубена.</p>
    <p>Наконец, они перевалили через гряду низких холмов, и Понтер издал ликующий крик:</p>
    <p>— Вот тут! Вот тут стоял мой дом. То есть, он и сейчас тут стоит.</p>
    <p>Мэри оглядела окрестности. По одну сторону от неё высились огромные осины, растущие вперемежку с покрытыми белоснежной корой тонкими берёзами; по другую раскинулось озеро. В озере плавали кряквы; по деревьям носились чёрные белки. В озеро впадал говорливый ручей.</p>
    <p>— Как здесь красиво, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Да, — радостно подтвердил Понтер. — Конечно, растительность совсем другая. То есть, растения примерно тех же пород, но растут в других местах. Но скальные обнажения очень похожие — и этот валун посреди ручья! О, я хорошо знаю этот валун. Я часто забирался наверх и там читал.</p>
    <p>Понтер отбежал немного в сторону.</p>
    <p>— Здесь — прямо здесь! — наша задняя дверь. А здесь — столовая. — Он перешёл в другое место. — Спальня вот тут, прямо у меня под ногами. — Он вытянул руки перед собой и в стороны. — А вот такой вид из окна спальни.</p>
    <p>Мэри проследила за его взглядом.</p>
    <p>— И из окна можно было увидеть мамонтов?</p>
    <p>— О да. И оленей. И лося.</p>
    <p>Мэри была одета в свободный топ и лёгкие слаксы.</p>
    <p>— А мамонтам с их мехом летом не жарко?</p>
    <p>— Летом они линяют, сбрасывают почти весь мех, — сказал Понтер, подходя к ней и становясь рядом. Он прикрыл глаза. — А звуки… — сказал он с тоской в голосе. — Шуршание листьев, жужжание насекомых, журчание ручья, и… О! Вы слышали? Гагара кричит. — Он восхищённо покачал головой. — На слух всё как дома. — Он открыл глаза, и Мэри увидела, что его золотистые зрачки окружены теперь розовой каймой. — Так близко, — сказал он, и его голос дрогнул. — Так невообразимо близко. Если б я только мог… — Он снова крепко зажмурил глаза, и его тело чуть-чуть дёрнулось, словно он пытался преодолеть границу между мирами усилием мысли.</p>
    <p>У Мэри от этой сцены разрывалось сердце. Это, должно быть, ужасно, оказаться вырванным из твоего мира и выброшенным неизвестно куда — в мир такой похожий, и вместе с тем такой чужой. Она подняла руку, не вполне понимая, что собирается сделать. Он повернулся к ней, и она не могла сказать, не знала, не была уверена, кто из них первым двинулся навстречу другому, но внезапно её руки обхватили его широкий торс, а его голова опустилась ей на плечо, и его тело затряслось, и он заплакал, а Мэри гладила его длинные светлые волосы.</p>
    <p>Мэри попыталась вспомнить, когда последний раз видела плачущего мужчину. Вероятно, это был Кольм. Он плакал не из-за каких-то проблем с их браком — нет, их он нёс в каменном молчании. Это было, когда умерла его мама. И даже в тот момент он пытался натянуть на себя маску бравады, позволив лишь нескольким слезинкам скатиться по щеке. Но Понтер плакал, не стесняясь, оплакивая весь свой утраченный мир, утраченную любовь, утраченных детей, и Мэри дала ему выплакаться, пока он не успокоился сам и не затих.</p>
    <p>Когда же это произошло, он посмотрел на неё. Он открыл рот, и Мэри ждала, что мужской голос Хак произнесёт «Простите» — разве не это настоящему мужчине положено говорить после того, как он позволил себе заплакать, позволил своей броне пасть, а эмоциям — вырваться на свободу? Но Понтер сказал лишь: «Спасибо». Мэри тепло улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Жасмель Кет начала день с визита к Лурт, женщине Адекора.</p>
    <p>Она совершенно не удивилась, найдя её в лаборатории погружённой в работу.</p>
    <p>— Здравый день, — сказала Жасмель, входя в квадратную дверь.</p>
    <p>— Жасмель? Что ты здесь делаешь?</p>
    <p>— Адекор просил меня сходить к вам.</p>
    <p>— У него всё в порядке?</p>
    <p>— О да. С ним всё хорошо. Но ему нужна от вас услуга.</p>
    <p>— Для него — всё, что угодно, — сказал Лурт.</p>
    <p>Жасмель улыбнулась.</p>
    <p>— Я надеялась, что вы так и скажете.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>На то, чтобы добраться от ближайшей дороги до места, где в мире Понтера стоял его дом, потребовалось больше времени, чем Мэри ожидала, и, разумеется, не меньшее время ушло на обратный путь. Когда они снова вернулись к машине, уже было семь вечера.</p>
    <p>После дальней пешей прогулки они серьёзно проголодались, и Мэри предложила раздобыть чего-нибудь поесть. Так что когда они подъехали к маленькому деревенскому трактиру, рекламный плакат на котором гласил, что здесь подают оленину, Мэри притормозила возле него.</p>
    <p>— Как тебе это место? — спросила она Понтера.</p>
    <p>— Я вряд ли могу быть арбитром в этих делах, — ответил тот. — Чем здесь кормят?</p>
    <p>— Олениной. — <emphasis>Би-ип</emphasis>.</p>
    <p>— Что это?</p>
    <p>— Мясо оленя.</p>
    <p>— Оленя! — воскликнул Понтер. — Олень — это было бы здорово.</p>
    <p>— Я сама никогда не пробовала оленину, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Вам понравится, — заверил её Понтер.</p>
    <p>В трактире было всего шесть столиков, но ни одного посетителя. Мэри и Понтер уселись друг напротив друга; между ними на столе горела белая свеча. Главного блюда пришлось ждать почти час; но она хотя бы могла перебить голод ржаным хлебом с маслом. Мэри хотела было заказать салат «цезарь», но она стеснялась чесночного запаха изо рта, даже обедая с обычными людьми; для Понтера этот запах мог стать настоящим мучением. Так что вместо «цезаря» она взяла салат от заведения — что-то вроде винегрета с сушёными помидорами. Понтер тоже взял этот салат, и хотя гренки он оставил, всё остальное съел с видимым удовольствием.</p>
    <p>Мэри также заказала стакан домашнего красного вина, оказавшегося неожиданно вкусным.</p>
    <p>— Можно попробовать? — попросил Понтер, когда его принесли.</p>
    <p>Мэри удивилась. Когда они ужинали в доме Рубена, он неизменно отказывался, когда Луиза предлагала ему вина.</p>
    <p>— Конечно, — ответила она.</p>
    <p>Мэри протянула ему стакан; он сделал маленький глоток, и его немного передёрнуло.</p>
    <p>— Очень резкий вкус, — сказал он.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Но со временем может понравиться, — сказала она.</p>
    <p>Понтер вернул её стакан.</p>
    <p>— Может быть, — ответил он. Мэри допила вино, наслаждаясь очаровательным деревенским интерьером трактира и обществом своего спутника.</p>
    <p>Лысеющий трактирщик, очевидно, сразу узнал Понтера; в конце концов, его внешность бросалась в глаза, как и то, что Понтер разговаривал на своём языке, а перевод Хак доносился из его запястья. В конце концов любопытство взяло верх.</p>
    <p>— Я прошу прощения, — сказал он, подойдя к их столику, — мистер Понтер, не могли бы вы дать мне свой автограф?</p>
    <p>Мэри услышала гудок Хак, а Понтер вскинул бровь.</p>
    <p>— Автограф, — повторила Мэри. — Это просто ваше имя, написанное от руки. Люди коллекционируют такие надписи, сделанные знаменитостями. — Снова гудок. — Знаменитости, — повторила Мэри. — Известные люди. Про которых все слышали. Вот как вы.</p>
    <p>Понтер изумлённо смотрел на трактирщика.</p>
    <p>— Я… я весьма польщён, — сказал он, наконец.</p>
    <p>Трактирщик протянул Понтеру ручку, и перелистнул листки блокнота, в котором записывал заказы, открыв белую картонную обложку. Он положил блокнот на стол перед Понтером.</p>
    <p>— Обычно в дополнение к своему имени пишут ещё пару слов, — сказала Мэри. — «Всех благ», например, или что-то такое.</p>
    <p>Трактирщик кивнул.</p>
    <p>— Да, пожалуйста.</p>
    <p>Понтер пожал плечами, явно удивлённый странным обычаем, и изобразил на блокноте серию символов своего родного языка. Он протянул ручку и блокнот обратно трактирщику, который, удовлетворённый, тут же исчез.</p>
    <p>— Он на седьмом небе от счастья, — сказала Мэри, когда он ушёл.</p>
    <p>— На седьмом небе? — переспросил Понтер, не знакомый с идиомой.</p>
    <p>— Я имею в виду, что благодаря тебе он запомнит этот день навсегда.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер, улыбаясь ей поверх горящей свечи. — А я навсегда запомню этот день благодаря тебе.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 41</p>
    </title>
    <p>Если у Лурт всё получится, Адекор сможет попасть в квантовую лабораторию уже завтра. Но прежде ему нужно было ещё кое-что подготовить.</p>
    <p>Салдак — большой город, но Адекор знал большинство учёных и инженеров, живущих на его Окраине, и значительную часть тех, что жили в Центре. В частности, он был дружен с одним из инженеров, обслуживавших шахтных роботов. Дерн Корд был добродушным толстяком — некоторые поговаривали, что он позволяет роботам делать за него слишком много работы. Но роботы — это было сейчас как раз то, что нужно. Адекор отправился повидать Дерна; сейчас, поздно вечером, Дерн уже должен быть дома.</p>
    <p>Дом Дерна был большим и беспорядочным; деревьям, определяющие его внешнюю форму, было уже не меньше тысячи месяцев, то есть они были высажены ещё на заре современной древокультуры.</p>
    <p>— Здравый д… вернее, здравый вечер, — сказал Адекор, подходя к дому Дерна. Сам Дерн сидел на террасе, читая что-то на планшете с подсветкой. Густая сеть, натянутая между полом и крышей террасы, не давала проникнуть в дом насекомым.</p>
    <p>— Адекор! — воскликнул Дерн. — Заходи, заходи. Осторожно, тут приступочка. Не напусти комаров. Что будешь пить? Мяса хочешь?</p>
    <p>Адекор покачал головой.</p>
    <p>— Нет, спасибо.</p>
    <p>— Ну так что тебя ко мне привело?</p>
    <p>— Как твои глаза? — спросил Адекор. — Зрение дальше не падает?</p>
    <p>Дерн раздул ноздри в ответ на странный вопрос.</p>
    <p>— Неплохо. Я, конечно, ношу линзы, но для чтения они мне не нужны, по крайней мере, когда читаю с планшета — я просто делаю буквы покрупнее.</p>
    <p>— Сходи за линзами, — сказал Адекор. — Хочу тебе кое-что показать.</p>
    <p>Дерн был явно озадачен, но пошёл в дом. Скоро он появился снова с парой линз, прикреплённых к широкой кольцу из эластичной ткани. Он надел кольцо на голову и стянул его вниз до уровня впадины над надбровным валиком. Линзы держались на маленьких петлях; Дерн опустил их на глаза и выжидательно посмотрел на Адекора.</p>
    <p>Адекор запустил руку в левый набедренный карман и вытащил оттуда лист тонкого пластика, на котором писал сегодня весь день. Адекор старался писать так мелко, как только возможно — пришлось поискать стило с самой тонкой пишущей головкой. Разрешение сканеров улучшилось со времён, когда была сделала запись его нападения на Понтера, но предел детализации все равно существовал. От выписывания крошечных буковок у Адекора сводило правую кисть, но он наделся, что тому, кто сидит в здании архива и ведёт наблюдение, нипочём их не разобрать.</p>
    <p>— Что это? — спросил Дерн, беря у него листок и всматриваясь в него. — О! — воскликнул он, начав читать. — В самом деле? Ты правда так думаешь? Посмотрим… новый я тебе, конечно, дать не смогу, раз, по-твоему, есть большая вероятность, что ты его потеряешь. Но у меня есть парочка старых, которых готовят к списанию. Можешь взять один из них.</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— Так когда и где он тебе понадобится?</p>
    <p>Адекор уже хотел было шикнуть на него, но, к его восторгу, Дерн оказался вовсе не глуп. Он лишь кивнул, найдя эту информацию записанной на листке Адекора.</p>
    <p>— Хорошо, годится. Встретимся там.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>После ужина Понтер и Мэри сели в машину и поехали обратно в Садбери.</p>
    <p>— Сегодня был чудесный день, — сказал Понтер. — Было так здорово выбраться из города. Но, я полагаю, теперь мне предстоит увидеть много новых мест.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Весь мир ждёт встречи с тобой.</p>
    <p>— Понимаю, — сказал Понтер. — И я должен смириться со своей новой ролью… любопытной диковинки.</p>
    <p>Мэри уже было открыла рот, чтобы возразить, но в последний момент решила промолчать. Понтер и был диковинкой; в более жестокие времена его бы ждала судьба циркового урода. Наконец, чтобы оборвать неловкую паузу, она сказала:</p>
    <p>— Наш мир очень разный. То есть, географические различия у нас не больше, чем у вас, но у нас существует множество культур, архитектурных стилей, много древних зданий и сооружений.</p>
    <p>— Я понимаю, что должен путешествовать; это будет мой вклад, — сказал Понтер. — Я думал о том, чтобы остаться здесь, поблизости от Садбери, на случай, если портал вдруг откроется снова, но прошло уже столько времени. Я уверен, что Адекор пытался; похоже, у него не получилось. Видимо, условия эксперимента оказались невоспроизводимы. — Мэри услышала в его словах покорность судьбе. — Да, я поеду туда, куда должен поехать; я не буду цепляться за это место.</p>
    <p>К тому времени они уже отъехали далеко от огней трактира и деревушки, в которой он находился. Мэри выглянула в боковое окно и заметила ночное небо.</p>
    <p>— Боже мой! — вырвалось у неё.</p>
    <p>— Что такое? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Посмотри, сколько звёзд! Никогда не видела их так много! — Мэри вырулила на обочину дороги и отъехала подальше от неё, чтобы не мешать никому, кто мог ехать следом. — Я должна на это посмотреть. — Она вышла из машины, Понтер последовал за ней. — Это божественно, — сказала Мэри, запрокидывая голову и глядя в небеса.</p>
    <p>— Мне всегда нравилось смотреть на звёзды, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Я никогда не видела их такими, — сказала Мэри. — В Торонто такого не увидишь. — Она фыркнула. — Я живу в месте под названием Обсерваторный переулок, но даже в самую тёмную зимнюю ночь там не разглядишь и дюжины звёзд.</p>
    <p>— У нас ночное освещение только внутри домов, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри лишь покачала головой, представив себе мир, которому не нужны фонарные столбы, мир, жители которого не нуждаются в защите от себе подобных. Но внезапно её сердце подпрыгнуло.</p>
    <p>— Там что-то в кустах, — тихо сказала она.</p>
    <p>Она почти не видела Понтера, лишь смутные очертания его тела, но услышала, как он сделал глубокий вдох.</p>
    <p>— Это енот, — сказал он. — Не о чем беспокоиться.</p>
    <p>Мэри расслабилась и снова запрокинула лицо к звёздам. В затылке что-то хрустнуло — поза была не слишком удобная. И тут на неё нахлынули воспоминания юности. Она обошла «неон» спереди, уселась на капот, и, елозя по нему задом, доползла до ветрового стекла, которое удобно легло под спину. Потом похлопала по капоту ладонью и позвала:</p>
    <p>— Эй, Понтер! Залезай сюда.</p>
    <p>Силуэт Понтера двинулся; он точно так же уселся на капот и пополз по нему; металл под ним стонал и прогибался. Наконец, он опёрся на ветровое стекло рядом с Мэри.</p>
    <p>— Мы так делали, когда были детьми, — объяснила Мэри. — Когда отец вывозил нас на природу.</p>
    <p>— Так действительно гораздо удобнее смотреть на небо, — признал Понтер.</p>
    <p>— Точно, — сказала Мэри. Она испустила долгий довольный вздох. — Посмотри на Млечный Путь? Никогда не видела его таким!</p>
    <p>— Млечный Путь? — переспросил Понтер. — А, понимаю. Мы его зовём Ночная Река.</p>
    <p>— Красиво, — сказала Мэри. Она повернула голову направо. Над верхушками деревьев раскинулся ковш Большой Медведицы.</p>
    <p>Понтер тоже повернул туда голову.</p>
    <p>— Вот эта фигура, — сказал он. — Как вы её называете?</p>
    <p>— Большой Ковш, — ответила Мэри. — Ну, по крайней мере, именно эту часть — семь ярких звёзд. Так их называют в Северной Америке. Британцы зовут их Плугом.</p>
    <p><emphasis>Би-ип.</emphasis></p>
    <p>— Земледельческий инструмент.</p>
    <p>Понтер засмеялся.</p>
    <p>— Я мог бы и сам догадаться. Мы зовём их Головой Мамонта. Видишь? В профиль. Изогнутый хобот отходит от квадратной башки.</p>
    <p>— О да, я вижу! А как вы зовёте вон то, зизгагообразное?</p>
    <p>— Треснувший Лёд, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Точно. Очень похоже. Мы называем его Кассиопея — это имя древней царицы. Предполагается, что этот зигзаг очерчивает контур её трона.</p>
    <p>— Гмм, а на этом выступе посередине не больно будет сидеть?</p>
    <p>Мэри рассмеялась.</p>
    <p>— Ну, теперь, когда ты про это сказал… — Она продолжила оглядывать созвездия. — А, скажем, вон то размытое пятно под ним, это что?</p>
    <p>— Это… не знаю, как вы её называете, но это ближайшая к нам большая галактика.</p>
    <p>— Туманность Андромеды! — вспомнила Мэри. — Я же всегда мечтала её увидеть! — Она снова вздохнула и продолжила обозрение. Звёзд было больше, чем она видела за всю свою жизнь. — Это так красиво, — сказала она, — и… о Боже! Боже мой! Что это?!</p>
    <p>Лицо Понтера словно немного светилось.</p>
    <p>— Ночное сияние, — сказал он.</p>
    <p>— Ночное сияние? Ты хочешь сказать, <emphasis>северное</emphasis> сияние?</p>
    <p>— Если оно связано с связано с северным полюсом, то да.</p>
    <p>— Вау! — сказала Мэри. — Северное сияние. Его я тоже никогда в жизни не видела.</p>
    <p>— Совсем-совсем? — в голосе Понтера послышалось удивление.</p>
    <p>— Совсем. Ну, то есть, ведь я живу в Торонто. Это ведь даже южнее Портленда, штат Орегон. — Этот факт всегда приводил американцев в изумление, хотя для Понтера ничего не значил.</p>
    <p>— Я видел это тысячи раз, — сказал Понтер. — Но это никогда не надоедает. — Они некоторое время сидели молча, любуясь извивающимися полотнищами света. — И что, это типично для вашего народа — ни разу в жизни этого не видеть?</p>
    <p>— Думаю, да, — ответила Мэри. — Ведь не так много людей живёт на крайнем севере. Да и юге, если на то пошло.</p>
    <p>— Да, возможно, этим и объясняется… — сказал Понтер.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Ваша неосведомлённость о пронизывающих вселенную электромагнитных волокнах; мы с Лу обсуждали это. Мы открыли эти волокна во время наблюдения за ночным сиянием; это с их помощью мы объясняем наблюдаемую структуру вселенной, а не через большой взрыв, как вы.</p>
    <p>— Ну, — сказала Мэри, — не думаю, что ты многих сможешь убедить в том, что большого взрыва не было.</p>
    <p>— Это нормально. Ваша потребность в убеждении других в своей правоте, я полагаю, тоже уходит корнями в религию; я же доволен уже тем, что сам знаю, что прав, даже если другие об этом не знают.</p>
    <p>Мэри улыбнулась во тьме. Мужчина, который не стесняется плакать, не стремится всё время доказывать свою правоту, мужчина, который уважает женщин и ведёт себя с ними, как с равными. <emphasis>Просто находка</emphasis>, как сказала бы её сестра Кристина.</p>
    <p>И, думала Мэри, очевидно, что Понтеру она нравится, причём несомненно, что за её ум, поскольку она ему должна казаться такой же уродливой, какой он казался… ну, не ей, по крайней мере, не сейчас, но всем другим людям Земли. Только представьте: мужчина, которому она нравится за то, какая она есть, а не за то, какой кажется.</p>
    <p>Просто находка, точно, но…</p>
    <p>Сердце Мэри ёкнуло. Левая рука Понтера нашла во тьме её правую руку и нежно её погладила.</p>
    <p>И внезапно она почувствовала, как напряглась каждая мышца в её теле. Да, она может остаться с мужчиной наедине; да, она может обнять и утешить мужчину. Но…</p>
    <p>Но нет, ещё слишком рано. Слишком. Мэри мягко убрала руку, соскользнула с капота и открыла дверь машины. Хлынувший изнутри свет ослепил её. Она забралась на водительское место; мгновением спустя Понтер уселся на пассажирское. Его лицо было хмурым.</p>
    <p>Остаток пути до Садбери они проделали в молчании.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 42</p>
    </title>
    <subtitle>День восьмой</subtitle>
    <subtitle>Пятница, 9 августа</subtitle>
    <subtitle>148/119/02</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>ПОИСК ПО НОВОСТЯМ</p>
    <p>Ключевые слова: <emphasis>неандерталец</emphasis></p>
    <cite>
     <p>Экстремистская экологическая группировка «Изумрудный рассвет» взяла на себя ответственность за взрыв Нейтринной обсерватории Садбери. Директор обсерватории Бонни Джин Ма заявила, что никакого взрыва не было, а разрушение произошло из-за того, что внутрь установки попал воздух…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Рентгеновские снимки черепа Понтера Боддета были выставлены на торги на сервере аукционов eBay сегодня утром. Цена успела достичь $355 прежде чем администрация сайта сняла заявку с торгов после того, как пресс-секретарь Регионального госпиталя Садбери заявил в эфире радио «Си-Би-Си», что это наверняка подделка…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Канадский доллар подешевел на две трети цента на фоне продолжающегося роста напряжённости в отношениях США и Канады, вызванного разногласиями относительно того, кто должен определять дальнейшую судьбу загадочного пещерного человека…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Из источников в оцеплении вокруг усадьбы Монтего стало известно, что неандертальцы не разделяют некоторых наших научных теорий. Креационистов, несомненно, порадует, что неандертальцы отвергают теорию большого взрыва, которую наша наука считает наилучшим объяснением возникновения вселенной…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Сегодня распространились неподтверждённые слухи о том, что Россия нацелила на Северное Онтарио свои МБР с ядерными боеголовками. «Если в наш мир пришла чума, кто-то должен быть готов стерилизовать заражённые области для блага всего человечества» — сообщил некто, назвавшийся Юрием А. Петровым, на интернет-форуме, посвящённом трансграничным проблемам здравоохранения…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p id="id104445__msoanchor_36">Понтер Боддет согласился бросить первую подачу на стадионе «Скайдом»<a l:href="#id20150414092305_35">[35]</a> в следующий четверг, когда «Блю Джейз» будут принимать «Нью-Йорк Янкиз»…</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p>Согласно проведённому CNN опросу, три вопроса, которые хотят задать неандертальцу больше всего людей, таковы: «Какие в вашем мире женщины?», «Что в вашем мире стало с людьми нашего вида?» и «Верите ли вы в Иисуса Христа?»</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>Лурт, партнёрша Адекора, имела полное право просматривать свой архив алиби когда ей вздумается. Последний раз ей понадобилось это сделать всего несколько месяцев назад, когда её студент случайно стёр с доски формулу, которую она там записала. Вместо того, чтобы пытаться воссоздать её, она просто пришла в здание архива, получила доступ к записям своего алиби, отыскала хорошее, чёткое изображение доски и списала с него формулу.</p>
    <p>Благодаря недавнему посещению архива Лурт знала, что её куб подключён к разъёму номер 13997; она просто назвала этот номер Хранителю Алиби, чтобы та не искала его в компьютере. Хранитель отвёла её к нужной нише, и Лурт направила свой компаньон на синий глазок.</p>
    <p>— Я, Лурт Фрадло, желаю получить доступ к моему собственному архиву алиби по причине личного характера. Дата, время.</p>
    <p>Глазок стал жёлтым; куб согласился, что Лурт действительно та, кем себя называет.</p>
    <p>Хранитель Алиби подняла свой компаньон.</p>
    <p>— Я, Мабла Дабдалб, Хранитель Алиби, сим подтверждаю, что личность Лурт Фрадло была удостоверена в моём присутствии. Дата, время. — Глазок стал красным, а из динамика раздался гудок.</p>
    <p>— Всё готово, — сказала хранительница. — Можете воспользоваться проектором в четвёртой комнате.</p>
    <p>Дабдалб повернулась, чтобы уйти, и Лурт последовала за ней. Она вошла в четвёртую комнату, которая была крошечной каморкой с единственным стулом. Лурт знала, что где-то неподалёку в другой комнате сидит принудитель и просматривает передачу с компаньона Адекора в реальном времени, в момент её приёма и записи на куб.</p>
    <p>Однако смотреть, как что-то записывается — это совсем не то же самое, что записывать и воспроизводить одновременно. Лурт вытянула контрольные стержни, выбрав наугад произвольный день своей жизни, и увидела, как голосфера перед ней заполняется обыденной сценой работы в лаборатории. Оставив запись проигрываться, Лурт вышла из комнаты, якобы направляясь в уборную. А дойдя до участка коридора, в котором никого не было, она натянула пару перчаток для еды, выудила крошечное устройство, которое принесла с собой, включила его и бросила в урну для мусора. Потом сняла перчатки.</p>
    <p>Болбай ошибалась, подумала Лурт, возвращаясь в свою просмотровую комнату и тихо насвистывая. Идеальное место для неотслеживаемого преступления находится не глубоко под землёй. Оно находится здесь, в архиве алиби, где никто не наблюдает за вами в то время, как ваш куб переключен из режима записи в режим воспроизведения…</p>
    <p>Её первой мыслью было воспользоваться сульфидом водорода, который наверняка произвёл бы желаемый эффект. Но концентрация, превышающая 500 частей на миллион, может убить даже за короткое время. Потом она подумала о мускусе хорька, но, проверив формулу, убедилась, что она слишком сложна: транс-2-бутилен-1-тиол, 3-метил-1-бутанетиол, транс-2-бутенила триацетат и прочее. В конце концов она остановилась на сульфиде аммония, любимом средстве детских розыгрышей — пока дети ещё не осознали до конца, что все их действия записываются компаньоном.</p>
    <p>Чутких нюх имеет свои достоинства, хотя Лурт слышала, что одной из причин, почему люди едят так мало растений, тогда как другие приматы только ими и питаются, является то, что существам с таким чувствительным носом трудно мириться с метеоризмом, который является следствием растительной диеты. Но сейчас это было как раз то, что доктор прописал, даже если доктором был физик, пытающийся не пойти под нож.</p>
    <p>Лурт показалось, что она учуяла запах первой, хотя её комната не была ближайшей к тому месту, где она оставила устройство. Впрочем, она ожидала его учуять, так что её нюх был обострён, а ноздри — рефлекторно расширены. Но она не должна быть первой, кто отреагирует. Поэтому она сидела у себя в комнате, пока снаружи не донеслись звуки беготни, потом вышла в коридор, пытаясь сдержать рвотные позывы, вызванные ужасающей вонью. Здоровенный кряжистый мужчина выскочил из одной из соседних просмотровых комнат, зажимая пальцами нос. Лурт подумала, что это, должно быть, и есть принудитель, ведущий наблюдение за Адекором. Догадка подтвердилась, когда она прошла мимо комнаты и через оставшуюся открытой дверь заметила внутри голосферу с выходящими из дома Адекором и Жасмель.</p>
    <p>— Откуда эта вонь? — содрогаясь, спросила Дабдалб, Хранитель Алиби, когда Лурт проходила мимо неё.</p>
    <p>— Какая гадость! — воскликнул другой посетитель, спеша через вестибюль к выходу.</p>
    <p>— Откройте окна! Откройте окна! — крикнул третий.</p>
    <p>Лурт присоединилась к небольшой группе посетителей, торопящихся выбраться из здания на открытый воздух. Лурт знала, что пройдёт не менее четверти дня, прежде чем запах рассеется и в здание можно будет снова войти.</p>
    <p>Она надеялась, что этого времени Адекору хватит, чтобы осуществить задуманное.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>На следующее утро Мэри отправилась в Лаврентийский университет, потратив некоторое время, чтобы отвязаться от поджидавших её в холле «Рамады» журналистов. Они были явно разочарованы, узнав, что Понтер не поселится здесь же. По-видимому, на это намекнул Рубен, пытался сбить их со следа; вчера Мэри отвезла Понтера обратно к Рубену, и, насколько она знала, он всё ещё был там.</p>
    <p>В 10:30 утра Мэри, к своему изумлению, заметила в коридоре рядом со своей лабораторией Луизу Бенуа. На ней были короткие джинсовые шорты и белая рубашка, завязанная узлом на плоском животе. Да, подумала Мэри, сегодня на улице и правда жарко, как в аду, но, в самом деле — она будто <emphasis>напрашивается</emphasis>…</p>
    <p><emphasis>Нет.</emphasis></p>
    <p>Мэри мысленно обругала себя; она не должна так думать. Как бы женщина ни одевалась, она имеет право на безопасность, имеет право ходить и не бояться, что её изнасилуют.</p>
    <p>Мэри решила проявить дружелюбие и извлечь из себя пару французских слов.</p>
    <p>— <emphasis>Bonjour</emphasis>, — сказала она, когда подошла ближе. — <emphasis>Comment ça va?</emphasis></p>
    <p>— Отлично, — ответила Луиза. — А вы как?</p>
    <p>— Всё хорошо. Вас сюда каким ветром?</p>
    <p>Луиза показала на дальний конец коридора.</p>
    <p>— Заходила навестить знакомых ребят с физического. В обсерватории по-прежнему нечего делать. Там закончили откачивать воду, и монтажники с завода начали заново собирать акриловую сферу, но это займёт несколько недель. Так что я решила сходить пообщаться и обсудить одну свою идею — посмотреть, не наделают ли они в ней дыр.</p>
    <p>Мери шла к ряду торговых автоматов, надеясь раздобыть пакетик своих любимых чипсов «Мисс Викки» с морской солью и солодовым уксусом — удовольствие, которое она сейчас могла себе позволить только в финансовом смысле, однако начинать каждую рабочую неделю с 43-граммового пакетика которого уже давно вошло в привычку.</p>
    <p>— И как, наделали? — спросила Мэри. — Дыр в идее, я имею в виду.</p>
    <p>Луиза покачала головой и пошла следом за Мэри в сторону вестибюля.</p>
    <p>— Ну, значит идея первый сорт, не так ли? — сказала Мэри.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_37">— Да, похоже, — согласилась Луиза. Добравшись до вестибюля, Мэри порылась в кошельке в поисках мелочи. Выудив из него гагару<a l:href="#id20150414092305_36">[36]</a> и четвертачок, она скормила их торговому автомату. Луиза тем временем купила в соседнем автомате кофе.</p>
    <p>— Помните ту встречу в конференц-зале «Инко»? — спросила Луиза. — Я тогда сказала, что согласно многомировой интерпретации квантовой механики если квантовое событие может пойти по двум различным путям, оно <emphasis>обязательно</emphasis> пойдёт по двум путям.</p>
    <p>— Расщепление мировой линии, — сказала Мэри, опираясь задом на обтянутый винилом подлокотник стоящего в вестибюле кресла.</p>
    <p>— <emphasis>Oui,</emphasis> — подтвердила Луиза. — Так вот, мы с Понтером довольно долго это обсуждали.</p>
    <p>— Понтер упоминал об этом, — сказала Мэри. — К сожалению, не помню того разговора.</p>
    <p>— Это было поздно ночью, и…</p>
    <p>— Так вы в ту ночь ходили к Понтеру снова, после уроков языка? — Мэри сама не ожидала, что почувствует такую… о Боже, да ведь она <emphasis>ревнует</emphasis>.</p>
    <p>— Ага. Я ж ночью почти не сплю, сами знаете. Хотела побольше узнать об их взглядах на физику.</p>
    <p>— И? — сказала Мэри, пытаясь совладать с голосом.</p>
    <p>— Ну, это было интересно, — сказала Луиза и отхлебнула кофе. — В нашем мире существует две интерпретации квантовой механики: копенгагенская интерпретация и многомировая интерпретация Эверетта. Первая постулирует особую роль наблюдателя — что сознание фактически формирует реальность. Но дело в том, что некоторых физиков эта идея не удовлетворяет, поскольку они видят в ней возврат к витализму. Многомировая интерпретация Эверетта стала попыткой обойти это противоречие. Она гласит, что квантовые явления приводят к постоянному расщеплению вселенной, так что каждый возможный результат квантового события реализуется, но в своей отдельной вселенной. Для формирования реальности не нужен наблюдатель; наоборот: каждый мыслимый вариант реальности возникает автоматически.</p>
    <p>— О'кей, — сказала Мэри, не потому что и впрямь всё поняла, а чтобы не затягивать лекцию.</p>
    <p>— Так вот, у народа Понтера есть одна-единственная квантовомеханическая теория, которая является как бы синтезом двух наших. Они допускают существование многих миров — то есть, параллельных вселенных, но возникновение этих вселенных вызывается не случайными квантовыми процессами. Скорее, это происходит лишь в результате <emphasis>действий осознающих себя наблюдателей</emphasis>.</p>
    <p>— А почему у нас нет такой объединенной теории? — спросила Мэри, пережёвывая один особенно крупный чипс.</p>
    <p>— Частично из-за того, что математические модели двух интерпретаций противоречат друг другу, — сказала Луиза. — И, конечно, из-за старинной проблемы политики в науке: физики, отстаивающие копенгагенскую интерпретацию, потратили жизнь на доказательство её верности, так же, как и учёные из лагеря Эверетта. Просто заявить теперь, что «возможно, мы частично были правы, а частично ошибались» они уже не могут.</p>
    <p>— Ах, — сказала Мэри, — это всё равно как мультирегиональная гипотеза против гипотезы замещения в палеоантропологии.</p>
    <p>Луиза кивнула.</p>
    <p>— Вам виднее. Но предположим, что неандертальская синтетическая теория верна. Она подразумевает, что сознание — человеческая воля — обладает способностью создавать новые вселенные. Это поднимает важный вопрос. Предположим, что в самом начале, в момент большого взрыва, была лишь одна вселенная. В какой-то более поздний момент она начала расщепляться.</p>
    <p>— А я думала, что Понтер не верит в большой взрыв, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Да, по-видимому, неандертальские учёные считают, что вселенная существует вечно. Они считают, что красное смещение — наше основное доказательство расширения вселенной — пропорционально не расстоянию, а возрасту; другими словами, что масса изменяется со временем. Они также думают, что макроструктуры галактик и галактических скоплений создаются монополями и сжимающими плазму магнитными вихревыми волокнами. Понтер говорит, что фоновое микроволновое излучение, которое мы считаем реликтовым излучением большого взрыва, это результат поглощения и переизлучения микроволновых волн электронами, захваченными этими магнитными полями. Многократное поглощение и переизлучение, происходящее во многих галактиках, по словам Понтера, сглаживает эффект и создаёт однородное фоновое излучение, которое мы регистрируем.</p>
    <p>— И как, вам это кажется правдоподобным? — спросила Мэри.</p>
    <p>Луиза пожала плечами.</p>
    <p>— Будем разбираться. — Она отхлебнула ещё кофе. — Но знаете, рассказав мне это, Понтер сказал ещё одну поразительную вещь.</p>
    <p>— Какую? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Я так понимаю, вы показали ему церковную службу, так?</p>
    <p>— Да. По телевизору.</p>
    <p>Луиза уселась в одно из обтянутых винилом кресел.</p>
    <p>— Ну, — сказала она, — по-видимому, после этого он провёл какое-то время за просмотром «Вижн-TV», изучая это явление. Он сказал, что наша теория возникновения вселенной — такой же миф о сотворении мира, какой описан в Библии. «В начале Бог сотворил небо и землю» и всё такое. «Даже ваша наука, — сказал Понтер, — оказалась заражена ошибками религии».</p>
    <p>Мэри сползла с подлокотника и тоже уселась как следует.</p>
    <p>— Вы знаете… в общем, физика — это ваша область, а не моя, но вполне возможно, что он прав. Я упомянула про борьбу мультирегиональной теории и теории замещения; её ещё называют африканской. Так вот, давно отмечено, что теория замещения, которую разделяю я и другие генетики, также в целом имеет вполне библейские черты: человечество вышло из Африки уже сформировавшимся, словно изгнанное из рая, и существует ясно различимая граница между нами и остальным животным царством, включая даже ещё существующих в ту эпоху других представителей рода Homo.</p>
    <p>— Интересная точка зрения, — сказала Луиза.</p>
    <p>— Но также можно сказать, что и другая сторона отстаивает библейскую интерпретацию: параллели между мультирегионализмом и десятью потерянными коленами израилевыми просто лезут в глаза. Кроме того, есть гипотеза «митохондриальной Евы» — что все ныне живущие люди ведут свой род от единственной женщины, жившей сотни тысяч лет назад. Само упоминание Евы в названии теории кричит о том, что её продвигают скорее из-за резонанса с библейской легендой, чем из-за её научной ценности. — Мэри помолчала. — Простите, вы говорили о неандертальских взглядах на квантовую физику…</p>
    <p>— Ах, да, — сказала Луиза. — Так вот, я подумала: а что, если они правы насчёт того, как расщепляется вселенная, но неправы относительно её бесконечного существования. Если бы у вселенной и правда было начало, то когда произошло бы первое расщепление?</p>
    <p>Мери наморщила лоб.</p>
    <p>— Ну, гмм, я не знаю. Думаю, тогда, когда кто-то в первый раз принял какое-то решение.</p>
    <p>— Именно! Я считаю, что именно так и есть. А когда было принято самое первое решение? — Луиза помолчала. — Вы знаете, это в самом деле интересно — мнение Понтера о том, что наше научное мировоззрение всегда подспудно пытается пересказать всё тот же миф о сотворении, большой взрыв и ваши модели эволюции гоминид как современный пересказ Книги Бытия. Возможно, и я впадаю в то же самое заблуждение. В конце концов, в Библии первым решением, принятым кем-то, кроме самого Господа, было решение Евы взять яблоко — первородный грех, и, в общем, можно считать, что оно расщепило вселенную. В одной из них, в той, где мы предположительно живём, человечество изгнали из рая. В другой — нет. Фактически, это очень напоминает случай самого Понтера — переход из одной версии реальности в другую.</p>
    <p>Мэри совершенно запуталась.</p>
    <p>— О чём вы говорите?</p>
    <p>— Я говорю о Марии, матери Иисуса. Вы ведь католичка, не так ли?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Я заметила, что вы носите распятие. — Мэри смущённо опустила взгляд. — Я тоже католичка, — продолжала Луиза. — Так вот, как католичка, вы, вероятно, не сделаете такой же ошибки, какую делают многие другие люди. Доктрина непорочного зачатия — многие считают, что это просто вычурный термин, означающий, что Христа родила девственница, но ведь это не так, не правда ли?</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — Нет, этот термин относится к зачатию самой Марии. Она смогла родить сына Божьего потому, что сама была зачата свободной от первородного греха — это <emphasis>её</emphasis> зачатие было непорочным.</p>
    <p>— Именно. Так вот, откуда возьмётся некто, свободный от первородного греха, в мире, ведущем свой род от Адама и Евы?</p>
    <p>— Без понятия, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Не догадываетесь? — сказала Луиза. — Это ведь словно Мария переместилась в нашу вселенную из другой временно́й линии, в которой Ева не взяла яблоко, в которой не было грехопадения, в которой люди живут, не зная первородного греха.</p>
    <p>Мэри с сомнением кивнула.</p>
    <p>— Ну, можно предположить и такое.</p>
    <p>Луиза улыбнулась.</p>
    <p>— Видите, вы увидели параллель между Понтером и Девой Марией почти сразу. Теперь вернёмся в предыдущему вопросу: если он прав, и вселенная расщепляется каждый раз, как кто-то принимает решение, то когда это произошло впервые? И вы сказали — тогда, когда было принято первое решение. Но когда это было? Не в Библии, а, скажем так, в реальности?</p>
    <p>Мэри выудила из пакетика очередной чипс.</p>
    <p>— Не знаю. Первый раз, как трилобит повернул налево, а не направо?</p>
    <p>Луиза поставила картонный стаканчик с кофе на стоящий рядом столик.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_38">— Нет, не думаю. У трилобитов нет воли; они, как и прочие ранние формы жизни — лишь химические машины. Стивен Джей Гулд<a l:href="#id20150414092305_37">[37]</a> постоянно говорит в своих книгах о перемотке ленты жизни и получении иных результатов, и когда он такое говорит, то думает, что намекает на теорию хаоса. Но он не прав. Сколько бы раз вы не помещали трилобита на одну и ту же развилку, он всегда выберет один и тот же маршрут. Трилобиты не мыслят; у них нет сознания. Они лишь обрабатывают сигналы органов чувств и делают то, что они диктуют. Они не принимают решений. Гулд прав — ну, почти прав — в том, что если изменить начальные условия, то можно получить радикально иной результат, но перемотка ленты жизни и повторное её воспроизведение не даст иного результата, точно так же, как многократным показом «Унесённых ветром» не удастся добиться того, чтобы Ретт и Скарлет не расставались в финале. Я думаю, что способность принимать решения, делать <emphasis>осознанный</emphasis> выбор, появилась много, много позже. Я думаю, что мы, Homo sapiens, стали первыми мыслящими существами на планете.</p>
    <p>— И более ранние формы людей демонстрировали сложное поведение, — сказала Мэри. — Homo ergaster, Homo erectus, Homo habilis, даже австралопитеки и кениантропы.</p>
    <p>— Ну, это, конечно, ваша область, профессор Воган, — она что, и правда за всё время карантина не догадалась предложить Луизе перейти на «ты» и называть друг друга по имени? — но я много читала по этой проблеме в интернете. Насколько я могу судить, поведение всех этих ранних форм людей было не сложнее, чем поведение семьи бобров, строящих плотину.</p>
    <p>— Они изготовляли орудия, — сказала Мэри.</p>
    <p>— <emphasis>Oui,</emphasis> — сказала Луиза. — Но не было ли это механическим повторением? Разве не оставались их орудия практически идентичными на протяжении сотен и тысяч лет? Сделанными словно по одному и тому же воображаемому образцу, по одному чертежу?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Это правда.</p>
    <p>— Разумеется, у орудий были какие-то естественные отличия, — сказала Луиза, — там ударили под чуть другим углом, сям отщепилось больше, чем обычно. Если бы за этой работой стояло сознание, то древние люди, даже не придумав ничего лучшего сами, замечали бы, что некоторые изделия выходят лучше других. Ну, это как колесом: вам не обязательно сразу придумать круглое колесо, вы можете их делать, скажем, пятиугольными, а потом случайно сделать шестиугольное и заметить, что оно катится лучше. В конце концов, шаг за шагом вы дойдёте до идеально круглого колеса.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Но если работа делается бессознательно, — сказала Луиза, — то вы просто выкидываете изделие, которое не соответствует вашему мысленному представлению о том, что вы собирались изготовить. Понимаете? Именно так всё и выглядит в археологической летописи: никакого постепенного усовершенствования со временем, орудия остаются теми же самыми. И единственное объяснение, которое я могу предложить — что не было осознанного отбора лучших вариантов; что изготовитель не умел, не мог увидеть, что <emphasis>этот</emphasis> конкретный способ бить галькой о гальку производит несколько лучший эффект, чем <emphasis>тот</emphasis> способ.</p>
    <p>— Интересная версия, — сказала Мэри, искренне заинтересованная.</p>
    <p>— А когда мы видим сложное повторяемое поведение у других животных — такое, как строительство бобровой плотины — мы называем его инстинктивным, так что такое вот изготовление орудий — это именно инстинкт. Нет, до Homo sapiens сознания не было, и, что самое важное, его не было в первые шестьдесят тысяч лет существования Homo sapiens.</p>
    <p>— О чём вы говорите? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Когда впервые появились анатомически современные люди? — спросила Луиза, снова беря свой кофе.</p>
    <p>— Около ста тысяч лет назад.</p>
    <p>— Да, именно это число я находила в интернете. Так вот, правильно ли я понимаю? Сто килолет назад впервые появились существа, которые выглядели в точности как мы и ходили так же, как мы, верно? Существа с мозгом такого же объёма и формы, насколько можно судить по виду внутренней поверхности черепа.</p>
    <p>— Всё верно, — сказала Мэри. Он уже доела чипсы и искала в сумочке «клинекс», чтобы вытереть жирные пальцы.</p>
    <p>— Но, — сказала Луиза, — согласно тому, что я читала, в течение шестидесяти тысяч лет они не думали никаких мыслей. В течение шестидесяти тысяч лет они не делали ничего, что не было бы инстинктивным. Но потом, примерно сорок тысяч лет назад, всё внезапно изменилось.</p>
    <p>Глаза Мэри округлились.</p>
    <p>— Большой Скачок!</p>
    <p>— Именно!</p>
    <p>Мэри почувствовала, как у неё возбуждённо забилось сердце. Большим Скачком некоторые антропологи называли культурное пробуждение, случившееся примерно 40000 лет назад; его также называли верхнепалеолитической революцией. Как и сказала Луиза, люди современного типа к этому времени уже существовали около шестидесяти тысяч лет, но они не создавали никаких предметов искусства, не носили украшений и ничего не клали в могилы умерших. Но внезапно, 40000 лет назад, люди повсеместно начали рисовать на стенах пещер, начали носить ожерелья и браслеты, начали хоронить умерших вместе с едой, инструментами и прочими ценными вещами, которые могли им пригодиться только в предполагаемой загробной жизни. Искусство, мода и религия возникли одновременно; это был поистине большой скачок вперёд.</p>
    <p>— Вы хотите сказать, что 40000 лет назад кроманьонцы внезапно начали делать выбор, и вселенная начала расщепляться?</p>
    <p>— Не совсем, — сказала Луиза. Она, очевидно, уже допила свой кофе, поэтому встала и купила ещё. — Подумайте вот о чём: что было <emphasis>причиной</emphasis> Большого Скачка?</p>
    <p>— Никто не знает, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Но вы согласны, что в археологической летописи это маркер пробуждения самосознания, наступления эпохи сознательной деятельности?</p>
    <p>— Должно быть, так, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Но это пробуждение не сопровождалось никакими заметными физическими изменениями. Не появилось нового вида людей, способных к занятиям искусством. Мозги, <emphasis>способные</emphasis> к таким занятиям, существовали в течение шестидесяти тысяч лет, но они не осознавали себя. А потом что-то случилось.</p>
    <p>— Случился Большой Скачок, да. Но, как я сказала, никто не знает, почему.</p>
    <p>— Вы читали Роджера Пенроуза? «Новый ум короля»?</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Пенроуз — математик из Оксфорда. Он доказывает, что человеческое сознание имеет квантовую природу.</p>
    <p>— И что это означает?</p>
    <p>— Это означает, что то, что мы называем мышлением, разумностью, базируется не на биохимической сети нейронов или чём-то настолько же грубом. Мышление есть результат квантовых процессов. Он и анестезиолог Стюарт Хамерофф утверждают, что феномен сознания создаётся суперпозицией квантовых состояний электронов в микротрубочках клеток мозга.</p>
    <p>— Гмм, — с сомнением в голосе промычала Мэри.</p>
    <p>Луиза отхлебнула кофе из нового стакана.</p>
    <p>— Вы ещё не видите? Это объясняет Большой Скачок. Конечно, наши мозги сейчас точно такие же, как и сто тысяч лет назад, но сознание не возникло, пока не произошло некое квантовомеханическое событие, предположительно случайное: первое и единственное отщепление новой вселенной, случившееся в соответствии с моделью Эверетта.</p>
    <p>Мэри кивнула; гипотеза и правда весьма интересная.</p>
    <p>— А квантовые события в силу самой своей природы всегда имеют несколько исходов, — сказала Луиза. — Вместо квантовой флуктуации или чего-то ещё, пробудившего сознание в Homo sapiens, то же самое могло произойти у другого вида людей, существовавших 40000 лет назад — у человека неандертальского. Первое расщепление вселенной было случайностью, квантовым всплеском. В одной версии вселенной сознание возникло у наших предков; в другой — у предков Понтера. Я читала, что впервые неандертальцы появились где-то 200000 лет назад?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— И мозг у них был даже крупнее, чем у нас?</p>
    <p>Мэри снова кивнула.</p>
    <p>— Но в нашем мире, — сказала Луиза, — на этой временной линии, в их мозгу так и не зажглось сознание. Вместо этого оно зажглось в нашем, и преимущество, которое мы вследствие этого получили — хитрость и способность думать наперёд — позволили нам одержать верх над неандертальцами и стать властелинами мира.</p>
    <p>— Ага, — сказала, Мэри. — А в мире Понтера…</p>
    <p>Луиза кивнула.</p>
    <p>— В мире Понтера случилось наоборот. Это неандертальцы осознали себя, развили культуру и искусство — и вместе с ними хитрость; это они совершили Большой Скачок, тогда как мы остались бессловесными дикарями, какими были предыдущие шестьдесят тысяч лет.</p>
    <p>— Полагаю, это возможно, — сказала Мэри. — У вас из этого получилась бы хорошая статья.</p>
    <p>— Больше того, — сказала Луиза. Она отпила ещё кофе. — Если я права, это означает, что Понтер сможет вернуться домой.</p>
    <p>Мэри встрепенулась.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Я исхожу частично из того, что рассказал Понтер, и частично из нашего понимания квантовой теории. Предположим, что каждый раз, как вселенная расщепляется, она делает это не подобно амёбе — когда на месте амёбы возникает двое её потомков, а первоначальная амёба исчезает. Вместо этого предположим, что это больше похоже на роды у позвоночных: вселенная-прародительница продолжает существовать, и рядом появляется её копия.</p>
    <p>— Так? — сказала Мэри. — И что?</p>
    <p>— Ну, тогда, видите ли, вселенные окажутся разного возраста. Они могут <emphasis>выглядеть</emphasis> абсолютно идентичными, за исключением того, что вы выбрали на завтрак сегодня утром, но одной из них двенадцать миллиардов лет, а другой, — она взглянула на наручные часы, — всего несколько часов. Разумеется, будет <emphasis>казаться</emphasis>, что ей тоже двенадцать миллиардов лет, но на самом деле это будет не так.</p>
    <p>Мэри нахмурилась.</p>
    <p>— Гмм, Луиза, а вы, часом, не креационистка?</p>
    <p>— <emphasis>Quoi?</emphasis> — Но потом она рассмеялась. — Нет-нет-нет, но я вижу параллель, на которую вы намекаете. Нет, сейчас я говорю исключительно с точки зрения физики.</p>
    <p>— Как скажете. Но как это связано с возможностью для Понтера вернуться домой?</p>
    <p>— Так вот, предположим, что эта вселенная, та, в которой мы с вами находимся — это оригинальная вселенная, в которой осознали себя Homo sapiens, та, что отделилась от вселенной, где это сделали неандертальцы. Все бесчисленные вселенные, в которых существуют мыслящие Homo sapiens, будут дочерними по отношению к ней. Или внучатными, или правнучатными и так далее.</p>
    <p>— Это весьма произвольное предположение, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Оно было бы таковым, не будь у нас других доказательств. А одно у нас есть, и это как раз прибытие Понтера к нам, а не в любую другую вселенную из бесчисленного множества. Когда квантовый компьютер Понтера исчерпал множество вселенных, в которых существовал его аналог, что он тогда сделал? Понятное дело, попытался обратиться к тем, в которых его не существует. И в процессе он сперва попал в ту, что отделилась от всего дерева вселенных с существующими в них квантовыми компьютерами, в ту, которая сорок тысяч лет назад пошла по совсем другому пути, с другим доминирующим видом людей. Разумеется, как только компьютер наткнулся на вселенную, в которой его не существует, процесс факторизации аварийно завершился, и контакт между двумя мирами был прерван. Однако если в мире Понтера в точности воспроизведут процесс, завершившийся его переброской сюда, я думаю, есть немалая вероятность того, что портал откроется снова именно в нашу вселенную, первой отделившейся от их линии развития.</p>
    <p>— Многовато «если», — сказала Мэри. — Кроме того, если они могут повторить эксперимент, почему они этого до сих пор не сделали?</p>
    <p>— Я не знаю, — сказала Луиза. — Но если я права, то дверь в мир Понтера может открыться снова.</p>
    <p>Мэри ощутила, как что-то переворачивается у неё внутри — помимо картофельных чипсов — когда она попыталась разобраться, какие именно чувства вызвало в ней это известие.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 43</p>
    </title>
    <p>Адекор Халд осматривал шахтного робота, приготовленного для него Дерном. Устройство выглядело довольно жалко — набор шестерёнок, тяг и механических клешней, отдалённо напоминающий сосну с обсыпавшейся хвоей. В недавнем прошлом робот явно пережил пожар — Адекор вспомнил, что слышал о пожаре на шахте месяца четыре назад. Некоторые компоненты робота сплавились, металлические части были сильно изношены, а вся конструкция была черна, словно вымазана сажей. Дерн сказал, что робота должны были отправить на слом и переработку, так что никто не удивится, если он исчезнет.</p>
    <p>Наладить управление роботом удалось не сразу. Хотя и существовали роботы с искусственным интеллектом, они были очень дороги. Конкретно этот не умел сам делать то, что от него требовалось; им нужно было управлять дистанционно. Радиосигналами пользоваться было нельзя, они могли повредить квантовые регистры и сделать невозможным воспроизведение условий эксперимента. Поэтому Дерн просто протянул оптоволоконный кабель от робота до небольшого управляющего блока, который укрепил на консоли в пультовой квантового компьютера. С помощью двух рычажков, которые управляли руками робота, он заставил его нажать сверху на регистр 69 так же, как это делал Понтер.</p>
    <p>Адекор взглянул на Дерна.</p>
    <p>— Всё готово?</p>
    <p>Дерн кивнул.</p>
    <p>Он посмотрел на присутствующую тут же Жасмель.</p>
    <p>— Готова?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Десять, — сказал Адекор, стоя у консоли компьютера; он выкрикивал числа так же громко, как в прошлый раз, хотя сейчас в вычислительной камере его некому было слушать.</p>
    <p>— Девять. — Он отчаянно надеялся, что всё сработает — ради Понтера и ради себя самого.</p>
    <p>— Восемь. Семь. Шесть.</p>
    <p>Он посмотрел на Дерна.</p>
    <p>— Пять. Четыре. Три.</p>
    <p>Он ободряюще улыбнулся Жасмель.</p>
    <p>— Два. Один. Ноль.</p>
    <p>— Эй! — вскрикнул Дерн. Его блок управления рывком соскочил с консоли и запрыгал по полу; выходящий из него оптический кабель туго натянулся.</p>
    <p>Адекор ощутил порыв ветра, но хлопка в ушах не было; давление в комнате существенно не менялось. Как будто воздух просто <emphasis>заменили</emphasis> другим…</p>
    <p>Губы Жасмель складывались в слова «Не может быть», но звук её голоса полностью заглушил ветер.</p>
    <p>Дерн, метнувшись через помещение, задержал уползающий блок управления, наступив на него. Адекор бросился к окну в вычислительную камеру.</p>
    <p>Робот <emphasis>исчез</emphasis>. Однако…</p>
    <p>…однако кабель был туго натянут в полусажени от пола. Он тянулся от двери в пультовую примерно на две трети поперечника вычислительной камеры, а потом…</p>
    <p>А потом пропадал, растворялся в воздухе, словно уходя в дыру в невидимой стене рядом с регистром 69.</p>
    <p>Адекор посмотрел на Дерна. Дерн посмотрел на Жасмель. Жасмель посмотрела на Адекора. Все трое бросились к монитору, который показывал изображение с обзорной камеры робота. Но там всё было черным-черно.</p>
    <p>— Робот уничтожен, — сказала Жасмель. — Как мой отец.</p>
    <p>— Возможно, сказал Дерн. — Или, может быть, видеосигнал не проходит сквозь… это.</p>
    <p>— Или, — добавил Адекор, — он попал в совершенно тёмное помещение.</p>
    <p>— Что… что нам делать дальше? — спросила Жасмель.</p>
    <p>Дерн слегка пожал своими округлыми плечами.</p>
    <p>— Давайте вытянем его обратно, — предложил Адекор. — Посмотрим, может ли что-нибудь выдержать прохождение через эту штуку. — Он вошёл в вычислительную камеру и прикоснулся к кабелю, в нескольких шагах от него уходящему в никуда примерно на уровне пояса. Потом он схватился за него двумя руками и осторожно потянул.</p>
    <p>Позади него в камеру вошла Жасмель и тоже стала тянуть.</p>
    <p>Тянуть было довольно легко, но было ясно, что на другом его конце имеется груз, словно там, по другую сторону, робот висит на нём над бездной.</p>
    <p>— Какое натяжение выдерживают кабельные коннекторы на самом роботе? — спросил Адекор Дерна, который, поскольку ему больше не надо было удерживать блок управления, тоже вышел в вычислительную камеру.</p>
    <p>— Это самое обычное <emphasis>бедонк</emphasis>-подключение.</p>
    <p>— Кабель может оборваться?</p>
    <p>— Если дёрнешь достаточно сильно. Там есть маленькие фиксаторы, которые защёлкиваются вокруг кабеля и удерживают его на месте.</p>
    <p>Адекор и Жасмель продолжали очень плавно вытягивать кабель.</p>
    <p>— А ты их защёлкнул?</p>
    <p>— Я… я не помню, — сказал Дерн. — Может быть. Я подсоединял и отключал кабель несколько раз, когда налаживал управление…</p>
    <p>Адекор и Жасмель уже вытянули около трёх саженей кабеля, и тут…</p>
    <p>— Смотрите! — крикнула Жасмель.</p>
    <p>Угловатый корпус робота показался из-за… пока нельзя было сказать, из-за чего. Стало видно основание машины, словно она проходила через подвешенное в воздухе невидимое отверстие, формой совпадающее с сечением робота.</p>
    <p>Дерн поспешил через вычислительную камеру, громко шлёпая застёгнутыми штанинами о гладко отполированный пол. Он протянул руку и схватил один из суставчатых манипуляторов робота, наполовину высунувшийся прямо из воздуха. И он сделал это как раз вовремя, потому что в этот момент коннектор не выдержал, и Адекор с Жасмель повалились на пол. Они быстро вскочили на ноги и увидели, как Дерн вытаскивает робота — Адекору снова пришло на ум это определение — с другой стороны.</p>
    <p>Они подошли к Дерну, который теперь сидел на полу; перевёрнутый робот валялся рядом с ним. Он не казался повреждённым более, чем уже был до того. Однако Дерн с изумлением на лице осматривал свою левую руку.</p>
    <p>— С тобой всё в порядке? — спросил Адекор.</p>
    <p>— Моя рука… — сказал Дерн.</p>
    <p>— Что с ней? Она сломана?</p>
    <p>Дерн поднял голову.</p>
    <p>— Нет, с ней всё в порядке. Но… когда я в первый раз схватил робота… когда кабель оборвался, и робота потянуло назад… руку утянуло <emphasis>туда</emphasis> вместе с ним. Она прошла через эту штуку и исчезла.</p>
    <p>Жасмель взяла Дерна за руку и осмотрела её.</p>
    <p>— Выглядит нормально. А какие были ощущения?</p>
    <p>— Я ничего особого не почувствовал. Но выглядело это так, как будто её отрезали чуть выше пальцев, и срез был идеально ровный, но никакого кровотечения, и линия среза сдвигалась к пальцам, когда я потянул руку на себя.</p>
    <p>Жасмель содрогнулась.</p>
    <p>— Ты уверен, что нормально себя чувствуешь? — спросил Адекор.</p>
    <p>Дерн кивнул.</p>
    <p>Адекор ступил вперёд на полшага туда, где находилось отверстие. Он медленно вытянул правую руку и осторожно поводил ею из стороны в сторону. Чем бы ни была загадочная дверь, сейчас она, по-видимому, закрылась.</p>
    <p>— Что теперь? — спросила Жасмель.</p>
    <p>— Ну, я не знаю, — сказал Адекор. — Мы можем поставить на робота лампу?</p>
    <p>— Раз плюнуть, — сказал Дерн. — Можно снять с головного протектора. У вас тут есть запасные?</p>
    <p>— На полке в комнате для еды.</p>
    <p>Дерн кивнул, потом поднял руку и повращал кистью — ладонью вверх, ладонью вниз, словно видел её в первый раз.</p>
    <p>— Я не поверил своим глазам, — тихо произнёс он. Потом тряхнул головой, будто сбрасывая наваждение, и пошёл искать лампу.</p>
    <p>— Ты, конечно, понимаешь, что произошло, — сказала Жасмель, пока они ждали возвращения Дерна. — Мой отец провалился сквозь эту штуку. Поэтому не нашли никаких следов тела.</p>
    <p>— Но, похоже, другая сторона не на уровне пола, — сказал Адекор. — Он, должно быть, упал, и…</p>
    <p>Жасмель подняла бровь.</p>
    <p>— И мог сломать себе шею. Из чего… из чего следует, что на другой стороне мы можем увидеть…</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— Его мёртвое тело. Эта мысли приходила мне в голову, прости… но на самом деле я ожидал увидеть его утонувшим в ёмкости с тяжёлой водой. — Он обдумал эту мысль, потом ощупал робота — он был совершенно сухой. — Когда пропал Понтер, на другой стороне был резервуар с тяжёлой водой, и… <emphasis>хрящ!</emphasis></p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Мы, должно быть, попали в <emphasis>другую</emphasis> вселенную, не в ту, в которую провалился Понтер.</p>
    <p>У Жасмель затряслись губы.</p>
    <p>Адекор поставил робота на шасси. Проверил кабельное гнездо — оно выглядело пристойно. Жасмель тем временем сходила за кабелем и принесла его конец Адекору; вид у неё был очень печальный. Адекор подключил кабель к роботу, а потом опустил фиксаторы, которые вошли в специальные бороздки на коннекторе кабеля.</p>
    <p>Дерн тем временем вернулся с двумя электрическими фонарями и круглой батареей питания. Он также захватил моток клейкой ленты, которой прочно закрепил лампы на корпусе робота по бокам от его обзорной камеры.</p>
    <p>Они установили робота в исходное положение у регистра 69 и вернулись в пультовую. Адекор взял коробку из-под оборудования и встал на неё, чтобы не отходя от консоли видеть происходящее в вычислительной камере через окно, просто оглянувшись через плечо.</p>
    <p>Он снова произвёл обратный отсчёт:</p>
    <p>— Десять. Девять. Восемь. Семь. Шесть. Пять. Четыре. Три. Два. Один. Ноль.</p>
    <p>В этот раз Адекор увидел весь процесс. Портал открылся как расширяющийся обруч синего пламени. Он снова услышал шум ветра, и робот, оказавшийся словно на самом краю обрыва, кувыркнулся вперёд и пропал. Управляющий кабель натянулся, синий обруч сжался вокруг него и исчез.</p>
    <p>Все трое одновременно обернулись к квадратному видеомонитору. Поначалу казалось, что видеосигнала снова нет, но потом лучи ламп, видимо, наткнулись на что-то — стекло или пластик — и они на короткое время увидели отражённый свет. Но это было и всё; должно быть, помещение, в котором висел на кабеле робот, было немалого размера.</p>
    <p>Лучи ламп опять заплясали на чём-то — пересекающиеся металлические трубки? Робот раскачивался на конце кабеля, словно маятник.</p>
    <p>А потом вдруг всё осветилось, словно…</p>
    <p>— Кто-то включил свет, — сказала Жасмель.</p>
    <p>Теперь стало ясно, что робот и правда качается на свисающем кабеле. Они успели заметить участок скальной стены, и другую скальную стену, и…</p>
    <p>— Что это? — воскликнула Жасмель.</p>
    <p>Они видели это всего мгновение: что-то вроде лестницы, прислонённой к изгибающейся стене огромного помещения, и сбегающая вниз по ней фигура в синей одежде.</p>
    <p>Комната продолжала вращаться, и они разглядели огромную решётчатую конструкцию, стоящую на полу, в узлах которой виднелись какие-то металлические цветы.</p>
    <p>— Никогда не видел ничего подобного, — сказал Дерн.</p>
    <p>— Как красиво, — сказала Жасмель.</p>
    <p>Адекор затаил дыхание. Камера по-прежнему вращалась. Она снова показала лестницу, и ещё две фигурки, спускающиеся по ней, и потом робот снова повернулся в другую сторону.</p>
    <p>Фигурки, одетые в свободные синие комбинезоны и с ярко-жёлтыми скорлупками на головах мелькнули на экране ещё дважды, каждый раз на мучительно короткое время. Для мужчин они были слишком узкоплечи; Адекор предположил, что это женщины, хотя и для женщин они были слишком худы. Однако их лица, хоть и мелькнули перед глазами на какие-то мгновения, были явно лишены растительности, и…</p>
    <p>Изображение внезапно дёрнулось и застыло; робот больше не вращался. Сбоку появилась рука и на короткое время закрыла всё поле зрения — странная, хилая на вид рука с коротким большим пальцем и чем-то вроде металлической полоски, обёрнутой вокруг безымянного. Рука, по-видимому, вцепилась в робота, остановив его вращение. Дерн лихорадочно работал с контрольным блоком, направляя камеру вниз так быстро, как позволяла конструкция, и вот они уже смотрят в лицо того, кто, подняв руки вверх, удерживал робота в неподвижном положении.</p>
    <p>Дерн ахнул. Адекор ощутил желудочный спазм. Существо было отвратительным и уродливым; его нижняя челюсть торчала вперёд, словно на челюстной кости образовался огромный нарост.</p>
    <p>Отталкивающее существо по-прежнему держало робота, пытаясь стянуть его вниз, ближе к полу; шасси робота находилось примерно в половине человеческого роста над полом гигантского помещения.</p>
    <p>Пока камера робота опускалась, Адекор успел заметить большое отверстие в нижней части решётчатой сферы, словно её частично разобрали. На полу помещения лежали гигантские изогнутые куски стекла или прозрачного пластика, сложенные один на другой; должно быть, это они отражали свет ламп в самый первый момент. Эти огромные куски стекла выглядели так, будто когда-то были сегментами поверхности гигантской сферы.</p>
    <p>В поле зрения камеры время от времени появлялись ещё три существа, такие же деформированные, как и первое. У двух из них также отсутствовали волосы на лице. Один указывал рукой на робота; его рука была тонкая, словно ветка.</p>
    <p>Жасмель опустила руки на бёдра и поражённо покачала головой.</p>
    <p>— Кто это такие? — спросила она.</p>
    <p>Адекор изумлённо молчал, лишь мотнул головой в ответ.</p>
    <p>— Какая-то разновидность приматов? — предположила Жасмель.</p>
    <p>— Не шимпанзе и не бонобо, — сказала Дерн.</p>
    <p>— Нет, — сказал Адекор, — хоть они и такие же тощие. Но они почти безволосы. Они больше похожи на нас, чем на обезьян.</p>
    <p>— Жаль, что они носят эти штуковины на головах, — сказал Дерн. — Интересно, зачем они?</p>
    <p>— Для защиты? — предположил Адекор.</p>
    <p>— Не слишком эффективно, я бы сказал, — заметил Дерн. — Если что-то падает на голову, то удар принимает на себя шея, а не плечи.</p>
    <p>— Папы нигде не видно, — сказала Жасмель.</p>
    <p>Все трое на какое-то время затихли. Потом Жасмель заговорила снова:</p>
    <p>— Знаете, на кого они похожи? На первобытных людей — как те окаменелости в залах <emphasis>галдараб</emphasis>.</p>
    <p>Адекор сделал пару шагов назад; предположение Жасмель потрясло его в буквальном, физическом смысле. Он нашёл стул, повернул его сиденьем к себе и опустился на него.</p>
    <p>— Глексенские люди, — вспомнил он научный термин; Глексен — название местности, в которой впервые нашли окаменелости единственных приматов без надбровных дуг и с этими смешными выростами на нижней челюсти.</p>
    <p>Мог их эксперимент затронуть другие мировые линии, дотянуться до вселенных, которые отделились задолго до создания квантового компьютера? Нет, нет. Адекор потряс головой. Это уже слишком, слишком безумно. В конце концов, глексенские люди вымерли — в памяти всплыло число полмиллиона месяцев, но он не был уверен, что оно правильное. Адекор в раздумье потёр пальцами ложбинку над надбровным валиком. Единственным звуком в комнате был шум системы кондиционирования; единственным запахом — запах его собственных феромонов.</p>
    <p>— Это огромное открытие, — сказал Дерн. — Гигантское.</p>
    <p>Адекор медленно кивнул.</p>
    <p>— Другая версия Земли. Другая версия человечества.</p>
    <p>— Оно разговаривает! — вскрикнула Жасмель, указывая на фигурки на экране. — Включайте звук!</p>
    <p>Дерн дотянулся до блока управления.</p>
    <p>— Речь, — сказал Адекор, тряся головой в изумлении. — Я читал, что глексены были неспособны к членораздельной речи из-за слишком короткого языка.</p>
    <p>Они прислушались к чужой речи, хоть и не понимали ни слова.</p>
    <p>— Звучит так странно, — сказала Жасмель. — Никогда не слышала ничего подобного.</p>
    <p>Глексен на переднем плане перестал тянуть робота к себе, поняв, что, вероятно, кабель вытравлен на максимально возможную длину. Он отошёл в сторону, и перед камерой появился другой глексен. Адекору понадобилось некоторое время на осознание того, что в помещении присутствовали и мужчины, и женщины; и у тех, и у других были голые лица, хотя у некоторых мужчин борода всё же росла. Женщины выглядели мельче, но, по крайней мере у некоторых, под одеждой явно просматривалась грудь.</p>
    <p>Жасмель выглянула в вычислительную камеру.</p>
    <p>— Портал, похоже, так и остаётся открытым, — сказала она. — Интересно, как долго он продержится.</p>
    <p>Адекору это тоже было интересно. Доказательство, которое спасёт и его самого, и его сына Даба, и его сестру Келон, лежало прямо перед ним: альтернативный мир! Но Даклар Болбай без сомнения заявит, что видеозапись, несомненно, подделана, сфальсифицирована — ведь Адекор, скажет она, имеет доступ к самым мощным компьютерам на планете.</p>
    <p>Но робот может принести с собой что-нибудь — да что угодно! Лучше какое-нибудь изделие, или…</p>
    <p>По мере того, как люди двигались в разных направлениях, за их спинами становились видны новые, прежде скрытые части помещения. Это была бочкообразной формы каверна, высотой, должно быть, раз пятьдесят больше человеческого роста, вырубленная в сплошной скале.</p>
    <p>— А они довольно разнообразный народ, вы заметили? — сказала Жасмель. — У них кожа разного оттенка… о, гляньте на ту женщину, вон там! У неё <emphasis>оранжевые</emphasis> волосы, как у орангутана!</p>
    <p>— Один из них убегает, — сказал Дерн, показывая пальцем.</p>
    <p>— Точно, — сказал Адекор. — Хотел бы я знать, куда он направляется?</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Понтер! <emphasis>Понтер!</emphasis></p>
    <p>Понтер вскинул голову. Он сидел за столом в столовой Лаврентийского университета с двумя сотрудниками физического факультета, которые за обедом помогали ему разработать программу тура по мировым физическим лабораториям, включающего ЦЕРН, Ватиканскую обсерваторию, Фермилаб и японский Супер-Камиоканде, другой крупнейший детектор нейтрино, тоже недавно повреждённый в результате аварии. Сотня или больше студентов летних курсов благоговейно взирали на обедающего неандертальца с почтительного расстояния.</p>
    <p>— Понтер! — снова хрипло крикнула Мэри Воган. Подбегая, она чуть не врезалась в стол. — Идём быстрее!</p>
    <p>Понтер начал подниматься; двое физиков последовали его примеру.</p>
    <p>— Что случилось? — спросил один из них.</p>
    <p>Мэри не обратила на них внимания.</p>
    <p>— <emphasis>Бегом!</emphasis> — прохрипела она Понтеру. — Бегом!</p>
    <p>Понтер побежал. Мэри схватила его за руку и побежала рядом. Она задыхалась; её пришлось бежать от самой своей лаборатории в 1-м Научном корпусе, где застал её звонок из Нейтринной обсерватории.</p>
    <p>— Что случилось? — спросил на бегу Понтер.</p>
    <p>— Портал! — крикнула она. — Механизм — робот или что-то вроде — вылез оттуда. И портал до сих пор открыт!</p>
    <p>— Где? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Внизу, в обсерватории. — Она прижала руку к груди, которая часто вздымалась и опускалась. Мэри знала, что Понтер запросто обгонит её. Не прекращая бежать, она открыла замок сумочки, выудила оттуда ключи от машины и протянула ему</p>
    <p>Понтер слегка качнул головой. На секунду Мэри подумала, что этот жест значит «Только с тобой». Но, конечно, всё было более прозаично: Понтер никогда в жизни не водил машину. Они продолжали бежать; Мэри пыталась поспевать за ним, но его шаги были длиннее, и он, по сути, только начал разгоняться…</p>
    <p>Он посмотрел на неё; в его голове наверняка возникла та же дилемма: нет никакого смысла прибегать на стоянку раньше неё, потому что потом всё равно придётся её ждать.</p>
    <p>Он остановился. Она тоже затормозила и озабоченно посмотрела на него.</p>
    <p>— Можно…? — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри не успела догадаться, о чём он спрашивает. Он протянул к ней свои массивные руки, сгрёб в охапку и легко оторвал от земли. Мэри обхватила его руками за шею, и Понтер сорвался с места; его ноги ударяли в бетонный пол, словно поршни. Мэри ощущала, как на бегу перекатываются его мускулы. Студенты и преподаватели останавливались, чтобы поглазеть на невиданное зрелище.</p>
    <p>Они вылетели в боулинговую аллею, и тут Понтер рванул вперёд по-серьёзному; звук его тяжёлых шагов заметался меж стеклянных стен. Дальше, дальше, мимо киосков, мимо «Тим Хортонс», дальше…</p>
    <p>Через стеклянную дверь с улицы входил студент. У него отвисла челюсть, но он всё же догадался придержать дверь для Понтера и Мэри. Они выскочили на дневной свет.</p>
    <p>Мэри была обращена лицом назад; она видела, как у Понтера из-под ног взлетают кусочки дёрна. Она ухватилась покрепче. Понтер хорошо знал её машину; красный «неон» было трудно не заметить на крошечной парковке — одно из достоинств маленького университета. Он продолжил бежать, и Мэри услышала и почувствовала, что газон под его ногами сменился асфальтом парковочной площадки.</p>
    <p>Пробежав ещё десяток метров, он рывком поставил Мэри на ноги. Она была несколько оглушена безумной гонкой, но сумела быстро покрыть оставшиеся до машины несколько метров. Электронный ключ уже был в руке; щелкнул замок.</p>
    <p>Мэри запрыгнула на водительское место; Понтер влез на пассажирское. Она вставила ключ в зажигание, вдавила акселератор в пол, и они рванули по дороге, оставляя Лаврентийский за спиной. Скоро они уже выезжали из Садбери по направлению к «Крейгтону». Обычно Мэри особо не гоняла, да и не разгонишься особо в торонтских пробках, но сейчас выжимала по грунтовой дороге 120 км/час.</p>
    <p>Вот, наконец, и шахта; мимо пролетел указатель с логотипом «Инко», ворота с охранником, извилистая гравийная дорожка привела к большому знанию, в котором располагался вход под землю. Мэри остановила машину с визгом тормозов и фонтанами гравия из-под колёс, и они с Понтером выскочили наружу.</p>
    <p>Теперь Понтеру не было смысла дожидаться Мэри, а время по-прежнему оставалось неизвестным фактором. Кто знает, сколько ещё продержится портал, не закрылся ли он <emphasis>уже</emphasis>? Понтер взглянул на неё, потом бросился к ней и крепко обнял.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал он. — Спасибо за всё.</p>
    <p>Мэри обняла его изо всех сил — так сильно, как смогла, хотя это наверняка не шло ни в какое сравнение с объятиями неандертальских женщин.</p>
    <p>А потом она отпустила его.</p>
    <p>И он побежал к входу в шахтный подъёмник.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 44</p>
    </title>
    <p>Адекор, Жасмель и Дерн продолжали пялиться в монитор на сцену, которая разворачивалась в нескольких саженях — и в то же время бесконечно далеко от них.</p>
    <p>— Они такие хрупкие на вид, — хмурясь, сказала Жасмель. — У них руки как палочки.</p>
    <p>— Но не у той, — показал Дерн. — Она, должно быть, беременна.</p>
    <p>Адекор, прищурившись, вгляделся в экран.</p>
    <p>— Это не женщина, — сказал он. — Это мужчина.</p>
    <p>— С таким животом? — удивился Дерн. — А я-то думал, что это я толстый. Сколько же эти глексены едят?</p>
    <p>Адекор пожал плечами. Он не хотел тратить время на разговоры; он хотел лишь смотреть, впитывать в себя это зрелище. Другое человечество! И притом технологически развитое. Это было невероятно. Как было бы здорово обменяться знаниями с их физиками, биологами…</p>
    <p><emphasis>Биологами.</emphasis></p>
    <p>Да, вот, что ему нужно! Робота касались уже несколько глексенов. Наверняка какие-то клетки их кожи отслоились и остались на корпусе робота; наверняка из них можно выделить ДНК. Это будет доказательство, которое арбитр Сард не сможет не принять! Глексенская ДНК: она докажет, что всё, происходящее на экране — реальность. Но…</p>
    <p>Не было никаких гарантий, что портал останется открытым надолго или откроется в следующий раз. Но по крайней мере его оправдают, а Даб и Келон избегнут увечья.</p>
    <p>— Вытягивай робота назад, — сказал Адекор.</p>
    <p>Дерн посмотрел на него.</p>
    <p>— Что? Почему?</p>
    <p>— На нем, вероятно, осталась глексенская ДНК. Мы не должны её потерять, если портал вдруг закроется.</p>
    <p>Дерн кивнул. Адекор смотрел, как он идёт через комнату, подбирает с пола оптический кабель и осторожно тянет за него. Адекор повернулся к квадратному монитору. Ближайший к роботу глексен — с коричневым цветом кожи, вероятно, мужчина — изменился в лице от неожиданности, когда робот дёрнулся вверх.</p>
    <p>Дерн потянул ещё. Коричневый глексен теперь оглядывался через плечо, видимо, на кого-то у себя за спиной. Он что-то крикнул, потом кивнул, услышав ответный крик. После этого он ухватился за нижнюю часть шасси робота, болтающегося теперь над полом на высоте человеческого роста.</p>
    <p>Ещё один мужчина-глексен вбежал в поле зрения камеры. Этот был ниже ростом и с более светлой кожей — почти такой же светлой, как у Адекора, хотя глаза были… странные — тёмные и полускрытые под веками необычной формы.</p>
    <p>Коричневый глексен посмотрел на новоприбывшего. Тот энергично мотал головой — но не коричневому. Нет, он смотрел прямо в объектив камеры робота и делал быстрые движения обеими руками, вытянув их вперёд ладонями вниз и размахивая ими перед собой вверх-вниз. И всё время кричал, повторяя снова и снова один и тот же слог — <emphasis>«Стой! Стой! Стой!»</emphasis></p>
    <p>Конечно, подумал Адекор, им тоже нужно материальное доказательство того, что они видели; разумеется, они не хотели терять робота. Он повернул голову и крикнул Дерну:</p>
    <p>— Тяни сильнее!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри всё-таки нагнала Понтера на дальнем краю здания, за помещениями, где шахтёры переодевались в рабочую одежду. Понтер стоял на краю пандуса, ведущего к входу в подъёмник. Клеть могла находиться где угодно, даже на самом глубоком уровне в 7400 футах под землёй. Понтер, похоже, уговорил оператора вызвать клеть прямо сейчас, но ей потребуется несколько минут, чтобы добраться до поверхности.</p>
    <p>Ни у Понтера, ни у Мэри не было здесь никаких полномочий, а плакаты с правилами безопасности были развешаны повсюду: уровень производственного травматизма на «Инко» был рекордно низким. На Понтере уже были надеты бахилы и каска. Мэри отошла в сторону и тоже облачилась в бахилы и каску, взяв их с обширного стеллажа у стены. Потом она вернулась к пандусу и встала рядом с Понтером, который уже притоптывал ногой от нетерпения.</p>
    <p>Наконец клеть прибыла, дверь открылась. Внутри никого не было. Понтер и Мэри вошли, оператор пять раз прожужжал зуммером — знак того, что клеть пойдёт без остановок, и она рывком пришла в движение.</p>
    <p>На пути вниз не было никакого способа связаться с пультовой Нейтринной обсерватории, да и вообще с кем угодно, кроме оператора подъёмника, которому можно было сигналить, нажимая кнопку зуммера. Во время их безумной поездки от университета Мэри едва сказала Понтеру пару слов — частично из-за того, что нужно было сосредоточиться на управлении машиной, частично из-за того, что сердце у неё колотилось едва ли не чаще, чем поршни двигателя.</p>
    <p>Но сейчас…</p>
    <p>Сейчас, пока подъёмник опускается на милю с четвертью под землю, им ничего не нужно было делать. Понтер, вероятно, кинется бежать, как только клеть остановится на отметке 6800 футов, и она не могла его в этом винить. Если он будет дожидаться её, но на пути в три четверти мили до каверны нейтринного детектора он потеряет несколько драгоценных минут.</p>
    <p>Мэри смотрела, как мимо пролетает уровень за уровнем. В принципе, это было завораживающее зрелище, которого она никогда раньше не видела, но…</p>
    <p>Но это был её последний шанс поговорить с Понтером. С одной стороны, спуск под землю, казалось, отнимал непозволительно много времени. С другой — часов, дней, может быть, даже лет могло не хватить ей, чтобы высказать то, что она хотела сказать.</p>
    <p>Она не знала, как начать, но знала, что никогда не простит себе, если не скажет ему сейчас, не даст ему понять. Он не собирался исчезнуть в доисторических временах; он отправится <emphasis>вбок</emphasis>, а не назад. Завтра будет завтра и для него, а десятая годовщина их первой встречи наступит одновременно на обеих Землях — хотя он, скорее, отметил бы сотый месяц или что-то вроде того. И Мэри была уверена, что он будет вспоминать и беспокоиться и чувствовать грусть, пытаясь собрать свои эмоции и её, пытаясь понять, что произошло и, не менее важно, что не смогло произойти между ними.</p>
    <p>— Понтер, — сказал она. Она сказала это тихо, а подъёмник лязгал громко. Возможно, он не услышал. Он смотрел на дверь клети, бездумно следя за убегающей вверх скальной стеной.</p>
    <p>— Понтер, — сказала Мэри погромче.</p>
    <p>Он повернулся к ней; его бровь взлетела вверх. Мэри улыбнулась. Когда она увидела это впервые, то опешила от неожиданности… теперь уже привыкла. Различий между ними оказалось настолько меньше, чем сходства…</p>
    <p>И всё же всё это время меж ними зияла пропасть — не из-за того, что они принадлежали к разным видам, и скорее просто из-за того, что он — мужчина. И даже более того. Не просто мужчина, а квинтессенция мужественности: мускулистый, как Арнольд Шварценеггер, волосатый, бородатый, невероятно сильный, грубый и неуклюжий одновременно.</p>
    <p>— Понтер, — сказала она в третий раз. — Я… я хочу тебе кое-что сказать. — Она замолкла. Часть её кричала, что лучше не облекать это в слова, бросить, оставить, как множество других вещей, так и не сказанных, не озвученных. И, конечно, оставался шанс, что когда они доберутся до детекторной камеры — а до неё всё ещё далеко, ещё несколько минут спускаться, а потом идти пешком — портал, магическим образом открывшийся между мирами, уже снова будет закрыт, и она снова будет видеть Понтера каждый день, но уже открыв перед ним свою душу, ту эфемерную сущность, которая, как она верила, есть у них обоих и в отсутствии которой у кого бы то ни было был уверен он.</p>
    <p>— Да? — сказал Понтер.</p>
    <p>— Я считала, — сказала Мэри, — я считала, что то, что забросило тебя сюда, невоспроизводимо… что ты застрял здесь навсегда.</p>
    <p>Он слегка кивнул — его широкое лицо двинулось в полумраке вниз и снова вверх.</p>
    <p>— Мы думали, что ты никогда не сможешь вернуться к Жасмель и Мегамег, — сказала Мэри. — И к Адекору. И хотя я знала, что твоё сердце принадлежит и всегда будет принадлежать им, я также знала, что тебе предстоит прожить жизнь здесь, на этой Земле.</p>
    <p>Понтер снова кивнул, но его взгляд скользнул в сторону. Возможно, он понял, к чему она ведёт; возможно, не хотел, чтобы она продолжала.</p>
    <p>Но это должно быть сказано. Она должна дать ему понять — понять, что дело не в нём. Дело в ней.</p>
    <p>Нет-нет-нет. Так неправильно. Она тут тоже ни при чём. Это всё тот безликий злой человек, тот монстр, тот демон. Это <emphasis>он</emphasis> встал между ними.</p>
    <p>— Непосредственно перед тем, как мы встретились, — сказала Мэри, — в день, когда ты оказался в Садбери, меня…</p>
    <p>Она замолчала. Её сердце напряжённо колотилось, она чувствовала его удары, хотя слышала только скрежет и скрипы работающего подъёмника.</p>
    <p>Клеть проехала уровень 1200 футов. Она заметила шахтёра снаружи в штольне, ждущего подъёма; луч его головного фонаря хлестнул по клети и, наверное, на мгновение высветил её лицо и лицо Понтера, загадочного пришельца извне.</p>
    <p>Понтер ничего не говорил; он просто терпеливо ждал, что она заговорит сама. И она заговорила:</p>
    <p>— В тот вечер, — сказала Мэри, — меня…</p>
    <p>Она собиралась произнести это слово твёрдо, бесстрастно, но не смогла совладать с собой.</p>
    <p>— Мне… сделали… плохо…, — сказала она.</p>
    <p>Понтер озадаченно склонил голову.</p>
    <p>— Тебя ранили? Тяжело?</p>
    <p>— Нет. Я имею в виду… мне… сделал плохо… мужчина. — Она сделала глубокий вдох. — На меня напали в университетском городке, когда стемнело, — бессмысленные детали, лишь оттягивающие слово, которое она должна произнести. Она опустила взгляд к грязному металлическому полу. — Меня изнасиловали.</p>
    <p>Хак пискнула — у компаньона достало соображения сделать сигнал громче, иначе его бы не было слышно за шумом подъёмника. Мэри попробовала снова. — Надо мной надругались. Сексуально.</p>
    <p>Она услышала, как Понтер с шумом втягивает воздух — даже сквозь шум механизмов. Мэри подняла голову и нашла в полутьме его золотистые глаза. Её взгляд метался по его лицу — вверх-вниз, вправо-влево, от одного глаза к другому, в поисках реакции, силясь угадать, что он думает.</p>
    <p>— Мне очень жаль, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри предположила, что Понтер — или, скорее, Хак — сказал это в знак сочувствия, а не раскаяния, но она всё равно сказала, за неимением лучшего:</p>
    <p>— Это не твоя вина.</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер. Теперь была его очередь искать, что сказать. Наконец: — Ты не пострадала? В смысле — физически?</p>
    <p>— Пара синяков. Ничего серьёзного. Но…</p>
    <p>— Да, — сказал Понтер. — «Но». — Он помолчал. — Ты знаешь, кто это сделал?</p>
    <p>Мери покачала головой.</p>
    <p>— Несомненно, власти отсмотрят твой архив алиби и… — Он отвел взгляд, снова уставился на бегущий вверх камень. — Прости. — Снова молчание. — Так это… это сойдёт ему с рук? — Понтер говорил громко, несмотря на деликатность темы, чтобы Хак могла различить его голос на фоне скрежета. Мэри слышалась в его голосе ярость и негодование.</p>
    <p>Она выдохнула, медленно и печально.</p>
    <p>— Вполне вероятно. — Помолчала. — Я… мы не говорили об этом… с тобой. Может быть, я слишком много от тебя требую. В нашем мире изнасилование считается ужасным, отвратительным преступлением. Я не знаю…</p>
    <p>— В моём мире точно так же, — сказал Понтер. — Некоторые животные это делают, орангутаны, к примеру, но мы — люди, не животные. Конечно, у нас есть архивы алиби, и мало кто глуп настолько, чтобы пойти на подобный шаг, но если это случилось, то наказывается очень строго.</p>
    <p>Несколько секунд оба они молчали. Понтер приподнял правую руку, словно хотел коснуться её, как-то утешить, но потом посмотрел на неё и с выражением удивления на лице, как если бы увидел руку какого-то незнакомца, опустил её.</p>
    <p>Но тут же Мэри обнаружила, что сама тянется и касается его широкого предплечья, мягко и нежно. А потом её ладонь скользит вниз по руке и нащупывает его пальцы, и его рука снова поднимается, и её тонкие пальцы переплетаются с его.</p>
    <p>— Я хотела, чтобы ты понял, — сказала Мэри. — Мы стали очень близки за то время, что ты был здесь. Мы говорили о чём угодно и обо всём сразу. И, как я сказала, мы думали, что ты никогда не вернёшься; что тебе нужно будет строить здесь новую жизнь. — Она помолчала. — Ты не настаивал, не пользовался ситуацией. Но в конечном итоге ты оказался единственным мужчиной на всей планете, с которым мне было хорошо…</p>
    <p>Понтер мягко сомкнул свои похожие на сосиски пальцы.</p>
    <p>— Это было слишком рано, — сказала Мэри. — Понимаешь? Я… я знаю, что нравлюсь тебе… — Она замолчала. Почувствовала, как защипало в уголках глаз. — Прости, — сказала она. — Это нечасто случается в моей жизни, но бывали моменты, когда мужчины интересовались мной, ну…</p>
    <p>— Но когда этот мужчина, — сказал Понтер, — не такой, как остальные…</p>
    <p>Мэри тряхнула головой и посмотрела на него.</p>
    <p>— Нет-нет. Вовсе не поэтому; не из-за того, что ты так выглядишь…</p>
    <p>Она увидела, как окаменело его лицо в мерцающем искусственном свете. Он не казался ей уродливым — уже нет. Она находила его лицо добрым и умным и сочувственным и интеллигентным и… да, чёрт возьми, привлекательным. Но всё, что она говорила, почему-то оказывалось неверным, и сейчас, пытаясь ему всё объяснить так, чтобы не задеть его чувств, чтобы он не ушёл, так и не зная, почему она не ответила на его нежное прикосновения в тот вечер, когда они любовались звёздами, она в конце концов всё же умудрилась его обидеть.</p>
    <p>— Я имею в виду, — сказала Мэри, — что с внешностью у тебя всё в порядке. На самом деле, я нахожу тебя очень… — она помедлила, но не из-за недостатка убеждённости, а потому что не так часто в своей жизни была столь откровенна с мужчинами, — красивым.</p>
    <p>Понтер слегка улыбнулся.</p>
    <p>— Это, знаешь ли, не так. В смысле, про «красивый». Не по нашим стандартам красоты.</p>
    <p>— Мне без разницы, — быстро ответила Мэри. — Меня это совершенно не волнует. То есть, я даже подумать не могла, что ты меня найдёшь физически привлекательной… — она понизила голос. — Про таких, как я, у нас говорят «обычная». На улице мне вслед никто голову не поворачивает.</p>
    <p>— Я считаю, что ты особенная, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Если бы у нас было больше времени, — сказала Мэри. — Если бы у <emphasis>меня</emphasis> было больше времени, чтобы справиться… — хотя вряд ли на это хватит и всей жизни, подумала Мэри, — то всё… всё могло бы быть между нами по-другому. — Она беспомощно пожала плечами. — Вот и всё. Я хотела, чтобы ты это знал. Хотела, чтобы ты понял, что я… что ты мне правда нравился. Нравишься.</p>
    <p>В голове возникла безумная мысль. А если бы всё и правда было по-другому — если бы она приехала в Садбери цельной личностью, а не разбитой на куски развалиной, может быть, Понтер не спешил бы сейчас так вернуться к своей старой жизни, в свой собственный мир. Может быть…</p>
    <p>Нет. Нет, это уж было бы слишком. У него есть Адекор. Дети.</p>
    <p>Но если всё и правда было бы по-другому, может быть, <emphasis>она</emphasis> была бы готова отправиться вместе с ним, через портал в иной мир. В <emphasis>его</emphasis> мир. В конце концов, здесь у неё никого нет, и…</p>
    <p>Но всё не было по-другому. Всё было так, как было.</p>
    <p>Клеть резко остановилась, и громко заверещал зуммер, предупреждая, что сейчас откроется дверь.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 45</p>
    </title>
    <p>Внезапно все глексены пришли в движение. Сначала Адекор не мог понять, что происходит, но потом сообразил, что кто-то спускается в бочкообразную каверну по той же самой длинной лестнице, которую они видели ранее. Камера показывала лишь его широкую спину. Предположительно, это был глексенский лидер, лично явившийся оценить обстановку, когда ему доложили о странном устройстве, болтающемся на конце кабеля, который, если смотреть с той стороны, как будто возникает из пустого места.</p>
    <p>Глексены на переднем плане жестами приглашали новоприбывшего приблизиться, что тот и сделал на весьма высокой скорости. Робот раскачивался на своей привязи — Дерн продолжал тащить его вверх, но тут Адекор на мгновение рассмотрел лицо только что появившегося в пещере человека.</p>
    <p><emphasis>Да! Невероятно, чудесно, невообразимо!</emphasis></p>
    <p>Сердце Адекора выпрыгивало из груди. Это Понтер! Одетый в странную одежду глексенского вида, и с этим странным черепашьим панцирем из пластмассы на голове, но это, несомненно, он. Понтер Боддет жив и здоров!</p>
    <p>— Дерн! — крикнул Адекор. — Стой! Опускай робота назад!</p>
    <p>Камера снова начала приближаться к полу каверны. Жасмель ахнула и радостно захлопала в ладоши. У Адекора из глаз хлынули слёзы.</p>
    <p>Понтер подбежал к роботу. Он странно нагнул голову, и Адекор не сразу догадался, что он делает — смотрит на клеймо производителя на днище корпуса, дабы убедиться, что это действительно машина из его родного мира. После этого Понтер посмотрел прямо в камеру и широко улыбнулся.</p>
    <p>— Привет! — сказал Понтер; первое понятное слово во всей этой какофонии. — Привет, друзья! Я думал, что потерял вас навсегда! Интересно, кто на меня смотрит? Адекор, не сомневаюсь. Как я по тебе скучал!</p>
    <p>Он замолчал, и с ним заговорили двое глексенов — один светлокожий, и тот, с коричневой кожей, который первым схватил робота.</p>
    <p>Понтер снова повернулся к камере.</p>
    <p>— Я не уверен, каких действий от меня сейчас ожидают. Я вижу кабель, выходящий прямо из воздуха, но безопасно ли лезть по нему? Могу я… — у него дрогнул голос, — могу я вернуться домой?</p>
    <p>Адекор оторвался от монитора и посмотрел на Дерна, который вернулся в пультовую. Дерн пожал плечами.</p>
    <p>— Робот в прошлый раз вроде бы вернулся без повреждений.</p>
    <p>— Вы не знаете, как долго вам удастся держать проход открытым, — сказала Жасмель, — или получится ли открыть его снова, если он закроется. Он должен вернуться прямо сейчас.</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— Но как ему об этом сказать?</p>
    <p>— Я знаю, как, — решительно ответила Жасмель. Она сбежала по ступеням в вычислительный зал и подошла к кабелю в том месте, где он растворялся в воздухе. Она положила на него ладонь, а потом скользнула ею по кабелю к самому краю, пока сначала кончики пальцев, потом пальцы целиком, потом вся ладонь вместе с предплечьем не исчезли. Когда в пустоту ушла вся рука по самое плечо, она просунула на ту сторону голову и просто крикнула — Адекор и Дерн услышали её через микрофоны робота, из вычислительной камеры не донеслось ни звука:</p>
    <p>— Папа! Возвращайся!</p>
    <p>— Жасмель, родная моя! — крикнул в ответ Понтер, подняв голову к потолку. — Я…</p>
    <p>— Лезь прямо сейчас! — крикнула Жасмель. — Мы не знаем, как долго продержится проход. Просто иди вдоль кабеля — поставь рядом с ним лестницу. Пол вычислительной камеры примерно в полусажени ниже того места, где сейчас моя голова, ты легко его найдёшь.</p>
    <p>Жасмель втянула голову обратно на свою сторону и вернулась в пультовую.</p>
    <p>Монитор показал всплеск лихорадочной активности; очевидно, никто к такому повороту дел не готовился. Двое мужчин побежали за лестницей, как сказала Жасмель. Один из мужчин крепко обнялся с Понтером — похоже, глексены его здесь не обижали.</p>
    <p>А вот рядом с Понтером объявилась женщина с жёлтыми волосами — до сих пор её здесь не было, и вид у неё был весьма запыхавшийся. Она встала на цыпочки и прижалась губами к щеке Понтера; он в ответ широко улыбнулся.</p>
    <p>Робот по команде Дерна повернул камеру, и Адекор увидел, что проблема сложнее, чем думала Жасмель. Да, кабель как будто свешивался из дыры — но дыра эта была далеко от стен пещеры. Она находилась почти в центре огромного пустого пространства, в нескольких человеческих ростах от пола и примерно на таком же расстоянии от ближайшей стены. Лестницу было попросту не на что опереть.</p>
    <p>— Он может влезть по кабелю? — спросил Адекор.</p>
    <p>Дерн пожал плечами.</p>
    <p>— Он весит побольше робота, это уж как пить дать. <emphasis>Может быть</emphasis>, я его и удержу, но…</p>
    <p>Но если кабель лопнет, Понтер упадёт на каменный пол и может сломать себе шею.</p>
    <p>— Мы можем спустить ему кабель попрочнее? — спросила Жасмель.</p>
    <p>— Если бы он у нас был, — сказал Дерн, кивая. — Но я без понятия, где его сейчас достать; я бы сходил в мастерскую наверху, но это отнимет много времени.</p>
    <p>Но глексены, какими бы хилыми они не выглядели, оказались изобретательны. Четверо из них удерживали нижнюю часть лестницы, стараясь держать её как можно прямее. Она всё равно клонилась, но они кричали на Понтера, видимо, убеждая его лезть, несмотря на это.</p>
    <p>Понтер подскочил к лестнице и уже поставил было ногу на первую перекладину, хотя она и стояла не слишком ровно. Внезапно жёлтоволосая женщина кинулась к нему и коснулась его руки. Он обернулся к ней, и его бровь взлетела вверх в выражении удивления. Она вложила что-то в его руку и снова потянулась губами к его щеке. Он опять улыбнулся и полез вверх по лестнице, которую держали глексены.</p>
    <p>Лестница раскачивалась тем сильнее, чем выше взбирался Понтер, и сердце Адекора подпрыгивало каждый раз, когда казалось, что сейчас она неминуемо свалится, но новые глексены подбегали на подмогу, и её удавалось выпрямить. Понтер уже протянул руку, нашаривая кабель поблизости от того места, где он пропадал в воздухе. Лестницу мотало вперёд-назад и из стороны в сторону, и Понтер промахивался, тянулся снова и снова промахивался, а потом…</p>
    <p>Блок управления у Дерна в руках немного дёрнулся. Понтер держался за кабель!</p>
    <p>Адекор, Жасмель и Дерн бросились в вычислительную камеру. Дерн и Жасмель заняли позицию непосредственно перед зоной перехода, а Адекор, ища, чем он мог бы быть полезен, встал <emphasis>позади</emphasis> неё. А потом…</p>
    <p>Адекор ахнул.</p>
    <p>На мгновение словно бы ниоткуда появилась голова Понтера, и сзади это выглядело так, будто его шея была перерублена огромным лезвием. Дерн и Жасмель помогали Понтеру влезть, но Адекор, остолбенев, лишь наблюдал, как всё большая и большая часть его возлюбленного проходит через отверстие, которое расширялось и принимало форму его тела — и плоскость сечения проходила через весь его организм, открывая поперечный срез сначала плеч, потом грудной клетки с бьющимся сердцем и раздувающимися лёгкими, потом желудка, кишечника, ног…</p>
    <p>И вот он прошёл весь! Он был здесь весь, целиком!</p>
    <p>Адекор бросился к Понтеру и прижал его к себе, и Жасмель тоже обнимала отца. Все трое смеялись и плакали одновременно, и, наконец, оторвавшись от него, Адекор произнёс:</p>
    <p>— С возвращением! С возвращением!</p>
    <p>— Спасибо, — сказал Понтер, улыбаясь до ушей.</p>
    <p>Дерн тактично отошёл на некоторое расстояние; Адекор только сейчас обратил на это внимание.</p>
    <p>— Прости нас, — сказал он. — Понтер Боддет, это Дерн Корд, инженер, который помогал нам.</p>
    <p>— Здравый день, — сказал Понтер Дерну. Понтер шагнул к нему, и…</p>
    <p>— <emphasis>Нет!</emphasis> — выкрикнул Дерн.</p>
    <p>Но было слишком поздно. Понтер запнулся за натянутый кабель, и он лопнул; та часть, которая уходила в мир глексенов, втянулась в портал, и зона перехода исчезла в голубоватой электрической вспышке.</p>
    <p>Два мира снова отгородились друг от друга.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 46</p>
    </title>
    <p>Дерн, явно чувствуя себя, как транспортный куб без пассажиров, тактично исчез, отправившись обратно на поверхность и покинув сцену воссоединения семьи. Понтер, Адекор и Жасмель переместились в маленькую столовую, примыкавшую к лаборатории квантовых вычислений.</p>
    <p>— Я уже и не надеялся увидеть тебя снова, — сказал Понтер, радостно оглядев сначала Адекора, потом Жасмель. — Никого из вас.</p>
    <p>— Мы думали также, — сказал Адекор.</p>
    <p>— У вас всё в порядке? — спросил понтер. — Все здоровы?</p>
    <p>— Да, со мной всё хорошо, — сказал Адекор.</p>
    <p>— А Мегамег? Как малышка Мегамег?</p>
    <p>— С ней тоже всё хорошо, — сказала Жасмель. — На самом деле она даже не поняла пока, что случилось.</p>
    <p>— Не терпится увидеть её, — сказал Понтер. — Плевать, что до того, как Двое станут Одним, ещё семнадцать дней, я собираюсь наведаться в Центр завтра же и крепко её обнять.</p>
    <p>Жасмель улыбнулась.</p>
    <p>— Она будет очень рада, папа.</p>
    <p>— А как Пабо?</p>
    <p>Адекор заулыбался.</p>
    <p>— Она страшно по тебе скучала. Выскакивала из дома при каждом шорохе, надеялась, что ты вернулся.</p>
    <p>— Ох, милая моя старушенция, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Папа, — сказала Жасмель, — что тебе дала та женщина?</p>
    <p>— О, — сказал Понтер. — Я и сам-то ещё не смотрел. Давайте глянем…</p>
    <p>Понтер запустил руку в карман своих странных штанов из чужого мира и вытащил из него свёрток из белой материи. Он осторожно его развернул. Внутри была золотая цепочка и прикреплённые к ней две простые перпендикулярные полоски неравной длины, пересекающиеся примерно на трети более длинной из них.</p>
    <p>— Как красиво, — сказала Жасмель. — А что это?</p>
    <p>Понтер приподнял бровь.</p>
    <p>— Это символ системы верований, которую разделяют некоторые из них.</p>
    <p>— Кто была та женщина? — спросил Адекор.</p>
    <p>— Мой друг, — ответил Понтер. — Её зовут… на самом деле, я произношу правильно только первый слог её имени — Мэре.</p>
    <p>Адекор рассмеялся: «мэре» — это было слово их родного языка, означавшее «возлюбленная».</p>
    <p>— Я говорил, что тебе следует найти новую женщину, — сказал он шутливым тоном, — но не ожидал, что её поиски так далеко тебя заведут.</p>
    <p>Понтер улыбнулся, но не слишком весело.</p>
    <p>— Она была очень добра, — сказал он.</p>
    <p>Адекор знал своего партнёра достаточно хорошо, чтобы понять: какая бы история ни стояла за этими словами, она будет рассказана в своё время, и не раньше.</p>
    <p>— Кстати, о женщинах, — сказал Адекор. — Я… э-э… пока тебя не было, у меня были кое-какие дела с партнёршей Класт.</p>
    <p>— Даклар! — воскликнул Понтер. — Как у неё дела?</p>
    <p>— Видишь ли, — сказал Адекор, глядя теперь на Жасмель, — она стала довольно знаменитой в твоё отсутствие.</p>
    <p>— Правда? — сказал Понтер. — И чем же?</p>
    <p>— Она выдвинула обвинение в убийстве.</p>
    <p>— Убийстве! — воскликнул Понтер. — Кого убили?</p>
    <p>— Тебя, — невозмутимо ответил Адекор.</p>
    <p>У Понтера упала челюсть.</p>
    <p>— Ты, видишь ли, исчез, — сказал Адекор, — и Болбай подумала…</p>
    <p>— Она подумала, что ты меня <emphasis>убил</emphasis>? — в голосе Понтера звучало неподдельное изумление.</p>
    <p>— Ну, — сказал Адекор, — ты и правда пропал, а шахта такая глубокая, что архив алиби не принимает сигнала компаньона. Болбай представила это как идеальное убийство.</p>
    <p>— Не могу поверить, — Понтер покачал головой. — Кто говорил от твоего имени?</p>
    <p>— Я, — сказала Жасмель.</p>
    <p>— Молодчина! — сказал Понтер, снова её обнимая. — Адекор, мне так жаль, что тебе пришлось через это пройти, — сказал он из-за плеча дочери.</p>
    <p>— А уж как мне жаль, но… — Адекор пожал плечами. — Впрочем, рано или поздно ты всё равно бы услышал. Болбай считает, что я тебя ненавидел, потому что чувствовал себя в нашем проекте на вторых ролях.</p>
    <p>— Чепуха, — сказал Понтер, выпуская Жасмель. — Я ничего не добился бы без тебя.</p>
    <p>Адекор склонил голову.</p>
    <p>— Это очень великодушно с твоей стороны, но… — Он замолчал, потом развёл руками. — Но в её слова была доля правды.</p>
    <p>Понтер положил руки Адекору на плечи.</p>
    <p>— Возможно, теории и правда были больше мои, чем твои — но это ты спроектировал и построил квантовый компьютер, и это твой компьютер открыл ворота в иной мир. Твой вклад теперь в сотни раз превышает мой.</p>
    <p>Адекор улыбнулся.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— Так чем всё закончилось? — спросил Понтер, улыбаясь. — У тебя вроде голос писклявей не стал, так что, я полагаю, у неё ничего не вышло?</p>
    <p>— На самом деле, — сказала Жасмель, — дело будет слушаться в трибунале завтра.</p>
    <p>Понтер удивлённо покачал головой.</p>
    <p>— Очевидно, мы должны добиться его отмены.</p>
    <p>Адекор улыбнулся.</p>
    <p>— Да уж будь так любезен, — сказал он.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>На следующее утро к арбитру Сард присоединился иссохший морщинистый мужчина и ещё более морщинистая женщина; они сидели по сторонам от неё. Зал Серого Совета был набит зрителями, среди которых выделялись серебристыми одеяниями десятеро эксгибиционистов. Даклар Болбай по-прежнему была одета в оранжевое, цвет обвинения. По залу пронеслась волна возбуждённого шёпота, когда вошедший в зал Адекор оказался одет не в синее, как подобает обвиняемому, а в легкомысленную широкую рубаху с цветочным узором и светло-зелёные штаны. Он прошёл прямо к вертящемуся табурету, с которым уже успел свести близкое знакомство.</p>
    <p>— Учёный Халд, — сказала арбитр Сард, — у нас есть традиции, и я ожидаю от вас их соблюдения. Я думаю, вы уже хорошо осведомлены о том, как я не люблю попусту тратить время, иначе я бы послала вас домой переодеться, но завтра будьте добры явиться в синем.</p>
    <p>— Конечно, арбитр, — сказал Адекор. — Прошу меня простить.</p>
    <p>Сард кивнула.</p>
    <p>— Итак, начинаем финальное разбирательство по делу об убийстве Адекором Халдом, проживающим на Окраине Салдака, Понтера Боддета, проживающего там же. Главный трибунал состоит из Фарбы Донда, — пожилой мужчина кивнул, — а также Каб Жодлер и меня, Комель Сард. Обвинитель — Даклар Болбай, в качестве опекуна Мегамег Бек, младшего ребёнка своей умершей партнёрши. — Сард обвела взглядом забитое людьми помещение, и её лоб пересекла довольная борозда: она знала, что об этом деле будут говорить ещё много месяцев спустя. — Мы начнём с вступительного слова обвинителя. Даклар Болбай, можете начинать.</p>
    <p>— Со всем уважением, арбитр, — сказал Адекор, поднимаясь на ноги, — не мог бы говорящий от моего имени сначала представить заявление защиты?</p>
    <p>— Учёный Халд, — резко сказал Донд, — арбитр Садр уже вынесла вам предупреждение относительно следования традициям. Обвиняемый всегда говорит первым, и…</p>
    <p>— О, я это прекрасно понимаю, — сказал Адекор. — Но, видите ли, я и правда осведомлён о стремлении арбитра Сард продвигать дело со всей возможной скоростью, и я уверен, что нарушение порядка выступления значительно его ускорит.</p>
    <p>Болбай поднялась, по-видимому, почувствовав выгоду для себя. И правда, если она будет выступать после защиты, то сможет разнести её аргументы в клочки уже во вступительном слове.</p>
    <p>— Как обвинитель, я не возражаю против того, чтобы защита выступила первой.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал Адекор, отвешивая поклон. — Теперь, если позволите…</p>
    <p>— Учёный Халд! — рявкнула Сард. — Не обвиняемому определять порядок слушания дела. Мы будем слушать его согласно традиции, и первой говорить будет Даклар Болбай.</p>
    <p>— Я лишь подумал… — начал Адекор.</p>
    <p>— Тишина! — От возмущения Сард начала краснеть. — Вы вообще не должны говорить. — Она посмотрела на Жасмель. — Жасмель Кет, лишь вы одна можете говорить от имени учёного Халда; пожалуйста, запомните это хорошенько.</p>
    <p>Жасмель встала.</p>
    <p>— Со всем уважением, арбитр, но сегодня не я говорю от имени Адекора. Вы сами посоветовали ему найти более подходящего защитника.</p>
    <p>Сард коротко кивнула.</p>
    <p>— Отрадно слышать, что он хотя бы изредка прислушивается к тому, что ему говорят. — Она оглядела толпу. — Хорошо. Кто говорит от имени Адекора Халда?</p>
    <p>Понтер Боддет, который стоял непосредственно за дверями зала Совета, вошёл в зал.</p>
    <p>— Я, — объявил он.</p>
    <p>Некоторые из зрителей ахнули.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказала Сард, глядя в протокол и готовясь внести в него изменение. — И ваше имя…?</p>
    <p>— Боддет, — сказал Понтер. Сард резко вскинула голову. — Понтер Боддет.</p>
    <p>Понтер оглядел зал. Жасмель до сих пор удерживала Мегамег, но сейчас отпустила сестру. Мегамег кинулась через весь зал Совета к Понтеру, и тот подхватил её с пола и крепко прижал к груди.</p>
    <p>— К порядку! — взревела Сард. — Всем соблюдать порядок!</p>
    <p>Понтер улыбался от уха до уха. Он немного опасался, что власти могут решить держать существование другой Земли в секрете. В конце концов, доктор Монтего и доктор Сингх лишь в последний момент смогли предотвратить захват Понтера глексенскими властями, в результате которого он мог исчезнуть навсегда. Но сейчас тысячи людей смотрели на своих домашних визорах на то, что видели эксгибиционисты, и целый зал обычных компаньонов транслировал происходящее на кубы алиби своих владельцев. Весь мир — <emphasis>этот</emphasis> мир — скоро узнает правду.</p>
    <p>Болбай поднялась на ноги.</p>
    <p>— Понтер!</p>
    <p>— Твоё стремление отомстить за меня похвально, дорогая Даклар, — сказал он, — но, как видишь, несколько преждевременно.</p>
    <p>— Где ты был? — спросила Болбай. Адекору показалось, что она выглядит скорее рассерженной, чем обрадованной.</p>
    <p>— Где я был? — повторил Понтер, глядя на серебристые костюмы в толпе. — Должен сказать, я польщён тем, что дело об убийстве не слишком известного учёного привлекло столько эксгибиционистов. В их присутствии, и в присутствии сотен обычных компаньонов, посылающих сигналы в павильон алиби, я с превеликим удовольствием всё подробно объясню. — Он оглядел обращённые к нему лица — широкие, плоские лица; лица с носами нормального размера, а не теми пимпочками, что считаются носами у глексенов; заросшие волосами лица мужчин и менее волосатые — женщин; лица с далеко выступающими надбровными дугами и сглаженными нижними челюстями; прекрасные, превосходные лица, лица его народа, его друзей, его вида. — Но сначала, — произнёс он, — я хотел бы сказать, что нет в мире места лучше, чем родной дом.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 47</p>
    </title>
    <subtitle>Шесть дней спустя</subtitle>
    <subtitle>Пятница, 16 августа</subtitle>
    <subtitle>148/119/09</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Адекор и Понтер прибыли к дому Дерна, инженера-робототехника. Дерн ввёл их в дом и включил визор. Понтер заметил, что Дерн, как и он сам, поклонник Луласма.</p>
    <p>— Друзья, — сказал Дерн, — рад вас видеть. — Он указал на чёрный квадрат визора. — Вы смотрели визит Луласма в Экономическую Академию сегодня утром?</p>
    <p>Понтер покачал головой; Адекор тоже.</p>
    <p>— Известная вам Сард оставила пост арбитра. По-видимому, её коллеги посчитали, что на вашем процессе она была недостаточно беспристрастна.</p>
    <p>— <emphasis>Недостаточно?</emphasis> — поражённо воскликнул Адекор. — Очень мягко сказано.</p>
    <p>— В любом случае, — продолжал Дерн, — Серые решили, что её вклад будет более осмысленным, если она станет преподавать право 146-му поколению.</p>
    <p>— Это вряд ли заинтересует кого-то из эксгибиционистов, — сказал Понтер, — но Даклар Болбай находится на лечении. Учится справляться с горем, гневом и подобными эмоциями.</p>
    <p>Адекор улыбнулся.</p>
    <p>— Я представил её скульптору личности, который помог мне, и тот свёл её с нужными специалистами.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказал Дерн. — Вы собираетесь требовать от неё публичных извинений?</p>
    <p>Адекор качнул головой.</p>
    <p>— Понтер снова со мной, — сказал он. — Больше мне ничего не надо.</p>
    <p>Дерн улыбнулся и велел одному из своих многочисленных домашних роботов принести напитки.</p>
    <p>— Спасибо за то, что зашли, — сказал Дерн и улёгся на длинную кушетку, скрестив лодыжки и закинув руки за голову; его округлое брюшко поднималось и опускалось в такт дыханию.</p>
    <p>Понтер и Адекор взобрались на седлокресла.</p>
    <p>— Ты хотел поговорить о чём-то важном, — мягко напомнил Понтер.</p>
    <p>— Ага, — сказал Дерн, перекатывая голову на бок, чтобы взглянуть на них. — Я думаю, мы должны найти способ сделать проход между двумя версиями Земли постоянно открытым.</p>
    <p>— Похоже, он открыт, пока сквозь него просовывается материальное тело, сказал Понтер.</p>
    <p>— Э-э… да, на коротких отрезках времени, — сказал Адекор. — На самом деле мы не знаем, можно ли это состояние поддерживать неограниченно долго.</p>
    <p>— Если бы получилось, — сказал Понтер, — то какие открылись бы перспективы. Туризм. Торговля. Научный и культурный обмен.</p>
    <p>— Именно, — сказал Дерн. — Взгляните на это. — Он скинул ноги на пол и поставил на полированный деревянный стол какой-то объект. Это была сплетённая из проволоки труба, чуть длиннее самого длинного его пальца и не толще самого толстого. — Это деркерова труба, — сказал он. Он втиснул внутрь трубки кончики двух пальцев и стал разводить их в стороны. Отверстие расширялось и расширялось, решётка с натянутой на ней эластичной мембраной растягивалась и растягивалась, пока края трубки не разошлись на целую пядь.</p>
    <p>Дерн отдал трубку Понтеру.</p>
    <p>— Попробуй её теперь смять, — сказал он.</p>
    <p>Понтер обхватил трубку рукой, насколько хватило длины пальцев, потом приложил вторую ладонь и двумя руками обхватил её по всей окружности. Потом нажал, сперва легко, потом изо всей силы. Трубка не сжималась и не сминалась.</p>
    <p>— Эта совсем мелкая, — сказал Дерн, — но на шахте есть такие, что растягиваются в диаметре на три сажени. Мы ими пользуемся для укрепления тоннелей в местах, где есть опасность обрушений. Горные роботы стоят недёшево, не хочется их терять.</p>
    <p>— Как это работает? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Сетка на самом деле состоит из набора шарнирных сочленений с храповиками на концах. После того, как её растянули, вернуть её в исходное состояние можно лишь войдя в неё со специальным инструментом и разблокировав фиксатор на каждом элементе.</p>
    <p>— То есть ты предлагаешь, — сказал Понтер, — после того, как мы снова откроем портал в другую вселенную, просунуть в него такую штуку — как ты её назвал? Деркерова труба? Просунуть в портал деркерову трубу и растянуть её до максимального диаметра?</p>
    <p>— Именно так, — сказал Дерн. — И люди смогут просто ходить из одной вселенной в другую.</p>
    <p>— Им придётся пристроить с той стороны платформу и ступени, чтобы подниматься до уровня перехода, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Я уверен, это им будет нетрудно сделать, — сказал Дерн.</p>
    <p>— А что произойдёт, если портал всё-таки нельзя держать открытым вечно? — спросил Адекор.</p>
    <p>— Ну, я бы порекомендовал не мешкать в туннеле, — сказал Дерн. — Полагаю, если портал самопроизвольно закроется, то просто разрубит трубу пополам. Или так, или трубу выдавит на одну из сторон.</p>
    <p>— Возникнет много других проблем, — сказал Понтер. — Когда я был там, мне стало очень плохо; на той стороне существуют микробы, к которым у нас нет иммунитета.</p>
    <p>Адекор кивнул.</p>
    <p>— Придётся принять меры безопасности. Мы, разумеется, не хотим, чтобы патогены свободно переносились из их мира в наш, а наши путешественники перед переходом туда должны будут проходить иммунизацию.</p>
    <p>— Это всё можно организовать, — сказал Дерн. — Хотя лично я не представляю себе, какова могла бы быть процедура.</p>
    <p>На короткое время наступила тишина. Потом Понтер сказал:</p>
    <p>— Кто будет принимать это решение? — спросило он. — Кто решит, что мы должны установить постоянный контакт с другой Землёй — или хотя бы снова установить временный контакт?</p>
    <p>— Я уверен, что установленной процедуры решения таких вопросов не существует, — сказал Адекор. — Сомневаюсь, что кто-нибудь когда-нибудь всерьёз обдумывал возможность путешествия в параллельную вселенную.</p>
    <p>— Если бы не опасность заражения тамошними микробами, — сказал Понтер, — я бы считал, что мы должны снова открыть портал как можно скорее, но…</p>
    <p>Снова повисла тишина, потом заговорил Адекор:</p>
    <p>— Они… они хорошие люди, Понтер? Стоит ли нам общаться с ними?</p>
    <p>— Они очень разные, — сказал Понтер, — в очень многих отношениях. Но они сделали мне много добра, и обращались со мной очень хорошо. — Он помолчал, потом кивнул. — Да, я считаю, что нам стоит вступить с ними в контакт.</p>
    <p>— Тогда ладно, — сказал Адекор. — Я думаю, нашим первым шагом должно быть обращение в Серый Совет. Нам надо начинать над ним работать.</p>
    <p>Понтер много думал о том, что Мэре сказала ему в клети подъёмника, везущего их в нейтринную обсерваторию. Да, она прочла его намерения верно; она действительна была ему интересна. Некоторые вещи остаются понятными даже сквозь границы биологических видов и вариантов истории.</p>
    <p>Сердце Понтера забилось сильней. Кажется, им предстоит увидеться снова.</p>
    <p>И кто знает, что из этого выйдет на этот раз?</p>
    <p>Был только один способ узнать.</p>
    <p>— Да, — радостно сказал Понтер Боддет. — За работу.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Обычно Торонто лишь в сентябре становится таким щемяще прекрасным, небо над ним — таким глубоким и безупречно чистым, ветерок — шёлково нежным, а температура — идеальной; город наполняется той разновидностью гармонии, которая всегда напоминала Мэри, почему она всё-таки верит в Бога.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_39">Но до сентября было ещё две недели, и, разумеется, когда наступит День Труда<a l:href="#id20150414092305_38">[38]</a>, этот внезапный знак препинания в конце лета, для Мэри придёт время возвращаться на работу, к своей старой жизни: преподавать генетику, не сходиться ни с кем особо близко и многовато есть. Но сейчас, вот прямо сейчас, под этим восхитительным небом Торонто казался раем на земле.</p>
    <p id="id104445__msoanchor_40">За время, проведённое в Северном Онтарио, Мэри растеряла несколько из обычных своих фунтов, но она знала, что это ненадолго. Все диеты, на которых ей приходилось сидеть, напоминали ей растительное масло «Crisco», которое «всегда возвращается, кроме, может быть, одной столовой ложки»<a l:href="#id20150414092305_39">[39]</a>.</p>
    <p>Конечно, в Садбери она не сидела на сбалансированной диете, а просто ела меньше, чем обычно. Одна причина была в возбуждении по поводу всех этих невероятных событий, сопровождавшем всё её пребывание в Садбери, с Понтером. Этой причины больше не было.</p>
    <p>Другая же причина никуда не исчезла и вряд ли исчезнет — последствия изнасилования.</p>
    <p>Сегодня, в понедельник, Мэри согласилась приехать в университет на собрание факультета, и сегодня впервые с того ужасного вечера — неужели это было всего семнадцать дней назад? — ей пришлось пройти мимо того места, где произошло нападение, мимо бетонной стены, к которой насильник с закрытым чёрной балаклавой лицом прижал её тело.</p>
    <p>Но, конечно, не стена была виновата в том, что её изнасиловали. Виноват был он, тот монстр, и больное общество, породившее его. Проходя мимо, она провела кончиками пальцев по стене, следя за тем, чтобы не выщербить края накрашенных красным лаком ногтей, и в этот момент её посетила безумная мысль. Она вспомнила другую стену из далёкого прошлого, на которой Кольм нацарапал их инициалы.</p>
    <p>Тридцативосьмилетней женщине об этом смешно даже задумываться, но, возможно, ей следовало бы нацарапать МВ+ПБ на этой стене. Хотя, подумала она, ПБ лучше изобразить символами родного языка Понтера Боддета.</p>
    <p>В любом случае, проходя мимо этой стены, она бы каждый раз улыбалась, а не испытывала бы отвращение. Это была бы печальная улыбка, поскольку она знала, что вряд ли когда увидит Понтера снова. И всё же это было бы воспоминание… да, воспоминание <emphasis>любви</emphasis>; вспоминать об утраченной любви куда как предпочтительнее, чем о том, что случилось здесь.</p>
    <p>И Мэри Воган зашагала вдоль стены навстречу своему будущему.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Приложение</p>
    </title>
    <subtitle>Неандертальская система измерения времени</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>На Земле существует три естественных единицы измерения времени: сутки (время, за которое Земля совершает полный оборот вокруг оси), месяц (время, за которое Луна обходит вокруг Земли) и год (время, за которое Земля обходит вокруг Солнца).</p>
    <p>Из-за своего сельскохозяйственного экономического уклада, который базируется сезонных работах — посевных и уборочных, мы отдаём предпочтение году, и при этом искажаем истинное значение всех трёх естественных единиц так, чтобы они делились друг на друга нацело.</p>
    <p>Продолжительность звёздного (сидерического) года (один оборот вокруг солнца относительно неподвижных звёзд) составляет 365 суток 9 минут 9,54 секунды, но мы считаем, что в обычном году ровно 365 суток, а в високосном — 366.</p>
    <p>Продолжительность синодического месяца (полный цикл смены лунных фаз) составляет 29 суток 12 часов 44 минуты 3 секунды, но в наших «месяцах» от 28 до 31 дня.</p>
    <p>Продолжительность сидерических суток (полный оборот Земли вокруг оси относительно неподвижных звёзд) — 23 часа 56 минут 4,09 секунды, но мы округляем его до 24 часов.</p>
    <p>Более того, многие из наших религий специально напускали в календарь туману для усиления власти духовенства (алгоритм расчета дат Пасхи, к примеру, изначально держался в строжайшем секрете).</p>
    <p>Однако в обществе без сельского хозяйства и религии у неандертальцев не было никаких причин усложнять исчисление времени. Синодический месяц (промежуток времени между двумя последовательными новолуниями) был очень важен для их репродуктивной биологии, поэтому они никогда не искажали его длительность. Разумеется, каждый способен отмерять время в этих единицах, просто следя за фазами луны на ночном небе, так что их календарь гораздо эгалитарнее нашего.</p>
    <p>Наименьшая единица измерения времени у неандертальцев — такт, изначально определявшийся как промежуток между двумя ударами спокойного сердца, но потом формально приравненный к одной стотысячной сидерических суток.</p>
    <p>Остальные единицы неандертальского календаря по большей части являются десятичными произведениями основных единиц. Вот их полный набор, в порядке увеличения продолжительности, с приблизительным значением в наших единицах:</p>
    <empty-line/>
    <image l:href="#id104445_ru_table_1.jpg"/>
    <empty-line/>
    <p>(Очень приблизительно можно считать, что такт — это примерно секунда, гектотакт — минута, декамесяц — год, гектомесяц — десятилетие, киломесяц — столетие.)</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>Луна</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Неандертальцы разделяют месяц как на очевидные четверти (новолуние, первая четверть, полнолуние, последняя четверть), так и на особые периоды, основанные на менструальном цикле:</p>
    <empty-line/>
    <image l:href="#id104445_ru_table_2.jpg"/>
    <empty-line/>
    <subtitle>Отсчёт поколений</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Новое поколение рождается каждые десять лет. Базой для отсчёта поколений служит год, а не месяц, потому что момент зачатия всегда выбирается так, чтобы рождения приходились на весну: у младенца выше шансы выжить, если первую зиму своей жизни он встретит лишь через восемь месяцев после рождения.</p>
    <p>Календарная дата состоит из трёх чисел: номера поколения, номера месяца внутри поколения, и номера дня внутри месяца. 148/118/28 — это 28-й день (когда луна выглядит тонким серпиком, готовым исчезнуть) 118-го месяца (середина девятого года) 148-го поколения с момента основания современного неандертальского календаря (что произошло в году, который мы называем 523 н. э.)</p>
    <empty-line/>
    <image l:href="#id104445_ru_table_3.jpg"/>
    <empty-line/>
    <p>Эра компаньонов началась с изобретения импланта Лонвесом Тробом; это произошло в 140-м поколении, в 1922 году по нашему календарю.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Интервью с автором</p>
    </title>
    <p>(выдержка из интервью Стивена Силвера с Робертом Дж. Сойером, июль 2002; взято с http://www.sfsite.com/09a/rsa135.htm)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>В «Неандертальском параллаксе» неандертальцы, как и мы, считают Европу и Азию двумя континентами — Эвсоем и Галасоем. Почему?</strong></p>
    <p>Из-за особенностей расселения неандертальцев по земному шару. Они появились в Европе и потом мигрировали в Азию. Европа и Азия весьма различны в плане геологии и разделены Уральскими горами, создающими природный барьер между двумя массивами суши. «Эвсой» и «Галасой» означают просто «Старая земля» и «Новая земля», но, конечно же, у неандертальцев имеется термин для всего евразийского массива, просто в тексте я этот термин не упоминаю. Кстати, заметьте, мы считаем Северную и Южную Америку отдельными континентами с незапамятных времён, хотя до появления Панамского канала они являлись единым массивом суши.</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Почему вы решили вывести в «Гоминидах» реально существующую компанию «Инко», и не какую-нибудь вымышленную?</strong></p>
    <p>Значительная часть действия романа разворачивается в Нейтринной обсерватории Садбери, реально существующем научном учреждении в Северном Онтарио. И так случилось, что оно действительно располагается в двух километрах под землёй в шахте, принадлежащей «Инко» — реально существующей канадской горнодобывающей компании. Я люблю помещать своих персонажей в реальные научные учреждения — к примеру, действие «Вспомни, что будет» происходит в ЦЕРНе и Лоренсовской лаборатории в Беркли. В этот раз оказался задействован частный бизнес. Нет, у меня нет акций «Инко», и я не связан с этой компанией никаким иным способом, однако она известна своей поддержкой научных проектов. Они не получают никакой прибыли от нейтринной обсерватории, которая, несомненно, создаёт им проблемы — но они свернули горы (причём в буквальном смысле — выкопали детекторную камеру и ведущий к ней штрек) для того, чтобы она заработала. Это великолепный пример ответственности перед обществом, подлинного корпоративного гражданства, так что я был только рад сделать им в «Гоминидах» немного рекламы.</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Компаньоны в «Гоминидах» поначалу появляются как полезные и удобные инструменты для работы с информацией, но вскоре выясняется, что компаньоны — это глаза «Большого брата», а в неандертальском общественном устройстве проглядывают явно фашистские черты, которые не вызывают никакого отторжения в обществе. Было ли это вашим изначальным замыслом, и собираетесь ли вы разрабатывать эту тему в следующих книгах?</strong></p>
    <p>Я просто поражён, как много людей спрашивает меня о том, увидим ли мы во вселенной неандертальцев что-то плохое. Да, негативные черты нашего общества всплывали на поверхность явно и недвусмысленно по мере того, как Понтер открывал их для себя, тогда как негатив о неандертальском общества подавался не столь явным образом — но он всё равно присутствует в книге, настолько же очевидный, как нос на лице неандертальца. Разумеется, фашистские и тоталитарные аспекты их общественного устройства не случайны — именно таким я его и задумал.</p>
    <p>Я также хотел заставить людей задуматься о том, какую огромную цену мы платим за поддержание приватности, принимая во внимание то, насколько тяжёлый ущерб способен сейчас нанести один человек. «Мы ценили личную свободу превыше всего» — такая гордая эпитафия могла бы красоваться на надгробном камне человеческой расы. «Гоминиды» — это не памфлет, но будет поучительно взглянуть на него как на книгу об отличиях не Homo sapiens от Homo neanderthalensis, а американской культуры от канадской (эта параллель будет затронута в явном виде в третьем томе, «Гибриды»). В конце концов, Канада — полусоциалистическая страна, которая верит — по заявлениям нашего правительства — в идеалы мира, порядка и хорошего управления. Основные же документы США обещают жизнь, свободу и стремление к счастью — совсем другой набор, который, особенно после 11 сентября, может идти в комплекте с чрезвычайно высокой ценой в терминах общественной безопасности. В мире неандертальцев мы видим альтернативу, которая даёт реальные выгоды, но требует за них весьма высокую цену.</p>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>Люди</p>
   </title>
   <section>
    <epigraph>
     <p>Если б это было так просто! — что где-то есть чёрные люди, злокозненно творящие чёрные дела, и надо только отличить их от остальных и уничтожить. Но линия, разделяющая добро и зло, пересекает сердце каждого человека. И кто уничтожит кусок своего сердца?…</p>
     <text-author>Александр Солженицын</text-author>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Посвящается</emphasis></p>
    <p><emphasis>Марку Асквиту</emphasis></p>
    <p><emphasis>Властелину множественных вселенных</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Пролог</p>
    </title>
    <p><emphasis>— Я совершил ужасную вещь, — сказал Понтер Боддет, сидя верхом на седлокресле в кабинете Журарда Селгана.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган принадлежал к поколению 144, на десять лет старше Понтера. Его волосы были умудрённо седы, а пробор раздался вширь и превратился в широкую реку лысины, впадающую в озеро покатого лба над надбровным валиком.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Продолжайте.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мне казалось, что у меня нет выбора, — сказал Понтер, глядя в пол; его собственный надбровный валик отгораживал его от взгляда изумрудных глаз Селгана. — Мне казалось, что я </emphasis>должен<emphasis> был это сделать, но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но сейчас вы сожалеете об этом?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер молчал, упершись взглядом в устланный мхом пол кабинета.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы </emphasis>сожалеете<emphasis> о содеянном?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я… я не уверен.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы сделали бы это снова, доведись вам снова пережить тот момент?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер коротко хохотнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что смешного? — спросил Селган; в его голосе было скорее любопытство, чем раздражение.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер посмотрел на него.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я думал, только мы, физики, устраиваем мысленные эксперименты.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган усмехнулся.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мы с вами не так уж сильно различаемся. Мы оба пытаемся найти истину и разрешить загадку.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Надо полагать, — согласился Понтер. Теперь он смотрел на гладкую, плавно закругляющуюся стену цилиндрического помещения.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы не ответили на вопрос, — напомнил Селган. — Сделали бы вы это снова, будь такое возможно?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер какое-то время молчал, и Селган его не торопил, давая обдумать ответ. Наконец, Понтер сказал:</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я не знаю.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Не знаете? Или просто не хотите сказать?</emphasis></p>
    <p><emphasis>И снова Понтер молчал.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я хочу вам помочь, — сказал Селган, поёрзав на своём седлокресле. — Такова моя цель. Я не собираюсь вас судить.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер снова засмеялся, но в этот раз его смех прозвучал удручённо.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В этом-то всё и дело, так ведь? </emphasis>Никто<emphasis> нас не судит.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган нахмурился.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что вы хотите сказать?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я хочу сказать, что в другом мире — на той, другой Земле — люди верят, что существует… у нас нет для этой концепции слова, но они называют это </emphasis>Бог<emphasis>. Бесплотное высшее существо, которое создало вселенную.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган покачал головой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Как у вселенной может быть создатель? Чтобы что-то было создано, оно должно иметь начало. Но у вселенной нет начала. Она существовала всегда.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы знаете это, — сказал Понтер. — Я знаю это. Но </emphasis>они<emphasis> этого не знают. Они считают, что их вселенной всего… они говорили про двенадцать миллиардов лет; полтораста миллиардов месяцев.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что же существовало прежде этого момента?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер нахмурился, припоминая свои разговоры с глексенской женщиной-физиком Лу Бенуа — как бы ему хотелось уметь правильно произносить их имена! — Они говорят, что до этого </emphasis>не было<emphasis> времени; что время началось лишь с появлением вселенной.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Какая странная идея, — сказал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Согласен, — сказал Понтер. — Однако если бы они признали, что Вселенная существовала всегда, то в ней не нашлось бы места для этого их Бога.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ваш партнёр тоже физик, не так ли? — спросил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, — сказал Понтер. — Адекор Халд.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Так вот, я уверен, что вы часто разговариваете с Адекором о физике. Меня же больше интересуют другие вещи. Вы упомянули этого… этого «Бога» в связи с концепцией правосудия. Расскажите мне об этом подробнее.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер помолчал пару мгновений, пытаясь сообразить, как лучше описать эту концепцию.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Похоже, что бо́льшая часть тех, других людей верит в так называемую «загробную жизнь» — в существование, которое следует за смертью.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но ведь это смешно, — сказал Селган. — Это терминологическое противоречие.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— О да, — согласился Понтер, улыбаясь. — Но это особенность их мышления — настолько распространённая, что они даже выдумали для неё специальное слово, словно, дав ему название, они разрешают парадокс. Я не могу произнести это в точности, как они, но звучит это похоже на </emphasis>«о-ксу-мор-он».</p>
    <p><emphasis>Селган улыбнулся.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Хотел бы я, чтобы кто-нибудь из них попал ко мне — было бы интересно узнать, как функционирует такой разум. — Он помолчал. — Существование, которое следует за смертью: на что, по их мнению, оно похоже?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это самое интересное, — сказал Понтер. — Оно может принимать одну из двух форм, в зависимости от того, как вы вели себя, пока были живы. Если вы прожили хорошую, добродетельную жизнь, то будете вознаграждены чрезвычайно приятным посмертным существованием. Но если при жизни вы вели себя плохо или просто совершили при жизни какой-нибудь особенно злой поступок, то последующее существование будет состоять из сплошных мучений.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И кто выносит решение? — спросил Селган. — О, погодите, кажется догадываюсь. Это решает Бог, так ведь?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно. По крайней мере, они в это верят.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но почему? Почему они верят в нечто настолько нелепое?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер слегка пожал плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— На основании исторических свидетельств, оставленных людьми, якобы общавшихся с Богом.</emphasis></p>
    <p>— Исторических<emphasis> свидетельств? — удивился Селган. — А сейчас кто-нибудь общается с этим Богом?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Некоторые утверждают, что общаются. Но я так понял, что это ничем не подтверждается.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И этот Бог, он что, является арбитром для каждого человека?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Предполагается, что да.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но в мире 185 миллионов человек; многие тысячи умирают ежедневно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это у нас. В их мире живёт больше шести миллиардов человек.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Шести миллиардов! — Селган покачал головой. — И каждый каким-то образом будет после смерти помещён в одно из двух мест, которые вы упомянули?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да. После суда.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер увидел, как Селган скривил лицо. Детали глексенских верований явно заинтриговали скульптора личности, но его основным интересом были мысли самого Понтера. — «После суда», — повторил он, словно это слово было мясом, вкусом которого стоило как следует насладиться.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно, суда, — сказал Понтер. — Вы не понимаете? — У них нет имплантов-компаньонов. У них нет архивов алиби. Они не ведут всю жизнь подробную запись всех своих действий. У них ничего этого нет, потому что они верят, что им ничего этого не нужно. Они считают, что Бог смотрит на них и видит всё — и даже присматривает за ними, оберегает. И они верят, что никакое злое деяние </emphasis>в конечном итоге<emphasis> не может сойти никому с рук.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но вы сказали, что совершили нечто ужасное.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер смотрел в окно на свой мир.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Там? В том, другом мире?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но вы не разделяете их веру в этого их Бога.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер фыркнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Конечно, нет.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И вы считаете, что вас никогда не будут судить за плохой поступок, который вы совершили?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно. Не сказать, чтобы это было идеальное преступление. Но в том мире ни у кого нет никаких оснований подозревать меня, а здесь ни у кого не может быть причин потребовать просмотра именно этой части моего архива алиби.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы назвали это преступлением. Было это деяние преступным по меркам того, другого мира, в котором вы находились?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— О, да.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— А мы посчитали бы это преступлением, соверши вы его здесь?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер кивнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что вы сделали?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я… мне стыдно об этом рассказывать.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я ведь сказал, я не собираюсь вас судить.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер неожиданно для себя вскочил на ноги.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В этом-то всё и дело! — крикнул он. — </emphasis>Никто<emphasis> не будет меня судить — ни здесь, ни там. Я совершил преступление. Я получил </emphasis>удовольствие<emphasis>, совершая его. И да — завершим ваш мысленный эксперимент — да, я сделал бы это ещё раз, доведись мне пережить тот момент снова.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Какое-то время Селган молчал, по-видимому, ожидая, пока Понтер успокоится.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Понтер, я могу помочь вам, если вы мне это позволите, — сказал он. — Но вы должны говорить со мной. Вы должны рассказать мне, что произошло. Почему вы совершили это преступление? Что к нему привело?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер снова сел, перебросив ноги через седлокресло.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я начну с моего первого посещения другой Земли, — сказал он. — Тогда я познакомился с женщиной по имени Мэре Воган…</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава первая</p>
    </title>
    <p>Это был последний вечер Мэри в Садбери, и она по этому поводу испытывала неоднозначные чувства.</p>
    <p>Она не сомневалась, что отъезд из Торонто пошёл ей на пользу. После того, что там произошло — <emphasis>Боже мой</emphasis>, подумала она, <emphasis>неужели всего две недели назад?</emphasis> — покинуть город, вырваться из окружения, которое постоянно напоминало ей о том ужасном вечере, было, несомненно, правильным решением. И хотя завершилось всё на немного грустной ноте, она бы ни на что не променяла те дни, что провела с Понтером Боддетом.</p>
    <p>Её воспоминания о тех днях были словно подёрнуты флером: уж слишком фантастичными они казались. Однако бесчисленные фотографии, телерепортажи и даже рентгеновские снимки убеждали — всё это случилось на самом деле. Современный неандерталец с параллельной версии Земли каким-то образом проскользнул в нашу вселенную. Теперь, когда он отправился обратно, Мэри уже и сама с трудом в это верила.</p>
    <p>Но это <emphasis>было</emphasis>. Понтер на самом деле был здесь, и она действительно в него…</p>
    <p>Не преувеличивает ли она? Не делает ли из мухи слона?</p>
    <p>Нет. Нет, именно это и произошло.</p>
    <p>Она влюбилась в Понтера, и, возможно, он тоже полюбил её.</p>
    <p>Если б только она была цельной, полноценной, не надломленной психологической травмой личностью, всё могло бы пойти по-другому. О, она бы всё равно не устояла перед добродушным великаном — но тем вечером, когда они смотрели на звёзды, когда он потянулся и взял её за руку, она бы не замерла от его прикосновения.</p>
    <p>Это было слишком рано, сказала она ему на следующий день. Слишком мало времени прошло после…</p>
    <p>Она ненавидела это слово; ненавидела произносить его, даже в мыслях.</p>
    <p>Слишком мало времени прошло после изнасилования.</p>
    <p>А ещё через день она возвращалась домой, туда, где произошло изнасилование — в кампус Йоркского университета в Торонто, к её прежней жизни преподавателя генетики.</p>
    <p>К её прежней одинокой жизни.</p>
    <p>Она будет скучать по многому, что осталось в Садбери. Например, по отсутствию пробок. Она будет скучать по друзьям, с которыми познакомилась здесь — Рубену Монтего и Луизе Бенуа. Будет скучать по расслабленной атмосфере Лаврентийского университета, где она провела исследование митохондриальной ДНК, доказавшее, что Понтер Боддет на самом деле неандерталец.</p>
    <p>Но больше всего, осознала она, стоя на обочине сельской дороги и глядя в безоблачное ночное небо, ей будет не хватать <emphasis>вот этого</emphasis>. Вида бескрайних звёздных россыпей. Вида Туманности Андромеды, которую показал ей Понтер. Вида изгибающегося над головой Млечного пути.</p>
    <p>А ещё…</p>
    <p>Да!</p>
    <p>Да!</p>
    <p>Особенно она будет скучать вот по этому — по виду северного сияния, мерцающего и волнующегося по всему небу: бледно-зелёные полотнища, призрачные занавеси.</p>
    <p>Мэри и правда надеялась в тот вечер снова увидеть северное сияние. Она возвращалась из дома Рубена в городке Лайвли (ха-ха!), с прощального барбекью с Рубеном и Луизой; и она съехала на обочину специально, чтобы ещё раз полюбоваться ночным небом.</p>
    <p>И небеса пошли навстречу. Зрелище захватывало дух.</p>
    <p>Теперь северное сияние будет всегда ассоциироваться у неё с Понтером. Она была с ним, когда увидела это впервые. Она почувствовала странное ощущение в груди, будто распирающий её священный трепет, вызванный разворачивающимся на небе действом, начал ослаблять сдавливающую её печаль.</p>
    <p>Северное сияние было прекрасно.</p>
    <p>А его не было.</p>
    <p>Небесные огни мерцали и переливались, их холодный зелёный свет заливал окрестности, очерчивая силуэты берёз и осин, ветви которых слегка колыхались под мягким августовским бризом.</p>
    <p>Понтер говорил, что он часто видит северное сияние. Отчасти из-за того, что приспособленные к холоду неандертальцы предпочитают селиться в более высоких широтах, чем люди этой Земли.</p>
    <p>Отчасти — из-за того, что благодаря феноменально острому нюху неандертальцев и вечно бдящим имплантам-компаньонам в его мире безопасно даже ночью; в родном городе Понтера Салдаке, расположенном на том же месте, где на этой Земле был Садбери, не было уличного освещения.</p>
    <p>А третья причина была в том, что неандертальцы большую часть своих энергетических потребностей удовлетворяют чистой солнечной энергией, благодаря чему небеса в их мире гораздо прозрачнее.</p>
    <p>Мэри дожила до тридцати восьми лет, ни разу в жизни не видев северного сияния. Она вряд ли вернется в Северное Онтарио в обозримом будущем, так что она знала, что сегодня, возможно, она видит волнующееся море небесных огней в последний раз.</p>
    <p>И она упивалась этим зрелищем.</p>
    <p>Понтер говорил, что некоторые вещи одинаковы на обеих версиях Земли: крупные детали географии, большинство видов растений и животных (хотя в мире неандертальцев, никогда не убивавших больше, чем требуется для пропитания, до сих пор жили мамонты и моа), общее устройство климата. Но Мэри — учёный: она разбиралась в теории хаоса, знала, как взмах бабочкиных крыльев может изменить погоду на другом конце света. Разумеется, из того, что небо чисто и безоблачно на этой Земле, никак не следовало, что то же самое верно для мира Понтера.</p>
    <p>Однако если погодные условия всё-таки совпали, то, возможно, Понтер сегодня тоже смотрит на ночное небо.</p>
    <p>И, возможно, думает о Мэри.</p>
    <p>Понтер, разумеется, увидит те же самые созвездия, пусть и называет он их по-другому; ничто, происходящее на Земле, не в силах изменить пути далёких звёзд. Но будет ли северное сияние таким же? Имеют бабочки или люди какое-либо влияние на хореографию небесных огней? Возможно, они с Понтером смотрят на одну и ту же картину — развевающиеся световые полотнища и протянувшиеся поперёк них семь звёзд Большого Ковша (или, как он их называет, Головы Мамонта).</p>
    <p>Да, он запросто может сейчас смотреть на те же переливы света, что и она, на вот эту волну, что пошла налево, на тот же…</p>
    <p><emphasis>О Господи!</emphasis></p>
    <p>Мэри ощутила, как у неё падает челюсть.</p>
    <p>Световой занавес расходился посередине, словно лист аквамариновой папиросной бумаги, который разрывают гигантские руки. Разрыв удлинялся и расширялся, начавшись в зените и уходя к горизонту. Мэри не видела ничего подобного в тот, первый раз, когда смотрела на северное сияние.</p>
    <p>В конце концов полотнище разделилось надвое, словно Красное море перед Моисеем. Какие-то искры — хотя вряд ли это могли быть искры — заполняли пространство между половинками. А потом правая половина словно бы завернулась вверх, как штора на окне поезда, по мере подъёма меняя цвет — зелёный, синий, фиолетовый, оранжевый, бирюзовый…</p>
    <p>А потом небо вспыхнуло всеми цветами радуги, и вся правая сторона северного сияния пропала.</p>
    <p>Оставшаяся половина теперь бурлила и закручивалась, словно всасываемая в отверстие в небосводе. Кружение ускорялось, от него разлетались брызги холодного зелёного пламени.</p>
    <p>Мэри заворожено смотрела. Пусть она всего во второй раз видела северное сияние, но фотографии в книгах и журналах попадались ей на глаза довольно часто. Она знала, что фотографии не дают полного представления; знала, что северное сияние волнуется и дрожит.</p>
    <p>Но <emphasis>такого</emphasis> она никак не ожидала.</p>
    <p>Светящийся вихрь продолжал сжиматься, по мере сжатия становясь всё ярче, и, наконец, с лёгким хлопком — или, может, он ей просто почудился — исчез.</p>
    <p>Мэри отступила назад и упёрлась в холодный металл своего взятого напрокат «додж-неона». Внезапно она осознала, что не слышит звуков ночного леса: насекомые, лягушки, совы, летучие мыши затихли, словно все они тоже наблюдали за происходящим в небе чудом.</p>
    <p>С растревожено бьющимся сердцем Мэри залезла обратно в машину; в голове металась одна мысль:</p>
    <p><emphasis>Интересно, это так и должно быть?</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава вторая</p>
    </title>
    <p><emphasis>Журард Селган поднялся с седлокресла и ходил вдоль периметра круглого кабинета, пока Понтер Боддет рассказывал ему о своём первом визите в мир глексенов.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— То есть в ваших отношениях с Мэре Воган остался элемент неудовлетворённости? — сказал Селган, возвращаясь на своё место.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер кивнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Отношения часто остаются невыясненными, — сказал Селган. — Было бы здорово, если бы в данном случае это было не так, но, без сомнения, в вашей жизни уже случались отношения, которые закончились не так, как вам бы хотелось.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, — очень тихо произнёс Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы подумали о ком-то конкретном, не правда ли? — сказал Селган. — Расскажите.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Моя партнёрша, Класт Харбен, — сказал Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ах. Ваши отношения с ней завершились? Кто инициировал разрыв?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Никто, — мрачно ответил Понтер. — Класт умерла двадцать месяцев назад.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— О, — сказал Селган. — Мои соболезнования. Она была… она была старше вас?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет. 145-я, как и я.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Бровь Селгана заползла на надбровный валик.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Несчастный случай?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Рак крови.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ах, — сказал Селган. — Трагедия. Но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Не говорите этого, Селган. — В голосе Понтера блеснул металл.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Не говорить чего?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Того, что вы собирались сказать.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И что, по-вашему, я собирался сказать?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что мои отношения с Класт завершились внезапно, так же, как и мои отношения с Мэре.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы так на это смотрите?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я знал, что не стоило сюда приходить, — сказал Понтер. — Вы, скульпторы личности, считаете свои выводы такими глубокомысленными. А они все лежат на поверхности. «Отношения с Зелёной завершились внезапно, и это напомнило вам о том, как завершились отношениях с Красной». — Понтер презрительно фыркнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Сеган несколько тактов сидел молча, по-видимому, ожидая, что Понтер скажет что-нибудь ещё. Не дождавшись, заговорил сам.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Однако это вашими стараниями портал между нашим миром и миром Мэре открыли снова. — Он замолчал, оставив фразу висеть в воздухе, и в конце концов Понтер ответил:</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И вы считаете, что причина в этом? Что меня не заботили последствия такого шага для нашего мира? Что всё, о чём я беспокоился — это мои незавершённые отношения?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Так скажите мне, — мягко предложил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Всё было совершенно не так. Нет, конечно, существует некоторое поверхностное сходство того, что случилось между мной и Класт, и того, что произошло между мной и Мэре. Но я учёный. — Сердитый взгляд его золотистых глаз впился в лицо Селгана. — </emphasis>Настоящий<emphasis> учёный. Я понимаю, где имеется истинная симметрия — не в этом случае — и умею отличить её от ложной аналогии.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но вы в самом деле оказывали давление на Верховный Серый совет. Я видел это по визору, как и тысячи других людей.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, но… — он замолк.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но что? О чём вы тогда думали? Чего стремились достичь?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ничего — кроме того, что считал наилучшим для своего народа.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы в этом уверены? — спросил Селган.</emphasis></p>
    <p>— Разумеется, уверен!<emphasis> — рявкнул Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган молчал, давая Понтеру прислушаться к эху его собственных слов, отражённому от полированных деревянных стен.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер Боддет признавал, что ничто из пережитого им ранее — по сути, ничто из пережитого<emphasis> кем бы то ни было</emphasis> в его мире — не было настолько пугающим, как его перемещение в странный параллельный мир, куда он прибыл в полной темноте и едва не утонул в гигантском водяном баке сразу по прибытии.</p>
    <p>Однако из всего пережитого им ранее в <emphasis>этом</emphasis> мире вряд ли что повергало его в такой ужас, как выступление перед Верховным Серым советом. Ведь это был не просто местный Серый совет; <emphasis>Верховный</emphasis> Серый совет управлял всей планетой, и его члены специально приехали сюда, в Салдак, чтобы встретиться с Понтером и Адекором и увидеть квантовый компьютер, с помощью которого уже дважды открывался портал в иную реальность.</p>
    <p>Никто из членов Верховного Серого совета не был моложе 143-го поколения, то есть на двадцать лет старше Понтера. Мудрость и опыт, а так же, при определённых обстоятельствах, злобное упрямство достигали в этих людях наивысшего расцвета.</p>
    <p>Понтер мог просто бросить это дело. Никто не заставлял их с Адекором снова открыть портал в другой мир. В самом деле, никто на свете, кроме, может быть, той женской группы из Эвсоя, не смог бы их уличить, вздумай они утверждать, что открытие портала оказалось невоспроизводимой флуктуацией.</p>
    <p>Однако возможности для торговли между двумя мирами были слишком велики, чтобы Понтер мог их проигнорировать. Обмен информацией был возможен совершенно точно: знания народа Понтера о сверхпроводимости в обмен на, скажем, космические технологии глексенов. Но вдобавок к этому был возможен и культурный обмен: произведения искусства этого мира на произведения искусства того; скажем, <emphasis>дибалат</emphasis> итеративного эпоса на, скажем, пьесу того же Шекспира, о котором часто слышал в том мире; скульптуры великого Кайдаса на полотна глексенских мастеров.</p>
    <p>Разумеется, думал Понтер, он действовал исключительно из этих благородных побуждений. Разумеется, он не имел никаких личных выгод от возможного открытия портала. Да, была Мэре. Но Мэре, без сомнения, не могла быть по-настоящему увлечена существом, настолько отличным от привычных ей мужчин — волосатому там, где мужчины её вида безволосы, приземистому и кряжистому, тогда как большинство глексенов худые и стройные, существом с надбровным валиком, выпирающим над глазами золотистого, а не голубого или коричневого цвета, как у большинства представителей её вида.</p>
    <p>У Понтера не было сомнений, что Мэре действительно страдает от травмы, про которую говорила, но это наверняка была не самая главная из множества причин, по которым она отвергла его поползновения.</p>
    <p>Но нет.</p>
    <p>Не так.</p>
    <p>Их по-настоящему тянуло друг к другу. Взаимно. Сквозь границы биологических видов и мировых линий, эта тяга была реальной. Понтер был в этом уверен.</p>
    <p>Но будет ли лучше, если контакт возобновится? Он хранил и лелеял свои воспоминания о проведённых с ней днях — и это были только воспоминания, поскольку имплант-компаньон не мог ничего передавать в архив алиби с той стороны. Мэре существовала лишь в его воображении, его мыслях и снах; не было никакой объективной реальности, с которой можно бы было сравнить её мысленный образ, за исключением нескольких мгновений, в течение которых она попала в поле зрения робота, спущенного Адекором в портал, чтобы позвать Понтера домой.</p>
    <p>Несомненно, так было лучше. Восстановление контакта могло испортить то, что между ними уже произошло.</p>
    <p>И всё же…</p>
    <p>И всё же, похоже на то, что портал всё-таки откроют снова.</p>
    <p>Понтер посмотрел на Адекора Халда, своего партнёра, стоящего рядом с ним в небольшом вестибюле. Адекор ободряюще кивнул. Перед ними были массивные двери зала заседаний Совета. Понтер подхватил сложенную деркерову трубу, которую они принесли с собой, и они вошли в зал, готовые к встрече с Верховными Серыми.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Само присутствие здесь учёного Боддета, — Адекор сделал жест в сторону Понтера, — является прямым доказательством того, что человек может пройти в иную вселенную и вернуться обратно без вреда для себя.</p>
    <p>Понтер смотрел на двадцатерых Серых: десять мужчин и десять женщин, по двое от каждого из десяти региональных правительств. На некоторых мероприятиях женщины садились в одной части помещения, а мужчины — в другой. Однако Верховный Серый совет имел дело с вещами, касающимися всего вида, поэтому мужчины и женщины, собравшиеся здесь со всех концов света, сидели вперемежку, образуя большой круг.</p>
    <p>— Однако, — продолжал Адекор, — помимо Жасмель, дочери Понтера, которая просунула в портал голову во время спасательной операции, более никто из нашего мира в том мире не бывал. Когда мы создали портал впервые, это была случайность — побочный эффект эксперимента с квантовыми вычислениями. Но теперь нам известно, что наша вселенная и та, другая, в которой доминируют глексены, каким-то образом <emphasis>спутаны</emphasis>. Портал всегда открывается в одну и ту же из неисчислимого множества альтернативных вселенных, существующих в соответствии с современными физическими теориями. И из предыдущего опыта нам известно, что портал остаётся открытым, пока через него проходит твёрдое тело.</p>
    <p>Бедрос, пожилой мужчина с Эвсоя, насупился на Адекора.</p>
    <p>— Так что вы предлагаете, учёный Халд? Просунуть сквозь портал палку, чтобы не дать ему закрыться?</p>
    <p>Понтер, стоящий рядом с Адекором, немного повернулся, чтобы Бедрос не заметил его усмешки.</p>
    <p>Адекору повезло меньше; он смотрел Бедросу в глаза и не мог отвести взгляд так, чтобы не показаться невежливым.</p>
    <p>— Ну… нет, — сказал он. — У нас на уме было нечто более… практичное, скажем так. Дерн Корд, наш знакомый инженер, предложил вставить в портал деркерову трубу.</p>
    <p>Они заранее договорились, что в этот момент Понтер развернёт трубу. Он всунул пальцы в узкое отверстие и сильно потянул в стороны. Труба, сделанная их переплетения металлических стержней, с лязгом начала растягиваться, пока её диаметр не превысил рост человека.</p>
    <p>— Эти конструкции применяются для укрепления стен шахтных туннелей на случай непредвиденных ситуаций, — объяснил Понтер. — Будучи развёрнутой, она уже не может свернуться обратно. Для того, чтобы привести её в исходное состояние, нужно разблокировать фиксатор на каждом пересечении металлических стержней специальным инструментом; никак иначе.</p>
    <p>Бедрос, вопреки ожиданиям, ухватил идею сразу же.</p>
    <p>— И вы думаете, что если просунуть такую штуку в портал, то он будет оставаться открытым неограниченно долго, и люди смогут ходить по этой трубе, как по тоннелю между двумя вселенными?</p>
    <p>— Именно так, — подтвердил Понтер.</p>
    <p>— А болезни? — спросила Журат, женщина 141-го поколения из местных Серых. Она сидела напротив Бедроса, так что Понтеру и Адекору пришлось развернуться, чтобы говорить с ней. — Я так поняла, что вы тяжело заболели, когда попали в другой мир.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Да. Я там познакомился с глексенским физиком, которая… — Он замолчал, услышав, как один из Серых хихикнул. Самому Понтеру это уже не казалось смешным, но для человека непривычного это звучало как «пещерный философ». — Так вот, — продолжил Понтер, — она предположила, что наши вселенные разошлись где-то сорок тысяч лет назад; это примерно полмиллиона месяцев. Глексены после этого глексены жили очень скученно и искусственно разводили многие виды животных, которыми питались. В этой среде, вероятно, появилось множество болезней, от которых у нас нет иммунитета. Также возможно, что у нас есть болезни, к которым нет иммунитета у них, хотя, как мне сказали, вероятность этого невелика, поскольку у нас плотность населения гораздо меньше. В любом случае, нам понадобится какая-то система обеззараживания, через которую должен будет проходить каждый путешественник, независимо от того, в каком направлении он движется.</p>
    <p>— Постойте, — сказал Жиндо, мужчина из южных земель по ту сторону от необитаемого экваториального пояса. К счастью, он сидел рядом с Журат, и Понтеру с Адекором не пришлось снова разворачиваться. — Туннель между мирами будет располагаться на дне Дебральской никелевой шахты, в тысячах саженей под землёй, не так ли?</p>
    <p>— Да, — подтвердил Понтер. — Видите ли, наш квантовый компьютер, с помощью которого мы открываем портал, должен быть экранирован от солнечной радиации, иначе он не сможет работать. Такое экранирование обеспечивает толща горных пород.</p>
    <p>Бедрос кивнул, и Адекор повернулся к нему.</p>
    <p>— Это означает, что между мирами сможет перемещаться лишь относительно небольшое число людей.</p>
    <p>— То есть, — подхватила Журат, понявшая, что имеет в виду Бедрос, — мы можем не беспокоиться насчёт вторжения. — Адекор повернулся к ней, Понтер по-прежнему смотрел на Бедроса. — Путешественнику придётся не только пройти через вот этот узкий туннель, но ещё и добраться до поверхности, прежде чем он попадёт в наш мир.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Именно так. Вы смотрите в самую кость.</p>
    <p>— Я понимаю ваш энтузиазм в этом деле, — подала голос Пандаро, председатель Совета, галасойка 140-го поколения, до этого момента сохранявшая молчание. Она сидела примерно посередине между Бедросом и Журат, так что Понтер повернулся налево, а Адекор — направо, чтобы оказаться лицом к ней. — Но я хотела бы уточнить. Правильно ли я понимаю, что глексены не могут сами открыть портал с той стороны?</p>
    <p>— Это так, председатель, — сказал Понтер. — Я, разумеется, многого не знаю об их компьютерных технологиях, но до создания квантового компьютера типа того, что построили мы с Адекором, им ещё очень далеко.</p>
    <p>— Насколько далеко? — спросила Пандаро. — Сколько месяцев?</p>
    <p>Понтер бросил взгляд на Адекора — в конце концов, он был экспертом по материальной части. Однако по выражению лица Адекора он понял, что тот ответить не готов.</p>
    <p>— Я думаю, по меньшей мере триста; возможно, значительно больше.</p>
    <p>Пандаро развела руками, словно ответ был очевиден с самого начала.</p>
    <p>— Стало быть, нам некуда торопиться. Мы можем изучить дело подробно и без спешки и…</p>
    <p>— <emphasis>Нет!</emphasis> — воскликнул Понтер. Взгляды всех присутствующих устремились к нему.</p>
    <p>— Прошу прощения? — холодным тоном произнесла председатель.</p>
    <p>— Я хотел сказать… просто… что мы не знаем, насколько воспроизводим феномен на длительных отрезках времени. Любое из граничных условий может измениться, и тогда…</p>
    <p>— Я понимаю ваше стремление продолжить работу, учёный Боддет, — сказала председатель, — но речь идёт о переносе болезней, о заражении…</p>
    <p>— У нас уже есть технологии, позволяющие решить эту проблему, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Теоретически, — подала голос ещё одна из членов совета. — На практике же метод Кажака никогда не использовался для этой цели. У нас нет полной уверенности…</p>
    <p>— Какие вы все <emphasis>робкие</emphasis>, — прервал её Понтер. Адекор бросил на него шокированный взгляд, но Понтер не обратил на партнёра внимания. — <emphasis>Они</emphasis> бы не были так напуганы. Они поднимались на высочайшие вершины их мира! Опускались на дно океана! Они летали в космос! Они были на Луне! Им не свойственна стариковская трусливость…</p>
    <p>— <emphasis>Учёный Боддет!</emphasis> — громоподобный глас председателя словно заполнил собой весь Зал Совета.</p>
    <p>Понтер замолчал.</p>
    <p>— Я… я прошу прощения, — сказал он, — я не имел в виду…</p>
    <p>— Я думаю, всем совершенно ясно, что вы имели в виду, — сказала Пандаро. — Но осторожность — это и есть наша работа. На наших плечах — благополучие всего мира.</p>
    <p>— Я знаю, — сказал Понтер, пытаясь заставить голос звучать ровно. — Я знаю, но ведь ставка очень высока. Мы не можем просто ждать месяц за месяцем. Мы должны действовать. <emphasis>Вы</emphasis> должны действовать. Прямо сейчас.</p>
    <p>Понтер почувствовал, как рука Адекора мягко легла на его плечо.</p>
    <p>— Понтер… — тихо сказал он.</p>
    <p>Но Понтер дёрнул плечом и высвободился.</p>
    <p>— Мы не были на Луне. Мы, вероятно, никогда не полетим на Луну — и это значит, что мы не полетим ни на Марс, ни к звёздам. Эта параллельная Земля — единственный мир, кроме нашего собственного, к которому наш народ когда-либо получит доступ. И такую возможность никак нельзя упускать.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Эта история походила на городскую легенду, но Мэри слышала её так часто, что подозревала, что она всё же правдива. Рассказывали, что когда Торонто в 1960-х годах решил обзавестись вторым университетом, то проект кампуса был целиком куплен у одного из университетов американского Юга. Это казалось хорошей идеей в плане экономии средств, однако никто не позаботился принять во внимание климатические различия.</p>
    <p>Это всегда создавало проблемы, особенно зимой. Изначально между зданиями кампуса было много открытого пространства, но постепенно оно было застроено новыми. Теперь в кампусе стало тесно — сталь и стекло, кирпич и бетон громоздились повсюду.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_1">И всё же здесь были вещи, которые Мэри находила неповторимыми. Например, название школы бизнеса, мимо здания которой она сейчас проходила — она носила имя некоего Шулика, и произносилось это именно как shoe lick<a l:href="#id20150414092305_40">[40]</a>.</p>
    <p>До начала занятий оставалась ещё неделя, и в кампусе было пустынно. Хотя день был в самом разгаре, Мэри обнаружила, что нервничает, шагая по пустынным аллеям, сворачивая за углы, проходя мимо глухих стен, протискиваясь в узкие проходы.</p>
    <p>Это случилось здесь. Её изнасиловали здесь.</p>
    <p>Как и в большинстве североамериканских университетов, студенток в Йоркском в наши дни больше, чем студентов. И всё же из более чем сорока тысяч учащихся примерно двадцать тысяч — мужчины, каждый из которых теоретически может оказаться преступником — если предположить, что насильник — студент университета.</p>
    <p>Но нет, так неправильно. Университет находится в Торонто, а более космополитичный город надо ещё поискать. У насиловавшего её мужчины была светлая кожа и голубые глаза. Это исключало существенную часть населения кампуса.</p>
    <p>А ещё он курит — Мэри живо вспомнилась табачная вонь в его дыхании. Хотя её внутренне передёргивало каждый раз, когда она видела закуривающего студента, всё же их нынешнее поколение родилось в 80-е, через два десятилетия после того, как министр здравоохранения США Лютер Терри заявил, что курение табака смертельно опасно. Мэри знала, что курит сейчас лишь малая часть женщин и ещё меньшая — мужчин.</p>
    <p>Поэтому напавший на неё человек не был «кем угодно» — он принадлежал к подмножеству подмножества подмножества: мужчина, голубоглазый, курит.</p>
    <p>Если бы Мэри его нашла, то смогла бы доказать его вину. Возможность применить профессиональные навыки в практических целях возникает у генетика нечасто, но в ту ужасную ночь они оказались как нельзя кстати. Мэри знала, как нужно хранить образцы семени насильника, содержащие ДНК, которая способна неопровержимо его изобличить.</p>
    <p>Мэри продолжила свой путь через кампус. Сейчас ещё не было толп, сквозь которые приходится пробираться. Однако в толпе она, должно быть, чувствовала бы себя увереннее. В конце концов, изнасилование произошло во время летних каникул, когда кампус пустеет. Толпа означает безопасность — неважно, в африканской саванне или в Торонто.</p>
    <p>В этот момент Мэри заметила приближающегося к ней мужчину. Её пульс встревожено зачастил, но она продолжила идти; не может же она теперь всю жизнь сворачивать в сторону при виде мужчины. Однако…</p>
    <p>Однако мужчина был белый — это очевидно даже на таком расстоянии.</p>
    <p>У него были светлые волосы. Она не видела волос того, кто на неё напал; на нём была лыжная маска. Но голубые глаза часто сочетаются со светлыми волосами.</p>
    <p>Мэри на секунду зажмурилась, отгородившись от яркого солнца, запершись в своём внутреннем мире. Возможно, ей и правда стоило последовать за Понтером через портал в его неандертальскую вселенную. Эта мысль несомненно посетила её, когда она металась по кампусу Лаврентийского университета, разыскивая Понтера, а потом вместе с ним мчалась к шахте «Крейгтон» и вниз, на её дно, стремясь успеть туда прежде, чем портал в иную реальность снова захлопнется. В конце концов, там она бы точно была недосягаема для насильника.</p>
    <p>Идущий навстречу человек был уже в десятке метров от неё. Молодой — вероятно, студент летнего семестра, в джинсах и футболке.</p>
    <p>И в солнцезащитных очках. Стоял солнечный летний день; Мэри и сама нацепила свои «фостер-грантс». Невозможно было определить, какого цвета его глаза, хотя они, конечно, не могли быть золотистыми, как у Понтера — она никогда и ни у кого больше не видела таких глаз.</p>
    <p>Мэри внутренне сжалась; мужчина подходил всё ближе.</p>
    <p>Даже если бы на нём не было солнцезащитных очков, Мэри всё равно так и не узнала бы, какого цвета его глаза. Когда он проходил мимо, она обнаружила, что смотрит в сторону и не может заставить себя посмотреть на него.</p>
    <p><emphasis>Да чтоб тебя,</emphasis> подумала она. <emphasis>Провались ты…</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 3</p>
    </title>
    <p><emphasis>— Значит, — сказал Журард Селган, — несмотря на вашу… ваше…</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер пожал плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мою нахрапистость, — сказал он. — Мы же не должны бояться называть вещи своими именами?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган качнул головой, принимая вариант Понтера.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Хорошо. Несмотря на вашу нахрапистость Верховный Серый совет не стал принимать решение немедленно, не так ли?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Не стал, — подтвердил Понтер. — И я полагаю, что они были правы, желая хорошенько обдумать ситуацию. Двое уже готовились стать Одним, так что в заседаниях Совета был сделан перерыв…</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Двое становятся Одним — такая простая фраза, но несущая в себе такую смысловую нагрузку и внутреннюю сложность для Понтера и его народа.</p>
    <p>Двое становятся Одним: ежемесячный пятидневный праздник, вокруг которого строится вся остальная жизнь.</p>
    <p>Двое становятся Одним: период, когда взрослые мужчины, обычно живущие на Окраине города, приходят в Центр, чтобы провести время со своими партнёршами и детьми.</p>
    <p>Это больше, чем перерыв в работе, больше, чем отвлечение от рутины. Это огонь, питающий культуру; это узы, связывающие семьи.</p>
    <p>Автобус на воздушной подушке опустился перед домом Понтера и Адекора. Двое мужчин вошли через задние двери и нашли пару незанятых седлокресел. Водитель запустил вентиляторы, автобус приподнялся над землёй и двинулся к соседнему дому, располагавшемуся на некотором отдалении.</p>
    <p>Раньше Понтеру и в голову бы не пришло задуматься о такой обыденной вещи, как автобус, но сегодня он не мог не отметить, насколько элегантным было его техническое решения по сравнению с транспортными средствами глексенского мира. Там экипажи любого размера катались по земле на колёсах. Всюду, где он успел побывать в мире глексенов (надо признать, всего-то в паре-тройке мест), он встречал широкие плоские тропы, покрытые искусственным камнем для того, чтобы колесу было легче катиться.</p>
    <p>И как будто одного этого им было мало, глексены ещё и использовали в качестве источника энергии для своих колёсных машин химические реакции — причём такие, конечные продукты которых невыносимо воняли. По-видимому, глексенов это беспокоило гораздо меньше, чем Понтера; оно и понятно, если принять во внимание их крошечные носы.</p>
    <p>Какой удивительный зигзаг природы! Понтер знал, что громадные носы его вида — по размеру большие, чем у всех других приматов — развились в последнюю ледниковую эпоху. По словам доктора Сингха, глексена, который обследовал его в больнице, объём носовой полости у неандертальцев в шесть раз превышает глексенский. Первоначальной целью, по-видимому, было увлажнение холодного воздуха прежде чем он доберётся до чувствительных лёгочных тканей. Однако громадные ледники в конце концов отступили, большие же носы остались из-за благоприятного побочного эффекта, каковым является отличное обоняние.</p>
    <p>Если бы не это, соплеменники Понтера, возможно, тоже стали бы использовать те же нефтепродукты и загадили бы свою атмосферу точно так же. Ирония ситуации не ускользнула от Понтера: разновидность людей, которую он всю жизнь считал ископаемыми, отравляет свои небеса тем, что они сами называют ископаемым топливом.</p>
    <p>Хуже того: каждый взрослый глексен, по-видимому, имел своё собственное, персональное транспортное средство. Какое немыслимое расточительство! Большая часть этих машин большую часть каждого дня просто стояла. Салдак, город, в котором жил Понтер, содержал около трёх тысяч транспортных кубов при населении двадцать пять тысяч человек — и Понтеру частенько казалось, что и это слишком много.</p>
    <p>Автобус опустился перед соседним домом. В автобус вошли соседи Понтера и Адекора, Торб и Гаддак, а также сыновья-близнецы Гаддака. Мальчики переезжают от матери к отцу в десятилетнем возрасте. У Адекора всего один ребёнок, восьмилетний Даб, он переедет к ним через год с лишним. У Понтера детей двое, но обе девочки: Мегамег Бек, 148-я, ей тоже восемь лет, и Жасмель Кет, 147-я, ей восемнадцать.</p>
    <p>Сам Понтер, как и его партнёр Адекор, принадлежал к поколению 145, так что им обоим было тридцать восемь. Вот ещё одна ненормальная особенность мира глексенов: они не контролировали циклы своего размножения, и дети у них рождались не каждые десять лет, а как придётся, непрерывно, каждый год. Так что вместо стройной дискретной возрастной структуры возраст людей образовывал непрерывный спектр. Понтер пробыл в их мире недостаточно долго, чтобы выяснить, как в таких условиях умудряется функционировать их экономика. Вместо постепенного перепрофилирования производства с одежды для младенцев на детскую, на подростковую, на молодёжную, глексены вынуждены постоянно выпускать одежду для всех возрастов одновременно. И ещё у них есть такое нелепое понятие как «мода» — про неё рассказывала Лу Бенуа: когда хорошую новую одежду выбрасывают, поскольку она не удовлетворяет изменчивым эстетическим предпочтениям.</p>
    <p>Автобус снова приподнялся над землёй. Дом Торба и Гаддака был последней остановкой на Окраине; Понтер устроился поудобнее в предвкушении долгого пути в Центр.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Как обычно, женщины постарались украсить город — огромные гирлянды пастельной расцветки протянулись между деревьями, стволы берёз и кедров обёрнуты цветными лентами, на крышах развеваются флаги, солнечные панели украсились золотой каймой, модули переработки отходов — серебряной.</p>
    <p>Понтер долгое время подозревал, что женщины вообще не снимают украшения, оставляя их висеть до следующего раза, но Адекор сказал, что не видел их, когда наведывался в Центр в Последние Пять в поисках представителя на дутом процессе, затеянном Даклар Болбай.</p>
    <p>Автобус опустился на землю. Пора листопада ещё не наступила, хотя когда Двое станут Одним ещё через месяц, он уже начнётся, и вентиляторы автобуса будут поднимать с земли тучи жёлтых, красных, коричневых листьев. Понтер будет рад, когда снова начнёт холодать.</p>
    <p>Понтер, специалист по компьютерам, автоматически отметил, что Торб, Гаддак и сыновья-близнецы Гаддака вышли наружу первыми: автобус работал по принципу «последний вошёл — первый вышел». Понтер и Адекор покинули автобус вслед за ними. Лурт, партнёрша Адекора, заспешила к ним, сопровождаемая маленьким Дабом. Адекор подхватил сына на руки поднял его высоко над головой. Даб захохотал, и Адекор тоже широко заулыбался. Он снова поставил Даба на землю и крепко обнял Лурт. В этот раз они расставались не на полный месяц — они оба присутствовали на <emphasis>доосларм басадларм,</emphasis> предварительных слушаниях по обвинению Адекора в убийстве Понтера, которое выдвинула Даклар Болбай после того, как Понтер провалился в другую вселенную. Но Адекор всё равно был вне себя от радости при виде своей женщины и ребёнка.</p>
    <p>Партнёрша Понтера Класт умерла, но он ожидал, что его дочери придут его встретить. Конечно, он с ними тоже виделся совсем недавно; Жасмель принимала деятельное участие в операции по возвращению Понтера из мира Глексенов.</p>
    <p>Адекор виновато взглянул на Понтера. Понтер знал, что Адекор очень любит его, и он демонстрировал свою любовь двадцать пять дней каждого месяц. Но сейчас наступило время для Лурт и Даба, и он собирался насладиться каждым его тактом. Понтер кивнул, словно отпуская Адекора, и тот пошёл прочь, правой рукой обнимая за талию Лурт, а в левой держа Даба.</p>
    <p>Мужчины вокруг приветствовали своих женщин, мальчики уходили с девочками своего поколения. Да, в последующие четыре дня будет очень много секса, но также будут игры, семейные пикники, массовые гуляния и прочие увеселения.</p>
    <p>Понтер огляделся. Толпа быстро редела. День был неприятно жаркий, и он вздохнул — но не только по этому поводу.</p>
    <p>— Я могу позвонить Жасмель, если хочешь, — сказала Хак, имплант-компаньон, вживленный в его левое предплечье над самым запястьем. Как и большинство компаньонов, она выглядела как прямоугольный матовый экран высокой контрастности размером примерно с палец, шесть крошечных контрольных штырьков под ним и линза объектива сбоку. Однако в отличие от большинства компаньонов, которые были не более, чем неразумными компьютерами, Хак обладала высокоразвитым искусственным интеллектом, разработанным коллегой Понтера Кобастом Гантом.</p>
    <p>Хак говорила не вслух, хотя и могла. Понтер стал воспринимать её как существо женского рода с тех пор, как Кобаст сделал так, чтобы она разговаривала голосом покойной партнёрши Понтера. Однако в такие дни, как сегодня, это казалось ему огромной ошибкой: этот голос напоминал, как сильно ему не хватает Класт. Он должен поговорить с Кобастом насчёт замены голоса у компаньона.</p>
    <p>— Нет, — тихо ответил Понтер. — Нет, никому звонить не надо. У Жасмель, знаешь ли, есть друг. Он, должно быть, приехал другим автобусом, и они уже ушли.</p>
    <p>— Как скажешь, — ответила Хак.</p>
    <p>Понтер огляделся. Здания в Центре выглядели почти так же, как и на Окраине. Центральная структура большинства из них была выращена методами древокультуры — стволы деревьев наращивали вокруг строительного шаблона, который потом убирали. У многих были кирпичные или деревянные пристройки, добавленные позже. У всех были массивы солнечных панелей, установленные либо на крышах, либо на окружающей территории. В более суровом климате здания приходилось строить целиком, но Понтеру такие сооружения всегда казались уродливыми. А вот глексены, похоже, <emphasis>все</emphasis> свои здания строят таким образом, да ещё и вплотную друг к другу, как стадо травоядных животных.</p>
    <p>Кстати о животных; сегодня днём будет охота на мамонта, мясо которого будут есть на завтрашнем празднестве. Возможно, Понтеру стоит присоединиться к охотничьей команде. Он уже давным-давно не брал в руки копья и не приносил домой мяса, добытого собственноручно. В конце концов, это хоть как-то его займёт — его и других мужчин, которым не с кем проводить время.</p>
    <p>— Папа!</p>
    <p>Понтер развернулся и увидел бегущих к нему Жасмель и её друга, Триона. Понтер почувствовал, как его лицо расплывается в улыбке.</p>
    <p>— Здравый день, милая, — сказал он, когда они приблизились. — Здравый день, Трион.</p>
    <p>Жасмель обняла отца. Трион смущенно топтался в сторонке. Когда Жасмель отпустила Понтера, Трион сказал:</p>
    <p>— Рад видеть вас. Слышал, с вами случилось невероятное приключение.</p>
    <p>— Да уж, — ответил Понтер. К этому парню он испытывал смешанные чувства, как и, наверное, любой отец молодой женщины. Да, Жасмель про Триона рассказывала только хорошее — он всегда к ней прислушивается, внимателен во время секса, учится на кожевника, то есть собирается производить ценный вклад в общественное благо. И всё же Жасмель — его дочь, и он хотел для неё только самого лучшего.</p>
    <p>— Прости, что опоздали, — скала Жасмель.</p>
    <p>— Ничего, — ответил Понтер. — А где Мегамег?</p>
    <p>— Она решила, что больше не хочет, чтобы её так называли, — сказала Жасмель. — Теперь она хочет, чтобы её звали просто Мега.</p>
    <p>Мега было её настоящим именем; Мегамег — уменьшительная форма от него. Его старшая дочь выросла, и младшая тоже быстро растёт.</p>
    <p>— Ах, — сказал он. — Ладно. Так где же наша Мега?</p>
    <p>— Играет с друзьями, — сказала Жасмель. — Мы повидаемся с ней позже.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— А вы двое чем планировали заняться сегодня утром?</p>
    <p>— Мы думали, что все вместе поиграем в <emphasis>лагатсу</emphasis>, — предложил Трион.</p>
    <p>Понтер посмотрел на него. Трион был, насколько Понтер мог судить, довольно красив: широкие плечи, далеко выступающий надбровный валик, чётко очерченный нос, глаза густого фиолетового оттенка. Однако причуды молодости не обошли его стороной — вместо того, чтобы свободно спадать по сторонам головы, его рыжеватые светлые волосы были зачёсаны налево и, должно быть, удерживались в таком состоянии какой-то липкой субстанцией.</p>
    <p>Понтер уже готов был согласиться на игру в <emphasis>лагатсу</emphasis> — он не гонял мячик уже не один декамесяц, однако вспомнил себя в их возрасте, двадцать лет назад, когда только начал ухаживать за Класт. Последнее, чего он мог тогда пожелать — это чтобы отец Класт отирался неподалёку.</p>
    <p>— Нет, — сказал он. — Идите гуляйте. Встретимся вечером за ужином.</p>
    <p>Жасмель пристально посмотрела на отца, и он понял, что она понимает, что на самом деле ему хотелось бы другого. Но Трион, не будь дурак, немедленно поблагодарил Понтера, подхватил Жасмель под руку и повел её прочь.</p>
    <p>Понтер смотрел им вслед. Жасмель, вероятно, родит первенца через год на следующий, когда запланировано рождение 149 поколения. Тогда всё станет по-другому, подумал Понтер. Когда Двое станут Одним, он по крайней мере сможет нянчиться с внуком.</p>
    <p>Автобус уже давно ушёл, улетев на Окраину за новой партией мужчин. Понтер повернулся и побрёл вглубь города. Наверное, стоит где-нибудь перекусить, а потом…</p>
    <p>Его сердце подпрыгнуло. Вот уж кого он не хотел бы сегодня видеть, однако…</p>
    <p>Однако вот она стоит, словно бы ждёт его.</p>
    <p>Даклар Болбай.</p>
    <p>— Здравый день, Понтер, — сказал она.</p>
    <p>Разумеется, они с Даклар были знакомы много лет. Она была партнёршей Класт. В сущности, если кто и понимал по-настоящему, каким ударом для Понтера стала смерть Класт, то только Даклар. Но…</p>
    <p>Но в его отсутствие она портила жизнь Адекору. Обвинить его в убийстве! Да Адекор способен убить Понтера, да и вообще кого бы то ни было, не более, чем сам Понтер.</p>
    <p>— Даклар, — сказал Понтер, опуская обычную форму вежливости.</p>
    <p>Даклар понимающе кивнула.</p>
    <p>— Не могу осуждать тебя за то, что я тебе неприятна, — сказала она. — Я знаю, что вредила Адекору, а вредить чьему-то партнёру — всё равно, что вредить ему самому. — Она заглянула Понтеру в глаза. — Понтер, я прошу прощения. Я надеялась застать здесь и Адекора и извиниться перед ним тоже, но опоздала.</p>
    <p>— Ты говоришь, что сожалеешь, — сказал Понтер, — но то, что ты делала…</p>
    <p>— Я делала ужасные вещи, — прервала его Даклар, опуская взгляд к земле, к своим ногам, затянутым в матерчатые мешки на концах черных штанин. — Но я хожу к скульптору личности, принимаю лекарства. Лечение только началось, но я уже чувствую себя не такой… злой.</p>
    <p>Понтер имел некоторое представление о том, через что прошла Даклар. Она не только потеряла партнёршу, которую делила в Понтером; задолго до этого она потеряла партнёра, Пелбона, которого однажды утром увели принудители. О, потом он вернулся, но не весь. Его подвергли кастрации, и их отношениям пришёл конец.</p>
    <p>Понтер был неимоверно потрясён смертью Класт, но у него хотя бы оставались Адекор, и Жасмель, и Мегамег — они помогли ему справиться. Как же тяжёло должно было быть Даклар, у которой ни Пелбона, ни детей.</p>
    <p>— Я рад, что тебе лучше, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Лучше, — подтвердила Даклар, снова кивнув. — Я знаю, что мне предстоит долгое лечение, но да, мне полегчало, и я…</p>
    <p>Понтер ждал, что она продолжит, но она молчала.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Ну, — сказала она, пряча глаза, — просто, я вроде как одна… — Она снова замолкла, но потом продолжила без вмешательства Понтера: — И ты тоже один. И, в общем, когда Двое становятся Одним, чувствуешь себя таким одиноким, когда не с кем провести время. — Она коротко взглянула ему в лицо, но снова отвернулась, словно боясь того, что может увидеть.</p>
    <p>Понтер был озадачен. Однако, если подумать…</p>
    <p>Даклар была умна, а это всегда влекло Понтера. А в её волосах серебрились восхитительные серые пряди, сплетаясь с натуральными каштановыми. А ещё…</p>
    <p>Но нет. Нет. Это безумие. После того, что она сделала с Адекором…</p>
    <p>Понтер почувствовал покалывание в челюсти. Это иногда случалось, хотя чаще зимой поутру. Он поднял руку, чтобы почесать это место сквозь бороду.</p>
    <p>229 месяцев назад ему сломали челюсть, и сделал это Адекор — они поругались из-за пустяка. Не приподними Понтер в тот момент голову, удар Адекора убил бы его на месте.</p>
    <p>Но Понтер вскинул голову вовремя, и, хотя половину нижней челюсти и семь зубов пришлось заменить искусственными дубликатами, он остался жив.</p>
    <p>И он простил Адекора. Понтер не выдвинул обвинений, и Адекор избежал скальпеля принудителя. Адекор прошёл курс лечения по контролю гнева, и за все месяцы, что минули с тех пор, он ни разу не замахнулся на Понтера или кого-либо ещё.</p>
    <p>Прощение.</p>
    <p>Он много беседовал с Мэре там, в её мире, о её вере в Бога и о человеке — якобы его сыне — который пытался научить прощению народ Мэре. Мэре была последовательницей учения этого человека.</p>
    <p>Ведь, в конце концов, Понтер и правда один. Невозможно было предсказать, что Верховный Серый совет решит по поводу открытия портала в мир Мэре; и даже если они всё же решат его открыть, у Понтера не было абсолютной уверенности в том, что портал непременно откроется.</p>
    <p>Прощение.</p>
    <p>То, что он дал Адекору полжизни назад.</p>
    <p>То, что система верований, которой придерживалась Мэре, ценила больше всего на свете.</p>
    <p>И, по-видимому, то, в чём Даклар сейчас нуждалась больше всего.</p>
    <p>Прощение.</p>
    <p>— Хорошо, — ответил Понтер. — Ты должна помириться с Адекором. При этом условии я готов забыть о вражде, которая возникла между нами в связи с последними событиями.</p>
    <p>Даклар улыбнулась.</p>
    <p>— Спасибо. — Но потом замолчала, и её улыбка померкла. — Ты не возражаешь против моей компании — пока дети не освободятся, конечно? Я всё ещё <emphasis>табант</emphasis> Меги, и они с Жасмель всё ещё живут в одном доме со мной, но я знаю, что тебе нужно побыть с ними, и не буду мешать. Но до тех пор…</p>
    <p>Она замолкла, не договорив, но её глаза снова на короткий миг встретили взгляд Понтера, и в них было явное предложение заполнить пустоту.</p>
    <p>— До тех пор, — сказал Понтер, принимая решение, — да, до тех пор я буду рад твоему обществу.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 4</p>
    </title>
    <p>Лаборатория Мэри в Йоркском университете выглядела такой же, какой она её оставила; несмотря на все, что произошло с ней в последнее время, прошло всего тридцать три дня с тех пор, как она была здесь в последний раз.</p>
    <p>Дария Клейн — одна из аспиранток Мэри — определённо регулярно наведывалась сюда в её отсутствие. В её углу всё было переставлено, а диаграммы на стене свидетельствовали, что секвенирование древнеегипетской Y-хромосомы идёт полным ходом, и многие пустые места уже заполнены.</p>
    <p>Арне Эггебрехт из Музея Пелицеуса в германском Хильдесхайме предположил, что египетская мумия, купленная недавно на распродаже старого парка развлечений в Ниагара-Фолс — это на самом деле Рамзес I, основатель династии, включающей Сети I, Рамзеса II (которого в «Десяти заповедях» играл Юл Бриннер), Рамзеса III и царицу Нефертари. Мумия сейчас хранилась в Университете Эмори в Атланте, но образцы ДНК были присланы на анализ в Торонто; лаборатория Мэри была мировым лидером в области извлечения древней ДНК, благодаря каковому факту она и познакомилась с Понтером Боддитом. В отсутствие Мэри Дария достигла значительного прогресса в деле с предполагаемым Рамзесом; Мэри одобрительно кивнула.</p>
    <p>— Профессор Воган?</p>
    <p>У Мэри ёкнуло сердце. Она повернулась. В дверях лаборатории стоял высокий худой мужчина за шестьдесят. У него был глубокий грубый голос и прическа под Рональда Рейгана.</p>
    <p>— Да? — ответила Мэри. Она почувствовала тошноту; мужчина загораживал единственный выход из комнаты. На нём был тёмно-серый деловой костюм с серым шёлковым галстуком — узел галстука ослаблен. Мгновение спустя он вошёл в лабораторию, выудил из серебристого кейса визитную карточку и протянул её Мэри.</p>
    <p>Она взяла ей, смутившись того, что её рука предательски дрожит. Карточка гласила:</p>
    <empty-line/>
    <cite>
     <p><strong>«Синерджи Груп»</strong></p>
     <p>Дж. К. (Джок) Кригер, Ph.D.</p>
     <p>Директор</p>
    </cite>
    <empty-line/>
    <p>Там был логотип: изображение земного шара, аккуратно разделённого надвое. На левой половине океаны были чёрные, а континенты — белые, на правой — наоборот. Почтовый адрес указывал на Рочестер, штат Нью-Йорк, а адрес электронной почты оканчивался на «.gov», что указывало на принадлежность организации к правительству США.</p>
    <p>— Чем могу помочь, доктор Кригер? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Я директор «Синерджи Груп», — сказал он.</p>
    <p>— Да, я прочитала. Никогда не слышала о такой.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_2">— Пока о нас никто не слышал, и мало кто услышит. «Синерджи» — правительственный мозговой центр, собиранием которого я занимаюсь последнюю пару недель. Мы взяли за образец корпорацию «RAND<a l:href="#id20150414092305_41">[41]</a>», хотя и в меньшем масштабе, по крайней мере, на текущем этапе.</p>
    <p>Мэри слышала о «RAND», но мало что знала о ней конкретного. Но всё-таки кивнула.</p>
    <p>— Один из наших основных источников финансирования — INS, — сказал Кригер. Мэри вскинула брови, и Кригер пояснил: — Служба иммиграции и натурализации США.</p>
    <p>— Ах, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Как вы знаете, инцидент с неандертальцем застал нас — застал <emphasis>всех</emphasis> — со спущенными штанами. Всё закончилось фактически раньше, чем успело начаться, а мы первые несколько дней считали, что это ещё одна дурацкая газетная утка — как сообщение о встрече с йети или о появившемся на сушёном черносливе лике Матери Терезы.</p>
    <p>Мэри кивнула. Она сама не сразу в это поверила.</p>
    <p>— Конечно, — продолжал Кригер, — есть вероятность того, что портал между нашей и неандертальской вселенными больше не откроется никогда. Но если это всё-таки произойдёт, мы должны быть к этому готовы.</p>
    <p>— Мы?</p>
    <p>— Правительство Соединённых Штатов.</p>
    <p>Мэри почувствовала некоторое напряжение в области позвоночника.</p>
    <p>— Портал открылся на канадской территории, так что…</p>
    <p>— На самом деле, мэм, он открылся в миле с четвертью <emphasis>под</emphasis> канадской территорией, в Нейтринной обсерватории Садбери, которая является совместный проектом канадских, британских и американских организаций, включая Университет Пенсильвании, Вашингтонский университет, а так же Лос-Аламосской, Лоуренсовской и Брукхейвенской национальных лабораторий.</p>
    <p>— О, — сказала Мэри. Она этого не знала. — Но шахта «Крейгтон», в которой находится обсерватория, принадлежит Канаде.</p>
    <p>— Точнее, канадской публично торгуемой компании «Инко». Но послушайте, я здесь не для того, чтобы спорить о суверенитете. Я просто хотел дать вам понять, что у США есть законные интересы в этом деле.</p>
    <p>— Хорошо, — ледяным тоном ответила Мэри.</p>
    <p>Кригер помолчал; он явно чувствовал, что слишком уклонился от темы.</p>
    <p>— Если портал между нашей и неандертальской вселенными снова откроется, мы хотим быть готовыми к этому. Защита портала не выглядит большой проблемой. Как вы, возможно, знаете, на командование двадцать второго крыла канадских ВВС, которое базируется в Норт-Бей, возложена задача обеспечения безопасности портала от вторжения или террористических атак.</p>
    <p>— Вы шутите, — сказала Мэри, хотя и подозревала, что вряд ли.</p>
    <p>— Нет, не шучу, профессор Воган. И ваше, и моё правительство относятся к ситуации очень серьёзно.</p>
    <p>— А какое отношение к этому имею я? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Вы идентифицировали Понтера Боддета как неандертальца на основании анализа его ДНК, так?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— С помощью такого рода анализа можно идентифицировать любого неандертальца? Можно ли надёжно определить, что данное лицо является неандертальцем или человеком?</p>
    <p>— Неандертальцы и есть люди, — сказала Мэри. — Мы принадлежим к одному роду Homo. Homo habilis, Homo erectus, Homo antecessor — если считать его отдельным видом — Homo heidelbergensis, Homo neanderthalensis, Homo sapiens. Все мы — люди.</p>
    <p>— Признаю свою ошибку, — сказал Крикер, кивнув. — Как мы должны себя называть, чтобы отличить нас от них?</p>
    <p>— Homo sapiens sapiens, — ответила Мэри</p>
    <p>— Длинновато, не правда ли? — заметил Кригер. — Кажется, я слышал, что нас иногда называют кроманьонцами. По-моему, вполне подходящий термин.</p>
    <p>— Технически, он относится лишь к отдельной верхнепалеолитической популяции анатомически современных людей, обнаруженных на юге Франции.</p>
    <p>— Тогда мы возвращаемся к предыдущему вопросу: как нам себя называть, чтобы отличить себя от неандертальцев?</p>
    <p>— У народа Понтера есть термин для обозначения ископаемых людей их мира, похожих на нас. Они называют их глексенами. В этом есть определённая симметрия: мы называем их именем, которое придумали для их ископаемых предков, а они нас — именем, которое придумали для наших ископаемых предков.</p>
    <p>— Как вы сказали? Глексены? — Кригер задумался. — Хорошо, думаю, это подойдёт. Могут ваши методы анализа ДНК провести границу между любым неандертальцем и любым глексеном?</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Сильно сомневаюсь. Внутривидовая вариативность очень велика, и…</p>
    <p>— Но неандертальцы и глексены — это разные виды, наверняка существуют гены, которые есть только у них или только у нас. Например, ген, который отвечает за надбровный валик.</p>
    <p>— О, у многих из нас, глексенов, тоже есть надбровный валик. К примеру, он довольно часто встречается у мужчин из Восточной Европы. Конечно, его двойной изгиб характерен именно для неандертальцев, но…</p>
    <p>— А что насчёт треугольных выступов в носовой полости? — спросил Кригер. — Я слышал, что это отличительная черта неандертальцев.</p>
    <p>— Да, это так, — сказала Мэри. — Если вы готовы заглядывать каждому человеку в нос…</p>
    <p>Кригеру было не до шуток.</p>
    <p>— Я думал о том, что вы могли бы найти отвечающий за них ген.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_3">— О, возможно, хотя они сами, вероятно, уже его нашли. Понтер дал понять, что они уже давно завершили свой проект, аналогичный нашему «Геному человека».<a l:href="#id20150414092305_42">[42]</a> Но вообще да, я могла бы поискать диагностический маркер.</p>
    <p>— Правда? И как скоро?</p>
    <p>— Не торопитесь, — сказала Мэри. — У нас есть ДНК четырёх доисторических неандертальцев и одного современного. Исследовательская база узковата.</p>
    <p>— Но вы всё же могли бы это сделать?</p>
    <p>— Возможно. Только зачем?</p>
    <p>— Как много времени это займёт?</p>
    <p>— С тем оборудованием, что у меня есть, и если я не буду ни на что отвлекаться — вероятно, несколько месяцев.</p>
    <p>— А что если мы дадим вам всё необходимое оборудование и персонал, которые потребуются? Что тогда? Деньги — не проблема, профессор Воган.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как её сердце убыстряет бег. Будучи <emphasis>канадским</emphasis> учёным, она никогда в жизни не слышала таких слов. У неё были друзья, которые после защиты уехали на постдок в американские университеты; они часто рассказывали про пяти- и шестизначные суммы грантов и новейшее оборудование. Исследовательский грант самой Мэри составлял жалкие 3200 долларов. Причём, разумеется, канадских.</p>
    <p>— Ну, с неограниченными ресурсами, я думаю, это можно провернуть довольно быстро. Если повезёт, то за несколько недель.</p>
    <p>— Отлично, отлично. Займитесь этим.</p>
    <p>— Гмм, при всём уважении, доктор Кригер, я гражданка Канады; вы не можете говорить мне, что делать.</p>
    <p>Кригер мгновенно дал задний ход.</p>
    <p>— Конечно, нет, профессор Воган. Прошу прощения. Мой энтузиазм бежит впереди меня. Я хотел сказать, не будете ли вы так любезны предпринять подобное исследование? Как я сказал, мы предоставим всё необходимое оборудование и персонал и значительную сумму в качестве оплаты ваших услуг.</p>
    <p>У Мэри голова шла кругом.</p>
    <p>— Но зачем? Почему это так важно?</p>
    <p>— Если портал между двумя мирами откроется снова, — сказал Кригер, — наш мир будет посещать большое количество неандертальцев.</p>
    <p>Мэри прищурилась.</p>
    <p>— И вы хотите… как-то их дискриминировать?</p>
    <p>Кригер покачал головой.</p>
    <p>— Ничего подобного, уверяю вас. Но нам нужно это знать для целей иммиграционного учёта, для оказания соответствующей медицинской помощи и так далее. Вы ведь не хотите, чтобы находящемуся без сознанию пациенту дали не те лекарства только потому, что доктор не смог определить, неандерталец он или глексен.</p>
    <p>— Но ведь для этого достаточно посмотреть, есть ли у него имплант-компаньон. Понтер говорил, что в его мире все носят такие.</p>
    <p>— Ни в коей мере не хочу бросить тень на вашего друга, профессор Воган, но мы знаем об этом исключительно с его слов. В своём мире он с тем же успехом может оказаться условно освобождённым преступником, а эта штуковина — следящим устройством, которые носят лишь преступники.</p>
    <p>— Понтер не преступник, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Тем не менее вы, несомненно понимаете, как полезно было бы иметь свои собственные, независимые методы для определения вида, к которому относится то или иное лицо, не полагаясь на сведения, известные нам лишь с чужих слов.</p>
    <p>Мэри неуверенно кивнула. Это вроде бы имело смысл. И, кстати, был ведь прецедент: канадское правительство уже вложило массу усилий для того, чтобы сформулировать, кого считать индейцем, а кого — нет, для правильного распределения пособий и льгот. И всё же…</p>
    <p>— Но ведь нет оснований полагать, что портал когда-либо откроется снова? То есть, должны же быть какие-то основания так считать, разве нет? — Она была бы счастлива увидеть Понтера снова, но…</p>
    <p>Кригер качнул головой.</p>
    <p>— Нет. Но наша политика — быть готовыми ко всему. Буду с вами честен: я признаю́, что внешность вашего мистера Боддета, скажем так, весьма характерна. Но можем ли мы быть уверены, что не существует неандертальцев с менее выраженными характерными особенностями, которые способны раствориться среди людей нашего вида?</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Вы говорили с Милфордом Уолпоффом.</p>
    <p>— Говорил. И с Иэном Таттерсоллом, и практически с каждым специалистом по неандертальцам. Похоже, консенсуса насчёт того, насколько сильно неандертальцы отличаются от нас, не существует.</p>
    <p>Мэри кивнула; это, несомненно, было правдой. Некоторые, как Уолпофф, считали, что неандертальцы — это лишь ещё одна разновидность Homo sapiens — в лучшем случае раса, если этот термин всё ещё имеет хоть какой-то смысл, и, несомненно, относятся к одному виду с нами. Другие, подобно Таттерсоллу, придерживались противоположной точки зрения: что неандертальцы — это отдельный биологический вид, Homo neanderthalensis. Пока что все генетические исследования свидетельствовали в пользу последней гипотезы, однако Уоллпофф и его последователи полагали, что немногие имеющиеся образцы неандертальской ДНК, включая 379 нуклеотидов, которые Мэри сама извлекла из типового экземпляра в Rheinisches Landesmuseum, либо были нехарактерными, либо неправильно интерпретировались.</p>
    <p>— У нас по-прежнему лишь один полный образец неандертальской ДНК, — напомнила Мэри, — а именно ДНК Понтера Боддета. Выявить характерные признаки по единственному образцу может оказаться невозможно.</p>
    <p>— Я это понимаю. Но мы этого никогда не узнаем, пока не попробуем.</p>
    <p>Мэри оглядела лабораторию.</p>
    <p>— У меня есть обязанности здесь, в Йоркском. Семинары. Аспиранты.</p>
    <p>— Я понимаю и это, — сказал Кригер. — Однако я уверен, что об этом можно договориться. Я уже перемолвился парой слов с ректором.</p>
    <p>— То есть речь идёт о проекте с полной занятостью?</p>
    <p>— Да, мы, разумеется, оплатим вам весь учебный год.</p>
    <p>— Где я буду работать? Здесь?</p>
    <p>Кригер покачал головой.</p>
    <p>— Нет, мы хотели бы, чтобы вы работали в нашем режимном учреждении.</p>
    <p>— В Рочестере?</p>
    <p>— В Рочестере, штат Нью-Йорк, да.</p>
    <p>— Отсюда не очень далеко, не так ли?</p>
    <p>— Я летел самолётом, — сказал Кригер, — и это практически вообще не заняло времени. На машине, как я понимаю, где-то три с половиной часа.</p>
    <p>Мэри задумалась. Она по-прежнему сможет видеться с друзьями и с мамой. И она признавала, что сейчас ничто так её не интересует, как изучение ДНК Понтера; преподавание же ей будет только мешать.</p>
    <p>— Какие… э-э… условия вы предлагаете?</p>
    <p>— Мы предлагаем годовой контракт консультанта на сумму 150000 долларов и медстраховку с полным покрытием. — Он улыбнулся. — Я знаю, что для вас, канадцев, это ключевой пункт.</p>
    <p>Мэри задумалась. Она уже более или менее смирилась с возвращением в Йоркский университет, в место, где её изнасиловали, но…</p>
    <p>Но нет. Нет, это не так. Она думала, что сможет это пережить, но если сегодняшнее утро хоть сколько-нибудь показательно, то она до сих пор шарахается от собственной тени.</p>
    <p>— У меня здесь квартира, — сказала Мэри. — Кондоминиум.</p>
    <p>— Мы позаботимся об ипотечных платежах и квартплате на время вашего отсутствия; по окончании работы ваш дом будет вас ждать.</p>
    <p>— В самом деле?</p>
    <p>Кригер кивнул.</p>
    <p>— Да. Ведь это величайшее событие, случившееся на нашей планете с… да с самого начала времён. Мы с вами, профессор Воган, собственными глазами наблюдаем конец кайнозойской и начало новой эры. Уже тридцать пять тысяч лет или около того на земле существует лишь одно человечество — наше, но если портал откроется, их снова станет два, и в этот раз мы позаботимся, чтобы всё пошло как надо.</p>
    <p>— Ваше предложение весьма соблазнительно, доктор Кригер.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_4">— Джок. Зовите меня Джок. — Пауза. — Видите ли, я раньше работал в корпорации RAND. Я математик; когда я окончил Принстон, семьдесят процентов выпускников математических специальностей подавали заявление в RAND. Это было место, где давали деньги и ресурсы на занятия чистой наукой. Тогда ходила шутка, что RAND расшифровывается как «Research And No Development»<a l:href="#id20150414092305_43">[43]</a> — это был мозговой центр в чистейшем виде.</p>
    <p>— А как это расшифровывается на самом деле?</p>
    <p>— Якобы просто «Research and Development». Но она финансировалась американскими ВВС и существовала с единственной целью: проработка сценариев ядерного конфликта. Я специалист по теории игр; это моя профессия, и из-за неё я туда и попал: чтобы строить модели балансирования на грани ядерной войны. — Он помолчал. — Вы видели «Доктор Стрейнджлав»?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Давным-давно.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_5">— Помните сцену в штабе, где Джордж К. Скотт сжимает в руках исследование корпорации «BLAND»? В следующий раз, когда будете смотреть, остановите DVD и приглядитесь. Исследование озаглавлено «Глобальные цели в мегатрупах<a l:href="#id20150414092305_44">[44]</a>». Мы примерно этим и занимались. Но Холодная война закончилась, профессор Воган, и теперь нас ждёт нечто невероятно позитивное. — Он замолк. — Знаете, несмотря на свои военные корни, корпорация «RAND» много занималась долгосрочным прогнозированием. Одно из исследований называлось «Планеты, на которых жить людям» и было посвящено вероятности обнаружения где-нибудь в галактике землеподобных планет. Его выполнил Стивен Доул в 1964, когда я только пришёл в «RAND». Но даже в те времена, когда космическая программа была в зените славы, очень немногие из нас всерьёз считали, что мы получим возможность попасть на другую землеподобную планету ещё при нашей жизни. Но если портал откроется снова, такая возможность появится. И поэтому мы хотим, чтобы контакт прошёл без сучка без задоринки. Когда откроется первое неандертальское посольство…</p>
    <p>— Неандертальское посольство! — воскликнула Мэри.</p>
    <p>— Мы думаем наперёд, профессор Воган. Для этого и существует «Синерджи» — не только чтобы взять лучшее из обоих миров, а чтобы сделать нечто, что было бы больше, чем сумма составных частей. Нас ждёт интереснейшая работа, и мы хотели бы, чтобы вы приняли в ней участие.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 5</p>
    </title>
    <p>Понтер и Даклар шли через площадь, болтая о пустяках. Вокруг резвились дети — играли в игры, гонялись друг за другом, просто дурачились.</p>
    <p>— Всегда хотела спросить об этом мужчину, — сказала Даклар. — Вы скучаете по детям, когда Двое порознь?</p>
    <p>Маленький мальчик 148 поколения выбежал прямо перед ними, ловя летающий треугольник. Понтер никогда не жалел о том, что у него две дочери, но и правда иногда хотел, чтобы у него был ещё и сын.</p>
    <p>— Конечно, — ответил он. — Я всё время о них думаю.</p>
    <p>— Они такие замечательные девочки, Жасмель и Мега, — сказала Даклар.</p>
    <p>— Я думал, вы с Жасмель враждовали, пока меня не было, — сказал Понтер.</p>
    <p>Даклар уныло усмехнулась.</p>
    <p>— Ну да. Она говорила от имени Адекора на <emphasis>доосларм бадасларм</emphasis>, а я была его обвинителем. Но Понтер, я ведь не дура. Очевидно, что она была права, а я — нет.</p>
    <p>— Так вы теперь помирились?</p>
    <p>— Это… потребует времени, — сказала Даклар. — Ты же знаешь, какая Жасмель. Упрямая, как сталактит — как его ни тяни, всё равно держится.</p>
    <p>Понтер засмеялся. Он хорошо знал Жасмель — и Даклар, как видно, знала её не хуже.</p>
    <p>— Да, с ней бывает тяжело, — согласился он.</p>
    <p>— Ей только-только исполнилось 225 месяцев, — сказала Даклар. — Разумеется, с ней тяжело. — Она помолчала. — Для молодой женщины это большой стресс, знаешь ли. От неё ожидают, что к началу зимы она обзаведётся двумя партнёрами. Я знаю, что Трион, скорее всего, станет её партнёром-мужчиной, но вот женщину она всё ещё ищет.</p>
    <p>— У неё не будет проблем, — сказал Понтер. — Она — настоящее сокровище.</p>
    <p>Даклар улыбнулась.</p>
    <p>— Да, она такая. Унаследовала всё лучшее от Класт и… — Она снова замолкла, возможно, раздумывая, следует ли заходить так далеко. — И от тебя тоже.</p>
    <p>Но Понтер был польщён этим замечанием.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал он.</p>
    <p>Даклар погрустнела.</p>
    <p>— Когда Класт умерла, Жасмель и Мега очень грустили. Мегамег-то была слишком мала, чтобы по-настоящему понимать, что случилось, но Жасмель… Девочке без матери очень сложно. — Она замолчала; Понтер подумал, не ожидает ли от него похвалы за то, что она заменила Жасмель мать. — Я пыталась быть хорошим <emphasis>табантом</emphasis>, — продолжила Даклар. — Но это совсем не то, что настоящая мать.</p>
    <p>И снова Понтер не знал, что сказать.</p>
    <p>— Да, — сказал он. — Наверное, ты права.</p>
    <p>— Я знала, что они никак не могли переехать к вам с Адекором, — сказала Даклар. — Девочкам жить на Окраине…</p>
    <p>— Да, — согласился Понтер. — Конечно, это было невозможно.</p>
    <p>— Тебе… — Даклар оборвала себя, уставившись на покрывавшую площадь коротко подстриженную траву. — Тебе не нравилось, что я взяла над ними опеку?</p>
    <p>Понтер слегка пожал плечами.</p>
    <p>— Ты была партнёршей Класт. Ты была самой логичной кандидатурой на роль <emphasis>табанта</emphasis> для её дочерей.</p>
    <p>Даклар медленно склонила голову. Ей голос был тих.</p>
    <p>— Я не об этом спрашиваю.</p>
    <p>Понтер закрыл глаза и вздохнул.</p>
    <p>— Ты права. Да, мне это не нравилось — прости. Я их отец, их кровная родня. Ты…</p>
    <p>Даклар ждала, что он продолжит, но когда стало ясно, что он больше не собирается ничего говорить, закончила мысль за него:</p>
    <p>— А я им не родня, — сказала она. — Они не мои дети, но я всё-таки взяла над ними опеку.</p>
    <p>Понтер ничего не ответил; для этой ситуации не было вежливого ответа.</p>
    <p>— Это ничего, — сказала Даклар, на мгновение касаясь его плеча. — Ничего, что ты так к этому относишься. Это естественно.</p>
    <p>Над головой пролетело несколько гусей; несколько дроздов, прятавшихся в траве, вспорхнули при их приближении.</p>
    <p>— Я очень люблю своих детей, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Я их тоже люблю, — сказала Даклар. — Я знаю, что это не мои дети, но я жила с ними всю их жизнь, так что люблю их как своих.</p>
    <p>Понтер остановился и посмотрел на Даклар. Он никогда не задумывался над таким типом отношений; чужие дети его всегда немного раздражали — Адекоров Даб, к примеру, был весьма вредным ребёнком. В нормальной семье Даклар жила бы со своими собственными детьми. Сын или дочь 148-го поколения всё ещё жили бы с матерью и её партнёршей, как и дочь 147-го — хотя в течение следующих нескольких месяцев она бы обзавелась партнёром и партнёршей и стала бы жить отдельно.</p>
    <p>— Ты удивлён, — спросила Даклар. — Я правда люблю Жасмель и Мегу.</p>
    <p>— Ну…я… думаю, я просто никогда об этом не задумывался.</p>
    <p>Даклар улыбнулась.</p>
    <p>— Как видишь, у нас очень много общего. Мы оба любили одну и ту же женщину. И оба любим одних и тех же детей.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер и Даклар решили начать день с просмотра пьесы, поставленной в открытом амфитеатре. Понтер всегда любил театр, а пьеса относилась к числу его любимых — «Вамлар и Колапа», историческая постановка об охотнике и собирательнице. Такого рода пьесы играют только когда Двое становятся Одним, чтобы могли участвовать актёры обоих полов. Сюжет строился на множестве завязок и поворотов, которые были бы невозможны в современную эру компаньонов: одни люди пропадали без вести, другие не могли общаться, будучи далеко друг от друга, третьи не могли доказать, что были в определённом месте в определённое время, четвёртые по-разному описывали одни и те же события.</p>
    <p>В амфитеатре они уселись прямо на полу, скрестив ноги, и Понтер обнаружил, что его колено плотно прижато к колену Даклар.</p>
    <p>Пьеса была действительно хороша.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>После представления Понтер с Даклар отправились навестить маленькую Мегамег, которая играла с друзьями. При виде отца она пришла в полный восторг и бросилась к нему через весь двор.</p>
    <p>— Привет, малышка! — сказал Понтер, подхватывая её на руки.</p>
    <p>— Привет, папа! — Она посмотрела на Даклар и поздоровалась, как отметил Понтер, совершенно тем же радостным тоном: — Привет, Даклар!</p>
    <p>Он ощутил укол ревности — он явно предпочёл бы, чтобы она больше радовалась встрече с ним, её биологическим отцом, чем с законным опекуном. Но это быстро прошло. Он знал, что у его младшей дочери любви хватит на всех. Он снова сжал её в объятиях, потом опустил на землю.</p>
    <p>— Смотрите как я могу! — крикнула она. Потом отбежала от них на несколько шагов и сделала сальто назад.</p>
    <p>— Ух ты! — воскликнул Понтер, лучась от гордости.</p>
    <p>— Здорово! — сказала Даклар, хлопая в ладоши. Понтер взглянул на неё и улыбнулся. Даклар улыбнулась ему в ответ.</p>
    <p>Мегамег явно хотела показать ещё один трюк, но они на неё не смотрели.</p>
    <p>— Папа! Мама! Смотрите! — закричала она.</p>
    <p>У Понтера перехватило дыхание. Мегамег смутилась.</p>
    <p>— Ой! — тихо сказала она. — То есть, папа, Даклар, смотрите!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>К середине дня Понтер начал нервничать. Сегодня Двое становятся Одним, и он вовсе не дурак. Но у него не было секса с женщиной… первой мыслью было — с тех пор, как двадцать месяцев назад умерла Класт. Но на самом деле дольше. О, он любил Класт до её последнего дня, но последствия рака начали давать о себе знать гораздо раньше. Это было… в сущности, он не помнил. Понтер никогда не позволял себе думать о том, что эта встреча может быть последней их с Класт интимной близостью, что вот сейчас он входит в неё последний раз, но…</p>
    <p>Но в конце концов самый последний раз всё-таки наступил, и после она уже была слишком слаба, чтобы делать это снова. И это было, вероятно, за целый декамесяц до её смерти.</p>
    <p>Так что — по меньшей мере тридцать месяцев. Да, всё это время рядом был Адекор, но…</p>
    <p>Но это не то же самое. Физические контакты между двумя мужчинами — или двумя женщинами, неважно — хотя также являются выражением любви, но это всё же развлечение, забава. Но <emphasis>секс</emphasis> — это потенциально репродуктивный акт.</p>
    <p>Конечно, ни у Даклар, ни у любой другой женщины не было никаких шансов забеременеть, когда Двое становятся Одним в этот раз. Все женщины, живя вместе и вдыхая феромоны друг друга, давным-давно синхронизовали свои менструальные циклы. В это время месяца ни одна из них не могла забеременеть. В следующем году, когда запланировано зачатие 149 поколения, Верховный Серый совет сдвинет дни, когда Двое становятся Одним, так, что они совпадут с периодом максимальной фертильности.</p>
    <p>И всё же, хоть у Даклар не было шансов забеременеть, прошло <emphasis>так</emphasis> много времени с тех пор, как…</p>
    <p>— Давай отведём детей на площадь Дарсона и пойдём чего-нибудь перекусим, — предложила Даклар.</p>
    <p>Понтер ощутил, как его бровь взбирается на гребень надбровного валика. <emphasis>Детей.</emphasis> Понятно, что за детей. Его детей.</p>
    <p>Её детей.</p>
    <p>Их детей.</p>
    <p>Она положительно знала, как к нему подольститься. Попытка наладить отношения через секс могла растревожить его и выбить из колеи. Но прогулка с детьми…</p>
    <p>Это было именно то, что нужно.</p>
    <p>— Конечно, — сказал он. — Конечно.</p>
    <p>Понтер кивком подозвал Мегамег, и они пошли искать Жасмель — что было нетрудно, поскольку её компаньон и Хак могли легко связаться. На улицах по-прежнему играло множество детей, но взрослые, как правило, разошлись по домам, чтобы предаться утехам любви. Лишь некоторые взрослые — и мужчины, и женщины — ещё оставались на улице.</p>
    <p>В мире глексенов Понтер практически не имел дела с детьми, но, как он понял, их там редко вот так оставляли одних. Глексенское общество было больно вдвойне. Во-первых, они не чистили свой генетический пул, не удаляли из него даже наиболее нежелательные психологические особенности. А во-вторых, среди них не появилось своего Лонвеса Троба, который сделал бы их свободными: без имплантов-компаньонов и регистраторов алиби глексены по-прежнему подвергались опасности со стороны себе подобных, и, как смог понять Понтер из того немногого, что видел по глексенскому визору, объектом нападений часто становились дети.</p>
    <p>Но здесь, в этом мире, дети могли бродить, где им вздумается и днём, и ночью. Понтер не понимал, как в глексенском мире родителям удаётся сходить с ума.</p>
    <p>— Вот она! — сказала Даклар, заметив дочь Понтера прежде него. Жасмель и Трион рассматривали стенд с инструментами для свежевания, выставленный в уличном павильоне.</p>
    <p>— Жасмель! — позвал Понтер и замахал рукой. Его дочь вскинула голову и расцвела в радостной улыбке — ни следа досады от того, что их с Трионом прогулку прервали.</p>
    <p>Понтер и Даклар подошли ближе.</p>
    <p>— Мы собирались сходить на площадь Дарсона, поесть буйволятины.</p>
    <p>— Кстати, мне тоже ещё нужно повидаться с родителями, — сказал Трион, то ли восприняв невысказанный намёк Понтера, то ли и правда собирался с ними встретиться — Понтер не мог сказать. Трион склонился к Жасмель и лизнул её в лицо. — Увидимся вечером, — сказал он.</p>
    <p>— Пошли! — сказала Мегамег, вставая на цыпочки и беря за руку Понтера левой рукой, а Даклар — правой. Жасмель прижалась к Понтеру, и он обхватил её второй рукой за плечи, и они вчетвером пошли обедать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 6</p>
    </title>
    <p>Хотя Мэри и предпочла бы обдумать предложение Джока Кригера, думать здесь особо было не о чем — оно было слишком соблазнительно, чтобы его упустить.</p>
    <p>А сегодня как раз было назначено единственное собрание факультета до начала учебного года. Присутствовать будут не все — многие профессора всё ещё где-то отдыхают либо принципиально отказываются являться на работу раньше первого вторника сентября. Но большинство её коллег будут там, и это будет самый подходящий момент, чтобы найти среди них замену для своих курсов. Мэри знала, что ей очень повезло: она оказалась женщиной как раз в подходящую эпоху, когда Йоркский и другие университеты корректируют исторические дисбалансы в своей кадровой политике, особенно в отношении научного персонала. Ей не составило труда получить постоянную должность, а потом и бессрочный контракт, тогда как многие мужчины её возраста по-прежнему считали копейки и каждый семестр сражались за лишние часы по сезонным контрактам.</p>
    <p>— Всех с возвращением, — сказала Кейсер Ремтулла. — Надеюсь, все отлично провели лето?</p>
    <p>Полтора десятка человек, сидящие за большим столом в конференц-зале, закивали.</p>
    <p>— Отлично, — сказала Ремтулла. Это была пакистанка возрастом за пятьдесят, одетая в бежевую блузку и такого же цвета брюки. — Конечно, — продолжила она, улыбаясь, — я уверена, что ни у кого не было таких захватывающих каникул, как у нашей Мэри.</p>
    <p>Мэри почувствовала, что краснеет; Корнелиус Раскин и ещё несколько человек захлопали.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала она.</p>
    <p>— Однако, — продолжила Кейсер, — если у нас всё пройдёт гладко, Мэри, вероятно, покинет нас на весь этот год.</p>
    <p>Корнелиус, сидящий через стол от неё, настороженно выпрямился. Мэри улыбнулась; он знал, что из этого следует и был готов вцепиться в подвернувшуюся возможность.</p>
    <p>— Мэри читает вводной курс генетики на втором, регуляцию экспрессии генов на третьем и эукариотную генетику на четвёртом кусре, — сказала Кейсер. — Плюс она курирует двоих аспирантов — Дарию Клейн, которая делает работу по ДНК древних людей, и Грэма Смайта, который… Мэри, чем он занимается?</p>
    <p>— Переоценкой танксономии певчих птиц на основе анализа митохондриальной ДНК.</p>
    <p>— Точно, — сказала Кейсер, кивая. Она оглядела собравшихся поверх своих узких очков. — Если кому-нибудь интересны дополнительные преподавательские часы…</p>
    <p>Рука Корнелиуса Раскина взметнулась вверх прежде, чем Кейсер закончила произносить «кому-нибудь». Мэри было жаль несчастного Корнелиуса. Ему было тридцать пять или тридцать шесть, он защитился восемь лет назад. Однако на факультете не было вакансий для белых мужчин. Десять лет назад он бы уже был на полпути к бессрочному контракту; сегодня же он получал 6000 долларов за семестровый курс и 12000 за годовой и жил в облупленной многоэтажке в Дрифтвуде, районе неподалёку, в который даже студенты предпочитали не заходить — Корнелиус называл своё жилище «пентхаузом в трущобах».</p>
    <p>— Возьму регуляцию, — сказал Корнелиус. — И эукариотную генетику.</p>
    <p>— Берите эукариотную и вводной для второго, — сказала Кейсер. — Не могу отдать все плюшки одному.</p>
    <p>Корнелиус стоически кивнул.</p>
    <p>— Договорились, — сказал он.</p>
    <p>— В таком случае, — сказал Девон Грин, ещё один белый мужчина и тоже преподаватель на сезонном контракте, — могу я взять курс регуляции экспрессии генов?</p>
    <p>Кейсер кивнула.</p>
    <p>— Он ваш. — Она взглянула на Карен Кли, негритянку примерно одних лет с Мэри. — Вы бы могли взять… э-э… скажем, мисс Клейн?</p>
    <p>Преподаватели с временным контрактом не могут курировать аспирантов; эта работа только для постоянных сотрудников.</p>
    <p>— Я бы лучше взяла парня с птичками, — сказала Карен.</p>
    <p>— О’кей, — ответила Кейсер. — Кто возьмёт мисс Клейн?</p>
    <p>Молчание.</p>
    <p>— Тогда поставим вопрос так, — сказала Кейсер. — Кто возьмёт мисс Клейн и старый офис Мэри?</p>
    <p>Мэри улыбнулась. У неё действительно был первоклассный офис, с хорошим видом на оранжереи.</p>
    <p>— Продано! — воскликнула Хелен Райт.</p>
    <p>— Ну, вот и всё, — сказала Кейсер. Она повернулась к Мэри с улыбнулась. — Похоже, этот год мы перетопчемся без вас.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>После собрания факультета Мэри вернулась к себе в лабораторию. Хорошо бы, если бы сегодня пришли Дария и Грэм, её аспиранты; они вправе услышать объяснения от неё лично.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_6">Хотя какое объяснение она могла им дать? Очевидное — что ей предложили отличную работу в Штатах — было лишь частью правды. Мэри и раньше звали в американские университеты; её обхаживали далеко не впервые. Но все те предложения она отклонила, говоря себе, что она предпочитает жить в Торонто, что здешний климат «придаёт ей сил», что ей будет не хватать «Си-Би-Си»<a l:href="#id20150414092305_45">[45]</a>, и здешних прекрасных театров, и Карибаны<a l:href="#id20150414092305_46">[46]</a>, и «Ищеек Бейкер-стрит»<a l:href="#id20150414092305_47">[47]</a>, и Йорквилля<a l:href="#id20150414092305_48">[48]</a>, и бистро «Ле-Селект», и Королевского музея, и некурящих ресторанов, и «Блю-Джейз»<a l:href="#id20150414092305_49">[49]</a>, и «Глоуб энд Мэйл»<a l:href="#id20150414092305_50">[50]</a>, и социальной медицины, и Харборфронтских чтений.</p>
    <p>Конечно, она могла расписать им все достоинства новой работы — но главной причиной её отъезда всё-таки оставалось изнасилование. Она знала, что такое происходит повсюду — в другом городе не будет безопаснее, чем здесь. Но именно желание избавиться от напоминаний о нём понесло её в Садбери разбираться с безумной историей об обнаруженном там живом неандертальце, и сейчас её тянуло из города то же самое чувство. Возможно, если сейчас рядом была Дария, она смогла бы ей об этом рассказать… но она никак не могла обсуждать это с Грэмом Смайтом… или любым другим мужчиной, по крайней мере, в этом мире.</p>
    <p>Мэри принялась собирать личные вещи, которые хотела забрать из лаборатории, в старый пластиковый ящик из-под молока, который кочевал по всему факультету уже многие годы. У неё был настенный календарь с фотографиями крытых мостов; фотография её двух племянников в рамке; кофейная чашка с логотипом «Канада a.m.» — она была на их шоу почти десять лет назад, после того, как сумела получить ДНК тридцатитысячелетнего медведя, найденного в юконской вечной мерзлоте. Большинство книг на полках принадлежало университету, но она забрала полдюжины своих собственных, включая свежее издание справочника CRC.</p>
    <p>Мэри оглядела лабораторию ещё раз. Кому-то другому придётся продолжить секвенирование ДНК странствующего голубя, которым она занималась перед отъездом в Садбери. И, хотя большинство растений в лаборатории принадлежало Мэри, она не сомневалась, что Дария будет аккуратно их поливать.</p>
    <p>Итак: всё готово. Она подхватила заметно потяжелевший молочный ящик и уже двинулась было к двери…</p>
    <p>Нет. Нет, осталось ещё кое-что.</p>
    <p>Она знала, что могла бы оставить это здесь. Никто бы не выкинул их в её отсутствие. Какое там, у них ещё хранились образцы, принадлежавшие Даниэлю Колби, а он уже два года как умер.</p>
    <p>Мэри поставила ящик на пол, пересекла лабораторию из конца в конец и подошла к холодильнику для хранения биологических образцов. Она открыла дверцу и ощутила порыв морозного воздуха.</p>
    <p>Они были там: два матовых контейнера для образцов с надписью «Воган 666».</p>
    <p>В одном были её трусики с той ночи, в другом…</p>
    <p>В другом содержалось то, что он оставил внутри неё.</p>
    <p>Но нет. Нет, она не возьмёт это с собой. Они могут остаться здесь; кроме того, ей не хотелось даже касаться их. Она захлопнула дверцу холодильника и повернулась.</p>
    <p>Как раз в этот момент в дверь лаборатории просунулась голова Корнелиуса Раскина.</p>
    <p>— Привет, Мэри, — сказал он.</p>
    <p>— Привет, Корнелиус.</p>
    <p>— Просто хотел сказать, что мы будем по тебе скучать, и… в общем, хотел поблагодарить за доставшиеся мне часы.</p>
    <p>— Не за что, — ответила Мэри. — Не думаю, что для этого курса есть более подходящая кандидатура. — Это не была простая вежливость: она знала, что это так. Корнелиус был настоящим вундеркиндом: он учился в Университете Торонто, но степень получал в Оксфорде, где работал в Центре изучения древних биомолекул.</p>
    <p>Мэри подошла к молочному ящику.</p>
    <p>— Давай помогу, — сказал Корнелиус. — Отнести к машине?</p>
    <p>Она кивнула. Корнелиус присел на корточки и поднялся вместе с ящиком. Они вышли в коридор. Им навстречу попался Джереми Баньон, аспирант, но не Мэри, другого преподавателя.</p>
    <p>— Здравствуйте, профессор Воган, — поздоровался он. — Здравствуйте, доктор Раскин.</p>
    <p>Мэри заметила, как кисло улыбнулся Корнелиус в ответ. Мэри и других постоянных сотрудников факультета всегда называли «профессор», но Корнелиусу такое обращение было не положено. Только в академических стенах обращение «доктор» могло считаться утешительным призом, и она отчётливо видела, как сильно Корнелиус жаждет этого слова на букву «п».</p>
    <p>Мэри с Корнелиусом спустились по лестнице и вышли под августовский зной. По Йорк-лэйн они дошли до парковки, и Корнелиус помог ей погрузить ящик в багажник её «хонды». Она попрощалась с ним, уселась за руль, завела мотор и покатила навстречу новой жизни.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 7</p>
    </title>
    <p><emphasis>— Вызывает интерес, что вы начали новые отношения так скоро, — сказал Селган совершенно нейтральным тоном.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я не </emphasis>начинал<emphasis> отношений, — возразил Понтер. — К тому времени я был знаком с Даклар Болбай больше 200 месяцев.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— О, да, — согласился Селган. — Ведь она была партнёршей вашей партнёрши.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер скрестил руки на груди.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Так что, разумеется, вы были с ней знакомы, — поддакнул Селган, кивая.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Так и было. — В голосе Понтера прозвучали нотки самооправдания.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— За всё то время, что вы были знакомы с Даклар, у вас когда-нибудь были фантазии на её счёт?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что? — переспросил Понтер. — В смысле, сексуальные?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, сексуальные.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Разумеется, нет.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган едва заметно пожал плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В этом нет ничего необычного. Многие мужчины фантазируют о женщинах, с которыми связаны их партнёрши.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер помолчал несколько тактов, потом тихо признал:</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ну, есть определённая разница между досужими мыслями и </emphasis>фантазиями<emphasis>…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Конечно, — согласился Селган. — Конечно. И часто в ваших досужих мыслях появлялась Даклар?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет, — быстро ответил Понтер. Он снова замолчал, потом продолжил: — Ну, «часто» — это субъективный термин. То есть, конечно, время от времени, я думаю…</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган улыбнулся.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Как я сказал, в этом нет ничего необычного. Существует целый раздел порнографии, посвящённый именно этой теме. Вы когда-нибудь с ней…</emphasis></p>
    <p>— Нет,<emphasis> — отрезал Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Как скажете. Но я чувствую подспудный дискомфорт. Что-то вас беспокоит в этом изменении ваших отношений с Даклар. Что именно?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер молчал.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Может быть, вы считали это неправильным, потому что Класт умерла совсем недавно?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер покачал головой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет. Класт умерла; ушла. На самом деле общение с Даклар помогало мне </emphasis>вспомнить<emphasis> Класт. В конце концов, Даклар — единственный человек на свете, который знал Класт так же близко, как и я.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Хорошо, — сказала Селган. — Тогда позвольте мне задать вам ещё один вопрос.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Не думаю, что могу вам как-то помешать, — ответил Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И это тоже правда, — сказал Селган, улыбаясь. — В тот момент вы ещё не знали, какое решение примет Верховный Серый совет по вопросу об открытии портала в мир глексенов. Был ли ваш дискомфорт связан с мыслью о том, что, проводя время с Даклар, вы изменяете Мэре?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер саркастически засмеялся.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вот видите? Я же говорил, вы, скульпторы личности, всегда ищете простые банальные ответы. Я не был связан с Мэре Воган. Я не брал на себя никаких обязательств. Мой дискомфорт…</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер оборвал себя на полуслове, и некоторое время Сеглан ждал, что он продолжит говорить. Но он молчал.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы не договорили, — сказал Селган. — Мысль сформировалась у вас в мозгу, но вы решили не озвучивать её. Что это была за мысль?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер сделал глубокий вдох, наверняка чтобы ощутить запах феромонов Селгана и попытаться угадать природу приготовленной им ловушки. Но Селган обладал способностью контролировать свои телесные запахи; именно благодаря ей он был так хорош в своей области. Он терпеливо ждал, и Понтер, наконец, ответил:</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я изменял не Мэре. Адекору.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это ваш партнёр, — сказал Селган, будто бы пытаясь вспомнить, где он уже слышал это имя.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, — ответил Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ваш партнёр, который вытащил вас из чужого мира, разлучил с Мэре Воган…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да. Нет. То есть, я…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Он сделал то, что должен был сделать, вне всякого сомнения, — сказал Селган. — И всё-таки где-то глубоко внутри вас была какая-то частица, которая… что?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер закрыл глаза.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Которая злилась на него за это.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— За то, что он вернул вас домой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер кивнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— За то, что разлучил вас с Мэре.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Снова кивок.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— За то, что лишил вас возможной замены Класт.</emphasis></p>
    <p>— Никто<emphasis> не сможет заменить Класт, — вскинулся Понтер. — Никто.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Конечно, нет, — быстро согласился Селган, поднимая руки ладонями к Понтеру. — Простите. И всё же, вам нравилось — какой-то части вас нравилось — флиртовать с Даклар, женщиной, которая, пока вас не было, едва не подвела Адекора под кастрацию. Ваше подсознание желало его наказать? Отомстить за то, что он заставил вас вернуться из другого мира?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы неправы, — сказал Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— О, — сказал Селган, — это случается довольно часто…</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Двое в конце концов перестали быть Одним, и Понтер с Адекором и другими мужчинами снова вернулись на Окраину. По дороге Понтер ничего не сказал Адекору о том, что встречался с Даклар. Не то чтобы Адекора расстроило бы то, что Понтер проводил время женщиной — ревновать однополого партнёра к его связям с противоположным полом было бы в высшей степени нелепо.</p>
    <p>Однако Даклар — это не просто какая-то женщина.</p>
    <p>Как только Понтер и Адекор выгрузились из автобуса возле своего дома, навстречу им вылетела Пабо, собака Понтера красновато-коричневого окраса. Иногда они брали её с собой в центр, но в этот раз решили оставить дома; в их отсутствие она могла запросто прокормиться охотой.</p>
    <p>Все трое вошли в дом, и Понтер тут же присел на диван. Вообще-то была его очередь готовить ужин, и обычно он принимался за дело сразу, как только они входили в дом, но сегодня он хотел сначала поговорить с Адекором.</p>
    <p>Адекор пошёл в уборную, и Понтер ждал его, нетерпеливо ёрзая. Наконец, послышался звук смывных струй. Адекор вышел и заметил, что Понтер сидит на диване; он выразительно поднял бровь.</p>
    <p>— Присядь, — сказал Понтер.</p>
    <p>Адекор взгромоздился на седлокресло лицом к Понтеру.</p>
    <p>— Я хочу, чтобы ты услышал это от меня прежде, чем услышишь от кого-то ещё, — сказал Понтер.</p>
    <p>Адекор ничего не сказал, лишь выжидающе глядел на него.</p>
    <p>— Большую часть периода, когда Двое были Одним, я провёл с Даклар.</p>
    <p>Адекор заметно осел в своём седлокресле, его ноги бессильно обвисли по сторонам.</p>
    <p>— Даклар? — повторил он и переспросил, словно была какая-то другая Даклар: — Даклар <emphasis>Болбай</emphasis>?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— После того, что она со мной сделала?</p>
    <p>— Она жаждет прощения, — сказал Понтер. — Твоего прощения и моего.</p>
    <p>— Она пыталась добиться моей кастрации!</p>
    <p>— Я знаю, — тихо сказал Понтер. — Я знаю. Но ей не удалось.</p>
    <p>— Нет ножа — нет раны? — взвился Адекор. — Так, что ли?</p>
    <p>Понтер молчал томительно долго, собираясь с мыслями. Он прокручивал эту речь в голове, пока автобусе ехал из Центра, но, как всегда в таких случаях, реальность сильно отклонилась от запланированного сценария.</p>
    <p>— Послушай, я же должен подумать о детях. Будет плохо, если их отец и женщина, с которой они живут, станут враждовать.</p>
    <p>— Мне Жасмель и Мегамег тоже не безразличны, — сказал Адекор. — Но не я начал этот конфликт.</p>
    <p>Понтер медленно кивнул.</p>
    <p>— Разумеется. Но… всё-таки… им нелегко пришлось в эти двадцать месяцев.</p>
    <p>— Я знаю, — сказал Адекор. — Мне очень жаль, что Класт умерла, но, ещё раз, я не начинал этот конфликт. Его начала Даклар Болбай.</p>
    <p>— Я это понимаю, — сказал Понтер. — Но… но прощение приносит пользу не только тому, кого прощают. Но и тому, <emphasis>кто</emphasis> прощает. Носить гнев, ненависть, злобу внутри… — Понтер покачал головой. — Гораздо лучше выпустить её, избавиться от неё полностью и навсегда.</p>
    <p>Адекор, по-видимому, задумался над его словами. После короткого молчания она сказал:</p>
    <p>— Две с лишним сотни месяцев назад я ударил тебя…</p>
    <p>Понтер почувствовал, как его губы сами собой сжимаются. Они никогда об этом не говорили. <emphasis>Никогда</emphasis>. Во многом благодаря этому они смогли жить дальше.</p>
    <p>— И, — сказал Адекор, — ты меня простил.</p>
    <p>Понтер застыл.</p>
    <p>— Ты никогда не просил у меня ничего взамен, — сказал Адекор. — И я знаю, что и сейчас ты не просишь ничего взамен…</p>
    <p>Пабо, явно обеспокоенная внезапным изменением привычного порядка — ведь уже было время готовить ужин! — вошла в жилую комнату и ткнулась носом в колени Понтеру. Он потянулся к ней и почесал ей макушку.</p>
    <p>— Даклар правда хочет прощения, — сказал Понтер.</p>
    <p>Адекор смотрел в покрытый мхом пол. Понтер знал, о чём он думает. Кастрация была высшей мерой наказания, разрешённой законом, и Даклар добивалась её применения в отсутствие преступления. Её собственная несчастливая судьба предоставила для этого если не оправдание, то мотив.</p>
    <p>— Ты собираешься вступить с ней в союз? — спросил Адекор, не поднимая глаз.</p>
    <p>Вообще-то с партнёршей Адекора, Лурт, у Понтера сложились хорошие отношения, но в целом не было никакого закона, который предписывал бы ладить с партнёршей своего партнёра.</p>
    <p>— Пока рано даже задумываться об этом, — сказал Понтер. — Но я провёл с ней четыре вполне приятных дня.</p>
    <p>— У вас был секс?</p>
    <p>Для Понтера в таком вопросе не было ничего оскорбительного; для партнёров-мужчин обсуждать интимные отношения со своими женщинами было нормально — в сущности, это был обычный способ выяснить, что именно каждому из них доставляет удовольствие, но так трудно описывается словами.</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер. Потом пожал плечами. — Могло дойти и до секса, если бы представился случай, но мы почти всё время провели вместе с Жасмель и Мегамег.</p>
    <p>Адекор кивнул, словно Понтер только что раскрыл ему обширный заговор.</p>
    <p>— Лучший способ завоевать любовь мужчины — заботиться о его детях.</p>
    <p>— Она, знаешь ли, их <emphasis>табант</emphasis>. В каком-то смысле это и её дети.</p>
    <p>Адекор ничего не ответил.</p>
    <p>— Так как? — спросил, наконец, Понтер. — Ты простишь её?</p>
    <p>Адекор какое-то время разглядывал росписи на потолке комнаты.</p>
    <p>— Какая ирония, а? Эта наша проблема возникла лишь вследствие доброты, которую ты проявил тогда, две сотни месяцев назад. Если бы ты публично обвинил меня в нападении, меня бы кастрировали ещё тогда. И в этом случае Даклар нечего было бы требовать с меня, когда ты пропал. — Он двинул плечами. — У меня нет другого выбора, кроме как простить её.</p>
    <p>— У тебя есть выбор, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Как и у тебя был тогда, давным-давно. — Адекор кивнул. — И я прощу её.</p>
    <p>— Ты хороший человек, — сказал Понтер.</p>
    <p>Адекор нахмурился, словно обдумывая эту простую мысль.</p>
    <p>— Нет, — ответил он. — Нет, я просто <emphasis>адекватный</emphasis>. А вот ты, друг мой…</p>
    <p>Понтер усмехнулся и поднялся на ноги.</p>
    <p>— Пора мне заняться ужином, — сказал он.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Хотя Двое уже не были Одним, Понтер и Адекор снова явились в Центр, в зал заседаний Совета. Верховные Серые объявили, что готовы огласить своё решение относительно открытия портала.</p>
    <p>Зал Совета был забит зрителями обоих полов. Адекор выглядел неуверенно, и Понтеру понадобилось некоторое время, чтобы понять, почему. Когда он был в этом помещении в прошлый раз, это был его <emphasis>доосларм басадларм</emphasis>. Однако Адекор ни словом не обмолвился о своём дискомфорте — это было бы напоминанием о той неприятной истории с Даклар — и Понтер был безмерно благодарен ему за это.</p>
    <p>Среди зрителей находились одиннадцать эксгибиционистов в серебристых одеждах. Понтер так и не сумел понять глексенской идеи «новостей»: непрерывного сообщения обо всех плохих вещах, что происходят в мире. Некоторые каналы посвящали этому десять десятых времени своего вещания, а вещали они круглые сутки. Импланты-компаньоны, которые обеспечивали безопасность людей вот уже почти тысячу месяцев, положили конец воровству, убийствам и избиениям. Тем не менее, информационный голод никуда не делся; Понтер читал, что сплетничанье выполняет у людей ту же функцию, что и взаимное выискивание паразитов у остальных приматов — связывает их воедино. И поэтому некоторые граждане делают свой вклад в общество путём разрешения всем желающим просматривать то, что передаёт их имплант; люди просто настраивают свой визор на передачу того из них, кто им больше нравится.</p>
    <p>Один-два эксгибициониста присутствовали на каждом заседании Серого совета, но сегодняшнее вызвало такой интерес, что явились даже те эксгибиционисты, что обычно посещают лишь спортивные мероприятия или поэтические чтения.</p>
    <p>Председатель Верховного Серого совета Пандаро поднялась и обратилась к собравшимся, опираясь на резную деревянную трость.</p>
    <p>— Мы изучили дело, переданное для нашего рассмотрения учёным Халдом и учёным Боддетом, — сказала она. — Мы также изучили пространное описание путешествия учёного Понтера в мир глексенов, сделанное по его возвращению оттуда, а также немногие имеющиеся физические свидетельства.</p>
    <p>Понтер коснулся пальцами небольшого золотого предмета, который он иногда носил на шее. Ему очень не хотелось отдавать его на анализ, и он был счастлив, когда его вернули. Мэре дала его ему перед самым его возвращением в свой мир: пара взаимно перпендикулярных золотых полосок, одна длиннее другой.</p>
    <p>— И, после длительных размышлений, — продолжала Пандаро, — мы пришли к выводу, что потенциальная выгода от получения доступа к этой другой Земле и другому человечеству, с его научными достижениями и уникальными товарами для обмена, слишком велика, чтобы её игнорировать.</p>
    <p>— Это ошибка! — выкрикнул мужской голос из толпы зрителей. — Не делайте этого!</p>
    <p>Советник Бедрос, сидящий рядом с председателем Пандаро, впился взглядом в кричащего.</p>
    <p>— Ваше мнение было учтено, если вы дали себе труд поучаствовать в опросе на эту тему. Тем не менее, обязанность принятия решения лежит на этом Совете, поэтому будьте любезны дослушать его до конца.</p>
    <p>Пандаро продолжила:</p>
    <p>— Верховный Серый совет, — сказала она, — сорока голосами против шести рекомендует разрешить учёным Халду и Боддету попытаться снова открыть портал в параллельную вселенную. Они должны докладывать Совету о результатах каждые десять дней; вопрос о целесообразности продолжения этих работ должен рассматриваться каждые три месяца.</p>
    <p>Понтер встал и слегка поклонился.</p>
    <p>— Благодарю вас, председатель.</p>
    <p>Адекор тоже вскочил, и двое мужчин обнялись.</p>
    <p>— Приберегите это на потом, — сказала Пандаро. — Теперь что касается конкретных мер безопасности и карантина…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 8</p>
    </title>
    <p>— Добро пожаловать в «Синерджи Груп», доктор Воган.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_12">Мэри улыбнулась Джоку Кригеру. Она плохо себе представляла, чего ожидать от нового места работы. Как оказалось, «Синерджи Груп» располагалась в старинном особняке в районе Рочестера под названием Сибриз<a l:href="#id20150414092305_51">[51]</a>, на самом берегу озера Онтарио. Понтеру бы понравилось это место: по песчаному пляжу вышагивала цапля, а в гавани, усеянной прогулочными яхтами, плавали утки, гуси и лебеди.</p>
    <p>— Давайте я покажу вам, что к чему, — продолжил Кригер и повёл Мэри вглубь старинного дома.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Сейчас у нас в штате двадцать четыре человека, — сказал Кригер, — но мы всё ещё растём.</p>
    <p>Мэри была поражена.</p>
    <p>— Двадцать четыре человека работают над проблемами неандертальской иммиграции?</p>
    <p>— Нет-нет-нет. «Синерджи» участвует во многих других проектах. Генетический проект имеет особенно высокий приоритет, потому что это то, что может понадобиться сразу же, если портал снова откроется. Но мы здесь изучаем ситуацию с неандертальцами в любых её аспектах. Правительство США особенно интересуется имплантами-компаньонами, и…</p>
    <p>— «Большой Брат смотрит на тебя», — сказала Мэри.</p>
    <p>Но Кригер покачал головой.</p>
    <p>— Нет, ничего подобного. Дело в рассказах Понтера о том, что компаньоны имеют полный сферический обзор и производят детальную запись всего, что происходит в непосредственной близости от носителя. Нет, у нас есть, конечно, четверо социологов, призванных разобраться в том, может ли неандертальская практика использования этой технологии найти какое-то применение в нашем мире — хотя, честно говоря, я в этом очень сомневаюсь; слишком уж мы ценим тайну частной жизни. Но всё же к моменту открытия портала мы хотели бы иметь равные возможности. Если их эмиссары могут без усилий постоянно записывать всё, что они видят и слышат, то нам бы хотелось, чтобы у наших эмиссаров в их мире тоже была такая возможность. В конечном счёте всё сводится к торговле — честной торговле.</p>
    <p>— Ах, — сказала Мэри. — Но Понтер сказал, что его компаньон не может ничего передавать отсюда в архив алиби; ничто из его пребывания в нашем мире не было записано.</p>
    <p>— Да, да, но это чисто техническая проблема. К примеру, записывающее устройство можно установить по эту сторону портала.</p>
    <p>Они шли по длинному коридору и сейчас как раз добрались до его конца. Кригер открыл дверь. Внутри было три человека: чернокожий мужчина, белый мужчина и белая женщина. Чернокожий мужчина полулежал в кресле и бросал смятые обрывки бумаги в урну для мусора. Белый мужчина пялился в окно на пляж и озеро за ним. А белая женщина ходила туда-сюда перед белой доской, сжимая в руке маркер.</p>
    <p>— Фрэнк, Кевин, Лили, познакомьтесь с Мэри Воган, — сказал Кригер.</p>
    <p>— Привет, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Вы по визуализации? — спросила женщина, должно быть, Лили.</p>
    <p>— Простите?</p>
    <p>— Визуализация, — сказал Фрэнк.</p>
    <p>— Визуализация, — повторил Кевин. Или, может быть, наоборот.</p>
    <p>— Ну, вы знаете, — доброжелательно добавил чернокожий мужчина, — формирование изображений. Фотография и всякое такое.</p>
    <p>Кригер объяснил:</p>
    <p>— Это основная причина, почему мы разместились в Рочестере, — сказал он. — Здесь находятся штаб-квартиры «Ксерокс», «Кодак» и «Бауш энд Ломб». Как я сказал, воспроизведение технологии компаньонов — очень приоритетная задача; ни в каком другом городе мира не собрано столько экспертов по генерации и обработке изображений и оптике.</p>
    <p>— Ах, — сказала Мэри и посмотрела на троих обитателей комнаты. — Нет. Я генетик.</p>
    <p>— О, я вас знаю! — воскликнул чернокожий мужчина. Он поднялся с кресла; его сиденье издало вздох облегчения, принимая свою нормальную форму. — Вы та женщина, которая была вместе с НП.</p>
    <p>— НП?</p>
    <p>— Неандертальцем-прим, — объяснил Кригер.</p>
    <p>— Его зовут Понтер, — сказала Мэри, немного обидевшись.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_13">— Простите, — сказал чернокожий. Он протянул руку. — Я Кевин Билодо́, в прошлом работал в кодаковских скунсодельнях<a l:href="#id20150414092305_52">[52]</a>. Знаете, было бы очень полезно порыться в том, что вы помните о компаньонах. Вы видели его вблизи. Какого рода набор линз в нём использовался?</p>
    <p>— Там была только одна линза, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Вот видишь! — завопила Лили, обвиняющее глядя на второго мужчину, который, по методу исключения, должен был быть Фрэнком.</p>
    <p>— Понтер сказал, что изображение записывается с помощью сенсорного поля, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Он не говорил, какого рода эти сенсоры?</p>
    <p>— Он не упоминал зарядовую связь?</p>
    <p>— Голография — он говорил что-нибудь про голографию?</p>
    <p>— Какое у этих сенсоров разрешение?</p>
    <p>— Он не упоминал количество пикселей?</p>
    <p>— Вы не можете описать…</p>
    <p>— Народ! — повысил голос Кригер. — Народ! Мэри собирается работать с нами долго, очень долго. У вас будет достаточно возможностей расспросить её. Сейчас у нас вводная экскурсия, ничего больше.</p>
    <p>Все трое извинились, и после обмена несколькими общими фразами Кригер и Мэри покинули комнату.</p>
    <p>— Они полны энтузиазма, — заметила она, когда дверь за ними закрылась.</p>
    <p>Кригер кивнул.</p>
    <p>— Как и все здесь.</p>
    <p>— Но я не вижу, как они могут получить то, о чём вы их просите. То есть, я слышала об обратном проектировании, но не имея на руках образца импланта-компаньона можно ли надеяться его воспроизвести?</p>
    <p>— Простого знания, что это возможно, может быть достаточно, чтобы направить их по верному пути. — Кригер открыл дверь на противоположном краю холла, и Мэри почувствовала, как округлились её глаза.</p>
    <p>— Луиза! — воскликнула она.</p>
    <p>За рабочим столом с открытым ноутбуком на нём сидела Луиза Бенуа, сотрудница Нейтринной обсерватории Садбери, которая спасла Понтеру жизнь, когда он появился внутри ёмкости с тяжёлой водой.</p>
    <p>— Привет, Мэри, — сказала Луиза с хорошо знакомым Мэри французским акцентом. Она поднялась из-за стола; её густые каштановые волосы ниспадали до середины спины. Мэри было 38 лет, Луизе — 28, однако Мэри знала, что не выглядела так потрясно даже в 18. У Луизы была высокая грудь, длинные ноги и лицо фотомодели; когда Мэри увидела её впервые, она почувствовала к ней инстинктивную враждебность.</p>
    <p>— Я забыл, что вы знакомы с доктором Бенуа, — сказал Кригер.</p>
    <p>Мэри потрясённо покачала головой.</p>
    <p>— Ну и утечку мозгов вы тут устроили, Джок. — Она снова посмотрела на Луизу, удивляясь, как ей удаётся выглядеть такой цветущей без макияжа. — Луиза, я так рада тебя видеть. — И тут же кошка внутри неё не удержалась от подковырки: — А как Рубен?</p>
    <p>Рубен Монтего был штатным доктором на шахте «Крейгтон». У Луизы случился с ним довольно бурный роман, когда Мэри, Понтер, Рубен и она оказались в Садбери на карантине. Мэри полагала, что они просто убивают время, поэтому ответ Луизы стал для неё неожиданностью.</p>
    <p>— У него всё в порядке, — сказала она. — Помог мне перевезти вещи. На следующие выходные собираюсь к нему съездить.</p>
    <p>— Ах, — сказала Мэри, понимая, что её поставили на место. — А ты чем здесь занимаешься?</p>
    <p>— Доктор Бенуа возглавляет нашу портальную группу, — сказал Кригер.</p>
    <p>— Ага, — сказала Луиза. — Пытаемся разработать технологию открытия портала с нашей стороны.</p>
    <p>Мэри кивнула. Луиза не всё время проводила в постели с Рубеном; она также вела долгие беседы один на один с Понтером Боддетом и, несомненно, знала о неандертальских достижениях в области физики больше, чем кто-либо другой на этой версии Земли. Мэри чувствовала себя пристыженной; Луиза не сделала ей ничего плохого, её единственным преступлением была красота.</p>
    <p>— Будет здорово снова работать вместе, — сказала она.</p>
    <p>— Кстати, — сказала Луиза, — мы могли бы снимать квартиру на пару. Мы нормально уживались у Рубена во время карантина.</p>
    <p>— Гмм, нет, — сказала Мэри. — Спасибо, конечно. Но я… люблю побыть одна.</p>
    <p>— В Рочестере у тебя с жильём проблем не будет, — сказала Луиза.</p>
    <p>Кригер кивнул.</p>
    <p>— В «Ксероксе» и «Кодаке» в последние годы были сокращения, а они — основные работодатели в городе. Дом можно приобрести за бесценок, или выбрать квартиру из сотен предложений.</p>
    <p>— Буду знать, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Рекомендую Бристоль-Харбор. Это в часе езды отсюда, но зато прямо на берегу одного из Фингер-лэйкс<a l:href="#id20150414092305_53">[53]</a>. Божественно. Множество оленей и настоящее звёздное небо ночью.</p>
    <p>— Кстати о звёздном небе, — сказала Мэри, внезапно поняв, что как раз Луиза может ей всё объяснить. — В мой последний вечер в Садбери я видела, как северное сияние сошло с ума. Чем это могло быть вызвано?</p>
    <p>Луиза несколько секунд смотрела на Мэри, словно не могла поверить своим ушам.</p>
    <p>— Ты что, не читаешь газет?</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Была занята переездом.</p>
    <p>— Магнитное поле Земли ведёт себя необычно, — сказала Луиза. — Измерения по всему шарику это подтверждают. Мощность геодинамо существенно флуктуирует.</p>
    <p>— Из-за чего?</p>
    <p>Луиза пожала плечами.</p>
    <p>— Никто не знает.</p>
    <p>— Это опасно?</p>
    <p>— Вероятно, нет.</p>
    <p>— Вероятно? — переспросила Мэри.</p>
    <p>— Ну, — сказала Луиза, — ничего подобного в прошлом не фиксировалось. Многие эксперты думают, что магнитное поле Земли коллапсирует перед сменой полярности.</p>
    <p>Мэри что-то об этом слышала, но обрадовалась, когда Кригер, а не она, спросил:</p>
    <p>— А что это такое?</p>
    <p>— Магнитное поле Земли время от времени меняет полярность — ну, знаете, когда южный полюс становится северным и наоборот, — сказала Луиза. — Из геологической летописи известно о более чем трёх сотнях таких событий, но в исторические времена такого пока не случалось, так что о деталях этого процесса мы мало что знаем. Однако всегда предполагалось, что в таких случаях магнитное поле сначала пропадает, а потом снова усиливается.</p>
    <p>— И вы говорите, что беспокоиться не о чем? — сказал Кригер. — Это разве не связано с массовыми вымираниями?</p>
    <p>Луиза покачала головой.</p>
    <p>— Нет. Полярность магнитного поля действительно была обратной, когда вымерли динозавры, но она стала такой за миллион лет до окончания мелового периода. — Она улыбнулась своей мегаваттной улыбкой. — Самое страшное, что нас ждёт — нам придётся перекрасить все компасы.</p>
    <p>— Какое облегчение, — сказала Мэри.</p>
    <p>Луиза кивнула.</p>
    <p>— И даже это может не понадобиться, — сказала она. — Насколько мы можем судить, определение, какой полюс станет северным, а какой южным — это квантовомеханический, то есть абсолютно случайный процесс. Из чего следует, что с вероятностью 50 % магнитное поле снова появится с той же полярностью, что и раньше.</p>
    <p>Кригер поднял бровь.</p>
    <p>— Но если так, то даже если вымирание динозавров и было связано с коллапсом магнитного поля, то мы об этом не узнаем, если его полярность после этого не изменилась.</p>
    <p>— Вы зря беспокоитесь, Джок, — сказала Луиза. — Те коллапсы магнитного поля, о которых мы <emphasis>знаем</emphasis>, не были связаны с вымираниями. Так что нет оснований предполагать это относительно коллапсов, которые мы упустили из-за того, что полярность поля после них не поменялась. — Она снова улыбнулась Кригеру, который, как заметила Мэри, всё ещё был погружён в собственные мысли. — Не волнуйтесь, — сказала Луиза. — Я уверена, что мы это переживём.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 9</p>
    </title>
    <p><emphasis>— Ранее вы мне рассказывали, — сказал Журард Селган, — что ваш единственный интерес в деле с открытием портала — это блага, которые он принесёт народу нашего мира.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер коротко кивнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно так.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И поскольку способность осуществлять контакт в другим миром зависит от квантового компьютера, который разработали вы с Адекором Халдом, то было бы естественно, если бы вы остались здесь, на этой Земле, чтобы обеспечивать работу квантововычислительной установки.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ну… — сказал Понтер, но потом замолчал.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы сказали, что у вас не было никакого личного интереса в этом деле, не так ли?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но вы продолжили сражаться с Верховным Серым советом, не так ли? Вы </emphasis>настояли<emphasis> на том, чтобы вам было позволено лично вернуться на другую Землю.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это был единственный осмысленный образ действий, — сказал Понтер. — Никто из нашего мира там не был. А я уже был знаком с некоторыми людьми и многое узнал об их мире.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И вы отказались поделиться лингвистической базой глексенского языка, собранной вашим компаньоном, если вам не будет гарантировано место в следующей группе, которая посетит другой мир.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это было не совсем так, — сказал Понтер. — Я просто предположил, что моё участие было бы полезно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы более чем «просто предположили», — вкрадчиво сказал Селган. — Как и бо́льшая часть мира, я видел это всё по визору. Если ваша собственная память вас подводит, мы легко можем обратиться к вашему архиву алиби за этот день. Потому мой терапевтический центр и находится именно здесь, рядом с павильоном Архива алиби. Давайте пройдём туда и…</emphasis></p>
    <p>— Нет,<emphasis> — сказал Понтер. — В этом нет необходимости.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— То есть вы всё-таки прибегли к… слово «давление» здесь будет уместно, как по-вашему? — чтобы снова оказаться в другом мире.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я хотел сделать наибольший возможный вклад. Кодекс Цивилизации требует этого от каждого из нас.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, это действительно так, — согласился Селган. — И если этот вклад — это наибольшее благо — наилучшим образом достигается путём совершения преступления, так что же…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы неправы, — сказал Понтер. — В тот момент я ещё даже не начинал думать об этом преступлении. Моей единственной целью… — Он помолчал, потом продолжил: — Единственными моими </emphasis>целями<emphasis> было принять участие в возобновлении контакта… и да, увидеться с моим другом Мэре Воган. Я никогда бы не отправился туда, если бы заранее знал, что это окончится тем, что я… совершу…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это не совсем правда, не так ли? — сказал Селган. — Ведь вы сказали, что доведись вам пережить тот момент снова, вы бы всё равно совершили это преступление.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но что?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер вздохнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ничего.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Верховный Серый совет наконец согласился с требованием Понтера позволить ему оставить квантовый компьютер на попечение Адекора, а самому отправиться в мир глексенов. Он ожидал, что согласие будет дано неохотно — так оно и случилось — но никак не ожидал, что на него возложат титул «посланника».</p>
    <p>Как бы он ни хотел вернуться, снова снова увидеться с Мэре, он ожидал этого со смешанными чувствами. Его предыдущий визит был случайностью, и он был до смерти напуган тем, что может никогда не вернуться домой. Хотя Адекор искренне верил в то, что портал можно снова открыть и держать открытым неограниченно долго, никто этого не знал наверняка. Понтер однажды уже почти потерял Адекора, Жасмель и Мегамег; он не был уверен, что сможет снова подвергнуться такому риску.</p>
    <p>Но нет. Он этого хотел. Несмотря на все опасения, Понтер <emphasis>хотел</emphasis> вернуться. Да, интересно будет посмотреть, как станут развиваться отношения с Даклар Болбай. До следующего раза, когда Двое станут Одним — ближайшей возможности снова её увидеть — почти полный месяц, и, если всё пойдёт гладко, до того времени он успеет побывать в другом мире и вернуться.</p>
    <p>Кроме того, в этот раз Понтер отправится не один. С ним будет Тукана Прат, женщина 144-го поколения, на десять лет его старше.</p>
    <p>Первого открытия портала никто не ждал. Второе было отчаянной спасательной операцией. В этот раз всё пройдёт организованно и в соответствии с планом.</p>
