- Здравствовать вам! — в офис сначала заглянул, а потом уже постучал в косяк господин невысокого роста в пиджаке цвета осени в кленовом лесу. В руках он нежно держал деревянный ящик, разукрашенный яркими иностранными буквами. — Это компания «Сервис Холдинг Инкорпорейтед»?

При первых звуках нового голоса клерк в гавайской рубашке с галстуком-бабочкой отложил в сторону розовый дырокол, скомкал и бросил в корзину под столом листок бумаги, похожий на дуршлаг, и посмотрел на входящего.

Его сослуживцы были заняты еще больше, и это означало, что за клиента с веселой тарой придется взяться ему.

— Менеджер по технической поддержке Апполинарий Варфоломеевич Синекуров, — тщательно выговаривая каждую букву, представился он. И, гордый сим актом социального взаимодействия, с выжиданием уставился на клиента, словно одним своим именем собирался снискать его восторг и зависть.

Ожидаемый эффект был достигнут.

Посетитель прикусил губу, досадливо крякнул и сердито хлопнул свой ящик на край стола, едва не раздавив гламурное устройство по производству отверстий.

— Иван Петрович Николаев! — сухо объявил он и сразу перешел к делу. — Наша фирма в салоне вашей фирмы через посредника по лизингу в безналичный кредит за предоплату сто процентов два дня назад купила… телефон… телеграф… телескоп…

Синекуров привстал и заглянул вовнутрь.

— Телефакс.

Клиент хмуро зыркнул на клерка из-под нависших бровей и продолжил:

— …а он не работает. Поэтому вы обязаны принять соответствующие меры, направленные на возвращение работоспособности моему… аппарату… согласно договору о купле-продаже под номером Д-145-843-А17, разделу семь, подпункту семь-три! — с явным удовольствием закончил посетитель замысловатую фразу и победно воззрился на клерка.

Тот, если и был впечатлен красноречием факсопользователя Николаева, то тщательно это скрыл.

— Это вы звонили мне вчера?

— Д-да… То есть, нет!.. То есть, звонил, но не я! Чего там звонить?! И так ясно, что он не работает! По телефону его ведь не починишь!..

И он извлек на всеобщее обозрение матово поблескивающий вороненым корпусом аппарат. При каждом движении зеленые эмалированные кнопочки тоненько позвякивали, а из примотанной к корпусу шпагатом трубки доносился мелодичный гудок.

Клерк выудил из ящика стола очки, протер кусочком замши, водрузил на нос, но не успел бросить и одного взгляда на забастовавшую технику, как в офис впорхнула секретарша начальника отдела Дуняша с изящной позолоченной леечкой в наманикюренных ручках.

Факс был забыт вместе со своим владельцем.

Свежепротертые очки получили лучшее применение.

— А офисную зелень кто-нибудь у нас поливал сегодня, господа технические специалисты? — со вздохом всеведения вопросила Дуняша. — Я так и думала… Не инженерское это дело…

И напевая простенький, но прилипчивый мотивчик, она стала обходить кадки с табличками на дощатых боках: «апельсин», «лимон», «опунция» и «клюква».

На апельсине висели апельсины, на лимоне — лимоны в авоське, на клюкве — помидоры, а на опунции — три бутылочки с надписью вычурными иноземными буквами, продублированной на общепонятном: «текила».

— Ну, и что с ним? С факсом? — упрямо оставался слеп и глух к чарам любительницы зелени господин Николаев.

— Да он же у вас совсем исправный! — отмахнулся от факса и его хозяина клерк, которого, похоже, в данный момент больше интересовала великолепная Дуняша, нежели восстановление работоспособности чего бы то ни было. — Всем, кто хоть чуть-чуть разбирается в технике, это видно с первого взгляда! Ступайте со своим факсом, не мешайте занятым людям работать!

— Да где же он исправный, где? — возмущался упрямый клиент и совал обеими руками весело подзенькивающий аппарат под нос Апполинарию Варфоломеевичу.

— Да везде!.. — рассеяно сообщил ему клерк, поворачивающийся за живо перемещающейся вдоль стены с бочками роскошной феминой не хуже, чем любой из ее зеленых подопечных — за солнцем.

— Ну, конечно!.. Я так и думала!.. Кроме своих… микросхем… они видеть ничего не желают! Скоро конец рабочего дня, но если я не полью — то никто не догадается! Ну что за люди!.. Растения же сохнут, атмосфера в помещении ухудшается на глазах!.. Пыль! Излучение! Ионизация! Статическое электричество! Кислородное голодание! На одни лекарства ведь работать будете без нашей растительности!

