<?xml version="1.0" encoding="utf-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre>child_prose</genre>
   <author>
    <first-name>Виктор</first-name>
    <middle-name>Юзефович</middle-name>
    <last-name>Драгунский</last-name>
   </author>
   <book-title>Сегодня и ежедневно</book-title>
   <date></date>
   <coverpage>
    <image l:href="#cover.jpg"/></coverpage>
   <lang>ru</lang>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <first-name>babaJga</first-name>
    <last-name></last-name>
    <nickname>MCat78</nickname>
    <email>nsergei@list.ru</email>
   </author>
   <program-used>FictionBook Editor Release 2.6</program-used>
   <date value="2013-09-04">2013-09-04</date>
   <src-url>http://maxima-library.org/</src-url>
   <id>CB3012D4-F2C3-4CD7-87A2-4C222A25D896</id>
   <version>1.1</version>
   <history>
    <p>v 1.0 — объединение файлов в сборник, сканирование недостающих частей, сканирование и обработка иллюстраций, структура, скрипты — babaJga</p>
   </history>
  </document-info>
  <publish-info>
   <book-name>Избранное. Повести и рассказы</book-name>
   <publisher>Планета детства</publisher>
   <city>Москва</city>
   <year>2000</year>
   <isbn>5-237-03296-6</isbn>
   <sequence name="Всемирная детская библиотека"/>
  </publish-info>
  <custom-info info-type="mlillustrator">Федоровская Марина Евгеньевна</custom-info>
 </description>
 <body>
  <title>
   <p>Виктор Драгунский</p>
   <p>Сегодня и ежедневно</p>
  </title>
  <section>
   <title>
    <p>1</p>
   </title>
   <p>Это был, пожалуй, самый лучший рыжий парик из всех, в которых мне приходилось работать. Он был удивительного алого цвета, волосы на нем лежали, как живые, врассыпную, и, кроме этого, он был снабжен всей возможной техникой: в его монтюр были вшиты и резиновые трубочки слезопроводы, и крылья его поднимались оба вместе и каждое в отдельности, и, главное, он был по мне, он был мой любимый. Сделал его несколько лет тому назад сам Николай Кузьмин, непревзойденный мастер всяких наших цирковых парикмахерских ухищрений. Я редко надевал этот парик, все берег, экономил, а сейчас вот вынул его из туго набитого чемодана и надел. И как только надел, так снова убедился в необычайной его добротности и в удивительном свойстве: лицо мое под этим париком мгновенно изменилось до неузнаваемости, стало именно таким, каким бы я хотел его видеть перед выходом, и от этого мне сразу стало весело и захотелось работать. Я взял на палец немного второго тона, растер его чуть-чуть и аккуратно замазал все лицо, законопатил все его чудовищные рытвины и морщины, особенно возле носа и у глаз, затем я хорошенько зашпаклевал все свои синие веснушки и плотно загрунтовал шов, чтобы совершенно не видно было того места, где гладкий лобик парика соединяется с моим довольно морщинистым лбом. Потом я растушевал краску от скул и подбородка к шее, свел ее на нет и прибавил как следует красного у висков. Нос я сегодня сделал себе из гуммоза, он хорошо взялся и торчал такой добродушной картошечкой, я и его подкрасил, да и губы тоже, никак, впрочем, их не деформируя, не уменьшая и тем более не увеличивая, — рот у меня, слава богу, от природы не маленький. Настоящий клоунский рот, во всяком случае его отовсюду видно, в этом я не сомневаюсь. Светло-кофейный пиджак и брюки с мотней, оранжевый бант, полуметровые ботинки и зеленая кепка. Собственно говоря, я готов, можно уже идти. Но еще рановато, и можно посидеть перед зеркалом несколько минут. Хорошо было сидеть в старом цирке, в маленькой старой гардеробной, в которой когда-то, может быть, сиживал мой отец, сидеть в полном клоунском облачении перед зеркалом и слушать знакомые звуки цирка, и прежде всего далекую музыку, и стараться угадать по музыке, какой там номер работает сейчас на манеже, и как он — нравится публике или нет, «проходит» артист в программе или так, еле ползет и получает в награду лишь вежливые аплодисменты. Минуты бежали, я сидел у зеркала и, сказать по правде, немного волновался. Теперь нужно было идти. Я улыбнулся в зеркало и скорчил знаменитую гримасу… Все в порядке.</p>
   <p>— Ура-ри-ру! Вот он я!..</p>
   <p>Я вышел из гардеробной. В коридоре было пусто, звуки оркестра стали явственней, и я подумал, что где-то уже слышал эту музыку и что она мне не нравится. Я так шел, и думал, и старался вспомнить, и наконец вспомнил Ташкент и лысого молодого человечка, Лыбарзина — лысого, уже толстеющего жонглера. Мы работали в одной программе, он скользкий был, этот тип, и большой ходок по бабам, он пудрился, и от него всегда несло дешевым одеколоном. И когда мы в первый раз увиделись, познакомились, я помню, он коснулся моей руки своими холодными скользкими руками. Потом он куда-то неожиданно уехал и в спешке забыл со мной проститься, и сейчас мы снова с ним встретились в программе, и он, наверно, сконфузится, когда увидит меня. Чепуха какая. А все-таки артистом этот Лыбарзин никогда не станет. Нет, нет. На мой взгляд, не станет. Начнем с того, что его фамилия вот уже несколько лет встречается на афишах разных цирков, а кидает он все равно не больше пяти предметов и то, как правило, «сыплет» — нет отработанности, нет блеска в номере, того самого блеска, который достигается непрерывной, жестокой и требовательной тренировкой. У него все случайно, напряженно, никогда нельзя быть вполне уверенным, что номер пройдет гладко. Правда, он прыгает немножко и после каждого трюка крутит колесо, как на первом курсе, или еще что-нибудь в этом же бесхитростном роде, а то под финал скрутит даже задний сальто-мортале, и все это с прикриком, с продажей, с вольтажом-куражом и черт его знает еще с чем, и в результате все-таки удается подэлектризовать публику, и ему хлопают, и девочки десятых классов пищат: «Лыбарзин», — и этот дурак улыбается им улыбкой уличной девки. Не артист, нет.</p>
   <p>Я спускался вниз, никого не встретив по пути, лишь в самом низу из-за занавески навстречу мне вырвался молодой испуганный униформист. Я никогда в жизни не видел его. Узнав меня, он остановился как вкопанный.</p>
   <p>— А, дядя, Коля, — сказал он и вздохнул. — Это вы… уже идете?</p>
   <p>Он, видно, недавно в цирке. Поэтому и подумал, что я могу опоздать на выход. Я сказал:</p>
   <p>— Да, это я. Ступай в манеж. И не пыхти так.</p>
   <p>Он хихикнул и побежал обратно. Сзади хорошо было видно, какие у него смешные торчащие уши с резко срезанным углом внизу.</p>
   <p>У репертуарной доски никого не было. Я посмотрел программу. В третьем отделении было написано: «Слоны», и я понял, что Ванюша Русаков здесь, это было очень хорошо, номер международного класса, работу Русаков показывал такую, какую нигде больше нельзя было увидеть, и этого одного было бы достаточно для полных сборов в любой столице мира. Второе отделение, видимо, было еще не полностью сформировано, в программе белые пропуски, но все-таки было ясно, что номера будут отличные, по первому классу, разнообразные по жанрам, и хотя там были и случайности вроде Лыбарзина, но, в общем, все строилось неплохо и, может быть, даже с расчетом на экстра-класс. Уже одно то, что я заканчивал первое отделение, говорило о многом, ведь мое законное место в нормальных программах всегда было в конце второго отделения, здесь обычно нашей режиссурой устанавливался этакий смеховой пик программы, потому что я давал два-три сцепленных антре одно за другим, низал их в целое ожерелье, смеха получалось, в общем, довольно много, и можно было на этом успокоиться. Но здесь, видно, был другой замысел, здесь все было немножко передвинуто, и раз уж меня поставили в первое отделение, значит, у них в кармане есть нечто более интересное, значит, готовится что-то грандиозное, какой-то ошеломляющий сюрприз. Программа еще только собирается, и артисты съезжаются сюда со всех концов Союза, официальная премьера состоится через несколько дней, а сегодня первая черновая репетиция, прогон программы и просмотр уже прибывших номеров. А по-настоящему лепить, выстраивать программу начнут не раньше чем послезавтра, когда съедутся все гастролеры.</p>
   <p>Я прикидывал в уме самые различные варианты. Из комнаты инспектора вышел Борис. Мы с ним старые товарищи. Он знал меня еще молодым, розовым мальчишкой. Мы с ним старые товарищи, но я его молодым не знал. Он всегда был высоким, плотным, одет в отличную черную пару, тщательно причесан на пробор. Увидев меня, Борис ускорил шаги. Он подошел ко мне. Мы пожали друг другу руки.</p>
   <p>— Ты приехал, Николай? — сказал Борис, как всегда чуточку в нос. — Ты приехал?</p>
   <p>— Вот он я.</p>
   <p>Он положил мне руку на плечо. Значит, рад был свидеться. Он дружил еще с моим отцом. Однажды, когда мать спала, я снял с ее руки кольцо и проглотил его. Оно встало у меня поперек горла. Отец схватил меня на руки и побежал. Я задыхался и синел. Отец бежал по цирку как слепой. Он тыкался во все двери и не мог найти выхода. Его увидел Борис. Он отнял меня у отца, этот решительный человек, и мизинцем вытащил застрявшее в горле кольцо. Теперь он стоял, положив руку мне на плечо, и радовался, что мы свиделись. Я радовался, наверно, еще больше. Я знал, что мы хотим поцеловаться. Мы оба знали это, и с нас было достаточно.</p>
   <p>— Что-нибудь нужно? — спросил Борис.</p>
   <p>— Нет, — сказал я, — ничего не нужно. Я выйду, а ты стой сбоку сыграем мою любимую. Классику.</p>
   <p>— Вильгельм Телль? — спросил Борис.</p>
   <p>— Да, Вильгельм Телль, — сказал я.</p>
   <p>Я люблю это старое, классическое, наивное и уморительное антре. Я видел многих исполнителей этой бесподобной сценки, но я никого их не сравню с отцом, сам я только подражаю ему, и теперь выбором этой сценки для сегодняшнего вечера я хотел сделать приятное Борису. Он это понял, я видел, как благодарно сбежались морщинки к углам его глаз. В это время к нам подошел Жек. Тоже старый друг, профессор всех возможных и невозможных цирковых искусств, в униформе нет никого старше его, опытней и умелей. Да он, собственно, и не униформист, он гораздо выше любого инженера, он прекрасно разбирается во всех цирковых аппаратах, сам может сконструировать удивительные вещи, отремонтировать все на свете — от медвежьего намордника до какого-нибудь капризничающего подшипника в «воздушной ракете». Он — главный помощник Бориса, его верная опора, и я люблю его юмор, его седые волосы, шрам на лбу и коричневый румянец.</p>
   <p>— Кого мы видим! — сказал Жек. — Мы видим короля клоунады! И мы видим его уже готовым. Запишите, он уже в костюме! Ну, здорово! Как она, жизнь?</p>
   <p>— Как в сказке, — сказал я. — Чем дальше, тем интересней.</p>
   <p>— Ага, живой! — сказал Жек. — Раз шутит — значит, живой. А про тебя здесь говорили, что ты подорвался!</p>
   <p>— Это верно, — сказал я. — Что верно, то верно — подорвался.</p>
   <p>Борис придвинулся ко мне близко и стал рассматривать мое лицо. Он внимательно осмотрел меня сверху вниз, потом снизу вверх. Это было похоже на обнюхивание.</p>
   <p>— Ничего не вижу, — сказал Борис, — а сказали — подорвался, все лицо изуродовал. Где же следы? Ничего не видать…</p>
   <p>— Есть следы, — сказал я. — Я теперь весь в синюю крапочку. Очень интересный.</p>
   <p>— Хорошо, что глаза не выжгло, — сказал Жек. — Но небось исчезла вся ваша неземная красота? Бедные девочки, погиб ихний красавчик.</p>
   <p>— Не беспокойся за моих девочек, я еще лучше стал, тебе говорят. Теперь девочки со стульев падают, как только я выхожу на манеж.</p>