    <p>Всегда есть вероятность, что всё пойдёт кувырком: что портал откроется в какой-то другой мир, или что Понтер ошибся в глексенах, и они только и ждут возможности вторгнуться в соседний мир. На этот случай в Бедрос, один из членов Совета, будет держать в руках детонатор. Вокруг подземных помещений, занимаемых установкой квантовых вычислений, заложена взрывчатка. Если дела будут плохи, Бедрос взорвёт её, и тысячи <emphasis>пертавов</emphasis> скальной породы обрушатся и заполнят вычислительную камеру. И хотя сигналы с компаньона Бедроса не могут быть услышаны на поверхности, детонаторы взрывчатки услышат их отлично; так что если Бедрос погибнет — если глексены хлынут через портал, паля из своего оружия — то взрывчатку подорвёт его компаньон.</p>
    <p>Тем временем Адекор будет контролировать менее разрушительную тревожную кнопку. Если всё пойдёт не так, он сможет отключить питание квантового компьютера и прервать соединение между мирами. И опять же, если он погибнет, его компаньон сделает это за него. Наверху, на поверхности, вход в Дебральскую никелевую шахту также был заминирован, и принудители несли вахту, готовые действовать в случае любых неожиданностей.</p>
    <p>Конечно, Понтер и Тукана не собирались очертя голову кидаться на ту сторону. Сначала туда будет спущен зонд, оборудованный с видеокамерами, микрофонами, устройствами для забора проб воздуха и многим другим. Зонд будет выкрашен в ярко-оранжевый цвет и окружён кольцом фонарей. Всё это для того, чтобы глексены не подумали, что целью зонда является тайное подслушивание — Понтер рассказал о том, как сильно глексены дорожат своим правом на уединение.</p>
    <p>Как и робот, которого посылали через портал во время операции по возвращению Понтера, зонд будет передавать данные своих приборов по оптическому кабелю. Но в отличие от того злополучного робота этот зонд будет крепиться на прочном тросе из синтетического волокна.</p>
    <p>Хотя зонд представлял собой продукт самых современных технологий, да и деркерова труба, с помощью которой предполагалось не дать порталу закрыться, также была довольно тонким механическим устройством, сама операция вставки её в портал определённо относилась к категории низкотехнологичных.</p>
    <p>Понтер и Адекор построили квантовый компьютер для того, чтобы факторизовать по-настоящему большие числа. Принцип его действия состоял в том, что он обращался ко всем другим параллельным вселенным, где существовал его аналог, и каждый из них проверял один-единственный делитель. Комбинируя результаты, полученные в разных вселенных, компьютер производил проверку миллионов делителей практически моментально.</p>
    <p>Но если факторизуемое число оказывалось настолько огромным, что потенциальных делителей было больше, чем параллельных вселенных, в которых существует квантовый компьютер, то он начинал перебор вселенных, в которых его аналога не было. При первой же попытке обратиться к такой вселенной процесс факторизации аварийно завершался, и открывался портал.</p>
    <p>Изначально лаборатория квантовых вычислений занимала всего четыре помещения: автономный санузел, столовая, пультовая и обширная вычислительная камера. Теперь к ним добавились ещё три: небольшой медицинский изолятор, комната отдыха и большое помещение с оборудованием для деконтаминации. Люди, идущие в обоих направлениях, будут проходить через неё, чтобы уменьшить шанс принести что-то вредное из своего мира или очиститься от того, что могли подхватить в чужом. Глексенские технологии деконтаминации были весьма примитивны; глексенам, практически лишённым волос на теле, было легко содержать его в чистоте, а их крошечные носы позволяли им оставаться в блаженном неведении, даже будучи грязными. Но в этом мире уже давно применялись деконтаминаторы на калиброванных лазерах, для которых протеиновые структуры человеческой кожи, плоти, органов и волос были прозрачны, но которые с лёгкостью уничтожали все вирусы и микробы, испаряя их.</p>
    <p>Никогда раньше в лаборатории квантовых вычислений не собиралось столько народу. Помимо Понтера и Адекора здесь также присутствовала посол Прат и три члена Верховного Серого совета, включая обоих делегатов местных делегатов. Робототехник Дерн будет управлять зондом. Здесь же были двое эксгибиционистов со специальными устройствами, которые передадут записанное изображение зрителям, как только окажутся на поверхности.</p>
    <p>И вот, наконец, пора.</p>
    <p>Адекор встал у своей консоли на одном краю пультовой, Понтер — на другом. У Дерна была своя консоль, водружённая на крышку стола.</p>
    <p>— Ты всё взял, что может понадобиться? — спросил Адекор.</p>
    <p>Понтер выполнил финальную проверку. Хак, разумеется, был всегда при нём, и в него была загружена полная медицинская и хирургическая база данных на случай, если с Туканой и Понтером что-то случится в мире глексенов.</p>
    <p>Широкая кожаная лента с нашитыми на неё карманами была обёрнута у Понтера вокруг пояса. Он уже проверил всё по описи: антибиотики, антивирусные препараты, иммуностимуляторы, стерильные бинты, прижигающий лазерный скальпель, хирургические ножницы и набор других лекарств — против насморка, обезболивающее, снотворное. У Туканы был такой же пояс. У каждого также был чемоданчик с несколькими сменами одежды.</p>
    <p>— Всё на месте, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Всё на месте, — повторила Тукана.</p>
    <p>Адекор взглянул на Дерна.</p>
    <p>— У тебя?</p>
    <p>Толстяк кивнул.</p>
    <p>— Я готов.</p>
    <p>— Тогда мы можем начинать, — сказал Адекор Понтеру.</p>
    <p>Понтер ответил жестом — рука с растопыренными пальцами.</p>
    <p>— Отыщем наших родичей.</p>
    <p>— Начинаем, — сказал Адекор. — Десять!</p>
    <p>Один из эксгибиционистов стоял рядом с Адекором; второй — рядом с Понтером.</p>
    <p>— Девять!</p>
    <p>Три члена Верховного Серого совета переглянулись. Хотели присутствовать и другие, но было решено, что разумно рискнуть максимум тремя.</p>
    <p>— Восемь!</p>
    <p>Дерн потянул какие-то стерженьки на своей консоли.</p>
    <p>— Семь!</p>
    <p>Понтер глянул на посла Тукану; если она и нервничала, то очень хорошо это скрывала.</p>
    <p>— Шесть!</p>
    <p>Он оглянулся через плечо на широкую спину Адекора. Они специально не устраивали никаких прощаний накануне вечером — никто из них не хотел допускать мысли, что в случае чего Понтер может никогда не вернуться домой.</p>
    <p>— Пять!</p>
    <p>И ведь тогда он потеряет не только Адекора. Мысль о том, что его дети могут так рано остаться без родителей, беспокоила Понтера сильнее всего, когда он принимал решение о повторном путешествии.</p>
    <p>— Четыре!</p>
    <p>Меньшим, но не менее значительным беспокойством была возможность снова тяжело заболеть в мире глексенов, хотя доктора укрепили его иммунную систему, а Хака модифицировали для постоянного мониторинга его крови на предмет присутствия посторонних тел.</p>
    <p>— Три!</p>
    <p>Была также опасность возникновения у него или Туканы аллергии на какие-нибудь вещества с другой стороны.</p>
    <p>— Два!</p>
    <p>Ещё у Понтера были опасения насчёт долговременной стабильности портала, ведь он был продуктом квантовых процессов, которые в силу самой своей природы непредсказуемы. И всё же…</p>
    <p>— Один!</p>
    <p>И всё же, при всех возможных проблемах, при всех потенциально негативных факторах, в его возвращении в мир глексенов был один неоспоримо позитивный аспект…</p>
    <p>— Ноль!</p>
    <p>Понтер и Адекор одновременно вытянули контрольные стержни на своих консолях.</p>
    <p>Внезапно из вычислительной камеры, видимой через окно пультовой, донёсся громкий рёв. Понтер знал, что происходит, хотя ранее не имел возможности наблюдать процесс воочию. Всё, что не было прикручено к полу вычислительной камеры, отправилось в другую вселенную. Сделанные из стекла и стали цилиндры регистров — даже глючный 69-й — остались на местах, но весь воздух в камере был замен на эквивалентную массу из другой вселенной. Когда Понтер был случайно заброшен туда, соответствующее пространство на другой стороне было занято гигантской акриловой сферой, заполненной тяжёлой водой — сердцем глексенского нейтринного детектора.</p>
    <p>Но в этот раз с той стороны не хлынула тяжёлая вода. Воду оттуда убрали ещё до возвращения Понтера назад для того, чтобы можно было исправить повреждения, нанесённые акриловой сфере его прибытием.</p>
    <p>Как и ожидалось, ярко раскрашенный зонд провалился в синее пламя портала; во время перехода оно плотно охватило зонд, очерчивая контур его сечения. Сейчас же были видны только туго натянутые трос и телекоммуникационный кабель, уходящие в никуда примерно на высоте пояса над полом. Понтер перевёл взгляд на укреплённый на стене большой монитор, который был установлен в пультовой, чтобы показывать то, что видит зонд.</p>
    <p>А видел он…</p>
    <p>— Глексены! — воскликнула посол Прат.</p>
    <p>— До сих пор я так и не мог до конца поверить, — сказал советник Бедрос.</p>
    <p>Адекор, улыбаясь, посмотрел на Понтера.</p>
    <p>— Узнаёшь кого-нибудь?</p>
    <p>Понтер всмотрелся в экран. Как и в прошлый раз, портал открылся в нескольких человеческих ростах над полом; похоже, лаборатория квантовых вычислений располагалась немного выше и чуть-чуть к северу от центра камеры нейтринного детектора. Десяток или больше глексенов работали в по-прежнему сухой камере. Они были одеты в комбинезоны, все носили на головах жёлтые пластиковые черепаховые панцири. У большей части глексенов была такая же бледная кожа, как и народа Понтера, однако у двоих она была тёмно-коричневого цвета. У Понтера создалось впечатление, что практически все рабочие — мужчины, но в случае глексенов определить это не всегда просто. Конечно, лицо, которое он надеялся увидеть, было женским, но, конечно, не было никаких оснований ожидать увидеть её среди ремонтных рабочих на дне шахты.</p>
    <p>Все лица были обращены к зонду, и некоторые из глексенов указывали на него своими костлявыми руками.</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер. — Никого не узнаю́.</p>
    <p>Микрофоны зонда передавали окружающие звуки, странно искажённые отражением от стен каверны. Понтер не понимал, что они говорят, но один раз определённо разобрал своё имя.</p>
    <p>— Хак, — сказал он, обращаясь к компаньону, — что они говорят?</p>
    <p>У Хака теперь был новый голос; во время последнего обновления Понтер попросил Кобаста Ганта загрузить в компаньон приятный мужской голос, не похожий на голоса никого из знакомых.</p>
    <p>Хак ответил через свой внешний динамик, чтобы его могли слышать все собравшиеся.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_14">— Мужчина в правой части экрана только что упомянул сущность, которую они называют Богом — очевидно, в данном контексте это возглас удивления. Мужчина рядом с ним произнёс имя предполагаемого сына этой сущности. А женщина рядом с ним сказала: «Цельные фекалии»<a l:href="#id20150414092305_54">[54]</a>.</p>
    <p>— Очень странно, — сказала Туркана.</p>
    <p>— Мужчина справа, — продолжал Хак, — кричит кому-то за пределами поля зрения, чтобы тот установил телекоммуникационный контакт с доктором Ма.</p>
    <p>Пока Хак говорил, несколько глексенов подошли ближе к зонду. Понтер с удовольствием услышал, как ахнули три члена Верховного Серого совета и посол Прат, впервые увидев вблизи странные, словно сдавленные с боков лица глексенов с их смехотворно маленькими носами.</p>
    <p>— Ну что же, — сказал Дерн, робототехник, — похоже, мы восстановили контакт, и похоже, что условия на той стороне приемлемые.</p>
    <p>Трое членов Верховного Серого совета коротко посовещались, затем Бедрос кивнул.</p>
    <p>— Приступим, — сказал он.</p>
    <p>Понтер и Дерн взялись каждый за свой конец деркеровой трубы. Адекор открыл дверь, ведущую в вычислительную камеру. Не было ни шипения, ни хлопка в ушах, которые свидетельствовали бы о разнице давлений; хотя весь воздух в вычислительной камере предположительно был из мира глексенов, в этот раз произошёл обмен примерно равным его количеством. Глексены тщательно фильтровали воздух в помещениях своей нейтринной обсерватории, так что воздух, которым Понтер сейчас дышал, был начисто лишён какого-либо запаха.</p>
    <p>Точка выхода в другую вселенную была отчётливо обозначена двумя кабелями, исчезающими в окружённой синим сиянием дыре в пространстве. Дерн, присутствовавший при возвращении Понтера с той стороны, направил сложенную деркерову трубу так, чтобы её конец соприкоснулся с привязным тросом зонда. Понтер повернул свою часть трубы — в ней было добрых восемь саженей в длину — так, чтобы она была параллельна привязному тросу.</p>
    <p>— Готов? — спросил Дерн, глядя на Понтера через плечо.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Готов.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Дерн. — Теперь потихоньку…</p>
    <p>Дерн начал вдвигать сложенную трубу в портал, который расширился ровно настолько, чтобы охватить её по окружности. Понтер осторожно толкал сзади. Адекор принёс с собой портативный монитор, показывавший изображение с камеры зонда. Он повернул устройство так, чтобы Дерн и Понтер видели, что происходит на той стороне. Хотя зонд опустился к полу детекторной камеры, так что трос и оптический кабель изгибались на 90 градусов сразу, как только оказывались на той стороне, деркерова труба торчала из портала параллельно далёкому полу. Глексены не могли до неё добраться: она была слишком высоко над их головами. Но они указывали на неё и что-то кричали друг другу.</p>
    <p>— Достаточно, — сказал Дерн, когда в портале исчезла половина трубы — посередине длины на ней была нанесена маленькая риска. Понтер перестал толкать. Дерн перешёл к другому краю трубы, чтобы помочь Понтеру раскрыть её.</p>
    <p>Сначала они с Понтером едва могли засунуть в трубу руку. Но по мере того, как они тянули её в разные стороны, под громкое щёлканье храповиков она всё больше и больше увеличивалась в диаметре.</p>
    <p>Понтер засунул вторую руку в расширяющееся отверстие, Дерн сделал то же самое, и они продолжили тянуть каждый в свою сторону. Скоро диаметр трубы достиг сажени — но это была лишь треть её максимального размера, и они продолжали растягивать её дальше и дальше.</p>
    <p>К этому моменту посол Прат и трое Серых советников уже были в вычислительной камере. Один из эксгибиционистов спустился вниз вместе с ними; второй остался на верхней ступеньке ведущей из пультовой лестницы — он явно хотел находиться как можно дальше от места событий, если что-то пойдёт не так.</p>
    <p>По виду Бедроса было понятно, ему хотелось поучаствовать — в конце концов, здесь и сейчас творилась история. Понтер одобряюще ему кивнул. Вскоре уже шесть рук растягивало всё расширяющийся створ трубы. На переносном мониторе Понтер видел, как глексенские заострённые книзу челюсти попадали от удивления.</p>
    <p>Наконец, всё закончилось: труба достигла своего максимального диаметра, и её дно покоилось на полу вычислительной камеры. Понтер посмотрел на Тукану и жестом пригласил её пройти вперёд.</p>
    <p>— Вы — посол, — объяснил он.</p>
    <p>Седовласая женщина покачала головой.</p>
    <p>— Но вас они знают в лицо.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Как скажете.</p>
    <p>Адекор крепко обнял Понтера. Затем Понтер вернулся к краю трубы, сделал глубокий вдох — несмотря на увиденное через камеры зонда он не мог не вспомнить, что случилось с ним, когда он попал в мир глексенов в первый раз. Потом он пошёл вдоль трубы. Изнутри единственным признаком наличия портала было тусклое кольцо синего света, видимое сквозь прозрачную мембрану, натянутую на решётчатую конструкцию — кажется, при таком способе раскрытия портала им не придётся наблюдать собственные тела в разрезе при проходе сквозь него.</p>
    <p>Понтер подошёл к синему кольцу, а потом одним гигантским шагом переступил в мир глексенов. В конце туннеля он теперь видел дальнюю стену камеры нейтринного детектора, на довольно большом расстоянии. Ему понадобилось всего несколько тактов, чтобы добраться до края туннеля, который, благодаря тому, что Дерн с Адекором удерживали другой конец, лишь немного провисал под весом Понтера.</p>
    <p>Понтер высунул голову из трубы и посмотрел на глексенов далеко внизу; он знал, что его лицо расплылось в широчайшей улыбке. Он произнёс несколько слов, и Хак воспроизвёл перевод с максимальной громкостью, на которую был способен его встроенный динамик.</p>
    <p>— Кто-нибудь, принесите, пожалуйста, лестницу!</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 10</p>
    </title>
    <p>На самом деле лестницу можно было взять с собой с той стороны, но её было бы весьма неудобно тащить через тесные помещения лаборатории квантовых вычислений. Поэтому он предпочёл дождаться, пока глексены принесут её с дальней стороны детекторной камеры. Похоже, это была та самая лестница, по которой Понтер карабкался в прошлый раз, когда возвращался домой.</p>
    <p>Потребовалось несколько попыток, но в конце концов лестница опёрлась о край деркеровой трубы, торчащей, с точки зрения глексенов, прямо из воздуха.</p>
    <p>Позади себя Понтер видел, как Дерн и Адекор с помощью специального инструмента прикрепляют свой конец трубы к гранитному полу вычислительной камеры.</p>
    <p>Когда лестница была установлена, Понтер вернулся по трубе назад, и Дерн с Адекором получили возможность пройти туда, где он только что стоял. Несколько мгновений они разглядывали детекторную камеру и существ из иного мира, а потом принялись за работу, крепко привязав верхнюю часть лестницы к краю деркеровой трубы. Понтер слышал, как Адекор, работая, снова и снова повторяет «невероятно, невероятно».</p>
    <p>Наконец, Дерн и Адекор вернулись на свой край трубы, и по ней прошли Понтер и посол Прат. Понтер повернулся спиной и стал осторожно спускаться по лестнице на пол детекторной камеры. В самом низу он почувствовал у себя на плечах руки глексенов, помогающих ему сойти с лестницы. Он опустил ноги на каменный пол и повернулся.</p>
    <p>— С возвращением! — сказал один из глексенов; Хак перевёл его слова для Понтера через кохлеарные импланты.</p>
    <p>— Спасибо, — ответил Понтер. Он оглядел окружающие его лица, но никого не узнал. Это было неудивительно: даже если они вызвали кого-то сразу же, как только увидели зонд, этот человек ещё не успел бы добраться досюда с поверхности.</p>
    <p>Понтер отошёл от лестницы и поднял голову к створу трубы. Он помахал Пратт и крикнул:</p>
    <p>— Спускайтесь вниз!</p>
    <p>Посол повернулась спиной и начала спускаться.</p>
    <p>— Глядите, глядите! — воскликнул один из глексенов. — Неандертальская леди!</p>
    <p>— Это Тукана Прат, — объяснил Понтер. — Она — наш посол в вашем мире.</p>
    <p>Тукана встала на пол и повернулась. Отряхнула ладони от покрывавшей лестницу пыли. Глексен — один из темнокожих мужчин — выступил вперёд. Он явно не знал, что делать, но через мгновение он поклонился Тукане и сказал:</p>
    <p>— Добро пожаловать в Канаду, мэм.</p>
    <p>Возложив задачу перевода полностью на Хака, приходилось мириться с его не всегда уместным чувством юмора.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_15">— Мы собирались попросить отвести нас к вашей лестнице, — сказал Хак через внешний динамик, — но я вижу, что вы это уже сделали.<a l:href="#id20150414092305_55">[55]</a></p>
    <p>Понтер в достаточной степени понимал язык глексенов, чтобы сообразить, что происходит. Ох хлопнул себя по левому предплечью.</p>
    <p>— Ай! — вскрикнул Хак через кохлеарный имплант. Потом, через динамик: — Простите. Я хотел сказать, «Отведите нас к вашему начальству».</p>
    <p>Темнокожий мужчина, который вышел вперёд, сказал:</p>
    <p>— Э-э… я Гас Хорнби; я тут главный инженер. И мы уже позвонили в Оттаву доктору Ма — она директор обсерватории. Она будет здесь ещё сегодня, если потребуется.</p>
    <p>— Мэре Воган ещё где-то здесь?</p>
    <p>— Мэре? А, Мэри. Профессор Воган. Нет, она уехала.</p>
    <p>— Лу Бенуа?</p>
    <p>— Вы про Луизу? Она тоже уехала.</p>
    <p>— Тогда Рубен Монтего?</p>
    <p>— Здешний доктор? Конечно, его можно сюда вызвать.</p>
    <p>— На самом деле, — сказал Понтер посредством динамика Хака, — мы бы предпочли подняться наверх.</p>
    <p>— Э-э… конечно, — сказал Хорнби. Он посмотрел вверх, на торчащий из ниоткуда туннель. — Вы полагаете, он останется открыт?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Мы очень надеемся.</p>
    <p>— То есть вы можете просто уйти на… на свою сторону? — сказал один из глексенов.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— А можно взглянуть? — спросил тот же самый глексен со светлой кожей, оранжевыми волосами и глазами цвета неба.</p>
    <p>Понтер посмотрел на Тукану, Тукана посмотрела на Понтера. Потом Тукана ответила:</p>
    <p>— Моё правительство хотело бы встретиться с кем-либо, кто может говорить от имени всего вашего народа.</p>
    <p>— О, — сказал оранжевоволосый глексен. — Не со мной, конечно…</p>
    <p>Понтер и Тукана пересекли гигантскую каверну, сопровождаемые толпой глексенов. Сегменты акриловой сферы, занимавшей прежде центральную часть каверны, теперь были сложены штабелями вдоль её изогнутых стен, и бесчисленные фотоумножительные трубки также были собраны в одном месте.</p>
    <p>На другом краю каверны была ещё одна лестница, даже выше той, что опиралась на край деркеровой трубы. По этой лестнице можно было взобраться к техническому люку детекторной камеры, тому самому квадратному люку, который выбило внутренним давлением, когда Понтера вместе с воздухом из его квантовой лаборатории перенесло сюда в прошлый раз. Хорнби взобрался наверх первым и исчез в люке. За ним стала подниматься Тукана.</p>
    <p>Понтер взглянул назад, на туннель, ведущий в его мир, и его сердце подпрыгнуло, когда он увидел, что на краю стоит Адекор и смотрит вниз на него. Понтер хотел быть помахать ему, но это выглядело бы слишком похоже на прощание, так что он просто улыбнулся, хотя Адекор и не мог на таком расстоянии разглядеть выражение его лица. И это, подумал Понтер, наверное, к лучшему, потому что улыбка получилась вымученная. Он ухватился за боковины лестницы и полез вверх, надеясь, что видит своего возлюбленного партнёра не в последний раз.</p>
    <p>Понтер протиснулся через люк в потолке и встал на ноги. Внезапно к нему шагнули пятеро глексенов, одетые в одинаковые зеленоватые одежды; в руках у каждого было какое-то оружие зловещего вида.</p>
    <p>Понтер читал фантастическую литературу; он помнил истории о параллельных мирах, населённых злобными аналогами людей из известной вселенной. Его первой мыслью было, что каким-то образом они оказались не в той вселенной.</p>
    <p>— Мистер Боддет, — произнёс один из… <emphasis>солдат</emphasis>, кажется, так их здесь называют. — Я лейтенант Дональдсон, Канадские вооружённые силы. Пожалуйста, отойдите от люка.</p>
    <p>Понтер сделал, как было сказано, и из люка показалась посол Прат, которая тоже выбралась на металлическую платформу. Окружающие платформу стены были покрыты тёмно-зелёным пластиковым материалом, с потолка свисали трубопроводы и кабели. У стен Понтер заметил что-то напоминающее вычислительную аппаратуру.</p>
    <p>— Мэм? — сказал Дональдсон, глядя на Тукану.</p>
    <p>— Это Тукана Прат, наш посол в вашем мире, — объяснил Понтер; Хак перевёл его слова.</p>
    <p>— Госпожа посол, мистер Боддет, я должен попросить вас пройти со мной.</p>
    <p>Понтер не двинулся с места.</p>
    <p>— Мы здесь нежеланные гости?</p>
    <p>— Вовсе нет, — ответил Дональдсон. — Наоборот, я уверен, что наше правительство будет несказанно радо признать вашего посла и соблюсти все положенные дипломатические формальности. Но сейчас вам нужно пройти с нами.</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— Куда вы нас ведёте?</p>
    <p>Донадьдсон сделал жест в сторону ведущей наружу двери. Сейчас она была закрыта. Понтер пожал плечами, и они с Туканой двинулись к двери. Через неё они попали в узкое тесное помещение.</p>
    <p>— Пожалуйста, двигайтесь побыстрее, — сказал Дональдсон.</p>
    <p>Понтер и Тукана подчинились.</p>
    <p>— Как вы, должно быть, помните, мистер Боддет, — сказал шагающий позади них Дональдсон, — Нейтринная обсерватория Садбери находится в 6800 футах под землёй, и в ней поддерживается режим «чистой комнаты», чтобы предотвратить попадание пылевых частиц и других загрязнителей, способных повлиять на работу детекторного оборудования.</p>
    <p>Понтер на ходу оглянулся на Дональдсона через плечо.</p>
    <p>— Так вот, — продолжал Дональдсон, — эти службы были ещё более усилены на случай, если вы вернётесь. Боюсь, что вам придётся задержаться здесь на карантин, пока мы не убедимся, что вас безопасно выпускать на поверхность.</p>
    <p>— Опять?! — воскликнул Понтер. — Только не это! Мы можем доказать, что не несём никакой заразы.</p>
    <p>— Принимать такие решения не в моей компетенции, сэр, — ответил Дональдсон. — Но люди, которые <emphasis>могут</emphasis> их принимать, уже на пути сюда.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 11</p>
    </title>
    <p>Мэри Воган склонялась над микроскопом, когда дверь её лаборатории в «Синерджи Груп» распахнулась.</p>
    <p>— Мэри!</p>
    <p>Она вскинула голову и увидела в дверях Луизу Бенуа.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Понтер вернулся!</p>
    <p>Сердце Мэри встрепенулось.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Да! Я только что слышала по радио. Портал между вселенными в Садбери снова открылся, и через него прошёл Понтер с ещё одним неандертальцем.</p>
    <p>Мэри поднялась на ноги и посмотрела на Луизу.</p>
    <p>— Прокатимся до Садбери?</p>
    <p>Луиза улыбнулась, словно ждала этого предложения.</p>
    <p>— Нет смысла. Неандертальцы сейчас на карантине прямо там, под землёй; с ними всё равно не увидеться.</p>
    <p>— О, — сказала Мэри. Она изо всех сил пыталась скрыть разочарование.</p>
    <p>— Но сразу после того, как их выпустят, они поедут в Нью-Йорк, в штаб-квартиру ООН.</p>
    <p>— Правда? А это далеко отсюда?</p>
    <p>— Не знаю. Думаю, где-то пятьсот-шестьсот километров. Но всяко ближе, чем отсюда до Садбери.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_16">— Я всё равно собиралась съездить туда посмотреть «Продюсеров»,<a l:href="#id20150414092305_56">[56]</a> — улыбнувшись, сказала Мэри. Но улыбка тут же пропала. — Хотя там тоже вряд ли получится увидеться с Понтером. Он же будет всё время занят всякими дипломатическими делами.</p>
    <p>Но Луиза не дала ей загрустить.</p>
    <p>— Ты забываешь, на кого ты работаешь. У нашего Джока, похоже, есть ключи от почти всех дверей. Скажи ему, что тебе нужно съездить получить образцы ДНК неандертальца, который прибыл вместе с Понтером.</p>
    <p>Мэри слова заулыбалась. В этот момент она очень-очень любила Луизу.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Понтер Боддет, дружище!</p>
    <p>Рубен Монтего вошёл в двухкомнатный изолятор и протянул к Понтеру сжатый кулак. Понтер коснулся его костяшками пальцев.</p>
    <p>— Рубен! — Имя он произнёс собственным голосом, затем за него заговорил Хак: — Как я рад снова тебя увидеть!</p>
    <p>Понтер обернулся к Тукане и объяснил по-неандертальски:</p>
    <p>— Рубен — штатный медик шахты «Крейгтон», где мы сейчас находимся. Он оказал мне первую помощь, когда я чуть не утонул по прибытии сюда, и это в его доме мы с Мэре Воган и Лу Бенуа находились на карантине. — Потом, повернувшись к Рубену, он сказал, снова через посредство Хака: — Друг Рубен, это посол Тукана Прат.</p>
    <p>Рубен широко — для глексена — улыбнулся и изобразил галантный поклон.</p>
    <p>— Мадам посол, — сказал он, — добро пожаловать.</p>
    <p>— Спасибо, — ответила Тукана через собственный имплант-компаньон, который был модернизирован по образу Хака. — Я очень рада посетить ваш мир. — Она обвела взглядом спартанскую обстановку изолятора. — Хотя и надеялась увидеть его побольше.</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Мы над этим работаем. Сюда уже едут эксперты из Лабораторного центра контроля заболеваний в Оттаве и из Центра по контролю и профилактике заболеваний в Атланте. Как я понял, вы воспользовались неким устройством лазерной стерилизации. У нас таких нет, так нашим специалистам нужно своими глазами убедиться, что ваш метод в самом деле работает.</p>
    <p>— Конечно, — сказала посол Прат. — Хотя мы стремимся к взаимовыгодной торговле с вашим миром, этой технологией мы поделимся безвозмездно. Ваши специалисты могут пройти на нашу сторону и ознакомиться с оборудованием. Конструктор этих устройств, Дапбур Кажак, готова ответить на все вопросы о принципах работы и провести любые тесты, какие они сочтут необходимыми.</p>
    <p>— Отлично, — сказал Рубен. — В таком случае, всё должно закончиться совсем скоро.</p>
    <p>Понтер подождал, пока Рубен покончит с этой темой, а потом спросил, не пользуясь переводчиком:</p>
    <p>— А где Мэре?</p>
    <p>Рубен понимающе улыбнулся, словно предвидел этот вопрос.</p>
    <p>— Её нанял какой-то американский научный центр. Она в Рочестере, штат Нью-Йорк.</p>
    <p>Понтер помрачнел. Он надеялся, что Мэре где-то в Садбери, но ей здесь действительно нечего было делать после того, как Понтер вернулся домой. Её дом, в конце концов, был не в этом городе.</p>
    <p>— А у тебя как дела? — спросил Понтер. Он не понимал этой глексенской привычки постоянно интересоваться состоянием дел и здоровья собеседника, но старался соблюдать правила их этикета.</p>
    <p>— У меня? — сказал Рубен. — У меня всё хорошо. У меня были мои пятнадцать минут славы, и, если честно, я рад, что они прошли.</p>
    <p>— Пятнадцать минут? — повторила Тукана.</p>
    <p>Рубен засмеялся.</p>
    <p>— Один художник как-то сказал, что в будущем каждый будет знаменит в течение пятнадцати минут.</p>
    <p>— А что за художник? — спросил Понтер.</p>
    <p>Рубен явно пытался подавить улыбку.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_17">— Э-э… в общем, он известен в основном рисунками банок с супом<a l:href="#id20150414092305_57">[57]</a>.</p>
    <p>— Похоже на то, — сказал Понтер, — что ему и пятнадцати минут многовато.</p>
    <p>Рубен снова рассмеялся.</p>
    <p>— Как я по тебе скучал, дружище!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Прибыла команда из ЛЦКЗ, а вскорости — и из ЦКПЗ. Две женщины — по одной от каждой организации — стали первыми Homo sapiens sapiens, посетившими вселенную неандертальцев. Периодически голова то одной, то другой появлялась над краем туннеля и просила передать то или иное оборудование.</p>
    <p>Понтер пытался набраться терпения, но задержка всё равно его раздражала. Его ждал целый новый мир! И у него, и у Туканы уже взяли множество анализов крови и тканей, а Рубен провёл всестороннее медицинское обследование.</p>
    <p>Несмотря на карантин, Понтер и Тукана не пребывали в полной изоляции. Первым посетителем стала бледная глексенская женщина с короткими каштановыми волосами в маленьких круглых очках.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказала она, и Понтер узнал франко-канадский акцент, который раньше слышал от Лу Бенуа. — Меня зовут Элен Ганье, я из канадского Министерства иностранных дел и внешней торговли.</p>
    <p>Тукана выступила вперёд.</p>
    <p>— Посол Тукана Прат, представитель Верховного Серого совета… э-э… Земли. — она кивнула в сторону Понтера. — Мой помощник, учёный — а также посланник — Понтер Боддет.</p>
    <p>— Приветствую, — сказала Элен. — Ужасно рада с вами познакомиться. Посланник Боддет, я обещаю, что в этот раз всё пройдёт гладко, не так, как во время вашего прошлого визита.</p>
    <p>Понтер улыбнулся.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— Прежде чем мы двинемся дальше, мадам посол, я хотела бы задать вам вопрос. Насколько я понимаю, география вашего мира и нашего идентична, не так ли?</p>
    <p>Тукана Прат кивнула.</p>
    <p>— Отлично, — сказала Элен. У неё с собой был небольшой портфель. Она открыла его и достала маленькую карту мира, изображавшую лишь контуры континентов без государственных границ. — Не могли бы вы показать мне место, где вы родились?</p>
    <p>Тукана Прат взяла карту оглядела её и ткнула в западное побережье Северной Америки. Элен протянула ей фломастер со снятым колпачком.</p>
    <p>— Отметьте, пожалуйста, это место на карте. По возможности, как можно точнее.</p>
    <p>Тукану такая просьба явно удивила, но она сделала, как просили, поставив маленькую красную точку на северной оконечности острова Ванкувер.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Элен. — Теперь, не могли бы вы расписаться рядом с этой отметкой?</p>
    <p>— Расписаться?</p>
    <p>— Э-э… ну, в общем, написать своё имя.</p>
    <p>Тукана Прат изобразила строку угловатых символов.</p>
    <p>Элен достала из портфеля нотариальную печать и оттиснула её на карте, потом добавила собственную подпись и дату.</p>
    <p>— Отлично, как мы и надеялись. Вы родились в Канаде.</p>
    <p>— Я родилась в Поднелаке, — возразила Тукана.</p>
    <p>— Да-да, но в нашем мире соответствующее место находится в Канаде — точнее, на острове Ванкувер в провинции Британская Колумбия. Из чего следует, что, согласно действующему законодательству, вы — канадка по рождению. Как мы уже знаем, посланник Боддет родился в окрестностях Садбери, Онтарио. Поэтому, если вы и посланник Боддет не возражаете, первым делом после вашего выхода из карантина вам будет присвоено канадское гражданство.</p>
    <p>— Зачем? — спросила Тукана Прат.</p>
    <p>Прежде, чем Элен ответила, заговорил Понтер.</p>
    <p>— Этот вопрос поднимался ещё во время моего первого посещения. Для перемещения между государствами этой версии Земли каждый должен иметь при себе некие документы. Самый важный из них, — он сделал паузу, чтобы Хак напомнил ему название, — это паспорт, а для того, чтобы получить паспорт, у вас должно быть гражданство.</p>
    <p>— Именно так, — сказала Элен. — Мы получили массу упреков от других правительств, в особенности от американского, за то, что в прошлый раз вы так и не выбрались за пределы Канады. Как только закончится карантин, вас отвезут в Оттаву — это столица Канады — где вы станете канадскими гражданами согласно главе 5 статье 4 канадского закона о гражданстве, которая позволяет министру иностранных дел в особых обстоятельствах присваивать гражданство кому угодно. Не беспокойтесь: это никак не помешает вам сохранять гражданство любой юрисдикции вашего мира: Канада всегда признавала двойное гражданство. Однако когда вы отправитесь за пределы Канады, вы будете зарегистрированными канадскими дипломатами, и в этом качестве будете пользоваться дипломатическим иммунитетом и прочими привилегиями. Это позволит избавиться от большей части бюрократической волокиты до тех пор, пока не будут установлены формальные отношения между каждым из наших государств и вашим миром.</p>
    <p>— Каждым из ваших государств? — переспросила Тукана. — У нас сейчас объединённое мировое правительство. Разве у вас не так?</p>
    <p>Элен покачала головой.</p>
    <p>— Нет. У нас есть нечто под названием «Организация Объединённых Наций» — мы отвезём вас в её штаб-квартиру сразу после обеда с премьер-министром в Оттаве. Но это не всемирное правительство; это скорее форум, на котором правительства отдельных стран могут обсуждать беспокоящие их проблемы. В конечном итоге ваше правительство должны будут признать все страны, входящие в ООН.</p>
    <p>— А сколько их? — спросила Тукана?</p>
    <p>Понтер улыбнулся.</p>
    <p>— Вы не поверите, — сказал он.</p>
    <p>— В настоящий момент в ООН входит сто девяносто одна страна, — сказала Элен. — Так что, как видите, на то, чтобы установить отношения с каждой из них, уйдут годы. Но Канада, разумеется, уже поддерживает отношения с ними всеми, так что, став канадскими дипломатами, пусть и чисто формально, вы сможете свободно посещать любую из этих стран и вести переговоры с их руководителями.</p>
    <p>Тукана выглядела озадаченной.</p>
    <p>— Ну, если всё это и правда необходимо…</p>
    <p>— Совершенно необходимо.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Понтер. — Когда мы отсюда выйдем?</p>
    <p>— Скоро, я надеюсь, — ответила Элен. — Я теперь и сама не могу покинуть обсерваторию, пока не закончится ваш карантин. Но ваши технологии деконтаминации, похоже, произвели впечатление на наших медиков.</p>
    <p>Эта новость очень обрадовала Понтера, поскольку сулила скорое окончание карантина. В конце концов, в прошлый раз почти всё время его пребывания в Канаде прошло в карантине, и ему не хотелось проходить через это снова, в особенности — глубоко под землёй.</p>
    <p>Вскоре после этого Тукана удалилась во вторую комнату изолятора — как и многие люди её поколения, она любила вздремнуть. Понтер с помощью Хака занимался английским, когда вернулся Рубен Монтего в сопровождении низенького, лохматого, светлокожего мужчины-глексена, который был полной противоположностью Рубена с его чёрной кожей и гладко выбритой головой.</p>
    <p>— Привет, Понтер, — сказал Рубен. — Это Арнольд Мур, геолог.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказал Понтер.</p>
    <p>Арнольд протянул руку, Понтер пожал её.</p>
    <p>— Доктор Боддет, — сказал геолог, — я просто счастлив познакомиться с вами. Просто счастлив!</p>
    <p>Скука взяла своё, и Понтер не смог удержаться от сарказма:</p>
    <p>— Вы уверены, что касаться меня безопасно?</p>
    <p>Но Арнольд пропустил эту реплику мимо ушей.</p>
    <p>— Я хотел спуститься сюда сразу, как только услышал о вашем возвращении. Это огромная радость, доктор Боддет, огромная!</p>
    <p>Понтер нехотя улыбнулся.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал он.</p>
    <p>— Пожалуйста, — сказал Арнольд, указывая на стул, с которого Понтер поднялся, — присядьте, прошу вас.</p>
    <p>Понтер сел; Арнольд взял другой стул, повернул его спинкой к Понтеру и уселся на него верхом, сложив руки поверх спинки. Понтер ощутил, как его брови полезли вверх — такой способ сидения действительно казался гораздо удобнее. Он снова встал и развернул собственный стул, усевшись на него подобным же образом. Было не так удобно, как на привычном седлокресле, но прогресс был очевиден.</p>
    <p>Рубен извинился и пошёл пообщаться с иммунологами, которые расползлись по всем помещениям обсерватории.</p>
    <p>— У меня есть к вам один вопрос, — сказал Арнольд.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— На нашей версии Земли происходит нечто необычное, — сказал геолог, — и я хотел узнать, не происходит ли чего-то подобного в вашем мире.</p>
    <p>— Чего именно?</p>
    <p>— Северное сияние — да, собственно, и южное тоже — ведёт себя необычно.</p>
    <p>Понтер удивился.</p>
    <p>— Нет, у нас ничего необычного не происходит. Кстати, я сам наблюдал ночные огни буквально вчера — всё было как всегда.</p>
    <p>Арнольд выглядел разочарованным.</p>
    <p>— Мы надеялись, что вы дадите нам какой-нибудь ключ. Наша рабочая гипотеза состоит в том, что магнитное поле Земли схлопывается в преддверии смены полярности.</p>
    <p>Понтер снова вскинул бровь; она залезла на самый гребень надбровного валика.</p>
    <p>— Когда у вас такое происходило в последний раз?</p>
    <p>— Точно не скажу. Много тысяч лет назад.</p>
    <p>— И с тех пор магнитное поле не пропадало?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Невероятно. У нас такое было… Хак?</p>
    <p>— Шесть лет назад, — сказал Хак через внешний динамик.</p>
    <p>— Вы хотите сказать, что всё <emphasis>закончилось</emphasis> шесть лет назад?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Но началось, вероятно, за много столетий до того?</p>
    <p>Понтер покачал головой.</p>
    <p>— Началось это двадцать пять лет назад.</p>
    <p>— Давайте уточним, — сказал Арнольд; глаза у него округлились. — Коллапс магнитного поля Земли занял всего — сколько? — девятнадцать лет?</p>
    <p>— Точно так, — ответил Понтер. — До того напряжённость магнитного поля была нормальной. Потом оно пропало: планета не имела заметного магнитного поля в течение девятнадцати лет. А потом, шесть лет назад, поле возникло снова.</p>
    <p>— «Возникло»? — потрясённо повторил Арнольд. — Вы, должно быть, шутите.</p>
    <p>— Когда я шучу, — ответил Понтер, — у меня получается гораздо смешнее.</p>
    <p>— Но… но… мы всегда считали, что коллапс магнитного поля занимает сотни, если не тысячи лет.</p>
    <p>— Почем?</p>
    <p>— Ну, хотя бы из-за размеров Земли.</p>
    <p>— Магнитное поле Солнца меняет полярность каждые сто сорок месяцев или около того — каждые одиннадцать лет — а Солнце в миллион раз больше Земли.</p>
    <p>— Да, но…</p>
    <p>— Я не пытаюсь выглядеть серее вас, — сказал Понтер. — Мы тоже очень мало знали о коллапсе магнитного поля, пока сами не пережили такой. Многих наших геологов также поразила быстрота явления.</p>
    <p>— Геомагнитный коллапс и восстановление менее чем за двадцать лет, — сказал Арнольд. — Невозможно поверить.</p>
    <p>— Удачное время, чтобы быть физиком, — сказал Понтер. — Интересное. Наш народ узнал много нового о… процессе, который создаёт поле… у вас есть для этого слово?</p>
    <p>Арнольд кивнул.</p>
    <p>— Геодинамо.</p>
    <p>Понтер нахмурился — опять этот звук «и». Но пусть об нём позаботится Хак — компаньон был проинструктирован только имена собственные произносить так же, как это сделал бы сам Понтер.</p>
    <p>— Да. Мы узнали много нового о геодинамо.</p>
    <p>— Было бы здорово услышать, что вам удалось узнать, — сказал Арнольд.</p>
    <p>Понтер был рад, что Тукана пошла спать — скорее всего, он и так уже выдал слишком много информации. Но концепция торговли научными данными не находила отклика в нём как учёном. Научными данными следует обмениваться свободно. Тем не менее, он решил слегка сменить тему.</p>
    <p>— Неужели «Инко» беспокоится о том, что спрос на никель упадёт в период коллапса магнитного поля? — Никель широко использовался в компасах на обеих версиях Земли, а его залежи здесь, поблизости от Садбери, были богатейшими на планете.</p>
    <p>— Что? Гмм, я об этом даже не задумывался, — сказал Арнольд.</p>
    <p>Понтер смешался.</p>
    <p>— Рубен сказал, что вы геолог…?</p>
    <p>— Да, я геолог, — ответил Арнольд, — но я не работаю на «Инко». Я из Агентства по охране природы. Я прилетел из Оттавы, как только узнал, что связь между нашими мирами восстановилась.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер, всё ещё ничего не понимая.</p>
    <p>— Моя работа — защита окружающей среды, — сказал Арнольд.</p>
    <p>— Разве это не работа <emphasis>каждого</emphasis>? — спросил Понтер, сознавая, что не вполне искренен.</p>
    <p>Но Арнольд снова не заметил намёка.</p>
    <p>— Да, конечно, — сказал он. — Конечно. Но я хотел узнать, что вашему народу может быть известно о последствиях коллапса магнитного поля для окружающей среды. Я надеялся, что у вас, возможно, имеются какие-то ископаемые данные. Но получить доступ к данным научного исследования недавнего коллапса! Это просто сказка.</p>
    <p>— Никаких заметных последствий не было, — сказал Понтер. — Некоторые виды перелётных птиц начали блуждать, но это практически и всё.</p>
    <p>— Да, полагаю, для птиц это действительно проблема, — сказал Арнольд. — Как они приспособились?</p>
    <p>— У пострадавших птиц в мозгу есть субстанция с сильными магнитными свойствами…</p>
    <p>— Магнетит, — подсказал Арнольд. — Три атома железа и четыре — кислорода.</p>
    <p>— Да, — сказал Понтер. — Другие виды птиц ориентируются по звёздам, и некоторые особи тех видов, что полагались на мозговой магнетит для определения направления, оказались способны перейти на ориентацию по звёздам. В природе всегда так: вариации внутри популяции дают возможность приспособиться к изменениям во внешней среде, а для наиболее важных для выживания способностей обычно имеется альтернатива.</p>
    <p>— Изумительно, — сказал Арнольд. — Изумительно. Но скажите: а каким образом установили, что магнитное поле Земли периодически меняет полярность? Мы сделали это открытие сравнительно недавно.</p>
    <p>— По намагниченности пород в местах падения метеоритов.</p>
    <p>— Правда? — сказал Арнольд, и его сросшаяся бровь — было здорово видеть глексена с нормальным лицом, пусть даже только в этом аспекте — взлетела на лоб.</p>
    <p>— Ага, — сказал Понтер. — Когда железо-никелевый метеорит врезается в Землю, он намагничивается в направлении магнитного поля Земли.</p>
    <p>Арнольд на секунду задумался.</p>
    <p>— Ну да, наверное. Это как железный прут намагничивается, если стукнуть по нему молотом.</p>
    <p>— Точно, — сказал Понтер. — Но если ваш народ узнал о сменах полярности не по метеоритам, то как тогда вы догадались, что полярность периодически меняется?</p>
    <p>— Спрединг морского дна, — ответил Арнольд.</p>
    <p>— Что? — переспросил Понтер.</p>
    <p>— Вы знакомы с тектоникой плит? — спросил Арнольд. — Ну, дрейф континентов и всё такое?</p>
    <p>— Континенты движутся? — спросил Понтер, сделав безмерно удивлённое лицо. Но сразу же поднял руку. — Нет-нет, в этот раз я действительно шучу. Да, мой народ знаком с этим явлением. В конце концов, совпадение береговой линии Ранеласса и Подлара трудно не заметить.</p>
    <p>— Должно быть, вы говорите о Южной Америке и Африке, — Арнольд кивнул и невесело улыбнулся. — По-вашему, это очевидно каждому, но нам понадобилось несколько десятилетий, чтобы принять эту теорию.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>Арнольд развёл руками.</p>
    <p>— Вы учёный; вы наверняка понимаете. Старая гвардия считает, что они знают всё о том, как устроен мир, и не хочет отказываться от своих теорий. При таком большом сдвиге парадигмы вопрос не в том, чтобы убедить кого-то в правильности новых теорий, а, скорее, в том, чтобы дождаться, пока носители старых теорий не умрут.</p>
    <p>Понтер попытался скрыть изумление. Какие у глексенов странные подходы к науке!</p>
    <p>— Так или иначе, — продолжал Арнольд, — в конечном итоге мы всё же нашли доказательства континентального дрейфа. Посередине океанов есть места, где магма поднимается от мантии и формирует новую горную породу.</p>
    <p>— Мы предполагали, что такое явление должно иметь место, — сказал Понтер. — В конце концов, если есть места, где старая порода опускается вниз…</p>
    <p>— Зоны субдукции, — подсказал Арнольд.</p>
    <p>— Да, эти самые, — согласился Понтер. — Если есть места, где старая порода опускается вниз, то, очевидно, должны быть и места, где новая порода поднимается наверх, хотя, конечно, мы не никогда не наблюдали этот процесс.</p>
    <p>— Мы делали буровые пробы в этих местах, — сказал Арнольд.</p>
    <p>В этот раз изумление на лице Понтера было неподдельным.</p>
    <p>— Посреди океана?</p>
    <p>— Ну да, — ответил Арнольд, явно обрадованный, что его мир хоть в чём-то оказался впереди. — И если вы посмотрите на образцы, взятые по разные стороны от разлома, через который изливается магма, то увидите симметричную закономерность в её намагниченности: нормальная вплотную к разлому по обе стороны от него, обратная на равном расстоянии от разлома, снова нормальная на большем расстоянии, и так далее.</p>
    <p>— Впечатляет, — сказал Понтер.</p>
    <p>— У нас тоже были моменты славы, — сказал Арнольд. Он улыбнулся, явно ожидая того же от Понтера</p>
    <p>— Простите? — сказал Понтер.</p>
    <p>— Это каламбур, игра слов. Ну, знаете — «магнитный момент» — произведение расстояния между магнитными полюсами на напряжённость поля на полюсах.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер. Глексены помешаны на игре слов… ему этого, должно быть, не понять никогда.</p>
    <p>Арнольд выглядел обескураженным.</p>
    <p>— Так вот, — продолжил он. — То, что у вас магнитное поле сколлапсировало раньше, чем у нас — это для меня большая неожиданность. Насколько я понимаю модель Бенуа, наша вселенная отделилась от вашей сорок тысяч лет назад с пробуждением сознания. Хорошо, пусть так. Но я не понимаю, что ваш народ или мой мог сделать такого за последние четыреста веков, чтобы это хоть как-то повлияло на работу геодинамо.</p>
    <p>— Это в самом деле загадка, — согласился Понтер.</p>
    <p>Арнольд сполз со своего стула и поднялся на ноги.</p>
    <p>— Однако благодаря этому вы смогли рассеять мои опасения так, как я и мечтать не мог.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Я рад. Вы в самом деле — как это у вас говорят? — переживёте период геомагнитного коллапса без шума и пыли. — Понтер подмигнул. — Ведь мы-то уже его пережили.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 12</p>
    </title>
    <p>Мэри пыталась сосредоточиться на работе, но её мысли всё время возвращались к Понтеру — и не случайно, ведь как раз с образцами его ДНК она и работала.</p>
    <p>Мэри передёргивало каждый раз, как она читала популярную статью, пытающуюся объяснить, почему митохондриальная ДНК наследуется только по материнской линии. Обычное объяснение состояло в том, что в яйцеклетку проникает только головка сперматозоида, тогда как митохондрии располагаются в его средней и хвостовой частях. Но хотя митохондрии и правда распределялись по сперматозоиду именно таким образом, то, что в яйцеклетку попадает только головка, было неправдой. Микроскопия и ДНК-анализ показали, что митохондриальная ДНК сперматозоида всё-таки попадает в оплодотворённую яйцеклетку млекопитающих. По правде говоря, никто не знает, почему отцовская митохондриальная ДНК не включается в зиготу так же, как материнская — по непонятной пока причине она просто исчезает, так что объяснение было простым и красивым, но совершенно неверным.</p>
    <p>И всё же, поскольку в каждой клетке тысячи митохондрий и всего одно ядро, получить из древних образцов митохондриальную ДНК несравнимо проще, чем ядерную. Ядерную ДНК не извлекали ни из одного неандертальского ископаемого образца на этой версии Земли, и поэтому Мэри сосредоточилась на анализе митохондриальной ДНК Понтера и анализе её сходства и отличий от глексенской митохондриальной ДНК. Однако, похоже, не существовало какой-то одной характерной последовательности, которая присутствовала бы в ДНК Понтера и известных ископаемых образцов и отсутствовала бы в ДНК глексенов. Или наоборот.</p>
    <p>И поэтому Мэри в конце концов обратилась к ядерной ДНК Понтера. Она думала, что здесь выявить различия будет ещё труднее, и действительно, несмотря на длительные поиски, она не нашла ни одной нуклеотидной последовательности, которая была бы существенно отлична у неандертальцев и Homo sapiens sapiens; все её праймеры находили соответствие в ДНК обоих видов людей.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_18">Усталая и разочарованная, ожидая Понтера из карантина и шанса возобновить прерванные отношения, Мэри решила получить кариотип<a l:href="#id20150414092305_58">[58]</a> неандертальской ДНК. Это означало вырастить несколько клеток Понтера до состояния, когда они готовы к делению (поскольку только в этот период хромосомы становятся видимы), а потом подвергнуть их воздействию колхицина, чтобы зафиксировать хромосомы на этой стадии. Когда это было сделано, Мэри окрасила клетки — слово «хромосомы», кстати, и означало «окрашенные тельца» и касалось их способности легко впитывать краситель. После этого она отсортировала хромосомы в порядке возрастания размеров — общепринятый способ их нумерации. Понтер — мужчина, так что у него была и X, и Y-хромосома, и, как и у мужчин одного с Мэри вида, Y-хромосома была примерно втрое короче хромосомы X.</p>
    <p>Мэри выровняла все пары, сфотографировала их и распечатала фото на струйном «Эпсоне». Затем принялась отмечать пары, начиная с самой длинной и двигаясь к самой короткой: 1, 2, 3…</p>
    <p>Это была простая и честная работа, через упражнения такого типа она прогоняла студентов-цитогенетиков каждый год. Голова в такой работе почти не участвовала, и она обнаружила, что думает о Понтере и Адекоре, о мамонтах, о мире без сельского хозяйства, о…</p>
    <p><emphasis>Чёрт!</emphasis></p>
    <p>Она явно где-то напортачила, потому что получалось, что Понтеровы X и Y-хромосомы — это 24-я пара, а не 23-я.</p>
    <p>Если только…</p>
    <p>О Боже, если только у него не три двадцать первых хромосомы — в каком случае он, и, предположительно, весь его народ имел генетический дефект, который у Homo sapiens приводил к синдрому Дауна. И это имело смысл: страдающие Дауном демонстрировали целый ряд особенностей лицевой морфологии, не свойственных здоровым людям, и…</p>
    <p><emphasis>Боже мой,</emphasis> подумала Мэри, <emphasis>неужели всё так просто?</emphasis> У больных Дауном действительно повышенная частота заболевания лейкемией… а разве Понтер не говорил, что от неё умерла его жена? Также синдром Дауна связан с абнормальным уровнем тиреоидных гормонов, а они, как хорошо известно, влияют на морфологию — в особенности лицевую. Может ли быть, что у всего народа Понтера трисомия по хромосоме 21 — одно маленькое изменение, которое у них проявляется немного не так, как у Homo sapiens sapiens, ответственное за все отличия между двумя видами людей?</p>
    <p>Но нет. Нет, этого не может быть. Первичным эффектом синдрома Дауна, по крайней мере у Homo sapiens sapiens, является <emphasis>недостаточное</emphasis> развитие мышечного тонуса; народ же Понтера демонстрирует прямо противоположное состояние.</p>
    <p>Кроме того, Мэри выделила чётное количество хромосом; синдром Дауна появляется при нечётном. Если только она по небрежности не посчитала хромосому, принадлежащую другой клетке, у Понтера, их похоже, двадцать четыре пары, и…</p>
    <p><emphasis>О Господи,</emphasis> подумала Мэри.<emphasis> О Господи!</emphasis></p>
    <p>Всё даже <emphasis>проще,</emphasis> чем она думала.</p>
    <p>Да, да, <emphasis>да</emphasis>!</p>
    <p>Она нашла!</p>
    <p>Нашла ответ.</p>
    <p>У Homo sapiens sapiens двадцать три пары хромосом. Но их ближайшими родственниками, по крайней мере, на этой Земле, являются два вида шимпанзе, и у них…</p>
    <p>У них обоих <emphasis>двадцать четыре</emphasis> пары хромосом.</p>
    <p>У рода Pan (шимпанзе) и рода Homo (все виды людей, современные и вымершие) был общий предок. Несмотря на распространённое мнение о том, что человек произошёл от обезьяны, на самом деле обезьяны и люди являются <emphasis>кузенами</emphasis>. Общий предок — неуловимое недостающее звено, до сих пор окончательно не выявленное в ископаемой летописи — существовал, согласно анализу генетических расхождений между людьми и обезьянами, около пяти миллионов лет назад в Африке.</p>
    <p>Поскольку у шимпанзе двадцать четыре пары хромосом, а у людей — двадцать три, то можно только гадать, сколько их было у общего предка. Если двадцать три, то это значит, что в какой-то момент после разделения ветвей людей и шимпанзе в линии шимпанзе одна хромосома превратилась в две. Если же двадцать четыре, значит, две хромосомы слились в одну где-то на протяжении линии Homo.</p>
    <p>До сегодняшнего дня — до вот этой самой секунды — никто на этой Земле не знал наверняка, какой из сценариев в действительности имел место. Но сейчас всё стало кристально ясно. У настоящих шимпанзе двадцать четыре пары хромосом; у бонобо — второго вида шимпанзе — тоже двадцать четыре. И теперь Мэри выяснила, что у неандертальцев их тоже было ровно две дюжины. Слияние двух хромосом в одну произошло не просто после разделения линий обезьян и людей; на самом деле оно произошло уже после того, как линия Homo разделилась на две линии, которые Мэри сейчас изучает — то есть всего пару сотен тысяч лет назад.</p>
    <p>Вот почему представители народа Понтера были могучи, как обезьяны, а не хилы, как люди. Вот почему у них обезьяний тип лица, надбровный валик и никакого подбородка. Генетически они и в самом деле обезьяноподобны, по крайней мере в том, что касается числа хромосом. И каким-то образом слияние двух хромосом — это были хромосомы два и три, Мэри это знала из статьи по генетике приматов, которую читала много лет назад — каким-то образом оно стало причиной всех тех морфологических отличий, которые и составляют фенотип современного взрослого человека.</p>
    <p>В принципе, конкретный механизм возникновения этих отличий легко просматривался: неотения, сохранение взрослой особью детских характеристик. У детёнышей обезьян, детей неандертальцев и детей глексенов похожие черепа, с вертикальным лбом без надбровного валика и с не особенно сильно выступающей нижней частью лица. Но соплеменники Мэри сохраняют эти черты, и становясь взрослыми.</p>
    <p>А вот у народа Понтера взрослеет и череп. И причиной этого может быть различное число хромосом.</p>
    <p>Мэри поднесла сложенные вместе ладони к лицу. Она сделала это! Она нашла то, что нужно было Джоку Кригеру, и…</p>
    <p>И… О Боже!</p>
    <p>Различное число хромосом означает, что неандертальцы и разновидность людей, к которой принадлежит она — это не просто разные расы или даже подвиды одного и того же вида. Это разные виды. Больше не нужно удваивать «разумную» часть в Homo sapiens sapiens для того, чтобы отличить соплеменников Мэри от соплеменников Понтера, поскольку народ Понтера никак не мог быть Homo sapiens neanderthalensis. Теперь уже совершенно ясно, что у них свой собственный таксон: Homo neanderthalensis. Мэри знала, что одних палеоантропологов эта новость приведёт в восторг, других — в ярость.</p>
    <p>Но…</p>
    <p>Но…</p>
    <p>Но Понтер принадлежит к другому виду! Мэри видела «Плавучий театр», когда его ставили в Торонто, с Клорис Личман в роли Парти. Она знала, что межрасовые связи когда-то считались большой проблемой, но…</p>
    <p>Но «межрасовая связь» или даже «интербридинг» — неподходящий термин для обозначения действий человека, вступающего в половой контакт с представителем другого биологического вида. Не то, чтобы Мэри с Понтером этим занимались…</p>
    <p>Нет, подходящим термином здесь было бы…</p>
    <p><emphasis>Господи Иисусе,</emphasis> подумала Мэри.</p>
    <p>Зоофилия.</p>
    <p>Но…</p>
    <p>Нет, нет.</p>
    <p>Понтер — не животное. Мужчина, изнасиловавший её — её соплеменник, представитель вида Homo sapiens — вот кто животное. Но не Понтер.</p>
    <p>Понтер — джентльмен.</p>
    <p>И, вне зависимости от количества хромосом — человек. Человек, новой встречи с которым она ждала всей душой.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 13</p>
    </title>
    <p>Наконец, по прошествии трёх дней, специалисты Лабораторного центра контроля заболеваний и Центра по контролю и профилактике заболеваний — соответствующего американского агентства — согласились, что Посол Тукана Прат и Посланник Понтер Боддет не являются носителями инфекции и могут покинуть карантин.</p>
    <p>Понтер и Тукана в сопровождении пятерых солдат и доктора Монтего прошагали по штреку к металлической клети подъёмника и совершили долгий подъём на поверхность. По-видимому, новость бежала впереди них: в обширном помещении перед входом в подъёмник собралась толпа горняков и других служащих «Инко».</p>
    <p>— На стоянке снаружи ждёт орда репортёров, — сказала Элен Ганье. — Госпожа посол, вам придётся сделать короткое заявление для прессы.</p>
    <p>Тукана вскинула бровь.</p>
    <p>— Какого рода заявление?</p>
    <p>— Приветственное. Ну, вы знаете, обычные протокольные вещи.</p>
    <p>Понтер не имел ни малейшего понятия о том, что это значит, однако то была не его забота. Элен вывела их с Туканой из холла на улицу, под осеннее небо Садбери. Здесь было как минимум градуса на два теплее, чем в мире, который Понтер покинул, но, конечно же, с тех пор минуло три дня, которые они просидели под землёй, так что разница в температуре не обязательно что-то значила.</p>
    <p>Тем не менее, Понтер в изумлении покачал головой. Это место не произвело на него впечатления в прошлый раз, но тогда его выводили из шахты с раной на голове. Лишь сейчас он получил возможность как следует рассмотреть гигантский горнодобывающий комплекс, огромную рану в земле, проделанную этими людьми; огромные пространства, полностью очищенные от деревьев — они называли их «парковками» — вплотную заставленные сотнями персональных транспортных средств.</p>
    <p>И эта вонь! Его оглушило всепоглощающее зловоние этого мира, его тошнотворный смрад. Подруга Адекора Лурт исходя из описания Понтером своих ощущения сделала предположения относительно его источников: диоксид азота, диоксид серы и другие продукты сгорания нефтепродуктов.</p>
    <p>Понтер предупредил Тукану, чего следует ждать, и теперь она пыталась незаметно зажать нос ладонью. Он хранил тёплые воспоминания о встреченных здесь людях, но забыл — или, скорее, заставил себя не вспоминать — о том, в насколько ужасный вид привёл этот народ доставшуюся ему планету.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Джок Кригер сидел за столом и бродил по двум сетям — по общедоступному интернету и по обширному массиву секретных правительственных сайтов, доступных по выделенным оптоволоконным линиям, доступ к которым имели только лица с соответствующим уровнем допуска.</p>
    <p>Джок не любил, когда вдруг появлялось что-то, чего он не понимал; незнание было единственным, что заставляло его ощущать утрату контроля. И он пытался с этим справиться, разыскивая информацию о геомагнитных коллапсах, особенно после получения из Садбери новостей о том, что таковые, по-видимому, происходят очень быстро.</p>
    <p>Джок ожидал найти тысячи страниц, посвящённых этой теме, но, хотя новостные сайты успели произвести кое-какие материалы за последнюю неделю, в основном пережёвывая три или четыре «экспертных» мнения одних и тех же людей, действительно серьёзных статей на эту тему оказалось очень мало. Примерно половина материалов, найденных им в Интернете, принадлежали перу креационистов, пытающихся дезавуировать материальные свидетельства предыдущих смен полярности геомагнитного поля, по-видимому, из-за того, что само их число плохо вязалось с гипотезами о сотворении Земли всего несколько тысячелетий назад.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_19">Но потом он зацепился взглядом за цитату из статьи в «Earth and Planetary Science Letters» за 1989 год под названием «Свидетельства в поддержку экстремально быстрых вариаций геомагнитного поля при смене полярности». Авторами были указаны Роберт С. Коу и Мишель Прево, первый из Калифорнийского Университета в Санта-Крус, второй — из <emphasis>Université des Sciences et Techniques</emphasis> в Монпелье — надо полагать, в том, что во Франции, а не в Вермонте<a l:href="#id20150414092305_59">[59]</a>. Санта-Крус был довольно уважаемым университетом, а второй — несколько щелчков мышкой — да, у второго также неплохая репутация. Но самой статьи в сети нет; как и в случае с существенной часть мудрости, накопленной человечеством до 1990-х годов, никто не почесался её оцифровать. Джок вздохнул. За статьёй придётся идти в настоящую библиотеку.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри прошла через коридор, спустилась по лестнице и подошла к офису Джока Кригера на первом этаже. Она постучала, дождалась, пока из-за двери донесётся «Входите» и сделала именно как, как было сказано.</p>
    <p>— Поймала, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Тогда не подходите близко, — сказал Джок, закрывая окно браузера.</p>
    <p>Мэри была слишком возбуждена, чтобы оценить шутку, хотя она и дошла до неё позже.</p>
    <p>— Я выяснила, как отличать глексенов от неандертальцев.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_20">Джок поднялся со своего аэроновского кресла<a l:href="#id20150414092305_60">[60]</a>.</p>
    <p>— Вы уверены?</p>
    <p>— Да, — ответила Мэри. — Это проще простого. У неандертальцев двадцать четыре пары хромосом, тогда как у нас только двадцать три. Это огромная разница, на генетическом уровне настолько же заметная, как разница между мужчиной и женщиной.</p>
    <p>Седые брови Джока изогнулись.</p>
    <p>— Если это так очевидно, то почему заняло столько времени?</p>
    <p>Мэри объяснила, почему она поначалу ошибочно сосредоточилась на митохондриальной ДНК.</p>
    <p>— Ага, — сказал Джок, — понятно. Хорошая работа. Отличная.</p>
    <p>Мэри улыбнулась, но её улыбка быстро помрачнела.</p>
    <p>— Через пару недель будет ежегодное собрание Палеоантропологического общества, — сказала она. — Я бы хотела представить там неандертальский кариотип. Кто-то обязательно наткнётся на это рано или поздно, и мне бы хотелось утвердить свой приоритет.</p>
    <p>Кригер нахмурился.</p>
    <p>— Простите, Мэри, но в вашем контракте есть пункт о неразглашении.</p>
    <p>Мэри приготовилась к схватке.</p>
    <p>— Да, но…</p>
    <p>Джок поднял руку.</p>
    <p>— Нет-нет, вы правы. Простите. Рандовские привычки так просто не уходят. Да, разумеется, вы можете сделать доклад о своём открытии. Мир имеет право знать.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Элен Ганье оглядела сотни журналистов, собравшихся на парковке шахты «Крейгтон».</p>
    <p>— Дамы и господа, — сказала она в укреплённый на телескопической штанге микрофон, — спасибо, что пришли. От лица народа Онтарио, народа Канады и народов всего мира я рада приветствовать двоих эмиссаров с параллельной Земли. Я знаю, что некоторые из вас уже знакомы с Понтером Боддетом, который в этот раз носит титул посланника. — Она сделала жест в сторону Понтера, и через мгновение Понтер осознал, что от него, вероятно, ждут какой-то реакции. Он поднял правую руку и энергично замахал ей в воздухе, что по какой-то причине вызвало оживление среди глексенских журналистов.</p>
    <p>— А это, — продолжала Элен, — госпожа Тукана Прат, посол. Уверена, что у неё для вас найдётся несколько слов. — Элен выжидательно посмотрела на Тукану, которая, после ещё нескольких ободряющих жестов с её стороны, встала и подошла к микрофону.</p>
    <p>— Мы рады встрече, — сказала Тукана. И попятилась от микрофона к своему месту.</p>
    <p>Элен с помертвевшим лицом поспешила обратно к микрофону.</p>
    <p>— Посол Прат имела в виду, — сказала она, — что, действуя от имени своего народа, она рада установить официальные отношения с нашим народом, и с нетерпением ожидает продуктивного и взаимовыгодного диалога по интересующим обе стороны вопросам. — Она повернулась к Тукане, словно ища одобрения своим словам. Тукана кивнула, и Элен продолжила: — Она надеется, что у наших двух народов имеется масса возможностей для сотрудничества и культурного обмена. — Она снова посмотрела на Тукану; по крайней мере, неандерталка не демонстрировала желания возразить. — И она хотела бы поблагодарить компанию «Инко», Нейтринную обсерваторию Садбери, мэра и городское собрание Садбери, правительство Канады и Организацию Объединённых Наций, где она завтра будет выступать, за их гостеприимство. — Она снова взглянула на Тукану и указала на микрофон. — Не так ли, госпожа Посол?</p>
    <p>Тукана помедлила, затем снова приблизилась к микрофону.</p>
    <p>— Э-э… да. Всё, что она сказала.</p>
    <p>Журналисты взвыли.</p>
    <p>Элен склонилась к Тукане; она накрыла микрофон ладонью, но Понтер всё равно различил её слова:</p>
    <p>— До завтра нам предстоит ещё <emphasis>очень</emphasis> много поработать.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>После того, как Мэри покинула его офис, Джок Кригер долго смотрел в окно. Он, разумеется, выбирал себе офис сам. Большинство выбрало бы вид на озеро, но это означало бы окно, обращённое на север, в сторону Канады. Окно Джока было обращено на юг, в сторону Штатов, но, поскольку здание «Синерджи Груп» стояло на песчаной косе, то в его поле зрения также попадала красивая пристань для яхт. Подперев голову сплетёнными пальцами, Кригер смотрел на свой мир и думал.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Самолёт канадских ВВС, доставивший их в Оттаву, поразил Тукану и Понтера до глубины души. Хотя неандертальцы и умели строить вертолёты, реактивные самолёты в их мире были неизвестны.</p>
    <p>После того, как Тукана преодолела первое потрясения после взлёта, она обратилась к Элен.</p>
    <p>— Простите, — сказала она. — Похоже, я не оправдала ваших ожиданий.</p>
    <p>Элен нахмурилась.</p>
    <p>— Скажем так: наши люди, как правило, ожидают немного больше помпы и церемониала.</p>
    <p>Компаньон Туканы дважды пискнул.</p>
    <p>— Ну, вы знаете, — пояснила Элен, — немного больше торжественности, каких-нибудь добрых слов.</p>
    <p>— Но вы не сказали ничего существенного, — сказала Тукана.</p>
    <p>Элен улыбнулась.</p>
    <p>— Именно. Премьер у нас человек простой, так что сегодня у вас с ним проблем не будет. Но завтра вы окажетесь перед Генеральной Ассамблеей ООН, и они ожидают от вас речи подлиннее. — Она помолчала. — Простите, что спрашиваю — вы профессиональный дипломат?</p>
    <p>— Конечно, — немного обиженно ответила Тукана. — Я провела много времени в Эвсое, Ранелассе и Налкану, представляя интересы Салдака. Но в таких дискуссиях мы предпочитаем как можно скорее переходить к делу.</p>
    <p>— А вы не боитесь кого-нибудь обидеть такой бесцеремонностью?</p>
    <p>— Как раз поэтому послы являются на такие переговоры лично, а не пользуются средствами связи. Таким образом мы можем во время разговора обонять их феромоны, а они — наши.</p>
    <p>— Это работает, когда вы обращаетесь к большой группе людей?</p>
    <p>— О да. Я участвовала в переговорах с десятью людьми, и даже одиннадцатью.</p>
    <p>Элен почувствовала, как у неё отвисает челюсть.</p>
    <p>— Завтра вы будете выступать перед восемнадцатью сотнями людей. Вы сможете почувствовать, обижается ли на ваши слова кто-нибудь из них?</p>
    <p>— Вряд ли, если только этот человек не стоит ко мне ближе всех.</p>
    <p>— Тогда, если не возражаете, я хотела бы дать вам несколько советов.</p>
    <p>Тукана кивнула.</p>
    <p>— Как это у вас говорят — я вся внимание.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 14</p>
    </title>
    <p id="id59783__msoanchor_21">Мэри вернулась в свою лабораторию на втором этаже и теперь сидела на вертящемся кресле чёрной кожи — предмет офисной роскоши, который редко встретишь в кабинете университетского профессора. Она отвернула кресло от рабочего стола и смотрела в большое северное окно, выходящее на озеро Онтарио. Она знала, что Торонто находится напротив Рочестера на противоположном берегу озера, но даже в ясный день она не могла отсюда разглядеть тот берег — он скрывался глубоко под горизонтом. Самое высокое рукотворное сооружение в мире, телебашня Си-Эн Тауэр<a l:href="#id20150414092305_61">[61]</a>, находилась прямо на береговой линии Торонто. Она надеялась, что хотя бы её верхушка высовывается из-за искривления поверхности Земли, однако…</p>
    <p>Однако она вспомнила, как Понтер говорил, какой большой ошибкой было выбрать для Хак, своего импланта-компаньона, голос его умершей жены. Вместо утешения он получил постоянное напоминание об утрате. Так что, возможно, это и хорошо, что Мэри не может увидеть в своё окно даже маленькой частички Торонто.</p>
    <p>Как ей рассказывали, летом Сибриз был совершенно замечательным местом, но по мере того, как вступала в свои права осень, он становился мрачнее. Мэри приспособилась смотреть новости на канале «WROC» — местном филиале «Си-Би-Эс», но в каждом прогнозе погоды, который она слышала, упоминался «эффект озера», о котором она никогда в жизни не слыхала, живя на северном его берегу. В Торонто зимой снега не слишком много, но в Рочестере, похоже, сыплет без перерыва из-за того, что холодный воздух из Канады, двигаясь на юг, вбирает над озером влагу.</p>
    <p>Мэри взяла кофейную кружку, наполнила своим любимым сортом «Максвелл Хауз», приправленным шоколадным молоком, и осторожно отхлебнула. Она успела пристраститься к «Экстремально шоколадному молоку» от «Upstate Dairy», которое, как и французский луковый соус «Heluva Good», в Торонто не продавалось. В жизни вдали от дома иногда бывают и плюсы…</p>
    <p>Её раздумья были прерваны телефонным звонком. Она поставила кружку на стол. Её здешний номер знало всего несколько человек, и это был не внутренний звонок изнутри здания «Синерджи Груп» — в этом случае сигнал другой.</p>
    <p>Она подняла чёрную трубку.</p>
    <p>— Алло?</p>
    <p>— Профессор Воган? — произнёс женский голос.</p>
    <p>— Да,</p>
    <p>— Это Дария.</p>
    <p>Мэри тут же почувствовала, как у неё поднимается настроение. Дария Клейн — её аспирантка в Йоркском. Разумеется, Мэри дала свой новый номер всем на факультете: это было самое малое, что она могла для них сделать, сбежав в такой спешке перед самым началом занятий.</p>
    <p>— Дария! — воскликнула Мэри. — Как я рада вас слышать! — Мэри представила себе угловатое улыбающееся лицо с каштановыми волосами.</p>
    <p>— О, мне тоже очень приятно, — ответила Дария. — Надеюсь, вы не возражаете, что я позвонила. Я не хотела сообщать об этом по е-мэйлу. — Судя по голосу, Дария буквально подпрыгивала от возбуждения.</p>
    <p>— Сообщать о чём?</p>
    <p>— О Рамзесе!</p>
    <p id="id59783__msoanchor_22">Мэри уже собралась было пошутить «Вы знаете, он эффективен только на девяносто семь процентов»,<a l:href="#id20150414092305_62">[62]</a> но не стала. Дария, очевидно, говорила о египетской мумии, из которой она извлекала ДНК.</p>
    <p>— Я так понимаю, результат положительный, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Да, да! Это действительно представитель династии Рамзесов — предположительно, сам Рамзес Первый. Записывайте ещё один успех на счёт Воганской технологии!</p>
    <p>Мэри, вероятно, немного покраснела.</p>
    <p>— Это здорово, — сказала она. Однако всю кропотливую работу по секвенированию выполнила Дария. — Поздравляю.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Дария. — Те типы из Эмори просто в восторге.</p>
    <p>— Замечательно, — сказала Мэри. — Отличная работа. Я вами горжусь.</p>
    <p>— Спасибо, — снова сказала Дария.</p>
    <p>— Как там у вас вообще дела?</p>
    <p id="id59783__msoanchor_23">— Да по-старому, — ответила Дария. — Помощники преподавателей поговаривают о забастовке, «Йоменов»<a l:href="#id20150414092305_63">[63]</a> разносят в пух и прах, правительство провинции объявило о новых сокращениях.</p>
    <p>Мэри невесело усмехнулась.</p>
    <p>— Да уж, хорошего мало.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_24">— Вы знаете, — сказала Дария, — по-настоящему плохая новость, что на этой неделе в кампусе изнасиловали женщину. В «Экскалибуре»<a l:href="#id20150414092305_64">[64]</a> писали.</p>
    <p>Сердце Мэри пропустило удар.</p>
    <p>— Господи, — сказала она. Потом снова развернулась с креслом к окну, представляя себе, что видит в нём университетский кампус.</p>
    <p>— Ага, — сказал Дария. — Причём прямо рядом, возле Фаркуарсон-билдинг.</p>
    <p>— Там говорилось, кто жертва?</p>
    <p>— Нет. Никаких подробностей.</p>
    <p>— Насильника поймали?</p>
    <p>— Пока нет.</p>
    <p>Мэри глубоко вздохнула.</p>
    <p>— Дария, будьте осторожны. Будьте очень осторожны.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_25">— Обязательно, — ответила Дария. — Джош встречает меня с работы каждый день. — Джош — Мэри не помнила его фамилии — это бойфренд Дарии, студент из Осгуд-Холла<a l:href="#id20150414092305_65">[65]</a>.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Мэри. — Это хорошо.</p>
    <p>— Ну, так или иначе, — сказала Дария, явно настроенная перевести разговор на более весёлую тему, — я звонила сообщить о Рамзесе. Скорее всего, будет какое-то освещение в прессе. Завтра к нам обещали приехать из «Си-Би-Си».</p>
    <p>— Отлично, — сказала Мэри, почти не соображая, что говорит.</p>
    <p>— Меня прямо распирает, — сказала Дария. — Это <emphasis>так</emphasis> здорово!</p>
    <p>Мэри улыбнулась. Ещё бы!</p>
    <p>— Ладно, не буду вам больше докучать, — сказала Дария. — Просто хотела поделиться. Потом ещё позвоню.</p>
    <p>— Пока, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Пока, — повторила Дария и отключилась.</p>
    <p>Мэри попыталась положить трубку, но у неё тряслись руки, и она не сразу попала трубкой в гнездо.</p>
    <p>Ещё одно изнасилование.</p>
    <p>Ещё один насильник?</p>
    <p>Или… или… или…</p>
    <p>Или это животное, этот монстр, о котором она не сообщила в полицию, нанёс новый удар?</p>
    <p>Мэри почувствовала, как её желудок завязывается узлом, словно в быстро снижающемся самолёте.</p>
    <p>Чёрт. Чёрт возьми!</p>
    <p>Если бы она сообщила об изнасиловании — если бы полиция насторожилась, если бы университетская газета…</p>
    <p>Прошло несколько недель со времени нападения на неё. Нет причин считать, что насильник тот же. Но, с другой стороны, сколько длится у насильника восторг, подъём, вызванный удачным нападением? Сколько ему потребуется на то, чтобы набраться смелости — злобной, сжигающей душу смелости — и решиться на новое преступление?</p>
    <p>Мэри предупредила Дарию. Не только сейчас, гораздо раньше, в е-мэйле из Садбери. Но Дария — лишь одна из тысяч женщин в Йоркском университете, одна из…</p>
    <p>Мэри преподавала на кафедре женских исследований, она была знакома с феминистской фразеологией: все взрослые люди женского пола — это женщины и только женщины. Но Мэри тридцать девять — её день рождения пришёл и прошёл никем незамеченный — а в Йоркский принимают с восемнадцати. О, первокурсницы — тоже женщины… но они ещё и девушки, по крайней мере, по сравнению с Мэри; многие из них впервые оказались вдали от дома, только-только начинают свой жизненный путь.</p>
    <p>И этот зверь охотится на них. Зверь, которому она сама дала уйти.</p>
    <p>Мэри снова посмотрела в окно, но в этот раз она была рада, что Торонто отсюда не разглядеть.</p>
    <p>Некоторое время спустя — Мэри представления не имела, какое именно — дверь её лаборатории приоткрылась, и в неё просунулась голова Луизы Бенуа.</p>
    <p>— Мэри, как насчет пообедать?</p>
    <p>Мэри повернулась к ней вместе с креслом.</p>
    <p>— <emphasis>Mon dieu!</emphasis> — воскликнула Луиза. — <emphasis>Qu’est-ce qu’il y a de mal?</emphasis></p>
    <p>Мэри знала французский достаточно, чтобы понять вопрос.</p>
    <p>— Нет, ничего. А что такое?</p>
    <p>Луиза перешла на английский; её голос звучал недоверчиво:</p>
    <p>— Ты плакала.</p>
    <p>Мэри автоматически поднесла руку к щеке, и сразу одёрнула. Она почувствовала, как её брови полезли на лоб.</p>
    <p>— О! — тихо выдохнула она, не зная, что и сказать.</p>
    <p>— Что случилось? — снова спросила Луиза.</p>
    <p>Мэри глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Луиза была самым близким ей человеком во всех Соединённых Штатах. А Кейша, консультант Центра помощи жертвам изнасилований, с которой она разговаривала в Садбери, как будто находилась во многих световых годах отсюда. Но…</p>
    <p>Но нет. Она не хочет об этом говорить; она не хочет рассказывать о своей боли.</p>
    <p>Или своей вине.</p>
    <p>И всё же она должна что-то сказать.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_26">— Ничего, — сказала она, наконец. — Просто… — Она нашарила на столе пачку вегманcовских<a l:href="#id20150414092305_66">[66]</a> салфеток и вытерла лицо.</p>
    <p>Луиза понимающе кивнула, словно Мэри призналась ей в каком-нибудь — как бы она это назвала? В каком-нибудь <emphasis>affaire de coeur</emphasis> с несчастливым финалом. Мэри подозревала, что у Луизы было множество таких романов.</p>
    <p>— Мужчины, — согласилась Луиза, закатывая глаза к потолку. — Ты не можешь жить с ними, и не можешь жить без них.</p>
    <p>Мэри хотела было кивнуть в знак согласия, но… она слышала, что в мире Понтера всё не так, как сказала Луиза. И потом, Мэри не какая-нибудь школьница — впрочем, как и Луиза.</p>
    <p>— Это из-за них мире столько проблем, — сказала Мэри.</p>
    <p>Луиза кивнула и на это, и, по-видимому, уловила смену акцентов.</p>
    <p>— Женщины определённо реже устраивают теракты.</p>
    <p>Мэри была вынуждена согласиться с Луизой, но…</p>
    <p>— Но проблемы не только от заграничных мужчин. От здешних тоже — и в Америке и в Канаде.</p>
    <p>Брови Луизы озадаченно изогнулись.</p>
    <p>— Что случилось? — спросила она.</p>
    <p>И Мэри, наконец, ответила, пусть и не полностью.</p>
    <p>— Мне звонила подруга из Йоркского университета. Сказала, что в кампусе было изнасилование.</p>
    <p>— О Господи, — сказала Луиза. — Кто-то знакомый?</p>
    <p>Мэри покачала головой, хотя и понимала, что не знает ответа. Боже, подумала она, а что если это и правда кто-то знакомый — кто-то из тех, кого она учила?</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри, словно покачивание головой недостаточно чётко передавало смысл ответа. — Но я сильно расстроилась. — Она посмотрела на Луизу — такую молодую, такую красивую — и опустила взгляд. — Это так ужасно.</p>
    <p>Луиза кивнула, и то был такой же мудрый кивок видавшей виды женщины, как и в первый раз, будто Луиза — у Мэри при этой мысли скрутило желудок — будто она знала, о ком Мэри сейчас говорила. Но Мэри не могла это выяснить, не раскрыв свою историю, а к этому она была не готова — по крайней мере, пока.</p>
    <p>— Мужчины могут быть такими ужасными, — сказала Мэри. Это прозвучало легковесно, по-бриджитджонсовски, но это была <emphasis>правда</emphasis>.</p>
    <p>Правда, гори оно всё в аду.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 15</p>
    </title>
    <p>Понтеру Боддету и Тукане Пратт было присвоено (или подтверждено — в зависимости от юридической интерпретации) канадское гражданство в здании канадского парламента во второй половине того же дня. Церемонию проводил лично федеральный министр гражданства и иммиграции в присутствии журналистов со всего мира.</p>
    <p>Понтер, как мог, произнёс клятву, которую он заучил под руководством Элен Ганье; он даже исковеркал не так уж много слов: «Обещаю храныть верность э быть преданным подданным Её Велычества Королевы Елезаветы Второй, Королевы Канады, её наследнеков и преемнеков, соблюдать законы Канады, эсполнять все обязанносте канадского гражданына». Элен Ганье была так довольна выступлением Понтера, что, забывшись, зааплодировала по окончанию его речи, заслужив неодобрительный взгляд министра.</p>
    <p>Тукане английские слова давались гораздо тяжелее, но и она в конце концов с ними справилась.</p>
    <p>По окончании церемонии был небольшой фуршет с вином и сыром — в ходе которого, как заметила Элен, Понтер и Тукана не притронулись ни к тому, ни к другому. Они не пили молока и не ели никаких молочных продуктов; также их не интересовало ничего, произведённое из зерновых. Элен предусмотрительно накормила их перед началом церемонии, иначе они бы быстро опустошили блюда с фруктами и холодными закусками, которые также были на фуршете. Понтеру особенно пришлось по вкусу копчёное мясо по-монреальски.</p>
    <p>Каждому неандертальцу был выдан не только сертификат о канадском гражданстве, но и карточка медицинского страхования провинции Онтарио и паспорт. Завтра они должны были отправиться в Соединённые Штаты. Но перед этим им предстояло поучаствовать в ещё одном официальном мероприятии на канадской земле.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>— Вам понравился ужин с канадским премьер-министром? — спросил Селган, сидя на седлокресле в своём круглом офисе.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер кивнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Очень понравился. Там было много интересных людей. И мы ели большие коровьи бифштексы из Альберты — это, видимо, ещё одна часть Канады. А также овощи: некоторые из них я узнал, другие — нет.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Надо бы и мне тоже попробовать эту корову, — сказал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Она может быть очень вкусной, — сказал Понтер, — хотя, похоже, это чуть ли не единственное млекопитающее, которое они едят — это, и ещё разновидность кабана, которую они вывели путём селекции.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ах, — сказал Селган. — Думаю, это я тоже когда-нибудь попробую. — Он помолчал. — Итак, давайте посмотрим, где мы находимся. Вы вернулись в другой мир, но обстоятельства пока что не позволили вам встретиться с Мэре. В то же время вы встретились с высшими должностными лицами страны, в которой вы оказались. Вы хорошо питались и чувствовали… что? Удовлетворение?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, полагаю, это можно и так назвать. Но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но что? — спросил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это состояние продлилось недолго.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>После ужина на Сассекс-драйв, 24 Понтера отвезли в гостиницу «Шато-Лорье» и поместили в его огромные апартаменты. Их обстановка была… наверное, слово «роскошный» подоходит здесь лучше всего, подумал Понтер; номер был обставлен и украшен более замысловато, чем всё, что он когда-либо видел в своем мире.</p>
    <p>Тукана уехала вместе с Элен Ганье, чтобы ещё раз обсудить с ней детали её завтрашнего выступления перед Объединёнными Нациями. Понтеру не нужно было там выступать, но, тем не менее, он провёл вечер, читая об этой организации.</p>
    <p>Строго говоря, это было не совсем так: ни он, ни Хак пока что не умели читать по-английски. Понтер пользовался предоставленным канадским правительством портативным компьютером, в который была загружена какая-то энциклопедия. Энциклопедия эта имела функцию преобразования текста в речь, которая читала текст раздражающе механическим голосом — народ Понтера мог многому научить глексенов в области синтезирования голосов. Так или иначе, Хак слушал английские слова, произносимые компьютером, и переводил их для Понтера на неантертальский язык.</p>
    <p>В самом начале статьи про Организацию Объединённых Наций была ссылка на понятие «устава» этой организации — по-видимому, ещё учредительный документ. Его вступление повергло Понтера в ужас:</p>
    <cite>
     <p>Мы, народы Объединённых Наций, преисполненные решимости избавить грядущие поколения от бедствий войны, дважды в нашей жизни принесшей человечеству невыразимое горе…</p>
    </cite>
    <p>Две войны — в течение одной человеческой жизни! В истории мира Понтера тоже были войны, но последняя окончилась почти двадцать тысяч месяцев назад. Она была опустошительной, но причинённое ею горе определённо не было невыразимым (Хак перевёл это слово как «не подсчитанное»). Наоборот, каждый подросток должен был знать жуткую правду о той войне, которая унесла жизни 719 человек.</p>
    <p>Какая страшная трагедия! Но глексены вели не одну, а две войны с промежутком в какую-то тысячу лун.</p>
    <p>С другой стороны, откуда он знает, как давно была основана ООН? Возможно, под «нашей жизнью» имеется в виду период давно минувшего прошлого. Понтер попросил Хака прослушать статью дальше и посмотреть, не сможет ли он обнаружить дату основания организации. Он смог: один-девять-четыре-пять.</p>
    <p>Текущий год по глексенскому счёту имеет номер два-чего-то-там, не так ли?</p>
    <p>— Сколько лет назад это было? — спросил Понтер.</p>
    <p>Хак ответил, и Понтер почувствовал, как бессильно оседает в своём кресле. Период «нашей жизни», о котором говорилось в документе, период, в течение которого не одна, а две войны бушевали в этом мире — фактически, ещё продолжался.</p>
    <p>Понтер захотел узнать больше о глексенских войнах. Прежде чем удалиться с Туканой, Элен оставила энциклопедию открытой на статье об Организации Объединённых Наций, но Понтеру постепенно удалось пробиться через совершенно не интуитивный интерфейс.</p>
    <p>— Которое из слов означает «война»? — спросил он.</p>
    <p>Хак сопоставил услышанный текст со словами, изображёнными на экране компьютера.</p>
    <p>— Это шестая справа группа символов в девятой строке текста.</p>
    <p>Понтер обозначил это место на экране, прижав его кончиком пальца.</p>
    <p>— Не может быть, — сказал он. — В этой группе всего пять символов. — На языке неандертальцев «война» звучала как <emphasis>мапарталтапа</emphasis>; с тех пор, как он попал сюда, Понтер не раз сожалел о своих скудных познаниях в лингвистике — как бы она ему сейчас пригодилась! — однако одной из основ, которую он отлично понимал, было то, что короткие слова обозначают распространённые концепции.</p>
    <p>— Я уверен, что определил правильно, — сказал Хак. — Это слово произносится «вой-на».</p>
    <p>— Но… ох…</p>
    <p>Понтер осмотрел… <emphasis>клавиатура</emphasis>, так, кажется, это называлось. Он сумел найти клавиши с символами, похожими на «в», «о», «й» и «н», но не видел ничего, похожего на «а».</p>
    <p>— Попробуй указать на это слово, — подсказал Хак. — Возможно, для него есть ссылки.</p>
    <p>Понтер повозился с чувствительным к прикосновению пятачком на клавиатуре, двигая маленькую ёлочку на экране, пока её вершина не коснулась слова, и, после нескольких экспериментов, сумел выделить его другим цветом. В левой части экрана появился список тем, и…</p>
    <p>Понтер ощутил, как у него отвисает челюсть.</p>
    <cite>
     <p>Война Алой и Белой розы.</p>
     <p>Балканские войны.</p>
     <p>Война во Вьетнаме.</p>
     <p>Война в Заливе.</p>
     <p>Испано-американская война.</p>
     <p>Гражданская война в Испании.</p>
     <p>Корейская война.</p>
     <p>Крымская война.</p>
    </cite>
    <p>И так далее, и так далее.</p>
    <p>Ещё и ещё.</p>
    <p>И…</p>
    <p>И…</p>
    <p>Сердце Понтера встрепенулось.</p>
    <cite>
     <p><emphasis>Первая мировая война.</emphasis></p>
     <p><emphasis>Вторая мировая война.</emphasis></p>
    </cite>
    <p>Понтеру хотелось выругаться, но в его распоряжении были только те эпитеты, которые были в ходу у его народа: связанные с разложением мяса и с удалением из организма отходов пищеварения. Ни то, ни другое не казалось сейчас подходящим. До этого момента он не понимал глексенской манеры выражать эмоции, поминая постулируемую высшую силу, будто прося высшее существо объяснить людское безрассудство. Но к данному случаю такое выражение подходило как нельзя лучше. Целый мир, ведущий войну! Понтер боялся открывать эти статьи, боялся услышать о количестве жертв такой войны. Они наверняка исчисляются тысячами…</p>
    <p>Он провёл пальцем по чувствительному пятачку на клавиатуре, и позволил энциклопедии прочитать статью для Хак.</p>
    <p>В Первой мировой войне погибло десять миллионов солдат.</p>
    <p>А во Второй мировой пятьдесят пять миллионов человек — и солдат, и гражданских — умерли от разных причин, обозначенных как «боевые потери», «голод», «бомбардировки городов», «эпидемии», «геноцид» и «радиация» — хотя о том, какое отношение радиация может иметь к войне, Понтер мог лишь гадать.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_27">Понтеру стало плохо. Он поднялся с кресла, подошёл к окну и посмотрел на панораму ночного города — Оттавы. Элен говорила ему, что видимое отсюда высокое здание на Парламентском холме называется Башней Мира<a l:href="#id20150414092305_67">[67]</a>.</p>
    <p>Он открыл окно настолько широко, насколько позволяла его конструкция — это было немного — и позволил восхитительно холодному воздуху с улицы проникнуть внутрь. Несмотря на запах, он немного успокоил его желудок, но Понтер обнаружил, что не перестаёт покачивать головой туда-сюда.</p>
    <p>Он вспомнил вопрос, который задал ему Адекор по возвращении из первого путешествия в этот мир: <emphasis>Они хорошие люди, Понтер? Стоит ли нам общаться с ними?</emphasis></p>
    <p>И Понтер тогда ответил «да». В сущности, возобновление контактов с этой расой… расой <emphasis>убийц</emphasis>, расой воинов — было делом его рук. Но в первый раз он видел настолько малую часть этого мира, что…</p>
    <p>Нет. Он видел <emphasis>достаточно</emphasis>. Он видел, что одни делают с природой, как они приводят в негодность огромные пространства, как неконтролируемо размножаются. Он знал, кто они такие, и всё же…</p>
    <p>Понтер снова наполнил лёгкие холодным воздухом с улицы.</p>
    <p>И всё же он хотел снова встретиться с Мэре. И это желание ослепило его, затмило всё, что он знал о глексенах. Его тошнота не была вызвана тем, что он только что узнал. Скорее, причины была в осознании того, что он сознательно подавлял свой собственный здравый смысл.</p>
    <p>Он посмотрел на Башню Мира, высокую и коричневую с какой-то разновидностью хрономера у самой вершины, стоящую в самом сердце резиденции правительства этой страны. Возможно… возможно, глексены изменились. Они создали организацию, которую он завтра посетит, специально для того, чтобы, как сказано в её уставе, <emphasis>избавить</emphasis> грядущие поколения от бедствий войны.</p>
    <p>Понтер оставил окно открытым, подошёл к кровати — он сомневался, что когда-нибудь привыкнет к приподнятым над полом мягким лежбищам глексенов — лёг на спину, закинул руки за голову и принялся разглядывать гипсовые завитки на потолке.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p id="id59783__msoanchor_28">Понтера и Тукану, сопровождаемых Элен Ганье и двумя офицерами RCMP<a l:href="#id20150414092305_68">[68]</a> в штатском, которые выполняли функции телохранителей, доставили на лимузине в международный аэропорт Оттавы. Предыдущий короткий перелёт из Садбери в Оттаву произвёл на обоих неандертальцев неизгладимое впечатление: никому из них прежде не приходилось наблюдать ландшафты Северного Онтарио — которые в этом мире были точно таким же смешением сосен, озёр и обнажений коренных пород, как и на их версии Земли — с такого великолепного ракурса.</p>
    <p>Сперва Понтер почувствовал себя несколько униженным технологическим превосходством глексенов — их самолётами и космическими кораблями. Однако проведённые вчера вечером изыскания дали ему представление о причинах прогресса глексенов именно в этих областях.</p>
    <p>Он просмотрел множество статей в энциклопедии. Война действительно оказалась одной из корневых концепций их культуры, что отразилось в краткости обозначающего её термина.</p>
    <p>Война сделала возможным…</p>
    <p>Даже слова, с помощью которых они описывали свой прогресс, имели отношение к войне.</p>
    <p>Война сделала возможным завоевание воздушной среды и космоса.</p>
    <p>Лимузин подъехал к терминалу, и Хак обратил внимание Понтера на содержащуюся в этом названии иронию: место, в котором начиналось воздушное путешествие, называлось словом, означавшим окончание или завершение, в том числе, самой жизни.</p>
    <p>Помещение, в котором на шахте «Крейгтон» переодевались горняки, казалось Понтеру огромным, но массивное сооружение аэропорта оказалось самым большим закрытым помещением из всего, что он когда-либо видел. И оно было набито людьми и их феромонами. Понтер почувствовал головокружение и дурноту; к тому же ему было неловко от того, что многие люди откровенно пялились на него и Тукану.</p>
    <p>Они выполнили несколько бумажных формальностей — Понтер не следил за деталями — и подошли к странного вида арке. Здесь Элен попросила его и Тукану снять свои медицинские пояса и положить их на ленту конвейера, а также выложить всё из карманов на одежде. После этого, по знаку Элен, Понтер прошёл через арку.</p>
    <p>Тут же зазвучал тревожный сигнал, насмерть перепугав Понтера.</p>
    <p>Внезапно мужчина в униформе начал водить каким-то прибором по телу Понтера. Прибор издал пронзительный звук, оказавшись поблизости от его левого предплечья.</p>
    <p>— Закатайте рукав, — сказал человек в прибором.</p>
    <p>Понтер никогда раньше не слышал этого выражения, но догадался о его значении. Он расстегнул застёжки рукава и свернул его, обнажив металл и пластик своего компаньона.</p>
    <p>Человек некоторое время рассматривал имплант, потом произнёс, практически себе под нос:</p>
    <p id="id59783__msoanchor_29">— Мы можем такое сделать. У нас есть технологии.<a l:href="#id20150414092305_69">[69]</a></p>
    <p>— Простите? — сказал Понтер.</p>
    <p>— Не обращайте внимания, — ответил человек с прибором. — Проходите, пожалуйста.</p>
    <p>Полёт до Нью-Йорка был недолог — едва ли половина децидня. Элен предупредила Понтера и перед этим полётом, и перед предыдущим, что они могут почувствовать некоторый дискомфорт во время снижения из-за быстрой смены атмосферного давления, но Понтер ничего такого не почувствовал. Возможно, это была исключительно глексенская неприятность, связанная с узостью из носовых синусов.</p>
    <p>Согласно сообщениям по громкоговорителю самолёт был вынужден отклониться к югу и пролететь непосредственно над островом Манхэттен, уступая дорогу другим самолётам. <emphasis>Теснота в небе!</emphasis> думал Понтер. <emphasis>Поразительно!</emphasis> Понтер, тем не менее, чувствовал необычайный подъём. Вчера, после того, как он уже не мог больше слушать о войнах, он открыл статью энциклопедии, посвящённую Нью-Йорку. Как он узнал, в нём была масса рукотворных достопримечательностей, которые ему было очень интересно попытаться рассмотреть сверху. Он поискал и нашёл гигантскую зелёную женщину с суровым лицом и с факелом в поднятой вверх руке. Однако, как он ни пытался, не смог высмотреть двух одинаковых башен, которые поднимались бы высоко над окружающей застройкой, каждая высотой в совершенно невероятные сто десять этажей.</p>
    <p>Когда они, наконец, снова оказались на земле, Понтер спросил Элен об отсутствующих <emphasis>небоскрёбах</emphasis> — это слово казалось ему очень поэтичным.</p>
    <p>Элен явно не знала, что ответить.</p>
    <p>— Э-э… — сказала она, — вы имеете в виду Всемирный торговый центр. Когда-то они были высочайшими зданиями на планете, но… — Её голос дрогнул, к удивлению Понтера. — Я… я не думала, что именно мне придётся вам об этом рассказать, но… — Ещё одна пауза. — Но они были уничтожены террористами.</p>
    <p>Компаньон Понтера издал гудок, но Тукана, которая вчера определённо провела собственные изыскания, склонила голову к Понтеру:</p>
    <p>— Глексенские преступники, которые пытаются добиться политических или экономических изменений с помощью насилия.</p>
    <p>Понтер покачал головой, снова изумлённый миром, в котором он оказался.</p>
    <p>— Как же они их уничтожили?</p>
    <p>Элен слова помедлила, прежде чем ответить.</p>
    <p>— Они угнали два больших самолёта с полными топливными баками и врезались на них в небоскрёбы.</p>
    <p>Понтер не знал, что сказать. Но он был рад, что узнал об этой истории уже после того, как самолёт опустился на землю.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 16</p>
    </title>
    <p>Когда Мэри было восемнадцать, её бойфренд Донни поехал с родителями на летние каникулы в Лос-Анджелес. Это было до широкого распространения электронной почты и даже дешёвой междугородней телефонной связи, так что они писали друг другу письма. Поначалу Донни присылал длинные, плотно исписанные послания, полные новостей и заявлений о том, как сильно он по ней скучает и как сильно её любит.</p>
    <p>Но по мере того, как приятные дни июня сменялись знойным июлем и влажным душным августом, письма стали приходить всё реже, а строчки в них были всё менее плотными. Мэри отчётливо помнила день, когда одно из них пришло только с именем Дона в конце, без обычного «Люблю».</p>
    <p>Говорят, что любовь крепнет с расстоянием. Может, иногда бывает и так. Может, сейчас как раз такой случай. Со дня последней встречи с Понтером прошло несколько недель, но её тянуло к нему не меньше, а даже сильнее, чем в тот день, когда они расстались.</p>
    <p>Но была и разница. После того, как Понтер ушёл, Мэри снова осталась одна — и при этом даже не свободна, поскольку они с Кольмом лишь расстались, но не развелись; развод означал бы отлучение от церкви для них обоих, а процедура аннулирования брака казалась ей ханжеской и лицемерной.</p>
    <p>Но Понтер был одинок только пока был здесь. Да, он вдовец, хотя он сам и не применял к себе этого термина, однако вернувшись в свою вселенную, он оказался в кругу семьи, состоявшем из его однополого партнёра Адекора Халда и — Мэри запомнила их имена — двух его дочерей, восемнадцатилетней Жасмель Кет и восьмилетней Мегамег Бек.</p>
    <p>Мэри сидела в приёмной на восемнадцатом этаже здания Секретариата ООН и ждала окончания встречи, в которой участвовал Понтер, чтобы они смогли, наконец, снова увидеться. Она сидела в кресле, слишком нервничая, чтобы читать, её желудок завязывался в узел, а в голове теснились всевозможные мысли. Узнает ли её Понтер вообще? Здесь, в Нью-Йорке он наверняка видел массу блондинок под сорок; а вдруг глексены одного цвета для него все на одно лицо? Кроме того, по возвращении из Садбери она постриглась и прибавила в весе по меньшей мере пару килограммов, чтоб им пусто было.</p>
    <p>И, в конце концов, это <emphasis>она</emphasis> его отвергла в прошлый раз. Возможно она — последняя, кого Понтер хотел бы видеть во второй свой визит на Землю.</p>
    <p>Но нет. Нет. Он понял, что она боролась с последствиями изнасилования, что в её неспособности ответить на его ухаживания нет его вины. Да, разумеется, он это понимает.</p>
    <p>И всё же всё было так…</p>
    <p>Сердце Мэри подпрыгнуло. Дверь открывалась, и приглушённые голоса за ней внезапно стали хорошо различимы. Мэри вскочила на ноги — руки нервно прижаты к груди.</p>
    <p>— …и я дам вам все цифры, — говорил азиатского вида дипломат, обращаясь через плечо к седовласой неандерталке, Тукане Прат.</p>
    <p>Ещё два дипломата-сапиенса протиснулись в дверь, а за ними…</p>
    <p>А за ними шёл Понтер Боддет — тёмно-русая шевелюра разделяется пробором точно по центру, а цвет золотисто-карих глаз заметен даже с такого расстояния. Мэри вскинула брови, но Понтер её ещё не заметил… или не почуял? Он разговаривал с одним из двух дипломатов, говоря что-то о геологоразведке, как вдруг…</p>
    <p>Как вдруг его взгляд, наконец, упал на Мэри, и он сделал аккуратный шаг в сторону, обходя идущих перед ним людей, и его лицо расплылось в тридцатисантиметровой улыбке, которую Мэри так хорошо помнила, и он моментально преодолел разделяющее их расстояние, подхватил её на руки и прижал к массивной груди.</p>
    <p>— Мэре! — воскликнул Понтер, своим собственным голосом, и потом, голосом компаньона: — Как я рад тебя видеть!</p>
    <p>— С возвращением, — сказала Мэри, прижимаясь щекой к его щеке. — Как хорошо, что ты вернулся.</p>
    <p>— Что ты делаешь в Нью-Йорке? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри могла бы сказать, что приехала в надежде получить образцы ДНК Туканы; это была часть правды, и это позволило бы легко избежать объяснений, сохранить лицо, но…</p>
    <p>— Я приехала увидеть тебя, — просто сказала она.</p>
    <p>Понтер снова сжал её, потом ослабил хватку и отступил на полшага, положив обе руки её на плечи и глядя прямо в лицо:</p>
    <p>— Я <emphasis>так</emphasis> рад, — сказал он.</p>
    <p>Мэри вдруг осознала, что все люди в помещении смотрят на них с Понтером, и действительно, мгновение спустя Тукана тактично кашлянула, как мог это сделать в подобной ситуации любой глексен.</p>
    <p>Понтер повернул голову к госпоже послу.</p>
    <p>— О, — сказал он. — Простите. Это Мэри Воган, генетик, я вам о ней рассказывал.</p>
    <p>Мери выступила вперёд и протянула руку.</p>
    <p>— Здравствуйте, госпожа посол.</p>
    <p>Тукана взяла руку Мэри в свою и пожала её с поразительной силой. Мэри подумала, что, будь она похитрей, то смогла бы получить несколько клеток кожи Туканы прямо в процессе рукопожатия.</p>
    <p>— Рада с вами познакомиться, — произнесла пожилая неандерталка. — Я Тукана Прат.</p>
    <p>— Да, я знаю, — улыбаясь, ответила Мэри. — Читала о вас в газетах.</p>
    <p>— У меня такое чувство, — сказала Тукана, изобразив на лице понимающую улыбку, — что вам и посланнику Боддету не помешает провести некоторое время наедине. — Не дожидаясь ответа, она обернулась к одному из глексенских дипломатов. — Мы могли бы поехать к вам в офис и изучить те данные о распределении населения?</p>
    <p>Дипломат кивнул, и все потянулись к выходу из комнаты, оставив Мэри и Понтера одних.</p>
    <p>— Итак, — сказал Понтер, снова сгребая Мэри в охапку, — как у тебя дела?</p>
    <p>Мэри не могла определить, её сердце или сердце Понтера вдруг застучало, как отбойный молоток.</p>
    <p>— Теперь, когда ты вернулся, — ответила она, — у меня всё хорошо.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Зал Генеральной Ассамблеи Организации Объединённых Наций состоял из серии концентрических полуокружностей, охватывающих центральное возвышение. Понтер был ошеломлён разнообразием взирающих на него лиц. Ещё в Канаде он отметил разницу в цвете кожи и чертах лица, так что ожидал, что в Соединённых Штатах встретит примерно то же самое. Здесь, в этом огромном зале, он видел примерно такое же разнообразие цветов кожи, которое, как сказала Лурт, определённо является следствием длительного периода географической изоляции различных цветовых групп, если принять на веру утверждение Мэри о том, что все эти люди полностью репродуктивно совместимы.</p>
    <p>Но здесь все представители одной какой-либо страны были одного цвета — даже Канаду и Соединённые Штаты представляли в ООН одни только светлокожие делегаты.</p>
    <p>Более того: Понтер уже привык к тому, что разного рода советы в его мире либо состоят исключительно из представителей одного пола, либо включают ровно половину мужчин и половину женщин. Но здесь мужчины составляли где-то девяносто пять процентов делегатов, женщин было исчезающе мало. Возможно ли, думал Понтер, что существует какая-то иерархия среди «рас», как их называла Мэре, в которой светлокожим принадлежит верховная власть? Возможно ли также, что глексенские женщины имеют низший, чем мужчины, статус и лишь изредка пробиваются в высшие круги?</p>
    <p>Ещё одной деталью, поразившей Понтера, стал непривычно молодой возраст здешних дипломатов. Некоторые из них даже были моложе, чем сам Понтер! Мэре как-то упомянула, что подкрашивает свои волосы, чтобы скрыть седину — этого Понтер вообще не мог понять: прятать седину — всё равно что прятать мудрость. Глексены мужского пола, как он заметил, красили волосы гораздо реже — вероятно, им чаще приходилось доказывать свою мудрость. Однако всё равно в среди собравшихся здесь людей седовласых было непривычно мало.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_30">Подозрения Понтера немного улеглись, когда здешний высший чин, носящий загадочный титул «всеобщий писарь<a l:href="#id20150414092305_70">[70]</a>», оказался темнокожим мужчиной более-менее, по меркам Понтера, подходящего для такого поста возраста. Элен Ганье шёпотом сообщила Понтеру, что этот человек недавно получил Нобелевскую премию мира, что бы это такое ни было.</p>
    <p>Понтер сидел вместе с канадской делегацией. К сожалению, Мэре не пустили на места для делегаций, хотя она наверняка сидела где-то наверху, на местах для зрителей. Над трибуной Понтер заметил гигантскую версию бледно-голубого герба Объединённых Наций. Хотя умом Понтер осознавал, где находится, на уровне эмоций он всё ещё отказывался признавать, что этот странный мир имеет хоть какое-то отношение к <emphasis>его</emphasis> Земле. Но центр герба занимала карта Земли в полярной проекции, которая выглядела точно так же, как аналогичные карты, которые Понтер видел у себя дома. Карту окружали ветви какого-то растения. Понтер спросил у Элен, каково значение этих ветвей, и она объяснила, что это лавровые ветви, символ мира.</p>
    <p>Башня Мира. Премия мира. Ветви мира. При всей их воинственности мир, похоже, занимает очень важное место в головах глексенов. Понтера также отметил, что их слово, обозначающее мир, даже короче слова, обозначающего войну.</p>
    <p>После длинного приветственного слова «военачальника-писаря» наконец подошла очередь Туканы. Она поднялась и прошла к трибуне, в то время как глексены занимались тем, что у них называлось «аплодисментами». Тукана несла маленький ящичек из полированного дерева, который она поставила на трибуну.</p>
    <p>Генеральный секретарь пожал ей руку и оставил центральное возвышение.</p>
    <p>— Приветствую вас, народы Земли, — произнёс имплант Туканы, переводя её слова; Элен потребовалось некоторое время, чтобы донести до компаньона понятие «народов» — множественного числа слова, которое само по себе обозначает множество людей. — Я приветствую вас от имени Верховного Серого совета моего мира и от имени всего нашего народа.</p>
    <p>Тукана продолжила, кивнув в сторону Понтера:</p>
    <p>— Когда один из нас появился здесь впервые, это было результатом неожиданного стечения обстоятельств. В этот раз наш приход был заранее спланирован и с нетерпением ожидаем нашим народом. Мы намерены установить долгосрочные мирные связи с каждой из представленных здесь наций.</p>
    <p>Некоторое время она продолжала в этом ключе, не говоря почти ничего существенного. Однако глексены, как заметил Понтер, ловили каждое её слово, хотя те, кто сидел ближе всего, украдкой разглядывали Понтера, по-видимому, заинтригованные его необычной внешностью.</p>
    <p>— А теперь, — сказала Тукана, очевидно, переходя к сути дела, — я с удовольствием произведу первую торговую операцию между нашими двумя народами. — Она повернулась к темнокожему мужчине, стоявшему у края центрального возвышения. — Прошу вас…</p>
    <p>«Военачальник-писарь» вернулся к трибуне, неся собственный маленький деревянный ящичек. Тукана открыла свой, только что доставленный с другой стороны.</p>
    <p>— Этот ящик, — сказала Тукана, — содержит точную репродукцию черепа ископаемого экземпляра, чей аналог на этой Земле носит обозначение AL 288-1, представителя вида, названного вами Australopithecus afarensis, экземпляра, более известного как Люси, — Тукана проинструктировала компаньон произнести это имя с правильным звуком «и».</p>
    <p>В зале зашептались. Значение происходящего Понтеру объяснили заранее. На обеих версиях Земли останки одной и той же самки австралопитека в результате эрозии оказались на поверхности в месте, которое глексены называли Хадар, Эфиопия, на этой Земле, и в соответствующей точке северо-западной Караканы в мире Понтера. Однако метеорологические явления в двух мирах не идентичны. На этой Земле, Земле Нью-Йорка, Торонто и Садбери, этот череп был сильно повреждён эрозией, когда Дональд Йохансон нашёл его в году, который глексены называют 1974-м. Но на Земле Туканы и Понтера скелет был обнаружен раньше, чем эрозия успела нанести ему значительный вред. Это был очень символичный подарок, тонко подчёркивающий факт того, что в обоих мирах существуют одни и те же залежи полезных ископаемых и окаменелости, и обмен информацией об их местоположении будет без сомнения выгоден обеим сторонам.</p>
    <p>— Я с благодарностью принимаю этот дар от имени всех народов Земли, — сказал темнокожий человек. — И, в качестве ответного дара, прошу вас принять вот это. — Он протянул свой ящичек Тукане. Она открыла его и вынула нечто, выглядевшее как кусок камня, завёрнутый в прозрачный пластик. — Это образец брекчии, взятый Джеймсом Ирвином в борозде Хэдли. — Он выдержал драматическую паузу, явно наслаждаясь недоумением Туканы. — Борозда Хэдли, — объяснил «военачальник-писарь», — находится на Луне.</p>
    <p>Глаза Туканы округлились. Понтер был потрясён не меньше её. Кусочек Луны! Как он мог сомневаться в том, что с этими людьми нужно дружить!</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 17</p>
    </title>
    <p>Мэри сбега́ла вниз по винтовой лестнице в холл здания Объединённых Наций. Понтер и Тукана покидали Генеральную Ассамблею, окружённые квартетом полицейских в форме, очевидно, несущих охрану. Мэри поспешила к двум неандертальцам, но один из полицейских преградил ей дорогу.</p>
    <p>— Сожалею, мэм… — сказал он.</p>
    <p>Мэри выкрикнула имя Понтера, и тот обернулся.</p>
    <p>— Мэре! — воскликнул он собственным голосом и заговорил через транслятор: — Пожалуйста, пропустите её, офицер. Это мой друг.</p>
    <p>Полицейский кивнул и отступил в сторону. Мэри метнулась к Понтеру.</p>
    <p>— Ну и как, по-твоему, всё прошло? — спросил он.</p>
    <p>— Блестяще, — ответила Мэри. — Кто придумал подарить слепок черепа Люси из вашего мира?</p>
    <p>— Один из геологов «Инко».</p>
    <p>Мэри восхищённо покачала головой.</p>
    <p>— Великолепная мысль!</p>
    <p>Посол Тукана обернулась к Мэри.</p>
    <p>— Мы собираемся покинуть это здание и пообедать. Вы присоединитесь к нам?</p>
    <p>Мэри улыбнулась. Старшая неандерталка, может быть, не слишком опытный дипломат, но она определённо очень любезна.</p>
    <p>— С удовольствием, — ответила она.</p>
    <p>— Ну так идёмте, — сказала Тукана. — Для нас — как это у вас говорится? — зарезервирован столик в едальне неподалёку.</p>
    <p>Мэри порадовалась, что захватила плащ, хотя Понтер с Туканой, похоже, отлично себя чувствовали без верхней одежды. На них обоих были штаны того типа, что Мэри видела раньше на Понтере — с клапанами на концах штанин, которые обёртывались вокруг ступни. Штаны Понтера были зелёного цвета, Туканы — коричневого. Также на обоих были рубахи с застёжками на плечах.</p>
    <p>Мэри ещё раз взглянула на башню ООН — прямоугольный монолит, закрывающий солнце. Помимо Мэри, неандертальцев сопровождали два американских дипломата и два канадских. Четверо полицейских окружали группу идущих по аллее дипломатов.</p>
    <p>Тукана разговаривала с дипломатами. Понтер и Мэри немного отстали от них, оживлённо болтая.</p>
    <p>— Как твоя семья? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Все здоровы, — ответил Понтер. — Но ты не поверишь, когда я тебе расскажу, что там творилось в моё отсутствие. Моего партнёра, Адекора, обвинили в убийстве меня.</p>
    <p>— Правда? — удивилась Мэри. — Но почему?</p>
    <p>— Это долгая история, как у вас говорят. К счастью, я вернулся как раз вовремя, и его оправдали.</p>
    <p>— Теперь с ним всё в порядке?</p>
    <p>— Да, всё хорошо. Надеюсь вас как-нибудь познакомить. Он такой…</p>
    <p>Три звука раздались почти одновременно: «у-у-фф» Понтера, крик одного из полицейских и громкий треск, словно удар грома.</p>
    <p>Мэри поняла, что случилось, только когда Понтер осел на землю. Она упала рядом с ним на колени и принялась ощупывать его залитую кровью рубаху в поисках входного отверстия, которое она непременно должна зажать, чтобы остановить кровь.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Гром?</emphasis> подумала Тукана. Но нет, невозможно. Небо, хотя и вонючее, но чистое и безоблачное.</p>
    <p>Она повернулась и посмотрела на Понтера, который — <emphasis>что такое?</emphasis> — распростёрся на асфальте в луже крови. Этот звук — метательное оружие — <emphasis>огнестрельное</emphasis> оружие, так это называется. Оно выстрелило и…</p>
    <p>И внезапно Тукана обнаружила, что падает лицом вперёд прямо на асфальт и утыкается в него своим огромным носом.</p>
    <p>Один из глексенских принудителей прыгнул Тукане на спину и опрокинул её на землю, прикрывая её своим телом. Благородно, ничего не скажешь, но Тукане не нужна была такая защита. Она потянулась за спину, схватила принудителя за плечо и дёрнула его вверх и вперёд, так что он, оглушённый, шлёпнулся на спину прямо перед ней. Тукана вскочила на ноги; несмотря на хлещущую из носа кровь ей не составило труда уловить запах использованного в оружии взрывчатого вещества. Она повернула голову влево, вправо, и…</p>
    <p>Вот. Бегущая прочь фигура, и в руке…</p>
    <p>Воняющий пистолет.</p>
    <p>Тукана бросилась за ней, затопотав массивными ногами по асфальту.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Понтер ранен в левое плечо, — сообщил Хак Мэри через внешний динамик. — Пульс учащён, но слаб. Кровяное давление падает, температура тела тоже.</p>
    <p>— Шок, — сказала Мэри. Она продолжила ощупывать плечо Понтера и, наконец, нашла место, куда попала пуля; её палец ушел в отверстие по вторую фалангу. — Ты можешь сказать, застряла ли пуля в теле?</p>
    <p>Один из полицейских нависал над Мэри и Понтером; второй вызывал скорую с помощью укреплённой на груди рации. Третий загонял американских и канадских дипломатов обратно в здание.</p>
    <p>— Уверенности нет, — сказал Хак. — Я не ощущаю признаков выходного отверстия. — Пауза. — Он теряет много крови. В его медпакете есть каутеризационный лазерный скальпель. Откройте третий карман на правой стороне.</p>
    <p>Мэри достала прибор, который выглядел как толстый зелёный фломастер.</p>
    <p>— Да. Поверните нижнюю часть скальпеля так, чтобы символ из двух точек и чёрточки поравнялся с треугольной меткой.</p>
    <p>Мэри осмотрела прибор и сделала, как сказал Хак.</p>
    <p>— Так? — спросила она, поднося скальпель к линзе компаньона.</p>
    <p>— Правильно, — сказал Хак. — Теперь точно выполняйте мои инструкции. Раскройте рубашку Понтера.</p>
    <p>— Как? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Она раскрывается вдоль плеча, если одновременно сжать с обеих сторон.</p>
    <p>Мэри попробовала, и ткань и правда разошлась. Она продолжала, пока не оголила всё левое плечо и руку. Рану окружали ручейки ярко-красной крови, растекающейся по всем углублениям в мускулатуре.</p>
    <p>— Скальпель включается нажатием на синий квадрат — вы видите его?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Если вдавить его наполовину, лазер включится на малой мощности, так что вы сможете увидеть, куда направлен луч. Вдавив его до упора, вы включите лазер на полную мощность и сможете прижечь разорванную артерию.</p>
    <p>— Я поняла, — сказала Мэри. Пальцами левой руки она расширила рану, так, чтобы можно было заглянуть внутрь.</p>
    <p>— Вы видите артерию? — спросил Хак.</p>
    <p>Там было так много крови.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Нажмите квадрат активации до половины.</p>
    <p>Посреди кровавого пятна вспыхнула яркая синяя точка.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Хак. — Повреждённая артерия в двенадцати миллиметрах от точки, на которую вы сейчас указываете, вдоль линии, соединяющей текущее положение и левый сосок.</p>
    <p>Мэри передвинула луч, восхитившись возможностями, которые даёт Хаку его сенсорное поле.</p>
    <p>— Немного дальше, — сказал Хак. — Здесь! Стоп. Теперь включайте на полную мощность.</p>
    <p>Точка вспыхнула, и Мэри увидела поднимающийся из раны дымок.</p>
    <p>— Ещё раз! — сказал Хак.</p>
    <p>Она нажала на квадрат снова.</p>
    <p>— И на два миллиметра дальше вдоль… нет, в обратную сторону. Здесь! Ещё раз!</p>
    <p>Она активировала лазер.</p>
    <p>— Передвиньте дальше на то же расстояние. Да. Ещё раз!</p>
    <p>Она нажала на синий квадрат, и снова почуяла запах испаряемых тканей.</p>
    <p>— Этого должно быть достаточно, — сказал Хак, — чтобы дожаться квалифицированной помощи.</p>
    <p>Золотистые глаза Понтера неуверенно раскрылись.</p>
    <p>— Держись, — сказала Мэри, глядя в них, и беря его за руку. — Помошь уже идёт. — Она сбросила плащ и укрыла его.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Тукана Прат гналась за человеком с пистолетом. Один из глексенских принудителей кричал «Стойте!», но Тукана не сразу поняла, что он кричит ей, а не убегающему человеку. Однако ни один из принудителей не мог бежать так быстро, как она; если она прекратит погоню, человек с пистолетом скроется.</p>
    <p>Часть мозга Туканы Прат пыталась анализировать ситуацию. Из огнестрельного оружия, насколько она понимала, запросто можно убить, но элемент неожиданности уже потерян; маловероятно, чтобы… <emphasis>стрелок</emphasis>, вот правильное слово — остановился и снова стал бы стрелять. Кажется, сейчас его единственная цель — бегство, и, будучи глексеном, он вряд ли осознавал, что пока в его руке пистолет, из которого только что стреляли, Тукане Прат не составит труда его выследить.</p>
    <p>Улица была запружена народом, но Тукана прокладывала путь сквозь толпу без труда: люди делали всё возможное, чтобы убраться с пути несущейся во весь опор неандерталки.</p>
    <p>Мужчина, которого она преследовала — а это оказался мужчина, глексен мужского пола — казался ниже ростом, чем большинство его соплеменников. Тукана стремительно сокращала расстояние между ними; сейчас она сможет протянуть руку и схватить его.</p>
    <p>Преследуемый, должно быть, услыхал приближающийся топот за спиной. Он оглянулся через плечо и вытянул руку с пистолетом назад.</p>
    <p>— Он целится в нас, — сказал компаньон Туканы через кохлеарные импланты.</p>
    <p>Тукана уже забыла о текущей из носа крови; её дыхательные пути были достаточно широки, чтобы справиться с повышенной потребностью в кислороде при беге. На самом деле она даже чувствовала прилив сил — приток кислорода к мускулатуре увеличился, а не сократился. Сделав последний шаг, она оттолкнулась от земли обеими ногами и прыгнула вперёд, прямо на глексена. Тот выстрелил, но промазал; из толпы позади послышались вскрики. Тукана очень надеялась, что то были возгласы испуга, а не ужаса от того, что пуля, предназначенная её, попала в кого-то ещё.</p>
    <p>Тукана врезалась в стрелка, опрокинув его на тротуар; сцепившись, они прокатились на несколько шагов вперёд. Тукана услышала топот бегущих следом принудителей. Человек под ней попытался вывернуться и выстрелил снова. Тукана взяла заднюю часть его странной угловатой головы в захват и…</p>
    <p>У неё не было другого выбора. Это была очевидная…</p>
    <p>Тукана ударила стрелка головой о покрывавший землю искусственный камень. Череп треснул, его лобная часть раскололась, как перезревший арбуз.</p>
    <p>Тукана ощутила, как заколотилось у неё сердце; некоторое время она не могла сделать вдох.</p>
    <p>Внезапно она осознала, что трое из четырёх принудителей нагнали её и теперь медленно приближаются, целясь в лежащего на земле человека из своего оружия, которое сжимают двумя руками.</p>
    <p>Но когда Тукана поднялась, то увидела на лицах глексенов выражение ужаса.</p>
    <p>Средний из трёх принудителей вдруг перегнулся пополам, и его вырвало.</p>
    <p>Другой с округлившимися глазами пробормотал:</p>
    <p>— Господи Иисусе…</p>
    <p>А Тукана смотрела на лежащего на земле мёртвого, мёртвого, мёртвого человека, который стрелял в Понтера.</p>
    <p>Она стояла и слушала звук приближающихся сирен.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 18</p>
    </title>
    <p>— Кризисный режим! — крикнул Джок Кригер, торопливо шагая по коридору здания «Синерджи Груп». — Всем собраться в конференц-зале!</p>
    <p>Луиза Бенуа высунула голову из двери своей лаборатории.</p>
    <p>— Что стряслось? — спросила она.</p>
    <p>— В конференц-зал! — крикнул Джок через плечо. — Немедленно!</p>
    <p>Потребовалось не более пяти минут для того, чтобы весь персонал собрался в помещении, которое было роскошной гостиной во времена, когда это здание ещё было жилым.</p>
    <p>— Значит, так, — сказал Джок. — Пришла пора отрабатывать свой длинный бакс.</p>
    <p>— Что случилось? — спросила Лили из группы обработки изображений.</p>
    <p>— В Нью-Йорке стреляли в НП, — сказал Джок.</p>
    <p>— Стреляли в Понтера? — округлив глаза, переспросила Луиза.</p>
    <p>— Именно.</p>
    <p>— Он не…</p>
    <p>— Он жив. Это всё, что мне сейчас известно.</p>
    <p>— Что с послом? — спросила Лили.</p>
    <p>— Она цела, — ответил Джок. — Она убила человека, стрелявшего в Понтера.</p>
    <p>— О Господи, — сказал Кевин, тоже из группы изображений.</p>
    <p>— Думаю, вам всем известна моя область, — сказал Джок. — Теория игр. Так вот, ставки только что взлетели очень, очень высоко. Что-то сейчас обязательно случится, и наша задача — выяснить, что именно, чтобы мы могли посоветовать президенту, как…</p>
    <p>— Президенту? — воскликнула Луиза, и её глаза округлились ещё больше.</p>
    <p>— Именно. Бирюльки кончились. Мы должны знать, как неандертальцы могут на это отреагировать, и как нам следует действовать в этой связи. Так вот, дамы и господа — нам нужны идеи. Начинайте их производить!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Тукана Прат смотрела на человека, которого только что убила. Элен Ганье нагнала их и теперь поддерживала её под локоть. Потом помогла ей двинуться с места и повела прочь от мёртвого тела.</p>
    <p>— Я не хотела его убивать, — тихо произнесла потрясённая Тукана.</p>
    <p>— Я знаю, — мягко ответила Элен. — Я знаю.</p>
    <p>— Он… он пытался убить Понтера. Он пытался убить меня.</p>
    <p>— Все это видели, — сказала Элен. — Это была самооборона.</p>
    <p>— Да, но…</p>
    <p>— У вас не было выбора, — сказала Элен. — Вам нужно было его остановить.</p>
    <p>— Остановить, да, — согласилась Тукана. — Но не… не…</p>
    <p>Элен развернула Тукану лицом к себе и схватила её за плечи.</p>
    <p>— <emphasis>Это была самооборона, слышите?</emphasis> Даже на секунду не допускайте мысли, что это было что-то ещё.</p>
    <p>— Но…</p>
    <p><emphasis>— Слушайте меня!</emphasis> У нас и без того будет полно проблем.</p>
    <p>— Я… я должна поговрить со своим начальством, — сказала Тукана.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_31">— Я тоже, — ответила Элен, — и… — её телефон зазвонил. Она выудила его из кармана и открыла. — <emphasis>Allo? Oui. Oui. Je ne sais pas. J’ai-un moment, s’il vous plaît</emphasis><a l:href="#id20150414092305_71">[71]</a> . — Она прикрыла микрофон рукой и шёпотом сказала Тукане: — Это Пи-Эм-О.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p id="id59783__msoanchor_32">— Офис премьер-министра. — Она снова заговорила в телефон по-французски. — <emphasis>Non. Non, mais…Oui — beaucoup de sang… No, elle est sein et sauf. D’accord. Non, pas de problème. D’accord. Non, aujourd’hui. Oui, maintenant… Pearson, oui. D’accord, oui. Au revoir.</emphasis><a l:href="#id20150414092305_72">[72]</a> — она закрыла телефон и убрала его в карман. — Я должна отвезти вас обратно в Канаду, как только полиция закончит вас допрашивать.</p>
    <p>— Допрашивать?</p>
    <p>— Это простая формальность. Потом вас отвезут в Садбери, где вы сможете сообщить своему народу, что произошло. — Элен взглянула на испачканное кровью лицо неандерталки. — Что… Как вы думаете, что сделает ваше начальство?</p>
    <p>Тукана оглянулась назад, на мёртвого человека, потом вперёд, туда, где санитары «скорой помощи» склонились над лежащим на спине Понтером.</p>
    <p>— Понятия не имею, — сказала она.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Итак, — сказал Джок Кригер, меряя шагами роскошную гостиную в доме на Сибриз, — в этой ситуации возможны два подхода. Первый — что они, неандертальцы, являются пострадавшей стороной. Один из наших соплеменников совершенно неспровоцированно всадил пулю в одного из них — от этого никуда не денешься. Второй — что пострадавшей стороной являемся <emphasis>мы</emphasis>. Да, один из наших стрелял в одного из них, но их парень жив, а наш — мёртв.</p>
    <p>Луиза Бенуа покачала головой.</p>
    <p>— Я бы не стала называть террориста, или наёмного убийцу, или кто он там на самом деле, «нашим парнем».</p>
    <p>— Я бы тоже не стал, — сказал Джок, — но против фактов не попрёшь. Играют глексены против неандертальцев; мы против них. И кто-то должен сделать следующий ход.</p>
    <p>— Мы можем принести извинения, — сказал Кевин Билодо, откидываясь на спинку стула. — Вывернуться наизнанку, чтоб показать, как мы об этом сожалеем.</p>
    <p>— Я бы сказала, что нам нужно подождать и посмотреть на их реакцию, — сказала Лили.</p>
    <p>— И что если они хлопнут дверью? — сказал Джок, оборачиваясь к ней. — Что если они выдернут затычку на этом их дурацком квантовом компьютере? — Он повернулся к Луизе. — Насколько мы близки к воспроизведению их технологий?</p>
    <p>Луиза издала что-то похожее на «пф-ф-ф».</p>
    <p>— Вы шутите? Мы едва начали.</p>
    <p>— Мы не можем позволить им закрыть портал, — сказал Кевин.</p>
    <p>— И что же вы предлагаете? — насмешливо спросил один из социологов, кряжистый мужчина под пятьдесят. — Послать туда войска, чтобы предотвратить его отключение?</p>
    <p>— Возможно, нам <emphasis>придётся</emphasis> это сделать, — сказал Джок.</p>
    <p>— Вы это серьёзно? — спросила Луиза.</p>
    <p>— У вас есть идея получше? — огрызнулся Джок.</p>
    <p>— Они, знаете ли, не идиоты, — сказала Луиза. — Я уверена, что у них есть какая-то аварийная система как раз на случай, если мы сделаем именно это.</p>
    <p>— Может быть, — сказал Джок. — А может, и нет.</p>
    <p>— Захват портала будет дипломатическим кошмаром, — сказал Расмуссен, грубоватого вида мужчина, чьей специальностью была геополитика; его задачей было попытаться представить себе политическую структуру мира неандертальцев исходя из того, что география двух миров идентична. — Суэцкий кризис номер два.</p>
    <p>— Зараза, — сказал Кригер и пнул мусорную корзину. — Чтоб им провалиться. — Он покачал головой. — Весь смысл теории игр состоит в определении наилучшего достижимого результата для обеих сторон конфликта. Но это не ядерное балансирование — это скорее баскетбол на заднем дворе. Мы должны сделать что-то, иначе неандертальцы заберут мяч и пойдут домой, и больше уже ничего не будет.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>В сопровождении Элен Ганье Тукана Прат вылетела рейсом «Эйр-Канада» из аэропорта Джона Кеннеди в Пирсон, а потом рейсом «Эйр-Онтарио» из Пирсона в аэропорт Садбери. Там их уже дожидалась машина, которая доставила их на шахту «Крейгтон». Посол спустилась вниз на шахтном подъёмнике, прошла по штреку, ведущему в нейтринную обсерваторию, и по деркеровой трубе перешла на другую сторону — на <emphasis>свою</emphasis> сторону.</p>
    <p>И теперь в павильоне архива алиби она беседовала с членом Верховного Серого совета Бедросом, который, поскольку портал располагался в его регионе, пристально следил за всем, что было связано с контактом с глексенами.</p>
    <p>Записи, сделанные на той стороне специально модифицированным для этой цели компаньоном Туканы Прат, были загружены в её архив алиби, и теперь она и Бедрос наблюдали за тем, как в висящей перед ними в воздухе голосфере разворачивался трагический инцидент.</p>
    <p>— Думаю, нет никаких сомнений относительно того, что нам делать дальше, — сказал Бедрос. — Как только Понтер поправится достаточно, чтобы покинуть глексенскую больницу, мы должны его отозвать. А затем разорвать связь с миром глексенов.</p>
    <p>— Я… я не уверена, что такой образ действий единственно правилен, — сказала Тукана. — Понтер, по-видимому, скоро поправится. А вот глексен мёртв.</p>
    <p>— Только из-за того, что промахнулся, — заметил Бедрос.</p>
    <p>— Да, но…</p>
    <p>— Никаких «но». Я собираюсь рекомендовать Совету закрыть портал навсегда, как только через него пройдёт Понтер Боддет.</p>
    <p>— Прошу вас, — сказала Тукана. — Перед нами слишком ценная возможность, чтобы от неё отказываться.</p>
    <p>— Они никогда не чистили свой генофонд, — рявкнул Бедрос. — Самые отвратительные, самые опасные признаки по-преждему процветают в их народе.</p>
    <p>— Я понимаю, но несмотря на…</p>
    <p>— И они носят оружие! Не для охоты — а чтобы убивать себе подобных. И сколько дней прошло, прежде они обратили его против нашего соплеменника? — Бедрос покачал головой. — Понтер Боддет рассказал, что случилось в их мире с нашим видом — помните, он узнал об этом в ходе первого посещения. Они — глексены — истребили нас. Задумайтесь об этом, посол Прат. Задумайтесь! Глексены физически слабы. Немощные хиляки! И всё-таки они стёрли нас с лица земли, несмотря на нашу силу и больший, чем у них, мозг. Как им удалось это сделать?</p>
    <p>— Понятия не имею. Кроме того, по словам Понтера, что это лишь <emphasis>одна из</emphasis> их теорий касательно того, что случилось с нами в их мире.</p>
    <p>— Они одолели нас с помощью коварства, — продолжал Бедрос, словно не слыша реплики Туканы. — С помошью обмана. С помощью немыслимой жестокости. Толпы их, вооружённых камнями и копьями, затопили наши долины, давили нас числом, пока земля не пропиталась кровью наших предков, и не умер последний из них. <emphasis>Это</emphasis> их история. <emphasis>Это</emphasis> их путь. Держать дверь в их мир открытой — безумие.</p>
    <p>— Портал находится глубоко в толще скальной породы, и через него одновременно могут пройти не больше двух человек. Я не думаю, что есть основания беспокоиться о том, что…</p>
    <p>— Я слышу, как наши предки говорили те же самые слова полмиллиона месяцев назад. «О, взгляните-ка! Иная разновидность людей! Нет, я думаю, нам не о чем беспокоиться. В конце концов, входы в долину такие узкие…»</p>
    <p>— Мы не знаем наверняка, что было именно так, — сказала Тукана.</p>
    <p>— Но зачем рисковать? — спросил Бедрос. — Зачем рисковать даже один лишний день?</p>
    <p>Тукана Пратт отключила голосферу и начала медленно расхаживать взад-вперёд.</p>
    <p>— Визит в другой мир стал для меня тяжёлым уроком, — тихо сказала она. — Я узнала, что по их стандартам я весьма посредственный дипломат. Я говорю слишком сжато и слишком прямолинейно. И да, я готова признать: у этих людей множество неприятных черт. Вы правы, называя их жестокими. А вред, который они наносят природе своего мира, не поддаётся исчислению. Но есть в них также и <emphasis>величие</emphasis>. Понтер был прав, когда сказал, что они достигнут звёзд.</p>
    <p>— И скатертью дорога, — сказал Бедрос.</p>
    <p>— Не говорите так. Я видела в их мире произведения искусства, которые невыразимо прекрасны. Они отличаются от нас, и в силу особенностей своего характера и темперамента они способны на такое, что нам не под силу.</p>
    <p>— Но один из них хотел вас убить!</p>
    <p>— Один из, это так. Один из шести миллиардов. — Тукана на мгновение замолчала. — Знаете, в чём самая большая разница между ними и нами?</p>
    <p>Бедрос, судя по выражению его лица, хотел было сказать что-то едкое, но передумал.</p>
    <p>— В чём? — спросил он.</p>
    <p>— Они верят, что у всего есть <emphasis>цель</emphasis>. — Тукана развела руки стороны, словно пытаясь охватить всё сущее. — Они верят, что у жизни есть <emphasis>смысл</emphasis>.</p>
    <p>— Потому что убедили себя в том, что мирозданием руководит некий высший разум.</p>
    <p>— Отчасти так. Но это глубже. Даже их атеисты — те из них, кто не верит в их Бога — ищут смысл, объяснение. Мы существуем — но они <emphasis>живут</emphasis>. Они <emphasis>ищут</emphasis>.</p>
    <p>— Мы тоже ищем. У нас есть наука.</p>
    <p>— Но мы преследуем практические цели. Мы хотим лучших инструментов, поэтому изучаем способы их изготовления. А они занимаются поиском ответов на, как они говорят, главные вопросы: Почему мы здесь? <emphasis>Для чего</emphasis> это всё?</p>
    <p>— Это бессмысленные вопросы.</p>
    <p>— Так ли?</p>
    <p>— Конечно так!</p>
    <p>— Может быть, вы правы, — сказала Тукана Прат. — Но скорее всего нет. Возможно, они идут к ответам, приближают новое озарение.</p>
    <p>— И тогда они перестанут убивать друг друга? Перестанут разрушать природу?</p>
    <p>— Я не знаю. Возможно. В них есть и хорошее.</p>
    <p>— В них <emphasis>смерть</emphasis>. Мы можем пережить контакт с ними только при одном условии — если они перебьют друг друга прежде, чем возьмутся за нас.</p>
    <p>Тукана закрыла глаза.</p>
    <p>— Я знаю, что у вас добрые намерения, советник Бедрос, и…</p>
    <p>— Не делайте из меня дурака.</p>
    <p>— Что вы! Я понимаю, что вы действуете в интересах нашего народа. Но ведь и я тоже. А я смотрю на вещи как дипломат.</p>
    <p>— Как <emphasis>некомпетентный</emphasis> дипломат, — огрызнулся Бедрос. — Даже глексены так считают!</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Или вы и раньше убивали местных жителей?</p>
    <p>— Послушайте, <emphasis>советник</emphasis>, я расстроена этим инцидентом не меньше вашего, но…</p>
    <p>— Довольно! — крикнул Бедрос. — Хватит! Мы с самого начала не должны были позволять Боддету манипулировать нами. Настало время прислушаться к мнению старших и мудрых.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 19</p>
    </title>
    <p>Мэри крадучись вошла в больничную палату, где лежал Понтер. Хирурги без труда удалили пулю — в конце концов, затылочный отдел у неандертальцев практически идентичен таковому у Homo sapiens, к тому же Хак, по-видимому, консультировал их во время операции. Понтер потерял много крови, и в нормальных условиях ему бы назначили переливание, но от этого было решено воздержаться ввиду слабого пока знакомства с неандертальской гематологией. Понтеру поставили капельницу с физраствором, и Хак регулярно докладывал врачам о его состоянии.</p>
    <p>После операции бо́льшую часть времени Понтер находился без создания: по указанию Хака ему была сделана инъекция снотворного препарата из его собственного медицинского пояса.</p>
    <p>Мэри смотрела, как широкая грудь Понтера поднимается и опадает. Она вспомнила, как увидела его впервые — это тоже произошло в больничной палате. Тогда она смотрела на него с изумлением — она не могла поверить, что живые неандертальцы существуют.</p>
    <p>Однако теперь она смотрела на него не как на диковинный экземпляр, на уродца, на невозможную игру природы. Сейчас она смотрела на любимого человека. И это разрывало ей сердце.</p>
    <p>Внезапно глаза Понтера открылись.</p>
    <p>— Мэре, — тихо произнёс он.</p>
    <p>— Я не хотела тебя разбудить, — сказала Мэри, подходя к его кровати.</p>
    <p>— Я уже не спал, — сказал Понтер. — Хак играл мне музыку. А потом я почуял тебя.</p>
    <p>— Как ты? — спросила Мэри, придвигая к кровати стул.</p>
    <p>Понтер стянул с себя простыню. Его волосатая грудь была обнажена, но на плече красовался большой запятнанный засохшей кровью марлевый тампон, прикреплённый к телу полосками лейкопластыря.</p>
    <p>— Я буду жить, — сказал он.</p>
    <p>— Мне так жаль, что это случилось, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Что с Туканой? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри вскинула бровь, удивившись, что Понтеру ещё ничего не сказали.</p>
    <p>— Она погналась за человеком, который в тебя стрелял.</p>
    <p>Широкий рот Понтера растянулся в болезненной улыбке.</p>
    <p>— Подозреваю, что он оказался в худшей спортивной форме?</p>
    <p>— Не то слово, — тихо сказала Мэри. — Понтер, она убила его.</p>
    <p>Понтер некоторое время молчал.</p>
    <p>— Мы редко берём правосудие в собственные руки.</p>
    <p>— Я слушала, что говорят об этом по телевизору, пока тебе делали операцию. — сказала Мэри. — Большинство считают, что это была самооборона.</p>
    <p>— Как она его убила?</p>
    <p>Мэри слегка пожала плечами, словно в знак того, что из песни слов не выкинуть.</p>
    <p>— Она ударила его головой о тротуар, и голова… она просто раскололась.</p>
    <p>Понтер снова помолчал.</p>
    <p>— Ох, — сказал он, наконец. — Что с ней теперь будет?</p>
    <p id="id59783__msoanchor_33">Мэри задумалась. Она как-то прочла судебную драму, которую неумеренно расхваливали в «Глоуб энд Мэйл», про то, как в Лос-Анджелесе судили инопланетянина за убийство человека<a l:href="#id20150414092305_73">[73]</a>. Но в нынешней ситуации было одно существенное отличие…</p>
    <p>— У нас иностранные дипломаты выведены из-под действия законов страны, в которой они работают; это называется «дипломатический иммунитет». И Тукана обладает им как канадский представитель в ООН.</p>
    <p>— О чём ты говоришь?</p>
    <p>Мэри задумалась в поисках примера.</p>
    <p>— В 2001 Андрей Князев, российский дипломат в Канаде, сел за руль пьяным и сбил машиной двух пешеходов. Ему не было предъявлено обвинение в Канаде, поскольку он являлся представителем официально признанного иностранного государства, хотя один из сбитых им пешеходов умер.</p>
    <p>Глубоко сидящие глаза Понтера округлились.</p>
    <p>— Ну и в любом случае сотни людей видели, как он стрелял в тебя, а потом в Тукану, прежде чем она… гм… <emphasis>отреагировала</emphasis> так, как… в общем, так, как отреагировала. Как я сказала, её действия, вероятно, будут признаны самообороной.</p>
    <p>— Как бы там ни было, — тихо сказал Понтер, — Тукана — очень хороший человек. Это наверняка стало для неё огромным потрясением. — Пауза. — Ты уверена, что ей ничего не угрожает? — Он наклонил голову. — После того, что случилось с Адекором, когда я пропал, я как-то не доверяю системам правосудия.</p>
    <p>— Понтер, она уже вернулась домой… в ваш мир. Она сказала, что должна поговорить с… как это у вас называется? Совет Седых?</p>
    <p>— Верховный Серый совет, — сказал Понтер, — если ты говоришь о нашем правительстве. — Пауза. — А что известно о погибшем?</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Его зовут Коул — Руфус Коул. Полиция всё ещё выясняет, кто он такой и что имел против вас с Туканой.</p>
    <p>— И какие варианты?</p>
    <p>Мэри на секунду смешалась.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Варианты, — повторил Понтер. — Возможные причины его нападения на нас.</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Он может быть религиозным фанатиком: из тех, кому не нравится ваши атеистические убеждения или само ваше существование, поскольку оно противоречит библейской легенде о сотворении.</p>
    <p>Понтер округлил глаза.</p>
    <p>— Убив меня, он не отменил бы факта моего существования.</p>
    <p>— Понятное дело. Но… тут я, конечно, могу только гадать… Коул мог считать вас орудиями Сатаны…</p>
    <p>Мэри вздрогнула, услышав гудок.</p>
    <p>— Дьявола. Носителя зла. Оппонента Бога.</p>
    <p>Понтер оживился.</p>
    <p>— У Бога есть оппонент?</p>
    <p>— Да… в смысле, так сказано в Библии. Но кроме фундаменталистов — тех, кто считает, что каждое слово Библии есть истина — мало кто сейчас по-настоящему верит в Сатану.</p>
    <p>— Почему? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Ну, я думаю, потому что это нелепо. Только глупец может воспринимать эту концепцию всерьёз.</p>
    <p>Понтер уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но, очевидно, передумал и снова закрыл его.</p>
    <p>— Кроме того, — быстро добавила Мэри; ей не хотелось развивать эту тему, — он может оказаться агентом иностранного государства или какой-нибудь террористической группы.</p>
    <p>Понтер поднял бровь, ожидая продолжения. Мэри снова пожала плечами.</p>
    <p>— Или он может быть просто сумасшедшим.</p>
    <p>— Вы разрешаете сумасшедшим носить оружие? — спросил Понтер.</p>
    <p>Как добропорядочная канадка Мэри была убеждена, что только таким оружие и нужно, но оставила эту мысль при себе.</p>
    <p>— На самом деле это самый лучший вариант, — сказала она. — Если он псих и действовал в одиночку, то не стоит беспокоиться о том, что нечто подобное может повториться. А вот если он член террористической группы…</p>
    <p>Понтер опустил взгляд — и, конечно же, упёрся в свою забинтованную грудь.</p>
    <p>— Я надеялся, что мои дочери тоже смогут посетить ваш мир.</p>
    <p>— Мне бы так хотелось познакомиться с ними, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Что бы стало с этим… с этим Руфусом Коулом… — Понтер нахмурился. — Подумать только! Глексенское имя, которое я могу выговорить без труда, и оно принадлежит человеку, который хотел меня убить! Так вот, что бы стало с Руфусом Коулом, если бы он не погиб?</p>
    <p>— Его бы судили, — ответила Мэри. — Если бы его признали виновным, он бы отправился в тюрьму.</p>
    <p>Хак снова загудел.</p>
    <p>— Э-э… это такое охраняемое место, где преступников держат в изоляции от остальных людей.</p>
    <p>— Ты сказала «если бы его признали виновным». Но он ведь <emphasis>стрелял</emphasis> в меня.</p>
    <p>— Да, но… если бы он оказался сумасшедшим, это было бы смягчающим обстоятельством. Его могли бы признать невиновным по причине невменяемости.</p>
    <p>Понтер снова вскинул бровь.</p>
    <p>— А не лучше ли это выяснить до того, как он возьмёт в руки оружие, а не после того, как он им воспользуется?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Не могу с тобой не согласиться. Но, тем не менее, это так.</p>
    <p>— Что, если бы я… если бы он меня убил? Или Тукану? Что бы с ним стало тогда?</p>
    <p>— Здесь? В Штатах? Его могли бы казнить.</p>
    <p>Неизбежный гудок.</p>
    <p>— Умертвить. Убить в наказание за его преступление, и в качестве предостережения тем, кто может задумать что-то подобное.</p>
    <p>Понтер замотал головой; его длинные волосы хлестнули по подушке.</p>
    <p>— Я бы этого не хотел, — сказал он. — Никто не заслуживает преждевременной смерти, даже тот, кто желает её другим.</p>
    <p>— Да ладно, Понтер, — сказала Мэри, удивившись резкости своего голоса. — Разве можно относиться к этому как… как какой-то <emphasis>Христос</emphasis>? Чёртов придурок пытался тебя убить. А ты беспокоишься о том, что бы ему за это было?</p>
    <p>Понтер ничего не ответил. Он не сказал, хотя Мэри знала, что он мог бы, что его уже однажды пытались убить: во время своего первого визита он рассказал Мэри, что в молодости ему страшным ударом раздробили челюсть. Но вместо этого он просто приподнял свою мохнатую бровь и сказал:</p>
    <p>— В любом случае, это пустой разговор. Руфуса Коула больше нет.</p>
    <p>Но Мэри была не готова замять тему.</p>
    <p>— Тот, кто тебя стукнул много… много <emphasis>месяцев</emphasis> назад, не планировал этого заранее, и тут же раскаялся в содеянном; ты сам так сказал. А Руфус Коул <emphasis>намеревался</emphasis> совершить убийство, он его заранее спланировал. Это всё меняет.</p>
    <p>Понтер немного поёрзал на госпитальной койке.</p>
    <p>— Я остался жив, — сказал он. — Кроме того, ничто уже не сможет стереть шрам, который мне носить до самой смерти.</p>
    <p>Мэри покачала головой, но ответила добродушно:</p>
    <p>— Знаешь, Понтер, ты такой добрый, что иногда в это трудно поверить.</p>
    <p>— Даже не знаю, что сказать.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Этим ты только подтверждаешь мои слова.</p>
    <p>— Но у меня есть вопрос.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Что теперь будет?</p>
    <p>— Я не знаю, — сказала Мэри. — Доктор сказал, что из Садбери дипломатической почтой доставили для тебя пакет. По-моему, он вон там, на столе.</p>
    <p>Понтер повернул голову.</p>
    <p>— А. Подай мне его, пожалуйста.</p>
    <p>Получив пакет, Понтер открыл его и извлёк что-то вроде большого конверта явно неандертальского происхождения — идеально квадратный. Он раскрыл и его — он открывался, как цветочный бутон — и вытащил из него крошечный рубиново-красный шарик.</p>
    <p>— Что это? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Бусина памяти, — ответил Понтер. Он коснулся своего компаньона, и тот, к удивлению Мэри, развернулся, открыв внутреннее отделение с дополнительными элементами управления и круглым отверстием диаметром с карандаш. — Она вставляется сюда, — сказал он, роняя бусину в отверстие. — Если позволишь…</p>
    <p>— Я ухожу, — сказала Мэри. — Я понимаю, это только для твоих ушей.</p>
    <p>— Нет-нет. Не уходи. Просто подожди немного, пока Хак проиграет мне запись через кохлеарные импланты.</p>
    <p>Мэри кивнула; Понтер слегка склонил голову, как всегда делал, слушая слова Хака. Потом гигантская борозда прорезала его лоб. Через некоторое время Понтер снова раскрыл компаньон и вынул из него бусину.</p>
    <p>— Что они говорят? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Верховный Серый совет хочет, чтобы я сейчас же вернулся домой.</p>
    <p>У Мэри ёкнуло сердце.</p>
    <p>— Ох…</p>
    <p>— Но я не вернусь, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Что? Почему?</p>
    <p>— Если я вернусь, они закроют портал между нашими мирами.</p>
    <p>— Они так сказали?</p>
    <p>— Не напрямик — но я знаю Совет. Мои соплеменники знают, что смертны, Мэре — мы знаем, что никакой загробной жизни нет. После того, что случилось, Совет может посчитать, что продолжение контакта нежелательно. У нас и так было достаточно много тех, кто возражал против открытия портала, и сейчас их позиции упрочились.</p>
    <p>— И ты можешь это сделать? Просто решить остаться здесь, и всё?</p>
    <p>— Не только могу, но и сделаю. Могут быть проблемы, но я к ним готов.</p>
    <p>— Вау, — тихо сказала Мэри.</p>
    <p>— Пока я здесь, они портал не закроют. Это даст тем, кто, как я, считает, что контакт следует поддерживать, время на отстаивание своей позиции. Если портал закроют, останется всего один шаг до того, чтобы разобрать квантовый компьютер и сделать повторное его открытие невозможным.</p>
    <p>— В таком случае, что ты собираешься делать, когда выйдешь из больницы?</p>
    <p>Понтер посмотрел Мэри прямо в глаза.</p>
    <p>— Буду проводить больше времени с тобой.</p>
    <p>Сердце Мэри снова ёкнуло, но в этот раз от избытка чувств, и она улыбнулась.</p>
    <p>— Это будет здорово. — И тут её осенило. — На следующей неделе я еду в Вашингтон представлять своё исследование неандертальской ДНК на съезде Палеоантропологического общества. Почему бы тебе не поехать со мной, а? Ты станешь самой большой сенсацией с тех пор, как Уолпофф и Таттерсолл сцепились на съезде в Канзас-Сити.</p>
    <p>— Это собрание специалистов по древним людям? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Ага, — ответила Мэри. — Там будут почти все, кто изучает древних людей в нашем мире. Поверь, тебе будет очень интересно познакомиться с ними.</p>
    <p>Понтер задумался, и на какое-то мгновение Мэри испугалась, что он обиделся.</p>
    <p>— Как мы туда попадём?</p>
    <p>— Я тебя отвезу, — сказала Мэри. — Когда тебя выписывают?</p>
    <p>— Насколько я понял, они хотят меня задержать ещё на день.</p>
    <p>— Тогда всё в порядке.</p>
    <p>— И что, не будет никаких препятствий?</p>
    <p>— Будут, конечно, — Мэри улыбнулась. — Но я знаю одного человека, который может приказать им исчезнуть…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 20</p>
    </title>
    <p>Тукана Прат усматривала некий парадокс в том, что именно этот человек предпочитает уединение. Но кто бы стал его винить в отшельничестве? Он был всемирно знаменит, его узнавали везде, где бы он ни появился. К тому же скоро мир собирается отметить тысячемесячный юбилей его великого изобретения. Ожидается, что он появится на публике сотни раз — если конечно к тому времени всё ещё будет жив, а в его возрасте этого гарантировать не мог никто. Он принадлежал к поколению 138, и во всём мире оставалось менее тысячи его сверстников, и никого — из более ранних поколений.</p>
    <p>Тукане приходилось встречаться со 138-ми, но довольно давно. С последнего такого раза минуло уже месяцев пятьдесят, так что ещё никогда в жизни она не видела настолько старых людей.</p>
    <p>Говорят, что седина — признак мудрости, но у великого человека волос не осталось совсем, по крайней мере, на его знаменитом, невероятно удлинённом черепе. Редкие и практически прозрачные волосы ещё сохранялись у него на руках. Он представлял собой необычное зрелище: дряхлый, иссохший человек с кожей, покрытой серыми и коричневыми пятнами, но с пронзительно синими искусственными глазами из полированного металла со зрачками-диафрагмами, глазами, которые светились изнутри. Конечно, он мог бы поставить себе глаза, неотличимые от оригинала, но этому человеку не было нужды прятать импланты. Тукана знала, что другие импланты регулировали работу его сердца и почек, и что искусственные кости заменили бо́льшую часть его рассыпающегося скелета. Кроме того, Тукана как-то слышала, как в разговоре с эксгибиционистом он пошутил, что когда человек настолько стар, то окружающим лучше сразу видеть, что у него искусственные глаза, чтобы не подумали, что он слепой и ничего не заметит.</p>
    <p>Тукана вошла в обширную гостиную. Хозяин был настолько стар, что дерево, в котором он жил, достигло поистине гигантской толщины, и по мере того, как текли месяцы, он выдалбливал всё больше и больше его сердцевины, расширяя помещение.</p>
    <p>А месяцев минуло немало! Родившийся в поколении 138 к сегодняшнему дню видел больше тринадцати сотен лун за поражающие воображение 108 лет своей жизни.</p>
    <p>— Здравый день, — сказала Тукана, садясь.</p>
    <p>— Сейчас я рад любому дню, — ответил неожиданно сильный и глубокий голос, — здравый он, или нет.</p>
    <p>Тукана не смогла понять, был комментарий шутливым или мрачным, так что просто улыбнулась и кивнула. Потом, после короткой паузы, она сказала:</p>
    <p>— Не могу выразить словами, какая для меня честь встретиться с вами.</p>
    <p>— Но вы попробуйте, — сказал старик.</p>
    <p>Тукана смешалась.</p>
    <p>— Ну, просто мы так многим вам обязаны, что…</p>
    <p>Но старик уже замахал рукой.</p>
    <p>— Да шучу я, дамочка, шучу. — Тукана не удержалась от улыбки — прошли века с тех пор, когда её могли так назвать. — На самом деле вы окажете мне честь, если <emphasis>не будете</emphasis> мне её оказывать. Поверьте, я всё это слышал много раз. Я буду благодарен, если из уважения к тому короткому времени, что мне осталось, вы не станете его расходовать попусту. Поэтому просто скажите, что вам нужно.</p>
    <p>Тукана почувствовала, что снова улыбается. Как дипломат она встречалась со многими мировыми лидерами, но и подумать не могла, что когда-нибудь окажется лицом к лицу с величайшим изобретателем из всех, с самим Лонвесом Тробом. И всё же ей было не по себе от взгляда этих искусственных глаз, и она обнаружила, что смотрит на его левое предплечье, на имплантированный в него компаньон. Конечно это не был тот самый, первый компаньон, изобретённый Лонвесом так много месяцев назад. Нет, это была последняя модель — и все её металлические части, изумлённо отметила Тукана, были золотыми.</p>
    <p>— Я не знаю, насколько вы следите за новостями относительно параллельной Земли…</p>
    <p>— Слежу очень внимательно, — сказал Лонвес. — Это страшно интересно.</p>
    <p>— Тогда вы, должно быть, знаете, что Верховный Серый совет назначил меня послом…</p>
    <p>— Сварливые пердуны, — сказал Лонвес. — Дуралеи, все до единого.</p>
    <p>— Ну, я могу понять…</p>
    <p>— Знаете, — сказал Лонвес, — я слышал, что некоторые из них красят волосы в серый цвет, чтобы сойти за умных.</p>
    <p>В плане расходования времени попусту Лонвес и сам неплохо справляется, отметила Тукана, хотя он, конечно, заслужил подобную привилегию.</p>
    <p>— Так или иначе, — сказала она, — они хотят закрыть портал между нашим миром и миром глексенов.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Они боятся глексенов.</p>
    <p>— Вы встречались с глексенами; они — нет. Я бы лучше выслушал ваше мнение.</p>
    <p>— Ну, вы, должно быть, знаете, что один из них пытался убить посланника Боддета, а также стрелял в меня.</p>
    <p>— Ага, слышал. Но вы оба выжили.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Вы знаете, мой друг Гуса…</p>
    <p>Тукана не удержалась.</p>
    <p>— Гуса? — воскликнула она. — Гуса <emphasis>Каск</emphasis>?</p>
    <p>Лонвес кивнул.</p>
    <p>— Ого, — тихо выдохнула Тукана.</p>
    <p>— Так вот, я уверен, что Гуса найдёт способ защититься от метательного оружия глексенов. Насколько я понял, оно выталкивает снаряды посредством химического взрыва, из чего следует, что хотя снаряд и движется быстро, его скорость исчезающе мала по сравнению со скоростью света. Так что у лазера будет полно времени, чтобы нацелиться и испарить его. Мои компаньоны уже давно сканируют пространство в радиусе двух с половиной саженей. Даже если снаряд летит со скоростью звука, у нас всё равно будет… — Он замолчал на долю такта, и Тукана задумалась — считает он в уме сам или слушает, что ему говорит компаньон; она сильно подозревала, что сам, — … 0,005 такта, чтобы навести лазер и выстрелить. Нам понадобится сферический эмиттер — никакая механическая конструкция не успеет среагировать — вероятно, вмонтированный в головной убор. Тривиальная задачка. — Он посмотрел на неё. — Так что, вы за этим пришли? Если так, то я свяжусь с Гусой от вашего имени и вернусь к своим делам.</p>
    <p>— Э-э… нет, — сказала Тукана. — То есть, иметь что-то вроде этого будет просто здорово. Но я пришла к вам по другой причине.</p>
    <p>— Ну так излагайте, дамочка. Что у вас на уме?</p>
    <p>Тукана нервно сглотнула.</p>
    <p>— Я хотела попросить вас об одолжении. Вас, и некоторых из ваших уважаемых друзей.</p>
    <p>— О какого рода одолжении?</p>
    <p>Тукана рассказала, и обрадовалась, увидев, как лицо старца озаряется улыбкой.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 21</p>
    </title>
    <p>Луиза Бенуа была права: Джок Кригер мог потянуть за любые ниточки, какие только можно вообразить. Идея о том, что один из сотрудников его «Синерджи Груп» проведёт больше недели, общаясь с неандертальцем, безумно ему понравилась, и Мэри обнаружила, что препятствия перед их с Понтером поездкой в Вашингтон пропадают одно за другим. Джок также согласился с Понтером в том, что чем дольше он останется в этом мире, тем больше времени будет на то, чтобы убедить неандертальцев не закрывать портал.</p>
    <p>Мэри решила отправиться в Вашингтон на машине; это показалось проще, чем толкаться в аэропортах с их системами безопасности. Плюс, у неё будет возможность показать Понтеру по дороге кое-какие достопримечательности.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_34">Мэри взяла напрокат серебристый «форд-виндстар» с тонированными стёклами, чтобы снаружи нельзя было разглядеть, кто её пассажир. Они выехали в Филадельфию; неприметный автомобиль сопровождения двигался за ними в отдалении. Мэри и Понтер осмотрели Индепенденс-холл и Колокол Свободы и съели оригинальный чизстейк «филли»<a l:href="#id20150414092305_74">[74]</a> в «Пэтс»<a l:href="#id20150414092305_75">[75]</a>; невзирая на сыр, Понтер съел три порции… Мэри хотела сказать «в один присест», но в «Пэтс» были только стоячие места, так что они забрали стейки с собой. Мэри чувствовала себя несколько странно, рассказывая Понтеру об истории США, но подозревала, что у неё получается лучше, чем у американца, пытающегося излагать историю Канады.</p>
    <p>Понтер, похоже, полностью оправился после ранения — по-видимому, он был не только силён, как бык, но и обладал его конституцией. Что было очень даже кстати, подумала Мэри, мысленно улыбнувшись: ведь они находились в колыбели сильнейшей конституции мира.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Посол Тукана Пратт вышла на полукруглое возвышение в зале заседаний Генеральной Ассамблеи ООН. За ней последовал ещё один неандерталец, за ним ещё, и ещё, пока её не окружили десять представителей её расы. Она взошла на трибуну и склонилась к микрофону.</p>
    <p>— Дамы и господа Объединённых Наций, — сказала она. — Позвольте представить вас новым делегатам от нашей Земли. Несмотря на печальные обстоятельства, сопутствовавшие моему предыдущему визиту, мы все явились к вам с посланием мира и дружбы и с распростёртыми объятиями. Не только я, правительственный функционер, но десятеро наших лучших и умнейших. Они не были обязаны прибыть сюда — они сделали это по собственному выбору. Они здесь, потому что верят в идеалы культурного обмена. Мы знаем, что вы ожидали развития отношений по принципу «ты — мне, я — тебе»: вы даёте что-то нам, взамен мы даём что-то вам. Но этот процесс налаживания отношений не должен безраздельно принадлежать экономистам и бизнесменам, и уж точно не воинам. Нет, такой обмен — естественная прерогатива идеалистов и мечтателей, тех, кто преследует наиболее возвышенные — <emphasis>гуманитарные</emphasis> цели. — Тукана улыбнулась собравшимся. — Я уже произнесла самую длинную речь в моей карьере, поэтому без дальнейших проволочек перейду к представлению делегатов.</p>
    <p>Она развернулась и указала на первого из десяти неандертальцев, стоящих позади неё: невероятно древнего на вид старика с горящими из-под надбровья синими искусственными глазами.</p>
    <p>— Это, — сказала Тукана, — Лонвес Троб, наш величайший изобретатель. Он разработал импланты-компаньоны и технологию архивов алиби, которые сделали наш мир безопасным для всех, кто его населяет. Ему принадлежит то, что вы называете «патентом» — право интеллектуальной собственности на эти изобретения, и он явился сюда, чтобы безвозмездно поделиться ими с вами.</p>
    <p>По рядам собравшихся прокатился ропот изумления. Из установленных в зале заседаний громкоговорителей полилась музыка, тревожная и будоражащая — музыка народа неандертальцев.</p>
    <p>— А это, — продолжала Тукана, указывая на следующего в ряду — как это принято у неандертальцев, она двигалась от правого края к левому, — Борл Кадас, наш ведущий генетик. — Пожилая женщина, также 138-го поколения, выступила вперёд. — Находясь здесь, я слышала разговоры о патентовании человеческого генома. Так вот, учёная Кадас руководила нашим эквивалентом вашего проекта «Геном человека» около пятидесяти лет назад. Она прибыла сюда, чтобы поделиться результатами этих исследований и теми благами, которые они принесли.</p>
    <p>Тукана отметила, как пораскрывали от удивления рты некоторые делегаты.</p>
    <p>— А это, — сказала она, указывая на дородного мужчину, — Дор Фаррер, поэт-лауреат провинции Бонтар, которого считают величайшим из ныне живущих наших литераторов. Он принёс с собой компьютеризированные архивы всех великих произведений поэзии и драматургии, литературы художественной и документальной, итерационного повествования и вообразительного письма, созданных нашим народом в прошлом, и окажет содействие в их переводе на ваши многочисленные языки.</p>
    <p>Феррер энергично замахал делегатам. Музыка становилась богаче, к ней присоединялись новые инструменты.</p>
    <p>— Рядом с ним Дерба Жонк. Она — наш крупнейший специалист в области использования стволовых клеток для избирательного клонирования частей тела. Как нам известно, вы только начали исследования в этой области; мы занимаемся этим уже четыре поколения — сорок лет, и учёная Жонк с удовольствием поможет вашим медикам преодолеть отставание.</p>
    <p>Многие делегаты издали изумлённые возгласы.</p>
    <p>— Рядом с ней Кобаст Гант, — продолжала Тукана, — наш ведущий эксперт в области искусственного интеллекта. Те из вас, кто общался с Понтером Боддетом или со мной лично, уже имели дело с результатом его трудов — наши интеллектуальные компаньоны программировал он. И он также готов поделиться с вашим миром всем, что знает.</p>
    <p>Сейчас даже «всеобщий писарь» бормотал что-то одобрительное. В музыкальную композицию вступили кубо-барабаны, их биение напоминало ритм исполненного гордостью сердца.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_36">— А рядом с учёным Гантом — Жалск Лаплан, обладатель титула самого быстрого человека планеты — я полагаю, обеих планет. Мы замерили его время вчера: он пробегает одну вашу милю за три минуты одиннадцать секунд<a l:href="#id20150414092305_76">[76]</a>. Жалск поделится своим опытом подготовки спортсменов.</p>
    <p>Жалск улыбнулся от уха до уха. Музыка начала ускорять темп.</p>
    <p>— За ним следует Рабра Хаброрн. Она — одна из наших лучших правоведов — ведущий современный интерпретатор Кодекса Цивилизации. Многих из вас удивляет наша способность руководствоваться моралью и этикой, не прибегая к авторитету высшего существа. Арбитр Хаброрн с радостью ответит на все ваши вопросы в этой области. — К оркестру присоединилось трио ледовых рогов.</p>
    <p>Хаброрн с достоинством склонила голову. В нарушение действующих в зале Ассамблеи правил, некоторые из делегатов принесли с собой мобильные телефоны, и теперь разговаривали по ним, предположительно с главами своих государств.</p>
    <p>— Рядом с ней, — продолжила Тукана, — Драде Клемелк, глава нашей Философской академии. Пусть его каштановые волосы вас не обманывают: он считается одним из мудрейших и проницательнейших мыслителей нашего мира. С его и арбитра Хаброрн помощью вы сможете узнать всё о процессах нашего мышления.</p>
    <p>— Я ожидаю этого с нетерпением, — произнёс Клемелк глубоким сильным голосом. Симфония повторяла вступительную часть, но в этот раз громче и насыщенней.</p>
    <p>— Рядом с учёным Клемелком Крек Доналт, один из величайших наших композиторов. Это его произведение вы сейчас слышите: оно называется «Двое становятся Одним».</p>
    <p>Доналт поклонился.</p>
    <p>— И последняя — как у вас говорят, по порядку, но не по значению — доктор Дапбур Кажак, с которой некоторые из вас уже познакомились. Она изобрела калибруемые лазеры, которые используются для деконтаминации путешественников между двумя мирами. Учёная Кажак поделится с вами всем, что знает о дезинфекции человеческого тела и о квантово-каскадной лазерной физике.</p>
    <p>Музыкальная композиция достигла крещендо; кубо-барабаны, ледовые рога, гремячие жеоды звучали в идеальной гармонии. Тукана заговорила снова.</p>
    <p>— Все десятеро — учёные и инженеры, философы и художники, атлеты и мыслители — пришли сюда, чтобы свободно делиться всем, что они знают в области своей специализации. — Она оглядела Генеральную Ассамблею. — Давайте сделаем это, друзья. Сделаем так, чтобы отношения между нашими мирами были выгодны всем и строились на принципах мирного сотрудничества. Прошлое в прошлом; сейчас наша забота — будущее. Давайте сделаем его настолько хорошим, насколько в наших силах.</p>
    <p>Первым, как показалось Тукане Прат, захлопал один из австрийских делегатов, но к нему немедленно присоединились десятки, сотни других, и скоро уже все делегаты были на ногах, крича и неистово аплодируя.</p>
    <p><emphasis>Некомпетентная, говоришь?</emphasis> — подумала Тукана, улыбаясь восторженной толпе и испытывая небывалый подъём от того, что она только что совершила. — <emphasis>Да пошёл ты в жопу!..</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 22</p>
    </title>
    <p>— До начала конференции мы пробудем в Вашингтоне всего один день, — говорила Мэри, — и я многое хочу тебе показать. Но начать я хотела вот с этого. Ничто другое не скажет больше об этой стране и о том, что значит быть человеком — человеком моего вида.</p>
    <p>Понтер рассматривал раскинувшийся перед ним пейзаж, ничего не понимая. Он видел шрам на травянистом ландшафте, длинный рубец, тянущийся шагов на восемьдесят, и там смыкающийся под тупым углом с другим, похожим шрамом.</p>
    <p>Шрамы были черные и блестящие — опять то странное слово, как его? <emphasis>Ок-сю-мо-рон</emphasis>, вот как; терминологическое противоречие. Чёрный — значит, поглощающий свет; блестящий — значит, отражающий его.</p>
    <p>И всё же это было именно оно — чёрное зеркало, в котором отражалось его лицо и лицо Мэри. Две разновидности людей — не просто мужчина и женщина, а два разных вида, две различные интерпретации людской темы. Её отражение показывало то, что она называла Homo sapiens и он называл глексеном: странный вертикальный лоб, миниатюрный нос и… в языке Понтера не было для этого слова — её <emphasis>подбородок</emphasis>.</p>
    <p>А его отражение показывало то, что она называла Homo neanderthalensis, а он называл <emphasis>бараст</emphasis> — слово «человек» на его родном языке: широкое неандертальское лицо, двойной изгиб надбровья и нос нормального размера, занимающий треть лица.</p>
    <p>— Что это? — спросил Понтер, таращась на эту вытянутую черноту и на их отражения в ней.</p>
    <p>— Это мемориал, — сказала Мэри. Она посмотрела вдоль чёрной стены и указала на объекты в отдалении. — Вся эта территория уставлена мемориалами. Вот эта пара стен указывает на два самых главных. Вот тот шпиль — это Монумент Вашингтона, мемориал первого президента Соединённых Штатов. А вон там мемориал Линкольна, увековечивший президента, освободившего рабов.</p>
    <p>Транслятор Понтера загудел.</p>
    <p>Мэри вздохнула. Разумеется, осталось ещё немало сложностей, немало — как это говорят? — грязного белья ещё придётся вытащить на белый свет.</p>
    <p>— Мы посетим оба эти мемориала позже, — сказал Мэри. — Но, как я сказала, мне хотелось начать с этого. Это мемориал ветеранов Вьетнамской войны.</p>
    <p>— Вьетнам — это вроде одно из ваших государств? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— В юго-восточной Азии — юго-восточном Галасое. Чуть севернее экватора. Полоса земли в форме буквы S — она изобразила её пальцем в воздухе, чтобы Понтеру было нагляднее, — на тихоокеанском побережье.</p>
    <p>— Мы называем эту местность Холтанатан. Но в моём мире это очень жаркое, дождливое, болотистое место, кишащее насекомыми. Там никто не живёт.</p>
    <p>Мэри вскинула брови.</p>
    <p>— В нашем мире там живёт больше восьмидесяти миллионов человек.</p>
    <p>Понтер покачал головой. Люди этой версии Земли такие… такие <emphasis>неумеренные</emphasis>.</p>
    <p>— И там, — продолжала Мэри, — была война.</p>
    <p>— Из-за чего? Из-за болот?</p>
    <p>Мэри прикрыла глаза.</p>
    <p>— Из-за идеологии. Помнишь, я рассказывала тебе о Холодной войне? Эта война была её частью. Горячей частью.</p>
    <p>— Горячей? — Понтер тряхнул головой. — Ты не имеешь в виду температуру, не так ли?</p>
    <p>— Нет. Это была война, на которой стреляли. На которой гибли люди.</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— Сколько людей?</p>
    <p>— Всего, с обеих сторон? Никто точно не знает. Больше миллиона южных вьетнамцев. От полумиллиона до миллиона северных. Плюс… — она указала на стену.</p>
    <p>— Да? — произнёс Понтер, всё ещё сбитый с толку блестящей чернотой.</p>
    <p>— Плюс пятьдесят восемь тысяч двести десять американцев. Эти две стены хранят о них память.</p>
    <p>— Каким образом?</p>
    <p>— Видишь вырезанные на чёрном граните надписи?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Это имена — имена тех, чья смерть была подтверждена, и тех, кто пропал без вести и так и не вернулся домой. — Мэри помолчала. — Война закончилась в 1975.</p>
    <p>— А сейчас у вас… — Понтер назвал номер текущего года.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>Понтер опустил глаза.</p>
    <p>— Да, наверное, пропавшие уже не вернутся. — Он подошёл ближе к стене. — Как упорядочены имена?</p>
    <p>— Хронологически. По дате смерти.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_37">Понтер посмотрел на имена, все написанные буквами, которые, как он знал, называются заглавными, отделённые друг от друга маленькими кружка́ми, которые, он тоже это знал, называются так же, как метательный снаряд здешнего ручного оружия<a l:href="#id20150414092305_77">[77]</a>. Ещё одно слово, служащее двум целям.</p>
    <p>Понтер не умел читать английские буквы; идея фонетического алфавита всё ещё была для него чужда. Мэри подошла и встала рядом с ним, а потом тихим голосом прочла для него некоторые имена: «Майк А. Максин. Брюс Дж. Моран. Бобби Джо Маунтс. Рэймонд Д. Маглезен. — Она наугад указала на другую строку. — Сэмюэл Ф. Холифилд младший. Руфус Худ. Джеймс М. Инман. Дэвид Л. Джонсон. Арнольдо Л. Карильо.</p>
    <p>И ещё одна строка, ближе к земле. Донни Л. Джексон. Бобби В. Джоуб. Бобби Рэй Джоунз. Хэлкот Р. Джоунз младший.</p>
    <p>— Пятьдесят восемь тысяч, — сказал Понтер таким же тихим голосом.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Но… ты сказала, что это мёртвые американцы?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Почему они воевали на другом конце мира?</p>
    <p>— Они помогали Южному Вьетнаму. Видишь ли, в 1954 году Вьетнам согласно мирному договору был разделён на две части, Северный Вьетнам и Южный Вьетнам. Два года спустя, в 1956, должны были состояться свободные выборы в обеих частях страны под надзором международного комитета, для того, чтобы объединить страну под единым, избранным народом руководством. Но когда настал 1956 год, лидер Южного Вьетнама отказался проводить намеченные выборы.</p>
    <p>— Ты много рассказывала мне об этой стране, Соединённых Штатах, когда мы были в Филадельфии, — сказал Понтер. — Я знаю, как высоко американцы ценят демократию. Дай угадаю: США послали войска, чтобы принудить лидера Южного Вьетнама провести обещанные демократические выборы?</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Нет, нет, США поддержали Юг в его нежелании проводить выборы.</p>
    <p>— Но почему? Правительство Севера было коррумпировано?</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — Нет, оно было достаточно честным и разумным — по крайней мере, до тех пор, пока обещанные выборы, к которым оно стремилось, не были отменены. Но там <emphasis>было</emphasis> коррумпированное правительство — на Юге.</p>
    <p>Понтер озадаченно покачал головой.</p>
    <p>— Но ты сказала, что американцы были на стороне Юга.</p>
    <p>— Так и было. Видишь ли, правительство Юга было хоть и коррумпированное, но капиталистическое — оно принимало американскую экономическую систему. Правительство Севера было стояло на стороне коммунизма — экономической системы, принятой в Советском Союзе и Китае. Но северное правительство было популярнее, чем коррумпированное южное. Соединённые Штаты боялись, что если будут проведены свободные выборы, коммунисты получат власть над всем Вьетнамом, и это приведёт к тому, что под властью коммунистов окажутся и другие страны юго-восточного Галасоя.</p>
    <p>— И поэтому туда отправились американские солдаты?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Чтобы умереть?</p>
    <p>— Да, многие умерли. — Мэри помолчала. — Вот что я хотела, чтобы ты понял: как важны для нас принципы. Мы умираем, защищая идеологию, умираем в поддержку идеи. — Она указала на стену. — Эти люди, эти пятьдесят восемь тысяч человек, сражались за то, во что верили. Им сказали идти воевать, сказали идти спасать слабый народ от того, что считалось страшной коммунистической угрозой, и они сделали, как им сказали. Большинство из них были молоды — восемнадцать, девятнадцать, двадцать, двадцать один год. Многие впервые покинули дом.</p>
    <p>— И теперь они мертвы.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Но не забыты. Мы вспоминаем их здесь. — Она украдкой показала рукой вдоль стены. Охрана Понтера — теперь это были агенты ФБР, которых организовал Джок Кригер — не подпускали народ близко к нему, но стены невероятно длинны, и в отдалении кто-то стоял, прислонясь к чёрной поверхности. — Видишь вон того человека? — спросила Мэри. — У него листок бумаги и карандаш, и он переносит на бумагу отпечаток имени кого-то, кого он знал. Ему… ну, в общем, он выглядит на пятьдесят-шестьдесят, так ведь? Вполне возможно, он сам был во Вьетнаме. А имя, которое он копирует, возможно, принадлежит другу, который погиб там.</p>
    <p>Понтер и Мэри молча смотрели, как человек заканчивает то, что делал. А потом он свернул листок, положил его в нагрудный карман и начал говорить.</p>
    <p>Понтер недоумённо качнул головой. Потом указал на компаньон у себя на левом предплечье.</p>
    <p>— Я думал, ваш народ не пользуется коммуникационными имплантами.</p>
    <p>— Так и есть, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Но я не вижу у него никакого внешнего устройства — как вы его называете? — сотового телефона.</p>
    <p>— Его нет, — тихо сказала Мэри.</p>
    <p>— Но с кем он тогда говорит?</p>
    <p>Мери слегка пожала плечами.</p>
    <p>— Со товарищем, которого потерял.</p>
    <p>— Но он мёртв.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Но ведь нельзя разговаривать с мёртвыми, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мери снова указала стену; отражение в обсидиановой поверхности повторило её жест.</p>
    <p>— Люди считают, что можно. Некоторые утверждают, что здесь чувствуют себя ближе к ним.</p>
    <p>— Здесь хранятся останки мёртвых людей?</p>
    <p>— Что? Нет, нет.</p>
    <p>— Но тогда я…</p>
    <p>— Это <emphasis>имена</emphasis>, — сказала Мэри, немного сердясь. — Имена. Здесь их имена, и через эти имена мы вступаем в контакт с теми, кто их носил.</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— Я… прости, я не хочу показаться тупым. Но ведь это не может быть правдой. Мы — мой народ — устанавливаем взаимоотношения посредством лиц. Есть множество людей, которых я знаю в лицо, но никогда не знал по имени. И, в общем, я устанавливаю взаимоотношения с тобой, но, хотя я и знаю твоё имя, я не могу его правильно произнести даже мысленно. «Мэре» — это лучшее, на что я способен.</p>
    <p>— Мы считаем, что в имени есть… — Мэри пожала плечами, сознавая, как смехотворно прозвучит то, что она сейчас скажет, — …некая <emphasis>магия</emphasis>.</p>
    <p>— Но вы же не можете общаться с мёртвыми, — не унимался Понтер. Он не упрямился, вовсе нет — он просто не понимал.</p>
    <p>Мэри на мгновение прикрыла глаза, словно собираясь с силами — или, подумал Понтер, словно обращаясь к кому-то, кого здесь нет.</p>
    <p>— Я знаю, что твой народ не верит в жизнь после смерти.</p>
    <p>— «Жизнь после смерти», — повторил Понтер, словно откусывая кусочек мяса на пробу. — Оксюморон.</p>
    <p>— Не для нас, — сказала Мэри. Потом, с бо́льшим чувством: — Не для меня. — Она огляделась вокруг. Поначалу Понтеру показалось, что это лишь экстернализация её мыслей: она будто ищет путей объяснить, что чувствует. Но потом её глаза сверкнули, и она пошла вдоль стены. Понтер поспешил за ней.</p>
    <p>— Видишь эти цветы? — спросила Мэри.</p>
    <p>Он кивнул.</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>— Их оставил здесь один из живых для одного из мёртвых. Для кого-то, чьё имя вырезано на этой секции. — Она указала на участок полированного гранита прямо перед собой.</p>
    <p>Потом Мэри нагнулась. Цветы — красные розы — были с длинными стеблями, связанными друг с другом нитью. К букету была прикреплена лентой небольшая карточка.</p>
    <p>— «Для Вилли», — сказала Мэри, очевидно, прочитав написанное на карточке, — «от любящей сестры».</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер, не найдя лучшего ответа.</p>
    <p>Мэри прошла дальше. Она подошла к желтовато-коричневому листу бумаги, прислонённому к стене и подняла его.</p>
    <p>— «Дорогой Карл», — прочитала она и замолчала, осматривая гранитную панель перед собой. — Это, должно быть, он, — сказала она, протягивая руку и касаясь одной из надписей. — Карл Боуэн. — Она продолжала смотреть на вырезанное в граните имя. — Это тебе, Карл, — произнесла она — по-видимому, от себя лично, поскольку не смотрела на бумагу. Потом она опустила глаза и начала читать вслух с самого начала:</p>
    <cite>
     <p>Дорогой Карл,</p>
     <p>Я знаю, что должна была прийти раньше. Я хотела. Честно. Но я не знала, как ты воспримешь эту новость. Я знаю, что была твоей первой любовью, и у меня не было больше такого замечательного лета, как лето 66-го. Я думала о тебе каждый день с тех пор, как ты погиб, я плакала и плакала. И я снова плачу сейчас, когда пишу эти слова.</p>
     <p>Я не хочу, чтобы ты подумал, будто я перестала скорбеть по тебе, потому что это не так. Но у меня была своя жизнь. Я вышла за Бакки Сэмюэлса из Истсайда. Помнишь его? У нас двое детей, оба сейчас старше, чем ты был, когда погиб.</p>
     <p>Ты бы сейчас меня ни за что не узнал. У меня в волосах пробивается седина, и приходится её прятать, и все мои веснушки попали много лет назад, но я всё равно думаю о тебе. Я очень люблю Бакки, но тебя я тоже люблю… и я знаю, что когда-нибудь мы снова увидимся.</p>
     <p>С вечной любовью,</p>
     <text-author>Джейн</text-author>
    </cite>
    <p>— «Снова увидимся»? — повторил Понтер. — Но он мёртв.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Она имеет в виду, что они увидятся после того, как она сама тоже умрёт.</p>
    <p>Понтер задумался. Мэри шла в нескольких шагах от него. Ещё одно письмо было прислонено к стене, в этот раз залитое в прозрачный пластик. Мэри подобрала его.</p>
    <p>— «Дорогой Фрэнки», — начала она читать. Пошарила взглядом по стене. — Вот он — Франклин Т. Малленс, третий. — Она продолжила читать:</p>
    <cite>
     <p>Дорогой Фрэнки,</p>
     <p>Говорят, что родители не должны переживать своих детей, но кто же ожидает, что смерть заберёт ребёнка в девятнадцать? Я скучаю по тебе каждый день, и папа тоже. Ты знаешь, какой он: у меня на глазах старается выглядеть сильным, но я до сих пор слышу, как он плачет, когда думает, что я сплю.</p>
     <p>Обязанность матери — заботиться о сыне, и я старалась, как могла. Но теперь о тебе заботится сам Господь, и я знаю, что в его любящих руках тебе ничего не грозит.</p>
     <p>Сыночек, дорогой, когда-нибудь мы снова будем вместе.</p>
     <p>Люблю тебя,</p>
     <text-author>Мама</text-author>
    </cite>
    <p>Понтер не знал, что сказать. Чувства были без сомнения искренними, однако… однако такими <emphasis>иррациональными</emphasis>. Разве Мэри этого не видит? Разве люди, написавшие письма, этого не замечают?</p>
    <p>Мэри снова читала ему письма, открытки, записки, свитки, которые лежали или стояли прислонёнными к стене. Фразы из них застревали у Понтера в голове.</p>
    <cite>
     <p>«Мы знаем, что Господь позаботится о тебе…»</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>«Не могу дождаться того дня, когда мы снова будем вместе…»</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>«Так много забыто / Не сказано много / Клянусь — всё скажу / Когда встретимся с Богом.»</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>«Спи спокойно, любимый…»</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>«С нетерпением жду дня нашего воссоединения…»</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>«…в тот радостный день, когда Господь снова соединит нас на небесах…»</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>«Прощай! Да пребудет с тобой Господь, пока мы не встретимся вновь…»</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>«Ну, будь, братишка. Забегу, когда буду в столице в следующий раз…»</p>
    </cite>
    <cite>
     <p>«Покойся с миром, дружище, покойся с миром…»</p>
    </cite>
    <p>Несколько раз Мэри прерывалась, чтобы вытереть слёзы. Понтер тоже ощущал печаль, и его глаза тоже увлажнились, но, как он подозревал, по другой причине.</p>
    <p>— Это всегда очень тяжело, когда умирает тот, кого любишь, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Но… — продолжил он, но замолк.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Этот мемориал, — сказал Понтер, разводя руки, будто охватывая обе стены. — Какова его цель?</p>
    <p>Брови Мэри снова взметнулись вверх.</p>
    <p>— Почтить память мёртвых.</p>
    <p>— Не всех мёртвых, — тихо сказал Понтер. — Здесь только мёртвые американцы.</p>
    <p>— Э-э… да, — согласилась Мэри. — Это монумент жертве, принесённой американскими солдатами, таким образом народ Соединённых Штатов показывает, как он её ценит.</p>
    <p>— Ценил, — поправил Понтер.</p>
    <p>Мэри это замечание явно озадачило.</p>
    <p>— Мой транслятор неправильно работает? — спросил Понтер. — Ты можешь ценить — в настоящем времени — то, что существует. То, чего больше нет, ты <emphasis>могла</emphasis> ценить — прошедшее время.</p>
    <p>Мэри вздохнула, явно не желая об этом спорить.</p>
    <p>— Но ты не ответила на мой вопрос, — мягко напомнил Понтер. — <emphasis>Для чего</emphasis> этот мемориал?</p>
    <p>— Я же сказала. Почтить память мёртвых.</p>
    <p>— Нет, нет, — сказал Понтер. — Это побочная функция, я уверен. Наверняка целью, которую ставил перед проектировщик…</p>
    <p>— Майя Лин, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Майя Лин. Так зовут женщину, спроектировавшую мемориал.</p>
    <p>— А, — сказал Понтер. — Так вот, наверняка её целью — целью любого, кто проектирует мемориал — сделать так, чтобы люди не забывали.</p>
    <p>— Да…? — сказала Мэри, немного раздражённая тем, что Понтер прицепился ко вроде бы незначительной разнице.</p>
    <p>— А зачем делать так, чтобы люди не забывали? — спросил Понтер. — Чтобы не повторять больше тех же ошибок.</p>
    <p>— Ну, да, конечно… — сказала Мэри.</p>
    <p>— И насколько хорошо этот мемориал выполняет свою функцию? Вам удалось избежать той же ошибки — ошибки, которая привела к смерти всех этих молодых людей.</p>
    <p>Мэри на секунду задумалась, потом покачала головой.</p>
    <p>— Полагаю, что нет. Войны ведутся до сих пор, и…</p>
    <p>— Америкой? Страной, построившей этот монумент?</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Экономика. Идеология. И…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Месть. Сведение счётов.</p>
    <p>— Когда эта страна решает начать войну, где объявляется о таком решении?</p>
    <p>— Э-э… в Конгрессе. Я потом покажу тебе его здание.</p>
    <p>— Виден ли оттуда мемориал?</p>
    <p>— Этот? Нет, не думаю.</p>
    <p>— Они должны делать это прямо здесь, — заявил Понтер. — Их лидер — президент, так? — должен объявлять о войне прямо здесь, стоя перед этими пятьюдесятью восемью тысячами двухстами девятью именами. Очевидно, именно это должно быть главной целью такого мемориала: если лидер сможет призвать молодых людей идти воевать и гибнуть, глядя на имена тех, кто погиб, когда президент объявил войну в прошлый раз, то это, наверное, и правда очень важная война, без которой не обойтись.</p>
    <p>Мэри склонила голову и ничего не сказала.</p>
    <p>— В конце концов, как ты сказала, вы сражаетесь за сохранение ваших самых главных ценностей.</p>
    <p>— В идеале да, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Но эта война — во Вьетнаме. Ты сказала, что она велась в поддержку коррумпированного правительства и для того, чтобы не дать состояться выборам.</p>
    <p>— Ну, да, в каком-то смысле.</p>
    <p>— В Филадельфии ты показала мне, где и как началась эта страна. Разве демократия не является самой большой ценностью Соединённых Штатов? Демократия и право людей избирать и быть избранными?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Тогда они должны были сражаться за утверждение этих идеалов. Их приход во Вьетнам для того, чтобы живущие там люди получили возможность отдать свои голоса, был бы утверждением американских идеалов. И если бы народ Вьетнама…</p>
    <p>— Вьетнамцы.</p>
    <p>— Ага, вьетнамцы. Если бы они проголосовали за коммунистическую систему, это было бы в соответствии с американскими идеалами. Ведь ты не можешь быть сторонником демократии только тогда, когда исход голосования тебя устраивает.</p>
    <p>— Возможно, ты прав, — сказала Мэри. — Очень многие считают, что американское вмешательство во Вьетнаме было неправильным. Они называют это «богохульной войной».</p>
    <p>— Богохульной?</p>
    <p>— Ну, это значит «оскорбляющий Бога».</p>
    <p>Бровь Понтера взбежала на надбровье.</p>
    <p>— Судя по всему, у этого вашего Бога очень толстая кожа.</p>
    <p>Мэри склонила голову; трудно на это что-то возразить.</p>
    <p>— Ты говорила, — сказал Понтер, — что большинство людей в этой стране — христиане.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Насколько христиан больше, чем остальных?</p>
    <p>— Намного, — ответила Мэри. — На самом деле я как раз читала об этом перед приездом сюда. Население США примерно 270 миллионов, — Понтер уже слышал об этом раньше, так что не удивился. — Около миллиона — атеисты, они вообще не верят в Бога. Ещё двадцать пять миллионов нерелигиозны: то есть, не придерживаются никакой определённой религии. Другие религиозные группы — иудеи, буддисты, мусульмане, индуисты — совокупно составляют где-то пятнадцать миллионов. Все остальные — почти 230 миллионов — считают себя христианами.</p>
    <p>— То есть это христианская страна, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Ну-у… как и Канада, США гордится своей религиозной терпимостью…</p>
    <p>Понтер пренебрежительно махнул рукой.</p>
    <p>— Двести тридцать миллионов из двухсот семидесяти — это почти девяносто процентов, так что США — христианская страна. А ты рассказывала мне об основах христианского вероучения. Что Христос говорил делать с тем, кто нападёт на тебя?</p>
    <p id="id59783__msoanchor_38">— Нагорная проповедь, — сказала Мэри. Она прикрыла глаза; вероятно, это помогало ей вспоминать. — «Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую».<a l:href="#id20150414092305_78">[78]</a></p>
    <p>— То есть христианская страна не может практиковать месть, — сказал Понтер. — Но ты упомянула её в ряду возможных причин войны. Точно так же демократическая страна не может препятствовать свободному выбору жителей другой страны, и, тем не менее, война во Вьетнаме велась именно с такой целью.</p>
    <p>Мэри ничего не ответила.</p>
    <p>— Разве ты не видишь? — сказал Понтер. — Вот о чём должен напоминать этот мемориал, эта стена ветеранов Вьетнама: о бессмысленности смерти, об ошибке — <emphasis>фатальной</emphasis> ошибке — затевать войну, идущую вразрез с твоими самыми сокровенными принципами.</p>
    <p>Мэри молчала.</p>
    <p>— И по этой причине все будущие американские войны должны объявляться здесь — на этом самом месте. Лишь если её цели выдержат испытание на соответствие самым главным фундаментальным принципам, лишь тогда это война, вести которую необходимо. — Взгляд Понтера снова задвигался по стене и чёрным отражениям внутри неё.</p>
    <p>Мэри молчала.</p>
    <p>— Однако, — сказал Понтер, — у меня есть предложение попроще. Эти письма, что ты мне читала — я так понимаю, это типичные образцы?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Такие оставляют здесь каждый день.</p>
    <p>— Но ты не видишь проблемы? Все они исходят из убеждения, что мёртвые на самом деле не мертвы. «Господь позаботится о тебе». «Мы снова будем вместе». «Я знаю, что смотришь на меня». «Однажды я снова тебя увижу».</p>
    <p>— Мы уже обсуждали это, — сказала Мэри. — Моя разновидность людей — не просто христиане, а большинство Homo sapiens, независимо от религиозной принадлежности — верят, что глубинная суть личности не прекращает существования со смертью тела. Душа продолжает жить.</p>
    <p>— И вот эта вера, — твёрдо произнёс Понтер, — и представляет из себя проблему. Я думаю над этим с тех пор, как ты впервые мне про это рассказала, но меня — как это говорится? — меня осенило здесь, у мемориала, перед этой стеной имён.</p>
    <p>— Да? — сказала Мэри.</p>
    <p>— Они <emphasis>мертвы</emphasis>. Их нет. Они более не существуют. — Он протянул руку и коснулся имени, которое не мог прочитать. — Человек, которого звали так. — Он коснулся другого имени. — И человек, которого звали так. — Он коснулся третьего. — И человек, которого звали так. <emphasis>Их больше нет</emphasis>. Вот очевидный урок, который преподаёт эта стена. Никто не может прийти сюда, чтобы говорить с мёртвыми, потому что мёртвые <emphasis>мертвы</emphasis>. Никто не может прийти сюда, чтобы попросить у мёртвого прощения, потому что мёртвые <emphasis>мертвы</emphasis>. Никто не может прийти сюда, чтобы мёртвый мог его коснуться, потому что мёртвые <emphasis>мертвы</emphasis>. Эти имена, эти вырезанные в камне символы — это <emphasis>всё</emphasis>, что от них осталось. Это очевидное послание стены людям, урок, который они должны выучить. Пока вы, люди, думаете, что жизнь — лишь пролог, что за ней последует что-то ещё, что обиженные здесь будут вознаграждены где-то там и потом, вы так и и не начнёте ценить жизнь и так и будете посылать свою молодёжь на смерть.</p>
    <p>Мэри глубоко вдохнула и медленно выпустила воздух, по-видимому, чтобы успокоиться. Потом кивком головы указала в сторону. Понтер повернулся посмотреть. Седовласый мужчина оставлял у стены ещё одно письмо.</p>
    <p>— Сможешь ему это сказать? — резко спросила Мэри. — Скажи ему, что он даром тратит время. Или вон той женщине — видишь, которая стоит на коленях, молится? Сможешь ей сказать? Избавить её от иллюзий? Вера в то, что те, которых они любят, где-то продолжают жить — это для них большое утешение.</p>
    <p>Понтер покачал головой.</p>
    <p>— Эта вера — <emphasis>причина</emphasis> того, что случилось. Единственный способ почтить память мёртвых — сделать так, чтобы никто больше не становился мёртвым преждевременно.</p>
    <p>— Ну, хорошо, — в голосе Мэри послышался гнев. — Тогда иди. Иди скажи им.</p>
    <p>Понтер повернулся и посмотрел на глексенов и их эбеновые отражения в стене. Его народ практически никогда не отнимает чужую жизнь, а народ Мэри делает это так часто и так много. Наверняка эта их вера в Бога как-то связана с их готовностью убивать.</p>
    <p>Он шагнул вперёд, но…</p>
    <p>Но сейчас, сию минуту, эти люди не выглядели злыми и кровожадными и готовыми убивать. Прямо сейчас на их лицах была печаль — такая невообразимая печаль…</p>
    <p>Мэри всё ещё злилась на него.</p>
    <p>— Давай, — говорила она, маша рукой. — Чего встал? Иди скажи им.</p>
    <p>Понтер подумал о том, какая печаль снедала его, когда умерла Класт. И всё же…</p>
    <p>И всё же эти люди — странные, невозможные глексены — находили утешение в своей вере. Он смотрел на фигуры людей у стены, которых агенты заставляли держаться в отдалении. Нет, нет, он не скажет скорбящим людям, что их любимые ушли без возврата. В конце концов, не эти люди отправили их умирать.</p>
    <p>Понтер повернулся к Мэри.</p>
    <p>— Я понимаю, что вера даёт утешение, но… — Он мотнул головой. — Но как разорвать этот цикл? Бог делает убийство лёгким, Бог даёт утешение после. Как не дать этому повторяться снова и снова?</p>
    <p>— Я не знаю, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Вы должны сделать <emphasis>что-то</emphasis>, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Я молюсь, — ответила Мэри.</p>
    <p>Понтер поглядел на неё, потом на скорбящих людей, потом снова повернулся к Мэри, взял её за руку, глядя в землю, не в силах смотреть ни на неё, ни на тысячи имён.</p>
    <p>— Если бы была хоть малейшая вероятность, что это поможет, — тихо сказал он, — я бы молился вместе с тобой.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 23</p>
    </title>
    <p><emphasis>— Потрясающе, — сказал Журард Селган. — Потрясающе.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что? — в голосе Понтера слышалось раздражение.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ваше поведение у монумента в память о погибших в юго-восточном Галасое глексенах.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И что же в нём такого потрясающего? — спросил Понтер. Его голос был резок, словно у человека, который пытается говорить в то время, как ему отдирают бинт от раны.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это ведь был не первый раз, когда ваши убеждения — </emphasis>наши<emphasis> общие убеждения — вошли в конфликт с убеждениями глексенов. Не так ли?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Разумеется.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В самом деле, — продолжал Селган, — подобные конфликты должны были возникать ещё в ходе вашего первого визита.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Возможно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы не приведёте пример? — попросил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер сложил руки на груди.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ну хорошо, — сказал он зловеще, будто имея в виду «ты сам напросился». — Я упоминал об этом в самом начале: среди глексенов бытует странное убеждение в том, что вселенная существует ограниченное время. Они ошибочно интерпретируют красное смещение как свидетельство расширения вселенной; они не понимают, что масса может зависеть от времени. Больше того, они считают, что фоновое космическое излучение микроволнового диапазона — это эхо того, что они называют «большим взрывом», породившим вселенную.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Похоже, им нравятся всякие взрывающиеся штуки, — заметил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Без сомнения. Но, конечно же, однородность фонового излучения объясняется многократным поглощением и переизлучением электронов, захваченных сжимающими плазму магнитными вихревыми волокнами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Уверен, что так оно и есть, — сказал Селган, признавая, что Понтеру лучше знать о таких вещах.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Так оно и есть, — повторил Понтер. — Но я не спорил с ними на этот счёт. Во время моего первого визита Мэри сказала: «не думаю, что ты многих сможешь убедить в том, что большого взрыва не было». И я ей ответил, что ничего страшного; я сказал: «Ваша потребность в убеждении других в своей правоте, я полагаю, тоже уходит корнями в религию; я же доволен уже тем, что сам знаю, что прав, даже если другие об этом не знают».</emphasis></p>
    <p><emphasis>— О, — сказал Селган. — И вы в самом деле так чувствуете?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да. Для глексенов знание — это битва! Война за территорию! Знаете, у них, чтобы получить звание, эквивалентное нашему «учёный», нужно </emphasis>защитить<emphasis> диссертацию. Именно так это и называется: защитить! Но быть учёным — это не значит оборонять свою точку зрения от всех проходящих, это значит быть гибким и открытым и ценить истину независимо от того, кто её обнаружил.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Согласен, — сказал Селган. Он немного помолчал, потом продолжил: — Но вы не особенно много времени тратили на то, чтобы выяснить, нет ли в верованиях глексенов в жизнь после смерти какого-нибудь рационального зерна.,</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это не так. Я дал Мэри массу возможностей продемонстрировать мне доказательства их утверждений.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В смысле, до того эпизода с мемориалом?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да. Но у неё ничего нет!</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И вы, как в случае с финитной космологией, просто бросили это дело, удовлетворившись тем, что вам-то известна истина?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да. То есть…</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган вскинул бровь.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— То есть?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— То есть, да, конечно, я спорил с ней относительно веры в послежизнь. Но это другое.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Не такое, как вопросы космологии? Почему?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Потому что от этого слишком многое зависит.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Разве от вопросов космологии не зависит судьба всей вселенной?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я хочу сказать, это не какой-то абстрактный вопрос. Это было… это </emphasis>есть<emphasis> — корень всего.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Почему?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Потому что… потому что… хрящ, я не знаю почему. Просто это казалось до ужаса важным. В конце концов, по этой причине они сражаются во всех этих войнах.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Понимаю. Но я также понимаю, что это основа всех их верований; это нечто такое, с чем — и вы должны были это прекрасно понимать — не так просто расстаться.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Полагаю, что так.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И, несмотря на это, вы продолжали настаивать.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ну… да.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Почему?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер пожал плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Хотите услышать мою догадку? — спросил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер пожал плечами ещё раз.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы не оставляли эту тему, потому что сами хотели выяснить, нет ли за этими верованиями чего-то рационального. Возможно, Мэре и другие глексены просто скрывают от вас правду. Возможно, есть какие-то доказательства, которые она вам откроет, если вы продолжите спрашивать.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Не можут быть доказательств для того, что не существует, — сказал Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Разумеется, — ответил Селган. — Но вы пытались или убедить их в своей правоте, или заставить </emphasis>их<emphasis> убедить в их правоте </emphasis>вас.</p>
    <p><emphasis>Понтер покачал головой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это было безнадёжно, — сказал он. — Эта их идея о душе просто смешна.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Душе? — переспросил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нематериальной часть чьей-то сущности, которая, как они полагают, бессмертна.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ах. И вы говорите, что эта идея смешна?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Конечно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но они, разумеется, имеет право её придерживаться, не так ли?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Полагаю, что так.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Точно так же, как и своих странных космологических построений?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Наверное.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И всё же мимо концепции загробной жизни вы спокойно пройти не смогли, не так ли? Даже после того, как вы покинули мемориальную стену, вы пытались прояснить этот вопрос. Пытались?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер смотрел в сторону.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Когда опасность закрытия портала миновала, по крайней мере, на какое-то время — не закроют же его неандертальцы, когда дюжина их наиболее ценных граждан находится по эту сторону — Джок Кригер решил вернуться к своим прерванным исследованиям.</p>
    <p>На своём черном «BMW» он оправился из Сибриз в Речной кампус Рочестерского университета, расположенный на берегу реки Дженези. Когда он занимался обустройством «Синерджи Груп» в городе, ему достаточно было сделать несколько звонков, чтобы обеспечить своей команде приоритетный доступ к фондам университетской библиотеки. Джок припарковал машину на Уилмот-Лот и вошёл в здание из коричневого кирпича, в котором располагалась научно-техническая библиотека им. Карлсона, названная в честь Честера Ф. Карлсона, изобретателя ксерографии. Журнальный зал, как было известно Джоку, располагался на втором этаже. Он предъявил университетскую VIP-карту библиотекарю, маленькой плотной негритянке в красной косынке. Он сказал ей, что ему нужно, и она уковыляла во тьму хранилища. Джок, чтобы не терять время, вытащил наладонник и просмотрел публикации сегодняшних «Нью-Йорк Таймс» и «Вашингтон Пост».</p>
    <p>Минут через пять библиотекарша вернулась с заказанными Джоком тремя старыми журналами: одним номером «Earth and Planetary Science Letters» и двумя номерами «Нейчур», в которых, как выяснилось в результате поисков по Сети, публиковались статьи по быстрой смене магнитной полярности за авторством Коу et al.</p>
    <p>Джок нашёл незанятую кабинку и устроился в ней. Первым делом он достал из кейса свой «HP CapShare» — ручной сканер на батарейках. Он провёл сканером по страницам с интересующими его статьями, получив изображения с разрешением 200 точек на дюйм, достаточным для автоматического распознавания. Джок улыбнулся портрету Честера Карлсона, висящему на стене неподалёку от его кабинки — он пришёл бы в восторг от этой компактной машинки.</p>
    <p>После этого Кригер приступил к чтению статей. В оригинальной статье, той, что в «Earth and Planetary Science Letters», самым интересным оказалось признание самими авторами того, что полученные результаты противоречат житейской логике, которая подсказывала, что коллапс магнитного поля должен занимать тысячи лет. Однако похоже, что такая уверенность базировалась не столько на установленных научных фактах, сколько на общем ощущении того, что магнитное поле Земли — вещь тяжеловесная и инертная и поэтому просто не может взять и перевернуться с ног на голову.</p>
    <p>Однако Коу и Прево́ обнаружили свидетельства чрезвычайно быстрого коллапса. Их исследование касалось лавовых потоков на горе Стинс-Маунтин в южном Орегоне, где в эпоху реверсирования магнитного поля произошло пятьдесят шесть извержений, каждое из которых стало как бы стоп-кадром события. Хотя им не удалось измерить интервал между двумя последовательными извержениями, им было известно, сколько времени требовалось лаве после каждого извержения, чтобы остыть до точки Кюри, когда намагничивание образовавшейся горной породы застывает в положении, соответствующем текущей ориентации и напряжённости геомагнитного поля. В статье высказывалось предположение, что поле исчезло всего за несколько недель, а не постепенно в течение тысяч лет.</p>
    <p>Джок прочитал статью в «Нейчур» тех же авторов и критическую статью некоего Рональда Т. Меррилла, которая, похоже, сводилась к тому, что сам Меррилл называл «принципом наименьшего удивления», который догматически утверждал, что проще посчитать, что Коул и Прево ошиблись, чем допустить, что они сделали замечательное открытие, даже если найти изъян в их исследовании и не удаётся.</p>
    <p>Джок Кригер откинулся на спинку библиотечного кресла. Похоже, что Понтер говорил правду тому канадскому правительственному геологу.</p>
    <p>А это означает, осознал Джок, что времени терять нельзя.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 24</p>
    </title>
    <p>Палеоантропологическое общество собирается каждый год, попеременно совмещая свои собрания с собраниями Ассоциации американских археологов или Американской ассоциации физической антропологии. В этом году была очередь археологов, и собрание проходило в отеле «Краун-плаза» на Франклин-сквер.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_39">Формат был очень простой: непрерывная цепочка выступлений, состоящих из пятнадцатиминутных презентаций. Лишь изредка выделялось время для вопросов: Джон Йеллен, президент общества, требовал соблюдения регламента с пунктуальностью Филеаса Фогга<a l:href="#id20150414092305_79">[79]</a>.</p>
    <p>По окончании первого дня заседаний многие палеоантропологии собрались в баре отеля.</p>
    <p>— Я уверена, что они будут рады возможности пообщаться с тобой в неформальной обстановке, — сказала Мэри Понтеру в коридоре, ведущем к бару. — Может, зайдём?</p>
    <p>Рядом с ними стоял агент ФБР, один из тех, что тенью сопровождали их в течение всего путешествия.</p>
    <p>Понтер раздул ноздри.</p>
    <p>— В том помещении курят.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Слава богу, в большинстве юрисдикций курить теперь можно только в барах — а в Оттаве и кое-где ещё даже в барах уже нельзя.</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— Жаль, что это собрание происходит не в Оттаве.</p>
    <p>— Я понимаю. Если ты не можешь этого вытерпеть, мы туда не пойдём.</p>
    <p>Понтер подумал.</p>
    <p>— За то время, что я здесь, мне в голову приходило множество идей изобретений, по большей части совершенствующих существующие глексенские технологии. Но я подозреваю, что самым полезным из них станут специальные носовые фильтры, которые избавят мой народ от необходимости постоянно обонять здешние запахи.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Я и сама не люблю табачный запах. И всё же…</p>
    <p>— Думаю, я как-нибудь переживу, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри обернулась к агенту ФБР.</p>
    <p>— Карлос, может, выпьете что-нибудь?</p>
    <p>— Я на службе, мэм, — сухо ответил он. — Но вы с посланником Боддетом вольны делать, что хотите.</p>
    <p>Мэри вошла в бар первой. В помещении с покрытыми деревянными панелями стенами царил полумрак. Примерно с дюжину учёных сидели на табуретах возле барной стойки, и три меньших группы кучковались вокруг столиков. Укреплённый под самым потолком телевизор показывал одну из серий «Сайнфелда». Мэри её сразу узнала: та, где Джерри оказывается ненавистником дантистов. Она уже готова была шагнуть вперёд, как почувствовала руку Понтера у себя на плече.</p>
    <p>— Разве это не символ твоего народа? — спросил он.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_40">Мэри проследила за направлением его другой руки: там на стене висела светящаяся реклама «молсон-канэйдиэн»<a l:href="#id20150414092305_80">[80]</a>. Понтер не мог прочитать слов, но узнал большой красный кленовый лист.</p>
    <p>— Ага, — сказала Мэри. — Здесь Канада более всего знаменита своим пивом. Это такой напиток из продуктов брожения зерна.</p>
    <p>Понтер подмигнул.</p>
    <p>— Ты им, должно быть, очень гордишься.</p>
    <p>Мэри подвела его к одной из меньших групп, сидящих вокруг круглого стола.</p>
    <p>— Карлос, ты не возражаешь? — спросила она у эфбээровца.</p>
    <p>— Я присяду вон там, хорошо? — сказал тот. — Сегодня я уже наслушался про окаменелости больше, чем достаточно. — Он подошёл к бару и сел на табурет, но развернулся лицом к залу, а не к бармену.</p>
    <p>Мэри повернулась к столу.</p>
    <p>— Разрешите присоединиться?</p>
    <p>Трое сидящих за столом людей — двое мужчин и женщина — были поглощены оживлённой беседой, но, взглянув на них, тут же узнали Понтера.</p>
    <p>— Господи, да конечно! — воскликнул один из мужчин. У стола стоял один пустой стул; он быстро притащил ещё один от соседнего.</p>
    <p>— Чем обязаны таким удовольствием? — спросил второй мужчина, когда Мэри и Понтер уселись.</p>
    <p>Мэри подумала, не сказать ли часть правды: за этим столиком и поблизости от него никто не курил, а стулья стояли таким образом, что вокруг стола больше не оставалось места — она не хотела, чтобы Понтера окружила толпа. Но вторую часть правда она озвучивать не собиралась, а она состояла в том, что Норман Тьерри, напыщенный самопровозглашённый эксперт по неандертальской ДНК из UCLA, сидел на другом конце помещения. Он наверняка помирал от желания познакомиться с Понтером, но теперь ему этого не удастся.</p>
    <p>Однако в конце концов Мэри решила просто пропустить вопрос мимо ушей.</p>
    <p>— Это Генри Бегущий Олень, — сказала она, указывая на мужчину-индейца лет сорока. — Работает в Университета Брауна.</p>
    <p>— Работал, — поправил её Генри. — Перебираюсь в Чикагский.</p>
    <p>— Вот как? — сказала Мэри. — А это, — она указала на светлокожую женщину лет тридцати пяти, — Анджела Бромли из Американского музея естественной истории в Нью-Йорке.</p>
    <p>Ангела протянула правую руку.</p>
    <p>— Очень рада познакомиться, доктор Боддет.</p>
    <p>— Понтер, — сказал Понтер, который уже догадался, что в этом обществе не принято обращаться к человеку по имени, пока он не предложит этого сам.</p>
    <p>— А это мой муж Дитер, — сказала Анджела.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказали Мэри и Понтер одновременно. Потом Мэри продолжила: — Вы тоже антрополог?</p>
    <p>— Нет-нет-нет, — сказал Дитер. — Алюминиевый сайдинг.</p>
    <p>Понтер взглянул на него, наклонив голову.</p>
    <p>— Вы это хорошо скрываете.</p>
    <p>Мэри рассмеялась, глядя на сбитые с толку лица остальных.</p>
    <p>— Вы привыкнете к его чувству юмора.</p>
    <p>Дитер поднялся на ноги.</p>
    <p>— Давайте я вас чем-нибудь угощу. Мэри — что будете пить? Вино?</p>
    <p>— Белое вино, спасибо.</p>
    <p>— Понтер?</p>
    <p>Понтер задумался, явно не зная, чего попросить. Мэри склонилась к нему.</p>
    <p>— В барах всегда есть «кока-кола», — сказала она.</p>
    <p>— «Кока-кола»! — радостно воскликнул Понтер. — Да, конечно.</p>
    <p>Дитер ушёл. Мэри взяла несколько печенюшек из деревянной плошки в центре стола.</p>
    <p>— Итак, — сказала Анджела, обращаясь к Понтеру, — надеюсь, вы не возражаете против пары вопросов. Вы поставили то, чем мы занимаемся, с ног на голову.</p>
    <p>— Я не специально, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Разумеется, — усмехнулась Анджела. — Но всё, что мы слышим о вашем мире, противоречит тому, что мы, как нам казалось, знаем.</p>
    <p>— К примеру? — сказал Понтер.</p>
    <p>— Ну, скажем, говорят, что ваш народ не занимается сельским хозяйством.</p>
    <p>— Это так, — сказала Понтер.</p>
    <p>— Мы всегда считали, что сельское хозяйство — необходимая предпосылка для развитой цивилизации, — Анджела отхлебнула из своего стакана.</p>
    <p>— Почему? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Ну-у… — сказала Анджела, — видите ли, мы считали, что только сельское хозяйство может обеспечить надёжный источник пищи, который позволил бы людям заняться другими делами: стать учителями, строителями, чиновниками и так далее.</p>
    <p>Понтер медленно покачал головой, словно ошеломлённый услышанным.</p>
    <p>— В нашем мире есть люди, которые решили жить простой жизнью, как жили наши предки. Как по-вашему, сколько времени у одного такого лица… — Мэри знала, что в языке Понтера имеется гендерно-нейтральное местоимение третьего лица; вероятно, это его Хак попытался таким образом перевести, — …уходит на то, чтобы прокормить себя и тех, кто от него зависит?</p>
    <p>Ангела слегка пожала плечами.</p>
    <p>— Думаю, немало.</p>
    <p>— Напротив, — сказал Понтер. — Совсем немного, если количество зависимых лиц невелико. Заботы о пропитании занимают примерно девять процентов времени. — Он остановился, то ли подсчитывая в уме, то ли дожидаясь, пока Хак произведёт пересчёт. — Где-то шестьдесят часов в месяц.</p>
    <p>— Шестьдесят часов в <emphasis>месяц</emphasis>, — повторила Анджела. — Это будет — Боже, всего пятнадцать часов в неделю!</p>
    <p>— Неделя — это семь дней? — спросил Понтер, глядя на Мэри. Та кивнула. — Да, всё верно, — подтвердил Понтер. — Остальное время может быть посвящено другим занятиям. У нас с самого начала было много свободного времени.</p>
    <p>— Понтер прав, — сказал Генри Бегущий Олень. — Пятнадцать часов в неделю — это средняя занятость представителей племён охотников и собирателей и на нашей Земле в наше время.</p>
    <p>— Правда? — удивилась Анждела, отставляя стакан.</p>
    <p>Генри кивнул.</p>
    <p>— Сельское хозяйство было первым людским занятием, в котором результат был пропорционален затраченным усилиям. Если вы пашете поле восемьдесят часов в неделю, то вспашете вдвое больше, чем если бы пахали сорок. В охоте и собирательстве всё не так: если вы станете охотиться полный день, то перебьёте всю дичь на своей территории. В этом деле трудовой героизм контрпродуктивен.</p>
    <p>Вернулся Дитер; он поставил стаканы перед Мэри и Понтером и сел на своё место.</p>
    <p>— Но как можно жить осёдло без сельского хозяйства? — спросила Анджела.</p>
    <p>Генри нахмурился.</p>
    <p>— Вы что-то совсем не то говорите. Люди начали жить осёдло задолго до сельского хозяйства, ещё будучи охотниками и собирателями.</p>
    <p>— Но… да нет же, я ж ещё со школы помню…</p>
    <p>— А в вашей школе много было учителей-индейцев? — ледяным тоном спросил Генри Бегущий Олень.</p>
    <p>— Не было совсем, но…</p>
    <p>Генри взглянул на Понтера, потом на Мэри.</p>
    <p>— Белые редко в этом разбираются, но, тем не менее, это так. Охотники и собиратели живут осёдло. Чтобы жить с земли таким образом, её нужно знать досконально: какие растения где растут, куда животные ходят на водопой, где птицы гнездятся и когда откладывают яйца. Нужна целая жизнь, чтобы изучить свою территорию по-настоящему. Переехать в другое место означает просто выбросить весь этот приобретённый тяжким трудом опыт.</p>
    <p>Мэри вскинула бровь.</p>
    <p>— Но земледельцы тоже вынуждены пускать корни… во всех смыслах.</p>
    <p>Генри не оценил игры слов.</p>
    <p>— На самом деле это земледельцы ведут кочевую жизнь, если рассматривать жизнь многих поколений. Охотники и собиратели ограничивают размер своих семей; чем больше лишних ртов, тем больше приходится работать взрослым. Но земледельцам большая семья выгодна: каждый ребёнок — это лишняя пара рук на поле, и чем больше у тебя детей, тем меньше тебе приходится работать самому.</p>
    <p>Понтер слушал с явным интересом; его транслятор несколько раз издавал тихий гудок, но в целом он, похоже, не испытывал затруднений.</p>
    <p>— Звучит логично, — согласилась Анджела не без сомнения в голосе.</p>
    <p>— Ещё бы, — сказал Генри. — Но когда отпрыски земледельца подрастают, они должны уходить на новые места и заводить собственные хозяйства. Спросите фермера, где жил его прапрадед, и он наверняка назовёт какое-то далёкое место; спросите охотника-собирателя, и он ответит «здесь».</p>
    <p>Мэри вспомнила о собственных родителях, живущих в Калгари; дедушек и бабушек из Англии, Ирландии и Уэльса — чёрт, а ведь она не имеет ни малейшего понятия, где жили её прадедушки и прабабушки, не говоря уж про прапрадедушек…</p>
    <p>— Территорию, с которой кормишься, так просто не бросишь, продолжал Генри. — Вот почему охотники-собиратели так уважают своих стариков.</p>
    <p>Мэри тут же вспомнила, как Понтер посчитал глупостью то, что она подкрашивает волосы.</p>
    <p>— Расскажите поподробнее, — попросила она Генри.</p>
    <p>Генри отхлебнул из своей кружки.</p>
    <p>— Земледельцы ценят молодость, потому что занятие земледелием требует грубой силы. Но охота и собирательство требуют знаний. Чем больше лет ты можешь вспомнить, тем легче подмечаешь закономерности, тем лучше знаешь свою территорию.</p>
    <p>— Мы <emphasis>очень</emphasis> уважаем своих старших, — сказал Понтер. — Их мудрость не заменить ничем.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— На самом деле, мы знали об этой особенности неандертальцев, — сказала она. — На основании ископаемых свидетельств. Я только не могла понять, почему.</p>
    <p>— Я специализируюсь по австралопитекам, — сказала Анджела. — Какие свидетельства вы имеете в виду?</p>
    <p>— У экземпляра, найденного в Ла-Шапель-о-Сен, был паралич и артрит, и сломанная челюсть, и не было большинства зубов. Очевидно, о нём заботились в течение многих лет; в таком состоянии он не мог бы выжить сам. Вероятно, даже еду кто-то для него жевал. Но ему было сорок, когда он умер — глубокий старик по стандартам тех лет, когда большинство людей умирало, едва перевалив за двадцать. Каким кладезем знаний об охотничьей территории своего племени он должен был казаться соплеменникам! Десятилетия опыта! То же самое и с находкой в Шанидарской пещере в Ираке. Бедолаге тоже было за сорок, и он был в ещё худшей форме, чем лашапельский: слепой на левый глаз и без правой руки.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_41">Генри насвистел несколько нот. Мэри понадобилась секунда, чтобы узнать их: главная тема из «Человека за шесть миллионов<a l:href="#id20150414092305_81">[81]</a>». Она улыбнулась и продолжила:</p>
    <p>— За ним тоже ухаживали, и не из жалости, а потому что настолько старый человек — это настоящий клад охотничьих знаний.</p>
    <p>— Может, и так, — не сдавалась Анджела, — но всё же именно земледельцы строили города и развивали технологии. В Европе, в Египте — в местах, где люди пахали землю, города существуют уже тысячи лет.</p>
    <p>Генри Бегущий Олень взглянул на Понтера, словно в поисках поддержки. Понтер лишь склонил голову, отдавая ему слово.</p>
    <p>— Вы считаете, что у европейцев были технологии — металлургия и всё такое — а у индейцев их не было из-за какого-то их внутреннего превосходства? — спросил Генри. — Вы так думаете?</p>
    <p>— Нет-нет, — ответила несчастная Анджела. — Нет, конечно. Но…</p>
    <p>— Европейцам их технологии достались исключительно в силу удачного стечения обстоятельств. — Руды поверхностного залегания, кремень для каменных орудий. Никогда не пытались оббивать гранит, который только и можно найти в здешних местах? Наконечники стрел из него получаются преотвратнейшие.</p>
    <p>Мэри надеялась, что Анджела не станет развивать тему дальше, но тщетно.</p>
    <p>— У европейцев были не только инструменты. Они оказались достаточно умны, чтобы одомашнить животных, чтобы те работали за них. У индейцев вообще не было домашних животных.</p>
    <p>— Индейцы никого не одомашнили, потому что им некого было одомашнивать, — сказал Генри. — На всей нашей планете лишь четырнадцать видов крупных травоядных, пригодных для одомашнивания, и лишь один из них — северный олень — встречается в Северной Америке, да и то на крайнем севере. Пять видов чисто евразийского происхождения: овцы, козы, коровы, кони и свиньи. Ещё пять, как, например, верблюды — распространены ограничено и географически изолированы. Вы не можете одомашнивать американскую мегафауну: лося, медведя, вапити, бизона, пуму. Их темперамент просто не подходит для одомашнивания. Вы можете поймать их живьём, но не можете вырастить в неволе, и они не станут носить седока, что бы вы с ними ни делали. — Тон Генри становился всё холоднее. — Европейцы получили то, что имели не благодаря превосходящему интеллекту. По сути, наоборот, можно утверждать, что мы, аборигены Северной Америки, продемонстрировали больше ума и смекалки, выживая здесь <emphasis>без</emphasis> металлов и пригодных для одомашнивания животных.</p>
    <p>— Но ведь среди аборигенов… ну, то есть, индейцев были и земледельцы, — сказала Анджела.</p>
    <p>— Были, а как же. Но что они выращивали? По большей части кукурузу — потому что она здесь была. А у кукурузы очень низкое содержание белка по сравнению со злаковыми, которые все происходят из Евразии.</p>
    <p>Анджела посмотрела на Понтера.</p>
    <p>— Но… неандертальцы: ведь они появились в Европе, а не в Америке.</p>
    <p>Генри кивнул.</p>
    <p>— И у них были великолепные каменные орудия — мустьерская каменная индустрия.</p>
    <p>— Однако они не одомашнивали животных, хотя, как вы говорите, в Европе пригодных для этого животных было полно. И они ничего не выращивали.</p>
    <p>— Алло! — сказал Генри. — Земля вызывает Анджелу! <emphasis>Никто</emphasis> не одомашнивал животных, когда на Земле жили неандертальцы. И никто ничего не выращивал — ни предки Понтера, ни наши с вами. Это началось много позже, когда неандертальцы уже вымерли — по крайней мере, в нашей версии истории. Кто знает, что бы они делали, если бы не вымерли?</p>
    <p>— Я, — ответил Понтер.</p>
    <p>Мэри рассмеялась.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Генри. — Тогда рассказывайте. Ваш народ так и не изобрёл земледелия, правильно?</p>
    <p>— Правильно, — ответил Понтер. Генри кивнул.</p>
    <p>— Наверно, это и к лучшему. Земледелие тянет за собой много плохих вещей.</p>
    <p>— Например? — Мэри постаралась, чтобы сейчас, когда Генри малость успокоился, в её вопросе прозвучало бы простое любопытство, а не желание возразить.</p>
    <p>— Ну, — сказал Генри, — я уже намекнул на перенаселение. Негативное влияние на природу тоже очевидно: леса вырубаются, чтобы на их месте устроить поля. Плюс, разумеется, болезни, которые мы получили от одомашненных животных.</p>
    <p>Мэри увидела, как Понтер кивнул. Про это он слышал ещё в Садбери от Рубена Монтего.</p>
    <p>Дитер, который для торговца сайдингом оказался весьма сообразителен, кивнул.</p>
    <p>— И ведь бывают не только телесные болезни, ещё и культурные. Взять, к примеру, рабство: прямое следствие нужды земледельцев в рабочей силе.</p>
    <p>Мэри взглянула на Понтера, чувствуя себя очень неуютно. Это было второе упоминание о рабстве за время их пребывания в Вашингтоне. Мэри знала, что когда-нибудь ей придётся объяснить…</p>
    <p>— Всё верно, — сказал Генри. — Бо́льшая часть рабов трудилась на плантациях. И даже если вы не практикуете рабство в узком смысле, сельское хозяйство порождает массу похожих явлений: издольничество, пеонаж и так далее. Не говоря уж о классовом расслоении, феодализме, частной собственности на землю и прочем; всё это прямое следствие сельского хозяйства.</p>
    <p>Анджела поерзала на стуле.</p>
    <p>— Но даже если говорить только об охоте, археологические свидетельства говорят, что наши предки в этом деле были гораздо лучше неандертальцев, — сказала она.</p>
    <p>Пока речь шла о земледелии и феодализме, Понтер выглядел несколько потерянно, но последнее заявление Анджелы он явно отлично понял.</p>
    <p>— Каким образом? — спросил он.</p>
    <p>— Ну, — сказала Анджела, — приёмы охоты ваших предков не выглядят особо эффективными.</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— В каком смысле?</p>
    <p>— Неандертальцы убивали по одному животному за раз. — Очевидно, произнеся эти слова, Анджела сразу поняла, что совершает ошибку. Бровь Понтера взлетела вверх.</p>
    <p>— А как охотились ваши предки?</p>
    <p>Анджеле явно было неловко.</p>
    <p>— Ну, они… в общем, они загоняли целое стадо животных на обрыв и… вынуждали их прыгать, и таким образом убивали сотни животных за раз.</p>
    <p>Золотистые глаза Понтера округлились.</p>
    <p>— Но это… это так… расточительно, — сказал он. — Очевидно ведь, что даже большая группа людей не сможет съесть всё это мясо. И потом, такой способ охоты выглядит каким-то… трусливым.</p>
    <p>— Я… никогда не смотрела на это под таким углом, — Анджела покраснела. — Ну, то есть, мы считаем безрассудством подвергать себя ненужному риску, так что…</p>
    <p>— Вы прыгаете с самолётов, — сказала Понтер. — Ныряете с утёсов. Превратили драки в организованный спорт. Я видел по телевизору.</p>
    <p>— Не <emphasis>каждый</emphasis> занимается такими вещами, — мягко напомнила ему Мэри.</p>
    <p>— Ладно, — согласился Понтер, — но вдобавок к рискованным видам спорта широко распространены и другие виды безрассудного поведения. — Он обвёл рукой бар. — Курение табака, питьё алкоголя, причём, насколько я могу понять, — он кивнул в сторону Генри, — и то и другое является продуктом сельского хозяйства. Несомненно, эти занятия являются «ненужным риском». Как вы можете убивать животных таким трусливым способом, и при этом так рисковать своим… О! Подождите. Понимаю. Кажется, понимаю.</p>
    <p>— Что? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Да, что? — спросил Генри.</p>
    <p>— Сейчас, сейчас, — ответил Понтер, явно преследуя ускользающую мысль. Через несколько мгновений он кивнул, видимо, поймав то, за чем гнался. — Вы, глексены, пьёте алкоголь, курите и занимаетесь опасными видами спорта для того, чтобы продемонстрировать свои избыточные возможности. Вы будто говорите окружающим: смотрите, сейчас, во времена изобилия, я существенно снижаю свою эффективность, и всё равно функционирую удовлетворительно. Тем самым вы даёте понять потенциальному партнёру по размножению, что сейчас вы не на пике своих возможностей, но что в трудные времена вы сможете оставаться хорошим добытчиком за счёт мобилизации внутренних резервов.</p>
    <p>— Правда? — сказала Мэри. — Очень интересная трактовка.</p>
    <p>— И такое поведение мне понятно, потому что мы, в сущности, занимаемся тем же самым — только по-другому. Когда мы охотимся…</p>
    <p>Мэри осенило в одно мгновение.</p>
    <p>— Во время охоты, — прервала она Понтера, — вы <emphasis>не</emphasis> выбираете лёгких путей. Вы не загоняете животных на скалу, не бросаете в них копья с безопасного расстояния, как делали мои предки, но не твои, по крайней мере, на этой версии Земли. Нет, ваш народ предпочитает сойтись с животным вплотную, победить его один на один, и вогнать в него копьё собственной рукой. Да, думаю, по большому счёту это то же самое, что и курение и пьянство — смотри, дорогая, я добыл ужин голыми руками, так что если дела пойдут плохо, я стану охотиться более эффективным способом, и нам всё равно не придётся голодать.</p>
    <p>— Точно так, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— В этом есть своя логика. — Она указала на худого человека, сидящего на другом конце бара. — Эрик Тринкаус, вон тот, обнаружил, что многие ископаемые скелеты неандертальцев демонстрируют повреждения, типологически схожие с травмами ковбоев на родео, когда конь сбрасывает их на землю, что подразумевает схватку врукопашную.</p>
    <p>— О да, так и есть, — закивал Понтер. — Меня самого пару раз мамонт кинул так, что…</p>
    <p>— <emphasis>Кто?</emphasis> — прервал его Генри.</p>
    <p>— Мамонт во время охоты…</p>
    <p>— <emphasis>Мамонт?</emphasis> — в полном изумлении воскликнула Анджела.</p>
    <p>Мэри ухмыльнулась.</p>
    <p>— Я гляжу, мы ещё долго не разойдёмся. Давайте-ка теперь я всех угощу…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 25</p>
    </title>
    <p>— Прошу прощения, посол Прат, — сказал молодой служитель, входя в комнату отдыха в здании Объединённых Наций. — Вам пришёл диппакет из Садбери.</p>
    <p>Тукана Прат оглядела десять выдающихся неандертальцев, которые расселись в креслах у огромного окна или разлеглись на полу. Она вздохнула.</p>
    <p>— Дождались, — сказала она им по-неандертальски, потом через посредство компаньона поблагодарила служителя и взяла у него кожаный футляр с оттиснутым на нём канадским гербом.</p>
    <p>Внутри была бусина памяти. Тукана открыла крышку своего компаньона и вставила бусину. Она приказала компаньону проиграть сообщение через внешние динамики, чтобы его могли услышать все присутствующие.</p>
    <p>— Посол Тукана Прат, — произнёс рассерженный голос советника Бедроса, — тому, что вы совершили, не может быть оправдания. Я — то есть, мы, Верховный Серый совет — настаиваем на том, чтобы вы и те, кого вам удалось одурачить, немедленно вернулись домой. Мы, — он помедлил, и Тукане показалось, что она расслышала, как он сглотнул, словно пытаясь успокоиться, — мы весьма обеспокоены их безопасностью. Их вклад в благосостояние общества не поддаётся исчислению. Вы и они обязаны вернуться в Салдак немедленно по получению этого сообщения.</p>
    <p>Лонвес Троб покачал своей лысой головой.</p>
    <p>— Самонадеянный молокосос…</p>
    <p>— Я так понимаю, они не решатся закрыть портал, пока мы не вернёмся, — сказала Дерба Жонк, специалист по стволовым клеткам.</p>
    <p>— В этом мы можем быть уверены, — улыбаясь, сказал Дор Фаррер, поэт.</p>
    <p>Тукана кивнула.</p>
    <p>— Я хочу ещё раз поблагодарить вас всех за то, что согласились явиться со мной сюда. Как я поняла, никто не собирается выполнять просьбу советника Бедроса?</p>
    <p>— Шутите? — сказал Лонвес Троб, обращая к Тукане синие искусственные глаза. — У меня такой веселухи не было уж не помню сколько.</p>
    <p>Тукана улыбнулась.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_42">— Хорошо, — сказала она. — Давайте согласуем расписание на завтра. Крек, вы завтра играете в видеопрограмме «Доброе утро, Америка»; они оплатили перевозку ледового рога от портала, и да, они понимают, что его ни в коем случае нельзя размораживать. Жальск, завтра утром в Нью-Йорк для встречи с вами прибывает сборная США по кроссу, которая собирается выступать на какой-то «олимпиаде» — я пока не знаю, что это; вы с ними встречаетесь в спорткомплексе Нью-Йоркского университета. Дор, глексен по имени Ральф Вичинанца<a l:href="#id20150414092305_82">[82]</a>, чьё занятие называется «литературный агент», хочет встретиться с вами за полуденным приёмом пищи. Арбитр Харброн и учёный Клемелк, вы завтра днём читаете лекции в Колумбийской школе права. Борл, вы и представитель ООН примете участие в программе под названием «Позднее шоу с Дэвидом Леттерманом», она будет записываться завтра днём. Лонвес, мы с вами завтра вечером выступаем в Роуз-Центре Земли и космоса<a l:href="#id20150414092305_83">[83]</a>. И, конечно же, нужно будет посетить массу встреч здесь, в здании Объединённых Наций.</p>
    <p>Кобаст Гант, эксперт по искусственному интеллекту, улыбнулся.</p>
    <p>— Держу пари, мой приятель Понтер Боддет рад, что мы здесь. Теперь ему станет полегче — я же знаю, что он терпеть не может быть в центре внимания.</p>
    <p>Тукана кивнула.</p>
    <p>— Да, после того, что с ним случилось, отдых ему не помешает…</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер, Мэри и вездесущий эфбээровец покинули, наконец, отельный бар и пошли к лифтам. Они были одни: никто не ожидал прибытия лифта, а ночной портье за конторкой в отдалении углубился в чтение сегодняшней «USA Today», жуя при этом яблоко «гренни-смит», которые отель предоставлял бесплатно.</p>
    <p>— Моя смена закончилась, мэм, — сказал Карлос. — Агент Бурштейн заступил на пост на вашем этаже, он будет присматривать за вами дальше.</p>
    <p>— Спасибо, Карлос, — сказала Мэри.</p>
    <p>Он кивнул и проговорил в свой коммуникатор:</p>
    <p>— Лисица и Здоровяк едут наверх.</p>
    <p>Мэри улыбнулась. Когда ей сказали, что ФБР присвоит им кодовые имена — и это было круто — она спросила, не может ли она выбрать их сама.</p>
    <p>Карлос сказал, снова обращаясь к ним:</p>
    <p>— Доброй ночи, мэм. Доброй ночи, сэр.</p>
    <p>Однако он, разумеется, не покинул отель. Лишь отступил на некоторое расстояние и стал дожидаться прихода лифта.</p>
    <p>Мэри внезапно почувствовала, как кровь приливает к лицу, хотя и знала, что в холле на самом деле было прохладнее, чем в баре. И нет, это было не из-за того, что ей предстояло остаться с Понтером наедине в кабине лифта. Будь то незнакомец — другое дело, эта фобия, должно быть, будет теперь преследовать её до конца жизни. Но Понтер? Нет. Никогда.</p>
    <p>И всё же Мэри ощущала тепло. Она обнаружила, что её взгляд забегал, глядя на что угодно, только не в золотистые зрачки Понтера. Она посмотрела на светящиеся указатели этажей, на которых находятся все пять лифтов; потом на объявление в рамке над кнопкой вызова, напоминающее о позднем завтраке в воскресенье; на инструкцию для пожарных.</p>
    <p>Приехал один из лифтов, его дверцы разъехались, издав звук вроде барабанной дроби. Понтер галантно предложил Мэри войти первой, и Мэри вошла в кабину и помахала на прощание Карлосу, который с серьёзным видом кивнул. Понтер вошёл вслед за ней и осмотрел панель управления. Он уже хорошо различал цифры — неандертальцы, может, и не изобрели алфавита, но их система счисления тоже была десятичной и включала специальный значок для нуля. Он протянул руку и нажал кнопку 12-го этажа, улыбнувшись, когда она осветилась.</p>
    <p>Мэри хотела бы, чтобы её комната не располагалась бы на том же этаже. Она уже рассказывала Понтеру, почему здесь нет тринадцатого этажа. Но если бы он тут был, то она, наверное, предпочла бы жить на нём. Ей всё равно — она не суеверна. Хотя, подумала она, Понтер определённо сказал бы, что это не так. С его точки зрения и вера в Бога — суеверие.</p>
    <p>Так вот, если бы она жила на другом этаже — на <emphasis>любом</emphasis> другом этаже — то их расставание получилось бы коротким и любезным. Просто помахать ручкой и услышать «Увидимся завтра» от того, на чей этаж лифт прибудет первым.</p>
    <p>Угловатая светодиодная «8» над дверями потеряла сегмент, превратившись в «9».</p>
    <p><emphasis>Но сейчас,</emphasis> подумала Мэри, <emphasis>простым «увидимся» не обойдёшься</emphasis>.</p>
    <p>Она почувствовала, как лифт остановился, и двери разъехались в стороны. За ними ожидал агент Бурштейн. Мэри кивнула ему. Она втайне надеялась, что он пойдёт за ними по коридору, но он, похоже, посчитал разумным остаться возле лифтов.</p>
    <p>Итак, Понтер и Мэри шли по коридору, минуя нишу с льдогенератором, а потом комнату за комнатой, пока…</p>
    <p>— Ну, — сказала Мэри ощущая, как забу́хало сердце, и полезла в сумочку за ключ-карточкой, — это моя.</p>
    <p>Потом посмотрела на Понтера. А Понтер посмотрел на неё. Он никогда не доставал ключ заранее — он вспоминал о нём в самый последний момент, пришелец из мира, в котором немногие двери имеют замки, да и те открываются по сигналу с компаньона.</p>
    <p>Понтер молчал.</p>
    <p>— Ну так, — неловко продолжила она, — тогда спокойной ночи?</p>
    <p>Понтер, по-прежнему молча, протянул руку и взял у неё ключ-карту. Он прижал её к замку и дождался, пока замигает светодиод. Потом он повернул ручку и широко распахнул дверь.</p>
    <p>Мэри обнаружила, что смотрит ему через плечо, проверяя, пуст ли коридор. Конечно, там был неизменный эфбээровец. Перед ним тоже, конечно, было неловко, но, по крайней мере, это не один из палеоантропологов.</p>
    <p>Рука Понтера тем временем медленно и плавно заскользила по руке Мэри к её плечу. Потом она так же мягко скользнула по её щеке, убирая за ухо прядь волос.</p>
    <p>А потом это, наконец, случилось.</p>
    <p>Его лицо приблизилось к её лицу, его губы коснулись её губ, и Мэри ощутила, как по телу растекается волна удовольствия. Его руки теперь обхватывали её, и она обхватила его, и…</p>
    <p>Мэри не могла сказать определённо, кто кого вёл, но они, боком, словно в танце, не размыкая объятий вошли в номер, и Понтер захлопнул дверь движением ноги.</p>
    <p>Потом Понтер резко присел и подхватил Мэри на руки, а потом понёс её, словно младенца, мимо двери в ванную к королевских размеров кровати и осторожно уложил на покрывало.</p>
    <p>Сердце Мэри заколотилось ещё сильнее. Так оно не билось уже двадцать лет, с того первого раза с Донни, когда её родители уехали на выходные.</p>
    <p>Понтер секунду помедлил; его руки вопросительно согнуты в локтях, будто давая ей последнюю возможность всё отменить. Мэри едва заметно улыбнулась и потянулась к нему, обхватила за мускулистую шею и потянула к себе на кровать.</p>
    <p>На мгновение Мэри представила себе сцену вроде тех, что она много раз видела в кино, но ни разу не испытывала в реальной жизни: как одежда магическим образом сползает с их тел по мере того, как они, сцепившись, катаются по простыням.</p>
    <p>Но так, конечно, не бывает. Мэри вдруг осознала, что Понтер не имеет ни малейшего понятия о том, как расстёгиваются пуговицы и совершенно в них запутался, хотя ей и нравилось, как костяшки его пальцев упираются ей в грудь.</p>
    <p>Мэри надеялась, что она сама справится лучше — во время покушения Хак объяснил ей, как расстёгиваются застёжки на неандертальской одежде. Правда, в прошлый раз она это делала при свете дня. Сейчас же они с Понтером были практически впотьмах. Никто из них не включил свет, когда они входили в номер; комната освещалась лишь светом, проникающим с улицы через окна, тяжёлые коричневые занавеси на которых не были задёрнуты.</p>
    <p>Они перекатились так, чтобы Мэри оказалась наверху. Она подтянулась и уселась Понтеру на грудь, а потом нащупала верхнюю пуговицу блузки. Она расстегнулась без усилий. Мэри взглянула вниз и разглядела на фоне выглядывающего из-под блузки бледного треугольника своей кожи маленькое золотое распятие — то, которое она купила взамен отданного Понтеру.</p>
    <p>Она расстегнула вторую пуговицу, и блузка распахнулась ещё шире, открывая верхнюю часть простого белого лифчика.</p>
    <p>Мэри взглянула на Понтера, пытаясь прочитать выражение его лица, но он смотрел на её грудь, и выступающее надбровье не давало рассмотреть глаза. Смотрит он с удовольствием, или в смятении? Она понятия не имела, насколько грудасты обычно неандертальские женщины, но если судить по Тукане Прат, у них на теле много волос, тогда как на груди Мэри волос нет вообще.</p>
    <p>А потом, в полутьме, она услышала, как Понтер произнёс своим собственным голосом:</p>
    <p>— Ты так прекрасна.</p>
    <p>И Мэри ощутила, как беспокойство и неуверенность утекают из её тела. Она расстегнула оставшиеся пуговицы, а потом потянулась руками за спину и расцепила застёжку лифчика. Он соскользнул с её грудей, и руки Понтера скользнули вверх по её животу, дотянулись, накрывая их, взвешивая в ладонях. А потом он потянул её вниз, и его широкий рот нашёл её левую грудь, и Мэри ахнула, когда вся она уместилась у него во рту, а его язык начал её поглаживать и ласкать.</p>
    <p>А потом он переместился к правой груди, и его язык прочертил влажную полосу по ложбинке между ними, и она почувствовала, как он зажал губами правый сосок и мягко за него потянул, и Мэри ощутила, как волны электричества пробегают вверх-вниз вдоль позвоночника.</p>
    <p>Несмотря на то, что Понтер всё ещё был полностью одет, она ощутила бёдрами его эрекцию. Ей вдруг страшно захотелось увидеть её; она уже видела его голым, когда они находились на карантине в доме Рубена Монтего, но только в спокойном состоянии. Она приподнялась на руках — её сосок выскользнул у него из губ — и сдвинулась ниже по его торсу так, чтобы руки оказались на уровне пояса. Однако тут же пришла в замешательство — она понятия не имела, как расстёгиваются его штаны. Медицинский пояс Понтер сбросил, как только они вошли в комнату, но на штанах не было никаких застёжек, хотя ткань на нужном месте выразительно оттопыривалась.</p>
    <p>Понтер рассмеялся, протянул руку и сделал что-то со своими штанами, отчего они внезапно перестали плотно облегать пояс. Он выгнул спину и стянул их на бёдра и…</p>
    <p>И стало ясно, что нижнего белья неандертальцы не носят.</p>
    <p>Он был массивный — длинный и толстый. Необрезанный, хотя головка высовывалась далеко за пределы крайней плоти. Мэри медленно провела рукой вдоль всей его длины, чувствуя, как он подрагивает в такт ударам сердца.</p>
    <p>Потом она слезла с него и помогла полностью освободиться от штанов. Его ступни были заключены в приделанные к штанинам клапаны, стянутые ремешками в двух местах, но он быстро от них избавился. Теперь он был обнажён ниже пояса — а Мэри выше. Она свесила ноги с кровати, встала, быстро сбросила туфли, расстегнула юбку и дала ей упасть на пол. Понтер не отводил взгляда от её тела, и она видела, как его глаза округлились. Она взглянула вниз и рассмеялась: на ней были простые бежевые трусики, и при тусклом освещении казалось, что у неё там всё ровно и гладко. Она запустила большие пальцы под резинку и стянула их на пол, открыв…</p>
    <p id="id59783__msoanchor_44">Она слышала, что сейчас было модно удалять почти все лобковые волосы; однажды она слышала, как Говард Стерн<a l:href="#id20150414092305_84">[84]</a> называл то, что при этом оставляют, «взлётной полосой». Мэри не делала ничего такого, только немного подбривала по краям, когда брила ноги, и она вдруг осознала, что Понтер впервые видит густые волосы на теле глексенской женщины. Он улыбнулся, явно обрадованный открытием, и скатился с кровати, встав рядом с ней. Потом особым образом коснулся своей рубахи, и она расползлась по швам, как на Брюсе Бэннере<a l:href="#id20150414092305_85">[85]</a>, и упала на застеленный ковром пол.</p>
    <p>И теперь они стояли в метре друг от друга, оба полностью голые, за исключением компаньона Понтера и повязки у него на плече, там, куда попала пуля. Понтер шагнул вперёд и снова обхватил Мэри руками, и они опять повалились на кровать.</p>
    <p>Мэри хотела ощутить его внутри себя — но не прямо сейчас, не так быстро. У них много времени, и усталость, побуждавшая поначалу Мэри сказать «спокойной ночи», испарилась без следа. Но, однако, как неандертальцы занимаются любовью? Что если что-то для них табу, а что-то они находят отвратительным? Она решила отдать инициативу Понтеру, но тот также медлил, предположительно, по той же самой причине, и в конце концов Мэри обнаружила, что делает нечто, чего она никогда раньше сама не начинала — ведёт языком вниз по мускулистому волосатому торсу Понтера через рельефные бугры его пресса. После секундной паузы, давая Понтеру возможность остановить её, если он захочет, она открыла рот и скользнула им по его пенису.</p>
    <p>Понтер испустил довольный вздох. Мэри уже делала такое с Кольмом, но всегда без особого энтузиазма, зная, что это нравится ему, но сама не испытывая от процесса никакого удовольствия. Однако в этот раз она пожирала Понтера горячо и страстно, наслаждаясь ритмичным подрагиванием его массивного органа и солоноватым вкусом его кожи. Но она не хотела довести его таким образом до оргазма, а если он возбуждён хотя бы вполовину так, как она, то до этого было уже недалеко. Поэтому Мэри одним долгим медленным движением выпустила его пенис изо рта, посмотрела на него и улыбнулась. Он уложил её на спину и ответил тем же, его язык сразу нащупал её клитор и начал его ласкать быстрыми движениями. Она тихонько застонала — только потому, что специально старалась стонать громко. Понтер попеременно то быстро двигал языком вверх-вниз, то покусывал её половые губы.</p>
    <p>Мэри испытывала наслаждение от каждой секунды, но не хотела от этого кончить, не в первый раз с ним. Она хотела ощутить его <emphasis>внутри</emphasis> себя. Понтер, похоже, думал о том же самом, потому что поднял голову и посмотрел на неё — ёго борода влажно поблёскивала в полумраке.</p>
    <p>Она ожидала, что он просто надвинется на неё и войдёт в неё в процессе, но вместо этого он внезапно перевернул её на живот. Мэри снова ахнула, в этот раз от неожиданности. Она никогда раньше не пробовала анальный секс и не была уверена, что хочет пробовать его сейчас. Но руки Понтера вдруг скользнули по её ягодицам, поднырнули под неё и резко потянули вверх, так что она оказалась на четвереньках, а потом его длинный пенис вошёл в её вагину сзади. Мэри крякнула, принимая его в себя, но была в то же время обрадована, что он не стал исследовать неосвоенные территории. Его руки заскользили дальше и накрыли её груди, а он тем временем ритмично задвигался взад-вперёд. Мэри пару раз пробовала раньше по-собачьи, но Кольму явно недоставало длины, чтобы доставить ей удовольствие в такой позиции. Однако Понтер…</p>
    <p>Понтер был великолепен!..</p>
    <p>Представляя себе этот момент — и одновременно каждый раз пытаясь прогнать эти фантазии прочь — она всегда видела их делающими это в миссионерской позиции — его рот лобзает её губы в то время, как пенис бьётся в неё, словно перфоратор. Однако…</p>
    <p>Однако эта позиция не просто так зовётся миссионерской; даже на этой Земле её предпочитают далеко не все.</p>
    <p>Понтер, очевидно, думал о том же самом. Он говорил тихо, и Хак переводил его слова так же тихо. Однако от осознания того, что компаньон воспринимает происходящее во всей его полноте, у Мэри всё сжалось внутри. Она никогда не занималась сексом в присутствии кого-то третьего и дважды сумела переубедить Кольма, когда он заговаривал о том, чтобы заснять процесс на видео.</p>
    <p>— У вас это так делают? — тихо произнёс Хак от имени Понтера.</p>
    <p>Мэри попыталась выбросить мысль о Хаке из головы и ответила:</p>
    <p>— Обычно мы это делаем лицом к лицу.</p>
    <p>— О, — сказала Понтер, и Мэри почувствовала, как он выходит из неё. Она подумала, что он собирается просто перевернуть её на спину, но он встал рядом с кроватью и протянул к ней руку. Мэри недоумённо взяла его за руку, и он поднял с кровати и её — его твёрдый пенис упёрся в её мягкий живот. Он опустил руки, взял обе её ягодицы в свои широченные ладони и приподнял её над полом. Ноги Мэри будто сами собой разошлись и обхватили его вокруг пояса, и он опустил её прямо на свой пенис и практически без усилий начал двигать её вверх-вниз. Их губы соединились в поцелуе, её сердце стучало, его грудь вздымалась, и Мэри, задрожав всем телом и уже не в силах сдерживать стон, кончила, а Понтер тем временем ещё более ускорил ритм своих толчков, и Мэри немного отстранилась от него и глядела в его лицо, в его прекрасные золотистые глаза, которые он не отводил от неё, на его сотрясаемое оргазмом тело. И, наконец, они без сил повалились на кровать, она прижимала к себе его, а он — её.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 26</p>
    </title>
    <p>Ни Мэри, не Понтер не позаботились о том, чтобы задёрнуть тяжёлые занавеси на окнах номера, так что когда взошло солнце, Мэри проснулась и увидела, что Понтер проснулся тоже.</p>
    <p>— Доброе утро, — сказала она, глядя на него. Он, однако, уже некоторое время не спал, и когда он повернулся к ней лицом, из его глубоких глазниц вытекали слёзы.</p>
    <p>— Что случилось? — спросила Мэри, осторожно утирая ему слёзы.</p>
    <p>— Ничего, — сказала Понтер.</p>
    <p>Мэри делано нахмурилась.</p>
    <p>— Чёрта с два ничего, — сказала она. — Рассказывай.</p>
    <p>— Прости, — сказал Понтер. — Вчера…</p>
    <p>Мэри ощутила, как её сердце куда-то проваливается. Она считала, что вчера всё было просто великолепно. Неужели ему не понравилось?</p>
    <p>— И что же вчера?</p>
    <p>— Прости, — повторил он. — Это был первый раз с женщиной с тех пор, как…</p>
    <p>Брови Мэри взлетели вверх — её осенило.</p>
    <p>— С тех пор, как умерла Класт, — тихо закончила она.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Мне её так не хватало, — пожаловался он.</p>
    <p>Мэри положила руку ему на грудь, ощутила, как она поднимается и опускается в такт дыханию.</p>
    <p>— Как бы я хотела с ней познакомиться, — сказала она.</p>
    <p>— Прости меня, — сказала Понтер. — Ты была рядом, а Класт — нет. Я не должен был…</p>
    <p>— Нет-нет-нет, — сказала Мэри. — Всё в порядке. Всё хорошо. Я тебя… — Она едва успела остановить себя. — Я тебя не виню за то, что ты так к ней привязан.</p>
    <p>Она крепче обхватила его торс, крепче прижалась к нему. Нет, она не могла винить его за мысли о бывшей жене; в конце концов, она умерла не так уж давно, и…</p>
    <p>И внезапно Мэри подумала о том, кто <emphasis>не</emphasis> пришёл ей на ум с тех пор, как Понтер подхватил её на руки в коридоре, о безликом призраке из её прошлого, который <emphasis>не</emphasis> встал между ней и Понтером. Но эта мысль ушла так же быстро, как и появилась, и так, одной рукой обхватывая Понтера и чувствуя его руку у себя на спине, она снова заснула, ни о чём не беспокоясь.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>— Так вы имели с глексенской женщиной интимные отношения? — переспросил Селган, по-видимому, пытаясь скрыть своё удивление.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер кивнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что? — вскинулся Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но она… она глексенка. — Селдон помолчал, потом пожал плечами. — Она принадлежит к другому виду.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Она </emphasis>человек<emphasis>, — твёрдо сказал Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Больше никаких «но»! — сказал Понтер. — Она человек. Они </emphasis>все<emphasis> — люди, все живущие в том мире.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Как скажете. И всё же…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы их не знаете, — сказал Понтер. — Вы не встречались ни с кем из них. Они люди. Они — это </emphasis>мы.</p>
    <p><emphasis>— Вы говорите так, будто оправдываетесь, — заметил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер покачал головой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет. Вы, возможно, правы относительно других вещей, но здесь вы ошибаетесь. У меня нет никаких сомнений. Мэре Воган, Лу Бенуа, Рубен Монтего, Элен Ганье и все другие, с кем я там общался — человеческие существа. Вы придёте к пониманию этого; весь наш народ это когда-нибудь поймёт.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И всё же вы плакали.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Как я и сказал Мэре: я вспоминал Класт.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы не чувствовали себя виноватым?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В чём?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Двое не были Одним в тот день.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер задумался.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, пожалуй, это так. То есть, я об этом ни разу не задумался. В мире глексенов мужчины живут с женщинами весь месяц, и…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— А когда ты в Бестобе, живи, как бестобцы?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер пожал плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Как по-вашему, ваш партнёр думает так же, как и вы?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— О, Адекор не стал бы возражать. Наоборот, он бы обрадовался. Он хотел, чтобы я нашёл себе новую женщину, и, в общем…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В общем, что?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Лучше глексенка в неурочное время, чем Даклар Болбай, когда Двое становятся Одним. Я думаю, таково его мнение по этому вопросу.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Наконец, Мэри и Понтер выбрались из номера. Они пропустили три утренних доклада, но это было не страшно — Мэри ещё в Нью-Йорке скачала pdf-ку с тезисами и потому знала, что все они посвящены Homo erectus и попыткам восстановить Homo ergaster в качестве отдельного вида. Для этих древних форм человека никогда не удавалось получить образцы ДНК, так что Мэри они интересовали мало.</p>
    <p>В коридоре к ним подошёл человек из ФБР.</p>
    <p>— Посланник Боддет, — сказал он. — Это прислали для вас «ФедЭксом» из Садбери.</p>
    <p>Он протянул Понтеру диппакет. Понтер взял его, открыл футляр и извлёк из него бусину памяти.</p>
    <p>— Прости, я должен сразу её прослушать, — сказал он Мэри. Та улыбнулась.</p>
    <p>— Я определённо не хочу слушать, как на тебя будут орать. Пойду посмотрю поразглядываю стенды.</p>
    <p>Понтер улыбнулся и вернулся в номер. Эфбээровец остался на страже в коридоре, а Мэри пошла к лифтам.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_46">Пришёл лифт. Мэри спустилась вниз, на галерею над холлом, где была устроена выставка стендов Ассоциации американских археологов. Собственно, их конференция начнётся лишь завтра, и они с Понтером на неё не останутся, но несколько участников уже выставили свои стенды. Мэри начала осматривать двойной стенд, посвящённый керамике хопи<a l:href="#id20150414092305_86">[86]</a>.</p>
    <p>Когда некоторое время спустя Понтер так и не явился, она забеспокоилась и поднялась обратно на двенадцатый этаж.</p>
    <p>Эфбээровец всё ещё дежурил в коридоре.</p>
    <p>— Вы ищете посланника Боддета, мэм?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Он в своей комнате, — сказал агент.</p>
    <p>Мэри подошла к двери его номера и постучала. Через секунду дверь открылась.</p>
    <p>— Мэре! — сказал Понтер.</p>
    <p>— Привет, — ответила она. — Можно войти?</p>
    <p>— Да-да, конечно.</p>
    <p>Чемодан Понтера странной трапециевидной формы, который он привёз из своего мира, лежал открытым на кровати.</p>
    <p>— Что ты делаешь? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Собираюсь.</p>
    <p>— Тебя всё-таки отзывают? Ты же говорил, что не вернёшься. — Она нахмурилась. Конечно, теперь, когда ещё двенадцать неандертальцев находятся в Нью-Йорке, ему уже не нужно оставаться здесь, чтобы портал не закрыли, но вообще-то после того, что случилось вчера вечером…</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер. — Нет, меня никто не принуждает. Бусина памяти была от моей дочери, Жасмель Кет.</p>
    <p>— О Боже, с ней всё в порядке?</p>
    <p>— С ней всё хорошо. Она дала согласие стать партнёршей Триона, молодого человека, с которым встречается.</p>
    <p>Мэри вскинула брови.</p>
    <p>— Ты хочешь сказать, что твоя дочь выходит замуж?</p>
    <p>— Да, пожалуй, можно сказать и так. Я должен вернуться домой, чтобы принять участие в церемонии.</p>
    <p>— Когда это будет?</p>
    <p>— Через пять дней.</p>
    <p>— Вау, — сказала Мэри. — У вас времени не теряют.</p>
    <p>— На самом деле Жасмель и так подзатянула. Зачатие поколения 149 назначат уже очень скоро. Жасмель всё ещё не нашла себе партнёршу, но это дело не такое спешное.</p>
    <p>— Ты видел этого… Триона?</p>
    <p>— Да, несколько раз. Очень приличный молодой человек.</p>
    <p>— Гмм, Понтер, ты уверен, что это не какой-нибудь трюк? Ну, чтобы выманить тебя отсюда?</p>
    <p>— Это не трюк. Послание на самом деле от Жасмель, а она никогда не станет мне лгать.</p>
    <p>— Ну, тогда нам надо побыстрее доставить тебя в Садбери, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Спасибо. — Понтер на мгновение замолчал, будто раздумывая, потом сказал: — А ты не хочешь… не хотела бы пойти со мной на церемонию вступления в союз? По обычаю должны присутствовать родители, но…</p>
    <p>Но мать Жасмель Кет умерла. Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— С превеликим удовольствием, — сказала она. — Но… мы можем остаться на презентацию моей работы? Это сегодня в четырнадцать тридцать. Не хочу пользоваться военными метафорами, но мне бы очень хотелось взорвать эту бомбу.</p>
    <p>— Прости? — сказал Понтер.</p>
    <p>— Она наделает много шума.</p>
    <p>— Ах, — до Понтера, наконец, дошло. — Да, конечно, мы останемся на твою презентацию.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Работа Мэри и в самом деле была хитом конференции — ведь она, в конце концов, ставила точку в одном из самых длительных дебатов, имевших место в антропологии, провозгласив Homo neanderthalensis отдельным биологическим видом. При обычных обстоятельствах она должна бы была опубликовать предварительное сообщение, но её работа была включена в программу конференции в последнюю минуту, а её названия — «Неандертальская ядерная ДНК и разрешение таксономического вопроса» — было достаточно, чтобы конференц-зал оказался заполнен до отказа.</p>
    <p>И, разумеется, споры в зале начались сразу, как только она положила на проектор прозрачку с кариотипом Понтера. В конце концов Мэри была даже рада, что им с Понтером необходимо было уезжать сразу же, как только отведённые ей пятнадцать минут истекли. Понтер, увидев, сколько времени в программе отводится на одно выступление, поразил Мэри замечанием: «Тот парень, который рисовал банки с супом, гордился бы тобой».</p>
    <p>Перед выходом из отеля Мэри позвонила Джоку Кригеру в «Синерджи Груп». Джока порадовало, что у них с Понтером всё хорошо, а известие о том, что у неё появилась возможность посетить неандертальский мир, привело его в восторг. У него, однако, была одна просьба:</p>
    <p>— Я хочу, чтобы вы там провели один простой эксперимент.</p>
    <p>— Да? — ответила Мэри.</p>
    <p>— Раздобудьте компас — обычный магнитный компас, и когда вы окажетесь в другом мире, сориентируйтесь по сторонам света каким-нибудь иным способом и убедитесь, что вы стоите лицом к северу. Найдите Полярную звезду, если это будет ночь, или заметьте, где встаёт или садится солнце, если это будет днём. Понятно? А потом посмотрите, куда будет показывать окрашенная часть стрелки компаса.</p>
    <p>— Она должна показывать на север, — сказала Мэри. — Разве не так?</p>
    <p>— Вот что бывает, когда пропускают собрания персонала, — сказал Джок. — Неандертальцы утверждают, что в их мире уже произошла смена полярности магнитного поля Земли, которая только-только начинается у нас. Я хочу, чтобы вы узнали, правда ли это.</p>
    <p>— Зачем они стали бы врать о чём-то вроде этого?</p>
    <p>— Я уверен, что не стали бы. Но они могли ошибиться. Помните, у них нет спутников, а мы изучаем магнитное поле Земли в основном с орбиты.</p>
    <p>— Ладно, — сказала Мэри.</p>
    <p>Она замолчала, и Джок воспринял это как знак к окончанию разговора.</p>
    <p>— Ну, значит, договорились. Удачной поездки!</p>
    <p>Она положила трубку. В этот момент в комнату вошёл Понтер и увидел, что она готова отправляться.</p>
    <p>— Я договорилась, что пригоню взятую напрокат машину обратно в Рочестер — это нам почти по дороге, — сказала Мэри. — Там мы пересядем на мою машину и поедем в Садбери, только…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Только я по дороге хотела бы заехать в Торонто, — сказала Мэри. — На самом деле это тоже по дороге, к тому же, ты ведь не можешь вести машину.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Понтер.</p>
    <p>Но Мэри почему-то чувствовала, что должна сказать ему больше.</p>
    <p>— Мне надо сделать в Торонто… пару дел.</p>
    <p>Понтер глядел на неё озадаченно, не понимая, зачем она оправдывается.</p>
    <p>— Как у вас говорят: «Нет проблем», — сказал он.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Понтер прибыли в Йоркский университет. Скрыть Понтера от окружающих не было никакой возможности. Зимой на него можно бы было натянуть лыжную шапочку до самых бровей и надеть лыжные очки, но в этот осенний день в таком наряде он бы бросался в глаза так же, как и в своём натуральном виде. Кроме того — Мэри передёрнуло — она вовсе не хотела видеть Понтера в чём-то, хоть отдалённо напоминающем балаклаву; она ни за что на свете не хотела смешивать эти два образа у себя в голове.</p>
    <p>Они припарковались на стоянке для гостей и пошли через кампус пешком.</p>
    <p>— Мне здесь не нужна охрана? — спросил Понтер.</p>