— Нет, куда вы смотрите, вы поглядите, чего у него внутри, вы крышку-то снимите!.. — бубнил тем временем бесчувственный ко всему прекрасному, кроме исправно работающего факса, клиент.

Дуняша с леечкой упорхнула и пропала за дверью с надписями «Начальник», «Тихо, идут международные переговоры» и «Посторонним входить запрещается», так и не удостоив никого, кроме зелени, ни словом, ни взглядом. Апполинарий Варфоломеевич разочарованно стянул с переносицы очки.

— Да вы на меня совсем внимания не обращаете!.. — дошло, наконец, до посетителя. — Займитесь моей проблемой немедля!

— Неисправности, возникшие по вине пользователя, исправляются за его счет, — назубок продекламировал клерк и, на секунду задумавшись, мстительно добавил: — Раздел семь, подпункт семь-семь! Зайдите в офис десять, там делают диагностику за счет покупателя.

— А ремонт?

— Ремонт тем более.

— Да что вы это такое говорите?!.. — возопил возмущенный клиент так, что даже неприступная Дуняша, уже без гламурной леечки, выглянула из-за двери с табличкой «Посторонним входить запрещается». — Это же… произвол!.. Халатность!.. Головотяпство!.. Нанесение морального ущерба!..

Посетитель яростно грохнул об стол факсом, и Синекуров едва успел отдернуть пальцы и дырокол.

— Я буду жаловаться в письменном виде!.. — уже не просто кричал, а громыхал Николаев. — В милицию!.. В прокуратуру!.. В торгово-промышленную палату!.. В ООН!.. МЕНЕДЖЕРА СЮДА!!! Я требую менеджера!!!.. немедленно!..

— Кто звал меня? — певучий звучный голос донесся почти сразу же из-за спины отплывшей в сторону, как выдвижная панель, Дуняши, и в общий зал вошел, чтобы не сказать, прошествовал — Сам.

— Ваш… Ваш… этот!.. Он, ни в чем не разобравшись, говорит, что это я виноват в том, что мой факс не работает!

— Изложите ваши претензии в трех экземплярах на мое имя. Ваше обращение будет рассмотрено в установленном порядке в оговоренный процессуальным кодексом срок, — порекомендовал Артур Эдуардович, с надмирным достоинством глядя поверх головы злосчастного факсовладельца, а потом сообщил всем, кто слушал: — Сейчас я должен вернуться в свой кабинет: мне должны позвонить исполнительный директор, председатель совета попечителей и президент. У нас остался незаконченный разговор. Трансконтинентальные контракты, назначения, продвижения, корпоративная политика, перспективное планирование — обо всем они хотят знать мое мнение. Иногда это так утомляет… Но я же понимаю, что, если мы хотим добиться процветания нашей фирмы, мы должны работать все вместе, не покладая рук…

— Мой факс, за который деньги плочены, не работает! Он находится на гарантии! И я же еще должен писать какие-то бумажки? — возмутился теперь реакцией и менеджера господин Николаев.

— Да, — довольный сообразительностью посетителя, кивнул Артур Эдуардович.

— Бюрократы! Планктон! Развели тут!.. — и клиент бухнул — и, наконец, попал могучим кулаком по розовому со стразиками производителю дырок.

Тот подпрыгнул как живой и угодил прямо в бочку с опунцией.

Звякнула, распространяя аромат заморского напитка, разбитая бутылка.

— Ах, так!..

— Апполинарий? — мелодичным голосом многозначительно проинтонировал менеджер, и Апполинарий Варфоломеевич с мстительным упоением вдавил в основание большую красную кнопку под столешницей.

По коридору прокатился гулкий звук — то ли удар колокола, то ли гонга, и дверь, так и не закрытая последним посетителем, распахнулась еще шире. На пороге офиса предстали трое громил в черной форме с вышитым серебряной нитью в золотой прямоугольной рамочке на спине словами «Секьюрити», все с напряжено-внимательными выражениями на лицах и черными дубинками наперевес.

Один из верзил едва доставал остальным до пояса.

— Мы здесь, Артур Эдуардович! — звонко отрапортовал он начальнику.

— Помогите этому господину найти выход из здания, — с властной холодностью приказал менеджер.

Охрана взяла под козырек, и судьба факсовладельца была решена.

— Пройдемте, гражданин, — взяли его под белы рученьки те, кто поздоровее, а коротышка смахнул со стола в ящик факс, выскочил вперед и помчался указывать дорогу.

— Вот тут поворот, тут лестница, тут ступеньки не хватает, а тут кровь разлита… или кетчуп… — некоторое время доносился в раскрытую дверь его веселый голосок, пока не стих вместе с шагами.

Кабинет за спиной начальника отдела взорвался трезвоном.