   <p>— Ах, вот оно что! — сказал Жек. — Там у центрального входа целых три штуки валяются, это, случаем, не через вас? Не ваши это жертвы?</p>
   <p>— Ну да, мои, — сказал я. — Неужели вы не знали? Одичали вы тут как-то.</p>
   <p>— Слушай, — сказал Борис, — сколько можно разыгрывать? Расскажи-ка, что будешь делать? Я тебе нужен?..</p>
   <p>— Да ведь я говорил. Вильгельм Телль.</p>
   <p>— Ну да. А на выход?..</p>
   <p>— На выход «собачку».</p>
   <p>— «Собачку»?</p>
   <p>Было видно, что ему по душе мое пристрастие к старым «классическим» репризам. Но что-то его тревожило.</p>
   <p>— Да, — сказал я, — «собачку». А что? Ты имеешь что-нибудь против?</p>
   <p>— Да нет, — сказал он нерешительно. — Я ничего не имею против. Но ведь ее давно не делают. Вышла из моды. Забытые страницы.</p>
   <p>— Ну да, беззубое зубоскальство…</p>
   <p>— Безыдейщина, — вздохнул Жек. — Куда там!</p>
   <p>— Тогда сделаем так, — сказал я. — «Добрый вечер! — скажу я. — Здрасте! Я клоун! Разрешите мне приветствовать вас от имени всего нашего дружного, спаянного коллектива.</p>
   <p>Вот бежит речушка,</p>
   <p>А за нею лес!</p>
   <p>А над ним сияют</p>
   <p>Огни только что открытой,</p>
   <p>но довольно-таки мощной ГЭС».</p>
   <p>— Во-во! — сказал Жек. — Очень хорошо. Все будут хохотать как сумасшедшие. Они попадают прямо со стульев. Пойду соломки постелю.</p>
   <p>— Понимаешь, я какой-то странный, — сказал я, — чокнутый, наверно. Мне хочется, чтобы они действительно смеялись. Наяву. Раз я клоун и раз я к ним вышел, они должны смеяться. Понимаешь, я чокнутый, и мне так кажется. Иначе я никуда не гожусь. И не беспокойся, они будут смеяться вполне идейно. Я это умею. Я живу как раз для этого, уважаемые члены дорпрофсожа!</p>
   <p>— Разошелся, — сказал Жек, — кипятится…</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Если они не смеются, если они не будут смеяться, когда я выхожу в манеж, можете послать меня ко всем собачьим свиньям. Меня вместе с моим париком, штанами и репертуарным отделом Главного управления цирков.</p>
   <p>— Тише, — сказал Жек, — говори шепотом. Начальство услышит — голову оторвет.</p>
   <p>— Плевал я на твое начальство.</p>
   <p>— Замолкни, Жек, — сказал Борис, — не зли его. Ведь он же перед выходом. Ему сейчас работать… — И он повернулся ко мне.</p>
   <p>А я не злился. Сказал, что думаю, вот и все.</p>
   <p>— Ты где остановился? — спросил Борис.</p>
   <p>— Еще нигде. Прямо с вокзала в цирк. Прошел наверх, заглянул в малый коридор, а на дверях моя афиша. Ты устроил?</p>
   <p>— Ну, я, — сказал Борис.</p>
   <p>— Спасибо, — сказал я, — это здорово, когда есть собственная гардеробная. Маленькая, но своя. Это дом.</p>
   <p>Да, да. Мы бездомные бродяги, и для нас своя отдельная гардеробная это дом и мир. Не люблю гримироваться в длинной общей комнате на восемнадцать человек, в комнате, где шумно, как на стадионе, и где твоя соседка справа, юная акробатка, — обязательно кормящая мать, а сосед слева занят тем, что целый день лечит собачку-математика от нервного расстройства.</p>
   <p>— Спасибо, — сказал я еще раз.</p>
   <p>— Вы заслужили, родные. — Жек все шутил.</p>
   <p>Борис прислушался и скрылся за занавеской. Через секунду он вернулся к нам.</p>
   <p>— Лыбарзин кончает, — сказал он, — сейчас выпущу следующую. Ты, Коля, постой здесь. Идем, Жек, слышишь?</p>
   <p>Мимо нас пролетела какая-то барышня. Она была в белом, осыпанном бриллиантами трико. Накрахмаленная юбочка торчала всеми тремя слоями. Она остановилась у занавески. Я видел ее впервые в жизни. И сказал:</p>
   <p>— А вот и каучук.</p>
   <p>Она улыбнулась мне, ямочки украшали ее забавную мордочку.</p>
   <p>— Здрасте, дядя Коля, — сказала она и грациозно присела. — С приездом.</p>
   <p>— Здрасте! — сказал я. — По-моему, я вижу вас первый раз в жизни.</p>
   <p>— Я Валя Нетти, — сказала она, — вы меня просто не узнали, Валя Нетти, дочка Сергея Петровича.</p>
   <p>Черт побери, я ее видел лет пятнадцать тому назад где-то в Ижевске, тогда ее носили на руках, она уже тогда щеголяла в одних передничках и юбочках. Правда, без трико. Тогда эта артистка была известна тем, что повсюду оставляла за собою лужицы. Даже у меня на коленях. Но теперь я не сказал ей об этом. Ей бы не пришлись по сердцу подобные воспоминания. После того как она мне сообщила, кто она такая, она смотрела на меня, видимо, ожидая, что я сейчас умру от восторга. Поэтому я всплеснул руками и сказал:</p>
   <p>— Ой-ой, смотрите, как время бежит. Смотрите, какая вы большая, а я вас на руках носил.</p>
   <p>Она засветилась вся и повертелась передо мной:</p>
   <p>— Как вам костюм, дядя Коля? Только сегодня сшили, у нас всегда горячка.</p>
   <p>— Хорош, — сказал я восхищенно, — хорош, и тебе очень идет. — Она вся расцвела. — Только вот что, — продолжал я, — ты подтяни резинки повыше, а то ты все время стесняешься и опускаешь их, натягиваешь, они врезаются, и у тебя получаются повсюду шрамы и тело красное — некрасиво. Ты уж лучше сразу задери их повыше — и дело с концом.</p>
   <p>Она так и сделала, а потом спросила:</p>
   <p>— А не чересчур голо?</p>
   <p>— Ну, — сказал я, — тут уж ничем не поможешь. И так чересчур голо, и этак то же самое.</p>
   <p>На плечах у нее был легонький свитер, а ноги были голые, они начинали синеть и покрылись пупырышками. Она стала разминаться, подпрыгивать, и приседать, и высоко выкидывать ноги на батман, и сгибаться, и проворачивать корпус, почти касаясь пола затылком. В это время раздались недружные аплодисменты, и мимо нас проскочил разгоряченный Лыбарзин, за ним бежал пожилой униформист. Лыбарзин не заметил меня, он взбегал по лестнице, роняя на ходу разрисованные яркие мячи, кольца и булавы. Его униформист спотыкался и поминал черта. Я не стал окликать Лыбарзина. Не та была минута. С манежа донесся гулкий голос Бориса, он что-то прокричал, и сейчас же грянул оркестр. Из-за занавески выглянуло испуганное лицо ушастого униформиста. Он крикнул:</p>
   <p>— Нетти! Что же ты? Давай!..</p>
   <p>И Валя побежала на выход, махнув мне рукой.</p>
   <p>Я подумал, что надо бы мне посмотреть ее работу, совсем молоденькая, а в такой программе соло выступает, это не шутки. С другой стороны, уже одно то, что она дочка Сергея Петровича, говорит, что она должна быть хорошей артисткой, тут все должно быть на сливочном масле, старик не потерпит «туфты»: я, мол, хорошенькая, где чего недоделаю, так доулыбаюсь, оно и сойдет. Можно ручаться, что здесь и труд есть, и красота, и умение, иначе батя не выпустил бы ее.</p>
   <p>В это время с манежа вернулся Борис, Жек шел за ним.</p>
   <p>— Электрик эффекты знает? — спросил его Борис.</p>
   <p>— Два раза утром проходили, — ответил Жек, — все в порядке, не идиот же он!</p>
   <p>— Кто вас знает, — сказал Борис, — все вы такие. С первого взгляда вроде не идиот, а если, товарищи, глубже копнуть… В общем, если будут накладки, ты у меня за все в ответе.</p>
   <p>Они подошли ко мне.</p>
   <p>— После Нетти пойдешь, Коля, — сказал Борис. ~ Тебе-то не все равно? После тебя — лошади, и кончим отделение. Это пока на сегодня так, не против?</p>
   <p>— Ладно, — сказал я, — тогда иди в манеж. Стой у форганга.</p>
   <p>— Я тоже пойду, — сказал Жек.</p>
   <p>— Значит, не объявлять? — спросил Борис.</p>
   <p>— Да, не надо, — сказал я, — пошли. Ты только стой у форганга. Я выйду, и сработаем. Ты только «собачку» вовремя подай. Реплика в реплику. А дальше само пойдет.</p>
   <p>— Да что я, в первый раз, что ли? — сказал Борис. — Ну, ни пуха!</p>
   <p>— К черту, — сказал я, — иди к черту.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>2</p>
   </title>
   <p>Жек побежал вперед, Борис поспешил за ним. Я прошел не торопясь к занавеске. Со стороны кулис висит довольно старая служебная занавеска, неприглядная, обшарпанная и затерханная, покрытая пятнами, жесткая и коротковатая. И я не люблю ее, когда иду в манеж… От нее, от этой старой тряпки, остается всего только восемь шагов до другого, парадного, занавеса, работающего на зрителя, и это роковое расстояние между двумя занавесками в старину называлось коридором смерти… Видно, всегда, во все времена страшно было артисту перейти эту роскошную бархатную черту занавеса, пышные складки которого отделяют зрителя от нашего волшебного мира, мира немыслимо голубоглазых красавиц и белозубых аполлонов, мира мечты и дерзости, мира безумной храбрости, риска и вызова, силы, ловкости и красоты, мира неслыханных мышц, необычайных поступков, желанного, волнующего, таинственного, зовущего цирка. Я люблю эту декоративную занавеску, и больше всего именно теперь, когда я иду в манеж, когда до встречи со зрителем остаются считанные секунды. Я люблю ее потому, что верю в этот наш парадный цирковой мир, мое сердце бьется горячо и влюбленно, когда я стою в кромешной темноте перед этой занавеской в ожидании выхода, мое сердце бьется глухо и часто — это в него стучится кровь тысяч клоунских сердец, создавших цирк. И хотя я хорошо знаю на собственной шкуре, что такое наша адская работа, что такое ее пот и боль, ее разнообразные грыжи и выпадения прямых кишок, ее расплющенные суставы и отбитые крестцы, растяжения, вывихи, переломы и ушибы, — я верю в вечную легенду о цирке. И я умею пройти мимо этой жалкой занавески, не замечая ее убожества и нищеты и ощущая только суровый восторг и волнение перед тем невероятным и удивительным, что ждет меня там, за красным занавесом, на маленьком, усыпанном опилками кругу, перед смеющимся, грохочущим, ревущим и рукоплещущим празднеством, перед тем, что было, есть и пребудет во веки веков, — цирк, цирк, цирк!</p>
   <p>…Я стоял так в темноте, в этом самом коридорчике смерти, музыка играла, и в разошедшиеся фалды занавеса было видно, как Валя Нетти крутит от самого оркестра к форгангу финальную комбинацию трюков: рун-дат флик-фляк — сальто-мортале. Это была ее бисовка, или, как говорят у нас, де капо. Эта девочка крутила серию мужских трюков, крутила классно, школьно, блистательно. Нет, ее батя не выпустил бы какую-нибудь недоделку на публику. Валей он мог гордиться: это была артистка цирка, артистка высокого класса. Публика вовсе не дура, далеко нет; наоборот, дурак тот, кто придумал это про публику. Если работа чистая, высокая, публика это сразу раскусит, она все видит и понимает, и Валю проводили дружно и горячо, и Борис, стоящий у форганга, два раза вернул убегавшую Валю, и она посылала «комплименты» залу, изящно отставляя то левую, то правую ногу и приветственно подымая руку.</p>
   <p>Ушастый униформист подал ей маленький серебряный плащ, и она ушла с манежа красивой и достойной походкой, на носках, чтобы фигура выглядела женственной, и ее провожали дружными аплодисментами до самой той секунды, когда она скрылась за занавесом.</p>
   <p>— Я смотрел, — сказал я, когда она прошла мимо меня и я почувствовал раскаленный ее запах. — Люкс, первый класс. Умница. — И добавил: — Ай, браво!</p>
   <p>Так говорят обезьянкам, когда хотят одобрить их понятливость или вообще поощрить, приласкать. Так говорят в цирке обезьянкам, медвежатам и вообще разным симпатичным зверькам.</p>
   <p>— Ай, браво! — сказал я еще раз и почувствовал, что девочка улыбается во тьме, гордая моим одобрением.</p>