    <p>— В Канаде носить оружие запрещено, — сказала Мэри. — Не то чтобы никто его не носил, но… — Она пожала плечами. — Здесь многое не так, как в Америке. Последнее политическое убийство в Канаде было в 1970 году, и оно было связано с попыткой отделения Квебека. Я не думаю, что тебе стоит беспокоиться больше, чем любой другой канадской знаменитости. Я прочитала в «Стар», что в город приехали снимать фильм Джулия Робертс и Джордж Клуни. Поверь, они гораздо привлекательнее для зевак, чем ты или я.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_47">— Отлично, — сказал Понтер. Они миновали приземистое здание «Йорк Лэйнс»<a l:href="#id20150414092305_87">[87]</a> и направились к…</p>
    <p>Это было неизбежно. Мэри знала это с самого начала: по-другому от гостевой парковки не пройти. Они с Понтером приближались к месту, где две смыкаются две бетонные подпорные стены, к месту, где…</p>
    <p>Мэри протянула руку, нащупала Понтерову массивную ладонь и переплела свои пальцы с его. Она ничего не сказала, даже не взглянула на стену; она смотрела прямо перед собой.</p>
    <p>Понтер, однако, смотрел по сторонам. Мэри никогда не рассказывала ему, где конкретно произошло изнасилование, но она заметила, как он отмечает укромные места, разросшиеся деревья и расстояние до ближайшего фонарного столба. Если он и догадался, то ничего не сказал, и Мэри была благодарна за надёжную тяжесть его руки.</p>
    <p>Они шли дальше. Солнце играло в прятки среди пышных белых облаков. Кампус кишел молодёжью: некоторые всё ещё в шортах, большинство в джинсах, редкие студенты-юристы — в костюмах и при галстуках.</p>
    <p>— Этот гораздо больше, чем Лаврентийский, — сказал Понтер, вертя головой в разные стороны. Лаврентийский университет в городе Садбери, поблизости от которого Понтер появился в этом мире, был местом, где Мэри выполнила анализ ДНК, показавший, что Понтер действительно неандерталец.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_48">— О да, — сказала она. — И это лишь один из двух — ну, реально трёх<a l:href="#id20150414092305_88">[88]</a> — университетов в Торонто. Если хочешь увидеть действительно гигантский, я тебе как-нибудь покажу Университет Торонто.</p>
    <p>В то время, как Понтер оглядывался по сторонам, люди оглядывались на него. Одна женщина даже поздоровалась с Мэри, как давняя подруга, хотя Мэри не могла даже вспомнить её имени, и они сотни раз проходили мимо, не замечая друг друга. Однако теперь она воспользовалась возможностью рассмотреть Понтера вблизи, пока пожимает Мэри руку.</p>
    <p>Наконец, они отвязались от неё и пошли дальше.</p>
    <p>— Вот здание, в котором я работаю, — сказала Мэри, показывая на него. — Оно называется Фаркуарсон-билдинг.</p>
    <p>Понтер продолжал с интересом оглядываться вокруг.</p>
    <p>— Из всех мест, где я был в вашем мире, мне кажется, университетские кампусы приятнее всего. Здесь так просторно и много зелени.</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Здесь и правда неплохая жизнь, — согласилась она. — Во многих отношениях более цивилизованная, чем в реальном мире.</p>
    <p>Они вошли в Фаркуарсон-билдинг и поднялись по лестнице на второй этаж. Войдя в коридор, Мэри заметила на дальнем его конце знакомую фигуру.</p>
    <p>— Корнелиус! — позвала она.</p>
    <p>Человек обернулся и прищурился — по-видимому, зрение у него было не такое острое, как у Мэри. Но через секунду он её узнал.</p>
    <p>— Привет, Мэри, — крикнул он и пошёл к ним.</p>
    <p>— Не беспокойтесь, — крикнула ему Мэри. — Я просто забежала в гости.</p>
    <p>— Ты ему не нравишься? — тихо спросил Понтер.</p>
    <p>— Не в этом дело, — усмехнулась Мэри. — Просто ему достались мои преподавательские часы на то время, что я работаю в «Синерджи Груп».</p>
    <p>Когда Корнелиус подошёл ближе и разглядел, с кем заявилась Мэри, он так и вытаращился на Понтера, однако быстро опомнился.</p>
    <p>— Доктор Боддет, — сказал он и слегка поклонился.</p>
    <p>Мэри подумала, не сказать ли ему, что вот, мол, далеко не всех больших шишек величают профессорами, но потом решила промолчать; Корнелиус и так относится к этому слишком болезненно.</p>
    <p>— Здравствуйте, — ответил Понтер.</p>
    <p>— Понтер, это Корнелиус Раскин. — Как всегда в таких случаях, Мэри сделала неестественно длинную паузу между именем и фамилией, чтобы Понтер смог их различить. — Он Ph.D. — это наша высшая учёная степень — в области молекулярной биологии.</p>
    <p>— Рад с вами познакомиться, профессор Раскин, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри не стала его поправлять — он так старался соблюдать все принятые у людей формальности, что безусловно заслуживал пятёрки по этому предмету. Но если Корнелиус и заметил оговорку, то не подал виду, всё ещё под впечатлением от неожиданной встречи.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал он. — Что вас сюда привело?</p>
    <p>— Машина Мэре, — ответил Понтер.</p>
    <p>— Мы возвращаемся в Садбери, — пояснила Мэри. — Дочь Понтера выходит замуж, и он должен присутствовать на церемонии.</p>
    <p>— Поздравляю, — сказал Корнелиус.</p>
    <p>— Вы не видели Дарию Клейн? — спросила Мэри. — Или Грэма Смайта?</p>
    <p>— Смайта я сегодня не видел, — ответил Корнелиус, — а Дария в вашей старой лаборатории.</p>
    <p>— А Кейсер?</p>
    <p>— Должно быть, у себя в кабинете. Хотя я не уверен.</p>
    <p>— О’кей, — сказала Мэри. — Ладно, я хотела забрать пару вещей. Ещё увидимся.</p>
    <p>— Будьте здоровы, — сказал Корнелиус. — До свидания, доктор Боддет.</p>
    <p>— Здравого дня, — ответил Понтер и пошёл вслед за Мэри. Они подошли к двери, и Мэри постучала.</p>
    <p>— Кто там? — спросил женский голос из-за двери.</p>
    <p>Мэри приоткрыла дверь.</p>
    <p>— Мэри! — изумлённо воскликнула женщина.</p>
    <p>— Привет, Кейсер, — сказала Мэри, широко улыбаясь. Она распахнула дверь так, чтобы было видно Понтера. Карие глаза Кейсер стали круглыми.</p>
    <p>— Профессор Кейсер Ремтулла, — сказала Мэри. — Познакомьтесь с моим другом Понтером Боддетом. — Она повернулась к Понтеру. — Кейсер возглавляет факультет генетики Йоркского университета.</p>
    <p>— Потрясающе, — сказала Кейсер, пожимая Понтеру руку. — Просто потрясающе.</p>
    <p>Мэри хотела было сказать «Да, он такой», но решила оставить эту мысль при себе. Они поболтали с Кейсер несколько минут о факультетских новостях, а потом Кейсер засобиралась на занятия, и Мэри с Понтером двинулись дальше по коридору. Подойдя к двери в окном в ней, Мэри постучалась, и они вошли.</p>
    <p>— Есть кто дома? — спросила Мэри у согнувшейся над столом женской фигуры, стоявшей спиной к ним.</p>
    <p>Женщина обернулась.</p>
    <p>— Профессор Воган! — радостно воскликнула она. — Как я рада вас видеть! И… Боже мой! Это…?</p>
    <p>— Дария Клейн, это Понтер Боддет.</p>
    <p>— Вау, — сказала Дария, а потом повторила, словно одного раза ей показалось недостаточно. — Вау!</p>
    <p>— Дария работает над диссертацией, защитив которую, она получит степень Ph.D. Она специализируется на том же, что и я — на извлечении ДНК из древних образцов.</p>
    <p>Мэри поболтала несколько минут с Дарией, пока Понтер, который, будучи учёным, очень интересовался глексенскими технологиями, с любопытством оглядывал лабораторию. Наконец, Мэри сказала:</p>
    <p>— Ну ладно, нам пора двигаться. Я только хотела забрать несколько образцов, которые здесь оставляла.</p>
    <p>Она пересекла помещение и подошла к холодильнику для хранения биологических образцов, отметив, что к карикатурам Сидни Харриса и Гэри Ларсена, которые она налепила на дверцу собственноручно, теперь добавились новые. Она открыла металлическую дверцу и ощутила ударивший в лицо морозный воздух.</p>
    <p>Внутри было две дюжины контейнеров различного размера. На некоторых были напечатанные на принтере этикетки; на других — полоски грунтовочной ленты, надписанные несмываемым маркером. Мэри не видела образцов, за которыми пришла; пока её не было, их уже наверняка задвинули к самой задней стенке. Она начала передвигать контейнеры, достала два крупных, обозначенных как «Кожа сибирского мамонта» и «Инуитская плацента», и поставила их на стол рядом с холодильником, чтобы они не загораживали обзор.</p>
    <p>У Мэри тревожно забилось сердце.</p>
    <p>Она снова начала рыться среди замороженных образцов, чтобы убедиться, что ничего не пропустила.</p>
    <p>Но она не ошиблась.</p>
    <p>Два контейнера, которые она обозначила как «Воган 666», два контейнера, содержавшие физические улики совершённого изнасилования, пропали.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 27</p>
    </title>
    <p>— Дария! — крикнула Мэри. Понтер склонился к ней, явно недоумевая о причинах её расстройства. Но Мэри проигнорировала его и позвала Дарию снова.</p>
    <p>Аспирантка с озабоченным видом кинулась к ней.</p>
    <p>— Что случилось? — спросила она со смятением в голосе, подразумевающем «Что я натворила?»</p>
    <p>Мэри отступила от холодильника так, чтобы Дария могла заглянуть внутрь, и устремила на него обвиняющий перст.</p>
    <p>— Я оставляла здесь два контейнера с образцами, — сказала Мэри. — Где они?</p>
    <p>Дария покачала головой.</p>
    <p>— Я ничего не брала. Я вообще этот холодильник не открывала с тех пор, как вы уехали в Рочестер.</p>
    <p>— Это точно? — спросила Мэри, пытаясь прогнать панику из своего голоса. — Два контейнера для образцов, оба матовые, оба подписанные красным маркером — «2 августа», — эту дату она будет помнить до конца жизни, — и «Воган 666».</p>
    <p>— А, да, — сказала Дария, — я как-то их видела, когда работала по Рамзесу. Но я их не трогала.</p>
    <p>— Вы совершенно в этом уверены?</p>
    <p>— Да, абсолютно. А что случилось?</p>
    <p>Мэри пропустила вопрос мимо ушей.</p>
    <p>— Кто имеет доступ к холодильнику? — спросила она, хотя уже знала ответ.</p>
    <p>— Я, — сказала Дария, — Грэм и остальные аспиранты, преподаватели, профессор Ремтулла. И, наверное, уборщики — все, у кого есть ключ.</p>
    <p>Уборщики! Мэри видела уборщика в коридоре первого этажа непосредственно перед…</p>
    <p>Перед тем, как на неё напали.</p>
    <p>И — <emphasis>Боже, как я могла быть такой дурой?</emphasis> — не нужно быть профессором генетики, чтобы понять, что нечто, помеченное именем жертвы, числом Зверя и датой изнасилования — это то, что тебе нужно.</p>
    <p>— Это было что-то важное? — спросила Дария. — Материалы по странствующему голубю?</p>
    <p>Мэри выхватила из холодильника ещё один контейнер.</p>
    <p>— Вот <emphasis>это</emphasis> вот — долбаный странствующий голубь! — заорала она, с грохотом опуская контейнер на стол.</p>
    <p>Транслятор Понтера пискнул.</p>
    <p>— Мэре… — тихо произнёс он.</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вздох и медленно выпустила воздух. Её всю била дрожь.</p>
    <p>— Профессор Воган, — сказала Дария. — Я клянусь, я не…</p>
    <p>— Я знаю, — сказала Мэри уже более спокойным голосом. — Я знаю. Она посмотрела на Понтера, лицо которого выражало чрезвычайное беспокойство, и на Дарию, которая была откровенно напугана. — Простите меня, Дария. Просто… Просто это были уникальные образцы. Незаменимые. — Она чуть пожала плечами, всё ещё злясь на себя, но пытаясь не подавать вида. — Я не должна была оставлять их здесь.</p>
    <p>— Что это было? — спросила Дария — любопытство в ней пересилило страх.</p>
    <p>— Ничего, — ответила Мэри, качая головой и направляясь и двери, даже не оглянувшись, чтобы посмотреть, идёт ли Понтер за ней. — Вообще ничего.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер нагнал Мэри в коридоре и тронул за плечо.</p>
    <p>— Мэре…</p>
    <p>Мэри остановилась и на секунду прикрыла глаза.</p>
    <p>— Я скажу тебе, — проговорила она, — но не сейчас.</p>
    <p>— Тогда давай уйдём отсюда, — сказал Понтер. Они с Мэри двинулись к лестнице. По дороге вниз им встретился уборщик в синем комбинезоне, шагающий вверх через две ступеньки, и Мэри показалось, что сердце сейчас выпрыгнет у неё из груди. Но нет, нет, то был Франко — она его знала довольно хорошо, и Франко был итальянцем. С карими глазами.</p>
    <p>— О, профессор Воган! — сказал он. — Я думал, вы уехали на весь год!</p>
    <p>— Так и есть, — ответила Мэри, пытаясь совладать с голосом. — Просто заехала в гости.</p>
    <p>— Ну, тогда всего хорошего, — сказал Франко и пошёл дальше.</p>
    <p>Мэри выдохнула и продолжила спуск. Она вышла из здания; Понтер следовал за ней по пятам. Они пошли к машине Мэри, но в этот раз она сделала большой крюк, чтобы не идти мимо сходящихся стен, у которых произошло нападение. Наконец, они добрались до парковки.</p>
    <p>Сели в машину. Внутри было жарко как в аду. Обычно летом Мэри оставляла стёкла самую малость приспущенными — а на дворе всё ещё было лето, осень официально начнётся только 21 сентября — но в этот раз забыла, слишком много всего всколыхнулось у неё в голове от возвращения в Торонто.</p>
    <p>Понтер моментально вспотел — он терпеть не мог жару. Мэри завела машину. Она нажала кнопку опускания стёкол и включила кондиционер на полную мощность. Через минуту он начал изрыгать холодный воздух.</p>
    <p>Так они и сидели в машине, стоящей на парковке с включённым двигателем, пока Понтер не спросил:</p>
    <p>— Итак?</p>
    <p>Мэри снова подняла стёкла, боясь, что их услышит кто-нибудь, проходя мимо.</p>
    <p>— Ты знаешь, что меня изнасиловали, — сказала она.</p>
    <p>Понтер кивнул и легонько коснулся её руки.</p>
    <p>— Я не сообщила о преступлении, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Без компаньонов и архивов алиби, — сказал Понтер, — в этом не было особого смысла. Ты говорила, что в вашем мире многие преступления остаются нераскрытыми.</p>
    <p>— Да, но… — у Мэри перехватило горло, и она замолчала, пытаясь совладать с чувствами. — Но я не подумала о последствиях. На этой неделе в кампусе снова кого-то изнасиловали. Возле Фаркуарсон-билдинг — того здания, где мы были.</p>
    <p>Глаза Понтера расширились.</p>
    <p>— И ты считаешь, что это был тот же самый?</p>
    <p>— Невозможно сказать с уверенностью, но…</p>
    <p>Она не договорила, но Понтер определённо понял её мысль. Если бы она сообщила об изнасиловании, возможно, преступника схватили бы прежде, чем он надругался бы над кем-то ещё.</p>
    <p>— Ты не могла предвидеть, что всё так случится, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Очень даже могла, — резко ответила Мэри.</p>
    <p>— Ты знаешь, кто вторая жертва?</p>
    <p>— Нет. Нет, об этом не сообщают. А что?</p>
    <p>— Ты должна освободиться от этого бремени — а это возможно лишь путём прощения.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как затвердела её спина.</p>
    <p>— Я бы не смогла смотреть ей в глаза, — сказала он. — После того, чему я позволила случиться…</p>
    <p>— То была не твоя вина, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Я <emphasis>собиралась</emphasis> сделать то, что должна была, — сказала Мэри. — За этим я и приехала сюда, в кампус. Я хотела передать улики в полицию.</p>
    <p>— Они были в пропавших контейнерах?</p>
    <p>Мэри кивнула. В машине к этому времени уже стало совсем холодно, но она не выключала кондиционер. Она должна страдать, она этого заслужила.</p>
    <p>Не дождавшись от Мэри продолжения, Понтер сказал:</p>
    <p>— Если ты не можешь попросить прощения у других жертв, тогда ты должна простить сама себя.</p>
    <p>Мэри немного подумала над этим, а потом, ни слова не говоря, переключилась на заднюю передачу и начала выезжать с парковочного места.</p>
    <p>— Куда мы едем? — спросил Понтер. — К тебе домой?</p>
    <p>— Не совсем, — сказала Мэри, разворачивая машину и направляя её к выезду с парковки.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри вошла в деревянную исповедальню, встала коленями на специальную подушечку и перекрестилась. Маленькое окошко в стене, отделяющей её от священника, открылось, и она увидела профиль отца Калдикотта, вырисовывающийся на фоне деревянных планок.</p>
    <p>— Простите меня, отче, — сказала Мэри, — ибо я согрешила.</p>
    <p>У Калдикотта был лёгкий ирландский акцент, хоть он и прожил в Канаде уже сорок лет. — Как давно ты последний раз исповедалась, дочь моя?</p>
    <p>— В январе. Восемь месяцев.</p>
    <p>— Расскажи мне о твоём прегрешении. — Его тон остался нейтральным, не содержал ни упрёка, ни осуждения.</p>
    <p>Мэри открыла рот, но слова не шли. Через некоторое время священник подбодрил её:</p>
    <p>— Дитя моё…?</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.</p>
    <p>— Я… меня изнасиловали.</p>
    <p>Некоторое время Калдикотт молчал, по-видимому, раздумывая о том, как повести дальнейший разговор.</p>
    <p>— Ты сказала «изнасиловали». На тебя напали?</p>
    <p>— Да, отче.</p>
    <p>— И ты не давала согласия?</p>
    <p>— Нет, отче.</p>
    <p>— Тогда, дочь моя, на тебе нет греха.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как что-то сжимается у неё в груди.</p>
    <p>— Я знаю, отче. Не в этом мой грех.</p>
    <p>— Ах, — сказал Калдикотт, словно ему всё стало ясно. — Ты… ты забеременела? Ты сделала аборт, дочь моя?</p>
    <p>— Нет. Нет, я не забеременела.</p>
    <p>Калдикотт подождал, не продолжит ли Мэри говорить, но она молчала, и он заговорил сам:</p>
    <p>— Это случилось благодаря противозачаточному средству? Наверное, в подобных обстоятельствах…</p>
    <p>Мэри действительно глотала таблетки, но с этим она примирилась давным-давно. И всё-таки ей не хотелось лгать священнику, так что она очень осторожно подбирала слова:</p>
    <p>— Это не тот грех, в котором я хочу исповедаться, — тихо произнесла она. Потом снова вздохнула, собираясь с силами. — Мой грех в том, что я не сообщила о преступлении в полицию.</p>
    <p>Мэри услышала, как скрипнула под Калдикоттом скамья.</p>
    <p>— Господь знает о нём, — сказал он. — И Господь покарает того, кто сделал это с тобой.</p>
    <p>Мэри закрыла глаза.</p>
    <p>— Насильник напал снова. По крайней мере, я подозреваю, что это был тот же самый человек.</p>
    <p>— О, — сказал Калдикотт.</p>
    <p><emphasis>«О»? </emphasis>подумала Мэри. <emphasis>«О» и всё? Неужели это и всё, что он может…</emphasis></p>
    <p>Но отец Калдикотт продолжал:</p>
    <p>— Ты сожалеешь о том, что не заявила в полицию?</p>
    <p>Этот вопрос был, вероятно, неизбежен; раскаяние было частью пути к отпущению. И всё же голос Мэри дрогнул, когда она ответила:</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Почему ты не заявила, дочь моя?</p>
    <p>Мэри задумалась. Она могла бы сказать, что просто была слишком занята — и это была бы почти правда. Изнасилование произошло вечером накануне отъезда в Садбери. Но она приняла решение до того, как Рубен Монтего ей позвонил в поисках специалиста по неандертальской ДНК.</p>
    <p>— Я была напугана, — сказала она. — Я… рассталась с мужем. Я боялась того, что они со мной сделают, что будут говорить про меня, про мои моральные устои, если дело дойдёт до суда.</p>
    <p>— Однако кто-то другой пострадал из-за твоего… твоего бездействия, сказал Калдикотт.</p>
    <p>Слова священника напомнили ей о лекции по искусственному интеллекту, которую она прослушала несколько месяцев назад. Лектор из лаборатории робототехники Массачусетского технологического говорил об азимовских законах робототехники, первый из которых звучал как-то вроде «Робот не может навредить человеку или позволить, чтобы из-за его бездействия человеку был нанесён вред». И Мэри пришло в голову, что мир мог бы быть гораздо лучше, если бы люди тоже жили по этим законам.</p>
    <p>И всё же…</p>
    <p>И всё же как много принципов, которыми она руководствовалась в жизни, <emphasis>призывают</emphasis> к бездействию. Большинство из десяти заповедей приказывают тебе <emphasis>не</emphasis> делать того или этого.</p>
    <p>Грех Мэри состоял в преступном небрежении. И всё-таки Калдикотт, скорее всего, скажет, что это грех простительный, не смертный, но…</p>
    <p>Но что-то внутри Мэри в самом деле <emphasis>умерло</emphasis> в день, когда это случилось. И она была уверена, что то же самое произошло и с новой жертвой чудовища, кем бы она ни была.</p>
    <p>— Да, — сказала, наконец, Мэри, тихо, почти неслышно. — Кто-то пострадал из-за того, что я ничего не делала.</p>
    <p>Она заметила, как силуэт Калдикотта сдвинулся.</p>
    <p>— Я мог бы наложить епитимью молитвы и чтения Библии во искупление, но… — голос священника затих, явно предлагая Мэри закончить мысль.</p>
    <p>И Мэри кивнула, наконец, готовая озвучить решение, к которому уже пришла.</p>
    <p>— Но единственным правильным решением будет пойти в полицию и рассказать им всё, что я знаю.</p>
    <p>— Ты сможешь найти в себе силы для такого шага? — спросил Калдикотт.</p>
    <p>— Я постараюсь, отче. Но улики, которые я сохранила после изнасилования… они пропали.</p>
    <p>— Тем не менее у тебя есть информация, которая может помочь. Но если ты хочешь иную епитимью…</p>
    <p>Мэри снова закрыла глаза и помотала головой.</p>
    <p>— Нет. Нет, я пойду в полицию.</p>
    <p>— В таком случае… — сказал Калдикотт. — Бог, Отец наш всемилостивейший, примирился с миром через смерть и воскресение Сына Своего и ниспослал Святой Дух во искупление грехов, — Мэри вытерла слёзы, а Калдикотт продолжал: — Чрез это церковное таинство да наградит тебя Бог покоем и прощением. Отпускаю тебе грехи твои…</p>
    <p>И хотя самое трудное было ещё впереди, Мэри ощутила, как ослабевает давивший на неё груз.</p>
    <p>— …во имя Отца…</p>
    <p>Она пойдёт сегодня. Прямо сейчас.</p>
    <p>— …и Сына…</p>
    <p>Но она не пойдёт одна.</p>
    <p>— …и Святого Духа.</p>
    <p>Мэри перекрестилась.</p>
    <p>— Аминь, — сказала она.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 28</p>
    </title>
    <p>Понтер сидел на церковной скамье. Подойдя ближе, Мэри с удивлением обнаружила, что у него на коленях лежит книга, и Понтер листает её страницы.</p>
    <p>— Понтер? — позвала она.</p>
    <p>Он вскинул голову.</p>
    <p>— Как прошло? — спросил он.</p>
    <p>— Хорошо.</p>
    <p>— Полегчало?</p>
    <p>— Немного. Но мне всё ещё надо многое сделать.</p>
    <p>— Сколько необходимо, — сказал Понтер. — Я помогу всем, чем смогу.</p>
    <p>— Ты читаешь Библию? — потрясённо спросила Мэри, заглянув в его книгу.</p>
    <p>— О, значит, я правильно догадался! — обрадовался Понтер. — Это и есть главный текст вашей религии?</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри. — Но… но я считала, что ты не умеешь читать по-английски.</p>
    <p>— Я — нет. И Хак пока тоже. Но Хак может запомнить изображение каждой страницы, и когда такая функция станет доступна, переведёт её для меня.</p>
    <p>— Знаешь, я могу тебе достать говорящую Библию — либо устройство, которое умеет читать тексты, либо звукозапись, специально начитанную диктором. Есть великолепная серия Джеймса Эрла Джона…</p>
    <p>— Я даже не знал, что есть такая возможность, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Я не знала, что ты хотел бы читать Библию. Я… как-то не думала, что тебе она будет хоть как-то интересна.</p>
    <p>— Она важна для тебя, — сказал Понтер. — Значит, она важна и для меня.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Как мне повезло, что тебя нашла, — сказала она.</p>
    <p>Понтер попытался обратить всё в шутку.</p>
    <p>— Меня легко заметить в толпе, — сказала он.</p>
    <p>Всё ещё улыбаясь, Мэри кивнула.</p>
    <p>— Действительно. — Она посмотрела на висящее над кафедрой распятие и снова перекрестилась. — Однако идём, надо двигаться.</p>
    <p>— Куда теперь? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри глубоко вздохнула.</p>
    <p>— В полицейский участок.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>— «Она важна для тебя», — повторил Селган. — «Значит, она важна и для меня».</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер посмотрел на своего скульптора личности.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, именно так я и сказал.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И это правда было единственное, что побудило вас ознакомиться с данной книгой?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что вы имеете в виду?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Разве не в этой книге содержатся якобы исторические свидетельства, о которых вы упоминали ранее? Разве не эта книга является их основным доказательством существования жизни после смерти?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я честное слово не знаю, — сказал Понтер. — Это довольно объёмистая книга — не слишком толстая, но символы в ней очень мелкие, а бумага самая тонкая из всего, что я видел. Её перевод займёт приличное время.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И тем не менее вы решили её осмотреть.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В помещении, где я ожидал Мэре, было несколько копий этой книги. По одной на каждое сидячее место, я полагаю.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы слушали звуковую версию, как предлагала Мэре?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер покачал головой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но вы всё ещё хотите узнать, в чём состоят эти предполагаемые доказательства?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мне любопытно, да.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Насколько любопытно? — спросил Селган. — Насколько это важно для вас?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер пожал плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы обвиняли меня в узости кругозора. Но это не так. Если в этой нелепой теории есть хоть крупица правды, я хотел бы это знать.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Зачем?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Просто любопытно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И всё? — спросил Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Конечно, — ответил Понтер. — Конечно.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>В полицейском участке сержант оглядел Понтера с ног до головы.</p>
    <p>— Если кому-то из вас, неандертальцев, нужна работа, — сказал он, — то мы бы с радостью наняли сотню-другую.</p>
    <p>Они находились в штаб-квартире 31-го участка на Норфинч-драйв, всего в паре кварталов от Йоркского университета.</p>
    <p>Понтер смущённо улыбнулся, Мэри засмеялась. Полицейский и правда выглядел очень крепким, пожалуй, крепче любого мужчины вида Homo sapiens, с которым Мэри была знакома, но в схватке с Понтером она бы не сомневалась, на кого делать ставки.</p>
    <p>— Итак, мэм, чем могу помочь?</p>
    <p>— На прошлой неделе в кампусе Йоркского было изнасилование, — сказала Мэри. — Об этом писали в «Экскалибуре», университетской газете, так что, я полагаю, что его зарегистрировали здесь у вас.</p>
    <p>— Это отдел детектива Хоббса, — сказал сержант. Потом крикнул кому-то ещё: — Эй, Джонни, глянь там, Хоббс у себя?</p>
    <p>Джонни крикнул в ответ, что у себя, и через некоторое время появился полицейский в штатском — рыжеволосый светлокожий мужчина лет тридцати.</p>
    <p>— Чего надо? — спросил он, а потом, осознав, кто такой Понтер: — Вот это да!</p>
    <p>Понтер изобразил улыбку.</p>
    <p>— С вами хотят поговорить насчёт изнасилования в Йоркском на прошлой неделе.</p>
    <p>Хоббс жестом пригласил их в пройти дальше по коридору.</p>
    <p>— Сюда, — сказал он. Мэри с Понтером проследовали за ним в маленькую комнату для допросов, освещённую флуоресцентными панелями под потолком. — Погодите секунду — сейчас найду дело. — Он вышел и тут же вернулся с большой папкой, которую положил на стол перед собой. Он уселся, и тут его глаза округлились. — Чёрт, — сказал он Понтеру, — скажите мне, что это были не вы. Иначе мне придётся звонить в Оттаву…</p>
    <p>— Нет, — резко ответила Мэри. — Нет, это был не Понтер.</p>
    <p>— Вам известно, кто это был? — спросил Хоббс.</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри, — но…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Но меня тоже изнасиловали в кампусе. Возле того же самого здания биологического факультета.</p>
    <p>— Когда?</p>
    <p>— В пятницу, 2 августа. Где-то в 9:30 или 9:35.</p>
    <p>— Вечера?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Расскажите подробнее.</p>
    <p>Мэри попыталась призвать на помощь всю свою научную беспристрастность, но к концу рассказа у неё по щекам текли слёзы. По-видимому, в комнате для допросов это было обычное явление — откуда-то появилась упаковка бумажных платков, и Хоббс пододвинул её к Мэри.</p>
    <p>Она вытерла глаза и высморкалась. Хоббс сделал несколько пометок на лежащем перед ним листе бумаге.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал он. — Я дам…</p>
    <p>В этот момент в дверь постучали. Хоббс поднялся и открыл её. За дверью стоял полицейский в форме, который начала что-то говорить Хоббсу приглушённым голосом.</p>
    <p>Внезапно, к удивлению Мэри, Понтер сгрёб папку с делом со стола и быстро пролистал все его страницы. Второй полицейский, видимо, подал Хоббсу знак, потому что тот резко развернулся к ним.</p>
    <p>— Эй! — закричал он. — Вам нельзя это смотреть!</p>
    <p>— Прошу прощения, — сказал Понтер. — Не беспокойтесь. Я не умею читать по-вашему.</p>
    <p>Понтер протянул ему папку, и Хоббс выхватил её у него из рук.</p>
    <p>— Какова вероятность, что вы поймаете преступника? — спросил Понтер.</p>
    <p>Хоббс несколько секунд молчал.</p>
    <p>— Честно? Я не знаю. У нас на руках два преступления, два изнасилования практически на одном и том же месте с разницей в неделю. Мы свяжемся с полицией кампуса и попросим усилить бдительность. Кто знает? Может, нам повезёт.</p>
    <p><emphasis>Повезёт</emphasis>, подумала Мэри. Он имеет в виду, если насильник нападёт снова.</p>
    <p>— Однако же… — продолжал Хоббс.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Если он студент или сотрудник, то наверняка читает университетскую газету.</p>
    <p>— Вы не ждёте успеха, — подытожил без обиняков Понтер.</p>
    <p>— Мы сделаем всё, что сможем, — ответил Хоббс.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Понтер вернулись к машине. В этот раз она не забыла приспустить стёкла, но внутри всё равно было жарко. Она повернула ключ и включила кондиционер.</p>
    <p>— Ну как? — спросила она.</p>
    <p>— Что? — ответил Понтер.</p>
    <p>— Ты пролистал дело. Нашёл что-нибудь интересное?</p>
    <p>— Не могу сказать.</p>
    <p>— Ты можешь как-нибудь показать мне то, что видел Хак?</p>
    <p>— Не здесь, — сказал Понтер. — Хак, разумеется, всё записывает — ему нарастили память, так что он пишет всё, что видит. Но пока мы не выгрузим записанное в мой архив алиби в Салдаке, просмотреть это невозможно. Хотя Хак может описать то, что видел, словами.</p>
    <p>Мэри посмотрела на левое предплечье Понтера.</p>
    <p>— Ну что, Хак, расскажешь? — спросила она.</p>
    <p>Компаньон заговорил через внешний динамик.</p>
    <p>— В папке было одиннадцать листов белой бумаги. Ширина и длина листов относятся как 0,77 к 1. Шесть из них выглядят как предварительно отпечатанные бланки с пустыми местами, в которые позднее было что-то вписано от руки. Я не эксперт в таких вопросах, но мне кажется, что это сделано тем же почерком, каким детектив Хоббс делал свои пометки, хотя цвет чернил другой.</p>
    <p>— Но ты не можешь сказать, что написано на этих бланках? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Я могу лишь дать словесное описание. Вы читаете слева направо, верно? — Мэри кивнула. — Первое слово на первой странице начинается с символа, состоящего из вертикальной линии и примыкающей к ней сверху горизонтальной. Второй символ выглядит как окружность. Третий…</p>
    <p>— Сколько всего символов на всех страницах дела?</p>
    <p>— Пятьдесят две тысячи четыреста двенадцать, — ответил Хак.</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Слишком много, чтобы читать по букве за раз, даже если мы научим тебя алфавиту. — Она пожала плечами. — Ладно, посмотрим, что там написано, когда окажемся в твоём мире. — Она взглянула на часы на приборном щитке. — В любом случае, до Садбери дорога неблизкая. Надо пошевеливаться.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 29</p>
    </title>
    <p>Когда Мэри и Понтер спускались под землю в этой металлической клетке в прошлый раз, Мэри пыталась объяснить ему, что он действительно ей нравится, очень нравится, но что она сейчас не готова к началу отношений. Она рассказала Понтеру о том, что случилось в университетском кампусе — и он стал единственным, кто узнал об этом, не считая Кейши, консультанта из центра помощи жертвам изнасилований. Эмоции Понтера отражали то, что чувствовала сама Мэри: общее замешательство плюс глубокое возмущение по адресу насильника, кем бы он ни был. В тот раз Мэри думала, что теряет Понтера навсегда.</p>
    <p>И вот снова этот долгий-предолгий спуск в шахту «Крейгтон» на уровень 6800 футов, и Мэри не может не вспоминать тот, прошлый раз, и, судя по повисшему между ними неловкому молчанию, Понтер сейчас занимался тем же самым.</p>
    <p>Звучали предложения установить современный скоростной лифт, который спускался бы непосредственно в нейтринную обсерваторию, но технически это оказалось очень сложно. Пробить новую шахту сквозь два километра габброидного гранита — нелёгкое дело, к тому же геологи «Инко» не были уверены, что скала это выдержит.</p>
    <p>Были также разговоры о замене старого подъёмника «Инко» с открытой клетью на более удобный и современный — но предполагалось, что после замены он будет использоваться исключительно для связи с порталом. Однако шахта «Крейгтон» была работающим горнодобывающим предприятием, и «Инко», при всей своей готовности к сотрудничеству, должна была ежедневно перевозить на этом подъёмнике сотни горняков.</p>
    <p>Вот и сейчас, в отличие от прошлого раза, когда Мэри с Понтером были в клети одни, вместе с ними спускались под землю шестеро шахтёров, направляющихся на уровень 5200 футов. Эта группа разделилась поровну на тех, кто вежливо уставился в металлический пол — здесь не было даже указателя этажей, на который можно пялиться в обычном лифте офисного здания — и тех, кто откровенно глазел на Понтера.</p>
    <p>Подъёмник, громыхая, опускался в грубо вырубленную шахту и сейчас проходил уровень 4600 футов — цифры были намалёваны на стене шахтного колодца. После исчерпания залежи этот уровень был превращён в питомник, где выращивались саженцы деревьев для проектов восстановления лесов вокруг Садбери.</p>
    <p>Подъёмник, дёрнувшись, остановился на уровне, куда ехали шахтёры, двери с лязгом разъехались, выпуская их наружу. Мэри смотрела им вслед: раньше они показались бы ей здоровяками, но рядом с Понтером они выглядели довольно хило.</p>
    <p>Понтер нажал кнопку звонка, давая знать оператору наверху, что шахтёры вышли. Клеть снова с лязгом пришла в движение. В сущности, здесь было слишком шумно для разговора: в прошлый раз им всю дорогу приходилось кричать, несмотря на деликатность обсуждаемых материй.</p>
    <p>Наконец, клеть прибыла на уровень 6800 футов. Температура воздуха здесь всегда равнялась 41 °C, а атмосферное давление превышало наружное на тридцать процентов.</p>
    <p>По крайней мере здесь транспортная ситуация несколько улучшилась по сравнению с прошлым разом. Чтобы добраться до помещений Нейтринной обсерватории, теперь не нужно преодолевать 1200-метровый горизонтальный штрек. Теперь их ожидал экипаж довольно модного вида: что-то вроде квадроцикла для езды по дюнам с нашлёпкой с логотипом обсерватории на капоте. Здесь же были припаркованы ещё два таких же экипажа, и ещё несколько, очевидно, находились в пути.</p>
    <p>Понтер пригласил Мэри занять водительское место. Мэри подавила улыбку: этот большой парень знал массу разных вещей, но машину водить не умел. Понтер пристроился рядом с ней. Мэри понадобилась минута на то, чтобы ознакомиться с приборной панелью и прочитать многочисленные инструкции и предупреждения. В сущности, машинка выглядела не сложнее самоходной тележки для гольфа. Она повернула ключ — он был прикреплён к приборной панели цепочкой — и они покатили по туннелю, стараясь не наезжать на рельсы, по которым когда-то вагонетками вывозили вынутую породу. Пеший путь от подъёмника до обсерватории обычно занимал минут двадцать; машина довезла их за четыре.</p>
    <p>Как ни странно, теперь, когда обсерватория стала вратами в иной мир, режим «чистой комнаты» больше не поддерживался. Раньше перед входом все были обязаны принять душ. Душевые кабинки оставались и сейчас для тех, кто считал, что за время пути с поверхности запачкался, но Мэри и Понтер просто прошли мимо. Обе двери в пылесосную камеру, где раньше убирали пыль и грязь с одежды входящих, были широко открыты. Понтеру пришлось через неё протискиваться, Мэри прошла следом за ним.</p>
    <p>Они миновали какую-то сложную насосную установку, в прошлом использовавшуюся для обслуживания ёмкости с тяжёлой водой, и вошли в пультовую, в которой теперь постоянно присутствовали двое солдат канадской армии при оружии.</p>
    <p>— Здравствуйте, посланник Боддет, — сказал один из них, поднимаясь со стула, на котором сидел.</p>
    <p>— Здравствуйте, — ответил Понтер без помощи транслятора; к этому времени он уже знал несколько сотен английских слов, хотя и далеко не все был способен правильно произнести.</p>
    <p>— А вы — профессор Воган, не так ли? — спросил солдат; его звание наверняка было как-то обозначено на униформе, но Мэри понятия не имела, как его определить.</p>
    <p>— Да, — ответила она.</p>
    <p>— Я видел вас по телевизору, — сказал солдат. — Впервые на ту сторону, мэм?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Я думаю, вас ознакомили с процедурой? Вы должны предъявить паспорт, и мы должны взять образец ДНК.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_49">У Мэри, очень кстати, был паспорт<a l:href="#id20150414092305_89">[89]</a>. Она получила его, чтобы поехать в Германию за образцом ДНК неандертальских останков из <emphasis>Rheinisches Landesmuseum</emphasis>, а потом продлила его — и почему канадский паспорт выдают всего на пять лет, а не на десять, как американский? Она выудила паспорт из сумочки и показала солдату. На фото в паспорте она выглядела старше, чем в жизни — оно было сделано до того, как она начала красить волосы.</p>
    <p>Потом она открыла рот и позволила солдату провести ватной палочкой по внутренней поверхности щеки, что он сделал, по мнению Мэри, несколько грубовато — чтобы отслоить клетки эпителия в этом месте, нет необходимости прикладывать силу.</p>
    <p>— Всё в порядке, мэм, — сказал солдат. — Удачного путешествия.</p>
    <p>Мэри вслед за Понтером прошла к двери, ведущей на металлическую платформу, образующую крышу над бочкообразной каверной высотой с десятиэтажный дом, в которой когда-то располагался детектор Нейтринной обсерватории Садбери. Теперь уже не нужно было спускаться по лестнице в люк в полу, как в прошлый раз, когда она была здесь — отверстие в полу расширили, и в нём установили лифт — Понтер отметил, что это было сделано уже после того, как он второй раз явился в этот мир. Кабина лифта была прозрачна и сделана из акрила, её по спецзаказу изготовил «Поликаст» — компания-производитель панелей, из которых состояла ныне разобранная акриловая сфера, наполнявшаяся тяжёлой водой.</p>
    <p>Лифт был лишь первой из запланированных для этого помещения модификаций. Если портал и вправду останется открытым на долгие годы, каверну заполнят десять этажей помещений различных служб, включая таможню, небольшой госпиталь и даже несколько гостиничных номеров. Сейчас, однако, у лифта было лишь две остановки: каменный пол каверны и, тремя этажами выше, помост, сооружённый на уровне входа в портал. Понтер и Мэри вышли на помосте — широкой деревянной платформе, на которой несли службу ещё двое солдат. Вдоль одного из краёв платформы выстроились флагштоки с флагами ООН и трёх стран, совместно финансировавших Нейтринную обсерваторию: Канады, США и Великобритании.</p>
    <p>А прямо перед ней был…</p>
    <p>За ним действительно закрепилось название «портал», но благодаря деркеровой трубе это больше походило на туннель. Сердце Мэри забилось чаще: она могла видеть сквозь этот туннель — видеть неандертальский мир, и…</p>
    <p><emphasis>Боже мой,</emphasis> подумала Мэри. <emphasis>Боже мой.</emphasis></p>
    <p>В отверстии туннеля появиласть мускулистая фигура — кто-то из работающих на той стороне.</p>
    <p>Ещё один неандерталец.</p>
    <p>До сих пор Мэри видела только Понтера и немного Тукану. Она никак не могла осознать по-настоящему, что существуют миллионы других неандертальцев, но…</p>
    <p>Но вот один из них, в дальнем конце туннеля.</p>
    <p>Она сделала глубокий вдох, и, поскольку Понтер снова галантно предложил ей пройти первой, Мэри Воган, гражданка одной Земли, ступила на цилиндрический мост, ведущий на другую Землю.</p>
    <p>Нижнюю часть деркеровой трубы теперь заполняла специальная вставка, образовавшая ровный пол. Сквозь прозрачные стены трубы Мэри видела охватывающее её синее кольцо: собственно портал, дыру, разрыв.</p>
    <p>Она дошла до этого разрыва и остановилась. Да, Понтер проходил через это в обоих направлениях, да и многие Homo sapiens уже посещали мир неандертальцев. Однако…</p>
    <p>Мэри вдруг прошиб пот, и не только лишь из-за подземной жары.</p>
    <p>Рука Понтера легла её на плечо. На одну ужасную секунду Мэри испугалась, что он собирается толкнуть её вперёд.</p>
    <p>Но он, разумеется, не собирался этого делать.</p>
    <p>— Дай себе время, — прошептал он по-английски. — Постой, пока не будешь готова.</p>
    <p>Мэри кивнула. Потом сделала глубокий вдох и шагнула вперёд.</p>
    <p>Ей показалось, что кольцо муравьёв поползло по всему её телу от груди к спине, когда она пересекала плоскость портала. Она двигалась медленно, но тут же ринулась вперёд, лишь бы прекратить это нервирующее ощущение.</p>
    <p>И вот она здесь — в сантиметрах и в десятках тысяч лет от мира, который знала.</p>
    <p>Она пошла по туннелю дальше, слыша звук тяжелых шагов Понтера за спиной. Наконец, она шагнула наружу, в помещение, которое, как она знала, было вычислительной камерой квантового компьютера. В отличие от детекторной камеры нейтринной лаборатории, которую переоборудовали для иных целей, квантовый компьютер Понтера оставался полностью функционален; по сути, как поняла Мэри, без него портал тут же закрылся бы.</p>
    <p>Она увидела перед собой четверых неандертальцев; все четверо — мужчины. На одном из них было поблёскивающее серебристое одеяние; остальные трое были одеты в рубахи без рукавов и такие же самые штаны с приделанной к ним обувью, в каких ходил Понтер. Их светлые волосы, тоже, как у Понтера, разделялись ровно посередине; все были невероятно мускулисты, все с короткими ногами, выгнутыми надбровьями и массивным носами-картофелинами.</p>
    <p>Из-за спины послышался голос Понтера, говорящего по-неандертальски. Мэри чуть не подпрыгнула от неожиданности. Конечно, она она и раньше слышала, как Понтер говорит по-неандертальски полушёпотом в то время, как Хак громко переводит его слова, но до сих пор ей ни разу не приходилось слышать, как он разговаривает на своём языке в полный голос. Сказанное им, по-видимому, было какой-то шуткой, потому что все четверо неандертальцев рассмеялись глубоким, лающим смехом.</p>
    <p>Мэри отступила в сторону от выхода из туннеля, давая Понтеру пройти. И тут…</p>
    <p>Разумеется, Понтер много рассказывал ей об Адекоре, и умом она понимала, что у Понтера есть любовник мужского пола, но…</p>
    <p>Но, несмотря на своё либеральное воспитание и широту взглядов, несмотря на личное знакомство с несколькими геями у себя дома, на своей Земле, она почувствовала, как её желудок болезненно сжимается при виде того, как Понтер обнимает неандертальца, который, по-видимому, и был Адекором. Их объятие было долгим и страстным, а лицо Понтера прижималось к заросшей бородой щеке Адекора.</p>
    <p>Мэри сразу поняла, что она чувствует, но с тех пор, как она испытывала такого рода эмоции в последний раз, прошли годы, даже десятки лет, и ей стало стыдно за себя. Она не испытывала отвращения от вида внешних проявлений однополой любви — да что там, в пятницу вечером в Торонто, переключая каналы, невозможно не наткнуться на гей-порно. Нет, это была…</p>
    <p>Это действительно было стыдное чувство, и она знала, что обязана справиться с ним как можно быстрее, если рассчитывает на долгосрочные отношения с Понтером.</p>
    <p>Она <emphasis>ревновала</emphasis> его к Адекору.</p>
    <p>Понтер выпустил Адекора из объятий, потом поднял правую руку, обратив к нему внутреннюю сторону предплечья. Адекор поднял руку в таком же жесте, и Мэри увидела, как на дисплеях их компаньонов вспыхнули какие-то символы; возможно, Понтер получал все сообщения от Адекора, которые тот ему отправил в его отсутствие.</p>
    <p>Они опустили руки одновременно, но Понтер тут же направил свой компаньон на Мэри.</p>
    <p>— <emphasis>Пресап тах Мэре Вохнн дабаллета сохль,</emphasis> — сказал он, и, поскольку слова были обращены не к ней, Хак не стал их переводить.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_50">Адекор, улыбаясь, выступил вперёд. У него было доброе лицо, ещё шире, чем у Понтера — с салатницу размером. А его круглые глубоко сидящие глаза были изумительного зелёно-голубого оттенка. В целом он выглядел как пекарёнок Пиллсбери<a l:href="#id20150414092305_90">[90]</a> в стиле «Флинтстоунов»<a l:href="#id20150414092305_91">[91]</a>.</p>
    <p>Понтер понизил голос до шёпота, и Хак перевёл с нормальной громкостью</p>
    <p>— Мэре, это мой партнёр, учёный Адекор Халд.</p>
    <p>— Превет, — сказал Адекор, и Мэри на мгновение смешалась, но быстро догадалась, что Адекор пытался сказать «Привет», но не смог произнести некоторые звуки. И всё же она была впечатлена и польщена тем, что он пытался учить английский.</p>
    <p>— Привет, — сказала Мэри. — Я много о вас слышала.</p>
    <p>Адекор слегка наклонил голову, очевидно, слушая перевод, сделанный для него его собственным компаньоном, через кохлеарные импланты, а потом повел себя совершенно по-людски — широко улыбнулся и сказал с сильным акцентом:</p>
    <p>— Надеюсь, только хорошее.</p>
    <p>Мэри не выдержала и тоже рассмеялась.</p>
    <p>— О да, — сказала она.</p>
    <p>— А это, — произнёс голос Хака, переводящего речь Понтера, — эксгибиционист.</p>
    <p>Мэри опешила. Понтер говорил о парне, одетом в серебристое. Она не представляла, как может себя повести, если этот странный неандерталец сейчас распахнёт перед ней своё одеяние.</p>
    <p>— Гмм, рада с вами познакомиться, — сказала она.</p>
    <p>Незнакомец не догадался понизить голос до шёпота и предоставить компаньону переводить его слова в полный голос, так что Мэри с трудом разделяла его неандертальскую речь и английские слова, производимые компаньоном.</p>
    <p>— Мне известно, — разобрала она, — что в вашем мире меня называли бы репортёром. Я посещаю интересные места и позволяю людям смотреть то, что передаёт мой компаньон.</p>
    <p>— Все эксгибиционисты одеваются в серебристое, — пояснил Понтер. — Одежду такого цвета носят только они. Если ты видишь человека, одетого, как он, то знаешь, что на тебя сейчас смотрят тысячи людей.</p>
    <p>— А-а! — воскликнула Мэри. — Эксгибиционист. Да, я помню, ты о них рассказывал.</p>
    <p>Понтер представил двух других неандертальцев. Один оказался принудителем — по-видимому, что-то вроде полицейского, другим — дородный специалист по робототехнике по имени Дерн.</p>
    <p>На мгновение феминистка в Мэри возмутилась тем, что в лаборатории квантовых вычислений не оказалось ни одной женщины, но, понятное дело, женщин здесь быть не могло: как ей было известно, шахта располагалась под Окраиной Салдака.</p>
    <p>Понтер провёл Мэри через лабиринт торчащих из пола цилиндров, вверх по короткому лестничному пролёту и через дверь в пультовую. Мэри тут же замёрзла: неандертальцы не любили жару, хотя в натуральном состоянии так глубоко под землёй должно было быть так же жарко, как в том мире, из которого она явилась. Где-то, несомненно, работали кондиционеры; взглянув вниз, Мэри со смущением обнаружила, что её соски напряглись и чётко обозначились под тканью блузки.</p>
    <p>— Как вы охлаждаете здесь воздух? — спросила она.</p>
    <p>— Сверхпроводящие тепловые насосы, — ответил Понтер. — Работают, как установленный научный факт.</p>
    <p>Мэри оглядела пультовую. Она удивилась, до чего <emphasis>странно</emphasis> выглядят здешние пульты управления. Она даже не думала, что внешний вид человеческих приборов и инструментов был продуктом случайного выбора промышленных дизайнеров, и что их «высокотехнологичный» дизайн — далеко не единственное возможное решение. Вместо полированного металла и строгой чёрно-белой гаммы большинства человеческих приборов здешние консоли управления были по большей части кораллово розовыми и не имели острых углов, а элементы управления нужно было вытягивать из поверхности, а не вжимать в неё. Не было ни светодиодных индикаторов, ни циферблатов, ни переключателей. Индикаторы были скорее отражающими, а не излучающими, а текстовые дисплеи изображали тёмно-синие символы на светло-сером фоне: поначалу она приняла их за наклейки с напечатанным на них текстом, и только потом заметила, что символы на них меняются.</p>
    <p>Понтер быстро провёл её через пультовую, и они вышли к деконтаминационной установке. Прежде чем она успела понять, что происходит, Понтер расстегнул застёжки на плечах своей рубахи и стянул её с себя. Через секунду он снял с себя и штаны. Он запихал свою одежду в цилиндрическую корзину и вошёл в камеру. Пол в камере оказался вращающимся: он поворачивал стоящего неподвижно Понтера, так что сначала Мэри видела его широкую спину и то, что под ней, а потом его столь же широкую грудь и всё, что было под <emphasis>ней</emphasis>. Она видела эмиттеры лазерных лучей на одной стороне камеры, и яркие точки на противоположной: лучи проходили сквозь тело Понтера, словно его и не было, по ходу уничтожая, насколько понимала Мэри, любые инородные биомолекулы.</p>
    <p>Это заняло несколько минут — Понтер повернулся вокруг себя несколько раз, пока процесс не завершился. Мэри изо всех сил старалась не опускать взгляд. Понтер совершенно не стеснялся. В прошлый раз она видела его голым при тусклом освещении, но сейчас…</p>
    <p>Сейчас он был ярко освещён, словно актёр в порнофильме. Почти всё его тело покрывал тонкий светлый волос, брюшные мышцы были крепкими и рельефными, мускулистая грудь была больше, чем у Мэри, а…</p>
    <p>Она отвела взгляд; она знала, что не должна пялиться.</p>
    <p>Наконец, с Понтером закончили. Он вышел из камеры и жестом пригласил в неё Мэри.</p>
    <p>И внезапно сердце у Мэри подпрыгнуло. Да, ей рассказали о подробностях процедуры деконтаминации, но…</p>
    <p>Но ей не приходило в голову, что во время процедуры Понтер будет её видеть. Конечно, она могла просто попросить его отвернуться, но…</p>
    <p>Она сделала глубокий вдох. Будучи в Риме, веди себя как римляне…</p>
    <p>Она расстегнула блузку и засунула её в ту же корзину, что и Понтер. Она сняла с себя чёрные туфли и, после утвердительного кивка Понтера, также положила их в корзину. Потом сняла брюки и…</p>
    <p>И осталась в кремовом лифчике и белых трусиках.</p>
    <p>Если лазеры могут удалить бактерии и вирусы прямо из-под кожи, то нижнее бельё им наверняка не помешает, но…</p>
    <p>Но её нижнее бельё, и вся остальная одежда, её сумочка, её чемодан должны быть подвергнуты акустической чистке и облучены интенсивным ультрафиолетовым излучением. Лазеры отлично справлялись с микробами, однако они были недостаточно мощны, чтобы избавиться от гораздо бо́льших по размеру клещей, которые могут прятаться в складках ткани. Как сказал Понтер, после всеобъемлющей чистки все вещи будут им возвращены.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_52">Мэри потянулась за спину и расстегнула лифчик. Она вспомнила, что в колледже проходила карандашный тест<a l:href="#id20150414092305_92">[92]</a>, но те дни ушли безвозвратно. Её грудь обвисла. Мэри машинально скрестила руки на груди, но была вынуждена опустить их, чтобы снять трусики. Она не могла решить, будет ли приличнее повернуться лицом или спиной — в любом случае взгляду открывалось слишком много плоти не слишком презентабельного вида. В конце концов она развернулась и быстро стянула их, снова выпрямившись так быстро, как смогла.</p>
    <p>Понтер по-прежнему смотрел на неё, ободряюще улыбаясь. Если при ярком свете она и показалась ему не такой привлекательной, как в полумраке гостиничного номера, он никак этого не показал.</p>
    <p>Мэри положила трусики в корзину и вошла в камеру, которая начала своё унизительное вращение. Да, она сама смотрела на Понтера, но смотрела, восхищаясь — в конце концов, он мускулист и прочими достоинствами наделён весьма щедро.</p>
    <p>Но она — женщина, стремительно приближающаяся к сорока, с двадцатью совершенно ненужными фунтами жира, чьи лобковые волосы просто кричат о том, что волосы у неё на голове крашеные. Господи, да разве может Понтер восхищаться такой бледной немочью?</p>
    <p>Мэри закрыла глаза и стала ждать окончания процедуры. Она не чувствовала ничего: что бы лазеры ни творили у неё внутри, это было совершенно безболезненно.</p>
    <p>Наконец, всё закончилось. Мэри вышла из кабинки на другую сторону деконтаминационного помещения, и Понтер отвёл её в ещё одну комнату, где они смогли одеться. Он указал на стену, заполненную рядами кубических шкафов с одеждой.</p>
    <p>— Примерь из верхнего правого, — сказал он. — Они упорядочены по возрастанию размера; в том самый маленький.</p>
    <p><emphasis>Самый маленький,</emphasis> подумала Мэри и немного приободрилась. Похоже, в этом мире ей пришлось бы покупать одежду в детском отделе.</p>
    <p>Мэри оделась так быстро, как смогла, и Понтер повёл её к лифту. Мэри ещё раз поразилась бросающимся в глаза различиям между технологиями глексенов и барастов. Кабина лифта была круглой и управлялась парой педалей в полу. Понтер наступил на одну из них, и кабина начала подниматься. Как это удобно, когда у тебя заняты руки! Однажды Мэри уронила все свои покупки, включая картонку с яйцами, пытаясь нажать на кнопку своего этажа.</p>
    <p>Посреди кабины имелись четыре вертикальных штанги, равномерно распределённые по её пространству. Поначалу Мэри приняла их на опорные балки, но она ошиблась. Как только кабина поехала вверх — по-видимому, ей предстояло преодолеть те же два километра, что и на её Земле — Понтер подошёл к одной из штанг и начал тереться об неё спиной. Это оказались приспособления для чесания — неплохой способ занять время.</p>
    <p>Мэри, однако, удивилась круглой форме кабины. Разве такая форма не приводит к вращению кабины внутри шахты?</p>
    <p>Понтер кивнул массивной головой.</p>
    <p>— Как раз для этого, — перевёл Хак его слова. — Подъёмный механизм встроен в стенки кабины, а не располагается наверху, как в ваших лифтах. Направляющие, по которым движется кабина, немного отклоняются от вертикали и образуют очень растянутую спираль, завитую вокруг шахты. В данном конкретном случае лифт начинает движение дверью на восток, но приезжает наверх, развернувшись на запад.</p>
    <p>Мэри также имела возможность рассмотреть поближе то, чем освещалась кабина.</p>
    <p>— Боже, — сказала она, присмотревшись, — это что, люциферин?</p>
    <p>Стеклянная трубка, заполненная жидкостью, испускавшей зеленовато-голубоватый свет, опоясывала цилиндрическую кабину под самым потолком.</p>
    <p>Хак загудел.</p>
    <p>— Люциферин, — повторила Мэри. — Вещество, благодаря которому светятся светлячки.</p>
    <p>— А, — сказал Понтер, — да, это похожая каталитическая реакция. Это у нас основной способ освещения помещений.</p>
    <p>Мэри кивнула. Разумеется, неандертальцы, адаптированные к холодному климату, вряд ли были бы в восторге от ламп накаливания, которые излучают больше тепла, чем света. Люциферино-люциферазная реакция гораздо эффективнее и почти не производит тепла, только свет.</p>
    <p>Лифт продолжал подъём; в зелёно-голубом освещении кожа Понтера приобрела серебристый отлив, и золотисто-карие глаза казались почти жёлтыми. В крыше и полу кабины имелись вентиляционные отверстия, и из них ощутимо дуло; Мэри вздрогнула и обхватила себя руками.</p>
    <p>— Прости, — сказал Понтер, заметив её реакцию.</p>
    <p>— Ничего, — ответила Мэри. — Я знаю, что вам нравится холод.</p>
    <p>— Не в этом дело, — сказал Понтер. — Просто в замкнутых помещениях накапливаются феромоны, а подъём занимает приличное время. Вентиляция для того, чтобы пассажиры не воздействовали друг на друга химически слишком сильно.</p>
    <p>Мэри потрясённо покачала головой. Она ещё даже не выбралась из шахты, а уже была потрясена количеством различий. А ведь она знала, что направляется в другой мир. Она снова восхитилась Понтером, который впервые попал на её Землю без всякого предупреждения, но каким-то образом умудрился не сойти при этом с ума.</p>
    <p>Наконец, лифт достиг поверхности, и двери кабины открылись. Даже это делалось непривычным для Мэри способом: дверь, которая в закрытом состоянии выглядела сплошной, открывалась, сминаясь гармошкой.</p>
    <p>За дверью оказалось квадратное помещение метров пяти размером со стенами салатового цвета и низким потолком. Понтер подошёл к стеллажу у стены и вернулся с маленькой плоской коробочкой из чего-то, напоминающего синий картон. Он открыл её и достал что-то поблёскивающее металлом и пластиком.</p>
    <p>— Верховный Серый совет признал, что у него нет иного выхода, кроме как разрешить людям вашего мира посещать наш, — сказал Понтер, — но, по словам Адекора, выдвинул одно условие. Ты должна носить вот это, — он показал её прибор, и она увидела, что это металлическая лента, в целом по виду очень похожая на Хака.</p>
    <p>— Обычно компаньоны имплантируют, — объяснил Понтер. — Но мы понимаем, что нельзя требовать от человека подвергнуться хирургической операции ради краткого посещения нашего мира. Однако это лента не снимается. Её можно снять лишь здесь — встроенный в неё компьютер знает, где ты сейчас находишься, и позволит застёжке открыться только в этом помещении.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Я понимаю. — Она протянула правую руку.</p>
    <p>— Обычно компаньон носят на левой руке, — сказала Понтер, — если только носитель не левша.</p>
    <p>Мэри опустила правую руку и протянула левую. Понтер занялся установкой компаньона.</p>
    <p>— Я давно собиралась тебя спросить, — сказала Мэри. — Ведь большинство неандертальцев — правши?</p>
    <p>— Да, около девяноста процентов.</p>
    <p>— Мы тоже пришли к такому выводу, изучая окаменелости.</p>
    <p>Понтер удивлённо вскинул бровь.</p>
    <p>— Как это возможно определить по окаменелостям? Я не слышал, чтобы у нас делались какие-то предположения о проценте левшей среди глексенов.</p>
    <p>Мэри улыбнулась, обрадовавшись изобретательности своего народа.</p>
    <p>— По ископаемым зубам.</p>
    <p>— Как могут быть зубы связаны с леворукостью?</p>
    <p>— Мы изучили восемьдесят зубов, принадлежавших двадцати разным неандертальцам. Видишь ли, мы догадались, что с вашими здоровенными челюстями вы наверняка пользовались ими как зажимами — чтобы удерживать край шкуры во время удаления с неё остатков тканей. Шкуры абразивны, они оставляют на зубах маленькие щербинки. У восемнадцати особей эти щербинки были скошены вправо, чего можно ожидать в случае, когда скребок держат правой рукой.</p>
    <p>Лицо Понтера приняло выражение, которое, как Мэри уже знала, появляется у неандертальцев, на которых что-то произвело сильное впечатление: губы втянуты внутрь рта, а бровь приподнята в средней части.</p>
    <p>— Отличное умозаключение, — сказал Понтер. — На самом деле мы до сих пор устраиваем праздники свежевания, на которых обрабатываем шкуры именно таким способом. Разумеется, есть и другие, механизированные способы, но такие празднества — традиция, социальный ритуал.</p>
    <p>Понтер на секунду замолк, а потом продолжил:</p>
    <p>— Кстати, о шкурах… — Он подошёл к противоположной стене помещения, вдоль которой на чём-то вроде плечиков, прикреплённых к горизонтальному брусу, висели меховые шубы. — Выбирай любую, — сказал он. — Маленькие размеры по-прежнему справа.</p>
    <p>Мэри указала на одну; Понтер сделал что-то, что она не успела рассмотреть, и шуба оказалась у него в руках. Мэри не сразу поняла, как её надевать: застёжки у неё оказались где-то сбоку, а не на плечах, но Понтер помог ей облачиться. На секунду Мэри задумалась, не должна ли она отказаться: дома они накогда в жизни не носила натуральный мех. Но здесь, конечно, был совсем другой мир.</p>
    <p>Это совершенно точно не был какой-то роскошный мех типа норки или соболя: он был грубым, а рыже-коричневый окрас — неоднородным.</p>
    <p>— Что это за мех? — спросила Мэри, пока Понтер возился с застёжками.</p>
    <p>— Мамонт, — ответил он.</p>
    <p>Мэри округлила глаза. Пусть он не так красив, как норка, но мамонтовая шуба в её мире стоила бы неизмеримо больше.</p>
    <p>Сам Понтер не стал надевать никакой верхней одежды, а просто пошёл к выходной двери. Эта оказалась почти привычной конструкции — она крепилась к единственной вертикальной трубе и могла вращаться вокруг неё, как на петлях. Понтер открыл её, и…</p>
    <p>И вот они уже на поверхности.</p>
    <p>И внезапно все странности словно испарились.</p>
    <p>Это была Земля — Земля, которую она знала. Солнце, висящее низко над западным горизонтом, выглядело совершенно так же, как и всегда. Небо было голубым. Деревья — сосны и берёзы, а также другие разновидности, которые она могла опознать.</p>
    <p>— Холодно, — сказала она. Здесь и правда было градуса на четыре холоднее, чем в Садбери, оставшемся в другом мире.</p>
    <p>Понтер улыбнулся.</p>
    <p>— Отличная погода, — сказал он.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_53">Внезапно внимание Мэри привлёк какой-то звук, и на какое-то мгновение она подумала, что это, должно быть, мамонт бежит отомстить за своего сородича. Но нет, конечно, это был не мамонт. Это была машина на воздушной подушке, примерно кубической формы, но с закруглёнными углами, летящая к ним над каменистой землёй. Звук, который слышала Мэри, был комбинацией шума дующих вниз вентиляторов, приподнимающих машину над землёй, и большого воздушного винта, дующего назад, как у лодок, которые плавают по Эверглейдс<a l:href="#id20150414092305_93">[93]</a>.</p>
    <p>— Ага, — сказал Понтер, — транспортный куб, который я вызвал. — Мэри предположила, что он сделал это через посредство Хака, который не стал переводить его слова на английский. Странный экипаж опустился на землю прямо перед ними, и Мэри разглядела водителя, огромного мужчину на вид лет на двадцать старше Понтера.</p>
    <p>Прозрачная сторона куба раскрылась, и водитель что-то сказал Понтеру. И снова его слова для Мэри не переводились, но она вообразила, что это был неандертальский эквивалент «Куда, командир?»</p>
    <p>Понтер жестом пригласил Мэри садиться в машину.</p>
    <p>— А теперь, — сказал он, — я покажу тебе мой мир.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 30</p>
    </title>
    <p>— Это твой дом? — спросила Мэри.</p>
    <p>Понтер кивнул. Они провели пару часов, посещая разного рода общественные здания, так что уже наступил поздний вечер.</p>
    <p>Мэри была потрясена. Дом Понтера не был выстроен из кирпича или камня. По большей части он был деревянный. Конечно, Мэри видела много деревянных домов — хотя во многих частях Онтарио деревянные дома запрещены строительным кодексом — но она никогда не видела ничего подобного <emphasis>этому</emphasis>. Дом Понтера как будто был <emphasis>выращен</emphasis>. Как будто чрезвычайно толстому, но очень короткому древесному стволу позволили разрастись вокруг гигантской формы в виде кубов и цилиндров размером с комнату, а потом форму убрали и дополнительно расширили получившиеся полости, но так, чтобы не убить само дерево. Внешнюю поверхность дома по-прежнему покрывала тёмно-коричневая кора, а само дерево, по видимому, жило до сих пор, хотя листья на ветвях, растущих из его центральной, преобразованной части уже начали менять цвет — наступала осень.</p>
    <p>Но были выполнены и кое-какие плотницкие работы. Окна, к примеру, были идеально квадратные, по-видимому, прорубленные в древесине. А пристроенная сбоку веранда была сколочена из досок.</p>
    <p>— Это… — Прилагательные сражались друг с другом в голове Мэри: причудливо, странно, великолепно, здорово… но победило всё же: — …прекрасно.</p>
    <p>Понтер кивнул. Соплеменник Мэри сказал бы «спасибо» в ответ на комплимент вроде этого, но Мэри уже знала, что неандертальцы обычно не принимают на свой счёт похвалу чему-то, за что они не несут личной ответственности. Как-то давно она заметила, что одна из застёгивающихся на плечах рубашек Понтера выглядит очень привлекательно, и он озадаченно посмотрел на неё, будто удивляясь, зачем бы кто-то стал носить то, что <emphasis>не выглядит</emphasis> привлекательно.</p>
    <p>Мэри указала на большой чёрный квадрат метров двадцати на земле рядом с домом.</p>
    <p>— А это что? Посадочная площадка?</p>
    <p>— Иногда. На самом деле это солнечный коллектор. Превращает солнечный свет в электричество.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Полагаю, зимой вам приходится откидывать с него снег?</p>
    <p>Но Понтер покачал головой.</p>
    <p>— Нет. Автобус, который возит нас на работу, садится на него и сдувает весь снег.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_54">Неприязнь к сгребанию снега была одной из причин, по которой Мэри после разрыва с Кольмом выбрала квартиру, а не дом. И она сомневалась, что в её мире TTC<a l:href="#id20150414092305_94">[94]</a> согласилась бы посылать автобус с бульдозерным скребком к каждому дому в городе после каждого снегопада.</p>
    <p>— Ну что же, — сказал Понтер, — давай войдём? — И зашагал к дому.</p>
    <p>Дверь дома отворилась. Внутри стены не были ничем покрыты и представляли собой отполированное дерево, которым и являлись. Мэри в своей жизни видела много отделанных деревянными панелями помещений, но ни в одном из них древесные волокна не образовывали непрерывный узор, охватывающий всё помещение. Если бы она не видела этот дом снаружи, то ни за что бы не поняла, как можно достичь такого эффекта. В нескольких местах в стенах были выдолблены небольшие ниши, в которых стояли статуэтки и какие-то непонятные безделушки.</p>
    <p>Поначалу Мэри показалось, что пол покрыт какой-то зелёной тканью, но она быстро поняла, что на самом деле то был мох. Она, по-видимому, находилась в аналоге гостиной. Здесь была пара отдельно стоящих сидений очень странной формы, а у стен имелась пара диванов, по-видимому, составлявших с ней одно целое. Она не видела ничего, похожего на картины в рамах, но зато весь потолок занимала огромная фреска со множеством деталей, и…</p>
    <p>И внезапно Мэри почувствовала, как у неё стынет кровь.</p>
    <p>В доме был волк.</p>
    <p>Мэри замерла; сердце бухало, как молот.</p>
    <p>Волк сорвался с места и кинулся на Понтера.</p>
    <p>— <emphasis>Берегись!</emphasis> — закричала Мэри.</p>
    <p>Понтер повернулся и упал на один из диванов.</p>
    <p>Волк вскочил на него, широко распахнул пасть и…</p>
    <p>И Понтер засмеялся, когда волк начал облизывать ему лицо.</p>
    <p>Понтер всё время повторял на разные лады одни и те же слова на своём языке. Хак их не переводил, но голос Понтера был весел и добродушен.</p>
    <p>Через секунду Понтер столкнул волка с себя и поднялся на ноги. Животное обратило своё внимание на Мэри.</p>
    <p>— Мэре, — сказал Понтер, — это моя собака Пабо.</p>
    <p>— Собака?! — воскликнула Мэри. Насколько она могла судить, животное выглядело совершенно как волк: дикий, хищный, кровожадный волк.</p>
    <p>Пабо уселся рядом с Понтером и, задрав морду к потолку, испустил протяжный громкий вой.</p>
    <p>— Пабо! — прикрикнул на него Понтер, а потом добавил неандертальское слово, означавшее, по-видимому, что-то вроде «Фу!». Он сконфужено улыбнулся Мэри. — Она ещё никогда не видела глексенов.</p>
    <p>Понтер подвёл Пабо к Мэри. Мэри почувствовала, как деревенеет спина и пыталась подавить дрожь, пока зубастая зверюга весом, должно быть, под сотню фунтов обнюхивала её со всех сторон.</p>
    <p>Понтер ещё немного поговорил с собакой с теми же самыми интонациями, с которыми и соплеменники Мэри говорят со своими домашними питомцами.</p>
    <p>В этот момент в проходе, ведущем в соседнюю комнату, показался Адекор.</p>
    <p>— Превет, Мэре, — сказал он. — Понравилась экскурсия?</p>
    <p>— Очень, — ответила она.</p>
    <p>Понтер подошёл к Адекору и крепко его обнял. Мэри на мгновение отвела взгляд, а когда снова посмотрела на них, они уже просто стояли рядом, держась за руки.</p>
    <p>Мэри снова ощутила укол ревности, однако…</p>
    <p>Нет, нет. Конечно, в этом не было ничего неприличного. Разумеется, они вели себя так, как привыкли, не скрывая своих нежных чувств друг к другу.</p>
    <p>И всё же…</p>
    <p>И всё же, кто первый кинулся обниматься? Адекор? Или Понтер? Она не могла сказать. И за руки они взялись, когда она смотрела в сторону; она не видела, кто потянулся к кому. Может быть, Адекор заявляет о своих правах на территорию, специально демонстрируя Мэри, как Понтер его любит.</p>
    <p>Пабо, по-видимому, убедившись, что Мэри никакое не чудовище, отошла от неё и вспрыгнула на один из диванов, растущих из стены в самом прямом смысле этого слова.</p>
    <p>— Хочешь посмотреть другие комнаты? — спросил её Понтер.</p>
    <p>— Конечно! — ответила Мэри.</p>
    <p>Он завёл её в зону — это была не вполне отдельная комната — игравшую, по-видимому, роль кухни. Мох на полу был закрыт сплошной стеклянной панелью. Мэри не узнала ни одного из бытовых приборов, но предположила, что маленький стеклянный куб — это что-то вроде микроволновой печи, а большое устройство, состоящее из двух одинаковых синих кубов, поставленных друг на друга — наверное, холодильник. Она высказала эту догадку, и Адекор рассмеялся.</p>
    <p>— На самом деле это лазерная печь, — сказал он, указав на меньшее устройство. — В нём используется та же самая частотная ротация, что и в стерилизаторе, через который вы сегодня проходили, но здесь она применяется для того, чтобы равномерно прожарить мясо как внутри, так и снаружи. И мы больше не пользуемся холодильниками для хранения продуктов, хотя в прошлом они были широко распространены. Это вакуумный шкаф.</p>
    <p>— А-а, — сказала Мэри. Она повернулась и на мгновение растерялась. Одну из стен целиком заполняли четыре плоских квадратных телеэкрана, каждый из которых показывал какую-то сценку неандертальской жизни. Она с самого начала была немного обеспокоена оруэлловскими аспектами их общественного устройства, но и подумать не могла, что Понтер может лично принимать участие в слежке за соседями.</p>
    <p>— Это визор, — объяснил Адекор, подходя к ним. — Таким образом мы наблюдаем за эксгибиционистами. — Он шагнул к квартету телеэкранов и что-то в них переключил. Внезапно четыре отдельных квадрата слились в один, показывающий увеличенную картинку из нижнего правого угла. — Это мой любимый, — сказал Адекор. — Хавст всегда находит что-нибудь интересное. — Он на секунду всмотрелся в изображение. — А, это игра в <emphasis>дайбатол</emphasis>.</p>
    <p>— Пойдёмте-ка отсюда, — сказал Понтер, жестом приглашая их обоих следовать за ним. По его тону можно было предположить, что если Адекор начинает смотреть <emphasis>дайбатол</emphasis>, то его уже трудно оттащить от визора.</p>
    <p>Мэри пошла за ним, Адекор тоже. Соседняя комната явно была совмещённой спальней и ванной. В ней было большое окно, выходившее на ручей, и утопленная в пол неглубокая квадратная яма, заполненная квадратными подушками, образующими обширную спальную поверхность. Сверху лежали несколько подушек в форме диска. На другом краю комнаты в полу имелось углубление круглой формы.</p>
    <p>— Это ванна? — спросила Мэри.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Можешь воспользоваться, если хочешь.</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Может быть, позже.</p>
    <p>Её взгляд снова упал на кровать, и в голове начала формироваться картинка с голыми телами Понтера и Адекора, сплетёнными в любовном акте.</p>
    <p>— И это всё, — сказал Понтер. — Вот это наш дом.</p>
    <p>— Пойдёмте обратно в гостиную, — сказал Адекор.</p>
    <p>Они вернулись в гостиную следом за Понтером. Адекор согнал Пабо с дивана и улёгся на него. Понтер предложил Мэри расположиться на втором диване. Похоже, лежачее положение было более естественно для неандертальцев, чем для глексенов; без сомнения, так гораздо удобнее разглядывать потолочные фрески.</p>
    <p>Мэри уселась на второй диван, думая, что Понтер сядет рядом с ней. Он, однако, подошёл к дивану, на котором устроился Адекор и легонько побарабанил пальцами по его лбу. Адекор приподнялся; Мэри подумала, что сейчас он свесит ноги с дивана и сядет по-нормальному, но как только Понтер уселся, Адекор снова лёг, положив голову к нему на колени.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как что-то переворачивается у неё внутри. Впрочем, похоже, Понтер никогда не принимал у себя дома женщину, с которой состоял в романтических отношениях.</p>
    <p>— Итак, — сказал Понтер, — что ты думаешь о нашем мире?</p>
    <p>Мэри воспользовалась ситуацией, чтобы отвести от них взгляд, будто бы вспоминая то, что она сегодня увидела.</p>
    <p>— Это было… — Она пожала плечами. — Иначе. — И тут же добавила, осознав, что это может показаться обидным. — Но здорово. Очень здорово. — Она на секунду замолчала. — Чисто.</p>
    <p>Её собственный комментарий заставил её внутренне расхохотаться. <emphasis>Чисто</emphasis>. Американцы всегда так говорят о Торонто. <emphasis>Какой у вас чистый город!</emphasis></p>
    <p>Но по сравнению с тем, что Мэри увидела в Салдаке, Торонто был сущим свинарником. Она всегда была уверена, что большое количество людей, живущих в одном месте, не может не производить опустошительного эффекта на окружающую среду, что это попросту невозможно с точки зрения экономики, но…</p>
    <p>Но этот эффект производит не <emphasis>большое</emphasis> население. Скорее, этот эффект связан с постоянно растущим населением. Неандертальцы с их дискретным размножением, должно быть, поддерживают нулевой прирост уже целые столетия.</p>
    <p>— Нам так нравится, — сказал Адекор, по-видимому, пытаясь поддержать разговор. — Собственно, поэтому так оно и есть.</p>
    <p>Понтер погладил Адекора по голове.</p>
    <p>— У их мира тоже есть своё очарование.</p>
    <p>— Я так понимаю, ваши города гораздо больше? — сказал Адекор.</p>
    <p>— О да, — сказала Мэри. — Во многих больше миллиона жителей. В Торонто, где живу я — почти три миллиона.</p>
    <p>Адекор покачал головой — вернее, покатал ею по коленям Понтера.</p>
    <p>— Поразительно, — сказал он.</p>
    <p>— После ужина мы отвезём тебя в Центр, — сказал Понтер. — Там всё гораздо плотнее, и здания стоят всего в нескольких десятках шагов друг от друга.</p>
    <p>— Церемония вступления в союз будет происходить там? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Нет, на полупути между Центром и Окраиной.</p>
    <p>Неожиданная мысль вдруг пришла Мэри в голову.</p>
    <p>— Я… мне ведь нечего надеть на торжество.</p>
    <p>Понтер засмеялся.</p>
    <p>— Не беспокойся. Никто ведь не знает, какая глексенская одежда праздничная, а какая — повседневная. Любая глексенская одежда непривычна для нас. — Понтер наклонил голову, глядя на Адекора. — Кстати, об одежде. Ты, кажется, завтра встречаешься с Флуксатанским консорциумом? Что собираешься надеть? — Хак, как ни странно, не исключил Мэри из этого разговора и продолжал переводить.</p>
    <p>— Не знаю, — ответил Адекор.</p>
    <p>— Как насчёт зелёного камзола? — предложил Понтер. — Мне нравится, как он подчёркивает твои бицепсы, и…</p>
    <p>Внезапно Мэри почувствовала, что не может больше этого выдержать. Она вскочила на ноги и кинулась прямиком к двери.</p>
    <p>— Простите, — сказала она, пытаясь совладать с дыханием и успокоиться. — Простите меня, прошу вас.</p>
    <p>И она выскочила в окружившую дом тьму.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 31</p>
    </title>
    <p>Понтер вышел вслед за Мэри и закрыл входную дверь. Мэри била дрожь. Понтеру вечерний воздух не доставлял никаких неудобств, но он явно осознавал, что происходит с Мэри. Он подошёл ближе, словно собираясь обхватить её своими массивными руками, но Мэри яростно двинула плечами, отвергая его прикосновение, и отвернулась от него и от дома.</p>
    <p>— Что случилось? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри глубоко вдохнула и медленно выдохнула.</p>
    <p>— Ничего, — сказала она. Она понимала, что говорит, как взбалмошная истеричка, и ненавидела себя за это. Да в чём же дело? Ведь она знала, что у Понтера есть любовник-мужчина, но…</p>
    <p>Но одно дело знать это как отвлечённый факт, и совсем другое — видеть это во плоти.</p>
    <p>Мэри удивлялась самой себе. Она чувствовала ревность более жгучую, чем когда впервые увидела Кольма с новой пассией после того, как они расстались.</p>
    <p>— Ничего, — повторила Мэри.</p>
    <p>Понтер заговорил на своём языке голосом, в котором звучали растерянность и огорчение. Хак перевёл его слова более нейтральным тоном:</p>
    <p>— Прости, если я чем-то тебя обидел.</p>
    <p>Мери подняла голову и посмотрела в тёмное небо.</p>
    <p>— Тут дело не в обиде, — сказала она. — Просто… — Она помолчала. — Просто мне надо кое к чему привыкнуть.</p>
    <p>— Я знаю, что мой мир отличается от твоего. У меня дома слишком темно для тебя? Или слишком холодно?</p>
    <p>— Нет, не в этом дело, — сказала Мэри, и медленно повернулась к нему лицом. — Это… Адекор.</p>
    <p>Бровь Понтера влезла на надбровный валик.</p>
    <p>— Он тебе не понравился?</p>
    <p>Мэри замотала головой.</p>
    <p>— Нет, нет. Не в этом дело. Он очень приятный человек. — Она снова вздохнула. — Проблема не в Адекоре. Проблема в вас с Адекором. В том, что я вижу вас вместе.</p>
    <p>— Он мой партнёр, — сказал Понтер.</p>
    <p>— В моём мире у человека только один партнёр. Мне безразлично, того же самого пола или противоположного. — Она хотела было добавить: «мне правда безразлично», но испугалась, это произведёт обратный эффект. — И для нас быть… в общем, вместе, как ты и я… в то время, как ты вместе с ещё кем-то… — она умолкла, потом пожала плечами, — … это очень трудно. А я должна смотреть, как вы двое… любезничаете…</p>
    <p>— Ох, — сказал Понтер, а потом, словно посчитав, что одного раза недостаточно, повторил: — Ох. — После это он затих на несколько секунд. — Я не знаю, что тебе на это сказать. Я люблю Адекора, а он любит меня.</p>
    <p>Мэри хотела было спросить, какие чувства он испытывает к ней — но сейчас было неподходящее время: он может почувствовать отвращение к узости её взглядов.</p>
    <p>— Кроме того, — сказал Понтер, — в семье не может быть неприязни. Ведь ты наверняка не чувствовала бы себя уязвлённой от моей любви к брату, или дочерям, или родителям.</p>
    <p>Мэри задумалась над этим, а Понтер через секунду продолжил:</p>
    <p>— Возможно, это прозвучит банально, но у нас говорят: любовь как кишечник, её всем хватит.</p>
    <p>Мэри поневоле рассмеялась. Но смех получился вымученным, сквозь слёзы.</p>
    <p>— Ты не касался меня с тех пор, как мы сюда приехали.</p>
    <p>Понтер округлил глаза.</p>
    <p>— Двое пока не становятся Одним.</p>
    <p>Мэри какое-то время молчала.</p>
    <p>— Мне… всем глексенским женщинам… да и мужчинам тоже — нам нужна любовь всё время, а не только четыре дня в месяц.</p>
    <p>Понтер вделал глубокий вдох и медленно выпустил воздух.</p>
    <p>— Обычно…</p>
    <p>Он умолк, и слово повисло между ними. Мэри ощутила, как ускорился ей пульс. Обычно каждый имеет двух партнёров, одного мужчину, другого — женщину. Неандертальские женщины не страдают от отсутствия ласки — но большую часть месяца получают её от партнёрши-женщины.</p>
    <p>— Я знаю, — сказала Мэри. — Я знаю.</p>
    <p>— Возможно, это была ошибка, — сказал Понтер, возможно, настолько же себе, насколько и Мэри, хотя Хак всё равно послушно перевёл его слова. — Возможно, мне не следовало приводить тебя сюда.</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — Нет, я хотела здесь побывать, и я рада, что побывала. — Она заглянула прямо в его золотистые глаза. — Когда в следующий раз Двое станут Одним? — спросила она.</p>
    <p>— Через три дня, — ответил Понтер. — Но… — он замолчал, и Мэри моргнула. — Но, — продолжил он, — я не думаю, что кому-то будет плохо от того, что между нами будет немного нежности уже сейчас.</p>
    <p>Он раскрыл свои медвежьи объятия, и, после секундного колебания, Мэри шагнула в них.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри, разумеется, не могла остановиться у Понтера, поскольку Понтер жил на Окраине, местности, где жили исключительно мужчины. Адекор предложил идеальное решение: Мэри могла бы пожить у его партнёрши, Лурт Фрадло. В конце концов, Лурт была химиком в неантертальском понимании этого термина — тот, кто работает с молекулами. Мэри, в соответствии с этим определением, тоже была химиком, специализирующимся на дезоксерибонуиклеиновой кислоте.</p>
    <p>Лурт согласилась без колебаний — а какой учёный из любого мира отказался бы от шанса принять у себя дома учёного из другого? Так что Понтер и Адекор вызвали транспортный куб, и Мэри поехала в Центр.</p>
    <p>Водителем в этот раз оказалась женщина — или, возможно, так устроил Хак: искусственный интеллект знал о пережитом Мэри изнасиловании столько же, сколько и Понтер. Во временный компаньон Мэри оказалась загружена база данных Хака, и Мэри воспользовалась этим фактом для того, чтобы поболтать с женщиной-водителем.</p>
    <p>— Почему ваши машины имеют форму куба? — спросила Мэри. — Это не слишком аэродинамично.</p>
    <p>— А какой же формы им быть? — спросила водительница. Её голос был почти таким же низким, как у Понтера, и резонировал, как у Майкла Белла, когда тот пел «Ol’ Man River».</p>
    <p>— Ну, в моём мире машины имеют закруглённую форму, и они… — в голове всплыли Monty Python, — …они тонкие на одном конце, потолще в середине и снова тонкие на другом.</p>
    <p>У водительницы были чёрные волосы и кожа темнее, чем Мэри до сих пор видела у неандертальцев — цвета молочного шоколада. Она покачала головой.</p>
    <p>— Как же штабелевать такие машины?</p>
    <p>— <emphasis>Штабелевать?</emphasis> — повторила Мэри.</p>
    <p>— Ну да. В смысле, когда ими не пользуются. Мы ставим их одну на другую, и размещаем штабеля вплотную друг к другу. Так они занимают меньше места.</p>
    <p>Мэри подумала об огромных территориях своего мира, отведённых под парковки и стоянки.</p>
    <p>— Но… как же вы доберётесь до вашей машины, если она окажется в самом низу штабеля?</p>
    <p>— До <emphasis>моей</emphasis> машины?</p>
    <p>— Да. До той, которая принадлежит вам.</p>
    <p>— Все машины принадлежат городу, — сказала водительница. — Зачем мне собственная?</p>
    <p>— Ну, я не знаю…</p>
    <p>— Ведь их производство обходится дорого, по крайней мере, здесь у нас.</p>
    <p>Мэри подумала о своих платежах по автокредиту.</p>
    <p>— В моём мире тоже самое.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_55">Она посмотрела на окружающую местность. Вдалеке летел другой транспортный куб во встречном направлении. Интересно, что бы подумал Генри Форд, если бы ему сказали, что через сто лет после начала производства «Модели Т»<a l:href="#id20150414092305_95">[95]</a> половина территории городов будет использоваться для обеспечения передвижения или стоянки автомобилей, что дорожно-транспортные происшествия станут одной из главных причин смерти людей младше двадцати пяти, что автомобили будут загрязнять воздух больше, чем все фабрики, заводы и печи мира вместе взятые.</p>
    <p>— Тогда зачем владеть машиной? — спросила водительница.</p>
    <p>Мэри слегка пожала плечами.</p>
    <p>— Мы любим владеть вещами.</p>
    <p>— Мы тоже, — сказала она. — Но никто не пользуется машиной десять деци в день.</p>
    <p>— А вы не боитесь, что тот, кто пользовался машиной перед вами, ну, скажем, запачкал её?</p>
    <p>Водительница слегка наклонила ручку управления, объезжая группу деревьев впереди. А потом молча подняла левую руку, словно этот жест всё объяснял.</p>
    <p>И, поняла Мэри, это было действительно так. Никто не станет разбрасывать мусор или портить общественный транспорт, зная, что полная видеозапись всего, что он делает, автоматически передаётся в архив алиби. Никто не может украсть машину или воспользоваться ей для совершения преступления. И компаньон наверняка следит за всем, что вы взяли с собой в машину, так что вы вряд ли забудете в машине шляпу и вам не придётся потом разыскивать именно ту машину, в которой вы ехали.</p>
    <p>Уже почти совсем стемнело. Мэри с удивлением обнаружила, что машина уже не пробирается через дикую местность, а едет по самому Центру Салдака. Уличное освещение практически отсутствовало; Мэри видела, что водительница смотрит не наружу сквозь прозрачную переднюю стену транспортного куба, а в квадратный инфракрасный монитор, вделанный в приборную панель прямо перед ней.</p>
    <p>Машина опустилась на землю, и её боковая поверхность сложилась гармошкой, впустив внутрь зябкий ночной воздух.</p>
    <p>— Приехали, — сказала водительница. — Вон тот дом, видите? — Она указала на причудливой формы строение, смутно виднеющееся метрах в пятнадцати.</p>
    <p>Мэри поблагодарила её и вышла. Поначалу она собиралась пройти прямо к дому — ей было не по себе одной ночью на улице в этом странном мире. Но потом она остановилась и посмотрела на небо.</p>
    <p>Звёзды сияли над головой во всём своём великолепии, и Млечный Путь был отчётливо виден. Как его называл Понтер той ночью в Садбери? «Ночная Река», вот как.</p>
    <p>А вон там Большой Ковш — Голова Мамонта. Мэри провела воображаемую линию через опорные звёзды и быстро нашла Полярную звезду, что означало, что она стоит лицом к северу. Она нашарила в сумочке компас, который взяла с собой по просьбе Джока Кригера, но было слишком темно, чтобы разглядеть стрелку. Так что, насмотревшись на небесное великолепие, Мэри подошла к дому Лурт и попросила компаньон поставить хозяев в известность о её приходе.</p>
    <p>Мгновение спустя дверь открылась, и за ней показалась ещё одна женщина-неандерталка.</p>
    <p>— Здравый день, — произнесла она — или, по крайней мере, так перевёл её слова компаньон.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказала Мэри. — Ой, секундочку. — Из двери падало достаточно света; Мэри взглянула на стрелку компаса и почувствовала, как глаза у неё лезут на лоб. Окрашенный конец стрелки — синий конец, в отличие от металлически блестящего противоположного — указывал в направлении Полярной звезды, туда же, куда указывал бы по другую сторону портала. Несмотря на то, что сказал Джок, реверсия магнитного поля, похоже, ещё не происходила на этой версии Земли.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри отлично провела вечер в доме Лурт, познакомившись с маленьким сыном Адекора Дабом и остальными членами её семьи. Единственный по-настоящему неловкий момент случился, когда ей пришлось воспользоваться туалетом. Лурт показала ей, где он находится, но, увидев то, что находилось внутри, Мэри пришла в полнейшее замешательство. Наверное, с минуту она тупо его разглядывала, а потом вышла и подозвала Лурт.</p>
    <p>— Прошу прощения, — сказала Мэри, — но… видите ли, это совершенно не похоже на туалеты в моём мире. Я совершенно не понимаю, как…</p>
    <p>Лурт засмеялась.</p>
    <p>— Простите! — сказала она. — Вот. Вы помещаете ноги вот в эти стремена, хватаетесь вот за эти кольца вот так…</p>
    <p>Мэри осознала, что для того, чтобы это проделать, придётся полностью снять с себя штаны, однако на стене был крючок, по-видимому, специально, чтобы их на него вешать. На самом деле это оказалось довольно удобно, хотя она вскрикнула от неожиданности, когда влажная губкообразная штуковина сама по себе начала её вытирать.</p>
    <p>Мэри не заметила в туалете ничего, что можно бы было читать. У неё дома в Торонто на туалетном бачке всегда лежали последние номера «The Atlantic Monthly», «Canadian Geographic», «Utne Reader», «Музыки кантри» и «Мира кроссвордов». Впрочем, подумала она, неандертальцы с их чувствительным нюхом даже при идеально работающей канализации, наверное, стараются не задерживаться в туалете дольше необходимого.</p>
    <p>Мэри спала в ту ночь на груде диванных подушек, сложенных на полу. Поначалу ей было неудобно: она привыкла к более однородной плоской поверхности, но Лурт показала ей, как разложить подушки в нужном порядке, чтобы они образовали опору для шеи и спины, развели колени и так далее. Несмотря на всю непривычность такой позы, Мэри чувствовала себя абсолютно вымотанной и моментально заснула.</p>
    <p>На следующее утро Мэри пошла с Лурт к ней на работу. Здание, в котором она работала, в отличие от большинства зданий Центра, было полностью выстроено из камня — как объяснила Лурт, на случай пожара или взрыва, если какой-нибудь эксперимент пойдёт не так.</p>
    <p>Лурт работала с шестью другими женщинами-химичками, и Мэри уже приобрела привычку рассортировывать их по поколениям, хотя вместо того, чтобы называть их, как Понтер, «146-я», «145-я», «144-я», «143-я» и «142-я», по количеству десятилетий, прошедших от начала отсчёта поколений, она думала о них как о женщинах под тридцать, сорок, пятьдесят, шестьдесят и семьдесят. И хотя неандертальские женщины старели не совсем так, как женщины Homo sapiens — надбровный валик, натягивая кожу, похоже, несколько препятствовал образованию морщин — Мэри без труда определяла, кто к какой группе принадлежит. В условиях, когда люди рождаются раз в десять лет, идея скрывать свой возраст, должно быть, никогда не приходила в голову неандертальским женщинам.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_56">И всё же через некоторое время Мэри перестала воспринимать людей в лаборатории Лурт как неандертальцев и начала относиться к ним как к просто женщинам. Да, их внешность была необычна — женщины с комплекцией лайнбэйкера<a l:href="#id20150414092305_96">[96]</a>, женщины с волосами на лице — но они были, безусловно… нет, не <emphasis>женственными,</emphasis> подумала Мэри; это слово перегружено слишком многими ожиданиями. Но это безусловно были <emphasis>женщины</emphasis>: вежливые, отзывчивые, разговорчивые и дружелюбные. Словом, с ними было приятно иметь дело.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_57">Конечно, Мэри принадлежала к поколению — она надеялась, что к последнему такому поколению в её мире — при котором в науке трудилось гораздо больше мужчин, чем женщин. Она никогда не работала в коллективе, в котором женщины составляли бы большинство — хотя в Йоркский университет подошёл достаточно близко — не говоря уж о том, чтобы состоять из одних женщин. Возможно, в таких обстоятельствах обстановка на рабочем месте напоминала бы здешнюю и в её мире. Мэри выросла в Онтарио, в котором по историческим причинам было две отдельные финансируемые правительством системы школьного образования: публичная — в американском, а не британском смысле<a l:href="#id20150414092305_97">[97]</a>, и католическая. Поскольку религиозное образование разрешено только в религиозных учебных заведениях, многие родители-католики посылали детей учиться в католические школы, но родители Мэри — по большей части по настоянию её отца — сделали выбор в пользу публичной системы. Когда ей исполнилось четырнадцать, начались разговоры о переводе её в католическую школу для девочек — Мэри тогда не успевала по математике, и маме сказали, что отсутствие в классе мальчиков могло бы ей помочь. Но в конце концов родители решили оставить её в публичной школе, потому что, как сказал папа, ей всё равно когда-нибудь придётся иметь дело с мужчинами, так что лучше привыкать к ним уже сейчас. Поэтому свои последние школьные годы Мэри провела в старшей школе в Ист-Йорке, а не в школе Святой Терезы по соседству. И хотя несмотря на совместное обучение она преодолела свои трудности с математикой, она иногда задумывалась о преимуществах полностью женской школы. Некоторые из её лучших студенток в Йоркском университете вышли как раз из таких школ.</p>
    <p>И, может быть, некоторые из этих преимуществ стоили того, чтобы распространить их и на взрослую жизнь, на рабочее место, позволив женщинам трудиться в окружении, свободном от мужчин и их эго.</p>
    <p>Хотя неандертальская система измерения времени разумно делила сутки на десять равных частей, считая их началом время восхода солнца во время равноденствия, Мэри по-прежнему полагалась на показания своих часов, а не на загадочные символы на дисплее компаньона — в конце концов, несмотря на то, что она находилась в другом мире, часовой пояс здесь был тот же самый.</p>
    <p>Для Мэри был привычен дневной ритм утренних и дневных перерывов на кофе и часового обеденного перерыва в середине дня, однако неандертальский метаболизм не позволял им оставаться без еды так долго. В рабочем дне неандертальца было два длинных перерыва, один примерно в 11, другой в три часа дня. Во время обоих поглощалось большое количество еды, включая сырое мясо — та же самая технология, что убивала инфекцию внутри человеческого тела, позволяла людям есть мясо, не подвергнутое термической обработке; мощные неандертальские челюсти отлично с ним справлялись. В отличие от желудка Мэри: она сидела со всеми за общим столом, но старалась не отводить взгляд от своей тарелки.</p>
    <p>Она могла бы есть отдельно от других, но Лурт была свободна только в это время, а Мэри хотелось с ней поговорить. Её очень интересовали неандертальские познания в генетике, и Лурт была готова ими с ней делиться.</p>
    <p>За короткое время, проведённое с Лурт, Мэри узнала так много, что ей начало казаться, что теперь возможно всё — особенно когда мужчины не мешают.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 32</p>
    </title>
    <p>За свою жизнь Мэри побывала примерно на дюжине свадебных церемоний — нескольких католических, одной еврейской, одной традиционной китайской и нескольких гражданских. Так что в общем и целом она думала, что представляет себе, чего ожидать от церемонии Жасмель.</p>
    <p>Она ошибалась.</p>
    <p>Конечно, она знала, что церемония не будет проходить в храме или каком другом месте поклонения — таких у неандертальцев попросту не было. Церемония проходила на природе под открытым небом.</p>
    <p>Когда транспортный куб высадил Мэри, Понтер уже был там; они прибыли первыми, так что, пока никто не видит, позволили себе крепко обняться.</p>
    <p>— Ага, — сказал Понтер, отпуская Мэри, — вот и они.</p>
    <p>Было солнечно. Мэри обнаружила, что забыла солнцезащитные очки на другой стороне, и ей пришлось щуриться, чтобы разглядеть приближающуюся компанию. Она состояла из трёх женщин — одна, как показалось Мэри, была возрастом под сорок, вторая — подросток, и с ними ребёнок лет восьми. Понтер посмотрел на Мэри, потом на приближающуюся женщину, потом снова на Мэри. Мэри пыталась прочитать выражение его лица; будь он её соплеменником, она бы решила, что он страшно смущён, как будто неожиданно осознал, что попал в очень неудобное положение.</p>
    <p>Три женщины шли пешком, и они приближались с востока — со стороны Центра. У старшей и младшей в руках не было ничего, но средняя несла на спине большой рюкзак. Когда они подошли поближе, маленькая девочка вскрикнула «Папа!» и побежала к Понтеру, который сгрёб её в охапку.</p>
    <p>Остальные две подходили медленно, и старшая женщина явно сдерживала шаг, держась рядом с младшей, которая не могла идти быстро из-за рюкзака.</p>
    <p>Понтер выпустил восьмилетку из объятий и, держа её за руку, повернулся к Мэри.</p>
    <p>— Мэре, это моя дочь Мега Бек. Мега, это мой друг Мэре.</p>
    <p>Мега явно до сих пор не замечала никого, кроме папочки. Она оглядела Мэри с головы до ног.</p>
    <p>— Ого, — сказала она, наконец. — Ты глексен, да?</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Ага, — сказала она; её временный компаньон перевёл её ответ.</p>
    <p>— Ты придёшь ко мне в школу? — спросила Мега. — Я хочу показать тебя другим детям!</p>
    <p>Мэри на секунду опешила; ей как-то не приходило в голову, что знакомством с ней можно хвастаться.</p>
    <p>— Гмм, если у меня будет время, — сказала она.</p>
    <p>Две другие женщины тем временем приблизились.</p>
    <p>— Это моя старшая дочь, Жасмель Кет, — сказал Понтер, указывая на восемнадцатилетнюю девушку.</p>
    <p>— Привет, — сказала Мэри. Она осмотрела девушку, но не смогла определить, насколько она привлекательна по неандертальским стандартам. Однако она унаследовала от отца золотистые глаза, на которых останавливался взгляд. — Я… — она решила не ставить Жасмель в затруднительное положение, называя имя, которое она не могла бы произнести. — Я — Мэре Воган.</p>
    <p>— Здравствуйте, учёная Воган, — сказала Жазмель, которая, должно быть, уже слышала о ней; иначе она бы вряд ли догадалась, как правильно отделить имя от фамилии. И следующая реплика Жасмель подтвердила эту догадку. — Это вы дали папе тот кусочек металла, — сказала она.</p>
    <p>Мэри на мгновение растерялась, но потом догадалась, о чём она. Распятие.</p>
    <p>— Да, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Я вас уже видела, — сказала Жасмель, — на мониторе, когда мы спасали папу. Но… — Она удивлённо покачала головой. — Я всё равно с трудом верила.</p>
    <p>— Ну, — сказала Мэри, — теперь я здесь. Надеюсь, вы не против моего присутствия на церемонии?</p>
    <p>Даже если она и была против, то не стала подводить отца:</p>
    <p>— Нет, конечно, нет. Я очень рада, что вы здесь.</p>
    <p>Понтер быстро заговорил, по-видимому, как показалось Мэри, тоже ощутив, что дочь скрывает неудовольствие и желая не дать ему выйти на поверхность:</p>
    <p>— А это опекунша моей дочери — теперь уже бывшая. — Он взглянул на старшую женщину. — Я… э-э… не ждал, что ты придёшь.</p>
    <p>Бровь неандерталки вскарабкалась на надбровный валик.</p>
    <p>— Да уж наверное, — сказала она, взглянув на Мэри.</p>
    <p>— Э-э… — сказал Понтер, — да, в общем, это Мэре Воган — женщина с той стороны, про которую я рассказывал. Мэре, это Даклар Болбай.</p>
    <p>— О Господи, — сказала Мэри, и её компаньон издал гудок, не в состоянии перевести фразу.</p>
    <p>— Да? — сказала Даклар, предлагая Мэри повторить попытку.</p>
    <p>— Я… в смысле, рада познакомиться. Я много о вас слышала.</p>
    <p>— И я о вас, — голос Даклар звучал ровно.</p>
    <p>Мэри выдавила из себя улыбку и отвела взгляд.</p>
    <p>— Даклар, — объяснил Понтер, — была партнёршей моей партнёрши, Класт, а потом опекуншей моих дочерей. — Он повернулся к Даклар и продолжил с нажимом: — Пока Жасмель не стала совершеннолетней, когда ей этой весной исполнилось 225 месяцев.</p>
    <p>Мэри пыталась понять, что здесь происходит. Понтер, похоже, даёт понять, что раз Даклар более никак не связана с Жасмель, то она не должна быть здесь. Мэри вполне понимала, что её присутствие для Понтера нежелательно. Даклар, в конце концов, пыталась добиться кастрации Адекора.</p>
    <p>Неловкая ситуация была прервана появлением ещё двух неандертальцев — мужчины и женщины, оба лет пятидесяти на вид.</p>
    <p>— Это родители Триона, — сказал Понтер, — Бол Дурбан, — он указал на мужчину, — и Явла Пол. Бол, Явла, это мой друг Мэре Воган.</p>
    <p>— Не нужно представлений, — громогласно ответил Бол. — Я видел вас по визору.</p>
    <p>Мэри постаралась подавить дрожь. Она иногда замечала поблёскивание серебристых одежд, но не предполагала, что является объектом внимания эксгибиционистов.</p>
    <p>— Ты только посмотри на неё! — воскликнула Явла. — Кожа да кости! Там у вас хватает еды, в вашем мире?</p>
    <p>Никогда и никогда не говорил про Мэри «кожа да кости» за всю её жизнь, и сейчас ей это даже понравилось.</p>
    <p>— Да, — ответила она, слегка покраснев.</p>
    <p>— Ну, сегодня вечером у нас банкет, — сказала Явла. — Конечно, за один раз декамесяцы небрежения не исправить, но у вас будет шанс начать!</p>
    <p>Мэри вежливо улыбнулась.</p>
    <p>Бол обернулся к своей партнёрше.</p>
    <p>— Где носит твоего сына? — спросил он.</p>
    <p>— Кто бы спрашивал, — ответила Явла полушутливым тоном. — Пунктуальность он явно унаследовал от тебя.</p>
    <p>— Вон он идёт, — сказала Жасмель, по-прежнему с рюкзаком на спине.</p>
    <p>Мэри взглянула туда, куда указывала Жасмель. Вдалеке виднелась человеческая фигура, ковыляющая в их направлении и несущая на плечах что-то большое. Было похоже, что он доберётся до них не раньше, чем через несколько минут. Мэри склонилась к Понтеру:</p>
    <p>— Напомни мне, как зовут наречённого твоей дочери?</p>
    <p>Понтер на секунду застыл, по-видимому, выслушивая Хака, который пытался сообразить, о чём спрашивает Мэри.</p>
    <p>— О, — сказал он, наконец. — Трион Ругал.</p>
    <p>— Не понимаю вашей системы имён, — сказала Мэри. — Вот, к примеру, «Воган» — это моя фамилия: у обоих моих родителей, моей сестры и моих братьев она такая же. — Она прикрыла глаза рукой от солнца и снова посмотрела на приближающегося парня.</p>
    <p>Понтер также смотрел в том направлении, однако его глаза прикрывал от солнца надбровный валик.</p>
    <p>— Первое имя используется членами семьи и близкими друзьями, и выбирается матерью; вторым пользуются за пределами этого круга, и оно выбирается отцом. Теперь видишь логику? Отцы живут на периферии; матери — в центре. Мой отец выбрал для меня имя «Боддет», что означает «сказочно красивый», а моя мать — «Понтер», что значит «невероятно умный».</p>
    <p>— Ты шутишь, — сказала Мэри.</p>
    <p>Понтер расплылся в своей великанской улыбке.</p>
    <p>— Шучу. Прости, мои имена и близко не стояли с твоим — «мать Бога». Если серьёзно, то «Понтер» означает «полнолуние», а «Боддет» — это название города в Эвсое, известного своими великими живописцами.</p>
    <p>— А-а, — сказала Мэри. — Тогда… Боже мой!</p>
    <p>— Ну, — сказал Понтер, всё ещё в шутливом настроении, — он точно не мой.</p>
    <p>— Нет, посмотри! — Она показала на Триона.</p>
    <p>— И что? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Он тащит оленью тушу!</p>
    <p>— Ты заметила? — Понтер улыбался. — Это его охотничье подношение Жасмель. А у неё в рюкзаке — подарок собирательницы.</p>
    <p>И правда, Жасмель только сейчас снимала рюкзак со спины. Должно быть, подумала Мэри, по традиции мужчина должен видеть, что она сама принесла своё добро. Когда Трион приблизился, Понтер пошёл ему навстречу и помог снять тушу оленя с плеч.</p>
    <p>Желудок Мэри начал протестовать. Оленья шкура была вся в крови, на ней виднелось с полдюжины проникающих ран. А когда Трион нагнулся, она увидела, что его спина также покрыта запёкшейся оленьей кровью.</p>
    <p>— Кто-нибудь будет руководить церемонией? — спросила Мэри.</p>
    <p>Понтер сделал озадаченное лицо.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— У нас её ведёт судья или представитель церкви, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Клятва, которую дадут друг другу Трион и Жасмель, будет автоматически записана в архив алиби, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри кивнула. Ну конечно.</p>
    <p>Освободившись от оленьей туши, Трион кинулся к своей невесте. Жасмель встретила его с распростёртыми объятиями, и они крепко обнялись и лизнули друг друга в лицо, довольно страстно. Мэри обнаружила, что рефлекторно отвела глаза.</p>
    <p>— Ну что же, — сказал Бол, отец Триона. — На то, чтобы зажарить этого оленя, уйдёт целый децидень. Пора браться за дело.</p>
    <p>Молодые закончили обниматься. Мэри с отвращением отметила, что Жасмель запачкала руки оленьей кровью со спины Триона, но, заметив это, лишь рассмеялась.</p>
    <p>И тут, без всякой преамбулы, церемония, по-видимому, началась.</p>
    <p>— Ладно, — сказала Жасмель. — приступим. — Она повернулась к Триону. — Я обещаю держать тебя в сердце двадцать девять дней в месяц, и держать тебя в руках, когда Двое становятся Одним.</p>
    <p>Мэри взглянула на Понтера. Мускулы его широких челюстей напряглись; он был явно растроган.</p>
    <p>— Я обещаю, — продолжала Жасмель, — что твоё здоровье и твоё счастье будут для меня так же важны, как и мои собственные.</p>
    <p>Даклар, похоже, расчувствовалась не меньше Понтера. В конце концов, как поняла Мэри, Жасмель прожила с ней бок о бок всю свою жизнь.</p>
    <p>Жасмель заговорила снова:</p>
    <p>— Если ты когда-нибудь устанешь от меня, я обещаю опустить тебя, не тая зла, и наилучшим образом позаботиться о благополучии наших детей.</p>
    <p>Мэри потрясло это заявление. Насколько проще была бы её собственная жизнь, если бы они с Кольмом дали друг другу подобную клятву. Она взглянула на Понтера и…</p>
    <p><emphasis>О Господи!</emphasis></p>
    <p>Даклар подошла к нему и теперь стояла рядом и… Мэри не поверила своим глазам — они держались за руки!</p>
    <p>По-видимому, теперь была очередь Триона.</p>
    <p>— Я обещаю, — сказал он, — держать тебя в сердце двадцать девять дней в месяц, и держать тебя в руках, когда Двое становятся Одним.</p>
    <p><emphasis>Двое становятся Одним,</emphasis> подумала Мэри. Наверняка это случилось хотя бы раз в период между возвращением Понтера и его вторым появлением на её Земле. Она полагала, что он провёл это время в одиночестве, но…</p>
    <p>— Я обещаю, — говорил Трион, — что твоё счастье и твоё благополучие будут для меня так же важны, как и мои собственные.</p>
    <p>— Если когда-нибудь ты устанешь от меня, — продолжал он, — я обещаю отпустить тебя без страданий, и наилучшим образом позаботиться о благополучии наших детей.</p>
    <p>В обычных обстоятельствах Мэри порадовалась бы такой абсолютной симметричности брачной клятвы — ей пришлось немало поругаться с Кольмом из-за того, чтобы не произносить «и повиноваться» во время венчания. Но эта мысль оказалась совершенно подавлена шоком, который она испытала, увидев Понтера и Даклар, держащихся за руки — и это после того, что она сделала с Адекором!</p>
    <p>Малышка Мега напугала Мэри, громко хлопнув в ладоши.</p>
    <p>— Они соединились! — закричала она. В течение какого-то мгновения Мэри думала, что девочка имеет в виду Понтера и Даклар — но нет, нет, это было бы смешно.</p>
    <p>Бол хлопнул себя по животу.</p>
    <p>— Ну ладно, раз с этим покончено, — сказал он, — принимаемся за готовку!</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 33</p>
    </title>
    <p><emphasis>— Да вы что, — сказал Селган, сокрушённо качая головой, — рехнулись?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Даклар не должно было быть там! — ответил Понтер. — В церемонии вступления в союз участвуют только родители и двое детей, заключающих союз. Там нет места для однополых партнёров родителей.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но Даклар была </emphasis>табантом<emphasis> ваших дочерей.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Не Жасмель, — возразил Понтер. — Жасмель достигла возраста совершеннолетия; Даклар больше не была её опекуном.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но вы привели с собой Мэри, — сказал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да. И я не собираюсь просить за это прощения — я был вправе привести кого-то вместо Класт. — Понтер нахмурился. — А Даклар не имела права там находиться.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган почесал лысину там, где редеющие волосы обнажили широкую полосу.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы, физики, — сказал он, снова покачав головой, — ожидаете, что люди поведут себя предсказуемо, что они следуют каким-то неизменным правилам. Но это не так.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер саркастически фыркнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да неужели?…</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>К ужасу Мэри, в разделке оленя по традиции должны были участвовать все. Бол и Явла, родители… «жениха», Мэри не смогла подобрать более подходящего термина — принесли острые металлические ножи, и Бол вспорол оленя от горла до хвоста. Мэри оказалась не готова к зрелищу такого количество крови, так что она извинилась и отошла в сторону.</p>
    <p>Здесь было холодно, в этом неандертальском мире, и становилось ещё холоднее — солнце клонилось к закату.</p>
    <p>Мэри стояла спиной к празднеству, но через некоторое время услышала шуршание шагов по первой осенней листве. Она была уверена, что это Понтер пришёл её утешить и… и объясниться. Но её сердце подпрыгнуло, когда послышался низкий голос Даклар.</p>
    <p>— Похоже, вам не по себе от этой операции.</p>
    <p>— Я никогда раньше ничего подобного не делала, — сказала она, поворачиваясь к ней. Она заметила, что Явла и Мега теперь занимались сбором дров для костра.</p>
    <p>— Всё в порядке. У нас всё равно лишняя пара рук.</p>
    <p>Сначала Мэри подумала, что Даклар говорит о своём присутствии, которое явно застало Понтера врасплох. Но потом она подумала, что Даклар, скорее, пытается уколоть её.</p>
    <p>— Понтер пригласил меня, — сказала Мэри, сразу обругав себя за то, что кинулась оправдываться.</p>
    <p>— Я так и поняла, — сказала Даклар.</p>
    <p>Мэри, зная, что потом будет сожалеть о своей неспособности сдержаться, перешла в наступление:</p>
    <p>— А вот я не понимаю, как вы можете быть такой из себя любезной после того, что сделали с Адекором.</p>
    <p>Даклар ответила не сразу, и Мэри не удалось прочитать выражение её лица.</p>
    <p>— Я смотрю, — сказала она, наконец, — наш Понтер о многом вам рассказывает.</p>
    <p>Мэри не понравилось, как прозвучало «наш Понтер», но она промолчала. Через секунду Даклар продолжила:</p>
    <p>— Что конкретно он вам рассказал?</p>
    <p>— Что пока Понтер был в нашем мире, вы обвинили Адекора в его убийстве. Адекора! Которого Понтер любит!</p>
    <p>Даклар приподняла бровь.</p>
    <p>— Он вам сказал, что стало основной уликой против Адекора?</p>
    <p>Мэри знала, что Даклар — собирательница, а не охотница, но чувствовала, что её умело загоняют в ловушку. Она чуть качнула головой.</p>
    <p>— Улик не было, — сказала она, — поскольку не было преступления.</p>
    <p>— В тот раз не было, совершенно верно. Но в прошлом… — Даклар замолчала; её голос звучал самую малость надменно, самую малость снисходительно. — Я уверена, что Понтер не сказал вам, <emphasis>кто</emphasis> повредил ему челюсть.</p>
    <p>Однако Мэри хотела показать ей, как близка она с этом мужчиной.</p>
    <p>— Он рассказал мне <emphasis>всё</emphasis>. Я даже видела рентгеновские снимки.</p>
    <p>— Тогда вы должны понять. Адекор уже пытался однажды убить Понтера, так что…</p>
    <p>Внезапно Даклар замолкла, не договорив, и её глаза удивлённо округлились — должно быть, она заметила, как Мэри изменилась в лице.</p>
    <p>— Вы не знали, что это был Адекор, не так ли? Понтер не настолько с вами откровенен?</p>
    <p>Сердце Мэри бешено заколотилось. Она молчала, боясь, что не справится с голосом.</p>
    <p>— Значит, — сказала Даклар, — у меня <emphasis>есть</emphasis> для вас новая информация. Да, это Адекор Халд ударил Понтера по лицу. Я представила запись из его архива алиби Понтера качестве доказательства.</p>
    <p>Мэри частенько ругалась с Кольмом — чего уж тут скрывать — но он ни разу не поднял на неё руку. Хотя она и знала, что такое не редкость, она и вообразить не могла, что стала бы жить с супругом, который её бьёт. Однако…</p>
    <p>Однако это было всего лишь раз, и…</p>
    <p>Нет, нет. Будь Понтер женщиной, она не простила бы Адекору даже одного раза, как…</p>
    <p>Она ненавидела вспоминать об этом, терпеть не могла, когда это вдруг всплывало в памяти.</p>
    <p>Как не смогла простить отца за то, что он единственный раз поднял руку на маму целую вечность назад.</p>
    <p>Но Понтер — мужчина, физически равный Адекору, и…</p>
    <p>И всё же ничто — <emphasis>ничто</emphasis> — не могло оправдать такое поведение. Ударить того, кого ты якобы любишь!</p>
    <p>Мэри не знала, что ответить Даклар, и после долгой паузы неандерталка заговорила снова:</p>
    <p>— Как видите, обвинение против Адекора <emphasis>не было</emphasis> необоснованным. Да, я сожалею об этом сейчас, но…</p>
    <p>Она замолкла. До сего момента Даклар не проявляла особой сдержанности в выражении своих мыслей, и Мэри стало интересно, о чём таком эта женщина решила умолчать. И тут её осенило.</p>
    <p>— Но вас ослепила мысль о том, что Понтер для вас потерян.</p>
    <p>Даклар не кивнула, и не покачала головой, но Мэри знала, что попала в яблочко.</p>
    <p>— Тогда… — сказала Мэри. Она не имела ни малейшего понятия, что Понтер рассказывал Даклар, если вообще что-то рассказывал, о его отношениях с Мэри во время первого визита в её мир, и…</p>
    <p>…и наверняка не имел возможности рассказать ей о том, насколько углубились эти отношения с тех пор, но…</p>
    <p>Но Даклар — женщина. Пусть она весит двести фунтов и жмёт от груди вдвое больше, пусть щёки у неё покрыты мягким пушком.</p>
    <p>Но всё же она женщина, самка рода Homo, и она наверняка видит ситуацию так же ясно, как и Мэри. Если Даклар не знала об интересе Понтера к Мэри до сего дня, она узнала о нём сейчас. Не только потому, что всё было до ужаса очевидно — Понтер привёл Мэри на свадьбу дочери в качестве замены её умершей матери — но и по тому, как Понтер смотрит на неё, как держится поблизости от неё. Его поза, его язык тела звучали для Даклар так же ясно, как и для Мэри.</p>
    <p>— Действительно, «тогда», — сказала Даклар, повторяя последние слова Мэри.</p>
    <p>Мэри глянула в сторону свадебного пикника. Понтер трудился над оленьей тушей с Жасмель, Трионом и Болом, но погладывал в их сторону. Будь он глексеном, Мэри, наверное, не смогла бы на таком расстоянии разглядеть выражение его лица, но на широком обличье Понтера всё было гораздо отчётливей и заметнее. Он определенно нервничал по поводу разговора, который Даклар затеяла с Мэри — и у него были дли этого все основания.</p>
    <p>Она снова посмотрела на стоящую перед ней неандерталку, которая сложила руки на широкой, но не особенно выпуклой груди. Мэри уже заметила, что ни одна из виденных ей местных женщин не была в этом отношении одарена природой так, как, скажем, Луиза Бенуа. Возможно, в обществе, где мужчины и женщины большую часть времени живут раздельно, вторичные половые признаки не играют такой большой роли.</p>
    <p>— Он мой соплеменник, — сказала Даклар.</p>
    <p>И это правда, подумала Мэри, но…</p>
    <p><emphasis>Но.</emphasis></p>
    <p>Не глядя на Даклар в глаза и без единого слова Мэри Воган, женщина, канадка, Homo sapiens, пошла прочь в направлении группы людей, сдирающих рыжевато-коричневую шкуру с животного, которое один из них убил, по всей видимости, просто ткнув в него копьём.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри не могла не признать, что еда была великолепна. Мясо — сочное и ароматное, овощи вкусные. Это немного напомнило ей поездку в Новую Зеландию на конференцию два года назад, когда всех делегатов пригласили на маорийское празднество ханги.</p>
    <p>Но всё закончилось довольно быстро, и, к изумлению Мэри, Трион ушёл вместе со своим отцом. Мэри придвинулась ближе к Понтеру и тихонько спросила:</p>
    <p>— Почему Трион и Жасмель снова расстаются?</p>
    <p>Понтера, казалось, удивил этот вопрос.</p>
    <p>— Но ведь до того, как Двое станут Одним, ещё два дня.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_58">Мэри вспомнила дурные предчувствия, одолевавшие её, когда она давным-давно шла с Кольмом к алтарю. Будь у неё пара лишних дней, она бы могла передумать; неконсуммированный брак мог бы получить от Церкви настоящую, подлинную римско-католическую аннуляцию, а не ту поддельную, получением которой ей рано или поздно ещё предстоит заняться<a l:href="#id20150414092305_98">[98]</a>.</p>
    <p>Но…</p>
    <p>Два дня!</p>
    <p>— Так… — начала Мэри, запнулась, и начала более уверенно: — Так ты не вернёшься в наш мир, пока здесь всё не закончится?</p>
    <p>— Это очень важное время для… — его голос затих; интересно, подумала Мэри, он собирался сказать «для моей семьи» или «для нас»? — …для таких вещей. Ведь, по сути, меняется весь привычный мир…</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох.</p>
    <p>— Значит, ты хочешь, чтобы я уехала одна?</p>
    <p>Понтер тоже глубоко вдохнул, и…</p>
    <p>— Папа! Папа! — К нему неслась малышка Мегамег.</p>
    <p>Он присел так, чтобы их лица оказались на одном уровне.</p>
    <p>— Да, маленькая!</p>
    <p>— Жасмель забирает меня домой.</p>
    <p>Понтер обнял дочку.</p>
    <p>— Я буду по тебе скучать, — сказал он.</p>
    <p>— Я люблю тебя, папа.</p>
    <p>— И я тоже тебя люблю, Мегамег.</p>
    <p>Она прикрыла ладошками губы.</p>
    <p>— Прости, — сказал Понтер. — Я тоже тебя люблю, Мега.</p>
    <p>Девочка заулыбалась.</p>
    <p>— Когда Двое станут Одним, мы снова пойдём на пикник с Даклар?</p>
    <p>Сердце Мэри подпрыгнуло.</p>
    <p>Понтер посмотрел на Мэри, потом торопливо наклонил голову так, что надбровье закрыло глаза.</p>
    <p>— Мы посмотрим, — сказал он.</p>
    <p>Жасмель и Даклар подошли ближе. Понтер выпрямился и повернулся к старшей дочери.</p>
    <p>— Я уверен, что вы с Трионом будете очень счастливы.</p>
    <p>И снова Мэри что-то показалось неправильным в построении этой фразы. В её мире в ней обязательно прозвучало бы слово «вместе», но Жасмель и Трион, даже вступив в союз, проведут бо́льшую часть жизни порознь. На самом деле Жасмель, по-видимому, ждёт предстоит ещё одна церемония, когда она выберет себе женщину-партнёра.</p>
    <p>Мэри покачала головой. Возможно, ей и впрямь стоит отправиться домой.</p>
    <p>— Пойдёмте, — сказала ей Даклар, — мы можем добраться до Центра на одном кубе. Я так понимаю, вы снова остановитесь у Лурт?</p>
    <p>Взгляд Мэри на секунду задержался на Понтере. Но если даже невеста не будет спать с женихом этой ночью…</p>
    <p>— Да, — ответила она.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Даклар. — Тогда давайте двигаться. — Она шагнула к Понтеру и, после секундного колебания, они обнялись на прощание. Мэри смотрела в сторону.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Даклар почти не разговаривали по дороге домой. Напротив, после нескольких минут неловкого молчания Даклар затеяла разговор с водителем. Мэри рассматривала виды за окном. В Онтарио в наши дни практически не осталось первобытных лесов, растущих без вмешательства человека, но здесь такие леса были повсюду.</p>
    <p>Наконец, её высадили возле дома Лурт. Партнёрша Лурт и она сама хотели знать всё о свадебной церемонии, и Мэри попыталась удовлетворить их любопытство. Маленький Даб вёл себя исключительно хорошо, сидя тихонько в углу — как потом объяснила Лурт, он был поглощён историей, которую читал ему компаньон.</p>
    <p>Мэри знала, что ей нужно с кем-то посоветоваться, но — чёрт бы их побрал! — семейные отношения здесь были так сложны. Лурт Фрадло была партнёршей Адекора Халда, а Адекор Халд был партнёром Понтера Боддета. Однако, если Мэри правильно поняла, между Понтером и Лурт не было никакой особенной связи, так же, как…</p>
    <p>Так же как не должно было быть никакой особенной связи между Понтером, чьей партнёршей была Класт Харбен, и Даклар Болбай, партнёршей Класт.</p>
    <p>И всё же между ними определённо <emphasis>была</emphasis> связь. Понтер не упомянул её ни словом во время первого визита на её Землю, хотя часто говорил о том, как им оторванным и потерянным он себя чувствует, оказавшись вырванным из своего мира без видимых шансов вернуться. Он много раз упоминал Класт, которая к тому времени уже умерла, а также Жасмель, Мегамег и Адекора. Но не Даклар — по крайней мере, не в числе людей, по которым тоскует.</p>
    <p>Могли эти отношения начаться совсем недавно?</p>
    <p>Но, если так, то стал бы Понтер покидать свой мир на столь долгое время?</p>
    <p>Нет, погодите. Погодите. Время это не такое уж и долгое — меньше трёх недель; трёх недель, которые попадают как раз между двумя последовательными периодами, когда Двое становятся Одним. Он не мог бы в это время видеться с Даклар, даже если остался бы дома.</p>
    <p>Мэри тряхнула головой. Ей нужен не просто совет — ей нужны ответы.</p>
    <p>И Лурт, похоже, единственная, кто может их дать в то короткое время, что осталось до того, как Двоих снова станут Одним. Но ей нужно поговорить с Лурт наедине — а такой шанс будет только завтра, в её лаборатории.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер лежал на одном из диванов, растущих из деревянных стен его дома, и пялился в роспись на потолке. Пабо растянулась рядом на моховом полу и спала.</p>
    <p>Входная дверь открылась, и вошёл Адекор. Пабо проснулась и кинулась его встречать.</p>
    <p>— Привет, старушка, — сказал Адекор и потянулся почесать ей за ухом.</p>
    <p>— Привет, Адекор, — сказал Понтер, не поднимаясь.</p>
    <p>— Привет, Понтер. Как прошла церемония?</p>
    <p>— Давай посмотрим на это так, — ответил Понтер. — Что самое плохое, что могло там случиться?</p>
    <p>Адекор задумался.</p>
    <p>— Трион проткнул себе копьём ногу?</p>
    <p>— Нет, нет. С Трионом всё хорошо, и сама церемония прошла здорово.</p>
    <p>— Что тогда?</p>
    <p>— Даклар Болбай заявилась.</p>
    <p><emphasis>— Хрящ!</emphasis> — выругался Адекор, устраиваясь на седлокресле. — Ситуация хуже не придумаешь.</p>
    <p>— Ты знаешь, — сказал Понтер, — говорят, что это самцы территориальны, но…</p>
    <p>— Что случилось?</p>
    <p>— Я даже не знаю. Вроде Даклар и Мэри не ругались и не спорили…</p>
    <p>— Но они обе знают друг о друге.</p>
    <p>— Я и не пытался ни от кого ничего скрывать. — Голос Понтера звучал жалко, и он сам это чувствовал. — Ты же знаешь, что Даклар свалилась на меня, как снег на голову, и я тогда даже не знал, увижу ли я ещё Мэре когда-нибудь. Но сейчас…</p>
    <p>— Двое станут Одним послезавтра. У Жасмель для тебя времени не найдётся, я гарантирую. Помню наш с Лурт первый раз после заключения союза — мы почти не выходили на улицу.</p>
    <p>— Я знаю, — сказал Понтер. — Я, конечно, повидаюсь с Мегой, но…</p>
    <p>— Но тебе нужно решить, с кем ты хочешь провести остальное время и в чьём доме ты собираешься спать.</p>
    <p>— Это нелепо, — сказал Понтер. — Я Даклар ничего не обещал.</p>
    <p>— Мэре ты тоже ничего не обещал.</p>
    <p>— Я знаю. Но я не могу её бросить, когда Двое станут Одним. — Понтер замолчал, надеясь, что Адекор не обидится на то, что он собирается сказать. — Поверь мне, я знаю, как одиноко может быть в эти дни.</p>
    <p>— Может быть, ей стоит вернуться в свой мир? — сказал Адекор.</p>
    <p>— Я не думаю, что ей это понравится.</p>
    <p>— А сам ты с кем хочешь быть?</p>
    <p>— С Мэре. Но…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Но у неё свой мир, а у меня — свой. Мы очень непохожи.</p>
    <p>— Прости мне моё нахальство, но где в этой картине место для меня?</p>
    <p>Понтер поднялся и сел.</p>
    <p>— Ты о чём? Ты — мой партнёр. И так будет всегда.</p>
    <p>— Неужели?</p>
    <p>— Разумеется. Я люблю тебя.</p>
    <p>— А я — тебя. Но ты мне рассказывал об обычаях глексенов. Мэре не ищет партнёра, которого будет видеть несколько дней в месяц, и я сильно сомневаюсь, что она захочет обзавестись партнёршей.</p>
    <p>— Да, наши обычаи, возможно, различаются, но…</p>
    <p>— Это как мамонты и мастодонты, — сказал Адекор. — Они на вид очень похожи, но попробуй свести самца-мастодонта и мамонтиху, и увидишь, что будет.</p>
    <p>— Я знаю, — сказал Понтер. — Я знаю.</p>
    <p>— Я не вижу, как ты это всё сможешь устроить.</p>
    <p>— Я знаю, но…</p>
    <p>— Я могу сказать? — Голос Хака.</p>
    <p>Понтер посмотрел на своё левое предплечье.</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>— Вы знаете — я обычно не вмешиваюсь в такие вопросы, — сказал компаньон. — Но имеется фактор, который вы не принимаете во внимание.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Хак переключился на кохлеарные импланты Понтера.</p>
    <p>— Возможно, ты не захочешь, чтобы другие это услышали.</p>
    <p>— Чепуха, — сказал Понтер. — У меня нет секретов от Адекора.</p>
    <p>— Очень хорошо, — сказал Хак, снова переключившись на внешний динамик. — Учёная Воган восстанавливается после тяжёлого потрясения. Её эмоции и поведение могут быть нетипичны.</p>
    <p>Адекор с любопытством склонил голову на бок.</p>
    <p>— Какое тяжёлое потрясение? В смысле, я знаю, что есть стряпню Понтера — то ещё испытание, но…</p>
    <p>— Мэре изнасиловали, — сказал Понтер. — Там, в её мире. Непосредственно перед тем, как я там появился.</p>
    <p>— Ох, — сказал Адекор, моментально посерьёзнев. — Что сделали с тем парнем?</p>
    <p>— Ничего. Он скрылся.</p>
    <p>— Как он мог скрыться?</p>
    <p>Понтер поднял левую руку.</p>
    <p>— Нет компаньонов — нет справедливости.</p>
    <p>— Пустая кость! — выругался Адекор. — В каком мире им приходится жить.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 34</p>
    </title>
    <p>На следующий день Мэри шла по коридору лабораторного здания. Она отступила к стене, давая проехать похожему на паука роботу, которые в неандертальском обществе выполняли всю чёрную работу. На мгновение она задумалась об экономике этого мира. Здесь был искусственный интеллект, были роботы. Но при этом были и водители такси; очевидно, автоматизировались не все виды деятельности, которые можно бы было автоматизировать.</p>
    <p>Мэри пошла дальше и дошла до помещения, в котором работала Лурт.</p>
    <p>— Не собираетесь сделать перерыв? — спросила она; она и сама терпеть не могла, когда её отвлекали посреди успешно продвигающейся работы.</p>
    <p>Лурт взглянула на экран компаньона, видимо, посмотреть, который час.</p>
    <p>— Можно, — сказала она.</p>
    <p>— Отлично, — обрадовалась Мэри. — Не хотите немного прогуляться? Мне нужно с вами поговорить.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Лурт вышли на улицу. Было ясно, и Лурт автоматически приняла позу, которую Мэри часто наблюдала у других неандертальцев — слегка наклонив голову вперёд, так, чтобы надбровный валик прикрывал глаза от солнечных лучей. Мэри для этой цели приходилось приставлять ко лбу ладонь. Хотя сейчас её тяготили совсем другие вопросы, её забытые дома на другой Земле «фостер-грантс» уже начинали её нервировать.</p>
    <p>— У вас носят солнцезащитные очки? Такие тёмные стекла, которые задерживают часть солнечных лучей?</p>
    <p>— Да, — сказала Лурт, — у нас такое есть, только мы это называем, — она говорила без паузы, но перевод на мгновение прервался, будто компаньон Мэри раздумывал, как перевести то, что сказала Лурт, — противоснежные щитки.</p>
    <p>Мэри моментально сообразила. Надбровный валик хорошо прикрывает глаза от света, падающего сверху, когда же он отражается от снега, лежащего на земле, грубоко посаженные неандертальские глаза хоть и дают какую-то защиту, но дымчатые очки всё же будут удобнее.</p>
    <p>— Можно раздобыть для меня пару?</p>
    <p>— Зачем вам два таких устройства?</p>
    <p>— Э-э… нет. Видите ли, мы его называем во множественном числе — ну, потому что в них же две линзы.</p>
    <p>Лурт покачала головой и заметила добродушно:</p>
    <p>— Тогда почему бы и штаны не называть «парой» — ведь ноги тоже две.</p>
    <p>Мэри решила не углубляться в эту тему.</p>
    <p>— Как бы то ни было, можно мне достать этот «противоснежный щиток»?</p>
    <p>— Конечно. Вон там есть шлифовальная мастерская.</p>
    <p>Мэри помедлила.</p>
    <p>— У меня нет денег — нечем заплатить за них. В смысле, за него.</p>
    <p>Лурт указала на левую руку Мэри, и она не сразу сообразила, что та имеет в виду её временный компаньон. Мэри подняла руку, чтобы Лурт его осмотрела. Лурт вытянула на устройстве несколько крошечных контрольных стерженьков, и изучила заплясавшие на экранчике символы.</p>
    <p>— Как я и думала, — сказала Лурт. — Ваш компаньон привязан к счёту Понтера. Вы можете приобрести что пожелаете, и Понтеру пришлют счёт.</p>
    <p>— Правда? Вау.</p>
    <p>— Пойдёмте, мастерская шлифовщика там.</p>
    <p>Лурт пересекла широкую полосу высокой травы, и Мэри поспешила следом. Она чувствовала себя немного виноватой за то, что собирается потратить деньги Понтера, особенно учитывая то, что она собиралась с Лурт обсудить, но у неё начиналась мигрень, и она не хотела вести столь деликатный разговор там, где его могли услышать её коллеги. Больше того: она уже начала потихоньку понимать неандертальский образ жизни. Она знала, что в помещении или на улице в безветренную погоду неандерталец многое может узнать о том, что думает и чувствует собеседник, просто вдыхая его феромоны. В таком невыгодном положении Мэри была бы словно голая. Но сегодня дул свежий ветер, и пока они с Лурт снаружи, Лурт будет знать только то, что Мэри скажет словами.</p>
    <p>Они вошли в здание, на которое указывала Лурт. Это было довольно большое заведение, составленное из трёх сформованных деревьев, стоящих достаточно близко, чтобы их ветви сплелись наверху в единую крону.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_59">Мэри удивилась тому, что оказалось внутри. Она ожидала увидеть этакий местный «LensCrafters»<a l:href="#id20150414092305_99">[99]</a>, специализирующийся исключительно на очках магазин, но в этом бизнесе так много зависело от моды на оправы, а неандертальцы, в силу их консервативной натуры, вряд ли были ей подвержены. Кроме того, с их значительно меньшим населением слишком узкая специализация была вряд ли возможна. В шлифовальной мастерской занимались всеми видами оптики. Она была заполнена устройствами, в которых узнавались телескопы, микроскопы, камеры, проекторы, увеличительные стёкла, прожектора и многое другое. Мэри попыталась хорошенько запомнить увиденное — Лили, Кевин и Фрэнк наверняка забросают её вопросами, когда она вернётся в «Синерджи Груп».</p>
    <p>Появилась пожилая неандерталка. Оттачивая навык, Мэри попыталась определить, к какому поколению она принадлежит. Она выглядела лет на семьдесят, что делало её… да, 142-й. При виде Мэри женщина сделала удивлённые глаза, но быстро взяла себя в руки.</p>
    <p>— Здравый день, — сказала она.</p>
    <p>— Здравый день, — ответила Лурт. — Это моя подруга Мэре.</p>
    <p>— Ну конечно, — сказала 142-я. — Из другой вселенной! Мой любимый эксгибиционист показывает вас с тех самых пор, как вы приехали.</p>
    <p>Мэри вздрогнула.</p>
    <p>— Мэре нужен противоснежный щиток, — сказала Лурт.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_60">Женщина кивнула и ушла в другую часть мастерской. Она вернулась с парой тёмных линз — они были тёмно-синими, а не зелёными или янтарными, к каким привыкла Мэри — прикреплённых к широкой эластичной ленте, похожей на резинку от «Fruit of the Loom<a l:href="#id20150414092305_100">[100]</a>».</p>
    <p>— Примерьте это, — сказала она.</p>
    <p>Мэри взяла у неё линзы, но не смогла сообразить, как их надевать. Лурт рассмеялась.</p>
    <p>— Давайте покажу, — сказала она, беря устройство у Мэри и растягивая эластичную ленту так, чтобы в неё прошла голова. — Обычно лента оказывается здесь — она провела пальцами по борозде между своим выступающим надбровьем и лбом. — Тогда она не соскальзывает вниз.</p>
    <p>И действительно, со лба Мэри лента норовила соскользнуть. Шлифовальщица, очевидно, увидев это, сказала:</p>
    <p>— Я принесу вам детский вариант, — и снова исчезла.</p>
    <p>Мэри уговаривала себя не смущаться. У глексенов высокие головы, у неандертальцев — удлинённые. Женщина вернулась с другой парой, с лентой поуже. Такая вроде бы держалась крепко.</p>
    <p>— Вы можете поднимать и опускать линзы, когда потребуется, — сказала женщина, показывая Мэри, как это делается.</p>
    <p>— Спасибо. Гмм, что я должна сделать, чтобы…?</p>
    <p>— Заплатить? — подсказала Лурт, улыбнувшись. — Просто выходите на улицу; как только вы покинете мастерскую, произойдёт списание со счёта.</p>
    <p>Отличный способ борьбы с магазинными ворами, подумала Мэри.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала она, и они с Лурт вышли из мастерской. С линзами на глазах Мэри почувствовала себя комфортнее, хотя от синеватого оттенка на всём, что она видела, она стала как будто бы сильнее мёрзнуть. Зато теперь, наконец, Мэри была готова затронуть тему, которую хотела обсудить с Лурт.</p>
    <p>— Я не в курсе относительно ваших правил протокола, — сказала Мэри. — Я не политик, не дипломат и ли что-то вроде этого. И я совершенно точно не хотела бы обидеть вас или поставить в неловкое положение, но…</p>
    <p>Они шли по ещё одной широкой травянистой полосе, вдоль которой через равные интервалы стояли скульптуры в натуральную величину — предположительно, знаменитых неандертальцев; все скульптуры изображали женщин.</p>
    <p>— Я слушаю, — сказала Лурт.</p>
    <p>— Ну, в общем, я интересуюсь отношениями Понтера с Даклар Болбай.</p>
    <p>— Даклар — партнёрша партнёрши Понтера. Мы называем подобный тип отношений <emphasis>тулагарк</emphasis>. Понтер — <emphasis>тулагаркап</emphasis> Даклар, а Даклар — <emphasis>тулагарлоб</emphasis> Понтера.</p>
    <p>— Это обычно… близкие отношения?</p>
    <p>— Бывает, что да, но не обязательно. Понтер ведь и мой <emphasis>тулагаркап</emphasis> тоже — однополый партнёр моего разнополого партнёра, Адекора. Мы с Понтером знакомы довольно близко. Но так же часто эти отношения могут быть просто вежливо-нейтральными или даже враждебными.</p>
    <p>— Понтер и Даклар, похоже… близки?</p>
    <p>Лурт рассмеялась.</p>
    <p>— Когда Понтер отсутствовал, Даклар обвинила моего Адекора в убийстве. Между Понтером и Даклар не может быть никакой приязни.</p>
    <p>— Я тоже так думала, — сказала Мэри. — Но она <emphasis>есть</emphasis>.</p>
    <p>— Вы, должно быть, что-то не так поняли.</p>
    <p>— Даклар сама мне об этом сказала.</p>
    <p>Лурт вдруг остановилась, возможно, от удивления, возможно, пытаясь унюхать феромоны Мэри.</p>
    <p>— О, — сказала она, наконец.</p>
    <p>— Ага. И, в общем…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Мэри помолчала, потом жестом предложила продолжить путь. Солнце зашло за облако.</p>
    <p>— Вы не виделись с Адекором со времени, когда Двое становились Одним, не так ли?</p>
    <p>Лурт кивнула.</p>
    <p>— И не разговаривали с ним?</p>
    <p>— Один раз. По поводу Даба.</p>
    <p>— Но он ничего не рассказывал… о Понтере… и обо мне?</p>
    <p>— Нет, — ответила Лурт.</p>
    <p>— И вы не… не обязаны всем делиться с Адекором? Я не имею в виду имущество — информацию. Слухи. Сплетни.</p>
    <p>— Нет, конечно же, нет. У нас даже есть поговорка: «Что случилось, когда Двое порознь, порознь и остаётся».</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Тогда всё в порядке. Я в самом деле не хотела бы, чтобы об этом разговоре узнал Понтер, но… в общем, он мне нравится.</p>
    <p>— У него прекрасный характер, — сказала Лурт.</p>
    <p>Мэри подавила ухмылку. Понтер сам говорил, что он не считается красавцем по меркам своего народа, хотя Мэри на это было наплевать. Но слова Лурт напомнили ей о том, что обычно говорят о некрасивых людях в её мире.</p>
    <p>— Так вот, — сказала Мэри, — он мне очень нравится. — Боже, ей будто снова четырнадцать.</p>
    <p>— Да? — сказала Лурт.</p>
    <p>— Но ему нравится Даклар. Они провели часть — по крайней мере, часть периода, когда в прошлый раз Двое становились Одним.</p>
    <p>— Правда? — удивилась Лурт. — Поразительно. — Она отступила в сторону, давая пройти паре женщин, держащихся за руки. — Конечно, прошлый раз был ещё до восстановления контакта с вашим миром. У вас с Понтером был секс, когда он в первый раз к вам попал?</p>
    <p>Мэри смешалась.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— А во второй? Двое не были Одним с тех пор, но, как я поняла, Понтер бо́льшую часть этого времени провёл в вашем мире.</p>
    <p>Мэри знала от Понтера, что разговоры на тему секса не являются в его мире табу. Несмотря на это, она почувствовала, что краснеет.</p>
    <p>— Был, — сказала она.</p>
    <p>— И как вам? — спросила Лурт.</p>
    <p>Мэри на секунду задумалась, а потом, не уверенная, сможет ли транслятор правильно передать смысл, но не найдя другой подходящей характеристики, ответила:</p>
    <p>— Горячо.</p>
    <p>— Вы его любите?</p>
    <p>— Я… я не знаю. Думаю, что люблю.</p>
    <p>— У него нет партнёрши; уверена, что вы это знаете.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Я не знаю, как долго портал между нашими мирами останется открытым, — сказала Лурт. — Возможно, это навсегда, а возможно, он закроется завтра: хотя наши величайшие умы сейчас на той стороне, сам портал может оказаться нестабильным. Но пусть даже портал не закроется никогда: вы намерены как-то устраивать свою жизнь с Понтером?</p>
    <p>— Я не знаю. Я даже не знаю, возможно ли это в принципе.</p>
    <p>— У вас есть дети?</p>
    <p>— У меня? Нет.</p>
    <p>— И партнёра у вас тоже нет?</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох и посмотрела на штабель из трёх поставленных друг на друга транспортных кубов, мимо которого они проходили.</p>
    <p>— Ну-у… — сказала она, — это всё сложно. Я была замужем — состояла в союзе — с мужчиной по имени Кольм О’Кейси. Моя религия, — гудок компаньона, — моя система верований не позволяет разрывать этот союз. Мы с Кольмом не живём вместе уже много лет, но технически мы всё ещё состоим в союзе.</p>
    <p>— «Живёте вместе»? — потрясённо повторила Лурт.</p>
    <p>— В моём мире, — объяснила Мэри, — мужчина и женщина постоянно живут вместе.</p>
    <p>— А как же его партнёр?</p>
    <p>— Таких у нас нет. У нас в отношениях состоят лишь два человека.</p>
    <p>— Невероятно, — сказала Лурт. — Я очень люблю Адекора, но определённо не хотела бы с ним жить.</p>
    <p>— Таковы обычаи моего народа, — сказал Мэри.</p>
    <p>— Но не моего, — ответила Лурт. — Если вы собираетесь налаживать отношения с Понтером, то где вы планируете жить? В его мира или вашем? Вы же знаете, у него здесь дети, партнёр, любимая работа.</p>
    <p>— Я знаю, — сказала Мэри; у неё защемило сердце. — Я знаю.</p>
    <p>— Вы говорили обо всём этом с Понтером?</p>
    <p>— Я собиралась, но… но потом я узнала о Даклар.</p>
    <p>— Ситуация чрезвычайно сложная, — сказала Лурт. — Вы наверняка и сами это понимаете.</p>
    <p>Мэри шумно выдохнула.</p>
    <p>— Конечно. — Она помолчала. — Но Понтер не такой, как другие мужчины, которых я знаю. — Глупая аналогия всплыла в голове: Джейн Портер и Тарзан. Джейн потеряла голову из-за Тарзана, который действительно был не такой, как известные ей мужчины. Тарзан, которого младенцем подобрали и вырастили обезьяны после гибели его родителей, лорда и леди Грейсток, был уникальным, единственным в своём роде. Но по словам Понтера в этом мире живёт сто восемьдесят пять миллионов человек, и, вероятно, все они были похожи на Понтера и так непохожи на грубых, жестоких, злых и мелочных мужчин из мира Мэри.</p>
    <p>Однако Лурт после секундного раздумья кивнула.</p>
    <p>— На мужчин, которых знаю я, Понтер тоже непохож. Понтер поразительно умён и по-настоящему добр. И…</p>
    <p>— Да? — сказала Мэри.</p>
    <p>В этот раз пауза была гораздо дольше.</p>
    <p>— С Понтером в прошлом кое-что случилось. Он… был ранен…</p>
    <p>Мэри легонько коснулась массивного предплечья Лурт.</p>
    <p>— Я знаю о том, что произошло между Понтером и Адекором. Я знаю про его челюсть.</p>
    <p>Мэри успела увидеть, как сросшаяся бровь Лурт взбегает на надбровный валик, прежде чем снова отвести взгляд.</p>
    <p>— Понтер вам рассказал? — спросила Лурт.</p>
    <p>— О своей травме — да; я видела рентгеновские снимки. Но не о том, кто это сделал. Об этом я узнала от Даклар.</p>
    <p>Лурт произнесла слово, которое осталось без перевода, затем продолжила:</p>
    <p>— Ну, тогда вы знаете, что Понтер целиком и полностью простил Адекора. Немногие люди на такое способны. — Она помолчала. — И, полагаю, исходя из его достойного восхищения поведения в прошлом, было бы неудивительно, если бы он простил и Даклар тоже.</p>
    <p>— Так что же мне делать? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Я слышала, что ваш народ верит в своего рода посмертное существование, — сказала Лурт.</p>
    <p>Мэри несколько опешила от внезапной перемены темы.</p>
    <p>— Гмм, да.</p>
    <p>— У нас такого нет; я уверена, Понтер вам об этом говорил. Возможно, если бы мы верили, что жизнь продолжится и после смерти, у нас была бы другая жизненная философия, так что давайте я вас познакомлю с базовыми принципами нашей жизни.</p>
    <p>— Прошу вас, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Мы стремимся прожить свою жизнь так, чтобы в момент смерти испытывать как можно меньше сожалений. Вы ведь 145-я, не так ли?</p>
    <p>— Э-э… мне тридцать пять… лет, конечно.</p>
    <p>— Ага. Значит, вы прожили примерно половину вашей жизни. Спросите себя: через… через ещё тридцать пять лет, как вы выражаетесь, когда ваша жизнь подойдёт к концу, будете ли вы сожалеть о том, что не попытались установить с Понтером долгосрочные отношения?</p>
    <p>— Да, полагаю, что буду.</p>
    <p>— Выслушайте мой вопрос внимательно, подруга Мэре. Я ведь не спрашиваю, будете ли вы сожалеть об этом, если попытка будет успешна. Я спрашиваю, будете ли вы сожалеть о том, что не попытались, даже если у вас ничего не выйдет.</p>
    <p>Мэри сощурилась, хотя её глазам было вполне комфортно за синими линзами.</p>
    <p>— Не уверена, что понимаю, что вы имеете в виду.</p>
    <p>— Я делаю свой вклад в области химии, — сказала Лурт. — Сейчас. Но это не было моим первым выбором. Я хотела сочинять истории, литературные произведения.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Ага. Но у меня не вышло. Мои истории не читали, а прочитав — не хвалили. И мне пришлось найти другой способ делать вклад: у меня были способности к математике и науке, и я стала химиком. Но я не жалею о том, что попробовала сочинять истории и потерпела неудачу. Конечно, я предпочла бы достичь успеха, но я знаю, что перед смертью мне было бы грустнее, если бы я вообще не попробовала, чем когда я попробовала и была вынуждена признать неудачу. Так что я пыталась — и у меня не вышло. Но я рада тому, что теперь я знаю это. — Лурт помолчала. — Так вот: понятное дело, что вы были бы счастливее всего в случае, если бы ваши отношения с Понтером сложились. Но будете ли вы счастливее, подруга Мэре, зная, что вы попытались и не смогли наладить отношения с Понтером, или зная, что вы так и не сделали такой попытки?</p>
    <p>Мэри задумалась. Несколько минут они шли молча. Наконец, Мэри сказала:</p>
    <p>— Я должна попробовать. Иначе я буду себя ненавидеть всю оставшуюся жизнь.</p>
    <p>— Тогда, — сказала Лурт, — ваш путь известен.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 35</p>
    </title>
    <p>До того, как Двое станут одним, всё ещё оставался целый день, однако Понтер и Мэри встретились в павильоне архива алиби. Понтер провёл её в южное крыло, и теперь они стояли перед стеной, покрытой маленьким углублениями, каждое из которых содержало куб из реструктурированного гранита размером примерно с волейбольный мяч. Мэри уже научилась различать неандертальские цифры. Куб, на который Понтер направлял свой компаньон, был отмечен номером 16321. Больше он никак не был отмечен, однако, как и у соседних кубов, в центре одной из его граней горел синий огонёк.</p>
    <p>Мэри потрясённо покачала головой.</p>
    <p>— Вся твоя жизнь записана здесь?</p>
    <p>— Да, — ответил Понтер.</p>
    <p>— Всё-всё?</p>
    <p>— Всё, кроме моей работы в лаборатории компьютерных вычислений — сигнал компаньона не проходит через тысячу саженей скальной породы. Да, и всё моё первое путешествие в ваш мир тоже пропало.</p>
    <p>— А второе?</p>
    <p>— Нет, второе начало загружаться из Хака как только архив снова поймал его сигнал — когда мы поднялись на поверхность. Всё оно теперь хранится здесь.</p>
    <p>Мэри не была уверена, какие чувства она испытывает по этому поводу. Она, безусловно, не была образцом доброй католички строгих правил, но ведь там был целый порнофильм…</p>
    <p>— Удивительно, — сказала Мэри. Лили, Кевин и Франк из «Синерджи Груп» убили бы за то, чтобы оказаться здесь. Она осмотрела гранитный куб. — Эти записи можно редактировать?</p>
    <p>— Зачем такое может понадобиться? — удивился Понтер. Но сразу же отвёл взгляд. — Прости. Глупый вопрос.</p>
    <p>Мэри покачала головой. Несмотря на цель их прихода сюда Мэри подумала не об изнасиловании.</p>
    <p>— На самом деле, — сказала она, — я подумала про свой первый брак.</p>
    <p>И тут она ощутила, что у неё горят щёки. Никогда раньше она не говорила о нём как о своём <emphasis>первом</emphasis> браке.</p>
    <p>— Ладно, — сказала она. — Давай делать то, зачем пришли.</p>
    <p>Понтер кивнул. Они подошли к стоящему в зале столу, и Понтер заговорил с сидящей за ним пожилой женщиной:</p>
    <p>— Я хочу получить доступ к собственному архиву алиби.</p>
    <p>— Удостоверьте личность, — сказала женщина. Понтер провёл предплечьем над сканирующей пластиной на столе. Женщина взглянула на монитор перед собой.</p>
    <p>— Понтер Боддет? — сказала она. — Я думала, вы умерли.</p>
    <p>— Смешно, — сказал Понтер. — У вас такие весёлые шутки.</p>
    <p>Женщина ухмыльнулась.</p>
    <p>— Пройдёмте со мной, — сказала она. Втроём они вернулись к алиби-кубу Понтера. Понтер направил Хака на синий огонёк.</p>
    <p>— Я, Понтер Боддет, желаю получить доступ к моему собственному архиву алиби по причине личного характера. Дата, время.</p>
    <p>Огонёк стал жёлтым.</p>
    <p>Пожилая женщина подняла свой компаньон.</p>
    <p>— Я, Мабла Дабдалб, Хранитель Алиби, сим подтверждаю, что личность Понтера Боддета была удостоверена в моём присутствии. Дата, время. — Огонёк стал красным, и раздался гудок.</p>
    <p>— Готово, — сказала Дабдалб. — Можете воспользоваться седьмой комнатой.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал Понтер. — Здравого дня.</p>
    <p>— Вам того же, — ответила женщина, торопливо возвращаясь к своему столу.</p>
    <p>Понтер отвёл Мэри в просмотровую комнату. Впервые она по-настоящему осознала, как Понтер, должно быть, чувствовал себя в её мире. Ей казалось, что все синие глазки в этом огромном павильоне смотрят на неё, разглядывают, наблюдают. Она старалась не суетиться под их взглядами.</p>
    <p>Понтер вошёл в комнату, где была небольшая жёлтая панель управления, вделанная в стену, и два похожих на сёдла сиденья, которые так любили неандертальцы, вероятно, из-за ширины их бёдер. Понтер прошёл к панели управления и начал вытягивать стерженьки, управляющие устройством. Мэри заглядывала ему через плечо.</p>
    <p>— Почему вы не пользуетесь кнопками? — спросила она.</p>
    <p>— Кнопками? — переспросил Понтер.</p>
    <p>— Ну, это такие механические переключатели, которые нужно нажимать.</p>
    <p>— А-а. В некоторых устройствах они используются. Но нечасто. Кнопку можно нажать случайно, к примеру, если споткнёшься и упадёшь. Контрольный стержень нужно вытягивать — случайно его не переключишь. Мы считаем их более безопасными.</p>
    <p>Мэри на секунду вспомнился эпизод «Звёздного пути», где не кто-нибудь, а сам Спок случайно нажал какие-то кнопки, когда опёрся на пульт, пытаясь подняться на ноги, и из-за этого «Энтерпрайз» заметили ромуланцы.</p>
    <p>— Разумно, — согласилась она.</p>
    <p>Понтер продолжал возиться к управлением.</p>
    <p>— Ну вот, — сказал он. — Готово.</p>
    <p>Мэри чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда посреди комнаты повисла большая прозрачная сфера. Она начала разделяться на меньшие сферы, каждая несколько иного цвета, снова и снова, пока Мэри не обнаружила, что смотрит на трёхмерное изображение комнаты для допросов в полицейском участке в Торонто. Там был детектив Хоббс, он стоял спиной, с кем-то разговаривая. И сама Мэри, которая здесь выглядела более полной, чем ей могло бы понравиться, и Понтер. Рука Понтера протянулась над столом, схватила оставленную Хоббсом папку и быстро пролистала её. Изображения страниц дела промелькнули слишком быстро, чтобы Мэри могла что-нибудь разобрать, но Понтер вернулся к началу записи и проиграл её медленнее. К изумлению Мэри, изображение было совершенно чётким, движущиеся объекты не размазывались; она легко могла читать сменяющие друг друга страницы, хотя для этого пришлось наклонить голову под неудобным углом.</p>
    <p>— Ну как? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Секунду… — сказала Мэри, ища что-нибудь, чего она ещё не знала. — Нет, здесь ничего. Прокрути до следующей страницы, пожалуйста. Вот! Останови! Так, посмотрим…</p>
    <p>Внезапно у Мэри скрутило желудок.</p>
    <p>— Боже мой, — сказала она. — Боже мой…</p>
    <p>— Что такое? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри пошатнулась. Она отошла от изображения, наткнулась на седлокресло и опёрлась о него.</p>
    <p>— Вторая жертва… — сказала Мэри.</p>
    <p>— Да? Да?</p>
    <p>— Это была Кейсер Ремтулла.</p>
    <p>— Кто?</p>
    <p>— Моя начальница. Моя подруга. Глава факультета генетики.</p>
    <p>— Мне очень жаль, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри закрыла глаза.</p>
    <p>— Мне тоже, — сказала она. — Если б я только…</p>
    <p>— Мэре, — сказал Понтер, положив руку ей на плечо, — что было, то было. С прошлым уже ничего не поделаешь. Но наверняка что-то можно сделать с будущем.</p>
    <p>Она посмотрела на него, но ничего не сказала.</p>
    <p>— Прочитай до конца. Там может быть полезная информация.</p>
    <p>Мэри заставила себя успокоиться, вернулась к голограмме и стала читать дальше, несмотря на жжение в глазах, пока…</p>
    <p>— Да! — воскликнула она. — Да, да!</p>
    <p>— Что там?</p>
    <p>— Полиция Торонто, — сказала Мэри. — У них есть вещественные доказательства нападения на Кейсер. Полный комплект. — Она замолчала. — Может быть, они всё же поймают этого ублюдка.</p>
    <p>Однако Понтер нахмурился.</p>
    <p>— Принудитель Хоббс сомневался в этом.</p>
    <p>— Я знаю, но… — Мэри вздохнула. — Нет, пожалуй, ты прав. — Она ещё немного помолчала. — Я не знаю, как смогу смотреть Кейсер в глаза.</p>
    <p>Мэри не хотела поднимать тему возвращения домой — совершенно не хотела. Но увидеть Кейсер она могла только вернувшись назад, и теперь эта тема словно повисла в воздухе между ними.</p>
    <p>— Она простит тебя, — сказал Понтер. — Прощение — это христианская добродетель.</p>
    <p>— Кейсер — не христианка, она мусульманка. — Мэри насупилась, злясь на себя за своё невежество. Как в исламе относятся к прощению? Но нет, нет. Это не имеет значения. Если бы ситуация была обратной, смогла бы Мэри простить Кейсер?</p>
    <p>— Что мы будем делать? — спросила Мэри.</p>
    <p>— С насильником? Всё, что можем, и когда только сможем.</p>
    <p>— Нет-нет, я не про насильника. Я про завтра. Двое станут Одним.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер. — Да.</p>
    <p>— Я так понимаю, Жасмель будет с Трионом?</p>
    <p>Понтер ухмыльнулся.</p>
    <p>— Это уж точно.</p>
    <p>— И ты только что виделся с Мегамег.</p>
    <p>— Мне её всегда не хватает — но я понял твою мысль.</p>
    <p>— И остаётся только…</p>
    <p>Понтер вздохнул.</p>
    <p>— Остаётся Даклар.</p>
    <p>— Что ты собираешься делать?</p>
    <p>Понтер задумался.</p>
    <p>— Я уже нарушил традицию, заявившись в Центр на день раньше. Думаю, хуже уже не будет, если я сегодня повидаюсь с Даклар.</p>
    <p>Сердце Мэри подпрыгнуло.</p>
    <p>— Один?</p>
    <p>— Да, — ответил Понтер. — Один.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер стоял перед дверью кабинета Даклар, пытаясь собрать волю в кулак. Он чувствовал себя так, будто снова оказался в мире глексенов: каждая женщина, мимо которой он проходил, смотрела на него, как на пришельца.</p>
    <p>Каковым он, собственно, и являлся — до завтрашнего дня. Но это дело не могло ждать. И всё же, несмотря на то, что за время пути от павильона архива алиби он много раз прокрутил в голове предстоящий разговор, он всё ещё не знал, как его начать. Может быть…</p>
    <p>Внезапно дверь в кабинет Даклар сложилась и отъехала в сторону.</p>
    <p>— Понтер! — воскликнула она. — Я тебя учуяла!</p>
    <p>Она развела руки, приглашая его обняться, и он принял приглашение. Однако она, должно быть, почувствовала его скованность.</p>
    <p>— В чём дело? — спросила она. — Что не так?</p>
    <p>— Я могу войти? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Да, конечно. — Она отступила вглубь кабинета — полукруглой формы, занимающего половину выдолбленного изнутри древесного ствола. Понтер последовал за ней и закрыл за собой дверь.</p>
    <p>— Меня не будет здесь, в этом мире, когда Двое станут Одним.</p>
    <p>Даклар округлила глаза.</p>
    <p>— Тебя вызывают обратно на другую Землю? Там что-то случилось?</p>
    <p>Понтер знал, что там всегда случается очень много всего, но покачал головой.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Но Понтер, ведь дочери захотят с тобой увидеться.</p>
    <p>— Жасмель не захочет видеть никого, кроме Триона.</p>
    <p>— А Мега?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Она не обрадуется, это да.</p>
    <p>— А… я?</p>
    <p>Понтер на мгновение прикрыл глаза.</p>
    <p>— Мне жаль, Даклар. Мне очень жаль.</p>
    <p>— Это <emphasis>она</emphasis>, так ведь? — сказала Даклар. — Эта глексенская женщина?</p>
    <p>— У неё есть имя. — Как Понтер жалел, что не смог её защитить, когда было нужно, что не может даже правильно произнести её имя. — Её зовут Мэре.</p>
    <p>Даклар заметила его слабое место.</p>
    <p>— Ты только послушай себя! Ты же даже имя её выговорить не можешь. Понтер, у вас двоих <emphasis>никогда</emphasis> ничего не выйдет. Вы из разных миров — она не одна из нас.</p>
    <p>Понтер пожал плечами.</p>
    <p>— Я знаю, но…</p>
    <p>Даклар шумно вздохнула.</p>
    <p>— Но ты намерен попытаться. Хрящ, Понтер, вы, мужчины, не перестаёте меня удивлять. Вы тычете им <emphasis>во всё подряд</emphasis>.</p>
    <p>И Понтер словно перенёсся на 229 месяцев в прошлое, в то время, когда они с Адекором были студентами Научной Академии, когда он затеял тот дурацкий спор, когда разозлил Адекора настолько, что тот ударил Понтера кулаком в лицо. Он давным-давно простил Адекора, но лишь сейчас понял, почувствовал, как можно разозлиться до такой степени, что насилие кажется единственной альтернативой.</p>
    <p>Он развернулся и бросился вон из кабинета, ища, чего бы такого сломать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 36</p>
    </title>
    <p>Мэри и Понтер вернулись в лабораторию квантовых вычислений. Там их ожидал представительный мужчина 143 поколения, которого Понтер тут же узнал.</p>
    <p>— Гуса Каск, — сказал он с удивлением в голосе. — Для меня честь быть знакомым с вами.</p>
    <p>— Спасибо, — ответил Гуса. — Я слышал о том отвратительном происшествии на другой Земле — в вас выстрелили из какого-то метательного оружия, не так ли?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Так вот, Лонвес Троб связался со мной и предложил идею, как можно предотвращать подобные происшествия. Его предложение было интересно, но я решил пойти другим путём. — Он взял со стола длинный плоский металлический предмет. — Это генератор силового поля, — сказал он. — Он обнаруживает любой приближающийся снаряд, как только тот попадает в зону действия сенсорного поля компаньона и за несколько нанотактов выставляет на его пути электросиловой барьер. Барьер размером всего около трёх саженей и существует в течение четверти такта — иное потребовало бы слишком мощного источника энергии. Но он абсолютно жёсткий и абсолютно непроницаемый. Если кто-то выстрелит в вас тем металлическим снарядом, барьер отклонит его. Точно также он отклонит удар копья или ножа, быстрый удар кулаком и тому подобное. То, что движется медленнее, чем предустановленное пороговое значение, не вызывает срабатывания, так что он не будет мешать вам касаться других людей, а им — касаться вас. Но следующий глексен, который захочет убить вас, должен будет воспользоваться менее прямолинейным методом.</p>
    <p>— Вау, — сказала Мэри. — Это поразительно.</p>
    <p>Гуса пожал плечами.</p>
    <p>— Это наука. — Он повернулся к Понтеру. — Он пристёгивается к предплечью с противоположной стороны от компаньона, видите? — Понтер поднял левую руку, и Гуса закрепил прибор. — А этот оптоволоконный кабель подключается к внешнему интерфейсу компаньона — вот так.</p>
    <p>Мэри была совершенно потрясена.</p>
    <p>— Это словно персональная подушка безопасности, — сказала она. Заметив выражение лица Гусы, она добавила: — Я не хочу сказать, что принцип действия тот же: подушка безопасности — это устройство, которое надувается почти мгновенно при столкновении автомобилей на высокой скорости. Но предназначение то же самое — моментально развёртываемая преграда. — Она покачала головой. — Вы сделали бы себе состояние, продавая такие штуки на нашей Земле.</p>
    <p>Но Гуса тоже покачал головой.</p>
    <p>— Для нашего народа такое устройство — лишь решение частной проблемы, состоящей в том, что ваши люди стреляют в нас из своего оружия. Для вас же это лишь паллиатив. Настоящим решением было бы не защищаться от оружия, а избавиться от него.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_61">— Хотела бы я увидеть ваши дебаты с Чарлтоном Хестоном<a l:href="#id20150414092305_101">[101]</a>.</p>
    <p>— Это замечательно, — сказал Понтер. — Вы уверены, что оно работает? — Он увидел выражение лица Гусы и быстро добавил: — Да, глупый вопрос. Прошу прощения.</p>
    <p>— Я уже отослал одиннадцать штук тем нашим, что сейчас на той стороне, — сказал Гуса и на секунду замолк. — Обычно желают безопасного путешествия. Этот прибор сделает его безопасным. Так что от себя я пожелаю просто приятной поездки.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Понтер прошли по туннелю, пересекающему границу между мирами. На другой стороне лейтенант Дональдсон, тот самый офицер канадской армии, которого Понтер уже видел ранее, приветствовал их.</p>
    <p>— С возвращением, посланник Боддет. С возвращением, профессор Воган.</p>
    <p>— Спасибо, — ответил Понтер.</p>
    <p>— Мы не знали точно, когда вы вернётесь и вернётесь ли вообще, — сказал Дональдсон. — Дайте нам, пожалуйста, немного времени, чтобы организовать охрану. Куда вы направитесь? Торонто? Рочестер? ООН?</p>
    <p>Понтер взглянул на Мэри.</p>
    <p>— Мы ещё не решили, — сказал он.</p>
    <p>— Нам придётся разработать маршрут, чтобы вы всюду находились под защитой. В штаб-квартире полиции Садбери сейчас работает офицер связи из службы безопасности…</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Э-э… простите? — не понял Дональдсон.</p>
    <p>Понтер потянулся к одному из карманов своего медицинского пояса и достал оттуда свой канадский паспорт.</p>
    <p>— Разве это не даёт мне права на въезд в страну? — спросил он.</p>
    <p>— Даёт, конечно, но…</p>
    <p>— Разве я не гражданин Канады?</p>
    <p>— Гражданин, сэр. Я сам смотрел церемонию по телевизору.</p>
    <p>— А разве граждане не имеют права ходить и ездить, куда захочется, без вооружённого сопровождения?</p>
    <p>— Обычно да, сэр, но сейчас…</p>
    <p>— Так вот, это теперь обычно, — сказал Понтер, — что люди из нашего мира путешествуют в ваш, и наоборот.</p>
    <p>— Но ведь это для вашей защиты, посланник Боддет.</p>
    <p>— Я это понимаю. Но мне не требуется защита. У меня есть защитное устройство, которое впредь защитит меня от ранений. Поэтому: мне не угрожает опасность, и я не преступник. Я — свободный гражданин и хочу передвигаться свободно и без сопровождения.</p>
    <p>— Я… гмм, мне нужно связаться с моим начальством, — сказал Дональдсон.</p>
    <p>— Давайте не будем тратить время на промежуточные звенья, — сказал Понтер. — Я недавно ужинал с вашим премьер-министром, и он сказал, чтобы я звонил, если мне что-нибудь понадобится. Давайте-ка ему позвоним.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Понтер поднялись на поверхность на шахтном подъёмнике и нашли машину Мэри, которая с тех пор, как они перешли на ту сторону, дожидалась их на парковке. Было довольно рано, так что они сразу поехали в Торонто, и, хотя Мэри опасалась поначалу, что их всё равно будут негласно сопровождать, скоро их машина осталась на шоссе в одиночестве.</p>
    <p>— Удивительно, — сказала Мэри. — Я и подумать не могла, что они всё-таки оставят тебя в покое.</p>
    <p>Понтер улыбнулся.</p>
    <p>— Ну что бы это было за романтическое путешествие, если бы за нами всюду таскалась охрана?</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Остаток пути до Торонто прошёл без происшествий. Они подъехали к дому Мэри в Обсерваторном переулке на Ричмонд-Хилл, вместе приняли душ, переоделись — Понтер взял с собой свой трапециевидный чемодан, набитый одеждой — и поехали в 31-й полицейский участок. Мэри хотела разобраться с этой частью незаконченного дела как можно быстрее, сказав, всё равно не найдёт себе места, пока этого не сделает. Она взяла с собой свой альбом газетных вырезок.</p>
    <p>По пути до полицейского участка они фактически проехали университетский кампус насквозь, а потом углубились в район, который даже Понтеру показался неблагополучным.</p>
    <p>— Я это заметил ещё в первый раз, — сказал он Мэри. — Какое-то здесь всё обшарпанное.</p>
    <p>— Дрифтвуд, — сказала Мэри таким тоном, будто это всё объясняло. — Это очень бедная часть города.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_62">Они проехали мимо множества облезлых многоквартирных домов и небольших стрип-моллов<a l:href="#id20150414092305_102">[102]</a> с решётками на всех окнах и, наконец, остановились на крошечной парковке перед полицейским участком.</p>
    <p>— Здравствуйте, профессор Воган, — сказал Детектив Хоббс после того, как его вызвали. — Здравствуйте, посланник Боддет. Не ожидал увидеть вас снова.</p>
    <p>— Мы можем поговорить наедине? — спросила Мэри.</p>
    <p>Хоббс кивнул и отвёл их в ту же самую комнату для допросов, в которой они разговаривали в прошлый раз.</p>
    <p>— Вы знаете, кто я? — спросила Мэри. — Не к контексте этого дела?</p>
    <p>Хоббс кивнул.</p>
    <p>— Вы Мэри Воган. Про вас много писали в газетах.</p>
    <p>— Вы знаете, почему?</p>
    <p>Хоббс указал на Понтера.</p>
    <p>— Потому что вы были с ним?</p>
    <p>Мэри махнула рукой.</p>
    <p>— Да, да, да. Но вы знаете, почему именно меня вызвали к Понтеру, когда он впервые у нас появился?</p>
    <p>Хоббс покачал головой.</p>
    <p>Мэри подняла свой альбом и положила его перед Хоббсом.</p>
    <p>— Взгляните на это.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_63">Хоббс открыл картонную обложку. На первой странице красовалась вырезка из «Торонто Стар» с заголовком «Канадский учёный получает японскую награду». Он перевернул страницу. Там была вырезка из «Маклинз»<a l:href="#id20150414092305_103">[103]</a>: «Лёд тронулся: древняя ДНК извлечена на Юконе». А рядом — статья из «Нью-Йорк Таймс»: «Учёные получили ДНК ископаемого неандертальца».</p>
    <p>Он снова перевернул страницу. Пресс-релиз Йоркского университета: «Наш профессор творит предысторию: Воган извлекла ДНК древнего человека». Рядом страница, вырванная из журнала «Discover»: «Деградированная ДНК раскрывает секреты».</p>
    <p>Хоббс поднял голову.</p>
    <p>— И что? — озадаченно спросил он.</p>
    <p>— Я… в общем, некоторые считают меня…</p>
    <p>— Профессор Воган, — вмешался Понтер, — генетик и всемирно известный эксперт по извлечению деградированной ДНК.</p>
    <p>— И?</p>
    <p>— И, — сказала Мэри, которая теперь, когда речь пошла не о ней, почувствовала себя гораздо увереннее, — мы знаем, что у вас есть полный комплект улик с изнасилования Кейсер Ремтуллы.</p>
    <p>Взгляд Хоббса затвердел.</p>
    <p>— Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть это.</p>
    <p>— Но это правда, — сказала Мэри и сразу почувствовала себя виноватой за то, что собиралась сказать. — Как я могла об этом узнать, если не от неё самой? Она моя подруга и коллега, в конце-то концов.</p>
    <p>— Ну, допустим, — сказал Хоббс.</p>
    <p>— Я хочу исследовать улики, — сказала Мэри.</p>
    <p>Хоббса такое предположение повергло в шок.</p>
    <p>— У нас есть штатные эксперты, — сказал он.</p>
    <p>— Да-да, однако, видите ли…</p>
    <p>— Никто из них не обладает квалификацией уровня профессора Воган, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Возможно, но…</p>
    <p>— Вы уже проводили исследования этих улик? — спросила Мэри.</p>
    <p>Хоббс сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. Наконец, он сказал:</p>
    <p>— Если эти улики и существуют, с ними не будут проводить никаких действий, пока не появится образец ДНК для сравнения.</p>
    <p>— ДНК быстро деградирует со временем, — сказала Мэри, — в особенности если хранится в неидеальных условиях. Если вы будете выжидать, то можете упустить возможность получить ДНК-профиль.</p>
    <p>— Мы знаем, как хранить замороженные образцы, — ответил Хоббс подчёркнуто ровным тоном, — и успешно делаем это уже долгое время.</p>
    <p>— Мне это известно, но…</p>
    <p>— Мэм, — мягко прервал её Хоббс, — я понимаю, как этот случай для вас важен. Каждое дело, которое мы расследуем, очень важно для потерпевшего.</p>
    <p>Мэри изо всех сил пыталась не злиться.</p>
    <p>— Но если бы позволили взять комплект улик к себе в Йоркский, я бы наверняка смогла выделить из него больше ДНК, чем ваши специалисты.</p>
    <p>— Я не могу этого сделать, мэм. Мне очень жаль.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Ну, во-первых, Йоркский не сертифицирован для производства судмедэкспертизы, и…</p>
    <p>— Лаврентийский, — прервала его Мэри. — Пошлите комплект в Лаврентийский университет, я поработаю с ним там. — Лаборатория Лаврентийского университета, где она впервые анализировала ДНК Понтера, работала по контракту с RCMP и полицией Онтарио.</p>
    <p>Хоббс вскинул брови.</p>
    <p>— Ну, в принципе, — сказала он, — Лаврентийский — это другое дело, однако…</p>
    <p>— Я подпишу любые бумаги, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Может быть, — сказал Хоббс, но его голос звучал неуверенно. — Хотя это совершенно не в наших правилах…</p>
    <p>— Прошу вас, — сказала Мэри. Ей не хотелось даже думать о том, что с единственным оставшимся образцом что-то случится. — Пожалуйста.</p>
    <p>Хоббс развёл руками.</p>
    <p>— Я посмотрю, что можно сделать, но я бы на вашем месте не слишком надеялся. У нас очень строгие правила относительно цепи хранения улик.</p>
    <p>— Но вы попытаетесь?</p>
    <p>— Да, конечно, попытаюсь.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Мэри. — Спасибо.</p>
    <p>Неожиданно для Мэри Понтер спросил:</p>
    <p>— Мы не могли бы хотя бы увидеть собранные улики?</p>
    <p>Хоббс выглядел не менее озадаченным, чем Мэри.</p>
    <p>— Зачем? — спросил он.</p>
    <p>— Чтобы профессор Воган могла на глаз оценить адекватность условий их хранения. — Он посмотрел на Мэри. — Не правда ли, Мэре?</p>
    <p>Мэри не знала, что Понтер затевает, но полностью ему доверяла.</p>
    <p>— Э-э… да. Да, конечно. — Она повернулась к детективу и улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой. — Это займёт несколько секунд. Мы бы сразу поняли, стоит ли игра свеч. Ни к чему заставлять вас проходить через всю бумажную волокиту, если образцы уже непригодны для анализа.</p>
    <p>Хоббс нахмурился и на некоторое время задумался, уставившись в пространство.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал он, наконец. — Сейчас принесу.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_64">Он вышел из комнаты и через несколько минут вернулся с картонным контейнером размером с коробку из-под обуви. Он снял крышку и показал Мэри его содержимое. Понтер встал и заглянул ей через плечо. Внутри были несколько предметных стёкол с образцами и три зиплоковских<a l:href="#id20150414092305_104">[104]</a> пакета с наклеенными на них ярлыками. В одном из них оказалась пара женских трусиков, во втором — маленькая гребёнка с несколькими лобковыми волосами на ней, в третьем — несколько пузырьков, содержащих, по всей видимости, вагинальные соскобы.</p>
    <p>— Всё это с самого начало хранится в холодильнике, — сказал Хоббс, будто оправдываясь. — Мы знаем, что мы…</p>
    <p>Внезапно правая рука Понтера метнулась вперёд. Он схватил пакет с трусиками, разорвал его и поднёс их к своему носу, делая глубокий вдох.</p>
    <p>Мэри остолбенела.</p>
    <p>— Понтер, что ты…?</p>
    <p>— Отдайте! — взорвался Хоббс. — Он попытался вырвать пакет у Понтера из рук, но Понтер легко уклонился и снова глубоко вдохнул.</p>
    <p>— Господи Иисусе, да вы что? — заорал Хоббс. — Извращенец какой-то!</p>
    <p>Понтер вынул нос из пакета и, не говоря ни слова, протянул его Хоббсу, который рассерженно выхватил его у него из рук.</p>
    <p>— Убирайтесь отсюда к такой-то матери, — рявкнул он. Ещё двое полицейских появились в дверях комнаты для допросов, по-видимому, привлечённые криками.</p>
    <p>— Прошу прощения, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Просто убирайтесь, — сказал Хоббс, и добавил для Мэри: — Мы сами позаботимся о наших уликах, дамочка. А теперь сгиньте!</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 37</p>
    </title>
    <p>Мэри вышла из полицейского участка, кипя от ярости. Но она не сказала ни слова до тех пор, как они с Понтером сели в стоящую на парковке машину.</p>
    <p>И только после этого она потребовала объяснений.</p>
    <p>— Что это такое было?</p>
    <p>— Прости, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Теперь меня никогда не подпустят к этим образцам, — сказала Мэри. — Господи, думаю, что он нас не арестовал только потому, что иначе ему пришлось бы расписаться в собственной тупости и признаться, что он сам дал нам улики.</p>
    <p>— Я снова прошу прощения, — сказал Понтер.</p>
    <p>— О чём ты чёрт возьми думал?</p>
    <p>Понтер молчал.</p>
    <p>— Ну? Не молчи!</p>
    <p>— Я знаю, кто изнасиловал Кейсер Ремтуллу и, предположительно, тебя тоже.</p>
    <p>Мэри в полнейшем изумлении осела в водительском кресле.</p>
    <p>— Кто?</p>
    <p>— Твой коллега — я не могу правильно произнести его имя. Что-то вроде «Корнелеус».</p>
    <p>— Корнелиус? Корнелиус Раскин? Да нет, это бред.</p>
    <p>— Почему? Что-то в его внешности противоречит тому, что ты заметила в тот вечер?</p>
    <p>После вспышки ярости Мэри всё ещё не могла отдышаться. Но гнев полностью исчез из её голоса, сменившись потрясением.</p>
    <p>— Ну… нет. Ну, то есть, да, у Корнелиуса голубые глаза — но у многих людей такие же. И Корнелиус не курит.</p>
    <p>— Курит, — возразил Понтер.</p>
    <p>— Я никогда не видела, чтобы он курил.</p>
    <p>— Я почуял запах при встрече.</p>
    <p>— Он мог быть в баре и пропитаться дымом.</p>
    <p>— Нет. Запах был в его дыхании, хотя он, по-видимому, пытался замаскировать его каким-то веществом.</p>
    <p>Мэри нахмурилась. Она знала нескольких тайных курильщиков.</p>
    <p>— Я никогда не чувствовала от него запаха.</p>
    <p>Понтер промолчал.</p>
    <p>— Кроме того, — сказала Мэри, — Корнелиус не стал бы нападать на меня или Кейсер. В смысле, мы же коллеги и…</p>
    <p>Мэри замолчала, и Понтер, наконец, не выдержал:</p>
    <p>— И что?</p>
    <p>— Ну, я-то считала нас коллегами. Но он… он просто сезонный преподаватель. У него Ph.D. — из Оксфорда, не кот начхал. Но всё, чего он смог добиться — это позиция сезонного преподавателя: не постоянная должность и уж точно не бессрочный контракт. А Кейсер и я…</p>
    <p>— Да? — снова сказал Понтер.</p>
    <p id="id59783__msoanchor_65">— Ну, я тоже женщина, однако Кейсер вообще вытянула счастливый билет в том, что касается шансов на бессрочный контракт в научной сфере. Она одновременно и женщина, и визуальное меньшинство<a l:href="#id20150414092305_105">[105]</a>. Говорят, что на изнасилование толкает вовсе не сексуальное влечение, а жажда силы и власти. А Корнелиус наверняка чувствовал, что не имеет ни того, ни другого.</p>
    <p>— Он также имел доступ к холодильнику для хранения образцов, — заметил Понтер, — и, сам будучи генетиком, разумеется, понимал, что женщина-генетик сделает первым делом в подобных обстоятельствах. Он знал, что должен отыскать и уничтожить любые свидетельства.</p>
    <p>— Мой Бог, — сказала Мэри. — Но… нет. Это всё косвенные улики.</p>
    <p>— Они <emphasis>были</emphasis> косвенными, — сказал Понтер, — пока я не исследовал вещественные доказательства изнасилования Кейсер, хранящиеся в полицейском участке, где Раскин не мог до них дотянуться. Я запомнил его запах, когда мы встретили его в коридоре возле твоей лаборатории, и этот запах был на вещах Кейсер.</p>
    <p>— Ты уверен? — спросила Мэри. — Ты абсолютно уверен?</p>
    <p>— Я никогда не забываю запахи, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Боже мой, — сказала Мэри. — Что нам теперь делать?</p>
    <p>— Мы можем сказать принудителю Хоббсу.</p>
    <p>— Да, но…</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Ну, мы не в твоём мире, — сказала Мэри. — Здесь нельзя потребовать от кого-то предоставить алиби. В том, что ты сказал, нет ничего такого, что позволило бы полиции потребовать от Раскина образец его ДНК. — Он больше был не «Конелиус».</p>
    <p>— Но я могу засвидетельствовать, что его запах…</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Не существует прецедента принятия подобных показаний судом, даже в качестве версии. Даже если Хоббс тебе поверит, он не сможет на этом основании даже вызвать Раскина на допрос.</p>
    <p>— Этот мир… — с отвращением сказал Понтер.</p>
    <p>— Ты абсолютно уверен? — спросила Мэри. — У тебя нет ни тени сомнения?</p>
    <p>— Тени сомне…? А, понял. Да, я абсолютно уверен.</p>
    <p>— То есть у тебя не просто нет обоснованных сомнений, — не отставала Мэри. — У тебя вообще нет в этом сомнений?</p>
    <p>— У меня вообще нет сомнений.</p>
    <p>— Никаких?</p>
    <p>— Я знаю, что у вас маленькие носы, но мои способности совершенно заурядны. Любой представитель моего вида, и многих других видов, способен на такое.</p>
    <p>Мэри задумалась. Собаки определённо умеют различать людей по запаху. Так что у неё нет серьёзных причин считать, что Понтер ошибся.</p>
    <p>— Что мы можем сделать? — спросила она.</p>
    <p>Понтер молчал довольно долго. Наконец он сказал очень тихим голосом:</p>
    <p>— Ты говорила, что не сообщила о преступлении, потому что боялась того, как с тобой будет обращаться ваша судебная система.</p>
    <p>— И что с того? — резко спросила Мэри.</p>
    <p>— Я не хотел тебя злить, — сказал Понтер, — я просто хочу убедиться, что правильно тебя понял. Что бы было с тобой и твоей подругой Кейсер, если бы началось расследование?</p>
    <p>— Ну, даже при совпадении образцов ДНК адвокат Раскина мог бы попытаться доказать, что Кейсер и я согласились на секс.</p>
    <p>— Ты не должна была через это проходить, — сказал Понтер. — Никто не должен.</p>
    <p>— Но если мы ничего не сделаем, Раскин нападёт снова.</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер. — Не нападёт.</p>
    <p>— Понтер, ты ничего не можешь сделать.</p>
    <p>— Отвези меня в университет.</p>
    <p>— Понтер, нет. Нет! Я не повезу.</p>
    <p>— Ели ты не отвезёшь меня, я пойду пешком.</p>
    <p>— Ты даже не знаешь, куда идти.</p>
    <p>— Хак знает.</p>
    <p>— Понтер, это безумие. Ты не можешь просто так убить его!</p>
    <p>Понтер тронул себя за плечо там, куда попала пуля.</p>
    <p>— Люди этого мира убивают друг друга всё время.</p>
    <p>— Нет, Понтер, я тебе этого не позволю.</p>
    <p>— Я должен не дать ему совершить насилие снова, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Но…</p>
    <p>— И даже если тебе удастся остановить меня сегодня, или завтра, это не может продолжаться вечно. В какой-то момент я ускользну из-под твоего контроля, вернусь в кампус и устраню проблему. — Взгляд его золотистых глаз упёрся в Мэри. — Единственный вопрос — случится это до или после того, как он нападёт снова. Ты правда хочешь задержать меня?</p>
    <p>Мэри на мгновение прикрыла глаза и сильнее, чем когда-либо в жизни прислушалась к голосу Господа, пытаясь узнать, собирается ли Он вмешаться. Но Господь молчал.</p>
    <p>— Понтер, я не могу тебе этого позволить. Я не могу позволить тебе хладнокровно убить. Даже его.</p>
    <p>— Его нужно остановить.</p>
    <p>— Пообещай мне, — сказала Мэри. — Пообещай мне, что ты не станешь этого делать.</p>
    <p>— Почему ты так о нём беспокоишься? Он не заслуживает жизни.</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.</p>
    <p>— Понтер, я знаю, что ты считаешь меня дурочкой, когда я говорю о загробной жизни. Но если ты его убьёшь, твоя душа понесёт наказание. И если я позволю тебе его убить, моя душа будет наказана тоже. Раскин уже дал мне почувствовать, что такое ад. Я не хочу провести в нём вечность.</p>
    <p>Понтер насупился.</p>
    <p>— Я хочу сделать это для тебя.</p>
    <p>— Только не это. Не убийство.</p>
    <p>— Ладно, — сказал Понтер. — Хорошо. Я его не убью.</p>
    <p>— Ты обещаешь? Клянёшься?</p>
    <p>— Я обещаю, — сказал Понтер. И потом, через секунду: — Хрящ!</p>
    <p>Мэри кивнула: это было единственное ругательство, которое она слышала от Понтера. Но потом покачала головой.</p>
    <p>— Есть возможность, о которой ты не подумал, — сказала она, наконец.</p>
    <p>— И какая же? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Что между Кейсер и Раскиным был секс по согласию, прежде чем её изнасиловал кто-то другой. Это был бы далеко не первый случай, когда мужчина и женщина, будучи коллегами, затевают роман на рабочем месте.</p>
    <p>— Я не знал, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Верь мне. Такое происходит сплошь и рядом. И разве после этого его запах не остался бы на его… трусиках и прочем?</p>
    <p><emphasis>Би-ип.</emphasis></p>
    <p>— Трусики, — повторила Мэри. — Ну, э-э… внутренняя деталь одежды. Которая была в полиции в пакете для улик.</p>
    <p>— Да. То, что ты говоришь, возможно.</p>
    <p>— Мы должны быть уверены, — сказала Мэри. — Мы должны быть абсолютно уверены.</p>
    <p>— Ты можешь спросить Кейсер, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Она мне не скажет.</p>
    <p>— Почему? Ведь вы подруги.</p>
    <p>— Да. Но Кейсер замужем — состоит в союзе — с другим мужчиной. И поверь мне: <emphasis>такое</emphasis> тоже бывает сплошь и рядом.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер. — Ну, тогда…</p>
    <p>— Я вообще не уверена, что мы можем хоть что-нибудь сделать, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Мы можем сделать многое, но ты заставила меня пообещать этого не делать.</p>
    <p>— Да. Однако…</p>
    <p>— Мы должны дать ему понять, что он раскрыт, — сказал Понтер. — Что за ним наблюдают.</p>
    <p>— Я не смогу разговаривать с ним.</p>
    <p>— Нет, разумеется, нет. Но мы можем оставить для него записку.</p>
    <p>— Не уверена, что это что-либо изменит, — сказала Мэри.</p>
    <p>Понтер поднял левую руку.</p>
    <p>— В этом состоит вся идея компаньонов. Если ты знаешь, что за тобой следят, или что все твои действия записываются, то ты меняешь своё поведение. В моём мире это отлично работает.</p>
    <p>Мэри снова сделала глубокий вдох и медленно выпустила воздух.</p>
    <p>— Полагаю… Полагаю, что хуже от этого не будет. Что у тебя на уме? Просто анонимная записка?</p>
    <p>— Да, — ответил Понтер.</p>
    <p>— То есть, сказать ему, что с сего момента за ним ведётся постоянное наблюдение? Что в следующий раз ему никак не отвертеться? — Мэри задумалась. — Я думаю, надо быть идиотом, чтобы снова совершить изнасилование, зная, что тебя раскусили.</p>
    <p>— Точно, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Думаю, послание можно просто бросить в его ящик в университете.</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер. — Не в университете. Он уже предпринял шаги, чтобы уничтожить улики. Полагаю, он считал, что ты вернёшься не раньше, чем через год, так что он может избавиться от улик, которые ты сохранила, и потом никто и не вспомнит, когда именно они пропали. Нет, эту записку надо доставить в его жилище.</p>
    <p>— Жилище? В смысле, ему домой?</p>
    <p>— Да, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Поняла, — сказала Мэри. — Это очень угрожающе — показать, что ты знаешь, где он живёт.</p>
    <p>Понтер сделал озадаченное лицо, но спросил:</p>
    <p>— А ты знаешь, где он живёт?</p>
    <p>— Недалеко отсюда, — ответила Мэри. — У него нет машины — он живёт один, и не может себе её позволить. Я подвозила его домой пару раз во время пурги. Он живёт почти на самой Джейн-стрит… хотя погоди. Я знаю, в каком здании он живёт, но понятия не имею, в какой квартире.</p>
    <p>— Это дом на несколько семей, такой же, как твой?</p>
    <p>— Да. Но далеко не такой респектабельный, как мой.</p>
    <p>— Разве у входа не должно быть списка, показывающего, в какой квартире кто живёт?</p>
    <p>— Так уже давно не делают. Теперь там только номера квартир и кнопки звонков — вся идея как раз в том, чтобы предотвратить то, о чём ты говоришь — не дать никому точно узнать, кто где живёт.</p>
    <p>Понтер удивлённо покачал головой.</p>
    <p>— На что только глексены не пойдут, только чтобы не иметь ничего подобного компаньонам.</p>
    <p>— Да ладно, — сказала Мэри. — Давай на обратном пути подъедем к его дому. Я его узнаю, когда увижу, и тогда мы будем знать хотя бы адрес.</p>
    <p>— Давай, — согласился Понтер.</p>
    <p>Мэри чувствовала себя не в своей тарелке, ведя машину по Финч-авеню и сворачивая на улицу, где стоял дом Раскина. Она осознала, что это не из-за страха случайно встретиться с ним — хотя это тоже её нервировало. Это было из-за мысли о возможном судебном разбирательстве. <emphasis>Вы знаете, где живёт человек, которого вы обвиняете, мисс Воган? Вы когда-нибудь были у него дома? Правда? И тем не менее вы утверждаете, что секс был не по согласию?</emphasis></p>
    <p id="id59783__msoanchor_66">Дрифтвуд, район вокруг Джейн-стрит и Западного Финч-авеню, был местом, где никто в здравом уме не захочет задерживаться надолго. Это был один из самых криминальных районов Торонто — да и, если на то пошло, всей Северной Америки. Его близость к кампусу Йоркского университета была постоянной головной болью его руководства и, вероятно, основной причиной того, что, несмотря на годы лоббирования, Спадинская линия подземки так и не дотянулась до кампуса<a l:href="#id20150414092305_106">[106]</a>.</p>
    <p>Но у Дрифтвуда было одно преимущество — низкая стоимость аренды. И для того, кто пытается свести концы с концами на заработки сезонного преподавателя, для того, кто не может позволить себе машину, это был единственный район в радиусе пешей доступности, где он мог поселиться.</p>
    <p>Дом Раскина был башней из белого кирпича с ржавеющими балконами, забитыми всяким хламом, примерно треть окон которого была заклеена старыми газетами или алюминиевой фольгой. На глазок в башне было этажей пятнадцать-шестнадцать, и…</p>
    <p>— Стой! — сказала Мэри.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Он живёт на последнем этаже! Я вспомнила: он называл свою квартиру «пентхаузом в трущобах». — Она помолчала. — Конечно, я всё ещё не знаю номера квартиры, но он здесь живёт больше двух лет. Я уверена, что почтальон его знает — преподаватели обычно получают кучу журналов и тому подобного.</p>
    <p>— И что? — спросил Понтер, явно не понимая.</p>
    <p>— Ну, мы просто отправим письмо «Корнелиусу Раскину, Ph.D.» на этот адрес, и просто укажем «верхний этаж» как часть адреса, и, я уверена, письмо дойдёт.</p>
    <p>— Ага, — сказал Понтер. — Хорошо. Тогда наши дела здесь закончены.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 39</p>
    </title>
    <p><emphasis>Скульптор личности некоторое время молча рассматривал Понтера.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я вижу, вам не чужда ирония.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— В каком смысле?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— «Наши дела здесь закончены». Вы мне сказали, что совершили преступление в мире глексенов — легко догадаться, какое именно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Правда? Я сомневаюсь, что ваша догадка верна.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган слегка пожал плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Возможно. Однако я догадался об одной вещи, которая, вероятно, ускользнула от вашего внимания.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер недовольно двинул плечом.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И что же это такое?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мэре подозревала, что вы собираетесь что-то сделать с Раскиным.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет-нет, она абсолютно невиновна.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Правда? Женщина её ума — и повелась на вашу неуклюжую попытку заставить её показать вам, где живёт Раскин?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мы правда собирались послать ему письмо! Всё было так, как я рассказал. Мэри чиста, на ней нет греха — кстати, её имя означает именно это. Она названа в честь матери их воплощённого Бога, женщины, которая зачала непорочно, свободная от первородного греха. Я узнал об этом ещё во время моего первого визита в их мир. Она бы никогда…</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган поднял руку.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Успокойтесь, Понтер. Я не хотел вас задеть. Пожалуйста, продолжайте ваш рассказ.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Понтер? — позвал Хак через кохлеарные импланты.</p>
    <p>Понтер подтвердил, что слышит, крошечным кивком.</p>
    <p>— Судя по ритму дыхания Мэре крепко заснула. Ты не потревожишь её, если уйдёшь сейчас.</p>
    <p>Понтер осторожно выбрался из Мэриной постели. Светящиеся цифры на стоящих на ночном столике часах показывали 1:14. Он вышел из спальни и по короткому коридору прошёл в гостиную. Как всегда, он надел свой медицинский пояс и сразу проверил одно из его отделений, убедившись, что запасная карта-ключ, которую дала ему Мэри, по-прежнему находится там; он знал, что она ему понадобится для того, чтобы вернуться в здание.</p>
    <p>Понтер открыл входную дверь, вышел в коридор, дошёл до лифта и спустился на нём на первый этаж. Он знал, что иногда первый этаж обозначают «1», а иногда — «L», как это было и в лифте дома Мэри.</p>
    <p>Понтер пересёк обширный холл и через двойные двери вышел в ночь.</p>
    <p>Но как же непохожа была эта ночь на ночи его родного мира! Свет лился отовсюду: из окон, из электрических фонарей, установленных на высоких вертикальных столбах, от едущих по дороге машин. Наверное, ему было бы проще, будь вокруг по-настоящему темно. Хотя издалека он не слишком отличался от глексена — по крайней мере, от глексена-культуриста — эту свою прогулку он предпочёл бы совершать в полной темноте.</p>
    <p>— Ладно, Хак, — тихо сказал Понтер. — Куда теперь?</p>
    <p>— Повернись налево, — ответил Хак, снова через кохлеарные импланты. — Мэре обычно пользуется дорогой, предназначенной исключительно для автомобилей, когда возвращается домой из университета.</p>
    <p>— Четыреста седьмое, — сказал Понтер. — Она так её называет.</p>
    <p>— В любом случае, нам нужно найти другой, безопасный путь, идущий параллельно этой дороге.</p>
    <p>Понтер побежал. Отсюда до пункта назначения было около пяти тысяч саженей — если держать хорошую скорость, можно обернуться за децидень.</p>
    <p>Ночь была прохладной, чему Понтер был очень рад. Хотя в его мире большая часть листвы на деревьях уже пожелтела, здесь листья большей частью оставались зелёными — да, зелёными, уличное освещение было достаточно ярким, чтобы легко различать цвета.</p>
    <p>Понтер никогда в жизни не задумывался над тем, чтобы кого-либо убить, однако…</p>
    <p>Однако никогда в жизни никто не причинял такого вреда тому, кого он любит.</p>
    <p>И, если бы такое даже произошло, в <emphasis>цивилизованном</emphasis> мире виновник был бы легко пойман и понёс бы наказание.</p>
    <p>Но здесь! На этой безумной зазеркальной Земле…</p>
    <p>Он должен сделать что-то большее, чем отсылка анонимного бумажного письма. Он должен сделать так, чтобы Раскин узнал не просто, что раскрыт, но и <emphasis>кто</emphasis> его раскрыл. Он должен ясно понять, что нет ни одного, даже малейшего шанса, что ещё одно такое преступление сойдёт ему с рук. Только тогда, чувствовал Понтер, Мэре снова обретёт отобранный у неё покой. И только тогда он узнает, есть ли правда в предположении Хака о том, что её поведение по отношению к нему нетипично для женщин её вида.</p>
    <p>Понтер бежал вдоль улицы между двумя рядами двухэтажных строений, перед каждым — травянистый газон и иногда несколько деревьев. На бегу он заметил идущую его направлении фигуру — мужчина-глексен, с белой кожей и практически без волос на голове. Понтер перебежал на другую сторону улицы, так, чтобы не приближаться к человеку близко, и продолжил путь.</p>
    <p>— Здесь поверни направо, — сказал Хак. — Из этого скопления жилищ впереди, похоже, нет другого выхода.</p>
    <p>Понтер сделал, как Хак сказал, и побежал по перпендикулярной улице. Он миновал лишь один квартал, и Хак сказал ему снова повернуть направо, в западном направлении, ведущем к кампусу.</p>
    <p>Дорогу перед Понтером перебежал кот с поднятым вверх хвостом. Понтер был поражён, когда узнал, что люди одомашнили кошек, которые бесполезны на охоте и даже палку неспособны принести. <emphasis>Однако,</emphasis> подумал он, <emphasis>каждому своё…</emphasis> Он продолжил бег, плоские ступни звонко шлёпали по твёрдой поверхности дороги.</p>
    <p>Вскоре Понтер увидел бегущую к нему большую чёрную собаку. Вот приручение собак он мог понять. Он уже заметил, что у глексенов имеется множество разных пород собак, выведенных, по всей видимости, путём селекции. Многие казались неподходящими для охоты, но, как он полагал, их внешность, наверное, просто нравится хозяевам.</p>
    <p>Опять же, Понтер слышал, как палеоантропологии в Вашингтоне обсуждали его собственную внешность. По-видимому, его черты лица соответствовали тому, что они называли «классический неандерталоид» — причём в его экстремальной форме. Эти учёные были удивлены отсутствием у народа Понтера редукции надбровного валика и размеров носа и отсутствием даже намёка на этот смехотворный нарост на самом кончике нижней челюсти.</p>
    <p>Однако с того момента, когда истинное сознание расцвело в его народе и вследствие этого вселенная расщепилась надвое где-то полмиллиона месяцев назад, происходил осознанный отбор половых партнёров, который привёл к сохранению, а фактически — к закреплению особенностей, которые так много людей считали красивыми.</p>
    <p>— Не устал? — спросил Хак.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Хорошо. Осталось ещё столько же.</p>
    <p>Внезапно раздался громкий лай, и Понтер вздрогнул от неожиданности. Ещё одна собака — здоровая и коричневая — направлялась к нему, и вид у неё был далеко не радостный. Понтер знал, что не сможет обогнать четвероногого, поэтому остановился и повернулся к собаке.</p>
    <p>— Тихо, тихо, — произнёс он на своём языке, надеясь, что пёс распознает успокаивающие интонации, если не слова. — Хорошая собачка.</p>
    <p>Коричневое чудовище продолжало бежать к Понтеру, не переставая лаять. На втором этаже ближайшего жилища зажглось окно.</p>
    <p>— Красивая собачка, — сказал Понтер, чувствуя, как всё его тело напрягается, хотя и понимал, что это глупо. Как и бараст, пёс мог учуять чужой страх и…</p>
    <p>Почему пёс бросился на него, Понтер не мог сказать. Очевидно, он не нападал на каждого, кто проходит по этой улице, но пёс, так же, как и он сам, мог отличить глексена от бараста по запаху, и, хотя наверняка не встречал до сих пор представителей народа Понтера, понял, что на его территорию заявилось что-то чужое.</p>
    <p>Когда зверь присел на задние лапы и прыгнул, Понтер приготовился схватить его за горло, и…</p>
    <p>Вспышка света в полутьме…</p>
    <p>Звук, как будто мокрая кожа бьётся об лёд…</p>
    <p>И собака заскулила от боли.</p>
    <p>Она прыгнула на Понтера с достаточной скоростью, чтобы привести в действие щит, который дал ему Гуса Каск. Пёс, перепуганный и оглушённый и — Понтер это учуял — с разбитой в кровь мордой, развернулся и кинулся прочь так же быстро, как и появился. Понтер сделал глубокий вдох, выровнял дыхание и снова побежал.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Хак через некоторое время. — Здесь мы должны пересечь эту дорогу, «четыреста седьмое». Поверни налево и перебегай вон тот мост. Будь осторожен, не попади под машину.</p>
    <p>Понтер сделал всё, как Хак сказал, и скоро оказался на другой стороне дороги и потрусил на юг. Далеко-далеко на горизонте он мог различить мигающие огни на вершине башни Си-Эн Тауэр в центре Торонто на самом берегу озера. Мэре рассказывала ему, какой великолепный с неё открывается вид, но пока ему приходилось видеть это сооружение только с большого расстояния.</p>
    <p>Понтер пересёк ещё одну дорогу, по которой даже так поздно ночью машины проносились каждые несколько тактов. Через короткое время он обнаружил, что входит на территорию кампуса Йоркского университета, и Хак провёл его насквозь, мимо зданий, парковок и парковых зон на другой его край.</p>
    <p>Пробежав ещё несколько сотен саженей, Понтер оказался на узкой грязной улочке возле дома, где жил Раскин. Понтер согнулся и упёрся руками в колени, пытаясь отдышаться и выровнять дыхание. <emphasis>Похоже, я и правда начинаю стареть,</emphasis> подумал он. Приятный ветерок дул прямо ему в лицо, остужая его.</p>
    <p>Мэре к этому времени могла уже проснуться и обнаружить его отсутствие, но, исходя из его краткого опыта ночёвок с ней в одной постели, она спала очень крепко, а до восхода солнца ещё оставалось почти две деци. К тому времени он уже будет дома, хотя и не <emphasis>задолго</emphasis> до этого времени…</p>
    <p>— Доставай, — прошипел голос у него за спиной, и он почувствовал, как что-то твёрдое упёрлось ему в поясницу. Внезапно Понтер осознал один из недостатков устройства Гусы Каска. О да, оно могло отклонить пулю, выпущенную с некоторого расстояния, но ничего не могло поделать с выстрелом из оружия, прижатого к телу.</p>
    <p>Однако это Канада, и огнестрельное оружие, по словам Мэре, здесь было редкостью. Но мысль о том, что ему в спину упирается нож, а не пистолет, почему-то Понтера совсем не успокаивала.</p>
    <p>Понтер не знал, что делать. В неярком освещении и со спины нападающий, по-видимому, не признал в нём неандертальца. Но если он заговорит, даже очень тихо, на своём языке так, чтобы Хак мог переводить, этот факт немедленно выйдет наружу, и…</p>
    <p>— Чего ты хочешь? — спросил Хак по-английски по собственному почину.</p>
    <p>— Твой кошелёк, — сказал голос — мужской и, к разочарованию Понтера, совершенно спокойный.</p>
    <p>— У меня нет кошелька, — ответил Хак.</p>
    <p>— Тем хуже для тебя, — сказал глексен. — Гони деньги — или пущу кровь.</p>
    <p>Понтер не сомневался, что справится практически с любым безоружным глексеном в рукопашном бою, но этот явно был вооружён. В этот момент Хак сообразил, что Понтер не видит, чем именно вооружён нападавший.</p>
    <p>— Он держит стальной нож, — сказал он Понтеру через кохлеарный имплант, — с зазубренным лезвием примерно 1,2 ладони длиной и рукояткой, судя по тепловому рисунку, из полированного дерева.</p>
    <p>Понтер подумал о том, чтобы быстро повернуться в надежде на то, что от одного вида неандертальского лица глексен растеряется, но последнее, чего бы ему хотелось, это чтобы кто-то видел его возле дома Раскина.</p>
    <p>— Он переминается с левой ноги на правую, — сказал Хак через импланты. — Слышишь?</p>
    <p>Понтер едва заметно кивнул.</p>
    <p>— Он отклоняется влево… теперь вправо… влево. Улавливаешь ритм?</p>
    <p>Ещё один крошечный кивок.</p>
    <p>— Ну так что? — прошипел глексен.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Хак Понтеру. — Когда я скажу «давай», со всей силы бей правым локтем назад. Ты попадёшь ему в солнечное сплетение, и он по крайней мере отступит назад, и тогда твой щит защитит тебя от удара ножа. — Хак переключился на внешний динамик. — У меня правда нет ни цента, — и Понтер тут же понял его ошибку: звук «и» был взят из речи глексенов и произносился другим голосом, резко отличным от голоса синтезатора Хака.</p>
    <p>— Что за…? — сказал глексен, явно озадаченный услышанным. — А ну-ка повернись, коз…</p>
    <p>— Давай! — скомандовал Хак Понтеру во внутреннее ухо.</p>
    <p>Понтер вслепую ударил локтем назад и почувствовал под ним живот глексена. Послышалось нечто вроде «ых-х-х» — из лёгких от удара вырвался воздух — и Понтер развернулся лицом к нападавшему.</p>
    <p>— Иисусе! — прошипел глексен, увидев выступающее надбровье на волосатом лице. Он ударил ножом, достаточно быстро, чтобы щит сработал со вспышкой света, преградив путь лезвию. Понтер выбросил руку вперёд и схватил глексена за тонкую шею. Он выглядел вдвое моложе Понтера. На какое-то мгновение Понтер задумался, не сжать ли кулак и раздавить сопляку горло, но не смог этого сделать.</p>
    <p>— Брось нож, — сказал Понтер. Глексен посмотрел вниз. Понтер проследил за его взглядом и увидел, что лезвие ножа согнулось от удара о щит. Понтер немного сжал пальцы. Хватка глексена синхронно ослабла, и нож, зазвенев, упал на дорожное покрытие.</p>
    <p>— Теперь пошёл вон, — сказал Понтер через Хака. — Проваливай, и никому ни слова.</p>
    <p>Понтер отпустил глексена, который немедленно начал хрипеть и откашливаться. Понтер поднял руку.</p>
    <p>— <emphasis>Вон!</emphasis> — сказал он. Глексен кивнул и бросился прочь, одну руку прижимая к животу там, куда попал локоть Понтера.</p>
    <p>Понтер не стал терять времени и зашагал по растрескавшейся бетонной дорожке ко входу в дом.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 39</p>
    </title>
    <p>Понтер молча ждал в подъезде дома Раскина; одна стеклянная дверь позади него, другая — впереди. Через несколько сотен тактов кто-то направился к выходу от лифтов, которые Понтер видел через внутреннюю стеклянную дверь. Он повернулся спиной, спрятав лицо, и стал ждать. Приближающийся глексен покинул холл, и Понтер легко перехватил стеклянную дверь до того, как она захлопнулась. Он быстро зашагал по плиточному полу — плитка для пола была чуть ли не единственной областью глексенской архитектуры, где находили применение правильные квадраты — и нажал кнопку вызова лифта. Тот, что доставил только что вышедшего глексена, всё ещё был здесь, и Понтер вошёл в раздвинувшиеся двери.</p>
    <p>Кнопки этажей были расположены в два столбца, и верхние две были обозначены как «15» и «16». Понтер нажал ту, что справа.</p>
    <p>Лифт — самый маленький и самый грязный из всех, что ему доводилось видеть в этом мире, даже грязнее, чем шахтный подъёмник в Садбери — громыхая, пришёл в движение. Понтер смотрел на индикатор над выщербленной дверью, и ждал, пока высвечиваемый им символ не совпадёт с символом на нажатой им кнопке. Наконец, это произошло. Понтер покинул лифт и вышел в холл, чьё ковровое покрытие в некоторых местах было порвано, а в остальных — запачкано. Стены были оклеены листами тонкой бумаги, украшенной сине-зелёными завитками; некоторые листы частично отклеились.</p>
    <p>Понтер видел четыре двери на каждой из сторон холла по левую руку от себя, и ещё четыре на каждой стороне по правую руку; всего шестнадцать квартир. Он подошёл к ближайшей двери, приблизил нос к дальнему от петель краю и быстро обнюхал щель между дверью и косяком, пытаясь отделить доносящийся из квартиры запах от царящего в холле запаха плесневеющего коврового покрытия.</p>
    <p>Не эта. Он перешёл к следующей двери и также обнюхал её край. Здесь он обнаружил знакомый запах — такой же едкой гарью иногда несло из подвала Рубена Мантего, когда они с Луизой уединялись там.</p>
    <p>Он подошёл к третьей двери. В квартире за дверью был кот, но люди отсутствовали.</p>
    <p>У следующий двери он различил запах мочи. Он не понимал, почему глексены не всегда смывают за собой туалет; после того, как ему объяснили устройство этого механизма, он никогда не забывал это делать. Он также различил запахи четырёх или пяти людей. Но Мэре сказала, что Раскин живёт один.</p>
    <p>Понтер добрался до конца коридора. Он перешёл на другую сторону и глубоко вдохнул возле первой двери. Внутри недавно готовили корову и какие-то растения с резким запахом. Но запахи людей были незнакомы.</p>
    <p>Он проверил следующую дверь. Табачный дым и феромоны одной — нет, двух женщин.</p>
    <p>Понтер перешёл к следующей двери, но она оказалась не такой, как другие — на ней не было номера квартиры и замка. Открыв её, Понтер обнаружил маленькую комнатку с дверцей значительно меньшего размера на петлях, за которой круто уходил вниз металлический жёлоб. Он пошёл к соседней двери, взмахами ладони пытаясь разогнать вонь, которая поднималась из жёлоба за дверцей. Он втянул в себя воздух.</p>
    <p>Снова табачный дым, и…</p>
    <p>И запах мужчины… худого мужчины, который не слишком обильно потеет.</p>
    <p>Понтер понюхал снова, поводя носом вверх и вниз вдоль края двери. Похоже на то…</p>
    <p>Да, точно. Теперь он был уверен.</p>
    <p>Раскин.</p>
    <p>Понтер был физиком, а не инженером. Но он наблюдал за окружающим миром, а Хак был ещё внимательнее. Они устроили короткое совещание, стоя в коридоре перед дверью квартиры Раскина: Понтер говорил шёпотом, Хак — через кохлеарные импланты.</p>
    <p>— Дверь без сомнения заперта, — сказал Понтер. В его мире такое встречалось нечасто; обычно двери запирали только для того, чтобы дети не залезли в опасное место.</p>
    <p>— Будет лучше всего, — сказал Хак, — если он откроет дверь сам, по собственной воле.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Но станет ли он открывать? Я так понимаю, что это, — он ткнул пальцем, — линза, через которую он может видеть, кто находится за дверью.</p>
    <p>— Невзирая на свои отвратительные особенности, Раскин — учёный. Если бы существо из иного мира появилось на пороге твоего дома на Окраине Салдака, разве ты отказался бы ему открыть?</p>
    <p>— Стоит попробовать. — Понтер побарабанил костяшками пальцев по двери — он видел, как несколько раз так делала Мэри.</p>
    <p>Хак внимательно прислушался.</p>
    <p>— Дверь полая, — сказал он. — Если он тебя не впустит, ты легко её выбьешь.</p>
    <p>Понтер постучал снова.</p>
    <p>— Возможно, он крепко спит.</p>
    <p>— Нет, — сказал Хак. — Я слышу его шаги.</p>
    <p>Свет за вделанной в дверь линзой прервался: по-видимому, Раскин смотрел сквозь неё, кто стучит в дверь среди ночи.</p>
    <p>Наконец, Понтер услышал, как лязгает, поворачиваясь, механизм замка, дверь немного приоткрылась, и в щели показалось лицо Раскина. Тонкая цепочка золотистого цвета, по-видимому, не давала двери раскрыться полностью.</p>
    <p>— Док… Доктор Боддет? — спросил явно потрясённый Раскин.</p>
    <p>Понтер собирался что-нибудь соврать о том, как ему нужна помощь Раскина в надежде, что он впустит его в квартиру, но обнаружил, что не может говорить в обычной цивилизованной манере с этим… этим <emphasis>приматом</emphasis>. Он упёрся ладонью правой руки в край двери и резко нажал. Цепочка лопнула, и дверь распахнулась, отбрасывая Раскина назад.</p>
    <p>Понтер торопливо вошёл и закрыл за собой дверь.</p>
    <p><emphasis>— Что за…!</emphasis> — заорал Раскин, вскакивая на ноги. Понтер отметил, что Раскин одет в обычную дневную одежду, несмотря на поздний час, и вдруг подумал, что он, возможно, только что возвратился домой после нападения на очередную женщину.</p>
    <p>Понтер шагнул к нему.</p>
    <p>— Вы изнасиловали Кейсер Ремтуллу. Вы изнасиловали Мэре Воган.</p>
    <p>— О чём вы говорите?</p>
    <p>Понтер проговорил тихим голосом:</p>
    <p>— Я могу убить вас голыми руками.</p>
    <p>— Вы сошли с ума? — закричал Раскин и попятился.</p>
    <p>— Нет, — ответил Понтер, делая шаг вперёд. — Я не сошёл с ума. Это ваш мир сошёл с ума.</p>
    <p>Глаза Раскина метались по захламлённой комнате, явно пытаясь найти какие-то пути для бегства… или оружие. Позади него был проём в стене, ведущий, по всей видимости, в помещение, предназначенное для приготовления пищи.</p>
    <p>— Вам придётся иметь дело со мной, — сказал Понтер. — Я буду судить вас.</p>
    <p>— Послушайте, — сказал Раскин, — я знаю, что недавно в нашем мире, но у нас есть законы. Вы не можете просто…</p>
    <p>— Вы — серийный насильник.</p>
    <p>— Вы чего-то накурились?</p>
    <p>— Я могу доказать, — сказал Понтер, подступая ближе.</p>
    <p>Внезапно Раскин резко обернулся и изогнулся, пытаясь достать что-то через ведущий на кухню проём. Он снова повернулся к Понтеру, держа в руках тяжёлую сковородку — Понтер видел такие, когда отбывал карантин в доме Рубена Монтего. Раскин держал сковородку перед собой, сжимая рукоятку двумя руками.</p>
    <p>— Не подходите ближе, — сказал он.</p>
    <p>Понтер не обратил внимания на его предупреждение. Когда он был в шаге от Раскина, тот ударил. Понтер поднял левую руку, прикрывая лицо. Сопротивление воздуха, должно быть, затормозило сковородку до безопасного предела, и силовой щит не включился, так что удар в основном принял на себя Хак. Правая рука Понтера метнулась вперёд и схватила Раскина за горло.</p>
    <p>— Бросьте эту вещь, — сказал Понтер, — или я сломаю вам шею.</p>
    <p>Раскин попытался что-то сказать, но Понтер немного сжал пальцы. Глексену удалось ещё раз ударить Понтера сковородкой по плечу — к счастью, не по тому, в которое попала пуля. Понтер, держа за шею, приподнял Раскина над полом.</p>
    <p>— Бросьте эту вещь! — громыхнул он.</p>
    <p>Лицо Раскина побагровело, а глаза — голубые глаза — выпучились. Наконец, он бросил сковородку, которая звонко ударилась о деревянный. Понтер развернул Раскина и ударил о стену рядом с проходом на кухню. Материал стены вмялся от удара в нескольких местах, в нём появилась длинная трещина.</p>
    <p>— Вы видели по телевизору, как посол Прат убила нападавшего?</p>
    <p>Раскин только хрипел и со свистом втягивал воздух.</p>
    <p><emphasis>— Вы видели?</emphasis></p>
    <p>Наконец, Раскин кивнул.</p>
    <p>— Посол Прат из 144-го поколения. Я из 145-го; я младше её на десять лет. Хотя я пока не равен ей мудростью, силой я её превосхожу. Если вы продолжите меня провоцировать, а разобью вам череп.</p>
    <p>— Чего… — произнёс Раскин очень хриплым голосом. — Чего вы хотите?</p>
    <p>— Во-первых, — сказал Понтер, — правды. Я хочу, чтобы вы признались в своих преступлениях.</p>
    <p>— Я знаю, что это штука у вас в руке всё записывает.</p>
    <p><emphasis>— Признайтесь в преступлениях.</emphasis></p>
    <p>— Я никогда…</p>
    <p>— У принудителей Торонто есть образцы вашей ДНК с изнасилования Кейсер Ремтуллы.</p>
    <p>— Если бы они знали, что это моя ДНК, — полузадушенным голосом ответил Раскин, — то здесь были бы они, а не вы.</p>
    <p>— Если вы будете упорствовать, я убью вас.</p>
    <p>Раскину удалось немного покачать головой, несмотря на то, что Понтер продолжал сжимать его шею.</p>
    <p>— Признание под принуждением не является доказательством.</p>
    <p>— Хорошо, тогда убедите меня, что вы невиновны.</p>
    <p>— Я не обязан никого ни в чём убеждать.</p>
    <p>— Вы не получили повышения и более выгодных условий работы из-за вашего цвета кожи и пола, — сказал Понтер.</p>
    <p>Рискин молчал.</p>
    <p>— Вы ненавидели тот факт, что другим — этим женщинам — отдаётся предпочтение перед вами.</p>
    <p>Раскин извивался, пытаясь вырваться из хватки Понтера, но тот держал его крепко.</p>
    <p>— Вам хотелось навредить им, — сказал Понтер. — Унизить их.</p>
    <p>— Старайся-старайся, троглодит.</p>
    <p>— Вам отказали в том, чего вам хотелось, и вы взяли то, что может быть лишь отдано добровольно.</p>
    <p>— Всё было не так…</p>
    <p>— Расскажите мне, — прошипел Понтер, заламывая руку Раскина за спину. — Расскажите мне, <emphasis>как</emphasis> это было.</p>
    <p>— Я заслуживал бессрочного контракта, — сказал Раскин. — Но они раз за разом прокатывали меня. Эти суки постоянно прокатывали меня, и…</p>
    <p>— И что?</p>
    <p>— И я показал им, чего стоит настоящий мужчина.</p>
    <p>— Вы — <emphasis>позор</emphasis> всего мужского рода, — сказал Понтер. — Скольких вы изнасиловали? <emphasis>Скольких?</emphasis></p>
    <p>— Только…</p>
    <p>— Ещё кого-то, кроме Мэре и Кейсер?</p>
    <p>Молчание.</p>
    <p>Понтер отодвинул Раскина от стены и снова ударил его об неё. Трещина стала шире.</p>
    <p>— <emphasis>Кого-то ещё?</emphasis></p>
    <p>— Нет. Только…</p>
    <p>Он заломил его руку сильнее.</p>
    <p>— Только двоих? Только двоих? — Зверёныш взвыл от боли. — Только двоих? — повторил Понтер.</p>
    <p>Раскин хрюкнул и сказал сквозь сжатые зубы:</p>
    <p>— Только Воган. И эту черножопую суку…</p>
    <p>— Что? — Понтер на мгновение растерялся, когда Хак издал гудок. Он снова выкрутил Раскину руку.</p>
    <p><emphasis>— Ремтуллу. Я трахнул Ремтуллу.</emphasis></p>
    <p>Понтер немного ослабил хватку.</p>
    <p>— Вы остано́витесь, понятно вам? Это больше никогда не повторится. Я буду следить. Другие будут следить. Никогда, слышите?</p>
    <p>Раскин буркнул что-то неразборчивое.</p>
    <p>— <emphasis>Никогда,</emphasis> — повторил Понтер. — Поклянитесь.</p>
    <p>— Никогда больше, — сказал Раскин, всё ещё сжимая зубы.</p>
    <p>— И вы никому не скажете о моём визите. Никому. Если скажете, то понесёте наказание, предусмотренное за ваши преступление вашим же обществом. Вы это понимаете? <emphasis>Понимаете?</emphasis></p>
    <p>Раскин с трудом кивнул.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Понтер, ещё немного ослабляя хватку. Но потом он снова впечатал Раскина в стену; в этот раз от неё начали отваливаться кусочки материала. — Нет, это совсем не хорошо, — продолжал Понтер, теперь уже тоже сквозь сжатые зубы. — Этого недостаточно. Это ещё не справедливость. — Он бросился на Раскина всем своим весом, припечатав его к стене; его пах прижался к заду глексена. — Вы на себе почувствуете, каково это — быть женщиной.</p>
    <p>Всё тело Раскина внезапно напряглось.</p>
    <p>— Нет. Нет-нет, ни за что! Господи, только не это…</p>
    <p>— Это будет справедливо, — сказал Понтер, открывая карман на своём медицинском поясе и доставая оттуда пневмоинъектор.</p>
    <p>Устройство зашипело над шеей Раскина.</p>
    <p>— Что это за херня? — закричал он. — Вы не можете вот так вот…</p>
    <p>Понтер ощутил, как тело Раскина расслабилось. Он опустил его на пол.</p>
    <p>— Хак, — позвал Понтер. — С тобой всё в порядке?</p>
    <p>— Удар был довольно сильный, — ответил компаньон, — но я не повреждён.</p>
    <p>— Прости, — сказал Понтер. Он посмотрел на лежащего на спине Раскина. Потом схватил его ноги и развёл их в стороны.</p>
    <p>Потом потянулся к его поясу. Ему понадобилось некоторое время, чтобы разобраться, как он устроен. Расстегнув пояс, Понтер нашёл застёжку и молнию на его брюках. Расстегнул и то, и другое.</p>
    <p>— Сначала сними эти штуки со ступней, — подсказал Хак.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Точно. Всё время забываю, что у них это отдельно. — Он передвинулся к ногам Раскина и после нескольких попыток сумел развязать шнурки и снять с него башмаки. Понтер содрогнулся, почуяв исходящий от ступней запах. На коленях переполз обратно, к поясу Раскина, и начал стягивать с него штаны. Следом взялся за трусы и стянул их по почти безволосым ногам до ступней, а потом избавился и от них.</p>
    <p>Наконец, Понтер взглянул на гениталии Раскина.</p>
    <p>— Что-то здесь не так, — сказал он. — Какое-то уродство, или что? — Он поднял руку, давая Хаку лучший обзор.</p>
    <p>— Удивительно, — сказал компаньон. — Отсутствует препуциальный мешок.</p>
    <p>— Что? — переспросил Понтер.</p>
    <p>— Крайняя плоть.</p>
    <p>— Интересно, у всех глексенских самцов так?</p>
    <p>— Это сделало бы их уникальными среди приматов, — ответил Хак.</p>
    <p>— Ладно, — сказал Понтер, — мне это не помешает.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Корнелиус Раскин пришёл в себя на следующий день; он определил, что настало утро по тому, что в окна его квартиры светило солнце. В голове били молотки, горло саднило, локоть горел, седалище болело, и было такое чувство, что его пнули по яйцам. Он попытался оторвать голову от пола, но его так затошнило, что он опустил её обратно. Через некоторое время он повторил попытку, и в этот раз сумел приподняться на локте. Его рубашка и брюки были на нём, так же, как носки и башмаки. Но шнурки на них завязаны не были.</p>
    <p><emphasis>Чёрт тебя дери,</emphasis> подумал Раскин. <emphasis>Чёрт тебя дери.</emphasis> Он слышал, что неандертальцы все геи. Господи, но он не был готов к <emphasis>такому</emphasis>. Он перекатился на бок и ощупал рукой заднюю часть штанов, молясь о том, чтобы не обнаружить там крови. Тошнота подбиралась к горлу, и он прогнал её, с усилием сглотнув. Получилось очень больно.</p>
    <p>«Справедливость», сказал Боддет. Справедливо бы было, если бы он получил приличное место и не должен бы был уступать его банде некомпетентных женщин и прочих меньшинств…</p>
    <p>Голова у него болела так, словно Понтер снова и снова бил по ней сковородкой. Раскин закрыл глаза, пытаясь собраться с силами. У него болело так много всего и так сильно, что он не мог сосредоточиться на чём-то одном.</p>
    <p>Проклятый питекантроп и его извращённые представления о справедливости! Только из-за того, что он вставил Воган и Ремтулле, чтобы показать им, кто тут на самом деле главный, Боддет решил, что будет справедливым сделать из него педика.</p>
    <p>Это, несомненно, было ещё и предупреждением: держи язык за зубами, помни, что тебе приготовлено, если ты посмеешь в чём-то обвинить Понтера, что будет с тобой в тюрьме, если тебя всё-таки упекут за изнасилование…</p>
    <p>Раскин сделал глубокий вдох и схватился рукой за горло. Он нащупал на нём углубления, оставленные пальцами питекантропа. Боже, там, наверное, жуткая ссадина.</p>
    <p>Наконец, голова Раскина перестала кружиться в достаточной степени, чтобы он мог заставить себя встать на ноги. Он схватился за край дверного проёма, чтобы выровняться, и остался стоять, ожидая, пока в глазах перестанут вспыхивать искры. Вместо того, чтобы зашнуровать башмаки — для этого пришлось бы нагнуться — он просто сбросил их с ног.</p>
    <p>Он подождал ещё минуту, пока молотки в голове не стихли настолько, что он решился отпустить свою опору без риска рухнуть обратно на пол. Потом он проковылял по короткому коридору к обшарпанной ванной, выкрашенной в тошнотворный зелёный цвет ещё предыдущим квартиросъёмщиком. Он вошёл и закрыл за собой дверь, на обратной стороне которой обнаружилось ростовое зеркало, треснувшее там, где оно было привинчено к двери. Он расстегнул пояс и спустил брюки, а потом повернулся задом к зеркалу и, заранее готовя себя к тому, что может увидеть, приспустил трусы.</p>
    <p>Он боялся, что увидит на ягодицах такие же следы от пальцев, какие ощущал на горле, но там ничего не было, кроме длинной царапины сбоку — которая, как он сообразил, появилась, когда Понтер сбил его с ног, резко распахнув дверь и порвав цепочку.</p>
    <p>Раскин схватил себя за ягодицу и оттянул её в сторону, пытаясь увидеть сфинктер. Он понятия не имел, чего ожидать — крови? — но не заметил ничего необычного.</p>
    <p>Он не мог себе представить, что подобного рода контакт может не оставить следов, но похоже, что в данном случае всё было именно так. В сущности, насколько он мог судить, с его задней частью не произошло ничего необычного.</p>
    <p>Озадаченный, он посеменил к унитазу, волоча за собой спущенные штаны и трусы. Встал перед ним, потянулся к пенису, поднял его, прицелился и…</p>
    <p><emphasis>Нет!</emphasis></p>
    <p>Нет, нет, нет!</p>
    <p>Господи Иисусе, нет!</p>
    <p>Раскин ощупал всё вокруг, наклонился, снова выпрямился и поковылял обратно к зеркалу для лучшего обзора.</p>
    <p><emphasis>Боже, Боже, Боже…</emphasis></p>
    <p>Он видел себя в зеркале, голубые глаза, округлённые в выражении абсолютного ужаса, отвисшую челюсть и…</p>
    <p>Он приник к самому зеркалу, пытаясь получше рассмотреть мошонку. Её пересекала вертикальная черта, которая выглядела словно…</p>
    <p>Возможно ли такое?</p>
    <p>…словно сварной шов.</p>
    <p>Он снова принялся ощупывать, тыкать в обвисший, сморщенный мешочек, надеясь, что в первый раз он почему-то ошибся, не заметил…</p>
    <p>Но тщетно.</p>
    <p>Господи всемогущий, тщетно.</p>
    <p>Раскин доковылял до раковины, опёрся на неё и испустил долгий пронзительный вой.</p>
    <p>Его тестикулы исчезли.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 40</p>
    </title>
    <p><emphasis>Некоторое время Журард Селган молчал. Конечно, то, что Понтер ему сейчас рассказал, было абсолютно конфиденциально. Разговоры скульптора личности с его пациентом специальным образом кодируются. Селган даже и подумать не мог о том, чтобы пересказать кому-то то, что узнал от пациента, и никто не мог открыть архив алиби его или его пациента за период, помеченный как время терапевтического сеанса.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мы не берём правосудие в собственные руки, — сказал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер кивнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Как я сказал в самом начале, я не горжусь тем, что совершил.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы также сказали, — мягко напомнил Селган, — что совершили бы это снова, если бы пришлось.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— То, что он делал, было </emphasis>плохо<emphasis>, — сказал Понтер. — Гораздо хуже того, что я сделал с ним. — Он развёл руками, словно ища способа оправдать своё поведение. — Он насиловал женщин и собирался делать это и дальше. Но я положил этому конец. Не только потому, что он теперь знал, что я могу опознать его по запаху, а по той же причине, по которой мы всегда стерилизуем наших склонных к насилию самцов именно таким образом. Ведь мы не только предотвращаем распространение их генов. Путём удаления тестикул мы радикально снижаем уровень тестостерона, купируя их агрессивность.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И вы решили, что если этого не сделаете вы, то не сделает никто? — сказал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно! Ему бы всё сошло с рук! Мэре Воган считала, что имеет преимущество, что насильник не знал, с кем связывается, нападая на профессора генетики. Но она ошибалась. Он знал совершенно точно, с кем имеет дело. И он знал, что нужно сделать, чтобы его никогда не смогли осудить за это преступление.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Так же, — тихо сказал Селган, — как вы знали, что вас никогда не осудят за его кастрацию.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер ничего не ответил.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мэре знает об этом? Вы ей рассказали?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер покачал головой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Почему нет?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Почему нет? — повторил Понтер, удивлённый вопросом. — Почему нет? Я совершил преступление — тяжкое преступление. Я не хотел вовлекать в него её; я не хочу, чтобы она была хоть как-то в этом замешана.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И всё?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер молча рассматривал рисунок древесных волокон, охватывающий весь периметр комнаты.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это всё? — не отступал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Конечно, я не хотел ронять себя в её глазах, — сказал Понтер…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— На самом деле это могло </emphasis>возвысить<emphasis> вас в её глазах, — сказал Селган. — В конце концов, вы пошли на это ради неё, чтобы защитить её и других, подобных ей.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Но Понтер замотал головой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет. Нет, она рассердилась бы на меня. Разочаровалась бы во мне.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Почему?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Она христианка, — ответил он. — Философ, учению которого она следует, утверждал, что прощение — это величайшая из всех добродетелей.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Бровь Селгана влезла на надбровный валик.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Некоторые вещи очень трудно простить.</emphasis></p>
    <p>— Думаете, я этого не знаю?<emphasis> — рявкнул Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я не имел в виду не то, что сделали вы, а то, что он — тот мужчина-глексен — сделал с Мэре.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Этот… Раскин — единственный, кого вы кастрировали?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Взгляд Понтера метнулся к Селгану.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Разумеется!</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ага, — сказал Селган. — Просто я…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Что?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган проигнорировал вопрос.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы рассказывали об этом кому-нибудь ещё?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Даже Адекору?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Даже Адекору.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но ведь ему вы без сомнения можете доверять, — сказал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да, но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вот видите, — сказал Селган, когда Понтер замолчал, не закончив фразы. — В нашем мире мы не просто стерилизуем совершивших насильственные преступления, не так ли?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ну… нет. Мы…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да? — сказал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Мы стерилизуем преступника </emphasis>и<emphasis> всех, у кого хотя бы половина общих с ним генов.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И кого же именно?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Братьев. Сестёр. Родителей.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да. Кого ещё?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И… ещё однояйцевых близнецов. Именно поэтому говорится про </emphasis>по крайней мере<emphasis> половину; у однояйцевых близнецов совпадает сто процентов ДНК.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да-да, но вы забыли про ещё одну группу.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Братья. Сёстры. Мать преступника. Отец преступника.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И…?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я не понимаю, что вы… — Понтер замолк. — О, — тихо сказал он. Он снова посмотрел на Селгана, потом опустил взгляд. — Дети. Потомки.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— У вас есть дети, не так ли?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Двое дочерей, Жасмель Кет и Мега Бек.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Так что если кто-то узнает о вашем преступлении и каким-либо образом разгласит его, и суд прикажет вскрыть ваш архив алиби, наказание понесёте не только вы. Ваших дочерей стерилизуют вместе с вами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер закрыл глаза.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это так? — сказал Селган.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да. — Голос Понтера был едва слышен.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ранее я спросил, стерилизовали ли вы ещё кого-нибудь в другом мире, и вы накричали на меня.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер молчал.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы понимаете, что вас рассердило?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер вдохнул и медленно, судорожно выдохнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я стерилизовал </emphasis>только<emphasis> самого преступника, но не его родственников. Видите ли, я не слишком задумывался о… о </emphasis>справедливости<emphasis> того, что мы стерилизуем невиновных ради улучшения генофонда. Но… но я с помощью Хак и правда пытался изучать эту глексенскую Библию. В её самой первой истории всё потомство изначальных двух людей было проклято за то, что эти двое людей совершили преступление. И это показалось мне таким неправильным, таким несправедливым.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Так что как бы вы ни хотели очистить глексенский генофонд от скверны Раскина, вы не смогли заставить себя отыскать его ближайших родственников, — сказал Селган. — Потому что, сделай вы это, вы бы согласились, что </emphasis>ваши<emphasis> близкие — двое ваших дочерей — заслуживают наказания за преступления, которые </emphasis>вы<emphasis> совершили.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Они </emphasis>невиновны<emphasis>, — сказал Понтер. — Независимо от того, насколько тяжкие преступления совершил я, они не должны из-за этого страдать.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И всё же они пострадают, если вы раскроете себя и признаетесь в содеянном.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер кивнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И что же вы намерены делать?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер пожал своими массивными плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Хранить эту тайну до тех пор, пока я не умру.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— А потом?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я… простите?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— После того, как вы умрёте — что будет потом?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Потом… потом </emphasis>ничего.</p>
    <p><emphasis>— Вы в этом уверены?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Конечно. То есть, да, я читал Библию, и я знаю, что Мэре психически здорова и умна и не подвержена галлюцинациям, но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И у вас нет ни малейшего сомнения в том, что она ошибается? Вы убеждены в том, что после смерти ничего нет?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ну…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Да?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет. Забудьте.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган нахмурился, но решил, что развивать эту тему пока рано.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы не задумывались о том, почему Мэре заинтересовалась вами?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер смотрел в сторону.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я слышал, как ранее вы говорили о том, что глексены — тоже люди. Однако всё же у вас с ней меньше общего, чем с любым другим мужчиной, с которым она до тех пор была знакома.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Физически — возможно, — сказал Понтер. — Но ментально, эмоционально мы очень похожи.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И всё же, — сказал Селган, — поскольку Мэре пострадала от самца своего собственного вида, она могла…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Думаете, мне это не приходило в голову? — перебил его Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Скажите об этом вслух, Понтер. Выпустите наружу.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер фыркнул.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я мог заинтересовать её именно потому, что в её глазах я был </emphasis>не<emphasis> человек — не один из тех, кто сделал ей больно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган помолчал несколько тактов.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Над этой мыслью стоит поразмышлять.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Это неважно, — сказал Понтер. — Теперь это ничего уже не значит. Я </emphasis>люблю<emphasis> её. И она любит меня. Ничто не имеет значения, кроме этого простого факта.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Очень хорошо, — сказал Селган. — Очень хорошо. — Он снова сделал паузу, а потом постарался, чтобы его голос звучал отстранённо, будто мысль только что пришла ему в голову, и он не выжидал подходящего момента, чтобы её озвучить. — А кстати, вы не думали о том, что </emphasis>вас<emphasis> к ней привлекло?</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер закатил глаза.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Скульптор личности! — сказал он. — Вы собираетесь объявить, что она каким-то образом напомнила мне Класт. Но здесь вы попали пальцем в небо. Она вообще не похожа на Класт. У неё совершенно другой характер. У Мэре </emphasis>ничего<emphasis> общего с Класт.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Уверен, что вы правы, — сказал Селган, делая руками жест, словно отбрасывая глупую мысль в сторону. — Ну, то есть, как это вообще возможно. Они ведь даже принадлежат к разным видам…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно так, — сказал Понтер, складывая руки на груди.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И воспитаны в совершенно разных культурных контекстах.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Точно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган покачал головой.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Эта идея о жизни после смерти — надо же было такое придумать.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер промолчал.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы никогда не задумывались об этом? Не думали, что возможно — лишь возможно… — Селган дал своему голосу угаснуть, не закончив фразы, и терпеливо ждал, что Понтер заполнит паузу.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Ну, — сказал в конце концов Понтер, — это и вправду привлекательная концепция. Я думал над ней с тех пор, как впервые услышал о ней от Мэре. — Понтер поднял руки. — Я знаю, знаю, что никакой послежизни нет — по крайней мере, для меня. Но…</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Но она живёт в альтернативной плоскости бытия, — подсказал Селган. — В другой вселенной. Во вселенной, в которой некоторые вещи </emphasis>могут быть<emphasis> другими.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Голова Понтера едва заметно качнулась.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И она даже не бараст, не так ли? Она принадлежит к другому виду. Лишь из-за того, что у нас нет — как они это называют? Бессмертная душа? То, что </emphasis>у нас<emphasis> нет этой бессмертной души, разве означает, что её нет и у них? Не так ли?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы к чему-то ведёте? — резко спросил Понтер.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Как всегда, — ответил Селган. — Вы потеряли партнёршу двадцать с лишним месяцев назад. — Он помедлил и продолжил так мягко, насколько смог: — Не только Мэре приходила в себя после травмы.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер вскинул брови.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Надо полагать. Но я всё равно не вижу, как смерть Класт могла бросить меня в объятия женщины из другого мира.</emphasis></p>
    <p><emphasis>В этот раз пауза затянулась. Наконец Хак, который хранил молчание в течение всего терапевтического сеанса, спросил через внешний динамик:</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Вы хотите, чтобы я ему сказал?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Нет, я сам, — ответил Селган. — Понтер, пожалуйста, не обижайтесь, но… в общем, вы рассказывали мне о верованиях глексенов.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И что с того? — спросил Понтер; его голос звучал по-прежнему резко.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Они верят в то, что мёртвые на самом деле не мертвы. Они верят, что сознание продолжает жить после смерти тела.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— И что?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— А то, что вы, возможно, искали способа обезопасить себя от повторения страданий, которые причинила вам смерть Класт. Если бы ваша партнёрша верила в это… это бессмертие разума, или вы бы считали, пусть и без всяких на то оснований, что она в самом деле может обладать подобного рода бессмертием, то… — голос Селгана затих, приглашая Понтера закончить мысль.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер вздохнул, но подчинился.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— То в случае, если случилось бы немыслимое и я снова потерял бы любимую женщину, это бы не было для меня таким потрясением, потому что сохранялся бы шанс, что она потеряна не навсегда.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Селган одновременно приподнял бровь и слегка пожал плечами.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Именно.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Понтер поднялся на ноги.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Благодарю, что потратили на меня время, учёный Селган. Здравого дня.</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Я не уверен, что мы закончили, — сказал Селган. — Куда вы идёте?</emphasis></p>
    <p><emphasis>— Сделать то, что я должен был сделать давным-давно, — сказал Понтер, покидая круглый кабинет.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Луиза Бенуа вошла в кабинет Джока Кригера в «Синерджи Груп». В штате Джока не было геологов, но Луиза — физик, и она работала под землёй на шахте «Крейгтон», так что он решить поручить это ей.</p>
    <p>— О’кей, — сказала она. — Думаю, я с этим разобралась. — Она разложила на рабочем столе в кабинете Джока две большие схемы. Джок встал над столом рядом с Луизой.</p>
    <p>— Вот это, — сказала она, указывая накрашенным красным ногтем на левую схему, — стандартная палеомагнитная хронология по данным наших учёных.</p>
    <p>Джок кивнул.</p>
    <p>— А это, — она указала на вторую схему, заполненную странными символами, — та же самая хронология, полученная от неандертальцев.</p>
    <p>Хотя Мэри Воган и не нашла подтверждения тому, что в мире неандертальцев магнитное поле Земли поменяло полярность, Джок использовал всё своё влияние, чтобы произвести обмен информацией по палеогеомагнетизму как можно скорее. Если неандертальцы ошибаются относительно быстрого коллапса магнитного поля, тогда Джок будет знать, что беспокоится попусту. Но ему нужно было знать наверняка.</p>
    <p>— Так вот, — сказала Луиза, — Как вы видите, мы зафиксировали гораздо больше эпизодов геомагнитной реверсии, чем они — больше трёхсот за последние 175 миллионов тел. Это потому что породы морского дна дают больше информации, чем места падения метеоритов.</p>
    <p>— Один-ноль в нашу пользу, — сухо сказал Джок.</p>
    <p>— Моя задача, — продолжила Луиза, — состояла в том, чтобы сопоставить эпизоды, которые поддаются сопоставлению — то есть, выявить эпизоды, следы которых обнаружили и мы, и они. Как видите, несмотря на зияющие дыры в их геомагнитной летописи, имеется практически однозначное соответствие всех эпизодов почти до сегодняшнего дня.</p>
    <p>Джок смотрел на схемы, следя за указующим ногтем Луизы.</p>
    <p>— О’кей.</p>
    <p>— Разумеется, — сказала Луиза, — так и должно было быть. Вам известна моя теория: что существовала лишь одна стабильная версия вселенной до того, как примерно сорок тысяч лет назад возникло сознание.</p>
    <p>Джок кивнул. Хотя квантовомеханические эффекты могли приводить к кратковременному расщеплению вселенной, вероятно, с самого начала времён, получающиеся варианты на макроуровне были идентичны и поэтому всегда снова сливались в течение нескольких наносекунд.</p>
    <p>Однако сознательные действия живых существ создали разрыв, который уже не мог быть скомпенсирован, и поэтому когда сорок тысяч лет назад произошёл Большой Скачок — когда возникло сознание — случилось самое первое стабильное расщепление. В одной вселенной осознали себя Homo sapiens, в другой — Homo neanderthalensis, и с тех пор эти две вселенные существовали отдельно.</p>
    <p>— Но минуточку, — сказал Джок, вглядываясь в неандертальскую схему. — Если вот это — последняя зафиксированная геомагнитная реверсия, о которой нам известно…</p>
    <p>— Так и есть, — подтвердила Луиза. — Они датировали её десятью миллионами месяцев назад — это 780000 лет.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Джок. — Но если это — самый поздний эпизод на нашей схеме, то что же такое вот это? — Он указал на ещё один, более поздний эпизод, отмеченный на неандертальской схеме. — Это тот, который якобы случился двадцать пять лет назад?</p>
    <p>— Нет, — сказала Луиза. На вкус Джока в ней была слишком сильна преподавательская жилка. Она явно подводила его к открытию, хотя сама наверняка уже знала ответ. Вот почему бы просто не сказать?</p>
    <p>— Тогда когда же?</p>
    <p>— Полмиллиона месяцев назад, — сказала Луиза.</p>
    <p>Джок уже не скрывал своего раздражения:</p>
    <p>— То есть…?</p>
    <p>Чувственные губы Луизы изогнулись в усмешке.</p>
    <p>— Сорок тысяч лет.</p>
    <p>— Сорок ты… Но ведь это…</p>
    <p>— Именно, — сказала Луиза, обрадованная догадливостью ученика. — Как раз тогда, когда произошёл Большой Скачок и возникло сознание, когда вселенная расщепилась навсегда.</p>
    <p>— Но… но как так может быть, что они знают об этой реверсии, а мы — нет?</p>
    <p>— Помните, что я сказала, когда мы обсуждали эту проблему впервые? После того, как магнитное поле исчезнет, существует пятидесятипроцентная вероятность того, что оно снова возникнет с той же полярностью. В половине случаев полярность та же, а…</p>
    <p>— А в оставшейся половине полярность обратная! То есть это событие должно было произойти уже после разделения вселенных; и, поскольку теперь они никак не связаны, случилось так, что в мире неандертальцев полярность поменялась.</p>
    <p>Луиза кивнула.</p>
    <p>— Оставив след в местах падения метеоритов.</p>
    <p>— Но в нашем мире случилось так, что поле снова возникло с той же полярностью, что и до коллапса — и поэтому мы его не заметили.</p>
    <p><emphasis>— Oui.</emphasis></p>
    <p>— Поразительно, — сказал Джок. — Но… погодите! У них была реверсия сорок тысяч лет назад, так ведь? Но Мэри утверждает, что стрелка компаса в их мире ориентирована так же, как и в нашем — северным концом на север. Так что…</p>
    <p>Луиза ободряюще кивнула: он был на верном пути.</p>
    <p>— …так что, — продолжал Джок, — мир неандертальцев и правда пережил недавний коллапс магнитного поля, и когда поле появилось снова, всего шесть лет назад, его полярность стала обратной по сравнению с той, что была до коллапса — такой же, как сейчас на нашей Земле.</p>
    <p>— Именно так.</p>
    <p>— Значит, всё в порядке? — сказал Джок. — Именно это я и хотел узнать.</p>
    <p>— Это ещё не всё, — сказала Луиза. — Далеко не всё.</p>
    <p>— Ну так не тяните жилы, рассказывайте!</p>
    <p>— Хорошо-хорошо. Земля — единственная Земля, существовавшая в те времена — пережила коллапс магнитного поля сорок тысяч лет назад. Пока поле отсутствовало, возникло сознание — и я не верю, что это совпадение случайно.</p>
    <p>— Вы считаете, что пропадание магнитного поля как-то связано с тем, что пещерные люди изобрели рисование?</p>
    <p>— И культуру. И язык. И символическую логику. И религию. Да, я так считаю.</p>
    <p>— Но как?</p>
    <p>— Я не знаю, — ответила Луиза. — Но помните, что анатомически современные Homo sapiens впервые появились сто тысяч лет назад, но осознали себя лишь сорок тысяч лет назад. Мы имели такие же точно мозги, как и сейчас, в течение шестидесяти тысяч лет, не занимаясь никакими видами искусств и не проявляя никаких признаков подлинной разумности. А потом — <emphasis>клац!</emphasis> — что-то случилось, и мы стали разумными.</p>
    <p>— Да уж, — сказал Джок.</p>
    <p>— Вы знаете, что у некоторых птиц в мозгу есть частицы магнетита, которые помогают им определять направление?</p>
    <p>Джок кивнул.</p>
    <p>— Так вот, у нас — у Homo sapiens — тоже есть магнетит в мозгу. Никто не знает, почему, поскольку у нас, очевидно, нет встроенного в организм компаса. Но когда сорок тысяч лет назад магнитное поле Земли схлопнулось, я думаю, с этим магнетитом случилось что-то, что, если можно так выразиться, привело к <emphasis>загрузке</emphasis> сознания.</p>
    <p>— И что же случится, когда магнитное поле пропадёт в следующий раз?</p>
    <p>— Ну, в мире неандертальцев во время недавнего коллапса ничего необычного не произошло, — сказала Луиза. — Но…</p>
    <p>— Но…?</p>
    <p>— Но они не сжигают ископаемое топливо. У них нет миллиардов автомобилей. Они не применяют хлорфторуглеродов в кондиционерах.</p>
    <p>— Да? И что?</p>
    <p>— Так что их атмосфера в целом и озоновый слой в частности находятся в нетронутом состоянии. В отличие от наших.</p>
    <p>— Как это связано с геомагнитными реверсиями?</p>
    <p>— У Земли есть два средства защиты поверхности от солнечной и космической радиации: атмосфера и магнитное поле. Если подводит одно, его может заменить другое…</p>
    <p>Глаза Джока округлились.</p>
    <p>— Но у нас одно из них уже барахлит.</p>
    <p>— Точно. Наш озоновый слой истощён; химический состав нашей атмосферы изменён. Когда магнитное поле снова исчезнет — а этот процесс, по всей видимости, уже начался — у нас не будет запасного средства защиты.</p>
    <p>— И что будет?</p>
    <p>— <emphasis>Je ne sais pas</emphasis>, — сказала Луиза. — Нам придётся построить множество моделей, прежде чем можно будет сказать что-то определённое. Но…</p>
    <p>— Снова «но»! Что на этот раз?</p>
    <p>— Ну, во время прошлого коллапса сознание загрузилось, а в этот раз, если говорить о последствиях, ожидается мать всех геомагнитных коллапсов. В этот раз сознание может — если снова воспользоваться компьютерной терминологией — сознание может <emphasis>зависнуть</emphasis>.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Эпилог</p>
    </title>
    <p>Понтер поблагодарил оператора транспортного куба и вышел наружу. Он чувствовал на себе взгляды женщин, ощущал их неодобрение. Но хотя до того, как Двое станут Одним, оставался ещё целый день, он не мог ждать.</p>
    <p>Проведя на другой Земле бо́льшую часть месяца, три дня назад Понтер и Мэри вернулись в мир неандертальцев. Он сказал, что такое расписание позволит ему увидеться и с Адекором, и с дочерьми за один визит, что, безусловно, было правдой. Но, поскольку Мэри снова отправилась жить к Лурт, пока Двое не станут Одним, это позволило ему также встретиться со скульптором личности в надежде избавиться от бессонницы и ночных кошмаров, которые преследовали его.</p>
    <p>Но сейчас Понтер приближался к лаборатории Лурт — направляемый Хаком, поскольку он сам никогда раньше здесь не бывал. Войдя в полностью каменное здание, он попросил первую же встреченную женщину показать ему, где работает Мэре Воган. Изумлённая женщина — 146-го поколения — показала, и Понтер отправился вдоль по коридору. Он подошёл к комнате, которую ему указали, и увидел Мэри и Лурт, склонившихся над рабочим столом.</p>
    <p><emphasis>Вот и всё,</emphasis> подумал Понтер. Он сделал глубокий вдох, и…</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Понтер! — сказала Мэри, поднимая голову. Она была рада его видеть, но…</p>
    <p>Но нет. Это был его мир — и это было неподходящее время.</p>
    <p>— Что случилось? — спросила она подчёркнуто спокойным тоном.</p>
    <p>Понтер посмотрел на Лурт.</p>
    <p>— Мне нужно поговорить с Мэре наедине, — сказал он.</p>
    <p>Лурт вскинула бровь. Она ободряюще сжала предплечье Мэри и вышла, закрыв за собой дверь.</p>
    <p>— В чём дело? — спросила Мэри. Она почувствовала, как зачастило сердце. — С тобой всё в порядке? Что-то стряслось с Жасмель или…?</p>
    <p>— Нет. Всё хорошо.</p>
    <p>Всё ещё нервничая, Мэри попыталась прояснить ситуацию.</p>
    <p>— Тебе же сюда нельзя. Двое ещё не стали Одним.</p>
    <p>Но в голосе Понтера послышалось раздражение.</p>
    <p>— К… к чертям всё это, — сказал он.</p>
    <p>— Понтер, в чём дело?</p>
    <p>Понтер глубоко вдохнул и произнёс несколько слов на своём языке. Впервые за всё время его слова не были переведены немедленно, и Мэри увидела, как Понтер немного склонил голову на бок, как он всегда делал, слушая, что ему говорит Хак через ушные импланты.</p>
    <p>Понтер заговорил снова, резким тоном, и Мэри расслышала неандертальское слово «ка», которое, как она знала, означает «да». Наверное, Хак говорил ему что-то вроде «Ты уверен, что на самом деле хочешь это сказать?» Понтер, по-видимому, ответил, что да, на самом деле хочет, и отругал компаньон за вмешательство. После секундного молчания Понтер снова открыл рот, однако Хаку, по-видимому, этого оказалось достаточно, чтобы воспроизвести перевод предыдущей фразы Понтера.</p>
    <p>— Я люблю тебя, — произнёс синтезированный компьютером голос.</p>
    <p>Как Мэри ждала от него именно этих слов!</p>
    <p>— И я тебя люблю, — сказала она. — Очень-очень люблю!</p>
    <p>— Мы должны строить жизнь вместе, ты и я, — сказал Понтер. — Если… если, разумеется, ты этого хочешь.</p>
    <p>— Да, да, конечно! — ответила Мэри радостно, но тут же её настроение упало. — Но… но нам будет так сложно всё устроить. Ну, то есть, твоя жизнь здесь, а моя — <emphasis>там</emphasis>. У тебя Адекор, Жасмель и Мегамег, а у меня… — Она замолкла. Она хотела сказать «у меня никого», но это было бы неправдой. У неё <emphasis>был</emphasis> муж, хоть и живущий отдельно, но всё ещё законный супруг. И, Господи Боже мой, если Бог не одобряет развод, то что он скажет об отношениях между представителями разных биологических видов?</p>
    <p>— Я хочу попытаться, — сказал Понтер. — Я хочу попытаться всё устроить.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Я тоже. — Но потом её улыбка померкла. — И всё-таки нам нужно подумать о многих вещах. Где мы будем жить? Что будет с Адекором? Что станет…</p>
    <p>— Я знаю, что будет трудно, но…</p>
    <p>— Да? — сказала Мэри.</p>
    <p>Понтер подошёл к ней вплотную и заглянул её в глаза.</p>
    <p>— Но твой народ летал на Луну, а мой — открыл портал в иную вселенную. Сделать можно даже то, что сделать <emphasis>очень</emphasis> трудно.</p>
    <p>— Придётся идти на жертвы, — сказала Мэри. — Нам обоим.</p>
    <p>— Может, да, — сказал Понтер, — а может, нет. Возможно, мы сможем и костный мозг достать, и из кости дудочку сделать.</p>
    <p>Мэри на секунду задумалась, но быстро сообразила.</p>
    <p>— «И яичницу съесть, и яиц не разбить». У нас так про это говорят. Но я думаю, ты прав: наши народы не настолько разные. Хотеть всего и сразу — это так… — Мэри замолкла, не находя подходящего слова.</p>
    <p>Но Понтер нашёл. Понтер знал, что она хотела сказать.</p>
    <p>— Это так по-человечески, — сказал он, прижимая её к себе.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Неандертальский мир</p>
    </title>
    <image l:href="#id59783_ru_humans_map.jpg"/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Генеалогическое древо Понтера Боддета</p>
    </title>
    <empty-line/>
    <image l:href="#id59783_ru_humans_scheme.jpg"/>
    <empty-line/>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Благодарности</p>
    </title>
    <p>За советы в области антропологии и палеонтологии я благодарен Милфорду Х. Уолпоффу, Ph.D., Мичиганский университет; Иэну Таттерсоллу, Ph.D. и Гэри Сойеру (не родственнику), оба из Американского музея естественной истории; Филиппу Либерману, Ph.D., Университет Брауна; Майклу К. Бретт-Сарману, Ph.D. и Рику Поттсу, Ph.D., оба из Национального музея естественной истории; Робину Ридингтону, Ph.D., Professor Emeritus, Университет Британской Колумбии; а также экспертам, перечисленным в секции благодарностей моей предыдущей книги «Гоминиды».</p>
    <p>Особая благодарность Арту Макдональду, Ph.D., директору Нейтринной обсерватории Садбери, и Дж. Дункану Хепберну, Ph.D., оперативному управляющему обсерватории. Также спасибо жителю Садбери Крису Холланду, который прошёлся по рукописи с частой гребёнкой.</p>
    <p>Громадная благодарность моей любимой жене Каролине Клинк, моему редактору Дэвиду Г. Хартвеллу, моему агенту Ральфу Вичинанце и его помощникам Кристоферу Лоттсу и Винсу Джерардису; Тому Догерти, Линде Квинтон, Дженнифер Маркус, Дженнифер Хант и всем остальным в издательстве «Тор Букс»; Гарольду и Сильвии Фенн, Роберту Говарду, Хейди Уинтер, Мелиссе Кэмерон, Дэвиду Леонарду и всем остальным в «Х. Б. Фенн и К°»; а также моим коллегам Теренсу М. Грину, Эндрю Вайнеру и Роберту Чарльзу Уилсону.</p>
    <p>Особая благодарность Байрону Р. Тетрику, чьё приглашение поучаствовать в его знаменательной антологии <emphasis>In the Shadow of the Wall: Vietnam Stories That Might Have Been</emphasis> («В тени Стены: рассказы о Вьетнамской войне, какими они могли бы быть», изд-во «Камберлэнд Хауз») дало мне повод обдумать некоторые ключевые вопросы; бо́льшая часть главы 22, в несколько ином виде, впервые появилась в этой антологии.</p>
    <p>Бета-тестерами этой книги стали всегда проницательные Тэд Блини, Майкл А. Бурштейн, Дэвид Ливингстон Клинк, Марсель Ганье, Ричард Готлиб, Питер Халас, Говард Миллер, доктор Ариэль Райх, Алан Б. Сойер и Салли Томашевич; мне также выпало счастье работать с командой корректоров в составе Боба и Сары Швайгер.</p>
    <p>Некоторые части этой книги были написаны на даче Джона А. Сойера на озере Канандэйгуа — спасибо, папа! Я также благодарен Николасу А. Дичарио, у которого я останавливался во время своих визитов в Рочестер, штат Нью-Йорк, в котором происходит часть действия книги.</p>
    <p>Йоркский университет, Нейтринная обсерватория Садбери и шахта «Крейгтон» существуют в действительности. Однако все персонажи книги — целиком и полностью плод моего воображения. Они не имеют никакого сходства с людьми, которые на самом деле занимают те или иные посты в этих или иных организациях.</p>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>Гибриды</p>
   </title>
   <section>
    <p><emphasis>Ллойду и Ивонн Пенни</emphasis></p>
    <p><emphasis>замечательным человеческим существам</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>От автора</p>
    </title>
    <p>Нейтринная обсерватория Садбери, шахта «Крейгтон» корпорации «Инко», Лаврентийский университет (включая Группу нейрологических исследований) и Йоркский университет существуют в действительности. Однако все персонажи книги — целиком и полностью плод моего воображения. Они не имеют никакого сходства с людьми, которые на самом деле занимают те или иные посты в этих или иных организациях.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Межмировой «Кто есть кто»</p>
    </title>
    <p><strong>Барасты (Homo neanderthalelnsis):</strong></p>
    <p>Понтер Боддет — квантовый физик (поколение 145)</p>
    <p>Жасмель Кет — старшая дочь Понтера (147)</p>
    <p>Мега Бек — младшая дочь Понтера (148)</p>
    <p>Адекор Халд — квантовый физик (145)</p>
    <p>Лурт Фрадло — партнёрша Адекора, химик (145)</p>
    <p>Даб Лундай — сын Адекора (148)</p>
    <p>Бандра Толгак — геолог (144)</p>
    <p>Гарб — партнёр Бандры (144)</p>
    <p>Хапнар — старшая дочь Бандры (146)</p>
    <p>Дрэнна — младшая дочь Бандры (147)</p>
    <p>Вессан Леннет — генетик (144)</p>
    <p>Лонвес Троб — изобретатель (138)</p>
    <empty-line/>
    <p><strong>Глексены (Homo sapiens):</strong></p>
    <p>Мэри Воган — генетик, «Синерджи Груп»</p>
    <p>Кольм О’Кейси — проживающий отдельно муж Мэри</p>
    <p>Джок Кригер — директор «Синерджи Груп»</p>
    <p>Луиза Бенуа — физик, «Синерджи Груп»</p>
    <p>Рубен Монтего — штатный медик на шахте «Крейгтон»</p>
    <p>Вероника Шеннон — нейробиолог, Лаврентийский университет</p>
    <p>Кейсер Ремтулла — генетик, Йоркский университет</p>
    <p>Корнелиус Раскин — генетик, Йоркский университет</p>
   </section>
   <section>
    <cite>
     <p><emphasis>Вера в Бога часто указывалась как не только величайшее, но и полнейшее из всех различий между человеком и низшими животными.</emphasis></p>
     <text-author>Чарльз Дарвин, «Происхождение человека»<a l:href="#id20150414092305_107">[107]</a></text-author>
    </cite>
    <cite>
     <p><emphasis>И потом учтите, бог вовсе не бесконечен, как утверждают католики. Он действует в радиусе шестисот метров, на краях он приметно слабеет.</emphasis></p>
     <text-author>Карел Чапек, «Фабрика абсолюта»<a l:href="#id20150414092305_108">[108]</a></text-author>
    </cite>
    <cite>
     <p><emphasis>Род человеческий по-прежнему делится на два вида: склонное к «созерцанию» меньшинство и чуждая ему масса, да посредине некая прослойка из гибридов.</emphasis></p>
     <text-author>Джон Голсуорси, «Сдаётся внаём»<a l:href="#id20150414092305_109">[109]</a></text-author>
    </cite>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 1</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Мои дорогие американцы и все люди этой версии Земли. С огромным удовольствием я обращаюсь к вам этим вечером с моей первой речью в качестве вашего нового президента. Я хочу поговорить о будущем нашего вида гоминид, вида, известного как Homo sapiens — люди мудрости…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Мэре, — сказала Понтер Боддит, — для меня большая честь представить тебя Лонвесу Тробу.</p>
    <p>Мэри привыкла думать о неандертальцах как о расе крепышей — «коренастых шварценеггеров», как их окрестила «Торонто Стар» благодаря их невысокому росту и чрезвычайной мускулистости. Поэтому она испытала шок при виде Лонвеса Троба, тем более что тот стоял рядом с Понтером Боддетом.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_1">Понтер принадлежал к неандертальскому поколению 145, что означало возраст 38 лет. Его рост был пять футов восемь дюймов<a l:href="#id20150414092305_110">[110]</a> — выше среднего для мужчин своего вида, а его мускулатуре позавидовал бы любой бодибилдер.</p>
    <p>Лонвес же Троб был одним из немногих ныне живущих представителей поколения 138 — то есть дожил до совершенно невообразимого возраста 108 лет. Он был костляв, хотя и по-прежнему широкоплеч. У всех неандертальцев была светлая кожа — это был народ, приспособленный к холодному климату — но у Лонвеса она стала практически прозрачной, так же, как и немногие сохранившиеся у него на теле волосы. И хотя его голова демонстрировала набор стандартных неандертальских особенностей — низкий лоб, надбровная дуга с двойным изгибом, массивный нос, квадратная челюсть без подбородка — она была совершенно лишена волос. Понтер, в отличие от него, на голове имелась довольно большая копна светлых волос (как и у всех неандертальцев, разделённая пробором ровно посередине) и густая светлая борода.</p>
    <p>И всё же самой поразительной особенностью двоих неандертальцев, стоящих перед Мэри Воган, были глаза. Радужки Понтера были золотистыми; Мэри обнаружила, что способна смотреть в них, не отрываясь, бесконечно долго. А радужки Лонвеса оказались сегментированными, механическими: его глаза были шариками полированного металла с сочащимся из-под центральной линзы синевато-зеленоватым свечением.</p>
    <p>— Здравый день, учёный Троб, — сказала Мэри. Она не протянула руки — у неандертальцев такого обычая не было. — Для меня честь познакомиться с вами.</p>
    <p>— Не сомневаюсь, — сказал Лонвес. Он, конечно, говорил на языке неандертальцев — он у них был только один, и поэтому никак не назывался — но его имплант-компаньон переводил его речь, воспроизводя английский перевод через внешний динамик.</p>
    <p>И то был всем компаньонам компаньон! Мэри знала, что Лонвес Троб сам изобрёл эту технологию во времена своей молодости, в году, который народ Мэри называл 1923-м. В признание тех благ, которые принесли компаньоны народу неандертальцев, Лонвесу Тробу был подарен компаньон с полностью золотой лицевой панелью. Он был вживлён на внутреннюю сторону левого запястья — левши среди неандертальцев были редки. В отличие от него компаньон Понтера имел лицевую панель из стали и рядом с аппаратом Лонвеса выглядел дешёвкой.</p>
    <p>— Мэре — генетик, — сказал Понтер. — Во время моего первого посещения их версии Земли она доказала, что я генетически принадлежу к виду, который они называют неандертальцами. — Он протянул руку и взял ладонь Мэри в свою широченную лапищу с короткими пальцами. — Более того, это женщина, которую я люблю. Мы намерены в ближайшее время вступить в союз.</p>
    <p>Взгляд механических глаз Лонвеса упёрся в Мэри; их выражение было невозможно прочитать. Мэри непроизвольно перевела взгляд на окно своего офиса на втором этаже старого особняка в Рочестере, штат Нью-Йорк, который занимала «Синерджи Груп». За окном серая поверхность озера Онтарио уходила за горизонт.</p>
    <p>— Ну-у, — сказал Лонвес, или, по крайней мере, так его золотой компаньон перевёл резкий звук, который он издал. Но его тон тут же смягчился, и он перевёл взгляд на Понтера. — А я-то думал, что это я много делаю для налаживания межкультурного взаимодействия.</p>
    <p>Лонвес был одним из десяти выдающихся неандертальцев — великих учёных и талантливых деятелей искусств — которые прошли через портал с той Земли на эту, чтобы помешать неандертальскому правительству разорвать связь между двумя мирами.</p>
    <p>— Я хочу поблагодарить вас за это, — сказала Мэри. — Мы все — все сотрудники «Синерджи». Явиться в чужой мир…</p>
    <p>— Это было то, чего я меньше всего от себя ожидал, в моём-то возрасте, — ответил Лонвес. — Но эти плоскоголовые идиоты из Серого совета! — Он с отвращением покачал головой.</p>
    <p>— Учёный Троб собирается сотрудничать с Лу, — сказал Понтер, — чтобы выяснить, возможно ли построить квантовый компьютер типа того, что построили мы с Адекором, с помощью оборудования, которое — как это у вас говорится? — которое вы серийно производите.</p>
    <p>«Лу» — это доктор Луиза Бенуа, по специальности физик элементарных частиц; неандертальцы не способны произносить фонему «и», хотя их компаньоны добавляют её, когда воспроизводят английский перевод.</p>
    <p>Луиза спасла Понтеру жизнь, когда много месяцев назад он впервые появился в этом мире, переброшенный из своей подземной вычислительной камеры в соответствующую точку на этой Земле — прямиком внутрь заполненной тяжёлой водой сферы детектора Нейтринной обсерватории Садбери, в которой работала Луиза.</p>
    <p>Когда во время своего первого визита Понтер внезапно заболел, Луиза с ним и Мэри, а также врачом Рубеном Монтего оказалась на карантине и получила возможность подробно расспросить Понтера о неандертальских достижениях в области квантовых вычислений, так что было вполне естественно, что именно ей поручили попытаться воспроизвести эту технологию. И это была весьма приоритетная задача, поскольку достаточно большой квантовый компьютер был ключом к наведению мостов между вселенными.</p>
    <p>— И когда же мы познакомимся с доктором Бенуа? — спросил Лонвес.</p>
    <p>— Прямо сейчас, — произнёс женский голос с заметным акцентом. Мэри обернулась. Луиза Бенуа — красивая брюнетка двадцати восьми лет, длинноногая, белозубая и с безупречной фигурой — стояла в дверном проёме. — Простите за опоздание. Пробки просто убийственные.</p>
    <p>Лонвис слегка склонил свою древнюю голову вбок, очевидно, прислушиваясь к объяснениям, которые давал компаньон по поводу перевода последних трёх слов, но, настолько же очевидно, остался в полном недоумении относительно их смысла.</p>