— Слышите? — насторожился менеджер. — Телефон звонит! Даже два! Нет, все три!.. Это президент! Всё, мне некогда, все вопросы — к Евдокии Ефимовне!

Бросив краткий, но выразительный взгляд на собравшихся в офисе: «Только посмейте задать мне сейчас хоть один вопрос!», Дуняша воскликнула:

— Я вам помогу, Артур Эдуардович! — и исчезла за дверью.

Вероятно, вести международные переговоры в соответствии с табличкой.

Преисполненный достоинства начальник важно прошествовал за ней…

Входная дверь техотдела распахнулась, грохнув ручкой об стену, и в офис сначала заглянул, а потом уже постучал в косяк хмурый господин невысокого роста. В руках он держал большой разноцветный ящик, из которого выглядывало нечто яркое и пестрое, явно нуждающееся в услугах прачки, но никак не специалиста сервисного центра.

Но господина это не остановило.

— Здравствовать вам, — изрек громогласно он. — Это компания «Сервис Холдинг Инкорпорейтед»?..

Вечер на старый замок опустился незаметно, словно подкрался, и лес вокруг вдруг стал чужим и тревожным.

— Элесседил?

— Да, любовь моя.

— Кони оседланы и ждут.

— Хорошо, — улыбнулся эльф и махнул рукой остающимся: — До встречи! До встречи!

— Счастливого пути! — заулыбались друзья.

— Увидимся скоро!

— Будьте осторожны — на дорогах небезопасно!

— Храните себя!.. — донеслось, удаляясь, сквозь перестук копыт по проселку.

— Вечно эти эльфы куда-то спешат… — проворчал один гном и закинул поудобнее себе за спину угластый мешок размером с него самого.

Второй согласно хмыкнул: «Торопыги!» и подал первому его топор.

Остальные зажгли фонари и стали прощаться.

— И нам пора, — хлопнул его по плечу мускулистый воин с длинными волосами, перетянутыми белым кожаным ремешком, и двумя мечами за спиной.

— Ой! А ко входу камень прикатили? Плющом укрыли? — спохватился хоббит.

— Нет, ждали, пока ты прикатишь! — расхохотался, довольный своей шуткой, орк в помятом однорогом шлеме.

— Значит, встречаемся в Черном ущелье? И потом все вместе сюда?

— Через пять дней? — прорычали орки.

— Если получится?

— Если всё будет в порядке? — неуверенно предположили гномы.

— Конечно, получится и будет! Обязательно! Увидимся на этом же месте, за час перед восходом солнца! — восторженно уточнил хоббит, и лицо его засияло, как упомянутое солнышко.

— Мы будем ждать вас уже здесь, — пробасили энты.

Еще один воин — светловолосый, с громадным двуручным мечом подмышкой, беспечно насвистывавший какой-то простенький, но прилипчивый мотивчик, вдруг спохватился:

— Эй, Дарин!

Гном с фонарем и боевым кайлом выглянул из-за плеч сородичей и отозвался:

— Чего тебе, Солнцедар?

— Книга у тебя с собой?

— Нет, дома, в пещере, а что?

— Да мою последнюю дракон пожег три дня назад, а новая пока из столицы прибудет… Перечитать хотел, вот что.

— На, человек, возьми мою, — прогудел самый свирепый с виду орк и, порывшись в мешке из кожи, подозрительно похожей на человеческую, развернул какие-то черные с белой геометрической вышивкой тряпки и бережно достал толстый том.

— Через пять дней жив буду — верну! — обрадовался воин.

— Если нет — я тебе сам голову оторву! — ласково пообещал орк, и все засмеялись. — И смотри, пятен не насажай!

— Ни-ни! Ты что, Грррр! Это же!.. — исступленно затряс головой Солнцедар, словно орк предложил ему съесть хоббита, и стал тщательно пеленать фолиант в нечто цвета осени в кленовом лесу. — Спасибо!

— Спаси себя, — буркнул орк и посоветовал: — Ближайшие пять дней на дороге нам не попадайся.

— Счастливо!

— Пока! — последний гном в плоском шлеме закинул за спину мешок, и в нем что-то мелодично и тоненько звякнуло.

— Слушайте землю!.. — помахали ветвями степенно удаляющиеся энты.

На ветвях висело и мерно покачивалось, запутавшись в сетке, нечто круглое, желто-оранжевое.

— Ну, и нам пора, — вскочил на коня Солнцедар, ударил шпорами, и вся кавалькада из десяти человек понеслась по чернеющей дороге.

Из переметной сумы Солнцедара выглядывала и блестела заголовком в последних лучах умирающего солнца взятая напрокат у Грррра драгоценная книга, священная книга для каждого посвященного: «Эффективное управление корпорацией. Фэнтези».