   <p>В эту секунду занавеска распахнулась на две стороны, и униформисты повернулись: один ряд — налево, другой — направо. Я стал виден зрительному залу, электрик вонзил свой прожектор прямо в меня. И я сразу пошел вперед… Несколько секунд я шел молча, и лишь поравнявшись с первым униформистом, то есть первым от меня и, следовательно, самым дальним от публики, я засмеялся. Это я делаю всегда, это мой пробный камешек, моя заявка, что-то вроде предъявления визитной карточки. Я сразу настраиваю публику на свою волну, и если она ее примет тоже сразу и безоговорочно, тогда все у нас пройдет как нельзя лучше, и мы оба, публика и я, будем наслаждаться нашей встречей — это закон. Сегодня зал был неполон, публика бесплатная, состоящая в какой-то части из артистов предыдущей программы, из их знакомых и родных, из работников аппарата, из пап и мам, из случайно забредших людей, из завсегдатаев и болельщиков, словом, публика была самая пестрая. Но делать нечего, занавес за тобой задернут, чтоб не убежал, вот стоит Борис и вся его шарага-униформа — тоже стерегут, чтоб не убежал. Делать нечего, спасенья нет — алле! — и я рассмеялся, и эта сборная солянка, сидевшая в зале вместо моей милой сплоченной публики, вдруг рассмеялась мне в ответ, рассмеялась радостно, и удивленно, и заинтересованно. И тут я увидел, что все униформисты тоже засмеялись, и я похлопал по животу Жилкина, он стоял первым к публике, он наш председатель месткома, и когда я его похлопал, он прямо покатился со смеху, и лицо у него стало глупым и добрым, хотя в жизни Жилкин довольно сволочеватый старик. И тут я сразу почувствовал себя отлично и вышел уже в манеж. Я сделал всего два-три шага, как раз столько, сколько нужно, и с точностью до секунды во времени и до миллиметра в пространстве меня остановил Борис.</p>
   <p>— Стоп! Стоп! Стоп! — закричал он радостно. — Николаша! Ты откуда?</p>
   <p>— А-а! Борис Александрович, — сказал я. — Здрасте!</p>
   <p>И я стал с ним здороваться, снимал бесконечную перчатку и лез целоваться, падал и чихал, словом, поработал возле него довольно долго и все время слышал многоголосый смех, и это меня подстегивало и подливало масла в огонь, и я импровизировал разные новые маленькие трюки. Борис все это принимал очень хорошо, готовно и профессионально, и мы могли бы так еще минут десять здороваться, но он ловко, умело и незаметно для публики поторопил меня, чтоб не затягивать, и сказал, вытаскивая у меня из-за пазухи детское ружье:</p>
   <p>— А это что у тебя такое?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Это ружье! Берданка! Я на охоту иду! Я знаешь какой меткий?</p>
   <p>— Ну да? — сказал Борис. — Ты меткий? Ни за что не поверю!</p>
   <p>— Я — снайпер, — сказал я. — А ты не веришь. Да ты спроси кого хочешь! Все подтвердят… Да вот недавно, чего лучше! Недавно я охотился. В горах. Со своей верной собачкой. И вдруг гляжу — сверху орел. Крылья — во! Когти — во! Прямо камнем сверху — хлоп! Цап мою собачку — ив облака! Тут я сразу обозлился, вскинул ружье, приложился и сразу этого орла — бац! Точно! В глаз! Готов. Упал прямо передо мной… На камни.</p>
   <p>— Ну да? — сказал Борис. — Вот это здорово!</p>
   <p>— То-то! — сказал я.</p>
   <p>— Ну, а собачка? — вспомнил Борис.</p>
   <p>— Что — собачка? — сказал я.</p>
   <p>— Ну, орла ты подстрелил, а собачка куда девалась?</p>
   <p>— А собачка дальше полетела… — сказал я тихо. Эту фразу надо говорить, начиная с пустого места. Как будто у тебя температура тела ноль градусов. Как будто в мире до тебя не было клоунов и артистов. Чарли Чаплина или еще кого-нибудь. Как будто не было никогда ничего записано и прорепетировано. Как будто все это в первый раз в жизни, в веках, в литературе, тут чем меньше хочешь публике показать смешное, тем оно смешнее будет. Не жми педали, забудь все на свете, скажи так, как будто только что на свет появились эти слова. Скажи так, попробуй — и увидишь.</p>
   <p>После того как на местах немножко поуспокоилось, я стал показывать работу. Все-таки я не был здесь целых два года, надо было показать, что время не проходит даром, и я выложил все, что накопил. Они принимали меня очень хорошо, особенно классику, но потом я решил: сейчас или никогда — и показал им «Галерею Бешеных». И мне особенно дорого было то, что это злободневные политические репризы, а они смеялись, смеялись вовсю, и я не посрамил своего имени и имени моего отца — я сделал то доброе, что только и могу делать в этой жизни. Они смеялись, черт побери, и слезы текли у них из глаз, они сморкались и задыхались и многое забыли в эти минуты, и, может быть, даже забыли, что еще не миновала ужасающая опасность войны, которая не дает мне спокойно спать по ночам, потому что я тревожусь за них, за тех, кто смеется сейчас здесь, в цирке, я тревожусь за них, за их любовь, за их жизнь, за их детей… И вот сейчас они смеются, и все во мне смеется в ответ, и они даже не замечают этого, а я все равно тянусь к ним всем сердцем и знаю, что делаю для них свое веселое и доброе дело.</p>
   <p>И когда я пошел за кулисы, Борис шесть раз возвращал меня на поклон, и я кланялся и «лепил корючки»: то кланялся, как прима из «Лебединого озера», а то как дамский любимчик тенор, а то приветствовал народ, как начальник главка, и они все хлопали, и под конец я просто снял парик и гуммоз с носа и поклонился очень серьезно, от души. И тут мы с ними совсем подружились, и когда я прошел за кулисы, я увидел эту старую занавеску и вытер об нее мокрые руки, и она дружелюбно висела на моем плече, старая, уютная, знакомая…</p>
   <p>— Сколько лет я тебя знаю? — сказал Жек. — Двадцать?</p>
   <p>— Да, — сказал я, — прилично…</p>
   <p>— Иди размазывайся, — сказал Борис, — порядок.</p>
   <p>— Не могу привыкнуть, — сказал Жек, — двадцать лет смотрю, всегда смеюсь, как маленький…</p>
   <p>— Колдун, — сказал Борис, — вся порода такая.</p>
   <p>— Буфет работает? — спросил я.</p>
   <p>— Работает. Только нету. Запретили.</p>
   <p>— Для меня-то? — сказал я.</p>
   <p>— Думаешь, ему выпить хочется? — сказал Жек. — Ничего подобного! Он это для виду. На самом деле ему повидаться хочется. «Знать, забило сердечко тревогу», — и он приложил палец к щеке и подперся, изображая хор Пятницкого.</p>
   <p>— Ну, она-то на месте, — сказал Борис, — куда она денется. Поспеешь к своей Сикстинке.</p>
   <p>— А вы, ребята, балабоны, — сказал я, — скоморохи вы, чтоб вас черти взяли… Пойду разденусь.</p>
   <p>Они остались у репертуарной доски и смотрели мне вслед, и я шел, стуча своими длинными башмаками, и они, вероятно, смеялись мне вдогонку. И я слышал, как Жек крикнул мне не без яда:</p>
   <p>— Ромео Джульетыч!</p>
   <p>Но все это мне было совершенно безразлично. Главное было позади. Я отработал. Дал, что мог. И не впустую, нет, они смеялись. Если так будет всегда, то жить можно. СтОит.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>3</p>
   </title>
   <p>Честно говоря, я немного устал. Просто физически. Наломался очень. Я вошел к себе в гардеробную и на гвоздиках, вбитых в стену, распялил вывернутый наизнанку и совершенно мокрый парик. Я снял с себя ботинки, пиджак, брюки, рубашку и трусы. Вот еще одно преимущество собственной гардеробной. Можно посидеть голяком после работы, а это кое-что да значит. Потом я подсел к зеркалу и размазался. Синие пятна на моем лице опять выступили наружу. Они не украшали меня, нет. Ну что ж, какой есть. Я надел халат, взял свежие трусы, махровую перчатку и пошел в душ. Там были три кабинки, но занята была только одна, в ней стоял под игольчатой сеткой воды какой-то паренек, совершенно незнакомый. На вид ему было не больше пятнадцати лет, тело у него было белое, гладкое, хорошо тренированное, без особо выдающихся мускулов, без этих узлов, наростов и мослов, какие бывают на теле у заслуженных цирковых лошаков. Весил он приблизительно сорок пять — сорок шесть, не больше. Должно быть, верхний, подумал я, оберман. Подкидные доски или что-нибудь другое в этом жанре.</p>
   <p>Я прошел мимо него в соседнюю кабинку, он как раз массировал себе левую ногу.</p>
   <p>— Здрасте, дядя Коля, — сказал он. — Уже отработали?</p>
   <p>Честное слово, я никогда не видел его до сих пор.</p>
   <p>— Здравствуй, — сказал я и пустил воду, — а ты чей?</p>
   <p>— Винеровский я. Вам слышно? Винер — икарийские игры.</p>
   <p>— Слышно, — сказал я, — не надрывайся, слышно. Тебя как звать?</p>
   <p>— Славик.</p>
   <p>— Что-то я тебя в первый раз вижу…</p>
   <p>— Ой, что вы, дядя Коля, это вы меня забыли. Мы с вами вместе в Харькове работали. Я тогда верхнего работал, я маленький был, но прыгучий… Это я теперь вырос, и вы меня не узнали. Теперь я тяжелый стал. Теперь Витька в оберманы вышел, ему десять лет, малыш, самый возраст, а мне уже поздно, мне теперь четырнадцать, теперь я среднего работаю.</p>
   <p>— А сам старик как поживает?</p>
   <p>— Дядя Винер-то? Отлично поживает, слава богу. Только его радикулит мучает, прямо воет иногда от боли. Мы его спиртом натираем, всей труппой трем, ни черта не помогает, воет все равно. Хороший человек. Отец родной дядя Винер. Он меня из Днепропетровска взял, я сам из Днепропетровска. Он меня взял и усыновил. И работе научил. Отец родной, верно говорю. А отцом называть не велит. «Ты мне сын, Славка, это закон, — говорит, — но я тебе не отец. Твой отец был пожарник и погиб на посту. Он герой, и ты должен только его отцом считать и его память чтить». Вот какой дядя Винер и его жена, тетя Эмма. Их все в цирке уважают. Особенно его. Потому что он большой педагог. А она всю труппу оденет, обмоет, обошьет…</p>
   <p>За плеском воды я плохо слышал его болтовню, но все равно разговор был приятный, вода лилась и бодрила, с этим парнишкой было просто и дружелюбно, и я подумал, что ему тоже нужна моя работа, она и ему помогает, ведь мало ли как может обернуться его жизнь.</p>
   <p>— …Ну, конечно, иногда и выпьет, а что же, ведь он же не скандалит. Выпьет, и спать… А теперь в цирках не продают напитки, — донеслось из соседней кабинки. — Дядя Винер, как приехал, разбежался было в буфет, а ему от ворот поворот, запрещено, приказ дирекции.</p>
   <p>Мальчишка расхохотался. Его смех напомнил мне почему-то антоновские яблоки: как их кусаешь, спелые, полным ртом и жуешь всеми зубами сразу — и аромат, и вкус, и далекое детство. Странно, никогда не думал, что смех может напоминать яблоки.</p>
   <p>А мальчишка не унимался:</p>
   <p>— Ему когда в первый-то раз сказали, он только глаза вылупил на буфетчицу. Если б она не такая была, он бы, наверно, на нее наорал, он горячий, но тут, как ее разглядел, сдержался и стал возле стойки. Стоит и только глазами хлопает.</p>
   <p>— А что, — крикнул я, — почему же он на нее не наорал? Что она, не такая, как все, что ли? В чем тут дело-то?</p>
   <p>— Краси-ивая! — тоже крикнул мальчишка. — Красивая, будь здоров, закачаешься!</p>
   <p>Он выскочил из-под душа, вода перестала шуметь в его кабине, и было слышно, как он зашлепал к своей скамье.</p>
   <p>— Хорошо помылся, — сказал он, кряхтя, — да… А буфетчица наша, тетя Тая, красивая, прямо хоть в кино сниматься, а вы неужели никогда не видели ее?</p>
   <p>— Не приходилось, — сказал я.</p>
   <p>— Ну, тогда вы рухнете, — пообещал он.</p>
   <p>Ах, симпатяга.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Ты сам в нее небось влюбился.</p>
   <p>Он помолчал. Потом тяжело вздохнул.</p>
   <p>— Ну что вы, дядя Коля. Куда я ей нужен — молодой еще. Я еще не влюбляюсь. А так вообще наши артисты многие по ней страдают. Вон Лыбарзин, жонглер, всю газировку у нее выдул, раз двадцать на дню в буфет бегает. Так и вьется, так и вьется. Да на кой он ей нужен, черт лысый, за ней майор на машине приезжает. Машина «Волга» у него, голубой экземпляр в экспортном исполнении…</p>