    <p>Луиза вошла в помещение и протянула Лонвесу свою бледную ладонь.</p>
    <p>— Здравствуйте, учёный Троб! — сказала она. — Ужасно рада с вами познакомиться.</p>
    <p>Понтер склонился к Лонвесу и что-то прошептал ему на ухо. Лоб Лонвеса пошёл волнами — это выглядит достаточно необычно, когда такое делает неандерталец с волосами на бровях, но в исполнении облысевшего столетнего старика это казалось форменным сюрреализмом. Однако он всё же протянул руку и осторожно пожал Луизину ладонь, словно касаясь чего-то неприятного.</p>
    <p>Луиза улыбнулась своей фирменной улыбкой, которая, правда, не произвела на Лонвеса особого эффекта.</p>
    <p>— Это великая честь для меня, — сказала она и посмотрела на Мэри. — Я не была так взбудоражена с тех пор, как познакомилась с Хокингом!</p>
    <p>Стивен Хокинг посещал Нейтринную обсерваторию Садбери — это была непростая операция, если учесть, что детекторная камера располагается в двух километрах под землёй и в 1,2 километра по горизонтали от ближайшего подъёмника.</p>
    <p>— Моё время чрезвычайно ценно, — сказал Лонвес. — Приступим к работе?</p>
    <p>— Конечно, — согласилась Луиза, всё ещё улыбаясь. — Моя лаборатория дальше по коридору.</p>
    <p>Луиза пошла к двери, и Лонвес двинулся следом. Понтер придвинулся ближе к Мэри и по неандертальскому обычаю лизнул ей в лицо, однако Лонвес, не оборачиваясь, произнёс:</p>
    <p>— Боддет, за мной.</p>
    <p>Понтер расстроенно улыбнулся Мэри, пожал плечами в знак извинения и последовал за Луизой и великим изобретателем, закрыв за собой тяжёлую деревянную дверь.</p>
    <p>Мэри подошла к своему столу и принялась наводить порядок в бумагах, которыми он был завален. В свое время она бы… что? Взревновала? Занервничала? Она не была вполне уверена, но наверняка ей было бы не по себе от того, что Понтер проводит время в обществе Луизы Бенуа. Как Мэри случайно узнала, работающие в «Синержди» мужчины Homo sapiens за глаза называли Луизу «Эр-Эль». Мэри в конце концов спросила Фрэнка из группы обработки изображений, что эта аббревиатура значит. Он смутился, но всё же объяснил, что это означало «Роскошная Луиза», и Мэри была вынуждена признать, что это истинная правда.</p>
    <p>Но теперь Мэри совсем не беспокоилась насчёт Понтера и Луизы. В конце концов, неандерталец любит её, Мэри, а не фигуристую франко-канадку, а большая грудь и чувственные губы у барастов, похоже, находятся не на первых местах в списке привлекательных женских черт.</p>
    <p>В этот момент раздался стук в дверь. Мэри вскинула голову.</p>
    <p>— Войдите, — сказала она.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_2">Дверь распахнулась, открыв взгляду Джока Кригера — высокого и худого седовласого мужчину с причёской, которая всегда напоминала Мэри о Рональде Рейгане. И не только ей: тайным прозвищем Джока среди сотрудников, наподобие Луизиного «Эр-Эль», было «Гиппер»<a l:href="#id20150414092305_111">[111]</a>. Мэри полагала, что каким-то прозвищем они наградили и её, но пока она ни разу его не слышала.</p>
    <p>— Здравствуйте, Мэри, — сказал Джок глубоким хриплым голосом. — Есть минутка?</p>
    <p>Мэри шумно выдохнула.</p>
    <p>— И далеко не одна, — ответила она.</p>
    <p>Джок кивнул.</p>
    <p>— Как раз об этом я и хотел поговорить. — Он вошёл и уселся на стул. — Вы закончили работу, для которой я вас нанял: нашли метод, позволяющий безошибочно отличить неандертальца от любого из нас. — Так и было — и метод оказался до неприличия прост: у Homo sapiens двадцать три пары хромосом, тогда как у Homo neanderthalensis — двадцать четыре.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как учащается её пульс. Она знала, что эта работа мечты с её жирным окладом была слишком хороша, чтобы продлиться долго.</p>
    <p>— Но, как вы знаете, я не могу вернуться в Йоркский университет — не в этом учебном году. Двое сезонных преподавателей, — один из которых — <emphasis>жуткий отвратительный монстр,</emphasis> — забрали мои курсы.</p>
    <p>Джок вскинул руки.</p>
    <p>— О, я вовсе не хочу, чтобы вы вернулись в университет. Но я и правда хотел бы, чтобы вы кое-куда съездили. Понтер скоро возвращается домой, не так ли?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Сейчас он приехал для того, чтобы принять участие в каких-то встречах в ООН и, конечно, чтобы привезти Лонвеса сюда, в Рочестер.</p>
    <p>— Так вот, почему бы вам не отправиться с ним, когда он будет возвращаться? Неандертальцы очень щедро делятся с нами своими знаниями о генетике и биотехнологиях, но ведь всегда есть, чему поучиться. Я бы хотел, чтобы вы остались в их мире подольше — скажем, на месяц, и попытались бы узнать как можно больше об их биотехнологиях.</p>
    <p>Мэри ощутила, как её сердце возбуждённо забилось.</p>
    <p>— С превеликим удовольствием.</p>
    <p>— Очень хорошо. Не знаю, правда, как вы там устроились в плане проживания…</p>
    <p>— Я жила у партнёрши партнёра Понтера.</p>
    <p>— Партнёрши партнёра… — повторил Джок.</p>
    <p>— Ага. Понтер состоит в союзе с мужчиной по имени Адекор — ну, с которым они вместе создали квантовый компьютер. Адекор одновременно состоит в союзе с женщиной по имени Лурт, химиком по специальности. И когда Двое порознь — то есть, когда неандертальские мужчины и женщины живут отдельно — я живу в доме Лурт.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_3">— Ах, — сказал Джок, качнув головой. — А я-то считал, что в «Молодых и дерзких»<a l:href="#id20150414092305_112">[112]</a> запутанные семейные отношения.</p>
    <p>— О, это-то просто, — улыбнулась Мэри. — Джек Аббот был женат на Никки, урождённой Никки Рид. Это было после того, как она побывала замужем за Виктором Ньюманом — после первых двух раз, но до третьего. Но потом Джек женился на…</p>
    <p>Джок замахал руками.</p>
    <p>— Хорошо, хорошо!</p>
    <p>— Так вот, как я сказала, Лурт, партнёрша партнёра Понтера — химик, а неандертальцы считают генетику отраслью химии — что, если подумать, так и есть. Она сможет свести меня с нужными людьми.</p>
    <p>— Отлично. Так что если вы желаете снова побывать на той стороне, то нам пригодилась бы информация, которую вы соберёте.</p>
    <p>— Желаю ли я? — сказала Мэри, пытаясь совладать с возбуждением. — Католик ли Папа?</p>
    <p>— Был в последний раз, когда я проверял, — ответил Джок, сдержанно улыбнувшись.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 2</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>И, как вы увидите, сегодня я буду говорить только о </emphasis>нашем<emphasis> будущем — о будущем Homo sapiens. И не только потому, что моя речь — это речь американского президента. Нет, дело не только в этом. Дело в том, что в данном случае наше будущее никак не связано с будущим неандертальцев.</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Корнелиус Раскин боялся, что эти ненатурально реалистичные кошмары никогда не прекратятся: проклятый троглодит бросается на него, бросает на пол, увечит. Каждое утро он просыпался весь в поту.</p>
    <p>Бо́льшую часть того дня, когда Корнелиус сделал ужасное открытие, он провёл, свернувшись в постели в болезненный клубок и обхватив себя руками. Несколько раз начинал звонить телефон — по крайней мере однажды это наверняка звонил кто-то из университета, чтобы поинтересоваться, где он, чёрт возьми, шляется. Но он в тот момент был совершенно не в состоянии ни с кем разговаривать.</p>
    <p>В тот же день вечером он позвонил на факультет генетики и оставил сообщение на голосовой почте Кейсер Ремтуллы. Он всегда ненавидел эту женщину, и ненавидел её ещё больше сейчас, когда с ним сотворили <emphasis>такое</emphasis>. Но он сумел совладать с голосом и сказал, что заболел и несколько дней не сможет выйти на работу.</p>
    <p>Корнелиус внимательно следил, не появится ли в моче кровь. Каждое утро он тщательно прощупывал шрам на предмет протечек, регулярно измерял температуру, чтобы убедиться, что его не лихорадит. Его часто бросало в пот, но температуры и правда не было.</p>
    <p>Он всё ещё не мог по-настоящему поверить — не мог осознать случившееся. Немного болело — но боль уменьшалась с каждым днём, и кодеиновые таблетки хорошо помогали: слава Богу, их в Канаде отпускают без рецепта. Он всегда держал в доме запас, и поначалу принимал их по пять штук за раз, но потом вернулся к одинарной или максимум двойной дозе.</p>
    <p>Впрочем, помимо приёма болеутоляющего Корнелиус совершенно не знал, что делать. Он определённо не мог обратиться к своему врачу — да и к любому другому врачу тоже. От врача его увечье никак не скрыть — и кто-нибудь обязательно разболтает. А Понтер Боддет был прав — на такой риск Корнелиус пойти не мог.</p>
    <p>Наконец, ему удалось собрать достаточно сил, чтобы доползти до компьютера. У него был старенький Пентиум-90 никому не известного производителя, купленный ещё в аспирантуре. Для набора текстов и чтения почты машина вполне годилась, но лазать по интернету он предпочитал с работы: у Йоркского университета были широкие выделенные каналы, тогда как дома он мог себе позволить лишь медленный диалап от местного провайдера. Но ответы ему были нужны прямо сейчас, так что приходилось терпеть безумно медленную загрузку страниц.</p>
    <p>Это заняло двадцать минут, но в конце концов он нашёл, что искал. Понтер вернулся на эту Землю с надетым на нём медицинским поясом, среди инструментов которого был каутеризирующий лазерный скальпель. С помощью этого прибора спасли жизнь самому Понтеру, когда его подстрелили возле здания ООН. Наверняка точно так же…</p>
    <p>Корнелиус почувствовал, как все его мускулы непроизвольно сжимаются при мысли о том, что с ним произошло.</p>
    <p>Его мошонку вскрыли, предположительно, с помощью лазера, и…</p>
    <p>Корнелиус закрыл глаза и проглотил подступивший к горлу комок, не давая желудочной кислоте подняться по пищеводу.</p>
    <p>Каким-то образом — может быть, даже голыми руками — Понтер вырвал тестикулы из его тела. А потом, должно быть, снова воспользовался лазером, чтобы срастить края разреза.</p>
    <p>Корнелиус лихорадочно обыскал всю квартиру в поисках удалённых частей своего тела в надежде, что их удастся снова вернуть на место. Но после нескольких часов поисков, с лицом, залитым слезами гнева и отчаяния, он, наконец, смирился с неизбежным. Понтер либо спустил их в унитаз, либо унёс их с собой. В любом случае, они утрачены навсегда.</p>
    <p>Корнелиуса душила ярость. Ведь они заслужили то, что он с ними сделал. Эти женщины — Мэри Воган и Кейсер Ремтулла — стояли у него на пути. Им доставались его должности, его бессрочный контракт, просто потому, что они — женского пола. Это <emphasis>у него</emphasis> был Ph.D. из Оксфорда, Господи Боже ты мой, но ему не дали повышения, потому что Йоркский университет, видите ли, «исправляет исторически сложивший дисбаланс» в своём кадровом составе. Его поимели, и за это он показал им — главе факультета, черножопой курице, и этой сучке Воган, получившей должность, которая была по праву <emphasis>его</emphasis> — каково это, когда тебя имеют.</p>
    <p><emphasis>Зар-раза,</emphasis> — подумал Корнелиус, в очередной раз ощупывая мошонку. Она сильно опухла — но была пуста.</p>
    <p><emphasis>Твою же ж мать!</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Джок Кригер вернулся в свой офис, располагавшийся на первом этаже особняка «Синерджи Груп». Его большое окно было обращено на юг, в сторону пристани для яхт, а не на север, в сторону озера Онтарио; особняк находился на тянущейся с востока на запад косе в районе Рочестера под названием Сибриз.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_4">Специальностью Джока была теория игр; он учился у Джона Нэша в Принстоне и тридцать лет проработал в корпорации RAND. RAND была наилучшим для него местом. Основанная Военно-Воздушными Силами, она была основным американским мозговым центром в годы Холодной войны, где исследовали различные аспекты возможного ядерного конфликта. И по сей день, слыша аббревиатуру M.D., он думал не о врачах<a l:href="#id20150414092305_113">[113]</a>, а о megadeath — миллионе жертв среди гражданского населения.</p>
    <p>Пентагон рвал и метал по поводу того, как проходил первый визит Неандертальца-прим — первого неандертальца, провалившегося из <emphasis>их</emphasis> реальности в <emphasis>нашу</emphasis>. История о живом пещерном человеке, появившемся в никелевой шахте в Северном Онтарио, казалась очевидной газетной уткой в одном ряду с сообщениями о встрече с инопланетянами или йети и тому подобной чепухой. К тому времени, как американское правительство — впрочем, и канадское показало себя не лучше — начало воспринимать эту историю всерьёз, о Неандертальце-прим уже узнала широкая публика, так что ситуацию стало невозможно взять под контроль и засекретить.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_5">И внезапно появились деньги — какие-то из Службы иммиграции и натурализации, но в основном от Минобороны — на создание «Синерджи Груп». Это название придумал какой-то политик; Джок назвал бы её «Barast Encounter-Repetition Emergency Task-force»<a l:href="#id20150414092305_114">[114]</a> или BERET. Но название и дурацкий логотип с переплетающимися мирами были утверждены ещё до того, как к нему постучались с предложением возглавить организацию.</p>
    <p>Однако выбор теоретика игр в качестве руководителя был не случаен. Было ясно, что если контакт когда либо восстановится, интересы неандертальцев и людей (Джок до сих пор пользовался этим словом, по крайней мере, в мыслях, для обозначения <emphasis>настоящих</emphasis> людей) будут различны, и отыскание наиболее благоприятного исхода, возможного в данных обстоятельствах — это, собственно, и есть теория игр.</p>
    <p>— Джок?</p>
    <p>Джок обычно держал дверь офиса открытой — как и положено хорошему менеджеру, не так ли? Политика открытых дверей. И всё же он вздрогнул, увидев заглядывающее в неё неандертальское широкое лицо с надбровьем и бородищей.</p>
    <p>— Да, Понтер?</p>
    <p>— Лонвес Троб привёз из Нью-Йорка какое-то коммюнике. — Лонвес и девятеро других знаменитых неандертальцев, так же, как и Тукана Прат, неандертальский посол, большую часть времени проводили в штаб-квартире Объединённых Наций. — Вам известно об экспедиции к Соответствующему Месту?</p>
    <p>Джок покачал головой.</p>
    <p>— Есть планы открыть между нашими мирами большой постоянно действующий портал, который находился бы на поверхности земли, — объяснил Понтер. — По-видимому, ваши Объединённые Нации приняли решение, что этот портал должен соединять их штаб-квартиру и соответствующее место моего мира.</p>
    <p>Джок нахмурился. Что происходит, почему он должен узнавать новости от неандертальца? Впрочем, он ещё не смотрел сегодняшнюю почту — возможно, ему прислали е-мейл. Разумеется, он знал, что вариант с Нью-Йорком рассматривается. По мнению Джока, тут всё было до предела просто: новый портал, очевидно, должен находиться на американской земле, а размещение его на Ю-Эн Плаза — технически на международной территории — несколько успокоило бы остальной мир.</p>
    <p>— Лонвес говорит, — продолжал Понтер, — что они планируют переправить группу представителей Объединённых Наций на другую сторону — на <emphasis>мою</emphasis> сторону. Мы с Адекором должны будем отправиться с ними на остров Донакат — наш аналог Манхэттена — для осмотра местности; экранирование любого квантового компьютера сколько-нибудь значительного размера от солнечного и космического излучения и фоновой радиации для предотвращения декогерентности — очень серьёзная задача.</p>
    <p>— Понял. И что?</p>
    <p>— Ну, я и подумал: может быть, вы тоже захотите поехать? Вы руководите институтом, задача которого — налаживание отношений с моим миром, но вы ещё ни разу его не видели.</p>
    <p>Джок несколько растерялся. Ему и так было немного не по себе от присутствия двоих неандертальцев в его «Синерджи Груп»: слишком уж они смахивали на троллей. Он не был уверен, что хочет оказаться в населённом ими мире.</p>
    <p>— Когда это будет?</p>
    <p>— После того, как в следующий раз Двое станут Одним.</p>
    <p>— Ах, да, — сказал Джок, пытаясь сохранить дружелюбный фасад. — То, про что Луиза говорит «Фи-еста!»</p>
    <p>— Ну, это гораздо больше, чем просто праздник, — сказал Понтер, — хотя в ходе этой поездки вы его не увидите.</p>
    <p>— У меня много работы, — сказал Джок.</p>
    <p>Понтер улыбнулся своей противоестественно широкой улыбкой.</p>
    <p>— Вроде отсутствие интереса к тому, что находится за соседним холмом, характерно для моего народа, а не для вашего. Вы должны посетить мир, который изучаете.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер вошёл в офис Мэри и прикрыл за собой дверь. Он обхватил её своими массивными руками, и они крепко обнялись. Потом он лизнул её в лицо, а она поцеловала его. Однако после этого им пришлось расцепиться, и Понтер, тяжело вздохнув, сказал:</p>
    <p>— Мне уже скоро возвращаться.</p>
    <p>Мэри попыталась с серьёзным лицом кивнуть, но, похоже, ей нее удалось до конца подавить улыбку.</p>
    <p>— Что смешного? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Джок попросил меня поехать с тобой!</p>
    <p>— Правда? — переспросил Понтер. — Это же здорово! — Он на секунду замолк. — Но, конечно…</p>
    <p>Мэри кивнула и махнула рукой.</p>
    <p>— Знаю, знаю. Мы будем видеться только четыре дня в месяц. — В мире Понтера мужчины и женщины живут по большей части отдельно друг от друга: женщины в центральых частях поселений, мужчины — на их окраинах. — Но мы по крайней мере будем в одном и том же мире, и у меня там будет полезное занятие. Джок хочет, чтобы я в течение месяца изучала неандертальские биотехнологии — столько, сколько успею.</p>
    <p>— Отлично, — сказал Понтер. — Чем больше культурного обмена, тем лучше. — Он коротко взглянул в окно на озеро Онтарио, вероятно, задумавшись о предстоящем путешествии. — Значит, нам нужно отправляться в Садбери.</p>
    <p>— Двое станут Одним только через десять дней, не так ли?</p>
    <p>Понтеру не требовалось консультироваться с компаньоном, чтобы убедиться в правильности этой цифры. Его партнёрша Класт умерла от лейкемии два года назад, но с дочерями он также мог видеться только тогда, когда Двое становятся Одним. Он кивнул.</p>
    <p>— А после этого я уезжаю на юг — в моём мире, к месту, которое соответствует штаб-квартире Объединённых Наций. — Понтер никогда не говорил «ООН»; неандертальцы так и не изобрели фонетического алфавита, и концепция называния по первым буквам была им совершенно чужда. — Там будут строить новый портал.</p>
    <p>— Ах… — сказала Мэри.</p>
    <p>Понтер поспешно вскинул руку.</p>
    <p>— Но я не поеду на Донакат, пока Двое не перестанут быть Одним, и, разумеется, до следующего раза я вернусь.</p>
    <p>Мэри ощутила, как её энтузиазм начинает слабеть. Умом она понимала, что между их с Понтером встречами будет проходить двадцать пять дней, даже если она навсегда поселится в мире неандертальцев, но к этому нужно было привыкнуть. Как бы ей хотелось, чтобы нашлось решение, какое-нибудь, в каком-то из миров, решение, благодаря которому они с Понтером могли бы всегда быть вместе.</p>
    <p>— Если ты возвращаешься со мной, — сказал Понтер, — то мы, наверное, поедем в Садбери вместе. Меня обещала подвезти Луиза, но…</p>
    <p>— Луиза? Она, что тоже отправляется…?</p>
    <p>— Нет-нет-нет. Но она послезавтра едет в Садбери к Рубену. — Когда они все вместе находились на карантине, у Луизы Бенуа и Рубена Монтего случился роман, который продолжился и после его снятия. — Кстати, — сказал Понтер, — раз уж мы все четверо будем в Садбери, можно бы было вместе поужинать. Мне так нравились барбекю у Рубена…</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>На этой версии Земли у Мэри Воган были два дома: она снимала квартиру в Бристоль-Харбор здесь, в окрестностях Рочестера, а также ей принадлежала квартира в кондоминиуме в Ричмонд-Хилле, северном предместье Торонто. В этот второй дом они и направлялись сейчас с Понтером — три с половиной часа на машине от штаб-квартиры «Синержди-Груп». По дороге, сразу после съезда с хайвэя в Буффало, они остановились поесть в KFC — Kentucky Fried Chicken. По мнению Понтера то была самая вкусная еда в мире — мнение, которое Мэри, с некоторым ущербом для своей талии, разделяла. Специи — продукт жаркого климата, изначально призванный маскировать вкус не слишком свежего мяса; народ Понтера, населяющий высокие широты, никогда свою еду ничем особенно не приправлял, так что комбинация из одиннадцати различных трав и специй была на вкус непохожа ни на что из того, что он ел раньше.</p>
    <p>Во время поездки Мэри проигрывала CD-диски — её раздражало искать новую радиостанцию каждый раз, когда они удалялись от прежней. Она начала с «Лучшего» Мартины Макбрайд, а сейчас они слушали «Come On Over» Шанайи Твейн. Мэри любила большинство песен Шанайи, но терпеть не могла «Женщину во мне», которой не хватало её фирменного напора. Она всё надеялась как-нибудь собраться и прожечь собственный CD с этим альбомом, но без этой песни.</p>
    <p>Они летели по шоссе, музыка играла, солнце садилось — в это время года оно садится рано — и Мэри задумалась. Отредактировать CD-диск проще простого. Отредактировать жизнь трудно. Конечно, в её прошлом было всего несколько моментов, которые она хотела бы вычеркнуть из него. Изнасилование, разумеется — неужели это было всего три месяца назад? Кое-какие финансовые неудачи. Плюс горсточка реплик, сказанных невпопад.</p>
    <p>Но вот как насчёт её брака с Кольмом О’Кейси?</p>
    <p>Она знала, чего Кольм от неё хочет: чтобы она заявила перед лицом Церкви и Господа, что её брака на самом деле никогда не было. Именно в этом и состояла церковная процедура аннулирования брака: в опровержении, в отрицании того, что брак когда-либо имел место.</p>
    <p>Понятное дело, что когда-нибудь Церковь отменит свой запрет на разводы. Пока Мэри не встретилась с Понтером, у неё не было особых причин для того, чтобы свернуть отношения с Кольмом, но теперь она действительно хотела их завершить. И она должна была выбирать между лицемерием — процедурой аннуляции — и отлучением в наказание за развод.</p>
    <p>Какая ирония: католик может избавиться от любого греха, просто исповедавшись в нём. Но если тебя угораздило выйти замуж не за того человека, то простого пути назад нет. Церковь желает, чтобы вы оставались вместе, пока смерть вас не разлучит — если только вы не готовы лгать о самом факте своего брака.</p>
    <p>Но, чёрт возьми, их с Кольмом брак не заслуживал того, чтобы вот так вот его стереть, вымарать, вычистить отовсюду.</p>
    <p>Ну да, она не была на сто процентов уверена, когда принимала его предложение, и сомневалась, когда отец вёл её к алтарю. Но первые несколько лет их брака были хорошим временем, и когда всё испортилось, это произошло лишь из-за изменений в их целях и интересах.</p>
    <p>В последнее время было много разговоров о Большом Скачке, когда у людей впервые появилось подлинное самосознание около 40000 лет назад. В жизни Мэри был свой Большой Скачок, когда она осознала, что её желания и карьерные устремления вовсе не должны смирно сидеть на заднем сиденье позади желаний и устремлений её законного супруга. И с этого момента их жизни разошлись — и сейчас их разделяли целые миры.</p>
    <p>Нет, она не хочет отрицать свой брак.</p>
    <p>Из чего следует…</p>
    <p>Из чего вместо аннуляции следует развод. Конечно, нет такого закона, согласно которому глексен — так неандертальцы называют хомо сапиенсов — официально состоящий в браке с другим глексеном, не мог бы вступить в союз с барастом противоположного пола, но в будущем, вне всякого сомнения, такие законы появятся. Мэри всем сердцем желала стать партнёршей Понтера, и чтобы сделать это по-правильному, нужно, наконец, окончательно завершить её отношения с Кольмом.</p>
    <p>Мэри завершила обгон, потом взглянула на Понтера.</p>
    <p>— Милый? — сказала она.</p>
    <p>Понтер едва заметно нахмурился. Для Мэри такое обращение было совершенно естественно, но Понтеру оно не нравилось из-за звука «и», который он сам был неспособен произнести.</p>
    <p>— Да? — ответил он.</p>
    <p>— Мы ведь собирались переночевать у меня в Ричмонд-Хилле, помнишь?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— И, в общем, ты также знаешь, что юридически я до сих пор состою в союзе с… с моим партнёром здесь, в этом мире.</p>
    <p>Понтер снова кивнул.</p>
    <p>— Мне… мне нужно встретиться с ним, если будет такая возможность, прежде чем мы отправимся из Ричмонд-Хилла дальше в Садбери. Скорее всего за завтраком или за ланчем.</p>
    <p>— Мне будет любопытно познакомиться с ним, — сказал Понтер. — Посмотреть, какого рода глексенов ты предпочитаешь…</p>
    <p>CD-проигрыватель переключился на следующую песню: «Есть ли жизнь после любви?»</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — В смысле, мне нужно встретиться с ним одной.</p>
    <p>Она опять взглянула на Понтера и увидела, как его единственная на оба глаза бровь взбирается на надбровный валик.</p>
    <p>— О!.. — сказал он, воспользовавшись английским междометием напрямую.</p>
    <p>Мэри снова перевела взгляд на дорогу.</p>
    <p>— Пришло время расставить всё по местам.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 3</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Я говорил это во время своей предвыборной кампании, и я говорю это снова: президент обязан мыслить масштабно — не только до следующих выборов, а на десятилетия и целые поколения вперёд. И сегодня я хочу поговорить с вами об этой дальней перспективе…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Корнелиус Раскин лежал на своей пропитанной по́том постели. Он жил квартире на верхнем этаже в Дрифтвуде, самом заброшенном районе Торонто — в своём «пентхаузе в трущобах», как он его называл, когда был в настроении шутить. Солнце светило в щель между потрёпанными занавесками. Корнелиус не завёл будильник — не заводил его уже несколько дней — и не находил в себе сил даже для того, чтобы перевернуться на бок и посмотреть на часы.</p>
    <p>Но реальный мир очень скоро вторгнется в его жизнь. Он не мог вспомнить, какие именно пособия по болезни предусматривались его контрактом сезонного преподавателя, но без сомнения через некоторое количество дней университет, профсоюз, профсоюзный страхователь или все трое вместе потребуют с него больничный лист. Так что если он не начнёт снова преподавать, ему перестанут платить, а если ему перестанут платить…</p>
    <p>У него хватит денег на оплату аренды до следующего месяца, и, разумеется, первый и последний месяц срока аренды он оплатил вперёд, так что в этой квартире он может оставаться до конца года.</p>
    <p>Корнелиус подавил желание протянуть руку и снова ощупать мошонку. Их не было; он знал, что их нет. Он начинал <emphasis>смиряться</emphasis> с тем, что их нет.</p>
    <p>Конечно, это можно лечить: мужчины нередко теряют тестикулы из-за рака. Корнелиус мог бы принимать тестостероновые препараты. И никто — по крайней мере, никто из его знакомых — не знал бы, что он их принимает.</p>
    <p>Личная жизнь? Её у него не было с тех пор, как Мелоди бросила его два года назад. Он был раздавлен разрывом и даже в течение пары дней подумывал о самоубийстве. Но она была выпускницей Осгуд-Холла — юридического факультета Йоркского университета, она отработала практику и получила место ассистента в «Купер Джегер» с окладом 180000 в год. Ему никогда было не стать таким мужем — главой и опорой семьи — какого она искала, а теперь…</p>
    <p>А теперь.</p>
    <p>Корнелиус смотрел в потолок, чувствуя, как деревенеет всё тело.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри не виделась с Кольмом О’Кейси довольно давно, но выглядел он сейчас лет на пять старше, чем она помнила. Конечно, обычно, думая о нём, она вспоминала то время, когда они ещё жили вместе, когда собирались вместе выйти на пенсию и вместе поселиться в милом сельском доме на острове Солт-Спринг в Британской Колумбии…</p>
    <p>Завидев Мэри, Кольм встал и склонился к ней для поцелуя. Она отвернулась и подставила щёку.</p>
    <p>— Привет, Мэри, — сказал он, снова усаживаясь. В этом стейк-хаузе в обеденное время было что-то сюрреалистическое: благодаря тёмному дереву, светильникам под Тиффани и отсутствию окон здесь словно всегда был вечер. Кольм уже заказал вино — «Л’Амбьянс», их любимое. Он налил вино в бокал Мэри.</p>
    <p>Она устроилась поудобнее — насколько смогла — на стуле на противоположном от Кольма краю стола; между ними мерцал в стеклянном сосуде огонёк свечи. Кольм, как и Мэри, был немного полноват. Линия волос продолжила отступление, виски поседели. У него был маленький нос и такой же рот — даже по глексенским стандартам.</p>
    <p>— В последнее время о тебе постоянно говорят в новостях, — сказал Кольм. Мэри, автоматически ощетинившись, собралась уже было ответить что-то резкое, но он остановил её жестом руки и продолжил: — Я рад за тебя.</p>
    <p>Мэри постаралась сохранить спокойствие. Разговор и без лишних эмоций предстоит нелёгкий.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— И как оно тебе? — спросил Кольм. — Там, в неандертальском мире?</p>
    <p>Мэри слегка пожала плечами.</p>
    <p>— Всё так, как рассказывают по телевизору. Чище, чем у нас. Меньше народу.</p>
    <p>— Хочу как-нибудь тоже там побывать, — сказал Кольм. Потом посерьёзнел и добавил: — Хотя вряд ли у меня будет случай. Не представляю, зачем бы они стали приглашать кого-нибудь с моей специальностью.</p>
    <p>И это в самом деле было так. Кольм преподавал в Торонтском университете английскую литературу; предметом его исследований были пьесы, приписываемые Шекспиру, но авторство которых подвергалось сомнению.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_6">— Никогда не знаешь, — сказала Мэри. Шесть месяцев своего саббатикала<a l:href="#id20150414092305_115">[115]</a> и их брака он провёл в Китае: она никогда бы не подумала, что китайцы могут интересоваться Шекспиром.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_7">В своей области Кольм был почти так же знаменит, как Мэри — в своей: ни одна работа о «Двух знатных родичах»<a l:href="#id20150414092305_116">[116]</a> не обходится без цитирования Кольма. Однако реальный мир вторгся в их башни из слоновой кости очень рано. Как Йорский, так и Торонтский университеты устанавливают зарплату профессорам исходя из их ценности на рынке труда: профессорам права платят намного больше, чем профессорам истории, потому что у них гораздо больше возможностей найти хорошее место вне университета. Точно так же в последнее время — <emphasis>в особенности</emphasis> в последнее время — генетики были ходовым товаром, в то время как специалисты по английской литературе за пределами учебных заведений не были нужны никому. У одного из друзей Мэри даже был такой тэглайн в электронных письмах:</p>
    <empty-line/>
    <p>Выпускник естественнонаучного факультета спрашивает «Почему оно работает?» Выпускник технического факультета спрашивает «Как оно работает?» Выпускник экономического спрашивает «Сколько оно стоит?» Выпускник факультета английской литературы спрашивает «Вам это кетчупом полить?»</p>
    <empty-line/>
    <p>Статус Мэри как главной добытчицы в семье был лишь одним из источников трений. И всё-таки она внутренне содрогнулась, представив себе, что бы было, узнай он, сколько она сейчас получает в «Синерджи Груп».</p>
    <p>Подошла официантка, они сделали заказы: стейк с картошкой фри для Кольма, окунь для Мэри.</p>
    <p>— Тебе понравилось в Нью-Йорке? — спросил Кольм.</p>
    <p>На полсекунды Мэри подумала, что он имеет в виду <emphasis>город</emphasis> Нью-Йорк, в котором в сентябре неудавшийся террорист прострелил Понтеру плечо. Но нет, разумеется, он имел в виду Рочестер, штат Нью-Йорк — новое место работы Мэри и её место жительства на время контракта с «Синерджи Груп».</p>
    <p>— Приятное местечко, — сказала она. — Окно моего офиса выходит прямо на озеро Онтарио, и я снимаю отличную квартиру на одном из Фингер-лэйкс.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал Кольм. — Очень хорошо. — Он пригубил вина и выжидающе посмотрел на неё.</p>
    <p>Мэри, в свою очередь, сделала глубокий вдох. В конце концов, это ведь она попросила о встрече.</p>
    <p>— Кольм… — начала она.</p>
    <p>Он опустил свой бокал на стол. Они были женаты семь лет; он наверняка знал, что таким вот тоном она вряд ли собирается сказать что-то приятное.</p>
    <p>— Кольм, — снова сказала Мэри. — Я думаю, пришло время нам… завершить незаконченные дела.</p>
    <p>Колм наморщил лоб.</p>
    <p>— Да? Я считал, что мы утрясли все подробности…</p>
    <p>— Я имею в виду, — сказала Мэри, — что пришло время сделать наш… наше расставание постоянным.</p>
    <p>Официантка выбрала этот неподходящий момент, чтобы принести салаты: «цезарь» для Кольма, зелёный салат с малиновым соусом для Мэри. Кольм отослал официантку, которая предложила к салату молотого перца, и сказал тихим голосом:</p>
    <p>— Ты имеешь в виду аннуляцию?</p>
    <p>— Я… думаю, я предпочла бы развод, — сказала Мэри ещё тише.</p>
    <p>— Ох, — сказал Кольм. Он смотрел в сторону, на незажжённый камин на дальнем краю зала. — Ох-ох-ох…</p>
    <p>— Просто, кажется, пришло время, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Правда? — сказал Кольм. — Почему именно сейчас?</p>
    <p>Мэри сделала унылое лицо. Если изучение Шекспира и оставляет какой-то след, то обычно это привычка видеть во всём движущие силы и скрытые смыслы: ничто не случается просто так. Но она не была уверена, как это правильно сформулировать.</p>
    <p>Нет — нет, всё не так. По дороге сюда она прокручивала слова в голове снова и снова. Она не была уверена в том, как он отреагирует.</p>
    <p>— Я встретила другого человека, — сказала Мэри. — Мы хотим попытаться устроить совместную жизнь.</p>
    <p>Кольм поднял свой бокал и снова отпил вина, потом взял из принесённой официанткой корзинки кусочек хлеба. Имитация причастия; этот жест уже сказал всё, что необходимо. Но Кольм всё-таки подкрепил своё послание словами:</p>
    <p>— Развод означает отлучение.</p>
    <p>— Я знаю, — с тяжёлым сердцем ответила Мэри. — Но аннуляция кажется таким лицемерием.</p>
    <p>— Я не хочу покидать Церковь, Мэри. В моей жизни и без этого достаточно потрясений.</p>
    <p>Мэри не понравился намёк на то, что инициатором разрыва была она. Однако, возможно, он прав. Возможно, она обязана ему хотя бы этим.</p>
    <p>— Но я не хочу делать вид, будто нашего брака никогда не было.</p>
    <p>Это смягчило Кольма, и на мгновение Мэри подумала, что он собирается потянуться над льняной скатертью и взять её за руку.</p>
    <p>— Я его знаю — этого твоего нового спутника?</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Какой-нибудь американец, я думаю, — продолжал Кольм. — Вскружил тебе голову, да?</p>
    <p>— Он не американец, — ответила Мэри, словно оправдываясь. — Он канадский гражданин. — А потом, поразившись собственной жестокости, продолжила: — И да, он вскружил мне голову.</p>
    <p>— Как его зовут?</p>
    <p>Мэри знала, зачем он спрашивает: не надеясь на то, что имя окажется знакомым, а из-за того, что, по его мнению, фамилия могла многое сказать о человеке. Если у Кольма и был недостаток, то состоял он в том, что Кольм был сыном своего отца: косноязычного твердолобого человека, делившего мир исключительно по этническому признаку. Несомненно, Кольм уже сейчас перебирал варианты возможных ответов. Если бы ухажёр Мэри оказался итальянцем, Кольм заклеймил бы его как жиголо. Носи он еврейскую фамилию, Кольм предположил бы, что у него куча денег, и сказал бы что-то насчёт того, что Мэри никогда не была по-настоящему счастлива замужем за скромным преподавателем.</p>
    <p>— Ты его не знаешь, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Ты уже это сказала. Я хотел бы знать его имя.</p>
    <p>Мэри закрыла глаза. Она наивно надеялась вообще избежать этого вопроса, но, разумеется, он обязан был рано или поздно всплыть. Она нерешительно ковырнула вилкой салат, а потом, глядя в тарелку и не в силах встретиться с Кольмом взглядом, произнесла:</p>
    <p>— Понтер Боддет.</p>
    <p>Она услышала, как его вилка резко звякнула о тарелку с салатом.</p>
    <p>— Боже, Мэри! <emphasis>Неандерталец?</emphasis></p>
    <p>Мэри сама не поняла, как начала оправдывать Понтера, и тут ре пожалела, что не смогла подавить рефлекторную реакцию.</p>
    <p>— Он хороший человек, Кольм, — сказала она. — Добрый, умный и любящий.</p>
    <p>— И как теперь ты это делаешь? — спросил Кольм, но его тон был не так язвителен, как слова. — Снова играешь в «музыкальные имена»? И что там на этот раз, «Мэри Боддет»? Вы будете жить здесь, или собираетесь поселиться в его мире, и…</p>
    <p>Внезапно Кольм замолк и вскинул брови.</p>
    <p>— Нет-нет, так не получится. В газетах писали. Мужчины и женщины в их мире не живут вместе. Господи, Мэри, ну и странный же у тебя кризис среднего возраста.</p>
    <p>Ответы роились у Мэри в голове. Ей было всего тридцать девять, чёрт побери — возможно, математическая «середина жизни», но совершенно точно не психологическая. И это не она, а Кольм обзавёлся новой парой сразу, как только они перестали жить вместе, хотя их отношениям с Линдой уже больше года как пришёл конец. В конце концов Мэри остановилась на ответе, к которому так часто прибегала за годы замужества:</p>
    <p>— Ты не понимаешь.</p>
    <p>— Вот уж что есть, то есть — не понимаю, — сказал Кольм, явно сдерживая голос, чтобы его не услышали за соседними столиками. — Это… это извращение. Он ведь даже не человек.</p>
    <p>— Понтер — человек, — твёрдо ответила Мэри.</p>
    <p>— Я видел, как на «Си-ти-ви» рассказывали о твоём открытии, — сказал Кольм. — У неандертальцев даже число хромосом другое.</p>
    <p>— Это не имеет значения, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Чёрта с два! Пускай я всего лишь профессор английского, но я знаю, что это означает принадлежность к другому биологическому виду. И я знаю, что <emphasis>это</emphasis> означает, что у вас с ним не может быть детей.</p>
    <p><emphasis>Детей,</emphasis> мысленно повторила Мэри, ощутив, как зачастило сердце. Конечно, когда она была моложе, то хотела стать матерью. Но ко времени окончания аспирантуры, когда у них с Кольмом наконец-то появились какие-то деньги, их брак уже дал трещину. Мэри наделала в своей жизни немало глупостей, но ей по крайней мере достало ума не заводить ребёнка лишь для того, чтобы попытаться укрепить слабеющие узы.</p>
    <p>А сейчас перед ней маячила большая жирная 40; Боже, да менопауза придёт, не успеешь оглянуться! И, кроме того, у Понтера уже двое своих детей.</p>
    <p>И всё же…</p>
    <p id="id59788__msoanchor_8">И всё же до этого момента, пока Кольм не сказал, Мэри ни разу даже мысль не пришла об их с Понтером совместных детях. Но Кольм был прав. Ромео и Джульетта были просто Монтекки и Капулетти; разделяющий их барьер был попросту <emphasis>ничем</emphasis> по сравнению с барьером, разделившим Боддета и Воган, неандертальца и глексенку. «Под звездой злосчастной»<a l:href="#id20150414092305_117">[117]</a>, куда там! В злосчастной вселенной, на злосчастной исторической линии.</p>
    <p>— Мы с ним не говорили о детях, — сказала Мэри. — У Понтера уже есть две дочери — собственно, через полтора года он станет дедушкой.</p>
    <p>Мэри заметила, как сощурились серые глаза Кольма — должно быть, задумался о том, как можно настолько уверенно прогнозировать такие вещи.</p>
    <p>— Цель брака — рождение детей, — сказал он.</p>
    <p>Мэри прикрыла глаза. Это она настояла на том, чтобы подождать, пока она не закончит аспирантуру — именно ради этого она села на таблетки и послала к чертям Папу с его предписаниями. Кольм никогда по-настоящему не понимал, что это было необходимо, что её учёба пострадала бы, если бы ей пришлось быть аспиранткой и матерью одновременно. Но она знала его достаточно хорошо на том раннем этапе их брака и понимала, что бо́льшая часть бремени по уходу за ребёнком свалится на неё.</p>
    <p>— У неандертальцев нет брака в нашем понимании, — сказала она.</p>
    <p>Кольма это не убедило.</p>
    <p>— Разумеется, ты хочешь выйти за него замуж. Тебе не понадобился бы развод, будь это не так. — Но потом его тон смягчился, и на какое-то мгновение Мэри вспомнила, что привлекло её в Кольме тогда, в самом начале. — Ты, должно быть, очень сильно его любишь, — сказал он, — если готова на отлучение ради него.</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри, и потом, словно устыдившись сходства с тем, что она когда-то сказала перед алтарём, добавила: — Я очень его люблю.</p>
    <p>Подошла официантка с заказанными блюдами. Мэри посмотрела на свою рыбу: весьма вероятно — последнее, что она съест в компании мужчины, бывшего её мужем. И внезапно её захотелось сделать для Кольма что-нибудь хорошее. Она намеревалась твёрдо держаться своего решения получить развод, но он был прав — развод <emphasis>в самом деле</emphasis> означает отлучение от Церкви.</p>
    <p>— Я согласна на аннуляцию, — сказала Мэри, — если ты этого хочешь.</p>
    <p>— Хочу, — ответил Кольм. — Спасибо. — Секунду помедлив, он отрезал кусочек от своего стейка. — Я думаю, ни к чему тянуть. Можем начать прямо сегодня.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Но у меня есть одна просьба.</p>
    <p>Сердце Мэри тревожно забилось.</p>
    <p>— Какая?</p>
    <p>— Скажи ему — Понтеру — что наш брак развалился не из-за меня. Это не моя вина. Скажи ему, что я… что я неплохой, в сущности, человек.</p>
    <p>Мэри потянулась над столом и сделала то, чего ранее не сделал Кольм — коснулась его руки.</p>
    <p>— Обязательно, — заверила она его.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 4</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Позвольте начать с замечания о том, что речь не идёт о противостоянии — мы или они. Не о том, кто лучше — Homo sapiens или Homo neanderthalensis. Не о том, кто смышлёнее — глексены или барасты. Скорее, речь идёт о том, чтобы найти наши собственные сильные стороны, лучшие черты нашей собственной природы, и о том, чтобы делать вещи, которыми мы могли бы гордиться…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Сразу после ланча с Кольмом Мэри поехала домой за Понтером. Понтер с видимым удовольствием смотрел на канале «Космос» повтор классического «Стартрека». Понтер, разумеется, видел этот эпизод впервые, но Мэри его тут же узнала — напыщенный и наигранный «Пусть это будет полем последней битвы», в котором приглашённые звёзды Фрэнк Горшин и Лу Антонио разрывали пейзаж лицами, выкрашенными наполовину в белый, наполовину в чёрный цвет.</p>
    <p>Они сели в машину Мэри и выехали в Садбери, куда планировали попасть часа через четыре — как раз к ужину у Рубена Монтего.</p>
    <p>Летя по четырёхсотому шоссе, Мэри вдруг нажала клаксон, а потом замахала рукой — их только что обогнал Луизин чёрный «форд-эксплорер» с номером D2O — химическая формула тяжёлой воды. Луиза махнула в ответ и умчалась вперёд.</p>
    <p>— По-моему, она превышает максимально разрешённую скорость, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Уверена, что ей не составит труда отговориться от штрафа.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Час проходил за часом; километры оставались позади. Шанайю Твейн и Мартину Макбрайд сменила сначала Фэйт Хилл, а потом Сьюзан Аглукарк.</p>
    <p>— Я, наверное, не лучший источник сведений о католицизме, — сказала Мэри в ответ на комментарий Понтера. — Наверное, нужно познакомить тебя с отцом Калдикоттом.</p>
    <p>— Что делает его лучшим источником, чем ты? — спросил Понтер, отрывая взгляд от дороги — езда по скоростным шоссе всё ещё была для него в новинку — и поворачиваясь к Мэри.</p>
    <p>— Ну, он рукоположен. — Специальным жестом — небольшим поднятием левой руки — Мэри теперь могла предотвращать гудок, издаваемый компаньоном Понтера, когда она и сама знала, что слово, которое она только что произнесла, ему не знакомо. — Посвящён в сан — собственно, это и делает его священником. Ну, то есть, частью духовенства.</p>
    <p>— Прости, — сказал Понтер. — Я всё равно ничего не понимаю.</p>
    <p>— В религии существует два класса людей, — сказала Мэри, — клирики и миряне.</p>
    <p>Понтер улыбнулся.</p>
    <p>— Так совпало, что я не способен произнести ни того, ни другого слова.</p>
    <p>Мэри улыбнулась в ответ; она уже начала привыкать к его чувству юмора.</p>
    <p>— Так вот, — продолжала она, — клирики — это те, кто прошёл специальную подготовку для выполнения религиозных функций. Миряне — простые люди как ты или я.</p>
    <p>— Но ты говорила, что религия — это система верований, этических и моральных принципов.</p>
    <p>— Так и есть.</p>
    <p>— Тогда все приверженцы религии должны иметь к ним равный доступ.</p>
    <p>Мэри моргнула.</p>
    <p>— Ну, да, конечно, просто… видишь ли, исходные тексты могут по-разному трактоваться.</p>
    <p>— Например?</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Ну, например, вопрос о том, оставалась ли Мария — мать Иисуса — девственницей всю свою жизнь. Дело в том, что в Библии есть упоминания о сродниках Господних. «Сродники» — это старинное слово, обозначающее братьев.</p>
    <p>Понтер кивнул, хотя Мэри подозревала, что если Хак сразу перевёл «сродников» как братьев, то Понтер, вероятно, услышал какую-то бессмыслицу наподобие «“братья” — это старинное слово, обозначающее братьев».</p>
    <p>— И этот вопрос так важен?</p>
    <p>— Нет, думаю этот — не особенно. Но другие, относящиеся к области морали, могут быть важны.</p>
    <p>Они проезжали через Парри-Саунд.</p>
    <p>— Какие, например? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Ну, к примеру, аборты.</p>
    <p>— Аборт… это прекращение жизни плода?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— А в чём моральная проблема?</p>
    <p>— Ну, в том, можно ли это делать. Убить нерождённого ребенка.</p>
    <p>— А зачем вам это может понадобиться? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Ну, если беременность была случайной…</p>
    <p>— Как можно <emphasis>случайно</emphasis> забеременеть?</p>
    <p>— Ну, ты знаешь… Мэри оборвала себя. — Нет, разумеется, ты <emphasis>не</emphasis> знаешь. В твоём мире поколения рождаются каждые десять лет.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— А менструальные циклы всех ваших женщин синхронизованы. Так что когда мужчина и женщина сходятся вместе на четыре дня в месяц, это обычно происходит тогда, когда женщина не может забеременеть.</p>
    <p>Понтер снова кивнул.</p>
    <p>— Ну, в общем, у нас всё не так. Мужчины и женщины постоянно живут вместе и занимаются сексом в течение всего месяца. Случаются беременности, которых не ожидали и не планировали.</p>
    <p>— Когда я впервые попал к вам сюда, ты мне говорила, что у твоего народа есть способы предотвращения беременности.</p>
    <p>— Есть. Механические и фармацевтические.</p>
    <p>Понтер смотрел мимо Мэри на залив Джорджиан-Бей.</p>
    <p>— Они не работают?</p>
    <p>— По большей части работают. Но не все их применяют, даже когда не хотят зачать ребёнка.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Неудобно. Дорого. Для тех, кто не пользуется контрацептивными таблетками — необходимость… э… отвлекаться от процесса…</p>
    <p>— И всё же создать новую жизнь и потом от неё избавиться…</p>
    <p>— Вот видишь! — сказала Мэри. — Даже для тебя это моральная проблема.</p>
    <p>— Разумеется. Жизнь бесценна — потому что конечна. — Пауза. — Ну так и что же ваша религия говорит об абортах?</p>
    <p>— Что это грех, причём смертный.</p>
    <p>— О. То есть ваша религия предписывает применять средства контрацепции?</p>
    <p>— Нет, — ответила Мэри. — Это тоже грех.</p>
    <p>— Но ведь это… я думаю, тут подойдёт ваше слово «чушь».</p>
    <p>Мэри двинула плечом.</p>
    <p>— Бог велел нам плодиться и размножаться.</p>
    <p>— Это поэтому у вашего мира такое большое население? Потому что так велел ваш Бог?</p>
    <p>— Думаю, это один из факторов.</p>
    <p>— Но… прости меня, конечно, но я не понимаю. У тебя ведь был партнёр в течение многих декамесяцев, не так ли?</p>
    <p>— Да. Кольм.</p>
    <p>— И у вас с ним не было детей.</p>
    <p>— Верно.</p>
    <p>— Но ведь вы же наверняка занимались сексом. Почему у вас не появилось детей?</p>
    <p>— Ну, на самом деле я таки пользуюсь контрацептивами. Я принимаю таблетки — это комбинация синтетического эстрогена и прогестерона. И поэтому не могу забеременеть.</p>
    <p>— Но ведь это грех?</p>
    <p>— Многие католики это делают. Это дилемма для многих из нас: мы хотим быть послушны Богу, но должны принимать во внимание и практические соображения. Видишь ли, в 1968 году, когда весь Западный мир становился гораздо либеральнее в вопросах секса, Папа Павел VI издал энциклику. Я помню, как родители обсуждали её в последующие годы; даже для них она стала неожиданностью. Она гласила, что каждый сексуальный контакт должен быть открыт для зачатия. Если честно, большинство католиков ожидали ослабления, а не усиления ограничений. — Мэри вздохнула. — Я лично сторонница контрацептивов.</p>
    <p>— Это безусловно лучше, чем аборт, — согласился Понтер. — Но, предположим, ты всё-таки забеременела, не желая того. Предположим…</p>
    <p>Мэри немного притормозила, давая соседней машине её обогнать.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Ничего. Прости. Поговорим о чём-нибудь другом.</p>
    <p>Но Мэри уже поняла.</p>
    <p>— Ты подумал про изнасилование, да? — Мэри пожала плечами, признавая, что тема непростая. — Тебе интересно, что моя Церковь ожидала бы от меня, если бы я забеременела в результате изнасилования.</p>
    <p>— Я не хочу, чтобы ты лишний раз вспоминала об этом.</p>
    <p>— Да нет, всё нормально. В конце концов, это ведь я завела разговор об абортах. — Мэри глубоко вдохнула, выдохнула и продолжила. — Если бы я забеременела, то, по мнению Церкви, я должна бы была родить ребёнка, пусть он и был зачат в результате изнасилования.</p>
    <p>— И ты бы родила?</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — Нет, я бы сделала аборт.</p>
    <p>— Ещё один случай, когда ты отказываешься соблюдать предписания своей религии.</p>
    <p>— Я люблю католическую церковь, — сказала Мэри. — Мне нравится быть католичкой. Но я отказываюсь передавать кому бы то ни было контроль над своим телом. И всё же…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Нынешний Папа стар и дряхл. Я не думаю, что он протянет долго. Его преемник может ослабить правила.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер.</p>
    <p>Они ехали дальше. Шоссе повернуло прочь от Джорджиан-Бей. По обе стороны дороги появились скальные обнажения Канадского щита и островки соснового леса.</p>
    <p>— Ты не задумывался о будущем? — спросила Мэри через некоторое время.</p>
    <p>— Последнее время я только о нём и думаю.</p>
    <p>— Я имела в виду <emphasis>наше</emphasis> будущее, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Я тоже.</p>
    <p>— Я… ты только не обижайся, но я считаю, что мы должны хотя бы обсудить такую возможность: что если, когда мне придёт время возвращаться, ты вернёшься вместе со мной? Ну, то есть, поселишься в моём мире постоянно.</p>
    <p>— Зачем? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Ну, здесь мы сможем быть вместе всё время, а не только четыре дня в месяц…</p>
    <p>— Так-то оно так, — сказал Понтер, — но… но там у меня вся жизнь. — Он поднял свою массивную руку. — Да-да, я знаю, что твоя жизнь здесь, — быстро произнёс он. — Но у ведь меня ещё Адекор.</p>
    <p>— Может быть… я не знаю… может быть, Адекор тоже поехал бы с нами?</p>
    <p>Понтерова сплошная бровь немедленно взлетела на надбровье.</p>
    <p>— А партнёрша Адекора, Лурт Фрадло? Она тоже с нами поедет?</p>
    <p>— Ну, она…</p>
    <p>— А Даб, сын Адекора, который через год должен переехать жить к нему? И, разумеется, партнёрша самой Лурт, и партнёр её партнёрши, и их дети. И моя младшая дочь, Мегамег.</p>
    <p>Мэри шумно выдохнула.</p>
    <p>— Я знаю, я знаю. Это совершенно непрактично, вот только…</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>Она сняла одну руку с руля и сжала его бедро.</p>
    <p>— Понтер, я так сильно тебя люблю. Видеться с тобой только четыре дня в месяц…</p>
    <p>— Адекор очень сильно любит Лурт, но тоже видится с ней только в эти дни. И я очень любил Класт, хотя наши встречи длились те же четыре дня. — Его лицо было бесстрастно. — Мы так живём.</p>
    <p>— Я знаю. Я просто обдумываю возможности.</p>
    <p>— А ведь есть и другие проблемы. Ваши города нестерпимо воняют. Я не думаю, что смогу выдерживать это постоянно.</p>
    <p>— Мы могли бы поселиться за городом. Где-нибудь вдали от городов, от машин. Где-нибудь, где воздух чист. Мне неважно, где жить, если вместе с тобой.</p>
    <p>— Я не могу оставить свою культуру, — сказала Понтер. — Как и бросить семью.</p>
    <p>Мэри вздохнула.</p>
    <p>— Я знаю.</p>
    <p>Понтер несколько раз сморгнул.</p>
    <p>— Хотел бы я… хотел бы я предложить решение, которое сделало бы тебя счастливой.</p>
    <p>— Речь не только обо мне, — сказала Мэри. — А что сделало бы счастливым <emphasis>тебя</emphasis>?</p>
    <p>— Меня? — переспросил Понтер. — Я был бы доволен, если бы ты встречала меня в Центре Салдака каждый раз, когда Двое становятся Одним.</p>
    <p>— И тебе бы этого хватало? Четырёх дней в месяц?</p>
    <p>— Мэре, ты должна понять: я и представить себе не могу чего-то большего. Да, в твоём мире мы проводили вместе много дней подряд, но когда я здесь, то очень скучаю по Адекору.</p>
    <p>По выражению лица Мэри Понтер, должно быть, заключил, что его слова её огорчили.</p>
    <p>— Прости, Мэре, — продолжил он, — но ты не можешь ревновать меня к Адекору. У людей моего мира двое партнёров, однополый и разнополый. Обижаться на мою близость с Адекором совершенно неуместно.</p>
    <p>— Неуместно! — воскликнула Мэри, но потом сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Да, ты, конечно, прав. Я это понимаю — по крайней мере, умом. И я пытаюсь примириться с этим на уровне чувств.</p>
    <p>— Если это для тебя что-то значит, Адекору ты очень нравишься, и он желает тебе только добра. — Понтер помолчал. — Ты ведь тоже ему этого желаешь, правда?</p>
    <p>Мэри ничего не сказала. Солнце висело низко над горизонтом. Машина летела вперёд.</p>
    <p>— Мэре? Ты ведь желаешь добра Адекору, правда?</p>
    <p>— Что? — встрепенулась она. — О, конечно. Конечно.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 5</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Пять десятилетий назад мой предшественник в Овальном кабинете, Джон Фицджеральд Кеннеди, сказал: «Пришло время делать большие шаги — время для нового великого американского проекта».</emphasis><a l:href="#id20150414092305_118">[118]</a><emphasis> В то время я был простым мальчишкой из негритянского гетто в Монтгомери, но я прекрасно помню, как от этих слов у меня по спине пробежали мурашки…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Понтер въехали в переулок, ведущий к дому Рубена Монтего незадолго до семи часов вечера. И Луиза, и Рубен ездили на «форд-эксплорерах» — несомненное свидетельство того, подумала Мэри, внутренне улыбнувшись, что они созданы друг для друга. У Луизы машина была чёрная, у Рубена — коричневая. Мэри припарковалась, и они с Понтером подошли к парадной двери. Проходя мимо машины Луизы, Мэри хотела было потрогать рукой капот, но она и так была уверена, что он уже давно остыл.</p>
    <p>Рубен владел участком площадью в пару акров в Лайвли, крошечном городке неподалёку от Садбери. Мэри нравился его дом — двухэтажный, просторный и современный. Она позвонила в дверной звонок, и мгновением позже появился Рубен, из-за плеча которого выглядывала Луиза.</p>
    <p>— Мэри! — воскликнул Рубен, сгребая её в охапку. — И Понтер! — сказал он, выпустив Мэри, и обнял и его тоже.</p>
    <p>Рубен Монтего был подтянутым тридцатипятилетним мужчиной, чернокожим, с гладко выбритой головой. На нём была футболка с логотипом «Торонто Блю-Джейз» на груди.</p>
    <p>— Входите, входите, — сказал Рубен, впуская их в дом с прохладного вечернего воздуха. Мэри скинула туфли, Понтер — нет, потому что не носил обуви. На нём были неандертальские штаны, которые внизу штанин расширялись, превращаясь во что-то вроде встроенных мокасин.</p>
    <p>— Встреча ветеранов карантина! — объявил Понтер, оглядывая их маленькое сообщество. Так оно и было: они вчетвером оказались заперты в этом доме по приказу канадского Минздрава, когда Понтер во время своего первого визита на эту Землю внезапно заболел.</p>
    <p>— Истинно так, друг мой, — ответил Рубен на заявление Понтера. Мэри огляделась. Ей очень нравилась здешняя мебель — органичное сочетание карибского и канадского стиля, повсюду тёмное дерево и встроенные книжные шкафы. Сам Рубен был довольно неряшлив, но его бывшая жена, очевидно, обладала отменным вкусом.</p>
    <p>Мэри обнаружила, что, попав в дом, моментально расслабилась. Разумеется, сыграло свою роль то, что именно здесь зародилась её любовь к Понтеру, или что этот дом стал для неё надёжным убежищем, охраняемым офицерами федеральной полиции, всего через два дня после того, как Корнелиус Раскин изнасиловал её в кампусе Йоркского университета в Торонто.</p>
    <p>— Сейчас для этого уже не совсем сезон, — сказал Рубен, — но ещё можно попробовать устроить барбекю.</p>
    <p>— Конечно, здорово, — согласился Понтер с большим энтузиазмом.</p>
    <p>Рубен рассмеялся.</p>
    <p>— Значит, договорились. Сейчас я всё приготовлю.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Луиза Бенуа была вегетарианкой, но не имела ничего против тех, кто ест мясо — и это было весьма кстати, потому что Понтер мясо натурально обожал. Рубен положил на гриль три совершенно гигантских говяжьих пласта, а Луиза занялась приготовлением салата. Рубен постоянно сновал между грилем и кухней, помогая Луизе с приготовлениями. Мэри следила, как они работают бок о бок, время от времени словно невзначай нежно касаясь друг друга. У Мэри с Кольмом в первые дни их брака тоже было так; а потом стало казаться, что они вечно путаются друг у друга под ногами.</p>
    <p>Мэри и Понтер предложили помочь, но Рубен сказал, что помощи не требуется, и скоро ужин был на столе, и все четверо расселись вокруг него. Мэри поразилась мысли о том, что она знает этих людей — троих самых важных людей в её жизни — всего три месяца. Когда сталкиваются миры, всё меняется <emphasis>очень</emphasis> быстро.</p>
    <p>Мэри и Рубен ели свои стейки с помощью ножей и вилок. Понтер надел одноразовые обеденные перчатки, которые привёз с собой из дома; он просто брал мясо затянутой в перчатку рукой и отрывал куски зубами.</p>
    <p>— Это были поистине фантастические несколько месяцев, — сказал Рубен, похоже, думая о том же, о чём и Мэри. — Для всех нас.</p>
    <p>И это в самом деле было так. Понтер Боддет случайно перенёсся в эту версию реальности, когда его эксперимент с квантовыми вычислениями вышел из-под контроля. Оставшийся в своём мире партнёр Понтера Адекор Халд был обвинён в том, что убил его и избавился от тела. Адекор и старшая дочь Понтера Жасмель Кет сумели снова открыть межмировой портал на достаточное время для того, чтобы Понтер смог вернуться назад и оправдать Адекора перед трибуналом.</p>
    <p>По возвращении домой Понтер сумел убедить Верховный Серый совет позволить им с Адекором попытаться открыть постоянный портал, что им довольно быстро удалось сделать.</p>
    <p>Тем временем магнитное поле на этой версии Земли внезапно начало флуктуировать, по-видимому, в преддверии смены полярности. Неандертальская Земля пережила подобное событие совсем недавно, и оно протекало невероятно быстро: магнитное поле их Земли пропало двадцать пять лет назад и полностью восстановилось всего через пятнадцать лет.</p>
    <p>Мэри, всё ещё страдающая от нанесённой изнасилованием психологической травмы, покинула Йоркский университет и присоединилась к команде Джока Кригера в только что организованной «Синерджи Груп». Однако на обратном пути в Торонто Понтер идентифицировал насильника Мэри — им оказался Корнелиус Раскин, который также изнасиловал Кейсер Ремтуллу, главу факультета и непосредственную начальницу Мэри.</p>
    <p>— Несомненно фантастические, — согласилась Мэри. Она улыбнулась Рубену и Луизе; они были такой прекрасной парой. Понтер сидел рядом с ней; она взяла бы его за руку, не будь она затянута в дурацкую перчатку. Но между Рубеном и Луизой такого препятствия не было; Рубен сжимал Луизину руку и буквально светился от любви к ней.</p>
    <p>В продолжение ужина они оживлённо болтали, сначала за главным блюдом, потом за десертом и фруктовым коктейлем, и, наконец, за кофе (для троих Homo sapiens) и кока-колой (для Понтера). Мэри наслаждалась каждой минутой общения — но одновременно чувствовала грусть от того, что вечера наподобие этого, в обществе Понтера и их друзей, будут случаться нечасто — неандертальская культура устроена по-другому.</p>
    <p>— О, кстати, — сказал Рубен, отхлебнув кофе, — одна моя знакомая из Лаврентийского постоянно просит меня свести её с вами. — В лаборатории Лаврентийского университета в Садбери Мэри провела первое исследование ДНК Понтера, подтвердившее, что он неандерталец.</p>
    <p>Бровь Понтера приподнялась.</p>
    <p>— Э?…</p>
    <p>— Её зовут Вероника Шеннон, она постдок в тамошней Группе нейрологических исследований.</p>
    <p>Понтер явно ожидал, что Рубен продолжит объяснения, но, поскольку он молчал, Понтер решил его подтолкнуть:</p>
    <p>— <emphasis>Ка?</emphasis> — по-неадертальски это означало «да?».</p>
    <p>— Прости, — сказал Рубен, — я просто не знаю, как это сформулировать. Ты ведь, наверное, не знаешь, кто такой Майкл Персингер?</p>
    <p>— Я знаю, — сказала Луиза. — Читала статью про него в «Saturday Night».</p>
    <p>Рубен кивнул.</p>
    <p>— Да, там была про него большая статья. Про него также писали и «Wired», «The Skeptical Inquirer», и «Maclean’s», и «Scientific American», и «Discover».</p>
    <p>— Кто он? — спросил Понтер.</p>
    <p>Рубен отложил вилку.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_10">— Персингер — американский уклонист<a l:href="#id20150414092305_119">[119]</a> из тех золотых времён, когда утечка мозгов происходила в обратном направлении. В Лаврентийском он работает много лет и изобрёл там прибор, который вызывает в человеке религиозные переживания путём магнитной стимуляции головного мозга.</p>
    <p>— Ах, <emphasis>этот</emphasis> Персингер, — Мэри закатила глаза.</p>
    <p>— Слышу в твоём голосе сомнение, — сказал Рубен.</p>
    <p>— Это потому что я сомневаюсь, — ответила Мэри. — Это ведь всё чушь собачья.</p>
    <p>— Я сам попробовал, — сказал Рубен. — Не с Персингером — с Вероникой, моей знакомой. Она разработала систему второго поколения на основе исследований Персингера.</p>
    <p>— И ты видел Бога? — насмешливо спросила Мэри.</p>
    <p>— Можно сказать и так. Там определённо что-то было. — Он посмотрел на Понтера. — И потому-то ей нужен ты, дружище. Она хочет засунуть тебя в свою установку.</p>
    <p>— Зачем? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Зачем? — переспросил Рубен, словно ответ был очевиден. — Потому что наш мир стоит на ушах по поводу того, что твой народ так и не изобрёл религию. Причём не то чтобы она у вас была, но потом вы от неё отказались — за всю вашу историю вы ни разу даже не задумались об идее Бога или загробной жизни.</p>
    <p>— Подобная идея стала бы — как вы это говорите? — плевком в лицо наблюдаемой реальности, — сказал Понтер. Потом посмотрел на Мэри. — Прости, Мэри. Я знаю, что ты во всё это веришь, но…</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Но ты — нет.</p>
    <p>— Так вот, — продолжил Рубен, — группа Персингера считает, что нашла нейрологическую причину существования у Homo sapiens религиозных верований. И моя знакомая Вероника хочет посмотреть, удастся ли ей вызвать религиозное переживание у неандертальца. Если да, то им придётся найти какое-то объяснение тому факту, что у вас нет религиозных мыслей. Но Вероника считает, что метод, который работает на нас, не сработает на тебе. Она думает, что ваш мозг отличается от нашего на каком-то фундаментальном уровне.</p>
    <p>— Интересное предположение, — сказал Понтер. — Процедура не представляет никакой опасности?</p>
    <p>Рубен покачал головой.</p>
    <p>— Ни малейшей. Собственно, как раз на мне это и проверяли. — Он улыбнулся. — Большая проблема для большинства психологических исследований состоит в том, что практически все подопытные — студенты-психологи с младших курсов, то есть люди, решившие изучать психологию. Мы знаем невероятно много об устройстве мозга людей этого типа, но очень мало о мозге людей в целом. Я познакомился с Вероникой в прошлом году; она обратилась ко мне по поводу набора подопытных среди шахтёров — совершенно иной демографической группы, чем та, с которой они обычно работают. — Рубен работал штатным медиком на принадлежащей компании «Инко» никелевой шахте «Крейгтон», в которой располагалась Нейтринная обсерватория Садбери. — Она предлагала шахтёрам за участие по паре баксов, но руководство «Инко» пожелало, чтобы до начала набора добровольцев я одобрил процедуру. Я прочитал работу Персингера, ознакомился с модификациями Вероники и прошёл процедуру сам. Магнитное поле там используется совсем небольшое по сравнению, скажем, с МРТ, на которую я регулярно направляю пациентов. Это совершенно безопасно.</p>
    <p>— То есть она и мне заплатит пару баксов?</p>
    <p>Рубен изумлённо посмотрел на него.</p>
    <p>— Ну, мне же нужно на что-то жить, — сказал Понтер. Но долго удерживать серьёзное лицо у него не получилось, и его прорезала широкая ухмылка. — Нет, Рубен, ты прав, компенсация меня не интересует. — Он посмотрел на Мэри. — А интересует меня шанс понять эту сторону тебя, Мэри — то, что занимает такое важное место в твоей жизни, и что я совершенно не способен постичь.</p>
    <p>— Если хочешь больше узнать о религии, пойдём со мной к мессе, — сказала Мэри.</p>
    <p>— С удовольствием, — ответил Понтер. — Но я также хочу встретиться со знакомой Рубена.</p>
    <p>— Но ведь нам нужно в твой мир, — сказала Мэри немного обижено. — Двое скоро станут Одним.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Действительно. И мы не хотим пропустить из них ни мгновения. — Он посмотрел на Рубена. — Твоей знакомой придётся принять нас завтра с утра. Это можно устроить?</p>
    <p>— Я сейчас ей позвоню, — ответил Рубен, поднимаясь. — Уверен, что она землю носом рыть будет, лишь бы тебя ублажить.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 6</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Джек Кеннеди был прав: тогда настало время для всех нас делать большие шаги. И такое время пришло снова. Ибо сильными сторонами Homo sapiens, которыми мы обладали с момента зарождения сознания 40000 лет назад, было желание посещать новые места, путешествовать, желание видеть, что находится за следующим холмом, желание расширять свои территории и — говоря словами, ставшими популярными через четыре года после той речи Кеннеди — смело идти туда, куда не ступала нога человека…</emphasis><a l:href="#id20150414092305_120">[120]</a></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Понтер и Мэри провели ночь в доме Рубена на раскладном диване. На следующий день рано утром они явились в маленький кампус Лаврентийского университета и нашли комнату C002B — одну из лабораторий Группы нейрологических исследований.</p>
    <p>Вероника Шеннон оказалась костлявой белой женщиной под тридцать, с рыжими волосами и носом, который Мэри до знакомства с неандертальцами посчитала бы здоровенным. На ней был белый лабораторный халат.</p>
    <p>— Спасибо, что пришли, доктор Боддет, — сказала она, тряся его руку. — Безмерно благодарна, что откликнулись.</p>
    <p>Он улыбнулся.</p>
    <p>— Можете звать меня Понтер. И не стоит благодарности — меня заинтриговала тема вашего исследования.</p>
    <p>— И Мэри — я могу звать вас Мэри? — я <emphasis>так</emphasis> рада познакомиться с вами! — Она пожала Мэри руку. — Какая жалость, что меня не было в кампусе, когда вы приезжали сюда в прошлый раз — я ездила на каникулы домой, в Галифакс. — Она улыбнулась, потом ответа глаза, словно смутившись. — Вы для меня что-то вроде героя, — добавила она.</p>
    <p>Мэри непонимающе моргнула.</p>
    <p>— Я?</p>
    <p>— Среди канадских женщин-учёных не так много ставших знаменитостями. Ещё до того, как появился Понтер, вы фактически нанесли нас на карту. Ваши работы по древней ДНК! Высший класс! Совершенно изумительно! Кто сказал, что канадская женщина неспособна завоевать мир?</p>
    <p>— Э-э… спасибо.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_12">— Вы стали для меня образцом для подражания. Вы, Жюли Пейет<a l:href="#id20150414092305_121">[121]</a>, Роберта Бондар<a l:href="#id20150414092305_122">[122]</a>…</p>
    <p>Мэри никогда и представить себя не могла в такой компании знаменитостей — Пейет и Бондар были канадскими женщинами-астронавтами. Но, с другой стороны, она ведь побывала в другом мире раньше них обеих…</p>
    <p>— Спасибо, — снова сказала Мэри. — Знаете, у нас правда не так много времени…</p>
    <p>Вероника немного покраснела.</p>
    <p>— Простите, вы правы. Давайте я объясню вам процедуру. Моя работа базируется на исследовании, начатом здесь, в Лаврентийском университете, Майклом Персингером в 1990-х годах. Базовая идея принадлежит не мне — но наука состоит в воспроизводстве результатов, и цель моей работы — подтверждение его идей.</p>
    <p>Мэри оглядела лабораторию, которая оказалась обычной для университетов смесью сверкающего новейшего оборудования с оборудованием старым и потёртым, а также обшарпанной деревянной мебелью. Вероника продолжала говорить:</p>
    <p>— Так вот, у Персингера было около 80 % успешных экспериментов. Моё оборудование принадлежит к следующему поколению — модификация того, которым пользовался он, и у меня процент успеха достигает 94.</p>
    <p>— Надо же, как совпало, что такого рода исследования проводятся поблизости от портала между двумя мирами, — сказала Мэри.</p>
    <p>Но Вероника замотала головой.</p>
    <p>— О, нет, Мэри, нет! Мы находимся здесь по той же самой причине, что и портал — из-за никеля, принесённого сюда астероидом два миллиарда лет назад. Видите ли, в самом начале Персингера интересовал феномен НЛО: как так получилось, что летающие тарелки в основном являются сельским увальням с именами вроде Клит или Бубба где-нибудь в глуши.</p>
    <p>— Ну, — сказала Мэри, — наклюкаться можно и в глуши.</p>
    <p>Вероника смеялась дольше, чем, по мнению Мэри, шутка того заслуживала.</p>
    <p>— Это так, но Персингер решил ответить на этот вопрос в соответствии с его буквальным смыслом. Конечно, ни он, ни я не верим в летающие тарелки, однако психологический феномен летающих тарелок безусловно существует: людям <emphasis>кажется</emphasis>, что они видят их, и Персингера заинтересовало, почему это обычно происходит под открытым небом в пустынной местности, когда вокруг никого нет. В Лаврентийском, разумеется, проводится масса исследований, связанных с геологией, и когда Персингер начал искать возможные причины для видений НЛО в сельской местности, горные инженеры предложили в качестве такой причины пьезоэлектрический эффект.</p>
    <p>Хак, имплант-компаньон Понтера, пискнул несколько раз в знак того, что не понял некоторых слов, но ни Мэри, ни Понтер не стали прерывать Веронику, которая явно оседлала любимого конька. Однако она, по-видимому, подозревала, что термин «пьезоэлектрический» может оказаться незнакомым Понтеру, и поэтому объяснила его сама:</p>
    <p>— Пьезоэлектричество — это генерирование электрического напряжения в кристаллах горных пород в результате их сжатия или деформирования. Такое происходит, к примеру, когда грузовик едет по каменистому бездорожью — классический сценарий встречи с НЛО. Персингеру удалось надёжно воспроизвести электромагнитный эффект этого типа в лабораторных условиях, и будьте любезны — с его помощью смог практически каждого заставить думать, что он видит пришельцев.</p>
    <p>— Пришельцев? — переспросила Мэри. — Вроде бы речь шла о Боге.</p>
    <p>— То же самое, только в профиль, — сказала Вероника, зубасто улыбнувшись. — Явления одной природы.</p>
    <p>— Каким образом?</p>
    <p>Вероника стянула с полки книгу: «Почему Бог не уходит: биологические основы верований».</p>
    <p>— Ньюберг и Д’Акили, авторы этой книги, выполнили сканирование мозга восьми тибетских буддистов во время медитации и нескольких францисканских монашек во время молебна. Разумеется, эти люди демонстрировали увеличенную активность в областях мозга, связанных с сосредоточенностью. Однако также наблюдалось <emphasis>уменьшение</emphasis> активности в теменной доле. — Она постучала пальцем по своему черепу, указывая местоположение. — Теменная доля левого полушария формирует образ вашего собственного тела, а правого — помогает вам ориентироваться в трёхмерном пространстве. Таким образом, коллективно обе части теменной доли ответственны за определение границы, за которой заканчивается ваше собственное тело и начинается внешний мир. Когда теменная доля берёт отгул, ощущения при этом точно такие, о каких рассказывают монахи — потеря ощущения себя, чувство единства с вселенной.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Видела про это статью в «Тайме».</p>
    <p>Вероника вежливо покачала головой.</p>
    <p>— На самом деле в «Ньюсуике». Так вот, работа Ньюберга и Д’Акили прекрасно согласуется с работами Персингера и моей. Они обнаружили, что во время религиозных переживаний активизируется лимбическая система — а именно лимбическая система оценивает события как важные или неважные. Вы можете показать матери сотню младенцев, но отреагирует она лишь при виде своего собственного. Это потому что лимбическая система пометила определённый визуальный раздражитель как важный. Ну и вот: когда лимбическая система возбуждается во время религиозных переживаний, <emphasis>все</emphasis> раздражители помечаются как чрезвычайно важные.</p>
    <p>Именно поэтому религиозные переживания так тяжело описать другим: это как будто я говорю вам, что мой бойфренд — самый прекрасный мужчина на всём свете, и вы говорите, «ну да, ну да». А потом я открываю сумочку и показываю его фотографию, и жду, что теперь-то вы увидите, да? Скажете: «о, да он и правда красавчик!» Но если я это сделаю, то вы ответите по-другому. Он несравненно прекрасен <emphasis>для меня</emphasis>, потому что моя лимбическая система пометила его образ как имеющий для меня особое значение. Но я не в силах передать эту пометку вам с помощью слов или изображений. То же самое и с религиозными переживаниями: сколько бы вам ни рассказывали о нём, о том, какое важное оно было и какое глубокое влияние оказало на всю последующую жизнь, вы просто не сможете ощутить того же самого, что и рассказчик.</p>
    <p>Понтер слушал очень внимательно, то поджимая широкие губы, то вскидывая светлую бровь к гребню надбровного валика.</p>
    <p>— И вы считаете, — сказал он, — что эта особенность, которой обладает ваш народ и которой лишён мой — эта <emphasis>религия</emphasis> — связана с функциями мозга?</p>
    <p>— Именно! — сказала Вероника. — Комбинация активности теменной доли и лимбической системы. Взять, к примеру, пациентов с болезнью Альцгеймера: люди, которые всю жизнь посвятили религии, часто теряют к ней интерес, когда заболевают. Так вот, первым делом болезнь Альцгеймера нарушает работу лимбической системы.</p>
    <p>Она помолчала, потом продолжила:</p>
    <p>— Уже давно известно, что так называемые религиозные переживания связаны с химией мозга, поскольку могут вызываться галлюциногенными препаратами — и именно поэтому такие препараты используются в ритуалах многих племенных культур. Также довольно давно мы знаем, что лимбическая система может играть одну из ключевых ролей: некоторые эпилептики с припадками, ограниченными лимбической системой, испытывают невероятно сильные религиозные переживания. К примеру, Достоевский был эпилептиком, и он писал о том, что во время припадков «прикасается к Богу». Святой Павел, Святая Тереза Авильская и Эммануил Сведенборг также, вероятно, страдали эпилепсией.</p>
    <p>Понтер в этот момент опирался на угол книжного шкафа и, особо не стесняясь, слегка двигал корпусом из стороны в сторону, почёсывая спину.</p>
    <p>— Это имена людей? — уточнил он.</p>
    <p>Вероника на мгновение растерялась, потом кивнула.</p>
    <p>— Мёртвых людей. Знаменитых религиозных деятелей прошлого.</p>
    <p>Мэри сжалилась над Понтером и объяснила ему значение термина «эпилепсия». Понтер никогда ни о чём подобном не слышал, и Мэри задумалась — внутренне содрогнувшись, как всегда при мыслях об этом — а не вычистили ли неандертальцы предрасположенность к эпилепсии из своего генетического пула много поколений назад.</p>
    <p>— Но испытать подобное можно и не будучи эпилептиком, — сказала Вероника, — Ритуальные танцы, песнопения и тому подобное независимо применялись в различных религиях по всему земному шару. Почему? Потому что размеренные, повторяющиеся, стилизованные движения тела во время подобных церемоний заставляют лимбическую систему пометить их как имеющие особое значение.</p>
    <p>— Это всё хорошо, — сказала Мэри, — однако…</p>
    <p>— Однако вы теряетесь в догадках, какое это имеет отношение к ценам на чай в Китае, не так ли?</p>
    <p>Понтер выглядел совершенно растерянным, и Мэри усмехнулась.</p>
    <p>— Просто метафора, — сказала она. — Она означает «к теме разговора».</p>
    <p>— И ответ, — объяснила Вероника, — состоит в том, что сейчас мы достаточно хорошо знаем, как мозг формирует религиозные переживания, чтобы надёжно воспроизводить их в лаборатории… по крайней мере, у Homo sapiens. И я умираю от желания узнать, смогу ли я вызвать что-то подобное у Понтера.</p>
    <p>— Моё собственное любопытство не смертельно, — улыбнувшись, ответил Понтер, — но, тем не менее, я тоже хотел бы его удовлетворить.</p>
    <p>Вероника снова посмотрела на часы и нахмурилась.</p>
    <p>— К сожалению, мой аспирант ещё не появился, а оборудование довольно капризно — его нужно калибровать ежедневно. Мэри, не могу ли я вас попросить…?</p>
    <p>Мэри ощутила, как у неё напряглась спина.</p>
    <p>— Попросить <emphasis>что</emphasis>?</p>
    <p>— Провести предварительный прогон. Мне нужно убедиться, что моё оборудование работает нормально, прежде чем я смогу оценивать результаты, полученные с Понтером. — Она вскинула руку, предупреждая возражения. — С этим новым оборудование полный цикл занимает всего пять минут.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_14">Сердце Мэри учащённо забилось. Это было нечто, к чему она не хотела бы применять научный метод. Как и недавно умерший и оплаканный Стивен Джей Гоулд<a l:href="#id20150414092305_123">[123]</a>, она всегда верила, что наука и религия были — говоря его словами — «непересекающимися магистериями»: каждая из них важна, но не имеет никакого значения для другой. — Я не уверена, что…</p>
    <p>— О, не беспокойтесь, это не опасно! Напряжённость поля, которое я использую для транскраниальной магнитной стимуляции, всего один микротесла. Я вращаю его против часовой стрелки вокруг теменной доли, и, как я уже говорила, почти все люди — точнее, все Homo sapiens — в результате этого испытывают религиозные переживания.</p>
    <p>— Как… на что это похоже? — спросила Мэри.</p>
    <p>Вероника извинилась перед Понтером и отвела Мэри в сторону от него, своего подопытного, так, чтобы неандерталец не слышал, что они говорят.</p>
    <p>— Обычно при этом ощущают присутствие некоего мыслящего существа, стоящего рядом или позади, — сказала Вероника. — Однако конкретная форма переживания сильно зависит от индивидуальной предрасположенности подопытного. Посадите сюда уфолога, и он почувствует присутствие пришельца. Посадите баптиста, и он, скорее всего, узрит самого Христа. Другие говорят, что их касались ангелы Господни. Конечно, эксперимент проводится в полностью контролируемой обстановке, и подопытные полностью осознают, что они находятся в лаборатории. Но представьте себе, какой эффект это произведёт на наших друзей Буббу и Клита глубокой ночью у чёрта на рогах. Или когда вы молитесь в церкви, или мечети, или синагоге. Это реально может свернуть мозги набекрень.</p>
    <p>— Я бы на самом деле не хотела…</p>
    <p>— Прошу вас, — сказала Вероника. — Я не знаю, представится ли мне другой шанс проверить неандертальца — но сейчас мне нужно откалибровать аппаратуру.</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох. Рубен ведь лично подтвердил безопасность процесса, и, в конце концов, она не хотела подводить эту энергичную женщину, которая была о ней такого высокого мнения.</p>
    <p>— Прошу вас, Мэри, — повторила Вероника. — Если мои прогнозы относительно исхода эксперимента сбудутся, это станет для меня огромным шагом вперёд.</p>
    <p><emphasis>Канадка завоёвывает мир.</emphasis> На как тут скажешь «нет»?</p>
    <p>— Ну, хорошо, — сказала Мэри без особой убеждённости. — Давайте попробуем.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 7</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Наша сила — в нашей жажде чудес, в нашем любопытстве, нашем пытливом духе…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Всё в порядке? — спросила Вероника Шеннон через наушник у Мэри в ухе. — Вам удобно?</p>
    <p>— Всё хорошо, — ответила Мэри в маленький микрофон, прицепленный к блузке. Она сидела в мягком кресле в затемнённой комнате размером с совмещённый санузел. Стены, как она успела заметить до того, как выключили свет, были покрыты маленькими поролоновыми пирамидками, предположительно, чтобы подавлять внешние шумы.</p>
    <p>Вероника кивнула.</p>
    <p>— Отлично. Всё должно быть совершенно безболезненно — однако если вы захотите прервать эксперимент, просто скажите.</p>
    <p>На голове Мэри была надета конструкция, изначально, по-видимому, бывшая жёлтым мотоциклетным шлемом, с соленоидами по бокам на уровне висков. Шлем был подключён с помощью пучка проводов к стойке с оборудованием, стоящей у одной из стен.</p>
    <p>— О'кей, — сказала Вероника. — Начинаем.</p>
    <p>Мэри думала, что услышит жужжание или ощутит покалывание за ушами, но ничего такого не было. Просто темнота, тишина и…</p>
    <p>Внезапно Мэри почувствовала, как у неё напряглась спина и сгорбились плечи. Кто-то <emphasis>был</emphasis> здесь, в этой комнате, вместе с ней. Она не видела его, но чувствовала, как его взгляд буравит ей затылок.</p>
    <p><emphasis>Это смешно,</emphasis> подумала Мэри. Простое внушение. Если бы не все эти предварительные разговоры, она бы наверняка ничего не почувствовала бы. Это ж надо, на какую ерунду людям удаётся найти гранты. Это не более, чем салонный фокус, и…</p>
    <p>И вдруг она поняла, кто это — кто был с ней в этой комнате.</p>
    <p>И это был не он.</p>
    <p>Это была <emphasis>она</emphasis>.</p>
    <p>Мария.</p>
    <p><emphasis>Мария.</emphasis></p>
    <p>Дева.</p>
    <p>Матерь Божья.</p>
    <p>Она не могла её видеть, не по-настоящему. Это был просто яркий-яркий свет, движущийся перед ней — но такой свет, на который ничуть не больно смотреть. И всё же она знала, кто это, была уверена: чистота, покой, доброта, мудрость. Она закрыла глаза, но свет не пропал.</p>
    <p>Мария.</p>
    <p>Та, чьё имя она носит, и…</p>
    <p id="id59788__msoanchor_15">И тут Мэри-учёный вышел на первый план. Конечно, она видит Марию. Если бы она была мексиканцем по имени Хесус<a l:href="#id20150414092305_124">[124]</a> — она бы, наверное, увидала самого Христа. Будь её имя Тереза, она наверняка бы увидела Мать Терезу. Кроме того, они с Понтером говорили о Деве Марии не далее чем вчера, так что…</p>
    <p>Но нет.</p>
    <p>Нет, это не то.</p>
    <p>Неважно, что говорит ей мозг.</p>
    <p>Её <emphasis>разум</emphasis> знает, что этот свет — что-то другое.</p>
    <p>Её <emphasis>душа</emphasis> это знает.</p>
    <p>Это Мария, мать Иисуса.</p>
    <p><emphasis>А почему нет?</emphasis> подумала Мэри Воган. Только потому, что она здесь, в университете, в лаборатории, внутри испытательной камеры?</p>
    <p>Мэри всегда скептически относилась к сообщениям о происходящих в наши дни чудесах, но если чудеса и правда происходят, то, наверное, Дева Мария может появиться где угодно?</p>
    <p>Ведь появилась же она в португальской Фатиме.</p>
    <p>И во французском Лурде.</p>
    <p>И в мексиканском Гуадалупе.</p>
    <p>И во вьетнамском Лаванге.</p>
    <p>Так почему не в Садбери, Онтарио?</p>
    <p>Почему не в капмусе Лаврентийского университета?</p>
    <p>И почему не для того, чтобы поговорить с ней?</p>
    <p>Нет. Нет, следует воззвать к скромности здесь, в присутствии Богородицы. К скромности, по её примеру.</p>
    <p>Но…</p>
    <p>Но всё же разве это настолько бессмысленно — что Дева Мария является к Мэри Воган? Мэри побывала в ином мире, мире, не знавшем Бога-Отца, мире, не видевшем Иисуса Сына Божьего, мире, которого не касался Святой Дух. Разумеется, Марии из Назарета любопытно взглянуть на того, кто это совершил!</p>
    <p>Чистое и простое присутствие сдвинулось влево от неё. Не прошло, а просто сдвинулось — паря, не касаясь земли.</p>
    <p>Нет. Нет, здесь нет никакой земли. Она находится в подвале здания. Здесь нет земли.</p>
    <p>Она в лаборатории!</p>
    <p>И транскраниальная магнитная стимуляция воздействует на её мозг.</p>
    <p>Мэри снова закрыла глаза, зажмурила их изо всех сил, но это ничего не изменило. Божественное присутствие никуда не пропало, она по-прежнему его чувствовала.</p>
    <p>Чудесное, чудесное присутствие…</p>
    <p>Мэри Воган открыла рот, чтобы заговорить со Святой Девой, и…</p>
    <p>И внезапно её не стало.</p>
    <p>Но Мэри ощущала подъём, какого не помнила со дня своего первого причастия после конфирмации, когда, в первый и единственный раз в своей жизни, она по-настоящему ощутила, как дух Христа входит в неё.</p>
    <p>— Ну как? — спросил женский голос.</p>
    <p>Мэри проигнорировала вопрос — грубое, незваное вторжение в её грёзы. Она хотела насладиться этим моментом, продлить его… хотя непередаваемое ощущение рассеивалось, словно сон, который ты пытаешься перевести в область сознательных воспоминаний, прежде чем он окончательно ускользнёт…</p>
    <p>— Мэре, — произнёс другой, более низкий голос, — тебе нехорошо?</p>
    <p>Она знала этот голос, голос, который она когда-то страстно желала услышать снова, но сейчас, в это самое мгновение, пока это мгновение длится, она хотела лишь тишины.</p>
    <p>Но мгновение быстро проходило. Через несколько секунд дверь в камеру распахнулась, и свет — яркий, слепящий, искусственный — проник в неё снаружи. Вошла Вероника Шеннон, за ней следовал Понтер. Женщина сняла шлем с головы Мэри.</p>
    <p>Понтер склонился к ней и своим коротким широким пальцем провёл Мэри по щеке. Потом убрал руку от щеки и показал Мэри — палец был мокрым.</p>
    <p>— Тебе нехорошо? — повторил он.</p>
    <p>Мэри только сейчас осознала, что у неё из глаз текут слёзы.</p>
    <p>— Мне хорошо, — сказала она. А потом, осознав, что «хорошо» даже и близко не описывает то, что она чувствует, добавила: — Лучше всех.</p>
    <p>— Ты плакала? — сказал Понтер. — Ты… ты что-то почувствовала?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Что это было? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри глубоко вдохнула и посмотрела на Веронику. Эта женщина ей уже успела понравиться, однако Мэри не хотелось делиться своими переживаниями с прагматиком и атеистом, которая, конечно же, спишет всё на результат подавления активности её теменной доли.</p>
    <p>— Я… — начала Мэри, сглотнула и начала снова: — Вероника, вы построили замечательный прибор.</p>
    <p>Вероника расплылась в улыбке.</p>
    <p>— Рада слышать. — Она повернулась к Понтеру. — Вы готовы попробовать?</p>
    <p>— Конечно, — ответил он. — Если я смогу получить представление о том, что чувствует Мэре…</p>
    <p>Вероника протянула шлем Понтеру и немедленно поняла, что имеется проблема. Шлем был рассчитан на нормальную голову Homo sapiens — с высоким лбом, уплощённую в направлении от лица к затылку, с незначительным надбровьем или вовсе без него, голову, содержащую, в общем случае, немного меньший по размеру мозг.</p>
    <p>— Похоже, вам он будет тесноват, — сказала Вероника.</p>
    <p>— Давайте попробуем, — ответил Понтер. — Он взял шлем, перевернул его и заглянул внутрь, словно оценивая его ёмкость.</p>
    <p>— Может быть, если ты будешь думать о чём-нибудь маленьком… — сказал Хак, компаньон Понтера, через внешний динамик. Понтер бросил на левое предплечье сердитый взгляд, но Мэри рассмеялась. Идея о том, что «от мыслей голова пухнет», похоже, родилась не только на этой Земле.</p>
    <p>Наконец, Понтер всё же решил попытаться. Он снова перевернул шлем, водрузил его себе на голову и начал тянуть его вниз, протискивая в него череп. Он действительно сидел очень плотно, но внутри была мягкая подкладка, так что последним усилием Понтер умял поролон достаточно, чтобы освободить место для затылочного бугра.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_16">Вероника стояла перед Понтером, осматривая его, словно клерк «LensCrafters»<a l:href="#id20150414092305_125">[125]</a>, подбирающий клиенту очки, потом немного поправила шлем.</p>
    <p>— Вот так хорошо, — сказала она, наконец. — Теперь повторю то, что уже говорила Мэри: это не больно, и если вы захотите прервать опыт, просто скажите об этом.</p>
    <p>Понтер кивнул, и тут же поморщился: задний край шлема врезался ему в затылок.</p>
    <p>Вероника повернулась к стойке с аппаратурой. Она понаблюдала за дисплеем осциллоскопа, потом что-то подправила на панели управления.</p>
    <p>— Какие-то помехи, — сказала она.</p>
    <p>Понтер на мгновение растерялся, потом сказал:</p>
    <p>— А, должно быть мои кохлеарные импланты. Через них компаньон может общаться со мной без звука, если есть необходимость.</p>
    <p>— Вы можете их отключить?</p>
    <p>— Да, — ответил Понтер. Он откинул крышку компаньона и что-то сделал с открывшимися под ними управляющими штырьками.</p>
    <p>Вероника кивнула.</p>
    <p>— То, что надо — помехи исчезли. — Она посмотрела на Понтера и ободряюще улыбнулась. — Ну, Понтер, садитесь.</p>
    <p>Мэри убралась с дороги, и Понтер уселся в кресло спиной к ней.</p>
    <p>Вероника вышла из испытательной камеры и жестом пригласила наружу Мэри. Камера закрывалась массивной металлической дверью, и Веронике пришлось налечь на неё всем телом, чтобы закрыть; Мэри заметила, что кто-то прикрепил к двери бумажку с надписью «Чулан Вероники». Закрыв дверь, Вероника прошла к своему компьютеру и принялась двигать мышкой и щёлкать клавишами. Мэри следила за ней с любопытством, и через некоторое время спросила:</p>
    <p>— Ну как? Он что-нибудь чувствует?</p>
    <p>Вероника слегка пожала своими узкими плечами.</p>
    <p>— Это невозможно узнать, если только он сам не скажет. — Она указала на подключённые к компьютеру колонки. — Его микрофон включён.</p>
    <p>Мэри посмотрела на закрытую дверь камеры. Часть её надеялась, что Понтер почувствует в точности то же, что и она. Даже если он отбросит это всё как иллюзию — а он без сомнения сделает именно это — по крайней мере, он будет способен понять, что происходит с теми многими, кто чувствовал присутствие чего-то сверхъестественного на протяжении всей истории Homo sapiens.</p>
    <p>Конечно, он может ощутить присутствие пришельца. Кстати, странно: они с Понтером говорили о стольких вещах, но вот вопрос о том, верит ли он в инопланетян, как-то ни разу не возникал. Может быть, Понтеру, как неандертальцу, идея о жизни на других планетах так же чужда, как идея бога. В конце концов, какие бы то ни было свидетельства существования внеземной жизни полностью отсутствуют, по крайней мере, в версии реальности, в которой живёт Мэри. Народ Понтера поэтому мог бы заявить, что вера в подобное — это ещё одно нелепое суеверие…</p>
    <p>Мэри продолжала смотреть на закрытую дверь. И всё же, наверное же религия — это нечто большее, чем просто проделки нейронов, микроэлектрический самообман. Наверняка ведь…</p>
    <p>— Ну, всё, — сказала Вероника. — Отключаю питание. — Она подошла к стальной двери и с усилием открыла её. — Можете выходить.</p>
    <p>Первым делом Понтер начал стягивать с себя тесный шлем. Он обхватил себя руками за голову и мощно потянул шлем вверх. Устройство соскочило с головы, и он протянул его Веронике, а потом начал массировать надбровье, словно пытаясь восстановить в нём нормальное кровообращение.</p>
    <p>— Ну и? — спросила Мэри, сгорая от любопытства.</p>
    <p>Понтер открыл крышку Хака и что-то переключил, по-видимому, снова активируя кохлеарные импланты.</p>
    <p>— Так как? — не отставала Мэри.</p>
    <p>Понтер покачал головой, и на какое-то мгновение у Мэри вспыхнула надежда, что это тоже была попытка восстановить кровообращение.</p>
    <p>— Ничего, — сказал он.</p>
    <p>Мэри сама удивилась, насколько огорчило её это единственное слово.</p>
    <p>— Ничего? — повторила Вероника, которая, наоборот, обрадовалась заявлению Понтера. — Вы уверены?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Никаких зрительных эффектов? — продолжала Вероника. — Никакого ощущения чьего-то присутствия? Чувства, что за вами наблюдают?</p>
    <p>— Вообще ничего. Только я, наедине со своими мыслями.</p>
    <p>— И о чём же ты думал? — спросила Мэри. В конце концов, возможно, Понтер просто не смог распознать момент религиозного откровения.</p>
    <p>— Я думал об обеде, — сказал Понтер, — думал, что мы сегодня будем есть. И о погоде, о том, на что похожа здешняя зима. — Он посмотрел на Мэри и, должно быть, разглядел разочарование на её лице. — О, и о тебе! — быстро добавил Понтер, по-видимому, чтобы подбодрить её. — Разумеется, я думал о тебе!</p>
    <p>Мэри невесело улыбнулась и отвела взгляд. Опыт с одним-единственным неандертальцем, понятное дело, ничего не доказывает. И всё же…</p>
    <p>И всё же то, что она, представительница Homo sapiens, имела первосортное, полномасштабное религиозное откровение, тогда как он, Homo neanderthalensis, просто думал о…</p>
    <p>Слово непрошенным всплыло в её памяти.</p>
    <p>Думал о том же, о чём думает каждый божий день.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 8</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>В пытливом духе, заставшем наших древних пращуров распространиться по всему Старому Свету…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Вероника Шеннон, сцепив руки за спиной, ходила взад-вперёд по своей лаборатории. Мэри сидела на одном из лабораторных кресел; для Понтера пространство между металлическими подлокотниками другого такого же кресла оказалось слишком узким, и он примостился на краешке на удивление опрятного рабочего стола Вероники.</p>
    <p>— Вы знаете что-нибудь из психологии, Понтер? — спросила Вероника.</p>
    <p>— Немного, — ответил Понтер. — Я занимался ею, когда изучал информатику в Академии. Это было — как вы это называете? — нечто, что я должен был изучать в комплекте с курсом искусственного интеллекта.</p>
    <p>— Смежный курс, — подсказала Мэри.</p>
    <p>— На самых первых занятиях курса психологии, — сказала Вероника, — нашим студентам рассказывают о Б. Ф. Скиннере.</p>
    <p>Мэри кивнула; у неё тоже было введение в психологию.</p>
    <p>— Бихевиоризм, верно?</p>
    <p>— Верно, — ответила Вероника. — Оперантное научение: подкрепление и наказание.</p>
    <p>— Это как дрессировка собак? — уточнил Понтер.</p>
    <p>— Примерно, — сказала Вероника, останавливаясь. — Мэри, теперь прошу вас: не говорите ни слова. Я хочу услышать, что Понтер скажет без подсказки с вашей стороны.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Хорошо, Понтер, — сказала Вероника. — Вы помните свой курс психологии?</p>
    <p>— Не особенно. Очень смутно.</p>
    <p>Рыжеволосая исследовательница заметно погрустнела.</p>
    <p>— Но я помню, — сказал Хак через внешний динамик своим синтезированным мужским голосом. — Или, точнее, в моей памяти имеется эквивалент учебника психологии. С его помощью я помогаю Понтеру выкрутиться, когда он попадает в дурацкое положение.</p>
    <p>Понтер виновато улыбнулся.</p>
    <p>— Отлично, — воскликнула Вероника. — Тогда вопрос: каков наилучший способ закрепления желаемой модели поведения? Той, которую вы хотите не искоренить, а взрастить.</p>
    <p>— Поощрение, — ответил Хак.</p>
    <p>— Поощрение, точно! Но какого рода поощрение?</p>
    <p>— Последовательное.</p>
    <p>Вероника выглядела так, словно только что произошло нечто неизмеримо важное.</p>
    <p>— Последовательное, — повторила она, словно это было ключом ко всему. — Вы уверены? Вы абсолютно уверены?</p>
    <p>— Да, — ответил Хак; в его голосе прозвучали отчётливые нотки растерянности.</p>
    <p>— Потому что у нас не так, — сказала Вероника. — У нас последовательное поощрение не является наилучшим способом внедрения модели поведения.</p>
    <p>Мэри задумалась. Она наверняка знала правильный ответ, но не могла выудить его из-под наслоений последующих лет. К счастью, Понтер сам задал вопрос, которого ждала Вероника.</p>
    <p>— И какой же способ считается наилучшим среди людей вашего вида?</p>
    <p>— <emphasis>Периодическое</emphasis> вознаграждение, — победно заявила Вероника.</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— Вы хотите сказать, когда за желаемое поведение то вознаграждают, то нет?</p>
    <p>— Именно! — сказала Вероника. — В точности так!</p>
    <p>— Но это бессмыслица, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Ага, — согласилась Вероника, широко улыбнувшись. — Это она из самых больших странностей психологии Homo sapiens. Но это истинная правда. Классический пример — азартные игры: если мы в игре постоянно выигрываем, нам становится скучно. Но если мы выигрываем время от времени, то может наступить игровая зависимость. Или вот как дети постоянно канючат у родителей: «Купи мне эту игрушку!», «Не хочу ложиться спать!» «Хочу в зоопарк!» Все родители терпеть не могут, когда их дети так делают, но те продолжают — не из-за того, что это всегда срабатывает, а из-за того, что это срабатывает <emphasis>иногда</emphasis>. Именно непредсказуемость исхода привлекает нас в игре.</p>
    <p>— Это безумие, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Не здесь, — ответила Вероника. — В силу определения: модель поведения большинства не может быть безумием.</p>
    <p>— Но… но ведь ясно же, что невозможность предсказать исход раздражает и нервирует.</p>
    <p>— Вас, — с обаятельной улыбкой согласилась Вероника. — Но не нас.</p>
    <p>Мэри, до этого момента заинтересованно следившая за дискуссией, вмешалась:</p>
    <p>— Вероника, вы ведь явно к чему-то клоните. К чему именно?</p>
    <p>— Всё, что мы делаем здесь, в Группе нейрологических исследований, подчинено одной цели: объяснению классических религиозных откровений. Однако существует огромное количество верующих, которые никогда в жизни не испытывали таких откровений, но, несмотря на это, всё равно веруют. Это большая дыра в нашей работе, отсутствующий элемент в подробном объяснении причин того, что Homo sapiens верят в Бога. Но вот он ответ — разве вы не видите? Именно психология поощрения — этот небольшой фрагмент программного обеспечения нашего мозга — делает нас восприимчивыми к вере в Бога. Если где-то и правда существует Бог, рационально мыслящие существа ожидали бы от него рационального, предсказуемого поведения. Но наш не таков. Иногда он будто бы оберегает некоторых людей, а в другой раз позволяет монахине упасть в открытую лифтовую шахту. В его действиях нет разумной системы, и поэтому мы говорим…</p>
    <p>Мэри кивнула и закончила мысль за неё:</p>
    <p>— Мы говорим «пути Господни неисповедимы».</p>
    <p>— Именно! — воскликнула Вероника. — Молитва не всегда удостаивается ответа, но люди всё равно молятся. Но народ Понтера устроен не так. — Она повернулась к неандертальцу. — Не правда ли?</p>
    <p>— Не так, — согласился Понтер. — Я и без Хака могу сказать, что мы ведём себя по-другому. Если исход невозможно предсказать, если закономерность не удаётся выявить, то мы отбрасываем такую модель поведения как бессмысленную.</p>
    <p>— А мы — нет, — подытожила Вероника, потирая руки. Мэри вспомнила это выражение лица, словно говорящее «Это обложка в «Science», не меньше» — такое же возникло на лице самой Мэри, когда ей удалось извлечь ДНК из хранящегося в Германии типового экземпляра неандертальца. Вероника пристально посмотрела на Понтера, потом на Мэри.</p>
    <p>— Даже если закономерности нет, мы способны убедить себя, что за всем этим существует какая-то логика. Вот почему мы не просто выдумываем истории про наших богов — мы на самом деле в них <emphasis>верим</emphasis>.</p>
    <p>Религиозная часть натуры Мэри оказалась задвинута в дальний угол, и учёный завладел ею безраздельно.</p>
    <p>— Вероника, вы уверены в этом? Потому что если это так, то…</p>
    <p>— О, я вполне уверена. Это классический эксперимент — я пришлю вам ссылку. В нём две группы людей играют на доске с клетками в игру, правила которой им не объяснили. Изначально они знают лишь, что за хорошие ходы очки начисляются, а за плохие — нет. Так вот, одной группе игроков очки начисляли за ход в чёрные клетки нижнего левого угла доски, и, разумеется, сделав некоторое число ходов, игроки догадывались, как нужно играть, чтобы всегда выигрывать. Но второй группе игроков очки начисляли <emphasis>случайно</emphasis>: начисление очков никак не было связано с ходом, который они сделали. Но эти игроки <emphasis>также</emphasis> выработали систему правил, в соответствии с которыми, по их мнению, велась игра, и были убеждены, что, следуя этим правилам, они повышают свои шансы на успех.</p>
    <p>— Правда? — удивился Понтер. — Я бы просто потерял к игре интерес.</p>
    <p>— Не сомневаюсь, — сказала Вероника, широко улыбнувшись. — Но мы находим такую игру увлекательной.</p>
    <p>— Или раздражающей, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Раздражающей, да! Что означает, что нас выводит из себя ситуация, когда в наблюдаемом явлении отсутствует какая-либо система. — Вероника посмотрела на Понтера. — Можно провести ещё один небольшой тест? Мэри, если не возражаете, я снова хочу вас попросить сохранять молчание. Понтер, вы понимаете, что я имею в виду, говоря о подбрасывании монетки?</p>
    <p id="id59788__msoanchor_17">Понтер ответил отрицательно, и Вероника продемонстрировала ему гагару<a l:href="#id20150414092305_126">[126]</a>, которую выудила из кармана лабораторного халата. Когда Понтер понял, что имеется в виду, рыжеволосая исследовательница продолжила:</p>
    <p>— Так вот, если я подкинула монетку двадцать раз, и все двадцать раз она упала решкой, то каковы шансы, что она упадёт решкой в двадцать первый раз?</p>
    <p>Понтер ответил, не задумываясь.</p>
    <p>— Один к одному.</p>
    <p>— Именно! Или, как мы обычно говорим, пятьдесят на пятьдесят. Равные шансы.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Так вот, Мэри, я уверена, что вы знаете, что Понтер абсолютно прав: не имеет значения, сколько раз подряд выпадала решка перед очередным подбрасыванием, если исходить из предположения, что монета внутренне однородна. Вероятность того, что в очередном подбрасывании выпадет решка, всегда пятьдесят на пятьдесят. Но когда я задаю этот вопрос первокурсникам на факультете психологии, большинство из них думает, что шансы на новое выпадение решки астрономически малы. На каком-то базовом уровне наш мозг склонен приписывать мотивацию случайным событиям. Вот почему даже те, кто никогда не испытывал ничего, подобного тому, что вы, Мэри, только что испытали, видят руку Божью в том, что на самом деле попросту случайно.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 9</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>В пытливом духе, который вёл нас за тысячи километров через Берингию, соединившую Сибирь с Аляской во времена ледникового периода…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Прежде чем отправляться к порталу, Мэри решила по-быстрому забежать в университетский книжный магазин. Она не взяла с собой из дому никаких книг — просто забыла, а в неандертальской вселенной ей, разумеется, не удастся найти чего-нибудь почитать.</p>
    <p>К тому же, честно говоря, Мэри требовалось несколько минут наедине с собой, чтобы переварить произшедшее в лаборатории Вероники Шеннон. Так что она извинилась, оставила Понтера с Вероникой, и теперь торопилась по «боулинговой аллее» — узкому длинному переходу со стеклянными стенами между Главным и Учебным корпусами. Ей навстречу шла привлекательная чернокожая женщина. Сама Мэри никогда не отличалась особенно хорошей памятью на лица, но, судя по выражению лица идущей навстречу женщины, та её явно узнала, но мгновение спустя её лицо снова приняло безразличное выражение.</p>
    <p>Мэри уже более-менее привыкла к такому. С начала августа её несколько раз показывали по телевизору — после того, как она подтвердила, что обнаруженный в Нейтринной обсерватории Садбери едва не утонувший человек — неандерталец. Так что она продолжила идти вперёд, пока её не стукнуло…</p>
    <p>— Кейша! — воскликнула Мэри, оборачиваясь — чернокожая женщина уже успела миновать её.</p>
    <p>Кейша тоже обернулась и улыбнулась ей.</p>
    <p>— Здравствуйте, Мэри, — сказала она.</p>
    <p>— Я едва не прошла мимо, — сказала Мэри.</p>
    <p>Лицо Кейши стало немного виноватым.</p>
    <p>— Я-то вас сразу узнала. — Она понизила голос. — Но мы не должны подавать виду, что знаем тех, с кем познакомились в Центре, если только они сами нас не узнают. Это часть политики по охране анонимности.</p>
    <p>Мэри кивнула. Под «Центром» имелся в виду центр помощи жертвам изнасилований Лаврентийского университета, куда Мэри приходила за консультацией после того, что случилось в кампусе Йоркского.</p>
    <p>— Как у вас дела, Мэри? — спросила Кейша.</p>
    <p>Они остановились неподалёку от киоска «Тим Хортонс» с пончиками и кофе.</p>
    <p>— У вас найдётся минутка? — спросила Мэри. — Угощу вас кофе.</p>
    <p>Кейша взглянула на часы.</p>
    <p>— Да, конечно. Или… или, может быть, лучше подняться наверх? Ну, вы знаете — в Центр?</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Нет. Нет, в этом нет необходимости. — Тем не менее она молчала, обдумывая вопрос Кейши, пока они шли десяток метров, отделяющий их от «Хортонса». А, собственно, <emphasis>как</emphasis> у неё дела?</p>
    <p>«Тим Хортонс» была единственной сетью, где Мэри иногда удавалось разжиться любимым напитком — кофе с шоколадным молоком, поскольку у них часто одновременно случались открытые упаковки шоколада и обычного молока. Она объяснила, что ей нужно, и ей сделали, как надо. Кейша заказала яблочный сок, и Мэри расплатилась за них обеих. Они сели за один из двух крошечных столиков у стеклянной стены перехода: обычно здесь покупали кофе и тут же бежали дальше, не рассиживаясь.</p>
    <p>— Я хотела вас поблагодарить, — сказала Мэри. — Вы тогда были так добры ко мне…</p>
    <p>Ноздря у Кейши была проколота крошечным гвоздиком с блестящам камешком. Она чуть склонила голову, и камешек сверкнул, поймав солнечный луч.</p>
    <p>— Для этого мы и существуем.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Вы спросили как у меня дела, — продолжила она. — В моей жизни снова появился мужчина.</p>
    <p>Кейша улыбнулась.</p>
    <p>— Понтер Боддет, — сказала она. — Я читала про вас в «Пипл».</p>
    <p>Сердце Мэри подпрыгнуло.</p>
    <p>— В «Пипл» была статья про нас?</p>
    <p>Кейша кивнула.</p>
    <p>— На прошлой неделе. Удачное фото вас с Понтером в ООН.</p>
    <p><emphasis>Какой ужас,</emphasis> подумала Мэри.</p>
    <p>— Понтер мне очень помог.</p>
    <p>— Он планирует принять то предложение позировать для «Плейгёрл»?</p>
    <p>Мэри улыбнулась. Она почти забыла про это; предложение поступило во время первого визита Понтера, когда они находились на карантине. Часть Мэри была бы рада похвастаться сложением своего мужчины перед теми красотками, от которых она натерпелась в школе — футболисты, с которыми они встречались, рядом с Понтером смотрелись бы жалкими доходягами. Другой же её части щекотала самолюбие мысль, что Кольм уж точно не устоит перед тем, чтобы полистать журнал и узнать, что же у этого неандертальца есть такого, чего нет у него…</p>
    <p>— Не знаю, — ответила Мэри. — Когда Понтер узнал об этом приглашении, он рассмеялся и больше о нём не упоминал.</p>
    <p>— Ну, если он когда-нибудь соберётся, — с улыбкой сказала Кейша, — я бы хотела экземплярчик с автографом.</p>
    <p>— Без проблем, — сказала Мэри. И вдруг осознала, что и правда так думает. Она никогда не забудет о своём изнасиловании — как, наверное, и Кейша не смогла забыть о своём — но сам факт, что она способна шутить о мужчине, позирующем голым для развлечения женщин означало, что они проделали большой путь.</p>
    <p>— Вы спросили, как у меня дела, — снова сказала Мэри и помолчала. — Лучше, — с улыбкой сказала она, протянула руку и положила ладонь на руку Кейши. — Лучше с каждым днём.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Допив кофе и попрощавшись с Кейшей, Мэри поспешила в книжную лавку, купила там четыре книжки в мягкой обложке и быстро вернулась в комнату C002B, чтобы забрать оттуда Понтера. Через главный холл они вышли на стоянку. Был прохладный осенний день, и здесь, в четырёхстах километрах к северу от Торонто, почти все листья уже опали.</p>
    <p>— <emphasis>Дран!</emphasis> — воскликнул Понтер. — «<emphasis>Изумление!</emphasis>» — перевёл Хак через внешний динамик.</p>
    <p>— Что? — переспросила Мэри.</p>
    <p>— Что <emphasis>это</emphasis> такое? — спросил Понтер, указывая рукой.</p>
    <p>Мэри взглянула в ту сторону, пытаясь сообразить, что могло привлечь его внимание, а потом рассмеялась.</p>
    <p>— Это собака, — сказала она.</p>
    <p>— Моя Пабо — собака! — заявил Понтер. — И здесь я тоже уже встречал собакоподобных существ. Но это! Такого я в жизни никогда не видел. — Собака и её владелица приближались к ним. Понтер склонился, уперев руки в колени, чтобы поближе рассмотреть маленькое животное, которое вела на поводке привлекательная молодая женщина. — Она похожа на колбасу! — объявил он.</p>
    <p>— Это такса, — немного обиженно объяснила женщина; она совершенно не растерялась при виде знаменитости, которую не могла не узнать.</p>
    <p>— Это… — начал Понтер. — Простите, пожалуйста, это какая-то родовая травма?</p>
    <p>Судя по голосу, женщина уже была на взводе.</p>
    <p>— Нет, он такой и должен быть.</p>
    <p>— Но ноги! Уши! Туловище! — Понтер выпрямился и покачал головой. — Собака — это охотник, — заявил он с таким видом, словно животное перед ним было насмешкой над всеми правилами приличия.</p>
    <p>— Таксы — охотничьи собаки, — резко ответила женщина. — Их разводили в Германии, чтобы охотиться на барсуков. По-немецки порода называется <emphasis>дахсхунд</emphasis>: «дахс» — это по-немецки «барсук». Видите? Их форма позволяет им преследовать барсука в норе.</p>
    <p>— О, — сказал Понтер. — Э-э… простите меня, пожалуйста.</p>
    <p>Женщина немного смягчилась.</p>
    <p>— Вот <emphasis>пудели</emphasis>, — сказала она с презрительным фырканьем, — это действительно не пойми что.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>По прошествии некоторого времени Корнелиус Раскин уже не мог отрицать, что чувствует себя как-то иначе — и что это началось значительно быстрее, чем он считал возможным. Сидя в своём пентхаузе в трущобах, он скармливал Гуглу запрос за запросом; его результаты улучшились после того, как он узнал, что в медицине кастрация называется орхиэктомией, и когда он начал целенаправленно исключать из выборки слова «собака», «кот» и «лошадь».</p>
    <p>Он быстро обнаружил на веб-сайте Плимутского университета схему, озаглавленную «Влияние кастрации и замещения тестостерона на сексуальное поведение самцов», на которой показывалось быстрое ослабление такого поведения у кастрированных морских свинок…</p>
    <p>Но Корнелиус — человек, а не животное! Наверняка ведь то, что верно для грызунов, неверно для…</p>
    <p>Прокрутив страницу, он обнаружил на ней работу исследователей Хейма и Харша, из которой следовало, что 50 % кастрированных насильников «прекращают демонстрировать сексуальное поведение вскоре после кастрации — схожий эффект обнаружен у крыс».</p>
    <p>Конечно, когда он сам был студентом, феминистки в один голос утверждали, что изнасилование — это насильственное, а не сексуальное преступление. Но нет. Корнелиус, имея в этом деле совсем не праздный интерес, прочитал книгу Торнхилла и Палмера «Естественная история изнасилования: биологические основы сексуального принуждения», когда она вышла из печати в 2000. Базируясь на эволюционной психологии, книга обосновывала идею о том, что изнасилование — это на самом деле репродуктивная стратегия — сексуальная стратегия — для…</p>
    <p>Корнелиус терпеть не мог думать о себе в таких терминах, но знал, что такова правда: для самцов, не обладающих достаточной силой и статусом, чтобы размножаться обычным способом. То, что он этого статуса был несправедливо лишён, ничего не меняло; факты были таковы, что статуса у него не было, и получить он его не мог — по крайней мере, в академических кругах.</p>
    <p>Он по-прежнему ненавидел ту политику, благодаря которой его держали в чёрном теле. Эксперт по древней ДНК из него был не хуже, чем из Воган — он работал в Оксфорде, чёрт подери, в Центре изучения древних биомолекул!</p>
    <p>Это было несправедливо, от начала до конца — как дебильные «компенсации за рабство», когда людей, которые сами не сделали ничего плохого, просят отслюнить немалые деньги людям, чьи давно умершие <emphasis>предки</emphasis> безвинно пострадали. Почему Сорнелиус должен страдать из-за половой дискриминации при приёме на работу, практиковавшейся поколения назад?</p>
    <p>Он ненавидел всё это долгие годы.</p>
    <p>Но сейчас…</p>
    <p>Сейчас…</p>
    <p>Сейчас же он просто злился; и впервые за всё время, что он мог вспомнить, он, кажется, держит свой гнев под контролем.</p>
    <p>Нет сомнений в том, <emphasis>почему</emphasis> ярость теперь гораздо меньше душит его. Хотя так ли это? В конце концов, прошло не так уж и много времени с тех пор, как Понтер отстриг ему яйца. Мог ли Корнелиус почувствовать эффект так скоро?</p>
    <p>Ответ, очевидно, был утвердительным. Продолжив шарить по сети, он наткнулся на статью в газете «Нью Таймс» из Сан-Луис-Обиспо с интервью Брюса Клотфелтера, который двадцать лет провёл за решёткой за растление малолетних, прежде чем подвергнуться химической кастрации. «Это просто чудо, — сказал Клотфелтер. — На следующее утро я осознал, что проспал ночь без этих ужасных сексуальных сновидений, что мучили меня многие годы».</p>
    <p><emphasis>На следующее утро…</emphasis></p>
    <p>Господи, какой же у тестостерона период полураспада? Несколько нажатий клавиш, щелчков мышкой, и вот он ответ: «Период полураспада свободного тестостерона в крови составляет всего несколько минут», сообщил один сайт; другой говорил о примерно десяти минутах.</p>
    <p>Дальнейшие изыскания привели его на Геосити, на страницу человека, родившегося мужчиной и подвергшегося кастрации без гормональной терапии до или после операции. Он сообщал следующее:</p>
    <cite>
     <p>«Четыре дня после кастрации… похоже, что ожидание зелёного света на светофоре и другие мелкие неприятности уже не так сильно раздражают меня…</p>
     <p>Через шесть дней после кастрации я вышел на работу. День выдался чрезвычайно напряжённый… но я сохранял спокойствие до самого его окончания. Я уверен, что это следствие кастрации, и без тестостерона определённо чувствую себя лучше.</p>
     <p>Через десять дней после кастрации я чувствую себя пёрышком, летящим по ветру. Мне становится всё лучше и лучше. Спокойствие стало для меня самым сильным эффектом кастрации, за ним следует снижение либидо.»</p>
    </cite>
    <p>Немедленный эффект.</p>
    <p>Ощутимый эффект в течение суток.</p>
    <p>Эффект, заметный через несколько дней.</p>
    <p>Корнелиус знал — <emphasis>знал!</emphasis> — что мысль о том, что Понтер с ним сделал, должна приводить его в ярость.</p>
    <p>Но ему было всё труднее испытывать ярость по какому бы то ни было поводу.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 10</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>В пытливом духе, что заставил других наших предков храбро вести свои лодки за горизонт, открывая новые земли в Австралии и Полинезии…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Открыть новый межмировой портал в штаб-квартире Объединённых Наций хотели по одной весьма веской причине. Существующий портал находился в 1,2 километра по горизонтали от ближайшей точки глексенского подъёмника, и в трёх километрах от ближайшего лифта на барастовской стороне.</p>
    <p>На то, чтобы перебраться с поверхности этого мира на поверхность того, у Мэри и Понтера ушло около двух часов. Сначала они надели каски и бахилы и спустились на шахтном подъёмнике в шахту «Крейгтон». На касках имелись встроенные фонарики и опускающиеся звуконепроницаемые протекторы для ушей.</p>
    <p>Мэри взяла с собой два чемодана, и Понтер сейчас нёс их без видимых усилий, по одному в руке.</p>
    <p>Большую часть пути они проделали в обществе пятерых горняков, которые вышли на уровне непосредственно над тем, на который спускались Понтер и Мэри. Мэри этому даже обрадовалась — ей всегда было не по себе в этом подъёмнике. Он напоминал ей о том, как они с Понтером спускались на нём в первый раз, и она, чувствуя себя ужасно неловко, пыталась объяснить ему, почему она тогда не смогла ответить на его ухаживания, несмотря на свой очевидный интерес к нему.</p>
    <p>Они вышли на уровне 6800 футов и начали долгий пеший переход к расположению нейтринной обсерватории. Мэри никогда особо не любила физические упражнения, но Понтеру сейчас приходилось даже хуже, чем ей, поскольку температура так глубоко под землёй постоянно держалась на уровне 41 градуса Цельсия — невыносимом для неандертальца.</p>
    <p>— Как же я буду рад снова попасть домой, — говорил Понтер. — Снова на воздух, которым я могу дышать!</p>
    <p>Мэри понимала, что он имеет в виду не враждебную атмосферу глубинной шахты. Понтер говорит о воздухе мира, где не жгут ископаемое топливо, запах которого терзает его массивный нос практически в любом месте этой Земли, хотя он и утверждал, что в сельской местности, к примеру, у Рубена дома, его, в принципе, можно терпеть.</p>
    <p>Мэри вспомнила песенку из телевизионного шоу, которое любила смотреть, когда была ребёнком:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v><emphasis>Дышать!</emphasis></v>
      <v>Кутить!</v>
      <v><emphasis>Кто главный тут?!</emphasis></v>
      <v id="id59788__msoanchor_18">Прощай, городской уют!<a l:href="#id20150414092305_127">[127]</a></v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Она надеялась, что приживётся в мире Понтера лучше, чем Лиза Дуглас в Хутервилле. Но она ведь не просто покидает мир, населённый шестью миллиардами душ и поселяется в мире, где живёт лишь сто восемьдесят пять миллионов… миллионов <emphasis>людей</emphasis>; она не может говорить про барастов «столько-то душ», потому что они не считают, что обладают таковыми.</p>
    <p>В день, когда они уезжали из Рочестера, у Понтера было интервью на радио; на неандертальцев, где бы они ни оказались, всегда был высокий спрос в качестве гостей различных шоу. Мэри с интересом слушала, как Боб Смит с «WXXI», местного отделения «Пи-би-эс», расспрашивал Понтера о неандертальских верованиях. Смит уделил немало времени неандертальской практике стерилизации преступников. И теперь, когда они брели по длинному грязному туннелю, эта тема вдруг всплыла в её памяти.</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри в ответ на вопрос Понтера, — ты держался отлично, но…</p>
    <p>— Но что?</p>
    <p>— Ну, те вещи, которые ты говорил — про стерилизацию людей. Я…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Прости, Понтер, но я не могу этого принять.</p>
    <p>Понтер посмотрел на неё. На нём была особая оранжевая каска, одна из тех, что руководство шахты заказало специально под форму неандертальской головы.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Это… это бесчеловечно. Да, я думаю, именно это слово здесь к месту. Человеческие существа просто не должны творить такое.</p>
    <p>Понтер некоторое время молчал, глядя на пустые стены штрека, покрытые металлической сеткой для предотвращения обвалов.</p>
    <p>— Я знаю, что на этой версии Земли многие не верят в эволюцию, — сказал он, наконец, — но те, кто верит, должны понимать, что процесс эволюции человека — как вы это называете? — забуксовал. Поскольку медицинские технологии дают возможность дожить до репродуктивного возраста практически каждому, перестаёт действовать… я не знаю, как это у вас называется.</p>
    <p>— «Естественный отбор», — сказала Мэри. — Конечно, я понимаю это; без селективного выживания генов эволюция невозможна.</p>
    <p>— Именно, — сказал Понтер. — А ведь именно эволюция сделала нас теми, кто мы есть, превратила четыре изначальные, базовые формы жизни в то разнообразие сложных организмов, что мы наблюдаем сегодня.</p>
    <p>Мэри пристально посмотрела на Понтера.</p>
    <p>— <emphasis>Четыре</emphasis> изначальные формы жизни?</p>
    <p>Понтер моргнул.</p>
    <p>— Ну да.</p>
    <p>— Какие именно? — спросила Мэри, подумав, что, возможно, она наткнулась-таки на признаки лежащего в основе мировоззрения Понтера креационизма: может быть, эти четверо — неандер-Адам, неандер-Ева, партнёр неандер-Адама и партнёрша неандер-Евы?</p>
    <p>— Первые растения, животные, грибы и — я не знаю, как по-вашему — группа, включающая некоторые виды плесени и водорослей.</p>
    <p>— Протисты или протоктисты — смотря кого спрашивать.</p>
    <p>— Так вот, каждая из них возникла из первичного добиологического материала независимо.</p>
    <p>— Вы нашли доказательства этого? — спросила Мэри. — Мы-то считаем, что жизнь в нашем мире возникла лишь однажды, где-то четыре миллиарда лет назад.</p>
    <p>— Но эти четыре типа жизни растолько различны… — сказал Понтер, но потом пожал плечами. — Впрочем, это ты — генетик, а не я. Цель нашего путешествия как раз и состоит в том, чтобы встретиться с нашими специалистами в этих вопросах, так что не забудь спросить кого-нибудь из них и об этом тоже. Один из вас — не знаю, кто именно — похоже, узнает от другого много нового.</p>
    <p>Мэри не переставала удивляться тому, как неандертальская наука и наука её Земли умудряются не совпадать в таком количестве фундаментальных вещей. Но она не хотела уклоняться от более важной в данный момент проблемы, которая…</p>
    <p><emphasis>Более важной проблемы.</emphasis> Интересно, подумала Мэри, что моральную дилемму она считает более важной, чем базовый научный факт.</p>
    <p>— Мы говорили о прекращении эволюции. Ты сказал, что твой вид продолжает эволюционировать, поскольку сознательно выпалывает плохие гены.</p>
    <p>— «Выпалывает»? — недоумённо повторил Понтер. — А-а, сельскохозяйственная метафора. Да, ты права. Мы продолжаем улучшать наш генофонд, избавляясь от нежелательных признаков.</p>
    <p>Под ногой Мэри хлюпнула лужа грязной воды.</p>
    <p>— Я <emphasis>могла бы</emphasis> в это поверить — но вы стерилизуете не только преступников, а также их ближайших родственников.</p>
    <p>— Конечно. Иначе нежелательные гены сохранятся.</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— И вот этого я не могу вынести. — Хак пискнул. — Вынести, — повторила Мэри. — Стерпеть. Примириться.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Потому что… потому что это <emphasis>неправильно</emphasis>. У личности есть права.</p>
    <p>— Разумеется, есть, — сказал Понтер, — но и у вида тоже. Мы защищаем и улучшаем барастов как вид.</p>
    <p>Мэри внутренне содрогнулась. И, похоже, не только внутренне, потому что Понтер сказал:</p>
    <p>— Ты негативно отреагировала на то, что я только что сказал.</p>
    <p>— Ну, — сказал Мэри, — просто в нашем прошлом многие слишком часто заявляли, что занимаются тем же самым. В 1940-х Адольф Гитлер пытался вычистить из нашего генофонда евреев.</p>
    <p>Понтер слегка склонил голову, должно быть, слушая, как Хак напоминает ему через кохлеарные импланты о том, кто такие евреи. Мэри представила, как миниатюрный компьютер говорит: «Ты помнишь — те, что оказались не такими легковерными и не поверили в историю об Иисусе».</p>
    <p>— Почему он захотел это сделать? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Потому что ненавидел евреев, только и всего, — ответила Мэри. — Разве ты не видишь? Давать кому-то власть решать, кому жить, а кому умереть, или кто может продолжить род, а кто нет — это играть в Бога.</p>
    <p>— «Играть в Бога», — повторил Понтер, словно выражение показалась ему замечательно оригинальным. — Очевидно, такое понятие не могло прийти нам в голову.</p>
    <p>— Но возможности для коррупции, для несправедливости…</p>
    <p>Понтер развёл руками.</p>
    <p>— Но ведь вы убиваете некоторых преступников.</p>
    <p>— Мы — нет, — ответила Мэри. — В смысле, не в Канаде. В Америке — да, в некоторых штатах.</p>
    <p>— Да, я слышал, — сказал Понтер. — Более того, я слышал, что в этом есть расовый подтекст. — Она посмотрел на Мэри. — Знаешь, ваши расы безмерно меня интригуют. Мой народ приспособлен к северным широтам, так что мы все живём примерно на одной широте, но на разной долготе — я так думаю, именно поэтому мы все более-менее одинаковые. Я правильно полагаю, что тёмный цвет кожи связан с адаптацией к жизни вблизи экватора?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— А те… как вы их называете? Эти штуки над глазами, как у Пола Кириямы?</p>
    <p>Мэри понадобилось несколько мгновений, чтобы вспомнить, кто такой Пол Кирияма — аспирант, который вместе с Луизой Бенуа спасал Понтера, когда тот тонул в ёмкости с тяжёлой водой в Нейтринной обсерватории Садбери. Ещё пара секунд ушла на то, чтобы вспомнить название того, о чём спрашивает Понтер.</p>
    <p>— Кожная складка, которая закрывает часть глаза у азиатов? Эпикантус.</p>
    <p>— Точно. Эпикантус. Полагаю, что она защищает глаза от прямых лучей, но у моего народа есть надбровный валик, выполняющий ту же функцию, так что у нас подобный признак не мог развиться.</p>
    <p>Мэри медленно кивнула, больше себе, чем Понтеру.</p>
    <p>— Знаешь ли, в интернете и в газетах гуляет множество слухов по поводу того, что могло случиться с другими вашими расами. Люди полагают, что… в общем, что с вашей практикой чистки генетического пула вы попросту вычистили другие расы.</p>
    <p>— У нас никогда не было других рас. Хотя учёные и посещают местности, которые вы называете Африкой и Центральной Америкой, постоянно там никто не живёт. — Он поднял руку. — А в отсутствие рас у нас, очевидно, не могло быть расовой дискриминации. В отличие от вас: у вас расовые признаки коррелируют с вероятностью быть казнённым за серьёзное преступление, не так ли?</p>
    <p>— Чёрных приговаривают к смерти чаще, чем белых, это правда. — Мэри не стала добавлять «особенно если жертвой был белый».</p>
    <p>— Вероятно, из-за того, что у нас никогда не было подобного разделения, идея стерилизации целого сегмента человечества по произвольному признаку никогда не приходила нам в голову.</p>
    <p>Им навстречу шли двое шахтёров. Они откровенно пялились на Понтера, хотя женщины здесь, должно быть, тоже были нечастыми гостями. Когда они прошли мимо, Мэри продолжила:</p>
    <p>— Но даже в отсутствие видимых расовых различий должно существовать желание отдать преимущество своим родственниками перед теми, кто тебе не родня. Это родственный отбор, и он широко распространён в животном мире. Не могу представить себе, чтобы неандертальцы составляли исключение.</p>
    <p>— Исключение? Вряд ли. Однако вспомни, что наши семейные отношения более… скажем так, более замысловатые, чем у вас и, если на то пошло, у большинства животных. Мы являемся звеньями бесконечной цепи партнёров и партнёрш, а поскольку в нашей системе Двое становятся Одним лишь на время, то у нас нет трудностей с установлением отцовства, которые так беспокоят ваш вид. — Он замолчал, затем улыбнулся. — Кстати, о ценах на чай в Китае: у нас вашу практику казни или лишения свободы на десятки лет считают более жестокой, чем наши стерилизация и судебный надзор.</p>
    <p>Мэри понадобилось какое-то время, чтобы вспомнить, что такое «судебный надзор»: постоянный просмотр передач импланта-компаньона, так что всё, что поднадзорный говорит и делает, немедленно становится известным.</p>
    <p>— Не знаю, — сказала Мэри. — Как я уже говорила, я практикую контрацепцию, которую моя религия напрямую запрещает, так что нельзя сказать, что я против любых способов предотвращения зачатия. Но… но не позволять невиновным людям размножаться — это неправильно.</p>
    <p>— Ты готова принять стерилизацию самого преступника, но не его детей, братьев, сестёр или родителей в качестве альтернативы казни либо лишению свободы?</p>
    <p>— Наверное. Я не знаю. При определённых обстоятельствах, возможно. Если приговорённый сам этого хочет.</p>
    <p>Золотистые глаза Понтера удивлённо расширились.</p>
    <p>— Ты готова позволить изобличённому лицу самому выбирать себе наказание?</p>
    <p>Мэри почувствовала, как ёкнуло сердце. Было ли это канцелярское «лицо» попыткой Хака передать гендерно-нейтральное местоимение, существующее в языке барастов, но не в английском, или Понтер таким образом дегуманизирует преступника?</p>
    <p>— Да, в ряде обстоятельств я бы дала преступнику возможность выбора из нескольких возможных видов наказания, — сказала она, вспоминая о том, как отец Калдикотт позволил ей самой выбрать себе епитимью, когда она исповедовалась в последний раз.</p>
    <p>— Но ведь очевидно, — сказал Понтер, — что в некоторых случаях уместно лишь одно наказание. Например, за…</p>
    <p>Понтер вдруг замолчал.</p>
    <p>— Что? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Нет, ничего.</p>
    <p>Мэри нахмурилась.</p>
    <p>— Ты имел в виду изнасилование.</p>
    <p>Понтер долго молчал, уперев взгляд в грязный каменный пол, по которому они шагали. Мэри подумала было, что обидела его предположением, что он настолько бестактен, что завёл разговор на такую чувствительную тему, но когда он, наконец, заговорил, его слова стали для неё полнейшей неожиданностью.</p>
    <p>— На самом деле, — сказал он, — я имел в виду не изнасилование вообще. — Он посмотрел на неё, потом снова уставился в пол; фонарик на каске осветил мешанину отпечатавшихся в гряди следов. — Я имел в виду <emphasis>твоё</emphasis> изнасилование.</p>
    <p>Сердце Мери встревожено затрепетало.</p>
    <p>— Что ты имеешь в виду?</p>
    <p>— Я… у нас, среди моего народа, не принято таить от партнёров секретов, и всё-таки…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Он повернулся и посмотрел вдоль тоннеля назад, словно желая убедиться, что рядом никого нет.</p>
    <p>— Есть нечто, о чём я тебе не рассказал — о чём я не рассказал никому, кроме…</p>
    <p>— Кроме кого? Адекора?</p>
    <p>Но Понтер покачал головой.</p>
    <p>— Нет. Нет, он тоже об этом не знает. Единственный, кто знает — мой соплеменник по имени Журард Селган.</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Я не помню, чтобы ты упоминал это имя раньше.</p>
    <p>— Я не упоминал, — сказал Понтер. — Он… он скульптор личности.</p>
    <p>— Кто? — переспросила Мэри.</p>
    <p>— Э-э… он работает с теми, кто хочет изменить свой… состояние своих мыслей.</p>
    <p>— Ты хочешь сказать, психиатр?</p>
    <p>Понтер наклонил голову, прислушиваясь к тому, что говорил Хак через кохлеарные импланты. Компаньон наверняка проделывал этимологический разбор предложенного Мэри термина; кстати говоря, «психе» — это ближайшая аппроксимация «души», доступная неандертальцам.</p>
    <p>— Да, похожий специалист.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как деревенеет спина, но не замедлила шага.</p>
    <p>— Ты ходишь к психиатру? Из-за моего изнасилования? — Она думала, он всё понял, чёрт его дери. Да, самцы Homo sapiens известны тем, что после изнасилования начинают смотреть на супругу другими глазами, задумываясь, а не было ли в случившемся доли вины женщины, не желала ли она этого втайне…</p>
    <p>Но Понтер…</p>
    <p>Она считала, что Понтер способен понять!</p>
    <p>Некоторое время они шагали в молчании, освещая путь фонариками на каске.</p>
    <p>Если задуматься, то Понтер и правда стремился узнать все подробности об изнасиловании Мэри. В полицейском участке Понтер схватил запечатанный пакет с уликами по изнасилованию Кейсер Ремтуллы, разорвал его и обнюхал, что позволило ему идентифицировать насильника как одно из коллег Мэри, Корнелиуса Раскина.</p>
    <p>Мэри взглянула на Понтера, на его массивный силуэт на фоне скальной стены.</p>
    <p>— Я не виновата, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Что? — переспросил Понтер. — Да, я знаю.</p>
    <p>— Я этого не хотела. Я не просила об этом.</p>
    <p>— Да, да, я понимаю.</p>
    <p>— Тогда зачем ты ходишь к… к этому «скульптору личности»?</p>
    <p>— Я больше к нему не хожу. Просто…</p>
    <p>Понтер замолчал, и Мэри снова посмотрела на него. Он склонил голову вбок, слушая Хака, и через мгновение едва заметно кивнул — сигнал предназначался компаньону, а не ей.</p>
    <p>— Просто <emphasis>что</emphasis>? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Ничего, — ответил Понтер. — Прости, что вообще заговорил об этом.</p>
    <p><emphasis>И ты меня прости</emphasis>, подумала Мэри. Они продолжали шагать сквозь тьму.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 11</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>В пытливом духе, который тысячу лет назад привёл викингов в Северную Америку, и который пятьсот лет назад гнал «Пинту», «Нинью» и «Санта-Марию» через Атлантику…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Добравшись до расположения Нейтринной обсерватории Садбери, Понтер и Мэри прошли через опутанные трубопроводами и заставленные огромные ёмкостями помещения к пультовой. В ней было пусто: прибыв на эту Землю в первый раз, Понтер разрушил ёмкость с тяжёлой водой — основную деталь нейтринного детектора, а работы по ей восстановление были прерваны повторным открытием портала и установлением контакта.</p>
    <p>Они вошли в помещение над детекторной камерой, и через люк в полу — эта часть маршрута была для Мэри самой неприятной — спустились по длинной лестнице на платформу, установленную в шести метрах над дном камеры. Платформа находилась вровень с краем деркеровой трубы — устойчивой к сминанию решётчатой конструкции, вдвинутой в портал с той стороны.</p>
    <p>Мэри остановилась на краю деркеровой трубы и заглянула в неё. Внутри труба была вдвое длиннее, чем снаружи, и на другой стороне она могла разглядеть жёлтые стены вычислительной камеры, находящейся уже на той, другой версии Земли.</p>
    <p>Они предъявили паспорта находящимся здесь канадским военным — Понтер получил такой, когда неандертальским эмиссарам было присвоено канадское гражданство.</p>
    <p>— После вас, — сказал Понтер Мэри — деталь этикета, которую он подхватил уже здесь. Мэри сделала глубокий вдох и вошла в трубу, которая теперь, когда она оказалась внутри неё, была шестнадцати метров в длину и шести в диаметре. Проходя через середину её длины, Мэри увидела сквозь прозрачный материал трубы кольцо мерцающего синего света. Она также видела тени, отбрасываемые пересекающимися металлическими сегментами, которые не давали трубе схлопнуться. Снова глубоко вдохнув, Мэри быстро прошла сквозь плоскость разрыва, обозначенную синим свечением, ощутив, как по телу от груди к спине пробежала волна статического электричества.</p>
    <p>И вот она уже <emphasis>там</emphasis> — в неандертальском мире.</p>
    <p>Не выходя из трубы, Мэри повернулась назад, к идущему следом Понтеру. Она видела, как светлые волосы Понтера разлохматились при проходе через плоскость разрыва; как у большинства неандертальцев, в естественном состоянии его волосы разделялись пробором точно посередине его длинного черепа.</p>
    <p>Убедившись, что он прошёл, Мэри повернулась и продолжила путь к неандертальскому краю трубы.</p>
    <p>И вот они здесь, в мире, отпочковавшемся от мира Мэри 40000 лет назад. Они оказались внутри вычислительной камеры, которую она видела с той стороны — огромного помещения, заполненного рядами регистровых ёмкостей. Квантовый компьютер, спроектированный Адекором Халдом для выполнения программ, разработанных Понтером Боддетом, был построен для факторизации чисел неизмеримо бо́льших, чем любые, факторизовавшиеся до сих пор; случившийся при этом прокол в иную вселенную был совершенно непредвиденным побочным эффектом.</p>
    <p>— Понтер! — послышался низкий мужской голос.</p>
    <p>Мэри вскинула взгляд. Адекор — партнёр Понтера — сбегал вниз по пяти ступеням, что вели из помещения пультовой.</p>
    <p>— Адекор! — воскликнул Понтер. Он бросился ему навстречу, и двое мужчин обнялись, а потом лизнули друг друга в лицо.</p>
    <p>Мэри отвела взгляд. Разумеется, при нормальных обстоятельствах — если это слово вообще приложимо к её жизни в этом мире — одновременно Понтера и Адекора она будет видеть очень редко; когда Двое станут Одним, Адекор будет проводить время со своей собственной партнёршей и маленьким сыном.</p>
    <p>Но сейчас Двое порознь, так что здесь и сейчас Понтеру полагается быть со своим партнёром.</p>
    <p>Тем не менее, через пару секунд мужчины разжали обьятия, и Понтер повернулся к Мэри.</p>
    <p>— Адекор, ты ещё не забыл Мэре?</p>
    <p>— Конечно, — ответил Адекор, улыбаясь очень искренней улыбкой шириной не меньше фута. Мэри попыталась изобразить подобную же искреннюю радость, пусть и поменьше размером.</p>
    <p>— Привет, Адекор, — сказала она.</p>
    <p>— Мэре! Ужасно рад тебя видеть!</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— Но что привело тебя сюда? Двое ещё не стали Одним.</p>
    <p>Вот оно. Предъявление прав; пометка территории.</p>
    <p>— Я знаю, — ответила Мэри. — В этот раз я приехала надолго. Я буду изучать неандертальскую генетику.</p>
    <p>— Вот как, — сказал Адекор. — Уверен, Лурт тебе в этом поможет.</p>
    <p>Мэри слегка склонила голову — хоть у неё и не было компаньона, к объяснениям которого она могла бы прислушаться. Была то простая любезность, или Адекор напоминал, что ей понадобится помощь неандертальской женщины, которая, разумеется, живёт в Центре города, вдалеке от Понтера и Адекора?</p>
    <p>— Я знаю, — снова сказала Мэри. — Буду рада пообщаться с ней снова.</p>
    <p>Понтер повернулся к Адекору.</p>
    <p>— Мэре заедет ненадолго к нам, — сказал он, — чтобы взять кое-что, что ей понадобится для длительного пребывания. После этого мы вызовем транспортный куб, и он отвезёт её в Центр.</p>
    <p>— Отлично, — ответил Адекор. Он посмотрел на Мэри, потом снова на Понтера. — То есть, ужинать мы сегодня будем вдвоём?</p>
    <p>— Конечно, — ответил Понтер. — Конечно.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри полностью разделась — она уже не так стеснялась наготы в этом мире, где отсутствовали религии с навязанными ими табу — и прошла процесс деконтаминации калибруемыми лазерами — когерентными лучами с такой длиной волны, что они проходят сквозь её плоть, уничтожая все инородные молекулы в её организме. В её родном мире похожие приборы уже использовались для лечения многих инфекционных заболеваний. К сожалению, опухоли состоят из клеток самого пациента, так что этот процесс не может излечивать рак, в частности, лейкемию, забравшую жену Понтера Класт два года назад.</p>
    <p>Хотя нет, не «забравшую». Это глексенский термин, эвфемизм, неявно подразумевающий, что она куда-то ушла, что было неправдой, по крайней мере, согласно воззрениям людей этого мира. Сам Понтер сказал бы, что она перестала существовать.</p>
    <p>И не «жену Понтера». Неандертальский термин звучит как <emphasis>ят-дежа</emphasis> — «женщина-партнёр». Будучи в мире неандертальцев, Мэри всерьёз пыталась думать неандертальскими категориями — это помогало привыкать к различиям.</p>
    <p>Лазеры плясали по телу Мэри, пронзая его насквозь, пока над дверью не зажёгся светящийся квадрат, сигнализирующий о том, что процедура завершена. Мэри вышла и принялась переодеваться в неандертальскую одежду, пока деконтаминацию проходил Понтер. Появившись в мире Мэри в первый раз, он заболел лошадиной чумкой — у всех Homo sapiens иммунитет к этой болезни, но у Homo neanderthalensis он отсутствует. Процедура деконтаминация гарантировала, что они не несут с собой бактерии Streptococcus equii или любые другие опасные микробы или вирусы; каждый, проходящий через портал, был обязан подвергнуться этой процедуре.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Никто не стал бы жить там, где жил Корнелиус Раскин, будь у него хоть какой-нибудь выбор. Дрифтвуд — опасный район, полный криминала и наркотиков. Единственный положительный момент для Корнелиуса состоял в том, что отсюда до кампуса Йоркского университета можно легко дойти пешком.</p>
    <p>Он вызвал лифт и спустился на тринадцать этажей в запущенный вестибюль своего дома. Всё же, несмотря ни на что, он чувствовал некую… нет, не любовь, конечно, это было бы слишком, но некую благодарность этому месту. В конце концов, жизнь в шаговой доступности от университета экономила ему затраты на машину, на оплату водительской страховки и разрешения на парковку в кампусе — или $93.50, которые он бы тратил на месячный проездной.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_19">Сегодня был прекрасный день; на синем небе ни облачка. На Корнелиусе был коричневый замшевый пиджак. Он пошёл по дороге мимо магазинчика с забранными решётками окнами. В этом магазине была гигантская стойка с порножурналами и пыльными консервными банками. Здесь Корнелиус обычно покупал сигареты; к счастью, у него дома нашлось полблока «Дюморье»<a l:href="#id20150414092305_128">[128]</a>.</p>
    <p>Добравшись до кампуса, Корнелиус пошёл по дорожке вдоль здания одного из общежитий. Повсюду кишели студенты: некоторые всё ещё в футболках, другие уже в свитерах. Он подумал, что мог бы раздобыть тестостероновые заместители в университете. Он мог бы выдумать генетический проект, в котором они бы требовались постоянно. Ради этого одного стоило вернуться на работу, но…</p>
    <p>Но в Корнелиусе и правда что-то изменилось. Во-первых, кошмары, наконец, прекратились, и он слова спал, как бревно. Вместо того, чтобы час или два лежать без сна, ёрзая и ворочаясь, злясь на всё, что в его жизни пошло не так, на все свои ошибки, на то, что в его жизни никого нет — вместо того, чтобы лежать и мучиться всем этим, он теперь засыпал, едва коснувшись головой подушки, крепко спал всю ночь и просыпался отдохнувшим и свежим.</p>
    <p>Правда, какое-то время ему не хотелось вылезать из постели, но теперь он, похоже, справился с этим. Он чувствовал себя… нет, не энергичным, не готовым к ежедневной борьбе за выживание. Нет, он ощущал то, чего не помнил уже много лет, с летних дней своего детства, когда он был свободен от школы, от школьных забияк, от ежедневных тумаков.</p>
    <p>Корнелиус Раскин ощущал <emphasis>покой</emphasis>.</p>
    <p>— Здравствуйте, доктор Раскин, — произнёс бойкий мужской голос.</p>
    <p>Корнелиус обернулся. Это был один из его студентов с курса эукариотной генетики — Джон, Джим… что-то вроде; парень говорил, что хочет преподавать генетику. Корнелиусу хотелось сказать несчастному дурню немедленно бросить эту идею; в наши дни в сфере образования нет хорошей работы для белых мужчин. Но вместо этого он выдавил из себя улыбку и сказал:</p>
    <p>— Привет.</p>
    <p>— Здорово, что вы вернулись! — сказал студент, удаляясь в противоположном направлении.</p>
    <p>Корнелиус продолжил свой путь по дорожке между широким газоном с одной стороны и парковкой с другой. Разумеется, он знал, куда идёт: в Фаркуарсон-билдинг. Но раньше он никогда не замечал, насколько забавно звучит это название: сегодня же он подумал о Чарли Фаркуарсоне, деревенском увальне, которого много лет играл Дон Хэррон сначала на радио CFRB, а потом в американском сериале «Хии-Хоо». Корнелиус покачал головой; он всегда был слишком… слишком <emphasis>какой-то</emphasis>, подходя к этому зданию, чтобы такие праздные мысли просачивались на поверхность сознания.</p>
    <p>Он шёл на автопилоте, его ноги шагали по знакомому до мелочей маршруту. Но внезапно, толчком, он осознал, что подошёл к…</p>
    <p>Это место не имело названия, и даже в мыслях он не наделял его никаким именем. Но это было оно: две подпорные стены, смыкающиеся под прямым углом, далеко от фонарных столбов, прикрытые разросшимися кустами. Это было то место, где он прижимал к стене двух разных женщин. Здесь он показал Кейсер Ремтулле, кто <emphasis>на самом деле</emphasis> главный. И здесь же он отымел Мэри Воган.</p>
    <p>Бывало, Корнелиус специально проходил мимо этого места, даже при свете дня, чтобы поднять себе дух напоминанием о том, что по крайней мере некоторое время он был боссом. Часто один только вид этого места вызывал у него бурную реакцию, но сейчас между ног ничего даже не шелохнулось.</p>
    <p>Стены были покрыты граффити. Та же причина, по которой это место избрал Корнелиус, влекла сюда мастеров баллончика с краской и влюблённые парочки, желающие увековечить свои отношения, так же, как…</p>
    <p>Он давно их стёр, но когда-то, целые эпохи назад, их с Мелоди инициалы также красовались на этой стене, обведённые стилизованным мультяшным сердечком.</p>
    <p>Корнелиус прогнал от себя это воспоминание, снова оглядел это место, и повернулся к нему спиной.</p>
    <p>Сегодня слишком хороший день, чтобы идти на работу, подумал он, направляясь обратно домой. День казался ещё прекрасней и ярче.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 12</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>В пытливом духе, который поднял в воздух Орвилля и Уилбура Райтов</emphasis><a l:href="#id20150414092305_129">[129]</a><emphasis>, Амелию Эрхарт </emphasis><a l:href="#id20150414092305_130">[130]</a><emphasis> и Чака Йегера</emphasis><a l:href="#id20150414092305_131">[131]</a><emphasis>…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Когда Мэри и Понтер вышли из здания Дебральской никелевой шахты, Мэри была потрясена тем, что снаружи темно, хотя по часам была ещё середина дня. Она посмотрела вверх и ахнула.</p>
    <p>— Боже! Никогда не видела столько птиц!</p>
    <p>Огромная туча птиц пролетала над ними, в буквальном смысле затмевая солнце. Многие из них кричали что-то вроде «Кек-кек-кек».</p>
    <p>— Правда? — удивился Понтер. — У нас это распространённый вид.</p>
    <p>— Да я вижу! — воскликнула Мэри. Она продолжала вглядываться в небо. — Господи, — сказала она, разглядев розоватые тела и сине-серые головы. — Да это же пассажирские голуби!</p>
    <p id="id59788__msoanchor_23">— Сомневаюсь, чтобы они смогли поднять пассажира<a l:href="#id20150414092305_132">[132]</a>, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Нет-нет. Просто мы их так называем. Так, или <emphasis>Ectopistes migratorius</emphasis>. Я хорошо их знаю, я работала над извлечением их ДНК.</p>
    <p>— Я заметил отсутствие этих птиц ещё когда в первый раз к вам попал. Они у вас тоже вымерли?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— По вине глексенов?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Да. — Она пожала плечами. — Мы истребили их всех.</p>
    <p>Понтер покачал головой.</p>
    <p>— Неудивительно, что вам пришлось освоить эту штуку — сельское хозяйство. Мы называем эту птицу — Хак, не переводи следующее слово — <emphasis>кедрат</emphasis>. Они очень вкусны, и мы часто их едим.</p>
    <p>— В самом деле? — переспросила Мэри.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Да. Пока будешь здесь, я уверен, ты попробуешь их не раз.</p>
    <p>Как только Хак восстановил связь с планетарной инфосетью, Понтер велел ему вызвать транспортный куб, который сейчас как раз полным ходом приближался к ним. Он был размером примерно с внедорожник, но двигался с помощью двух больших вентиляторов, установленных под днищем и в задней части, и трёх меньших для маневрирования. Куб был почти полностью прозрачен и содержал четыре седлокресла, одно из которых занимал водитель, худой мужчина 146-го поколения.</p>
    <p>Транспортный куб замедлился и опустился на землю. Бо́льшая часть его боковой грани откинулась вверх, открывая доступ внутрь. Понтер взобрался на одно из задних седлокресел, Мэри устроилась на соседнем. Понтер что-то коротко сказал водителю, и куб поднялся в воздух. Мэри смотрела, как водитель орудует двумя рычагами, поворачивая куб и направляя его к дому Понтера.</p>
    <p>Перед тем, как покинуть здание шахты, Мэри пристегнула к руке временный компаньон; все глексены, посещающие неандертальский мир, обязаны были носить такое устройство, которое следило бы за всеми их действиями и передавало бы информацию в архив алиби. Но проклятая штука <emphasis>зудела</emphasis>. Мэри запустила под компаньон шариковую ручку, которая у неё оказалась с собой, и попыталась почесать ею руку.</p>
    <p>— Постоянные компаньоны тоже такие неудобные? — спросила она Понтера.</p>
    <p>— Я вообще не ощущаю присутствия Хака, — ответил Понтер. После паузы он добавил: — Кстати, раз уж об этом зашла речь…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Временного компаньона хватает только на двадцать дней или около того — они ведь получают энергию от батарей, а не от химических процессов в твоём собственном теле. Хотя, конечно, уж тебе-то в замене не откажут.</p>
    <p>Мэри улыбнулась. Она всё ещё привыкала к тому, что к ней относились по-особому просто из-за того, что она — <emphasis>та самая</emphasis> Мэри Воган.</p>
    <p>— Нет, — сказала она. — Нет, я думаю, я должна установить постоянный.</p>
    <p>Понтер широко улыбнулся.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал он. Но потом, видимо, для того, чтобы не осталось никаких сомнений, добавил: — Только ты должна помнить, что постоянный — это именно <emphasis>постоянный</emphasis>. Удалить его после установки будет очень трудно, и такая операция может серьёзно повредить мышцы и нервы предплечья.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Я понимаю. Но я также понимаю, что без постоянного компаньона я никогда не стану здесь своей.</p>
    <p>— Спасибо, — снова сказал Понтер с теплотой в голосе. — Компаньон какого типа тебе бы хотелось?</p>
    <p>Мэри рассматривала раскинувшийся вокруг первозданный ландшафт — обнажения коренных пород среди не знавшего топора леса.</p>
    <p>— Что, прости?</p>
    <p>— Ты можешь установить стандартную модель компаньона. Или, — Понтер поднял левую руку и повернул внутреннюю сторону предплечья к Мэри, — ты можешь выбрать компаньон как у меня, с полноценным искусственным интеллектом.</p>
    <p>Мэри вскинула брови.</p>
    <p>— Я даже не задумывалась об этом.</p>
    <p>— Интеллектуальные компаньоны пока есть лишь у немногих, — сказал Понтер, — хотя я ожидаю, что в будущем они станут популярными. Тебе, несомненно, будут полезны вычислительные мощности продвинутой модели; они понадобятся для функций синхронного перевода. Однако тебе решать, какие ещё функции в него включить.</p>
    <p>Мэри посмотрена на компаньон Понтера. Внешне, разумеется, он ничем не отличался от десятков других, которые она уже успела увидеть — за исключением, конечно, золотого компаньона Лонвеса Троба. Но она знала, что внутри этой коробочки живёт Хак.</p>
    <p>— Каково это, — спросила Мэри, — иметь интеллектуального компаньона?</p>
    <p>— О, это не так ужасно, как может показаться, — ответил голос Хака из внешнего динамика. — Я уже начинаю привыкать к этому здоровяку.</p>
    <p>Мэри рассмеялась, не столько от самой шутки, сколько от её неожиданности.</p>
    <p>Понтер закатил глаза — мимический жест, который он перенял у Мэри.</p>
    <p>— И так всё время, — сказал он.</p>
    <p>— Я не уверена, что готова к такому, — сказала Мэри, — чтобы кто-то каждую секунду был со мной. — Мэри задумалась. — А Хак на самом деле… ну, мыслит?</p>
    <p>— В каком смысле? — не понял Понтер.</p>
    <p>— Ну, я знаю, что вы не верите в душу; я знаю, что вы считаете свой собственный разум абсолютно предсказуемой программой, выполняемой аппаратным обеспечением вашего мозга. Но, всё-таки — мыслит ли Хак <emphasis>по-настоящему</emphasis>? Осознаёт ли себя?</p>
    <p>— Интересный вопрос, — сказал Понтер. — Хак, что скажешь?</p>
    <p>— Я знаю о факте своего существования.</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Но… но, я не знаю, скажем, есть ли у тебя собственные желания или стремления?</p>
    <p>— Я желаю быть полезным Понтеру.</p>
    <p>— И всё?</p>
    <p>— И всё.</p>
    <p><emphasis>Вау,</emphasis> подумала Мэри. <emphasis>Кольму следовало бы жениться на одном из них.</emphasis></p>
    <p>— Что будет с тобой — Понтер, извини — что будет с тобой, когда Понтер умрёт?</p>
    <p>— Я получаю энергию от биохимических и биомеханических процессов в его теле. В течение нескольких децидней после его смерти я прекращу функционировать.</p>
    <p>— Это не беспокоит тебя?</p>
    <p>— Вместе с Понтером исчезнет цель моего существования. Нет, это меня не беспокоит.</p>
    <p>— Интеллектуальный компаньон очень полезен, — сказал Понтер. — Я сомневаюсь, что сумел бы сохранить рассудок, когда впервые попал в ваш мир, если бы не Хак.</p>
    <p>— Я не знаю, — сказала Мэри. — Просто это… прости меня, Хак… это как-то… жутковато. А можно его потом проапгрейдить? Ну, то есть, начать с базовой функциональности, а искусственный интеллект добавить как-нибудь потом?</p>
    <p>— Конечно. У моего компаньона изначально тоже не было интеллекта.</p>
    <p>— Может быть, так и надо сделать, — сказала Мэри. — Хотя…</p>
    <p>Нет. Нет, она пытается стать здесь своей, и для этой цели компаньон, который может давать объяснения и советы, будет весьма полезен.</p>
    <p>— Нет, давай уж со всем фаршем.</p>
    <p>— Я… прости, не понял?</p>
    <p>— В смысле, я хочу мыслящий компаньон, как Хак.</p>
    <p>— Ты не пожалеешь об этом решении, — сказал Понтер. Он посмотрел на Мэри с улыбкой гордости на лице. — Ты не первый глексен, посетивший этот мир, — сказал он, и это была правда. Первой была либо женщина из Лабораторного центра контроля заболеваний в Оттаве, либо другая женщина, из Центра по контролю и профилактике заболеваний в Атланте; Мэри не знала, которая из них первой прошла через портал. — Однако, — продолжал Понтер, — ты станешь первым глексеном, установившим себе постоянный компаньон — первым, ставшим одним из нас.</p>
    <p>Мэри посмотрела сквозь прозрачную стену транспортного куба на прекрасный осенний пейзаж.</p>
    <p>И улыбнулась.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Водитель высадил их на массиве солнечных батарей, которые выполняли также функцию посадочной площадки у дома Понтера и Адекора. Дом был выращен методом древокультуры, и его центральная часть представляла собой полый ствол массивного лиственного дерева. Мэри уже видела дом Понтера, но тогда его листва ещё не начала менять цвет. Сейчас он выглядел просто изумительно.</p>
    <p>Внутреннее освещение обеспечивалось химическими реакциями, идущими внутри проложенных вдоль стен прозрачных трубок. Собака Понтера Пабо выскочила навстречу поприветствовать их. Мэри уже привыкла к её волчьей внешности и наклонилась почесать животное за ухом.</p>
    <p>Потом она оглядела круглую гостиную.</p>
    <p>— Как жаль, что я не могу остаться здесь, — сказала она с сожалением.</p>
    <p>Понтер подошёл к ней, и она обняла его, положив голову ему на плечо. Всё равно четыре дня с Понтером — это лучше, чем весь месяц с Кольмом.</p>
    <p>Когда бы она ни вспоминала про Кольма, в голове сразу всплывала затронутая им тема — тема, о которой Мэри, по-видимому, подсознательно заставляла себя не думать, пока Кольм её не упомянул.</p>
    <p>— Понтер, — тихо сказала Мэри, ощущая, как его грудь поднимается и опускается в такт дыханию.</p>
    <p>— Да, женщина, которую я люблю?</p>
    <p>— В следующем году, — сказала Мэри, пытаясь говорить настолько нейтральным тоном, насколько возможно, — будет зачато новое поколение.</p>
    <p>Понтер немного отстранил Мэри и внимательно посмотрел на неё, медленно приподнимая бровь.</p>
    <p>— <emphasis>Ка,</emphasis> — ответил он.</p>
    <p>— Может быть, и нам завести ребёнка?</p>
    <p>Понтер выпучил глаза.</p>
    <p>— Я даже не думал о такой возможности, — сказал он, наконец.</p>
    <p>— Потому что у нас разное число хромосом, да? Конечно, это серьёзное препятствие, но ведь должны быть способы его обойти. И, в общем, Джок ведь послал меня изучать неандертальские генетические технологии. И в процессе я могла бы поискать способы, с помощью которых можно бы было как-то объединить наши ДНК и произвести ребёнка.</p>
    <p>— В самом деле?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Конечно, оплодотворение можно провести in vitro.</p>
    <p>Хак загудел.</p>
    <p>— В пробирке. Вне тела.</p>
    <p>— А, — сказал Понтер. — Я удивлён, что ваша система верований допускает такой процесс, запрещая многое другое, связанное с репродукцией.</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Ну, на самом деле Римская Католическая Церковь не разрешает оплодотворение in vitro. Но я хочу ребёнка. Я хочу ребёнка <emphasis>от тебя</emphasis>. И я не вижу, что плохого в том, чтобы чуть-чуть помочь природе в этом. — Она опустила взгляд. — Но я знаю, что у тебя уже двое детей. Возможно… возможно, ты не хочешь становиться папой в третий раз?</p>
    <p>— Я <emphasis>всегда</emphasis> буду папой, — сказал Понтер, — до самой смерти. — Мэри вскинула глаза и обрадовалась, увидев, что Понтер смотрит прямо на неё. — Я не задумывался о ещё одном ребёнке, но…</p>
    <p>Мэри чувствовала, будто вот-вот лопнет. До этого момента она и не подозревала, насколько сильно хочет, чтобы Понтер ответил «да».</p>
    <p>— Но что? — спросила она.</p>
    <p>Понтер пожал своими массивными плечами — они двигались медленно, тяжело, будто перемещая на себе тяжесть целого мира.</p>
    <p>— Но мы верим в нулевой прирост населения. У нас с Класт уже двое детей; они заменят нас, когда мы умрём.</p>
    <p>— Но у Адекора и Лурт всего один ребёнок, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Ага, Даб. Но они ещё могут попытать счастья в следующем году.</p>
    <p>— Они на самом деле планируют это сделать? Ты говорил об этом с Адекором? — Мэри не понравились прорезавшиеся в её голосе нотки отчаяния.</p>
    <p>— Нет, не говорил, — ответил Понтер. — Думаю, я мог бы коснуться этой темы, но даже если они не станут пробовать снова, Серый совет…</p>
    <p>— Чёрт возьми, Понтер, меня тошнит от Серого совета! Тошнит от этих правил и положений. Тошнит от того, что кучка стариков контролирует твою жизнь.</p>
    <p>Понтер взглянул на Мэри; его бровь удивлённо взлетела вверх.</p>
    <p>— Их, знаешь ли, избирают. Устанавливаемые ими правила — это правила, которые мой народ установил для себя.</p>
    <p>Мэри глубоко вздохнула.</p>
    <p>— Я знаю. Прости. Это просто… просто, это должно быть только наше с тобой дело, хотим ли мы ребёнка.</p>
    <p>— Ты права, — согласился Понтер. — Собственно, у некоторых людей в нашем мире больше двух детей. Близнецы не так уж редки: у моего ближайшего соседа сыновья-близнецы. Да и женщине не так уж редко удаётся зачать трижды — в девятнадцать, в двадцать девять и тридцать девять лет.</p>
    <p>— <emphasis>Мне</emphasis> тридцать девять. Почему бы не пропробовать?</p>
    <p>— Найдутся те, кто скажет, что такой ребёнок будет <emphasis>неестественным</emphasis>, — ответил Понтер.</p>
    <p>Мэри огляделась. Потом села на край растущего из стены дивана и хлопнула ладонью рядом с собой, приглашая Понтера присоединиться. Понтер тоже сел.</p>
    <p>— Там, откуда я пришла, — сказала Мэри, — многие считают, что когда двое мужчин… как это сформулировала Луиза, когда мы гостили у Рубена? «Нежно соприкасаются гениталиями»? Так вот, многие мои соплеменники считают, что <emphasis>это</emphasis> тоже неестественно. — Лицо Мэри словно окаменело. — Но они неправы. Я не знаю, могла бы я это сказать с полной уверенностью до того, как попала сюда, но сейчас я могу. — Она кивнула, больше для себя самой, чем для Понтера. — Мир — <emphasis>любой</emphasis> мир — гораздо лучше, когда живущие в нём люди любят друг друга, когда заботятся друг о друге, и, пока речь идёт о добровольных отношениях между взрослыми людьми, это никого не касается, кроме них самих. Мужчина и женщина, или два мужчины, или две женщины — это всё <emphasis>естественно</emphasis>, если между ними любовь. Глексенка и бараст — это <emphasis>тоже</emphasis> естественно, если они любят друг друга.</p>
    <p>— Мы любим друг друга, — сказал Понтер, беря крошечную руку Мэри в свои массивные лапищи. — И всё же есть много людей и в моём мире, и в твоём, которые будут возражать против того, чтобы у нас был ребёнок.</p>
    <p>Мэри невесело кивнула.</p>
    <p>— Да, я знаю. — Она вздохнула длинно и печально. — Вот, к примеру, Рубен — чёрный.</p>
    <p>— Я бы сказал, скорее тёмно-коричневый. — Понтер улыбнулся. — Довольно приятный оттенок, кстати.</p>
    <p>Но Мэри не хотелось шутить.</p>
    <p>— А Луиза Бенуа — белая. В моём мире до сих пор полно людей, которые возражают против того, чтобы чёрные мужчины имели отношения с белыми женщинами. Но они неправы, неправы, неправы. Так же, как и те, кто станет возражать против того, чтобы мы были вместе и у нас были дети. Они тоже неправы, неправы, неправы.</p>
    <p>— Конечно, я согласен с тобой, только…</p>
    <p>— Только что? Ничто не будет лучшим символом синергии между нашими мирами и нашей любви друг к другу, чем наш общий ребёнок.</p>
    <p>Понтер заглянул Мэри в глаза; его золотистые радужки возбуждённо подрагивали.</p>
    <p>— Ты права, любовь моя. Совершенно права.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 13</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>В пытливом духе, заставившем смельчаков вроде Юрия Гагарина, Валентины Терешковой и Джона Гленна, оседлав столбы пламени, достичь околоземной орбиты…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Каждую неделю Джок Кригер делал обзор публикаций, посвящённых неандертальцам, как напечатанных в ста сорока журналах, на которые была подписана «Синерджи», так и собранных и обработанных различными компаниями-агрегаторами печатных, теле- и радионовостей. В текущей груде материала оказались: препринт интервью с Лонвесом Тробом для «Популярной механики»; серия из пяти статей в «Сан-Франциско Кроникл» о том, как повлияют неандертальские технологии на фирмы Кремниевой долины; появление бегуна Жалска Лаплана в передаче «Мир спорта» на канале «Эй-Би-Си»; редакционная статья в «Миннеаполис Стар Трибьюн», в которой говорилось, что Тукана Прат должна получить Нобелевскую премию мира за то, что она нашла способ предотвратить разрыв контакта между двумя мирами; спецвыпуск CNN, в котором Карл Вентнер беседует с Борлом Кадасом, главой неандертальского аналога Проекта «Геном человека»; документальный фильм «Эн-Эйч-Кей» о фактах и вымысле о неандертальцах; новый релиз фильма «Борьба за огонь» с аудиокомментариями неандертальского палеоантрополога; новое исследование Министерства обороны о проблемах безопасности в связи с межмировыми порталами.</p>
    <p>Луиза Бенуа также спустилась в бывшую гостиную старого особняка, служившего теперь штаб-квартирой «Синерджи Груп», чтобы ознакомиться с материалами за неделю. Она читала статью в «Нью-Сайентист», которая задавалась вопросом о том, почему неандертальцы одомашнили собаку, хотя их собственное обоняние по меньшей мере ничем не уступает собачьему, из чего следует, что собаки практически ничего не добавляют к их охотничьим способностям. Она прервала чтение, когда Джок Кригер громко вздохнул.</p>
    <p>— Что с вами? — спросила Луиза, глядя на него поверх журнала.</p>
    <p>— Да тошнит уже от этого, — объяснил Джок, указывая на груду журналов, газетных вырезок, магнитофонных лент и видеокассет. — Надоело до смерти. «Неандертальцы — более мирный народ, чем мы». «Неандертальцы берегут природу в отличие от нас». «Неандертальцы свободны от предрассудков и суеверий». Да почему, чёрт возьми, так?</p>
    <p>— Вы правда хотите узнать? — улыбнувшись, спросила Луиза. Она порылась в стопке журналов и выудила из неё «Маклинз». — Читали гостевую передовицу?</p>
    <p>— Нет ещё.</p>
    <p>— Она о том, что неандертальцы ближе к канадцам, а глексены — к американцам.</p>
    <p>— И что же это должно означать?</p>
    <p>— Автор говорит, что неандертальцы верят в ценности, отстаиваемые Канадой: социализм, пацифизм, защита природы, гуманизм.</p>
    <p>— О Боже, — сказал Джок.</p>
    <p>— Да ладно, — ответила Луиза. — Я слышала, как вы говорили Кевину, что согласны с Патом Бьюкененом, называвшим мою страну «Советским Канакистаном».</p>
    <p>— Канадцы — тоже глексены, доктор Бенуа.</p>
    <p>— Не все, — ответила Луиза. — Понтер — гражданин Канады.</p>
    <p>— Не думаю, что пресса из-за этого так хорошо их принимает. Это извечный журналистский левый уклон.</p>
    <p>— Нет, я так не думаю, — ответила Луиза, откладывая журнал. — Настоящая причина того, что неандертальцы так хороши, в том, что их мозг больше нашего. Объём неандертальского черепа на десять процентов больше, чем у нас. Нашего мозга едва хватало на то, чтобы продумать ситуацию на один ход вперёд: если мы сделаем копья получше, то убьём больше животных. Но без по-настоящему серьёзного усилия мы не способны увидеть следующий ход: если мы убьём слишком много животных, то их не останется, и мы умрём с голоду. Неандертальцы же, похоже на то, догадались об этом в самый первый день.</p>
    <p>— Почему же это мы их победили здесь, на этой Земле?</p>
    <p>— Потому что у нас было сознание — истинное самосознание — которого у них не было. Помните мою теорию: вселенная расщепилась на две, когда впервые появилось сознание. В одной ветви его имели мы и только мы. В другой — они и только они. Разве удивительно, что вопреки разнице в объёме мозга в каждой временной линии одержали верх существа, обладающие сознанием? Но теперь мы сравниваем мыслящих существ в объёмом черепа в 1400 кубических сантиметров, и таких же мыслящих существ, но с черепом в 1500 см<sup>3</sup>. — Она улыбнулась. — Мы всё время ждали появления пришельцев с большими мозгами, и вот они появились. Только не с Альфы Центавра, а из мира по соседству.</p>
    <p>Джок задумался.</p>
    <p>— Большой мозг не обязательно означает более развитый разум.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_24">— Нет, не <emphasis>обязательно</emphasis>. И всё же IQ<a l:href="#id20150414092305_133">[133]</a> среднего Homo sapiens равен 100 — в силу самого определения IQ. И его значения распределены по Гауссу: для каждого с IQ 130 обязательно найдётся кто-то с IQ 70. Но представьте себе, что у них средний IQ был 110 вместо наших 100 — ещё до того, как они начали чистить свой генетический пул. Эта разница может вылиться в огромные различия.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_25">— Вы сказали «распределены по Гауссу». Я читал ту книгу<a l:href="#id20150414092305_134">[134]</a>, и…</p>
    <p>— О, книга — полная чушь. Средний IQ расовых групп становится попросту одинаковым, если учесть фактор недостаточного питания. Вы же знакомы с моим другом Рубеном Монтего? Он доктор медицины, и он чёрный. Если бы «Кривая Гаусса» была права, он был бы невероятной редкостью, но это, разумеется, не так. В прошлом неравенство было вызвано экономическими и социальными барьерами на пути чёрных к образованию, а не врождённой отсталостью.</p>
    <p>— Вы хотите сказать, что наша отсталость по сравнению с неандертальцами врождённая?</p>
    <p>Луиза пожала плечами.</p>
    <p>— В том, что физически мы от них отстаём, сомнений нет, я полагаю? Почему так трудно принять и умственную отсталость?</p>
    <p>Джок скривился.</p>
    <p>— Ну, если это так сформулировать… — Но потом он покачал головой. — И всё-таки меня это бесит. Когда я работал в «RAND», мы всё своё время тратили на то, чтобы перехитрить противника, равного нам по интеллекту. О, иногда у них было преимущество в материальной части, а иногда — у нас, но мы никогда не исходили из допущения, что одна сторона фундаментально <emphasis>сообразительнее</emphasis> другой. Но здесь…</p>
    <p>— Мы не пытаемся перехитрить неандертальцев, — сказала Луиза. Потом добавила, вскинув бровь: — Или пытаемся?</p>
    <p>— Что? Нет-нет. Конечно, нет. Не говорите глупостей.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Ребёнок? — переспросила Лурт Фрадло, уперев руки в широкие бёдра. — Вы с Понтером хотите завести ребёнка?</p>
    <p>Мэри скромно улыбнулась. Понтер остался дома, а она транспортным кубом добралась до дома Лурт в Центре Салдака.</p>
    <p>— Ага.</p>
    <p>Лурт развела руки и крепко обняла Мэри.</p>
    <p>— Здорово! — воскликнула она. — Просто здорово!</p>
    <p>Мэри почувствовало, как вдруг расслабилось всё её тело.</p>
    <p>— Я думала, ты не одобришь.</p>
    <p>— С чего бы это? — удивилась Лурт. — Понтер — замечательный человек, и ты — замечательный человек. Вы будете отличными родителями. — Он помолчала. — Прости, я не знаю твой возраст, а с глексенами у меня не получается на глаз.</p>
    <p>— Мне тридцать девять лет, — сказала Мэри. — Где-то пятьсот двадцать месяцев.</p>
    <p>Лурт посерьёзнела.</p>
    <p>— Нам в таком возрасте обычно тяжело забеременеть.</p>
    <p>— Нам тоже, хотя у нас есть лекарства и другие методы, которые могут помочь. Но есть одна небольшая проблемка…</p>
    <p>— О?</p>
    <p>— Да. У барастов, как у тебя или Понтера, двадцать четыре пары хромосом. У глексенов вроде меня только двадцать три.</p>
    <p>Лурт нахмурилась.</p>
    <p>— Это сильно затруднит оплодотворение.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— О, да. Я вообще не думаю, что это возможно в ходе полового акта.</p>
    <p>— Но вы всё же продолжайте пытаться! — засмеявшись, сказала Лурт.</p>
    <p>Мэри тоже улыбнулась.</p>
    <p>— Никаких шансов. Но я надеялась найти способ как-то скомбинировать мою ДНК и ДНК Понтера. Одна из хромосом моего вида образовалась путём слияния двух хромосом нашего общего предка. Генетическое содержание последовательностей ДНК очень похоже, только у Homo sapiens оно всё собрано в одной длинной хромосоме, а у Homo neanderthalensis — в двух покороче.</p>
    <p>Лурт медленно кивнула.</p>
    <p>— И ты надеешься одолеть эту проблему?</p>
    <p>— Такая была идея. Я думаю, это можно сделать даже с технологиями, которыми мой народ уже владеет, только это очень сложно. Но ваш народ продвинулся гораздо дальше моего во многих областях. Вот я и подумала: может быть, ты знаешь какого-нибудь эксперта в этой области?</p>
    <p>— Мэри, ты мне очень нравишься, но как тебе удаётся всё время куда-то вступать?</p>
    <p>— В каком смысле?</p>
    <p>— Решение твоей проблемы существует — <emphasis>идеальное</emphasis> решение. Но…</p>
    <p>— Но что?</p>
    <p>— Но оно запрещено.</p>
    <p>— Запрещено? Почему?</p>
    <p>— Из-за опасности, которую оно несёт нашему образу жизни. Есть такая женщина-генетик, по имени Вессан Леннет. До недавнего времени она жила в Кралдаке.</p>
    <p>— Это что?</p>
    <p>— Город в 350000 саженей к югу отсюда. Но четыре месяца назад она ушла.</p>
    <p>— Ушла из Кралдака? — переспросила Мэри.</p>
    <p>Но Лурт покачала головой.</p>
    <p>— Ушла <emphasis>отовсюду</emphasis>.</p>
    <p>Мэри вскинула брови.</p>
    <p>— О Боже — ты хочешь сказать, она убила себя?</p>
    <p>— Что? Нет, она жива. По крайней мере, скорее всего — с ней невозможно связаться.</p>
    <p>Мэри указала на левое предплечье Лурт.</p>
    <p>— Ей нельзя позвонить?</p>
    <p>— Нет. Я про это и говорю. Вессан ушла из нашего общества. Выдрала из руки компаньон и ушла жить в безлюдную местность.</p>
    <p>— Почему она это сделала?</p>
    <p>— Вессан была талантливым генетиком, и она разработала прибор, который Верховный Серый совет не одобрил. Местный Верховный Серый даже звонил мне и спрашивал моего мнения. Я не хотела, чтобы её исследования запрещали, но Верховный Серый совет посчитал, что у него нет иного выбора, принимая во внимание, что сотворила Вессан.</p>
    <p>— Господи, ты говоришь так, будто она изобрела какое-то генетическое оружие!</p>
    <p>— Что? Нет, конечно нет. Она не сумасшедшая. Прибор, который изобрела Вессан — это… это «кодонатор», думаю, так его можно назвать. Его можно запрограммировать на выдачу любой последовательности дезоксерибонуклеиновой или рибонуклеиновой кислоты, какую только можно вообразить, вместе с соответствующими им белками. Всё, что ты можешь придумать, кодонатор Вессан может произвести.</p>
    <p>— Правда? Вау! Это звучит как жутко полезная штука.</p>
    <p>— Слишком полезная, по мнению Верховного Серого совета. Видишь ли, помимо многих других вещей он позволяет производить… я не уверена, есть ли у вас термин: полукомплекты хромосом, существующие в половых клетках.</p>
    <p>— Гаплоидный набор, — сказала Мэри. — Двадцать три — прости, двадцать четыре хромосомы, которые находятся в яйцеклетке.</p>
    <p>— Точно.</p>
    <p>— И в чём проблема? — спросила Мэри.</p>
    <p>— В нашей системе правосудия, — ответила Лурт. — Не понимаешь? Когда мы стерилизуем преступника и его ближайших родственников, мы предотвращаем производство ими гаплоидных наборов хромосом; таким образом они становятся неспособными к размножению. Но кодонатор Вессан может позволить стерилизованному преступнику обойти наложенное на него наказание и передать свои гены следующему поколению, просто запрограммировав прибор на производство хромосом, содержащих его собственную генетическую информацию.</p>
    <p>— И из-за этого прибор был запрещён?</p>
    <p>— Именно, — сказала Лурт. — Верховный Серый совет приказал остановить исследования — и Вессан взбесилась. Сказала, что не может быть частью общества, подавляющего знание, и ушла.</p>
    <p>— То есть… то есть, Вессан живёт на самообеспечении?</p>
    <p>Лурт кивнула.</p>
    <p>— Это не так сложно. В юности мы все проходим практику и приобретаем необходимые навыки.</p>
    <p>— Но… но скоро ведь наступит глубокая зима.</p>
    <p>— Ну, она наверняка построила себе хижину или какое другое убежище. В любом случае, кодонатор Вессан — это то, что тебе нужно. Был построен лишь один прототип, прежде чем Верховный Серый совет его запретил. Разумеется, обычно у нас ничего не пропадает — компаньоны всё видят и записывают. Однако Вессан забрала прибор уже после того, как удалила свой компаньон, и без свидетелей. Прототип, скорее всего, существует до сих пор, и это, без сомнения идеальный инструмент для того, чтобы произвести такого гибридного ребёнка, которого ты хочешь.</p>
    <p>— Если только я его отыщу, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Именно, — согласилась Лурт. — Если только ты его отыщешь.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 14</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>В пытливом духе, благодаря которому «Игл» и «Колумбия», «Интрепид» и «Янки Клипер», «Водолей» и «Одиссей», «Антарес» и «Кити-Хок», «Фэлкон» и «Индевор», «Орион» и «Каспер», «Челленджер» и «Америка»</emphasis><a l:href="#id20150414092305_135">[135]</a><emphasis> брали курс на Луну…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Установку Мэри постоянного компаньона должен был произвести неандертальский доктор. Перед операцией Мэри вернулась в здание над Дебральской никелевой шахтой, где ей по прибытии пристегнули временный компаньон, потому что застёжки можно было открыть только здесь. После этого в сопровождении двоих плотных неандертальских принудителей Мэри отвезли в больницу в Центре Салдака.</p>
    <p>Хирург, женщина по имени Корбонон, была из поколения 145, примерно одного с Мэри возраста. Корбонон обычно занималась лечением сложных переломов, таких, какие можно получить в результате чрезвычайно неудачной охоты; в знании мускулатуры и нервных тканей с ней не мог сравниться никто.</p>
    <p>— Это будет довольно непросто, — предупредила Корбонон. Временный компаньон лежал рядом на маленьком столике, подключённый к внешнему источнику питания; он не был пристёгнут к Мэри, но выполнял для неё перевод через внешний динамик. Корбонон, очевидно, не привыкла к тому, чтобы её речь переводилась; она говорила громко, как будто Мэри могла понимать неандертальскую речь. — Ваша рука не так мускулиста, как рука бараста, из-за чего фиксация компаньона может быть проблематичной. Однако я вижу, что всё, что я слышала о глексенских пропорциях, правда: предплечье и плечо у вас одинаковой длины, и это даёт нам большую площадь для закрепления.</p>
    <p>— Я считала, что это рутинная операция, — сказала Мэри.</p>
    <p>Бровь Корбонон была светлого, слегка рыжеватого цвета. Она взмыла вверх.</p>
    <p>— Рутинная? Нет, если речь идёт о вживлении первого компаньона взрослому человеку. Конечно, когда компаньоны только появились почти тысячу месяцев назад, почти все они вживлялись взрослым людям, однако хирурги, которые это делали, уже давно все умерли. Нет, в наши дни такая операция выполняется очень редко — в основном, когда человек теряет руку вместе с имплантом, установленным в детстве.</p>
    <p>— Ах, — сказала Мэри. Она полулежала в чём-то, что отдалённо напоминало зубоврачебное кресло со стременами — по-видимому, многоцелевая операционная платформа. Её левая рука лежала на маленьком столике, который высовывался из бока кресла. Внутренняя часть руки была протёрта чем-то, что явно не было спиртом — это была розовая жидкость с кислым запахом, по-видимому, также служащая для дезинфекции. И всё же Мэри была неприятно удивлена тем, что Корбонон не надела маску.</p>
    <p>— Наши хирурги обычно закрывают нос и рот специальной тканью, — пожаловалась Мэри.</p>
    <p>— Зачем? — спросила Корбонон.</p>
    <p>— Чтобы не заразить пациента, и чтобы пациент не заразил их.</p>
    <p>— С таким же успехом я могла бы работать вслепую! — заявила Корбонон.</p>
    <p>Мэри уже собралась спросить, что она имеет в виду, но тут до неё дошло: острое обоняние неандертальцев составляло важную часть их восприятия.</p>
    <p>— А что вы используете в качестве анестетика? — спросила Мэри. Впервые она порадовалась, что здесь не было Понтера. Зная его чувство юмора, она представляла, как бы он отреагировал. «Анестетик? А что это такое?», а потом, после некоторой паузы, конечно же «Шучу». Она и без того достаточно нервничала.</p>
    <p>— Мы используем нервный прерыватель, — ответила Корбонон.</p>
    <p>— Правда? — переспросила Мэри; учёный в ней снова вышел на первый план, несмотря на беспокойство по поводу предстоящей операции. — Мы пользуемся химическими агентами.</p>
    <p>Хирург кивнула.</p>
    <p>— Раньше мы тоже их использовали, — сказала она, — но им нужно время, чтобы подействовать, время, чтобы выветриться, и их действие трудно локализовать. Кроме того, разумеется, у некоторых людей на химические анестетики аллергия.</p>
    <p>— Ещё одна технология, которую мой народ несомненно захочет купить, — сказала Мэри. Над ней склонилась вторая женщина — Мэри ничего не знала о барастовской медицинской иерархии, но она, должно быть, была медсестрой или ещё одним доктором, или занимала положение, которому в глексенском мире не было аналога. Так или иначе, она обернула вокруг предплечья Мэри под самым локтем эластичную металлизированую ленту; другую такую же укрепила над самым запястьем. Потом, к удивлению Мэри, она взяла нечто, больше всего напоминающее толстый фломастер, и принялась рисовать сложную комбинацию линий, соединяющих две ленты. Вместо чернил фломастер испускал что-то вроде жидкого металла. Но он не был горяч и быстро высыхал, приобретая матовый блеск. Цвет был другой, но общее впечатление было как от шоколадного сиропа для мороженого, который быстро затвердевает коркой.</p>
    <p>— Что вы делаете? — спросила Мэри.</p>
    <p>Женщина с маркером не ответила. Однако хирург сказала:</p>
    <p>— Она отмечает нервные стволы в вашем предплечье. Линии образуют электрические соединения между двумя дестабилизаторами.</p>
    <p>Через несколько минут вторая женщина кивнула, по-видимому, самой себе, и отошла в сторону к небольшой консоли. Она вытянула несколько контрольных штырьков, и Мэри ощутила, как предплечье онемело.</p>
    <p>— Вау! — воскликнула она.</p>
    <p>— Всё в порядке, — сказала Корбонон. — Приступаем.</p>
    <p>И прежде чем Мэри осознала, что происходит, она подошла ближе и сделала на руке Мэри длинный надрез вдоль лучевой кости. Мэри чуть не вырвало, когда наружу хлынула кровь, залив маленький столик, который, как она отметила, имел по краям небольшое возвышение.</p>
    <p>Мэри была шокирована — и испугалась того, что у неё <emphasis>случится</emphasis> шок. В её мире доктора предпринимают все меры для того, чтобы не дать больному увидеть, как над его собственным телом производится операция. Но здесь, казалось, об этом никто и не думал. Возможно, необходимости убивать для себя еду, пусть даже лишь время от времени, было достаточно для того, чтобы быстро излечиться от излишней брезгливости. Мэри проглотила подступивший к горлу комок и попыталась успокоиться; на самом деле крови было не так уж и много… ведь правда?</p>
    <p id="id59788__msoanchor_27">Интересно, как они делают полостные операции? Глексенские доктора работают с пациентом, лицо которого скрыто и обнажено лишь небольшое операционное поле. А как принято у барастов? Ведь главная цель всего этого состоит вовсе не в том, чтобы не заляпать пациента кровью. Как рассказывал Мэри один из её знакомых медиков, это своего рода психологическая помощь хирургу — чтобы помочь ему сосредоточиться на непосредственной проблеме и не думать о том, что вторгаешься со своим скальпелем во вместилище чьей-то души. Но барасты в отсутствие картезианского дуализма<a l:href="#id20150414092305_136">[136]</a> и с их безразличием к виду льющейся крови, возможно, в такой помощи не нуждались.</p>
    <p>Корбонон поместила в разрез несколько похожих на пружины синих предметов, предназначенных, по-видимому, для той же цели, что и хирургические щипцы — чтобы удерживать рану открытой. Другие маленькие прищепочки и штуковинки были прикреплены к артериям, венам и нервам. Мэри ясно видела внутренности своей руки сквозь разрез, рассёкший подкожный жир и мясо до лоснящейся сероватой поверхности лучевой кости.</p>
    <p>Секунду спустя вторая женщина — та, что рисовала на руке Мэри отключающие нервы линии — также подключилась к операции. Доктора у барастов носили жёлтые безрукавки и длинные синие перчатки, закрывавшие руку до локтя и выше; Мэри подумала, что они, должно быть, не хотят, чтобы кровь брызгала на их покрытые волосом руки.</p>
    <p>Вторая женщина взяла новый компаньон Мэри и освободила его от стерильной упаковки. Вид лицевой панели был Мэри уже хорошо знаком, но обратной стороны она никогда до сих пор не видела. Она была рельефной, как топографическая модель, с возвышенностями, углублениями и бороздками, в которые, по-видимому, укладывались кровеносные сосуды. Мэри с тревожным интересом следила за тем, как её лучевая артерия — любимый сосуд самоубийц — оказалась перерезана. Её тут же зажали с обеих сторон, но не раньше, чем столбик крови длиной по меньшей мере в фут оказался выплеснут наружу.</p>
    <p>Мэри вздрогнула и подумала о том, каким образом Вессан Леннет, создательнице кодонатора, удалось самостоятельно удалить свой компаньон; это, похоже, невероятно трудно.</p>
    <p>Корбонон теперь орудовала лазерным скальпелем, похожим на тот, которым Мэри самой пришлось воспользоваться, когда Понтера подстрелили возле здания ООН. Концы лучевой артерии оказались подсоединены к двум отверстиям на задней части корпуса компаньона. Мэри знала, что у компаньона нет собственного источника питания: он получает энергию от идущих в теле носителя процессов. Что же, энергия артериального кровотока — источник энергии не хуже прочих; должно быть, в компаньон была встроена миниатюрная гидроэлектростанция — или в данном случае следует говорить «сангвиноэлектростанция»?</p>
    <p>Мэри всё собиралась отвернуться — она всегда торопилась переключиться на другой канал всякий раз, как натыкалась на сериал «Операция» на Учебном канале. Но всё это оказалось ужасно интересно. И она продолжала смотреть, как заканчивают установку компаньона, как прижигают кровеносные сосуда, как края разреза скрепляются микровспышками лазера. Наконец, края компаньона были обмазаны похожим на замазку герметиком, по-видимому, ускоряющим заживление.</p>
    <p>Оставшаяся часть операция — установка в уши двух кохлеарных имплантов — была совсем простой, или, возможно, Мэри так показалось из-за того, что она не могла наблюдать за процессом.</p>
    <p>Наконец, всё закончилось. Руку Мэри отмыли от крови, с лицевой панели компаньона убрали защитную плёнку, а кохлеарные импланты отрегулировали и откалибровали.</p>
    <p>— Готово, — сказала Корбонон, потянув за бусину контрольного штырька на панели компаньона. Всего таких бусин там было шесть, все разных цветов.</p>
    <p>— Привет, Мэри, — произнёс синтезированный голос. Он звучал будто бы в самой середине её головы, в точности между ушами. Голос был неандертальского типа — глубокий, резонирующий, вероятно, женский — но звук «и» он произносил безупречно: очевидно, эту проблему уже успели решить.</p>
    <p>— Привет, — ответила Мэри. — Э-э… как я тебя должна называть?</p>
    <p>— Как пожелаешь.</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Как насчёт «Кристина»? — Кристиной звали Мэрину младшую сестру.</p>
    <p>— Неплохо, — сказал голос у неё в голове. — Конечно, если передумаешь, то можешь переименовать меня когда угодно, и так часто, как захочешь.</p>
    <p>— Хорошо, — ответила Мэри. Потом добавила: — Я вижу, ты правильно произносишь все звуки?</p>
    <p>— Да. Я также умею пользоваться аббревиатурами.</p>
    <p>Мэри сделала восхищённое лицо.</p>
    <p>— Надо же! Компаньон Понтера не умел.</p>
    <p>— Это не особенно сложно запрограммировать, — ответила Кристина, — когда известна базовая концепция.</p>
    <p>Внезапно Мэри ощутила, как кто-то тронул её за плечо. Разговаривая с компаньоном, она совершенно перестала обращать внимание на внешний мир: интересно, наклонила ли она голову так, как обычно делает Понтер; приходит это само собой, или этому надо учиться — как форме вежливости, способу дать окружающим знать, что ты в данный момент занят другим.</p>
    <p>— Итак, — сказала Корбонон, улыбаясь Мэри, по-прежнему сидящей в операционном кресле. — Я так понимаю, ваш компаньон заработал?</p>
    <p>В первый раз Мэри услышала перевод так, как слышит его Понтер — не через внешнее ухо, а когда слова словно бы распускаются прямо внутри головы. Компаньон оказался прекрасным имитатором; хотя английские слова несли на себе печать какого-то едва уловимого акцента — как будто в исполнении Уильяма Шетнера, но произносились они голосом, очень похожим на голос самой Корбонон.</p>
    <p>— Ага, точно, — сказала Мэри — и как только она замолчала, внешний динамик компаньона издал звуки, которые Мэри опознала как перевод её реплики на неандертальский: — <emphasis>Ка пан ка</emphasis>.</p>
    <p>— Значит, всё в порядке, — сказала Корбонон, улыбаясь. — Мы закончили.</p>
    <p>— Мой компаньон уже ведёт передачу в архив алиби?</p>
    <p>— Да, — ответила Корбонон, и Кристина, переведя сказанное ей «Ка», добавила от себя «Передача ведётся».</p>
    <p>Мэри встала с кресла, поблагодарила хирурга и её коллегу и удалилась. Выйдя в вестибюль этого медицинского учреждения, она обнаружила там четверых мужчин-неандертальцев, у каждого из которых, по всей видимости, была сломана рука или нога. Один из них был облачён в серебристые одежды эксгибициониста. Мэри, рассудив, что уж он-то не станет обижаться на расспросы, подошла к нему и спросила:</p>
    <p>— Что случилось?</p>
    <p>— С нами? — уточнил эксгибиционист. — Как обычно: охотничьи ранения.</p>
    <p>Мэри вспомнила Эрика Тринкауса и его наблюдение о том, что древние неандертальцы имели следы травм, схожих с теми, что ковбои получают на родео.</p>
    <p>— На кого вы охотились? — спросила она.</p>
    <p>— На лося, — ответил эксгибиционист.</p>
    <p>Мэри была разочарована тем, что это оказался не какой-нибудь зверь поэкзотичнее.</p>
    <p>— И он того стоил? — спросила она. — В смысле, переломов?</p>
    <p>Эксгибиционист пожал плечами.</p>
    <p>— Лосятина того стоила. Не будешь же есть одних только голубей и бизонов.</p>
    <p>— В таком случае, — сказала Мэри, — надеюсь, вас быстро залатают.</p>
    <p>— О, не сомневайтесь, — с улыбкой ответил эксгибиционист.</p>
    <p>Мэри попрощалась и вышла из больницы под предвечернее солнце; возможно, её разговор с эксгибиционистом станет гвоздём программы.</p>
    <p>И вдруг она осознала: она только что находилась в одном помещении с четырьмя незнакомыми мужчинами, и вместо того, чтобы терять голову от ужаса, как дома, в своём мире, даже после установления личности её насильника, она не почувствовала ни малейшего беспокойства. Наоборот, она подошла к одному из мужчин и мило с ним побеседовала.</p>
    <p>Она изумлённо уставилась на своё левое предплечье, на компаньон — на Кристину. То, что каждое твоё движение записывается, казалось абстрактным знанием до того, как ей установили постоянный компаньон. Но теперь она осознала, насколько он <emphasis>освободил</emphasis> её. Здесь она была в безопасности. О, вокруг неё по-прежнему могло быть много злонамеренных людей, но они даже пытаться не станут как-то ей навредить… потому что это никогда не сойдёт им с рук.</p>
    <p>Мэри могла попросить Кристину вызвать ей транспортный куб, который отвёз бы её к Лурт, но стоял такой прекрасный день, что она решила пройтись пешком. И, снова, впервые в этом мире, она обнаружила, что запросто встречается взглядом с другими неандертальцами, словно они были её добрыми соседями, словно она была на своём месте, словно она оказалась <emphasis>дома</emphasis>.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 15</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>В вулканическом пепле Лаэтоли сохранились отпечатки ног самца и самки австралопитеков, общих предков глексенов и барастов, которые шли рядом, никуда не торопясь, осматриваясь и изучая окрестности: первый маленький шаг первых гоминидов. Людские следы остались также в море Спокойствия и Океане Бурь, на Фра Мауро и в борозде Хэдли, в Декарте и Тавр-Литтрове</emphasis><a l:href="#id20150414092305_137">[137]</a><emphasis> на Луне — следы поистине гигантских скачков…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>После операции Мэри чувствовала себя смертельно усталой, и когда она добралась до дома Лурт, то тут же уснула. Она проспала остаток дня в выложенном подушками квадратном углублении в полу, служившем местным жителям постелью, и проснулась лишь когда Лурт вернулась с работы двумя деци позже.</p>
    <p>— Оцени! — похвасталась Мэри своим новым компаньоном.</p>
    <p>Почти все компаньоны одинаковы на вид, но Лурт явно догадалась, что Мэри напрашивается на комплимент.</p>
    <p>— Он миленький, — сказала она.</p>
    <p>— Симпатяшка, правда? — согласилась Мэри. — Только это не он, а она. Её зовут Кристина.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказал синтезированный голос из динамика Кристины.</p>
    <p>— Кристина, — сказала Мэри, — это учёная Лурт Фрадло. Она партнёрша Адекора Халда, партнёра моего… — Мэри запнулась в поисках верного термина, потом, пожав плечами, продолжила: — …моего друга учёного — и посланника — Понтера Боддета.</p>
    <p>— Здравый день, учёная Фрадло, — сказала Кристина.</p>
    <p>— Здравый день, — ответила Лурт. — Можешь называть меня Лурт.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал компаньон.</p>
    <p>Лурт сделала глубокий вдох, по-видимому, анализируя феромоны.</p>
    <p>— Гинралд ещё не приходила. — Гинралд была партнёршей Лурт.</p>
    <p>— Нет, — ответила Мэри. — Даб и Каратал тоже. — Даб был сыном Лурт и Адекора Халда; Каратал была дочерью Гинралд и её партнёра.</p>
    <p>Лурт кивнула.</p>
    <p>— Хорошо. Тогда мы можем поговорить. Сложились некие обстоятельства, которые нам надо обсудить.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Но Лурт молчала, по-видимому, не зная, как начать.</p>
    <p>— Я сделала что-то не так? — спросила Мэри. — Я чем-то вас обидела? — Она знала, что этот мир полон культурных различий, но она делала всё возможное, чтобы во всём следовать советам Лурт.</p>
    <p>— Нет-нет, — ответила Лурт. — Ничего такого. — Она жестом пригласила Мэри куда-нибудь присесть. Мэри уселась на диван, а Лурт устроилась на стоящем рядом седлокресле. — Это о твоём месте жительства.</p>
    <p>Мэри кивнула. Ну конечно.</p>
    <p>— Я загостилась? — спросила она. — Прости.</p>
    <p>Лурт подняла свою широкую ладонь.</p>
    <p>— Пожалуйста, пойми меня правильно. В прошлый раз я была очень рада твоей компании. Но в моём доме и так тесно. Конечно, Даб через пару декамесяцев переедет жить к Адекору с Понтером, но…</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Но это будет через пару декамесяцев.</p>
    <p>— Именно, — сказала Лурт. — Если ты собираешься жить в этом мире подолгу, тебе нужен собственный дом.</p>
    <p>Мэри нахмурилась.</p>
    <p>— Я понятия не имею, как это можно устроить. И мне надо поговорить с Понтером. Одно дело, когда он оплачивает для меня всякие мелочи, но купить мне дом…</p>
    <p>Лурт рассмеялась, но смех был добродушным.</p>
    <p>— Дом не нужно покупать. Нужно просто выбрать из числа пустующих и поселиться в нём. Твой вклад несомненен; ты принесла нам массу новых знаний. Разумеется, ты имеешь право на дом.</p>
    <p>— Ты хочешь сказать, дома не находятся в частном владении?</p>
    <p>— Нет. С чего бы? А, думаю, я понимаю. Вспомни, что у нас стабильная численность населения. В новых домах нет нужды, кроме случаев, когда дерево умирает и требуется замена. А деревья под дома сажаются и выращиваются правительством, потому что ведь пройдёт уйма времени, прежде чем они вырастут и станут пригодны для жилья. Однако всегда есть некий излишек, чтобы гостям Салдака было, где остановиться. Мы подыщем тебе один из них. Я знаю прекрасного плотника, который сделает тебе мебель — я даже думаю, что он обрадуется возможности показать своё мастерство, удовлетворяя твои специфические запросы. — Лурт помолчала. — Разумеется, тебе придётся жить одной.</p>
    <p>Мэри не хотелось говорить, что это будет большим облегчением, но вообще-то она уже привыкла к одиночеству. За годы, прошедшие после разрыва с Кольмом, Мэри полюбила свои тихие домашние вечера, так что царивший в доме Лурт кавардак немало её раздражал. И всё же…</p>
    <p>И всё же этот мир такой <emphasis>странный</emphasis>. Мэри была совершенно не готова остаться с ним один на один. Она знала, что даже с помощью Кристины ей придётся прыгать выше головы.</p>
    <p>— Может быть, у тебя есть знакомые, которые не отказались бы от соседки? — спросила Мэри. — Ну, какая-нибудь одинокая женщина, которая рада бы была разделить с кем-нибудь заботы по хозяйству.</p>
    <p>Лурт попарабанила пальцами по центральной части лба, как раз там, где сходились изгибы надбровного валика.</p>
    <p>— Дай подумать… Дай подумать… — но потом она чуть склонила голову набок, явно прислушиваясь к совету своего компаньона. — Отличная идея, — сказала она, кивая. Потом посмотрела на Мэри. — Недалеко отсюда живёт одна моя подруга, Бандра Толгак. Она геолог. И она совершенно без ума от глексенов.</p>
    <p>— И её семья не живёт вместе с ней?</p>
    <p>— Именно. Её союз с партнёршей распался какое-то время назад, а оба её ребёнка уже покинули дом — младшая дочь совсем недавно. Она как-то жаловалась на то, что дом теперь совершенно пуст. Возможно, ты с ней могла бы договориться.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Был прохладный осенний день; по серебристому небу разметались ленты перистых облаков. Лурт и Мэри шли по улице. Впереди виднелось здание шириной примерно с футбольное поле и высотой, судя по рядам окон, в четыре этажа.</p>
    <p>— Это наша Научная Академия для женщин, — объяснила Лурт. — Бандра Толгак работает здесь.</p>
    <p>Они подошли к одному из входов, закрытому тяжёлыми непрозрачными створками. Лурт открыла их, и они вошли в квадратный в сечении коридор, освещённый вделанными в стены прозрачными трубками, внутри которых шли каталитические реакции. Коридор был заполнен спешащими по своим делам женщинами поколения 147 — как раз студенческого возраста, а так же проносящимися мимо с какими-то поручениями паукообразными роботами. Лурт остановилась на площадке перед двумя лифтами. Неандертальские лифты, когда никуда не едут, стоят с открытыми дверями, чтобы воздух внутри не застаивался; к тому же, это позволяло с одного взгляда определить, находится ли какой-то из них на данном этаже. Лурт завела Мэри внутрь лифта, который ожидал пассажиров.</p>
    <p>— Лаборатория Бандры Толгак, — произнесла Лурт в пространство.</p>
    <p>Дверь закрылась, и лифт поехал вверх. Через несколько секунд дверь снова открылась, и они вышли в другой коридор.</p>
    <p>— Третья дверь направо, — произнёс синтезированный голос.</p>
    <p>Мэри и Лурт отыскали нужною дверь, открыли её и вошли.</p>
    <p>— Здравый день, Бандра, — произнесла Лурт в широкую спину находящейся в лаборатории женщины.</p>
    <p>Та повернулась к ним и улыбнулась.</p>
    <p>— Лурт Фрадло! Здравый день! — Тут взгляд её глаз поразительного пшеничного цвета упал на Мэри. — А вы, должно быть, учёная Воган, — сказала она. — Лурт сказала, что вы придёте. — Она снова улыбнулась и, к изумлению Мэри, протянула ей руку.</p>
    <p>Мэри крепко пожала её.</p>
    <p>— Я… я не знала, что неандертальцы так делают.</p>
    <p>— О, нет, — ответила Бандра, ухмыляясь. — Но я читаю о глексенах всё, что удаётся достать. Такой интересный народ! — Она убрала руку. — Я всё сделала правильно?</p>
    <p>— Да, — ответила Мэри. — Всё как надо.</p>
    <p>Бандра просияла. Она была из 144-го поколения, на девять лет старше Мэри — точнее, на восемь с половиной, потому что Мэри родилась в сентябре, а все неандертальцы рождаются весной. Волосы на голове и теле Бандры имели приятный серебристо-медный оттенок.</p>
    <p>— Очень хорошо. О, постойте! Есть же ещё один ритуал! — Она изобразила на лице делано-серьёзное выражение и спросила:</p>
    <p>— Как поживаете?</p>
    <p>Мэри рассмеялась.</p>
    <p>— Спасибо, хорошо. А вы?</p>
    <p>— Я тоже хорошо, — сказала Бандра и тоже рассмеялась. — Такой замечательный народ! Так много всяких мелочей! — Она улыбнулась Мэри. — Для меня правда большое удовольствие познакомиться с вами, учёная Воган.</p>
    <p>— Вы можете звать меня Мэри.</p>
    <p>— Нет, не могу, — сказала Бандра и снова засмеялась. — Но я с удовольствием буду называть вас Мэре.</p>
    <p>Лаборатория Бандры была заполнена геологическими образцами — кристаллами горного хрусталя, полированными камнями, мастерски препарированными жеодами и тому подобным.</p>
    <p>— Какое удовольствие наконец-то познакомиться с живым глексеном, — продолжала Бандра. — Я прочитала о вас всё, смогла найти.</p>
    <p>— Э-э… спасибо.</p>
    <p>— Ну так расскажите мне о себе. У вас есть дети?</p>
    <p>— Пока нет, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Ах. Ну, а у меня две дочери и внук. Хотите, посмотреть фотографии?</p>
    <p>— Гмм, конечно.</p>
    <p>Но Бандра снова рассмеялась.</p>
    <p>— О, глексены и их правила хороших манер! Какие вы покладистые и уступчивые! Я могла бы заставить вас полдня рассматривать фотографии, которые я привезла из последнего отпуска.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как постепенно расслабляется — хорошее настроение Бандры оказалось заразным.</p>
    <p>— Надеюсь, ты не возражаешь против того, что мы зашли, — сказала Лурт, — но…</p>
    <p>— Но вы шли мимо! — сказала Бандра, снова улыбаясь Мэри от уха до уха.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— И заглянули на огонёк, — продолжала Бандра, произнося это с преувеличенным акцентом, который американцы вечно приписывают канадцам, но которого Мэри в жизни не слышала ни от одного соотечественника. — У глексенов такие замечательные поговорки.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— Итак, — сказала Бандра, — Лурт говорила, что вы хотели попросить об услуге. — Она обвела рукой заваленное камнями помещение. — Понятия не имею, чем геолог может быть вам полезен, но — это выражение одно из моих любимых — я вся внимание. — Бандра радостно уставилась на Мэри.</p>
    <p>— Ну… я… в общем, я ищу жильё здесь, в Центре Салдака.</p>
    <p>— Правда? — удивилась Бандра.</p>
    <p>Мэри ухмыльнулась.</p>
    <p>— Зуб даю.</p>
    <p>Бандра расхохоталась.</p>
    <p>— Нет-нет, оставьте себе! — Она секунду помолчала. — У меня большой дом, и я живу в нём одна.</p>
    <p>— Так Лурт и сказала. Я собираюсь пробыть здесь всего около месяца, и если вам нужно соседка…</p>
    <p>— Я бы с радостью, но… — голос Бандры затих.</p>
    <p>Мэри хотелось переспросить «Но что?», однако вряд ли будет уместно требовать у неё объяснений.</p>
    <p>Однако она заговорила сама.</p>
    <p>— Всего на месяц, говорите? То есть вы будете здесь, когда Двое в следующий раз станут Одним?</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри. — Но я, разумеется, не буду путаться под ногами.</p>
    <p>Мэри ясно видела, как на лице Бандры отразилась внутренняя борьба — и она её прекрасно понимала. Неандерталка наверняка взвешивала неудобство, связанное с присутствием в доме чужого человека с восторгом учёного от возможности пообщаться с пришельцем из другого мира.</p>
    <p>— Очень хорошо, — решилась, наконец, Бандра. — Как вы это говорите: ваш дом — мой дом?</p>
    <p>— Скорее, наоборот, — сказала Мэри.</p>
    <p>— О, да-да! Я всё ещё учусь!</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Я тоже.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 16</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Но прошло уже три десятка лет с тех пор, как Юджин Сернан стал последним человеком, ступавшим по поверхности Луны. Последним! Кто бы мог подумать, что после 1972 года родится целое поколение, для которого посещение человеком других миров будет лишь главой в учебнике истории…?</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p id="id59788__msoanchor_29">Мэри нашла дом Бандры гораздо более комфортабельным, чем дом Лурт, хотя размером он был совершенно такой же. Во-первых, мебель пришлась ей больше по вкусу. А во-вторых, Бандра оказалась орнитологом-любителем и талантливой художницей: все стены и потолки в её доме были увешаны полотнами, которых не постыдился бы и Одюбон<a l:href="#id20150414092305_138">[138]</a>, изображающими местных птиц, включая, разумеется, и странствующего голубя. Мэри и сама любила птиц; потому-то она и работала с ДНК странствующего голубя у себя в Йоркском университете, тогда как её аспирантка Дария отхватила себе гораздо более модную задачу по извлечению генетического материала из египетской мумии.</p>
    <p>Мэри чувствовала себя не в своей тарелке от того, что пришла раньше хозяйки, и ещё больше от того, что просто вошла через переднюю дверь. Но неандертальцы, разумеется, не запирают домов — попросту незачем.</p>
    <p>У Бандры был домашний робот — у многих барастов были такие. Это была насекомоподобная конструкция, состоящая из шарниров и рёбер. Робот осмотрел Мэри синими механическими глазами, не слишком отличающимися от глаз Лонвеса Троба, и снова принялся за уборку.</p>
    <p>Хотя Мэри знала, что не сможет увидеть Понтера, пока Двое не станут Одним, она не видела никакой причины, чтобы ему не звонить: её блестящий новенький компаньон легко мог соединиться с его компаньоном — как и с любым другим.</p>
    <p>Так что Мэри устроилась поудобнее — прилегла на диван в гостиной Бандры, лицом к украшавшим потолок фрескам — и велела Кристине вызвать Хака.</p>
    <p>— Привет, любимый, — сказала она — что было ничуть не лучше, чем «милый», поскольку ни то, ни другое Понтер не мог произнести, но, с другой стороны, он услышит только предоставленный Кристиной перевод.</p>
    <p>— Мэре! — раздался обрадованный голос Понтера. — Как здорово тебя услышать!</p>
    <p>— Скучаю по тебе, — пожаловалась Мэри. Она снова почувствовала себя восемнадцатилетней, звонящей бойфренду Донни из своей комнаты в родительском доме.</p>
    <p>— Я тоже очень скучаю.</p>
    <p>— Где ты сейчас?</p>
    <p>— Вывел Пабо погулять. Нам обоим полезно пройтись.</p>
    <p>— Адекор с тобой?</p>
    <p>— Нет, он остался дома. Так что у тебя нового?</p>
    <p>Первым делом Мэри рассказала ему об установке постоянного компаньона, потом описала обстоятельства своего переезда к Бандре.</p>
    <p>— А ещё Лурт мне рассказала интересную вещь. Оказывается, есть прибор, который может нам помочь завести ребёнка.</p>
    <p>— Правда? — сказал Понтер. — Какой же?</p>
    <p>— Она сказала это изобретение некоей Вессан Леннет.</p>
    <p>— Ох, — сказал Понтер. — Теперь припоминаю; видел её по визору. Она удалила себе компаньон и ушла от людей. Вроде бы из-за конфликта с Верховными Серыми относительно её изобретения.</p>
    <p>— Точно! — сказала Мэри. — Она изобрела прибор под названием кодонатор, который может синтезировать любую последовательность ДНК — именно то, что нам необходимо для нашего общего ребёнка. Лурт считает, что прототип до сих пор хранится у Вессан.</p>
    <p>— Возможно, — сказал Понтер. — Но если она… прости. Хорошая собачка! Умненькая собачка! Ну, давай сюда. Взять! Взять! Принеси! Прости, я хотел сказать, что если прибор и существует, то он по-прежнему запрещён.</p>
    <p>— Это так, — согласилась Мэри. — В <emphasis>этом</emphasis> мире. Но если мы увезём его в <emphasis>мой</emphasis> мир…</p>
    <p>— Блестяще! — восхитился Понтер. — Но как мы его раздобудем?</p>
    <p>— Я думаю, мы просто отыщем Вессан и попросим отдать нам его. Что мы теряем?</p>
    <p>— А как мы её найдём? У неё ведь нет компаньона.</p>
    <p>— Ну, Лурт сказала, что она раньше жила в городе Кралдак. Ты знаешь, где это?</p>
    <p>— Конечно. Это немного к северу от озера <emphasis>Дуранлан</emphasis> — озера Эри. Кралдак расположен примерно там, где в вашем мире Детройт.</p>
    <p>— Так вот, если она и покинула Кралдак, то вряд ли ушла слишком далеко оттуда.</p>
    <p>— Надо полагать. Без компаньона она уж точно не могла организовать для себя никакого транспорта.</p>
    <p>— Лурт сказала, что она, должно быть, построила себе хижину.</p>
    <p>— Вполне логично.</p>
    <p>— Так что мы можем просто изучить спутниковые фотографии на предмет появления новой хижины, которой четыре месяца назад ещё не было.</p>
    <p>— Ты забыла, где находишься, любовь моя, — сказал Понтер. — У барастов нет спутников.</p>
    <p>— Точно. Чёрт. А аэрофотосъёмка? Ну, ты знаешь — фотографии, сделанные с самолёта?</p>
    <p>— Самолётов тоже нет. Правда, есть вертолёты.</p>
    <p>— Ну, может быть, вертолёты делали облёт окрестностей Кралдака с тех пор, как она ушла?</p>
    <p>— Скажи ещё раз, когда это было?</p>
    <p>— По словам Лурт четыре месяца назад.</p>
    <p>— Ну, тогда да, наверняка. Лесные пожары — это летом большая проблема; лес может поджечь молния или люди по небрежности. Лес фотографируют с воздуха, чтобы следить за их распространением.</p>
    <p>— Мы можем получить доступ к этим фоторгафиям?</p>
    <p>— Хак?</p>
    <p>В голове Мэри зазвучал голос Хака.</p>
    <p>— Я <emphasis>уже</emphasis> с ними работаю, — сказал компаньон. — Согласно архиву алиби компаньон Вессан Леннет отключился 148/101/17, и с тех пор было три обследования окрестностей Кралдака с воздуха. Однако хижину легко обнаружить только зимой, когда на деревьях нет листьев. Заметить её с воздуха летом очень трудно.</p>
    <p>— Но ты попытаешься? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>— Хотя, возможно, это бессмысленно, — со вздохом признала Мэри. — Наверняка ведь другие уже пытались её отыскать, если то, что Лурт рассказала о кодонаторе — правда.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Ну как же: стерилизованные преступники, желающие обойти наложенное на них наказание.</p>
    <p>— Может быть, — согласился Понтер, — но Вессан ушла из общества не так давно, а стерилизованных не так уж много. Ну и, в конце концов, никто в этом мире не собирается зачинать детей до следующего лета, так что…</p>
    <p>— Простите, — прервал его Хак. — Я нашёл.</p>
    <p>— Что? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Хижину — или, по крайней мере, хижину, которой не было на старых картах. Она примерно в тридцати пяти километрах на запад от Кралдака. — Хак перевел расстояние в километры для Мэри; Понтер, вероятно, услышал что-то вроде «70000 саженей» через свои кохлеарные импланты.</p>
    <p>— Здорово! — воскликнула Мэри. — Понтер, мы должны встретиться с ней!</p>
    <p>— Конечно, — ответил он.</p>
    <p>— Мы можем поехать завтра?</p>
    <p>— Мэре… — начал Понтер тяжёлым голосом.</p>
    <p>— Что? Ах, да, поняла. Двое ещё не стали Одним. Но…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Мэри вздохнула.</p>
    <p>— Да нет, ничего. Ты прав. Ладно, но мы сможем поехать, как только Двое <emphasis>станут</emphasis> Одним?</p>
    <p>— Конечно, любовь моя. Тогда мы сможем сделать всё, что пожелаешь.</p>
    <p>— Договорились, — сказала Мэри. — Считай, что это свидание.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Бандра и Мэри оказались родственными душами — Бандре очень понравилось это выражение. Они обе любили тихие домашние вечера, и хотя у них было множество научных тем для разговоров, они часто касались многих вещей личного характера.</p>
    <p>Эти разговоры напомнили Мэри первые дни с Понтером, когда они находились на карантине в доме Рубена Монтего. Обсуждение идей и мнений с Бандрой стимулировало её интеллектуально и эмоционально, и неандерталка была к ней замечательно добра, весела и внимательна.</p>
    <p>И всё-таки эти разговоры в гостиной иногда касались тем если не горячих, то довольно острых.</p>
    <p>— Вы знаете, — говорила Бандра, сидя на противоположном от Мэри краю дивана, — эта неумеренная потребность в приватности, возможно, порождена вашими религиями. Поначалу я думала, что это просто из-за того, что некоторые занятия у вас запрещены, и людям необходимо уединение, чтобы им предаваться. И это, без сомнения, часть правды. Однако теперь, когда вы рассказали мне о множественности ваших систем верований, мне начинает казаться, что уединение нужно уже для того, чтобы <emphasis>захотеть</emphasis> практиковать верования, находящиеся в меньшинстве. Ведь первые последователи вашей системы, христианства, устраивали свои собрания втайне, не так ли?</p>
    <p>— Так и есть, — ответила Мэри. — Наш важнейший религиозный праздник — Рождество, празднование очередной годовщины рождения Иисуса. Мы празднуем его 25 декабря — зимой, хотя Иисус родился весной. Мы это знаем, потому что в Библии говорится, что это случилось, когда пастухи сторожили ночами стада, а они это делают лишь весной, когда рождаются ягнята. — Мэри улыбнулась. — Кстати, у вас всё точно так же: вы ведь тоже рожаете весной.</p>
    <p>— Вероятно, по той же самой причине: чтобы ребёнок был как можно старше, когда снова придёт зима.</p>
    <p>Однако это сходство засело у Мэри в голове, и она осторожно произнесла:</p>
    <p>— Вы знаете, барасты похожи на овец не только в этом. Вы такие миролюбивые.</p>
    <p>— Вам так кажется?</p>
    <p>— У вас нет войн. И, насколько я могу судить, почти нет бытового насилия. Хотя… — она оборвала себя прежде, чем упомянула о сломанной челюсти Понтера — результат прискорбного инцидента много лет назад.</p>
    <p>— Это так. Однако мы всё ещё охотимся на животных, которых едим — не постоянно, разумеется, если только это не является нашим видом социального вклада. Но достаточно часто, чтобы охота давала выход нашим агрессивным импульсам. Как вы это говорите? Выводила агрессию изорганизма.</p>
    <p>— Катарсис, — сказала Мэри. — Очищение от сдерживаемых эмоций.</p>
    <p>— Катарсис! О-о, ещё одно замечательное слово! Да, именно так: раздроби несколько черепов, отдери плоть от костей, и после этого почувствуешь себя на редкость миролюбивым.</p>
    <p>Мэри на секунду задумалась, а убила ли она в жизни хоть одно животное — для еды или для других целей. Если исключить комаров, получалось, что нет.</p>
    <p>— Мы этого не делаем.</p>
    <p>— Я знаю, — сказала Бандра. — Вы считаете это нецивилизованным. Но мы считаем, что это часть того, что делает цивилизацию возможной.</p>
    <p>— И всё же — ваше отсутствие приватности никогда не приводит к злоупотреблениям? Не может кто-нибудь скрытно — втайне от всех — следить за тем, что вы делаете, воспользовавшись каким-нибудь недостатком в системе безопасности архива алиби?</p>
    <p>— Зачем кто-либо стал бы этим заниматься?</p>
    <p>— Ну, скажем, чтобы предотвратить свержение правительства.</p>
    <p>— Зачем кому-то бы понадобилось свергать правительство? Почему просто не проголосовать против него?</p>
    <p>— Ну, <emphasis>сегодня</emphasis> да, возможно. Но демократия не была ведь у вас от начала времён?</p>
    <p>— А что тогда?</p>
    <p>— Племенные вожди? Военные правители? Боги-императоры. Впрочем, нет, последнее вычёркиваем. Но всё же… — Мэри задумалась. А, собственно, что ещё? Без сельского хозяйства нет небольших легко обороняемых территорий. Примитивные земледельцы вполне могут оборонять несколько сотен акров своих полей, но десятки или сотни квадратных миль охотничьих угодий небольшая группа охотников оборонять не в состоянии.</p>
    <p>Да и к чему их оборонять? Налёт на поселение земледельцев даёт немедленный результат: растительная пища и волокнистое сырьё, украденные с полей или из ограбленных хранилищ. Однако, как неоднократно указывал Понтер, охота и собирательство базируются на знании: никто не может просто войти на чужую территорию и начать её продуктивно эксплуатировать. Им придётся сначала узнать, куда животные ходят на водопой, где птицы откладывают яйца, где растут фруктовые деревья с самыми богатыми урожаями. Нет, такой образ жизни скорее породит мирную торговлю, потому что путешественнику гораздо легче принести с собой что-нибудь ценное и обменять это на только что добытое животное, чем пытаться добыть его в незнакомой местности самому.</p>
    <p>Тем не менее, если припечёт, большинство неандертальцев, вероятно, способны прокормить себя сами — чем, по-видимому, сейчас и занимается эта Вессан. Кроме того, в условиях ограниченной численности населения — а неандертальцы её ограничивают уже сотни лет — имеются огромные неиспользуемые пространства к услугам тех, кому жизнь в обществе не по вкусу.</p>
    <p>— И всё же, — сказала Мэри, — наверняка бывало, что людям не нравится те, кого они избрали, и они хотят избавиться от них.</p>
    <p>— О да, разумеется, такое бывает.</p>
    <p>— И как это делалось?</p>
    <p>— В старые времена? До того, как мы начали чистить генетический пул? Их убивали.</p>
    <p>— Во-от! — воскликнула Мэри. — Вот причина для нарушения приватности: предотвращение покушений. Если кто-то замышляет вас убить, то вы захотите проследить за ним, чтобы вовремя вмешаться.</p>
    <p>— Убийство ни к чему как-то особенно замышлять, — сказала Бандра, вскидывая бровь. — Вы просто подходите к тому, от кого хотите избавиться, и разбиваете ему череп. Поверьте, это прекрасно стимулирует избранных должностных лиц к заботе о том, чтобы их избиратели были довольны.</p>
    <p>Мэри невольно рассмеялась.</p>
    <p>— И всё же некоторые могут быть недовольны, даже когда довольны все остальные.</p>
    <p>Бандра кивнула.</p>
    <p>— Вот потому-то мы с давних времён осознавали необходимость исключения из генетического пула всех склонных к антиобщественному поведению.</p>
    <p>— Но эта идея чистки генов… — Мэри пыталась сохранять беспристрастность, но голос её выдал. — Я пыталась говорить об этом с Понтером, но это тяжело; он настолько безоговорочно её поддерживает. Но от этой идеи у моих соплеменников мороз по коже ещё больше, чем от вашего безразличия к приватности.</p>
    <p>— «Мороз по коже»! Красиво звучит!</p>
    <p>— Бандра, я серьёзно. В прошлом мы пробовали это делать, но… это всегда заканчивалось плохо. Ну, то есть, мы не верим, что подобные вещи можно делать так, чтобы исключить коррупцию. Доходило до попыток уничтожить целые этнические группы.</p>
    <p>Компаньон пискнул.</p>
    <p>— Группы людей, обладающие отличительным набором характеристик, возникших вследствие их географического происхождения.</p>
    <p>— Но генетическое разнообразие — большая ценность, — сказала Бандра. — Вам ли, специалисту по химии жизни, этого не знать.</p>
    <p>— Да, но… я хочу сказать, мы пытались… то есть, мой народ… ну, не <emphasis>мой</emphasis> народ, а просто плохие люди, плохие представители моего вида, пытались совершить… мы называем это «геноцид» — уничтожение целой расы или народа, и…</p>
    <p><emphasis>Да провались ты,</emphasis> подумала Мэри. Почему я не могу просто поболтать с неандерталкой о погоде, почему меня всё время заносит в такие жуткие темы? Когда я уже научусь держать язык на привязи?</p>
    <p>— Геноцид, — повторила Бандра без своего всегдашнего восхищения людскими терминами. Не было нужды напоминать, что её вид, Homo neanderthalensis, стал первой жертвой учинённого Homo sapiens геноцида.</p>
    <p>— Так вот, — сказала Мэри, — я хотела узнать, как вы решаете, какие именно особенности вы хотите искоренить?</p>
    <p>— Это не очевидно? Чрезмерная агрессивность. Чрезмерный эгоизм. Жестокость по отношению к детям. Умственная отсталость. Предрасположенность к генетическим заболеваниям.</p>
    <p>Мэри покачала головой; неудачный разговор с Понтером на эту тему всё ещё её беспокоил.</p>
    <p>— Мы считаем, что каждый имеет право продолжить род.</p>
    <p>— Почему? — спросила Бандра.</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Это… это право каждого человека.</p>
    <p>— Это <emphasis>желание</emphasis> каждого человека, — сказала Бандра. — Но право? Эволюция происходит благодаря тому, что <emphasis>не </emphasis>каждый член популяции продолжает свой род.</p>
    <p>— Я думаю, что преодоление жестокости естественного отбора — определяющий признак цивилизации.</p>
    <p>— Однако согласитесь, — сказала Бандра, — что общество в целом гораздо важнее отдельного человека.</p>
    <p>— По сути, мой народ этого мнения не разделяет. Мы считаем, что права и свободы отдельной личности имеют огромную ценность.</p>
    <p>— Огромную ценность? Или огромную цену? — Бандра покачала головой. — Я слышала о мерах безопасности, которые необходимы вам, о множестве принудителей, без которых невозможна жизнь в ваших городах. Вы утверждаете, что не хотите войны, но направляете немалую часть своих ресурсов на подготовку к войнам и их ведение. У вас есть террористы, и те, кто зарабатывает вызыванием у других привыкания к аддиктивным веществам, и совратители малолетних, и — простите мне это замечание — средний интеллект у вас гораздо ниже, чем можно ожидать.</p>
    <p>— Мы так и не сумели разработать метод оценки интеллекта, который не страдал бы культурным перекосом.</p>
    <p>Бандра моргнула.</p>
    <p>— Какое отношение культура имеет к оценке интеллекта?</p>
    <p>— Ну-у, — сказала Мэри, — если вы спросите ребёнка из богатой семьи с нормальным интеллектом, какое слово подходит к «чашке», он ответит «блюдце»; блюдце — это такая маленькая тарелочка, которую мы подставляем под чашку, из которой пьём кофе… горячие напитки. Но если вы спросите об этом ребёнка с нормальным интеллектом, но из бедной семьи, то он, возможно, не ответит, потому что его семья не может позволить себе блюдец.</p>
    <p>— Интеллект — это не какая-нибудь викторина, — сказала Бандра. — Чтобы его оценивать, есть способы получше. Мы ориентируемся на количество образовавшихся в мозгу нейронных связей; это хороший объективный индикатор.</p>
    <p>— Но те, кому будет отказано в праве продолжить род из-за их низкого уровня интеллекта, наверняка будут… несчастны.</p>
    <p>— Да. Но их, по определению, нетрудно обмануть.</p>
    <p>Мэри содрогнулась.</p>
    <p>— И всё же…</p>
    <p>— Вспомните, как осуществляется наша демократия. Мы не позволяем людям голосовать, пока им не исполнится 600 месяцев — две трети традиционного 900-месячного среднего срока жизни. Это будет… Дэлка?</p>
    <p>— Сорок восемь лет, — ответила Дэлка, компаньон Бандры.</p>
    <p>— Большинство женщин уже не способны рожать в этом возрасте, и активный репродуктивный период мужчин также уже завершён. Так что результаты голосования по этому вопросу их лично уже не затрагивали.</p>
    <p>— Это не демократия, когда голосует лишь меньшинство.</p>
    <p>Бандра нахмурилась, словно пытаясь понять смысл реплики.</p>
    <p>— <emphasis>Каждый</emphasis> имеет право голоса — просто не в каждый момент своей жизни. И, в отличие от вашего мира, мы никогда никому не отказывали в праве голоса из-за его пола или пигментации кожи, при условии достижения соответствующего возраста.</p>
    <p>— Однако, — возразила Мэри, — голосующие наверняка принимали во внимание интересы своих взрослых детей, которые ещё находятся в репродуктивном возрасте, но сами голосовать не могут.</p>
    <p>Бандра помедлила, и Мэри задумалась, почему: до сих пор она вела дискуссию очень уверенно.</p>
    <p>— Разумеется, надежда на счастливое будущее наших детей очень важна для нас, — наконец, произнесла она. — Но голосование происходило <emphasis>до</emphasis> тестов на интеллект. Понимаете? Было принято решение запретить размножаться пяти процентам населения с худшими показателями интеллекта в течение десяти последующих поколений. Попробуйте найти родителя, который считал бы, что его ребёнок попадает в нижние пять процентов — это невозможно! Голосующие, без сомнения, полагали, что уж их-то детей это решение не затронет.</p>
    <p>— Но оно затронуло.</p>
    <p>— Да. Некоторых. — Бандра едва заметно двинула плечом. — Это пошло на благо обществу.</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Мой народ никогда не пошёл бы на такой шаг.</p>
    <p>— С тех пор нам не приходится особенно беспокоиться по поводу нашего генетического пула, хотя есть некоторые исключения. Через десять поколений репродуктивные ограничения были сняты. Большинство генетических заболеваний исчезли навсегда, почти пропала чрезмерная агрессивность, средний уровень интеллекта повысился. Разумеется, он по-прежнему подчиняется нормальному распределению, но мы получили… как вы это называете? У нас есть такое понятие в статистике: корень квадратный из среднего квадрата отклонения от среднего арифметического для выборки.</p>
    <p>— Стандартное отклонение, — подсказала Мэри.</p>
    <p>— Ага. Так вот, через десять поколений средний уровень интеллекта сдвинулся на одно стандартное отклонение влево.</p>
    <p>Мэри уже хотела было сказать «в смысле, вправо», но вовремя вспомнила, что неандертальцы читают справа налево, а не слева направо. Вместо этого она сказала:</p>
    <p>— Правда? Такой сильный сдвиг?</p>
    <p>— Ага. Наши тупицы теперь такие же умные, как раньше наши средние умы.</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Вообще не могу себе представить, чтобы мой народ позволил бы властям решать, кому можно размножаться, а кому нет.</p>
    <p>— Я не защищаю наши методы, — сказала Бандра. — Как говорит одна из ваших лучших поговорок, «каждому — своё». — Она улыбнулась своей широкой доброй улыбкой. — Ладно, Мэре, довольно серьёзных разговоров. — Сегодня чудесный вечер! Пойдёмте погуляем. А потом вы расскажете мне о себе.</p>
    <p>— Что вам хотелось бы узнать?</p>
    <p>— Всё подряд. Всё до капли. До донышка. От доски до доски.</p>
    <p>Мэри рассмеялась.</p>
    <p>— Я уловила идею, — сказала она, поднимаясь на ноги.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 17</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Как это могло случиться? Как мы могли забыть тот благородный порыв, который привёл нас из Олдувайского ущелья в лунные кратеры? Ответ, разумеется, таков: мы успокоились. В течение недавно завершившегося столетия мы достигли большего прогресса в благополучии и качестве жизни, в здравоохранении и долголетии, в технологиях и житейских удобствах, чем за все предшествующие сорок тысячелетий…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Жизнь Мэри начала входить в колею: днём она занималась изучением неандертальской генетики с Лурт и другими специалистами, ночи с большим комфортом проводила в доме Бандры.</p>
    <p>Мэри всегда казалось, что у неё слишком широкие бёдра, но средний неантертальский таз был ещё шире. Ей вспомнилась старая гипотеза Эрика Тринкауса о том, что срок беременности у неандертальцев мог составлять одиннадцать или даже двенадцать месяцев, поскольку благодаря широким бёдрам они могли рожать более крупных детей. Однако ту гипотезу пришлось отбросить, когда последующие исследования показали, что необычная форма неандертальского таза связана лишь с их манерой ходьбы. Предполагалось, что их шаг должен напоминать походку враскачку ковбоев Дикого Запада — что теперь подтверждалось прямыми наблюдениями.</p>
    <p>Так или иначе, неандертальские седлокресла казались Мэри неудобными, а из-за того, что у большинства неандертальцев голени немного короче бёдер, барастовские сиденья более привычного типа всегда оказывались низковатыми для неё. Поэтому она попросила знакомую Лурт мебельщицу изготовить для неё новое кресло: сосновая рама и мягкие подушки на сиденье и спинке.</p>
    <p>В тот день Бандра вернулась домой раньше Мэри и была в своей спальне. Она, однако, появилась, стоило Мэри подойти к входной двери.</p>
    <p>— Привет, Мэре, — сказала она. — Мне показалось, что я унюхала ваш запах.</p>
    <p>Мэри вяло улыбнулась. Она уже начала ко всему этому привыкать; правда начала.</p>
    <p>— О, гляньте-ка! — сказала Бандра. — Ваше кресло привезли! Ну-ка опробуйте.</p>
    <p>Мэри подчинилась, опустившись на мягкое сиденье.</p>
    <p>— Ну как? Хорошо?</p>
    <p>— Замечательно! — сказала Мэри, немного поёрзав. — Просто великолепно. Очень удобно.</p>
    <p>— То, что доктор прописал! — заявила Бандра, показывая удивлённой Мэри оба больших пальца.</p>
    <p>Мэри рассмеялась.</p>
    <p>— Точно.</p>
    <p>— То, что надо! В самый раз!</p>
    <p>— Да, всё это, — согласилась Мэри.</p>
    <p>— Да! — повторила Бандра, явно безмерно довольная собой. — Бинго! Точняк! — Бандра сияла, и Мэри тепло улыбнулась ей в ответ.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Позже тем же вечером Мэри устроила новому стулу более серьёзное испытание, устроившись на нём с ногами с одной из книг, купленных в книжной лавке Лаврентийского университета.</p>
    <p>Бандра, которая работала над новым анималистским полотном, по-видимому, решила, что неплохо устроить перевыв. Она пересекла комнату и встала позади Мэри?</p>
    <p>— Что вы читаете?</p>
    <p>Мэри автоматически показала ей обложку книги, потом сообразила, что Бандра не сможет прочесть название — хотя, при её увлечении английским она, возможно, скоро научится на нём и читать.</p>
    <p>— Книга называется «Собственник», — сказала Мэри, — а автора зовут Джон Голсуорси. Он получил высшую литературную награду нашего мира, Нобелевскую премию по литературе. — Кольм советовал ей почитать Голуорси многие годы, но Мэри, наконец, решилась на это лишь наслушавшись восторгов её сестры Кристины по поводу нового бибисишного телесериала по «Саге о Форсайтах», первым томом которой и являлся «Собственник».</p>
    <p>— О чём она? — спросила Бандра.</p>
    <p>— Богатый адвокат женится на красивой женщине. Он нанимает архитектора, чтобы построить им загородный дом, но женщина заводит с архитектором роман.</p>
    <p>— Ах, — сказала Бандра; Мэри посмотрела на неё и, улыбнувшись, начала заново:</p>
    <p>— Она о сложностях межличностных отношений у глексенов.</p>
    <p>— Вы не прочитаете мне из неё вслух? — попросила Бандра?</p>
    <p>Просьба удивила Мэри, но одновременно и обрадовала.</p>
    <p>— Конечно. — Бандра подтащила седлокресло поближе и села лицом к Мэри, сложив руки на коленях. Мэри принялась читать текст тихим голосом, позволяя Кристине переводить его на неандертальский язык.</p>
    <cite>
     <p>Многие сочли бы брак Сомса и Ирэн вполне удачным: у него деньги, у неё красота — значит, компромисс возможен. Пусть не любят друг друга, но почему не поддерживать сносных отношений? То, что они будут жить каждый своей жизнью, делу не помешает, лишь бы были соблюдены приличия, лишь бы уважались священные узы брака и семейный очаг. В высших классах половина всех супружеств покоится на двух правилах: не оскорбляй лучших чувств общества, не оскорбляй лучших чувств церкви. Ради них можно принести в жертву свои собственные чувства. Преимущества незыблемого семейного очага слишком очевидны, слишком осязаемы, они исчисляются реальными вещами; status quo — дело верное. Ломка семьи — в лучшем случае опасный эксперимент и к тому же весьма эгоистичный.</p>
     <p>Вот какие выводы может выставить защита, и молодой Джолион вздохнул.</p>
     <p>«Все упирается в собственничество, — думал он, — но такая постановка вопроса мало кого обрадует. У них это называется „святостью брачных уз“, но святость брачных уз покоится на святости семьи, а святость семьи — на святости собственности. И вместе с тем, наверное, все эти люди считают себя последователями того, кто никогда и ничем не владел. Как странно!»</p>
     <p id="id59788__msoanchor_30">И молодой Джолион снова вздохнул.<a l:href="#id20150414092305_139">[139]</a></p>
    </cite>
    <p>— Интересно, — сказала Бандра, когда Мэри остановилась.</p>
    <p>Мэри рассмеялась.</p>
    <p>— Уверена, что вы так говорите из вежливости. Должно быть, для вас это полнейшая тарабарщина.</p>
    <p>— Нет, — возразила Бандра. — Нет, я поняла. Этот мужчина — Сомс, да? — живёт с этой женщиной, этой…</p>
    <p>— Ирэн, — подсказала Мэри.</p>
    <p>— Да. Но в их отношениях нет теплоты. Она хочет гораздо бо́льшей близости, чем хочется ему.</p>
    <p>Мэри, впечатлённая, кивнула.</p>
    <p>— Именно так.</p>
    <p>— Подозреваю, что такие проблемы бывают у всех.</p>
    <p>— Думаю, да, — сказала Мэри. — Я лично отождествляю себя с Ирэн. Она вышла замуж за Сомса не зная, чего на самом деле хочет. Как я за Кольма.</p>
    <p>— Но теперь вы знаете, чего хотите?</p>
    <p>— Я знаю, что хочу Понтера.</p>
    <p>— Но он не сам по себе, — сказала Бандра. — У него Адекор и дочери.</p>
    <p>Мэри загнула страницу и закрыла книгу.</p>
    <p>— Я знаю, — тихо сказала она.</p>
    <p>Бандра, должно быть, почувствовала, что огорчила Мэри.</p>
    <p>— Простите, — сказала она. — Я бы чего-нибудь выпила. Поддержите?</p>
    <p>Мэри была готова убить за стакан вина, но неандертальцы его не делали. Впрочем, она привезла с собой с той стороны килограммовую пачку кофе. Обычно она не пила кофе по вечерам, но комнатной температурой у неандертальцев считается шестнадцать градусов: они пользовались той же самой шкалой — промежуток между точками замерзания и кипения воды, разделённый на сто частей. Мэри предпочитала двадцать или двадцать один градус, и большая кружка кофе могла помочь ей согреться.</p>
    <p>— Давайте я вам помогу, — сказала Мэри, и они вдвоём отправились в кухонную зону.</p>
    <p>У себя дома на той Земле Мэри всегда держала в холодильнике литровую упаковку шоколадного молока, чтобы добавлять его в кофе. Здесь его тоже было не достать, но она взяла с собой банку сухого молока и растворимого порошкового какао; добавив в кружку Maxwell House разумное количество того и другого она получила приемлемую аппроксимацию своего любимого напитка.</p>
    <p>По устланному мхом полу они вернулись в гостиную. Бандра уселась на один из своих плавно изогнутых диванов, встроенных в одну из стен; Мэри вернулась на своё кресло, но тут осознала, что ей некуда поставить кружку. Она подхватила свою книжку — Кольм всегда терпеть не мог того, как она перегибает корешок и загибает страницы — и присела на другом краю дивана, поставив кружку на сосновый столик перед ним.</p>
    <p>— В своём мире вы жили одна, — сказала Бандра. Это не был вопрос; она уже успела это узнать.</p>
    <p>— Да, — сказала Мэри. — У меня была… у нас это называется «квартира в кондоминиуме» — несколько комнат в большом здании, которым я владею совместно с парой сотен других людей.</p>
    <p>— Парой сотен! — удивилась Бандра. — Такое большое здание?</p>
    <p>— В нём двадцать два этажа; двадцать два уровня. Я живу на семнадцатом.</p>
    <p>— Вид, должно быть, потрясающий!</p>
    <p>— Это точно. — Хотя ответ был шаблонный, и Мэри это знала. Вид из её окна открывался на бетон и стекло, на здания и автострады. Он казался замечательным, когда она там поселилась, но её вкусы уже менялись.</p>
    <p>— И каков статус этого места сейчас? — поинтересовалась Бандра.</p>
    <p>— Я всё ещё им владею. Когда мы с Понтером окончательно решим, что мы будем делать дальше, тогда и станет ясно, что делать с квартирой. Возможно, мы её оставим.</p>
    <p>— И что же вы с Понтером будете делать дальше?</p>
    <p>— Если б я знала, — ответила Мэри. Она взяла кружку и сделала глоток. — Как вы только что сказали, Понтер не сам по себе.</p>
    <p>— И вы тоже, — сказала Бандра, отводя взгляд.</p>
    <p>— Простите? — не поняла Мэри.</p>
    <p>— Вы тоже. Если вы решите стать частью этого мира, то не должны оставаться в одиночестве в любой день месяца.</p>
    <p>— Гмм, — сказала Мэри. — В моём мире большинство людей привлекают представители противоположного пола.</p>
    <p>Бандра вскинула глаза, но сразу же снова опустила взгляд.</p>
    <p>— Не бывает отношений между женщинами?</p>
    <p>— Э-э, бывают… иногда. Но обычно женщины, участвующие в такого рода отношениях, не имеют партнёров-мужчин.</p>
    <p>— У нас не так, — сказала Бандра.</p>
    <p>— Я знаю, — тихо ответила Мэри.</p>
    <p>— Я… мы… вы и я, мы уживаемся довольно хорошо, — сказала Бандра.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как напряглось всё её тело.</p>
    <p>— Да, неплохо, — сказала она.</p>
    <p>— Здесь, у нас, две женщины, которые живут вместе и которые нравятся друг другу и не являются близкими родственниками, могут… — Бандра положила широкую ладонь на колено Мэри, — могут <emphasis>сблизиться</emphasis>.</p>
    <p>Мэри посмотрела на её руку. В прошлом она бы сбросила руку незнакомого мужчины со своего колена, но…</p>
    <p>Но ей не хотелось её обижать. В конце концов, эта женщина была так добра, что приняла её под свою крышу.</p>
    <p>— Бандра, я… я не чувствую влечения к женщинам.</p>
    <p>— Возможно… возможно это просто… — она подбирала подходящий термин, — просто влияние культурной среды?</p>
    <p>Мэри задумалась над предположением. Возможно, и так — но это ничего не меняло. О, Мэри целовала девочек, когда ей было тринадцать или четырнадцать — но она тогда просто тренировалась перед тем, как начать целовать мальчиков, она и её подруги страшно боялись оказаться не на высоте, когда это время придёт.</p>
    <p>По крайней мере, так они друг другу говорили, хотя…</p>
    <p>Хотя это и правда было по-своему приятно.</p>
    <p>И всё же…</p>
    <p>— Простите, Бандра. Я не хочу показаться грубой. Но меня правда это не привлекает.</p>
    <p>— Вы ведь знаете, — сказала Бандра, заглянув Мэри в глаза и снова отведя взгляд, — никто не так понимает, как доставить удовольствие женщине, как другая женщина.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как затрепыхалось сердце.</p>
    <p>— Я… я уверена, что это правда, но… — Она мягко убрала руку Бандры со своего колена. — Но это не для меня.</p>
    <p>Бандра несколько раз кивнула.</p>
    <p>— Если вы передумаете… — сказала она, дала фразе повиснуть в воздухе, и через секунду продолжила: — В промежутках между днями, когда Двое становятся одним, чувствуешь себя ужасно одинокой.</p>
    <p><emphasis>И это истинная правда,</emphasis> подумала Мэри, но ничего не сказала.</p>
    <p>— Ну что ж, — сказала Бандра после паузы. — Я, пожалуй, пойду спать. Э-э… «сладких снов», так, кажется, у вас говорят?</p>
    <p>Мэри удалось выдавить из себя улыбку.</p>
    <p>— Да, точно. Спокойной ночи, Бандра.</p>
    <p>Она проследила взглядом за тем, как неандерталка скрылась в своей спальне; у Мэри была собственная комната, раньше принадлежавшая Дрэнне, младшей дочери Бандры. Она подумала о том, чтобы и самой отправиться спать, но решила ещё немного почитать в надежде малость очистить голову от того, что только что произошло.</p>
    <p>Она подобрала «Собственника» и открыла его на заложенной странице. Голсуорси писал в едком, ироничном тоне; в конце концов, не одни только неандертальцы видят глексенские недостатки. Она начала читать, наслаждаясь отличной реконструкцией языка, которым разговаривал верхний средний класс в викторианской Англии. Голсуорси — отличный стилист, и…</p>
    <p><emphasis>О Господи…</emphasis></p>
    <p>Мэри с бешено колотящимся сердцем захлопнула книгу.</p>
    <p><emphasis>Господи.</emphasis></p>
    <p>Она сделала глубокий вдох, выдохнула, вдохнула снова, выдохнула.</p>
    <p>Сомс только что…</p>
    <p>Сердце Мэри продолжало колотиться.</p>
    <p>Может быть, она не так поняла? В конце концов, это было сказано обиняками. Может быть, она просто была в таком настроении…</p>
    <p>Она открыла книгу, бережно и осторожно, как это делал Кольм, и нашла это место снова, скользнула взглядом по плотному тексту, и…</p>
    <p>Нет, сомнений не было. Сомс Форсайт, Собственник, только что продемонстрировал своей жене Ирэн, что она для него ничего не значит. Несмотря на её отсутствие интереса к нему, прямо на их брачном ложе он её изнасиловал.</p>
    <p>До этого места книга Мэри нравилась, особенно тайный роман между Ирэн и архитектором Босини — потому что он немного напомнил ей её собственные странные, запретные отношения с Понтером. Но…</p>
    <p>Насилие.</p>
    <p>Чёртово насилие.</p>
    <p>И всё же она не могла винить Голсуорси. Именно так Сомс и поступил бы в подобной ситуации.</p>
    <p>Именно так поступил бы <emphasis>мужчина</emphasis>.</p>
    <p>Мэри положила книгу рядом со своей уже остывшей кружкой кофе. Она обнаружила, что пялится на закрытую дверь спальни Бандры. Просидев так одному Богу известно сколько времени, Мэри, наконец, поднялась с дивана и поплелась в свою комнату, в темноту и одиночество.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 18</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>И здесь, в Северной Америке, и в Индии, и в Японии, в Европе и России и по всему нашему огромному и удивительному миру жизнь в целом стала лучше, чем когда бы то ни было — и она продолжает улучшаться…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Наконец этот день настал! Двое снова стали Одним. Мэри и десяток других женщин посреди широкой площади ждали приезда мужчин. Здесь была Лурт с маленьким Дабом, сыном Адекора. Жасмель, старшая дочь Понтера, тоже была здесь, но, как знала Мэри, ждала не его, а собственного партнёра, Траона. Была здесь и Мега, младшая дочь Понтера, и Мэри стояла рядом с ней, держа её за руку. Мэри с облегчением отметила, что нигде не видно Даклар Болбай, законной опекунши Меги: эта женщина уже и так создала Мэри, Понтеру и Адекору более чем достаточно проблем.</p>
    <p>Наконец, прибыл автобус. Понтер и Адекор вышли, и Мэри бросилась к своему мужчине. Они обнялись и лизнули друг друга в лицо. Потом Понтер обнял обеих своих дочерей и посадил Мегу себе на плечи. Адекор тем временем успел исчезнуть вместе со своей партнёршей и сыном.</p>
    <p>Понтер привёз с собой тапециевидный чемодан, с которым ездил на другую Землю. Чемодан несла Мэри, Понтер нёс Мегу.</p>
    <p>Во время ещё одного разговора через компаньоны они договорились, что отправятся на поиски Вессан на третий или четвёртый день Двоих, ставших Одним, потому что прогноз обещал в Салдаке облачность, а в Кралдаке — чистое небо.</p>
    <p>Так что в то утро Мэри, Понтер и Мега отлично провели время втроём. Хотя начало холодать и все листья на деревьях уже изменили цвет, воздух был по-прежнему свеж и чист. После обеда Мега убежала играть с друзьями, а Мэри и Понтер уединились в доме Бандры. Неандертальцы не испытывали комплексов по поводу секса, однако Мэри до сих пор чувствовала неловкость по поводу занятий любовью в то время, когда в доме находится ещё кто-то. К счастью, Бандра сказала, что будет со своим партнёром Гарбом и до вечера дома не появится. Так что весь дом был к услугам Мэри и Понтера.</p>
    <p>Секс, как всегда, был просто сказочным, и Мэри достигла оргазма несколько раз. После этого они вместе приняли ванну, а потом просто лежали рядом на груде подушек, болтая и касаясь друг друга. Речь Понтера показалась Мэри несколько непривычной; собственно, она такой и была, поскольку перевод теперь осуществляла Кристина, а не Хак.</p>
    <p>Большую часть оставшегося дня они провели, обнимаясь, прогуливаясь и разговаривая — просто наслаждаясь обществом друг друга. Они посмотрели короткое театральное представление — неандертальцы обожали театр. Электрические вентиляторы на задах сцены гнали феромоны актёров на зрителей, в то же время выдувая из помещения их собственные.</p>
    <p>Потом они какое-то время играли в неандертальскую настольную игру под названием <emphasis>партанлар</emphasis> — что-то среднее между шашками и шахматами: фигуры все были идентичны, но то, как они ходят, зависело от их положения на стоклеточной доске.</p>
    <p>Позже они посетили ресторан, в котором хозяйничали две женщины, чьи партнёры умерли, и насладились вкуснейшей олениной, отличным салатом из кедровых орехов и листьев папоротника, жареных корнеплодов и варёных утиных яиц. И теперь они сидели в глубине ресторана на скамье с мягким сиденьем, с неандертальскими обеденными перчатками на руках, и по очереди кормили друг друга.</p>
    <p>— Я люблю тебя, — сказала Мэри, прижимаяся к Понтеру.</p>
    <p>— И я тебя люблю, — ответил Понтер. — Я так сильно тебя люблю.</p>
    <p>— Мне бы хотелось… мне бы хотелось, чтобы Двое всегда были Одним, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Когда я с тобой, я тоже хочу, чтобы это никогда не кончалось, — сказал Понтер, гладя Мэри по голове.</p>
    <p>— Но это кончится, — со вздохом ответила Мэри. — Я не знаю, стану ли я когда-либо своей в этом мире.</p>
    <p>— Идеальных решений не существует, — сказал Понтер, — но ты могла бы…</p>
    <p>Мэри села прямо и повернулась к нему лицом.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Ты могла бы уехать обратно в свой мир.</p>
    <p>Сердце Мэри провалилось.</p>
    <p>— Понтер, я…</p>
    <p>— На двадцать пять дней в месяц. И возвращаться сюда, когда Двое становятся Одним. Обещаю, что каждый раз у тебя будет четыре самых весёлых, самых любвеобильных, самых страстно-сексуальных дня, какие только возможны.</p>
    <p>— Я… — Мэри задумалась. Она искала решение, которое позволило бы Двум быть Одним бесконечно. Но, похоже, это совершенно невозможно. И всё же…</p>
    <p>— Мотаться каждый раз из Торонто в Садбери будет неудобно, — сказала Мэри, — да ещё каждый раз проходить деконтаминацию на пути туда и обратно, но…</p>
    <p>— Ты забыла, кто ты такая, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Я… прости, не поняла.</p>
    <p>— Ты — Мэри Воган.</p>
    <p>— И?</p>
    <p>— Ты — <emphasis>та самая</emphasis> Мэри Воган. Любая академия… нет, прости, любой <emphasis>университет</emphasis> с радостью примет тебя в свой штат.</p>
    <p>— Да, и это ещё одна проблема. Я не смогу брать по четыре выходных подряд каждый месяц.</p>
    <p>— И снова ты недооцениваешь себя.</p>
    <p>— Каким образом?</p>
    <p>— Правильно ли я понимаю устройство вашего учебного процесса? Ведь вы учитесь лишь восемь месяцев в году?</p>
    <p>— С сентября по апрель, правильно. С осени до весны.</p>
    <p>— Так что три или четыре раза, когда Двое станут Одним, придутся на время, когда ты не обязана быть в университете. Из оставшихся восьми значительная часть придётся на два последних дня ваших семидневных периодов, в течение которых вы не работаете.</p>
    <p>— Однако…</p>
    <p>— Однако всё равно останутся дни, в которые тебе нужно быть в университете.</p>
    <p>— Именно. И никто не будет идти мне навстречу, чтобы…</p>
    <p>— Прости меня, любимая, но <emphasis>каждый</emphasis> с радостью пойдёт тебе навстречу. Даже до твоего последнего визита, но в особенности сейчас, ты не только знаешь о генетике неандертальцев больше, чем любой другой глексен — в том, что неандертальцы знают <emphasis>о</emphasis> генетике, ты также разбираешься лучше любого другого глексена. Ты будешь бесценным приобретением для любого университета, и если для того, чтобы тебя заполучить, им придётся удовлетворить некоторые твои специальные требования, я уверен, они это сделают.</p>
    <p>— Я думаю, ты недооцениваешь трудности.</p>
    <p>— Правда? В этом можно убедиться, только попробовав.</p>
    <p>Мэри в раздумье оттопырила губы. Он был прав; от того, что она наведёт справки, определённо большой беды не будет.</p>
    <p>— И всё-таки на то, чтобы добраться от Торонто до Садбери уходит большая часть дня, особенно если прибавить спуск в шахту и всё остальное. Четыре дня запросто превратятся в шесть.</p>
    <p>— Да, если ты будешь жить в Торонто. Но почему бы тебе не делать свой вклад в Лаврентийском университете в Садбери? Там тебя знают ещё с тех пор, как я впервые к вам попал.</p>
    <p>— Лаврентийский, — повторила Мэри, словно пробуя слово на вкус. Это был очень приятный маленький университет, с первоклассным факультетом генетики, и он выполнял интересные работы по судмедэкспертизе…</p>
    <p><emphasis>Судмедэкспертиза.</emphasis></p>
    <p>Изнасилование. Опять чёртово изнасилование.</p>
    <p>Мэри сомневалась, что когда-либо ещё почувствует себя комфортно в Йоркском университете в Торонто. Там ей не только придётся иметь дело с Корнелиусом Раскином — ей придётся работать бок о бок с Кейсер Ремтуллой, ещё одной жертвой Раскина — жертвой изнасилования, которого не было бы, если бы Мэри сообщила о своём изнасиловании в полицию. Каждый раз, вспоминая о Кейсер, Мэри мучилась чувством вины; мысль о том, чтобы снова работать с ней, угнетала её; мысль о совместной работе с Корнелиусом повергала в ужас.</p>
    <p>Так что в предложении Понтера была определённая элегантность.</p>
    <p>Преподавать генетику в Лаврентийском…</p>
    <p>Жить в нескольких минутах езды от шахты Крейгтон, вместилища первого межмирового портала…</p>
    <p>А проводить пусть даже всего четыре дня в месяц с Понтером — лучше, чудеснее, сказочнее, чем иметь постоянные отношения с любым другим мужчиной, которого она могла себе представить…</p>
    <p>— Но что… что будет с поколением 149? С нашим ребёнком? Я не смогу видеться со своим ребёнком всего раз в месяц.</p>
    <p>— По нашей традиции ребёнок живёт с матерью.</p>
    <p>— Но если это мальчик — то только до десяти лет. А потом он переезжает к отцу, как Даб скоро переедет. Я не хочу, чтобы мой сын покинул меня всего через десяток лет.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Какое бы решение мы ни нашли для того, чтобы завести ребёнка, оно обязательно будет включать манипулирование хромосомами. В процессе этого выбрать для ребёнка женский пол будет тривиальной задачей. Девочка живёт с матерью до двести двадцать пятого месяца своей жизни — примерно восемнадцать лет. Даже в твоём мире дети покидают родительский дом примерно в этом возрасте, разве не так?</p>
    <p>Голова у Мэри пошла кругом.</p>
    <p>— Ты гений, учёный Боддет, — сказала она, наконец.</p>
    <p>— Стараюсь, учёная Воган.</p>
    <p>— Это не идеальное решение.</p>
    <p>— Такие вещи — большая редкость, — заметил Понтер.</p>
    <p>Мэри подумала об этом, потом теснее прижалась к Понтеру и медленно лизнула его в левую часть лица.</p>
    <p>— Знаешь, — сказала она, прижимаясь лицом к его заросшей бородой щеке, — это может сработать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 19</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Так что вполне объяснимо, что мы решили взять тайм-аут, чтобы насладиться первыми десятилетиями последовавшего за окончанием Холодной войны процветания, что мы предались ещё одному занятию, сделавшему наше человечество великим: остановились и вдохнули запах роз…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Покинув ресторан, Мэри и Понтер встретились с Мегой и некоторое время поиграли с ней. Но детям уже было пора спать, и Мега ушла домой — в дом, где она жила со своим <emphasis>табантом,</emphasis> Даклар Болбай. В связи с чем Мэри пришла в голову блестящая идея — они с Понтером могли бы провести ночь в доме Понтера на Окраине. В конце концов, Адекора там не будет, и это позволило бы им не мешать Бандре и Гарбу. Понтер был поначалу озадачен предложением: такое было попросту не принято, чтобы женщина приходила в дом к мужчине — хотя Мэри, разумеется, была пару раз у Понтера дома — но когда Мэри объяснила ему свою неуверенность по поводу занятий сексом, когда в доме ещё кто-то есть, он сразу же согласился; они вызвали транспортный куб и уехали на Окраину.</p>
    <p>После нового раунда великолепного секса Мэри отмокала в круглом утопленном в пол бассейне, а Понтер сидел рядом в кресле. Он делал вид, что читает что-то с планшета, но Мэри заметила, что его глаза не движутся слева направо — или, в данном случае, справа налево. Пабо тихо дремала у ног своего хозяина.</p>
    <p>Поза Понтера несколько отличалась от той, что можно бы было ожидать от самца Homo sapiens: хотя нижняя челюсть у него выдавалась вперёд (пусть и была лишена подбородка), он не подпирал её кулаком. Должно быть, из-за того, что пропорции его руки отличались от нормы. Нет, чёрт: «норма» здесь не при чём. И всё же, по-видимому, поза роденовского «Мыслителя» была для него неудобна. Или… как Мэри раньше этого не заметила? Затылочное вздутие на черепе Понтера утяжеляет заднюю часть его головы, уравновешивая тяжёлую лицевую часть. Возможно, он не подпирает голову в раздумьях просто потому, что ему этого не нужно.</p>
    <p>Тем не менее, Понтер, несомненно, находился именно в этом состоянии — в раздумьях.</p>
    <p>Мэри вылезла из бассейна и вытерлась, потом, по-прежнему голая, пересекла комнату и устроилась на широком подлокотнике его кресла.</p>
    <p>— О чём думаешь? — спросила она.</p>
    <p>Понтер вздрогнул.</p>
    <p>— О ерунде всякой.</p>
    <p>Мэри улыбнулась и погладила его по мускулистой руке.</p>
    <p>— Ты чем-то расстроен?</p>
    <p>— Расстроен? — повторил Понтер, словно вспоминая, что это слово значит. — Нет. Вовсе нет. Я просто… задумался кое о чём.</p>
    <p>Мэри передвинула ладонь на его широкое плечо.</p>
    <p>— Что-то, связанное со мной?</p>
    <p>— Частично да.</p>
    <p>— Понтер, — сказала она, — мы решили попробовать и посмотреть, как это… эти наши <emphasis>отношения</emphasis> пойдут дальше. Но это возможно только в том случае, если мы будем общаться.</p>
    <p>Мэри видела, что Понтер выглядит откровенно встревоженным; у него на лице словно написано «Думаешь, я не знаю?»</p>
    <p>— Итак? — сказала Мэри.</p>
    <p>— Помнишь Веронику Шеннон?</p>
    <p>— Конечно. Женщину из Лаврентийского. — Женщину, благодаря которой Мэри Воган увидела Деву Марию.</p>
    <p>— Из её работы следует одна вещь, — сказал Понтер. — Она идентифицировала у Homo sapiens мозговые структуры, отвечающие за религиозные переживания.</p>
    <p>Мэри глубоко вдохнула. Ей было неприятно об этом задумываться, но её разум учёного не мог игнорировать то, что, по-видимому, продемонстрировала Вероника.</p>
    <p>— Полагаю, так, — сказала Мэри, выдыхая.</p>
    <p>— Так вот, если мы знаем, что является <emphasis>причиной</emphasis> религии, — сказал Понтер, — то…</p>
    <p>— То что? — спросила Мэри.</p>
    <p>— То её, наверное, можно вылечить.</p>
    <p>Сердце Мэри подпрыгнуло; ей показалось, что она сейчас свалится с подлокотника кресла.</p>
    <p>— Вылечить, — повторила она, будто произнесённые её собственным голосом эти слова каким-то образом изменили бы смысл. — Понтер, нельзя <emphasis>вылечить</emphasis> религию. Это не болезнь.</p>
    <p>Понтер не ответил, но, глядя на него сверху вниз со своего насеста на подлокотнике, Мэри увидела, как его бровь вползла на надбровье, словно спрашивая: «Да неужели?»</p>
    <p>Мэри решила заговорить первой и не дать Понтеру сказать ещё что-нибудь, чего она не желала слышать.</p>
    <p>— Понтер, это часть меня. Часть того, что я есть.</p>
    <p>— Но она принесла в ваш мир столько зла.</p>
    <p>— Но также и много пользы, — возразила Мэри.</p>
    <p>Понтер склонил голову набок и повернул её так, чтобы видеть её лицо.</p>
    <p>— Ты сама попросила рассказать, о чём я думаю. Я хотел оставить эти мысли при себе.</p>
    <p>Мэри задумалась. Если бы он действительно держал их при себе, ей бы и в голову не пришло спросить, что с ним не так.</p>
    <p>— Наверняка можно выяснить, что за мутация привела к этому изменению у глексенов, — продолжал Понтер.</p>
    <p><emphasis>Мутация.</emphasis> Религия как результат мутации. О Господи!</p>
    <p>— Откуда ты знаешь, что мутировал именно мой вид? Может быть мы-то как раз нормальные, как наши общие предки, а вы — мутанты.</p>
    <p>Понтер лишь пожал плечами.</p>
    <p>— Вполне возможно. Но если так, то это не…</p>
    <p>Но Мэри закончила мысль за него; в её голосе звучала горечь:</p>
    <p>— Это не было бы единственным улучшением со времени разделения неандерталенсисов и сапиенсов.</p>
    <p>— Мэре… — мягко сказал Понтер.</p>
    <p>Но Мэри не собиралась менять тему.</p>
    <p>— Вот видишь! У вас вокальный репозиторий беднее. Это мы — следующий этап развития.</p>
    <p>Понтер открыл было рот, чтобы возразить, но закрыл его, не высказав пришедшую в голову мысль. Однако Мэри догадывалась, что он, вероятно, хотел сказать; идеальное возражение на её замечание о вокальном репозитории — тот факт, что у глексена во время еды может насмерть подавиться, тогда как неандерталец — нет.</p>
    <p>— Прости, — сказала Мэри. Она съехала с подлокотника кресла к нему на колени, обхватив его руками за плечи. — Я такая вредная. Прости меня, пожалуйста.</p>
    <p>— Конечно, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Это для меня тяжёлая тема, ты сам это понимаешь. Религия как случайная мутация. Религия как повреждение генома. Моя вера — как чисто биологическая реакция без какого-либо основания в высшей реальности.</p>
    <p>— Не могу сказать, что понимаю тебя, потому что это не так. Я никогда не верил во что-либо вопреки свидетельствам противоположного. Но…</p>
    <p>— Но?</p>
    <p>Понтер опять погрузился в молчание, и Мэри сдвинулась у него на коленях, откинувшись назад так, чтобы видеть его заросшее бородой широкое круглое лицо. В его золотистых гласах был такой ум, такая нежность.</p>
    <p>— Понтер, прости. Я отреагировала так, как отреагировала. Последнее, чего бы я хотела, это чтобы ты замыкался — начал бояться открыто говорить со мной. Прошу, скажи то, что ты собирался сказать.</p>
    <p>Понтер глубоко вздохнул, и Мэри ощутила лицом его дыхание.</p>
    <p>— Помнишь, я рассказывал, что посещал скульптора личности?</p>
    <p>Мэри коротко кивнула.</p>
    <p>— По поводу моего изнасилования. Да, я помню.</p>
    <p>— Это непосредственная причина моего визита к нему, но другие… вещи… вопросы…</p>
    <p>— В этом контексте мы обычно говорим о <emphasis>проблемах</emphasis>, — подсказала Мэри.</p>
    <p>— Ага. Выяснилось, что у меня имеются другие проблемы, ожидающие решения.</p>
    <p>— И?</p>
    <p>Понтер поёрзал в кресле; сидящая на коленях Мэри практически не стесняла его движений.</p>
    <p>— Скульптора личности звали Журард Селган, — сказал Понтер. Ненужная подробность, позволяющая выиграть время для приведения мыслей в порядок. — У Селгана была гипотеза насчёт…</p>
    <p>— Насчёт…?</p>
    <p>Понтер слегка пожал плечами.</p>
    <p>— Насчёт моих чувств к тебе.</p>
    <p>Мэри ощутила, как напряглась спина. То, что она оказалась причиной проблем Понтера, уже само по себе было плохо — но стать объектом теорий совершенно незнакомого человека! В её голосе прозвучал плейстоценовый холод:</p>
    <p>— И что это была за гипотеза?</p>
    <p>— Ты ведь знаешь, что моя партнёрша — Класт — умерла от рака крови?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Так что её больше нет. Её существование закончилось необратимо и полностью.</p>
    <p>— Как тех ветеранов Вьетнама, чьи имена написаны на мемориале, — сказала Мэри, вспоминая их поездку в Вашингтон, во время которой всё началось по-настоящему.</p>
    <p>— Именно! — сказал Понтер. — Именно так!</p>
    <p>Мэри кивнула: кусочки мозаики начали складываться в картинку у неё в голове.</p>
    <p>— Тебя расстроило, что люди у вьетнамской стены могут утешиться мыслью, что их близкие каким-то образом продолжают существовать.</p>
    <p>— <emphasis>Ка,</emphasis> — тихо ответил Понтер. Кристина уже не переводила неандертальское «да», если это было единственное сказанное слово.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Ты… ты завидовал им, тому, что у них есть утешение, несмотря на их ужасную потерю. Утешение, которого ты лишён, потому что не веришь в рай на небе и загробную жизнь.</p>
    <p>— <emphasis>Ка,</emphasis> — снова сказал Понтер. Однако, после долгой паузы, заговорил снова, и Кристина принялась переводить:</p>
    <p>— Но мы с Селганом обсуждали не нашу поездку в Вашингтон.</p>
    <p>— А что тогда? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Он предположил, что… что моё влечение к тебе…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Понтер вскинул лицо к фрескам на потолке.</p>
    <p>— Я только что сказал, что никогда не верил во что-либо вопреки свидетельствам противоположного. То же самое можно сказать про веру во что-либо в отсутствие свидетельств. Но Селган предположил, что, возможно, я поверил тебе, когда ты сказала, что у тебя есть душа, которая в той или иной форме продолжит существование даже после смерти.</p>
    <p>Мэри нахмурила брови и склонила голову набок в полнейшем изумлении.</p>
    <p>— И что?</p>
    <p>— Он… он… — Понтер, казалось, был не в состоянии продолжать. Наконец, он просто поднял левую руку и сказал:</p>
    <p>— Хак?</p>
    <p>Хак заговорил по-английски собственным голосом.</p>
    <p>— Мэре, пожалуйста, не чувствуйте себя ущербной, — сказал компаньон. — Сам Понтер также не смог этого увидеть, хотя для учёного Селгана всё было ясно, как день… и для меня тоже.</p>
    <p>— Что? — с внезапно заколотившимся сердцем спросила Мэри.</p>
    <p>— Можно предположить, — продолжил компаньон, — что если вы умрёте, то Понтер не будет скорбеть по вам так же глубоко, как по Класт — не потому, что вас он любит меньше, а потому, что сможет убедить себя в том, что вы в каком-то виде продолжаете существовать.</p>
    <p>Мэри ощутила, как всё её тело расслабилось и осело. Если бы рука Понтера не охватывала её вокруг пояса, она бы свалилась с его колен.</p>
    <p>— О мой… Бог… — пробормотала она. Её голова шла кругом; она не знала, что и подумать.</p>
    <p>— Я не считаю, что Селган прав, — сказал Понтер, — но…</p>
    <p>Мэри слабо кивнула.</p>
    <p>— Но ты учёный, и это… — Она замолчала, задумалась; вера в загробную жизнь и правда может дать такого рода утешение. — И это в самом деле интересная гипотеза.</p>
    <p>— <emphasis>Ка,</emphasis> — ответил Понтер.</p>