   <p>Вот как. Интересное кино. Голубая «Волга». Лыбарзин. Таинственный майор.</p>
   <p>— А скоро уж будут машины без колес? Вечемобили? — спросил мальчишка.</p>
   <p>— Скоро, — сказал я. — Когда ты будешь вот такой, как я, будешь разъезжать на своем собственном вечемобиле.</p>
   <p>Он рассмеялся, и опять я вспомнил про антоновские яблоки. Потом он сказал:</p>
   <p>— Ну, всего вам хорошего, дядя Коля. Я пошел.</p>
   <p>— Будь здоров.</p>
   <p>Он вышел. Я остался один. Так. Голубая, значит, у вас «Волга», майор, в экспортном исполнении. И вы на этой роскошной машине заезжаете за Таисией Михайловной. Какая прелесть. Я прибавил горячей воды и стоял так, не шевелясь, и вода шумела в моих ушах, лилась, текла по плечам, по груди и спине, журчала, скворчала, плескала, пенилась и гулко барабанила по голове, и я полоскал ею горло, а на вкус она была пресная, не хватало в ней чего-то на вкус, перцу, что ли, или соли, но, в общем, это была благословенная вода, и стоять так можно было до конца света, до второго пришествия, потому что эта вода смывала что-то с самой души и уносила в океан, только Лыбарзина она не смывала и майора тоже, нет, не смывала. Да, замечательные новости сообщило мне это ужасное дитя кулис.</p>
   <p>Я закрыл кран и стал растираться сухим полотенцем. Потом накинул халат и прошел к себе, надел свежую рубашку, достал из чемодана постельное белье и застлал им маленький диванчик, стоящий в углу гардеробной. Никто не знает, когда еще наша милая дирекция удосужится предоставить мне номер в гостинице, так что, пока суд да дело, я смогу отлично выспаться и здесь. Покончив с постелью, я сел на стул и посидел немножко, просто так. Ничего не делал, сидел просто так, и когда сидел, прекрасно понимал, что это я не отдыхаю, нет, просто я оттягиваю все, что должно случиться. А это уже не дело. Мало я получал оплеух, что ли? И мнимых и самых настоящих? Мне не пристало увертываться. Я вышел в коридор, снова спустился вниз и, пройдя мимо инспекторской, через зрительское фойе, вошел в буфет.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>4</p>
   </title>
   <p>Здесь было пусто и тихо, несколько официанток, негромко переговариваясь, убирали посуду и снимали скатерти. Тая стояла на своем месте и наливала какому-то парню шипящую воду из бутылки. Когда я подошел, она несколько секунд смотрела на меня, словно не узнавая, и вода пролилась мимо стакана. Розовая и шипящая, она растекалась по светлому мрамору. Я постоял так, ничего не говоря, потом взял бутылку из Тайных рук и поставил ее. Она нахмурила брови и, пристально глядя на меня, сказала каким-то странным и недоверчивым голосом:</p>
   <p>— Почему синий?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— А что? Разве некрасиво?</p>
   <p>Она все еще смотрела на меня недоверчиво и словно изучая, словно ища каких-то особых примет, некогда бывших и известных ей одной.</p>
   <p>И непонятно мне было, как она меня встречает, похоже, что совсем отвыкла, стоит чужая и прохладно вежливая, только интересуется, что с человеком сделалось, почему лицо у него не такое, как у всех, а голубое, изрытое, в пятнах. Она сказала, словно раздумывая, автоматически вытирая лужицу на мраморе своими расторопными руками:</p>
   <p>— Почему некрасиво? Не знаю. Необыкновенно как-то, было лицо, а вдруг вот так. — Она наклонилась ко мне через прилавок: — Думаешь, сюрприз сделал? Как бы не так. Уже сообщили. Я давно тебя поджидаю.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Кто сообщил?</p>
   <p>— Беспроволочный телеграф. Дружки твои, товарищи. Так что вот: я уже давно жду.</p>
   <p>Она показала глазами на мое лицо:</p>
   <p>— Как это получилось?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Развел фосфору для хлопушек. В кружке. Чересчур круто замесил, а в комнате жарко. Тесто-то и высохло. А в нем ложечка торчит, которой замешивал. Хозяйкин мальчик, пять лет, подходит и к ложечке тянется. Я его оттолкнул и инстинктивно сам за ложечку эту схватился. Ну все в дыму, ночь в Крыму, ничего не видно. Хорошо, что глаза не выжгло. Тебе нравится? Волнующий рассказ?</p>
   <p>Она откинулась назад. Это правда, довольно верно подметил гражданин оберман там, в душе, — красивая она, статная, спину держит, как королева, и бровь какая надменная, и улыбка повелительная, да, надо признать — есть в ней, что там говорить, есть.</p>
   <p>Она сказала:</p>
   <p>— Даже не поздоровались…</p>
   <p>— Не важно, — сказал я, — хорошо, что увиделись.</p>
   <p>— Два года прошло, — сказала она, — интересно как все на земле, два уже года… Большой срок. — Она поглядела куда-то вдаль и бросила: — Вы в Ташкенте долго как сидели. Что так? Там, говорят, девушки интересные…</p>
   <p>— И в Свердловске тоже интересные, — сказал я, — и в Вологде.</p>
   <p>— Нет, в Ташкенте всех лучше, — упрямо сказала она, — там наездницы красивые…</p>
   <p>И она снова приблизила ко мне свои глаза. В них кипела злость, как лава в кратере вулкана. Брови у нее сошлись на переносице.</p>
   <p>Я улыбнулся.</p>
   <p>— В Риге, вот где девушки, — сказал я миролюбиво. — Ну да и в Таллине тоже.</p>
   <p>Она ничего не ответила мне и отвернулась. С другой стороны к буфету подходил Лыбарзин. Я стал к нему спиной и, отступив на шаг, спрятался за кофейным аппаратом.</p>
   <p>Он весело сказал:</p>
   <p>— Дайте, пожалуйста, сигарет с фильтром.</p>
   <p>Я не оборачивался. Тая прошла мимо меня и взяла со стеклянной полочки пачку. Когда она вернулась на место, я услышал, как Лыбарзин тихим, заговорщицким голосом произнес:</p>
   <p>— Как уберетесь, я провожу вас. Разрешите?</p>
   <p>Она промолчала. Он еще более понизил голос:</p>
   <p>— Может быть, зайдем куда-нибудь? Посидим часок где-нибудь в тепле и уюте. Разопьем бутылочку твиши…</p>
   <p>— Что вы, — сказала Тая, — я не пью.</p>
   <p>— Ну какое же это питье! — проворковал кавалер. — Просто отдохнем: сидишь, котлетку по-киевски жуешь, оркестр стиляжку дует, разве плохо?</p>
   <p>— ЗдорОво, — сказал я, — как будто знакомый голос?</p>
   <p>Лыбарзин узнал меня и заморгал глазами.</p>
   <p>— Здравствуйте, — сказал он растерянно, — вы уже приехали?</p>
   <p>— Нет еще, — сказал я, — это я тебе снюсь.</p>
   <p>Он улыбнулся и затоптался на месте. Он не знал, что делать дальше. Я мешал ему, ему хотелось договориться с Таей, а тут свидетель, третий лишний, а Тая смотрит на нас независимо, со спокойным любопытством, кто знает, что она хочет сказать. Он переминался с ноги на ногу, и на него просто жалко было смотреть, неловко как-то. Но я вовсе не собирался помогать ему. Меня раздражал ее вид, будто она хотела сказать: «А что? А почему бы и нет? А тебе какое дело? Захочу и пойду с ним в ресторанчик кушать котлетку, ты мне не указ».</p>
   <p>Меня от этого тошнило. И в эту минуту я твердо решил: пусть между нами все пошло к черту, мы все равно разойдемся, не прощу голубую «Волгу», никогда, но уж Лыбарзина-то между нами не будет, не из той он колоды, пусть кто угодно, но Лыбарзина не пущу в свою судьбу, не могу видеть подкрашенные бровки, потные руки, платочек на шейке, томные эти улыбочки. Если эта дура сама не понимает, я ей покажу сейчас. Держитесь, Крашеные Бровки!</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Ты что как быстро укатил тогда?</p>
   <p>— Вызвали, — сказал он с достоинством, — в Пензу, для укрепления программы.</p>
   <p>— А читал, — сказал я, — статья в «Пензенском рабочем». Что это они так на тебя навалились? Может, ты и вправду частенько сыплешь, но за что же в безвкусице обвинять? «Пошлая манера», «заигрывание с публикой»? Это слишком!</p>
   <p>Он покраснел.</p>
   <p>— Враги у всех есть, дядя Коля, — он скорбно поджал губки.</p>
   <p>Ах вот что, ты пострадал, значит, от тайных интриг своих коварных соперников.</p>
   <p>— Козни, знаете, зависть…</p>
   <p>— Да, конечно, — сказал я, — все-таки ты чересчур поспешно уехал… Проститься надо было.</p>
   <p>— Спешка, дядя Коля, реклама, реквизит, билеты, все один, дядя Коля, все сам, знаете наши порядки.</p>
   <p>— Ну, все-таки хорошо, что встретились, — сказал я добродушно.</p>
   <p>Он подумал, что пронесло, и засуетился.</p>
   <p>— Конечно, хорошо, все-таки старые товарищи. Таисия Михайловна, нет ли у вас винца хоть какого-нибудь? Мы бы выпили со свиданьицем/</p>
   <p>Но нет, не пронесло. Он ошибался.</p>
   <p>— Не надо вина, — сказал я, — денег нет.</p>
   <p>— Запрещено, — сказала Тая, — давно не торгуем.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Нет, Лыбарзин, нет, нет. Денег нету.</p>
   <p>Он сказал с широким жестом:</p>
   <p>— А у меня есть. Я заплачу…</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Нет, так не пойдет. Я сам за себя всегда плачу. Но раз у тебя есть деньги, отдай мне сто рублей, что брал в Ташкенте.</p>
   <p>Это было хуже, чем нокаут. Я даже пожалел его, ни к чему это было, не в моем характере, это во мне тот, другой нокаут работал, который я получил в душе. Лыбарзин сказал упавшим голосом;</p>
   <p>— В получку отдам, дядя Коля, ладно? Сейчас у меня нету такой суммы…</p>
   <p>Тая стояла с каменным лицом. Она и бровью не повела. Так, только глянула на меня мельком. А я успел увидеть, что там, на дне ее глаз, где раньше клокотала лава, теперь прыгает смех. Она опустила ресницы.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Жаль. Ну, на нет и суда нет. До получки я, конечно, дотяну, не помру с голода. А выпить для встречи надо бы. Коньяку, что ли… Налей-ка, Тая.</p>
   <p>Она испуганно посмотрела на меня и хотела было сказать, что нету, запрещено и еще что-нибудь, но я смотрел на нее строго, прямо в глаза, и она вдруг поняла что-то, и, смутилась, и наклонилась куда-то под стойку, и достала бутылку армянского «три звездочки», единственного, который я пью, и налила две рюмки.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— И себе, Тая, налей. В честь моего приезда. Ничего.</p>
   <p>Она не ответила ни слова. Взяла маленькую и налила себе.</p>
   <p>Лыбарзин обиженно надул губки:</p>
   <p>— Ну как же это, Таисия Михайловна? Ведь я же просил, а вы отказали. Запрещено!.. Для меня запрещено, а для Николая Иваныча…</p>
   <p>Тая сказала ему ласково и увещевательно, как маленькому:</p>
   <p>— Нельзя вам равняться…</p>
   <p>У него разбежались глаза. Я такого никогда не видел. Один зрачок в левом углу глаза, а другой — в правом. Феерия-пантомима.</p>
   <p>Он пробормотал:</p>
   <p>— Не буду я пить.</p>
   <p>Но я сделал вид, что не расслышал.</p>
   <p>— Ну, — сказал я, — за здоровье Таисьи Михайловны! — И выпил.</p>
   <p>Сразу за мной выпила и Тая. Лыбарзин выпил третьим. Тая нарезала ломтиками крупное желтое яблоко.</p>
   <p>Издали кто-то махнул мне рукой. Это был Панаргин, помощник Вани Русакова. Высокий и медлительный, он подошел ко мне и быстро сунул для рукопожатия шершавую руку. Небрежно кивнул Лыбарзину. Тае отдельно. Лицо у него было в крупных, сползающих книзу морщинах, выражение глаз, красных и воспаленных, тревожное.</p>
   <p>— Выпьешь? — сказал я.</p>
   <p>— Не до того, — прогудел Панаргин, и так как мне было хорошо известно, что ему всегда было именно до того, я спросил его:</p>
   <p>— Что с тобой?</p>
   <p>— Плохие дела, брат, — сказал Панаргин мрачно.</p>
   <p>— Говори скорей.</p>
   <p>— Лялька болеет, а Русакова нет.</p>
   <p>— Где же он?</p>
   <p>— Завтра объявится. Черт его дернул лететь самолетом. Теперь припухает в Целинограде. У них там не взлетная погода…</p>
   <p>— Что с Лялькой?</p>
   <p>— Болеет, ну… не знаю… Вид плохой, стонет. Пойдем посмотрим!</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Пошли.</p>
   <p>— Будь друг, — обрадовался Панаргин, — сделай милость. Ум хорошо, а два — сам знаешь. Стонет, не ест, беда на мою голову.</p>
   <p>— Бежим, — сказал я, выгрызая зернышки из яблока. — Тая, заверни мне булочек десяток.</p>
   <p>Она кивнула.</p>
   <p>— Я не за себя, — сказал Панаргин, — ты не думай. Ляльку жалко. Ведь это какая артистка! Безотказная. Разве она слон? Золото она, а не слон! Лучше любого человека.</p>
   <p>— Не канючь, — сказал я. — Сейчас поглядим. Пойдем. — Я обернулся к Тае. Она протянула мне пакет. Там лежали плюшки. — За мной, — сказал я Тае, — ладно?</p>
   <p>— Не беспокойся, — сказала она.</p>
   <p>Лыбарзин делал вид, что плохо понимает, о чем мы говорим с Панаргиным. Ему не хотелось идти с нами и возиться с какой-то больной слонихой. У него, вероятно, были кое-какие денежки в кармане, и он томился возле Таи. В нем еще жила надежда на бутылочку твиши, на тепло, и на уют, и на оркестр, который «дует стиляжку».</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Я сегодня у тебя ночую, Тая.</p>
   <p>И пошел на конюшню.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>5</p>
   </title>
   <p>Да, конечно, слониха была больна, Панаргин не ошибся. Она стояла в дальнем углу конюшни, недалеко от дежурной лампочки, прикованная тяжелой цепью к чугунной тумбе, глаза ее были печально прикрыты, длинный безжизненный хобот уныло опущен до самого пола. Она была похожа на огромный серый холм, покрытый редкими травинками волос, на африканскую хижину, стоящую на четырех безобразных подпорках-столбах. Тяжелая ее голова и огромные уши, похожие на шевелящиеся пальмовые листья, несоразмерно маленький хвост, складки грубой шершавой и на ощупь сухой кожи — все это выглядело усталым, обвислым и хворым. Я подошел к ней спереди, прямо со лба, держа в руке открытый пакет со свежими булочками, и протянул его ей. Я был рад ее видеть. Я сказал ей негромко:</p>
   <p>— Лялька.</p>
   <p>Она чуть шевельнула ушами и медленно переступила передними ногами, потом открыла свой человеческий, грустный глаз. Давненько мы не виделись с ней, давненько, что и говорить, и вполне можно было позабыть меня, выкинуть из головы и сердца, но тогда, когда мы виделись, мы крепко дружили, встречались каждый день, и сейчас Лялька меня узнала мгновенно. Я это увидел в ее глазах. Она не стала приплясывать от радости и трубить «ура» во весь свой мощный хобот, видно, ей не до того было, сил было мало. Просто по глазам ее я увидел, что она меня узнала, и глаза ее пожаловались мне, они искали сочувствия у старого друга. Она два раза похлопала ресницами и покачала головой, словно сказала: «Вот как привелось свидеться… Скверные, брат, дела».</p>
   <p>И все-таки она сделала над собой усилие и, немного приподняв хобот, тихонько и длительно дунула мне в лицо.</p>
   <p>— Узнала, — сказал Панаргин голосом, полным нежности. — Ну что за животное такое, девочка ты моя…</p>
   <p>— Да, — сказал я, — узнала, милая.</p>
   <p>И я вынул из пакета плюшку и протянул ее Ляльке.</p>
   <p>— Лялька, — сказал я, — Лялька, на булку.</p>
   <p>Она снова подняла свой слабый хобот. Дыхание у нее было горячее. Я держал сладкую пахучую булку на раскрытой ладони. Но Лялька нерешительно посопела и отказалась. Хобот ее равнодушно, немощно и на этот раз окончательно повис над полом. Я прислонил пакет с булками к тумбе.</p>
   <p>— Что такое, — сказал я, — еду не берет. Температура, по-моему.</p>
   <p>— Ну, да, — сказал Панаргин, — простыла, наверно. Здесь сквозняки, черти бы их побрали, устроили ход на задний двор, а дверь не затворяют, дует прямо по ногам, ее и прохватило. Она же хрупкая. Не понимают, думают, раз слон, так он вроде паровоза, все нипочем, и дождь и ветер, а она хрупкая.</p>
   <p>— Кашляет?</p>
   <p>— Да нет, не слышно, а дышит трудно.</p>
   <p>— И давно она так?</p>
   <p>— Да с утра. И завтракала лениво. Я обратил внимание — плохо ест.</p>
   <p>Я зашел сбоку и стал обходить Ляльку постепенно, вдоль туловища, и прикладывал ухо к наморщенной и шуршащей Лялькиной коже. Где-то, далеко внутри, как будто за стеной соседней комнаты, мне услышались низкие однообразные звуки, словно кто-то от нечего делать водил смычком по басовой струне контрабаса.</p>
   <p>— Бронхит, по-моему, — сказал я.</p>
   <p>— Только бы не воспаление легких, боже упаси.</p>
   <p>— По-моему, надо кальцекса ей дать.</p>
   <p>— Ей встряска нужна и согреть надо, что ей кальцекс, вот уж верно, как говорится, слону дробинка…</p>
   <p>Вот так стоять и канючить он мог бы еще до утра, потому что Иван Русаков привык до всего добираться собственными руками, и глаз у него был острый, хозяйский, но его помощники были людьми нерешительными, несамостоятельными, — воспитал на свою голову. А теперь вот слонихе худо, а этот долговязый бедолага маялся и робел, как мальчишка.</p>
   <p>— Тащи ведро, — сказал я твердо и повелительно, — и посылай за красным вином, не найдут — пусть возьмут портвейну бутылки четыре. Водки вели принести.</p>
   <p>— Во-во! И сахарку кило три! Сейчас, сейчас мы ее вылечим. Не может быть — вылечим!</p>
   <p>Он очень обрадовался тому, что кто-то взял на себя обязанности решать и командовать, ему теперь нужно было только подчиняться и возможно лучше исполнить распоряжение. Это было ему по душе. Он сразу почувствовал уверенность и выказал рвение.</p>
   <p>— Генка! — крикнул Панаргин, и сейчас же перед ним вырос ушастый униформист:</p>
   <p>— Что, дядя Толик?</p>
   <p>Панаргин быстро сунул ему несколько мятых бумажек.</p>
   <p>— Беги в гастроном, возьми четыре бутылки красного или портвейну и водки захвати пол-литра. Да единым духом, пока не закрыли!</p>
   <p>— Банкетик! — сказал Генка сочувственно. — Беленького, пожалуй, маловато… А чем закусывать будете?</p>
   <p>— Я тебе дам банкетик, — сказал Панаргин и несильно стукнул Генку по затылку. — Своих не узнаешь, беги мигом, тебе говорят. Пять минут на все дело! Ну!</p>
   <p>Генка убежал, а я взял ведро со стены и сказал Панаргину:</p>
   <p>— Сходи, брат, в аптечку, и что есть кальцексу и аспирину — тащи сюда. Хуже не будет. Экспериментальная медицина.</p>
   <p>Он зашагал наверх, его циркульные ноги перемахивали через четыре ступеньки сразу. А я подхватил ведро, и прошел в туалетную, и нацедил горячей воды, так, чуть поменьше половины. Когда я вернулся к Ляльке, она приветственно шевельнула хоботом, и, честное слово, она выглядела куда веселее, чем раньше. В ее глазах была надежда и вера. Верно, я серьезно говорю, в Лялькиных глазах сверкнула вера в человека, в дружбу, она поняла, что еще не все потеряно, раз вокруг нее бегают и хлопочут люди. Я поставил ведро на пол и стал поджидать Генку и Панаргина. Хотелось мне помочь этой слонихе, очень хотелось. Я стоял так в полутемной и холодной конюшне, и думал об этой больной артистке, и вспомнил, как однажды во Львове Ваня Русаков репетировал со своими животными. Я сидел тогда в партере и смотрел его работу. Это было после какого-то длительного и хлопотного переезда, и животные нервничали. Но Русаков был человек железный, не давал никогда поблажки ни себе, ни животным, и поэтому сейчас на репетиции было много щелчков бича и всяческих нудных повторений, и понуканий, и принуждений. Была возня с реквизитом и со светом, под конец Русаков совсем охрип, и тут ему вывели медведя Остапа. Русаков стал репетировать с ним вальс, но у Остапа было нетанцевальное настроение, не до вальса ему было, и весь вид его был какой-то взъерошенный и озлобленный, он так и нарывался на скандал и в конце концов получил-таки по носу, но не смолчал, а быстро и ловко рванул Русакова за руку между большим и указательным пальцами, и кровь закапала дробными каплями. Собаки тут же кинулись на Остапа, но Русаков остановил их повелительным окриком, и Панаргин с рабочим загнали медведя в клетку. Русаков сел тогда со мной рядом, а молоденькая сестричка натуго перебинтовала ему порванную руку. Когда она ушла, Русаков посмотрел на меня и сказал с виноватой улыбкой:</p>
   <p>— Можешь себе представить, Коля? Я устал.</p>
   <p>Он сидел, откинув голову и закрыв глаза, строгий и подобранный, похожий на утомленного учителя средней школы. Черный костюм, белый воротничок и галстук особенно подчеркивали это сходство. Он откинул голову назад, стали видны капли тяжелого пота, они обсыпали его надбровья. Он сидел так молча уже несколько секунд, и я подумал, что он задремал, но он вдруг открыл совершенно ясные и трезвые глаза. Он сказал негромко:</p>
   <p>— Главное — перевести дух. — И крикнул резко и звонко: — Ляльку!</p>
   <p>И вот тут-то я увидел чудо.</p>
   <p>Лялька вышла в манеж весело и охотно, даже торопясь, во всяком случае походка, ритм всех четырех ее движущихся ног напоминал пусть мешкотную, чуть-чуть неуклюжую, но все-таки резвую рысь. Добравшись до середины манежа, слониха остановилась и стала весело раскланиваться, приподняв хобот и улыбаясь своим треугольным войлочным ртом. Она поклонилась центральному входу с повисшей над ним площадкой оркестра, потом повернулась налево и, не переставая улыбаться, поклонилась левому сектору и, наконец, проделала то же самое, повернувшись направо. Я сначала думал, что это она так дурачится от нечего делать и что это еще не работа, но Русаков толкнул меня локтем и сказал:</p>
   <p>— Смотри, смотри, что будет!</p>
   <p>Его нельзя было узнать, он оживился, подался вперед, глаза его блестели, и усталость как будто исчезла с его худого лица.</p>
   <p>А между тем Лялька, не обращая на нас никакого внимания, подняла свою толстенную ногу — сначала одну, а затем и другую, — поставила их обе на стоявшую в манеже деревянную тумбу. Потом очень спокойно и деловито, сосредоточенно посапывая, она взобралась на эту, такую крохотную по сравнению с ней самой площадку всеми четырьмя ногами. Здесь она аккуратно и педантично, одну за другой, проделала «стойку на трех точках», «на двух» и, наконец, рекордный трюк — «стойку на одной точке». После каждого трюка она приветливо трясла головой, кланялась, значит, как говорят в цирке, «продавала работу», и веселая, обаятельная улыбка все время не сходила с ее, так сказать, уст! Было удивительно видеть эти тонны мяса, мускулов и кожи в таких неестественных положениях, и особенно были странными моменты перехода с одного трюка на другой, когда она искала баланс и так безошибочно переносила центр тяжести своего огромного тела с одной ноги на другую. Поработав на тумбе, Лялька сошла наземь и пошла по первой пИсте манежа. Изящная в своей чудовищной громоздкости, она вдруг начала вертеться вокруг собственной оси. Это был вальс, чугунный слоновый вальс, грациозно отплясываемый громадным серым чудовищем. Мне казалось, что слониха напевает про себя бессмертную мелодию Штрауса, так легко и непринужденно она сама, без указаний дрессировщика, повторяла всю программу своего вечернего выступления. В цирке было тихо, униформисты застыли в форганге, свободные артисты набились в боковые проходы, контролеры и служащие, электрики и уборщицы, гримеры и пожарники — все, затаив дыхание, следили за веселой добродушной и добросовестной слонихой, так прилежно исполняющей на репетиции свой артистический долг.</p>