    <p>И правда, <emphasis>ка.</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 20</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Но сейчас пришло время возобновить наше путешествие, ибо именно эта любовь к путешествиям возвеличивает нас…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Угадай что! — сказал Понтер Меге. — Сегодня мы отправляемся в путешествие! Мы полетим на вертолёте!</p>
    <p>Мега сияла от радости.</p>
    <p>— Мэре мне сказала! Ура!</p>
    <p>В дни, когда Двое становятся Одним, междугороднее движение довольно активно; вертолёт между Салдаком и Кралдаком летает в эти дни на регулярной основе, и Понтер, Мэри и Мега отправились к месту его посадки. У Понтера была с собой кожаная сумка, и Мэри предложила понести её, поскольку Понтер нёс на плечах Мегу.</p>
    <p>Вертолёт был красновато-коричневого цвета с цилиндрическим корпусом; Мэри он напомнил гигантскую банку «доктора пеппера». Внутри оказалось неожиданно просторно, и Мэри с Понтером расселись на широченных мягких креслах лицом друг к другу. Мега устроилась на кресле рядом с Понтером и сразу прилипла к окну, глядя на уходящую вниз землю.</p>
    <p>Салон был отлично звукоизолирован; Мэри редко летала на вертолётах, но каждый раз у неё от шума болела голова.</p>
    <p>— У меня для тебя подарок, — сказал Понтер Меге. Он открыл сумку и вытащил из неё сложную деревянную игрушку.</p>
    <p>Мега завизжала от восторга.</p>
    <p>— Спасибо, папа!</p>
    <p>— Я и тебя не забыл, — сказал он, улыбаясь Мэри. Он снова запустил руку в сумку и выудил из неё экземпляр «Глоуб энд Мэйл», канадской центральной газеты.</p>
    <p>— Где ты её раздобыл? — Мэри была вне себя от удивления.</p>
    <p>— В лаборатории квантовых вычислений. Попросил одного из глексенов принести мне её с той стороны.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_31">Мэри была потрясена и польщена. Здесь она редко вспоминала о мире, в котором родилась, но будет неплохо наверстать — и она <emphasis>правда</emphasis> соскучилась по Дилберту<a l:href="#id20150414092305_140">[140]</a>. Мэри развернула газету. Первая страница сообщала о крушении поезда под Ванкувером; об очередном обострении между Индией и Пакистаном; о том, что министр финансов представил парламенту проект нового бюджета.</p>
    <p>Она перевернула страницу — газета издала громкое шуршание — и…</p>
    <p>— О Господи, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Что случилось? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри порадовалась тому, что сидит.</p>
    <p>— Папа Римский умер, — тихо сказала она. По-видимому, это произошло несколько дней назад, иначе новость была бы на первой странице.</p>
    <p>— Кто?</p>
    <p>— Лидер моей системы верований. Он умер.</p>
    <p>— Мои соболезнования, — сказала Понтер. — И что теперь будет? Какой-то кризис или что?</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Да нет… не в том смысле. Я тебе говорила, что нынешний Папа стар и дряхл. Уже довольно давно было понятно, что дни его сочтены. — Мэри разленилась и перестала избегать фразеологизмов в речи — ведь Бандра знала их так много, но сейчас она заметила недоумение на лице Понтера. — Что он скоро умрёт, — пояснила она.</p>
    <p>— Ты с ним встречалась?</p>
    <p>— С Папой? — удивилась Мэри. — Нет. Нет, с Папой встречаются лично только всякие знаменитости. — Она взглянула на Понтера. — У тебя бы было гораздо больше шансов.</p>
    <p>— Я… я не знаю, что бы я мог сказать религиозному лидеру.</p>
    <p>— Он был больше, чем просто лидер. В католицизме Папа считается посредником между человечеством и Богом.</p>
    <p>Мега оторвалась от пейзажа за окном и решила взобраться Понтеру на колени. Понтер помог ей.</p>
    <p>— Ты хочешь сказать, что Папа общается с Богом?</p>
    <p>— Якобы.</p>
    <p>Понтер едва заметно качнул головой.</p>
    <p>Мэри заставила себя улыбнуться.</p>
    <p>— Я знаю, ты не веришь, что это возможно.</p>
    <p>— Тогда не будем об этом говорить. Но… ты выглядишь искренне огорчённой. И при этом ты не была знакома с Папой, никогда не встречалась с ним, и, по твоим словам, его смерть не означает кризисной ситуации для твоей системы верований. — Понтер говорил тихо, так что Мега не обращала на его слова внимания. Однако перевод Кристины звучал в кохлеарных имплантах с нормальной громкостью.</p>
    <p>— Это просто потрясение, — сказала Мэри. — И ещё… э-э…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Мэри шумно выдохнула.</p>
    <p>— Новый Ппапа может изменить политику Церкви по фундаментальным вопросам.</p>
    <p>Понтер моргнул.</p>
    <p>— Например?</p>
    <p>— Римско-католическая церковь… в общем, многие люди считают, что она не идёт в ногу со временем. Ты в курсе, что она не разрешает аборты и разводы — расторжение брака. Но она также запрещает духовенству заниматься сексом.</p>
    <p>— Почему? — Сидящая рядом с Понтером Мега увлечённо глядела в окно.</p>
    <p>— Ну, предполагается, что половая жизнь мешает им выполнять свои духовные обязанности, — сказала Мэри. — Но большинство других религий не требуют целибата от своих служителей, и многие католики думают, что он приносит больше вреда, чем пользы.</p>
    <p>— Вреда? Мы иногда говорим подросткам, чтобы не воздерживались, а то переполнятся и лопнут, но это, разумеется, просто шутка. Какой вред может нанести воздержание?</p>
    <p>Мэри смотрела в сторону.</p>
    <p>— Известно, что священники — члены духовенства — занимаются… — Она закрыла глаза и начала снова. — Понимаешь, это лишь очень малая часть духовенства. Большинство священников — люди честные и добрые. Однако среди них встречаются и такие, которые… в общем, которые делают это с детьми.</p>
    <p>— Делают что? — не понял Понтер.</p>
    <p>— Занимаются сексом. У нас это называется «растление малолетних».</p>
    <p>Понтер взглянул на Мегу; она, похоже, не обращала на разговор взрослых ни малейшего внимания.</p>
    <p>— Кого у вас считают «малолетними»?</p>
    <p>— Маленьких мальчиков и девочек, трёх-четырёх лет и больше.</p>
    <p>— В таком случае хорошо, что священникам положен целибат. Генетическая предрасположенность к такому занятию должна быстро угаснуть.</p>
    <p>— Хотелось бы верить, — сказала Мэри. потом пожала плечами. — Может быть вы и правда правы, стерилизуя не только преступника, но и тех, у кого с ним по крайней мере половина общих генов. Потому что растление малолетних приобретает среди духовенства масштабы эпидемии. — Она подняла «Глоуб». — По крайней мере, так кажется, когда читаешь газеты.</p>
    <p>— Я не умею читать, — сказал Понтер, — хотя надеюсь научиться. Но я иногда смотрю ваши новости по телевизору и слушаю их по радио. И там иногда говорят: «Когда же мы узнаем о тёмных сторонах неандертальской цивилизации? Ведь наверняка и у них есть какие-то плохие качества». Но, Мэре, я тебе говорю, — Кристина могла бы заменять в переводе «Мэре» на «Мэри», но не делала этого, — у нас нет ничего подобного вашим «растлителям малолетних», вашим загрязнителям природы, вашим изготовителям и взрывателям бомб, вашему рабству и терроризму. Мы ничего не скрываем, и всё же ваш народ продолжает верить, что у нас должно быть что-то настолько же отвратительное. Я не знаю, связано ли это как-то с вашей религией, но эти явления очень схожи: ваши люди считают, что некоторое количество зла неизбежно. Но это не так. Если от контакта между нашими мирами будет какая-то польза, то по крайней мере в осознании этого факта.</p>
    <p>— Может, ты и прав, — сказала Мэри. — Но, знаешь, мы иногда всё же меняемся к лучшему. И в этом новый Папа может сильно помочь.</p>
    <p>— Папа, смотри! — воскликнула Мега, показывая в окно. — Другой вертолёт!</p>
    <p>Понтер наклонил голову к окну.</p>
    <p>— Ага, — ответил он и погладил дочь по голове. — Ты же знаешь — многим людям приходится ехать далеко, чтобы встретиться со своими любимыми, когда Двое становятся Одним.</p>
    <p>Мэри подождала, пока Мега снова уставится в окно.</p>
    <p>— Очень многое, — продолжила она, — зависит от того, как Папа решит действовать — или, в соответствии с моими верованиями, что ему подскажет Бог. Последний Папа был не слишком эффективен в деле решения проблемы развращения малолетних служителями Церкви. Но новый Папа мог бы её решить. И он мог бы положить конец целибату священников. Мог бы смягчить политику в отношении абортов. Мог бы признать гомосексуалистов.</p>
    <p>— Как это — признать? Они у вас выглядят по-другому?</p>
    <p>— Нет, в том смысле, что Церковь считает однополые отношения грехом. Но новый Папа может что-то изменить в этом и многих других вопросах.</p>
    <p>— А что ты сама о них думаешь?</p>
    <p>— Я? — сказала Мэри. — Ну, я за выбор — за то, чтобы женщина имела право решать, хочет она прервать беременность или нет. Я ничего не имею против гомосексуалистов. Я не думаю, что священников следует заставлять хранить целибат. И уж конечно я не считаю, что брак должно быть очень непросто расторгнуть. Понятное дело, этот вопрос сейчас для меня самый важный: мы с Кольмом согласились на аннуляцию — это, в сущности, означает заявить перед Церковью и Богом, что нашего брака никогда не было, так что его можно вымарать из регистрационных книг. Теперь же… — Она помолчала, затем продолжила: — Теперь же, я думаю, нам следует немного подождать и посмотреть, что будет делать новый Папа. Если он позволит католикам разводиться, оставаясь в лоне Церкви, я стану гораздо счастливее.</p>
    <p>Незнакомый неандерталец склонился над ними.</p>
    <p>— Мы начинаем снижение. Пожалуйста, пристегните вашу дочь.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Для поездки к обнаруженному Хаком месту Понтер вызвал транспортный куб. Водитель-мужчина поначалу, похоже, ехать туда не хотел — хижина находилась довольно далеко от Окраины Кралдака — но Понтер в конце концов его уговорил. Куб полетел над обнажениями коренных пород, лавируя между рощицами деревьев и срезая напрямик через небольшие озерца, к месту, где Хак обнаружил хижину Вессан Леннет.</p>
    <p>Прибыв на место, они выгрузились и приблизились к постройке. Это было нечто вроде бревенчатого сруба, только брёвна не лежали горизонтально, а были поставлены на попа. Понтер постучал в дверь — никакого ответа. Он повернул дверную ручку, по форме напоминавшую морскую звезду, открыл дверь и…</p>
    <p>И малышка Мега громко взвизгнула.</p>
    <p>У Мэри кровь буквально застыла в жилах. На противоположной стене прямо перед ней, освещённый столбом падающего сквозь дверной проём света, висел гигантский череп…</p>
    <p>Этого не могло быть, но…</p>
    <p>Но выглядел он именно как череп циклопа. Деформированная черепная коробка с огромной глазницей посередине.</p>
    <p>Понтер подхватил дочь на руки и принялся её успокаивать.</p>
    <p>— Это просто череп мамонта, — сказал он. И Мэри поняла, что он прав. Бивни были удалены, а на месте отверстия в центре при жизни был хобот.</p>
    <p>Понтер позвал Вессан по имени, но в хижине была лишь одна-единственная большая комната с обеденным столом посередине и единственным стулом, шкурами на полу, каменным очагом с охапкой дров и грудой одежды в углу: спрятаться внутри было попросту негде. Мэри развернулась и выглянула наружу, надеясь разглядеть Вессан, но она могла быть <emphasis>где угодно</emphasis>…</p>
    <p>— Учёный Боддет! — Это был водитель транспортного куба.</p>
    <p>Понтер вернулся к двери.</p>
    <p>— Да? — крикнул он в ответ.</p>
    <p>— Сколько вы здесь пробудете?</p>
    <p>— Я не знаю, — ответил Понтер. — Думаю, не меньше одного деци.</p>
    <p>Водитель немного подумал.</p>
    <p>— Тогда я съезжу поохочусь, — объявил он, наконец. — Давненько не выбирался так далеко от города.</p>
    <p>— Удачи! — крикнул Понтер, махнув ему рукой. Потом он вернулся в хижину и подошёл к лежащей в углу груде одежды. Он взял из неё рубашку и прижал к носу, глубоко вдохнув. То же самое он повторил с ещё несколькими предметами одежды, потом кивнул Мэри.</p>
    <p>— Достаточно, — сказал он. — Теперь я знаю её запах.</p>
    <p>Понтер взгромоздил Мегу на плечи и вышел в открытую дверь. Мэри последовала за ним, закрыв дверь за собой. Понтер раздул ноздри, втягивая в себя воздух, и пошёл вокруг дома. Немного не завершив полный круг, он остановился.</p>
    <p>— В той стороне, — сказал он, показывая на восток.</p>
    <p>— Здорово, — сказала Мэри. — Пошли.</p>
    <p>Маленькие неандерталки знают всё о собирательстве, но редко видят охотника за работой; Мега была в восторге от нового приключения. Даже с дочерью на плечах Понтер шагал через лес по каменистым обнажениям на удивление резво, Мэри с трудом за ним поспевала. В одном месте они спугнули оленей, которые тут же убежали; в другом при их приближении в воздух поднялась стая странствующих голубей.</p>
    <p>Мэри не слишком хорошо умела оценивать пройденное в лесу расстояние, но они, должно быть, одолели не меньше шести-семи километров, прежде чем Понтер, наконец, указал на видневшуюся в отдалении фигуру, склонившуюся над ручьём.</p>
    <p>— Вот она, — тихо сказал он. — Она от нас с наветренной стороны, так что я уверен, что нас она ещё не заметила.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Мэри. — Давай подойдём ближе.</p>
    <p>Понтер сказал Меге вести себя тихо, и они двинулись вперёд, подойдя к неандерталке метров на сорок. Но тут Мэри наступила на ветку, которая с громким треском переломилась, и женщина удивлённо вскинула голову. Немая сцена продолжалась несколько секунд — Понтер, Мэри и Мега смотрели на женщину, а женщина смотрела на них — после чего неандерталка повернулась и бросилась прочь.</p>
    <p>— Стойте! — закричала Мэри. — Не убегайте!</p>
    <p>Мэри не ожидала, что её слова возымеют какой-то эффект, но женщина тут же остановилась и обернулась к ней. Только тут Мэри сообразила: ведь она кричала по-английски, и хотя Кристина послушно перевела её слова мгновением спустя, женщина, должно быть, никогда в жизни не слышала настолько высокого голоса или настолько странного языка. Если она с начала лета живёт сама по себе, без компаньона и визора, то вряд ли она знает о том, что открылся портал в иную вселенную.</p>
    <p>Понтер, Мэри и Мега подошли поближе, метров на двадцать. На лице женщины было написано выражение полного, абсолютного изумления.</p>
    <p>— Что… кто вы такая? — просила она по-неандертальски.</p>
    <p>— Меня зовут Мэри Воган, — крикнула Мэри. — Пожалуйста, не убегайте! Вы Вессан Леннет?</p>
    <p>Широкая челюсть женщины упала — Мэри сообразила, что она впервые в жизни услышала звук «и».</p>
    <p>— Да, — ответила Вессан Леннет по-неандертальски. — Я Вессан. Пожалуйста, не трогайте меня.</p>
    <p>Мэри удивлённо посмотрела на Понтера, однако крикнула в ответ:</p>
    <p>— Разумеется! Мы вам ничего не сделаем! — Потом спросила Понтера: — Почему она нас боится?</p>
    <p>— У неё нет компаньона, — тихо ответил Понтер. — С её стороны не останется записи этой встречи, и с точки зрения наших законов у неё нет никаких прав — она не сможет потребовать просмотра записей наших архивов.</p>
    <p>— Не бойтесь! — закричала Мега. — Мы хорошие!</p>
    <p>Понтер, Мэри и Мега приблизились к Вессан ещё метров на пять — она оставалась на месте.</p>
    <p>— Кто вы такая? — снова спросила она.</p>
    <p>— Она глексен! — крикнула Мега. — Разве вы не видите?</p>
    <p>Вессан уставилась на Мэри.</p>
    <p>— Нет, не вижу. Кто вы?</p>
    <p>— Мега права. Я тот, кого вы называете глексенами.</p>
    <p>— <emphasis>Изумление!</emphasis> — перевела Кристина восклицание Вессан. — Но… но вы же взрослая. Если бы кому-то удалось получить глексенский генетический материал настолько давно, уж я-то бы знала.</p>
    <p>Мэри понадобилось несколько минут, чтобы сообразить, о чём говорит Вессан: она подумала, что Мэри — клон, выращенный из древней ДНК.</p>
    <p>— Нет, всё не так. Я…</p>
    <p>— Позволь мне, — сказал Понтер. — Вессан, вы знаете, кто я?</p>
    <p>Вессан прищурилась, потом покачала головой.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Это мой папа! — крикнула Мега. — Его зовут Понтер Боддет. Он 145-й. А я 148-я.</p>
    <p>— Вы знаете химика по имени Лурт Фрадло? — просил Понтер, глядя на Вессан.</p>
    <p>— Фрадло? Из Салдака? Знакома с её работами.</p>
    <p>— Она партнёрша Адекора, — объяснила Мега. — А Адекор — партнёр моего папы.</p>
    <p>Понтер положил ладонь Меге на плечо.</p>
    <p>— Правильно. Мы с Адекором квантовые физики. Нам удалось открыть доступ в параллельную вселенную, в которой глексены дожили до сегодняшнего дня, а барасты — нет.</p>
    <p>— Вы меня за дуру держите? — сказала Вессан.</p>
    <p>— Да нет же! — воскликнула Мега. — Это правда! Папа провалился в другой мир под землёй, в Дебральской никелевой шахте. Никто не знал, что с ним стало. Даклар думала, что это Адекор что-то сделал с папой, но Адекор хороший — он бы никогда такого не сделал. Жасмель — это моя сестра — помогала Адекору, и они смогли вернуть папу назад! Но потом они сделали так, чтобы портал всё время был открыт, и Мэре пришла через него с другой стороны.</p>
    <p>— Нет, — сказала Вессан, глянув вниз. — Она из нашего мира. У неё компаньон.</p>
    <p>Мэри тоже взглянула вниз; уголок лицевой панели компаньона высовывался из-под рукава свитера. Она сняла куртку, закатала рукав и вытянула руку вперёд.</p>
    <p>— Мне его только недавно установили, — сказала она. — Рана ещё не зажила.</p>
    <p>Вессан сделала шаг навстречу Мэри; потом ещё один, и ещё.</p>
    <p>— Действительно, — сказала она, наконец.</p>
    <p>— Всё, что мы сказали — правда, — сказал Понтер. Он указал на Мэри. — Вы сами можете видеть, что это правда.</p>
    <p>Вессан упёрлась широкими ладонями в бёдра и изучающим взглядом уставилась в лицо Мэри: крохотный нос, высокий лоб, костный выступ на нижней челюсти. Наконец, голосом, полным изумления, она произнесла:</p>
    <p>— Да, я вижу.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 21</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Учёные говорят нам, что люди нашего вида дошли до северной оконечности Африки, посмотрели на север через Гибралтарский пролив и увидели за ним новую землю — и, разумеется, как это свойственно нам, мы рискнули, попытавшись переправиться через опасный пролив в Европу…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Вессан была из поколения 144, почти на десять лет старше Мэри. У неё были зелёные глаза и почти полностью седые волосы — лишь несколько светлых прядей выдавали их натуральный цвет. На ней была сильно потрёпанная одежда фабричного изготовления, там и тут заштопанная кусочками кожи. Она несла кожаный мешок, предположительно с сегодняшней утренней добычей.</p>
    <p>Вчетвером они двинулись обратно к хижине Вессан.</p>
    <p>— Ну, хорошо, — сказала она, глядя на Мэри, — я поверю в вашу историю. Но я до сих пор не знаю, зачем вы меня отыскали.</p>
    <p>Они подошли к небольшому ручью. Понтер подхватил Мегу на руки и перемахнул через ручей, потом протянул руку Мэри и помог ей перебраться. Вессан перешла ручей вброд.</p>
    <p>— Вы знаете, я тоже занимаюсь химией жизни, — сказала Мэри. — Нас интересует ваш кодонатор.</p>
    <p>— Он запрещён, — ответила Вессан, поживая плечами. — Запрещён кучкой недалёких уродов.</p>
    <p>Понтер жестом заставил их притихнуть. Впереди были олени. Мэри залюбовалась прекрасными созданиями.</p>
    <p>— Вессан, — прошептал Понтер; Кристина, однако, воспроизвела перевод её слов на нормальной громкости, поскольку лишь Мэри могла её слышать. — Вам хватает еды? Я с удовольствием добуду для вас одного из тех оленей.</p>
    <p>Вессан рассмеялась, потом ответила в полный голос:</p>
    <p>— Вы очень добры, Понтер, однако мне всего хватает.</p>
    <p>Понтер склонил голову, и они двинулись дальше; олени разбежались, давая дорогу. Вдали показалась хижина Вессан.</p>
    <p>— Мой интерес к кодонатору не только академический, — сказала Мэри. — Мы с Понтером хотим завести ребёнка.</p>
    <p>— У меня будет младшая сестрёнка! — обрадовалась Мега. — Старшая у меня уже есть. Но мало у кого есть и старшая, и младшая сестра, так что я буду особенная.</p>
    <p>— Правильно, дорогая, — сказала Мэри. — Ты правда особенная. — Она снова повернулась к Вессан.</p>
    <p>— А что с вашей партнёршей-бараст? — спросила Вессан, обращаясь теперь к Понтеру.</p>
    <p>— Её больше нет, — ответил он.</p>
    <p>— Ах, — сказала Вессан. — Простите.</p>
    <p>Они добрались до хижины. Вессан открыла дверь и жестом пригласила всех внутрь. Там она сняла с себя шубу…</p>
    <p>…и Мэри увидела безобразный шрам на внутренней стороне её левого предплечья, в месте, откуда она удалила компаньона.</p>
    <p>Понтер присел с Мегой к столу. По дороге она подобрала еловую шишку и пару красивых камней, и теперь непременно желала показать их отцу.</p>
    <p>Мэри посмотрела на Вессан.</p>
    <p>— Итак, — сказала она, — прототип всё ещё существует?</p>
    <p>— Зачем он вам? — спросила Вессан. — Кого-то из вас стерилизовали по суду?</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — Ничего подобного.</p>
    <p>— Тогда зачем вам мой прибор?</p>
    <p>Мэри взглянула на Понтера, который внимательно слушал Мегу, рассказывавшую о том, что они проходят в школе.</p>
    <p>— У барастов и глексенов, а также шимпанзе, бонобо, горилл и орангутанов общий предок, — сказала Мэри. — У этого предка, по-видимому, было двадцать четыре пары хромосом, как и у всех его потомков за исключением глексенов. У глексенов две хромосомы слились в одну — таким образом, у нас их всего двадцать три пары. В целом геном имеет практически одинаковую длину, но разница в числе хромосом делает натуральное зачатие проблематичным.</p>
    <p>— Поразительно! — сказала Вессан. — Да, с помощью кодонатора можно легко получить диплоидный набор хромосом, в котором комбинировалась бы ДНК Понтера и ваша.</p>
    <p>— Мы на это и надеялись, — сказала Мэри. — Почему я и спрашиваю, существует ли ещё ваш прототип.</p>
    <p>— О, он существует, разумеется, — сказала Вессан. — Но я не могу позволить вам его забрать. Это запрещённый прибор. Как бы я ни ненавидела этот факт, это реальность. Если он будет у вас, вы понесёте наказание.</p>
    <p>— Он запрещён здесь, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Не только в Кралдаке и окрестностях, — возразила Вессан. — По всему миру.</p>
    <p>— По всему <emphasis>этому</emphasis> миру, — сказала Мэри. — Но не в <emphasis>моём</emphasis> мире. Я увезу его к себе; мы с Понтером зачнём ребёнка там.</p>
    <p>Глаза Вессан под изогнутым надбровьем округлились. Несколько секунд она молчала, и Мэри предпочла не прерывать её раздумий.</p>
    <p>— Полагаю, это возможно, — сказала, наконец, Вессан. — Почему нет? Лучше он послужит хоть кому-нибудь, чем вообще никому. — Она помолчала. — Вам всё равно понадобится медицинская помощь, — продолжила она, — чтобы изъять яйцеклетку из вашего тела. Ваш природный гаплоидный набор хромосом будет удалён из неё, и вместо него доктор поместит внутрь полный диплоидный набор хромосом, созданный с помощью кодонатора. После этого яйцеклетка будет снова имплантирована в ваше тело. С этого момента у вас будет совершенно обычная беременность. — Она улыбнулась. — Тяга к солёным корнеплодам, тошнота по утрам и всё такое.</p>
    <p>Мэри испытывала энтузиазм, пока речь шла о некоем абстрактном решении, магически появляющемся из чёрного ящика. Однако теперь…</p>
    <p>— Я… я не думала, что придётся удалить мою природную ДНК. Я думала, мы просто реструктурируем ДНК Понтера так, что она станет совместимой с моей.</p>
    <p>Вессан вскинула бровь.</p>
    <p>— Мэре, вы ведь сказали, что вы специалист по химии жизни. Вы должны знать, что в дезоксерибонуклеиновой кислоте, произведённой вашим телом, нет ничего особенного по сравнению с такой же кислотой, полученной синтетически. Вы, в сущности, не сможете отличить естественную цепочку от искусственной. Они химически неразличимы.</p>
    <p>Мэри задумалась. Она частенько ворчала на сестру за то, что она переплачивает за «природные» витамины, химически неотличимые от произведённых в лаборатории. Но…</p>
    <p>— Но одна из них выходит из моего тела, а другая — из машины.</p>
    <p>— Да, но…</p>
    <p>— Нет-нет, вы, разумеется, правы, — сказала Мэри. — Я годами твержу своим студентам, что ДНК — это не более, чем закодированная информация. — Она улыбнулась Понтеру и Меге. — И коль скоро это <emphasis>наша</emphasis> закодированная информация — ребёнок тоже наш.</p>
    <p>Понтер посмотрел на неё и кивнул.</p>
    <p>— Разумеется, придётся секвенировать наш генетический материал.</p>
    <p>— Проще простого, — сказала Вессан. — Это может сделать и сам кодонатор.</p>
    <p>— Чудесно! — воскликнула Мэри. — Ваш прототип здесь?</p>
    <p>— Нет. Нет, я его спрятала. Закопала. Но я завернула его в пластик и металлическую фольгу, так что он не пострадает. Это недалеко отсюда; я могу его достать в любой момент.</p>
    <p>— Это очень много для нас значит, — сказала Мэри. И тут её осенило. — А вы не хотите вернуться вместе со мной? В мой мир? Я могу гарантировать, что в нашем мире не запретят ни сам прибор, ни дальнейшие исследования в этой области.</p>
    <p>— Замечательная идея! — обрадовалась Вессан. — А на что похож ваш мир?</p>
    <p>— Ну, он сильно отличается. К примеру, население у нас существенно больше.</p>
    <p>— Насколько большое?</p>
    <p>— Шесть миллиардов.</p>
    <p>— Шесть миллиардов! Я думаю, в этом случае вам вряд ли нужен прибор, облегчающий зачатие…</p>
    <p>Мэри согласно кивнула.</p>
    <p>— И мужчины и женщины живут вместе постоянно.</p>
    <p>— Безумие! И они не действуют друг другу на нервы?</p>
    <p>— Ну… я думаю, нередко, но… Как я сказала, наш мир сильно отличается. И в нём есть много замечательных вещей. У нас есть орбитальная станция — обитаемый аппарат, постоянно летающий вокруг планеты. У нас есть здания, которые упираются в небо, — хотя, с грустью подумала Мэри, недавно двумя из них стало меньше. — И наша кухня гораздо разнообразнее.</p>
    <p>— Понтер, вы были там?</p>
    <p>— Мой папа был там <emphasis>три раза</emphasis>! — гордо заявила Мега.</p>
    <p>— На что это похоже? — спросила Вессан.</p>
    <p>— Смотря для кого, — ответил Понтер. — Вот вам, к примеру, нравится жить вот так, на природе?</p>
    <p>— Очень. Я уже совсем свыклась с такой жизнью.</p>
    <p>— Вы чувствительны к запахам?</p>
    <p>— Запахам?</p>
    <p>— Да. Для получения энергии они жгут уголь и нефть, так что все их города пропитаны вонью.</p>
    <p>— Звучит не очень привлекательно. Я, пожалуй, останусь здесь.</p>
    <p>— Конечно, если вам здесь лучше, — сказала Мэри. — Но вы научите нас работать с кодонатором?</p>
    <p>Вессан взглянула на Понтера.</p>
    <p>— А что вы об этом думаете? Я-то добровольно удалилась от цивилизации, так что Серые — и Верховные, и Низшие — не имеют надо мной власти. Но вы…</p>
    <p>Понтер посмотрел на Мэри, потом снова на Вессан.</p>
    <p>— Я уже выступал против Верховных Серых; я принял решение проигнорировать приказ вернуться сюда, в наш мир, чтобы они смогли закрыть портал навсегда. Я бы и до сих пор оставался в мире Мэри, если бы посол не убедила других отправиться туда. И…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— И, в общем, иногда людей стерилизуют без вины, так что…</p>
    <p>Понтер умолк, и Мэри заговорила вместо него.</p>
    <p>— Он говорит о своём партнёре, Адекоре Халде. Когда Понтер провалился в мой мир, кое-кто подумал, что Адекор убил его и избавился от тела. Его собирались стерилизовать. — Она повернулась в Понтеру. — Так ведь, Понтер?</p>
    <p>— Что? — переспросил Понтер странным голосом. — О, да. Да, конечно, я об этом и говорил…</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Вессан, — раз вы считаете, что у вас из-за него не будет проблем, то я готова его отдать. — Она сделала жест в сторону двери. — Я пойду принесу его. Только не говорите никому — по крайней мере, в этом мире — что он у вас.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 22</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Точно так же некоторые из наших родственников-барастов, уроженцев Европы, приходили на её южную оконечность, на Гибралтар с его знаменитой скалой, символом постоянства и стабильности. И с её высоты они видели на юге неизвестную землю — Африку…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Джок, можно вас на пару слов?</p>
    <p>Джок Кригер поднял голову от стола. Его старание не выказывать своего восхищения красотой Луизы Бенуа было немного параноидальным. Он знал, что частично это из-за разницы в возрасте — он, в конце концов, старше её на тридцать шесть лет — но в корпорации «RAND» у него были знакомые, имевшие крупные неприятности из-за замечаний якобы сексистского характера.</p>
    <p>— А, доктор Бенуа, — сказал он, поднимаясь со стула — ему так и не удалось победить эту привычку, вбитую в него ещё родителями. — Чем могу помочь?</p>
    <p>— Помните разговор о возможном воздействии смены полярности планетарного магнитного поля на наше сознание?</p>
    <p>— Как такое можно забыть? — ответил Джок. — Вы сказали, что человеческое сознание было запущено в результате предыдущей смены полярности.</p>
    <p>— Вот-вот. Сорок тысяч лет назад, когда случился Большой Скачок, магнитное поле Земли переживало коллапс, точно так же, как сейчас. В нашей вселенной поле снова возникло с той же полярностью, что и до коллапса — как это и происходит в половине случаев — не оставив по этой причине никаких следов. Но в другой вселенной ориентация поля сменилась, так что это событие <emphasis>было</emphasis> записано в геологической летописи. Как я сказала, это не может быть совпадением, что сознание гоминид оказалось запущено именно в период коллапса поля, и…</p>
    <p>— И вы сказали, что в этот раз он снова может повлиять на наше сознание — возможно, приведя к его зависанию.</p>
    <p>— Именно. Так вот, когда я впервые высказала это предположение, я опиралась лишь на совпадение во времени Большого Скачка и коллапса магнитного поля Земли; очевидно, между этими двумя событиями есть связь. Но с тех пор я копала, пытаясь разузнать, какие исследования в области влияния электромагнитных полей на наше сознание у нас проводились — и, честно говоря, сейчас меня это беспокоит ещё больше.</p>
    <p>— Почему? Ведь неандертальцы пережили коллапс — тот, который в их мире случился четверть века назад — без малейших проблем. — Джок был поражён, когда прочитал в работе Коу и Прево о том, что геологическая летопись содержит свидетельства чрезвычайно быстрой смены полярности магнитного поля планеты — в течение не столетий, а всего лишь недель. — Если им удалось пережить коллапс, то почему у нас не получится?</p>
    <p>— Как бы мне не нравились барасты, — называть неандертальцев неандертальцами, по-видимому, уже стало неполиткорректно, — это другой вид, и мозги у них устроены по-другому, — сказала Луиза. — Достаточно взглянуть на их черепа, чтобы это понять. То, что им коллапс не повредил, ничего не говорит о нас.</p>
    <p>— Да ладно, Луиза…</p>
    <p>— Нет, правда. Я искала в интернете информацию о связи электромагнитных полей и сознания и наткнулась на нечто весьма интересное под названием CEMI-теория.</p>
    <p>— Это как — теория наполовину? — спросил Джок. <emphasis>Отличное название для полусырой идеи</emphasis>.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_32">— CEMI, — через «C», — сказала Луиза. — Это расшифровывается как Conscious Electromagnetic Information theory<a l:href="#id20150414092305_141">[141]</a>. Её независимо разработали двое исследователей: Джонджо Макфадден из Суррейского университета и Сьюзан Покетт из Новой Зеландии. — Она выглянула в окно кабинета Джока, по-видимому, собираясь с мыслями, и продолжила: — Видите ли, мы идентифицировали множество особых областей в человеческом мозге: области, где создаётся визуальное изображение, где происходят математические вычисления, даже — я точно помню, что читала о чём-то таком в газетах — область, ответственнуя за религиозные чувства. Но вот чего мы так и не смогли обнаружить в нашем мозге, так это место, где находится сознание. Макфадден и Поккет считают, что обнаружили это место — но оно не в мозгу, а, скорее, окружает и пронизывает его: это электромагнитное поле. Это поле позволяет нейронам, разделённым в мозгу значительным расстоянием, тем не менее контактировать друг с другом, связывая все крошечные кусочки информации воедино, в полную и точную картину реальности.</p>
    <p>— Беспроводная связь в мозгу, — спросил Джок, неожиданно для себя заинтересовавшись.</p>
    <p>— Именно. В 1993 Карл Поппер высказал идею, что сознание есть внешнее проявление силового поля в мозгу, но он думал, что это силовое поле <emphasis>неизвестной природы</emphasis>, поскольку был уверен, что будь это одно из известных нам полей, оно бы уже давно было обнаружено. Макфадден и Поккет утверждают, что это поле имеет чисто электромагнитную природу.</p>
    <p>— И они его зафиксировали?</p>
    <p>— О, в мозгу и вокруг него происходит масса электромагнитных явлений; собственно, их-то и измеряет энцефалограф. Но вспомните, что нашим друзьям-барастам удалось объединить электромагнитное и сильное взаимодействия — другими словами, мы многого не знаем об электромагнитных полях, производимых как Землёй, так и мозгом одного-единственного человека.</p>
    <p>— Но эти исследователи доказали, что такие поля действительно связаны с сознанием?</p>
    <p>Луиза откинула от лица каштановую прядь.</p>
    <p>— Нет, пока нет. И я признаю, что некоторые круги саму идею воспримут в штыки. Старина Рене Декарт верил в дуализм — идею о том, что тело и разум — это две отдельных сущности. Но эта идея уже довольно давно вышла из моды, и некоторые посчитают CEMI-теорию нежелательным возвратом к дуализму. Но CEMI-теория весьма осмысленна с точки зрения обработки информации. Макфадден и Покетт, по сути, утверждают, что самосознание и информация — это одно и то же явление, наблюдаемое сквозь разные парадигмы, и…</p>
    <p>— И что?</p>
    <p>— Если сознание — электромагнитный феномен, — сказала Луиза, — тогда ничего нет удивительного в том, что впервые оно возникло в период коллапса геомагнитного поля. Как я уже говорила, недавний опыт барастов свидетельствует о том, что коллапс <emphasis>сам по себе</emphasis> не вызывает проблем с сознанием — но я ведь специалист по физике Солнца, не забыли? Пусть я специализируюсь по нейтрино, но мне интересен весь спектр солнечного излучения — а наш мозг, вместе со своими замысловатыми электромагнитными полями, в период коллапса будет подвергаться натиску этого обычно не доходящего до поверхности Земли излучения в течение нескольких лет или десятилетий. И чем больше я об этом думаю, тем больше прихожу к выводу, что нарушение функционирования сознания вполне возможно.</p>
    <p>— Но это же бред, — сказал Джок. — Сознание не может иметь электромагнитную природу. Я в прошлом году проходил МРТ, и я вас уверяю, во время процедуры я находился в полном сознании.</p>
    <p>— Это наиболее частое возражение против этой теории, — сказала Луиза, кивая. — Макфадден рассматривал его в своей последней статье в «Journal for Consciousness Studies». Он доказывал, что жидкости в мозгу фактически создают клетку Фарадея, изолируя мозг от большинства внешних электрических полей. Он также указывает, что МРТ — это <emphasis>статические</emphasis> поля, изменяющие лишь направление движения заряженных частиц, так что они не оказывают никакого физиологического эффекта. Точно так же магнитное поле Земли статично и довольно однородно — или было таковым до тех пор, пока не начался коллапс. Но вот переменные внешние электромагнитные поля действительно возбуждают электрические токи в мозгу. И это влияет на активность мозга; есть даже строгие ограничения на многократное применение транскраниальной магнитной стимуляции, которое может вызвать судороги у здоровых людей.</p>
    <p>— Но… если сознание имеет электромагнитную природу, то почему мы его не можем обнаружить?</p>
    <p>— На самом деле можем. Сьюзан Покетт упоминает массу исследований, показывающих, что электромагнитные поля мозга изменяются воспроизводимым образом в ответ на специфические раздражители: вы можете измерить изменения в электромагнитных полях мозга в тот момент, когда вы видите что-то красное или что-то синее, или когда слышите среднее до или высокое до, и так далее. Она правда хороша в проделывании дырок в возражениях против её теории. К примеру, если мозолистое тело — скопление нервов, соединяющих правое полушарие с левым — рассечь, то можно ожидать, что обмен сигналами между полушариями мозга прекратится. Однако, за исключением самых неестественных ситуаций, пациенты с разделёнными полушариями функционируют вполне нормально; несмотря на отсутствие физического контакта между двумя частями мозга их сознание остаётся цельным — потому что, как утверждает Покетт, сознание является продуктом электромагнитного поля всего мозга, а не идущих в нём нейрохимических реакций.</p>
    <p>— То есть, что вы хотите сказать? Что полушария мозга общаются телепатически? Да ладно!</p>
    <p>— Скажем так, они общаются даже в отсутствие физического соединения, — сказала Луиза. — Это реальный факт.</p>
    <p>— Тогда почему я не слышу ваших мыслей, даже когда стою рядом с вами?</p>
    <p>— Ну, во-первых, вспомните, что мозг фактически заключён в клетку Фарадея, которая его экранирует. Во-вторых, Покетт считает, что основные колебания, ассоциируемые с сознанием, находятся в диапазоне от одного до ста герц, причём большинство из них — в районе сорока герц. Из этого следует, что их длина волны — где-то 8000 км, а размер идеальной антенны для приёма электромагнитного сигнала равен длине волны. Без гигантского приёмника либо по-настоящему чувствительного детектора вы не в состоянии уловить никакую часть моего сознания, просто подойдя ко мне поближе. Однако тот факт, что поле ограничено объёмом одного-единственного мозга, имеет большое значение. Одна из наибольших проблем в науке о сознании — это так называемая проблема связывания. Взгляните вот на эту книгу. — Она указала на лежащий у Джока на столе том — старое RANDовское исследование в области военной стратегии. — Одна часть вашего мозга опознаёт зелёный цвет. Другая выделяет очертания предмета на фоне окружения. Третья отыскивает слово «книга» для их описания. Мы <emphasis>знаем</emphasis>, что мозг работает именно так. Но как эти кусочки связываются воедино, производя мысль о том, что мы смотрим на зелёный предмет, называемый книгой? CEMI утверждает, что связывание производит электромагнитное поле.</p>
    <p>— Это всё очень умозрительно, — сказал Джок.</p>
    <p>— Это, конечно, передний край и всё такое, но это хорошая, прочная научная теория, делающая фальсифицируемые предсказания. До тех пор, как началась вся эта история с параллельными мирами, я мало задумывалась о вещах вроде природы сознания, но это по-настоящему захватывающая область науки.</p>
    <p>— И вы опасаетесь, что наше сознание может быть разрушено в результате коллапса магнитного поля Земли?</p>
    <p>— Я не утверждаю, что что-то такое обязательно случится — в конце концов, неандертальцы ведь и правда недавно пережили такое явление на их собственной планете, и ничего им не сделалось. Но да — я правда беспокоюсь. И, я думаю, вам стоит побеспокоиться тоже.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 23</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Но неандертальцы не перебрались через Гибралтар. Там, на Гибралтаре, проявилась разница между ними и нами. Потому что когда мы видим в пределах досягаемости новый мир, мы берём его себе…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Вот это, — сказала Вессан, водружая на стол прибор бледно-зелёного цвета, — и есть мой прототип кодонатора.</p>
    <p>Мэри оглядела машину. Она имела примерные размер и форму трёх буханок хлеба, приставленных вплотную друг к другу — хотя неандертальцам вряд ли пришла бы в голову такая аналогия.</p>
    <p>— Он может синтезировать любую цепочку дезоксерибонуклеиновой кислоты, или, если пожелаете, рибонуклеиновой кислоты, а также дополнительные белки, необходимые для производства хромосом и других структур.</p>
    <p>Мэри поражённо покачала головой.</p>
    <p>— Это настоящая фабрика жизни. — Она посмотрела на Вессан. — В моём мире вам бы дали за него Нобелевскую премию — это наша высшая награда за научные достижения.</p>
    <p>— Но здесь, — ответила Вессан, — его запретили. — В её голосе зазвучала горечь. — А ведь у меня были самые добрые намерения.</p>
    <p>Мэри насторожилась.</p>
    <p>— А какие, собственно, у вас были намерения?</p>
    <p>Вессан несколько секунд молчала.</p>
    <p>— У меня есть младший брат, который живёт в специальном учреждении. — Она взглянула на Мэри. — Мы устранили большинство генетических наследственных расстройств, но кое-какие до сих пор встречаются — генетические, но не наследственные. У моего брата… я не знаю, как вы это называете. У него дополнительная двадцать вторая хромосома.</p>
    <p>— В смысле, двадцать первая, — поправила Мэри. — О, нет, конечно, нет. У вас это должна быть двадцать вторая. Мы называем это синдромом Дауна.</p>
    <p>— У глексенов такие же симптомы? — спросила Вессан. — Ментальная и физическая немощь?</p>
    <p>Мэри кивнула. У глексенов синдром Дауна также проявляется в лицевых аномалиях: выдвинутый язык, падающая челюсть, складка эпикантуса даже у людей западного происхождения. Мэри задумалась, как мог бы выглядеть бараст с синдромом Дауна.</p>
    <p>— Моя мать была из поколения 140. Она должна была родить первого ребёнка в двадцать, но не смогла тогда зачать. И в тридцать тоже не смогла. Она родила меня в сорок, и Ланамара в пятьдесят.</p>
    <p>— У моего народа поздняя беременность также повышает вероятность синдрома Дауна.</p>
    <p>— Потому что падает способность тела производить чистые наборы хромосом. Я хотела решить эту проблему — и я её решила. Мой кодонатор может устранить все ошибки копирования, все…</p>
    <p>— Что? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Прошу прощения, — сказала Кристина. — Я не знаю, как перевести слово, которое употребила Вессан. Оно относится к случаю, когда имеется три хромосомы там, где должна быть пара.</p>
    <p>— Трисомия, — подсказала Мэри.</p>
    <p>— Если бы мои родители имели доступ к этой технологии, — продолжала Вессан, — которая позволила бы им получить безупречный диплоидный набор хромосом, несмотря на их возраст, Ланамар был бы нормальным. И, конечно же, имеется множество схожих расстройств, которых также можно бы было избежать.</p>
    <p><emphasis>Конечно же,</emphasis> подумала Мэри. Один глексенский ребёнок из 500 рождается с повреждениями половой хромосомы, такими как синдром Клайнфельтера (две и более X-хромосомы и одна Y, часто с мозаичностью), синдром трисомии по X-хромосоме, синдром Тёрнера (только одна X-хромосома, вторая половая хромосома отсутствует либо усечена), XYY синдром, несущий предрасположенность мужчин к насилию — она подозревала, что у Корнелиуса Раскина лишняя Y-хромосома, его сложение и характер соответствовали симптомам. Встречались и другие комбинации, но они по большей части приводили к выкидышу.</p>
    <p>— Но это ещё не всё, — сказала Вессан. — Предотвращение трисомии и похожих расстройств дало лишь первый толчок моей работе. Когда я взялась за неё всерьёз, мне стали приходить в голову идругие возможные применения.</p>
    <p>— Правда? — заинтересовался Понтер.</p>
    <p>— Ага. Я захотела избавиться от элемента случайности в комбинировании генов, предоставив родителям выбор желаемых черт.</p>
    <p>— Как вы это себе представляете? — спросил Понтер.</p>
    <p>Вессан посмотрела на него.</p>
    <p>— Вы унаследовали множество черт от вашего отца, и другое множество от вашей матери; от каждого из них вы получили половину вашей дезоксирибонуклеиновой кислоты; в целом эти две половины составляют ваши сорок восемь хромосом. Однако каждый произведённый вами сперматозоид содержит произвольную выборку этих черт. Ваша, Понтера Боддета, ДНК содержит гены, регулирующие цвет глаз, полученные от отца и от матери; гены, регулирующие форму надбровного валика, полученные от отца и от матери и так далее. Но в вашем сперматозоиде всего сорок восемь хромосом, в которых лишь половина вашей дезоксирибонуклеиновой кислоты. Каждый произведённый вами сперматозоид будет содержать либо ген вашего отца, либо ген вашей матери, но никогда — оба. В одном сперматозоиде будет закодирован цвет глаз вашей матери, цвет волос вашего отца, и форма надбровья вашей матери. В другом может быть всё наоборот. Третий может содержать материнские гены для всех трёх признаков. В четвёртом — только отцовские гены. И так далее для всех десятков тысяч различных генов в вашем генетическом коде. Никакие два произведённых вами сперматозоида не будут содержать в точности такой же набор генов. То же самое происходит и с яйцеклетками: также практически невозможно, чтобы две яйцеклетки содержали одну и ту же комбинацию материнских и отцовских генов.</p>
    <p>— Допустим, — сказал Понтер.</p>
    <p>— В сущности… Мега ведь ваша дочь, правильно?</p>
    <p>— А чья же ещё! — воскликнула Мега.</p>
    <p>Вессан присела перед ней на корточки.</p>
    <p>— У неё карие глаза, хотя у вас — золотистые, — сказала она. — У вас есть другие дети?</p>
    <p>— Старшая дочь, Жасмель.</p>
    <p>— И какого цвета глаза у неё?</p>
    <p>— Такого же, как у меня.</p>
    <p>— Повезло ей! — недовольно заметила Мега.</p>
    <p>— И правда повезло, — сказала Вессан, встав и погладив девочку по голове. Потом она снова повернулась к Понтеру. — Карий цвет — доминантный признак; золотистый — рецессивный. Вероятность того, что ребёнок естественным образом унаследует ваш цвет глаз — один к четырём. Но если вы поручите производство своего репродуктивного материала кодонатору, а не собственному организму, то сможете дать обоим своим детям золотистые глаза — или любой другой признак, который имеется в генетической коде у вас или у вашей партнёрши.</p>
    <p>— Ах-х, — сказала Мега. — Вот у меня были золотистые глаза!</p>
    <p>— Понимаете? — спросила Вессан. — При природном зачатии набор признаков, наследуемых ребёнком, совершенно случаен.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Но разве не ясно, — продолжала Вессан, — что это совершенно дурацкий способ? Вы никогда не знаете, что именно получите в результате. И ведь это касается не только незначительных мелочей вроде цвета глаз. У вас есть гены, регулирующие гибкость глазного хрусталика: один от отца, другой от матери. Предположим, что от матери вам достался хороший ген, благодаря которому вы сможете обходиться без коррекции зрения даже в старости, тогда как с геном вашего отца вам пришлось бы носить корректирующие линзы. Вы можете передать один и только один из них своему ребёнку. Какой бы вы выбрали?</p>
    <p>— Материнский, разумеется, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Именно! Но при естественном зачатии у вас <emphasis>нет</emphasis> выбора — вообще нет. Что получит ребёнок, зависит от случая — потому что вы поручаете производство сперматозоидов неэффективной природе. Но если вы секвенируете свою дезоксирибонуклеиновую кислоту, мы сможем выбрать лучшую половину из каждой пары признаков, унаследованной вами от родителей, и потом произвести гаплоидный набор хромосом, содержащий только эти лучшие признаки. Мы сможем также сделать то же самое для Мэри, произведя гаплоидный набор, содержащий лишь наилучшие признаки из её генов. А потом мы скомбинируем их так, чтобы произвести на свет наилучшего из возможных детей. Генетически этот ребёнок будет в точности наполовину отец и наполовину мать, но при этом он получит наилучшую из возможных комбинацию отцовских и материнских черт.</p>
    <p>— Вау, — сказала Мэри, качая головой. — Не совсем ребёнок под заказ, но…</p>
    <p>Вессан замотала головой в ответ.</p>
    <p>— Нет-нет, хотя это также возможно с помощью кодонатора: мы <emphasis>можем</emphasis> закодировать аллели, не присутствовавшие ни у одного из родителей. Но к такому я никогда не стремилась. Скоро должно быть зачато поколение 149 — и я хотела, чтобы это было величайшее из поколений, наследующее только лучшие черты людей, зачавших его, и отбросившее все худшие. — Она снова покачала головой; её голос стал тише. — Я могла сделать больше для улучшения нашего вида, чем сделала для него чистка генофонда. — Впрочем, через секунду она, похоже, справилась со своей обидой, по крайней мере, на время. — Похоже, этого уже никогда не случится. Но по крайней мере моё изобретение сможет послужить вам.</p>
    <p>Сердце Мэри готово было разорваться. Она станет матерью! Это действительно случится!</p>
    <p>— Это просто <emphasis>сказочно</emphasis>, Вессан. Спасибо вам! Вы нам покажете, как он работает?</p>
    <p>— Конечно, — ответила Вессан. — Надеюсь, в батареях ещё есть заряд. — Она тронула рукоятку, и через секунду квадратный экран в центре устройства ожил. — Конечно, вы сможете подключить экран побольше. Итак, соответствующие исходные химикаты заливаются в отверстие вот здесь, — она оказала на дыру в правой части прибора. — А конечный продукт выходит отсюда в виде взвеси в дистиллированной воде. — Она показала на втулку слева. — Очевидно, вы сюда подсоедините подходящую стерильную ёмкость.</p>
    <p>— И как описывается желаемый продукт? — спросила Мэри, восторженно рассматривая машину.</p>
    <p>— Можно голосом, — сказала Вессан. Она вытянула контрольный штырёк и заговорила, обращаясь к прибору: — Произведи цепочку дезоксерибонуклеиновой кислоты длиной 10000 нуклеотидов, состоящую многократно повторенного кодона аденин-цитозин-тимин. — Она посмотрела на Мэри. — Это код для аминокислоты…</p>
    <p>— Для треонина, — сказала Мэри.</p>
    <p>Вессан кивнула.</p>
    <p>— Точно.</p>
    <p>На приборе появилось несколько зелёных огоньков.</p>
    <p>— Ах, да — он говорит, что недостаточно исходных материалов. — Она ткнула пальцем в экран. — Видите? Они перечислены здесь. Вы также можете воспользоваться клавиатурой для описания задания. — Она указала на один из переключателей. — Здесь вы выбираете между рибонуклеиновой и дезоксерибонуклеиновой кислотами. А потом вводите данные с любым уровнем детализации, вплоть до отдельных нуклеотидов. — Она указала на квадратную группу из четырёх кнопок.</p>
    <p>Мэри кивнула. Переключатель, должно быть, был в положении дезоксерибонуклеиновой кислоты, поскольку на четырёх кнопках светились неандертальские идеограммы для аденина, гуанина, тимина и цитозина. Она указала на другую группу кнопок, выстроенных в восемь рядов по восемь.</p>
    <p>— А эта клавиатура для ввода кодонов, не так ли?</p>
    <p>Кодоны — слова генетического языка, и всего их шестьдесят четыре; каждый состоит из трёх нуклеотидов. Каждый кодон обозначает одну из двадцати аминокислот, используемых для изготовления протеинов. Поскольку кодонов больше, чем аминокислот, некоторые кодоны обозначают одно и то же — генетические синонимы.</p>
    <p>— Именно так, — ответила Вессан. — Эти кнопки позволяют вам вводить кодоны. Или, если вам безразлично, какой именно кодон будет регулировать данную аминокислоту, вы можете выбирать аминокислоты напрямую вот здесь. — Она указала на ещё одну группу из двадцати кнопок — четыре ряда по пять.</p>
    <p>— Конечно, — продолжала Вессан, — клавиатура используется только для внесения точечных изменений: вводить вручную длинную последовательность невероятно утомительно. Обычно прибор подключается к компьютеру, и информация о желаемом конечном продукте просто загружается с него.</p>
    <p>— Великолепно, — сказала Мэри. — Вы не представляете, сколько мы сил потратили, чтобы научиться генному сплайсингу. — Она посмотрела Вессан в глаза. — Спасибо вам.</p>
    <p>— Не за что, — ответила Вессан. — Ну а теперь — за работу.</p>
    <p>— Сейчас? — удивилась Мэри.</p>
    <p>— Конечно. Мы не будем производить ДНК прямо сейчас, но мы полностью настроим процесс. По-первых, мне понадобятся образцы ваших с Понтером дезоксерибонуклеиновых кислот для секвенирования.</p>
    <p>— Вы можете это сделать?</p>
    <p>— Кодонатор может. Ему нужно лишь дать образец, чтобы он его проанализировал. Анализ одного образца займёт примерно одно деци.</p>
    <p>— Десятая часть дня на полную расшифровку генома отдельного человека? — поражённо переспросила Мэри.</p>
    <p>— Ага, — ответила Вессан. — Давайте начнём, а потом я раздобуду чего-нибудь поесть.</p>
    <p>— Я с радостью помогу вам на охоте, — сказал Понтер. — Он улыбнулся и поднял руку. — Хоть я и знаю, что помощь вам не нужна.</p>
    <p>— Я буду рада компании, — сказала Вессан. — Но сначала давайте получим образцы генетического материала.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 24</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Если предстоящий коллапс магнитного поля Земли и научит нас чему-нибудь, то, скорее всего, вот чему: человечество слишком ценно, чтобы иметь лишь один дом; что класть все яйца в одну корзину — непростительная глупость…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Понтер позвонил водителю транспортного куба и сказал ему возвращаться в Кралдак; они вызовут другой куб ближе к вечеру.</p>
    <p>Мэри и Мега остались в хижине, а Вессан м Понтером пошли на охоту. Мега показала Мэри, как работает её игрушка; Мэри пересказала ей часть киплинговской «Книги джунглей». Мега научила Мэри петь короткую неандертальскую песенку. Мэри понравилось возиться с Мегой — и она знала, что иметь собственного ребёнка будет ещё чудесней.</p>
    <p>Наконец, Вессан с Понтером вернулись с пойманным на обед фазаном; Вессан принялась его потрошить, а Понтер занялся салатом. Оказалось, что на крыше хижины были установлены солнечные панели, так что у неё был и вакуумный шкаф для хранения продуктов, и электрообогреватель, и люцифериновые светильники, и многое другое; друзья надарили ей на прощание массу всего, когда она объявила о своём решении удалиться от организованного неандертальского общества. В целом, решила Мэри, это была бы не такая уж плохая жизнь, если бы только было чего почитать. Вессан показала Мэри свой планшет и как она его подзаряжает от солнечных панелей на крыше.</p>
    <p>— Здесь хранится текстов где-то на четыре миллиарда слов, — объяснила она. — Доступа к новинкам у меня, понятное дело, нет, но это не беда; всё равно сейчас пишут одну чепуху. Но вот классика!.. — Вессан прижала устройство к груди. — Обожаю классику!</p>
    <p id="id59788__msoanchor_33">Мэри улыбнулась. Вессан была похожа на Кольма в его восхвалении достоинств Шекспира и его современников; ей приходилось прятать от него свои арлекиновские<a l:href="#id20150414092305_142">[142]</a> романы, чтобы не нарваться на ссору.</p>
    <p>Обед был очень вкусный, Мэри не могла этого не признать — или, возможно, после всех сегодняшних хождений по лесу она очень сильно проголодалась.</p>
    <p>На время обеда кодонатор убрали на пол, но как только все закончили есть, Вессан подняла его обратно на стол. Мега свернулась в углу калачиком и задремала, оставив троих взрослых сидеть у стола: Вессан на стуле, Понтер на поставленном на попа полене, а Мэри устроилась на крышке вакуумного шкафа лицом к циклопическому мамонтову черепу.</p>
    <p>— Итак, — сказала Вессан, вглядываясь в дисплей. — Секвенирование завершено. — Мэри смотрела не на квадратный экран, а на саму Вессан, поскольку, за исключением очень небольшого количества, она не умела читать неандертальские идеограммы. Вессан, по-видимому, забыв об этом, ткнула пальцем в экран.</p>
    <p>— Как видите, он составил список 50000 активных генов из вашей, Мэре, дезоксирибонуклеиновой кислоты, и такое же количество из кислоты Понтера.</p>
    <p>— Пятьдесят тысяч? — поразилась Мэре. — Я считала, что в человеческой ДНК только 35000 активных генов. Согласно нашим последним подсчётам.</p>
    <p>Вессан на секунду задумалась.</p>
    <p>— Ах, да, вы, наверное, не считаете… не знаю, как вы это зовёте. Своего рода экзонная дупликация. Я потом покажу вам, как это работает.</p>
    <p>— Буду очень благодарна, — ответила Мэри, заинтригованная сверх всякой меры.</p>
    <p>— Так вот, у прибора теперь есть список из 50000 аллелей для каждого из вас. Это значит, что кодонатор готов двигаться дальше и произвести то, что вам нужно: пару гамет с одинаковым количеством хромосом. Но…</p>
    <p>— Да? — сказала Мэри.</p>
    <p>— Ну, я вам рассказывала о том, для чего я создавала этот прибор: чтобы дать родителям возможность выбрать, какие аллели унаследует их ребёнок.</p>
    <p>— Я думаю, нас устроит любая случайная комбинация. — Слова вырвались на свободу прежде, чем Мэри задумалась об их смысле; должно быть, поняла она, это заговорило её природное католическое отвращение к вмешательству в вещество самой жизни… хотя любое использование этой машины неизбежно является весьма тяжёлым случаем вмешательства.</p>
    <p>Вессан нахмурилась.</p>
    <p>— Если бы вы оба были барастами, я бы удовлетворилась таким ответом, однако, Мэре, как вы сами понимаете, будь вы барастами, вам не нужен бы был кодонатор для получения случайной комбинации вашего генетического материала. — Она покачала головой. — Но вы — не бараст. — Она посмотрела на предплечье Понтера. — Не думала, что когда-либо снова воспользуюсь этой штукой, но… компаньон Понтера!</p>
    <p>— Здравый день, — отозвался мужской голос из внешнего динамика. — Меня зовут Хак.</p>
    <p>— Хак, значит, — сказала Вессан. — Я уверена, что после установления контакта с народом Мэре проводились исследования различий дезоксирибонуклеиновых кислот барастов и глексенов.</p>
    <p>— Это так, — подтвердил Хак. — Это была весьма горячая тема.</p>
    <p>— Результаты этих исследований доступны в глобальной информационной сети?</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>— Отлично, — сказала Вессан. — В процессе нам понадобится наводить справки. — Она подняла голову и перевела взгляд с Мэри на Понтера, потом обратно на Мэри. — Я не советую вам произвольно слеплять ваши дезоксирибонуклеиновые кислоты. Речь идёт о комбинировании генов разных биологических видов. Да, конечно, — она сделала жест в сторону экрана кодонатора, — теперь уже очевидно, что геномы барастов и глексенов практически идентичны, но мы должны изучить все расхождения и принять взвешенное решение о том, какой вариант оставить в каждом случае. — Она ткнула пальцем в направлении Мэри. — Такие вот крошечные носы характерны для вашего вида?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Вот видите? Будет глупо закодировать крошечный глексенский нос и огромную обонятельную луковицу барастов. Признаки должы выбираться так, чтобы они усиливали друг друга или хотя бы друг другу не мешали.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Да, конечно, вы правы. — У неё в животе заплясали бабочки, но она пыталась говорить непринуждённо. — Так что у нас в меню?</p>
    <p>— Хак? — сказала Вессан.</p>
    <p>— Генетические различия между…</p>
    <p>— Погоди! — сказала Вессан. — Я ещё ничего не спросила.</p>
    <p>Понтер улыбнулся.</p>
    <p>— Хак — очень умный компаньон, — сказал он. — Вы знаете Кобаста Ганта?</p>
    <p>— Исследователь искусственного интеллекта? — уточнила Вессан. — Я знаю <emphasis>о</emphasis> нём.</p>
    <p>— Так вот, — сказал Понтер, — где-то десять месяцев назад он сделал моему компаньону апгрейд. Понятное дело, не вы одна пытались улучшить жизнь барастов. Кобаст хочет, чтобы всё поколение 149 носило компаньоны, обладающие интеллектом.</p>
    <p>— Ну, будем надеяться, что они не запретят работу Ганта, как запретили мою — хотя, если всё же запретят, у меня, может, появится сосед. В любом случае, я собиралась попросить Хака дать нам обзор отличий глексенского генома от барастовского.</p>
    <p>— Именно это я вам и собирался рассказать, — сказал Хак немного обиженным тоном. — Как вы уже отметили, в геноме глексенов и барастов около 50000 генов. Однако 98,7 % их имеют аллели, встречающиеся в обеих популяциях; лишь 462 гена имеют варианты, встречающиеся только у барастов, но отсутствующие у глексенов, или наоборот.</p>
    <p>— Здорово, — сказала Вессан и посмотрела на Мэри. — Всё остальное вы можете оставить на волю случая, если хотите, но я считаю, что на эти 462 гена мы должны посмотреть очень внимательно и сделать выбор очень аккуратно.</p>
    <p>Мэри посмотрела на Понтера; тот не возражал.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала она.</p>
    <p>— Итак, прежде чем мы начнём, мы должны ответить на два вопроса. С помощью кодонатора вы получите диплоидный набор хромосом с комбинацией ваших дезоксерибонуклеиновых кислот. Мы собираемся произвести двадцать три пары хромосом или двадцать четыре? Иными словами, вы хотите, чтобы ваш ребёнок был барастом или глексеном?</p>
    <p>— Ой, — сказала Мэри. — Хороший вопрос. В своём мире я как раз занималась поиском надёжного способа определения видовой принадлежности для целей иммиграционного контроля. И, похоже, метод проверки числа хромосом примут в качестве официального.</p>
    <p>— Ваш ребёнок может быть гибридом во многих других отношениях, — сказала Вессан. — Но здесь возможно либо то, либо другое.</p>
    <p>— Э-э… Понтер?</p>
    <p>— Мэре, среди нас двоих генетик — ты. Я так думаю, что вопрос о числе хромосом тебе, так сказать, ближе и роднее.</p>
    <p>— У тебя нет собственных предпочтений?</p>
    <p>— На эмоциональном уровне нет. Я, однако, подозреваю, что с правовой точки зрения нашему ребёнку было бы удобнее быть глексеном.</p>
    <p>— То есть?</p>
    <p>— У нас тут единое мировое правительство — Верховный Серый совет. У вас же — 191 государство, входящее в Организацию Объединённых Наций, плюс ещё сколько-то, не являющихся членами, и проблемы могут возникнуть при въезде в каждое из них.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Я думаю, что проще будет убедить одно мировое правительство в том, что существо с двадцатью тремя хромосомами должно иметь возможность жить и работать в моём мире, где только пожелает, чем убедить ваши две сотни правительств, что существу с двадцатью четырьмя парами хромосом нужно дать такую же возможность в вашем мире.</p>
    <p>Мэри посмотрела на Вессан.</p>
    <p>— Мы ведь не собираемся прямо сейчас производить ДНК нашего будущего ребёнка?</p>
    <p>— Нет, разумеется, нет. Я полагаю, это будет сделано в вашем мире, когда вы будете готовы забеременеть. Я лишь обрисовываю для вас проблемы, которые вам нужно будет решить.</p>
    <p>— То есть мы не должны принимать решение прямо сейчас.</p>
    <p>— Именно так.</p>
    <p>— Ладно, давайте тогда пока замнём.</p>
    <p>Вессан недоумённо посмотрела на неё.</p>
    <p>— Простите?</p>
    <p>— В смысле, отложим пока этот вопрос. Что ещё?</p>
    <p>— Ну, этот вопрос не связан с вашими особыми обстоятельствами, однако также должен быть заранее согласован, поскольку от него зависит то, как кодонатор распределит дезоксерибонуклеиновую кислоту Понтера. Вы хотите мальчика или девочку?</p>
    <p>— Это мы уже обсудили, — сказала Мэри. — Мы хотим дочку.</p>
    <p>Вессан что-то переключила на панели управления прибора.</p>
    <p>— Значит, девочка, — сказала она. — Посмотрим, что у нас ещё… — Она уставилась на экран.</p>
    <p>— Следующая последовательность отвечает за тип пробора, — сказал Хак. — У барастов естественный пробор проходит посередине головы, вдоль сагиттального шва. У глексенов пробор обычно сдвинут в сторону. У Мэри, похоже, имеются аллели только для бокового пробора; обе аллели из генома Понтера, разумеется, кодируют центральный. Вы можете взять по одной от каждого из вас и экспериментально установить, какая из них доминантна, либо взять обе от Понтера, либо обе от Мэре, и быть практически уверенными в том, что получится в результате.</p>
    <p>Мэри посмотрела на Понтера. Обычная причёска неандертальцев действительно напоминала обезьян-бонобо. Поначалу ей она казалась страшноватой, но потом привыкла.</p>
    <p>— Я не знаю.</p>
    <p>— Боковой, — сказал Понтер. — Девочка должна быть похожа на мать.</p>
    <p>— Ты уверен? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>— Тогда боковой, — решила Мэри. — Берите обе мои аллели.</p>
    <p>— Сделано, — сказала Вессан и показала на квадратный дисплей. — Вы видели, как я это делаю? Аллели выбираются с помощью вот этих чувствительных зон на экране.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Просто и понятно.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Вессан. — Я приложила массу усилий, чтобы сделать прибор простым в использовании. Так, теперь я выбираю следующую группу аллелей, по крайней мере, на стороне Понтера: они отвечают за цвет глаз. Мэре, у вас глаза голубые — я таких никогда в жизни не видела. Глаза Понтера золотисто-коричневые; вы называем этот цвет <emphasis>делент</emphasis>; он встречается редко и потому высоко ценится.</p>
    <p>— Голубой цвет глаз — рецессивный признак у глексенов, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Как и <emphasis>делент</emphasis> у нас. Поэтому мы можем взять обе ваши аллели и сделать вашу дочь голубоглазой, обе аллели Понтера и дать ей золотистые глаза, или по одной аллели от каждого из вас и ждать сюрприза.</p>
    <p>Они продолжали в таком ключе некоторое время, прервавшись только когда Мэри, а затем Понтеру понадобилось воспользоваться бытовыми удобствами, функцию которых в данном случае выполняла деревянная бадья.</p>
    <p>— А теперь, — сказала Вессан, — мы подходим к интересной нейрологической особенности. В этом случае я бы не хотела брать от аллели каждого из вас, потому что мы не знаем, какой эффект может произвести их смешение. Я думаю, гораздо безопаснее будет позволить ребёнку обладать одним либо другим признаком, нежели пытаться их смешивать. У барастов этот ген регулирует развитие части теменной доли, расположенной в левом полушарии. Вы, конечно, не хотите риска получить повреждение мозга, так что…</p>
    <p>— Вы сказали «теменной доли»? — прервала её Мэри, подаваясь вперёд. Её сердце тревожно забилось.</p>
    <p>— Да, — ответила Вессан. — Если она не сформируется, как положено, то возможна афазия и трудности с координацией, так что…</p>
    <p>Мэри повернулась к Понтеру.</p>
    <p>— Ты её подговорил?</p>
    <p>— Прошу прощения? — сказал Понтер.</p>
    <p>— Да ладно, Понтер. Теменная доля в левом полушарии!</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— И что с ней?</p>
    <p>— Она, по словам Вероники Шеннон, ответственна за религиозное мышление у моего вида. Ощущение покидания тела; чувство слияние со вселенной. Всё это коренится в ней.</p>
    <p>— Ох, — сказал Понтер. — Правда.</p>
    <p>— Ты хочешь сказать, что не знал, что к этому идёт?</p>
    <p>— Честное слово, Мэре — понятия не имел.</p>
    <p>Мэри отвела взгляд.</p>
    <p>— Ты говорил о «лекарстве» против религии, чёрт побери! И вот, полюбуйтесь — оно уже есть.</p>
    <p>— Мэре, — сказала Вессан. — Мы с Понтером ни о чём не сговаривались.</p>
    <p>— Правда? Вы охотились достаточно долго, чтобы…</p>
    <p>— Мэре, это правда, — сказала Вессан. — Я не знаю, о каком исследовании вы говорите.</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох и очень медленно выдохнула.</p>
    <p>— Простите, — сказала она, наконец. — Я несу что попало. Понтер никогда не устроил бы мне такой подлянки.</p>
    <p>Хак пискнул, но Понтер не стал просить разъяснений.</p>
    <p>Мэри протянула к нему левую руку.</p>
    <p>— Понтер, ты — мой партнёр, хоть у нас и не было ещё церемонии вступления в союз. Я знаю, что ты никогда меня не обманешь.</p>
    <p>Понтер молчал.</p>
    <p>Мэри качнула головой.</p>
    <p>— Я не ожидала, что нам придётся принимать такое решение. Цвет волос, цвет глаз — куда ни шло. Но атеист или верующий? Кто бы мог подумать, что это тоже заложено в генах.</p>
    <p>Понтер сжал руку Мэри.</p>
    <p>— Вопрос гораздо важнее для тебя, чем для меня. По крайней мере, <emphasis>это</emphasis> мне понятно. Поэтому мы сделаем так, как ты решишь.</p>
    <p>Мэри снова глубоко вдохнула. Она могла бы это обсудить с отцом Калдикоттом — но, чёрт возьми, католический священник никогда не одобрит и малой части того, что они задумали.</p>
    <p>— Я, понятное дело, не слепая, — сказала Мэри. — Я видела, как мирно вы живёте — по крайней мере, бо́льшую часть времени. И я видела, какими… — она замолчала, на секунду задумалась, и пожала плечами, словно не найдя лучшего слова, чем то, что сразу пришло ей в голову, — какими <emphasis>одухотворёнными</emphasis> могут быть ваши люди. И Понтер, я всё время думаю о тех вещах, о которых ты говорил — у Рубена дома, когда мы смотрели католическую мессу по телевизору, и возле стены ветеранов Вьетнама… — она снова пожала плечами. — Я всё это слушала, и услышала, но…</p>
    <p>— Но ты всё ещё не убеждена, — мягко закончил за неё Понтер. — Я тебя не виню. В конце концов, я не социолог. Мои рассуждения о том… — он тоже на секунду замолчал, явно сознавая, что затрагивает весьма деликатную тему, но потом всё же продолжил, не в силах подыскать другого слова, — о том зле, которое принесла вашему миру религия, это именно рассуждения, философское ворчание, не более того. Я не могу доказать то, что я чувствую; не думаю, что кто-либо может.</p>
    <p>Мэри закрыла глаза. Её хотелось помолиться, попросить наставления. Но раньше она не получала никаких наставлений, и не было никакой причины, чтобы в этот раз было по-другому.</p>
    <p>— Возможно, — сказала она, наконец, — нам следует оставить это на волю случая; пусть будет так, как лягут гены.</p>
    <p>— Если бы речь шла про любую другую часть тела, — тихо сказала Вессан, — я могла бы с вами согласиться. Но мы говорим о компоненте мозга, который устроен по-разному у двух разновидностей людей. Просто взять одну аллель от глексена, а другую — от бараста, и надеяться на лучшее — не самое разумное решение.</p>
    <p>Мэри задумалась. Вессан права. Если уж они решили завести гибридного ребёнка, им так или иначе придётся принять решение.</p>
    <p>Понтер отпустил Мэрину руку, но потом снова начал поглаживать её.</p>
    <p>— Это не то же самое, что решать, будет у нашей дочери душа или нет. Мы решаем лишь, будет ли она <emphasis>верить</emphasis>, что у неё есть душа.</p>
    <p>— Вам не обязательно решать это сегодня, — сказала Вессан. — Как я сказала раньше, моим намерением было ознакомить вас с процессом работы с кодонатором. Вам не нужно производить диплоидные хромосомы, пока вы, Мэре, не будете готовы к их имплантации. — Она сложила руки. — Но когда это время настанет, вы должны будете принять решение.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 25</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Так что сейчас и в самом деле снова настало время для больших шагов. Но это время не только для великого американского проекта. Пришло время, выражаясь словами другой великой речи</emphasis><a l:href="#id20150414092305_143">[143]</a><emphasis>, чёрным людям и белым людям, евреям и гоям, протестантам и католикам — а также индусам, мусульманам, буддистам, мужчинам и женщинам, исповедующим любые религии или не исповедующим никакой, гражданам всех объединённых наций, членам всех расовых и религиозных групп, составляющих нашу уникальную разновидность человечества — им всем пришло время отправиться дальше, в мире и гармонии, проявляя взаимное уважение и дружбу — продолжить путешествие, которое мы, Homo sapiens, ненадолго прервали…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Я думаю, — сказала Вессан, — что вам нужно многое обсудить наедине. Наверное, я возьму Мегу, и мы пойдём посмотрим на звёзды. — Мега как раз только что проснулась. — Мега, пойдёшь гулять?</p>
    <p>— Конечно! — сказала Мега.</p>
    <p>Вессан поднялась с кресла, отыскала свою шубу, замотала Мегу в пару просторных рубах и повела её к двери.</p>
    <p>Мэри ошутила на лице дуновение холодного воздуха, когда она открыла дверь. Она проследила глазами за выходящими Вессан и Мегой; деревянная дверь закрылась за ними.</p>
    <p>— Мэре… — сказал Понтер.</p>
    <p>— Нет, нет, дай мне подумать, — ответила Мэри. — Просто дай мне пару минут подумать.</p>
    <p>Понтер доброжелательно кивнул, отошёл к очагу и занялся разведением огня.</p>
    <p>Мэри встала с вакуумного шкафа, пересела в кресло, которое освободила Вессан, и опёрлась подбородком на сложенные ладони.</p>
    <p>Подбородок…</p>
    <p>Характерная черта Homo sapiens.</p>
    <p>Но тривиальная, совершенно неважная.</p>
    <p>Мэри вздохнула. Если бы не вопрос места жительства, ей было бы безразлично, будет у них мальчик или девочка.</p>
    <p>И ей определённо всё равно, будет у неё пробор посередине или сбоку. Или какого цвета будут у неё глаза. Или будет ли она так же мускулиста, как Понтер. И насколько острый будет у неё нюх.</p>
    <p><emphasis>Лишь бы она была здорова…</emphasis></p>
    <p>Эту мантру родители повторяют тысячи лет.</p>
    <p>Кроме как в лаборатории Вероники, у Мэри никогда в жизни не случалось полноценных религиозных переживаний, но, тем не менее, она искренне верила в Бога. Даже сейчас, зная, что её предрасположенность к этой вере прошита в её мозгу, она продолжала верить.</p>
    <p>Хочет ли она лишить своё дитя утешения, которое даёт эта вера? Хочет оградить от религиозного экстаза, который обходил Мэри стороной за пределами лаборатории, но который, по-видимому, посещал стольких других людей?</p>
    <p>Она подумала о мире, в котором пребывает, и риторика выпусков новостей её юности вдруг всплыла в её памяти. Слова, которых до сих пор она тщательно избегала.</p>
    <p>Безбожники.</p>
    <p>Коммунисты.</p>
    <p>Но, чёрт её возьми, неандертальская система действительно <emphasis>работает</emphasis>. Работает лучше, чем прогнивший и морально обанкротившийся капитализм её мира — мир табачных компаний, «Энрона», «WorldCom» и других аферистов, людей, движимых одной только жадностью, неприлично много берущих себе, тогда как другим не хватает даже на еду.</p>
    <p>И она работает лучше, чем религиозные организации её мира — её собственная Церковь, десятилетиями прикрывающая растлителей малолетних, её религия и многие другие, дискриминирующие женщин, религиозные фанатики, направляющие самолёты на небоскрёбы…</p>
    <p>Понтеру удалось запалить огонь. От поленьев, которые он сложил на камни очага, начали подниматься струйки дыма.</p>
    <p>Когда он закончил раздувать огонь и пламя взялось за поленья всерьёз, Мэри встала с кресла и подошла к своему мужчине, всё ещё сидящего на корточках у очага.</p>
    <p>Он взглянул на неё снизу вверх, и, хотя в свете очага его массивный нос и надбровье отбрасывали густые тени, он по-прежнему выглядел добрым и любящим.</p>
    <p>— Я приму любое твоё решение, — сказал он, поднимаясь на ноги.</p>
    <p>Мэри обняла его за плечи.</p>
    <p>— Я… как бы мне хотелось, чтобы у меня было много-много времени, чтобы всё обдумать.</p>
    <p>— Ну, у нас есть <emphasis>сколько-то</emphasis> времени, — сказал Понтер. — Но не сколько угодно. Если мы хотим, чтобы наша дочь была частью поколения 149, мы должны зачать её вовремя.</p>
    <p>— Может быть, она не будет частью 149-го, — Мэри осознавала, что в её голосе слышится досада. — Может, мы родим её на следующий год. Или ещё через год.</p>
    <p>— Я знаю, что ваш народ рожает каждый год, — мягко ответил Понтер. — Если наша дочь будет расти в твоём мире, то не имеет значения, когда мы её зачнём. Но если мы хотим, чтобы она росла в этом мире или в обоих мирах, или хотя бы имела возможность стать частью моего общества, то мы должны сделать это в соответствии с распорядком.</p>
    <p>— Это, — сказала Мэри, подаваясь назад и глядя на Понтера.</p>
    <p>Бровь Понтера взлетела вверх.</p>
    <p>— <emphasis>Это</emphasis>, — повторила Мэри. — «Сделать <emphasis>это</emphasis> в соответствии с распорядком». Звучит не слишком романтично.</p>
    <p>Понтер снова привлёк её к себе.</p>
    <p>— Мы должны одолеть несколько… особых препятствий. Но что может быть романтичней, чем дитя двух людей, которые любят друг друга?</p>
    <p>Мэри заставила себя улыбнуться.</p>
    <p>— Ты прав, конечно. Прости. — Она помолчала. — И ты прав, что мы должны это сделать вовремя. — Её день рождения был в конце года; она знала, каково быть даже на полгода младше других детей в классе. Быть младше всех остальных на год или два — это уже полная катастрофа. Да, её дочь в основном будет жить в мире Мэри, но когда она вырастёт, то может решить обосноваться в мире неандертальцев — а она никогда не сможет стать здесь своей, если не будет принадлежать к определённому поколению.</p>
    <p>Понтер какое-то время молчал.</p>
    <p>— Ты готова сделать выбор? — спросил он.</p>
    <p>Мэри смотрела через его плечо на огонь в очаге.</p>
    <p>— Мой брат Билл женился на протестантке, — сказала она, наконец. — Ты не представляешь, как это огорчило мою маму! Биллу и Диане — это его жена — пришлось решать, в какой религиозной традиции воспитывать своих детей. Я слышала только кусочки и обрывки, и, разумеется, только от Билла, с его точки зрения — но это, похоже, была эпическая битва. А ты меня спрашиваешь, готова ли я решить, будет или не будет моя дочь предрасположена к вере в Бога?</p>
    <p>Понтер ничего не ответил; он просто обнимал её, поглаживая по голове. Если Понтеру и не терпелось узнать, что решит Мэри, то он никак этого не показывал — и Мэри была ему благодарна за это. Если бы он выглядел обеспокоенным, она бы знала, что он отдаёт предпочтение какому-то одному варианту, и ей было бы ещё сложнее разобраться в своих чувствах. Какому именно варианту он мог бы отдать предпочтение, Мэри не могла сказать точно. Сперва ей показалось, что Понтер предпочёл бы видеть свою дочь такой, как он сам, лишённой…</p>
    <p>Она ненавидела этот термин, но он приобрёл популярность в прессе ещё до того, как открылся портал в мир неандертальцев.</p>
    <p>…лишённой «органа Бога».</p>
    <p>С другой стороны, Понтер достаточно образован, чтобы знать, что, несмотря на то, чем они сегодня занимались целый день, человека нельзя заказывать, как пиццу: «Дайте мне второй номер, только без лука». Всё должно смешаться, чтобы произвести нечто цельное. Может быть, Понтер <emphasis>хотел бы</emphasis>, чтобы его дочь унаследовала веру своей матери? Скажем, чтобы проверить гипотезу своего скульптора личности? Будут ли его чувства к дочери, которая верит, что будет жить после смерти, отличаться от тех, что он испытывает к Жасмель и Меге?</p>
    <p>Мэри никогда не спросит его об этом, в особенности после того, как решение будет принято. Когда нужные гены уже внесены в хромосомы их будущего ребёнка, поздно и бессмысленно сожалеть о чём-то и снова возвращаться к уже законченным спорам.</p>
    <p>В «Стартреке-5», режиссёром которого был сам Уильям Шетнер, и в котором сводный брат Спока Сибок ходил на поиски Бога, была одна сцена, изображавшая момент рождения самого Спока, причём не где-нибудь, а в пещере; человеческой матери Спока, Аманде, помогала вулканская повитуха. Когда новорожденного Спока показали Сареку, его вулканскому отцу, Сарек произнёс лишь короткую фразу, наполненную бесконечным разочарованием: «Так похож на человека…»</p>
    <p>Мэри тряхнула головой, прогоняя воспоминания. А что, собственно, Сарек ожидал увидеть? Если он сам захотел гибридного ребёнка, то почему расстраивается, увидев унаследованные от матери черты? Мэри и Понтер искренне стремились взять лучшее от каждого из миров — а это означает включать, а не исключать.</p>
    <p>— Это не дефект, — сказала, наконец, Мэри, не трудясь объяснять, какое именно «это». — Это не какой-то изъян в глексенском мозгу. Способность верить в Бога, если мы этого хотим, если так решили — это часть того, кто мы есть. — Она взяла Понтера за руку. — Я знаю, что натворила религия — <emphasis>организованная</emphasis> религия. И я даже начинаю соглашаться с тобой по поводу того вреда, что принесла моему миру вера в жизнь после смерти. Наша бесчеловечная жестокость действительно кажется связанной с верой в то, что все несправедливости будут исправлены в следующей жизни. Но, тем не менее, я хочу, чтобы моя дочь — наша дочь — по крайней мере имела возможность верить в эти вещи.</p>
    <p>— Мэре… — сказал Понтер.</p>
    <p>Она отстранилась от него.</p>
    <p>— Нет. Нет, дай мне договорить. Твой народ стерилизует преступников, говоря, что это поддерживает генетическийо пул в здоровом состоянии. Но на самом деле это нечто большее, не так ли, по крайней мере, когда преступник — мужчина? Вы стерилизуете не через вазектотомию — вы полностью удаляете ту часть его анатомии, что ответственна не только за агрессию, но и за сексуальные желания.</p>
    <p>Мэри отметила, что Понтеру эта тема явно неприятна, но, собственно, какому мужчине приятны разговоры о кастрации? Она продолжила:</p>
    <p>— Так вот, я — жертва изнасилования: самого худшего, к чему может привести тестостерон. Но я также женщина, познавшая все радости секса с любящим мужчиной-партнёром. Возможно, при определённых обстоятельствах, удаление производящих тестостерон желез и оправдано. И так же возможно, что при определённых обстоятельствах оправдано и удаление органа Бога. Но не сразу, не с самого начала.</p>
    <p>Мэри снова смотрела на Понтера.</p>
    <p>— У моей Церкви есть понятие первородного греха: что все люди рождаются запятнанными, несущими на себе зло и вину поколений своих предков. Я в это не верю. Вероника Шеннон говорила о бихевиоризме — об идее того, что в человеке можно развить любое поведение, любую реакцию. Механизм — периодическое подкрепление или последовательное — может отличаться у глексенов и барастов, но базовая концепция та же самая. Новорожденный ребёнок, новая жизнь — это лишь потенциал, который можно развить тем или иным способом, и я хочу, чтобы наш ребёнок, наша дочь имела все возможные потенциалы, чтобы с помощью моей и твоей родительской любви она стала как можно лучшим человеческим существом.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Я согласен на всё, что ты захочешь.</p>
    <p>— Этого, — сказала Мэри. — Я хочу этого. Ребёнка, который может верить в Бога.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 26</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>И мне выпала сегодня честь начать эту новую фазу. Пришло время, друзья мои, по крайней мере, некоторым из нас, покинуть эту версию Земли и совершить очередной гигантский прыжок…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Мэри, Понтер и Мега переночевали на полу в хижине Вессан. На следующий день, завернув кодонатор в шкуры, чтобы никто его не заметил, они вызвали транспортный куб и отправились в Центр Кралдака, откуда вертолётом вернулись в Салдак… как раз к тому времени, когда Двое перестали быть Одним.</p>
    <p>Понтер встретился с Адекором, они погрузились в автобус и отправились домой, на свою территорию. Мэри знала, что Понтеру завтра предстоит новое путешествие. Завтра он должен будет сопровождать делегацию ООН, в составе которой будет и Джок Кригер, в их поездке на остров Донакат.</p>
    <p>У Мэри разрывалось сердце, и она уже считала дни до следующего периода, когда Двое станут Одним. Она, конечно, не будет всё это время жить здесь — она должна будет вернуться в «Синерджи Груп», однако обязательно приедет на выходные.</p>
    <p>Мэри чувствовала совершенно невообразимую ревность к Адекору. Она знала, что это несправедливо, но во всей этой ситуации она чувствовала себя Другой Женщиной, словно они с Понтером тайком вырвались на тайное свидание, а теперь он возвращается в свою законную семью.</p>
    <p>Мэри повернулась и медленно побрела по направлению к дому Бандры, неся в руках завёрнутый в шкуру кодонатор. Вокруг было множество других женщин, но ни одна из них не выглядела печальной. Те, что разговаривали друг с другом, смеялись; широкие лица тех, кто шёл в одиночестве, озарялись улыбками, адресованными не другим прохожим, а собственным потаённым мыслям.</p>
    <p>Мэри чувствовала себя полной дурой. Какого чёрта она делает здесь, в этом мире, с этими людьми? Да, ей нравится проводить время с Понтером. Их секс был таким же потрясающим, как и раньше, общение — интересным и увлекательным, а поездка к Вессан была замечательной в очень многих отношениях. Но ведь в следующий раз они с Понтером будут вместе лишь через двадцать пять дней!</p>
    <p>Стая странствующих голубей на некоторое время закрыла солнце. Мэри знала, что это перелётные птицы, курсирующие между двумя домами — одним на севере, другим на юге. Мэри горестно вздохнула и продолжила путь. Она знала, почему все неандерталки, мимо которых она проходила, улыбаются. Они не возвращаются, как она, к одинокому существованию. Они возвращаются к своим возлюбленным женского пола, к своим детям, у кого они есть — к своей семье.</p>
    <p>Мэри подняла воротник мамонтовой шубы: начал задувать холодный ветер. Она ненавидело зиму в Торонто и подозревала, что здешнюю она будет ненавидеть ещё больше. Торонто такой большой, в нём столько промышленности, столько людей и машин, что он влияет на своё окружение. К северу от города — как и к югу, в западной части штата Нью-Йорк — всё сплошь заваливает снегом. Но в самом Торонто снег идёт лишь несколько раз за зиму, и почти никогда — перед Рождеством. Конечно, это место не соответствовало Торонто — Салдак располагался в 400 км севернее, там, где в мире Мэри находится Садбери, а в Садбери снег выпадает тоннами. В Салдаке, должно быть, снега ещё больше.</p>
    <p>Мэри вздрогнула, хотя сейчас было ещё далеко не <emphasis>так</emphasis> холодно. Она подумала было, не попросить ли компаньон рассказать, на что похожа здешняя зима, но не стала, опасаясь, что Кристина подтвердит худшие её опасения.</p>
    <p>Наконец она подошла к раздутому приземистому дереву, представлявшему собой основную часть дома Бандры. Все его листья уже облетели. Мэри вошла в дом. На ней были штаны неандертальского типа, со встроенной обувью, но, переступив порог, она автоматически нагнулась, собираясь разуться. Она снова вздохнула, подумав о том, привыкнет ли она хоть когда-нибудь к этому месту.</p>
    <p>Мэри прошла в свою спальню, оставила там кодонатор и вернулась в гостиную. Послышался звук текущей воды. Должно быть, Бандра уже дома, а её партнёр уехал к себе на Окраину предыдущим автобусом. Наверное, раньше звук воды заглушался шумом, который производила сама Мэри, а поскольку дверь в ванную была закрыта — Мэри знала, что исключительно из соображений санитарии, а не соблюдения приличий — то Бандра ещё не почувствовала её запах.</p>
    <p>Мэри прошла на кухню и налила себе фруктового сока. Мэри знала, что неандертальцы, собирающие на юге фрукты, сбривают все волосы с головы и тела, чтобы лучше переносить жару. Она попыталась представить себе Понтера без волос. Мэри видела бодибилдеров по телевизору — у них почему-то всегда были безволосые грудь и спина. Либо они их бреют, либо стероиды дают такой эффект. Так или иначе, она решила, что Понтеру лучше оставаться как есть.</p>
    <p>Мэри ожидала, что Бандра вот-вот выйдет из ванной, но она всё не появлялась, — а Мэри уже очень хотелось в туалет. Придётся пересилить себя и воспользоваться ванной комнатой совместно с Бандрой. Она подошла к закрытой двери и толкнула её ладонью. Дверь открылась.</p>
    <p>Бандра стояла, согнувшись над раковиной и носом почти упираясь в висящее над ней квадратное зеркало.</p>
    <p>— Простите, — сказала Мэри, — мне просто очень надо… О Боже! Бандра, что с вами?</p>
    <p>Мэри понадобилась секунда, чтобы заметить на полированной гранитной поверхности раковины пятна крови; красные капли не слишком выделялись на розовом камне.</p>
    <p>Бандра не повернулась к ней. Наоборот, казалось, она прячет от неё лицо. Мэри подошла ближе.</p>
    <p>— Бандра, что случилось? — Мэри протянула руку и тронула Бандру за плечо. Если бы Бандра действительно этого не хотела, Мэри ни за что не удалось бы развернуть её к себе. Но после секундного сопротивления она обмякла и подчинилась.</p>
    <p>Мэри судорожно охнула. На всю левую половину её лица расплылся синяк — желтая кайма вокруг сине-чёрной области сантиметров десяти в длину, которая начиналась от самого надбровья и тянулась через всю щёку к уголку рта. Посередине была ссадина диаметром примерно в половину размера синяка, покрытая засохшей корочкой, но Бандра содрала большую её часть — вот откуда взялись капли свежей крови.</p>
    <p>— Господи, — сказала Мэри. — Что с вами стряслось? — Мэри нашла какой-то квадратный кусок грубой ткани — платок, полотенце? — смочила его водой и помогла Бандре очистить рану.</p>
    <p>По лицу Бандры катились слёзы; они изливались из глубоких глазниц, огибали массивный нос, стекали по нижней челюсти без подбородка и капали в гранитную раковину, смывая кровавые пятна.</p>
    <p>— Я… я не должна была позволять вам жить здесь, — тихо сказала Бандра?</p>
    <p>— Мне? — удивилась Мэри? — Что я сделала?</p>
    <p>Но Бандра, похоже, была погружена в собственные мысли.</p>
    <p>— Могло быть хуже, — сказала она, глядя в зеркало.</p>
    <p>Мэри отложила платок и положила руки на широкие плечи Бандры.</p>
    <p>— Бандра, что случилось?</p>
    <p>— Я пыталась убрать засохшую кровь, — тихо сказала Бандра. — Я думала, может, его как-то удастся скрыть, и вы не заметите, но… Она высморкалась, а когда неандерталец сморкается — это очень громко и раскатисто.</p>
    <p>— Кто это с вами сделал? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Неважно, — ответила Бандра.</p>
    <p>— Разумеется, важно, — сказала Мэри. — Кто?</p>
    <p>Бандра немного собралась с силами.</p>
    <p>— Я привела вас в свой дом, Мэре. Вы знаете, что барасты мало заботятся о приватности, но в данном случае я на ней настаиваю.</p>
    <p>Мэри почувствовала подступающую тошноту.</p>
    <p>— Бандра, я не могу мириться с тем, что кто-то вас бьёт.</p>
    <p>Бандра взяла платок и промокнула им левую щёку, чтобы посмотреть, остановилось ли кровотечение. Кровь больше не шла, и она положила платок на место. Мэри отвела её в гостиную и посадила на диван. Мэри присела рядом, взяла широкие ладони Бандры в свои и заглянула в её пшеничного цвета глаза.</p>
    <p>— Не торопитесь, — сказала Мэри, — соберитесь с силами. Но вы должны мне рассказать, что случилось.</p>
    <p>Бандра отвернулась.</p>
    <p>— Он уже три месяца этого не делал, и я подумала: может, и в этот раз не будет. Я подумала, а вдруг…</p>
    <p>— Бандра, кто вас ранил?</p>
    <p>Голос Бандры стал почти неслышным, но Кристина повторила его погромче прямо Мэри в ухо.</p>
    <p>— Гарб.</p>
    <p>— Гарб? — удивлённо повторила Мэри. — Ваш партнёр?</p>
    <p>Голова Бандры наклонилась на несколько миллиметров.</p>
    <p>— Мой… Бог! — сказала Мэри. Она сделала глубокий вдох, потом кивнула — не столько Бандре, сколько себе самой. — Хорошо, — сказала она. — А сейчас мы сделаем вот что: пойдём к преставителям власти и всё им расскажем.</p>
    <p>— <emphasis>Тант,</emphasis> — сказала Бандра. «Нет».</p>
    <p>— Да, — твёрдо возразила Мэри. — Такое случается и в моём мире. Но с этим нельзя мириться. Вам могут помочь.</p>
    <p>— <emphasis>Тант!</emphasis> — повторила Бандра уже твёрже.</p>
    <p>— Я знаю, что это тяжело, — сказала Мэри, — но мы пойдём вместе. Я всё время буду с вами. Мы положим этому конец. — Она указала на компаньон Бандры. — В архиве алиби должна быть запись всего, что он сделал, не так ли? Он не может уйти от ответственности.</p>
    <p>— Я не выдвину против него обвинения. Без обвинения со стороны жертвы нет преступления. Это закон.</p>
    <p>— Я знаю, что вы думаете, что любите его, но вы не должны это терпеть. Никакая женщина не должна.</p>
    <p>— Я не люблю его, — сказала Бандра. — <emphasis>Я его ненавижу</emphasis>.</p>
    <p>— Ну, хорошо, — сказала Мэри. — Так давайте тогда что-нибудь с этим сделаем. Давайте умоемся, переоденемся в чистую одежду и пойдём к арбитру.</p>
    <p>— <emphasis>Тант!</emphasis> — сказала Бандра, хлопая ладонью по стоящему перед ней столику. Хлопок был настолько громкий, что Мэри показалось, что стол разлетится в щепки. — <emphasis>Тант!</emphasis> — повторила она снова. Но в её голосе не было страха; скорее, в нём свучала убеждённость.</p>
    <p>— Но почему? Бандра, если вы считаете, что ваш долг — скрыть всё это от…</p>
    <p>— Вы <emphasis>ничего</emphasis> не знаете о нашем мире, — сказала Бандра. — <emphasis>Ничего</emphasis>. Я не могу пойти с этим к арбитру.</p>
    <p>— Почему? Избиение — это ведь преступное деяние?</p>
    <p>— Конечно, — сказала Бандра.</p>
    <p>— Даже между людьми, состоящими в союзе?</p>
    <p>Бандра кивнула.</p>
    <p>— Тогда почему?</p>
    <p>— <emphasis>Из-за наших детей!</emphasis> — рявкнула Бандра. — Из-за Хапнар и Дрэнны.</p>
    <p>— А что с детьми? — не поняла Мэри. — Гарб им отомстит? Или… или он их тоже бил в детстве?</p>
    <p>— Вот видите! — хрипло каркнула Бандра. — Вы не понимаете ничего.</p>
    <p>— Ну так объясните мне, Бандра. Объясните, чтобы я поняла, или я пойду к арбитру одна.</p>
    <p>— Какое вам до этого дело? — спросила Бандра.</p>
    <p>Мэри озадачил этот вопрос. Ведь понятно, что до этого есть дело <emphasis>каждой</emphasis> женщине. Понятно, что…</p>
    <p>И тут на неё словно метеор упал с неба. Она сама не сообщила о своём изнасиловании, и её начальница, Кейсер Ремтулла стала следующей жертвой Корнелиуса Раскина. Она хотела как-то это исправить, хотела никогда больше не чувствовать вины за то, что нападение на женщину осталось неизвестным властям.</p>
    <p>— Я просто хочу помочь, — сказала Мэри. — Вы мне не безразличны.</p>
    <p>— Если хотите помочь, то забудьте, что когда-либо видели меня в таком виде.</p>
    <p>— Но…</p>
    <p>— Вы должны пообещать! Поклянитесь.</p>
    <p>— Но почему, Бандра? Вы не можете позволить этому продолжаться.</p>
    <p>— Я <emphasis>должна</emphasis> позволить этому продолжаться! — Она сжала свои огромные кулаки и закрыла глаза. — Я должна.</p>
    <p>— Почему? Ради Бога, Бандра…</p>
    <p>— Ваш глупый Бог здесь не при чём, — сказала Бандра. — Здесь речь о реальных вещах.</p>
    <p>— Каких реальных вещах?</p>
    <p>Бандра снова отвела взгляд, глубоко вдохнула, потом выдохнула.</p>
    <p>— О наших законах, — сказала она, наконец.</p>
    <p>— В каком смысле? Разве за такое не положено наказание?</p>
    <p>— О, да, — сказала Бандра с горечью в голосе. — Ещё как положено.</p>
    <p>— Что тогда?</p>
    <p>— Вы ведь знаете, какие у нас наказания? — спросила Бандра. — Вы же знакомы с историей Понтера Боддета. Какое наказание грозило его партнёру Адекору, когда его несправедливо обвинили в убийстве Понтера?</p>
    <p>— Его могли стерилизовать, — ответила Мэри. — Но Адекор этого не заслуживал, ведь он ничего не совершал. Но Гарб…</p>
    <p>— По-вашему, мне интересно, что станет с ним? — сказала Бандра. — Но стерилизуют не только Гарба. Склонность к насилию нельзя терпеть в генетическом пуле. Стерилизуют всех, у кого хотя бы половина генов общая с ним.</p>
    <p>— Господи Иисусе! — сдавленно воскликнула Мэри. — Ваши дочери…</p>
    <p>— Именно! Скоро должны зачать поколение 149. Моя Хапнар забеременеет вторым ребёнком, у Дрэнны будет первый. Но если я сообщу о Гарбе…</p>
    <p>Мэри чувствовала себя так, будто её пнули в живот. Если Бандра сообщит о Гарбе, её дочерей стерилизуют, так же, как всех братьев и сестёр Гарба и его родителей, если они ещё живы… хотя, возможно, его мать пощадят, поскольку у неё уже наверняка была менопауза.</p>
    <p>— Я не думала, что неандертальские мужчины могу быть такими, — сказала она. — Бандра, я так вам сочувствую.</p>
    <p>Бандра едва заметно пожала своими массивными плечами.</p>
    <p>— Я несу это бремя уже давно. Я привыкла. И…</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— И я думала, что всё закончилось. Он не бил меня с тех пор, как ушла моя партнёрша. Но…</p>
    <p>— Они никогда не прекращают, — сказала Мэри. — Не насовсем. — Во рту у неё появился кислый привкус. — Дожно быть что-то, что вы могли бы с этим сделать. — Она помолчала. — Вы ведь можете защищаться. Это должно быть законно. Вы могли бы…</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>Мэри смотрела в устланный мхом пол.</p>
    <p>— Неандерталец может убить другого неандертальца одним хорошо нацеленным ударом.</p>
    <p>— В самом деле! — сказала Бандра. — В самом деле. Так что, как видите, он, должно быть, любит меня — будь это не так, я была бы мертва.</p>
    <p>— Если б любил — не бил бы, — сказала Мэри, — но ударить в ответ — и посильнее — возможно, это единственное, что вам остаётся.</p>
    <p>— Я не могу, — сказала Бандра. — Если решат, что у меня не было необходимости его убивать, обвинение в насилии будет выдвинуто против меня, и опять пострадают мои дочери, потому что у них половина и моих генов тоже.</p>
    <p>— Проклятая уловка-22, — сказала Мэри. Она посмотрела на Бандру. — Вы знаете эту поговорку?</p>
    <p>Бандра кивнула.</p>
    <p>— Ситуация, из которой нет выхода. Но вы не правы. Выход есть. Рано или поздно один из нас умрёт. До тех пор… — она подняла руки, разжала кулаки и повернула их ладонями вверх в жесте бессилия.</p>
    <p>— Но почему вы с ним просто не разведётесь? Я так понимаю, у вас это легко.</p>
    <p>— В процессуальном плане да, но люди всё равно удивляются и сплетничают. Если я разорву союз с Гарбом, люди начнут интересоваться причинами. Правда может всплыть на поверхность, и мои дочери опять окажутся в опасности. — Она покачала головой. — Нет, мой способ лучше.</p>
    <p>Мэри наклонилась к Бандре и обняла её, прижала к себе и погладила её рыжевато-серебристые волосы.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 27</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Пришло время, мои дорогие хомо сапиенсы, отправиться на Марс…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Для него это, должно быть, до ужаса унизительно,</emphasis> — думал Понтер Боддет, наслаждаясь каждым тактом испытываемого Советником Бедросом дискомфорта.</p>
    <p>В конце концов, это Бедрос приказал ему и послу Тукане Прат вернуться из Мэриного мира для того, чтобы можно было закрыть межмировой портал. Но мало того, что Понтер отказался подчиниться: Тукана Прат убедила десятерых видных неандертальцев, включая самого Лонвеса Троба, отправиться в иную реальность.</p>
    <p>И теперь Бедросу приходится приветствовать официальную делегацию мира глексенов. Понтер лично наблюдал за процессом в вычислительной камере, когда делегаты проходили по деркеровой трубе: было бы весьма неловко, если бы человека, выполняющего функции отсутствующего у неуживчивых глексенов мирового лидера в результате случайного отключения портала разрубило бы надвое.</p>
    <p>Сам Бедрос не спускался сегодня в глубины Дебральской никелевой шахты. Он остался на поверхности ожидать, пока глексенский «всеобщий писарь» и другие делегаты Объединённых Наций поднимутся к нему.</p>
    <p>Что они и сделали буквально несколько мгновений назад. Потребовалось два рейса цилиндрического шахтного подъёмника, чтобы их перевести, но теперь все они были наверху. Разумеется, здесь же были и четверо облачённых в серебряное эксгибиционистов, позволяющих широкой общественности следить за происходящим. Темнокожий лидер Объединённых Наций вышел из здания шахты первым; за ним последовал Понтер, потом три мужчины и две женщины с более светлой кожей и Джок Кригер, самый высокий из делегатов.</p>
    <p>— Добро пожаловать на Жантар, — сказал Бедрос. Он, очевидно, проинструктировал свой компаньон не переводить имя, которое барасты дали своей планете. У семерых глексенов не было ни имплантов-компаньонов, ни временных пристёгивающихся устройств. По-видимому, это вызвало серьёзные споры, но в конечном итоге вследствие той самой непонятной «дипломатической неприкосновенности», с которой Понтер уже сталкивался ранее, для делегатов было сделано исключение: запись всего, что они говорят и делают, не попадёт в архив алиби. Правда, Джоку, если Понтер правильно понимал, такое особое отношение было не положено, однако компаньона на нём всё равно не было.</p>
    <p>— Мы приветствуем вас здесь, глядя в будущее с великой надеждой, — продолжал Бедрос. Понтер с трудом подавил ухмылку: о том, как с точки зрения глексенов должна выглядеть приличная приветственная речь, Бедросу пришлось консультироваться с Туканой Прат — той самой, которая подорвала его авторитет. Бедрос говорил, казалось, не меньше децидня, и глексенский «всеобщий писарь» ответил в том же духе.</p>
    <p>У Джока Кригера, должно быть, сердце бараста, подумал Понтер. В то время, как остальные глексены, по-видимому, получали удовольствие от формальных речей, он явно пропускал их мимо ушей, разглядывая деревья и холмы, каждую пролетающую мимо птицу, голубое небо над головой.</p>
    <p>Наконец, все речи закончились. Понтер пристроился рядом с Джоком, одетым в длинный бежевый плащ, стянутый на талии бежевым поясом, кожаные перчатки и широкополую шляпу — глексенская делегация дождалась внизу окончания деконтаминации своей одежды.</p>
    <p>— Ну как, что вы думаете о нашем мире? — спросил Понтер.</p>
    <p>Джок медленно качнул головой; его голос был полон изумления.</p>
    <p>— Он <emphasis>прекрасен</emphasis>…</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>В доме Бандры визор был установлен на стене гостиной; его поверхность плавно изгибалась, повторяя изгиб стены круглого помещения. Большой квадрат был разделён на четыре меньших, каждый из которых показывал то, что видит один четырёх присутствующих на Дебральской никелевой шахте эксгибиционистов в момент, когда из здания показалась делегация Объединённых Наций. Бандра была не в том виде, чтобы показываться сегодня на людях, и они с Мэри остались дома, якобы для того, чтобы посмотреть церемонию встречи.</p>
    <p>— О, смотрите! — воскликнула Бандра. — Там Понтер!</p>
    <p>Мэри надеялась увидеть его хоть на секунду — и, к сожалению, примерно на такое время он и попал в кадр. Эксгибиционистов не интересовали соплеменники-барасты — всё их внимание было приковано к глексенам.</p>
    <p>— Так кто из них кто? — спросила Бандра.</p>
    <p>— Вон тот мужчина, — как и большинство канадцев, из боязни показаться расисткой она избегала говорить «чернокожий мужчина» или «мужчина с тёмной кожей», хотя это было наиболее очевидное отличие Кофи Аннана от остальных делегатов, — генеральный секретарь Объединённых Наций.</p>
    <p>— Который?</p>
    <p>— Вон тот. Крайний слева.</p>
    <p>— Это который с коричневым лицом?</p>
    <p>— Э-э… да.</p>
    <p>— Так он — руководитель вашего мира?</p>
    <p>— Нет. Не совсем. Но он — руководитель ООН.</p>
    <p>— Ага. А вон тот высокий кто?</p>
    <p>— Это Джок Кригер. Мой начальник.</p>
    <p>— Он… у него вид какой-то… хищный.</p>
    <p>Мэри подумала над этим и решила, что Бандра права.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_35">— «В глазах холодный блеск…»<a l:href="#id20150414092305_144">[144]</a> — процитировала она.</p>
    <p>— О-о-о! — восхитилась Бандра. — Это поговорка?</p>
    <p>— Строка из пьесы.</p>
    <p>— Ну, к нему это подходит. — Она решительно кивнула. — Мне не нравится, как он держится. На его лице никакой радости. — Но тут Бандра сообразила, что это может прозвучать обидно. — О, простите! Я не должна так говорить о вашем друге.</p>
    <p>— Мы не друзья, — ответила Мэри. Она придерживалась эмпирического правила, в соответствии с которым друг — это тот, кто приглашал вас в свой дом, или кого вы приглашали к себе. — Мы просто вместе работаем.</p>
    <p>— И посмотрите-ка! — сказала Бандра. — У него нет компаньона!</p>
    <p>Мэри вгляделась в экран.</p>
    <p>— И правда нет. — Она внимательно осмотрела все четыре изображения. — Ни у кого из глексенов их нет.</p>
    <p>— Как такое может быть?</p>
    <p>Мэри задумалась.</p>
    <p>— Возможно, дипломатическая неприкосновенность. Это когда…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Сердце Мэри возбуждённо заколотилось.</p>
    <p>— Обычно это означает, что во время путешествия багаж дипломата не досматривают. Если я отдам кодонатор Джоку, он сможет унести его в мой мир без всяких хлопот.</p>
    <p>— Здо́рово! — сказала Бандра. — О, смотрите! Опять Понтер!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Полёт из Салдака на остров Донакат занял два децидня — как уже было известно Понтеру, гораздо дольше, чем такое же пушествие занимает в мире Мэри. Большую часть этого времени он провёл, думая о Мэри и о приборе Вессан, который поможет им зачать ребёнка, однако Джок, сидевший в просторной кабине вертолёта рядом с Понтером, прервал его грёзы.</p>
    <p>— Вы так и не изобрели самолёт? — спросил он.</p>
    <p>— Нет, — ответил Понтер. — Я сам об этом задумывался. Конечно, многих в нашем мире завораживала идея летать, как птицы, но я видел ваши длинные… вы это называете «взлётно-посадочная полоса», не так ли?</p>
    <p>Джок кивнул.</p>
    <p>— Так вот, я видел взлётно-посадочные полосы, которых требуют ваши самолёты. Я думаю, что только существа, которые уже занимались вырубкой лесов для нужд сельского хозяйства, посчитали бы естественным делать то же самое для размещения аэродромов или хотя бы прокладки дорог.</p>
    <p>— Никогда не смотрел на это с такой стороны, — признал Джок.</p>
    <p>— Ну, у нас определённо нет таких дорог, как у вас. Большинство из нас… как вы это называете? Да, домоседы. Мы мало путешествуем, и предпочитаем добывать еду рядом с домом.</p>
    <p>Джок осмотрел вертолёт.</p>
    <p>— Тем не менее, он весьма комфортабелен. Много места между сиденьями. У нас принято впихивать в самолёт столько людей, сколько туда войдёт. Собственно, как и в поезда и в автобусы.</p>
    <p>— Это делается не для комфорта как такового, — объяснил Понтер, — а чтобы не дать феромонам одного человека достигнуть носа другого. Мне нелегко даются полёты на ваших больших самолётах с герметично закупоренными кабинами. Одна из причин того, что мы не летаем так высоко, как вы, в том, что тогда нет нужды герметизировать кабину — свежий воздух постоянно поступает снаружи, так что феромоны не накапливаются, и… — Понтер замолк и слегка наклонил голову. — А, спасибо, Хак. — Он посмотрел на Джока. — Я попросил Хака предупредить меня, когда мы будем пролетать над местом, соответствующим в нашем мире вашему Рочестеру. Если вы посмотрите сейчас в окно…</p>
    <p>Джок прилип носом к квадратному стеклу. Понтер встал и подошёл к другому окну. За окном виднелась береговая линия того, что, как он знал, Джок называл озером Онтарио.</p>
    <p>— Сплошной лес, — удивлённо произнёс Джок, оборачиваясь к Понтеру.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Там есть охотничьи хижины, но постоянное население отсутствует.</p>
    <p>— Без дорог я не узнаю этих мест.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_36">— Мы скоро пролетим над одним из Фингер-лэйкс. Мы называем их так же, как вы — идея очевидна<a l:href="#id20150414092305_145">[145]</a>. Вы без труда их узнаете.</p>
    <p>Джок заворожено уставился в окно.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Эксгибиционисты не полетели на юг вместе с делегацией Объединённых Наций, но Бандра сказала, что на острове Донакат будут встречать другие. Пока же Бандра приказала визору отключиться, что он и сделал. Она повернулась к Мэри.</p>
    <p>— Вчера мы не слишком много говорили о… о моей проблеме с Гарбом.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Это из-за него… из-за него ушла ваша партнёрша?</p>
    <p>Бандра встала и запрокинула лицо к потолку. На потолке были изображены сотни птиц, представляющие дюжину видов; каждая вырисована с неизменным тщанием.</p>
    <p>— Да. Она не могла смотреть, как он делает это со мной. Но… но, в определённом смысле, это к лучшему, что она ушла.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Проще скрывать свой позор, когда вокруг никого нет.</p>
    <p>Мэри поднялась, положила руки Бандре на плечи и отступила на шаг, так, чтобы видеть её лицо.</p>
    <p>— Бандра, послушайте меня. Вам совершенно нечего стыдиться. Вы не сделали ничего плохого.</p>
    <p>Бандра, явно через силу, кивнула.</p>
    <p>— Я знаю, но…</p>
    <p>— Никаких «но». Мы найдём, как выйти из этой ситуации.</p>
    <p>— Выхода нет, — сказала Бандра, и подняла руку, чтобы вытереть глаза.</p>
    <p>— <emphasis>Должен</emphasis> быть, — сказала Мэри. — И мы его найдём. Вместе.</p>
    <p>— Вы не обязаны помогать мне, — тихо произнесла Бандра, покачивая головой.</p>
    <p>— Обязана, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>Мэри слегка пожала плечами.</p>
    <p>— Скажем так: я немного задолжала женскому полу.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— И вот мы здесь, леди и джентльмены, — сказал Советник Бедрос. Остров Донакат — то, что вы называете Манхеттеном.</p>
    <p>Джок не мог поверить глазам. Он знал Нью-Йорк, как собственную ладонь — но это!</p>
    <p>Это было <emphasis>божественно</emphasis>.</p>
    <p>Они летели над Южным Бронксом — только здесь стоял вековой лес: орех, кедр, каштан, клён, дуб, листья горят всеми красками осени.</p>
    <p>— Смотрите! — крикнул Кофи Аннан. — Остров Рикерс!</p>
    <p>И это правда был он, без тюрьмы, разумеется, и втрое меньше размером, чем тот искусственно расширенный остров, который знал Джок. Когда вертолёт пролетал над самым островом, Джок разглядел, что он не соединяется мостом с Квинсом. И, разумеется, слева от него не было никакого аэропорта в том месте, где в его мире расположена «Ла-Гуардия». Вместо неё там была гавань. Джок внутренне похолодел, разглядев нечто, что выглядело как авианосец — он не ожидал, что у неандертальцев есть что-то подобное. Он страшно не хотел, чтобы сидящий рядом с ним неандерталец снова заводил бесконечную болтовню, но ему нужно было знать.</p>
    <p>— Что это? — спросил он.</p>
    <p>— Корабль, — ответил Понтер, словно объясняя что-то очевидное.</p>
    <p>— Я знаю, что это корабль, — ответил Джок, внутренне закипая. — Но почему у него такой широкий и плоский верх?</p>
    <p>— Солнечные батареи, — объяснил Понтер. — Они питают его турбины.</p>
    <p>Пилоту вертолёта явно было велено перед посадкой устроить облёт острова, чтобы дать им всё хорошо рассмотреть. Теперь машина двигалась в западном направлении, над островом Уордс, берега которого усеивали небольшие постройки, похожие на деревенские домики.</p>
    <p>Вертолёт полетел дальше. Всё выглядело так, словно Центральный парк растянули на весь Манхеттен, от Ист-Ривер-драйв до Генри-Гудзон-парквей.</p>
    <p>— Остров Донакат является Центром города, который мы называем Пепралдак, — сказал Понтер. — Другими словами, это женская территория. В Салдаке Центр и Окраину разделяют многие километры нежилой территории. В Пепралдаке Ценр и Окраина разделяются тем, что вы называете рекой Гудзон.</p>
    <p>— То есть мужчины живут в Нью-Джерси?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Как они перебираются через реку? Я не вижу ни одного моста.</p>
    <p>— Транспортные кубы могут летать над водой, — сказал Понтер, — так что летом пользуются ими. Зимой река замерзает, и её переходят пешком.</p>
    <p>— Гудзон не замерзает.</p>
    <p>Понтер пожал плечами.</p>
    <p>— В нашем мире замерзает. Ваша деятельность влияет на климат вашей планеты сильнее, чем вы думаете.</p>
    <p>Вертолёт повернул на юг и теперь летел над рекой. Скоро он немного изменил курс, что означало, что они пролетали над девственными пространствами Хобокена. Джок посмотрел налево. Всё правильно — остров был там: холмистый — ведь Манхеттен означает «остров холмов», не так ли? — усеянный озерами… и полностью лишённый небоскрёбов. Среди леса встречались прогалины со стоящими на них кирпичными зданиями, но ни одно из них не было выше четырёх этажей. Джок посмотрел в правое окно. На месте Либерти-парка был лес. Там был остров Эллис, и остров Либерти, но, разумеется, без статуи Свободы на нём. Ну и хорошо, подумал Джок; он, конечно, не ожидал увидеть там 150-футовую неандерталку, хотя…</p>
    <p>Джок услышал изумлённые возгласы, когда остальные делегаты разглядели то, что он только что заметил: двух кашалотов в Верхней Нью-Йоркской бухте. Должно быть, заплыли сюда из океана. Они были футов по сорок в длину, с тёмно-серыми спинами.</p>
    <p>Вертолёт повернул на восток, летя над водой между Говернор-Айленд и Баттери-Парк, а потом следуя над руслом Ист-Ривер. Джок видел сотни древодомов по её берегам, а также…</p>
    <p>— Что это?</p>
    <p>— Обсерватория, — сказал Понтер. — Я знаю, что вы помещаете свои большие телескопы под полусферические купола, но мы предпочитаем кубические структуры.</p>
    <p>Джок покачал головой. Да разве в Гринвич-виллидж когда-нибудь бывает так темно, чтобы можно было разглядеть звёзды?</p>
    <p>— И что, здесь много живности водится? — спросил он Понтера.</p>
    <p>— О да. Бобры, медведи, волки, лисы, еноты, олени, выдры — не говоря о перепелах, куропатках, лебедях, гусях, индейках, и, разумеется, миллионы странствующих голубей. — Понтер на секунду замолк. — Жаль, что сейчас осень; весной тут цветут розы и другие цветы.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_37">К этому времени вертолёт уже опустился довольно низко, и поток воздуха от его лопастей морщил поверхность воды. Они подошли к месту, где река поворачивала на север, и пилот вёл машину вдоль её русла ещё несколько миль, а потом посадил её на обширном поле, заросшем высокой травой и окружённом садами яблоневых и грушевых деревьев. Первым вышел Советник Бедрос, за ним — Понтер и Адекор, потом — генеральный секретарь. За ним вышел Джок, следом — остальные делегаты. Воздух был свеж, чист и прохладен; небо над головой — такое голубое, какое Джок видел лишь в Аризоне летом, но никогда — в Большом Яблоке<a l:href="#id20150414092305_146">[146]</a>.</p>
    <p>Группа женщин — официальных лиц, а также двое одетых в серебристое местных эксгибиционистов уже ожидали их, и снова были произнесены речи, в том числе несколько реплик женщины, которую им представили как председателя местного Серого совета. Она была, как оценил на глаз Джок, примерно его возраста — то есть это получается что? Надо полагать, поколение 142. Её голова была полностью выбрита, за исключением длинного серебристого «хвоста», растущего прямо из затылочного вздутия. Джоку она показалась на редкость отталкивающей, даже для неандерталки.</p>
    <p>Она закончила своё выступление упоминанием ужина, который ожидает их сегодня, с огромными устрицами и ещё более огромными омарами. После этого она передала слово Понтеру Боддету.</p>
    <p>— Спасибо, — сказал Понтер, выходя вперёд. Джок с трудом различал его слова; у неандертальцев не было понятия ни о микрофонах, ни о громкоговорителях, когда дело касалось произнесения речей: ведь голос говорящего без труда улавливается его компаньоном и передаётся прямиком на компаньоны слушателей без дополнительного оборудования.</p>
    <p>— Мы проделали большую работу, — продолжал Понтер, — чтобы найти точку на нашей версии Земли, которая в точности соответствует расположению штаб-квартиры Объединённых Наций на вашей. Как вы знаете, у нас нет спутников, и поэтому нет ничего близкого по качеству к вашей системе глобального позиционирования. Наши геодезисты всё ещё спорят между собой — возможно, они промахнулись на несколько десятков метров, но мы надеемся решить эту проблему. Тем не менее… — Он повернулся и указал рукой. — Видите те деревья? Мы считаем, что они обозначают место главного входа в здание Секретариата. — Он повернулся снова. — А вон то болотце? На его месте располагается Генеральная Ассамблея.</p>
    <p>Джок изумлённо оглядывался. Это Нью-Йорк — без миллионов его жителей, без воздуха, от которого режет в глазах, без машин на улицах бампер к бамперу, без тысяч такси, без бурлящих толп, без вони, без шума. Это Манхеттен… каким он был несколько веков назад, каким он был в 1626, когда Питер Минёйт купил его у индейцев за 24 доллара, каким он был до того, как его замостили, застроили и замусорили.</p>
    <p>Другие делегаты переговаривались между собой; те, что говорили по-английски, высказывали сходные мысли.</p>
    <p>Понтер замолчал и пошёл по направлению к берегу Ист-Ривер. Он был ближе, чем можно было ожидать — но, в конце концов, значительная часть Манхеттена — это искусственно осушенные территории. Неандерталец встал у края воды на колени, погрузил сложенные горстью ладони в реку и несколько раз плеснул водой себе в лицо.</p>
    <p>Джок отметил безучастное выражение на лицах нескольких делегатов — смысл происходящего ускользал от них. Но не от Джока.</p>
    <p>Понтер Боддет только что омыл лицо сырой, необработанной, не отфильтрованной, непродезинфицированной, <emphasis>незагрязнённой</emphasis> водой из Ист-Ривер.</p>
    <p>Джок покачал головой, досадуя на то, что его народ сделал со своей родной планетой, и желая, чтобы у него каким-то образом появился шанс начать всё снова, с чистого и свежего листа.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 28</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Я считаю, что мы, люди этой Земли, должны посвятить себя тому, чтобы ещё до конца этого десятилетия послать международную команду мужчин и женщин на красную планету…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Бандра смотрели трансляцию эксгибиционистов с острова Данкат. Было здорово видеть Понтера в том, что в этом мире было аналогом телевидения, да и сам проект организации ещё одного портала будоражил воображение.</p>
    <p>Понтер потратил некоторое время на описание трудностей строительства портала на поверхности; его первый квантовый компьютер поместили глубоко под землю, чтобы укрыть от солнечной радиации, которая приводила к декогерентности квантовых регистров. Но уже в то время, когда Понтер и Адекор совершали свой прорыв — в прямом смысле этого слова, прорыв в иную вселенную — другая группа исследователей-барастов в Европе пыталась научиться факторизовать настолько же большие числа. Та группа состояла из женщин, и они, по всей видимости, в данный момент направлялись на Донакат на корабле, чтобы поделиться своим опытом в технологиях экранирования.</p>
    <p>— Похоже, вы нашли себе здесь очень хорошего мужчину, — сказала Бандра.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— Вы давно с ним знакомы?</p>
    <p>Мэри отвела взгляд от пшенично-жёлтых глаз Бандры.</p>
    <p>— Только с 3-го августа.</p>
    <p>Бандра наклонила голову, выслушивая объяснения компаньона. Мэри думала, что Бандра скажет что-нибудь язвительное по поводу того, как недавно они с Понтером друг друга знают; в конце концов, Мэри никогда не упускала случая сказать своей сестре Кристине о том, что она вечно куда-то торопится, несясь от одной своей «настоящей находки» к другой. Но Бандра вместо этого сказала:</p>
    <p>— Вам очень повезло, что вы нашли его.</p>
    <p>Мэри кивнула. Ей и правда повезло. И потом, она знала массу людей, у которых случались стремительные романы. Да, к тому времени, как Кольм сделал её предложение, она знала его гораздо дольше, чем знает Понтера, но тогда у неё были сомнения.</p>
    <p>Сейчас же сомнений не было.</p>
    <p>При такой уверенности в свое правоте к чему медлить?</p>
    <p>— <emphasis>Carpe diem,</emphasis> — сказала Мэри.</p>
    <p>Компаньон Бандры пискнул.</p>
    <p>— Простите, — сказала Мэри. — Это латынь — другой язык. Это значит «лови день». Не проводи в колебаниях всю жизнь; лови момент и бери, сколько сможешь.</p>
    <p>— Неплохая философия, — сказала Бандра и поднялась с дивана. — Надо бы поужинать.</p>
    <p>Мэри кивнула, поднялась и проследовала за Бандрой на кухню. У Бандры был большой вакуумный шкаф, в котором еда хранилась без заморозки, и лазерная печь, в которой применялась та же самая технология калибруемых лазеров, что и в деконтаминационных камерах на выходе из портала.</p>
    <p>В крышку вакуумного шкафа был встроен квадратный экран, показывающий список содержимого, так что для того, чтобы посмотреть, что внутри, не нужно было нарушать герметизацию.</p>
    <p>— Мамонт? — спросила Бандра, проглядывая список.</p>
    <p>— Боже, конечно! — сказала Мэри. — Умираю как хочу попробовать мамонтятины.</p>
    <p>Бантра улыбнулась, открыла шкаф — он издал громкое шипение — и выбрала пару кусков. Она поместила их в лазерную печь и проговорила какие-то инструкции.</p>
    <p>— Должно быть, нелегко добыть мамонта? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Я сама никогда не пробовала, — ответила Бандра. — Но те, для кого это основной вид вклада, говорят, что методы довольно просты. — Она пожала плечами. — Но, как это у вас говорят, олицетворение зла прячется в обрывках.</p>
    <p>Мэри непонимающе моргнула, соображая, что же такое Кристина пыталась перевести.</p>
    <p>— Вы хотите сказать, «дьявол кроется в мелочах»?</p>
    <p>— Точняк! — сказала Бандра.</p>
    <p>Мэри рассмеялась.</p>
    <p>— Когда я уеду, мне вас будет не хватать.</p>
    <p>Бандра улыбнулась.</p>
    <p>— Мне вас тоже. Когда вам снова понадобится где-нибудь остановиться в нашем мире, я всегда к вашим услугам.</p>
    <p>— Спасибо, но…</p>
    <p>Бандра подняла обе свои широкие ладони.</p>
    <p>— О, я знаю. Вы собираетесь приезжать только когда Двое становятся Одним, чтобы проводить время с Понтером. А я в это время буду…</p>
    <p>— Бандра, мне так жаль. Мы должны что-нибудь придумать.</p>
    <p>— Давайте не будем замыкаться на этом. Насладимся временем, которое у нас было, и которое нам ещё осталось.</p>
    <p>— Carpe diem? — сказала Мэри.</p>
    <p>Бандра улыбнулась</p>
    <p>— Точняк!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Ужин удался на славу; у мамонтятины был богатый сложный аромат, а за приготовленную Бандрой заправку для салата с кленовым сиропом можно было отдать жизнь.</p>
    <p>Мэри откинулась в седлокресле и удовлетворённо вздохнула.</p>
    <p>— Как жаль, что вы не делаете вино.</p>
    <p>— Вино? — повторила Бандра. — Что это?</p>
    <p>— Напиток. Алкогольный. Перебродивший виноград.</p>
    <p>— Это вкусно?</p>
    <p>— Ну, гмм, не во вкусе дело — или, по крайней мере, не только во вкусе. Алкоголь воздействует на центральную нервную систему, по крайней мере, у глексенов. От него ты размякаешь, расслабляешься.</p>
    <p>— Я и так расслабилась, — сказала Бандра.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— А я, кстати, тоже.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>В привезённой Понтером «Глоуб энд Мэйл» рассказывалось о результатах исследования по определению самого смешного анекдота в мире. Это не означало анекдот, от которого люди смеются громче всего: никто не пытался изобрести монтипайтоновский анекдот-убийцу, услышав который, тут же умираешь от смеха. Нет, данный проект пытался отыскать анекдот, который сумел бы преодолеть границы культур, который почти все люди на земле нашли бы смешным.</p>
    <p>Мэри решила опробовать его на Бандре; поскольку это оказался анекдот про охоту, неандертальцам он мог прийтись по вкусу. Она как бы невзначай упомянула в разговоре несколько ключевых понятий, чтобы их не пришлось объяснять по ходу, а потом, около девяти вечера — в конце шестого деци, она рассказала анекдот из газеты полностью:</p>
    <p>— Итак, жили были двое парней, и пошли они на охоту. И один из них вдруг взял да и отключился — свалился на землю, и будто бы и не дышит, и глаза закатил. Ну и второй парень звонит 911. Это наш телефон скорой помощи, у нас же нет компаньонов. И он дозвонился, весь такой в панике, и кричит: «Эй, мы с Бобом охотились, а он хлоп! — и упал. Я боюсь, что он умер. Что мне делать? Что мне делать?</p>
    <p>— И оператор ему говорит: «Успокойтесь, сэр. Сделайте глубокий вдох; теперь выполняйте мои инструкции. Прежде всего удостоверьтесь, что Боб действительно мёртв.</p>
    <p>— На что тот отвечает: «Сейчас», и оператор слышит, как он кладёт трубку и уходит. А потом он слышит «ба-бах!» — это звук выстрела. И тот парень возвращается, берёт трубку и говорит: «Сделано. Что дальше?»</p>
    <p>Бандра просто взорвалась хохотом. Она как раз пила сосновый чай; неандертальская анатомия не позволила ему брызнуть через ноздри, но будь она глексенкой, это, несомненно, произошло бы, так она хохотала.</p>
    <p>— Это <emphasis>ужасно</emphasis>! — объявила она, вытирая слёзы.</p>
    <p>Мэри улыбалась, должно быть, ещё шире, чем Понтер.</p>
    <p>— Не правда ли, здорово?</p>
    <p>Остаток вечера они провели, разговаривая о своих семьях, рассказывая анекдоты, слушая неандертальскую музыку, синхронно воспроизводимую в кохлеарных имплантах обеих, и просто приятно проводя время. У Мэри было несколько близких подруг до того, как она вышла за Кольма, но за время брака она от них отдалилась, а с тех пор, как они с Кольмом разошлись, она так ни с кем и не подружилась. Что хорошо в неандертальской системе, подумала Мэри, так это то, что она оставляет массу времени на завязывание дружеских отношений с другими женщинами.</p>
    <p>И, несмотря на то, что они с Бандрой в буквальном смысле слова были из разных миров, она определённо была человеком того типа, которых Мэри всегда хотелось иметь среди подруг — с которым можно как обмениваться глупыми шутками, так и обсудить свежие научные открытия.</p>
    <p>Через какое-то время Бандра принесла доску для <emphasis>партанлара</emphasis> — игры, в которую Мэри уже играла с Понтером. У Понтера доска была из полированного дерева с протравленными чередующимися тёмными и светлыми квадратами. У Бандры, как подобает геологу, доска была из полированного камня с белыми и чёрными квадратами.</p>
    <p>— О, замечательно! — сказала Мэри. — Я знаю эту игру! Понтер меня научил.</p>
    <p>В шашках и шахматах игроки сидят друг напротив друга, пытаясь провести свои армии на противоположный край доски. Но игра в партанлар была не столь линейна — здесь не было наступлений и отступлений. Так что Бандра положила доску на стоящий перед диваном низкий столик, и села на диван, оставив рядом достаточно места для Мэри.</p>
    <p>Они играли около часа — но это была приятная игра-чтобы-занять-время того типа, что нравились Мэри, а не состязание в давай-выясним-кто-круче, которые предпочитал Кольм. Ни Мэри, ни Бандру не интересовало особо, кто выиграл, а кто проиграл, и они равно радовались и своим, и чужим удачным ходам.</p>
    <p>— Мне так приятно проводить с вами время, — сказала Бандра.</p>
    <p>— Мне тоже нравится общаться с вами, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Знаете, — сказала Бандра, — среди нас есть такие, кто не одобряет контакт между нашими мирами. Советник Бедрос — помните, мы видели его по визору? — один из них. Но несколько гнилых яблок не портят всего урожая. Он не прав. Он ошибается относительно вашего народа. И вы — тому доказательство.</p>
    <p>Мэри снова улыбнулась.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>Какое-то время Бандра молчала, её взгляд блуждал вокруг лица Мэри, не встречаясь с её взглядом. А потом Бандра наклонилась к Мэри и медленно провела языком по её левой щеке.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как деревенеет у неё позвоночник.</p>
    <p>— Бандра…</p>
    <p>Бандра опустила взгляд.</p>
    <p>— Простите… — тихо сказала она. — Я знаю, что у вас это не принято…</p>
    <p>Мэри протянула руку и медленно подняла её голову так, чтобы видеть лицо.</p>
    <p>— Нет, — сказала Мэри. — Так не принято. — Она заглянула в её глаза пшеничного цвета. Её сердце бешено колотилось.</p>
    <p><emphasis>Carpe diem.</emphasis></p>
    <p>Мэри наклонилась к ней и, за мгновение до того, как их губы соприкоснулись, сказала:</p>
    <p>— У нас делают вот так.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 29</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>И хотя наши неандертальские родичи вольны присоединиться к нам в этом грандиозном марсианском предприятии, скорее всего весьма немногие из них воспользуются такой возможностью…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Корнелиус Раскин постучал в дверь кабинета.</p>
    <p>— Войдите, — ответил из-за двери знакомый женский голос с лёгким пакистанским акцентом.</p>
    <p>Корнелиус сделал глубокий вдох и открыл дверь.</p>
    <p>— Здравствуйте, Кейсер, — сказал он, входя в кабинет.</p>
    <p>Металлический стол профессора Кейсер Ремтуллы стоял под прямым углом к дверям: длинной стороной к стене, коротким левым краем к окну. На ней был тёмно-зелёный пиджак и чёрные брюки.</p>
    <p>— Корнелиус! — воскликнула она. — Мы уже начали беспокоиться.</p>
    <p>Корнелиус не смог выдавить из себя улыбку, но ответил:</p>
    <p>— Благодарю вас.</p>
    <p>Однако круглое лицо Кейсер тут же помрачнело.</p>
    <p>— Однако вам нужно было предупредить нас, что вы сегодня появитесь. Дэйв Ольсен уже взял ваши вечерние занятия.</p>
    <p>Корнелиус слегка качнул головой.</p>
    <p>— Всё нормально. Собственно, об этом я и хотел поговорить.</p>
    <p>Кейсер сделала то, что делает практически любой университетский преподаватель, когда к нему в кабинет заходит посетитель: она поднялась со своего крутящегося кресла и убрала кипу книг и бумаг со второго — и последнего — имеющегося в кабинете седалища. В данном случае это был простой стул с металлической рамой и оранжевым виниловым сиденьем.</p>
    <p>Корнелиус сел, скрестив ноги в лодыжках, и…</p>
    <p>Он снова качнул головой: интересно, привыкнет ли он когда-нибудь к этому ощущению. Всю свою жизнь, садясь в такой позе, он ощущал слабое давление на тестикулы — а теперь оно исчезло.</p>
    <p>— Итак, чем могу помочь? — спросила Кейсер.</p>
    <p>Корнелиус посмотрел ей прямо в лицо: карие глаза, коричневая кожа, каштановые волосы — трио шоколадных оттенков. На вид ей было где-то сорок пять лет — на десять лет больше, чем ему самому. Он видел, как она плакала от боли, как умоляла не мучить её. Он не сожалел об этом; она это заслужила. Однако…</p>
    <p>Однако.</p>
    <p>— Кейсер, — сказал он, — я бы хотел взять отпуск.</p>
    <p>— Преподавателям на сезонном контракте не положен оплачиваемый отпуск, — ответила она.</p>
    <p>Корнелиус кивнул.</p>
    <p>— Я знаю. Я… — Он отрепетировал этот разговор, но всё равно запнулся, снова подумав, правильный ли подход он избрал. — Вы знаете, что я болел. Доктор сказал, что мне нужен… отдых. Ну, знаете — восстановить силы.</p>
    <p>На лице Кейсер возникло выражение обеспокоенности.</p>
    <p>— Это что-то серьёзное? Я могу как-то помочь?</p>
    <p>Корнелиус покачал головой.</p>
    <p>— Нет, всё будет в порядке, я уверен. Но я… я просто не чувствую себя готовым появиться перед студентами.</p>
    <p>— Ну, через пару недель будет Роджество. Если вы сможете дотянуть…</p>
    <p>— Простите, Кейсер. Я не уверен, что смогу.</p>
    <p>Кейсер нахмурилась.</p>
    <p>— Вы ведь знаете, что у нас нехватка кадров из-за того, что Мэри Воган ушла.</p>
    <p>Корнелиус кивнул, но ничего не сказал.</p>
    <p>— Я обязана спросить, — сказала Кейсер. — У нас тут факультет генетики, как-никак. Тут есть масса вещей, от которых можно заболеть, и… в общем, я обязана заботиться о здоровье студентов и сотрудников. Ваши проблемы со здоровьем не связаны с веществами или образцами, с которыми вы работали здесь?</p>
    <p>Корнелиус снова покачал головой.</p>
    <p>— Нет. Нет, ничего такого. — Он глубоко вздохнул. — Просто я не могу здесь находиться.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Потому что… — Если бы он заговорил об этом несколько недель назад, его бы хватил удар, но сейчас…</p>
    <p>Он слегка двинул плечами.</p>
    <p>— Потому что вы победили.</p>
    <p>Брови Кейсер съехались над переносицей.</p>
    <p>— Простите?</p>
    <p>— Вы победили. Ваша система — она победила. Я разбит.</p>
    <p>— Какая система?</p>
    <p>— Ой, да ладно! Система найма персонала, система продвижения по службе, система бессрочных контрактов. В ней нет места для белого мужчины.</p>
    <p>Кейсер, по-видимому, не могла смотреть ему в глаза.</p>
    <p>— Это очень болезненная тема для нашего университета, — сказала Кейсер. — Для <emphasis>всех</emphasis> университетов. Но вы ведь знаете, что несмотря на присутствие в штате меня и других женщин факультет генетики всё равно сильно не дотягивает предписанного университетом процента женщин среди сотрудников c постоянными должностями.</p>
    <p>— Вас должно быть сорок процентов, — сказал Корнелиус.</p>
    <p>— Правильно, но у нас такого нет даже и близко — пока. — В голосе Кейсер зазвучали нотки самооправдания. — По идее-то должно быть пятьдесят, и…</p>
    <p>— Пятьдесят, — повторил Корнелиус. Он произнёс это так спокойно, что сам удивился, и, по-видимому, удивил и Кейсер тоже, потому что она тут же замолчала. — Даже если среди соискателей женщин лишь двадцать процентов?</p>
    <p>— Да, но цель всё-таки ставится не в пятьдесят. А лишь сорок процентов.</p>
    <p>— Сколько должностей с бессрочным контрактом на нашем факультете?</p>
    <p>— Пятнадцать.</p>
    <p>— И сколько из них занято женщинами?</p>
    <p>— Сейчас? Считая Мэри?</p>
    <p>— Разумеется считая Мэри.</p>
    <p>— Три.</p>
    <p>Корнелиус кивнул. Он рассчитался с двумя из них; третья была инвалидом-колясочником, и он не смог заставить себя…</p>
    <p>— Так что следующие три вакансии должны достаться женщинам, не так ли?</p>
    <p>— Ну, да. Если они удовлетворяют требованиям.</p>
    <p>Корнелиус снова удивил себя: прежде эти четыре слова приводили его в бешенство. Но сейчас…</p>
    <p>— И если Мэри уйдёт насовсем, — сказал он по-прежнему ровным тоном, — а это весьма вероятно, то её должность также должна будет занять женщина, правильно?</p>
    <p>Кейсер кивнула, всё ещё избегая смотреть ему в глаза.</p>
    <p>— То есть следующие четыре постоянные должности должны будут занять женщины. — Он сумел остановиться — и это далось гораздо легче, чем он ожидал — прежде, чем добавить «Предпочтительно чернокожие инвалиды».</p>
    <p>Кейсер кивнула снова.</p>
    <p>— Как часто открывается вакансия постоянного сотрудника? — спросил он, словно не знал ответа давным-давно.</p>
    <p>— Это происходит, когда кто-то выходит на пенсию или покидает университет.</p>
    <p>Корнелиус молча ждал.</p>
    <p>— Раз в два года или около того, — наконец, ответила Кейсер.</p>
    <p>— В среднем скорее ближе к трём, — сказал Корнелиус. — Поверьте: я всё посчитал. Из этого следует, что пройдёт двенадцать лет, прежде чем вы наймёте мужчину, и даже тогда это скорее всего будет представитель меньшинств и, вероятно, инвалид.</p>
    <p>— Ну…</p>
    <p>— Это так?</p>
    <p>Ему не нужен был ответ Кейсер; Корнелиус читал соответствующую часть коллективного соглашения между Собранием факультета и Советом управляющих так часто, что мог процитировать её наизусть, несмотря на суконные бюрократические формулировки:</p>
    <cite>
     <p>(i) В подразделениях, где менее 40 % постоянных/библиотекарских должностей заполнено женщинами, в случае, если квалификация кандидатов в значительной степени эквивалентна, на должность должен быть рекомендован кандидат женского пола, принадлежащий к визуальному/расовому меньшинству, либо аборигенного происхождения, либо имеющий инвалидность.</p>
     <p>(ii) В случае отсутствия кандидата, описанного в пункте (i) на должность должен быть рекомендован кандидат женского пола, либо кандидат мужского пола, принадлежащий к визуальному/расовому меньшинству, либо аборигенного происхождения, либо имеющий инвалидность.</p>
     <p>В случае отсутствия кандидатов, описанных в пунктах (i) и (ii) на должность могут быть рекомендованы кандидаты мужского пола.</p>
    </cite>
    <p>— Корнелиус, мне очень жаль, — сказала, наконец, Кейсер.</p>
    <p>— <emphasis>Все</emphasis> стоят в очереди <emphasis>перед</emphasis> здоровым белым мужчиной.</p>
    <p>— Это лишь потому, что…</p>
    <p>Голос Кейсер затих, и пристальный взгляд Корнелиуса вцепился в её лицо.</p>
    <p>— Да? — сказал он.</p>
    <p>Она даже немного съёжилась.</p>
    <p>— Это потому что в прошлом здоровые белые мужчины слишком часто проходили без очереди.</p>
    <p>Корнелиус вспомнил, как ему говорили что-то подобное в прошлый раз — какой-то белый парень, либерал с горящим взором, прошлой весной на какой-то вечеринке. Он тогда вцепился ему в горло, крича, что нельзя наказывать людей за прегрешения их предков, но достиг лишь того, что…</p>
    <p>Он понял это только сейчас.</p>
    <p>Он тогда лишь выставил себя идиотом и покинул вечеринку, кипя от возмущения.</p>
    <p>— Может быть, вы и правы, — сказал Корнелиус. — В любом случае, как там говорится в старой молитве: «Боже, дай мне терпение вынести то, что я не могу изменить, мужество бороться с тем, что я могу изменить, и мудрость, чтобы отличить одно от другого». — Он помолчал. — В данном случае я могу отличить.</p>
    <p>— Мне жаль, Корнелиус, — сказала Кейсер.</p>
    <p>— Так что я должен уйти. — <emphasis>Яйца в жменю и катись домой,</emphasis> подумал он — хотя, конечно, он теперь неспособен сделать именно это.</p>
    <p>— В большинстве университетов действуют подобные же программы позитивной дискриминации, — сказала Кейсер. — Куда вы пойдёте?</p>
    <p>— Наверное, в частный бизнес. Я люблю преподавать, но…</p>
    <p>Кейсер кивнула.</p>
    <p>— Биотехнологии сейчас — горячая тема. Масса вакансий, и…</p>
    <p>— И поскольку это новая отрасль промышленности, ей не приходится исправлять исторические перекосы, — ровным тоном закончил Корнелиус.</p>
    <p>— Кстати, — сказала Кейсер. — Знаете, куда вам надо обратиться? В «Синерджи-Груп»!</p>
    <p>— Что это?</p>
    <p>— Это американский мозговой центр, занимающийся неандертальскими проблемами. Это туда ушла Мэри Воган.</p>
    <p>Корнелиус хотел было с порога отвергнуть предложение — работать вместе с Мэри ему будет так же тяжело, как и с Кейсер — но Кейсер продолжила:</p>
    <p>— Я слышала, что Мэри посулили полторы сотни штук зелёными.</p>
    <p>У Корнелиуса отпала челюсть. Это было — Боже, это же почти четверть миллиона канадских долларов <emphasis>в год</emphasis>! Вот какие деньги должны зарабатывать парни с Ph.D. из Оксфорда вроде него.</p>
    <p>И всё же…</p>
    <p>— Я бы не хотел путаться у Мэри под ногами, — сказал он.</p>
    <p>— Вы и не будете, — сказала Кейсер. — Я слышала, она уходит из «Синерджи». Дария Клейн получила от неё е-мейл. Она, по-видимому, собирается натурализоваться — переехать к неандертальцам насовсем.</p>
    <p>— Насовсем?</p>
    <p>Кейсер кивнула.</p>
    <p>— Я так слышала.</p>
    <p>Корнелиус задумался.</p>
    <p>— Думаю, тогда стоит попробовать послать туда резюме…</p>
    <p>— Даже не раздумывайте! — воскликнула Кейсер, по-видимому, радуясь, что может сделать для Корнелиуса хоть что-то. — Кстати, я вам напишу рекомендательное письмо. Держу пари, им нужен будет эксперт по ДНК, чтобы заменить Мэри. Вы ведь заканчивали аспирантуру в Оксфордском Центре изучения древних биомолекул? Вы прекрасно впишитесь.</p>
    <p>Корнелиус задумался. Он совершил то, что совершил, в первую очередь из-за разочарования в своей забуксовавшей карьере. Было бы лишь справедливо, если бы в конечном счёте это привело его к положению, которого он заслуживает.</p>
    <p>— Спасибо вам, Кейсер, — сказал он, улыбаясь. — Спасибо вам огромное.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 30</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Но независимо от того, присоединятся неандертальцы к нам или нет, мы должны принять их трактовку цвета этой планеты. Марс — это не символ войны; красный — это цвет здоровья, цвет жизни — и хотя сейчас он, по-видимому, лишён всякой жизни, мы не позволим этому состоянию продлиться долго…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Настало время Мэри передать кодонатор Джоку, чтобы он отвёз его назад в…</p>
    <p>А правда, куда?</p>
    <p>Мэри рассмеялась, когда услышала по визору, как Советник Бедрос называет мир барастов «Жантар». У той версии Земли, которую Мэри называла домом, не было какого-то одного имени. «Земля» — это английское название; на других языках она называется по-разному. «Терра» на латыни и её многочисленных потомках. Французы, а также франко-канадцы называют её «Тер». На эсперанто это «Теро». Греческое название — «Гея» — стало популярно среди экологов и защитников природы. Немцы называют её «Эрде», шведы — «Юрден». На иврите это «Эрец», по-арабски — «Ард», на фарси — «Замин», по-китайски «Ди-цю», по-японски «Тикю». Красивее всего, по мнению Мэри, она называлась по-таитянски: «Вуравура». Понтер называл её просто «Мэрин мир», но Мэри сомневалась, что это название сможет получить международное признание.</p>
    <p>Так или иначе, Мэри должна передать Джоку кодонатор для того, чтобы он отвёз его на… на Глексению.</p>
    <p>Глексения? Нет, слишком грубо. Может, Сапиентия? Или…</p>
    <p>Прибыл вызванный Мэри транспортный куб, и она взобралась на одно из двух задних сидений.</p>
    <p>— На Дебральскую никелевую шахту, — сказала она.</p>
    <p>Водитель холодно покосился на неё.</p>
    <p>— Возвращаетесь домой?</p>
    <p>— Не я, — ответила Мэри. — Кое-кто другой.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Сердце у Мэри подпрыгнуло, когда она заметила Понтера в группе, возвращающейся с острова Донакат. Но она пообещала себе, что будет себя вести как воспитанная уроженка этого мира, и не бросилась к нему со всех ног. В конце концов, Двое сейчас Порознь.</p>
    <p>И всё-таки, когда никто больше не смотрел, она не удержалась и послала ему воздушный поцелуй, и он широко улыбнулся ей в ответ.</p>
    <p>Но она явилась сюда не к нему, а к Джоку Кригеру. Мэри незаметно приблизилась к нему, держа под мышкой свёрток с кодонатором.</p>
    <p>— Бойся глексенов, дары приносящих! — сказала она.</p>
    <p>— Мэри! — воскликнул Джок.</p>
    <p>Мэри жестом пригласила Джока отойти в сторонку от посторонних ушей. Одетый в серебряное эксгибиционист попытался последовать за ними, но Мэри развернулась и смотрела на него до тех пор, пока он не отстал.</p>
    <p>— Итак, сказала Мэри, — что вы думаете об этом мире?</p>
    <p>— Он <emphasis>потрясающий</emphasis>, — сказал Джок. — Умом я знал, что мы загадили мир, в котором живём, но когда я увидел всё это… — Он обвёл рукой окружающую идиллию. — Это словно найти Эдемский сад.</p>
    <p>Мэри засмеялась.</p>
    <p>— Похоже, правда? Как жаль, что в нём уже живут, да?</p>
    <p>— Очень жаль, — согласился Джок. — Вы собираетесь домой вместе с нами, или ещё побудете в раю?</p>
    <p>— Ну, если вы не возражаете, я бы осталась ещё на пару дней. — Она попыталась сделать серьёзное лицо. — У меня тут… большие успехи. — Она показала ему свёрток. — Но у меня есть кое-что, что вам нужно забрать с собой.</p>
    <p>— Что это?</p>
    <p>Мэри посмотрела по сторонам, оглянулась через плечо. Потом посмотрела вниз, чтобы убедиться, что Джока не заставили надеть компаньон.</p>
    <p>— Это кодонатор — барастовский синтезатор ДНК.</p>
    <p>— Почему вы хотите, чтобы я его взял? Почему вы не можете сами его привести?</p>
    <p>Мэри ещё больше понизила голос.</p>
    <p>— Это запрещённая технология. В принципе, я не должна иметь к ней доступ — никто не должен. Но это совершенно потрясающая вещь. Я написала для вас небольшую инструкцию; она внутри.</p>
    <p>Брови Джока взлетели к самому краю его причёски; он был явно впечатлён.</p>
    <p>— Запрещённая технология? Я знал, что не ошибся, когда вас нанимал…</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Внезапно Мэри проснулась. Ей понадобилось какое-то время, чтобы сориентироваться в потёмках и сообразить, где она.</p>
    <p>Что-то большое и тёплое тихо спит рядом с ней. Понтер?</p>
    <p>Нет, нет. Пока нет, не сегодня. Это Бандра: последние несколько дней они спят в одной постели.</p>
    <p>Мэри поглядела на потолок. Там мягко светились неандертальские цифры, обозначающие время. Мэри уже умела их различать, но спросонья не могла сфокусировать взгляд, и ей понадобилось несколько секунд — несколько <emphasis>тактов</emphasis> — чтобы вспомнить, что они читаются справа налево, и что круг обозначает пятёрку, а не ноль. Была середина девятого деци; три часа ночи с небольшим.</p>
    <p>Не было смысла вскакивать с постели, хотя спать совершенно не хотелось. И тот факт, что она спала рядом с другой женщиной, был совершенно не при чём; на самом деле, она сама удивилась, как легко к этому привыкла. Но мысль, которая заставила её проснуться, всё ещё горела ярким светом в её мозгу.</p>
    <p>Она и прежде иногда просыпалась среди ночи с блестящей идеей в голове только затем, чтобы снова заснуть и к утру напрочь её забыть. Много лет назад она на короткое время вообразила себя поэтессой — она и с Кольмом-то познакомилась на одном из поэтических чтений — и тогда она держала на прикроватном столике блокнот и маленький фонарик, чтобы делать записи, не будя его. Но она бросила это дело давным-давно, поскольку сделанные ночью записи утром оказывались совершенной белибердой.</p>
    <p>Но <emphasis>эта</emphasis> мысль, это понятие, эта замечательная, великолепная идея никуда до утра не денется, в этом Мэри была уверена. Она слишком важна, чтобы позволить ей ускользнуть.</p>
    <p>Она обхватила себя руками, устроилась поудобней на ложе и, совершенно успокоившись, быстро заснула.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>На следующее утро Кристина осторожно разбудила её в назначенное время — в две трети десятой деци. Компаньону Бандры было велено разбудить её в то же самое время, что он и сделал.</p>
    <p>Мэри улыбнулась Бандре.</p>
    <p>— Привет, — сказала она, касаясь её руки.</p>
    <p>— Здравый день, — сказала Бандра. Она несколько раз моргнула, прогоняя сон. — Займусь завтраком.</p>
    <p>— Не так быстро, — сказала Мэри. — Мне надо с тобой кое-что обсудить.</p>
    <p>Они лежали рядом на постели лицом друг другу.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Когда Двое были Одним, — сказала Мэри, — мы с Понтером говорили о… о нашем будущем.</p>
    <p>Бандра наверняка что-то почувствовала в голосе Мэри.</p>
    <p>— Ах, — сказала она.</p>
    <p>— Ты же знаешь, что нам нужно как-то устроить некоторые… некоторые вещи.</p>
    <p>Бандра кивнула.</p>
    <p>— Понтер предложил решение. Частичное решение.</p>
    <p>— Я со страхом ждала, когда этот момент наступит, — тихо сказала Бандра.</p>
    <p>— Ты знаешь, что существующее положение не может продолжаться вечно, — сказала Мэри. — Мне… я не могу остаться здесь навсегда.</p>
    <p>— Почему? — жалобно спросила Бандра.</p>
    <p>— Вчера Джок — мой начальник — спросил меня, когда я возвращаюсь домой. И я <emphasis>должна</emphasis> вернуться; мне всё ещё надо получить аннуляцию моего брака с Кольмом. Кроме того, я…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Мэри двинула плечом, которым не опиралась на постель.</p>
    <p>— Я просто так не могу: быть здесь, в этом мире, так близко от Понтера, и не иметь возможности видеть его.</p>
    <p>Бандра закрыла глаза.</p>
    <p>— И что ты намерена сделать?</p>
    <p>— Я собираюсь вернуться в свой мир, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Вот так просто? Ты бросаешь Понтера? Бросаешь меня?</p>
    <p>— Я не бросаю Понтера, — сказала Мэри. — Я буду приезжать каждый месяц, когда Двое станут Одним.</p>
    <p>— Так и будешь мотаться между мирами?</p>
    <p>— Да. Я завершу свой контракт с «Синерджи Груп», а потом попытаюсь найти работу в Садбери — это в моём мире ближайший к порталу город. Там есть университет.</p>
    <p>— Понимаю, — сказала Бандра, и Мэри почувствовала, как она старается, чтобы её голос не дрогнул. — Ну, во всём этом есть смысл.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Мне буде тебя не хватать, Мэре. Ох как мне тебя будет не хватать.</p>
    <p>Мэри снова коснулась её руки.</p>
    <p>— Мы ведь прощаемся не навсегда.</p>
    <p>Но Бандра покачала головой.</p>
    <p>— Я знаю, на что это похоже, когда Двое становятся Одним. О, первые несколько месяцев ты, вероятно, будешь стараться увидеться со мной хотя бы ненадолго в каждый твой приезд сюда, но реально ты будешь хотеть всё своё время проводить с партнёром. — Бандра предостерегающе подняла руку. — И я это отлично понимаю. Тебе достался хороший мужчина, хороший человек. Если бы у меня был такой…</p>
    <p>— Тебе не нужен партнёр, — сказала Мэри. — Никакой женщине не нужен, по любую сторону от портала.</p>
    <p>— Но он у меня уже есть, так что у меня нет альтернативы, — тихо ответила Бандра.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Смешное слово — альтернатива. — Она ненадолго закрыла глаза, вспоминая. — Я знаю, что на вашем языке это <emphasis>хабадык</emphasis>. Но в отличие от многих других слов, которые переводятся приблизительно, эти два имеют совершенно одинаковый смысл: выбор из двух, и только двух возможностей. У меня есть друзья-биологи, которые утверждают, что концепция альтернативы так глубоко в нас укоренилась из-за формы нашего тела: с одной стороны, мы можем поступить так, с другой стороны — эдак. У говорящего осьминога могло бы и не найтись слова, обозначающего наличие именно двух возможностей.</p>
    <p>Бандра непонимающе уставилась на Мэри.</p>
    <p>— О чём ты говоришь? — спросила она, наконец, явно начиная сердиться.</p>
    <p>— Я говорю о том, что у тебя есть и другие возможности.</p>
    <p>— Я никогда не стану рисковать способностью моих дочерей иметь детей.</p>
    <p>— Я это знаю, — сказала Мэри. — Поверь, это последнее, к чему я могла бы стремиться.</p>
    <p>— Тогда что?</p>
    <p>Мэри придвинулась к Бандре и крепко поцеловала её в губы.</p>
    <p>— Поехали со мной, — сказала она, завершив поцелуй.</p>
    <p>— <emphasis>Что?</emphasis></p>
    <p>— Поехали со мной, на ту сторону. В мой мир. В Садбери.</p>
    <p>— Как это решит мою проблему?</p>
    <p>— Когда Двое станут Одним, ты сможешь остаться в моём мире. Ты никогда больше не увидишь Гарба.</p>
    <p>— Но мои дочери…</p>
    <p>— Вот именно — <emphasis>дочери</emphasis>. Они постоянно живут в Центре. Для них он не угроза.</p>
    <p>— Но я умру, если не смогу видеть моих девочек.</p>
    <p>— Ты будешь приезжать, когда Двое Порознь. Тогда, когда нет шансов встретиться в Гарбом. Приезжай в гости к дочерям — и их детям — так часто, как захочешь.</p>
    <p>Бандра явно пыталась всё это переварить.</p>
    <p>— Ты хочешь сказать, что мы обе — и ты, и я — будем прыгать туда-сюда между мирами, только в разные дни?</p>
    <p>— Именно. Я буду приезжать сюда только в те дни, когда Двое становятся Одним, а ты в любые другие. В Канаде обычно пять дней работают, два отдыхают — мы называем эти два дня «уикэнд». Ты сможешь возвращаться сюда на каждый уикэнд, который не выпадает на дни, когда Двое становятся Одним.</p>
    <p>— Гарб будет в ярости.</p>
    <p>— Его проблемы.</p>
    <p>— Мне придётся бывать на Окраине, чтобы пользоваться порталом.</p>
    <p>— Просто не делай этого одна. Делай это так, чтобы он не мог к тебе приблизиться.</p>
    <p>— Это… это может сработать, — сказала Бандра с сомнением в голосе.</p>
    <p>— Обязательно сработает, — твёрдо сказала Мэри. — Если он станет возражать или попытается увидеться с тобой в неурочные дни месяца, правда о нём выплывет наружу. Ему может быть плевать на то, что будет с тобой или с его дочерьми, но он наверняка не хочет, чтобы кастрировали его самого.</p>
    <p>— И ты сделаешь это для меня? — спросила Бандра. — Ты позволишь мне жить с тобой в твоём мире?</p>
    <p>Мэри кивнула и крепко её обняла.</p>
    <p>— Что я буду там делать? — спросила Бандра.</p>
    <p>— Преподавать в Лаврентийском вместе со мной. Ни один университет в моём мире не откажется иметь неандертальского геолога в своём штате.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Истинная правда.</p>
    <p>— То есть в твоём мире мы будем и жить, и работать вместе?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Но… но ты говорила, что в вашем мире такое не принято. Две женщины вместе…</p>
    <p>— Так не принято у <emphasis>большинства</emphasis> людей моего мира, — сказала Мэри. — Но некоторые так живут. В Онтарио, где мы будем жить, к таким вещам относятся терпимее, чем почти в любом другом месте моего мира.</p>
    <p>— Но… будешь ли ты счастлива?</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— Не бывает идеальных решений. Но это очень близко к идеалу.</p>
    <p>Бандра заплакала, но то были слёзы радости.</p>
    <p>— Спасибо тебе, Мэре.</p>
    <p>— Нет, — ответила она. Это тебе спасибо. Тебе, и Понтеру.</p>
    <p>— Я понимаю Понтеру, но мне? За что?</p>
    <p>Мэри снова её обняла.</p>
    <p>— Вы с ним показали мне новые способы быть человеком. И за это я буду вам благодарна всю жизнь.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 31</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Конечно, когда мы окажемся там, когда мы посадим цветы в ржавые пески четвёртой от Солнца планеты, когда мы напоим их водой, добытой из полярных шапок Марса, мы, Homo sapiens, можем снова на короткое время остановиться, чтобы насладиться запахом этих роз…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Козёл!</p>
    <p>Джок знал, что водитель соседней машины не может его слышать — день выдался холодный, и все окна были закрыты. Но он терпеть не мог, когда всякие ублюдки его подрезают.</p>
    <p>Движение сегодня было просто бешеное. Конечно, рассудил Джок, скорее всего оно всегда такое в Рочестере в это время дня, но буквально всё теперь казалось нестерпимо раздражающим после чистой, идиллической красоты, которую он видел на той стороне.</p>
    <p>«На той стороне». Чёрт возьми, его мать говорила так про рай. «Всё снова станет хорошо на той стороне».</p>
    <p>Джок не верил в рай — да и в ад, если уж на то пошло, но не мог отрицать реальность мира неандертальцев. Разумеется, они там у себя всё не загадили исключительно в силу случайного стечения обстоятельств. Будь у настоящих людей такие носы, они бы тоже не захотели жить среди собственных отходов.</p>
    <p>Джок остановился на светофоре. Ветер нёс по мостовой страницу из «USA Today». Подростки курили на автобусной остановке. В квартале впереди был «Макдональдс». В отдалении глухо выли сирены, бибикали машины. Грузовик рядом с ним кашлянул чёрным дымом из вертикальной выхлопной трубы. Джок посмотрел направо и налево и, наконец, заметил одинокое дерево, растущее в кадке в половине квартала впереди.</p>
    <p>Выпуск новостей по радио начался с сообщения о мужчине, который застрелил четверых сослуживцев на заводе электроники в Иллинойсе. Потом диктор уделил две секунды взрыву бомбы в Каире, ещё двенадцать — по-видимому, неизбежной войне между Индией и Пакистаном, и завершил свою минуту разливом нефти в заливе Пьюджет-Саунд, крушением поезда под Далласом и ограблением банка здесь, в Рочестере.</p>
    <p><emphasis>Какой бардак,</emphasis> — думал Джок, барабаня пальцами по баранке и дожидаясь зелёного сигнала. — <emphasis>Какой жуткий бардак</emphasis>.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Джок вошёл в занимаемый «Синерджи Груп» особняк через главный вход. В коридоре ему встретилась Луиза Бенуа.</p>
    <p>— Здравствуйте, Джок, — сказала она. — На той стороне и правда так здорово, как говорят?</p>
    <p>Джок кивнул.</p>
    <p>— Поверю вам на слово, — сказала Луиза, — но здесь вы пропустили совершенно потрясающее полярное сияние.</p>
    <p>— Здесь? — удивился Джок. — Так далеко на юг?</p>
    <p>Луиза кивнула.</p>
    <p>— Невероятно, правда? Я никогда ничего подобного не видела, а ведь я — специалист по физике Солнца. Магнитное поле Земли действительно начинает барахлить.</p>
    <p>— Вы вроде бы пока ещё в сознании, — криво усмехнулся Джок.</p>
    <p>Луиза улыбнулась и указала на свёрток, который он держал в руках.</p>
    <p>— Я пропущу эту реплику мимо ушей, раз уж вы принесли мне цветы.</p>
    <p>Джон взглянул на длинный свёрток, который дала ему Мэри Воган.</p>
    <p>— О, это Мэри попросила захватить с той стороны.</p>
    <p>— Что это?</p>
    <p>— Я как раз собирался выяснить.</p>
    <p>Джор двинулся дальше по коридору к столу миссис Уоллес, секретаря компании и личного помощника Джока.</p>
    <p>— С возвращением, сэр! — сказала она.</p>
    <p>Джок кивнул.</p>
    <p>— Что-нибудь запланировано на сегодня?</p>
    <p>— Только одна встреча. Я её назначила, когда вы были в отъезде; надеюсь, вы не возражаете. Специалист-генетик ищет работу. Очень хорошие рекомендации.</p>
    <p>Джок крякнул.</p>
    <p>— Он будет здесь к 11:30, — сказала миссис Уоллес.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Джок проверил свой е-мейл и голосовую почту, выпил чёрного кофе, а потом развернул свёрток, который передала ему Мэри. С первого взгляда было очевидно, что это продукт чужих технологий: текстуры, цветовая гамма, общий внешний вид — всё это было не такое, как сделали бы люди. Неандертальская любовь к квадратам была совершенно очевидна; квадратный профиль, квадратные дисплеи и контрольные штырьки, собранные в квадратные группы.</p>
    <p>Многие элементы управления были подписаны — некоторые, к его удивлению, явно от руки. Этот прибор явно не производился серийно; возможно, какой-то прототип…</p>
    <p>Джок взял телефонную трубку и набрал внутренний номер.</p>
    <p>— Лонвес? Это Джок. Подойдите ко мне в кабинет, пожалуйста…</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Дверь кабинета отворилась — без стука — и вошел Лонвес Троб.</p>
    <p>— Что случилось, Джок? — спросил старый неандерталец.</p>
    <p>— У меня тут один прибор, — он оказал на вытянутое устройство, лежащее на его столе, — и я не могу разобраться, как его включить.</p>
    <p>Лонвес пересёк кабинет; Джок мог поклясться, что расслышал, как поскрипывали при этом его суставы. Он склонился над столом — в этот раз скрип прозвучал яснее — и приблизил свои механические глаза к прибору.</p>
    <p>— Вот здесь, — сказал он, указывая на отдельно стоящий контрольный штырёк. — Он схватил его скрюченными пальцами и потянул на себя. Прибор тихо загудел. — А что это такое?</p>
    <p>— Мэри сказала — синтезатор ДНК.</p>
    <p>Лонвес внимательно оглядел прибор.</p>
    <p>— Корпус стандартный, но ничего подобного именно этому я никогда не видел. Вы не могли бы его приподнять?</p>
    <p>— Что? — переспросил Джок. — А, конечно. — Он оторвал прибор от столешницы, и Лонвес сгорбился, заглядывая под его днище.</p>
    <p>— Вам захочется подключить его к внешнему источнику питания, и… ага, отлично: у него есть стандартный интерфейсный порт. Мы с доктором Бенуа собрали несколько устройств, позволяющих подключать неандертальские приборы к вашим персональным компьютерам. Выделить вам одно?</p>
    <p>— Э-э… конечно. Да.</p>
    <p>— Я попрошу доктора Бенуа позаботиться об этом. — Лонвес двинулся к дверям. — Весело провести время с новой игрушкой.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Следующие несколько часов Джок провёл, изучая кодонатор и читая заметки, которые приготовила для него Мэри.</p>
    <p>Эта штука умела изготовлять ДНК, это было понятно.</p>
    <p>А также РНК — Джоку знал, что это другая разновидность нуклеиновых кислот.</p>
    <p>Похоже, что она также могла производить ассоциированные белки, наподобие тех, что связывают дезоксирибонуклеиновую кислоту в хромосомах.</p>
    <p>У Джока были некоторые базовые познания в генетике: многие из исследований, в которых он участвовал в «RAND», имели отношение к биологической войне. Если этот прибор может производить цепочки дезоксирибонуклеиновой кислоты и белки, то…</p>
    <p id="id59788__msoanchor_38">Джок сплёл пальцы. Ребята в Форт-Детрике<a l:href="#id20150414092305_147">[147]</a> отдали за такую штуку всё!</p>
    <p>Нуклеиновые кислоты. И белки.</p>
    <p>Это строительные компоненты для вирусов, которые, собственно, и являются кусочками ДНК или РНК в белковой оболочке.</p>
    <p>Джок уставился на машину, размышляя.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Телефон на столе Джока издал особый сигнал, означающий внутренний звонок.</p>
    <p>— Прибыл соискатель, назначенный на 11:30, — произнёс голос миссис Уоллес.</p>
    <p>— Хорошо, спасибо.</p>
    <p>Через пару секунд в дверь вошёл тощий голубоглазый мужчина.</p>
    <p>— Доктор Кригер, — сказал он, протягивая руку. — Рад познакомиться.</p>
    <p>— Садитесь.</p>
    <p>Мужчина сел, но прежде вручил Джоку копию своего довольно объёмного резюме.</p>
    <p>— Как видите, я получил Ph.D. в области генетики в Оксфорде. Я там работал в Центре изучения древних биомолекул.</p>
    <p>— Вы работали с неандертальцами?</p>
    <p>— Нет, с ними нет. Но я делал много другой работы, связанной с поздним кайнозоем.</p>
    <p>— Откуда вы узнали о нас?</p>
    <p>— Я работал в Йоркском университете, где раньше работала Мэри Воган, и…</p>
    <p>— Обычно мы сами приглашаем нужных нам людей.</p>
    <p>— О, я прекрасно это понимаю, сэр. Но я подумал, что раз Мэри уехала в другую вселенную, вам, возможно, потребуется новый генетик.</p>
    <p>Джок бросил взгляд на лежащий на столе прибор.</p>
    <p>— Знаете, доктор Раскин, он нам и в самом деле требуется.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 32</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Но наслаждение марсианскими розами будет лишь короткой паузой, нужной, чтобы перевести дух и поразмышлять, прежде чем отправиться в новое путешествие, двигаясь прочь, всё дальше и дальше, учась, делая открытия, взрослея, расширяя границы не только нашей области обитания, но и нашего разума…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Прошло почти три недели с тех пор, как делегация ООН, включая Джока, вернулась домой. Понтер и Адекор работали в своей квантово-вычислительной лаборатории в тысячах саженей под землёй, когда с той стороны пришло сообщение в виде запечатанного пакета, доставленного через деркерову трубу офицером канадской армии.</p>
    <p>Так случилось, что пакет вскрыл сам Понтер. На оказавшимся внутри конверте красовался рассечённый надвое земной шар — логотип «Синерджи Груп», и Понтер решил, что письмо для Мэри. Но, как оказалось, он ошибся. К его изумлению на конверте стояло его собственное имя, написанное английскими буквами и неандертальскими идеограммами.</p>
    <p>Понтер вскрыл конверт; Адекор заглядывал ему через плечо. Внутри оказалась бусина памяти. Понтер опустил её в гнездо проигрывателя, и перед ним появилось трёхмерное изображение Лонвеса Троба; его механические глаза светились собственным синим светом. Изображение было в масштабе примерно один к трём и парило в полусажени над консолью.</p>
    <p>— Здравый день, учёный Боддет, — сказал Лонвес. — Мне нужно, чтобы вы вернулись в штаб-квартиру «Синерджи Груп» сюда, на южный берег озера Жорлант — которое глексены упорно называют Онтарео, хотя их уже десять раз поправлял. Как вам известно, я работаю здесь с доктором Бенуа над проблемами квантовых вычислений, и у меня появилась новая идея о методах предотвращения декогерентности даже в системах, расположенных на поверхности. Однако мне нужны ваши знания и опыт в области квантовых вычислений. Возьмите с собой вашего коллегу Адекора Халда; его опыт также будет очень ценен. Жду вас через три дня.</p>
    <p>Изображение застыло, что означало, что запись была проиграна полностью. Понтер взглянул на Адекора.</p>
    <p>— Поедешь со мной?</p>
    <p>— Ты шутишь? — воскликнул Адекор. — Шанс познакомиться с самим Лонвесом Тробом! Обязательно поеду!</p>
    <p>Понтер улыбнулся. Глексены говорят, что у барастов отсутствует желание исследовать новые места. Может быть, они правы: до сих пор, несмотря на то, что это им разработанная установка сделала возможным путешествия между мирами, Адекор ни разу не высказывал желания взглянуть на мир глексенов. Но сейчас он готов был отправиться туда — ради встречи с одним из своих кумиров.</p>
    <p>— Три дня — это куча времени на сборы, — сказал Понтер. — «Синерджи Груп» не слишком далеко отсюда — я имею в виду, от «отсюда» на той стороне.</p>
    <p>— Интересно, что у Лонвеса за надбровьем, — сказал Адекор.</p>
    <p>— Кто знает? Но я уверен — что-то гениальное.</p>
    <p>Кроме Понтера и Адекора в пультовой никого не было, хотя неандертальские техники работали в вычислительной камере, а неандертальский принудитель сидел на стуле у выхода из портала — просто на всякий случай.</p>
    <p>— Я должен пригласить Мэре поехать с нами, — сказал Понтер.</p>
    <p>Глаза Адекора сузились.</p>
    <p>— Но Двое ещё не стали Одним.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Я знаю. Но в их мире это правило не действует, и она меня не простит, если я отправлюсь туда и не возьму её с собой.</p>
    <p>— Учёный Троб её не приглашал, — напомнил Адекор.</p>
    <p>Понтер протянул руку и коснулся его плеча.</p>
    <p>— Я знаю, что тебе нелегко. Я провожу слишком много времени с Мэре, и слишком мало — с тобой. Но ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю.</p>
    <p>Адекор медленно кивнул</p>
    <p>— Прости. Я пытаюсь — по-настоящему стараюсь — не быть мелочным, когда речь идёт о тебе и Мэре. То есть, я <emphasis>хочу,</emphasis> чтобы у тебя была партнёрша. Но я никогда не думал, что ты найдёшь такую партнёршу, которая будет претендовать на наше с тобой время.</p>
    <p>— Это очень… сложно, — сказал Понтер. — Прости меня за это. Но уже очень скоро к нам переедет Даб — и тогда у тебя будет гораздо меньше времени для меня.</p>
    <p>Понтер пожалел об этих словах сразу же, как только их произнёс. Обиду на лице Адекора было невозможно не заметить.</p>
    <p>— Мы будем растить Даба вместе, — сказал он. — Так у нас заведено, и ты это знаешь.</p>
    <p>— Я знаю. Прости. Просто это…</p>
    <p>— Просто это всё до ужаса <emphasis>нелепо,</emphasis> — сказал Адекор.</p>
    <p>— Я со всем разберусь, — сказал Понтер. — Скоро. Обещаю.</p>
    <p>— Как?</p>
    <p>— Мэре уедет на ту сторону и будет жить там, в своём мире, а к нам приезжать, только когда Двое становятся Одним. И наша с тобой жизнь снова войдёт в обычное русло.</p>
    <p>— Когда?</p>
    <p>— Скоро. Обещаю.</p>
    <p>— Но ты хочешь взять её в эту поездку — чтобы она вместе с нами поехала в «Синерджи Груп» к Лонвесом.</p>
    <p>— Ну, вообще-то её текущий вклад как раз и состоит в работе исследователем в «Синерджи Груп». Разумеется ей нужно возвращаться туда время от времени.</p>
    <p>Широкий рот Адекора снова скривился. Понтер нежно провёл рукой по его заросшей бородой щеке.</p>
    <p>— Я люблю тебя, Адекор. Верь мне. Больше ничто не встанет между нами.</p>
    <p>Адекор медленно наклонил голову и потом, беря инициативу в свои руки, произнёс в компаньон.</p>
    <p>— Соедини меня с Мэре Воган.</p>
    <p>Через мгновение из динамика компаньона послышался синтезированный Кристиной голос Мэри, который произнёс по-неандертальски:</p>
    <p>— Здравый день.</p>
    <p>— Здравый день, Мэре. Это Адекор. Как ты смотришь на то, чтобы кое-куда съездить с Понтером и со мной?</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Это поразительно! — восклицал Адекор во всремя поездки по Сабдери. — Всё застроено! И столько народу! Мужчины и женщины вместе!</p>
    <p>— И это у них <emphasis>маленький</emphasis> город, — напомнил ему Понтер. — Погоди, вот приедем в Торонто или Манхеттен.</p>
    <p>— Невероятно, — повторял Адекор; Понтер сел в машине сзади, чтобы Адекору с переднего места было лучше видно. — Невероятно!</p>
    <p>Прежде чем отправиться в долгое путешествие до Рочестера, они заехали в Лаврентийский университет поинтересоваться вакансиями для Мэри и Бандры. Понтер был совершенно прав: встреча была назначена с главами факультетов генетики и геологии, но вскоре к ним присоединились ректор и проректор. Лаврентийский очень хотел нанять их обеих, и с превеликим удовольствием согласился составить для Мэри план занятий, который включал бы четыре выходных дня подряд ежемесячно.</p>
    <p>Раз уж они оказались в Лаврентийском, то сходили в подвал навестить Веронику Шеннон. Адекор вошёл в «Чулан Вероники» с надетым на голову новым шлемом, учитывающим особенности неандертальской анатомии.</p>
    <p>Мэри надеялась, что хотя бы Адекор ощутит что-нибудь, когда левая часть его теменной доли подвергается стимуляции, но тщетно. На тот случай, если у неандертальцев распределение мозговых функций зеркально по сравнению с глексенами (весьма маловероятный, учитывая преобладание среди них праворукости) Вероника устроила повторный прогон, стимулируя правую часть теменной доли, но это так же не вызвало никакой реакции.</p>
    <p>После этого Мэри, Понтер и Адекор поехали прямиком в квартиру Мэри в Ричмонд-Хилл; Адекор в абсолютном изумлении разглядывал окрестности и другие автомобили на шоссе.</p>
    <p>Добравшись до Мэриного дома, они забрали со стола консьержа в вестибюле огромную кипу накопившейся почты и поднялись на этаж.</p>
    <p>Адекор сразу вышел на балкон, завороженный зрелищем. Пока он был поглощён созерцанием, Мэри заказала ужин, который, как она знала, должен прийтись Понтеру по вкусу: жареная курица из KFC, салат из зелени, картошка фри и двенадцать банок «кока-колы».</p>
    <p>Пока они ожидали прибытия еды, Мэри включила телевизор, надеясь застать выпуск новостей, и через некоторое время буквально прилипла к экрану.</p>
    <p>— Habemus papam! — провозгласила ведущая новостей, белая женщины с каштановыми волосами в очках с тонкой оправой. — Такая новость была получена сегодня из Ватикана: у нас новый Папа.</p>
    <p>В кадре появился столб белого дыма, поднимающийся из дымохода Сикстинской Капеллы, означающий сожжение бюллетеней после того, как один из кандидатов получил необходимое большинство в две трети плюс один голос. Мэри ощутила, как у неё радостно забилось сердце.</p>
    <p>Потом на экране появилось фото: белый мужчина лет пятидесяти пяти, с проседью в волосах и узким, словно стиснутым с боков лицом.</p>
    <p>— Новым понтификом избран кардинал Франко Ди Карио из Флоренции. По имеющейся информации, он избрал себе имя Марка II.</p>
    <p>В кадре теперь было дворе: ведущая и чернокожая женщина лет сорока в изящном деловой костюме.</p>
    <p>— С нами в студии «Си-би-си» Сьюзан Донкастер, профессор религиоведения из Торонтского университета. Спасибо, что пришли, профессор Донкастер.</p>
    <p>— С удовольствием откликнулась на ваше предложение, Саманта.</p>
    <p>— Что вы можете сказать о человеке, родившемся под именем Франко Ди Карио? Какого рода изменений в Римско-Католической церкви имеет смысл ожидать от него?</p>
    <p>Докастер слегка развела руками.</p>
    <p>— Многие из нас надеются, что назначение нового Папы принесёт глоток свежего воздуха: возможно, ослабление некоторых наиболее консервативных позиций Церкви. Однако злые языки уже сейчас отмечают, что имя, избранное новым Папой — Марк <emphasis>второй</emphasis> — намекает, что он будет лишь поддерживать то, что было установлено до него. Также отметим, что на престол Святого Петра вернулись итальянцы, и что в качестве кардинала Франко Ди Карио считался косерватором.</p>
    <p>— То есть мы вряд ли дождёмся от него ослабления позиций, скажем, в вопросе контроля рождаемости?</p>
    <p>— Этого не будет почти наверняка, — ответила Донкастер, качая головой. — Ди Карио всегда называл Humanae Vitae Папы Павла VI важнейшей энцикликой второго тысячелетия, чьими догматами, по его мнению, Церковь должна руководствоваться и в третьем.</p>
    <p>— А по вопросу целибата священнослужителей? — спросила Саманта.</p>
    <p>— Опять же, Франко Ди Карио часто упоминал о том, насколько важны обычные обеты — бедности, целомудрия и послушания — для принимающих сан. Я не вижу ни единой возможности для того, чтобы Марка II поменял позицию Рима в этом вопросе.</p>
    <p>— У меня складывается впечатление, — сказала ведущая, едва заметно улыбнувшись, — что о рукоположении женщин нет смысла и спрашивать.</p>
    <p>— Не при Франко Ди Карио, в этом нет никаких сомнений, — сказала Донкастер. — Его Церковь в осаде, и она укрепляет свои традиционные баррикады, а не разбирает их.</p>
    <p>— Так что и ослабления позиций по отношению к разводам тоже ожидать не приходится, не так ли?</p>
    <p>Мэри задержала дыхание, хотя и знала уже, каков будет ответ.</p>
    <p>— Никаких шансов, — ответила Донкастер.</p>
    <p>Мэри с начала лета хранила пульт управления от телевизора в комоде; она пыталась похудеть, и это был простой способ заставить себя больше двигаться. Она поднялась с дивана, подошла к телевизору и тронула кнопку выключения.</p>
    <p>Когда она снова повернулась, то увидела смотрящего на неё Понтера.</p>
    <p>— Новый Папа тебя не порадовал, — сказал он.</p>
    <p>— Да уж. И многих других людей тоже. — Она рассеянно пожала плечами. — С другой стороны, не может же <emphasis>всё</emphasis> быть хорошо. — Она вздохнула.</p>
    <p>— Что ты теперь будешь делать? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Я… я не знаю. Ну, то есть, отлучение мне не грозит, я ведь пообещала Кольму, что соглашусь на аннуляцию вместо развода, но…</p>
    <p>— Но что?</p>
    <p>— Не пойми меня неправильно, — сказала Мэри. — Я очень рада, что у моего ребёнка будет «орган Бога». Но меня уже начинают раздражать эти дурацкие ограничения. Чёрт побери, мы ведь живём в двадцать первом веке!</p>
    <p>— Новый Папа ещё может тебя удивить, — сказал Понтер. — Если я правильно понимаю, с момента избрания он сам ещё не сделал никаких заявлений. Всё, что мы слышали до сих пор — лишь домыслы.</p>
    <p>Мэри уселась обратно на диван.</p>
    <p>— Я знаю. Но если бы кардиналы хотели перемен, они бы избрали кого-нибудь другого. — Она рассмеялась. — Ты только послушай меня! Это, конечно, чисто светский взгляд. Так-то предполагается, что выбор Папы вдохновляется самим Богом. Так что я должна бы была сказать, что если бы <emphasis>Бог</emphasis> хотел перемен, то <emphasis>Он</emphasis> бы избрал кого-нибудь другого.</p>
    <p>— В любом случае, как сказала та женщина, у вас есть Папа, и он выглядит достаточно молодо, чтобы выполнять свои обязанности в течение многих декамесяцев.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Я получу аннуляцию. Я пообещала Кольму. Но пусть даже аннуляция означает, что я могу остаться в лоне Католической Церкви, я этого больше не хочу. В конце концов, есть масса других христианский деноминаций — это вовсе не означает, что я утратила веру.</p>
    <p>— Звучит как важное решение, — сказал Понтер.</p>
    <p>Мэри улыбнулась.</p>
    <p>— В последнее время мне часто приходится их принимать. И я не могу оставаться католичкой. — Она удивилась тому, как легко ей удалось произнести эти слова. — Я не могу.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 33</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Нам, разновидности людей, называемой Homo sapiens, разновидности, которую наши неандертальские братья зовут глексенами — присуще стремление, уникальное среди приматов, стремление, характерное лишь для царства осознающих себя существ…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Здравствуйте, Джок, — сказала Мэри Воган, входя в его кабинет в здании «Синерджи Груп».</p>
    <p>— Мэри! — воскликнул Джок. — С возвращением! — Он вскочил со своего аэроновского кресла и пожал ей руку. — С возвращением.</p>
    <p>— Рада вас видеть. — Она сделала жест в сторону двери, в которой появились двое её спутников. — Джок, вы уже знакомы с посланником Понтером Боддетом. А это учёный Адекор Халд.</p>
    <p>Кустистые брови Джока взлетели к самому краю причёски.</p>
    <p>— Бог ты мой! — вскричал он. — Вот это сюрприз!</p>
    <p>— Вы не знали, что они собиались приехать?</p>
    <p>Джок покачал головой.</p>
    <p>— Я полностью погрузился в… в другие дела. Я получаю доклады о приезде и отъезде всех неандертальцев, но давно их не просматривал.</p>
    <p>Мэри мимоходом вспомнила старый анекдот. Плохая новость: ЦРУ читает всю вашу почту. Хорошая новость: ЦРУ читает <emphasis>всю</emphasis> вашу почту.</p>
    <p>— В любом случае, — сказал Джок, выступая вперёд и протягивая руку Понтеру, — с возвращением. — Потом он протянул руку Адекору. — Добро пожаловать с Соединённые Штаты Америки, доктор Халд.</p>
    <p>— Спасибо, — ответил Адекор. — Я… несколько ошеломлён.</p>
    <p>Джок изобразил тонкую улыбочку.</p>
    <p>— Это мы можем.</p>
    <p>Мэри снова указала на двоих барастов.</p>
    <p>— Лонвес Торб попросил Понтера вернуться и в этот раз взять с собой Адекора.</p>
    <p>Понтер улыбнулся.</p>
    <p>— Я уверен, что на вкус Лонвеса я слишком большой теоретик. Но Адекор хорошо знает, как создавать реальные вещи.</p>
    <p>— К слову о неандертальской изобретательности, — сказала Мэри, указывая на стол в углу кабинета Джока. — Я вижу, вы разбираетесь с кодонатором.</p>
    <p>— О да, — ответил Джок. — Это совершенно потрясающий прибор.</p>
    <p>— Ага, — согласилась Мэри. Она посмотрела на Джока, раздумывая, стоит ли ему сказать. Искушение было слишком сильно. — С его помщью мы с Понтером собираемся завести ребёнка, несмотря на разницу в числе хромосом.</p>
    <p>Джок выпрямился в своём аэроновском кресле.</p>
    <p>— Правда? Какая… неожиданность. Я не… я и не думал даже, что такое возможно.</p>
    <p>— Очень даже возможно! — сказала Мэри, сияя от радости.</p>
    <p>— Гмм… э-э… поздравляю, — сказал Джок. — И вас, Понтер, разумеется. Поздравляю!</p>
    <p>— Спасибо, — сказал Понтер.</p>
    <p>Внезапно Джок посерьёзнел, словно вспомнил о чём-то важном.</p>
    <p>— Гибрид между Homo sapiens и Homo neanderthalensis, — сказал он. — У него будет двадцать три пары хромосом или двадцать две?</p>
    <p>— Вы хотите сказать, будет он глексеном или барастом с точки зрения разработанного мной теста? — спросила Мэри.</p>
    <p>Джок кивнул.</p>
    <p>— Ну, знаете, просто праздное любопытство.</p>
    <p>— Мы долго обсуждали этот вопрос. В конце концов решили, что будет двадцать три пары. С точки зрения теста ребёнок будет глексеном.</p>
    <p>— Понятно, — сказал Джок. Ответ его как будто бы немного огорчил.</p>
    <p>— Поскольку эмбриону придётся оказаться у меня здесь, — она похлопала себя по животу, — мы решили попытаться избежать возможных осложнений с иммунной системой.</p>
    <p>Джок проследил взглядом за её рукой.</p>
    <p>— Но вы ведь ещё не беременны, я полагаю?</p>
    <p>— Нет-нет. Поколение 149 будет зачато только в следующем году.</p>
    <p>Джок моргнул.</p>
    <p>— Так ребёнок будет жить в неандертальском мире? Значит ли это, что вы перебираетесь туда насовсем?</p>
    <p>Мэри бросила взгляд на Понтера и Адекора. Она не ожидала, что эта тема всплывёт так скоро.</p>
    <p>— В основном, — осторожно сказала она, — я буду жить в нашем мире…</p>
    <p>— Звучит так, словно за этим следует большего «но», — сказал Джок.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Так и есть. Вам известно, что я закончила работу, для которой вы меня наняли в «Синерджи», гораздо быстрее, чем изначально предполагалось. Я думаю, что мне пришло время уйти. Мне предложили полный бессрочный контракт профессора генетики в Лаврентийском университете.</p>
    <p>— Лаврентийском? — сказал Джок. — Это где?</p>
    <p>— В Садбери — там, где портал. Лаврентийский — небольшой университет, но у них отличный факультет генетики, они выполняют анализы ДНК для федеральной полиции. — Она помолчала. — В последнее время я заинтересовалась этой областью.</p>
    <p>Джок улыбнулся.</p>
    <p>— Кто бы мог подумать, что настанет время, когда Садбери станет пользоваться популярностью из-за удачного географического положения?</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Привет, Мэри.</p>
    <p>Мэри выронила кружку, которую держала в руках. Она разлетелась вдребезги, горячий кофе с шоколадным молоком расплескался по полу её офиса.</p>
    <p>— Я закричу, — сказала она. — Я позову Понтера.</p>
    <p>Корнелиус Раскин закрыл за собой дверь.</p>
    <p>— В этом нет никакой необходимости.</p>
    <p>Сердце Мэри бешено колотилось. Она огляделась вокруг в поисках чего-нибудь, что можнжо бы было использовать в качестве оружия.</p>
    <p>— Какого чёрта ты тут делаешь?</p>
    <p>Корнелиус выдавил из себя улыбочку.</p>
    <p>— Я тут работаю. Меня наняли тебе на замену.</p>
    <p>— Это мы ещё посмотрим, — сказала Мэри и схватила трубку офисного телефона.</p>
    <p>Корнелиус придвинулся ближе.</p>
    <p>— Не касайся меня! — сказала Мэри. — Не смей!</p>
    <p>— Мэри…</p>
    <p>— Пошёл вон! Пошёл вон! Пошёл вон!</p>
    <p>— Мэри, дай мне две минуты — это всё, чего я прошу.</p>
    <p>— Я позвоню в полицию!</p>
    <p>— Ты знаешь, что не позвонишь. Ты не можешь, только не после того, что Понтер сделал со мной, и…</p>
    <p>Внезапно Корнелиус замолк. Сердце Мэри выпрыгивало из груди, и, должно быть, Корнелиус заметил что-то в выражении её лица.</p>
    <p>— Ты не знаешь! — сказал он, вытаращив глаза. — Ты ведь не знаешь, правда? Он тебе так и не сказал!</p>
    <p>— Не сказал мне что? — спросила Мэри.</p>
    <p>Худая фигура Корнелиуса обмякла и просела, словно соединение его ног с туловищем вдруг ослабло.</p>
    <p>— Мне и в голову не пришло, что ты в этом не участвовала, что ты ничего не знала…</p>
    <p>— Не знала чего? — требовательно сказала Мэри.</p>
    <p>Корнелиус попятился.</p>
    <p>— Я не причиню тебе вреда, Мэри. Я <emphasis>не могу</emphasis> причинить тебе вреда.</p>
    <p>— О чём ты говоришь?</p>
    <p>— Ты знаешь, что Понтер приходил ко мне домой?</p>
    <p>— Что? Ты врёшь.</p>
    <p>— Нет, не вру.</p>
    <p>— Когда?</p>
    <p>— В сентябре. Поздно ночью…</p>
    <p>— Ты <emphasis>врёшь</emphasis>. Он никогда…</p>
    <p>— Не вру.</p>
    <p>— Он бы мне сказал.</p>
    <p>— Я тоже так думал, — согласился Корнелиус, безучастно пожав плечами. — Но, как видим, он не сказал.</p>
    <p>— Послушай, — сказала Мэри. — Мне на всё это плевать. Просто убирайся отсюда. Я приехала сюда, чтобы от тебя избавиться! И я позвоню в полицию.</p>
    <p>— Ты не хочешь этого делать, — сказал Корнелиус.</p>
    <p>— Следи за руками — и если ты сделаешь ещё шаг, я заору.</p>
    <p>— Мэри…</p>
    <p>— Не подходи.</p>
    <p>— Мэри, Понтер <emphasis>кастрировал</emphasis> меня.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как у неё упала челюсть.</p>
    <p>— Ты врёшь, — сказала она. — Ты всё это выдумал.</p>
    <p>— Могу показать, если хочешь…</p>
    <p>— Нет! — Мэри чуть не вырвало — мысль о том, чтобы увидеть его обнажённую плоть была нестерпима.</p>
    <p>— Это правда. Он пришёл ко мне домой, где-то в два часа ночи, и…</p>
    <p>— Понтер никогда бы такого не сделал. По крайней мере, не рассказав мне.</p>
    <p>Корнелиус поднёс руку к молнии на ширинке.</p>
    <p>— Как я уже сказал, я могу доказать.</p>
    <p>— Нет! — Мэри дышала тяжело и судорожно.</p>
    <p>— Кейсер Ремталла сказала мне, что ты натурализовалась — переселилась на ту сторону навсегда. В противном случае я бы никогда сюда не приехал, но… — Он пожал плечами. — Мэри, мне нужна эта работа, — сказал Корнелиус. — Йоркский для меня тупик — для меня и любого другого белого мужчины моего возраста. Ты это знаешь.</p>
    <p>Мэри была близка к гипервентиляции.</p>
    <p>— Я не смогу с тобой работать. Я не смогу даже в одной комнате с тобой находиться.</p>
    <p>— Я буду держаться от тебя подальше. Обещаю. — Его голос стал тише. — Чёрт возьми, Мэри, по-твоему, <emphasis>мне</emphasis> тебя приятно видеть? Это напоминает мне о… — он замолчал: его голос дрогнул, самую малость. — о том, чем я был раньше.</p>
    <p>— Я тебя ненавижу, — прошипела Мэри.</p>
    <p>— Я знаю. — Он двинул плечом. — Я… я не могу тебя за это винить. Но если ты расскажешь обо мне Кригеру или кому угодно, для Понтера Боддета это будет конец. Он попадёт за решётку за то, что сделал со мной.</p>
    <p>— Будь ты проклят, — сказала Мэри.</p>
    <p>Корнелиус кивнул.</p>
    <p>— Наверняка буду.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Понтер! — сказала Мэри, ворвавшись в лабораторию в «Синерджи», которую отвели для работы ему, Адекору и Лонвесу Тробу. — Пойдём со мной!</p>
    <p>— Привет, Мэре, — сказал Понтер. — Что случилось?</p>
    <p>— Прямо сейчас! — рявкнула Мэри. — Немедленно!</p>
    <p>Понтер повернулся к двум другим неандертальцам, но Кристина продолжила переводить:</p>
    <p>— Простите, я должен ненадолго отлучиться…</p>
    <p>Лонвес кивнул и намекнул Адекору, что это, должно быть, Последние Пять. Мэри вышла из комнаты, и Понтер последовал за ней.</p>
    <p>— На улицу! — приказала Мэри и, не оборачиваясь, направилась по укрытому коврами главному коридору особняка к дверям, забрав по пути с вешалки своё пальто.</p>
    <p>Понтер поспешил за ней без пальто. Мэри пересекла побуревшую лужайку, перешла через улицу и остановилась только на идущем вдоль опустевшей пристани для яхт променаде. Тут она резко развернулась к Понтеру.</p>
    <p>— Здесь Корнелиус Раскин.</p>
    <p>— Нет, — сказал Понтер. — Я бы его унюхал, если бы…</p>
    <p>— Должно быть, у него запах изменился от того, что ты ему яйца отчекрыжил, — прорычала Мэри.</p>
    <p>— Ах, — сказал Понтер. И потом: — Ой.</p>
    <p>— И всё? — спросила Мэри. — Это всё, что ты можешь сказать?</p>
    <p>— Я… э-э… в общем…</p>
    <p>— Какого чёрта ты мне не сказал?</p>
    <p>— Ты бы не одобрила, — ответил Понтер, глядя в асфальт, полузасыпанный опавшей листвой.</p>
    <p>— И это, блин, истинная правда! Понтер, ну как ты мог совершить такое? Господи Иисусе!..</p>
    <p>— Иисус, — тихо повторил Понтер. — Он учил, что прощение — это величайшая добродетель. Но…</p>
    <p>— Что? — крикнула Мэри.</p>
    <p>— Но я — не Иисус, — сказал он, и в его голосе послышалась печаль. — Я не умею прощать.</p>
    <p>— Ты пообещал мне, что не причинишь ему вреда, — сказала Мэри. Над их головами пролетела чайка.</p>
    <p>— Я пообещал, что <emphasis>не убью</emphasis> его, — уточнил Понтер. — И я не убил. Но… — Он пожал своими массивными плечами. — Первоначально я собирался просто предупредить его, что я опознал в нём насильника, чтобы он никогда больше не совершал преступлений. Но когда я его увидел, учуял его зловоние, зловоние, которое он оставил на одежде последней жертвы, я не смог сдержаться…</p>
    <p>— Боже мой, Понтер. Ты ведь знаешь, что это значит: он теперь на коне. В любой момент, когда ему вздумается, он может донести на тебя. Подозреваю, что вопрос о том, виновен ли он в изнасилованиях, суд даже не станет обсуждать.</p>
    <p>— Но он виновен! И я не смог смириться с мыслью, что ему ничего не будет за его преступление. — А потом, видимо, чтобы упрочить свою защиту, он повторил последнее слово во множественном числе: — Преступления, — напоминая Мэри, что она не была единственной жертвой Корнелиуса Раскина, и что второе изнасилование произошло потому, что Мэри не сообщила о первом.</p>
    <p>— Его родственники, — сказала Мэри в ту же секунду, как мысли пришла ей в голову. — Его братья, сёстры. Родители. Господи, скажи мне, что ты ничего им не сделал!</p>
    <p>Понтер склонил голову, и Мэри подумала, что он собирается признаться в других нападениях. Но не это было причиной его стыда.</p>
    <p>— Нет, — сказал он. — Нет, я не тронул другие копии генов, которые сделали его тем, кто он есть. Я хотел наказать <emphasis>его</emphasis> — заставить <emphasis>его</emphasis> страдать так же, как страдала ты.</p>
    <p>— Но теперь он может заставить страдать тебя, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Не волнуйся, — ответил Понтер. — Он никогда не расскажет, что я сделал.</p>
    <p>— Почему ты так уверен?</p>
    <p>— Обвинение против меня будет означать, что его собственные преступления выйдут на свет. Пусть не на моём суде, но на отдельном процессе, ведь так? Наверняка ведь здешние принудители от него не отстанут.</p>
    <p>— Возможно, — сказала Мэри, всё ещё кипя внутри. — Но судья может решить, что ты его уже достаточно наказал. В конце концов, канадские законы считают кастрацию слишком тяжёлом наказанием даже за изнасилование. Так что если он уже понёс это наказание, то судья может постановить, что накладывать на него другое, менее тяжёлое наказание в виде лишения свободы не имеет смысла. И в этом случае он ничего не потеряет, а ты отправишься в тюрьму за то, что сделал с ним.</p>
    <p>— Даже в этом случае о том, что он насильник, станет широко известно. Это не может не повлечь нежелательные для него социальные последствия.</p>
    <p>— Мы должны были сперва всё это обсудить!</p>
    <p>— Как я уже сказал, у меня не было намерения совершать эту… это…</p>
    <p>— Месть, — сказала Мэри безразличным тоном, словно зачитывая слово из словаря. Она медленно покачала головой. — Ты не должен был этого делать.</p>
    <p>— Я знаю.</p>
    <p>— Но сделав это, ничего мне не сказать! Чёрт возьми, Понтер, у нас не должно быть друг от друга секретов! Какого чёрта ты ничего мне не сказал?</p>
    <p>Понтер посмотрел на пустынную пристань, на холодную серую воду.</p>
    <p>— Я уверен, что в этом мире мне ничто не угрожает, — сказал он, — потому что, как я сказал, Раскин никогда не расскажет о том, что я с ним сделал. Но в моём мире…</p>
    <p>— Что в твоём мире?</p>
    <p>— Не понимаешь? Если о том, что я сделал, станет известно в моём мире, меня посчитают чрезмерно агрессивным.</p>
    <p>— Ты веришь, что Раскин сохранит тайну, но не веришь, что сохраню я?</p>
    <p>— Не в этом дело. Вообще не в этом. Ведь всё записывается. В архиве алиби будет запись о том, как я тебе рассказываю, и в твоём архиве будет запись о том же самом. Даже если ни один из нас не проронит ни слова, всегда есть вероятность, что суд потребует раскрытия твоего или моего архива, и тогда…</p>
    <p>— Что? Что?</p>
    <p>— И тогда буду наказан не только я, но и Жасмель с Мегой.</p>
    <p><emphasis>Господи,</emphasis> подумала Мэри. <emphasis>Всё идёт по кругу</emphasis>.</p>
    <p>— Прости меня, — сказал Понтер. — Мне очень стыдно — и за то, что я сделал с Раскином, и за то, что не сказал тебе. — Он попытался заглянуть её в глаза. — Поверь мне, носить этот груз было совсем не легко.</p>
    <p>Внезапно Мэри осенило.</p>
    <p>— Скульптор личности!</p>
    <p>— Да, именно поэтому я ходил к Журарду Селгану.</p>
    <p>— Не из-за моего изнасилования… — медленно произнесла Мэри.</p>
    <p>— Нет. Не напрямую.</p>
    <p>— …а из-за того, то ты сделал по поводу моего изнасилования.</p>
    <p>— Именно.</p>
    <p>Мэри испустила долгий вздох; гнев — и многое другое — словно улетучивались из её тела. Он не стал думать о ней хуже из-за того, что её изнасиловали…</p>
    <p>— Понтер, — тихо сказала она. — Понтер, Понтер…</p>
    <p>— Я люблю тебя, Мэре…</p>
    <p>Она медленно покачала головой, думая о том, что делать дальше.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 34</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>И это стремление гонит нас вперёд и вдаль…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Бристоль-Харбор был мечтой застройщика по имени Фред Саркис: пять роскошных многоквартирных домов, стоящих над глинистым обрывом на берегу озера Канандэйгуа. Озеро, одно из Фингер-Лэйкс в штате Нью-Йорк, было заполнившейся водой длинной глубокой бороздой, оставленной в ландшафте последним оледенением.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_39">Бристоль-Харбор был построен в начале 1970-х, до того, как экономика Рочестера и многих других городов верхней части штата Нью-Йорк отправилась в канализацию. Это было причудливое произведение своей эпохи, такое же, как Хабитат<a l:href="#id20150414092305_148">[148]</a> на Экспо-67. Когда Мэри впервые его увидела по рекомендации Луизы Бенуа, то подумала, что следующий фильм про Человека-паука нужно снимать именно здесь: мешанина мостов, соединяющих многоуровневый гараж со зданием, где располагались жилые квартиры, была бы естественной средой обитания прыгучего такелажника.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_40">Однако по-видимому дела пошли не совсем так, как планировалось, потому что несмотря на близость поля для гольфа прямо через дорогу и лыжного центра на горе Бристоль-Маунтин неподалёку в жилом комплексе постоянно имелось большое количество квартир для аренды или на продажу. Женщина-риэлтор, с которым разговаривала Мэри, разливалась о том, как Пэтти Дьюк и Джон Астин<a l:href="#id20150414092305_149">[149]</a>, когда только поженились, останавливались здесь на лето. Мэри подозревала, что когда оно узнает, что здесь жили двое неандертальцев, рассказ об этом станет ещё одной частью плана обработки потенциального покупателя.</p>
    <p>Мэри сняла здесь двухуровневую квартиру с двумя спальнями площадью 1000 квадратных футов. В ней всё ещё лежал уродливый мохнатый ковёр оранжевого цвета, оставшийся, должно быть, со времени постройки — Мэри не видела ничего подобного уже целую вечность. Однако вид из окна был изумительный — прямо на озеро и противоположный его берег. Вид с верхнего балкона, на который выходила главная спальня, ничего не загораживало; нижний же частично прикрывали верхушки деревьев, упорно цепляющихся за край осыпающегося обрыва. С любого из них была видна зацементированная дорожка, ведущая к отдельно стоящей лифтовой башне; лифт спускался на сотни футов вниз к самой воде, где располагалась пристань и искусственный пляж.</p>
    <p>— Какое, однако, интересное место, — говорил Понтер, стоя на нижнем балконе и держась за ограждение обеими руками. — Современные удобства посреди живой природы. Я как будто вернулся назад в свой мир. Почти.</p>
    <p>Мэри воспользовалась на балконе электрическим грилем, чтобы зажарить купленные в «Вегмансе» стейки. Понтер продолжал любоваться озером, тогда как Адекору более интересным показался ползущий по ограждению крупный паук.</p>
    <p>Когда стейки были готовы — с кровью для мужчин, хорошо прожаренный для неё — Мэри накрыла на стол, и Понтер с Адекором вгрызлись в свои, держа их затянутыми в обеденные перчатки руками; Мэри воспользовалась ножом и вилкой. Конечно, ужин — лёгкая часть, думала Мэри. Рано или поздно кто-то неизбежно поднимет вопрос о…</p>
    <p>— Итак, — сказал Адекор, — где мы будем спать?</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох.</p>
    <p>— Я думаю, мы с Понтером могли бы…</p>
    <p>— Нет-нет-нет, — сказала Адекор. — Двое сейчас Порознь. Сегодня с Понтером сплю я.</p>
    <p>— Да, но это мой дом, — сказала Мэри. — И мой мир.</p>
    <p>— Это неважно. Понтер — мой партнёр. Вы двое ещё даже в союз не вступили.</p>
    <p>— Пожалуйста! — сказал Понтер. — Давайте не будем спорить. — Он улыбнулся Мэри, потом Адекору, но несколько секунд молчал. Потом неуверенно предложил:</p>
    <p>— Вообще-то мы могли бы спать все вместе…</p>
    <p>— Нет! — сказал Адекор, и одновременно то же самое сказала Мэри. <emphasis>О Боже!</emphasis> — подумала она. — <emphasis>Менаж-а-труа</emphasis> с гоминидами!</p>
    <p>— Я правда думаю, — продолжила Мэри, — что правильнее будет нам с Понтером…</p>
    <p>— Это полный хрящ! — перебил её Адекор. — Очевидно, что…</p>
    <p>— Возлюбленные мои… — заговорил Понтер, но, видимо, из-за того, что «мэре» означало по-неандертальски «возлюбленный», он замолк и начал снова другими словами: — <emphasis>Обе</emphasis> мои любви, — сказал он. — Вы знаете, как сильно я к вам привязан. Но Адекор прав: при обычных обстоятельствах в это время месяца я был бы с ним. — Он протянул руку и нежно коснулся Адекора. — Мэре, ты должна к этому привыкнуть. Ведь так оно будет до конца моих дней.</p>
    <p>Мэри посмотрела на озеро. Эта сторона была в тени, но солнце всё ещё освещало дальний берег в полутора милях отсюда. Мэри знала, что в квартире имеется четыре кондиционера/обогревателя — по бокам каждого уровня. Каждый вечер перед тем, как отправиться спать, она включала вентилятор в главной спальне, чтобы его белый шум заглушал какофонию птиц, встречающих по утрам зарю. Возможно, если включить его на полную, то он заглушит и звуки, доносящиеся из второй спальни…</p>
    <p>Потому что Понтер прав. Ей придётся к этому привыкнуть.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала она, прикрывая глаза. — Но тогда вы готовите завтрак.</p>
    <p>Адекор взял Понтера за руку и улыбнулся Мэри.</p>
    <p>— Договорились, — сказал он.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>В кабинете Джока уже был большой сейф, вделанный в дальнюю стену; это было первое, что он приказал сделать, когда «Синерджи Груп» приобрела особняк. Сейф, вмурованный в бетон, отвечал стандартам министерства обороны по безопасности и несгораемости. Джок хранил кодонатор в нём, доставая его только для работ под своим личным наблюдением.</p>
    <p>Джок сидел за столом. На одном его краю лежал соединительный блок, собранный Лонвесом Тробом; с его помощью было возможно загружать в кодонатор композиции, составленные на персональном компьютере. Сейчас Джок разглядывал одну такую композицию. Его монитор — 17-дюймовый LCD в чёрном корпусе — демонстрировал пояснения и формулы, подготовленные Корнелиусом Раскином. Конечно, Джок сказал Раскину, что его интересует исключительно оборонный аспект: желание выяснить, каковы могут быть наихудшие последствия, если кодонатор попадёт не в те руки.</p>
    <p>Джок знал, что должен был передать этот прибор в Пентагон — но тамошние идиоты сразу захотели бы использовать его против <emphasis>людей</emphasis>. Нет, это был его шанс — его единственный шанс, и он собирался им воспользоваться. Сейчас, на ранней стадии контакта, это выглядело бы как трагическая случайность: страшный микроб как-то пролез на другую сторону. Весьма прискорбно, но он выкосил всех обитателей Эдема, а со стороны Homo sapiens была лишь одна жертва — Корнелиус Раскин, необходимость в котором уже отпала.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_41">Раскин, разумеется, знал только то, что ему было необходимо. К примеру, он, как и большинство генетиков мира, считал, что естественный резервуар<a l:href="#id20150414092305_150">[150]</a> вируса эбола — место, где он сохраняется, когда не заражает людей — неизвестен. Но Джок имел доступ к информации, о которой Раскин не имел понятия: правительство США локализовало этот резервуар ещё в 1998: Balaeniceps rex или китоглав, крупная болотная птица с востока Тропической Африки. Информация была засекречена, чтобы ею не воспользовалась какая-нибудь недружественная держава.</p>
    <p>Эбола — РНК-вирус, геном которого полностью секвенирован, хотя, опять же, Раскин не знал и этого; эти сведения тоже были засекречены по той же самой причине. Так что, с точки зрения Раскина, ему было поручено провести манипуляции с некоей произвольной вирусной последовательностью, а не с реальным генетическим кодом вируса эбола.</p>
    <p>Существует несколько штаммов эболы, названных по месту их первого обнаружения. Эбола-заир наиболее смертоносен, но передаётся только через биологические жидкости. В отличие от него эбола-рестон, который людей не заражает, передаётся воздушным путём. Но Раскину не составило труда — разумеется, исключительно в качестве упражнения — запрограммировать кодонатор поменять местами несколько генов и таким образом получить гибридную версию, объединившую вирулентность эболы-заир со способоностью к воздушной передаче эболы-рестон.</p>
    <p>Ещё несколько модификаций сократили инкубационный период до десятой части его природной длительности и повысили смертность с девяноста до более чем девяноста девяти процентов. А ещё одно финальное вмешательство изменило генетические маркеры, указывавшие на естественный резервуар вируса.</p>
    <p>Вторая часть проекта была посложнее, но Корнелиус вгрызся в неё, как пёс в кость; нет ничего лучше для мотивации сотрудника, чем 200000 долларов в качестве гонорара за консультацию.</p>
    <p>На бумаге концепция выглядела довольно просто: не давать вирусу активизироваться, пока он не попадёт в клетку с определёнными характеристиками. К счастью, посол Тукана Прат привезла в ООН десятерых самых знаменитых неандертальцев, которые щедро делились своими знаниями. Один из них, Борл Кадас, сообщил информацию, полученную в ходе секвенирования неандертальского генома, завершенного в 1953 году по глексенскому календарю. Эта база данных дала всё, что требовалось знать для того, чтобы научить вирус убивать лишь тех, кого он должен был убивать.</p>
    <p>Так что теперь оставалась лишь одна проблема: как доставить вирус на ту сторону. Поначалу Джок думал, что самым простым решением было бы инфицировать вирусом себя самого: в конце концов, он никак не воздействовал на гоминидов с двадцатью тремя парами хромосом. Однако технология калибруемых лазеров, используемая для деконтаминации тех, кто путешествует между мирами, легко удалит вирусы из его тела. Даже дипломатическая почта проходит через деконтаминатор, так что просто спрятать вирусы в одном из них тоже не получится.</p>
    <p>Нет, ему нужно поместить аэрозольную бомбу в какой-то контейнер, непрозрачный для лазерных импульсов, используемых в неандертальской деконтаминационной камере. Сам Джон понятия не имел, что бы это могло быть, но его оптическая команда, изначально созданная для изучения принципов записи голографических изображений в неандертальских имплантах и состоящая из лучших специалистов, каких могли предложить «Бауш энд Ломб», «Кодак» и «Ксерокс», наверняка с этой задачей справится, особенно принимая во внимание, что технологией калибруемых лазеров неандертальцы поделились с Homo sapiens в первую очередь.</p>
    <p>Джок поднял трубку и набрал внутренний номер.</p>
    <p>— Привет, Кевин, — сказала он. — Это Джок. Вы с Фрэнком и Лили не подойдёте ко мне в кабинет? У меня для вас есть небольшая работа…</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри нашла простое краткосрочное решение для проблемы работы в одном здании с Корнелиусом Раскином. Она может приходить на работу попозже и работать допоздна; тогда Корнелиус уйдёт домой вскоре после её прихода или, если повезёт, даже до её прихода.</p>
    <p>Понтер и Адекор приехали из Бристоль-Харбор вместе с Мэри; без неё они не могли передвигаться, поскольку не водили машину. Однако бо́льшую часть времени они работали в квантово-вычислительном проекте с Лонвесом Тробом, а частенько также с Луизой Бенуа, хотя она предпочитала более традиционные часы работы и сегодня уже ушла домой.</p>
    <p>Мэри писала отчёт для Джока, подробно описывая всё, что ей удалось узнать о неандертальской генетике от Лурт, Вессан и других. Работа эта одновременно поднимала ей настроение и вгоняла в депрессию: поднимала настроение, потому что она узнала очень многое, и вгоняла в депрессию, потому что неандертальцы в этой области опережали глексенов на десятки лет, и многое из того, что она делала в прошлом, сразу же оказалось безнадёжно устаревшим.</p>
    <p>Тяжёлые шаги — кто-то бежит по коридору.</p>
    <p>— Мэре! Мэре!</p>
    <p>В дверях её кабинета возник Адекор; его широкое круглое лицо искажено ужасом.</p>
    <p>— Что стряслось? — спросила Мэре.</p>
    <p>— Лонвес Троб. Он потерял сознание! Нам нужна медицинская помощь, а мы…</p>
    <p>А неандертальцы, за исключением Бандры, знавшей шутку про 9-1-1, понятия не имели, как вызвать скорую помощь, и их компаньоны также не знали, что делать в таких случаях по эту сторону портала. Мэри вскочила и кинулась по коридору в лабораторию квантовых вычислений.</p>
    <p>Лонвес лежал на спине, веки его глаз трепетали. Когда он их открыл, то стали видны лишь гладкие металлические сферы; по-видимому, они повернулись так, что металлические зрачки оказались с другой стороны.</p>
    <p>Понтер стоял над Лонвесом на коленях. Он без видимых усилий раз за разом нажимал ему ладонью на грудную клетку — неандертальский вариант сердечно-лёгочной реанимации. Золотой компаньон Лонвеса в это время что-то громко говорил по-неандертальски — по-видимому, сообщал жизненные показатели своего носителя.</p>
    <p>Мэри схватила с одного из столов телефон, набрала девятку для выхода на внешнюю линию, затем 9-1-1.</p>
    <p>— Пожарные, полиция, или скорая? — спросил оператор.</p>
    <p>— Скорая.</p>
    <p>— Что случилось?</p>
    <p>— У мужчины сердечный приступ, — сказала Мэри. — Поторопитесь!</p>
    <p>Женщина-оператор, должно быть, уже видела на экране адрес, определённый по номеру телефона.</p>
    <p>— Отправляю машину прямо сейчас. Вы умеете делать непрямой массаж сердца?</p>
    <p>— Да, — ответила Мэри. — Но его уже делают, и… Да, я же не сказала сразу. Мужчина с сердечным приступом — неандерталец.</p>
    <p>— Мэм, ложный вызов скорой — серьёзное преступление…</p>
    <p>— Я не шучу! — рявкнула Мэри. — Я звоню из «Синержди Груп», это правительственная организация, и у нас работают неандертальцы.</p>
    <p>Понтер продолжал надавливать Лонвесу на грудь. Адекор тем временем открыл медицинский пояс Лонвеса, и теперь вспрыскивал что-то Лонвесу в шею с помощью газового инъектора.</p>
    <p>— Скажите ваше имя, пожалуйста, — сказала оператор.</p>
    <p>— Скорая уже выехала? Вы её уже выслали?</p>
    <p>— Да, мэм. Она уже едет. Скажите мне ваше имя.</p>
    <p>— Мэри Н. Воган. — Она продиктовала по буквам. — Я генетик.</p>
    <p>— Сколько лет пациенту, мисс Воган?</p>
    <p>— Сто восемь — и нет, я не шучу. Это Лонвес Троб, один из неандертальцев, что месяц назад были в ООН.</p>
    <p>В дверях появился Стэн Расмуссен, эксперт по геополитике, работавший дальше по коридору. Мэри прикрыла трубку рукой и быстро сказала ему:</p>
    <p>— У Лонвеса Троба сердечный приступ. Найдите Джока!</p>
    <p>Расмуссен кивнул и исчез.</p>
    <p>— Я переключаю вас на парамедиков, — сказала оператор.</p>
    <p>Мгновение спустя заговорил другой женский голос.</p>
    <p>— Мы в пяти минутах от вас. Вы можете описать состояние пациента?</p>
    <p>— Нет, — ответила Мэри, — но я могу спросить его компаньон. — Она подхватила телефонный аппарат и перенесла его через комнату, поставив рядом с Лонвесом. Потом проговорила, обращаясь к его импланту:</p>
    <p>— Переключитесь на английский и отвечайте на все вопросы, которые вам зададут. Помощь уже идёт…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 35</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>И всё же некоторые из нас останутся на Марсе насовсем. По страницам научной и научно-фантастической литературы уже давно кочует идея </emphasis>терраформирования<emphasis> Марса — превращения его в похожую на Землю планету путём обогащения его атмосферы и высвобождения замороженной воды, что должно сделать его более пригодным для жизни людей…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Джок, Понтер и Адекор отправились в Мемориальный госпиталь Стронга вместе с так и не пришедшим в сознание Лонвесом Тробом. Мэри ничем не могла быть полезна, так что по настоянию Джока она осталась в «Синерджи».</p>
    <p>У Мэри ушёл почти час на то, чтобы успокоиться и вернуться к работе, но когда ей это, наконец, удалось, вся её работа пошла прахом.</p>
    <p>Один из друзей Мэри в Йоркском университете был яростным проповедником Линукса — пытался убедить всех и каждого на факультете генетики в том, что им нужно отказаться от Windows и перейти на операционную систему с открытым кодом. Мэри предпочитала держаться подальше от компьютерных войн — ей удавалось держать нейтралитет и раньше, в пору войн «Макинтошей» против PC, но каждый раз, как Windows на её компьютере показывала синий экран смерти, она задумывалась о том, не перейти ли ей в стан линуксоидов.</p>
    <p>И сейчас это случилось снова, во второй раз за день. Мэри совершила трёхпальцевый ритуал, но когда, по прошествии близкого к бесконечности времени система, наконец, перезагрузилась, она наотрез отказалась восстанавливать сетевое подключение.</p>
    <p>Мэри вздохнула. Было семь вчера, но просто отправиться домой она не могла: ей нужно дождаться, пока Понтер с Адекором вернутся из больницы, чтобы отвезти их обратно в Бристоль-Харбор.</p>
    <p>Конечно, в штаб-квартире «Синержди Груп» есть множество других компьютеров, но…</p>
    <p>У Джока в кабинете было модное аэроновское кресло, про которые она читала в каталоге «Sharper Image». Реклама обещала суперкомфортабельный эргономический рай. Конечно, он, вероятно, подогнал его высоту и наклон под свой долговязое тело, но, всё же, работая в директорском кабинете, она могла бы опробовать директорское кресло.</p>
    <p>Мэри поднялась и направилась на первый этаж по лестнице, укрытой бордовым ковром. Дверь в кабинет Джока была широко распахнута, и Мэри вошла. У Джока было огромное окно-эркер, выходящее на юг, на пристань для яхт.</p>
    <p>Она подошла к директорскому суперкреслу — воронёный метал и пластик, спинка из чёрной мелкой сетки, якобы позволяющей спине сидящего дышать. Чувствуя себя проказничающей школьницей, она опустилась в кресло и откинулась назад.</p>
    <p><emphasis>Бог ты мой,</emphasis> подумала она. <emphasis>В кои то веки продукт, про который реклама не врёт!</emphasis> Кресло было удобно сверх всякой меры. Она упёрлась ногами в пол, покрутив его вправо и влево. Мэри знала, что аэроны стоят как самолёты, но она <emphasis>должна</emphasis> заполучить такое же для себя…</p>
    <p>Понежившись в кресле ещё пару минут, она принялась за работу. Компьютер Джока, который, узнав о приступе Лонвеса Троба, покинул кабинет в большой спешке, всё ещё был подключён к сети под его именем. Мэри предполагала, что её пароль должен сработать и с этой машины, но не была в этом уверена, так что решила ничего по возможности не трогать и продолжить свою работу в сеансе Джока. Она открыла на сервере папку «Неандертальская генетика» и…</p>
    <p>Брови Мэри взлетели вверх. Она проводила большую часть времени в этой папке, но сейчас в ней были две иконки, которых она никогда до сих пор не видела. Она занервничала: она редко забывала сохраняться, однако, возможно, падение операционки на её компьютере наверху поломало файловую систему рабочей папки.</p>
    <p>Она решила проверить это, кликнув на одной из иконок, которые она видела впервые — она выглядела как красно-чёрная двойная спираль. Мэри знала большинство используемых в генетике прикладных программ и могла узнать их иконки, но эта была явно незнакома.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_42">Через мгновение открылось окно. В его заголовке значилось «USAMRIID Geneplex — Surfaris», а само окно было заполнено текстом и формулами. Акроним USAMRIID довольно часто появлялся в литературе по генетике: он означал «Институт медицинских исследований инфекционных заболеваний Армии США»<a l:href="#id20150414092305_151">[151]</a>. Geneplex — это, очевидно, название программы. Но вот про «Surfaris» Мэри не могла ничего сказать.</p>
    <p>И всё же она пробежала глазами содержимое окна. Оно оказалось совершенно потрясающим. В ходе одной из первых её работ здесь в «Синерджи» она пыталась использовать явление «подсчёта кворума» у бактерий, чтобы узнать, сколько на самом деле присутствует пар хромосом — двадцать три или двадцать четыре. Но не получилось. Во-первых, механизм кворума, похоже, не способен настолько точно различать количество. Во-вторых, хромосомы выделяются из хроматина только во время митоза, который, разумеется, никак не является нормальным состоянием клетки.</p>
    <p>Но у Джока, по-видимому, был ещё кто-то, кто работал над этой проблемой, и этот генетик разработал гораздо более простую методику. У глексенов предковые хромосомы два и три слились, образовав гораздо более длинную хромосому. Гены, которые раньше располагались на краю хромосомы два теперь примыкали к генам начала хромосомы три где-то посередине новой комбинированной хромосомы.</p>
    <p>Те же самые гены присутствовали и у неандертальцев, только у них они друг к другу не примыкали. У них за последним геном второй хромосомы следовал теломер — своего рода шапочка из «мусорной» ДНК, единственная задача которой — защищать край хромосомы, как пластиковая штучка на конце обувного шнурка. Точно так же перед первым геном третьей хромосомы находится другой теломер — протектор начального края хромосомы. Так что у неандертальцев будет присутствовать такая последовательность:</p>
    <cite>
     <p><emphasis>На конце второй хромосомы:</emphasis></p>
     <p>…[другие гены][ген альфа][теломер]</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>В начале третьей хромосомы:</emphasis></p>
     <p>[теломер][ген бета][другие гены]…</p>
    </cite>
    <p>Этих последовательностей не будет нигде в глексенской ДНК. Вместо этого в глексенской ДНК в миллионах базовых пар от теломера встретится такая последовательность, в свою очередь совершенно отсутствующая в ДНК неандертальцев:</p>
    <cite>
     <p>…[другие гены][ген альфа][ген бета][другие гены]…</p>
    </cite>
    <p>Естественное продолжение работы Мэри — и идеальный, свободный от ошибок метод различения двух разновидностей людей даже с помощью клеток, не достигших митоза. Это было именно то, что было нужно Джоку: простой и надёжный метод отличить глексена от бараста.</p>
    <p>Мэри порадовалась, когда увидела, что метод включает все три возможные проверки. Теоретически было бы достаточно проверить генетический материал лишь на один из трёх критериев. Наличие любой из первых двух последовательностей — ген альфа или ген бета рядом с теломером — однозначно определяло их носителя как Homo neanderthalensis. А наличие третьей последовательности — гены альфа и бета рядом друг с другом — однозначно определяло Homo sapiens. Но всё всегда может пойти не так, и поэтому методика определения неандертальца включала в себя небольшой алгоритм, представленный — по-видимому, специально для Джока — в словесном виде:</p>
    <cite>
     <p><emphasis>Шаг 1: Гены альфа и бета находятся рядом?</emphasis></p>
     <p>Если <strong>да</strong>, то выход (это не неандерталец)</p>
     <p>Если <strong>нет</strong>, то это, вероятно, неандерталец: к Шагу 2</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Шаг 2: Ген альфа находится рядом с теломером?</emphasis></p>
     <p>Если <strong>да</strong>, то это по-прежнему, вероятно, неандерталец: к Шагу 3</p>
     <p>Если <strong>нет</strong>, прервать (не бывает у неандертальца)</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Шаг 3: Ген бета находится рядом с теломером?</emphasis></p>
     <p>Если <strong>да</strong>, то это точно неандерталец: к Шагу 4</p>
     <p>Если <strong>нет</strong>, прервать (не бывает у неандертальца)</p>
    </cite>
    <p>Команды прерывания в шагах 2 и 3 обеспечивали надёжность. Они выполнялись, когда гены альфа и бета не находятся рядом друг с другом (это проверялось в шаге 1), но ни альфа, ни бета при этом не находятся рядом с теломером — комбинация условий, которая не может наблюдаться в ДНК ни той, ни другой разновидности гоминид.</p>
    <p>Это чрезвычайно простой алгоритм, когда речь идёт о компьютерной программе, но не такой простой, когда его нудно закодировать в каскаде биохимический реакций, хотя, по-видимому, неизвестный генетик Джока справился и с этим. Мэри без труда проследила формулы ферментов, образующихся на каждом этапе и убедилась, что результат в самом деле соответствует предложенному алгоритму. В самом конце она ожидала увидеть фермент или иной маркер, чьё присутствие может быть легко детектировано: несомненный индикатор, говорящий: «да, это неандерталец», или «нет, это нечто другое».</p>
    <p>Однако прокрутив текст к следующей странице, она обнаружила, что этим алгоритм вовсе не ограничивается. У Мэри отвалилась челюсть, когда она добралась до Шага 4. Джок и многие члены его команды пришли из «RAND»; Мэри уже привыкла слышать от них клише времён холодной войны, но название следующего шага заставило её сердце пропустить удар: «Доставка полезного груза».</p>
    <p>Тогда и только тогда, когда испытуемый определялся как неандерталец, вызывалася новая каскадная последовательность, которая в конечном итоге приводила к…</p>
    <p>Мэри не могла поверить глазам. Её специализацией была древняя ДНК — благодаря ей она во всё это и влезла — но это не значило, что она не разбиралась в недавно идентифицированных последовательностях, особенно тех, что попадают на первые полосы газет.</p>
    <p>Если испытуемый оказывается неандертальцем, то происходит доставка груза: груза, основанного на филовирусе, вызывающем очень быстротекущую геморрагическую лихорадку.</p>
    <p>Смертельную геморрагическую лихорадку…</p>
    <p>Мэри откинулась в кресле Джока Кригера. Она чувствовала подступающую к горлу тошноту.</p>
    <p>Зачем кому-то может понадобиться стереть неандертальцев с лица Земли?</p>
    <p>Даже не так: <emphasis>с лица двух Земель</emphasis>.</p>
    <p>Геморрагическая лихорадка заразна. Глексены не умеют её лечить, и она сильно подозревала, что и барасты тоже. По друм причинам. Во-первых, поскольку они не изобрели земледелия и животноводства, то также не могли разработать технологии противостояния инфекционным заболеваниям. Во-вторых, все известные геморрагические лихорадки происходят из тропиков, так что в любом случае маловероятно, что любящие прохладу неандертальцы могли иметь с ними дело.</p>
    <p>Мэри с трудом сглотнула, пытаясь прогнать жгучий кислый привкус.</p>
    <p>Но зачем? Зачем кому-то убивать неандертальцев? В этом не было никакого…</p>
    <p>Внезапно Мэри вспомнила короткий разговор с Джоком у Дебральской никелевой шахты:</p>
    <p>«Он <emphasis>потрясающий</emphasis>, — сказал тогда Джок. — Умом я знал, что мы загадили мир, в котором живём, но когда я увидел всё это… — Он обвёл рукой окружающую идиллию. — Это словно найти Эдемский сад».</p>
    <p>И Мэри тогда рассмеялась в ответ.</p>
    <p>«Похоже, правда? Как жаль, что в нём уже живут, да?»</p>
    <p>Невинная шутка — вот что это было. Но Джок не смеялся. Всё, что надо сделать — избавиться от этих мерзких неандертальцев, и Эдем будет к твоим услугам…</p>
    <p>Это было ужасно — но Джек всю свою жизнь работал со сценариями массового уничтожения. То, что для Мэри ужас, для него — лишь очередной рабочий день.</p>
    <p>Первой мыслью Мэри было стереть файлы с компьютера — но, конечно, этим она ничего не достигнет. Наверняка есть резервные копии.</p>
    <p>Второй мыслью было снять трубку и позвонить — как добропорядочная канадка, она, естественно, сразу подумала про «Си-би-си», которая разнесла бы новость во все уголки этого мира. Люди ни за что не смирятся с таким гнусным актом геноцида.</p>
    <p>Однако она не знала, насколько далеко Джок продвинулся. Если он уже готов начать, то Мэри, разумеется, не хотела бы, чтобы он почувствовал себя загнанным в угол: в этом случае он мог выпустить вирус на волю, как только общественность проведает о его планах.</p>
    <p>Мэри нужна была помощь, поддержка, идеи — не только от Понтера или Адекора, но и от кого-нибудь из глексенов, кого-то, кто знал, на чём стоит и как вертится этот мир.</p>
    <p>В Торонто были люди, которым она доверяла, но может ли она положиться на кого-нибудь здесь, в Штатах? Конечно, есть её сестра Кристина — настоящая Кристина. Однако она в Сакраменто, на другом краю континента, в тысячах… тысячах <emphasis>миль</emphasis> отсюда.</p>
    <p>И тут её осенило.</p>
    <p>Очевидный выбор, пускай её молодость и красота и вызывают у Мэри приступы ревности.</p>
    <p>Женщина, которая спасла Понтеру жизнь, когда он впервые попал в эту реальность.</p>
    <p>Квантовый физик, которую Джок завербовал для того, чтобы попытаться воспроизвести неандертальские компьютерные технологии.</p>
    <p>Луиза Бенуа.</p>
    <p>Не то чтобы сама Луиза могла сильно помочь в медицинских вопросах, но…</p>
    <p>Но её спутник! Конечно, Рубен Монтего тоже не специалист, но когда речь идёт об инфекционной болезни, от него гораздо больше пользы, чем от квантового физика.</p>
    <p>Мэри знала, что, возможно, никогда больше не получит доступ к этим файлам. Она обшарила кабинет и нашли пачку пустых CD-дисков (производства «Кодак», конечно, здесь-то в Рочестере). Она взяла один, воткнула в CD-привод в компьютере Джока и запустила приложение для прожигания дисков. Просто на всякий случай она выделила все файлы в папке. Суммарный объём получился 610 мегабайт — легко влезет на один CD. Она щёлкнула по кнопке «Копировать» и откинулась на спинку аэроновского кресла — которое теперь вовсе не казалось ей удобным — пытаясь унять бешено колотящее сердце.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 36</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Однако наверняка будут возражения против терраформирования Марса со стороны тех, кто считает, что, хотя на Марсе и нет собственной жизни, мы должны оставить его природную красоту в изначальном нетронутом виде; что если мы станем его посещать, то должны вести себя так же, как в наших национальных парках на Земле: не унося с собой ничего, кроме впечатлений, и не оставляя ничего, кроме следов ног.</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Понтеру и Адекору пришлось остаться в больнице с Лонвесом и Джоком на всю ночь. Мэри в конце концов вернулась в Бристоль-Харбор одна, и у неё не было возможности поделиться с ним своими открытиями.</p>
    <p>Жутко устав, на следующий день она добралась до Сибриз только к одиннадцати часам, но ни Джока, ни Понтера с Адекором там ещё не было. Услышав от миссис Уоллес новости о состоянии Лонвеса — стабильное — она поднялась по лестнице в лабораторию Луизы Бенуа.</p>
    <p>— Как насчёт перекусить? — спросила она.</p>
    <p>Луиза явно обрадовалась предложению.</p>
    <p>— Конечно, — ответила она. — Когда?</p>
    <p>— Можно прямо сейчас, — предложила Мэри.</p>
    <p>Луиза глянула на часы и явно удивилась, обнаружив, что ещё довольно рано. Но, очевидно, что-то в голосе Мэри привлекло её внимание.</p>
    <p>— <emphasis>Bon,</emphasis> — сказала она.</p>
    <p>— Отлично, — ответила Мэри. Их пальто висели на вешалке возле главного входа в особняк. Они оделись и вышли наружу на холодный ноябрьский воздух, бросавший в лицо редкие снежинки.</p>
    <p>На Калвер-роуд было много ресторанов по обеим сторонам улицы. Большинство открывались только на лето — Сибриз всё-таки был летним курортом, однако некоторые работали круглый год. Мэри решительно зашагала в западном направлении, и Луиза поспешила следом.</p>
    <p>— Итак, — сказала Луиза, — что у тебя на уме?</p>
    <p>— Я вчера вечером была у Джока в кабинете, — сказала Мэри без всякой преамбулы, — когда он уехал с Лонвесом в больницу. Он разработал вирус, который убивает неандертальцев.</p>
    <p>— Што-о? — от удивления Луизин квебекский акцент стал сильнее.</p>
    <p>— Я думаю, он хочет их истребить — всех до одного.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>Мэри оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что за ними никто не идёт.</p>
    <p>— Потому что трава зеленее по ту сторону забора. Потому что он хочет заполучить их Землю для нашего вида. — Она пинком сбросила с дорожки какой-то мусор. — Может быть, так мы сможем начать сначала без всего этого.</p>
    <p>Впереди по левую сторону от дороги показался закрытый на зиму парк развлечений; трасса американских горок казалась грудой ржавеющих внутренностей.</p>
    <p>— Что… что нам делать? — спросила Луиза. — Как его остановить?</p>
    <p>— Я не знаю, — ответила Мэри. — Я наткнулась на этот вирус совершенно случайно. У меня заглючило сетевое соединение, так что я пошла к нему в кабинет, собираясь поработать с его машины, потому что он всё равно ведь уехал. Но он так торопился, что не вышел из своего аккаунта. Я скопировала схему вируса на CD, но сейчас я думаю о том, чтобы вернуться назад в его кабинет и изменить схему так, чтобы вирус стал безвредным. Я полагаю, что он собирается скормить схему кодонатору, а потом выпустить вирус, который он произведёт, в мире неандертальцев.</p>
    <p>— А что если он уже изготовил вирус?</p>
    <p>— Я не знаю. В этом случае, возможно, мы уже ничего не сделаем.</p>
    <p>Они шли рядом по узкому тротуару. Мимо проехала машина.</p>
    <p>— Ты не думала о том, чтобы пойти с этим CD в газеты или на телевидение? Ну, то есть, поднять шум?</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Прежде чем делать это я хотела… <emphasis>разрядить</emphasis> его вирус. Но мне нужна помощь, чтобы снова забраться в его компьютер.</p>
    <p>— «Синерджи Груп» пользуется RSA-шифрованием, — сказала Луиза.</p>
    <p>— Его можно как-то взломать?</p>
    <p>Луизу улыбнулась.</p>
    <p>— До того, как мы встретились с неандертальцами, я бы сказала нет, практически невозможно. Большинство систем шифрования, включая RSA, основываются на ключах, получаемых перемножением двух больших простых чисел. Чтобы взломать код, нужно найти делители ключа, а в случае 512-битных ключей, используемых в нашей системе, компьютеру понадобятся тысячи лет на перебор всех возможных делителей. Но квантовый компьютер…</p>
    <p>Мэри уже догадалась.</p>
    <p>— Квантовый компьютер проверяет все делители одновременно. — Но потом она задумалась. — Так что ты предлагаешь? Отключить портал, чтобы Понтер с помощью квантового компьютера смог взломать для нас кодировку на машине Джока?</p>
    <p>Луиза покачала головой.</p>
    <p>— Компьютер Понтера — не единственный квантовый компьютер в мире неандертальцев, он просто самый большой. Но нам не нужно отправляться туда за решением нашей проблемы. — Она улыбнулась. — Ты последнюю пару месяцев моталась туда-сюда между мирами, я же всё это время трудилась здесь, и моя работа заключалась в постройке нашего собственного квантового компьютера, отталкиваясь от того, что я узнала от Понтера. И в моей лаборатории в «Синерджи» уже есть небольшой прототип. В нём, конечно, и близко нет такого количества регистров, чтобы сделать то, на что способна установка Понтера — открыть портал в другую вселенную, но уж факторизовать 512-битное число он вполне способен.</p>
    <p>— Луиза, ты прелесть!</p>
    <p>Луиза улыбнулась.</p>
    <p>— Наконец-то ты заметила.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Как только Понтер с Адекором вернулись из больницы, Мэри заявила, что им троим нужно обязательно пойти пообедать — понадеявшись, что миссис Уоллес не станет говорить Джоку, что она пошла сегодня на обед уже во второй раз. Когда они оказались на улице, Мэри обвела их вокруг здания и вывела на пустынный пляж. Над серыми волнами озера Онтарио гулял холодный ветер.</p>
    <p>— Ты чем-то не на шутку огорчена, — сказал Понтер. — Что с тобой?</p>
    <p>— Джок создал биологическое оружие, — сказала Мэри. — Это вирус, который определяет, принадлежит ли заражённая им клетка неандертальцу. Если да, то он выпускает в неё геморрагическую лихорадку.</p>
    <p>Она услышала, как компаньоны Понтер и Адекора пискнули; и неудивительно — вряд когда-либо раньше речь заходила о тропических болезнях.</p>
    <p>— Геморрагическая лихорадка смертельна, — сказала Мэри. — В моём мире классический пример — лихорадка эбола; от неё кровь начинает сочиться из глаз и других отверстий на теле. Такие лихорадки очень заразны, и мы не умеем их лечить.</p>
    <p>— Зачем кому-либо делать такое? — спросил Понтер; в его голосе звучало отвращение.</p>
    <p>— Чтобы очистить ваш мир от его населения, чтобы мои соотечественники могли его заселить.</p>
    <p>Понтер, по-видимому, не нашёл в родном языке слов, чтобы выразить то, что он чувствовал.</p>
    <p>— <emphasis>Чёрт,</emphasis> — произнёс он по-английски без перевода.</p>
    <p>— Я согласна, — сказала Мэри. — Но я не знаю, как остановить Джока. Я хочу сказать, он может действовать в одиночку, а может — и по поручению своего правительства. Возможно, и моего тоже.</p>
    <p>— Ты кому-то ещё говорила? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Луизе. И я попросила её рассказать Рубену Монтего.</p>
    <p>— Ты уверена, что им можно довериться? — спросил Адекор.</p>
    <p>Но прежде чем Мэри успела ответить, вмешался Понтер.</p>
    <p>— Этим глексенам я могу доверить собственную жизнь, — сказал он.</p>
    <p>Мэри кивнула.</p>
    <p>— Мы можем на них рассчитывать. Но больше ни в ком уверенности нет.</p>
    <p>— Ну, — сказал Понтер, — ни в ком в <emphasis>этом</emphasis> мире. Но в моём мире <emphasis>каждый</emphasis> пострадает, если Джок выпустит вирус. Мы должны вернуться туда и…</p>
    <p>— И что? — спросила Мэри.</p>
    <p>Понтер пожал плечами.</p>
    <p>— И закрыть портал. Разорвать связь. Защитить наш дом.</p>
    <p>— Больше дюжины барастов находится по эту сторону портала, — напомнила Мэри.</p>
    <p>— Значит, мы должны сперва переправить их домой, — сказал Понтер.</p>
    <p>— Они здесь как раз для того, чтобы <emphasis>не дать</emphasis> Верховному Серому совету закрыть портал, — сказал Адекор. — Убедить их вернуться будет нелегко. Кроме того, Лонвес пока нетранспортабелен.</p>
    <p>Понтер нахмурился.</p>
    <p>— Всё равно, слишком опасно позволить Джоку найти способ доставить вирус в наш мир.</p>
    <p>— Может быть, мы всё не так поняли? — сказал Адекор. — Может быть, Джоку не нравится наше присутствие здесь, на этой Земле? Может быть, он собирается выпустить вирус здесь?</p>
    <p>— В этом случае, — сказал Понтер, первоочередной задачей опять-таки является переправка всех барастов на ту сторону. Но ты ведь слышал, как он сказал: «Я получаю доклады о приезде и отъезде всех неандертальцев». Ему было бы проще отследить горстку барастов, которые уже находятся здесь, и убить их более простым способом.</p>
    <p>Адекор глубоко вздохнул.</p>
    <p>— Да, думаю, ты прав. — Он посмотрел на Мэри, потом снова на Понтера. — Когда ты в первый раз вернулся отсюда, я спросил тебя, хорошие ли глексены люди, и стоит ли нам с ними общаться.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Я помню. Это моя вина. Это…</p>
    <p>— Нет, — решительно сказала Мэри. Если она что и вынесла из брошюр, которые ей дала Кейша, так это то, что никогда не следует винить жертву. — Нет, Понтер, ты ни в чём не виноват.</p>
    <p>— Как скажешь, Мэре. Так что же мы будет делать?</p>
    <p>— Сегодня вечером, когда он уйдёт, я проберусь к его компьютеру, — сказала Мэри, — и изменю схему вируса так, что он станет безвредным. И будем молиться, чтобы у него ещё не было этого вируса в готовом виде.</p>
    <p>— Мэре… — начал Понтер.</p>
    <p>— Я знаю, знаю. Ты не молишься. Но, возможно, стоит начать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 37</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Кто бы мог подумать, что оба сценария могут одновременно воплотиться в реальность? Но, конечно, теперь это возможно. Мы прилетим на Марс в этой вселенной, в той, что украшает ночные небеса Африки, Европы, Азии, Океании и обеих Америк, и, как это всегда бывало, мы завоюем этот новый фронтир, сделав из Марса ещё один дом для Homo sapiens…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Когда они вернулись в особняк, их их уже ждал Джок. Мэри думала, что сейчас у неё разорвётся сердце.</p>
    <p>— Адекор, Понтер, — сказал Джок. — Боюсь, вам придётся нас покинуть.</p>
    <p>— Почему? — спросил Адекор.</p>
    <p>— Звонили из больницы. Состояние Лонвеса ухудшается, и они не знают, что делать. Его надо отвести обратно в ваш мир и лечить его там. Я договорился с ВВС, его отвезут в Садбери на военном самолёте, но он хочет, чтобы вы двое его сопровождали. Он говорит… я прошу прощения, но он говорит, что долго не протянет и хочет успеть обсудить с вами свои идеи по поводу квантовых вычислений.</p>
    <p>Понтер взглянул на Мэри. Мэри приподняла брови — выбора у них не было.</p>
    <p>— Я отвезу вас в аэропорт, — сказала она.</p>
    <p>— Да, кстати, — сказал Джок. — Прежде чем вы уедете, один вопрос.</p>
    <p>— Да? — ответил Понтер.</p>
    <p>— Когда будет — как вы это называете? Двое становятся Одним? Когда это будет в следующий раз?</p>
    <p>— Через три дня, — ответил Адекор. — А что?</p>
    <p>— Да так, — ответил Джок. — Праздный интерес.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Кодонатор остался в сейфе Джока, чтоб ему пусто было. Мэри очень хотела взять его с собой, когда они с Луизой поедут в Канаду, но это, похоже, было невозможно. Однако пусть сейф Джока и оказался неприступен, компьютер таковым не был. Луиза без труда подобрала его пароль — им оказалось слово «минимакс», которое, как Мэри смутно припоминала, имело какое-то отношение к теории игр. После того, как вечером все разошлись, Мэри проскользнула в кабинет Джока, а Луиза вернулась к себе в лабораторию.</p>
    <p>Мэри ввела «минимакс» в окошко ввода пароля и получила доступ к скрытым файлам на сервере «Синерджи». Она щёлкнула на иконке Surfaris, и открылось окно программы USAMRIID Geneplex со схемой вируса. Мэри принялась за её модификацию.</p>
    <p>Это было непростое дело. Несмотря на свою научную подготовку, несмотря на всё, что рассказала Вессан, какая-то часть Мэри по-прежнему продолжала считать, что в процессе жизнедеятельности есть что-то мистическое; что на каком-то глубинном уровне жизнь — это нечто большее, чем просто химия. Но это, конечно, было не так, и генетик внутри неё прекрасно это знал. Выстройте правильную последовательность нуклеотидов, и вы получите серию белков, которые сделают в точности то, что вы хотите. И всё же Мэри с трудом верила в то, что делала. Это было как тогда, когда она только-только вышла за Кольма. Он писал в свободное время стихи, и продал — в поэтическом смысле: отдал за авторский экземпляр — десятки поэм в такие журналы как The Malahat Review, White Wall Review и HazMat. Мэри всегда поражало, как он может вот так вот сесть за клавиатуру, пощёлкать клавишами в «ВордСтар» — интересно, перейдёт ли он когда-нибудь на другой редактор? — и произвести на свет что-то прекрасное, уникальное и полное смысла абсолютно из ничего.</p>
    <p>И теперь Мэри делала то же самое: набирала последовательность, которая в конечном итоге воплотится в форму жизни — или хотя бы вирус — который прежде никогда не существовал. Конечно, на самом деле она модифицировала уже существующий шаблон Surfaris, созданный другим генетиком, но, тем не менее, вирус, который получится в результате, будет совершенно новым.</p>
    <p>И при этом вирус, который она создаёт, по сути не будет делать ничего. Развитие оригинальной схемы прерывалось только в случае, когда клетка-носитель оказывалась глексенской; версия же Мэри будет прерываться <emphasis>независимо</emphasis> от результата проверки; вирус не будет делать нечего, в чью бы клетку он не попал. Мэри изменяла лишь логику ветвления. Код, производящий геморрагическую лихорадку, она оставила на месте — не из желания посмотреть, как он будет работать, а чтобы схема, хотя бы на первый взгляд, была похожа на то, что намеревался получить Джок.</p>
    <p>Мэри захотелось дать своей версии имя, чтобы отличать её мысленно от версии Джока. Она задумалась, какое имя могло бы быть здесь уместно. Джок назвал своё творение Surfaris — такого слова не оказалось даже в Оксфордском словаре. Но потом Мэри подумала, что это может быть множественное число, и тогда в единственном это должно быть surfari — хотя это тоже больше походило на множественное.</p>
    <p>И тут до неё дошло: это комбинация слов «серфинг» и «сафари» — словно процесс поиска серфингистом приличной войны. Мэри не смогла уловить, что Джок мог иметь в виду, и поэтому вколотила этот термин в Гугл как есть, во множественном числе.</p>
    <p><emphasis>Ну конечно.</emphasis></p>
    <p id="id59788__msoanchor_43">«The Surfaris». Рок-группа, записавшая в 1963 композицию, ставшую шлягером на многие годы: «Wipeout»<a l:href="#id20150414092305_152">[152]</a>.</p>
    <p><emphasis>О Господи,</emphasis> подумала Мэри. <emphasis>Wipeout.</emphasis></p>
    <p>Она с отвращением покачала головой.</p>
    <p>Какое слово могло бы быть антонимом?</p>
    <p>В свои тридцать девять Мэри было ещё достаточно молода — ну, почти — чтобы помнить золотые времена виниловых дисков на 45 оборотов. «Wipeout» наверняка выпускался в этом формате. Но что было на обратной стороне того диска? Гугл пришёл на помощь: «Серфер Джо» за авторством Рона Уилсона. Мэри не могла вспомнить, слышала ли она когда-нибудь эту песню, но такова судьба многих синглов со второй стороны.</p>
    <p>Так или иначе, это было кодовое название не хуже любого другого: она будет называть оригинал Джока «Wipeout», а свою безвредную версию — «Серфер Джо». Разумеется, она сохранила «Серфер Джо» под тем именем, что дал вирусу генетик, которому Джок поручил его разработку, но по крайней мере мысленно она их теперь будет различать.</p>
    <p>Мэри откинулась на спинку кресла.</p>
    <p>Это правда напоминало игру в Бога.</p>
    <p>И, надо признаться, это было приятно.</p>
    <p>Она позволила себе тихий смешок, подумав о том, что у неандертальцев считается за манию величия. Уж точно не игры в Бога. Может быть, «строить из себя Лонвеса»…</p>
    <p>— Мэри!</p>
    <p>Её сердце подпрыгнуло. Она считала, что здесь никого нет. Она оглянулась, и…</p>
    <p><emphasis>Боже, нет!</emphasis></p>
    <p>В дверях стоял Корнелиус Раскин.</p>
    <p>— Что ты здесь делаешь? — подрагивающим голосом спросила Мэри. Она схватила со стола тяжёлое малахитовое пресс-папье.</p>
    <p>Корнелиус поднял руку: в ней был зажат кожаный бумажник.</p>
    <p>— Забыл на столе бумажник. Вернулся забрать.</p>
    <p>Внезапно Мэри осенило. Другой генетик. Тот, кому Джок поручил закодировать это… это <emphasis>зло</emphasis>. Это был Корнелиус. Кто же ещё?</p>
    <p>— Что ты делаешь в кабинете Джока? — спросил Корнелиус.</p>
    <p>От дверей Корнелиус не мог видеть монитор.</p>
    <p>— Ничего. Просто искала книгу.</p>
    <p>— Э-э… — сказал Раскин. — Мэри, я…</p>
    <p>— Ты нашёл свой бумажник. Убирайся.</p>
    <p>— Мэри, я просто…</p>
    <p>У Мэри вдруг резко заболел живот.</p>
    <p>— Луиза наверху. Я закричу.</p>
    <p>Корнелиус стоял в дверях с выражением усталости на лице.</p>
    <p>— Я просто хотел попросить прощения…</p>
    <p>— Убирайся! Убирайся ко всем чертям!</p>
    <p>Корнелиус секунду помедлил, потом развернулся. Мэри услышала, как его шаги удаляются по коридору, потом — как открывается и закрывается тяжёлая дверь особняка.</p>
    <p>В глазах у неё двоилось, к горлу подступала тошнота. Она сделала глубокий вдох, потом ещё один, пытаясь успокоиться. Её руки покрылись по́том, во рту появился кислый привкус. <emphasis>Чёрт, чёрт, чёрт!..</emphasis></p>
    <p>Сцена изнасилования снова встала у неё перед глазами, да так живо, как не случалось уже давно. Холодные голубые глаза Корнелиуса Раскина, видимые из-под чёрной лыжной маски, сигаретный смрад в его дыхании, руки, прижимающие её к бетонной стене.</p>
    <p>Чёрт побери Корнелиуса Раскина.</p>
    <p>Чёрт побери Джока Кригера.</p>
    <p>Гори они оба в аду.</p>
    <p>Гори все <emphasis>мужчины</emphasis> в аду.</p>
    <p>Только мужчины могли изобрести что-то вроде этого вируса. Только мужчины могут быть такими ужасными и кошмарными.</p>
    <p>Мэри фыркнула. Она даже слов подходящих подобрать не может для описания этого зла. «Ужасный» дискредитировано Великим и Ужасным Гудвином, а за «кошмарным» обычно следует «сон», словно подобное зло может существовать лишь вне привычной реальности.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_44">Зло всегда ассоциировалось у неё с этим миром, с миром Чингисхана, и Гитлера, и Пол Пота, и Пола Бернардо<a l:href="#id20150414092305_153">[153]</a>, и Осамы бин Ладена.</p>
    <p>И Джока Кригера.</p>
    <p>И Корнелиуса Раскина.</p>
    <p>Мир <emphasis>людей</emphasis>.</p>
    <p>Нет, не просто людей. Особого вида людей. Самцов Homo sapiens.</p>
    <p>Мэри глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. Не все мужчины злы. Она это знала. Хорошо знала. Был ведь ещё и папа, и её братья, и Рубен Монтего, и отец Калдикотт, и отец Бельфонтэн.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_45">И Фил Донахью, и Пьер Трудо<a l:href="#id20150414092305_154">[154]</a>, и Ральф Нейдер<a l:href="#id20150414092305_155">[155]</a>, и Билл Кросби<a l:href="#id20150414092305_156">[156]</a>.</p>
    <p>И Далай-лама, и Махатма Ганди, и Мартин Лютер Кинг-младший.</p>
    <p>Сострадательные, достойные восхищения люди. Да, среди них есть <emphasis>некоторые</emphasis>…</p>
    <p>Мэри не имела понятия, как на уровне генетики отличить доброго человека от злого, мечтателя от психопата. Но один несомненный генетический маркер мужского насилия существует — Y-хромосома. Да, не каждый, имеющий Y-хромосому — злой человек; на самом деле, подавляющее большинство не такие. Но каждый злой мужчина по определению имеет Y-хромосому, самую короткую из всех хромосом Homo sapiens, но оказывающую наибольшее влияние на его психологию.</p>
    <p>И историю.</p>
    <p>И безопасность женщин и детей.</p>
    <p>У Корнелиуса Раскина есть Y.</p>
    <p>И у Джока Кригера.</p>
    <p>Y.</p>
    <p><emphasis>Почему?</emphasis></p>
    <p>Нет. Нет, это уже слишком. Игра в Бога и правда дурно пахнет.</p>
    <p>Но она <emphasis>может</emphasis> сделать это. О, ей и во сне не приснится выпустить подобное на свободу здесь, в этом мире. Она не убийца — уж до такой-то степени Мэри была уверена в своих моральных принципах, потому что человек, которого она ненавидела больше всего в жизни — это Корнелиус Раскин, и когда Понтер предложил его убить, Мэри заставила его пообещать, что он этого не сделает.</p>
    <p>И вопреки предположению Адекора Мэри была уверена, что Джок Кригер не собирался выпускать «Wipeout» на этой версии Земли. Его без сомнения предполагалось доставить на другую Землю, в мир неандертальцев — словно змея в Эдемский сад.</p>
    <p>Конечно, если всё пройдёт как запланировано, если ей удастся остановить Джока, то никакой вирус к неандертальцам не попадёт.</p>
    <p>Но если всё же попадёт — то это, будем надеяться, будет Мэрин «Серфер Джо», либо в той форме, которую она только что сохранила — совершенно безвредной, либо…</p>
    <p>Либо…</p>
    <p>Либо она могла бы изменить его более радикально и сделать так, чтобы первоначальный замысел всё же выполнялся бы, но только тогда, когда…</p>
    <p>Это было просто. Так просто.</p>
    <p>Версия вируса, которая принимается за работу только тогда, когда клетка, в которую он попал, не принадлежит неандертальцу и содержит Y-хромосому.</p>
    <p>Тогда, и только тогда…</p>
    <p>Мэри задумалась. Модифицированный «cерфер Джо».</p>
    <p>«Марк II» — как новый Папа, делающий ещё один шаг вперёд.</p>
    <p>Она тряхнула головой. Это безумие. Грех.</p>
    <p>А если нет? Она бы защитила целый мир от самцов Homo sapiens. В конце концов, если она и те палеоантропологии, что разделяют её точку зрения, правы, то это самцы Homo sapiens, охотники клана, а не собирательницы, не женщины — те, кто истреблял своих дальних родичей с покатым лбом и валиком над бровями, пока ни одного из них не осталось.</p>
    <p>И теперь, пользуясь инструментами двадцать первого века и технологиями, позаимствованными у самих барастов, самец Homo sapiens готовится снова сделать то, что его далёкие предки уже однажды сделали.</p>
    <p>Мэри смотрела в экран компьютера Джока.</p>
    <p>Ведь это так просто. Проще простого. Логическое дерево уже имеется. Ей оставалось лишь изменить проверяемые условия и логические переходы.</p>
    <p>Тестирование на присутствие Y-хромосомы организовать легко: достаточно взять из базы данных проекта «Геном человека» ген, который встречается только в этой хромосоме. Мэри поискала на столе Джока ручку и бумагу и от руки набросала логическую схему на жёлтом разлинованном листе:</p>
    <cite>
     <p>Шаг 1. Присутствует Y-хромосома?</p>
     <p>Если <strong>да,</strong> то это мужчина: к Шагу 2</p>
     <p>Если <strong>нет,</strong> прервать (это не мужчина)</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Шаг 2: Ген альфа найден рядом с теломером?</emphasis></p>
     <p>Если <strong>да</strong>, прервать (это неандерталец)</p>
     <p>Если <strong>нет</strong>, это, вероятно, глексен: к Шагу 3</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>Шаг 3: Ген бета найден рядом с теломером?</emphasis></p>
     <p>Если <strong>да</strong>, прервать (не бывает у глексена)</p>
     <p>Если <strong>нет</strong>, это точно глексен: к Шагу 4</p>
    </cite>
    <p>Мэри просматривала написанное снова и снова, и не видела изъяна. Эта логика не может войти в бесконечный цикл, и она делала не одну, а две проверки, чтобы убедиться, что речь идёт именно о самце Homo sapiens, а не Homo neanderthalensis.</p>
    <p>Конечно, всё это чистая теория — Джока наверняка остановят прежде, чем он выпустит вирус. Его модификация — лишь мера предосторожности на случай, если его всё-таки каким-то образом протащат на ту сторону.</p>
    <p>Мэри покачала головой и посмотрела на часы. Уже было хорошо за полночь — скоро начнётся новый день.</p>
    <p>Она должна пойти домой. Вирус Джока разряжен; он никому ничего не сделает, если только он не воспользовался уже кодонатором для изготовления вирусных молекул — Мэри всем сердцем надеялась, что нет. «Серфер Джо» не причинит никому вреда. Собственно, именно этого она с самого начала и хотела.</p>
    <p>Это всё, что следовало сделать.</p>
    <p>И всё же…</p>
    <p>И всё же.</p>
    <p>Никто не пострадает. Она найдёт способ распространить информацию, сделать так, чтобы каждый на этой земле знал: мужчинам-глексенам нельзя посещать мир неандертальцев. Барастовская технология калибруемых лазеров не даст «Серферу Джо» проникнуть через портал обратно в этот мир. Глексенские мужчины — и безвредное большинство, и ужасное вредоносное меньшинство — будут в безопасности, если оставят мир Понтера в покое.</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.</p>
    <p>Она сложила руки на коленях и сцепила пальцы; на среднем пальце левой всё ещё виднелся бледный след там, где раньше она носила кольцо.</p>
    <p>Мэри Воган думала, и думала, и думала.</p>
    <p>И, наконец, расцепила пальцы.</p>
    <p>И затем сделала единственную вещь, которую должна была сделать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 38</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>И хотя когда-нибудь мы, возможно, посетим и Даргал — этим именем неандертальцы называют Красную планету в своём мире, где она светит над континентами Дуркану, Подлар, Ранеласс, Эвсой, Галасой и Налкану — мы оставим ту версию Марса такой, какой мы её нашли. Как и во многих других случаях в той новой эре, в которую мы сейчас вступаем, мы сможем и яичницу съесть, и яйцо не разбить…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Мэри Воган резко села на своей постели в Бристоль-Харбор, внезапно пробудившись.</p>
    <p><emphasis>Когда будет — как вы это называете? Двое становятся Одним? Когда это будет в следующий раз?</emphasis> Джок спрашивал об этом вчера. Мэри была слишком расстроена ухудшением состояния Лонвеса и отъездом Понтера, чтобы обратить внимание, но сейчас её стукнуло так, что она проснулась: зачем Джоку это было надо.</p>
    <p>Ведь это идеальное время для того, чтобы выпустить вирус. Когда жители обоих полов собираются в Центре, можно заразить сразу всё население — по крайней мере, население Салдака. И, разумеется, когда Двое становятся Одним, количество людей, путешествующих из города в город наибольшее — легче разносить заразу.</p>
    <p>Четырёхдневный праздник начнётся послезавтра. Что означает, что до тех пор Джок не станет ничего предпринимать. Что означает, что Мэри должна что-то предпринять <emphasis>до</emphasis> послезавтра.</p>
    <p>Она подняла глаза к потолку, чтобы посмотреть, которой час — но она была <emphasis>здесь</emphasis>, а не <emphasis>там</emphasis>, и здесь на потолке её жилища ничего не было. Она повернулась к цифровому будильнику на ночном столике: красные светящиеся цифры показывали 5:04. Мэри нашарила кнопку включения настольной лампы, потом нашла свой телефон и позвонила по домашнему номеру Луизы Бенуа в Рочестере.</p>
    <p>— Алло? — произнёс сонный голос после нескольких гудков.</p>
    <p>— Луиза, это Мэри. Послушай — Двое станут Одним послезавтра. Я уверена, что Джок собирается выпустить вирус именно в этот день.</p>
    <p>Луиза явно ещё боролось со сном.</p>
    <p>— Двое станут…</p>
    <p>— Да, да! Двое станут Одним. В эти дни в неандертальских городах наибольшая концентрация населения и достаточно сильный междугородний трафик. Мы должны что-то сделать.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_48"><emphasis>— D’accord,</emphasis> — хрипло сказала Луиза. — <emphasis>Mais quoi?</emphasis><a l:href="#id20150414092305_157">[157]</a></p>
    <p>— То, что ты говорила — пойти к газетчикам, поднять шум. Но, послушай, будет безопасней, если мы обе будем в это время в Канаде. Я выезжаю через полчаса, то есть буду у тебя в 6:30. Мы поедем в Торонто.</p>
    <p>— <emphasis>Bon,</emphasis> — сказала Луиза. — Я буду готова.</p>
    <p>Мэри положила трубку, отправилась в ванную и включила душ. Если бы я ещё знала, <emphasis>как</emphasis> устраивают шум. Конечно, она уже много раз давала интервью и по радио, и по телевизору, но…</p>
    <p>Она вспомнила симпатичную продюсершу, с которой познакомилась на «Си-би-си Ньюсуорлд» в 1996, когда неандертальцы были известны только в виде окаменелостей, и когда Мэри удалось извлечь неандертальскую ДНК из привезённого из Rheinisches Landesmuseum образца. Телефонов эфирного персонала «Си-би-эс» в телефонном справочнике наверняка не было, но продюсерам вроде бы не от кого прятаться. Мэри вернулась в спальню, снова сняла трубку, набрала 1-416-555-1212 — справочную службу Торонто, и быстро получила номер, который искала.</p>
    <p>Минутой позже из телефона послышался другой сонный женский голос.</p>
    <p>— Ал… ло?</p>
    <p>— Керри? — сказала Мэри. — Керри Джонстон?</p>
    <p>Она почти слышала, как женщина на том конце провода протирает глаза.</p>
    <p>— Да. Кто это?</p>
    <p>— Это Мэри Воган. Помните меня? Генетик из Йоркского, специалист по неандертальской ДНК.</p>
    <p>Какая-то часть сознания Мэри была разочарована тем, что ни Луиза, ни Кэрри не произнесли классического «вы в курсе, который сейчас час?» Вместо этого Керри, похоже, моментально проснулась.</p>
    <p>— Да, я вас помню, — сказала она.</p>
    <p>— У меня есть для вас история.</p>
    <p>— Я слушаю.</p>
    <p>— Нет, я не могу её рассказать по телефону. Я сейчас в Рочестере, в Штатах, но буду в Торонто часов через пять. Мне нужно, чтобы вы выпустили меня в эфир, когда я приеду…</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Мэри и Луиза переезжали реку Ниагара по мосту мост Квинстон-Луистон. Точно посередине моста трепетали на ветру три флага, обозначая линию границы: сначала звёздно-полосатый, потом голубой флаг ООН, а за ним — канадский с кленовым листом.</p>
    <p>— Как хорошо вернуться, — сказала Луиза, когда они проезжали мимо него.</p>
    <p>Как всегда, возвратившись на родину, Мэри чувствовала некоторое облегчение. Вспомнилась старая шутка о том, что Канада могла бы иметь британскую культуру, французскую кухню и американские ноу-хау, но почему-то оказалась с американской культурой, британской кухней и французскими ноу-хау.</p>
    <p>И всё же было <emphasis>здорово</emphasis> вернуться.</p>
    <p>Съехав с моста, они оказались перед рядом кабинок таможни. Перед тремя из тех четырёх, что были открыты, выстроились короткие очереди легковых машин; четвёртая обслуживала грузовики. Мэри подрулила к средней очереди легковушек и дождалась, пока стоящие перед ней машины пропустят, нетерпеливо барабаня пальцами по рулевому колесу.</p>
    <p>Наконец, подошла их очередь. Мэри подъехала к кабинке и опустила боковое стекло. Она ожидала обычного для канадской таможни приветствия «Гражданство?» и была глубоко удивлена, услышав от таможенницы:</p>
    <p>— Мисс Воган, правильно?</p>
    <p>У Мэри подпрыгнуло сердце. Она кивнула.</p>
    <p>— Проедьте вон туда, чуть дальше.</p>
    <p>— Что-то… что-то не так? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Просто сделайте, как я сказала, — ответила она и взялась за телефон.</p>
    <p>Мэри, ощутив, как резко вспотели ладони на рулевом колесе, медленно проехала к указанному месту.</p>
    <p>— Как они узнали, что ты? — спросила Луиза.</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— По номеру машины?</p>
    <p>— Может быть, нам надо удирать? — спросила Луиза.</p>
    <p>— Меня зовут Мэри, а не Тельма. Но чёрт возьми, если…</p>
    <p>Лысеющий таможенник с переваливающимся через ремень животом направлялся к ним от низкого длинного здания инспекции. Он жестом приказал Мэри въехать на одно из размеченных парковочных мест перед зданием. Раньше она останавливалась здесь лишь раз, чтобы воспользоваться туалетом, да и то по большой необходимости — туалет здесь был довольно грязным.</p>
    <p>— Мисс Воган? Мисс Мэри Воган? — уточнил таможенник.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Мы вас ожидали. Нас попросили позвонить, когда вы появитесь.</p>
    <p>Мэри моргнула.</p>
    <p>— Когда я появлюсь? Здесь? — неуверенно переспросила она.</p>
    <p>— Да — и это срочно. Пойдёмте!</p>
    <p>Мэри вышла из машины, Луиза последовала за ней. Они прошли в здание таможни, и толстый таможенник завёл их в служебную зону. Он взял телефонную трубку, нажал кнопку селектора.</p>
    <p>— Мисс Воган у нас, — сказал он и передал трубку Мэри.</p>
    <p>— Мэри Воган, — сказала она в трубку.</p>
    <p>— Мэри! — воскликнул голос с ямайским акцентом.</p>
    <p>— Рубен! — Она оглянулась и увидела широкую улыбку Луизы. — Что стряслось?</p>
    <p>— Боже, женщина, тебе нужен мобильник, — сказал Рубен. — Слушай, я знаю, что вы с Луизой собирались в Торонто, но думаю, что вам лучше поспешить сюда — в Садбери. И как можно быстрее.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Ваш Джок Кригер прошёл на ту сторону.</p>
    <p>Сердце Мэри опять подпрыгнуло.</p>
    <p>— Что? Как он туда так быстро добрался?</p>
    <p>— Должно быть, на самолёте прилетел, и вам следует сделать то же самое. От границы досюда шесть часов на машине. Но я организовал для вас «Никелированный огурчик», он ждёт вас в Сент-Кэтринс. — «Никелированным огурчиком» назывался частный самолёт компании «Инко», выкрашенный в зелёный цвет. — Про Джока я узнал совершенно случайно, — продолжал Рубен. — Увидел его имя в журнале посещений шахты, когда вписывал туда другого посетителя.</p>
    <p>— Почему его никто не остановил? — спросила Мэри.</p>
    <p>— На каком основании? Я спросил армейцев, которые охраняют портал; они сказали, что у него был американский диппаспорт, так что они отвели его прямиком на ту сторону. Так вот, я выслал карту на таможню по факсу, на ней отмечено, как добраться до аэродрома…</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 39</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>И мы в самом деле вступаем в новую эру. Кайнозойская эра — эра новой жизни — почти закончилась. Скоро начнётся новозойская эра — эра новейшей жизни…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>— Срочная медицинская необходимость! — сказал Рубен Монтего. Его гладко выбритая голова поблёскивала в ярком свете ламп, освещавших огромное здание. — Без остановок на уровень 6800 футов.</p>
    <p>— Будет сделано, док, — ответил оператор подъёмника.</p>
    <p>Мэри знала, что клеть уже ожидет их здесь, на нулевом уровне — Рубен позвонил оператору из офиса. Мэри, Рубен и Луиза быстро вошли в клеть, и оператор, который оставался наверху, закрыл за ними тяжёлую дверь. Прозвучало пять сигналов зуммера — экстренный спуск без остановок, и подъёмник начал спуск по шахте, уходившей под землю на глубину впятеро большую, чем высота башен Всемирного торгового центра — какой она была, пока самцы Homo sapiens их не разрушили.</p>
    <p>По пути сюда все трое захватили каски и шахтёрские плащи с полок перед входом в подъёмник. Пока клеть с лязгом и скрежетом опускалась, все трое пытались их надеть.</p>
    <p>— У них на той стороне есть какая-нибудь полиция? — спросил Рубен низким голосом с густым ямайским акцентом.</p>
    <p>— Практически никакой, — ответила Мэри, перекрикивая шум. <emphasis>И таким он должен остаться</emphasis>, подумалось ей: миром без преступлений и насилия.</p>
    <p>— Так что надежда только на нас? — спросил Рубен.</p>
    <p>— Боюсь, что так, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Может, возьмём с собой военных? — предложила Луиза.</p>
    <p>— Мы до сих пор не знаем, кто за этим стоит, — сказала Мэри. — Джок мог работать в одиночку — а мог и по заданию нашего минобороны или Пентагона.</p>
    <p>Луиза взглянула на Рубена, и Мэри увидела, как он привлекает её к себе. Если они испуганы хотя бы вполовину так, как Мэри, она не может винить их за желание быть ближе друг к другу. Мэри отодвинулась на другой край заляпанной грязью клети и сделала вид, будто следит за сменой уровней, так что Рубен с Луизой могли провести эти минуты в относительном уединении.</p>
    <p>— Мой запас английских слов всё ещё оставляет желать лучшего, — произнёс голос Кристины в кохлеарных имплантах. — Что означает «жатэм»?</p>
    <p>Мэри ничего такого не слышала, но микрофоны Кристины были более чувствительны. Она отвётила шёпотом, так, чтобы Рубен и Луиза не услышали:</p>
    <p>— Это не английский, это французский: <emphasis>«je t’aime»</emphasis>. Это значит «я тебя люблю». Луиза мне рассказывала, что Рубен всегда говорит это по-французски.</p>
    <p>— Ах, — сказала Кристина. Клеть продолжала спускаться, пока, наконец, не задёргалась и не застыла. Рубен открыл дверь, за которой показался уходящий во тьму штрек.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— В котором часу он прошёл? — требовательно спросила Мэри, когда они, наконец, добрались до бывшей детекторной камеры Нейтринной обсерватории Садбери, посреди которой на платформе на высоте трёхэтажного дома над полом находился портал.</p>
    <p>Охранявший портал канадский военный вскинул брови.</p>
    <p>— Кто?</p>
    <p>— Джок Кригер, — ответила Мэри. — Из «Синерджи Груп».</p>
    <p>Военный — светловолосый и светлокожий — сверился с журналом.</p>
    <p>— Джон Кевин Кригер прошёл около трёх часов назад.</p>
    <p>— Это он, — сказала Мэри. — У него с собой что-нибудь было?</p>
    <p>— Простите, доктор Воган, — сказал военный, — но я правда не уверен, что имею право разглашать…</p>
    <p>Рубен выступил вперёд и предъявил ему своё удостоверение.</p>
    <p>— Я доктор Монтего, штатный медик этой шахты, и у нас чрезвычайная медицинская ситуация. Кригер может быть носителем опасной инфекции.</p>
    <p>— Я должен позвонить своему начальству, — сказал военный.</p>
    <p>— Звоните, — сказал Рубен, — но прежде скажите, что у него с собой было.</p>
    <p>Военный задумался, вспоминая.</p>
    <p>— Маленький чемоданчик на колёсиках.</p>
    <p>— Что-нибудь ещё?</p>
    <p>— Да, металлический ящик размером с коробку из-под обуви.</p>
    <p>Рубен взглянул на Мэри.</p>
    <p>— Чёрт, — сказала она.</p>
    <p>— Ящик прошёл деконтаминацию? — спросила Луиза.</p>
    <p>— Конечно, — ответил военный несколько обиженно. — Ничто не попадёт на ту сторону без деконтаминации.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Мэри. — Пойдёмте.</p>
    <p>— Я могу увидеть ваши документы?</p>
    <p>Мэри и Луиза сунули ему свои паспорта.</p>
    <p>— Всё в порядке? — спросила Мэри? — Тогда пропустите нас.</p>
    <p>— А его? — сказал военный, указывая на Рубена.</p>
    <p>— Да я же вам только что удостоверение показал, — возмутился Рубен. — Паспорта с собой нет.</p>
    <p>— Я не должен пропускать…</p>
    <p>— Да чёрт возьми! — воскликнула Мэри. — Чрезвычайная ситуация — помните?</p>
    <p>Военный кивнул.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал он, наконец. — Хорошо, проходите.</p>
    <p>Мэри ринулась к деркеровой трубе и, не останавливаясь, нырнула в неё.</p>
    <p>Синий огонь.</p>
    <p>Покалывание статики.</p>
    <p><emphasis>Другой мир.</emphasis></p>
    <p>Мэри слышала позади топот двух пар ног, так что не стала оборачиваться, дабы убедиться, что они следуют за ней. Плотный неандертальский техник вскинул на неё удивлённый взгляд. По-видимому, никто ещё не преодолевал портал бегом.</p>
    <p>Этого неандендертальца Мэри узнала сразу. Он её также явно узнал, но, к изумлению Мэри, бросился наперехват Рубену, который следовал за ней по пятам.</p>
    <p>Внезапно Мэри поняла, что происходит: неандерталец подумал, что Луиза и Рубен гонятся за Мэри.</p>
    <p>— Нет! — крикнула она. — Нет, они со мной! Пропустите их!</p>
    <p>Поскольку она кричала, Кристине пришлось дождаться, пока она замолчит, прежде чем начать перевод, иначе Мэри заглушила бы звук её внешнего динамика, способного на значительную громкость, но, конечно, не такого громкого, как орущий во всё горло человек. Мэри услышала неандертальские слова, вылетающие из её левого предплечья:</p>