   <p>Вдоволь повальсировав, Лялька три раза встала на «оф», то есть поднялась на свои стройные задние ноги в знак финального приветствия зрителям, и как будто неуклюже, но в сущности очень ловко развернувшись, двинулась на конюшню, всей своей мешковатой рысью изображая отчаянную спешку, цирковой темп, блеск, подъем и кураж. Это была великая артистка цирка, я проникся к ней любовью и уважением, и мы познакомились и подружились с ней. А сейчас я стоял в полутемной холодной конюшне подле моего больного друга и всем сердцем хотел ей помочь. Я постоял с ней еще минуты три, потом прибежал Генка и поставил передо мной, прямо на пол, несколько бутылок вина. Я открыл их и стал вливать в ведро. Вино смешивалось с горячей водой, пар поднимался кверху. Слониха почуяла этот запах и издалека протянула хобот к ведру. Сверху спустился Панаргин, он всыпал в ведро большую банку сахарного песку и из пригоршни прибавил таблеток тридцать кальцекса.</p>
   <p>Я размешал все это гладкой палочкой, которую протянул мне Генка, и долил водки. Слониха все еще тянулась к ведру, я подошел к ней, поставил ведро, и она стала пить.</p>
   <p>— Здоровье прекрасных дам! — сказал Генка.</p>
   <p>— Поможет, как думаешь? — спросил Панаргин. Его грызла тревога, он не мог сдержать себя. — Вот если бы помогло…</p>
   <p>— Должно помочь, — сказал я. — Тебе бы помогло? Вот и ей поможет. Она не хуже тебя.</p>
   <p>Слониха допила все до конца и благодарно закрыла глаза.</p>
   <p>— Она лучше него, — сказал Генка, — сравнения нет, насколько она лучше. Вот глаза закрыла, благодарность, значит, имеет. А этот? Я ему вчера три клетки распозагаженные вычистил, а кто видал пол-литра? Вы, дядя Коля, видели?</p>
   <p>— Нет, — сказал я, — я не видел.</p>
   <p>— И я тоже не видел, — сказал Генка, — они все ловчат, чтоб попользоваться, скряги эти цирковые, полуначальники, а я не обязан задыхаться в медвежьем дерьме, мое дело — манеж…</p>
   <p>— Настырный ты очень, — сказал Панаргин глухо, — скромности в тебе нет. Тут, видишь, какое несчастье, а он склоки свои затевает.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Ему полагается. Сам как сумеешь, а рабочему отдай. Давайте тащите сена сюда, да побольше.</p>
   <p>— Будьсделано, — сказал Генка и обернулся к Панаргину: — Пошли, что ли. А пол-литра чтобы завтра мне предоставить после вечернего представления. Даешь клятву?</p>
   <p>— Ладно, — сказал Панаргин. — Ты у кого хочешь выцыганишь. Ладно, завтра расчет.</p>
   <p>— При свидетелях, — сказал Генка, — вот они, свидетели, — дядя Коля и Лялька! Обмани попробуй!</p>
   <p>Панаргин скрылся, пошел за сеном. Генка двинулся за ним. Я придержал его за плечо.</p>
   <p>— Она теперь поспит. Слышишь? Ей надо укрыться потеплее, потому сена тащи, чтобы его по грудь ей было. Понял?</p>
   <p>Слониха стояла и шамкала старушечьим ртом.</p>
   <p>— Конечно, понял, дядя Коля, — сказал Генка. — Неужели же нет?</p>
   <p>— Ну, — сказал я и дал ему немного денег, — перебьешься как-нибудь?</p>
   <p>— Ни за что не возьму, что вы, дядя Коля! — Генка стал отпихивать мою руку, его косые уши стали еще косее, видно, он не на шутку смутился.</p>
   <p>— Слушай, — сказал я, — у меня много, понимаешь? Получка, суточные, гостиничные, целый карман. А у тебя, видно, туго. Возьми, будут — отдашь. И не валяй барышню, я сегодня злой…</p>
   <p>Он взял.</p>
   <p>— Спасибо, — сказал он, отвернувшись, — а то весь прохарчился…</p>
   <p>Из-за угла вышел Борис, за ним, конечно, следовал Жек.</p>
   <p>— Вот он где, — сказал Борис, — а мы, как дураки, дежурим у буфета.</p>
   <p>— А буфет закрыт, — добавил Жек, — и все буквально разошлись… Куда столько сена? — спросил он у Панаргина. Тот волочил на своей спине целую горку.</p>
   <p>— Куда надо, — сказал я.</p>
   <p>Панаргин сбросил сено у Лялькиных ног и стал его разбрасывать равномерными охапками. Видно было и Генку, он тащил поменьше, но зато бегом. Я вынул булочки из пакета и положил их на пол возле ног слонихи.</p>
   <p>— Последишь, Генка, — сказал я. — Ладно? Главное теперь — тепло.</p>
   <p>— Без него найдется кому последить, — сказал Панаргин ворчливо, только и света в окошке, что профессор Гена…</p>
   <p>Я стал набрасывать Ляльке на спину сено и увидел, что ей хочется спать. Медленно и тяжело согнула она ноги и, убедившись, что на полу мягко и ей будет удобно, повалилась на бок. Мы стали укрывать ее сеном.</p>
   <p>— И попону можно, — сказал Борис, — делу не помешает.</p>
   <p>Он обратился ко мне.</p>
   <p>— Вот что, — сказал он, присев на корточки и тоже засыпая Ляльку сеном, — было совещание по случаю приезда знаменитого артиста на гастроли. Поступили разные предложения, но остановились вот на чем. Тут недалеко открылся ресторан, современная обстановка, первоклассная кухня. Так что можно организовать роскошный банкет на три персоны. В смысле поужинать. Ко мне, понимаешь, нельзя, поздно, всех перебуторим.</p>
   <p>Он погладил Ляльку.</p>
   <p>— Это мы тебя после в семейном кругу как следует почествуем, — добавил Борис, — а сейчас пойдем поедим, поговорим, мальчишеская встреча… Как? Или у тебя какие-нибудь личные дела? Интимные встречи? А?</p>
   <p>— Вполне возможно, — сказал Жек, — он что, рыжий, что ли?</p>
   <p>— Пошли, — сказал я.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>6</p>
   </title>
   <p>Это был красивый небольшой зал, обставленный в так называемом современном стиле, с креслами в виде ракушек, маленькими кривыми столиками на распяленных ножках, с пупырчатыми холодными стенами, как будто забросанными шлепками застывшего бетона, с неожиданно косо срезанными по фаске зеркалами, с мягко притушенным светом, с большим количеством пластика, хлорвинила и всех этих самоновейших материалов, употребленных и примененных здесь очень дельно и красиво.</p>
   <p>Нас, конечно, сначала не хотели пускать, на дверях красовалось веселенькое: «Мест нет», но у Жека и здесь был знакомый. Гардеробщик. Жек его вызвал к двери, тот пришел и, увидев Жека, расплылся в большой и доброй улыбке, и нас с почетом пропустили, раздели, и гардеробщик проводил нас в зал, давая на ходу объяснения и сопровождая их широкими княжескими жестами.</p>
   <p>Мы прошли мимо бара, потом свернули в какой-то коридор, миновали бильярдную, и, наконец, наш седоусый друг и покровитель сдал нас роскошно одетому метрдотелю. Метр провел нас к столику неподалеку от буфета и оказал нам уважение, поманив царственным пальцем молодую девушку в белой наколке.</p>
   <p>— Обслужите, — сказал он руководящим голосом и, коротко поклонившись, покинул нас.</p>
   <p>Народу действительно было много, все нещадно курили, и было здорово шумно и как-то колготно. Я никогда бы не подумал, что столько людей в этот вечер решили поужинать в ресторане, но, в общем, я был рад: со мной пришли мои товарищи, и я в Москве, и все прекрасно или могло бы быть совершенно прекрасно. Девушка в наколке держала в руке блокнот и нетерпеливо постукивала по переплету карандашиком.</p>
   <p>Самый наш главный дамский угодник Жек обратил к ней свой доброжелательный взгляд и заказал еду. Она, конечно, не очень обрадовалась, что мы не спросили спиртного, но виду не показала и ушла.</p>
   <p>Я огляделся. Стены ресторана были украшены разными картинками и надписями, их было немного, но они привлекали всеобщее внимание.</p>
   <p>— Вот, — сказал Жек, — видишь, на стенах картинки и надписи. Это какие-то новости…</p>
   <p>— Ерунда, — сказал Борис, — пройденный этап. Было, брат. Уже было.</p>
   <p>— Художники какие-то чересчур левые, — сказал Жек, — это что, они и есть, абстракционисты эти самые?</p>
   <p>— Не смеши народ, — ответил Борис.</p>
   <p>Мы принялись рассматривать нарисованную прямо на стене девушку с восьмиугольными грудями.</p>
   <p>Невдалеке висел прикнопленный рентгеновский снимок с краба. Под ним белел аккуратненький плакатик:</p>
   <cite>
    <p>ПЕТЬ ВОСПРЕЩАЕТСЯ!</p>
   </cite>
   <p>Жек прочитал эту надпись вслух. Борис искренне рассмеялся.</p>
   <p>— Значит, все-таки поют, — сказал он, явно симпатизируя незнакомым певцам, — раз воспрещается, значит, были случаи…</p>
   <p>Да, не здесь надо было сидеть мне в этот вечер, совсем не здесь. Сердце мое томилось, разговор в душе жалил его нещадно, я даже не думал, что настолько это будет едко, но все-таки хотелось затянуть и насколько только можно отсрочить разговор с Таей, последний разговор, который разъединит нас уже навсегда. И потому я терпел, спокойно дожидался ужина, сидел себе в уголке этого занятного ресторана, сидел с друзьями, и вокруг было накурено и шумно, и что-то такое особенное носилось в воздухе, какой-то общий дух, дух дружелюбия, и совсем не было похоже на ресторан. Люди переходили от столика к столику со своими рюмками или стаканами, подсаживались друг к другу без особых книксенов и вступали в любую беседу с ходу, как будто давно уже знали, о чем идет спор. Столики стояли тесно, были слышны разговоры соседей, так же как соседи слышали наши. Рядом с нами сидел какой-то очень худой и сморщенный человек. Он дремал, склонив лысеющую голову. Лысел он странно — небольшими зонами, у него не было сколько-нибудь большой, заметной плеши, просто было похоже, как будто кто-то выдрал множество клоков из его прически. Он дремал среди смеха, шума и дыма, а за его столиком сидели какие-то люди, видимо, его друзья. Иногда он просыпался, и тогда его друзья наливали ему коньяку, он брал рюмку длинными и зыбкими пальцами и выпивал. Глаза его раскрывались, в них появлялось какое-то старинное и тонкое, мудрое озорство, и человек этот ни с того ни с сего вдруг произносил:</p>
   <p>— А знаете, что такое вопросительный знак?</p>
   <p>Все кругом затихали.</p>
   <p>— Нет, не знаем… Ну… Ну… Скажи…</p>
   <p>Люди ерзали от нетерпения и смотрели прорицательно в рот.</p>
   <p>— Вопросительный знак — это состарившийся восклицательный, — негромко говорил человек.</p>
   <p>Поднимался оглушительный хохот, все качали головами, жмурили глаза от удовольствия, как утонченные гастрономы, отведавшие диковинного, острого и пряного блюда. Не услышавшие остроты переспрашивали у слышавших, те пересказывали, вопрошавшие снова смеялись, жмурили глаза и качали головами и передавали дальше, и так, скачками, смех и восхищение докатывались до стойки. А виновник этой кутерьмы уже снова дремал над недопитой рюмкой, чтобы через несколько минут ошарашить товарищей новой шуткой.</p>
   <p>— Это знаменитый человек, редкий, — сказал Жек, — душа-человек, а талантище, брат, мирового класса.</p>
   <p>И Жек назвал мне фамилию этого человека. Я, когда услышал эту фамилию, просто вздрогнул от неожиданности. Да ведь я же его знаю! Да ведь мы с ним знакомы! Это было в войну. Мы приехали с фронтовой бригадой, солдаты расселись на пригорке, до нас, до цирковых, должен был выступать поэт, он вышел, встал перед сидящими и стал читать, слегка картавя, и это были настоящие стихи, и солдаты это мгновенно поняли и насторожились всей душой. Но в это время откуда ни возьмись налетели фрицы, и они стали стрелять, и многие тогда убежали в убежище, но некоторые остались, и поэт тоже остался, он читал стихи слабым и вдохновенным голосом, и это было высокое мгновение, он дочитал под обстрелом свои стихи, и мы пошли в блиндаж, а когда спускались, он положил мне на плечо свою легкую руку и сказал: «Мальчик мой, я теперь убедился, что в этом стихотворении есть некоторые длинноты…»</p>
   <p>Он был истинно храбрым человеком, и я тогда достал его книжки и выучил множество стихов наизусть, это были удивительные стихи, особенные, ни на кого не похожие, грустные, иронические и обладающие непонятной пронзительной силой. А теперь вот он сидит за соседним столиком, сам похожий на состарившийся восклицательный знак, и какой добрый у него и усталый взгляд. И мне захотелось подойти к нему, напомнить о том стихе на ветру под обстрелом, пожать его легкую руку и близко заглянуть в глаза, но мне показалось, что это неловко будет, и я не подошел, постеснялся.</p>
   <p>Ужин был совсем неплохой, а улыбчивая подавальщица, видимо, учитывая, что нас в зал привел сам метр, отлично, проворно и любезно обслуживала нас. Жек изо всех сил строил ей томные глаза и попридержал ее руку, когда она меняла тарелку.</p>
   <p>— Как вас зовут?</p>
   <p>— А разве это обязательно?</p>
   <p>— Повешусь, — сказал Жек.</p>
   <p>— Таней. Только не вешайтесь.</p>
   <p>Жек сказал:</p>
   <p>— Молодец, Танечка. Мы вам благодарность запишем.</p>
   <p>Она отошла, смеясь.</p>
   <p>С каждой минутой в зале становилось все оживленней.</p>
   <p>— Ну, а кого вы поставите кончать второе отделение? — спросил я у Бориса.</p>
   <p>— Раскатовых, — сказал Борис.</p>
   <p>— А они когда приедут? — спросил Жек.</p>
   <p>— Со дня на день ждем, — сказал Борис. — А что? Скучаешь?</p>
   <p>— Ага, — сказал Жек, — скучаю, как собака по палке. Просто интересно, что за аттракцион. У нас многие гудят: пуля, экстра-класс, мировая затея.</p>
   <p>Борис обратился ко мне:</p>
   <p>— Ты что-нибудь слыхал?</p>
   <p>— Нет, Мишка Раскатов — «человек со стальными нервами», я не знаю, что он изобрел, он, безусловно, может, но у него где-то в душе сидит дешевка…</p>
   <p>— Пижон и стиляга, — сказал Жек, — черный костюм, кольцо, трость Европа, шик, блеск, «жентильмен» — белая астра, белые гетры.</p>
   <p>— Меня от всего этого тошнит, — сказал Борис, — но все-таки он артист.</p>
   <p>— В чем хоть номер-то? Смысл в чем? — сказал я.</p>
   <p>— Полет под куполом цирка. Его партнерша исполняет смертельный трюк. Она, конечно, подстрахована, в ногах у нее штрабаты, — новейшие резиновые амортизаторы, и когда она исполнит трюк вверху и полетит вниз, ее эти штрабаты поддержат, и все будет великолепно. Но расчет на то, что публика может подумать: конец. Смерть на манеже. При мне. Я вижу смерть. Нервных будут выносить.</p>
   <p>— Ты про продажу скажи, про самый выход, — подсказал Жек.</p>
   <p>— Да, — сказал Борис, — там еще всякое накручено. Будто она не хочет выходить, а он ее заставляет. Потом она не решается на трюк, но снизу раздается голос повелителя, загадочные отношения и тому подобная мура… Не знаю, может быть, врут, сам не видел.</p>
   <p>— Все-таки одна тысяча девятьсот тринадцатый год, — сказал я, — разит писсуаром и одеколоном.</p>
   <p>— Погоди ругать, — сказал Борис, — дождемся, посмотрим, тогда и суди!</p>
   <p>— Это верно, — сказал я, — а то чего не наговорят. Ну хорошо, Раскатов, значит, — изобретатель трюка, автор, и постановщик, и конструктор. Сам, конечно, не летает, ну, а исполнительница? Кто такая? Откуда взялась?</p>
   <p>— Жена его, — сказал Жек.</p>
   <p>— Новая? Опять? А где же он ее разыскал?</p>
   <p>— На Волге. Совсем, говорят, девочка была. Училась у него. Там из молодежи студия была на общественных началах, он стал с ней заниматься, а она очень способная. А дело он все-таки знает, вот он, пожалуйте, сделал из нее классную артистку, а потом посмотрел на создание рук своих и влюбился, а влюбился — женился. И конечно, сразу вдохновился и взялся создавать аттракцион.</p>
   <p>К нам за стол уселась новопришедшая компания. Их было трое, мы потеснились и кое-как расселись.</p>
   <p>Один из них был совершенно лысый, крутогрудый и высоченный, с маленькими зоркими глазами в красных прожилочках. Он волочил правую ногу, и в руках его была толстая палка с кривой ручкой. Когда он опирался на эту палку, она слегка прогибалась, видно, сила в нем сидела богатырская.</p>
   <p>Он был изысканно одет и напоминал мне удачливого атамана из окружения Стеньки Разина. Я никогда не видел не только удачливых, но и атаманов вообще. Но что это был разбойник — это точно. Он все время покашливал и вертел шеей. Он совершенно не обращал внимания на окружавшую его сутолоку и тем более на людей. Он был занят. Он держал в орбите внимания высокую, со смоляными волосами, очень молодую и красивую женщину, пришедшую с ним.</p>
   <p>Она была ему, что называется, под пару. В общем, в песнях про такую поют, что она разлучница, змея подколодная или еще чего похуже. Она курила сигарету, и на указательном пальце ее правой руки синело большое чернильное пятно, золотистые ее глаза затуманились, и видно, видно было, что она безумно влюблена в своего атамана и он в нее влюблен, а там — будь что будет. И я знал, что никакой он не атаман, а скорей всего начальник конструкторского бюро, а она, возможно, заведующая керамическим цехом или старший библиотекарь, но я все равно называл их атаманом и разлучницей, и тяжелая зависть ударила мне в сердце, когда я увидел этих контуженных любовью людей.</p>
   <p>Третий из этой компании, невысокий, аккуратно причесанный брюнет, был, видимо, их ближайшим другом, добровольным опекуном и сиделкой. Он подозвал официантку и быстро и умело заказал закуску и водку. Мы с Борисом и Жеком постарались еще немного отодвинуться от них, чтоб не мешать.</p>
   <p>Таня мигом принесла графин весьма и весьма убедительных размеров, удачливый атаман задергался и стал разливать. Самое интересное, что стопки у них были здоровенные, и что он налил всем одинаково, и разлучница, не проронившая до сих пор ни звука, хлопнула водки с таким заоблачно-мечтательным видом, что у меня запершило в горле и я закашлялся. А потом началась чистая комедия, антре, которого, впрочем, следовало ожидать. Опекун-и-сиделка снова подозвал официантку, она подошла, склонилась к нему, он что-то шепнул, она кивнула и через секунду поставила на стол три пустые рюмки. Теперь опекун-и-сиделка взялся за графин и налил во все рюмки. Мы оцепенели.</p>
   <p>Опекун-и-сиделка встал и важно сказал:</p>
   <p>— Друзья мои! Разрешите мне приветствовать вас всех за этим маленьким, объединившим нас столом. — Он повернулся к своим: — Я и вам говорю! Разрешите мне предложить дружественный тост за человека, чье искусство я очень ценю…</p>
   <p>Атаману было на все наплевать, он смотрел на золотистоглазую, а она безмятежно пускала дым, придерживая сигарету своими пальцами прилежной школьницы. Однако опекун-и-сиделка не унимался:</p>
   <p>— Мы выпьем, друзья, за весьма и весьма своеобразного художника, — пел он, — за артиста цирка Николая Ветрова, которого я давно ужи сумел выделить для себя из огромной массы, которая…</p>
   <p>И так далее и так далее, он молотил языком, и я сначала даже немного смутился, но потом я понял, что все это, в общем, смешно и нисколько не обидно. И он называл меня артистом, а мог ведь назвать циркачом; он не пододвигал ко мне широким жестом винегрет и не восклицал: «Пей, не стесняйся!» И я счел, что все это даже симпатично. Но Борис и Жек еще не поняли, куда идет дело, это были люди, которые уже наслушались в своей жизни всяких «пей, не стесняйся», их тошнило от подобных выступлений, у них были мозоли на душе от покровительствующих поклонников, поэтому Борис сказал быстрым и железным голосом:</p>
   <p>— Нет, нет. Нам нельзя пить. Завтра утренник. Работа. Николаю Иванычу завтра работать. С утра. Благодарим вас, но нет.</p>
   <p>— Ну да, — сказал я, — может быть, сегодня не стоит пить. Завтра воскресенье. Дети придут.</p>
   <p>— Рассядутся горшечники, — простодушно улыбался Жек, — рассядутся горшечники в партере, — квадратно-гнездовым способом, и валяй, Коля, — он коснулся моего плеча, — валяй, дядя клоун, верти на всю катушку. Какой же утренник без клоуна?</p>
   <p>Мне показалось, что наша соседка по столу проснулась.</p>
   <p>— Вы клоун? — сказала она. — Я так и знала. У вас голубое лицо. У клоуна должно быть голубое лицо. Впрочем, может быть, это не у клоуна голубое лицо. Может быть, у астронома. Да, скорее всего. Свет от звезд, голубое лицо астронома…</p>
   <p>Я ничего не ответил. Бог с ней. Она видела что-то другое.</p>
   <p>— Как вы смешно сказали, — обратился к Жеку опекун-и-сиделка, горшечники… остроумно! Это про маленьких?</p>
   <p>— Ага. В шутку. Любя… Вот, мол, им еще на горшках сидеть, а они уже в цирк пожаловали, они, видите ли, зрители, а мы для них — давай, работай, пояснил Жек.</p>
   <p>— Как это обидно, — сказал наш собеседник и взглянул на меня. — Ваше искусство такое тонкое… Что они в нем понимают, эти самые горшечники? Что они могут оценить? Мне кажется, я сейчас понял, почему у вас такое неудовлетворенное, горькое лицо… Дело, видимо, в том…</p>
   <p>Я прервал его блеянье:</p>
   <p>— У меня неудовлетворенное лицо потому, что мне все-таки хочется выпить, — сказал я. — Ничего, Борис, ночь велика, а выпьем мы чуть-чуть. За ночь все прогорит. Хочется выпить! А денек у меня сегодня больно богатый. Будем здоровы. Пей, не стесняйся!..</p>
   <p>Я подмигнул им обоим — Борису и Жеку, — они рассмеялись, взяли рюмки, остальные трое тоже, и мы выпили все вместе.</p>
   <p>— А еще у меня горькое лицо потому, — сказал я, — что я не догадался дать слабительного одной приболевшей слонихе, и сижу думаю, как бы ее не заперло после красного вина. Она пять бутылок сегодня выпила. Так что вот чем объясняется выражение моего лица, ничем другим, поверьте.</p>
   <p>Опекун-и-сиделка посмотрел на атамана, словно приглашая насладиться многозначительностью моих речей. Но тот не слушал нас, он плевать хотел на эти штучки, он смотрел на свою женщину, и больше ему ничего не надо было. Молодец он был, этот атаман, правильный мужик. А я? Какого черта я здесь торчу, ведь она меня ждет, ждет, я же знаю. Надо ехать, какого черта я здесь торчу! Но прежде всего надо сделать одно дело. Ведь я выпил водки в этой компании, выпил и не отблагодарил, так у нас не водится. Я оглянулся — Таня где-то запропастилась. Я встал и пошел к буфету. На буфете стояла большая пластмассовая собака. У нее торчали клыки. Я нажал пальцами на торчащий собакин хвост. Немедленно распахнулась красная пасть, и из нее брызнула острая струйка воды, прямо мне в лицо. Старая женщина за стойкой засмеялась. Я положил собачку в карман.</p>
   <p>— Нельзя, — сказала старуха.</p>
   <p>— Можно, — сказал я, — очень нужно. Для ребенка.</p>
   <p>Я положил на стойку деньги. Старуха примолкла. Я взял бутылку и вернулся к нашему столику. Тут все развернулось довольно быстро, и я не заметил, как проглотил несколько рюмок. Коньяк был отличный, и мне казалось, что я могу выпить такого целое ведро. Но это только так казалось. На самом же деле эта чертова сила уже обожгла мою душу, разгорячила кровь и ударила в голову. Во мне, что называется, захорошело. Голова моя звенела, и мне захотелось сказать мое самое главное, и слова одно за другим полетели из моего сердца. Плохо было только то, что это были заветные слова, не слова, нет, мысли, чувства, верования мои, те, которые я никак и никогда не стал бы высказывать здесь, в этой забегаловке, перед незнакомыми людьми, да и вообще ни перед кем не осмелился бы — постеснялся бы, сдержался, но, видно, что-то надломилось во мне сегодня, там, в душевой, когда я узнал, что Тая не дождалась меня, да и не дожидалась вовсе, и что теперь хочешь не хочешь, а надо было все это кончать, рвать, пусть по живому, но рвать обязательно, чтобы не потерять уважения к себе, своего достоинства, что ли, не люблю громких фраз, но без этого самого достоинства, или как там еще, как хотите называйте, я бы уже не смог работать свою работу, а ведь тут-то и сидит стержень, вот она самая сердцевина моей жизни. Да, видно, рассыпалась какая-то перегородка, осел бетон между мной и людьми, потому что я вдруг сказал такое, что еще совсем недавно не решился бы сказать ни одному человеку. Особенно меня раздразнил опекун-и-сиделка, и я сказал:</p>