    <p>— <emphasis>Рак! Та соопарб, рак! Дерпант хелк!</emphasis></p>
    <p>Где-то в середине этого сообщения неандертальский техник попытался затормозить, но поскользнулся на гладком гранитном полу и врезался в Рубена, опрокинув его. Луиза споткнулась об упавшего неандертальца и тоже упала, сделав почти полное сальто.</p>
    <p>Мэри протянула руку и помогла Луизе встать. Рубен поднялся на ноги самостоятельно.</p>
    <p>— <emphasis>Лупал!</emphasis> — сказал неандерталец. <emphasis>Простите!</emphasis></p>
    <p>Мэри взбежала по ступеням в бывшую пультовую, миновав ещё одного ошарашенного неандертальца и зашагала к штреку, соединявшему лабораторию квантовых вычислений с остальной шахтой.</p>
    <p>— Стойте! — крикнул неандерталец. — Вы должны пройти деконтаминацию!</p>
    <p>— Нет времени! — крикнула Мэри в ответ. — Чрезвычайное…</p>
    <p>— Нет, Мэри, — прервал её Рубен. — Он прав. Вспомни, какой Понтер был больной, когда попал на нашу сторону. Мы пытаемся предотвратить эпидемию, а не стать её причиной.</p>
    <p>Мэри выругалась.</p>
    <p>— Ладно, — сказала она. Она оглядела Рубена и Луизу: чёрного ямайца с выбритой головой и бледную квебечку с длинными каштановыми волосами. Друг друга они наверняка видели голыми много раз, а вот Мэри — ни разу.</p>
    <p>— Раздевайтесь, — сказала она. — Снимайте всё, в том числе часы и украшения.</p>
    <p>Луиза и Рубен были знакомы с процедурами очистки по работе в нейтринной обсерватории, в которой поддерживался режим «чистой комнаты», пока прибытие Понтера не разрушило детектор. И всё же они на мгновение заколебались. Мэри начало быстро расстёгивать блузку.</p>
    <p>— Давайте, — сказала она. — У нас совсем нет времени.</p>
    <p>Рубен и Луиза принялись раздеваться.</p>
    <p>— Одежду просто оставьте тут, — сказала Мэри, кидая трусики в цилиндрическую корзину. — В соседнем помещении подберём неандертальскую.</p>
    <p>Мэри, совершенно голая, вошла в цилиндр деконтаминационной камеры. Её размеры соответствовали габаритам взрослого неандертальца, но Мэри настояла, чтобы ради экономии времени они влезли в неё все сразу. Мэри слишком нервничала, чтобы почувствовать смущение, когда зад Луизы упёрся в её зад, а Рубена прижало лицом к её груди.</p>
    <p>Мэри вытянула рычажок включения. Пол начал медленно вращаться, включились лазеры. Мэри уже привыкла к этой процедуре, но расслышала, как охнула Луиза, когда зловещего вида эмиттеры, загудев, ожили.</p>
    <p>— Всё в порядке, — сказала Мэри, пытаясь не обращать внимания на ту часть своего сознания, которая вычисляла, какими именно частями тела Рубен упирается в неё. — Всё совершенно безопасно. Лазеры знают, какие протеины могут находиться в человеческом теле, включая протеины кишечных бактерий и прочего; их они пройдут насквозь. Но они разложат все чуждые нам протеины и убьют все патогены.</p>
    <p>Мэри почувствовала, как Луиза немного поёжилась, но в её голосе слышался интерес.</p>
    <p>— И что же за лазеры способны на такое?</p>
    <p>— Квантово-каскадные лазеры, — повторила Мэри то, что когда-то слышала от Понтера. — В диапазоне порядка триллиона циклов в такт.</p>
    <p>— Калибруемые терагерцовые лазеры! — восхитилась Луиза. — Ну да, конечно. Что-то вроде этого и правда способно на селективное взаимодействие с крупными молекулами. Сколько времени занимает процесс?</p>
    <p>— Минуты три, — ответила Мэри.</p>
    <p>— Кстати, Мэри, — сказал Рубен. — Тебе надо показать кому-нибудь ту родинку на левом плече.</p>
    <p>— Что? — не поняла Мэри. — Рубен, сейчас не время для… — Но она заставила себя замолчать, осознав, что он делает в точности то же самое, что и Луиза: концентрируется на технических мелочах, пытаясь отвлечься. В конце концов, он оказался зажатым в тесном помещении с двумя голыми женщинами, одна из которых — его любовница, а вторая — её подруга. Последнее, чего ему — или самой Мэри — было бы сейчас нужно, это мысленно сочинять письмо в «Пентхаус». — Я покажусь дерматологу, — уже спокойнее ответила она и пожала плечами, насколько позволяло их стиснутое положение. — Гадский озоновый слой…</p>
    <p>Мэри немного повернула голову.</p>
    <p>— Луиза, там должна быть квадратная лампа над дверью прямо перед тобой. Видишь её?</p>
    <p>— Да. О, она зелёная. Отлично. — Она задвигалась, будто пытаясь выйти.</p>
    <p>— Стой! — крикнула Мэри. — У неандертальцев зелёный означает сигнал тревоги: зелёное мясо — протухшее мясо. Выходить будет можно, когда она покраснеет. Скажи нам, как только это увидишь.</p>
    <p>Луиза кивнула; Мэри спиной ощутила её движение. Наверное, ей не следовало тащить двоих неподготовленных людей в неандертальский мир. В конце концов, они могли бы…</p>
    <p>— Красная! — воскликнула Луиза. — Лампочка стала красной.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала Мэри. — Открывай дверь. Ручка похожа на морскую звезду — видишь? Она скользит вверх и разблокирует дверь.</p>
    <p>Мэри ощутила, как Луиза у неё за спиной завозилась, и внезапно давление на спину пропало — Луиза вышла из камеры. Мэри шагнула назад, повернулась и тоже выскочила из камеры.</p>
    <p>— Сюда! — крикнула она.</p>
    <p>Они вбежали в помещение, стены которого покрывали квадратные ячейки, в каждой из которых размещался комплект неандертальской одежды.</p>
    <p>— Рубен, вон то на тебя налезет, — сказала она, указывая на один ряд. — Луиза, вот этот для тебя, — указывая на другой.</p>
    <p>Мэри уже успела привыкнуть к барастовским одеяниям, но Луиза с Рубеном были явно озадачены. Мэри быстро дала Рубену инструкции и склонилась к Луизе, которая никак не могла разобраться с неандертальской обувью, совмещённой со штанами. Мэри быстро затянула ей ремешки вокруг стопы и лодыжки.</p>
    <p>Затем они поспешили по штреку к лифту. Мэри надеялась, что их будет ждать какое-нибудь транспортное средство, но если бы оно тут было, то его наверняка бы забрал Джок.</p>
    <p><emphasis>Три километра бегом,</emphasis> думала Мэри. Добрый боженька, она не делала ничего подобного с тех пор, как была студенткой, и даже тогда это был страх и ужас. Но адреналин хлынул в неё так, словно она жила последний день — и она знала, что для барастов этот день и правда может стать последним. И она рванула вдоль по тоннелю, пол которого был выложен деревянными досками.</p>
    <p>Здесь туннель был освещён гораздо хуже, чем на глексенской стороне. Для работы в шахтах неандертальцы использовали роботов, которым свет не нужен. Собственно, он не нужен и самим неандертальцам — они вполне способны сориентироваться с помощью одного обоняния.</p>
    <p>— Дале… ко… е… щё? — донёсся сзади Луизин голос.</p>
    <p>Несмотря на серьёзность ситуации Мэри порадовалась, что Луиза, хоть и младше её, уже запыхалась.</p>
    <p>— Три километра, — крикнула она в ответ.</p>
    <p>Внезапно что-то перебежало дорогу прямо перед ней. Если бы её сердце уже не выскакивало бы из груди, оно сейчас попыталось бы это сделать. Но это оказался всего лишь горный робот. Мэри прокричала об этом назад, чтобы Луиза с Рубеном не напугались, а потом закричала на робота:</p>
    <p>— Стой! Вернись сюда!</p>
    <p>Кристина послушно перевела, и мгновение спустя робот снова появился из темноты. Мэри осмотрела его со всех сторон: низкая, плоская, шестиногая штуковина, словно двухметровый краб; конические буры и полусферические ковши торчат вперёд на суставчатых манипуляторах. Эту штуку сделали, чтобы двигать горы, чёрт её побери. Она <emphasis>должна быть</emphasis> достаточно прочной.</p>
    <p>— Ты сможешь нести нас? — спросила Мэри.</p>
    <p>Компаньон перевёл её слова, и на корпусе робота вспыхнул красный огонёк.</p>
    <p>— Эта модель не умеет говорить, — добавила Кристина, — но ответ утвердительный.</p>
    <p>Мэри взобралась на серебристый панцирь машины, сильно ударившись при этом правой голенью. Она повернулась к Рубену и Луизе, которые остановились позади неё.</p>
    <p>— Все на борт!</p>
    <p>Луиза и Рубен обменялись ошарашенными взглядами, но быстро взобрались к роботу на спину. Мэри хлопнула его по корпусу.</p>
    <p>— Н-но-о!!</p>
    <p>Кристина, вероятно, не знала этого выражения, но явно поняла намерения Мэри и передала их роботу. Все шесть ног согнулись одновременно, словно оценивая добавочный вес, а затем робот побежал в нужном направлении, двигаясь достаточно быстро, чтобы Мэри почувствовала лицом дуновение ветра. На полу тут и там были разлиты лужи грязной воды, и каждый раз как нога робота попадала в лужу, всех троих окатывало брызгами.</p>
    <p>— Держитесь! — раз за разом кричала Мэри, хотя и сомневалась, что Луизе и Рубену нужно напоминание. Мэри сама несколько раз чуть не слетела с панциря робота, и её мочевой пузырь энергично протестовал против такого обращения.</p>
    <p>Они миновали другого горного робота — иной, вертикальной конструкции, немного напомнившего Мэри богомола, а потом, ещё метрах в шестистах впереди, наткнулись на идущих навстречу двоих неандертальцев, которые успели отпрыгнуть с пути несущегося робота как раз вовремя.</p>
    <p>Наконец, они добрались до остановки лифта. Слава Богу те двое неандертальцев только что приехали — лифт всё ещё был внизу. Мэри соскочила с робота-краба и бросилась к лифту. Луиза и Рубен последовали за ней. Вскоре все трое были внутри цилиндрической кабины, Мэри топнула по вмонтированной в пол педали пуска, и они поехали вверх.</p>
    <p>Мэри воспользовалась передышкой чтобы посмотреть, как справляются остальные; в люцифериновом свете всё приобрело немного зеленоватый оттенок. Луиза больше не была похожа на супермодель: её лицо заливал пот, волосы спутаны и заляпаны грязью, а неандертальская одежда вымазана той же грязью и чем-то, что Мэри после некоторых раздумий определила как какую-то смазку с робота или её аналог.</p>
    <p>Рубен был в ещё худшей форме. Робот бежал, подпрыгивая, и иногда лысая голова Рубена касалась потолка тоннеля. Его темя пересекала нехорошего вида рана, и он осторожно ощупывал её пальцами, время от времени вздрагивая.</p>
    <p>— Ладно, — сказала Мэри. — У нас есть несколько минут, пока лифт поднимается наверх. Там будет один или два охранника, и они не выпустят вас наружу без временных пристяжных компаньонов. Вам лучше подчиниться — это будет быстрее, чем убеждать их, что у нас срочное дело. Кроме того, с компаньонами мы сможем общаться друг с другом и с любыми неандертальцами, с которыми нам нужно будет поговорить. Все выдаваемые здесь компаньоны снабжены функцией перевода.</p>
    <p>Мэри знала, что кабина лифта медленно поворачивается на 180 градусов, но сомневалась, что Луиза и Рубен это замечают. Она подняла левую руку и произнесла:</p>
    <p>— Кристина, ты уже подключилась к планетарной инфосети?</p>
    <p>— Нет, — ответил голос у Мэри в кохлеарных имплантах. — Скорее всего соединение станет возможно только непосредственно у поверхности, но я непрерывно пытаюсь… Погодите. Да, да, есть! Я в сети.</p>
    <p>— Здорово! — обрадовалась Мэри. — Свяжись с Понтером.</p>
    <p>— Вызываю, — ответил имплант. — Ответа пока нет…</p>
    <p>— Давай же, Понтер, — торопила Мэри. — Давай же…</p>
    <p>— Мэре! — произнёс голос Понтера, вернее, его имитация в перводе и исполнении Кристины. — Что ты делаешь на этой стороне? Двое ещё на стали Одним, так что…</p>
    <p>— Понтер, замолкни! — сказала Мэри. — Джок Кригер прошёл на эту сторону. Мы должны его найти и остановить.</p>
    <p>— На нём должен быть пристяжной компаньон, — сказал Понтер. — Я следил по визору за дебатами в Верховном Сером совете после того, как глексенам позволили разгуливать без них. Поверь мне — больше такого не будет никогда.</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Он не идиот. Конечно, стоит попробовать отследить его компаньон, но я держу пари, что он как-то от него избавился.</p>
    <p>— Он не мог, — сказал Понтер. — Сработала бы сигнализация. И он ведь не бродит где-то сам по себе — он наверняка с Бедросом или с каким другим официальным лицом. Нет, мы его быстро найдём. А вы сейчас где?</p>
    <p>Кабила лифта остановилась, и Мэри жестом велела Рубену и Луизе выходить наружу.</p>
    <p>— Мы только что поднялись наверх из Дебральской шахты, сейчас в комнате, где цепляют компаньонов. Со мной Луиза и Рубен.</p>
    <p>— Я дома, — сказал Понтер. — Хак, вызови транспортный куб для Мэре и отдельный для меня, и свяжись с арбитром. — Мэри услышали, как Хак подтверждает получение приказа, потом Понтер снова заговорил: — Есть идеи, где Кригер может быть?</p>
    <p>— В данный момент нет, — ответила Мэри, — хотя я думаю, что он планирует выпустить вирус в Центре, когда Двое станут Одним.</p>
    <p>— Имеет смысл, — сказал Понтер. — Население максимально скучено, а по окончании много переездов между городами, так что…</p>
    <p>Вмешался голос Хака; он что-то сказал Понтеру по-неандертальски.</p>
    <p>— Мэре, — сказал Понтер через секунду, — Хак связался с арбитром от моего имени. Когда придёт твой транспортный куб, езжайте сразу в павильон архива алиби в Центре. Я вас там встречу.</p>
    <p>Служитель-неандерталец в это время уже пристёгивал компаньон к левому предплечью Рубена. Мгновением позже он подошёл к Луизе и пристегнул компаньон и ей. Мэри подняла руку и показала служителю, что у неё постоянный имплант.</p>
    <p>— Ну что, — сказала она Луизе и Рубену. — Надевайте на себя что-нибудь и идём.</p>
    <p>С тех пор, как Мэри последний раз была здесь, выпал снег; он ослепительно искрился под солнцем.</p>
    <p>— Арбитр вызывает двух других арбитров, — сказал Понтер, — чтобы можно было установить судебный надзор над передачей его компаньона. Как только это будет сделано, они установят его местоположение.</p>
    <p>— Чёрт, — сказала Мэри, прикрывая рукой глаза и осматривая горизонт в поисках транспортного куба. — Сколько это займёт времени?</p>
    <p>— Надеюсь, не много, — ответил Понтер.</p>
    <p>— Ладно, — сказала Мэри. — Я тебе ещё позвоню. Кристина, соедини меня с Бандрой.</p>
    <p>— Здравый день, — произнёс голос Бандры.</p>
    <p>— Бандра, солнце, это Мэри.</p>
    <p>— Мэри, моя дорогая! Я не ждала тебя раньше послезавтра. Я так нервничаю по поводу следующего раза. Если Гарб…</p>
    <p>— Бандра, уезжай из Центра. Не спрашивай меня почему, просто уезжай.</p>
    <p>— Гарб что-то…</p>
    <p>— Нет, Гарб тут не при чём. Просто вызови транспортный куб и уматывай, куда-нибудь подальше от Центра.</p>
    <p>— Я не понимаю. Если это…</p>
    <p>— Просто сделай это! — сказала Мэри. — Доверься мне.</p>
    <p>— Конечно я…</p>
    <p>— И… Бандра? — сказала Мэри. — Она покосилась в сторону Рубена и Луизы, потом подумала — ну и пускай. — Бандра, я должна была сказать тебе это раньше. Я люблю тебя.</p>
    <p>Судя по голосу, Бандра была вне себя от радости.</p>
    <p>— Я тоже тебя люблю, Мэре. Не могу дождаться, когда мы снова будем вместе.</p>
    <p>— Я должна бежать, — сказала Мэри. — Торопись. Уезжай из Центра!</p>
    <p>Мэри решительно посмотрела на Луизу, на лице которой застыло потрясённое выражение. Однако Луиза смотрела мимо неё. Мэри обернулась. К ним приближался транспортный куб, летящий над покрытой снегом равниной. Они бросились к нему, как только он опустился на землю; Мэри забралась на седлокресло рядом с водителем, Рубен и Луиза неуклюже взгромоздились на задние места.</p>
    <p>— Центр Салдака, как можно быстрее, — сказала Мэри водителю. Секунды мучительно утекали, пока компаньон переводил её слова, а потом ответ водителя.</p>
    <p>— Да, я знаю, что Двое Порознь, — огрызнулась Мэри. — И я знаю, что он мужчина, — добавила она, качнув головой в сторону Рубена. — У нас чрезвычайная ситуация медицинского характера. Поехали!</p>
    <p>Кристина была очень смышлёной машинкой. Мэри расслышала, что первым словом в её переводе было <emphasis>«Тэк!»</emphasis>, что означало, что она поставила «Поехали!» в начало фразы. Остаток Мэриной реплики Кристина договорила уже после того, как водитель привёл машину в движение.</p>
    <p>— Кристина, позвони Понтеру.</p>
    <p>— Готово.</p>
    <p>— Понтер, за каким чёртом нужно <emphasis>три</emphasis> арбитра, чтобы отследить Джока?</p>
    <p>Понтер снова заговорил через кохлеарные импланты. Мэри вытянула штырёк на серебристой панели компаньона, и переключила его на внешний динамик, чтобы Луиза и Рубен тоже могли слышать.</p>
    <p>— Ты же сама жаловалась, что, мол, система архивов алиби открыта для злоупотреблений. Так вот, требуется единогласное решение трёх арбитров, чтобы установить судебный надзор за передачей компаньона в отсутствие выдвинутых против его носителя обвинений.</p>
    <p>Мэри взглянула на окружающий ландшафт, через который они неслись с приличной — по неандертальским меркам — скоростью: около шестидесяти километров в час.</p>
    <p>— А разве ты не можешь обвинить его в преступлении? — спросила Мэри. — Тогда будет нужет лишь один арбитр, не так ли?</p>
    <p>— Нет, так будет быстрее, — сказал Понтер. — Выдвижение обвинения — довольно сложная юридическая процедура, и… о, вот и мой куб. — Мэри услышала звук опускающейся машины и какие-то стуки и бряканье, когда Понтер садился в неё. Он произнёс неандертальские слова, означающие «архив алиби», которые Мэри уже научилась распознавать, а потом снова вернулся к разговору с Мэри.</p>
    <p>— Так вот, — сказал он, — давай теперь… ох, погоди пару тактов… — Соединение оборвалось на несколько секунд, потом голос Понтера послышался снова. — Арбитры установили судебный надзор. Техник архива алиби устанавливает его местоположение.</p>
    <p>Рубен наклонился вперёд и заговорил в компаньон Мэри:</p>
    <p>— Понтер, это Рубен Монтего. Как только они отследят Джока, пусть эвакуируют город. Мне ничего не угрожает, Луизе и Мэри тоже, но любой неандерталец, заразившийся его вирусом, считай труп.</p>
    <p>— Обязательно, — сказал Понтер. — Мы передадим экстренное сообщение на все компаньоны. Я скоро буду в павильоне алиби; я за всем прослежу.</p>
    <p>Впереди показались здания Центра Салдака. Десятки женщин украшали их к празднику.</p>
    <p>— Мы его отследили, — произнёс голос Понтера. — Хак, прекрати перевод; передавай напрямую. — Понтер начал кричать по-неандертальски, очевидно, обращаясь к водителю их куба.</p>
    <p>Водитель ответил несколькими словами, одно из которых было <emphasis>«Ка»</emphasis>. Машина начала поворачивать.</p>
    <p>— Он на площади Конбор, — сказал Понтер снова по-английски. — Я сказал водителю везти вас туда. Я вас там встречу.</p>
    <p>— Нет, — сказала Луиза, наклоняясь вперёд. — Нет, Понтер, для тебя это слишком рискованно. Оставь это нам.</p>
    <p>— Он не один. Арбитры смотрят передачу его компаньона; с ним Декант Дорст.</p>
    <p>— Кто это? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Одна из выборных должностных лиц Салдака. Из поколения 141.</p>
    <p>— Чёрт, — сказала Мэри. Мэри не сомневалась, что в обычных обстоятельствах любая неандерталка скрутит любого глексена в бараний рог, но 141-е означало, что женщине семьдесят восемь. — Мы не хотим, чтобы это кончилось захватом заложника. Её надо увести оттуда.</p>
    <p>— Именно, — согласился Понтер.</p>
    <p>— У Декант Дорст есть кохлеарные импланты? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Конечно, — ответил Понтер.</p>
    <p>— Кристина, соедини меня с Декант Дорст.</p>
    <p>— Выполнено.</p>
    <p>Мэри заговорила тут же, чтобы не дать неандерталке среагировать на сигнал компаньона, раздающийся будто бы в центре её головы.</p>
    <p>— Декант Дорст, ничего не говорите и не подавайте Джоку Кригеру вида, что с вами кто-то разговаривает. Просто кашляните один раз, если вы меня поняли.</p>
    <p>Из внешнего динамика Кристины раздалось покашливание.</p>
    <p>— Да, отлично. Меня зовут Мэри Воган, я глексенка. Джок находится под судебным надзором. Мы полагаем, что он сумел провести в Центр Салдака опасное вещество. Вы должны удалиться от него при первой возможности. Мы в данный момент направляемся к вам. Всё понятно?</p>
    <p>Снова покашливание.</p>
    <p>Мэри чувствовала себя ужасно; женщина же, должно быть, перепугана до смерти.</p>
    <p>— Есть идеи? — спросила она Луизу и Рубена.</p>
    <p>— Она может сказать Джоку, что ей нужно в туалет, — предложила Луиза.</p>
    <p>— Блестяще! Понтер, где они находятся прямо сейчас? В помещении или на улице?</p>
    <p>— Сейчас спрошу арбитра… Они снаружи, идут пешком по направлению к центральной площади.</p>
    <p>— Вирус Джока предназначен для распространения воздушно-капельным путём, — сказала Мэри. — В том металлическом ящике у него наверняка что-то вроде аэрозольной бомбы. Вероятно он рассчитывает заложить её на центральной площади и привести в действие, когда Двое станут Одним.</p>
    <p>— Если так, — сказал Понтер, — то он наверняка настроит её так, чтобы вирус был выпущен в последний день праздника, чтобы мужчины отправились по домам до того, как появятся первые признаки болезни. Так болезнь не только попадёт на Окраину, но и с иногородними мужчинами также в другие города.</p>
    <p>— Точно, — сказала Мэри. — Декант, когда представится возможность, скажите Джоку, что вам нужно зайти в одно из общественных зданий, чтобы посетить уборную, но он должен остаться снаружи, поскольку он — мужчина. Хорошо? Мы скоро будем.</p>
    <p>Снова покашливание, потом Мэри впервые услышала голос Декант; она явно нервничала.</p>
    <p>— Учёный Кригер, — сказала она, — вы должны меня простить, но моё престарелое тело требует внимания… боюсь, мне срочно нужно облегчиться. Вот здесь есть туалет, которым я могу воспользоваться.</p>
    <p>Голос Джока, отдалённый и глухой:</p>
    <p>— Хорошо. Я только…</p>
    <p>— Нет, вы должны подождать снаружи. Двое ещё не стали Одним, знаете ли. Пока ещё нет.</p>
    <p>Джок сказал ещё что-то, но Мэри не расслышала. Примерно через двадцать секунд Декант произнесла:</p>
    <p>— Всё в порядке, учёная Воган. Я в безопасности внутри здания.</p>
    <p>— Отлично, — сказала Мэри. — Теперь, если…</p>
    <p>Однако её прервал женский голос, раздавшийся из компаньонов всех четверых присутствующих в транспортном кубе и, предположительно, из всех компаньонов, подключенных в салдакскому архиву алиби:</p>
    <p>— Это арбитр Макалро, — сказал голос. — Чрезвычайная ситуация. Немедленно покиньте Центр Салдака. Пешком, на автобусе, транспортным кубом — но сделайте это прямо сейчас. Не медлите. Очень скоро в воздухе появится смертельное инфекционное заболевание. Если вы увидите мужчину-глексена с серебряными волосами — избегайте его! Над ним осуществляется судебный надзор; сейчас он находится на на площади Конбор. Повторяю…</p>
    <p>Внезапно водитель опустил машину на землю.</p>
    <p>— Дальше я следовать не могу, — сказал он. — Вы слышали арбитра. Если вам нужно дальше, то придётся идти пешком.</p>
    <p>— Да чтоб тебя… — сказала Мэри, но Кристина не стала этого переводить. — Далеко ещё?</p>
    <p>Водитель показал.</p>
    <p>— Площадь Конбор вон там. — Мэри разглядела в отдалении ряд низких строений, штабель транспортных кубов и открытое пространство.</p>
    <p>Кипя от злости, Мэри потянула вверх похожую на морскую звезду рукоятку, отпирающую дверь, и вышла наружу. Луиза и Рубен последовали за ней. Как только они вышли, транспортный куб снова поднялся и улетел прочь.</p>
    <p>Мэри побежала в направлении, указанном водителем. Джок был на открытом пространстве, покрытом хорошо утоптанным снегом. Мэри видела другие транспортные кубы, покидающие Центр и направляющиеся на Окраину. Она надеялась, что у арбитра достало соображения не передавать экстренное сообщение на пристяжной компаньон Джока. Мэри, Рубен и Луиза быстро сокращали расстояние. Остановившись метрах в двадцати, Мэри перевела дыхание и крикнула:</p>
    <p>— Всё кончено, Джок!</p>
    <p>На Джоке была надета типичная местная мамонтовая шуба; в руках он держал металлический ящик, который описывал военный на той стороне портала — вероятно, его аэрозольная бомба. Он повернулся с удивлённым видом.</p>
    <p>— Мэри? Луиза? И… доктор Монтего, не так ли? Что вы здесь делаете?</p>
    <p>— Мы знаем о «серфарисе», — сказала Мэри. — У вас ничего не выйдет.</p>
    <p>К изумлению Мэри, Джок ухмыльнулся.</p>
    <p>— Да, да, да. Трое храбрых канадцев спасают неандертальскую расу. — Он покачал головой. — Я всегда считал вас до смешного нелепыми с вашим глупым социализмом и мягкосердечностью. Но знаете, что в канадцах мне казалось особенно смешным? — Он запустил руку за пазуху и вытащил полуавтоматический пистолет. — Что вы не носите оружия. — Он направил пистолет на Мэри. — Моя дорогая, ну почему вы снова пытаетесь меня остановить?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 40</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Заря кайнозойской эры, знаменитая мел-третичная граница, когда вымерли динозавры, обозначена слоем глины, присутствующим на обоих версиях Земли. Начало новозойской эры в этой вселенной, нашей вселенной, вселенной Homo sapiens, будет обозначено отпечатками ног первого колониста на Марсе — первого представителя нашего вида, покинувшего свою земную колыбель навсегда…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Понтер и трое арбитров находились в самой большой просмотровой комнате павильона архива алиби, наблюдая за событиями с нескольких точке зрения. Арбитры установили судебный надзор над компаньонами не только Кригера, но и Мэри, Луизы, и Рубена. Четыре голосферы висели посреди комнаты, показывая ближайшие окрестности четырёх компаньонов.</p>
    <p>Конечно, Понтер и трое арбитров рисковали. Хоть павильон архива и располагался на периферии Центра, он всё равно был слишком близко к эпицентру событий.</p>
    <p>— Глексенка с тёмными волосами права, — сказала арбитр Макалро, коренастая женщина 142-го поколения. — Вы должны уйти, учёный Боддет. Мы все должны уйти.</p>
    <p>— Вы трое уходите, — сказал Понтер, складывая руки на груди. — Я останусь.</p>
    <p>И в этот момент Понтер увидел, как Джок достаёт пистолет. Его позвоночник словно закаменел; Понтер не сталкивался с огнестрельным оружием с тех пор, как его чуть не застрелили перед зданием штаб-квартиры Объединённых Наций. Он снова заново пережил момент, когда пуля врезалась в его тело, горячая и острая, и…</p>
    <p>И он не мог допустить, чтобы то же самое произошло с Мэре.</p>
    <p>— Какого рода оружие имеется здесь? — спросил Понтер.</p>
    <p>Белая бровь Майкларо взлетела вверх.</p>
    <p>— Здесь? В павильоне архива?</p>
    <p>— Или по соседству, — сказал Понтер, — в здании Совета.</p>
    <p>Неандерталка покачала головой.</p>
    <p>— Никакого.</p>
    <p>— А усыпляющее оружие принудителей?</p>
    <p>— Его держат в их штаб-квартире на площади Доронал.</p>
    <p>— Принудители его не носят с собой?</p>
    <p>— Обычно нет, — ответил другой арбитр. — Серому Совету Салдака разрешено приобрести только шесть единиц; я думаю, что все они сейчас на складе.</p>
    <p>— Что можно сделать, чтобы его остановить? — спросила Понтер, указывая на парящее в голосфере изображение Джока.</p>
    <p>— Глексены ничего не смогут сделать, — сказала арбитр Макалро.</p>
    <p>Понтер понимающе кивнул.</p>
    <p>— Тогда я помогу им. Они далеко отсюда?</p>
    <p>Второй арбитр сверился с дисплеем.</p>
    <p>— 7200 саженей.</p>
    <p>Понтер легко пробежит такое расстояние.</p>
    <p>— Хак, у тебя есть их точное местоположение?</p>
    <p>— Да, — ответил компаньон.</p>
    <p>— Ладно, арбитры, — сказала Понтер, — уходите в безопасное место. И пожелайте мне удачи.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Вы не можете просто застрелить нас, — сказала Мэри, стараясь, чтобы её голос не дрожал и не в силах отвести взгляд от пистолета. — Это будет записано в архиве алиби.</p>
    <p>— О да, конечно, — сказал Джок. — Отличную систему они тут себе устроили — дистанционный чёрный ящик для каждого мужчины, женщины или ребёнка. Но отыскать наши архивные блоки не составит труда, и когда все неандертальцы будут мертвы, я войду в павильон и уничтожу их — меня некому будет остановить.</p>
    <p>Краем глаза Мэри заметила, что Рубен потихоньку отодвигается от неё. В паре метров от было дерево; если он окажется за ним, то Джок не сможет в него выстрелить, не сменив позиции. Мэри не могла обвинять Рубена за попытку спасти свою жизнь. Луиза тем временем находилась где-то позади неё и, вероятно, немного справа.</p>
    <p>— Вы не можете ожидать, что ваш вирус распространится по всему миру, — сказала Мэри. — У неандертальцев не хватит плотности населения для организации пандемии. Зараза не выйдет за пределы Центра Салдака.</p>
    <p>— О, об этом не беспокойтесь, — сказал Джок, тряхнув металлической коробкой. — Собственно, я вас должен благодарить, доктор Воган: ваши ранние исследования сделали это возможным. Мы изменили естественный резервуар для этой разновидности эболы с африканского китоглава на странствующего голубя. Эти птицы разнесут вирус по всем континентам.</p>
    <p>— Неандертальцы — мирные люди, — сказала Луиза.</p>
    <p>— Да, — ответил Джок. Его взгляд переместился на Луизу, дуло пистолета тоже. — И это их изъян: сейчас, как и 27000 лет назад, мы их победили.</p>
    <p>Мэри подумала о том, чтобы броситься наутёк, и…</p>
    <p>И Рубен сделал именно это — внезапно рванулся в сторону. Джок резко повернулся к нему и выстрелил. Звук выстрела переполошил и поднял в воздух стаю птиц — Мэри опознала странствующих голубей. Но Джок промахнулся, и вот Рубен уже за деревом — в безопасности, по крайней мере, прямо сейчас.</p>
    <p>Когда Рубен совершил свой рывок влево, Луиза воспользовалась моментом и бросилась вправо. Как и на большинстве территории Северного Онтарио в обеих вселенных, земля была усеяна эрратиками: валунами, принесёнными ледником, отступившим по окончании оледенения. Луиза побежала, потом нырнула и спряталась за покрытым лишайником валуном достаточного размера, чтобы скрыть её всю.</p>
    <p>Мэри по-прежнему стояла в центре: и дерево слева, и валун справа были слишком далеко, чтобы успеть до них добежать раньше, чем Джок её подстрелит.</p>
    <p>— Ну, отлично, — сказал Джок, пожатием плеч давая понять, что бегство Луизы и Рубена — не более, чем временное неудобство. Он навёл пистолет на Мэри. — Молитесь, доктор Воган.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Понтер бежал быстрее, чем когда бы то ни было в своей жизни. Хотя на земле лежал снег, в нём было расчищено много дорожек, так что он мог держать приличную скорость. Он следил за тем, чтобы дышать только через нос, чтобы морозный воздух в его обширной носовой полости успевал увлажняться и согреваться.</p>
    <p>— Далеко ещё? — спросил он.</p>
    <p>— Если они не двигались, то должны быть уже за тем пригорком, — ответил Хак через кохлеарные импланты. Мгновение спустя: — Постарайся не шуметь. Тебе не нужно, чтобы Джок узнал о твоём приближении.</p>
    <p>Понтер нахмурился. <emphasis>Не учи старого охотника подкрадываться к добыче.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Компаньон Мэри заговорил через ушные импанты:</p>
    <p>— Понтер в пятидесяти метрах от тебя. Если ты отвлечёшь Джока ещё на чуть-чуть…</p>
    <p>Мэри кивнула ровно настолько, чтобы Кристина смогла зафиксировать движение.</p>
    <p>— Стойте! — сказала она. — Стойте! Есть что-то, чего вы ещё не знаете!</p>
    <p>Пистолет в руке Джока не дрогнул.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>Мэри думала так быстро, как только могла.</p>
    <p>— Не… неандертальцы… они… они природные экстрасенсы!</p>
    <p>— Да бросьте! — сказал Джок.</p>
    <p>— Это правда! — Внезапно Понтер появился из-за пригорка позади Джока; его силуэт обозначился на фоне садящегося солнца. Мэри стоило огромного усилия не дать себе измениться в лице. — Как раз поэтому у нас есть религиозные чувства, а у них нет. Наш мозг пытается контактировать с другими разумами, но не может — это заставляет нас думать, что существует некая высшая сущность, с которой мы не в состоянии общаться. Но у них этот механизм работает превосходно. У них нет религиозных переживаний, — Боже, она бы в это и сама не поверила, чего уж говорить о нём? — у них нет религиозных переживаний, потому что они всегда находятся в контакте с разумами других людей!</p>
    <p>Понтер двигался, чрезвычайно осторожно переступая ногами по снегу и не производя никакого шума. Он подходил с наветренной стороны; будь Джок неандертальцев, он бы наверняка его уже учуял, но он, слава Богу, неандертальцем не был…</p>
    <p>— Подумайте, как полезна будет телепатия в тайных операциях! — сказала Мэри, повышая голос, но так, чтобы не было очевидно, что она пытается заглушить те тихие звуки, которые Понтер всё-таки производил. — И я напала на след генетического регулятора этой способности! Если вы убьёте меня и барастов, секрет будет утерян навсегда!</p>
    <p>— Надо же, доктор Воган! — воскликнул Джок. — Упражнение в дезинформации. Я впечатлён. — Понтер уже подобрался к Джоку на минимальное расстояние — чуть ближе, и он заметил бы его длинную тень, чёрт бы побрал низкое зимнее солнце. Понтер сцепил пальцы в замок, готовясь обрушить его на затылок Джока, и…</p>
    <p>Должно быть, тот всё-таки что-то услышал. Он начал поворачиваться кругом за долу секунды до того, как удар Понтера достиг цели, и вместо черепа удар обрушился на его левое плечо. Мэри услышала треск ломающейся кости; Джок заорал от боли и уронил ящик с бомбой. Однако пистолет всё ещё был у него в правой руке, и он нажал на спуск. У Джока не было неандертальского надбровья, и когда он повернулся лицом к солнцу, оно моментально заслепило ему глаза; выстрел ушёл в никуда.</p>
    <p>Мэри никак не могла добежать до Понтера, не подставившись под пули, и поэтому она сделала то, что посчитала самым разумным — бросилась вправо и спряталась за дерево вместе с Рубеном. Понтер издал страшный рёв и ударил наотмашь, повалив Джока лицом в снег. Понтер тут же заломил его правую руку, дёрнул её в направлении, в котором она не могла сгибаться, и воздух снова разорвал отвратительный хруст. Джок закричал и Понтер моментально завладел пистолетом. Он отбросил его в сторону с такой силой, что послышался свист рассекаемого им сухого морозного воздуха. После этого Понтер развернул Джока к себе лицом и замахнулся правой рукой, сжатой в массивный кулак.</p>
    <p>Джок перекатился вправо и здоровой рукой схватил металлический ящик. Он что-то с ним сделал, и из ящика повалил белый дым. Его клубы наполовину скрыли Понтера, но Мэри разглядела, как он схватил Джока за горло и приготовился другой рукой нанести удар прямо в лицо.</p>
    <p>— Понтер, нет! — крикнула Луиза, кинувшись к нему из-за своего валуна. — Мы должны узнать…</p>
    <p>Понтер уже начал наносить удар, хотя, должно быть, и успел немного смягчить его, услышав крик Луизы. Тем не менее удар достиг цели с таким звуком, будто сто фунтов кожи шлёпнулось на пол. Голова Джока откинулась назад, и он с закрывшимися глазами свалился на засыпанную снегом землю.</p>
    <p>Облако белого дыма расползалось в стороны. Мэри побежала вперёд, к ящику. Дым продолжал валить из него, загораживая обзор. Она на ощупь поискала на нём какой-нибудь клапан, но ничего не нашла.</p>
    <p>Рубен тоже подбежал, но его целью был Джок. Сейчас он сидел возле него на корточках, щупая пульс.</p>
    <p>— Без сознания, но жив, — объявил Рубен, глядя снизу вверх на Понтера.</p>
    <p>Мэри скинула шубу, пытаясь завернуть в неё бомбу. Поначалу её вроде бы удалось остановить истечение газа, но потом ящик взорвался, разорвав шубу в клочья; Мэри легко порезало в дюжине мест, а облако разрослось ещё больше. Оно выглядело как сверхплотный лондонский смог; Мэри могла видеть не дальше метра или двух.</p>
    <p>Луиза тоже склонилась над Джоком.</p>
    <p>— Сколько он пробудет без сознания?</p>
    <p>Рубен взглянул на неё и слегка пожал плечами.</p>
    <p>— Ты слышала звук удара. У него как минимум сотрясение, вероятно, проломлен череп. Несколько часов как минимум.</p>
    <p>— Но он нам нужен сечас! — сказала Мэри.</p>
    <p>— Для чего? — спросил Рубен.</p>
    <p>Сердце Мэри беспорядочно колотилось, в желудке бурлило, кислый привкус поднимался по пищеводу.</p>
    <p>— Чтобы узнать, какую версию вируса он выпустил!</p>
    <p>Рубен совершенно растерялся.</p>
    <p>— Что? — переспросил он, поднимаясь на ноги.</p>
    <p>— Мэри вчера модифицировала схему вируса, — сказала Луиза. — Если Джок изготовил вирус по модифицированной схеме, то…</p>
    <p>Мэри не слушала. У неё в голове застучали молотки, перед глазами всё поплыло. Ей хотелось заплакать. Если Джок изготовил вирус сегодня утром, то произвёл «серфера Джо», которого Мэри сконструировала вчера. Но если он изготовил его раньше, то расплывающееся сейчас облако состояло из оригинальной версии «wipeout», что означает…</p>
    <p>У Мэри защипало в глазах, стало трудно сохранять равновесие.</p>
    <p>…что означает, что ублюдок-глексен, лежащий сейчас в снегу, только что убил мужчину, которого она любит.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 41</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Учёные полагают, что поскольку до того, как 40000 лет назад на Земле появилось сознание, существовала, по-видимому, только одна вселенная, значит, нигде в нашей необъятной вселенной не было другого сознания — по крайней мере, старшего, чем наше. Если всё это правда, то исследование космоса — не только наша судьба: это наша </emphasis>обязанность,<emphasis> ибо ни у кого, кроме нас, Homo sapiens, нет желания и возможности этим заниматься…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>В данный момент Понтер выглядел здоровым; ни один вирус не работает настолько быстро. Он отодрал полосу мамонтовой шкуры от шубы Рубена, и Рубен с Луизой связали ею лежащему без сознания Джоку руки и ноги. Сделав это, Понтер и Рубен отнесли Джока в ближайшее здание, возможно, то самое, в котором укрылась от него Декант Дорст. Солнце село, и начало заметно холодать; несмотря ни на что, они не могли бросить его замерзать.</p>
    <p>Рубен закрыл дверь здания, и потом они с Понтером вернулись к Мэри и Луизе.</p>
    <p>— Ну что, дружище, — сказал Рубен. — Давай отвезём тебя на шахту и там засунем в деконтаминационную камеру.</p>
    <p>Понтер вскинул голову: его светлая бровь вскарабкалась на надбровье. Как и Мэри, он об этом не подумал.</p>
    <p>— Думаешь, есть шанс? — спросила Мэри, глядя теперь на Рубена покрасневшими глазами, в которых застыла надежда на чудо.</p>
    <p>— Не вижу, почему нет, — сказал Рубен. — Ну, то есть, если лазеры работают, как ты сказала, они же и вирусные молекулы должны разрушать, разве нет? По крайней мере, Понтера это должно спасти, хотя, наверное, здесь, в Центре, есть более мощные средства деконтаминации. — Он посмотрел на Понтера. — Здесь есть какая-нибудь больница?</p>
    <p>Понтер качнул головой.</p>
    <p>— Есть, но самая современная установка деконтаминации из всех, что мы делали, была построена как раз для обслуживания портала.</p>
    <p>— Значит, нам надо туда, — сказал Рубен.</p>
    <p>— Мы сначала должны будем эвакуировать всех из шахты и лаборатории, — сказал Понтер. — Мы не можем рисковать заразить кого-нибудь ещё.</p>
    <p>— Давайте вызовем транспортный куб, — сказала Мэри и заговорила в свой компаньон.</p>
    <p>Но Рубен тронул её за руку.</p>
    <p>— Кто его сюда приведёт? Мы не можем подвергать опасности других неандертальцев.</p>
    <p>— Тогда… тогда мы его туда понесём! — заявила Мэри.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_49">— <emphasis>Ce n’est pas possible</emphasis><a l:href="#id20150414092305_158">[158]</a>, — сказала Луиза. — Это же много километров.</p>
    <p>— Я пока ещё могу идти, — сказал Понтер.</p>
    <p>Но Рубен покачал головой.</p>
    <p>— Я хочу тебя обработать как можно быстрее. У нас может не быть тех нескольких часов, которые мы потратим на дорогу.</p>
    <p>— Да что за чёрт! — воскликнула Мэри. — Это смешно! Должен же быть способ добраться туда вовремя! — И тут внезапно её осенила. — Хак, ты тут самый опытный компаньон. Под твоим руководством Понтер сможет вести транспортный куб?</p>
    <p>— Я имею доступ к инструкциям по вождению, и я могу их ему объяснить, — ответил голос из предплечья Понтера.</p>
    <p>— Так чего мы ждём? По пути сюда мы прошли мимо штабеля таких машин, — сказала Мэри. — Поехали!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Они быстро добрались до штабеля запаркованных машин. Рядом со штабелем нашлась цилиндрическая стойка управления. Понтер переключил на ней что-то, и похожая на складской погрузчик штуковина приподняла верхний куб и опустила его на землю. Прозрачные бока машины взметнулись вверх.</p>
    <p>Понтер забрался в правое переднее седлокресло; Мэри заняла место рядом с ним, Рубен и Луиза уселись позади.</p>
    <p>— Ну что же, — сказал Понтер. — Хак, скажи мне, как эта штука включается.</p>
    <p>— Чтобы включить питание, вытяни штырёк янтарного цвета, — сказал Хак через внешний динамик.</p>
    <p>Мэри посмотрела на пульт управления перед Понтером. На самом деле на нём было даже меньше всего, чем на приборной панели её собственной машины — в транспортном кубе было гораздо меньше удобств.</p>
    <p>— Вон там, — подсказала она. Понтер протянул руку и вытянул штырёк.</p>
    <p>— Правый рычаг управляет движением по вертикали, — продолжал Хак. — Левый рычаг управляет движением по горизонтали.</p>
    <p>— Но они же оба ходят вверх-вниз, — озадаченно заметил Рубен.</p>
    <p>— Правильно, — подтвердил Хак. — Так удобнее для плечевых суставов водителя. Теперь, для управления вентиляторами подъёма используется пульт между рычагами — видишь его?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Большой рычаг изменяет скорость вращения ходового вентилятора. Теперь…</p>
    <p>— Хак, — сказал Рубен с заднего сиденья. — У нас нет времени. Просто скажи ему, какие кнопки нажимать.</p>
    <p>— Хорошо, Понтер, — сказал Хак. — Очисти мысли и постарайся не думать. Просто в точности выполняй то, что я говорю. Вытяни зелёный штырёк. Теперь синий. Возьмись руками за рычаги. Хорошо. Когда я скажу «вперёд», потяни правый рычаг на пятнадцать процентов круга к себе, одновременно потяни левый рычаг на пять процентов. Всё понял?</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— Готов? — спросил Хак.</p>
    <p>Понтер снова кивнул.</p>
    <p>— Вперёд!</p>
    <p>Транспортный куб сильно дёрнуло, но он приподнялся над землёй.</p>
    <p>— Теперь утопи зелёный штырёк, — сказал Хак. — Да, так. Потяни правый рычаг на себя до упора.</p>
    <p>Куб ринулся вперёд, сильно наклонившись при этом набок.</p>
    <p>— Мы кренимся, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Не беспокойтесь об этом, — ответил Хак. — Понтер, левый рычаг на одну восьмую круга от себя. Да. Теперь…</p>
    <p>Уже через несколько минут они покинули Центр Салдака, но дорога впереди ещё была неблизкая — и управлять летающей машиной оказалось трудно до чёртиков. Мэри никогда не верила рассказам о том, как простые пассажиры под руководством диспетчеров с земли сажают самолёты, и…</p>
    <p>— Нет, Понтер! — сказал Хак на максимальной громкости. — В другую сторону!</p>
    <p>Понтер потянул рычаг горизонтальной скорости на себя, но было слишком поздно. Правая сторона машины врезалась в дерево. Понтера и Мэри бросило вперёд. Рычаги управления исчезли в глубине приборной панели — по-видимому, мера безопасности, чтобы при аварии водителя на них не насадило. Куб упал на боковую сторону.</p>
    <p>— Кто-нибудь пострадал? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Нет, — ответил Рубен.</p>
    <p>— Нет, согласилась Луиза.</p>
    <p>— Понтер?</p>
    <p>Молчание. Мэри повернулась к нему.</p>
    <p>— <emphasis>Понтер?</emphasis></p>
    <p>Понтер смотрел на компаньон у себя на левом предплечье. Очевидно, он обо что-то ударился. Лицевая панель Хака открылась, что явно потребовало значительного усилия — крышка была сильно деформирована.</p>
    <p>Понтер поднял взгляд; в его глубоко сидящих глазах блестели слёзы.</p>
    <p>— Хак серьёзно повреждён, — сказал он через Кристину.</p>
    <p>— Нам нужно идти, — мягко напомнила Мэри.</p>
    <p>Понтер ещё пару секунд глядел на повреждённый компаньон, потом толкнул дверную защёлку в виде морской звезды, и боковая сторона куба раскрылась. Рубен полез наверх, выбрался наружу и спрыгнул на землю. Луиза полезла за ним следом. Понтер легко подтянулся на край куба, потом подал Мэри руку и вытянул её наверх. Спустившись на землю, Понтер осмотрел открывшееся брюхо лежащей на боку машины. Мэри проследила его взгляд; нагнетающие вентиляторы были ужасно изуродованы.</p>
    <p>— Он уже не полетит? — спросила она.</p>
    <p>Понтер покачал головой и развёл руками, словно говоря «сама видишь».</p>
    <p>— Как далеко до Дебральской шахты? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Двадцать один километр, — ответила Кристина.</p>
    <p>— А ближайший рабочий транспортный куб?</p>
    <p>— Секунду, — сказала Кристина. — В семи километрах к западу.</p>
    <p>— <emphasis>Merde,</emphasis> — выругалась Луиза.</p>
    <p>— Ну что же, — сказала Мэри. — Давайте двигаться.</p>
    <p>Уже почти совсем стемнело — а они оказались одни посреди глуши. Днём Мэри видела здесь диких зверей довольно часто; мысль о том, чтобы наткнуться на кого-нибудь из них ночью приводила её в ужас. Они прошли по снежной целине, наверное, километров десять — в таких тяжёлых условиях это заняло пять часов. Луиза благодаря своим длинным ногам постоянно уходила вперёд.</p>
    <p>Впереди на небе появились звёзды — приполярное созвездие, которое барасты называли Треснувший Лёд или Голова Мамонта. У Мэри начали неметь на морозе уши. Они шли и шли, вперёд и вперёд, пока…</p>
    <p>— Хрящ! — сказал Понтер. Мэри обернулась. Понтер тяжело опирался на Рубена. Он поднял руки и…</p>
    <p>Сердце Мэри упало; она услышала, как у Луизы вырвался возглас ужаса. На руках Рубена была кровь; в лунном свете она казалась чёрной. Было слишком поздно; геморрагическая лихорадка с её искусственно уменьшенным инкубационным периодом дала о себе знать. Мэри посмотрела Понтеру в лицо, уже содрогаясь от того, что ожидала увидеть, однако, за исключением удивлённого выражения, оно выглядело нормально.</p>
    <p>Мэри быстро приблизилась к Понтеру и подхватила его под руку, чтобы не дать ему упасть. И только тут она осознала, что это не Рубен поддерживает Понтера; это Понтер помогает Рубену держаться на ногах.</p>
    <p>В тусклом свете луны и на фоне его тёмной кожи Мэри не сразу заметила кровь у него на лице. Она бросилась к нему, и её чуть не вырвало. Кровь сочилась у него из-за глазных яблок, из ушей, стекала из ноздрей и из уголков рта.</p>
    <p>Луиза подскочила к Рубены двумя длинными прыжками и принялась вытирать кровь, сначала рукавом шубы, потом голыми руками, но кровь уже шла так обильно, что она не справлялась. Понтер осторожно уложил Рубена на землю, и кровь шумно плеснула на снег, протаивая в нём глубокие воронки.</p>
    <p>— Боже, — тихо сказал Мэри.</p>
    <p>— Рубен, <emphasis>mon cher,</emphasis> — сказала Луиза, скорчившись в снегу возле него. Она подложила ладонь ему под затылок; выросшая за день щетина, должно быть, колола ей руку.</p>
    <p>— Лу… и-и-за… — тихо сказал он. — Милая, я… — Он закашлялся, и кровь хлынула у него из горла. А потом он, как всегда, говоря эти слова, перешёл на французский: — <emphasis>Je t’aime.</emphasis></p>
    <p>Из глаз Лизы полились слёзы, когда голова Рубена обмякла на её ладони. Мэри искала пульс на его правой руке; Понтер делал то же самое с левой. Она посмотрели друг на друга и покачали головами.</p>
    <p>Лицо Луизы исказилось и она разрыдалась. Мэри придвинулась к ней, упав коленями в снег, и обняла её за плечи, прижав к себе.</p>
    <p>— Прости, — говорила Мэри снова и снова, гладя её по волосам. — Прости, прости, прости…</p>
    <p>Через некоторое время Понтер мягко тронул Луизу за плечо; Она подняла голову.</p>
    <p>— Мы не можем оставаться здесь, — сказал он, снова через посредство Кристины.</p>
    <p>— Луиза, Понтер прав, — сказала Мэри. — Становится слишком холодно. Мы должны идти.</p>
    <p>Но Луиза продолжала плакать, крепко сжимая кулаки.</p>
    <p>— Этот ублюдок, — говорила она, вздрагивая всем телом. — Проклятый монстр.</p>
    <p>— Луиза, — тихо сказала Мэри. — Я…</p>
    <p>— Ты не понимаешь? — спросила Луиза, глядя на Мэри. — Не понимаешь, что он сделал? Ему мало было убить неандертальцев. Он сделал так, чтобы вирус убивал ещё и чёрных! — Она мотнула головой. — Но… я не знала, что вирус может действовать так быстро.</p>
    <p>Мэри пожала плечами.</p>
    <p>— Большинство вирусных инфекций начинается с проникновения в тело всего нескольких частиц в одном-единственном месте. Бо́льшая часть инкубационного периода тратится на то, чтобы из этих нескольких частиц наплодить достаточно много вирусов, чтобы они смогли сделать свою чёрную работу. Но нас буквально осыпали вирусами с головы до ног; мы вдохнули и поглотили сразу миллиарды вирусов. — Она взглянула на темнеющее небо, потом снова посмотрела на Луизу. — Мы должны найти укрытие.</p>
    <p>— А что с Рубеном? — спросила Луиза. — Мы не можем оставить его здесь.</p>
    <p>Мэри посмотрела на Понтера, безмолвно умоляя его молчать. Последнее, что Луизе сейчас нужно услышать, это то, что «Рубена больше нет».</p>
    <p>— Мы вернёмся за ним завтра, — сказала Мэри, — но сейчас нам нужно где-то укрыться.</p>
    <p>Луиза помедлила несколько секунд, и Мэри достало соображения не торопить её. Наконец, она кивнула, и Мэри помогла ей подняться на ноги.</p>
    <p>Начал задувать холодный ветер, неся по снегу позёмку. Тем не менее их следы в снегу были хорошо видны.</p>
    <p>— Кристина, — сказала Мэри, — поблизости есть, где укрыться?</p>
    <p>— Проверяю, — ответила Кристина. — Согласно центральной картографической базе данных неподалёку от места крушения куба есть охотничья хижина. Добраться до неё будет проще, чем до Центра Салдака.</p>
    <p>— Вы двое идите туда, — сказал Понтер. — Я же попытаюсь всё же добраться до установки деконтаминации. Не обижайтесь, но вы меня только задержите.</p>
    <p>У Мэри подпрыгнуло сердце. Она так много хотела ему сказать, но…</p>
    <p>— Со мной всё будет хорошо, — сказал Понтер. — Не волнуйся.</p>
    <p>Мэри сделала глубокий вдох, кивнула и дала Понтеру обнять себя на прощанье; её трясло. Понтер выпустил её и пошёл в холодную ночь. Мэри вернулась к Луизе, и они побрели туда, куда указывала им Кристина.</p>
    <p>Через какое-то время Луиза споткнулась и упала лицом в снег.</p>
    <p>— Ты в порядке? — спросила Мэри, помогая ей встать.</p>
    <p>— <emphasis>Oui,</emphasis> — ответила Луиза. — Я… я что-то задумалась. Он был такой замечательный человек…</p>
    <p>Им понадобился почти час, чтобы дойти до хижины — мороз уже пробирал Мэри до костей, но в конце концов они это сделали. Хижина была очень похожа на жилище Вессан, только побольше. Они вошли внутрь и активировали светильные рёбра, которые залили помещение холодным зеленоватым светом. Здесь был небольшой обогреватель, и вскоре они сообразили, как его включать. Мэри поглядела на часы и покачала головой. Даже Понтер не смог бы за это время одолеть расстояние до шахты.</p>
    <p>Они обе были вымотаны, и физически, и эмоционально. Луиза упала на одну из лежанок и свернулась клубком, тихо плача. Мэри легла на выложенный подушками участок пола и обнаружила, что тоже плачет, павшая духом, подавленная, переполненная горем и чувством вины и преследуемая образом хорошего человека, проливающего кровавые слёзы.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 42</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>А если это представление неверно, если, как считают некоторые учёные и философы, эта и другие вселенные изобилуют разумной жизнью, то у нас всё равно есть долг, которому мы должны следовать, делая свои маленькие шаги вперёд, и состоит он в том, чтобы произвести хорошее впечатление на другие формы жизни, показать им всё величие Homo sapiens во всём нашем чудесном и бесконечном многообразии…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Мэри много раз молилась в ту ночь, тихим шепотом, чтобы не потревожить Луизу. «Господи на небесах, Господи всемилостивый, спаси его…»</p>
    <p>И потом: «Господи, прошу, не дай Понтеру умереть…»</p>
    <p>И потом ещё: «Проклятье, Господи, ты задолжал мне за тот раз…»</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Наконец, проворочавшись всю ночь, измученная кошмарами, в которых она тонула в море крови, Мэри заметила, что через маленькое окошко хижины струится солнечный свет и доносится «кек-кек-кек» странствующих голубей, встречающих зарю.</p>
    <p>Луиза тоже проснулась и лежала на лежанке, уперев взгляд в деревянный потолок.</p>
    <p>В хижине был вакуумный шкаф и лазерная печь, предположительно, питаемые солнечными батареями на крыше. Мэри открыла вакуумный шкаф и нашла нарезанные куски мяса — какого животного, она определить не смогла — и какие-то корнеплоды. Она испекла их в печи на завтрак для себя и Луизы.</p>
    <p>В хижине был также небольшой квадратный стол с седлокреслами по четырём сторонам. Мэри забралась в одно из них, Луиза уселась напротив.</p>
    <p>— Как ты себя чувствуешь? — спросила Мэри, когда они закончили есть. Она никогда не видела Луизу такой: растрёпанной, с тёмными кругами под глазами.</p>
    <p>— Я в порядке, — ответила она тихо со своим характерным акцентом, но по её голосу было ясно, что это совсем не так.</p>
    <p>Мэри не знала, что сказать. Не знала, стоит заводить разговор о Рубене, или лучше эту тему обходить стороной в надежде, что Луиза каким-то образом перестанет о нём думать хотя бы ненадолго. Но потом Мэри подумала об изнасиловании, о своей неспособности не думать о нём хоть на секунду. Луиза просто не могла сейчас думать ни о чём другом, кроме как о смерти любимого человека.</p>
    <p>Мэри потянулась через стол и взяла Луизу за руку.</p>
    <p>— Он был очень хороший человек, — сказала она, и её собственный голос предательски дрогнул.</p>
    <p>Луиза кивнула; ей карие глаза покраснели, но сейчас были сухи.</p>
    <p>— Мы собирались съехаться. — Луиза качнула головой. — Он был разведён, ну и, ты знаешь, в Квебеке люди моего возраста уже вообще перестали жениться — закону теперь плевать, есть у вас бумажка или нет, так что к чему беспокоиться? Но он говорил о том, что хочет сделать наши отношения постоянными. — Она посмотрела в сторону. — Это у нас стало почти дежурной шуткой. Он всё время говорил что-то вроде «Если мы собираемся жить вместе, то нужно подыскать жильё с большим гардеробом», потому что считал, что у меня слишком много одежды. — Она посмотрела на Мэри; её глаза теперь блестели от слёз. — Он просто шутил, но… — Она покачала головой. — Но, ты знаешь, я думала, что это и правда скоро случится. Я бы отработала свой контракт с «Синерджи» и вернулась бы в Садбери. Или мы бы переехали в Монреаль, и Рубен организовал бы там частную практику. Или… — Она пожала плечами, видимо, осознав, как бессмысленно теперь перечислять планы, которые уже никогда не сбудутся.</p>
    <p>Мэри сжала Луизину руку и просто сидела так некоторое время. Наконец, она сказала:</p>
    <p>— Я хочу пойти поискать Понтера. — Потом тряхнула головой. — Чёрт, я так привыкла к тому, что компаньоны находятся в постоянном контакте, но теперь, когда Хак разбился…</p>
    <p>— С Ппонтером всё будет хорошо, — сказала Луиза, осознав, по-видимому, что сейчас её очередь утешать подругу. — У него не было ни малеших признаков лихорадки.</p>
    <p>Мэри попыталась было кивнуть в ответ, но её голова попросту отказалась двигаться. Она была так расстроена, так волновалась, так…</p>
    <p>Внезапно за дверью послышалась какая-то возня. Сердце Мэри подпрыгнуло. Она знала, что неандертальцев ей совершенно нечего опасаться, но они находились на охотничьей территории — иначе здесь не стали бы строить охотничью хижину. Так что кто знает, какие звери тут рыщут.</p>
    <p>— Мы не можем идти искать Понтера, — сказала Луиза. — Сама подумай: лазеры, может, и выжгут вирус из его организма, но иммунитета это ему не даст, а мы-то по-прежнему инфицированы, нет разве? Может, вирус и не делает ничего белым глексенам, но мы — переносчики. Он не может с нами встречаться, пока мы тоже не пройдём деконтаминацию.</p>
    <p>— И что же нам тогда делать? — спросила Мэри.</p>
    <p>— Найти Джока Кригера, — сказала Луиза.</p>
    <p>— Что? Зачем? Там, где мы его оставили, он никому не навредит.</p>
    <p>— А что, если у него есть антидот против вируса, или если есть какой-то способ его нейтрализовать, то кому про него знать, как не ему?</p>
    <p>— Почему ты думаешь, что он нам расскажет? — спросила Мэри.</p>
    <p>Впервые с тех пор, как умер Рубен, в голосе Луизы прорезалась решимость.</p>
    <p>— Потому что если не скажет, я его прикончу, — ответила она.</p>
    <p>Они подождали ещё какое-то время после того, как звуки за стенами хижины стихли, а потом осторожно открыли дверь. В неё залетал снег.</p>
    <p>На то, чтобы добраться до здания на площади Конбор, где они оставили оглушённого Кригера, ушла бо́льшая часть утра.</p>
    <p>— Я почти уверена, что он скрылся, — сказала Луиза, когда они приближались к закрытой двери. — У этого ублюдка всегда есть лишний козырь в рукаве…</p>
    <p>Она потянула за ручку с пятью отростками, которая отпирала дверь.</p>
    <p>Джок не скрылся.</p>
    <p>Он лежал на боку. Вокруг него разлилась лужа тёмной крови. Его кожа была белая и словно вощёная.</p>
    <p>Мэри перевернула его. Свернувшая кровь покрывала его щёки и подбородок и поднималась к ушам багровыми бакенбардами. Она взглянула на его ноги и обнаружила, что штаны также пропитаны кровью, по-видимому, вытекшей из других телесных отверстий.</p>
    <p>Мэри усилием воли не дала съеденным на завтрак мясу и корнеплодам покинуть желудок. Она взглянула на Луизу — та закусила губу. Мэри отвернулась и попыталась всё осмыслить.</p>
    <p>Два мёртвых глексена.</p>
    <p>Два мёртвых глексена-<emphasis>самца</emphasis>.</p>
    <p>Так, словно…</p>
    <p><emphasis>«Серфер Джо», «Марк II».</emphasis></p>
    <p>Но нет. Нет, это невозможно. Невозможно! Да, Мэри поиграла со схемой вируса так, чтобы он убивал только глексенов-мужчин, но она ведь отправила тот листок бумаги в шредер и уж точно не вносила этих изменений в файл на компьютере Джока. И он совершено точно изготовил этот вирус <emphasis>до того</emphasis>, как Мэри сделала его безвредным, но…</p>
    <p>Но всё же он вёл себя в соответствии с задумкой Мэри — убивал только тех Homo sapiens, у которых есть Y-хромосома.</p>
    <p>Мэри не делала этого вируса. <emphasis>Нет.</emphasis></p>
    <p>Если только…</p>
    <p>Нет, нет. Это чушь.</p>
    <p>Но она путешествовала между мирами, и Джок тоже. И если в одной версии реальности она не сделала «серфера Джо» смертельным для самцов Homo sapiens, то…</p>
    <p>То, вероятно, в какой-то другой версии реальность она реализовала свою фантазию, сконструировала такой вирус…</p>
    <p>И этот Джок Кригер, тот самый, что истёк кровью из всех своих отверстий, мог явиться как раз из <emphasis>той</emphasis> версии реальности…</p>
    <p>Мэри покачала головой. Это всё слишком замысловато. Кроме того, не говорили ли Понтер с Луизой о том, что та вселенная, которую Мэри называет домом, и та, которую домом называет Понтер, как-то связаны друг с другом? Что они — те две изначальные ветви, на которые расщепилась вселенная, когда 40000 лет назад на Земле впервые пробудилось сознание?</p>
    <p>И если всё это так…</p>
    <p>Если всё это так, что схему вируса модифицировал кто-то ещё.</p>
    <p>Но кто? И зачем?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 43</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Ибо таковы мы есть: великий и чудесный народ. Да, мы совершали ошибки — но мы совершали их, </emphasis>потому что<emphasis> мы всегда шли вперёд, всегда шагали к нашей судьбе…</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Смотря выпуск новостей, Корнелиус Раскин пытался совладать с собой, но его всё равно била крупная дрожь.</p>
    <p>Он задумывал свою модификацию разработанного Джокор Кригером «серфариса» как оборонительное оружие, а не наступательное — как способ защиты неандертальского мира от посягательств таких, как…</p>
    <p>По сути, от таких, как он сам. Таких, каким он был раньше.</p>
    <p>А теперь два человека мертвы.</p>
    <p>Конечно если дальше всё пойдёт так, как он ожидает, больше никто не погибнет. Глексены-мужчины останутся в своём мире и не потеряют ничего, кроме права проносить своё зло через портал.</p>
    <p id="id59788__msoanchor_50">Корнелиус снял в Рочестере приличный дом на обсаженной деревьями улице словно прямиком из сериала «Проделки Бивера»<a l:href="#id20150414092305_159">[159]</a>. Это был такой приятный контраст с его старым пентхаусом в трущобах. Он сжимал подлокотники новенького раскладного кресла и пытался успокоиться, в то время как CNN транслировал интервью с Мэри Воган, одной из женщин, которых он изнасиловал. Нет, речь шла не об этом; она объясняла, почему глексенам-мужчинам придётся остаться здесь, в их собственном мире, и почему дорога в мир неандертальцев им теперь заказана. Вместе с ней в студии присутствовал Понтер Боддет; вид у него был крепкий и бодрый.</p>
    <p>Изначально интервью было дано канадскому «Си-би-си Ньюсуорлд», а CNN его ретранслировал. По-видимому, Мэри оставила «Ньюсуорлд» без материала несколько дней назад, торопясь остановить Джока Кригера, но теперь снова вернулась назад, в эту реальность.</p>
    <p>В реальность, с которой Корнелиусу Раскину теперь жить.</p>
    <p>— То есть вы говорите, что представителю вида Homo sapiens мужского пола появляться в мире неандертальцев теперь небезопасно? — спрашивала ведущая-азиатка.</p>
    <p>— Именно так, — ответила Мэри. — Вирусный штамм, выпущенный Джоком Кригером…</p>
    <p>— Это штамм, который американский Центр по контролю и профилактике заболеваний окрестил «эбола-салдак», верно? — спросила ведущая.</p>
    <p>— Да, это так, — ответила Мэри. — Мы полагаем, что Кригер намеревался создать штамм, смертельный только для неандертальцев, но вместо этого у него получился вирус, селективно убивающий мужчин Homo sapiens. Мы не знаем, насколько широко распространился этот вирус в неандертальском мире, но мы знаем точно, что для мужчин нашего вида он смертелен в течение нескольких часов после заражения.</p>
    <p>— А что же неандертальская технология деконтаминации? Доктор Боддет, что вы можете сказать по этому поводу?</p>
    <p>— В ней используются калибруемые лазеры, уничтожающие биомолекулы в нашем организме, — сказал Понтер. — Мы с доктором Воган прошли через эту процедуру перед тем, как вернуться на эту версию Земли. Эта технология надёжна и эффективна, но, как сказала доктор Воган, любой мужчина-глексен, заразивший «эболой-салдак», умрёт, если только не подвергнется этой процедуре сразу после заражения. А установок деконтаминации в моём мире очень мало.</p>
    <p>— И помимо этой лазерной процедуры не существует никаких лекарств или вакцин?</p>
    <p>— Пока нет, — сказала Мэри. — Конечно, мы попытаемся их найти. Но помните: мы ищем средства против эболы уже много лет, и без какого-либо успеха.</p>
    <p>Корнелиус покачал головой. Когда он осознал, что Джок не моделирует теоретический сценарий, а в самом деле планирует изготовить этот вирус, Корнелиус модифицировал его код, дал Джоку произвести несколько литров вируса в запаянных ампулах, а потом, когда всё было готово, вернул в файлы оригинальный код, чтобы если Джоку придёт в голову снова его просмотреть, он бы не догадался, что код меняли.</p>
    <p>Предполагалось, что это немного скомпенсирует, станет шагом на пути к выравниванию кармического счёта Корнелиуса — хотя, конечно, вряд ли он когда-либо сможет искупить то, что наделал в Торонто. Однако насильником был прежний он, рассерженный он. Сейчас он был по-настоящему другим человеком — по-прежнему обиженный и несправедливо обойдённый, но способный контролировать свой гнев по этому поводу. Нет, сейчас он чувствовал себя совсем по-другому, не так, как во время нападения на Мэри Воган или Кейсер Ремтуллу, когда по его сосудам гулял тестостерон. Но они, наверное, до сих пор чувствуют это, просыпаются в холодном поту, преследуемые жуткими видениями…</p>
    <p>Ну, конечно, видениями не <emphasis>его,</emphasis> а некоего мужчины в чёрной лыжной маске. По крайней мере, таким он должен представляться Кейсер Ремтулле, поскольку она не знала, кто на неё напал.</p>
    <p>Но Мэри Воган знала.</p>
    <p>Корнелиус понимал, что это было словно палка о двух концах. Мэри не могла раскрыть Корнелиуса, не подставив Понтера под обвинение в… скажем так, в <emphasis>лечении</emphasis>, которому тот его подверг.</p>
    <p>И тем не менее образ, преследующий Мэри, наверняка имеет лицо — светлокожее, голубоглазое, с искажёнными гневом и ненавистью чертами.</p>
    <p>А теперь, осознал Корнелиус, ему почти безразлично, что никто, по всей видимости, никогда не узнает о его роли в смерти Рубена и Джока. Мэри уже рассказала миру, что Джок Кригер совершил какую-то ошибку при проектировании вируса, что он подорвался на собственной бомбе, пал жертвой своего собственного творения.</p>
    <p>И, по правде говоря, по поводу его смерти Корнелиус не испытывал особых угрызений — в конце концов, он планировал геноцид неандертальцев.</p>
    <p>Но умер также и ни в чём не повинный человек, этот доктор — настоящий доктор, целитель, спасающий жизни — Рубен Монтего.</p>
    <p>Корнелиус отпустил подлокотники кресла и поднёс руки к глазам — посмотреть, не перестали ли они дрожать. Они не перестали. Он снова крепко ухватился за подлокотники.</p>
    <p>— Ни в чём не повинный человек, — сказал он вслух, хотя вокруг не было никого, кто мог бы его услышать. Он покачал головой.</p>
    <p><emphasis>Как будто такие существуют в природе…</emphasis></p>
    <p>Но, опять же — а вдруг существуют?</p>
    <p>Некрологи и соболезнования, уже появившиеся в сети, говорили о Рубене Монтего в превосходной степени. Его подруга, Луиза Бенуа, которую он встречал в «Синерджи», была совершенно раздавлена его смертью. Она снова и снова повторяла, какой чуткий и добрый он был человек.</p>
    <p>Снова Корнелиус принёс женщине огромное горе.</p>
    <p>Он знал, что должен в ближайшее время что-то сделать по поводу кастрации. В конце концов, скоро должны были начаться и другие изменения: метаболизм замедлится, в теле начнёт накапливаться жир. Он уже заметил, что борода теперь растёт медленнее, и он почти всё время чувствует какую-то апатию — апатию или депрессию. Очевидным решением было начать принимать тестостероновые препараты. Он знал, что тестостерон — это стероид, в основном производимый содержащимися в семенниках клетками Лейдига. Но он также знал, что тестостерон может быть синтезирован из более легкодоступных стероидов, таких как диосгенин: его наверняка можно достать на чёрном рынке. Живя в Дрифтвуде, Корнелиус старался игнорировать ведущуюся в окрестностях его жилища торговлю наркотиками, но если бы ему понадобился торговец тестостероном, он без труда нашёл бы такого что в Торонто, что здесь, в Рочестере.</p>
    <p>Но нет. Нет, он не хочет этого делать. Он не хочет снова становиться таким, как был, снова чувствовать то, что чувствовал раньше.</p>
    <p>Для него обратного пути нет.</p>
    <p>И…</p>
    <p>И пути вперёд тоже.</p>
    <p>Он поднял руки. Они больше не дрожали. Не дрожали вообще.</p>
    <p>Он подумал, что люди скажут о <emphasis>нём,</emphasis> когда его не станет.</p>
    <p>Он следил за развернувшимися в последнее время дебатами в прессе по поводу религиозности. Если такие люди, как Мэри Воган, правы — он узнает. Узнает, даже после смерти. И возможно — лишь возможно — что спасение мира неандертальцев от таких, как он сам, как-нибудь ему зачтётся.</p>
    <p>Конечно, если правы неандертальцы, то смерть — лишь забвение, простое прекращение существования.</p>
    <p>Корнелиус надеялся, что неандертальцы правы.</p>
    <p>Он не хотел оставлять свидетельств нанесённого ему увечья. Ему было безразлично, что станет с Понтером Боддетом, но он не хотел, чтобы его семья когда-либо узнала, что он совершил в Торонто.</p>
    <p>Корнелиус Раскин спустился в гараж и принялся сливать бензин из бака своей машины.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>— Ну, Бандра, что ты думаешь? — спросила Мэри.</p>
    <p>Бандра была одета как глексенка — коричневые кроссовки, джинсы-варёнки и свободная зелёная рубашка, всё куплено в том же самом «Марке», где они покупали одежду Понтеру в первый его визит в мир Мэри. Она стояла посреди комнаты и поражённо оглядывалась вокруг.</p>
    <p>— Это… это непохоже ни на одно жилище, что я видела.</p>
    <p>Мэри также оглядела просторную гостиную.</p>
    <p>— Примерно в таких домах живёт бо́льшая часть людей — по крайней мере, здесь, в Северной Америке. Ну, если честно, это весьма и весьма <emphasis>хороший</emphasis> дом, а большинство людей живут в больших городах, а не в сельской местности. — Она помолчала. — Тебе нравится?</p>
    <p>— Мне понадобится время, чтобы привыкнуть, — сказала Бандра. — Но да, мне <emphasis>очень</emphasis> нравится. Он такой большой!</p>
    <p>— Два этажа, — сказала Мэри. — Тридцать пять сотен квадратных футов, плюс подвал. — Она дала Бандриному компаньону секунду, чтобы перевести единицы площади, потом улыбнулась. — И здесь <emphasis>три</emphasis> ванные комнаты.</p>
    <p>Пшеничные глаза Бандры округлились.</p>
    <p>— Какая роскошь!</p>
    <p>Мэри улыбнулась, припомнив рекламный лозунг своей краски для волос.</p>
    <p>— Мы этого достойны.</p>
    <p>— И ты говоришь, земля вокруг тоже наша?</p>
    <p>— Ага. Все 2,3 акра.</p>
    <p>— Но… но мы можем это себе позволить? Я знаю, что всё имеет свою цену.</p>
    <p>— Мы определённо не могли бы позволить себе такой здоровый участок в окрестностях Торонто. Но здесь, на окраине Лайвли? Запросто. В конце концов, Лаврентийский университет будет нам платить очень приличную зарплату. Насколько это вообще возможно в сфере высшего образования.</p>
    <p>Бандра уселась на диван и сделала жест в сторону антикварного вида книжных шкафов тёмного дерева, уставленных резными статуэтками.</p>
    <p>— Мебель и отделка очень красивые.</p>
    <p>— Это необычное смешение стилей, — сказала Мэри. — Канадского и карибского. Конечно, семья Рубена захочет что-то из этого забрать, и Луиза наверняка тоже, но бо́льшая часть останется. Я купила дом со всей обстановкой.</p>
    <p>Бандра опустила взгляд.</p>
    <p>— Как бы мне хотелось познакомиться с твоим другом Рубеном.</p>
    <p>— Тебе бы он понравился, — сказала Мэри, садясь на диван рядом с Бандрой. — Это был замечательный человек.</p>
    <p>— И тебе не будет грустно жить здесь? — спросила Бандра.</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Нет. Видишь ли, это место, где Понтера, меня, Рубена и Луизу изолировали на карантин, когда Понтер впервые попал в наш мир. Это место, где я узнала Понтера, где я начала влюбляться в него. — Она указала на массивный шкаф на дальнем краю комнаты, заполненный детективами. — Я помню, как он стоял вон там и чесал спину об угол шкафа, как об чесальный столб, двигаясь из стороны в сторону. И мы вели такие интересные беседы вот на этом самом диване. Я знаю, что отныне я буду с ним лишь четыре дня в месяц, и по большей части в его мире, а не в моём, но у меня такое чувство, что это, в некотором смысле, и <emphasis>его</emphasis> дом тоже.</p>
    <p>Бандра улыбнулась.</p>
    <p>— Понимаю.</p>
    <p>Мэри похлопала её по колену.</p>
    <p>— Вот за это я тебя и люблю. За то, что понимаешь.</p>
    <p>— Но мы недолго будем тут вдвоём, — сказала Бандра, широко улыбаясь. — Давненько я не жила в доме, в котором есть дети.</p>
    <p>— Надеюсь, ты мне поможешь, — сказала Мэри.</p>
    <p>— Конечно. Уж я-то знаю, что такое кормление в девятую деци!</p>
    <p>— Он, я вовсе не имела в виду… хотя спасибо, конечно! Нет, я хотела сказать, что ты поможешь мне воспитывать нашу с Понтером дочку. Я хочу, чтобы она любила и ценила обе культуры — и глексенскую, и барастовскую.</p>
    <p>— Настоящая синергия, — сказала Бандра, улыбаясь во всё лицо. — Чтобы Двое воистину стали Одним.</p>
    <p>Мэри улыбнулась в ответ.</p>
    <p>— Точняк.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Телефон зазвонил через два дня, где-то в шесть вечера. Мэри и Бандра отработали свой первый полный день в университете и теперь расслаблялись у себя, в доме, который раньше принадлежал Рубену. Мэри растянулась на диване, дочитывая, наконец, роман Скотта Туроу, который начинала читать давным-давно, ещё до первого открытия портала между мирами. Бандра лежала в большом шезлонге, доставшемся им вместе с домом — том самом, на котором спала Мэри во время карантина. Она тоже читала книгу с неандертальского планшета.</p>
    <p>Когда телефон на низком столике возле дивана зазвонил, Мэри загнула страницу книги, встала и подняла трубку.</p>
    <p>— Алло?</p>
    <p>— Здравствуйте, Мэри, — сказал женский голос с пакистанским акцентом. — Это Кейсер Ремтулла из Йоркского.</p>
    <p>— О Боже, Кейсер! Здравствуйте! Как вы?</p>
    <p>— У меня всё хорошо. Но я с не слишком весёлыми новостями. Вы помните Корнелиуса Раскина?</p>
    <p>У Мэри внутри что-то болезненно сжалось.</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>— Мне очень жаль, что приходится сообщать вам эту новость, но он недавно скончался.</p>
    <p>Мэри удивлённо вскинула брови.</p>
    <p>— Правда? Но он ведь был ещё молодой…</p>
    <p>— Тридцать пять, как мне сказали.</p>
    <p>— Что случилось?</p>
    <p>— Был пожар, и… — Она замолчала, и Мэри услышала, как она с трудом сглатывает слюну. — И от него, по-видимому, мало что осталось.</p>
    <p>Мэри безуспешно пыталась найти подходящий ответ. В конце концов с её губ сорвалось лишь краткое «Ох…»</p>
    <p>— Вы не хотели бы… не хотите приехать на поминальную службу? Она будет в пятницу, здесь, в Торонто.</p>
    <p>Об этом Мэри не надо было даже задумываться.</p>
    <p>— Нет. Нет, я ведь его почти не знала, — сказала она. <emphasis>Я его совершенно не знала.</emphasis></p>
    <p>— Да, хорошо, я понимаю, — сказала Кейсер. — Просто подумала, что нужно вам рассказать.</p>
    <p>Мэри хотелось сказать Кейсер, что она теперь может спать спокойно — теперь, когда человек, изнасиловавший её — их обеих — мёртв, однако…</p>
    <p>Однако предполагалось, что Мэри вообще не знает о том, что Кейсер изнасиловали. Её мысли путались. Однажды она найдёт способ сделать так, чтобы Кейсер узнала.</p>
    <p>— Спасибо за звонок. Простите, что не приеду.</p>
    <p>Они попрощались, и Мэри осторожно положила трубку. Бандра вернула шезлонг в вертикальное положение.</p>
    <p>— Кто это был?</p>
    <p>Мэри подошла к Бандре и протянула к ней руки, чтобы помочь встать. Потом они притянула её ближе к себе.</p>
    <p>— С тобой всё в порядке? — спросила Бандра.</p>
    <p>Мэри крепко её обняла.</p>
    <p>— Всё хорошо, — сказала она.</p>
    <p>— Ты плачешь, — сказала Бандра. Она не видела Мэриного лица, которое которое та прижимала к её плечу; должно быть, слёзы промочили ткань.</p>
    <p>— Не волнуйся, — глухо сказала Мэри. — Просто обними меня.</p>
    <p>И Бандра так и сделала.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Глава 44</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p><emphasis>Мои дорогие люди, дорогие Homo sapiens, мы продолжим наше большое путешествие, продолжим наш чудесный поиск, продолжим наш путь вперёд и ввысь. Это наша история, и это наше будущее. И мы не остановимся, не запнёмся, не сдадимся, пока не достигнем самых дальних звёзд.</emphasis></p>
    </epigraph>
    <empty-line/>
    <p>Понтер и Адекор много времени проводили в штаб-квартире ООН, консультируя комитет, который пытался решить, следует ли продолжать строительство нового, постоянного портала между комплексом ООН и соответствующим местом острова Данкат. В конце концов, доказывали некоторые, если мужчины не смогут им пользоваться, то проект следует закрыть. Луиза Бенуа также была включена в этот комитет.</p>
    <p>В Лаврентийской университете, разумеется, начались рождественские каникулы — что означало, что Мэри и Бандра не были привязаны к Садбери. Они решили слетать в Нью-Йорк, чтобы встретить Новый год с Луизой, Понтером и Адекором на Таймс-сквер.</p>
    <p>— Это невероятно! — говорила Бандра, почти крича, чтобы её было слышно за шумом толпы. — Сколько здесь народу?</p>
    <p>— Обычно собирается где-то полмиллиона.</p>
    <p>Бандро огляделась вокруг.</p>
    <p>— Полмиллиона! Я не думаю, чтобы полмиллиона барастов вообще хоть когда-нибудь собирались вместе.</p>
    <p>— Так почему вы празднуете новый год именно в этот день? — спросил Понтер. — Это не солнцестояние и не равноденствие.</p>
    <p>— Гмм, — сказала Луиза. — Если честно, я не знаю. Мэри?</p>
    <p>Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Без понятия. — Она заглянула Луизе в глаза и попыталась изобразить её квебекский акцент, перекрикивая при этом гомон толпы. — Но любой день подходит, чтоб устроить фи-и-есту! — Нет, улыбку на её лице увидеть пока не удастся; ещё слишком рано.</p>
    <p>— Так что же будет сегодня вечером? — спросил Адекор.</p>
    <p>Всё вокруг было залито неоновыми огнями.</p>
    <p>— Видите вон то здание? — спросила Мэри, указывая рукой.</p>
    <p>Адекор и Понтер кивнули.</p>
    <p>— Когда-то там располагалась главная редакция газеты «Нью-Йорк Таймс» — вот почему это место зовётся Таймс-сквер. Так вот, видите флагшток на самом верху? Его высота семьдесят семь футов. Огромный шар весом в тысячу фунтов начнёт спускаться по этому флагштоку ровно в 23:59, и ему понадобится ровно шестьдесят секунд, чтобы достичь нижней точки. Когда это произойдёт, это будет знаком начала нового года, и начнётся грандиозное шоу фейерверков. — У Мэри была в руках сумка; все присутствующие получили такие в подарок от Департамента содействия бизнесу Таймс-сквер. — Когда шар коснётся нижней точки, полагается расцеловать тех, кого вы любите и крикнуть «С Новым годом». Но вам ещё надо будет подбросить в воздух содержимое ваших сумок. Они наполнены маленькими кусочками бумаги, которые назваются конфетти.</p>
    <p>Адекор покачал головой.</p>
    <p>— Сложный ритуал.</p>
    <p>— Звучит восхитительно! — сказала Бандра. — Я думаю… <emphasis>Изумление! Изумление!</emphasis></p>
    <p>— Что? — не поняла Мэри.</p>
    <p>Бандра показала куда-то ей за спину.</p>
    <p>— Это мы!</p>
    <p>Мэри повернулась. Один из гигантских телеэкранов показывал Бандру и Мэри. На глазах у Мэри — это и правда было захватывающее зрелище — камера переместилась влево и показала Понтера и Адекора. Впрочем, через несколько секунд на экране появился мэр Нью-Йорка, машущий толпе. Мэри снова повернулась к остальным.</p>
    <p>— Наше присутсвие не прошло незамеченным, — сказала она, улыбаясь.</p>
    <p>Понтер рассмеялся.</p>
    <p>— О, мы к этому уже привыкли.</p>
    <p>— Вы приходите сюда каждый год? — спросил Адекор.</p>
    <p>С неба падал негустой снег, и дыхание Мэри было ясно видно в холодном воздухе.</p>
    <p>— Я? Я никогда здесь не была — но я каждый год смотрю эту церемонию по телевизору вместе с примерно 300 миллионами других людей по всему миру. Это уже традиция.</p>
    <p>— Который сейчас час? — спросил Понтер.</p>
    <p>Мэри глянула на часы; неонового света вокруг было достаточно, чтобы рассмотреть стрелки.</p>
    <p>— Ещё только 23:30, — сказала она.</p>
    <p>— О-о-о! — сказала Бандра, снова указывая на экран. — Теперь очередь Лу!</p>
    <p id="id59788__msoanchor_51">Гигантский экран теперь показывал крупным планом прекрасное лицо Луизы и то, как она очаровательно улыбается, заметив своё лицо на экране. Раздались одобрительные крики десятка тысяч мужских голосов. Что же, Памела Андерсон тоже начинала с появления на джамботроне<a l:href="#id20150414092305_160">[160]</a>…</p>
    <p>Изображение сменилось, и в кадре появился Дик Кларк в чёрном шёлковом пиджаке, стоящий на широком помосте, окружённом сотнями розовых и прозрачных воздушных шаров.</p>
    <p>— Здравствуй, мир! — крикнул он, и потом, словно поправляя себя, с идеальной белозубой улыбкой: — Здравствуйте, <emphasis>миры</emphasis>!</p>
    <p>Толпа взорвалась криками. Мэри начала хлопать в ладоши одетыми в варежки руками.</p>
    <p>— И снова добро пожаловать на Рок-н-рольный новогодний бал Дика Кларка!</p>
    <p>Снова крики. Повсюду вокруг них люди махали маленькими американскими флажками, которые раздавали вместе с сумками с конфетти.</p>
    <p>— Это был <emphasis>потрясающий</emphasis> год, — сказал Кларк. — Год, в котором мы встретились с нашими давно потерянными братьями, неандертальцами. — На экране крупным планом появился Понтер, которому потребовалась секунда, чтобы определить место, откуда его снимают и помахать прямо в камеру — лицевая панель Хака ярко блестела в неоновой радуге.</p>
    <p>Толпа начала скандировать: «Пон-тер! Пон-тер! Пон-тер!»</p>
    <p>Мэри чувствовала, что вот-вот лопнет от гордости. Дик Кларк, однако, повёл свою речь дальше.</p>
    <p>— Сегодня ночью наряду с известнейшими музыкальными коллективами нашего мира Крек Доналт исполнит своё величайшее произведение «Двое становятся Одним» — прямая трансляция из нашей студии в Голливуде. Но прямо сейчас мы… сэр, сэр, простите, но вы должны уйти.</p>
    <p>Мэри растерянно смотрела на гигантский экран. Кларк был на помосте один.</p>
    <p>— Простите сэр, но мы в эфире, — произнёс Кларк, обращаясь к пустому месту. Потом он повернулся и крикнул: — Мэтт, мы можем вывести отсюда этого клоуна?</p>
    <p>По толпе пробежал ропот. Какую бы шутку ни пытался отколоть Кларк, она явно не сработала. Даже Бандра склонилась к Мэри и сказала:</p>
    <p>— Похоже, он облажался…</p>
    <p>Внезапно стоявший до тех пор спиной к ним мужчина развернулся — непростое дело, если принять во внимание, что люди стояли как поленья в поленнице. Глядя прямо на Понтера, он сказал:</p>
    <p>— Господи, это ты! Это ты!</p>
    <p>Понтер вежливо улыбнулся.</p>
    <p>— Да, я…</p>
    <p>Но мужчина, выпучив глаза, оттолкнул Понтера в сторону и снова сказал: — Это ты! Это ты! — Похоже, он был решительно настроен идти прямиком сквозь толпу, и толпа, по большей части, расступалась перед ним.</p>
    <p>— Иисусе! — вскричала женщина рядом с Бандрой, но Мэри не заметила, что могло её так расстроить. Она повернулась посмотреть на мужчину, который прошёл мимо Понтера и, к своему изумлению, обнаружила, что тот опускается на колени.</p>
    <p>Из громкоговорителей снова донёсся голос Дика Кларка; в нём слышалась паника.</p>
    <p>— Я не могу это сделать, пока он здесь!</p>
    <p>Мэри ощутила, как вдруг резко пересохло в горле. Она протянула левую руку, пытаясь опереться на что-нибудь, чтобы не упасть. Бандра схватила её за руку.</p>
    <p>— Мэри, с тобой всё хорошо?</p>
    <p>Мэри заставила себя коротко кивнуть.</p>
    <p>— Иисусе! — снова закричала женщина.</p>
    <p>Но Мэри покачала головой.</p>
    <p>— Нет, — сказала она едва слышно.</p>
    <p>Нет, то был не Иисус.</p>
    <p>То была Мария.</p>
    <p>Пресвятая Дева Мария!</p>
    <p>— Понтер, — позвала Мэри дрожащим голосом. — Понтер, ты видишь её? Ты видишь её?</p>
    <p>— Кого? — спросил Понтер.</p>
    <p>— Она прямо здесь, — сказала Мэри, показывая — и тут же одёрнула руку и перекрестилась. — Она прямо здесь!</p>
    <p>— Мэре, здесь полмиллиона человек…</p>
    <p>— Но она светится… — тихо сказала Мэри.</p>
    <p>Понтер повернулся к Луизе, и Мэри заставила себя на секунду взглянуть в том направлении. Луизины карие глаза округлились, и она шептала что-то снова и снова, слишком тихо, чтобы Мэри могла услышать, но губы складывались в «<emphasis>Mon Dieu, mon Dieu, mon Dieu…</emphasis>»</p>
    <p>— Видишь! — сказала Мэри. — Луиза тоже её видит! — Но ещё не договорив, Мэри засомневалась: к Деве, пусть и Пресвятой, вроде бы не обращаются словами «Боже мой, Боже мой, Боже мой…»</p>
    <p>Взгляд Мэри словно сам собой сместился обратно к светящейся фигуре, стоящей прямо перед ней в окружении вздымающихся к небу зданий.</p>
    <p>Бандра всё ещё держала Мэри за руку. Женщина по другую сторону от неё упала на колени.</p>
    <p>— Мария! — воскликнула она. — Пресвятая Дева Мария!</p>
    <p>Но она смотрела в совершенно другую сторону.</p>
    <p>— Смотрите, — раздался голос — один из десятков тысяч звучащих одновременно голосов, но Мэри почему-то выделила его на общем фоне. — Корабль пришельцев!</p>
    <p>Мэри подняла взгляд. Прожекторы шарили по чёрному пустому небу.</p>
    <p>— Мэре! — Голос Понтера. — Мэре, что с тобой? Что происходит?</p>
    <p>Человек впереди Мэри повернулся и запустил руку за пазуху. На какие-то полсекунды Мэри показалось, что он достаёт пистолет, но на свет появился толстый бумажник, набитый наличными. Он раскрыл его.</p>
    <p>— Возьмите! — сказал он, суя несколько банкнот Мэри. — Вот, возьмите! Берите! — Он повернулся к Понтеру и протянул деньги и ему. — Возьмите! Возьмите! У меня их так много…</p>
    <p>Откуда-то сзади донёсся громкий крик:</p>
    <p>— Аллаху акбар! Аллаху акбар!</p>
    <p>И спереди:</p>
    <p>— Мессия! Наконец-то!</p>
    <p>И слева:</p>
    <p>— Да, да! Забери меня, о Господи!</p>
    <p>И справа, распевно:</p>
    <p>— Аллилуйя!</p>
    <p>Мэри захотелось, чтобы у ней были чётки. Дева была здесь — прямо здесь — и кивнула ей, подзывая поближе.</p>
    <p>— Мэре! — орал Понтер. — Мэре!</p>
    <p>Позади Мэри кто-то рыдал. Впереди кто-то безостановочно смеялся. Кто-то закрывал лицо руками, кто-то хлопал в ладоши, или протягивал руки к небесам.</p>
    <p>Мужчина кричал:</p>
    <p>— Кто это? Кто там?</p>
    <p>Женщина кричала:</p>
    <p>— Уходи! Уходи!</p>
    <p>И кто-то ещё кричал:</p>
    <p>— Добро пожаловать на планету Земля!</p>
    <p>В нескольких футах от себя Мэри увидела, как человек потерял сознание, но остался стоять, стиснутый толпой.</p>
    <p>— Судный день! — кричал один голос.</p>
    <p>— Первый контакт! — кричал второй.</p>
    <p>— Махди! Махди! — кричал третий.</p>
    <p>Неподалёку женщина читала нараспев:</p>
    <p>— Отче наш, иже еси на небесах, да святится имя твое…</p>
    <p>А рядом с ней мужчина причитал:</p>
    <p>— Прости, прости, прости, я так виноват…</p>
    <p>А кто-то ещё заявлял категорически:</p>
    <p>— Этого не может быть! Так не бывает!</p>
    <p>— Мэре! — сказал Понтер, хватая её за плечи и разворачивая лицом к себе, спиной к Пресвятой Деве. — Мэре!</p>
    <p>— Нет, — смогла сказать Мэри. — Нет, отпусти. Она здесь…</p>
    <p>— Мэре, здесь становится опасно. Нам надо выбираться отсюда!</p>
    <p>Мэри вывернулась у него из рук, найдя в себе силы, о которых и не подозревала. Она сделает всё, лишь бы быть с Пресвятой Девой…</p>
    <p>— Адекор, Бандра, быстро! — Голос Понтера, прошедший через транслятор, ворвался в её мозг, заглушая голос Святой Девы. Мэри подняла руки с согнутыми когтями пальцами, пытаясь выдрать из ушей кохлеарные импланты. Голос Понтера продолжал: — Нам нужно увести отсюда Лу и Мэре!</p>
    <p>Белое сияние — идеально белое сияние — теперь начало мерцать; по краям появились радужные переливы. Мэри чувствовала, как её сердце расширяется, её душа взмывает вверх, её…</p>
    <p><emphasis>Выстрелы!</emphasis></p>
    <p>Мэри взглянула вправо. Белый мужчина лет сорока достал пистолет и палил в какого-то невидимого демона; его лицо искажено ужасом. Прямо перед ним умирали люди, но Таймс-сквер была заполнена слишком плотно, и люди не могли упасть. Мэри увидела лицо сначала одного человека, затем второго, в тот момент, как их пронзала пуля.</p>
    <p>Крики боли смешались с возгласами восторга.</p>
    <p>— Бандра! — закричал Понтер. — Расчищайте нам дорогу! Я понесу Мэре. Адекор, бери Лу!</p>
    <p>Мэри чувствовала как по её лицу струится пот, несмотря на зимний холод. Понтер собирается увести её от…</p>
    <p><emphasis>Нет,</emphasis> думала рациональная часть Мэри, сражаясь за доступ к её сознанию. Девы здесь нет.</p>
    <p><emphasis>Есть!</emphasis> кричала другая её часть. <emphasis>Она здесь!</emphasis></p>
    <p><emphasis>Нет! Нет! Девы нет. Никакой Девы нет…</emphasis></p>
    <p>Но она была — её не могло не быть, потому что Мэри вдруг почувствовала, как её ноги отрываются от земли, и она взлетает…</p>
    <p><emphasis>Потому что её поднимает Понтер,</emphasis> выше, ещё выше, забрасывая её на своё широкое плечо. Бандра впереди расталкивала людей в стороны, словно кегли, заставляя людское море расступиться, открыть путь. Понтер бросался вперёд, спеша занять место, которое Бандра только что очистила, пока оно не схлопнулось под людским напором. На площади были места с пониженной плотностью людей — то, что ещё осталось от дорожек, предназначавшиеся изначально для подъезда машин аварийных служб, и Бандра проталкивалась к одной из них.</p>
    <p>Мэри повертела головой по сторонам, пытаясь снова разглядеть сияние Девы Марии, и увидела Луизу, лежащую на плече у Адекора — оба следовали за Мэри и Понтером по пятам.</p>
    <p>К ним подскочил мужчина с совершенно диким взглядом. Он ударил Понтера, который легко уклонился. Но тут на Понтера наскочил другой мужчина и заорал:</p>
    <p>— Изыди, нечистая сила!</p>
    <p>Понтер пытался уклоняться от ударов, но тщетно. Нападающий был словно одержим — хотя почему «словно», подумала Мэри. Он попал кулаком по широкой челюсти Понтера, и тот наконец вынужден был ответить, ударив нападающему открытой ладонью в грудь. Даже сквозь окружающую какофонию Мэри услышала треск ломающихся рёбер, и мужчина упал. Толпа хлынула в очищенное Бандрой пространство, и похоже было, что нападавшего сейчас затопчут, но Понтер рванулся вперёд и через несколько секунд уже протиснулся достаточно далеко, чтобы Мэри не смогла разглядеть, что стало с упавшим мужчиной.</p>
    <p>Мэри у Понтера на плече нещадно швыряло и трясло, перед глазами всё прыгало, но внезапно она заметила, как гигантский светящийся шар начал свой спуск по флагштоку — геодезическая сфера шести футов в диаметре, покрытая уотерфордским хрусталём, освещённая изнутри и снаружи. Вряд ли кто-то сохранил достаточно рассудка, чтобы запустить процесс; наверняка всё контролировалось компьютером.</p>
    <p>Стробоскопы. Прожектора. Лазерные лучи, прошивающие облака сухого льда.</p>
    <p>Новые крики. Новые выстрелы. Звук бьющегося стекла. Завывание сирен. Лошадь пытается сбросить конного полицейского.</p>
    <p>— Мария! — закричала Мэри. — Спаси нас!</p>
    <p>— Понтер! — донёсся сзади голос Адекора. — Осторожно!</p>
    <p>Мэри ощутила, как дёрнулась голова Понтера. Ещё один безумец пробирался к нему, в этот раз размахивая монтировкой. Понтер отклонился вправо, расталкивая людей в стороны и уклоняясь от удара по голове.</p>
    <p>Бандра развернулась и схватила нападавшего за запястье. Снова Мэри расслышала хруст ломающейся кости, и монтировка упала на мостовую.</p>
    <p>Мэри отчаянно вертела головой, высматривая Деву Марию. Гигантский шар почти завершил свой путь — и они почти выбрались с Таймс-сквер на 42-ю стрит.</p>
    <p>Внезапно небо взорвалось.</p>
    <p>Мэри вскинула голову. Владыка небесный! Это…</p>
    <p>Но нет. Нет, просто компьютер, должно быть, контролировал не только опускающийся шар, но и фейерверк. Огромный павлиний хвост света начал раскрываться позади них, и в небеса взмыли красные, белые и синие ракеты.</p>
    <p>Ноги Понтера поднимались и опускались, словно поршни машины. Толпа редела, и они уже двигались с приличной скоростью. Бандра по-прежнему держалась впереди, Адекор с Луизой на плече замыкал строй; так они и бежали все вместе в ночь и в Новый год.</p>
    <p>— Мария! — звала Мэри Воган. — Святая Дева, вернись!</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Штаб-квартира Объединённых Наций находится всего в миле к востоку от Таймс-сквер. Им понадобилось девяносто минут, чтобы добраться дотуда пешком, борясь с дорожным движением и толпами вдоль всего пути, но в конце концов они сделали это и без проблем попали внутрь — охранник-глексен узнал Понтера и впустил их.</p>
    <p>Видения закончились вскоре после полуночи, прекратившись так же внезапно, как и начались. У Мэри раскалывалась голова; она чувствовала себя пустой и холодной внутри.</p>
    <p>— Что ты видела? — спросила она Луизу.</p>
    <p>Луиза медленно покачала головой, очевидно, припоминая ушедшее ощущение чуда.</p>
    <p>— Бога, — сказала она. — Бога-отца, такого же, как на крыше Сикстинской капеллы. Это было… — Она поискала подходящее слово. — Это было само совершенство.</p>
    <p>Остаток ночи они провели на двадцатом этаже здания Секретариата; они заснули в конференц-зале, под звуки доносящихся снизу криков и завывания сирен: видения кончились, но хаос только начинался.</p>
    <empty-line/>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <empty-line/>
    <p>Утром они смотрели по телевизору обывочные новостные выпуски — некоторые каналы не работали вообще — пытаясь понять, что же всё-таки случилось.</p>
    <p>К этому моменту коллапс магнитного поля Земли продолжался уже четыре месяца — впервые со времени появления сознания в этом мире. Напряжённость поля сильно флуктуировала, силовые линии непредсказуемо сходились и расходились.</p>
    <p>— Ну, — сказала Луиза, глядя в экран телевизора, — нельзя сказать, что оно именно <emphasis>зависло,</emphasis> но…</p>
    <p>— Но что? — спросила Мэри. Они обе были смертельно усталые, немытые и сильно исцарапанные.</p>
    <p>— Я говорила Джоку, что главной проблемой, которую принесёт коллапс магнитного поля, будет не ультрафиолетовое излучение или что-то в этом роде. Скорее, говорила я, это будут эффекты, производимые им на человеческое сознание.</p>
    <p>— Я почувствовала то же самое, что и в тестовой камере у Вероники Шеннон, — сказала Мэри, — только гораздо ярче.</p>
    <p>Понтер кивнул.</p>
    <p>— А я, как и в камере Вероники, ничего не почувствовал, как и, я уверен, любой другой бараст.</p>
    <p>— Однако все остальные на всей нашей планете, — сказала Мэри, делая жест в сторону телевизора, — похоже, пережили религиозное откровение.</p>
    <p>— Или похищение инопланетянами, — сказала Луиза. — Или, на худой конец, встретились с чем-то, чего там на самом деле не было.</p>
    <p>Мэри кивнула. Пройдут дни, если не месяцы, прежде чем точно подсчитают количество жертв и величину ущерба, но уже сейчас ясно, что сотни тысяч, если не миллионы людей погибли в канун Нового года или — к востоку от нью-йоркского часового пояса — в первый его день.</p>
    <p>И, разумеется, ещё многие годы будут спорить о том, что это откровение — которое уже по крайней мере один телекомментатор назвал «День последний» — должно было означать.</p>
    <p>Папа Марк II собирался обратиться к верующим сегодня после полудня.</p>
    <p>Однако что он мог сказать? Одобрить видения Иисуса и Святой Девы, но отвергнуть сообщения о встрече с божествами, пророками и мессиями, почитаемыми мусульманами и мормонами, индуистами и иудеями, сайентологами, викканами и маори, чероки и микмаками и алгонкинами и индейцами пуэбло, и интуитами, и буддистами?</p>
    <p>А что сказать о тех, кто видел НЛО, серых пришельцев, многоглазых монстров?</p>
    <p>Папе придётся очень многое объяснить.</p>
    <p>Как и всем религиозным лидерам.</p>
    <p>Адекор, Бандра и Луиза увлеклись очередным выпуском новостей «Би-би-си», освещающим события, которые произошли вчера на Ближнем Востоке. Мэри похлопала Понтера по плечу, и когда он обернулся, поманила его за собой на дальний край конференц-зала.</p>
    <p>— Да, Мэре? — тихо сказал Понтер.</p>
    <p>— Какое дерьмище, а? — сказала она.</p>
    <p>Хак пискнул, но Мэри его проигнорировала.</p>
    <p>— Слушай, я передумала. Насчёт нашего ребёнка…</p>
    <p>Она увидела, как широкое лицо Понтера моментально погрустнело.</p>
    <p>— Нет, нет! — поспешно сказала она, протягивая руку и касаясь его короткого мускулистого предплечья. — Нет, я по-прежнему хочу от тебя ребёнка. Но забудь, что я сказала в хижине Вессан. У нашей дочери не будет «органа Бога».</p>
    <p>Золотистые глаза Понтера что-то искали в её глазах.</p>
    <p>— Ты уверена?</p>
    <p>Она кивнула.</p>
    <p>— Да, наконец, впервые в жизни я по-настоящему уверена в чём-то. — Она дала своей ладони скользнуть по его руке, и их пальцы переплелись.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Эпилог</p>
    </title>
    <p>С Нового года прошло уже шесть месяцев, и откровение больше не повторялось. Однако магнитное поле, охватывающее эту версию Земли, продолжало флуктуировать, так что не было гарантий, что однажды не произойдёт такой же стимуляции мозга Homo sapiens, как и в прошлый раз. Может быть лет через четырнадцать-пятнадцать, когда реверсия поля завершится, люди в мире Мэри — по поводу его общего названия консенсуса так и не возникло — смогут перестать беспокоиться о повторении видений.</p>
    <p>Тем временем Вероника Шеннон и другие учёные, ведущие похожие исследования, стали телевизионными знаменитостями; пока мир приходил в себя и восстанавливался, они давали пояснения — по крайней мере, тем, кто был готов их слушать. В Северной Америке посещаемость церквей достигла рекордно высокого уровня — а потом рекордно низкого. Прекращение огня в Израиле пока держалось. Исламских эксремистов изгнали из всех стран арабского мира.</p>
    <p>Но здесь, на Жантаре, в мире барастов, коллапс поля закончился больше десяти лет назад, и жизнь текла так, как текла всегда — без мыслей о богах, демонах и пришельцах из глубин космоса.</p>
    <p>Мэри Воган всегда хотела, чтобы её свадьба была летом — первая, с Кольмом, была в феврале. А поскольку по неандертальской традиции свадебная церемония проводится на открытом воздухе, правильный выбор времени года приобретал особую важность.</p>
    <p>Церемония вступления в союз пройдёт здесь, в ненаселённой местности между Центром Салдака и его Окраиной. Мэри уже видела одну такую церемонию, когда вступали в союз дочь Понтера Жасмель Кет и Траон Ругал. Тогда обстановка сложилась очень неловкая: Даклар Болбай, бывшая опекунша Жасмель, обвинительница Адекора и, на короткое время, соперница Мэри за внимание Понтера, явилась туда незванной. Но даже если считать и её тоже, то гостей было очень мало — так было у барастов принято.</p>
    <p>Но Мэри всегда хотела шумную свадьбу. Когда они с Кольмом завязали узелок, то пригласили лишь родителей, братьев и сестёр — получилась простенькая и, самое главное, недорогая свадьба, подходящая для их аспирантских заработков.</p>
    <p>Но в этот раз народу собралось много, по крайней мере, по неандертальским меркам. Пришёл Адекор вместе со своей партнёршей Лурт и сыном Дабом. Пришли родители Понтера, двое самых приятных представителей 142-го поколения, каких она встречала. И дочери Понтера Жасмель и Мега тоже были здесь, как и партнёр Жасмель Траон. Присутствовали также Хапнар и Дрэнна со своими партнёрами. Как и Луиза Бенуа — потому что Мэри желала, чтобы на её свадьбе была подружка невесты, а у барастов такой традиции не было. А также, по собственной просьбе — а кто бы ему отказал во время празднования тысячемесячной годовщины изобретённых им компаньонов, освободивших народ барастов — сам Лонвес Троб, теперь уже в возрасте совершенно немыслимых 109 лет и лишь в немного худшей форме после установки механического сердца.</p>
    <p>Ни одна из присутствующих женщин ещё не показывала признаков, но скоро станет очевидно, что поколение 149 приближается своим чередом: Мэри уже была беременна, так же, как и Лурт, Жасмель, Хапнар и Дрэнна.</p>
    <p>Понтер ещё не появлялся. По традиции мужчина перед вступлением в союз отправляется на охоту и приносит добычу в качестве подарка невесте. Мэри же со своей стороны насобирала в качестве свадебного подношения огромное количество кедровых орехов, кореньев и съедобных грибов.</p>
    <p>— Папа идёт! — закричала маленькая Мега. Мэри присмотрелась. Далеко на западе на самом горизонте появился Понтер. Он что-то нёс в каждой руке, хотя Мэри не могла рассмотреть, что.</p>
    <p>— А вот и мама! — сказала Хапнар, указывая на восток. Точно, оттуда к ним приближалась Бандра.</p>
    <p>Понтер говорил, что двойные церемонии устраивают нечасто, но Мэри подумала, что в данном случае это будет весьма уместно: заключить союз с Понтером как партнёром и Бандрой как партнёршей одновременно. Небо над головой было безоблачно, воздух прогрет и сух. Мэри чувствовала себя великолепно — она влюблена, любима, и любит жизнь.</p>
    <p>Понтеру и Бандре нужно было пройти одинаковый путь, но местность на западе была тяжелее, так что Бандра добралась до поляны первой. Она обняла дочерей, потом поприветствовала родителей Понтера — её собственные жили слишком далеко, но, как было известно Мэри, следили за церемонией через передачу компаньона Бандры. Потом Бандра подошла к Мэри и поцеловала её.</p>
    <p>Бандра выглядела такой счастливой, что сердце Мэри было готово взорваться от радости. Бандра уже многие месяцы не видела Гарба: её партнёр знал, что она переехала в другой мир, но не предприняла никаких шагов к разрыву своего союза с ним — потому что, как она сказала, в этом случае он стал бы искать другую партнёршу. Возможно, в какой-то момент он сам решит разорвать их союз… но хватит о Гарбе, решила Мэри. Сегодня день заключения союзов, а не их разрыва.</p>
    <p>На спине Бандры был рюкзак, который она теперь опустила на землю. Он содержал её подношение пищи для Мэри. Мэри принесла вдвое больше, но лишь половина предназначалась Бандре — остальное было для Понтера.</p>
    <p>Вскоре — наконец-то! — прибыл и Понтер. Мэри с удивлением осмотрела его ношу. Когда Жасмель вступала в союз с Траоном, тот появился с тушей свежеубитого оленя на плечах; от вида струящейся из многих ран крови Мэри тогда стало дурно. Но Понтер нёс в руках два больших кубических контейнера — Мэри опознала в них хранилища-термостаты. Она вопросительно посмотрела на него, он он лишь отставил контейнеры в сторону. После этого он обнял Мэри, и они стояли так, наслаждаясь близостью друг друга, довольно долгое время.</p>
    <p>На церемонии не требовалось никакого официального присутствия: ведь всё и вся записывается несколькими компаньонами с нескольких точек зрения и сохраняется в архивах алиби. Так что они просто начали: Мэри в центре, Понтер по одну сторону от неё, Бандра — по другую.</p>
    <p>Мэри повернулась к Понтеру и заговорила на неандертальском языке, который она изучала последние полгода под терпеливым руководством Бандры.</p>
    <p>— Я обещаю, дорогой мой Понтер, держать тебя в сердце двадцать девять дней в месяц, и держать тебя в руках, когда Двое становятся Одним.</p>
    <p>Понтер взял Мэри за руку. Она продолжала:</p>
    <p>— Я обещаю, что твоё здоровье и твоё счастье будут для меня так же важны, как и мои собственные. Если ты когда-нибудь устанешь от меня, я обещаю отпустить тебя, не тая зла, и наилучшим образом позаботиться о благополучии наших детей.</p>
    <p>Золотистые глаза Понтера сияли. Мэри повернулась к Бандре.</p>
    <p>— Я обещаю, дорогая моя Бандра, держать тебя в сердце двадцать девять дней в месяц, и держать тебя в руках, когда Двое Порознь. Я обещаю, что твоё здоровье и твоё счастье будут для меня так же важны, как и мои собственные, и если ты когда-нибудь устанешь от меня, я обещаю отпустить тебя, не тая зла.</p>
    <p>Бандра, которая, в свою очередь, теперь владела английским почти свободно — по крайней мере, теми словами, что могла произнести — тихо произнесла по-английски:</p>
    <p>— Устану от тебя? Даже через тысячу лет…</p>
    <p>Мэри улыбнулась и снова повернулась к Понтеру. Теперь была его очередь говорить, и он заговорил:</p>
    <p>— Я обещаю, — сказал он своим необычайно глубоким резонирующим голосом, — держать тебя в сердце двадцать девять дней в месяц, и держать тебя в руках, когда Двое становятся Одним. Я обещаю, что твоё здоровье и твоё счастье будут для меня так же важны, как и мои собственные. Если ты когда-нибудь устанешь от меня, я обещаю отпустить тебя, не тая зла, и наилучшим образом позаботиться о благополучии наших детей.</p>
    <p>Мэри сжала руку Понтера и повернулась к Бандре, которая повторила те же слова клятвы, что только что произнесла Мэри, и добавила по-английски:</p>
    <p>— Я люблю тебя.</p>
    <p>Мэри снова поцеловала Бандру.</p>
    <p>— Я тоже тебя люблю, — сказала она. Потом повернулась и поцеловала Понтера, долго и крепко. — И ты тоже знаешь, как я тебя люблю, мой великан.</p>
    <p>— Союз заключён! — закричала Мега, хлопая в ладоши.</p>
    <p>Адекор приблизился и обнял Понтера.</p>
    <p>— Поздравляю!</p>
    <p>Луиза обняла Мэри.</p>
    <p>— <emphasis>Félicitations, mon amie!</emphasis></p>
    <p>— А теперь, — воскликнул Понтер, — будем пировать!</p>
    <p>Он подошёл к кубическим контейнерам, которые принёс, и открыл их. Изнутри они были покрыты металлической фольгой. Понтер вытащил большой бумажный пакет из одного, потом из второго, и Мэри разглядела на них знакомый рисунок седовласого глексена с козлиной бородкой и в очках.</p>
    <p>— <emphasis>Изумление!</emphasis> — воскликнула она по-неандертальски. — Kentucky Fried Chicken!</p>
    <p>Понтер улыбался от уха до уха.</p>
    <p>— Для тебя, дорогая — только самое лучшее.</p>
    <p>Мэри улыбнулась в ответ.</p>
    <p>— О да, дорогой мой, — сказала она. — Лучшее из двух миров.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Благодарности</p>
    </title>
    <p>За консультации в области палеонтологии и антропологии я благодарен Майклу К. Бретту-Сарману, Ph.D., и Рику Поттсу, Ph.D., оба из Национального музея естественной истории; Филиппу Либерману, Ph.D., из Университета Брауна; Роберту Ридингтону, Ph.D., Professor Emeritus, Университет Британской Колумбии; Гэри Сойеру (не родственнику) и Иэну Таттерсоллу, Ph.D., оба из Американского музея естественной истории; Милфорду Х. Уолпоффу, Ph.D., из Мичиганского университета; а также другим экспертам, перечисленным в секции благодарностей моей предыдущей книги, «Гоминиды».</p>
    <p>За консультации в области генетики и инфекционных заболеваний я благодарен Джорджу Р. Кармоди, Ph.D., с факультета биологии Карлтонского университета; Питеру Халасу; Хасану Масуму, аспиранту Карлтонского университета; Элисон Синклер, Ph.D.; и Эдварду Уиллетту. За советы в других областях медицины, фигурирующих в сюжете, я благодарю эндокринолога Кристофера Ковача, M.D., из Центра проблем здоровья Мемониального университета Ньюфаундленда.</p>
    <p>За информацию о Нейтринной обсерватории Садбери и возможность её посетить я благодарю Арта Макдональда и Дж. Данкана Хэпберна, Ph.D.</p>
    <p>За привлечение моего внимания к теориям об электромагнитной природе сознания я благодарю Норма Нельсона. Две из этих теорий, схожие во многих аспектах, были недавно предложены независимо друг от друга Джонджо Макфадденом, Ph.D., с факультета биологии и биомеханики Университета Суррея, и Сьюзан Покетт, Ph.D., с физического факультета Оклендского университета. Для тех, кто хочет подробнее ознакомиться с ними Макфадден даёт подробный обзор в заключительной главе своей книги <emphasis>Quantum Evolution: The New Science of Life (</emphasis>HarperCollins UK, 2000; W. W. Norton USA, 2001); Покетт же посвятила своей версии этой теории целую книгу <emphasis>The Nature of Consciousness: A Hypothesis</emphasis> (Writers Club Press, 2000).</p>
    <p>В «Людях», предыдущей книге трилогии, многое строилось вокруг палеомагнитных свидетельств в пользу того, что в прошлом магнитное поле Земли схлопывалось очень быстро. Поскольку это исследование фигурирует также и в этой книге, я приглашаю интересующихся ознакомиться с оригинальным исследованием Роберта С. Коу и Мишеля Прево «Свидетельства в поддержку экстремально быстрых вариаций геомагнитного поля при смене полярности» в «Earth and Planetary Science Letters», 92:292-98 (1989) и последующей работой Коу, Прево и Пьера Кампа «Новые свидетельства в пользу чрезвычайно быстрого изменения напряжённости геомагнитного поля во время реверсий» в «Нейчур», 374:687-92 (1995). За другие советы в области геомагнитных реверсий я благодарю К. Маккормика и Ариэля Райха, Ph.D.</p>
    <p>Огромное спасибо моей любимой жене Каролин Клинк; моему редактору Дэвиду Дж. Хартвеллу и его помощнику Моше Федеру; моему агенту Ральфу Вичинанце и его помощникам Кристоферу Лоттсу и Винсу Джерардису; Тому Догерти, Линде Квинтон, Дженнифер Маркус, Дженнифер Хант, Ирэн Гало и всем остальным в издательстве «Тор Букс»; Гарольду и Сильвии Фенн, Роберту Говарду, Нейди Уинтер, Мелиссе Кэмерон, Дэвиду Леонарду, Стиву Сент-Аманту и всем остальным сотрудникам «H. B. Fenn and Company».</p>
    <p>Также я благодарю друзей и коллег, которые позволяли мне испытывать на них свои идеи или помогали мне иными способами, в том числе Линду Карлсон, Марселя Ганье, Джеймса Алана Гарднера, Эла Катерински, Герба Кодерера и Роберта Чарльза Уилсона. Бета-тестерами этой книги были Тэд Блини, Каролин Клинк, Дэвид Ливингстон Клинк, Ричард Готлиб, Питер Халас, Говард Миллер, Ариэль Райх, Алан Б. Сойер, Салли Томашевич, Эдо ван Белком и Дэвид Уиддикомб.</p>
   </section>
  </section>
 </body>
 <body name="notes">
  <section id="id20150414092305_1">
   <title>
    <p>1</p>
   </title>
   <p>Post doctorate — научный сотрудник, имеющий учёную степень Ph.D. (примерный аналог кандидата наук). <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_2">
   <title>
    <p>2</p>
   </title>
   <p>Странствующий голубь — вымершая североамериканская птица, когда-то наиболее многочисленная птица на земле (популяция оценивалась в 3-5 млрд. особей). Полностью истреблена к началу XX века; сохранились лишь несколько чучел. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_3">
   <title>
    <p>3</p>
   </title>
   <p>Состояние, при котором зуб и зубная полость увеличены за счёт уменьшения длины корней. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_4">
   <title>
    <p>4</p>
   </title>
   <p>Канадская королевская конная полиция — Royal Canadian Mounted Police, RCMP — федеральное полицейская служба в Канаде, выполняющая примерно те же функции, что Федеральное Бюро Расследований в США. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_5">
   <title>
    <p>5</p>
   </title>
   <p>Rape whistle — специальный свисток, с помощью которого, как предполагается, женщина может отпугнуть насильника, позвав на помощь.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_6">
   <title>
    <p>6</p>
   </title>
   <p>Корпоративное гражданство — концепция деловой этики, предполагающая, что корпорация должна ощущать ответственность за свои действия перед всем обществом, а не только перед акционерами или каким-либо узким кругом лиц. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_7">
   <title>
    <p>7</p>
   </title>
   <p>«Harlequin» — торонтское издательство, специализирующееся на издании женских романов. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_8">
   <title>
    <p>8</p>
   </title>
   <p>Мортисия — персонаж сериала «Семейка Адамс». <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_9">
   <title>
    <p>9</p>
   </title>
   <p>Международный аэропорт Торонто. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_10">
   <title>
    <p>10</p>
   </title>
   <p>Непереводимая игра слов. Кун — сoon (сокращение от raccoon — енот) — презрительное прозвище чернокожих. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_11">
   <title>
    <p>11</p>
   </title>
   <p>Ramada — международная гостиничная сеть. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_12">
   <title>
    <p>12</p>
   </title>
   <p>University of California, Berkeley — Калифорнийский университет в Беркли. <emphasis>(Прим. перев)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_13">
   <title>
    <p>13</p>
   </title>
   <p>Христианский университет в штате Оклахома. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_14">
   <title>
    <p>14</p>
   </title>
   <p>Чрезвычайно неблагополучный и бедный район Торонто, непосредственно примыкающий к кампусу Йоркского университета. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_15">
   <title>
    <p>15</p>
   </title>
   <p>Название «кроманьонцы» французского происхождения (от пещеры Cro-Magnon в Дордони на юго-востоке Франции, где впервые были найдены их останки). Англоязычные североамериканцы обычно произносят его как «кромэгнон». <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_16">
   <title>
    <p>16</p>
   </title>
   <p>Lively <emphasis>(англ.)</emphasis> — оживлённый. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_17">
   <title>
    <p>17</p>
   </title>
   <p>Типовой экземпляр — в биологической систематике — конкретный экземпляр живого организма, с которым формально связывается название вида или подвида. В палеонтологии это, как правило, ископаемая находка, послуживший основанием для выделения нового вида, демонстрирующая типичные характеристики этого вида. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_18">
   <title>
    <p>18</p>
   </title>
   <p>Кира Нэрис — персонаж телесериала «Звёздный путь: Глубокий космос 9». В сериале фигурирует параллельная реальность, так называемая Зеркальная вселенная, в которой существуют аналоги большинства персонажей сериала. История Зеркальной вселенной развивается по более воинственному и жестокому сценарию, и здешняя униформа отличается большей откровенностью и «брутальностью» с преобладанием кожи, латекса, ремней и обтягивающих штанов. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_19">
   <title>
    <p>19</p>
   </title>
   <p>Gendarmerie royale du Canada. <emphasis>(Прим. перев)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_20">
   <title>
    <p>20</p>
   </title>
   <p>В США многие считают, в шутку или всерьёз, что канал «Fox» смотрят люди недалёкие и примитивные; отношение к этому каналу сродни отношению у нас к передаче «Дом-2». <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_21">
   <title>
    <p>21</p>
   </title>
   <p>Fossil <emphasis>(англ.)</emphasis> — окаменелость. Также американская фирма — производитель одежды, обуви и аксессуаров, в том числе часов. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_22">
   <title>
    <p>22</p>
   </title>
   <p>Old Milwakee — марка американского пива.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_23">
   <title>
    <p>23</p>
   </title>
   <p>Непереводимая игра слов. Английским cheeks (щёки) в разговорной речи могут также называться ягодицы. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_24">
   <title>
    <p>24</p>
   </title>
   <p>Знаменитая археологическая находка, хорошо сохранившийся скелет женской особи австралопитека афарского, найденный в 1974 году. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_25">
   <title>
    <p>25</p>
   </title>
   <p>Уникальное местонахождение окаменелых останков фауны возрастом 505 млн лет, известное исключительной сохранностью отпечатков мягких тканей. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_26">
   <title>
    <p>26</p>
   </title>
   <p>Mark’s Work Wearhouse — канадская сеть магазинов одежды. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_27">
   <title>
    <p>27</p>
   </title>
   <p>Титул победителя в ежегодном турнире по бодибилдингу; самый известный обладатель титула — Арнольд Шварценеггер. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_28">
   <title>
    <p>28</p>
   </title>
   <p>Джин Хэкмен (род. 1930) — американский киноактёр и писатель, впервые прославившийся главной ролью в фильме «Бонни и Клайд» (1969). <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_29">
   <title>
    <p>29</p>
   </title>
   <p>Ричард Докинз — английский этолог и эволюционный биолог, автор книги научно-популярной «Эгоистичный ген», которая освещала эволюцию с точки зрения генетики. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_30">
   <title>
    <p>30</p>
   </title>
   <p>Алгонкинский провинциальный парк — канадский национальный парк в провинции Онтарио между озером Гурон и рекой Оттава. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_31">
   <title>
    <p>31</p>
   </title>
   <p>Corelle — американская марка небьющейся посуды из специальной керамики. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_32">
   <title>
    <p>32</p>
   </title>
   <p>«Выйти из шкафа» (come out of the closet) означает открыто признаться в своей гомосексуальной ориентации, перестать её скрывать. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_33">
   <title>
    <p>33</p>
   </title>
   <p>Английское слово gay дословно означает «весёлый, радостный». <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_34">
   <title>
    <p>34</p>
   </title>
   <p>Карманный компьютер, выпускавшийся в начале 2000-х годов. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_35">
   <title>
    <p>35</p>
   </title>
   <p>SkyDome — комбинированный футбольно-бейсбольный стадион в Торонто, построенный в 1989 году, домашняя арена бейсбольной команды «Блю Джейз». С 2005 года называется «Роджерс-Центр». <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_36">
   <title>
    <p>36</p>
   </title>
   <p>Loonie — разговорное название монеты в один канадский доллар, по названию изображённой на ней птицы. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_37">
   <title>
    <p>37</p>
   </title>
   <p>Американский палеонтолог, биолог-эволюционист и историк науки, автор научно-популярных книг. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_38">
   <title>
    <p>38</p>
   </title>
   <p>В США и Канаде отмечается в первый понедельник сентября. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_39">
   <title>
    <p>39</p>
   </title>
   <p>Рекламный слоган популярной в США и Канаде марки растительного масла, подчёркивающий, как мало его нужно для готовки — почти всё оно возвращается обратно в кухонный шкаф. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_40">
   <title>
    <p>40</p>
   </title>
   <p>Schulich — shoe lick — нечто вроде «лизни башмак». <emphasis>(Здесь и далее примечания переводчика.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_41">
   <title>
    <p>41</p>
   </title>
   <p>Американский центр стратегических исследований, некоммерческая организация.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_42">
   <title>
    <p>42</p>
   </title>
   <p>Международный исследовательский проект, целью которого является определение последовательности нуклеотидов в человеческой ДНК и идентификация генов в человеческом геноме. В основном завершён в 2003 году, через год после выхода книги.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_43">
   <title>
    <p>43</p>
   </title>
   <p>«Исследования, и никаких разработок».</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_44">
   <title>
    <p>44</p>
   </title>
   <p>Megadeath — миллион погибших: единица измерения потерь при ядерном ударе.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_45">
   <title>
    <p>45</p>
   </title>
   <p>CBC–Canadian Broadcasting Corporation — государственное телевидение и радио Канады.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_46">
   <title>
    <p>46</p>
   </title>
   <p>Ежегодный летний карнавал в Торонто, фестиваль карибской культуры.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_47">
   <title>
    <p>47</p>
   </title>
   <p>Книжный магазин в Торонто, специализирующийся на детективах.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_48">
   <title>
    <p>48</p>
   </title>
   <p>Торговый квартал в центре Торонто.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_49">
   <title>
    <p>49</p>
   </title>
   <p>«Blue Jays» — торонтская бейсбольная команда.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_50">
   <title>
    <p>50</p>
   </title>
   <p>Канадская ежедневная газета, базирующаяся в Торонто, одна из крупнейших в стране.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_51">
   <title>
    <p>51</p>
   </title>
   <p>Seabreeze, sea breeze — морской ветер.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_52">
   <title>
    <p>52</p>
   </title>
   <p>Skunkwork project — так называют проекты, ориентированные на достижение некоего прорыва, разработку чего-то принципиально нового, своеобразные инкубаторы идей. Название происходит от обозначения секретного отделения фирмы «Локхид», занимавшегося разработкой реактивных самолётов во время второй мировой войны, которое, в свою очередь, было позаимствовано из популярного довоенного комикса, в котором фигурировал завод по переработке дохлых скунсов и старой обуви.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_53">
   <title>
    <p>53</p>
   </title>
   <p>Группа длинных узких озёр в западной части штата Нью-Йорк к югу от Рочестера</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_54">
   <title>
    <p>54</p>
   </title>
   <p>Имеется в виду восклицание «Holy shit!»</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_55">
   <title>
    <p>55</p>
   </title>
   <p>Непереводимая игра слов: слова ladder — «лестница» и leader — «лидер, вождь» звучат по-английски очень похоже. Фраза «отведите нас к вашему начальству» (take us to you leader) — типичная первая фраза прибывших на Землю инопланетян в фантастических произведениях, в особенности в телесериалах, превратившаяся в устойчивый мем.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_56">
   <title>
    <p>56</p>
   </title>
   <p>Бродвейский мюзикл (2001) по классическому фильму 1968 года.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_57">
   <title>
    <p>57</p>
   </title>
   <p>Имеется в виду Энди Уорхол.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_58">
   <title>
    <p>58</p>
   </title>
   <p>Описание совокупности признаков (число, размер, форма и т. д.) полного набора хромосом, присущего клеткам данного биологического вида.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_59">
   <title>
    <p>59</p>
   </title>
   <p>Название столицы штата Вермонт — города Монтпилиер пишется почти так же, как название французского города Монпелье: Montpelier — Montpellier.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_60">
   <title>
    <p>60</p>
   </title>
   <p>Офисное кресло особой конструкции.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_61">
   <title>
    <p>61</p>
   </title>
   <p>Телебашня в Торонто высотой 533,33 м, построенная в 1976 году. Статус самого высокого сооружения в мире потеряла в 2007 году, когда таковым стал строящийся в Дубае небоскрёб Бурж-Халифа. <emphasis>(Прим. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_62">
   <title>
    <p>62</p>
   </title>
   <p>«Ramses» — одна из старейших марок презервативов, выпускается с 1882 года.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_63">
   <title>
    <p>63</p>
   </title>
   <p>Название спортивных команд Йоркского университета.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_64">
   <title>
    <p>64</p>
   </title>
   <p>Университетская газета в Йоркском университете.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_65">
   <title>
    <p>65</p>
   </title>
   <p>Юридический факультет Йоркского университета.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_66">
   <title>
    <p>66</p>
   </title>
   <p>Wegmans Food Markets — региональная сеть супермаркетов, базирующаяся в Рочестере.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_67">
   <title>
    <p>67</p>
   </title>
   <p>Центральный элемент здания канадского парламента в Оттаве — колокольная и часовая башня высотой 92 м.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_68">
   <title>
    <p>68</p>
   </title>
   <p>Канадская королевская конная полиция — Royal Canadian Mounted Police, RCMP — федеральная полицейская служба в Канаде, выполняющая примерно те же функции, что Федеральное Бюро Расследований в США.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_69">
   <title>
    <p>69</p>
   </title>
   <p>Крылатая фраза из американского сериала 1970-х годов «The Six Million Dollar Man» об астронавте, ставшем после страшной аварии киборгом — многие части его тела были заменены супертехнологичными протезами и имплантами стоимостью шесть миллионов долларов, благодаря которым он приобрёл суперсилу, суперскорость, суперзрение и прочие сверхспособности и стал работать на правительственное разведывательное агентство.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_70">
   <title>
    <p>70</p>
   </title>
   <p>Генеральный секретарь.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_71">
   <title>
    <p>71</p>
   </title>
   <p><emphasis>(фр.)</emphasis> Алло? Да. Да. Я не знаю. Я… одну секунду, если позволите.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_72">
   <title>
    <p>72</p>
   </title>
   <p><emphasis>(фр.)</emphasis> Нет. Нет, но… Да — много крови. Нет, она цела и невредима. Хорошо. Нет, никаких проблем. Хорошо. Нет, сегодня. Да, сейчас… Пирсон, да. Да, хорошо. До свидания.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_73">
   <title>
    <p>73</p>
   </title>
   <p>Имеется в виду роман Роберта Сойера «Illegal Alien» (1997).</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_74">
   <title>
    <p>74</p>
   </title>
   <p>Разновидность сэндвича, изобретённая в Филадельфии в 1930-х годах Пэт и Гарри Оливьери.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_75">
   <title>
    <p>75</p>
   </title>
   <p>Pat’s King of Steaks — сеть ресторанов, основанная Пэт и Гарри Оливьери, изобретателями чизстейка.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_76">
   <title>
    <p>76</p>
   </title>
   <p>Текущий мировой рекорд — 3 минуты 43 секунды (1999).</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_77">
   <title>
    <p>77</p>
   </title>
   <p>Bullet — «пуля», bullet point — разделительный знак «●».</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_78">
   <title>
    <p>78</p>
   </title>
   <p>Евангелие от Матфея, 5:38–39.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_79">
   <title>
    <p>79</p>
   </title>
   <p>Персонаж книги Жюля Верна «Вокруг света за восемьдесят дней».</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_80">
   <title>
    <p>80</p>
   </title>
   <p>Марка канадского светлого пива.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_81">
   <title>
    <p>81</p>
   </title>
   <p>См. примечание <a l:href="#id20150414092305_161">[161]</a>.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_82">
   <title>
    <p>82</p>
   </title>
   <p>Литагент Роберта Сойера.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_83">
   <title>
    <p>83</p>
   </title>
   <p>Одно из зданий Американского музея естественной истории, посвящённое астрономии и космонавтике.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_84">
   <title>
    <p>84</p>
   </title>
   <p>Американский теле- и радиоведущий, юморист и писатель.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_85">
   <title>
    <p>85</p>
   </title>
   <p>Персонаж комиксов, человек, превращающийся в чудовищного монстра Халка в несколько раз больше него размером.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_86">
   <title>
    <p>86</p>
   </title>
   <p>Индейский народ на северо-западе Аризоны, один из так называемых народов пуэбло — конгломерата доколумбовых земледельческих культур на юго-западе США.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_87">
   <title>
    <p>87</p>
   </title>
   <p>Гипермаркет на территории университетского кампуса.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_88">
   <title>
    <p>88</p>
   </title>
   <p>Помимо двух крупных университетов — Йоркского и Университета Торонто — в городе существует значительно меньший университет OCAD (Ontario College of Art and Design), специализирующийся в области искусств и дизайна.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_89">
   <title>
    <p>89</p>
   </title>
   <p>В США и Канаде паспортом называется только документ, необходимый для зарубежных поездок; внутренние паспорта отсутствуют, и у тех, кто не ездит за границу, паспортов нет. Для поездок в США на момент написания книги канадцам паспорт также не требовался — с 2007 он стал необходим при въезде в США воздушным транспортом.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_90">
   <title>
    <p>90</p>
   </title>
   <p>Рекламный персонаж одноимённой компании производителя зерновых продуктов и выпечки — человечек из теста в поварском колпаке и шейном платке.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_91">
   <title>
    <p>91</p>
   </title>
   <p>Американский мультсериал 1960-х, персонажи которого — пещерные люди, живущие в типичном американском стиле.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_92">
   <title>
    <p>92</p>
   </title>
   <p>Неформальный тест, показывающий, нужно ли женщине носить бюстгальтер: если под грудью удерживается карандаш, то нужно.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_93">
   <title>
    <p>93</p>
   </title>
   <p>Обширная область болот на юге Флориды, национальный парк.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_94">
   <title>
    <p>94</p>
   </title>
   <p>TTC — Toronto Transit Commission — компания-оператор общественного транспорта в Торонто.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_95">
   <title>
    <p>95</p>
   </title>
   <p>Первая в мире модель автомобиля, производившаяся миллионными сериями и ставшая доступной широким слоям населения. Считается, что именно эта модель положила начало тотальной автомобилизации США.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_96">
   <title>
    <p>96</p>
   </title>
   <p>Позиция игрока в американском футболе.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_97">
   <title>
    <p>97</p>
   </title>
   <p>В Англии название public school закрепилось за привилегированными частными школами, в США так называют обычные общеобразовательные школы.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_98">
   <title>
    <p>98</p>
   </title>
   <p>Ситуация описывается более подробно в третьей части трилогии, «Гибриды».</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_99">
   <title>
    <p>99</p>
   </title>
   <p>Крупнейшая в Северной Америке сеть магазинов оптики.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_100">
   <title>
    <p>100</p>
   </title>
   <p>Американский производитель нижнего белья.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_101">
   <title>
    <p>101</p>
   </title>
   <p>Чарлтон Хестон (1923–2008) — американский киноактёр и, позднее, политический деятель, на момент написания книги — председатель Национальной стрелковой ассоциации США, объединяющей сторонников права граждан на хранение и ношение огнестрельного оружия.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_102">
   <title>
    <p>102</p>
   </title>
   <p>Длинный одноэтажный торговый центр с парковкой, разделённый на секции, в которых размещаются магазины; обычно расположены вдоль автотрасс.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_103">
   <title>
    <p>103</p>
   </title>
   <p>Канадский еженедельный журнал, издающийся в Торонто.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_104">
   <title>
    <p>104</p>
   </title>
   <p>Разновидность герметично застёгивающихся пластиковых пакетов.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_105">
   <title>
    <p>105</p>
   </title>
   <p>Официальное обозначение, используемое преимущественно в Канаде: люди с внешностью, резко отличающейся от наиболее распространённого расового типа населения в данной местности. Противопоставляется более традиционному для этой страны разделению по «невизуальным» характеристикам: религиозным (католики — протестанты) и языковым (англофоны — франкофоны)</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_106">
   <title>
    <p>106</p>
   </title>
   <p>Работы по продлению этой линии до кампуса Йоркского университета и дальше до соседнего городка Воган начались в 2008 году (через пять лет после выхода книги); ввод новой линии в эксплуатацию планируется в 2016.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_107">
   <title>
    <p>107</p>
   </title>
   <p>Перевод М. М. Филиппова, цит. по изд. 1903 года.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_108">
   <title>
    <p>108</p>
   </title>
   <p>Перевод Валентина Мартемьянова.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_109">
   <title>
    <p>109</p>
   </title>
   <p>Перевод Н. Вольпина.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_110">
   <title>
    <p>110</p>
   </title>
   <p>173 см</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_111">
   <title>
    <p>111</p>
   </title>
   <p>The Gipper — прозвище Джорджа Гиппа, знаменитого игрока в американский футбол, умершего молодым в 1920 году; Рональд Рейган снялся в роли Гиппа в фильме 1937 года «Knute Rockne, All American», после чего прозвище «Гиппер» приклеилось к нему до конца жизни.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_112">
   <title>
    <p>112</p>
   </title>
   <p>The Young and the Restless — американская «мыльная опера», впервые вышедшая в эфир в 1973 году и продолжающаяся до сих пор (2014).</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_113">
   <title>
    <p>113</p>
   </title>
   <p>M.D. — <emphasis>англ.</emphasis> medical doctor или <emphasis>лат.</emphasis> medicinae doctor — доктор медицины, стандартное добавление к имени врачей в англоязычных странах. Уточнение требуется потому, что «доктором» называется любой человек, имеющий научную степень Ph.D. — примерный аналог кандидата наук. Megadeath или мегатруп — единица измерения потерь при ядерном ударе.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_114">
   <title>
    <p>114</p>
   </title>
   <p>Группа быстрого реагирования на повторный контакт с барастами.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_115">
   <title>
    <p>115</p>
   </title>
   <p>В североамериканской академической среде — годовой оплачиваемый отпуск профессора с бессрочным контрактом, который он получает раз в восемь лет. Обычно в течение саббатикала учёный принимает участие в исследованиях, интересных лично ему либо не получивших финансирования, пишет книги, путешествует или просто отдыхает.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_116">
   <title>
    <p>116</p>
   </title>
   <p><emphasis>The Two Noble Kinsmen</emphasis> — английская пьеса, приписываемая Джону Флетчеру либо Вильяму Шекспиру.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_117">
   <title>
    <p>117</p>
   </title>
   <p>Шекспир, «Ромео и Джульетта», пер. Щепкиной-Куперник.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_118">
   <title>
    <p>118</p>
   </title>
   <p>Слова, сказанные Кеннеди 25 мая 1961 года в речи, положившей начало американской программе пилотируемых полётов на Луну.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_119">
   <title>
    <p>119</p>
   </title>
   <p>Имеются в виду американцы, уехавшие в Канаду, чтобы избежать призыва в армию во время Вьетнамской войны.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_120">
   <title>
    <p>120</p>
   </title>
   <p>«…to boldly go where no man has gone before» — фраза из заставки оригинального сериала «Стартрек» (1966–1969).</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_121">
   <title>
    <p>121</p>
   </title>
   <p>Канадская женщина-астронавт.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_122">
   <title>
    <p>122</p>
   </title>
   <p>Первая канадская женщина-астронавт, по специальности врач-невролог.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_123">
   <title>
    <p>123</p>
   </title>
   <p>Американский палеонтолог, биолог-эволюционист и историк науки, автор научно-популярных книг. Умер в 2002 году, после опубликования первой книги трилогии.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_124">
   <title>
    <p>124</p>
   </title>
   <p>Хесус — Jesús — по-испански Иисус.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_125">
   <title>
    <p>125</p>
   </title>
   <p>Североамериканская сеть фирменных салонов оптики.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_126">
   <title>
    <p>126</p>
   </title>
   <p>Loonie — разговорное название монеты в один канадский доллар, по названию изображённой на ней птицы.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_127">
   <title>
    <p>127</p>
   </title>
   <p>Песенка из заставки американского телесериала 1960-х «Зелёные просторы» («Green Acres») о семейной паре, переехавшей из Нью-Йорка в деревню. Муж, Оливер Дуглас, полон решимости начать новую жизнь на селе, тогда как его жена, Лиза, скучает по жизни в большом городе. Перевод по локализации канала СТС.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_128">
   <title>
    <p>128</p>
   </title>
   <p>Канадская марка сигарет, названная в честь сэра Джеральда дю Морье, британского актёра, отца писательницы Дафны Дюморье.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_129">
   <title>
    <p>129</p>
   </title>
   <p>Изобретатели первого реально летающего аэроплана.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_130">
   <title>
    <p>130</p>
   </title>
   <p>Первая женщина-пилот, перелетевшая на самолёте Атлантику.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_131">
   <title>
    <p>131</p>
   </title>
   <p>Первый пилот, преодолевший звуковой барьер.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_132">
   <title>
    <p>132</p>
   </title>
   <p>Английское название этих птиц — passenger pigeon, или «пассажирский голубь». Изначально название птицы происходило от французского слова passager — «проходить мимо», но потом было переосмыслено. В других языках (в том числе и французском) птица называется странствующим/мигрирующим/перелётным голубем в соответствии с латинским названием вида.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_133">
   <title>
    <p>133</p>
   </title>
   <p>Intellectual Quotient — «коэффициент интеллекта», одна из методик оценки умственных способностей.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_134">
   <title>
    <p>134</p>
   </title>
   <p>The Bell Curve — книга американского психолога Ричарда Хернстейна, изданная в 1994 году, в которой он пытается показать наличие существенной разницы в умственных способностях представителей различных расовых групп. «Bell Curve» — «колоколообразная кривая» — разговорное англоязычное название нормального распределения Гаусса. По состоянию на 2014 год на русский язык книга не переводилась.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_135">
   <title>
    <p>135</p>
   </title>
   <p>Позывные орбитального и посадочного модулей экспедиций программы «Аполлон».</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_136">
   <title>
    <p>136</p>
   </title>
   <p>Дуализм души и тела, точка зрения, согласно которой сознание (дух — нематериальный ресурс) и материя (физическое тело — материальный ресурс) представляют собой две взаимодополняющие и равные по значению субстанции.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_137">
   <title>
    <p>137</p>
   </title>
   <p>Места высадки экспедиций программы «Аполлон».</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_138">
   <title>
    <p>138</p>
   </title>
   <p>Джон Джеймс Одюбон (1785–1851) — знаменитый американский орнитолог, натуралист и художник-анималист французского происхождения.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_139">
   <title>
    <p>139</p>
   </title>
   <p>Перевод Н.А. Волжиной, М.Ф. Лорие.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_140">
   <title>
    <p>140</p>
   </title>
   <p>Dilbert — серия комиксов американского художника Скотта Адамса об офисной жизни.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_141">
   <title>
    <p>141</p>
   </title>
   <p>«Электромагнитно-информационная теория сознания».</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_142">
   <title>
    <p>142</p>
   </title>
   <p>«Harlequin» — торонтское издательство, специализирующееся на женских романах.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_143">
   <title>
    <p>143</p>
   </title>
   <p>Имеется в виду знаменитая речь Мартина Лютера Кинга «У меня есть мечта», произнесённая 28 августа 1963 года в Вашингтоне и ставшая поворотным моментом в движении за гражданские права чернокожих.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_144">
   <title>
    <p>144</p>
   </title>
   <p>Цитата из пьесы Шекспира «Юлий Цезарь» (пер. М. Зенкевича).</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_145">
   <title>
    <p>145</p>
   </title>
   <p>Finger <emphasis>(англ.)</emphasis> — палец. Фингер-лэйкс имеют узкую вытянутую форму и расположены слегка под углом друг к другу, напоминая растопыренные пальцы.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_146">
   <title>
    <p>146</p>
   </title>
   <p>Неформальное прозвище Нью-Йорка.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_147">
   <title>
    <p>147</p>
   </title>
   <p>Американский центр разработки биологического оружия.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_148">
   <title>
    <p>148</p>
   </title>
   <p>Жилой комплекс в Монреале весьма нетрадиционной архитектуры, построенной к международной выставке 1967 года, темой которой были жильё и жилое строительство.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_149">
   <title>
    <p>149</p>
   </title>
   <p>Известные американские актриса и актёр, женатые в 1972–85 годах.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_150">
   <title>
    <p>150</p>
   </title>
   <p>Долговременный носитель патогенного (болезнетворного) организма. Резервуар обеспечивает патогену как биологическому виду возможность непрерывного существования.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_151">
   <title>
    <p>151</p>
   </title>
   <p>United States Army Medical Research Institute of Infectious Diseases.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_152">
   <title>
    <p>152</p>
   </title>
   <p>Основное значение — полное уничтожение, истребление. В слэнге серфингистов означает падение с доски.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_153">
   <title>
    <p>153</p>
   </title>
   <p>Пол Бернардо (род. 1964) — канадский серийный убийца и насильник, действовавший в конце 1980-х — начале 90-х в городе Скарборо, Онтарио. В 1995 приговорён к пожизненному заключению.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_154">
   <title>
    <p>154</p>
   </title>
   <p>Очень популярный канадский политик, 15-й премьер-министр Канады в 1968–1979 годах.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_155">
   <title>
    <p>155</p>
   </title>
   <p>Американский политик и общественный деятель, сыгравший большую роль в повышении безопасности автомобилей.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_156">
   <title>
    <p>156</p>
   </title>
   <p>Американский медик, считающийся отцом современной гематологии.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_157">
   <title>
    <p>157</p>
   </title>
   <p>Хорошо. Но что? <emphasis>(фр.).</emphasis></p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_158">
   <title>
    <p>158</p>
   </title>
   <p>Это невозможно <emphasis>(фр.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_159">
   <title>
    <p>159</p>
   </title>
   <p>Американский сериал, выходивший в 1957–1963 годах, о похождениях школьника из зажиточного предместья.</p>
  </section>
  <section id="id20150414092305_160">
   <title>
    <p>160</p>
   </title>
   <p>Карьера канадской актрисы Памелы Андерсон началась с появления её на телеэкране стадиона во время футбольного матча.</p>
  </section>
 </body>
 <binary id="anthology.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAgEASABIAAD/7QeuUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNA+0AAAAAABAAR/+0
AAIAAgBH/7QAAgACOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAeDhCSU0D8wAAAAAACAAAAAAAAAAAOEJJTQQK
AAAAAAABAAA4QklNJxAAAAAAAAoAAQAAAAAAAAACOEJJTQP1AAAAAABIAC9mZgABAGxmZgAG
AAAAAAABAC9mZgABAKGZmgAGAAAAAAABADIAAAABAFoAAAAGAAAAAAABADUAAAABAC0AAAAG
AAAAAAABOEJJTQP4AAAAAABwAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////
/////////////////////wPoAAAAAP////////////////////////////8D6AAAAAD/////
////////////////////////A+gAADhCSU0EAAAAAAAAAgACOEJJTQQCAAAAAAAGAAAAAAAA
OEJJTQQIAAAAAAAQAAAAAQAAAkAAAAJAAAAAADhCSU0EFAAAAAAABAAAAAU4QklNBAwAAAAA
Bf0AAAABAAAASAAAAHAAAADYAABegAAABeEAGAAB/9j/4AAQSkZJRgABAgEASABIAAD/7gAO
QWRvYmUAZIAAAAAB/9sAhAAMCAgICQgMCQkMEQsKCxEVDwwMDxUYExMVExMYEQwMDAwMDBEM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMAQ0LCw0ODRAODhAUDg4OFBQODg4OFBEMDAwM
DBERDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAARCABwAEgDASIAAhEB
AxEB/90ABAAF/8QBPwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAwABAgQFBgcICQoLAQABBQEBAQEBAQAA
AAAAAAABAAIDBAUGBwgJCgsQAAEEAQMCBAIFBwYIBQMMMwEAAhEDBCESMQVBUWETInGBMgYU
kaGxQiMkFVLBYjM0coLRQwclklPw4fFjczUWorKDJkSTVGRFwqN0NhfSVeJl8rOEw9N14/NG
J5SkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2N0dXZ3eHl6e3x9fn9xEAAgIBAgQEAwQFBgcH
BgU1AQACEQMhMRIEQVFhcSITBTKBkRShsUIjwVLR8DMkYuFygpJDUxVjczTxJQYWorKDByY1
wtJEk1SjF2RFVTZ0ZeLys4TD03Xj80aUpIW0lcTU5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9ic3R1dn
d4eXp7fH/9oADAMBAAIRAxEAPwCokkkucesUkkkkpSSSSSlJJJJKUkkkkp//0Ki0+k9LryGH
IyATVJbXWDG4j6TnkfmLMXQdEtY/AFbT76XODx/WJex39qVynNTlHFcdNQCR0i9RlJEdO6az
pvT7GbDQxo7OrGxw/tN/78ufzMV2JkOocd0QWv43NP0XQupXPdbtZZnkMM+kxtbiP3gXOcP7
O9V+TyTMzEkmNXrrTHhlLiq7FNFJJJaDYUkkkkpSSSSSn//RqKdN11Fgspea3jTcPDwd+8oJ
LmyARR1erbj+r9Re3abdo4JY0Ncf7Q/76qSdJCMIx+WIj5ClAAbADyUkkknJUkkkkpSSSSSn
/9KokkkucesUktXD6TVkbMdzg3Keyu2Ta1pO708h2PVjbX2P/wAnvdd9p/7k/ofzEv2XiB9l
h9WzFe+12M9jmtcaaarMm7c11d3qXU2NZi2fQ/SqX2J0Dpqxe/CyNdNfMeDlJLQqwsa6qm9k
Vsv+0s223NO11VbTQXO20v8A55/qP/R/zfpqy3pWG3IfTZVktGM5zZf7X5bq2WWX14+O1v6D
b6W+qyuy/wDQ/wA7+mtrSGCR10/39VHNEb31P+KeEuMktGnp9Lcek5Vd2+5jrbskEV047Wl1
fu3td69++v8AT02Po+nXRT+m96nZ0/CxsUnKO15aJv3WNcLSNa6cX0fTyKKLNnrvZbY/7N+n
ZZ+krx0vYl1IGl6qOaN1qda0ctJWM7Fbh5Bxd5fdSNuQ6CGC2fcyne1j31Mbs/Sv/nf+LSTO
A8XB+ldfVfxjh4v0av8Awe7/AP/TqJJtwS3Bc9wS/dP2PR/f+U/8UYv/AAyCoERGiQABkaHx
CUjxSkeKHDLsfsXx5rl5aRz4pf3ckD/3SoHglA8ONB8k6SDMDYsbLQPxn5+KUD+HyTpJKW4S
TpJKf//UoJJJLIc5SSSSSlJ5KZJIgHfVdjyTxm8cpQPeBMD/AM1luPdOHBQSTDiifDyb+H4x
zmOrmMse2UWf8ePDkSJKAJCSj9k3vo6P+n8Xt37Uvd/cse3/AOGfN/40/wD/1aCSSSyHOUkk
kkpSNjYeTluc3HZvNY3PlzWgDx3WOY381BTtc5s7XFs8wSJ+5EV1V5t1/Q+r1losxjWXEAB7
2N1P0Wnc/wBrk46F1P2CytlJtksFtjWkhrfWe787a1jPp71Wry8uqxttd9jbGasfuJIPEt37
v3lAXXAtIteC3Rp3ukCNntM/uexH0dj9qfT2P2sr8e2gsFoANjS5o1mA51R3Bwb/AISt6Sg5
9j43vc/aA1u4l0AcNG781JDS/BGj/9kAOEJJTQQGAAAAAAAHAAgAAQABAQD/4gxYSUNDX1BS
T0ZJTEUAAQEAAAxITGlubwIQAABtbnRyUkdCIFhZWiAHzgACAAkABgAxAABhY3NwTVNGVAAA
AABJRUMgc1JHQgAAAAAAAAAAAAAAAAAA9tYAAQAAAADTLUhQICAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABFjcHJ0AAABUAAAADNkZXNjAAABhAAA
AGx3dHB0AAAB8AAAABRia3B0AAACBAAAABRyWFlaAAACGAAAABRnWFlaAAACLAAAABRiWFla
AAACQAAAABRkbW5kAAACVAAAAHBkbWRkAAACxAAAAIh2dWVkAAADTAAAAIZ2aWV3AAAD1AAA
ACRsdW1pAAAD+AAAABRtZWFzAAAEDAAAACR0ZWNoAAAEMAAAAAxyVFJDAAAEPAAACAxnVFJD
AAAEPAAACAxiVFJDAAAEPAAACAx0ZXh0AAAAAENvcHlyaWdodCAoYykgMTk5OCBIZXdsZXR0
LVBhY2thcmQgQ29tcGFueQAAZGVzYwAAAAAAAAASc1JHQiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAA
AAAAABJzUkdCIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAWFlaIAAAAAAAAPNRAAEAAAABFsxYWVogAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAFhZWiAAAAAAAABvogAAOPUAAAOQWFlaIAAAAAAAAGKZAAC3hQAAGNpYWVogAAAAAAAA
JKAAAA+EAAC2z2Rlc2MAAAAAAAAAFklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAA
FklFQyBodHRwOi8vd3d3LmllYy5jaAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAABkZXNjAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdCIGNv
bG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAC5JRUMgNjE5NjYtMi4xIERlZmF1bHQgUkdC
IGNvbG91ciBzcGFjZSAtIHNSR0IAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAZGVzYwAAAAAAAAAs
UmVmZXJlbmNlIFZpZXdpbmcgQ29uZGl0aW9uIGluIElFQzYxOTY2LTIuMQAAAAAAAAAAAAAA
LFJlZmVyZW5jZSBWaWV3aW5nIENvbmRpdGlvbiBpbiBJRUM2MTk2Ni0yLjEAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHZpZXcAAAAAABOk/gAUXy4AEM8UAAPtzAAEEwsAA1yeAAAAAVhZ
WiAAAAAAAEwJVgBQAAAAVx/nbWVhcwAAAAAAAAABAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAo8AAAAC
c2lnIAAAAABDUlQgY3VydgAAAAAAAAQAAAAABQAKAA8AFAAZAB4AIwAoAC0AMgA3ADsAQABF
AEoATwBUAFkAXgBjAGgAbQByAHcAfACBAIYAiwCQAJUAmgCfAKQAqQCuALIAtwC8AMEAxgDL
ANAA1QDbAOAA5QDrAPAA9gD7AQEBBwENARMBGQEfASUBKwEyATgBPgFFAUwBUgFZAWABZwFu
AXUBfAGDAYsBkgGaAaEBqQGxAbkBwQHJAdEB2QHhAekB8gH6AgMCDAIUAh0CJgIvAjgCQQJL
AlQCXQJnAnECegKEAo4CmAKiAqwCtgLBAssC1QLgAusC9QMAAwsDFgMhAy0DOANDA08DWgNm
A3IDfgOKA5YDogOuA7oDxwPTA+AD7AP5BAYEEwQgBC0EOwRIBFUEYwRxBH4EjASaBKgEtgTE
BNME4QTwBP4FDQUcBSsFOgVJBVgFZwV3BYYFlgWmBbUFxQXVBeUF9gYGBhYGJwY3BkgGWQZq
BnsGjAadBq8GwAbRBuMG9QcHBxkHKwc9B08HYQd0B4YHmQesB78H0gflB/gICwgfCDIIRgha
CG4IggiWCKoIvgjSCOcI+wkQCSUJOglPCWQJeQmPCaQJugnPCeUJ+woRCicKPQpUCmoKgQqY
Cq4KxQrcCvMLCwsiCzkLUQtpC4ALmAuwC8gL4Qv5DBIMKgxDDFwMdQyODKcMwAzZDPMNDQ0m
DUANWg10DY4NqQ3DDd4N+A4TDi4OSQ5kDn8Omw62DtIO7g8JDyUPQQ9eD3oPlg+zD88P7BAJ
ECYQQxBhEH4QmxC5ENcQ9RETETERTxFtEYwRqhHJEegSBxImEkUSZBKEEqMSwxLjEwMTIxND
E2MTgxOkE8UT5RQGFCcUSRRqFIsUrRTOFPAVEhU0FVYVeBWbFb0V4BYDFiYWSRZsFo8WshbW
FvoXHRdBF2UXiReuF9IX9xgbGEAYZRiKGK8Y1Rj6GSAZRRlrGZEZtxndGgQaKhpRGncanhrF
GuwbFBs7G2MbihuyG9ocAhwqHFIcexyjHMwc9R0eHUcdcB2ZHcMd7B4WHkAeah6UHr4e6R8T
Hz4faR+UH78f6iAVIEEgbCCYIMQg8CEcIUghdSGhIc4h+yInIlUigiKvIt0jCiM4I2YjlCPC
I/AkHyRNJHwkqyTaJQklOCVoJZclxyX3JicmVyaHJrcm6CcYJ0kneierJ9woDSg/KHEooijU
KQYpOClrKZ0p0CoCKjUqaCqbKs8rAis2K2krnSvRLAUsOSxuLKIs1y0MLUEtdi2rLeEuFi5M
LoIuty7uLyQvWi+RL8cv/jA1MGwwpDDbMRIxSjGCMbox8jIqMmMymzLUMw0zRjN/M7gz8TQr
NGU0njTYNRM1TTWHNcI1/TY3NnI2rjbpNyQ3YDecN9c4FDhQOIw4yDkFOUI5fzm8Ofk6Njp0
OrI67zstO2s7qjvoPCc8ZTykPOM9Ij1hPaE94D4gPmA+oD7gPyE/YT+iP+JAI0BkQKZA50Ep
QWpBrEHuQjBCckK1QvdDOkN9Q8BEA0RHRIpEzkUSRVVFmkXeRiJGZ0arRvBHNUd7R8BIBUhL
SJFI10kdSWNJqUnwSjdKfUrESwxLU0uaS+JMKkxyTLpNAk1KTZNN3E4lTm5Ot08AT0lPk0/d
UCdQcVC7UQZRUFGbUeZSMVJ8UsdTE1NfU6pT9lRCVI9U21UoVXVVwlYPVlxWqVb3V0RXklfg
WC9YfVjLWRpZaVm4WgdaVlqmWvVbRVuVW+VcNVyGXNZdJ114XcleGl5sXr1fD19hX7NgBWBX
YKpg/GFPYaJh9WJJYpxi8GNDY5dj62RAZJRk6WU9ZZJl52Y9ZpJm6Gc9Z5Nn6Wg/aJZo7GlD
aZpp8WpIap9q92tPa6dr/2xXbK9tCG1gbbluEm5rbsRvHm94b9FwK3CGcOBxOnGVcfByS3Km
cwFzXXO4dBR0cHTMdSh1hXXhdj52m3b4d1Z3s3gReG54zHkqeYl553pGeqV7BHtje8J8IXyB
fOF9QX2hfgF+Yn7CfyN/hH/lgEeAqIEKgWuBzYIwgpKC9INXg7qEHYSAhOOFR4Wrhg6GcobX
hzuHn4gEiGmIzokziZmJ/opkisqLMIuWi/yMY4zKjTGNmI3/jmaOzo82j56QBpBukNaRP5Go
khGSepLjk02TtpQglIqU9JVflcmWNJaflwqXdZfgmEyYuJkkmZCZ/JpomtWbQpuvnByciZz3
nWSd0p5Anq6fHZ+Ln/qgaaDYoUehtqImopajBqN2o+akVqTHpTilqaYapoum/adup+CoUqjE
qTepqaocqo+rAqt1q+msXKzQrUStuK4trqGvFq+LsACwdbDqsWCx1rJLssKzOLOutCW0nLUT
tYq2AbZ5tvC3aLfguFm40blKucK6O7q1uy67p7whvJu9Fb2Pvgq+hL7/v3q/9cBwwOzBZ8Hj
wl/C28NYw9TEUcTOxUvFyMZGxsPHQce/yD3IvMk6ybnKOMq3yzbLtsw1zLXNNc21zjbOts83
z7jQOdC60TzRvtI/0sHTRNPG1EnUy9VO1dHWVdbY11zX4Nhk2OjZbNnx2nba+9uA3AXcit0Q
3ZbeHN6i3ynfr+A24L3hROHM4lPi2+Nj4+vkc+T85YTmDeaW5x/nqegy6LzpRunQ6lvq5etw
6/vshu0R7ZzuKO6070DvzPBY8OXxcvH/8ozzGfOn9DT0wvVQ9d72bfb794r4Gfio+Tj5x/pX
+uf7d/wH/Jj9Kf26/kv+3P9t////7gAOQWRvYmUAZEAAAAAB/9sAhAABAQEBAQEBAQEBAQEB
AQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAgICAgICAgICAgIDAwMDAwMDAwMDAQEB
AQEBAQEBAQECAgECAgMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMD
AwMDAwMDAwP/wAARCAE2AMgDAREAAhEBAxEB/90ABAAZ/8QAvAABAAEFAQEBAAAAAAAAAAAA
AAgDBAYHCQUCAQEBAAAGAwEAAAAAAAAAAAAAAAQFBgcICQIDCgEQAAAHAQABAgMCCwYEBwAA
AAABAgMEBQYHCBESIRMUMUFRYXGRsSIyQtIVCaHRoiNTFoFScjPBYoKSQzQXEQACAgEDAgMF
BAYGCAQHAAABAgADBBEFBhIHITETQVFhIghxgTIUkaGxUiMVQpKyJBYJwdFicqLSM1Pw8aMX
gnOzNEVVlf/aAAwDAQACEQMRAD8AjyNG09HUBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBE
BEBEBEBEBEBE/9CPI0bT0dQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQET/
0Y8jRtPR1ARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARP/SjyNG09HUBEBE
BEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBE/9OPI0bT0dQEQEQEQEQEQEQEQEQE
QEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQET/1I8jRtPR1ARARARARPQram1uH/paissLWT8D+nrY
Umc/6H8CP5UVt1z4mX4BC5edhYFfrZ+ZVRT+9Y6oP0sQJ03X0Y69d9yInvYgD9J0mVv8t6dG
Y+qk853ceN6e76h/IaBpj2/b7vmuV6W/T0+/1Ejr5pw66z0aeWbY937oyqCf0B9ZBLvWzu3Q
m7Yxf3C1Cf0dUwl9h+M64xJZdjvtK9rrL7a2nW1F9qXG3CStCvxGQqOuyu5FtqsVq2HgQQQf
sI8DJirK6hkYFT7R4iUhznKAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAif/9WPI0bT0dQEQEQE
SfHj54jf7mhQNr09uTEp5RIlVGWQpcaZYxjL3My7Z0va9EiSPgpDKfa6tHxUaSMiGMPdPvt/
J8jJ49w10sz01W3JOjJW3tWoeTMvkWOqg+ABIlseU86/J2Wbfs5DXr4NZ5hT7QvsJHtPkD5a
zpDn8xncpAbq81SVlHAaSlCY1bDZioMkF6JNw2kJW8siP9pZqUf3mMR903ndd7ynzN33G7Jy
mJPVYxY+Pu1OgHwGg+EtNlZmXm2m7LyHstPtYk/+X3T3RLZDTXe85RgekwnImtzkCwcWg0tW
bbSI1xEUafYlyLZspTKbUgvsIzUj8KTFV8Z5vyjiOQl+xbtbUgPjWSWqbx10as/KdfeAD7iJ
Ndt3vc9osD4OWyj2rrqp+1T4f6Zyf77463vG5qLKI69d4mwfNqDcfLIpFfIV6mivuENl7Gnl
pL/KdL0bd9DL4KL0GcHa/uxtvcDHbDvRcbkVS6vVr8rr7XqJ8SB/SX8S+fiPGXt4xyvG3+s0
2AV7io1K+xh+8vvHvHmPskbRd2VdARARARARARARARARARARARARARARARP/1o8jRtPR1ARA
RJNeKnLY3SulNPWzBSM7kWG7y0YX/wBuXI+d8uqgOF+82/JSa1l6l6oaUX3izve3ml3EOIPX
g2dO65zGmsjzVdNbHHxVdAPcWBlH813l9o2hlobTKvPQp9w0+ZvuHgPiZ2bSlKEpSlJJSkiS
lKSIkpSRehJSRehEREXwIa+iSxJJ1JmP5JJ1PnP0fIgIgImPavMVGzzttmL2MiXV3EN2HJbU
X6yPmJMm32Vfah+O56LQovsUkhNdk3nP4/uuDvO2XFM3HsDqffp5qferDUEe0GRWFmX7flUZ
mM/TdWwI/wBR+B8jOC27yc3C7HR5CwP3SqC0kwDc+59lCvfEkl8C/VlRFocL8Shs341vmPyX
YNp37FGlOVSr6fuk+DL/APCwK/dMmNtzq9ywMTOq/Bagb7D7R9x1ExMTyR0BEBEBEBEBEBEB
EBEBEBEBEBEBEBE//9ePI0bT0dQEQETqX4GVjTXP9ncklPz52xTWOK9C9xtVNLXSmkmf2+0l
3S/T8ows+pvMd+Uce28n+HVgGwfbbdYp/VUJZfuXczbpt+Pr8q4/V97OwP8AYEnWMapbeAiA
iAiAich/NysagdoblNpSlV1jqKzfMiL1U61KtqclK/Cr5NSgvyEM7/pzzHyu3r0ufDHz7qx9
hWq39tpl9O3dzW8fKE+FeQ6j7NFb9rGRBF+ZXkBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBE//0I8j
RtPR1ARAROmfgToo7lBu8mp0ilxLiDomWT9fVyPYwkVsh1Hw9DJlyraJX4PekYefU5tVq7px
nfAn8B8d6CfcyObFB+0WMR9hln+5mI4yttzgPkas1k/FT1D9PUf0ToGMWpa+AiAiAiAicbvM
XRR77t1tHjOk63m6eozq1l6+0pDCH7KU0RmRepsybRaFen7yTGf/AGC2q3bO3ODbcnS2XkW3
gf7LEVqfvWsEfAiX84FiPjcdoZxobrGs+46KP0hQZFoXplaQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQ
EQET/9GPI0bT0dQEQETbXEunSuTdAqdSgnHq0zVXX0NBmRyqeWpBSSSkvUjfjKQl1v1I/wBd
BF94oXuLw2nnPFs7ZWIXM/6lLn+jauvT9zalW+B+EkXItnTfNrvwjoLvxIfc48vuPkfgZ3Ho
7uq0lRX3tJNYsaq0itTIMyOtLjTzDqfckyNJn6KSfwUk/ilRGR/Ehre3Lbs3aM/K2zccdqs6
lyjow0II/wDGoPkRoR4THLJx7sS+3GyKyl6MQQfMET1RBTpgIgImp+y9VpuR4ydorB1pyyeb
diZ6rU4RPWdsts/ktpR8VnHjmZOPKIvRKC+JkZkK47f8J3DnXIcbasVGGGpDX2aeFdQPiSfL
qb8KD2n7DJ3sGy5G+bhXi1AikHV29ir7fvPkPjOGNtaTru0sbmzfVJsLSbJsJshZmanZUt5b
7yz9TMyI3Fn6F9xfAbJsHCxttwsTb8OsJi0VqiKPYqgAD9AmSFFNePTVj0rpUihQPcANBPPE
VO2AiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAif/9KPI0bT0dQEQEQETf3FvIbY8ckfSRDK7ykh/wCd
Nzk15aWULX8HZNW+RLVAlLL4n6EbazL9ZPr8Ra/uH2q2Dn9Xr3/3be0XRL0A1IHkti+HWo8h
4hgPI+yUvyDiuBv6+o/8PNA0FgHj8Aw/pD9Y9hnR7G+W/GNVHbObfqyVgaEG9X6SO7GQhavX
3Jbs2UPVrqEGX2m4g/T90hiTyDsX3B2S1xj7WM7F1Oj47BiR8ayRYCfcFI+MtPuHBuQYTn08
X16vY1Z1/wCE6MP0GbIf7hxyOx9Q51DCKb9Pd7WNRUSX/T7f/qxpbsn1/F7PUUjX245/bZ6S
8M3MN8ce1R/WZQv65KF45v7N0jZsnX41sB+kgD9c0J0LzU5xnWJEbFNytrcESkMuoZkVtE05
7PVK3pktpqVJbSo/QyZaMlfcsvtFzuK/Txy3draruROm3YHmQStlxGvkFUlVPxZvD92VNtXb
3dstlfcCuPR7RqGf7gPAfefunNHofSNZ1C/c0OtsVTJPtNqHFb9WoFZFNXuKLXxSUaGGvd8V
H8VLP4qM/gMwOKcR2Phm1ptWx4grp11dj4vY37zt5k+72AeAAl3tq2nB2bFGLg1dKeZP9Jj7
2Pt/YPZMEFTSZwEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQET/9OPI0bT0dQEQEQEQEQEQEQEQEQE
QEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQET/1I8jRtPR1ARARARARARARARARARARARARARARARA
RARARARARARARARARP/VjyNG09HUBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBE
BEBE/9aPI0bT0dQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQET/148jRtPR
1ARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARARP/QjyNG09HUBEBEBEBEBEBE
BEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBE/9GPI0bT0dQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQE
QEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQET/0o8jRtPR1ARARARARARARARARARARARARARARARARARARARA
RARARARARP/TjyNG09HUBEBEBEBEBE6Hc65ZxbgHA6PyK8l8RI6ds+uPT2fHbg8jQWmXp7LO
VDhRbfrfSZdBJg6RrKlYOE1URGXWDs1NGr/Mju/Oj3s2Tj3FuG8OxOb882ls/dNyLDbdvNj1
I1SHR8zKNZW0U9R0pRSvqka+KN1pjzyLlPNOf89zu3fbTe12zZtoCHd90FSX2JdYOqvAw1tV
qTf0DqvsZW9EMB8tidFlj5ccb5S7yziXln48ZuXj+VdiatMlt+fvWs68j8t7TmPmLu85AtLW
RJtHaLRwWnZtYh9xxwmI7jnq0261Ha6e5PF+Otx7incfhOC2Nx3cw9N+OXawYmdVr6lSu5Lm
u1QXqDEnpUt8qsqL39pOY8rTlPNu0/cPckzOVbOUvxssItRztuu0FVzJWFQW0sVruKgDqdV+
Zlax5O+WHh7xXnng7zLW8qq503rGCr+O9D7ZoLOSh64m4ryJy9jJp576ITESAmiqt3VJrK5r
5JvR2UqNx11a1LXX3cbtlxXZe0uwblx3Hd+R4aYWTnWOdXajcqmKMekBfTTIQVVDp6lUHqZi
STbHtR3g5pyHvhybaeVZSJxPPs3DE22pBpWuTtF6CxQWLN6r4rm65urpdiOlFACrErwf4fxn
rknyD0veJ2lgYHjnBdTvifzSnG5CNIudWUVA88bLTjsw4j9kt5iGRtpkyW0E4o2UuoXbftNx
Li/JLOaZ/MLb02ba9ntyNatQfV6krrJ0BLaFiyp4B2A6j0Bgbs97+ccy4lV2+23glGNZv+87
9Ri6XaEGkK9toGpAXqCBWs8SiFukdZVl3nyfxs8AuzYTf7mj6h5U4yu4ty+LuesStbjOYWFY
xZqei1DNLmplPcsm9Y66+W4ilhvEo1tl6PyEKSozq7jnBezfKdn3nd8TkHIsWnatvGRmG6jF
ZA+oQV1MjjVrrNRQjeY8HcEGUPyvuT394ZvuwbHncX4rm5G9bo2NgLRkZqOU0aw2XLZWdEx6
uk5Fi6aHxStgRI29WPwEp8jcQuJteVO16FJbZj1F50uXy/IYOnJa4b0ixVTZquvNNfymmkPM
pYckV7RKc9xqWSCNdC8i/wDZvG23Jq4ovIsremACWZTYlOOn4SW6KlstsIGqhS1Y1Oup0Gty
OK/+/mZu+HdzVuK4XHlJNlWGubkZVngwCepc9VNSk9LFgtraDTQanTzfMHimM4NqOPY/JleH
ZXHjnyPedDdvZqZbjvRtxWz7/QFWMor65NZSxY0qKxGi+jy20M+rjrjilmOjubxXa+H7hxjb
Nu9b17djw8jJNjak5N6tZZ0jpXpQAoqp8xAHzMWJkT2g5rvPPNr5hvG7eh+Wp5Hn4uIKl6QM
TGdKqus9b9djMrs7/KCW+VFUKJtnzBw9vpJfgJmMTmJFnodt4TcLrKmqo60jm6PUWm16REbY
Zbjtp+utZbshhKlGZr9FI9x+noYqTubtOTnWdm8DadvazNy+KYCola/Nba9+UNAAPmckqD7f
Eayku0G+Ym21d/Nz3vc1q2/C5tub2WWv8tNCY2GxJJPy1qAxA8vA6DWb/wBR4teKXgdj+f6f
y2YvvJDsm9O3ehcS5trouZ55kE5qwbqtJG2e0qn3r20s6S7JcFX0q2WFzo8mMcd1DKpArLcO
33brs/tmy7h3IS7feUZnWVwcW4VY1PpMEtF96E2O1dmtfyFVNi2J0MFLygds7o91u++8cg2v
tK+Pxvh2B6YbcszHa7LyPWQvS2PjOBUiW16WjrDMKmqsFis4rke+leOnGOm8C3Plh4r2etqa
PnmrrYPZeEb1UK2veYRNpaLjZm2yOtqo8RGqxJzHyiMFKjpsGmWXHH3Fm04o6K37hHFt/wCG
7v3G7eZGTXiYWQq5u35HS9mKL30qem5APWo6j0L1qLAqlnY9LGXB413F5nxnn2x9qO6eLiW5
244rtt26YvVXVmtjJrdXkUOWNGT0j1G6HNTMyrWqh1EufOfH874zhfEvg2dxWdqul5nidf0n
tWziVESLqLzY9cVH0LOV0Nw2lFhbNYyNGUmKUg1pYiy20NexJKQXZ3c2zZOL7R234fg7VRXv
2PtS5WdeEAtsvzNLBTY4+ZxQAejq16UdQug1E6+xm8ci5lvndnnm471kW8ayd7fD27Haxmoq
x8DWo301n5KzkMQbOjQs9bF+o6NPN8JPAzQ+Vsyw12q1sLkvDM1NlwL/AKJbpjKk3lxWU8nS
2WSw8CZJiNW17DzcF+dMdNSma2E2p9xLpkllfR2o7P5vcW27ctx3JNt4lQ5WzJfTWx0Q2tTQ
rEB7FqVrHPitSAuwbwUxPezvxt/amnH2natpfduc5KK1WJXrpVW9gpS/JdQxrqa5lqrXQNdY
QilfF12E7bf0vehW9HxLO4LuPIatzRlX1nlLba2v1F7ZyZDK6qBP6FzaVFRSxMbImPIkPpqV
wJjCW0L9qCU80J02T9P+9ZOJxTB2fd9sxzf0puz3LbY5I6FbJxSOgUFiGYUmt10B0GrLKeXE
+p/j2Jnc23Hftj3fKGN1vsleO9FSAHrZMTMVjY2QFBRTeLa2JK6tojSO2s8Ke0Z/yyneHtTW
x9P0pGji1NTNgk/HpLOisKxjQwdk/IcbdXW0LWXkpnTVKJxUJLbrave42ZHRO49quU4Xce3t
ljULkb6LwiMuoratkFi3k6HprFR9Rz49ADKdWXSXE2nvVwzcO09HeDLyWxeNHGayxW0NqWo5
qbHABAe03qaqwNBYSjDRW1EtpXSfBTwruIWAxnGs15rdNprGNA6x1fqSWZHK2JESQ23os7yf
Ey4ljV2SGFoeZZtZjThIeQTjb0xhZJRcizfe0XavKq2ba+L0cq3+pwuZmZehxAQQLa8Oghkb
T5lW5wdGHUrWodBaWrjffTvTh3b/ALzzLJ4Vxm6stg4OFqM4hgTTdnZKsjoT8rNRWRqp6WSl
11a3vcR47eZXOPNvtHC+MK5J0bljXMt9ieXZ67jprE83h/Nq+oXcHK1UGupGm0RIrtjMjxGP
lQHER0tL9X1k9wy9p4R3Q2PuvyniPFv5bvm3jFyKMSuwdP5VdUy7FpRVrA0BsdUXSshAp+c9
XPB3vuJ2b5H2T4XznmY3bjm6HNxcnNtrPX+cbR8Ktr3Z7CeplprextbQbC66ICkBvHfx76R5
PdToOS8vq0zr25UuTPsZZuM0mYoYqm/5ppdDNbbdOFU1rbifUySp195bbDKHH3W21Wc4Twvf
ef8AIcPjfH8frzLfFmbUV1VjTrtsbQ9KKD7iWJCKGdlU387idweN9seLbhy3k+UUwKRoqLob
LrW16KalJHVY5HvCqoZ3KorMPb8sOTYThPe93x/nuysN9T89fqs5a6qwjQ4Zz9lDpa89vHhx
YSlojQanUrlw0NLU440cc0Kcd9vzVxfcbjm0cQ5ju/Gdl3R8zFwilT3MFXqvWtfXAC+Spd1o
ASSOkgs2nUYLtRyzfedcC2Ll/IdmrwMzcFsuroQs3RjtY/5YszeLNZQEsLAAN1ghU16VjoKH
lxZ//9SPI0bT0dQEQEQEQETY/G8IXUuvcq5kchUMui9Iw+EOWj2++KWu09XnzkI9/wCp7mP5
h7i9fh6l8RPeL7R/iHkvHtg6+n89nUY+vu9a1K9fu6tZTfMd9/wtxHlXJhWHO3bbk5XSf6X5
el7dPv6NJ0p8qtJ49aLzk7jR+TX/AOo5/lXDMvB5VxXn3IEUjExUPnUOoqMzkGZ2gj2cOhzd
uhybYqe9vvQuSZEpH6qRfXuHncKzu7fLcTnv8wp47tGOuJg4+F6YbpxlRKqQ1gda6n1stLaa
gt5jwExs7V7b3C27sdwfO7Z/yvI5XvmU2duOXuBtK9WW1ll2QVqKNbdWRXSF10ITxDeJmwuD
db4P2Px18vfG3mPjvHxkOm5XpfIvEVO/6XqeoOW+w55BjV95csuRmcMmr1kbKyEuV7URP061
xyKS3KbbW29O+H8k4fyjhHcvguwcJXFqq263cqEyMq7LL3YyhbHGgx+i4UkGsJ8pKjrWxVIa
nuecS53w7uL2h7kcn7iNm3XbrTtGTZi4dGEK8fLZnqrIJyeug3gi1rD1gOTW1TMGTLO4dqz3
GO/8Cous10614H3j+npwTmfX6iKRuSVZC5r7yNB2dM0RqNN/hdFAKZEeQk5CEtPoZMluEYmP
LOVYXFuZcNw+R0PZw7eOFbfi5qDxPoutgW9B/wBzHtXrRgOoaOF0LSVcI4XuPM+Ac+z+J5KV
c92HuFumbt9jeA/MVvUWx7D/ANrKpb07FJ6CWQvqqkTDqfx6n+HXi752a7Y6vGabCdhyOC5n
45bjN67P2Nf2ivvNe/aSbrP11ZOspzEiooG48yZHdJPyfY+hC3UNqeKWY3Cru2Pb/u9uW57j
i37PueNj4u2X1XVsuctlxcvWqszApWFd1OnTo4BYKWk4zO4VHeHuh2K2jZ9qzcbfdny8rN3f
Gux7Ufbnqxwi12u6opFlpeut116taywVmCHSLOfvMd/Sefu8hR201Ha/Jz29Y0lfVvyYlXi+
Z0Zpx2fvJkdtaYdc5s3vrY7rxpR9StTZGSlJJVJrhZe1/Tm+XtmJY43Xf/75aqEhKMWv+BXY
w/CpvPWpbw6iV8yNa2fcMHePqvrwt3zqkOycY/uFLuAz5OZb/eLalJ+Zxjj03VdT0AMRoDpz
iyEjLRNVnJW4rbi5x0a6rX9RUZ+xj093Z0LUtpdpAqrWXDsI1dPlxErQ28th1LalEr2n6Cx2
2Pt9e44Nm7UW27Wtqm1K2CWPWCOtUcqwViuoDFTofHSZG7vXul21bjVseTTTvDUuKLLUNlSW
lSEZ0VkZ1VtCVDKSBprOx/8AUayfi6/veb9T0SPI2jrOvcX5pcc+0uTq+a7Lnd3naDF5mljQ
auZZaLNWzt3n69Edu0adeNZPSGniJDTrZLyf74bb2+feNj5DmjfKaNz2vFfGtpTFvxnrroqQ
KjNbU5srXpFoLa6srDRWXXDr6c927oJsPJOLbc3HL8naN6zK8um98zHy67rcm6ws6pTdWK7X
6zQyrp0o6HVlYjfvDOo+NDXX/wCmPq4fSa6QUDiXaeM103cOUbes55rKS1sM/wA5st7moF/c
wMwV/KvJ0anJ6Spp5tTa0qQ37XEVjxHkHA15N2D3GrfUPRtOdgq15rF2NdW7V4zZFS2OtXqG
yxaepiGBUghdGFA854v3LfiH1N7VdxuxTZve3bi64wtNGXRYiW5iYtzVVtd6S1VPkdKBlIYE
FtVPKHd+CnmnA6ze4i54T1jWbCbf2Lj+nqcve3+a078uctx/TsbluIrPv1tk9IJ5yXIlNfKU
76SPlOEpBY6bv2i7qU8jzNpyuIbjk7m1za2pVZZVaS2ptGRp6ZVieouzjTX5+ltQMrdi76dl
r+J4G94fOtpxNnTHQCiy+qq6kKugpOKW9UOgHSK0RuoLrX1LoTIfQ2vPvEHxq1niurX5fe9z
8j9pz2Z5EvY+8ausdyPAYG8bt6bn6tZVOLqbnbOWEmUVoqE+tqEh59k1eqGHXa2zcjZe2nBN
y7eHc8fM5dvmVjNuRpsD04ePj2daY3rIeh7yxf1fTYisM6k6hGa3m34vIO73crae6Y2jKwOD
ccwstdoGRUa8jPysqo12ZfoOPUrxggT0BYoawrW4GjOiZX/UL8UPLHqnmx13SZPhHTNlm9XZ
Z5zF6jKZS2usXMy9dj6CnpTZ1MFl7OV3yoValDjL0llTbpKI0l6l6zHvV267jch7rclztu4h
n5WDk2Vmi2ml3oapaa0TS1Qal0VdCrMpB18PKSr6e+63afi3ZTiO27tzvbMLcsSu0ZNF99de
St75FtlmtDEXPqzkhlRgV08T4z1ur8j3/fP6e3idG8daGy28Tx/tOoZzvvKcXDdtdnnOlXd6
zIj6q1zFaqXa3iZcdiWtDzTTyo0aalSC+Up8mInkXG955j2W7c18Iw7MuvZbMurccSgF76sq
ywEXPUur2agOQwB6VcEfKX6ITinLdg4F9Qfde3uLn14NvIKsK7as7JYV492HVUQaEufpSrpJ
rBViod6yG+YV+pGTiXhRpIdhU9T8tI0vx28ds7YMWmlt+mQ5mY1+/i1y2pjuK5hhbBlnX6y9
0DJE0T0WGuNGYWt41rUhLTlA8U7VZ9V2NyHuRW2ycJocPa+UrVXZAXRjRi47AXXWWDw6kQqq
kvqSArXN5t3q227Hy+LdprE5F3EyKylNeEy3Y+KzgqMnNykJx6Kqj83S9gd2CpoAxdZpZ/ue
y8kWv6lPlHxvH3k7uWmo+Vcy53l83Ffu9viuGX81eY2Wiqqmrak2s+1fzmThJnyYCT/lcl9b
/uJoyF08Ll26c6Xvt3B4vtlz8tyKcTFxqqgXvowLG9K+1EQF2c1U1ixqx/CZi+vTpLL7hwbZ
u27/AE2druY7xRXwfGvzs3LvuYV42TudS+tj0vY5VFQXX2GpLT/HRQmhcGZjV77yso41buLy
g4R/S+8b62thQ1xLfifOLDca52DEh/zP/aeB3GOuuo7/AFcxSfmtpNiDH+UsjdfecQt1c0x9
47iYldG7ZeHs/b/g1daro+DjNfcVC9fo499L5eRc3mPlrXpI6ndgWMnyth7VZ1uTseDuG/d0
O49ljN1V7lmJjY4Zm6PXysbIrwsWhfwn5rX6gQqIrKggD5AedWr1PlJC8heAP2nKbDK5CkwN
LfNV2artDtq2lbkosNJ0Sgpa5GMmz9a/KNcmuKK9XsMNR2Ekso6FCzXM+7u47h3Bq5rwx7Nu
vx8avHSwLUtl6oD1W5NaL6DNcTq1XQ1aqEQA9AMv9wDsXtW19rru3vP66t1x8rMtyrKi9z1Y
z2FeinEtsf8AMKlAXRLutbWZrHJBsYScvafIDt3LfCzjPb+EYnmHN7PySr9Iz5Fdz4hz3LY+
S1exL2fW5PFk5TfNkZjRKgt2D06elKHnLFxxcVcZz1I7t8q5nyzj3avi/LOIbVt+DfvqWjcs
/AxqqSLBYy00apqaren1Gss0DG0sazW0sbwvgHCeUd6OZcI53ve57ljcbspO0bZuWXfkKamq
R78nSzQXU9RqWqokqKQq2i1dJwdkSH5b78qU+9JlSXnJEmTIcW8/IfeWpx5995xSnHXnXFGp
SlGalKMzM/UYfu72O9ljlrGJJJOpJPiSSfEknzMzvrrrqrSqpAtSgAAAAAAaAADwAA8AB4AS
kOM5z//VjyNG09HUBEBEBEBEqMvPRnmpEd11iQw628w+y4pp5l5pRLadadQaVtutrSRpURkZ
GXqQ5KzIyujEODqCPAgjyIPsInB0SxHrsQNWwIII1BB8CCD4EEeYladOm2cyVY2UyVYWE6Q7
Lmzp0h2XMmSpC1OvyZUp9bj8iQ84o1LWtRqUozMzMxytutyLbL77We52JZmJLMT4kknxJJ8S
T4mcaKKcamrHxqVrx0UKqqAqqoGgVVGgAA8AANAJ9wLOyq3Hnqywm1z0iJLr5DsCW/DcfgT2
Fxp0J5yO42p2JMjOKbdbUZocQo0qIyP0HKm+/HZmx7nRmUqSpKkqw0ZTppqGB0I8iPAzjfjY
2UqJlY6WIrq4DKGAZT1KwBB0ZSAVI8QRqDrL250uj0SKlvQaC7vW6CpiUFE3c2s+zRS0UAlJ
g0tSma++mtqYSVGTMZn2MtkZ+1JDtys/OzhjLm5tty01iuvrdn6K1/CidRPSi+xV0UewTow9
t27bjltt+30UNkXNbaa0VPUtf8VlnSB12N/SdtWPtJniiEkdNoUXbeu5fnWm5Hnej6+l5lsp
aJ2ow9ddzY2dupSUMNuOzK9twmlfVtRGUSEp9qZKGW0uksm0EmoMPlfJdv2PP41hb5k1bBlN
1W0LYwrc+AJZQdPEBQ3sYKobUKNKXz+E8R3TkW2cu3HjmHdybDTpoyXrVrq18SArka/KWYoT
qULMU6Sx11eKflUS+lWlnNi18GbYz5cKoZej1UOVLkSItYxJkLlyGK+O64tqEy/KdU6tLZJS
pxRqMjMzMd1mRfbXTTbe7VVghFLEhATqQoJ0UEkkgaak6+ch6sXGotyL6cetL7iC7KoDOQAo
LkDViFAUE66AADwliOmRE2SvsvX3M8jIudW6S5k2opQWswvc6hWebhElSChopVWh1qIpJWZf
LJr2ehn8BPTyjkzYQ2xuRZ520L0ir8xb6YX930+vp0+GmkpocN4gu4tu68V20bsX6jf+Wo9Y
t+8bOjr6vj1azWwkUqWZqz0vo0erTRx9/tmKVEY4SKhnVXrVWmGpJpVETXonpiJjKSoyNske
0yP7BNl37fExxiJvOWMUL09AusCdPu6erTT4aaSSPxrjlmUc6zYMJs0t1eoaKi/V+91lerX4
66ywyu12WFsVXGI1umxtsthcZdplb61z1iqM5/3I6ptRLhyVML9Pig1e0/vIdG3brum0XnJ2
ncsjFySNOumx620PmOpCp0+GsiN12XZt9xxh73tONmYgYN0X1Jamo8j02Ky6j2HTWU9PsNdt
rD+b7PU6PW2vs+V/M9Pd2d9YfL9xq+X9baypcn2e4zP093p6mPmfue5brf8Amd03C/JydNOu
2x7G093U5J/XPu2bPtGyY/5TZtrxsTE116KakqTX39KKo1+6fGZ1mpxdq1e47S3+TvGWnWWb
nM3NjQ2rTL5El5pqxq5MWW208kvRSSWRKL7R8wNx3Dashcza8+7GywCA9TtW4B8wGQhtD7fH
xnLc9p2vesRsDeNtx8vBYgmu6tLayR5Eo4ZSR7Dp4T50ep02xtHbzXaK91N0+lKH7jR29hd2
jyEKUpKHbCzkSpbiUqWoyI1mRGZ/hHzO3DP3PIbL3LOuyMo+b2u1jn7Wckn9M+7dte2bPipg
7Rt1GLhKdRXTWlSD7EQKo8h7J4Qg5Hy/K2tSqlURWdgVIqwRbKpymSf5Uq1bjLhos1V/zPpD
sERHFNE97PmE2o0+vtMyHd+ZyPy5xPXf8p19fR1Ho69Onq6ddOrQkdWmunhrpIf8pi/mhnfl
q/zor9P1OkdfQSGKdenV0FgG6ddNQDprLAdMiICJ/9aPI0bT0dQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQE
QEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQEQET/148jRtPR1ARARARARARARARARARARARARARARARARARA
RARARARARARARP/QjyNG09HUBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBEBE
/9GN/wBZG/1S/wDav+EaWhxHkZ8tsb+sn/NNwt310/SjTqH7vYx/3cPcn/s4Zj62N/q/4HP4
Rz/wbyQ//jf/AFKv+eQLfX19JSefdpfu23eD+zbzH1sb/V/wOfwh/g3kn/63/wBSr/nnAfX7
9JB8B3aH/wDM3kft26PrI3+r/hX/AAjieH8jHntp/r1/88iq/rx+k638Pdykfbgbov8AawRP
36uP/qp/Mov0kOtuKchXz2t/uKn9jSa4/wBbH0s5Onp94tvH+/Vl1/28dZ9FJjn/APKj/ifp
+kdLcb35fParvuXX9msqDE+rP6aszQU96+PjX/uZS1f/AFejSfRPMn9jrZ/kWn+8Qz7Pu1f4
9ryB9tb/AOqVdt/frsduoX+W95OLXE+xN1wSf6vr6/qn2Skn9ikn+QyMQj42TV/1Md1+1SP2
iVvt3L+J7v0/ynlG3ZWvl6OTTZr9nQ7T6HRKigIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIn//
0ooDWpMH4CICICICICICICJ9EtRfYpRfkMy/QY6LMXFu/wCrjVt9qg/tEqbbOacx2Tp/k3LN
zxNPL0cq+rT7PTddJVKQ+n7HXP8Aioz/AE+ol9vH9ku1Nm1Ua/BAv9nSXR2X6n/qJ4+qJtne
nkYrXyW3OvyFH2LkNaunw00lQpsgv3yV+VKf/AiMSy7hfHrfEYZQ/wCy7fsJI/VLvbD/AJg/
1T7IFS7ntG4Ug/hysHDb7i9VNNh+9yfjKybF0v2kIV+T1Sf6TISm/t5tjkmjMuT7elh+xT+u
Xr49/mn938JUTkvAeP54Hm1P5rFcj4k3ZCa/EVgfCVk2KP3m1F/0mSv0+0Se/t1lrr+W3Gtv
95Sv7OqX643/AJrPBcn0F5b2o3XDY6B2xMmjLA95AtXDOnt011+2V0zY6v3zT/1JMv7S9SEk
yOF8goBIxVsX/YZT+okH9UyI4t/mD/S7yV0pv5rk7VkMPBc7DyKx9hspS+kH/esA+MrpdbX+
y4hX5FF6/m+0SLJ2zccQkZWDbXp71IH6dNJknxTu72s50lT8O7i7LuTP5Lj5lFlmvuNYf1FP
wZQfhKggZcWAiAiAiAiAiAiAiAiAif/TigNakwfgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIn6E5KzI
yujEMDqCPAgj2iVEvvI/ZcWX4vcZl+Y/UhK8rZdpzP8A7nbqmPv6QD+kaH9cvDw76he+HASB
xLupveJQNP4X5qy2jw8v4Fxsp9v/AG5dIsHk/tElZfjL2n+cvh/YKby+A7Ndqcd7aW+B6h+h
tT/xTLfhX+Zt384+a6uV7ds+/YgABNlJxbzp7RZjMlQJHnrjt75dIsGj/bSpH5P1i/s9D/sF
MZnb7c6tTh5Ndq+46o369R/xTMbgv+aL2h3r0qOd8R3bY8kqOqyvozscN7fmT0rwPaNMdjp4
ecu0PNOfsOJM/wAHr6H+Y/iKTzNl3Xb9fzeBYi+/TVf6w1H65mxwH6gey3c4IOD9ytqzsptP
4PrLVkfN5A413p3+zT/p+fhKolkvFARARARARARP/9SKA1qTB+AiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAi
AiAiAiAiAiAifoEAjQ+U5I7VsroxV1OoI8CCPIg+wiV25L7f7LhmX4FfrF+Y/X0EjzuN7LuH
Ub8FBYf6S/K36V01+/WZG9uPq1+oLtacerjXcjOt2ys+GNmN+cx9CNOkJkdZrH/ymrI9hEvW
7H7nUf8AqR/Cf94ovcO3hHU+2Zuv+zYP1dQ/0r982B9sf81CpjjYHd7t50/gVsvbH1HuZ2xM
htfc3yZJ9oCeUvm32nf2FkZ/8p/BX5j+IojcNi3XbCfzmG61/vD5l/rDUfp0mxbtf9SPZTvD
XSvBefYWRuTgH8pa35fLUnw0/L3dFjHX21h19zGVhKJfKAiAif/VigNakwfgIgIgIgIgIgIg
IgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIn6PhAIII1BnZVbbRbXfRayXIwZWUkMrA6ggjxBB8QR4gy
6amPN+he73p/Av4/mP7SFMblxDZtx6n9D0bz/Sr8PH4r+E/oB+MzE7RfXV3/AO1BxcFuS/z3
jdfSPyu5dV+irr8tWTqMmvz8vUdBoPkOk9Fqc056Er/LV/5v2T/Ir+8W83ThG64HVZjAZGOP
3fBh9q/6iZtT7M/5iXZTuScTauX2WcX5M+i9OWwfDdiFH8PMUBVBYkAXpT4D8Rl56+vxL4kK
OZWRijqQw8wfAiZ7YmZibhjUZuBlV34dqhksrZXR1PkyspKsD7CCRP/WigNakwfgIgIgIgIg
IgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIldqQ6yf6ivh/wAp/FP5vuEm3TYNr3dT+bxx
6vsdfBh9/t+w6zIDs39TnePsZl1HhXKrTsnVq+DkE3Ybj2j0mP8ADJ1Pz0mttfHUz//XigNa
kwfgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIn/9CKA1qTB+AiAiAiAiAi
AiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAif/0YoDWpMH4CICICICICICICICICICICIC
ICICICICICICICICICICICICJ//SigNakwfgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIk7PGHnfFp
nj15X9261z206bO4jY8AgZDKxdvbYepmOdT0W5oLpd5OpIsiykR4yKeM82hlTLhraNJOJJaj
Ku+L7dsr8e5Zv277e+U+C2IK6xa1Sn13tRuoqCxA6VI00Phpr4yrdhwtrbZuQ7tuOG174rY4
RA5rB9VrFbqKjUgaA+Gnl5+Mmv2jxC8WP555cck5zg9HgNLwah8edxmuoaDpNtp0SW+23GAk
W+eus5Ih1lMxms3TdFbjxXSUuw90A3npLvzDQVbb1xDivr8u2jbcC3HycCvEtS97mfX8y1RZ
GQhVCItwCnxf5epmOukqjc+N7B6vItuwsR6b8RMd1ta0tr67V6qy6BelVsAB/F8upY66S67x
4ieEWBtt/wAfrb6DUdQ5xs+TUmcRW7TsOl6Ftol1tMtmts11bP3vIs5zLHNWlVojl1UuitVx
0PmwgnH0rL5nLfuIcH2+3cNnryFTdMa6hU0syHutDWIlvro2OlNfUr9SNU5GvSNWB8eW7cc4
rh2Zm2paFz6LaVXR7mscM6K/qq1K1JqG1Q1vproNTr44Rf8Ajv4lwOv+X9TSce6BYZnwpy25
tJ2Qf6zNsLjtV1/vLO5Gnm2EuBmqyfi8XhlyZkqYmAqRMfjOMG7JSppfz4LI47xKveOYU07P
kNi7JVaxrN5LZLeolakkIprrq1Zm6dWIK6t4Hqhbtm46m5ckrq225qNrrsJT1iTe3WqAkhQU
SvVienUkEat4HXZEPwh8Yp01fVbLOHg8VV+EPIvIyx5ZtuhdFZzsXc9Y6RvcpIc0Wvy2L2XU
I2BxtTnWVOIhVq5KnlMqfkMsm+4JknB+MO53W3G/L4S7Hj5hotuuCC2+62s9diV2XiqtUGoV
C2vSWZV6jI1eK7E7HcHo9HFXaqck1PZZ0iy6yxPmdEe0VoFGvSuuumpA1MyLldb428XLy22v
DehaOpwbvinxnbWml5rTTej2fNN3adgVmNTR8uldlrOUTdrQper2/kTrH6NxUWc4lSjdZNoo
jaquNbL/AItzdi3GxMA7Tj2s9Km5qbWyOh1oOQtBsXwGjP0npY6nUaTv29Nk2z/EWVtWY64n
8vpctUpsNVhu6XWo3Couvh4M3T4MfaNJj3F++0C+G+YXYbDtPeXKuF0/xkz9H1aPyTk8rtLs
J6l2SZdJJw0zfHhYFY/bFIY97dzJW5FbadU2a1qZbh9l3/HOxcw3izes81LlYSLeMeg5OnTZ
qpqNvpBS2o8LG1UAkakqOja93pO1cl3J90y/TF+Kq2imo36dL6qazZ6YGuo/GfDQ6anQUOtZ
fyLiebfSLvxc1tZwLnnZ+a8d71sujNVFTzas5Lyq0ykf5d91W1l1MR/n2jnWEWwm29XAeYO4
sX1JJlw/Rtn5u2LyNOb7lfxbLXb9uzcbHyrLulaVooasfPexUGpyQ7WIhHqOT4HyHzcaN6Xl
OdbsGQuHhZVFOQ9mgqFNRT8VpIHpsSGZ0UjrY+R8hzX83ur8/wC1eTXSeg8wiE3jbJ6grYFu
dJCzkjYzM7mqigut7Moq+NCi1krb3Na/ZqbJlpz0kkbqEvG4RW05xu2373yfctw2tP7mxQBu
kIbCiKjWlQAFNrKX00B8fEBtZQ/Ktww9033OzMBf7sxUA9IXrKqFawqAAC7AtpoD4+I11kTx
Scp6f//TigNakwfgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgImU1e319Jl9ViajSXFbkdy9n5GxzkO
c+xT6Z/KSpk7NO3MFCyYnro5lg+7FNwjNlbqjT6GZiKqzsyjFy8KnJdcO8obEBIVzWSU6h5H
pJJXXyJMiK8rJqoyMWu9lxrSvWoPyt0Eleoe3pJJHu1mU2/buvX8vczrvpGxtZnTaigoOhSp
15OkP7OkyzdWznKrROOOmq0g0jVJDTGbd9yWijNkki9pCLu3vd8h86y/crnfKREtJYk2KnT0
K/7wXpXpB8tB7pEWbruVzZb251rNeqrYSxPWqadIb3hekaa+WgmfXvl/5QafHRMBoe69Jucl
CXnnG6mw0k2ST55KzZussixnOKOytmc7bxmpMJuU88iM+y2tskqbQaY+/mHKMrDTb8nfsl8R
ej5S5Ovpt1JqfNgjAMoYkKQCPISLt5Jv1+MuHdu17Yw6fAsT+A9SanzPSQCupOhAI8hL/iPk
3pOW9ovu26lW43es0tZoo9vdU/WdlzPZSLnRPxZMrQubTLuOz58lTsdXzo05mZCk/MNTjRuI
aWjs2Tk+Tte9ZG95Rvvy7VcMy32U2FnIJf1E8SfDxVgytr4jUAjntW+34G53bpkerdkOrast
z1OWbQlutPEnw8QwKnXxGuhGf9j89+5dI7ZTdsxuh0XJLvLc4p+S5os/stHeXisJUSbGyXX7
TWX0l6z6BPubq3kzJ79ihSZT60qU37m0qEw3nn2+7lvdO94eRZiX1Yy46dFjs3pKS2lljEta
WZizl/xHQkeAkZuXLt1zd0q3TFufGtroWlel2ZvTBJ0d2OthZiWYt5n2eE0XsPI3u++m6yw2
XV9voJO5ztPkdb9fdylR7zK56wTbUebmQ2lNwyoqm0R9THiIbSw0+ZuJSSjMzkWZyPftwfLs
zN2vsa+ta7NWOjVoepUI8ulW8QumgPjprJTk73u2Y2Q+TuFrtagR9WPzIp1VSPLpB8QPIHxl
DlnkL3LiEe5i8g6xu+bRtE9CkXrGN0djRNWz9ciS3AdnogvNFJciNzHSbNXqaScV6faOO1ch
33Y1uTZ92vxlsILCtyvURrprofHTU6fbPm37zuu1C1dt3C6hXILdDFddNdNdPPTU6T38z5X+
TON0Wx1+Y7z1em1XQnqmRudJE3F//PNa9QNTY9Gu/tHZrk2zOoj2L7cb5q1Ew26pKPRPwERi
8s5NhZOZmYu/ZaZeQVNri1+qzo1C9ba6t0gkDU+AOgndRyHfca7JyaN3yFyLiPUYWN1P069P
UddTpqdNfLXwmuOi9O6H1zSu7Hp+z0e91T0OJXvaDU2kq4tnIUFCkQ4q5sxxx5TEVCjJCfX0
SR/AS3cd03Hd8k5m6ZtmRlkAdbsWbQeQ1PjoPZIHNz83cbzk5+U92QQB1OSx0HkNT7pgggJC
T//UigNakwfgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIgIn/9WKA1qTB+Ai
AiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAiAif/2Q==</binary>
 <binary id="id104445_ru_table_1.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQAAAQABAAD/2wBDAAUDBAQEAwUEBAQFBQUGBwwIBwcHBw8LCwkMEQ8S
EhEPERETFhwXExQaFRERGCEYGh0dHx8fExciJCIeJBweHx7/2wBDAQUFBQcGBw4ICA4eFBEU
Hh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh7/wAAR
CADlAmEDASIAAhEBAxEB/8QAHwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtRAA
AgEDAwIEAwUFBAQAAAF9AQIDAAQRBRIhMUEGE1FhByJxFDKBkaEII0KxwRVS0fAkM2JyggkK
FhcYGRolJicoKSo0NTY3ODk6Q0RFRkdISUpTVFVWV1hZWmNkZWZnaGlqc3R1dnd4eXqDhIWG
h4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uHi4+Tl
5ufo6erx8vP09fb3+Pn6/8QAHwEAAwEBAQEBAQEBAQAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtREA
AgECBAQDBAcFBAQAAQJ3AAECAxEEBSExBhJBUQdhcRMiMoEIFEKRobHBCSMzUvAVYnLRChYk
NOEl8RcYGRomJygpKjU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6goOE
hYaHiImKkpOUlZaXmJmaoqOkpaanqKmqsrO0tba3uLm6wsPExcbHyMnK0tPU1dbX2Nna4uPk
5ebn6Onq8vP09fb3+Pn6/9oADAMBAAIRAxEAPwD7LooooAKKKKACiiigAooooAyPEvijwz4Y
hhm8S+ItI0WOdisL6hex26yEckKXIyR7VlS/E34bQ2sF3L8QvCUdvcFhDK2s24STacNtO/Bw
SM46ZriP20/+TaPFv+7a/wDpVFXh37Rd14tk/ZG8FQ6pomh2ulKNM8i5ttXlnnfFu23dC1si
rkcnEjYPHPWlB81/WK+/+vmVy7eaf4W/zPsnR9T03WdNh1PSNQtNRsZwWhubWZZYpACQSrqS
DyCOD2q3Xh/xY+L+teHvHtl4B8KWUUup/wBhvqkskuj3epGQgERQJDbEOCzLzITtUEcE1D8R
vi/400bwhomu2vhu08Pm+0S41CeLV4XuLhLqKMsbNbVZIpyOMtMFZUX5mVVywJSSTl0/4f8A
yf8ATV4p3nbu1f8AL/Nf0nb3aivm/wAa/HbxhYfDX4ZeL9KsdEtz4suEtb6CawuLwwsTgvEs
UqM3RiI8MxyADnrofDn4veN/FknxSz/YMEfhFHGnGXRrq3eZh5jK08ckwdeI8FMK2WzkYwaa
acl1V7/K3+at/wAOCaai+9vxv/kz6AorwHT/AIv+MdH+JHj7QvFzeH7vSvBuhLqk0un6bNbz
3LNEkgQB7iRVxuIzznjpUHgX4zePvEOjz6g+gQ/Zbrw7Pq1nqC+H76KzsZ49zC2lklYLchkA
xJGyDIIAORiXJcvN0tf5a/5P+mikm2l3svvt/wDJL+kz6For5t8G/HXxxLpPw08R+JrDw6+j
+NNRk0ySHT7eaOe1l8wxxyB3lYMpIOV28AfeOcDY1jx98WbH466N8L/t/gkS6rpMmpC7/sa6
ZYCvm4ix9rG8fusb/l6528Yqmmnb1XzSu/w1/wCCSmmr+n4u356f8A96orwD4+fGHxz8OnvT
Bp/h5EsdOtrpFlRrt9Qd5VjlwscyyWsSFiBJIjIxwu4MVDeka5rnia+0fwneeGrrSNMk1t18
4ahYyXqxhrZ5gF2TQ8jZjJ65zxjlfZclsnb+vuHs7Ptf8E/1X9XO3or5Eh/aL+KB8H6H4imh
8Iqmp+J5NCaKLRbuZ41QIfNVVudzt8x/dgZOBg5r2Pxv8dPCekfCvxJ4z0G4/te40OZbOexk
gltZo7pnCKkscqrJGNxOcj+FgORSk0o839apNfmvvsNJuXL/AFu1+j+656xRXiOueOvi74e+
GfirxNrOmeFz/Z2mW2o6Xfw28n2e63oGmgeD7QZFKEkCTcAcg7eoqn8N/i94x8daZ4Xk8PRe
GdS1EzW7eJ7HY9pPb28w3NNDHLNvCRKYhvxIJTJ8u0Dm+V8zj1Vvx/TTX/IjmXKpdH/wH+q/
pO3vVFfOqfHPxna/Ffw/4X1PRtEEOr6td6dNYW+ZZrIxhfLJvI5Xhkc7gWi2I6DAYAMrHk4v
2jviBcW2kEzeCNP1fUvFB0Sbw/cWFw99pse7aJZQblGYg8H5FBPcHIE0/wB5bl6/5pfqipe7
e/T/AIP+T9eh9bUVjeN/ENt4S8Gav4mv0eWDS7KW7kSPgvsUttHoTjH415R8Ffiv4z8banYx
6joGNN1fSGvrfUrfQr23ttPnDHFvJLMdlzlSp8yMoCVIAOQQr6tdv+D/AJP+mgeiTfX/AIH+
a/q57hRXgXhn4m/Em5+MXhLwRqc/hOS11zw8Nbmnt9JuI3iBD4iXdcsG5UfMQOCeBXmupftR
ePrLw3ql0V8IzatZeIjpK2kekXRUQKGzcSMLk7NzYCqeu18E4O1rVpdX/ny/n/nsDVr+X+V/
y/q59j0V84fEH40+O/CvxX1fwcx0Ke1sfDbatHPB4dvbmR5RFwjrFO2yMvkmQ8KvBP8AFWRf
/H34gWnwq+HvjS4l8HWv/CVapJZ3fnadOIbKMSbBJk3IztCsxyQDkdMEkVnr00X3tr80wen9
eV/yZ9TUV8w6J8efHur+HPiprdqnhxYPBpU2CzaPcxPdKXbDSK1wGTKJ0wDlgT02nT8GfGP4
g6t8Rfht4cvf+EXFr4s0MavdPDps6yQjEjGJCbgjogG4g85OD0pxTbS72/FN/kmKT5U32v8A
hZfqj6Lor53tvjj4wg+Lnhzwrq2k6HHb6xq91ptxZW4aWWw8vbsJu45Xhkc7gzRbEdBgMBuV
j9EUo+9BTWzG9JOL/rp+gUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUU
UAYWveM/B+gf8h7xXoWlZlaH/TdQih/eBVYp87D5groSOuGB7itawvLTULGC+sLqC7tLiNZY
J4JA8cqMMqysOCCOQR1rlrvw5NoOo6vrvhDw7o2o6xrl0smpS6lfta7kWJY1USJBKSoCjCEA
ZZjnJwfmL4ceL/Ffw+1H45w+HrHRrKy8PyLqMOnbpbuwtZy5EkUZHkthgCOi48sfKQOZUls+
1/utf/h/kNxe67pfft/XzPs2ivA/h38XfGnjvSfDT+Go/DGoaoZLc+JbJo3tpraCYbmmiiln
D+XErRDfhxKZPl2gc8X4c/aM8f3F2H1OHwuLeDxWuh3QOlXVpb+QMl5zfSTtBE/y8RNljnIz
WnK+fk6/8FL7rta/5MnmXLzf1s3+Sf8ATPrCivnH4r/HHxZ4O+L2veEkm8OLp9noLapYGTS7
ie5uJtnyW4CXChvmyxYKMIGJAALDHv8A4+fEa2+FXw98Y+X4X87xXqkllcQpo11N9nQSbFZE
S43yMNrHaOWyAMY5iL5ldeS+bbVvvQ5e67P+rK/5M+pqK8V+H/xW8Wa94C8c6lJpeh6hrfhy
+ngtbZJv7M8+FOFluIbiRntPuu2JWGQp6YzTfgR8XNd8a/ETxH4R1iPS7iPTLC1vba/sbOW1
EglRSylHllDrl/lkRyjAblLKwNUlzS5V2v8AK1/yE3ZXfe342/NntlFeAeL/AImfEzw/4u8G
6Ut54QurfxL4hudJ50a4je2SG48rfn7WQ5I5xgAH1qC2+PHiXVvHOqW/h3wzNqui6V4hXRri
0tdEvZ7l4hlZbv7SmYIgrYIiZSzKDyuQQoe/a3X/AIH+a/4ZMcvdvfp/wf8A5F/00fQ1FfK3
jX9oTx94e1/4laaINBlHhN4lsSnh+9lWfzJAP38qTlIcKSMttDN0x92tv4k/Fj4p+EfhV4W8
drN4MuE16WyhFqdJucobiAyF932rjaQVC4OQM7hnaCHvxUl1t/5NsEvdk4vpf8N/zPo6iszw
1H4gi05o/El3pd3eiVts2n20lvE8f8OY3eQq3XPzkfyrToAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiu
Tb4m/DZb42LfELwkLsS+SYDrNv5gfONm3fndnjHXNHWwdLnWUVi2/i7wpceI38NW/ifRJdcj
JD6al/E10pAycxBtwwOTx0qqnxA8BvFqEyeNvDTR6aQL9xqsBFrltg807vky3y/NjnjrQB0l
FcrqXxK+HOmX0tjqXj/wpZXcRxJBcaxbxyIcZ5VnBHBBrp7eaG5t47i3ljmhlQPHJGwZXUjI
II4II70eYD6KKKAOP+LXgGy+JPhSXwxqutavp2mXBBuo9PMCtcBWVlDNLE5ADKD8u0+uRxXK
eLfgTpHinwBpPgbWfGfi2bRdL2eRGpsUc+Wu2PcwtsnauQMYzn5tx5r1uiklbb1+a2+4d3/X
nuec638JNN1TX9C8TnxP4js/E+jW720etWrWqXFxE275JkMBhZRuOMRj8ap+N/gh4e8W65Y6
3qPiHxNDf2uky6Q80NzETcwShxJ5m+JsMwkcZTbjPAGBj1KihpPfz/G9/vu7iWm3l+G33W0P
H779n/w7d+FfCfhx/FfipLPwpcm50xkez8xZN25S5NuQ23sMc55zUX/CjH07WtV1Hw5488Q2
J8R6ql74gM0dnKZkTzHVYgbfCnzGQEHKldwIbpXstFVd3v8A10/yX3CsrW/r+tWeTad8FbSz
+IWqeK7vxLq2vr4g0+TTvEFtqiW+27i2Kse0QQxhCoXBwOQc5yOVj+HMHgD4X61pWkeIPFur
abb6VdxafpM2y5ETSK2FjWGESyctgKzOADwOMj1iiolHmg4dLW+Wv+bLjLlkpdnf+vuR81/s
v/C61v8AwF4L1PxfF4st9S8LT3D2+iaratbW1tcPISJlV4leT5djA72RTnAByK9X1X4W6VqP
xg0/4oS67rker6fbfZILaNrf7MIcMGQqYi5B3sSd+eeCAAB3tFaSleXN8/v3/wAvTQzjG0bf
1vf8/wAdTyP4g/ADwn418Ta/ruoa34ks5fEFpDaajBZ3EIikSIoyY3xMykNGh4bBI6cmtjw5
8JNG0PxI3iG217X5r46fBZZmlgKBoYXhin2iIDzFjkcY+4dxJQnBr0SioSSjyrb/AIf/ADZT
1d3/AFt/kvuPC7X9mPwpa6RpmlQeMvGa2umaqdXtFMtkxS7O394SbbLfdHByPauksfgb4LTQ
/Fum6tLquuy+LphNq99qE6GeRlOY9nloiJsYkrtUYzjkAAeoUU3qmn/W3+S+5Du73/rr/m/v
PNW+ENnN8N7vwFe+NvF97pU9nHYo089sZYLdSP3akQBTkAAs6swAwrLVPR/gT4Z0jVfC2saZ
rviK01Xw3afYYb2KaBZLy1B+WC4Ah2SKoyoIVWx1JIBHq1FNu7u/63/zf3vuTZWt0/r/ACX3
Lsjw/S/2afCmlXGlXGl+LfGFpJpGoTajpxE9o/2eaXbvI327bgdiff3fd+uZLj9mzwjMkEje
JvFgvo9ZOtzXxntmnubzjY8haAqQnzbVAA+dsg5r2yikvdtbp/wP8l9yG9d/63/zf3sqavpl
jrGj3ekapbpd2V5A1vcRSdJEYbWBx6gnpXmdn8Ib7w94Fk8KeEPiB4mtLTAhtY7ySCVLKF5l
M3l4hDM3lmRUEjMFLAjBAI9XopWGna3keTP8GpIfiLoXj238c6/d6xpcQscXkVmsTWRDholS
G3jAYF9wJB6Y9CMOT9mHwdL4d1DQZPFXi5rPUdVXVrn95ZB3uVDDduFtnHzn5enoBzn3Win/
AF+Kf5q/rqL+vwt+WnpoeU6z8D9I1XxnqHi258X+KRqeoaQ2j3LIbMI1s0exgF+z8MfvZHf2
+Ws24/Zz8LT+EPDXhZ/FPir+zvDV495py77MssjNu+cm2IcA7sAj+I5zxj2iihabf1Zt/m2w
ev8AXlb8tPQ8h/4UF4f8jxrD/wAJX4q2eNH36v8APafMd5bKf6P8v3mX6H1wRVsPgJa6J4l8
J+I9F8Za/cX3hlIrK0j1H7KYRYZIlh/dW6MWKO+GJJzjkdR7RRQla1ulvw0+6116NoHrdPr+
v/DL7keJ6F+zb4R0TUdGvdP8T+LUOi6nLqdhG09q6RSy7fMBzBllYIg+Yk8cEc17ZRRQnZcv
QHq79f6f6hRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRXH+PfE2pWGu6D4T8PfY11zW3meOe8
heWC1t4VDSytGrIXOWRAodeXznCkGX4b+KLnxDa6rZanDBDrOh6g+m6iIARDJIqq6yxhiWCO
jowUklSSuWxuItdv66fm7eoPT+v67P8Aqx1dFeT+N/iF4htfG3iLQNFu/Duljw7oqarIurwS
yyakG3cQ7JE8tFKBGkxJhnA28Ya/4++KMHh3TtHtRHp2m67rFkLoR63eraWumphQXupDyAHc
IEUbnbgbRllSd1f+uv8Ak/TrYbVnb+tk/wBV69D0miszwtLeXGgWlzfarpmrSzJ5gvNOtzDb
zI3KMimSTjaRzvOeoxnFR2finwzeeILjw9Z+ItIuNZtgWn0+K9je5iAxktGDuXGR1HcVTVnY
lPS5r0VixeLfCk2tXeiReJtFk1SyRpLqyW/iM8CLgszx7tygZGSQMZFUV+I3w9bSX1dfHfhc
6ck4t2uxq8HkrKVLCMvv2hiATtznAJpeYxfEHhGfUL+e90vxd4h8OyXSgXS6c1u6TEKFDbbi
GUIwAxmPaTxnOFxzkfwV8IW3wy1TwFp02qWNrrHzarqMcySX185ILvLLKjgs3OcKMZO3bXUR
+O/A8uhnXY/GXh19JE4tjfLqcJtxKRkR+Zu27uR8uc81CfiN8PRHeSnx34XEdi4S7b+14MW7
ElQHO/5SSCMHHIxSaVmn1/q3ptp6DTd0+xx+l/Ajw1pOpeF9X0rxB4ksdW8OWZsYL+CW3Et3
bZ+WG4XydkiqPlB2g46kkAjHh/Zo8IjR7rQ7rxV4vvdGvtVXVr+wlntVju7gHku0dusgU9Cq
so7jBwa9M1Lx/wCBNMs7G91Lxr4bsrXUIzLZTXGqQRpcoMZaNmYBxyORnrVYfE74amOGQfEL
wkUncpCw1m3xIwxlVO/kjcOB6j1qtXLz/wCDf89fUnZf12t+Wnocv4j+Bvh/W/Hmo+MpfEXi
K1v77S30looDaeTFavH5ZRA8DMDgk7sk5744rNk/Z28NN4U8MeGl8W+LY7HwxetfaYVks98c
pYOCxNsdwVskAj+I5zxj07U/FnhXTNcttC1LxLotlq11t+z2NxfRR3E247V2RswZskEDA5Ir
ZpLTVf1Z3+9Nt+o32/ra35aeh5OfgJ4Qm0Dxjpuoap4g1C78YSxyatqc9xELptjBkVNkaxoo
YE4CdyDkAAZ0X7OPhNU1tZvE3iy4GtaVDpV75k9sC0MIQREbYBtZRGg44OPmBya9pooWm3p+
FvyHfW/z+en+S+48y8Q/BnRNav8AwnfT+I/EcFx4Xne6s3hkt/31w8gkkmlDQsGZmHIG1R0V
Vq1pXwm0fRfGer+JPD+v+IdFXW7hLnU9Ns54haXMgJJbDRtJGWJOTG6HnqK9Dopp2/H8d/yR
Nla39af8OzxzV/2evDeqXfjC4ufFfisf8JgUOrIklmFYJIHQJ/o+V24x15B5yea0/GXwU0Lx
V8PfDvgjU/EfiNdN0B43tpIXtlmlaNSsRkJgIOxSQNoXP8W4816hRSWiSXS34bfcN6tt9b/j
v94y3jaK3jieaSd0QK0sgUM5A+8doAyevAA9AKfRRQwCiiigAooooAKKKKACiiigAryNktoP
2kRb/wBgaoNIPhRdJWVNEuGsRIZ/M8rzRH5QXy++do+6TnivXKKFpJS7X/FNfqD1i49/0af6
HzRqlzr9x4/0DU7rw14i0yHS/GlzLc6bpnheX7JHAUnRbxpkhZ7iWUsCzo+3DDcgI3NCE1lf
iL4u1268I67rvhabxIpv9GvfDs5Wa2e1jt/tturRAzsjBw0eXBjJYKDhq+naKUPdS/r+X/5H
8dLaWcnzN/1/N/8AJf531v5B42ntbX4u/DW70/QNaGm20d/NcPZ6BdtFB9piCp5myIhGZ87g
2CvVgAc165BFFBBHBBGkUUahERFCqqgYAAHQAdqfRVdCbBRRRSGFFFFABRRRQAUUUUAFFFFA
BRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUU
UUAFFFFABRRRQB5z8SrO8034h+EPHcVjeX+n6ZHeWGoxWVtJcTxR3CoUmWKNS7hXiVWCgkB8
4wCRj+F9TuPBdpr3jPWfD3iCSDxZ4lE0VvaWDSTWFr5KRJcXMeQ0SbYS7ZyyB1BUNlR69VLV
dLs9UFst4JmW2uEuI1juJI1Lr93eFYB1BOdrZXIBxkDBH3fy+Tab/FBLVf1vZpfn+H3+JfGf
RTr3jnUf+El0bxPv06zhn8E6poNhNO1td8mUs8KkK5kWIYnxHtXII+Y1pPZanoPxK0nxz428
O3GqNfeFoNMubjTNLkv30+9Qu8q+XEryCOQSMNyArlcNgEGvaKKSVl9/4pp/enr3suw27/12
af5r8X3PPvgj4Z1Hw38KIdGlik06V5bye0tpD81jFNNI8MRwSAUVlBAJAORzXHfCzTIJ/Dfh
Pw3q/gjWrHxh4VE0K3ktrPDawyNGyS3aXIHlTiXdnaGZmZ8lQAWHuVFOSTv2f6ba/wBX9RJ2
/H8d9P6+4+efg74a0ezsvDtn4g8G+OU8XeGpm82S7u9TfT43VSJbuBi7W7rIC2I4wWYvjYFy
wxPhZHqum39tf+JvBuu6x4bu9Z1EfZb7w1O0+jTSXbXEFxHF5O54pAqFnw5jcL8ygla+oaZM
jSQvGkrxMykCRANyEjqMgjI9wRTvrzP+tr/l8vwE1dcv9dbfn8/vv4x4T8NarpHxBuvhslpC
3gyzvE8SWTqwxBG8jMlns7BbpWlU9NqY7ccB4107XtU0X40y2J+IFmNSvCLHS7bw2xh1MG2i
hDZktGkILIwJR1woDcZBP0h4Y0EaIlxJPql9rF9dOGuL6+WETSBRhFIhjjQKozgBR1JOSSTs
1PLpbyt+X42SXnuWpa83nf8AP822/wADySbx/wCH7jXtB077B4kmk0S2F1dmHwzqMz28slv5
ccTqkJKMySuxDAY2jua8k8NXU83w7+FGjW1n400u+8N6vcDWpdP8N3E1xpjCCb7yNbyLubz4
zgo2Q+ccZH1lFBBDJNJFDHG8zh5WVQDIwULlj3OFUZPYAdqIoIIZJpIoY43mcPKyqAZGChcs
e5wqjJ7ADtVN3k5PrZ/NO6/P8iIx5Y8q7W/Cx86+EdW8Z6h8Svh7f+MtE8SXD2Uuswx6jJ4e
mjb7NMY0tJbkRx+XDIwRwy/LtABYKDk/R1FFF/dS7f8ADh1CiiikMKKKKACiiigAooooAKKK
KACiiigAooooAKKKKACvMtE8f+M9V1/xDYxeC9DFn4e1NbK+n/4SGTzShSOQyxxm0CtiOQHa
zryCM9CfTa4bwD4J1bw/rvi2/wBW16w1W38R3v2xoIdMa3MLeWsW3cZn3LsRR0Bzk55wFrd2
7P77q3ntcell6r7tb/oc54T+MeoeJNc06LT/AAFrbaNqwb7FqJs75Qg27o3nLWqwpE/9+OaX
GVOOThvgn4ueIPFlvJHpPgvTr3UrXVnstRs7PxArmxgjm8p5pGeFMMSGZI8ZdFY5BG07XgPw
D4l8JWEOgW/jdbrw3YuzaZayaZtuoUH+qgknWUCSJDzgIjNgAvtyp53wp8Gtf8O3en6xZeNr
Aa7ZXt3I12uiOsV1a3UjSy200X2nLAStvRgy7cdGyTVK3Mu3/DW/W/ltrYmV+V23/wCA/wDg
W899LmsPH/j4+PD4RHgHQxdf2X/a3zeJX3eR5vl7MC0K+dn+Hds/2+9M1/4s3dhpGseKtO8L
pqfhHRL2Sz1G9j1HbdgxPsnkit/LKyRoc8tKjHaxC4ALbcvg3Xj8Yh47i8Q6atn/AGaNMbTm
0p2kMO/zCRN54G/f38vAXjBPzVh3Hwluhb+IfD1l4oWDwb4iupLm+0uTT/MuImlOZ1guPMAj
SQ8kNG5XLbSCQRMb2V99fvvpfy5d7alO3M+2n3W1t5376E2u/EHxjaeMdE0HTvBmh3UOvm5O
l3Nx4hkhLxwIHLyIlrIE3KQVAZjyN205Ah8b/FXVfB2radDr3hjSrGxvbizt0M3iGMXk7zMi
ym3tljPmrC0gDEuhOCQMYJ2fFngjWdT8d+FfEej67pemWvh2OZIrKbSXnMglUI/zrOgUbAAo
2nBBJ3Dgc340+D2sa5q/iS6sfGNnZ2+uX1jfutzoxuJ4ntTGY4hKJ0zBlCdm0EFzhhk5pW5l
2vr6X/Vf0ideV33t+P8AwB1t8WvEN54g8VeGdO8GaXqPiLRLoQW+mW3iEebdL5ayGZ/MgUQx
bWVQx3AyEJwPmrQ1/wAe+OtN8Z6L4bi8C6IX1troWL3PiN42AgQOxkVLWQLuB+Xazds7TkDE
T4M+Im1jUPEU/jjTk8QS6zHrFjfWuhPELWXy0hliZDct5kEkSBSm5TnnccAV1finwZ4l1jxx
4T8UW/ibSLV9AilV4H0aSQXLzIEmYEXK7FKgbVwxU8kv0pRXuxvv1+7f7xy+J221t9+n4Hb2
ElxNY2813bC1uHiVpYBIH8pyASu4cNg5Ge+KmoooYBRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFF
ABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFAHkn7ScM
osvDGozaWPEmlWeq7r/wyo3y6ujRsAIosETvFzN5TDBCEkjbkcna+KLvTPg1pUfw8mDT+LPE
b2elWtrsT+xopGd5IFEuFR40jk+UjajvhQyqufWvH3hG917VNC1zRtaTSNZ0OeWS1lntPtVv
IkqbJEkiDoSCvQq6kHv1FYkvwsWbw9Oj655XiSTWjr0erW9mEjgvtoQMsBY/utg2MjOSwLZb
cdwUVvfZtfdeN/wT136bMcns1ul/8lb8X6fNFT4JyaVpviLxJ4Tk8G23h7xHp/kT31zFeNft
qkUu9o7hruRElmbf5oPmDIPTjpt+L/GusWWvXugeE/DMWv6np2nDUb2Oe/NqiRuXEcaMsche
VzG+F2hcDlhkA3/B3ha60vWtU8Ra3qVtqmu6mkMM09tZG1hjhi3eXHHGXkYDLuxLOxJY9AAB
n+JPBOsS+PI/GnhPxJb6NqMlkLDUIbzTjeW13ErM0ZKLLEyuhdsMH5BwRTk27f100/S/ztoK
Nlf+u1/1t8rnP+JPjHc2hsrPRfBOtX2rS6XDqd3Y3Nneq9mku4JC/wBmtbgrMSjja6ovyn5u
1VNL+NOqX/iuXw6fBcdlfy6XDf6dp97qjW+oXLyllWJrd4Bs2FGMjbmCIAw3ZxXQ6l8Ptbt/
Ftn4r8LeMTYaoLBbDU/7TsPt0OoxqWZGdVkiKOrO5BRgMHG3AxXOa98FNU1vXtZ1TUfG6ySX
tpapZTrphW7sbm2d5IblZfO2kh5HLKEVSp2rsAo6/f8Adra3nta/zDp9336Xv5b7dNjf0vx9
4o/4WDoHhTxF4LstCXWdLe9S4fWxMyzRqPNtVVYdryKWByHAKZYcgqMXWfjDrGiWvh3UdZ8O
+G9O0rXNWnsI7668StFFFHHvK3DM1sBtdY2KjI+8gz8x2z/FDTrTxPpGjeCdQ8UWNx48t723
uoJtLZbW5tl3ESXIhMjtGnkmRTkkEkAYJAG74w8Bajqms+DLnQ9bsNIsPC1x58VnLpjXHm/u
mhC7xMm0CNmA4PODyBgtatPzt5NXu330Wn/BE9mvL53tp5avX/gFL4d/EjVPG48WPo2keHrq
HRLk2tnc2mvtPBfy+Wsg+dbfCJh1BYbyG3DBxkx+BviL4q17x1Z+GtU8HaTpsdxoUWtvcQ65
JcNHDKzKieW1smZNy8jcABzkng51z4B+IumSeJhofinQpn8XasJryeTR5Izp0Bg8timLn942
2ONQODuYnIH3bujeCvHOlfFfTvF1zrXh/UrObTho19a2ekSWQt7ZPMlikTfcy5bzCqEdNrdO
M0odL9lf15Xf/wAmt5DntK3d29Lq34X8/vPUqKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKK
ACiiigAooooAKKKKACiivlD9oDUfgtrel+M9ZgvfA91rD3WmWqyLNbPdymO4QzyJj58GOTYz
DqIjngUr+8l3/wA0v1HbS59X0V8ueItK8C698Q9d0zxl4wufD8CJazeEFsYLLypNPEMXlnTp
Xt5HWTzQ3y27hiduFOM1bnvPhZY/Gnx3H4jvPCsE8nheyt5Tq8los0tyRN5yyE8NKR5W8DOc
L6ClKVo83k39ybt66WfZjUbu3p+LS/W67o+mKK+PYP8AhCbTwB+z9Lbaf4TuNUeYMIrqSGFH
Y28gZpXwcAXGwscFt44BbArpfhdqnwy8NJ8X5vEGp+D7wPq7RXWEt4EvFa3QtCkZJ/dmXzVV
SW5DZLEMxua5XJdr/O1tvv8A+HIi+ZRfe3yvf/I+naK+RLS18E2PjrVbL4YXHhO58R2/w48r
SptFe3eSTUVaUSNE0fW4KAEkfOR7Vn+LNK+Ef/CovEPiPRvGNzql9caFNFc2Fxb6fCsVx/yz
a7jit4n+0iXIjaQmQksVyu8hS91N+v4OS/G34lRXM0u9vyT/AF/Bn2XRXy74Yh8IwfHXwSus
6r8ONQiPhO4Np/ZulxWiRrmLywS08oc7PN2kbcL5mBgmqP7PnjC18Palpuk+D38GapaeIPFF
/Bd6bpdls1K2tRNMYrqSSOQqYUXbgNGoCMAp71XL73L6/hLl/rt6akc3u83p+Meb+v8APQ+s
KKKKkoKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKK
KKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAxPE2o6/avDa+HNBt9UupAXdry9a0tolGBgyLHIxck8
KEPAJJXjNP4ZeL08aeGf7UbTZ9Lvbe5msdQsZnDm1uoWKSxh14dQRww6gg4ByBh/Gn4teE/h
lp1sut6va2uo37bLSKRHk2g8GZ0jBfy174GSRgc9MrwB8Tvhdp/gOy1HTdfmOi3esf2dHqlz
Zyxi+1CcmWRiCgK7nZiWZVQHIBAFENb9f87/APBt62t1QT0t0/ys/wDh/RG98SfG2t+EbS61
e28KLqWi6c0P2+dr4wzkO6g/ZovLYTlQwJBdMn5VJOcWPFHi/VLfxJ/wjPhTQrTWtYjsP7Qu
YrvUTZRxQliiDcI5GMjsrYXaFwrFmXgNwfx71Pwb4mt9T0DT/FtzafEHw6yXGj6fbXksczX2
1ZYAtsTsuc/KC21wqs3K81Y+IDSaB4007xLpfi+ysvG91oqWVzoB046lLqigs6GO3jmidNr+
aPN3CMAncQFJqU9E/wCndO1u+vTf1uN6P5fqr37aXt+lj0nwD4osPGfhOy8RadFPDDchlaGd
dskMiOUkjYdNyurKccccVu1w/wAH/B114b+F9t4e8TG21C/ujcXGrDYGhlmuJHklTaeCmXK4
xgge9eAeI/BGlfD1fh14Z8W6X8Pbawj8YPcLd+erXF5DIZWJkjkhQRxqPIVvnkGViHGFrRr9
4od2l97t+H4k7Qcu1/uSbX/BPreivk688ReEofjHofiSybw14buI/Gt1aaoJnZtVYeXPG0t1
O7jyoZCAEgKlcBSrdVXp/Dtv4L1jxJe2/jC5ubL4nab4qkubdoWVdUuIRMxtkgLglrQwEBlT
5Aodm28tUw99Rff/AO127/F6+Q5+62u3/wBtv2+H8T6Kor5OvPEXhKH4x6H4ksm8NeG7iPxr
dWmqCZ2bVWHlzxtLdTu48qGQgBICpXAUq3VV+saI+9BT7/5J/qEtJuPb/Nr9AooooAKKKKAC
iiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooADyMVR0jR9M0jRYNF02yht9Ogi8qO3U
fKF7jnrnJyTycnNXq8t+J/xI8XeDH1m5h8FaRqOmaaLNlmbXpIZpxczGFMR/ZWUEODkF+mDk
5wE7PTuPzPSNJ0+z0nSrTS9OgW3s7OFILeJSSEjUAKozzwABVqvIvFHxi1LStYvNL0zwLqWv
XGkmKLVl0+G9nCzsiSNFbvFaPHKyq4P714M5HTOQ3XvjQNE8Z6t4e1W08L6OlrpUWpWM2seI
zZSXfm7tkRje3yjgo24AttyvXJwOWnM/66/136Ao9F/XT+ux6rpum2Omi4Fhax24uZ3uZggw
Hlflnx6k8n1OT1NM1PStO1OWykv7SO4axuRdW28ZEcoVlDgeoDNjPTOeoBryO7+NerWfhDwP
4m1Dw54b06x8WPtEt94laCKyBjaVDJIbXHKqQemGIAyDmvXtH1PTdZ02HU9I1C01GxnBaG5t
ZllikAJBKupIPII4PaqcWvlp6W/rQm6fz19bhfaZYX15Y3l3bJLcafM01rIc5idkaMkfVXYY
9/pVuiikMKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAoooo
AKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigArP1zSxq1vDbSXt1bwLMsk8cITFyg
zmKTcrHYeM7dpOMZwSDxf7SenW2pfAzxety10BBpNzOggupIcssTEBtjDevqjZU9wa7Dwh/y
Kej/APXjB/6LWiOt/K343/yCWlvO/wCFv8zUorzjxF8Rdc0nxda6Mvg0XMFxqSWUe3Uf9Nmi
JQPdxWwiO6CPeN7s6BcHqME88PjVq6+OdR8LP4U0We707WIdOls7LxA02oyxyBGNzFam2UvG
iSBnJdQu1+cDJI+9a3X/AIH+a/pMJe7e/T/g/wCT/po9oor541HxncX/AI8uJ9Hs/iPqOit4
lhE01g96Vja2JgkWJFtGgNmXBMi/aAzEMdoIAPoGm/EXXLjx5p3hu68GiCK9eYO0Wo+dd2Ua
b9k9xAIgIoZChCMZMsSBtzkAj7yT7/5J/r+AS91tPp/m1+h6PRXk/iX4leN9F1yDT28C6HNF
deIY9Ctpf+EjlVmeSLzllZfsZATZ1wxIYEDPWsTxJ8fj4eHjSDVtO8JWmpeGZxFFp83iry7j
UR5ayExI1sG+66gAA5bcMgDJSaauv62f6r7x8rvb+uv+TPc6K8p134s3fhzxf4a0XxPp/hXR
bPWdPa9k1C88SmKODYUEka77dRI37wFRuXdhs7cc2Na+K0mkeNdT0660jT5PDmneHv8AhIX1
i31RpHktTuVQkIh2s5ZTjEm3bg7snbTen4/he/5P7tBLXby/G1vzR6dRXm3w9+Jer+JvFA0f
UfAmtaTbzWzXFvfNZ3qwrg/6qY3FrCqSEEEBDIpww3dN2j4v8a6xZa9e6B4T8Mxa/qenacNR
vY5782qJG5cRxoyxyF5XMb4XaFwOWGQCS91Xf9f1YI+9t/V/+HO4orzjSfiPrF34/wDD3h+9
8If2Rp+vaU2oWt1qF60VyJEVTJatbGLiZCwJBfG3LAkgrWJefFTx3b2mm35+Huhiy1bXF0fT
pX8TSAzlmZUuMLZnbE2wkZO7GPlwabVml30/G35iTur/AD/C/wCR7FRXlWvfFPWfDfjTQ/Df
iTwzo1k2q2c9wrR68ZJHkicJ5EEZt186Ry6bF3KSCchSMGOH4neMLTxZYaD4o8DaL4dW50+8
1CW5ufEwdIIbdwpZitvtw2+NgSwwCc4IwUtfx/C9/wAmNq34fjt+Z6zRXD/BbxxqPxB8JSeI
L7QrfRk+2TW0UMd687t5TtGxYPDEUO5ThcE464PA7im1YSdwooopDCiiigAooooAKKKKACii
igAooooADnHHWvFNa+HXxP8AGHg3UrTXvFfhjTLvWZoLu4hh0KWV7ZoXR4oVl+17SoMa5+Q8
s+M5zXtdFK2tx3PL9D8D+NLbV5/Etj4otNAu/EFpBJ4h0w6aLuJL1Y0R5rZ/NHlttXaN3mrw
CVbpU5+HviSLxp4k8RWXi7TkTWNIi0uCGfSJJntliD+W7SfaR5rZkctkDdx0wc+k0USSkrW0
1+56W+52XZbAm1r6fhr+av5nj1t8JvFlnoPgLTLPxvoyv4MYtbyS+HpHW5PlNCm9RdgjCO2c
Hk88Diuz+FHglPAnhu40z+0TqFzeX8+o3c6wCCMzTNuYRxAkRoOMLk/U111FU5Ntvv8A8D/J
fcTyqyXb/g/5v7wooqjqmrafpk1lDe3Ijmvpxb2sQUs8shBOFVQSQACxPRVBJIAJpDL1FFFA
BRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUU
UUAFFFUtG1XT9Yszd6dcrPEsjRPgFWjdThkdTgqwPBUgEdxQBdooooAKKKKACiiigAooooA5
n4oeHNQ8X+BdV8MafqtrpbanbvazXE9m1yFidSrbUEkfzYPBJIHoa0/ClhqGl+HLHTdTvbW+
urWERNPbWrW8bheFIjZ3I4Az8xycnjoK/ibxC2jvDb2eh6rrt9MC62mniIOsa4BdnmkjjUZI
ABcE/wAIODjEsPib4dv/AATa+KLKHUpvtV19gi0z7OEvvtu4qbVo2ICyKwbO5goALFto3URe
9utv8l+Ltp18wfS/S/8Am/wV/RFL4geANd8YzQaff+LLVPD8WpwaiIBpIN8jROHCR3IlCouR
gHyi+CQWOc1zWrfBnxDrB8SWepeNtMbSvEesw6pexwaAyXMflGIKkMzXLKh2wqN5jY5JIx0H
ovgvxhYeJ5dSs0sr7S9V0uYQ3+m36oLi3LDcjHy3dGVl5VlZgeRnIIHR0R92zXr+T/RfcDfN
e/8AW/8Amzzvw/8AD3XPD2r6nBovjL7P4X1K+e+k0x9P3XNu8jF5lguRINiOxJO6NioJ2lT8
wp+MvAnjDVNU07XJPEthqcvhuS4vtFtf7KEFxPcGF0jSe4E20xksAwSOMNgZxivUKKVtEu39
L7ug76vz/p/f1PE/EXw6+KN3oOm3X/CV+F7vVtI1T+34bdNCmj+1XgD/ALl5WuyPLPmFAdik
AL0xV3UPhN4nv9A8f6VL410pB4zuPOmkXQXzagxrEyr/AKThv3aKATjByecgD1+inZar+un+
S+4SbTT6r/g/5v7zyvW/hx4zv/Emla9B400CG40/RJdJ8uXw3JNFIJdnmSbTdj/nmuFO4DnO
7NY/hr4DHSJG0648URX3h2Xw0fDs9k2mlLh4CzyGQTibar+ZIxH7vAXC4yN1e2Vy9x450mH4
kWngNrTVf7SurSW7Sc2TJa7Y9m4CVsB2+cfc3Y6MVOATd273/wDbm/zl94L3Vp0t+Frfkit4
C8NeLNEgtLXxF40TX7awiMVr5em/ZJZOwa4YSMJWVeBtVB1ZgzbStfxJ4J1iXx5H408J+JLf
RtRkshYahDeacby2u4lZmjJRZYmV0Lthg/IOCKk8afEWy8LLeXVz4d8Q32k6cVGpapZW8bwW
QJG4srSLLIEDBmMSSBRnPIIHY2s8N1bRXNtKk0EyCSORDlXUjIIPcEU7uXvf1r/n+IrKPu/1
pb8tPQ8t+LGlaH4h07R/AkXiV5fGFteW1zaSxXsY1G2G7E10yjlUMRlB+UKSwUYyorZ+IngP
UdfsPC9j4d1rTtDt/D1/BfQpcaY92HaAYiT5Z49qAE5HJPGCuOe9opLT77/NbfcN/pb79zzD
4g/Cu68b+L7fU9Z12wbSF0ebS7jT10x/MdZijPKk3n/I4eNGT5G24/iPIz7T4UeK5vF/hnxD
4k8baNr0nh6ye0t1n8PSK0xYowmkP2ohpQ0aMDtxkZADYYev0ULTb+t/8394PXf+tv8AJfcc
Z8IfB2q+CPDlzpGp67aayZr+4vUmg09rUqZ5GldSDLJn5mOMYwMDnrXZ0UUXAKK5rwB430Lx
xbapdeH5JZrbTdRk095mUBJZEVSWjIJ3J84w3GcZHGCTw1430LxF4t8Q+GtKklmu/D7QpfSb
R5W+QN8itnJK7CG4wDxyQcH+V/l/TB6X+75nS0UUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABXhdlrms+
D/iVq+ixapqWpaf4nlmg0P7XdS3YsNQhYB48yMSsZSQS7cgAQuAK90rDtvB3hG1trq1tvCuh
wQXkjy3UUenxKk7ujI7OAuGLKzKSeoYg8E1LWvya++39eo76W80/uv8A16HzX4B1PxPqnhP4
e+Hrnx3fWC+IjqctxqWq3l5O97dw3Cxw26yx3UMkWUyQkcihiv3Tk13Ns+pWXiPwh8O/FPxC
v9U0y5/tFG1K0km0+S7uoWiEVmbhZWlJQPJkiXc7R7XLEMD6mngDwImhSaCngrw2ukSTi4ew
GlwC3aUAASGPbtLYAG7GeKuX/hXwvf6BB4fvvDej3Wj24UQ6fNYxvbR7eF2xldox2wOKu+v9
a/8ADdPRed09f62/4fr8/K3jnjay1vTPCvg/R7bx7rHii9h1yfT0tIbyfT5tYPzjy5buF/MQ
WyB2eQbgxiIYbjxzfgX+0Lrwt8G7u98SeKHvNZ1y7j1HPiS+b7QiJcMFbMvzKDFH2A4PHzMD
9CN4P8JM0bN4W0MtFYHTYydPiyloQQbcfLxFgkbPu89Ky3+F3wze3jt3+HXhBoYmZo4zotuV
QtjcQNmATgZ9cClF2d/NP7v8/wCvMeqfo1999flf8Pkuc+DEUy+OviSkup6xdx2euJbWsd5q
lxcxwRG2hlKosrsq/PIxyBnBx0AA1LBp9Q+NXia2uHe3ey0Gyj06VdpeNJ5JzLIgYEZLRxg5
BH7pcg1t+GPA3hTwvq1xqPhnQ7HRGuYFhuINPgS3glCsSrNGgClxuYbuuDj0xLr3hm31LWrT
WI5hDcxRNaXKPGJIby0c5eCVDwR3VuqnPVWdWOkV2Vvwtf57v1e7Ddy83f8AFP8ADZHzvrHi
74kWfw20DxLF8StcN5qUOsyTI1hpvlqbOG5ki2j7LkZMK7sk5BOMcY6HxX488b+CpLVb3xUu
rw6vodtd3NzNYQxJoTyXUELXACL/AKkrO5Cylzug+8RuFd/45+D3gzXPBd5oGi+F/COi3E0M
kVtdnw/DL9j8wYd41UxlXx0YMMEKTnGK2/AfgTQPC3hX+xYtE8Oo1xbrDqTafpKWkN9hSuXj
y2cgkEMzdT64ojo235ad9Hf03Wu+mgS1sl5/mrfr+vZ8lHqniqyvPHHheXxbd3y6fp1rdaZr
TW1qLuGecOFtmVYhDIxaNCo8sEiUDklWrlpPFHjHSfG2o+Fb/wAeapJazeI7HRYtSubWxD2S
y2X2kldluqGWSTES71ZQGHy55r1S/wDhr4EvNHstEbwro8Oj2l99vGmw2MSWss3lsmZIgu1u
Gz06qvpUVl8Lfh7Y3d7LZeD9Ctre/tVtbyyh06FLW4RX3qXiC7WYHoT/AEFC+K7/AK6//a/i
7g9v666fhv8AejkLPXfFF3pms+G5/GU0Op6b4li0+x1W3itFub+2L2/m7o3iaItGLnYzIijc
i8LyDDoeu69beA77XNU8e6xd3Fp4ku9NtUNrZZvgt01tDBiO2+820EMoGHJLHYCB6fb+FfDF
tBpsFv4c0eGLSmZ9OSOyjVbNmzuMQC/uycnJXGc1TsvAHgOyEQsvBPhq2EMrzRCLSoE2SOoV
3GF4ZlABI5IGDR/wP018tn94f5/56ee6+48Z+H/jHxh4g8CarNqnjbxDpmuWFhqF/bRyWenb
7tIpZYgx227RlIzGgwpD72csNhiJj8MeIfiT4k1vQrc+NPEmi2M3hFtXlkmsNNM17MpQF0U2
58qMmUY3DcQn3VyGb2Rvhr8OmsYrBvAPhQ2kLvJFAdHt/LRnCh2C7MAsFUEjqFGelOX4c/D1
ShXwJ4XBS3a2QjSIPlhYENGPk4QhmyvQ7j60mm0/T9Ja/ivu9LNNJ/13Tt9yf3/f5ZH4q8eW
fwk8CagPFRv9U8ZzWUbXuoC2tBZPNbNIUjeO1eMbpFVV3wyH5iMnIKu8S6r8QrHwbey33xGh
t9e0HQtTuNRTRfsVxCbiDy3txN51tuV2jlXeqrGDwVCg169H4P8ACUfht/DMfhbQ00ORtz6a
unxC1Y7g2TFt2E7gD06jNVo/AHgSKxuLCPwV4bS0uYkhngXS4BHLGjbkRl24ZVb5gDwDyKqf
vOTWl9vLT9H9/wAtVT93lvrbfz1/X8LeenmHiPxr4i8HePrCXUtX8Ua54ftfCf8Aa+pW9rb6
aMMjBHmkLJE5XBLFYmzuAwu3K1h/Erx34702/wDiFNoGs+Jrmw06ysbvTrm2ttL+z2AnXefM
EyLM6kDAAVyBnPODXstz8Nvh3czQTXPgLwrNLbxpFC8mkW7NGiDCKpKcBQOAOnapb74f+A7+
5vbq+8E+Grqe/Ia8lm0qB3uSCGBkJXLnIB5zyKG7/e/xbf8AkvK3nooq2/Zfgl/wfW/lr5Ta
eNPGI0YeKbXxLcalcWfioaBc+HJre2xNGJvIyWSJZFuCpFxkN5eCfkC9Ol+Hcvizxb4V0zxK
PiYYhr1j5j2cem2rCxm3qXW2YruzGBJGRMJvmwxxgqe6svB3hGx1iHWbLwtodrqcEKwQ3kOn
xJPHGE2BFcLuChRtABxjjpT9O8J+FtN1S+1XTvDWjWeoagGF7dQWMUc1zuO5vMcKC+Tyck5N
JaL+u1vx38uncLf187/ht59TxOfXvHtr8BvEPjVviJrMt/aXt1BDu06wOwQX7242hbcZ3IBu
BBJYArtGQex+FOs+K9T+Jviux1zUtZXTrCysXsdP1COzEi+cJN0khgiUhj5WQu8gBzkA/KnX
R/D3wDFo02ix+B/DKaZNMs8tmulQCCSRRgOybdpYDgEjNXNG8JeFdF1OTVNH8M6Lp1/LEIZL
q0sIopXjGMIXVQSo2rxnHA9Ka0/r+v6/Alrf1/Xb7jyDxb468Z+F/DHjbTpNZe81RIL2+8P6
hLbQh44IGkWZXVYxGxiMaEErz9oQHODUukeIfibq/jq40/SvEWkpYeG57CPUk1O6jikvLeWC
OR5niS0J3sXkCNHLEgKYKHB3eqHwP4KOlT6UfB/h46fcSNLNa/2bD5MjsVLMybcEkohJIySq
+gpf+EJ8GfbdOvv+ER0D7VpcaRafP/ZsPmWiISUWJtuYwpJIC4xnilDRpvy/D+vnu+yc9b28
/wAbf15dPPkfAep+IfEuq3HiGTxotpbWut3um3Ph9rOAwosTvHGm/AmWcgJKSXZSGwEwQa84
8J+LviFqV94ihvfHWrZ0/wAO317HPb2Wn/Y7i5huHjElqTB5jQLt2/vBknOCwwT7veeDPB95
rFxrN54U0K41O6iaC4vJdOieeWNk8tkZyu5lKfKQTgjjpVef4f8AgKd983gjw1K/2VbPc+lQ
E+QoAWLlfuAAAL0AA4qHF2tfo187NX+T1/4bWk1e/mn8r3t92n/D6eG+K/Hvjzw5ZeG9QXxl
dXSXvhS21C7F7DaRQJNNc28LTO6WxZFRbhm4BAKKSrAMrb3ivUfix4f8JaZHqnih5dVm8T29
mi6HJZXN1PZzjhJGuLWKESghtrBI1wRuzya9It/hf8PrO8jutM8H6HpbhJIp1sLCKBLqGRCj
wzKigSxHIOxsjKqe1WZPhz8PZNKi0mTwJ4XfT4ZWmitG0iAwxyMAGdU2YDEAAkDJwK0bTd/O
/wAua9vu0v8AK1iEmlby/Hltf79f+Ccl4b8cazb/AAR8S+I57oa/rXh86ikiPCI5RJAzssM4
REQyKuwOYhsJB2EjBLPC+ua7beKbHT7rxu3iHRNY8Myau2pSQ2sTacyMgEsbRxqhhcSkqJFY
gxE7mG4V6XomkaToemRaXommWWmWEOfLtbOBYYkySThFAAySScDqTWBefDfwPNoN9odv4X0j
T9P1GaGa+hsrKKFboxyCQCQKuHBIwc9iR3pPe/l+jX5u/wAreY1tbz/VforfPyPE/G3iD4ke
HbbWGPxJ8RGbT/C1jq+yTTNOz581y8ToVFpnaFUYUfMDnk9Kn8U+LviLaWnxDvYvE/iPS/7C
sdNn0y0ubbTXmPnOyu0oFuVDNsyF3cbucH5V9Uufgz8Kp9RtL3/hX3heNrXeBFHpFusUu4Af
OuzDYxkeh+prTuPhr8Orh5XuPAPhSVplVJS+j27F1XAUHKcgYGAemBR0t6/m3+Csvl9x/wAD
9Pz1+/7/AC2Dxd4tHiHxfZ6v4m8U6BHZx6Vb6faXthpdxdma5dlIj+zhozJJ5e1C7lELszLt
AxVn8bePH+Gmj6iureII9Vi8ay6Jcww2+nG8u4BcSIEcMhgEwVQuUKrnJyRXsDfD3wA32rd4
H8Mn7ZEsNznSoP38alSqP8vzKCiEA8DavoKiX4a/DlYFgXwB4UESSCVUGj2+1XAwGA2feAAG
euKFvf0/Bp/kmuzv5ap7ff8Ak1+dn8vu8003xbrXifVb2w0v4l3Gmonh/wDt22ufstoyyO8k
iSRFZLdT9nt2iCkELLmQ7nGBjC8VePfiNO+nana6vrGird+CF165trW1sXtdPnBUNJN50TTm
3wSWWPfL/dFe23Xw98A3UjyXXgfwzO73LXTNJpUDFp2xulJK8ucDLdTin694B8C6/qTanrvg
vw5qt8yhWub3S4ZpSBwAWdScDtzQtLf10l9+6/8AAfPStLv+u3+T++2y18ym8f6xcfEjw5Po
viS+1XQtR1iHTruKGwt49Og8yxaYRh3H2l5s7ZNy/uwrbDhgQe10gy2nx11+ztYsWd7oVnfX
RAGBcCWaJWOP4mjQAk9REo7Vs6l4D8DanqzavqXgzw5e6k5Qtd3GmQyTMUwFy7KW42rjnjA9
KseGdBOlTX9/eXhv9V1GQPdXRj8sFVyI40TJ2xoCQBknJYkksSWmtPn+KSt8nr9xNnb5L8He
/wA1p/VjaooopDCiiigAooooAKKKKAOa+InjbQfA+jJf63qNjaPcyiCzjurpIFmlPRS7nCqO
rMeFGT7HzceHdM13wTp+pfD7xV4e1PVfD/iFtdur0zZ066u5A7XCPLGG2LsmbBXcUAQHPNeo
eJfBng/xNcRXPiTwpoWtTwpsik1DT4rhkXOdoLqSBnnAqI+BPA50OPQj4N8O/wBkxT/aY7H+
zIfs6S4I8wR7dofBPzYzzSV9+ulvk0/0v93qN226dfua/W33nD/BQ654h8deLviDqdpptpYa
jFaadp39n3b3EF3Hb+YWnWR44zIpaUqr7ACFONy4Yni9pPE/xf1DwLqfiTV9CgXw9Hd6Mun6
hLZvPO7yrLNuiZGlMQWPEZJX5iSp4I9aAAGBwKyPEvhjw14mihi8SeHtI1qOBi0KahZR3AjY
9SocHBPtRJJ2XT/gb/fr+Vt0k2rvq7fhb9FY8g127ufAuueDviNrHi/W9f8ADktiNM1i4S6n
js/PKYhvxaq5j2yEFCMFcyI688nP8VeFL7SNG8GX934m8bx3/iDxXapfQN4ov1W3t7guxtFV
ZQFCjau772Qfmr17xLpes65qVvpE9lpkfhpJYbieYXjm5maJg6w+T5WwIXVMt5hJAI285F/x
N4T8LeKBAPEvhrRtbFtu8j+0LGK48rdjdt3qducDOOuBVX1Tfe/yvdr5u/y6WFbS3lb52svu
X9XuebXNut18W1+Gmp654jtNHt9BF9pZTW7mC5vJ2nkEpNwjiWXyk2AIztwdzBjgjzy71zxt
deFPh1f/AG/VtY1b/hIdQsIli1uewXWrS3W4MTyCA7WLeUhDFfmwASFcmvo3X/CvhfxBZW9j
r3hvR9WtbU5t4L2xjnjiOMfKrqQvHHHamav4Q8J6vc2Vzq3hfRNQn08AWUt1YRStbAEECMsp
KYIB4x0FJevX9b39be76fIb1vp0/S1vS/vev3nP/AAQlsNR8H/8ACSad4l13XY9al+1S/wBq
zbmtJsBJYUj/AOWKq6tmIEhSSAcYrO8W/wDJxvgP/sC6t/O2ru9J0HQ9Iur670nRtO0+41CX
zr2W1tUie5kyTvkKgF25PJyeTVS/8G+EL/X4vEN94V0K61mJkaPUJtPie5Qp9wiQruBHbnin
f31Lt/k1+FxW91r+t7nIfGHxj4NCzfDzWfFmiaPPq1qy3731/FAbezcbXI3kZkcEqo7ZLHhc
HpNVtLXxF8Mp7TwxdTQ293pmNLns7mW1K/J+5ZJEKuq5C8g8j1BpmqfDb4dapqE+o6n4B8K3
17cOXmuLjR7eSSRj1ZmZCSfc109vDDbW8dvbxRwwxIEjjjUKqKBgAAcAAdqhx5oOL3f9fh/m
WpWmpLZf1+P+R85+GE8S6b4/+GWleJ4vGukGDR719UOoeJpLhdQuII45DIUhuZFdA7ufnxkM
FK7VUB3w01/VB8SvDc+j3+v3mia/4f1G9txrHiCS9uL7Y8Rjme3x5VqclgoiPKnDBCCo911H
wp4X1HXbbXtQ8N6Neava7fs9/PYxyXEO0krskK7lwSSMHgmqNj8PfANjeQXll4H8M2tzbz/a
IZodKgR45eP3isFyG4HzDngVTbbu9N9vO/8Amvu9LQkkrb7b+Vv6+fyfmfwukuNa8P8AhH4i
RePdWl1a6E0es6XLdSTwX100bFrRbff5ds0TKSCiAhUJbOWNc7ZavrWo/DHwj8QtN8S61L4r
1LW7aw1XT/7Tm+zytLN5U9p9lLCOBo0yQyKrqI9xYklj77YeFvDOn69c6/YeHdItNYuwRc38
FlGlxMCQSHkA3NkgE5PYVHH4Q8JR63c65H4X0RNVu0ZLm+WwiE8ysMMrybdzAgAEE80763t2
09HqvR7P8t7vpa/fX9fVdPz2t86/DfUta0zVPDet6lr2v/2bdeMb3R4Jz4iu9Sa+XzZ4ooJr
WdxHFGoUHzkMr/IMgbiw93+KEmttpNtp+leH9V1e2vJvL1H+zpraOZLcDLKDPNEPn+5lTkAs
Rg4NWdD+H3gLQtSj1PRPBHhnS76LIjubPSoIZUyCDh1UEZBI69DXS0vsqL6f8D/K/wA/Vs+2
5Lr/AJv/ADt8vRL53+D2r+JY/D/xIt/D3grXIrqTxfdKgiksA1qHEauqhrgIZI1GcZ2ElcM3
IGj8Cp5bf44/ELTYvCGr6NbC10pdl1NaubbZAwUSGOdyzPksCu/uWKk8+26dpunaabk6dp9p
Zm6na4uDBCsfnStjdI+B8zHAyx5OKLbTdOttRu9RttPtIb28CC6uI4VWWfYMJvYDLbQSBnOO
1OLta/ZL7kkJq9/Nt/e7nmvx+GtWK6R4i8N6lqUWp6QZb5rCC9lSLUbeEB5oGhDbHLJuAJUk
HbgivIvi34p1XxDr3iLxBpvijxDp+jjwFNq+iRWOqXFkqulwESdlicB2fLEbs5VkGMivp/UP
D+g6hq9nrF/omm3epWOfsl5Pao81vnr5bkblz7EVj6l8Nvh3qd19r1LwD4VvbjYkfm3Gj28j
7UUKq5ZCcBQAB2AAqOV/n+Kav+T+T73LUle/p+DTt+a+fZWPKvDcerXvxs8J217d+I9P0i58
MXM0OnTeIbxpZjE0KrcTr5uAzCV8KdzAAMx3/LHxC3PjBvhrFc/2lqZ02Txz9hXVR431L7c0
P9o+R5Qixgp5Y2/67p8+N1fSUfgDwJHeW15H4K8Npc2kIgtpl0uAPDGAQERtuVXBIwOME1B/
wrP4cf2f/Z3/AAr/AMJ/YvN877P/AGPb+X5mNu/bsxuxxnritLrmT8/v97m1+Wn/AANDNJ8t
v6Xu8v56/wDB1POfFlxcfDf4m31xd3viTVNH8V6a1rpEMur3csdrqS8fZkUuQhmBVlf7ylHA
IB4qah4IfQfH3w48MXPjHxxqC6lFqH9qyyeK9QU3TxQK6n5Jl2AMTgKBxjOa9Sk0fVtS8TWX
9pafpVpoWjTefpy2120kk8nlmNDJGYlWIIrPhVZ8nacjbzf1vwf4S1zVbfVta8LaHqeo2wUQ
Xd3p8U00QViyhXZSVwxJGDwTmpXT+tNbfPX8F1Ke/wDW+33WS+dzxDxLreteA/ix4t1WwbUP
EOleHPDdnfXNrqXi66hVC3nLI6RFXhkkZUU7WCDIBXlq6n4JXaat8T/H+oxapr09mP7OlsLO
+1S4ljto7m0SdsQvIyoSzHoPlwVXAyK7u/8Ah74B1DV31i/8D+GbvUpJBK95PpUDzM4xhi5X
cTwOc9qu6R4T8K6RrF1rOk+GtF0/U7vd9pvLWxiinm3Nube6qGbLDJyeTzRB237P8Xf/AIH/
AA9glq3by/JL9L/Pyu9miiigArznx78V4fB11qi3/gjxVd2umC2aa8tPsTRMtw5jiKK9yshy
4K/dyCOcDBPox4FeD+LND+LXj3wPq6v4V8N6XPrM1pcwJea9P59rDbypLHC0QtNu5ijk/OMG
U56YpX1Xbr6X1/C47aHSeNPjx4I8I6k+m6yZ4ru2jifUoPtdkJbDzFDBXjacPMwVskW4l6dz
jOlL8V9LTxFqejJ4d1+drCxgvUuIVt3ju0nJW3WECbezSMCqgquMZYqOayfC+j/EWw1zUPEm
iWehw2HiyKDUL7TtWuJo7jSL4wxxvt2RkTqFQZQ+USRjco5rD8YfCrxtrfxJ1bxfZ3Wh2N/D
YWsegaqLyQ3UU9uXY+dGIAvlT+YySIrYC44bgB2asn8/LR39bO1u679Fprb5eeq+66vft+fY
6/8AFOLRtCh1q58C+NWsv7KGq3rmxii/s+HnKzebKn70YJMce9gBnHIzqXnxB0m08daN4Uub
HUY21uBpdO1HbGbSchC5jyH3q+0EjcgBwcE1578U/hx8QPHq3y6naeErmG90I2cNpd6jcSW+
k3uZM3UK/Z8SsylAHYI6chSRndoeJvAnjrxLpFlYXEXh3SLjT9Ot2sL+21Ga4lttQt5A8bhW
t0BjIXaxyDh2GD3a317/AIe9/krd779k9tN7fj7v+bv6aee1efGbwjZ634ssLyO/t7TwqsQ1
LU5BEtr5spASJD5m9mLErnYFBRssOM1fDfx18Ca1Z6xMtxNbz6SsTTWyzW948olYJF5TWks0
bszkJtDbgSMgAgnlpfg/4wuNV8YsLvRrGLUjptxpF6l7LPOl1YMGieeMwqCJSCz4clSSBv61
13ifwt4+8a+CprDX7vQdD1e3a2udP/s2aW6gN5BKkyzSGSONghZAojAO0FiWckBZW2vl/wAF
rzvfT073VPfT+vJ+Xn69rOW6+MOgadpPim717Rte0W68MW8Vzf6fdQwvO0Uo/dNGYZXjYMQV
++MEHdtHNUrn41WdrZ+Jbm78CeLoF8NW0V1qYLaexSORd6ldt0Q3yZbg9BjrgHV1KH4tah4W
uoU/4RXStYuIhao1vfTTQ225T5l2rNAGdwSNkBAUYJaRs4HmsXwW8V6L4b+IXhfwrpXhOz0r
xJY29jYtJqs4eMRRmIyzAWvMjhmc4J+bjJzuod9fTT1/q39XCNm1fbr+H/B/q1/Urb4iJL4w
0PwvL4S8Q213rFg1/FLI1mYoYl2h/MK3BOVLoCFDZ3DGQDjt68jttG+IEfxR8J+JtZ8PaImn
2Gnz6PMNM1eW6lQTeWwnKyW0QCBoQpAJI356A165VtK113f56fhb7yIt9ey/LX8bhRRRUlBR
RRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUU
AFFFFABRRRQAUUUUAYnifw8viB4YrzVdVtbGJWLQaffS2byOcYZpoWWTAGcKGAOctnAx47Fr
/iTTPhv4X0zXNfv20zVfFb6SuuPcGK6l0sPL9nkecAFXlEaL5o2sVcMCGIau7+NGm/E7WdPt
tM8Af8IpFbSNnUX1q4uF85O8ISFCdjD7x3gkZGB1qG00n4kXvw/utO8Y6P8AD/xBqd1PsOnB
5otKitgo28PDI8jBwCVYAejLjlR7+a076p/8D0v0sN9vXXto1/wfW3UxtC1bxF4f8TfETwdo
Et94mfSdPtr/AEW3u7w3E8U9wso+zSTzPuK70VwZGyFc84AFZf7L8zHVdfste1f4ir4utEjX
VNI8UamLmGDczYmtNqqjRMQQHHZQBwQW7Pwd4Af4f+F9T/4Q6w8PP4g1G6S6us239n2UpDAG
NEiDmFFj3KnDkE7m3ksTp6JouvPq+o+K9XtdHtdfnsFsLS3triS4t4Y0Z3G+Vo42fc7ZOEXA
AAycktPld99P06fk+6VxNcy7a/5Xv+LXZuxJ8T0tU8Pve6nceI/7NtQ0k1roAuRd3L8BAGti
JQoOcgEDOCzBQQeZ+EUU/jP4K+GmuvGV7qUEsZa4u7O7eO6njDN5cMlwhWRZEGxZGUqzMhyc
Fs711L8VIbPQZLWx8GX919mYa5BJeXNqhnwu020gilOzO/IdM428jmue1Lwf8QPD/wAOJ9D+
HV14di1vUr+5vr68v5ZoYbdp5TI4gSNHJ+8VBJBAGeT0Wyl1/wA0/wCteyQ9+X+v69Pn0NP4
PQ6zZX/i7TLjVL7VdAstYMWi3N/cNcXAXy1aaIyvlpEjlZ0VmLMNrKSdvEnjT4qaJ4Xn1Tzd
J1rUrPRTF/bN9YwxtDp3mbSvmb5FdyFYMREshVSCQMjLvhFpvxG02ynt/Hj+EYIYI44dOtPD
iTiFEGdzOZ/mLH5QMHHBJ5NUovDHjjw/478Raj4Xn0K60bxHLHdTrqE0sc2n3QjSJpI1RGWd
Ckat5ZaMkjG4Dmqe6Xl97Vt/XXrv1ErWb8/w8v8AhvO3Q1NH+Idpqni7xD4ai8Pa3BcaHapd
yzz/AGZIbmNwTE0J87LBwrYYhVG0hipGK5+x+MwvJtChh+GfjpZdfjlk0yOZdPiadYl3OcPd
gqNpBG7GQRjNHxZ8HSa14v8ACc+m6pcWmqXCzaZqciICbrS2TfOr4xt+ZUCsPutLwOa0fHHh
vxXe/E3wb4g0Gx0KTTNAS5WZLrUZYJX89BGQiJA64RQCMsNxOPlxkpL/AC/PX56duonf9f8A
gfffvpYn1z4nWGmpePb+GvEeqDTLWO51cWcEO7TFeMSBZVklVmcIdxSISMAORyuY7j4saBHr
2lafBp2q3ljqulPq9tq0AgNqbVApdyDKJcjeg2iMsSwwDg4z7nwb4x0Xxn4q1Lwo+hXmmeK1
SS7j1K4lhlsblYxEZI/LjcTIUAPlsYzkcMAeOS174G6nd6h4T0mzfTE0Hw5oD6Zaakb2RNRt
7pjG63kSCIqro8QIAkGQ7DIHBSezf9aSuvk+W21779qaWv8AXWOv3Xvva23f2XwbrzeJNDTV
G0TWdEZpZIzaarbiG4UoxXJUMw2nGQQSCCDWxWH4FHipPDNrF4zXSv7ZiURzy6dO8kM+AB5n
zxoULHJKYIHqe25VyST0JV2tQoooqRhRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUV4
l4B0Iar4x+Ic0mu+LZ30TxAq6dEniW+MaAW8Mxi8symNlLswKsrDDEYwAAr2bv0Tf3NL9R20
Xm7fg3+h7bRXzdpmt65d/Dfwd8SNL8SaxN4tvtdtrLVNOfUJXtpmkn8qe0NozeVEY1yQVRXA
j3EnJY6fx8sjFo/jHxNpfiXxTYyWlxpdqrWviK8hhgme4RbjZGkojGYpYgflwDkjnNVZ3t52
+en4e8tSbr9fz/HR6Hv1FRWVvHZ2cNpE0zRwxrGpmmaVyAMDc7ksx9SxJPUmpaTGFFFFABRR
RQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUA
FFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAc98RPF2m+BvCV74l1a11O5tLONneOws3uJCACTwo
wowD8zlVHdhW1pt3Hf6dbX0KusdxEsqBxhgGAIzjvzXHftAf8kO8b/8AYCu//RTV0nhD/kU9
H/68YP8A0WtEdea/S3483+QS05fO/wCFv8zUorxD4r/adC1Kz8WxeM9YewHiS3huJLLVHcWg
MscZshZB1ilViW3u5aRN3yowGF4fXb3WNF8SeONeOv8AiKDQ/D/iuzjF3H4lvLmWCNlt2e3W
xlcQSxs0jAln3KGO1G2hSU/ft5//AGv/AMl+Gl7q5P3b/wBfzf8AyP4621t77efETwdZ6vPp
NxrGy9t9TttKlj+zSnbdXCb4Y8hcHcvO4HaO5FdVXzv4ePizxbrGseKJfijDoN1oniKW2uNM
FrdSNbwpcNHDbvALtYHEybdrG3LsX+UlgDWzd/afDvxM8EXzeM9Y1HTtav7i3S4h1R7qG/Z0
lZYGti4ihijAXE0YkclcNt+8SOqjfd2/FK333/TXRslo5W2V/wAG7/l+uivb2+ivnzxzpSR6
zoOpWPifxdFaaz49jsPk8T36xva+S4kiVRNtCGeJ8FQDjABAxXMeNLjxdZaL8aJ9Gv8AUJbD
SLwrb3s/jTUYriwK20Um2CIK6th3Y4MiZztPygVKleN/K/4Rf/ty+5lcvvKPd2/9KX/trPpj
T9A0HT9XvdYsNE0201K/x9su4LVEmuMdPMcDc+PcmptbvxpejXupm0urwWlvJObe1QPNLsUt
sRSQCxxgDIySK8M8WDWtH+KXguLw9cajqQj8M3N/c2GoeML61t5TA0OySRv3odvncYddrZO4
/KK4fxt4tfxfb+IfGWk674t0KKX4errlpZQ+IbqFLe8FxJEWVEkCEfuwowArZ3bctmnO6jZd
L/K3N/8AIsVO0mn3t+PL/wDJI+hfA3xK8LeNtTFn4Xun1ONdOjvprqDa8Fv5jELBIwYlJ+CT
GRkAHPauyrwPwr/bE/xy8Hx3V14gsNKm8NXFxBp1zr13K8zRPCqXFwhlK7m818I244ALncdk
fWftJ+bH4L0ue21TVdOnOv6dbb7DUp7RnjmuY45EJidSwKFuucdRgjNXJaxS6u3/AJNy/wBf
5kQldNvor/8Aktz1CivGvFNnFoPxF8KeB21zxLbeG/EBu5ppZ9fu2lkuo0j8m2S6aQzRg/O+
xZBuK4HBZWp6I+r3fgz4geFr/wAQa3cW2na6dM8Pammoyx3jO6xlIjOjh5PLlk2FmYkgMGJw
cSve2/qzSfzu9O6Kem/9aN/ktex7jRXknwgsfsXxd+I1gNZ1+8ttLlsYLK2v9burxIEltkkc
hZpG5Z8ncckcgEDIr1ujon3Sf36gFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABWPoXhX
wvoN7dX2heG9H0q6vDm6ns7GOGSc5J+dlUFuSTz3NbFee6Z8TzqOuarplt4C8WsukagthqF1
/oJit3YIwcgXJkZNjq5KoxAJ4yCKFv8A1sD2OptfCnhe18QT+IrXw3o9vrU4Im1GKxjW5kBx
ndKF3HOB1PYVzGl/Bb4VWOkRac3gHw5e7IyjXN5pkMtxKT1d5Cu4sSSc9u2OKydD+PngHWvF
Vr4f025e5lv3ki0+eK7tHW6kUE7BGsxmiLYIUzRxqSOvIzc0T4v2Gradb3dr4N8XM8+pvp4t
0tYJpU8uUQyzsIpnCwxyEKzE57gFQSEkmrf1/Wv4jb5b/wBf1s/uO78N6Ta6B4e07Q7EyG00
+1jtYPMbLbEUKuT3OAKv15wPiq58UHw6vw68aG9+xf2ht2WI/wBF37PN2m639f4Nvmf7GeKn
8Q/FjQ9F+23s+k63caDpt39i1HXLeGJrS0mDBHVwZBMwRiAzJGygkjOQ2Ku5O/f/ADt+enrp
uK3Lp2/4f8tfTU9AorktM8e6Xe/ES68DyWGoWeoxWf223mnERt72HKgtEyOxONy5DBTgg4xX
MRfHfwW2javrMsN/aafp+qnSILi6ktoY9QugCSsLPMAF2gNvl8tcMOeuFf8Ar52/PT1D+vwv
+WvpqeqUV5p4e+Nfg7XtBk1DSlvLu9XURpiaXbtBPcS3LKXVEeOVoGBQFt4l2AA7mXBw6f4y
eHbfw3c6rcaRrsV7ba2mgzaS8UIukvXICIW83ydpDBg/mbcHrnijrb+tbf5r713D+vz/AMn9
z7HpNFeVSfGuyj0a91WTwH4vWGy1lNEmXNhvF2zhAgxdYI3si7s4+YHoCR0+jeOY9S+IN/4L
PhvW7S8sLSK8nuZzbG3EchYJgpMzkko4xt42nOAQSLXb+tL/AJag9N/61t+eh11FFFABRRRQ
AUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFF
FFABRRRQAUUUUAZ/iDQtE8Raf/Z3iDR9O1ey3h/s99bJPHuHRtrgjIz1qTRdK0vRNNh0zRtN
s9NsYciK2tIFhijySTtRQAMkk8Dqa83/AGitWvNC0vQdWvLrVbXwdb6iP+Ell0q5eC6SFl2x
MHjKyeWJSm8RkOR0yMg73wVnuLzwSL/+1JdT0u6u5ptGmnujczfYWb90JJSSXbr94lgCoY7g
1EdU7dP+B/np6MJaW/rv/T9V3Ny68I+FLvxFH4juvDGiT61EVMeoyWETXKFRhcSldwwOnPFU
bf4c/D231ZNXt/AnheLUUm89btNIgWZZc7t4cJuDZ5znOa4nU31Txl4v8eImuatpKeFI4bbS
Vsb2SBRdNALhp5VU7Zhlo1EcodMIfl+Y1yfi74gNcaN8PPGnjm81nSfBGsaNuu30W+mtTFqk
iB0ErQOs3klRIFwxUNguOhCT0TXl+N2vm7fe0vRtd/P8LX+6/wCD+fuU3hXwvN4jj8SzeG9H
k1yMAR6k9jGbpQBtGJSu8cEjr0rP1T4e+C7+TVbk+GdIttR1W2mt7rUraxiju3WVCjnzdu7J
B6nNec+P5PiTF8BNFs9Ntdc1zVbhEfVLvQ9Shivo7Jcvuim5DzlfLX92rbzv29Qa6/8AZ/ud
HvfhjY3Wia74o1q3kll8ybxJcGbUI5Q5V4ZSfulCCu0cccZzk1yp80e2n37/AC/XQXM1yy7/
ANL5/pqNvvgp8KbnQ5dJTwD4ctVeDyVubfTYUuY+MB1l27g467sk55Oa2P8AhXHw98m7hPgT
wu0d6we7U6TBi4YEsGk+T5yCScnPJzWTb/FPTJfEOmaQfDviKEatNc2+nXUsMKxXU0Cs0iKv
m+YPuNh2QIeDuwQao+GfjJpOs3+l283hbxLpNvqmoXGmW15eraGI3MAk8yMiGd3XHlONxXbx
1xzSvzf1/Xl+HdBblX9f10f3Pszorz4Z/Di98n7Z8P8Awnc+REsMPm6Pbv5ca/dRcpwo7AcC
l1H4a/DrUrs3eo+AfCl5cMqoZZ9Ht5HKqoVRkoTgKAB6AAV5P4W+Mum3vjrTNNPxHbULOa/v
5IhHZ6eUv4ipMFttjna4gMeGxJJGnmYwTyufSfDHxL07XfEkOgDQNf067u9MOq2P22GJBd24
ZV3BVkZozll4lWM80LVXXr+b+/Rg9HZ/1rb7tjYtfAvgm11Kz1K18HeHoL6xjWOzuY9MhWW3
RQQqxsFygAJwARjJq34l8M+G/E1vFb+JPD+k61DC5eKPULOO4VGIxlQ4IBx3FcTZfF1bnX9I
0Rvh74xgu9Xkuo7TzTp+0m2bbOWK3Z2hDxz1/hzUP/C6LD/hEB4n/wCEJ8WfYzq/9j+X/oPm
faPN8np9pxt835M568/d+ajf+vO35/iG2v8AW1/yuegazoGg61pA0fWdE03UtNG3Fpd2qSwj
b935GBXjtxxWJrfw18Da0+ipqnhnS7qx0WKWKw06S0jNpEJNoJ8krtyAmBxgZPGcEM0nx2uo
fEO88FDwvrttd2VrHdXF1M1r9nSOTdsOVnLnLI64CcEc4BBrmPEvxv0/QL3xFBd+BPGUsPh2
4ig1K6gjsmhi80bo5Mm5B2FSGLEDaCN23pRu/XX9P+AC8un/AA51mgfDrwV4d8Sp4g8OeG9L
0S8FpJaONOtI7dJUd0b51RRuIMYwe2W9a6uud8HeK4fFE+p/YtJ1CCysbg28d/K0DW96R94w
NHI5ZVPBJC4OV6qwDPF/iq50DUbCxtvCeua5JfBzG2nyWiqpQZIbz54+cc8ZHvmiTslf+uol
Z3sdLRXlR+O/hCLwZo/ia9tL7Tl1tpDptlf3VlbTXEceN8m+S4EKKM4w8isewPGa9l8e9B1L
StO1XRfCfinVrDUNQTS4Li2FkqG9Yf6jMlyu4jHMi5j9HNO2tv6/q+nrpuPZX/r+v01PXaKp
aHfS6lpcN7Npt7pksm4PaXgQSxEMVIbYzKemQVYggggnNXaTAKKKKACiiigAooooAKKKKACi
iigArzv4c+FfE2meIfHNz4jt9GSy8Raj9rtzY30ssiL5KQ7HV4UAO2MNkE8sRjjJ9EopWTvf
qmvk7f5Id3pbo7/n/meafDPw98RvCmhWXhK7uPDt3o2kDyrHUIp5Vu7i2jGIYZYWiKRt0DSK
7fKMBMncOQ+HPwv+IfgzVI/EWnr4Xh1S41G7bWbOLUpxa6nbTyvMjM/2bKzws+1TtbchIJUc
V71RVXfNzPf+r/f/AFqS0uXl6f1b7rnnsnh3xavx3/4TGKz0N9DOjLpRLajKt0B5vmmXy/IK
E7vl2+ZyPmyPu1zc3wx8Ww6B4s8A2V1osvhLxJeXFwL6aeVb6xW5YtPGIRGUm5J2MZExu5DY
wfZqKlJJJeq+Td2vv1/4BV3e/o/mlZP7jyTxT8OPEmua9HcW0+m6JDpd3bnSr22vJZLlrXyj
BcwyKY1Cb4mJBV2+ZUz0zXPaR8KviDZW1/qFo/hfTdZtvFUniLR0S9nuLZhLEYZLWb9zGyr5
Z4ddxyfujHPvlFNNpt9X/mn+aXlv3ZNlbl6f8Br8m/P7keaeMPC/jzxHZ6VrqXWhaZ4l0TU1
vtOshNJPY7fLeKSOSby0kYyLI53BBtwoCnBZpfGGg/EDxb4afQb99D0201eUQ6streyyNa2Q
2h4oWMCmZ5V3qXbyxGGG1WI3H0ailZbf10/yX9N3d3e/X/h/yufPVr8KPH9h4GvvDOlaN4Ks
YJfFsWvW8MWr3CxQwpLHIIABaDBBiVQ2MYYnHGD2vhPSvG1p8aNR8S+ItC0q3s9a0mGyVtM1
OS7FtJbtI48wvBEQHErYIBwUwfvCvUKKpO39f3VH8kJpO/n/AJ835hRRRSGFFFFABRRRQAUU
UUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFA
BRRRQBxXxH8PeIdS1vwz4h8Ny6dNd6FdyzHT9RmeG3uVliaInzERyjqGO07GHzMMc5rl7fTv
E/w58LIdG/4RG2v9Z8TfaZdJmuJVtkjmHzWtkwVS0x2bgSirlpGKqBXofjTxX4d8GaBNrvij
V7XStOh4aadvvHBO1VGWdiAcKoJOOBU+qeINH0zw63iG/vUg00RLL5zKxLBsbAqgbmZiVCqA
WJIABJAoi7Xf9bp2+dglrZfd+Kv8rnE6/wCDfFVp4m8S3/g+fSVtvFdvFHqDX80iPYTpH5X2
iFERhNmPbmNmj+aMfP8AMcVbn4e6x4f1Tw/ceELfR9X03TPDzeH5NL1q6eBDCSh81ZEil+Zt
ih1KYYAcjGK77wx4i0jxJYy3ekXEsiwymCeKe3kt54JAASkkUqrJG2CrAMoJDKRwQTq0rW0/
q1mvus2l5P0C9/69P1S+71PPPC/h/wAZ+B/BmhaB4ctPD2rpaxzi7jvb+ezWIvJvjSBlimPl
oGdArLnATkYIrpvBGgf8I/pE0MrwyXl7dzX968KFUaeVyzbQeQoyFGecKM85rdoqr6titoke
X6p4V8d6l8QNH14R+G9LGmzM13qGn3s6XGsQKjiO2mh8rake5t3zSTbCCVGTXGeDvg/40sLy
xNza+FNCmbXLjUtY1jR9Qne8v7aWSSQ2TqbeMPHl1XLuwG0ELkCvoOsaLxNpMt/qdsk37jSk
LX96xC21uwG4xtISBuC/MwGdoxuK5GZSS3/ra/5Ly+93ptv+vW35vz+5W4z4beG/iP4X0Cz8
H3N/4cfSNKBhsNVRpXupbdBiGOW2KBA3QM6ynKjACk71yNU0f4k6T4sn8cWOgaFHKlobeTSN
I1OZl1q6lkjjS4ud0CLH5SAndiRgoK79or0nwb4q8P8AjHRjrHhnU4tS08TyQC4iVgjPGxVt
pIG4ZHDDIPUEitqqd73e/wDmv8v89yVa1lt/k9v69Dw660D4o2HinwP4iuPDfh27TQjcWl2l
prk801w160ayXGGtEChXBkYfN8pPpWAvwQ8TDwpGD4U+Hf8AwlQ8T/2w+rC7kErQ/avtHlCb
7J5gP/LPuNvP+zX0hRSWjTW62+9P8/8AIb1XL0/4DX5M8A+J3wk8W+M/GHiXVrjw74FuE1XS
rfTtPu7y/ne50toy7NcRgW2d+ZOArp9xcnkgaGi+AfibY654jhuW8N3mkeIpbGDULt9WuBev
awW628rBfsxXzZVXd975dzAMThx7fRQklp0/4N/z/wCCDbbv1/4Fv0X9XPPPhF4Z8W+Dp9U8
O3Y0p/B0M7t4fCahNPeWkJbiCTfEoKDJK/MSgwmXGGGlq9l42m8VXN7Ba+HLjTbO3ZtIWS5m
ined0CssxEbqqZ3EOgJxgbe9djRSkuZWfa39eYLR6Hhng34afEPwvoPgm80+bw02v+GoLjTb
m1kvZzaX9lM6SMRKIQ8UoZBj5HHHOeldJ8RPDXxB8Q6f4XltofDk1/puuxaxdQzajNBDEIs7
LeJ1t3aQEMcyMFORkKAwVfT6Kptt387/ADvf89f+Aw7+at+Fvy0GwmQwoZlRJCo3qjblB7gE
gZHvgfSnUUUmAUVV1e9/s7TLi++yXV2IELmG1j3ysB12rn5jjnA5PQAnApNH1Kx1jS7bVNMu
o7qzuoxLDKh4dT0Pt9DyKALdFFFABRRRQAUUUUAFFFFABXzx4k1vx7baB8W9YtviRr0T+Erm
RdNhFlpxjKi1imAkzalmw0hHBBwB3yT9D1wk/wAIvAk9lrtlNYapJbeIJhNqsba7fFbl/U/v
uOgBxjIAB4AFS07v0a+d1r+D+8qLStfuvu10/IwbfV/EWueN4vh/beL9T0qWw8OW+qzanHa2
j3V7LK7JyrwmIRrtyQkakll5UDDcNqPxK8ef8Iv4K1qe/wBVW5OvX2kavaaNZ2pGopaCcmWI
XCEqW8jkKw43hRu249l1T4c+E9Sj0kXVpqAuNIiaCxvYdWu4byONhhkNykolZT3DOQaTUfht
4OvptCkk0y4t/wDhH23aWlnqFxapbserBIpFVickEsCSCQcgmrb1uu/63/LS2z36IiKtGz7f
+22/PW+626s4OTxf4htvD3hmePxzb6vH471uKCw1K20+KNNLt5IGdo4tw/eMGQqhlUkFgHVi
pB0tF1bxdB4q8b+BNQ8RXl8NO0uDUtM1sWtul1EJhIDHIBF5DMGiJU+WMqTkEjNdMPhd4FGg
6loP9iMdK1K5N3NaG8nMUcxcvvgUvi3O5i2YtnP0FFz8MfBd1pJ026027uI2u0vHnm1O6e6k
mRSqM9wZDM2FYqAXICnGMcVLV00tL/grJfend33fW12VF2ab1t+d2/xWltl0vZHj3i3xp8Qf
BviQ2g8aX2r79B065SLVILKKCO5vLz7MzyPBbKwjQHcMZ5HO4fKdzxXdfGHwp8OfGeo654ss
IZbPTG1DSJre4t7u9WSIfvEcGxgiaE5XpHuBON3Ix6FqPwr8DalrmoazqGk3F3dajaGyukm1
K5eCS35xF5Jk8sKCcqAoCt8y4PNNb4U+CH8KXXheWw1GbSruOOGaOXWbyR2ij+5D5rSmQRDJ
xGGCcnjk05axffX8W7fd367bIUPdavtp+CV/v106fM80PiH4h3/jnR9CfXPGfhq3m8MXd87X
tvosrXM8PlBZF8lJQAfMJZTs/hwBzWX4P8d+O9etPhNLF4s137Nrk/k61evZWKR3Mxt3nMUI
NvkhDGVZ1wBnaCzhinruo/CfwVqF7bXt1Brj3VrYHTopl8Ragri3P3oyVnBIPGSck4GScCkg
+EvgaC30CCGy1VIvDzl9JUa7fYtSePl/fcjHy4ORtJXocVSaUrvv/wC3N/k0reXYlp8tutvx
5UvzTfz7nC6N4g+LfivUrvxPoWp+HtP0PT9bubOayvdQCxC3t5mjk81PsTSLKVXeGFwFGVO3
GQfdK5MfDjwcviu58TxaVJDqN3NHcXYhvZ47e5lj+5JLbq4hkdTyGZCQQDnIzXWVK0il1/4Y
p6yb/rdhRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFAB
RRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFAHD/tAf8kO8b/9gK7/APRTVzHxDZhpHwiEzEWLeINP
Fxk/IW+zSGLd/wBtAmM/xbfavSPGHhrSPFugz6FrsV1Np9wNs8UF5NbGRcEFWaJ1YqQTlScH
uDUDeENAfwePCU9rcXWkBAgjub2aaUANuUiZ3MgZWAKsGypVdpGBgj7rb84v/wABbf6hLVJe
Ul/4Ekv0OT8J7/8Ahojx35G77N/Y+lefj7vn5uMf8C2bfwxW146s9dvdf0W30nxbrGhW8wnF
wtjDZvv2puVv38EhBzgcYGD071t+GPDukeG7GW00i3ljWaUzzyz3ElxPPIQAXkllZpJGwFUF
mJAVQOAAM688CeGLrXNU1x7O6j1HVbcW13PBqFxCzIAFBXY4EbbVA3ptbHGcVM03G0fP9Rr4
m35fov0v6ni/hHxt8Ste8KeA9HsNfS51zxJYXmqXWoXctvZuqwuiCGArZzRj7247omOAfmHF
aWuyfFrRtO8NDxB8RxBqd/4mtdGuYtFt7OWFLeRSd7NNa7vtBGCSAqcjCAV6Enwj8AJ4Z03w
4uj3QsNKuftWm/8AE0uvPspPWGfzfNjH+yrAe1Wta+GvhDWNM0vTb611L7PpU5ubTyNYvIHW
cnJmZ45VaSXJJ8xyzZZjnLHOja5r+f4Xv+WnnvuxdPk/vs/11/DoblpFf6R4bdLvUp9Yu7aK
RvtM8UaSTY3Fdyxqq5xgHaoBxnAziuT/AGdWM/wX8NajK4kutStTqF3J3knndpZGPqdzmu+h
jWKFIlLFUUKC7FiQPUnJJ9zzXI+CfD174dh1DwqYd/h3dLLplxDOY5YI5WLPbtghgUZm2Op+
7gHaygtPWXn+l/z/AE9A6Ly/r8P17XMP9nP/AJFTxB/2Ner/APpW9bXj+21u813QLPRvF+q6
EJnn+1RWVvayGSJYmO/M8EmCsnlLxgYc98EaHgjwV4f8FwXcHh6G/hivJjPMlzqdzdhpCSWc
edI+1mLEsRgseTmsrUfhtpWq+LdR8R6tq/iOae6VIraK01y8so7SEIoaNBBKgO5l3nPU444y
Zkm4qK6JL7lYaesn3bf3u55N4O8a/E3XfCngTSLLxEl3rniWxvdUudQu5LeydFhkRBBAVs5o
+jbjviYkBsMvGOs0/WfiE+ueGvh54k8Tabpus3VvfXN5qmjiOeWRYDF5US+dCI1lKzB3PlYw
vyqu4Y3NK+C/gqy0JNAmt7250uy1L+0NGjbULhZtKbYgKQTrJ5qrvVn4YcueuM1u6t8OvB+q
aPp2l3ulyvFpk5ubKdL2eO6hmJJaQXKuJt7EksxfLE5Yk1babv8A1/wLfjbfVif9f15/hfyP
PvGuq/Erw94P8MLqfiu2lvU1ZtP1V9AhgfUNRL5W2SBLiIwrLgrJKGCgBWKkAVzC+IviO/7N
kXxIb4j6zFqe0Hyf7O07buN55JDf6OQQExgLjDbiSwIC+0t8PPCjXNlcmyvfOsLeWC1cancg
xeaGEkq/vP8AXtvfM/8ArTuOXqifhP4HPgYeCPsGpf8ACPi4+0C0/tq9+9nON/m79m75tmdu
75sZ5pLrfuv+D/n+HmD3/rzf/A/qxw3iLU/F/hH4v6HoF18QPFOu6fqem3dxDYR6bpxuZp4z
CiRhkt1GP3jsWJRVCgswVWJf8OtT8d618EtU1XVPGepjxBHqtzbrcQwWR8kQXLQiNc24RgQv
LMmSeRtHA7//AIVv4VPiGx8QMmtPqlhaGzt7l9evmdYT1U5m+bPBJbJJAJOQCKWkfCHwBpQs
BZ6TegafdyXlqJdXvJgkshBkOHlO5WIBZTlWPJBPNEdFZ+f/AKVdfhoEtXdeX/pNn+Ov4nnO
q+M/G3hS9+IMJ8V3WutpOoaVpemf2tDawwwteCHdPK9vbqflMhwcEAdVY1oalafGfSdD8RXu
vePbWxtrHSbjUNPWzktbu+kmijyVkZ7CGPyAcHCxB8sPnxgV39v8LvBEMuvu+l3V2PESbNWj
vdSubqO6HGCUlkZQQAArAAqAACBT7T4a+ELXwxe+G4rXUjp17AltOJNYvHmMCfdhWZpTIkQB
I8tWC4Zhj5jmGpOFutvxtb89b9b26FJpST6X/X/Lp/meZeMNW8baD8FtA8YN8TdZWbUJtJe6
ll0/Tz5SXLIs4XFtt2gSblypIK8lgcBr+P8AxlpPij4iatdX2rzaToPhqLVtK0jULa2jaQuJ
RvmEcKyoCYdwQtuCt8wDfInpd/8AC7wbf+FdO8L3drq0ulabMs9nEdcvQ0TpjYfME28hMDaC
xC4G0DFW7L4feFbTxPf+JI7O9l1LUbYWt41xqdzPFPCBgI8UkhjIAJx8vG5vU50m7uTXVu3l
eNl9z/z3Ihoop9LX+Urv71p/wDlvhqPiqniC0vvFWuaBe+H9StNyxrqCzSiYjeht9llb/uyu
7Ku0jYAO7g5t/B64ki8U/EXQkINjp3iIvagDATz4Ip5EHb/WO7fVzWr4e8C+HvAlhNN4Q0K6
kmiheO0s5NTmkjiDNuZIhNIyQIzYLbAM7RwxAFaHw/8ADsnh3SLhbyeK51TUbyXUNRnjXajz
yHJCg/wqoVFzzhATyTTuuZtbWa+9p/oxWfKk+6f3Jr9ToqKKKkoKKKKACiiigAooooAK4S6+
L3gG0tNbu7zVb61h0KYQai0+j3kflSEZ2ANEC7bfnwm7CfN93mu7r55sfDXxJ0z4l+IvHel+
FNUV319bhdNuNQtGi1GxaCOBzGvnlYbldhkDHZlCULHO0Jazs9rfjdf5sb+G/n+j/wCAeqP8
TvB66vqmk/atUe80q0F7epHot64jgIyrhliKsCM42k5wcZwcLH8TPCUvhbTfE9vLrNxpWpyC
Ozlg0G+leUn7pEawlwrfwsVAbsTXnPiDw34u1v4oeKtauvB3iBNBvvD9vbR2kd7YqdQni81v
JlIuMrHmbBXhX2kMdmVfU+Gtj4107wT4H8Jar4CvLaLSLKB7y7bUrVtk8AI8sIkh3B8KVYHH
zYYJjNOOu/l913f8Ft5rvYUtNvP77K34tr5fM7HSvid4M1PRr/V7XUL5bSwuvsU5uNKu4JDc
5K+RHHJEryy7ht8tAzZwMZIFIfij4JHh/VNcOpXgtdIkEepRHS7oXNmSMgy2/l+dGpHO5kAx
znFeVaX4P+ITaOdXTwnd2Wp6V46ufEkGl3d9a41G3nMgMayRSuqSqshPz4XPGSMkdJf+H/Ed
xrPi7x0vgzUTcazZWOmwaGbqzFw6wyOzzTN5vkjIfAAkY7V5xnAWrjfrb9E/zbXlv0Hpf+u7
X5Wfnt1O88SfEHwj4e0TSNZ1PVW+x61NFDpjW1rNcvdvIpZFSOJGdsgZ6enqKbffEPwjZa1H
pN1qU0cr3K2nnmxnNos7cCFrkJ5KSZ42M4bJAxkgV4trPw88eadb+HbG18OXeuWHh7xRDdaP
Hb3NqklppaP5xjcyzJmTLrEACRi2ByAQW3PCnw6k0nxBq+nax8IvD2uzT6vNfaf4puILKUCO
aZpT9oDkT+ZFu2gIGDEKNyD5hcbN+V/w923z1flp98yul52/HX8NFpvqel3vxH8G2fiKPQbj
V2W7kvFsBILSZrZbphkW7XATyVlP/PMuG5AxyKz9X+L3gLS9VuNMuNS1Ka4t74adIbPRL26j
F2VDC3EkMLI0uCPkBLe1c94R0HxPoraj4N1XwRa63pra9Nqem61NLbyWqLLO1xumidhMJoyx
C7EYFgvzIMsOO8WeDPGmoeNrHxtbeBNXgC+JrW+Gj2V/ZxKtvbg+Zc3CfaFilupmchWy5VI1
BZe8R1cb9bX8tvyuypac1ul7ee/52X5dUeof8Lh8Bf8ACPjXvtusf2cb7+z/ADv+Ef1D/j43
bPL2+Ruzv+Tp975fvcV3kMiywpKocK6hgHQq2D6g8g+x5r5puNJ8fWnwlbQ7r4Z+IkuIPFJ1
6WSO70+VBbjUPtRUBbku0nl8bQpy3A9a+k7O4iu7SG6gYtFNGsiEgjKkZHB6cGqjrG/XT8k/
zuvkTLSVumv5tflZ/MlooopDCiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKA
CiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooA83+OXifU/Da+Gwmry+HdDv9S+z6vr
0VvHK2noUPlf6xXjjEkm1DI6sqg84yCMd/GPiq28G6VYi/afUNf8RnSNG1ma2jV5LM7nF40Y
AjL+UkmzChHIR9u1sV0Hxf0jXNSufD01poY8TaFa3Up1nQhJEpvUaMrG22ZlikEbnfsdgCcE
cqK4/Tvh14hsPBGnTaZp0trLoPic63omgXF2kjw2e0o1mZdxjVirysvzsillXdgFgob67XX3
Xjfz2vtpa/Uc9lbez++0reW9t/Lodr4C1vVYvG/iLwJrWozatNpUFte2uozRRxzTwT7xtkWJ
VTejxuMqqgqV4yCzYvxd8WX+jePPD+jX/ii48GeG761nc61DbwOZrxSNlqXnjkjjym9xlcuV
Cqc8GxpNh4qtNW8X/EhfCs0msahZ29ppnh+a+gjmMVvvI8yZWeJHd5XPDMAoXJySqwfFDQNX
1nxPp1zq3gt/GXhWXSpba50WKe33212zKRcbZ5I43IUFA4YOmSV+8aUr6f10dtvl89wVve/r
tf8AG/qtjJ+I/jrxt4d+Bmk6ldW+q2PiK92re39hohvH06Bcs95Jbk7V+RVLI7DaZCOduK3f
BOpX178HLXWZPizaazb3Be4uPFbWEFkIbYE52xMpjR127T5oO07iwONtT+Dj4w8EeBPDujXX
hfVfE0scMyzmz1C2aazUPmCJmuJIhLiNthcNnMfQhsg0Sx17wD4Vi/sTwW2sz6lrU97qGn2F
/DCbGOdnkJi84okm35FK7kyWJGBVu15ee33rS3brdfO6atKvaPlv+Ov6Wfqlcn+BGv6l4k8I
XmpXeuxeILH+1LmLStVCRpJd2ivhWlSNVRXDb14VchVbaM1peLviL4X8KXs9prb6xE9vam7m
kt9CvbmKOEfedpYoWQKO5zx3xVL4U+FpdDvfFGuSaYujf8JHqY1AaYGRmtv3SIxcoSnmOys7
bCwy33m61gfEa38Za9oPjeCHwJdm5m0q50bSxFqVs321ZtwWf55EEaj5Syvhh0UNUTbSVu34
8v53t+LsXBJ3v3/N/or/AJX79Xd/EjwlbaRZ6o9zqbwXlubuKOHRryW4EAz++eBIjLHHxw7q
qnseazT8ZPh+11aW9tqOq35vd/2KSw0G/u4rvYMuYZIoWSUL/EUJxznGK8/bwLqS+I9D8Q6/
8JrXxfYz+HbXS7zTrwafLeaVPbeZh086TymSTfzskB4BI4xXQ6xofiGx8e/Di70rwERpehw3
n2uPSJLSK2tPtCbFjRJJY2bZjLFUAI5UZO0aSSUmk+rX52++y8tTNNtJvsvyX63PWbC7gv7G
3vrVzJb3ESyxMVK7lYAg4PI4PQ1NRRUvyKCiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigA
ooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKK
KACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigA
ooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKK
KAP/2Q==</binary>
 <binary id="id104445_ru_table_2.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQAAAQABAAD/2wBDAAUDBAQEAwUEBAQFBQUGBwwIBwcHBw8LCwkMEQ8S
EhEPERETFhwXExQaFRERGCEYGh0dHx8fExciJCIeJBweHx7/2wBDAQUFBQcGBw4ICA4eFBEU
Hh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh7/wAAR
CADCAb4DASIAAhEBAxEB/8QAHwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtRAA
AgEDAwIEAwUFBAQAAAF9AQIDAAQRBRIhMUEGE1FhByJxFDKBkaEII0KxwRVS0fAkM2JyggkK
FhcYGRolJicoKSo0NTY3ODk6Q0RFRkdISUpTVFVWV1hZWmNkZWZnaGlqc3R1dnd4eXqDhIWG
h4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uHi4+Tl
5ufo6erx8vP09fb3+Pn6/8QAHwEAAwEBAQEBAQEBAQAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtREA
AgECBAQDBAcFBAQAAQJ3AAECAxEEBSExBhJBUQdhcRMiMoEIFEKRobHBCSMzUvAVYnLRChYk
NOEl8RcYGRomJygpKjU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6goOE
hYaHiImKkpOUlZaXmJmaoqOkpaanqKmqsrO0tba3uLm6wsPExcbHyMnK0tPU1dbX2Nna4uPk
5ebn6Onq8vP09fb3+Pn6/9oADAMBAAIRAxEAPwD7LoorgfGNh4jufGscWnePNc0exk0q4uWt
bO3sHVJImhVSDNbyPhg7k5J5AxjpUyko7+f4Jv8AQaVzvqK8E/Zv+JGo3PwSl+InxO8aTXSy
3j24EtpBGkWyQoqxJBEHkdyR8vzE4G0DnPfar8Yfh5pXhNvFOoa5PBpUV61hPI2m3Rktrhes
U0Qj8yFvaRVzkY6jNyXLv5fja35olO/4/h/wzO9orgLb4xeALjWrzRIdR1RtSsrH+0Lm1OhX
wkit9gfewMPHysMDqSQMZ4re+H3jXw34+0D+3vCl9Lf6aZWiW4e0mgDsvXaJUUsBnGQCMgjO
QaLP+vu/MLr+vv8AyOhooopDCiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKK8d+MPxF1+3+J3hv4SeC
ZbWx17XYnubnVbmETLp9sA/zRxkgPL8jEBvlG0ZB3ZXrINH8d6Rruji38XTeINHkuWGqrqln
bJcxx+TJtMTwJEu3zPLBUozc5DAAgkdVfp/l/wAEJe7p1tf+vU7aiuKsPir4Bv8AxEmg2viB
Xu5Lx7GKQ2sy201ygBaGO4KCF5BkfIrk9sV5d4h8a6p4h8f3NuPjEvg7QYb8ac+n2WgfaNy7
ioM+ospjtZpSr7FyCqmM43GiPvNJdf6/VbA9E2+n9fo97H0NRXJQ/EXwg/xDb4epqF2fEiRe
a1odOucCPbu3mUx+Xtxxu3YJ4znioPEHxS8EaB4xHhDVdUu4NaNsbtbcaXdSBoVVmaQOsZQq
ArZIOAVIPIxRfbzCz26naUV51a/Gv4d3Ouz6FFqGsjU7dUe5tn8O6ij26Pt2vKGgHlody/M2
ByDmm3/xw+Glhc67b3et38Unh8gatnRL4i0y4Rd5EOMEkYOeRyMjmgFr/XfY9Horh9R+LPgP
T9G0vVrrV7kW+q2z3lmiaZdSTyW6Dc0xhWMyJGBzvZQuMHPIrsdOvbTUbC31DT7qG7tLmNZY
J4XDpIjDKsrDggg5BFOzFdaeZPRRRSGFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRR
QAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFACMcKSewzXj3hXx1rfis3ni7T/hf4ym0+/s1tdLZjp8Ja
EbmMpWW7RvnZhjCkFUUgndx7EeRg1HbQQWttFbW0McEESBI441CqigYCgDgADjFS4qV0/wCu
/wCGn3jTt/X9dT4r0D4d+PdT+DEXw0Tw9qOn+LvBWuwa9JZTXiQRahBM0uwQXMcmA4w3zZAU
ggNuBA7v4v8Awu1jWvgtrOi+B/hrren6vrWr293dw6jr8V1PK0Yy80kkty64PCja5Y91XGa+
mhDEJ2nESCVlCF9o3FQSQM+gJPHuagl1LTodUg0qXULSPULiN5YLVplEsqJjcypnJAyMkDjI
qpe9p6fhb/5FXBOzv6/jf9W7etj5o8HfDzxtoXxe8WeI4vBPiE6RqnhT+z7U3etW11cfafJj
yjNLdO2NyMo+YqOOi81lfBP4cfGXwkngDTbLStd8PnT9QuJPEct3r8U+mXFq77hGlqk8g8wr
uAZUTDHJJ+8v1tRVRlaV/wCt2/1+4hxTjy/1sl+S+/UKKKKkoKKKKACiiigAooooAKKKKACi
iigDxb4x/DnxJJ8V/DXxe8DwW+paxosRtbzSLicQ/bbY7wRFI3ypIBI/3iB0OeMN6Bpmq+Jt
duvs83hO/wDDdgEcXE2pXNs1w5KkKIVtpZVGDyXdhjAAVtxKdTRS5Vy8j21/Hcbfvc3XT8D5
R0D4L+PovCvhD4b3GmG3s/D3i1tZn183UJgnt1YsojRXM3mNuxhkABH3sc0vin4LeOW0Dx18
PdM0cXNj4q8URatb679pgWG1gLh3WVC4lLrtwAiEHOcjpX1bRTvtfy+duX/5FbCvvb+vi/8A
kmfLfxF+HPj24+Oer+J9L8LeKrzT18Mf2Vp9/pniC3sLh7tUGyUsLlH2buu4HJGdjDFS+AfA
3xgh+N/w+8W+NdFn1H+yfDzabqmpx3lqf3jmcqSPNDvsWWNXYLksrEbhhj9P0U4txd/615r/
APpT/DsJpNW9Pwtb/wBJX4nh3gbwn4usf2sfGnja+8M3dt4e1fTo7S0vWubZgWiWEbiiylwr
eW2PlzyMgdvJPiL8HPiX4h8T/Fi9h8Ka0LTxBJBJpMMepWMcVzJFIoDz/v8AcFC72VTwSQWG
5VFfZlFRyK0V2TX3u/3l8zu33af3Kx8s3Pwo8YjxT4F8S3/hbWtV02HwnH4f1vR7DXUsru2M
akEh0uI0kjc4+US4IPzDPFfRXgLR7TQPB2l6NYaSdItbW3CQ2LXJuDbr1CGQk7iM88kZ4BIw
a3KK0cm7+bv97b/NszUUreSt+CX6IKKKKkoKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKA
CiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAryjxJpunW37T3g7UbbT7SG9vNF1MXVxHCq
yz7PswTewGW2gkDOcdq9Xrj9a8CJqfxD0vxo3ifXba50yJ4bezhW1+zeXJs81DugaQh9i5O/
Ix8pWiOk4v1/FNfqD+Fr0/NM7CiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigDz3xx8Qbnw
x8SNK0S4sTLok2mXF7ez2dheX13GyMqoPKt4mEaEsTvYkHawwuAWytD+JHiDWfC/g2GysNO/
4SbxbBNe24dXFtY2SncJ5VDbnIR4RsDLvdsbkGSOx1fwXp2p33iC9nvdQWfXNKXSpWR0H2aE
CX/U5U7WJlYktuBIXjjFZDfC/TYbTQRpXiHxDpWoaJZPYQanbzQyXEtu+0vG4mieMqWVWAVF
2bQE2jilHa0v6+L/AO1+V7aje+n9aL/7b8L6HH3Xxj1jRrHV9J1Cwtda8SW3iH+w7GTS7G4+
z3DeQk7ytChmmAiRm3qm8kqACMkrc0T4m+Jl8PST31to+sajqOuLo/h+O1Q2fnybMyNcx+bc
NbiPbIzBj5gC4aNG4rqLj4XeHk0jSbLRbrU9CuNJvZL+11CzmSS6M8qusryNOsglLh23Fw3b
pgUx/hbog0myt7bVdYtdUs9Sk1WPWo5ImvTdyArLI2+MxHerFSvl7AMAKMDDXn5f+23/APbv
PXr0T8vP9bf+2/j86Gh+LfFa+I/GHhTV7vQrzUdF0qC/t7+y0+WKBGmWXEUsLTuxIMYb5ZBu
Vv4TyclfFnxNXR/iBIb7wpcXPhZENvOmi3Cw3Eq2xnmhKfai3G6JQ4bjJ+U9B2GkfD3TtLIe
11bVjJcXX2vVpZmhlk1eUBQpuGaMkKu0YSIxqBwBt4rCl0q38JahrXh7SdO8U65d+LZLq9Ms
qZsLWSRsMjzKoWIAOzAsGcrHtBYiNDM+azUd7O3ruvla+vW2pUbXTe11f02fzvrp3t0Mnxt8
UfFNho3hvWvDunaNd2WqWNlLdxyrcTXNvLdSxBBFFCGaf92Z22AA/uic9FaTVPixqUnhv4h+
IdGs7ePTvDQihs21OxubaVp/JEkvmRSbHP8ArI1RMIWJ+8AQ1dP4Y+GWi6FovhfTUvtRuR4e
lFwjzSKxu5hAYFeXIJO1D8oBAXavYCq958J9GudE8RaWdc1+NNe1ZdVnkWeJjDKsqyhY0aMx
7NygHejFlwGJAUDSdm5Jba2+bX5Lm7dCKd0ot+V/xv8Ap+JXk+Is+ma89lrz6db2+i+Fv7Z8
TSQqzm2mbbsjj+bgEJO20gkgJzzzQ+HHxD8S+MvE+nS6emjXnh66gllvBYwSSjTCFUxRvfCT
yZ5mJG6KNMx5OWIAZ9RPhD4dafxC99qet6hF4isFs9ThubhCsxAYedlUDCT5mIGdik/Kq4UD
f8J+Ef7DnS5vPEmveILqG3+zQTanNFmGL5SVCwxxoSSoJdlZzjG7HFCet3/V2/y0t5LvoKzs
kv60X/Bb89NjpaKKKkoKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKA
CiiigAooooAKKKKACiiigDhPD3ivxHd/GTX/AAdqlhpVvp1lpdvfWUltNJLNIJJZEzIWVVU4
j+4Acf32zx3deUaRdu/7S2uTf2Zr0VrPoFtYRXr6NdLbNPFLO7qJmj8vAVlIbdtJOASeK6U+
DfEWf+SseMx/266T/wDINEfgi/X/ANKf6WCXxyXp+S/W5xnxk+KWs6N8Q9J+H/gzWPA9jrt1
b/aZj4nluEhcM22OKMw8CQkMcMRkFdoJNewWYuBaQi8aJrkRr5xiUhC+PmKgkkDOcZJryz4o
W2i+JvC2qfDjWPDviDxDqhhEVneXehv5M1y0I2XQuo4lt4iu4hmyhG1gFOQG9O0i2ls9Js7O
e4a5lggSN5m6yMqgFj7kjNEfhfrv33+62n9XCXxL0+7b8y1RRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUU
AFFFFAGb/b+g/wDCQ/8ACO/23pv9teV539n/AGpPtPl/3/Kzu2++MVGPE3hs63d6GPEGknVb
OH7RdWX2yPz4IsA73jzuVcMpyQByPWvMPjXDqVz400/VvDWi6veeIvDNuuo2RSwmFvdJv23F
qJ9vll3hZ8LuzuC96841Lw54kvtV+KNtb+H/ABDc3N/NpF/Oosru1j1P7NIGvYYLhgoJ5Kpt
fLADYSBmkndX9fztf03v6eaG1Zten4rb17f8Bn0RF4/8CS6HNrsXjXw3JpMEohmvl1SA28ch
xhGk3bQxyOCc80+18deCbrUrPTbXxj4envr6NZLO2j1OFpbhGBKtGobLggHBAOcGvFvGWk6D
P8K/HGq+EvB3j9tU1nQhYStqsWqXF7NKwPlwCG4LuwTc26QDYucBmy22zoVprEXxk8K3Daj4
51aCTwvdWy3up+H2hisZpTCUjLxWsQQ/u2J8zJG0AkE4L62t/VpO3zsrevXS66X/AK3ir/i/
u9bezxeLfCk2tXeiReJtFk1SyRpLqyW/iM8CLgszx7tygZGSQMZFZ+l/En4darqEGnaX4+8K
317cNsht7bWLeSSRvRVVySfYV5x8KdJ0288P+EfC/if4fatH4k8L+dBLLc2U0dmCyMk9ytxj
ybhZgx+TLMzPkqACw0/BsNnqXxk+JWn6x4d1KbTNW+wpCb/QrgWV0IISko8ySPymAbGOcN1X
I5p21stf1/q/9dFf5fp5f1/wX39j418G32pWmm2Xi3QLq+vUZ7W2h1GF5Z1UsGZFDZYAo4JA
ONrehptn468EXlhf6hZ+MfD1xZ6bj7dcRanC8drkkDzWDYTJBHzY6V87/DjTLLXvg94Y8JeH
fDmoRazB4q/tA366RNFa2iw3zs8/2koInIhTywquW5VcAA7fQNe8N6tpfxPv/Cuk2sMnhbx4
DfaioYL9jkiKLeHb1K3EZjX2diT15Ufet57fcnf03XqvPRvRvy/za+/Z+j9L+knxx4KGqWel
Hxf4fGoXyRvZ2v8AaUPm3CyDMbRpuy4bsQDntVdviL8PljvJG8d+Fwli4S7Y6tBi3YsVCyHf
8hJBGDjkYrxT41nxDf634gs7bw3rtklnrWlXEEej+G3nXVoYngd7me6WJi5jAKpHGyOuw53g
4Wrr+qT3nhD40WMHhjxobnxLcyPpCHwpqI+0qbOKIHPkYTLow+cr0qea8XLyb/8ASbfm/u2T
ulSj7yi+6X53/Jff2s37na/Er4dXRmFr4+8KTmCEzzeXrFu3lxDGXbD8KMjk8cip5fHvgaLQ
odfl8aeHI9InlMEV+2qQi3kkGcosm7aW4PAOeDXhlve3Ov8AjrxJqekw+IYPDmoeELKKS+tN
AvHe/MSyloIJBFgE+aqswy+AVTDfOjtIs728+GXwu0qz0HxPpfifQrNXm1V9Du1bRoUiK3W1
JItk80ioYki2uTvDhSACalpfyt+bTfpZfj98J3S9P0Tt63dvl3PoLw74g0HxJYtf+Hdb03WL
RZDG09hdJPGHABKlkJGcEce4rSrzP9mCK6tPgtoum39jqlje2bTxTxahYS2su4zO4O2RFyCr
qcqMckdQQPTKqSs7AndBRRRUjCiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKK
ACiiigAooooAKKKKACse98VeF7HxBB4evfEmj22s3IUwafNfRpcyhs42xltzZwcYHY1sV80e
LZZNI8UeMtOngOo+A9b8Q20mteIoIgZ9FvF8otAwJy6Lsh2zKMQlzncVwCOs1H+t0v13+W7Q
PSLf9df6t8+h9L0UAgjI5FFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRXnHjPxp4j034s6
R4O0G303UPt+kz3j20sLo8LJIqLI84chYjuOQYifkIBLMormLb4zz2vgvQZdc1Hw3aa5r91e
pZXU+61s1tYJWQXJjaRnYsoQrCr7nZwAVG5lSd0n3/zt+n9Wdm1Z/wBdr/18u6v7dRXizePf
ihGfC1vHo2k3V/rGsXVstrcadNp73FjEhYXZWSdntQCACrrI2GB2g4Q19R+MHiLw9f6/4d1W
wsdc1u21a20zS5tK0+6WKZ5bYTymSFDPL+4XLNsLFgVGF5If9fl/mvTrsxf1+f8Al92qPcah
voZLiynt4bqa0kkjZEuIQheIkYDqHVlyOo3KRxyCOK8m0D4l+Jf+Eemub610nWtRv9ZGk+H4
LKM2bXMgTdIbiPzZzbhNsjMGbzFVSGjVsKXW3jb4h2+pePNMnt/DWs3PhjSreeJ7aKSyjlup
leTY7SzOERECk85IIOVzgKVkm3t/wLjWrVv61t+Z23wz8GW/gPw2NAstZ1XU7RJpJYjqHkF4
t7F2UGKNAQWZm5BPPXGALmheHjp2qXWqXms6jrN5Ovlxy3qwA28O4t5UYhjQbc8ktljhcscD
HA/BT4g67428Tapbyalpeq6NZafazi8tfD93phaefcyqouJnLp5ahgwUA71IOOtPx98XLrwd
4p8aaZqV/oCLp+kQXOgWU0Ziu7+7mDhY1BmzOgZFBKIuN+P4STUrxavv/X5207/MmPvJ/L8b
f569vkey0V5d49+Jy6Drun+DotV0Wz8RTWCXl1LcwSThATtVILONxNcyyOGCxowKqCxJ+VXy
I/iH8QY9c8OaLe6do1rqF/4fuNS1K3ms5FNiUlCpM5WZtqFCWMWCdybPMy2VltLX1/C9/wAm
Na/h+Nrfmj2WCGKCMRwRJEgJIVFAGScngepJNPr5/wBK+OPiKPQPCXiXXdO0yLR7/TLzUNSN
vBJ5zwwQlzLCpk/drvaGMBt+9nblQFL6/hL4q+I7nUbvU/E0Ol6ToNjo8uq6naTWM9rfWCj7
igTOJbjgMC4t44yeEdyCKcvdbT6f8H/J/k7MFra3X+v1PaaK8W8PfE/xR4ilOq6XP4ebQDpt
zeXc0FnJdRaQUiDRLLdrOsNzKSRvhiClOQXwAzpofxC+JX9lfD7WPEGl+H7RfE99DZTaZHDL
9p2yRSSG5V/NKxhQoJiKudoyXUtsR2d7en4tpfiv6Qrq1/X8Fd/1/wAA9qorwHS/jD42nsvD
l41jol7BqviK50qHyLOWJ9QjjM2HgUzMI+Ily7M6kyYwoQsbmqfFbxdp3g271i9l8NWtxH4x
TQrU/Y5pIbqLcqShcShi6N5+HAO/yuI1LYCWv9d+X/5JDl7u/wDW/wD8iz3KisTwn4q0TxTF
dvo9xcM9lP5F1BdWc1rPBJtDAPFMiuuVYEErgg8Vt0WAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAo
oooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiuD+Gfi3xDrviDxppfiWx0mxbQdRjt4VsZpJV8t4Ely8j
qu4/N2RQOnOMlXWvkr/kv1D+v6+47yuBv/hXo9zqGrNHreu2uk61dC71TRYZovsd3LxvLFoz
Kgfau4RyIGxyOTnD0v4l65Lp+jeNruDTV8Ga7qiafaQJBIt7bxyyGKC6klL7GV3Ckx+WpRZB
8zFSG9appW975fk7P8Hb9Qb+z8/zV/zX/AYAADA4FFcJ8RPFfiPw94z8GabY2GlSaRrmqCxu
7iaaQ3CExSvhIwoUD92PnLnuNn8VR/Ei4+L7axDb/De08GpZRQB7q58RNcfvJGY4SIQHPygZ
YsMHeMdGwr6X87fcr/qO1nbyv+Njv6K5D4Oa14k8RfDzTdb8VrpK6leeZJ/xLEkW3aLewidP
MYsQyBWyccMOBXX1TVnYlO4UUUUhhRRRQAUUUUAFFFFABRRRQBzs3hDTpPEeteIPtV6uoatp
semtIrr/AKNCnmEeT8uVJaUsc5BIXjiubsfhHpmmWXh5NG8T+JNMv9BtJLK21GGS3eeS3fbm
KRZIWiKDYhAEYwVz1JJvfG3xSvhjwDqk1n4p0fQNbks5m0x7/Y5mkRNxWKNnXe/QD7wBIJVh
8pt/CbxZp3i7wRpV7ba9p2r6gtjbnUza3EbtFcNEpdZFQ4Rs5+XAx6UQ15rdLfjf/g39fMJa
Wv1v+Fv+Bb0PO49Bl1f40Qabpep+N9AtPD2kTRWup/2Y7i7up5y10TPd28kT8RxHcCM7sISo
IHcXPww0EaTpNnpN7qui3elXsl/b6lazJJdtPKrLNJI06SLKZA7bi6ntjGBjd03xj4R1P+0f
7N8VaHe/2Ypa/wDs+oRSfZAM5Mu1jsA2t97HQ+lGn+MvCGoX0thYeKtCu7uG2F3LBBqETyJA
VVhKVDZCYZTuPGGBzyKFpFL5/i39wP4m/wCtkvv/AMzmJfhNo4g0qWy17X7DVtN1C41FdXhk
ge5nuLhCkzyCSJojuUgYEYC7VChQMVnQ/A/QEudSEnibxVcadq14t5qmmz3cTwXzqEG2VjF5
rIfLXK+ZggkdCRXQ/wDC2PhZ/wBFL8Gf+D22/wDi6tr8Rfh8yWTr468Lst+5SzI1aDFwwbaR
H83zkMQMDPPFC3uv620/BaA9tf63/wA394nhTwRp3hzxNr2vWmoanNNrU4mmgmkQQQkIiARo
irwFjQDeWKgHBG5t1vx74XtfGHh1tEu7+9sYjcQXAmtPL8wPDKsqcSI6EbkXIKkGqmrfEf4e
aRqM+m6r488LWF7bttmtrnV4IpY29GVnBB+tWtM8beDNT1ldF03xdoF7qjpvWyt9ShknZdu7
IRWLY2/NnHTmhapW6Wt8g2bMnUvh3aT+I/7e03xJ4i0W7lsYrC9+xXETfbYYySnmtNG77xuY
eYjK/wAx+bODSXvwz0C5/tvbc6nA2raHHoTMk6s1taIHGImdWIY+YxLNuJIBrVuvHXgi11G9
0268Y+HYL2wRpLy2k1OFZbdFxuaRS2UAyMk4xkVWf4k/DtLe1uH8feFVhvCwtZDq9uFnKnaw
Q78Ng8HHelbmVu/63/zf4ju4u/8AWlv8l9yMrxP8JvDPiC7iku7jVIbWLQ30NLK2nWOEW7dD
wu7cMKR823KqSpIFPX4W6NdWurxeI9X1nxLPqum/2XLc6i8KyR2uSfLjEEcaL8x3btpYkDJO
ABt+I/HHgrw3erYeIfGHh7R7xoxIsF/qUMEhQkgNtdgcZB59jXnfgz4vXmo6loNp4gvfBel2
0/2lLvUF160kg1KRXEcIsAlw0hyTlhIoK/d5Jpr33b1/G9/zfrewvgs+1v0t+S+4rfGDw9c6
F8O7vShq/jnxTqer26aPDcGxe7azs5JI1uGK2cAQER7m3urSMRgFuldz4c8A2FpNFqt5rmu6
1qEdi1nYXeo+THJYQOBlYY4oo0RjgZYoXOACcDFb/iXxN4b8M28Vx4k8QaTosMzlIpNQvI7d
XYDOFLkAnHYVT8P+PPA/iLUP7O8P+M/Dur3uwv8AZ7HU4Z5No6ttRicDPWj4rp63/wAv+C/v
fcPhtbp/X6L7kUPDvw48P6FL4Weye8ZfC+nzWOnRyOhX96EDzPhQTKQmMggfO/HPGbY/CbSb
Hw1p+jWfiHxDDNpmpyanZagZoHuIJnDhtqvEYtpEjjBjP3ifvc10+m+MfCOp/wBo/wBm+KtD
vf7MUtf/AGfUIpPsgGcmXax2AbW+9jofSoF8e+BmkuY18aeHC9rai8uFGqQ5hgIUiVxu+VCH
Q7jx8y88ihu+r9fxvf7wStp8vwt+pJ4L8J6d4Wgvfss95e3uo3JutQv72QPPdykBdzFQFUBQ
FCoqqoAAUVv1y6/EX4fMlk6+OvC7LfuUsyNWgxcMG2kR/N85DEDAzzxWhe+KvC9j4gg8PXvi
TR7bWbkKYNPmvo0uZQ2cbYy25s4OMDsafYRsUVz3iHx14I8OX40/xD4x8O6PeFBILe+1OGCT
Yc4ba7A4ODz7Vq6Lqul63psOp6NqVnqVjNkxXNpOs0UmCQdrqSDggjg9RSWuo3oXKKyfEXib
w34chWbxD4g0nR4mxte/vI4FOenLkVXm8aeDodYtdGl8WaDHqd4qNa2bajEJ5w/3CibtzBu2
Bz2oWuwPTc3qK5m7+IXgG0u760uvHHhm3uNPz9til1WBXtsMEPmAtlPmZV5xyQOppbn4g+Ar
W3sbm58b+GYIdQUtZSSarAq3KhtpMZLYcBuOM88ULXYHpudLRXO+IPHngbw9qB07X/GfhzSL
0IHNvfanDBIFPQ7XYHB9arWfxM+HF7532P4geE7nyImmm8rWLd/LjXq7YfhRkZJ45oA6uisD
/hNfBv8Awjv/AAkn/CW6B/YnmeV/aP8AaMP2bfnG3zd23OeMZrVtNS0680qPVrTULS406SLz
ku4plaFo8Z3hwcFcc5zih6BuWqK5vQfH/gPX9STTNC8beGtVvpAWS2stVgmlYAZJCIxJwBk8
VcvfFXhex8QQeHr3xJo9trNyFMGnzX0aXMobONsZbc2cHGB2NAGxRWNc+LPCtrrkGhXPiXRo
NWuG2Q2Ml9EtxK3osZbcT7AVPofiDQddF0dE1vTdUFpKYbk2d0k3kyDqj7Sdrex5o6XDyNKi
uei8deCZdCn1+Lxj4efSLeYQT366nCbeKQ4wjSbtqt8y8E55HrVlPFPhh7bTLpPEejtBq0gi
02UXsZS8c9FhOcSH2XNAGxRXML8Q/h+9te3S+OfDDQWDKt5KNWgKWzM21RId2EJIIGcZIxUf
/CzPhx/Z/wDaP/CwPCf2LzfJ+0f2xb+X5mN2zdvxuxzjrijpcOtjq6KxNZ8X+E9FksotZ8Ua
Jpr34zZrd38URuRxzGGYb/vDpnqPWtugAryb4TTtd/Ef4lLLpeu2cGqX8M9pPeaPdW0c0aWs
ULFXljVSQ4IAzkgZAI5r1milyp3v1TX32/yHft3ufP2j6Brt38PPCvwjl0jU7fUtD1e2a/v2
spFshaWlwJVnjuGXy5GkVYwEUswZzuUBWI9PPg3xFn/krHjMf9uuk/8AyDXZUVV29927v1sl
+guv4fK7f6nkXxhe4sNc+G9u8HiTXG0zW0vL28g0We6IiFvNGZJDbQ+WGLOvyqAechcV23xQ
XUbnwXd6ZpMVw93qjR6erwoSYEmYJJKcfdCIztk9wK6eil9mz6u/5K33ILtSTXRW/N/myGwt
Lewsbexs4UhtreJYoY0GFRFACqB6AACpqKKbbbuxJJKyCiiikMKKKKACiiigAooooAKKKKAP
CfjnDNpXinxXrmq6XqN7pOpeBJ9NtLi20+a7S3nV5HdJBEreWrB423uAvyHJ4rnvDuia94x8
PXNx4SsdR06NvhlDoi3F1aS2S3N6RuRY/NVSyqu4eYuV/ecMea+gPGehR+J/CupeHptQvdPh
1G3a3mnszGJljbhwpkRlGVyuduQCcYOCDwZoQ8M+GbDQU1O+1KKxhWCGe8EXm+WowinykRTg
ADO3JxySeamMfdcX8vnz3/8AS3/S1pyfMpL+rctv/SV/T08MtvDPgrWvBF9fSeAfF1vqll4c
uoLqPxPNqEkNiqxkiKMXTvFLmSNWXytwUIGJVgoLfh9pOn+K9G+EFrovhq+t10Gz8/Vby70e
W3t/IksyksKvKircedI4J8suCFZiemfePFmjDxD4bv8ARG1G805L2EwyXFoIzKqNwwXzEdeR
kcqeCcYOCIvBHh+Pwr4V0/w7DqV9qMGnwrBBNeeV5vlqMIp8tEU7QAM7cnHJJ5rSMvecn5P5
rmf3a7devnm42iorzX3pL79Dyqxu4YviL8WZL/w74hmtLyC0NmT4dvJIrlreBkfy28ra5D7d
uD83VcgZrhfBVl4gtdP+ClzrWm+KWl0ifyZrKHw9erDpkK2skJab91lpHkZMu3yhR8oADu/1
RRUw913/AMP/AJLf/MqWsbev4pL9DwD4uandeIvhxr97ZeEvGEdzqeo6dDDZSaFcNcD7NcRy
SMUjVsIFDEPna2MKSeKyviDqnihfij4v8Q+EB48067k0Cxg0r7L4Ulmg1C6Vpn8qUzWzBEHm
IC2+PG5sklcD6UopJfnf71b+v1HfRr+tHf8Ar9D52v08SX/xP8U6peP418Ozf8IpZQznR9AN
xBd3UYmaaGOSW2mVwplUL5ZBbJwWxxkBdTX4dfBTT/7O8caTc6NIG1K4svDNzLPYBLSSJiUe
2kGS7hRlGyCSOOa+oKKa0+9P7m392onr9zX3pL79D5dGteMrvxD4T1Pxp4c8V6ibCDXoUu08
MXDSyW06olo88cMRWOVwjqUABUYLKobJh8FWXiC1sPgpc61pvilpdIn8mayi8PXqw6ZCtrJC
Wm/dZaR5GTLt8oUfIAA7v9UUU4Plt8vwbf43d/0FLVW9fxt/lp+Nzy/9pN7hvBel29pper6j
Kdf06dk0/Tp7tkjhuY5ZHYRIxACqevU8DJrlPFNprXiT4g/E2w0LTtctJ9W8IQWGm3txplzb
28s6C4LIJ3QIDiVBkkck46HHvdFRyppxfW/4x5S+Zppry/CXMfOtt4Z8Fa14Ivr6TwD4ut9U
svDl1BdR+J5tQkhsVWMkRRi6d4pcyRqy+VuChAxKsFBzNGt7LWPAfwxk0DwxrcTeGtKe61K6
XQblAY5LJkkhizGPtLTSyKf3W8Hazk9M/RPizRh4h8N3+iNqN5pyXsJhkuLQRmVUbhgvmI68
jI5U8E4wcEReCPD8fhXwrp/h2HUr7UYNPhWCCa88rzfLUYRT5aIp2gAZ25OOSTzTkudSv1t/
7d/nt16+cx9zlt0v+Kiv03PnDwVZeILWw+ClzrWm+KWl0ifyZrKLw9erDpkK2skJab91lpHk
ZMu3yhR8gADu+1rWi61c+APiD8NtX8M6xeeI9Y1i6vNKv49OkktLkzSB7ec3Sr5cRiCqCJGU
qIwFDZAr6OoqpPmbb63v87PT/wABWoorlSt0t+F//kmeDfEXxRYazpHizRrGz8R6xqFh4bvd
BS5s/Dt/cJdX0i4lj8yOJkG1oo+ScZc84Ga674G+PNL8RaNZeHrLR9esn0vS7dPtF9pr29vc
MiLHMkLNgs0Ug2OCBhumRzXo9vBBbIY7eGOFGdnKxqFBZiWZuO5JJJ7kk1S0zRNM03UL6/sr
dop75g8/712TIyflQkqmSzMQoG5mLHJJNEW1e/X89X+cn+QNaJLpt+H6JficZ8X10uOOSe40
3xEmoyadLbWupaTo8moNsYgyWxWNJGjD7V3MQmR92RWGR4Nd2/i+TwRDpN14B1jwvc6dcaJK
ul6F4dluI76KE27PNPdFJXdogNqxrIJF2EMZP4fr2ilD3Xdd0/ud/wA/899Ry97fzX32X5L+
loeIfGHwjrQ0Tx54v8OarKYvFGgR2s+mDw5PdX0jJDIkaRbXDR7vNAYPC23knbjjkPiNJ4g1
fwTNoll4X8Q2Im8DR28FzZ+F5ZbzUbgLIrWU0kkLfZ4kK7tjBGYuGRx0b6eoqXFNNd/8pL/2
7/gFKTTUuq/+1/8AkTw/4i3Kv4T+G17aaB4hlkXX7DUL8QeH7x50SBNkskyLEXUj5QN4DMB8
uQKytfivrj4v+OJLDTfEWmaFd+HbdLi4tfDt55l86Gd5IYHEW0M3nLucZf7wTDfOn0LRVVP3
nNfq2/vViafuJJdEl9zufMei6RfxeEfhJqet+HfG0mkaRpEul6nbaZHf2d/p904iAnMUJjne
MBJFJUMMNkA8V7d8MdK0Tw94OaLQdF1LSdKM81zDBePcTXLhjuaRklLSqztubYfm5GQGJUdd
RVSk22+9/wAXf89vLToiYxSSXa34afl/WrPln4c2munVPDWzQvFd7cr4yvb06drGgXFpZ6Za
yyzsbtJzFF+88t+EkklBLkBA2CuxrWi61c+APiD8NtX8M6xeeI9Y1i6vNKv49OkktLkzSB7e
c3Sr5cRiCqCJGUqIwFDZAr6OoqEklbyt/wCk/j7q19fK1tty5vO//pX4e8/6vfwf4kaeVuNN
0zR/DGu6jri67ZXV7azaRN9g1GVHjH22W8jG1SiJuUNNgYw8THAEMtvq6fELWPEHh/Rtdi0v
XJLjTPERl0u5hkSOEeZFdwoUDyEx+fEDGDlmiABOBXv1FP8A4P4pLb0X+VrKytpb0/C/6u/5
3u7/AC78JbXXvDmg/DXWb3wv4jOkaDJqtlqNiNFuBc2UtxLuhuVtzH5kiBDtLRhtodh/eFbM
2hy6f4e8XXFn4Kvb258Ua9LN4UtJdHlzpzTRRwyXkhKZswWLyHf5bYXoCSB9E0U73d36fJtN
/itH0XyD/h/wa+7Xbr958q+E7XxJaeJNev8AxV4aufEnh+TxTJLqVmPBd5C1wk1qkIvo45N/
mxqwdTEqswDu+SCoFKPTdeX4ZwyhPiGo/wCE4+2HQP8AhGH8pLf+0ftHnEfZPPx5fz8SEbvl
x/DX1vRSi2nF9Vb8OX/L8fSxJXTXR3/Hm/z/AA9b+H363OneL/iLZ+J/C+t6zp/i22hfSp7X
SZrqOWIW4i+yS7E/cMHLMPN2L87MWBzXpHwk0XVfDvww8NaFrk/n6nYaZBBctu3YdUAK5746
Z74rqKKForLy/C9vz17g9Wn6/ja/5adgooooA87/AGk9OttS+Bni9blroCDSbmdBBdSQ5ZYm
IDbGG9fVGyp7g0vjPSvFGu/BCPRPCDadHql/ptvB5l/PJFCsTIvmZMYL/Mm5RtwRuzkYzW78
UPDmoeL/AALqvhjT9VtdLbU7d7Wa4ns2uQsTqVbagkj+bB4JJA9DUa6L4wtvCOk6Zp/ijSbf
VbEqs10+jPJbXMSqyhDD9oDr1Q5EvVPQlanlvGafXl/Dmv8Amir2cWul/wBLfkcL+yvp+gaN
4e1vRLDwE3gjXLG+WPWtON692rSmNSkscrsxMbKcgA4B3DnqfZKxPCmhy6Ql5dX95Hf6tqMw
nvrqODyUdggRVRNzFEVVAClmPUkkkmtutJS5nd+X5GcVbYKKKKkoKKKKACiiigAooooAKKKK
ACiiigDhPGPj+58PfEHSfCkOhLqbanYzXMH2e7xcmSNlXZ5TIE2ncDvMgwFckALk5ui/FS41
Lw1pE6eHEk8Q61fXlnp2mW9/vhlFtI6SXBnaNSsACbi/llsMoVWJAO/P4MMnjvWPGK6kq6hd
6NHpWnsbbJsFDSO7A7vn3OyEjA/1YGa5bQ/hRrPh+y8Lz6J4us01rQdOm037Td6OZraaCUoz
YhWZGWTdGrb/ADGyS+QQQFUdtf61dv0T9dNVq5b6f1or/je3p2Zr6L471vU9I8RxR+G7BPEe
g6lHp81idVY2sruImRkufI3YKyjgxAgjBAHNY03xevtP8Bal4o1nwxZW/wBh8Q/2I3k60hte
JUia4aeaOLEauzKcIx+XJwNxXovCfgKTw3IkFrrAurKa6k1HU3urYm8v75znznlV1RUHygRi
LjYuDgYOb4U+Gd/pWh+GNK1PxQNUj0TVpdTlb7B5X2qRll2/8tCVIklMpJLZbptXADW6v5X/
AAu19z081s9Ens/n+Tsvy1/Naktr8XfDFxbeLNXguba88PeHfs6f2nYXK3K3k8iBjDEEGCwL
RqMMcs+OMGrOgeONbl8cWXhbxL4Wg0abU9Om1DTzDqX2p9kTorxzqI1EUgEiH5WkTO4BjgZy
rr4T3F3pfiW2ufFLvcar4gTXbOQWK7LSaJ0eJZF3ZnA8tEYFlBVFChDljft/AeujWbnxRdeK
LK68T3UC2L3baWy21rZBizQ20In3Rux2sZHkkO5RxjChLo32/wDbf0k/uXXYH1S/rX9V+L6W
uVdB8e+NNT8S3Xh9/BugxXiaMuqQsniGWSIh5dkaSH7IDGWCyMCA3C9OeM/UfjLcW3wo0bx/
a+Dri+hvba5nvbSLUIkeyEEchZizhQ6B49hYYPzLhWJCnQuF0f4d+PtQ8Q654pCW/iNYLHS9
LWxZpN1vCdsSuCxkJxIVUKpLSkfOSgGd4V+E1xF4ATRdR1V0efUFunikt1b7PafbPtRs12sA
Cx+V5ATnHGQq4drqy+/tq/0av5LTV6u9ndr5fL/NO3m+yNfQfitpfiDWLjT/AA8mn64tnoa6
lezabqsU6Qzs+1bXcPk3Ha5LFhgKCRgil8LfEqbW9N8CzPoK2134sWefyBeFxbW0UbP54byw
XVv3OAQn+tHpgu1j4d6jf61451KPxU1t/wAJRpaadBGtirfYgsTIGLFsyYLuwUeWBvbO44K5
2gfCe+sPFOl63eeJ7e4S00R9FltrfTDCggO3asBMrGEAIuc72JLEMuQFL36f17zt/wCkr013
Fa3X+vd1/wDSn+GxKnxXN54k0W00fRLe90rV702trOdQK3lxGpYSXcVssbbrVSv+td0z1AIK
F/Tq8z+Enwtn8AQ21jb6xpf9n2gwE03Q0sZ77CsqG9lDt57KrcFRHluWz0r0ym7JWQtW7hRR
RSGFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFA
HL/FTxXc+CfAmqeJ7bQLrXDp8DzvbQTxw4VVLFmZyMKMc7Qzc8KaPFPjOy8OfDefxrqEaJBF
ZJcCF51QM7hQkfmNhVy7Ku44Azk4FYv7SGo6fp3wM8YNqF9a2az6Rc28JnlWMSSvEwVFyeWJ
6AcmmT618Nb34VeHrjxfqHhu98O3kcEMU1+8U1k8yxtwzNmMEFHGWPDDH3sCp1cZ26cv483+
SK0Tj87/ACt/wTW+FviLxb4m0ebUPFfgqHwqxdfskcesw6gLmIqD5geIBQOeOTnr6Z6+vL/2
ffDmmeG7PxDb+FLqSXwXPqKzaEhmaaNVMSecYXYktCZN205IJ3EEg5PqFaStfTy/IzjfqFFF
FSUFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUV4p8Srnw0PjQtj8VotK/4Q640NRo76wE+wC9EjmfJ
k+RZ/LKbScHaGCnk58p8SWmmweGvhdY+MtQ8NwXS6/fixuPFlstzt0gLcCD7Qkrxs0ZHlYDO
vJj7jFKLuk+/+dvv6ryu+g5K1/L/ACv93T1sup9g0V806B4J0zx58BLiHRNDtLy88N69d3Xh
6W4KzWV68c28iAFVC2kp3RiPlVAHzOV3V0cGreB9U8M6x8UPF+jWekw+KbaLRrVdSsQWaNUb
CS/Kcbpd4y2ARHF/siiTtFtb/wCa0+belt0EVdpfL7nr8ktb7dPM9zor5g0yL4S+FvjRqdjN
eeF/DS2ngaK3uZ7U29pPbXTSSLKVIwVuPLZc4+bBXOeK8j1fT/Bekadr9rr1j4P0+f8A4QJz
o9pNawR6hHI0+bY3HPzX7QlHZlVDhumBmm7J6ef4c358unqKHvfh+PL+XNr/AME++6K+cNJn
+E2p/HTwONFm8E3sVt4VvY5fsjWsixOnk7VO3O0qnnYB6Lv7ZrypB4Jn+EduS3guz0S28ffI
P9Hee9U35+/niOBbY9DksoHKouJHb3ku/wD8ny/8H+rkp3jzf18PN/wD7kor49/aYi8Ialq3
iXWNGuvD1/Z29nY2d/eagIriK1mWYCKy09gR5UvliaSZQWG3b8oySPrfRf7M/sez/sX7J/Zn
kJ9j+ybfI8naNnl7fl2bcYxxjGKErxv5/wBff0G3aVi3RRRSGFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABR
RRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUVgeL/DXhrXoln8V2Vpq
OnWcbubbUFWS0TuZXRxtLKAcM2doLYxk5434WeBoJvhrb6H4jiuL3Q01C5n0zS74l0WwMjfZ
YZlfJdVjKsEfO35QRlBgWt/6/ruvmD0t/X9dvmeo0V5z8EtCTRJfFR0c+R4TutWMuhWSf6qF
PLXz2hH8MTzeYVUYXA3KMMM+jUdE+6X4oO4UUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUVwnj
Hx/c+HviDpPhSHQl1NtTsZrmD7Pd4uTJGyrs8pkCbTuB3mQYCuSAFyc3Rfipcal4a0idPDiS
eIdavryz07TLe/3wyi2kdJLgztGpWABNxfyy2GUKrEgEWquv61sD03/rS/5HbeKbLX7+0S30
LWLLSi5K3Es9i1w5jIx+6IlQI46hmDgf3TV7SrC10vS7XTLGIQ2tpCkMMYOdqKAAPyFefWfx
Wjg07Vo9d0J4Nd07Wo9FXTNOuRdC8uZUSSJYZXWIHKPk7wmwKxPAydKz8VeMn0vWvtnguytd
XsJ7eK2gOqS/ZLvzdn3bhrZTld2DtjdcjG7Odotrryf+X4Nel/MHul6/19638juKK830L4nz
TeGL/Vdb0BLe8h1yTRLGy0y9+1nUbhCFxE8kcQ+8JASwAURszEAHFCz+LxbT9VGpeH7e6vId
Rh0rT4NE1A30Op3UikmGOZ4ol3R4PmE5VADlsggHp5fja35r713DrZ+f4Xv+T120Z6bqOm2O
om2N7axzm0nW5tyw5ilXIDqexwSPoSOhq1Xgmk+N9Z+Heq+N9J1HwvBHp+iaBDrlrpWnav8A
aIbYM8ivGks0cXlx/KGEYUhArCMHISu68L/FLSPEuvy6ZoP2LWY7TRF1K/n0rUI7sQTMxVbU
bBh3O1znI+6OPmFCtbT1/O//AKS/uXkHXX+tv/kl9/qeg0V5B4J+Ml94i8UWuit4e0jfJp1x
f3Vtp+uteX+niIL+5uLcW6iOYs4TyzJkEMO1S/Dz4u33ivxpp3hxtD0KB7qymvLqK019rq80
wRlR5d1CLdRFKWcKUMhIIbrjlpXdl/W/+TE3ZX/rp/mj1qiuO1jxrNpnxJg8LTabbf2e2iz6
tc6ibxg1skTqpDReXtwSwwfMzw3HAzQg+JSy+CfDWsDR8ax4ktftNjphuwFSPZ5jSzTFR5cS
IVLvtJG4AK7FQ030v/W7X6P7ira2/rZP8mvvPQKK8gg+Ml81h4fvG8LWlxHrGs3Glxmx1R5l
n8tC6zWrNAgnjcqUDMYxu24JU7hHY/Gu7ntraR/CUYY+JP7Du3i1TfDEfOMe9H8oeYwCu5TC
gIhJcbkDPrb+un+aE9Ff+uv+T+49joryXwh8Zl8Z+JrS18I6Hbavoc928Et7DqJa4to0Df6R
LCsTRwxsVwiyzJK45EZxirY+LD3niLRrTRdDtr7TNXvTa2kzaiUu7hFLB7uK2WJt1opXmV3T
PUAgoXF08/6/r59mD0v5Hp9FeMR/GjXv+EOvPFc3gFE0vTdVOn30y6s2JR9pFvvtN0Cmfkkk
MIl6AMzbgkviL403mjz+Joz4WtLhNA1iDT5Z11YpEySmIKxLQgiTMo/dgMPkky4CgsLW1uv/
AAP8194PS/l/wf8AJnsVFeUan8XL+107xvep4TRF8MWltdxJd6g0LXazBmEbAQt5UpVVKp8+
fMQMUO4L3fhDxTofiiyaTStX0m+ubdUF9BY38dz9klI5jcoeCCGHIGcHigHoblFFFABRRRQA
UUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFV9SvbfTrCe+u3ZIIELuVQu2B6KoJY+gAJ
J4AzXLaD4/tNQ8XL4V1TQNc8O6rPaG8so9TSHbexK2HMTwyyLuX5SyMVcBgduM4Fq7A9Fco/
GDwb4y8Z29lZ+G/HsPhW0glWadf7FW9a4dTlQ2+QLsHB2FTkjk44rH1L4efEu++H9z4em+ML
vqt7cF7vV30CMMYMKFhihSVUjHB3HktuPSts/E60k+Iv/CGWPhHxhqG2f7PNrNrpgbS4JAu5
lecuACvQ4Bw3HJrvKSScfJ/8D+vNeQ22pea/r+vPzOJ+F3hTxf4aju/+Eu8fyeLZHWOK0C6V
Fp8VrGuflEcRKknI+Y8gACu2rivGnxFsvCy3l1c+HfEN9pOnFRqWqWVvG8FkCRuLK0iyyBAw
ZjEkgUZzyCBZ8R+ObPTLi2tNL0fVvE17PZm/FtpAhZltuglLSyRphjwqhizc7VIViG5X1f8A
XX8tb+rEo20/rt/kreiOsorL8Ka/pXinw9Z6/ol0LqwvI98Um0qeuCpB5VgQQQeQQQa1KbTT
sxJ31CiiikMKKKKACiiigAooooAKKKKAORn8GGTx3rHjFdSVdQu9Gj0rT2Ntk2ChpHdgd3z7
nZCRgf6sDNctofwo1nw/ZeF59E8XWaa1oOnTab9pu9HM1tNBKUZsQrMjLJujVt/mNkl8gggL
6vXG/ELx8vg3UdHspvCuv6t/a9ytnaTaebXYbhgxETedPGVJVGOSNvvniktGkv63/O79bjet
2/6tb8rL0tcwbj4Rpa2OkT6B4hlt9f07Wpdak1LUbVbsX1zKjRymaJWjBBRtq7CmwKuOnPU6
foXiNbu1bVvEttqNsrG4uYxp7RM9x/D5bCUiOFeCI2V2yATIec4V98T7rT/EGi6FqHw28Y2t
7rUskVkGk011cxpvckpeHaFUE89egyeK9Ep9P67Lbt0t26EvfX+tX9+tzx25+Cct54D0HQNS
8Q6fq19oupyahFNqOiLcWdwZN4kWa1Mnz7vMZi3mZDnK7RhRvX/w71Wa20G8t/E1tFruh3rX
VnK+lA2EStAYGgjtVkUpEEPyjzSwPJZuleiUUd/v/r7v6uxvXf0++/8AmebN8K1uNP1J9R1w
3uta3qFpda1qD2gUTw28iOtrFGG/cxYTaPmcjcxJYnNP1nwB4ol8V+Jtf0Px1HpL69DbWuDp
ImktYYkZTscyj95uZmRsbVLvuSQlSvo1FFtLf1/Wn9XYHkB+DusaRrUlz4H8aw+G7FtLi0tY
jpP2meOJTK0jrM0wHmvJKZC5Qncqk7huDbXgv4Xw+EvHA1nR9WEOkR6VFp0Omi1zJhGkdneZ
nO4vJK0jEKrFgpLY3BvRaKadtf61v/m/vE1f+u1v8kch8Vfh/oXxA8L3ulanp2lPfSWk1vZX
95p0d09i0i4MkYbBBHB+Vl5A54rmfFPwibWpvC2oSahoN3qOg2clnt1fw+t7Yyo5UjZB5qGI
oUUIwkLBRhi5yT6rRSWmq/rf/Njeu/8AW3+SOJXwHPJ4s0DxFqHiG41K40SzvI4PtNuuWuLl
l3TZUgBVVSioBwp65689B8G0t9B8HaNB4h8uDQpbi41BxYgvqU08bJLLkuRGx8yTkhyA+Acg
Gt7xX8RG0DxrYeE18FeJtUvdRillspbNrIQzrEqmTBluUKld65DAZ7ZqLTviTNc+O7TwZdeA
fFenalc2rXu64ewaKK3DhDIzR3T8BiBgAtzwCKSSkrd/823+N7+nlo7uOv8AXb+vN92ZvhP4
VXenz6CNf8R22qWvhzS5dM0pLPTDZyiKSNY2M0nmv5jbFAGwRrnLYJxjmk8N2vwI+HN/qlx4
m0G1sNMtJPskdnpEWnT6pOsUggS7l3t9pkAPG1UJYFiG6V7rRRNOSavv/wAF/qwhaLWmi/r9
Dx34VfD66u/A3g+313xZpmv6BpMMN3ZWumWflQ3M4G5ZJ5fOlE+xyWXZ5alvmIbCga1t8JbY
afY2V9qy3ka+KZvEmpbrQAX8zNI0cZG8hVQtF13Z8ocDPHplFXKV5cy01v8Ain+i+5diFH3e
V6/8M1+r+88t1b4SzarpHjLT7/xHDcp4j1eLVI0l00NFCYmjZIpVL5nTESKRuQFRgBSSa6Hw
T4LuNH8R6j4n1rVoNS1m9tYbEfY7L7HaW1tDuKRxRb3YfM7ElnbrgbQMV2NFTH3dv60t+Wno
U9d/61v+eoUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAyaWKCF5ppEiijU
s7uwCqoGSST0FeV+GfGnw/8AGvxIsNbtPFWh3t1aRT2GiWNveRy3L+Zhp7ho1JZARCFXIGFD
MfvgD03VtN07V9Om03VrC11CxnXbNbXUKyxSDOcMrAgjjvWNoHgHwL4f1FdS0HwX4b0m9VSi
3FlpcMEoU9QGRQcGhaSuD+GyPNP+EF0/wh8SvDniv4b65eqviS/c6xph1F7i01SJo5JHvPmL
EOpKHep28qoA3YbvDqPxTzx4N8GY/wCxruf/AJX1seHfCPhTw5c3Fz4e8MaLo89yAJ5bGwig
aUZz8xRQW5JPNbVC0il/S8vQHrJv+vX1PLPif408NPpw+H/irxJ4c8P6nrFiV1ZZtWjWO0tn
G2QI8oQu7AlU+UHkuRhcHO8TeZ4X1y1+K3hK88Oz6BdaFDpslpqV3LaCREZntjbOkMrOzb2U
R7CW+Xbkmu61T4bfDrVNQn1HU/APhW+vbhy81xcaPbySSMerMzIST7mtUeGfDg1ez1geH9J/
tKxg+z2l59jj863iwR5cb43KuGYbQQOT60kuuz/4DX5O3zb8hvtuv+Gf5q/ySOX+AOhaz4f+
F+n23iC3S11S6nudQubVD8ts1xO83lD/AHQ4H1zXe0UVTab0JXmFFFFIYUUUUAFFFFABRRRQ
AUUUUAebfEHxD4os/iBZaXp+k3E1jFpFzqFikVwIv7Y1CMHbZFyQI1VSZCG+/jjIRgeQ1y9n
1Hwp8INTvtQkvNQv/F9tc3bSBlMc7Q3HmxKjHMYjbMezts55yT7nc21tc+V9ot4pvKkEsfmI
G2OOjDPQjJ5rB1vwD4F1y7+1634L8N6ncZJ8280uGZ+Tk8spPJ5ojo15NP7nf8dF8kEtU13T
X3q34b/NnK/E1lX40fCncwGbvUgMnqfsbV59rut6xq3w+8f+NE8S6zpfjHwzrFzDaWUOoSpD
AkUoFtA9pkRSiZCPmdGZjJweFA9u1fwP4K1jUodT1fwf4f1C+gVUiubrTYZZY1U5UK7KSAD0
APFWLrwr4XuvEUPiO58N6PPrUAAi1GSxja5jABA2yldwwCeh70ra3/parX10/H73f9Pnvp6a
/h93kU8uoeNNd8c2Wr+NtT8Ha7oAtZdPW2vXihsbfyIpWuXgV1W5RpDIrebuUBQBjJzZ+Li2
Op6T4p1/TfFWsLcaX4Xupc6b4hvLVIbyJTtLQxSqiuCDlWGc8MDXqur+FvDOsarZ6tq/h3SN
Q1GxINpd3VlHLNbkNuBR2BK4bngjnmoL3wV4NvYr+K98JaDcx6lMs98s2nROLqVc7XlBX52G
TgtkjNKS5lZab/fZq/439V9xF8r112/NO34W9G/O/iPl+I/EniPQ/AcHjufQIv8AhFLTULE3
dzfS3OoTy+YZ5BNFeQySNHhfkdpFAOdoAruX0Ya9beC9O1DxjrWsXkNvPLd3+l6hc6Wl/bpG
U81kt5lHMrQlWBIPJU7Sa7G98CeCL7SLPR73wb4dudNsSxs7ObTIXhty3J8tCu1M98AVnXnw
s+Huoa/qOuax4R0XWL6/MW+TUbGK48pY41jVIw6nYuFzgdST7AVU9/mS0u2/zt917fL0tEU0
lfokvyv99r+rPAPhXL4ovL/4by6ZrGs6/e6r4e1C91C31XxnqEEEsiTpGrnb5oBUMyhQgB6k
5UGp/tGpR/s+wa5d+IfFY1EeNfssjWniW/mkeH+0DAYI38wO6+UCo4BJAbAbJr3Tw/8ACT4b
aFqd3qWm+CfD8VzcTmdX/s2HNuTGsZWI7MohCk7Rxlm9auf8Kz+HH9n/ANnf8K/8J/YvN877
P/Y9v5fmY279uzG7HGeuKbez+f8A5NzW+7T/AIGhT1v/AF9lr89f6ueOzap4v0bxn8UNXim1
VL/TPCkOoaXo8mr3F5FZyOs4+eNpGieUiJGIAKgkhS3Lv1fwg0rV4NZ0nxGfitB4i0zWrB2W
xihupVumGCZw015OIShO1hGqJlgpAO0D0fT/AAh4T07XH13T/C+iWerSJse+gsIo7hlwBgyB
dxGABjPYU/w/4V8L+Hrm6udA8N6PpE92QbmSxsY4GmIJI3lFBbkk8+poi7fd/n/mvu9LKSv/
AF5L/J/f9/FeOWX/AIaF+Gq7hu+waycZ5x5cFF0yj9qWxUsAx8GT4GeT/pkddbqXgjwXqWur
r2o+EPD97qysjrfXGmwyXAZMbCJGUtlcDBzxgYqLUfh/4D1LVptX1HwT4avNRnz513PpUEk0
mV2nc5Usfl45PTipjpy+XN+N/wD5L8PPRvVNd7fg0/0PnzwpHr+pfFnQdIuPFnim+0m61LWY
DrcXiG8hGpSQpvyloHMMUcMjGNSuVcxklMcHv/AfhmG4+LvjnS5PEHjBrTRZNNaxik8T38ix
iSEvICHmIcMRzuzjPy7Tgj0j/hBfBP2vTrv/AIQ7w99o0tEj0+X+zId9oqMWVYjtygBJIC4w
STT7XwV4NtNYutZtfCWgwandiQXN5Hp0SzzCT7+9wu5t3fJ5701okuyt/k/6/EHq2+7/AD/r
/hjxD4O+NtV8OCwtdZt7zVtM8SeKb7RrTUp/E9ze3UZjmmWIfZ5gQkYVdpeOQnGGYZxXR6B4
s8WpPp8dvbXuqRQeJJdHsZWkz/a+mjd5lwctw8GzmZuJNnBJlGPRtC8AeA9BvxqGh+CfDel3
gRkFxZ6XBDJtYYI3KoOCOorctrCxtvI+zWVtD9nh8iHy4lXy4uPkXA4X5V4HHA9KcdLX1tb8
Lf5Nekn21Utb20vf8b/5r5pd9LFFFFIYUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFF
FABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQA
UUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFF
FABRRRQAUUUUAf/Z</binary>
 <binary id="id104445_ru_table_3.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQAAAQABAAD/2wBDAAUDBAQEAwUEBAQFBQUGBwwIBwcHBw8LCwkMEQ8S
EhEPERETFhwXExQaFRERGCEYGh0dHx8fExciJCIeJBweHx7/2wBDAQUFBQcGBw4ICA4eFBEU
Hh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh7/wAAR
CADSAqIDASIAAhEBAxEB/8QAHwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtRAA
AgEDAwIEAwUFBAQAAAF9AQIDAAQRBRIhMUEGE1FhByJxFDKBkaEII0KxwRVS0fAkM2JyggkK
FhcYGRolJicoKSo0NTY3ODk6Q0RFRkdISUpTVFVWV1hZWmNkZWZnaGlqc3R1dnd4eXqDhIWG
h4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uHi4+Tl
5ufo6erx8vP09fb3+Pn6/8QAHwEAAwEBAQEBAQEBAQAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtREA
AgECBAQDBAcFBAQAAQJ3AAECAxEEBSExBhJBUQdhcRMiMoEIFEKRobHBCSMzUvAVYnLRChYk
NOEl8RcYGRomJygpKjU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6goOE
hYaHiImKkpOUlZaXmJmaoqOkpaanqKmqsrO0tba3uLm6wsPExcbHyMnK0tPU1dbX2Nna4uPk
5ebn6Onq8vP09fb3+Pn6/9oADAMBAAIRAxEAPwD7LooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiig
AooooAKKKKACo7mZLe3lnkEhSNC7CONnYgDPCqCWPsASe1SUUMDzrSPjV8P9XvL6y0m58Q6h
dafJ5V7Da+F9Tle2fJG2RVtyUbKsMHB4PpXZeFtf0vxNokOs6NPLNZTM6K0tvJA4ZHZHVkkV
XUhlYEEDpXgX7Jf/ACWP44/9jH/7Wua6L4g+LvEkvx3sfhj4e1WbwtYDQrjWrq/tbOCSW4lL
OAo85HQIGG5jt3E5GR1qXJKEZPqk/wDyXmf4D5W5SS6O342/No9uorwn4XeOPFnxO+FXgrWD
r134e1O+1G4tb+bTLe3b7RHDFMfMAnjkVAWjjzgYySO4xo/sgeLPFXjf4WTeIfF2uy6tfSan
NAjNbQwrFHHtAAESLnJySTmtOV80o9lf5P8A4cnm0T76fPX/ACPZaK+YPix8RPiLonx58TeG
dF1zXJ9JtPC8urQWlla6aTbSiPh2adAWiU/MQGZyegI4qTwt8SPHN98Evh/rV/42T+1fEmpT
RXOy3t11K5AkZI4bKPyGgzlRuaZQo3cyJkEZqS5eb0/FtfmmVJcrs/P8En+TPpuivlHS/iN8
Z/FX7LNt4w8NX2oXPiu01p7Wc6dpUE8tzbhsFmhMbAsu4f6sL0yeMmt34c/EPxlqnx18b+H5
/FuoNoWiaCL6yi17TYLECUxxHfcYgjlSMM7N/CcYPIq2rNrsr/clL8mJ/wBffy/mfSNFfMHw
g+LnjDUPjFoui634mj1TQNT8PT6jcXMlvDFa+ZHJKGltXEUUogHllf3654Y5YbXNn4/+N/Gn
h7w3e+KvB/xHvjbTeIrSxs447XT57T7NPbJNuRjblm5fhi54x160Wd0u/wD8ly/mK618v8r/
AJH0tRXzL+0l8S/HHgy/1y38PeMITLo2lWlzFa2VvBLMpaaOOSW/EsJQK28BFhdXyynYVyy/
RHha/m1XwxpWqXCxrNeWUM8ixghQzoGIGSTjJ9aUfei5LZO35/5DejSf9bP9UaVFFFABRRRQ
AUUUUAFcz4v8eeGvCl/b2GsT6h9quLeW6jis9KurxvJjKh5GEEb7VUuuS2ByK6asXxpBB/wi
+tXXkx+eNMuIxLtG/bsJ2564zzis6knCLl2v+X+ZdOKlJR72/M5jwr8Z/h34ok09dD1bULqL
Ubo2dncnRb2O3lnCljGJnhEe7CscFu1eg186fsJC3H7OMc9zbLcLb6pdTqpQMQy7SCuf4vQ1
W+BfxE+LfxCvdI8UwWF9ceHdQ1C7ttUiYafHaadCMCFrc7vtLyoQN3mBlYMcL0NbyilLkW9k
/vtb8b+XexjGV48z2u191/0R9KUV8g/D74zeNdRtvEXh7XvHV3Yapd61caToOtXunWotI5oh
+6hJigIWR3dC7SJs8sNsw3TrtV8W/Er4e/FnRNE8feM7zUtH8R6NIlm1jp9qixaqEAMSN5G5
xvP7vcOsiBg2GzmndJrrt56Xt6/q13Rb0bT6b/fa/p/k+x9IUV88+Mdd+Inh743fDLwI3xA1
OW21u0lbVpBY2O6WWMMxKH7P8oJ+XgfdA6HJPmF18W/ixD8HJPFY+IF8dQHjc6EudNsNn2YR
lskeR9/I69PaqiuZq3V2/wDJlH82vkEny79r/g5fkmfatY3jDxRoPhHSk1XxHqC6fYNcR25u
ZI3McbyNtUyMoIjXOAXbCjIyRXzf8W/iX4/8LfG7X/CeneKtdurK38LvqFha2+n2LuboR/ed
2gwsagNK2SPukDOVQ4eqfFn4j2XwW+F3i+48ealHc+IdYlttWki0yzc+QJSv7tBbk7lVDjAJ
JY5B4Ale8k1tdL721+g5e67Pz/BX/Jn1P4O8Y+GfGMV9P4X1eDVrexuPs01xbhmh8wKGISTG
2ThhyhI561vV4H+zD448a+MfH3xEtPFOq6k1pol6lvY6dd21rHJbq7yH940MYJcBAPvEDJ6n
Br3yqa0T7pP70TfVrs2gooopDCiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKK
ACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiqms2095pdxbWupXWmzOmE
urZY2liPqolR0z/vKRXzN8E/FvxI8bfAvxT461X4l65DqWkSXq28VtYaasLCGBZF3BrVmOSe
cMOPSpckuZ/yq79ClFu1urt/X3H1JRXh/wCz/wDEW5P7P9p8Sfib4ymuPtjyCR57aFEiKTyR
KkSQRK7s2B8p3knpjpXdN8VfAq+GdX8RPq9wljosgi1RH025W5smPTzbcx+cg75KAYyc4Bq5
rkbT6ERfMrr+v6sdtRXE2/xW8BzWvh66XWpEh8RyrFpby2FxGJmdise7dGPLDlW2F9ofaSuQ
DS2HxV8A3/iJNBtfECvdyXj2MUhtZltprlAC0MdwUELyDI+RXJ7Yos72/r+tUF1a/wDX9aM7
WiuM8a/E/wAG+Dbi7h8RXeqWgsoY57mdNEvZ4Io3JCM0scTRgEgj73UEdaj1P4r+A9N0fStV
utXuBBq1q17ZJHpt1LPJbqu5pjCkZkSMLyXZQuO9K+lyrO9v6/rU7eiuI1b4r+A9M1/R9CuN
Ynmv9agW40xLTTrm6S8jYZDxyRRsjDHJweBycCskfHr4WHwtceKR4gvP7FtrsWU14dFvvLSc
gkIf3PXjnsCQDyRk/r8bfnp6i/r9fy1PTaK4nRPit4G1jxVL4XstUvBq8NoL2a3uNKu7fyYC
gcSSNJEqou1hyxHJA68Va8G/Ebwb4w1B7Dw/rBurlYPtKJJazQefDvKebCZEUTR7gRvj3KDj
nkZdhXVr/wBf1qdZRRRSGFFFFABUdzClxbywSGQJIhRjHIyMARjhlIKn3BBHapKKHqBxPgn4
VeCPBniC917w5p+oWmo37Fr2WTWLycXTHJ3SrJKyyNlmIZgSCSQea0fGXgTwv4uubW71ywme
7tUkihurW9ntJ1jcYePzIHRyjDqpJB9K6Wih6qzBaO6OAb4T+Gzq1rPBcaxp2mWGmJp+n6Zp
Wq3WnwWw8xnkf/R5ELM+UBz18sE5PS98MPh14f8AhxBqVh4WFzbaVezrcJYyXEkyW8mwK5Rn
Zmw2ATk9c9sAdNrOo2ej6ReatqEwhs7KB7i4kPRI0Usx/AA15X4Y+LVnZ/DuP4ofEDVW0jQd
bnA0u0h06WZbOHc4jMrxI7GSQAEk4QfKqjOSwpb6+vzf6sOXbT+kv0X5nS638I/AWteKb/xR
qOl38mr6hatZ3VwmsXkXmQMuxotqShQhH8IAGeevNVB8EfhmujaNpCaBcpaaHcSXOlhdWvBJ
aSSEFzHIJd6glQducZ5xkmtHw98UfBWv+MD4Q0zUL99cW2W6e0m0i7gMcTKGDu0kSqoIZfvE
ckDrxXaUWsl/XX/O/wAwvd/11X+X4HN/D7wL4X8A6VNpXhPTpNPsZpjO0Bu5pkDnqVEjttz6
LgVmn4U+BD4o1rxM+kXEmqa5bSWmpyyaldOtzC67WjaMyFNu0AAADbgbcYFO0n4peBtT1u20
i21edLm7nlt7R7nTrm3gupYmKyJDNJGscrAgjCMScHGaj+NGva34Q8IS+M9IkSe30X/SNR06
SMFbu1yBJtb7ySKuWU529QynIKqTVuZ7bX8v8rfgOKd+Vb/r/nf8TN0j4E/C3Sbq1ubDw7cx
y2trJZw7tXvHC28gYPDtaUgxne3ykEZYnGas6j8F/hvqPhHTvCd3oM8mjabP9otbcandKVkC
7VZnEodyqgKu4naoAXAGK7TQdUstc0Sx1nTZhNZX9vHc28mMbo3UMp/IirtVJNNp/wBa3/Ml
NNJr+v6R554m+Cnw08Sape6prXh+e6u9QtorW9k/tS7T7THGFCCQLKA5GxDuYE5UHORmu30P
TLPRdHtNJ09ZUtLOJYYFlneZlRRgAu5LNgdySauUUlorD8wooooAKKKKACiiub+Ifjnwx8P9
ETWvFuoS6fp7SiHz1s5p1VznAbykYrnHU4GeOtJtLcaTex0lZ/iLRrHX9GuNI1I3f2S4XbKL
a8ltnIz08yJlcA9CAeRkHINYnhL4ieD/ABTd6nZ6TqkoutKjSW+t72ynspYI3Xcrsk6I20rz
uxjGPUVV8M/FXwF4k1BLHSNe8yaWGS4t/OtJ4EuooyRI8DyIqzqpByYy2MZ6USS2Yovqi18O
fh34S+HtlNY+ELC70+zmbc1s+pXM8St3ZUlkZUJ7lQCeM5wKr6F8LfA+hazdaro2kT2Et1cN
dTQQajcpatMwwZPs4k8kOOzBAQcEYIqnp/xk+Ht+80cGr36yxaYdWEU2jXsMktmP+W0SPEGl
TvlA3AJ6A0vhb4yfDjxNf6VZaN4haaXWPM/s5pbC5giumj++iSSRqhde6Z3cjjkVWrfn/X+X
4eQtEvL+v0f4lSH4F/C2Lw3qnh0+GZJtL1W5S7vIJ9Tupt86kkSqzylkc5ILIQWHBJHFRaPo
HiHUfGkWleIfDNrD4a8L3yXXhzUWvDcTTqLcxqHLyPKXDO5LMF+6v3uTWxrXxX8AaNrw0XUd
fENz9tSwaUWk720dy4ysD3CoYUkxztZwQOSBUnjL4o+BPCGrf2V4h15bS7WJJ5lS1mmW2jdx
GrzNGjLCpZlAaQqDmlF6prr+atb5pbeQ2t0/6vo/k+oeLvhh4M8V+KLLxPrVlqMmsWMZitLq
21i8tWt1Oc7PJlUKTk5IGT3zXL6h+zt8LLrQJ9Fi0rVra1kna6RU16+ZIroqQLgRtMUMoz94
qffIrZ1z4zfD3RdZt9I1DU9TS8urh7W0WLQr6ZbqVCFZIXSErKQSAdhbk11MfibRn8IyeKhc
yJpMVrJdSSzQPEyRoCXLI4DKRtOQQDx0qXZQb6f0/wDgjV3K3X+l/wAA5J/gz4IvNTfW9Ytt
T1DXbjTRp17qH9sXsTXMPliN1KrNtCsBkqOMnPXmo5PgX8MX0TSNFOiX40/RrhrnTYF1y+At
ZWIJdCJsg5GR6EnGMnJ8NPG99q3w8uvid4mne10W9Rrqy0+2snlaztEZgrv5atJLIwwzYG0A
DAGGZtLw/wDFfwNrnii48MWWo38WsWtsbq5tb3R7yzaCEAHzHM0SBFwRgkjORitHdS13/Ld/
hr6akqzXl/S/HQt+Dfh14R8Ia9q2u+H9PurbUNYcvqEsmo3M4uH3FtzLJIy7sk4IGQCQOCa6
yvPrP4zfDq8YJZaze3UrgPbwwaPeSS3SEuPMgRYi08YKNmSMMoxyRkZi0L4neFviLp01j4B8
S30d9OJFtL9tDuRbiWMBihaaJY24xuQMG2k4KnDCell0/Iel9ep6NRXE/Bbx2vxA8HHUpreO
01Sxu5dO1W2jJKw3URw4XPO05DDPOGAPINdtTaEgooopDCiiigAooooAKKKKACiiigAoqO5j
eW3lijnkgd0KrLGFLISPvDcCMjryCPUGvnX4Ia18QPHHj34j6Bq3xN8QwWvhfVvsVk9rY6Yr
yJvmXMha0YFsRr0Cjk8Ur6tdlf8AJfqD0V/Ox9HUV83fs4/FbVrj4ceJvH3xQ8Z6ldWGlatJ
p2F0uIxQxgRFZWW2g8zdlyCSdoB6A817B4Q+J/gfxZrMWj6HrTT301kt/BFNZz2/2i3JwJYj
KiiRc8EoTgg56Gqte1uyf3q/5ag9L37tfc7fmdjRXI6N8S/BGseJv+Ec07XFm1BpZoYv9HlW
CeSHBljinZRFK6AgsqMxAySODjLufjP8PbXW7LRbrUtVgvr+9exs45dAv1FxOj+W6RsYdrFW
4OCQO9Ja2t128wel79D0KiuL1H4qeAdP8Wf8Ivd+IEj1MXUVm4FtM0MdxKCY4XnCGJJGCthG
YMcdKzJvjf8ADmHWIdHfUdZOoTwG5gtl8Oai0k0IzmVAIPnj+VjvXK4BOaV1a47O9j0eiuI8
U/FnwB4ZJ/tjXXiVIIrmdobG4uFtopSBE07RRsIQ5I2+Ztz2qprnxp+HOja7d6Je6zem+tLT
7dMlto17cKtttDeeHiiZTFgg7wSvvTem/wDVtxLXb+rnoVFcN4g+Lfw/0LTNB1PUNbm+x+IQ
p0qa2065uVui2Nqr5UbYc5GFOG68cGq9p8Zvh9eahqOnWeoatdXmmXAtby3g0C/kkim+b5Nq
wklvkc4GeFJ6Amh6b/1bcOlz0GiuF8E/FzwD4zYf8I7q93dQnzP9Jl0q7t7fMahpF86WJY9y
g5K7s45xV7wb8RvBvjDUHsPD+sG6uVg+0oklrNB58O8p5sJkRRNHuBG+PcoOOeRl2ewHWUV5
5e/Gj4e2Op2Wm3t/rFrdX121lZrN4e1BBcTq+xo42MGGIbg4JxUd/wDHD4aWFzrtvd63fxSe
HyBq2dEviLTLhF3kQ4wSRg55HIyOam6tf+v61Q7PY9HorO8Na1p3iPQbPXNJlllsL2ITW8kt
vJCzoejbJFVgD1GQMggjgitGqaadmSmmroKKKKQwooooAKKKKACiiigCprNzPZ6XcXNrpt1q
UyJlLW2aNZZT6KZXRM/7zAV81fA7wZ8R/BnwB8Z+CtW+HuqNq2pPdvZCHULBo5PPhWNQWNwN
u0glsjp03HivqCipcU+ZfzKz9ClJq1ujv/X3nyho/wAJPiDc/s5+EvCl14du9P17whryaqbS
W9tWi1JPOlcpE6SsAwVxgybBnI6HI1vEXw18eavZ/GLxMPDtzDfeMra3sdL0Vru289VjUKZZ
nEphXpnCyMcZ4zgH6Zoqp++5N9b/AIpJ/ekTD3bW6fo21+LPmH4X/D74l+EpfCdlqfhiTXfD
VxZxLqVje3FlNd6BqESiNbq3ldzlMZZFRzsDvhVOAc7Qfgv4/i8K+EPhvcaYYLPw94tbWZ9f
N1CYJ7dWLII0VzN5jbsYZAAR97HNfUWuatpehaTcatrOoWun2Fsu+a5uZRHHGM45Y8Dkge5I
qLwxruleJvD9jr+iXX2vTb+ETW03lsm9D0O1gGH4gVSk+ZzW/wDweZfc1p5aa20lxXLy/wBb
Wf4PX7927+F/Ejw/8V/G3wg8Y2uqeDYE8S6pFb6bb2lnewLFJHDdyyicM8pATy3QYLbywb5V
GDWNq/wr8Xv4z8E+KbzwvrWraXH4Tj0HWtHsNcSyvLYohBIdLiNJI2JGVEuDzkV9EWPibQr7
XNX0S11KGW/0ZYm1GIZH2cSKWTcxG3JCk4zkDGcZFZnhf4heEvEuox2Gj6jPLLNG81s8tjPB
FdxoQHeCSRFSdQSvzRlhgg9CDURS2Xk/wa/FNv8AIuT7+f4tP8LK343PDvG/wt164+JXwyn0
LwHrVr4V8OWEkNzHY69HFPbCTdtjSY3KTFlyNxVsdQpcdeKi+EPxST9mTXfh+PA18NZvPEq6
hAralZMnkYU7mcz9RswR1yw68kfaFFFtGu//AMkpfmvuC+qfb9E1+TPk3w18HPHsvxE8aTXe
lazZWPifwi2l/wBr6hfWski3jxR72kSKZiqblZQsYKgYAAXmu5/Zy+Ht94dTQpfFPgTV7DxJ
o2nyWB1e58RG7tWh3YVbeITvtDDB2GONVwcHOBXvNFWpW/L8/wD5J+ViOVWt/WyX6L5hRRRU
lBRRRQAUUUUAFFFFAHMfFnRrzxD8L/FGhaeoa8v9Jube3UnAaRo2Cj8TgV8++IvD3iT4h/sT
+FfDPhHQ59S1VVtreeAXEMP2drZmSQSGV0wQyEYGTkjjvX1TXHa7qvgH4dXsmp6ne2WiXHiC
8jjMYZs3twSEDLCudzncoZwucBd5woxPLdtd+X709PvuVzNWa6X+5rX7rHingTwL8RfCvxn8
TeMdH8E6mba78Lra6adY1uK5JvEiiYJK5uZJNheMqMEgcD5V5Hv/AIAufE954N0u68Z6baab
4gkgDX9rayb4opMnhTubtj+JvqetTeKPEmj+G7aCfVp5lNxL5NvBb2stzPO+CxWOGJWkchQW
O1TgAk4AJqnF458Ky+EU8VxaukmkuwjSRYnMjSl9ghEQXzDLv+Tytu/d8u3PFXzXVu3+bf43
/IhRt/Xkl+n5nkXxP8AeKPHfjnwYbDwpfeHrbw/qqXt3dzayjae6QtlFtreOU4ZyT+8aCNgO
vpWj471zxu/7L3jG7+JWh6do+vT2t1Zw2dhN5iSCX91Bj5nyzFwMAknjgE4Hp2jeNfDOr6Jf
axZ6kVtdPd470XNvLbzWzqMlZIZFWRGwQQGUEggjORWfpGoeCPiDqaXcUMt7f+G7oH7NqFlc
WstlO6Bkka3nVCG2nKSFeMttP3qhwvB0+j3+dtfy8i1O01Pqv0vp+PqS/BvRb3w58J/Cuhak
gS9sdJt4bhP7kgjG5fwOR+FdZRRWk5c8nJ9TOEeWKj2CiiipKCiiigAooooAK8d/a+8J+J/H
Hwgk8NeEtEm1XULi+gk2pcQwrGiEsWZpXX6cZOT0xzXsVFTKKl+D+53KjJxd0fNPhT4W+Ob3
xB4+tRpt94W8NeIvDi2AbV7+K+v5rzyRGH85JJpBEoDDY0mMMNq8/Kzwb8MPHtxrPwvj1Xw8
mlW3gHTrqK5lur2F49SmddiJF5TOwjbALGRFIBPyk8V9M0Vd9U/662+7mflt0ISsrf10v99l
57nzhrfhjxm/xL8R+MofDF74d8Nt4NurK9XVL22unkkVJCkdqI5JWgiBKttUxqdvK5xXEfBX
wj4r8d/Dv4LQ2miNZaN4c1SfVbrWHuoSkipOzLFGgbzdzEMpyoUYBye31zrul2Wt6Nd6RqKS
vZ3kTQzrFO8LMjDBAdCGXI44IrL+H/grw54C0IaF4Vs57LTVkMiW8l7PcLGTydnmu2wE5OFw
MknGSaIPlevS1vVOT1+b09LBNcy++/o4pfofMvxe+GnxX8UeLNbuoPAUP2ePxRa3+nvpt1ZW
0VzaxCQPJKDKry3DbkIaYHb84UqGIbu5PBPivRfjv4u8TXPgf/hM/CvjDToEntmuLQvaSxqg
EUsc8iq6fKeVLY4xnGD9AVkeKPEmj+G7aCfVp5lNxL5NvBb2stzPO+CxWOGJWkchQWO1TgAk
4AJqY+4l5fqlF/fZfMqXvNv+tHf8NTyH48eEfGGvfFH4VazoXhWa+sPDV8bvUXt7u2RI1Zov
kQSyIzECMn7oGCMc5A9O+LOjXniH4X+KNC09Q15f6Tc29upOA0jRsFH4nArV8M69pHiXRodY
0S9S8spshXClSGUkMrKwDIykEFWAIIIIBrSonG9N0+9394QlyzU10t+Df+Z8++Abzxpqn7Pv
gPRfCehWl/Z3Wmz6PrxnmWOawZYmhDYZ1+7KPnGGbaDhSaqav8NvG2u/Gr4m3jaLc6ZoviXw
ydGsNVa6t2USCONd7IkhkVGKkfdJx1Ar3vS9C0nStR1DUNOsktZ9SkEt55RKpNIBjzCmdu8j
guBuYBck7RjSqqn7yTk+t/xVn+tiYe4kl0t+Dv8Aor+h4B8APAGo+GNP0m68SfDzXIvFGh6X
NZDUZfEYuoJ4snbFbRG5ZU3/ACnayRIvrWp+x74R8U+AvhhfaD4x0OXSLsapNdpvuYJUeN1T
BBikbGNpznHbGa9rqjr+kadr2j3Gkatb/abG5UJPDvZRIuQSrbSCVOMFehGQcgkUOTu5Ldq3
43/MFFWS6Xv+FvyPIP2RbC6Hh3xh4lkiMdn4i8VXt/p5P/LS3LBVkHsSGx7DPevbajtLe3tL
WK0tIIre3hRY4ookCpGgGAqgcAADAAqSjSyS6JL7lYOrb6tv73cKKKKQwoorl9S+IHhTTPHG
n+C9Qv7i01vUiwsoprC4WK5KpvYJMU8piB1AbgkDqcUbuwdLnUUVjeNfFOgeC/Ddz4i8Taim
naXa7RLOyM+CzBVAVAWYkkDABq5oWqWmtaTBqlit2ttcLuj+02kttJjOMmOVVdenGQMjBHBo
WuwPQu0UUUAFFFFAEdzI8VvLLHBJO6IWWKMqGcgfdG4gZPTkgepFfPXwF8P+PvBvxA+Juva1
8PNZW08Sag2oaeIr7T3kwHmYRuPtOFciRcclcg5I4J+iaKVt33TX32/yQPVW80/uPjXS/CXj
PwL+yd8UNC8YeFbvSZryeTUYpzd2s0LK7QKI/wB1Kz7/AJSeVC4754rsvhp4M8WeLfF3wx8W
XOkSaFovhzwetst411E730ssBRfLVGLBArB8uEOcjHevQfGPjX4XeN9J1jwlrlt4q1G0t3VN
UtLbw/rEZiON6rKYYQwBGGwTgjB5Fdx8O9P8PaZ4J0m28JtMdCNqkmn+bczTEQsoZAGmYuF2
kYUn5RgADGKaSldvayX4SX5PT0CTe3dyv83Fv8Vr6nzx8JfhxffDTQzL468C65q83hG7u9S0
7WbXxAXszAELl47X7QCsrDcoXyQGJG5hyak8cab42vvFHwz8XS/DrxDZWPh7V7nUdYeeeyLL
9smRj5aR3DuyoSc7lUgLkgc4+oqKak1KMn0s/u/z0E1dNd7/AI3/AM3958/fDbwJ4r8HeO/G
mm634Gh8WaFrniBda03VHuLZo7eVmJ3TJK/mKyZBDIjnIOM540PE/hPxddfte+G/HNr4Zu5v
Dmn6O2nz3wubYAO4mO4IZRIVHmKD8ueDgEYJ9m1nUbfSdMm1G6ju5IYQC62tpLcynnHyxxKz
t17A+tcMnxq8APDp0y3PiExaowTT3HhfU9t2xUsBEfs+HO0E/LngE0oaOKX2dPvXKvw0HLXm
b6/58356nkH7Svw9+JvjXxR4sttG8F21xpd3pdtDpt7Y3FpbS3MySxO/2p2kWWRQFkVYzmPO
xsbgGGNr/wAMPHurfEG41q9+HXiV9Nk8FJoix2eu2drKboQqvzlLtd0OcghtwPdGFfXgOQCM
8+oxXNa7440DR9Sk06caxd3UQBlTTNFvL8QkjIWRreJwjEEHaxBwQcYINSopR5P62a/Jv8Cu
Zt8y/r4f/kV+Pc+dPHvw2+MGq/Cj4V6K+ii613QL8Xl9Lpb2MK2MSn92iq7pG8qrgYVShKnJ
PU9d+zh4G8V+AvGPxLu9S8LatFp2rXIutLkn1C2uJrkI0vyu3nE+a+8HLkDrlhXv9vI0tvHK
0UkLOgYxyY3ISOhwSMj2Jp9XP3nK/wBq9/nb/JfrczSXKl0Vvwv/AJv9D50+Avww8Z6f+zh4
t+HXiTTZfD2q6pJeC3me5hlQrPEFU5hdyACMMDjg8Zqn8NPA3jbwj4Jtb+z+Gd2/xF0LSpLK
zvdU8Sm4sJ03gCOGMXJCBl+bYViVSOueK+l6KG2235Jfcrfk2Vvv3b+93f5Hzt8Q/Bnj3VPF
Xwu1az8IXVxFo+u3Ws6qsd7ag2qz3AkEXzyje6rndtyuRwzV558Rfg58S/EPif4sXsPhTWha
eIJIJNJhj1KxjiuZIpFAef8Af7goXeyqeCSCw3Kor7MoqOVfn+NvysrDTf5fg2/xu7nMfCay
1HTPhj4a0vVtPl0+/stMgtbi3lkjdkeNAh+aNmUg7cjBPBGcHIHT0UVpOTnJyfUiEVGKiugU
UUVJQUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFAFfU/+Qdc/9cX/AJGvI/hRrlz4f/Zd8JX1lZ3l1dPp
sMMItrCe8MbOSPMaOFWcovLHA5xjjNes6zp1tq2l3Gm3bXKwXCbJDbXUlvJj/ZkjZXX6gis/
wV4V0XwboMeh+Hobq306E5ihnvZrnyhgDapldiq8fdBAHPHJpL7Xnb8L/wCY77eV/wBP8jwz
4V3/AIUtviL8WbCeLXF0qbS7OW7mvdJu7eSRFtpTcSSl4lKO5Zm+baWySoIHFv4OjXtL8ReC
NP8AF0TX2hSadL/whF+jKJYo2i3iG9VQB9oFsNoZCUwH+8x3D2u08MaFa63rOtQ6en27W0ij
1F3dnWdY0KICjEqAFJHAGc85rM8LfDvwj4YvYbvR9OuI3to3jtEn1C4uIrNHPzLBHK7JADgA
iMLwAOnFVF2d/Jfhf/PTtr6EyV1/Xl/lr306nV0UUUhhRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFe
Z/tMf8kvH/Ya0v8A9Loa9Mrn/HHg3QPGunw2HiKG9ntYZVmWO31G4tQXUhlZvJkTcVKgjdnB
GRg0dYvs0/uaYdGvJ/kc38SdN8TW/j/wn4y0LSJtettMju7S+06C5ihm2TqhE0ZmdI2KmIAq
WU4bg15j4X0nxZ4g0m7+IHhzQJRCfHp12z0WS6iR722EAtpHWUOYtzNvkU7ihxwxBBPuOu+D
NA12wsdP1iK/vbOzUItvLqVyYrhfl4uE8zFyPlGRMHzznqc2vEPhzStd0hNJvlvIrJCMR2N/
PZ5AUrsJgdCUwcbCSp4yOBSj7ruum3/gSl+a/PW1gfvKz+f3Nfkzzb4Uvd+Jvip8QPE7eH5t
HsHWw05Y74wTGW8tfMLyHyZHQmMuifK5IKYJDKQLPwsXxBpnxf8AGmkeK107UdUurWz1GLWL
KBoFktT5kUduYWZ9nlukpHzsWDEk5rt9b8FeF9Y8H/8ACIXmjwJoQEYSztWa2WPy3DpsMRUp
hlBG0jpVrw14c0nw7DNHpkNxvnYNPcXV3LdXExAwu+aZmkcAcAFiAOBgVSsn8revn5a/hpsJ
6p93b8Lfforeuu5rUUUUhhRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABXnfxJ03xNb+P8Awn4y
0LSJtettMju7S+06C5ihm2TqhE0ZmdI2KmIAqWU4bg16JWJ4q8K6J4pS3i12C5u7aEkm1F7N
HbzgkErNCjhJ1+UfLIrDrxycp3umv6/r+tR+TOF/Zye61Gx8X+KG0yXS9O1/xHPe6fbSOjsY
hHHGZd0ZZCHeN2yrMpzkEggn1WmwxxwwpDDGkcaKFREGFUDgAAdBTqp20S2SS+5WJ6tvq2/v
dwooopDCiiigAooooAKKKKACvHf2hPCdz4v1fS7TS28rXbDR7/UdGnBw0V5DPZPEQe2cFD7M
a9irnbvwXoV14wg8WTf2r/a0CbInTWLtIVT5cr5CyiLaSqkrtwxUE5IpNe8ntb/J2fyeo07f
1v5HgPxW8VwfFn4G6prcKqtjo2gNdX8Gc+Xqsn7vySOoMKiUkH/nrER0rvvG2t/EPWfH03gn
wNfWOlnTtFt7+SeW9SCWZ5mkQY8yzuVaNfLGQAjZYfN2rtNa+G3gzV/Dt74eutJki0u/vJb2
9t7S9ntVuZpCS7SGJ1Lgk8qSV4HHAxFf/C/wZfDSXuLPUjdaRG8VjfJrN4l7FG+dyG5WUTMv
J+VnIA4ApvV9v+Gf5Nq3khbJeV/zX5pO/mziXu/iBffEjwp4b1Hx5Npcl/oN3cammgw2ktuL
q3lijJie4tncKS7blbOCMDGDnI+IHi/xf4Y1UtpvjbWPEB0rUdLsdSih0iyhsYPNkiRxcyMP
MeaUOWAtyBHldyqCCfVl+HvhRPFOm+JobG6g1LTLUWdm0Oo3EcUUAx+7EKyCMqcDIKnJAJyQ
Ko+IvhP4E1/UdQv9T0q7abUZYp7sQardwRyzR7RHL5ccqoJF2LhwA3HXrTT1i+zu/P3r/lpY
TWjXkl+CT/HW5zuv+MdZ8F/F4jX9bmufBupRG3hSWCIGxvRGZkRWRFdlkRJAAxY7gBnmuG0f
4g/Ey4g1Cyk1eBtY1TxtPoFok5ht7fTIo4Wm2xyLbyEyH/VhpUlBIHyjJr2hPh34T+1XFzPY
3d7JcS200n27Urm6XzLcgwuFlkYKylRyACec5yazU+D/AMPRomraNLo11dWOr3K3l5Hd6rd3
Be4Bz5ytJKzRyeroVY4GScCpirb/ANap/fa6v2t5lSd9v60a/wAnbq7nCeLb74s+HPA4GueM
rW01MeILC3gm017a6nazup0iIuPMs403DL7GSJAcDIODn2DwvpWqaTBcQ6n4mv8AxBvl3wzX
sFvHLEu0AoTBHGjDIJB2g84yeKw9V+F3g3VdEh0fULTVLi2ivFvgza3e+e8642SSTCXzJGXa
u3ex27VxjArsoY1ihSJS5VFCgs5ZsD1J5J9zzVJ6P1/CyX5p/eS1qv61u/0a+48ISbxtZfEv
4wap4R1Lw3B9jksZpLfV7GWRZitgjf65Jk8oYB5KPVHRPiD42+Ja6Zp/w2isfC9uvh221LyZ
LyOCRXkkli2LvsrhXhQxY4WMncvIBwPQ7r4LfD66bUzc2euzDVmDaij+JdSKXhAwPNXz8SAA
AAMCABjpWvrnw38GaxNpNxPo5s7jR4Tb6dPpl3NYS20JXb5SPbujBMcbM49qlL3Un0S/BNP8
bfcU3rp/Wqt+Cf3nlHjnx5458H+KPDUut+IDJC+hXVzrNvpMEE2nQ3EEkURmZniFx5AaQmRU
JcbeAAGr2jwJaarZ+GoI9Y8UDxPcOzypqQtY7fzYnYtGNsfynCkDcPvYz3rNn+G3g2fxBZa6
+lzi7srI2Fuq39wtulsRgw+QHERQjGVKkHAznArI8MfCrw94Z8c6drOg6W1nb6dpjWUM761d
3EpjLE/ZvKlZkWBeHGGzuwAFA+aovo/P82/8l/noS128vyS/zfnptudzrmoW+k6Le6pduEt7
SB5pGPZVUk/yryTxHps+jz/A7SrtFS4tNSWGZVOQHXTZwwHtkGuz+JHgebxrqugJca7qun6N
p80lxe22n38tq9642GJGaMg7VYFsggggYxnI5/x98FtG13QiNJ1rxTY67aN9o0q/n8TahcfZ
bgAgMBLM4AIJUkDO1jilHR3fdfg7/r+BT1TS6pr71b8P1Oem8b+I7f4qaImn+JtV1zQtS8Sz
6VcZ020g02ECKU+RE+PtMksbRjdKCYmIYcEFRmweIfGx8AePPHOk+Im0u58NazqH/Ele1hlt
rlbeTe4uHZDNudThSjoFXywAcEn0l/g/4CkvFvTpmoRTpftqMfka1exJDcuWLyxIkoWMsWbd
sADZ5zWjqnw28Ganr1zrV5pDvc3bxveRJeTpbXjR/cae3VxDMRgcyIx4HoMKKailfW3/AMj9
9mnvvdXBtOV7adv/AAL7tGtuztodFol42o6NY6g8D27XVvHMYn+9GWUHafcZxVuiiqk022lY
mKaSTCiiikMKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigDO8TDVDoF7/AGNeWtlf
iImGe5tjcRoRzkxh0LcZ/iHOOvQ8t8GfEt5q/wAFfD3inxPqMclzNpi3V9dyKkS8AlnIUBVG
BngAV1fiKa5g0O8ltNOudSnETCO1tmjWSUnjCmR0Qdc8sOleb/DHwbrV18CdB8G+Io9Z8KX+
mJFFMYZLKZpTEQwIz58bRk44YAnbyAOqX2v+3f1v+g3b3fn+hH4D8ZeM/E3jP4i6aYoLT+z7
WyfQrO4jC+SZ4pGV5jt3bm+RmU52/dAyDmh4e0j4s6J8U/D2k678ZD4msp4bi8v7BfDdpaYg
jUKCZF3MMyyRgAYyA3PFafwz8DeKdA+MfjXxBq2u6xf6bfw2KWs919i/04pEwYusMSspjPAw
EBBOd/Udj4b0u/Xxj4j8QanB5TXLw2dgC6sfssKbg3BON0ssxwecBc1UdGmu39eV7v7vwl3a
af8AW1/Pv8zpqKKKQwooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACvOvj7rXijw74SstX8Nava6eE1Wy
guxJZCaSaOW5ijKozNtj4ZskoxIPG0816LXnH7Qmm6/rXgeDSfDvh291q6k1KzuGFvPbxCJI
LiOVtxmlTkhCBtzz1wOaNpR9V911f8A6P0f5Fvx/repP458M+BtL1afRX1iG7u5r+3iikmWO
3Cfu4xKroGZpASWRvlVgACQy8Nq/xC8ZaZ8O/EsNxdF9S8NeIY9K1PW4LISvFYMI5Gv/ACFU
qZFikBZQpUEFtu35a7b4n6SPEmmaI0ngDU9W1GOT7RaOmrpp7aVMVAJluYZhKgwxB8gS52ng
/Lnmp/hprXhf4WppPh0trWoXGtx6t4gt5LtlbV0ZwZ7cSTMTtZQqASudyrh2O5jSV1v/AF7y
/BK6dvXd6N2drf1o/wAb2tf8kbvgPVPEGqaV4h+w+KI9b0lJYho3iK7ihHmqyDz2/cokcqxn
O1gqqxypPylqi+CfiS88Qar4rjt/GMXjHw9YXkMGn6ofs4mMvlAzxN9nREdFO0q4UZ3sMsAD
Wd4L0fxF4LsfFeseFvh/cW1je3VtLp3hN9RtoXjfO25lQo7wRBgQwjD4Pln7pbA3fA3hy5b4
j694/uNBl8Otq1jbWbWM7wvPK8LSEzymF3jyQ6ouHY7U5x0FL4vK342T+fbv36ol/D53/X8P
np0XRnoFFFFIYUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAV514b1rxQ3x48R+GtV1e1utIh0a
2vrG2gshD5HmTSodzFmaRsIMnKr6KvOfRa8z0iz8Rp+0Jq+uzeE9Th0S60aDTotQa4tDGXil
mkLlBMZQjB1A+TOeoA5oj/Ej8/8A0l/rYJfA/l+a/S5zOt+NvFsvhDxV8StJ1147Tw1qtzb/
ANgNbQG3uLa1k2S+ZIUMwlYB3VldVHyDYeS3t1rMlxbRXEf3JUDr9CM1414r+Ftn428VajA3
hTUvDek3d9Hca1dtrTomseWeBHZwTNEQ+xd0syq4HRCx3J7SAFAAAAHAAoj8Cvvp+Su/m+nT
5hL43bz/AD0Xy79fkFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABXD+MB4l0PVbrxS/iq5Ph6MQxy6VFp8OLW
I5WW580qXZkLLJz8gRHBVsgjuK80+K+n+J/GOo2fg6Dw7exeFjcLca3qD3FsFvreMCQWkKCT
zMyPhGLqgChuSDSe6/r+vz7a2Guv9f1/V9DhvhL461jxTfeIdCs/idca7qDa9Pp9hJDFp8ht
NOjCub7EUIBLDdGrsGjLsnynkH0W48caN4A0+10Tx14rutV1i3sjd3l9BosxHkeYVE8y26Ok
C/w7mKqSpPHOPL/D/gvx3Zya34l03wRfaV4jsvE9zrekR3N7ZiO9spxGkti5incIzImRuGxW
RDu61rfGLTfiV44sdX02Pwj4ih0i+0B4tPsYtXtLUw35Misbxo7jMiFdm1FZ4zu+dc8qOTUI
2Wtlf/wG/wCf4+VmCV5O+1//AG7/AC/DzTv6n4t8eeFvCwT+19Qm3vbtdeXZ2U95IsC/emZI
EdliH/PRgFzxmktfH/hK68R6Z4fg1bzL7VrT7bp2LaXybuHbu3RTbfKc7ecBicdq4LTdN8Za
H4qtfEn/AAg17q+nat4dttK1PTBdWYu7GW3Mm04eYQyRyCU5CyEjjI7VF488J+KtQOmQeHfC
Ntpmo+H7KG90e8tZYI9Phuo5Mm0Vd4kCNEXiLeWqndnAHS2kpW6Xf3a6/gn57btEJtxv1svv
fL/m/uud8fiL4NHiDW9COsEXuhRpJqebWYQ2wcKUVptnll23DCBix5AGQcLpvxB8L6haapPb
3GoiTSYxLe2k2kXcN5EjDKv9meITMpwcFUIODjoa8S1D4Y+M9R1D4g2v/CLEpqUml3tpPqE1
q1pqk9lIHmSREkZlWdixG5MYPzBeldxpWnaho+iz33hf4Eab4euryJLO8tLaXT7e5beCXkWS
JvLeKM4ADMrvuJ2rtAfPXl87fjb8r6d1u9GaK3N5fp1/rrt0Z0ln8W/BN3ey2UEviA3MVkb9
on8M6ij/AGfnEoDQAlTggEdSMDJrovBnifRvGGgw67oE11Pp0/MM09lNbeauAQyrKisykEYY
DB7GvMJdK8X2PxQ1XU7bwNqt1pqeD49FtZ4ryyC3E8byP8oecOqHeFBYA5ByAOayfgL4O+IH
hzVfCdvPpviHQtJ07Q3tddg1TXUvbe8uMKIzawrPKIgpBJI8sbTgLWiSba/reX6JfNmbbST/
AK2j+rf3HTftBa1q/hq58J6la+Pbrwvpd/rUOm6i3l2XkpC8crmXfcQvsYFFGSduO2ea1tFv
tc8SXkHjGz8Xy6X4StZmKW8tlD5WqWaw83DSOoeLMhZldSFMaKduG3VQ+OVl4j1TVfB0ei+D
dS1210vXIdUvZYLizRPKWOVDGFmmQs53g4xtx/Fniue1DwP4t0zQ/E/wz0bSbq58GeILGUaR
eLcwBtBlmBD28qPIrNbqTuUxh2UErhuMZxbUZd7u33L/AINum/Wxo0nJLpZX+9/jt5/id/D8
UPBcklxF/aF9HNDCLhYptJu45LmMuED26NEGuVLMoBiD53L/AHhl/hT4leEvE+qHTdHn1d7h
Z5LZjcaHe20azRrueJpJYVQSAAnYTu46VzXwi8NpY3NldXHwa8P+C9Vtbdkvb+3gsiZ2xtxb
vAd+1vvMZAmBhQGyWW18DLLxFpsvi2LXvCupaMuo+ILrVLWS5uLWRXimK7V/czOQ428ggDkY
JrSy5reT++/+WvyM7vlv5r7rf5/mel0UUVJQUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUU
AFFFFABRRRQAUUUUAFFFFAFLXNW0vQtJuNW1nULXT7C2XfNc3MojjjGccseByQPckVF4Y13S
vE3h+x1/RLr7Xpt/CJraby2Teh6HawDD8QKtan/yDrn/AK4v/I15H8KNcufD/wCy74SvrKzv
Lq6fTYYYRbWE94Y2ckeY0cKs5ReWOBzjHGaSekr9Lfjf/Idtvn+Fj0/TfEeial4g1XQLHUI7
jUtJERv4EBzB5oLICcYyQpOAcjjOMiqsfjHw9N4sfwta3st3qsQH2iO1tJp47UlSwWeVFMcL
EKSFkZSeMA5Gfn3wp4itvDviH41XHhi3103sOh215bS3uj3UMjzx2srPLN5kS7HaRi+GC78k
qCBx1XgC18SfD6b4aadZeI/7c0LxGkkF7atZRRrHM1u1yLqJ0XzCSUff5jybi5II4xUVd/d9
7vb8v+GJk7K/r9ySb/M93ooopDCiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKwPGPjPwv4Pis38S61a
6cb64S2tI5CWknkZlUKiKCzcsuSBgA5OBzW/Xmf7TH/JLx/2GtL/APS6GhfFFd2l97SDo35P
8jtfFHiTR/DdtBPq08ym4l8m3gt7WW5nnfBYrHDErSOQoLHapwAScAE1i6v8UPAekeA08c6h
4gih8PtIIftPkSswkLFfLMYUyK4YEFSoKkHIGDWZ8SdN8TW/j/wn4y0LSJtettMju7S+06C5
ihm2TqhE0ZmdI2KmIAqWU4bg1kfs9W/9s2/ifxfc6KbCy1bxNcajpEM5jkZF8lIGnVkLJmQr
IdyMQQxwxDZKjeV/L/NK3zTvf5dGOVlb+uj/AFVrf5o3fA3xj+G/je21W58M+I/t0GkxLNfS
NZXEKwq2duTJGoJO04AyeOldB4R8X6B4qa/j0e5uTcadKsV5bXdlPaXEDModd0UyI4DKQQcY
PODwaxPhvB/bVvrXi2dYZG1u/Mll5ke5Utbc+XbHGeQSjTDpzLxisH4WL4g0z4v+NNI8Vrp2
o6pdWtnqMWsWUDQLJanzIo7cwsz7PLdJSPnYsGJJzVKzdvL8d/yvp5bvYl3Sb7P/AIH5/pp1
PV6KKKQwooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigArlNM+Ivg/UfEdt4fttUlF9eLI9l59jPD
DeiPG828zoI58Ag/u2bjnoCa6qREkRo5FV0YEMrDIIPY1wXii00vxN4p0RDJBDpfhPUVvbi5
3BUF0I2jit1PTI83c3phF5LHaL4kv6/pfjtoD+F/16f10NXUfiF4R0/xANDu9UeO6+0JavL9
kma2incApDJcBDDHIQVwjOGO5ePmGepr5r+I9n4s8PfDfxp4CvfCV3rDeJtbnGhanBe2/lyy
XcvmoHjeQTB4juJ2owxGWyFBI+j7RJIrWGOV/MkRFVnxjcQOTRHWCfp99k2vl/kEtJW9fz0f
z/RktFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFF
ABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQBU1nTrbVtLuNNu2uVg
uE2SG2upLeTH+zJGyuv1BFZ/grwrovg3QY9D8PQ3Vvp0JzFDPezXPlDAG1TK7FV4+6CAOeOT
VvxHPqlrod5caNa2d1fxxloYru4aGJiP7zqjkDGTwpz04zkYfwh8TXvi34XeH/FOrR2sF5qN
itxcLbgrEjHrtDEkD6k0L7T9L/jb8mD6fP8AQ1rDw3othr+ra9a2QTUdYWFb+UyOwmESlYxt
JKjAJHAGe+azfDHw/wDCXhrUFvtG0ySCWNZEt0kvJporRHbc6W8cjskCsQMrEFBwBjAFYHw6
+JE3ivxt4y0+W0gstF0OKzlsrlyQ88UyO5mYk4CEKrLwDtOT1wOf+BvxM8TfEzxNf6lZat4E
m8IwtKI7O0a5OsQ/NiLz1fCKCASWUEHGFJ5II/FZb2v8glote57PRRRQAUUUUAFFFFABRRRQ
AUUUUAFFFFABXP8AjjwboHjXT4bDxFDez2sMqzLHb6jcWoLqQys3kyJuKlQRuzgjIwa6CuE+
NXivxH4O8OWWraDYaVcxvqNrbXj3s0gaNJZ44sxxovzt856uoXAPzdKLXaXdr776fiGyb9Ta
13wZoGu2Fjp+sRX97Z2ahFt5dSuTFcL8vFwnmYuR8oyJg+ec9Tnbe1t2sWshGI7cxeVsjJTa
mMYG3G3jpjGK5Txx4k1S18T6F4Q8PSafb6vrCXFwLq/t3nht4IAu8+WjoXYl0UDeoGS2TgK3
P6f8V107wZrl94tskj1nQdW/sa4trEgLe3LBDEYA7fKsiyI2Hb5BuyxClqTaad/+H1t89Xb1
Gk01b/huv5K52Ot+DPDWs+DU8H6hpu/RI44Y47aOeSIosJUx7XRg4KlF5BzxVrw14c0nw7DN
HpkNxvnYNPcXV3LdXExAwu+aZmkcAcAFiAOBgVzPgXxH4i8ReGb7WrbV/BmtyyP5dpbaJcGe
Czkzyk115hE21WRjtjjPBwpyKl+G/iDxLqXiDxPomvtpN+mj3EMUGq6XbvBBMzx7pIWjeWQr
LG33sORh16HIq3e7vvv+X/AJVrK2x29FFFSMKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAjuYU
uLeWCQyBJEKMY5GRgCMcMpBU+4II7V5jof7Pnwh0XxNbeJdP8JFdWtbkXUVzLqd3MRMDneRJ
KQxzzyDzXqVeeReJPGlr8TNF0PUYdEudP1eC5nls7SJxeaVGgBjlmkMrJKjHKHCJh2AUuASS
Okk1v/TB6xaex0um+ENAsPEdx4ijtJp9Vn3D7VeXc108KsSWSHzWYQoSeUj2qcDjgY3q8g1z
4leJoND17x1plvpE/hXw/qUtnd2D28v26eKB/LnnSbzAiFW3ERmNsqn3wWwvrsMiTQpLGwZH
UMpHcHpQtYprb9Hqvv8A61B6Safn960f3DqKKKACiiigAooooAKKKKACiivM/HWv+PrH4reH
vC2h6p4Zt9P122u5Y5LzR57ia3NukZIJW6jDhjJxwu3H8XWjql/W1wPTKK8usNd+I0HxksfB
ep6z4Uu7GTSH1Wea30O4glKrMsXlLuu3AJ3Z3kHGMbTnNdzB4q8Lz+I5PDUHiTR5dciBMmmp
fRtdIAATmINuHBB6dDQtUmut/wAHZ/iD0bT6W/HU2KK5dviL8PljvJG8d+Fwli4S7Y6tBi3Y
sVCyHf8AISQRg45GKZefEz4cWXk/bPiB4TtvPiWaHzdYt08yNvuuuX5U9iODR0uHkdXRXP3/
AI38F2GjWetX/i/w/a6ZfHFpeTalCkFx/wBc3LbW6HoTRq/jfwXpDSrq3i/w/p5haNJRdalD
FsaRS0YO5hgsoLDPUAkUAdBRQCGAIIIPIIqG/u7awsbi+vJkgtreJpZpXOFRFGWYn0ABNJtJ
XYLXYmorgfgv8Qm8fadrH23Tm0rVNL1GS3nsZARJHC3z27sCTgtEy5/2g3TpWtrHxF+H2jal
Npmr+O/C+nX0BCzW11q0EUsZIBAZGcEcEHkd6bVrX9QWt7HUUVhXvjLwhZS6bFe+K9CtpNVV
X05ZtQiQ3itgKYgW/eA5GCuc5FQJ8QPAbxahMnjbw00emkC/carARa5bYPNO75Mt8vzY5460
AdJRWLrni3wroU1nBrfibRdMlvv+PRLy/iha45A/dhmG7qOmeop2ueKvDGgySR654j0fS3jh
Fw63l7HCViLhBIQzDClyFz0yQOtAGxRUFheWmoWMF9YXUF3aXEaywTwSB45UYZVlYcEEcgjr
UWtJqcmmTpo93aWl8V/czXds1xEpzzujV4y3Gejj+lKT5U7gtS5RXiB8YfFpLPwBNLq3gpZP
F86xNH/wj91/oebd585+2/vOE24wvXNeop4z8IHXJtA/4SzQW1i3VjPYjUIvtEYVdzFo925Q
F5ORwOapq1/62/4cOtv67fob1Fc5ZePvAt9ZpeWXjTw5c2z3SWaTQ6pC6NcOMrCGDYMhHIXq
fSodW+I/w80jUZ9N1Xx54WsL23bbNbXOrwRSxt6MrOCD9aQHU0VgP428GJq1npD+LtAXUb5I
3tLQ6lCJrhZBmMom7cwbsQDntS61408HaJLPFrXizQdMkt3SOZLvUYoTEzqWRWDMMFlUkA9Q
CR0oA3qKpa2NTl0icaJd2VtfFMwTXdu08Knr8yK6FhjPRh1zz0rzD4Y+Ivit4s8D+HPGLXnh
GaDUZInutNh0ieGRIDNskKTtdsNyqCwzHzjFC1dvT8f+GDpc9corHvfFXhex8QQeHr3xJo9t
rNyFMGnzX0aXMobONsZbc2cHGB2NVfEHjzwN4e1A6dr/AIz8OaRehA5t77U4YJAp6Ha7A4Pr
QB0VFee+LviDp6W9pLofjTwbpWnzxiY63qsyz2bbmdUiiCzRCR2McpJEnyiM8HPGvD4m0vw5
4ds9Q8beOfDS/bm3wXxeOwtJlIBUQiSV8jbg/wCscnJIIGADvcDq6K848c/EyDQ/Emg2mjXW
ga5DeRSSXmnw6xaRagY2j3wTwLNPGjxna27nJBBXgGtv4U+Kk8W+ELa/m1fw5qGpquL9NDvk
uYLaQ5YR7lZvmClQecEgkcYoWt/IHpbzOsooooAKKKKACiiigDP8SXkVhoN9dzRXUqRwtlLW
1kuJWyMYWONWdjz0ANeVfCnRda1r9nDQPDEDz+H7+2torXUItZ0S4AZV5kiMTNCzIwIUsrYI
LDJ5x7HI6RxtJI6oigszMcAAdSTUGl39hqmnwajpl7bX1lcIHhuLeVZI5FPRlZSQR7ihLfzt
+F/82O+3z/Q8b8A6b410L4ufEvXfEMUWoaebGxciw0CaH+0THbvhLbfO4JXlWXL7mYcp0O9o
ul6P4j+L1l4+0HQ9S0qW20+e11S8vNJm0+S+L+UIomSZEeTYEJ34IGFUE8hfR4b+xmv7jT4b
22kvLZUee3SVTJEr52FlByobacZ64OOlDX9iupLpjXtsL54TOtsZV81owQpcJnJUEgZxjJFC
3Xkv0d/6/QlrR/12t+RYooooGFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAV5f+0u88nw9gsbTTNX1C
5m1WxlWLT9MuLtgkV1FJIzeUjbQFUn5sZxgZPFeoVV1XUtO0q1F1qmoWlhbmRIhLczLGhd2C
quWIGSSAB3JxR1TXRp/c7h0fozz/AOK1ro+qf8I3r0MXjSDXbdml0efQdNb7UBIqh4ZfPiMM
SMCuRc7ACvUbTXD6l8MNZ0nwbpWta5bz+LNTj8VjxJr9myJcyzoYmi8uNQipK0KFCFVF3FDs
UZVa9017WdH0DTX1PXdVsdKsYyFe5vbhIYlJOAC7kAZJwOafbapplzpC6xb6jZzaa8PnreRz
q0LRYzvDg7duOc5xihe77y6Nfg0/xsr97dAfve6+36Nfq7Hk+kzppHizxz8Srbwt4ln0PVIN
PtTYQaPKt3ezIWSW4FrIFkKhZEUllDERuQCAC174ReGNP0vx54i17wno95oHhPUbS2VNPmsp
LGN71C4lmjtZFVohs8pSSi7iCRkcnvNA8WeFfEFnc3ug+JdF1a1tP+Pmayvop0h4z87IxC8A
nmpvDfiLw/4lsnvfDmu6XrNrHIYnmsLuO4RXABKlkJAOCDj3FOPuvTovwffy6r5dkJ6rXr+n
66a/8E06KKKQwooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigBHJVCwUsQM4HU14pbWOl+M/iN4W8
a+FvCHiDwvrltdySa9caho0umvLaNEymGZmULcsXWErtMm0LkleM+2VXub+xtru1tLm9tobi
7ZktopJVV5mVSzBATliFBJx0AzQtJKXb+vx6rqD1i1/X9djwvxV8Pz4l1fXfCng+/wDGuj6N
rOo+f4jSa2W30xQW/fCDz4RNI8uz/lg/lfMWZsYR/eoo0iiSKNQqIoVVHQAdBWXc+J/Ddt4i
g8OXPiHSYdauF3w6dJexrcyLycrETuI+VuQOx9K1qI6RSX9dPuXRdAesrv8Aq/8An1fUKKKK
ACiiigAooooAKKKKACvJfHuolf2gfA0qaP4hntdNttQhu7u30S7mt4nuEhEQMqRlCCVOSDhc
fMRXrVFC0kn2/wAmv1DoeQ6tezt+0pDLb6Zr6wjwzNpg1AaJdNax3TzpIgM3l+XjbzuztGCC
QeK4zSNC1rVfhr4Q+H1x4c1mw8Y+HddtrifUJdPlFsnlXG+a8ju9oik8xGb5QxdmcgrwSPpG
iiHu28tfmpOS/Fv1XpcJe9fz0/Dl/JfJ+tj5W8a6dr2qaL8aZbE/ECzGpXhFjpdt4bYw6mDb
RQhsyWjSEFkYEo64UBuMgn0D4qTxnQPh3e2Oga9MR4hsNSvRa6BdyTJFDHtd5kSIurAFAA4D
EDABwce00UR91RXbl/8AJdv6+4Je82+/N/5NueGePtEs4vi6dX8QaD4wu/DGraIltbXHh9tQ
T7JKJJZJkuIbNlk2y+YpyyMNw5xya5HwTpXgvwb43+IWhW/w81GOC50Oxt7XS7PS57+TbLFK
WhllRXEbOfL3GRwpI++QmR9Q1yXh7wNHo3j3W/GCeI9bu7jWVRLm0uBbfZ1WPIiC7IVcbAzA
Zc5B+bccGpcU48nR3/G/469h8zvzddPwt/lqYfwsv7vwlpfhD4Z69pusPqkWgxM+prbF7DzU
Ug23ng/61VRjjGCq5zzil+NM8+sPpPgGGHXYLbXLhV1LUbLSZbiO2tlydpk8p4laR1VD5nyh
CxYYxnuzpdmdbGsETNdi3+zqTcSGNU3bjiPdsDE4ywG4gAE4AFXa0nLnlzPvd/fcmK5VZdtP
uPANSs9Y+Gfx907XoLjxp4ssPENgbXxDKuhmcW/l/wDHtNmztkjO3DqRy4Vs4wRWZ8WfF2le
MvA3im80DRPE+oi+m02K0aDwzftHdW9rdLLJL5nk+Xj5phyRwnuBX0lUdtBBa20dtbQxwwRI
EjjjUKqKBgAAcAAdqhXSXlqvvv8A1/ww9L39Pyt/XofPFxpega74z8U3Xinw9421/Q/FkVtf
6Nd6RNqQs721NvGi20yQOqRsGDEGdVXDElgKxNKtdZtPGXiTVbrwZrur+Fjr0S3+hXuhXEyv
bNaRW32y3MkIa5ZGDqyHfujJcIDhq+oraCC1to7a2hjggiUJHHGoVUUDAAA4AA7VJTjaL07W
+V09fPTV/NWeoO8lr6/g07ffp+q0PDJhLp/if4gWfiHwprmraV4us4H0eW10aaeN4BbCIWco
VM2zKxJAl2KN7ElSDXM+EtH0/wCH3xW8Gp4q0ia+1i38BCK8uNP0iW/mNwskcWWECO7bYwYh
IRjbxkBgD9M1yU3gaOT4nR+Pf+Ej1tbuOzNitiBbfZfIJDFOYfM5cB87854B2/LRHSS+75KM
kv8A0rXvv6ktYtf1vFv/ANJ0+70434S3U3w+8L+HfDeq+G9dtote1O+ltFgs/Mt9GiknZ4IL
l1YiIkSKoHI3ErxjNdV8WvHeleC9Hgt7iaf+19YL2ukW8NnPcNNPgfwwozYXcGOBkgHAJ4rq
LzS7O71Ky1CcTNPZFzABcSLGC4wS0YbY5xwCwJXJxjJy650ywudUs9UntkkvLJZFtpWzmISb
Q+O2SFAz1xkdzkkuaNn/AEv87df6bTtK/wDV9X93keC/EXxh4X0Sb4aXEVl4otNC8M6oou7u
88M6jbx28P2SWCNmaWBQcu6DAycnpWXq15rs3jrQdXu/DXiTTbfSvGVzPc6bpfhWZrVLcxzo
Lwyxws9zLLuBZo2K4YAoCNzfR2s6bY6xpN1pWp2yXVldxNDPC/R0YYI4/pVtQAAB0HAppvm5
ut7/APpL/wDbfxJavHl8rfn/APJP7l5ny98LE1XTL+21DxL4O13WPDl3rOo/6LfeGp2uNGmk
u2uILiOLydzxSBULPhzG4X5lBK10Xxc1O68RfDjX72y8JeMI7nU9R06GGyk0K4a4H2a4jkkY
pGrYQKGIfO1sYUk8V7/RSWiil0t+Fv8AL+rDesnJ9f8Ag/1/w580fGK51/WtS1sWfhrxFYxR
avpN5bR6Z4Xlc6tAjwSNc3M/ksxeMZVYlKSLsIYOOFuQyeEtP+LvxRDeDb+/OsaRY+XbWPh6
eVpzPDI0qSbI8QtIxQsZimSMsflOPouuS8PeBo9G8e634wTxHrd3cayqJc2lwLb7Oqx5EQXZ
CrjYGYDLnIPzbjg1PKnHk6a/ikvxsvL5WSfM0+brp+Dv/n5/O7dbwBa3ngb4MaFYeIRd3V5p
WlQw3SWdtJdy7woXYiRKzvg/LkA8DPSvnXw54Vc/Dz4f2Hg74e65o3xKttQie61g6BcactpG
JGMzXNw8aLMjR5XZufdnAGeD9gUVo5N1HN9Wn9zb+531IUbQ5F2t+Fj5x1rRdaufAHxB+G2r
+GdYvPEesaxdXmlX8enSSWlyZpA9vObpV8uIxBVBEjKVEYChsgV0nxD1C81Dwd40t/8AhH/F
c17Z+HrnQlY6PM5v7iRWVZIQgbzEYgHeOFB+bFe1UVk43jy+Vvw5fvtf1+SRopWlfzv+PN91
0vx73PBfDkdz4f8AHHh3xrqmg+IbzRb3whDpJ8vRbmefTrqIgur2yxmZFkUY3BMEoM8FTWJo
+j+JPCuhaFozeHtU0zT7641i6tb2x0MahfaRBNKGgskGyVLfzFbLs6soAKnaRuX6Voq6nv3v
1v8Ac23+b0+53Td4guRJLpb8Fb8t/vVtLfKnw4TxGmq/DOyg0nxTok+meFbrTNU1C48MXhNo
7PEwSMtD5bPtjYKx3RgkHD8I3qv7LsMll8OLjTZtM1rTng1i/dItUsbi3lMUlxI8bZmUF8oy
knnk885r1aiqcrtt9b/i+b89ga2Xp+C5fyCiiipGFFFFABRRRQBm+KNN07V/D19p2rWFrf2c
0Lebb3MKyxvjkZVgQcEA89xXlnwn8U6b4N/Zc8JaxqN1ZWyjTYYbf7XcpbxPM5IRWkYgKueS
ewBPOK9Z1uyl1LSbmxh1G60550KC5tVjMsee6iRHTPblT1rI+G/hGDwN4StPDNnq2palZWY2
WzX/AJJkijwMIDFGgIHJyQW5PPTCX2l3t+F7/mO+3lf9P8jxL4R+MvBfh/4nfFPVLjxvo+qx
m00+9lvY7+JxdssL+c0fzkbVdgoUHCAquRxT/h/4m8O3/wC1FDqR8YaDqV/q3hRkkFpqkU8U
c5ulK2kRViCUjXoOWwz4G417bovhPTtJ8ZeIPFVtNdve68tst0kjKYk8hCibAFBGQTnJPtih
vCenH4iL45M13/aS6UdLEW5fJ8oyiXdjbu3bhjO7GO3eqjpOLfRW/wDJWv1X9aEyV4yXe35x
/wAn6nQUUUUhhRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFeUftRabp118PrPULrT7Se8sta002txJC
rSQb72BX2MRlcjg4xkV6vXK/EvwVB470WHSLvXdX0q2juI7hhp/2fdK8bq8e4yxScKyg/LjP
Q5HFG0ovs0/uaYdGvJ/kc78UpNR0v4keCPEsukanqnh+x+2Q3a6fZPeS2s8saiKcwxqzkBRK
m5QSPMPZq4nwRoN/4++HfxF0XwtqU3hvRdU8UTrp817pbOY4QIjcIttIUwjzLKpRgPvOCuci
vYde8NXOsafZWMvizxDaQwKEuzZyQwSX4+XPmSLEHjJweYDEfmOMcYTUfCkDeH9O0XQNV1Hw
tBpzqbZtI8lSqhGXyyssciMmGzhlPIB6jNLl0afp97T/AE08nZ7Du9GvX7k1+v8AV2cH8DNP
nXw74i8FeJfBnhfStU0m9jS8XQ7YW9hqQaNJIpiqqOWAAZSD06YO0P8AhJc6knxf8eWvinQ4
dK8SXcdneZsbkz2U9kqtHCysVRmlDCRXZkUnC4AAArsLvwRDP4Uu9Ei8R+IbO7vZ0ubnWbW6
SK/llVkO8sE2DIRU2hAm35QoFXfDHhiDRbq51C41K/1nVrtEin1G/wDK8540LFIwIkSNVUsx
wqDJYk5JzV3vK77W/Bar5/h0RNvdsu/6/wCX4m9RRRUjCiiigAooooAKKKKACiiigAooooAK
KKKAIru4gtLSa7upUhghRpJZHOFRVGSSewAFfNeo+OfCeu/Hv4b+J28Z6DN5s+oQpbx6rC62
MDW+2BZAHIWWViSc4OSqc7AT9M1z+u+E9O1nxd4d8TXU12l5oDXDWqRsojfzo/LfeCpJwOmC
OfWiOkk2D1i0eAfEO9n0X4ZfEPw54j8P6/8A8JJd+IJLzR7+30qaSG5mlmQ2MiXSJ5asn7qP
DMrDZtAPAr6atPOFrCLjb52xfM29N2OcfjXPReDbWTxMNf1jV9V1uaCUy6fb3rxi208ncMxR
xIgLAMVEkm9wMgMMtnpqI6QS9PwSS+fcJayv6/i7v5dvmFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQA
UUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFF
FABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQBn+I59UtdDvLjRrWzur+OMtDFd3DQxMR/edUcgYyeFOenGcjD
+EPia98W/C7w/wCKdWjtYLzUbFbi4W3BWJGPXaGJIH1Jrc8SXkVhoN9dzRXUqRwtlLW1kuJW
yMYWONWdjz0ANeVfCnRda1r9nDQPDEDz+H7+2torXUItZ0S4AZV5kiMTNCzIwIUsrYILDJ5w
l9r/ALd/W/6XG7e7fz/Q3Ph98Rr/AMW+MvGmm2+kINP0WG0k0zB2zXqzRyOHJJ2qr7VKcD5S
CeuBb8J+IPF7fEm+8K68dD1G2i0yO9a50qCSL7BK0hAtpt8j7yy/MrgISEYlACK47wNZ+OPD
XxY+JniPXYBqdktjYy7dL0CaFtSaK3fCWm+4YFl5Url9zEcp0N/wRoWl33xctvG3g3w5qnhq
wm0yePX4rrS5dMW8uHdHhzBIq+ZImZi0oBHzAbmPSo6yXpr9z/N/jZdbEyvZ/L9L/r+J7BRR
RSGFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAVwnxq8V+I/B3hyy1bQbDSrmN9Rtba8e9mkDRpLPHFm
ONF+dvnPV1C4B+bpXd15f+0u88nw9gsbTTNX1C5m1WxlWLT9MuLtgkV1FJIzeUjbQFUn5sZx
gZPFF/ejfa6+66uHR+j/ACN/xx4k1S18T6F4Q8PSafb6vrCXFwLq/t3nht4IAu8+WjoXYl0U
DeoGS2TgK0HgDxvLqOha+/imO10/UfDN7LZas8JPkMURZBNGCSwR43VgpJIJIy2MnN+K1ro+
qf8ACN69DF40g123ZpdHn0HTW+1ASKoeGXz4jDEjArkXOwAr1G01k+Ffhl4usPDKtL4osjrm
oa02t6u+p2BvkmlwohiPkyW4IiCRnIAUsgIVRgUo31v/AE7q1vRXuu/qglbS39Kz/N2s/wDJ
mx8MfHfiPxpoPim8Gh29nf6brk2mWVpKxUoqrHhpzk/MC5LBewwMnk6Pw38QeJdS8QeJ9E19
tJv00e4hig1XS7d4IJmePdJC0byyFZY2+9hyMOvQ5FcF8KD4q8FaP8RNW8V6PfavbTeKbh1s
9L8PzC4uvMaJGuIkeVt8BBztUMQFY7n6Df8AhF4Y0/S/HniLXvCej3mgeE9RtLZU0+ayksY3
vULiWaO1kVWiGzylJKLuIJGRyajZ2/wr77J6/wBbv7lLr/if3X6f1svQ9VooopDCiiigAooo
oAKKKKACiiigAooooAKKKKACvFfCPxS8Q+NvjJqWg+Fta8Anw7pF49ve2tw9ydYkWMbXkiUY
iZC/AYFgBjPJAr2o9K8lvLTRfH3jbwjr+leGNa0rWdDuhPcX+oaLNYyQW3lSKbXfIiiYMz42
xl1HzNkZG4j8a7f1r8uqCXwP+vl8yLXPiV4mg0PXvHWmW+kT+FfD+pS2d3YPby/bp4oH8ued
JvMCIVbcRGY2yqffBbC+uwyJNCksbBkdQykdweleC+Kvh+fEur674U8H3/jXR9G1nUfP8RpN
bLb6YoLfvhB58ImkeXZ/ywfyvmLM2MI/vUUaRRJFGoVEUKqjoAOgoj8Cv5fkrv0b2/ysEvjd
vP8APT5pb/IdRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAVyPxSv/ABZpmi2174UvNGhmN5b200eo6fLchxNP
HEGUxzRldu8sc7s4x8vWuurzH4hePPDLeM7LwRKdVu7uxnh1PVIbDR7y8aGKMiSD/URPy0oj
PphWyQcArql5r/g/hcfRsb4a8R+PP+Fs6r4W8Qa14Ul0rSNLg1G5uLfR57aSQTGZQoL3TrGF
MW4sQ2QcYHWuv07xt4S1XSNR1TQ/Eela1badEZLptMvI7rywFLYPlk4JCnA74rxXWvG1mnxa
8ZSWnhzVdRutc8JRwaNpuq6Fd2yarNbC5eaDZNEu4bXXIIw27AOTiqGjaP4h8QeIfF1hGfFM
E3iDwXDZWN9deHZtNtre6QzkwRgRL5Mce4BfNYtg8O/BKu3DbWz/AA5v8kv61dkp+V1/7bf8
W38vLT1fwj4i1jxD4ka0Hj3wRI1sxkv9D0yDz760AODE832kjIbCsxgXPIAUkEa1x8T/AIa2
15JZXHxD8JQ3UUhikhk1m3V0cHBUqXyCDxivKIgt9afDa8Xw1rPhm48DK9xrtzd6VLBFZWsV
q6TwxybQs4kYLgQ7wQNxxxmh428X6Tfw+HfEq6L4miso/GkOu30snhm/SG3s0geFbhpGhCEF
Vic7SfvexrSy51FbXt97ST9LXev8r1M7vl5nva/zs3b12+9aHvFt4v8ACdz4ifw3b+KNEm1t
CQ+nR38TXK4G45iDbhgc9OlUdW+I/wAPNI1GfTdV8eeFrC9t22zW1zq8EUsbejKzgg/WvEdT
uteufH3h/VLnw14i02HTPGdzNc6dpnheX7IkBSdFvWmSEvcSy7gWdH24YbkBG5tj4uandeIv
hxr97ZeEvGEdzqeo6dDDZSaFcNcD7NcRySMUjVsIFDEPna2MKSeKiOsYvu0vv5dfx/DoU9JN
f11/yv8A1c7jxd48SLU4rbTfHHgnw3aMqCK81v8Afi/dkV9sCC4hyqpJEd4ZwTIBgYye90qK
9g06GPUryO8vAv7+eOHykdjydqZO1ewBZiABlmOSfFmgXQ/HPj+fXvDGv63pXjKxt5dNlt9H
nutyCEo9nKoQm3O5twEuxfnYkghq774VeHNZ0L4NaF4Y1m43arbaSttM2/d5b7cBdwJzsyFy
Dzt4obaptpa6ffrdfJq3zXzdk5pN6fppr873/rSDw/44srnTbvxpr2vaXonheS4ktNMN3PHC
kypIyee8rkcuUbYgxheTuJ+XftfGfg+6uJbe18WaDPNFZi/kjj1GJmS2KhhOQGyI9rKd/TBB
zzXm3ga60/Tv2X9L03WvDd5rotrI6Pe6Ta2Ml08k8btDIjpGjMqhlJZscDnk4B5fSdMm8PeH
fG/w18XaLqHiJP7Gaey1+fR7mW1mjjty8drJLKGRWgYEoQ205zxKWBKjUOa2tlp52/q/4aaB
Bc7jfS718tV+W3rrrqe5af4y8IahfS2Fh4q0K7u4bYXcsEGoRPIkBVWEpUNkJhlO48YYHPIq
LTfHPgnUtLvdV07xh4evNP08Br26t9ThkhtgehkcMQmcHqR0r55jtm1n4YfDqXwZ4DvdRvvD
Oiy3l4l5o00Fvco9iyyWwaRFW58+V1JEZcMAxJ5GdvwRd6lYeO/Eer6hYeMbu2v/AAjbwwu3
hK4tolmiaYtbQxRwAoqbgEWQsxBwHcYNOr7jkl0v+Cbv87W9fldU/eUW+tvxaVvle/p82exS
fEr4dR21tcyePvCiQXZYW0raxbhZtpw2w78Ng8HHQ0n/AAsz4cf2f/aP/CwPCf2LzfJ+0f2x
b+X5mN2zdvxuxzjrivAPCFjrei6P8GLjUX+IV9Hpcxa/06bwxIYtLC2skR/1Vos333Cjcz5B
J5A3VQSx8QTfDO3Fzo3i2KK18c/bbTSIPDV6sgiOoG4a5m/dbmAiJCovygk53PtEdOKUuW+l
7X+cVf8AF/d62m75b+V7fKTt+C+/0v8AR2ofEz4cadeSWeofEDwnaXMeN8M+sW6OuRkZUvkc
EH8a0NS8X+E9NudPttR8UaJZz6kFNhHcX8UbXQYgKYgzAvkkY25zkV594+mhtPjL8Obu00PW
msbYahNdzWeh3UsUJuYwqGRo4iFZn3FgeRnc2Ac1zGt+E9JT4ieMtL8aeE/Gep6ZrfkSaU+i
z6h9hngWCOIWcqW0ixRsrqxBmCphiSwFSunz/Dp69f6RXT+uvX0PYfEHjzwN4e1A6dr/AIz8
OaRehA5t77U4YJAp6Ha7A4PrTLX4g+Arq+s7G18b+GZ7u+2mzgj1WBpLjcSF8tQ2XyQQMZyQ
a84+IF/Nf+C/Gdtb+E/FUE9n4duNChgGmXFwbmaRSqGBlVmmjOB+96AHL7Sa5bXrvU28T+Bb
+xj+IGiDTPB89vNe6d4SuLiRLhvICQMktrIOTExPC9B8yg5KTW7/AK+J/faK/wDAvvGnt/X2
f83/AOA/d9JTSxQQvNNIkUUalnd2AVVAySSegrI0Dxd4U8Q2t1daB4n0TVrezANzLZX8U6QD
BPzlGIXgE8+hrlLDUfGk37Pj6j4m8MQap4rbRJWudHeIFLuXY2I3jGRlxjcg7sVGOlec+Ada
1Lw98R9X8S6jonjrVrW68N2MUYh8JTWyrLHLJ5kEMIiTYkYf5VkZnK5AaTjNNWm4N7dfk3+n
4iv7il3/AM0v1/D7vWP+FsfCz/opfgz/AMHtt/8AF1bX4i/D5ksnXx14XZb9ylmRq0GLhg20
iP5vnIYgYGeeK8i8WXEtl4s8ESv4b8V3FvZ6Nq7XZg8P3lwI2u1QxRsY4iNxwQV6r0bFc54K
svEFrYfBS51rTfFLS6RP5M1lF4evVh0yFbWSEtN+6y0jyMmXb5Qo+QAB3ch7z17r82vwsn8/
vc9I3XZv7kmvvuev6x4yv7rxV/Y+meOPBHhyV5zb2djq9u1ze3zK5RpEjF1CVXzFdFG192zO
ecDpG8b+C7G5udJvvG+gDUNOh3X0c2pQJNEqgbnlTcNg5BOQAM9q8U1Lw7f2ngb4kfDbUfC2
tanrOu6pc3Wj3senSTW90JiDbyPdAeXCYSoBEjqVCDbkEAy6hZ66vxP8W200fiOPTz4Us7O/
1G10G7eTUpYFl8yK3lEZXL+YoLglsZCYb50z5moX8r/+S3f3PR+ultiuVOXzt/5Ml+K1Xp8z
1DxH41trXSrPxvoWu6ZrPhSGUQap9lljmREZwn2iOVCeY2I3oc5XOMMPm7sEEZHIrwWNbiP9
ixNFudNv7bU28PJo4sr20ktpjdyKIUjCSKGOZGABAIPYmvb9FtpLPR7KzmfzJYLeON2/vFVA
J/StpRUXKK6Pfv8A1v8APtYzjJyUZd/w2/r5epboooqCgooooAKKKKACiiigAooooAKKzPFW
n2+q+HL/AE+7a6WGaBg5trqS3kwBniSNldenYjIyOhrz74DanBov7NnhG+kilm8vSoligiGZ
JpCcJGg7szEAfXnAoWt/K343/wAgtt53/C3+Z6pRXifwpsNUufi78VbDXdUuHvLi30rz5LaY
p5G+GVjHC3BVV3FVYYbjdwxJrZ0bwZpOifG20u/A9ha6LYQaTNF4ihsYxFBcyMyG1V0X5TMM
zPvxvCkZOHXIt0n1/wAr/wDAE3o7dP8Agf5nqdFFFAwooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACii
vJ/2o9Otrr4fWV9M10JbPW9NaJY7qRIyWvIQd8asEk46bwcHkYNC+JLu0vvdg6N+T/I9Yory
X44X+kWvjbwZbeOFsx4GuTdrfNqCg2JvAi/Z1uN3ybceaV3jbuAPVVIyfhEuk+IPB3jLSLGK
bxT4P0nxDNFo9nbSxvDeWwhjf7IhkZUeFZHYKGcIQqjO0YKi+ZO3S7+5pffrdLtqN6W8/wDJ
v7tPvPcKK8Z+AMGmal4F8U6CtjqOitFrt0Lzw6MRf2UHYN9liYfKY3X58oQv75tpUYNL8A20
uz+IHj3SbTw5deDJ/OtZ18NtDEkMUPlbVu4/JLRZlI2sIyQDEM5OTVJXdvJP8n/Vr99tSXom
/O342/q/pvoey0UUUhhRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRTZXWKJ5XOFRSxPsK+bfD
PiS71STw98T/AIheCY9V0rWtXS30q6uL5Z/7ESWXFq8VnsKLllj3T7/O3MeAoVaI6y5f610S
9X09GD0i3/Xd/Jf5H0pRXyn4717wxbeHPHuqeItRsdK+Kuka1PLo8kzBNRCLIPscdsCdzQPG
VBRMod7lhksT9T2jSPawvMnlysil1/unHIojrFS72/FX+/v2CWkrev4O3/DdyWiiigAooooA
KKKKACiiigAqpZ6ZYWmoX2oW1skd1fsjXUozukKIEXPsFGABx1PUmrdeN+L2Pjf9oa3+HWtF
n8MaXoI1m408sRHqU7T7EWYA/vIkxu2H5S33gcAUbyUV1/RN/kg2Tb6fq0v1PWb7TLC+vLG8
u7ZJbjT5mmtZDnMTsjRkj6q7DHv9Kt1w9v4D0fwrrTeJfCGkC0NtplzAuh6ftt7a6kcxurKh
IiikJiCl8DcGG44UY5nSfjJeXC+LbO48Mafd6z4b02O/lstF1+K9UkmRXhkldIlikjMZ3r83
H3dxwCnJJfj+f6K/kNRbf4f182etXMENzbyW1zDHNBKhSSORQyupGCCDwQR2ouIILm2ktriG
OaCVCkkUihldSMFSDwQRxivMfDPxU1a/vvB0mteDf7J0jxfBnTrxdSE8kc/lCVY5o/LUIHUO
UYMxO0blQkhYfEvxK8b6LrkGnt4F0OaK68Qx6FbS/wDCRyqzPJF5yysv2MgJs64YkMCBnrVc
r5uXrt+KX5tff2JUk1zeV/lvf8D1gAAYHAqK3uba4aVbe4imMMhilCOG8twASrY6HBBwfUVx
/wAbdfvfD3w6vLjTZGh1G9mt9NtJVPMMtzKkIkB9V37h7gVX8YatP8NvC+nw6BoejnSLaNxc
3mq62mnW1qBjaXkKOzySux528sSWYE8y5JJye23z3/y+8pK7SX9f1+h3tFeO+HfjNrXijV9H
0vw34Aklk1bw8mtW899q0cEGCyq6EokjhVLFQxTLNj5AmXGbqHxCtviDH4V0P/hFI7y/1X7b
9r8O6ndeXbLcWriOVbiUI4eJDvIHlsXYxHaMErTTvbrr+F7/AHWf9MlNWv8A1qrr77nrmnaN
plj4l1HUbCZ4bm9RHvrVJR5cj/dSYp/C5CFdwxuC852jEnizRh4h8N3+iNqN5pyXsJhkuLQR
mVUbhgvmI68jI5U8E4wcEePWHxDtfB/ha/tvDHww0PRtR0/xFBpOsaRBeLZwRzXBRIbiOSK3
Pmo4aM7iiMAOnGD0ekfE3xBrXj3xJ4U0Pwto+oNolvDJ9qTXXEczyOU25NtgBGSQOVLFShAD
NlRLSkrbr/gJ/k18tPIpNxfNs/8Ag2/NHc+CPD8fhXwrp/h2HUr7UYNPhWCCa88rzfLUYRT5
aIp2gAZ25OOSTzWpd3NtZ27XF3cRW8KY3SSuFUZOBknjqQK8U1T40+MtM8J+IfE1x8NtOubD
QNUl0y9Fn4jLyLJGVDSbZLZMxZYDKkvkj5MZI6/SvGV9qXjU+BvGHg+HTE1XS5L2wJvVu47q
EMEmhmXYoSRQ6EqDIhDHDnHNNueu7evrpf8ALUlJRVui0/G35noNFcB8HdQlR/E3g+V5ZB4Y
1Y2Vq8jbmNq8aTQqWPJKLJs55wgzk5Nd/S6Jrqk/vVx9Wu119wUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAF
FFFAGXqWhWOpavY6jfGW4+wEyW1uzfuUl7S7cfM4HAJzt5IAJzWpRRR5AFFFFABRRRQAUUUU
AFFFFABRRRQBS123v7rR7q20u7trS8ljKRTXNu08aE92RXQtxngMK4/wJ8OLTSvhlp3gTxeN
F8W2OnBUg8/SAsZRR8peOR5QXBLfMMdeg79d4hv7jS9FutQtNLutVmgjLpaWzxpJKfQGRlQe
vLDgHqeKy/hl4nPjTwBovis2H2A6paLcG287zfKz/DvwN31wKF9q3lf8bfqD6fP9L/ocnoPw
f0vwv4r8U+JvCCaBot/q9vBDpuzQoyml7EKyFQjpuDkhiBsGQM7qq/DX4a/EPwzrdvPr3xgn
8Q6TFLJcS6eugw2jXEzg/PJMrl2wTnBznAHQAV0ngb4h2Pi7xr4p8PadZSLB4fNuv2xn+W6a
UOSUXH3QUwGyd2cjjBL/AId+NrnxXrPijTbvw7c6HLoN9HaGO5uY5ZJQ8SyByIyyLw3QO3GM
kHIBHe67fh/TXn9wS2aff8bf5L+rnZUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAVxnxe8H6t4
38Nw6LpuuWWkRreQXU0lxpzXRcwypKgULNHtG5BnOcg8Y612dcb8V/G1z4F0ay1KHw5davFc
X1vaSyR3McMdsJZUjDuWO88vwERskclRzRu16q3rfT8Q6P0f5amjr2m+Lb7T7K107xPY6VJt
C6jcxaT5ksh+XLW++UpCeGx5izAZHBxzQuvCOqaX4b0zSPAXiCHw81nd+fPJeWH28XyncZBN
l0cs7sHaQOGJB55qx4z8U3OkarpWgaNp1vqeu6r5r21vcXn2aFYogDJJJIEdgBuVQFRiWYcA
ZYZnh7x5qXiDQbg6V4YY+IrPUJNMv9OuLvy4LS4jAZi9wEbMRUqVZYyzb1+UfNtFre39a/lf
5dA2t/Xf8bX8yRfBmuWuhazJpHiqPT/FWs3UV3d6wNMWSHegjTYtuznEflx7AC5YZJ3E81o+
FvDN3Y65eeJNe1K21PXby2is3mtbM2sEcEbOyIkbSSMPmkYks7Ek8YAArM8JePL3WLTxFZ3n
hma08R+H7sWl1pkFyJ45WcBoHjm2rmN1ZW3MqlPm3AYybXgTxZqmta/r/h7XtBg0nVNFaAub
S9a7tpo5o9yMkrRRkMCGDIUBGAeQwpry7fhbp8u3T5ie39d/8/8AgHX0UUUhhRRRQAUUUUAF
FFFABRRRQAUUUUAFFFFACOqupRgGVhgg9CK800v4WXFnb2Hh2bxFHc+DNM1BL+w0ttP/ANJj
Mb+ZFC1yZCGhST5gPLD4VVLkA7vS2YKpZiAAMkntXjL/ABV+J8Wsaal18EpbPR9T1KGztr+4
8SQLJslfCyNbiMyKduXKEZUA5xgmiPxpLfT776eV77fO3UJfC77a/dbX8NzuLzwlqWt68t34
p1yHUNJtLkXFhpNrY/Z4Q6sTG9wzSO07p8pXHlpuG4oSFK9fXmWufFWfToNT8QQ+HY7vwfo+
oNYajqa3+LmNkYJLKluIyHijc4YmRW+VyEIALemKwZQynIIyDQvhVtv+AtfutqD+LXf/AC/y
7f5i0UUUAFFFFABRRRQAUUUUAFcX468Cya34i0vxboGtPoHifTEMEV59nFxDcWzMGe3ni3L5
kZxkYZWVuQRXaUUdbh5HC6v4N8TeIfDms6b4j8aDzr/T5rGBtIsGsoLfzFx5pRppHkkHTmQL
jgKDljw+t+CNQ8EaN4h8Wa14y8PJYDwmdFlt49H+wwokayCARMbhhGS0gBBDbjwu3IA9yoqJ
x5k0uqt+DX5NlRlZpvo7/in+iPCPhboWt+IPhd4O8TReI9E8Q/2Bo3m6Dp9pZ+VGL4WvlILm
Xz3EjJlkwoiAYsSMgBbfiL4dfFG70HTbr/hK/C93q2kap/b8NumhTR/arwB/3LytdkeWfMKA
7FIAXpivbKK2lK83Nd7/AI3/ADtv2XYzjG0VF+n6f57d33OU+K3hm48W+ArzSrRkj1FWiu7F
nbCi5hkWWLJ7AsgBPOAT1rnNV0O6+IOqeHvGWi6wui3mkw3Vpcafqmlm5NvLKEWT5PMTy50A
IEnzAq+QGVufTqKzcU7p/wBdPxWn3Fapf1/W/wCvy+Y/Cul6j4O+NXh3wFpfxE8Ktq+l+E5L
COS60wsXUzpIsLQLdq3nFfnyHAK5OzHNenf8KlWw0/w9c+H9fay8SaJdXN0NUubMTpePdMWu
hNCrJlZCcgKylcLg8YPp1FVd2V99dfVt/rr36g1q+2n5W/4bt0PIPFvwb1DXvDV9Y/8ACU2c
Wq6xrMGraxfPpLMlw0GzyoYo0nRoo1Eajl3br82Tmuh8KeA9U0L4kaj4oGtaSdPvNMttOj0u
10drcW8cG7y9j+cQBl3yNnTaBjHPfUUlpt/Wlvy0B67/ANa3/PU+c/i94dv/AAF8CviCviHx
holzH4gvmvYFTTzZOLqaVGZEL3EgcbUJCgZ+ViSR09H8P6aq30PxL8U+LdJ1tLXS2g02fTLE
wWkUErKzyKPNmaWR9sagq2MABVyxz6LRQtNumi9LW/L8Aer182/m0/0OK+FGi3dlDrviLU7W
W01DxJqj6hJby/fghCrFAjejeVGrEdixHau1ooo6JLpp92iDu++v3hRRRQAUUUUAFFFFABRR
RQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAZ3ibULDSvD1/qGqX1tY2cMDGW4uZVjjQ
YxlmYgDkgc15F8GLjUde/Ze8N2Pgu80m9vVs4rS8Dam0HkjrLH5sccrRy7SAPlyNwPHFe3UU
kt/O34X/AMx32t0v+Nv8jw74Lf2/B8eviJaXug6HpsEdrpUcsVjqUky24W3YRLEDbx71K5zn
ZtwAA3UaXwU8Q6BqnxY+KNvpuuaZezS6rbzRx292kjPGlpDGzgKSSof5SegPHWvX6KpOzv5W
/FP9Cbaad1+CsFFFFIYUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABXkv7VWr6Tpnwzgi1LVLKykn1jT
mhW4uFjMgjvIXcqGIyFUFjjoBk161RR1T7NP7ncOjXqeV/FuTQf7R8KeNLHx5puh6xbCUaUz
W/8AaCarBMqB4Y7aN1knJPlEGI7unXNYGieJYPg98P8AXPHHxR1KCHWvE2rSX62aReU5yiRx
QrEGkIKoil8M+3JyzYyfc6KWqT5ev5Xu/wAvv1tqx72v0/PVfr/wTxj4dfFb4Xy+FvEXiWDx
I91brcRT6/rC2NzDCtxOVijjXcgcKqqiAgYVQpZskmrXwU0+0sPHvip/B2uz614HvooLyOd7
5r2MaixdZxHcuWaX5EiLZdsMcZByB67RVJpO67W+Xb5dO2nbWXdqz73/AK/X1YUUUUhhRRRQ
AUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABXF3ijXPi3Z2xy1r4asjeOM/L9rud0cZ+qxLN/wB/ga7S
ijrcOjX9f10PnHxX4evtRbxR8Nvh14407UrHxBqckmrWK6abl9EWZ83e+7WYJESVk2xOjSEt
gAAM6/RVtClvbxwRghI0CKCewGBUlFEdIqP9aKy+S6fMHrK/9a7/AHhRRRQAUUUUAFFFFABR
RRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUU
AFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABR
RRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUU
AFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABR
RRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQB/9k=</binary>
 <binary id="id59783_ru_humans_map.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAgAAZABkAAD/7AARRHVja3kAAQAEAAAAKAAA/+4ADkFkb2JlAGTAAAAA
Af/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBcSFBQUFBIXFxscHhwbFyQkJyck
JDUzMzM1Ozs7Ozs7Ozs7OwENCwsNDg0QDg4QFA4PDhQUEBEREBQdFBQVFBQdJRoXFxcXGiUg
Ix4eHiMgKCglJSgoMjIwMjI7Ozs7Ozs7Ozs7/8AAEQgBJAI5AwEiAAIRAQMRAf/EAJUAAAIC
AwEBAAAAAAAAAAAAAAAGBQcBAwQCCAEBAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAABAAAQMDAwEEBAkIBAsE
CgMAAQIDBAARBSESBjFBIhMHUWEyFHGBktIjlBVVFqHRQlIzU5MXkdN0NrHB4WKCskNzJDRU
crMlNfBjg7TURXUmVjfxokQRAQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAD/2gAMAwEAAhEDEQA/ALVooooC
iiigKKKKAooooCiiigKKKKAooooCiiigKKKKAooooCisXooM1is1GZDkeBxqnETshHYcZTuc
ZW4nxQLbtGr7ySOgA1oJKik6Z5rcMjNpW1JcmFRsUMtKuNL3PjBsflrk/me/JPi4nj2QyEJX
syUoUASPaFkNuJ0P+dQPlFxSC7m/Nd1pTbeCjsKWLJe8RCtpOm6xeN/6K9fZfmvKHu8rKQ4z
Dmi32E/SpA17o8NH+GgfawpSUpKlEBI1JOgFIn4D5TJ+gynKJD0Jf7VtpPhrNtU2UVKt3gOy
o3NcN41gmg9l+RzkJULiOp0KccT+klKEjcR2GgsT7Vxf/WMfxEfnrkm8p47AKBLyMdouXKLr
Bvb4L1TbeS8s1TPDcw8xES5+nEgldgDtPhadT/nU4RB5NxIIcC47za3Cm7wcce3WB1SU7wj1
220DX+OuH/e0b5dYVzvh6QT9rRjYdArXSlc5HyX/AFYv8B/+rqJk828u8ZLS5h8EiStsrSXi
EtJt7N0BQXcKBPUCga/5s8K/6l3+C5+aj+bPCv8Aqnf4Ln5q6uJ5bjvKMeqXFgNMraVsfZW2
glCuosraAdKnfsnFf9HH/hI/NQLH82eFf9U7/Bc/NR/NnhX/AFLv8Fz81M/2Tiv+jj/wkfmo
+ycV/wBHH/hI+bQRLXPeHuNIc+1I6N6QrapVlDcL2UD0Ne/x1w772jfLrbM4jxmc8HZWNjuL
CQkHYBoNf0bVp/AfDvumN8n/AC0HRD5Zxqc4WomSjurSNxAWBYdO23prsGVxn/VsfxEfnqGl
eXnD5LKmfs1pkKtdbV0L0IOikn1Vwfym4X/0zv8AGX+egcUONuIS42oLQoXSpJuCD2gis3FI
y/KmBuPu+VyEdm/0bCHRtQnsSm4Ogrz+AORxPocRyaSxF9ooeHiK3nqbhSeygfKKQ/sjzUhf
8PDy0SYynUPyUkOEnUg9xw2B9da0ZrzYitqadw0eYpoqvJC0jxACSFBKXU9nTu0D/WaQUeZk
+OhLuV43PiRkAe8ydi9qDbqErbQLFR7VV1wvNjh0or8V92GEWAL7Z717+z4PidLdtA50VE4/
lPHMl4QhZKO6t/RprxEpdUR2eEuy7/FUtQFFYooM0Vis0BRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUU
UBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFYuKLigLis0o57zL4zhlqZD
3vslIV9HHstIUAkhKnL2F79l6R8x5y5iSVN4uO3DaOgWr6RyxFvUAb60FyLWhCStaglI6qUb
DWodzmPFmnFtO5WKhxslK0F1IIUnQg61QeS5NnsqAMhOekJ27ShSrJIB3apTYHX01GE3oLvn
eaMEv+7YLHyMw8VbUrQC0yqwO7a4QpRIt+ral2d5kcrc3Nrdx2EaW8toLVd6SwWyruuspLqv
0Nu7we3sqvPtXI+5DH+9OiEm/wDw6VENncdxukaHX01y3vQOWPkzuXZFOPyGTyOReeeuuKwl
LcUtoIHjBS3AlvaO9+w/Kajc67x3H5J+DiYiZ0Zh0D3yW4tS1ltQ3pR7qtprwlbdvslVrm40
2xWLykzEzWp8FwtSGTuQodP+yodoPorlccU44pxXtLJUfhOtBc0HmHCWExX8Jh23ss+wXDGx
8dsOtEpO9CndjegULH1a2qbxB5xOnsTMmIuLxifEUce19K+sEWbS44e6NvtXRY9hHo+fQasD
C+bc7F4RnHriplSY5CG31qIBZA0Cu3cKC5+g1PSlrIeYfEYKn21zkuuxwLtsgrKlG9kIKbgm
411sO2q55j5ozcwhETElcGIWx7wbjetSk99Fx+im9vXSHegvdg+YGfKZaZDPGoKk7mGktomS
FhSWyFOeJZIHtWttI7QetROV8pp+YmKnZLkC5EhdgVqjACyeiUpS8AkD1Um8S8x8vx8pjvkz
scNqQwsm7YCtxLSvTqdDpTpyLn7uUxM5HGG1qaYY3zciu7aWgrbZLXXcvvEUFY8lwrODyruO
amtT/CNlONAjab22rBFt1uu0momsqJKiSbk6knresWNAUV7abcdcS20lS3FkJQhIJJUdAAB1
NWNwryrcnIE/kCHI7Gobh22uKBCFJWo9g1PdtfSgWuF4TlGRyKHsAXIqmyQuddSGkWsratQB
vfTu2N6vfGjLJxqBl1MGekK8RcYK8I2J2FPia+za/rrbAx8LGxURILKI8du+1tAsBfX463uf
s1/AaBV8tc3lM5x5U3KPe8SBIcbC9qEd1KUECyEpHbTYKRfJv+6S/wC1u/6rdTnKeYYjjDCV
zVlch0EsRW7FarA6n9VN9L0HFyvO5njuVh5HaZPHnU+DObSlILCyruvhfta3tY93T0kU0tOt
OtJdaWlbbgCkLSQUkHoQR1vVG8j80s7mCtiLtgwlbk+EkBSlpO4fSFVxqk6j01s4n5pZDBQ2
sdKYTMhskhBvtcSj9RJ6dfTQXhStnOUZPjktT+WhpewjqwlmZEJK2RZItIbXobm+qT09ddXF
uZYnk7CjDUW5DQBejOWC03AuofrJvpepLLTMXCguP5ZxtuGmwcLwuk3Og2m96DfElxpsZuVF
cS8w8kKbcQbhQ9RqAzMTmzE5eQw81iZFuLYiQ0lsbdoBCJCe8VE3PeIFIcbzBw3Hsq4rBB6R
hZRUp7HODw/Bd7Fx1kq7qr6prTkvOXOyApuBHahp3K2rN1qKD0Bvpf1igbZnmviYENYmxH2c
w0VIdxhGqFi9rvKSlOw2GoF/VSLkvNrl0qUp2G+3j2NQiO2225YXJBUt5CiVW0JFh6qUZUuT
MeU/KeW+8v2nHFFSj8ZrRQOzPm7y9tbSlrjvBtBQtK2rBwk3Di9hQdw6d2w9VOg5fxOe7FVy
fFR2Hn0FDE11DMuMrasdxuSkK0Tvuq9gk3FUrWb9lBbOZ4nwTNMqj8VkQWMu6sOJV7y4U7L3
WEtpUtI66AJqFPDPMrjO5eLddWwytL1obxKFr7upjkp320BujoPRSClakKCkEpUk3CgbEH0g
ipqLzflcRlLDGUfS2kkgFW43Op1WCe2gbY/mNziApcOcYkmUwA7Iako8CQm6gkMJSlTKVLtZ
QCUqOvxUyx/NJlh8scgxUnEqBvvt4zaUEXClkJQr+hJqlpEh2S+5IfXveeUpxxZ6lSjck/HX
XEz2Whw3oMeUtMSQkodjkhTZBvfuquB17KC/8XzLjOV8NMLIMrcd3FDKjsc7t73QvaodO3sq
aCkkAggg6gj118rg27al8by3kWLcC4k95Nto2KUVp2pOidq76UH0jRVP4zzpyTXhpycJuQkX
8RxoltZ6lNhqnSnTD+ZvFMptbVJ9yeVtBRIG0blDWy9U6dLm1A20V5SpKkhSSFJULgg3BB9F
ZoM0UUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFYoM1iio3M8hxGDY
L+SkoZFiUoJutWhPdQNTfaaCTrjyeThYqE7kJ7ngxWNpccspVgohI7qAT1PYKR3OYcr5QpTH
EoJjRDdJycnTQbhuRfTs9frrkzfEJuIwruWy8qRyRTCkvPQXXnEMC+5LjgSLk23Dpaw9WlBn
Pec8RsFrAxS+6FEGRKG1qyVCxQ2hW9QUL9Skj11XuZ5fyHNrX7/NcU0pW4R0HY0m3s2bTppf
r1rXmMtjp6Upg4pjGpSQSWlOLWojd1U4u1tem3460YzB5bLuFvGxXJSk9dg0FrfpGwoOE3+O
sU24Hy25JmJDra2vcWo6y086+CLKAvZKf0viqS5p5ZscbwxykecqRscShbbiAnRegIKT6aBA
op5Z8pM+6lgidjkLkoS400p1wLKVDd7Pg/4KUcpjnsXkZOOkKSp6I4ppxTZJSVJNjtKgk2+K
g5KKzai1Biis2otQYorNqLUGKKzasWoOrHY+ZkpbcGE2XpLxIbQLC9hckk2AAAJJOlXNx3iD
8bg0rj2RfaTImeIu7S77SsJ2JUop7CmyrA0oeVnDI+ZdlZDLRQ9j0I8JlK9yQt0qCipCklPs
BJB+GrDHlxwodMWj5bvZ/wC0oPn55stOraOpbUUkjpcG3qpn4HwxHKJTxlSDFhRQkurRt3qU
o6Np3HukgE7tpqwMv5PYKbL8eC85jmtoBYbG9Nx+kCtV9a75vA+DYvFvSpGPQpuI0VrWtbl1
bE9TZfU/BQQ/HeN4BnnLq8XGDcPCMhpx5xxxRclrHtJ3926U3BF7dopzz7084aWMMptWRU2R
GCnEosojqCsKTcdgOnwUqcO4Bx6Vx+NMyuPbckytz4BLidqHCVIRbcnom2tTf8t+E/dTfy3f
n0HLwbFcmxbb6uRZZM3xggtMKdLymyB3tzjnb2WTcdt6anH2PDX9Inof0h6KX/5ccJ+6m/lu
fPrUny/4I8wXo+PZcQQratDi1C6bg2IctoRQRHlTNiQeFPypbqWWWZLq3FrNrJCW71WvM+RK
5FnpE5Kle7A+HFQq4s0nodpUbE9TXJD49nJ0MTYcNx+KXQyHEDcPENu7YG/aOyuaLAkysizj
m0gSX3kx0JVp9ItQQATr+kaDlopz51x7imLCPsDIIedaO2VHU74izu2lBQUp2kDt1pMtQdWN
yc3FTGp0B5TElk3Q4m39BB0IPaDWzJ5rK5Z3xclLdlLBJHiKJCdxKiEJ6JFz0HSuGigDRRRQ
FFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBWaxRQSuJ5PnsMsKxs51gBRWW925tSinZdTa7oVp6RT7ifOt/
chrL49CkqcAXIjKUjY3pr4S/E3Ean2xVYPMPsL8N5tTS7A7VgpNlC4Nj6RUtxGHjpvIoMXJu
FuK66AogA3V+glW7SylaGg+gcTnMRmI4kYyU3JaOncPeB9CkKspJt2EV30j5jyrxUiSZ+Hfd
xEwblDwVHZuI6jUKTr6DXH+JObcTUW+SRPtXHAkCfH9oC7hBVpboB1tYeugsWiofB8pweeb3
Y2SlxQ1Uye64n4UHWpegzRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUViigzXFlMtjcT
FVMyUluKwLgLcNrqsVbUDqpVgbAamljk/mLFx0hWLwzJymX3bCygEoQSNCopvchRHdHx2rih
cAymdljLc1lLdc8RSmsYyr6BtN0WAN1AJUEahOp0JVe9BzPc35Nyqc5jOHRhHipUULyryVWC
exV9pDd+wWKj6qlMP5Y4xl737POrzeQXcrW/ctAndeyCTu9r9I+sWpwjxo8VlMeM0hhlu4Q0
0kIQkE30SnQamttB4QhDaQhCQlI6JAsP6K4OQZXFYnEyJWXUkQ9pbW2obi7vBHhJR+kVej/F
XFyrlkbj7KEIaVNyL/8Ay0Bv219m5VgdqR6bVH4fi2RnZFvkPKXjIlpJciYwXMeKo+yUi5BW
Ega+nXU2IBS495bxc9kvtpcZeO426d8OC4tRkOoASEqUf0EOG6ut7dNLKq0MZicfiowiY+Oi
Myn9BAtfS1z6TXWB2Vm4oOXI5CHjITs6e6liKwnc64roB07OpJ0AGpqjMtmM1zLkYxyJTkqI
7KKIiEjahLRcIQ4UWTayDqVa+mnnzZ5RjG8I9gWXUPTpDiEvtJNy0htSX9yrdCbJAHrNV5wT
kMLjufRk5qHHGEtLQUshKl3WLDRakD8tA/ZJUiR5t4wNMO+649pMfxNqvDv4brh73T/aW+Kt
GFLMvmPKuMz0bW8sX1R1LTqFAqF0X9KVbv8ARpW/mlzT3jd9onwd99vgR77L9P2Xo9ddzvM8
HO8w43JFmRGgR2wLKQPFKkoUjbZtahYlXp6UEtMbaw2S4dxIJQXo7rUrIWAN3XFmyd3bYlfx
Wqbx2QcyvJOR8bnRGE4NhpZU4loJ2rJSLrV0KlBSlX9WlVurk7MrnqORSioRUzEO2tdSWWyA
gW9IQkV2cq8xs3kpE6HCmrTh5CyGkbEIWWiPYKgnfb46Bq45hMLleF8XZyjyGE++OqQ2pN/e
Fh2RZgq0tu/L0rRGfz2S5zPWlqLhhg4zjRX4BdKI4XvbWlsKstwp1BGluyq6XyDLuYyLilSD
7lBcL0VsJQkocJUrcFpTv6rPU1IJ57ylOUTlvfQZqWvALvhNDc3fdtWlKAFa+mgduYSYea4Z
j8vuMt9E9DKJrrKWHFp7+4bUk902/JUvPx3Fz5jxHHZa0ZUIT4cAM3aUPDXqV2t0uaq7Kc15
Nl4/u2Rml9jxQ+GyhsWWnRJBSgEAejpWp7lefezTeeclbsmyAG5HhtiwAKPYCNnQ+igfsQ0z
nHeacTUlHjqlyZUEkAEKDxFr9gC0o/pNQPmO5FjzsbxmMtDbOHjttPPEG3iuBO5a9iVKNkAH
oTqdK8eXOVJ5k7k5vjSZb6H3PDjo3KddcO5d0p2pA6qqGlROSZTOvSkw5IyEiQt0BCFBSXNx
VZKrC23s9FBffH8PEwuHjY2HcssJNlKNyoqJWtR0HVSjUnXFh3Zr2Jhuz0eFMcYbVIbII2uF
IKxYk9DXbQFLHPnXV4ZGMYP0+VkNREN6fSJWq7qdyu6nuA6k0z0o5jZP59hoO1bjcCO9NeRd
QQhSvo2XNNCQoEUDUyy2y0hlobW20hKB1sBoBrWysCs0CBy/kuaZ5QxxxnYxBmx3AhxQ2qec
cacQhAdcO0Wc222217ahPJrJONyMrhnVOElsSG0E3bQW1Ft3t0Ki4joOyrDzXGsXmnociWgi
RAeQ9HfbsFgoUF7CSDdJI1FVFziPD4rnn08byLjT0xChMYbJCmEqU26Gw8k7u8pN7dQOt70D
JwHkMXjvl6/k5Ta3UImLQENW3FSkthPtFOl+2lOCvhE9+bm829IgrelKVFxsHaVJSQF7t5Ra
wJsPZpSv+SnLgeE5OtCs/wAacjrmMOLjLjOkBYSUoVvAVYWO63xUHvP8MwquO/ifi0p2TAbV
slMSAPEbNwk9Ep6FQuLdNb1FxuAcvlxmpUfGrcYkIS60sLbspCxuSrVfaDVhcwzk/G8IkY/k
UmO9ncj3ERmLDw21FPtAegJPe9JtUrHhy3+PcVdjQFz1R40ZZKZZiBv6JkhSgAfF6ez+egpZ
XH80jKfY5hu/aN7e7BJK+m6+nZbW/S1dmX4TyjCxPfclBUxGuAXN7awCrQbvDWoj46tGPOxU
TzOnpcnockTYSEMOr2WZdCv+WBFhfalKvydaSpfGuXYNL2R5A4Ti0yWVS0KfDvvIDyTogKVf
0961BERvL7mMqEJzGMcUwpO9JKkJWUnUENqWFm/wVniGKdeyb7krELysOEhQnxwvwltg3743
KR3klJ0qy8ji87kucYvkeNkJcwDbaFqkpeSG0tjcXElG653A+j4elauLy8XkuV8wfjOJTAeb
aSp9JATYIWh1wK6WKgpV6BEyWIx7vFhNwOKlrisvKXIzM0oQraDsDSGm3FApuod70/kUquCX
l4eU8tM79nNBnGwXhDgoA1LLXuxC1X7VKUVfHVQGgxRRY0WNAUVm1FqDFFZtRQYorNqxagKk
cDmFYXIt5BthmU40FbW5CSpAJFt1gpOo7NajrGixoLQY5jxLlvgs8hZOHyram/d8oxayVIUn
bZwglsblHRYKQNSelQnIeHrxK0xsolECwKIOYaCjHklCe4iQ2hSvBWRbvAdQSd3t0ljSrL8u
uXRpzX4U5H4UmGtIEJUkBWo9lk7hbT9A3uOg7LBFYfmnK+JTkY7JFT0NBQXI7tnbNKKTujuB
VjdPs2VtNXfZLiO8m6VjVJF9CO2kgsZrgrnioWrI8USqxj+0/EQrXcCRdSATb4KccdkoOTip
lwH0SY6iQHGzcXBsR6qBZznlthsi775jlKxGQB3JkRtE7r3upq4HybVBMcu5dw6QIfL4zk3G
aoayTQClE2Ibsu6UqKthJSuy+34bMrW8y2+0tl5AdZdSUONqAKVJUCFJUk6EGg5MRncRm4/v
OLlIlNj2tpspN723tqstN7abhXfVfZPy4l4uWMpwmSuDISbuQ3HFFpwJ2lKATe4JGoWSPgrr
wfmM0qU3iOSMKxeW3eGoqBDC1XIBSo3sDYdTQO9FYvWaAooooCiiigKKKKAooooCiiigKxes
1wZnMQMLAdyGQdDTLQ7eqj2JSO0n0UG6dNi4+I7MmOpYjsJ3OOrNgB/judLdtV1J5ByPnkxW
N42lzH4MjZJyLiCCT3VLG4HQ62CEquepsOnnGRs35jz/AH3LFUXi0d3fHhp7peUnu23Jso/5
yr6ahPpFjY/Hw8bDagwWUx4zCdjTSOgA11vqSTqSdSetBF8Z4hiuOxwIzfizFJtImLH0jhJu
b9bC/ZU6KBWaApV5XzM4qUzh8OwMjnpSgGogN0oSddzpBFtNeug1NhW7mPI38TGRDxSBJzk4
huFFGqhfq6U9LJ/zrCtfDuHpwTTk2c575m5vemTFXUdTuLaCddt+p7T8QAb+N8YVjVOZPJu+
/ZyYP+KlH2Ug/wCyZ/VQnp+amAUCs0GKqrzF8xp0eXL49jE+7hsBuRKOjhJF1Jbt0Fja/WrV
r548wteaZb/fD/VTQL7i1OLUtaipSiSpSiSST2kn015FFFBkmsXoooC5ooooCiimnhXBJvKy
84l4RIcchDjyklZKiCra2nupURpfvDrQLkWM/LkNxozann3lBDbaRcqUegApzX5Q8obaU889
CZbQne4pbqgEgaqKj4dtO3WrK4ZwmHxWO6lCxKlvquuWUbFbNNrdt67C+vro59OW1hBi4zgb
n5txECLexFnVBLqlA3OzwyQSAbXFAn+UvD3dzPKnnShALzcZgAWWLeEXCq50vuFrdl6tUCtG
OhNY+BGgMlSmojTbDalkFRS2kISVEAa2FdNAUUUUGKVOPoEvmXIskSXUsFiDGdBu2EpQHH2k
kabkue0Ow01G9K/l19NgHMp7P2vMkzvC6hvxHCnwwe22ygaazRWKCr/Mrn+Ux2SVhsO8ljw0
AyZCCFObla7B+pt/p1qqXXFuuKdcUVuLJUtStSSdSTTb5qwUROYSFI3H3lCH1FX6yhtO3Qad
2k+1AV0sQ8iY7k9hh4xo5s7KQhXhoKrABTgFk3v2mnDgfFuPycfIz/KHEt4xpfgMoW4W0rct
uVctqC7gdAOtTo83MA0sYxnEKOESgs2JRuKNlinwCNpSTpqrUa+qgqtSiolSiVE6knrRT9nv
L+Tmcgctw9lqRh5yEvNbFoaS24bhxoIWsEWIvaw23220pHnQpUCW7DltKZkMKKXG1CxBFBov
XpTq1gBayoJ0SCb2Hqrqew+VYhN5B6I63DcVsQ+pBCCoEiwUR6jXFQew4sIKAohCtSkHQ/FW
K80XNB6r3HZVIkNR0EBby0tpJ6XUdovWq9dWJ/8ANYf+/a/100Dg/wCUecjrCJGSxbKyLhLj
7iTbpeymaTZ0VUKbIhrWhxcZ1bKnGzuQooUUFSDYXSbaU7+df96ov9gb/wC+frt4c7k8HwxG
ZeyCMdjXZCvDDMUSZDpKvCIUpaglIu2baUFa0VZnmliG52XwZgRT7zkmyHfCRtWrvN7SpIvq
N5604Iy6nPMFzj6W2TCaheOtPhp3B0lJ9r0bVCgoOirN4onJ43H5zNpnNYzGNTXA48mN7zIU
pKgnakEhKU98dld/NYWJzH4UmSEBIyUltuRIUgMuONOBBIcCToT8Ol6Co6KtXlfKs/guSjj+
IxzJxaUtpYgCOFJkBaElVgkX9olPd9Fc7Mx3inlxjcvgG2/fZ71pk0oDihfxO6bg2AKQn/Ka
Csha43dO23W1NbvE+ONl2X+IY68aljxGSnaZanbaNGLu3J+Gm7PQYauQ8Myq46I2RyamlTmE
pCQVWaX3k+kFZGv+KmKPi8NB5zJffSh3I5dAVFZABDMZhltC1kdhW4m3xfDQUJTDwji7/Jcv
7s0+IyYyfHccsSoBKkgbLW1uajeQADPZIAWAlvgAf7xVPPlJyrE4wSsXkFNxVyFh1iSoBO8g
bS045f40Aj0+kUDwzzPHq5Q5xOQw606lISy86CUvHbuULEE2t0UTr/h48hg5fFpKs3xdkqhk
D7SwyPZWhIt4rA/RcSOztqbzPGcVmpEKXKSoSIDqH48hsgK7it4QolKgpBNQ2e8w4+OybeKx
sJzKS1v+7rKDtbDibeI2lW1RUtG5Nxa2vW9AyYfLwMxj2shj3Q6w6LgjqD2pUOxQ7a7qTcvi
5/G8g7yPj7ReiPHfl8UjosDq+wOgWOp9NMuJysHLwGp8B0PR3h3VDQg9qVDsUO0UHZURyHjG
J5DFMfIMhSgkpafGjjZPahXwipes0FYMZDlHl9MaiZZS8pxxRv76lBKmi4Re57xTZX6Kjr2a
1YeMymPy0NE7HPJkRnL7XE3GoNiCDYgj0EVtkxmZTLkaS2HWHUlDiFC4UD1BFVxksPmfLt1z
K8c3TMK7/wA7BeJV4Zv7YKbG1tAq2n6V6CzqKiuPchxvIccifj13QdHWj7ba+pQsekflqUoM
0UUUBRRRQFFFFAVis1zzJkWDGdly3Esx2UlbjquiUjtoOfNZnH4SA7kMg4G2Wxb/ADlKPsoQ
O1RqvsY7E5hk057k06NGxjCj9nYhb7YvtNt7ySr1dvX4OuIUB3zK5A5lZi3GuM49fhR4pVZT
igElSbJ9kK9pauvRI9IfHOK8ZeXvdxMNarJTdTDZO1ACEj2egSABQZaznG2W0ttZCE22gAJQ
l5oJA9QCq2fiLj/3nD/jt/OrR+D+Kfc8L6u382j8H8U+54X1dv5tBv8AxFx/7zh/x2/nVHZ3
m/H8TjnJaZjMp0d1qOw4ha1rN9o7pNhpqT0rZJ4xw+LHdkv4mEhlhCnHVe7tmyUAqUbBPoHZ
S3xTieLzcx7k07GtMQnCprEY4sNtNGN1TIdbTfete423fCNNtg7OJjDwkqy2ZycR/PzReU6q
Q0rwxfRluy7AAW6UyjkXH/vOH/Hb+dWj8H8U7cPCv/Z2/m0fg/in3PC+rt/NoN/4i4/95w/4
7fzqPxFx/wC84f8AHb+dWj8H8U+54X1dv5tH4P4n9zwvq7fzaDeeRcf+84f8dv51UNzuZBm8
ryEqC4XWFuftL3SpSQEqKbdlxpVm80w2CYai4TE4mEnK5pZZYWI4HgtgXdkXbRfuD1+voDVd
+YeHh4TONY6IhKG2IjIUUi29djvcOqjdR9dArUUUUBRWUpUogJBJPQCp1vhHKlxn5S8c5GYj
J3vOStscBNib/TqRfp2UEDRY1IzcDlYOOiZOUz4cKeCYzm5J3W16JO4fGKMBiHM1mYuMb3D3
lxKFLQkrKEE99zaOxI1oOaCw3Imx2Hl+E264hC3DYbUqUElWumgNX3xxPDuOQlwsdkowacc8
VfiSW1ErKUoJ9r0JrdA4HxODGTGRjI74T1ckNpecJtqSpYPX0DT0V0/g/in3PC+rt/NoN/4i
4/8AecT+O386lZ7MYvJc/addnMJgYWKVMrU+2ELkSe6VI171kXB10NqYF8S4khJUvEwUISCV
KUw0AAOpJ20t8E49gsnjpeVl4+E+Jkt5TKAwgoabQrwkpbKt3dO2+lA2jkXH7f8AmcP+O386
j8Rcf+84f8dv51aPwfxT7nhfV2/m0fg/in3PC+rt/NoN/wCIuP8A3nD/AI7fzqPxFx/7zh/x
2/nVo/B/FPueF9Xb+bR+D+Kfc8L6u382g5s/yXEt4LJOQ8nF96RFfVH2PtlXiBtRRtAV13Wt
WnieW47C4zi46Z0RgpitFbZebBDi0Bbm4FVwSsm/rqM5/wAXwjHFJqsbi4zc1So7ccsMIDhU
4+0jajYm91XtpTF+EOKHU4eF9Xb+bQb/AMRcf+84f8dv51YPIuP/AHnD/jt/OrT+D+J/c8L6
u382kTzT/DmEgs43G46EzkJ11LcQw1vbYHdKhpdKlK0SbdAroaCH80OX4rNyU4+Cyl4QlEJn
3sSTotKfSiknHzVQZbctDbbq2jdKHkhaL27Un0da5jRQb1zJK4qIanVGMytTjbV+6FLAClAe
k7a0GiigdfLLlreCyq40+R4OLlIV4hVfahxIulYCQdTbbVh5LPeWmXiqkZB+JJbStKStaVBz
cBpayQ4QB29Koes3066UH0ErlHCM7Hexip8Z5lxshxt36NO3poXQkXHZY1TyOLwyxOmO5aNH
jRXHWo6SoOPPFskIs2g6BQ6K6UvXovQYooooCvTLrjLqHmjtcbUFoVobKSbg615ooJDN5/LZ
6UiZln/eZDbYaSvYhFkAqUBZpKR1Ua7MPzfk2EgrgY2YWYyiVBBQhe0q6lBWklN/VUHRQMC+
e8tXNjz1zyqVEbW0w6WmiUoctvB+jsq+0anWuOFyjPQcq7mY0tQyL4KXZC0ocUoKtcWcSofo
jsqLooJzD815LhPeBjpnhplrLryVIQtJcPVYStJCT8FacvyvkGaYYj5SYqS3GUVs7koSoKIt
fehIUfjNRNFA0M+ZnNmYoipyJKQNqXFttrcA/wC2pBJ+E61xYLmfJOPtKYxkstMLO4srSlxG
70gLB2/FUJRQSkrk+el5drMyZanchHUlTLqgkhBSbp2t7dgF+y1bU8x5GjMqzomH7TWnwy+U
Nnu227Qgo2AWHYmoaiglsPn3oGcTlpCUSi46Vy23EIUHELVvdTtUnaCewjoaeOQcW4fn46cx
x7JRYD8rc65FfdS2kk9U7FKHhkK61WNTnC0NOcoxrDzTb7L76WnWnkJcQUr7pG1wEUFyYLN4
fC8ZiMZPKxFPQ2UpfUh9LxuDbTaSpX9FRMHEcSa5c3yuHmIyGXUOPKjreRuU/I37lneoFKdr
ns9b0zjiHFb/APk8L6u382tMLgvE4ccRxjI7wClqC32kOrstal7d6k7iE7tqb62AoO08h4+f
/mcP+O386kzJZDGcXzyc7iJkd3DyyE5fHx3m1KCySkSG293pI3bf/wCG38H8U+54X1dv5tY/
B/FfueF9Xb+bQbWuTcddbS4jJxNq0hQu82k2ULi4Uq4+Ovf4i4/95w/47fzqR2cBgeMciONy
kJh/C5M7sdLksNuFqQTrHW+e9tsO7u/OacfwfxT7nhfV2/m0G/8AEXH/ALzh/wAdv51eF57j
q0qQvJQ1JUCFJL7RBB6ggq7a1/g/if3PC+rt/No/B/FPueF9Xb+bQV1m22OG5f8AEPE58Z+A
6oCbjUPoVoT0CQokpv0I1T8FWPx3keO5Dj0zoKvU8ySN7a+1C/z9tefwhxXsw8L6u382kjO4
V3gOab5Ph932M8sN5CClQFgvsSFaFPaPQfVQWd2VmuPFZSDloDWQguh6O+m6Fjr6wR2EHqK7
KAooooCiiigxeq25ZPncw5COH4d4tQo/eyj4F0kpsSm467elu1XwUz875Arj/HnpbJImPkR4
YAv9K5ex9lQ7oBVr1tatPAONO4TDl2YSvJZE+8S1nduBULpQrf2pvrp1oJ7G42Hi4LMGE0lq
OwnahCRb4SfWe011Cis0BRRUZyLKow+FmZJW3dHaUptKlBAUu3cSCoHVR0oF/ka3OTZ5vibC
gIEUIlZhwEkkBV243dI9vt/yU3sstMMoZZQGmm0hCG0CyUpSLAAeilzgWJkw8P79kFF3J5VX
vUt1ViTvHcToVCwT0tamagzRRRQFeSa9Utc+nyYnHHWIe733JLRAi7do78g7bXWRtukEX7DQ
cPEk/bnIMpyt7vtocVjsXp3RHZPedSSnXxFHr2d4VGeb3G2pWLTnWUn3mHtQ9tAsWlG25Xb3
TTxh8XGxGLjY2InazGbCE3tcn9JStum5R1Nu2ul5lt9pbL6A406ClbagCkpIsQoHrQfLRop5
8w/L9zj7qsnjUKcw7qu8Oqo6lGwSr/MJPdV8R1tdGoH/AMm8YmTyF6e4gKbgMnasmxS673Uk
Dt7gWKbvMnkONS3H42uShpya8176u5s1HCgpXibNe9bp6Kp2FlclAbebhSXY6JKdj6W1FIWn
XRVvhNc61rcWVOKKlHqpRJP5aC5+dcm4m3x5nGuoclRp7KVRCwB3W0HalxCnO1JTa3aKX/Lb
L8KxeUXtdksTJKfAbelbEtFKiFlJ2aJO5san01YXE8WiPxjFsSm23XWo6DusFW3d8WKhftpW
5r5WszzLy2FUUZBwhz3PupZWEpspLdgClarX1Nr/AA6BYqFpWhK0qC0qAUlQ1BB6EV6qvvKl
7kjMWRisxDlMMRwlcRyS2tsAEkKbTvQL+nrVgUELzKerH8YyUpCkpcQwpKN/TcsbLdRrrpW/
jUFOPwECIlRcDTCBvIte4vrUP5geJJjYzFNoSVZGeygKWbJSGz4uosq99tNQFhYaCgzWaKKA
ooooFfnKFrPH0oSVn7bhkhIJ0T4ilG3oAF6Z6V+RKP404om/dKp5I7Lpj6H4daaKANfPXmHk
jkeYZJzvBDDvuyELN7eAPCVt9AKklXx1e2dyzGGxMrJyBduK2V7RfvK9lCNAbblEC/ZXzO4s
rWpaiSpRJJJubn10Hmis2rBFAUUUUBRWbCsWoCiixosaAotXpJsRTqODPcjwzef46ErecV4c
zG6NhDyf2imnF7EbVXCtvQXsDpQJFFbpUWRDkuRZLamX2VFDjSxZSVDqCK00BW1USUmOiUpl
xMdwlKHikhCiL3CV2sehrVarf8mpEaXgp+Ndb8VcaSHj4gBRtfRsSE3PW7Sr/DQVBRX0JkPL
viE5jwlY5tgi+1cceEsEi17ote3oOlUzzLjD3Gc05AUd0dY8SGsqClKZJKUlVgmyhax060ED
RRRQFFFjRQFFFZFBipHAJyX2rHexTZdmRleO2lNr/RDxFdfUKYMZ5XclyeJbysYxw2+2XGWF
uEOqA9m1kFA3dl1fDTr5ZcFm4RyVkM1EQ1MNm4l1pcWhBB8U/RqUgbrgdb9enaDthcm1lsVF
yLQsiU2lzaewnqPiNd1J3Dnhjcxl+MPKI8B4y4KFlvVh87zt2a6KPo0pwoM0UUUEXyHBQ87j
nIUpOvtMOjRTboHdWhXYRUdwvMypkNzGZTcnMYshqYFggqGvhvesLSL0yUm8tScBnIHL2U2j
3ELMBIJuw4RsdVsbUe4rtvf2UjrQOdFYBFutZoCtEuLHmMORpLYdYdSUONq1CknsNb6KCssB
JkcF5QvjeRcP2LkFeJj5Th2ttqIJsN1xqSEq162PbVmDpS5zrjCOR4J5hCAqewkuQV6AhwWJ
buVJH0gG3U27eyuby65SrkWDAkf89A2sSD3jvFvo3SVdq7G+vUXoG2isVmgKxWa48tkGcZjZ
WQet4cVtThBUE7ikXCQT2qOgoETIhHLPMuNBCfHxnH2yuSCElHjX3KGoN7r8NJSf1TVjDpSN
5TwXfsaTnZR8SVmZC3FuXJJQ2pSe8Ow+IXD/AEU80GaKKKApP5Qk5rk+J413jEQFZHIoAUAW
2ztZSohQBSpYN/ipvpR4ayqfmc7yRwJUJMow4S0glJjxfo97S72UlwgdNLg0DaOleqxWaAoo
ooClOYv7T5/CigKLWEjLkuKSCAHpFm0JWo3BBRci3b201mlThSlTpuczKkKtLmlqO6u24tMA
NhNgTYBV6BrFZrArNB5IuLW0PWqx5X5Q+8PuzuPLQ0XDuMBfdQCevhK7AT+ienZVoUUHzHk8
LlcU8pnIRXI6kkA70kC5G4WV0OlcNfQ3mHI924dlHi2h0+EG0pcFwC8oMbx60hdxUBmPJ3ES
Yzf2Y8qJKabSgrUNyHChKU7lp0sVbbm3aaCJ8oJ2en5OUZE15+BHYSgtPLU4Aon6PZvvtsEn
pVsCqQ4pyKbwDMy8Xmo7nu7lvHbRqpKkg7XWwSEqCh/6aUx5zzmiMyEs4SN7y2lVnJD90pUA
VA+GgWPoIKj8VBZtYuKrTO+c8FizeCjGUsgFT0i6EC4vYJT3ja9uo+OouN515Lx0GXj2FMC+
9LSlJX00spRUOvqoHfP/APE8w49Ac0ZR7xNG32i4ykJQCTfu9+mikLC8lxXKebRZMRzY1Bgu
lltY2OKddXscSoE62QkKG3/JT6LWoM0UUUBRRRQKsv8A4nzHgsPd5uFjHZUZPTY846GFr01N
29LG4ppHSldf/wCzmv8A6Kv/AN5FNNBTvnJnXXsmzg0EpYioDzo1AW44O6TrY7U9NO01XHaa
u/zN4czmce5mGV+DOxzK1qv7LjTYLikn0K67T/6CkaAor6IyL3KDymJFixmnuPOMXnOOBOi7
uXA7269gjSxFVinA8VyfKc2yhM12Kw8kRI+KaDl77g8dxQpCUJWO7+SgRaKfsx5dQIPIcJBa
kPiDmypO14JEhooCSoKskJ/THZXqB5WSHM7kYs5EmPiozbq4kzuXcKFJCAdCO8kk9KCv6KeO
OcDgScEzm8x7+63McKI0bGM+K4EJJSXHDscsLg9n9N61yPL9qLzuJxpyQ4uJNR4zTyQEuhva
4rUEEXBbPZQJdFPWZ4ZxhnjmWy2JmS3nsS+mM4h8ISnxPFbaV0SCRZdduB8vON5qKwGlZZDz
zIX76tlKYm/aFKSne2FKANxe9j6aCuKneI8un8XyHvEclyK7YSopNkuJHaPQodhqUwvCcf7l
k8vyGW5HxmLfVEPuwBcddQoIOzeCALqFtP6LVnGcNwOfzwYwk90YdqL71MfkJSHWiFqQWjYJ
TusAb9LUEByefGyecl5GKSWZa/GSlQspO4XKVdl0+qoqmPNtcQix0yOMzpbj+9TDzUtKQS2t
C0qcQUoT3SNLdda3QOY41lTRmcfx8jYq7jiUFtahe/dAOwED1UGeKeXua5IhMlATFgFVjJd7
bHveGnqr/Bftqw+I4RrivL3sDEcU8zLxbUyS65bcXmnls9zb7KSFnTX4abMDkI2Tw8TIRGvB
YkNhaGiANvZbT11C5YCL5gYF9oWcyMaZEkk63aYCZCAPR3z1oGqkbza4+5lOPjIMBSnsUVOl
A6Fldg7p6U7Qq/oBp5FapMdmSw5HfQHGXkKbdQRopChtUD8IoPls9aZeFcNlcqmONIcEeIwm
775G4jdfalKdLm/rqM5BiV4bNTMWsKHurpSgqsSWz3m1nbp3kEGrj8p8WYPFG3loKHZzinlE
m90+wgi3TQUG6X5cYF7jkXDqbIMEFxL7IShxx0o2uKUpYcNnDYkX7B2AVUr/AArMowac4ylM
iMnemUhF/EYWhRSpDiDrpbWvoilLh8dKJHIsQ6fGiMzl7UrA1EhIccSbddTQUHWb135/Fu4j
NTMc4DeM6pCSUlO5N+4oJPYpNiKj7Ggsnyv51Ijy2OOZFfiRZCvDhuqOra1dG9eqVHQDsNXA
K+ZMGJiszATAKUzDJZEZS/ZDpWnwyrrputX02KCsOdv5Di3MonKmloUxLAjuMAXWW2wjxQb6
a9ljVmtOtutpdbUFIWApKgbghWoINKHmlg38rxla4raFvwF+8EqO0hpKVeLtJ9WtHDOUNDj+
Kj5hxTU55DLbRU2UhwPuyWooASP0kRibnTob60DlRWKzQFcmTx0bKQX8fLTvjyW1NuDS9iOq
bg6pOo9dddYNAreX86QrFP4WatK5uBfVAWRpuab0Zc27RZJT3U+m16aaUn/Cw3mAy74m1nkk
dSHW1K2gSIoR4a9epUg7QB2020GaKKKDBFVrKYTxDzJbnklrFZ8KS6dNqXVkFYUVEkDxLK7O
tugqy6UPNDFmbxZ2S2dr+NWmU0q5Fthsu3r2k2oG4VmozjeRVk8DAnrG1chlK1gm53W1udOp
qToCk7zWmmLw6Q3s3+9uNsXvbbc+Ju6G/sU41X/m1IaDGGhS1BECTMBmKt3ghG0Gx1PsrVQN
3Hcb9lYGBjyEBcZhCHPCFkFzaPEUNB7S7quevWpKlhPmNwhIAGUbsBYdx3s/0Kz/ADH4T96t
/Id+ZQM1FLP8x+E/erfyHfmUfzH4T96t/Id+ZQTWVm/Z+MmT9ni+6MOP+He27w0Fe29j1tUX
wKD7jw7EsBfiBccP7rW/5gmRt6n2fEteoDmPmDxyTxnIR8VkG3pj7Xgob2L1S6Q257SLewpV
Skbn/A4sZqNHyTTbLCEttICHbJSgBKUjudgFA10Us/zH4T96t/Id+ZR/MfhP3q38h35lAzUU
s/zH4T96t/Id+ZR/MfhP3q38h35lBOz3FtQpDrZsttpakHQ2UEkjrUJ5fRw1xSE7uUtcwKlO
qVb9o6oqXbaB21Gci8xeMrwc5GNyTbk1bK0sI2OaqIt+ki3bXvBc44PjcNCgJyaE+7soQUqS
4SCB3rnZ6aB0opZ/mPwn71b+Q78yj+Y/CfvVv5DvzKBmopZ/mPwn71b+Q78yj+Y/CfvVv5Dv
zKDX5gfTQMbAc1i5LKQ4kxv9dlSyso3DVOqRqDemkVX/ACfmXE8orDoYyje2Lk2Jby9jlg2w
lxfTZrdVk/HU3/MfhP3o38h3+roF/wA5MM/LxUbJx2gswlqEhaUkrDa+huB7II1v6apurm5r
5k4E4GTEw8kS5UxCmO6lQCEqFlqVvCf0TYVTJoCiiig9ocUhQWhRStJulQNiCO0Gn7iPmvlI
DzUTOuGbAJ2mQReQ2OgO4ftAO2/e9fZVfVkUH1HGkMSo7ciM4l1l1IW24g3SpJ1BBFbq+e+K
c9zPG1JaaV7zAG68NwnaCoglSD+idKtHFeanE5sbxZT5x7vRTTySrX/NLaVXoHOiln+Y/Cfv
Rv5Dv9XR/MjhP3q38h35lB7xst2RzXOMrACYkaC02Re+1QfdJVc/rLPQeimIVXeK5rxZjlud
nuz0JizEQxHd2uWWWm1hegRfS9T/APMfhPblW/kO/wBXQMTzLbza2nUBxpxJSttQCkqSdCFJ
OhBr535bxLI8YyJjyh4kdwlUWUkWQ4n8u1Q7U9nwa1c38x+E/erfyHfmVzT+beXeSjqjTprE
hhWhQ404RqLXHc0Nj1FBWnPecfiHJNvYl2XFhCMll2O4rwwpYW4pRKGnFpIKVAa0cO5Vh8bh
MnhMsJbLc9SXEyoBSHxttdG5ZFvZ/KalMpg/KuStTkHNmESFHZscWncdU+03cAVDNcZ4qHEF
7k8dTdxvCGHtxHbtuLXoJaTzjCychxdcCLNLGA8QPNrCHHVJUG0p2FK+8e5re1eMZ5hNw+VZ
fIT1TnMfMbfbjRCdxbU4tCkbm1uhCbJSRoakPLLOcNwuLXIyTzUfKKdWnxFIWpfhWRYApSQB
eoHzNyWByedamYVxDqXGB7y42lSbuhShdW4J122oOjA81xH4cY4/m1T4ohrUqNNxrgQvaoqU
UOBRHar0H4q24/mfE8Xm38uzHyE5+PHQzjHJbgWrefF8ZTqi4doUFgDaD26UhUUDPF5XERw3
M4SQh1WQyslElDqUp8IWW04rcd4UPYPRNNR8yOJuZbHZx5nIplxWS0qG0pv3Vu6FpKktlQ3H
v2Go0+C1VdRQPGM5pg3ImYwmcjyF4nKS3JbLrG0PtKWsLFwo7f0Qep7etecRy7jXHc6V4iJJ
ewz8T3WamQU+O4orUoujarb0ITbTSkmign+QOcK91Q1xxqaZCnfEdemFFkt2UPCQEH0kHUfH
XniHF5PJ8smAysNNtp8WQ6eqWwQDtHaTfSoMDSrc4JluC8XxpQ9lWHcjIO6S8ltzQaWaSrZc
pTb4zQWPEjoixmoyLlDCEtpKtTZACRf16Ut8g/vzxP4Mj/3CK2fzH4T96N/Id/q6gsxzLi0n
k2AyTOSaVHgGWmSdrgUkPs7UKA2ajci1BYdFLP8AMfhNv/NG/kO/1dH8x+E/erfyHfmUGOT+
X2D5NMbmzVSGX20eFujrSkKSCVDcHELGhJ6Uvcl5pmOG8kYguITJwamGQhohPihCB4a1IUna
d1x0VcHst1pi/mPwn71b+Q78yofOZvyszzjLuTmNuusEbHAl0HaCTsPc9k31FA543IxMpBZy
EJfixpCd7a+lx01B1uDUHjFFrnOYjNgIZXFjPrSkAXdJWncTa5NhXlrzD4M02lpvJNNoQAlK
EtuAADoBZFQqObcUj8ydyCJ6XIs6Elt17asBtbK+6nbsudwVQQHnFglt5yNk47RUJ7RS9sCl
KLjG1O49QkbFIAt6KUOJ43G5XPRcdk1OojylFsKYKUqCyO5cuBQtf1VdR8xuEkWOUbt2jY78
yql5PD47ByAyfGci08ylaXERCHA42sKvZO9ACkj1mgeMZ5Ot47KxMijKqc9zkNyEtKYGobWH
AkqDvqte1WRStH8yOHGO0Xsm2l0oSXBsc0VbvdEemo7kHmvx6FDUcS77/MWk+CAlQbSrSxcK
9p7egoIbnfJ40Pl7DDuTlPY9CC1ksbFASgIWgpU2olYStS92txdI6Kva2jj0NX2DD5pyArnx
8SG28PEipQl1KWnVR0pfKW0KWELCVJ75tr6SDXE+dJyMx6dLX4kiQorcVoLk+oVYvlnz+DjY
JwuZcTGjRwpyLIso+0veptQSFX1UVA0FkcdzjWexTWQaaWwV911lwEFCx7SdR3h6DUrSyPMb
hI/+aN/Id/q6P5j8J+9G/kOf1dAzUUs/zH4T96N/Id+ZR/MjhP3q38h35lBr5/ZiBj8ror7L
yEeR4R033V4W3drt9u97HpTTSJyvnPEMhxzIRI89t591hYYb2OXLgF0WJQACDXbjfMTiDeOi
NyMojx0Mth3clwneEjdc7PTQN9FLP8x+E/erfyHfmUfzH4T96t/Id+ZQM1cuQiImwpERaUrS
+2puyxdPeBGo+GoP+Y/CfvVv5DvzKP5j8J+9W/kOf1dBHeU7qRx17HkHxsfKdZdV+iVE7u72
217RTtVf+WMyErIcggwVmRHEoSGpHTch26bbSB021YGtBmkLzLAOV4sCLg5FIIPQ3WzT7SJ5
vAM4GJkWu7LhzG1R3R1QbKVp8aRQO4YZ/do+SKPAZ/do+SKxHcS6w26hQcQ4lKkrSbhQIvcE
emttBr8Bn92j5Io8Bn92j5IrZRQK3mNELnC8olhrc4EIXZCdQlDra1q0HRKQSfVTCwIb7Lbz
AbcZcSFtuIAKVJULpUkjqCK5uQx3pWByUZhJcefiPttIHUqW2pKR/Sa5uGSGZHE8Q4ysLQmG
y2SOm9pAbWPiUkiglvAZ/do+SKPAZ/do+SK2UUGvwGf3aPkijwGf3aPkitlFAvc4ZaTxHLFK
EgiMvUAA1JYphk4uHdCT9A12D9QUZyMzKw82O+ne04w4Fp6XG09ulcfC5D0niuLefUVurjo3
KPU2FvV2UEv4DP7tHyRR4DP7tHyRWyig1+Az+7R8kUeAz+7R8kVsooF7k7sWFIwTrjQLaso2
yUpSOr7EhhF79gUsX9VTngM/u0/DYUt8+7rGEeVo0xmoTjzh0ShAUoFSz0A16mmjrQfNOXTL
ncgmNoS5JkuyXEIQkFa1HeUpSkak9LAV6/CfKvuaf9We+ZT3neOrxfmfjZjDJTCmy2HAtKe4
HCqyk3AsCSCbV2/iPOfzY+x/fHPs7xtvu1xst4G+3T9bWgqV+O/HeWxIbUy82SlxtwFKkqHU
KSrUGvFjVl/h3Dy83yzP5tC5ELFSHCIrSiguLKlGylJIIHTp6aiuS8ewT/GIHKOPx3Ibcp4x
noK1l2yrrSClSyT1R6e3soEmxosat4cN4Kc7J48IDplxIPvjj4fXsv3E7du69++DStxXD8cP
FMnyDORFy0wn22m0NuqbUd5QkgWIGm+9AlWNSfHs5IwOWYycdIcLJs4yokJcQdFIVt9P+G1O
WZ4pgo3K8NEgYyRKhzohkOwmnCXFKUHNv0jiwEgHbuN+lbuVcOwDfE5eYhwRi50B1CHI7cr3
tJC1obstW5W1XfvQWBx7lHGuQtA491svAAuRVgJeT7N7oPUAqtuFxftqa8Bj92j5IqrmsJwb
EzuOsSoUlczMMsKQ62+tKW3nNu1wbVpWDvV2Gwph43npkTluR4hPfVLTGAcgyHNXPD2IcDbi
gBchChr20HVhWmjznkidiSEtQLCwsLtuUz+Ax+7T8kUtYT+/fJf91A/7tymmg1+Az+7R8kUe
Az+7R8kVsooNfgM/u0fJFeHGGfDX9GnUG+grfXh39mv4DQIvk+22viaypIUfe3dSL/ot+muP
zkwqXcTFyzLYCobhaf2N3Phu+ypSx0SlQt8Kq7vJv+6S/wC1u/6rdNebxMfM4qVi5I+ilNlG
7qUqGqFjpqlVlCg+ZTRW2THejSHIz6S28wtTbqFdUrSdqgfgIrVQFFFFAUWopz8t+Gtcjmuy
ZaymJALalITYlaiSQg36CyaCY8r+BvSJDPIsmjZFaO+EwsAl1XQOkKGiU9U+k69Ott+7s/u0
/JFekpSlISkBKQLADQAfBXqg1+Az+7R8kUr59psc44qkISARkbgAa2YRTZSvm21vc5434Vlm
K1PefSCLobW220lah6Cs2FAyeAx+7T8kUeAz+7R8kV7rNBr8Bn92j5Io8Bn92j5IrZRQa/AZ
/do+SKg21xXOZPx2wkrYx6PERtsAVuqKey2o9FMFKuNcbX5h5jYoK2QYyVWN7KClmx9dAyKj
MqSU+GkXBHsiqBQ9muA8mdbAN2VbVtuCzcmOT3TbUWUBca6H119CUl+YXBDyVluXCKUZKMCl
AVYJcQT7KldQR2UEy67JyvHPfOPlhuXMZSuK7ISfDSV2uo9wm6Uk2unr10qhM9hc7ipihm47
rUh5RWp1zvhxSrKWQ6LpWe9rYnWrs4whXEuIsNcjkIjmOpaVLUvckBS1FtKT8HZW1zOcH5I2
uA9KiTUWv4bp22v3boUvbY69Um9B89U2eVyQrm+PSQCCH7g/7hyrFy/lnhk8fmw8NEScg+Uq
ZeeV3kkL3WC+wBJI/wANRvlHxREeL+JH1JccloU1GQBq0EOLbcJv2q2CxHZf00Df+GkK5OM8
5IUpLcf3diFts2gqN1rvc+18A+OtnIszieO4xeTnNgtIUlAbbCPEWpZttQlakhRAuq1+gNde
UiTJccNwpioLqVpX4yUBy4TqUFKuoV21C5/his9gY+InZB1bjLwkLllCSpSrLTbaNoA7+lBE
wfNnhsuSlhxp+IlWnjPtI8MH1+Etw/Ha1OkZUGUwiRGLTzLg3Nut7VIUPSFJuDXz7zTjI4xm
jjUve8NqbS8hwjabKuLKGvQipfy25lOxGUj4lRL8Ce8hrwSdW3HFBAcRfpqe8KC1uZssp4nl
yEJB91dIIAvcJrtwrLJw8AlCT/wzOtgf0E1H89ktx+I5LeCS+yWEBIvdbx8NH5VVLYppxjFw
2XU7HG2G0LT6FJQAR/TQb/AZ/do+SKPAZ/do+SK2UUGvwGf3aPkiseAx+7T8kVtrw4tCEKcW
dqEAqUT0AAvrQIvCQBznllvZ8RsC3TQr0p9pC8pz4kLLyUAlp/IOKacIICk2GoPb1p719FB6
qB5vA+0OKZSOVbLMKdBtu1Z+mtbTrstU9XkgkWoFry4yQyHDscsqbLkdBiuJbN9pYJbQFC5I
UWwlXx3pnquuDrXxzl+W4e4u8V0mXBUo94kpSogHaColsi+umw2qxKDNFFFBg0rcA/4SBOwa
u6cNOfjtIXo6WFr8Zl1xP+fvJSbWI6U1Uny//BvMKPJvsi8hjmO73lAe8sW8Naknu3UiyEj4
fjBvrNYHSs0BRRRQeHEIWlSFgKSoWUk6gg+qlfy8fvh34Ct4dx8t9hTKwoFtO8qbR3wNNpHS
mqlTEIOM5xlYClq8LKNIyMdBsRvSfCeNwLj9G16BrrNYrNAUUUUC55gQnZvDcqy0UpUlnxiV
XA2sKS+saA62QbVNY+Y1PgRpzAUlmU0h5tKrBQS4kLSCATrY0ZCG1PgyYL9wzLaWw5t0O1xJ
Qq1762NQXl/Jfd42zDlKvMxTjmPkiwASuOvalAKdFAN7Reg7uUND7KVODQedxa0z2kKWUAmO
fEUNyUq6oCgNDVJ/jL/72/Ffuf8AtPE908X/ANV4NvF2fH7NfQVjVBeYXE18czKiyknHy7ux
lAHai5P0NyTqn4elBtx/PzGymXfkwEysZnVqVKgKcII3E+y6E9gUezX1VIQ+aYfIZPC4lUJv
E8bxz5fU0txTl3AlakLWsgHRSvz0gXPoovQWrjvMPjKuWvvLxaIyphcjSMwqStQUyn2VeGW7
WV4aehpW5Fy6M9iVcZw8JuFjWpCluPNrKzI2qIQvVKbAgA63Og1pTvRcUDujzMdbz+Py6IAS
mFD9xdYLu4uIvfcFeGNpvbsNc+Q5vi3OPZDj+KwqcfGnuId8QSFuKCkLbcJUFpN77LaEWpQv
RcUFr5zlOAw6OPSnsa3lZ0eA2qM8HynwVhKRZSEhSSb63IuKkPLSDKyUufzPJoHvWRWURxtI
CWxYKKN46aBIIPQVUOOhOz58aCzq7JdQ0gXt3lqCRqfhr6Wx0CPjoTEGKjYxGQG20gAaAWud
oAuep9dBAYM//ffJv91A/wC7cpopbjFiJz6dHSFF3J49iUpV9AY7jjBHxhaaZKDNFFFAV4d/
Zr+A17rw7+zX8BoEfyb/ALpL/tbv+q3T1SL5N/3SX/a3f9Vunha0NoUtZCEJBKlK0AAGpJ9F
BQHmakJ5xlAAB3mjppqWWif6aV6lOTZT7W5BkMiFlxEh9ZZUobT4STsaFtOjYAqLoCiiigKe
/J6c8xyhURNi3LYWF3vceH30kUiU1eWYmnmMH3M7TdReOn7ED6Qa/wCKgv8A0orgyebxeKjv
PzpLbSWE73Ekjfb1I6knspd4DzGZyl/LKeQhuNFcR7olKSF+G4XLBw7iCbIF7UDlSo39L5mv
ONfSIjYZLT6k6ht1yT4iELI0SpSBuAOpGtNNK/FbyuRcnyqe605KZghB9oLhN7HCbdhLmlA1
UUUUBRRRQYpU4UfeMjyHJJbKGZM4oaUrbuPgJ8Jfsk6bhTBlZrePxsqc6SlEZpbqlAbiNov0
qH8v4TsXi8Vx/f7xN3S3yu1yt4lV9LaEWNAx1msVmgi+Q8dx3IcecfkUqLW7xEFCilSVhKkp
ULaG249biljBeUuCxcsy5TjmQcbcK4yHLJQhIIUjclPtqFtb6H9UU90UETyienHceyExThYL
UdwNuJuSlxQ2NW2j9cikmdn8txLh+MxmLxkgPuw23HpziFFqO9IVdSVbh+0K1K7qiLd3r0ph
5+4X4ULBISVLzctuO4EA7/AQoOPqSegKQkdeymZRQ03uWoJQgXKlEAAAXuT07KCN4tBn4/j8
KJkl+JNbQTIVu3netSlm6j7R72pqWpF5T5qYfEpVHxZGQnAlJAJDSDYglS7d6xHQf01X+F8x
OQtcjjz8hPcdiuOIblsquWvBJSlZSyiyQpKRcEC9+t6C6cpgMLliDkobUlaElCFuJBUlKv1T
1HqqveS+WJE2M9w0obcjuIRKaLx3suftUPlS1qIsCO6BfoQDTfzjkreC447LaWDIkJ8OGQbg
qWPbBBGgGulKvkpkFuMZSEoXKXESC6TckuAoIPyL0DHz11t5vE4ZxaQnKZBhp1IIDoaQfEUt
sepQSCbEa010psJVl+eyJW9Xu3HmBHaSLbVSJKd7qgQDcJbski9wabBQZooooCobl+S+zONZ
CYFIC0MLDYcNklShtCeouTepi4qv/Ml1eUymG4owrvTHg/JAUoDw0naN6Ug932j8VBOeXuNO
O4lAaKVoW6gvuIcFlBTh3HSw09FMlq8MtIZaQ02NrbaQlCfQBoB8VbKAooooK981IMqGrG8s
gAJkYp0IeV2ltSgW91z7IVdNh+tTrh8nHy2LjZKPo1KbDgBvoT7STcDobit8mO1KYcjPoDjL
yShxCgFJKVCxBBuD8dV1w6ZI4jyN/h2SV/wshZdxjlgb7zpuWNvtJAvcdRQWXRWKzQFQXMcG
rM4V1ljuzY5EiE4OqXm+8nUAnXp8dTtYoIji2aGbwrE9SS2+QW5LZBBS82dridUp/SqXpKmP
N8N5H74UBjj2YI95WlA2sy+iVqO64SsXvpTokggEG4I0NB6ooooCk/naF42RjeVtI3/ZDu2Y
ke0qM99Gq11JvtKtB6TThXJlMdGymPkY+WjexJQptYsCRcaKTuBAUnqD2Gg6QoEA+npXqlTg
U+SIL/HciQMjgV+6r0tvYH/LuJ7qO6UaDtsAT1pqoM0UUUGKUcWGsLznJY4gpazjaJ0WwUEe
K2FJfQns3H2ybjspvpS58y9ETjuSR0FS8LIDj+xS0qMZyyHk9wKFuhNx0oGwVxZjEQczAdx8
9oOsOjoeoPYpJ7CPTXTHfaksNyGVBbTyQtCx2pULg6+o1toKX5p5XfYWOOTxj65LDGspD20K
CSbBSSkC/rFV7X03mofv2Imww2l0vsOIQhQBBWUkJ9rT2q+ZnEKQ4pCxZSSQoegj4KDzRRRQ
FFFduIx7uTycXHMhW+S6lu6UlRSFHvL2jrtGtB1cP/vXh/7dH/7xNfSdK3GvLzAcblqnRfFk
SinYh2QUqLYN9/hhCEAFV7E66fHdoFAruf8A7Oa/+ir/APeU00UsZ5xxvmnF0oUpAd9/Q4Ab
BSfAQvar0jckH4R6qZxQZooooCvDv7NfwGvdeHf2a/gNAj+Tf90l/wBrd/1W6Z+TNOvccyrT
CFOPOQ5CW0IBKlKLSgkJA1Jv0tSx5N/3RX/a3f8AVbp5IoPlc0U4eZvHWMHyMmG14MOagPtI
SkpbSr2XEINz2jdboL26Un0BRRRQFjVm+UuAXHEnlM1C0MMNLTF0tvsD4q0662A2+i/wVEeV
vGI2czLkjIMePBgICyhRGxTxUPDStJ9pNgokeoX62NgeaF4nCHmon/DtpUy0G2rISG9wTsAT
YbbdlBUfLc/+Is7Iyga8BDu1KG73IQgBKd3r0qwvJfHZNiJMnrQlOPmlKW1HcHCtgkbkgjaU
d9Qv6RVYYnGycrko2OiC78lYQjQ6X6rVt1skd4+ivozj+HYweGiYpg7kRUbSvXvLJK3F2JVb
cslVr6UHXJfajMOSXjsaZQpxxdr2SkblHTXspb8tmFp4wia8F+8ZN96Y+ty4UtS1lKXLHsUh
CSK3eYE52HxeYGFFMqXtixkpTvUtbx27ANp6ovUzioTePxkSC0VFuKyhlBXbdZCQkbrAC+lB
10UUUBRRXk0Cvz92Q/jo2Dh6y8zIRHCQoghlJ3vrUlIKigJTtUey9MzLbbTSGmkhDaAEoSNA
EjQAUo4tX4g51MyqQVY/BNGBFUVL2qlK1fWhOidEnYrrcbT8DiKDNFFFBiiojkfJ8RxyKmTk
3Nvibgw0kbluKSNxCU/4zp01qquSebWayW+Nih9mRCSPESbyFDvD2+iLi3s6j9agm+T81xuO
5yuTJbVK+yI/gxGECw8d2xcUpaz3dqdNEmk7lPPszyUNtPlMWM2DdhgqCVE37y7m500t0pbc
cW6tTjiitayVLWo3JJNyST1rxQZrFFFB1ycpkJcdiLJkLdYighhtaiQgK1NqZ/LvlUfjicw6
6kKWuKHGAojvOtq2Nt7dCq5dubG9gaTabvK/DsZXljHvB+jhJMsIse8pop2C4ItZagr4rdtB
b3DMJIw+DQ3MUV5CWtUzIKUbkvvd5YOpHd0Tp6L1O0Cs0BRRWLig0y5LEOM9LkK8NiOhTrq7
E7UIBUtVgD0ApC8u48rOZnJcyyDCke8q8PHFVtob1SrZ0vtCQnd261r8xchKz2UicHw6vp3V
h2colSEBKU70JUoHVITdahtOoTbXSn3F46Ni8fHx0RO1iK2G0CwBNuqlbQBuUdSbdaDqrNFF
AUUUUBSvz7izWfxCloKkToIU9FcQLqJAv4dhr3raW7aaKxQV5xbzLCoSMblYc17LQ07JCWGV
OrKUWT4jidFJNyAfXU5+PoP3XlvqTn56jefcXyLjzHJ+N2ZzMC6ng2LOPNgaWHsqUkXG0jvJ
01sAZPhXNIfJ4JJAYyTAHvcUH0aeI3fUoP5Oh9NBj8fwfurLfU3Pz0fj+D91Zb6k5+emfSig
TcpyvCZaE7An4XKvR3hZSTCXcHsIN9COyoni3O14xkYHMRJ78lgq9xX7usvvRwVFKlNK73dC
f6B6qsiofknG42eioSVqjT4x8SBOb0cZcHQgi10m2qe31GxoOD8fwfurLfUl/no/H8H7qy31
Nz89Y4jyl/Jrk4jLI8HN4w7JIAKUOgHal5vckWCuv5RTRpQLH4/g/dWW+pOfno/H8H7qy31J
z89M9FBWuW5IwxyOJyaFjsgwlCDHyweiLbSuMe8HN3Tc2R2n0eimJHmBAUlKkYvKqSoBSVJh
rIIULgg36EUxyYzMphyNIbDrDyShxtQuFJIsQfhFKPGZC+O5dziOQcHgLJfwzyisb2lH/lwV
3F2+yyqDs/H8H7qy31Nz89H4/g/dWW+pOfnpnooFj8fwfurLfUnPz1zz+Y4vIQ34MnE5ZTEl
CmnB7mvooW9NN9FBXHDeZjGYz7EnY7ILfx5KWw1GWpfgKJLSnEaFOlMH4+g/dWW+pOfnrm5n
Hew02PzKCO/D2sZNpKEHxIi1DcrUoO9OltfyXpsjvsyWG5DCw408kLbWk3CkqF0kEdb0C3+P
oX3VlvV/wbn56pHkzrb3Ici600uO25IcUllxHhrQCo2SpB9kj0V9Kmvl2YSqY+VEklxZJPUk
k0GmiiigKc/LKRHx+VdysmHLlJZbLbXuscvgLX1KiPZO3pSlEiyJkhuLGbU8+8oIbbQLqUo9
gFX3wDiTvGMQpiQ54kqUoPSEp9hCrW2JPbbtNBn8fwfuvLfUnPz0fj+D91Zb6k5+emeigrjk
vLoruQweSj4/IsyYU4Iu/GWkKZkIU282gH2nFADaKn/x9B+6st9SX+evPmUfB4q9kG9JWNkR
pUNw6hDyXkISu3RWizoRamodKBY/H8H7qy31Jz89H4/g/dWW+pOfnpnooFj8fwfurLfUnPz1
5Xz2EpCh9lZbUHrDXTTXl39mr4DQVd5acojYnjiozsGdJJkuK8SLHU6jVKNN6e3Smv8AH8H7
qy31Jf56jfJz+6S/7W7/AKrdPVBSvmtnmcw7jVMxZcXwUvA+9sqZKtxb9nd1tbWkCrt82+Pu
5LCN5GOgKexqlLcJUQfAUPpLJ9k6pSfiqkz1oMUVmnzy44IjMZB2VlklEfHqRuhqBSpxax4i
N9+iNuvroJby0z32DgXWJeOyDpkPl9lyPGW4goUhCQQr4Ump3kXIsTn8Q/i5GLyyUvjuue5O
HYsapXa/YaeEJShIQkBKUiyQBYADsArNBRfCMfIwufbyuRgZEIibiwhqI4ouFaVNnde23RV6
s38fQfurLfUnPz0z0UFZ8j5jFy+axMBEHI+7w3hNmR/AUl4hAuyQ1qqwVremT8fQfuvLfFCc
/PWnh27JZnNciXv2PPe5Rd2z9lH0OiLn279abqBY/H8H7qy31Jz89H4/g/dWW+pOfnpnooFj
8fwfurLfUnPz1xZjzGZj455cXG5FEtY8KJ48VaEF5fdbFyddeztp0qKyXH4mTycHIS1uL+zF
lyPG7haLhHtrCkFRKdCO9pQKXD87j+PYFiAcVlTIN3Zakw1955ft2PoGiR6hU3+PoP3Vlvqa
/wA9M46UUCx+P4P3VlvqTn56Px/B+6st9Sc/PTPWia+Y0R+Tt3lhtTmy9r7Re19etBT3mpyi
FmjAjR2ZMZ+IXFPNSmiyoB0NlB2k36Cq+rqyMmRLmvS5O/xZC1OEuEk94+k9a1Ro0mU8mPGa
W+84QENtgqUSegATc0Gqip/JcF5Vi4ByM6CpuKmxWsKQspCu1aUKKk/GKgKAooooCnvysyMf
EyZs+RAlyypCWWXYjCntupU4klOgv3ah+McFzvJD4kRsMw0q2rlvHagG3RIF1KNvQLemr049
goeAxTOMh7i21cqWrVS1q1Uo/CaCK/H0H7qy31Nz89H4/g/dWW+pOfnpnooFj8fwfurLfU3P
z1E8h8zo0SCtmHBmtZGQkoiJksKaBKu7uTuuTY+imDlvK8dxjHmTJ+lkOXEaKD3nFj+myU9q
uz1mwpe4NgMjkpjnL+Ttlc+RYwG1+y00RopLR9n/ADbnpr1N6CR4Hw9eBjOzpyzIy2QsuS4d
Sm/e8MEi97nvH0/BTbRWaAooooCiiigKKKKDzbWkDmfCpjE38U8WJYyjB8R9hvQO/rKSOm4/
pJ/S+GrBrFAs8L5pD5LE2qAYybAtJinqLab0g67f8FM16T+ZcDGZU3ksM4nHZpgpKXwShDiQ
RYLLYJBT1SoD1fBy8Z8w1LmKwHK2xjMvGGxbzighp1Y9PRKCpNimx2q7OwUD3WKBWaBZ5Zw5
rOlqbDd9xzMQgxpyL30N9q7dR/grPHOSSX5S8FnECNnIwJI6IkNj/bM+m/aB0plqG5JxuNno
yElaos6MfEgz2/2jLg1BFrXTpqO31HWgmKzSbiuVzsTMTg+aKbYnOkGHkWwfd5AUfZ3bUhCk
E21A/O40GahOUcbZz8NDZWY8yKsPQpKerbqbWNuhGnbU3WKBb4fyR/LMvQco2I+ax6vDlsdC
oC215KT+iq9MlKvM+M5CcuPm8C4I+cx24tEBI8dBtdlaiPk7tNSD1uJHjPIo+fxyX0fRy2fo
p0ZQKFNPgWWgoVcgXva/+GgmqKxWaDTJjtSWHI7yQ4y8kocQb2UlQKSNPSKUuOSXuOZpziOQ
c3RXQqRhJDi73ZJCfde8PaRYka/4qc6hOV4A5rG7GFFrIRFCTjnwdpRIRqgk2PdJ66UEzVF+
ZnEPsHKCbETbHT1KU2Bc7HAAVoJ9d7p/yVa/FeRpy8dcWWgx8vAAbyEVywWFgWKxbqlXUEaV
3ZzDRM5i38ZMv4MgAFSTZSVJIUhafWFC9B8zV04+DJyE1iDFTvfkrS22nXqo21t2dprp5BhJ
mCyz+NloUFNKPhrULBxsk7HE6nRQ9fq6imfyeZac5aVOIClMxXVtk/oq3No3D/RUaBq8tOPQ
8Pl8xBloQvM49baRIBBBYdSFpLaTqCf0vhAqxqTuU/8AgnJcVydKVCKu+PyakFf7Nz9itaUJ
UCEKv8dhTiKDNFFFBFcnhrm8dycVDXjuvRHktN23Xc2K8OwPbutavPE5iZvGcXJS6XiuK0Fu
EkkuJSEObiep3g3qWPopW8vfosPKxqdWcVkJUJhR9pTaHN4UvsvdfZQNVFYrNAV4d/Zr+A17
rw7+zX8BoEfyb/ukv+1u/wCq3T3SJ5N/3SX/AGt3/Vbp7oPCkBQKVAFJ0IIuCPjpCy3k7g50
tUmJIcgpcJUplCQtAJP6FyNo9VWBRQJGB8rOO4Zz3uUpWQeaO9CngEoTt2qB2J6kFPbXdwBJ
dxkzIEbhPnSX2nz7TrRWUtqJOpFhYXqX5HNcgYHIzWgkuR4zriArVJUlBIBtatPEYbULjGMj
tKKkCM2u6rXu4PEV0t2q0oJiiiigKgeaZg4jj0mQ2EqkPWjx0KIsXHTsHW17XvU7SfkT9u88
h45KCuFx9Hvk0krCPeXUj3dNgnaVIFlDvagn0GgnOM4ZOEwcTGCxUwgeKsCwU4e8s/0mpSgd
KzQcuTWtGNlrQopWlhwpUDYghBsQaq3A+YsOPwiZByOSkrzjjckR3VF1bgWtBDNntbWV010q
1Mi0t6BJZbG5xxlxCE3AupSSANaTON8WycPy9n4iZDSjKPNS0stFTaiVOoUlv6RKikXProNn
Fs9mGPL7G5FMaRnJ7y3UKSXCVn6Z4BbjqwuyUhIFzXZxnnH2zl38LNx6sbkGG/F8PxUvoUkE
A99CUi/epcl8R5QPL3EYlEYrkQ5C3J+NDqU+K2XnVpT4iF7TooG1/wAor3hOPclx3I5OciYB
nHNHHrRFgtvtLSXrp2oWoKSbq26m1vXQd07zQdiuZJTeEdkQ8TIVGkS0vJCApLnhJJ7mm41M
fjSOMziMWuOUDLxPffHU4AlpIbW6UqG3XRHW9LaOFcgTwDMQ3Wku5zMSUylx0LQALPNLKd6l
BGgSpXtVsyvBJuZzPH0T4qji4uNTGnuJdQlTbqW3NoFlbjZe3oCKCXx/PHMqzkJOMw8qTGhg
e6ugECSreGyG+5YWvuOvTrXjEc/elZ5nBZfErxcqSklgh9MhJKQVWVsSnbomoVPG+btcNyPF
ktWEdy+PltuNoEhgubltEBe5BVfd3uvQ+vXhOJ5tHJcHkk4BrDw4SVIk7H23VqOxSfEc1Cju
J0Gp9NBIOyuJclyeYezEJPj4Irhtpef2hwNKeO5tKdhBJHrrTiuX8fxGMw8+HhEQYeVeciqf
QtJUztdsS4so3LBuVdeysQPLxMqfyWXm8clxcqS87ilqcGqVqdUCA25pe6fbrnmcXlRPKR2D
l2xFmQFLlISpSV2UHSQNzZUO+hRHXtoG+LyNjJckn8bRE8RmC0FSZJUCgqWE/RbNv+d6ew1T
XmDxr8PcieZZRthSfp4dhZIQoncj/QVp8Fqs/wAq8a7H4+5l5iiuZmXVSXnFe0UAlKL/AP8A
ZXx1FeYfMuLyWFYQRk5Wch5bSkr8RpEZ1Hd3Fe1Kld7SyDqL6jS4VJGjPypDceO2p151QQ22
gXUVHoBarZ4r5Qxo5RM5AsSV7f8AkkXCAVAe2vQkpN9BU/w3y+x3GkplLV71k1oAcfV7CD1U
lkWBA9Z1Pq6U2DpQeG2kNIS22kIQgBKUJFgABYAAeqvdYWtDaStaglKQSpSjYADqSTSHyTzU
x0VXuPHkfa2RWtKEFKSpi5VbaCghTij+jt0169lA/Uh8n8xvsTki8alv3hpqNcNoG5a5SyPD
RcHuix10vWOU8/cgMR8NjkM5LkUoJZktRypbLTnsOpFiFFW+4Skm46q9Bxwjy1+xJKctlXUS
55QChvaSGHD7RCyo7zbS9qDl4pxHI53I/izlwK3VkGFBcHdQkG6NyD0Sn9FPp1NWPQOlZoCi
iigKKKKAooooCiiigKKKKAqC5Nw/C8kY2T2bPptslNAJeSE3snfbVPePdOlTtFBWUbOcr4K8
iDyBtWSwu4Nx56NVNtJ0ubD0H2Vm/rtT/iczjczDRMxz6XmlgK0PeTckWUnqk3B610SIzMll
ceQ2l1l1JS42sXSpJ6giknI+Xs3HTDlOFy/sySr9tEWSWXO+FW7bAei1qB8opAwvmWGH/srm
EdeKyKCE+IpBDSh7IUe0XN+8O7btp7YfYkMofjuJeZcAU24hQUlST0KVJ0IoOTL4bG5mIqHk
Y6JDJvYLAJSSLbkK6pPrFKjUvkfC7t5TxMzgED6GW2AX4yEkJ+mFhuSEnrrT1XhaErSUqAUk
ixB1BB9IoNGPyUHJxUy4D6JDCiUhxBuLpNiK6aU8lw6TElLy3FHxjpy96noxG6M8VJGhbJ2o
JKR3gK24jm8R6X9lZtsYbMpISYryhtXuAspp32DuJ0F7/DQM9K/IeOzWp34k45ZrLti0mOdG
5jY/2bn+fYd1X+SzR0FBoIbj3KcbnWiGFeDMbH/FQXNHWlA7VBSf+121M0s8h4ciZJOaw7n2
fn2gC1JT7Dlgfo3kdFJX0JtWeN8uOSlLxWViLxWZZTuVFd6OpT3VOMH9JO4G1r6dtAzVigEV
mgT+V4edjZJ5Xx1s/aTQAnRU+xKYHtb09q0joRrTDhsvCzOPanwnA424O8B1Soe0hQOoIrtt
SRySHP4pP/E+AYLkFw/+N49J7hSLWfbRbQjXcR/RbdQcfm/xv3zGN5uMi8iD3ZFgLqZV2mwu
dp9fS9JvlPkGYfMG0O//AOxlyOhRIACjZ0Xv6fDtVzq+zc/h1BtaZUCe0QFp1BSoWuL9CPX0
NfO+XxGRweSXGlMuxnG1qLKlggqSlRCXEKGihp1TQfRObxMbMYuTjZSbtyUFF7AlKv0Vp3A6
pOoqF4DmXJ2JVj5agchiFmJJHS4b7qFhO1OhSK7OFZR3LcVx057d4q2tjilHcpS2lKZUsmw9
so3VDZ9tvjHJovJWQGoORUIeWsQAFK/ZPHcsDS2vqvQOorNYBBFwbj01mgxSnilrh8/zUJZS
Rko7E1pQVYjw0+7lG23UkFVwelNtKHLz9m8hwWfUAGG3VQpS9ijtRIFkrKk9LEafDQNw6Vms
DpWaArw7+zX8Br3Xh39mv4DQI/k3/dJf9rd/1W6e6RPJv+6S/wC1u/6rdPdAUUVigU/Mbe/i
ImKQlJOXnxom9fRF1eLuItr+zt8dNTbaGm0ttpCUIAShKRYADQAD1UrTQ5kvMKDHSQqLhIjk
p4pBUPHk3ZQ25Y2SoIAWm+tqax0oM0UUUEZyLNR8Fh5WUkWIjouhBNt7h0Qjt9pX56jOB4hc
DCImyrLyWXV7/Oe2hKit/wCkCCNqbbQrp2Kvao/MNtcr5czglWdxOGSJORSDdLj67paZVtV2
dT8Yp1tQFZorypQGpNgNTf1UHiQ+zHZW++tLTTaSpbizZIA1uajMByBGdbdkxozzUJCyliQ6
AEvAEgqbTfdt07RS0XpPOc45GRf8JY9dnXEKIEx5Nu7ew3ISfRp+SnllptltDTSAhtACUISL
AAaAAC1B71o1rNYoC9cWVzONw8Uy8lITHZGgKuqlWvtSO06Vx8l5LE4/GQ44hUmZIV4cKCz3
nnnD+ilIBNhfU/47Aw+O4xKz0lGf5W2S9cLgYsk+HHRe6Q4P0ln9K4/yAw4PLOZfHonmK7Db
dN2UP7QpSNLLskmwV2XqQ1rAFhWaA1rizEfFyse4zl0tqgmxdDxsjuncN2o7RUdyHmGHwQLL
rnvOSXZMfHM3W84tVtiNqQrbu3C1/ivUMxxbO8mdTM5i54MUfs8Gwo+GlSO6hxxaFG5PePX0
a9lBj7dyPImvsjhjfumLZSiO7l1AoDSEgpKIyD7SgkAA9n5a7ovlpxBiM0yuEZKmVqcD7q1e
KpSyPaU2UA22iwt+UmmWPGYispZjNpZaSLJbQAlI+IVtvQA6UGvLjiG0KccUEIQCpSlGwAGp
JJ9FI2f8z4zElON40wc1kHL2LYUpsFJ1CQgbnO6FHum3r60HJybiEzI5CRlOWZpDGFaUpceK
ySLITfaNq9N+3qQFG9RcFyRmS5hPL+H9kY8d6RmlbkPOpR3gku23jvk6Ak/ALipnH+X2VzMw
ZTm0r3pZSNkBokNoICbbiiydNbpSLes0+MR2IzQZYbS00kWShACQPiFBBcX4NhONt7ozfjzT
YrlugFd9u1Xh6dxJ10HppiFFZoCiiigKKKKAooooCiiigKKKKAooooCiiigKKKKCPzODxmbh
qh5KOl9pQO1RA3oJ03tqtdKvgpC/BnLuGvuTeKSvtCDZSnMa/fW4OpbSpKVqASLKTZV9LWqz
awaBFhebOFC1R81GkYmW3cONuJLiQoKKdqSgbj06lAqQb8zOJOoC23n1pPRSYzxH9IbqaymA
xGXaU1kYjcgLG0qKRvABuLLGo1pNf4FyTCOeJw/KLaYKwowZKrtjXcddRb06XNBNfzJ4r+8k
fVX/AOrqPzXKuBZyEuJkkPPIIIQsxXvEQT+k2otnaquaP5kZTEqRG5diXoa0qCFzGkktE7Ao
W6pJJue6r/BThiOQYbNNqcxktuVs9sINlAekoVZQFBXUbm8zj01hiHLk8gwqyd6JLDiJbCQT
YJdWlIc9odfRYBNNLPmfxJwpQXX0vbQpTBjulaNLkEJSenqpt0qBzXD8XlZP2ghTkLJgDZPj
KKHdBYbv1hQcv8yeLfvJH1V/+rqG5LneB8kjIamOS2n2DvjSmozyXWzp7J8M6HtH+OxrvGR5
lxwhOTj/AG7jkkD3yMm0lAuhN1sj2up9n8lT2E5Lhc814mNkoeIF1snRxGiSdyDrpe1+l6BM
4/5mIipXA5B4jjUUEN5ZDTtnQk2SXGi3uSojt9NTqPMvia0BaHn1oPRSYzxBtp1DdMkqLHmR
3IslAdYdBS42oXBB7KUBgc9xJXicbvkcQVpU7iHFfSpuCHFMOqOmp3WoO3+ZPFf3kj0/8q//
AFdYPmPxY/7SQR6PdX/mV34DlmGzrYTFeCJYH00JzuPNqHtJKT12n0VNUFVNcqxXGsuuTgPH
k4SaormYvwHWyw518aMXEBAB7U3/AMVmYeZHDZsdSVLdeacTtdQYzq0m41QruEHrTapIUClQ
uCLEHoQeyk2bx6ZxaQvN8WQpyOoleRxFyUuJNzvY9C09goN0XnvDIcdMaIl2PHRfYy1DdQhN
zuNkpbAFyb1ozXM+H5jFycZIdkBqU2UFXur/AHT1SqwQL7VAG1MHHuS4rkUQy8a4VpQopdaW
NriFf56bm17XFStBXvFvMfGs477PzLzipsE+Cl1tp9ZeZQEhD6gpBWkqvru17e2pr+ZHFv3k
j6q//V1H82ehYzKxORQZEdGTxytmRieKhDr0RYuoFJO5SkixSLfB2U24/J47JNeNAktSkWBJ
aUFW3C4CgNUm3YaCC/mRxb95I+qv/wBXUJzHmPHcvx+TFiuyRLTtejD3d1P0rSg4i5W0Ra4q
w6woBQIIuCNQdRQJ+M8zeOPwGHH3X/HUgeNaO6rvgd/VtBT19FdP8yOLfvJH1V/+rrn4Yo4n
LZbizikbYznvkOxAUWZB3bduh7p/w04UCv8AzI4t+8kfVX/6uvLnmPxcoIDkgkggf8M/6P8A
d0xS8hAgpSqbJaipcNkF5xLYUR2DeRehuTFlxS/GdQ+wsKs60oLQbXSbKTcHWgrTy15dhMLx
xUWct1LypLi7NsuuCxS2Bq2kjs6U1/zI4r+8kfVn/wCrpU8u+X4Hj/E1JyckIfVIdcTHSCpx
Qs2Og6X7L2rVO87Xg9/4fjk+FY3L6yVE37NnqoHD+ZHFv3kj6q//AFdYPmRxUAqLz6UjUkxn
tAO39nSxhvOhl1/w8zDEdpRAS9HJVt6+0lWp19FTvLOWY6XxwsYWWxKlZZSYTKAtO5IkEoK1
oPeFhfqKCG4nzXCNzs1mcg7JEjKyh4Q8Ba0iMwnZH/YoI3DcUnXs9NMg8yOLfvJH1V/+rqbw
+NaxWKi41rVERpDQVYC5SLFRtbVR1NdtAr/zJ4t+8kfVX/6uuTKeaHHo0F52Ip12WEn3dlxh
1tK3LaJKlIFORItfsFJcYp5hylcrd4uCwK0iKU6oel2upe4p7wQDbr/hoI7h3LMBicUoz3pK
snNcVJnKMeQr6RfRN7LHdTYVPfzI4t+8kfVX/wCrporlyWShYuE7OnOhmOyNy1qNvgA9JJ0t
QL6vMriaUla3n0oAuVmM+ABfrfw6WM5zuJyN9OKadkY/AHcZ0xDS1uyEpVt8BkNpVsSoe0Vf
AfQqYSiZz9XiOh2FxZPsN6oelrH6R9DaT/SacYUKLj4jUOG2lmOwkJbbToABQLELnXC8fFah
wvHYjMJCG20RXwAB/oXv6zrW/wDmRxX97I+qv/1dNFcGVzWKw7HvGTlNxW/0d51Ubgd1IupV
rjpQQ38yeK9fFkW/sr/9XUVmPNjFohb8Ay5k5SipIBbcQ233dFLum6tbd1PX0ivK81keXyBB
blN4PFPhI2Lcb9+koWb9xvdvbC27HUdDfoab8Lg8bg4SYOOa8JlJJN9VKJ7Vq7TQIPHMpxLF
y15rJy5WSz8lP/ES1xnihBV7SWE+ENo22Tf0DTaDamb+ZHFh/tJH1V/+rqdyWUx+LjKlZCQi
MwL99wgXNiqyR1UbDoKWfxVns8rw+LQCiKTY5aaChqwPtNN9V0G5zzO4i1t8WQ83v9jfGeF7
ei6KXcv5iy8pKVCxrrmFgBJDk92M49IXqRZhttKgnT9ax9Ypkx/BovvCJ+fkuZqeghSVvn6F
tVkfs2vZGqKaaCvePZvy84+2DCS+qWoWfmuRX1POE23krUi4Cim+0aVNDzI4sP8AaSPqr/8A
V1NZXNYvDse8ZOS3Gb/RKzqeg7qRdSuvYKT5fmY/Ofch8Uxj2TdSQgSSkhpKyojW3RJAuCSK
CVX5l8TQgrW8+lCfaUYzwAvpqfDqMyfm5gm20owrTuUluXCGwlTSQRb2ipO7pf2Unp2VoZ4V
zDkC93LMoW4aiFGBFNgoHaSlVrAdPX6qb8PxnCYVlDePiNtFGvikbnCdoQVFZ1uoDWgRE8W5
3zNaXuSyjjMZcKEBsbTYW6NX66HvOEkU+4bj2HwTHgYqKiOlX7RYBLi7EnvuKupXtG1zp2aV
JCs0GB0rNFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQaZEaPKZWx
JaS8ysFK23AFJIOhBSbilDMeVmBmvGVjFu4eYLKQuN+yCwQQrwtLWtpsUn0060UFblPmlxd7
qOS4pvqD3nlJW5/G32/7aUg+rTsg+buBUsMZaNJxUhO8PeIjxG0KSSNu5H0hP/s+tPdq4clh
cVlW/DyMRqSLFIUtIKgCddq9FJ+I0GcfmMXk2vFx8tqUjoS0sKsbbrGx0Nje1Rmb4ThMs6JS
UKgZFOrc+GfCeBTtCSduirbR1+K1RU/yqwTjyZOJefxElJBS5HUTYbSkhNzuBPpvXGMH5m4Q
lvGZFrKRQFhCZVytI3b0m6u8pR+E0Hc3kObccWlnKRTyLHX2omwUWlpHZ4rF7K6dh+FRqawP
LcHn0f8Ah8gB9IBciujw3kezfc2fRuAuLi/bS435hZzHpSnkHH5LBICi8wN6A2NFrX6Lamtz
cjgfN1e8NL8Cew4kIfB92lbu7sKFA3VfZtHUj1UExyDiOMzJEncvH5Fm6mclFIbfSbEWUsaq
T6v6CKhU8qzPF3ExOVIM6Cp0tsZ2MEm4VYgPsI1RtG656m2gVqag+T47zCx8eTiMc5In4dxJ
IkKIU+lsaqb3g7rG9tdTVaqGUxi1oUH4S32yhaTvaK2l6KSQbbkG3bpQX83zziDkpyIMrHDj
IBUpS9rZv+o6qyFdf0TUjBzmGyJWIE6PKLdivwnUrsD6dpNq+ZazegtLn+aicX5LFlceZEfJ
rbU7NWmwjPtuLV3HWke0sqBJVcEaddNqnnPMXlOaO12V7oxYgsRNzSDcWVu7ylqv6FEilq+g
9VeaD0pRUbk3Prqc46jmMRQyPHo84pJ2l2MytxtW3TasBCkLtfoagasl/KZDjXljhhBfVEnZ
CSt7cj2vC+kPb6tlAzYbzLaStmByuE9hJ7iU7Xn21Iac1Sjf30pUi6r9RtFvap0amRXmkOtP
IW24kKQtKgQUkXBBB1BqueYN42dzjAQsykuw5kRLaxvUizjilhtXdI/TsKg8jwrGYPGckn5N
pS/dpAjYYFak6uALQrQ97ahxJ/0TQTXN+Z4THclxmUxjiZ02Cl5mY0y4pKVNLT3G1OJCkGyy
TbU3pPyvmdzDJeIn3z3Nlzb9FFSGtu23sO6ui5Fz3/yUxSvLJqT9hScY22iLIZYcyQdfIUor
2KXsCjf2SelKXOsTCw3Kp2NgILcVjwvDQVFRG9ltxXeVc+0o0HBP+3pzKctkBKkMLPhpnPBx
SCRcbQ6q6b6HS9anYeViRmZLzEiPFf8A2Dy0LQ2vt7iiAD8VWpxPBQ895fYnHzXwwyZy3Cnt
d2LeJaTqNVC9QPKslkM1zlvBToTzmNhv+HHxbASlakJT7aVDb7Y7191gn4KCvtaxVo53hfH1
cZyM9jHfZGQxoCi0iX73cX1S6N69p61obwnBcZj+NSMrAfkvZpoBwodWGwo+FdxYC0q0LmgT
6/VQVrat0WXJiPokxXVsyG9UOtkpWk+kEU/scExSPMleAdSp7GFpUhKCshQSW9wG5Nj3V/kr
Rm8NxORwx7O4WC7FebmCKPEdU5e1rkDcRreghYfmHzOE0W2co6pKlbiXwh9VyAPbfStXZ6ax
N8weZzkpS9lXkBB3DwNrBv6ywlF/jp8xvBONZACDKwjuKddZ3syHZgMkm3tGKHFBPxioLh2I
4ZlIE1udj3nJmIYcfkvh5SUu7CrRCUq7ugoER6bMfdW+8+4464dy3FKJUSepJJ1NS/GuaZzj
TivcHUrYVfdFe3KZJVbvbUqSQdOoNT3HMXx7LysjLjcfflQG1NBhL0vwGmBs+k8R8uJKlKXq
AL6VIZPgvHWeX4CNHbUMbmW1rdjB0rCShG8bHkqJINx20GFeduRMLw0YxkTbC75cUWiq/ePg
7QrUf+spU5RzbNcoLIyCm2mGLluMwFJb3G/fUFKWSq2mp07O27fD8r2Gcjmnci02vGstyF45
Db5LidqiWt4Sd2iOt6rCgbMB5l8nwvhNF8Tobenu0jvd3TRLvtpsBZOpA9FdWS83OWSpSnYT
rePYFwhhttDmlyQVLeSolVtNAB6hSTRQOEfzX5o0sqcltyAUlIQ4y2ACeivokoNx8NqXcpmc
pmJHvWTlOSntbFZuEgm9kJFkpHqTXDUrB4tyKe54cXHSFr279WykFIsLgrsO2gjkOLStLiVF
K0kFKgbEEdLEU+YPzR5AIDWGW9HTKcVsby01S1JbQoG3iBKVXIV0WdPSCNa5o/lTnAz7zlJM
bFxylKg4+se0q1kK7AdamsfwHiEd76V+XnHUlBDERohGneWd/srSemiqBuxvBccXxks5JXyD
Im9n5NvASCpejUcEoSO/0N7HVO2mCZkMfjmvFmyGorIIG91aUJuq9tVEDWl6CxyVqC1AwuOj
4OChve0ZKy+tClrLi0+Eg/5x6qrUry2x07IqyWelO5WSSAkKCWkBABsja3qRr6aDkyvm7x6N
dvFsvZV+wICElpq+7aUqW4N3TXuoIridk+aXJ3dkaP8AhzGruhSnO66B3dSVAO7v1ShKRTzA
wmJxgSIENmOpKA1vbQAspFtFLtuPTtrvFAkYvyrxDMkTs1IfzUy5WtUg2aUrcFBRbupSjpY7
lkH0U4Q4MSEwmPDYRGZRfa00kISLkq0SnTqTXRRQYrNFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFF
FAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUHkpSoEKFwdCDroai8hxfAZIl
cuCytzZsS8EhLiR17i06p+KpaigWG+EIhLCsRlJ+OQgFTcdLodZ3kW3LQ+F7teovQvHc0ZDC
S/jMxZR8dyUwuM5s3BQShTReR2kX2aeumeigrydxnDutLeyfDX2lRSsJGMdZWlaAdFgNvMOr
v6C3eoOVwLg5QUjKTcRIeSVsHJsqjtCxBUm8hlkLIB6By/brVv15tr019NBSw8qFTf8AyDOw
MmEftyFbdl/Z/Yl/rr1tXFL8qeZsO+GxGbmJAB8Zl5sI1HQeMWlfkq55XH8FMeU/MxsWS85b
e66w2tato2i6lJJNhXIzw7BR0KbjNyIzalKWW2JUppAUo3JSht5KR8QoKUa4TyeNlWI8zESl
IDrYdUhpTrW1RST9K0FIIsdbK0p655yPD4rJM4rIcaTPjQ2kpgvrdU0jYUp3JbT4Sh3bBJse
ynFjjcmMyGY+ayKUJvsDi2HiLknVbzC1q1PaqtcTD8qjJUledRK3EWVIhpJSB2J8F1r8tBXX
O83j8/iMHlIAaYyxcLao7byXHmUpJ8NKvZI72oukV783uQCWvH4hp5DwYb94lKaO5BeUNiQP
+yN39NP8uDzJSw2iTjpkNadshp+O43vST30aOOiyk6a/0Vz/AIckfcOC+Sf/AIWgqbLcy+0p
WDke5+F9iNtN7fE3eL4JSq99g2X2+uuDlGd/EOdk5fwPdvefD+h3+Jt8NtDXtbUXvsv0q2ZG
JyqXFNp4bh320nuuBbIBHpAWwD+SuNnhsd1x1zIcNaSpatyRFm93W+7ulxtKfUEigQE8zea4
rEwEdgsvQpQltzkua7gpawA3s0sVdd1S0jzOD+WxmbOLSjJwElqQ8l3uvtrQUrTs8K6NVFSe
8beum/8ABOE//D3Prqf/AImvDnDcG20pw8OdUEAq2omBSjYdgEjU0CdM59ijjctjsZhEwkZc
Xde94UtXiEkqWoLQRbXRItap7IciwGK4/wASfm49GXkR4xWwA+UFhxCWPaQkKB3f5w0tUmxw
/BPspdTw19AVqEuSwhYt+slUi4r2eE4T/wDD3Prqf/iKBKY8y5bUzK5MwWlZXJDw2Je4j3do
JCA2hO3veyD1GtRkXlq43Ffw+3G74mJmIllfQp2kJ8LZr7P61WSzhMjER4EThWNLCCrwy+80
44QSSN61oWon/SNbG8ZmFOJSvhmIQlRAKytkgA9TYMk0CqnzSxwy6M4nj6VZRTXhSJHvKxcW
CbITsKU/0X7KXeN8mcxK8o23CVKXmGVRUJSspKC5exACFbz3umlWwMHyeLI8fDxcHjCpGxfh
suFStd3ttoa06aV2RYvPVOgTJuNQ1Y95ph1ar9ndU6gfloK2445ncbhJmBynFZ2Tx8twPhvw
32CHAEDVSG727ielTmzmU6dgMvG4wY7OFbW23FVJbaK0qSGgNr+1xsDboFA6U0HjnLSb/il4
An2RDYAt6utbJfDTMc8WRm8t4lgm7UhLKbDX2GWkJ/JQLOA4ryyLlMzmHosRleaTISYb0ohb
PjuFy+9lh5KrfF8XSoBflZBhJbbzPJYWPmKG5UdW0gC5CSlTrrKlA2/VFWJI8veKSl+NMiOS
3yAFPvyH3HFbQALqU76vzVJscc4/GdQ9HxcNl1shSHG2G0qBHaFBIN6CroXCeAPqVFRl52Ql
sAe8KgR3Hm7noU+DHeFv9M1NxOK4JDSZ2M4fNkOg2bbyDzTDatfDUpxt+QtadLkXa9Hw1Y1v
VWaBaiYbMsAMQ4WJxMQXVsQhyYVLNhewTDCdP+1XSnj+ReQ0mfmZbwQdzjTHhxUE2IsFR0Jd
CRfQeIenU1O0UEXH45ho7of92S9J/SlP3deVf9dxzcpWmmvZUihtDaAhCQlCRZKQLACvdFAU
UUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUU
UBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUB
RRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUBRRRQFFFFAUUUUH//
2Q==</binary>
 <binary id="id59783_ru_humans_scheme.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQAAAQABAAD/2wBDAAUDBAQEAwUEBAQFBQUGBwwIBwcHBw8LCwkMEQ8S
EhEPERETFhwXExQaFRERGCEYGh0dHx8fExciJCIeJBweHx7/2wBDAQUFBQcGBw4ICA4eFBEU
Hh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh4eHh7/wAAR
CAJsASADASIAAhEBAxEB/8QAHwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtRAA
AgEDAwIEAwUFBAQAAAF9AQIDAAQRBRIhMUEGE1FhByJxFDKBkaEII0KxwRVS0fAkM2JyggkK
FhcYGRolJicoKSo0NTY3ODk6Q0RFRkdISUpTVFVWV1hZWmNkZWZnaGlqc3R1dnd4eXqDhIWG
h4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uHi4+Tl
5ufo6erx8vP09fb3+Pn6/8QAHwEAAwEBAQEBAQEBAQAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtREA
AgECBAQDBAcFBAQAAQJ3AAECAxEEBSExBhJBUQdhcRMiMoEIFEKRobHBCSMzUvAVYnLRChYk
NOEl8RcYGRomJygpKjU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6goOE
hYaHiImKkpOUlZaXmJmaoqOkpaanqKmqsrO0tba3uLm6wsPExcbHyMnK0tPU1dbX2Nna4uPk
5ebn6Onq8vP09fb3+Pn6/9oADAMBAAIRAxEAPwD7LooooA8u+HGk+LPE/wAPPDfiS9+KXiuC
61bSbW+mjt7TShEjywq7KgazJCgsQMknHUmt7/hDfEf/AEVjxn/4C6T/APINHwJ/5Ih4D/7F
vTv/AEmjrs6AOM/4Q3xH/wBFY8Z/+Auk/wDyDR/whviP/orHjP8A8BdJ/wDkGuzooA4z/hDf
Ef8A0Vjxn/4C6T/8g0f8Ib4j/wCiseM//AXSf/kGuzooA4z/AIQ3xH/0Vjxn/wCAuk//ACDV
PSo/EGh/FLSdEvPGes6/YahomoXTxajb2S+XLBPZIjKbeCI9LiQEEkdOmK7+uM1f/kt/hf8A
7FvWf/SnS6AOzooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigD4a/aj+PfxY8
F/HbxF4Z8M+K/sGk2f2X7Pb/ANn2smzfaxO3zPGWOWZjyT19K8y/4aj+O3/Q8/8AlJsv/jNH
7bX/ACc74u/7cv8A0igrxmgD2b/hqP47f9Dz/wCUmy/+M0f8NR/Hb/oef/KTZf8AxmvGaKAP
Zv8AhqP47f8AQ8/+Umy/+M0f8NR/Hb/oef8Ayk2X/wAZrxmigD2b/hqP47f9Dz/5SbL/AOM1
0/wm/aP+M+ufFTwlouq+MvtOn6hrdna3UP8AZlovmRSTojrlYgRkE8gg185V2fwJ/wCS3+A/
+xk07/0pjoA/WWiiigDjPgT/AMkQ8B/9i3p3/pNHXZ1xnwJ/5Ih4D/7FvTv/AEmjrp9Q1Oxs
LvTrW7nEc2pXJtbRdpPmSiKSYrx0+SKRucD5fXFAFyuP+LPi7UvCPh+2k0Hw/N4h13UrwWOm
afHIsYlmMckpLueFVY4pGJ/2ccZyOwryP9qqTTx4B0y2utG8T6nfXOsRppf/AAjkhW/trpYJ
5BNHjriNJQRg8MfqC9tf6/FpfigtfT+vwu/uTN34ReNfEniWXVdG8aeEX8L+ItLEM0tstws8
MtvMZBFKjqectDKpHbb15wO/rwv9kq2aC18RPe+HfH9nq0jWxu9T8XFjPfKBKESPPGyP5uP+
mnJ5GPUrXxv4XuLiG3XVoY5prqe0RJAVJliuWtmU5GBmZGRc43kYXNNNz1Wvpb9G19zE7Q0e
nrf9Un950VcZq/8AyW/wv/2Les/+lOl12dcZq/8AyW/wv/2Les/+lOl0hnZ0UUUAFFFFABRR
RQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQB+Zv7bX/Jzvi7/ALcv/SKCvGa9m/ba/wCTnfF3
/bl/6RQV4zQAV1HgXwVqHixZ7i3vdPsrGzu7OC/uLq4VBax3MwhWcqTkxq5UMR93euetcvXX
fDnxRc6JJNosfh+01u01m8sVvrQxE3F3DDcLL9kjcAlFldU3bQSSiemCWv1t/Xowvbpf+vVH
cfGD4Er8NdHvrjU/iJ4Yu9UtUiddJhZ1uplkdVDIrDkAMWz6Ka8Zr62/aCu/FVz8CZtK1X9n
4+F9J0owtZapLrKXLaaGmQbVUjftbds25wNwOOBXzb4d8DeKPEOlDU9H00XNsZZogftEaMTD
GskxCswO1EkRmbG1QwyaiLSXxX87p/kl934lNSb1jb5W/VnN12fwJ/5Lf4D/AOxk07/0pjrk
9Qs7rT7+4sL62mtbu2laGeCVCrxOpIZWU8ggggg9MV1nwJ/5Lf4D/wCxk07/ANKY6vck/WWi
iigDjPgT/wAkQ8B/9i3p3/pNHXHfta2vhGbwPodz451WfT9Bs9cWa4+yuy3U7G1uUSKDaDly
7qxBwNivzxXY/An/AJIh4D/7FvTv/SaOsH9o2PV/7D8M3fh/xB4Y0LV7TX45bO41+Qrbs5tr
lCg4ILlXbAPYEghgppq99P1/S7+7XsJ2tr+n66ffp3ML9lC2+Fg0vXb74a6trd00ssMWpW2r
Ts09syeYY/kYZUMHfBGQcY6qQOw+OOheGdd8NaenifxleeD4rTURcWmpWmpJZSrP5MsewSOO
6SSZAwSAe2a4Hwf4R/aFsviKPE2q658PnttQ+xW+ri0hmDzWsEkjfJlAPM2zyAEnsvpXYftE
+B9a8deF9Hs9DsPD2oz6fq630lnrvmfZZ4/s88RB8v5sgzKw6cr+BXPF+9d/+TX+9rm/NpDU
WtEl/wCS2+5O35XMP4Ma74f8P+LbjwQnxkj8bjUIo59Hgurtbq8iZRMZ1MqDDLtRGAJyMNwM
glLrR7+1+JMug/8ACEaWLXWNattRl1GxuJInkt7adrxJnVgyBkuGAcAgu0wIA8wlOY+Beja9
4N+MN1pmr/Bqz0CPU7G3jj1LRMTafC0P2tmlLt80bSCRI9vX5VzwRXr2reDNQlvZbzS/GOvW
Zm1a1vntnufMgEUcsLywKCNyo4ikGFYAGVhyvy0nOMtU7/8Akz+9qLT/AB77jUHHT/7Vfg5J
/l9x2VcZq/8AyW/wv/2Les/+lOl12dec+O/EOgeGvjD4UvvEeuaZo1pJ4f1iFJ7+7S3jZzca
aQgZyAWwrHHXAPpTEejUVxn/AAtj4Wf9FL8Gf+D22/8Ai62vDPizwt4o+0f8Iz4l0bW/s23z
/wCz76K48rdnbu2MdudrYz1wfSgDZoorlNV+JPw90jWLzR9Y8b+HtL1GydY7i2vtRit5ELRr
IvyyMCQVdTkZHJGcggAHV0Vxn/C2PhZ/0UvwZ/4Pbb/4uj/hbHws/wCil+DP/B7bf/F0AdnR
XGf8LY+Fn/RS/Bn/AIPbb/4uj/hbHws/6KX4M/8AB7bf/F0AdnRXGf8AC2PhZ/0UvwZ/4Pbb
/wCLo/4Wx8LP+il+DP8Awe23/wAXQB2dFcZ/wtj4Wf8ARS/Bn/g9tv8A4uj/AIWx8LP+il+D
P/B7bf8AxdAHZ0Vxn/C2PhZ/0UvwZ/4Pbb/4uj/hbHws/wCil+DP/B7bf/F0AdnRXGf8LY+F
n/RS/Bn/AIPbb/4uj/hbHws/6KX4M/8AB7bf/F0AdnRXGf8AC2PhZ/0UvwZ/4Pbb/wCLo/4W
x8LP+il+DP8Awe23/wAXQB8Afttf8nO+Lv8Aty/9IoKzvgJ8P7D4hR3enG2e4vbXWdLnuUgk
IuF0ktNHevEnO8qXticAkcYHUGT9r/VtK1z9onxRqmianZanYT/ZPKurOdZopNtpCp2upIOG
BBweoIrivhfb6tffETw/peh6zc6LqGo6jBYw31vIyPAZpFj3AqQeN3QEZoaT3C7Wx7r8avCu
jT/DfxDqU3wPvPhrPoLQjTr9r4Mt+zXCRGBlI+dvLdpAyFv9Wfmx18K+FeonR/if4V1dbK6v
jY61Z3ItbVN80+ydG2IvdmxgDuSK90+Omh+GdQ8DandRfEb4i+J9V0nS7DWLWLWhmza3u3t1
Eqlh123CjAOd3HIVseE/DDVotA+JXhfXbi3uLmHTtYtLuSG3XdLIscyOVQEjLEDAGetTFRjs
kvut+EpW89Ryu92397f4pN/cfRWr6X4g8ZfCe70+08A/EmXx1qGk2Om38F6jjTVW0kgxdqZc
ZldIEBA5zJJ2yW8w+BN9pFzpt14e1TxDcaeslz5s9tPawz2k1mwT7Q3z4eMqIld9jZZY1IBa
JQfcLjXNK8Z+EfE2lw/GLxvov2uyjjiTxnB5EMDLd28nmrPEAu7ajJt6nzD2Br5T8Pa+dP0S
805/Dej6tC0yXDzXdqWlhUAoVEiFXVGLoTz95VxjJzXNz6yd/vt96lNP0Wi00QuXk0St91/u
cYP57vXXQpeLtTn1vxXq+s3N39snv76a6kuPJEXnNJIzF9g4XJOdo6ZxW/8AAn/kt/gP/sZN
O/8ASmOsDxfqFlq/izWNV0zTk0yxvb6e4trJMbbaN5GZYhgAYUELwB0rf+BP/Jb/AAH/ANjJ
p3/pTHQ79Q06H6y0UUUAcZ8Cf+SIeA/+xb07/wBJo6x/2i7R9S8DW+lQfDy28d3F5fpFFY3E
4hitmMch+0u/VQuCuQVPz4BGa2PgT/yRDwH/ANi3p3/pNHXhn7Tll8Obn41B/iRb+Lmth4cs
xYy6LG7RoRc3nneYVB5wYiPbPtSbjb3v0/VpfiNKTfu/r+ib+40vgt8HvjD4IubG+g+IOn2e
ntqEUl34YTzbmzisy+ZI45ZSzJIFLYwOSBlq9A/aa8M+IPGPga08OeH21ASXl1ced9knMIbZ
p928CyP0EZuVtgc8EkCs39lzRPhTp2l61qHwu1rUNRju5IY9Qjvp3M0DR79gMbqrJne3JGDj
jpS/tc6nYad4B0WPW9f1vRNCvddittUn0fP2p4Db3DhFODgGRIy3+yG6ng3epf3pO/na/wCD
S9NbE8sXoor5Xt91m/XS5h/sh6fY2+oeLb7RPCvizw/pE8VhEIvELs0rXUf2jz1j3HmNQ8XO
ASS3sB0Hj3WNHtv2hNBt7jUI4ry00aJ5LYwzR+ZHc6jBbxOZo2O8rNtVYmTbiWQswDHHmn7P
nxb+HvhrxldeCtJ8W+LdZ0TV5rFNETVrV5JLe8lkljmj37QRGf8AR254BZu+4ntLzU9O1T44
WmhXmk6dqeo215JJDq0sK3NzbwRXUcotnW2c4UO4MbTbPL2BmRmQszbkveb/AB/DeevzfqHJ
b3XFr5fjtH8Ej3iuM1f/AJLf4X/7FvWf/SnS67OuM1f/AJLf4X/7FvWf/SnS6gZ2dcZpH/Jb
/FH/AGLejf8ApTqldnXGaR/yW/xR/wBi3o3/AKU6pQB2dcZ8PP8AkbviP/2MkP8A6adOrs64
z4ef8jd8R/8AsZIf/TTp1AHZ0UUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAfmb+21/yc74
u/7cv/SKCuZ+BHhiXxH4ylvIvF+n+EW0C3TV11S+XMULx3EKR9eM+ZKmM8cY71037bX/ACc7
4u/7cv8A0igrjPhL44g8C6zqN5e+GdM8S2Wo2Bsbmw1DPlOnnRTA8dw0K4zQlfrb+vR/kwvb
pf8Ar1X5o+jE0fTW+EV54N8VftEaVqngnRraOaW20O2We7VPtMSRK5+ZmhWSRMDsSnZQB8t+
AJLqLx34flsdWttGuk1O2aDUbnHlWbiVdsz7sjahwxzxgGvcfDvjn4A+JtG17Sta8JXfw5vN
VsEtpr/S5ZLuF0W6gn2LER8rFoV524wDz0z4d4BbUE8d+H30jTYNU1FdTtjaWU6ho7mXzV2R
MCQCrNhSCRwabTjq/vun+SX4xvrrcUbPRfdZr827/wDgTXofTX7ReveKNQ+DhtLr47+DfEsM
VnFHqumWL27T6jP9uZ0kjCrkBI2gyBj/AFLHuc+GfArVrXRdf1jUL7Szq1pHpL+fZeSswlTz
4csYmdRII/8AW7cN/qwcLjzE98+I/wAN/g1PpEM3j+70T4V+MrlwrWOi3xv4kJxhpbdVxEM5
+6wUddxryHwL4f07QJfEep2+pXZudDvriC216LT7a706eOEqxaEzYXzyFDJ84LB1CncQGJc7
3i9e9rP0so3Xla7/ACI8i+Fr5J6evxffdpHmXiyVJ/FWrzx3ovkkvpnW6DMwnBcnflgGO7rk
gHnkDpXQfAn/AJLf4D/7GTTv/SmOsDxRqQ1TVpLgeRJtLJ9ojtVt2uQGYiWRFJUOQRnHpzk5
Y7/wJ/5Lf4D/AOxk07/0pjpDP1looooA4z4E/wDJEPAf/Yt6d/6TR12dcZ8Cf+SIeA/+xb07
/wBJo67OgCja6Pplrrd7rVvZxRahfQwwXU6jBlSIuYwe3Hmvz15x2GPn/wDa5+JkWheIdD8C
HxZrHhWG6tH1LUL/AEuxM9yyB/LhhjO5doYiVmPUbEHRiK+jq4H4veBNZ8WDS9V8KeKp/C/i
TSWkW1v1hE0bQy7PNhkiJ2urGONhnOCgxU6QWi/r5fpr21G1z6P+vvT/AMu+hx37JPxEj8be
HNZ0WXWbzXrnw7dpGmqXlmbea6tpVLRNIu4/vFZZUODyERjyxr1290HSbuCCF7KONbe9W/iM
I8tknEhkLgrg5Ylt394O4bIYg4fwp8GzeC/Ds9rqGt3Ovaxf3b32qalcDa1zOyqmQmSEVUjj
QKOAEFddSUYv3rWYfDov6/BfkFcZq/8AyW/wv/2Les/+lOl12dcZq/8AyW/wv/2Les/+lOl1
Yjs64zSP+S3+KP8AsW9G/wDSnVK7OuM0j/kt/ij/ALFvRv8A0p1SgDs64z4ef8jd8R/+xkh/
9NOnV2dcZ8PP+Ru+I/8A2MkP/pp06gDs6KKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKAPzN
/ba/5Od8Xf8Abl/6RQV4zXs37bX/ACc74u/7cv8A0igrxmgAr1P9m2y8PTeJtd1bxF4d1fxB
Domj/wBoW1npU0kd154vLWJZEMZDZQSs3XgAntXllb/gbxl4n8D6tLq3hPWLjSb6WA28k0IU
s0ZZWK8g8ZRT+FCSe/8AX4r80F2tv6/B/kz0v4sa78F5fDOo6f4f+F3iXw/4mlKG3u9RvpGE
ZEilyyM5zlA46dTXlGj+INc0eNotL1e9tIXbc8UUzCNzjGWXOD0HUV2/if40+NfGHhHUPDnj
W6h8QxTLG1jcXNvEs1hMsiMZI3VQfmRXjIJ5D57c+a07cu36/jdv7rtC1l8X42/RL8kTXlxL
d3k13OVMs0jSOVQKCzHJwoAAGT0AArrfgT/yW/wH/wBjJp3/AKUx1xldn8Cf+S3+A/8AsZNO
/wDSmOkM/WWiiigDjPgT/wAkQ8B/9i3p3/pNHXZ15p4Hs/ij4W8FaF4ZTwx4NvV0jTrewFwf
E1zGZhFGse/Z9gbbnbnGTjOMnrWx/aXxT/6E3wZ/4Vdz/wDK+gDs6K4z+0vin/0Jvgz/AMKu
5/8AlfWZ4l8WfEnQNOivrzwT4SkilvrSyUReKbgtvubiO3QnNgPlDyqT3wDgE8EA9GorjP7S
+Kf/AEJvgz/wq7n/AOV9H9pfFP8A6E3wZ/4Vdz/8r6AOzrjNX/5Lf4X/AOxb1n/0p0uj+0vi
n/0Jvgz/AMKu5/8AlfUOj6b4zv8A4i6d4j8R6VoGmWun6Te2SJYavNeSSvcTWjgkPbQhQotj
3JJYcDFAHc1xmkf8lv8AFH/Yt6N/6U6pXZ1xmkf8lv8AFH/Yt6N/6U6pQB2dcZ8PP+Ru+I//
AGMkP/pp06uzrjPh5/yN3xH/AOxkh/8ATTp1AHZ0UUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAU
UUUAfmb+21/yc74u/wC3L/0igrxmvtr9or9l7x78RPjDrfjLQ9Y8NQWGoC38uO8uJ0lUx28c
RyFiYdUJHPQ159/wxV8U/wDoP+DP/Ay5/wDkegD5mor6Z/4Yq+Kf/Qf8Gf8AgZc//I9H/DFX
xT/6D/gz/wADLn/5HoA+ZqK+mf8Ahir4p/8AQf8ABn/gZc//ACPR/wAMVfFP/oP+DP8AwMuf
/kegD5mrs/gT/wAlv8B/9jJp3/pTHXs3/DFXxT/6D/gz/wADLn/5HroPhr+yJ8SPDXxG8NeI
7/XPCclppWrWt7OkF1cNIyRTK7BQYACSFOMkD3oA+36KKKACivgD/htX4p/9ADwZ/wCAdz/8
kUf8Nq/FP/oAeDP/AADuf/kigD7/AK4z4yf8ijY/9jJoX/p2tK+M/wDhtX4p/wDQA8Gf+Adz
/wDJFZniX9rv4k6/p0VjeaJ4SjiivrS9UxWtwG321xHcIDmc/KXiUHvgnBB5AB+iVFfAH/Da
vxT/AOgB4M/8A7n/AOSKP+G1fin/ANADwZ/4B3P/AMkUAff9FfAH/DavxT/6AHgz/wAA7n/5
Ir2D9k39obxn8WfiLqHhzxHpegWtrbaTJeo9hBMkhdZoUAJeVxjEh7ZyBzQB9P15nf23iq4+
N/iD/hGdZ0XTdvhvSPtH9o6VLeeZ/pOpbduy4h2Y+bOd2cjpjn0yuM0j/kt/ij/sW9G/9KdU
oAP7N+Kf/Q5eDP8AwlLn/wCWFXfAfh7VdDfXbzWtWstT1DWdSF9NJZ2LWkUe22gtwio0sp+7
bgklurHgV01FABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUA
FFFFAH4z0UV0/wAM/AniX4i+J18O+FrJbq88pp5C8gSOGJSAzux6KCyj6kDvSbSV2NK5zFFd
n8Vfhn4u+GeqWlj4psY41vYjLaXNvKJYLhRgNsccEqSMjqMg9CCeMoTTV0DVgooopiCvpn/g
nF/yW/Wf+xbn/wDSm2r5mr6Z/wCCcX/Jb9Z/7Fuf/wBKbagD7/rjNI/5Lf4o/wCxb0b/ANKd
Urs64zSP+S3+KP8AsW9G/wDSnVKAOzooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKA
CiiigAooooAKKKKACiiigAooooA/GevTv2cbrQv+Ew1PQfEGieI9btPEGlPpy2OhKpupX86G
YdSMKPJLEg9ucrurzGvUP2b9astI8WazDfa9qnhtdS0WWzTXNPtzNJpjedDJ5zBfmCERNGxH
IEnUdQXtr/X5r816h/X9aP8AJ+h6J8XLj4NaB4PPgTUPBfxO0fVrCK8vdHi1RolWOe5jjVWb
5zmLfAhwo67+5NfPnh/Qtb8Q3j2Wg6Rf6rcpGZXhs7dpnVAQCxCgnGWAz7ivU/2jNb0u70fw
xoOneOtW8fPpc1682v3kDIjmUW+LaNnJZhGI9xyTzNwecDP/AGaPFdl4T8XazPfSeKYEv9Ge
0S58ORo95bt9oglDDfwFIiKk4P3sd8gl9z87/wDt0tPS613COvn/AF5RV/W3oc1qfwx+IOl+
F7vxPqng/WNP0izdUuLm7tzCELMqrw2GwS6jIGMn61z11o+rWqSPcabdxpFFDNIzQttRJkDx
MxxgB0YMueoPFfRv7Qk9l4i+Dtjqdv8AFbVtVk0++uZDpviKJrbULhZfsarEqYCyLGUeTcOP
mOOQa5231DU7v4cweIk8T6BdWWneHrq2mtTayW0zSSWcemiGVlBSSSOPy2i5ywG7AzIUlKTV
7/g/ws5J+t7etrNtpO1vx/O6TXpb7k7rwavpn/gnF/yW/Wf+xbn/APSm2r5mr6Z/4Jxf8lv1
n/sW5/8A0ptqoR9/1xmkf8lv8Uf9i3o3/pTqldnXGaR/yW/xR/2Lejf+lOqUAdnRRRQAUUUU
AFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQB+M9etfssXt1Y
/EK/MPiTwpoltPpE0F8PEmPsd9bu8Ye2PIOW4bg9EPbIPktep/sy6db6l461CGPw/oviLW00
qSTQtL1eQLbXV4JYgVIJCsRCZ2CscEqO+KP6/rR/k/QP6/rVfmvU6z9sS60trrw3pvhnXfBV
14Xsftcelad4dkV2s0Ji3PcMCcySYU56fI3U5J5n9mDxXYeEvF2u3N540bwZNe6K1paasNON
75MpuraQjysEHckcgyeBnPXFbn7V/hiPwfd2uj3Floljey+IdbvrW2sYolli0uWaE2gl8sDj
K3BQMSVU44xtHPfsyweED45u9R8babYahpdha27mO+k2wJ52oWls8r9mCR3Ej4PGVBPSiKtb
lXpt/wDIr/0n7+qlZ/E/nv8Am3+L+41/2n9Y1/Xo/DmpXvxQsfiDojG6j0+6hsFs5beUeSZk
kiCggkNCQSTnnGO/FaPrvghtJXT9U8NXsDjTLhZJrXUZPLnv1huFtpnhbIwGeLIDDBDnBDbK
9G/ay0CXQ9M8JrqXgLwx4L1aWfUFltNFkRxcQL9n8qdipyFJMoUEZ+Vj3wOU8Enw63wf1ODV
LO1fWZJtQfSJ7hNqR7LaEzqGZQjSFSm0M7FSCUCOyeaXctd/69I/kvmx2jFdl5Jfldr8Ty6v
pn/gnF/yW/Wf+xbn/wDSm2r5mr6G/YG8PaB4l+MOrWPiPQ9M1m0j8PzTJBf2iXEauLi3AcK4
IDYZhnrgn1oA/RKuM0j/AJLf4o/7FvRv/SnVKP8AhU/ws/6Jp4M/8EVt/wDEVteGfCfhbwv9
o/4Rnw1o2ifadvn/ANn2MVv5u3O3dsUbsbmxnpk+tAGzRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFF
FFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQB+M9eu/sr+FtJ8V+Ntat9U8L3PidrHRX
vLTTrfUPsckkwubdNyyblAKpI5wTzj1xXkVez/Ab4HXvxA8Mah43vfEaaH4d0u6a2uZILaW5
u2ZUR22RoM42yLzk9+OKTaWr/C/6W/Neo0m9jsP2jdO0Tw98N4ktfgzd+HNS1a/uI7i/1a5k
u7u3EP2R1kSXcy7JPMaPk4+Vsc5rH/Zz+GGgfFj4ea3ot/p9/ompaXcyX0HioRqbNUMcQNrP
kjONpkGDkBmPAyGX9ojxnp+g+EtN+E/gfxJ4p1DRmtor7VJdYkEgu0nitrm1EYI3RqgwdoC4
J5zya8it/G3ia18AyeBrTU5rbQpr5764t4WKfaJGSNMSEfeUCJSFPGSTzxh8ifxafn/6U7vz
bemjvawueS2/4H4xWnkku56h+1p4X8OeBL/w94J0fTtce+02GV7/AFvVIyDqZkEWwRE9Y49j
AAcKWI5OScPSLTTtG+FkuoWl5oGr2d7tN6mqWt6rQ3OzcLZBGxjEhCSbJSFLAthh8wHF+JfG
3ibxJ4b0TQNd1ObULTQ2m+wNOxeSJJRGGj3HkoPKXaO2SOmAH3fjjXr/AEaDSNWe01S0tbX7
LaC6tlL2yBNi7HADAqMYySOBkEcU3G7sn/wfW/N+uvkJPq1/wPS1v00OfvHgkvJpLWFoLdpG
MUTPvKKTwpbAyQOM4Ga+k/8AgnF/yW/Wf+xbn/8ASm2r5mr6Z/4Jxf8AJb9Z/wCxbn/9Kbak
M+/6KKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKA
CiiigD8Z66fwH4/8Z+BLw3XhLxHf6UzHLpFJmKQ8fejbKN0HUGuYoqoylF3iyZRUlZq56F8Y
/itqvxSXSbnX9G0a21awEqz6hY2/lSXqsIwgl65KbDjnHznAHfz2iipfp92n5DSsgooooGFf
TP8AwTi/5LfrP/Ytz/8ApTbV8zV9M/8ABOL/AJLfrP8A2Lc//pTbUAff9FFFABRRRQAUUUUA
FFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQB+Zz/stfHVXKjw
QGAOAw1azwffmak/4Zc+O3/Qjf8AlWsv/j1fplRQB+Zv/DLnx2/6Eb/yrWX/AMeqlrP7OHxn
0ezju9R8G+RDJcwWqt/ado2ZZ5khiXCyk/NJIi56DOTgAmv0/rjPjJ/yKNj/ANjJoX/p2tKA
PgD/AIZc+O3/AEI3/lWsv/j1H/DLnx2/6Eb/AMq1l/8AHq/TKigD8zf+GXPjt/0I3/lWsv8A
49Xuf7FPwY+JPw7+KWp634x8Of2ZYTaJLaxy/brebdK08DhcRyMRwjHJGOK+v6KACiiigAoo
ooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooA+M/8A
huf/AKpd/wCV/wD+56P+G5/+qXf+V/8A+56+M6KAPsz/AIbn/wCqXf8Alf8A/uesbxl+2V/w
kWkQaf8A8K4+y+VqVhfb/wC29+fs13DcbMeQPveVtz23ZwcYPyZRQB9mf8Nz/wDVLv8Ayv8A
/wBz0f8ADc//AFS7/wAr/wD9z18Z0UAfZn/Dc/8A1S7/AMr/AP8Ac9em/s4ftID4w+N73wz/
AMIb/YhttNe+8/8AtP7Ru2yxJs2+UmP9ZnOe3Tmvzmr6Z/4Jxf8AJb9Z/wCxbn/9KbagD7/o
oooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigDh5PE/jK/8Sa/pvhvwvoF3a6Le
x2Uk+oa9NavJI1tBcEiNLSUBQtwozuySDwOKl/tL4p/9Cb4M/wDCruf/AJX0fDz/AJG74j/9
jJD/AOmnTq7OgDjP7S+Kf/Qm+DP/AAq7n/5X0f2l8U/+hN8Gf+FXc/8Ayvrs6KAOM/tL4p/9
Cb4M/wDCruf/AJX0f2l8U/8AoTfBn/hV3P8A8r67OigDjP7S+Kf/AEJvgz/wq7n/AOV9U9W8
VePtDSyvNb8IeGY9Pn1KysZZLPxJPNLH9puYrdXVGskDbWlBILLwDzXf1xnxk/5FGx/7GTQv
/TtaUAdnRRRQB+M9S2ltcXlzHa2lvLcTyHbHFEhZ2PoAOTUVew/soXz6f4116W18WaD4S1N9
Blj0/V9X8vyreY3FuTtEgwXaMSL6gMx5xglm9I7/AH/lqF0tX/l+J5NqFle6ddNaahaXFpcJ
gtFPGUdcjIyDz0psFrc3EVxLBbyyx20YlnZEJESFlQMxHQbnVcnuwHevqH46eHYvGPgKz1Xx
H8bPh3r3iTw/DfyGe1niW4v7fy4nhtxsxvcOk+Mj/lqO5NeUfs667aaJr3iGObwpH4uudS0X
7HZaG9u8y30v2y1k2lUVj8qRSSZIxmMe1JxnFe9p6ppfir+u9vMacZP3dfRp/l/wPkeX0V6f
8ddY/tmHRpl+Ell8P44ZbyHdbWzxi9kR0SRCWUZaJlKkdi5BxXmTo6Ha6spIBwRjgjIP4g5o
Tv1T9NvyX5A15P5/0xtfTP8AwTi/5LfrP/Ytz/8ApTbV8zV9M/8ABOL/AJLfrP8A2Lc//pTb
UxH3/RRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFAHGfDz/kbviP/ANjJD/6a
dOrs64z4ef8AI3fEf/sZIf8A006dXZ0AFFFFABRRRkZAyMnnFABXGfGT/kUbH/sZNC/9O1pX
Z1xnxk/5FGx/7GTQv/TtaUAdnRRRQB+M9ep/sy6db6l461CGPw/oviLW00qSTQtL1eQLbXV4
JYgVIJCsRCZ2CscEqO+K8sr0v4Baf4Nv7vxa3jq8u7DSbXQVn+22cQkuLaX7fZqjxAg4Y7ih
IGdrtRa+n+X66ffp3C/Lre33/pr92vY6r9q/wxH4Pu7XR7iy0SxvZfEOt31rbWMUSyxaXLNC
bQS+WBxlbgoGJKqccY2jlP2ePEVhoHizVLfUPEt/4VXWNKfT4tcs4jJJp7maGUSFV+bawiMZ
28gSZ7VV+Mlt8NIrjT7j4feKPEOvzTmU6jJq8OxkI2eXtO0Fs5fOc9BW7+yx4r0rwj401u81
LxNa+GZLrRHtrPULnTWvY45vtNu+DEvXKRyDJxjP0Bahyu0V/X/bt/XS79WJyuryf4f/ACX6
mp+05ceHNRmc+CLzUvEGmjXtV1vUdWFm6WkU988GLdGI/gWFMsTyX464Fxm1W/8AAsGtyaH4
eudKXwvMb+W1v0eW5EVhFp9q0kcuGRraURuQP43JXO6Pd237RWpeOPEnwIj1Wy+Ifh3xN4eg
vpv7WfR9tqssTNZC2SS3PzeYsvmMR1AZSa8L0O78Fz+GW0WbXPEmmCbTp7u7t2EclrNqEUM5
gRWADKjsIP4Ty2CfkVwOD2afpb/5KzfyS7WsgU1umvvv/wCk3S+d+9zgK+mf+CcX/Jb9Z/7F
uf8A9Kbavmavpn/gnF/yW/Wf+xbn/wDSm2pDPv8AooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigA
ooooAKKKKACiiigDjPh5/wAjd8R/+xkh/wDTTp1aHxSOrD4ZeKjoBuRq40a8+wfZs+b5/kv5
ezHO7djGO+Kz/h5/yN3xH/7GSH/006dV74q6ZqGtfC/xXo2kxGXUL/Rby2tIw4TdLJA6oNxI
AyxHJIAovbULX0PnL4SeCYvC37Q2naNb+F/Ga6npOqalLdaveXTTadNpskNx9mcNnBl/eQIR
zyHzz936i8S6k+jeHNT1eOxudQextJblbS2XdLOUQsI0HdmxgD1IrzP4feMPjTqnjCx0/wAX
fDDS9D0aUyC5vodaineIrGxXCKxJy4VT6bs16R4wV38JawkWsrocjWE4XU2AIsj5bYnO4gYT
73JA4p83N9rm+9/m7/dZdrCSitlb/wAB/wDbdPvu+9zzrwP8e/BnjTxH4b8O+HUvr3VNWt3u
L2FYWxpKpE7MLhiMBt6iMAdSwOcFd2L8f4NFsvGEOtam97Gw0xJ3D6fJLbXEVm80rQ+dEweE
ESlpQQVZUjJyqSA8h+z7awJ8QLTxNp3xuv8AxTaa3qtzaXcA8NPbx6hdw2W7a838JWLbIucB
tjYyd1e7+NtL17Vb60t7fT/D+paOqiaaDUDJHILhJEMZV13DaVL5BX+HB3ByASnZ3St6p/8A
B/Ky+VwjG+l7/d+qX9deho+ArWey8C6BZXWpTapPb6ZbRS30ysr3LLEoMrB/mBYjcQ3PPPNY
3xk/5FGx/wCxk0L/ANO1pW/4QudXvPCej3mv2aWWsT2MEl/bJ92G4aNTIg5PAYkdT06msD4y
f8ijY/8AYyaF/wCna0pfO4/lY7OiiigD8Z69Z/Zag8Y3HxAv08E6B4a1zUf7KkMtvryBoFh8
2HLqCy/OG2Ac9C1eTV6b+zn4f03XfF+qXOpeGb7xUNH0mTUYdDtJfLfUJBNDHsJHzEKJWkIX
k+XjB5BT21/T9dPvGr30/X9LP7md1+21ZeKbLxLpseteG/Cuj6MLzUF0STR4lSW5tw8WGn2s
fmC+WRwOWbiuW/ZWXQ28a62Nat/B9xJ/Yjmwi8UyrHZNP9pt85Yg4fyvNxgZ69s1L+0d4f0u
z07wz4msvh/qPw/udVa7t7jRLqZnGIPJ23CBwHUP5rLggAmLIHJJyP2dPDuma94u1S41Twxe
+K10bSZNRh0O0l2PqEgmhj2Ej5iFWVpCF5Pl4weQUlFRta6/7dt+XLbzt6jvK++vzv8Ane/T
f0Z7L+0bB4v0/wCB8K2PgDwdo+hXl7M2qXXhyKO4tjErWZtpRMBlC8hkTtkKO1eM+CdC8L6p
8KtWu76FZvEVo95Lp8EcgDTRrbxNI8iq29liHzqAqjJckuiuI+m/aGgfS/CmgXel+E9e+HVp
rst1HfeF572Q28jW/wBnKXIjbBG8vt+ZRzCCPU4ek6NDpvwyWXUoLLX7K7El7A1vr8Nt9hYx
x+aqpJHvNxtXayKzAgJlGwppqKtovuSsvmtH66X2shOUr6vXzb/Ju/yu++p5VX0N+wNodlr/
AMYdWs76fU4Yk8PzShrDU7iykyLi3GC8DoxXk/KTjODjIGPn+8FsLyYWbStbCRvJaVQrlM/K
WAJAOMZAJr6T/wCCcX/Jb9Z/7Fuf/wBKbamI+zP+FaeHP+gl4z/8LPVv/kmqfgfTl0P4p+Jt
Es9Q1m409NE0q6ji1DVrm+8uWSfUFdla4kcruWKMEAgfKOK7+uM0j/kt/ij/ALFvRv8A0p1S
gDs68z0nw5aeKfG3jqbV9U8Tf6DrcNpax2fiO/s4oov7NspdojgmROXlkYnGSWPNemVxnw8/
5G74j/8AYyQ/+mnTqAD/AIVp4c/6CXjP/wALPVv/AJJo/wCFaeHP+gl4z/8ACz1b/wCSa7Oi
gDjP+FaeHP8AoJeM/wDws9W/+SaP+FaeHP8AoJeM/wDws9W/+Sa7OigDjP8AhWnhz/oJeM//
AAs9W/8Akmj/AIVp4c/6CXjP/wALPVv/AJJrs6KAOM/4Vp4c/wCgl4z/APCz1b/5Jo/4Vp4c
/wCgl4z/APCz1b/5Jrs6KAOM/wCFaeHP+gl4z/8ACz1b/wCSaP8AhWnhz/oJeM//AAs9W/8A
kmuzooA4z/hWnhz/AKCXjP8A8LPVv/kmj/hWnhz/AKCXjP8A8LPVv/kmuzooA4z/AIVp4c/6
CXjP/wALPVv/AJJo/wCFaeHP+gl4z/8ACz1b/wCSa7OigDz/AOEOmW2j618QdOtJL2WGHxJH
ta8vZrqU50rT2O6WZmduScZY4GAMAAV0nxCtNYv/AAD4isfD0zw6zc6XcxafIkvlslw0TCNg
/wDCQxU57dayPh5/yN3xH/7GSH/006dWD+054en8RfDQw23j9fA0lneJd/2i9wYY3CpIvlOw
ZSAd2eM8qODTW/X5K7+SE9unz0R5D+z5ZpP8RbHR9A+GviXQdN0TxDc6xLe63EVe2jk0lbR4
BI2S7yXGZCAQNqKcdl+lPHel2fiHwjqvha8v1shrtlcaakmRvzLC4OxSfmYLubHopPQGvlj9
jmw1fWfiE+oah4j8dapHoqTEX51GSfRNRYr5W1fMRW3DzC4HP3M56Z93+Puo65odr4R8R6B4
U1HxRcaVr5nlsLEHzGjewvId2QDgBpV5x7d6Tkn8T+/T85Sa87u/exVpLpr9/wCi/BWPN/g3
pnjC5+Nl7p3i3xX4GD6JftrD6ToT5nmuDYJp6uyHmKNYeSo53vyMFcexfFzVtb0jw9Yz+H5H
S+l1a0gwohbdE0g84bJWUufL3lVjO8uFxxurwL4Pw6tqXxb8OX998ENW8M6gPEOr6rf+IbiD
BeG5ivmSB22DODNCoJPWMYAzXp/x/m0K91PQNK8QajJpzadqVlrejz2m2eZr6KSREjltzhjE
29QGU43FgzJhdxBp/BZ/NNfhZL0+QpJr4tPk/wBW2/U9W0qV59LtJ5XMjyQI7MYWh3EqCTsY
kp/uk5HQ1yvxk/5FGx/7GTQv/TtaVseANLTQ/Anh/RI47qNNP0u2tVS6ZGmURxKoDlCULccl
SRnODisf4yf8ijY/9jJoX/p2tKAOzooooA/Geva/ghonw207wnaeOvGPj7xP4T1c6xc2mmy6
REWOIYbd3bcqMVP+k464IP1rxSvWPhV8V/DvhHwWfDXiL4ZaL4wVdRmvrebUJcGAyxwoyqNj
dfIUk5549KaV3p+bX4rUTdl/wE/weg39ozUPBWsavpmreF/iD4l8Z30ySpfz61GVaBV2eUqZ
ReDuk4HAx2zzR+GHh64bUfh9quk67qOj6nrfiybRvtVq+17VFFkBIhGDuP2twQTggAeua/xg
8d+GvGv9l/8ACPfDrR/Bv2PzvP8A7PYH7Vv2bd3yr93a2Ov3zWn8I/jr4w+GPhyTQtAsdCuL
Z75r4PfWhlkSVkjQ7SGGBiJfxp2lzb2fq3+Nriuktrr0j+Wxd/aQuPDXiQ6L4+8MeI/FOsW2
pSXOnTr4gYPPDLarA52sDjYy3KEKBwd3rgcdd+Nzf+FYvDl/oWnrawRII3sd1szzJGyRzShS
UlcbjyVydzcjcTWn8Yfi54l+KMekx6/ZaPappZnaBdPtTCCZfL3FhuOf9UuK89od76u/3v8A
F6jW3/DL8FoFfTP/AATi/wCS36z/ANi3P/6U21fM1fTP/BOL/kt+s/8AYtz/APpTbVIz7/rj
NI/5Lf4o/wCxb0b/ANKdUrs64zSP+S3+KP8AsW9G/wDSnVKAOzrjPh5/yN3xH/7GSH/006dX
Z1xnw8/5G74j/wDYyQ/+mnTqAOzooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooA4z4ef8jd
8R/+xkh/9NOnU34x/DTw78VPDNt4e8TSXyWdvereobSURv5io6DJIPGJG/SnfDz/AJG74j/9
jJD/AOmnTq7Ok1dWGnZ3PHvhv+zv4J8BeLdP8S6LqniSW508SCGG6vw8OHjaMgoFHQOce+K9
hoooV0rXb9W3+YtOiS9El+QVyvjTwJovi+Rm1ubUZoxFGsNut0ywQyI5dZhF9x33FT+8Dr+7
XjrnqqKGrqzGnZ3RT0K1msdEsLK4a2aa3to4pGtofJiLKoBKJk7FyOFycDAya5j4yf8AIo2P
/YyaF/6drSuzrjPjJ/yKNj/2Mmhf+na0piOzooooA/Geiu0f4S/FRXKn4aeMsg4ONEuSPzCc
0n/Cp/in/wBE08Z/+CK5/wDiKAOMors/+FT/ABT/AOiaeM//AARXP/xFQ3vwy+JNlCs158Pf
FttE0scKvLo1wil5HCIgJT7zOyqB1JYAcmgDkqK7P/hU/wAU/wDomnjP/wAEVz/8RR/wqf4p
/wDRNPGf/giuf/iKAOMr6Z/4Jxf8lv1n/sW5/wD0ptq8Z/4VP8U/+iaeM/8AwRXP/wARX0N+
wN4H8aeGvjBq1/4j8Ia/o1o/h+aFJ7/TZreNpDcW5ChnUAnCscegNAH2/XGaR/yW/wAUf9i3
o3/pTqldnXGaR/yW/wAUf9i3o3/pTqlAHZ1xnw8/5G74j/8AYyQ/+mnTq7OuM+Hn/I3fEf8A
7GSH/wBNOnUAdnRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQBxnw8/5G74j/8AYyQ/+mnT
q7OvNNK8RWvhbxr45i1fS/Ev+n61Dd2sln4dv7yKWL+zbKLcJIIXT78UikZyCvTpWx/wsvw5
/wBA3xn/AOEZq3/yNQB2dFcZ/wALL8Of9A3xn/4Rmrf/ACNR/wALL8Of9A3xn/4Rmrf/ACNQ
B2dFcZ/wsvw5/wBA3xn/AOEZq3/yNR/wsvw5/wBA3xn/AOEZq3/yNQB2dcZ8ZP8AkUbH/sZN
C/8ATtaUf8LL8Of9A3xn/wCEZq3/AMjVgeO/Fth4m0vTdH0fSfFkl2/iDR5gJ/C2pW8axxal
bSyM0ksCooVEZiWI6UAepUUUUAFFcDonxF1PW9GsdZ0n4YeMrrT7+3jurWcT6WglikUMjbWv
QwypBwQCM8gVb/4TLxH/ANEn8Z/+BWk//J1AHZ1xnxk/5FGx/wCxk0L/ANO1pR/wmXiP/ok/
jP8A8CtJ/wDk6uf8fav4t1/Qraxs/hV4tjli1fTb1jLeaUF2W19BcOBi9PzFImA7ZIyQOQAe
p0Vxn/CZeI/+iT+M/wDwK0n/AOTqP+Ey8R/9En8Z/wDgVpP/AMnUAdnRXGf8Jl4j/wCiT+M/
/ArSf/k6p9B8Zz3/AIpg8O6n4Q1/QLu4sp723a/ezeOWOF4UkANvcSkEG4j+8BkE4PFAHWV5
nf6zqOkfG/xB/Z/hPWvEHm+G9I3/ANnS2ieTi51LG77RPFnOTjbu+6c44z6ZXGaR/wAlv8Uf
9i3o3/pTqlAB/wAJl4j/AOiT+M//AAK0n/5Oql8Ib251DWviDeXek3ukTSeJI91nePC0seNK
08DcYXdOQARhjwRnByB6BXGfDz/kbviP/wBjJD/6adOoA7OiiuHt/H9/fPdto/w78V6raW97
c2X2uCbTkjlkgmeGTaJbtHwHjcAsozjPSgDuKK4z/hMvEf8A0Sfxn/4FaT/8nUf8Jl4j/wCi
T+M//ArSf/k6gDs6K4z/AITLxH/0Sfxn/wCBWk//ACdR/wAJl4j/AOiT+M//AAK0n/5OoA7O
iuM/4TLxH/0Sfxn/AOBWk/8AydR/wmXiP/ok/jP/AMCtJ/8Ak6gDs6K4208dXf8Ab+kaTq/g
XxNof9rXL2trc3ktg8XmrBLPtbyLmRxlIZMHbjIAyM12VABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUU
AFFFFABRXP8AiPxn4f0DUF06/uLp71ohN9mtLGa6lWMllDssSMVUlWAJwCQfStDQNb0rXrL7
ZpF7HdRBtj4yrxtgHY6HDIwyMqwBGelOzFc5z4E/8kQ8B/8AYt6d/wCk0ddnXGfAn/kiHgP/
ALFvTv8A0mjrs6QwooqC+vbOwhE19d29rGW2h5pAik9cZPfg/lTUXJ2Qm0ldk9FVbDUtO1Df
9gv7W78vG/yJlfbnOM4PHQ/lVqiUXF2aswjJSV0wrjNX/wCS3+F/+xb1n/0p0uuzrjNX/wCS
3+F/+xb1n/0p0ukM7OuM0j/kt/ij/sW9G/8ASnVK7OuM0j/kt/ij/sW9G/8ASnVKAOzrjPh5
/wAjd8R/+xkh/wDTTp1dnXGfDz/kbviP/wBjJD/6adOoA7OuM+Df/Io33/Yya7/6druuzrjP
g3/yKN9/2Mmu/wDp2u6AOzoopFZWJCsCRwQD0oFdC0UUUDCiiigDjPiH/wAjd8OP+xkm/wDT
TqNdnXGfEP8A5G74cf8AYyTf+mnUa7OgAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigDmvibda9
Y+Dri68NbxqCXFrl47X7S6W5uIxcOsQ5kKwmVgo5JGBk4Fc/8Frm/wDEWmR+KPFFrbWvi6CE
afqUMFpJatASkU3kzIzsHZS25HzgJL8oXewO58VrOO+8EzwT3d3a2y3dnNdPaxTSSNBHdRPL
GBCPMw8auhI6BiTwDXH/ALLUl3J4AvDca+ddiS9ijt7tr83RdUsrVXfcxLIryrLKqNghJV4G
cUX6fp+v6fj0Zbr+v6fr+B03wJ/5Ih4D/wCxb07/ANJo61/FnirRfCzaUdcu47ODU702UdxN
IscUcgglmy7MQFBWFgP9oqO9ZHwJ/wCSIeA/+xb07/0mjrJ+Oug6L4ml8DaHr+knV7K68TBW
syQEkxYXhLOSwwEUNJxkkoBjnIL26XDfrY7fQ/EGg67539h63pmqeRt877HdJN5e7O3dtJxn
Bxnrg15/+0xaaDe+BLKLxD8Pdb8d2o1ONk07SvM82J/KlxMfLIO0AsvplxV74YeG/Bfg3xp4
l8M+E/CMOhSR2dheXE8MhZbuOVrlY+CSVKNFMMH1B71Q/aa1G403wLp80niDWvDuiPqsceu6
ppEZa5tbMxSkMCAWUGYQKWUZAY9s0Oz3Vvnf8fd/T1BXWz/T/wCS/U5T9jPSNL0fw1f2tv8A
DTxB4O1VLOwj1W61RJUXU51SQNJEHJwA28kADHmL7V79Xhf7KHieTxhaXWsW97rd9ZReHtEs
bq5vpZWil1SKGYXhi8wnnDW4cqAGYZ5zuMtnq1/a+KbrSbf4i2M97D4kWGz01pGhl2Tak893
HMso+fbayLHFjjCqU5dacYrb8k/83b7/AE1sgk5PV/i/+Avlp+Gp7fXGav8A8lv8L/8AYt6z
/wClOl12dcZq/wDyW/wv/wBi3rP/AKU6XSA7OuM0j/kt/ij/ALFvRv8A0p1SuzrjNI/5Lf4o
/wCxb0b/ANKdUoA7OuM+Hn/I3fEf/sZIf/TTp1dnXGfDz/kbviP/ANjJD/6adOoA7OuM+Df/
ACKN9/2Mmu/+na7rs64z4N/8ijff9jJrv/p2u6ANX4geILjwt4RvdetNB1PX5rXy9un6dH5l
xNukVDtXvgMWPspr50/ZE0fUdM+ICzSeD/H2hTXHh2U+ILrXjL9n1DUPNttsibh97m5Izztb
/er2X9o+2vbz4Parb2EGvXEj3Nj5sehgm+aAXsBm8nH8flh/b14zXm37L1t4Qt/HGoLp+ofF
K21waY+dL8YsQr25lj3TRgLglWCLnORv6c8HPb3U/l/Ulfr9l2/I5erX9f8AgL/9KX+f0bRR
RQAUUxJYpHkRJEZo22yKGBKnAOD6HBB+hFPotYE7nGfEP/kbvhx/2Mk3/pp1GuzrjPiH/wAj
d8OP+xkm/wDTTqNdnQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQBwHxR8T6pZDUNB0bT7uXUE
0pdTt57a9jtzlLmNGhLyIyI7hv3YYESbZFO3bkr8AUuIPhnp1jIbtrWyRbSxNy0LP9njjREU
mLGSuCp3qjhlYMuRk7HxSW4fwFqi22mw6k2xC9vLbC4zGJFMjJEQRLIqbmRCPmdVHesb4G2t
jZeGtRt9M020trFdScwXltZm0TUQYosz+Sf9WQ26IjoTCWAAYKFfo/1/Lb+tuoW7fl+pc+BP
/JEPAf8A2Lenf+k0dc9+1HL4Jh+F7TeOLzVrGCO9jk0+50kH7ZDdqrsrw44BEYlJJwNu7kcV
0PwJ/wCSIeA/+xb07/0mjrnP2m73wZp3g/Srrx3qF/Z6Q1/PasLK3MskxuNOvLcoMfd+SaRt
2DygGOapb/8ABt+On5r1D+tr/hr+TMD9kubwi8HiWPQpPGl9rIktn1fUfFEJS5uNyyeSi5J+
VQHOOo39TnjK+OHxF1Cw1vWvh/ceN7bwbc3+t2pt9SvbZSINHksV3yQ9A5N3FJGSclfMJOFG
5bP7IOuReI7vxVqlx4+1DxjqscVjaST3OlmzENtGbgwKAeXYl5ix57cnqem/adtDd+GNGtLL
Q/CN9quo6oun2174kgV7awVopZWkJKnBPkhAO7Oo54BLu+mt/X8Pjd/vBxS0lpb0/wDtVb7i
h+zDrV7O/iLwwPHFl450jRltWstZtrLyAHl87zLdipKOU8tGypJxKMnoBu+IhdW/jWLX774e
T3L2urW1na3ltepJFIsrxQrePHgOGijuJlyASAJQTtKuMX9njV9R0ObVvh/4nbwTBcacLa6s
bjw8yQ293HctMoXygABIrQMDjqGXju3aeJPFOqaX8SdF8Px29r/ZmoWjyTXNxDNGscwljRIl
mAMbO6vIRGcH91yfnGFODSXP+Kf+UfTZeYozu/d19Lf5tee/odnXGav/AMlv8L/9i3rP/pTp
ddnXnPjvTL3VfjD4Ut7HxDqegyr4f1hzcWEdu8jD7Rpo2ETxSLtOQeFByo5xkEGejVxmkf8A
Jb/FH/Yt6N/6U6pR/wAIb4j/AOiseM//AAF0n/5Bq74T8JNoet6lrV54l1nXtQ1C2t7WSbUF
tl8uKBpmRVFvDEPvXEhJIJ5HPFAHTVxnw8/5G74j/wDYyQ/+mnTq7OuNu/A13/b+r6tpHjrx
Nof9rXKXV1bWcVg8RlWCKDcPPtpHGUhjyN2MgnAzQB2VcZ8G/wDkUb7/ALGTXf8A07XdH/CG
+I/+iseM/wDwF0n/AOQah+BkMlt4Dnt5rua8li8Qa2j3EwQSTEardguwRVUMep2qoyeABxQB
N8bdf1Pwx8NNT1jR7y0sLxJLaBb26iMkNos1xFE87qOojSRpPT5ecjNebfAbxrc+JvG2kafd
eNrbxZf2Oj61FqU8FtAEBj1WOO1mDRplPOhUnYHIZY42x0Y+n/GK68SWfwz1u48I6DaeINYW
BRFpt0m+K5QuolVlyN37sudueSAOc4PkX7HV9r+pW99qEPhDwJoHhydHWf8AsOOSO6S/Rk/c
zo5ypVHfg9MjHB5fNpa/5/8AyL+V2tRWV72/L9X+Sdz3Pxf4i03wron9s6vJ5Vkt1bWzyZAW
MzzxwKzFiAFDSAsc8AE0aL4o8M63dNaaN4i0jUrhEMjRWl7HM4QEAsQpJxkgZ9xXM/tAweHr
j4U6kvitpf7FS5sZrqGK3ad7kJeQuLdUUglpWURDngyZ7Vx3wGg+F8Gv6fqHgv4c33he+1nS
b91nuUVHVLW9jt7i3kTzGZXEnlNjGMEc5BAL6Wt+Nvwtr+AfP8P1vp+JP4q1Dw94T8d+JLv7
XrOkeIdRvbS8S+GmNNbSRvFbWkcT7CRLD5kWCDtdWchCC6l/Z64D4i2njQzX2q6NofhvW/7L
tDd6JDcmSO4F35UoKkglWGRGQDtBLclSitXf0r30/wA/1/TTtYbTWv8Al+n66+pxnxD/AORu
+HH/AGMk3/pp1GuzrjPiH/yN3w4/7GSb/wBNOo12dABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFF
FAHLfFe3jufAOoB5raBoWguYpbid4lilimSSNwyKx3q6KVG1ssFBVgSDmfA6bV73wdLquu30
N/qN/ePNcXFvd+dAzBUQrEu1TCilNnlEbgUJYlixJ8VtUSSaz8HHw9q+rPqtncXwl0yaFJ7P
7LLbbZk85lUukk0TrySCg4NXfhZAiaXqd7J/a7ajfagZ9Rk1KwNpI8whiiUrHjbtEUcQyhKk
q3Od2C/S/wArr8t/02C19bfOz/PYj+BP/JEPAf8A2Lenf+k0dZXxbsT4u1jSfCfhzxzD4Z8Y
aW/9vWx+xLdP9n8ue1ZtjkLtJnYZ5Ix07jV+BP8AyRDwH/2Lenf+k0dePftbWep3HirTrrwz
8NfFOo+JrHT1m03xRokpQ2snmSbYJF2MJEBAYqeznGMnKbil7zsvl+uj9As3olf5N/kej/Bu
98X2viTxL4N8YeK9I8UXekQ2dwl9aWy28yi488eVPGvyqwEIYY5IfJ7VQ/aun8HW/wANIZfG
fhG88WWyX3m2un207wnzY7eeR5GdWBVUgSdieenTuOe/Y30mTRtG163vfAPiTw7qkrwTX+qa
5KXn1eZvN3MMqMBDk45/1nJJJJ6T4teKfADeP9I8BfEMS6faz2r3tjeXD+XZXbzQ3VnNbPJw
FYRTE9R99eQQAxFKatFX+7X/AMBsvkvxYfB5W8np9+q+f4I4D4E/DX4b6t4uvJ7z4KXvgnW/
Dktlf2gu9Ymndy7yNHIF342hoDyQQSCP4SK6jxZaXOqfG6w1u18UXOi3Qjt9In0R4pWmlih1
SO4+0xCIkPHKieW7HCokjbyCGQUf2TJPB39u+NrPwj4i8R+KorI2NvJreqzmRJVXz/Lt4Mgf
JFlvm/iMnAxgntZvhmbfxtb+NLS/8/VFv3aWBUWzgNtLMpfmFQ7yKqIcylw5RlIUPlUl7Pa6
/r1l81dv0G26nxPm9f8Ahl+SXy39JrjNX/5Lf4X/AOxb1n/0p0uuzrjNX/5Lf4X/AOxb1n/0
p0uqEdnRRRQAUUUUAFcZ8G/+RRvv+xk13/07XddnXGfBv/kUb7/sZNd/9O13QBU/aEtvt3wi
1nThrmpaG169raJeafbtPcBpbmKNURFZS28sIyARw5ri/gV4B1b4WeNIPB978QLzWbCbRZ7i
y00aKlrbjy5oEeXzFY7pF3oCDyRLkk16H8ZbDSNR+Geswa54gfw7ZxpHcjVUk2NZywypLDKD
3KyohAHLdBya8n/Zp1bTNf8AHl7f6l8Zl+IXiO30uSG0ghsXtYbSzMsRlfaVAZ2dYMnr8o69
Q7TtdXt5J287vp/W/RXV7XX4X+Wl/wAfu6+gfG7WvDDRaT4C13XZ9B1DxNI0mkaggULbXNm8
U8bszEAESCLCn7x+XvXC/AnRl8M/GK/8O+JPiO3i/wAWQ6Ze3S21rbrDbabDcXkc1wXCnHnT
TSI+OoVMdNldF+05oXi3xNoWnaJ4d+H3h3xjZTmZr5dVuPJa1YbPKaJg6MrHMmSpzwB355X9
krwP4/8AAuo31l4r8DaNpsV1avNc64l99pvr668xSFkbe2Fw0hwABkDuSTPtI35b69tbfPTf
0dnpfaxXI9/8r/LW9vlftuenfFHW9e0nWPC8OiXEkUd1dTjUAtvFcfuFgY7hCWWaRhJ5X+qz
hTIW/hru68E+PNj4f8WeNbLSNWvb631rT4ryy0mDS2ine8hv7Lyp45Fcr5Eu0SFGchMBWyx3
KvvdU79v6/ry+8lb7/1/X9XOM+If/I3fDj/sZJv/AE06jXZ1xnxD/wCRu+HH/YyTf+mnUa7O
kMKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooA88+Jf9kx+JbDUNfuNW8Pw2lm8dl4hsrkpHE0rq
ZoZhtKIpEMDBpQVJyMqVGdTwFr+j3E82hW/jyDxbfIGuPNQws8UI2KFkMChAcnjIUtk4B2nH
XnkYNRwQQQKVghjiUnJCKFBPrxRd7fr+n+Vgsv6X67/mch8Cf+SIeA/+xb07/wBJo67OuM+B
P/JEPAf/AGLenf8ApNHXZ0AFeNfGv4Ta18WPHWmWGua69n8PtOt4rmWwt1Xzr293yhgW6ooj
2DPP3jgZyR7LRSkrq1xp2dzy74AeAfEvwzt9X8JXmsQat4WgMUugTfZ0iuI97SmaKXb94giM
hu+49Puj1GiihKysDd3cK4zV/wDkt/hf/sW9Z/8ASnS67OuM1f8A5Lf4X/7FvWf/AEp0umI7
OiiigAooooAK4z4N/wDIo33/AGMmu/8Ap2u67OuM+Df/ACKN9/2Mmu/+na7oAf8AFC00zXbD
TPCV3qOlw3mo6nZ3UFneSLm8is7uC5nREPL/ALuMgjBHzDOBXmvwN8HeJ/B/xNi0bxJqXhMw
aR4fnsNGj06Ly7/ULQT2+25uVHGUCIn+9K+CeSU/a/to5rXw1cw+EPGmq6paPdTWOreGZGSb
S2Cxht5CsNr5HBxnyzgjmuQ/YqVr3xHd+I9X8JeMpPEOraSbi58Vaw7NbXSmSI+TBwBtPysO
ScR8YHAlqDd+vrH9feXolr3tcactunpL/hn6307XsfVVFFFUI4nxr8OtL8S3E+pXFxcTaokg
n043sjXFpZyLGEAFsSI2Rhu3ZG4iR8Mvyle2oopJWG3dWOM+If8AyN3w4/7GSb/006jXZ1xn
xD/5G74cf9jJN/6adRrs6YgooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooA8h+DfxL+HGm/
CDwZp2o/EDwpZ3troFjBcW9xrFvHLDItuisjqXBVgQQQeQRXV/8AC2PhZ/0UvwZ/4Pbb/wCL
rs6KAOM/4Wx8LP8Aopfgz/we23/xdH/C2PhZ/wBFL8Gf+D22/wDi67OuM+Mn/Io2P/YyaF/6
drSgA/4Wx8LP+il+DP8Awe23/wAXR/wtj4Wf9FL8Gf8Ag9tv/i67OigDjP8AhbHws/6KX4M/
8Htt/wDF1jWHizwt4o+N3h8+GfEuja2LXw3q/wBo/s6+iuPJ3XOm7d2xjtztbGeu0+lemUUA
FFFFABRRRQAVxnwb/wCRRvv+xk13/wBO13XZ1xnwb/5FG+/7GTXf/Ttd0AZ3xj+Gs/xJvfD9
jfeIb2x8M2kk76xptq7RtqQZAIlLqQQqkNkc5DHocEUfhh8IYfht47v77wrrl9D4S1C0k3+H
5pWkitrsyRlZYieg2CRSDzyOSMbfUqKXvXvzP79PSw9LWsvu/r+vmFFFFMQUUUUAcZ8Q/wDk
bvhx/wBjJN/6adRrs64z4h/8jd8OP+xkm/8ATTqNdnQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABR
RRQAUUUUAcPZ/FTwne2kN5ZW/iu7tZ41lhnt/COqyRSowyro625DKQQQQSCDkVL/AMLL8Of9
A3xn/wCEZq3/AMjUfAn/AJIh4D/7FvTv/SaOuzoA4z/hZfhz/oG+M/8AwjNW/wDkauZ+Jfjf
S9Y8OWlpp2jeM55o9b0m6Zf+EP1VcRQajbzStlrcD5Y43bHU4wMkgV6zRQBxn/Cy/Dn/AEDf
Gf8A4Rmrf/I1H/Cy/Dn/AEDfGf8A4Rmrf/I1dnRQBxn/AAsvw5/0DfGf/hGat/8AI1XfD3jn
w/rutrotmNZt79raS6SLUdDvbHzIo2RXZTcRIG2mWMEAkjcK6auM1f8A5Lf4X/7FvWf/AEp0
ugDs6KKKACiiigAry7wL4rsPDGl6lo+saT4rju01/WJv3HhfUbmNo5tRuZY2WSKBkYMjowKs
evrXqNFAHGf8LL8Of9A3xn/4Rmrf/I1H/Cy/Dn/QN8Z/+EZq3/yNXZ0UAcZ/wsvw5/0DfGf/
AIRmrf8AyNR/wsvw5/0DfGf/AIRmrf8AyNXZ0UAcZ/wsvw5/0DfGf/hGat/8jUf8LL8Of9A3
xn/4Rmrf/I1dnRQB5nq3iO08U+NvAsOkaX4m/wBB1ua7upbzw5f2cUUX9m3sW5pJ4UTl5Y1A
zklhxXplFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQBxnwJ/5Ih4D/AOxb07/0mjrs
64z4E/8AJEPAf/Yt6d/6TR1xv7XOp2GneAdFj1vX9b0TQr3XYrbVJ9Hz9qeA29w4RTg4BkSM
t/shup4LVr6/199l+IWb2/r7rv8AA9lor5T/AGfPi38PfDXjK68FaT4t8W6zomrzWKaImrWr
ySW95LJLHNHv2giM/wCjtzwCzd9xOh+1DcXn2LxhFrvivxV4a0VNR0v+wr2K2LRG/NrcGeJP
KxI1sYxEWJPEu7GcEGmop6vT5f52/EOWpty6+j/yv+B9OUV85fsOa34e1vw/r82m3Hig6tE1
smpwavftdRJ/rfLe3ZlBCt8+QRkbRnsT9G1LtfT9P0b/ADC0lpLf5/qkFcZq/wDyW/wv/wBi
3rP/AKU6XXZ1xmr/APJb/C//AGLes/8ApTpdIDs6KKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAK
KKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigDjPgT/yRDwH/wBi3p3/AKTR1h/tK+Kf
FXhXwDFceDZLOHVbmedVmuYPNCJBZXV2+1ehdha7BkEfPW58Cf8AkiHgP/sW9O/9Jo65/wDa
Q8Ra34c8P+HLjw/qnhnSL+51wW66h4gGLW2H2O6csW/gZgmwEdd5X+Ki19F+V/ws7/cJ2tr+
dvx0sZX7OHivX/EOt+JbDW/H2g+NYbO10+5tLvSbVIo4RMbgMj7QD5n7pSVPQbe5IGz+0r4p
8VeFfAMVx4Nks4dVuZ51Wa5g80IkFldXb7V6F2FrsGQR89Y/7K+h6tpGiazPc3Xw7utMvJ45
LSTwgmIjIA3m+acAE4MeAOgz04qD4ofELxAurap4U8N/8I3F4otvEltZaXNqp2JZW02nLKbx
s5zlzcQKVwCXVeScMKnq0kk/T9OVf+kibil5ev68z/8ASif9m/xZ4g8Qa14msNa8f6F41htL
XT7m1u9ItUijiExuAyPtAO/90pKnoNvckDRsdb8fxalcx/bNKvoLbXhawpBPHO93DPqcgkVg
uGiNrZ7TjruR924LWX+zDFd6FceJvBWp6X4Ng1HTjbXs154ZwILkXHnACRMApIhgbjgbWXAA
5M3iGz8F2/xOj8Tal4W1uyu7bW7a1Mg00GC7vZWht7e485SRsC3C5DEBiq5G+LFPWOm33L8H
GP3JJjSTV1+r/FOX33aPZK4zV/8Akt/hf/sW9Z/9KdLrs64zV/8Akt/hf/sW9Z/9KdLpDOzo
oooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKK
AOM+BP8AyRDwH/2Lenf+k0dZv7QFybPwdZXcvw9h8c2EWpwnUbFrZbiS3tiriS4ijYHfIoOA
Bz855Aya0vgT/wAkQ8B/9i3p3/pNHXN/tSyeEYfhtDceMte8S6NYw6gkkT6BIUup5RFL+76E
FdnmOc4H7vOeOS19Lfk/zaX4oE7a/wCa/JN/gzK/Znn8Oatrfi3xH4J8C3XhfwtepZRWM0kX
kRak8ZuPMnjh/gXDoMj72B0IIFf9rLwjomt2Xh68/wCFeWHi/wAR3moDTLRJtQaxYRCCe4b9
6rKCB5LEBjj5jjk8w/sip4Lt08SWPg+68fulstnHPB4oAUQLiXy1gUAbRjOR6BK6v9pePwNL
8PIV8deHtQ8RQfb0Gm6Zp/m/aLm8McgVY/LIOQhlY5OMAnkgCp0a0t8rWX/kzWn+L7ik2nq3
f53/ACi9e1kZn7L+ha34b0TVdK1L4YaZ4Gs1kiltvsupi9a9dt4kZ33M3y7Uxk/xHHSu11zx
fFZfEXSvBZ0+G8l1Cye+DLdxiSFYpo0LNG+OMyBlKkk+XJgfLz53+ylH4ct08SWfhzT/ABV4
cjia2M/hnXfML2DnzcTxFyfklAAx2MB9qn8ayeJNT+LWn6xpOtaYvhuB7TSp7K/kSN7TUI9U
jeSTypVzultg8cTL8zeYjLgEPVRSa2v6Jff7t18+vXcmTd97P5/+3a/L7tj2quM1f/kt/hf/
ALFvWf8A0p0uuzrjNX/5Lf4X/wCxb1n/ANKdLoA7OiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKA
CiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooA4z4E/8kQ8B/8AYt6d/wCk0dcv+0Br
nwxeXTvDHj3xlb6G4Se6a3IPmTQXFnd2RwcEL/r3IPPKdOa6j4E/8kQ8B/8AYt6d/wCk0dcJ
8YvDHjqb4mt4j8N/D7wf4x0+fR7Wzlj1p0EsLwzXTnyt3ChhOuT3wPSk3FL3v1/RN/gNKT+H
9P1aX4nN/s6eONDi+I1zoWofE25+IfiPXLaCCC+ttN8q2t7a1W5kSN3/AOeh3ysSc5yvJ5Ne
n/GaxtfEGjXFtZeMn8La54XWPX4tRWMOtmpjuYhJKrDa0bItypGexJ9D5v8ABPxlHZfG/UvD
eufDOfwDq2s6XZQ21lbQI1tK1sb6WSbzI1VcFXCg85KYzWl+0BonxbvPEfiGDwD4Y0rVtJ8S
+FodGvp7u7WKSBle9B8sF1523WckEZA96fOvilL5p3/FLf5LpoHI1oo/JpJfc3t8311LP7J+
q6f4lsdf8Tv8RpfG3iC4a3tNQlezFmLWGLzDAiw4BCkyytv6MSe6tW1c+Adet/iZZ+PTdrOy
Xctu1laMzOtrNOuJDJcM4wqqGaONYgA8uwkhQ0fwMsPiI3ivxP4h+IPhTRvDk15ZafZ2sWmT
K6SiB7pmZsMxDfv1HPYD0r1qpb59U/6+aTt5aAko6W/L9LoK4zV/+S3+F/8AsW9Z/wDSnS67
OuM1f/kt/hf/ALFvWf8A0p0uqEdnRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFF
FFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAcZ8Cf+SIeA/wDsW9O/9Jo67OuM+BP/ACRDwH/2Lenf
+k0ddnQAYGc45oooosAUUUUAFcZq/wDyW/wv/wBi3rP/AKU6XXZ1xmr/APJb/C//AGLes/8A
pTpdAHZ0UUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAU
UUUAFFFFAHGv8Kfhc7l3+G3g1mY5JOh2xJP/AHxSf8Kn+Fn/AETTwZ/4Irb/AOIo/wCFsfCz
/opfgz/we23/AMXR/wALY+Fn/RS/Bn/g9tv/AIugA/4VP8LP+iaeDP8AwRW3/wARXJ/Ff4Zf
Day8L2c1n8PfCVtK3iDRYWeLRrdGKSanao6EhPusjMpHQhiDwa6z/hbHws/6KX4M/wDB7bf/
ABdcn8V/ib8Nr3wvZw2fxC8JXMq+INFmZItZt3YJHqdq7uQH+6qKzE9AFJPAoA6z/hU/ws/6
Jp4M/wDBFbf/ABFH/Cp/hZ/0TTwZ/wCCK2/+Io/4Wx8LP+il+DP/AAe23/xdH/C2PhZ/0Uvw
Z/4Pbb/4ugA/4VP8LP8Aomngz/wRW3/xFanhvwR4M8NXr33hzwjoGjXUkZieew02G3kZCQSp
ZFBIyoOOmQPSsv8A4Wx8LP8Aopfgz/we23/xdanhvxv4M8S3r2PhzxdoGs3UcZleCw1KG4kV
AQCxVGJAywGemSPWgDfooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooA
KKKKACiiigAooooAKKKKAPxnooooAKKKKACiiigAr6Z/4Jxf8lv1n/sW5/8A0ptq+Zq+mf8A
gnF/yW/Wf+xbn/8ASm2oA+/6KKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAK
KKKACiiigAooooAKKKKACiiigD8Z69I/Z6thdeNLyM/DJ/iLjTnP9mLO0Rh/eR/v8qCePu4/
6aV5vXpv7OkMKeLNW1m+17xLpGlaNpD32onw+7JeXMPnQx+SrKRhS8sbMTwFQnjqE7W1/r8V
+aGr30/y/JN/cjo/2t9GsdB8S2um6Z8Kf+EIsre8voLe9E7OusRo6Ksqhh8oAw2AT/rfavG9
P0y+v7TUbq0gMkOm2wurttwHlxGWOENz1+eWNeMn5vTNer/tGTadrOl+GfFmgeIfGmoaJfvd
20Nn4nnaaa1mhEBlaNixBRxLH0/iRgTwAM/9nbxNq/g+58a+IdDisHvbTwyzK18EaBB9us87
lYjcSPlUDJLsvHUgUUlaFl/Xk5fhf9Abd7yv993+Nvxt2PLKK9Q+NHjfxl8QfDPhnxF4lh0F
LHz723sv7NgWJxInkGVZVB6gNCRns1RS+DPBV3ZwPpnilZLq60eS8SFGDfZprXTEubhJgQCP
MnEsUYHTZn5uMu0u1/S/6pflr0vdXV497ev/AAL/APA621t5pX0z/wAE4v8Akt+s/wDYtz/+
lNtXzNX0z/wTi/5LfrP/AGLc/wD6U21AH3/RRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQA
UUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAfjPXuPwD0C78NeJ9B8bf8J3L4T0w+HbjWr/
AFAWhl2RJfvZG2CYYTFnEJwRxvHGVXPh1fQn7JvjPxKI9W8If2j4Li8P2VpLqTyeK7cyW9sH
kigdUcEbBI0qZU/KT2yxyJX2f56+Wib/AAYm7LVfl9+tl+KMn9q7U7jxPqmi+MLX4hDxloN7
9otLFvsZtDZSw+W00Rh2gDImibfjLAjP3RWF+zQmtXPj2703SvA6eNrS+0ySHVtIeQR+baCS
N9wkJwjLKkJDeoAHJzXQftYXN3dXvh+R/GPgbWbFUuEtdO8J4W20/BjLMygnDSZHJPPl+1c3
+zpr+iaL4r1a016x8UXtvrGktYxx+HDi98wXEE4KHIIGIDnGTg46ZptW0f49u2vLpba9gjbS
34f/AGt9e9r6nR/tUabqmix+FdKX4bR+A/DYhnutMtDci4mnmk8rz3mfJPmAJApVuVAHPOBD
ZXPjW7+E7adceEbTVRLojmz1MRW8oi06MvK8juMuskX2Z403Ed1xujjqz+1V4g0XWv7K/sbw
v400P7Rquqardf8ACRW3lebNc/Ztwg5PyL5Q+XtuHrXAeFvCniS58G33jXR78W9nYC6s76Qu
yGKNoANgOPn84TPHtXOOS+1WBqPdt0a9E1+Df5vXfcv3r9U/NtP8bfl6HF19M/8ABOL/AJLf
rP8A2Lc//pTbV8zV9M/8E4v+S36z/wBi3P8A+lNtVEn3/RRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAF
FFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAfjPXpf7Od34vi8c3Nh4N8H6V4
tu9SsGtrnT9TthNbGASxSl3yyquHijwzHAJHcivNK9P+AUc0Wp6p/aXhfxXqvhnWLFtJ1G60
G3dp7f8AewzhkYKVLBoo8qeqsfUZUpJLVpetrfjZfe7Dim3on8r/AKa/dqW/2gQLu10jVbrw
DonhHVxqGo6XqCaNPGbWaW1aFSpiR28qRGd85ADK0bAkHiH9m7xi3gDxRqHibyL92W2t4Yvs
tuZHkA1CzkniBxhS1uk65JHXGeRWv+1TrGlX2s21toHhbxJo+nT6nqWsS3Wt2zwS3t5dvEZt
iEYEaLFEoA55555PpX7CniD4mWWiahpGgeE7LUPCUmoPNeapPci3a0mMUattYhg+EEbbdh/W
pTSV01+nyt+mg2m37yf5P5836nAftVa3Y3+n+FdKt/iBqvjme0lvrg6he2bW/kwzeR5cHONz
L5bljgH5wOwA5PwFNev8OdSsrTUdItUeW5Sa21C9t4FvPNhijTZ8yzCSNvmUnMZDOCVBkWTt
/wBtvXda1Pxvpmn3Ot6nrOjWUUzWFze6N9hKyOyiWNW2IJgAkJ3gY+b8+Y1bxFY3/wAMbHS7
bxFpOqala2KxuNR06OGS2gEJ328ZdGDurBQkiujfLjByoXROT1Wr9W/Xo/np3Idlo9Plb8rW
8tuh5XeW09neTWd1E0VxBI0csbDlGU4IPuCK+k/+CcX/ACW/Wf8AsW5//Sm2r5mr6Z/4Jxf8
lv1n/sW5/wD0ptqQz7/ooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooAKKKKACiiigAooooA
KKKKACiiigAooooAKKKKAPxnr6e/Zysvixf/AATjj+Fni3StAeLxHfnUlvJ0Qyhrax8ojcjd
Nsvp179vmGlBI6Eiqi7Pdr0t+txSV1ayfrt+aPbP2pNP+LVh/wAI5/wtLxXpmv7/ALV/Z/2O
ZJPJx5Xm7tqLjOY8Zz909K4vwB8W/iJ4C0abR/CXiafS7Ga4a5khSGNg0pVVLZZSeiKPwrhy
SepJpKfPJSum/V2v+BPJFqzSt26fqdb8RPiT42+IX2H/AITHXptW+weZ9l8yKNPL8zbvxsUZ
zsXr6VyVFFTKTk7sqMVFWQV9M/8ABOL/AJLfrP8A2Lc//pTbV8zV9M/8E4v+S36z/wBi3P8A
+lNtSGff9FFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUA
FFFFABRRRQB+M9Ffpm/7LvwKZyx8CjJOTjVbwD8hNxSf8MufAn/oRv8AyrXv/wAeoA/M2iv0
y/4Zc+BP/Qjf+Va9/wDj1H/DLnwJ/wChG/8AKte//HqAPzNor9Mv+GXPgT/0I3/lWvf/AI9R
/wAMufAn/oRv/Kte/wDx6gD8za+mf+CcX/Jb9Z/7Fuf/ANKbavpn/hlz4E/9CN/5Vr3/AOPV
0/w4+DPw2+HWtz614O8N/wBmX89s1rJL9tuJt0RZWK4kkYDlFOQM8UAd/RRRQAUUUUAFFFFA
BRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQAUUUUAFFFFABRRRQB//2Q==</binary>
 <binary id="Neandertalskijjparallaks.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4RySRXhpZgAATU0AKgAAAAgADAEAAAMAAAABFJ4AAAEBAAMAAAABCZEAAAECAAMAAAAD
AAAAngEGAAMAAAABAAIAAAESAAMAAAABAAEAAAEVAAMAAAABAAMAAAEaAAUAAAABAAAApAEb
AAUAAAABAAAArAEoAAMAAAABAAMAAAExAAIAAAAcAAAAtAEyAAIAAAAUAAAA0IdpAAQAAAAB
AAAA5AAAARwACAAIAAgAGAeQAAAnEAAYB5AAACcQQWRvYmUgUGhvdG9zaG9wIENTNSBXaW5k
b3dzADIwMTU6MDQ6MTQgMDk6MjE6MzkAAASQAAAHAAAABDAyMjGgAQADAAAAAf//AACgAgAE
AAAAAQAAAeOgAwAEAAAAAQAAAu4AAAAAAAAABgEDAAMAAAABAAYAAAEaAAUAAAABAAABagEb
AAUAAAABAAABcgEoAAMAAAABAAIAAAIBAAQAAAABAAABegICAAQAAAABAAAbEAAAAAAAAABI
AAAAAQAAAEgAAAAB/9j/7QAMQWRvYmVfQ00AAv/uAA5BZG9iZQBkgAAAAAH/2wCEAAwICAgJ
CAwJCQwRCwoLERUPDAwPFRgTExUTExgRDAwMDAwMEQwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwBDQsLDQ4NEA4OEBQODg4UFA4ODg4UEQwMDAwMEREMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDP/AABEIAKAAZwMBIgACEQEDEQH/3QAEAAf/xAE/AAABBQEBAQEB
AQAAAAAAAAADAAECBAUGBwgJCgsBAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAEAAgMEBQYHCAkKCxAAAQQB
AwIEAgUHBggFAwwzAQACEQMEIRIxBUFRYRMicYEyBhSRobFCIyQVUsFiMzRygtFDByWSU/Dh
8WNzNRaisoMmRJNUZEXCo3Q2F9JV4mXys4TD03Xj80YnlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpam
tsbW5vY3R1dnd4eXp7fH1+f3EQACAgECBAQDBAUGBwcGBTUBAAIRAyExEgRBUWFxIhMFMoGR
FKGxQiPBUtHwMyRi4XKCkkNTFWNzNPElBhaisoMHJjXC0kSTVKMXZEVVNnRl4vKzhMPTdePz
RpSkhbSVxNTk9KW1xdXl9VZmdoaWprbG1ub2JzdHV2d3h5ent8f/2gAMAwEAAhEDEQA/AJs6
pgPeK2W7rOCxokgww+/b9Db6rU7OqYL2sex7nV2CWWBp2kRu0f8Anf6P2/4X9GuVz/rZ1PG6
hl0VVYuyq6ytpNILi1j3MbvfuG76DVW/54dT4FGHGn/advbj85Zv3KXb/nf+gtj3R/IPa15+
Ja0vrfuaGG2YOrBy9v8AnKB6rghpeXuDGuLC8sIAeBu9L97f/ZXHD65dVBcRTiAvEPIoAJH7
r/d7mpv+d/U9P1fC9ug/V26CNv737qX3Kfb/AJ3/AKCr3R/IPZDquB6npOsNbwS2HtI1adhb
uG5u7d9D/SJWdVwKrLK7bfTfW91Za4QSWbd+xv0nfS/trj6vrd1d7m0104YL3gNHoADc4kBx
9371jvd/LRbfrR9YWu3PxsZ5PuDxQHSf5vdO7du/R7P/ADDYh9zle3/P/wDQVe4P5B6z9p4U
ubucXMAc9gYS5od9Bz2/mb/zd6Q6ngkkCyS2NwAOm4OLd39b07P8xco/6ydfFu0YuLa9u07q
8bfBd9CH/vf1FB31m661gLsLGaxnuBOKIbp9Me72+1qX3SXh/j/+gq9wfyD2FufjVXOocXG5
u4ljWkmK/wCdIPta7Yhu6v09oBNjiwzDwwlphwrdEe/6bv3Fxzvrh1R5cX0Ybi/6ZOOCTpt9
zt3u9qcfXHqrXb204gdEbhQAY/zkRyU+o/53/oKvdH8g9lb1PBqax77R6djXvbYNWRX9P3/1
vY1N+1cDkWSC702uAJDn+72VEfzrnem/Z6a47/nn1baG+libRMN9AQJ+lDd35yR+uXVSINOG
QOAaAR927+Ul9yn2/wCd/wCgq90fyD2R6nhAw57muLtjWlpBLomGt+kkuRx/rb1Oy0tdTiAe
nYdKGj6FdlrW/S+juakl9yl2/wCd/wCgK90fyD//0PP+sf8AK+f/AOGb/wDz49VFb6x/yvn/
APhm/wD8+PVRBKkgHOcGtBc5xAa0CSSeGtASWp0cRg9Xtpn7bVjNNJb9NtTrGMz7Kv5X2f22
Ob/2nfchKXCL8QP8Y8KQLaBZk4ttb7K3VPBD6xYwiS06Q1w9/vRnX9SxXtc9r6LHPe+pz2Fr
g54ay70d/wC81rGfyFd+r3rudds3k142W7psTtGUK63W/Z/+7TcX3t2e/wBT0f8ACIPTHNf0
frFd2uIymu2snUNyvVYzH9P/AIayj7S1/wDwHq/6NMMtSCAa4Qf8OXCmv5eTOmvqAopvsZWa
ca4vbimW3MNZZc70qYNuzLsf6e/ZfVvZ+k9H0lUd9vtrNIof6UhrWNqcdux1j9jXbf8AS3W+
oukxXMb9aej2OcbMizHwm1ak7GfZm77Hfu22f4Bv/X/9Csrp1uO36ttdmOt+zjqlZsNTtrh+
hfueOfd/01GMh34R+if8fiSR49/wcpuNlOG5tNrgJkhjiNNHcN/NQ5W9VbYzojbeo25FVjOr
G211Qm31PRa95976vTuc7/CLHzskZedk5YrFIybX2ipuoZvcX+m36P0ZUsJmROmg6rSKQpJJ
J6E2H/Pn/i7v/PNySWH/AD5/4u7/AM83JJKf/9Hm+tdEwW5uVcXW7rMm4xubB/SP0b7Fn0dI
xLN5e94DTtHuAk8u/NXYZj6mZOabg19NNl1tlbwCC91j6Mfc0/mM3WXfyPTXPCk4sY51fWA5
xPPuAth38tu/9J/winxzxTzTx8AHtf8AP/e/xeJYYzjijMyvj/5v7v8AjNfE6BhZFzm7rRWw
S4hwnX6LfoK/T9WcGmxttN2TVazVr2WBrgePa5ta08LGdTjta76Tjud46/R/6Kt10PsJAhoa
Nz3uMNa3je9w/wDO3/QrVr2cQiTKMfG9mrLPMyqJPYV1cV/1exXmt9mTlE0HdSfUaNhnduq2
1N9N28bvYjWfVJuQwG+3LNc72m22utu482D1a69z3f6RamRkOxGNdit2uPGQ8fpD/Krb9HHb
+7t/Tf8ADfmLKe6695c+1zyTJk6lZuXnOXBrFijOv0z8v+C3cXLZj/OZDG/0Rv8A4RSH6tNN
zbz1K85DBtZZ9sZ6gb+4yzZ7W/2lVd9Xs6m81Muzm4e82usZYH16D1Lbt9IfV6zn/Qe9SE1n
SAZgTqrNbrqgb6b3VPkHc3sddOf+pUQ5yAI4sOPh/qiv++Zvup6ZZA/1tR/3Ll5/S/TwmMfl
ZVr8lxsfS62ay9x3use1zf5ze/32fTVGromNba2pnq7nHYJcPpfR/d/eXSvbi9Vvr/aG+i9h
G3Iqna9p+l61DPpO/wCHr/T/APhn+bQun9OycXIyyWl12MzZVrLHuc3dXdSfourdT7q3N+n6
qvYJYMvyRA7xpq5hkwxPGbP736LhZPRMGu8srdaWB20EuEmB73fQUsfoGJfkspDrdu3fYQ4S
G/5n0nIk/pC9wO1ghzjyJH6TdP5zdi2eh4xOPblFpByHe0OGuxujVMMWMmuEb/8ANCyc5QhZ
PSv8ItXH+qvTW3aPv1ZaPpt71WD/AEaS3qqx6o012v8A/PdiSd7OPi+UbMHvz4b4ju//0qXX
W2PyMrGFrKxndRGPtg7jWHNrdv2/4PfkXLNe05eXba6XG658/wBt52q9159A6/gN2lk5t1lt
jeTOU+tv0vZ7dqp9Nj1KWkab2O18S5sp/IDinkmR83FL/GyTj/6hgrmSY44RH6IjH/FhH/v3
p/Rl8NbLnGGt5kkw0Kpl5DbMj9nUA2Maf0pYY32H27t0j2snbR/I/S/4Za2Q5uPRdfO01iGu
8HPPph3/AFtrn2/9bWJSB+0WQOaqXDSNC3wKZ8V5kxAxR6xM5f8AcxYvhmCwc56Hggf+kXQ6
40CmhvoPpDW6AhsfLY5yx8Gk2XgOiRuE9oAMfkXQfWKYx29yz8pWR0ysHKAOrXbp+56wsE/1
BPm636Zce2uy5xAd6gL2v3NkQ7jd/ZWlWycJxJkeo1oPMief7Sc01NbuY2NGFx8XElH9M/ZD
4OyGgD+1qrGTLYiPEMuWcJ1wxrv/ACigwKnO6sATLayR46AFaHSMxt2UcCyCG2A408hx9/pf
8Xe7/wAH/wCvKvgUB3VDL3NDt07DtP5w5VSqstzrHNJDmvMP7ja0uZ/muSxZTHJIiRjWMDTx
+Zr5McckeGQuz1/Bq/WT9Mast39I6i+57w10g1VOFNOn73p1tXR42L6eNQyI2Vsb/wBELnPr
LccjqtQa0MqpxKxVWNGt9QGy4D/ru5doGAhpHBAI+ELe5CJhy8BLxEf6uPi/Vx/wIOP8RNzF
dbJ/vNWuo7wfJ/8A1D0lcrZ7x8Hf9Q5JWb9X0aWvB/hfsf/TwvrQ4N67cTM03OLf/Yiy3/vy
G+9lIDmj3NcCT4NaZ3f9FWvrvRYesZFoZ7fUspLu24E5VX9p1Vrv+21RaWPoDnAlrwA8+G76
SscnpEjYjiifOE5Iz0eE7giJ/wAeEXuurNb9na0jcyzIYCDwRtsP/flzDMq6vPscxmjIbPMN
Z7RtYF0ItGV0Ppd/LrH1teRxvrY+mz/p1rGxKv8AKTmvGlrQ4j+S8f8AkVmfEZD7xkvX0R0Z
uRiRy8Y9pS/6RbHU+pZd9VNj2SwDaxzgWudB1gbWfR+juQ+iv9S5rpke4SPIOWn9YcLHxsfF
wsduyhtUNZJP0iXO9zv5T1V6ZUG2s8SHGOwlr9As2M4HATEcIPFw/wB1ugC714v+bSEj9BZA
n+Z/78rBZ+qtHjlNH/SUCD9mfP8AwA/ByM5p+zVmTBzI26dnJSO397/uU9mOA0DPY6PpCyf8
5zVnOcK8m15Eh1jmx8a9Fq4QjNqPbbYf+nYsmxpfbsIh3rbiOdC328f1U7HrOV/u/tkoiVcQ
/RolrdabF9VhiTjQfi27Ia1dtgvbfgYt7Pc22mt0/wBkB3/SXFdeaDSyw/SZU0ecOuzJ/wCm
1i6v6oWtt6N6Jd+kxbXNDf8Ag7P01X/Sdaz+wuk5ad4IAfogA/4Q4nF53H6ie5Nf3fldFjBu
GnZ3/UuSVlrG7/kf+pckpOLX6NXg9P1f/9QX1xAuySanB1WcDdS/t6uM9+PbX/XcwMrXOYLm
uJof5lvI0K0c/JaWZmI4n1MfqF+Rikz9Gx9jMqn+T766Mhn/AF5Zl52WNyqI2v8Ae0+DiPex
39ZTw/VZTe0zxf4XX/Gj/wCk0iPHgAG+MV/gX6f8X/u3puhXkYDcODtx81lrD5Wss3s/7cq3
/wBtLEO/qjCP3Kx9zUHoltdlL318erSSO8xfO7+Up4DwOqNbtLTDYJHtJI+kNs/SWZ8UA+8Z
TH/NxbPJRMsOxJBJP+N6i7v1jG7Kxm/yR/BUcMbcpjQJipxj5WBWvrLa6q5ljG73V1yGwTMD
wCq4XWMPIu9IhpyCIqsY2BqPdU0e12z/AEe9ZnL4pT5cUeh0bF0dmDJOLZPjSPweiuD3YFYY
QHnNIaTqASef85QawVUPrssbW601ekbA5ocG7hua/YW7ferDsfIroop9Jxd9q9UbBvaa5/nG
21b69n9pOlCW9fpf9yu2IKPBP61V/wAXZ/1dqz6XBt25wlovcY7/AEFoYbLK8qltrCx22zRw
gxNpWYDz53Wf+e0Yj1THh/36AdQi6lWLchmM57a/XxLBW53BfXkXWtZ/0Ub6qdRbi51Ysdto
zGtqeTw13+Csd/1z2f8AXEuttxBT0698OfVdfXlM4PoXPc2q0f1LGXbLG/zdqzbca/HssocQ
/UllgiHif5P0Xf6Ri6HkpxqMJGjkgDEHrKHzcP8A1P2nN5rGZQMgLEJESPaM/l4v8PjfTa67
C+A1xI3dvJySxulfWF2f0DKD7XN6hh49ri8EAuDWObVktn/Cs9jLf+F/Sf4VJS3L3OCtf5ep
p+36L6W//9XIu2ZOXlWuJk5F4eSRo8W2McAqVzBjOfS4foX9j2P/AH3+sq32t1XWeo48gNty
by0nkOFlg9v9dqu3ZDXMcHtBsIg8g6q7Uc2GpaEdeonFjhKeLJcdQf0ehiW/9X6raRlNdq02
UOYRwZbke4fylawQG9SZIgkNP3aDVUegtbViZdgMj1aRHwbf/wCTVrBePtzXDsGhYnPxkMs7
Nn2wL2t0MExwem43Lv8Ag73WnF2dQWgkwIAEk/Jc5k4tWDmC6kCtsb2tuJrFbgfUPo+rsZdX
+Z9me7/ibFudevfVkV21zvY2WxzIVKvqHW8uz0QWtDml264yC0Dd9CHKnynpxRldaagnRmvX
a0LcyvMLH0MdVZA3PEMpBAl2x9jy/wBs+n/6UVsZmTV+gpdJdG4sc1zJdpUbH1HYz1PzP8L/
ACEB7bsmhtlzmltTmtZWwaDeC7v/AFVZa0MxKdsBhy+I7g7dznfSd7WqXJmiPlFm68landfB
fa/Pb6hk7XgRPAFjfzv5QVKgMhwcCXeu8NIPB2a/1lawHD9oMPGlkz/11VMcjcJ5GU4n4GvT
8ih14pn+qP8AukxGoa3Vm2G/Fa1nqNspe1zAdXAXXbm7B7/7aC1hpDW5gOOwSA60OBiPba2G
uZ/X3/T/AEiv9QFoZjv3V00vbY11z4cSRba7Y2ln6Z+3d/xayMfFbk5kXWzjNG/IsYNji0H+
Yq1d+kud7Wf6P+c/wa34ji5bERMjgjxXjiTkv92Ev3v6nA5onw5sg4RU/SRKXokP6w/9DTGv
Joyq27dr7XupaJ0JdXY97h/I2t+mkk+2mzrGBWKK/sza8lxxRLWCttNrBV+/7mu/nP5xJR+9
l966HvVwbf8AU+Dh4+H+c9X877a/24e119v5q/8AHOPi4f8ANej+bf/W4PqxjqucRo5uVeWk
ePqvha1ORg2YbLW0tfa4e8OMu3j6e7+T+cz+Qsjqv/K2f55N/wD59epdPy2418vANbxtdPY/
mv8A7P8A1Clw5OGVGqlpr+j/AFls42OumumlvR9HaG9PznNA1fQDHExf9FPjZFgyQ6t7K/cN
X8R9zlPDx3VdPzd4B3uoPsd5XnsPbym6SXNyQHA7gCDp3Cpc+Ky5LG0Y/wDRbWA3CJ7n9re6
vk2uvrc/I9VgHDGEdvzvb/39EwXB1lTgB/NO/wColH63a60ViZkNb+RR9IUX1hvG20HwHt2t
WYCDiiKo1JtAako2kjHcyDBsql0xy0n+sjlzW49QJA25O4yYgbnN3GUENc5jQ2ZIrd4QWthD
yKmWsY86E2hpMA6bi+drvilQJF6a3+DJQsRlIiPTqmwZZn1OB+m18xrGtrddfaq2MNSQCXHI
fp5Nq3f9/RqbGV5NdhG0Ma8vPjL7P++ofTjvcT+a297jOhINcIkH1n+rX/SWwB4omtLH2+lq
dZNIOLuaHPNToc5xDQ31rtYZ7lVOPdi111WN+zte8EGzR82Hay11E+qz91jLfTW+7HpsxqHG
z0Lg14Nza2PeGtse6v07LLGejse5/wBFqwvrDj14vT/tOJa6+31a3vNgEDY7e207XWb9z/a5
bfL89ARhDaUQIaxmTK/6/wDNw/x3Ny8tMmUquJJldxoV/V+ZkxldWXQ8Oc71KbWmzQvBdXmP
3vH0f8G3Yks93UsdnWW21ONuHZjCx7GjUPbjZD/R2bvp0vtsod7klDX673LPD7nuXUvk4+P5
fmZOMezwVrwcFafNwcL/AP/X4HrDh+1s0ARGTfuPiTa9VfUHgrHWP+V8/wD8NX/+fHqokl6T
oXWeqVYrMejGOQLbmY1B/ROmyHOqp25LH+5jXu97f8G9Qv8Arn1Oxm2mttbzDmn0KHS0fS9v
oe7d++s/F6y/GxK8aurStuUC7e4brMusYjshzI/7T47WspZ/1xWj9aLBZa+rGbXvssspDXkC
n1GWtZVTtYzbVi5VzMvE/wBH6FHq+t6NFlKJJ3o+cY8Wn9b5lAVtp9T+Sbp/1s6s+xuPYxmR
ba4CrbVjscS76FfuoDHb/wDB/nozfrdnWbhVhudtaXu20UGGt0e8xjfQY76aon61WkCKGB7H
b637zLdhxvs9XG70qqMDGxn+717q/wDD1/pN5XfWMHHsyCwtyLbKC3HBIoIqFdmVf7Gs9uRl
YXT9+Oz9J+it/WK0ga6R/wASB/7lX1P+NJKPrpld8cEcz6VHA/8AQdS/56ZIE/ZdImfSo4/e
/o/0VWr+tt4gX0MuYAAWGx7Q5oZTjPY/afoWY1WbVYxv/llk/wCjpQrPrK5/pu9GLGY9+O55
tcd/ruvs+0O2tZ+l9TJ32/4O19VHp/Z/RR4j2j/iY/8AvUV4n/Gk3x9dcgyBjHc0biG10GB+
84fZvam/57Zbfc7FYWn6G6qnjz/V9v0mv+iql/1qddkMyBi1svZkfad7LHA2GS4VZe0N9eul
v6HF2+l6OP6ldnr+p6iR+szy14digi02Osb6rw3de2mrJdVW0fod7GZrGMb/ADLOpZHpfmJc
XhH/ABIf96qvE/40m7lfW3LBrGX0+nVgdUHV0j2P/TNhravov9TeqOZ9Y25eJZjHCrp3xD6g
xhkHd+k2V/pVT6r1WzqdzLXsFZb6hcA4u32W225VuRZIb+lf6ra3fyKa/wCoqSBoiqHTaMY/
L/dSNNbP1N7trEtm+YiK7j/4Dckh4f8APn/i7v8Azzckkp//0OL6p0brFvU8yyvAyH1vyLnM
e2txDmmx7mub/Jc1Vf2F1z/yuyf+2nL0BlHVRZ78lhqb9FrQQ4gbGxY54f8AuWO9n59iiyjq
4a3flMdYI3RIYdNs7PR3N/0n85Z+l/7bVD75L+p/zmf2h4vA/sLrn/ldk/8AbTkj0LrhBH7O
ydf+CcvQqqupNDhbex5NZDXCR+k7P2en+jrb/XtQ/Q6xt0ymby4+4kloYR9D0/Rbufv/AMOl
99l/U+2SvaHi4H2nqb3A3dAyntbYHMYC5oFY+yUejvFG9r7cDA+zXZTP0u+++z/C+mnzX9WJ
soHTcrMZ6Y9LI2Ob6d7hbfdkYzLaG+n+v52a7+a37PQ9D0fSW+2jq7XF32phbuP6N4L/AGEu
2/pNjXeoxmzb/b9T6FdaVtHVfVsNGUwVPe5zQ8EuawhnpsZt9n6Pa/8A8+f4VL77K/0P+cr2
h4vN5dnVrjmmno2bSMiyq3GafcKjX/g3foG+rW308b0tvo3fqv6Wy31rkY5vVGWvtp6BlBzn
Nf7yTJZe3KZ6jm0MdZ+r4+Hhv/4Om30/6Xet80dUL3D7UBXADSNHg/nud+icx/PsY30kwp6v
ycivtoJ0EEPO70v0rvobfofQ/P8AV/Rr75L+p/zle0PF5PPp6vlYxpp6Tm47nPc58bnMLH+n
Z9m9P02fq+PfXa/Dp3enT6/+m/SW5n7C65/5XZP/AG05eg309SffY6q8NoO706w4tdqP0Xv9
J2303/m7rPVQ/s/WC4TmNZodzmiRO4Fu2lzNvtrGxIc7L+p/zle0PF4L9hdc/wDK7J/7acl+
wuuf+V2T/wBtOXoFtPVH11lmRXXc1tgeAD6Zc7Sp4b9P9E397/jExo6vtBGTXvLpeACGhh3+
yn2Pdu91Wyy31foJffZf1P8AnK9oeLw2L0TrTbpdgZLR6dok1u5NVrWj+05yS7r0OqzplM2z
JnV0RGxv6ENZ/X2f9bSS++S/qf8APV7Q8X//2f/tI4ZQaG90b3Nob3AgMy4wADhCSU0EBAAA
AAAADxwBWgADGyVHHAIAAAIAcgA4QklNBCUAAAAAABA5R7INevcA7Gn2X8WSgynOOEJJTQQ6
AAAAAACTAAAAEAAAAAEAAAAAAAtwcmludE91dHB1dAAAAAUAAAAAQ2xyU2VudW0AAAAAQ2xy
UwAAAABSR0JDAAAAAEludGVlbnVtAAAAAEludGUAAAAAQ2xybQAAAABNcEJsYm9vbAEAAAAP
cHJpbnRTaXh0ZWVuQml0Ym9vbAAAAAALcHJpbnRlck5hbWVURVhUAAAAAQAAADhCSU0EOwAA
AAABsgAAABAAAAABAAAAAAAScHJpbnRPdXRwdXRPcHRpb25zAAAAEgAAAABDcHRuYm9vbAAA
AAAAQ2xicmJvb2wAAAAAAFJnc01ib29sAAAAAABDcm5DYm9vbAAAAAAAQ250Q2Jvb2wAAAAA
AExibHNib29sAAAAAABOZ3R2Ym9vbAAAAAAARW1sRGJvb2wAAAAAAEludHJib29sAAAAAABC
Y2tnT2JqYwAAAAEAAAAAAABSR0JDAAAAAwAAAABSZCAgZG91YkBv4AAAAAAAAAAAAEdybiBk
b3ViQG/gAAAAAAAAAAAAQmwgIGRvdWJAb+AAAAAAAAAAAABCcmRUVW50RiNSbHQAAAAAAAAA
AAAAAABCbGQgVW50RiNSbHQAAAAAAAAAAAAAAABSc2x0VW50RiNSbHRA3B/8WAAAAAAAAAp2
ZWN0b3JEYXRhYm9vbAEAAAAAUGdQc2VudW0AAAAAUGdQcwAAAABQZ1BDAAAAAExlZnRVbnRG
I1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFRvcCBVbnRGI1JsdAAAAAAAAAAAAAAAAFNjbCBVbnRGI1ByY0BZ
AAAAAAAAOEJJTQPtAAAAAAAQAY//zAACAAIBj//MAAIAAjhCSU0EJgAAAAAADgAAAAAAAAAA
AAA/gAAAOEJJTQQNAAAAAAAEAAAAHjhCSU0EGQAAAAAABAAAAB44QklNA/MAAAAAAAkAAAAA
AAAAAAEAOEJJTScQAAAAAAAKAAEAAAAAAAAAAjhCSU0D9QAAAAAASAAvZmYAAQBsZmYABgAA
AAAAAQAvZmYAAQChmZoABgAAAAAAAQAyAAAAAQBaAAAABgAAAAAAAQA1AAAAAQAtAAAABgAA
AAAAAThCSU0D+AAAAAAAcAAA/////////////////////////////wPoAAAAAP//////////
//////////////////8D6AAAAAD/////////////////////////////A+gAAAAA////////
/////////////////////wPoAAA4QklNBAgAAAAAABAAAAABAAACQAAAAkAAAAAAOEJJTQQe
AAAAAAAEAAAAADhCSU0EGgAAAAADcQAAAAYAAAAAAAAAAAAAAu4AAAHjAAAAHgQdBDUEMAQ9
BDQENQRABEIEMAQ7BEwEQQQ6BDgEOQAgBD8EMARABDAEOwQ7BDAEOgRBAC4AagBwAGUAZwAA
AAEAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAAAAAAAAAB4wAAAu4AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AQAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAQAAAAAQAAAAAAAG51bGwAAAACAAAABmJvdW5kc09iamMA
AAABAAAAAAAAUmN0MQAAAAQAAAAAVG9wIGxvbmcAAAAAAAAAAExlZnRsb25nAAAAAAAAAABC
dG9tbG9uZwAAAu4AAAAAUmdodGxvbmcAAAHjAAAABnNsaWNlc1ZsTHMAAAABT2JqYwAAAAEA
AAAAAAVzbGljZQAAABIAAAAHc2xpY2VJRGxvbmcAAAAAAAAAB2dyb3VwSURsb25nAAAAAAAA
AAZvcmlnaW5lbnVtAAAADEVTbGljZU9yaWdpbgAAAA1hdXRvR2VuZXJhdGVkAAAAAFR5cGVl
bnVtAAAACkVTbGljZVR5cGUAAAAASW1nIAAAAAZib3VuZHNPYmpjAAAAAQAAAAAAAFJjdDEA
AAAEAAAAAFRvcCBsb25nAAAAAAAAAABMZWZ0bG9uZwAAAAAAAAAAQnRvbWxvbmcAAALuAAAA
AFJnaHRsb25nAAAB4wAAAAN1cmxURVhUAAAAAQAAAAAAAG51bGxURVhUAAAAAQAAAAAAAE1z
Z2VURVhUAAAAAQAAAAAABmFsdFRhZ1RFWFQAAAABAAAAAAAOY2VsbFRleHRJc0hUTUxib29s
AQAAAAhjZWxsVGV4dFRFWFQAAAABAAAAAAAJaG9yekFsaWduZW51bQAAAA9FU2xpY2VIb3J6
QWxpZ24AAAAHZGVmYXVsdAAAAAl2ZXJ0QWxpZ25lbnVtAAAAD0VTbGljZVZlcnRBbGlnbgAA
AAdkZWZhdWx0AAAAC2JnQ29sb3JUeXBlZW51bQAAABFFU2xpY2VCR0NvbG9yVHlwZQAAAABO
b25lAAAACXRvcE91dHNldGxvbmcAAAAAAAAACmxlZnRPdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAxib3R0
b21PdXRzZXRsb25nAAAAAAAAAAtyaWdodE91dHNldGxvbmcAAAAAADhCSU0EKAAAAAAADAAA
AAI/8AAAAAAAADhCSU0EEQAAAAAAAQEAOEJJTQQUAAAAAAAEAAAAAThCSU0EDAAAAAAbLAAA
AAEAAABnAAAAoAAAATgAAMMAAAAbEAAYAAH/2P/tAAxBZG9iZV9DTQAC/+4ADkFkb2JlAGSA
AAAAAf/bAIQADAgICAkIDAkJDBELCgsRFQ8MDA8VGBMTFRMTGBEMDAwMDAwRDAwMDAwMDAwM
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAENCwsNDg0QDg4QFA4ODhQUDg4ODhQRDAwMDAwREQwMDAwM
DBEMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwM/8AAEQgAoABnAwEiAAIRAQMRAf/dAAQA
B//EAT8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAMAAQIEBQYHCAkKCwEAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAQAC
AwQFBgcICQoLEAABBAEDAgQCBQcGCAUDDDMBAAIRAwQhEjEFQVFhEyJxgTIGFJGhsUIjJBVS
wWIzNHKC0UMHJZJT8OHxY3M1FqKygyZEk1RkRcKjdDYX0lXiZfKzhMPTdePzRieUpIW0lcTU
5PSltcXV5fVWZnaGlqa2xtbm9jdHV2d3h5ent8fX5/cRAAICAQIEBAMEBQYHBwYFNQEAAhED
ITESBEFRYXEiEwUygZEUobFCI8FS0fAzJGLhcoKSQ1MVY3M08SUGFqKygwcmNcLSRJNUoxdk
RVU2dGXi8rOEw9N14/NGlKSFtJXE1OT0pbXF1eX1VmZ2hpamtsbW5vYnN0dXZ3eHl6e3x//a
AAwDAQACEQMRAD8AmzqmA94rZbus4LGiSDDD79v0NvqtTs6pgvax7HudXYJZYGnaRG7R/wCd
/o/b/hf0a5XP+tnU8bqGXRVVi7KrrK2k0guLWPcxu9+4bvoNVb/nh1PgUYcaf9p29uPzlm/c
pdv+d/6C2PdH8g9rXn4lrS+t+5oYbZg6sHL2/wCcoHquCGl5e4Ma4sLywgB4G70v3t/9lccP
rl1UFxFOIC8Q8igAkfuv93uam/539T0/V8L26D9XboI2/vfupfcp9v8Anf8AoKvdH8g9kOq4
Hqek6w1vBLYe0jVp2Fu4bm7t30P9IlZ1XAqssrtt9N9b3VlrhBJZt37G/Sd9L+2uPq+t3V3u
bTXThgveA0egANziQHH3fvWO938tFt+tH1ha7c/Gxnk+4PFAdJ/m907t279Hs/8AMNiH3OV7
f8//ANBV7g/kHrP2nhS5u5xcwBz2BhLmh30HPb+Zv/N3pDqeCSQLJLY3AA6bg4t3f1vTs/zF
yj/rJ18W7Ri4tr27Turxt8F30If+9/UUHfWbrrWAuwsZrGe4E4ohun0x7vb7WpfdJeH+P/6C
r3B/IPYW5+NVc6hxcbm7iWNaSYr/AJ0g+1rtiG7q/T2gE2OLDMPDCWmHCt0R7/pu/cXHO+uH
VHlxfRhuL/pk44JOm33O3e72px9ceqtdvbTiB0RuFABj/ORHJT6j/nf+gq90fyD2VvU8GprH
vtHp2Ne9tg1ZFf0/f/W9jU37VwORZILvTa4AkOf7vZUR/Oud6b9nprjv+efVtob6WJtEw30B
An6UN3fnJH65dVIg04ZA4BoBH3bv5SX3Kfb/AJ3/AKCr3R/IPZHqeEDDnua4u2NaWkEuiYa3
6SS5HH+tvU7LS11OIB6dh0oaPoV2Wtb9L6O5qSX3KXb/AJ3/AKAr3R/IP//Q8/6x/wAr5/8A
4Zv/APPj1UVvrH/K+f8A+Gb/APz49VEEqSAc5wa0FznEBrQJJJ4a0BJanRxGD1e2mfttWM00
lv021OsYzPsq/lfZ/bY5v/ad9yEpcIvxA/xjwpAtoFmTi21vsrdU8EPrFjCJLTpDXD3+9Gdf
1LFe1z2vosc976nPYWuDnhrLvR3/ALzWsZ/IV36veu512zeTXjZbumxO0ZQrrdb9n/7tNxfe
3Z7/AFPR/wAIg9Mc1/R+sV3a4jKa7aydQ3K9VjMf0/8AhrKPtLX/APAer/o0wy1IIBrhB/w5
cKa/l5M6a+oCim+xlZpxri9uKZbcw1llzvSpg27Mux/p79l9W9n6T0fSVR32+2s0ih/pSGtY
2px27HWP2Ndt/wBLdb6i6TFcxv1p6PY5xsyLMfCbVqTsZ9mbvsd+7bZ/gG/9f/0KyunW47fq
212Y637OOqVmw1O2uH6F+54593/TUYyHfhH6J/x+JJHj3/Bym42U4bm02uAmSGOI00dw381D
lb1VtjOiNt6jbkVWM6sbbXVCbfU9Fr3n3vq9O5zv8IsfOyRl52TlisUjJtfaKm6hm9xf6bfo
/RlSwmZE6aDqtIpCkkknoTYf8+f+Lu/883JJYf8APn/i7v8Azzckkp//0eb610TBbm5Vxdbu
sybjG5sH9I/RvsWfR0jEs3l73gNO0e4CTy781dhmPqZk5puDX002XW2VvAIL3WPox9zT+Yzd
Zd/I9Nc8KTixjnV9YDnE8+4C2Hfy27/0n/CKfHPFPNPHwAe1/wA/97/F4lhjOOKMzK+P/m/u
/wCM18ToGFkXObutFbBLiHCdfot+gr9P1ZwabG203ZNVrNWvZYGuB49rm1rTwsZ1OO1rvpOO
53jr9H/oq3XQ+wkCGho3Pe4w1reN73D/AM7f9CtWvZxCJMox8b2ass8zKok9hXVxX/V7Fea3
2ZOUTQd1J9Ro2Gd26rbU303bxu9iNZ9Um5DAb7cs1zvabba627jzYPVrr3Pd/pFqZGQ7EY12
K3a48ZDx+kP8qtv0cdv7u39N/wAN+Ysp7rr3lz7XPJMmTqVm5ec5cGsWKM6/TPy/4LdxctmP
85kMb/RG/wDhFIfq003NvPUrzkMG1ln2xnqBv7jLNntb/aVV31ezqbzUy7Obh7za6xlgfXoP
Utu30h9XrOf9B71ITWdIBmBOqs1uuqBvpvdU+Qdzex105/6lRDnIAjiw4+H+qK/75m+6nplk
D/W1H/cuXn9L9PCYx+VlWvyXGx9LrZrL3He6x7XN/nN7/fZ9NUauiY1tramerucdglw+l9H9
395dK9uL1W+v9ob6L2Ebciqdr2n6XrUM+k7/AIev9P8A+Gf5tC6f07JxcjLJaXXYzNlWsse5
zd1d1J+i6t1Purc36fqq9glgy/JEDvGmrmGTDE8Zs/vfouFk9Ewa7yyt1pYHbQS4SYHvd9BS
x+gYl+SykOt27d9hDhIb/mfSciT+kL3A7WCHOPIkfpN0/nN2LZ6HjE49uUWkHId7Q4a7G6NU
wxYya4Rv/wA0LJzlCFk9K/wi1cf6q9Nbdo+/Vlo+m3vVYP8ARpLeqrHqjTXa/wD892JJ3s4+
L5Rswe/PhviO7//SpddbY/IysYWsrGd1EY+2DuNYc2t2/b/g9+Rcs17Tl5dtrpcbrnz/AG3n
ar3Xn0Dr+A3aWTm3WW2N5M5T62/S9nt2qn02PUpaRpvY7XxLmyn8gOKeSZHzcUv8bJOP/qGC
uZJjjhEfoiMf8WEf+/en9GXw1sucYa3mSTDQqmXkNsyP2dQDYxp/SlhjfYfbu3SPaydtH8j9
L/hlrZDm49F187TWIa7wc8+mHf8AW2ufb/1tYlIH7RZA5qpcNI0LfApnxXmTEDFHrEzl/wBz
Fi+GYLBznoeCB/6RdDrjQKaG+g+kNboCGx8tjnLHwaTZeA6JG4T2gAx+RdB9YpjHb3LPylZH
TKwcoA6tdun7nrCwT/UE+brfplx7a7LnEB3qAva/c2RDuN39laVbJwnEmR6jWg8yJ5/tJzTU
1u5jY0YXHxcSUf0z9kPg7IaAP7WqsZMtiI8Qy5ZwnXDGu/8AKKDAqc7qwBMtrJHjoAVodIzG
3ZRwLIIbYDjTyHH3+l/xd7v/AAf/AK8q+BQHdUMvc0O3TsO0/nDlVKqy3Osc0kOa8w/uNrS5
n+a5LFlMckiJGNYwNPH5mvkxxyR4ZC7PX8Gr9ZP0xqy3f0jqL7nvDXSDVU4U06fvenW1dHjY
vp41DIjZWxv/AEQuc+stxyOq1BrQyqnErFVY0a31AbLgP+u7l2gYCGkcEAj4Qt7kImHLwEvE
R/q4+L9XH/Ag4/xE3MV1sn+81a6jvB8n/wDUPSVytnvHwd/1DklZv1fRpa8H+F+x/9PC+tDg
3rtxMzTc4t/9iLLf+/Ib72UgOaPc1wJPg1pnd/0Va+u9Fh6xkWhnt9Syku7bgTlVf2nVWu/7
bVFpY+gOcCWvADz4bvpKxyekSNiOKJ84TkjPR4TuCIn/AB4Re66s1v2drSNzLMhgIPBG2w/9
+XMMyrq8+xzGaMhs8w1ntG1gXQi0ZXQ+l38usfW15HG+tj6bP+nWsbEq/wApOa8aWtDiP5Lx
/wCRWZ8RkPvGS9fRHRm5GJHLxj2lL/pFsdT6ll31U2PZLANrHOBa50HWBtZ9H6O5D6K/1Lmu
mR7hI8g5af1hwsfGx8XCx27KG1Q1kk/SJc73O/lPVXplQbazxIcY7CWv0CzYzgcBMRwg8XD/
AHW6ALvXi/5tISP0FkCf5n/vysFn6q0eOU0f9JQIP2Z8/wDAD8HIzmn7NWZMHMjbp2clI7f3
v+5T2Y4DQM9jo+kLJ/znNWc5wrybXkSHWObHxr0WrhCM2o9tth/6diybGl9uwiHetuI50Lfb
x/VTses5X+7+2SiJVxD9GiWt1psX1WGJONB+LbshrV22C9t+Bi3s9zbaa3T/AGQHf9JcV15o
NLLD9JlTR5w67Mn/AKbWLq/qha23o3ol36TFtc0N/wCDs/TVf9J1rP7C6Tlp3ggB+iAD/hDi
cXncfqJ7k1/d+V0WMG4adnf9S5JWWsbv+R/6lySk4tfo1eD0/V//1BfXEC7JJqcHVZwN1L+3
q4z349tf9dzAytc5gua4mh/mW8jQrRz8lpZmYjifUx+oX5GKTP0bH2Myqf5PvroyGf8AXlmX
nZY3Koja/wB7T4OI97Hf1lPD9VlN7TPF/hdf8aP/AKTSI8eAAb4xX+Bfp/xf+7em6FeRgNw4
O3HzWWsPlayzez/tyrf/AG0sQ7+qMI/crH3NQeiW12UvfXx6tJI7zF87v5SngPA6o1u0tMNg
ke0kj6Q2z9JZnxQD7xlMf83Fs8lEyw7EkEk/43qLu/WMbsrGb/JH8FRwxtymNAmKnGPlYFa+
strqrmWMbvdXXIbBMwPAKrhdYw8i70iGnIIiqxjYGo91TR7XbP8AR71mcvilPlxR6HRsXR2Y
Mk4tk+NI/B6K4PdgVhhAec0hpOoBJ5/zlBrBVQ+uyxtbrTV6RsDmhwbuG5r9hbt96sOx8iui
in0nF32r1RsG9prn+cbbVvr2f2k6UJb1+l/3K7Ygo8E/rVX/ABdn/V2rPpcG3bnCWi9xjv8A
QWhhssryqW2sLHbbNHCDE2lZgPPndZ/57RiPVMeH/foB1CLqVYtyGYzntr9fEsFbncF9eRda
1n/RRvqp1FuLnVix22jMa2p5PDXf4Kx3/XPZ/wBcS623EFPTr3w59V19eUzg+hc9zarR/UsZ
dssb/N2rNtxr8eyyhxD9SWWCIeJ/k/Rd/pGLoeSnGowkaOSAMQesofNw/wDU/ac3msZlAyAs
QkRI9oz+Xi/w+N9NrrsL4DXEjd28nJLG6V9YXZ/QMoPtc3qGHj2uLwQC4NY5tWS2f8Kz2Mt/
4X9J/hUlLcvc4K1/l6mn7fovpb//1ci7Zk5eVa4mTkXh5JGjxbYxwCpXMGM59Lh+hf2PY/8A
ff6yrfa3VdZ6jjyA23JvLSeQ4WWD2/12q7dkNcxwe0GwiDyDqrtRzYaloR16icWOEp4slx1B
/R6GJb/1fqtpGU12rTZQ5hHBluR7h/KVrBAb1JkiCQ0/doNVR6C1tWJl2AyPVpEfBt//AJNW
sF4+3NcOwaFic/GQyzs2fbAva3QwTHB6bjcu/wCDvdacXZ1BaCTAgAST8lzmTi1YOYLqQK2x
va24msVuB9Q+j6uxl1f5n2Z7v+JsW51699WRXbXO9jZbHMhUq+odby7PRBa0OaXbrjILQN30
IcqfKenFGV1pqCdGa9drQtzK8wsfQx1VkDc8QykECXbH2PL/AGz6f/pRWxmZNX6Cl0l0bixz
XMl2lRsfUdjPU/M/wv8AIQHtuyaG2XOaW1Oa1lbBoN4Lu/8AVVlrQzEp2wGHL4juDt3Od9J3
tapcmaI+UWbryVqd18F9r89vqGTteBE8AWN/O/lBUqAyHBwJd67w0g8HZr/WVrAcP2gw8aWT
P/XVUxyNwnkZTifga9PyKHXimf6o/wC6TEahrdWbYb8VrWeo2yl7XMB1cBddubsHv/toLWGk
NbmA47BIDrQ4GI9trYa5n9ff9P8ASK/1AWhmO/dXTS9tjXXPhxJFtrtjaWfpn7d3/FrIx8Vu
TmRdbOM0b8ixg2OLQf5irV36S53tZ/o/5z/BrfiOLlsREyOCPFeOJOS/3YS/e/qcDmifDmyD
hFT9JEpeiQ/rD/0NMa8mjKrbt2vte6lonQl1dj3uH8ja36aST7abOsYFYor+zNryXHFEtYK2
02sFX7/ua7+c/nElH72X3roe9XBt/wBT4OHj4f5z1fzvtr/bh7XX2/mr/wAc4+Lh/wA16P5t
/9bg+rGOq5xGjm5V5aR4+q+FrU5GDZhstbS19rh7w4y7ePp7v5P5zP5CyOq/8rZ/nk3/APn1
6l0/LbjXy8A1vG109j+a/wDs/wDUKXDk4ZUaqWmv6P8AWWzjY66a6aW9H0dob0/Oc0DV9AMc
TF/0U+NkWDJDq3sr9w1fxH3OU8PHdV0/N3gHe6g+x3leew9vKbpJc3JAcDuAIOncKlz4rLks
bRj/ANFtYDcInuf2t7q+Ta6+tz8j1WAcMYR2/O9v/f0TBcHWVOAH807/AKiUfrdrrRWJmQ1v
5FH0hRfWG8bbQfAe3a1ZgIOKIqjUm0BqSjaSMdzIMGyqXTHLSf6yOXNbj1AkDbk7jJiBuc3c
ZQQ1zmNDZkit3hBa2EPIqZaxjzoTaGkwDpuL52u+KVAkXprf4MlCxGUiI9OqbBlmfU4H6bXz
Gsa2t119qrYw1JAJcch+nk2rd/39GpsZXk12EbQxry8+Mvs/76h9OO9xP5rb3uM6Eg1wiQfW
f6tf9JbAHiia0sfb6Wp1k0g4u5oc81OhznENDfWu1hnuVU492LXXVY37O17wQbNHzYdrLXUT
6rP3WMt9Nb7semzGocbPQuDXg3NrY94a2x7q/TsssZ6Ox7n/AEWrC+sOPXi9P+04lrr7fVre
82AQNjt7bTtdZv3P9rlt8vz0BGENpRAhrGZMr/r/AM3D/Hc3Ly0yZSq4kmV3GhX9X5mTGV1Z
dDw5zvUptabNC8F1eY/e8fR/wbdiSz3dSx2dZbbU424dmMLHsaNQ9uNkP9HZu+nS+2yh3uSU
Nfrvcs8Pue5dS+Tj4/l+Zk4x7PBWvBwVp83Bwv8A/9fgesOH7WzQBEZN+4+JNr1V9QeCsdY/
5Xz/APw1f/58eqiSXpOhdZ6pVisx6MY5AtuZjUH9E6bIc6qnbksf7mNe73t/wb1C/wCufU7G
baa21vMOafQodLR9L2+h7t376z8XrL8bErxq6tK25QLt7husy6xiOyHMj/tPjtayln/XFaP1
osFlr6sZte+yyykNeQKfUZa1lVO1jNtWLlXMy8T/AEfoUer63o0WUoknej5xjxaf1vmUBW2n
1P5Jun/Wzqz7G49jGZFtrgKttWOxxLvoV+6gMdv/AMH+ejN+t2dZuFWG521pe7bRQYa3R7zG
N9BjvpqifrVaQIoYHsdvrfvMt2HG+z1cbvSqowMbGf7vXur/AMPX+k3ld9YwcezILC3ItsoL
ccEigioV2ZV/saz25GVhdP347P0n6K39YrSBrpH/ABIH/uVfU/40ko+umV3xwRzPpUcD/wBB
1L/npkgT9l0iZ9Kjj97+j/RVav623iBfQy5gABYbHtDmhlOM9j9p+hZjVZtVjG/+WWT/AKOl
Cs+srn+m70YsZj347nm1x3+u6+z7Q7a1n6X1Mnfb/g7X1Uen9n9FHiPaP+Jj/wC9RXif8aTf
H11yDIGMdzRuIbXQYH7zh9m9qb/ntlt9zsVhafobqqePP9X2/Sa/6KqX/Wp12QzIGLWy9mR9
p3sscDYZLhVl7Q3166W/ocXb6Xo4/qV2ev6nqJH6zPLXh2KCLTY6xvqvDd17aasl1VbR+h3s
ZmsYxv8AMs6lkel+YlxeEf8AEh/3qq8T/jSbuV9bcsGsZfT6dWB1QdXSPY/9M2Gtq+i/1N6o
5n1jbl4lmMcKunfEPqDGGQd36TZX+lVPqvVbOp3MtewVlvqFwDi7fZbbblW5Fkhv6V/qtrd/
Ipr/AKipIGiKodNoxj8v91I01s/U3u2sS2b5iIruP/gNySHh/wA+f+Lu/wDPNySSn//Q4vqn
RusW9TzLK8DIfW/Iucx7a3EOabHua5v8lzVV/YXXP/K7J/7acvQGUdVFnvyWGpv0WtBDiBsb
Fjnh/wC5Y72fn2KLKOrhrd+Ux1gjdEhh02zs9Hc3/Sfzln6X/ttUPvkv6n/OZ/aHi8D+wuuf
+V2T/wBtOSPQuuEEfs7J1/4Jy9Cqq6k0OFt7Hk1kNcJH6Ts/Z6f6Otv9e1D9DrG3TKZvLj7i
SWhhH0PT9Fu5+/8Aw6X32X9T7ZK9oeLgfaepvcDd0DKe1tgcxgLmgVj7JR6O8Ub2vtwMD7Nd
lM/S7777P8L6afNf1YmygdNysxnpj0sjY5vp3uFt92RjMtob6f6/nZrv5rfs9D0PR9Jb7aOr
tcXfamFu4/o3gv8AYS7b+k2Nd6jGbNv9v1PoV1pW0dV9Ww0ZTBU97nNDwS5rCGemxm32fo9r
/wDz5/hUvvsr/Q/5yvaHi83l2dWuOaaejZtIyLKrcZp9wqNf+Dd+gb6tbfTxvS2+jd+q/pbL
fWuRjm9UZa+2noGUHOc1/vJMll7cpnqObQx1n6vj4eG//g6bfT/pd63zR1QvcPtQFcANI0eD
+e536JzH8+xjfSTCnq/JyK+2gnQQQ87vS/Su+ht+h9D8/wBX9Gvvkv6n/OV7Q8Xk8+nq+VjG
mnpObjuc9znxucwsf6dn2b0/TZ+r499dr8Ond6dPr/6b9JbmfsLrn/ldk/8AbTl6DfT1J99j
qrw2g7vTrDi12o/Re/0nbfTf+bus9VD+z9YLhOY1mh3OaJE7gW7aXM2+2sbEhzsv6n/OV7Q8
Xgv2F1z/AMrsn/tpyX7C65/5XZP/AG05egW09UfXWWZFddzW2B4APplztKnhv0/0Tf3v+MTG
jq+0EZNe8ul4AIaGHf7KfY9273VbLLfV+gl99l/U/wCcr2h4vDYvROtNul2BktHp2iTW7k1W
taP7TnJLuvQ6rOmUzbMmdXREbG/oQ1n9fZ/1tJL75L+p/wA9XtDxf//ZOEJJTQQhAAAAAABV
AAAAAQEAAAAPAEEAZABvAGIAZQAgAFAAaABvAHQAbwBzAGgAbwBwAAAAEwBBAGQAbwBiAGUA
IABQAGgAbwB0AG8AcwBoAG8AcAAgAEMAUwA1AAAAAQA4QklNBAYAAAAAAAcACAEBAAEBAP/h
Df9odHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvADw/eHBhY2tldCBiZWdpbj0i77u/IiBp
ZD0iVzVNME1wQ2VoaUh6cmVTek5UY3prYzlkIj8+IDx4OnhtcG1ldGEgeG1sbnM6eD0iYWRv
YmU6bnM6bWV0YS8iIHg6eG1wdGs9IkFkb2JlIFhNUCBDb3JlIDUuMC1jMDYwIDYxLjEzNDc3
NywgMjAxMC8wMi8xMi0xNzozMjowMCAgICAgICAgIj4gPHJkZjpSREYgeG1sbnM6cmRmPSJo
dHRwOi8vd3d3LnczLm9yZy8xOTk5LzAyLzIyLXJkZi1zeW50YXgtbnMjIj4gPHJkZjpEZXNj
cmlwdGlvbiByZGY6YWJvdXQ9IiIgeG1sbnM6eG1wPSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hh
cC8xLjAvIiB4bWxuczpjcnM9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vY2FtZXJhLXJhdy1zZXR0
aW5ncy8xLjAvIiB4bWxuczpwaG90b3Nob3A9Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20vcGhvdG9z
aG9wLzEuMC8iIHhtbG5zOmRjPSJodHRwOi8vcHVybC5vcmcvZGMvZWxlbWVudHMvMS4xLyIg
eG1sbnM6eG1wTU09Imh0dHA6Ly9ucy5hZG9iZS5jb20veGFwLzEuMC9tbS8iIHhtbG5zOnN0
RXZ0PSJodHRwOi8vbnMuYWRvYmUuY29tL3hhcC8xLjAvc1R5cGUvUmVzb3VyY2VFdmVudCMi
IHhtcDpNb2RpZnlEYXRlPSIyMDE1LTA0LTE0VDA5OjIxOjM5KzA0OjAwIiB4bXA6Q3JlYXRv
clRvb2w9IlBhaW50Lk5FVCB2My41LjEiIHhtcDpDcmVhdGVEYXRlPSIyMDE1LTA0LTE0VDA5
OjIwOjIwKzA0OjAwIiB4bXA6TWV0YWRhdGFEYXRlPSIyMDE1LTA0LTE0VDA5OjIxOjM5KzA0
OjAwIiBjcnM6QWxyZWFkeUFwcGxpZWQ9IlRydWUiIHBob3Rvc2hvcDpDb2xvck1vZGU9IjMi
IGRjOmZvcm1hdD0iaW1hZ2UvanBlZyIgeG1wTU06SW5zdGFuY2VJRD0ieG1wLmlpZDo1OUFC
RDdGQjYzRTJFNDExOTg3MTk3QTk5Q0EyNEQ5OSIgeG1wTU06RG9jdW1lbnRJRD0ieG1wLmRp
ZDo1OEFCRDdGQjYzRTJFNDExOTg3MTk3QTk5Q0EyNEQ5OSIgeG1wTU06T3JpZ2luYWxEb2N1
bWVudElEPSJ4bXAuZGlkOjU4QUJEN0ZCNjNFMkU0MTE5ODcxOTdBOTlDQTI0RDk5Ij4gPHht
cE1NOkhpc3Rvcnk+IDxyZGY6U2VxPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0
RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9InhtcC5paWQ6NThBQkQ3RkI2M0UyRTQxMTk4NzE5N0E5OUNBMjRE
OTkiIHN0RXZ0OndoZW49IjIwMTUtMDQtMTRUMDk6MjE6MzkrMDQ6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3
YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBob3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0i
LyIvPiA8cmRmOmxpIHN0RXZ0OmFjdGlvbj0ic2F2ZWQiIHN0RXZ0Omluc3RhbmNlSUQ9Inht
cC5paWQ6NTlBQkQ3RkI2M0UyRTQxMTk4NzE5N0E5OUNBMjREOTkiIHN0RXZ0OndoZW49IjIw
MTUtMDQtMTRUMDk6MjE6MzkrMDQ6MDAiIHN0RXZ0OnNvZnR3YXJlQWdlbnQ9IkFkb2JlIFBo
b3Rvc2hvcCBDUzUgV2luZG93cyIgc3RFdnQ6Y2hhbmdlZD0iLyIvPiA8L3JkZjpTZXE+IDwv
eG1wTU06SGlzdG9yeT4gPC9yZGY6RGVzY3JpcHRpb24+IDwvcmRmOlJERj4gPC94OnhtcG1l
dGE+ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
ICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAgICAg
PD94cGFja2V0IGVuZD0idyI/Pv/uACFBZG9iZQBkQAAAAAEDABADAgMGAAAAAAAAAAAAAAAA
/9sAhAABAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAQEBAgICAgIC
AgICAgIDAwMDAwMDAwMDAQEBAQEBAQEBAQECAgECAgMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMD
AwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwP/wgARCALuAeMDAREAAhEBAxEB/8QBTwAAAAYD
AQEBAAAAAAAAAAAAAAEGBwgJBAUKAwILAQAABgMBAQAAAAAAAAAAAAAAAgUGBwgBAwQJChAA
AAYBBAECBAIFCgUEAwEBAQIDBAUGBwAREggJExQhFRYZIhcQMSMkCiBAQTIlJjcYSDkwUEIz
NDVFNjhgRCdwgBEAAgIBAwMCBAIDCQgMBgAnAQIDBAUREgYAIQcxE0EiFAhRFWEyI3GBkUIz
FtYXCUChUiQ3d5cYECU11SaWtrc4GYnJIDCxwWJyQzTw0YKStShQ4fFTc0SlxUZmdqYnVIU2
hkdXeDkKYKLCY7NkVXVnEgABAgMFAwcHBgoFCAgFAQkBEQIAIQMxQVESBGEiBXGBobHBMhPw
kdFCUiMG4WJy0tMU8YKissIzoyTUFRCSQ1M1Y3ODRKTERQcgUOKzw2QlhUCTNFQWYHSEMJBV
ZfKl1f/aAAwDAQECEQMRAAAAlV462fAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA
AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAHhuL7
azDAGMjOAAMgFANgFyBgGyC5PBSNkYAGBjIOATANkYwAAM+e3Hxke+kEbYZCA2RgAYGcAAAA
ZGQAAQAxSzn6wCBhgpAxjAAGcDBvPYT5OPbSYYwDZBARgZQD5BSjGQbMCpwbPnyBHrOnF2Ee
1u97VqXO3Dl4Mc+X3ZKltjjHKPg2XRZ/brlXW0DsT20VuVd8G/z5Tpzt0plY5VBo2JDeWxiE
nPv+LfU3YZly0ZSvgp5kSv8AOBl6kHralR527cvFg5I/jJV92YmCXPnuDpszt1yrrZp28DeK
vEt+Dp+OfYm+zUmljlUHLuSXXrsXhNzb9P3VJWJZkxGItanjKiF/SeSPOgdzWqfO3jj4tScs
hWOq7s2EB16myd6dWjMTWXHF2WYQw5m57+aFcpodjkGuZkH1wsCtcThcJ5BM9ThE/wBIt+rs
8m7WuatKamvl9umy6D3VXHNzYQmzEl2z1t3361ByHbt3cVz9SH/WpOLXWu4la8sN5bcu+zGF
XS2yhywqlVBsggt1MM+01jlXjXXMeQzPVoPvxCuCrq9W3XOWtSbWxkd+uy6DHPXJN7XRmNkj
2/0Nz3EVXDlt3fyXPVHf9Z83NdcduK25Tbq10dFmELOZsu3jhdKiJZFBTojy/UxolXQsNJW9
UNd9VPZI1Hfo3fHuz+U2h7iZWMKTg2a7YMfaXM058DgthNlwbfHbnVdejZaDo5V0avbhxETq
jU9UyQzQUdzxn0fXr3HIdM9hMnOdZ269xx7M/lGg7C5ZsKRP268+MTbnP1jwMT4252iefw25
1XZp2OoyNU9Gv24cJF6I0vVMkOzFPc8+zR9mrccGxL92vMGdX26txx7M/nPoezXlGwpE7br9
pcXbjP5z7Dn2U++jcI0zjJjIAAwBkgDGSGoDaYwQyYKQyYAAIAwCAPGCzgDaYKQMY1gYGAWd
pjWMnGCgAgAMmCkDgGA1GMjBRkwGRjBZyYwAQgcxkDAGCAMFIbDAIAAGAAAAQLPkH3EwtPnY
G4AGAAUDAGSGsxsAwQyYyQIAcwUAxDJgEMGCEDGAMZGkEbI2kMGAA1m3/FlPqOkAxg4GsDJA
xgAEIGAIBkDAGTBgMEABgAGABkDBAxgEMAZMYIYMZIADFqINNYa+dkbQMEAAAAYyQIAUwYAw
BQMgZIZMFAKBkgcwQAwBdjp2XlV1ezOL/FWdKbddvi3x0XOK1aJXMy6xyRIe6QueTp9ucOCn
7WUW+dfJ+1OdRGAdCcYMQKAYwCGQNYGwwQAxAAZAAGQMGMEAAUxsIFAIBtAJaiMzWGvnYBjA
ABAxgAFAMQwYyQwAUA5goAIZMADBDAAMZABDF39cX7EWQUR7mipVNTW0ugWuD9rik9uS6ZSv
hEzEt+o0nmarVDTO1bxoCd7HrfNWpLTcQC9wmDAYAAGCGDGQMgZABDBggGwAoGSBwAYIAAMg
FIbDGq1AHmsCc7IMBgDBAGDEMmMEDAajBgMgFAyBkgcwUAoBgAQwYxsNWbbYLeNRM7NGdEbL
SBVedVcHUu+M+uxhzkbrYZ08EvGKsQQkZAUnPl820oVsy03dN1aQNhgpDABQDAGMFIGABghA
xgAFIAwCBjGACgZAMQMY12oA01Rr52RsAwAUxkAAFIbAABkxgAEABgDAGwwQDABgMECmMkDA
AYIAcDB5IWDgA8mLGLQYbdNb0rNpP9/MY3ljUDmBSmAQOBgxgDIBADkDmNJA5jIBSAMAAwGA
MAGAKACB7URiaw187IOQKYyQMADBSBgABgDIBjGsDIGQCAHIYGDDGAbWC5BjAFGcDBgMgZGQ
7rb7rOIYcsQ5HR41OhMbxb5yLkGwMYPJCxkZOAQ8ZGQWAeTECAZAwADBwCgAgYAGMEDGCgAD
BAWog01hq52BtMAgAMAGAIAcxgDBApg5DIAMEAMWMAhpwR8sO0mdSXNivGUm55nJMNhrb9IX
c1ajzwWkZC9BidcbryhTOi2CHHWwboTK55MbraODicJM6d0m78XrJnc2yKz3S5UshVzC4wdh
ISyElavo5y2ZAAAMFAyBkgQDJjIBADgZAwBkAoBbUBsmsNXOwNhjBAAZAyAUAxgoGQMgFAOQ
BghA4IXpep5J1Wc0tWu2Vm9dhXt51nTC27bIGdcdHhwVPzY1La4Ndky48W+cm3cb3R1yfNjk
QOPlKvNEj7NRT7ZvOeauEP02geYDAV+mqmMo8gnoLDd2NdntRlYVldKFPZKh3JSHAuTkTohq
lIXITfSIzPrAwQBjWQ2AAwUgYxrIbAAYKACBjBQBagDTWGrnYG0wADECgYAyAAMmMAZIYABg
xAoAndFrhvvqu/8Akjv1DpYBjDotzv7GKATHxLekEHg5QTZ2yebs2ckd8YlmRH6xZHDLp5jL
rRhdfXl49BNUpC4RvTGB5KtNV6maNyrxpeiMKTFYa1DmQkTpBprJkQZJSKfJ6Zvch5vTjw4+
j8Gl0YAyQwYyBkhrMZAAAIAApgwGQMkAYLagDTWGvnYGwwUAAADIBQMgAgYAAADBjBDJgXaV
pfUlWQr821zYtIYPBp0xi4OiqoElcdnobC5Z1mD9XVD5cqOn5mZBOiyKHHHXFNzVgq+kTtL8
+5n4SPS2CJKNRX6+fP2Yedu4sayAaPfQrZ1h9INNJN23ThAq/JqQbn8tVHQzkwQgcxghkDBj
IGQAAUAEMgAxkDBA1qI5ZrDbzsA4GDAIbANYBjBQDAADBAGMAAAACzGGnVc5Wx68mN+IiAL7
6jPq1lHsc8+pi4aPSyDRvKQP2JeeEy81NzYxkszVW+6r7+5kLoRZDt6o/dZ5tTxwjel0FSWZ
6l1MUflPjR9FYVftpqDNObk6K6dSVEGS0OnyeWeN+DBBnJAAGAKYIQ2AEMYIHMayGwwUA4AI
FAJaiNc1ht52BsAwBkwAAAUgYwAMgFIAAxghDJjGVzn64qKy5zs2qj6HEiotz1e3pBmR27cZ
X17wfklCqbnZpS/jxavRrg+eXC6UW26QE8bP4PdfKXeyIFckdXdV5qztwW+nEDSyZCp1d0Ul
jiS9I4QsJi5xarr1W116eERpFR6U7HsUHwAYApgwGCGwxpA2AYIGMFAMBgApAwAAMBi1ECaw
1c7AOYBDJgEAYwQIBuAKY1gZIHAwAQxsLBtjozZ1ELl1PQXCOWtmV22WBZDFLl2ms2HsJW3K
7b+Mi0WIXPk8ua/5Sb8lGupPQ1FCNj2SndQ+laIfZ5qOpUp+2BEio014/Vy2ErdlVvpPv1gE
AAGQCgHIYMYIEA2AZMFAMQAAMFAMQJaiMX2TpFVJ70QNdjezSC6NVx721Zb0+gR038z1UvIZ
5IkERw++4hajSfWGP7jHqUv0Nv3nV9aD/Zh9YKBu+wX1zj7wPsAgb6BQY5lx9FKYH2NfzjdC
9uvrF5N2h4lGWrvYrQkUZSKLVYI6qx7Wenvu59+rcKMbS1ulPiU66iP8VHYRFdWg6C65O71I
uImw7dGSXDXsV4uR2pcoXUwzBvgF8wLAERVtMk9hVXSywW/KrxSj2TW0aLoSLXdia48zRsXC
fuocWNp3I9FcKMbjtko5I8mg4IoyRsyMY9Ta/TGz1Ln4GzIBfjWb2xt2WOI87fPGz3BfQD4z
u+SG9S4yz85Zz8cXVVHokzYpPQuNe6QLiYm4Gp/upu1/JMh10QnNq0VORznq1sPac9XM+TpZ
s/lFiVgoEqaJI7G4Y7qdyW2Ls+7nSTMcres532USXCMhXAzdhjl8Bv8AnIl2zXWrEdQq8lyP
GnTHHFZoSCyMbSSmkPuWj4aMsZii7xIdGo661LCfG5WuSyp8wM4HSgeY3Z415A1fOdubjUZN
uQbT5jdnY1fANkatknGQ7HlieR/SL5C92a681BW/QmPjbpw3S2E68W7BySOeuR7JsyJAhVvd
uyUHc0PEu+lqPLEodIc7xPhix2iZ/L50oauW0SwR4RRjdOIWI0hplE70K0XA4koNdcqqA1kd
SH5NTsuZm6r/ALG0eoLg52Ypd03GUvbVIcdYMrR+p/Hy/NZM58rY2Dj2M7GcUoZ6YKlWkfJ2
FU6mipdquF+drSnfIMOYhM5+zT9lNsc8nhq6QD5IL8DZ7jU8DeWZg1tnrDrNYaMEVSVHFDVm
+51JEjGHzHLXyKHkMt+dY2ypwb9exM9fZTzTbD3naSucFJ3hyOuHJUhHdi842pSdKJpcK6oU
EJzlhrWtrkHV565Vju3n2w8WvFcOZLWL3QczGYvwfLNtM5VtlauRr443Yw35ZNXmMzHZDkVK
Q4qqn20pcfOf7ARgdfY30isylL0rrPNKzkH+Odqaay0olNNT6OpWsP8ArtvdnDkZxsTcvprz
7jHrkYZN/wAl2OQlnnRVSy7S08tdApivKPyXtbJJXU3r7tV0KGy1a/PKSr0pfVqSlrBG16lQ
U2AfMlyLSYj2jybkjlbmsPl2IYC2fiHm9VHW7T8aSUbasDcWTlMtjmyvEnlFlU/IVimyYDlb
Npuh7JXaRa+VHtZxazl7L4ZoqCoehOxCmAL8Y2/ODy1ZTtVyM5K6ELoiX5F+mtslQbR1u3Lr
/Ut6k0fk3YCHkulLuLwdOVxkkQ5WFOheifIxrycagDbg3J7DV4auzxziYUQyo49AbvVvQvLs
dG1N6RQonTuxM03ZqT/Y7FemdhjjTPdx7XndmRr4cQ3G5iBrxdiOskvLEPaw2ApSDIlQgSYT
iguRliItrYvpT6IDFdzSPjp9NPNdM8awQ5R5Sg/rlJnowdXtjqcGQmy6joZ0W4RmSVz7jq3t
8Va1x+gELsNnJ9lzhDdK1kPdToroq9gaUkH5keidgVbrI0y+gtU1kvxXEv07q9puDrydnG66
i1phumMpCdjL+sk2o58UdOcOXY45yLtnvVyy8ZvP+8zQQM5mJbHWyDs6vLHImFXlzdXOoOKw
XkSOE/270Qtr++5GrqdjbUfG7lgkp76srsx8pWiUns3DglZv11hJFywVP3qUbJZghttGOl83
nrLAD76WdcDI9Yqnm/ZCMiNIjKxu5svn6Nipa1u6W6yEbPm6yw1RJpKcSagnb44NnH064m/Y
G1yxYjy26I96kqTWt86E3ZSDgT4OWbi2ymDXfUF7EUn2nSmK5xtqQm1k2DOWG9hnl+8lyxnN
xpxgPrGbI6a26rtone5WVLkNWxMkRLlttRkkcib7+5PqOvK1LitSZK3vEztD2qSKWNedp4G1
fiWs2hxrZF6l4g7XZa/axz0TUkrH2fM600otnKwszBUmjMiYo8rZv9WVy59qJLBbjJrWtIFO
8QW7jQqqDxPdm6TnVI5RFIslnuxr5pYpUs1FD9cbMMDW43/ewnkXZLVjPVUoDvo080/QyWVD
7itFK0fVkWXgyavX2Vm+jVZsg2nfbkKwx4whN92w7jY3bM3LmDWZS45t08ak2sr68+b+Rmie
8VnVPWg90bRpWxZGOIkSzoa1y79tzPNGKiduNBJCst26FVd0YphQF81Emv2ddkkWZtf6Mmc7
8dbHoaC3HSQmxoFDtc1AmqPD5ivB2otndbXnhzCznptLD8nfT3ysYqSItdzzrtdKr55PZni3
+l7z+zbawS2rQeMaIikS/GwFPJ+uyDcbV27/AAl5eSa8nVlG5tWO+SzJfilaT05mvMb0kuMo
ZcXmq9U6SSth52tlcmKUFZSFcPk3LtQaVp7hgyTTli8Au2xyb3HN9FzJKEJ4ht5kenbCV0XV
MxrOXQ0fb3mbhqQtjFsa5K1s87erVdsp+hW9ueEkpmM9YgydfaKMrQistcXsgtrWZnfKeNoD
kZFTPk7GavEWV2vn63EhVlFZ527tlyctyNQpC0nfyxft3Flodj4Q2Hp35VO34oeiWu8w/WGg
z1KppBn0UrbDjtMuHOOh2WaOSXX40zdZ8sc3oYfJdvobXgmNJlkvfJi2Z+UXz99OJh12sNTp
fujdoVMLHQa9XqcOBPEKY/BudTvbNrW6AnxUGj8Z1/OR4DY5becB+Vnq7WHA76yYlzMmG31a
tVSWFQn81RFtYpi3KKVGuS3VGyQrESQYUWrVuJEw40clfdlrLx6cK+kFZqq5Fd+u6UqWKLDy
5h+u8yogWYZzA13Fbz+Yd78DCP13O004huFqFIqJXNNZ1no6fGU23edbyneH5ZWrpvc1nduj
xRFe6sGUm3Bj6RsrMfprkWhzidbY9CmMxfkucTZj1KcY0yOZT/yql2xod8vvSuW8cuDmJ9W6
Y9K/l5a/n397KMSFnGE/rbz5CXm6vfW1w+pvfeS+gLljXKmiV+qV6X3ThS0u16maaVMTvKZM
NSt5DVDKbGU0L2aTbrqMmFZ1KxIcbntXrn7A3ZXbZQ7Ov+4zXqLuQ7gjWQLO73Cb8HubHcAz
BiRZgvOTOdlpyKxr2YDFPjc8rMLbzU2Q4mylzwBsHHq1ylT0lpo3KUnePObYp1XY+e0kcwHt
vTivG20XyHf8V9UUh0P2eziwT42Wk2cUuk37czUPDbrfNmyCdK7g8/vnb6iMHMkTU5Xgrl0m
eZluKhPcvz+cx/x47Pa2tPw7b2M1oUWxM8s5BiyTjuQ4ReUvrhVBH7w1yD3TPhvRZxWeSrAK
9OlNqXHUjbiNYmS5yNI6k5qnH2uKhv5zGztm/DC9URb61CBWZHyteHQbK0rNlWUvxQHKGLEe
VkV90B5/ZLtM59MO/GKxb275gRR02sVUesDp2JXBY6MEStaZy7V+8PijWkUkzX++Vcr8NX0b
edWFZeOphvWGul9xUy9Mbsc+jBPz5GD/AATq2g5cDZl42lIiU8+L4UO0X9Eqqbr1zhVOETdD
lC7K1Set1QpPTNBqg6UrNTs9AXRVPe6tPtjd4Z1PNRj0Iq389b2Rlj5WaF7Yl1ESBYlXOTLJ
62vLTdmmnO4kVRflTnaV0ojPupVc1AkBymuWwKBlKt2y26PMhTo5mhG9+B6qZp1v2PO2XEbS
xMGIOauaxrEfNgPuOUkMFi3wuSgjfZPiAnnF6USQnmtgM07kyUbNk6c8nwZNVgpk1fLGc/zy
fptpK+U2s6cTghzpIdFNvfG7NBPA2MnVu8zk8zadLtJJhlSHHzzZ9C2X8oLy80PqPWatG0LH
6NqE2irE9n6CqtxNV9HEzFSm8t9WqtO9wnZgxnJDlZHyk9hYU1AsChEVIj1JWmVcUJFh1eZI
skrW704o66d7jRNGeT+Rr3O126XXErUmR3KbmqxyuCpBWck5320lRLldW3urbi86blE4lKlu
ubMMcda9kI+kVHb8jdIzAZ1397stZbs+rCpx8fmKv7SMFyGytns6JbLuu69JjmnhsTvzHewt
EX5k1hzwc8N9LCpU3Xb+fMJ0YWzVmEx6EP8ABxlajPoz3/EnzV9Do5+bl2OSX2OqMyjmSeqn
zKt5TF78+auxVkdyVRvuFqQ+h5OrNuTcGQXMg4KsdSf5gequuqnMCU70KJ0tNSZMP6Z/17km
yStznSilmm26EPRflLjTSkjI1XcqiS5AcprEsnrgrwGnpHc1tpkYJOUVVwp6OVNO74NrqNbs
k5GndW3Y9hSki1+MbIDLbBwbnzZCvb5URVhjL4qRt9HCxb61lH7JUNx8TrsvWmkxxPSoe9NZ
ZCy9HEt+uNeo3pqZh7df2M/ZM+uR5nL6a9n0Uj7tF+V1ecPpNFOgV0eTb2cpAg0zl6AaVW3g
b7F+eO2UUt5XEx1kRO6PU2sOx2cX1jWoqOehdN9GPVJnYwsjJmM6rQLnSLpvwptn/XuQ7La1
ONAr2aZroxJGeSuPLLqbdd7NxxvtwG50WWVvVoAT23t3p42lcygpOXmbxb1K5NI/UeqMgmCq
Vf2ejyW0SP8AYmQmg3y9ud5mqVs9TlWH8sEqgt3HCqRVTbc6s/TDkZZWxrXEy3sVU7zmypCS
9FcrVGNuntIrZkY1gD2GfADzyXyMT7xl+2g/q7fOP0yr+o/bHmB9hqVIBJ0XJwFOrR+pFGtg
ppax7ktScaf0qpNYVVsSvTGxD+ZfrFSPWv1dcmMnJuGlTOIsus+fUDdM74CkKz+sbgaZ27ac
bjw/G6Ry63p0oxXCvSnsvm6tWOV3NX5PicW0uLtUtnpT2edfGskcj/R6oyIj1aq5tFHkvohf
sVJadyXV1182JDlpdWO2JEpb6n7dxo4rWX1qnTm5LQaqosTBzE3vr5TFYxmui94+kmtx11jI
NccopfsbPHOrH2azGfHOMsm18ma+69fOr0kpHrlbyiv1Go2j+AllUQSY4PppRTVm2bnPDoUR
Y6VEysTydLcyebujd5TexsLKfWg1KA8IsSDBqCXUewiBVSakJvyQ0a9TtNhbqYttEsYJL4Gt
c6drukyuR3I6bVX7Cq+rUFZ1TPg5tvwK57UtoXVoWadzvxHqhISPFeqm00fzThh+R/lbkRC4
8XRYUf2i1fU4qSgapG38bOO11be8skPMxXLt5yg7TXsrhRncmIHzkeMV2RvdczFgbdDV9kP9
5Nr9nN6A30U/wYj0tJ614+enovQhA9pKcvUenGR06JUwe8XQ9EqeuP1oQ5t0ZI6kvpqU6nyv
6WSvUVx1t+VHsO1NHJDQe91VxWCZO0HSq05dlHEumWsVu3E2mhjM5mad8a6PtR8HbuexmrD3
sl0WP1xdECJ1Qcs5/XnVsbo4G0cmFwmcD3x+pyAj5WqhthHU5IQkGN8jt7J0ufN0ta0ura5F
uTBUvcGN3SZyrqFNwvzGsg5s0RKv7u1u58L0QW8MiRv4JPT2Ds+u7qFSPLJPHbq2ejqyMbDJ
jD2EeJpvav2gHoPzWRZamrL0bpzn9+h6opczo3hrQ6S40msYDxZCPX905PmoVhS1FDtNF7U/
eWXryiKUPtoXEsVKWii3QKXO/DJkCWsXLMlI/VGgc+xAriVHaR2X5HWV2jKD6x8R8WM5bHq5
OaB07IOP0aNroW0A6rFIbuRXaalcXzYKxIeO1mpq2MZzsgyQYxykirFIkfRdUWWe1hcUYZI1
VZW5jpyWaoME/wDmfqPnw8TybLxXVrxzxehddXwfMboZAcXV6269zKTkbFGvC3asnWf2MbwB
PM2XgarwhZQy/PLTEF06wvROj6LTyyEaqo61v4T2qmjaFtKaabate6tV+uKclf3caD4pu8tf
XdvKYv8AalcUq9p5j7Yn1SGYjzb9wKLktZwWU1v2w5lxKh5MbP0LlntH7plnnC1c3bjpEsMr
0rQam9MI/DuuB4kbW2Tv3r1CaD4R84X7YCnUxbKNp8wTI0UJWRHKbkqJnuh2yity/FqTdNaN
rGA6TCWIly23HfZatKfu6XevLXfn99IKvZ+/kQjPdnRIiQpd0It8NxPopvgazOMc5ddu5Hdb
DxjVSq6fMZUS/tH3qJR3Vl0LtqqUi7MxwpX4xNr1pmgbSzYK0G90cvWozuNB9Uv+XXrkhKVP
9ulRcrisGyF8nOSb8JIzVvF4tc5X31YeVXLSfc6MIK2LsA0K/ZhRBuSqiSorlMhGsFgBYgnO
HC4qGcYXtR08LPu7DgJLffWO3I/jEU6jLbR3PuCJAi1JyMukeSNP0xRZrWddiLKvPW7algOY
xV6GkytB32SqS33KzwXkrvzwX/gPxUOFBMJ3W09kQdYXPBOMUu45ezX7tPhv5cfZrxOjndpt
PGPVZLDc7Hmn6ic3frpRX2VuNPtvonfN7LXU5RBq+TdtC63LjpZ671GpLotd4UbeYvrFq6MS
OzbiUIEzo2t2VfnJBrakfG0jTIh7umnCh6Hb4x5FaXX2ysjKihSrESiiWuK4ajesLr4vwCn1
G3nFxLBHd6XU0xrnVsWaOgLNvud6GYrVv2SjiwCApAjXJ6GpUt8afbHFoNZF2FkxclcFqmK7
cbuKGE2NB7GJvkisqb9XbrzSNO7TY+xkVI5muh83LG/dUwoUzO9IztezOL0Ym3V450+WwrpI
DsjfHr75ovKX2H5+fSWlKbkJsJNFzYbNMfuFO8Te2gqVbyskG24O2tDrbIRO6KFfM/1UyKFy
pHZ69MKJjbeb1Lc6oGbdkFbJEt5qLzMS+lihu+cdRjkleRK6mvSz+VzWtImz4EuwuAFuvCw6
JuOVIXCA9EOsJaBcnWr0RuSPjp1vkzNtOtvWFYnXqS40Seh7fgcXiGXZVW1ZgXYBxV1WeWJO
xE0IOTVGcgo01vO7lR9bsV1q3w5YB3prz5pnM/EhxT2MQVzTS7mWk1VDyydHxnX669hGw5yG
52159PGN5l+y1fUwwdHS30LoBAxMp/NR5rHw4nkpSSzLX3Ed7W6XmTGVrbdR6D/NT1RUfn9L
jBO3vjxIXIyj94p6QK3bJa0yTbTUrmYN/qtEd7Y3jlIzk8drgf1gN3P5Hf7FSrC6/K9eVhUX
Y6URx2y9G/XUpv3GZSp6RKeKHS77SFPdv2PYlXqTozyY21gjKel6m3YrXlcgJPD3gpPV1t9r
r80LrpXKSH1JcSJteO8VdK6YulCua/NeW7X2/OGdK7Xlw/0dCsdaEWtt7WqPD44Kek/nvI5r
eciO18XHZTf0RkpQyx/M97U0fG7K+QdcjrVwm47nZzIRy/sDlVbk+OPuqJlMLni84/TRw/PG
YI/uzval08ETJkT53wOhWU1oku2yo/DGyS1ajO8sbR2kZzKxIc66Q0PZ8bo2WlEsMr4rV8WB
SFinIq2b7rbhe5m4cxFEmpMsYmdLxM8U53DYFh1fZVi/J6A4SDsS6ih2P1zVYPzypQPnuxGo
MgJ9XqZLCFVHYytqdW+VcKo29IMZZ/arBTPDE4JyrpJlGTOuiH0TINp9+ff8nJrtujIIdyUR
ypPQn8yUFWr3Xk96j833qzQ9Kz6wdM3zTQneJzkVo6lEW2vjd+vhvbne81IH58fOb0ydfzkm
Jk3AoMc+E+KkxJM5YFR7O6wSdanVhLipKi5SjdiM4+yE5Fqiul42ght8tuVS8SNY1XFWrnsY
jqNOS3aajrbVwcbduTZ78yHL2InU9TO100XLYNhcAStFeSm46rY60iqoNktcFKBk6HrgtIxJ
ewy9I5SM2JeQkvaubUJe35rbSW/NzgsWWICXIqnL6Z4AWHaldQUKJM90pL9dGzW9XP6kP5bN
TmoDpRG9G50GzIsY/JP2wqothCcXblVFTyZtlG82i9djYTWe1MQ/As67j7OwGC0Wsvzh9BXN
87JdY1x9jKPjZGGVkCcMFplnNYJJtUqsnRUlVwUl3di5nnY6HVbKu47bRmPezvc5votiFd1e
tyyibm8rfeJnu9GqfO2bp1+IR5cQ87ZFMPRSldlkO21Lz7FPqY4zc26Tpb9kNdVGBM7ba2bR
saU0Vycg1pyTOgtAa+wsfqz0ArTz/wBjWjPCj1pqqfR2nUu5pr7kdnDaaz0fo6jlr+5s+ujb
4bde/T1Ny2+5m3UUatFsLPJ1Vb1sdCKpOr/9D/PxPm49qmaJk2kgl1nE0NcUqT1qlycPq+38
tr2LfzzlhmXIsRvkcMw/ECb8EpVpNWpPtArAkxFl1cpXulF7ZOdxvey1ZSpqPHSQ3u7TVQpy
wm5Ky7LvVWJMTyLjpWbJa40I5efVqCPLSGHhKqMuej28LJk5Gdu0so18XqHu1WxvWRV074CT
vmt+0bHk5FUzNU6HdLiHWppppixR3yrfzi3hh7oR8MfTKkb1apwprk0vUqikP9ls9TECbJLc
Sfqt/Ll52+3NscdHcFT/AEviWPLHHD+yLfvDRX0ci9aOsLB2GgBCt3fISS2XMCdYMUWzgaLW
uzVj9bnP5LXkWXnpLbAvPsj1JKi1Dpac4oI4rWaoSpZVW5EhdMqhThc2O0z3uCQcfOb53NiL
Ulvx3Wu2J7wKqV+T4mem7W/sfrbbLfKkHIZL9iPK6I3XK+MeOj27bDs6rTLMMZjbqyQuzyM3
7IK6qEAJ65q57SMqX0FPOMUq8kg4yeS/kWP3RuxXbmKv1CN23kzfGOTtW4g+wnlJIFwMZP42
2mx5r6SIxR9F2puTr37jl6nhbD05GnVKVunfCVCcB2jrS6pleinlxYP358/dMqoqc4RYJaCu
ztK7YQZOyazGWJfeR1+Vf59yrE2W7FRweenWd1bp4wJy2r1SlmxiuaPCaa+inu4ke+qupuxw
9yqT0yIjxkV8GIgT2rsvVr2bbeHuVJDx52JHv4kE49DeuRHmfBjqkrH3PSrdRj2R1yk6GMyp
Czb3ZrelFsmrl1QEnjnrus0zZoQa8IyyiR4WA+XYe8ZyAtfFHLffav696eZ/qdW1jX6C0cfy
UoW3mzSsdKd1Z147p1NJRc1Ac+QQ6mTFjiolhxRvcjPsdrTKHOJO4eegvoq1MlxAzNrqwphI
3v5JcaSZmCIM7Gma7CWZQeR9/lHQCUo3vx4sA/NKMXWZO2BddrVUJOsKr2kQkmrsqLt6wttJ
HROafo4UHV0KVjqzDQS6nnqlIdXtoW198y5I6OcpNUTm7eZkP3oEyoQd0nI45aT7vM2x6t0j
QwmZNcdpq3huadiVedsCp2PW9Z5pzXgp0RdlkO4wnu9LtjKxy6cAchtm2i98dqzcSBt07/bb
oWTqQtOpMTGrrsRZfH1mV0c7mIq0k1dNWjeXuPSb1mkZzaurGvz45Rk96brsVHvo3f2Al66B
e78aGhTdk5LAV+fR0MeSzDc8rPI/0Bz6ESVHR6q7RPAjdO5PnfXzksorPNFmFbGnCGb9lR1t
WAgJjcOglPrlwsNx4cNyY6PyxlgF0QQRH7icbjk7F6Ahlfgbx37cLanSlh5ckIxOSlW7jQsk
rXIkIZvSXVZSx8HbVjddjwHnfXXBaFqzLgx2xclTQ9rBkZ6HbFdu1064UNJrrpjuZFN3nlP6
J0o+vPm2vJugJy3K1UKRSXqXwdE8UdHQnCT09yncBNWOK2f+elF8p1o0fO+FlKbWxLuvWeZf
m36NxylpjROsVUnaKGpwXEz5/WGrxLtjr0o/JG//AJUQkthpDcEPZ0kTK0L8565Q5bFUF4WL
V2SoHzqSpO3EeR0mR8oSVVqSWpAR/cgT84uF+ODVGyJ3ek46keVKSzjdiOw8iK7DoOZRV56p
GRai0l3aatj9bZEhJOCK8rC7dIoJVk1cMQDnjFd9mW3NGBXfFKY+N4Y9kV9HTGtr136xxWSZ
J5CvQGs17Pjj6lRhmNKg/wCg3ma7dlq87/o40elqz77Gj191Vl2aTHdSx493HPYhu0nSUm4K
P27uCJhYVqKbnpMovpUm8cerEVEZuxVcU2liT8sRPYh3o9gvlNdnDorJTJSQ6IgyfbVrVaRJ
1x+17qqCVasVrInwGn7kqmtZHDFSK/oKWBcv2stXTqqM/TZUrZ2OlbPft0jClFtVdwN0bslB
2sGz5HiJp26uQg0P5t++FZtRG7WEk5GSLZVmebnRZPXHrr4n0le1mW5NyvzsiXMvG+cbSY+b
qixxPRepjTSwlUGrKpP+plmp3+dnojDm1FaYx+3XiS5DhZLVcq6RMzt52j111BsU9sDTXzHX
uqZz6SkMBLUtTr3IWDJMY/gc8wKa+iDpRZJUK7v+cqQkph+RtFxbyiKwLy8ub60NlaNT5W41
y7bjTqbklhGjtufojSqwWuqTAye+Kqm1Ud43W6YWzTIELbER0ldiioudUuZZSK8/A4vZBcsa
uvWmW0gSP5iONq5pG9KFK15MPXcm5rkBWavvRIuJW9r4KdtmVad9ddhC19Wab07K6PiHs1o8
jIulZZSLELu3/qzR96VVDXcOPSHyRMM2aPX/AHCit6x7uhRlXXpoFg69rc8yw6vW3JrwTIkq
/JT1Fbv1q8wqTJrQtvnk2+7nSKUvs/G8k6iB5wkrSP0S1zljeJ96aF4Sqny8Z+u8Ci84+1Dp
bjW+Vpn33IaKX4um1DiPajT6RZ9QCSCc7JVX1omBq1B1PSx5To2vHHUc5Y4bLWm81JxI92WW
8jEl4QHRitQi784cj9pyc7aclqN9tHC5OxINnemEzQzycVVxgtWfVn665rEFr7sy2bEKzSPH
STcrhsru+kqKXovvWfnt9IKyvUotBKMN67im/oK9sDTv6oaOV2vOxF3CrSg9HckdKy7tA7j+
kHyTMq3dM4y29gdJ57lTnjxMGTnEsQkh+ethTq4jlQdZDQvyJo722qDNnlTbrqHzfqqOzEx7
lWGpdbsax2xROWD0S0iqsuT5gIsF544aw7PxxpFB4yAjaVcvewaSrnq7cSvzyZ4+f4TXrchx
shq29zx+Zymke/Q+afzK/k0Nu+0/W8/IyrMcOOkZ8d6XIOLeK0+rW+t2x+mu2zzds0qlI+jV
ZbBG4mZohF2L6Vr5y/QiAlIsIsgF1hN/Dk/O35w+lTXyZXeflKJ/iD7F+YabnGKkCkL+k8tf
QRt5AgGaLjREjfCtu0X+dysJO7HM0IWmaab6j1EM1LSkV8V4xnvguiEnPtxVW6Sic1aakUrx
WfysjlrCEcTfmtCqDaRVeW5pQt3w0mXhrasrF+iWXc7bFlfZGYUHJq7muefFrHPlv5M6foxd
gjalxxJ0+eRHyFPiQSZ1Rq6dm8b+qXNYHQy7sSs1J7FOmI1qdWOiu6w2quK0baslqvIkLJy5
ZURE8NPMkRPdd2AecC8cJrZ8s3KcqVss8Ku88bxyWp3NCxaT6dRMX6+/bvyOwmgvw9oNcnAm
mss5t2IIWXimx6wcR52zXtuXQ4nSlwo5ZJQLTdLCQzNjtV+nmUdZJicSXoCsvi7q+KMTwy7o
lFqnLEbFPpszQhhEs7q7Ls1IZ2xLlnmrWstGqmkTslq4ctxu0Rc71mEy+/0WRYYOVm08GlHk
0mcLtoOn46G8rCp7OalqT1THrGl+t+ekBvOH01t3L4HDu05oWuVS7YBzxpq6tq0rLqtSfC2Z
tUtYikPBmSAZP2viXn5unC7ltRPkxV6ZXer/ADqw8mMyF9mocaeZ2/M+gVmn+jdzeckxNz2y
EWWjliqSLpb1HLpTrrrr1/Ve3l9Nmp2VVtMgVxo8KDdsd6RtiiYiT+yaiFi62iUyoyl0sx2e
qm3623EIv6JpwykWX1klWccKbYfy5zVpWYYy7kTNhzq4FB3J7ZpnVk7OyPm9eYTqVZE9bWYZ
w6a6sORykdv/AE2iSwg59T4r3uqUtohT0gd2wbn5oe3AvqVJbVr1VOyvWwGmsS1zdsiq5KsL
5kRZwwm6NNNMUvv6DVbrX9H6NbnqTk3u6I4tGU2KYsoJdyJqORHBsGduvFqV3RSimyfPJKce
dNcLy/FOy9W+ePZstMs/EEmpraLdNx3SJdkcZ45lptT2CTXhEOJJibtlvef3GW5+gk1tfTmV
WJc3Mh1xOSC3tmBECFZVWqVp0QbviJLuir+z7IT0nqu+cSlse5J1+jWmdXSjVBHcg2MXu50l
u6mwb+9aMJ4u41d0gYw1OQ3VSvOyLUsCrq6IezMRNdiupUqPbZap9Vek+8lXdt2/ajUKYIEz
4iT5gJ0JGcYhkv6HVNqU9MaPtgVcajlcTDMGVU8nOHD4erdRotdWXhRdCu+6cRQPEjUGzzWb
tLrRaGrC3NNuc7m2OC4+azW1DPWT1bC/XGtvxw6/l3tqhvFtmc/tiop0+GLwWaeb9s401YlF
tVLQ3y2na1S6pcxI27EK5ybPiCVOJ8sc1XdoGY1Uq9zOSLqbZU4k6oJ6d1GdNpkX6T2LltOK
X8LOBrnBo3vF3ZXRslxDOly2v3VPWwaVg1fHHDuaU5NdDu2fIw7Xaq767rBaK07NtS22pE0V
42Ga88IAk9OzhX6QN5K9c6PoxWd+odWnvp3YGMl960skqKzCseROi3xfujh2Lj6MHpt53wz8
s/SypGaYJ6nIWsFAOy1SeefOz3267A7FtWRssNxVrzf0PEqffPhDth3+Gvs0vD22zOCJZ2+U
d3IT11kxG9fCmVDUN3fKaLWxYPXiSZ6Qb3xekzXWFZ9qMZKgY1+FWCFjC1KUoolcNqtVj1i2
e4t0kvGbEMJ8KZlS9jq6NOrck2IG6XKbh6gLjNywuvbigvYNs+qQ5N5wpFs1Ue6uuwafW/ZB
t2Q1uliEs4NubsGTZ4S/W+YlnoKhVOECxk9FKsMuy5Kah5crR8Dqe2jE/XE0etDXb7r+SqTh
OYYlebF4IJyDGnWJXqwlS10qa8+Gwyf5MOk5tNmtqmatHI32PjKTc/p06zi7NPw78cGtRcrC
s08xbWQDgR4ps5k+p79jr7ZFxw1LH63yBOmE1+MUjaqybNMxqXhsT/eoymi/rYd8OBeohrFK
5krusQh+OVafUD9cXJKemNuc7fuqEZpwV0PC1OuoS3ramxDa5EmY0VHbl5y2zxWl1d7K/J95
oGT+05VRHITMPdIlbElkPuXajzCt1AVHt3K6xkn1n6bgU2kY76elyMKbRWUg3Rz7twoLf06s
zXpUCzStR993jMfMA7V1LoMU8aXkN4ExL2YeWQUg8MhXZG6jWEpIIymg9a00bOkGYrVULrKD
TVXtBS/pgEmp9e4IrSGj9tWH14kCV0UO6L0mJtTlsGAnlPmVCS4ZRRiptW6ZY2mhjWCV474M
Ts2tR0dU7oNU4oylZdn3i+1YalE1q+8rlNzsqktY1Z6QS5oQzw2EWqO532S07ZKoqNeVguGv
azKRL2C5GZp5o8p4kszr5pqI8l/ax8/no5VzVIC37tpVi+xpBtOnKrmgc3Mh9K74aFDfefFs
4j1zlyRTTdd0TSe1Q92aKUA9g3HRlNcAz+4vRFd+srru1ogoQZFqFUczgikl3TRaPVbn5zTt
W9Cq1p8laB1J2rVlz04+aX8QzHK2LlSNskNiKMrNHb8vK8rKWZUxgqppUmHE2MKwCBDwXnFO
1XR0TXhbtidK+djoWNQrMSW8KqjjIXdVVahszqgx5xBmMJfqTthoblqFWFCE0289c1lGzZvV
6WofS+3ZnwfZFFz5UGTnoDVKq/0spA0vO5I+JL506AoyKkCMmz1raYQ3TiJXZP7zctRXdDco
P82nNa6ivepK7lBeejI3nZnKPjQcuLF7DRbYJZCLdYXfE2Kp1a1iOd85AZEu2mq2s+bFk6vo
jXkT35bxxpW31daxb/TPyBJZseruuwymVFhfN7QR6um4GrMqozX8Q7s+ypc/IBV4bzbpSPZr
exodcf38hu60evVKfBJyJ1RxW6oVSWtZc+YGdMRpnT/RIPq+xOtjqxiBk6CsqzTZuUpxLsAZ
8TJCRrZLNlqnUifQOq9DHpTU5kGDJUhV1jprtOkuZwq7lSVM0+SVsqxU4vjh6gV0x3I6DV0u
39PcNcVqqg89xsbDaXwwfGxhXqWq5C40FNzpe6Nbbp26kkt00Hha4uRxZB5kW4rIiBzMO7tO
s6+jecO6QjHcc2IVejzMtYZN5aK67CRg2LlTNvxoFg0FSKNTqxct6yWuSpDSZlRvVsstYuNG
SR09dIxtEucElIk79tr7657PocwYfWGPdvE4bOU2PfjNsjruaHUuismzDbt2qRN0HppmCa0I
cbfT7Vp+r6Ve55vRiuOakG9081iPmTZVwHuzWEtrCtZTbWZs22iWVvjP6MRciKWYVSrHVrml
yQ9n6rfPefORtztt2vX6tn3nDpOfnnPPSa8b8j9umm7dTp6Z2o+bXPOCylTkaLrOOTjzFJaU
DWakn42cUt4ikWyau3YxD3NDaZUCMUsZaRwIstoodSoTXgh1ZgWZ1pcMMZqXfAjvedoM2M8j
N11WwqJR0pi9bD6idLNpY5yMjPa1IzXSJX0kd0qDgY9jVc90RpazWnaRpWuVGmyKEsN6ccCz
DG61Fb39vDXCge50Fv8AsDfZL5g2WaaZmxBr00q2t65S/Tt0I9r11a/PH5L3lqKQHBMmPJJs
eXOSBNi6yc9Gc7HqGbkvgXO46S7LeJ7T8wJv2NiBEJjiYuOZPm0291rXmtZ2nBkPlmXI1XJw
pKJlM2fMHyFL+HXxYRAZo9P0V/WBSYpy8Fqgut1Gb0q5LdDEPiILGK9LsQpbc+Tyv502+yGG
ebYUvJx/HURSEmdplW2MRpZ4JhMaruCnQ05zLdLUuxi2Q1u2RHljNZtqmpbDUCdImTA1J815
mqMdqazz3neGW+qG9YT3jiquf1Xqa4roZaH29Th+bFzaPXKw77L2VTTnnbbzne4+61+CZ8s5
UN8PJ1rdzxjO72Y2naT7Ljw1m8MnctxcdvFxYGbfU89ipJ8x2UuWYeWNuK3YinKCUpw26mro
WLIQJ1Qu+JaxA9ppw12NS5tUB5/Q4tSwaQEeSq/UeqH0VxREl2uthlfF+JktPB32XJOqUGC3
q8mbDUhYSkivKyFhKuqfoXTLqldFUaI/rj5ftFfaB5M+ekCdMcJHLWTaZq2g1Wsiysgx5YBX
GS4e24gaz58x/EaGHYys2MJWOBH3642Nz3NquFGlfmbshD1uSsz7G62zpy4WBjZ/WM/Oj6KZ
SgxYauPPh0GBB7Gxut+r4xn0znK2iRclt2y6wEauy6Gw8zCfE9/Le6dP0eyOybpau7UuRxmA
izIih0y4h9/S8iFQb9waYPzmkRilLXNiEJadtmd2J0d8FZygmwSA3VEOXn6+UfSYjl+KNJ0B
WpuxBuyM3CaS6vUJLrnsi0Z5wJITGSSifKSrazsacqIvsFGuT99fc+V1tCq7P2i72hK2I5Bj
VaauNiUwMyPNP7objj0ebhb6SWuFwYyetU9joC5wb10ncNs9XVx50XM4yvUijGZzdnQNHrrQ
Mis7n0Pj2Ib32l2OzVkZMMl+SjYdWyy+yUQ2T2AhqSrBd8hfJf0FrOjd7Jfp0ti90JwGciyp
jJzSejN9yJjkyVVdsR5fSmLe5ZzQlJrhtlNR63sjnJDLkPHK7HeRnC6jMlzA6mw4Lf1Yx0ti
5CiRdtlaXiOlwrm1CkbGsmopdQEx3bdjqbW45LJRxkJ/NW56h2CQHLiwRtbiN0zKz7FM7J3h
yIMYTttdbgZiT481CrH+3j9VaZjSfztW7pkxr0b0rWK6IrPhsJo2y0ohJP8ANv57dezY5IN5
TxjZHJ77cewxig6/XeO8+4dbbCdebKfLq+TapvWeQBgi5Bdg1ZLIPdgZKAYFwMgygjZMAjZB
cnkxYKClGSjOTKUGALsByFgGUA5wUxbtZ6h8lMXKYZEjnG1qdHWm6dQKk3CmajvTvXJlTR60
nO5aKuMf3w2sMHy8Z0RM2lZEmObppdRXGyCu3fs+rY7S7jbr9c5x8Y9MZ2vQV63ui3h3Frk6
XF26g+1P6FDS7d6fabgr6odYVh1HhbXqTZwzgwJ/2VjTNNjMGMY2deQuMTrTOntzeTp9dmvZ
dGnK3c5m0+uwu6zy7IaPAbcbSfabOXEybW6evSb931oNv4udXjKLPcSMHkv4hdmfwbk106dg
w3h48e7boKpgr7ccdhKrK1fslRnZaB4YSUz98fXqtQ1uD2bg0oOfdRNwrLZdqUYG0MXL2E+g
TGLuAJ75xkHEykbMqo9diQXtaAcmhMqGkyb4wpHO1i4jfBT+u3TLxQ5JQs5S0HZnOITwNs0C
0XGMTXd+jwwT069Gbr3qNu93hv0YC2m5fXx4O7Z4FxhK/C5MdrWTpxqVEawdUc2I9VxP8Wq4
mvF6+XBMTTrHLn9POeS4XF2a3qPmdHOvqfT1GtaTGLdbY9sl8sG+wWzvOZdadnOwNpgEDmNZ
DIBDAIHAABJijLLDEhhmLoygAAMkMmAQBgECy+AYEBvwcDBgpDABjBiGsxtIawDgZMawMAZA
2EAYKQwYBDBgEDABxBj7BkcNWqBgAAYhkwQgUDYADGAMWoA01hq52QcAAAgADAZMFAyQKYHW
sC8lo29bI080o3ThGqrgGsIBXBAXozU+MPODOOMXqgvPoNkhgSawEcweJgNKQE3IxggVvDEm
QaSYxWINlroJAYFkQMVeDZYONbug+KDOYCYIzTaNlgg1WbDLZjNCgzigAZA1GNpApgAYAMQA
BLUQeawJzsDYYwAUAEMAbTBQCgFIH7Khr51xnoHAxwWuoZlqBTYD28Aj7AN4MMYMUrjZ1LDW
hwK7RslQM814HUYNbgjO7GGAGyMIJCkHuqGuikHudBYbAr6jM1AOWobQB3dDV+eMNnVCMRtG
IajM5ASYgHH8NxgpAwGDGQCkDgADBgoBrUAJrDVzsjYAAMkAYwQyAYDUBmVoxbqM1/AskRmx
QaqMxsvZBI4g8UAN8DTSBGZAgyDJ8ZvDGvnoG/pWGmqkHTIJXqD2XAs3wFoC1ADZ0wAnJID3
hjEehiOgxaIMVvA6uGU4CKICdgxhgRVGxigLHAXlfGdGMgAAEDmCkDGCAGABAtqINNYaudkb
CGQDAYMEA2ECgAwCAAMAUwUAAZAwAYgDAIGA1GMkDgC7samyGKkRkxsIGA1gbTBCGAABkxrA
2ECmDEMGAQyYwQyYwQyYABQAAcgAMAADJgpDIGQNYGbUQaaw1c7IOBkgcxrIHAIYyQyYABQA
QyAYwQAAAgYDIBTGSBDByBjBCBQDmCkNpjUBkhkwQhtAKYwBgAwAAIQyYAAIYMHIZMAAgAAB
ApjcQ1gYMHIYMZAKQwAe1ECaw187A2mNQBiGTBSBgCgAxkgYAxjWAAAAcAhDIGbuhpjaNzfj
GcMTKAjCC2VgVXA7eDExASBoNNMBtwPMFeAGqvGbDAZxhqWAwwIO2oxKgYrbGxnxkxgDJAAA
wCGsDYAQwcDAGQCkNgGoxkAAZtQGZrDm52B1AYMAAoAAOAUhkDBjJAwBTBSGTBgCEDKADsjG
mvkBKDMZQa5EEjWDc1A29go0QgB5qgvJWD3PDCRGGGGbWgXfAVdgSRB71xq5FBuu4BeVsHA1
gbAABkAoAIYMZAwAAMkMgAwACkNhjABAM2oDM1hq52QcAwBSGDByBTAAyBkDAGADECmMkCmD
gF24F2ALJgBzQKoxm4Ma1wD00gz8DXsQawwYrKBnLBcgZqKG2+0aXEBW3GawAZxxmzoYZkZr
XBqrwAAACBADAZMZIZA0gbQAAUA5ghAwAMFIGAJaiNM1hs52QcgAMmDkCGMAGIYAyYwBgDJA
oGQDGCkMAZMZAyBkgWZ4Fv4LzYg4GDBwNZDJjBDIGwDSY2kCgYAyYBDJgpAAYABgwGCGTGAM
AAAAHIAxgDIBCBgMGMAGtQHN0UULmaHxjHgDALODAIYAB5yCAGyWAYIRjDAPGBnIAIAxkYwW
QAUAx5BDAwAMmMgAsA84LGTzkDAALOBjIAAwMAxgs5AAGAMgAADOBjJjIGBjIzkZKWAMA84I
A8HfbGmakFvFVJm71GC1mBseecepQRh5mHpryBjzOPXXkjYMuSzj53F+tRgAN2BqyCgy5Axo
lDVr9uFQn7/QpTIYjjyNj2ICMPMD0wAQeeweuvJHwCgzD53FPnOBgbyjWY8AigYMn1TVjnKp
U3b94A15Bx55x6lBGHmbHoTJkzAWemo0Cpzota0qvmy+bQ744u7izt2trFvlkIw1b07tawSt
6T6SvyxVHUK5IzvtHSyvzPgx1RmXTw/evDeOHmcdM6GCdyfZ/ArpfNjq9MNmmHPqNV1mlTQh
lrmWfAd8WqoxseCdtNhWiXeORsfrXp2aFgldSO7tL+MVW06vpjG+0ZPKvO9rLVGXc/Dkastw
4eVyEvawztT7PIGdz5sRUpas4wrCI1X2RVuVDrehZ8mXtaShHJ38Wy2EZpa5ZNsFYHfrapV5
1bwnrxl1uuikdNh0TORlFvijm9Uqc8TuBHOPnjY5U53G/wBbhpHTE96pFsleHm3q9x15TE3v
Do0zMj5ahlKCJoNGVDrG55d0iGIpR4klJthrC9oBS43fRV018SmguimdVhkRuFkV3hjm90ud
UTOFCOTnjw4k920DqcFJ64mvVGtmrq826cHJXrMjZxukTJj5XhvJSFo9Ozd5NuOLZI5jKUd5
GSLYKyPmvuWm57quiAcpN9yeDqsMh1xsc4OCO72TJ1xO4W7cfIwbh43XQtum3Zuaqs+wcAGB
QDYAALkZAABAeSg4IpgADAYAzgGAIBuINGwGAAMgI+AUDIAALkHKMmGoAwBgCgZB5KCGAKDg
i5B8DOT14LpKfMchkAAAjA8YGcAphgA5QMguRkAAEBgAAAFgHkAAAAAAEYAgPIAAAABFBmBG
AIAADgygAAAAEUAwMAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAjgyAgDAAAAAAAAAAAAAAAAABGAIDyP
/9oACAECAAEFAP8A86XbqNzG/CXf4AUdDtuBR1y/QIBy/rCI7aHcdbAAiO2ihuH9HE2th3AD
AAfrAwl0Gh/rF+OkyCsoqiskYA+BTfAB2Edt9bbCA/EADcQEB+GwlEugHjrYNbgOjCIaDQD8
dFATAO4hx4iXYdch4pJGVOqgoicR46AvwKA7/hHRh2NvsAgUA2318d9ZRiGc27stQYsqDX6L
CSTVvjKoi8cVmpSErY6C1XyXYcaUkGkZjakllXVSirHklpRY0YSbx9G1qDyNW4WIkb5WW9Rn
sc1mPnF47Gkc+JJ4zpMOLp5iyMRyBjRtByLugUStuq/FY4mXknRKFU38thJg6lyVRy4sNjhU
4OZxzj2CYpZSiGks6tNPZx1DgaJCSbVrjOokXWrNUkJexY/auclWDGtKKhF43pBZVSqxVmyR
H0eNUr85j+OrUJkWtw8ZKX+ro1Kfx5V42cGOxrGvRk8Z0yIB27xbHJX7GTaGl3OP6HXHcBF4
5mXUlR6DU38xhFm5mUqku5n7FDEhJfHFFgItPKcQ0lnttpzSKo0DQ4STatsZVIiqlaqclLT1
AaOsl2HGtIKhFY1pSEwNVi7RkmPpEcvXPyQsHoQ0hS480p9KqM2bOAQUx+lGWB1iQlYOlOJx
7pQMUTKJ5kG0Lkeu0sa7bKOdGpUe3U5/dpWeqPO7ZXReI3PHDB/LQLWq2NpKqIEmq1IUWXLP
zBgIpcoRSRd4+UcwFJTjISUu8Hkg89eGToWzm8xriIsuIbDGTYxz+mtHEuNYWatWEC3NQ02c
8TEidXUSnCsHejYol0NTBEIjJVZpQ1u0UhRtVKHbKY9ukvP1MTXfKyLxG6Y7jZCYgE6pPNZ5
ZsSZrj2jy6M9LmImtc4VV+8oR1q/SUY6EkLzA5GNP3qPde3cXqPcxVoxNORVgGLfU1BzNGqz
hszZQjVWipN5xHEqVXUb2AjJ4QuKZpuWWIlD5OrFKGuWWlqt6pj/AOoqpzYzMhHSKttmzASb
kEgZyDtgdjPyUc1c2KXeM1HzlYF5F24TUmJBc5pByZFtJvWpTzMiq2XWUcKNHjhkdedk1ykl
HyaUDbZ2uLT9zsFmE0q/UTjcpXKJjfmz4r1u6WbuH01ISSzh0u5Uh5d9X37SakWMma2TimiT
MilppIOmKzCflY1s5sMs7Zqvna4LSTtyRaYkFje+dKJNpR4zA0zIqIrLquDNHrhiqtPSTgpJ
R4khCW2erq09c7DZRPKvVSR+UrjEx4S74jxJ2si5fTMhJLunC7lWFmZCvv2c3Ix0ie0zgiSa
kkiM5BwxUYWKUjmTqwSrtoq+dLAvJO3BFpl8ucXzk6Xrqa/I3H2vyNx9r8jcf6/I3H+vyNx/
r8jcf6/I3H2vyNx/r8jcfa/I3H2vyNx9r8jcfa/I3H+vyNx9r8jcfa/I3H+vyNx/r8jcf6/I
3H+vyNx/r8jcfa/I3H2vyNx9r8jcfa/I3H2vyNx9r8jcfa/I3H2hwZj8NFwbj4B/I3H2vyNx
/r8jcfa/I3H2vyNx9r8jcfa/I3H2vyNx9r8jcfa/I3H2vyNx/r8jcfa/I3H2vyNx9r8jcfa/
IzH+vyNx9r8jcfa/I3H+vyNx/r8jcfa/I3H+vyNx9r8jcf6/I3H+vyNx9r8jcf6/I3H+vyNx
/r8jcfa/I3H/APN9w29yjuVZM5hD9JliJaLJsjLf81XQScpQkKxXybkBItGZmnWTSLXtsY3Q
+YNzM5iKRsBKRWKdHKS89HQpCWeNI4lbjDxUlIZFrsadW0xBIpS/VxEiNth134APH/l0Wi+V
y7I0x/Ynrk4y2TnbRus0aSj6MiscMffVy6tfpG6RvzGw5LnaRIzyOSY9BWymYNV2NHjEVLPl
REjeSJDtXTgQEB/5a4VUInDxNrZ3tMxjJ2WrOyzjyXllWlbpCUbE1dvL1FuvAP7RY7HVpyFs
kfPWiSPllV8lY1JqT+X0qrqwxsjws/NSjL1vaCURL/y0Tbib8Wtg3KIiOwfoEu+g/UO24k4G
vERYZWxR5nB2gD8Nt9AXcTDuP/KRH4iAa33AAHQgXjuXYQ2DQbbjtvvsa1TRK/B4VyK9uCt7
uadfYwCT0sTrfcBABHYN9Dr4DoBAdBoNtw32/wCQiO2lTETLM5QrEG7HJ7TjG5hpsi5IcqhD
GAAn8j1muqjlBoVOCyjVZ5yQ4KEOcCEUy1SE1ZbJWPpVlFYbXO8jGVbpk6OW6OUIC7V+zKSm
TqjEOwzDRBMGU6aYTZgohTPJ6Pj4wcwUQoDmKiADbLlJdnbO2r1IC/H/AJCocClyflGTnJnH
GM46qx4tUNsyYySlGtOVMtXszZZcRzjFmNW0NHC1b7Zaxi0nYvDGV3QvSnAS5/gY4tT66Q7G
TnW6JGxLmwh3MHUo5KYtsXHtGDfKddYSdSw0yQfZG+n4vWYsWx6bSDbkWgOx8OxjZTr3BRql
WuWOIGzx2NrhLUa4kU9Qv/IcvWFSvU3AEKWZtoBsUNtCmBws8mlBQOPUVLTklEgEIACIqkA6
eUYw1YyFQZ41jqufx2onWYTDKnUKkWwOlsky2OSAlkBv/wCPfh2quDh45OM4TIWv25Ox2EEx
AO0HH3HXj/4U4MBEbCuWdya1/wDG/wCQ9kVVi17rCKQvP0DsOswgIY/wKchchgACH6OxyCad
mwAoc1Cz8b+4vWMdpa8T76ckYqvNK5W8ff4it/8AsX341bGUW7l75KY+uK7Dr4xdxL7XaAQ9
zhmw2mEq1uylZJ1ph/D7uMfgUCl/5Dm+CUmKV15mk4+0/oWWKgSwtW1orNDehV7+2U9VD9Gc
pEspfcWwg1+mZ/8A/guIbOvBaoVQCvspTf2OPv8AEVt/2L+URquDQH8zhADai6uziJlBwk5J
2gDdx16IBqQVogAgGwGDb/kTtuk7RyFj6Xx5Yse3+Mt8QB09s15ESh47GbRw3pubsXOSvsNZ
Ebz0QByGDIF7YVKFxVjyStU8mQEydgZBsFM65fLCWIhyHLOyDdpFU6RQj7uyXRWRyXJto+oY
nl0IjIST5FQmUciR1XhcQk9Gi9mnqC7/AK7SzI9VIcqhf+RjsAOWqDtN/hyFB39C3MSQOHq7
GrppAkQ6RFST2Ia/KLkot0SCOxPE+8QSI3TUIChHuGanIqJ4NpCCkHDt4NhZMcQdncBgWipD
WaRFVcZzFddsTomBaIQQw5V0ynwZS1D/AEswCAUwZTHSrbCVOYqRzJOPZfzOi4va2iDDBTMd
BgxkBpbELVhqcxYzimRaSUwL01FuWBxCzkmo4MYjr8jGYFfYkjWiiGHWDoG2HUHTgMGs+P5I
MdBg9nt+SDLf8jmfL8kmYAXCLTiGEWYAGEmmgwk00OEme4YSaaDCTTQYRaaDCTTQYRaF1+ST
TcuEmYAOE2wCGFGe58LMkilxagu3b4pcLpNMckdOFsON0EDYfZGEMJtRAcJMCklcXN41CExM
i/KvhtuQzHGaT9QmJkVHS2FGSOgwm12WxQzTdnxGxMktixqi0i8KNnjVTCEeQBwpHARTHTQr
pvi5J2/DCTTQYTZjoMJNNwwk01+VCHuMMbjSxDbSn4QanNJzc7IkkpeV5NjwLN1MyMLFkjmp
GvM5zgQ7xJuKbQntiwqJCpCUwh+jhvoP1gUQH8Qa9PiIhoB+AgA62HcRAA/QO5RMoAAQwbAJ
dwEB1IfBtGAizjlJJqWMhGaZzD6hlmzYSHES8Xc8xZJW+xLSa0fJyTNqtZBcNUJNnGx9Mfkd
ODpi/db7aIxIvJWFddgwB6/fDHpuyIg2Ic1rQVjm6cmgoFeaei1AN9bbAA6DXEff4aADUwA3
F879o1dKJw9eZxLs6M+5TMbFbJMQcukWyTV4kuMnIEBRzKu/Ubu0H2myZUkSgGwAIjx+Ihto
RHbiYR4l2DX9AAAaEBARUST1K5BqkKea7E1uMUluzLg6S/ZO2HE/YC4KD+ftuAUuwlxILHsr
ZAMXsq3dN69mCqyrFCeg37OKbAm0XU4qpFAAWKYEWEEmbULHIuZiXiW6rOPi375y7g1Vju4s
sSxjSCixOQphROf3txUMmwqgKKPUDOTAyAxiWaWBV3AwikpJlRKmkBAAx+Y6+A6IAb7D7/DI
f3NVOCaeVOz9xiclY5zq4vtHa3JhKwbpwZ2pUmbmOjzoKyJI9FJurINlEmp2CbhOtV4iToxA
3KUR0HxKX46EmtuWth0JdhH4aH4anrVCV5G39kmTIlmzVZrEZ5NPXomfIAY0ikUQkDHEZQxj
fMtinsqJSJ2tM+mk81cHI4EosLVKsT1PP9ghxqGea3P6YPmsg2eGDjZpH2qNacRqCdpkwOk2
QbxzSpJCqr7dKTfESEpAKmcvzRs2eXWxHdLVYpkWIuVW6Lh+Zozcu3D99BxybFr/AFRKAbcQ
2NsABtv+H3+G9wplnd/L4CxOHs857HS68LA9LrxKm1EsjLyLJimVoscEipsTEevpQjZtFNDn
MgiVFEohv+sNg3ERECj8TFAANyDQiIElJllCtchdi0GR7DdpmfXXelT0SQO406I4OCTZU5lT
AUCLl0oYOJzeppaOAxRZLImi1FWi4S6qRjSq7d42fgoVuuoiamZbsFWVic3pWVmu2fu9JVVc
rdm6Fi+nV5aSKg4nq3qDSKmycKgimVRTUWZM1imma7mfigVbtwBZ6+tsqq01SYYHayBPTT5C
Ib/oABESgBdf+44Z+FM7GWT6YxbjaNZSV2vtp+eZCwS+iMY1nHIEl3ZBMXTlYq+lAP6S4+6N
CtyCkXYNbDuUgFANwADAIjvsA/H4lNkLK8LS295ynN2128kk0dOJZU+vmCqgNVlyaTfEOAOC
6VcmMLUBOqooGlEgIBTFER9NQVFCN1zzjY+lHvB0hZEAbqzpTkYShHRGL5ZqfHOYVId5WbHE
2Joo9hZi0No1Erl56clNNG/tW8qiu4VSOkgNlBeKmICUK9kSLo8m2xS2cwyc7DRwsBIA6Nty
ANjfrAAOI8RDX/uGGthpfcKcTJASE4So4pxNVCWywQ1cjZ+9VTPFlR7DsHy6gMlFE3ck0XXQ
iOBWzJA6KWw6/o/SIAOjqFJrLmcWsG3nrI6l1bDkhAp2Uqs7WSUEyCZDiRoKgpmIKZhdHDR1
gNpmqqVUFk+BDlVBNInFYRSM9MgJEzCis5X/AG67D3B49RQhWQnUWB2KRY6VI71RsjS1UWxm
+ma9nV00Tbt6Qi5WU5F5SyijVtDuDuNZBeu0ZCIVFvGRr94q4kbki2YwrsRkGqhHok2Epg3M
BA32ANbiAl3AP/cMMiIUvuNLArY89sXfyfrISPq0Zi0nyagdMzWO75YcuAZFZuUAFM5PaRKD
fn8S/wAo5ypkzXmtNulMzRjnyhf3q6kTJlUNArl3aHEU0UlFtJ+ommsUFSHTAokXAp2brnIL
JG3RAQ0ygxkYtZMwKOigQ8iBGwHKKrtgkcSlH0QVlVgFhIOXoJCZFWKuLX3Nan1Yh7U8joXe
uwUeSNZl473Www1WgKLnKh3d1bUjunraJBuiJAjwk3ISM6zgBWSjGCMazExwAROAAJQED8zc
gPoVAAdw9/h45EqVmmyt7HlvONnUtNvxfRVyUPPSqePsG+PWFCGqEmY0s+VIVkDeSOmFXkyv
0zBuBR3APhr4nMPwDffWd8vhDpzExuexuDyTfIVgifbxMqqZWpOBUasFd0Waw8DvDlVQEmz9
MpNFUBZ4yj1STLGvJumhI4QkoNk2iGUjViO3k/GrMHMmoInUcmI/hXBlTO1Tiq8auQcwiHE7
wpSGt0idJ9jO9GVbU+1va1JY1yA0ukIVQoG8lV8GuYMx9kS30azdfb4+yZV1ZFBmSxSpBja4
yMu5gWZEkygBg5CJtxEBE225gOUR2IYR1uT3+MVzIY8eNVNMYV9NzFJgCMn3cJ4k6g+ttbQq
+PknIe+9saQcDAKHJX4osdoR2AA2AxuIJj8BERHMmS21NhZuaVknNvn1ZFxYb+RGEsMiKjmt
OwFxUBEGTRcRI0VOUpIxyrrcxAeriKLQx1JJrDu0nrFwcEHDdFRy0lBVVavlCHtKplHUqmOy
6gllq4mXi7egnLtFvXcMCnIo9Hc18W2kIJY4MqZKHcx2Kr47p01X5xlYIvyw2/3brDVQkLTb
bz2BJgNxiC4sso1KwesSQqscJk4AP3XkoUCF3BMOQlKYBMfkIAUNfHbcfmFdkU4rEV1mgaYe
xnOVlpYqBKMZ+K7Gz7eYv2K2oJwbWOQ3XiFhfrrCU8Xus24b6EB3MAEDcN7XYG9bhciXJ3b5
2yyBjFkEA425oAMrE2VM4gUXKTqmPjexiDHMMUYiZl3KPsnLoq6T5YPbR8+gxmo14yk0WEqV
sd0Vs90wMo1eSLtNJ/MKNXKc6qCZl1wNL1o5zIyhzmlquqQxxHYr5ycpr+5L7quEMrH0k4CR
N2kdfAGSlYt35A5cbHn3qxjNYklm528d5H6JTVmVapuTP5GKMRGLjyppNA+IEPuAKG3AwH1s
ADuG4AO/Iff5Ls6tY68Z/nJR3ScZUpU1ZxrWwqVIvcMtP9mcfRagtU1PwmIA6M3ANMd0mxTC
XSYlKP8AVFQwk12MySLty5MYE3TJAwSD1i1CwWiFKWTt1ZSPF2qsu1oJtAuUUopNACGIKXuD
GZOT/wBnSShvYg4FR9TmLxeMZJqM0UXKZBjpNJ+nd05B24TWOi1srgpjp7nf1PYGs2pxnq+O
50lD+pLOE0kLomD9/VowybKqtjJpyUieNsUPJHaq9m5eTq166vP4x3D2DINqsd66ks12+G4G
NBTUtE+gi2NsiCpRMYfxGP6ZSmATCpsAqcxKYd//AN/NTlJPrrmhsig8o9NIFWclK2iaXHL2
DshX3RGyMckIIqGHTlQhU24gKQG3HkAB8ALkm1Eq1asMsMk+bzLOVJNK7I2DcEbkkbaWWPqo
qHBzVTCMZDrqFbpOTrFRKIxzw39mShgMwh4paUmodiEQwRVTXK5dHYFYP5xZjGSSsUzWOi7T
sao+umcRf1D8TWcEg2KtFDg5TMVpPxLl42ssGsnZq1FmQaVFosVnaIVos2iXqahMiUVpkWpw
MISk9Z4ybQRsGJ2SUbQ6aRNR5MOSKOQ223NoNFEuh4hoDAOhHfSe3PkHv89ThY3FmYrRFoZA
paSBlZRVQI7CcWDvOkWuoirHCAth22lQAzFM34FPiYD8dchKTsnczOpDJ8weNgMXuxUaTB+K
VhETIXMoGSnA2PTwEziqlOERFGD0GaY7oAQI2U3JEyP/AKaRwdCTgJhUGKk7DMCSk20SbNzu
E2j556h4d0K2rgmJxZqcn9U3BjPCJrDWt/S9mquxnYIx20viZd5YYGtuCErLEzRGxqJjDuXn
ypCJfb67dWMa5gjBeNV7peqwxI3b1AyLdZwZZSSKIikBx4pm0cwgACJ9CYDGIAAJTCXX/wC9
2KBc9Lzq1NI5dwJCugezKvpRPXm7sZDOsZXjFjoVwttsBQlx5MgOAE5COtz6nZhOGibzNKTF
gyc/F6TESpzKzp+JbDy9tbwEULEJRGigIq1YpvlsXyTBE5g02X9SNWMKkTKCARjw4lloBY/y
OOeKrS71USosn6z5xIlBPVf/AOw4MKz8hTpS1TLtGy5x+poRx6bWIlVQVtcyKWrdkybjVqfb
ZV+rAuPdtrM8WCatB/TgqDKC8Z5/qoXPG3TOmokscQiBEIGHKYjtEplEFzGD1Cjoh+ImNovP
iQpeRThr1BDXMPfdgFjLxd2SBplPG8AlFx1oErmI6uw7uOz9APF14pVQpToKgom8IKiBQKBA
NvoeWs9WT5PULLJewjp9b3MLhdfm/saf7OcMUGlt29CwbE1RtudQIHsGheJElQMqiYiDEVN4
iVMYIx6cTTNbDjAsUP7QkTAmxrggd7LB6qlfKHGYkVo2TCRWlp2sG2jJc5jWZmoCcRDOPWWs
yom1eAFWRppgIpUlTGZWUf7xXUxSQtHkDIWFBonJt+qdcViIaLS3MwAUhUarkbENuUphApVf
gP4NFU+IH9IR2KJT+nrmX3ubmx1GyYIub7EkD5fICUyWH48I/sCzRcFYlTW014+m/OANkRH0
9x18A12anDqP7amV0wl6yxQr+C/WTkbIXdGfMBWtvMAoWE4k1RCm9SpiBGZR2RjRUUXXOZNo
U4FhJkNotf8A9XgSc4GIRAXk2pxa1BTm7fiALVo4lC5q7OoMwfMKyqQY2QXOa0E2GGgwEjyy
iAauQFK9qJjAelEIDSyH2sV4XIpX4BcE5yKdFVTx7Glax9fZA7XjG7RsaUOJW5Dhw5gUQOIa
MfnoAKTXw2EojoolAOYe+zes3Tj4mHVeZTiwKnErobkx1DJoZxjWy6ZG5SLIpkANSAB7Vsbk
gIiUVFOKWcJX5pdJp2iC93ScKxWHI32bufABbz4iZO5FMUtnMJTUEfUGriUGm4mRhdwM4ATJ
G5FjZs+0atzGZgDcYWNECOLa7BNvRlPUM9/HqtDxPchAzyCH9/rvxjHBgNZYlumrDxChDP7W
oBxs5CmkauJCq1ExSsbKYDT01ycM4IhTvcfPBeV/EDozqJraIi63blWeoGO2TPyKKwBr1tJq
iOhNo6htcvgKmweoPvM8oIqRNXaN0cvQ6QLISiZkl6A19LNrcoA3RTAoCco6l1TiRgPFry5A
6X4NL08O8st2tAMpdzNrv4bHUcdm3sxP3ebEwp2ZmpIubViOTOzpLR2zUrBjHSQ3EIxICleN
TadJekzmTiaPUcKhOQRzHhIkoHdXpQSI4+NuLhU5gqqnIltMAvIE4fNa4URjFz8rEzdEbQkT
JIrurSPMLEcBl6wc/KnlEzCxm/vHeUxZwdXfHdlxQuVWv4LdCctOEoLGakUcPigdBNU+4H3O
O5hA4l0CxTB6xgD3Al0VQohyD3nYUiZqvjhL1LzAN/RSsceUiEM2WQy0yP8AuwAI6dLptG8f
LKSriNX2amExjWFyVvD2VXlL5DAgy8KkDhtENFEUFmLx6ZzACUllYuEjSFXnjmrVFCUTgqk9
ZFPXEFBjGB26jhEiozRAMlNbAxWOBZyGEBgqkqc7/IBvTSx+G4PCETSqI/C3mAr2DMBpCvmA
sKc/OcdiBa5UFRVlbUGwT5OUtVVNjUo+7axqiFlvhTLVSsNfTVxGIljMHOClkaX6ggmmZPRS
gBdjEUE5hKQwGEBA5RV2HkcNbgIFVAoch932LOgnSaGJF5WEVAG0y890zRIZnc2bn1icyb35
45RZVlZVNSEA6KYb7XgQJV5wRF/d0/7SorcDnZ+kk1EyZU5t2mGnsPIOnaLGaF6zMzq7aNsK
Tk7Rz67VRECi6QUQLMnESzfIrQ4AafiB2gaoXhJX8nPVKOlDxsoq1VbVRYTJ244A5gDHCRgh
MEG3OU8y9MIVjHyxlJqzmKJrCTZ1U/xKUsTihZl1AtDluVWFatStiYkWMdlhAu9gprYyYOBH
00dxPKl9F5zE4AJwEqmwAICB9hEpeOil21x/e+xUSDzG+IhJIJxCCZmz/mkZ6PoSNdfFeNHK
yyTl2qMweVZmjjQaoqKb76vg7VacERf3Y3GQpTn0gbrrqlc8iFlHMH660zEQrGStPBKWvVZt
0nVouIUJHtwBOMblVUm0U1UrKQiJp0weyABNPxe5IGsqAL7IKpgToLkx9PFTGZ1MA9K1G/aV
rdWRhtwimpgLKyIgWs4z/wDV7SYeVi291T9ilpagC3sim9tSJ60MugCMdhwwizwOXlaq8gZF
tJrfhIYUnso5c/NOZR16xgA5zck1BEvqGECn3Eg/Hn+99hN08I4Fs3uputSHFtLnKs4lm3rt
MfLkNGukzETaIpuGkuzBQkOoKShFNwvJ96zNG/fr2qAyFRUImmxdcmkofi2tJxTJSW0dON7+
si0qlUX9adp4q+lVVk26chKJxWn8qd00nHC/GZUAGiahRnmACNcpjlcspkZXbWPihvIG2ZU4
wmQtYgB6ocDPoggljEgJ83lVBCq40EDStm/CpaFR9zSwExKiT02c2cVLayIARUmXizw2QfY4
IMIWmJmkGqk2uCLaJUMEnOMTt3Jly8RNoVvgifiCZxECH20CoHHl+95hik5HA2KHH0/fa2mk
DWUAo6cFIZDFBDHiQImogxbi2TXTRUI+KRg4IuHC6Lgaszo/vd3WEktW9xbxfEqc0Oza2iYC
I3t1VXGTOxMlLR2OlDLSNTHg3rbw6T+xSjZddu+aNG9jdbFlVQUjyH2mY341+pN0k5nIRhOf
Hohykv8A06kgByWaJUPqtwabRzGtj/LmuwyU5sNVxruMnaDAYbKPJ5SUxM2qZODGZOA3Fof0
4+XcAdXEhQJHYF4/Vd0mSsst2IhBZQIH+bT5jyDZm5BVMhybmLtoqogBVOGgV0VbXqj7paMC
Xxc4hSxrzHMyo+qgpGOmomG+HnBBaFMQTujERTaLeq7vUeoonFKKGa3A29bmthe5AVKWYrAC
DKLWIY0z/wCPcB4lt59htBA95jQDe6rR+LdgfgJFgE0884ozbgCw8nyJDIG2l405S1urGEZj
IqgGPjzY2pJb1IulgIEubhXanCPu45dUIpkPpPpYwBUcamKDuxGEVrCHJ9jaIVkEYtqZshKJ
KHuh9xjZdYiT7Exi/LcDiULP2GtyNfzSSRK/ioFVP5u9YAspLf2NJsJUihvVKI/0l20Y5SiB
g3//AGKcX1aVk6C+XXTAV2aSoFL7hEUjifGb9FlJpqhpymo7bmVcxr80wxkmyzYzV1cB/u7P
CBXuRFh+dNXYta1j2U+a6nPi2uP/AGbeIiWzDyf44Ls9rfwQaj8QdEOpbHIk1LiBoOYOJmaB
hLMxo/3YqnEZPIogQ2NTlEsiT+z6bsDW7mEVKYYPcRRhJFoG/tSwHAtPxccRc2XcrmX4mksf
uztSxVhOsrNNlHTs65flcquCsxho4jH4JATWbugY7C4UCZLJUyCVAJZuILJ5EheTgkY4HTFB
RIQ33MoBAIT47Drgb3NGUOFd7QVhu1Tw7cj1zIFScov2LxqUqyi5mEnAG92zBJIC29gZdcSo
tUphQViWpwoaCnD/AL9k5QUZsogrTMMKGE86oUE7ib9lcjcUZ4RO9xyn+9VsR9FpyEGpTGf2
mPcOSzBDhDS4gDJEQGaYfs6tS1zDK5IMBz4wVKBJBbeIpRxMxvhx9WiqGMrGGH5WyDeRsxTF
qWLeQSFnNu7khEZWjGDaIjBBO4OCR7h8sZOIUkUnEvhU3JngUAG1d1ID3rHBUr8zxzE7JO2+
4I2KOF7GEEU9cwHRz76DZXQ/hD4iOwe5ohfUgOzsEL+gfL1YxvgqyGl6a4TBQHZk1yY9mTu4
n1VdpIh3ZZFk9Ko3YKqNLEYylbmymM7yvuWZarH+jcL7G1OiAhdB/BchMZKaDeQx8Jkgqpv3
ZuoIIs1w91cTAZ27J6sXYxBFoyMATbATfTVUUOnKZHOZMcaG3B4IhDUQu8XetwWx3xFViA/K
o0PVfW7YKtjATFkrKYBWkeQS9LN+CvBs0sDpVW2z6/o1kTFJK4MMBmOBuX1V2sqx53HPVGXM
rBF9X1jF/YInFVKaa+1kjBy0RAQMUgAPAQ0O4F+Pucdogeu5IYJyClwhJGvT+Ap8UUmynvUB
MZM1DkgaTiRi8DFKcXbJJwRFgRNK7N1WTOc+LvKO55ziBadiNuLdGfOUqNxADIXUAIlM/F/Q
ymKetF3YIKiCLRYAe3IxRfFLyjLgoYI6JSFWbZImJXqqjwlMnh6WsbckDLgKkVRiCDS+piRT
GZuRowAGLkYRsyYW/wCFXxmTg8s4CCsjyGWpBR9OBHZlMQqziyS6DtxDzCjhCxYHA3s8EnMW
y5SroWfHnW+adRFkYqcyxIAlHpqauDAFW4cdt9hKvyEVAEDGEdeqr7jHq4FruWXqjCt5Yxy5
kXVOUe1+YgA9wzk0xIf1fb6rL5vIRuwjookAqhQEMpNDGgJoTe7yTt8/USMarY1SBJrPmEqN
z+CF3X/DK/8An0IDKHr5PRabiRo0VEH1y298kkb5VbU+bOv+i1m2h2pq/AKJfNstKm2oRxMV
M4/LqemJW+QSbnxdyM4ZfgjVL0Z8rcvxVjG4lTWshTKKyOwTVI/qQv8A4S0iZtcpl6oyiDsz
PJHBhA9vhU21gacVmKuaVaPlPBWUoTJsfFjxbbbAugRyhIAMe7KsoqZNLgRQhdJJiUf/ANik
NxSqt0ZBMQWOXP1VjW21eZgLHhG7vJZo9TOu3AvoGpM57HSCpVkNCJgLktIfo6cHZ9kXZSx+
iX6UprUzRrOAYUriIelcjCbUlt7zHQCJoYwezfriRk0VN84uxgTkmpjDHWdyCTKMdJ/OmioH
gqun/bOXgEpcdCUxXBgTiKaqdSMyEJQ1i4Si4biIREEAC/uAbVCgE3CbE3rSQiE1SCgBIAC+
zmAALnNJkGtIABC4LMUzPF8s2hXsIuQzfurggIG3dKlHUJJRThI4/Ag8ybXmCK8btSikB1i7
GcF2F8mkHzNP1sUuCK192xFqpVXRKnkrPdaQVgoqUcQknVLElORLloCpI9UWrqIXI4YlAdh2
LrJgf3Mn/wDyr4URnq+g0dw0UkDY82Bio3VTilbR2CRKJndANsEL/wCMEW4kw/L6bRfWipTr
92dH0Gt2AoNY84jORaAhW6uI/N8wgIlxsYDInTUWj6okBGOQRHli/j6jXc0DXBKL23l/unRR
3RmGavOYIBJqjFE6EMcSNJQ3K42dQ6dUZI82GCS/u8WiRaGokqSRq9zgIHIEJXKGtiSyUyVB
62IY+4CI6OQqgXBsME/PJG9L5q5AwLKujbn9TH7BN1VHq3FHMqZ2r6O9te6hf6wlXLDhu6FQ
TamKonIMhONAmQAobhrf45KHelz5hB5eQD6hauTsoasPVnSc6IihdvgjagMIyBt3tC22hDGB
CpNxcSTCCQPpVkggSbryLnV6pD1dq3ZqMrFDEIrWa2Apy2YC7ExaUARbgT5TUlinY34oifFX
xeMSJjXq2H71bSD9KUgxgTfnEwSio/PKN/24UDAylzf3zs2w1KMMb5RgjcyVBTSOOKZVi5je
x0tOVKKjZmBzfSqQuuw0yWBZsUxjHOqBBtsShPRxWpmixmavrkblIjzL6mJ49s4qi8Qhvk+I
OaMwFaiGJmanNJyGg38jGSNKnwnWDx2kCfrmZrVaUJKMNvjksvGmTY7vLyTecZmIEDUPxFsC
RwbXMiihLVHggnJF/fKIQALBJcU6aj6yyaSiR0uRABYimvp4iiOS8dlkiQ5fQr0IIBLZgVKC
eMRMDZiUTR1FEwtr8AkWxcUQeMk0whK2nu+taYDVKOUpU3CBfTmQALDRfiSG39lJpJGuVl5G
qUYUAiMECBk6M3B2TrRKq1G75IqTe5UvBWWz4Hn8e2eHusPAO/TQTWFXTsoCRkkgUMl1w5Ug
l/SFaUFYvvj88UqlCmAKoLXiETeMIRyarXuS9pIscoRhatfqHZWVXIyckeFepCbVSmvk71ss
DhHJZi/Rk4P79dSCMvWodeWj4+nsUkbMy9NjdG3sdXRdVY7sRF9SAAAgjcUaCIHcGLxM1Zmc
KuY4yabF2o0CUdtiEtMaQIyrRkiq9t+NJuzq1DHjmugwrcYmgzpyjBxlavvok+LklUl2wbwV
b29/bR41Okj6ml/+3Mk/vDRktgi9yoSBuF2sYB9HsB4R2CwANYzbHcu1K+jXcwxJ03zDtTje
PrWVeteaWtVQdT7qdcMFBM2UTKoCJQQOuiD1G+VJSAeppiJeZuWJlPXrD0yCKJVQOpkzGMXY
S0Waeqx+WqU1sUURoo2Z4jvguFFDguAgdXVDtJfSyIqoapzoD7u6G3kqzPuYiMgLQeUCVsZ0
mZzREtF5DbtGz52QBe0cBMeEKApViaYwKseDeZasmnpqLshV0sy4KLsnDh0uyIDJihIs3yi7
5MxBkDGQMs3WlDHAk7Fp2eMZU+IQbJI+2jIehP2TqUr60xXomkq1orgOCcz/APIaNqPJs3lB
KW+zwb1NJYAY4KbgQ3W9Ii967DYlcJxuKLB8yiO9eNn0gxiqu/FPBmTp7HVkqc+zsUGBuRl0
ihpqcVDTUM3mY+1QrmsPPzHYaw63RNTPSRTCRaEWKzj27NG8w6cPM+iMijlSuqwNiazq9ffY
2ujOzswRBFT0RaK2KdSlqBOmEHtq3NMlS2iqpGlQiZZNqdk6jVmLa5gX1nROb6i/9yG/ZhPF
3Y4VtqKoKF9E6IGMVwCYgm0OR4q2KJmcU9TWdNyJ6lRVS1DuFzHdOiAqzdgVx6BFiOIBu5Mr
CNm6rVJBEJ9QizZ0AenMiH1JQ/xBHgItpIA+vZoN6s2OBUMMFD0uuCoI3n00nzRXGTaDc2CN
QtlemKsxg3FjqjQyPV+2qxbYqhTFMmAgn+ExA+HYV5GRePeQ+yw86F1XCkOU3AFBBBMun8SR
8SSiVIxzkik/U0fNRzgV6DOHqkxATbabYg5SSNNOhRjp0BFxYklVJRkqZSNr8q7V1NKmK2ts
osDC3iAndEJ8woxSpuI4B2nfgwZybmHsVSyjBzyJSoIpPpFFN06RTcKO4tuZFNN0JpQ5inVa
kE5WKaOl4wjgjeLMCyanpIqPHQkkFHbhUUXxRMRQibrYEJcAGzUgOJYwAKyl3AEuw2drIxAE
K3HD4AA9dCkPdkBUbJbCsnIwwsT5ijVYaxLLIu0p9CWatOtHYJnkKGKIGERNsdRXj2+s68m5
+mw9HDs4EbM8ijr8JNfi0H4tP2BHaThuVorlmqHZLCwbuSUa4L1dWNl4+cYTBQ+Sz5B95PIH
I9h0No2ED0VJY3qNLcHFO1J7guQTSdLRUBeP2HUqJjxy3IJqYOCE3Rr0YRfwTWURbRxmhpNi
UE2oEFOWK4XEZldqqSVQdEO99HRSSkiu1jRZMPRTMSeSRilESILJrqsjtXQAJJoxgtFIHkSO
DZlP7jcUa9KlbMTKEWw6Q6avXxYELehLAuixkSqKl9NcuUqi3l4QI1+1lG7QjVG/uJGh5Iwf
mVhkSqKyTRIjt6RJlYpVzcMm8PhFOVGrqrSqc1DHKYxQAoCUQAd+WpyGK8Rl68i9hbLWHsE/
eOkFzYzvoxSklKtpKuTnwczPMsk2RIizhkt15P8A7VvJuS2JiBitEzyVO/C8jQ3GWTOqwcxD
s0xOQrpSdQZnTdM8gvKuzqGaa5biMV41+2SYNFEDQsS5FWJhUAKhEpqJoxYhKPk0gZoEKyfX
yOYp2C+q3F+QQ+lauoVYj8OBZ4eNpo6xShGmH2E2A/W79faribipiLb1sNPGjKcqypJUzWLd
oO03Igo8VRWb9gade2cvKROWlG7lo8eNMQXWz0OaxfkuAv8AXM7ZLrtPqmLmwnDibSBx54as
W4A45aTWKqCLkiypviDVczsbDXzPCyFcZSY3zCIPmLmn2WCSpMrPljJkwqObIg5UlY2GeyKd
ZSkGj6VEQStfMC27Yh1ABJ1UNzO44NRLRu8UXrSIieJURM0WRIqtHQDtGBxxS2LlqDCMQWsz
JAVnh1iKh6gtGypgdIqpkArVg0tGX1rdKwpiqRTL9k8D1hqNJRAh5P8AGE8JgtFK/EMOIDHz
O4XWTBRWAUWMk7w2oJl65SF8hs8Z44g8LwlsyxkqTc3R725bhJZc7JRbij5q7CSQ0G+3axLv
MS0mSR7NYYlYpbFMrkClzmXMdWkj7HjQGkX89S5JhwNXpZaGlolVJ8zaOFSu01U0ngbGFAqa
ZSpgBrLGJuEDPCqmeRzZfU22RSh5sBF3IgYswVMzZrCKmcLyg7Et2/C3J/idlAryncTOo7ch
YlNRMEnawB7k5yLFVWODjYW4oFOutIOSNlBIZkYyZ3qxUgUtRSJuHkiB8jZKkHcbRRAr2LUI
SFijGUXbFAlPpu2pIBBKfTEtmogCAxZP3KwOEwuxCAMBImAJjCe5j9ckwWvakO0WFJm3TBRu
mbVjpNdnm0fi+qVvSR4yKGVlE3xpRJgVCZ7HYvps7a8kymTJeGamaxPzt16JSFFNuqUqmILM
kuzOogRJmssVy2XKumdZNMd9iLugVSmaidVVQRTGf9L5NNf+XKNjhKqiPtq8U3OXHYtoAwku
KYlM+D98pgB7tgiIFhEQMl7MCiVA4gDIx9LRyognBqemmyMmCLQnP3LdiMjIIOFntzct2lRl
XkunZ4VoqrU68xbPiRyacLEE5KJy5yQlSSWTB/8AEloAQttF5BqKMBmc6Ije0/hWn6gnlcIg
OutW35hbAOjHABeP0WiTyf8AfLmkDLqLGAFsm2+Io1dyZ2IyDn+1da+vhHrI6DV5dFjgzifY
r+zRAFA5gOoCUcRMjCqrSaKbFZJEiZU003CZgX9V2eZlvlCCcoZZSaZRzxvM1kranTe3vZVr
ykDoCdCGICIzBdi2IonRuSYF07RE7qnpgD1mBip1ghlSlYGEWkakBk4pPi4SZtSP8g1+FOvd
IozU2QW5l77kqRSe1aRUcpPg2jKQQhq/aWbDVGRZjINER+UwO5RGHTNBVNVYwvjIgnPHZnsl
JBAoRZyehOE43xv8Ku8SA8jhUuw4dSk1JyLsDxRHJme4rGelO7aNimqdFqWSAfVB4gR449kT
ttmWQyVa+lfVVCWbWKIi8YY0orcXc/cHHta97UnsynEgnAdiq/DGlkL7Iroy50wOCbaVBEHc
+kB5BwMloGhWGnTs62ryJQx/NgAv5Fub10yfsWhQKpJjyLPkAUbuTcxkiGd1EBK8jgA7aqOS
o6cyqQnWvjZk/lLwsV9bp1+o3ZOHDizNwH5EgzBR5fCCEvRg5NXpuMbTvwVy0pbhjkeLxnt9
OwZRHRSj9F1gCpJSbBUW0/GuSWakIq+jGuEkU7pFqR92bCH02s3MpI4VAQFtkwmIoHrp3Yi8
lSzyNjJNu1xzS4x85cptEn71YzPtlZ5ClUDq51dkr9Y69X2FYiuzz0WuKKO39WRya6FpU/mD
n5cmG4rIm4/ENQUkeMkYiUauAfyzRBqpIonOZ2oYTuDlUdyCoKIOgXXvE8ivTpowmfSBDmdJ
jwK2FMwyoB6UyUhk72cDqDuLir8QdQgidFJddmkosss1nwMWeUIBJK0NlVEI+OULPJmAkUwA
oPcgAYJiovzsWjwy/tKigUtcsxAMSiJim+bn2rddWQUQH41qutk1IWQVWMnPziyc5SHS3tmL
QXCWTti2Iy21YRWH3eGP61MozbI4Yt684+xYgs8TKms6R9s2leWopUZJfIGNYi/R1arkbWYz
mHHt1NkaVahokaNciTBZKO9GH9okPA6BgNpdM3MgaoUwPtvbu5AYykbtzUxAG4UA6h5qnMiI
krSxHFmQcoRsqG71U3JcVNhZtRUGSZvjEk458oS2w0idUtSmllavSZ869Roj0EpaKI1J+ErO
dAgTBnZVpS0PjtWbRwReZbEMMQyKUXeQEgGUpxPcpy5GiKUCCRa/Yw3CiFEj4wiFfrpR9AA9
OrVYR+QPij6dlQ52ejlEG8SfZplFT+8qpBNVVQL8ww5trroqKd3TZAq3XFwB3kZMujvUF1XN
Zjhj48RDdIvAxlEyH7mSuy9TfiBLC7UWqvuC+wJ+IjcyYACRR0omflFuTs31SSZKRJRDYo7a
MoQoS1gH3Cbkxy29NQ8JMF2fPEfTWbogJ45uZAhEE3AuiJFTsjJuAg1i1Vq4yjWRo18uoE0s
QSpOW7lxYmxTS6LQzGXsqaijZg0D505MoWEhROo4vyA/M6G0TUbziiikdTFB+lp0nJSnBxfm
SMatVwgmJ70U6tS5ADtpBqyIlPskDTVJTTM2jEzFa2ycNNXVxxSphGSy8phwolHrWBDX4vEo
LOEGqYP1VmzGDFWWExUwK4TAJKUBmm1I7kz96F/QmqWoolU36hZGn/L/ANx/WBCcBQWUETuE
gMIGNrD9tFBQoGEDG9FOXl1k1zLvpNzERxGiV8k2ziEmdyPnRiqLRzIRMVMiaIvUUDu5tiUl
5szZQfmUkg8r9tAhImyt26SzdaRVQjASUmmwHl3xzEfzx1fYMn65pmVWBOtxKhFFrdViSLqq
xQxyUw4MlHUz8VVmg5K05MTPS/8AxqvAIi/FElNx+BXJHsc5INnbLJztJTUBowAU2j0omvcp
saktSlEmHtvV61cRv/qE1LrJ+8jo5UWxlWzTSayqi07JfKo3HlhaW5iVMAT73yC6WQa8pvSY
BqV3j/5QPsy78lTCJkyiBT8tJlETMXZ2Tio3RrLwEjY1FVHUcvInRXYQDF05XdqzjVuTH8zt
78pDHcxaHACtz8n0fEuSyFcjfRsmMIg4uqtHKMapT4JmevmiipuXaKx1WhHDWYS9WYemAXlj
SErRkb+1rKPpVSsAUxL7zI/paZjpTqZixVKRMemyCRxUrEU6YPkEFFqzEVmVZJTsF80qeLY2
TaOFHRQNZ3iPzeoOExRjDIFZnSSPkCfFFzXYWSEymJUE0V+uS5G14cPgFJk3SIpMW5tGs8u9
4nHzfBmVux9jdZ+tC8NjLr1JekBBA2u86ZXWSa+gZrX6qRsnSfmyHt+O+uYcgH8PABAmxhAn
E9ck1Y16mqdYy8a9XaStYfsQYSLRMLTMCFcl/i+aM1hWakEpFigRN46MBZ+ySDJayXqaFCay
BY27mAulidFiH7w2qr+2funayars5DyTpXlJWr/wI4v9tWsonqle9wu3ujcxz0wBKha13CUb
SVAJSYGKTeTblmwkmsCilHs7is0dpmOmnVqiCfrvCmA9iJvKUsBFOPKBY52UPrCT9X6JrjgS
u8XH3WwAQVLbKZJrFPCS7SYqJD5NvWVex85g7pnPccbY9Y0aN7iPQNG4SUI3nw+IduGnr5oy
dD7V6grnVrfrIeyAwl0HwAgcSgoJNEOBjnARKiYDBieVSWcmJuD4yx0grqS7+8VkGdflygV8
3lY9JVNEARfjxbPQ/DcRUBee5AhMt+bmtl4niU+SdWOYXVgfHRdc+Lgzs6shYkxNHRRCjNWk
RGs1MwcLSAKKVY3ptrAQVYSrEKnT624RTK0ePBXhTqumlirKia0u6KyqWLZcZN28HZWzgUsn
SREybEPSjZcghaREFaW1TTSkMVhssrf32MazKurHk2W68Y8ibDLV6lwkAgRIAAA213IcArb8
eSCcRJRMq1lWfaiO9vlF8wSfxlVggjI/2rX2pN+ZQLpNT8RSkMdEDAJxHRTCXUTKOI91VrEW
dhU3SCixFW/p5FOn9LS5f7Qe152m+bJpgzkAH0pExhC2k4upxMeDpumZeDTH1YUC+nXB9Jza
l+Lj351iQy4KvbGI/KochBl7KAEq1NeGOpLIiZaIMZMkiBhioJIydTbmVBxXZRGRTQM0bR7+
fLMu7KiZajYcjvZFeAQFLE3BZ3TAAE48B+VSjMU5xNUv0IwbOfmGKjcjZTkDxeKcZ93S0eDa
+SyTjEo3ymTAh90mVKix8pjhVBzmEnYW0MyiDeQz+1wZWbD2jq3YK1o7ejY2CTNh8wdeyEdt
F+BRIbZEo7kAR0YQEDEDdusZE9Fs6sJIM4FV08+RpFQyLAlb1eYDaQGaclPDvivWj4vNB2n8
LalyVlU/2b9IAcwSAHNEJ8C18373dpH0pLgUxa+iJZWyF3iIdI3zawoetWa5HBHLOTkVWQXT
IMguUzKIDanv24tIyrG2WQL/AHfZciOHpzHqGO0xBN2mIqFZounVPgRRFkmdOOsynt5lWUBt
VIU0lLKYpIBV7TGMpegv6FALGUxnEoqp4prBGa+LK2g0jscpOTYeWCCNGKCs1yFVWtuqmDKS
NYywkJuL9om8R+lDelyHYT/AT8tJiUdcxHW5tyqiBjgJQbuNYotp3ZQIG+S9gp0yA/MP2r1C
AbuGzp2Yp0HTdUTWaHkVlJKqzawu6HYhWh6NPo6jK5KFLFxTxJa21GdcP0KXYFU4qpzjV5Ix
8u/YR9PnUZGZgJVaFZVSbEh6zMpJO6paHelqpYB1FwEqjAykDPO9QFMnGzhjGviRf0vKlVUg
5T5TTYB+wSkIKTUWg6U4AWkasmSPIuKFlq8nJO/pCaSYM6XYEVMaRMhHLJV91Za4pgHITZIc
R5BWbV/AV9aLWvB17TiFMKXhRYsfIU+w0yULMRmwiJ6HEGsRSbAnuYeZt9KKAmUhuZRExzKA
G4bpgIAIiAiJSmAI2QVZL0a2JWOPySRQKdJ1yWcvvpOYLr6TmQEKtM7lq8zuFZljiNXlN/pa
UDQVCVHX0nLFAKrLjo1Tlg19ISwAWqS+vpOXAS1KX2+kZbf6Sl9i1GWEPpKWKIVGUHX0nLl0
FSlwEtSl9FqcwIBVJYwfScuA/R8uGgqkwIFqcvsWqS46+lZkClqcuIHq0mmBIB0AhCvi6h76
TCzVt5Haum3Q8h+OVAjfIbiZ+B/IFh1RIfIHhH0chZFh8jXapNjMoziYxQ3MBh31sO2xd9P1
BVXTDYmiFLyAA5bm5Btoo7aSUImWo2VSCkmUmxlI72ECIkj4NQSs4IT/AC+FAboWJYVmjyjg
sWKezkAIA4kmY8joIWHOX5LEBoYOIUAkND7/ACeGKHyaJHS0LE7kiY0piwcboICNE4QcYOjQ
cSAFgogFDV+KAoV+OETQEYAfII3YkFGCPyKLETw0YJiwsQJfk0QkJcg47UnSwMYsnbMOx1qW
cdRKqZIenleMo96ZUuWYuPH/AE1VRz4/qypHMfHXVG5ft8Uc6rvxpVj3Fuocdie248mE5qHJ
/WKO5fiOgER1sGv6SMQFb9AHEoFWENGUE2uY8SnAoeuICRycoWRa0SzZCr5AbhHtMjsARlck
JFSsF+KMhMXiUYREWrFtg5kH4mKidVueatdydtDSmWQEs1lEpG81lVFFKcysmqhcMoJpNbfk
4iv1vkUDvLxkVwLe/ZFRTXv2SFFpOz5VeOmNtym2A2QMjmBtkPIyZVckX84lyNkAE0spXFOP
UuGWjqmteXxKjc8pAR5b8kvGVTrJ64q2ytZ26R8sW7k3y5Z0ihmCzgdrmuZR0OcH4mHN78S/
nPLGOXN0kURzk943eitLjda5XUK82IoIGFc25lD7gqYA9Q2h/wD+qx//AM3DsTZg1/mJsoB/
mJsmg7FWUNB2LsoAHYqyhr/MXZQ0HYuy7f5irLsHYqx7h2KsgaL2Lsmi9ibIUP8AMTZSiHYq
y6DsVZdB2KsgaDsVZdB2KsoaDsVZdf5irKGg7FWQNB2KsgaDsVZNf5iLIGg7FWYof5ibKBg7
FWTQdirIGg7F2QQL2Ksuv8xVk3DsXZA1/mJsoaDsVZA0HYqyBoOxdm3DsXZNB2Ksmg7FWUNF
7FWXb/MVZdB2Ksug7FWXQdirJoOxVk0HYqyaDsVZND2Ks2g7FWTQdirJoOxdlAA7E2XQdirI
Gg7F2UADsVZNf5irKGv8xdl0HYuy7B2LsvL/ADE2XU5Dvq/JmRORMqamwbjoCCBjpKJmEhy6
KkY4KpKIqbHOIgcdGRUIXcdilMobYduJtysnApmTOXQEMIg1XEASUNoxRJ+mNjHcs7m4R9X5
EyKhCAQwl/WPpiYTpKJKGIYmiJnPpVNVNQCGECl3FRFVIugIY2g/FrgbkRmuJTlEuikEwg1c
CAInPoxBIPIDBuAhFxjqYezUO7gJAyJyJgkoIB8REphMdFQhxIYuipGOCiR0VNjH/RcU2F9i
7bWlC45rMW0Ubx6OPVHbR1A3KdstTaSmU7BYMZuGsYjU2lnZs2V2yxXq40l4C2MKlV4/JyHv
bTlWNiYe14tbMUW8RWK6qFiQpcQzdZVdIr5GpcOtJ2H6PqEtRLPL2NWdfVSsWF9jipzcqnjh
+6sVqYRzSwUCPrUPG3Zszu7G51Y6WPq3EM1GzFHHxlmT2BuNisVSbSWVLDP4zdIxyNUZWtgz
aXTLFcrTSZrduZU+qssntxf2jK0ZDw1rxe2j27WKrVcMpYW1Mg2LnKrsjjIdIiHMxYfo6pSd
Gs0xZDTT6q1yxSOOKpNy6GNZB1YrY2jW09RGlZhI68Nmd2YXirGb0GtxDJRuyQx+fTF3A3Kw
2GptZLKVgn8aOkY1KpsbdFMGt2ypW6uhLVn8p6rxgb8VWde32OTI3vNeWWoFkjpKQxXbDMoi
wXGEexhYTGcESwWeBZ25jI0OrTlduMJVaPJfRuQlZeWpaEzkY8atacdqxDqPMapx8m2vjZ9X
0KxHWSdtMk0qylht8fJDTI+dbUFjcYpK5QOSX8xfTXRlVXd3TYI2LCtuA8rE34HFlf5AjU00
LxXTqUGyR8m5xTbTsIWwXGEfxJYfGcEnP2evsbezkqNV5mAuMHVqFJBTMgLS0rS0ZrI6ke4t
GPflLuOUPUmUy3vbZ9AN6zH2GftMo1qa9juMdI6p8fOs6DH3OKRuNeyQ9lr4e5tKq7vCTFOx
YVtgLSkLfiuLM/yFGJoNrxXDqUaxMJVbFtuPHwdhuMG/hyw2M4AJ2zQDG7MH9GqsvBXKErFA
/OKA25GAwKqlEFDlApjF0VQ5SmUOYpjGNoTmEBUUHQiIgQTEAVDjoxjG0Uxi6FYxtczaIsok
J3ChxFQ4gR64IQDGA+5+QqnHQiIimoZI4KHIb1D69Q+imEpiqHIBlFND8RExja5nOIGEuuZt
CocdCIiJREmhUOOgMYASVURMquqsImMIEeukyiYwmKYxdHMZTQGHkQ50xKcSm9Yw6E5hAhjk
0VQ5SmUOYpjGNoTmEBUUHQiIh+kdtv5Ib8Q23/kF4/oDfYdtg22Lvv8AyDcdH34fzEvL/jhv
xDbfX//aAAgBAwABBQD/APOgMU2ttf0CAbbCOvjoP1jtv8B0O+v16HQ/D9Gwfo3DW4a/oDcA
EPgIht8BEQ20IgUCmA2t/iQAKQPiIAAiI76+GwfqDbbW3w/QADsI6+Oh1+oN99fDb+j47bho
dxERAoFEDF1vuPxH9ADsIgG4baKA63+H4dQiyzVFhJKuJh1KOEFTTcgCZHkgi2Yy5iQrOak9
15qTM3RfqsIVSXWBdvMLvXcO+cOm0Q/NIs5Z6s30tOKlM2nZJyZNvNuDw02o7bpS8m+I7XmU
CNpWVeoNrMsDcJD9yZuPdoS808cKQTlVuhHyZ3Eu6lnLc6k1IcSvX7dBpMiSGZzcmY603Ki1
SfKsoNWVXK7aS6z5eGerOGsO/NIs5d6s20tOLJi0npN0ciE4rqHnFHjZKZlHxXzibbkayktI
Jt7OsCHvQIzZOhdN5aYeODwbhZBGPkzuZd5LOUFDTkiIA9ftkGcuoEM0mpMTLTUqdoV+qwhV
ZZUrz6nabuE5RYEAfJqKGeqllPVap2JSR2ZgqmYlgarAhydRD6VK8jZQqkjJx0knGN2comEb
XxSNGTK6bV0aQYKt01BavkZNv7JmB+Ea4BEkuQruVUXct4lxD+3iDpn4xKpFmFkYuGxFkpJR
NqEmRZZR6qWUFVsFiO/3Z+sUSz7ZUEAUcxDqVK8ZyhVZGUj5EkagxktouBMmeMml02rs75mu
1IY7Z8jJtxZstzFi3AIElykeypl3KcS8hfbRIkMJIpUizCwNF2ZVUZQyLcJIiyh3pyyJlG42
E8iIsvXTElgaKaQE7iFcyZXbOTTUkZX5bKcVEUlUwYNQ0LVE4immqRRsgscjRuRRNJImiIpJ
iRBFIBRSA6iCaolaoFFNIqYHTIoVJqilozdI5nLBs6IzjmjAPbJJmWgo1dcEEvTMQhypN0UQ
IQqYOGyLlIzdI6IMmxdC2RHRkyqAozQXUI0QIciKZdETSKJWyZQBAoidBJQxGyJDJpgQDFA5
SNEExMgkczhg2ckZxzRmAIIkOtAxiq4N0fTOmQxUmyCAEIVMrlui7TUbJKIAxbl0LZEQOkmo
U7VBQ5WiBFCpJE0VBIgEbJJgCRCjxNpK2TQlC2TJtBbZjX1XNa+rJrc1tmC6+rZjl9VzW4W+
aAPqyaKIWub2JbJcQJbprctulxKa2TQaC2TIga1zYaC2TAm+qpnl9VzAj9XTHD6rmNfVMyBh
t0yABbJkpgtk0Oi2uaNoLZMlH6tmtxtUxpO1zPE1smQ0FsmQALZMaLbpzQWyW19WS+i2+YAA
tsuIktcxsNtmNvquY3C1S4aC2y5tBbZcwFtstyG3S4aJbJoB+rJkdBbZk5Rts0XQW6ZNoltm
dvquZ3LbZgxRt8yUAtc3x+q5nf6rmtxt8vv9Xze6YbByKIgXcQDRdhAphHQHAw8TE1wDYDGE
AUEClMBgEd9blNoROBPx8/1aAwG0YDCJvjopBAdilMH4jAUxzcDCIiUpRLvr4AIFE+gRVAgH
NyAB9XbcQ3EAEAKIDsIbiYm4pAAFMXcfwAXbmUpuIB8dfAgCA6KAgG22uI8Q2EA2TEANoA3D
fc/EdxAwiAqDou4FIByByKY//UmUBLt8RANwOUuh/EYB0UeQEKYmjAUugIICBtxAeQ7E4huA
CYvEwBtsAgAm3Av4hAdyj8CAJRREUzuHaicDCiMsp7RZVckc5HXonMdi5MxCVfySoNGizsDR
7gCIRLp0klAvFRLHOzOiRD4dGjHJU+BRAwjuURHRjAYwbb/qMQDAYwbgHxEu2xPhooCAkMIl
/Dy5gGhAeQCUDFAd9xASiQwCUo6KPIALuX/qTD4cS6KIDoB2Afw6AR4jvt/WEoiUB22AALoo
cRT/AKqYDtuUggJiaDjucRASn5aKIcfjvv6gCmG6qiRa0hKJMkybNoFFRTmskkdxOOPSexCg
ycUuCbGFZS7dqavKn9oRVQFZRyb2VdMYzUXKwJgImMIgOi77bAQoDyAgFEobCHIdtigI/h0U
OYCJhDYAEA2ADDxA2wCG4juUS8hKUQEOAiJQEof1g/6kA2AhwEBHkJSgXQgIjsbf4l0HIpR3
DRQ3ANgOXfYSifW5dhAOfHkYQ2DYpgEB5fARANtAQQFEAMdd4wVhtgKLB+iLRNs3Ku7lzrOX
x28kJHiMexj5Jo8ZrNY9Ea16R2JWrcq0tIpuwgnbNuiqBOfEFBApQABA2tzaLwHQGDcRMIbB
x5FExgHcR5AQfwhtxLzKAFADCGwF4iUoAIAYgaHcQ+OwGLoxg3/6kA30BeQlMPEC76AR2A48
xATAT+qmBRD9QgAiP6xERESgcNDunow7a2NsYAEQANwAAESF5iAgPxAuxgANwLsUogU+wb7h
zLonIQJ8dDyHUM8YtGavEFNhLriHEphApS76AhTaDbYBOOk+JQJsACcNwEDj+E4Dx32AwcPx
G32Adg2DRgKAlENFEAAoF3+ICG4CO5QA5R1/1EHcggAGJyEu4HAon0Ydx330QCgUvDkA7aAS
iIfDQAfQgYQE22gER0YBESjxApRHRyiOgLsBRLsTcQKA7CQBNyMIqBsPIRARUErBmL55Z4RN
gWHjhfLvBQMsUAEC7GJxIbQG30QNh256AoCBSgJTFNxL/VFQRAAHcgFESb7FLufkUCgJdijo
BECgO2g/DrcQEnEA3NuG+xiCJdipl/6kxHiT8Oi8tgNuYQ46AwgICX0x+GgOURKUCDuAa+AC
Yvw+AmLy48fxlHloggfTOvSDkn0+fS9ak0iemIAUvIWMC9flCum08rsg0AROKhdzCWuyhwRg
pluuvZSim5VfyLT6blgF3FvWBUICRdJ/TUqOvp+SExKzLcUmiyq4VqWAo1qVNpSsy4AogogY
TCAlEdgTDb4iPI3EDAJgEDaMYAMBuWgOIiHPiUwiJigYeIgPpk1uIl4jt/1JiIFIQwEARMYh
PiInKYNxMQfiIG5m35bgJgETa24iO+tttCPAT8NJ+oYa7AoNG83Prv1Sq7mq86ZJWXIUz2rV
wi6VinzOVRMcuqzPqN17PXExT4mIaoPHBpC5OlGzMxzmNFuHCbx6qZCPcOFVj1p4ulI2Nwq2
hyv1x1XLAsY7s3JzR3ijhtc3ixX0bOPWS07FtpWPEdhERDRR1+MAIAhopdF5aASF0JSl0BhO
YuxDABdABNwDfRdjaNsXQAQD/wDUkYdfjASgAk+O5DbDsYmt+Oih8RKIiX8WhKBtcTBov4dA
HwEDiBTGMNbZ+8lbi7M2jAMAa2NyDmXTFuLl3MHCOgw3FQNjAXYDV1wL+FmGIMpCmiY0pezD
7cCmNpkQsE2lD7xJx/aQfwlLTv8AJCkOYzqNMwZG2Pqg7Clct/mAAA6ZB7aCUMHPkO5TAOiA
I6+JgDcdF+IAUBAwhumA7Jl0c+jn2Au4BuO4gYTABRD/AKkxECgYwAO+xtxH4GDc3MB2J6gb
G5bjsAFKIaEBHSZiiHENuXIeQlCjABnN5H8PxHQnMI7mMNYLvL20N4YwfiA3IwbbUkRCOuBQ
+dU8RGWvP/jxLJNqkq8VfSMmG8MoA84QP7Um3KbSKazUemrcVSOE/wCtqhiHCzsGbt7F11i1
PZLOks3AREBHcxNt0tb7iUPgQTBowgAhy2/EADuIgfYAD8QiXY4aKIGERA36EhEAAo6J8Shy
Mbb4iTYUx/B8d/iIgAAGwgIAPEw8dAHESmApT7b1N2DeTuLUV4/kYdcR4ppicWRlI9/KpA/h
jFMJ+IgIByGpN/bQ8+7F3KUwollbBHpvSTMl7xZvyBWRAPlIFADwA/2lbAH5HsY2nD1R22On
6I0MQFK4GH5kc5iiAH1uTYomEC/AC7FAPgOw8i/DQmD0/wAIiBh3AR2KCgaKXQctgPvrbkJS
if8AQT4lKQQANgMAiBhNuAG3EDbABNtfi35BvyKA/EBEpd+Jt+PDXIRBIeJoWZbS7GXiVoxy
IAI1eDFdedUKaTqs8mKNlg1WrjiI6hYVWRXsM43jmZjFOamIqfMbmVyZjsYp2KB13MgiZSMU
IdM9dbqqylhbHcQ5kDgaAhVpBzY/xTFGbnSQuaChX3EAAQMOuRgABUEA5GKGwgBijoRDYduX
EeImDl8QAd9/iAlNsPAA0TiOi/EhTb63+KRAEoAIFAB4gPwOAiBdhAph2KO5gDfRTAOgAN9h
34jy5GKYu4hsIHE3xIoKBm1oXFIJmL5urM8XLyEdeoYNR9meIJDMRpjL2J16Kh1DCUAKKVmk
UCDbZIxXK4vFWE47j0/qyWAXswtIgysDtmke2yhdDZ3+k7bIEKWQVM8TtsgQD2uRVKuudZUo
7huIaAB2MJeXINw2AAOJjFAN/iUoDuTcCF+BRMOw8dylECh6ewlNoAAVPVHViva0HKBlRcCt
soOFjRNxVeairS5kXwvS7IvTqGlraswXJflziS/OBPHWd09K6tLpueQtp2KBsqr8i5WW3DKj
oNfmq4EQyi63Tyi40GU3G5cpOh0GUFzCOUXYB+aa4GJlFcw/mk5HQZOWEQyi4A35or6HJ7jY
coORD80HYgGUHJQSyc7OoW0HKstbmqKq8yVBs0yId6/WuirRuOU1tMsgOnJI2xmeuJSzGZnJ
cjikvPGQSUtIoN0ruqoZ3k46SkZaVnTFO1LAclhUVcvrus1cFu7w5Ur07UVbyyotJW1Fi2Q5
PXIJcoLiUMpORAmT3JtfX63oZEHeyCoO0eHpkMiRlE1tgLVo1N6upN6jGtJmTM+cEdimRMoL
FYuDkVVTBwa8PfSKBx2AwhoNcjCJVBAAWAwFNxImuQRBUom9UNvXAdIrBxE/IhR3LvyKQ4qg
nuJjCAa9YeRlQKSLW9SQdc3DxJguvM3STBqyhikAs1KeuYpijqsxDl+aChk44r6NbO3LeDBu
4XaLunNhbCkk5eJxTFuJnblsoo2jIoiSzwE0WhlBQVWUci3JVnCMkqqgCRrhKC9kPgUAeJmI
kuJiFMIH9ZH2eRCgNgUOUuohsL0WpBk5haSZNwiEjlJeXAgRBqo5Oq0cJBERigptWDIoO1FI
8JqQO8dqEEwiP4fXLuRcNEMIAdUpyFVJxIqJzHVEhSrGLrmUCJgdU0VUZ+TLDYXnpEWWAzEF
rgmEApMKV0gGwxXgE2Ea0pp7gCJMRvgl5Gun9Ml2Tpg0eNnNqljyEvCLEbMFXfqqoGK4cNXi
rdGWdqtothNKN3T92mgRJ+mRNk/98+t77nI1jcQ9Qntq6nuvMGJ6IggmEl8DVKL9BnZ5hCKj
HDn11TuDrptCmJooKE0ooO3NP2OTDCWxJpkVPjjEcYpUJzHbarzzmuuWsgyIKac+u2cuUlEG
JpJcy6TByKjs75wyPdbcuDQrgwmFXgUiopiKifBJYSGFQR0BymJ8CEJuICYwhFV6WmHFVwPJ
PjV3EdehNM4ZmxI2YLHEIhwAFjlDCDEnBdkYBYxyyqwV0TJEhHair6tSMem8rsc8Cy4Rh5PV
ow7YIUXTRZkpUmIvX1eZiqayIvXI1uIMDtZRV05sanolkpAsFEupEzxxFN/aRbRguu3hIo6G
ppMirsyaKyiEck9VTQSZMr/L+6eibcwCmA8w9ICqH0oZQS7j7HJoj9TRCQOJCsMm7BHF0EpY
JnNtdRSI7P7Vk4eio4ZlUWVXfAdtHx5115Z0gk3k34v3ZPxG3IGhDcySZSGP+ExT8jEWTMCg
G4MI2Ql3dAwOu4LA02Kg0CNzbJJbhHqJIlJ8TcORTnKkQHXrOEmhDgsU6ekHQq6jnwtH7q7o
qR8y/ZyYtY904PIQ6zYbfiuCsKcXjMtUXbGRQI6nW4KmM3dsmaTZoKqMbLnyTKmO9r8SeTkR
SRIk9UBKLYGTTYPipqCYE26FXjyLmt0maPZS74X0kic3NVwUopPdxI9A+lXYGLyH2OTTbWfE
EUE/e5957Or4+rKcHWswsFrJOW5RRk3VKmdRkidE5uJlWq5GpbTJrpNzHLtv8ee5viIKAIm2
KIkOVRNL8Q0fGsxbHNKxlD1htFxirtWKpcSwZzJvaPFCpkTbvypLNnIKaVVDQDsRFqdZyZMW
ZHDtu6OZuVAotwUFVo4EjQTompMK4mEJSisZdvc8YpwpHTNFylaKasLXIqi8E2oxXLaqO5I5
kUlix8TZJAX8ti5oVBE6JlSwhCSEdItODcxFBLKLKCtUG3soa4TaKjEXo+uTiAcN0zgUiZVS
gUi5AP6xfl+UDFG09aI1RSy/LyS9vnH6UNXpeaPHVeVx+ydUNywQRFzxOkk5SSPIFMV5aZNJ
05OrxU9yQpxV3MCxSaOqJxEeJkdjnxXht5PrwcCzhWqTcwaSWFAwSK46Op7oXTZIx2DQFXhK
W0PCrtBbOTJJcI5s0aNZRZUhxdGFdBQizYpFvXXbGUKmTiMHfpmFbL5MQQgZq/pS9fQbC4Wk
4ZVgF6xxE21o7g0PolquKquV5BFhGGE3PHUhHyOpJsVBWrt0PZuUyncuWiYlRq3uX0sHox1/
eGZnOb0zIODgUVjm0Y24ED4ekBB/9uyoYBtnViDVUjMdqM0neSZ5xJFyG/CTmc1pI1ykJoFc
g7RWIKxTCvb5VVo2Fb1BFQTa9QwnMv8AD47D8BL+3VwthpVwtXoBRZVzTzwqqzQNnO4CRMTH
EyZU0kFFRixTj3aF0Hj66z1T25StEjJAm5NyF4wTFMh1uLRXgPrmXTj4wzgruMWQVbEE2oWp
ElUDxqUY/lVEzBIQB/TmYVKRRfVxWBmMm2T5rMnWDWM1Hq1pm6hMRDWHMmmxVliqKIrGfGiU
yN2VrtLeMZTswvNvhADCRwCeiOh5EPtoFDeoIiJP2vy7KwmC54RYqQWMcWVNnHVi82Jm4n6e
Jp+9dinZ3cxHk+WMxKVykRuCh8qNfYO0z8R9Tcp3XqiZYwgk4MUySwnPgzEiksvHMEG6GMKn
F1ytWubYWMHaJOMwT94SD9mREo6ZMP3ZwTTdM4jFw60io/qcixA1ecFaJtCGOtGneafVs5zO
mPs3JExKSMU9uEk8UWcMfwp1m4RKKVpfpSjt0qIHjR/dLHDEINkgEZlll2kSNSsyhw26f1g8
/lCyVVGxxGRayrTXbaNO9UhmnouVzkassyTxlXaQmE5igKQiImRVAgi8HiKgF0k43L6v9nZR
SKte6slxiHyh4SDtEoZwGDYxSQsOVn6j6fFkdRo6XFkway5E3OTZkJGX9yYNCuChBHjrkbkC
igqYSxwvcpqHim8MxZKcVYrISitUbmNxkibJyQ/t0ylHSKZxPHRL5wweMToLsiFIrBLe1eyD
puvHTUQ39zJU9wtISFZI0ZSMKQza1kKeXFY+mAiKLsNnxWQhHnRMiZFu54yJtjxfIrOYJuhJ
JETc5Xx6yusFZ4B3XJboFWHBjJi4j2BaS8yjN3uCcUyYhSgoSzOitkcqOQWsoKekYHapjKnE
NAqbYh9ykE3ApuRfW/sq1sVJTLuKIkHOR8nrO1Iy2N12L7B0Ms2rV5OoaTcy66ZRlPVYNW4H
1cXChZ7YNjDx0Bx2KcgmqUC5s05jelsqnAOD+kVo7MJoFYRXaFOdOQQOZKWQURXK6E4Vdw0Q
kmE0xcsZV6Eg7KlsaHVQbvI3LUM5I+ryc60jjyFf1ON0JeDrUGu9r1hoClWh/gB2BRBJyA/M
k0ilj6oZotI2JqRRKZEhFYwgHbSn4kXaW7hRuJS9i8XJykf0crgRmP8ALl7h4+EprkArubmj
AzyObFbtrK4WM7tLsXc7wNpRJPfYoaKcpB9QRETCUhT7a5pfK6zEklM9YfjwLMZInl0HU0+U
kpOimOwx9c5IqBlEDCoLgomKt+ysi3qSYiXZPfkHIigc1jdasbC0aJpGNoscUNFYF3hWShDx
y6TZN8+TXPInam07imxQTOoCkRILeoz/ABuy6T2MSMh3b15j2vvUoN3BPVi2CtLQKlUuSNYh
czZBRtr3bgBP1OREz9ECmYFUOitHSD1Rd+2965jUw9o7TAEXqHBRZAx20owSfNMTqpJwmWa0
MHA1ajRy0ZnBNJle1nINW606KgySxjvEwEUyKCQgGAT8dzFIUQKqG3H48i/LKU2MpnnDSCak
HkB+RzYBADrCoSIxfONBWPKLmBUTqcRKoKMgoVR0QS7CYSnO4Jti2pK2i1QMYSJjUinYFXAx
EGavNzBqfjU4cjAUTT4CR96insRH4xY8HjH8T34FLARC8yrjuqRLFB8yeRizZqpOGaVSIB9n
T28bOLNgkA4fECAGnHEX3IStCqbGjUEh0qgoR60Q4oPUf3N+YxTxyvuBsWOpuLhIl6nWrRkC
VSm7sNmJDI3STPOXC1LqN4uTMonBnH1FyiOlAASnAxtFATaAeYCTYSGLz/8AbMWQwyWVsWqm
jahdjiLtD4rXRYzTHkomRdvLfBzzNuDjgC6qnuETlOVQCcyHTEOrlII0jYBkC7ibAShKCX5d
H/gXr48jm20BC87IIC/KcpWCq4FNEqCq5ixEz1UOSjZRQjaFm38U7DMZU05jMkmslRLI8rEP
bZtzPSyLozZZ20KuQo7gYS+/MoHsyDuSPWKiVRqdy+YkQOV2RD0HzbczBBVJWvWh5NxsxG8d
VSUdKyq8MZOG4iB7cidZtZTpNq0YopLci6OBtkwBQ3EpdBuUVB4lOcpg/wDbcUgcuQK0Ho1K
4PTHBqG6mQIVwnjiSsZCyMs0RFX0xRFM4FUdbEWKH4RMJTVWKPMTlFhEoKvwTUG8bZiiVu/K
CjFj8Fq4UplFdynARMNkECriVMI9ycRGtm5PGCe0k4D9o3LsjsAKorD6qQ8tSEq5dgCiaym4
JOYNXdZQvARIB3qphRjUybpxxREzhyqzKzOZQjkSHQOoKRwVKMXRjbzuRon28jT00295zSdv
F0gA+FkljJqW8pk68s2IGjJHKOwmICYlMpvoQAQBMR0DchlPSD5Zi9P0bXWwOepzzn3L5DiV
xkV0ZTF81HIllW6ZhLJIppKqAJVHpt3HwLrfbXW6tEnLnHt+aiaQ+xtTUAinBhM3bbgtXjD6
jhcwHSHkFm394QfUYLInBOuF2Wjx5SS4AJygcEVTiKwCRIUzAJZE2ybATAu6APdIlERIQpSJ
BvILf+AgInbxhTHNLhxIzKJWq4k9g639TmX5PSA2l780FeFkznbBnGwfMU1lDETlSlWLcl0l
48xeRylAwGTEugATDwEUwS5aTARKAfj3/szErQiljBqCMJIKiDpEwetd1U1MPvPbC8FdMTTK
Tn1ECGOeUASu/wAHPYBN1OgAbxeCqIncll8dwbFhfCEJGLbFbtgKVavfFRwICZsIFLZv2j1I
A9g5KYuopf2+oRUVJEwbKgYDoqmEpxAxko/YEZbjwjtiuXpuD9M/I4JaRIPzBwBSxrNMwoxh
B5yogCbTYElQAI94YBUIU6rKrInZzE1wdRr9ESKTEt7tlJr+2ayzpyulJEFZscDFUIXkB09A
kBNFARMfnuQQKJhNy/H8uwwY5rC/cGRpa4nFYgCQ9lkgVxVJukTGcHFJVycpyNUx5SyQJSif
I5kkiivgWJNEUTrGyI0gMwNpj2dmeqLsVibppAAGrZwMrInKmVsIiE+Ig9TIINF9ila8DagD
lK8OIicE1B0qQ5REpQRYocWswQTnjQEHzsOT1qIguO+yAj7t4HKPxjTm8qFyrEPERklsYjcp
hI72CLchvqPcJoIw1QbTTWTbHbas7c6UrPNgRlJxcpGaoODM3a/7u5J6bkpdwKgbcyReZUx3
KkAaFMx9AlxU9EPl2DhMpb7kimOPFTbGETBqxvCjil2qYHjlyc2jqDqBSTMFvTIFiTQ4CwQ9
V7Q2RWFZx9fHkJEyOQZaUZTZhFBQwiDdsc5YNMzIjl4lJJMGjgSWNqcHIm/d3JxDUacNox4C
Z0VDCoU6hNKK+qZxsVozOUWcoAHUj09nzkAK9QKYFFNhBEoA/dfBhXph02dTFrLNQ8gGwNy7
IODG+XOiDyEABhjecfGUnXazobqlwf2xESv7eIgzUdqpMFFTjp2mQzniIgknsUAJo6G2hSAd
FSHYEgLrif5fgxU/1nYV/wC6K4fjbq+oV0p7ihyRPRcHUMqdAhnBloYrBtkVmRvaSlEuqol6
1groAlDRByCCy4JoPn7UxmyouBbN5BUGZVHarUrYjd07esHUuoiozcfAVTiqZqQQTaEErhqH
40Sc0jkMR66EpmrXYGksipuxIsL5wAJvEfxHAvEyBN5R+XiziC/FdsKEdKCIpopmFs4IIxzr
9no3/plAXK3l5FcpjXzYVbkl+83EClIquA6ltyt5hMBfFKGxw2H0xASoicOJdBuUBTMoPAPl
+BFDkyHY2oq11cBAzdIhNIkKrWnDQUhOUFFKfGNjPJpHmlllsBbAHwHHZCK3CFKARsN/XmB4
s+JvVB04IrAKCKbBwmBkx9JZw5Ufun4m4DNkTXWaChoYdwiixLydlL+JEdm6hkzO3Ipei0L6
ren15AkPdKcybqO91XzNEBXVKBEWI7ycqUxWdfMHrT7b28NKCICyOUqD04AyeBuffeLarnbu
zyPuXF5MAnuY7at6pR0z5i9lQFRtPI+o+Inx0JEyidMTaPumLcxwOJhUEym+th+X9f1/Uy1Y
khYRzpQQW3+EWoUyM839BRBBv6aJE43TByLwma2RUDbgbWOA3uEQfhHQICYJApjpOClHTavr
LHhxaNEyx6si4K1eESKxciRu4KUrqvOJCQreNpCFawdOiLOlb64pWbYCggYpjAkQebhUxtmK
X7tOSUgkk1l5FQSnMdwx3Iqv+AI8RGRlS7Mq+j++XICjGygfFmAg3emEGq5d9GIBIxZYxXLR
yoeTu4CI3sRBK1LCdaJQOQTJguwvEQ1RagkUB9EB0RuTiKQlAETAKwfDiJ9f+34OkgZ5+vyI
rxr5Avrk+ARanB1cURBZq4IuLoxknMYuCJsvR5XVeFEdscE42+GEPlsIYBBwUqyIE9s6eoh7
OK+KjBBL3KpSAUClLpyc5ZTFScSEoyiiyTq0wligoiWn7DKrgA6KU4pofBw7SbrIMuXtZko7
sQErkoCV2zAQWXKbjGkEzuQIIMa+Bgd2oSiymAAFGm4Iv/wMjiCgqgIR8qTgaLHlIXg3It5/
GlOQxnBYJtsedSKhD2coSMP7YeREwLpukAaWIBtCUQAyXIp0fT16YexocmEf2CsbNSSprowg
sUOQon9JW8OC+uRUzdR4uDxRssrzn0RlK+4aKArj9uJbZDjtHQpP2JlBIVxsdZ6UU42IDdxG
tkHbZy6RjQjzmWar/GWg368fI2PKU9Hpw2Z4WXr8zzdywFMQpSAcgfhVXXVMVE3BtNKCUWZS
lcmOJXTRMhlnhClSjiqJPpEN2UAX94sS3qsZzf1m/wD25MRFob8RnBQLGypTilBpnBzch/Fk
ETelCRRpCm1gy5Xdw/8ARk0E0G8oxWQeqpmHSA8RFMDGFHmBW4lKVqO/tjexUkQi8yw6nzKL
trIsfPpbiUQ+F4SN6RyCZNiQ4rPiKFaVV2mqhaGRGkzQw2tkMOzGBIJ0jkMZV02FI0gP9nwu
xlokfwz4nIWLMHy8wf2suUxlZ1qYhYlI6QRaYrqKAPqJFEqZOfqbiIo/ibS5AOZkcvqKF/aR
JdKbijEmUF9KJ8WkGTk5lFuac0AC4Q2MlF1OTtqjbBs03lrVWH0ArZFfUbV0o73j9d6ADI4k
hglKcmyFtI3RIykKwfm9u8Ze+B/DKJD6RiiltxMOwlTNxMJtfH2d7UFvkzEdgYPKpl6BK2lg
NwEgiOrU0M5jyokJpAUW66rVJ20bxT1ite2gleUH/wCTxA7sIAgA0YbKP7SkmklIbGj4UN1o
lMghNkKYWhBBun/6mXb3M23TO3akMUsGkHqnJsdES+kUgJqcv2pN/byf6m5+D1ceS0YQvqn5
GbwZt3EoUTMq+AmcyH65jl6zcwFJV7UrVZZiqk/Z5dqfvq9KpCDeGQ9Il51eFP2fX0VlEbdG
KR1pspecM6OoiqzfAVoSVTDTtykJhERAEQMYyhSJlVDfkHscnJl+tOtVhVloG+1QZiuugMkd
P8SayKZiWFYrFwRydQ1WfpnRBBZRS6xBfZUtNELFEmH2df2MxjTcn1qD1Gzvf2MFsDmP+BZg
NjNBBNkmIGkCBxczJTlbMGxjnixAFjD+1IPIhS8zGRFJRE4gnK7AkgUppFyUqa8WQOfDZrDC
AvZQeLOuiASEmJSu5YA5p7GMv6JRUzRBxwZisy4xj5MTtWCKhC3fYUr9uRHrtJFbymW4VWOt
k+QFo1cwKqInKCxymKcxRHRQMJTmAmthOBSgA+mPs8rHMW39TLAU0j6e4ZFhCwtkSMBTCUAJ
aI0oPSpNuUKi2aGZOmSidmTQdNau3Btb4bj8urw7MWXEH9nH9g9D90gwEF43ibUsAlXbGP7V
umcJNIpQcTRgFsw5FCI/GQgHESlNohhA/AomTANpMAEiCYfMnYclo3bfYQbQQ838siv7WulN
72TIQHEwH7RANwny/uHNQVpd44dxvEyrdBIClvQDtkDcpMNy3y+45yjubZ0HNqyKZN28bkTW
kW4lAOO5nIBpRQdiqc9EEwH9QfZ5eMIW/r9KqMZGhSCNgrvYKsNwSDcximES2dqdw0ct1Q0g
sq3BjJqpGWklVhatCBa4gRBhAG/cIwOb+0ogmydAUWcKAlcRQjtMhuoBAKyQAoyhQAFp5UCk
YHNtEF5aT2FQVdte0cCT8KarcBNqUTETCYU3YiKgxhQMKxuLetgKstkWuoxWPK8IncynxcSI
CDtETBqxGH2QfEzOuSc7Fr4zcMIt1DGj0b6H7C9l9VOrSJYe2ZLjkZaOeFBPUoJivhL6hVDg
4SMY/qekY+vbG9NNIyZylLtwS9nldioNswwUE7bgLIEahFXpNhOwcmgLN2kYg6epgsnPJHbv
XYgGmJDmSamEuoZp60vEmN7CAEfYw5Cle21Uqqb8AFpABycxJRBOZABWUPxZxxeTsRAzmzJh
7eLNzGH/AFplOdRgkybrJTkCgwnAj1V2g8W8scwaVE3uW5tyRpwKZyQwIVk4IytxykqtB11Q
FXMuUSuZPcHbc26NiPyZpD+8Vex/TenWUSTa0o7RcpXoRMjeTAILHUItV6khdapmvHkpRHs0
iKjwhwOK5vRduYwTqC3KiB1gESqgYVTlEOYeyyXEJyitKWNCTqztaDtOPrBE2WtZmpiMTJpm
DntyLY4cj1N81M3O1AAMkUo6ry5U5aJA/sIEvCPZib3tthH7Fs5MBk4YQ99HkKRCUKJXLlQw
tYgpfcJhu/tCYAxiSCAQBCiHrGFf8RipCHpqNlBSTMPpSYCBQ4i+FIiAxxR3d7e1gRAX8sYn
s62b98mx4qSRQBdEfwT5h9BPYyz028dBpgqoZA5Wl5AwJW1m4fHfpic3V7JQKw/Z1YtggZtB
RuAGORwcUjlRUEh3oByK15FbtxESxqyw/KD+1srYRcWJmdi7huVjx1gW2rNpqZraNii7BCqx
EmVXcrlL1UpZsKL5I3qGRSMI1sxDT0OXkxihAjLE1cgJxrnlq3aJrl3JADu8aGAW0kBTLO/+
xD7GXeuCRq8raY6QZxb9uTVZcIqEQIAnTIAAVQd3JDBFJCAIzBtzvAFJ0i4BYrA5xIuI+jAJ
CL+YESsqsBiPJ4pzLzCYiq2ROoSbQH0kEhBeSKARtTMVV87U4Dex3Ri26Dq3WaO+XWGGlJCr
ScjNpZEr99hTNjmTImAKgGnuxSxjYH5E4sp1ghWpigkgzDmn6Mo4VSkLXDqSLDrcsYyBFXVS
n8ZXAbTAZwqKajlUu2iG3C8wwmKCYgdy6KkFT5qTMQUBYQwgZvWLPK111dZ2QmxXAQSrvwdI
f+G8ARUdfAkWG7qfbKOtLg6QOkgusaPlnsaaGsCIqNzlVRSRUOu5KCMWY5CIyanq6VT9V63S
FEkcICi5NxTgtvdS4iLes8fdTgbO7GXZ22E/CXAPboG3WkTbx1OAAlZAvFa+bijY3R459eEF
DT2O4pvYZCOUmMX2HILZKSLJEMg5SAFB9n6rePBZi6XVMuRN6km1FcFVPSJ6FkknSEkMiqsl
ixckXZMywIM5PDlteVyadt4+ci7hBqQMsiQ4iuiVcluYfLX480xqRjfOob4x0OPFJjsVxKn3
M7SH28AYAds2TMkY4MHrOdhRhjiLlyAi4NG+uSRTbo6dtTEBJT0lIGYFm5hylcSE60MnGqJG
BvIgJEiiPvVAA+osBAHgfu0GP7xLm4IV1YAcTapFHM8bkZuJhLM/9tkAg5kCf2dT/hNOw56v
fxSuSgJK5LjySsBVZVWJnr9i5hkis3OJlau8sDTm8VaCyFhucZhBUT1x4UXBK8IkZwXoq+0D
0bChzmBIT0axIe2kLXFksdNiyuWq+HpdSw1PJNOf21NZJRssBx2tkGnLMnCB01a8mdtOwpv3
OIKHpRKBnT2TohhThMbIzrAK26rkwgPqNngARZ0O7WI+DuObC8kZNBw1UfFMqkYoKqP49Myj
KN9YtZceyfWl0kmwcTzBBsaVJIqe9YAt7RNUrVs4bg64HQgw4PZgRMhAGMKkqcwGnFQIk1/7
c0b8DP8A78tsZhUg2nFypm1kRL0y306aJIB8eexcv+wedb58LBQs6YbaXOLnKmeIF4VIzlm7
O3PIp+/K8TM3XqE6nJtxV/F7c/p2NRNCSaFMsZRMyZKDkV9BozbZBJ9hW/OalPPDhLymcMek
hXpQOAiT8NxqhlFq+0RB7EAYGENyKnX3arR9UZqLtARmNWYvsi0iFVgyplT07JyVdlKDaF2F
9DOgbS044BNZy5MYPbiUQagcr5wLPTVso8NF2dkaMbsopwVOJaHWtcUL7QspSFcRN6kDPpd5
T3aLSQSayj64tF0oy5BFuyWkk8+nNzaZ/wDZmtuDI37eSARjapunLnKJS5BVUVRy8YycFgfI
6RJjIsESKmum9zTbSz+aimJs447r18rdvgXddmA3E0csfnINt9C+WjJGpyLazNvoJ3q6uXP1
W1WcrBFvuJ3z9Z0pVZRdxHoKegfCNxZ2ivWWlNJ6KvdRd1uTKPIDEBVMYNzGWeHEoNGgmK3r
xPXfY2KDVnMZOJj+SnbJXrLTCnH0lgEVJHiZrCEE7xkPOasbIvBVUdNlkVStW4AMmiUowyAp
pkhY8FJBSRYItpd8iLqQcnMDxFUkkyanRUKch2sWJtBDEOm6iCk1AtiIP5w3Asd8UpcR4MhA
HMxv8phBFGVTKK7K8m3SyiiZxESKItV43Ij94aqS69ZnaxPqyzRpKqGV7QUpJ0ZVLgq0cegs
oPqFFoBj4jhHz2++zN762+ixmwWTMCyyLYEJE27SaKmlDzTeTQx1dXFVlq1OJv2GUqyhaIaZ
h3MS5EomBZIimokN2rUhhb1fkjK2Gfl2TCxSryVPBTTxI7Y/JqsBj6fgPtIAP3qKKKk5MEFQ
ryKKdZuwXE8dGre1lWHI8VMqszkXjXZffqlP74VCe6IfS4cjOEDemsgKS4OSCkR8YpTuXHNo
goRxYQ2FlsBJ4NwZb+4dNheNWFakGjk7o4M7ibkjk9QU41yVFwtIMTEUqtmBY2FJhKVrpmB2
h5UY6Ujc24Yc1BwCYpmanEDMmpBN1jqqEe7+uR91kGMO8imy6wnFssroFzplTdDvEvlo5wxe
qOEsOXYPTcPlwLkaltJxhIRzmJeG5bRWwtW4AVKqcTTt8UIfT05xbxBwF+1NyZKKnAXhB9hB
gUq0HuM5JcfWf/gdx6ILx7aYcR5kpAymooY1VF9YF0nSB2j0WMcJUwjlE1VylHQJGOaRQbEC
NZCsp8vjkQIDEBkQTTcT/wCLTARBKcNyKz/Es4MKLVhZYpJnYl2sgjchESZFTBaOGMIReWjD
AiaPMgfDN3cRVin7JFrxT+yg+WpIxd0pWXMYu6nZGcO+WVbMVlXkcxLTMZ+4PydIA5bqxx4q
R+aAUVFgXVVX4qslkwCGnlEFIidVayNJt0LPxb6CO4j8jY2O6aroKNzRQ/ujUygNoNYzZ3NS
JnB334kIk5SPmZOTRP8A7chsWOhwH1IM5UJd+smZeUUIq8aOiJQzcwnbliklA9y7ZN03Toxk
H3Ez2RcJGc3dykDa4ndnTkDyaxVSIqtGyj1xKtztGESch3kwQh1Z4BNph8UZpPdBoA+tLkEI
WvpbrgI+yuHLjeUlVxnnvy9Jaws1mbhoku1i01Wz3Ek/WLCxUjMatBjxgwjbTRqRNwGQ6ZNU
2y4bq8xYbdnB2KYciaD9V+ijAqWNOmqLMzNzLsQRMkY4aWj0miVdsBY4IaeVahQs1vIR+jfK
/LyWR2ECCsWX92qzJB+dWkxTNS1NEmhnQFEkOJxex4iDFsqcQkTmMxgyGOtIOVGLglzdGKWy
FWM1n0lUId5FPAdpN0E1RKKbh8dFJo4I5VdqioL5JMQIVAwxaPMybVJmzrA/v9kMKqNaRaHl
7O0ZN5CbOBSsyl9CbEqabUxhWliiaCpyyScjNrx3y23HH03llQqc5ebm+yE/j4alsSVc2DpL
UZi/EkkxsWLcZRZLRAQkMaJyTaIxTDmQmss/y9G0+XhsF2uHcyeZJMkjKfJlOJBEBkmaUizk
zKt3Ek2Q9i+YHUjkyGNoj8+knBDjU5BSOcIEHi3WOidcxjhFCPtWTpRFIlmltpR2s5VUOPpR
BxB5HK7tEjfB2YTs4AgCaTQFV4eJLuEeYDETOkRuKyRiTsomBLI3FB2dZwZoVVuZJwiBHZF3
Jyxxx1CNGbcDEMEfVSgDu1fs4+EMIyE0BiOZ8+yMcPJGaHdKPARF8USwNaMVSZA39mW4d08z
SBoyvOLHJPFirqnMRZ0keoWmbh1gvFlnSqtX8mELEGYN30yMagxxVke7MMOUZnRYa5PE3878
hQ9UA+O47XaAUM7bsVFnknGouWb6JVYARk4WFP3QKRrdwmpFzQtCpHKump/24rYWrUABEgci
vREyimwoRhtnUYoAs0fgR7/4Fc3ExgE0gcrcwLN0h0QiCmkypIlVkEklTfEgPFiFK5VcJNGy
+ohk3NI3AiTdWvjum6bFRaQ5itn1qMBYukVhWwOLjXZGHWni8UY4oEbTZh9KNNsrJlA9fqKY
DPLJejG203MmdygapJx4c27EpSxkEq9PDVYjJIIxNuQvH0YNou/UxzheDiW2actso4aqVVpR
vg/sXvSe8320UOQuWpHab07dposkkqouqLpVdk4KqySQTLAwZZNU8WmghEKSDZzJWtRSdh9/
ZNjiVL1SkFc/JVbcSMN/dRZh9AgiIPVBOzrfHd0p6cj647OFlPTbvjpKmVXWOEK7XD5Y8Imz
qDtaPj4xs0GRTT9WvAKkrbUye8jAAuniiarKvJkF1a9ysKbOOIiWt9kfS6U0qT0mPEWsyCII
tBA7p6HKvVJUyE7LtjJMrbtvkhBk4ZParHtTV6uMpxZLEzqJjZ2/yEHKQuQiyBUSgsXA+LEB
Q7W54aVpOFeP7pcbXJC1q9IRK7s/7P3hQ+BB2NsG8rHesuZiZERI3TXcQQLAxrpkCx6HsUwd
qPdN24IFiW51rXD/APiJnIVuYTboEOdV0UQRY/8AkRZgBt+IwOg3aVgohp8YTSREfTBRsp6c
bXiLsG0egk0TSAqZx2axthfNoAxiHNJlIC8AU3zW7Ot3kRsBlwE8bTCcn9xMIMYYU/fSyCiq
8yydLFaMnJWsw0VM2Yt10lVXfuK/UA3sUm3EELeZEUbJBOrG9zDgi11qNYNpFBwlJ2RyjGR5
3CkWwatnGKfb2Kw5uz1D4yqcjISVjk8Hsk3OQLoKjOGxkkVa1+2a+/AB2AQHRRDSyZjpSDZy
KEZDrrPGyQlRI1ANERIcqKJCFXIIEj60shKxfMrEjnkRNfmJXCaRlhKok1ECrxI8myZORVyj
7aFUKkoJiqSqqZCvTbbRZRUiUjD7dMp/SV5ezZHIMWmcN2FFkZwAxg5jFLqhxfwm5jLABI2m
qgV7PqKFThxKaRlTqAvJy6jJBlJO10Z2ackSbO13TlqT+w6iHOfmUkzRNtKInuFnfU89pvds
vbhpDczIQ651Qh+OrS5Tr7Wq2+Tg5GfkHs46QUcEJ12jjr2PIjhZ2GPYQ0S69w890X9Qb6DR
ttLpioK7tnFEk8lEBVHIL0VXGTypJVi1P5AEphICEWI5QjCmK0Axh0kcROdwUASMmZqcgJnr
6JjoJJggVwdIqYACa6AiLpXkd8ggZXS9PcxVRIoJG6bludtIiUW7Lj8sbnMQ1Cn0JNpIyEfF
rZIApJ2FEQ07KIRtK4nd2w2zeDOJJiaEiDqwkD2cUqJGU8PIsUYPVaDvBU3iSyzaYGg7p+vK
aIKxS7sE1iu4xqWMulXbCV2gDC1yZZubj0ABRysmrprGnVT68wpCluDD0SV5kclq+WK/MQAN
v16HW46NuAXCVkn8uYDFEu4liGJVk6xXStGZkEEwK6SSJHKc2BB3KdQ6elFdxZgCqJlTtloG
SN7VeUMU8nIuDpoH2VFMEXhyrN0UHY+ke4LSNaBD3CaTM6aXokFABKRq2P8AD58+r8i/t8ha
JWxKn9zDbGM8IJYumcSvZVBBZd7WUYqw2NVP3cyYyjWIRT9CfTTKDRbdy5bIM6/TCia0TIco
62biGcHZmNXF/ISa7CvKvDIVuLj3FhmRLFtYlQp0o5XaCgfWPLWCJrifUuTPPsr6QBssO7GP
unzRD5mX9W2+t9tBsIAHwvFdTOYpGbczZAiq8LCMwbLKNY1CUlnrs8QzcNwjPxNE09kVGxlC
KtjlO1BYUk2ThY8M0WI1OzTFJ5DOTlBj6KphKgqq+KsVskJmUSbeI9c6QFermRjyeumoBytm
ZDKGklVHLiFSMLm0Bs8gjfGQPxjqeb+1bW6URRrazp7Lz5DhKS5inZxgbknQESMynTculfUY
VIpkLVIiAwlxIfbM6aS9dQakE8MBE2U7aESuo1GRk01mqSDaNdslnd/k5OGcIx6rtXp7HppV
WzgA22UMk1yD8wR98X9Rf6vIBEoBrfYFm6blBzU12svEV0qSZJBtHpexdTTpMqDJF0/er2KI
+LEvwT9c4qqLpkIyWOQWcmki4YP279IrBudN+sVsk/WdqrIMDrmVVOykTAYkbGF5Qi6ukg3J
XkfVF8kKZSGACzagplrK4FfWkN3UCBlXE81cNWVBrkrJJ3KFkSMKdJe1kb0g3SdzACixjTui
EmfXBo3BQFWSTUGzRjU3iss7UTjriooY+V25nMMzjil1LOjPghKo09WuYqVVa3yk0ds2xbTy
PbtliGK4WSaEIXqkqSOrU+9RWnpxV04vfys3uy/q30P4tFHbRimAREA0qmRUqSiSZUpuNI4h
rgykDOGLt0JIMpnMUAlYHEvpkOILLmKRs6fGT1XTqOxTKKCp3bpMqahnI2EoIIQX4kHscn7l
43P8qi2Ypwjg2ztofYtUJycPWbJkzdAUp5pQRLSEW7h/b0ipyOKoVGYslxxw0uEbA0hOqx+b
2kSnE1FIDz2SGxUZGd/9LjzCKc7+FizOIqu0jhD1tVRrKP1Uxa3I+ymQz8GkvFOnKERjKxvV
qnWK5Ri5GzRFLGs9h+ZK9eGnrrZEAyseVQvPBT/0sfY0k/Wn7ukkztXN570v6tB+r9YD8R57
CJQKa7oOE2DdYEtRCRBcjYFkWMbZDvFonczIsA/Ok9P6Dh4IC3egIBSSEKRcSg7XKAg2+C1p
D9xr4gZqlHioi5QBRmQhyxDoRF4wMByUo375akeTJ6zBHUokG9aKckzaFf7Rw65hmztvNEAR
9JYcw0g8YypxgTnskKAo6nS7RkWP7KfERZIlADu2wngKggVWcnkmjUlxDkeVhwnZlCEjoU1+
n14RpLTz5+ou8MZVBUjkvXBsBoC3tDu2sii6jHGCX51qXGPjR7+xzAzMpzP7sv6tcSjoORRD
YdFHcobaeN03jd3EHjZdu1cJtlAdgaAI4UcxAiVnH2duaLnRMm+dqB7ZymUSUw/JNUQBwcig
lS3MpaDiVrAAb0EkB9Bu1KoeXYEaxTwTg7jEwULSkd5GaJyYPBFRZ4gUxYYPTlp04LScGU3q
Ui9MGCEvmgEJbJ9kXso1YQLP3c5FHk3yNHxQD6EyU6jdruC6xSjW4TmV/KpuvbW0xFCwCYrX
SfxC4s0lJdayLJuepqThBz0/eCiTqPNkNW6O6xTWnI8lH+N17zJ0/EE1j6sD+E9blTuX3sUP
eB+rQjyEwCYBHfRR2HkA6Av4bDFfMGy93RYoHvbj3FXtnvXcQG7JjFNxC4G4OVNwbuhACUxT
8DopvXTMYUkTime0iHy6u7nSVUKikg5/ComVSNfCAO4YocqAmQ0vPxgJMF2a5DA1McrWvqsn
dhAgzTNE6MfIG/c6/uL6cTEGlXTAk3ak+UlN7+xx3WI2drjXHYMwsMT8snzlIEExj1UHrwri
RjrkiAEqYCGQ0WiShSopGA78iLlvJrLO5QsW3bZJgEXhJdIjd7Wnwxszkaebr0A2wixcqs3P
1GPIhBEvw1uUQAA34iI7ctCAgBBEBEBT1eYRNHRQKotUUSt5yIEQZEcgmeXdpP2Kh9266Jzl
rCqbQq8g0PoZNqYrWQab2Z8i5ZQDxJFsacizJfOY1MyNlj02KyzMwwUlHpKwM9HspT63gHDM
07AnTLZa8Qr24RQJv5Ru4kAnmqyb6RaHbwLlui6lpKJc6jpBijIWKWYOnUnIoLt8XTNNio6f
uFVTb26ejpGUQsFfdwrebhik+ro1QmQXLNZNtMt65aUc51Zyu1ybUyjYMu1N2lFZmgWswllW
FO3CUZTlOsaAtpIFAAw2h+pFmMI6MIDr+hMR0ml6h1EzJDsI6D8JB4iAfqDYdG/CV03Sdt7X
WlIJ/VjipLxlliUmQWiGDSdphQALTDCKdmhdws0QUfqeJ2+pokNBaYcNDZocwfVUQIhaYnRb
VElH6piDAFoh9EtETsFpiB19VxWxbZFBoLXEhoLTDmAloiSgW0RIa+qYgQ+p4Q2gtUMbQWmJ
5DaIcdBaYfYtqhyj9Wxe4WeHECWuIAS2eJEpbNFFAbNGGGfjEb85S6t2RYVevFqYJ/5ebcqC
uA7i3FDA9uFSmxTyv0mcXB2+MA6KbfQG+G22tw0gG+oloJGqgnMoAaMIFANg1sAiIfA+xi6n
YhGWYrxbps89Kc0mjMDoIqSOm3YSQDXo2RPNXJo2NMpqkMyAwgFvjnZkknkkBvcyHFKRflN7
iROILyWkncgAEdOQKd25EFX64CEg70pIOxBJ29LpR68KHzB6J1JN0CpJB0bQyLsCGlXYAEm8
HSD9xsDl8YPduzGNVrO3jkpB8Q0RdnEakjmGYKf85pgNFzTYWT9n2itLRNXtDNOVjdoJodOO
x1kVTZdmpdNCpz7q3Vq3xasZKiX4kH4bBrbbWxdJFAdFkTFQ4G2ERPoUwAQSASgkPLgGgJyE
qQgYiQmM0ZRaD5aSriyQuawoYh6oC5xrZjNl4Bi5k5FOSecQABLsUUQUBlCw6aycVV0lVYqs
GOnEVYofLazy+UVYTqxVUMkENXSkRha4RNStwKqjaDraSTOLrCKTqGrKxkKzXSaPU4FQUqpA
kA1SgzHVpsSsuWq1YChWqwUylbrg6j4CttHNksv1AB6jFqnNTocSK0qPMYKIy0ahtz6/LtuO
vy2Q3LQUCkNQ2vH6Bb8q5b1oCuz86vNrgiYR9EClKjvoqICbiXRDG4htrkID/VKUTb8Q3TMO
4b78QKYqhuJR46IOtwMYxjbk2AocihuO2+iCIlKB9BsIFOPHcxQIG4AJg0BS7jsU234RPtrk
Gxdt9gDW/Mdt9FAOP4BHYBEmxhDfbl+EpgMAgBi/Eoh8DBtuPxKXjtzDYREpSibbcdxMAaKI
DoQLooCAgbiJADYRERKIbAAF1/1JbhoCBsAbABgACh+Lf4lKYmtjCAFAAAN9FMI6UIOgKO5t
jKGMBQE4gAF3D+gp+OiGKGtw4kMGwq6KJfUAAASGKAHHYu+5gMAgQwmHkJjepscv4tAbXqCX
QbGAxgKHI2yZ+QfAhfjsmPwTEDCc4AJjiXRRAAA/MQMVTQiJASERKICBtthKTQjtr0/whuAg
AFIAjuAGESCG/wD1JAPEOWtx5AUNBsbSejAI6DbYCcRDcSlLsUDAJwApRRLuIGKI8N9KbBod
wKADuAl577EEfwFEdiFETFADAmURDYAULuI7ABSjsAjyUN/VOYRAoAGk/gcoFKY5tgHcCgA6
5DrcQHYCgBuJQAglKIcjiHEglAhA3ET76ATbgUNG/AYhd9DsIlKG4iBtCBQHYFCgYCEAu2v+
pMw7BuAgJtxABEoGKYdxEofAR+IjsJR3Df4JpiGgDRA2KH4RKBgMIcTmKYCE23JuIcTEOcB2
DmGgKJDAUSiXkIJlHcdzgIAUAA4aT+GgKbmICJPhzJyHQbblKPqHLyA3LiYpuJxOOjbbCBjg
JdgKU2th0cA9MCGEpCmAdjAYNuQlEw/DjuI65DyKBgJsJzAACIAO4G2N/wBSYpgAbCIcuX/U
PxLvufcNxLy0UugNxAxvwiIFDkUAES7FEefEBAoDxAwbgYdgKG+w8SgnscCgID+EOWlA5aIP
xEpAAwjub9YAUQIHEClEugNpINijyAwGNvuIaE3HQAOg5cQ322ER3AoFUHcBDikJ+G4gO4cP
gYRHbSYCUDDxEAAgFOJx+OyY6ETCP4eRBENf9SQaAgFH8ewaAocuO4gpy18dtjcgNxAA4iG4
6A2wCACO/IQ23ATCBQMIgYOPEwmAoAIDy0ACUC/ACgJSgP4hDhr4HABEdBuJzb8i7hoDEDX6
9cCjrkYAKcREA3AB5gKewkDjogHAAAAEExHXwAwlAxh31uQNcuYAUdb7GAAAC8dfhABJvoCn
3AdtAJduSY6Hbl/1JAGxviIbicQ4iPwEADRR30Tjr9YfENc+WihxKQS7AAiABvoAHQ7FD4gY
BKJdwARPrkAlHcoifiAGKQEgMA+qYDCIAUDFAU+eiiAgRT8X9TRTm5CGgERMBxMJzF0J99CY
dfr0UQ2/WceJBKI7lETGAdjGARECmACFKGgIAaKAhr4iPwE2xdy/1TmEptwDW++gE2//AFEN
sHEdF3KIAAgXYBANwANtcQAQ/CYvwKBNtCP4hH8RQKJf6wAO+ilEA33D+ncDiP8AUH9noAAm
gMJxECn0IE0mJQEoDpQwG0OwgAlKQhjABRAT/wBYwG5iIlKCZDbAACZMAEpdue5tilMAiAho
QEdBsOgKPH4gUNkx2NsUN9fAg7iBQ4iO477AOigTQCICJgDQAICUDAH/AFJgIFDYADhoB/GU
N9fj0UNE22DluAhuG5hKYTaAxCgIiQCb8S/1gEBHkbfYNkg21xEDcC7AbjpP4DzMY4gcTiXm
QpuWhKco7n0OxgAd9AAlKmAmIXcuhATABgAiYfAoiBBLxNxAQ2MAhxOI8SCAbiPMugNy1sUB
LsJQIIa35FL+zEPwgA7j+IAKbfQCYdbjyMmJxTOYA0mA7FDfSYFASceQgG+wHAp+QgIm0UhR
Au5tBuQSkEBKYNiiUoG5a/EOg4cQMAa4lNr4gAAJQ32ABAhRNw0kPHRtjCIFKX47lAREpuOg
ER0IBuUhjCQ2h3ASBx0AmLo5dzCQB0BdxATbiAnLv+03/aJ/1CiTfkYdbGAQHYQMGihuG3xK
JuQCXYR2EB30QQKAiY2hAdgEdtEpUeXQ0qPAQprANDTY7YtMjy6+iY/QUuODX0XHaClsCiSl
xxNfRsft9Gx+xaVHAIUuODQUuO19FxwgWmR4AFMjw19GR2gpkcA/RkfoKZH6JSo8pS0uPAfo
1gIBTGOwUuODQUyPDQUyP2CmR5R+jmAB9GR24U2P0FNjw19Gx+vo2P0FLjtfRccGgpkeGvoy
O19GR2gpccBQpcdoKXHaLSo0oBTI8NBTI8NBTI8NfRcdotMjg0WmMC6CmR4CFNYBoabHaCmR
wCFNjwH6Mj9fRcft9Fx+402PHX0Sx2brpuUdb7CAjr9eim5AH4tCIBopuYbhow8RAQMOhEA/
QHx0ZRIogIGDXMoa/Vrff9K66bdNu4TdI6AQHX9IfHQCA6AQHQm46AQMH6AMUf0D8AANtAO+
vUJv+jmXfcNAO4b76+Aisum3TQXSdJAIDoB2EBHX69AICACA6EQDRDcy77/ojvWiFI18PzqQ
cqEMt84BJUrmNZsJFRvBMms2Ir/MTx5lzRcA6enbOWKr58pBKcWEAs5cR82qpzcPXQAzUlHK
yMEkJYaScpoMglJFKWaIstNEXz1m2mH7Vv8AOC+zYHUVayyj12tECeLUin4nmXrhVM6ppcoL
lcRrNjIHRg2KEwU65pAzBdZSNgHb87V9HnkHysCoYrCBXXcsJk6qiizt2AM1JN0qjBpenCSb
kjVkMlIJSzRszFmk/dNW8zItkDTCftI5RRVtJqPnjiKOrGDEvxPLv11SiqMuXSoOoxmxfmbw
bRtNJ6WCQVj1FlY2AdPDNHn1BI7OIo5GyMI45niXohKM1kEJ5iLtdpGuUF/czjoG0e5VYmRl
n7Z5GOJCUblkogrRGUFpClVIwmiLlW3fuEDRKqT0z1Vozj2x3pGLBVvqQWbqSzmNXPFO4RNv
EEjDvE4sVRY2aON7dWIMDNGGc+oMO7KWSZqoJWGPFdZjGLpOCu5x8ZmzeKRwpSrxu7inT+XR
+YxINEJMzaFBUkfMkcJuNpBZuaLVRenerNWTBss+Kxj1GoP12iks5j1TxjqDSbw5Y0zwkYdU
WdnYCVsvEHKyThlwUUhnfGRYqIEnY0HCzGLcN1iupt6LNg6VjlE5R23dRTiQlvph3txDXEP0
8ANoCgX+TxDXEP5G+hADAUALoQ30KZBHXx/TsGtg2ANtbaERHQlKIfyd9cQ/RxDXEND+LQlA
2gDbQFKAimQRH4/ydg1xD9IgAiAbD/zL47f8f//aAAgBAQABBQD/APOmjts+a/yf6P5Afp+P
8j+nX9P6N9KqpIJNXTZ42/T+oP07/wArfQfoH+QH6V1km6LZ03eN/wBHw1/T/R/J6VWi8UOs
4V7FWe+d3cn9pcqY6kbL3P7JBGReTuzmP6lgntbPx/QXG3cztWvabR267orYqjc63DBHQCX7
B5EHMGIe1V6z7nPpXmG65Zx91KzxLdlcK9q8s3vF8Ldu49lrL6jd0O2WVJCu0XyM3W09Ne68
5nekUTtd3N7BVTKs55BqZA4x7L91exMRi3yQ3Jxj5bKSUZgvFt1UyRjLtP29zpd1+mVovFGr
2DOxNnyB3Syh2oytjla09zOyZWkZlDszj6m4O7XWKL6CY17l9ql7Lbe3vdBTE4Z2t+AOgczn
/IZc3Yd7U3vP+b+leYrnlnHfUnO8v2Uwr2myzfMYsbx3Ks9YNS+5vbPKclXKN5GLnZ+m3dmY
zzjuh9ru6PYCpZUm/INSofGXZfup2Lg8WeSG4vcbrZTSicGYuuimSMadqe3mdL+XpzarvTID
AnYmzZG7kZQ7UZVxwtZ+5XZX27TKXZnHdDwt2usUX0Fxp3L7UubHcu33dEMPvM723rx0Gmc+
ZCSzz9zHrx7izRvcqZPQg7U/mFbLP2Ks1H7iylpxzVPI5JdjGbPHcjZYNlXvIvgq4S1EbzeV
OnOWu2lPz11g7bmnc99+OtfZmo9Z67gbs7G/5Muj9oplr6n9tr3UsW5htXaHrTNYMlLfG4x7
J0bsdjBpjrBzIWtT6t5KpNaxn2nqdTzh3NuGTLhi/wAemb+o8hgXpPaYZZ5H9bLbXb11/wDI
3jbI2JMd2uK7mOgx+n2qJkSx2fsTZ6T3AlbRjuG8jsl2NZs8cSlhrjeteRXBlzm6ahN5T6Y5
g7cUzPnXTtkjP5+8gPWrs/Uet9ZwP2ajC9LekVnpdr6n9sr5T8V5qsXaDrTMYMeW+Oxf2JqX
Y3GiOMcMsQRqvVzJ1Ir2OO0dOqGcO6d4yZdMa+O7O/Up/gLpVbIZZ0w63W2vXrAPkYxvkbD+
PLiw7liGOWvaptkWx2jsTaaT25lbRjxr5GJPsczTxhLTVYY1fyJYOvE/VG05ljormPt3Sc+4
K7WtLB2B8hX5BduPl8vR6lPU1TFWN1WbimU92EzAQVjZWXHNGuM9F0enwtmQbt2pI6BgodzH
VOrwyKULEJPJiuV+xERrNbbTjVm0ZJycXGTTKFptQrZloWHcyORsS4wy9EYuwZh7CbRnCQzB
3bukXVK+Xx1UKk+rzxiykWdXptPpMdGxkbDssh48pmV6XOUep2SnHxZjlZFemVB0MxAQVjaW
THNEuM/F0enwtnRbINSR0BBw7mOqdWhkE4aHSezFcr9iIlWa42nGrNoyTk4qLmmULTqjWxVh
IZxI5HxHi/L0Ti/B2H8KsmcJDxzq19Iup93vjupVOQgHrFnJMqxTKfSI2NjI6HZZFx1S8tUu
wUmqWuoK4ux0sRem1B0MzX4KxtbHjqjW6xRNIp8HZEW6DYkbAQUK4jalVYZsSGiUnuvPj2rz
t0k8lf3X++Wvuv8AfLX3X++Wvuv98tfdf75a+6/3y191/vlr7r/fLX3X++Wvuv8AfLX3X++W
vuv98tfdf75a+6/3y191/vlr7r/fLX3X++Wvuv8AfLX3X++Wvuv98tfdf75a+7B3y191/vlr
7r/fLX3X++Wvuv8AfLX3X++Wvuv98tB5X++Wh8r/AHy191/vlr7r/fLX3X++Wvuv98tfdf75
a+6/3y191/vlr7r/AHy191/vlr7r/fLX3X++Wvuwd8tfdf75a+6/3y192Dvlr7r/AHy191/v
lr7r/fLX3X++Wvuv98tfdf75a+6/3y191/vlr7r/AHy191/vlr7r/fLX3X++Wvuv98tfdf75
a/z49pv8vH8U9/vKfzsNxFpU7Q/Yfyf6f5x/pJ/inv8AeU/msRLylflcxZtyVEeLbozah7o3
6s4mvt8yC16fZllnylfnUp3DWSrl1ynu5HZfvPkBrjDDeS8ySMv1dyzH1jGPU/NuXMe03oB2
hvbeIwDlqUzO16YdlX72S6x5jh8d/wA3/wBJP8U9/vKfza7SWPI7xD0ft5jHrpT6oySwn4oY
ySkIaRyfR6teezXfe+SUT2K6j3KV7X9NckLU3APjJ6/d0K11rsnjSscrBYQYzUxFy/b3M1nH
rr4xDGPTa9kq01mjfzf/AEk/xT3+8p/NYdk0kpbI+SurVy6JO0Um7vrz2MohMGwOBMRMJ/sp
3InMsZo7ES+EO4Fqjc0UHrF176/9jcBZU6wWbBnV7F6vi0a1eRw9FYAxoWZ7gdl4HODroflX
A2F6JYYxjDTX83/0k/xT3+8r/OA/l9M829bMK4StEfAxU9+n9X83/wBJP8U9/vK/zEdv+EGs
C4lks7Zl8rXS7GHWCH6OdVlOy2UcuSVDmcofyw/mn+kn+Ke/3lP5jhnx19tc4xZfGFaBdZM8
WPc/GkeomogprBHQ3tH2JYp+L+1me5v8cfbTA0XoiZ1lHvjK70R6ONOh3kJpN1uXlAplabZZ
ufZ/uLgZPxw93lHGbeovYvrnC0rx4dyMiU0fGZ3nDX22O8Wm3jK70u9UbEWRsk5Ld+MnvSxC
M8XPe2TCy+MvvNVGU3Bzdalf5j/pJ/inv95T+YePHx3UTD2P+8fkEyX2ruOvFB3rn8dZC7Xw
7avdn/Fr45IHIUV5FPITbc63PYNeNzyFW3Al78pvjnro1zXhmzNkcnZnzOZaveNevDt68kXP
W67ZvrWXM+W2UoOCrZeLpfJLx8ZpyVj3tV5LbpbMfdKUc95yQX8VXkHybZco5Eerp5P8JuWr
5kLE/mwy1kNn2B6zd8+wfWq4d9OsmN+5XWP+Y/6Sf4p7/eV/4/jcwdH567c+ZHLD7HfUr9AC
JRwpjp5mPMXde1M+vXR79Pj+yebO/TPtph5PAnZDw3//AHY863+CZQETYrhITxpYR7ZCI9UN
dM//ALbeV7/6FazV1gXwR18DXgb/APinm1/+3usIM1MQ9JxHcf5h/pJ/inv95T/j+DBFsbsX
54vc/RP6fGgVofvN5ckXKnRX9PhHfOHXUbzFINEe7nhu/wDux51v8E+lWEqJiTH+Zs33zsTm
Htj/APU/XTTf/Nt3myRXcS9WKN5Ber8PaPNbaYO/1vXga/8Aink66+YDzh2C60+MzAGI7V5M
vJpTsgUsP5j/AKSf4p7/AHlP+P4lMsscW9yfM/jB5d+p36GzZy8c4tsFp6y9je2lDb9g+oxg
Eo/o8SePndC6Ud8stMs29t/Df/8Adjvz10rXYKC7q9rnXZm/xv8A6j2x/wDqfrpn/wDbbyu/
/QrWQexF0yXhqZgZ2uu/A1/8U823/wBvf5n/AKSf4p7/AHlf+OwfPIt90o7pYw7z4e7m9Nsi
dQ8khrxI9LJvKOT++dgZ2buR4nPIDAuq35QejdgwFk/XTPqFfO3GVPI33lo/WzFevC5VJyX7
debEl9Hq7qg1ecu127FVuVt3Xdw2cNF+h1Um7d3D8hONbJlzpwu2cNlugPSG89nsteTy0/VH
d7wU1SbjMWecKnWBj2P/AJn/AKSf4p7/AHlf5hEy8rAydE8s2fI6pJ90OobR/mLyp9osnQAm
McwCJRwl5SuzWJq4+7odQpV7kHyiZ6mac5cuHjhNQU1I/wAvHa2CimvmM7mlSzLlidzdkLr5
5A829ZqSn5i+7JF+yvc/KXahjh/yd9hcHUI/mJ7tnUN5dO0rhdHzS9wUCNOxF5Q7ALeYnuMV
sPmE7ePWd7uMhkG6fzL/AEk/xCvSesZq8n6PjMoqykx43aJFR9m6X02KRt3UCl1ivl62xgal
OuMDHpVfprUJlg66I0xLRuiNNTRmOndJjFmHTOmvtQXSuBsEkn4r6LwJ4rcfn0Hipx6bX2p8
f8S+KfHpi/amxyJvtR46EQ8UOOQH7UeONyeKDG59E8TWPDa+0zjoNB4lsbiUviXx0YTeJXHQ
FHxMY30HiXxpo3iUxuA/aTxvzN4k8bAUniUxiYyvTqlOkYfpclMMmHVCDk5O++MOjUSg1noL
AW+yG8R+OSjdvHvjyqWCb6kVyKiK71ArM0I9Jq2D6N6p1mRUS6eV5Z646Q09unj7xZVO0QOQ
ulFAql8/ya1NUq/UOqtYyF6UVJ+xN0ioaZFOitOSZG6qVVSZofRGByFcy+JzHQiXxO42MUfE
9jgAN4occlH7b1J/y5+akiv+fxo2Onq2qOX0kjInnrnaplKftlgO5ZDT2EpaZ2pVxJhGfKiL
LCsDFy/QRV03FRqTrdVxeTAhzFLmY6ZhACl3KdsJtFbcDGIKiqrUxAKiPBJucqgNzEVWbHAd
jCICcFRESiZNRMvDnrgY6pm5hIVAAB0T5YzrRQjq6S0QjPGvV/H/AM8tPYV87KywRQBrMCCR
y67BWuKr1nyhenU07iJ2djoh7a1n7BKSZRkdjt782c1SoPMi3CckW9LqcmVJ/a7W7kWUWu+l
XxkjP02zOOO/c5Li5CqxMfONlEOulFVqNLATqmFidJws2Kms5KiZH0FfyV80ih0/IC3bqrJ2
eeCoFmFi0zHkFWJg8ff5FoU3X+PKKD5+yiUG0jFO9WWxRajtzLSZ9MjM5NbHFVSq1UIZAuio
FTMLcwlO2OJlEw3QI4ROKP4vQBJNJEAUK2A65UzmORACmxl0s7O5fSL0bqFMMeo+NKpKfmn4
7YAU+1fU9hr/ADd9ZgEe0vUB6J7v44bUe74B6GZdpNl8LfYF5Bdg+tGe+ubPDNF/L3G2YazL
3q/psgbMuSbBB80LOzNZi2kjZH9UQlI+Ch5iWdPa+6djLQCNcrfWeklY0nsi/Odk5buU52+r
H9nUgcqSaBHS5q0PBLINjPITuD8dSeScmt2wIlQZJsF5EU3AKKIuUmZfWP7V3+TXmRIY3f0F
jony/wBZqPk7GvanF8xWOw9gk31ZaWWV+YK0li+g4Zf38qlDMEWykqwSQhW0I0mU+tuDIlxJ
HY/hbNQXcGbAsBUVDidqkuVomQwnIqgcOJ3BjnEyZdYfwflTPU6t1c624JMTutSMWjlLsVnH
M60pealDad52qCenvY/govn6yei0zrclhZ5duoOG+TfwlyZViIV29VqZWx13c7PY3Yh2G6h5
tSedCnd5jZ+uWGqzWfLc2q9Fvs2pGMKVIQUYnkq2JqwzZBnGsqFHqPBx/SBylfIaAbwsdlqw
HtGU5uaj0JTJF1UUc1IXDeESVdINzWF5AoSUtJyct1Ox+aBrRUU00ypOVClKIuCqN00kfTKr
6LX8mfMeRMO+hEXB3Mg6qcTnDxsMmFtuHl8ocI8jomNVkp9vGog0dKEbItYoEnsxON2bOvw8
k4eVSsfSkI4ASaIR2cRWEiYiuJUOapRSUQTO3dkO3OT3NEx1bsjz62A+t/WgMr91crX6Bs+Q
qrUtW7sHNNzBkabsQu5ZoiRi3E4u486ZGxzHMgJmosbP6RvqeLfJWhjFzEUrRYtwyqF8uLKv
wnYhmDiiZFRO7gu7MJk2H8gXQPKmRK1NRtoXGJoEgsmUzqr2i2LW+bZtH13xu06a0lrHVjJF
6aUemtVHYvqkkR/kOzsX8jdI0yzdBAF5CYyPZDw6OI6aeXfVisFrNWcFT9Bo1FQFYcQOSPMR
JpGqnS4E/JrzFppm75UOrKyln7L5Dstf6y4kxGfHHW3tFVbT2ny1jqNSXthPWTYPVyrEAq5W
rxo6fDg2sMpmyN0nChvSInpMphIAE9RAyZSAc4CbmgdRQwqYG6nSOTazkTuNCUeu2G1w1cJY
Mm2SxHmIVqq/fto1QruAVaqfLT6aRiaZZRUEGjZFUUWzlVci6J0kyLO25GzJ0/iG2PJxHUdB
lViHGJZFxMV6pzdYl4XNkrWHeK8s2WkTeRMadQPIs7jOk+Z+v2fu2EMkTsDF18ijxdoawXTG
NQQotJ7qWkVtJuyMDXhVSu2yszfzKXTWbphTmCbxTJTkbLfevmOzO7+6jtimUUU0KxSqEXBw
4WQWLoG65k+bn8nvMEmc/eeyzTyq0GHxupljux2PyPNY/r0pkGcxv15o3VKjw3j8ayrlYWJR
auXrB8+ZVx4Vas4Ho0hXKym2BVsVoKuk25ipAxMcEkypgVMTFUbqqFx717xtgWkZ37EZI7DW
FaCft21wgygdwYY52ZZt6ssDIV2KqMidaDI3MSPFEsy0bqM02yiqz9EzR04fK+owAq5K8nLp
OHSHvImCYAMJD2xzDNLInGg8sAsGsfTrLZ6nLVO7RloRwT21i0av5I+p16aYVlIiNYI9FabL
Wq/NipAbtFQbvRpmCkyv08xT0vDTNbMVjW42YeLv5DK6dYrlOeqqynUqB+bRwEKrp61b8vao
kP6piJqHVHRX4GS3V/KHy5oCn3ivR1ZAvR65QB7x5IbZKXWR7jziE1mTyEQOI8CYOcOiMQYO
mfNn6JY/r9RIy32P0ATMVDQoIpINmX7HZMmjlAwMkBIan0+l9IKvkvJ15y7csY1dpNt7ZAuU
i3NofnMI7unr5BqVcGrxWLOLB2k6Kqm4ZC6bzsYZCmsHZQRWEu1qvVXrtmaKcwhVzgStFWlk
2CrZjBWFdIifE8iLOlRRmtlrUBWVDODolpzyTmInr52emsPs/Jd0WRwJDdPMSBQ8Wps3Ws2Y
0lMnY8vOPchYft2QWzh3INq+o0anIEYFleIWW+YowvO5IsdFxxVMbVgrdJuZ7CnUMtCCOjMv
TKpHHIVJoX1fTQ/KLy0kRN3PzZHzdcX6GY3HCXXjP+c4snaXpDDy2evIJ5WsjjYOw88saflT
lIxVUfmIXpKsefqqrcVNJtzqqpRPpJpxIpgrEA5FdiJE8X1THHWfF+R8i23K93fWyWf5GwDi
u7xExb6iikzypHkay1hZiLudZ7HSr4Cwee4KavOnSykBXHT9nKNlnuNLJe6vS3cQs1KOYbO0
ybbMU5HgnDpm3I3Gotygi1ihXqt4YpM2ddZJN4yuycE/j8gSCqsbFKGUYYYhg+S26P8AbT/X
vOsbjY+VetsRhBmMKZNXANcJIZPybi3EGYqNmzEa2I+y76eaQaFumhbV7HUKu6eeP3GKDapu
kFEk2iHpuCJEUKtGkcIkhW/MseUF3sKmVD5Wn+VHlVRMp3K7S2JtkPNcjeKhXEM4W1SUr/iL
bqF7BZ+uUje87N5BJOXbIDLyb2uPXEV1FqzKuYWJE89Fivl7lqimCi6KYgZFqozwDiqnpx+e
c43HP2RkH6T5/jrr/GrZpo8MmRvkeBH5VlcCBPTLECv5Zsgqs5tkPFC4YoJOK9Hgm+gY526a
TFzgXddnIZNJzULGWNj5irosoyXg0FE6JHzrGKpq5TkjEd6LkYxinhoZR7jebYkYQ1heJqsY
QpwjcAtCKQtta+naoq3pL2Xprnitmi75ju2YsuvXJoii/wCymQK1Sscdfek0t3jc5VwXZcM5
GyEVyE3jaGE4dLq8rFdeRZpunKkM3blSapH0okgommxMdRRtuVcgpH9Br+V3lhTBLtHSYtvb
PIFnyl5nd4u7IRE5T7j4tKg9qeFHzsZS5tIRuqqWEOFgnJt2UuBW7EmFklSlSaiu4QO2Idyp
GvE18RYjs+Ysi9xc3Va5zV2t/u5KvPFTnxU4dLzWPFk20ddAauYrMdZKlZLgiAHs6Tlw1jYZ
+zsftnLFxBtjjMsKzMGrk/hrJ0W4lqeWQFgrK1jU8wQmYGnQ6y9VlLDWJG6Y1QVcIMGHGk5Q
QAjymtSlx3lZFZNsgj668FFlBt17jFFWeQXCLe4ZRUdM5rEt1cX2kYUuLLtv1+x4ujEYx72d
raa2S6nQVarvWDyCxeBanIM5U87P1Ru3TgsT15WGxgRqIPTIm3TjDGXdMlikbtXJkkUjnUFN
oYvsjflh5QYw8/3H8d9bpUH2Vz9mIJzOXZXJbjLucuoduTonirqsc4fvwlATaIxZ0ii2ML3G
cUJKI1YmcLvUFlFPg6bIJ8UbjNIdUusGVL2nR62ysk0ketxFpmksfYmyYqrV8G5yeI2PDOda
+yuUjlCHfurq+lVHCSwSBUjp2NggKl+rjQhp5WPFtDZWdoRs7km2QGRXjqHkHSNhpa9Qd9Za
s3fJWJKIassTxqiUWol7euZZHeUoTcT4tySTgyRbJJIVho6ev8HPDVyDyfamK09kSZSXk8AP
3EbQ8HZiseF8kZd6448zHE+QKIyVUQh8AdfMS4f8nH5fweRqtXmwIGx87kz/ACsY8XMa6EG8
YuYW8OpIacNXTNuxbCuf5Qs3RVbkUJ7Fn+WXk/UWS7m9AXsvJ1/IWZHQ51mUzIxrU8NS/G9D
yAN1K9HAdo4QZotwURGXjmabIizdVqUyLlZwizH3XWrFtfyXkfslmyZ7F5szr9SKX6ltS+vj
sUnEnhZ8kA1JEnPKpAKxyaoKFwu0e0dTDuGbsgkPw3OCL/8A0SqpCM/aLbB1SlZGsLK83B4z
eRysYwb2JzYq5jFG03CpRN3h2bKViHmMWZ0Yp4mAV/LHEZihJmLinJyoJKRanuJjHlzh69JY
vyTDr4lyFdUn8tl2Xh1rHhy92GMs2OhcQWvHZliQtlFu8y4yL3nf0GZs8P22tbi09gscJNH0
7hVolOZ6YnX9MTAdNNBuBnMcokq4JIyBSxrplpuQ5QfoqFL8sf8A5aeWSNcTXarx+4rvNo6k
ZWcuBoMyu8CM7AzUoz6hRjhZs7ppEk49Nk0OgwhzLyxYVubTdEyOkilVImwRIrlyV/y/9LKq
LdSx9t4wyE3TUCmd42RKlI4WE4SVM4rBl8pPa5PUSPcrSkHzSecAmR9yC+1kxVMlVkv97PS9
zW7RDq/NGGNciXZ5TqHVWJpt6jPvI+LapNr9Fptxw25MCEkgBK7lPf53j4gkxJlcvF0aYjo2
yUnIbI0nTO55ILFl5yc2B1lCxKyc3jZsdPIuPpt1Yr1i7I1hxVf3/Wijzvl57UdnksN4vfSZ
rXecaA0YvuoMY9le0SINSGI09IypRKVBNNTRStkzKINyEWN6RVSKOlubj8vPLw7QbdnPHK+W
qXSDutkNk+rUiocY7tBgOyVXqjEUV8Ncrk0/SZlchLljFObiIi3bpV1Gl2VRYKKVjG0jkq7d
/Mkx197IUdyZfJPc5BFBhj8pFF8dE4yuHDB80x7yE2bjlI0ycoAWixFRVdySaSi0vGla3SOS
BDJVYT53KGRA1SyG1QTyLa45NpSqqXhJzrVGKi66CTkclnOaZQBKNobw7d1V8qF/vDSW5vyY
v8aV1LXGqsl2+LKIWRDCnVDF1zSyrh3H8O1tEUSHn8PxLBfHGI0lFMnxiZys+pGRXN36c+Sb
JhQxhVWYIRtRrbdRv00UBXs8vElTYigukVdsVZJFuCQrEMAmOItnTFVUiLdIhNk/y98yqrRP
sP10I8snUvLNuc2izzlhcsFPIJd6/ZOpEBY5Maw+cpFJU38i4QgF/wAMQ2do6WaODaRbN0DY
Xk2mLIZgkvMy9Pbi1yl3hZJpVrGrgfcUMhwl8O7hKY6FQx848xbZTMcbO/WOdy6ZHKlJkWdW
gGwIZHqaQBc4hAqVPydutkadlRVgKmiK8zkIotoGpOBYscigoL2lVyPs+Pvp2PqGNMml5WGm
EBLDMk3VfXu6RRo6Oxw0BJHrsr7WIywkCjLJbBMJ7DZADD2CEQWySgJG0P467whXexXlhdrw
M9BIbHiVDs1+mia0d2KctEiKC3MDl2y2USQ4EUQTEh234AICge1TXP6CP0D52H7UOwVdF9B4
BXBRy5mHCSzrNc0pL9CWRXoxvouSkoi8QRCcWRYNmpirkVOodJJRY5Oxst9BdIJ2/wAjjt7X
c0XCXyN5GGrNCv42N6L/AB+j6krhv4SGOUiifPCnIuTNxnkwBaRthW7eJakRczBEfcZYpSZh
uMd+Kn31wZDItye+lD4/b85PLrYzaHgiD8sykj+3wyhzg7yiYK9lFBcLJWGhEcNqHAckW45H
FbxyAqkwMG0Pkcge0yyYysziBApsTYCjXbLLdlBwjRqtYpWlWrz7Fh0O5tXj/evK8hHNHeA3
543NntljKg1UVIoxA5gTKmAF3AhyLaDnzAhkx9H+4PnFYSB+031m2gOnDFRBSEdsToneTak/
1Pg2T0Dsiprs4NJRtLW94IxtbMDqvptjHK3Kry8ikuaPWzQZ07nOq88zYXDvbc3tpZ45MBn+
Pyf2hhMwLLYsQE6ufQ9PWRCKKTJyelIXovNCLOiSSalTHIlCbmNZ49ISUfITc43+zlBZlh6J
93IZ1acGsL6gM8ppqgbD5BTgbyUv05k4NrHFJqJ4itj5aJvFqZOE63ihHYuG1VE61kcT+zyU
mY0nhxX22Mqk8CGmsirPGdWsSREpjzKx69mp9Pb+o9QGMCTohF426naGQWMwMYwRI7qs/wAR
GIGI1ZJgCrYnJKLSE3tS/QvmpdvYXtxe5WeL0Sq7QJAbUks2kMZSqcn1dr6KZoeIgmYuo2PI
i5yWo6RQwA7NMYTIgIgRqCi/kek033cGvYzj7VOsKLTarfu0FpTsE5i1wmWRpSIkeYmW+nIj
E3dLHac1nKQh5IchoC2cyIl9OyPCqnhJNEzmHdi+sVMapJ2NnGRv5eXpAiWQbmb2cP1/IVd7
nsSgWMaCkXLTbg6xTsSAvyHGq5OETWpojti0qab7KF+rjpOHxYH7TFxOFHyKUCNcpjwmMStx
HEeAHy8jfsvwCEQWxmKnZvITEktvjEx76XuY2LjVbQ0RaMlYdVCSj/SAQKgYoGSIsAsXCZ0W
YmKLBJYx23om9MfofzR+6a9t89FdSuHqrGJRiOQYUpEOu8swedeauBJNrGx7JjGpizjNN7it
bHXSJ6SwdXSIFJrHUZ7+/dy5E0n2yxc6E6VtdCxsFtl2khLw8zCRQMb0VQ+NJWAft4LLeGUG
eTs6qUtS65iqc0dtkmZaFtFlbS7eGenQToSwle0sTGnGiRjY5upRRyTlxszbwHXdHd72BKBC
MXTpypl4oBI4qRD5Lei8a7kkvO4pNvQx9Bo88yZZYkYUTFQHVUxd8ajkxMwIZVMRFbEDcD4a
wGdOPy/liVBeMnVwcXbsIwdWbxGY5WX4w7U6atUSSM+wNJEnMICkHJVEQD25iKN2SipEyEKf
gKRztjrm9un9E+ZePcL9sMxGIyr1ZXRBlcJkshD9V11Fqb79JdRr7tmwyxdpk1bpaq6Djxj2
BKa6riYQNgkhVM09hVlXGfsUuh9lnaRVatZcHjuZalkCK0GPcKLVu90yJrb+Rx4zr8o0ncwK
2THUgxLINzRT1rIkWNG+1cK0ZIhFKUBfmjYwFxlbQIbJeVVgUrHW7geTzvEP8gW2ERnWsrll
gCL7FKBhicioAnXcipgrbpNAUaXXzgGXM+tgb4/ximJUsXKkPC5RP6CGVECGSw8xRPhEj102
vdjl/mKk6kDa6WkvPxWUVosiMiomjB1YQJKdD5VSc6xJIelo5EQ0dETG2MkLcR5mMKw8w29M
fonzFItUM+dm05WKtcDGNTknE1EC9X3wt7TXXqSqr56/VdKLHnBm2CsSbxBWT5lSyEAx8DkM
Gac//wCO+LCFVSzjGGkFnMbFprQyLZQ1PisppRbWkX7ItirmIUxNU8A57wZW8iXXJTV1MFdy
MreF2NOi8Zz8pHBVnLGWb0bcJo6oflhY1CmyPlNuclY67IenJdhWZW5Grh28lsr7nXxWn+45
UD0oK8m52WVTAarXwE2YOyIFLSMYEAWuLAMMdlr1PXyQxMCWHkfSwLLSB210K/M9s9yTBPIk
8AG8WlHaNA1PyBXJUVTMZ3w3ZUtNgjhTJorNIDFYoKlM1EFAYJgDlmAFUKcwcB+ivLBXAncw
d78bqVrGNSnU2K1udJu5Pr48ThssRbUIqZkGirAIwpHTCYR90XxC3A0T2F9rurgZDfM2f/8A
HjErQSpZcSO4dS0Ys2na4VRV3iMgqrZdlrvjixYbiF32T82tSsqZlwUCK5OjVZmMp9Wkrgpj
qqVFhPwEGSPmKUkHzN42OGNbAHp5OzcxinNP63tCKu+xQh7SITEbBmQhknuLi7p5jQVSiLiH
qT0gBk6xVEhUzH2ON/c/GJR9piFsUIzMg8HWQVVHq+Lh9Pr/AG4olssOoDqbuixT5InjCHi1
qyj0zWxPDHb1Jy4TtPipuRMfduisw0CZkyM2JiadtzLisUTFUb8iCzFEvt0/o/ypJODW7t7E
OMrdcK2m1VWuJUzjAzCFZmnrYPqgrMssEQ0WjSOmDP2XTi0koXboscqYmEog6WYs/wD+PGK2
ZFYjIm5Zyym9w+qRBBxiFMoKqYGicwRvWfxqVSqWvsmRIkHlVEFXdwj2jmqY1x8/odTsGN7P
YpemxqK09Vmx2888Q/8A57ZEwLlHLko9kaV1wIBDdhTADSFKqNqzsodm+x5c4xoGRckfOou0
vzBMTZOEFSki/nJ2QT/uhjFMxGuIygWIzQsYshblxPL45bgl12sez2aqkYKcdZDipk+a2Dxb
4zjDGwXcCNytMemN9XVe3zkDd69Ms7xWFkjgVpukYrUhSnYiqAR/7M0cUR+XD9I+U5g6kDJ3
AslK5CZs6Jfl2yqjRdqmY8C/Rm2SSwNH9hVQM3gFUVpDKEfJxshiOyq5BxHhwhgy5n//AB4w
yh68Pk06o2WfiXCCNWETOMOF3c4dbiBcWqGWi+zBwPFZJA/vZ9M5kXaChk8csn6zyjtjO8mV
z95tciUC0SxlN+aOUkiFo/W9E5i9iiiVpCMjoW/Oqx1HeFWTcFM2rGVaWZEEpyyGVeRlLSL+
d3Y8piwOPSFCPxYYCQPYKxRdfPY5eAQWhU4iEwEZgCNhqLNRepT4CGSJ4RDxa9WKy8t/Wpy7
I5ZY2doDapaEMnK+Km0JZT6azlLcNASbmIVMg+iqHAUEFVEzlOOuR/pfuHHISWf6XNv4uid4
8KzOPr2ZFKVZGRP6uHZVKRxQZdw7FQHskyQk3sRLPLZX56L8W+UxvXVrDQAfK+f/APHjBzIp
4R7DJz+YeyVQTpeqcBvc4aL+84ZKXfGX7GF7FG5QmRz8nkoAlTUiBSZ4ajiKucflMXLNOKUJ
OQIU9FsRTfmlkwq6VW6zJGUU7LoigeHUP9VZ1/FPYNIcSZySU1ayh83lSnGr4+KCube0jUqV
cxyXlFUUToVXOcY3nzWjGaMTH4rctGMI7bqDY6xGehjm3NvRyNOEE/i18dqoPceXKDSplhpL
na4QjJGZbeG3MB6VkhK2Nk1ZeSZuT8gBNNIVBMsQiaaxAH8P0t2xakVzzkmCc417a9xsJucr
ddMeuivmMnHJJvsNv2jO2U+HcTZpOHasG+S6y7QcHFqg38NOWI6Fztids0LkrP8A/jx13bA5
h0yKNOw3eBEntqQkdQ2FfxOMJ+p72hcU4rsS6MaFyKUAfzKY8ZsybeqYitdchnFAWSNkam7+
+kSnSoE6X1MrZnjSt6t1pSH1O0DbmMO2A13z+iVvasDJCLTPjQES2ghfnU6YoV7GJgPmftOl
/dPGgD8qqqXKnZDIdGcsckeRc9fm7mUaMmXr2VWuv4nHd8bgjfpYAHxc+P8Aty9ftXZSrPqx
kurLqMbAxVcMUcF5Af4XyS2XTdoiBhBJIyulj+lriCoETLt6ZvpbtuZYueO9cHGY28g8VYUZ
u6Z1paOIewki0F4iynk4ifcP0kXwO5Yw2N5JSgScdJmW645BkcM5jw+uwdZPz9t+e/WVMp45
6zbH7Ad3yGKSlNxKbDCY74YKmVxSePynP37yTJySZJCTTIK0+0MvC4GUIhF1d17XIFITFR1Y
m5iY7ngKGU8mpslKj1rQILzsqkKgxhSEyF2JEU7xg7h7LsckKZbGAKTVoSOjEYkIYcxdn0yq
VHG5OEdUCgNFy+QCqzwEUVpKxHuCaOwM/wAjLAu6xzlJL0r/ACob+LrpvZ0qlnLuBS2ktXt1
Ul7OSPcMYKVevIzx15lTyn11TMAaVkk/TUccikUTEvNQp/c/3W7hq8M6+aOoSbnD9WmqVdoT
uZTnUbOR66c0zM4dNhx5aUpyrQ8uxZnfxzeaTm4FM5kYNkz14iMwN8tYlz//AI8dbTppwyIq
Kdge4skD57QiGFbDRuDrCQmVcUXkETnMSmJkk5TTkggAOphgmavYHKJq83OH1fi5MriwWcqi
lGsgLpZNyTImc1Xq2sLh52LVbOEQEiV07AKgefwQoKzPs+mCCkycppmkWySuV3xEADl/so4E
1exoIGY1QxfobMxuKtjEwpUW1Vplh6nPK/EZAp7GDlcQZV2G4Tqp0vFr14sbeq5V7J1tOWqz
XmqWtIIfJUnBWevHjlU+Js+gcyhipHMBmY7JkVSEqCRA9kh9M9vkAXzz3exKnlvqxjDJitCh
7mhUMjNwrrqFf2NA7ZzSLDH1+ar8a6T1TCLK6t79qaTnUx9z4RcyFr/cLP8A/jxgFVVKtMnC
ZM3dn3hXM3QQL6+FiFF5g1mUTVEOMTndUEyZBEXEsdEF5GYZpjXsElH5AZyVO1YvcJJz99ez
MhjaZK+DJ15ayBKX03QTNI58QTTQfp8LhmI/qvsAHBNv2sIHKSHjJNev7SpusPGE2YuxBlFY
3G48GFUH+4OZ/wCvOKbtoivpT/XSm1iLsV+XswxdQyiqP1hbzcfFVCHN6z7q+a54YzZha54j
v9UfKI1xwisyNCEOvA9P8tf5jMIGZtWh3T1FQ7dwc4OFiqa9dT6X7ZdjDY18w9pp6dpo/aWj
HgLnVMg0mYqHYKnQtWmp1k4dMSgMetj+/vOdXlW7hawpFUTXVcJD48WLhx35z9/jvg4wpVNq
455u7ALRcjMUgh/d4VAfXwsiKRap/wCk9h1j+ncSGTk4Fj7iZfMPXo/X1H3FedAT6gxazSVl
rdDE+g5pFMuTcguBSpvS05jS3YZEyaCBU1r/AJvSK2tWBCiYnbH8AyyYhK5LL6YYZNtm3sIs
JRowlIxqZyhjzMxhFWbKcYnHe5cBUY7n8y5sqzk2U0hJdG9Xe3Lxjwy4IIdJ+xS1joPemVjJ
4KosR48MQHtebN1GbjxpdkfySy7Lh66qDFQx20eJiBX3roPo979N+eiUVb+VDoj2hZ9msE+U
7GJKj2RpklEMnKkNGTkc4+ZwEvJwyLlKHeLx0jBOikip1oES1evGKrTx4pLId0s/f48YYUIS
t32XlYW2XF98zTopwM5wkjuvhwAFvVh4xeeNxPdybScM2AiyTp04gMO1iZqcNKRExFWXFrUg
StoTTNj2wKcckZKIBKl0wOX5v2XR9F4dRoytWYHAPLH1+ImDXtlyAZwm1gyuJt8MG9PM+eA/
bVKTQ9vR3LmQombHBEH0qCx06KgZDBONCpu8s2eSMhY8s7BccWSknCdBbVEL1ufxTZblSX+R
JhXMgVsVoSwA4eyh02BTBVFlEh6BZlV7CYma1gF1RpcMod24ia0h87ifkv8AEJRyD3yY+KvN
zXFXaPzJYt9ehz8aRV7CWSSlo7sHUlwsDAxBCbi1j6wbaiLsHUqmLGsVpOTW6ImjG3enP/8A
jvh5T06w5blsV6yvERce5ouxXeDx3PiNRAreqmAsNnUxkzXgeb6rv3UevQcQ2eWUlpmuY/dW
TFuO8twbPAMzSH9oADY2ua/o329qpq1DpqI/NuzyplpVyQprpltkVjZ8Fm9Fv27DgwnVQLKZ
XERHDSohl/OQFFxFgdI9ORTHG2ZRAV5I4Jmx8X/+B4yWAmYbqQgXLLxDFt/jlxrHZgwJ2Mrs
nWcmdEEabesgy7K89aMr5HZt1Uq0s2eRkgcGAI2giEx0+7lK9YctNLMwuUSlZY9tCu5RJ+f2
TD5B5+YiPeeTNgxGFkpi1I9+/Gm2ZuiMqPOoIT1iZV1EJmvvqhaJiXaIILulYpxiV6W2V1NR
q9N0aYske82fv8d8UOSkgXqai2TsyKFTd05s4ZPsLqJlUxJZzSitWN/Y+cVFTGvayh1rZdpC
itq52Mtc1K0GNkLfCdYb6hDyNscM38OvJyreOvrJNS1XAqilU6YNxPPdmlhTdySpiXDPCaI2
LA4+u07ZqpjGTCvqO8tLcUMROTDlXORjmcIuBTd0k5j4wzObivLCCZKUu6TwRjoSlzPdFhG5
5dTEtr8NLc7qJ81uCpGr3HFt4lcXZK7Y4bke0rV5HWigSlMmF0YRnYDTqEwANwo0mwZoeI/t
wyiJxXGq8gnG01rDLfKw+Uefxzx8liZlQceLTtbGYDyj2iw8fBGeJQ7cDVEiORsUXSlSF+Wb
KFeOJpEzkcVXY9HnUFUTJePB+1n+6ufv8eMYLcI6Wdt4u55U7I1KzWCp3qBnrLi5g+dp4TbM
2iFd2CDzYcNrqXkvnuUMwq2F2dItr623ys0N5VcvFrpMRdj2dhipm40x02ttPireeSx3OXWC
6xYXy3XRzj1jsltimXT7sRYn+YXE1W7P19nqrJOe2omXbv1BCRyucfZ4jTFXLGcER3TMX31F
UE2Mc1uROs/MJ2dVAD9esbCU2YrOCa1oyqoCk94ir1Vcb1rzq1WTcS0ZzK16qZktlqwB2ewz
LvLRXJpGsWRks5jmFgr5HzapvE66ej2aSZuei3eR/wBiMaq3WUdtPnk18k8+SZ3vkwfCkgZs
uVVSUuctLPMmoScBbMN3t/GTY2hJezZax6MDMOlQWTODl0TCOXU2zLx6yrgvkKz/AP48Y1Jw
bPwYyN0yjhaEq+qnixutK4mc5XrV6w2ssZGCMb5Jmo4laXASAplOhWXJUMElLY7nJS3mcHh7
0UoUrIziBZ9YIctzhSPHUPIWHqJlewyk/V8o46YSHYicatuvnaBWvo1/LeKc2wc30HoVCd2L
HXddBNz0h7E2OftuAshWdtUundmplz7GVdeCZNh3e0QT/ljmg4bKKerD0zmPWvHYmSy3JtFD
zeWZIXcvFe0HxtVntk57OYDyhX3dFyr4/MlfILHYMjs2znP9BqmY6tDqKukhI1UTuUYgGqjK
rJJ9bcpWDFs31xy/jjsvQPzIoH075xoetK935htEMFbLCukRi4xnFJ5BjCy8aKa0snj6fRtF
RZ1NpbIuxURWjS4NvZuXLJVi48XN3hrf3Bz/AP48U793jU3QHvOeZ56bI2LYJy5mao7escpY
oMYSQCopQWdBArK2I+qXG65vqjuxieTjk4Fy5sjeQAgOqwlPO1eo+QVPlMJOTKWTMj9pcxVK
oSVqomQmcAzjDDXKzBqtoF/LwzmlZrsEa7a3er2RxKXyZannMiyDdR1lcDj2EthrK1j+RZGi
gIYmzUYA0kdNOBp4H/yz0o5EMrzSR3MneBEbKoum28ZNCsDho5ztDxuWMd0m5PoWchbGockd
ITai15SJH2hs5Oo2lolKRiW4KR6yNheJsOoPbPJGCrx+Zl+/JHzrqr3DyHGYvmz2LhZyyPHd
Yj2pXcA9GQma29rT2mWyVp7uuv2MM3vcUnkusKJuWbsr9u2W8W8urDeSXP3xzvXnLZilItgi
7vdIiKr+q9LLzcvihNmqvhwyp20SsYtdzic6kbPiAjjofTsh4GEt2McrdWsp4rdfPXczI1Tq
pYj476h5Rc4Lyra8ZIWOKyEy7HW6qHryjOSmIqLaOYC6WOFXrWSnZxRuCTwHV8kI6Lb3Ij2N
llmEg4fKMGxLVKeqozEfmVIAyWH8zbnMdP1oPHUIL/rsXDthrVzk28g4LalRVm3CaavjFbHc
NGlJtnoq5DxIKSGK5NpL0sZBRJ1RpFjFy+TMdvMTziixXpZRmBk5mUeqtsTXdCvQ351Lf5Yv
M1kBvU/PJYYaCTaoWqFh3Q1+PcyL6DQ9O0xcfaIpy1Iwd4zeNnCpbBNwK91qoXkjxBuBPF8k
RXyH5+/x4i3iDhW4yJ17belActamBivcQqHFfELk/pxq6YVfMzpJSPnUziWi7hY4gf8A+fYt
UfqUTN+ByGYYg7I3THB8wz1fzWamLZsQuputfWeVplnw1QKWjcKZU5AWkJIoDW6g9atJSzUe
ltIpxk/JrywY8lKkSJlru7evJuwNnMatYkJiPP8AvlEIC+H80pCQ6hv7AxmcyeB5DINKVnJx
ViaDtrpJw+fqgh4vySxlWsFLB7iPvSywKphUJ9dCOlG0hNvGMN1pnq1kHDdjTiaFOyVtqrNg
d4wUi852SPqODPWnv8qX8TVKP4TzPHv7LJ1Cj8cOFWTJu4g4ONjSuo2ysJpN3Z6G2VSLFuIy
FrltiJxOIh5+AZ54w+WwyfjOkQU8iWfv8eIsqSjWTfvH1kua/GNq5t1cPuPxYhVICZpZVKt5
gFNaEsR/TQqbhuynYa3QqNCxXboFrjpOUbuIG99banlW22nqhnLq9Z/qiYsOeM73KJh8hv7j
nOqoY6qua8jTFc6RyU+zvfj/AMjRVTpnXGSxM0zzma0Stjqq0sdOLw5D4wTUMQ+TMvg5SNEi
CjjHgAOGsytTKKOBAkFj3iHXypJinkPiBmE6mYiy8JI2PxjR2O7izk2WMLSL9qSYipmXfKKx
+HkcXto2GluoRrB8x+nxzXT8U5Cfz8RW66/hqPDXya8gdsBwl74P8pX8UI4OTzJ9MshN14h5
bm8s2TsLG1VfGNray8S6ho2SkS2R3Jjaak6sbj2jgrrGeWpOjWNhfMb26w9MMb09l5Lc/fHO
9SkYdBpbsj1atp5df0OarNVMJj4iMABh45zNmgHVhstACUJYDBvhemsLlczdN2ygWboQ3QPk
XpPNQMHZah2LxvJXXtD2ds0WibI0jM4z6p5IyFLR2MEKcNHvbCHJIZwei5qnZCbQdZx7CTl4
s1F6kkw3WbkUxJmzCLyOMiyLlbNr87ttBCAL49SRVwtl8CJpSZjljKEPPr5UVmzbIBGSTuuW
5H0l8XX82L+gmRsy3bL0/QetUW4Z1bG/R2JeJYl6dKpZQgentZj7jjzDTfUvbLozV6SdgKwq
vd6viDLLGXvMPS6H3im1ZO0flVK/5TP4olPj5kKBc5PHtxqsXGv4+oykm4tFJszVtd3C5kTP
qszfgMK/YhfWjOywp5xq9WE7libxlulFPI3n7/HdDgeMjZAj6ZvjVKKhqlsJsQbAOG3O5IX9
pB5kNtE2BUBPg2eSib7A53KDBznpuqyRyyymVZC102Qb3bEmDJthFde8Zxk1GK1WOR7HSaNs
hIn30kuypRm5CzFMcEwPgSCZWnsIoupF21EitguqKbZR0qJ8qZiBVE1fEqjjGKxz4bzWobi8
cmLFY5jFzdfhVN+YEA3EcfXvYH9Pq/1p47qlRq1Q4l0dEqQJwDxG9e0ar3N2lJuUpxlDGnZ9
KVc07G1iyTYqx1vWoFA7GK+z12DsUbN2z8k4/wDJb+KTTAvl+YvASV6c5nbmprmzLJVqqWN1
CT9UvKdjmmlqiWDZ79NqFtkhWZElhx0WReLuxR14ygbj5Es/f48M5NM7SLKX5tk5ZMW9NTTF
TFB/w4UXTEsGYRiMzgHyWwOC8msw4hZ1plNX05XLQtmbLND5mq4zOd2sXsStEOjZpVcJnvyE
xG2KdLONXD5GLQjMNMZKfytWanTVsa5Anm7XK2TrDPQ0vNNjzV9ORN84rCKlsy48jFzRR1El
cSnTVwhmrjsdX0kcfbj1yKPHIUSgCWPMgGTGVxOqol0Kf3JRIs9aF97DcQjDT10dTjgJM7hV
cpxdU/Gdqy7kTDfW3EvQbGObM02C62/N0w7qtXWYK3TIv1JC/kT/ABQ5UnPmDBUnq0G0ytMt
EP7qXbLQUg1bxLI8SrETkaeNnX8kutabKNaTQmhfLWBlEyLXxP4gbsu6Wfv8eI2T9I7ORBKY
vzld6pSQMB8aOBTPhFyYx4Z0JInMqxzQc0ocVbnLhFlTvR0k562yQov8lSIqMLDYpheHwTkq
/pMsb5CSlRxHciw2But9dmY7JsQ0h1IY4KWvL4IHv2OpqdSWzvKzpa9YF2Sk1ko4Hm07es1t
2W2MakSMJMAvjdCypYkzGefOvOrOG7fHi4vuuiqo/mMwWO3qd5ERlKdZIqpeOxPKE3MO8V9U
uw+azPPFFlqNaIdVsZGWveDHFcfqrKNj+OPALTrlivsjnKfsb5kZGwW/t9dRaY+6xxI2Xsh9
ZNv8v38Ug4VR8yjtMSpovDgngO/Ee14j0HWk20xIMmFmXZDMW40g5lTJy4kYIRYSL9Vyn47J
ZFr3Jz9/jwnJCR44XAr6ZOKydPT4LY+XBNbBS+52qxixmXTFUhp9QxHOSUXTptE1/wCVNGuG
5qyVimYUiHVWxTS6wxmJ5Nkywu4Efr6RmXbGrddOBqhmsRFzHJm+rMwuN8hY4ccHHZYgLRUu
JFbRkYwfUCqqZsl5UXUXcwU8097j6ywzjD+ZHLQy0nHyaimArdG2nr4sbbIPzBJGp3o28p1z
wSPZfpfZOm2POvzOXt9bI2s2aHC9etlhbMGc5LSDxLp11zhMk5mzRngvs7bZEWp6FJLMrb2Y
missZ9DoCNsPaD6TrX5KfxRLcD+ZB605JAQ6SlLtK1VtFdloR4tP2ZIYxzLtgVWlDEBV2skv
LS7krhJwLxx46b+3kO9efg//ALums1A6xBOo+IqgFQH1HVKOJT4HbqkQTTEIzKW6kXcilRVd
oM51Zs2bMZ/Fi22Pq2bnT8cPWiEpPWSJPjbl7m6zShj1XrYP90MpVlvNv4lGOPP5YWWXyFj1
USr9hF0VYh3spd8ks5FlYFQIOQMkPniOSYZJiB8e0CEf45zTCRZJB3MPV5Lp+Yx8WRjP1cpS
DNIK7cT+pKYBt7GhdIszdub7kqNkLMVwk7sEYRJnP+qXE9Yd5OtUYo0oyTCVdrzctWmjl0D1
y2l+1akhdJrpLhsaHkD3nYj8g/4osx2/mSamF2WUaD6zJFVdPAN0K8iUo2WtTitdXHwRL/rn
WGsey6qSUurkzFdQjVS0ZdN740Wssw8jmfvhneSR9NwDY/py8skx1WpurJJ1OwUxI+JbpUW7
ZfN+KGTTJufMJC0zB2JrJHNQt7qYcJpulrFjQompMJDrR1Fx7CNJedkY1JjSF1Wxb3KGFSq9
cnJ06zl5NFM1NLOvlcjKmUuVDOBXGflTLRSSRlLzkk/GymMovlDJKxEsjxRykksWPVC4ezMc
FZdmT+3un6QjiGIUKXMjZQ6VRtIiMgq4M08ZLOOO4SZV+6WJWYwBnh/qbjny8tiepPMZ4+uM
uqlDxMJIR5HuQTtUcWvUbQn2RgyoUzGsXH1vtbzmPyF/ijw9TzFRa8c3T+XM9nTdUHUDJOa/
MYXiaNG47R9NyL5AY93kS0Lwc1e778+nkV3KhvGmwXfeQ/P3+O6sgd27fSRW6NglQkFllHLR
tFqvlXWLJ94YU5u6x7TJFguE8lL1+PbKU2PdNXspFz8bA4xkgRpjefTsVAx+u2TlpmUUGiwS
DY+QrWVk1g+vropK9nKXds3dPYMWdvzDyDKNUUKmTNCnqRJHQJ5AyisYkqnCJvcpZvgRbv4O
YsKrrG9pftKNmGRVJMzU78ukMLY8Tx3gCBIZ3nF3OtYqh2c28jjyvNrT4+wp+OMftbZm12xB
3kzIdoLjqqtV7lN5FbOyq2Nu8Xtt6RRQouL79lZ1hnE0djEnYVmk47EVOCXrPbn60V/In+KR
Dn5iRJ6BmDs6qwv0gcesqo56b5lfNkHYXSz6kpB61aT9ikhduHtgn5etV2BiI7x5z7KU8jOf
tvz3XKdovZ5gUyJre5dEhnT2JreO7g8VwRjOSjSkr9Ud167YccP1rBh+xzKzZyyqkdJ29eQT
oMqVCl09sJanRk2J5qcrkcNNoDP3eVLUkunCYfy85p8bki1haVqtHISVvzKnwyxWzm4ZkcAE
OsJhyNkpQij+rCf84exSysQENbYB7rFkpEOsbZldNEZidXTFaKWIXrtj9XjnmUE5D2JQVH9c
fycV443csqY9jdCaXpOGXasPby1KsyMa6aOyI49v82j10q2PrghP5CbwzDry3Y2aAyO3Ky7L
ZZm14Dvd9cuvyG/ikEz/AHk5BdYzhFkum2c+4AGiBz6i5N1CP6j2GZ5IxPNW5w7VkIWQnlGT
iHocG/cOpJfxZsYRl3Kz9/jxYFW6KlgeGcrKrNykrdxyBDLQeUMmOFcW9r80MjQuWcst7XlX
OecZgMl/VjpWrQkm2BtMPoKeobkzShVRE/07jlyVSani8aZiJAHWaMjnFsHXhblBZofKlCnK
lPkDMC5UMuwahOOVLBGTdfaQyb2+5BtNYfz+NrqapZS7a2unz9eTZALXFcUwCoZhYtvnVqaz
oIMZZw06345ZyUBlG/VMjVGWkXMguk/TjfGdJzaxRp6Y1lxPZNttsUwb42CjCZHo3QzHRIDI
KFpS6T5Ul4LI7qeeO1+tk29Sp2S5BCQytntO0Pe5P5cz3+X/APilDAbzJGWETlcLc123u025
9yItFEnGPLM9qU05VUdhK0+1mjrdimx11ONnoQhPGbaAb+QXP3+PF4nGycuscqz903IcsFEs
jr4/xPTZ5njbr5jBOSovWvCT6PyDgzDcOrZIGss3F6WBOHGFiFk4ZN2jU6yzIhVsXm2slkVA
KThlyVHNN7GLjnGDJAERzQqAusYtIle6ZhAXWXr1cntWx9SJuWoVgy7Zpa82HAETN1szBMTZ
AyoK/wAriVebfHKwkqeYjf2jOrHWg4RQ4YSqbdJXPWS2hnUZwOUZJIFvF5h6o23IlqkutvY1
G34qqOBOmcPm7tXGTLix2i0ZYmqwiWrNerUsol2KUj5FJrWJR5Wervj4vAt8qdpo5u0zz7eY
/IT+KSOBfMkUxRSTb+mQzr2WmxgM4VQKq3arIvGvUe4tl5maYvpx3Y1JFuxNTY1zMeOSipM/
IVn7/He4UW7OJdJ+sabeFIJ68qIu8LGQ+XUgUiO6LIA2jcjr8gsyqPvL8VMYfH1fQlY0iO8O
ziUI+BxmvtZra5VTo+ITkLmTKyBzoYp5sQyomDlxRHRWWTsnLGXzJk9GVUrExEVkkTcUYuFm
6Hm6Xy68pseMtmLtXTQqNfjQH2mLlRGr5lMUHkqJTxNNcf8A8faC4Z5qlnT5/BHVKdTrniOI
zr0vqknB4VpuWsmO4GuyTuQsEzHwoBHTbJ3AuaEZOMpeMbMjVs30Z/WsjQ+V26f+XuuS85S5
3PeTSXXMXv7L/lw/ikUzn8yiaRg02ecTCg1di3RUB2ucyZ0lF0S1ew2CDlqpklnfaK5kI17I
txYij48PYpeQbP3wzu0yZTXZl3TxSxKuS7VRIhFMOL7wlNdbag5RROLu7sgo2g+z2+HMrGYx
jDKMDQrZirbGBkYLG6phtlqcKDTMWHH848wxKaDalP00m9uBJyjBcPr+/uBXzEvIqx8Zk+hI
xTWerq5CRtQj8ZV3ECotuwPc6zhYl4jkKGOX6jeMzCfk7kjlSSrMr72goszLZ4n38ceFWRAH
HRSCjrJ12y34tI++2uK8QNbRfK+J6AjFY7xtVcki/wDHPEFd9u62861xMqCZZHxOQdjy7lDu
x1MyBgXAgMF1E8HXOwTl7+i6t+Qv8UiYv3kygQxFUVUys1DpCgHqiot8TtTG1GSajNXCOSj0
izV3rdbJl2l1pgVorohiF/VfIJn7/HiyY5rp3V9gS1uwpOCiFeXKU2G3BixlSWHjCPjjEXd2
YBtCoKPLkYPl+Fq4RzVwdKEcX12k4pWLzGC5W92mNNoLsjPKGSbIraWkQCqMfJtFlSQUYZGz
3dUFcywcsjN3LK5RFpKtN7dYjkVQqiiDTKXY1cFl45QCt1rA8g2GeMlxa2rNMR7uXxk1+bUe
Krh5bM13ZUWiEUMoZLqJMScB1ThctWto1Sy3cl20dl3JLx2pku9+/mMyJsFe+tVWyKear5mk
z1/zHO9e85+TDIAZO6JqIOkdQM9O1Ga/zT1v/Ld/FOHEnmVRVKVBRwdYEDE2K5ImUxVEjIvB
9R23AhWEicrfqHl59LIOQk4+L6OSikt3Xz9/jxM4hvFTt2Rsf22XgEsaZHBCBx9d0m+KISTj
2NZeMWiUPbqyjG261QL7U+Ry6dWOuzq8bh+YYQlXfWGHauLA4h5qNgcZKU2ZsMvGOq3T2Is7
3KumSbxFRs+fQr2o19Rq7gypWFJV1k2qxsJX0MgTMbIsp+uS602KhzptmDgLjmRpKTkjENXZ
GORLNbPVlKfcBcXDH9yM/wAaKv6rDKyjN/ZpWbilCOFCKF632IKl0za5oxE5B3e8ct5Gz5vp
DpnV8tYyfWA2R6AmwyUeIvbfsbjgcYXZg1WWO37lZUh+ugsQaMkVDEHmn/lP/inv95SNbuZF
xMMAhHqfqHUVETn3WR0KZzqrepwTRV5Qc7IQkj15zsxzJRuiKbCL7x5m6F9vrDmD7endHX29
O6Qa+3n3SAft590tB49u6Gvt7d0Nfb17oa+3p3S19vTujr7evdLX29e6Ovt690dfb17o7/b1
7pa+3r3R3+3r3R19vXujr7evdLX29e6Wvt690Q19vTujr7evdHX29O6QaHx6d09fb07ohr7e
ndLb7endLX29O6evt6d0tx8evdHQ+PXujr7endLQ+PbuiGvt8dzw19vjudtWOk2d4/pC78du
R3jkPHR2H9Ca8cnZas6+3B2XOp9uTtWLpvii4Y7RzfKR1snos4EICCZjP4x2UVDoBr0jf5Uf
4p7/AHlMUwoQtdmljOJVo43KyQOsb0BUX9dchgMYVUQOnpo4IgliHLUhjG31HI8SIl7TXghV
e1+QWok7q5dQVk+4uY1yuu0Gbp5p2Y7X9mqNm9PtZ2Le48W7N9lyl6i92c3oO3HYnK5lmfYn
Lq2jdgcpoEP2FyoXQdhMuJFN2HzP6bjPmdFtEz1nD00M/wCaiHb9hs0Lty59zMGjZ+zUYU87
5pPomesyFRNnDMgEWzbnICfnlmJRY2aczKqHzLnFEVc25uRN/mDzUU5s9ZsOQM35xRh08+5k
OtBdusvVQn3F+zxpYPJR2MQbJeRHsQdmj3cyMg0S7fXhvaJjvzb5Ry27wXVNmv5KL6vGOr1Y
80se19IkcaW9MB3T3WK45LJoszLE3V/yn/xTo7eZRxk52rXjGEwkOKZiyxyESsKiRjWFUxVJ
ox9EmlCANiWHTe0uGxOtned/gaJN5cKyopK+UOqympHyC1OTXU71RJ02XeqGYvMo5hbZOsyE
2u3ahKiAt51y2Uw53YtGOpNLyfY0IC3kuqiqjzyb0tZ+98lOPnLB15Ga251IeQ6rvGyXkDhS
BHd+K80TW8gUQ4Oj5CK6k2gvJHS4mMceR+nqOj+ReEUOp5Hq+JjeRSEOVXyGQK5vuFkTf/c3
ohk0PJ9j8irnyY05c73yR1h0fsj3Ht3YqfpPe2RgYInkLagk58hCpjuu/ajoxu+U8CyfkGtB
SB5CbeUFu/VnVKXvVawH/PpbOK3k2yIfGuW+0loy5Zwtioia6PDJr2965D6zfgj8/ef5TP4p
7/eU/wCFgHx+dz+1FWzVgjLXXa44T8a3e7shQsn4uveGrn/Lwd07sXYpjlPFOSsH5B/m+J8T
ZLztkeMxHkicyrPQzuuTv/C/0k/xT3+8p/wv4fpQ3THx+rrLOFvHO4X6Gfw6fWjq3nLt5kvr
f4xar25zjM1iwV6zXPxj5WwZTO0fidt/VHorSvCPn6x9HcR4uuWb8qd1+oeQuiPZKF8d2d0M
ceV3rVkzKPhn62dKcxdl63Q/GyXsD158D3i1Y9tO4eb8UdAe1XcLsL49O1vWntt248OObuqe
FJ3w33Jl0S6KeH259w7z2LwbcusWe8V+N7PN5wdibw/SmXOoeG8awWVrew8HWVZXts36RZ0c
9nvKR4vLv4tMgaS6AzWN6X228SuR+u+UvIX4osgePnE3U3wx2XsdN9BfCrnPvZVWzZw9c9w/
GX2X6V9jcddfO0/gdoOEVs6eXfsW9bkaPP8Ahf6Sf4p7/eU/4XdDMFv8UngeQ8k3Z50t/EvZ
FmsHdW8u9d5Pov8Aw+3js7TdSvEPY/HRj+mdMel+BsU578p/cb+I47HwGJe8Jm1N6p/w7n8P
l1X6owvaPw6YYqXk38m3crthlHu52T7Pzc7WP4YDz7YHZ9daxQu9/Wrx59BegpR6FeAvEuMb
hmzKX8RTk64W3yufxE+bqd06c4NjMeePv+Gj8AZ3bXL/AIh+oNa8jHabub2z7FeXnuV5UY3G
3jk8I/jep9TZZq8B8i+qdy8JmHMleQzvh2j7BeMzyu+TPoh4J6n1l80Hb7tHkzuh2T6xROZM
pZC7/ddKlmPu/OFmSTeMsgXnqf4Lf4c3x+xPaPu12T7b5377+UH+IsvdTxllXD2MkfET4C/+
H/pJ/inv95T/AIPVDG/Wu8Xr+IJ7ndWvIfnPxtxHTmtZ/wDOz2bwV3j7qWvsh4+vLX4uczOu
o/X2nWrP3je7z+Ebxb90+keMvId5EO0/V7PfZvzqd98Md3ezPRPsr48MX+CTxe+VzBeD+1Ne
6ydLsJZX7f8Akvzf267Y+US1+KrzDWXNdgwjIN/OfjXCeN+uvUzPfVPxPa8Q3bDrnjLyYZqz
hNdwO2HnP8g2HO6WbqJ2g8bVa/h9PHJ5AunOceirzJnULr5Md5ex/hA7sdls+5cxtU8R437O
+NWpfw+fiZ8meFcVdluuPWnpR1uzr1O/iHabOeWrOHTnxNdfrb4me7vUrEHkr8bPlbc4N8wn
fCL6H0DJnlXzl4ts8YM8cHfvqI06YeIntj0hx15S+1efeteI+zHks7g+OaY6lWeyTNxsv/C/
0k/xT3+8r/OPC1hvq9B9s/NHKM8s98v+Q/6Sf4p7/eU/53/pJ/inv95T+ZYe8IWWckdNeqnj
yj81Tnkg6L27xw9vOvfjnz7nnEPSrw41Pu4j44fHjY+/Gc/M5WPF3dPIn3r8emUejDjqZ0c7
Id1J7qz4p613C7O9l8HVzr/2isfjCpFQwd5CfGnl/wAcsj018frPudCx/iNtt56i1GoWu/2j
LPjdd9X1++3iVuHQvFOR/DBkHGPjc6m+PWLzdOZX6J5VqveHB/jM6+ZB7DdgMPPuvubv5G//
ABv9JP8AFPf7yn8xqVomaPasHoVzor/DpeBLF8h3F8m3S/Ac758/MD5RO99q8j3ZvMFEpvij
/h3f4cWtQuAE7LY566WXyN9Wrveus/m87H4+62tPDDhSA8aXR+gULIGc8qR+JK35C/KR/EJ9
q2Hafyhx73/Kp45O4aP29/4ejrlWK/4TfFN4q+j0/wCR/ud55O81iv8A5ap7r/hHqV4tPJlh
LPHXTvV1nqzXx1fw8380/wBJP8U9/vKfzGvNYh/P+cTyK4f7s5P8c3bLx84c8LPh48pXUOm3
jIWSupPSVDyk+SPx2JYjyzSMNdRf4ebquTon0iu3j48trqN81neC5eMLDXavB/ffxQ2nxP8A
dLMPT7rl2Q/h0e1XTPpp2BzPF+Fi19K7vnKC7LdqfOV5GekWWuzvfHs54mvI30o8Lfku6XYX
72yvYnqPfO0nlC8pr7uD5TvI52y8Yfb/ALs9Me7/AES7S+JS7OOjvSUf5n/pJ/inv95T+bdM
+u2Gs43/APiJ8u9fu4fYj/kf+knvV0uxF5C+xv2UuoQ6+yn1D19lPqFr7KXULX2U+oQa+yj1
C19lLqFr7KXULX2U+oevspdQtfZS6haHwpdQh19lLqFr7KXULX2UuoWvspdQtfZS6hBr7KXU
LX2UuoWvspdQtfZS6ha+yl1C19lLqEGvsp9Q9fZT6hDr7KXULb7KXUIND4UuoWvsp9QtD4U+
oevspdQ9fZS6ha+yn1D0PhS6h6HwpdQ9fZS6ha+yl1C19lLqFv8AZS6ha+yl1C19lLqFr7KX
ULX2UuoWvspdQtfZS6hBr7KXUINfZS6hBr7KXULX2UuoWvsp9Q9fZS6ha+yn1C0PhT6hCH2U
uoQa+yl1C3+yl1C19lLqFofCl1C0PhT6hDr7bHXz8v6Dea1k2lAqkZX9KSyK6f6ElkXBP1fo
Iskof+RzLy3/AEb/AMm02WGptZol2ruSqYVVIyv6Ulkl0/0IrIuE/wBBFklDfo/o0Jigb9G/
8m12eEpNXo9zr+RacVVMyn6UlkV0v0IrpOEv6NdaYe+9b7r15yhMSfkIzbdrtU0spJd768ws
FUyR1exTgXLt5xR498SYr76R07cW/Y2X652W0THUrxkZWyTZcd5364zXZ3P2Seg1mTi+uHRe
3ZayJ1r7kvbbKKZJznmCLjMXJ91sn2in+P3HE5L9AexOW5ehYZZdreyOI+zuCcO4lZ4RpvYn
OuI8e9ruymKcYq9lavGYAwpOWay4c7PWDsPleydbIm9ddr11tyhLSffzNl0vVXY5VR73QCFi
quSOruJMFZeveKvHxiPFnfONmLuh2NmOt91tE31M8aWV8m2DHXYTrdLdns8ZG6C2dON62dF7
blvIPWruG8tcpJZKzlmKNr+L0+6eUrRT+gGNpaV6C9jMuS2M8OR3a3sZiLs5gzDWJCYXp3Yn
N+HMd9rOymKsWOuy1WjMAYVmrLZMN9m53sTlya63xt66+3zrFlCWlO92bLle6tH5Sb964ILT
VMk9YMOYQy/esa+PfEeK++cdL5AT7FynWHI9osHUvxwZZyjNY57H/cEzn6ly6uuI7D0J0et5
lpXqFnFpXO2WL7RV6N5DcFq3u9Yu6w5IqdriMueQLLlgxXhLJ9s68TUN3czvhfO3XbJvZDvd
jJ3n/pKriqgdzHmGepB7yj117UtcjVq7pvuzFzxjcurDGsdipvMduwjjHrhRnud6h166zSWP
mPY3KnWyR77ZYwNlOX6NZr6T1DGvSg3WdvniI66ytpmMF+UTBInwbfOrbiBw7B9Grb7191Dz
g1rva7GFqrFW8hmC1r3fMW9ZMl063weWvIFl6yYxwdlK3dcZyL7u56xHnDrnknsZ35xi/wCw
fSocV497lu8L9SlLwl147TIZGq99bP8AszbsY2zqtH1PsJZ8xW7C2LOvVGf5+qXXfrTI0Fj2
Fyp1mke/WXcBZYlei2dOldSxv0nU60t88xHXaUs8zgvyjYLOlg/JXVpzWMOQfRe1JS7/AKi5
xbV7tPi60ViG8g2CFr1kXE3WjJtKtdfyz5AMvWfGuCsp3Pq1OsO7eesW5r64ZG7FeQL7al/9
pr+n+Ttrb+VtrYNba2D9Gwa218NbfoEoGDX6/wBOwa+A/wAnYP8Ai7aEpTBt+jb9O36Ntbf8
uHb+Zf/aAAgBAgIGPwD/APXT21AhCLZJeQnGGuIkYIWUOdEiogAC2DmcgP8AQhkIzPM4WMxv
gPHejbG8UMA3GAVlCrKCfVMIBCA2xOFAkYcV5I8OmJ+WMeFUCPHIdt0ZhfCi2ADEjKFvhpJQ
GJzbCEwhtgyiYgOad6BKyEFohrSLImJRJyH+hoPeEAA2QQkWygZrIyMG8Y8N438OmCAd2FAk
IJbbBF98FxcohTEnT5IBInFv9Ff4v4JrDW0lVwFQeG5nhkBrGqXuGbOhRGjuuuCx8K8Wo0U4
jUNXxSrpgvAZIvLQgluiazmI/wCX9LUU3Nq646s1Sr95tJxypvo0jK6YQWKChWtSrfFYNRgU
tGmrSkqZvFaFTBZytjg3D/hvijq1ao9zXsNKqxDuohqVEKjNYZJbMQfh/hrfB4aSwqcz0A07
ariVfnNhVDK0CSRotZS4udExHAh1OtVLzuzAD90YArad4gKNBwmpxt1bV1Vyt8CuxUbnM/GQ
SBtIit8P8G9xwx1QgHfflDaOYuR72uM2mWbkUR8XaljzWraU6cUXbzFNSoQ4lpeQmUGTlmiH
HT1OK8Ty/ENWYoeG45W50K1GVHU1yo5ChQpbHA/h7hOnLNW2l71xc8+I+oGOagc4taApRHXz
sU1ODs1PjOYxhccpZNzGuTvvszWh00jiWs4uD/LNLSV5BcEc8OFPuuDu+AqAqFCiUfBbH6gt
r69+pzycQG0nI3+0E5OVCLpKJ0eJ6z4jdQ0OoLvDZ93rVHIwhpBc2rbZNGgrIJHD+G6Lhrtf
XeXeJVL9VQImMqMOdpUEjYikTjh7uGVMvDq4m4qchRqqHVC4yKhLpKSDH3HjfxUTrGgEtbpa
5EwD3mVSJg80VdJp+A1KvDKAGfU+PqGneBR3gyLQ54yorkUK6xfC4tr3al9UA06IZXpoCltV
r6gkCChE9kaenwfiJbosxFUFjnGjmaDTUurg1M0xuoibwEN4LpXZ1qFoKAKgUyL9hlm5I1PC
qWqFZtNwGcNLQ5WtKgFzpTxnbHw1xvietLtdq21HU6WR4mwoVe2o5smoUc0Aqk0MVfi3geqN
bSV3JUGQsyEZGNXO4E5iCAjR3TKRMfCXFNPSy8Qqmr4syVV4ySLy0IPZE1nZH/LynqaZbV13
3s1nBz5tpE5UGcAEZSFErCQUnXbW+LA59IDM0aatJQZL4oC8i4WxwXQ/DfEnV61V7g9ppVWI
ZFqF9RCozWEIlpUQ7gPDm+Dw/M1Ccz0aKDapJV+c3rNRaBdGj1dHjB0NNHAh1OtWLjuzAD90
FZCdveICjQcIqcadW1dVS0eBXpqjc9vjIJAoTasVeBcHP3fhbnuDSc78rWUS4k53tcVLTLNJ
bwI+LNUxxqVtMdOKLt5v6yo4OJBek2tMnWFEOOndxTiWX4iqTFDw3HK0PQrUZUdTXKjkKFCl
scC+G+E6Yt1jaQ8Vxc4531AxzSA5xa0AEgAO5bFNXhFLV+KWMYScpbNzGuSb32LaHTjiuu40
SOGaWmrkzd52ZtPuODir0VAZKFCrHwTTfqCK2vdqvEk6TaTkb/aCaNdYl0iRPTcS1/xGaGg1
Bd4bPu9aoSGENcC5tVVW9AqyEcP4ZoeGO19d5PiVTU1VAiYLUYc7ZgpsTbGgp8OqZeHVxNxU
5CAzModULnWqALkCkrB4fxz4rLtYxCWjS6hJgHvMqkTBjUafT8Be/hWnaM+p8fUAnN3T4MnN
DnjKgLkkpxbQ4vr3amvVALKLWVqaApM1GvqCQIKG2UxGnpcI4hl0ZcRVBYSaKtBYpdXBqZpj
dsQqBDeDaY5nmoWgoAqNJVC/YZLGq4TS1QrCm4DxAMoMgSQCXSmls7Y+GOOcS1ubX6xtR1On
keArJOVwqObJs95oBVLof8WcF1fi6Ou9HjIWeGWhrQudwJzlURo7p2x8JcTosI19XxfFKme+
3JIvLQg9kTWcxH/L1mppltXXDVGqQ58xTJyoM4DSA0zEphQUnqTV+KsxoAFzW6avJbifFHQo
jgeg+GuJO1Faq9weHU6lNEQhC96EEZrCES0qIqfD/Dx4HDi5pHeflaNO2qVWpnKob1CyEkjS
amnxk6GmjgQ6nXrFx3UIR+6CCEE7e8UloeC1uMOra2opa3wazFRvid7xiArZhYr8D4OPu/Cn
PcGneflayipKPe1xUtJTNJbSBHxVrGE1NVQdpxRO82dSo4PJBeh3G2OsNhW3Oo8b7tny+7/W
+Ll8FfHTN4XvVsTdTPDPg3hlF3Ema6o01HLW05zMJcwBrg8lASVD25jJMeM6TVafNptL4IqI
aoLcxAYQiF2MiVPeN8fCx0VB1SjSpal1JyvblDsxeoKqpJG9YUIuEfGWn01MUKlSkx1NpLnp
lc4uRxyqUGy3AGK3ENVwhzdZoZvr+NUIPiuc1nugEs3VGazMQI0VXhjRT4txCm8UqmZxB8IN
aQjiGBaYy7wapOUzJIrcT+Ktc3R6RhBUtZUzEuAyhtGqXKVwQWkgR8Kca1NYDh9emUIBPdoe
EZBXLmIuvnenE9brKvvtQ1w0xTvnw3eIUD3IGggb4apIIvjinHOIMDniuwFhJ/vMgUtD/bXu
oUQiNL8YfC4+8aSt3mjK0sczKwg+I9jt5wcRuIgBvQaD4v17R/JWNZnKiRFIU2hA/OTnSxh2
yUxxP76/NVcWkGSFuRuUhLiERZ4zj4q4Nw1ufXVvu5yq0K1tXNa4gSRbVSdgMfDD36I/y7Qs
rAkvphPFY75+bvm5eYTjgFXSfCI1lNorS+8upCn70iZLml2YjMVKNuQEQ3idfhop8ObWbmAq
MeGBAjVFQuMrDMlChOVyfGXF+I0s/BqrtJ4UyA8tytd3N8ZVvAtkZxrtTpvg9tUuaE1J1eQH
dG8KZe1srACEKLNY4jX0mhbV4i6s0NZmAJV5F+ZshMStkbRHBBxbhv8A63Va91en4jyKT2U3
OYpaQx+ZjQS1pCG32Y4dwjh2j8DSl9TOM+c1C2m5zSXPptIQiQBFpW0qyt8RcLboabHN+7jM
HlSoqEuYMxAkpqbqkIiRxLR6l3v2VNk1AcLCRYR2zlHCeB8Re5nEdG2p4BRxDg4Oc8I1rQCB
YXOcqSAJg/BnDdK/iLdZVHiOzVqG9SJcwBrg8lJlQ9uaxMeL0NZp82m0poiohqAtzENaiITZ
6pKkAuN8fDH3PTuqUaNHUupkl7cocHFxIKrmJIClWlCLhHxzptHSFF9WjScxpcXJlc5xALsq
lBstwBitr9Zwgt1ehm+v41Ug+K5zWe6ASzd3c1mYgLGmfw2mG8Z4hTeKTw5yHwgAQjiGN3Bl
3g1SUIVSK3FvinXN0enpkFSGVMxLgEAo1S5ST7KXkgCPhLjOprAaGvTIa5D6tDwrApm5wtAR
bbU4pq9e/wDedQ1w0pFjzkd4lj3AAAgDxA0kkFt4jiHHNWzMfHarStoqZGmQf7a90gohF8aX
4v8Ahdv3jQ15uARpYWZWEHxXscczmuI3AEHm0PxhxBoPBGNYXlRIikKbQjXh5OdLGEY7oJji
v354dXc5pUIhaWNykJdlRLzfOPijhPCxm1db7ucqtGYNqFx7xaJItu26Ph6udETwrRU6oBL6
cvEpEETfm7529ZPAn6T4RbrKbRWCfeXUhT94QZlzS7OmY+zcgIinxOtw8U+HeOMwFRjwyySi
oXGwob0KKhj4v4vxKln4LWdpfBCkB5Zla7ue8AC3gWhDONfqNN8HtqhzQmpOqyWNAUUy9oki
AIQUVCsa2po9E2pxR9YBrcwUq8hZ5myFm220Lwc8T4aTxqo17qzPEelKoykXMUjcfmYGkgEI
5c3sxw/hGg0XgaLPVzjPnNQtpvLXEuptcEIkARaVtKsrfEfCm6FrXN+7tzB5UqKhLmDMRYvi
bqkIiRxPSak++ZUW6wgOFhIsI24zjg/A+IOLOJaNtXwTvEPDg5z1ytaGkCwuc5QECGG/BnDN
K7iH3ur7x2atp96mrmgNcHKgUqHtzWJYvFKevoZ9LpDSDyHVQWZiGtIDULrBYSCgzG+Phk6D
SuqUqNHUupuzPblDw4uUFVzEkBTulCLhHx3p9FRFJ9WjSLGFxd3XOcRmdlUo29LcBFfiWr4S
5ur0M31/FqEE1XOaz3QCWI2WazMUhjuGsDeNcRpOFF4cSCaQaDJ5DG7gy72UknKQSsV+J/Fe
tbo9PTQzDKhcrgEAoVS5ST7KC0kAR8LcX1DwNDXYgOGXTilcp7zhaByyJHFdXrpa3VNcNMRY
5GP8Qye4AIQmcNJJGW+NXx7UtzVfGCiaH3mRtmdEzk2IUQiP5h9+HhZ/5gmSqvc+5eFYv6ze
zIuWfh5d6KXFNHXLNawq1wAUFMqhQQqWFJWic44i52tcXatPFk3fylRmOXHekkwCZiGNpVyG
tBAk2wqom29T548XTV8tQggyFll4NxjXaTSVi3T6gNFQI3eDTmaCrSZGciJotgjQ8Pr6onSa
bP4bUajfEcHPRGgzIBKk7ISrWVNg7BFFlWsrGAhoQSBKm7GcUnVdQuRU3WyUTsbsvg0vE3XW
hBccUh7dPUysJwaesGDpn1VpDY3FfZW3bAfWqK7FAOgJHi6epleNgPWDCVK6/isHU2HUmVtw
3I30R954brTSrOBCgMmMJtdFM8Y17qxpjdVrAn9VjYp03ahWNX1W+iKHDdDxVzNNTBAaGUpK
STM0iZkk2w/XeL+8Ekko20ickToj7zTqJWW1AeggjohtfVagvq4kN2YAYXx4tZ6v5AOoCKHE
uFag09XTXK5GlFBae8HCw4SunFPi+m1BZr2OLg8BqgkEKJIDOUpXTjiJfrHLq8vjSZv5TmCn
L7QBkilCVIhjW1yMoIEmyVVuvUwK2mrZXoQZCwhLwY1uh0+oLKGoDRUCN3ww5mgq0kIZyIUo
tkaHQVtUTpdPn8NqNRviEOem6DMgEqTCVKq8w7BFBtSqrKa5ZCSlTdjOKb62oUMVN1t6C5uy
Had1T3brZC6eGzGHN09XK03I09YMM0zqq0wtzRevsr0xnquV3IB1JAq6d6OGwHrBhKuoVPmt
7GwKFOvuG0ZW44kRU1XCta6lUIQkBln4zXRSfxjXGq9gQK2mEFvqsbDWP1CtFgyt9EUeGaHi
rm6SmEaMtKwkkzNIm0m+DrhW98SSSjbwlmVOiBq6TkrAqqC3kITohtfWaguqi9G7MAMINSs5
X4y7AIocT4ZqTT1tPMjgGlFBae8HCwm7pinxXRags17SSHANUEghQoIVCbpXTjiAOsKavL40
mb+U5mru+1OSKUJsimGVyjQUk2+31dpg1tM/LVIQmVhBF4NxSNdoNLqC3T6jL4jUbvZDmaCS
0mRnIidsaHQVtWXaXTZ/DajUb4hDnpugzIUqTshKlVRyDsEadlWsS2muUIJKVN15nFN9Sur2
r6rQi8jYfSfV3CkkGK4Qmbqj/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8
I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/i
I/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6
n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iIP8A
6RP/ADup/iIC8J/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a
6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/w
j9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+I
j/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rqf4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iI/wj9rq
f4iP8I/a6n+Ij/CP2up/iP8A4cuuhM8+Q+iMrXK7nhD/AEq5yRToCuDVJIAQ+j/rZ1Gq1WET
mexI+J+HVKebS0W0ywK4Zc9NpdMOU2m0nZFP4g4K806jXta5k3B4JACl+dE2Ca8hjT8R1tTJ
TcxpsJtQJutJNuEM1NZ5ZQNjsrzbZ6izj74148JFWZvTDsh2t+I9eW8NJVtEN7ty52I5yzNi
zQWQNZwJq1yDPNVJ8z3ECzAGGP11bLmMpOP5rXeXLGn0depkrVFyqHzSZ9RLMTOy2NJwnUal
NdWByNR80CneDC0IMXCA3VavKFnu1Dh7NMrzR/Om1g7QI0qj/WIaJZM1pEsqi9I07n6tDVXL
u1Zoi/2e29I0nDqdddVXzZQj/VbmMyxLMSIBMv8Aq/4vdo9X4Ya2ioyNdn90xApIyoZqLbIo
u43r83C6ZXwQwNBKJ32VA62d94CKY0vC6wH3TQzDfaLqTXE3FVIkpCN2mKtJ9NaeXE+mPjbg
ukrnwtA+i2mUavvajsxmDzgki1EWNNxLiTvF19UuD3WKGVHtZJpDQjQBIDbHw/xfhjcjdSag
rMHrZWsaO8XJ3hJoEwpmVHG6b9fkbomU/DGRrkD6QUDupMkzW0gJDNNqeNJQBVPBbM3FRUaZ
csf8v9FqmZ6TqtdZkKEo4FbrjAp1KYyliG3DBY+L/hAgngtJ9JzGKZesd5Q8rJd67CUfC1Gm
1Gg1Zc9H0RwviL6X7zQDi0qfXaAZZgLBeDzQht/6uc6nTzVUkFAXnMhHGPiGpwNdLq8g/XUd
0MY1q94kqnshIY57Eekwqzjh/wAVcHaHa7TrmZujxA4Ze892VuVpd6pUSkQIDdNwwu1xABb4
lMALbMhCnTsjV0dfV8XW6lPEehCoXZZB5ATMZhCTMzRHcEr6fxdBTJLKgLAuY5iMiucEJNpM
9iJwzi/EaPhaLRZzTBLXZy9qEnK5pahDVBDlsF5hnxb8M0/Fq1MorUS5jfEDWhoOeo8hoAAK
NaqgW3U6FTgX3fNa41qT8u3LlasfAj+H6fxde2pXLW5mtzfqECu3RJZ/JDRpuGF2tLRueIwT
ku8RlkFO1LljWcV19TPxfVlpqFAO7YEa4tkpXKADtRY4NV4bw3xKVDOrvEpt73h3Oc0+rcsa
YVmZHhoUKD0iUOICgf8AVxW2CsDGLJwP6JiUWRbCCPh/iOh4dnoaFzyviUxnzhlznNLUy4Fd
kaZ2poeHWDZtUO6RKConC4RKAQOX/qo5ROJ3wJIYFwgkmABbfAOP9EzEjKCVWNfxWoFZSYT1
Jcb7ZGOM0+L6hXMFMsGVolv5juU2fNkV2XxTpaJ3icVqypNQhZtzFSxzRlDlGa0yCzjSfzKt
n1eUkyaO8SU3ZSBSVqL/AEEIhEKkE/0SMAFsotlEzExKJn/qKcB9Uo3ywg6Ovrv3sXBlQ27R
TLb5zlywK40tQ6L27k5Mi80U9C3iBGrLsrWmnWCk/O8LKOUlIp1WTa8KDCuMhH3bXaz95IUN
DahO2babmgjAkGBqBpah0X95Z0ZF5rYboaGuI1ThJpZVHSaYb+VbIQ17bCIc91gh1F3FUqAo
nhag2bfBitw/V8VWjVblI8LU7MKQPSIb8SfBHxIKWnc45D4JUCYIWrVWU5loJh3EvjX4h+88
fCOa7wazcqsyr7rOxxLSgUStRZhq8WkRL3Wo+xirS4RrfFdTCncqNRfp029EVdHxDieTUsKE
eHWPS2k4eYw1o4vb/ktR9jAy8Ttv8Ov9lAY7jG9/mtR9jB4xqK2XRBocXI4yJAEg0uv9mE/m
+9/mtR9jBP8AN1/0Wo+xhlKhxZarigHhVxPlNECG1qFQOYbwqee+CSLez/qJ7390CB8IfC7y
GF+R7hl3yQFalSkEAmhD0d5hFDUaml4nFXs33K4WzAAFRzRlsUWzmhSGjL0n0wzj3BqKcSok
KAu8CWgneqBoyhXE5SoFscPdVBDhTAPK2Rs2iUO+GOAvTXFA94RWqm6A+kWnM0zIco2X6fjH
F6WfjVZqklRkBmGgNqOYoHrAA8k1ADVA5fTFbi3CaQZxii1Zeu1QSCHVGsBPtEE8skpfCvxB
ULnHdpOQSSxiMpIgAkS7ZZYENvTDuIN04+9U6gyuV0sxAcs0K7QUmlpjXanW0g+pQpqxVkXK
DIEAqMQUtECnSZlaByxxKrxKm3wTSKk5rhchUHBJrIRw/hlQ/u76yX2W3EHpWKQ01ANRoCBR
cNpjiwq0Aa+UODpqC0ggycPNYb44PptZTDqKvKTtbTe4WEWEAoZFEKgwG/c2ZU2+mG/EXB6G
TUMf7wK4h2dzQCM9XK3KVk1s1FiRw+jXCg0Wg+YYRwjWaWiGVq7H5kWeUsSRJAk64DasHX1N
MDqaz3BxJJkwoEmgkZoiyWyHU62lDNSwEscC8ZXFJkB7Q4SsK7EWB8PcSqn+XmrkexGycknb
rHuWYlmG0wyoBIj/AKi4lqaBTUOAY0y9YgXtcLCbRzw/imon92bmSYUuVoMiLLUQgwxpdYId
uzgioJRrtcZU6dNxvM7rnGZlZJVujh/39viGrXc900XK1zvVy+zd5jDGASAiVsOZiI17dMzL
SFVtRs17zWuvLjaUn5o4PxNx3n0p8rSWmeVt4w5JRrFszs/ObHGSbfDb1mC6oUaBb+CNRwjT
vT4b0361wQ+KXN3EUMe1HNeAQSCJmRAPCaYEhXTkkYpC/KI4vj4R6xHCyt1X/unwVNvL6I+I
uCMog6bSGnvB3eLgTZlbY4ICHEG2yMoEhHw+ns1P/DjSqf7Sp+dFRxsAjUVNCSfE1gyhLUAx
RLDLzLGnn6o5/wDqLQU2P906oVEpoWEdccfa6Ti2mRbcXr1j+kAiOPuZ3/Db/wB4zsjhbXlC
W1E5fCf2QXCz+nTVm999NTzZRGhYe6Hv/PJ7Y1TrzUYPyhHGT/k29bopfBnw7V/eKhSs9B7t
qNchD2gODmkrlcostKQeH6Vu61hJtm4zJm51pJNpSywRwz/9oPUYo/REcWzFfdHrEcN0Wh1p
0+pLnEVA0PLcrHO7pc0FUS2SrGooU/jZ28wgrpqaFZIfe33x8W8P4g1NdTNAOs/yyjdJEuW/
Z/R8OgBN2r/4UUzQ+HvvPCS95FQVqbCJ7wLcrnIDiBfNLKnBOA8Fy6mtu5/FpuIWRAa+k0FZ
i2+UU/iT4kp5dY0ksYoUGxSadUtKrYWqD0tA83/UWvdQZmrUsr02NcFmXC6Z5Iq8KqhH6lqC
21iuuBGN45yn9Je9yUxbGuoUHZ6NWm4C0KQZW5TIidmEaCvrTkZSrFrpLa0tNmbH5RbFOpcQ
P6dVo6LVbTysE/WytJtAvlal8cJ0Dx78MJJ+mS/FwvSRjV/5xn5zY4xo+H6TxuL6oU20goEw
XL3mltjlCm0AIQTB1mtd4nGK+9UfeZkgIHuaMuZCR3iFKyTVtRRkKiOGf/tB6jFH6IjiiS90
eyOFf6T/ALp8HZHF+NUSlTVZC609wEXvIvuaIbVoPDqZv/DHw6luWr/4UaXM1W+JU/OgZac+
U+mAIsmP+on6eo1abwQROzoij8S8EBHDRVDmnd3DYGkvqPcSZocqX3Sp1qTsmsaAKjN4o6yR
NNgIlaLLDcSN7dgcC4dVXiVczRd1gLVtplu8FahcChXCOEM1IR+QuIla97n3H511tsO+LeC0
SWlTVCjdITfV9WzYGdkU+E8Rrpxig1DLvNVGkZabWKksoJKBZzRrwZGyNRXc7NqngtYzeGZ0
r8jwBO0hLo//ADHj7T91Ly8Ll946YVWVGkBpRVYhsxIawWARXoNqe9fUaAJzmFuu7Y1g1gA1
QprTXNapVEkqY818N8MyIlGvq1XoynSJNvLgbeeOH6+sfctrqbbDK4E34RSdTcpy7Y4xVqPs
p2TvcALjeY4PrdQ/LRzuBM5ZmObcDeRd5opvp1bRah9EahlCuDxKqMtNqOvIDiTkcBlBLhmT
MQgWccLq1Tv1PEeeQ1HkWfNTtCxwOhReHVGMeSJ+sadspWcs1sRToRV9/RqOzBD65UXTsmip
LGMzTL/qRYNHUUw6mbivZH8x4FVdo+Ih+YP36s/ovrIu3ogtd8dOLERPulEEc/irOKfE9XRN
fiLXZi8l7QTjkbVLU2EEQxjAlMBBDqb2qwxU4lpqHgcTc7MHgvcAcchqhvMgENpj45d4YCId
JRJT6Rqk9MU+K8bcdVxRrsxeczAT9BlXLyqo2QylSajGiQhzDYQkOra7TPe4lSc9QW/RqC+B
Uo6J7Xi/xKp66piloNKvgskFWQ5SSsPr8UY55IsBc25LWvEIOHvDh/la320VP5cwta4JMuPW
4xV1fEaLnvebnPb+bUEK3h7w7/O1vtoDGad4A+e/7SM79G81Bf4lX7VIHw+0EaIMyopVM2a0
uXph1avonuebfeVR1VRDK2j0r21AV/WVT+dVMUNJRdutCDyJP/wlDir9VkL3PCZSe68tt8Vm
GED9/wDyHfxENB1yqq7jv4iNOynq81WoSAMpFiX+MRfsgah+sWuZAZHBSoWfjECWIimfFyun
cqftJxT/AHjM6fqkfpmGVKmsyuSzI42peKw2wGnXz+g7+IhTr54ZHfxEBn8wX8R2z/LGKdca
3d+g6X7cQ6j46MxymfN4wRIY779K/cd/EQP/AFD8h328AHiE/wDNu+3hoOvmfmO+3hv/AKhL
/Nu+3gOPEd3/ADbvt43uIT+g77eGpr5T9R328NXX/kO+3hq6/l3HfbwP3+X0Hfbw39//ACHf
bw1df+Q77eGrr/yHfbw1df8AkO+3gLxBCP8AJn7eGj7/ADK+oft4B/mG7/m3fbwn31SLdw/b
wAdfP6Dvt4D36+Qt3Hfbw11DUZ3T9Ui/bVitUaZMRLL/APTQ3T+PlOOVU/ajrhj/AL8rnfMI
/wDHhjKWuVx+Y4ddaG5tfy7h+3hpPEZn/Ju+3gakaubigGUzsB/tTjhDqlTWJRFhyG3kFYGA
377uD5h+3gso6hR9E9tURT0rdRvrPdOwj+27YGbXo67ccf8Ax4aTrp37h+3gaX70ovOV0pLZ
43UYdUp65E+Y6fnrQNW7Wq93zDNCn97hsilXfrUDl9Qm/wDz4hrjxHe/zbvt4D38T/Zuu/08
CkzV5mAouUhebxYp6WjqVA7xykJJbDVC8xhgOvunuO+3hpGvl9B328N/fuXcP28NXX/kO+3j
wfv/APrfhdw/3Hi/33N0rdGhGXez1f8AvXwbnRnSUVNTUYlCl3SuLU2G3EGH6fN7ujIc4C3A
2jExkY5W/g5YpUQ1aYM7PS0w2kRvkDq5TDi67yxhoa9WYJD3OC1CNo+SK7VQFNuPLDqjQpJ6
jBy2/wBIKQG3xsFkNCxOFFkAF0ArOEScT/pF0NnaqdsNAMNUr0RbKHoZn0iC9MrWrib+eC9h
3X8vtJhDaobJqpbLpii0H3c1swltipWJUnyxhuWSQGOqJXQpJ31SI0+lpU8rGkzUHC4tGGMa
TLXVjRNuVmNioYo6eszJUdIzVE5GgT5YfWZUV6LY7HkOMVNTq37zluw5AOqBXcfd0jLavmI6
YAJnGqrutGX81DfshjNPRm4lSouQiRW3ZGg0IopVVwE23lTcBZtikyvVmAiI3rEUmmZn5Wx9
4Y9XGQkJTC43HCA2mybdpvttEMr1B754n5ApCQJSgyi2Nv8AM/8Ac40QJlnq/wDevgSWKrqp
u7dgOMVK5K1jy2lyD2hfFHVlqhylVAWeCy80AET5/RGp1TnLUMrxYu1OiC+q/dNpQ47AYOR6
nkI7IaxrMZrZZckUy4+4Up3ee5YbTD9+ShD1oMLoY1okkAFqvxsiTVECW9AxgEiCAJwQkWwC
ROBu/JDQ60Q1znTFlsPpa7iIbVaFIy1SfM2m7ojJQ07qzfaWo0HmNAkea+F0FAU3GxTnHTph
BbSqtTY2l26cw01NTP6NDs08N/eMfVo/w8M/evyaH8NFH7zUZ4YNmVlnK2gI+76jTZXuTezE
2EGwaUDpj7vqHGlVNq+KVmCu7SAA5xFGnwmuKjAbs9pKpvNGMMyDeN/TjFOjkXPtSxDG/YIe
tgEMra4q+eI2eq6M6LRBJFs5coMVK7W5CAqzOwSWPvP9kSPZlYMQeiKei09TMWWlALUIkXds
UNPSq+/Oy2YJtJF+MUGLMBSdpnZzxncdwfgjUsbKmzLO20efGGgOmSp5kTzxU1QbNgS60gjy
lAeafSJ+iDUcEcSkP05C06VvOAcF2WmBq2M/dQ4Xid3tA2jCKVMt7wlPBIaSZwECGAANyAVn
CJP+aL/sa9UaJZDPV/710PfgI/5hM02qB+G+E1qLW0y2iM4qsY1A46R1UHxCXTzSWYAEcO+I
fiX92oFzwRKoobUNMOWlp6Zmglll0xp6/Dq/iUMp3kc2wkWOYDaIAbvVDzYbAIoFh3UVJX85
imys9GzuB6kwg6dtRVlYfl64y0mz5uW8wKd4ttv5xFTWv5vP9LshskWEVQIBcF6IAJ3YKmcJ
CxMTEDbA2wK3EdSKbSoAIeVOAytdOK2l4Tpz94BIa8kpy5XacyVJEgwBU1BACogpjqotXkKw
Dqq+b8Vo6miBmf0H0QzLO3EdkBwby+SQ1B5eaACJeWyGpN88fqwA6kjcVP1Ip0l33cv1R5CB
lM/LZDDp9WQG/NZ2sMaXS6isujDgCoYSklmKBcp5SmEU264/d3NFp8RwJsPdoNRJWoML4Zqd
NWzU3BQUIUYzAxgMJt+SAxlbfcURMEvQxSe6otWdzgi8yGNNwrS21SegtN47RFPO5Gmd/PjF
bV1Hq0BBLlBs9EHUO/VM7tuCG8G2c4ay0XQW1Bu8/ZGsY2pvgtFhw5DFDRUKaMBtVVMsWhPP
DSKCl6TzJ0c8Uzl3ksl1ocYdXqMQAKZ2+YGBpvWqOR1nKtguwMUWU7ANt6G8mBlEoUhCIkUI
shhTdnDUsuiyX80/3P0xoFNr6qf/ADXRxTVgoKdBzvNzHqMVaNMh1XjmoLnyAINJ4cJnKCCS
TLJ3cJR8K/8AL7hDslPTteahkVHunMk8OMySd2oUsN0cQ+D+KVc1JQ+mUYLS4kblNedz+aNN
Qc2WYL5LFBlMWNGOAxMMD2oq3w3UCooBVES7l7Iaa03IiY2YAxSqGl7urtwXavVFJgCECEBl
AIkb4a64QXHu4Q0AI2AGiZ7IGYw0ush+s19cU9OwTJBIHmBPRFbh/AAlRpTOVObFGv08sJnm
InFWtqdQcrySQQw27cjZYAIBdALzmf5uyPdlB5YgRn8ReYbIbVJUA7PTADhKGNFk+eMzZgxl
I3TAewq8dvPCgqOb0xTcO+uy/wA8UqjqCg3qOT2YY7TuRjrpHrBinnCEjyuinVplJqLO2Kfg
alWGRBDEQbPCd0ITjKKVIUsmpeADMmcv8g0dMaZzh716+zs2gQDptRvIFGUYSmX9UZdSPftM
htQrMAiwwynp6GSmJ95h60MaRlXdovJUe7NiLYHH1rooG1WqTtM7IBbvP80eJq6qA+qgNm0R
rGafTqwLPMfZwMU2lkg/EekRQpAbhGzDngAUtyks1F4wlhtg6V+oUETZlEpBN5CqnAySBxCt
3xMeQcOqA0GCCf6Wi0wUsj/3P/co0JTez1f+9fHH+INcjyGUxy1KlOn7L/aw5xbGtrasEcN4
cz3YVxQ12OFrSHTmZh3MZxxLVUH+LRdVDQUyoGsbTAmxpKBominph3xPr6OfV6vKaYV4UByO
CtFUBCbXMBlK2KOtLURoIGChbd3HCEJtsjK16hpnKEBRLTbDnZVptsKpaiykYGooybYmF15n
5oCtU4w0rLrgIJiEJRxhouMSM4LlVI3jIw+m93ia0Du74RVmT4TwgTat1hh7q2p92VHdYiXS
8JtxttxMHxnrU5COoJAbTcjMJdojK3s9EEmYPJDKbxavpwhR5dEDNZ5bIAtbGSBlsgFEgNLp
88Us5sPljDWNfZeh+rFBwck59l0U2awIGi2ey5rYpuojMyezrbAe45UXb2CKeo070cCtgO28
HZGjZxdpqUmki4Ekp7NEpfenIIp63h1UGmBPvyKWbzWnojW6PQ1c2sY4ZwlQeqL3BrbrjGnl
vsm63CV/VFLTItOkq2+s0Fbr0FpinTaZCzZ0lYpii7KwW2G1MUhumojrttv9MN4hmR71IEsM
pxuOEHV6pm7dP5uW4Dqil4UnTnO/lhtRzUKcsVcjvdggCWwLgbYoUn0crzeqqmxTDBh0wUCQ
TDQLYGS2JiP/AHL/AHKNCDZnq/8Aevjhfwu8/wD1viOv/sTScDJvtOHrt2giPiPjjJcQ4mGs
YZmdOsaZta9vdc87zW4KShin+7ZnZwSMyd0gkrnZddHDuAUaWXhnB250VxXxabagClzXjeA9
Z9kwASIHwFwmlm4Iys2m8LSEvuweSr9OakqhsFTnywytqTukKBK8YgQ6me6bLMFip4dRDKaD
EYnZFDT0Jiea6a7ewwGucsFT/wBFDZCucgitwvgdbNrSCM6FARItyvouBIQhVQHkSKmu4hXJ
YSTMApztaCfND9Hw05qgKZpjD1XUk6YFSq7fJGGzACA55Vos2WR4lPy88Fr6csVgvbHeVt/k
kNy2QwOmDySxgq1XGy2ACYLwbLYa1JQ8up+8SRU7LrIppTXasU3ukp9EUa1NyC8Y2JaRZFFj
TusBlKG7qAc8FO8kvJIa2yqPLACFoV/dOBFjL0xpvw5ucxo9aKeTS8V1KF6sd4obTUjKjizK
SkgwlMIGt1DkFQCcyksASvmivrNRNr5LL1eT0RI8sN1DbWmdl5A29UB7WWLNexBGnL6i0Q0o
EaEsWaL+CAKEqjp43reosKRRa7uAkru3TwhwbPUgIk7bLchE40+q1rclMuUm380L0RTrCbAF
86ckBBKCgnFiE88ZnWxmtiTY/wDden7lZGgBNr63/evjhre87RU8oFn64MJNnzAPWsUJf8M/
CuipZqNE1nmbQhcWOHeK94uPfOCIkcXrcRlxF7wGne7u9mk3O21BOeEcf+Ma1RddVa5ypaKL
qjRIZm2k+oOeOP8AxZxN+ag3IS5KQm/O1EZ4ZkjZ5E5JxpabguVpGGAwMNfUd748svMEjO0r
TcO1OWG1GsWo4lSpu6JQA1sv+kKlQoIrfD/Bnzm1zpzuKZqMiD87kxFbiPEaikzJT6reyBoq
By6KY9Ur56eYeeGGo/eJwwIwENei+Qimc0/k9EEtejBZIQA5ygXyjITIQhMoykoTFGkLCv5p
2QFlDS0bsHW6Qe8pjeHLyuAswBgtSGA2wGsvv8likVktkMa6wCfmEMaLZwKNMoW3yNs7xFSl
UbvtA3lE12IMILs08YZoNY9HmQKE/ms7Y0eqpHNTDgbheCs2k9EaXQtf/wCpIG2EKQ4Eke7Y
0D1UJuWdposRCQSefnPkY7ymNbxzjeo8PQaduZ7sr3IFAspte423NMUdL8L8V8VhLgfdahtx
/vdPTvGMaPRPCmoSh8x2Y4w2lTpyYMfSTALwjCvlfDmud7tjpS2DYI03gOUOvSzmLpxR01MI
xFvtMzaTecYE5xOGkCAWz2QGk80ACEv/AJov+xrGie4+vV/71/oj4u0FD3z21qYAmzKGUaaz
LWrOd/QF1lPRhNFSDWLKZDGKUc1jhNRfiCkUG6Vqa/iTszSotp1XC+plmBflRbzGo4bpqmXU
OYyiJEzdWYXW+IPWJmeQxr+MOpo/U1ypW3JUcPadd80c8UqVOTE7FvTCG0WNQnnw5YfmbmY2
25MLtkPLmZSwoirbtQQkLExErYAtMZnyit8P8LqJXIIeeUWDNSKESKh1hliKnEeIVN5xKyvP
0W3nZFapVP7oQo5ByAOhmn0VbM9risnhJj2m9sMGb1tmzZFMvO6E7NkBTIQAnP5bIDSJHywi
m11roBpuVPK/ynFOgHbxJHRFKmxy7ww9lcYLtQcuoNlp6nARS0deW8RivmPbHhMKkob59Lkj
xKMmOUm9L73hYfRe2TbLNhxN0MW8FOZIp5Tf0pyQFmE7OSBp6bkqGzyPpihl3StkjhesOqFv
vHCfMIqIJ39EJScjwT2YiNNw/iVRVUAp5pMp9sabXaOp7vMCQg5Ra1x5kjTVaVT96YwZ2oZW
oV8NgKpJOuGJO2NZwZlXLqOIVWNARVDalJxn4bgLrXN2RwrjPAK/h6gVQgy0HKFChalKoJ45
Y+FPiPiNLJqDSV4Vp3gEJVtOkJqCgagsgVHuVxuQ+gxqNRSdMNs5Sl4xMNqParnHHmx2wwli
PAkV+WGmztgsuMDKIarbIaS1RDM169EGXyQuSX81x/8AJ+mcNqGxprH9o+OMfHz2LUVzyJTJ
3EVeb9XtS+NNSp6dX1qqF2Zt6TQub2Rw7hjaaU9A0X25gvtEhVW10cG4Mm/Ve518shpEmwbB
3hzx8OaHTDd8MuNtpdmJm59uw37IpObQkF9a3dOyHOrP5Jc1xHTBpNqIwiUh9aKzF3XJPHpM
KkJDRcLoCiUKqJ0RV0mlqf8AqNVhAkTlBmqGm9pVCAt87or8R1blJJPIF2NC8qLBpslTYZWT
x9UG0RU0baSVGsIM7V/0adMVHOvcevkikFUE9o2QwKqALDA10/wRTaSocJCM7aW9yj0wpG8I
ccySO2KQYUJceqKNelVysabEaV5y6KdPLvgeV0UdUKvvBsM7sU6Io09h6js2QabjYuFvmiq5
9gl54pgnHsikM0i7siUpCCS6YcPzRshlQzYfRKA9N0iKrXYdYEOAuPojRvad4emNNS1D/eZc
LbMABGlcx6UXvQyBtIX1HFSFAwtjTcU0lTPTqtW8bCJtbYVFgj4J+FdI5XUTVqPFkz4GUbzB
YFsebZiOD6JxytFUH1SgBHz2KqpbJdkfDXwVwNvj1aFJarO5mBDHN3qmm1AGYEndqFLDHCPi
LhtXK6pT32o4oeV7KSyQyak0hujHrLmMrkSXNcYfVFRHNsl578YpuecZ88oaS2zkhXCHBp3h
DSbb4dO2AWukbowMWT/mf+5RrNbUPcp1sb6z2iwG84QT3X1jlxl96U+qbgcPPD9TxLVZaVJq
rlqmaFO60mRAuIh/HOHVM9Os7LmRwXIS2xwabQfVHPHA+Atq71DMxwQ21PDNuVuFzjZaI4FR
phGt07R+S1bTArlic5w5dsUtaClJhkJTuM8yjzQ1TILzQKqIpK80DKVimkrdsK23GA4tRb41
vE65lTYSLbZIO660kAKEjV6yvUzMzECQEhZLIxJCxNtsfdWDdmvknbDnDnioXstW/wCWHhlN
Z2qPTDFYgXEYiGUy3eQdmzyWAcqTl5xGkNViNxVegeUoGsD/AHRGBxTBbdkV6wpopElW8bIz
JIrGlq1W56LXzEwkkuaTFOvpaigiYR0tikCG03NWiPLAmKdfTd03T6ykU1myeF454c4FGhFE
8BsitXa7O8gTmLEFksIAPdn5eaGEd3N2QSGqfNFRrgikdDRDGPPlLtgZLIe5bOxNkOQIrvw3
RRkpCIcJiNGEQoeyHaUTe0DHBcMNsDgnENQmkc0+qJI3d7tMm2VsyVxjV6SgMzaGnpAXTq0a
L72tuS880xGm+INXSSm+mS0KLQ21RVxxbdHGOI/D3D8+oo+E1784CObSYwHLVAFjbgRzzj4m
f8RV/wBzHhinu0pEB+Ye6bmPqhXSlK0xU1lRylxl5gLgLtkMySqS2xSBO8i+f0wHDvmGta6c
FzpuEAuMoaExgZDAlMQv/wDdP9zs7I1mqpUc5e4MRQEza9oJUsfcSLOePgrgujflbVdqHvbu
FQHU3CbmiwvMw4dg43xWppszM1IE5gERzm+2veOHRHC+FMNjC48r3Fx9Z97sfNDjSf8Au44h
TUoJZaTTe5ptAsjhlNo93SptF0xlG1euGta6SYQ1hOMPcROS+Sw1rTIr1wASogqVI5oBa6CX
FE6Ib8OaCqrGLmKWqgI3qYsKjvGYWG5HzvlGetvOvtHUYc1cuJ3inMhhwq63K+/cqHqZCv1u
99Cr9SKTW8TykH+7qm2z1BFKs3WeJUN2So3tAhlWlut5ytmJhgNoENpvd7oDt5FhxBkE/Ohh
BSToY0u9fyuhr9PNqD2e0xTbV/WBZSvOxRFOpSb70KRy84SP3nT5KzfWzErzAAbIpP4bptxw
mczZZUFjkVbYo03nfAn54IFoXq5Ipku3S7sgIbh1RlBmU/NhhaUMp80NYXKIyOej53fJDKA7
xJTzjkjSscd9J9G2NOsiAfK2GVAN1xb+aBgYoa2gUKW8oSwg3HCD8VP0QraXiQYj87WToUaF
Ityo8zCTLG2BFmY4l8c19B4WrosaFzvduva5SgCSQyyEztlGr4oOIEPdqSjslKTSUs8NlxSx
cYo8R4hqfF1moc0tOUNkHOBk0kXm0CzbFBpapJ6zyxpm0W74VZ8mJigw3N7IQWQG5U54YTZO
A5glAJMjDQbBDQ9sWf8AE/8Ac4OnqGdWs0C2aa9rrhsxEcA4bWYrdPTqIFNj/CKKCcLVPNHB
OCsCnXqTytfmHr3fSasUqRKPbTRebCcaQF/iUjryTINQCiVNrTckUNEJZWAC+wDYcMYopNF6
yRDCe9OcOcZCSQ1DZ2w0XwUKpzQpMxGs1oqJqS0hkrTI+y4SEyDaAUjVcQ1DkBJK2yXYAvmW
HVNNUzMvk4dbRGWn3yvPZjFVyTNo5/LzQairbAAKlZ9EU57pM/OIpuA3hFMA2DZiIaHO3jst
6JQ6c07YeQcPzxFFLSHRSp0wgD1NhQHnC4RQo0d7dCmzDEuj3gTz9kOraSmjAMVX+sDFY6/U
TqSTLTsBI9UeiH6WrUzh/eCBt8pgHG4w2toxIqonJDi5FiYmFnhFPK5HF8ZU3gAvmiePU1Ia
b4ZWosWoAZqmywyiqdQ2aSs7CI09JuvyMzHdyArfbmik6lW3wl3JiY0zqpV45BhgYp69PftI
nvWEge0nRFLTLYJ2+jtjV8ErtXXMyuo94IQ9jnWVKbd5rMu85AqiYj4s4jSCaltE5b5DUCle
6oLCbR6Yo0XUvED6zQQpbf8ARj4P0Gn7rdKCbZKS9Jkqi43c0UPZQ43D5I0unDZFeZU2dsDG
GuMoCiEInEoW6AlsI4KI/wDdP9zsj4X0Zo5vG1FaaomSsHeyVVUtHPD9Nqtbl1eSlkGR5tps
SYZltxMfB1KjWV1BlRZEd5hN+E8Y1SGymcJQdUz9cys9xd7QDSLFAEtkUdSm4BKyzy2RTcWo
8hYL8qxNt4lzwy4JALQmAhHtgtuEUuA06nu6YnK8gE+oNg7122KlOjKrUIC84WRaRZyRrGZt
7N5XQxxKmcvNfDwbTCtuJghZLDCZjN2iKKSUDqigFkV89nZGYBYqOFp9MVEM5fniKbgd4NMM
DJb9vJsSGFjrAMMB82KWm1mr/fSBLK/Ze1pbfjC6Y56psO8Esmhalkfe9ZW3HCTUE9qt9EVa
pKE9gGyH1aZRotH4RH3qiPdkFeYbZ42CGFw3s0NKTIEIO9m7ICBTFOnRk1yrZjtOMaimdQhF
u7YqfOjS8Zqa1UJIGQXDEVh+bGmoVKiNcDcCuUbHSkI0rRU3iTdgSMThDQTvqMcR2RodYxne
VZ22bCnmjSaugUBTpkRMdkazQcKfl++uZTbJZePTc/vtdeby22RQJHBGa+pmDtQHEIAuUhZt
qsRbNkaShSajGNAS24C0kw/M5JYEzInjFJwcrGmdgkghmU3CBmKEwkNLTIwL4IRcLoOUotkK
DH/ua/7JHwEwPy6fxdYpQGfiUklbj23RrapcpYaIbJF9zS2hMJxq9c5uShTZTyNkZuab8y2A
CYOMa59VkhSKzw5IfwmhpPDa6o9rTmc643GmOkxSeBmc5oIuuHzofS1B3mcl8hYItlFTIZhO
feEMDpqI2GAM27Gq4hUG7TYT6LjfsjW6qq5UeQvPyBOS6KzW9xtnn5BhHEGmbQB2wwLL0pDi
0+UodntJKQUcs5RSJHrHrjTS3g1OqKCt8jDnLumK81I9MOzHyziGLajoaA/eD8OeKrx3ssUH
POYufsF0roY9j0IsKRS+8vzmdwF2wCNQ2pYB6MIc0G/tMHh5O5VVfxQvZiI8B/ea9CIYUkkV
Q98s+HzR+CA9hl5bIGmVWFTdy4dsVmU2qiLO++1sUBpdQgOb1aZsQX0jGjfqa0zOxmzBgxij
nbMDHnwEUNI0/u6DC8DYvTGgdlkfSIOlcd+l1ErgOsw5z62V3DXCoJKuepTaR32JIfO5Ioar
VNzMaXzmJgbtj9mHLALDvSA6o09d1XdtITk+dDKtN242yXItsMVskgB0jBJKjCGNLpFYyA7s
SCxlb3jCgz6otl/Ml/2SP+XfDvFy0i7XElAUR1A2JtN8E1KI1Fd9aiQQfDChlMSExdfFHWFi
aivSYXTJmB9Ii0mwCNZpxMOpuHnHN1waVRn6l7gSrbZpY42nljSNfTyowBVBsTZFMg49kNuN
kFl59IimGusEWQZSirphJ1eRPIWpLKb0vG2UazVou71oMDjhD32uE+nmjilNbGN/SgTsEEky
PyQCkiSkOA7pMU0M8x640wvSfRDWjylAY0yvjUMExFR1y/pCJ2I6XPDAGyLysVXLvoEjSO9Z
zzLDnikHG7qhpFgDupIrt9UAdQ+WHBpU/hhmrouSoxUKA2hDIggyJtEP1VUrUc4GwCwAXBou
wiiEn14xXBs8RPyRGYCYDesRQf6yHq5I1RM0HYY0Qa9SS8InzhGiUTA7Gw0NlKXmnFAXDL1C
NCVv+rGn0wnTcq/1SRctu2K/DNR+q1DENs0C3EG2dojXVdZSy6o1CLQZZney4i6KDSUUjs9E
U6FF0gE8l2wloxljyxTY4LKcBHLzQAnywF7phAOeJicKtvRBlvRbL+ZL/snpj4F1NFmbUM++
pNLTQBtKWYiNHr9Q3K5mpaXNmbwLRzWAxpHXZAg5sYqsWaWY7I1D6TcxqVkVUtaCqEnzRpKD
3SDBhyw5xK1BdKXZZALbRDybk6xDHGJmUBRONJwtPdMCjlIavq7QLbtsDROfla8zksgQdnXG
qomjneKbkm5s1X2441TqsRwbTvBtLsOSFIkkFhMwsALNTz+iFASdvPFHMEVx640waJfgi2aC
ESaHCKwAmfTDht/TENIsQ9M4pS9c9Zh4dMIIo4NKwBh0WQ5ZyPUY1Dk8gBFYAQ9pdILdFMky
+URSLhviNVOfiD80QWuNwX+sI0gbYjufdMakm2fbGkwGY+ctjSZhMD6sUkCOcD0RTclmXoAj
RPBkva2NNVzTDh1RpNQxytcB0yN3LdBdS/UVkd5rbSTecIpte7dGzk2iDUdUmgWR9J2wcp3V
7R2wZThslAjdKCAMIGUbsMWycNWcNJtj/wBy/wB0j4LaamSqPvm8hKb1C6wqohuiJU1NRTSz
2Gv9oWgXkdkUvEG+1jU2SGG2Huc6ZFiQ3wRMV5W/3a3uuik58w5uzDlg1A1Jw0puw5pCA/h7
IYDMebkhoJgvF0auqO4AnmQYDCBTdKo0bb0OCRVdTrIEsQdscQdmWo5gXkml5GMKTKfUIISc
4puGLoYVvPZFALMHtEabZ8kEYAQVpznNYqjESjI63/twA0TQw1pYiVMeeHgiYAikrbIYALfL
CHFpUlYqZzu/JGoeTuIBzxWQLbDMoUy64oo6NVl9vsEND6ak2BTjywxn3fLUaD6y3HmvisG2
RpSbAvWI0hPdIHZFFTcYYWm1OoQ2hUCNF3Ih2YQazd0tHLckaOuTvhzx5qhS4RpqZK5A70YC
GeG3FfIwaL3zclxgjMhRfMkMXvGD7MIBMQA4TiQgzlAgGP8A3Bef7rHwQxzVc52sSZufQ9Ma
Go9u/wCKyan+5btwjTAjdLJ+b8ENaWoJ3+WyNPWL8rX1sFX3PLKKDAN3KIaLAIDgbIDWuRYp
AlXTnzmGkiZiuSd0NKiOKVqjUWqUvlLACNdpnmTiE2Ig9gqpGMMpruuGyYzfRCSh1Z4QPBTy
UwoO8AU509HTExO/b5TijpaLVJW8WnlI64fqm11LJ5crOvxuyG0NQxKjDiDfsJEUBlSQ7Iaw
90Q1zJqq+WyJX/JtgNRAfSsAtkQD8kNR0y+dnoio95mgimDYFTzRTus6xGbBelY1BNoviuli
xVKymsUxdGlevq2cpjV4B9vMIpVXWIJfjJgeWKLacnoVtwOyKxItjSNNxK+cRpHMtHyRSOIl
DRaN1bk3QEhmupC0iWCluK9UVC5ykL5WCA0GYe784xXoOuzenDySGsAnOGVXDyTlhzqVos8j
DW2AdMNJG7CxlBkeyASZmA4tSGkWHywgEmLf9f8A91j4LzSd4mqnM+tSWUcJ1TGZ6mqflVcu
XILcCuXAJtig0iYA55Bb5R45anlyx8M6qmz3DqpWYn7pzTaV6Iohw3kHVCATipWLt1oWw/LG
pWVIIQJFF2oCbIYG2KeuFc6NdVLkyUnFebkjiNRzlaajj0xUcJW9caGhlUEIvOuyKTGN9XEY
DbAbU0uZg+c0dRGENA0KFyzz4bM0P02kprqSSsxL+sU6bodWZxvcvpeDTnsz55csHUUmeHrV
RwXMqGRnUDRdICKVPUUczRtaMMHmGPpydznrdAzGQ9HKYc71gkBBMG3lSMoFgKw0OmPEgg3t
BG2Ec1EB6vkimpQy6xBJsI7Ir1ALvPFcmyKgvK+XTFIAWGKREt2Uakp68MJFzU/rj5YbNUa7
qMVSvlKKbxc4p540qlB+CKa+zBBCtzDqEUWsm7M384RUQWjyvitQMwHE9JivSBmVlzHZBcxl
t64pdDi7v3HDmh1Go/NtRI8N7UI6IY4uUzgAunAYDywJQCsoEoalsW/8QX/ZrI+EHPnVFfUS
mJZ2LOzCPhitSZ4bczr8yScL7bIaMyuRvUO2CMyl1gw6BHw7q3CQqO5t3ntXCNGW2IPKyAHO
nFOhSd7t5OGw3i+KlCoENSayllXDFdkPok93tMTM44vlCO8E9kay85zzT6YqkSGY9cUC6xfR
tjTmm33mXb+CyGL302w5qzsFvojW1NM1ajkLe6FQBbXAeePub9AlVSO/TuC4pZtitW4rV8Ml
MsnOVbRuZ0SVsUn6WrmBOBHW0RTKTPlhDWgzMZqrdzm7IDWlFMIRvoeqEHeFTrEK3D0RSqF0
3Bw8wPXZDAZNKdkU6WtYucKJnandzYxXqaaYaNvbFcgbqxUBG9PtimB3fwRTW0NSNVUxfFNb
Q0fnRXQ7uXsdFXMJIeqGOYUCu640rrh8kMCXeaUOpEyzNWz2QYpB/cyy6sYqVGWjyxMViiMJ
PWfRDiCriCD5j6TAeBaJ7JDbNbIcTI3RSY+pMrdsio0mUj5wIDkQwC0wA4JGYG2MoO7DXKiw
xwbjCL/xFf8AZlj4b1rDv0q9Y8xqNBvGGBjSVXieneg2q5Nm3G2NI0BXFgxw+SG02uQT644f
qiF8JxKea/5DGmqMfINEkxASaCGPL93BBglsUWPO5OXNju4RRq0ClUKh5ZWEkWGKlR75PGGE
AiyOJuBtpmNaomHmKjgLXHmnFB23zWbIYGCSbIa7UVsg5F6opO1WpW31agwWwRQLSrHC3fGW
xJZXKq80AkJQQ5jskfYXzQzSVNSlBjpDLVvRSopsNosWKD9NrZD5j9mJhjNPUUJanpMUS+bm
rKxZcsNJpbgW8wfDagXt28sBw7s06O2Fv8TsgvAkB6IY0NSTuqGILE6xApvduIepcI1Iuyxq
Ss1HbFU4Ewx7jfFJDYPljVqJF/bDT6xZLzxqSfYHU6HZbJwBy9kUHrMegQzL7NvMIcgVC1f6
gim0jdLO2NU5vsmK4FgJXzmGNItB6jDGOKPTsEUqYfIrdyQwsr7zPVy4iU+eGmuzcfZMXNAu
ENAgPbZhHzoAAgPaN2+Colj8kAgQqf8AEP8AdkijqqbFfTrLbjqE8pGG8JLFrvcpncqj1ALs
YoA97L2DZCtCS9EK2QXtG2NO9z5lqWYACKeo8SYW7GXlKGvpHe55nnSGHJuhVC7OXZAua0z2
L5GASVBji8raR7I1jSJZyOmH5R6x64ovc3eW3YoikWYDs2QrpArFMgWuPZ6Y0419PPX06ls3
BFQnuloNl6xxaqAjfBcL8OeKpaUJcE2T9KRpwnVsimwOWs8bbvOLo09YsQqVmdmw3GM2mYri
JTTZeBDmVhvLZLsEAGxD1Q8E+v6IeB7PaIZpnzAa7DA7O2KbRIkDshs5IeqNQ6zdjUFwWY7Y
ruIkpTthgGPoik1okRONZlO7n7Y0v0O2NSWtkGdjoeTYSYaBK3rEacJLqshjxOUPb6wc38wH
qigvsHrjWMcPUMVi5yzPXAOWQaeoxp9JqXJUqKGic0RZhpHnIgVgZjtQQHOfvOW7ERQ1j6m7
TVZe0gxPUY2GGuInDQe9fCCQMBSnTDXAo2Motjv/AOvYf+WjiWampY0m0if3kBbRGndUqppx
UDVRb+Rx2Rpa1Mo17Gm+xBjDHB0vwRUput+VYoS3w5/5yQ+h6yWT2XwWOEvLaYDA/fC3GKgq
OR5MuZMFhpDpJHEwkzSMa0OG7mPmirTI3QT1xpFsI7RFKmDugeXlsgL3Z9kAmYUwa1B8iCsh
20343RW4RpzJ0id3kv0w6HRSrumS7qKRRcu8g7I07gUAd6NkMo0gpAtngDeIBrVctMkyQm/E
AmHVHOVTLzjZDKuLTDzdn9EOFxHaIa2nTQZXXk+qcTDW1PVKcvmhjS5Ah6jGoIPq9saljTvL
PpioH6nLb6q288MezVeIC4eqWpP6RhhZ3Wtt6bFiu8lC5wMaCaANPPMRqWtPqdhh4EnBeeKa
yE+sTiiRh6IpAWJFZiz8Rqf/ACxGjAG5lPXFahaOroiqBPeP5xhpcJZT1Oj/AJW6DxN2q/Uy
S33TL8pRLbQsAg74+RY0bkkruhjkg6ZEe5Ogg7MMYaQVt6OaAC2ZthrSYaCZQJIDCOn0Q0ok
L/51f9njiOkqU8zDRqyVFSq51oLeuBXY3LqA5XBVmCL8xHmjhNSoxK5piSgqkrmgWCGk83Pb
GTND9OvvGkk87lF3UYJTfgOebFhoZVXGWyKOqA922SytKbV6IYKpV8+goLNiRxEA/wBmY1aG
Wc804eWhXKV88aFxKKO0QxrTP0pAU49kBqzU9sPOw88VGZb4ouNijrEadoF3YIokzI5k/BBc
TGZz75S2jZGmJCglVsv5I07Lyww/DPDyD6o57IH0XdRhovX0Q3ANPVGpe1mXdxW8Rqq7e+oH
NFfM6SlTL0YRRR9rsNoinSaZFuyKtFpRgPLGiKoEM/xj19Eaty2NHbFYX/JFIAXldsx5opFg
ygIthwPtCKdMDMgts7TBrBnu3VG3i6mBy3Ro2hyNymA0hS7sAiqSd3MfznQHAeqfzXL2R/ye
1Dno1jtQTI+s2i0eo60nDljR6hozZqYJFloGwdUaQC1T0tPakGoG74Hn6YqaQN3GEETuIB+d
jjAB8rNm2GEbYSACYAMAEzj/APfP/Ah9IzXxBha90ce01d6afxlErsrTc4m3bFTgIrLX0wBR
HCTjL+zAuPrEwxjCrgPPZyQhirp3OQVAMduw9YgPJmYker5Ip16kmNNkivOFgNpOVzhPvDDF
ovipSIQCzzLicY4lj4ZjWOA9YnpipTWwuTnIMUdS1+81gkmLgMDjhD6ju96OYWpDRivZBlJT
FQm1D1RmVZnrjTAXmXRGnUSQdTRFJbE7I8Njpu7AuEeG8y+Xk2RoNvpjTi4A9Qhw+fDh80dY
ik9pmjvzTDA21YkV3SvmjUkezZzxqWgSzA9cVW+qF64oluJ64ZJVEV2kTz9saNoPqlfPGuDn
eqO3q7YqNPP5vwxSW53oWKVRjVak+ZNhhvhlGi3zbWxR1rJUzYJFURZqE80adpCHKUv5YYFl
PqjUMLphx6zBBE8jvzXdsf8ALriOVW02agkYodNK/qMcL1zghfQaU5k9kYYRonhiODis8QRD
VCtHNdGm1tJsyCHfkpa7lsHLDHkJ5j2wC+4bNkIRKALzAqOO95CLIs/1z/wIoUw1QXP/AD3R
Q+IGFHOFTPbcJHvnFEDbo0/GaQXSl6OGLTK9jjaRY1Y0moHrsBvvaDgOqGgCxfK2NJqaLkyF
TLYl69UaWo6bSwHq5IQN640bG0/dkFZ4IhtW8xTp0xMCyezFYo16Z7i5jipAFu3CNe0zBpnD
0RrCJtDz5lis8jdU9cL63hjoeDGtYSrVhrb5wiSJKQ8rj1Q6U1PPONMTj2iKAuDQOqKQWTh1
CF8TcaqytkRDHUnoOQbMSI0lI95vpEaTKE3SnmEPS5/oh5FuQdkU2kIQ1x5ZGH4Fw6wsMFqg
y8/oEagom7+lFV4Nru0xUAxPbDUud1kRp2kTy9f4Vh7hZmHXGhQqMs/OI17TZ4bf0o1Dj5Si
kTbnPXGna4o0hOgQ2rR3s1t16i07Y4TTpP399JfQS0GNNVJTdJ88MQzGYX+ydgjUEFZnZeY3
j/Zu/NdKPhziXhKaDntVbA80gfWCqWtuPNOOAPFPdFNzTOwteQlgWKLnNQrKKbW2pD2J70T8
xBxAugZJGCtsCSthlQicEm+yAsWf64n7CNK0+0/890cZLP17Qwt53jN6wHdJt5ppFalRlWYZ
iUzm2kiS88cHrvK1gxDchBA9lolsinqagVAfR5SgMyy54p6eo796YSDyLKxoFiXwB6+EoZTq
N3pzwsuCQH1Zs/F5rDGQCVS+UkOC4iOIFwmKTvRGpDhMuPXFcZZ5u0wCGqlMfniNW8D5UMMQ
zIPUPTDQk5xWUIUMNmjcx7I01RFBNnOkUJIE6wO2AQUnBwTsjRbyEh232Y0bW98jtEUs/dR3
UIrhd3NLziKgaZ5e0Q1jyoAd1QHJvr2iGNBUIZ2XExqT6ydoistof2mK5OBjdud2xTeLmwag
G5mHXGgY0yC9YjX+yaY6Fiu64xpWusL3Rp2i9OyKR9UDsEV6ZcobVaAJWZQcOWNMb0ATlM5x
QTvHN+aY1e8rg4zwmZQl2Q/mn5Y1OspVsr6FSm6xZGpTBte3qMazgleR07gQMA4maht5FmYp
FKs07oK3Rp3UgpaB2YwHEK6+NRRA3FBHOBtN8NwgkiUAIohR3boaT3jH/wC99P3eNO4O3sz/
AM90aThdULQrNetvqgYEG/ERreH1BmfRqIm6FEjaHOSRxMM0Tgj0CX4E+rgt90ANfv3y/BBY
8bwjLUO7WRo5gcAeyGltiThu7MbYazLO630iKNMmYXpK4xxvSA7gpyssIBxPXGvpiQzOHLOK
zWlCCU88+yGD/JtHnqCHusLievlMNICGfUIz5ZxUNyHy6IantHrEaaclHZFF5aoDetPlgBIo
AH2l/qmOGEM396/6CRonJIg9cUSikh3UIrNDZ5h1w5jxa3tEUgW7qOv+aYzXqOuA4s3cpvxb
FcgTQjpjWscLHN6c0aiSAA9RgucZl3aPRGnab29sGnpmIpnMm8EWuPRGjaQgnPaojVElVbby
LGpa0THoigVmHOjTk3p2RRS0D0Rq9XpirQ8FwkE3QBa4WpcIFJ5mBIbs0Nl0cLoVKaOc2pJR
cw3iNaMHemC9kjkI/JcvXHxNw/NveC1wOBY9j1TMyzLYqdUcR0vi56VRtMGQCTdPuknzxpmk
q1ycypFAKrkh27FPWsE6cuYkDHsgFUdAaPNFkhC3QzIVM9kKk/vSXf3EaZgm/NU/PcY/m+nb
76k9oExY57Gm0EfkmG/EelpZ6NemEmB3WNF9UGaD1RHDhTZlJqIZtNp25r402ozZc1MHFFA5
OqGVDNOmyKeooOR7So8ivSI01am9QWiaG0AA2gQt0EwT4eZ3KkarWsYmVjs07kyi/bcI1d6u
PWkP5XL5xFFpsyN/PEE2D5YYDO3qEMPLDys8fLylDEEs3ojSDb6IpDFq9UOcbCsaULeeqOFA
m936EaEESy9ZhtMfrCvUOaK33g5mk2TE+ULFImtuNZ3UMpyC32xpfDMzmx9h2MUlk1rpecLF
EE+qeqKhcEt641j1kXN7Y1ZJRqHqMZQPX7RGmqCwU+qBQ0ljjbz4OpiNI553nT6RFcpIj0xq
WpLDYkadgszFfLzxp+bsimLyOpI4g17twuA/IAFxh2sdTVhAFo9YgC444RpNZ4W63Nf7TTtH
VGtqWnNBe2xAPOsarTubmpvaAQqLLG0eeOOaEaHw9HT1ZZ3w6QmP7Co6/EnExpXaGstdjd8J
UCSahV1KkPNH3dpzFqbPLzw1Ag64qUXhZciL5oq6WqEymW3zL1wABumyyAtsNJMDIFb5os/1
vp8COH6xhQE1FvX3r247BYI1mlE1GYcrSCL23jGK3DdYP3/StqNI+m+o5h3QxvdkimxShMau
nWf7xlQlsmYrc915vh/DOISrUQB6sxYO7TAFmJim4W2xlfFPTEoAT0n6J64bUa60f0KRvCON
OP8AcnrEasLIvPXDlsJI6Y0+7vZBP/SCNO0Omfk2mGqFdPqEAYEw4GaeXlyw1bFjS7kuWKIA
mRDmsM/ljh7HC156o4VlG7vS/qRomJLJAIYrjmSeyd0VczMzMwkpHZDjTajCBJVSYxjTkTk6
X4joAMpjpIikPmnqjVYoo84iq5zUzOTzExqyRYD1GCcsi8dYimkgacZgLUXzxoXkTl58whzj
aV7Y1oWY9AikwieY9MafN3ZdkMcm8nYI1pzTNVv5jYpB7VaQL8D6YDh3TGv3t/N5dkVddq3p
SY5quQ3nBocfML40Gqb3KjF84l5+SP8A884ZTXSa0jPNMtRGtPf1DiVUWU2tECjX0+RlV43s
wKzFwzIibLYYcy+KAluC4bdkANMjGY2johmto0/estnaJYuAlyQ1hO8VhSZQ3Dy2RMIOf0Rm
/wDNL+yTCBo6x3M70/rEmwbcYqad3d8jieuOL8I1G7o9eWZb0LabntsD3Tc4ibm4mUo0fGdM
1NSxzsxnNpyyQuTEqGrGg4pTqZUcpkDISvDuqNNxCm1abm7ROWLWnog1G90eWMad57wNmOy+
NPqKQ3C35L06oGa2GuddfHGiRLwSnnEa3lPXFY2kE9cUNLqGzc0T3riDYEv2xRpky8uWGVAU
tTohwHemkVATNDDCRYY0gYfKUUvo+iG6bTsWo5bxdO8gXYxo9UKahpJtpi7/ADmOyOH1aek/
V5l3qd+XF4wOMaOmQjw1CMLIohU73UEioMHeiM2aTmg9IimGiZa780wF7yjrEUXCStPVFVxl
T5sfPbFZqSLh2xqhd+GJj1j1iBUXu0z1wUKIi+eUaULL0OEAi3e641dQd1NmA2xQJ72YxRJC
y9EU19Udca0tmPFbzbre2KDgJ7vmJA6jFOoT3V6zGtO0xxYELvU5fjRw8sKkMATBOYLD/gzj
VRKmpacgSpaxH5vdup2ZVQvC2TsjTaTWn3bKhLHSmDlKo2pWIUpIlZxoi+pINlK2zYEthpRA
YJSUFrxJ0SalB3dPmW9x88Frd4ESu7IE0aLLPRDXuchus+SO9/bJ+RGjqNflrtdUFhP9q44g
RTe8rVbzKqc0cJ41pW77FC4OViGa+bKkUq9RuZtWmiTG8JXeHhsEa/hoZ7ouUTNkj7bj0xpP
h7VuQNLg0/SKiTWXE3uhtMOVLOswXMG+O1NsDh9d28bNiSubyWmBjCRxs/5E9bY15bN2YrDi
R6xXzxTr0jMAfnAXgxRfXcrlNw5rAIbPdn2QXZktisVl6ILGm+NOlkuyKIdTllx5I0wqSYpn
akthG2KTgxaYGJF30sYcG0Ubip9MLqKasuKmXmcFjxuGnxKQHzW/n1FipptXTR4eloMwAfVJ
64pBgnk7Yol2DvzTDytrmp5xGnW8FP6sap9p6pxVbmV2btMaxBceow5jh6w6Ye1Z5DjDJbpP
URGlWX/+QjKBLe64rixs+eKbVnmPPGk8rxDWmZlGsaHp71t3zW9fbFHNcG/nCCFlP84xr2ru
gmNeyufcnKb7ZpZOPB0VbOWOesnBFK+sBHC/j3g9RNTw2ogCU/7d9KmDvh43cPDcq3IsaDjO
irZtVfKoMr2lHN3m0AbLcqYRpNBVKVKUjZYTKxR0myKLxeIa/LFMXOXoh9Cmf3lvdtkqYlos
xh+nqhcpIPkCeuCUvtlfsWGOLN4Cc/lhfD/1hbfmJGkfUG9nqY/3jsCI1dIBX8/1o1unqBXs
RwuvUWOvG2Nd8O1HZciPZeq53OEmbFUu2ARreI0KScUpNzNKunOYQvawSFpBjQ6ykctem9T3
SvnBAlsjQ6ikfetbPlEja1o8whlQzceX0RR1Qdur5Y9UUqwO8k+XzC6FEccH+RPW2NYE9Zy7
IrOSanrhodT3yBf84QC42HtTthpARs+yCE6orP1b8riN1qKvO0y54YHG8y540wuKdkUckwW+
aUaUMCk516TFJrXSsX5ILX1lF4Sw8t8eAT7odvTD9Rp6qgWhOa93ZFPjOkppqqZnO0SnvVQA
iWZZxSa61rSPM4jpthi2kO/NMJeresRpSO9ld+bGspJcO0xqAXTzRqkkEMPICHMJ8/ZDgTPJ
thiiYPaIoMImnbFWWPXFacgJRROWeYxpQLfwQ9LUbGtdn3hUaSEPsNgl3dRn57RAPrHMv9Y9
kcSalhB641+nI3XBvRm2jHGPij4B19dXe6NEZRNwD31CrQ9Fa5pR1RJI2ZIjjPA9XOlXoEX2
yPqvYbR7QjinAuIVs+hdVyuYmVHAkOOZtHUONtgckpWxoOO8OdnoVmZm98YD1mUzab2iHaaq
Vey7YZ3DtgFEEMJKWp0RnYJm22P5vpAid7oxdy2NgMeJC/ybAcwofLZC5fXX8lMI0tPxEcKl
S5f7V57YrVC5WywivXpsWsGlQpvFs3AX3RoK1STadYh99oIuD8RZFMCZe04hFHNDNJTYumqu
JtsUDEvJm5bRFKjqdRu1LDldJdga9bb0ijVc7NmCi5LNghrV3fwRTpuPunlE8yTyuMMrNEiA
fP5o43tonrEazd9cp54rlZZnc040bKdNWJOYlNb3DGG/dz4ZQL3nbb3xTpPCtF+C7Fiq98wA
uFo5TFao4zPJ5WQza7zRolCp8kUyTItikKZR4D5823ZBbVfM7PRCtcjfLaIaHWTn5GPCcVB5
PQYpUm94qtuxLofW0tPKQDJV6zjFPWOprp0de0XEYrbshwo00pLjTlffVYcY0wr1lAaQZCSj
ZUct0V2M0uetUs3nixfnJjFc6MTd6spJtc8rbD6uop7lQFCrcDcHGC94Ql2zERnHdyGHLaE6
4ouOz86NU0WBO2KxvIijLezGNJOX4IYPVTsEatpdPxR0tb2GKfh4M/Pbjyw4kSC9ZjiO8plL
zzjV0qQV+UHrW0jCOEfEeXfq1FNt1Hwj6zuho7Yp0yfetaMZSB2AxW4kK3haTVHxHSc5HBjP
8q5xVbgAMI0fBxqM2iacvdItIBP6h7p/SlHCeO/DWozMtLcoGbugTqtal47sacvCVS0bZpPZ
ADobSASoV57+SH6au33ZCHn5EPTDtRS/+jqOlZsxe53QIE5x+OnPljTaenTzPa+pmmiLUcR0
G4w2nVCnnnOVkVKbp0ktst6YrcU4aMuua1T3yt579VrRzCKWj1TE1NAIZtsLiljUs2kweKNa
vEaTd0qbJKP1jW2C8GK1NVc0jAJPlKrDOG8RctYSbctid2mALBaYD2hARACb0M4bqLhujk5G
bbzHHHtC03UNmI57o1k03nRVGZTmd+dLoiiDUWiikIOQTyuMOqU25edbPxBDxqKK0wEtRfM2
NRS1FNNPUaRa/HYhtEa2joa/iaYOKOyluNziTKzbDGnHtjSBJH5IpAunl7BDK+tq5WKZo48v
da6NNrtM7NSc0kGY2WHKeiGmmJi3yWGvEm4eRhj8uPlbCNtUzl1KIyVRJCh67DD6Ok0OfSLI
52hAlqOVxnAYAj3W93mgMeUH4seK/vJs+WBU00qiz22YyEM0Wv0yZSrd44he6WYC0xRpP0OV
rQnfef074qaAU1JaQCuOydm0zjxqlRBJCjbrbKhhnDm1kqSUoLnA2Zmjph9WpXzF4PqgWclR
0VEM0ihjmMUG3S7IAskF8wjUscEBqtn/AKNpgB/st82dvZFRrJ28044pU9Yp0LtvWNNSqBWG
nUB56bkhvxNwMe8okSlIEtLitSshvKZCZII4bqS5apa5rxgWnL7IGFgjhPxZpWZvBcWVArRJ
7qYaZ1RYhsYVvIjSGhRSo5b23Era9Lo4bwrUtz8JfUAI92EnmJlSqvtW+/COH8S0h93Upgpv
c43mtsOwQpMCoW74+SMrxZYYqaPUCTgcbbrHN64q0q7fdCYMrEWwOebIz5ZZ81rrO6v6rGNK
jfePqVFtmlR4F+GEAZZnlhnht31PZiYa1VdOUxaeUwzjWhp+4rE+JM2o0DvOcZr6rQJbYpB1
NZKZpb5ofUo0U0+pBcig90NFpc42nZDdSsgRKU7CfVcnmihSqDLWDbN4zQYMYIIScN1+nO8C
p5uVegRxje982gQRPEX5QLI1wtDXuTzxVa8+ueuKYAVWjmmIoVKlPK4g3qoW2RlAzSBXGHPq
BKLQSDLlsBJjVBxVqnrP4YGUyzS640nlhFAD2esCKKSn2iH/AA1qJVBvMM52rYxNs3ckDKJQ
o7sNppvFcYLWuRhXq5YNNzVqTQ+RgtZafo+mGeI33mPmuBSGV9KVJkRLth41IzYWDqEeE1qJ
b5hsikS5QT5XQx4EoYjkM5z+sITxFPIR+kYCCV1uz0QZKQDPmiogkQVigF9YxpsJdkVm3FOq
NULzVb0MbBGZTkbs9cQxuXHmnGvKzWNLWIkGuHOWERkqsWi9qIpCjmQiNdr+EHLRqFpyzKZZ
pmfVcTfNBGq4brAtNzUNuI9ksN2MUNEzQ+LWoF6b7mpmt9dwmNpjT6unQ8OtmKbxckxi9D5o
qfDXFq6VQmTdEwpAG4wiyU3XbYYRNpsugZrB2wEamEArHFeLaofvDGhrDv8Aee5rAEAInmtI
TktjN4cvua2/+byxT0VCrlfSqPUIq5nuIMwLikiYDCVeL7IAc9RyWelYaS3lmYZQqsWkuPIb
iDDmsauayyyW0wa9Nv71RBLecgn+0aJoBNdkVKNRiVWEhFFsrwUlFBld+6XC6zzNfbFOrTqr
UQTQ7MWth7H92SW+iNdQZOlUYR5SXqjXOVQHOipUpDdD3Tl7W2KEt7KOuKVF9SyQk3kw2wwF
yZV7Iq6RjkDgZyxGztisXXw1rn72aUo0XKP0Yoc3ZGmKbp+SOF6zSvy1WPWwGwJeHCYJFm2N
BoNc7w+J1AmX3jlIAJm2k1gxtSGubYZrPqik2mFtxu5sIo6ml3PQgvTqilq6L1qzUIZJylOi
G1HuQDkMU6QdlLti4QzM5W3+SwDTqZW8hPWYa3MruRO0RS30auHy3xTax0yPwwtATFlnaOWG
gV0It3W7OSP/AKmV262KviVFPIB1RmOBinOx56o05Gzsh7jaQCPNGurH1aoP5A2Q/hrB75AB
bcQfYA85jT0apWscy7LxYosjiAbbLtigyp3C1/nDCnTFMi4SMuTbCLum+H1dPOk8zGCcriY0
nF6DctOq15cVBmGtF5cbyZNAhjaTt1pKmfUUj75w52XWgq0ow2Jc5WzEpiKPBeMO8P4goANL
Uc7MFIaVZpqdMK0KmYkWGcN3N0bYUNU8sNLQgCrZL0xwP4R0FXcOZ9QIO8DSLArmC21WvSUx
OMmX/hmT8bxc3tfJtgaOo7LSryW2YUixpNpxEUyQrUtx9EAB0sPlhCZmGAhSVg0njeFh5ecR
U0dWZBtsXmBPXH850TU073HNsmE7zyTbc2A0nfPL6RhGn0mpfuLgLCRgx922KOsovkRg6/la
3qjWghUplPPGtZYMzpYz6Iq+Gywm/btim5w3uqcU0m5TshgdYnZEjM5hFUOcsz0w0D2/NZGj
LTbySRIoiwp50EUEsCjpSOHNHdJPNuzjgdWm9Kwe5AmxuMrI03C+JuQAAA8gwZT5b4p16UgZ
rO9Li4Qxmb3BXytJthQ6f4NsNYxyiFyIBYVFkllDGalsuUdjTAFKb8J9ZAgOLUI8sIp/daaA
3qw880im6vUWoRYl/MSIaKdNC7aTZyxTL9Whqqm6SuVFxsUWosN1FTU+6We6bOafRD2aSvmI
CLlcF89kDBCvRBOD+yNNlE5dkPOLR1RxMBsvElt3BFXiA02Wg0D1mGUh7S34RTNS0rhhsjiZ
c5QjZf1opV13QHfmmKbQMxTk7IZSd3xds82CwT6h5YrqxTlchUykplnbakeBRHumvII3eskm
K769JA4BCq2KbiY4Z8T/AAhXy+K8vdutKlmUEe+FS0G0MCYGOG19VU8PiwpDxGo50xaVFCky
ZWQsgOLtw8vojU601EY1pNlic3ZHEOLje0zqygyCNawNEkYTMXtWLf7PtihXp95jlFlqjEGN
HqwZObttBTBvVDGuduz54AWcBpE+r0rAKoTZFVrWpWNh8y+sB541mh1bVcWlBO1Vta4dcVmt
YjGmU22THtuuh5eE8O22/minoazl0+Y9LlNlMm3bFWtpqltIrI4bQI1zbw5y+ePCputcevbF
BvzYbkxhrPWK9UBrbZrFRrSp/BAc6zNtw5Y0rFtMopAiUuyNKGTIWXOL40L3U0YFvGH0o4JU
pszMa4rMD2U9bqgVS3yTlio2rpvGoMCgZmsS8zFN58+EHSV/daimpLPeukSUOYUGCaKgJwh2
p0NTxGGVjmzFo3k6oca1JOc9hjO2mqbX/WEAvCnD3nWsM8LRzKrvv7YY5+nt+c+GaXR0srcV
JXYjh0rDqupdlaJkosuaD9003isaPac1UA9qmYoEabwqdPMgzB3eIWfhsPq3rDybcn6Qiuxr
t5fLth5MrYBBsf2Rp0E5dkNeO6gjX/58c+63zQ2mkzTb+cI04Hzo4kGiSN6CYq6rVVfDoBqF
yFyEgiwAmZ2QDwzV52p7KXfPSBqKrMy7QFSVxu5IZTczLzrdyQadUqxCDaLZXRR4h8IUcuke
HkvXTlDJBlrPLjaSoEajU8c1y0aYBG5owgVD+rKm0XQ+i6p+8ZSkm242gRR4vrdflpNeCRkp
FQo9mnUIT6MaDiFNy6vwxmalSRSZU0qbZ2yEa/SnWJxWuzLTbkqzUhZ+E9gktpEajUkbjrOY
8t/JFkMCTitweu5AFLL1xEm883ckMDCqKos7IGW2KtBvfYi888IXMqQNyVxXzylA1einWQq3
GxJucALLhFahr9OlYWjM6X9VwHmjVnhL8lWTgEVUKor64EOZrdHl8MyOekbTg17u2Hs1WmXQ
j1s1OSDADNGrxUrs8hD30HJvlDL2tsUBWrZgAVk0dTh5CH0NW5WyDZNHL3V6YabSIcQcem2H
HFYYwGQM40hVEjTkYBej5IotqMUEG84bCIa6mxALCpOFxdFAverGrd8sMbqXbrth7IFKuLRM
e87CIGs0+k9+6a5q+y41SL8Ip0qbUpNFm8etThDKSTdYN7ryQtAIw29GIgFhgFxQBcJ9MNa0
yvs2RV4nraiUqbS4lCZD6KmXIYfwzhhy8KY6VhWw5t+ix4mLFhzX4T5xBaDIGM1KYLJ2D19s
VFYhms1WHF8yh8umKRRWlxjTE2fginkG7LsjWud/fj81sCowSLAbsRFGkRvHN0COJZrUb+l8
kcQ+F9PW8OtqPDIKByBjw8yNSmPV9sc9kGtV1efVimr3ZagmZGQq1x5odo/gL4T8fTzSv960
rLLPdaiiD0w7iFN/hUAsk4M5FumCT5ofR1/GvDqA2+Dwt3JJtEiBQfrPHpsCk5OGs6PABnsh
vCfiv4QzUHoH1PvWnCzHq0abTtkYZXp8NyV3hU8Su6d/9sBHDuJfCNFKO+KrVZKbQ0rWrk4h
Gjljh7OFe91tTM0Uv3ZuYlhHfeHtCW3KiRwH4o+Ndd4nxBqRUWlkot8MU/DGXPQq+G/de2eQ
c5VGq64eVpjZnS/D6OMNJNsaTWaY74dsvkbQ7qihq2nNnaCTMKUwl0CKjKlNKJ7pUc9gXzwP
CmKtpmLBgfNdAV04yC0csoz2PMHWadvv2222SxIHmECkGS5eTZA8YKvLdyGNVTp08rfDN5Ny
3mNUMXHmn0xNss5640dWg7LUIO3rUXwHuKvJ6vNEjvfJAS1TDp49QgcsaJjQhWZ80UsgUEDZ
hFB7LSpu8roAcd3CXoimFlPyshpfNvNL0w2la2+5MLpwypp6uWpyEr55QNPUfmZyNG25OuGU
3MlZbBa5ygiM75Dzw3T6Ni1jITT85idMP1FaqjhNEbhKYHZGq4JQqJQIIJRpXmNIG0e10QQZ
kETx2JDxYS3sgvcd0kQWpu+H+ksKDI5oec0nKsUWHvZj1RppYL0RSAsIHNGtaGKW1sTPdGyH
1HmWTtEaRqpJ/UY4kQLQO2NJTMiWv6GkxQfVpqJpN2zB0NaxqMwn6YY17N2d59MPocS0qsPz
qv6NRsU2aTRK8kzz1riDY6q6BUoUNxDe+XnVYYKRS2U+0CHVuKV8mnY0lzkcUCLYyZ5o1Wl/
5fcN/mPxESWvd4mr0+UtE93U6Z9IoFsM7o0Gu4k3LqKQLQFYUDi2SspUhJALCsMzlTlVebBT
GdPU8S63xcmHl0xTAvXrhT3RB4TXdvsXLbMKtzOsw57CrgLJ9cCoDmYLpBOe+GPaJThviHed
y9kB1gS2Hso01I2pbyiH63SVlqEqWp0q56dEBrgrhbGtDCrvDK2yjVpIZj1w5+VG5zNdvLFF
qyA9ENeAoWGnzeXmhXWIYdz+XRDEKTjSOImPkik7NIpzWRRAM0PZDHAbs/K2GNDZcsByW+WM
NLW7xulPpim6nJOS/wDGhrXOV0/K2GOc1FXb2wwLvTx9Bhrm77QLJjsEa1+lGXIARYbxiw9M
cQ1XENQtJzmgDK35y90NPRdFUeMiuNx+tCM1KvUSyu68xh3h1FqeHIoZHkJSEzKFgcIbp8zn
MQHMlhBsy9sVXVGoQuBt5ILWnenFILa49UUEE5dkUlEk9EcSQSFYS5Wth5zepPziNI9EO/1G
OJAtRsu2NCtmSp+Y6ceIStk/kgp5oL6j5DYfQYa1cumbzrKXqgiAHVVF0vPd1xTp16nuyt3o
nbHFPinXajw6GmpF3de6aIBusqGZSeQosHhGn1Hg/D5ejaWXTP3VGU+IdNp6l1hK4w8ayilB
oBrPXvOLSae63Ugia9yXtRrmaVqaZtRoBUlQ0NbehCkLPkglO5T8sYTJ/qmI/wDuuWAy8QAi
NjS6mi5EKXWGRtB6o07qb5OaLhsW1MYYym5MbO0wwLMwxZELj6IyAZdOOQr1ERRbTpSnfyYh
15gPB3XGY8hCuOXUkW7xssvAjjHEdQPeeES0YIUucRtmI1rk9YrtguLZFx6+WKW7JLfNDGtC
r8kIbLeiHHphyzhpSSz88aUAS/BFAgKUCGNK0hTPy8xhjBIeW2C1Elt9Md2XKfTGes+XI7sW
Pu9XVb4uy1Oym7ZfH31m8EX1wqlPY7IbQZRR4tmcF/u4paeg3LScCvdNiY0l6YbqKkyRs7AO
qOKFEe5reuca7xJFbed2EVXfzCan+zdLphpp6rNUBHquHXKC9pXKzkWKZJUF3bFHibHJWptU
WnvOA9pOgxX8Z2YHkFnJFbPRUzvMUmlm8HG92EadzLJY7IogHdLeoD5Y4i0f3w/NbDnE7vhi
fOIoDIgGZCtsjHEAsFvBtb934gELX5GVEAVd1+6ZTnhKNPpn7+pawBzt0KUtTKk9hh7uPtUo
oG/gttPT1emKPCOA8B+8ue5B7800nL9ZoG/nRoeJ1af3evVYCWr4ifjAtB8wjxKNXORsa3rf
Dq2oGVjASb08wMO+CuAahOBaV+V5yt337jhKpQpVGoRdUIMN+MOP6bKwt92cxKq0ZpU9WEW3
eZyRxU8MpJTo0XG1/eLgF3zVMlsmIOqeZkqnyqOqNRVzoUaLLFc0bcYTN/qS833pVt+WFEAn
vQSQiQdDUKVGCR2ItzU6VhmpbV92DMJzYL0R47DMhYz1e95YCGMYFtx2fNilRezcBx5NghlT
MrLhjzqUSRhwLe6nTzRxMNEvux/OEasIhLzPGdvyQ4EzHp5YphLoYoldFOVqy80FLSvphOXt
hqiYcY08l8hFByWCKJdMC7zbNkMcHo2dx9EaPS25y7EJL/Nnrhmn0w3CNkpA30+2KjDV3kwb
ePoxVdVqLv4AXDACKYvIH5wgvtIHYmMaZp+d0ERTpkpKNep3SGj8pI1zUkSesxqgCpn2wxh9
ry64rvuDDzyim/LIOmecQ4ou4388RVqOvPl1RVzMQIbxhyxSrD9S1xWz0rFFxbugDDERp2vN
yX7NkajVPPu61RrgZWZWLebLJgLDgbPDCjzJ2Q0gKwFyeY7Y4hzeaON/Gx0P3kaVtPcz+Gvi
VGUkzeFWTv8A92ea0afg2u+GPufiOyh33l9VUkSjdDSS71hDXayjmouGLxI/RIMM4vpOF5dc
4qviVzYlzqpb+TFF1NiABLTsAtBgOpneInZemIirp+HhOJ64mnT7u7Nocd5lRhRrrCWqkisa
fjnHqKcMZUzPcrd6YI3aerpvExc3ljR8H4ZRy6WiwNE3H89zzMzm4xxhgG+99JvKtamcDdGm
8NuVzHErbbymNUWnfzUx+WzYYVZ/y9brfvyYYQGm3q9Kw0pvTiYQxp9Q8+7BnyeYnC6NG5r/
AHLwthw5Abo/WKQMD6I8RjtwXIfRDXkW8nohribL/IQyatxlsuSKFFz1aTMpaLcOqNfoqR/s
UScrMW9sagAyzHrggDdcT1wxpCpDQBPGAkkMSs+SGhoxikSZExp3Ju/gikALh0pDH0nITydq
wx7ioI2DZHBp3u5lSNM0mU/On4IfKeXZhyxXc9s8ww2bYoqUaGj86HLYR2RRcLs3WIa9lJVG
KdhipTq00bUFqi5DYPkjWlpUBZ87o1ZAQqea2MxsUeXTGpKbvhnqgipWkuBxS6KrVVoaOfeE
OJG+CccTtiu01N0LJBB4eKi5nYDl9ntjT03PVpGA2bI01d4mQvlOOHACRb2Mh8/7MdYio0uR
09sa/kjV/COqKUtTlUzsY4PuqUjItB7457IparhekXiJQl+bUzMl3X6mq3oih4kqRX5LAsOq
vYlNoUTJt5of4jka1E2quAlFOlpx7hp3uey1DbhGn0XFKe6x2YTfI7q9yrTwvMaXhvDKGSgx
qd5x/Pc89MBZLGg4aXbterZ9EsPsnrEP1KqXGR8lu2RrtE2nu03U7+9vNW4EITiVTbCep/LU
9f8A+5XH2vwpDXJyQ0juzjNn5JQAiQdDWPvGk5eQqTY1POYFJht5PSIXWPXYln9WpOBR0lbw
zihd0F8UhqddmQ+wnVUhrKDt8r7VyYvhpzK6eGH0o1lGsxC1jrxhsjUY5z1w4nGBlG7hGdgn
5HGAGU1byt9MOb92lfvNlLlioDpleSfWaP0oZ4elmDZmp9r4ovZo5/Tp4j/KQx+uOUIJbpuH
s1Ia2mNy4+baYLBah644VVvDn9kad1N059XJFQ5czSLFS7FDFV4po/NjzYRSqVBa0L/WS6Km
dqhOS6KTwJjMnnEaWnlmB8uyDTc1TfbhGuNEqwg4ymcdsaoEqV7TAKWHy6or+z4RWGEBSXdR
hzaZ9Qc++MbMIeUnmdLnisPWSGVCJhxigb07RGmJm5zfLqjhzRa1vYyHvFzGebO1Ya5rsfOk
a5onYfljTOBnkeF5WEdsMc9ylBclqbYpUqWnzBqzzAW7DBe+ilNoxZ6QYbpaA37Elbyn0xp6
Rk8tU3zPOYY61s4Wq+fJ6I3jPqj4VAelL3yytINHYsoo6dlVAATZiFw7YpanxFL32oLqiYbI
VN3+XLz/AHxMMfJIawiZgMvXbChs238sIHRSrNduhwWV19xjQ6vStVz2KTvDoPohhA3SvRAQ
KsAvth1MM3Rt/wCzAqCpzJ8kcQqIuWkVMrE/DGobcXHrhwsJJlFO9YY+mPI8pgGo2Z5exINK
kEdz9vLBe+rKdx9MNp51nYjx2wypQpo/lfsxJhlNrkahlL0YQKDyr29C+Qh+hf3uflwF22OH
UiJK7s2wyo1ytIkMN1DeYcUVqGCpXf8AK+KBYd5B1w81aaVCJztQbJQ1TLe/RhLHgbcOWNc4
u3kbh7TewRrpqCT+c6K7D3VKwQt4iu4WGkYDUmCeuNQ1rUc0NHKrwt2BMajSvarShB86hE24
xWDdRvIZZXS6Y8V1eQdLdOzbFACooldtEUgCpaLbOiNTTc3dova0cmVo9lt8741RB3srOl7I
OqcfczQy9lMV6I1zb40bHncLKnnFNydKQxChA7INV5m2wT9BgVqfddZZcUvEUta+r3XKiYhL
c2M7IY0lGiN2/lu5oPhlXhOnlBhlXKjCs90r1R8M6BpV4pPcRZfT6uWNXq2PVzGtIkOTylGs
02mejtM+mU+nUJNqdZjLm/4Wn433vNjzYXxTOZHTgOthHCXNDWpM8vogOaEMDgmrerXdyV6W
brMcXQ1ZB0B2dQNkFjq2Zk7gP0dsM0+ibnaT80fnJ1w13EKqVG2sTkPeaSI19DRUcrAwrMmX
4wF6WRqi4b2c9cZCLymz0w1xd+CW2C1j0cNkMzu3JoEPojUVnVEYxFKO5PZxh9LSVFdMWHtZ
Da5KU2uVdyw7EWKDX1d8JdeU+ZFBzmrVeJCez5pEHVVGoCBlEjJMQRyzEDUVKaPmk9iXHmsj
SOf6hPOqbYokHySKhYZzwhxL1OechjyckaSo0zkv9YCHVQUUDqinXbrsoK+ovs/PEU2mvmkf
VTDaY1r6ZmjelwF42xq3pMuP5xiuHXL1mCbHqIqATHhGcMfesaxjpVMrCLfbYsakUzvXHzrI
pGoFRnSOwxTIZIOxGzbGnakpJ5x2RSaioBHGG3iq3qaY1AASVPoqsik1hS3tjiDQUkO2NCSZ
hlX/ALtxhrgN4iKNJ1RajlUIRgk4pmsUphUbK+doMBmPL8sAkqDyYRqdfUlTptXqwB6jFTXP
ajmvT1sSPZZhhADRlcnKnpjhGnphKYoPN0ylFbQtpN8a8CpPI27aI1jj+sc8LsSsEvAshPF/
1RLP/NL7UNWycAObujbAN8NCoYm2QilWoOSoxwOPWCIp167suopgB0ib5WMaLrobR0zPdm9R
2tWCykPdSUykq3Egw6nowuoNp3reR2YQKjf1hXD0COMVqVNazqBzFSEOYCwlDzRqwDvZ3LsK
wxTfPnlGYd5OsTgGoUBtvs5DDW16Cn6Tx1EQ+nQo5W1JGbzZyu9EO1FVqOP07uSr2RT4dU97
p2mTd5t62h627YpV6nCt4f5Wps+eYpso6Lw3Nvzvd1w2j4yvwQ4LhhDHMcjwvXyiNM8d1pKx
RRu8UiqSZZT0CMxvfMYeRjTPtXL+cIpZ7MvZAyHdU9nyxQJuaeoRrXbGy/GbGtIG4HH88xWp
tmSSANuEGjXZleovB23E3RUo0m5nvpkXC/bAqaqhlYtuZhv2PMV6jKuWpTC2LPMntAdccQ+8
FGZWp3PnYExqQ9m+NvyRlZQQEymZdEB9EIqJacBeIok0lKYmONPrN90azVtuASycVWaUowME
p3EEWpYQDzQ2i8TKp5JHEMjU3W34rGlrVJMDXjzsIFi4w005uI8/RDNZqv1xVLZXEyKWbIq6
2vUyaOm0klCZAYBhddcDFT4a/wCVXDPv2sa9zTU8QUcrgnqazQZTfY5JbY0uq4x8P+JoHuCj
x+FtkSPYotdIE3LFSpqKeTV1XUmkKCh8SnmChjgZSutURW0LnZhVRy2WDNhtxEAmwxw3TPCE
0nIeRtG6WOMa2jq91zAwA22kAyBPbGpoUgrQ9VnP3i2GxIz/APl1v/v8uEbpWJWQQRbDQDA3
lHVC5rYovcVoEzEua4m2NGFVht2iUUtLpaeSgRMq0qLbCV6YFZz1pNCmTdnzyYY2k2aFXb00
2ES5o4rpWt3KlIjt9ntEa0rLxCnngucJDk9MZAVhj3TBhGSPnw2Q7JVQjY03fRMPaNRbdlp/
ZwtLWyn6lLZjTMUBU1W59Gl2MEad9eqrjbJoXzCKb325T+bAoUnbrVWzlvEF1pDj1Rp2GxRO
HhETtEVVEw/tjSNb3QR+cOuKGV0spkghrw1C23o2xQN4B6orsZSzUSWqVATeaRK0qfMsasP/
AFhcfzvNDBX/AFal180C3EXgQGtb74esrsRcoEwIpNcFYBK35YpeNXy1GkoMritl4QRqQHbp
AW32xFVrO6RZONYBYsNcs1PXFHO5RLshhWZbHEy1+8agu2NjiD6YUeEFMvabcdkUhU7zig8h
yRrRcGN7YptWQa884aT2Q6r8S8Q8GmwAg5Kr5Ef5Kk8yjW8W0vGvGNFhIHg6xqmwBTpJLYqE
CNRoeD0fA+GA9zW010b1BIQ5309NVHITfGm4pr3fcaYKu/V1s9ns65W8whvD9G7MqKd4KR9K
pUS++Ph7hDShrPqON8qZpHDEj1hzxwylmRuRw5fdgbUhjSLrY+F6VQ5g9rkFljaRtB2QOIUa
PdtncrUtdcdkcXNS2m9suUnCM3/k1v8A/u8sFDGYW9UMcQgMNcJAQDbCGQu7YaG2gdUN0Otd
71vct5+6EuvMBoKJDtOd5eQeXnhzRWytC3EpL6UcR1f3nMG0zLKn6R6o1Qt3z1wKb6qPssce
yGvBkYokN3hLqgSl+CGsbfybIeHC6AAEF/RGnBFnRGkceby8rIaF9U9UZyUaFXoGEPrg7pt8
0aXAulsQDZOKjiJEdgiq7LIu7Y0zac1LV2bwxhrTaB2RTaGohPZDG5lKRr0tOToqNiuxN8lx
/LMVHvCPBtnfzRSqmilAkyVs+hZGFryBFkuxLYZr6dXM1SsgEsS1+24Rrqx7wpqTyPAwMa9H
K0NHb80YRqBiYBBRFnbfFA3S7IpBPUWNa5hUCqNiyAjX0qlnhBTjMXCyNOKD1AdMoe2NW9wt
Y35I458WcNpZ9bRFMNCtH62o2kZup1W2VM02GxJKo0/xT8Ru/mmsLilL3WmQEgJnpCk0qjSu
TZjGio8X/wCWPh6fd97/ADF7kk3+zZUaT8kUKHDtFkpNEhnqHC9z3G6BlsjJk3OWPhLSU3e9
bQrIEvcaKXJdjHBNXW7jCMfZAuDsMIp19LVzUnC1CLhcQDHwZrnNzeIyoRdYKYxOIuh2mqt3
ajLJ7MCOuOP6R7l1C083MXS7xFi2GE8GX3bE2feFxxnAQoYBcYAIhrhYYaDOAx1ogFeSNPq6
T0cwqJA7LwbtkafUNPvg0B2w/wBVosFwh9Wmfei22XQl0U3OepK3GOLgO3jRMucRqsolnPPD
dQ9q0sy3DaneXoim1rEygLMxRI7k06IAZYb/ADRTWQQ9kVRb5GHnLft9MUUs/BGiCbyemBLf
ynqgstqKSBZFUB6Nld8kaRrnKA47Ev54LkUkdkVFKOzct8UyTcOhy9kVmCSeWGyKYS49MMa0
JI9kaxxs3R+UIrOFiuljvw458rG2lAeSXNGlbVf3CQZHGVgGPRDKtGlNrZzM/OsUK1JmQBQQ
q4XlrY4k1g/s2g89Rh7Y17qlp8hYTtjVL3llHiEzU9fLFICzd62xTUKrY1Tnnf8AE7OWOLhx
32sEvxh6IpOLUpF0rLudY1LfVDB1CPi7W06WZ1MUHIqL+80cQbthjTcFZ8E5hTJV/wB8S0qT
l+4VLfpFIdV0fwUouP3xk7vW4Wb4oP1PwRKcvvjOS0cJ5+ePvA+A1Z/+2snNP/6T2RUr1/8A
l9lykf68DbK7hMcC+JqnCfu1BuZob4viIgaDMUdMbR7HJKNM1kzljXca4vpvG4cHNHeLUzOD
fU0+ocZuHqx8JHgem8OvpzWa4ZqzpP8ADQrU0mmEsty23JFMZd4i1Y4prqI95VAJt9VALSR0
CM2ef3NbB/8AdZcMIUxSORSVvgAFRBLbb4BNkJ0wMreU9UBqzMBlR37pUk4S5AZMc6RNgSKu
s09b9zqhpaEGAW1wdbOYECkHqtsj9aOK6pr1y0iUTm9rbhGqItLz1wtQ7reTsbFQuCHNPyQR
RYtoPZADjvBeyGkCSWw4LOfVBVsisoYUUA2YRpgBZ5eiGOd7J6hDWXK7rGyHeHUleEt88aN2
W10Pae8BGcd4ntEaaiHWjth73OVRydphjl3RbAylGzW2HUmGUvzgYyuvzT/0pim9w/X5gfxT
ynshrVSfaID/APJHriiAb411Jlpa1eZzSeiNQgvMVZzWyHM1LVKyt7CIc2pTVkspVL9jrtsC
kRYLYrvPteWMcTdTKvLB1jEGBXL0pMdMI2/bIxrWuG+GN6RHxPpNc5NMfBXvXVmOHdLTa0X9
sUm0tPnZOeaoFsxqQX1HLSNjd+WMxVW2c4ogMWvUsnVF8/7ZNl0aZ9ViUnA551diWVV80avS
sdloFCsyqGX9qD0xw3hwpblIuFvtOB+d1mKJ+aD1emOKcE1rM1CrTIIUjAibXsNoHrCNO2oP
DYKjmtHemASiio+wBVOENKowiUVKLhuuG2fSI8PLLwstv+Uz+3j5XQiyhoaLF5vSsAG0Q4AI
kNWToBNmMAZpxIzhU8vNDOD8Qq7ze5K631WDpdDHByA7I40A5QKJ6xGqN2c9cHSO0/h1bzmD
rCtkh0xSpuKUgpNnpJigGzRV6OqEA6tm2Gu09DMMczRhi6C1mlmB7VOcvpw9w0Kqbc9L7SKb
jpEn7dP7SNO11FMolNn1oZ4lJLb24bDFWtS0qtWW9Tv5XjCPEfpcpBszUz+nFCqdMrGlRvU/
rnkikPuiVX5pZmXStUCfRDap0iNzW5qZ/TjSadmm94lmZmI+d2wW1NPNfap9j4SlpMxHzmDr
fDX06GS2Waib9rxAY/SK2856ez58HTvob8pZmYg+12wyn92921UGanenzgYD6mlRq+1TN+x5
g0nM38qCbZ9MoY77os/bZ9eKumbRVzhiz2vpdsVadWjlUra09TjDyyjJcWfWg16zErgzCjGU
xUSG+LS3xtHNYYIcxEOIjVPbp0BdLeZP8sJD9N92zMcJb1MX/T7Yptfw/cX26f141P3ullVg
vafzSY47wfR082qqhmUKApDw61zmi1t7hD61Pgi5kl42mCJtOoN0aPhzuBzDiF8bTXuUS8bt
ig3U6BKsyDn08kCog1BEUuI6ml3ygaunucBaK/JdFD+WcJlUVfe6eafTr4LhGo4frdPl1FNz
Q5uZpuDrWl4kqyJinraf6ohBsy7pFjTaMIVFN8N48WLqw5RN9uVD/aJj6t8ANsEAtCxbf2f0
FzrIDgJGFMg7sgOBWGtZbA3Zw29YBvjT19O9HsINg7QYoteU1NII4T5p5GjzLHGZL7k9YjUV
2afdLiRvMmv4whuXSKfpM+vDV0k/pM+vDWv0SW+uz68DNpJXbzPrQA3TS+kz60NXSflN+tCD
SS+k368A/dPymfXhTprPnM+vDf3W1fWZ9eGj7pKfrMl+XAA0f5bPrww/c0JX1mfXhg+6Jb6z
PrwCNLP6TPrwHfdd76TPrwD903h85n14DxpPymfXhjRpMfWZ9eGE6Pemm8yX5cNaNHybzPrw
xdJOfrM+vDQNGn4zPrw0nSzn6zPrwxdHavrM+vDR90x9Zn14VulR30mfXgD7nL6TPrw0jSfl
M+vDP3NLfWZ9eEbpPymfXhp+5/lM+vAz6ZAPnN+vDPcTnePrQ0toz5W/WjWfHHEdB41PTZR4
efIviPbSBzNp10QvBTwyqJJVFN2t+GMt3/1NU7PV4Zzwa2p4N4bGpPxtU61Lhw2EaEqD/wDb
P/8AmgQG19Yh9nJruscOhGcS940WeHr5f/66OL/FXBaq6XU1GmnJ4UBjGf2lKkbR6zB2xwmh
pj7kMU887yTfdHJBnHeWEWcd6/s/oo6YTYTPoTyWGDZ/QuaQ2QL4YbpxMwA2TYOZ/RGm1bSt
JQDZZZ7Lj5gsaevnWlUYDY70A2jZAORXDbU9MZhS3RbOp6YPuZHbU9MAeBb86p6Y4rradBCy
i71n2lAMbzhHjEo5znYXHkjMLCq+aADLCH8K4hTUVCMhV0jf3WzVbyIGenLlf9aG5aS87/rQ
M1KXK/60Bgo9L/rQ0+DYt7/rQHeFM7Xy/KmsNy0F53/WgDwJn5zvTDc9BAPnO+tAyadR9J/1
oYBR3p3v+tDM1FBO9/1oawaef0n4fShv7uv4z/rQ0N08vpO+tDctD8p/1oDRpkA+c760NA0+
7P1n/WgD7spPznz/ACoAbQQ3bz/rQ0mj0v8ArRmdp1aL8z/rRT+HmV82tzlpGXUiaLb4eWz5
yQHNoLTxV9/4yxW8XV5dM4JlyuNyWiuwwylpdVkt9Wsb1v1kUnnic1MvDq/xsVKHENR4jXop
y1290gju64XiFbr0pYZK/X/MVipoKfFUzC3wqvtL/wD1HthanFs1ZZO8KsOgcSIim92rzCaj
JqAspT/mN0P1Ok4xkpGf6qqU8/FFPmjV/CumPjjRuaAd5iq1rzbUrJak3u7I0uv8PI8q3Kpd
3TltytvGEJdAV29BJhGyf/RMQK5Ku8tt/wDTYsLlgNLZ8sHKJCG4hYsmYBpiXlsjSUOEcf8A
ubaeb+wo1VVE76IiE3wzwvj5HXn7jpp+d5SWEBrPjtWYfctKO0xRb/8AmShqr+6aX0QrvihV
v+7aaXNlmsVuH6j4jWhUCOH3fT2KDaGgzS4iPu51GdDLdAtM7z1wQTOCWmUNq0jlc0rcetYb
S4Zx77tWHreBQqYXPYBDAP8AmJIL/qGjn0SgD/8AON8C37npOrLFRjvjpXuIQ/ctGE5ss1gv
d8eZmYfctGOnLD6bvjFTcfumkl+RPng1NR8YZxcPumkHUyKbm/E6AGY+7aYr+zgmj8UZFT/V
tKU89MWxQp1PibMWqv7vpguFlOSbIpPZ8UZaYVR920pux8NYZW0/xx4VNos+56NyqBeWAxkq
fG2Y3n7npAuFjCiWQxrfihCLf3bSn/w4Jr/Emdf/AC+lHVTgFvH0H+Y032UZXfEKux8DTfZR
W07uJ5tU4Sf4dAIfo+Eh5zDns+OcoWz7loz05Ia0f8wEIv8AuOi+pDWH4zWoL/umk6siQ7R1
fixWuaQ4/ddLfsDB0GHaqpq/F1RIIdlyolkg9w6I09GlqZNCHdpTkgtomHFnEEBT1KP2MZam
rzHHLSHQKMF33jdPzaUv2MAamlnI2sHVQhhbo92a77eb+wgAaNHY52/YQwikgvCs6/AgEaaQ
+c37CAuhVfnt/h41/wAYamtkq1nLlQlPdhloqMBs9gdsN0tCorGkmwi0re53XBIZ0wobbBBt
jKwJH6zo/wD5MYzU2uO3w+zTiGHwWX+x9hDfcs/I+wgJRZ+R9hAHgM/I+whpFFij6H2EN9wy
X0PsIaPBZJfY+whg8Fkl9iX7CAmnYt82fYQ33DPyPsIaRQZ+R9hDR4DJfQ+whoNBij6H2EN9
wz8j7CB7hkvofYQ33DPyPsIb7hn5H2EN9wz8j7CG+4Z+R9hDfcMl9D7CG+4ZL6H2EN9yz8j7
CG+4Z+R9hAHgsUfQ+whvuWIfofYQ1dOxRtZf/oIb7hn5H2EN9wz8j7CGe5YgX2PsIaTQYD+J
9hAPgMX8T7CGe4Zf7H2ENPgMSd7PsIb7hn5H2EN9wz8j7CGnwWL+J9hDSKDE/E+whvuGfkfY
Q33DPyPsIatBg/qfYQ33DPyPsIb7hn5H2EN9wz8j7CG+4Z+R9hDfcM/I+whvuGfkfYQ33DPy
PsIaTRZ+R9hDfcM/I+whvuGfkfYQB4LPyPsIb7lkl9j7CG+4Z+R9hAHgsT8T7CG+4Z+R9hDU
oMl9D7CGjwWSX2PsIaPBZJfY+wge4Z+RL9hH6lv7PzfqOfFb0lFfhevoeHrKRAcFaUVod6rn
CwiwmKdRw3XWc0Nc1siqWXWxlvu7Ya0MkbljI9qOgZmosDKFJg0arEqcvPdKCQFxjM4Thr3D
ddZZBF39AN0AJBq06Ss5R6YOYQgE4JFOXKPTEmxvBP6aOi0dLNXqFAFFvOQOmKvDOJUsusp9
4K0ooBta5zTIiwmGVXDcdZZdDXgbps5oAvMBpFsFp73NhAzCN0R4dQJU5uyUKBKDlE4a97d1
1kxdb/RIRKMib0BwZuco9MI8QconCinLlHphA2EME2kwEihoNDQL9RUKNaomUVJkCzbOyK3C
+JU/D1lIo8KChIBE2ucLCLCYp1SN11nNDXASdZZdbCC2AA23bGRzPeYKIGZqLAyhSYNGqxKn
Lz3SglP6NX8X8N0fg62jUY2uM7nZs5DKaF+QBAwk5W3gYkfC+np6Y/ftKXl87BWeHNtchUAE
ITiEUx/yv02u07XUiNc59s8pcgKGYBZZZMrImNc3S/Db69PTNGeoa+oapcJHIoyjMC210p2y
jgnD9F8Ot0e+7O4V6tVQQCqPyplymwzXYIqVdVRA4RuOdMiTdM16BHBwJcAAgtIkko0x4jwr
PxKkrfCY/UMCKBvVGsQlBmXecZAm8cJ+HmfC4p6iqFzfeK7iPd+KChKFQBfGo+/6deHF7i5q
kbjKBACtLHWtFk+UR8as4PoZ136VlIZiS0Cq5zgC9wJKNRShQkC1IZ8KUdL4/wARAjxK+asz
KS4VA0UyX0yrHBqh8iFjgHwtpqAbptNSaxgH+Uax7rUJPK4rykrquG8IoZNPSYwHeed402Fx
3y42k3kYRx/4h19EPp6Ok0ZSszXzUhMKiEgg5SRaCCFj/l7Q1OkBOoOsdVOaoMwa45LHSQNu
ItmMeGcab8KDVV9Y6oU+8VqLW+G4NKAEhJoAgRLI4XwbgnCWaLTMcQ5mcVs+cghXVaTiMs0n
61yRT1egp5KWnDRqWguOUvDCwjM8ZswVcioRvkKIqcL0PwV45pBpzu1ddhUtDu7MSVLTZzRq
9TpuFsp8C04a1tBablzDKgqOpiqSHb6uVZhbFo8O4J8MitxJ4Gdzq9YBrnAFA1+ZrlDrSfNa
aGo/l3h06LyKjfEqkVc4XdcKoyZCD3VVRYJRo6Z0RpcHr1Him8uDg4NBX+0z2ynPljW6fhYI
0DXANBJJTK1VJKqqrdhJI+DNRR4aH8S1jK5dVNSqMuQn1CSwqN2wWLfGr+LOHaPwdZRe1tdu
Zzgc5DaZBcWASaVytwxKfCmkZp01mmL/ABJ/3rmubPMkxYhItIRTH/K/TarTh9NNc6oJzRzr
UMxuWKluJXidfRfDTq1LRtaX1DqNQ1c8gcijKM27a6SE4RwPh+h+Hm6MCo7M4V6tXMCAQUfl
IyhpsKldgivqNWwDg4LHvCpJuma5AQ4OBLwGhBaRJJRpTr+GeJxKkrRSa/UUwigTe1iEoFVH
OMgXXjhPw7T+FhSrVQTm+8V3Fo8PxWyJQqAL41L+I6ZeHl73PaHEI1lAhoVpY61omJ4qFj4x
p8L0S1Kz9K2mMxJCVXOcAXuE0aAsiQSAqpFH4U02l8f4hUeJXzVmIS4PDRTJfTKtcGqHyIWO
A/CmnogafT0mtaB/lGMe4zIJP4xXlt1PDeEUclCmxgRXu3ixhcVeXGZJNqYR8Qcf4hSD26Sk
0BpUKa5NITCzC5hukghQQQsf8vNPqNIr651bqu9U3g0kssdJGtBQEKs7Y4Xxin8LfetVqzUK
feK1INyOylACQlws5MOF8I4Nwhmj0tNxDmB4q585BCuq0nGSlCvrXJDNdoaZZRoZBqmjNuZg
zIQXPGbMM3cVCCXkKIq8J0nwV4/hhu+7WV2kq1ru7MBFxNkazV6XhlNnBdOGtbp1puXMC1BV
NMVFad9XKswuNDhvAfhgVuJ1AA4ur1QGuIByhr8zXKDat0sTpdU3QZKdN5FRueqRWzNCZXeK
MmQg91cyiyyNFTOjNLhOoqvDHkgghjT/AJTPaExC3pGs03DQRw5rwGg5iQEaqkzJVVuwkkfB
eqpcLz8S1dOsXVfEqjLkWeQksco3ZAAItpjUfFfDtF4Wrp1GtrtzucN45aZBcWCYBUNbKWJT
4U0VPTJrtManiT/vHNcFObLMWISLUScf8rtHq9MH0y3XOqWzQuIVCqDIJKlspleLajQfDhrs
0TWl73ajUMXOcoIZJN6Qm6UykcE0Gi+Hho2NqOzOFerVzA5SDlflITKbDPNsjVavXUU4Q1zH
vOYiQ0zCAMrg4EvAaEbaRJJRpRruFGpxGkrRTa/UUxMtE3tahKBV3ibC6+OF/DNL4YbTrVGr
n+8V3EA0vFG6TlsCGfojWVeJ0F0Gd7ntBI3W0SGgFpY6RaJieKx8W0eGaTPVrv0rac5jLUe5
4GdwmgRSi2BbI+6/zX96y/dl8Oqn3pfvGZPFTL933EXIu9mzbsaD4c+H+Gs4fwypU94DU8YH
dz5nOrUy4ATscAFVMfiNlGo1x0XhANmlRr3BpR2S4TkXEgKCkx8P1tPXZTHhaglqVHZCj0Cu
YpJIkLZoFBC/FVL4hrgVddRaQ7KQC6nmdZTa0C4ADKvdAKxxZ+scx2k0AYWNLWgnxnuzI8ML
90kuQ51EgABLgrdXxHLw3iTKzXvyOJYaTgisa0OO+jVRqtVwGFTXanjzuIaj1KbaOpobyiZe
S4ILSMqmwJHwf8U6HUeLRex2cI9uXKwUb2k2ElMoJABscDGs1tHiwc3iDSAfDrk0Q1pVZOzO
eSLmloWSERxH7nr83HPFagyPCg1AFVzHM7hdb0OSNL8Q1uMjQ8aykVmmlqKwJaQ1hDmhje40
EgNtdfYNN8dU+NCpqGI0UvCrDMRTFEkuSQAn+rmiXkjX6nhWrNbR1CHBxa5pm1qgh6FQZEoA
UUSjjfA+KcS+6nUmkWu8OpUByOLiCGDkmSJ86cL4i/4sDRo2vDW/dq5/WMLTNDiTMHtjhYpf
Gv3PUMFQVP3V9Uu3zkT3aDK1AEN87IdxfgvxF9/17aoqPDqJ05fZvZqlRrVUTAnYQDvZfiHj
Gq1gZruIOo+EwAuLRRLQTmYHtm2xcptRbTVq0v8AmAdPwys1BSGie8oWoQXFjSVvUyWSpFel
weuW1q1QOY9aQAaKhz7r3yJAQ5klO4LwfRV+JNq1NOyq2vXNMjxHZHuacmTdylGBzSrhslHD
K/HeJkcPpPqhm4EaHU3ASp0muKuyzIXGUVKXHPiEa7V1cm62i5optaTMOY1zXFwIQBEQqQTG
uZwzU+Noi5WvyuaqgGx05EptwEaH4a1+kbVoo/wnZsppnK9zu6xXh05PcQ20Jfo/hngmgp6H
hrqrg9X+KHIC7M51WmXNRLnBFJF6/EZoVGvdoTSGWYDw94aUdkumZZlAJBSY4FW0mpZSaKOo
OVKjkKO3VcxVJF9qoFBC/F1DjuryV9dRYQcpALqeZ9jGtaLAABlWQaJxxSrrKjDptAGljcrQ
T4z3ByPawvkSShzqDYAJcJZqeJZOH8Rp1mvqZHuLDScP7NrQ476NXdVu8BhV1uq487iGpKZK
baOpobyiZerggE0yqUQER8I/FOl1PiUHsd4gR4LQ1gpXtJVCSBlBQA2OBjV6qlxYVG8RaRm8
OstENabQjsznlwBQNLQskMaxui1ubjvihBkeJGqBa5j2dwu89xSNL8RP40NDxnL71hpV6wzN
OVpDmhjO60EgNtck7tJ8dU+MirqWI0UvCrNzEU/CJLkkAJ/qzmRMSNfqeFas1tK8hzXFrmmb
Wkgh6FQpBKTIUSjjfBOK8TGl+8eEWnw31FLHFxCMsuvEcP4w74sDaemY4NZ92rnv0ywnMl5O
aYPbHDTS+NTo9RTFQVP3V9Uu3zkQ+GAEagGU3zsg8V4N8Q/f+ItqB72upHTl3zs1Wo1hK2gK
b0M0+IeNarWhvEOIOo+DTAJLRRLQ52dgqNBLbFym1FtNSrS/5gGhwys1BSGie8plQguLGkrN
VN6BQIfR4PqMmoq1M7HrSQNznNuvdIkSKpLaJ8L0dXibapoMqtr1zTI8V3hvc0huQlpaUYC0
q4bCkcM1HHeJJoKLqoYcgRofTcAEp02mZyzI5YdT418Q/fdXWLJNoloptYTMOY1zXFwIQBAA
qkExr/5ZqvG0WZQ7K5q5gDY6ciU2oso0PwvxPSNrUQKhovzZDTOV73DcaC4On33FFVqWHR/D
nBNCzQ8MdVcHgu8UFAXZnOq0y4CSScALUtX4hqUHh7tEaQyTAeHvDCjslwKkDMSAoKTHAq2m
1TKVMUa5ypUdlKO3VcxcxIWdqoFBC/GGm49rBT1WvosIOUoXU87iEpta0WNAG6sg0EmOMV9U
9jtLoAzw2lrQT49RwcjwzOUJLp55FEAEuE0dXxPJw/iVOq19Tw3uNM0nNl4bGhxVyMB3ZbwB
uq6uvx13EdYgNNgo6nTzzCZeS4IApRFKICFj4T+KtNq/E0j2HOA14LA2mKN7VJmSBlBIS5wM
autQ4qKjeItcrvDrrRDWuIkjsxeXoUDC0LJCg1VLRa1eOCqoGR4KOqBZuY5h3C6Rxxj739xP
3rw/vCZ6ife1+7W+Cifd9+zw827lzb0B474hyOk62y6AA6UK0w5jTumA0u3RCuMITKAruqEW
N0xN0K4wrTCgyi2A5j0TYDGao5fN2CMpMoysqbnIPRBqA75gj1om6FNsB7TOM7e8IdO23mhs
7LIJad6CGulCONnJCm2ACbIE5xIxbE3QptjdKRN0IDGam5DzdsLUcp5B2QhMoyMqo3kHojMT
vQrTADysZjbAewoYD74dlMnIvNCEygkOhzGndMBpO6IVxhCZQFd1Qi/9Cdn/AEnSlBx/6Jy/
0FLInZErIGW3/ojNAUbv/wAEcv8A/HdKUHH+j//aAAgBAwIGPwD/APXQLe6bP6LZxIwg/oBv
iVkbIX+hYkZf0W/0ok/6N4qYEoGMAGyJwSSjYBE2wkPaCjZStgi6EFkbYKiBKFJ/oP8ASYEJ
f/QpELAQzgQCYIvgKZQtgvgOFhgzggXQsCFEzEotlACqYOEd6GaDV08tRqoVBVVN2HLGt0z/
ANS1EswncD5zHE3Zlp08mWQkttynnhjm6FAbDnb1ZYrajV0ctNoBBVplfYF6L4bq9Q7NWC7P
XLRYE6Icz7t4p+kxqdE4qahmny02/OYbSB7OMM1mpbnqIpsFrkFgIvF0cNYmVtTOXWFMoBF3
VBFGl+6NteovHsloNsor6yu73ZdIIJAKDMAE84hmocxASb8CmA6ooMofrnkpZci2hLI4gjNy
lkSY9a31fTD9PQ0WaowBTnaLZ2FvNbFSvWreEwTARjukIYf406rbLJjmaAIp1tLodyc87OQ2
tF8MrVNUBVcZMysNlozckMdQo+G1qguVjlPIQL4cdRRWpdMTxsbLnhuoqCwKnKcUhlYsyqsr
bPNGs0lCmlOmgJUFVnYWgiy4w3Q6unlqhUmDtNg7Y1+nf+raBl807gfPHFHkrTpZMol61ty3
3wws0KB1hztnZdl64rV9XRysABBVplzDyWKerrb1acrPXLRY1OiHMdp/EcbJtan5MP1I02Vr
fnMN4HswzVaneqgKbBa9LgRfhHD2KlN+fOJFEASaLbhC6al+5tXfUYeyWh1sV9XqKnuSZSEg
FWwKfNFPU5EaSRathIwHVGnZpx715OFyE2hLI4g7Lu0gxLLXD6OPLDtPQ0eaowbxztFsxIt5
pGKmprajwg0ghuWm5ecJFR1Wb2lLp+ZogVdJoEon57Jpba0G2GVKmpArOMqeVlyKM1lk4z0a
OUAoXKw9BAhztTRWpdMTxsbLnhupeEkvSmHZDaxZlJuVbDigjWaTT0Up0yASomuwtB6TDdFq
6OWowYg2zuG3GNdpqh9y1MvmncD5zHFHCdOl4eWy9FuW3HmigG6FA5UOduy7LGoq6yhlDUQ5
mnZYByQzVVN6tPAeuW4J0RUBoeLYk2tToh+pZp8rWn2mG9PZxijqdQc1dJ2C12wESVLJxoKZ
KNfnzCRsaCLuqPm5kWfdTvd3GSc9kN4jXd4JYCg3H2yMwnVGlfTej35kk31bbY1oqOy5ixe6
bEwjh5e7OhKlAFsSU0hlGjqFZVsblb6qE7x892EPGoetCkRmCD1itontksNoaFmd5GJCIk95
oEa2hl960jzZl2C4xpqVFqsYfebJjLaAq7OeNLpqDpZXT5lMimGMP4drzlqNsNqhyn1QRJRf
FXhlALqZyn7SmZCWbYoeGUbPG1SvTGgr1wlJuec72gXKY1gFT31UtQI648iWckap9TX+G05f
UzLIbCiQaDaq1i2UiF22JHDNPReldviZpCSqRbLzRRp1OI2k7nh7faQ8vPGnY+plpBpWXzV2
GK/3at+7tTKUEwXAG2Ymtvyw/UPq5qyNIKIiuCyBIsMMpaTUeI6ecol4SRl5oo1Gd0/gPTFf
W0QtJ5bmsuQC0k24CGcSrP8ACLBII1y5pWhE80aRzKqOfmSTZoJxq21XpmLFk02JhHDHVjmy
lymQwuCxToUtStOqqNyt9UAmZ890PFd60KJGYIPWOIn5lhlDQUfEeVvLUQCe80dca2jl960i
UvaXYLBGnpUmq1nfFiTGW0DC5dsUNIwe7LTOVzV2YYx/LtZuVW2G22dwIkDjD+HUQupJKDHe
zWkJZtigadk/Os44fWrSpt8RTgrQBYpnGpYKnv6paknXOGxLOSNR4nEfDG7Lww5ZDlRIdRp1
VrFuBC7ZhByRw7T6dyV2ipm2KpFsvNFJtTiE1O54dk8QDy9EUBUqpTAN3zV2RWGkq+4aQGlB
MFwW2YSKlepUz1wGpJEVwWxxFhimzS1/FM85TLeEkeW6KFSmN0jpEj0xqdXRGalULc1gREAt
JWeAEM4nVd4OUbvcfbK7tEactq5X1MySabApjVZnZXOLV7psRI4U6q7MBmUoBaGhUC4xTo06
60aljcrQhahMzPbdhCV35qFIgkIB3p3TtnfH3fQ0s9RwnNwRBbvNTpjV0U94wz53LyWCNMyi
Fps7+yYS0BeZdsUdKzulp/NXZhjHg+DvZfCVWe14ua3CSc6rKHUqoVh5eW6KKU5U1SZkvPBP
hqtszzXw3M1Wc90UqlSmpYqTMl54qVGsR70UqbggvjdannhzmtTNbbBa1u6eWA8CY5Ya+o1e
cxmaxDyn0x4bAghKjVEAtbvYqfTDXubvDl9MeHWpKzlPYRBGmpou09pMO92jjbM+mPvNaitV
cXdjk6IFEt92OX8MZHhWQlNieeA1okINGs3NTN0xtuIMfd3j3KIk7p8sUvddxcszJeeMuRec
+mA17VYLPLZFKpUYr2Lltktt/XFWo1nvHIts0kL7oAa3pMEtZbtMJlQc/pgPDe72wHPZZtMB
wYh5T6YyMEoLXDdMKxk8VPpgPc3eHLGWrRzDlI6jBbpqSLtPaTBc1u8eWPvD6GaqStrhP+sn
RApFu6BIT9MZCFZGWm1Bz9pgMaJQ6lXZmpm0TFnIkCg9nuiESdx5VikfCmxUmb5Y4QAWS5T6
YDXiQijUexXMXLMyUIb8MYqVGMR70WZmgQXwjWJzmCGsttthGtlz+mMzW739Azan8ln1IY77
xKa7rPqQP3q35rPqQ1dShPzaf1IaDqJn5tP6kBdV+Sz6kBv3mf0WfUgfvMvo0/qQ1a6/i0/q
QC3UKfo0/qQ0HUTv3af1IBOot+az6kA/eUN27T+pCnU2fNZ9SGgalSfm0/qQ0nU2/NZ9SGlu
ol9Gn9SMo1W99Fn1IaTqFT5rPqQ0jV4+qz6kA/eJ/RZ9SB+8fks+pAd94l9Fn1IJdqfyWfUg
N+8S+iz6kNd46/i0/qQHfeZfRpy/IgEar8ln1IaPvFvzaf1ICan8ln1Iauql9Fn1IAGp3vos
+pBL9QgHzWfUhodqUP0WfUgFtf8AJp/UgfvX5LJ/kQPf/ks+pAcdSh+iwr+RDQdRvfRZ9SGL
qZz9Vn1IGXUz+iz6kAHU2/NZ9SCBqp/RZ9SAmpst3WfUhq6i35rPqQGjUqvzWfUhn7xKfqs+
pGb7zP6NP6kNTUy+iz6kS1SO+iz6kfr5clP6kADVIT81n1Ia4amf0WfUgD71P6LPqQD94/JZ
9SGtOp3fos+pADtVP6NP6kAfep/RZ9SB+8y+jT+pA/eN36LPqR/9Vf7NPD6EApO7thAVhpLr
ICzIhpDZT5oZO1YE54Q12TphrSFEBJm+GhxkY2wKmF3RDQe6eyNsfNhoDZDo9KxIw1DYsMvt
2QN6QhqCcBGyxgOHdugVXX/ghqyPnhocFhoBlALGqfNAD6e5yiA5rbemEuPYIE0EA5kcYAEz
DXucgF3yw04QXW7IBSA8BWmGhdyGq7eggu3TZDTbthoLpQ0tZYsljK8SNkMQTnL5YawlDGcN
3oQiWMNU8sZS1BAcDJ3ZDCq2w02GcZgN3mhE3hChk+WGocY5+yArYURZI2wjipgrPshgf3pw
DGYW4Qx7RKcNmoECcuuGoVSCfVgDLKG5ZkwGCwwwpuzhSdyAGtkL4a1zlBhqNlABkeuKTh3w
ZRotQ1yVHZgqC5xAuS5LIOk1gzAgkXIk/VTrgUqIUjk7TAptapG0DtgUnDeW2G0NDR99e5bV
+a5QMLdsBmqsN27svAgNptVoVbO0iPEa1WttmPTDq9Ni0GbRJecGM1Ftv0e10U9K5iVp3i4L
il2MOa2muW2bb7PWh+pdTRjbZi+WPZGZoUQGi0wGg7ohrg1SYmVcIISd/ZCefsgFo3hDSXrz
QiIRALHbsFzmyMI7vCG5oDk3YabpwGpZZFMJOcBBCA93thpVXHmWATKGFrrFujn7IYS7GAQx
RypDUbZ0Q3KV7YYG7ZQomfNDc9l/ZDHCycMaRMrBzDdhjeWGC8rDRdOAc0oa02iB7IvgFVcY
DsshDAuKwworppFPNbOJFIk2Q6fRHDPEYrTmvITfOFuEPGkopWd6yk9BBEP1NMe9q34I5OTG
4WxRcHX7I4RqntnVD81tzQB5ACH0GbtNqILbQCbltjU6esFLMob51uTC8xpkpKahdmmRY7nu
wjOzTK435j1ZTHFaoOUo3aiZoa8ORCEslHDeI2aghy7bBgnRfGuLm4J+VFWiXq16LIXFRdDC
QlsNImboblG7OAbSIaHTWAFQnshgTdKw1Jk80NF90NTuwM4hhHenDUEoblC9EAmyMxlDThD3
JKULmnFqmGqN3DCAUSGOdZNY5+yFIlABO9DR6pgPzSimHbYBEibYYxZTgDLOA0u3oDXHdMZR
LthuU7s4bvKII9TqhpvnDZ2QpdMXwHmyGm6cNIEoa0HL0wiq02xSDyjY0ei+9e9YHeq68kpY
nTGVoVuMVdDXKUHIhmUIKmQClSBfDXVNSlAH2TPtEUKtHdZSO6LcFmRsvWBqxUyV3CbUJsQW
yFgwirpdK9atRFKEIhWwggrMSIg8P1z8oauVyEopWxoHSYzDWZgLsrgvOso4iKlRKZLVKGVu
E4zVNQlNVJymfMslinpqUtPS7tt6LaAbryYr+PWymokkcbFvANqwWNdmF93JDSqOMDEQ0m2A
vfN/JAyydDA0ICsoYWzbOAalvlhDSLMIYWmc4aR3roYCcY3DKAMnTADSqWw1tuzGCwFRDXCQ
Cw0KqQ1rrTAdl3oG2GOWU45+yC4iQgPBkIaXeeCwmyznhgbIFYykQrnbvJDUmMYAEyIDWt3c
YBI+T0rDCZGcZW/ghoI3YCy2fLCqjYa494QCRvYQiWdsBtpEWI26Gta5AYajU2QAAh6ok/dx
SyAE5O2N2Wz5YGUIDzwMolhAcXShS5RyQ3K6WMailqK/vKt2V0gFwBF+yA1rszbjZ0QxXYwi
bsNGWBi3thhAlNYCMt24Qo3emEAtsMNlM9kNK7s4YDbOG5hOAp3roaLjZshpcFxhMqiGkSbD
WFuM4GeZN8ANshrRMFYa4SM4aC6fXDVtNsNa22EFsc/ZDGFsisMAsnDQ08sBWzunADhDZIeq
GPunASGTlOKbQd2cU3G2coADZdUYHrhTZh8sNLikNJt64CW44QCSrIaaZRIacqiN/uiGh/d6
4agQThpSyAGhEhpa5XC+ASJCAQ2APW5o01BpmXfLiI0rtMxCS5Sp+aki44mD4ktO3vHmKC0G
66KjdO3LSJlabExnO2cNKQAkoBNps5oBAzEc0MOKwuRFvWGghBPmhgIW2A1tkMOVbb4DWlXQ
Fn2QHNkYL7SYADUTbDXJyQALIYkgVjIO/DQ07pWGt5YBcUGENGa1YByT5YmFeICBCLoa4G3p
jn7IAD58kMB2yjeM4AAkYD3Ps2Q2SEw0O8pwHESHRCAzhFmYpuRGzhoBlAyjdw+WABMjohuU
ynGZPlhpRRj8kAgb0NrMo+6FpVvVmWzZDaYqDMbk7c0GsKS0gFM2/WWHNIQ4WpDS0oTYLYbU
o0FYbd5oTzuBMCkawDsE7c0HUOo+6F6t5BLMT0QWuCEWxTAarzZdDH/dU/GZL8q+KValRRzS
trO10fdeKaP3je9vWmXstTzGG0uF6PLoyCO803r6yG2Gu+7730mfWhp1DMjTZNpwWwnGKdWl
p1pFfWb2uBgrpZH5zPrQ0+BbZvMl+VDT4EvpM+tDNO1uasqAKB2p0w1NJb85n1oaulx9Zn1o
aalDdCzzM6g6MtQb5hpMhAaArcYAJWGHKiLDXXXwjgjhDSbYXNMXQuWY7YG7IwMplCWjGAtk
F1rvNFkNcbccOaGpNvmjn7ICNmdsEKnZAvAvge0LYaCJm75YGZqQwgJakZlkbYUuQXQ1ZOF0
NIsimOWEENDbJrDVNtsDNACKsDimvClFAmMs7Va4r5oLKe7pQZCR5+6DPCAhmLI+66hy6cgp
chE7mqfPFUMO6D1zgcQ1Y3LhihxDuyPuujd+7DpT6TQemA7OhGyKWl1DloOKcm2TSbblj+Y6
NqYid6TUu7IbuoQTzRToPetMgyQXDkXGKLKRTOSD0Ygxvz2/JFCnQdv5rJcptipVE6jWW7ZT
wg535yL5CNLlfuFxCSljdFarScjkGF5atqw0+Ih5ruaPuWqdmBsMgiBbmz88OqB0wYrMqFQx
ABy82yG0WO3ALJfN2RTSotJQCEExy5SYbrKI99lUW2KJTIHRCC6JNWAGt3YALVdGbKsNAbjf
ZAaGIOWAQUBhpDd6EPdhAJHshjw3M6eyGlsBJEc9sBCrhDRZAS2OfsgNugHvDzQBaIE5Qjyp
wjJmtjMWcs4aEncOuHEndKLAcYmIp4BYDSPliZnBIKHD5Ya6wCNMxw92CSeaeINqQ2jTlnKY
2IUmDGYm3sgK6d0vPDR0Rp6Gabnefquir4JQBgGNqC9cYJJRbYDQN2/shtQNVb+SKOdyvIIM
ksJGzZFagWSBx2A4mKCGYzL5vIxomg2ud+jDQBFPU1J62pYPZQz9oGRFwiu5PUHWIDgN4xpU
M80+RIqpajetsJkk4i+NFqC5KlTNLBCL1NxwhskXojWm8ET8/ogTu9EU8jb4oeMJtpdsrFhp
WU4A9bD5YAzKYa3LvDogFrpQDZDBYZ88C9vmSA7PK6UA5pQxxMgsCW51wMt8NBM5w1ZHCAQU
SA20COfsgEndhpbM+aGh1uGMMuM4EkLuyAPVhu8kLfAJMhf8kAJuQ0LuzWAxZmEsOEZmCcUz
yw3PbDnHvLGjGWW9P+r1QxwnbshGOtgZe7jGjLhNSvmKdkVMp3ZeZRDUsENmqLOBlO7BbcCT
5zDyBNAvmEUF+d1RpPpH9GP5prm+6HdGN3qkkIReJw2u51rhcJCQFwWKoH92OyAs+iNCCfX9
MVqtWnnaWhQpCqReAcYpF3DL/wC8dL8mOGVqR90Q/pyYoYILeXZhGtAbLd7YZm1fh1ksykqq
XqBFPVavU5qbZplcOSxxPRDtDoRmaZEzEvxm9sNe4Sx+SAWFF7IYls4aSLIyk7wvhiTtnGRJ
C2Ed3TAUTgTU9cNWRPR6Vhua+KYAS2M4au2A7MiRmv6oypy/0NBsMBp7o6fQkENKdkBybsNz
hDOGMO2AIawtRsNJbPqgMMBBIdKw3K+XJDVmYa0jnhq2TgZhLrikKkg5R0chhlZgmwr502wW
iRv2QxzTYsZWtR904o1agR7XBfILD2U7CwEdB2R4aWWwCLBdDd1HQyo60qU5+UxWrIgJ6gBg
MIohVCO6o09SvUy6emXEyJtTAg3RTp0h+7sXKPMpmAZpfFILJZ+eKgWXhjsgpIxpiMZbIrED
d3esQCQhHPGk0xCsprheRsGGMNztx5o1iWqO2FJ3k9EAgqIDiUGHywA4IkNN01gFrLdsFz7Y
D2hXG+yGoEPnggNTHshBJfTAlmd5oYk3TS6GXCc4aXGXNAa8cnbAUzhsrYa9oSGglMP6GtNk
+f0JDk8/yRlDZDthpRCbYJVBjAnLrhuVtsNnZDZSvjKs4BuPZFMCQwhpbIC6Gn1r4alp6fQk
KDM2Qx7XTaVg6LUlKxCETmiYNAwvhzHBaLjIymJbSfPAbasffdS1KIXnKSscoTkjUGm7cXqA
F8DhuqchEmmdnM3rMfe9P+pdySN9rieiCsnXbPSsU8rEpgzKgoP6w6Ibw7RuR6IbbJe009cB
15ik/KjGg9IlFPwTuBxzWbEt57IyufMXJGlFNvreVsVWME8kuiAHtjRhjVAdsivRYxaiCXIQ
TeMIY0slO+KZc33TSpMrpiWYGZlKKzWSEpcjQs41NTKgJ6oZUM2lsuhYRwkIDXG2Ggt3isBB
1QDmnDUkbobvWwwiQnths5zgMuxgNBnDWgITDUshoLp9cBmVIa0O3ppDLrUhpzK4w05ZQm3s
WFMNylR1wGkSgEv3eSJQ0tO7DVtKwxxFqwCQjhDXetNIBZMi2GXOKwwmaLDSSghgPdKwosMN
alsNcxyEWQyjqx4rERJN6Qy+FHCUfj4rjtsypHhUX5aBCAI0y5S1YQu34DgJCKdKpvUEskOk
NWGF3C9+f9o76qQ6hpGeHSIRJO6S2Gq5XFcIZPeFkMpsegAwb9WGipVVpW5vYyDqKnePlsin
SolApw5rWmF8aWGVn1IY2s5XN5OwDCKdOg9EVZA9bTbAzVU2I36kNc7vFfZ+rDh4gCbG3/ix
9+cVqErdaiYdkBlOrLkb2shprVFVbm9jYLyFdf5oE1hitV04Yw2TgKZiGbyosAIhhu6jTDXN
EpwrLMYCszLtSEzoeSGzkLeeG7qmJneNsA1Ju8sIVpSA1x3oDl5Ish2gGnzNDQVzAWgH+7dj
jAJ0Sn6Y+xhtN+kQz9Yc39lD31aOWlTtKg96yQYD1xSosoJSmu8JI0n2AbYmJeWyN2wX+Qhj
BRUTmoGA9gxPS/lD7OA0aXdHzh9nAf8Ad0IX1h9QRTb9337hmGz5hjxzTUiwKnTkMNcdHj64
+xgZtLL6Q+xhufS/lD7GGNdpEbP1h9jDU0v5Q+yhq6a23eH2UMDtKlvrD7GGkaNfxx9lAJ0c
vpj7KGE6OU132z/ZQ0HTSxzD7KGfu0p+sPsoAGln9IfZQxw0mPrD7KGNOkx9YfZQ0v0s/pD7
KGrpFP0h9lATSbw+cPsoY77nj67fsoDjpp/SH2UUqTdHvEp323/6KGUq7Ub5+pkaekXd4lJH
Z8zbA1ImjV8t3sh1AaXK1qzzKv7IQ+o+hutEpjH6BxgfuyY7w+xikmlRV9YY/wCbEeCGIAFM
9n0RApspLUvmmHzCIpONHfK37foRTe5iLt/7MGs+nK6f/Yhj20N0L6w+zgUqWlVPnJ10opat
9DKq3g3p7A6optqUfdriPqQKTae63aLx9HGHUWULLN4YD/JmARpfym/ZxTpjTJP2m3/6OGPq
M944KiiU8QINesz3nqhbSovDCBbfDT4CYbw5/wCygLpZ/SH2UUwdLj6w+yhhOlnP1h9lHifd
f9X8TvD++yJ+r516L4qA2ZG/mtjfYibYZWc7dN3ywxtE+8rAL+KZWqLMEgVXtV9XsJS89kbw
sWPGfI857DGdtgs6NghjRJfLCGOa3eBt+SKNNr0YDMovZGmqIpmeSQ5Ip6UhHOB6ObHbDA6y
cNIG9BWEaZx3kWzZAKpAeTuQCRvXQwgJbCB0hAzBIAPehuUpt+SA4WCMzCpHNDUbbdANouEC
SmAy3sglrlEaVoEy7pEMQ7xPYOSKWYbjOT2eWKWhY73j18wy7CL8YfVc6YIQRS0jQjWr2bO2
ASVjTkMSgL1HVmBvh1SoVLht5rHGHl9FHG9ThgogPZUzU2qgRLfxiYpU300pLao2bQbopUaT
d0XcqYmC13eqKtsksuMUy0rO3ySNFTb7Jwx58YHiVZXSNqbIr6io/dICyMklcvVBc2jurap6
oUGRu82wx4LmIizUzkuAREic3m2PAZU9yyQCXyW4G6N+yEaFd5bIzOE4aA5R5o78vuOBt+9W
eeUV1tytTkyNglswLdkaZjRIqVwvN4inRbOkDZsDZzkbR6IZpAd8BPWwBwPXCv7pWNPQTdme
rZDRRm4rgLOUiGtdtw9MM8SqmY2ICvODyw5ltWSne9KQarWbiFHKOeU4qPcVYDydghjybIbv
9EAVHWeV0TsgZggjK2GtBsjK0TEBBb2QadSzyN0BzpL2RlpNUYqnXDXabTLTPzqfa8QwVXeE
FmEpu/8AGEMOqrAsvkh6K8Uy/vi3v9leJNny1Pt4m0z21PtoC05nbV+3h33UoUl3+3URR1lJ
4LWkoEGCWmubCVsuhtQU1YB8yShPbKw6rrKaKMW4fNJ2RUIfuNk2WAANwwvirqHu940+efOO
iPEEyVXySKVIzzEA+Uop6PSMQAAAqP0geuGkSc4AXHDYYo0nHO1xRJC1FnlMUWCT0Mp7L0h+
qrNyudtJVOQdkPFYbgEzzILAIq0id4InJ5sIfUaz3iynZjy3RpXPm5wPQUjO9mW1JrDKDnIH
dhBgND0F4Q9cMY0qgPSkNrgo+pMHkkZLfzWQ9znfvCFJG78UiH1y6/DHmhtPLZ5YQHuvWA7x
OgQconC5Zfy7bb98TrnhFYAyLWL/AFGw1jTMx8LVq9JOJ61lRyq8ple64VsncT2fPFbQ8Kb4
lUNbi21gce/VeLybYcazfemaS2XhxENLu8bY8N7ZrIz+SGMayw4nl2wK4ooALVgeLaL+bYID
qZkeS6244xR0FKTiuayYQYs23GN/y6IZ4RW3ynDVchnDHDbjDQ5mYOWapZDLhOGtvCwEdBCK
vZDWgyhtHQ6fO76TAi/Sc2NPqeI1kpKpajbOVtcHzCcUstLNLGoP/GdDPu9HLjMnZe42wwsY
p5R6dsNVsxyfWgAFRzemA9x8vPDW0v1Z8rysMZXOVhBQyPUYWnqvyfS6KdKk1X3DdHW6GnVa
RB9JvY4wRV0wzEWq7scIfX0rErlUKvt5DXA6Id90b4tEL/dtS++s6H0NSzJWabFB6iRFPUA5
mMPJsxGMNzU9wCRXZgsCkGI0bW+e6KmurladJE5SCFk5ZchhoyqhS6Q6IpaYCSE9XlbDnApU
qAqLZ8qOFhg13u96Th8gEad+ZKjmqfPykRoc9KwOmovPLDnPd7y2yzpSMz6lgw5B2QEO6OXC
KTWPV5OB9IinlsY3b8sCie81Zc+OUQAJAwhmMZwHkeSw0sbvYynzQA5qJbZHd/4d/vcVm3ZG
fmNjSUWt33PAt280aRlQZaHDqZAtKh7SDYSbl9bCUcS+JdSPdPk2y1C0iTmmQAE2xpOJaZiV
CSHFSVAyi9yS2CKha5SAfK+Kr32k+V0New92BpnU0lavydsF7bDf1yWHuzfqwbjslZjyxV1F
jXGXJ5h1R5ThqOsggicDO5XY/JADTIRTc90gsNyGU8Y3RvGKWk0dHNUJkFaLeUjrihrONDdJ
XLKVl7K8/NFBml0quaPaeOt7oATd8tsBpuhtLKls1PlbAQpAJEhbDyyboZmCNJnf2QzcR3Lb
0wAkoAE3eWyKFYHdafN0GPCqU1pZUVTLmFNTB+7aXLOTszivMQI8MM3+UekQKGtopmBWYKj8
Vxg5qOV6Sm+3/wCa30RUp1XLNRaF2yqv2ShzwVaOXZGbV0srFkVJ6Gthp0p9zUCm3tQ29UDO
9XFbj8sPyzqtAnvSXZui6G6Rgs7EGF87740lIuSnmU7AEJvBMUqGloLlACqeoxon1amV6GSL
eLxgIZUzSAW+A4Tdz7IYTURz1khtB54++GhlNxzKqSMll5oyUxNwPQNoMVKzm7xJ8rBGRxVw
FkMLWqJ+VkMJCGflZDSXT8tkMIC2zs7I2/yv/e7Ir76bjLvmNjgmhdMB7n/1GOfi32ceY2Ro
9PRlr9YN7/RuatoLbCki3GcaPSZveFuYmdriplndaSTIpFLhHDd2hRBD7CjsoI7xaSuwkQ/T
AzUgmXy4YxSAMgSu3CGPMlBTzQ12XMt1l2MeGT728YX7RDqFeRNlhVeQSgORCIOWRgMJVeaK
csxCzs6IY87Ya4GZWG0y6cZG98W89kadwZl0i97cMpXeKwhY0+WktYgEzfIj/SuFoXCKVCkJ
KBdZZeRdDTWb4urcFB32ob5B5BivQLcuV3KlnKsUwHrUKrKyKbmzn180McAt58kjKGzwhoNm
HPFNtMX+VpimKpR3lgsNY58zsPoEZ2sUcvy7YVhl5bYaz1Z4emGOB31tihrHUJNvzDDDM3qi
mNZRUETKuu+jUbfFXWaSt7sTDUPW6q49EHT1qeYO2kdRisNC7dcDJBu/1nzhmlrfrnO2XEYZ
h0xotXqLHZ3NssL3YLbtCw4D1rPOFujUat7d54KfikjbtujUapJOPyYDqitrdRTVzlyz5jYd
otENrV3S5Oa6PuxZJsrdq7OuKNCmd6fPfeYPindHJ2Q0B6mdwxii+oEc5SfPsJ5ZYxqdUyvm
a0EgZSEWVuWczhBJsJ8roa9r942Sgtcd7qhBMfLFI2osNc0KF83pjv8A/C8P/O+QjUklNxn5
jIq8aaxfuyNtH9orCLcCfVPMUMcB4SJ6fSucXbM7GvF7TaBYTbdMRV1bzlAppeZyGDuqOI8V
qO/fuIZQ122nUyOkGlvdJtDdimcP+ItYU1BY4tO9P3uUd2oBYL2wadMdfaYY0DkPmWNOHNUz
lP0RV1NYo5xBHMALua0RToj1VW3ZsGEMkrTE3bl5+RIQBSYDQJmGkBCIaVhrabFqEpb5CKHE
+MU8ukUEBQVsImys09EUdLpWIgF7pkcrndcMdU8vMYAbLpimW1EqBUKDnkiQuoHvRb13IIa8
1V5j6Yo0nn3ZI6xtigaB94WKu9jgXpsh1MmQPleYYrVGE4JZ+u57+ci+EfN5ssEoYEVD5XRT
LpS5YpCl3F2YbYQVEN8lw2w1oCkfhg6GhqEoqE3WFPPTcfOY0Omp1M2rRylCEKrYaWU23GOI
aLWhdWm7beR7NNrbJTMUza1x+TEXxSeQtErhs+cTDvHorWBW14VEwqMEDhNN/vdFTIDUMleo
mXTUTtdhbB0rArmGzFfLGNPoqD0rkmSEyKXkEY3xReXXzEU9FTk9o7u8ZoLyBhjHhvfIixOT
bDxkR5Myp5r8Ib4h3B6NkPIk4jb6Y0tRzEpgma86pnBth9HTiYag5OeG6NxQklR5kuPQYBLp
w1XTHlhAzBRALQojLCA2wv8A/aU/25IrMSWRg/IbGvrsG7XIIstpr87acOeOKcb4hUSrUyNE
neqHN9WViCbRGmoad6aUrcLQRi0GcvNHCeA6MrpqUmjbUDDa4A3XuPNHB+C0mSOYWmeTKVnm
TvGWa++KlQFAT5YRkpjcHJemMMaRvhU8uaDSzI5w2HluMFzXK8w0uMoBAnBCTvhTZDSsr4bS
pjfJA86YxpuO8Xp7kiGqJIhtZWmoPsxp+GcM06kyG8Ni993bDW6py1k5Eswe4TWFA5vIw0X/
AIIatgtgbiv5TAem6Lo0+rfTVwJNqbNvVFRtSijiiTsT8SDqKt5KiXYnVAqPbun08sBoPXAz
TP4IouYxKjlSZu50hrD3eaFDlGEHMze5YLlQ+W0QSth2emN4SMO1Wnp53BVCpiky8dAhrKr8
u8UCE2HYTfGmYe65cdnpganS01ogTmmGLl6IwrgSdPzJmAitXfTy0gqzWSfScT5oq6YFaVMp
1fNB6TAS0Rw3SaJq1qzy1N0WtPtS6RDNXxHTo6QG8y1R7L3Y4Q/VNCZRO0+Xmhjqr+8s09Ah
jqcyvJ1pdDXZd7H5Jxq6lalv0xIKZrK5hTHmirrdSd9x2SEpSa2zkhrqjkYNlvmghE2W9KQi
fL0QQbBGUHeMNcsx6Ytn/Kdln36NR4ZR2Wmv/wAtmOyPhrXZfCLqT3OMnZs9V6FFdluCAXLJ
TFLifEN7VPzOb3ggzOA7ryJhLQoim0t/ctIHh03WuaPmh1wsWNFWqhQahdzBpAsy2AcssYpa
PxFFOmEl7TQcBftMF7++vnUpth2peVtTz83VDcr0qcir0pGj07XKC0k9BxOOMNV27ANObfN1
xn9YeWEZcYK2G7yEGmAr5RR4/wATZ+7Agtnhb3awPnbGl0VAJTADb+0k9MHjjmZq7mK5yvEs
EzuF9zYbU09BKos3nHDFrRZBYnlKKaWT+SGoLfTFOSTl54pPDZkY29MIm8IY02xp9NQHvH8n
Le4Dpg6B1HNUAxaLZ+2RZtjeoe8n6wlP6SRSD2bwM5/LGmp0xmpgnZhiQboYWDFR5vnQ+gDM
egHE4w1QlsGoDvqfK+MhO6eT0RTrEe7bb0c/4IYzTM3MoDyr90pKRZNSDZZfHiU6aTKTJv2g
YRpwSgBl0RTwg6qicq8+GLuyKlB7UqlpAMyij6QBWK9TVD90qvJa7dmiAyD3uE8UhDHDNe4e
50pLjy5XADvtM5zQ7YPDq2lUVGnLvGUrZPassSI1/CqgmLLLCFFj33bYAY2Qtn8ojT6Y05uO
OAXHthr3TQeWMU9HQfuzzS2gi1vUYXzw1zbZr54t5YJLVhAJeWyGuy710UM5mbPJIt/4T0ff
YNIHef4Y/IYI4Z8IUv1ga1g5QQ42ytU9/YsUXimmmbTlNZAL84xqNSSgru8yJKwYJYIraunI
UqZw9ZrheR1GOJ1NS5agcALLAEAkALIc3xUadm0bYFHTjfSZwvvWC+q3NVvu6mpFNrWoWgyw
sT1RhE3eXmgMFkAC+GkmGlsgeTCKGpr0v/T6T5zE0OyoxwQzsMabSUGoxjUv7S7rihVcFn1G
P5XSZlqFgaZg+sCs6aWDGFdJbIc5J/JGUjeMAJumKTWU1IOO2NL4FJd0rNskMrSILawSopUf
gKQQRbGlqUjvB4K84uK4Ro9S4K97FJnKQ2T80GtQqe7M3SNpTFy+aGVNIzccd6Y2T3n37LIq
VQ1CMsucD2zFHU+EpIW2wf1p+aK3gN3GAA8uULbDaYmRzbYJeJL5otsKRTIm4ifOeXmioGfq
ynljFOtVajXTBlNNgMU57yeiNOVV2WA20Qcg3fJY1FN1NdSGq0q4WTH9owW4xqeF65uWtTcl
xld3XOHSY+JeOmlutdTa2YmpcT69yC1s1jUcV1Dfc0mLdyXKegxxbjOpOSkXDK7dNyEIKlI+
qJlt8anhWuarWndcomJFUa56W3lYo1FVt0UmEKDml5thirSpHdDRLlAN4gOF0BHIDyeiGPI3
5y+WGlomVgr3oaXCA4CcZl/4OnP/ADFI0Olb/eUgLLqTXm8dfoig506dBpdhM0il4NvLZDuH
aOjmqvCqoCWL3pWbYZw+taJ3SVDcT1xxjiYdlq1C0MMj3c6yzEWkWgRxJ7nKDUdgLzDaLXbp
5Nh9mH6V7EqPFq7cESwYxnyz8tsaoFytCC72RsxhoeN42QCIarpmEAlGh4VpWq57xhZfa5vX
Gj0unpocgJm61wBNr337YByJz8kU8wRq+V0Uy07mEUyLxHhkITDZ7oXCGNAx8rIoVNdWyadq
khCVlIK0KJpDtZpn+5Gx10r2g9EFwpoCt9vQIes7I0lfU0c9FrlMyLORTGl4c+plcxoACPKW
f5EdcHWU6/v6gUHKZpKwuaLrxB0vEx3XSduzBODMyJyxUdRalUBb8RiQNsUWvpZqjhUAKgJv
uFmYCOIa/ir11NRoyhBIgz7lR4mCsxJIcWhQYIS0xvXu9AjT3uDfND9Nq3rTIsR1oW8T6Ya2
i33TJphZeSsU2WP/AARpy4oQJXw8mCgQGKZcNwqnksfz7QUF1VNwUKZgkZjvVQLJ925BGl4h
qKaGrVqhVup1S2wOOBuFl8ajhWg1KaupukZXyEim9TLTzERptHqtZ4OmdmI3M+YF7nXBRbjH
C6XD9+sQ/N3gs2Ze8UF5ljOyKVNoTy5TGQBWgbMBsjXVgN3OfKwQSTuCGvuCwC0pA3lbDAxy
mcAAJEjM2Rb/AMG22/zDy2Ro2VaiBhLrPZ0JcLCLwI4xxPJmdkpgFUQo4Y4bI0+mY/K5zDcD
cns7cYraio7ec7ZsFwHVGnq0WoRTe7nzuxW6NQScz3uK3TUjCG1HhGquMPdcE8rIzKjBbGqq
Zp5vRAIM4m6cYiGNaFaT55wz4k19H3tQKwLYBYVbVI2zaLUikKVqT6r4aXzXyxillE18r4p5
W7ssNm2GtqU0eRYp7FiQVvOOyBTrtVpunswgV6ErSk+0wMzUA2iG6Q1UpzNgK9HbCjDsjUSt
yx3UMM8KhmIIvA63CNPpNVqEJ+a3dnISdPlW6HaLW1U0L5WNsCH1XZrdsZeGcQ8XSVP7PIGo
gC7z3OdaVuwinw/V1keHOOZDJTmRGsettqxpdDoHLoqYM5zcgudTY4IQbyDBak4phbuyGO+d
DF7wbD3tKFY3qiUzbJtw5FijUMp+jaIonNIBIawHdKz8uWGqVE+yKATdnPnh2jrTY7l7COuG
fCdBmR2mc5WzKirUc8FTtcfXM1EpRwynp9TmdXe7MMqSaWOEy51hNyLGj0v3bMAwKczhcDZ4
nbFPhmgamnpNR0zMlrfaUyS4lYq1Hd1oUeSGNa6q5GDZdPBsah5G65xK4QBafMkIiiGuyznf
GUwcgUCC2yMyyBHPH/sv+/8AkIpVnTp02uJut0JaL1tIxjV8QqCTnpf6pcLuTCNdqFy0dMUS
3vATsB6DDKbmzVIq1XFH/dpc7kI9a5YdqXlaanZaeVeiKpA3HdiCGh0xBDW7nNFZ9xcUiVkB
GqIzuO55bI4foMuahnBfYEF3rtNuB5Y0Oiot7rAE5BtJ64psrMtW/wBC7Io1CbVikNsNaQn4
IagRVhrAZz9MBvL2Q17Sp5vajM60xSLbTLy80AGwgr5ortJ3pdcMo0SjQSpl1EtilRdXz6x1
pR4wSWctlDHaWrMd2TZIi2k9MUaHFK+fUOJQIAiKbWFoMgsNFOhmrMX1ni1v00sMaLT6b9e1
jlE7y0iZUWYGG6rTlQwHMPZWyZIVZmQlDGgb8FZOgJ3c0Uxdlio9JShpVHOJS3yuik31HETl
FMiqhTCKgNSYFqbcIaxz1tut8kgaVFn1nmv2xpfiKvQ/cKljlpyUgCQql0z82OEcdqN/cg9K
wxaQA02OIylDuhUBxjhPAWT05Fk5qwONzT6p9aHadjMxa0LNLAE9V12EcY4mN0VKqi+xoGDb
EwEVWsdMoLsQuN0cT1bnKBT7U7cIqBb4QHeFsMLBILCtKbLYYlosgBsjfsgEd2JhUiz/AIMv
N9/sj4k1JfOjRp3e1Ry+0MMDApOPee8/lu5Y45WMmVXNTmT0HCKSDcB7Y0tN/cewAbN4HbHh
OvXshtGiFRV8jyQ1hsh7Ad4+WEVGkX2ygElHeeA8HcEUhTF9k8dsO+IqtP3ldUnYAUueQb/V
HVAe8+7p+iV/piiz1Zp0RQOWYGOKCGuwhu9vfJFMJOcAmA8WFeyGkYdsMCbs4oAXE9UBpEyD
1GNWDKYh9NjkYeQxTr0K6PBtytOFxaYoUnHPlCE2Kif5CXNH3bhNHwgfWVjlVJZX0JIdsa3j
fHNRm1VUAt3WiQzS9214mTaWhI1HENR+sqOOGOxreqGPDt2/yQxR1tCTHAkjDC0zWd0oMZjZ
m7IBuDeuCYplzd4g+XminqhJh7AmI6opsc5CAZTiqPFuwMOa18llK2zbBqASxlaNkcQ+HNbW
z6YtaA1GjdBJ7zWNNoB7yxW0VdqymPMRMHntjQ1H1P8A1LTlwcUB7wLBdl7p2nGc41nFtbX3
gzMiW3IrXYysgi1YpMptms58mOEcVLhMsGPtDlicgpgBd6GgGRujInJDGuE5wMhRIBeJRSGV
BNdkf+ydH36PjJ9Mo40dPP8A0ZxjTZSgY2pP/SPPbFGk5y5i5TZYRcm02Rp22K7tijqjVzNZ
Sa5EAlL53NZDtI85QCmN30e2KFWie8s57MTtjKSqQ5xmoiZmSYtnAAvjh/D6Q36lQDmtNpFw
xjhekpMQeG3G0gfOd1xTd67pnz8pjTuFxPSkaNbCPRFIHyvgAhfwShIYAJzhmIXshhB3yNuM
AkolnRFEnb1RUIwH5sao7RADhbE/KUMugOFkCpqaikXINguAjS5J97HCKVMyRdto9MP4e8+6
qW/ignl6RBYbjDm4H0Q4ZZFqdkEHynDS/b2JFB7bSuGxLjjDHPapiosiBD3ryQ1+XeyzPPFQ
ASynpBilq2DcqtPnaGreccBHDKNSdLWuQ2yLGqDKZXm6I8Oif3l5DVni0GRUWFIXKhvjwadL
euK+eREa2k4I9zU6QeqAjt/y2wxyq0LshhO2A4zJjORZDFNiwxziiLths7TPyWLf+EJ/t9sf
GWrZN+XSjmLHr1YRkIta/C8mCwMSmwuCLt5AcI0spB3bDDTkalJoOwKMRs2RUq5lcpuIu5YI
InjAIms180HCKrcq7xmtnNthoA3YaLzGn1jmq3SnMnKCPab1GNPpmWyHJ09sacWgN7YpPdcQ
nnG2NOAZAHshhFxhhWfyQ3MZFeyGmGudcvZGlnbm6HEQ17Sjh6YoONs1ONkVwLUH5sapoG8o
hgTdIhRYfRAcLTByd27rimBevQkaUGw5uow1uHoWKbxthrRYIqtLb4Y43N+SHOVCsNBN/ojR
BjVUO/Rhoy8sahwE07REjN3yRRYTNCm3eMKMBAqEK+mVHQt+yNNxBktTQeHNOBVt1kwEmDbH
DdPSqZqO8VS3u/NGOMEpNDDqtUK4mXkI1LO6WtW8r6L4c5neMNWUThB3oFQ+V0ACADaLB8sN
clhhU/4R/v6R8YuqCQ+5/m1MDsgUqNdKRpoN30lYrvc5d488NWakRQef1oognkz+azCHVQO8
Sb4pMdIFcboa4ypiyydnPDM1oWNQ090OIEBGoTzw0LMmNXxk0/eVpKtzSQneNttgtS6OK5zl
NENQzNuZQniMtTakeD4PiGmDNajb1s8Q38sBgahziVt4vjT3kA9kMzTBimBeD1QALfwQ1pdj
BqNEp9kaRnqnN+cYAaZ/gigSbz188V3vkrR1fJGq5RFEiwCHOvgg94emDisUcZ9kaApPf6jD
QBIkQAkDett2RUX2oawzRsVABaZRM2W9EaICZId+jFIlt0V1PkohoFhWcaOk1s5pPbD2VghA
HSFuXGC091PLCKlJEmUGHpjh2jLvf0PEBPKRsS7EwX5cfK+KTALVw2bIqhzd7KUhwaVBMoeg
3gkBobM3/JAPrG7k2wGOsEAOM7oW2EcN4xZ/wj/fo+M6BHuy3SnzMq898Vq5KltN3MM5bhOU
Eg7riYpm9YpB5n4U+Z52Q2lSKOBIvN4xEU2F1i9MJVn5bIAY3ejVB9mcwTm3+SKTFSdscLpu
YhIJM8TO90a7iB7lV4XlGYC87bhbB4jp9QmgpnuZWWlATmJzbbL4FEiYdsxGzZFDM7eIPZDO
UJAa3vBvZDc8j+CKc9104qTkpjSAtR291wwuals4pAO7pn54qOPdIEVATvBFhuUSnhBJELl8
lhpcceuKJYEBVB/VWNIbRvfmmJWgiADYYeUQJbFVxNpHXFMALKHanXszUd6SkWKLWvBtnZD9
Tw/TZHFzR3nuvHtPdjhGkBsGbsinupKHoN5J/wBaBj+COH1XDdaSpnimF0VuPaWpIgSQ4JaX
tw9mHUgxGzFvynbFZqXA+cA47Y1QN5BH9UbYcx4kfk9MNewd0GcsYqENuKxWbm3cxSBlMzCk
pEzZCuM4V/63y5oygpDTY8mUW/8ACV/22PjEASa3SS/FfFWsx2UCmcT6yEdcFzbzFJ985w2l
l94KTl/+YZ2JDah7wJhtR43iPRsgkNQQXGmpcqTN0a9gEi/sEF6SjSN9bOOuOEUl/sWnzgHE
xqOFD9U9wIO7JDZ+rcSpN5lDtDUf7ghCEZ2UwemA5Zk9ojT8h7IpHKrvLbAragZWJy7LljNR
cmXl7QIpurU8qDEHqMElqBT5WxQaiID1wAvlKFNoWCLz280VagdMpBMEuthhZ5Y9MadwtIK8
xMUWi2fZGkatmb80w0i1euKB9VYQWm6KgsmOyGckaOmai0AXEhBORKLlJthmkpafw6bDLeze
sMWNNy2xpZ95eayGKLrYrBZEdsFrhL8EaV1jCDtsMM0Aqe53rm3An2V6Y8OsLDIy2XACKTy1
HOb1IIdVLZOASeFvZAymQM+dIcwFATbLHkjI5qtO2K2bvZoJbMiEvgTVsbohcs4U94wLzHe/
4T0ffbI+OGU7RT0q87H4xqmVqnuwwoEtVymyy+2HPWRMBrXYxxfT599jEsxqA7LeW+KjqQVH
HZsvhuZy27Ipaaj658rU640jCVeWns+ccY1qXhh87G7TAdceyOG0ktqtlziOGNvFFvVFMXfg
jLYEilTe5QCZTnZekMp6Rm8LJ896QHOrpl2NPbBp1ai0haUtHMhg6GjUTxCLibCMfSIbw6pV
zUwAkmi1DcCdlsMIm4gznshBT3jt5IAa1OeMotWKIImp6ocTJEnDRltsnFQ2nDmgm1eicabK
ZEHoMaZ7QqZsNkUye8AcPZimB3FjKLZQt5iu0e2OsQ0IkuyGk3r6IpvRV+tyxpLhvdYikGlQ
BBWQIM7VnDht9EaJDceuKRqOQBr+lpFywxTvleyNHdJ36MaN6KCHc6ZUinmdJbE80aam2xT1
iGVBTQIZKvlbFdwm1YXGBAck4acqwgYjxZPzwqTugutMWf8ACU/22PjVplSNDT+fI5Nt5jXs
DleKZQJ84XrhAHLCNtHbHGdI7vlo617MY1VQlXGYHXNYSo1AbNseNWOaowyEx1FIo1aLZ01l
sKC/k2wzVe3TH5IaMeyJmODtcVb4oUcxjRUw2Xhjq+SArbbZ4IBBc3v+XZB8Qq5tnbZFJlNy
MJwHaIV5UJ54dQNt1sU3JIWbI8fJugIqjDkEZwd0L2R4FaTVl5BsUHOauey7Dbthuor00pkK
CoPLY5eiKJdt6j6IdlEzDA0SMV8zlATqCQ1wd14xQ8MbwHbtgP4rp8rShacxKi+THSnKcfzn
hzdxjZjenIAd55/Nhgad1flhpJmkOLTNLYrH5464CGaRTat58umNBJCVXzjaY0guJd2RTKQ5
zdq+eHkW/gjRn6X50UajShXyxihScVKnpTYI0qiYB7I0dQizP+j5c8BtW2adV0USvcK+eH1w
1HNatvJBLAirE7TDcx64aafd8sYpoZhYbUdZOAEhALbot/4V/vkfFGjf3H0aI81IkdO2OIUn
DecyWyS7VWHbDGYSWNTpHCbx6fK2H0ciBxM1wOC3wynlR/PjBLLef5YeypMG3yAEcMqNbPf6
SxL+WCglHBwie87DGkCTDB1CGuJnOKjGlT5GGlonPshles9GLgDsudBbTqZnDY4da4w1/DWp
UCk2fpERSNdylDLdCc4MGo7vnknhfFXSvm53ZzdsU9Jp6eaq8o2YG29wHnMaXVcZbldTsm02
2dyq6wnAxT03FGZ2tVJvGB9R7MMY1OiZTy6YOOSa7uT6TjabysEgRSnaJdsVVEiB1QWkyjTo
d1O2NPp6VVKE5I02ZbyF6Y+6Vqy0CEsaLBsat2MNz2rDQkvTBeDNOqKqtkHjrhs7BFFwmpn5
xHDUaiL+jGmnZm7IpKLoJLcYJIl+CNGm3rMUnNKIfRGjDr3HDDkjSVEkVHmy+mNIkiM8uUN9
EUm2un1iKxDFRL/LCAK1HcS1cDgI0+q0xR4cQbb8uLuyFXdwjLl5/kgUxb5HGGgFTEyhhpZt
ljCl0o/9rT/bY1dFveq02jzaYHA9kP1jv1TWnNyIANtpuEVWgzDoY1rlAt7IooUZvdRghrFd
M2ptg0nU0c69cJ4csZHtkTFMF1pl0QNT4avYZTxTaOqAgnHCQtlUdIjRi/IOoQ1DcYeFugZg
rV8sYpvbOUPaTzdcaeo5yZibibIpUXGZHUhgtbZBa0KM0uRI0rNZSXUuBQq8IQ1fVlcs8Ira
DP7h4BEvZC4g27Y1Oo+Hnf8AqDAp/VWFP71zmyBuEUdLxytndRLgJUghKL+raMBebJRUQylO
KZxEVWumwJ5dcGvTCVMJ4paZbY0ZIQoV88aZqqRm7IA9VCnmhLs0K20iC4iUV3EXjrgZrxDG
nHtEcOL7Ud+hGmQXn9GAD5SEOkv4YqNScaMIoC9cNKRoCbyeqNGh3d79CNI4iRLh0NipWoj3
bJu2LZa4E80UmEbqz8lhzWdwJLnBirSbTQmYmqoQdiWQCRMeWMTO9DUK4dMKO8IGYThwc2fV
DXC4zhFl/K+n72scMcCjX1mtXl0g2G2OICm+2iCAm1ptJEPNQe8XyslCXRSUbwPmh7hYWjq5
Ip6hbTPyn1QxwKny5IYsqINsvwxU07GqA0r5S64aEQTWzmvjg5xqdhjRtItYOqKZSaGHsaZG
KZTeX0RTeTMg9aQ114XqgCqd4EpbKewi2BUAzOsvHYYDzaSeuCbg7sjRVaLkk5ZA+ocQY0+m
0VfIi5jlpmUssnUjtsPLHDX65+Xij6ZzSqHeUj1aAZcLJRqqrn5iXkqiKCFGF0EOtimGm6NW
hmo7YLXCR5NkaNoG8hHTFFx29kU/an1Q1yWuiirp8myCGulOKxqWKMOyHHADshjr1jh/436M
aWUp9kN8roK3xu3xoXLM5l88Z3sly8kaGo6bSSnm8hGkZ9L9GNKGd7e6mx8aawnfospJzudt
HUYFOs2ROzsh5HezN/OEPqvm0XTtKfgipTaxG8o5r4YtywxBbbAe0SjaIDSVOOENZcvlfCJ/
w5P9rXGOHalUI1FIrgtBrbEPVDKKrTfTA5so5DfGu0wPdeU8w2nbfGYlSYUMmLlgPuI6vwxT
UyK9cNGVWnyHTDXuZMbR5WQ/SnvO5bBzX8sauiGoGvMrbUNqnGODE93xJbZGOHn5jYL2yKQ9
t5Tqhq83RtjThLnRlIx6oDG2zinltnLzfLFEObvAdqw8kSznqjT5XIVPZFEvKPK9m2KZWSlP
PFaoZkJ2wWi1YYoujWOa6YTthjXGSxoyTMAxp8Rm/RjTtWZB6jFAEoF9EOC2Dsh81AEOFqEe
iACLoashPoEcPY4+3+jGlBsn2QG5VxiloeH01dNZskBP1nsWQxhtHVT0Tgd/3ckavdGoLu9L
psinwvVsQtCqrZgoRIPdccYZTpFaVOwcpCzM40z7lPXGl5/0Y0hA9vqb8kfGejc1XVPCHmzn
2hhiIqUe7lcgvVOc3RUe0K0OB6R1W8yQGZ1pXysnK5Ybqh3agMvo7tqjDAQS23CVn9aGNImV
SGgicKk4zpbCBvPFn/Dun71FLUputqUSeanT5eqOCayr+s8BD3rt0WNAsGEDi+nZ7isXX3qM
XE2H2RBV04Bc62Gz7hJ86bRFJpbuBemGtLZmQt+WHU2Tc6+crLlCw2qRlIBB7ptHKdkUtYCp
qAr+KGjHsEcKl/a28xjh5vyNlDHA7yeXmgtNwK+aNM68lyW/NjSkYOjz9UNFQbs/ksik1MZe
aGNZhFQm5xjStcVJJhrsii4qdm2KTWjdKrFcWlB2w9Lb4aD3o1TkvC9MAixRGkdTKOQ7euNP
+N2RSa4e7AKbN3zxTOWS+iHysEVDl3k80arHd6zAIFg9EAPwPVGnUzU9kaQkTU/ow02RoNa2
nmpqcwUBQ4ZTPI83rILFHUml3mgiZkoHJ1Q/i1KumqpuVzctozAWl4AS2QU2Q69wI6xGkQ95
VjRi/e/RjRG1S7oyx8QadrN1xpEzF3ienGNZohIU6pF188TcUtMail6+Uc0x54LXSaScLoq5
pFhlzmd0W28vohlOmLFnPtEECToBtbfAa2wXwNsd3/UMf/N+R6IrvLkKU/8Au2RpuGumwNal
mwH1R1w/SA+/YFGwhD7bRdeYLHSIgBZ/LD6bioMVGsk7y5YbUc6flsiq97veAgC3nuSASZO5
IY4tVrSUHmX1o4Q8Sd4u3A/LGhdfkbDXkTHbD5Sn1GNIuLv0Y0rTYQUhuJzdUNSdvXFNpsPy
QWgSSHktRSZRonAWGXRDF83mgVHOTLZ5LFeckHbDxtiiAJpGrACCXbFHBfRGnZchjTH6XZFK
Uiv5sU2pfZ5r4qFxmkPAsIMVpSJb1xkJulDpyDeyKXtEnrjSOSan9GAw2Exw8135aRJUoSgl
cJnmilw3hr/FfIEJUbcEm6gbtvLHDnUSniF4IkZI28suXZBc23DnEUHPs5tnyxw97Tbn/QjR
Ze8C79GNfQVPFAHOFS44pdbGtfVO+9HXXgEWOMV2pNPl7Ie7LfZhzxkcZJGWGkFLeeEAjaYY
oUTWDOUJf/L/APeljUpZlp824yOG6PxctFrnhxRVJsHdW+4pAHrO6UjXaZjd1zszSuIC+s69
bTGSFInHjulScLdvIqwlQoLreyHV6dW2Rke1YpsplKgVBvTvNoSKlIlQ0HHZyRw+kAgFZB5i
cTGiUb2RqeaGn1T2Q8g8vmjRlok4uQ8mVY07TKRgJasNwT0RRc7u/gjK8WiKyn1rI0uK2xQA
NvyQWmZnGpLAvd7YptVXExSCTSNQUvHbAI7yxpXOEkK+aKFM96fZFM3z/NMUA0qAT2Q/2kHl
1xUzTUQ94sUdcPeG7o5Ngh/iBJct0Uk83mjRgC936MINkaQkbwJ7IblFhGEcPdXcpAOGzADC
AwCV/nWNE8Hdw+WNC4CRzdGSNG4z72z2Y0enLZVMw5N0kGwryKI0PGGuzB6hbFQNAkv6MVab
za0xVpVnow7MOSA9bSUPkYoav1XqBzSN/ZCuKvENYBZb5JAdYImLIGWxQphf/If70kasetkp
/wDdsivUYUyuZgU3gtxjR8QrVVcAAChwGAb1RpOOaLeYBlNo9kes/ksbDH5d4rKATbGQFPIb
RZADnIG8mzbDUctuE+uGvAVk8PRFQhiNcl49EcI1id+r1BMeyNCLAWNhoBsMBbUPPGick8zu
yNOEmQYAWR9EAASIMUW3kHsgLe2KpExmihyxQDu6V/Rh6jdjUgDe3e2GEm+KfiPQ8kams6nu
SvHp2xTLRafRGmqGQQ9SRRcDj2QxzjMr1Rp3ArM9cPKzQQ6VxhrAO85v5wgO0WlXUZGhxzGQ
VpJRziLFkIewzQW/JDBzdkaNoxPZDTikaTlPZDjgkaYaLT5kb7TBePac2KLhQ/ez3hmGP+dL
bMIo+MUcF69jjGgf6yv/AEY0SjdV36EcE1BmwVJ87S1LHY4RQoUWzBcRbgMSMBFUFiPG3CK5
buleWBTcFN0O05793Xs6TGTLILCiRMWoT6eWGglWmEfKFu+4bf8A7pOuNRVLPdFjEmPYbtW1
Y0lA/qnteedjHOG278MVeD68e9pu3W78wSZq2mktro1zcqscxR3hZP5u22KlCo2bXEeVsSCG
Mt47YcKrUB58MFgZCmHRDQe/OELpXxw0B0mVJc/PGhassjYaMDG++SYYCNE28F36MadqbyGC
G2IZc0FwEp/JFBO6VHVCkK0NiqQZEiNOy/N6DGkcZHe/RglZfgjVTnu/pRSa0bxMNqa/fZeN
4XSm1bDDqFOulIWsy1Cin2i1Z7IzaBykn5w/OjSDYY01QHdU9kAAK4+iNOEsJ64eDcB6IcSZ
AGKdS5rm9YPZD+G6Zitc0hVErLjS7YzgIEPbFAHysjRvSSO6hFI5cV85jStwJ7IJNkuyNHqy
5AAV7R3XYYQQdMlGxc3IP7pphhoypjlv5QDHDyklf+hGke0S3vPu/JGmr1JPaVBtsIuEcN1T
He/8GRnaQFKZ2DmRMIqP1VJNNVJLCrJ8wqVCOdLYFUyD1nyJAzd8QHDH5IZXon3bl6OUrAzm
fltgATF0EJKMBFkv5cn+1W+eKr2t/eKYals5A+0AJcscP1rt1HpjJwQ+1cTdGk12ldl0tVzc
sgVDWtzCYcbcQLZRoatVnepo6b5JaJNaq7IbxDRb2mqAk2hNm88k+YQpdKCbFg+I1B1JO5wV
YLH2i3o2mGZpDylDGKi/hjh9Bk2+IF6+uNHldu5G9Q7IppYfLrjdEz8kcP12palKpmTu/Nwc
T5wI0wxB5rIQd0iGLYY05NgXsjIbC30Q8m5Ior7Q6hGkckwetIOMat7rsv6UMQ7xMUC2TkMV
mlyulD9SyWVJyvIAv7I0mUbxDuiNEx15d1tim03r+bDaZbMHzQ40xJIItJBlD8QnXBJ7xE4Y
0Xh3VFFyXHsjRACQLuyGjARpWmUz2QhK9GEaMOsQgw+n5eSwGA+SxoPx1/IjQaXTDM9xfgFQ
NN5CIFvipp3mw+iG/DeuqpV0yhklVpKgbtJAm1xMVFm6i3d5SJ+zhesEPbvUyemRxwjxS5Vs
7YY4yE8Y8F5UGzrMBwCD8ENyycfLGACUJu8jFMtsJ2emMqT/AJcn+0ZvawhlZgmRPoS+GVGM
SkRKazCLeTfHB+LMcur0jXB0ktq5T7Le6A6QOFqxU4LqX/utRoyyEjPBhMylrgIqaCo3dqMK
TN42Ob1iNXoKo95TciS5rHOFk7YQhTfDwXXSjW0Kp380h02gwGlshAd/Zjy5Y4eLxUHVGiCe
o2eEhDWNdZbGuoaxufWOLSR7wIGr7LmtNq43RwrRaWbKakW+tlxJ9nGKC2T7Ia4C0HsimUui
i7NzeaKnJ6IeMU7Y0uorFGqehMAccIoUaTlqD6WzFgEE1HW8vYI1zWukcmPztkUjlkDDXDbG
pcbQRFdwmmXpc2NCA2wG+2NCbld+jAObfSXmhtX1ln5JD0NiQRsMPc07yt64S9PRAQqod1QA
iO8+EaQNO61VOPdugMaZJ5dkacC1T2QBj8kacuGPWILCJAL0H0RVa1uHZGgI+f8AoR8P0ax9
wfHW26i43EG0CNXSIWmHuXnsvMaTj/Dx+pcCTu2FAm8H2r7JSH67SOUvaFE5FERXNpecBI1Z
TeWZ+TMYQnfhC22GvbIjnwhW98W+SjoikS3KQbLelYZlbaJzP1obSYxG8p+XGLZfddv976Yc
rVpFFs9kbFtio+m1coBBliMXCOMfDWt/U1UcOYPJG7OcyuYQGUnzpVLUEwCMc6LzpHCtdUqe
8pNLSEsuMwxgMthipx/hzEY5DUmbUAXefssa2+ARKGrfDOI0Gq5i5udEM3c0hAzSSA1oRPk2
Rw55n7zsjQgd7I3nhoHeSUVK3D6+XOADusP5zHRQrauorlNzRh7LWxpzch7IJWaHqnDUbL5Y
ocp7IaFtVeiKhAkojQ0qRQuz4XBpvIh+coh2GKZFRXiYkBDvBcjzI90qnKD0QKVeQN8+oNim
5hWNTTS8SlFRjhvSl+MI0rg7eQ9CRpHCbt7sim0d4jshjXSBXbBaCplErEMVj6wyp5/wRVbg
PRFMtuXplFF134I0zh3SDzokUiRvyigT+sC9kFvJ2RpCe6V6xGUXsPQDFWUiieYRoWrNXfoR
wnUM7zS8+cNBuPVFZ1anlaWtkoPqNw2xU+HNQEo6hpnP+za5ySLTMC3MLL4q6DVU00072TBE
nS8Ui0bqw/XUne4qjA3cpBvwEOa64mMpFkVajjNt2POsobWafdm0S65mUeLTE/wYxTaHb4G3
HkhuV9pwhF/1Tp8Zfkg0WO3ECWXgLdFBju6QZS9EaGvTCU3lzTegLSFmpM0jT8RbvU6rUJsm
MvziegCNHpKz/wD06o4NcEbel4Y51uBEajQaqiunqNAAVwS+4tJ84jWaNzEph5yzu/rOPnMA
m6HU3tVnXApMYoIJE+TaYAImY0LR3Q8Hy540iewOoQwgIg9EZyxUGMUnutn2Rp3GxD2QWDvF
JdHbHi6uqjgJMR05z3mmUNI7oMhD3jvgdME3pZzGOGy31qJ5hB1FehnQYp1G/kiiH6bLWcqb
xK2LsvFsAlu8fk2xTp1BIr5ShtGuUYRLZ5mmCWTDp9HNHirMkc0xtjTlJoeyNI5p9rmmIovc
Jz/NhWFRGVLvRB2RXF5y9cViLfwQpZZesacs7pl1RpXpvDN+jFFRIJFI7T2Qpsl2RpA8bwDo
pAWo6X4phxvHyRohgXn8yOGvA3AX/oRwL4t0jPd1A8PnYFY1tpBMwbGDbdHC9ZTfvsqgiQvk
bQbtkaXU06+XXCnnaUcZkBAhq0m85F9kavgurGV9NxB7hvW4vtt7xwhtRJ1OsALfAV6k7PlM
M8MLb5ThoqOVtwl5SgaOu36PPdIdZhlRvl+VC1QoHMnmdH6v+xS27xOWM5pqEF+DRFFhCPK7
bD6I0jKo93mCHnBNgJug6yg5awYHCSXhbS0XYQKq2EYTnzwa9Ry6yiGtunIhJNa0d3bGp1+l
0yaii0KMzdl5ewTAwMOpVG7wKGz5YaDDsv65ikW3p84CDRcUeCkcNa8T8TsPLHDw4eoOyGjY
Yp0mhXOIHlZFEsqb05pyXeJDuF1q6awA5DlNlpKCq1ssCZxX0+vYlRpRsxP+q5w88Nck4oo7
dv6IrMHeyxbd6Y0DGbxOfZ6p2jCKdDTjNI4DA3rDG6lnvAqT9HNDMzYokHeK43JtgurBG3eQ
MUmucrV8rjDWE75cMcRsiiajkcAbndjYogUUplb124A3RTGpfkpzmjj0ALH/AKdV8ZovQs6H
HmgGvTykreDhgTFWiJ5RPzrDmEzBb1xVIkAJwQiW9Uad9015JRpWJKfN3Yo80Um7T2QI0Sbe
sRTcbMrk/qmAWjed8kcPP0/0I0ReUYrsbw2NbwcT8JgH7XxRc3D2j2Q0fO8yGKVTUzqad2Qn
lc5JBrRdcvLB4vpgmtRynePdCNka7G9F041XDuK0UqsJAKrtsY9w6Yc1p3Gk4wod7snyuJin
Wpn3YBUea8oYp1KLrLOhbVg6auUrtumZDkaB0wGgSNhhL/C/TXqgudUTMBlCErIA+RgOYd0d
MUX92o5UFth80UeF8SHiaGoSE3Wosh3aTnHzw52nK0XTv2YlYo6Rzl4fXejggtmhXw3utuBE
UGvlSeCBtRq/NInjH8y4dJjgC4W2pe6o6/AQCXThBYYbxLTTM83Qlr+WwRw1tUJXD5W9hSyN
EGumGiGl9gHXDatF280iUpzxIOEUdDqtNk1QFuZ5WQJkGsA88eJpa2+6ZCO3UG2rNeiNTqda
/JqaDVD0qG1zR3W1E2WGDSpPzUwZFEUchmOeNO1JHN1CKxJmWmHF2B6Y0Aed9XD+s0jA4wAK
iPTDk2QC+fRhshr2iQNnkYbml5csMbTKMv6EtBim+nU3rUQYYkiKHC+IO98zdHenNfVYmy2K
ZqMQTIm87biLYc2jQzA2HMRdORMfdtO1Mu29BiR1wamnfkIODD1l0UKHF2Z9MChm0LZ7FNds
HVabXZdQ5q5clczQBMxAHRFWs6rmp5rEI7CYe2nSkdp+pGdumzMQ+sl30DFKkaGQzvVbz6jc
IoIJ736MMwinOansgNjSLajuuKazblcnO0wyo6RFkcOJdNXzl8yKdSkVe18vO1bY/wDxzi9b
LS1CoUJVzWnINykuxcwE1Ma7T0jmpHK5l0i1riJuJkVEzO2Nf8N6lyUa4Vona0OJKhhNiWuF
sopaZjVrG7f5fZIxvjWcQ01Pw+I02uIK1XTssNWm204G2Nfw/VDLVY9PVKi4yc4BcFhoinQF
RWTuw/BDKpCAyTyMM1OmahYVFhXzg9UaWrTb+8WObO1UtIaLcJRk8Le8PLaLe8n6zDyWHCmF
FMNwvptN42w2oQgngYBcfdDywWFYxGXTHoFsN0WuKup9wyEiVPdA6SsMLZIY0mh1NT/1DTNL
TJ1ilLGMbMG4lL4rBx3mgknevEpeI2K7BPTlxQy6s7jAMOovG44J6Y0Dmz0rqqiwXJ7RNpjR
OcV3R2fLDHNCk2QKdjiJdMU2M06agqpzWzkUmBKMupdnquA2STZSqD1o4s/TavdNIKclW8tI
ta3C6EFnyxQcRIZliogRGmA5toEacESDuyKVem73k1HMMSkMc5yCA2ndy9sNc0+7n5WrAzBW
iznSGvFRNM7vBLMJ2+aBVoMWo7a7tckfd6lS5ERvLbPHGGAPVFubt+bDTnmVWQ2bIa2qzNKc
yOoQ+pRp+8E7T2lI8NomsNqVZCflIw3L3vL50ZFl+D50UiZKZDb5405Fu9+jDAfKyKDVlPsh
hFkaMk2+mKBBQT/NMNqOM2gxoW5p7/6EUmMCEl36K4XQumclUOVbbDtURoNFxp+ZrFaHI0Iq
XU6QwFpujh/ENMcpDt0yNsja1+N4g692uyOqBvqArKfqizkippjVz0iJhAFlyKPPFHj/AA2h
uEOz7xkUE994vuDYfTc5CqWYQwsbL0jkgMdaRMYQGmbfN2xwXTaDuPqbw3ZtDXOtc4WELIrd
GTw5/fctv/lM2OEHU6mhma8BDmIsa1pkF6RDHUylG638NsZiZi6fywi7nV0Q17n+9acP+ykM
eHrUbchCc+UC2NNXY73TyGusm0y9h5kCbJmKJo1FouCmRC2G9oItitV0unyva0kHMSs8C5iT
64dQr0kc0m8TwscYabQOaG1HM3ht5I0hWQAig1PV+WGe0kooMoanK1U7rDhi0wzWaupmqkYN
FgAuAHRFfh4q+4q5SZN9Ur7K9IimtpHbDWsCpbswisQU3TBKyQ9UaZhMsw/NijSa2QXsioKd
Sw4WLymA0Ot5Nu2PfOSkbJAqkritsOYam+bJYc8Hh1egtIm3MMVsDSemHs8FOd08cNnnhv3O
ojBsBX+sNkBxnUA6+aG+I3f8sBDAiOnE+7GYhWrLogNru3js9Ain4T1tu9Ige6U3THojTVqj
EmtoPVGlH0v0YY0XEdkUg0Y9kBbJRwvTtk5wcnRtHXFPV1G+6AKzbeEucT0QGtCNIPXyRopz
V/6EUCx1hN2OUQwkKSq2ylzKsOLRMTHksUNDq3pVYmUp2BiecxX4HUOauxzUtEiVuaBha7th
dQ5HpIfgJipotSV05BBG9ftCHpj+b6Bmfg9YlCoah3Se9Xe8oXeyNkD2roa5zkddfsgmr3nW
H8BjiXxNqdOoa0MZvH1g8EyebsWchjxc/wDxXNZ6v3fw/wC75seuGalg3qJJ5iWg3jDAx93Y
N1q4cvlOG+IFE5S6wYyOCAWXxSDihK9HNFOtSdJZhB1kGNJrKW6bbj1gdUUuFal3vGyG1UWy
mnnMU3Ob+7P5JdCwdTpbRMd63Gb234iKml1DEqNOIPUSOmCMyi+NFOYHbFEu7mXzyilmO5FH
TtkBPGcvK2GNFs0hhwimGhR8sUcthWK7ibGnrhxAx6o06H1h1RpgPndQh6mwygakP32qLNqe
Uo8FozGaWBMfVMVa+trK4kSSy71RNZeaHat9LNlGLxbLylEuH5aYJ/tAUu9lYqVQzJXcl7jg
uAjMBInyvgKd3mw5YaW96A0d2GUqA8Sv7M2pYbTIwBqNLJfa5MDDA+nlIW9x7YZTY+3Y6NKx
VCmU5WXxQc3b+jDHC0fJFIpNT2RlXyURw2uDlRUdbhdGkoVdV4lYtmcr22TsDUijV07bCZzn
ZcUvBjSEDe3/ADbsaamAoLnfox4h3Znbdyw6tTmwg81m2GahEeq+U+yOHCpqMjs6d0HN3Usp
lPkihqNRU/echOZH2oLg1OiKDBVVk7uQj1RGr+HPiCilBoytKvscS4FKeQyM0Lo1tDQHxOHh
5yOk1ASUGV1V7pC8wxop71trfrRodG/T2vDVzC8i5e2NFoSzLqnUSs1VxcTi8WEC1OeF/wAp
0pZZFShUbukIv4EjVUnzc1ydHKcYGRikbfkgvDZ37Ipys7Uim8zXljSOze5aSHCXIJ5VwMo0
Gs0VRN5VQWfjNNy3RpaFep70MAcEqWySxjRbhGnp6VyucpPnUWuEVeJUGpqmNmMQALzVAHmh
9KpTQi9ROeAWNOgQIJ4eVsUSGqMowhtZzkBBA8x5Ya6oEbj+ACPEFhBguJkIakyIZjPrjUC0
hp64k2c4pOeZAjsjSVF3RmW28ARUc0SCDoENpstOaX452Q0ZUcCeuGV9O5a5W48l5SBQacrz
fum9cDBOpqZ1vQDoAgNfujz9kB1KrugYDtENp+GqWlR9nAZVZlPKvUwQBTqJRFslXoBgU6Pf
PoW+Had1dHyuVOkdcUWVXZniSomFwJhjXSKdixpHNdef0Y07T3979GGAWxTN5MuiHG6XZGhW
/wBIhtTKpCr5oY55kV5pxpUClXbPZjQ06LM1Q5pKB7KzMob970ifjfVBsgMzZXfjG/6MHUUH
qxqXEWkC89kUa7LiMJdcVNB8T8TSvTawBvh1d4fSpNaBhaY07eH1ctckqU1Rw9okQaWmKmX9
5OYxsjU6Wpp11jqUt7UBHJsqNbLlSNfoKDs2lznIfdiUpIXvMlvKxwinqaP7u2qXOKskGzue
02pZGj0YfuiaJsCzTkvjuygRQ19FknAh07xlAtPUIc+oEBsP4DFNlRsnLLyJijUB3HgoeRNu
2KQZOfbFFwqK68IQh85htLUFdMv9XzNJMM1fD9RulE3Rd9Jp6ob/ADEeJpnAg91tyA7tBxkc
LYFShqFFVSmWpc3E024LdhFarQ1f76UOXJUsJxJy2TjSoUIQRpdLXlRdaZysmgIJ88eIzUq1
JDK/Z/lDFKnSO8px2Yk4dMUJTQ9kI42QCLflgAusiuD7JhwbbFF9HvAk+ZMQYotqu3mqlnYy
C91LM42lU/Rigx1PdaTebyvsw1jbUkN/0CGljJcphXNRo7TDm+HlpLaq9iw6qxygD5MBAUWW
dENc0b55dkBuVHc8MFGSnytioG/rEUmfUpENJt9ENLhu/gik3VOSmbe8ZJsjT/cKmaiRg4WI
veJMUUlb2Q0qrsOaNMBK3msgsI3Si7Jxo0FnphlHUd1HY4bOeGfcXKXKveu+ltjSk94l36Mc
H45Xp52UfFkpC56ZZaGP9pe6bElbDGu0uXSAnKMzTZO3JTd54b/+R8Z8AhFp+DXfanr0nGKe
nOt8WoTMZOINVEFsh0w3UaLTZmYZtaNvrVR1QNQ3T+HWcd05tW6cv8qRfeIbquF8cy1GzA8G
oUXa9zhZiIFNmuzUm2blEf8AhE2RU03xHUUuachQiYE5UqY2WmNRUr1fC8NHFyV3IAQUQFqr
Yt0cU0HAdPm4bpGgl+Z4zmrnQ5ajA9s2OvdtSS6Twmo1rCPNlxAiz+yzXe19KGIUE4fp643T
y2gysIvS+HUGtygE5RIyXn6Y0wp1l1jVzBDJSLyctmEUTUCPpAy+kRgee+MgsHbFOnXtFp/A
IbSa1WnmTonOG6Ss/wDdqlhQSNtwJ6YY8TZjywHA7wtgmofLmjStFpFsad9FyEDAdo2Q1n3j
3Quys68qwDUcpdfK5MAIpbB6Ie4DCACEWALEis4GWUxUnONLTDrQ7qWA/KrvLbAN2HkYyMlj
tim9jkeLLCmPkYYKrlo3yYL9jVim7u1U2mf9VIcWP3HWyHyQMhRruT5YZmYpScz6IDmBGc3y
Qxz25WGwquyxYf4TVqgCe92kiNQVmB54a0XxRIvPoikMYoh3eHyRpilpPZDFsigdp7ILhaCE
8/l54073lWoPOsUEagIdt9Q+iNLuomb84xpScXfox99c1XNJHnygXHqjxPE92VkjPqgxmqOU
G2Q7Ib4ZSewpZjFJ+nro8D2aZuGLHXQRqtRlpNs3aRt5KbTBZVfv8jZ+YiDmtW3l/GMONBmb
VEboVFsvLSPPDNd8R6r7pwQ7wOXS1VCy/VVqdQKUFm2OI6XT1cza1RhJRwUtzBUNSok3GQIt
gii7M0Ei8X7QMI8NP7TLf/d5/a8uiAYIFkUuIMG6ZJLZ86/kimHU75zE+mHUAcjzfMrzKIFN
4mL5XnlMOFOnmAS8C3lMMbTajF2Hrij95egXAdhilp9RTSkQACvYGk9MNqMdIiLfJY0U5gds
MnP5BGYXxTF8+yKRBmnogAmAAZyWCRMxXIEsvbDnErGmF0+qMptxnBK2cvphrkQzxhuE8YNG
qFNxnPzCKWSQnBLpg2WDsgljE5xLoEU/vNTLmskDeMDFGgWqb5nDlxSNNQYEcATefZ5Yc15t
sg0nd02+dcYaaZzC663lWNIXWr2iH1tNV95TmiDzqXtHXGkrapm65Um27Lg52MUGqjlPZFMv
vWNOWmRJ7Ie1JnKnnjSkD3ZA6/PFFo7uV35hgKN6fXGna47wLv0fRDmGXvGy52zim5xtPlfG
4zMVxTthlLJMztFkvnCG1Mmaq4Wqic2cgrDSGTvmfSYz0Ge95fTKyNPoWTq1HIBIJ0gHziBx
vi9DNWYzMXZqgRQokyuQf6sU9JoTKYpN3pgFrahV1E7JOP0Y0j9UFrvoveRL1nOcBJRYRPoh
nhSJrds7UuiyX3v/AHXkxhpgCDRe1WnmsniIe8NkL529MZnWc/ohwd3SZ9mEK0botsnLlgPz
LV55dhgur1e7NE2DBwhs1c1srfTDQ2enK7u7LnmTGj4bpglDOA6yaob2KEmJGNAS61rYa4lW
keiEzSEMdlvsXkikRKXogBtsBpkDBQzisD7JhyHdn2xQIO4h/NgH1YBBReTERTDxukHysjcG
6eSKb2tUiw7vVmhpd3R9H0w3XOYtJ21uKe2tuyA1tPeIxN3OYpq6aSkdkMnceqHPe+YAQpsC
+RjcCgDkwitTe7KC21Cb4SnWVLkTpMaVApX0RpqmlOWo8PBMj6pxaRGi0uqcrA5xXdtOXBrb
OWNK2qzG/wCjhDSWIOWKF8zjsgZGYTXaLo0jcWnrilltRw84IgEtQ4YWbZxTcBeevy80aajr
qPiUC4q1XNXukTaQRMQ/V1X5aOZcqOPMoeT0RpqHCqvvVQyds9tzRh54+/VquRjWKSgcvmrH
qivo6Oh8WjTcQudrV5jTcbdsUBqdN4T3kjvZkmBdTFsU/DCl1nPyxT+IeIs98ZtCmX9WshXa
2UN+BPhuoupy++KGQ3S1qVdO4FEM21OWOG1dYczn1h7IkJkboZhFOlpvUYhPMMQY0Lahk4uP
KWsc65MI/wD3z/dYCyBgtuN8Kk4a8WOHUi3x9zNNahWa232LKW2GaWratk7+T0xTyd2adHzo
BsIPl60Go0+8T5NsMouGUnkPJcIQlah6OlIpOrBEqrjdsOEaD6LYpykkFwNsMcklWGETIWBz
QCROGqZzirjlMVW2GfZAZm3kTohjak3ldnVClsj6eWG6uu5HglPOlzuyHODFI2n0w14sn1wu
ZNtt8U9MHLTco9X2z80npik8BZHqijgh7I3QjGhYYAbR1AbIfiQOqNTOaRlE3IeqNG02hzv0
YoFwvjTOYJBcNkacUaeYKbwMMTFFppI5MR6Y02Rt5WzZthr/AA1Ki8YxRIdvtacwSyZFqDkl
GlcslPSDFd4ub6NsacMp+8VylTsuskY4VwTRu/e6znhtlzQfWc1tgJm4R/OdTxLxqQJVnh0W
IJTzDUOMgfZik3SVPeA4N7SkN0Wq4gtFos8OlKWIAPTDqVR26elJ3EeRhHBW23+kxo9LWP7t
TILreazKblkTZH/4/wDDlZeN1KeUFHjLJqOSrp6tMqCZZgkVuLcSrZq9V5LijQp5GhoHMBHB
KSbrfEN91J+0YRXfbSqBElcQbZnqjSueUYGv/McO2Eu+/JfZ9zXHGGm6AbdkAmYgtad5IqFr
PfBLxKzalkNe5iOVUUfWhjXsmBjCOCJd5GGs9WG8/NBNKbvLGBr61oet0/M7sjQhtzQvNDNg
8roDHWwXAdfohhS7rSMyWCA5ZmAW2RUBvaYethikancU/m7IyAo0ES5gYCRUAszdsOY0rPth
q092d+2HuISzb6wikHTt/On0rFFtilOyNPqqdJKBvVuy41Gnoh+rFX3bRMoLEw8Um3ZDJ5ih
ANliAw55tQdUakkyT0QC3vIekRlrMytWUwVsws540yTKn80xTaxyJybIo5W705y2fNMU3uk5
vJ6Io009rDZ83bGV5Uc3oEFrjJD0ujRtGMV3iTcgItxEIArFKbPK2NB8QcPP71RLw07tr2hh
COY8WOIm02rJFhjuO6nPTSQy0QiDGnTpmKhofrAidtrkjT6cVVe870hJJ+1hgYptpsWoduHK
5IeKzl1Tu6Ji8LMBw88U+Iad+WoWkIjCqgi9jhfhDtdq6masbSjQs8AGjohrTTs2iDxMj9U0
9IIN/YY02mpyphSbL8uIB6Y0PEcy1KjagRLJEe0QbMBbHzv5h83/AO35MPJYEBTP+gKIp5e5
NYdUrPRNjuwGDT0DN32l7HUop/eArcN0dIpw2nR0aPIQHP2GlBqak5m/ijqYIpuMnJMT+rHi
UzunyvSNMSN4C35ILRKBmmIAc6Q2fJDCHbqT64DmOUHZDW5kJuSAxzt4mCC+RGBgCmUIXq2w
zO/NNVROiH1BNsvzQIZSDVc4oBjOKesfJ7gCWykrxfnKy2QTd8sNa9qKuJWfJFdtJqNJCecY
xpXFyu3pJ843xSeBMHzRpeEeFnrtbapG32QPyo02g4k7JqHhyN3ioE7WgizEw7wGpSOZJqsx
jOCFu7BGoKqcp64qA3RR2O9EaVXK0E9LSO2A02pGmelpPZDWgWxpwTPe7ILy2Yg7V/OjR0l9
ZOiHMacpyBRbFEgqVd1iKLCN1SfNlMAZMrAcV7IqV9VqMhcnqvNnIDAonVq/6Na1R8ww3XF2
7lJWdi4J2Q57WrTBIHkjTd0Q0ErTbZ2xSo0R7oWeRnFKo2mmJVehY4wXFX7hTDvT72MPqZMw
JClUsI2xT0bAmVp220ycduMZcs/5gl1v3HNjhAWARZBAnAlDnC3rirSrypsJAG7YgvAEBsEt
KgQ7xGzJtWyaXGKLnGZUnzqneMUgWWWFTDWNcgNlvojTAm1sMa0qLoUd0wJoIYr0AGEU8pzB
bLFs5Uim7KjQPK6GFven5WQhcjeb0eSQAXSSAWXmGaxFB5OTbfsijWJ3jPlnyRR0hk0NQ2Yy
9QbL4yDu+R2Qx5fugG75Yd4hzMFt1+yKDKfcCp5527Yt3xGg4hw9+Wo0uNjTcB6zXD1sIdqd
a/faABJtmVPVYzDCKWcLI9kFLQOwRXHzT1w/K5VHYfTGk0+pHuS4rbswn0xw1lB+ahUDjYRN
rNrybYoBLionOy+KQdIgyvwim19ef0TFPLU92FuNsueKTWuVDhjKKVLT/rCFdbMkreSLcI0M
1IeegGNQSEc1h5/RFOd56xBrUp1GvA/rOaLwRBpHuk/N9AihTLlLjs+sIp0nd9hn35qFHrFL
oGi0wk8JyAEYt7YB9Y+WMAJPCXpjNXGVk5WrZg6HUTUWoLAj7eXK4R8R8QfTyUWvptE1U+8W
5pwtHJGgo027jlXmynySNFq6+/SrteFs7tFLACZSuEZll/M819n3DKlmN9sCAQYKiUWSgLdD
eJ0af05nZObugCBkCn8YemKDGULXe1FAU6OV6YuO290B1VyAbCepYZT4ZQ3D66t/NeBA1HEa
2asUIkBZ9EkdEaW9pbDWpvD0wA3y6YDHN5/IwTQtHJ2xpqQm8nZy4xRpOpWCcxs2w3IVq8/p
SAymzeumO10JXcjhbf1GGZDmItug0W93yOEaaVoM+fCKqmYPbFJ42w1hdaNnohzHTBv5Ioin
t69sMdU3T5+qKRe1GznI+jZBLirfNZFDEN9EPaMB1RqAT6vbHK09AihVY7K9SLjhsjQ1tVMN
z4C1jsE2Q1xsikWOzO814hry3fF3mihu3nsim4tRoIWKDW9/L6I0zXiYcekL2xqnnvmmE6Ip
CxSZ8hENZWmzOt4mCzDmhrWMRg27eWHFrMibV5YqU+H0s1VULlIQhB3XMTZFKtVbL8XsTZDM
zkeBMT5cYpaHOtR7kAR0zgqJdjDdAw+HSLbdx1w2ON+MMrVnLPZ2ERxXOFDqjMbg/bHDm02I
0ucs9gxjh9BVohjiLf7kk4m2F8H/AFxbT/8AaJhAgQARKCQZGGADGH0athCX9hEOY0ZqRdu2
CQH0yfPHjV3b7Ul5rw6GeL+sAKCfWARf0wypq5UgqCUhKSgtJhjLMo2/LGipVpURUGUbthS8
BfPGkACkMHNIQ1t6RTlKa+aBnPXAImbR0Qys6jvTSZwTDCGUX6dVvzEbRJBDR93RfnE9sJSd
lqJK/rUQoduH6MZmBX4+Rh1EsVSBbycsaMuCIOuKk7+0RSa3b2RSOyKrFnEu7+CKUrpQxtpW
2AXNUoeqBUS0eiCGiZA6vljUitTy1A2cweSwkeaNXxfTUl09EtDirL1xcDPY0wzUuoJTa4BV
beR85eiKWlLFa+SqiSOwr540Dadoa4rO/LceSKDxJfkimQ+U7hGlzO3ldhiIpF7lnsxjSnVD
3KBTOQlcJnmihr9DRXVNCidbD5xAkNkV6bTaE6kuhoqOUznIdUUqNMK4uJ82U3kXCAazEAMp
r1HlgaDSj92Fu2zEAyOBinSLf3lxCBXWrjnSKWr4ofC0uRQJOlirKyywSK9J3Hk1LQco8DUG
eC+IRzmNM1hzUabajgbP7N4BTODzRpa9nhq07Zge0MNtuyKdNr90Wy+WNdqGu7r0IT2i4ic8
ML44drNJJjs2J3g0YjHYkaGvqbS1LpA0kuRcYy/+bT/Zs2MD+jegStgEiJxOToe7NJvLD9Xq
XeLXtA3mzsualmyPu1NuSsVSbjcPmAecx4lR6g2BGyxmCOWcaXVVO+xy+SO7I0zUllE4QWRS
3UKy7Ya65IaWFPIbIpte6zYMeaA2kZ+WMU2mpMLcPRDKVYqq9E7khr6YQA8s5Qw4g9cP1FVv
eKgzuTA9kaNXWjtG2A9E3VO2fLKKDCd1TFLBOyK00KQK2pC1XWHexwBIsimWVc9QHBMOaKIN
pXoT0xqmV6+VzWhBlJtW8JApA22dEaPT6hi0ULjMjutDrnNN2MM0elOTVqN6ZkCCQhqsFgx5
Ip/D+jqZ6zXEuKETJzKjqjxYUk66NJQHFMmqpvJLfDecy5UCqgsjR01td2LGiDL6Z/R2xpOW
Kb7/AJI085qU84JhgPdJCeeKKCRYFPmMad3jKHFEQDpnhFQWynbFNqy3ukiNIU9Z3Tl6obT0
LMxdbMDBO8RGl09PTo15mc1KQts8UXbYZX4rUXXMAJKVcBNGPqNuhnBtE3xKQBTvtQy9qgv5
UCtUbltlbbtDRyRxjiD2J4QY0Fb3h+3AG480aiv6wcvndDHWtBjjjqIQAhb7S8XiKPDtUdx5
3eVCTYNl5ujg4pDecDOdoaEkVjvz++YNt+6ej+lIADrO2An9CEqIzaUJScUcJWKDfPzRle1W
m6yKWqYzKk7VWXldFJzaeYgJaBensxR0rtJlLyneXn7o640spOA6YbqKdBQkzmaOt3ZFKkJP
Bn0QzM75IC2/ghr3ifpQRTyhG/JDOeGFFhU3sw6xFFyTII6UhpeM2bmsPLFGhY5vp9ENa4o1
rDziGlJNJ54pNAS2KjC72YoIJEz6IaXOQn5NsaZ7Sve7IrE3t/RMUgBcF6IGo4g5NTSTL3/X
CHugiW0FYq6nQ1lzAXWf1mzXkgspzqXmd9lso/mNHul8+UuGNQ43CNJmxPUTHDnAzyvX8iNG
hsJ6Yph1oE9nl2xpZSzHshha5HL2wKmbd8MJ5xtjQeOfdlx6tk4d4D8zCMCOtYY8lJnrjg3C
q5RlQ1CT9FgcknNtypaLVuhujp0/AYB3lc+5Vylzr5WwdRwr4p96PV+7Cf4z2uA80Pra3UZq
zrTlaOhrQIzt8uiGVKjlIW70JHxE5w9w6rTB5hU2rNeiOI6djZukJ2z5R1w6jqGZSDiD1LHx
BQc7ca5kuXObUjTaum5CxwJKLLzHqj4f4gB7h3iZeYNC91ptxEfrv9bw/wDLQP6AEnCJbEzD
GqonAAitpasw8Ilm24jrh2krt90HS2ggJY4kW4wym5nuk3QostxXzwWhiJcrb40lSrTm18yo
x2bD0RoiAoaBDdJT3a+RDaf0EslbDKtQ2ud17OWKWW+AbvwRiFPWIpKUn2CGgCXNANMQVxHX
GnRyAr1iKJMpRRpuEyZdeMVWtdMN9G0xQKT3l834YpgDfnFcLvNA7Ypv9ntIENJ80Ulmi81k
VAApQ7LopPEhOXJtgVGhMt/MLuaG6XitfJTmj0cbPmspk7JmGaPhtDPQZ3jmRVQgo6gt6yPL
FOs+TQkpXILcrY0g9Xe/MMaNjbQ09OWNKVsJ7IYCLI07WianrEBRKXWIFdzd7wh1gRoSBPMe
2H1XM3CMRDF/WAlfKyPhqlm3T946KDzB17uNZGEIB4IKSx8Zh6IL6nGc7cPBS8XjVRRNLi++
4FR4RlYlusCw+tR4sqCXum7MdbFNeJJmP93Tut/1yOK8NqarPVqZXE5QMZJ4lYWE3izGHkWE
xoqGhfl1LlBkDh7VWmLo47W17vd1BTd/ZzyqPVrVD60HMZgxwnh1SbKZcAeVTgOsxlzy+9pY
bPuy44/0grbABMhBUTgESMEuEAl0eMz/AOoYN3zhRaBzmKeidQzaqmo7xF/+bI6TZAdUopTJ
xGH+bjSafJ33C/aPmDrjQvI7zRFF5NosndPGNG0D3TQ6X9Vdt0USDd6IymXkILDNq9sUSsj8
kU2uE0hobYTAf84dYjSAhAF6+0RpmtMyD2RRlJLcOiNVqPEmmG1PKUUibFPXFJ2w9UV6b5K0
Drg+E5c3yG8w3Md7m9MNBHP5GH63NukYDD6R6oLUkPQvXGncQniLzZT0rzJFRjirQO0QRmkU
64AJn+CNGve3/wAx3yRTzGeXsEUaYu9IikXnNWQKN8Jz52gzitV1W/lG7ditlQ9MOoOqq0vU
STDaYpaYOTNTAxvB8pxpaoEmu2YcsV3k+7aJ2X+YxpnraXdbY+EcoVHV5ctBwtj3pyvN0ynm
MPoPbmAvUi9bI3BlYzntHJGoa03hBL0Ro9RkzOCyV4tRZz6or1WPUVRIIR3RZ3hYDsirRYJA
nyvjQaoOm2oJ7L7jct0aihRKvNNuPtNxbEjFKrTKVG8l/KCLIz555s1nzcns+XTCiFFsOlO6
FScFBKEY1FgQGrMwFCAx/MdJRmVLip6nO6hGV0yOaNEtheJYdaxw4nu5GxTqsqbrbAlvOkIQ
j2kG+cwMBFFjQpTqIhoywBVchDts/MsUawepmsnbEuhjfFxuPohrfEXahn0R4bHZqmYYi8bA
IoiqUK7cRgNkafNqFAHsvlZ82CfvXuz81/1VivQFabrkdjjljxW1ly7HXyiiatVO9c7A4CH1
fHRqj1XH9E4wzTP1SvAty1Orwx1wc+r3voVMfoxSSspCrKr9W+KgoaiaS3X7MWQK2e+ZQ9SC
KTH1Ua1Ukef1dkGmyqp5HeiA6o9CouNnMIcBqMPVf6BGk1HiI1pdc42tIw7ID6dZSmDtmwYR
TpU3qRsOzEQyo/X5dS6R3K5wHskeaPEZxHM1DLw6wXnySik/h4y6cEh3eKzHtNBHNDKNXV/v
Ia0JlqSQi8NAsgH72mUS3Hzt+bLnhumFZAVWTyt/sdsaQ6N6neFjh7K94R8O8W1j8tKi+oXF
CZFmWxrXH1rmntg0hxXI3/NVj/u4h+rqcVWX91W7KXZBqafUbiTGWtsvNEXx9009NWBVK1J7
q2GgUntis3iHEZNIT3dS8/Now3X0dRnpeG7Icrha7LYQ07JjbFSg4zaT5Xw1AjoHC6jloZU9
WzMosYvTDYR0jHN2wGtkYDU3sPlgNf34JugN88TtgF18AAwMwkYfQrDcIQ29hEGpSC6d5JBl
suLnGOGOdVTLUmEVU23Yxo6dXVhpDAoyvKS2NimPvISc0fL8mAupAcbd18vyIp/vQDZ3Pl+T
CnVheR/1Y/8AqwByO+rAXUjzO+rADdWAOR0vyYautF/qu+rAL9aP6r5fkww/ewLfVf8AVgAa
wBfmul+TNYH74F+i/wCpDQNWAPov+rDP3wC31X/VhgOuF67rvqwCdWP6rpfkw1NaM30XfVhh
GtAE/Vd9SBl1wC/Nd9WG5tYF+i/6sNB1Y8zpfkxTB1gvXdd9WGg6wD8V31YaurHmf9WG5tUJ
7Hy/JhrTrBLY76sNP30Zgs8r/qw1dYP6r/qwz9/CT9V31YYusAt9V31IAGsGb6Lvqw397C4o
76sBNYF+i76sBw1QLuR31YYDqQk7nfVjQfD/AA3UjxapdNLMrc9jjTBUNPrBOiCWa6f0KX8X
DaZ1qrdko3bfvJimGnMCv9yP95gVTQVrr1odX3gwF0+46/NR6vvEaPg1dnvGMeHFWyJe5wsL
gZEWOjWV61pdI+bBIzC6GrZBbG8I7sACXbDtUqVJobcQb06ILyFeb4CyBhVjMDvRIc0Axt/o
fRePeJK36wEOpU6aPYUVQbpWkwxuaY/zcNYHouxkU11E791npjwnV5geyz0xoKb6qtdUEkaL
J47Icwd1rWpbJWtOMNphswCDzmGgGxYbrNI9C1c0m7EtPUIDBVnNZN9ENa6rvcjfRDcxUj6I
7IaRU3eRsuiADWmdjLoaHuXmb6IaXVegeiGBtRbbgOyDlMjyeiA1753yHohgDt+fs+iG1M8y
qhGy6IbOz6PojL4yczfRADqiG6QlLkgjx58g9EKKy7Ub6IBdV3jZJvogE1/yW+iGNNRSFuHo
hoL0cdjfRCCqtTBG+hIHF3UE0rmqCtKYsszkj+rDczpj6PoigBT94xZqJqSkvDPkIzPZmbys
H/gw0Ggon6zAn7CKWs0gyVBd7s3JfQImDhDWhu9efc/whig+tpVaDZmpzsw0gin4OhysaJb9
M28ukgB9CV06X8NDdP8Ac1e5ATnZ1fdY0/E3U/CpVWFZh16eyw9AirphMCYMgqgGxTjjBnIQ
psgBLYzOKkx3oaTMXwzThuVqEY9nbAbm3Yp7q2yhqHe64BXewxjKSkNAcqrP5IYCUBWGrCQd
VrNH4gPz3tX+qeyG0/5CrhZ7+r6Ia6t8Pq4/5er2CBWPAFBVB49aUktjMzg2UGz31UxQ1NLh
KVGEkHxamCXqJLhDdV4GVRZmJsCYDqhs0Bhoe/GSQGP7hWGP1Gjz05yzvCyxDlhrzwRTOXjV
h0rDGs4QlPDxavpimH8FUz/tq31obm4LOf8AbVfTDB/JZf56tP8AKhgp8EyuvPjVivTC/wAr
X/SVfrQxtThios/Eq44B0Zhw5MPeVJflQGVOFZ3k2+LVHQHQh4NmJv8AGqhOmcNDeD5X3+9q
nD50H/05Qf8AKVR+nDXUtCiL69TtfDGv0Kun69T68Nd90RouzVOvPDHspe5Bm1X9edYAfwhT
j4tYfpwMvCt7/O1frQ0nhif6SrP8qKGq/lOYNKj3tUTH4x6oZRbQ8KgF3VzTIE1ytN0PfUp7
zjKb+ex8MIocu8+f5cSk0W942/6SGq/od9pDA2ultxP/AIkNTVzn6h+1hPvUvon7WAzx545T
1eJDGjUb0/VMv2kMc3Uqfon7SNFwKnTWnTaQqie8XWFjiMO8YGorMylEtBsAFzW9UEEyHRDU
Mpw0pKATf2f0Na2Ke7aqQQbBfBLnQ1TIrDp7wSfyRlNkMIEpyhhAtWAD+GG76tndDFGM4aWy
dAAk6GONgWAoRohpXdvgNz7/ACQCbYBc6AVUwCRLGBmMz0QwrYsAWg2wEPd7YbJGhYajcw80
NQ7pjMsoYEW1DCCyG7+9yQGumMYBHdhrQJQy9VgIEA7YmJwC6UbYDiVaIAAl1wxwM5w1LLtk
FqK4c0MN84aSJGFMzDAJWw0943XQZo7zwMpkIQ2nshodIheeGtcLIQ94dsM3N6d8NSQnKAcu
9HP2QJyPTALXThoMnQ0qghpfI9cMVs5wQbLoavexwgYiKZAkFhk7VhgFl0NDRKA0W/JG2G5Q
ghuV1kIH7vJGRwRIa0WmA42nphrb4b1QSXdEBptugZjOGhvdhoyq+BiYJWUMuthWCGkFBd2w
Ecp64yuE4DknDTk6YaS+3ZAa3zwG5pwAWyHbAAEBrR8kMcNsNKQC2yA1JQWkRvFTABkIJaPl
9CQ0OO9BDhvGztjZAaTMQGgyFsKHc8ZbTfDFE5wKbm+Vsc/ZDTdPmgNd34Au64DUVIRsksgJ
z9kBCkDKN2GpAYkjfCFttsF5lDSsuv0JBN8IRuiGtISA0XQXMduiN5qkwCwQmW2Gc8NyzS2A
QbIJJQCA4mywQ1iIB6IaQ1GhYBIVeaBNF51hWWw1gEzAwPZDUdb0wCIDbXQGCWyAgt6YblE4
ZlamEFrWyG2GuMgIaWneNvZDQq2pDACqLDbzjDC62cAqhNkNzBYCiR6PSsAsHPAWS2w1LB0x
lSV8BzRLqjM47sNYitMKZGBNYaEVI5+yAF5oYEQThgNs4Rw5IVwUm2GgiRWGq1CIaFimX2zg
OcLL4ZlbOaQ32oDXTPVAy33wCDOGh1kEEKICt51hu9ZdBNhN8BAogbqAbYa2yAFkYGUrhALi
hwxgOSUNOWUNLTjAQSw+WBvTMAuKEww3BYZLemvZAQWdsZ03jYIJJshuQSEBpHd7YaC2Te2A
3KiwWNtht5Kw3NIzWAWtimW2zjuI4bdsAGQ64BLUgABcvbDEO7OGlwlDWAyN8BxaroaL74aD
APqQHiM1hvhrRK2Uc/ZAJ70MOac4DjJIcSIzEIRzwzGcEXwC483ywrhvwM5nAymZs5rYU2QF
csNzTE5w7dhoLZctkNcLQsIe9GYuRuEKe9AC72MIXK0dEBxt64BBU+aEJl1+hIaWWmGDBYIv
vOHNDQCiw1LL4aCVF3bDR0wN6UDM7d64zY9kBHpzQCQpuidpu+WGF9s4bmE4aywz2rG4N3rg
vI3oashhbDZIsACRMEerDAuMDd3eWG5hI9EbIAMjDSe6VgEmyAgnDXPMxCrvXwQAgxgFrld5
limhxjn7IaRDZzhsp3wRmUiA5vdjvLl7YDQEOMNyDdgEjdugZzOGgzjLUvhjnGRXngBUN0Uz
yxTQynDJzKw1WzxgEnnhry1OeAjYaGhE57YAAWArYs3oblarRtxgCxotgTQnsgOcIBdLCGIZ
zhu7uzWGhVSGkOlDQRuw0EK4w0LOawodM3wN2RhQFENDjO6CDKO5vXThrSZwJTPZCONkKIZh
OJNWN4KtsNcDz/JCCyGnzdsM3sZ/JDcxVIY522GtyosB1gHbCOcpEMnOcc/ZDVE4bmMj0wHJ
Iw0+qIytKA2bIaxwnGYNtt5oYUmVhhBRs9sMc65VhpIthIaPWgN9SAAPd+XPbA3oaUQhZQ1o
k2GtRFhrQZBZwA0KvZAek4YMm9O+G3rEj8sNdABkBFMLjP5IUMnywPZgFrbIaGhBAJZPljK6
2PDRAYa4CQhslIWABYIDgLIpuO2A5wlfDUkJyhs7LYbKU4LTaIY6wThtPKjvIw1IbPeuEB1s
Na6wdMCUuqAF3hfhAnMdsNDe6eyAESGlLIZlatqQx904ANt/ZHP2RMSMNJOMNDTZbAAG7Dcp
kVhuUJ2QABKCQ2fLAUKTAeTbbDZ2QEKQ0Hm2Q0OtnDWl1t/JsgJZG6ZG+A8iQ6IYS2ZWGtAQ
CGDlhGuhuYThoIWGtHdu7YmZnsgkwHopMNQw1rTulYYfWnACW2QEMhZGdzd2GhwxgZZnGKeE
4k3mgE82yGtRAOeBuz5YRUJhslPmhskPVGYXwLnCBPKPPAWYMNDZDzw112ENDhLGBmKOgOJV
xhu5v8sZ2hTDSiEwWumnbBnZFMG2cNF01jn7IDgFMMQKZ7IanNASw9MNaCrSsL0fLDEEgs4Y
ts4BzK2MpO9DHJKcNny9kCcoDS6XVDZSjc7t8K08sNSY64BeJ3xIyv7IawzZDUn2w1wCJZHz
oBSAlkBouhrCJQAOaMrmqsNDROB4lkIJmEsN8B10MamMCe8Ibuc69kAWDH5Ia5ombvlhoLZc
tkE39foSHSlKGylOGOXeKwCqiACJO6EhovuhhbK2AWFYLnmRhoFphpB3JrAPq9cCW+eyEBXG
AEV18BjZCLYRrbP6Bldyw112EAAyPT6EhkkBVYBwhqzGNkC6GkWQJ7t8B7ipgNVQYaUnNYaA
JFYc14nCevd2wzNcsTCAwXBykW9kBpbZtshpeJwEmkK6UAPM4aTN0NBbbDQW27YeWydKBKUN
ffNY3bLu2Mwb8sNeLT0w290MAOMAJBuW6AURo54be2G4CAcu9DAbZwN+XJCEcnmhAOXzQIRt
sNc1ssIBEzfDWiWyAGHmgNN1ohRCAzHTAAshoxgAlQeayGgGGua1WjthoDZYQCCvb/QwiTQv
tH9OAF/O+vDdn0vrw0YfS+vAT9L68IbPxvrwNn0vrwP+19eB/wBr68NS76X14AN30vrw1psC
+19eAfrfXgbPpfXhv/a+vAH1vrw0Eqn0vrw1DMfS+vA/7X14aRb+N9eB/wBr68D/ALX14aDc
vtfXgEW/jfXgZXIR9L68BT+d9eBs+l9eGnD6X14GA+l9eBj+N9eA31fxvrww+yvtX/jwnn73
14bcB9L68NBu+l9eGg3fS+vDR9b68BLB9L68A4fS+vA/7X14H/a+vDW3D6X14b/2vrw3/tfX
hoFg+l9eGnD6X14acPpfXhpw+l9eAb/xvrw0i76X14aCZj6X14Y4HeC+1f8Ajw2dn0vrw0Yf
S+vDTePpfXgG8fS+vA/7X14CfpfXhpWz6X14aps+l9eEz3fOx+nDK9IrTcqcxS9MP6NsSMxC
wHNshBAWMwvhL4ANpghtv9Ez/TlzdcKLISENpgQP6XVapRg8rlhtai5WGy247QP6NsAXwsAg
xKBiYUWQIAggW/0LdCRsjKTvH+hIyrOBCwsYQX1XJTHldDa1E7h5e1IIWYiVsIDZCiARZEoC
wHAWwP6GaCvVzNcpEgLApsXrjXOe/wBy9E/FB2LHF6lKqg92ksUW0bYoZtZlLllkYcL+SNRV
rarO4AIMoCGQuW0mMjJ6kr0vRbEkIf4NfLSKbyMPQSsVtU7XqBdkYPWA8pRTFF61kE0SZdO1
ReY4Y7U1kLA9ZYtAuBxg699XLogqNRpWSGcnWzs2RX173q9zpnkJHlKKdfUvV7i64C9BYmEa
TS0nJ4hP5KHymI4k8P3WZMshJbbscYrad+v8NlMD1GOVZ7E6Yfq9VX8WoZqhaiSsa7sgsqne
eTksuVbB180U69TieRriUb4bDYUtlakaenUqE6p6785Ih7oJbNU2QKuq1qacWbjbpXIboLDW
zF1hRoypsylV22QVqrqAAsr15EilUquWpNfOexI4jTqV8unplqBGm3aEMjFPQairmpFpylE2
mxT5zGvdUf7h6JzA4BY41Uo1ZrSylBsW3ljTF+tyuessjDZt5OSNRVqavOoCDKBOxFC2r0Qx
jT+9KU/r8iWRU8OtloOvRhuwVYq6t2uUN+Y0esB5SigKbvfoEMr3KbVF8cMOoegaHrztAuBv
MO19V+XR3NRpuTvBHWzs2RqNdVcrnun+KSBZ6Ip19Q5XEuwF6CxMI0ejpOQvLjd6oB8pxxSq
Hoxvh5ZDkN2OMVqDtf4dOmB6jHKs9kVtVqa3iVnWFC2zY1yXYXQadeT3E5LJgKtgu280U69T
iWVrid3w2mwoiytSKDKlUnVuU5p3TsBLZx951OrSiFllbNCloQhEwgtNRSbJN3Ul7JVYLhWW
uAFlZPkSKb65V5VfIRxBj6+WhTLUGVpt2yNsN0Ooq52lS0oBZM2L0mNdUqP9zUATmGwLHGqt
GrlctJJLhjyxphU12UVFQZGFES+/G6NQ+rrPEMkGRrbSly4wynTd+8nN+ediWQ4M1GWi6a5W
HoVZ9EVNU/iCgS7jfaA8pRRFJ/vkFwmS4LaosMaB+oqIGh5dLFoAsBvjxPu24nid5vc7id32
prbciTh+r1dY1awEimW9LGlOiNBmCNqZpykglLN6NsaltXeUt9kLZgY0H3YfqyQkpKmJKxpm
MlUqkqfogJJQJ80anw6K1qJblCgLmtmSQJYrDaDdB4Lcc9N8sEQdca3RvYjpJYVnmx2YxSpO
0yeEbMzN5TzIibY03jUk0oBFoN2wg2p+CH6Jum8TSrI5mNtmZTNpxh/CnabK21czCk81nyxR
ZXp5XhQQoN+yNHqaNHOGZgQoFoAFvPddFah9w3qhCnO24hIqOdwzOSie8ASQX1oFHVafwqRB
AOYOSyUgTfGi09JispZ8zrO9MSKHzLFJg4VmqqSXeKBtElMMdqGK1gQidpbKwdUVzS06Zy0t
bmEhmCzJ55xUp6Wmldwasz7QN7iLFhjtJpfDpM+cuZeUghCD54o+M1KgkkruTzxW1mnqZXSz
SVZgXmXMI++6qoalYNCFMqLJEa5L8I0ChA/MVlJAolm9EahtVmcEtwHU6OHnTN3Ka9KYk7Yo
UqYSrVVTb3QEkqXbLNsV3soLVolpaFAXMDeSglyw2kNF4LZqc9N8uRBGt0Tmo5QRZOebHZjF
Jp02XwjZmZvKRyIibY0zqlPLpQ03g+rsINqQ7RN03iaZd05mtkbZTNpxg8Mfpso9rM0pPNZf
54pU69PLUCi0G+2UpxpNTRo5wzNeBaAL/RD6A4ernkKc7RYVEVHO4b4hcie8DbBywKFfS+FT
LUBzBycwBN8aHTUmLRpZ8xkFzTEiQZHBYpMHClqg97xAL1sU2RTqahqhoQjetyymBFZzKSB2
Uhq2bwvWa27IqUtNS964NWZ9oG9xEUjpdL4VNi+suYnlIIQg+eKPiNR4kkj1RV1mnqZHEjME
VZgC0yTYIGt1FU1K6BJZUUoZByGWyNC0yFTNOUkCiS+iNRTqDM1xbgLEwdHDXaWmrKayXFMS
TjGmpUgj6iqbe6AkiU6orFmnWvRLUGYDNmGJJAvN9qQKTdH4NMCZz033SCIDdGr0b2o4Ilk5
5se2KWfTZfBuzMOZSORETbFLxmJpknMW5ZWEG1I8Pxfd9ywdxfEXve3dbtSX9Fn9OY2iFF/Z
/wBGyLP+ihEIBKJwpE/+il0JdAT+hTCEf9Oz+iyLInCOsiUEgTgOLZ/9KyLP6QbxDjef+sxh
/wDAf//aAAgBAQEGPwD/APbqtdpWYLlK3BDbqW6s0dirarWI1lgs1rELPFPBPE6ujqSrKQQS
Dr/senX7vX4f+B+PX7n/AIz1/wBj9HUk88kcMUEbyzTSuscUUUal5JJJHKpHHGiksx0AA1PV
e7RsQWqVuCKzVt1pY7FazWnjWWCxXmiZ4poJonDKykqykEHT/YHX6f8AZ/8AN1+H/iD/AOBr
/s9uv/N1LYsSxwQQRvNPPM6RQwxRIXkllkcqkccaKWZiQABqeobdSeG1UtQxWatqtKk9e1Xn
RZYZ4JomaOWCWNgyspKspBB0PQ7f7J6/83Xfr0/8DiH2r+YuI0uKc98feKeO53iGYwmdk5Fx
zyL4+qPVwdrM0rNmrTvYnkHG8vZgq5PHzIPbNmGWEtDIoX7ofDV63LJwjhHEuDW/H9R4YI4U
sYCzZwPkS/XlRFmsta5fljUlLs4Q49FG0htf7QPksE2EucS+3bj3hqj4vxeUxcT115ry7iEG
Yz4yNrHyUclkYJ8hyLHAxSTnaNgi9vV9/CbvHftAyXEKPPOe8O8X4LPeb+e0uGzT8x5ha+gr
v/MLB4jkXKV47Vmilne5JJEWqRl0R2O0eZeY/cVwrw1jeOePvHed5zx3P+LeVcnyMGTt4DF5
DJ2sBk8TynG0ckJGiqLtsJ7KFyEVHL7kwnn/AMpQZHlnkTBV+RcVy+DhhirZvlHkXHeRcrwD
jPGlhp12SLJ8gyn0MLtHC5j95pCjbSDyLhmY8C8X+4bLJUw01HO/bbmLdLx1wfleSa7YyXjT
yH5H5lavcTXM8fxkUE1i1QsWIoJZlhYSSPrH5u8u4HxH9vvC+N+EM/zbifK8Tyfn/MeV8rOY
4QlRM2cBNhuNYXjOUFS1dWKFpJY0nniddu3QtgvPflzLNznyBjfEeD5jkJsmtWg2c5Zztqlj
i2DurjK1aGGOtkOSUqMzQRhhFCzjVu5+zbgcWGxXGYfMHjvn/knzZiMoptWOJY7j3AsJk6OM
p5CRqrVmp8uy715ZnRdywDcACw6yeG8T+Lky32v8ZXMYfM+f8rkZcdByXl2OgshIfHmPkRU5
Hg4ctCKkk8ayoV3TmSNfajm8zea/IvI/d4flvNHkdvHVOevUqUOKeLeFfTYWogmr14ppQJsX
aew0pctLG0moMjDrEeYclxIcOq8l5BzCDjuP+qltNd4xheS5HD4bLSmWON4rNuCkUlUao00b
Omkbqo8QY/xnXxVnmXlPz1438Y04sxVkvVI8NmbGQy/J7c1eKWKRIYMDg5lllVt0EchddHCs
PvkuVuLYKTh32q8Q4hHxfM2XyBs8p8mcj4xdy9nDZQJYWA4jHZW1j6zpAIZ4wzNvf3kEWU8e
eNftLp2/IPjrCcGr+W+S+QufUuAcTw3LeUcahzJ/JOLzQ5HkOS4/kWWWzQeO5LO1BoZJUT3k
3cm5hzTzJ4u8KV8bSw1Xg3jPh3EaPkzg/ILcS22zc/M8jna2H5hRr3pY4FSSlfE8ayuUVPa2
z+U5fIfHqi+TeAW+XcjxPEPHuIyzpz3xvhrl3DY7L+PxnLfu8rnl5bg8hiCySRhbSQJKI3l7
0/IXgj7VuCYLx9lzkzx3kflry7XNzkcOJyN3FWWg47x/HUchiZGv0JIl+oZoSy7hI0ZD9eP+
Y5HzZ4r415G8oeSOG8A4h9vOA8U47P8AC4cjyezJYt1+R+TMjlrvLRW4zx2lbu5O1RgliUVX
WFmWRJBkP6rPEXhfxsOB5HLcP8h+QfLHJOTZ3huf59xnIW8XySh4zxfDfayVjAUrVPf9bbsy
RBZTEGd4i7+Scn5f8ZYGjyrjvjPyP5S8Uck4hk8tT8ZedeN+Nc3e4zm5+MzZytd5FgiuYqJJ
ELKSy2KMnv8AtQjYJJPNeew8uOhx/iaTylmePxW1nloxVeIHluRw8d568QnkqpG8CzGJQxG7
YP1evHnkOXDycfk53wji3MWwctsZCXDnkuDpZn8te8teot1qf1vt+6IYt+3dsTXaPvT8IeIO
CeOsfwvwZ47ylXyR5B51n89Hm7eD5Fw+7XzFPh2Aw8MK/wA5J7FmeLHSzSyVEMCvPt95FXjP
2reZOIUuJeQ/GPivjGU4xlMLnpuRcb8iePqX03HZuQY+1aqUr+KzeAy/tVMnjrEa+y08MkJa
GVQn3V+IclbeThPBsDwOfx3TaKFEhk49PkuNeRr0E0cay2Dc5nbavJ7jOE+hVV2/Nr/aDctg
kwOR4j9vNPwvhvFOMyeKjesnMOV8TxuR5RHlLVCTHZLJwT5XlFBRFJOSjALGUBYPwu1xr7QM
lw3H8+8gcU8X8dzvnLntLh9qfl3Kp561cy8CwGJ5FyeHA1mqTTvblli3Vo90aOSF680cz+4z
hfhzF4Dx549zfN+NZ/xbynkuSq5axgsTkclcwOSxPKMdSySSbaa7bCmFWZgio5bcuA8+eT6+
Q5d5Jw0Od4fksCkUNPN8r8k0fImU8ecZ42YqtYLBks5lfoo5mjhYxLI8uxtpB5NwzL+B+M/c
TmIocMcdyP7bctaoeNOH8pyKXLWX8cc+8jcztXuLJmON0I4HsW6M9mGKWUQsHkbVfN3l3A+J
vt/4TxzwlyHmnD+UYvknPuZct5YM1wr6Otl3wEuG41huM5T6K9eWKJppI45p4XUrt0LYHzt5
aybc48hYvxNxvk+QfKLXoPnOZc3NFuO4W6uOgrRpHUyXIqtSdoYw/swO4+bVuvtF8epiMTxm
n5R8ZeQvJ3m3FZVTatcUoYHhOFt4vG0sm7Vlqfl3Mco9eeZ0UOkXcL3HWXxnizxauR+13jUe
Xw2Q8+5bJTY5eU8uxyTIq+P8dKEXkGAjykJqvNEsilQZmli/Zwy+ZvNvkbknu8Py3mfyTN48
pzQU61Difi3hgq4WlEJ69eGaUCfFW5LDSly0iNIDrI3WH8w5PiQ4bW5LyDmEHHseLUtprvGM
NyTI4jC5aVpo4nis2oKZWZQCjSxs6aRuqjwlifGsGKtcu8q+f/HnjVYstUkvVouM5J8pmOXX
2gililSOrg8HIJZl+aCORnXRwp6++jKVuK4NuIfaxx/h+O4dmrDX2m5X5K5FxyzfyOKzEcdl
ITisTnL2OrMkHsTBGYl2Mq+1mfHvjP7S6VnnnjbGcMoeWuTeROfU+BcWxHMORcbr5iRcNxWS
C/yHI4HIFpLVF47ks5oPDJKsZlTXlHM+aeZPF3hmPHU8NX4L4v4jxKh5J4HnrEEdp83LzPJ5
uviOY0YMhYjgCS0r/vxLK5RVEeybydkufcah/rM4DNy7k+L4Z4+xOUb+fnjjF3slicRl/HaZ
y2JeVtPybBZDDGRHiAuwxRzCJ5BrR8i+C/tV4FguAZqPIz8az/lfy7A17ktfG3rmMmevx/j2
PoXsTJLdoyRR/UsYWIDiRoyHPjnleQ82eK8D5I8qeSeJ8B4n9vWC8UY/N8IqXeRPPdyEfIvJ
d/K3eXvT4rxzH2rmStUoZY1+mZYWcPG4uWvFXiLwt4yqcKuZLinO+feW+S8mzvE+Qc64zcs4
zlFTxti+He3fm47QvVCfrrdmWLbIY1d3iLN5HzHlzxdhMdy7jXi7n3lnxfnuJ5PLU/GvnDin
AM9d4tlrvGZc9WuciwIGZrI8SWo5JrNGUWBHEuwPN5rz2Hkx8WO8Tv5RzHHktiaWnHV4eeV3
8NHekrwiWWuI3gWVoUDMu4oNdvXj3yHJiZOPvzzhHFeYtgpba35MOeT4Khmfyx7y16gttSF3
2zL7MW/brsTXaPvX8KeIeCeOsbwjwdwTI4byPz7nGezi5+9huVcXyGLydXhuAxEUMf8AOOzd
ezFj5ZpJaiewrT6GZFHHftX8xcSocS8j+KPFfELnHMng89JyTjPkfx3j4a/F/wCc+JuT1aV7
HZbDZeCOplKFiJfYknhkhLQzKE+7TxNlLUsnC+CUOCP43pvDDGkI4/Ll+JeSbkMyRrPbFvnK
NCxZmEZqbBoddf7Qbl8EuDyPEvt6r+F8L4oxmUxSNWTmHKuJYnIcrjyljHyUcnk4ZcxyqiBH
JOSmgEZUFg3Bp+N/aDkOE0PIfkHjPi7jeb858+qcSuT8u5Kt4xNY4Bx/Ecg5RVwVJMZYmktS
yxFq8e6ONydB5u5r9xPC/DuLxPjzx7m+a8TzvizlHJMpTzFvDYbJ5GfA5HEcox1PJxz+5UjV
ZwYkkaQIsbE7l4t578jVr/MvJdCpkuF2ePqK9XN8v8n1PIOS8b8b486Vq4SvkM1moqgsPHCz
RRvJLsbaQeTcLyvgXjf3FZiBcOMZyr7bsvbxnizi3J70Nm3m/HfOfI/Np7nGRl+M1BA09uhN
Zijkl9lg8h7ea/MWC8U/b/wjjXhjkfNeFclxvIuecw5by+LPcNt18RlpsC2L41huL5VaOVuC
OIzSRxzywsu3boWwXnHypkDzryLivFPE87fbKexRfPc45sMamExFwYyvXX2amTz8FedoYw7V
67v+tq3X2reOBi8RxjF+QPFPkTyl5xxmW0s2+LUcLxXDvh6FHKSvUFT8s5lkJILE0iBJIYyS
F+HvfW5D+bv9a38x/wCcP0tz6f8Aq8/LPof6/fZ+g2/1Tf1pf8F/zD3Nn1X7XXX9h1e+7nnW
Y8L/AG4T+H/F/NqvHuBzY6z5kr3uIZWDG8p5dkOTckw3IOP06929LxDGxY9KBs6RCTWNZGHu
eHeTQcwy/jTyz903EvLOT4NyGDjvGMT475PQ55nk850OPHnUF/mHIY7GY5Rblqz1Xo4nJYn3
qaRTvWmeU/dLief5jwfgoeZfeJ4b8aeSK2NwnMs5dv8APcRa8d0YafEpsjn8ZUucXxdXhiWL
leyr2bSQ2VjkijdJF+zHIc+5NW5dbw/3m+IG5ry+ngIuKY6Wpar84hW8cBBkctDi61CK6igG
zLuMIJbc/WI8acH8g8AyvG/uY5pxzxVxTxbf4S1PmNNWx9O7yK5BzebldbFX8ZayePCWBbqw
RxRZNINwUGXrm2Y5zyny9ewn20/ez488neZPFl3hfGuP0eN8Q5ml7mWd55d4LxKDk2Xv2cR5
RhkkhWtm8hjUxMAsV4yHDjjvjj7XOD8482chyWUx9BcPw3hOX4PxLimLu3kXJZzkWZ5JhsZX
weMx0EskzMtSRJHXazpuLj+0V8eYylPY5zjvOn3S13wkcbS5O7fs5CPl9CvBVAMrzZOZpKtd
QPnkj2r14G4rwPE5nl3FPDv9RnP/ALvI6/HcvHX4VxXheZ4txu/xNVu0IKudtZnOWJ7sYqNL
GMdipZXZV3hfBHh7gObu1eFeXftuqUeU8twZkhtf1S8n5fmua80s8eyTIYqb8o4rwuDGidkd
HjvNCyt7m3qL7UfunzuO8V858NQTYDhvLeQVZcNwryx4zoTTJxTlvG80IPyv65cZ7de3WkkE
7TxkktP9TFB5A+0HxZDkeV/cfn875e4bwvjGOwWaMWW4Rze7neU5DyLFl5MdHi4cXV4jlLz1
g0otPYWvpF7cgfrwRa4MQMTifHPHOK36hgarYxvKOK0IMHy2jdrOqvHdj5JRss7ED3t4lGqy
An7RPI/kvJDjvjDi3MvLDZzlVylet4XDcqy/izK4bhseTFCtckhe+L19a8hjIWWPXVdCR93X
DZ/KGHt8n81fdxLyvB47H4fk+Yuch8c0/IPin2r5bG4OykdKbiHFrjxQzPG7rrGE9xgp+6mT
yL99nkbwNV5D5VxWfx3DcB4zkznLOc8XznDcBkOJ5PFZQcdzklSpiMNbjw1OOOkxSKipcIzb
ejwDEc+57H5EXxpmOU8G/wBYuCzwnyH5DjvW+UVcLlqk/K6HGa+fksZfFkIlaJDBTeuxjSNl
PX2NeFfGOfv4r7iOO+O/uObyVLxZq97OeMeCeScJzPNNJzQKZoMXnanPL+FtYyldKypfiTci
e6nueL+Fcq++rz/ZzseLhp1/tq8H+LcjX5ZxvJw3Jzb4dJmaPDuQ5S1NWuKyysZKjyFm2sAd
3XjrB8o83eRvHfiLi3h3k3MOZZ7C+T8TxDj3CuZLPc4g/GYLWSgnocM5jcw98pmq05a5Yp2Q
uyNPdLedpPDXkOaDxDwfyZL4v8Hc2yPAcDFmfJXivkVHG8W5FRqSYypx3Gh6XMORZGWvytKr
Wr/5dJIyGaQsvlnn3MfIGc8xeS8L4S4r4p4raXA0uN8W8beMLvKeIUc5heH8Tw5swxSflbvL
ksrYkkuXI4WkkKF5zJ5B4v8Abf8Ac35T+5+xN9v/AJ8yn3B5TJcpPIPFmN4dkPHXIK3jHi+B
wtOGTAYfm0udlgjo1MdYM8Vepa3RQwuYB4a5XxRw2AynjbiH0MQILUjRwtTHW8ZNpqBZxV6p
LVlA1CyQsOvuN8u+Mq3j/IePPMuF4nT8y0+QU3o864xl1yfE+K187wbO1URL+D5TBj8dBksX
bLLFaj+qh1MsoXL/AHd89zXhf7dLviHxTzHF4Px/Pi7XmGvf4hfXH8s5Vc5LybE8hwFSHKZK
9xPGw0Fx/wBSPbVxsWR9JPDmeqczy/jXy990fA/KmY4PnRx3jWJ8e8txnNuSx/cDRwX8/at/
l3IDazPIMvcgswvTw+TxTz0o45nrTtK33JYjnub8Icfr81++DxV418h18ZgeZZ+/e8hYa547
prU4q2Rz+Lp3uIYerwqOxZr2Ea3bSCyqSxo8ci/ZLb55yOpy2xivvI8XR8x5hV4/FxbGz/mO
M51jq904ODIZWLE1KVPKH5TZm3NXDMxLadYfxnwfyBwDLcd+5fmvGvFnE/Fl7hP0fMaSLRqZ
DkV2Dm1jllXEZDGWclj0jsC5VgSOLJpDvVR7vXLM7z3lPl29x/7afva4R5J8xeL73CeN4Cjx
XifOKWV5blPIF7g3EYeTZi7YxPlRJGiFbN5HHR4qJJ68RD7xxnxt9rfBuc+as7kstjqDYziH
Cstwbh/EMPbvRrlc9yPNckwuLgwuPx1aSSbVajxyyLsZ49+8f2inj/G0rFnnOJ87/dBHYwkS
PPk7l6TMRczrwQ1lUzS2ci/vVoFC6ySx7V79fb7geC4nM8t4P4byHgjyJ93xg47l46/CONcU
zXGuN2eHkXaMFfOW8tl7Nq2v0jSxfQ4tpS4QsF8N+G+C5y9S4R5Y+2jH4rmXLMGXjst4mz3M
s5z7l8/H8kUaOq3KsDxCpjBYKyRul14GVvcK9Q/ar91OexvijyD4Wqvxzi3J8/VlwvCfK3jb
GSSQcR5hxfM/TnGNafErHBZrPKLDTxlvmmNiKDnn2e+K4Mpyv7j87mfL3DOGcWoYHNCPLcG5
pdzvKsj5FTLSY2PGQ4ytw7KXnrK8gtPZSvpD7cgceCbXBGC4XE+OuOcWvVGgapax3J+K46DB
cso367rG6X4ORULJkcrpOW91SyyBj9o3kfydk/5ueM+Mci8xJluU2qd+1hsPyzNeNpMPxCLJ
yUKtuWvLkK1vJLXYppvQ9wASPun4VZ8n4i7yTzL941jmmJxGPwnJcxc5B44q+WfGM0OSL47A
240qT8I4rYniimKSuq+0sZkcI33Ur5K++3yP4KiznmKDN0+C8e8ZvneY8443nOJcdv8AFM1j
cqvG889StUwtuHEVI4qZ2xUVdwhcL1d8fYPnfO4vJMPivM8l4NF9w8NrhHkbyCMg3KqmAy9O
XldLjcWfltZjEkKKsS+xWeAtGiOvX2T+FfFmdu4/7geO+HfuRi8qPxMVrub8bcL8jcZ5VnKU
XNPZE0WOz1XyPdw1nG0LZWaO9GN6R+8hk8UcO5P99Pn/ACeeixFGtW+23wf4tyNfk3HL9ewx
s8MnzVDh/IMjbNK0GjmczU3lBYqwBDdcJwvLvN/kXx54f4l4W5Jy/lufwvlHFcR43w3mzXbP
CrfEqtzJQT47hvKr2DsEZupKWuWas+0xxx+4W80HxB5Alq+JuJ+UbfifwhzHI8AwUGY8m+Hu
R0aXFszVqvjqnHsdBNV5Nn8nLX5RFTNu/wDlzu0YnlMi+Yuecs8g57zF5PxfhbiXibjeROBp
ca4x448WT8t4fTy2A4dw7DvPBTjXGbpcjkZ3lt2khaRynuWDL5D4v9t33NeUvuelk+3/AM/Z
T7g8rk+VDkXizG8PyHjvkFbxhxjA4ajBJgMRzh87LAlKrjrBmjr07W+KKFzAvhvlXFHDYHLe
N+IfQxroGp/R4WpjreMmC/KtnE3qktaUDUCSJgPTr7ifLXjOn4+yPjjzNV4PF5hp56q+P55x
fNx5/h/F6mV4XyCsqR5LjnK3qUYsjjbhZa1tpLcI/bTheRfeFz3N+F/t1yPifxNy7D4fxvPi
rfl6C9xCw9PmHJJ+ScoxXIsBVizeVynGcdBQXH/UqI1YbBI/7Tw5kaXMcx438v8A3PeNPJud
4TmDx/jOG8e8wxnLuVQ/cRjMG3Pal/l/IJrWay3IslFciephstiZpaMCTPWnaRvuMw/PMz4Q
47W5t98/ivxr5DrYzAcyz1255ExNzx5WWnxV8ln8ZVvcOw9fhKWLFawrW7UcNlUljjdHX7HJ
+ecjrcsmx33fePK3LuX1cDFxXFzz5fEc2xNG6cHDfysGJhp1Mw+1TZk19gsW1Y6YDxfwnyDw
DM8f+5XnHHvHnEPF1zhP5fzOhFjKePzPILdfm1jltXD5LH2MpjY4rAuV66LHlEh3qoMozvIe
e8q8uX+K/bH97PGOdeXvGF/hHHcFR4Zxbm2LzvKZ/IeR4LxKDkeYnsYvytLP7Yr5rJUIsdCs
1aNlk3ji3jT7XeC8480ZfJ5jF46elxPhWW4PwzhODt3oo8tn+RZjkmHxkWHx+LqyyTgLUaOa
RfbMke8N19/XAMdSsWOb4Hzd9ycVzCwxvJlLV6vyiv5AWCOmAZpbF5ZJa8KBd0kse1QW6+3a
hwnFZjlXjzwvyDwR5N+72aDjeYSvwjBcdzvHeNScM2W8fDDnrWSyVu7bIqmSH6PGe57m1mUe
LvC3C85ex3BvKX2y4rD845Zg2ZLL+KMlzHP+ReUyYDJFWjrR8tx/GcfjPqdrJIlp4GVllZT/
ADb/AJnUP5y/1Y/9Wl+Y/QS/lH8xf5z/ANbH+sVt+k+j/mX/AFTf7Vb/AHfqfzzvp9V/i3Vz
x9msFRynCshgDxe9x29G1nHWsE1MUPy2ZZJGkeH6NQmpbeNNddRr1wHHy8I43JS8Vz4+x43r
yYqq6cKnxeOGJx0vHSyFsa9PHARIUI0VV+KqROLfFeNWfqs/T5VZFjBYub6nk+OjqxUOST+5
Vb3s9QiowrDcbWxEsKBXARdBjeRYXE57Hraq3VoZrHU8pSFyhYS1StireingFmlaiWSKQLvj
kUMpBAPXDOUcp4ths9yHx9kbmX4Tl8nTjs3eM5O/BFWu3MXK2ogsTw14tx+DRow0ZFI5TzXE
cawuO5bzaPBw8v5FSoV6+X5JHxupNRwK5m5Egmv/AJRSsPFAZCSkZ2jsAAY60ENeMszskEaQ
oXb9ZisaqCzfE6d+stdxOFxOLuZ66MlnbeOx1OjZzOREEdYX8tPWhilyN0Volj92Yu+xQuug
A6y0GI43gMVDnrE9vOQ43D46lFmbdpDHatZVKtaJMjYsxsVkeYOzr2JI6rZGPE42O/Rx7Ymn
ejo1UuU8UzxStjK1lYhPXx7SQIxhVhFuRTpqB1Xi5BgsNnI6c4s1I8xi6OTSrYG0ieul2CdY
JgVGjJo3Yd+rHJq/H8JByS3SjxtrkEOJoRZyzjoChioWMsldb81KIxKViaQxrtGg7Dp4qVWv
UiknnsvFVgjrxvYtTPPZsOkSqrT2J5WeRyCzuxJJJ6mxuYx1HK4+yAtihkqde9SnCsHUTVbc
csEoV1DDcp7jXovx3ivG8A5BBbC4PF4tiDrqC1GrASDuPx+PVfL2MRjLGWqR+1Tyk1GrLka0
RZmMVe68TWYYyzk6K4Gp6jwPlDgPFOe4qu7zVKvKMHQy4oWJFVXsY2a3DJYxth1RQ0kDxuQN
NdO3V+l4n8ccS4FDlXjkysnHcRXp3Mm0O4wrkcjtfIXo6xdvbSWRkj3HaBqermQoYnG0r2Rc
y5C7UoVa1u9IW3GS5ZhiSa05fvq5Y69X/JfL/B/Dc9zTKXBkMrlLkeT+myt5Qoe5lMJDkIsD
kbM+3WZ5qrtM3eQsST1FxG7xfjtzicFejTg4xawuNscehp4xoHxtWLCzVmxsdfHvWjMCCILE
Y1KgbRpax1+pWv4+9WmpXaNyvFap3KdmNobFW1VnV4LFaeFyrxurK6kggg9NhuF8U41xDEST
PZfFcYwWLwGNexIoWSd6OKq1KrTOigM23Ugdz1BjsRj6WLx1RWWrQx1SGjSrK8jyusFatHFB
CryuWIVRqxJ9T1n/AB75DwNXk3DeT1IqWcwdyW1BBdrwWYLsH+MUbFW7WmrXasU0UsMscsUk
asrAgHq/4/z+Bx+Y4Zk8J/Ny/wAevxtYx9vCfTLU+gmWRzI0YroAGLbwQCG3DXrgFWbhPG3g
8VtSfxvG+LqyLwlsdi1wlL+bhKE4wVcSiwIIyoEaKNNVXSVrPFeN2DPyGpy2cz4LFzGblVFK
0VLk8vuVj7nIaUVOJYrra2Y1iQK4CjRMfyDC4nPUIrdPIR0szjqeTqR36E62aN1K12GeFLdK
yiyQyAB43AZSCAeuGcp5TxTDZ7kPj3I3cvwnL5OnHYucZyOQrwV7tzFSvr7FixFXj1IB0aJG
GjIpHKOZ4jjWHxvLObR4WHl3IaVCCvluRx8bqS0cEuYuRos178qpzvFBvJ2RnaDoAB7deCGv
GWLlIYkiUu2m5ysaqpZtO5016y93E4XE4u5nroyedt47HU6VnNZEQpWGQy09aGKXI3RXhWMT
TF3CKF10AHWVq4bjWAxNbO2LFvOV8bhsbRgzFu2hjtWsrDVrQx5CxZjJWR5Q7ODoSR1XyUWK
x0WRqY9sTVvx0ayXa2JaSKZsZXtLEJ4ceZYEcwqwj3Ip01A6rR5/BYbOJTmFimmYxdLJrVsA
qRPWW7BOK8wKj510bt69WOUVuP4WDktunHjrfIYcVQizlrHxFDDRsZZK635qcZiXbE0hQbRo
Ow6eKlVr1IpJ57LxVYI68b2LUzz2bDxxKqtPYnlZ5HILO7EkknqbG5nG0MtjrAUWKGTp179K
cIwdRNVtRywShXUEblPfv0W49xbjmAYghmwuDxmLYg66gmhVgJB19OoMxPicZNl6sQgrZSah
VkyNeHVm9mC88TWYYgzk7VcLqT1Dg/KPAOJ8+xdaSSWnW5Rg6GWOPmkCrJYxs9qF7ONsSKgD
SQPG7AaE6dXqHifxzxPgNfKSRyZNuOYetTt5R4S3sDJZBUa/fSv7re0ssjrFuO0DU9XL2PxO
Mo3cjIZcjcp0ata1ekJ3GS5YgiSW1IW7kyFjr1e8mct8HcMznNMre/M8rk7sWRNXK5ElWku5
PBx5CPj+Rt2XXfM81V2nYlnLMSTDxO/xjj13i1aCjWr8at4XG2cBBXxbwyYyCHDTVnx0UOOk
rRmBVjAiaNSgBUEWsdkala9j71eaneo3a8VqpcqWY2hsVbVadJILEE8LMro6lGUkEaHpsPwz
ifGuIYh5nsviuMYPF4DGvZkVUkneliatSq80iqAX2kkDueq+Nw+PpYrHVVZKtDG1IKNKsju0
rLXq1Y4oYVaSRmIVQNWJ9T1nvHfkTj9XlHC+TV4Kubwd2W3BBehq3a2Rqn6ihZqXa09S/Thm
ikikjkjkjVlYEA9ZHgPJcDQzXDsriPyHJcfyEbWKFvEGFIFpSo7GQxiJF0bduVgGB1GvXAY5
OFcblTxWa7eOA+Kqt/Mk1cYuGrjjhMZOMWHFIkAEZACIvbVFIlNnivGrLT8hqcunM+Cxcxm5
XRjrxUuTy+5Vb3OQ1IqkSxXW1sxrEgVwFGkVHkOExOdpV7lTJQVMzjaeUqw5GhMtnH34q92G
eKO7SsIJIZQA8bgMpBGvXDOWcn4ths7yTx5eyOS4TmclTjs3uNXsrWiqZG3i5X1+nmtQVowx
0OjRow0ZVI5VzLD8bw2M5VzgYReYZ+lQgrZXko45Tmx+B/ObcSLLeOJo2HigMhJSNto7dbK8
ENeMsX2QxJEhZiNzbUVV3Ejv8e3WVt4fC4nFWs9fOVzlnG42nRsZnKGGKBsllpqsMUmQvtBA
iGaYvIURV10AHWUpYfjPH8TSzlizbzVTG4bHUa2XtXE9u3ZykFWtFFkLFqP5ZHlDs47MT1Dk
ocVjo8jWx/5TXyCUayXa+KMsc/5ZDbWITxY8zRq/sqwiLKDpqBp69eV/t7+2jmkXjzxJxjhX
iPL4Ti8vGOKcxkp5DlPjzBZ7NznOc4wnJORWRcyt2STZLbdI922MKgCj/LXV/wBGPib+g3X+
Wur/AKMfE39Buv8ALVV/0Y+Jv6Ddf5aqv+jHxN/Qbr/LXV/0Y+Jv6Ddf5a6v+jHxN/Qbr/LV
V/0Y+Jv6Ddf5a6v+jHxN/Qbr/LVV/wBGPib+g3X+Wur/AKMfE39Buv8ALXV/0Y+Jf6Ddf5aq
v+jHxN/Qbr/LXV/0Y+Jv6Ddf5aqv+jLxN/Qbr/LVV/0Y+Jv6Ddf5a6v+jHxN/Qbr/LVV/wBG
Pib+g3X+Wqr/AKMfE39Buv8ALVV/0Y+Jv6Ddf5aqv+jHxN/Qbr/LXV/0Y+Jv6Ddaf111f9GP
ib+g3X+Wur/ox8Tf0G6/y11f9GPib+g3X+Wur/ox8Tf0G6/y1Vf9GPib+g3X+Wur/ox8Tf0G
6/y1Vf8ARl4m/oN1/lrq/wCjHxN/Qbr/AC1Vf9GPib+g3X+Wur/ox8Tf0G6/y1Vf9GPib+g3
X+Wur/ox8Tf0G6/y11f9GPib+g3X+Wqr/ox8S/0G6/y11f8ARj4l/oN1/lqq/wCjHxN/Qbr/
AC11f9GPib+g3X+Wur/ox8Tf0G6/y11f9GPib+g3X+Wur/ox8Tf0G6/y1Vf9GPib+g3X+Wur
/ox8Tf0G6/y11f8ARj4m/oN1/lrq/wCjHxN/Qbr/AC11f9GPib+g3X+Wur/ox8Tf0G6/y11f
9GPib+g3X+Wur/ox8Tf0G6/y11f9GPib+g3X+Wqr/ox8Tf0G6/y11f8ARj4m/oN1/lqq/wCj
HxN/Qbr/AC11f9GPib+g3X+Wur/ox8Tf0G6/y1Vf9GPib+g3X+Wqr/ox8Tf0G6/y1Vf9GPib
+g3X+Wur/ox8Tf0G6/n5/WVB/On/AFBv67vzL+ZPANv9Zn/Wi/6t/wDOL6L+a/0Gz+pz/an6
L2voN3+N+z9Z/jHXnX/Nx4C/5pOMf3YAASSdAANSSfQAfiesrlaPHM5bxmCprkM3kq+KvTUM
RRe1Wox3MnbjgavRrSXbkUKvIyqZZFQHcwB/u7/sr/8Avt+vOv8Am48Bf80nGP7mxmdwl6zj
Mxhb9TKYvJU5DFaoZClPHZp260q94569iNXVh3BXr7ZPLWJ5AuJ8oc48m5/jXK/IGOxWHqcs
zeFwOZ8sUqNS3moaC3CWh45S92RWWSY1xvY7n3Zz7ZPuSw+J8i4zlfCeTZTh/kqfj+FqeT/G
3JcFViuVsnjebY2hTzV/FTx7hJSvTWK8k6QqV9syRyWPGnj3jWV51yuLI5OhDj+OU5LrzxYq
zJBbybuNIKWKgWP3JbM7xwQxndI6ga9WMJxmXxbzPllVZjNwbhHm3xFy3m0j1UZ7VbG8bwnN
LuRz1+osbe5Xx627CkEbOx0PFpsRka/JEyowUuBs0rEGXizX1YonFS4+aOO1DkFu/sTEyhxJ
8pAPbrL+IvtG+2fEebfNnFJ5MZ5V80ZbhPIPJmYi5TTkarmsPwHHYFoK3EuEYDKQy04bkszt
mPY+rlVFaOOOn48+52pyvx7x6xZTMU+B2eAv46xGYmpOphvOJMdUvcmrUZ3Ux+7ZtQRSgOoD
gN1ksd464tazxwWPbK8iyktrG4XjfGMSm7fleUcpz9zGcb43jhsYCa5agjYghST265DzHDQ8
L8hcc4hXF3l93xX5J4F5Ln4pQDe3+a8gxPDuQ5bM47CK2u6+9f6JdDrKNOueeVuH8aqv498c
8Y5DynkvJMhmsXTjiqcdoZC/ZpUcZ9TNnL2SujGTRVljqmF5UIeRACwj/IeHcbXPWKpvV+CZ
jyZ42wXkaWssPv75+B5nldLk+LkMfze3crV5dO5XQgnD/b9Pw3KYHytmuR0eLxcX5JXkw1mn
kL5R4rF9rMf7DFpUb6prKh4mqj3ULoQTyXH47xqcjd4ZDbs8urY3lvBb8vGKtJplt28+lTk8
zYipWNdy8tj20XaST2PXMPKuSwGKg4NwefBVM7m6XLuJ52JMhyPK1cRi8bAnHczl3e9NNbEj
K4jCwKza+gP9z/8AZX/99v151/zceAv+aTjH9z/aGPJPFOTcqwlry9zeCKPiPMKXDc3i7f8A
OvzW4yNa7k+Lcwxl5VgV0atNUAkD9pIyA3XMsd9rHinlfHfJ/PcFZ4vlvNflHmuL5RynjfH7
ux7uO4NguOcX43hcNPNNEki25WnlWSNCyvsTZyryjw8irz/7jvMcXi/l3KapKZnH8Bxhzskn
F61yP9tUx2Vbi0/1SKyizFkism4CPbQy+Ju28ZlcXbrZLG5GhPLVu0L9KZLFO5TtQsk1ezWs
xq8bqVZXAIII6/sq/uFzVDHU+XfcTh+Dch8mQwQV6tbOcw4Nj+CZ+hyC3VRUjefM3ORJXLaf
toKsS6Eg6+TfEXBpLnCPFvjPl+Qw3H+HYS/dqULOaQx2OS8xzpSx72e5VyPOSzzS3rbTWVre
zXVlhgiRfu18DebMjZ5oPC3juTyz4h5RyGw+Sz/Eb+IxPIbv0FfN3TJdjxta9hYI0UyEincs
wa+yURPtowUXA6/La33DcwzvPPItyPkGa40cplME9x8Fj8pcwE0FnI1KFOxWjiqzO0CS0PdC
e7qwzHLvG/238AfPZzjt/id+3yjl/kPkNeTj2Vnq2MnjTi7OcjxUkF96UQkZ4HfYm0MFZw39
pJyjjsz8fy2N8BHNYafFyTRthb1fB+UbNGbHSSPJNFJjZtpgkLM6FAdxPfqryDHZXI0M7RyE
WVp5qnds1srUycNgWocjXyEMiWob0VpRIsquHVxuB179fY595uLOMxvn/kvAfIXjDM8vejGM
vdrX+N3+LXuU0zC1cVM3jZXv2qE6jZTnyrMi9kC/fy7szyP9pPOmZmJZmZsXnSzMx1LMxPXk
Px1jLEK8X8n/AM1G5TTmieR5p+FZiXN4C1UdZUSvYrW7EqszK+6KVl0BII/uf/sr/wDvt+vO
v+bjwF/zScY/ubGY67lqOApXr9SpbzuUhyljG4atYnjinyd+vhMdl8zPToRuZZEqVbNhkUiO
J30U+FPtRxf3GYqrzrxRzTI8wt8pyXjXy3FwXKtmslz2/kMbWnp8JvcnhSr/ADzQQzvjd0v0
x3Rp7g2Wq8FuC/BBYnhhvVksx1rsUUjJHbrx3q9S4kFlFDqJoopQpAZFbUDyR9ovn2bL0PEv
kDK1uYcM5/g8cc5lvEnkmj9J9PnJcEjRWs3xTKCjHHerV3FlI2m9hWed2WC75C+6PxMnjqnZ
Sxkbvj+t5B5NznP42Nw5ocY4jc4LiZqOYvxjYr5eShXrM2+RmC7G8c878aY6x494T4Ap8WwH
gLjcskdq5xnD8JtU7WGyuXKyS1583kLOPgewiM8ccMMUG+URGWRfPPEPI/EPDHlLlePxf9bn
inyWvI8ZhX5XjcfXxdnlXj3meIwWcwmQw2ZgqRvLTvPSuxTq8mkvukL5W8OeJuYVPJnlz7ga
1DA+UPInH6Gax/BOF+Pcel6N+F8PsckxuGzfJs7no8pZTJXjSr0Y4JgkBmZFm6/1MPuzy+Z4
Nh+MZyzyPwr5oxGKt8hXheTu2MhbbG5/E0Y5sjPRjuZa2oKq8M9S20TtVaCCcT5vO/dRgvNO
Pqb58VwPw9xHlNHk3KnXvVpZflHKMfDxfglCaQr9VZD5W1FFu9mtM+mn9oZR5llbPHeIXvA9
SryLNUaU+Wt4LB2sL5NhyGVq42FlsZOfG1HaVYFIaYoF+PUU/J/uq8KUOBRWFluZ/AV/JWf5
RZxquC6YbgUnAcZm3zUsXZIb30NcSH551Ubj4z8f+M8LlOMeCfA/EIuEeLsPnZIH5BkofZoR
ZnmHJvpGepHneRNjYTJFG0iRrGDuLvIT9wi+U/MeLwGX86+HuQ+LcPx/GcL8kcgyXFrOUTN4
85flNqjxFcF9IyzQWIUxtzIu8MpEnsyqYusjjMZyLEctx9Of2qvI8DXz9XD5aMxo31FGvynC
cb5BFEGYqRao1n3KdFK6Mf7n/wCyv/77frzr/m48Bf8ANJxj/wCAH3G8N8j+ROaRcn+5DxxL
4+kpcb8by5anwJPy7mOKTKW79nkNBOQtKeRRTezAkAVIihcs2qZCjxjkLcqwdd4RQz74e1gH
yKNXhklc4m5NYs0zDO7R6O53bNw7Ef7H7n+wB/c//ZX/APfb9edf83HgL/mk4x/dH7n/AIPj
nxDibsWMt8+5TjsE2UmQSpi6ErNPlcmYN8f1DY7FQTTrEGBlaMICC2vXgPNeGuJX8PxvKUOS
cQ5jmLORyeWmynJcSmHyGDyWZtXrE1aHMZ2pPkHK10rwstVhHEqoFD2OWtPg/BnjWpLzHzLz
SaR6GOxnF8VDLelwiZXWOOtk88lZ0DBg9aok9kA+zo3P8p4uwMnGPG93lucm4NgZbN+5NjeL
HITrhIZ7GTs3L5negsbuJZZGR2K7iAD/ALH4f+D6f3L/ANlf/wB9v151/wA3HgL/AJpOMf3F
ByPjnjKxxnh1mAW4eX+Q8hU4VhZqbp7iX6cGWdc7k8e8WrCxVpzQFR+v0MQ33Z/ZWvJS/sDj
Z81TtlDaLbRWEC8XMpnLdtoQtr6DqxmR41r+QMJWh9+TJeM89juVSvEE9wPXwAelyu4jJ8wM
VB9R+HUkUsbxSRu0UsUiskkciMVeORGAZHRhoQdCCP8AYgz3j/xpercQsKZYuccut1OJcVmh
ViHsY+7mJILWcgjZSHbHwWghB3aadfkkn3XfZfX5UH9j+az+aJ2zC2iwQVTWTi5l+pD9iu0n
Xq1yXkfjo8p4fSgNq3y7x3kIOX4mpVRN8l29UpCPkOMx8cfzNZs0Ya4BHz/h1HFGpklldY40
HqzuwCL37asx7dLPP9vvIJEZVcClyTgWSl0YajWDH8rtTBvxXbqPiOuM884F4O5jgOV8PzdD
PYHK2spwzGfSZLHTpPXkZc1yCtVs13ZSssbh4pY2ZHBViDlfBP38faplq3PMTUw8vKuK4aHg
XknhmUsWqFbLYzKx43PZ6OnjfqILSSwpHayLVmP8tuBCx8N+yH7UYPFf2rZjJ3q2UfjGW8ac
czfOreItrDeo3sJTy+CXD4tb9dfqYoorL3ZIl9yy8e6I/TL9u/NBKWKbpLPG4q+vof8AG5c4
lXTv679OsHyHzP40vcIw3JMjNicLes5zi2XS3koKrXZajRcezuWnqyiqhce8kYYKdCSD1x3n
/DPCmTzfEeWYurm+PZaLlHAqpyWKvR+7UuR4+/yqplYY549GUSwoxBB00I6P/vvnI+2vccg4
OfT8CvKDr+90P/feeW9/j+ZcU7f/AFw9KIvt+5Cm7XQWuScDogd2HzG5yuBU9PiR1R8QcJ4z
YzvkfJ5PLYelxmK7i6c82SwVXIXcvWN7I3qeKh+hq4qw7u9hU0jOjHtqTN9vvIH00H+J8l4F
f9Tt/wDlHldgHX9Hw6/xfwFk4F2htchzTxriyqn0+XJczquT+gAkfh1Jkcl9v3IblaJGdk43
yDhHL7xCjUrFiuLcnzOVlk/BUhZj8Aer2C5Hh8pgM3jJ2q5LD5nH2sXlcfZTbur3cfdhgt1Z
11Gquit39P7i/wCyv/77frzr/m48Bf8ANJxj+4a33SfdDjMbLyaLBS82wHGeUwK+A8Y8WpUm
y68m5JQshq9nlRoRG0qToyYpNvyC2CYczhcHmcxxPwXjrs1Ti3BqVmSgM9SrSkQch5qtZ1OW
yt/YJUrSs9agpEcSlxJNL1hft08qcls5DxdzmwmJ4Ldzd15Y+A8vm1XGY2lbsMzVeM8nn/xU
1tfZr3pIZUEavYL/AHE4WkYjTxvm3yhVpiEqYlqpzTMmui7CyqI4mAI1O0jT4dY37lPPuDiy
fEHsNP4w4Dlod2N5H9FM8cnMuUVpPkuYBLULJSpSj27pjaaZWr+2s2e8ReJs9Z419v3Erc/H
q9bj9g45fJL41zUmzOXkpmJpuLGWIjHUNRXNdEnlQysqw9cd8S+VOSXs34G5Xfq4OP8AO7j2
v6sL9+Va1LOYexaZ3qcYFmVVyNIMII4mazEokR1m5B9z3gbA18PfwkMuZ8r8GwlVYcXlMQB7
l7neAoVwIcfkMYms2UgiUQ2K4a0AkscxsdWPGV3l/I8rwnk3j3k003G8pmL2QxFPKYFsZkcd
lqNG1Zlgp3oK8MtffGFLQzMp10XbwbE8F5Nm+KTc68kJis9k8BkrWLyNrA43juZvTYVrtOSK
0lK/feCSZUdfcEARtUZlaa7kLdm9dsP7lm3cnls2Z5NAN8087PLI+gHcsTp148peDcxy6Lmd
7l+HjwnHuOZO9BDnrsl2uZMbkcfDZio3cZdgjZLiWVNc1t5l/ZhiPM3O8K4hzXDPFHkLleJk
ZUkEOV49xLL5ahIUcMkgit1FJBBDad+3U2Y5vyvkfL8rPNNYmyHJs3ks3ceewwaeUz5KzZlD
ysAWIPfT9HXgbC8e5nySnxvlPkni/Dc/xiPMX/5vZbCcsy0WEu1ruFNn8unEP5kZ4i0ZMNhF
kTRlB681co4RyHLcV5LTr8JpUs9gr1nGZelXzPkbiOFyYpZCpJFapyWsXfmhZ43Vwkh0I6Fq
DzJ5UhtK/uCzD5A5ZHOHB1DiVMsH3/pB16p/br515nk+c47mNW6fHXK+VXWv8ixfJcZUlyDc
dyObtk3Mtjs7jqswrm3LNPFcjiijYrNtXneQp2pIpxzrlVmC5VmaORXbP35EmgnhYFSddQVP
7nXl7inNOT5vlNTgPLeMvxqbPZK3lbeLx/JsTkTZxFW3dlnsRY2G1gDNFCG9uN5pCoBc68I8
bYvl/IMRwrHeKsLyMcfxeWu0Mbcz+b5Ny6rdyt+tTmgjuWjQxFeGMyh/aRDs03vuw+VxXOOR
8t4PFdh/nH435PnL2W47mcW0ii7Fj48jJcHHsw0Opgu1BHIsir7gli3RO3mrhWLqjyPh/HNb
yb425ZWqRQZbkPGXwicn/mdmjCC+RqZjDysKkcjE0r7IyMqNOsv7v9w/9lf/AN9v151/zceA
/wDmk4x/cHjfjmeox5DinFZLvkTlVOaMS17WM4gkVqhRtRMrJNSyfJJ6FadH+V4JnHx06fiO
ItSVMh5d5rhuF23hJilHGMfXucnzqo6kMI7MmGqVJlHZ4bbqexI6/d/2AQSCDqCOzAj0IPfQ
9eM/GFaWaOfyBzvjPF5rq/PLTq5rMVamSyTbgxYY+jJJOx7nSM+vXl6zwqvHgK3GfGlLx9xC
vQ3QLhIuRzYrx3hvy8qwMMmIr5hHib1UxA+o/wBn9PXiHO8kaPL5GPi9zx9yxLyraGQs8QtX
OJTSZNZQ6W5c1iKEFmfcCJDZOo7nrzB4oqo8eK4rzG8OPLKzPKOK5qKDkPFRLIxJklXjmWqh
2+Lgnrj/APm/8gf+8yDrwp/nRyf/ACUvdAAFiSAAoJJLdlAA7kk+nWN8z87xlK9943nXEvj/
AA/wrKwxz2PEXB8mY4L3L85QmVvo8xahmBdJFEjP7dEBVGS2/cmSdSft/wDLrE/iT49z+p7d
u/8AsfbR/n28Wf8ALPD/ALnXnH/1/Gv/ADtcF/2Pth8xZTN5mnzrzwvOOQPxmWCOnDx/jeCm
49NxHI0bEYS+LuVxuajuSM7aBLMSoEMbF+vuT/8Aqh8Zf+83mvXHP8x/Dv8AlXz3/Y8bw85D
UH4B9umEu8qiv/I+Njw3Ao8jl6VsSbfbbGxxvC4Pp7enWugGpJ0/DX4fvf3D/wBlf/32/XnX
/Nx4C/5pOMf3B5Zssqm5D4WsQ12/jivY5zxBrYUf4DSVodT8NB+PX25Bdxq/zr8hGb02fUDE
cX+l3fHd7Zm0/Rr/AOB9vYu7TEOTZ10DqCPq04Tyd8ee/qwvrER8QdNO/XlNoAxjr5zxxNcC
+v0/9YHHYRu/9EWZoz+9/wCByetOWMON838vq09xbRYJuJ8Dvuia9gv1VyQ6D+Mx65XJWVBN
a4P49sXyoGrW1wS1UMmn8f6KtCPx0A64/wD5v/IH/vMg68Kf50Mn/wAlL3WQ+/X7mKCv444P
dMHhLgFoJHf8teSq7yrip6tWwrizhMTkaze2xR43nryzyfsKcqTZjyt5EyRu5/keYrNDViMg
xuAxEFhUxXHsLXkZzWxOIraRxKSXc7pJGeWSR2+5L/8AN+8u/wDN7n/9j7Z/x/r28Wf8s8P/
AObrytzzlvjvA+V8DiqXHKt7gPJ2iXA585zmPHsBUGSaWlkVEONu5OO2pWIv7kC7GRtHXE5D
kP8AZ1+Do8bXuQPPbwFilbylGNZF3XKeP5Dxa1jMhZqqPcjikaAM6ge4n6w+zTyDxC8t/hnM
eI+SM5xuaOMwocflK3i3JVJGr+laZ6VuJXiIDRPEUYArp/sfcn/9UPjL/wB5vNeuL1819zvE
PCXmiLxphK0fGPJeMyVThGd4wOQcofEZGLm+lbEYPK/XS24nrySzvLGiMI4+5kw/lz7iPuZ8
N81wfFbdfOYnjOF5Jg8dwm5foSLapXuS8izuYhfK4ytKiv8AQpWhinZVEskkReF8x9vH275h
8/h+QlafknyRUSxVxd3FV5o5pOJ8Sknjhs5Ctkp4gL14Ba8lZTDCZo5ndf7h/wCyv/77frzr
/m48Bf8ANJxj+4OI0stZjqYryngc54umsSuEiTI5uTH5jjcTbiAZMhybj9Son/p2R1T5ljK7
z2vE/P8AB8lyGxTI6cbzde9xTKMqKC2keTy2PldvRIonY9hqP9itTp15rdu3PFWq1a0Tz2LN
meQRQV4IY1aSaaaVwqooJYkADXrgHJOXYDMce5D4m8k8by3J+NZWnPj8xXr4rKU7GZxNqnOs
c0Mt7DtJH3A1WUEdiD15f4rxiSLOHmnjOzn+HSUiJ4czkcZBV5jxH6J1H7SPKZLF1RGw9RID
0dQQQSCGG0gg9wR30I+P4f7PA7d+BqlzyDneVeQpIZF2OtPKZBcNh521/iXsFgK1hD6GOZT1
5s57iLaXcBNyr+bfHbcDCStbwfCsfS4hj8hUbU/4rlIsKbaHTv7+p0164/8A5vvIH/vLg68U
z+SeSUuI+GvFPLM55I8uZ21dNOccTxHHLMbYnHvGDMlrM2HELSqNYYN7oHm9qOShT4vjv5oe
DvGdL+anhrx/ViSlSwvG6SRU48tboQE14c1ma9WIyIu5ateOKurOIjJJQH/97V//AK6dfcj/
APm/eXf+b3P/APl/2Ptn/wA+vi3/AJZ4jrzl/wCv41/52uC/7HhHwpyOpiGwXgg81i4pmYY7
QztyjzS/jshJjstNLZlqyV8M2PEVX2o4yICqvu2A9Jj+QYbK4K/LTo5KKnmcfcxtuTH5SrFf
xt9K12KCZ6eRozpNBKBslidXQlSD19yf/wBUHjL/AN5vNT1xv/Mfw7/lXz3+5P8Asr/++368
6/5uPAf/ADScY/uClk8basUMjjbde9QvVJZK9qndqTLYq2600bCSCzXnjV0dSCrKCDqOsh4Y
8tyYmLyxZ4lf4r5A4beeOlB5BwdnHTY6/wAp4uNYlnN6mzS3K1fSfH2Nzooh9qTrIcfzdC/l
PHmVu2ZvHfkBK7Ni+RYhnklgo3bMSitS5Tja+kdyo2xg6+7GGgeORusT9xfPMFPW8WeNL/5j
w9slWZYeb8+ouyY2THxygNZw/D7a/VzWF/Zm/FDCpk0sCP7jcrQsQ26p8o8gxsc9eRZYJTgJ
I8E7Rypqkq+5jSNw7H4E9YD7WPMudhxOcwgXG+IOU5a0sVHO4h5D9JwG/dnYJVzGKdzHii7B
LVYpVXbLDCtjPeX+C4Ozc8IeRMvPmTax9VpK3j/lGXsGfJccyogXZQxV7ITPLi5SqQ+1IKwP
uQgv1i+L4WjfocBxF2pc8j86EDDGcawKyCWxVgtyIa9nkmWhRoqFUb3eQ+46iCOV0f7WPAl+
kvkabi9Tg1tsFYElTxDwmtjI8OKjWonf2eXW8RGK9SuG9+lETZkMbiuJep+S0sdZlwfEvG3L
Js1khDIaVSTMPjsRjaktnb7KW7s9hmijJ3vHBIwBCMRxh+Lz5deJnydiofIdbGCY1p8Y+Iy8
2ClzvsKW/Jq2fqQ9pCIPrGrlgZPa09euJcR41jrWWz3I+RYjD4nH0oJLFmzdv34K0KJFErOw
Dvqx9FUEnQAnrzlxDB1pb2b5L4a8lcew9KBC8tzK5jheZx+PrQxgFnltW7CooHqWHU1W1DLW
s15ZYLFeeN4p4J4XaOWGaJwrxSxSKVZSAQRoevt2o4LH2r8uM8rcP5PkBWglnFTC8VzFXP5e
/ZaMEQ1quPx7sztooOg+IB84cI4hjrWX5Jb49iM3i8TRiee9lJeH8rwPLp8fQrxhpbd65UwU
kcMKAvLKyqoLEAy1rEE1exBI8M8E8TxTQyxsUkjlikCvHJG6kFWGoI0I64tls3xbK0/B3Gcv
UzXOOVZGlYp4fNUcbMtkcQwdqdI0yuTz0sa15hXL/SVpHlkIIRJPNpjEcdLjuQ43w7HV4lVY
q1fi/EMFi5oYlUBUQ5CGdto0279Ph15x5fdoWq2F5TzLiuLwtyeGSKDIzcYxOYfKPTd1UWIa
0mfiRnUlRIGXXVWA4BzmTGXDxfPeI8Pg6OZFaUY9s5geUcvsZLFfVhfY+tr0srVmKahvbmB0
01P9yf8AZX/99v151/zceAv+aTjH9w0c1gslkMNmcXahv4zLYq5YoZLHXaziWvco3qkkNqpa
gkUMkkbKysNQQem8e+auKeNPuS4TNBHVuUPKfH458tcqw6CCK3kqYGOybpt19+9Qt2SwDGQt
36XO4/8As3vGEfIUk99JMj5Z5RluM+8DvUtwyxxZcI8AfXWJl2Fe2mnX8y+KXuNeDeCpRGJh
494jxcmBsLiY4/Yhx68gtWLuYx8MUGke3HPQjZBt2be3TO7M7uxZmYlmZmOrMzHUlmJ9e516
3LqCCCCCQQw7ggjuND6fh1/MXk1zjnnDx6aX5U3F/LmOnz80eJdfZlxsPIIrNXK2qjQD2lhv
tfrxxAIsYXQdNm8j/Zu+Mf5wtIZ2lxXlvlOE42Z2+d9OH4vi1fDiEv3Eem1V7AdHxt4bwPAP
tm8eCOWBMH4YwK4TKtBYXSYNyGVnnpW5W7vYx0NCw7d2dtTrPbuTzWrdqaSxZs2ZHnsWbErt
LLPPNIzSSzSSOWZmJLMSddeo5FCMY3VwJEWSMlGDAPG4ZJEJHdSCCOx6jw/E8b4Z4ZQiCFa/
FvGOPxlf3FjWMyil9dNj0eQKNdsIA9AANB1PXyeU8bZ+rYjaGapl/HuNNWWOQFZI5Y8fYx4k
jdDtKtqCOx6zfkjkuG4jgcxnUx6WsZwbjtbi/HYBjsfWx0TVcVVeUJNNFWV5ZHd5JJCWLegE
PCPGWB8UQwwXsneTkuY4DUv8xkbKyiaxWt5+G7Tnu1YmGkSzLIY0AQHYqqPebk/BZY9dfpZO
AYQQaak7N0Sx2dp9P5TXt69YKl5JwHjKjPg8pPlkzfEOFVcDyHJWbFQ1Giy2Za3evW6aRsWE
IZIy4DMGKJt4/wCP/HnHvDeIx3HcRWwsWXHjyGPkWUr1dwinzuRp5KpHlb51Jknki3yvq7ln
JYmReVcHRNSfZTx9gPa0Og01kjkm0H/r9fVZLA+EMrdJDSXch4upTW5mAADSzpkYmLdtdRp0
I0oeH/bRPbjjHCckiRqAAuxYuTRhdoHYaFR+HV37kchjuG8h57keXZ7md7G8l41VzXDLWV5D
HkIbcM3HLcjQvSqpkWNUe57ld445Ff3EV+oKOGt+MeNU68YhrU8H48oR1a0S9ljhgv2r8cUa
DsFUADqbH8iXxNy2hPp79LkfjijZqTAa9pa9O9RgkU/pXXrk/OMtRwmNyfK85kc9fx/G8VWw
eBpWclYezLWxOIqD6ehRiZyI4xqQPUsdSf8Ax3r/AOB/2V//AH2/XlzyJluY8hw1jKcI8N0n
pY2njLFaE43xzhMfEwawPe1ljrByD/GOg69tfJPLwNHZnONwpRfbQs41AOpGg7Dp7i+ROYWW
LMkES43Cq80iKWZIkI3yybQdFGpP4j16xceJ5hyu/lM1kUoY2jZo4uIyj3HWWZ2jSQiMfIA3
oS/4A9S5NeZcks5MWKlGrTNLFpFeu2iw/wAX12zitEsbOXcL8qn09eq0c2eyaTTaFtYavtRo
Wb9o7e3qq7ELfuemvSbOUZKeZ2jRVFSqsRZ5EQ/tD32qSwJ0/WGnUtq/zbP1544YZRXqU8bL
oJCN7SM6EpGgOpPfpDBzzksq6KZNaGNOgYxDUaRKwIMnptLDt8e3UE9jnXI4UkkCOv0mKeRN
XVPlUJ87HXb2Gm7t+jpooubckmK9xpQxzkosbszuI10j3dtoJ19QR26aZOZ8kFGGJpJp1o4x
mVRFuRQpRUDzyaqoJ1B9eq+No8m5OJbEvtIzUcZKjs/ywrF7fzO7SsoI0BOo09R0nv8Ak/mH
vFQH9rE4XZ7yrH7qIH7gb2O0k9wP09A/1o8zAKsf9ysGT8u4agHaSh2+ug+P4dHTynzNjqAA
mJwLaMGKkMSQQD2IIHoetT5S5moJIB/KcMdNp0I9v21JPf8AgP7umreVOaL3AIbEYUejMAFb
22UlkAIGo1/gHWp8rc1VDr2OHwhbXXv3CbW/8/r02nlPnHbT1w+DJ11GoKhd2oGp0A/Qe/Wr
eVuaqnbVvyjA6d9Sv/pA9j2I60Xytzc/LuOuJwS66ruAViNGPcj4d/TXUdaDytzUnvu24nBM
oCnQHdprqx/R6D9PZQfKnNRu2jX8rwWpY7uxTaSp+XTQ6Fie2vRD+VubajuduJwXpovzabST
6jtp27fj0D/WxzXUn/8AxGDPy/iQqMyk9+3r276dumX+tXm+qkjQ4jCL3Uan/wBht2P49utw
8r83I+J/J8GATrptBYA7h+50P/ssc40OmrflGAYDVVOh0A0ILDX9A+J6GvljnJ/HTEcf0/QQ
dCTqR27d/wB49IB5X50fc0PbD4E6KSFPcLruB9fh3GmuvW0+WObjT1AxGBL6aE7gu0HQAfDX
119Og39bXONGJ0LYfBKDp699G1I7/oP4jpfc8wczgj9ZbE2K47DDBGunuPK8jBUCICx100Gm
vrr002A5jyjKRnJTU4JRTwxgaH6w14ZZZIpGMbrE8bSLtJBf5QQCesxdhyfI68WGnnjlntjE
V6risu2bSYq8e4z/ACqVZwT2bb2JTF0uRZ+W1Jbjx8SipRZprpaOFooEijkFjdYl2x7C29Rr
2J0VOTXfJvKbGb34qpNQNLBVsYuQsuZr0S3GEhENehVssjE/M0Q/wtvWN4zheeZVrd9Xkeaz
WpQw1asKmS3flRqyyGrUiBMm3e+5SoBJGoH9bPNiNTr/ALUcf3FQ+hIU6Mp2atofw/Dv1ksR
F5H5bbhx8cR9x8ZhxYllNOC1OqRxBt0cBsBWYKdCra6EaE305XmTPLeSpWgtRUIzKZCgHyJC
dfbBLOxdNBp2Hr1PJY5hmq9SKx9MtmOrjysjKq+5IvaX9mJX2qdDuCk9vToUxzDPaRxCWf8A
xfG+5GDCsrLoIiiyKD+oxBAK66anSQQ8pz80aSSRpJBTqFXCSsiSb54YUQTKOwJ11P6eoaUH
JOSvI+3ewrYbbAH9zb7jCTTUCMtpr3APp1GTzPlIlsyxVqkZo4hhZsyEqI0dCdpJ+BA10OhP
fRMxnvJXKcU1q08dCCljMTYSatENslgySoH1ksEog07GNiezLrkeJYXm3MMtTxtYfUZW3jsR
WjkvpLHDZr1SkZWdIpCyagHV1I/T0yw8zz4nChlWSpjGBIdVZH2qoRm2sBq3btr+HQvT8vzo
eSzJHFHHWxzKYI22mRj7ZAYkH4hRp6+nUNy5zTkkRmRpVSCjjtqIxcw72njTVniVWO3cQGHb
TomXnXKQdSq7aOJbud7R6qqN8roh7kjQ6DTQg9G3Jznk/dliijWhjPcMjJHJoV2E6e2+v6B2
PcHqejU5dnZ6EM9iEW3qY6F5PpkDy7UILMwAZtFViVGoBOgOP4vh+ZciWqFkv8iyEtLECTCY
mN4v2hqGUXJrVhXKR6wqhmZF/VbcNB5X5tu0Ov8AtNhF7kgINGQjv317nTsT69Fm8sc1AHc6
YrAH5TqfiAGOnf110PR08rc4JUeow2C2nvodD2PYev4a/o62nyrzU+un+0+CV+2uoKN37MO/
f8PxGv8AN/8ArH5V7P8A1fv8w/f/ACzD+79J/wBaj/WZ9fs27Pqfr/8AFtnp7HzfrduvJ7xq
f/vS8YkEKCCRwfDhlIKsG2jvr8Af0dNtnYKyrqgTU6opB+XdoGGh0PqRodfXqvjahMH0FurK
LW6aT2p2YStsiSJfcaUbQQCTqpG0hurlsxTR43jDXcBiLCqfcmn3zLkLEgBciaykjagsu1dP
TTp6C6Li+KRR0IYyWUTZu6C96d52Lb1pUFjiUAjYdwHcnqVEHvRWFJQLWYboYghVFAcgINSA
SD2Gp076isI68yRe9ckjkZY0qUwRtkeSIvJNGWB7FNWkYa/DoCR5BNJJG9l2UFvbjUfs0Bl9
xfcMegQAnvp66HqYurSGGeP2IJPlVYyEZYliUgAPGh0AVyWb100BP1gJrOzLFR3o7gOySRSS
Se/H+oyk6aBfl0J0022rMsW+azOzQVQ59lnleQ6qysDKqak6ajQDuOroRpY4JkiR9GlAmH6y
+5CrLEqr3YKB6jq7yMH/ABTCwx/TkJoTkcirpHtYbi7Q0o3ZgrarLs107jo666Mm4H5vm3EB
gEUfxe/6NP0HoMFbRSDGWKaFkOoA1+fRtewG4H8PXr3FdZD8o2MCX7o2rLqVKqugJ1BB1A9e
l3MytIdqao42MACpRexRWJPp27A9aqCH0VXJdSm5ty7iZAV0JHcasO2mvfrayMPl02ksFGrM
xOqbi2oU66H07/DpI00XfoD2j2DXZoXOpClhp29CPTpVEoYMoUk7t+47wCG0Qlju9dxUA9j0
w37pGdV9tQU+Yas2mi6khl01+UHt+HXfcH2s4YMwfVAPlChSze5u/V1BGh17eg9oM6HVd2ku
jBT2TUgCRew+DeoJ7HokaFo96+0fb1+BURsR23aAA6E+umvTq/7PUBNHj3IpKowAOzuzpoT2
B/Tpr0IioSRpFZQySStqNi6930JYDTXTRdO4+PQRx87IGXQEDZ8zfIBv2D13DTsVHbvr1tDI
dqpqFKuqAMSxJ0VmVfhqRpqB+HRIX9YBgE1HruDH4udw7fuDU66dPqpVRt3APuZgF3CKNWJJ
2nQa+hHr17gUxoZCm5hppopO0E6aAA/pA1OvxAUMjAKNoVjt3a9hISyqI/lUnTtr+Pbtaylt
EWjialvJXRIGCS4/HRtYtn2x2aMV4zqANGDH176RI0ftU6zxWYliWSGsttI4ls25Y0RVfYGY
toSUMpJO0E9TWadihLbzt4TSFXq+9GDZksJAYoVsI0VpEVCsqbx2LFUIAtcutVI5sdxEQpVe
RFkMmdu7/ZmLAurz1YlkmZlO5JTC2jKx64phKrLFHcu38ldlWYpPvp14qlEQBNFCk3597ncx
B0Cg/MLfJru2bI8om+shm2RtJUwOqDH1FDorot5oxbYHaXVotVDBiSTFGRIV0ViHbsdSGXRS
u1SN3b5v09Z6n9ZjZs1mZvakqVo4p8jFUxc1vGI9mNBIsZeLHpIZJAujNqx3aE4jF4uNI44k
eAuksk8v1CtAkkrQU40EbOyaDWRiNTqe56oN+ZWZjUMbvRmwkYotLAjO0L360k8qrGW1Uuqg
MvcaDukV6GKC/aLVZpWtmzYSj9PWcTB4yVnrWIivsllXTeSOw6msLOs3dY40hiZzKxKiNE0X
5mf+Mw79+/Uly1ZVLOSnEMc9lBHAYUZ9sUcir7CSOQw26gn0BOveljak0lelhb8cf1iKqwpY
jlM9++6BJNxrVIX2AgjQH8e2Su14hDHicVHVxUIfRlsFUpYoSahGd1tSxtJuGjLuJ0Gh6y1v
3Gkjrtjo4pHEjE2dZFleMiNFK+zWTfvVNX3bu/rB9FQ92QWtLLy3Io/pkSw8/eOSMuTJEujK
rAkksSDqOsPhkp77DwWXpe1OWE7MSkMlgsUSqnsOxcksoAPfTv1HBZv10ZVCNBSjWOOLSIbU
E9kTS2YI0AVdFQnTXX49RQhrEntIWWX6yx2UIIwxEcygD5tRtAJAPS5SG7bltXp4oInd5Dcx
liZzKLNRvfaR1MEZIjcN8gU6gnQPJRAT6GKKvXisKgtT22Ea+5EkivvBYGRiCPkB/AarmMlE
Tm+VpDkZZnkfamJkd7FCvEpSIV47TzNYaJFA0ddRu3HrSPTcCAy7gD8pcKVDD5VVTrqdSdO5
J10iSzMsSOhk3jQCQnT5UJO0ED49wNO/cHoxh1aJy21jqNyftAQQ7I0btoNR2PxHoNCPaSNo
XJ0jdgzAkLtJ0YdlRtO3r37H109t9f8AU036bW/V/wBf/wBzX9T+U29/8L/y9eRhGC5k4p4z
UqAPX+ZOICr/AOlq3fv+PbX06HuIqKpkLaQhtXC71iVoyeytr8pO3Q6D178rzNiNbM9Oee5G
hAaNo6WJrTRzI0iK+tlmPykhdNV7d9xyjxR/msdWzk70k59oyZfLbo44vaKdvcmsIrH+KNSf
Q6wZORfqGvy2cvfmmYCSxNZInssVLb2Z533AqANpH6ekEpeNbEi1HdZR7aPaO1IfnMRAcghg
vcga9h1m8qbImuWbjUypgkVPpIFJjWAqEWSOTchfuDv9FAHSDIWmqV4o4prLlSolkMlgCDQb
wCY2GnoFjDfp0lkadGn1ay+pLPH7hGwbCW9xkVNN/qG7aaMB1KamPuuI4zIL8bE7X2+3Gm1B
pIjB9ANQAQPlIXQwTarHSeWytKJ0VI3DbZJRoCzJ2BI0IOhA026gSUZZxHYgf3rFFAgWVy8k
KSLIzHZGfZKldHKsdAvcnqhjZENe5I8uQyEQRJJBkbCwyMjnUKDWQLEFTRR7RIHfQSwge5v3
FnUK3uSBC+xVZewjYjXTb+/26ZDAHcmTQklUEbAhSu2TaG3I3bTVj279h0JUaREAaPQfOBJ2
Zi57+4Doew1AJ0+B6R2cbgNxLOQ6KU2/IwbsAWJOo17D16Ta3vM5X5Uc/tm2+2Bu/kxqF7N3
01/RoUDfUK+8uNyjfqToxZgSm0E7QdND6fo67rorblfQopKja8iakdtnpp8ug/HToTsWeMiP
dExZGcISwVjIsgVwfQqNdW9dD2LyLtWPR2JVNgU7dzCNv1NNfXXuB8NOySxBHTQFgOwG7cQP
mZvlcjUDUkqe2p16dI0kkVVZ2ZYhuGgUoPmKoANvzt66fv8AUcbsxM53DbLEGIbRVLt7ehQK
STqqn/CIPcrc4J4R5hfxG0TR8lzdOtw7js0Cgq9mHkfLrODwdsVWQtIYppSp79z1JY88/d99
u3jf2dte5guH53J+Zuc46aLX6mDIcX4ZVVIrUMvy7RZZdVOpA7E18p5L+6vy5ZgMf+P8H4Zw
PgmEutHH/wDGub3Js1VglkU7j7ZkXd2GurdJXw32ieVufwHZ7t3nnn7K8TuMYG1RzV4TjLVZ
2tg6ygSKEI0Tt0yYf+zz8ZwxSHWZcz5a8gchkJUFY/akuU4TAhUncqghjoT6dA/9Xx4Y7HUa
845mQD+Ohg0H6elbL/2eXBXkdz77YTzh5HwMexgFZqtapj5ErWPaUD3AxO7v0r5rwj9yPi2S
wjCZ/Hfkvi/No6UgWTYIE51Rx816BzKQ4lZDsXtqSeuVcZ8e/eD5E8N5/kGByuCx0nmnwpa5
JTWbJ0JaXvT5XgF96NKmWcEmXcUXsB1dj+3zyb9vP3cSmJ57ON8VeYOOLzj6Fa4Jlv8AEefR
8X+hCkHSvXmsvqBoCRsGL475Z8IeQfF0VavDVisck4FmsBhsnen9mvrRz9mh+VZ9lhgd2lrz
SsGYghdAFwGInromSsQnO5pZBL9QmSzMaTzQyhwjGXH1hBWKkdvY/DXThvGKuLySYy7XEOTy
sVZo6NLE1pLOUzE/5m6TRRTSrEleNC0bmx7aejK3UdSKIrDHDEkEKKCkNevGI1SOMglVBAQa
n4dh2PQu2mWKvA8j3JHKxCOtADJZkYqC8SwRAly36ig/DTrJcp5BZbIZfk2d5DyK5UfcaVc5
y/NbrgRRiN7BV5XCeiBNgAC6jqX2K0MsMFplj9tIwLFgTyGWVU0JVvcAQEDXQN39B1curJHh
x9NLPZvQTQvWWlFDaATJx1p4oHjIqHTTVpACygabWfKTRRLVlNeqhyJcWIqsCrBWjiggd4gs
SKO8h1ZmYnsBrUxdCwzzUghl2Q1YoZZbKiuIo1EMjamGRiN7fKp3emvVNMfftG5ctJj6kbSR
TPOghmltLDHGsTRpE6o5JDKpZe2uh6rcjMbn695a8liY73mSrYKW7CMf2cyzXKzKrAk7E01O
4jrA4BbdmCCzLYvzmCYA2Zh7dCiHEKiya6R2bMjCMgMNv623tlKlSOKpDjMZjJpZa57yNans
2Z2YfVzRpuilXVAysjoFKqdSLaLJ9S7PKJrSoRoy7jC/uEGNg3r+sCCRp6EdXMkqFxQxderV
b9orK9iKVv2TyVFDlY45F090BWPcakEBhV90tIIi+xN8rMh3ERAAqAB2Gm4D1Gumv1TLqJrJ
jEEpaWzLBWc146tf2ItQCZCurafOPl1GgNuo7NJXxO97RJ/ZC5c+d0jLBgphpxRaadhvIGqj
U4qtHrHxOlZTK5AVpZYlbGVfYe9JIqRlIp8lIYa7NGRq7RhwSvZacEMO1lKNorJHGrBhGFjh
TZFFEG12/AfHvp1LOInsgBI45C2mwuCNxjddJR8xHY6bW07knpRHGgJkaR1TcRuAXeVDM3tL
Gqka6EEEbip6jX2WCRhninmQb2ZVAYFlCoxIQ9iWJPckn1SIK7ybnk0aPbH7wjJdG1bUxoAC
PQ6se2vWnuwa/wCqJ7P6v8T/AF9d/wCOu3Z/F1/9x+HXknRdx/mv4yKjap+YcJxGnZxtIHrr
qT29NOldUIjiLKNFjKu0j+4wCkja5jXaT3+A07A9fbjhKeVzPHvLPnfydk8VNmKN2/L+W+P+
F4PmXKOUWLXGrl2jgLQnwmAoxU5tFf3rkZecRERtk/tz4RyPOeVa+AkxOQq2sbiHs526bGGg
s+1bxOGhkNizEhknIRdFgnQttYNpPgM1Qv4PI4h46GQoZepZxeTozQmOs9C/j7CVpqckcEoV
kmSMkDT1IBsCpLI8jTQKldoXrpAs0EJ98K5UumyMaEeuo0JPrj68UrVljre57EGpZJZArysd
dB7juBqw01AHwA6cWb9hTMLEMsUs8hV6nuaJqzFdpsRxp2A7btD6jqOql+k3uwkewJE1j3Fw
sTRuAFVIlB3HsNw06jlpsvvybop4w4DwKzKosBZFLusZOh9Nw9Cdu3owey9iSqrEtUjaWzFX
XQNFVijeCWV12PO5X9p8o0DHVHu86yhnvtWyXsceqzOrV1WqY5ZMlajaFDMIbMoSGNgPaeNg
wLAHoAPJMdrESprou+Rh+13QkspZfT49wfTqRrGiCNtN+7fu2yKpCIpIDHZ21+A001Hf9jVe
WKSMli0cDbSXI9XiVySg0O3Udte5OhdEBCIFmKmPV9Eb+UcPsYDa5176DTvoO/Rljn9t40cP
GS6xMhBdZAFVigL66ltdN3wOusi7A07MAoYShY9rHY37AbuzbTqg10PoTr1uYSqHQCBhuePR
Xctu7FhJ8rAar+pprr69bihCuBIiGSNY/cRiXZlZAXLIxJBC9z2JOpBjif8AVK7AxI3LoNqi
PV9W2jXTt3GgPbTp3ZAZVT5T7baGGJCNFLMzJpHtbv8Aq+oPS8Z8ScCz3OMqns/WjE0wlHDQ
zN7dW3mc1alpYTAQu8RCvcswqw7Bie4LfdF9xlLkPJsc4N3wt9uVaHm3K0ur3mx2a5/lGqcS
41dqyD27EEitKAT7ch0BKxfa39sfizxTcgWNaXkTnkU/mHypBYicSfmONznKFTEYGWaRVY14
qc0Ksvy+gIkm8qeVuacyrGQTnG5bO2l4/XdGkcS1eOVXrYCkyGU94q6aA6egHTjIZ+hG6KzG
GCQ3LChe5/xektibUAd9Rr0y4+rl8lINShWCCtA2noS9iyJlDH0/ZHpI6nEwC7ldbWYG4AA/
MYYqGu0toNQxHfoGDBYaKVtdPeN6dDrptIWOzASPx79x0qNhuPFpHIjIhySBtOxG05GQn5iP
TTt0i3eJ4qaoFjZ56Vy3CXD6qxVZFte17bfBt373SNdwFmAMNf8AF7SWGHp8uyWCt3A1179T
Wb01zGRVo3lsPbqOyxRou5nY1DaO0DX4a9uq1njPKMZZuxulit+X5KGPJQyxtuSZIFkjvQSI
6blO0EEajqXB43ylmOUcTtwmnf4V5Hip+RuJX8e7BpcdLh+ZwZhKtOYj5lrNXPc9xqenqfcD
9uK+J+U3XcP5W+2KyMFXjmkDPHZyPivP2LXHrA+p+exNHNJZkVm2KpA6t8r+0/yxwj7kuMUK
qX7fGsVYTiPmDC1tUlc5vxzn5VtSGs05RJIp5DNIp9uE66C7gOT4rK4jN46cV8ngc7jLmLye
OsIiyLSvU8lBBcqTGKUNsdRIAQQO+pyFV9sU3JZ0wUUYZgwozkzZyU91BSLBwzQ6owIlnjB9
RqGTJJFZv2lRImmaJhLYVjG6qv7QukQAL6n07fj1BYgyNT6uFFrh5JhWkWWbY0hRS8G95XIC
+hLtqD8RiuIYqtFTv8naJciapEUceGpyxGYlVALS5FoF3OrENskJ7toFQu6x671Cyqz7okAD
btwKImwk7iDprqeslk3kWUzGyKKhVcl5FjYkSKGSR4YptoIJb5mH8XQVMRE6ijiomqLZjX3B
DbmYJfvK0cmie0wGj79uqk+nVPjuPqvHi8VRr1KdaMENFXpQCFEdgE9w7W3FlALks3p68hjg
ga/jMBYTG1Y4rQJ1xBWGW9GaSsv089ysWRWb9Zt3p1n4Y7lOOw8ONFioJ4DYhQRSSvsiSQ2Z
lSeUs49tV3lWOhPehicZSijq24CfeNiOtNOwaGIrFXUTtT0EeujAlww10Hp9NDQeYzWFuSSh
GFdH9hIQkDIsh3hYtAe2pYjdqOnKxD3WbdHGGjQFyRGkHuPZYxh2kA1Kk9ye+nVnINQHtxPY
llkij92QAoJpHilSxNGHQSg94zp+Pdgfyj3Ksd3N5Bb+TMThTBHZmBFcMCuhA1TsRpGo9B1k
s/HvePLSx4yjOkrTtPSoSobkocSyySRXL5Bk0JYmuQQP4zSrucr7jfsmMSsSSu329S7hGA7A
BAR2B016RRokbnUoxZELp2Dem1n/AGjDVQWJH6R17A9tU3uzux0VhsAQ6qH2Ifb10Ab1/A93
jnX3EJEIdmDhG2MhliCORtYbSQNQSxHYnQt7L2CqtIiIFQKULe3uaMM6SEgnVx83zaep16/X
saf6oXtbtkf8j/r7a7f5DTXd8vpv/Tr368jyKqix/NPxyof9ce23CcTqZIygQBXA779xA07A
9MU7iXUj4IXkkdVYONCqlhoSdPh26zfNLV5Hw/2ueAMFw76mTIotfF8j8jtkszmJ2jp/ULdv
Yfx9xrF79g2rFlPQMq6+e/u05bXXI5znnJ7fD+G1clVuVlmxVnJ0cnn8hFZSC0Xmq06dGnD7
bu8ElSUMCCGXxp5rwFCOGU5f+ZnOEigs11sT38XJyviclk2fZuSRwRR3a7SqixEBVBLhtKFG
UMqm9TeVopFImrAxySFAznZtQEk6DXb6nTtCK+/WPQyysykqu3bGqbSNF1jO06so29++o6EM
wkj95mUyjZKIh2LkN9TrIshHc9++p9NSHvCcNGrspRF2OFnVEkkJI2s8WitqvoSNNCe9ZrTS
NJFK8AjgUD3o5FWzHHZMjDT2U1bU7mViAR2HVNKtJWnzNv34/pH92WOWVhap71j1kijgjQr8
yqYnQ9gdCcXga7mebHUIK1szyRiWe/MRZtT2ZAAzyy3ZpGYnsQ2nYeqkEwSRjYjRvq4YlX/a
qJCpV2JB9N2unThK6M+wRmX3BroO5sFFaQttOqtofTb+J1jkTYzRaJtj0MMoAjb0VdGQBwWB
07EjU9unjhMYWWMOy67ZJNXLuTp86t8nchRrr3AA1AeRnjTaDo0m+Pbru0VSqqilgNNW+B16
sLWA+pdRrvm0Yxguw7Agornv33abfXv08k8ejNGmxnk3t7SgKVA3mPd7fqd2p2g9aMzABQiI
qbtwk0b5gkqmMiQH0J7n06x3FOAcazfNOXZexHFRxGDoWMlkWLArLYaKFGjo1ahGs1iVo4Yk
1Z3VASIrf3Yc5ueT/KNRUl/1bPC+UpSVsVOqarj/ACj5QrBqOH1csk1LGsb0C7XR5UbqXx3w
iLC+CvC8TyJjvE3iKonFsG1Rvk/4TZWjHWzXLr1qFVNuS1KILMw9wwKx6MWUySNffQx4unts
5F92mm6FWVIFK6kNK0akA6E+nTw8fw8VKFndFtWNchdYKBskSHbFTrkhtdCJx+no1s3YuW94
k2Cedgu4qSv+LoErRdz/ABANOgkxmZ1UsCoLHaUEXzsAfx7kfAfvdGxXeQ6zamHU7ijDdGxP
Ybn3EEH4DqWdjCVkVA8Mg3TIxZBorhddABr3AA6WuQSNSNx3jY4I2qhKkahQNP09LscErKsn
tMFHzhe8q6/IGYDTt3PQhsuBDZGgKN2Dr6o4cbdT8O2nSQRxiKaFA2mkYJUDuwfVSxPqQelq
25ZloWQptGpMIZGKsHA3p6puVSwOuo7dZXHxZ6eK5jrU1irFHjt4FZxHLiffmM8MgLe5NDIw
ZhHJGp/jDqtHdvQWpKGNiqxKacMEQeqiKssrv7s037CLaw1UsxLE7jp0lPlWFmqhpfZGTwha
/B2UkyzYzV7sUYCk/s2nYD+L1j+W+OuYSV8piZ4blDN8Yy89DMYe4pLwTR2KU1fJYq4mhK6+
3INPTqjwr7zfF9HznhqdWLHYryrhpIOL+euK1EbWN6/KoEgqcvr1R8wqZEIJ5fnmnkIA6q+e
PsQyJ+6bwngOMx/zo4PizVrfcB4dszT2r2Vuc08YwrHkuRUJIzWg+swi2/cFV5PYSsnvti4s
jSp1cnJlBF+3WxZyUUrIEsyW43cRgRakEaKFCegIPQqYS9NcsR1zJZoPTaWjaMCxzGOtC0Lh
jIxG3axfcNQQdCMhi+RUstT5FjFnoVuPWq05yWOjE7ymk9a0qy0PZM7fy20DU6nUk9PBiqxx
0cIhaaSaxBYttGzo7LEiGWAamXRizN8oPqNR1gZJ58i9PIKaksF76SzTFl0Q2LNRqy+7BNWk
dpNDIGbQAKwB22eV2GDy3bCUKshTvLEkcFqSWJ94kUyPZQE/qkORrqO3JuQez/j+NgAou8hh
WzayMkNHGwzylP2aJelWWQx7j7QY9+46ny+dy0la/JemmWvTWRZZJFdJHdBDDLdnatNKkgZV
Qnaw1B79clx+EwEaucI8U2W5C642yyR3InmuVathmuFLs4ID7CwRfVQ5UQLNFTljiaVar0K7
JHI0jQrILDN7rujDcygKoCgn1JIWtItiOB4wrCrFGGAiGgBeZkk2gDTXboWHc9CutTNvDj4n
d5orcccbzWUBVI6y7VsOkQP6wLLr8vr2GNkys1sJGZMhhr2PatfqSl1liStYeCNJ4Lk08cZ+
Z/lPqFBHVzKXPdltSJJZkmrltVlldEiiTYxKhTIqKo1GmvY9gcNxyFopUw+OqUCyexCllooy
ly24hIiWa3fMk7EABzIT2LHoGnWYxsVLNI6TbJVhKafMIwArtqug+A7/AC69OJS8cp2quqs4
VVaZhJHpKAAf4unbQa99OnWNjtWTeGUvC0OrvsEpcompZOx7Efj2Gu0qyod8hslY1k1faCI5
ddshDqp2biPm7dz2ePWSCNACAsaliSN77mUgltWKggEBSSdBuA2+z3/1Q938nFp9N/r6e57O
mzXds/e176adeQ/ch3A8V8dFiSyK6DhWJVlLADVwSCoBOunf06wNF422WczXsNHGwEppUDJe
njUs+5ZFq1m7EoRqTp206bKYprc2e+7Ty3y7lOTkVS1lOP8AIZY4uMYCkqyrZljteOcDi6xl
9pkZXkQHup68X8Iu1LPC7vCeEccjyFWlIq2TynbRu8mvXQTHWQ5XlkUjhNTM72ZXVtG0GA8D
YS/jMJjeGcUyfNeTTzwy2aHHZ+PQTVa63q0IryTNZFiOlXjjLFpbEjHciDS6baL7uHjMKKB7
lbfJaaBmSZFAb5YW9vQsD+B7aTu6I/vSR/TsVCsXZnWQIWUo5EiMCuwAEhgeim4zLCyRSruD
MJHcsw3DUgIWJOuv4dx1+zkWJa5hEjS/OmimR4jNEdY5QwYq2o10JPwIKXdkQxrT1Io7bhHr
I9vX3k2s0NmLSGAkDUgx7exB7wZqqKu2o1jIyQVFsJBAEtCSrG8VmwWr2TI0StGINrxFmG35
t00QeV9yK/utsOr7RqHZ30cMV+YMOw/e6iWQAglgzsBtLIvt72+ZtpYs25iddAP3gfbc6MBG
ylVaRG7yENvGsZSNm9B2YD10PSlt0ae58JGG7YNpT5R88TrqASdD8QNe5iVVfcg2TFDoAd7F
NA40Ppr8yjUD076GJtNm0aSKxJ/U1DgANtVl/QRqDoTp01jYZmXegLKSu+baNFf9ZfQa6dt3
6CR1KxHyOWjQd/Qkalgyqq9jp6AjXTtpp0fLnkzlWL8JfbzibggzHlDloMcucmh902MH42wW
pyPN+STNXeIJAvtRSRsPceVDB1lPEH2Y8Xs+FfGlyGCjyPyJLJu84eU/popIpLvJuVwzST8f
xlp3Z4qFB4/aBba8ccjV1SfMXRHLYZvah+aWxMzHvIwGpjj3HVpJCqA+p16kqU5v5u4lrP07
WaUze8P5T5bGUAVd7iM6CIoCv+F69LmrcdbdbjgkjavHDFHeYREvbEMZYQtodoY9yBp6jqqj
HdJLPLEH2gCJflYKWcgyBlU6nQaEfwNarMG0BRU2j5Rs27iNCNH1/g6j9yPdsYqm1dXZRISF
b47R8PgejIiOi6uSoHf5NwRWIABZSfXoe1GqzSSp78u3Q7Qum9vxZVPp8dOmsqgUmUSGXcQJ
Sp11CE6E7j+Hx63vC8Rk+WGVh8AR+2Q6aAlh3Hr0IzKZ3Po5JZ9R82up1+bvr69POFkkSJVD
gBjMYQVEhTTsSinUjTUgHqSKAFy4j9kBe7go0jbR21DIvYdydeoWloOz2C6sY9ZhFHIUT3Lr
xg+xCH03MxAAPc9ursTxpNC0EiSKw1SSN96P+hlIP4jUfHqseCyZ+zNfWV7OCpQWGhinc2BY
lqWI2+jr48DagjbV/mJ9D1YurmJuOZuOd6JtULMsh1WRljSZUiEPtaw9l36aKddQeq+D5/V/
OYvZjdeUYGFnmEbgES5LFRRJE+0asz1mJ0H8mTr1hfJHiTm2QwOaouLGK5JxvINDNtOhlq2A
haKzVsL8lmpZR4pVJjljZSV6OQ8w0eNfaz95M8Rjwv3DcVxMFDxB5ezUsiGCDzfw6pFHS4/n
cnKAkvIantMC7SzyNFFFSe/wTzx49yXDbnDI0ylK1JCtjjHMq7zywYjOcQ5FX96hyHj96xEJ
o5oJNAsMkM6RTB4xyDZg3qWc3jOK5Ce/Jj5a0md9njOGqC3XM8SraSAr7Tzwb4zIm3USBy1f
eg0r05L8wBAlmZZDSpVh8wLPLYV9yMQGiTXrH8ciJmqYrYliuY0dJshfaOOvA6Nqu+QS6Akn
T3ToWI64/wATSEy/lOOEc1jaXZ7M7yT3ZHTb3hW1ZdUOgIi2r8ADg/HeIuILEV+vyTkgTdK9
etXrWauIoqUl0+qt/Xy2CjpvVFicA7+z4/H6ymT2CbMjs8jpHPJt9uVpHMnuMVLnuB3A0GvV
bki354bj4yaWrWrF4o7gYLHJSygVojYgMRJY6kKwU9yDreyVqrsSONcfX1kG2Bni3vtaICCR
yJn9ADoyk6HoCoz+4yFXdnAWTTaWUsw0UAabfXuR8emMplBrQPclcShkSKNUeUzPp6SM2zT5
tN34aHrL2Y2RoqMkOGroyGWKP2JBLa+Cj3PqexOgIaP93riOJt4q/UZq4yliSnMz4zMYqnpe
sV71VI3Nd43rJEHdWOjsu4e4F6JGkMpRHEGrMgde0w36VnRWjjIBBGpIOuvRV4mCxO294dJG
kHuuyxSR6pCYVjXfqN2h/dHW+Ee8BGxdYgWMpbbv7t7bMobsVI09R/haBXEhBhT5yfbeMhGB
CqGcvtCL87IGGuug9TPrA6v8mxZVIVFYBlCSMdWUzBi4UHdp29OmWZ4lAj1jjjOxlOoDBFOh
jJl7AjuG76+gX/2Wk1/1Sff09yTTd/r0+n6+vubO+/8AH46deQmRY2H82fHQk9wBlQPw3FMG
Y+qjSHQjUdv0HXrydy3FtdjyXFuAZefCR0DJXa1yTOrBguPUEmXdsW3kL2hCkMykr21IP2/+
HJoXscH+17x9jfIOXggHu14hhXxFfA4+WGtTkTY2Yq4CtaidSTTE5DnVenhPLK+Mp18ZkshJ
kqbxyQZDMLUkqwY6tXeSOrkKzrPEJK0lZY0CIRGXRSOXeX7N6wvMPuSzd3j2DyrqkeQr8N4w
L2Gq5GBI0jaK7lbVvI3pJlKCMrWk+dZAvVL7g83lpMN5N5dyfL8k4yZLkv09/i+Lyx41R4g+
LUsk0d+lirWUhtrG0yTzRguIfcURG4zGCus8yxgBUbYDEXde/ew4QfBmVfXsNJ4yUX3HNyVW
ChSWLKTv+VXaORVOmnqf0dXY6dpI3ls1UlnlM8kaxmXZNvMLN3ZHARQRo+hGp06q4bFvjnr0
4rolhjnyNLI2LjoFiZYbsakWJYSnvJ7kBgZCUQDVeslk54JRPnZaqxRTLHVkhoVjM8SBUSBp
Une222R0WTbGmm4aEmNXKSKGXVg+ocPKoZlcDaobQE6fj29R1CJH1m0j+XerxyLIiByyk/Mz
agkkkAqD+PTDZEu35kAIaJdvdSAXJDSKO4AUH1B7k9F5CDuO7cQ0YUyfxnCBn+Vzow0OgH4a
9MpDGTcwZ4yY5AY4vcIWMElVQHXUJ37AjuR1MkQ76rqFYAAl13MCA7kAHdpr6/p06DE6K4Zf
lErSQPsRe7fr6AgD9B09O3WF88/eDTuWI81Xgy/iP7b6eQWhzPye7e9JBn+ZCQve4b47SQLv
kdPqLIJAT+Ths0MhzG1ToYDj9Y4jgvj7jNGHC8H4HgVYiphOMYCmkdatHFAqRtO4ktTrGgeR
lRFVZpk9oyoxWMjWVPl+UujDQHVv1fXT16mll1kdt5eSRizNrp8Tqe3pp8B26ZKs5rxyp7Te
z+oWV3ZC6aFD/Kt3IOnb93ow3E3MT7leaAqs+uzcF/aBoZEUDUI+31+U9RTU8mtuZH/xinZh
2zBtB7gZI9IuzE6spA1A/fr1ZZTG0kgid0DPoX+VNREsj6DUBiAxA9AfjJW2ATws9ZpVsQW4
JGDdpI7cJMUiOD2cED4eoPTic6yFfcAbQD4E7PTXd+PTOshQhgGJ12AMupBIHb5u3x9eqq3D
aNPdXaWKhErSvX+oQ2BEzkRGYRA7ddPmOuh06YwCdqyy/sEmQxzfTjUwJLCoZEf2wNQG/W/d
6jKqyohPYgE9yTtIAHw+PRJ27ZUJ0YEhhoNQR2101766dY+OrfYY57gWSmyxiGGIfNPObJPu
CPSHYqspClzoR6Gw5t2adeXaPqIYAUkWJZG9hpH9tf20pADAg/J2B17T7QXUQyIH/VJUEspH
Zu/8OvV7H2oZJmd6ooywWPy4Rxw2HaxUvfSwia7Rugpvj9yMgxjRtNQb5avXsSWL0M9eR4xM
wgrGsUVmikArpL9MwKkk7JWH6ellryBrE0bQzwFhLLTkQl4ZoOwkeOdNND/EKkE6d+sbdwGR
lrxSfJdpsxfH3BvYKl2kX2TIw/j6iWPX5GB79Rxqy08oqbpaTv8Aym0AtLUZtDLGR8xH6ya9
xp8xqeBfugxWS8peBpXWPA5ITvL5E8M23i+mhznj3MSuZmxlZGX3sVKz12iTSNQvuQT0vIEf
KIfuE8I4LjlbM+GfIfFsTguEcN4Th/zaDGVuN1CvkfK57knKMhUoxLl6V/CWJZLizGvYqp7l
SJ8jaTLwfWytclnrx0oIqdXHxvEqlKNaOxuDr7ndSuh799SMlyzkFSC/jqR/nBXtTkvbr2ja
SLjyshquJWieNpCdUKOobTUDa6CNAHeLaWBCOVJZmdgGdyWX+MNzADsNOsly/LNPkKWTzVu8
nJ6hfbkBcsSzVMWYqzWJYbVKiqIsDbVCRn2i6L2hatThTZBoLQiIlnd7Lze5+3mn+YRjQMYw
F1007k9Y6aC5RmxxpWTDFNVBWOCykFaeGcvXr+6JWYsADqCCBqT1BWw+xbE4Wy8m5ZnmmkRA
vtvGLCFHVAdCpIDEaaduqlKQXtsAWzJPHC30x+ldDJEJJ6WwPJMBp3/VA11B6za1pUNyxGlK
GlNEamSsyThxCtKzH/i4hOjB+yBge59esbbzsUmOoTZNJLlqeJLFVLUskks72WiMzxxTSSNq
8gHYggqdD1yfm7QVmDWafGcRdiWOaWOnSrV7OVip2HimVK9mwaz7EfbvjJI10PRaVGPtxAqY
pioYhEUkO7EqwRdOwG4+mo9EWKOUoFXvOxid9AGYCIMvtgAkbRpoBr279IY3WNvcRopYlcMF
GhESbt/6wXuO6+uh3E6OZRqYk0ZNgmkbY4bbCNmg+TT9VgS3btr0th4tqxKo+esAAocuNNSy
xbVYru0I00PoSet/tge3viOkbdwGBUuCCu5NhVgw9fw6/lptf9U/19uDXT/Xj/W0003bPl19
Nvf168jWJWUJJxnxx7K7VDyf8DsbFKocqN5GgJXVvl1/Htwfhv1CR0uQeWeMZ3P12QEz4PxT
heSeV7NZ1CqAl2TjKw7F1ZtwGnoD9zfnHk/JivK+Q83fjdTG1Ka8qzUvj/iKfRscTgsRWnvS
4lMm1Vb1uZEpAUIHlkjdS4wUXDOOeVMhgLuOwnFWz1rhXIbnFsBneX8jr4ZJK+bTHpBezWWn
kjAWGa2ss8kUCMzlgeM+DcPjeS4rC+NafFvG2K4xkMLNjuUYzI5uXC0XxiYWzUS2MrFjzSjE
Mocm2HK/K/fwT4c8YUblTKJLbxEMOTGWszV+L4rBUosnfs/m7CKS7ksrbpyiVIwyzNKV2lBp
Whf9p7Ws3uSyPH7rJE4EBdexDNKh9DoUAHSzT2K72vb7e4U2wxFtA+g/ZkMUIO7Xvp21OnU0
5cLBOQrlYlImmZVlg09wqrhZwNxCkDsSGA6+vyGIpS1cXjvzC6ZMXDCLbi7Xgx9W40q2jDNa
llkkaFZFjlVJW2aNqCbFdViiDmSJYmhjVVYtu2xICiqBqu3b6kH1Grj22kdk0RfaKggEKVLa
M24bP1SB6HTU69CTTaoC7SYyrlW2sYy7HsgJ29iB8fToIZfndirTMR7YZwzxrJKZgqsSnb5d
e/bXsOiqgk6tIWCju6gPvABOrB00GjbQOx+IEqBURtCAoYRhSV9oKzSaaaEjXd27d9Bp0Cdz
mQCMdl0DfIx0102BnPbU9/Q6E6DBeaPOuMxPLvuE5DhIM94P8A5CFp63EDb3flvlDytWRkXH
fQPFvx+MY/UvMo/k5kkelnfInkjkd7k3LM9O1rKZa8Y9xWNNsNWpVrolWhjqUCBIK0CJDDGo
VFAGnUWUSGzLM8YngmmjjFf2dWGtZkklUyI0bB9xWRPQqvxdRASYY3JYH5gCNHAP4jTqSEod
5eRl10J07KAxJ0IJ9fUadSaqqJu3bl1+X5gSQpGmpHr0qz0YLW5ZItxmlRmXUFCFACoY19O5
J16aVYfZDKT7YdmTcWUgluzsTp66eh6+oRUidzJoE00WJlEe0EAgEIT+7+/1HJHEUdto+YsV
YlgDuAULt2Dt26Eyx/MgYBzu7qfht0J1Hbvr1kslsUP9ZBXVmBG1WZDIRqQpAXuQdOjFEkRL
JEB8GVwO+hXuCdf0evWyUD3SrakeuhUnUsP4wYeoPYjrE4LLySUrHIqD2qdtKs8tQZRrppLi
JZI0sSRvZX9tBLtWOPQxyHTR2MQKgRIC+5dpbaAGBGg2+vc+pI/HqWWNvbWOMIFDHSVXeN9p
faHADRn+MP1v3emlsbgYiV0d3YMFd/bHbRXWLXsdNTr1aDpIPkKpIo7IT3QfN2Jcaj8enkhc
bpJ2/ZqdXXQuSZSvYaEg6A9u3RkZ1UOQDId4QKRozNtDvoCe4A1OnVTK5JLk8t4TWEgVLVeC
zCs5ihCxT14Jvp32jRwpRhptJ7EYqzDYykUeSacQVrNWtNBCapiE6R3RIktkFpxoZE1C6g91
PWMs1naGQzrMrwvsaNoxojqyHUMNSe3/AJR1FJbjaeaOFWNiNDrKgXXfIijQSADuR2ProPjn
vHPMMHS8pfb35CC4/wAneHuStNNh8rj55YBcy/GZlsQTca5fVhgVq1yvImsyRs4LxQyRYHzF
4DzWS8ofaH5sypxvj3mghebK+Pctd961f8R+TAjF8TzDDQQskFmf21yNeJnTWRJUSnknSaK5
y36TKtDI5mhrVVV4qMVT30mWNjXch1BAEkfoNO8gAUan55GBLFt7INSXEikn0BB9D3BOnWb4
ph8S+a5NaOPm4tjoYBNPf5HXyEBxtWmjiNWs5GQvUj19DZ1IA79U+I+RuA8v8aWr1qzVqxcj
w1rE1LSxpvRcfk7MMeOyQrzvCjew8iqCQzA6g4zAPGs0uSsNQRiARDHHkK9h5lRIJHZP2WgB
ZdCdR6dzWp0/p1x9aJUj9lQoeSGN2lkIVtVEEagFSN2hHr3G2YeykpI2LGPkhDFpX26uWEjA
AEfN+k6a9SUp/akqYiOGGIoBHHHcm2TDfIqLG0sIdV7995I649xnj1ypGmasz1buTsRSTz4f
DwxBMzceGCKVbapWfbHG5SMu4DMoOvWC4PwnHTUOO4CnFTqwSW5Z7kkbs8tm/dyNgyzXbluy
xkklckbm2oqoFjSWOGsolMhPzF5I2iLyMrxj3IgwkGqnTd82nYHv1BMJ3k3F0KQzSgR6s7oi
o/yyRzRRjTUkaN+II6HthvcVwwLgv8zkqiSEuqLI7qdOwBCfrHTXqvIElMkrRAlVJRFKqwDF
4kcP7ROgOh0YEgdj0ZXroIVEi7JY2lEaMQwcJJEsYRyB30AA7g6dxIERIyVEjwqGVmiOxCQU
WAyNIjdyRowIA179ae42n+qru02HXZ/rwb/e019Ne/ru076fDrnyzQSSB+McEMZhBZjL/NHF
oEcIyvpppoARu1I9T3m5dyHPRcJ4vxLw/wCa/K2Hy/EbLWubZ/O0LnG/HnEcZlIMng5cPgcd
mrGenSo1WWaWzEu6SSEEr140q5m9l5OYc44xDy3P4QY+jTx9W7ze7BnqcF2KCOpY5Jn8NjLt
eq17LG/bqSBoKvs1g0a15uaX4LPBvtv8e5TylaqWvy6zTy/OZcJTbimHyGOdvobN172ailij
lEtiCfHo8QjZZQPGvL8zW+oafyNnPN/LHllLNXGBW3ybHyPLGssson5fPjq8YXX55lDN6ueL
8VWxTuY7hnCqBetSrxq1HMZvI5fIZBZTFIJZBaoLTmPuglVZdu3Vw0ENZBWg9tAoiidGEYU6
lVLswLbdNxPw11HwjqQwCPVvpXfYrSuYSqlNXTedrOxGvpr3Og6ZI1WSlB9Klky25op4MilH
Sb5qgsRBZnT0QjdGBuICt1zLkgrQ1mxuVocThrFk1eXC0pMtcsxzFg0jWDm4PlCj5o/TX0Ei
oTYRodNoVWkkBYuQkjop0lXcybf4uoCjrVhOHKiMEuhLHvEsYhUaBJPQ9wPXuB00YjA37lYA
AKvtxjSQqQz/AKwI01AYE9hrqIGhidoVVNzaOqnajyK6tKP2u1ZW3DRSSB6k9veHvROZz7rM
AQDJKSO/yrqzbhu7L2OhB3aRBXmLnRdoVhHpJIGB0USGJvcUE69tfXUeuF+57zfgq3K+c8kk
km+2/wAL5ExrSz9qiWVPK3NqaSi1/MvDXYl+jjdVN91Urujljlj5J5E5/mpc3yzlmUlymZyl
gLGrzzFY4oK8EaiGpRpV0SCvBGoSGCNI0UKoHVXh+KkrJksfy9+MV/YnNinZuSXWxUNwTrEG
etaEpZW2DZGx7E6k2p+SWMMMZZpftaeMlnkSG0jBWskyQQVhK8R7mNSHUan5hqbMrRI2+Fu+
g0A7dl1U/o/cHX7Nf4r/ACaAjXc/YaafAeh6farLuY7h2IOhIHw7dv3j0p/VAkC6/DuFDbR6
+nUc6aEvBv8AmBG1wJNx17aqCoH6pOp9fTp3X5XgLKQqtpqAsezVl2nfu/c6WCZZFIfaCAW3
PqybCCTpufT9zr29UrBK9qxNYsFvZrwVa81u3O4RXlaOrBAzsFDMQuigsQCls0q9ChevM1WX
K5DHVI7KNJbSOS3LNYSrUksJVf8AZPIWTboSWBHWF43ksKLIngsXMxybC5yrloMEliVlw7wV
8Ub1PKVI4EMlyFX99Y5EMbI6GKUvair3fex9x6/umw0Miy4ue3jbkBgCzTwM7wu2nZ4m+U6n
ti85g8DewOMo4vEQNUsZH6yWrk6SA3rVWZadIVYrd8mUIq9texBJArVfKOcighEliW1ZeDIx
3b9evR9+Irax2GycUOQvWdYkkKFC66y7R85x09R5ZcdncLjeRYaSwYmktYHKwLZx1iQVZZ4Y
rHtNsni3l4J45I20ZCen29l1HZfUhz6gkaD07fh1ZEsCtFJGQCRuI2jVWZl0XeVP7mnVdYh7
ZWZ9Nny66xSP3C6Aj5PQ6jqPLXq6W8bHdj+prySSxpLEsjCQSGIozDYh+XUak6fHrIAQS37l
mq8kd+VJKsck6FatZJ604aOnGjjb6mIRgalQNDDVWR5amNu33qSk6b1uPBvKojMmxXiZVILf
IQNTp1jAWZjvQ6E9xvRHAB7+mpGvVSYxjvEiA6jX5QCSNO3fUafDXrJxwxBI1lR9saAIvuR7
ztA9R21Og1OuvXJ/HPk/jw8kfbj5coHjXmfxXeIlrZjD2QI4uS8eEskYxPN+MShbeOuQyQTC
WBVEsbCOWLh6+OslNzfwhyvA0sr4d55E0E78iwCVa/u1Mw1aGsKnJcTYn9q9DshlMgJ9qPcY
kTapifQzLC51c7S0a7ArGWMhV3NqSwj7D9PHppsZJfjxRny06Q11meFo6r1KtlK4mrRzRxZC
/E+o12sNR8wGvKPH/k+Nc1x3IouI5FPUls4dK+QzFGOhTy0V+OVq+OyWOlENmCdS6JKsT7Gf
Yx5P4yr8hh5dx/hV7O1uM8smjixy5jFHKXK2KyV6uNTVuCvVPvIUTdKC0fyMh61tzxLKQYan
uNEBJJO0IAIJ3mKUwerahVLd/QdZbMfUVHGPikWNVYKJHdG9swjdtkMki9gNPmIXvqCPrLjC
a3kbr3rHuzaSabfcMQiYlChMmq99W00A1065X5Ds1yLGRydni2EM+kgr4+hFj8llGjhTf7Jv
271dJjHozfRaepXX22mC7DG7IA6xalXVzpC0gWTfuDaN3IBOuneKSJUneUsjfJ7gXsVLbfcK
bSXQ/rAgd9Qe4j77Gdd6mVnU/OH90LDufRmjZTq53MdOx16jrxljrAUMaxo0ciEKmvtiRRIw
OjorsupAPfQ6oXERLoweQBni+RJECxoynf7c4LEkA7G1176AxAO8apCZDFEsLSAqukSNroW9
qQb9EC/K2uv63TmJY5ACApdWEoDRbQrRgtIxj91tHAJcOPgSE2+3Dp/qt/R6+42m3/XS9z2f
1vXd29zTXX4/HrnsknsrWg4/wJ5JXmeF0/4H45nAJBU/JF8p1C6kg99SOK+B4si1Wpzej9sf
ivITySxSVYsRleYcp55yW69ZJTIzwXbVF5tfaDBE1BDa9Z/L5DkuLr1eMQWquPxOKko1/ZXC
QYsbbuy29u8/uWiUjBirmVkrlQFZzyTkdiwzZryXzbKySfUWPclkw+HkEliVoyUCTW8tkSZW
X5XkjPyga7fIPPVnT8p4P4kjhyMEzAieznOacZyNSkYXkijc2Y+KyhGZXRJNhIOnXPuUW781
qLLcgtihFbirxz0sbWmanRqNHAXiRkqQIXGpJZiSSe5itflsTmGArEjxaAbU0V2VD3C7g2mp
1J1I9erV29MVje5PqFZoJDLIplnMRRUYhSdFVQSdNB39ESosqY+XISSVJEq2JzIi06kaRyfU
kzbEaMnV2+eXVk/wOsXVqMXku8k5XyC7akQj35r7Y3DlkhKyxBY4cFGjqAAo7BtQwAVERYyx
lEQJ9pGlXY50kkKmONdBqXYHTv6aFWMiyBY5tsS7Q5DlFik9wJqEBbc2vzDTuAG3GNdW+QGT
5gNyLsLuZYpQDENsbH00BX9bQt0Za6oESURyjTWIyH5VkUuD88awaErproT66jpBIqM5NdJZ
CsW7UjVVj0OikBn101Zk07dgeuTfcF5yjceB/FDRzXKLN7Fjynzt4pJuMeK+PuwAtT5aRUbJ
PGrCvT3e4IkkMiZzyZzqxBDPbSOjiMNTPs4Lh/FcaJEwvFsBWOkdLDYeq5CgAGWVpJpNZZHY
44ruam1pGQg+37iqx3MSykjeB8v4Dv8AiOm5bJlb9/C3b7cwSNjBXu0+RR5uC7TxstlllqWq
aIJHDCHV0TaVDaN1WaKORi4ZNTt0Mb6d+x+B10OgJ+P4dWGjV1mijlCvoBuVfm+bU6dk1/H0
67/x1IB9dTvKEg69u463sGGu9UJ7BiUYgADqcAgyRSSMNdw7ENvUKe5Oi9tNe/bqnTmvxQyH
H1oxEpaaZXksXFsIY4FllBMkakjT/B+J6VmV90p3KksUsM/zsNnu1p0hswMxG4CRFLaagEd+
q+i7iLSqyHt3bUhj2Gh0B16hx+OjV7VuC/WB1kVZPqqjwtBIkCS2WSaOQoVhDysDoqkkA28N
mqMFy5agNirncbG1O/RzBEMQbJ1/bllsV4kRgQFST5jqNe5ktwWKU0RJinaIxT7HKj22MZ0l
jjcMTu00P73VLGWopYr2HktS4+9HT+toS0Hrz3q1C1FDWkZ2XKJsjaTVDHaVGISJSLtyNUVl
mrzqobsricTOQoBX2v2ehHw7DT49VsgK0cn1EEUiOvdCkoVwFPoQNf3OsDjbyWyanHjex1W3
7ymhgrs1nN15K0Mw1ip2I8m1lABoyzF/RurKge4IwikafMO7EEd/jp69TaAgewP0DsCe3qdR
u/R1DG3ppYIALevt/KT8O+p9D1VESn3J53n7Fgfll9sDsRoWD9/0a9VKTpHHLBJXjljY6guH
fTcCdSNNNCfUadWaocPYjO54ldiYlGu1nCr21Hca+g6xLj1eaurAjUkmGBdV1BAAA/ePVVZV
3g1pPlJHoSuhO1RqRoesqu0H/GY5CGOmgBliQDQfDYdf/P1m+NZB0js1sjbTFyEhVsV1csah
GigTwAMV9d6fpHfMfat5uysdfw75NvCfiXKMi80g8O+UGR48Jyik5ljSrx3N3mjr5WNmSEKw
mZ4o/qWk5DwPmdF6Oa43cNSxtcWKl2s8UVrH5TH2mjAsYjLUyJICpj3RsAyht2nKc5YmXHLf
WhxTFW5ZxCkeWm97IXZTNuVZvpo4KvyABpDLorDUdZv6K3Pfkno17Nes+QsinPPUwv0bx4zF
TxCtUx6DHrYilinaCSQSRsQGYnzL565nn8lwbg2Y5HFgeA8mF6zks5dscSjXF5ySvxHdj6OW
p5W1BDViszZyOOtZjsL9JYLLNFlPHOSalayeAnewLtnHVpIcrSnjZaWQjYZK8kTFTJ78SzTL
BLE6CSQKGavhVWsJsi8mRycWMsOuOlhrsr1jNjJN5rzmeIsHRgDtIIb16t2Ip51YRBK0iqkf
tMWEjbQ2zZAteJgSCpVfm17EdcRtXYt0vIb3IOSwNCZCIqN/O5I46XST3TGBjYIHIaRkLEFu
+p6KGEpH7lUJtExcyGEloySwClpd7HVdPTv3J6gdYiAmyRoVG0xysq/s2c7lYkH5u6kan0/V
6i27Vrr7oZSTGsqMysPc3g+5IpI12GMj4nTdqypCWAjT20V1WZGYoqvrFGwcswQgMFYAH1+X
qKSNW0VLGxQDoxLKY4RuVNS+h7hB3P6exUdmKRhHRA3tLJrLGNQ6+8ZFIXc36hI1KgAdLFI2
+NVWQEFHRni0JBDMWRF17tv0b119D1+tJp/qye3/ACLabP8AXE0003/y+v8AE9de+vXlexAy
Jak4XxFQ5MaSLM3DqFaqyPIdAFkmUjXQAg9x1k2szNcq8MyOazRsPIjN7OC8fYvC4uVXiMgh
jqXchXZdGUBY9T+HXHaPHvGvOM1k+TZ2bAVPocBlo4A9yPIJjKte79BWVZpoMfNLNBvVY5F3
uREugq+MeRYafA8l4VgcTWz+Knhri3Dmc3TgzN05F4GnimvSDJq8kqyMZGcNuI2geV/K17Ew
RvzjOT4XimSsx1ktZSt4/wAZa96nRaeRm+jnz+WdZmVP2bVlJO4oDn70hjSxaz+duyaSCaEv
Yy1qZkhZhq0cTOVU6d1/QOhZdHWWGBJbXfZDu0LNs9Ao2sCT6A6aeoPVPMQ2qrU6Li0tWP6m
OFQ8e90mLIqPIJG0A2MHZezAEN0IWenDVaJoffgKwhG9qvIYZJGsyoI5o4AgXYzncxGh068f
snuCWbH3rzu0iPZnGbyV/Kj6kxuoewIriRvu3HsNPkAQOY4xE67NhEXtSNGiqDDsESq4ZmKh
e21f4uno0NhFG+SNX3E6xCRRG2qt+xjU6jvvJA1Pbsy7GDlAIhEkauPcUsYxGpeN23ROSwJI
BJ/EA9JJBJXrw6lSF11rhNgiPuRR7dq/LuYBg2pIIJAHDvHPF41+r5NmK6Xr00ZFLEUKsQtZ
3M3pi67MfiMRWlnkQv8ANGixp87ANgPDHh0TUvAHg8ZLj/C0E+7+fPIpLkw5P5Ty3t+3Havc
ptqWqkqPZp6bUiMskYPGsVMGjpuDmJY2/WnQ6iiCNAVgbQyaE/ONp/VPVIS2PlWU7VUkHRQu
3u6qo11Px6qxVzM6EqTKkeq+q9jLqVUr+HoT8OqzWb9eJtCpE1iBSpAB7gsAv4j09epws0Ng
vDNtMUiy66w6k/s3K6Mfjp8Px6SUuiwNHM+mwkL7UiuvZT6uH/EdRqumyMvITt0ZSNQvzemm
n6esuKUry3ZIpYK9Vo4PpXLFlnazLMdAFhY6Days3bQnt1juMRhZcmZ8dYkes8zfTRz7bEry
zT1oZFnobCZGVWX5SVLL36wPGBmp8v8A7Z2bt257VivXtX8haksQztFZnlnsXIoJ2ieZwh/W
UAj5mdAWPt24d6juQXeVFJ07rrt6sPgbseA5FJjnkwect1/q0w2WOx4Mj9I0U4nWFVIA2Fk1
3p86rqKVajheYPGJZDLxPIpkssqo4UCxib4o5tZrDdkP02kjkhSe/VmzMbVPLyCWASNE1TdM
geM1sjGoheZa7AaoQHHp+PQxXIBCPYEKQZNdsda2jMAsftsQIWRB6SdjqACSOrqxRvDZWtMg
ZIgkUqFN5RSAFL6ncD3P73WAju15LLvUgjhePcWhiQqiq6D5dyoCdzfhoeoU4zhc9Lg4a9u3
fyuUho0cpJjqHGpsDhcV+X4u5NQxGAxsslaIlrM1iy5DybSqwm3IfT6lUG3RiVHyjUdyF2j4
kkadNEw+Y0ywXuu7cu7aoGnp1XTRf1JwO/c/IRp3GoI3dYxxt+eOXcT/ABPcn1/eJC/hr1FZ
pRN9RFKsYtrKsRRAsze2y7y0xY/EjQa9vx69ubeztGs8iAhvcLttZm0GrlCO5J7dV6xjAaJ4
W3sx+XWKqQQoUepOn6NeqgXU+1j4ZW0B1+dd5YjQ9jrr6dx1lW3Da0kw01UjVXmCHX4aa/j3
6zd+pPLBYjeW7XsQ/LNDaAaSKSNl0YMkihhp21HWIzmQiSvlGjetkkj09uS1VkaB7cKqB7cV
vb7mz+ISV77dTb4dn3a79xP23cae1xe7JP7mX8l+FaTObGHl94q9/NeP/fCRaM0z1JECK8jz
OMjLkVxq07XK8hYkiu1cXcr06mIxcOLhyEwvVZZVgp2KcTRxQOJJpN+ugU9ZXxpW5PUmzmGr
2MZdvWsRkcllm/Pnis1BlvyzFZWGok+EyLWIhbl/aKwmBBMbdeHvHnmXyJcxuF5fwnM5zjXj
XiV1LvkjKXOa5i/yMWKXA+P4nkt/MUrGFy72Jp71G6iiVHarV+mksS+KsX4349yzhGcpcTzE
mcfLcfgxJyOFTIJDx7IXbuHo4/HXcu89e6ZySZ1EoaVV3Atl+RWjIJ7lgVKFmVCteSnHpSrb
ZPm9qR9pZiRrq5/E6ya2VrTtVkmikgeF396b2YkUA/tGXRdOyyevp66+OMM0T+7R4NxKhIhi
SdDNTweNhlj9pYJCs72VYsFKsyj5QWAHSro0RkJiJmBKxSxzMd8cljadVCNqf43qNN5PU0bL
75lk9zVnjQ/KfdIGjRoizMhKroE0I1HYnpHeSBo5joq+5oDYI0+SJnILks4UqdAf/demhMBh
c6ImxmTcxKrCrqrlRAschIBC6jU/OD1K8yLLMJw0cSsZSsSgxqr7ANg9rVNxYgnaNVIPTe9X
LSszK+jlZfmZkZPkVDJKSCNDqduv63QiXeXj0Wbd8/t/M0UqEaMN7IpAIO/uGBBDMdvupp/q
zaa7G093/W/9z09nd69tfTXvpp365phPrqtGOxx/g08ktv8AUlWjxfHZGWmkbOIp5L8FIwKr
HT9oW2kK/X30+Vs9DDfHC/I83jjh+WylWNLONx1rO8gnvy1aWNgWZfrocLhYg8EagLJGCVie
QH7f/FR5dy7jlyLmmRzuR9kSYuVsVYiTj9rP2pKUlhlxeL43fyVynOqRvDWimksLB/KL5W8k
zmqqcr5das1BSSRK0WHpJHjcHEPqIo7ViVMNRrrLLIqyzy7pHUMzAcHx1ihjb+dm8Rc45Nis
LO9aNr+JyHLuaXZsk8SQSM6uM7VDoWAtOWV1D7T06q8tnZM7LaMRBlhaZ9JWjcgxSOuh2kll
J79TVq8sU89hYKEM9dSIgkdWFXMsshUPKmp1CE7duvroeqlZWilc3YJWARJLEsiBXVYiwB2N
JovY6akHsNNKsFixNJrbpwK1+88sUMHvAFSXslKtdpUdflCvtTcQdFHXCscDskpcT49WtLYk
bc1lcPRjtmRZnisGSSVCddqjd2J7kdNBFMS88/tlgJBsXeCyiNtznXdsJ02gKQR2YGRIminW
CRPdRJSwZVXQP7JlCtq5LnU6aabddOyR7K4YMsK7gx1ljl3L7LRN8iA6E99ynT00A60Bjc2I
ZJZJZnZo5VCKXKbm2ppHqAh11b9Gg6lkqbKvnL7s8DZoYxo5iL/Bft9LxpkMokZcWad3ybZB
rwMwIkpQs6sskJBksQSKc3kmenh4dA7CUgfUXShBX2qUbbtW1UyFFPZum+lEVZp52la1MgtW
2kdiXEckh0f3WJ1Oh7n93qnqctYNncEUhapk1Ya/LGNrIT8dNOo/y7hOHzERdfny+SzEsSsV
3bpIIcnVj+XQ66L+joRQ+LPDC+5GJAbiZfftGug9yTIzsr/pUd+rEljxn4uMciaLLhOXcuxN
6LYrGNq8sGcrQxMpf0Ze4Gmnw6t0cnxzmNKCHcGajySlzKiNCWZTTzsF23GhYkgLKO3UtDIx
0xOUeNZJq8/G8ojK3zK1ayJcdacH4RyIW/D16bczKDJ7kmugLH1JBViO+vSvGIxZv2cao3qk
rl61ezTgkRpQ7RmCpZeIaadmb/CPWEgILAW4Tpt1/kJW/jH9A9dBr1ljt7x5CqAe50X35Quh
3emja9CxGoHtUoWAUHRQlYM2uhOg7d+3odOqmevz1aVDHcixsdmWW3WFqKWU/UJ7ND3Tkpgw
gfR4oWUldN2vbrDTYKh+UVcVjhjructRValvkd85DIXIsjbq1txFhK1xayb2aX2IE3nU7Vs4
nKfQviLrrFI82PrSKUJ2q8sk49yJoyQSUYaEdj1HBiOVQZjB5GZScRZvs8lNUIin/LMlE5kq
mu0Bf22LBlHYd9Tk8NlLqZfJcfFy5jcFWx0uXuZnHW5hNXklaqZYKNKj9SEszSTLHCT8zAhl
ElbE269m/nch9Vlo6MaPTwuOxYsyYrC0ckAiX3lewJ7TRaxB44VDOUJLP3cS21AfQFgNWZu+
vf8AT6dumQJ8qUS+g/RHtIJHck6n4duoABt0SyQCPUx9/Xt/g9uq0jgaxwRnQ/EuzkgHsTpp
r17ZQNukIMbDUd42bsDr3Ov8PQsGP22hniWOVidV9/dI0anTaEYAgggjTqtIKvtVmWqffLJs
2PBDG3tqxLOdYyNAQR1ayMyoaVfDxhpr9fLUzG7hK0UsU8GKvRSAFtSu4BgD37dZCwkteaFn
nfekl2IFg7NtDzY+PcSzdgfXq5HLvSG9C8e9922N2RtrmRgVZFLD0PfrFWNQ8cE+YSdYm3e5
BDck1A1IJfaoYa6d9Ph1wbzBwO4v5txbJ1cvTHuOlPL4ydDDk8Nd2fO+MzuJsTVbC/re1M2m
jAEcW8w8H5ryDjPiXyNxbP8AJ/HmDxEtGvQ4dybkN2W/zFs1ITVim5Dw7KWbeNxCzStQwjKs
kcMtlI5Uq+G+DeVOTZji+R5HSx/81cng/HmJwmZ5Jym5Wwsl94uG8L4fVuXb2QyrObcqS2Gl
cyMzal+sL48j8TcFv8bp0MR7mEyPFeOZ+Llmar1ZqsOduyZylfnyvJra1PdmvTO9lhNuYhEC
jkqcT8ecT8eWLmPwuBqYrguExWDx8tq5uaW9Zr4WKnjLczUo5Z0s+2ZHhmQEfKHbGVWUTSRi
IxrGO66FFX3FIKCRAPVl7Ea/pHD8PisdFPezXIsJjdUkNDJotrIx1v8AEMjHEkO+SfSIRSBi
5cEfiYqleIOkcK16wiiKtEsGvtFWRQxhRQp0bsqggafAOwMZCIIo1D6R1T7pUSxxufaLan8d
SNCdB2kmdlb2ZDujZGYsGXVTKfmZSoRQAFBbTcT8RZ9iWSrLAxMb7PnieKOUOzV2FYqxfao1
fsG11GgBkjsyCOcQxTq8Xs6SSN7SMqsFlQoiMNWDDdqB2J1NsBFWy7HshRkMoB3aNKwKqSBq
NCSACNdRoJAolnIjiCvE0kUYLuNiE6jSUk6FdvYAnXVOmdqLRzyxsBLWV5NiNGy6MntrK+0y
aMFCjQaaEj5tNPl/1bPptN43af63W/br7nr7nze1/J7O2vWeNVKSzfScJmtXshNFTpUMfQ8e
2cnctWrU25IYRDQC79ugYjU9gD9xPJuOZiBq3lXz3nc0uTkxyQLYxWBG+hVhxDpZxlP6jFZJ
4Io5Q0MZkZdSY1bryz5XlKRVfFHgrkWB4qfZhsNishyZh49xtN7sMlpKeavTcuuyCYNYeKR/
b9xUj99HAZTbHuXbEifP+uewfTVtqbh37H5Tpp8OG4b/AGy41lr/AIG4dQexDcrscxd5RgqW
V9kQz+9DLBdhvMJrEntWoY5PajDRxBxJTrgxtJFtUx/Kkj6aHcRtYH8Pj36x7KE3w3v2qkEh
gyHcvd1ZXd39fTUDv6nqrap3K5s1pHN5mZjBWjlrpFBHIQH9y1JNGxUKT8q66gHUQxRWqdq2
12OvjERXkMskcolDsDM8UU0xkHt7lYtL8u7TTcmOqwxI9eOOgDHGrqkVdooK4Qh5Gce2CE1c
soBPcnrvWZ51jMplYxBCoMhVSldAVkiZGEYU7dPQ+uhFggmRH2PCrGJ5I5UWdVmRhHIjyevd
dNPmJLdhGsGqu8MhSIxLCNsbMhi1K+1GGU6gOx0Ve3bcK1flki4zx/wvE5Hn/kvKzSRGpjuC
cQikyOYaxN+zaOK9oKxYftB9UHA0G4c08m3YrUFTO5M0eJ4F3Mn83+H43/EOK8frwozwRtSx
kUfurEBHJaeWQAGQ9XY85jp8fUqO+MwYkKzRT06bB3twOjNEfrHlMrafMqsqnuo6jkYK5V0U
rLFGwTUKyuqtqGIAOnbt+/1jge+ko77AFk+YdxoAW1Pb4jv19KyL8lpH7roW1BQj0P6Ok+VV
LLqFOoH4nTYPQafHTqyoTRyqhNR2AOzuCO+m39/q0oJ2SWSSobsO3ZgDoNFOuo6sR2oo5VHu
SN+zQukjKRuUn0b9I6eSP+TcOTHJo3tq7NoyHUsNB8P09ceKaqBYrkEdto+ol1bXQj4dj+jr
CHQMWmDL6NqAHddNdw+YDv8AHrMp+OQqjT110eTse+h2H06kyGbsyR/VU1q4+nTryW8plb30
r6U8bSh/bWLO0Fm/VjVVLOyKCwnyEdG7iFrRijUqcgkiN72ym6xbdUrVfZnszkOI9ZEhQAe5
ISXbdVmqy7VL1InVZwJiFDNFAEMRdtBqW79uqdPO5LIvlrdqsIojNHUxWOgDD6iezFEXZ5R3
2/radtACB1jq3CeK15Y8RXjLZCSRpr2UykYiea5bksLPBFQiCuFRVSRwde3Q54lCvhL+NyWC
4zxjN8elOJyVeSrQymV5J9DVjQw3KjzXaCT+4PZSU7dhDHRsZyQxG3HBMlLMxxLVo5qJoYmg
ljiUslHIssqrJWLEe4CYiy9gidvmtQtptGql9vYka6evr8e/UzEKNleRey6BiN2vf8FGvr/5
uoR209m0TqD6EyEH8P1fh+HUDfMQYa2nr2DSupPf0+PRVtdEsAhRu76RspHbQjsP0dHFZGwa
tNZobH0jsse+IV03ztvQOyv7r7e/pqPx6oV8KstncVFiWhg3zN1kCqntxtPWlkRux/k9u3rM
Xp/DvkHO34ZHrryheJqtemyBS0jy2LEfuqgkYfD9Y9WY7/FOZWMY9iR3rT4RJpGCyaIqGO2X
QhTodNP3OsjHXhnxlZnZY4r1KaqIWIbRJRPvSJgfj+jUdScNjsQW8LlGtyBXlLNU/Ykiasxl
YRR2A539gDtBOunV/huVzNHI36duxcoJVeaT2Kc3tvbxzTSxRxTTUL7y/wAkXUowKnaNB5U+
1O5ZhtZrK4y/5F8JRZOCtbqxclw9WSfmvFK0M7RvI/JsHCLMMW4V4jVsykbpCH8OcQyzxTV3
82ca5RYFmdLR38Ap5fmV2vHPGsYr1ov5vS12id5GSTQt6957tfMLRmr2eRUsdCYrXJ52tisk
cNf8rxSxPDGteNA0rOkke5QocnaMnSmI2YTO2jlq6O+xsjjrQxT7I3q0ZAsq4lp0EkMUkcc4
RlUoQIHaNWre/bmMT7lRUgjmk0JQ7igmZNo11O4DrwNhDXmeWXy1w+axow2JRoZWnlLTMs8Y
0jeOs7OFO8xbvVht6MrBCu0rtDe9KwDRwgPJIUmYvroe2uijUD5QNs7whFjVtjVwzOGMZDFt
76xkKhA2sSNfTUguksp2TftFdZjKxSImMas8e2WRZG7K2hPxJI1MT1rDSK0nt7tFlnb9npoF
eL5mk9Cm1C23XU9lKmdWmlUyRiSQshd2ZliQCMMqsu4Aksdp0O3toAiyixsgEENcasyj3B3E
pWA70TTd2bdqNWOoXp3Z5FRSwB1cuzGSQNrKyAJCWlUsNAAxB+UKuiPCRBtfXajh0h0KLqqx
rsaQFlbRXVSNTu1J127G3f6uOzT6VP5f/W2933tNP5X2+/tfqfHTrnmPqMUaHx6uTve1i58x
JYx0XjeHEWoXq1FaxFGPztTqhWQtoqd3Ovj/ADeI8f52xx05nnl7LZLCIsORzeXx2ZzGRx2S
owF6lq3BCtuKmzxtIzSVzHGFCylfLPIRQuRDnXmXjGGisWHZrWPGDo8v5FlsRNJIkcjPNPko
TIAFO+uNfw6yMsEqBRTmg9xVd51dtwcF2bYVI/V079/h8eC8UirNRw44Z47oRYLMpT/OuOvg
MW9KdzZSIWb9u4KkcYiJK1UTdGI4x7XX16guiWFB0QNs3rt1fUEbSe+nw06zNrKienFNjmsY
1oBuP5miBoVlR2IVLMZBcqAygKRtA6ntw+zbVoUmNavYmZEmTcDIqn2TDthZzp7bau4IJBG3
hcwh92k3KuLztGCvsTCzyKmslUb20EkkYbd83ooBOnbqSwJnZDMyLHKIw6vFLK0QWSEiMsEc
HQfHUnt2MTTK01eBI5C8bBZVEcqHSGX2AiCR21YBR2faNT1amWBYd1m37KaqrgqXkXazrrKV
1YanXshI7n5g1nbHJKgCLKY20UiNlfcQV3OD8x+UuCNd3UGDg2VfIP3ZcjkimJ0a9jPCXjyz
WeWMMksb05OVcqMCiRY/Zu48SLp8i6Y2tMN8knvzwLqAFeqok91wf1lj1Gg+DEHrjOS0Ko2Q
y1UIpAQLMmOkBC9/mJXvr+nraE7Mq6OP1d0aGPcw+ILAnt1T7jem1kJ1+ViWPb5R2O3T9/oF
yp1mQsNCOy7n0H7p7fHt1DqNGIAGmmg26nTTT8D+nqYHYrLDuCgEKUWNQWI7k/MP0E9WdW12
2mBI17Ls1YDv8SdOr0gf5RGNNCTr3I7+pA0A7evQiPzk6qf8IhWKnT/0j1hIh+rDLEhDDUEs
08wHqAQNBqdD69YBGYaAkDQaf/Ks2g+P7nWVi3Db+awakDv+tIfj8f3up3UJ7sdBlhkdV3R7
4whCMQdgI9dNCde+ug6pYHIxGzjMzmaLZDFzSTfS2W+vaOKUrDLDLFYjj3aPG6SBWKhgpI6y
+Z4hxxcPwQ5DMviMtyXI2MeLeLqXZI68tCGWvkM3armIaRzGIRyGNtHbQnqGPJ3rHJ8rLVKW
MbSr28Tx6rYklVdz5Z5q/I83NXSNtqLXpQs76lnC7WxPEOMY6lalwENqvdz+Ow6Y+lx555Kt
exJbyFbG15shSxEFAl3kd42uOwjaSQ/PiMbTrlcXRBjXe4Fm7LPP/jOStADd9Tcnbd+CxhFH
ZRrFQmRXhv4fbLESyGRTIFbcUZGV1CjYVKkMAde2vU3F8pMXylA072OtTKVbMYFngh+oEjBU
kyOMsgV7gB13NHKQBL8sqgBVkry6kjQglde4JOh7fvHoj1215mABB7bpPXv8N3VF22FGSsNp
Hz6CZie/poN3poevlPrcH49u0v49wRp1csZH3bctKpXkSOCH6mZa0USkKVCgKqIG0Zj2Ovfq
jkBh2px1o+RuyZPL4jFRtJxKgbeSpFfenmjuS7RHXVkHvyuqqRrr1mvHVfiNeZ73EV5tJkbu
QvrI+Pu2qSxYytG+IrrFdkebcJAXhKjQOx79T5KlSGTgx2FwOctTYs5B0pS8mkrNWx00k+Lh
Elur9XEXZRtIbRSfXrO/V4yw6U79PDyPGXVbF+b3N6wwX4KjyNX2yGcNtKBGI3DTqF61eI13
o5E2ZPmJao6Wmr2YhuMKA+2UVk3B49D8er5yFxDlcbJDeV0xMEcphgkNB447aWoUme5SPtyO
8ZKr8qj+MOGeTuIWfps/w3O43kOKYlxDZanMry0LYRlaTH5OoXrWI9f2kEroexPXCPKGMxsO
T8LeWft35P8AdrwWk9TdQrNzWtheEcq47lZe1b6jGcwzd6aSGT22ihuxQFdik9czynCMZjUv
YJcvikyTxx26tHkX0UtkQrXx2ky5EOoY+qQM8RbVGHXLeUPKztfyFtmaTWR/lKwCSSUE7nlV
N3bTUuT36laSysYnVIyhaNlLymEKqFyGj1lCHUDtoT6deGI4Xn/xfM5bIWXIrtVhr0eLZu+X
9qRXVnkag6g7kaPdu3BgoCskSmGVC8Mg2hFACIrqU9slNJFA0PbVe3pqpih3ABYjHKffX2CY
4lh7BgWfapUt2AVtQASTHE0YLgKrFNyr7qD2xM4Ybzu11WMswYsrf4IZoWiZ0BDEOujiXZGy
srxqzax9tNdNSdT6noFI23KrqVVImQP7Zjgf2QyMABIx7HUKACv4/TyLrHIntSJLErK4Yld8
pUEBm39gBp6j49IzpKzSIPfUbDHtdmZyzsSioNUOp/c0YnUJGg+RNZNsTOPbVx/JyKsxPuPu
Y69i5Clh6bf1F1/qC9vZum09z/Wi/ltd36+nz/8AxzXtr15pkgNybOVvt65PaxFDHXMjSltG
v47wdp1nmooI4x+ZQUmjaaQRBkOqsSun274KOLF1Ib3iaDN3YmyUccpfLWpMvUEcs8TCWDLf
VTzW1d02SvGqLKmvUXBKT1MvkuQfcr9xfmXN53G42TDYmRm5A3j7DQcdpSzS/SY/JDBW7csJ
kkEQWvEHLJITahsKE97QyPo8saK8yJ+0UIdzKO7KA37h64lzC/yfjGSv18Jw5c1iK2Aj41ex
clzF0qDSRSh9t+xVYJWMUccBKSbioVFjIyddDZUt7TQxELKjGPWKT22CmRCU/WXcO36er9e6
Zt0KVYGgZwqFWDCOwCy6n29dDppuGo7fD6xq9eF7MNXX2d8jMlOAVTKY43jX6mX2tHDFEUsd
T1waSD+Th5bw6cbyxKvV5XivdUglvaJOoJYuAT8T1Zlda5i97QnbKksujSNtjKaSNMNUY6uw
RtSG+TsgUn9g6zlUcKshLMpcsxYklHb5iW0DegI6X2ogjjWOWdSZHG5VQe47RyJIdwXuW7hd
TqVHXE+E4awYrnKM/isCjCB5VqLk7kEM16wm6NxBUrSyTyEKQFQa/KvXKcDxovHwXw7Tx3hT
glT3WeGrhPHSSYi/LCTpG8eR5Et6wrqBvjkQ99AelVxujq0pq0ajvo3tPLISPT5pNe/6B1wN
9NGsZLKPJrroUjirEL+Oo000HTMAhBGqKDr39zfp6afqr/f6qOSP1x8upB0Rifw9SH1H7nQT
QvpL309D8w10J9CT6dQ/IRuDK2rbuwUDse3ca9ShFYN7ZA3HsPlUHXQ6k9WiGAIsy6/j2Xbr
+Pr1aAYaEaas3ckdh39T/wC2HSoF3yINq66bRoCdfh+jri5YFS3sO+gILF1k7kaaanTX97rC
FdO08C+o/WavoQvY+m709B1kuxOmTUk9/RJJP0/udW9Y9y+xCp1Omm75tQfU9tR+j8OuMRsg
EbZjHMVb0O6382o7HadvWVeBCqDHyMoTu6B4lRI4PQLF8v6o0GvwHULmPf7ftbvl0LOCNp1V
gwJ1J7aH8CPXqavTrrRpwuJRSqboq5KC5OhlCMHsSCSVjvlLylmJLd+uOvXeZXnorIW2ru99
bbEhAHIZVAIGvVXeuiw4sgA9wqJZkjVTrpqR37eg19eoecqjxWOBZajyCSSPsZ8CqJFymkw3
ANHawYlcKdR78MbfrKoNfIVp47NO5Sgt1bUT7orMFmKKxXmjYHvHPDKrq34HqUA+lOZm76gA
F/jp69usKYYXLy16RAUAuB9RJq+3XVl2/HT4dPDOkiODJNFGEGruoYnXXQghWJXQaa9fnqbl
sUycfKIwF9+C2AmkysNrMi6ga66HX16pyX7k8MWSs2rUorJHCzDIiOK5FujVQi3FjAbt6ajr
PLl8O1g0MG0sE9zI3XkMNSIyR12/bBGrD2gBFoEHw6yv5RgEprBN7KmGxaDEV2KKJC00ivGp
0AGg0ABGh6zLq8ywOZLcKLNJ7kcis3tywlm7zpq2jH0B07+vVrPWII58u9yzjvrmiiWY1YBD
DXRtuxFZYjoSPX49cihCbfYx0/uDXVARbMevy66eh1I7EfwdMNG2R3LcIbuwXSeRkDN8CQTo
PwHbrm+Iix8mZ559uGSt4yjPRt0cbyZPCHl+3E+Zx+Fyl1v2xwvLMbNfkjd40jgghSNldkB5
zDSsT0KM1Cxm5KdjL2Zj+YZzH1sbfs2Z6+Qpm1I2JeGqIpI5IIpgmxZGeQRzWUKiW5IrsQq/
OHVSVjOoAUjQgkHQfA9VJ57EbU47MUlqBIp/e21huf3GiieWNHQADs6/N3HxHiGb3oUgS/bE
TxIpCm3x/KU2i3NGyNJK8xA+ZmDak6aDR5De0aWTeB8pMe8SF9nyIygRfMSpKhizBhoNqIys
w1Xc5eNxJ8jom3Y9ctuHzaFA3YnsACAE+ST2SV2SBmRgzLGyxn5tGY67dnzKO5Yagl41lSRz
GChKENNo0TortoZpBGdflJ0Zd2hOo69yeNUkV2YSROZGgUM4EatHHEWCsAf1dBuHw9ds/wCx
Dou0lYSwIWNT8u5lUI0jbOw7fDseomdLCwsqokauDGQuoUJ7bMBv2kgaHQH1OnW6X2f2cjR9
vnZt+gT3GMSBT200HcoTp1rtk/yCbv14/wBX/Wg27dNf19fj+r+nr7m55cNWzt3FfanyPK4/
G3a8E1WRq3juO0cg0kylomxeTo0tPbYSl5kCroxYeGKUGfn8c0aPgbxnHejpKLt1sHkOH4ll
zAyFGRMhSyEru0iqjROxfRo3Uh1xmE+oH5X4/wATd47iHkjrpasrczeX5Nlrt60FNy1YymZz
U8+yeaX2WkYLtBYdUHpqkU0eQikSQLt2rBZElZnc7xvDRj4fD8euL8sqzTVX5fhOE5/CUJat
oV1PIYoster15gDQaylbIsoBAkESaRsyRgdR41EanD7QWd209yZXcRs7NodQ8JKhQV7OQSe4
6rrCqbFq2RIoR195gYX3Te3tLiLT0KqVB019D1JLVSOQ0oYYPZErB1CR+5HLYfSRo1hKMUdt
pOjaEsNRxaf5IzQz/H5mCA6MtXkVOZn2qqsjSovzA6ksT3PbauxIVXfJNoqSI5X3GVGKyKki
sSV3L6gk9wOw1jmMbiVAXk0VVUBAwWVUJUMGLFduu4dyNemBQI/pvkLEMrB9JtCdP5TuQBr+
I/HzT9wk4CHwj4yzeT4y7ICg8i88B4TwZJl2nfHLk8qxfU7lIDadi3UYsNYtz27Elq5Kxkms
Thfct3bEshLSM7Ijs7nXTux6kEnpZaeXU9t3urIGOvbuCfX8evG9sFGlbJZtJBqw0ISqRoP1
SPaf8Pj0qAhtY11GncMfl/HXsD1DoFJ3DUHX5Rt01+Gp09ewH6OpSD/7EiYaAEk6Ak/o7jTT
TqIasex+J9SvfXt69SqYwh9tlOuoLbVGumo1OpA/HTq2ytoFmn10I0PdtPXXTQKf4Ot20szN
J3BPokY76D17sT27adSWGcKNrFWA13bioYnUdl2/H930647O+kjCWEe4Nmg0jYD0AUBdde56
xsWih48oFI1BdAEiT5m7jTd2/R1ktmh/20dSfgQJmA/E6aHt26uEjvopUEeqjQKQT6dmGh9D
26408Y09nJ4wgjvqI5TKRqQQd57DXrNQvEyxxQR7SzAq29kY/wDogIug06chfkE+gUeg7uB8
D6gj+DqeTTR5RJqSgH6gJBBIOnzE+nbritto3mK0arlUVdzCSywYa/KB3Ov7nVaeaPa0uLkl
AK9wPq2kGmhI0KuPjp36zPGsvDLZxPIqtnDZKCvYmqTPRu1Z6k6xW6zpYrSey+qPGdVbQj06
4/xjFLPHjOPYLFYPGi5Ze3b+gw9GDH1PetyEvZkWtXQM7ElmBPx6u6gn/EiNO5IUnQkH4n11
/DrjMm5lkelUjEokKHRbEgABBB02t309fj1QqW5JHhMtkqJC0gSIRSaqmp1XT17kD06ydV+4
XNU98hX5RCRIPYKHQ70ctuYeh/R1x4whQrwwOU9SVf8AaDYDu3dz8PTrlWg2s2AZCxY/+xoV
B0B7E6DQ/hr1nEDCQG3bkV1IJIMxKjt+AJ7/AKOr5kMmkNCeQ7OwJPopLapqN/6OrJ1Gj5nJ
AFiAQB7GpbTQaaad+uQfsxrNxq6Q2g/WTKIyjUdyAW/hBHVieYAGXkU1aNif1WkmaNBr27u5
VdPUk9UeB5a0tXi3nXi3JfDmfMpUxLNyqkz8bmSKQrHJaPKKVSBO4YLZcA/NoedcLFmInB8y
TjAqDIRe4Zb4ivZzHSUYLTAxYzKcfRNBHsgbcrbZPWJHHtJ+x2IFYxyBRGoYEnTdoPhp+nTq
KKm7qYmNlpIUnkZTLXZe8cM0ci73b1X1IA68Lz3A8tez5N41VFqSw9eMUslnK1DY62196Yyf
mEkmwOq7QSwOqgyiNv2TbiNG3F5O3uSBgdpUbtdw7AkD9PWpIj3xakrsRZVVR2lkjl0ErtqO
wII00/DphGwKl2X2dNqqWb9RQrgmNCpPck6Afq+oSIRgBS40/ld4BOgVlYn9cjtu9fiT6pqf
X0QghnQjYVB0C7VLep/WJ6QK2oVnJRyxUbY/lDlF9sgtouhHfU/udKHCbFA+V1RgwJDSaxns
xk03N30YnQafFGDARksm/wCQBgmqkEIUBAYaE6D4d9V0600//EX7X6o/V/1l9dvp+P6P3/j1
5w4/k7Vqnhsr4NwdjJy4xd+TsrDg4IaeMiMcZYLcyEsWqMwEgUBiIhIRg+F4ezUzLL4A47Px
bOZa5KkUUWC4Rgkuyx4+pLSeWKV6wiDVmrzSCX3GklG3S9asS7vf91y0pj2kBpFjdfacaAD1
OzQ9/Q9Ct7u73Zqscqh/10FiJgXbVNsaoxAB1Y+o68R05TL7mM4x40mhisTJLFWjg4/jKteu
iP8A4xIbkNsWQZUTf7m4NsaMNBVkkSNoq0fuKpVNQhV2eRFbTajDX10B/h6tThvclighR0BL
E+9qzyISo3MyMvcE7tddPU9GjC0smRvJVaWOSAlmZ9BAGd0MaqjEgkg6E6nbqdMnBDpWNJFl
jmmCy1o0iaMrMtmT2NNZ4hqS0QAHdiDqK0oP7TazjYzbWZwAGhkGiSQuinQnXUAHvrp04Rgh
RQR7m7bJqW3dyQvtsvceuoPbv6MHHyNJ8hDGQJHt0YdwFbae+h+Guvf0w2EhkavmPO/m15bA
HZb/AAjxJhN7VyCCzLBzHkFd9dR3j0A7HrAZvErHNbW/YWelM7pFfxUtCzQydOR40keP6iDI
BVcAmNyrD06xliLI1OP4+9l6dGy0GJqXqtCibgLTSJbrTW7WThgmKl9WDkKAFXt14oFMMwk/
NSdyASyuYscJLEsaxxBJHWIHQKoUk9h6daa7naJGUEghV13EEaHSRtv7x6iYnbqh3EDXvtbU
Ed9GG306ZtAV3pqew9CToddO/wA3r+I6VwNQFZ9Aunr8oGp+HfXXTt1YOuiqCgHckHaNde40
7nTX8R1fYtuInsg9vTRpNT8f8PXqsrDRWayh1Pc6REA6aDsdv7vUcigBw0cJUfIp/ZhWJ00+
bd3GpIOnWC2rrGTI246aho0Ic/Dt8wI6rlgQv5nub4kq0g9Rovpt/f6vfg+Ulbv3AHuvJ3/T
8OrZHbfArN+H8koBU/pI6w5jGhbIVYyCQdYyxA0XTQqNO/x79WI1bQ2YAjbSCP2TIvzDtp+r
r6a9/wBHUqrqwecDULqNToDtP/ufSQntqkh09SoPuHv3Gp1Q/udcViA0Jx1D5T/6cjEf3j/7
XbrFMBp/tJMpbttLe+q6HuGDdu36D69VVC/rShjqNddEZT6HsPj1FGBtA0X0A1B2ntr8ADp+
91eEMkccUcEzTq8byySxKsgRYGWaJY5FmKsSQ/ZSNO+o4rDsbaaGOKlh/GklDF/j+Omn6Neq
gC7giZB2Gun6teZx8CAfl/e6yM836xz9IFWJJG73SBu000Yk9tPTrCDUhU9sAqPRVRdo/cU9
vh265VIpGwUIa4YnQlngUaAaHXvp+91lvmOhln9dexWYjXQEA6/3usouoWOCjvVQVAZpW0kb
toRqsQB9eniZ/ZR85komcozrGsssMYdlUFnChvQd+3WWo243jdcHklAdTGJIvzSKWKdQ2h9u
eGQMDp6fuHR5drq45hXn+KnYLqTI4P8AgydtCNe/XHOW4eQ1s3xPkGI5FipWBBgymByNfJ0Z
CAQw9q3VQ/j26v1cBSlOC8kwcU85YS+sYiiyOD8lcF4rnoZIq6ARGQZNb8ckoOsjR6t8xYmN
ZJlCRldUcLujQAsWZVVSCwTsuuo10PU8k0tvcs0UcjRyFCIAoj95kRG7QyOsgG8EbSO+p08V
WxBXWtX8m8EE8i0Z5ZgTyjCmrHE3uM8KmTaTMCOyjXXuDDI7naQYyFG1tyKpJA3M4+dPUbdQ
O5PxDIygEqqylQQyrqjE/rkd0G31IIGv49JC5X3QskjCMP7oA3qV0L94mCnT0B0B19eipbSR
V+RXIYBkVtZCSyjsza99do/eB91SjegduxZlbaQTsVTvA7ADUAtp69SrArnZpubuNrFdX3qO
4LBf42nbQfhrLoPZjOixlnZn0DK7shk2Had/bQ9gdO41PQSvH+ouw7AqlIgj6spVR8vueqaA
Ant+B03dv6jtdNIf1/8AWU366e5rpu77v1Pju68i2aWLgz9e74e49i8hx+X3RNl40w8WRqpB
LWgnnrwUXqSz2GC7iBGEeN9rdYjk1WG1Trcc+2TkMxfGy5PH5KXMZHj1TFcfrWPZfSvAodXe
RgWhNVWCppIes1Zs/UvKiawJDGJNCki7VUbXlkJcknsT+P49LYkn3sfp9ylVD/I+mjnRSA20
H5ddB2A19PH8JrwSWI+PcMoRWJo4zCo45ClCz7DGlGY2eLDRSRg6FAzASuGKqliet9fFNAqu
x3odoaOOXQoNS7xOR3DKVPp1adIfcWa5/i5stG5URuie2wjQbyUVRtB7dtNNdeqV2jDFTEKT
O01glhJDEJd2kTaBTYbYNQwIXTQakbrSWQ8EU+MUmWasob9otmUywmRDLaBDq6/K7MW9QAW6
wFyP9pHJhcXJGyqqrJXmq1ZfcKoyojya7mAJGh/c0cRiMONFUliBuHowVV1Gp076kg+uvbpl
KDcZCD6bAu13RlHf22K7h66H9IOnX2y+LoZFNPhfgTGcvtw9zJV5N5Xz+X5Hm4ZQAFLHHUMc
QQT+t+g9Y2JbBbH06KrYo1rcde6bFqSaQzsqzJOIDCiqDoBuB0b8MZh4cZQocgu2p7dXPWmr
zmOpQxhu/lKxzBpKO6ak7iSsfdsM6o5IVeuDtMkdYY78yaOJdwlaVpI45Gl1J+d37t3I+GvV
dyxBYIh9dTqfmOh7EA6dRksRpX0B7nvtX8fTUnqyRu/ZWVDf4OikA6A99SOtCqke0BoQNfnO
o7HT0/vdZD2z+sxTaDoAQuh9DoG1Xvr36vnboGsWCsmoHfePXv3BXTt+nv36rv6ftpwToCAT
G/cgkaHU+vbqOJbX6qK2g00EgBbQgEeobt+B6xZZtntrZ+fRhoCqk/KO40Xse3VOypLxiSKV
3BIZgV0ZhuG4/OQdNNerk7rL7aZGwWYRtJtUkhSFVWZj3HoOpJ0S06yV4wAMbk110LL3LVBF
8+p00Px6wc2xwn5hV370Ksj+6UX3EYK8bbtB8wHV5ifQFhr6Da5LMe+mpXv0HO0lZUYL2OoY
H5mJP8XQHv3GnSoAAUgkUgDuSEYDX1JPzevXFgCA/wCU4sr27AktoWGnoAdfXrDh31P5LZJ2
9tW+ribU9wD2JH7nVJlJBEoHbX1O06A/DTTqBgdDuJJ017gLp211Oh9O/WZU+n0ExHqRr7j9
+38P73XDF01P5LimK69trbJAdO6livoToRr0tijksVBZV2iaWYyyJU+pq72+oiZUgSMiX2wG
ZmdgxCBdGImfOVMjDbyNWWSKnTrwxNLE7FNs0Q3trq2nwC9usZu0O0H5W0YAJFrqO+mvodB3
65CyAgGDeJF+EiQnZ8fVQCf0adZED5ysk4YdhpqzsSddNdBp1nmbu/0jBBrroAwGuhPfaSe3
UVjbr9Nnr07aBNjvG9Z313BwVlUbdNp9Tr1DcCNav0cdkMZTvVik0FnC5ixDkhLbMftWppqE
yttPyhVdlOhXrE42a170dvI4uZC6/TMpFne0cdSTWdFWMfxzqex/Dq2sYARvYlGh7az1oZn/
AHSJHI/d6/s1fMxSP3uRfbbz7w5ckaod8s32/eTsng6bWp0UwWJlwfNaqpqRMIVXfqCmiyRK
d0lho5CwBUFyinWR+4ZEbX10Gh6+mtm7J9TdrxwR1oJZKoIWKJfqJiyrFFLKEQMu4gFiO+nX
FMlGLMjQc24vaismOQLJXoZijkZo0hgYzSPKlMK0jsBGW7BtzqxgcSaQSOFcNoYx7oCKGPtL
taN21B10AOnw6ryRFT7abiAfdB3AoAJBIUA0I7FdpK9yR3BmMzg/qBW1IUqrDeoYGU66HudQ
w107k9d9SwRlKgQs+wkqNrMVdkCjUfLrqD3b4jREkXU6yBt+p7aGXX9pqe3wB0/9xXr220Ql
izjRgdgAD6KeyglywG0/qj4+rRqwXU7I3VdxUEalVIICozAHcQAWX8eg0srlVCiIBSNGT9ZD
8upXvoex0PrqQD1t/af5Fddfdb+T/wBYz3Nuuuuunb+96d+uTcgp28hTWh4rwMlo0KaXJZ4j
i4a0Mar2liKWLAO4MqdyzBggU3sVi7az18V4SzEl6O5NUhnrV6sr8Pt0DYhrCWzFjGw8ghWa
RZHM8S6du9KtHHIsRlaW0ylvbdFj3IpICqD7i/D8P06dIjw+yie7EhaNJEIEbAnSUHQOCR8v
pr/BxOGKJZZ6drJw27JkvCdUi5Zka0UCiWVqdgUKyCPakR2rKpLfKNLMWhUT1nNRm1rGJHJI
CRyRs5kMQ3blG3e2uvYjqCjUtPYqozvYdVMTR+z7qFg4nlrNENRowHrJr6etPHyBmklte2ly
NgEcg+45QLGiursFJ3PqWUA6frCSt9X79WhZgx06lVfarY0Ww8mr+3E8YmZWRwDr+jTrxDdk
minsz+M+CyXLEbj9rOeLYr6iQ+2x0Mk+4kH9UED9JdFkG8Ehtp129wxUk67jouvf4fHqExIX
MkntJsXcXaVSI1BQamQk9gQNP09j15QxdVZEo8PqcG4PRV2Vm9jivAeNYqWTWPUKJ7kM0gXU
lQ+h79UeTM1WLI4i3FVsx36n1dDJ4OeGxXs1ZolSVorldrRlgnEbhdSGK/Kytaxda6uVXMNe
juG3NFUxlWYJAuNoVklaKeCZ2md5Zl3FXEYXRSzQ0IGaQYa1erySAMFaRrHutop00JBHwGmg
7Dqski6qTGBooLAntoFOv/tDqKWGGWRXhKhhGzbS4G0HYCddP4OsxncxBaqVMbBczFgis8jH
H4+vNbuyhPkUe3FCdNzBdPXrBU247yiGryC5Wx9XLZBsdDUrS2jE6+8K89nZ9NC+6UFu2w6f
HSezhcvRylS4XlWerNCwT5QVZlMwJVj8RpqOr0kgAT3J5FLDRySQikHUhtXI9PT8eveXUOsk
u4/xSpBRG/V1HbTtr0I5JzG6nRezbH0HoTqfm3HTpmmIZ44htLEfEHVQWBOhA/R1VsQaaCSJ
CQDoEVlJYEH9UAdWltBpVNwhomll9osNB88ayBGJ269+pGGLx77fZkRnpwGUMRtYCYr7+hVj
oQ4+B9esOlePaj2qiCIPIwV/cDsFLsz7RoNQSe5+HWRIG1mVT8DorSbNwOnbsvSzMAQZFUk/
q6kFhoBqQNOmB0RtkwH+E4029vgR8e464tEysN2KwirvXQEyQx6FSRow1Oo6xyEEiPDTqR8d
yzJr+A/WX06x40AD2F9B/wDI2B3dtfX00HSNoflKnU6afMNfTTsOw6zqafLHRdAQQT88sg1J
17nt8PieuEQlQdMDgHb467qtdlI0/Sx6tRzPSnv/AE7PTqZCitmjPNWrFIbd4RmFyuOChokH
d5P4yjU9ZDO3ctHnJbnJHVrI9+CxJkbEqXLtu7D789RJJrMtiEIhOkaLJ2D6HHoQCoknRvT9
ZYNNdo7KAT+H7/WckUbSybQV9CP2gO4dz/G9es0EA/XkX5gCB8x7N6/NqB39Os0DuTbVkBZT
oobY7qPTTRifT49fqkK+ZyoDfAhTXXQa6kag6+vr1UwFkQNXGK5FIspiMkzpWd41qyRStLWk
h0mJI9ok69zp26xaV4vaqPkKbxKZpZYVQBjIYUd2WKONxtCjQKNAO3WZqhtfpximH4iOfDY9
1Omg9XD/ALp6+3fmdqOM3fDv3m+SvF+On3ASQ4Pyz4kw/kCdCZBuAs5rhMh0jdUHsgsurA9Q
RGMuzyuhRWd3WT3Ad5Vd5JADbex7fD06oOZGtNDVjmkryqlffaSINFGqdnbYpUgkKPcUjQad
orsV2ZbNG0lpj9ZTrRrNDbhlQwNYVoImHse0+pRVhkYaAkaUsgGM319KlbjZSZllS7DBKjDa
x3qok+J9W110GnRSBNxUq0jMp+d1IbXUxgMdp9NwUszDQnTVdsYBVtdPgw0JiYhNdoIYgAkd
/RToD0u5NwUbWCab2DkIV1UBdrMBrqR2XUtr8vTKjLtPyKFEh1XVVUbAXVSpY/huAB7+oEKa
n3exDEk7ewYudHEjMpAIJ3Hd+ggMqKyyI6lGOqDcDrINm0+4JB3Om4HX9PS7RHLqhLSLqCV2
KWDLo6gMpGp+Pw1IC9evf+pv29Np/V/1htPd/U/we+vr1+YQ1JrldOFYiG9WrFJZbMC1+LNH
BJW9p5ZFWaYMu14iWHcgDU+ROL2La4DHcCwPNTLVp0qUL8oyHMOSSZGLZOk8TNXwlbJexYry
e2rIE9kNICYxAkyuEvD3H3qgmLGYbgoLqg11OmvYnTqO59PGGjsxq5+ZFAKEauF+YhRH2HYM
dNdeuVYoLNLkMPyLMtTR5BKrrbrYC5ONsW5ixkklbUbNmoOrd9aVK5ZbHpIWiaVkVYlMEDNI
jKuhMaAx7lATTcSxOurNLVkjneaTvOghuOkSySOBqXDwIRFqV11O5dNvZWu53JM61sbUsXLM
tmUe1/iaSSMkp3yIJJFi0Qad+wBYOdOUSWkWGpZs/mb10smQxulKaiEZ5Tsd5TIj79PWHXT5
tevDGRY7ZBxZ8NIY0EQ041msvxcOCmoE0ow2927lnJY6E9lHcoNTvYkaD+MCrEAaafEsToPh
1wTHrH7y3eZ8YpNHEHWSZbOcpVyqsATrKrqo7roT27aDr7jrTyxzaeafIlRJItNhhx3KMljo
VGhILR16qq36QesjuDBGt2CrBu2gt7iNPTsBoPx6zF9mMXsxloySNNysrKSdR3jQMf3up557
q2ZJ5Zbc0sesh/xhiztIZHRdTt1Guu306jNHlNKvZZAQix/VWBoTuP8Ai/vrHofx000/c6LS
eQuco8QDrUwlnJUYn9dTso5ShGo7E6sQdOk5NyDLZr+bdGCc0v5xZLIXWyFyuH+tyGQptkLJ
uR1pQ0VeuJG9x1JJ3Mu2lXyfhnylJH7laW9zJ+acYr5XHV1QR28hjvH0VCXHV6EaszPUFxr0
vYGQuAOq+IzmRynLOGmKG1xnMYmUJk7FPK1Y7lRbbTTwSWqj0SjqshLxd19NR1JJx3Ocj47Y
lWQSVsjFarxyM51Yyolu1XK6DTuiAAnufTqKG49HK1WbctmKyZZ/bOq6uw36H9Hpr1GiqRM5
3OID8p+X5TpqSpB/EfDpY/cZ5JFUOzHUj1GgHqOx+PVdiT+0du4Pf9kkrMdfh2+Gvr00zEky
WWcknViFYan8Ce3Wqbvm9nTT1JGump7j97rFt2cR36mq6k6g+2G17d9NOksVLX1BsRUo3Qg7
IwthGQ66DVv2pBH4gdauj+1uAYD4t3Ckd/TXt30PTtrtVFnAJIVvUgncfX9U9h6D164fWtWr
M8UOO48sUU9h5VjCwIEESySOEGh9V0HVFdR3xdn17ab3i0B76gk9h669Y5AfRkPrr3LjUdh3
/V/D4dRK2p3GJRp6fIGOunYnUeg7k9Z1O4BhU9/jrPa9dPhq479cNBOrPxzjx0YHRVelWYaH
4dh0zNrosdlNdC2mtaFvTqZI1bT+fM6RqeyuyV7TA99PlVYv3deqIOh/aBde+mrpGuvYemn4
jt1diKdmc6g6A7AshDH17d9fiesz20+ex6/p10/8nXISyHe1VdGA17KNB6d9SfTqnL2I/N8q
vf5dzOtdtfmC6nQaHTTuOsWZ7MVdBFyqNpJWCopkRUjDk6bI2cjv/e6x0cm33qWRlrH5gyqk
NwpGNwPxiQHQdchlXtHNjOKToO2gEmI07AfiEHX3LQUIluf1W/c79vXknOROQ/5ZheTYzlvj
atk4FO72pLWby1eqzroSsgUnTt08lePbKXaNJpW2yAe2ssgA0Yk7I9Nf4uuo/Rk7s6SxSwUz
NFch0KwWo4VZXeRHd2Hty7juHfT4nTRqcthrSutJ2cwpahkVrSTupBJrsYhIhJdXbdqSq7e3
iPKGRZmt+OODtZMQ2gXYeOY6raicOpAeCzCylfxUjTuB0zbN8cjMwSIH5dCrBwI0MZBI0BJB
7nT49bo0/aEt7UbMPTdGQXO6M6qQPl111Oh0HboPrIwJ1BZ0VBuSQ6RqFVUUnU6Ek/hr0Dqj
aahYl2aFUAYs2p0aNBr8O5HYDTsY2WNZFjJ2hmYaaLH+uQo09zcdBoRqB6npnHxLHtp7QZye
5RQhHysO6ktqNfQ69bpNhU9i+jK2jICWUhgNCYzoO+gIOmpAOntPp/U57P8ALL/Kf6wW/wDw
v1d38b8OsO1azFSS/wAVsYezblVlSv8AX8e4nDBNJOYZ40WsollG8KgMe4nto3nWTJ2MryXK
TXczAIFt2BAMPmouNRPnbBeiTcXCXrpihUyoEFpyO2oNrcV3oUdH0AEc0G4P7h+XcS49PUD0
OvTszK7TLWk0bQIDG6SAADUE/KQSR6deUMSoaRKtzFZSGuZHMztl8RmsdcYrFFLJMoix8R2/
EhSxUK56oLGjQxpCWaXeYkLTmVmqExFmEE8eoKg7gNdGCg6izh74yEcMUtm9XldH9t0stEsA
WRWmRJq6K50ZV2KNdWAHX5fjo46WOyyPj8hKxFk2JIGjtxVKqTaJWhlWPUuBvYpprtJU5Cnk
PaD5qnLGiqmjQGD250LhkiIMolYDtow1Ov4YTDqS1jhPMeZcYnLCIPI1rKJzOCYGN2JIh5cq
EsAdYydAO5AI+Ujb827+MdNW0BCowB+P8Hx8TJKBIg8h8UABBADrnaDg/MvrG6KR8devONid
y80/l/yXNM501eWXmmbeRzoANWdtfw6dHKNrbnAUhgf5SVtPXsNyD9GnWX9tjE7m0xbb86rL
GiRupIOqkFiAAdderde5detjq6oYoUcoZEj3OnusNDJJIg0O3XRtOv8AFDZq13l1CtK+qRsx
OhUlpHAXTQtrqSfw6rusVyyZXYStHVsSCSOMs6aIIpDu011Gg1064KMy1uKpjczksDyFIQsl
vEpDkTfoX2xknt2JDFYjjL6/Myhx69PyyPyr48mx21ZFT88JzPzg6oMB9MMo06KNdqAodP1v
TrjWA8e4jIZdsbDDZSGeSpjrlXinF8RDi6+dyK2rEENb87uyq0MXdmDbQC2ulkZ7FXKYXf7l
p42lgXRikgFiPftdHBA1Yaj97qesEf2om1hmI3LIGBdBvXQqX79tvx6kmavMghnattCx7pXD
qqSKI3eMxPu0XX5tR1KIJYHlgUNNDFPDJPCA0aEzQKxmjVWkUEsNNSPx6+fXYA47eujhlPzf
xfl1+I7dSINTG06FPQsWLOXUaeoJ/A9RkMBu0XXUak6KVAOuvcnt8T1iwxIU2owHY/o+Uj4N
+Px6NZEXZTarruKFmeSzA2h2aPtjj0Hc/wB/XoRSswj3xb2jQy7FJLamNSC3dfQEH9PRXx/y
u5PkuOmxis7gsZfuUGnD22P1ENezHXiug+88UjKnyNGqknep649VzqUa9k5OjQXQym1MaZjg
eWSp7rRK7MCSY9iKdDt7knHFXMjy4+dpZSSZJmMtdSzHRD6aDb2UEfh1jF7A/UxKRrqdFOo7
Hv6D9/qt6biUZgQdW7y+mvx0A7DrNP21NONw2p0A+onKntoDr2Pf1164NCASf5pcZYKBrrpj
am5vjrt7ntr1YU+qe8R300P02jH8dAFA7+nWJ1XaZuWSWD20JaSlf7kevfXt+PVNl1BWYKNu
pIOyFh8Tr8rafudW4l3a/TuRu1+YmHv2PY6qPw9espoxAkklH+F824DtuGmv/nPXJpVCl1x8
ZZn1JGsuug17a/KPQdUbbCVpxnMogImnWLYJYFO6NZBCCuumpXXv69RhA0YnmtQ70QxsYWtx
h/5M6ke2v63qdO/VHHyht1vO1nC6jUQySoGkO3uF7D93rOVQF/Z4zjgD66bkXHts/EAIr7dP
0df2oSat89T7L00XXcd/3NYZdBp3766du/SfRI+/ciszHYgVk3OEPbtIoGra6/vHq8QtqCa6
1eONTKRLGGeMxyyPGJZWjWMEkL2bsCCNNK9KWeRI8oz1ZtF1BkllWdGR1kiZGKIoVidQxIA/
Dx3DPP79rj65/AWflG1fo+QZK/QiOpUr7OFyNbRSNV00GoGvRDJqDHsJ7BdSfQdkDMU9e2g7
+vS7j7mintroqLohDKEYggh/TTuSQdP1ut0biRNSNHKg7ldVK/qqjtIq/LopB/HXudB2m1Kg
puBXcAQ0iLtZVGh/jLr+917sgDgb5SXLuS5De3tUBnOwtqp01On7nShNVeFdFQKwlXRYy6qd
duofQggAaanT169uRWOx1V1YMu0KmrIHc66gkga9gPQadfrRa/1PbNfZ/wDYf+sDpp6/yeny
7f8A4nVbM26H1kMVOpj2dY0eWubHE8bYilgkkDLBLH9FId+h0XdqD8bONr5YoOcYmejcnivT
QxQVq+RpZea01WWaCskdj84iR49WBWN1UoxB62xBpTaWQMxbQNJBKWG7cQCQFI/VJ79z26lr
AyxCOd4th9vsvugRFd2m5nB1GoA/HTrnWGmZ4Pzbx5kbYkq3XqO0uNkqtHbRIQbNwV60skv0
+5d/ttrr6GraMxlWsE1pl0cMEkZ/pxIUmUIGHqVZQT31GvXvSzOax9xkqQKVro5nnc/s32wj
22l+UaFDu7DUnqNJzvgBLiEbn0lhRV+Yj9mzqmm1lJG4EAntpVt15mjnoM0ocaSQmuVMdqpY
DLqyCHVCB8zEjUgjv5k48k7H6PPcL5TWiklLuFz+IzOHukJsVUCPxKMn0PzKNT26XcCNfXXQ
MyhJCSVLaEdtCTouvr268Vem3+sDimoVgPm/O6fqCxdj83p8P4evNf4Hy35I/wCWOZ/8/Vr5
ipS5ZU6jQ/K7sCP/AFhoR1egDyBfiVXeSqnUKoZ1UlUT8R07XpK0R9xldZYjJpt1UKShLsWU
eupUEadCPF4r8xdpUEchritAEOoMbSSK0u95BoNANB31+HVyrxvB4lUmUSPHZtSyTLsVxtrJ
G8SIJI2G711K69vTrIVsd+X1eS3mAGCmgtSrybKU2RPo44qaWJsVeaEM6WJFWsWXR2UEnqay
ljFWc+KFZsDj7N6jNHazd6Z4MfFarpOzMXeRBtcaI5GoOnWSycHHuEXsnnY4LeTzGRyJu5a9
GkSiCujwQR1oqdNWPtoAEQE9++ov1M1wmnrM7KforZWMSSuH95BAsgkRgpPbT+90wvVzTlsT
GeQWwIIYEQFnma1OIRHHHHrqznQdPJxLkk+Ut5yhXTNWa2Bv1q/GL00MyTVIpb0Ec985CGKJ
Pqo44PYdWIOjBurFKK+skGQMbTf4hUyLSpGp9vdYuVZrEMKuFdI42VAxJILjUcfvVKiUbtzF
S/nUFRbMOJGQr2pYW/La1+xav1jHCFWZJJNjyftIgImXortJ9tmKk9hu29m+OoJ7fo6gCnus
6D5uxbSIN2Hqf5P1+GvWJYN+teiUE9tp0ZdSBr219R+HVwmSm6GaEL9KzMXInTWRmZQNT8Pw
06jZQW1MQKiMEsBqBqCWU9/XUenU2RgjFe/WmleDIQJHDfjdWG1o7ioLMbLpqCrjQgfh34XD
dsy20g/JrVf6n9q8Vq5WiSzYjmkDyieyraO5Yu4ABJAGlF5P2bnGWVVQO243ae06Ek+nbTtp
r1iE1K6zQE9ie4RjuIGn9/8AHqoD8xb2+w7a/LIwHqdNdf3us8xI+akiL8dojnkT+/3/AA64
AV1A/mVx1j/GJ3Ymr317DuQerzAE7BaGmvwMQ+IHbTTrjmvcNyGJOw0OrUbOpA7j5f3uomLI
pW+UHckgLWh0+A0J2/j8epvQA1JCd3wUxNo3YH1/83V+MnUGdvU6AvvJHb49wO/r1yr3Sf8A
2S3kgd9u46DXXQKpHp/5Osb30DZbKt++ZYTr+6fTqu4GvsT2HA3aa75CACdCNP3uuPRvrvnn
oOVBLMNZQQNB31+X+/1nNAdGw2AOvoBpXZSNup76jXXXr+08U/xq32XqDp6M33MYdVPfv2Yg
9Olx7IAi+ZI5YoxINHWSMvoCqldASSTr8PXrGb7cyGd3gb2SyRfT1JDHVIclF0ji27mCsCdT
qGbd1U/Lb8kVuG/BJBTif/GJLM0vs11hIjlIcyHsRuX0PfTrzf4yz0kU+OwFzifOeMmezas5
QycghzPHeTVpJJ7DPLjYY+MYho0SGFIZZZNQTPoC8mgXa8boun6oZd42uGIbXaAexUa+mo6n
X25AdAW3qQgO91CMqxkpteP1Y9tPgwGvthP1GRUl2MzNJJGBp8ybkCsrbTqNNfQ66gJJKpPu
kBnGisCxXeA4CuWk+bVgSBpqPgWVxtbTcjncQpCasDox2qpHr6Dt0qrIQV3MF+B1lRygYJtC
lRqNPQdumDs3yKQh9SdmpI7kL+zK7RoO3fue2umrbf6ntP5Jv/Zn+v8A3bv1f5T3P4v/AMXq
dzYSstTJ8Udi9Z7HuRzcFydcQxrC7Se+9iWPZ8jBj201PWH8g1bUkGKo8qx2IxFNKyR2ziJ6
GTxa5pL1eWaOHFtyuClpFMJZCJ1l367EjsRMbDWa+XtwxQLGzzzwNNJscoJHSFn76kEDcPj8
bCxxWIGjIklExjYFHRdAhR5NGbUnsdNfiO/XFb04jrVb1XNYl5JXVVmnyuEv46lE7j20aP62
1CX1OwKG11HWZo2ZfbEOQvVz9OItAEs2ERU1chwAgHZidB26FiOzM6Ksi6SxERukm9wwjUsW
B3bU0buw1OhOgBrFVmCiON0hWMNENrxxovzMqhU0BBJUaAaevRjaGT9T25mZj7LPIvtgxsZE
lUytuIO0sD2/SeTcIeeRafMuB5qlXqED25M3x+3QztWRQJDGs1bB4/K99o7sdOlIOndiQSzD
QFtOwAA7x9zqAAP3NfFzD0Tn3GCCWGp0zNQtrqA+gKjsdPmI9SdOvNf+dvyR/wAscz1bMhLb
rFqRAQTqS77SSQddSdNdexI6ycUDsrmsdmg0+fa4cHuCO/73bqwLMhlEcn8mVUxiYMjkEHXe
FDEfp16jMX60eremg/VUnQeg+H6O3QLHVhEN2v4tFrtb117j0Pw6zJ4ZnMhxzF+RMKuM5C2K
EdazkKdex70tCXIRRrer1LLAtKsMkazKSkm9SV64DTKtIs3K8E8hjDF0SHIQTs5UI5UKsfcn
t1ik9h23YOpHLuCbgfok3AnULrv0107a9T6qgZAxjZVAPyMBsJ0A026/iOrs0Us4x+GrU8lk
kjqsZJbEmX+gRZckGry1cdi8fMLTMvvRyztEpXcu6PM42rk4tlNaS4vc6RA2KC2LkVqOV1jh
IlsgRydj7m8K2oHbk0XNTPjrbY+3BjgmUbCY6ln1uV3WTJyVoWmlow0fqo0UPEgsNGZGCbuq
5jhWOK5Whs1kgstZxxp2Uklgs48xTT1HgnEmiyhmLIoG4kdasG1/VBB0P8roo76H4/HrGgD1
m3MNR3X6dyCe6+qkfw9YQ7VdRlYWKuQFbRg21z/gaDv+71fztZTVkt5WlE1BUijgEbJCdYIy
ofvJ3112kHoMVOqSgMGTtoEYhd5Gh1I79z1cVR/7Gs/KPT+U0007D4adcMRnBAqcYO3Q9y9O
Nu4Oh1VgdddO/WNVewenYAUD00tQnQadh+oT+91hlA0HvVjofTQhex17DsT26oFopEjfayO6
Mqke2wHtkgBl107jX065BtKt7dbuex2gXG110PYd+vH8LsCV4Rx5j6H5fy6ooB01103aD8Os
0o1+SrO4HoNwigH8OpPprr1xiJtdq8iGp9SQuPskg6emn/n6jAA1/MgG00Hc149Ndf8A1urh
I3IKxH6xOh2LuULqdf4Osh27i6AO4O3SYf8AlPp1y+sdoVcc2hfb+qA7dtddo9O/w/d6xUgY
HTKZMHvp3E8Y00+OoB09evfRdGkjsghSF0aKR9dT2HoQeuI2gACY6Tll/ivGV1J0079j8fXr
ORrqAuD4+2p/W3CKQODr83qfjprr1/aeEfCt9mB+Pw+5jEfh6dv4OsrdWtJLVx9RZ7EoKmGq
tiY0q8kp3Izb7NlUUKNdWJ7dz0LDMqsleGKuoBAjgNZIo4lY6EbViXt6antoOoLStLYvTy/4
syRi0fkrTncsaKyl0UAqdCBt1I7adYGlkL0T0/JeM5X4zkYDIRPWPJIcRzTAPM0rrDM9/kHA
q9GNBHGfdtqobUKrK4AjZAp/aiPYzq0o126+3tYqe5Ou0eug16ZdoCKJJEhfcY2iUEqC6nQk
D0Ubux7k9+pZ4GQqvtyQMPmk+Ulj3IEaMiKunzEnTTsSNWchFZJNrL3RmZHMYdySNxMZZWGn
ZR+J7hfb9xS+qMinvsCKza7gJEfaH09D3/dVg6fOGViwR39wE+hUhHOi+pUjsPTTv1G37Inb
oxG0FtJZCHAO4fMfw76lfjp1p7Saf1RbP1X/AFP69d+3Tbrpv/8Ab+nXPrVGSKrepL4zlrWZ
0meJJrtzj2GgMgikjbY0mS2kg9te4011zlDBUL2V5LQo5S1SrJZltPlp+LR5ejhOTUXMa1Ly
5K7NjTZh9xDC5iRYSImcz5GBFVr7/XKiJs0lUh5tuushHrt17Hv8R1U0YsbCSK/tkqPeh+Yh
w25gq7W1C66ntr8Dism0jibEchw2UQgEp/i9utM27uV+cou5PlG0kHX4ZCddkomFWwW2GNj9
RVrT2NwLzftPcMm4szFiTqSerVWJl9xK6yyRSskckaM+5mG8poY/d1076An0Oo6mhkV1RJZF
Q7ozGV96VoiOzRnb8p7dgNNCdO7SiVHtyyy2EWNPbeCwpDJDanlRkQtBrJH213AhSGGvXhjJ
2bNegl/muIw7e6DHFHU5Re/mjlpI2n7TvDjeSTybTr2B01I0KRSgM3tvExA0kIZhuYkbt7FE
Gv8AG001Gh68bMrKBFzrjTlVbvp+bV5HV9e24ltdASO3Xmv/ADt+SP8AljmejeA1kEtiMN6f
sxN3VgDodHAPp6jrLomm9GiILDUBVZyw9fjr1fslArtelYkDt3k9F/WJB0Gg9e/SEagOdNT6
a9vTTvoR69aKgJfsQPQgK2pJ7HdtH4DXqOhkVaKxVnH0lhSA4WVidupUqF1Pf06xXMc5b936
F4bVWjJaedlZZEYx7FSJAsg7N8zNp6dWaaKE9iFljUajYECoB3AOz5dANAdOrAIDoZXVvTQK
Gfv8de/r1ymvYofmCz4TIbYY5bEc8b0lW/E9RYbECGXfU2gSB4gpJKHQdYjJchyOJzmV5dic
PkvypFltS8PrTNFkZq11LDx1kzpj9qMqwYRIZlOjsStuTi+Klv0pa817C5fIzVMJYzVSYSyR
1IEt2itzM1Jy1aaKGSZUaPa7aka0qVes9etDUx5q1WrLVkrRmERrVMBhgavLGH0dPbTa6tqP
Xq3UdNskDagHUn+X7bv0kdYyIjVS5Gv8Ya1kXuB2PY/AdYcAkMuUgICgaoVUkMR3BC6dSvYm
RychU+ZIYa5LJejhGohRU1WNdBoB69z+KMu0q7uT85Zh+zb2/l/BgOr7garHZlGuh3EmUA/q
/wAYgn9A64fFOkA1q8XkjatJM8ez6KJYwVsKJGn0/lNO27XTt1hXkidYDDNAJDG5US+8HdC2
gRW9tw2nfQfw9Y+SLA2b2jxnaPbWSyI0VCsSmOY6SMp0Gnf8D1Wgt8IzPHJK9dRVhtVFqmes
RIY5QFq0wY317P8ANr3Op6zEciRsJq8hgheCMOG91v2fvxFWlUKSe/x0/TrwpWB1j4PxOI/o
34vGlgRp+sN3XJkA1P0U7DU9wA1dSAVA1JZv4OuPOWYN/OfZ66aD8pst29T6j9zqN2B0bJ6A
+umytAQT+jQ9XShYE1t+vb1Kr6fo07+nVxTpo1mVz69ysv6uv7p/d65aoChDjH3szDaH2S6E
x6NuOh/T6d9PXrDOoD+5lsu25Q23QWnTXQgfFPx6yESgCSkLHcHUgyH3WDjuQCumh17gH97E
5Rtx9p4Y4wBuIY3YoyAfXso1HXI2B1X8iwPb02loi2397r+093AEfR/Zp2YNp/0k8XpqF+bT
XT068+ZiGlSspSs+IMdYtSsI7VOHI8k5HdZKih9pFq3iYvd1U6rEANNSekmrgI64+FiIpS5k
kdk7I36u4xuWIPxBB/DrENLE00MkuSgkRV92RGbB5QQyjsB7nvhdCCduuvoD1xnlGAFpuQ8P
t1M3x+ysEU0R5DwLKYnk+Hs1URTvlns01UJtftIddde/F+bcYdLPG+Vcfw3JsLdAKpZwucxl
fK4qyZQSAkuMsRuO5J9z0/FST8+urtoyasTuYbNYyrvsPbuQFGpHSbl2gABmGoVSjaagMFca
Kvb1XXT9zphoSTp7egbRFdg4010IG4kt6H8e2mm0MrFRuWQkyBSe20pqBuCgHU6DQ/iNetVC
aglQxIZhq4kLDXUHdrrr6g9+jG6ao29i51ZGZRqie2QCzOznTTUDQ9+tm19f6sPb13DXb/Xd
73t/j7mnbX9XT+Hr7iY8bF7uTx/iG9yDGqh1mfM8b4PJn8GI1U7gyZfFwFAASZND37DrIYa1
LNmcZYwsuN48+M+jkx4xeQr4uDHU5I0g9x61iqZ5pd0qsxIctrqF5/w7DzxZNMbyjM0sPZg3
RJPjrtmS3QaBZSTElaCYRnXXds1B062Syl3qtoJRKUd7Fxh700YYONE07emhY9PEzoglVoRI
y+57ZmVQvcFS8qEag6k6jt1wHkghqqc7w/BpPHXdQ5yFGBKd82I9qRxymwSmgUBQun8XUyWf
kUwRwyzxqv1SyrOzb49qqVAcRaDVho+g1Og6FmJRCVjZGjMjEe7L7e4EBmBUIgQa9h2AABAP
0yWlkW1pHOjSA6EJLMFnhYabIWiY7WAO1mZWBHzV89BLZq2sRcE1a9TEkT152kgsU8hUlhLW
ILOPuxQssiaMG1Y7do08Wc7sW4L17mfjnhHKr1qs6JFbu5/i+Nytttsez2Wa3bcbAFZe40Hw
8bsyhT/Pjjh27j2P5pVDAEgljox19NCP0k9ea/8AO35I/wCWOZ6mi10CWLB01HYb1JX4kkk9
/wD4fXI1h7yLE8gUEN+o7LISnfUBR6/D9/qWd429uSWVyw0KhtyBt2hO0b5VHfTuekA7aALo
fxPzLqBr6E6dIrD13juQe66d9AT8D6HpXB03WB8w0LIN6HUrqOwC/DqnubeEr7iVYsdqqe5J
0JGg/vdXWX9ZlmLHTt2AIH6D2/R36tsCAS+uh76guw0Pw9B+51ZEUkkYUMv7PUD5pAGDaFdU
Kkg/oPQO9pJX+d5HLEuwJLSE67ixb1Px6qVgJZ4Ya80sSF2aKGUubDvEhGkDyP8ArbNNx011
6yAYAPFVWUqy6ndsk0DEsx1Cx+pB165BZ9R9akevbUq0+vp6fxe37vWLAI1aSRj+k+xEPVh2
J1P8PWI07EZhFZwQCQau7Yp0IHYep6KqNxe/WkK6g6OtyDVkO1ez/v69Rvo2wIToWVvmaIkk
bSSQN+mpHV2MMfnuThlHZfkA17/j1xKI3pr6vHgJo5p4hDJHG9ZTDAUE040qaFAQ2jKAdB6d
YKlIRJC4mtbW0KfUe8yCQgroT7QKd/h1igkCKVeF1McaoQwr7tdVCnv207evVdJmlkC1ANsr
O5UbGKou6RzsH8B/DrO2GKuYHnkhVu4SSF0dPk/VA9flHY9cVydjaZ7vF+LSTmNdqmc4zHyy
kIBtRGcnQAfL1nRp3bF3/QjaVNjFHQaa+g64pGyAqeR2HBOo7DGumvprodf/AG/VIKNC15nb
X0DBIUOugJ/ieunp1kSx13Uzovppoqkgfpk0/wDJ1byWSlCobUkFaskNiaxauBGnr1o2ggmg
rtZ9lgrylEBQ6nttOUyhs3nq5RJq0dGbHTrmo5gv7L256Vm5iYqU0cgDySTCWMglYjoN2KqU
7b2aVfKZaKqJhCMk0kt2zNSo268BMX5sIZUVkUFSQXU7O/VlpV1fIQ5K1aAIbWZ5UhWNWAHu
JXroqLr2+TX49NL3EVBoJBqvZj+a10A19D+j07dckY9icVhO3xH7J9vf49tOv7T4j1FT7Mf4
P9ZfEj11/D0Hx6+8mrj6C2pqWM8TzQSskbmO1GPIVkwiVoppa+skEWrhkX5tCQCWUSBRMv0k
kTKwKNGdNU+UhdD37HXXt3Hw6xcADiWSzkEXQMxSZsBmvpZSkMUkuhn0A2gk/BW/VNaWSq9S
7j79G+7tJ7xkr0IYauQWw9dT88lWwznQENGV299F64DiInBveH7GV8R5OBp45mSrxgRXuGqG
EULey/j/ADuJVSwchldSzFd7GREjCoASIlMTBhvXQFu4R0GmhP4DX16KyR7Rq20uDp3aQMyO
ddzBUPwJXt0v8bcraF9y7QxXYF2rp2IAOmq6k669OTqhMgHyneo+YqD2JKAFgGOgHQOwfMoD
ll2ojhS6b103HUEEgaDd+nXUFU7BWGp9ssxULvJ0CkDczNp6gk/joP1Tr/Vvr6H/APLD/wDI
/wDB/R/7frk9W6NcfaxHH6N1GKMk1e5ga0E8RRyF+aCRh3BGp7huytw2pVxOTyHNeH5/LcHt
w0qtlJRmODzWOLy3I54FT6aQYugrMkgMJJIlIQAHhXlp8JcxvGfJVKWtWjmEHvRWsfTofTtN
DTkn+hNqmFADMzb43/U1CDbEjmVkJDIqENHLGXVdRqpCSqDuI7Afj0yyD2W1f2gh2PJIh0VV
X5Vi269z6kd/wPVSlHJC8/C+UXI2VFaJ4cXyOOG9WnbcR+yOShmAGgYDQE/q6ZCRZIlkmpxS
zNK7CTbXCGYsC7k6uxGm4HVddfxffLuhqLIxbaApL6LEg0DKWeRlDa6/p117xXmZkgq+5JJX
MgjNxPbkikjWf6iFY3YIjqw27SfmOgYdWq8TQXWtxIcfIS0VmIh3LB60yH6ncq6MqA/M25WI
7nC8Wt2YJs74jzN/hF5RP9RYlw1hE5Jxy7K/ZhGlPMSY+LXsRjCfU9eOCAx05nxp9T/hHLVy
S3zH5hqdfw09Pj15r/zt+SP+WOZ6mdQWZrcxO31Os2zXUnap+X09D69W8FP7iRZCLJxMwIUg
KshOzUNo2o+I7dYqpCZBEbNyGJnYF5IWO8mQqIwZUdBr2/D4dRt30OzQfj8q/H4f/C6GoB0k
bQgaEagaAkep9f4OlAGo94HbpuPdgG00GpIA6h29mWPQ/wAYgEd1YD/23WQLp3K2TuHbYu0M
D+B0I/8AidWidCyykHT4AM5H6NCCPXq2QCSfX00090Et2Hde2vbsOkyLqJFhR5ZW2sVKFPmI
9P1T3P7nVKaNGV5cdal3hmKOCDtK9yD+n8es6pHcVQGB1BA3SIPw+BA/HrMug1P1q+43bQKs
h+bTuD3/AEdY3aRqskmunfRfagHf8COsXqvYZeIEeuutaQbj+Pw6tQTIw2X6OwMCBte5B8y9
iQrA6/h0qaLoYdQNdWOsaBide4AHr+51kEJOiXr47gAaqFGmuoPbQ9cPZgfcWnxVfTafnpBy
Sv6Ne50+PWAZQAhpFwhA7Ezvqp179iOqBEfzER66anRxAqKPQ6EqddO3UA7gCpXdmK7T2B7E
Adgo/vDrlQ0fRXtBiu07VOm4gEEk/DTrh/cjZxDizDcNCx/LaIbUdu+1RqP0nrPMVGiYq+Dp
qNxM1HXTT8GjGunXDWjj7tlpd2mmoH0zBddfTUED0/8AL1U1B73Z9CPUD6lU07ehOnr1ckXQ
awMTu7Nv2lE0JGumnb8CfXqzjbTmJLcrI1gVzYeCSOYmJxWBVpvbdtSu5Sw1A7kAoliss1uW
6aUEkLGGV7mpmMkaVxGZMfDHXDO+m5BKmmp6yPDczZuXMz+Y5S3hLWRnf2sdLkMclpa0NSXS
OH85ixrRrJoJi4SMgI7DpioDRw0ck27TQqyyKNxAXXaex/AdXyU2hjjSx2kfr5OsTqToBqw6
5E4Xs+NwqqO4G1a+o+J11JPf16/tPk9B9H9mRP6FX7lsS7f/ALq9fdDxyO5Wp3snU8bfQ2b1
dLNCIT0fK1ewt6F42NmvcUpAYvcj3O666qGB5Lg/qK1yrj7M0eOsU5Umry05FgtYwho3kRbT
Y2xF70TEPFJujcBlI6wXyz1XrSPcnlVVhgZZKuQgSEW3Vk9wyR6FE19e+moIWTcr2lsMwjQF
bEtW23tHHSDVtxkVXBVDtAYdiPmPk7xJlb0iUudcex2TxBR45Kycs8bmaHKxQoiiRLPIOIco
Fpm2/NDhgNQRp1P7dhJk3H2hZDgtGAD+1YiJE1KElVPbv+PUcUFeuFUlhJFIfmbTaWaLQsw3
Bvie3bTrtoGaTV0CkiMaISV3sqhgexOgJB79+iTqQv6279VOwI01I/Z/JqCPm7enTRoNVBZv
m+PuGuH1G1QCHQaFviPw0PS6uyAhWR9AQ7bDuK9z6J+/oSR1puj/AMmWz0bXf/XJu9d+vsa/
xPw7enbrksjnbtx3GXB0XcFXE09xA3ftF7AnUahVPqB2+4rxVj66P9Z5pg55xnGiWGtFbseR
xW5bisaqPD709NsplKcLRxSoB83YqWYZvxVb/K4+UQV6nknh9gRXd8XN8HUzN0UsbWhe5diG
dqBsa8So1eCpZjKgyRnbD7qAh4gJSD7jxFdAYtjbQnxB7a6g9e0YnHs2DIrKW1MZH7MnX5gx
3D4k/wB7rM8T+oeKPluCvU4QEI/24qVZ7uCZt7LEmySKVBqRoWUj5tAa6ASNG7WInLCQgtBA
ZLK+2B+sYipcajQdyQvfqLH1El+nkZWsFiBJHMqoJECpq5cqpI/VG0Dtr36wFRoZ3pXbiT25
qpYmNI1kKQNNtDIrSxEOV+fQhfj3ihjgkgSqEWGGIBfb+mVjE8W46rJHt+U6btQP09cx8Z5g
v/8AZR4PLFipGtGOF+UcIjyOfxye0x+maaTj82TO59ArIFGgk7eN5UCpLJzLjthgNBozZOsC
pUDt3bQd/wAQR6Eea/8AO35I/wCWOZ6EZIO63bPYfxUeUr6EepPr69+oyoO0S5RGR/mUoS8T
akfqkrL6j0/T1xuYJtke/cGwDRSorxKdPQj55P06g9QsVbTTUnTt8qgHuT3/AE9ErodH9QPX
sPgfX06ijZSU99dG2ga6sN2mnb5R8fw6j2r6117a/wCANB8NNe3WTjAOphlbTd6ahtAe2oA2
/v8AVlWU6l5Ne/p307EDv6jv+jqYga6KuigafrSqDp3/AME9Swis4nnjNaB97B1WRkcqRptY
PqP3PTqVctXyZljxEteAV4xLGloxsAGE1qFYl3MPmUErprp8Or15GcxWKqCMN2l0Xe3zkkn8
e3b8esySQdZQwPcD5pN3fX17nTrE6oB7vuMCNBu1igG7QDXt+kdYhNyp7mUqgsxIVS0UgLHT
UhQDr00qSV3R5sZDthmMxWWG5V1k1di/7QaHb2VT6dVBs7RJOGO0dgYgdNPU6g6fu9ZNv4xy
F8jTuCWUnTXU6ga9cPhf0evxZfTQnWhF6d+xA79YSrH/AOw8e4Vtf/5rkfj31U6a/j1j2ZtW
LVxqzDXc8MRJ/fB+PVSRu4bHVNBqPmBjZd7A91Bc/v8AXKwB/wCxLJ1JGpLEan0G0a9vjoOu
MppoI+Fcd2nsBqMXTI9fX0/fPXJ/4zJjLXfTt81umrHXuPUf3+uDyDXc2XvjsV/i04mTt+IZ
u3w7dY7XTvds7hprrpbYa/DvqP3+rxQsBHDGrAaadtWDED8W6S9G8Mc9G3PkazTvEkJtUBLa
pxzyTRywwwzW4URnZW2htQNQOo5MtcixNSCuxoQ0R9fboC7L7E1i+sUkENVJ3hkWTRzIIAGV
W0068hZPJVUZK9njBhiu05J/au0rd2xBJ7s6OgETV0BK6Fg/qO/U0AjMhlrWK6qe5Iks14zr
p6kK/fqyXQJWaxiY/cHfc7XKchAA1Om0dv0DrMnaRuxeDO7XUHWo3YHT9Hf9J6/tO1Y9mqfZ
ora9tdfuSxYA10OhYnT0+PXkvjZv4yvByPjvFN+NuSMbWZkx+fsUUo4mtruuZNouQSiHbp7b
urMREH1zH5gYpZbkgWf2pIIgTBBDDBK9RSjwiWlDGHLop9wEuFZyow9ksYFhy+Nckb9TH+YV
1lGiBS6tE5AXXVgfX49KK2WhpyXZyb1mS5ELsau03utJFCsthplEa6fLtGvoumh8beUKMkVm
lxbkuEzeXrwSSXL9njr17WJ5RDBYsRV3W5m+K27NVUMS7pplYnvqYrMEqzQzRxSxzw67JFl/
aLOpCq2xhICCD3Xt6DoMmgRdSWZQCQ3dU13fNqVI7gjuQejsLrqqKjaEDVjKCRGy6sumpGqn
v+kkl495IVtdQ7FSF1G3araM2mug179/XtqoffIFB17AgsgUFl7g7hIunr2bv+PXcuP1gANH
YaMU9wrICNVVu+0kkaH4gdae22v9WW7TR/5P+uTfs02a79nf8fjp1yUKqbJMbxtNW13avhqm
/aQpKb0QKT3ULqdPx8IeR7K11455n8fPh8tJe+mq1b/JfHeSsWVjgs2A0aXBT/m8lVgAfdCI
Do3y4jM5iTIXcbk8Vyi1Stw8gns4zGZiG3HBO095az15Y0yUhEUiNDHWDju23VPKHFKQrDED
lFjM4KPHWIrFKbE8hmXKRR0XUkSUsdcnlrpptCiHvoF06r5Vh7mjmOREYbQhVGDEr829R27g
H9wdYbKV6sos4y1SsxoYtsbmrbimjjLJ+qrvGFY667WPw6m/LmnMFqrTzmMlCrFNYqZSIX4p
pZEMWxZ0sKSh1dF0BJ294ZKyu00UI/VVJHDvKSGkDL8yEjb8dNP3ulp5CGwrwn341EkqRo7o
3fRl3KQQDofj0Z7MtmaEI0YCybFVnBU+4YWAYKo0UqQNRqfTrxv5PpQs7cU5Phc1LD+r9XUw
2Qily1AtJtkK5bEtYqs/clZSf3fHFrGXIr+Ptcq4vPQtQENDapz5GpZr3ImQgNFYgIZGGiuu
jeh0681/52/I/wDyxzOvUQLpGv1dsvuO3RWkUk6/EfMTqOtomjJKZKSRVRjpp70g+Gh1KD49
cV0LFEsXtSO4MjVKLFdPXtr1CC6MxhjcjXUqO6nXTXa2i67f09+t+4d32hR2KuNCQf0jbp+G
nVcqVDFwGAUBQxIPfRfj+jqMLpu9kAEALruXVgNQPTuT+PWXi3mNRFKpYE6EKpADKCNQQe34
a9T6T7pDMAsftMEEepBIfUAlSO+gPToPnX3Io1OxgSVlU7lLd9ew/e6HzOGhhRiw7n+VgUbg
QQT365mFxtl3XCSGS5BUr7E+RgyvPNLEze6CdQNxP4dZidvlhWIFUG1dhkWQaMpCruOvwHbr
IRgMXkrwyL2Xcf2qg+nY6KR36wAA1JEq6H0GsC6ep7enWLU6bVycG7t2U+xL8uumu0n4+nRs
VFmjke7j1txSyJIqTLfrKPaRIojGrIRrqNf09uowRtVnlY/NrIy7dWAbvtCggj8O3WQIB0/M
re1W79txU6HUg7lA64SxIVFg4qxGmnZaaKSzHtp3A+PbrELG++M4pQWB/W23rJL6a66gAd9O
+vWPIGjn2gg126b4YNCR2/VUErr8esb8oX3cVVZgB2UrB2XtoQoJHb4dcnAYaGSUN+nU+m7r
BxCNtYeE4DVCpLLHHjqCvIq/rMsbEakagajXrkkjDTXGzhgSD831lNdpB7n5u36D1woaneuc
uELqdAhqwjcTrt10XQfHTrFrrruvWCRp8Pqyf3BqNe/x06yzkHUBASPwEI7HvqQDrr8OrjMN
CGsMpGmvzLNu0IPy7ge/XMjKdqnHvGT237jKQjKSVBKsQRqdeuH3yiLPbgsTX5gZDNctRXJ6
8l6y7lnls2XhDsSdAT2HVeqqkuaWTkYH9QGII6a7jpqW29tdR+jTrMMze5HBPj5Y4kZnSIxW
440RWYk/qgfrd/hroOsiAuiyYfByafLpr7DA6adtdw/9oadf2nQ7f+yn2a+vw0+5PGHX4d+s
LYtY21ma/IcDn+MtToQU5bkVq3SGSx2QiW2CxjoZLDxO+xkkEZYhuxBwnkbHWsHcIavBdyeD
sQz08zDM8tdb9ef662VgrO1Ss1dkUpKu/srDqhbrt7CQ2K08shlVJPcXaZJA5EexRIikantp
rr+FaWkonyFVJGaWSWeRWiciujzSsJ5yxDDarBUBY9u7AUYWWWIQVFOSjeSSuZBMyuYXmMqb
zGumvtgfqafrAAYTC3ZxPynxDdj8c52vvRpzjsVj6V3hmReND89a5xS3BCHYsJLFOf5mdWIL
Oy7l27QGPYDcqgalnRfwO7T9IPqIkjMYjdnLMEAG8rsjXZs1DBm7d/Ujt8WKCNHJclUdmKhd
hVi27aSCuo7akn1J7kARAMCznYpVAp9z5tV3KjfL29NdNO3qCsZAjA1LKddD8F3Kd5Gq6aa6
6dfynf8Aqu9/0f8AU/rj13/yPpp2/H9HXI0ZWZPy7j57MNA0mEqJ3BUlSNnb1H4/DrwZ5hwz
+zmfEflsxVbLWSssVPltCsTIoRgbDjO8Sx7NoWkRQdNFD7sByCtUyeMpc/xOOvTppPmsXR5B
k0mSxjZsf7d1DFdzVYTyxugEdiZNpVG1NPmeJWhNJhDZxd2KgoanXpWbNaKCvWZ44JWgWeFZ
kULrEsspZiW1aYQWHh3IPdgYPpJMfcXcqFlVSQD+oBr6dWalqCX3EPuQTA+4xjLsvZWQuPYP
c/DTT93qlVlikku8LneKaRmCyWsHmZGCSuHDWDJTvD2dR+yWIwhVB3FkCVVBY11BPzySKGKB
Y0kDRFnEgDa66hB3Gp6M0kKRu6CLfWijkML7iYvZWKTe8ohj+J+UkLpoQOkrTamxYX2oyxDO
zSRRKEYFRsm7Ad+5IBOhHVCvPMWanZmhsvJEx1sum4R7dhUIJIQNddNXJ0Hp14OqZSwLHLvE
/N8D4o5AsrlrTRcZt4o8RukO3uLBNw25Rh3tqXnqyga6E9ea/wDO35H/AOWOZ63yfN8uQIbT
02MNAB+Pb9PfqwxO4JBcUdgCimGw400+II/g6rUZAjrXvWhEzMT7YNejq8e0qA7GEA66jaTo
PQgr6aINde+0aKAe510Ya9NB30GragagklT39e7DXT9HUJ7fs5U101B0MgBPxAOh6jYdyIT2
IOm3ZIhOmoOvyj9/rL9ixKSfKO2oJUdvQfHXqVC2qGzPCsnwj/aMCV+X5tnx6ibsdbNddRpt
/WBBHxBPx07dZMshY+zSlT29CUBliGnZdQCx17+vXPtXYrDgmADHU6kyIrAdh3UdiND265Ad
RrpGPXvoEmfXX1117/HpkkPySVa8ZHxAMsQ1X/0v4e/WCSJAH0nWPdp32xBVGjMoLOVGg1BP
w6pSqYJQmZqxP9LZrXGhkjhkdxPHXsSyVSqqd3uhe/Ya9XZvbhQfmGOXSBSilxdqjcV3to5P
qRp6dIomUqGuyOruqlY2rxsoYuRtTcAAPU69TvXnjnLWJJAkLbtGJBkBYj1RtRp1xZyPlTG8
db5hrppTDktp66bdO3pr1xe0mqmTDSsCD2IF2UhiT+Ib9PqOsMh9ZXrA6aentqdQdT37/HrG
Rjf2xFUly6s51iRSzAKANdT8fXrk67dN1qT07di23t37enr01nkmTaKxU47foceoyyrFVMtZ
KcFapTiRBGbEuOilMQDBmf5e7Nr1yJPitOwDou31uVNFKH9Q7vUadtNNOuMRj0izco0P/p1l
OhHb0K9tOsPr2/xmwdPgCLLkDXTXUkfHrKd1J2hu3on7Iahx6nTT9HVjsO5tdj+hJTp3+Og/
c65bIARqgjJOmxw8uiqSRqumwkMB3068ccZu3JMdlcphb9unNkRBTw9wpmchEtWtlZ5Ugjuq
qHfFYEB1YbS2vaSV58KEpV5Ymzklh9q+/CPqYnlSU07cMkysACnudlCOfj5Ws17MdiPF4uhe
pzrAYYTvycNWo6GSNXcs5HoCAO5b4dM3qfyXDBm9dSaisR6a9i3br+07eIqrrV+zDbv02fP9
y+IQhtf4pUnXrhvIbkmytjuT4qDISmJZwuOyj/k2WYQzK8TBMTkJSRppqNfXpsRbrJQuCDPZ
V447GsUWTafK5GsKWNT3DL9JkqcgnmRVj9iysaFYognQruy7XgljIfQbUclw4Dv2VnctoCP7
/WN9yWOaeTGx1/2pk2zyCjDK0spA2lgZG3t3YbtgZTtJaxBVsMgmENuSIvN7sPdw8dmZCqPt
ZpjpG0RJ17kk9YDDXbz1+JeW6FXgeXrWZmeOryCJvf8AH2cDe1DFtfNSy4wMzbIkyksjdl1Z
dEZ1D6AroSIyf1hozMFUaDXcPlAHbUAqy66FgNVXVVMSn9bXtudO+rdyde56MRm+ZkRnVSpc
DVjGAhKk69uw17dv0dFVdmYJuZGG1AgCAEozBl0dtAde5+PdunM4aNDsCoukre5o0YcMyD3A
XIcehA9O2oHx/wAmP0+vsL/Jf1u+v/yPXts9OuSMHQxwY7jwm9uQzNHKMHTl9qWKOQ+xM0W1
gGXdsZWAOq6+WOH2A/uTYmrlcXNCu6xFlcHlKdunajEwECywlC512+4CRqRq3VLiWWT6A43l
Vq6bMtexZvwVLD17UUu2O1DLtp2UkEzRKZlhCqxCsA2fo28uuRofzcWnDPWUfW2bMHvY+okV
dInkhSbHGvYlLrLH+qpJctpPjprEBsYq7JQIr6KkiVWRYbyxksClqsscyaeqSj8eorTFnVQx
eTbqHiO7epUdgVXTsFJbvr6dVLtuxJBir6yYjNumqiHCZf2q9i8w9qVmOIsrFe003boAB697
9VBUlyGFe3UtQyljLWv03avY9slmjnZ5ICpdTtJ100HcRzSeyYVsxyWoZTsf3a9YFtg2jVJ/
aPYa7nAA79Ncgoz17FO3WWwyx/8AsuCUckurKRGZFbTsndtST21Lwxs5lqhoCyuJJFYGEkiO
wmpjhJK67j+Pfv1xXxvkZoaeJ8w5DjhhqrMY4oud8Fmly+JdBK+yOHLcbsZFNAS0lgQJqdoH
Xmv/ADt+SP8Aljmer8i6Bkr5FkJHZWLOAdD+B/h6edj+0kMsXc/KZJKssgK/hoy9NGzAulu2
rnUfM3tRx9zqDt7ev6en/TGNe4JJ0VtAQSCRr1Lu9dEHbv6Bif3D/B6dVC3/ALFc9hr6h9Dr
29QP3dejoCoWqBp2J7KVH6NDofjrp1lJCB+qw1B9CNHAJOmmp/8AP1ppoTbsSHsdDuZ9pB0O
p1X00+HVeMfMUt1xsUduwHp2100U+o6ykogO1a1KAHQ/siGosGYa/q7m9e/XkUqD24/Ix/HT
31B7foLfHrPPofnnXaAPmI2SqR66js38HTSN3SJIhIxDfsyJNfQAsxGzUBRqdf4KlPBR2cVM
43R5a9DUQ7orUbs1elZp3sm0bvEVY6Vtyk/N316ljmxWTky1mWBMTl4M/Rrw/VB1eQ2MQlZD
cp2KSMquJ4plYhjvA0OVFqOL/dHHCRorMhlMxv44sDAIzF7KIdNd5Y6enVlVSvI1itarsZok
kJjSOPZGS6t8ikant2/e6ybrGsEoyNhS8SojMqytp+oIwAQCB8e3XHI40aQ/lmFgMSHaXb2J
IGUa+ob3P7/XHIwpaSDF2YiG7lCbsp29u5Kkafh1hA766PXBBJ1JCxDTTsOwPx6xUxfRnwtJ
zHp32LX1AY+ja6bvXt1yXVe6Sk6gdtd2h/TqdP3uqeWyt/LvYx8VfIY2rFkIIIXlmNe5j8vF
LjxHbrVkVz7cBcSiSMMzfxesye/ubbQkGuon1t0zq5bXVg3fsB69YmMAf4vnmUroCSWqzkEa
trouz49YAaaF5pCO3qfel+H4/N+PWT7akowYAkaBU0Gjdz/F9CPTqcD0YzEep0AWYd9e/wAO
3rr1zBtrPsRQVPYBWlnB7juAdf069cGh9qCW1GiWqrWmbdUavm7bTTUNk0AWzKmkZDMUePUa
bipFHj+My09e/wC2Z1N3GVosQ2RxM73LkElWe371pJIjohJRndDoFDaDl+IsWade3lrNKF62
JrGtDMYcnB79SaBpriQ1PqK3uKisF17A9unhHZFwuGYDT5tTTTXX4nT+/wBf2oJXXtB9lROg
1IH+s9hNW/eH8A6ZINRvjWXbGxV1YxgB1ff6l1OnbXX+DrgXNsVy3i1nP8j4ZiOTxFahtQ1I
8pxeK5ZoGzVluLcgSEmRPerIGdXAIUHbFByypSWlyS7dahfxIilwFm3AyvkKlSeH24680aWo
ZXrskTokm4IE06thJy82NtziNHYq8URrJcR1YSNtJVCq/q7dmunY9VVWQRUWhSYWFrn2CtTR
HErRRmIrOsId1+YqFIAGo1juJaNaTHBnFiKwVNcqoVDFOWbbcrWoVaJgzEEa6AADrjfOXMSc
toCXi/P6NdHVaHMMTFCbkyK5Q16mfx9mplKybnMdW/GGYsrdMk1gGSQkbG+Vtvyovtxk6hV1
PoPg3bsNJFjlKo5HsltVJAZFX3GUAalhofgQT6dz06rGAjRpEQZN0QCIEKgbPmRwxB1O466d
RrPsB3BSdG0GjJrr821lGmg7dx2Hx113P/ku9dU1/wAsOz2v5XX3NPl/wNPjp15c8McpyYr8
E8y8Y8MVMN9RO61sV5Lh8cYCrhWVEfeicsqOMbIFXWS2KOvyK565dxO430ycs47yDAK6s6yR
NlMbarF2l+TQRSTh9oI9NRpqNeXRxQzU2XM3M7XjniepLRtTXrk2QoywI0jRxYnMx2aZRvRK
2hA7DrjjJxnBYylbxtZsrUWrBCK2YxqXKVmhPk50iswySFkER2ESxhXK/wCMMRgs7x3IPPQz
VQ4+/WleD3cdcx0cNeEloxunSsUkqsxUhDHGu9j2Wo0J3yxy+4QNmrKUYFiNCCNp7j00bp0K
xP77MurK3tq0iIhCA6KUkOgIPfUenVFTaDXcRUoVZXcMgv0cfVr0qYs/MRNLHUijjJABYoWO
rlmNR6nsI1uKvKkY1Ux7HGhWVNrwvFI2jNrpo5J16tbGDSsy2LUdqRWZj7ZLe8+1Xb3mkOmp
0H97o29rLNXlG3dovt7v2Lb/AHCNVMZHc7Se3w6+0LIiOWi6/cB4ammjVz7TypzvCR2TGyRr
GqW4XYsoYj5io1Gunmvt/wDjb8j/APLDM9ZEgkf4vdXvoe3usG9R+H4AdQxoCCLxUnQEFhUs
qU1JAL6HTTUEnt1LJj7j3JKty5XtRtRer9PZSxNE0DMZZ1tEe3oXB0JBHw060/VJHzgKFClv
gAQB3I7adFRqD7zrrpqdNQO+vfTXQevr1QPzald3ZTpqWB7tqAPX8fXoFh39iMnXX/BYnt6A
aknrLCNlIXdpsYagBdQdB2P6PXqTc50Wed0GuhKlXJXv+rqT29PTqtOy/ILoKBtR2SCRu3b5
gP09ctMWivEaB3MB+p7tPcE3HvqB15P1J3R8an+f4LpNG+mvoe41/d6zcoBLC0qkgkgRuXHr
6MCp+PViCTQRiSDV444SzmeRt+9pa0y7HRfmXTRtASPTrENFcyCzlJ43klmpTe5WVwwhAlob
o4y5103Ak9YZHJkMViMBxBEjhVryqF0gRVUR7QAAB2A/HrMIABJJl6MqhFUmQPbqA79q667V
H7hHSroGZzcX00HdU09PwHft1lFYEv8Amlhm/W7kyNr6k6ev6O/XD+41aPAMwIOntmWN9AF7
ksnp+71BXjbUVawQkBvmaS48rDuSR+t+P7vXHz8ZZolA01IKiMEn8QND1htzK3t4SkGHYFh9
M5kB9D8euTIRoTc0A9QsbuCobQhvj669VEZl1TjuIjKr3CtHFEjdvgR2BP8AD1kkB/ZtFfPw
0Y/X0V7E6kkA+nTRDt9Pn5QBrqCRUlbv2/CTt+51xbbqqmLePU67pCQw9de3f8OslJo3ze32
HfcCRuJP8U6fpHp1YA/itYA/EfJKR2IbX9bXrnDL6oapKnQaI1mTVtOz9x/e64PJLqoTHW5G
fT0CZKyzNqB6q3f9A6p2YJpYZjPkninjYrIjNBNIrlgf1iAf1vXX9PWVid3M8dmO7IwHYE5D
udAAoB93UjTQdOT3DYHBkHQAfPRibQafgD1/aiYHG15LV2Xi32t5KCvEhkkmbAecTyB1VACz
fssWSQAW0HYE6DrE3UKAOFqyKflZwFUq21mOpVYj667dfXqn4byc9Slc4S9RoJ4prNfKck4L
NnorYxkDxpOWyeJvXhW3L7YagEiYju/VbMQchNhMJloPaxU9G5SioW6kj40NBcnnkiuDLQZG
fapAmMlRmUlJNqirXeZ4sniVkZVVNzezuWRjGNWO2WVVI1O8gL276V6wWvShp1VrPK6LNLJI
xez7ZjkQqsZiZfnO46a9yewZYrUlhoD7sYZWEcxcrI0YVZNf5OTTugB3EaAaM0GGz12vV8de
W3x3FuSPPOsUGD5OryLxDlduKWSSBImyViTHWGQsfpriyTHbWQguAyBGdESBXVSiLAUKLIpQ
AepYA9wCNO2rSDVvddwY1QqzSbkYgAfKGQqPXQHXtrp3EoiELMAfmBDlYvcEqlNdGLaM2oUD
cPTT1r+xDPKHm2uwjO1HQMxIKjaYyqdiQp+Px1Ps+53/AKufpf1O3+Vb673fT+V9v+L/AIXx
68vwraNWStw/wpcoWIkmisU7cXjnjbJYjuxzRNBIkrqYihVldSQdwGnG+QX8lBL5I4UlXi/l
CtAYo7jcioxL9NyZqW4LFT5jRh+ujdUEK2RarRKDAwHOCI2r4bnFFef4ZQzmOOry91Of2RqP
YITnlG+4dQFSO3oxZ3A6x3H7oj35q3JFEpISdcpiYZA/usk8DmK3RRmA1LPLBEqd2AOY4O+L
fK1clBWxNL6KnWtw1rmW944bJe4hmEmYoOJJI7MOjKFBfsSesvx/MU0XJYC7axmRSvIfZeSB
wPfhJCt7UyaSR692jdfQ69TtH7grSo0kWu1kV9hJX5dGjGpX469VrMjvHJUkWKeJAym1Udgh
cSO20Bu7aDTTVv0dcX5LjKsT4+SWDHyJu2TLudg0J0KHfOkW12jbVe4JAJBUq/u/X15JJf2y
TtAyRb3iEkFeLadr/LopOxV/QTJUjVWtyLEWnfcIm2MGgMm1NsirG5U+hAA9dT19oassgrv9
xXh6RY5EDCI/z6wBUwSaK7Jvk0IHy6evooPmv/O35H/5YZnq2pG5WgyhK+o1CuzDQaklTr6d
+sfyrjEkZfjl9Z8tibsETrkbc01wCdnjjrpdwrwM8MMQd5IZGbUguhF+6X92ea1ZtWZWl1dr
Fuea5JroW1Illfs2rDUdaHcNE3HXVhqNfgO411H/ALbqN9RsPuEgehYupBP4AhSP0adUCNQP
lAHx1Zl00GupGv4emnT994FUBSOwOiAH0/DXv1lTL82/3dCDpt7Mqrt0Ov7vUxKFT7khKl93
f51bQ6DT109OsbMqqWcSze3uUbiqGABGYgEg6nTsdB1n8AcPeks5gUxSlheGSFZRNDsSxJG7
fTh1Qkbh3I09T1zmDJUbGvIuPzV8e6KjKZndBslG8PHtmUqdR30DD17ZirnMTcxknu0VhW9A
8DToDsPtllCSqSvZl11XTqZlG0PNSBY/xSXkBBGo7DUj469Y4rEBIiyEEj1C6aDU9iG0B16p
zbVLrcATUgKZPy647KSR2U7wNT6Hv1KzyHd9TinYruOjtdh1BZFIYLsIHWP2Fk0tTozbSSQY
we69iASPX4a9Z6udAYbdlywGuusv6/b5Rt3dcUsRizPdXEcZeOR2gWNGCwrKPbWMyM4cn+ON
dP09V5md5HFeMz9gjhzYm1Rgo07BOx07jTrjhI7pLG6E6FtGEZI/e3fw9VXbQf7SVWRD2IVo
EXt66gk9ckIGhSeHdr8SqKxGnwJA79VxqWdsXSDEkdi20sO2h+Ueg/R1ZcAsy/mCgt2Ab6/H
gHTuABu7fo6tqyORYznublRpJF3VH1CgKNDqOuMVjWyatDXiUu2MyATUszDSQV/bYBW11DaE
dX6tWlekKoE/Z07LqzPHu+YrENuwdydT26txulpWWSYMq07L7WO9fhGdACvbT4dcprqjbbdc
Nu1VQEWXYPd3su1ST6EAj8euERTxAKcfckQBgxMUl+1tBK6qdVYknv36x9RwDHNdyERI7DQ0
bfcenqyen6estXijKR25I4AQwfYUmqyM20gfKypoe/x6CjXvgMC+pBHY4+FR6/jtPX9o1k8L
P9NkauL+1h4H9t5BKr+aZ45qhSOevIReru8OocEB9e/oeWcSkVa8uEzl4Y9XjaIy41Zms4mx
tLI6pkMVNHMugG5GUgaHQ4/yfxGd6dni2VxVY5CWMTU4sjmqeVuUsfk4Ffe9LOUsLejKdi0c
Mm1ldVYWszTqx5SjyBLV+/RuzW5ZMTcopbDYis6vMaVvHR2EG6NVidfZlJcFgxw9izHP9HLJ
XjswWCEvULsC2a08U8iV5CllGicBhG/zbSqnsIYaoENIhVjFZF2I8gmrRSShXJclY44l7EAs
dO+irWSOSQxVWVEkijhLSMJy0Z9zQe/GRKregZpAd3bt01V5ppPclHs7pkDPMpllRvaLe7C0
CzSSe4BujJ1BB9WpZS1Ne5341alxfljWZVsWspTWCccZ5YbDbBPJm6FGaKx7gEhu1ZnbbuUP
DMBHTkrxsk0c2sO+WWQtGUlDCMIrEkAFgRoNSQeo/aiZ7FmOv9QqtpovsNFMPblQL7KTaMHU
HQ6EkDsYaVSussXuqzSRMzzO713mdnmQjXVlGhI03aDT163fWY/T+Z313/swNPpv5/e37v4e
xv7e5rv1/i6/L15ZKzCC1FwvxBNGYyUl91fHXHgNzoUdomSNQRu1IGg9OsDxjN5g4rBeXsbc
8bX5JnPttyOSZL/DEmRAEOQm5NUjxsM7bRHXysrahWfXxB5rrRyseNcqveO+YCvAGebjnO8d
Jk8RJZ90PHDDjsvx0oCwYLYyAbQsijqaSnYia5i70LVL8IiIE+Pue4tmV0Mkcj1poN40LEFS
Drp1xrlc9RsO+Na1x018dPLMkWSxmVgyGVysBW08lR8xi5mdoHhQlJ2AJG4yWfJ+LW2+PuW6
8HK8edtqzjPd3/49Kalaor1q10lZ3ZFcJOjsToxElJWjkZ4/dhZgV/ZkKsajc270A7Hr366j
3l1aaJtG92HUaMVAJLxvodO/4D16yXE8rZaEX1WWjI0hgi+toyR2FXV2QCKeujaHXQyIvr26
jVJRPenjeu4ijVyIvYkijlkBlMm9lj7MF+Ze3+EOhJek0rrE7Eu61/qJK/uAqAkazPrYdm0c
jVdi/HXr7S69WRmU/cZ4jFdXZjojczwsipGSybAhOm07idoP8brzX/nb8j/8scz1f1Ctqt9R
r6ftZXB0B790016i4jloktYe3nLEyo21JIHtlFtSwyL+2JnihAKMzR66kLqeskMTTip0GyE1
WrHWaaSF69VY4Wsbp5JXeSzOrFmBC9hoADp040OioAnyn5i2nb01Gij97qJSAAGk269tyaFh
27AkH07nv+HWNVImWQagv7mqaa67dAxB7en4Dogt3NNmAHqTtI7kD1LDrJsS7Lsmcsf2jAgl
tNp11Op+HfTqWQuzEySkh1IIXex100101bUfw9ccsUMYmZsmG0i4+Rk2yRzWLVQTOXB2xRNK
CzH006iuxx4+qbddJsgaTqIjFC0U21o2lMiTokSBZUZf1CCP1dbsedWKnVrW5Uv2Vi96P3mE
aFWstJaWNp2c/IAAPTtoesbyHEOmZpOkjQ1kmVFV5E0d4JoiJoLUDHVSW0DdtNNR09/H2/zf
ENOkw3I0V+sFmLPFKpWOGd4T23IF3D016oPDIG9lJo92vzLIzH3K7g/NG0a+qtpoOqcjSbBH
kY3kYEqAjUZl7aeoY6Dtr1YUHQfV45iTqv8A8sgr2Ppqx1Go9T1jQn6z3L42t6DSluXXXsPT
X9GvWZZCCPqpkl0UqCp2/rAga6ONfj1xKKUj/wBkeNxg69tfeXXX4a7SP4egqwyxq1eDVZgo
dgm+HeRG21lZvQHuPXrjinsyvEO2noFickH07AD0+B6wVsONZ+O19V3KSoQ66EHuo2nt1ymU
towmUE6/Ead93xOhA6XXUaYrHOhB0DiWPcvYfAj8e37nVpydFVrur666EXMe+g/Ts01HSSM5
VpMvTVduoO168gb8PUkfh69YFR2C1qoRWPYAIQB6H/BA/e6yFggIfljYkaFmKp21I1OiPr+j
rItr8JCD8f1SPw7EHTTrk0gClZIpY3XtrIqzbiDuIIGoH7464GSqgnHZN17nTY2Rtqp+b00b
X9/rCqrga3rmmpYD/wBlrIJGnxG74dXFaNN0NokabxtOtQagAKpIIOvVZyBo3GcCQf0fSKO+
nppp8fXr78vGWWWH6XmfBfFOFjnsKCmPyM+V542Gy8erx/4xh8ssNuE6jSWFT8B1WymQxmUx
f87MBBagnydXIwRZiXB27HGbeRpzZKCvJex7DFJGkiqEUxmMa7CTzXwP5GimPG/NvCctgcVk
K50v8d5zxlX5Zw7lFBd8UMs+JSreCQvqJxOYT2cg5PjPLsfditY6zNVymLminppmsR9Taxac
i4/LZihMsdiJZZalhSFfa0bnTeF4tzvAWYr+OkZsV9WgmrzSmpFBboyzVZoEaOxUaSSvaO9k
FpAqaIY9ZpjLIEmi+qgcND74rSCnZi2DcQz13rOrDaQXU6E9wBYkISGxGrLkC0vs2GWdZR7w
RNRLCZTINNNC/qBrpiKdOP2YrjLCLcymOBJkTdFLAs3tuUUDsS2m8+h06x3ITVTP4LJGniOe
YvHWpJrdvi2VlMtzIwU/qrcRuYixQe7ULCB/dV4ZCBKQuK5Zxu8mQwufx+NzeFyVQlqWUw2S
rJfx+UqTxGFJIbtN1I26fK6qQGTUE2buy252yxusLuwG01R8rgz7PeYqQAxZDpqNh6Vqkrw7
yV1rxyyiSaJNsRM8TF1RkUr66EqB8w9dn5lBs/mRs3e7F/J/1me/9R//AK73/l3/AMn+n49e
W7M0SNZXhHiEH3W2iSJfHeFIEJ3DSSNu5I7kfhoSTlcbctV8jj7mPyOOyMVieO9Ss0rEVmGa
pKo92CeBYXIkXupUDUdiebWqkVazzKbgmRlzNSlFHKKflzxTNV5NHUr01Jkopya1hqtmFNWM
NHLqDr3HUWRnt4+W3k91W6sCrKv5pRp02jlsa2pWafMY2dXHyRaPBIQD3PWPw923DDj8jnqD
5OvZrSyVH/YNjHI+lP10ctilbkr6xNuZZAV+ZVI5Ri8jQNzDZGSXF1KkaW1xmPmyUlqWx9Ds
qACuzu0NhXjUR6gEhhuWbjEll3mwj2I6tqSuYI8rQgYxV31Y9pIHheGTQkNJGWHbTWK7KQJi
UiEJGjtMTsIXTQHViSPh316rZOKYwpopjZHkDQOGaU6IiP7jISCvb4nXTQdSZRsvXqCoY450
dUsK1pYJY4jcWZ3bWZXV4QqgBI9R8x7KvzRfTqjyGE14IUIA2SyRvGY5CXPcSMNqjUAghh9m
1xJZyLX3C+HpIopWAk3NzzBggxBF2LEEB+fR9nf46dea/wDO35H/AOWOZHVmMerNbU+vbUsw
/vjTv8Ook+petUiyqm6Yk/xixA0+014bBdBU91gBIw+fZqF0J16kWNVCC1OFGgUKqlQFHZmU
bXOg/HT9+A3YJ4DagitVzPDLGk1WUj2rEB0KzRShwQV3D4eoPUSsw1MsioqqSWJ+VAAPiQdN
B1Ro8XorlK1W5NRy2bkf2sZQsQo8c9WnuZJM1egsLskWEiKJtQ8ocbOotAA5p6HTUKT7YdtF
Yll1dyACToB6n16yvz6Mgs6+hUIVPfvr6adSNJqGaSXXUBSp+UgajTt3PbrE5jHzPUmOFjpC
ZQNUjv5bLM51OoRmEakEaEEdY3DXPL+S4XjrM3s2MnDHcurUhWMlHaOGxXewzbAqqDoGYa9u
n5DR8kZLlvFsFmK0HMrOXgjGSZMvkocHSsPi7UNvFS2omuiUVoWnmjVmkeQMqDpeO3ci9nC6
2KcOhMZMkV2xFXmO0lIFeNQ4YAdgfx6kuYyyllpUlAs1pNZHjjBDhBpoHZYyxcDUjrIYyzFa
atYmd40nl91ZtVCLYOx/aimSIgMu1WcHU9xr0sncyjIqgjVtpOtQFCGIJA3f3up0URiOKSmZ
P4zNLHZhOhcMCT+/1jCwfaZ7c36vqwrqfU6+oH4ajXrlMg01+vsFdQSAA4LAaHUaa9uuDWE0
2zUMFICDtLaWa+47gex0fTt8OsYakTJGabOAwIOqzs0m4evZyT3Pp1x5m3gg6MT327Ywmp7f
xdo0/c/e6wG1zMTgKSe4dSp0ieNwummhBX+Hrl57b1DSDUkliGQDaCW17Dv6dVSd2pwWI26j
8Kqn8NT8x/g6tbT2NjJKQfgSuPlUgjadQY/U69YgMCsc+ZrRh+41b6cMf1fgNPiOsP3AYrV0
9diqFIG0E666a/j1dUbQJNPmOp0ZY6/pqxCt37nTv1d0/jK6/iTojBu40BJK/wB/rkre0GIE
zAOGZU3WAu5lDKG/H9H49cGPswCumDuSJIZpFm1OWvAgxiAxsoI0Hz66dcZ2MzqMlkA5ZAmv
+LzBeyyPvGp7HUa/h1lRs1DXyFOnbs0O4DvpodO46rSFy4l41gGALA+2BTI2AADQdtevushj
Clnx3hbUOQFKDN86aQEHTdrGD2A1b0AJOnT8wgxFuabgfKrnC85ly92SpJjsmI+U8TRks7q9
Zr+JzVmzuikYM+sb6bIt3BPI+CdUyXC+TYTlNPf88NhMXdis26MwJKvVyVD3IJVAYtC5HfXr
CZjjtOPCZ3G1RPjuUZuzNLQu/XyqsXGwK1TIXrukkxkiMKpIZJlZw/theuT+NuU1nx9mrk0T
M4if27VY5GqNlXKUrKMUMctax7sNmB9LFZ1JLKV0sRPI0y4azLRnjWQatXyUMxqmMTbgN4lP
wJUq3r26rLPjvb+ndqW4o7qsDSo0MpgLNJ7izgAKF2uFAKaDcpS27RewR7BdVkAVJU2V68is
yFlCh1A/inQnUleicZTiikdoDbtXZWuNB+YZKwRFCZJZrDCzdDmGJxKhZwdoYnU/bX5CzE02
O5Tes3PEuVylhzUwXKr7tJ/V9CRApo0s6J5LdBW9lI8grwRtJJZg0SxFK0drWxK9Zv2yKTaR
4hKkZdorHu6kgAfHaqjv1B+ZSV2rLXtmAi1seSXT3DHvUMd+rMeyas5UEHsh2/4/r/NrX/2b
s7/b/nv7nt7/AGNfY29vw9v5Pb068uQi4sBi4V4hmC/IrBf6vsBvG4AuTJr+B7A6dyerUxcS
QLJBGzqAG0nWSN/mVVDBlkZh30Oh6zvjfnOerYbxn5eWGveu5izHVxPFucY2CwMJmrVuw0dW
li83VkfFXX3IjmSnJKVjrFl80+IGVnwdTm0eY4QUkVDFg8nXi5Rw4vLH3avZ4TyVImLAqZ5A
qEsrOtV4ZTBehdZ6lmMslmGWA7oXBUF9BtUncxP6AR1kMrE8MOZjyvG8ZNUrV1sT3ctlLuUi
y01g2H3iSFYYHVI0dFSdGkKq4Ay97D0/oeTYk3ruOqvCRpXTUMtq1Ymf3nvaJE7blj91BIdd
G0Itx2HnSxtkqzR7JKdmF/mjKSDXdEV02sNQf09RxblasHVwpiQkSr8qkFjp+roP0k9RxTIW
xOUjWHIRNW92KOIuzpejWSxqblF5GYBWH7Iso07dR3Y5VuIa8Uwr05IX95QusDRy1isE7THa
yKfh3IOnX2p3GmCSL9xPiWwIRtYjbzLDtGkjlQyyCRV+UAL37aAHXzV/nb8j9/8A8Mcz1bTa
NBFdYkHTRjISobXtqQdes1m7zxQYnDr+bZS5a3LWp0a9lbE01hhowGmgUDV2dgFDMQOskuP4
DPX4/wDmSRYbOYrO21vy0EYK1rKYPLvko7luyRvHsWaiKBps77hjsLgsrlbePq4mSCjV5GmP
x1mWcWLl/ShWht5GGmY5rrR6PKRKPUKVRloV4ZbNKrlWjstk40WCw+MmhhnkrVW3awW7cbiJ
2QloFZiCrbT1iaVGvDUpVYEgp1a0KxV4Ik+WNIoo0RUj/e7fHvr13Gm2BNdde+gcnQfHrNOp
/wDYNkD/AAtXQr+HqNeplUFS0khGrFh+sO4Pw/c9dT1BYkUMqPi40BUOqvFNkXI76bx8QPx9
ekv5mXD4iHBMJJ5Mgrb5JPaJEGOqrYrjIZW4ygqXZVj01LAgA18h46z74/ifM8HQp5XBmS2k
eBz+Mnp2Lce2zLYPt3J6omhk3bjuYFtR3S7WuNFMzRFD7w1dXVVl3aab2ididexAbt37dSY2
GfZdu34MNXrtIWkMOTyOLjuEsNql48ZUnXtqQrfHU9NjRdE+TRZ/qWhVHLZBnZz7TkFY0UyC
NNdWJQkenc8hxXtw5XD2tuRh2BYrdeRdqysHCk3K0aKwYdmUMCN2h6uYbhtKjl8tFZSKxTgz
uDrW2kqTaygU8jkqlh9VXVSqkMD2PSZC3wd6wotMJZLOaw9VVVo44mldvqrDkB9Q20MQOstb
pc+8Z0srkZ3mXH5TLXKUUbFiDH9XVqWVnbdoNdItde4Hw43yCjnvD1+LjVdasfE6vKslZm5T
crTxRNXx2Vx+JheoUar8p1YRyEEnQHrG0fMvFOQeKit29BDZywl5LVSg1xY1FbMwJAmVjSRW
7gLJ7RGq69JjOM8iq8gixFiCJr1WvfpR2K9gMsFyOtkUjsJFLKSgB1Ksv4EdYmCEpJ7eMpBv
ZYFU0rurOYRq41L6a6evXLITpqWsbVJXVgd+mvpov7JvXTrFFtW38dwT6kDRw9OJh82pI+Vu
/wCnoxgN3sZbXvqf/ZONtAfTXaD66enXEmIPuyZ/e5XUBxDVk19dBuG4ad9esMxbd+zhZtPX
cCq6kEr6qdR1knX5VjWDUdweyo5K/HdoP4R1fU6kiJ2B0Gmnz69zoddG6z76agpMNfUHdJqp
P6CeuFSroQOPyjU+uoyuR1GnwGvXE9YiQ97IqzbjtL/TTsXZRpqNpC6d/wAerm2VmaS9aYHV
irg2SdAB3JG7Tt37dYorrtXi+CTdvSUOVqjcRLHI6aqxI2EB09G79fdLyjmebo8ewIs/btx9
spkZRBSTLcz5zyjh/HKc05ISE5XkWeq1FdyEV5wX0XXqnAYhHxbyPwzFZWxLDVhsvLnOJW5u
NZfSW1On5amJoW8NYiGu6YyyRqquxLTUpCq3sHZlqSrKgEhSCQqVZJF1LlW0IIGjE6a9YDHf
lc+Zy3BspV4xjcdhFmlyeYixlqrerz2wUWMX0wE7CNw0k7SAOCoUKsvI85ic1xzOWrqU1yOZ
pyiXdNFRq0cItepjo4slQjkieGJElawgHuqsmroeR8c5ZjrFFM/gbWAtx2qc8Vrj3Kaki5Pi
+cNR44biA3qxpzsVYipdkbY+1V6rWdkPv3bgsyxgwbZ68btG8bCNmrzO4CttCsC3fXsR1rHE
gtfUSWEjQswjNiujsZElT9SZAVT5wiqO24EbchisjM9eSSSOSGeH2xPDYrNJIsmydJ9RTEup
DK2moC6Ag9LlYffoPj7YsDIQWLNZsbaht1pa1zFXwjPHcxw2yVZINrboztZXRNMXgszkIk8s
8Ow8VHlN132R84x2OeCuOa46CRVrta22a5ycMTaVbdmN1CQ2Il6r0r1ew08ck5jsBRE5iptL
NG49pxLMQVbsOzINHX9YH3ffk9z+YOv/ALM//Ln9YH0nrp/9rfxtNvw/T15hShDWsmlwvw7D
kHmZQalu342xFnG122uNJMhFWcwhym4xv/FXUvBPXEnco8cKGSSGwkgUlvYG4FUG5WDEggad
W4iZrMNUo/vbFjuGto2xpo3DyTTV5IwHB0YoQQddScX+c5zLZungMZjMDj47E9i28OBptOcd
j6clyQTQVagvtHWTt9INIowI1CdCw8Vi3HkKtPLQ2a5rKkr3ZZlmeOOOy0U9Y2IJv2ibUkY6
oGj9uR4sHJkK9fEcinpZN6uXtflmPGVp7Za++SWT24J7z1YISzgj3I4vmVQwbBzNFbxlmWW3
BjMjJE9Z+QR3JFlhJhX3HtiKYTtIEDxgS7STtPT+QcPR1w2Q+mqcnppXEcOOybH26uWgSIEr
WtmRVtNtCCdwQSGJDOqEK4O2TXXZt3tp8uoVd6jv+r+51I8ccr2az+5C4UDQBgXjDFCBv1+O
hYDX9z+auUFzfCwOLk9kNMk8cmv0GjM0ipGWPs/KNNxVQAAR9pgxVic4259z3h2N0ljaJvpp
ucYGNl/xlRZUfMToNFI1Gnc9eav87fkj/ljmesixQrotuPRtfmBMg1BPbuBrqPgOvyDN1ocp
xls5WyV3Fz4/HWjaavL7TpFJcrye1JLVLRAlwoDntr1dyVa/FarVsutV6IorVsQjIvbeq1fZ
LYN6KBKrLISYnXs23TXSFsXkrCNbyAaw80b7KgX22dImlJLrNDqRqSo2EAd+qnGIJoOWQTxT
lOP5PMVMHjchg8djUt4W9i7TI1Klkq+MqSfTrDGzF0dHV9dvWLdYnrfs4vdqzSQySV3aKNnh
9yE+zOsErsvuJosmm4Aa6BlHYmupTTv6eh1APbv/AHussxciTbYDM25fhtCADTXUHT49TNoe
082p7Nv+fQAL6jUAa/HXqvx3iNOG3kYjFkrEc12CnGKtaO7DNJ7tmSNCY2dDtGpP4dZbj2Vh
MWXqW3x89aGQMy2F2sX96MmMpoodW7g9tDoegmTjaGtYeVFsUzujARidZKPuSrI8SnUsgMiH
1Gh6ixWRsqUVpBVtr7hinVCwDxtt9wAHQOJAGDD06gs43IpDkIcjtrTrI5Edm9A1RLGpU7hC
sjEEHUH06t279lnu2pGEP1DfP7ibmSRfmIX3GkZixIYk9c+xNZSl2PP4SNL0s6yyWVdJYIsR
iMTVjtZXKZCVop29uKJUO1WdwoAksc84tis3xSrYpw2cnd5Ju47hHVYttiZ7dmWK1Smh2/Or
VwH1AHf1u3ctyTiuTrYpIUnbC82jyMkKyqjGSGuhhuLHG20uwRgA3r6dSyDmtuj7dR5pFlMt
6huAZoqFWURuZLMzjQFlCL/6w6xOc5OXyebycEbURLv+iqRe7K5tWnLe+fcVwEgiIU6avqTo
IOLeU+KYjl+PyFaSvafMVaiUYavvOIq9OhHWSKrGpk1Uhdy7iQdesvzf7b8+nDclfxt2E05b
N7LcRnaWGYUxJRuNavUJcfM4dZIGfR0GsZU9WOOWOE4PmNIZiRqvNKmfgtCZYbEavBBPYuRS
V68sB3CGxWRtR8N3WRysfEsXiauYWOSaK3lIk9lpY9s+i1452MY3syfN6Efu9YyCWjRxjUMP
jsfP7+QVw8tCtHCZVZarMqSCP09em5bZ5Xh2ihmtTDGCtcLsbtZ6pR7fZf2YckaR/h69cTkt
zVZllz9hFNZZiU9jG2bEjlmP6rLGBqADqNfx6w+0nQ16ZGh1JU7u/fTUEH16yu3QgRwMewI1
Koreg7AA6fH16yEjaljBOD8CdN2mi/L3Gg6zro40MdkDs2oIs6KzkaD5h6eo79cQfaQyYS4u
pB7AZa8R6/jrrrp1xCUH9TLWlKA6Ft9SXV9B8o9dO/w6kmdfZYW7qlJU2sw96Zi8RKjQ7QNf
3vx6wVQV60UVbjONlSaGGGKSU2Io/cWX2kT3PaZOxbVu579f2lIvPJHWav8AZ57rw6e4p/1h
6ntldQddZQuo9fw79YL7e/OKnMcz4BUykXi7yvkrv1OU5Vx/JUlxkvE+TS2UkW1na0delcpX
pXZLxxccdn/Gh71q9BbpwYivlC0E2MgkjaCndWFQyGNAqxzSAlmQjRHAVdR365Z4wybU46eb
qjleFtSyw1p4cvgErtbYCaREuwWcJAJPaRDIPpjKSEVtMz+a5asMcsP5ip1imkkaSGOOCxMI
Y5jVNliY/fjjd1YkgAqW6sc6FvG4fyTgbVOmmRgpe7elioyywxw5x6hrzPsECmSR0keFDrDv
SMAY2C/CatrHNZx9uhJYh24+5GPZaH6lJJoJIfdAKNFI8bR6MjFdCIHfc9lo3j7hXgRgjMkS
o37OWXcAwZ1YqXJUAbiJckkKo9QQwrINf8ZCOVkiewiKJtsoVl0Vwiuq6jaB1kKEBAadrKqr
zCMFfZhhm9saBda7odhG5kO8gJ33cW5nx7kDU+R4C3Zkx0hC140ljQVwZoTaga3jslXsFbsM
haCwkkkbr85PVLn3HrMNbMVTTpc54j9S1izxLPLCZbMDmU+8cVehLvVm1EduEHQCVJ41+t/N
l+h/nN/MP6n6+vp+ef1o/kGz0/8AZb+cP+K7/wAfh15ciykOLhbkHDvG0t68IYjfjMHBsNjq
duxLuilMmMirO9fvJ7epbbpqCIqEMkqxQxxMbJVpLbwGSWa3OYmIXfqoOjEeoB0A6qFqoqZC
zWrPCKZljqwVZ1K6STLub3XEq6xg6a6667gOgffhEpSU7W9sGWRiJYy7OrbDI3fcQO/95psO
k97LYgW7VSmFewsmIrVb9vMJXjjBKvDXhW4wOi7YpSNCArU7gqs81L2o9NNDGFIYMNfmHYbT
30I62ZRpKmR4vSliq2GhRkrhlvClFFaWJmgqskv8gQGM69mMZCLj4av5U1y1iXq5K5blm/La
62Yl/Mor1cRP7ws0pH2Iu/d2RUbdsBwltpbWNlBr07agmGOQF2ehLIWJZ4v14pNB70JB01U9
OojZnDu0TrrtdVDaFNNVZiNdQe4/DTXqPkFAziSMRS24YnKk7CTFZVdyqskbAliO2nzdfZ3H
KYjm4PuH8K79zvJvWDn+AEdiENIfm2DawAO1u/YE6+a/x/rb8kf8scz1ck07j6glvQBV9e2h
B1B1/HXp2c7h9W3zDRQVR2+HcjcfT0PUmJrTpcrVsdVtwUEkqTindnh+dL0qsIVuWZIzJtkP
uQQSIjAanXJzZjNx42nA8dGvLWrR27ORy1kCaKFYJJa6Lj6Ue1rUg3e3GyhVaR1HXDGt4y/X
v5KriGGGylNpNZqWYkr2DjBYJjlGJVJZiVcIjKQx0GhruNujpu0AUBWYBto2kgDvoNOwH4jp
S6hmNUEANqAAp9W07n4+nWb0P/x8DXt/G7d9dT+53/h6c7vmWzIwHY6hWbu2h766n19Osqp1
OzD3tp9Nq/URMV9PQnXt26xnmjCwQ2cRZSrguWVURxYqZITTLi8zI0YCmC2kawSMfSVEB/X7
Q17loRV4FO13auI63u66zSvOyqPmJ0PqfTXoR7GLhmHuK8caNvZmDFI2MXckHcNO/wCnt1PJ
jmeWtQAM0kjkpG0Mu9dkq7QZ0b0GvfQjt1XgrWpJ7eRRMfWeY5A0cdWQrPasXI8TVuZm5JPv
JAhQOQvd1B6ykGD4zm8ry+7g7mJwUXHMXkstySrlhYXIzZevhpLlrORVpYa88Lskmqw6bwoU
60sH5QxvMcA8NIY+3Vy/GeQotuTQiw5a5Rrp7+gUfKSCSTu7DqpleEZTI4nJ3aQiy+HzE8cE
F2yoIafGID79OWb2yWV0MbnUkAjXqbGZSKqkgkMkT6IomR20eMmMPp8oI3KdoYnqrLjYa/so
AqQ1kjeOAgaKs8cpMsQGm3cNB31GvSPjLMiQ7mDxBmVfkb5f2mrMNoOmnZT2OnVKG5LMlffs
kDTl4GUO5ZirORvbaBqRoQejna2cu8fR8TFUvYvDTxQyvk43jjnl+ndmjZJY1+YDT5fXposH
ftzwmNFia1boJ7qojJrsSUrGNQBruPpr1I2RuBLKDd7ItqwKgan2wJpF7AjT0JHRBeMlPl+Z
9Qylfl/jaMSw7/AdcVjjlUx1s/aV1TuFE+FvxHTQjXVvTqigb+Shpon4BQEXTTU/jr1eP6nu
iL9p2/WUdx27trr++OrwBJHszbTpoSCzD8ToTrqfXTTrPiQ6EwyMCw7MTZckHTU9gRofjp1x
Qjuv5NaPcAA65K4dR3GvXEXYtr+aTfs1XX5/pJGI3An1H6OslaZ/bFbK2Ni/MSVLzjsf0be4
76n9zqt8V/mzhzExJO9WjJLfgPm7enX9pnPIFKRVfs3Zt7MF7/cbj0B1HcEMdR+nqrNY94CG
aNqsyyNtGmw+22xtpU/LqNpGmnqdOoM1j0sZHn+AuLYrXpJttq9hglu4MZYSZI57trH39ywT
M8kojmZHeT9gkXH+X0ypscfu07U8biRoZY1YJYpyPGokK2ajyQv6aRltPgOslPb5A1qK9Sgl
EkvuXqk0dNBJHtmtRxIy2ksRog3CGWGEqGIj0a0lbI5Aw5Gssvt2RXorZsSzmlIIa6vLFNUx
9exY3QCMGaV1+baV0g5Pg6xr4a9YjGQquZpGoWClXWCyZRDJGsbTtGmoR1+Zux121bboylqa
zxMgOoJdnUkyGSSFSFJB1G0gMVPcBzbDQmaMRrEE3WI2LARgtE0nuzqa41XRgSR23BSEvB5A
tN5aqSFAhdpE9uNdzRblZ/1mYly2pK6MuoFiGw6ySMJKzxz+3GAyT6x/tYwmlJZWATanq20M
pIWPKcXvJZuXcbYx92vbilnxWZwFSlYyVynk46+k7flsNWe1VnjdZq1qJtpaOSSNtn88cF/0
Yf53e59FJt/rO/6wr3v50bvzHdt1/Z/T6+5v+X07dea+L4bNVK2Q4vivDiZDByyKLN5Mn4v4
hlKN4nRWSgotPGNWAjlRmGu5h1Zr247LZRWes4hRZZkmQgRxxx7WhETswI77WOpBJ7iKpVF2
60e5ZVsGSOajtJOkpmY+2C0rHXcF9Se3qI7O02KIsS3nozmOaOoDPFHWIdJxHcklrsFDJou7
9oupA6jngrFK4lR3NdVVgxJb2onre3JEC7AAkhwSADroeijVti3IC9Xd7G+aoq7d5MJkjjlT
aAddCDodO46zKIkVnB8hpyYvNVZ4XlheBZEtUpFj3jVql4Bw4EhVWcKjEgdQJ9Y8uKyGMWXH
WffLSQTCvLfxqSNBLG8hWzbdT2ddzd9AY2M+RoVLEE0Rq1xKPrZbtqw0MVr8wCRPdj/xfLFV
R01Ds+kno79XMRlNRkafzAyQy1/qIGYrFZihlUSIJ011Q/MkgKn9XUtFKCYZB7BDMoVPcBG0
nU7dQ/xPb9/r7JKMCyrj8r91XhFaskS7Y1Sz5DwNfa4GhKyB9G/DUHQa9ea/87fkj/ljmep6
loPG0iy7YpILOkhm13fqRMh7NqBr36naPRlEkkqfK8Z0kcqylJArAdz6j4nq3kMNi8bj5bNi
WaWSGpFq0k0pmdxvQNBukHf2zGSpI9Dp1DLMtWGGJPYpU6daOpSpwGWew0MEEaqNGszyOzMW
ZmYkk9usTZlpbsnjrOU+nyDSnVK2VioQ2a6QbSilvy8EuS2ocjaDrrSYbh+zViGbUarroAT6
aKNB05OugidR3IIGwBdOx7Aj4dZtm1KqZEU66ltCCex109NepPwWaXudNAofvrqR/g9ZZmOj
nD3dmujbizwEAkdv1NT8Ouacd5LTW/g8xxmWjkqz9v2U92sPcjfRjHYhkAkjkA1jdQw7gdZn
lXFqOY5V44w80c78jo05LRw8Lzgx1+Rw1Ff8ulGunvEfSyHQhgSVC2541+aWPbCiBRNu0jDS
Ouhkk1bRQu0f+XrHHC8tqco5nnMKOWL4x4LgreeyuKoXo0lgHI8/JPBjMbPqR7u5QsZ1QOxB
6i4zz7DPVgbIVcXyencZTax9X3TJBOntzkoK/ukEhz+r8NQeqvl7hfN69bK1p7k8XHaFS9jz
BcqSutWCPk356153ylOTUvEkaye52HxNLPP5B+3W9UyWOSerg8rynn9m1Q92IN+XXYpuFwRJ
bpzr7ciSMziVGBJGuudwPlrAYfl3IaiBa0fCsRho8LjEn1nW1XzkUtPMfV/MRtkgRfl9G9ep
W4/kLP0tZmkWhcdnv0ZHdl9p0kWFtGYa+4NSuuhB6aRFE8XtoJjHK1SSNwQRvhjQFo2HYuo0
/Ht0mQmp/SBgFnjeQyV53cBPdEir7D6g6ltqsNO/fv1Cn0Rgnk2rrGd6KCyksduqtuOp7enU
9GlWhmtRuble+ntLJTLkptkFhk3IwiL+uoIH6OmbJSzrkfc19s7Y43Oo0YKjSxiPcuoKN+6P
TUsuSljEjgSH3miRNkaMrMHXUroT2I106KpmGZlLhw8yPoO7aguUZVK6EenqOsfRhsSz+1el
lMkh2+4EoZABkIkbXT3ABtOoHVUjUAR1dACe/wCzU6fE9tD0+hUtIQUJA+VlQd27/qr+HxP4
9Xg2hOyxuZdvch9ddNdQD/Br1ynaRHtURKykDTWdxqAfVtT+HbXrg+PEyRNc44sys0cko1sW
5zq6R9tkLMWcjQ7VOmp7dcY5JJlMPkEo2pchkcZjDfsZGrUWB6sskVf6RVvSrPKu1a3ul11I
B7dcttfS36NOIxXaLXKdqlJk0kleSa9Xr2IYp1omN9sbuPn7kDTQnFMQ414dhC27Xuwewmvc
+o2aa/gOv7TNJQTE1b7N/cA1/VX7jsewPYrr3H4/Dp2D7TDKFTQLrt2j2mX5xsdW0P4/KCO4
06qNK5hiVWEyhQ++IAFFQgGWGxCSCQQNe51BOoyvMuHx+/QsM+SzGChHulYwIjazWKXaRYgl
lJkngGrru9xN6+4EyGOnszy3cJZ1XHWH/wATmwsqW79WOvM5ies7MbMACe4AiIW2jQSWJclH
FJNax0NRTTUyCOPH0y5WCBLcBWKJDsjjETr7isujFlVadzMV6OQwK2fpMzib8ZsNlKeX+poc
ip/tf8WSxJiclZhjdRK+j+5uQAMayVshHl+D5ihhb/GeQRLIsM1W9QimgqytJKwWSysJMTah
Hbdppt3F/aj0hkV1nmX3ZGsCRxLDAkMyqxX3YQ5dfkWR12kkvtWCtA83uRol0b2jUSO8aAyR
Rg/tk7naPcLsCGAO0iqKrzrBSLvPGrSb4JyzOFMoWIqqx7XR1GmvfX5h1zHkeaiyssOLw64z
FW6q6N79+b6vMywTSyrXq2sfWpVqkkp3RxDLqSFL7uvrfrY/+hb+dbtb2vtf9b3/ADf+p1/+
1v4mm33dO2/+P1544tkhLJj/ACL4o8C4moiKp28ix3izjF3D+1uIPu3Y/fqR7Sp92wvft03J
bs2INmVUW2JJGeatFB9ND7bpE8DRkRS+2FDMjb9VBVdUkOHeEXr8UkWSyAhnkRKFuZdfp680
CKtl2Ebkxl9WGqkKzBcdk6pU2kj2SzlSUmrWIPbjkk9yTbYt7DqsR1JAZNwfQLnLNeSSzFhW
rTRQ2TUmnuqsjVLEUqvuICt3XadPaG4a9x1PiMrBFCI4GehZqxpVt1bUKywP7BeAmV5IKYLK
R85fUqPQ5DBWA1poVsFLDV5K62od7IH2aPslCN6a6hie+mnUvH81NK4E6XOPPWZthiimWW3U
LPKpE1XbuUEMskTsoAZAHhuRBYIsdNI4YLKfq4UEk0EhriONS00ELR/NoxaWPXQKScjmsLXV
qg9ufHXYyk2UxuRkghRKWrzJLbxmRmsgSR6M+1S6qrRbhNVyq/ll+js+orTyBWLPDHLXkBD6
zxWY9rxv6SKQQe/X2OCSGbbB91PgqSuZFZNPb8jYD221Y7vQA6E/MO47duvNf+dvyP8A8scz
1YF7JFTvKohnZFVV7Ea6EakDQ/h00KyP7FUERPJtcSgtu1AQsnysumvr1OhJUKofXdovZiRs
PfU6+o6WQkahwO/oNDoNvfsND/f6Q9iqygfE6E/Mf756oIu0KoKn0+YKWA10/ADv+nrezaF0
ft39V0Hbt6aevWaj3jVZJzrrqS2wHb6fHUeunVgqdVWxOo101A3EbCe2p0Pr8esg+rarjban
U7gdqRODp/gk+uv7/XKmLaMMTECDr6G9XG3toe7deY4fp6cmLkxUyXXsSyGwsCSRnSvGImik
JZvmViNR+IB6ueQ/H9OeaU5C0mY49VhCTzLHtLZTG1q+gIXd+2iRB+rvXuSDfwcmUykNWZK8
NqOpZlx2Stx4/dHHQt2EdZVjj9w6/qyINduhJPXA6Hg7w9l8B5aqwUX5Tbp5fH5Js7HcilMM
oqQ2ZZFnsMvdJ3Zj+PWL8d8lv5Dh+bhvUqORo8ubJYmXBVZo1f663Vnmhf6eCvGZU9vcsqr8
p6iix/3FeURkWqe0ynmtGPHyZeOYSXSuN/KWiSvNOzsomMqxq+muvfqXJYfm2T5zTxkEtW5+
bSY0ZBqjSf4xPVswpA83srq4V2lQp2XaT1OOJ58vcg2SLTnlqivYjWXayAyJFLGzD8O/b93o
RuiLoUGtiUGIAgkvVeMEiFPiCCP3Oo5p3rPFO8YeiXSWrPE+hWeNUAkRvgdApC+uo6s5LM5e
jQoVYTJIss8OscwAAgU+46iR9QAB3PYAa9i2V45Rx3BeCZKRatHm3kOa5icRkJHV0VcTQr1Z
sndV4nY75EiRjoFGvfrZS89+PshfkIhnp1q+ZWCIuVUh53leXaGYtt9kuF7/AB7ZrDy0Pzmb
j1r2L17jl2C/UkS3EskMqzTzVbD17cPzqSmnYgaadHHx4DLtanH7GsUSSbaCNNVNli29V0AG
70HUMufxd/FRyLIlRb1Vq8numGVdqEqp0ZH1Oh0Px6qMdf5Co3b03GJdTrr+Dfu9+gxI+aQo
W0JJBjVtT8y66a/Dv1kAdhKrOpZG3Ancfhp2GnXLfmMftqXU66a6WV119T83pqDoOvFe2xJT
Z+JU/cnjQPJAJp7qOywllWUhR6E9/X4dYbCQ5h7WTtKa9ZsYGtQxTowEkstgTCOOYSRBtNx2
n4ADTrkkLipesNi5ot7ae7Vdmkkez7iTRu7n9oCjK2jEajT144kdCjU9rheI3TVo7Cy2C81j
tM01iYOsez5doXTU9f2nUrFAEofZyNZDog3fcdjkXUgEj9bsR3Hw79JGNzb0SVnU6RSL7pMb
qRqQFB0BHzfud+oIJQY5kkRnEfYSxFNiEFV9wSlDoG/W1J79x1+WVEYw14RFKrqJHeqVVHim
A9xokkjLA+3t1JA3AEjpuSY4V4uL3pDTz9eAR3YcfFa3mlZs1pNTJjRa2szRvHIsRaFZIt4P
V+3MY7ttK6ZJPy+GexVrijYg98u/stBAZonkKhmUjYSD3G+lPNaxkcGSSW7BBkcg0VppHlim
ijhltWD9VaSMfNFVjA2Pv2app1y3x95hrzYuTiS/Q8br8jmm4vKeDZmxAcBmKoy0FfIQw8cz
kn0azvCojBppGCJCes9xW9mpLQryLBjc5BXmlp5WmUX6Y18jUqnGWbUMbEymFmDhgybNdqzw
S5CJYXkZd7VsiQZFIVo0RYZXZbAB9XU9zu0Hc5TLRZK4JJJWtwQx4+81SKQVwqrJKa4jsGxG
zBlDRquh0OmvS4682UxectQUsrbwAeWolmTmde1l9XrTV0KtQxkeMqzxbtwZVO0tWbXb9Zc3
/wDVle/rvbd+Y/8AXQ+79Rp/h+z23/rbe+749eYc3jbMtbIYfhH2+ZKhPAWSWvep+LuK2a00
Uq6MksUsIbt3GnXCeRY8LBjM3x6HKT0az7v9s930+RglsFdY5q+XhkRVDMUfXUfq9R28xkGx
zWkaSOKvrFZssIyYY45tkiVxM8boGCFoyASFGm7HRfX2IK9aZqddmse3asfs1ttOZIVeBEhm
kXaQqgbWLsRpuyESzoguQiNJFJAlagrahfclG2K5PAygblJZtANOwlqvJPCK1hYY7lZwiia9
CJa7yxSyqhllrb/VlRXlJ3bSR1lsaJJ48m9ZLeIsiV2ns2lSb36ZqxGc/OdASzaqjIwUdh1e
SOV6eVovMa5Z3S1TtR74u2xkkCbn0de6sOx1B06rYbKzWA8SUTcxka2UjtZHHIYMfFbnPsx2
bVjWJdU3rtmJCqflFMQyLjbGTrvkcfOttaLGfET74WigYLHceZFhVw6iOfuh3aHqtzLGyW8f
lrGExFyziZk+pgv2Jq6vUxB0n96pId8cSgqVjQBm+Yvr9j9ULLUyFT7tPBVHK46xH7NqrPH5
L4/HPDZikZHSSN/iB8w9NdevNf8Anb8j/wDLDM9ZW68KyfTLPJCsnzqGVGYhgQNNSPw+PV6W
VlBLybAm1IoY9pYIuugGmup+I+PQUsdQmmrerb3VmLenYEnv36DjRhqdCpH8UKf0emvbpXJ7
NMhKjTVjqAWPf1G46/o6pFm12xHX8dQx7adte46jrozK3tP3AGhDhW09dew6ycja6+5YBKkq
W09saFgG7A6fwdT7SSv1NgIoPcAHsDrp3BPWQedvbSTGWdZCGZYmkSEgkqPQ7NNf/h9criSy
bd6bEQSQ1IK08thovzmoJLAUIEEUWo3Nu0BIHXletkslUx1nJY3bjq9ueOKa7K9iBhBWiLtJ
JN/6Kg6+nUtOKWOUyvmCVRwGJLso1Ts275dNCPh1Tnx2fh4dnLV6pj7cy1oLdC2hgeSO5apm
ajIlrWM75Uc7l/W1b5jjeR4scm5PwzOQpYpc24ThZcrc3pTFiKlcxMM9q1h7kM52K0jNA8Z3
KSNR1h7/ANwHFuc38VQxVWX8tzdi3X5LlMOxeXGPft61JUqWnkkCqNFjAEa6Hv1j4fBFjO8L
x+XLmXilrNXM5Bhk2LDCUny6z2EmsSs25G01QAaadUDkeSQ5Ka/GiiuKlKSX9oQqV41rAuGf
cdR21APYevSxtXx3FK3vwxrkrDSyW5klO4PBWjkSOP5ydNW/HtoNeq82W84chr2UR5JVqijU
g7D5kiLpHKCnp8xJ6XM+OvPWdyGRms16+Ow1mxRnmt3Jp5IVR3kljWCuzj5jqp2nUa9DknnT
J0/IHPa9tpqWNu2RkeK8XghOsc0NWwEhvZaX5tXIfaugHUVD8zvtjPeFehgsO1uOqJHjj+mN
KlULbXWzCgKRqzKDqB8unWMtZnjWM4vyOmEMzyuMpPZRpWlqWbdMxmrXuJA6xSxs8gbaSwDE
jrNZClfnyFvmNXEZG4q1oqNCghilmrY/GUIWda1SBshJ6u2oIACqoXrHwAMpW1CEHqWDVZyN
oLfKRL+91gZZ0sRMMwVR5omT9m9JgVU7V3D5BroT/wCXqm5Zm/ZUwuoAG7Z2Pp2BUfHTv0yl
iu25a3aj5SBFrqCSO/f0I9Or7KSVYSHQjQHRiTrp6HQa/udctjfUp7bxuVWMMQbDa66jUjU/
jr2/c68asWJUcIiV2A7FfcsMpOp13bTp3Hr6HrESIyyR/njj2wTvCjeQo0A7ysvwPXLmkChX
w9hotQwP7OSdXUMygkgNqNdO3XHQ+u7+ZuJBB7jvPbYaH17qR6gdf2muGxNKzkcjcp/ZuKtK
pBJZnsSV/uOx1nYsUSvJoEiJYgEIoLHsOvorVzH42ZYt7xXmu7tm9DDrspAlZRL22MVIU6em
vTTLNiHdqrEVjk56ZlerC8ryQV7EET6pu0b4jt6epSjarGpamVx7sVyG1BNsQvJLHZiM0U7I
FPyqxKkbSA3XsGVGD15oLUMU3zStOhDw9xGklSUeo7IO+mu3vnH8v5fldiw0C0uMYKtyyHjP
EMlgXx8lF6+cymF+j5VZy1eVmhihOSrVfpxEDE21nTGUuG+MeKZLN5KpP9RFLj+QeUua1msU
K1urUoULlnlucanWSYKZqkU0wlG2RFjEmyhk5+FeQKWOoZOKNZOKeP8Ayzwp0xUOQo2MtQqt
iIMNkMTLkMfPPEximhMW0Se8mi7sdxjiPAKXKsqmA/nXVXA1znOUYrFZYTNj5ILENjO8gp3M
hBEbdq7cO78wbbMrRyAdWeP8nTjdLM4hlm2zValFMjTlkYw3YoLo3rY1jUWIlMntyKyqXi2M
b2L45Rp8l49h61XNczt4GpBMmA42mShr3LuTtQRTQ00n901o1kVFmklQKddSuJoC8XsKMi9+
Gq9ZIZXuWK0oB+iiFeau8VSBUkjZQy1kbYEaN5P5OHT/AKrb3/5Ea+3/ANdtp9N6f+ym7/2H
6adec41B/wAnfgP4HRifE3GNFVhoysdT3BHbrkXjnKSqZaczcj40JZPbjSKyfZzMLyGWAIte
2kE2nzsTIxC6KdeNwUJBNYxWLeeVFuxURBSjkgj96WaRmmIeeab2wyayrGjRoVJ1yV7F2Ki3
qq36spEMsdaKWzWhspJQriMyqjxKHDMCHd2ICKIx1eoz0lGWw1hcbaqmMTRNDcuS5SC0JDXl
eG1LZlJQFS0bQltSD2v08gsQGcmlSaGuGsLThneKnSgryTQO00teRAUdAgRtum2NNOpIp6Si
elYWjFkw0e5UhgSraUllDMsz09S4UHTuCNO5vYgiHMJCBLFM8NeLMkybNW2RiGKxEoYiTQgg
hW027urNW1XtYfL0bLGeEM0FuOUabGLRke4Cr7gfmDdmU9geqFvl2Li5Hx2GGSjkZEjK5n6K
eKxC9utXmsLQu3KYsLJH7ntgvEu/eAF6q3OK8zOVjzfHPyK5xfJV7Ub7MVYt2ZbH5DKk9/B1
oqW8RPJPC7xPEQxeNVg+xixByeLHc0pfc14QyN3H2o5HFlKHPsDknxeUsLXpLJkslXbbSspC
iSSgKUVH/Y+a/wDO35I/5Y5nXrIwZVajpO08cK2Ln0ivZJZ0Uu0sYP7NX1BBHYag69Zf8u4l
hcdcOenvVTkKiZLHxypXStPFTZwzxbqYLNC0zROdzIqDb1TyvDqNijLPFLJcrTWJZ1QzQVma
CuzMwWGvbEhh/jGJgG1016Gmm4OB2Oo12rq2gHxHUQIG5QW+TXTdv2nuToV9eoJGUekiovp8
w1KsPTUg/DqP3O4Ktp29dF1GhH4dv/P1lVkKMfenOh0UlW0ZV7af4IPVkHQH3JSoOgJLHsdv
bUsddfw6t4bKRO9ebis9gRoZFk9yO9URRGEZSWIkK/iQdOofy+pNXrTVTEz0bVmNWisSRM0F
vZOxVUJ1K6jUjXaerbxzXka2sMyh2mtEiqCY2SK4ZImcOuuijcfUenQscay8smXkkk+hqW2s
UZZZJNWgEUe8V4woLKAVUk9/w6+puYi0Nsy3YrFamLOyaFfponaSRlcWECHsrAnX09Oo+M5P
m3JqWMqhYkpUKyYWdZFEusf1tWvFkASk+roJtGI1IOnT5uHN5y5nXhSKbIy5C5dyAqo3tRxz
WLT2GlhjZtwXuF07DXqbMxrau5KOZL0n5hdkq2rdqWaVYZY7thv8Ye08DLGgYE+h29ulm5JF
lLWer19s0ecFiOxTMU/tzVYKtke1V2zEhyvzlQfTv1M0rxwBHLIQo2s7agSqynQPtJVfiFGg
7dSS0MhbhDOJCkczFVEbssa7ZGZNzhA2o111+b8Ose2ZvzitUsmR/Ynkjdgm5oXkmYsVnhkf
UFCugJ07duouPcWrX8kL84xeNhEhlsZDJW5YoIqwKkkuxmUIxGu11P4k0eceRCma8p5eocgN
8psY7iVa/DvFDHRyMyPlIhqJbWm4HUJoNScrMrNEySqyFVChnJ0AJGnwA0+GvWD1QGQYXAQt
oSNwWlXEjEnt3PxB9eopbP1McNXJwLB9PtkBl+ndkM25wxiKaglW1U6dusSv1k1uKvmYvZ98
bZIxJjrDEEBmGm9Ox/R1jwpG1koMSdW1PsRltNDqx0J/c6uhH1nWzI4AZTs9ytGGBCnUbnPo
fQnqzGdFDK7a/A/KdAzHuNQR8fjr1yqP5WJ1Eja6qFad92mmgBG34/h144VU0ZeFwow7hdRJ
YXcdTooKnT4a9+sbHel9pjmLLRqp2tvjqzWI1Xd2PuOhHx7emnXJrur/AOLYyZYV3kgvb3MZ
JCEZnCqT219e/XHu41bimKZvxBBnULpqew2n9OvX9o1zeOi2Tkw2N+1aFKUblHnbN+bJsABu
BGntfmZc+moXTUeor2ffy9jK14jQw3GePRX8tfhxiV47MkTJGZUDxPC8sjQx7tCxmY+0hD8i
8v8AlWvxi83vvV4bwmK5zPmdqFtlYrkOSQVMjw7jtn259V2nMCPayTpC42NVp3sRmspaW2qJ
mvJHNOeYevNodokaxx5OOQx2Z42IkP5ekG8sBJtC6x2oeC8NzLvcyGOp42HnnPIJZLVR6q4+
R84vLqrWoZ6r67Yqdj3ZN4DMygNJ9VFyrjdWzNHikwnGcrySW5HZqzyRW2uRcml5jXq2a6yq
7RywFh32BS0btazHinzHassXM64Lm3EcpjblZRNUg2Rcs4zBIGLmy7Rv+WRhiEDld52z4z+e
eV+pRoZSJ89S5HSkeD2IYlrXvqcrXmjRK6qEDjQAIygDb1zTx35sz9iO6Pp87wae/msjiuKW
3gmvNyapmMHSvVcDyDPSR2a9qnJbrWrP00E0MJjCRg2654t4u4wMVHg7V3yQmDpTXuCYzJZT
Jy43GRWMXRhzGdzWfrQb6WFZ5pLcqSLL7NeKS0uV4NwfiZ4Z4tzFfF4uvIsUh5bzi9mMvSrU
OZ82gvmCvJcluWliNVEg9mjKqbYoYHiGOh+nqp7LXlsmrDXWBJ5PYWD5o40aSZqkOjN8qBgQ
qjTc/wBJq31v/Uq/1re1o3+5v/XYfnf8P83/ANru9OvOczOEVfH/AIBZi+hTYvibiwJHqUZQ
T69tOsLy3BFPrMTZZjHNEJYJa1mOarcrtG273ElpzuPxVtCCCOsXlVX8yiy2OoclzF2LVzZx
8sTWqEUsSMYpoclYqMwQ7tVb2ioV9DlWtYCyvFs3NHW43mHpRNVsR8exl+CZjI29YWuMGFdp
yQYVI77FHWdpwQS38dyeO5YryV4oFmq2eLOa8U1i1JEBEtqjPaAXbKwVEJUr2KZSCGr7tmNp
/ZjOkav7EGPMMc0ZBknCVtQ6uAZHZ9ANT1lMngvfS1Pn7uQXGu/tukdiSQtGY1EE0jPNvliQ
AMsTsrN21axkZ7s2MuxWJ41rySJN9SiraNhYoFkWWQe7FtfagA1IYroT1Dm4Kqx8n4/7NW0l
aJFORxiCzrvOmptVWI9rc7MyMyg6KgHtVhDMiqpdhKg2hwyOoKiQkqWB2/L+78ehcpXHozzo
YPdqNJWsmvMhSxAxidXaKdGIcE7WB0II9fseKb5Fk+67wa0jvIZHLN5HwBG8gt31Ou5j31+H
Xmsf/wDW/I//ACxzPWVZlHuAzFCVIKMrnaQQdVZTIdCCCOsvTzVGrnqeyOSvXyKuwr2akhFW
dJImhnkaEk6K7MpB0II6grVf2UCrK8cCnRUMhDy6DtruP7gAA0HQYdyXBJX1GqoPT16DEljs
ZCCdB3d++gHqN2nUEejfqErpqQig6fvt8vr6jX9/obvVNe3qfmXQjX4dvXrLMSCvvSArt007
FB31Oummv6epmfsfek07DUqZNA2g/wDW06uWJ5EhWHg1iRJpGGwzTZOqkURU7Q3zL6/v9tOq
01e6E+nqNHGJ3G+VUdY3nmLMEkkJ2hSQPkOp+OofIZKSN2ji9kQVo5FiCSRpMntM6IoZVIGm
u7trp1M2YkTJY6GvYnhpun7I15VRYLcbHUwsoj7prqJNpHxHU1XN1MNlaZqm3EMh7Glasmwy
Se/PGR74caK7hgxbv69QWV4xqk0kk7/RslooJIyZI9CVlrtDJqNCTovoBpp0+TxVHIusJdTB
NEhRBqyiCatKsau8qnuNzD006p45az4u3joQmOyteJILFcOpUV2rFljtVGb9aFiT82qEN0ch
DWpyZvHxzVb09cMti4sdcTxWGVjHukSujFm0DSRj51Dpu6+mrGWRJWcfKrPCvwJVhuQLouoP
4Hpr2Vnir0oYxLJPPMsSFGAJ+Z3RXI7aKp119B1DWxiRXopLBhjmg0laeUEIzR7X2IFfQd21
JPp1gPIXIqYtZurZS1h6APuVcezR+3DZmkK6z24FbVQAscbDtu016oOVjQNjEPtoCqqoWVU3
HXQsu0n4dz1aDHUfVRHQDt3CFtdNOw1/8/WLhjOoTG4MMQANC1WuvZe+gGuv4dQov6wy6qhf
TQk1LCsoGv6hMY7n016ppNCsTDK03ZI9pVicfYBKgbv8P4HTqmdCojgpyDUEro0CAg9wewPr
69ZAqX0aaeIESMu0GvEzKqqADGCoOnx/HqwNdNVlPfudFiA7/wAXXU69cyZdS0cUbqB+ud1y
cIf0bQevHtw5XLILPCalxYBLSessbWL0bQpG9B5FRmUsSXLEt8OsREiogXOLq6rpIzGna1kk
YaAto2hI0B165jKw+ZcbX3an5gXS2wAHw0VAP3+sCmv6vFMSSNu3Tc05HoT1/aP8ae5+Xpko
fs/9y2ESQxQ0/uCrZCUBWlhXdKlUoCW7btdDpobGMwMUiS3UgiylhFM13IqjBljtuoVBDEZT
tQhIizE6aknpiZY6kaAhNraE6IusgY/P22jVDqDqFXQ6amSSWGyWQe81gALISFVfnUMxBdyw
H8UaencLdsYo4+GmJkhhlqQQAxiV0i/aB4GW0r2ZFIZ9xU91bUk9Q2p7C3r1qzL78NUGn7ay
stqWZpI5Jmmnlcn3SNFLaHuOwEkMLy1DE0UqTIk5Qv7Ts8SSj2Z/dlUNqUJRkUgHTqL2pFEj
sQiIqlo1GoaJ5GClWQL201Hb1+PVDE4IzQNXs15LmXFeSxFjIRNGPeZIWWS1Zf3NsMKt7k8p
Cr310xed8mWp/HfCeNuI8XiM1jnfl9/M5autK9lsXwaI17tjlvL5KZJ+osVrMUZSGHbDHFXW
9jFr5KDFPSvRYzG5LJY4ZoJlcfUiw8uVr1q9Sphvdu5SCxKrSSLWigKmZjuDTw4uwzQw2Jvq
0isxWagtRCKoNkn08dlrjSQzPLvJBEwAAC6t7P5jQ9j/AKjb+pL2tmQ2fnH+v79f+ae57m/2
PzD9ts19z3Pk9vb8vXmvaw3SePPBUzropbZH4o43EpIbttJJ0Pw0PT+4xCfqlmb8QPlUfAnX
T0I9esz4/u7JcxiaNyfF2Lu21HJx5vdlgqVIJAQLNDIXp4m1YJ7NtdRohIiRMxfmrx1zQq45
71oxUYK1VUjjggWRY4mELrGHAbUtr84JHVbJ2YvzqrBbtySUpbDxvH7ispmqs7SRmUSbiSyj
fqR21PUs8c0xhvwe1FjzG5SvdRz7ipDp7axsEQJt91jIq7z30XDy270+Ne/I+6CPEZW1bszW
bE9JHhkppLXXWWFzGpYHbJoQV02M88dfM3Fqo0dmw9aGtXaUzg1ZhEg9yX3NTJHK4jb5gy6k
633wNISZGCaV5LcHsVsXCgmadoNqQPJYmjZ5AY1WSUKq6lQRpNlcDkIqmSlka3axntQU6t1t
JZGmgDSj2bVh1BIZyrudTsPdtsisZUb2PbkEqyptLR9w+32bAJ9ND+Onfr7HxCFfZ903gjUj
Ue2f6xOPltSe7Nqf3x15q/zt+R/+WOZ6ydZXBf3JXfasg0VtSO+g111Gv6esg50AJYBvQn9r
qwPx0A6jgLgsqFV011DFSu1gD6Hd2IP7vVfYNAANwJHcjRd2un6u7T8egQNGKSEkaqCAX0I7
DXv/AO1+MXx/ZqoJB117+moGndv3+plVtNIwv4gMVOg007evx6ywA7GaZgSp0HyF/Q+oJI/c
/T0410ZZnGumnfdqNNOwBPw+HU9qCQhG45XrzKWUBopbE0mwk/xSSp7HXUfwWflleSNRGXjk
2xqiP+2KRAKyOpb5lBJG0fo6r2UsrLFM30zyl1kRXsxFkkZQ2jRRyqAdCGQN+joU0lO2XaER
h7rJBZh0mVJPxqzEuNNRsJHoOp6Vi3tiFWzVFqVE+mlEUit7NgMDLBIVYp+rov6ND0MZdtfI
ZZimrtGViAVnsGOI6WIlfRmYenzdjroT7Flq8KiCWVFljJ0Cto4kQftB2GmgJ6mkp37RnrSL
NJTsTAm4jyKRLBKshVjuQADUEH93qjchyKzVms1xcqqsy7hCJK8yylGDKYoJz66Ek6eh6npc
aqTRrbTa2S9iVpYpDHGZEgbQoNG1G9mUbvQka9cOg5Hlcjk4c3YjOQ965LKWi7yhK0W0Q11Y
AajRux9OuJYPjWKMOQxmFnsT2Do62I7VhfYriGJ41jkWSPUkIC25exI6oWbGKryinsCLYiyF
SQ6KNoZxHIjBV7a7RqAO3VKW7hMVBW+jkCTVLl6d5UjdtEnVqkejjU+jD06+sswiaP62vNNR
gEiPLDDYjWxG7AiWOP2+xbcCO3VPQNGjVsV7cTsXZI/ZhZI3JL7mjjAG7Uk/Hv0vMbGZqU61
XkU1KzXlrWDJBNJWnWuxlYLXaF01ZmQP7f6raFh1jlo5Ovc1yiHWufcPs1YGgM6OVasYpGXV
AHZjqdwGnVYqDoYaKA9juBRFCnQntrqPj6dXxKpEsVhG0YEr7bQom1QO4csfU9T7ju+S1+J+
UwuPj8B265e22RwKoOwKQrezbdmR9NCNQw7n0HXi1gvzv4zouSqbDqs98sANAo0/8vVFXB3f
mKvoQNoYxTKND/hFG7/u9cvTcWVsJFI+/wCZt5rWSFBJ11DygdvQdYPZ33cQwshJ/BjY076D
0I7df2iskZQP9F9qCgvu2jf5xdT+qCdwB7fp6nirbQ0W+OJVETOdxVfl01VWdYyxAfRSP0kd
ay20rzS+6Q0sizL+qAqs8baR/pB3lu516kkbKGd66ShNHIiBniCiImNFLH9spJ19AQevZe37
GOilYtF7xb6l1ZZIlCxgALuUEgkd/wAT0xMoAEeyMaH8NCCdFkcDb2J7fvdQQ3pW+jaRA3sD
X3VDBhHGPlXUkDVvwOp1641wTxtjWynMOV5qnxzA0INRHPduzgCS48SMKlWtAGlsWG1WvWje
RvlU9CSpJh+b+YZqOPzPKvIeajSwGyUVwVMvFxLEbbv5BgcLtsVq8jRSWpFimlndPc2dY/nh
vWGkxVfIXvHnG78lCChgEuwSR2/KPKKDY91lnyEdiSzj6szLKY5DINBNF7QhcxZHL0cVMJxO
le3kZMzO9jJZmTk7SXpLdl79jO37cQf+RtSLK3uFk24nE1YVpyco5fTxdOCMmaKv+Z5iHHxA
BHkeQxNKBrqzuANST36+v9+bX/Vg/mlp9KNv83P+se/m59R7f5p7n1Ozvpu03/Prs+TrzzCf
5WDx14FdVIB3g+JeNNtGiliNGOup0/R0QdVUtqQNyHuQQ/YF2O8akfjp+HWKz2LmME8UxRgG
/Zy15watuvOS4BSxWmZD3PY/H4UfZsFlu/TzwPXZjFar2IlnryRajaA8UoC699H7ep6rxbQp
mk/ZFtW90NKVLK/b5QwI/QNR+g1rUFoQZCtXOTpmvKd62aiRTOwCRyaJJGQTuAXQEE6A6Qx2
rQHvPYNeo/ty3IIZbUzOkaRxSTLsKI4TQjYzaaluyVJYJcfjrEbyyn3TWydr3pEfU6u0tGnN
LGHnOizsuugXX5lFOnCItzMrwSs8cdb3Cie2ghX5JkBZe2mr66AHoyRIFgkkAKJEqkIGUo2u
1gjKe500J/E9SO6mHIe0At0DeXfYAglj2D3BEp001BA0H7v2gc5ztyFMhL9yniGzgsZLJIwN
SPnmINa4NCyzWJ1UvEPSNF3H8R5q/wA7fkj/AJY5nrIxs25nMpU99Cd7jv8A+qNP4OrrMxCK
s/rqdWMh01GumuvW8DbCgBIOh3fJ8h+HxGvbqPvu0I7ka7e4bv6ajU6dRL8oISVCO+hA7hvj
q3zfudRru+T2xu9ezFwoH6NFGug9T1Z2adl10117qp03aEHvp8e/WU1I01kYjTT1UL+IHYf3
+ptTp+2k1Gg1PfX10+HVmxveOJsdjYJGQsJEjaOSR3TaGJKqNfT06tTTiaRFFa6k6gL7siCG
T6qIb98iyRuqSKVGp1P4dKGZ0hstY0CSH5JRJuVwY9oC++ASvp+8NOsc62wA8BNmF5GKxiBX
WdSN4JSWNNUcaDRhrqe3ST48W31Mpnhm9+RZDJ78JiQkItsaRxlX1ZmBYH1Uipex3F85Zght
NWgyRU1cdVngmlWRLFiVohVrqkLgsT8w7DueoeOyzw49m3ma3Zk92SMUkezO8YimRJJfkYAl
fQ6E69+mysnI2eFrIhrmvUgilWurdxOUSZd8hZSWV9F07Ak9sll85kLuUsV8LLkkr2yr0vqd
iuu6FTCLComo/aLtPY6dtOnpVQsEeyXYsccahgHDLt9lI0iG1QNCAAPTrxp7bB1hSu07qSVR
hB8oYdvm7/3uqZcl9uLx61tG9vVzbIUk6Hsr+v6OsbXk4zNcQxxj/E8viHrvoNgfZbsVGRgT
powOgGn7tZLGJs4yBMfGVrz5nCsIztfe3sU8pM3zMdR8p/e6ttJPO0rWqy/TiFU0aSSNQHmW
V0JkZddQn7/S7ABoKICj9VRHWXcFGuu0en73V3h8uF49bxvJcheiyFq3i/8AbUx0o1t11iyU
M0UwMVlAApDAqT1hExmLgxhjyQrs9UyLFMslR5wTDIXRCp/DsesclezVeUpU2fVU2Ze2u3fJ
WsxgBdB20BP4dX5o7uK9iVS86Pj7fspYhqhCBJFkmmEUszKO6H0OvVr3jiF0SdQITebXRX11
E4iUafDuf3OuTLWQh7UDxPIzxykkySrqiCIFVVT3J1PYduvFlqTYsreMqFeX2USNC1b6yHeE
UfKSBp6d9NfXXqm5J1W83Zf/AEXRFPoNNAfXv1yeIyTOpwQEkRjIgZvZ+Xfp+u6Adjrp39Os
CNCCvC+Pd/X9aJ2A/gPX9pLyHN4ufM4zH0ftGM+NrXpMdLaks+fYalYfWRftIo47U8bvt0LI
pUEa6iXHYPHTo31duOKEKbNiRZQ/tj24YHNyWui+oPcgEaLrpkZcHh+IQiKrXs1K3LvJHBeM
5R0nmaoX/mra5C/Jqsj33RQbFKJQzKWI3DWxmPLfm7xPwXCwSIqR46zybl9hZ3tpQiqzD8k4
9j4nmtzKvy2JGCncFOnVmjN5lepchkliFo8XEtCzKujpNXWznKErwyNuj2FxYVwf2egLdZMc
b5Zj+XVMdti95ac2Huzs0MbzLBW+uyldUi3lTrMS23UADrW0CggQH2VsF1DbCpVWJZiAde47
afDQdWPPXkDDlfLnl/j8tPitSzdtY+3wDx1k4a9mCyliCMWsVyHlsEKzTWGMWyB4KYaOaSVJ
YuK46zNksRfeC/kBYhkr1/yhL5avxdJTO926JSJhKzFvdmaVi7SEstXG3vakt8ozVEZWSE71
ijv5ESXplhjd9K2PrySGJNpB1Yj5mZzmjXuk3clPfzM8iXsfUt44WEazLq6QvYgl97JLBAu3
RmmabRXWGNPCuMetLcWDn+EzU8VRBLayFfCWY+QTVIlklSImaLFsq6kAFyTqO3Wn5Su//Up/
nJu/L49vvf8AWb6/zf8A1vT2Pl9vTZu/9j/xuvO4h13v428Crp/F0bxHxgNuGhHZAe/w6rzB
naZgA27/ANhhiSADtGvb17A69BCSCuxwQwPfUdwOw3egPbqfjtqRmyWADCLc7N9biZWcKy+4
zEvSc7TooARk7EgnqPIfmFtIoFjX6aF5VkVI0RZBGjM4Esk0vbb20LN8AC+Yp/mEimBv8dtz
ssSoqTrPHGZCEdBKdpPzAsNO2unRk94Ccyp7mwofbaHVVURMp00Z9fwOpHrr17kzyF3jAc7l
iMURDyRybQi6qmp/wToSPQg9JXlWSOvDMTr74VmO47EXcXLKdp1DdiAe/wAemnEgkRj7iBCu
jsewA+Yr8umoPVhdjRR1pEjPzgtOXjWUsWBBVozIB3/DT06+x2lQknkNv7iPBaWCyskEVY87
wUXthnUMC0mqqu5lKkAeigea/wDO35I/5YZnqz3YRyTyR6hidwMrbjodB3IB+PVlvc2K07KC
3pqdexCn0Gnf49SoGBkYhSQfUhSo0PbXUD9HTAEkAAk6kd+2pGo76npSdCEllO7UE7SEHcn/
ANX4Hv0hIC6h17nQbGb9GvqfT4ajqQ/qo6Kfl9DonY/DT1/T1kwD/wCxHbU/EsAwH6SQerIO
0qbJRG1HyjX176HuT69RR0pK62JJ6MbLZ02SRRUrXuRBj+q7KRox7D1II7GtTyT2LluMmWGj
7tafIe5PPajEMMc80T23mjI0EYfuDoNNuvL8hDjLMZw2rrK1a9MjbpIIWQPWrmOn+0mXQTJG
jkk6/jNmM9XCWKMN2VK37KWWaSOJTCbAkR1VEC67GB0ZzqNR1QkjxGPIhoo+jVoDqdinQJFD
FGvzD+KB1x6vRp1qyGaQhIYI41hRINCyoigbm3jTvqO+pOvTsyfLXpZQgDt+tSsr+g9yQTr1
GkDqBbvbH1b+JMsm9ddCSpXT1/HrkesYZm4xJqwGiooLfJ3JIO+QD4fHqaQJ3T3VbTTtr+qS
Sfif3evG+1SGgrV9oX1cmgxb1+Py/vdYwaKxFHFKduo7/Vt32/gv7vWJ3ADfMBpoRqWIBJ/R
qeq0p+UyY6P5R3LAowVh310Go16tqN24X8cFX0YBWBI7E9+37/Uo17rKnqND/JznXXTT0Hb9
HVEL3YZjIMp0bsDQslgdO2mj/udv4cVVhjmlkhsrkbDRbDFXi+lFdBIGdWLyMpKgA6hT+51S
aCYNJE0UciGN9ySj6gHejKPb3vWkA1Pqh/A9Waf5hQS3cZplDzwAuViW1JEiiRgGEGyRlPzb
NDpp0+yetrGbLOPdU6LHUNxyxBIA+nbfqf4vzemhOYSHHzSvNK6R70eOLc9tkVpZvlEcYY9+
47KeuM46mXW7w/G5HiGZgkXaI8lQlmse5GQNsteeG6rKw9R2+HVVAzh1vv7YQbwwWdC3uEkO
o0Go7Hv+HWSjIlWWzivY1APtkuntnX4hwD8fXrBghdRw3jL7hv3nWiF2MWdh8jISNAPXr+0D
8Lfzso8HXmNP7WZJeT5Kk9+rjYOM+ZLfLrCNVjsVWee/XwDVoTvASaZXIIBBmqeP+Q47lN7H
05LGWyFnAmK5kpI4g4gx+RbN5apYmuxrYeOFXSABCPd3MoZrWTjqYytXGpsWrFVNjxK0qhYf
mq+0kw2tIiyKxYqgY6gU6Faw97F3P2OLx1jkNuapPaadbaucVFZgiRY7Sl1mcAM66p8oPVW4
uNrQXIbKOalV/aWKpbx9isJohLYmls1nmZIwGYMqAdzpqWtQqY7VhZRKVWMPMJy+2yEjVlAB
+ZyoCle2hA70s75AqyJ4w8Xw/wA/OXQ3ojHTzNfHZetUwXG7klqrFFIOQ5axGJwdVlx0NraV
Oxhas1rhsW57T0+NcbtyxTS1ZHhmtHIXppw9iPFYBrqCrEmqOojCl0MpAaKdslmrKtLLaV10
NqfvNLYde8kUSuqLEjaR6jQ7tSaue3IkmItS3rk1meKvHYr42nbnloKrSJF9VbgrPAqh0b9p
qCG0U85yWTqYnLU+RRzUaP09M3VFmS9Ut8Xvplt8Mle8tHLpbljssEhlrR1xBHCiwHjD3X1q
4PAc5z0IQwKWlo8ay61FSvYkjr2pDNbXbXkljSX9VnAJ19v8mm9r/U5+l/3IqbPov+sE+p+i
9r8h0/M/rP4v/svv/afTa9ed3Rtsh8ceBtXI12hPEnFyABtP6wH/ALXp1HKiaNuf3idVCqCu
wAEkKoU9tSD8Pw62ltA4GmqqSwGhYAHXQkfEdu/WHzm73cfvWLI11LIbWOnZVtw7Y9i7jGxZ
f/TA/DrGWln+qw1+D3okrSMHsoyxvAdQokCIGVhr8EPx06Ec9+SeJVWNUiYRU0VEnWMJEWkS
CRE2hU+YBT/FOnRmrWiIkk95i5JCKX7/AD/iG77SdRqOlmZYyHVG3JucmLZqAwAGgYL6D9HW
+WRaxjcTMJZWG4OF2xlNO4Ab5gdO56iaJYgkqbxYlnH06gRncNhO9nk7FQAo7evVTGfU7a0r
Ncu2i4FiQEhm9oHVQJHOgHfRV7eg6+xnD12Hsf6zfhOpHGm5Ujji8jcfEYaNpHj9xmcnVVQ6
AEgk9/Nen/5WvI/9/mOZ6tnfIpjs2j3X4iV9N2o1GjDTXTqWRDqpkY7m0OpY6bv/AGu3TFhu
7Ehj3A2qQCP0aHpNdSSSH1HY7QuoGnYevbTT16IIIjkZ2Lfg28DTXuCxPbTXpZJQCjaIgI+Z
VJOjDUanQ9z8e/4dMASW9veoDf8Ao6nUDXQHsO/VtSSP2hGrAbdFXQ69vxGg16buCPqnYsNN
GAY/EEjTU+vViK4pNbZYAKzSQEe3U26JNEyt+0Hbsfj0tatoUqYesI45p5po0/xu3LEujn3H
PfQEk/E/E9eTG26O8VVtRu+Qtepyvru7hd0IPf4/38/INNZDlthJ+VtUqgAd9NNp9B279VxN
brxqMYW0mmijO/VWIG5lJbQ66d9B1gK8eUx8qxws8qrfpn2y0Me0OPcJCgjT909Wpoyuz6LK
lZNylJNKdwrsYHTaw0GuvWIKDu9+AkabfUtu0/EafH4dZlQNWm4zIAdToNCWOunYghfXuevY
kvw0opA7TFX3uol/U+UFipVhqex9O+nWAytHIpbTj12pi4qZEZsZG17YrP8AT2UmFd68hlPz
6aLtYaDTU12mgavNHTx8bxybC6ezaVRuMeq6HXsR+PWF3FtfqYhrtB9SpOoA7bv3NOqKsdXX
GRJqTodViaT00HcrqBr8elQMV9zKY8MF0DbGtbAN3zaNtI76ajUdWK1aO1OFlZjKeSWrLNMf
cBjklt1oiHiAYHYu0fiesRO8SiYX8jG7HT3GlFD3mDzasJWT22APbVdfw6rLBK0cQwOFLRsv
uQSH3LPuGWBw0Uh0bsdD2PWPJx9KKd54JWNZ7VVWkQWpEnZK08Cb1a3IdSp0aQ9uhyJ4PYSm
05irxWci7Ga1iBibM0lmexK240UVACmgC6gAknqzLGt6IyLOCqXS6KiYhcUAoaKNvnxsYjPc
7l/T36ymPiji9pjOo3/USO6+5NoWEkrxswMjMPl0Gv7nXOiyjYvNswEIRVDaY2jHqxAUDX2/
4OqqbFO2zlWQOdVGyCV9dpJ/VI79CxDIJBLSZ5VEit309WCH5NzegI6xh9dnF8DED+hIHAA+
BA6/tDOX5GIWKuBofa1b+laaWBLc7+ZrVatUmkhaOUQWbEyJIAwJjJHQxUOfjwnGahmWpxrE
tkK1CZrcku9rAa/JYyKiLVdLEmxVLRxxJEQoxaZgSClWtSPNLOWmSVEhsTw10qSH25IpZri6
RxqAmvwVgFN4YmKKrSgiNRJJ6vuKprvDIv01eP2INGkbavtofmUgLqNLJmaVKte01OnLbMTT
zVrDJpKPlBPsR+mg2qT8o6r0ceXi43jJorfIMpNHHaj2JOfaxcAdUjuWZllJkUk+1FqXG3se
RUcA168uUjtYe97FhYGyaXYYEapcFatXFjHose9kHtEGID3AWZxZnyd2tYyWUERq1zJD7lSG
ewmpcB1rK85aPe7bVBJ2+h1nkq5VYGkpQWTJdj9r6dTEnvRVmrrIzoZD7aybmJDdgoDA3uM4
6F7Fyfj2as2GdGnSur160CJPHG9P27Fw29serAoN7FtQN2G4rDbx2Np1heyc0tj6jGYtpmeb
EccgK2ZTDDdvV8WCPeEMcnuRrJL7oaSbx1z+9fmju8z8X895Oos1hVl41UsWcPW4dkrSQ2t5
jzGOttMG92KNXkX5mRXD+5+X0fd/1Efqt/5Pnfc/ri/6yv6T8k9n6Pf/ADW+i/Z66e/7f7XX
Z83XnGwG2qfHHgZD3+DeJeNqQR21U/ugH06kjjJkTZqYjvYDdt2su0ae5Low1+YDcPTt0P2Y
Rwqn29yvoQvcKE1C9l9B+H49PD2VgTq/yDVlI00J2uP1u2m4kj97q9xK9K75HBqbuLDaK02O
ZyJ43cgFkqNIdAfQONPTTqPHUoJLdi4xhq1YENiWWUtqGESFiqDTUs2iDUltB0Dy/IJXTb8t
HGqssyxmIMN9siStJO+4HbGki9tFPx6ajic5nqLV3EMN6OxRuPEqlhGrQ2KTJLFLtDL3UyLI
u0gDXpLeW5dat4/H/tkFfGVKdydA+14fpZLlhNEQAb1EhBIO3Qdocbi5cvHJXaH3jYdGeG1X
DyPvUwxtDIVdA6bSC2ummmhldJp2l2H2JZyojiiRHIdju2nXX0IGvbr7HYMhWjjaP7sfBivL
BKRDIr+RuPkA6j5SqjXQagnsD15r/wA7fkj/AJY5nq8n6u6zMBo407yMT8O3T75Nug/XB+ZT
qdRp2BOnTJcdhEG9veoZ3bVQ2ugU6a/HTXr3psrLC24bYmraAghQxaSYxEH9w/HqNF5HCVLI
RFKtGOTcNGUELfJ1J1Gvp1XkTlmHggLRaxzWITNHt09wbEnYMxIIHcHqSK9zzGQoYtNhmoQS
b41AbtPlIe3fvqe37/VxH59SlAV2QQtjJGfRf1NYcrZUMuvY6nTT97owcLgGXcTyft7ZnkgR
GGoLLBBAr7iD6MP3emN96KyvhVtstLaI0ew0SBGXc7oQOxDMTr8epLntyGtJiqSJYKMIHZWt
kqkugVmUfAa6fHryLEC+slaqGQKzabdrdtuupYroP3OspUviONhjcrdrl5oUsySSusVdfpxJ
I5DFQ3c67ASdNOoK805gQ4+NxI1ahaKH2YyVC36liJhu/wDR+HWDqRT1mikpuz+zx/jVUoNI
l1UwYgOpbdqzFm1Pft1er1iXh/Lci6szKXVxTmdgwjSNAuvroB1g9p2/4wr/AKw76GRdBr8O
5PbrLxfrf8GrWg9V/ZowXt3JGo7nXt1n8jNK0FQxw+3XhRYWa4XEIaARbISLUhBYMNQQ3Yn1
gyEU8EVU33WrVdpmu2PZrxTWGEUaqlfb7oZSHRjt1XUA9YP3Zb0uQXj+LTMT5CCGKaTI/Xoz
+3JEXFiI1EiHu9vcILfHXrDlvl1nhOp+HfUenrp8OqjI5UtSAHo3aOAAHUaDQ7vT9HVcvoTL
mcZGvoND9XD82nxPf9HVgsCAMjMvfsBuayupHbXTdrp/f6pIfSLKXJvk2Aafl12MhiRu0bX0
HfpVJIJxOEj+Y/KQC36mncfMdD+BHWMRl7OwQH/BDjUMB27AHUdW4FkDBrDAAnQjSKude27s
RK3fsPl6mgPZxDYJZV1X9R0A0Gn4/wAHWRUL2VLixs2nr8x1000B1P49c3Yr8r84yqoFUfNu
xVE6r6bgWc6enfrEVmLH3shmINdAm1mrXSv+ENCY/wAfj/DcrS1bYknryywnaHr+1MrfOdgb
QmE6Eg6afp6x+o0/4O4b469vZkH/APD1/aZ2UIWSCr9m5QkE7XP3HY9EbQAklWYdbTM0s11p
ZS82vuOs3ve7L7RYLENoKl2O5T3Ovr1i6nHeJ5nkkNSOItYo0cjboJecyhYotIihc7wCAQO+
4+vZbsvj/LwV1Nkx1hLThm2I5WX28fYyBuJKujBwVLBjt1B06XDUasqZCvaq46fD2kkpT15E
dPdhaCRTKkqsdV1TQhT3HbrHxvNWx12zhpL9hK8KyWamVtSv9fDM3trUnjSlHAkcuqEFD/FG
5oq/spHayM6TvNHUgilMUkLxwIUiaJo6+0poyRD3zuYk6ndcvZYSplpA9uawsbzPWpla/s1W
MjRKojDjaUbQlgNRt7y0WstKJEUV6scrrKV0PuyWZdsaRIrAFUBaMDQbNijXlSTY4T28dLxT
J1rUFpocgWpnlFotYsSrOQhs1YV3uyISFU7ywRuR+QcvxK5fh5LWxnBYspB7VGepyTPwcn5L
gcq1ealLFcrVbHHalVnFZPeqxv7csMzqUs8GbGmHH8M+2/AQT1rdu1IMzZpDieGC2os171Sn
TOPw9eCFIYIYwhaUM7ye6fpvpOL6f6rP1/t/lq+z/Pr/AKyb81+r+l/Ntn5bu/a/VafUe/8A
4x7+7v15xiJb5vHfgQBPc2qzjxRxgqpXcN4+Yn4Afu9NVkk1tSWIikyyaIqgOGikfaBDtBPf
uu06fAnpiJCzwhCWDLLHJFIrAsRF7mhQkHXcQ3qB6atMu32mK7lABUr210VWUk6n0AJPbqnl
6MkgevOj2CjOperqUmgPylAJo9RqQwBP8GEyvGxVu3uTYXGXp+QyOJ3uJeryzxx0mZIZqkde
zGieyAGEob3ddNA1n6ae5E6xyLHI2iOssuhMVeArANjptBUagd2YaanHS5ceyl3IQ1Iojuff
J9K2kSCNnikkhKN86ncqb/4zHSg2JnaqYY2vm7AK7FYyDvIa5KFViyyJ7Z3BwVAbcerlqSv9
Pr7ddQGXRmrxLAbDmNdNZSg7jsT/AH2kWUOWCK0Tjdv+K7pPwX49wD+nr7JSFG2t9z/hSy7l
lVAKvkHAzbAe25h7foANe349ea9f/wArfkfv/wDhjmer6grpFcud/j2lk2nQ9+2nr+I6mdju
KlGUa6F2OisNO5LDQjv+PRgd3XdJGy7iTqdQe3fvoPX0J06WOC6zxblIikVdGcgGNkVk3jt+
JJ6js3Y6FmBQ5ENii8gYp3TVo7UWoUE/vfDqr9BxDg0pRVeNrmCks7u4XcyvZL79RqPm+OnU
k0fEPG1dtgb6n+YMM88yEq4/az3JE0BbQa6t26sVsyeP1qjl0MWG49hsPqS3zI301T3te+nd
gR+PTMI94SXQKT6uzagBF07aafHq9fiiCVrq24EePYAJYpo5WgeKNjJAwVBoHUbu5XXqhzCt
FYelVCUJkjhkddnvW45ZpfnZSiB/VlAG31HXP7Kj3I3xtK4iOPXWJ2AbRdQpLD0I/vdSpJRh
rW68GWazOi7x9HTX3a0FckM0CRoTrppu3/gD1EXjyPuSUhFGteqLIK7F+dTGxGij1HY9YzXD
56NUpCISyYh4o2fUMNk2uwJtX1J07dXBaiYQpSzEllE2vJ7DU2cqjqCrSe3u0/D06oQ46Z5q
SZSylKyyOrz1S9h67SI6o8cjRgMQQNG/e6yS7Q2mFnYn1UKVkJUMOxXXTt36hlrmP2JJ0jt0
5ER4LNZZElMMsbBgyuwJHYFSoZTrp14/q4+sK1ZLQYqEJeWaWjNLNLLKO8skq6a6/KNNAAO3
UUYQANQxMegAB3LZg2nQAAgk9v0dYuYaBknhGgAHYN226A6dv/a79UZG00NYsR+KlJde2vxb
QfudVwST7WZxb6H4E2k+BPr8v6PTq/YiKBxeaSPf3VyZZmK7mZQAFbXU/EdcdaQrPXyl3Ij2
kMsOhoYa5aDExlVKGcruGp3j1164zyOJiltpnxdqrIP8XkEKyWq20xjcGSXXsDoVPfv1iZ5+
OI0cbIBLBkYk93uNdqXY4uy/pcjt0MUnGOR2VmgezI9aDCyQx7ogo3TSZyBWWPb30BJH46dW
CMbkXkaBwUWPH70DbhqZfrTFtA/A+nWRuQpM8VVLti0piXdtLFCp2llOwnQ6t+n064m/1rXb
fNYLHN8hKBtWKzlo9iUkUfKEo16qLqCdzanrjUY3afn2R2FSdW/xDIMFPY9hKwP7o7dHAItZ
rEkE37EmSWxUeaYyCNZGHu7djaaFgqn0GnVA99PyDFKpJ9QPqF/Ht1/aN4G5u+muVPtJeTZW
jtMVp+eBdVfZllij0d4ACxJ9sfNtbTaY8tbp402iEjq1pakFm/PZEzRB2gKKrTSzSspWKOOP
aANWOnV78pElCpTpvH7UgXfJLG0JCxQLN7FaNfcfcIgVZlIZTqQJLr5bIW47kKwRA2rLxV44
pNXbVtR7hih3blIKadiNO/8AObM2Y5YePU5rK1Y1paW75cCJ5bcpYyLS+pLBNQ7MI1Py+gEo
arCkUkcURmWRtYyqSzL8sIhlQk6q5YqxJ+ZtSEYMVM1gbbeQKM/sCP5wsO4kks76Jv03ar3b
0aGmz2Z6wRXtKvsuxjICvX/ZFa5aQkspA7v6aliFlwuLsx0mkaSzm8r79fG7UdFllNtkke0V
LqGEQdjqO3cdcyMGSlyubgq4WzlLSr9NBXkr4flcleGhADHdgR573tytvlD7l37F9PB/E569
4Us7zziMvKloZDPT43JYKLMVbdqtPDLkjWt+7h5YhZZKEm5I0ijYJE31GF57yiGLd5X8Ocpx
1OeG5rBey3B+W+PM/LVxmOp0Yr0UacYm9yMbmMqK+xESIBvqPdo7/wDU5/Ova9u9735F/wBY
5+W/zr/3T3fkvs/tt3/xj/2Pt683+06rMnjzwMSCNTtbxLxsFtNV09B+Pp0JZU7b9YyW0jdj
rqSDu+fXQ6kkgfAegmaVQwZoxJpvQbVCk/qOuoVlHw00H73UiNF7SmPbF8igM0uhJZwAwJXU
6kgaj106lQDRHmChCQ67R8m31UsAD699SOrHiTLX4iIjYyfD4MiFapJJJ/jeYwJk2rLHJZEa
2KwVj3WRNrGRB1Zjlmlq49VQssix4+uRIDPG9irT9yOMojA7AZHPc+p2C+L3LMrkHoxSSVkZ
pLCwmI+1UKTzO8jiJJFQuAPUAAeone5k7F5Hlc/t3cAMSdCqagaHdr+H7vUWMwNOPII7IZzG
XeUR7iJDuACxspIJOvYHXqSbmGUdr1cll49j5IipiA/ZyW8o3ukAuChSNd3YkOOxP2RY3i2G
ejXg+6Hws1oQe5My1ovIeDksSWZi0szqkKEklyqqP3T15r/zt+R/+WOZ6yEocbhkLyun/oNN
IVY99B+tp8OlRI9EZAxckbgf8LU9tDu1HbqKSaibtKV3hNiJS5qFYJpEszBJYEZWnRU7kDU/
H06E1SrLLcWRVuQppYsLJIrGq0daAyWJI2hVdXC7QWCkg69YvGQ4DJGzfWaLH1nqzwS3ZBH7
jxVkmgR3k9ruBp/D6dUJuQ4fJ0wkQV4Zcfa91XTswASrIu3cPUsf06HsEgNexas24JEghixm
RnmkeGI/UbESpoxr6EsAGIA19NepvosJZir27RWO7lY5cVSrF9R7lu1kIoUghVTqdATr8Ph1
bnxGQ402IxeTevPk62SFupJJXCNK1d4oUNsosnbboGI6i47DeS/cfONZnmq2UQSh5PpYhNih
7ntK8rkoZGMo7/DsJ8LWyVoY9tGaKF3NZp97MiTKPWJ/iDrqR+71nYU0AyuDowMWZh7Ptyqz
+1oje7uWTTaSmn49chiJUiDC8qnHw+WvRdyPXQjVNfTuP4eqfv1hNDIkYKhpYGDiNAZFeCSN
tR+6V/R1WBrCQtTMsTTW8hPppGGXckt14W+ZvipHWQoP/JrgM+/yqvb26gQbVChQAWJ9B1Rr
RRiRky9yNIix9xVjS0UY7QSCdNNNPTrI0LvDjkS+Pmqq8mXuQQKhQlpGNeizBF010J79x0XO
Js0BE7Mu5pZISA7abZpoK7lVDdiR3068dRW4PqIxlMbdSOUOu21QpJepyq0bq4aG1Cj6alTt
0OqkgwKB8y18Qu06ka+7EQCe+vdPx9P72NBBXWWuT8x01JIJHbQaDt1j0TRi1BiWLEAFUcEE
n01I06iXboGy+GBBJbs1xV1+XTvox/g6uRuoZfrhGUIO3Q9yAO5PZz316xEriw1evcyw3kP7
KF8fk4wA2ntKWAUfDt+HXH0tVp4jFm3aeJYZJJUSSqXEwVA/uxNE6EFNdQdR1h/pc1Qd0kQN
FLI1SaEhQCskNpY5kfv6EdvUdXR+Z1TLHBCa5jtQlJN0RWRI2XcW7n4kD9HTySWYlUwPqXnr
qqsAwHd2UA6/p6z6K2qW6eQgMq6upadyg26HRiF0Oo+PXhydGMm/g6d01kXUPdd1Rh+sYd21
hr2YEdcSLOJlkz954yWU6iWncVAFQsG2sCCAQRp1kd5BdZXHzqGZiBIzajQ7QBHp+gfp6pED
RRg6CDsQfkewNO59O/4df2k9/D2ZaeRr1PtCMFqGX2JYA/3AwRTOkrFdjewz9/XQ+h9OoMjf
yM9+diZIBbmaaGYppIsie9EoUI0LLvKbi2m1to3dRNevPfe2xS1XRizSAMixQBII/aQmYqwU
qFIH49Usjz3IWsVjkgmlqcbwiQLmp4ystiCG9kJW9vGG3HNqqyh22nQgHXrK47EyQivNGkkd
GGWzbsVVVIHSvLMXjjn9sklmCpqSf3Trakks2pMqs9VFawbP00ddhHTNQe5Eyy2njZdpMpGo
BQ6nqO5i+K5iOGQiVclepyUqGr73ilIkhP8AiiQAHUCT2xqSTp25FmMhE/I+QcV5hleMZCla
hIxOPyeLlE/1Ypyxo1mvcrSxyI8xABEi+2CgYjEYiuTMIxGYo4lr1gkMSNHVlEH8qVddDroF
QEHdr15LzN2mLUkmYs0yi1b9wRS0eP4WQfXbJZ1WkZb7xoNXEYL7BGAp68IBcdka308UcUlb
ITif8uy2MwVrHXb9y9VqwyY3EDISyBAuk/vsdwUjQ+Pq8cuXrYFPE3JTj4Ldiekl+5k+L8qt
cldfZrzJXY2XlhaYQwq0FeJg4TR+t35Svu/6hn5r/wCz8nufS/8AWSe1+Ve7+t7f0X/sHXZ7
X7P2tvy9ecJAAynx14GjKjTdoPE3FyxOvcAbuxHRWVflCo0UWup2tpoVOn6zEaHQD1+HUkqe
6thtHWL+Mi9o03LoG1fXU+o7/p6iVxpKWAjACMG90EldNBtI07A9+phLJJGKshX3AupaQPoV
O4DRwG1AP49+qmQxVmSnkcZYhvxXIyEkSeJ1kiljeJoyGR0BBPwHoesXkYJa+Jy9CuMbzGNW
2bMnXjjFebHxe9uFK/BAso37tHYqCSvetXpVnWCQCOe3aknEpVtVVl9yb3UO8D9GmgGo6mp0
EU1QhltX5t/tQo42nfNoPnca6Ad+/p1Nj8GD9TZVVuWtwNu8ujMGDNt9iFdD+zUgEka9wT1A
9ce5et7XgquJA37U/MkxGpCMid9PiAf3Ps0sYr9rft/ct4afL2ZQN8A/nvhE+g9yMmZWimfu
BqrnRn2rt681/wCdvyR/yxzPWaUqyzG7NsLsACBNJuGh7Sar6adVq7HbHKSsrI6e5DDGA5ba
d28g9iPTQ9RxQtHXtr7n09upYt4iVoDqE1sx17NWQk9zujH6SOjJheSzxTa6D6hOL5mR1Omq
PNHOl4xbAdPkUg/DXXqpYzWT4hkpcVPBbxZyHG+QJYpzJ8pnilpYi4iTRA/IQSCNdGHVajiY
/FVz6MxhKmX41zGZJCWVtTFHgA7RqD6vINNe/brKc9xfGfA2B5RmTkXyOXThHk7JySyZRYxf
krVEx17G12tNAu5ooUJ07dXsRkub4GOG6HilXifiPlCqgJJIWfNYahBEwYepIAP4dWJMpz7k
GSjkDMcfLZwfGwH77kNPC3M1ai3Aevsb9R+PT36XHZSqMGlyNn81eIH+K0N3MCkzvECxLpT9
SdD1l6s9SpYht5GskiIs6e1A8cL13qvIocSbLA1J7OST29Os9XkXa0/HseNxB7Ok9UhCpA3P
oup/SeuQxiRmH80OSkeg/ay1Xj7/APogfwDqrGUPZ21I/WAO0A6agbhp8e2nWK1OgGMkH6f1
QTr29O/6OsxGdW045yYA/wDr14h8dfgerGxtFbN2WUgkaAzWO24DdqAO+h6uFtPcXCTyBmUF
9+jEFGLbwwHf4HrJK87uXmrLqzs52jbqdGA9NCO5J1+PXj2Dc2970TKy7+wGLdtyhWU6kIQB
+joSHUtCMShJOof5odvcksWRu+nw6xchYbFkr6ljosa7t25mPyoo0Ov7v8GKymGuwZGhexzS
Vbdd1eCRD78akNrp3ZCNB6MCDoQeoLlrJU8bbu5jHfkVS5YhqfnD43IY83oopbUteNHePIfs
gT+0aKRexXQvjKHJcDdyVi9YaOnjsnWyk4hrsVmnnjxT3Wp1lKaB5vbV2IVdSQOjI1aDIULk
9uCxWsxpPEqv9UjzxwyqyO206AH4E/HrgTYRY7FyHNXzIYq8cJq14sdGrVWAUPoJrA2LoVVV
bQ9cd0auyTTR2Cr04pNIDGkclVXIDBpHG7cT8fh1JM1DCAQRdycXXErR/TRrF7JMZEUm4ncf
jp+PSw/luGFH6SxPYcY2uluS6XYqVcREGIxqB30IPw+PWWtpLVrLFO8U00MfuurAzFoF3tGE
SWJ49Dt1B1Hp14erY58eL9bil1qsWTsNWrSzWZr7BZJoR76aGUElQygDQ9iSMNczr4maed5b
NLJLbimkgvS25BIMIVk1nuF3YSRwx2Cgde3cdX8jVlMYZbFxon/ldkqyS6qrbpNV3/MDtIb4
Dqm1my9kxY6KvGzknbFC8gijHc/yUbBAfiFHX9pjcleNIoqf2dB3l3BEE33E0oAx2lSpDSjQ
69j36Z42sWJZovqY7KANHJWWJzHHC6RxR6sUKhAw1ZNNDoNKXJZFqfzmm3SY6rkUWaTGGNKs
smS+g2Txy3hDYj1Dh1rg6ge4NY44qNu1cje02NleCJK8163Gz0ngrRY+CCe/I0spjMhDSvIC
BpqAYPJH3ic8yPgviUslSxQ4RTxyXPI+cqzUJcrHLm8hdE+L8fw2YI1VEtwz3jI4SWKu7xky
V/EfNPKmPy+PWMXM9DW41ywTVz3M8Sivg8jkUmmiJBitwKujhGkBDLnMRUs2beNfFZZFmvNe
oSV8TTx9iOvmJqFSSWeIpDOkzpHYneNmIDOQNfNnGZ69WlLn5LfLZai+89P8xw/ILePvCJ5H
iR6fu5phGjyv7bV9GY6nqXIPSqKzK7Qh0vbGdGYjYryvBEscG3eWB3b1baQq7vIuVKSTLUye
XoW8fjZMbDI35jg+N147VY5xpcYmXpx1zKklgLFA6aDc5RH8UZziM2L5Li+VZ/8Aq5zeUbLU
OT3IuPy3sxyKrkb3IsHLkcDj7bZ+lJq4MSqsgRxuDSHx5n8x+UVsdnKN7gorYnZZPF4+Q4LN
cMx652CVqwhzebqWo70ksYeEvaEcUsrxbR7H1mY9z/q5P5u7vq8r7v1P/Wa/mO73Pq9PY+l+
XTX6v2fk9zXt15zj1caeOvAjHTsAf6peMaH0J9fXQd/3+mXajBIlHov46EKe+1SxH4/+Xohy
8yMVGrakAAMEQen6gOo7kd/4SsbtC8SaMrupO6ParGNtC47rr3+Pf19WryA6EkhQykhzoHfX
1cqFIPodetI2Zt4ZAZ1KlGRNw1IAGvtljoAQANeq12aV7mJlkCX6UMriAwkSKtta7FVlnpPL
vjZgSNTt016x+15GW1HBZSTYqe9BMY5KwjAJLtJHJqu0EEEHqti6EVPjeJWuk8kuVsIlyw80
UYLTQUxbtxzWWAIDqh12+mg0jyMl7HX8bCsZtzQyTSCOKU7HklSSGNnCSAqSrFNxUE911hTH
xpGsySK+QkjRbVv2yQ/0fbdUrya6KwO5l7gj16+zGlFotbI/c34YqNEmij3Z+f4GMShNF3Eq
gDsQCQfx0681/wCdvyP/AMscz1kIl2s4tTqxJA1Y2HHfuP4x/vdR2THGHFh4jrqSY3U79oBG
u4nXt26iEH64JDnawZAPm7sWA02gdxpp0EtVYbAlG9VlhSTQdiUZmQvq2uo1J9fXrS1xyjMW
O5pvp4y4VdNApRkdCF1007jrH2Rh5wUmjUxwZrkNWNgTpIHjr5FIBqw07D++enS/wuKyxUkt
Nmc/K2m0EjY+SkEYAPbQDXq4K3BMNM0YlWJL0Ml5V9ty2pS4zowKr2GhP7/V2vhOM4PEQw1I
33Y/F0qrCUTuGJeCASEbNO2umo6sJoAwf5SBsK6yMT3UDcFUd9fh/B1eyOVrsbV4QV8fMUkY
h6lOukTx+2dUKTxklm7HTT4dVYZYTuuYysTru3qrBJYydNOx2g9/x6zNgamU4nMwzREgKYpI
pFcanuCgI0A7kt1TY6kSe8SpKknSIaHt8O2vWGaMd2xkoJ+BPsgj906n06yTyt838384rHt3
MsdcajadOwPfrIvkK7SMMjMtSVUMqxvKZGWUxndGXCMdPlK6g9u3UlVZUkE2JlmkZk9lNNFL
IBoEUjX00Hc9ZFBuAltFRqCO27Uaa666KfQfh1xmWTKDH5LHSM+MpSh5ocwyQ2KstVLDayQW
IYmDggfOuunp1FGF1WX8o0UA9iGTfqCA3cppqfXTq5lsUsDZJGx1Cl78SzhHuzrDJYSJiqSS
QRglNToGYEggdXK+UuZibh+XiylhuP1JVmgmyeUpVblKzWEqLBBOJPbSULtAQltNWOsAjjSn
Di0qY7GUq1ia3Dg60azP7c1p44Ws2p7Uk1h2CpukmbaFQBRl3HE8rkMByWbFQT84sqlOHH/Q
XrnuNB9TLAmegPvuj16xaSN4l+ZfisSMDI0toozFRqx+oX3CCxTUhiSNSP09YtpQY5IszOAV
JKORXjBKEs2rHQA99NR1xZW3aezHJ8xALAxqCo3DTUMD+/1MhAYOiaDXQAKhbsew7A/HXXou
DrpHLoB3IChzoe/wGv8AD1y9W0P0+U1CtqX0fVgw0+YKHTT93t14tjau0kcPGqyo1Yx2mWL2
ELtNFDMbEDP7hI9xU1Ppr149E6STLFyyqsELmUNWmlmZWljTcYtzHTXXdu09Nesg8YgiWjQd
Z1DOJLmqCPYFVfmb3PmZiSflOg016qlwdXpFhuBXUfUyjUD94DX8Ov7TuPdt1pfZqd2h11T7
ksa4A0I1JK+nUWF4zw3lHNcpSaMQYXiuGyuYyE00gIorPFial6WtVUxM7syhAqkAg9+qnGcr
4F8k4bOZeZY8ZFyHheY49h6+MmELHLWuSZOAYbEY6rHGJbE0liJIgnzEsqr1HnchlON8z8v5
jHinkebZ/Kx1ZeM3LFR7OSr+NKyMq8ZpUiXgkzNtPzKy0e2Jdlo1Bl6tyhh/LmTqWIMlO1me
1D4uo5yTHQx2MhXxi2IoOY5GBbs1SxNbgOPsRb1SHSSWV6Fu1geIYKljcd9HhMfwvh+G4jga
VGWSe6zPVwGJrpKk8thmJJYIpIVRqwHkXNt7e/FeGucxxV4IjGkFnLQVMO08Vy6AILMVO1KQ
/sySRRI52Nu16nmt27m/OY/lRkaWWy0uRkmcZErPZknWwVleq0rSM7lih1JPcMZpGhv3Wiki
imlRWo1y6yGtLDoFWWYBHEKnVo9G2qpOv3J5qSV2tcex/KMwlm2w9+AQcExs+Lkjx5qhZK8m
Rqiuh1BjksDQg/OeNeOspl5RS5ByvimY4lVaIWIqHJcbnqFq9S2WL6PjKmRxwaX3BFYgsz1Y
w0ZcK8f2xYzE1qSVeb+ZsXlJ2dUit425h8RxLFyYsV560KCKpe5JdjksiRY7k6FvZiEKbvp/
dO7/AFM/Y/3Pv6fU/wDWU/mn577f1fvfS+1/8sbvp9fn09r5OvOygKS/jnwEGOvdQvibjDd+
40BH97ouyneWKajuxGo7kH/CB7fHoowI9wh9ddWUmPsgcHsRoCP09LIq7hJENE0TVnZXRiWY
kHuNfQ/j0je2h1AErOTr83dnGo3lZH9P4NNOnD7IihSSKJdnuSFlk0faFDAyEDU66E/D8NqR
lpkjjjWJdibfmcHRhpJu1IDk7h3Pb4CthuSOlrIYGBZ+MG1GJQ0ERBmTSWKRWsY5NDBtBYRl
zoPbBH1iPY95xs3orOhWRHKoPen9jVV1K73I/cOhY4KexjsisiRQrYRpIoanvqqyyXN7diIr
Co6yRIAwHzEqddkmQkqwLAqsIkrCvFKVZyIhKCzRgEjQt8x+A6+ye4ORJeSn90ng+xHFFFLA
7PF5BwX7ISbXikiDAf4JY/v9eav87fkj/lhmesvbq42K1tuzzvGmToNOSLUjNEsQnbWQIBqn
qD+nqpDKGieGaVJYWJDieN0SWFl1IDQspUn9HSpGrKrsuuu0/PsH8AJ6rgMZDGxG4kgaAIoQ
frEgoo/DTXoNYGgTco7fLopJGpHYlt38HVH2mCq8mobT4K6jUgeo007dP83zPFKyltACuwqx
Hpu7gfp/f6uszamX3XJI1ZVLhj85AOujadZf5WYjsvYabD7p7/HTcPw+PUhJALPu119NzFdP
067u3VqpJTrWrL1GNWKdEY+2S79mcH23dHHcfh1jcbNEY7kMMNPZoTIWhHt6REaBkCqDr+jr
POJGD08JkHeNk1MsjwT7lf5tFKysvwPVGMa70ScnX5QQ0ZJ0PY9jp/D1hAGIX6Ik6MR8oA17
/pGvV5pn2BsBne5HqZYIViGo9O+noO/7/QKgh3yUCyCMx7GUQkHsgC6731PxPx6vPMU3jD2Q
m4/OWeRGUhfmA+UE/vdSTa+4kk4cOdCArLH/AHl0P4a69eOZ5N4FXKWZyVGu1WpSkMAddRo/
f06hkAO76bFSrqRu0jhdtx39tT+nt1Qq1ErT4jJWKUOQlmhlksYjIU51tVLNX9sKsL5CC1JE
7OpWRa6KDv0PTYyrmqUmbqXNDMiKJ8JUs0xMksscUArytGTKAqgb2VS2i9+oYsJBLbbH2muT
zXq8brdn9yMu18tGVlZo0AcMqIynRdB1awvIMbi8XnFZbXH6GEx9yHGvjsVQtXr1dClm5Txk
VKlQ0ghEcMbaMQSfl6w+JQai/YuwxFQGYvIsvtHUjQfP66g6a9cLjkrezPeymQsH5xoQtWMO
nbXv7mjenfUdvw4mQe6Vozp27hZXHrqexA9Dr1eRwZVNSQEEBtriMjco1DFtFHx6jO06+1OS
VP6zj3WBJA10I/Qe465vC2o1y0HcakqHnlJG7tqureh/D168e13UITxXGE6toQDUSQbhp6/L
p69+uI3ahKWlzte5U1Guk8UhaLUN37yoAR37HrNDJ1PpLVmGUrSBhWBZlgkSaeJYSzsO+oD9
lJ7D8K0KbiIMfABqB3Ep93XU6v8ArMRoev7QHxhyHMZLA4HP1/tUu5nJYerFcyv5bxXzTa5f
do41LDrXr3ctXwTVI7EgkjqvMJmilWMxNmvGfhz+YP2y8SyFarbznMstZ97m/LJ4sTSSK3JR
yNujyPmMO95Ya2SyljEQSwzlada0p942cRivu7sZ+21gXMhh6fG8ubXKPocJXTH2LXMhyjlE
uc9upH9JAGtTIntq4RP13nuz2rGUWy4ZrNqzLHBLZcSLLYEmQKW7UaCy233GjdRqQqFiDWp5
C7JZgqgslXd7tZJLKyJYc+376sxiCiVRKFPp3LbRMtSGaCpLK7iKFjskq7pXglKlUVpP2pTY
XLK2oI19fIt6xHZ+izzYahnZJ680Kx0qOG5pm/Yglkj2wJkWURSlVb3U3J8zsoPD+VZVqeLx
8POZDkJpmc1o6eWyb43KziaEEzxY6tfdyW9uIRxMACNAX5FxfMfmuKa/arrmKM1GxXf2fbhu
SzZCSwKVUpKP1JNNBr8u1ST9weDoX4IkHGvr7L5G7WxuP23sZkaiyZG2KhV0qzccj9pi0UXv
SJo2gbTC8pxB/LOQYnO4rMYLJyMzJSv4WWDKR2tgiZpnisNBINCRopVlO4KPs55xVhQ8GuY3
inJsNDDcQ0IMvkOQoeU+xJaSbIIadrHQU5ndxskg2n2391B/98f7T/VM/ldbXubv+tY/V2/R
bfyv6X9j9Nv+r9rv9Hr+y6887NAB418C7mOu0A+IuNAg6Ke51/f6XfJqQS4QHVW7ADXQdtdP
jr0gKoygHs4O3cHPzKARuZRp3/A6dQncsogj1k2H221TaCqrpvLbh6r8NR8deo41SPbJuG+R
UASIBtqs40LOu0Agd/TTpvdBBRvbMqHaCqldFK7h82mp+Yk9/h0JY3KD3ACu9o3Ab9V2AYAE
DQ66jsesVmsXZiq3sbPWvVL27T25YnZYvdi91WsxzFNjodRIhIbUHQ43luCBXJGksObgkspN
BiuQVorENul7cXtSJFZaFZ63uSBnglTUHaSZ7lWa4ZgTDfknmEp+tRNkx2fKgjaTd2VUGnw1
A6See1FK1mZUQA6uUCkGX0IZVYAn+Np3HX2XpVmWRZPuc8JFYlABj15/x9iQw1DR7tToCT/B
r15r/wA7fkf/AJY5nq/VxWWr1L9C5e+rhzi18fPaNWU6Txe5vr3Fl2NtEUgkPyhlUkdVrl+b
6ie3ccyWtNv1ZVz7k5AALvMgDFiNzaknuSBDJF3LDuuvdDps2jb8pGh7noWJhoN6gKPlOjDT
dvGoAJHp69TjVV2l9vbXTQDuPgNd37vWPdSoYRnaxBA3qxXU69/1h69U9XdfcjZXdSe5CBmI
+Oup76fHqdmZ2EkM206kaMQdNVf9P4fj+/1ldytoY9o1OraiSbUEqSAPQ69EITtidSwXsf2b
66k9tT6DqO48r1K6UMcq2Ykeaf8AaQhhIUQ7niCRt2Omup6wdiWqZpfdGwyIqGdBHYQF1XcY
3DAHb2PfuNR1y+wIYqoHFLKvsXY1izIqMsgYAANDENpJOrEknXTqqFHcPPGAvxDq20fhp8vW
PQKWVaNkK2uoGsa7NDqdF6lYuqFsPkF1ZwoAIrhNS3y67mGgPr+nqpM8Qciz7aPs2+7LGok3
SMexYGTQ66ag/h1cn9wgGo8Tbi4Uh0Ykafh26UkK5EKnboWUsXGmpYadwP0duuGBF0eOW5vY
aIAn0QVSSdF9T2+I6iKjZrjccGDAhyBDM24agH9RR6fA9QLD+0sZOSnjK1QlNl+3ZYezDOki
SxPVgSFppdykLFESNCB1Zv8AFBjIeQ2aEMOUoZCGrjFzF5o7NiDL15nFetaSSOwFeJ5AwOxF
BRe9qXP5/LjJZO1iPYxNTCNh4662xNBlPzK41NqNmSq3spDHA8in594UAE5PAYq1as25M3JZ
uZR4oKc1qvYrV4q9eZartvNWDfG36iOra+2pLDrjWQnI9upk/fkVtqqEIuKW0JGh0GoA+IHX
F/adRHVnyXtQKykRj24VDEdiHkAProe3XGNPm21od4JAKo8qDsP1e+7qeFCwb2JFUErt09nu
WDaD9Y9j8deq4P6zJKpB7frrOANp9O8Z1Pw+PXMYGkKP+YxExMGBb25izhgRoQA4/TqeuIw1
l/YpxvFxaAMFUV63s/MW9CPa3d+x64AD7kkdrN4sxsNVZTGybtgfaoA2HsRodPjr3yFT3YZc
ukMlm1FqVnrM3uxLJcnVCEefY3yfxP8AB769LOilAaNWIDbou0e4y6ehYhNNde/X3uYfLXPy
+hai+2p5rnupB7DVPJecuwP78lirHATYroA7PtQncQwG08n5X/rJc4mmz+Qt3BWs1JOQ14oo
JFWDGw3q2WqUpo6dSWONJDJOkrMyvJuMuwwD7gpqMsde9fctwZcmk8VSFrccAnx3IZ6dibIQ
MntRVpLMzmwihBuUtZEX3CytNj6z26Uq8AWODI1vZazMIKn5+kytFUBlkUMY4wGYsVUMY8ZZ
+4m6LFYXDauP4mvRY2g+Ix9fI2qTyJzhzYuUoLCFtu5ZCWVS7rtEGEXz/hLBVbtmGW345uGI
2KhlMvs2LuZ9m3PX9tQTCG2qdSwVgR5K4zT56M7ctYLiQkyVfHHECJc3m+Lzx0sfQRM8Raqc
dpZdk9qOcETnRCSHWyHZ0hOSySbnrUbElRBalt1kLxBY9BHOUkjQRqjJuG4AIM79tPHuVYLj
GX5Lxu/zDjScssXa1fJZTA10t53H49cfisqfzHI8dsraj3ptaDFyaaduvOGS5fnOM8tp8i4L
PXM2Et5e8a9mjjcrcsXrAsY3CJWiVcpAyzPJNBGzqJigA0ySyLWjkrqnuW7mVqIzFrKIhx1e
UG1dV45O61g5MR3ltnr4H4Der0snieK8+iOGUQPdY1eT5fHZH8snCsTFXGWgMoB+QGeTdEfT
r2vrcj73+pT/ADR9r81g1/mt/wBZN9X/ADz936jd+Y/QfttNfp9P2e3b8vXndf4/9W/gP1YK
pH9UnGPifRtT12jUlhoDrro57MCQAQdDqQNNQOl+UbQjevdkZ1KMxHc9mXUAanTQ9MdxDd/U
6a9hoQNfUEAse/R37xGpeSPaAgMigrqTqQWUenc6E6dSBikzSbCr/wCEQmz5tCNSB30Oo19e
kijXsNrln2by6gBUBYgkbR6aMASPx69iOZyjhyIw0qrqEO7aI313MqggqQ2jaA9z0ovyWIuJ
5ialW5OkRmUQzRiMVszG5mBafEGVmct6xlvjt0yHI15Dx3H8V5B9Nk6TrPNeuTJLGZbF9YqE
LUpIrRVpYv8AGF3K+nY9+pVocmvnKpF70pmpwMjgt8kkUSrJYrI0cZOvuOx2sPg3X2azWJpj
9J9zXhW48UyNXCBfIGAnkVRHCFk9tGVfmABOvfQanzX/AJ2/JH/LDM9WoaVRZJbmZnlFmIe/
aDQWjLYjilmldUXYp1CqAT+nrFQRPPNArGxC8igyRrKNjLI4J1CLs9QDp1C2zYqO20KvZ1BT
QEEnto3foGKNkWQoSG1I10Ou0EkadWEPfc8hb02/D00P4nqroRohOgHbb33d/wB8dVAvzOuh
BLbdCR32/oIHU8bDuI9Vb1HpqQND6Aag/o6y34nadfht9z5mX17rr+nq3t7LqAO3rq3of0dv
0HqG4y2WSOpxdFiSQpXaVccLe6ywA13BNFGujHUdVkv0mlk9+QVH9tniRdWVppSSkaSaDQDR
u5PXJlRxtTE5EPH7a6q7Rt2DDvoNB2/8nVLQDbJZnT/3VWUnT07Fhr36rwjQe3VI0BOgZkRT
3B+J9O+nVq1tEiQYqaXa2nzbJKzJH8wO3Vl9e2nVCFa/0xgLy7EmNp5ZG01eXU6htNB20AA0
6swIyFwGidHBTsmqHRdf3ev2ndjJXgUooIKs5Ukt2BYfvdY6+QCsTyGIupBCzQMhVTqU0AXU
dzoepHj00jpUQu466COnJuGo17tr1lFik/xPhVXHYeNmUMDyPNw1MlkyR8ye5SxUlWEeu02Z
V/cilA3o9ZAA2nffAzMNO36+g1+Pb1HVuVn032sdG0bHaRrOrFg+ugO46enqesn2Uu9yA6su
pAWpXHx1Pd17afDXv1iPfRt09xlDp/7DUCdiPXv37+vxPWDdgqvJLafXTRguyuNdv4tu/HrD
oB/7L0qRc6d9WmeQAr6nVIvQdyf3eqtrjhsxs9OhLkDLKhpWK9dElmsGFd7ukkkaRyoSNoUk
+oIxc3FZXjt3KdqLkFOaOpc+lS2bEKQULre7K40UFJQIptspUjtuOUnxy24ocpFFPaqTmu/0
+Qqxww3njaGR5HrWrMbSKXCsNSvfTU8epxs6B8JSjVxqwVo40Y+5t02qZ32/htA68c077NXi
bLx1bDI2yRdbW0qrqUKv7ch2tr+HWSxqRWbmTzU1v2LEjzzyCUxyyMLUqnZGIpSF111JPp26
Qtr2d1UdioUHcuh0GugJ/R19+GVw0TTZKpT+2cwRr7e4LL5RzEE8qh9oJiryu4GqsSvykNoR
LHDdv4+6ttslDTmTH5ChXd2+mEz0M3YO/wBydoiu9WZFYakncBU/KJbta/XnlWbKV7zYexau
DI17dcJWhmlrrchqgL7kEO2XVZGjOiN1ZsrYorXoZeSe7Fbqws80sy17Tmav7qWlxskyxTTv
O6MJ5pn3biW6yCyT0EuRvcGP9ukIwYMhl5LFi7UszyW94ttuimYl5HP0+6Niit1j8lbtVpcl
RW7hzBNceQ1qlrHQ18kMgn1ji3gsfSTcyyoq7XXcpJ3dc9zIy9eObLcd47naTTQ3W2x8WxPI
TIsdqMSVLGUt4vmc1XVJIgVotK5jSB92TzMiV8dhpMzkcRDaiipZJJ7fH1py5THLSyFow2Ll
dpoS/vShplnEujBto8beeuKtIbXjvm/H+QV6/tGWW7SozVHy3GPdMEka1rOEFinKwRQ1Uncp
V0Q+SsxgPyvkuMyfC8NymPNYMS2aCDked4h9PZx7V5gliC5jZpI4mDu6K4UbhuXqwLk5V6ki
yL7j/t5fcISGc+5IspkGgP6oKoO+3XqDkGAlMV3EW4btRZ4mD1btKzTte7GiFTUnElOP5v8A
BBGvbr8z9jm/0n/Vlfz93fV4v6v+cn/WvfzS/m59P9N7en518n5v7m76L9t9D7n7HrzoQSNP
HPgL0/zS8Y/9r93pO4LsTt000C6qTqduupOi9jr36EYfuSe/Ya6kjT9A79/jr+906KdGUsCT
29GYjQHsNNxHp362lgsu8EEd31b9RR+C79NTof0/pVpXDqHLJorsPmB+Daabtv46/wAHRjkY
bduvtqDoQX13aaAtoNT3Hf49+gYm3bAXKtoWXQ6BRpoVdm/EadvTqRJ45p1lJ0VJBGPfI0Dt
vO0kA99ynTav6dY/HXJOV8gks4xIJONQU8tNWhu4WsJHtUneMx2TPi5VRokDqGhDEdk71rUb
SqZ2ksxFclkblh5EWWR2ktz2WjljlhjVmDhZSACNVB1+zezJCkyv9w3iWx9TMriO68vL8SkT
pIGUrPSig9z9VI5ZI1BDMAevNf8Anb8kf8scz1Z5bRlfk2NniyNiPjuNgvzGO5ddPfi7QSqh
kWAMJE9WbT9PVjI1OG5mzkZ5I1WGLF2pchFBJbpyugiWN3CRpWAPy/DXXqFH4XysDu2xMJf1
UkFRuHsllbaoA0/fPUHvcV5HGYwW/a4u4sgLEdiGiU6j+HqWPJ461QPuv8t2CSvIwJLagyqp
Ze2nb49Re/aijZSQ6TSRx6dyBoWOvpp6jqBW5BiY3jc74ZMlWBOgUDQNIpC9vwGvUor5XHzB
kIb2bcD7tAdqrpLt1B/g6vNBBJIskbAGNGYMTLu+Uj9Y6L307dWIocRkp3cgBY6U8rEanXsE
11A+Pp1jcXkL8eOnsYvDfWxWJ460cckGPggkimEzKDLDImpRhqGH7vUFGnmMXfhEUkqzNkKP
tV5ZQpZFsvNHsjZifkJOh106zGO/MsfA+UqzRusOQojaZnVZRHM0prarGvy9+/49GzLnsJlY
YIFv1psdcaYvFcmaFq8uuirkK20+5D3O3R1LKw6jrQ5KpNOkKn2Y54mkLBQNAqtrr69joesh
kL8MkVFarKth4mENgSmv7sCMQocsoPYfh19Zj5Y3hVZFjr+6RKilQEbsro2upBU66g6EdJJe
tvWgLhS49pnirkabURBCjsh/cHbqevdixXIIWUvXtzOJSjBJBWYV3P7KRQ53qDtBC9V3F2BH
isSShJLdcOkeyT5W0AQsXKj4dh0cvHBNLReCJntIm6ENFDIgjEygRknRfjrr1lJILKfUZ3kl
3keSaewGlku35oSW0Y6RxVYIEiVR2VUHUcdS5BbcRqNtewkvzCILptUn4/AnTXpLEGLvSIbm
P3WIa8rJsNpWkbVQdEjiHza9hp08QuLtcq5VirRsV3bVL6lwQB+56dY7IiJErVLCNNPJ2JEk
cqu0cjaKyLqNe476dYu3QqWskU+qSV6kL2NgEkCxF/aVioZB2LeunVBbNS0JtsQlSSJk2bVZ
Qkp+VgoA0PxAPbrG4zHYaGbCNFBLUsYH6+e/X92ukFuK77c8vsmUJpLDMuwkAr279SRYfG3a
1GWe0weanIzxJc0ksxgLG26KSQHTsSpYgagjRJa/Fs3fWFIa7PQ44KqyTLGiPNHHjYhE0MaI
FDHXcBr+seuKLaNKaWLEwQzwSO8UuKmkqpKxnXVDK3vJsZT3R9dR6a0MwrxVPo7LNMHV03gC
MxTVpiSsbRlOxBU9z69NNHnK9n6qNjLHNZScJKUVxMIneaeOVXBC6Ad9fx6Jj02meRgCSHA0
UfMrAHT8COx6+/3kDTV60eOh+1UzS2XqxwpBa80WqM4EtyxVhikeG0VR/djZZCpUhgvVLH5b
yJxdY+P20oi9eyVenfyU0mNSWzI+HtT5OBqEL312TfUQx17ULNGZ3iKLfzON59g69acLFUqw
cswbY2MfUraZIliuUkkiyEsO8I0c+xkABB0PV9sPy3GvQrtcqmrDyGtXllrxTTbsrY/NxXyN
tcjEsbexXLvIsKCPWTu0PF5r+NuW47MdrIZqxlcZTx0slyx+WCji7eRs0XsTVkMNv20jsRRy
SMW27NI7kvMuUYKvaxcuSxbz4jKYaPlSQZha9ujgJpK9u7YzFTEO0kRsRiuN6IbBEa6qMnPy
Aw4u3V5BWizvHnYxY3GX5Z8Hm8jTw2FycVzI3Mdg7E1g1VtJumRZGJeOMvb4jbhrR8gwljMY
fPOtkXRl8nX5dyVsfyBpzElWCrkMPJBGIzIZFkgdZI4ioVYZLCzSRM0jRCqsMTQ3EYvEEWOO
R4YW3EaIsevproB1P9t1avxuXhlunmMPZyEst/KZr+b+UzCZkYupXlvyYnGTUMg87Q2JIHsr
FIqow2bmayk6QHIIw+h22YJ4XRUmEzLHTjopWlWRPlSZmHuBSqrqQSio8YJ90Ts+iKuu0kIC
wRN2p9de3roNfST/APRe+5/LVtf/ANNT6fyenta/DTbp8de/XnX/ADceAv8Amk4x1Vx1OvLa
u2bEVapWgUvLPPYdY4oUQAlmldgB6evUOPlmWS2iK14xOrxQSyMGSAfIpEkce0tqToW0IBBA
9UKsodhoo2uOyt2GhVu2v7/6R0HUAFuw1A9VCrpr2I10I9D1FGQx90nQakiRNCNCFZtNd2n7
56VI4SrRIWAJ+T5yrMfjpqy6Hv8A+fpZZAgDFQVDalWVdurhQAuu39H/AJemmiY6DaQQwPzM
Ce4G0bgoIAJPp6HrG5nDWJKmWxlyG/Rv1lVJqlqokT1pCZbShlDISQ6H5df09Ri6lOtyzjpr
R5THe5KI4bSowS/RJMSGlfrxyMqvvCsrIGGmj/bFHjMXauRXPuD8VyPevXo6uMxSS80w5sR4
uhCZppppZZg4jAr10Z+5kKhR5Wz+F8D8yyGHznknnOXxV+A4f2L2NyXKMndo3IS+UR/as1Zk
ddwB2t3HX/R85v8Aw4T/AH36P/vvfN/4cJ/vv1/0e+cdv04X4/8A3W6/6PfOP4cIP/nv12+3
zmxH6Hwen8P5v1/0fObaj/0sJ/5Pzfr/AKPnNx/7lhP99+v+j3zj+HCf779f9Hzm/wD7thP9
9+j/AO++c3/hwn++/R/9985v2/ThP99+u32+c37fpwnx/wDuv0dPt85v2/ThP99+v+j5zf8A
92wn++/Xf7fOb/w4T/fft1/0fOb/AMOE/wB9+v8Ao+c3/wDdsJ/vv1oPt85v2/Tg/wDffr/o
+c3/AIcH/vv0f/fe+b/+7YT/AH36/wCj5zf+HCf779f9Hzm//u2E/wB9+3X/AEe+cf8AzE/3
26/6PfOP4cJ/vt1/0fOb/u64T/yfm/X/AEfOb/w4TT+H8306/wCj3zj+HC9//mt1/wBHvnH6
f9xP99uu/wBvfOP/AJif779f9Hzm50/ThP8Affrv9vfN/wB0nCD/AOe3X/R75x/DhP8Afbrv
9vnNh+62DH/z367/AG/c1H7r4P8A3367fb/zXT/18H/vv199njryVxS54nteS6f21w8YzHK4
KVylcm4j5li5DlYY69HKB5ZfYSGFd0iaSWE017jo4bCc94PkbEcFqeNzQ5Vh01pSClNORJi7
EMkH1JjQOHOvdlVkGrSYrF8v8c2DbyN2lXpjlXJKSZGSkuQnSSOKTjCvJ9VHQtNXRkiaX2iy
g7jtiXJ1+EMlwBglLkeUu1ow/tpGbCrx91jRJrAAZte/c9kOkEVbHcAtJZeFauRh8iYVcXPZ
sRxNHiIblitBCuTlldYtu19kjaMVCk9Vov5q4GJLMViaG+ea8cjjliimrLHJWrDJHMvLY9lm
hSOsZGC7doZgo4f435jjoocpg0zWf5hNJajmqY3jdrkN+7UsV773qVQUrstCKnaV1EZrWJFk
2gxnryxzfmGQyFTm97yFja/FqYS1epPg7D8kfO4ye0JTSpWcVAaUqe9MJy67FV1eaSONXkk9
iYH2y31BWtPqgWzAY7tYwyNt0LE7dP3wLO6wA6/TuWjT2Pf1WJCUZoCEVG7FyASDu0Op6itW
DGkErfTxWZogYHl+RZZI5a62IptrFl9930ZUb0YaKy0zIIo1RJQZF3W5l7vIqyJvgSaTRvbD
kj4N3Gmmkuv/AFXmv/st32/9dJv9vTf6bf8A2H+Hx686/wCbjwF/zScY6z/kGaIfWulrjvFT
NG7R1Zp6khzed+dHhcUacq1UDK2psyMNrRBlt2CSWlmMpO1ULNJ85YhQqbmJ1JA0J6EahVKA
k6/xxr6aAag6n8ekleQomu1wSWGpJ7gEkka6/D0HWxRuSLT2wWYaEp8oOhUgjUt2176nT4db
2RVVlKxt8Ch7lFLFt2xWH62u349N7gGrh22yHbuYgg/AfMGI1PYEjp026qAoMrbdsWjaAswD
Ea7vTXvr1LF7q7nVipRWO73CVdGCqzsGUbQNPUDX016xXJcc1iSszx1MxUqsYjexlhY1ngRR
A9aCSFQXjdzosgBI0BXrD8xx2dtRm3FSzWG5Bi5LFaxTaNZrFO3Vu1SwqT1nKhtoDwzR7ToU
PX+WTye0AkO54OY8unHyB1DQl8rHEdVHxMat+gElZDH5U8vOI5GMUj8z5AJGDz1/2UpkzYUH
6fUaDU+4SvxB6k9jnfktwFkIaz5C5R7YZ2kVpXjW68SlYpToN6p201J01M6eSOeqZ2PtpD5C
5UywlZAAoYZRGjjO4AlSrjXtu7Hp8dU8teSoLEsS1oJqfPeai20tofTwsH/PY0kIlkJZQT6e
ug0HNcPwv7gPLNTFjh+C4zlq58mcrWrcdOH0q+VvTR2M7tkybZCxNJFOv7WNiEUttO6dIPP3
miG1iZqqSufKnNHsyUp5pZVaZ4c1G8plkmZQWAZYwqOSAH63v5+81pHZC2YxD5X56hCbnUSR
k8gb24t2qnUdipUaadX/AB3yvzl5bum68uX41fyPkjmFuRbjKq5HDtLczSdrMUaTQoxI91HA
/XBCt/Wv5KSIOgZxz7l0ZkQgKu6OHMpt27yGUAEHXVj8AknlvyWB7h0WHnPKvckZnf1dc0G3
ANoT66adww1IEfmDycWYOY9nPeVh4w2xwwsDNSzQyoi/LqSw1XuPm6McnmHykGTZuSLn3KWR
FAB2hxlFjf23YFwujBtNR3BJJ8weUkVITLIU8icvkml3sspEMcmXMsjSOoAAU67QFPZR1+w8
teUfekRgyS+Q+ZSVghVpNjqM4hCsso7hQ4Q6Fu6kTSQ+W/LA94SSpGfIXLwi711PuA5IyRDc
VGrHaj+iEjqKUeXfKqbEhDs3kvlUjM0Kz+4ZG/OYQssDOgLbUkcbEJ02AqX8weUogdwQDyNz
SaVJ5YwzJJE2e9n9sdDG247VkZRoDr1In9cPlcj9cyJ5I5jIkY0knWD2rGbmZY13MxIdXCkn
aZAjGw0nl/ylLvZ9s0vkDmE0VmCFQpGv5tIpMZ0G73ANHHbUd43Hl/yjWaH9un/2QuY14V2G
Mqf92nkjZgNoUSQ7gV0ZR6x7/M3lNFVbD763OuZE7a0dZ5FJGTs/rKxc9gY9TIdSCOpGPl7y
JPOK0soUeRuVMLbQrCpjp14cu1WaaPZptdGQncSVUjQLD5g8nPvkjkuyNzjlUUgR0kikdk/N
TFH880cmzQMwXtpqV6jaTyt5Di/lRNEvkLk0khMTalR7tyQOsJBJ77gq6kMe3TrL5e8mSMdj
SMvknmhkmHuXFMTLJm4oo3iRTo7F90mmgaLUAE+YfKZViQvt865UrqwCCbVRmTpHAWlKhXLb
toO4ggSBPLHk53V2ETDyDyrdMwKkr7kmcqrGCrHVz+tqoVQSxV7Q8u+Tpotju6P5D5ZW0SFa
jFu2TiePeH90kDaVRwFGmvRdfKvk9UCpu2865fYkJliXVIt+SeSVDGwkBfehGvYFl1WRvLfl
uJfa1LSc95THEywWJEaSV4sqGMkoTUtII9qgAAoo2wZWz5Z8m1aliN70DZDyFySl9RUFlojJ
SS1l45bUQm+UKkT7iDtY6BmY/wBbnlDURaiF+e8rGs6D6hI10yQd5GBAUPoCVOuoBDVBU5Hk
L81OJVTM5nknkK7lEsQyStG8kx5fHXE87xsRIsMSFdoXbo3Ul27y3IW7pqiot1MpziparorL
P77MnJ54Za6SorSq8JRtewB9WhPJ2hq2aq1NsPL/ACfQsyVDKkUystLyFj6sAlrQJo0UO5V7
qx2qQMdJyKXIYxXcHEZjkHknkFGeN2kYU7UOd5vlGsVhMPeTa+8SQIwbUANZrrwXgMcskly3
9fXr8hGSjnvtfa5Yry5fkWYhqU7Ml1w8UMSQujt2IYEJyy5xaKzZEdyJ8M/MclLgWe7DNBLk
oqtujlMrjbK1XdBDDaWsffkBQQsIBR9vj9mrg6k31Vnjz8pknjns10Ux2p7c2B/MIp1beQ0U
kfyll+I6anSprjpZJ2arYwmclxv0MDSwyOsdaStkLE1iwa0W9/qNG2SbEjMjN1Qr5HhmPvzY
pEZGHIbePxck8MYWKWxQXHW5ZK1Om0ghgjmiiidlKqPTq5zye/leIvyPD8mpXZuGyxz28NX4
/wAg4DBiTjIrkaLbVrVSGvBEItIoC8bsNzls34st5OjlauKs8d5OcvUo2IJrd3KcXr3xcr4+
60cuLnf8wC20WJneRPnmZVjYx7YTH9UHAr7xH7rhneSb3n1iKq50A+TUkDaT3atHJLLWnqV5
JYWlpwPFCK85mEs0U0jCeIy+6JVljEYVB8zsdhnlF5sisBn2s1Wy6SINsSFImg9urBIltjFp
ps7hVU9zrXhNN4CnuzWbEWz33msSH6eCdY5/lQxqx/aBGbUj5xp/Ktp/1YG3+Vg19z/rqNPf
13abtf8A3DTt69+vO3bX/wCxx4C/5pOMen6eqnG62Jr0qNOilOIw27Jf3PalSe3ow2+7ZaZm
Yd1JY+vbQk6kn4kkn+E9Bl9R0qCFdAANS7anuNT2A7kj9PWq1Yz8ugBc67ht+bXbr6qNANND
0VNWH9cuCHIK7tCQmijQfu6nXrtXRfgDvYsR2GhOgHYD8B/5OnArxneFAJZiVKsG1B0/Rp36
P+LR6su3UOw9PQkAAMVPca66aduiI6sW8nUSPIzBABoAisugA7+uuhP49+s5x3kniLhnmTj2
SfHWcVR5devY+3xq7TmZrjYvJ4+tLYbHZuCV1t1JA0byCORCjq/uXC/2P+B1jkYmhBUu3KEe
PR8etWSJvosLA+Qj+p3WAJy4G/Z3RVCiQfZx4kx1h557MxxnKeT0qm6V55I0q0IIBBUihklU
6DeW2Aa7NFDSTfa7w2vEa9SEQ0PJPkGkheKYvbmlWOwYXNuIlQqoqxk7gCe3VaGDwLxypFGY
Pq/b5zymWW8IIhGTJNZinetJOyLIzQe2wdflKqdvUVyLwPiD7EAMMUnkHksqrko419rIH3qE
iyxiyvuPA6tG6gL27lo+TWOFYzCTtRtVr1ehk7kq37k8LLHkpJnijlWZLDe8y9xJJrqfmPUt
VI19mdo3lG8gyNEZDGWG3bqDJ37anT4dE/TRHcyk7nlPZR2UHdqq6/8Al6SaJdsyMjxuJXDI
yMGDKV7o4ZRtI026dvh1ffyBwPjnnHAZKCGN8RzLO8xwN3GWKtSWrBewWc4bm8LPUsy6xmcW
YbkcwiHyq5L9TiT7HPGku+OvHWaXzD5jkeJUrwQ2TYLZnbaaZ0kaMgR+yJAPnKBi7J9pXA60
TLGqRQeS/IX7FV+sWVY5J5p5GE0dpSS5dxJDGdxVdnUFip9m3jWjSja41nHr5R8t2FtLPPXn
qwfUWM48tetj/adEVPmdXG9mZQxFet9nPCcfdN29YfIV/LvkyXWtaaL6ektO3LYrotJUbbJo
XZ23E6KqiNR9sfGakQST3VqeU/IDGZ2sK4A/MWyKQQLWMkAWNVYK+4OHUN0kFT7aMDiZVEnu
WqflTm08jsUIj/YZKrfpiMA7XQxsJI/l7Hv1Gs/2+4qdUmrytI3krksdpjEEaX9vHilUPPOp
fXYQhOgGgGkKXfANPJSJesWpnk8nZ6rHarOZmqUJYKmAjSOOnvTbJF7crmIFmJLE3S/gLFwQ
y2aslCGt5J5M/wCX1oFZZanuZXGZWS6ljUfNLr7ffYF16eNvt5pz2zIjpkJfKWfE6xgN7kDw
wcehqTxMXO3fGXVVUbiN26zTu/alxjO3p1lCZu/5X5zBkK5lO4LDHjKlGiscLKpQ+z7o+YGQ
qxHQlg+1nj1ep9VTneknlvnbpJFWYrPXeeSoZjHdgZo3GoVdQVUDcGZn+3mgAsxkriLyjn4S
kftsqQ2F/m80Vn25NjhwkchaJNxIGhrNB9vjQe2jrdCeW8iwvvKJBLNK0nCWeKVz7Z/Zsq/s
wCDqetsngGKYawb/AH/J98mZYVkUJMsHDoYlA3LtESxBCvYaHTr9r4E2IayVylXyneiAEXzI
6fUcLthWDdmGhBUem75+sdPU8OJFQgWMZOlP5DuTz5NlmLyOlyPilVaDvDI8YZYXYDYxJdNT
IH+1Gk0skqSLL/Xfy3tGqlGhaNuMtGyyBixIAbeT32nYHez9o2LtQPJG/wBIPOfOqkJCRRxm
Nnp4SGyI5DEpYJIh1AAIA0MgX7X68NQx2Fix6+Z+RPUheRrQryKknEXb/E4LjRogZYyoG4El
y0zw/bVjqokre0kH9bHI5qyTSStJM0mvHI7stZ4z7YT31mCE7pm17Y/NW+NY/hFevVU5HE8e
y+Vko5fNRWJ3qZuwsjVxFLj6jxQQQqPbjWIN3ZiRSxnKfGtHl+TqCWJ87FymfBWLldY1FP6u
r+Q5eGS5VmBZpNQkg0HtqdzPEknhYSSLNJJNKfI04MyOxcJ34a0qOhdhu3klW7gnv1/iPiOK
pBuWRYZ+eT33WWOZJkYSy8UjAA2kdkG4Hvr3BjkbxPAsxSRbbDmm+KYsxdGrwzcRkFT23VCB
rIPlIAHy7C8HjjBGIjT27WcvznUN21MdKpCV0+Bj9e4IIHTLL4245KdJPaH51klSP3AA49tq
7hkZRptGmg9OgI/HXGkGigj80yh1Cbgg19oaJGG0UfgT+PaT/wCxzxlHkYs23IWzE5YQhzNG
1RnlYiLTXePUa66HUBuB8eaMspki/M8oFYKVbQbQAv7Rdw/Ak+up6QfzBwAKLtBXL5QH5dAo
7ofkAHcHUnv307dUfGkfAsJUxVS6k0t2nyDM1LdukuWy2XOPc1oYTGgsZdyjBvkeKNtpKgdQ
cmy+DpYyZMXi8VPXpZG9O1iPE0Y8fWsGzbErpP7MQIBVo4zqEVUOwRFqMAaN5wXicwySVZzu
+kkdI9ZEjYna7bpNu1SxVFAdBWQF5zKSJ5ABGgJigCgLqsUh3asSSwBPfUtOXhRGsRwxyNA4
re6IzHuez9PHE1iSURAsxPzMSzbm79QxLXhAgksyxB3lliSS3DWgsyrBIzRCWeOqgc6aMAAR
2Gm7SPX/AKrf6n9WP+U/67H2f/jX8lt/ifq/o686/wCbjwH/AM0nGP8Axdvmf24/bv5C818f
x9yejkJvHNKjybJULFaWCCY3uP4+/LyCnXSW0i+9LVWFiw0c9Dx95o4bc4FzUY2PKzcbyV7D
3cnSqSZDJYvZkocPkciMXejyGJsRSVLJitRNHq8ahlJo+T/AX2w+TvMXBcg8kcfIPHWNo8rh
qvFdyGPcZinh8jZyWBH1WKsKpvQ1w4hZlJX5usp498k4L+bfMcKlJ8rhWyeHy0lJchTgv1Em
t4LIZPH+69SwjmMSl4y21wrAgf8Ah4Cl4v8ANn23WfJ/J5p6eE8I808pHxV5EyOUF+1j8fg6
GW8p4HhvibJZ7OtBG1CnW5PNYt/UwxIv1DGFeU+KfMHBeUeNfJPCcnJh+V8J5nhruB5Fg8hG
iTLDext+KGdEsV5UmglUGKxBIksTPG6sf7n4f4h8PcJ5D5G8m8/zNfj/AA/hfFsfLks3ncrZ
DMsFWvFoscMEEbzWJ5Wjgq143mmdIkd1j8IYHieSz/lWfmtjx5V4bgDVzmQu8wqZWbC2MRRs
Yqxcx14RZGu6mxDM9XYhlEhiG/rNcevy42xfwOWyOGvT4bL4vkGHnt4u5NRszYrPYO3kMLm8
bJNATBbqTz1bMRWSKR42Vj/4r/sr/wDvt+vOv+bjwF/zScY/8X/a4/2rOQP5ZmeAeHk+2zwb
mHPtK3krkkWNzUlT3H0Eiv5C5J4/7R6sB7nx06lsWJZZ555Hmnnmd5ZpppWLySyyOWeSSR2L
MxJJJ1PX9pN96Mk8uD8j/exzTE/al4esCR4Ld/jlOvd8f38xhLWqmtex45/zq0Gj+cSceVgd
wXbX8UeBeE2eYcmXFZLkufuz3sdgOI8F4Zg4hZ5FzzyHzPO2cfxng3COPVT7lzJZGzXrRaqg
ZpZI42ufaj9vH3jeKPJH3MScY5tm+H4WhwLyXivCXkbMcAwF/lHIOIcM80cgxOJycmUbC4i5
JUvX+MUMJbasTHeMTxSvluGZnD36HKsHnb3GMrgJa7tk6XIcZkJcVew8lWMPIb9bJQNAY11J
kXQa9cU5f94PlvwZ9mOS57h63I+D+JvOOV8kZjz5yDjd1mSlyK74V8JeM/LnOfH+FtvHIIpu
WV+P+8YZFjDuu0+Fvvj5h9w/hfnPGfuL8kDifhPh/jOPmOUt874R/N7LZ6XyhDkuVYLh2UwW
MovifpbeMyWJqZSjZsQR2IopXaNPuW+87kvlnwxwTI/bLxLj3OOb/bdlM3eynnDDce5LWhy2
E/rBw+Iqz4/xZn+Sccka9icRlZfzWxGgWzXpe5Gz+NvDPjvG/m/PfLPO+J+N+GYos8aX+Uc1
ztDjmCqzSxxzPDBLksjGJJNjBE1bQgadeQftZ8r8p8c8t8j+Mf5uxcsv+LM5meScSp5DknGc
RyuviIctnOOcWu2MnjsZm663E+lCwWS0W4sjAcI8ueYM94g+17gflCguY8VZD7kvJOO8dcl8
mYMvtTlHCvGtarn/ACnkuFy6j2s8+Ehwc+5fatuSOvsf+9rz3iKFr7pvt553F9o3kvyvhc5i
eYYn7gft8zWKzPK/t88rVPImBuZXDeRsVQ42uHr0szDasPcnzF36iQTxtDD5G8m4abinjPwD
4Zq1LfmP7jfLmUv8X8O+OjkXihxGGu5fG4nPcg5XzbP2LEcWN45x7GZjkF+SVPZpspLj7ovP
n2neesJ5uP2bcYxnkLzn49zXjnlni/lB8Y3lzT3/ACJ42sZa1ncXy/Bceg49ctX69+TCZOGl
AZBVaRkhbwlzzznnPt/yn27cBw/IPuB8k+L835S4DzPm3KfHfj4yUKi8x8TcdyXJMtxLht3y
DbxVfJxcwhwkd3FSzGGOyjhX8sZTxL95HiH7a+I+VvLPIR4j4rd+2LyT498AcB43ksy+N8fc
byHI+L171ri+Mr4haiZDLScagppZaa3OI4y7jIfZLz/xxPkPPMN7HRYHEcQuR53Ac2weaoPl
8PzbifIXShTs8Ju4WKS3NkLX0aY2GvY+vFR6tlIfsq8r1vKXiX7hc197+Wz+C8acB+3nIZby
HbOXw64H2KOD5JRoJhefGzZz8dSWfE+7UjuKFgmtQuk588/erw77qvtq8tXvtbz3EMN9wvhT
xZnuQ8szfjeTmWaxOBp018jQYaHxvzPNYy3mY5LX5FdyOHaKCz9Lk7MsHsv4v8c88+5PwX9q
vPfPOGnz/gXxh5Wflec8v+VsIuEv8ko8oocA4hh7o4ZwvOYLF2LWLv8AJL2GkzddFmxVe/BI
sx8yfbt5EkxNjnHhHyVzLxfym1gLct7BXszwvPXMDdyGFuT16lmxicjJSM1ZpYYZjDIvuRxv
uRa/3R+S854z+1j7YsndlxnFvOX3K8iznDuP+RstCJGmxfiThPE+L868w+XLMKwyF5ON8byd
WL2pBJMhjkC/dX98PGfvB+3bOfb/APa1xHI3szn+NYrzAub5J5Lr1YJ8R4lTinkjx34t5Hgs
vySXK4uKllHrWcVPJlYY45pJorcVYcUz3mLxn4Timpe9Q5R5Vp+VrvHcllHyGPoVePVU8QeM
PLHI4stcF5p43sY6CiIa0oewkhijlP2KYv71fsIyf3Wpmcpxx/EuP539xdy3HyLCceucqzGA
l5ZX+2KTgUOaxeEx88liq+VWaGWF4XUTqYx5Z+1GKrw9Od+CeZc/4n5j5nf5jicP4d8a0fGH
J7HEubc95p5PzT47j3G/H2Hy1cIL9swvYmngrQwyXbENWTwx4z8h+afFvl/kvlzxDT8tsPGC
8gWjxrG3s3ksFUill5DQx1rJ4vK2cTYaheEFc2kgl3QRbBu68Z+RvvF8vcN+0DjfmPG1eR+M
eI8245zbnXnTmPBbsxr1vJ1bwzwXDX8vxbxvZlik+lyXJLmCbLpGz4qHIIrsv2++P/Evnv7f
vu8wf3N8FzPkjxnzrwnzapBicTwvjVWnkuS8o8rx8olxtLxVxbB4O0+SsZfKXVxVfH1Lcs9i
E07SQ/Z35hzXnLw5544n95HEOScq4PkvC9jkWSxFJeN0uDZJ1p5PO4nES8lxGVo8/ptTuw14
DJJHKrQppG0nJPG/kP7xvtQ+1n7hsfwTLc9wn24+auW5ut5PbG4jHnJzw+Q3xeHm4n4rycdF
lsWcLkMlNyzH0lltXMNXgjLnnnMK/l/wp4LpcY8O8283cT495Nz12bnvknx9wfInAZPn2B4b
gaty/h/FI5RpjBybJvVp2bfuChHeFe2a9enUgltW7c8VarWrxtLPYsWJFigghiQM8kssjhVV
RqxOg68Zfab5Ci4Vz/z/AOU+GcF5dhvHXhrL5zmuZxFvyJlMnieN8H5BHd4zx8Vucy2MWZJa
tX6uBK80MonZJAevtQ/tefHPmn7TvN1ryrzjn3g5PGPGcjkfJ3Gvp5MXzLF84xFjm+EfD4rO
tg8pwS9jr2S4zkGr0spDCte5fpzuZPMPiz7Efts+0r7HOR8/8feSPLf3C+Q+P57yxj4rnAze
ppz+LP8Ak/nGa8sZXxnwzlGT5PDTs4TheL47jcnDbatkEnpB1S3UjtVr8dW1Yrx3qRnancSG
Volt1Dagq2TWsqgeP3Io5ChG5VOoH/iv+yv/AO+3686/5uPAX/NJxj/xf9mF9qXj2n49g8yf
dtezn3S+Y8b5J8R+KvM2Lm4xk6kHOamL5H4/8x8M51w2PK07nkPi1OtblxxuQPxZ1ikUiXWG
tX4t9n09ixLHDBBD/Zw/2e8s000riOKKKJPteZ5JZHYKqqCWJ0HX9lx/Zu5BeJYjmfBfDFX7
jvuEwXAeE8H8acQk8o8jx8vEKeSw/AfGeA4rwfjVexzaXntj2KOPrxN9Wsm0u7u/2x+O/EOY
8W8G85/2q1vDeavuR8kc88weKvEWfzv2+Y7j9HnHEvF/G5/InMOK57PcbqYjmXGPr6OIF4K9
3JLYiCZNEbl33VR80x/3g/e6vA+T8H8CeOPGeG5bifAHhbJcux7YnP8AO/K/lPnOC4Zl+ach
TFSyUq+L4njcjjHp2LKNlRJYjmpeb/8A9YH+7PjOH8q+aeW+T+S8E+wXx7zGnHLx3lH3F8kz
eeOf855rHIIq+QPGeS47NTUokaJqcPHspNDtuNjp6+RzflDnXJOSZ3yHzXD8o89eZ82oyd/F
1OXcrw3EcTSxVZzXoWuX8w5Lm8fxnhnH4Pp61jKXKVKJa1OOSSv9sf2d/bNFjMD4r/ssvEvj
PhvjvB5DHYjl2Fx3lS/S41znJZLKYzPUMhgOVT1uN4zi1a+mQq2FsZGnb+oVzLInWPwf3D+a
+R+NvOX9sh5+y3m3knMbvDcz5S51yPxP4/5DxzNxvk0j5BgshNX5JJg8Zl5shNaleePl8qOH
95tnkz78bXnvOeT/ABh/Zz+GecfcBzihmPCOU4Di6GXn4fy2jxW22bynMs7UnymOx+OzGToV
REJXt4yN1b9mQfuY+9X7yqMHJ/EfgzCeXPvu84cWvIMhh+WZ0cjs5/jHA71WxpDa4pj7lue6
9KX/ABSzj8H9DIhgmZevKf3K+XcnNc5R5H5HavUcSJ5JMTwniNV2q8P8f8ZgbRKPGeF8figo
VIkUFkiMkm6WSR2/srPs9z8nu+dPu588Qy+M+NZa1JHfl8eW/NPlrnPGuRIJi0yYWDHc74hU
jIVkWHMRbBtA6+zP+yu8DeQfB3i/7aPtm8TYzyf5WyfNPNPjXiXJfJH3Ec+mymPzXk/yB4to
8jynmDkORi47j/rqFmvx+0oHILNamrQV4kj+6D7SPtKz2U+4r7mvvj47BwH7jfuXm4rnOC+F
OAeJIsXncFL458JYDnFHDeTuZ5TIYrlWZitZnMYfjaK+RjljrSmrCo/tDfvktn8p8q/fTy3D
/Y34AuSfsL/8zfpsrS8lZrA3FImr/XY7K8oZnj1ZLvFK5BUgN1458O+P8XPm+c+VOc8V8fcQ
xNdHklyHJOYZulgMPWCorMFkv34wzaaImrHsD1xb7RPtezpynPLH2mfbl9h/O58PWxtjkvK+
Qcu53leawcBTkhq2Mvh4+RVOcYGrl0pTwSW4JZ6FsyVpLFd/tm/s/fB+cr3ef/bl9nfDPAEn
JMdKv1ninxvyzjmKi8lT4qWBzLhPJ33MYrDYqrmpP2dyjxLHSQrJLX5RaSGt5M81YXF57Off
X9y9Pylh/EnIAUfy7jPHl+o3hbgWdqQyRW5/GA5N4mp8w5CB7aZHi9i3jRYhsZOmevvy/ttv
uqyd/mmJ+yrw7znmFPkOfkSKzzf7h/LGDzGIxGFxM/tx0YrX81BbwlenAkUFKXkWNjiWKJY0
H3Tffl992Vmvfax9r9bmf3c/dzlplljHkzl/Ib3K/INfgOscsc0lDktvDZXIZOKBzNLRp/Qo
Ypb0EyYu5iuOTpWzGTreL/tf+3vjT1Mfwrwz4soyfT8Z4dgqaHH8cwFLF4Skt3kGXkFSoDDN
amavSgjjr/Y1/Z9eGs/Hn+V/ebyy192v3A89pxS1V8mYHjlXDzcbzlenZSveg4DyzMXePzcX
FmGC22K4tFJaghuSWE6zH3ReV8RBlvCP2ScY/wBZHnOKv6Ljuc8043lqGN8CeHWZiEtT+WfN
2QwmOtV1PuDArk7QUxVJSP7Sv+25+4KQcpt/aj4d8l8pwGcz6hF5r90f3AnOWQK9o7UOTykM
0+InRSuw8tg7jUDrj/hbyNyGS99vr+TLH3ufeZYu16MEPPcV4ltzZmpB5EzQrxXs1gs5zjlC
Y5Kdix9LTbkF27HGJlLjlHO/Onmv73eHY/zb5E4t4l8Y8xwnjLwtj/HXirh9SWnwjx9BfwN7
yHy7k9ziEdhlv5G7B9Lbklu2bZoxvI0CeYvGH3QZvEeb/t9+xjwNB95FHJzceWhjvK2NuNCv
jPH8s4bYu5WGucHmamVt36D2bVO5Y46InMtS0yHy99zPlvKWMlzLyxzDJchkqy2JLFTjeCMn
0vFuF4QSH/F+P8N45Xq42jGNNtasmurFmOF+1bwzkHo5n7tOZeNPC2Ur1KFQ3c9XzHOcQ+Gw
WRzSVWzdPhy8nNPJZOnBPFUtPjK01pZPpITH4i/s8ft78hY7Cfc19n39nfNxz7CcFbxmM5Jx
Tw5yXiHH+J5nPeVvINpMnTTiXlXyfw3C43jvCpvYu2+J28M/KJavuT4GymYTkZyB5AmUyC54
5d55MqcytuYZQ5OS0zWnyBvCT3jKTIZdxY669fdx99PlDNyz/c1/avc0wH2deErzVaWJkwX2
yeNsVkuLcyXieDxVbHUeK8J/m1gc7x2rQx0FbH46tRwiV0SJYo+vHnnPzRXhofbz9uuWzHlW
02XSKPH865p4loY3ltfHuLREU3CPHuUyeFyHKLZSapWOQxWOshDmYGHnbyx4Mv5FOe/eN5Ry
vgXxRBDVrHkEXjDyBbxXhrx/w3FZG3Us3eLXMz41rUMPkrdA1rElK5egZxBasRv9qv8AZd+I
Mmt/xR/Zt/bxxHx1lZKnyRci86eRcNg+VeSOT24YGavNksnio8PNYB1evk7N+P5SzL192vnz
k+7DfeT/AGgvJ8d9peFqSbYsp434XkMffl5fweF0L26XJsHwpuTS8kMbRS4vk8dXEW4ob2Kl
B/8AF/8AZX/99v151/zceAv+aTjH/isVk/ug+4zC+D/GvG+X8Oscpwa+PfK/Peec+4ZJkZbH
LqXAoeBcOzPGaOYgxlP6dDmspio/dtxuhkWOQDgf3D/bT9w1PNcL8f8AinhHhPiH29ZzxP5U
4HzHiuNxOU5jn87yaDI5DjD+NLWImu5iGLamWivmIQRLWZIDJ14Y88/eH9xeF8fePPD/AJp4
tzTkXhnH+LPLfkLyH5IwvBbeG5bjq2Nm43w2145qcd5PnIBjbgvZ2veirRWXFZg0Hu81+7vw
b9xeP8qcU8gVeFcU4z4vu+NvKvA+beKuKcJ4LhcR7Gcn5hxipw3J1cryiDIXEOLytqUyXWeS
GLUgfZT9uP3D/dxx/wCx37w/7PXiQ8YcRynlHgnNOT+LPJ/jOrxjinCRLSy/C8bfNa7luM+P
eOzS72/MK2ToWY0pWa1lLKct8S/bdzqb7rvIvOasOD559zHI/GdzgHjniPFquSqZSxxT7duB
82+p5zJmuQ3sdCmU5pm4MPeXHrJj8dja8Nm1bs/Yx9r/AJS++bH/AGb+Vfsq5JmbfkDx5lfC
3kDypmOes6cxxseR4RguJPh8fn8nyGpnor1Swb6Q1rNq1Beasv8AjHX2v8ZzWUt/bt/Z/fbz
yHnXmF+R+Ua8uX8gedfPnH/GPMcR468wefbPCMdl60eew+YzGvEuPY5JsNxGItWrS2r17JZP
I+UeJ+B+XcwteE/Pf3ZZrzh9w33W+Q+IWKXP/Ib8m5rmXwtXi/A6Ve3nuJ+D/BnEOT3PyTCb
DmOQXme/kYUePF47GeLsD9qlvJv9of2sfb/458CeAauRwuX4ys2Ow2Jgu8jzCcdz1anlsZIL
MlXCgzQxNNUwVeQKAwJ+6z7ePKH3PZ3xD9wn3FfcBicl5c4TwDxvmOYeZvIniDg9nguQwHjT
x/dtDE8HweP5djsRkq/53lcgaGMkyl5bFewHSvN5+wXnzgyeGPst+6z7Y899ntjDeLMRY5Fd
+33x9LDdq8J5RYFem3JvJWSqJmsrNyfJNDNl8xlc1Zyaws6pSL8n+4n7zPF3nzwPxHMNl8Zw
T7U6vkrM+XvuBxFOw9nEcbqycx4Fw/iXhKjyGOOOHNXs7lkyWIhlkNGlkZkXTgH3O5nH4Hge
N8F2+BY37bPCvFxOPHPg3x34sy1HK8C4HxuoPpHsx1JsdFJkLpSGa9YLFVggWvXr+Pvv341/
aD8O+zPzFa8U8V4Z9wn2+eavEnlvmWeqZriiXDTyHDLfjzjmUblmSrVL35ev0CWKV+rVqzGS
lP8AUQ9cS+277RuM8l5lxqDmNO7lfM3P+JYfDeYvP3ki9HJxrBnEcXxt3kLeLfGOJiyc0GD4
zBk7925ZvTXstannalTxX9nj/ZKcO+4zx34u8r/Y54fxPN/LvDPJB5Bx7x55H5x5pwGOtZPk
OH8gYXB5/j2I5xx7kOJzmYsY/N/lcU+L5pA9O1YmWaBcz9w3C+ccM+87+0IPH8zx/wAE1eHY
Dlv+rF9q17kGNs4nK+UOV8s55xzh2V8zeV6+KvvXxeNwePbjtJJZ3kyk8zRCGv8AfL/aKeSe
WZYcFq+TfN9HKNxfkPP+SeUvuNz26rxxMjHhKFz6C7Hf5NezkV6ya9ODIY2urOgYDrnfnjzx
yyXAXfPPmS1y7yFyn6TIcgj4VgeVckj+rbG4upHLksjiOB8alWChSgQyGnSigiXXavXg/wAY
faTfzR+yn7PfAvCPCv2/47KYfK8bFyavhMUOXcnbj2bq0MrQtSwYzF4PWeCFpoMBHMqgSkt4
d+1Hkf3F57BeVuT/AHLZzzj92f27+MOFZ2x5Z85NxvlPLo+JeOF5tlMfX4F46wOWxPH+C225
NckykdCti2evQvXo/oX/ALUL7K/ul81cD+wzlv3WZXiWb8Tcuxnjzk2W8W8Y8c8N4dwrhnFP
FGFx/GIbeVs0uAYTxtToOmSuDKZqplJrLWLt823el9u32veSOVc9495S5BguB/dN99vJuEZH
x5mM14Xzefx1XnPjr7evGc1nMcs8c+L8hgDM/IcpkHblXLIY/oDXxuLe3RyP3E28Z992U8e+
S8Z9hdP7b/tb8q5LxfnoPth8LRU5eSVuS8Q4rPJxDO8r5NyLm2D5RbxmQyEGLqR0OP5K3Fh7
NjJe01bj/wBof24cjucv8W4bmI8neZPMU+EyXFZPuJ8y1Mbf49xzL4rjeairchwXiHxPxnK3
qHEqWVigytixl8tlbsFSXJR43HeMftU5X9xnKcX5a5l9zOc86/dP9uPi7g+Yl8p+bZuM8k5D
V4f40PPcxVg4J4y4vk8Rxjg2Ql5PZOZ+jhxkn0uOt3QanX3oN9yVnFfbp41+9X7S+a/bFxPm
/jPheZy3EPtpkkweO434sji4rx+PLcxyPCuLccoJTmuIMlmrVyvBcvSWJprlwcD82fdl9/H2
/wDk3xL4k5hg/IUPij7TsZ5m8reWvOFzh+Xhz2H4PjE5V4p8bcH8f4bktnGxxZC/n83jpq9W
VkiiMzB4/uU+6P7vuD3+Ofax94XiSL7bc9xnjsdzlOU8NeMePNWg8f5O3FjII8vyuOKs2RPI
koQixJPnLNmlA3sQU3znPsd/aXP91/iUZC3mPHPgbwH4h5pgfOvMsRLM0+H4pz/yZzzFUvFv
iWOukkdfJZowZfImNHmq4J5G9iKx98f3hVMZ4x4T4Y8WcwyH2++IfFvA+R53AQ87ocVo+NfF
njrDVsfUzNinU47wa9elGezlmW3bzUEV+/anuTz2WxX9on91N3N8kxXlPmHlEec8lg60+Vym
FwXlzDZbEpkMBi97T2MJ49v2cc8GOgDSDD476WshcRJ1/aH+TvDn3Afbr90Xjf7vJrHLftc4
pxLh/kSLzb4W5/y7zhw/yjfy2YyHLPG/GaXizj3BOIHk2BngizNizyKvdoRS0G/bzY3+zbwf
EvvGynK/Bv2h/axguEY/7RPCnjjllPzJyfyLkcVxeHk83IfIvNMNS8XeLPzuLjGPrZjLXkzu
XqWIbFirismZm0/tPY/PH3C8T+zvyP5Y8KYX7Uftc8X8H8bc88gR+JPt8v4vmF7lOE8T8bxc
sNzk3IufZ7lMz5zL5bO18jkM9DHlcpdQyGbr7X+Z+YHo+CPtG+2rjflJvFGa51jfzrO5bylm
+H5SpT8r+bsvxfGXzY5xy/NTrZhMEcmM499DisdWdoKQtzee/uJ8P+Z1+9z7svKnl7yH5I45
5yn8eZ7hPgDwRd5hyjLZutyrgvFPIcMfLvLPmDArcVcPdyNDHcW4tJDHYqQZmwtSzR/svODe
N/Os33UZ77TPBN3KZT7b6fCeX1eF8w+5PyVi+FZ7l3k77kPJPJnwgv4SHm+Pyd7J8axle9mM
1atWKs1zHQXZbg5Dy7kVsX+QcqzmW5HnbyVqtNbuZzl+xk8nbWnRgrUai2btqRxHDFHEm7ai
qoAH/iv+yv8A++3686/5uPAX/NJxj+6ft1+6/wC8b7rvtr8P+EfDnPH8mWfH/LuY5HJ+WOTc
s8fWbNrgOP8A5g4Lj2ZONxMnOaVHITS5CaFJ8bWf20kMydfcX90GA+4rwR9wnCfO/mHlmX8e
ZTxFz6bkubwPjbDrTw3jPDcz4zlcVhc5xrIYfgGPx1CQGGSo1mrIsMroFZv/AIA/9lf/AN9v
151/zceAv+aTjH/wc/7K/wD77frzr/m48Bf80nGP7j+7X7qOT+d/EfjjmX2k+JsZ5j5r9sl5
cryDy9jOK5zAZ7lnGK3kn8tevhvFHJOacb4xesYnEW3u5jWNFyFTHCaJ28RQ/cN9zHjH7NsB
58zvH+P+FYvIHGOe+RfKPlGflebh43x/kHGPEvjjEZLL4jx9ks5KK0HJOSXOPYW7Isgo2Lgr
2TB5L+0nmvOeNeScv4+rcSylfmnFqlzGY/NYfmnFMRy7DzWMLkJJ7uDykVDMJHZqvLMsciEx
yyxMkjci+5TLXvH329/apxPIHDZr7m/uJ5Ff4J4rt8hDTJ/NTg0GKwfJ+f8Alnl7PWlT8s4p
g81bSWJkkWNtAfPvMfHf35eE63hv7XPGfIPJvnXnreNPMNbP8Sw2LxmVzGGv47g3POP+OV5B
x3kmP43lnW7FlI7FE411t1IWmqifxF46q+U/C/AcDzvy1jeB3Mbynybh4vK2coYytQ5PzZuF
+IONR8m8nXFpcJexPWzFzE0uMtYhkjkycRr2TB5T8f8AjryzQ+1Dhvg6PDfb4OF+BPsk49kf
HeP5T47nyFTn3IOYcg4r5c8eZLk/JF5xfv1beRgwWRtvTpQRb5zCq9eGOSZzmHBPMXgv7l+A
r5O+3X7gPFtjMS8F8o8QEeMmyES0OR4vCcj4xy7jkedojK4m9WSai9uNd8mpI5RjfB3C6trj
HjzDPybyv5Y5pnMTwHwz4f4rDFPYscl8n+T+UWcfxbiuOiqVJpkikne7ajrymvBMY3A4Z9pn
gz77vts535S5Dk5hlJeP8S+4GLircb4+kuT8gZfx9yXmXifhOM5/k+GcWpW8mtOZ8PWysNSR
adyQmNn8v/briPK+F8h4LxL5Y5D4qseX4sBlMHxvM2OKZyTjmf5LFgsfPy7Lx4Ojlalnb9M1
+axXhEkKyF1Q+KPuL5N/aR/Y/hPFnnDN87wHi/JW+PffE2e5Ve8Z5Onh+c2K/Dav2bWOW0sR
gMnkIIHvWaUNKWaURxSu6uq+CIfJ3kfwz5Qwf3HeKqnmXxhyjw1m+a5HHXuE33qfl9zL4zyB
wPx5yfC2L9e/DNAstDa8bMu4Sxyxpzm7x77wPtg8P8g8Y+NfIHmXyHw/zNU+5DE3+I+KvGr4
5eR81yfKOF/b3zjxzPVZcrXNalVzVjJ2GlWJa3vssR+5D70fBX3e/aX588T/AGqJiH8t0OGv
9yvCuXUXzs9aHGVsJjfNv24+LMZm7d1LIeJI7iiUoY0JmMcT4DhHBeNZ/mXMuV5ajgeMcU4v
ib+e5FyHN5OwlXHYjCYbGQWshk8lesyKkUEEbySOQACesbxn7wvui+3z7evMGRp0L177f45/
IvmjzDwWrk4YbVKXyvQ8LcF5nwfxzZloWI7H5bczzZ4QOrHH6Ea/ZnyvkHnDhHmjyp952Ozv
JuFeJvD/ABjk2Yjq8IjscfXgnKsPybJ/l2b5Svkmly3GvjqT8fxtwTyzV9jyV318j/2g+Y+4
jwtnrXiHy3x3w/5Q8C8Hs3eXch4Dy3N5TimJv8U5H5Ax0w4e/kPis/N8ZLlMRjhka1SKaVHv
i3Xmqr4sb7kful8M/YzwXzZfq4/xPyPzZX5JmOT+Q0vXZMZT5LgeCcaqe5gPG8uViesvLOU5
DjXGrNiOWOpetSV7SQcy+xHwjkMN92Hk3B+QW4Dw/M+By3JcF5DnOPrZf8wxEsUs1fHQ4nH2
W/OWnsGphpqlsT2farvP1B9pflf+0k8C+H/PVpsliFnx/DOQeQPAGI5/jYZHl8Xci+4afkPB
+IpzAWYXqmziK+a47LdQ1q2TsWGiik8qeEMnzDgvkHIeKudci4Nc5v4yz6co4Bymfj2Rmx8m
Z4nnlgrHI4e8Yd8TtHHIvdXRXVlH9xf9lf8A99v151/zceA/+aTjH9xca5pxuerV5FxHP4fk
+BtXcXis5Tq5nA5GvlcXZt4XO0sjhMvWhvVY2kq3K89WdQUljdGZT5D+5H7jTLzPyJ/aX/cJ
Dz3M8W5Xl7zcq84cf4zmLl3xxwHkOR+rTPX+L835Jw+7yTldwTRz3OF5nKV4rUGQuUWbkn3u
fdHnmzHjH7LuH8k+8fzbzXNV69bBY/KcAxsh8V4itVpwQYrj+L4nksamVxeMqQwUKeI4q1St
FFBFHGvmTyx5qyN7jHhPKco5n9zH3DZiTImnNxPwRxjK0MXxHxljs4zCKhblwn5RxuvZ9z3K
eMr2LqbzUKtxvxh4C4ne499q/iLJ1PBn2OfbVwDC2K2LxnEYr1bjHHcpjeFYqEm35D8n2IYJ
5VEUtuNJa9BXkWurPnuCcWy9DL/c7/aZebE8Z+UebYK5Wt1bfCfFN/KHyBxfhORqSvDnfH/A
rWCucSlvxGarmb3I7uQoyzY23Rl6+/z+1d59jq1ni/2F/bFyip43GTT26uY86eV8Zk8dxvGY
6w20PdsYbEzYSVFYbf50Qakbh1yDl3J8hbzfJuWZ3K8j5Bl7khmvZfO52/Pk8rkrUmmslq/k
LbySHTVnc9f/AKu9/Y98ejrRfdZyjgua51zrDZSN3veI8T5ffjuVtT8qrRn6yDGcWZOSyZBI
wWEXFJtm4hNcN/Yt/ZE8vEftc+1Wzjo/uJ5Hjmircl+537nxRx93l/JfJ2UpbJs7BwnILHVF
KTbVgzNeWNI/psdilrffr/aw+XaSwfcT46+3nHcc8C8YykMRj8ZZPz3SrxeK25BWnDtX8h+T
8hk+O5N6DJHaxnCMrStEyR55o6/D/G/DMbk+Y+TvLXN8HxTjeNLy2MpyPl/NszXx+NSaxOWd
5slk8irSTyNoA5kdtAT19m39nT4Uyx5P9tXgGThX2uca5JgjLHj+VeOPFt/O+Svus87Y0QhI
kk8s8vl5lyajOwSRqNvHwO37JNPOg4nYrN4s+3T8s+1nxTRx/tricfx3wy93E8kXEpX0qfld
7yXdztmo0Q9tqksOhIAJzqFvofNP9pBm6GPqwg+1lON/ZV4K5m13I33A9uzVq+f/ALjePw14
dSVmoeOrGo9q2pf7MftHgH5P5n/tKvI937wfN9RTsvjxNx6DjmX8d4TKwnbbqwZCm3CLMMco
VFuY7Ioq7vcI4v8A2juTweKyX9ot/aCQZvhH2XT5/H1cift08I28Y78i80YXHZCGalJy3N8a
t17sdrSUpDnMNXKCtLlobHBH805XlGU8S5zzRxeDzPzW/kb17l3k/lvMclkeT2fHmDzd2eTI
5nnPMMLhMzm81dEktjEcZxWWzEnuPVigseVM94MzsfEeKfaDh1+0Pwra49Txv0vDsZ4/wXIO
H87n4rHJUsUMJk4Oc8j5CMRkqSRXsasNOzSnhs1a88X9jX9i/wBzlyatF92X3CcJ82+UfFGJ
StNzHyb5a8s5zA1+DYLm2DmuY+ZfEnhij5Rx1zmQEsM+UscUx2ErTQyZWTIY/wC43wv9yXMP
6wfLXBubx0cpziGoMZjOVcav4PEZnx7muPYKFIqPFuM2/H2Rxhx2FqIlLCU/boV0SGsijzH/
AGgHDIEx/wB0v9oT5Wt/aZ4z8nQqI8/4v8I18xy3D83pcPvaC5hMvy1fF3KRauVJIpS/5ZIp
V6KN/cv/AGV//fb9edf83HgL/mk4x/cWDo8gyz4LA3MxjambzkVGbJyYbEWbsMOSyseNrkWM
g+Opu8wgjIeUptHc9fbx4n+0ybk9L7L/ALPPAfDfD/hDCckw9jjdq3lYcRjKvKuT2MDZcz1Z
zisJh8KhlVGePDe8oAnOv35/bv5j+4LnHh37kfuY8ycaqcnwPjPxfmeZ+TfI/gXh9PgF/G8E
4Zmrf5R45wkPLUbl+IsX8zlo48SmXnmkqWlaGCx99nhv7mcnS+zjwf8Ac79p2M+2r7fuTcS4
zyHneI8CcS4zV8qY+LBZe7gMPe5TyjmPKrHlu5yPJ8hu1lXMckhsTTmoliCGLlXEPsQ8qcr+
53zfyTG5fiuX+9rlXjW/4Z49434dma02OzmF+2Hxdm8zneYYnmvKMVYko5LnGbnr5CnQlmr4
alUeZ8i/2B4P7KuZ8s84+Zvs/wDtZxPiHw2J+JZbiXhX7d+Y5nj/AA6jyLzfdg5dgsLyDn33
A4mvxev+SRV4mw2JzEaZaxYnuU4asn2u/ZP5L8wVvAfnv+0jztz708pneR8b5Tm+CZHB8ez/
AAHMcJ4n5Us8Gw3KeecTw/IuAni82LtwYXJ11z2KmSytauZrUOH+5Tz75P4f97Hk/wAcXIOT
eFvtT8I4XyLD4zynkTGSC1xfk33GeXPJ3AuBYivwXjeUgS6MFxmnySzl544orj1qvvRTeO/7
SP7+eT5HPUuQZnn+I59yTCYW7kanjPAc38acn8c8YPEeJ0BkMlDwvx5Bma0Ao01sXxjEmdRb
tswn8/fdV4F8+5f+0V8veYfMPkbzP4v4VyDwrnvHH27+E+R+ROXZbmsWZ8xZDnt0577istw2
9mwcbgKeKxnH8hYrpJmZZqwmw9n7ZPt6++bz/wCa+b+W/Kf33ZH7ofve4J474lye9ybnWQse
T+Z4h73mHnORxFag3j1eANxrM3k45bv8juriY6dCGCVmlqfc75l+y77mMl923k7zk3JeP+Gf
I8fjrNeOMD9rPi7yBgfyHlq1Gy/F+CVc35cocLtzcO4uvHsLS47xbjsj267x5JaVbGfcz5t+
6jzPH4N5mn2ycm4P9vfNbnjzlvkmniuY8sy1Bs9lqPH+I4nKWrfJ8ZSxNQU60zVYrtWe5AZ0
39/t4m8afeJ5uxPMOBeVvI3Mfuj8O8v8N3n+4X7p+RXbdilhOaYPkmOxGX8c8ByGSwtBYcPD
leW5XC8XxObtTGO5mxkY8zw/yD5xrw8F8Nz8v8YcLtcP4bDkLWH8Qfbhw23guKYrgHBaQFjJ
2MfwHxljhWrsRJeyFmJ7U7S27E0jz+Yfs78iZH7iea0PAXFPt/8ADeWt+OcvwXwp9pHBaNLN
x8qynjrG8vho57yV5o5DLyS6mMy02KxuL4dBY9+ob+Vho28T/Zvcl8j/AHqeQvAfPfsx8BVP
EvP/ALUeD/btyryJ5B5dlYeK+OcHl8V475JkMlxHxXxc2rXjkfQ5nIZO1QehagM8UVmu9SSb
yh9wuTr/AGqfaj9tP25+WsX9onjCrieYeS7VHyhz/N8EwXKuZ8vzXEeLX8t5A89eR/H8GUXL
521RpVrEaw4+mlDGUsfj4ft+8cZAeQ+PfYL498/1PJ3mbmfNsLV5D52+4vK5bklTL+U/LflP
EcWM1GLkPMMFQ/I+P8foyT4/i2LmbbJYu28tevQ/eh49lyuS8V+DeeeMYvtp4xyOCbDrS4B4
bzuM5HivfxW6WTDPzbl9a9mLMZBmg/MfaYfslVft/wD7U3g3njxflOPweOuMYX7rvsd83+Ff
Jec8s82scZxObwd/hnEoG8X8o8NZjO8x4Ll04/BnLHIMbU41eo1sxUvtPHGK+R/sifv68v5v
7VMn4o8n5Py59q33HQcD5L5N4Ti8nlM/yflT4Ll+A4nWuZ2K3WyfPOQ1ZS4rU7WNyylbMFqs
qz5O19tHnHJffL9yU1e5R4h5ml8S57xF9vXgRrcMlWbmXC+LeQbM/P8Ay15lx0bMcLkb9LD8
f45ZZb8EWTuRVpan9x/9lf8A99v151/zceAv+aTjH+x2/uXBW/uA+6Xwn9tXh/A834pB5Gu+
Rb/PJ+dZfhVi4LfJpPG3FeC8D5jYzuYjxFWWGE2ZaFZLk0QklVCWHHfuL+1z7tvt98o+BvGf
hTxZ4P8AG3hrjNjyPxfyZw7G4C/nZ8nBU4Py7x3x/DW8QmVzss/1dTISOtJYo5I19hAf/gH/
ANlf/wB9v1yn7ofO17muL8kcuw/E8HlafjvNY7AcWSlw3j9HjeJanjc1g+S5CKd8fQQzM9uQ
PKSQFB2j/d7zZ/xy4z/QXr/d7zZ+j/hlxj+gvX+7vmz/AI58Z7//AFi9ds75s/R/wy4x/QXr
/d3zZ/xz4z3/APrF6/3e82f8cuM/0F6/3d82f8c+M/0F67Z7zZ/xy4z/AEF67Z7zZ/xy4x/Q
Xo/7e+bP0f8ADLjH9Bej/t95s/45cZ/oL1/u75s/458Z/oL0f9vfNn6P+GXGf6C9H/b3zZ/x
z4z/AEF6/wB3vNn/ABy4z/QXrT8+82fo/wCGXGP6C9f7u+bP0f8ADPjP9Bej/t75s/45cZ/o
L1qM95s/45cZ/oL0f9vvNn/HLjP9Bej/ALfebPh/9GXGP6C9f7u+bP8Ajnxj+gvX+73mz9H/
AAy4x/QXr/d3zZ/xz4x/QXr/AHd82dv/AKc+Mf0F67Z7zZ/xy4z/AEF67Z7zZ+j/AIZcY/oL
1p+febP0f8MuMf0F61Ge82fo/wCGXGP6C9f7u+bP+OfGP6C9f7vebP0f8MuMf0F6P+33mz4f
/Rlxn+gvWn595s7f/Tlxj+gvX+73mz9H/DLjH9Bev93vNn6P+GXGP6C9H/b7zZ/xy4z/AEF6
/wB3fNn/ABz4z/QXr/d7zZr8P+GXGP6C9H/b3zZ/xy4z/QXo/wC3vmz/AI58Y/oL1/u75s/R
/wAM+Mf0F6P+3vmz/jnxn+gvR/2982f8c+M/0F6P+3vmz/jnxn+gvXbPebP0f8MuMf0F67Z7
zZ+j/hlxj+gvXbPebP0f8MuMf0F6/wB3fNh0/wDpz4z/AEF61Ge82fo/4ZcZ/oL12z3mz9H/
AAy4x+//APQL0f8Ab3zZ/wAcuMf0F6P+3vmz9H/DPjP7/wD9AvX+7vmz/jnxj+gvR0z3mz/j
lxj+gvR/2+82a/8A1ZcY/oL0f9vvNn/HLjP9Bej/ALe+bP8Ajnxn+gvR/wBvfNn/ABy4x/QX
r/d3zZ/xz4x/QXr+rf8ANfJX83/6iv8AV493+cWF/Mv5h/6zX+tf9V9R/Nj2f5xf1nfsfqPa
9n8p/Yez7v8AjHXFvIPDb5ynFeY4TH8hwV5oJaklnG5Kuliu81WyiWKs6q+2SN1V43UqRqOn
gWSNpo1jeSIOpkjSUuIndAdyLIYm2k6Bip09D/4CTQyRzQyqHjlidZI5UYaq6SISrqw9CCe3
+wf0dLNBLHNC+uyWJ1ljcAlSVdCytowOuh9R1+j/AGJo4pY5HryCKdEdWaGVoo5ljlVSTHIY
ZUbQ6HY4PoRr/wCAE3L7hBYLqNxUEAkL2Omp/c1/8RyLmHI7Yx/H+KYLLckzt9o5ZhSw+DoW
Mnk7fswJJNKK1Kq77UVnbboAToOuLc/4heOT4vzHBY3kWAvtDPWezjMrVit1Hlq2Uis1p/al
AkikVZI3BVgCD08KyRtLEqNJErqZIll3e2XQHciybG2kga7Tp6f+Ak0Msc0MqLJFLE6yRyIw
1V43QlXRgQQQTrr/ALKTQSxzwyDWOWF1kjdfTVHQsrDUeoP+zMkUscj15BFOiOrtDKYo5xFM
qkmOQwzI+0jUqwPoRr1p/s7NwD7SwTUb9oIBbT12qT6/if8AxHJOZ8muDHcd4jgstyXPZD2p
ZhSw2Dx9jKZO37MCSTzexSqyNsRWdtNACSB1xfnvE7xyfGeY4DFckwN8wzVpLeJzNKK/Rlkq
2Y4rNWV686745FV421VgCCOpIlkRpYghljV1MkYk3e2ZEB3IJAp019dDp/4Ec8Ekc0MqLJFL
E6yRSxuAySRyISro6nUEEg/7B/R0k0Esc8Mih45YXWSKRT6MkiFkZT+I1/2eJ/avy7mcvkPh
OR8Qz8y8R53I4XH4fkXFBwTIca49zLx5lnw8UdTOYyp/Omjdxt2RI7KI00EpkCxMPu0fN5NI
OG8o4NSk4xJZsiHHVavgHm9jxHnFE1h0gjaPk93Izvodo+p1J7kD+1H8m8Z5TyGndxy/b14n
8fjDZTIVZ8Hn5+HcZqWbGCatMr1MnYzHkuPSSHY4kBIPza9eIf6wPuP4PwKfyV5r8b+H24z4
V8dYvISRYjksl1svyGXnPkilkcmOQx4jETyiKtjoawsnsxjGzr7gfJea+43yT5ex1Hxfn8hx
XA+Q6HGZr+D5tWxtxMNcx+fwmOxc7R5TKz1661FrpErMG+ZtOuMcUw9zH3PPuK8i8p+2jhNX
JzpNG/ki75iy3DMLckgsic2KPFsZk4rsiNG8Zip7XG1tOs4PHfmfk2P8bZqniMfluTfd1Tm5
l5Fl5XWlvS8j5x4r8dYqSKLh3FLnuQ1qeGzmRjfZG8zId0ZX7qvMHIvvD8uz5zwpzny7wbj1
PiOD8e8J4zn6vju7W4+LOVxGD42l6BsnlGsK4juloogpDO4LNw+Xgktkc8h8UcA47xGSCFbd
5vI3lSTFpZv0ILCzJNapZnk1y9BE6upMKqVb0P2f0PKfkqzg8V4m8CeWfLv3A5SpbfH4flV/
H8O47wqO3lMXjvarZGF+X3rEtKrHC3uWZ1SBDIUApfcryblS+Mvtsy2FuL4p8FR0MZk89zTj
WUoSrh+d86y8RcYS/kHmhyFeGGeZ1RVh2xxb5bXnD7mOY27Nq15F8r+cPMHJZ5ZGklq4XiVq
5h48XX9xvbSvjKPFJvZUAKiOEGiqoHCPIvmfJnI8u8g2+TcypRGnXpflnE87yHIW+KY2NasF
dJaiYUxTVmILirNGhJ269fbf4v4RyLMcbzvk37j+EQ5W9gL0+OyK8F4NjM/5B5o8dirJFIY4
KPHomaMn237BgR26/tLPJeP5XmYOJ+NK/DfCvhrEVHWOHAc9/m7RxvJs/imCJJHnV5NzulKk
isWZvbVtwhiC+SfEfJvu64z4j479vUXjrgGT5FxPhuB5tyrn+Tu8FxuZyV/Ocv53ZhyNDlFO
GxActPCHjOTnmjQMsXuPyLyr5P8AN/k3ztzfOUMXS4j5VXmdziOb8f1ePrfg9/hmS4HladCK
x9S4aQypLXEsHeLV5/czvGfIHIpOS5zyrS8xeVPtp8l+UOQW7eJ5HQ4Rn7/Dc5w7mE9SrDYw
w4vl8RXy80dGNlfFZGaSJY/Z2dcX81eRvvnreF8bzepk8liOD8B8fcAw1TB1o8tfx+Lnt8pz
V+PM30vwVo7P08ujLHKqGQvq3XirC80+5Hntz7guf+SOM1+V+deW+bc7xrO8I4VioLnLOf8A
LMNxeDksPF+N0JcThmx+Gpz1rP8AjN2GKKSaVV1seTvOn3aeVuA+GeK0ORf1f5HxdUqeLedc
88f8UsZNqfmLyJyK9iMhmd3JMBTSzDVWNUmrIthvnlZpee47lPki7zaPm32z+R/P3hfKcrXF
ch8s+IMdjM62N8et5LtnGrjM5BzLAZKjfrzW4JFa5IsSxiMlW5pl6nk/x9zDzX4w8A5TnPMu
PYjkPGb+ap8t47wZ8lk5sxxfDWmmxcLckh2TQ+xHHC8gj0XVR14n5HzOaKzy7kHjbg+b5RZg
qwUop+QZbjOLyGYljp11WvVV79iT5I1WNe4VQAAP7QDG8g8ueRfHfhPwXxSOlw7h3DcVi8Zh
uaZa7xDFpLx7kvK1xxys2KzEfJa1m7j5J3+tr5NdmyOAAYD7U+V81k8j8Kl8QHmvh/keQw+O
w+f41Q4RkuP8U5Z4/wAw2JSGrncfjzyTHW8ZdeOKwsUksMvubIyPu9fN5OODiHLeIY27xd7N
oRY6tjvAfO814Ty7xTTOK8StyX6+aQhgCbAY+o6/tQ/JvFeUcjpZSLN/b14k8eLiMtdq2MHn
l4nwvGW5+PmrOho5C5lfI4YvCVcldfx68Ppz/wC5DhPBpvKHm3gXiCTjHhLxzi7oq4nkFfL3
8ryBuc+R6OSyr56PDcfmlEMGPr1xO2oYxgIfuD8k5n7i/JPl+hS8ZZ3IcRwnkOjxqXJYHmtb
G3o8RZx2fwmPxU0q5XL2K1daggjiRiGG5u/XEuH4S7j7Pn6j5H5L9sfCIcjKk8S+QrXmDMcO
xuRlr2UnezR4lhry33V45IylRUcbW6zyePfM3JMf4zzkGIpXuTfdzUn5t5NPJKpuS8k5v4z8
fYuSKHiXFsjJJHXp4fOZJHCRNM0erIw+6vzByH7wvLtvNeFufeWuA4KlxLCePuEcX5BT8fZO
rxg2MpisBxxLsByeRksbvavExxBCGZwWPDI/H0tn+sFPGHjfhvDJa8S2bsvkPyW2KhuZDHw2
UmSS5WyOfu3q8bq43RKpDDsftSq+UfJNnCYPw99vHlXy955yVS3JQw3LcgnHeOcCisZLFY/2
qmSEnLrc0uPqrExa3MscCe4yDqt9yvLeUp40+3TNYSwvirwNFRxeUzfK+L5Wmz4PnnN8zDvG
HyWREsN+CGCadwmkOkUQZ7Pmz7muX2rVyz5G8p+cfMfJZpZXklrYTidq5iIsZX9wlI62Mo8T
mEKgAIjhP1VUDg/kTzRlDkeX+QbXJOZ00elVpHG8Uz/IMjd4njUjqQQRS1I8G0UtZiC4qzRo
SdmvX2xeMOEcizPG8x5G+4/iNjM3cHkJ8bdfgXj3D5/n3M4/qK7xs0Rr4WDWNtY5GIVgQdD/
AGlnk7GcrzcXGeA3eGeDfC2HpSbE41zeLDYzj/J87hmiX34s5Nyfn1OZJVIb3EjVtRFGF8ne
LOSfd5xfxLxj7e5+DeOb3IOH8M4/zLk3kDJPwjF5nI5LM8v51ahyWP5LVgtwfms8QeJsnLOk
YMcYkfkvlXyd5v8AJ/m/nOcoYqHivl1ea3OH53x/S49DerfUcMynBctTxkcvusGlMyTV/cr9
4tXn9zN8b8h8gOf5P5Lwfl7zB9ufkjyjnL1vDcjxfE+Q5Liec4pzGWlUhs4f+aOaxtbK2IKC
Opw+SeSFIjCU64p5n8j/AH0w+GaXOsfcyuG4NwPx54+w9TAV3yN2niZLnJ8tkEzOUS9Xgisf
TykMqShPcLat14kwfMPuT57N9wHO/I+ATmnnflvm7O8c5Dwvg+HoXeWc95PhuMw8ki4xxmtc
o4gY/CU5qtn/ABi7DFE88iLrY8r+ffux8reP/D/FsRyGfgtzxVVqeK+a804BxGTJNV8v+RM9
dxGRzTTcnwVFbcNRUWOSsEsahpmL+Q8Ty7yTa5pNyr7X+c/cN4ey/JkxPIfKniGhW5CMVwGt
5MtvjkxedXl3H8rRyFee3C/+OSCFYzEdDzfL0vJ3j7mHmrxf4Dy3OeZcdxHIeM5DN0uXcd4N
JkMjPmOMYe0ZcZD/ADji9ueIwxRwtIIyq6qOvFHI+ZTx2uXcg8bcGzfKbENSGlFLyHLcZxd/
MSR1K6pXqq+RsSEJGqonooUaDr+0Co8k8ueRfHnhfwfhqmG4Vwvh+JxWLwHN8nl+PU8fLx7k
vLExwydnGZSDO1bV/GS2HNyvl0KBYo0HWJ+07lnNJvI3DIvD9bm3h3k2Rw2OwvIePYXheTwf
DeTePs4MTHFSzNbFHOY21jbrRxz+zLNFKX2RkfeJPn8nFBxTmnG8Pl+IyWrQix1fC+Cud8n8
FZGeCWwyQQxz8gpWpZCp2OZlYnU9f2onk/inKeSUssnIPt78ReO48PlrtezguQQ8T4Pirc3H
2rzI1HJZDK+RgzNCUfeO5168MweQPuU4Xwax5U82cK8R2OMeEvHWJtpSw2ZxufyuU5AvOfI9
LJ5iTOJi+OSMIocfXrrYlHzFNE6+4fn2W+4ryN5frR+N8vY4Th/IVHjbZPjvN/y+5Rw1nH8h
wlHFTTx5fN3qkK1fYiiiIBGrHXrgHD+O36EvntufZ37Y+ER5B1nSnzt/LWc4ZSzEtSwk0lil
xDjp/MCjxPHtqIkilGI65BF4+8zcjxfi/Ox4inPyb7uac3OfKy8gqLbbknNfHHAsXJDV4pxn
L2Zo4amGzmSWRI4TK8YLKevug808i+7/AMu3Mv4l555V4Bx+hxXC+P8AhXFuSYzhHJIOErcy
eKwHG4chWOXuyTswiuboU26M7KWbhVDxxJaXyMfHvjLx/wAHlrxR2L83kLyG2KrXshRhsJPE
16G3lL92ujIyiWNV0I7dfbPD5P8AJVrC8c8LfbX5S8wecL9KzJj8Ny6/PjOO+O69rJ4eh7Nf
JGXl1l5cbVWFmN2ZI4E9xlXr84/qQs/ln5X/AK1H83vzTj35j/qO/S/zE+u+p/Mdf60v52/8
J/ptfZ/K/wBh7mnbrm/3HeY/PfnXzh5b494uzPIOF8t4HlMh4YuYbCJg589V4zxfinj+21Op
Bn8mKsuQewLIkarC5jQROH+0lvIdDNcnwP3EYbkDcq8j163Ncn5D8bcz8iccg5xjYuVYLlOc
5Bw6CDEczJux5CtUxk1xXvC6nviKwfM+KzeQ+5/nE+U+8Hxhx7FwLyG3UxXP+AYqxxKa55f5
LRw0NaW1FTxeFhjrZWOz7eLmjgBCS1ZJE+1qPw7xfmXMsb4c+6nxXzjOYWHJ8m5/yluIVpeT
1s7kJ8nyDIZzkuVSvJn9JGlnl9iOXdqkUXy+HOK8O5N5owvIPuN8o4XjPN5sLy3m+V8WYnhv
D8LSa9ezXAKeYo4GKxDJDQsxiKWj7pq2Jt4l3Sdea63HvBnEsj5v+3L7ivDnm3iN9L+erY/y
/wAPy3FMrWz3DuKeUPJFzP52jDl7kEmclS5fuitl5vZneVokPWDwWJ+2ri/2y8XTL4+blvkD
yJ5BwfkrJrhKtuKfJ4/jHGMFVxLy5XIVI3iiksQSVvnOssLbZV++7wHy7jmW45meXeZ/P1jx
3mM5Tno4Pk2M53DXzfEs5i8hIgS/ibGf3NPLHuESPtb51ZV8X4DIfb/mfH9v7PZfHHLJOOco
ykKz/cb5C8a5PA42hSwETVacdTA1+IUcndkkSS1BbyNqCGCR9obr7deW8h8f53H+AK3hbjuT
8jQZYV3xb3cPybPc7/q35dVjmerbvS8sGFjtUj7kU0ULSDesTbct4Wm8J+QvuD8AU8rk73hH
mfi6XC5nmfEcDl7s2Qj8ec1wGcy+HmetgbVpkgyXviEQnRdyaQ1ucfYk3gzkfi7Acvz3M8yP
OXIMzjrXHeN+MOX2bPK7fDmfBrksZluVZvI2Di7AqXbBhhyE++FRAZOvFmB8kcEveOeZ8J4t
jfH2a45emqWlMnBII+LVczjrFKeavPjM9SxkdyEqxCrNtBdVEjfb95v4H4zzvmCn4jzfkWLk
3BeJWaMHK5avP+FS8coZ7DQZB4och+T2Y2jnhQmYxW9yjaHZfOnjTEfZR5flteaPuNteazkO
Xcg4jwTH4vE/z94Ny2lgbcuetf4zb+i4StSSRSqAyh1DAbD5s5Lm/wCz95D9xWR8i87rc+8e
56n5Mh4549xVPkmDxuQ5PheQtazYwtW/W5s+QeVrlSWNlf8AYhYPb3Hgnk37dZ/DXDcz45y1
LjnIvAVHI+WOA+N8/lpuR1JOP8sxHEuKYPLcfmxtexRuG5UpWqV6zYnVJd8ZL/a/4K4xwjOW
fF32+8Z8ry+WPL/IOO8j4lxTl+V8mcR5lxi7wDx+nIcZguUZilk5+aSPkppKlOSOGENsVhEZ
eK8Wh/syKvLPLeAiioc08r+ZPKuPh8Z2c1VsSJJybE4vJNy+lksZJtSSOHGY4Sqv6oYjceO5
XzTwWHk1fxt4rzPDc542PhrkPLeS828pWMuTip8XHb4vFh+ZcViwlhGw9y3ZjQFHKxRiVWPn
g8P8N824ba8l+Y8Vzzw99vXEchma+Y8a8LysfH+K5SLL8Y49cWujckxjZTJZDjiLNjsdLfUm
JTC4j83eOftq8bl/IPL+LcafLTNbuZzm3NEwPJOPZbMYyXMZWxdyFuSXC462lPHwNHXM7hIY
g798nD4N+1jkn2rcM4L4p84VcfkPInHKHEvJ3lvyR5S4FneLY3h9iOxkcnnzwHC2MxNYktZG
7LC8hghghhjh0XxRb5vxXJ8J5fHwfAYzkvF8vValexeaw1NMPkFaq+rQV7dmg09dT3+nkQnv
15f868F5dzPh/JBxviWL8k8X406W+L+V+PUOVYPG42Xl+Dl/ZDKcRq3WlhycW2ZKUDQSboQp
j599xXlzz15183+YeN+MMvmOGcx4Hlcl4cs4jDQ4azl8fxrjHE+AWjUq0c5l3rWMi1kWRI1a
JyiCJw/2kVvINHNchwX3DcW5DNyPyZUr8zyfkHxnzTnXHMf5Fx1XluC5VneRcQqLheZe5PHe
q1sXNdSfIC7H9Ssc58r4zkF37n+b2Mt96/jvA06y8juUsRznx1i7PFJ7PmjktXCQ055hHjMH
FHBmI7Iixk0cH8nLWkkX7Th4g4xzHmGJ8PfdL405XnsPBkeS885RHxBhyeln8vayefyGb5Hl
oqn586PLPYl9iOcd1hj+Tw5xPh/JvM+G5D9x3lDD8c5xNhuXc5y3izFcM4Zhqb3ruZ4DTzVL
BQzxSxULUXtTUfcNSzN7gl3SDzMnHPBfFMp5u+3H7i/E3mri1uPI56pQ8wcKz3DsvQz/AA/i
nlDyRb5BnKUeSuRvnZEvZC4K+WlMUzzSRIRgcJjPtt4t9svEY81jZ+Yc88h+QMJ5JyzYOrch
sZLGcW4zg62Jd8pkakbwpLYgeuN5/awttkX77fAXK+O5bj2e5X5o882/HeYzlKXHYTlWP5r9
LyHiWaxeQmRY7uIu55GM08e4QpLo3zqyL4ppZD7fs1wK19nd3xpzKTifKMpElv7jfInjnK4L
Hw18BHJUpxU8FT4nQyVxnV7MVq9dihgeQoG68Dcv5PwHOUvt9p+EuO5Dn8OXFZ8TbuYXkfIe
axeOeVwRTyVbd08xlw/1VBjLFNDXMo3rGduR8J3PCPkT7hfBGOymRs+EOc+L5sLmeZcZ49lL
k96Dx/zrA5zLYeYR8fsWmjhyRmWEQaBdyBYa/N/sPbwXyDxdgeV5zmWZHnLO5rHXON8c8Zct
sWOW2eG78GmRxeX5TmcpYOLsCpdsexBfnLQqIDL14rwXkfgl/wAcc04VxXHeP81xq5LUsR+5
wSFOLVsxjrFKaevLi87SxcduvtYqEm2qXVRI32/ecOCeLs95hp+KMl5Mo8m4TxG1Rh5b9N5A
4lVwmO5Bha2ReOHIJibNJ4rESMZvat7lUqHZfMvjXEfZP5dlt+XfuXt+c2yXMOQ8Q4Jj8Zij
5N4bzmngbRz1ofVWziuHrRkkGkatKJFVwuw+bc7mf7PvP/cVlPIHkQc98d8ireTIONeOcbie
S4fF5DN4TPfWZj8lq5ClzOXIPOblOVGWQCECAR77fj7yf9vE/hniWd8Z5fG8W5P4Fx+T8r+P
PHedzI5HRfj/ACvF8S4lhcvxyfERWKNsWqtG1RvTzziOXdES/wBs/hDi/B82/i77feB+Xavl
Hy7yTj3IuJcX5nnvKnB+XcRucF8ex5/H4XlGVxd23y95slPJVqSpDCre3G4i93ifGqv9mRW5
H5awMFWjzXyx5o8q4+PxxPnqkzRz8oxGLyDcyp5HGyuiyxRYvH+4i91DEbjjcx5k4HFyyv47
8T5bg+W8aHwtyDlfKeZ+VzyJhjbeOgu8YgwvMOMjj0qHD3bdpUAUlI4xIrHzPBxLw5zbiV/y
R5ux/PvEn2/8RyWZjy3i7gucGE4zfp5njWAuJW2Z3FnJZDIcfRZsdjJckGMSNA4j84+Nfto8
bj+fXMOOcdmyrrbvZ3mvNVwPJMBl8vjJs5lLN3JX5nw2PtpToxOtf3X2Qwq8nfKxeDftY5H9
qvC+CeKfOFPHXfIXHaHEPJvl3yN5V4JneMY/h9mOfI5PkP8AMHCTZiaeS1kL0kDyGCGCKGOH
5PFFvm3Fsnwjl0fBsDjeScWzFRqN/FZvC0Y8RkUeq5Lw1rVmi09cMd308qa9+vLnnjgnMuZ8
Nz35Rweh5L4rxwrc4r5UwlDmfG8TirvK8FLrEuY4dUue/FkotJRSq/Ty6xaGPyP9xPlfzx52
83ebOO+MsxkeIc14Hl8n4ds4vFx4qxk8XxjjnEuAW/oqWKyucmr2si04tB2rpJsURusn2k4z
n9HM57BfcDwrkkuf8oUanM8nz7xlzrmXHsT5Oo0uWYHlmd5JxCj/ADe5qLDQ3adfFPfit5A3
IhZRJ28pYrkN/wC5/nE+X+9/x/gqlccku0sXzrxzjLHFbFzzXySrhYac0pXGYOCOHMpZ9vGz
JAPklrSSL9ojeI+L8x5bg/EP3P8Aj7kHIcXBf5Lz3k9bh9xORUM5nLuUz+QzfIsnXormZFlm
sWJTAlhe6RISnhbh3DeT+aMJnfuM8m08TzifE8u51mPFmJ4nwTBULM1zM8BqZuhhK86XIsfa
h9meiWNSxMrrL+0HmGTjHgTimU83/bX9yPjXy7x2SLJZujR8vcD5RwnNYzM8R4d5Q8jWs9m6
0Vm4smfdL9+57GSse1O80sadcdw9L7buK/bJwyvnsXa5pzfyDz/CeS81YwFO5DYyeH4rxzBV
8U4yeVqRNCk1iu0CiQkTQuFkH3t/b5yvjeWwHJM/5j86yeO8hnas2Ow3KqHJ7NPlvEMzislY
Cw28NkuRbxJYjLJErnd86so8R2Mj9vmb4Jb+zrLeMeaNwnk+Vhjv/cX5G8f5jA0W/IYZalNK
GCx3EqOStBg1iOzcvrDXkmKa9eFeX8s4Fmq32947wlxu9zaLLCD8oyNvCZ7k3Lqfj7lMEViW
rayK80v4xrePJkilgq+6Awj1H81/60rP5B+df1E/m31T/mn+o5+d/wBcX8zf5D6n+sD+sv8A
2k9/f7P5P/F9j9j/AHSVIDKwIZSNQQRodQexBHYg/D+6NOirAMrAhlI1BBGh1B7EEeoPw/uQ
f3Cf7i7/APjx/s//2Q==</binary>
</FictionBook>