   <p>— Занятно все-таки, до какой степени вы ни черта не понимаете. Вот вы сказали, что утренник — тяжелая, серая и обидная работа. Ложь, чушь, чепуха — все наоборот! Все дело именно в утреннике. Пожалуй, только из-за утренника и стоит жить. Ведь на утренник приходят дети. Горшечники? Но в этом слове только нежность, только любовь, и ничего другого. У кого найдутся силы для насмешки? Послушайте. Это старое дело, да вы, видно, забыли, затерли, отпихнули от себя это. Но вы ведь путешествовали по свету? Вы были в Освенциме? Детские башмачки видели? Ну, читали в книгах, газетах, видели в кино? Почему же вы не воете? Где памятник детям жертвам войны? В Праге, в музее я видел — на жесткой бумажке детской рукой накарябаны стихи:</p>
   <p>Мальчик посадит цветок,</p>
   <p>Солнце взойдет.</p>
   <p>Цветок расцветет…</p>
   <p>Мальчика уже не будет.</p>
   <p>В какой печи сожгли восьмилетнего поэта? Или его подбросили в воздух и ударили с лету, как консервную банку? У меня нет детей. У меня нет собственных детей. Но все дети мира — они мои. Я не знаю, что мне сделать, чтобы спасти детей. Я не могу положить их с собой всех, обнять их и закрыть своим телом. Потому что дети должны жить, они должны радоваться. У них есть враги, это чудовищно, но это так. Но у них есть и друзья, и я один из них. И я должен ежедневно доставлять радость детям. Смех — это радость. Я даю его двумя руками. Карманы моих клоунских штанов набиты смехом. Я выхожу на утренник, я иду в манеж, как идут на пост. Ни одного дня без работы для детей. Ни одного ребенка без радости, это понимаю не только я. Слушайте, люди, кто чем может — заслоняйте детей. Спешите приносить радость детям, друзья мои, спешите работать на утренниках!</p>
   <p>Я встал. Борис и Жек поднялись вслед за мной.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>7</p>
   </title>
   <p>Небо было холодное и зеленое, в него неразборчиво понатыканы были мелкие-мелкие, пронзительно блестевшие звезды. Они были отодвинуты в страшную недосягаемую даль. Только над высотным зданием висела одинокая крупная зеленая звезда, она казалась размытой и призрачной, и несмотря на то что на дворе было нехолодно, свет этой звезды заставил меня поднять воротник.</p>
   <p>Мы вышли к площади и стали поджидать такси. Все молчали. Кровь еще кипела в моей голове, и поздние сожаления точили душу. Зря я так разгорячился, зачем, не надо было, они, наверно, сейчас смеются надо мной, только виду не показывают, не хотят обидеть. Нет, им не вера моя смешна, не суть, не основа, а просто мы, взрослые и здоровенные, и все, что было сказано, не нужно было говорить. Это все чувствуют и знают, с этим живут, каждый день носят с собой на работу, в трамвай, в магазин, и говорить об этом не надо. За коньяком, в ресторане, — ах, черт меня разорви совсем!</p>
   <p>Жек сказал:</p>
   <p>— Поздно уже.</p>
   <p>— Маловато все же у нас такси… — добавил Борис.</p>
   <p>— Особенно по ночам. Они в это время больше к вокзалам жмутся…</p>
   <p>— Да, — сказал Жек.</p>
   <p>Мы помолчали еще. Мимо нас промчалась машина, мне показалось, что это голубая «Волга». Потом много еще машин неслось мимо нас, и все мне казалось, что это «Волги», и все голубые. Все они мчались по направлению к цирку, туда, куда скоро поеду и я.</p>
   <p>— Да, — сказал Жек неожиданно, как будто продолжая разговор. Он вынул сигарету, щелкнул зажигалкой и прикурил. — Да, — повторил он убежденно, хорошо ты им сказал, молодец, за дело стоишь.</p>
   <p>Он протянул зажигалку Борису.</p>
   <p>— Нет, напрасно, — сказал я, — зря все это.</p>
   <p>Борис повернулся всем телом ко мне, и в свете зажигалки блеснули его удивленные глаза.</p>
   <p>— Что ты? — сказал он горячо. — Ты что? Наоборот, не зря. Надо так говорить, а то мы забываем. Чудак… Именно что… Ведь не за зарплату же ты… И Жек вот… Да и я тоже. Все правильно, Коля…</p>
   <p>Жек тронул меня за рукав.</p>
   <p>— Николай Иваныч, это же вы прекрасно им врезали. А то что же — циркачи не понимают? Может быть, больше других понимают… Что вы…</p>
   <p>Он называл меня на «вы». Они оба поняли, и они не стеснялись меня, не стыдились. Они говорят, это нужно. Я прав. Значит, больше уже не нужно ни о чем говорить. Между нами все ясно, и я могу перестать казнить себя, со мной мои товарищи. Я перевел дыхание. Из-за поворота на полной скорости подошла машина, за лобовым стеклом ее горел холодный зеленый огонек, точь-в-точь такой же крупный и призрачный, какой висел над высотным домом.</p>
   <p>Шофер отворил дверцу. Я сел рядом с ним и стал ждать, когда усядутся мои товарищи, но вдруг увидел лицо Бориса, наклонившегося к окошку.</p>
   <p>— Ты в цирк? — спросил он.</p>
   <p>Я опустил стекло.</p>
   <p>— Ну да, — сказал я, — у меня там отдельная комната.</p>
   <p>Было видно, как он улыбнулся.</p>
   <p>— Ну и поезжай. А мы с Жеком в другую сторону.</p>
   <p>— Так я отвезу вас, — сказал я, — садитесь.</p>
   <p>— Мы погуляем, — сказал Жек через плечо Бориса, — воздухом подышим. А ты езжай. Завтра увидимся.</p>
   <p>Они думали, что я спешу. Они знали — куда. И не ошиблись. Я спешил, конечно. Но ведь ни слова не было сказано. Это были мои товарищи.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Ну, до завтра.</p>
   <p>— Привет, — сказал Борис.</p>
   <p>Они помахали.</p>
   <p>Я сказал шоферу:</p>
   <p>— Самотека.</p>
   <p>Он поддал газу.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>8</p>
   </title>
   <p>Он лихо вел машину, этот таксист, лихо, виртуозно и нагло. Притормаживая перед красным зрачком светофора, он все время настойчиво лез вперед, ни на секунду не прекращая движения и выводя потихоньку машину за линию «стоп», чтобы в самый момент переключения на зеленый вырвать ее из рядов других. Он никогда не убирал правой ноги с газа, превосходно управляясь левой на двух педалях — сцепления и тормоза, и поворачивал он, почти не сбрасывая скорости, видно, совсем не думая о трущейся резине, и мчался на редких пешеходов с пугающей, неотвратимой скоростью, и было впечатление, что сейчас неминуемо произойдет катастрофа, но пешеходы, инстинктивно чуя, какая птица сидит за рулем, выпрыгивали прямо из-под колес машины. Сидя рядом с ним, я определенно чувствовал, что этот тип ни за что не раздавит человека, и не потому, что ему было бы жалко и его потом заела бы совесть. Нет, здесь был простой трезвый расчет — это ему невыгодно: из-за какого-нибудь пустячкового старичка по нашим законам его посадят за решетку, а там, конечно, не курорт. На Гагры не похоже, он это хорошо знает на собственной шкуре, — так стоит ли рисковать своей привольной жизнью? Нет, не стоит, ребята. Колесико должно крутиться, а к нам — копеечке бежать. Ничего подобного, конечно, таксист вслух не произносил, но я знал, что дело обстоит именно так, уж таким наглым, сытым, все презирающим было его толстогубое лицо, изрытое буграми и лоснящееся, словно смазанное салом.</p>
   <p>— В общем, плохо живем, что и говорить, — балабонил таксист. Он не умолкал ни на секунду, глубоко и сочно затягиваясь измочаленной и иссосанной папироской. — Да, плохо, хуже нельзя. — Папироска перепрыгивала из угла в угол его толстого рта, и когда он затягивался, слышно было какое-то надсадное сипенье, потом он выпускал дым, и в машине трудно было дышать. Я приоткрыл ветровое оконце. Стало чуть легче. — В шоферы теперь никто не пойдет! Раз прогрессивку отменили, какой дурак пойдет? Что я, себе враг, что ли? Нет, шалишь, теперь разговор короткий: отстукал план, а там гори оно синим огнем! Проживем, не помрем. Ведь нас все-таки начаеки всегда поддержат. Начаеки от пассажиров. Что, пассажир сам, что ли, не понимает? Прекрасно понимает, он сочувствует, он всегда начаек даст шоферу. Если он порядочный, конечно…</p>
   <p>Этот холуй обрабатывал меня довольно долго, ему важно было втолковать мне как следует про «начаек». Я молчал, он понял это молчание как знак согласия и решил приступить к художественной части.</p>
   <p>— Моральный кодекс строить захотели, — сказал он с безнадежно-горькой и мудрой улыбкой уставшего борца, — ас кем, я вас спрашиваю, строить? Возьмите хотя бы директора нашей автобазы. С ним, что ли, строить? Так ведь это такой пройдисвит, с ним костей не соберешь, он тебя в два счета как липку обдерет и голым по лесу пустит. Отвозил я его летом на дачу, под Тарусой дачка у него возведена, и там у него жена и вообще родственники. Целая капелла. Жена чернявенькая такая, ничего, немножко на цыганку скидывает, работает в сети! Балуется, конечно, — это закон, меня не проведешь. Она, что ли, моральный кодекс строить будет? Как бы не так! Она — будь здоров. Она совсем о другом думает, у ней в глазах такой, извините, Мопассан прыгает, с ума сойти! А наш-то начальничек сегодня речугу на собрании толкнул. Как, значит, мы теперь отлично будем жить и как, между прочим, к делу беззаветно относиться нужно и бескорыстно, и трехразовое питание бесплатно, и, мол, это только первые признаки, а там ясные дали и перспективы, и та-та-та, и тра-ля-ля-ля, и тому подобное. Ну, наши лопухи-то, шоферня, ухи развесили, хлопают, как сумасшедшие, ну, а я-то сижу думаю: нет, брат врешь, не может быть… Ты, значит, не пей, живи бескорыстно, да только я сомневаюсь, чтобы этот Хапугин согласился кипяченую водичку пить. Убей, не поверю…</p>
   <p>Мы проехали Самотеку и, не доезжая до Колхозной, развернулись в обратном направлении. Небольшая эта поездка уже утомила меня, шофер этот стал ненавистно-противен, и еще я подумал, что шум и хлопание дверцы — все это может обеспокоить Тайных соседей и что лучше уж я дойду до нее пешком, приятно будет пройтись по тихой, спящей улочке, ведь я давно не ходил по ней ночью, очень давно ходил, наверно, в прошлом тысячелетии, а сейчас пойду в последний раз.</p>
   <p>— Все, шеф, — сказал я. — Стоп, машина.</p>
   <p>— Приехали? — сказал он и выключил счетчик. — Шестьдесят копеек.</p>
   <p>Я дал ему рубль. Он сказал:</p>
   <p>— Угу.</p>
   <p>Я придержал дверцу:</p>
   <p>— Слушай, шеф. Слушай внимательно. Объявляю тебя шкурой и треплом. После твоих рассказов, понял? И запрещаю тебе трепаться, дерьмо!.. А теперь поезжайте, шеф. Будьте здоровы! Там на счетчике было шестьдесят копеек, я дал вам рубль. Сдачи не надо. На чаек! — И я захлопнул дверь.</p>
   <p>Машина, как кошка, прянула вперед. Только сзади сверкнул вороватый огонек, и был таков. А я остался один на тротуаре, выпрямился и глубоко-глубоко вдохнул прекрасный осенний воздух. Мимо меня мчались редкие машины, они сбивались в стайки у светофоров, потом вырывались на простор и исчезали где-то там наверху. А редкие поворачивали здесь, подле меня, и я стоял, поджидал, смотрел, какая повернет, и все ждал, что это будет шикарная голубая «Волга». И это было долгое и тяжелое стояние, и надо было пересилить себя, и на дворе было теперь так благостно, что трудно передать, тяжелая крупная звезда в небе посветлела, и я пошел к ней навстречу, к переходу, и перешел улицу, и вышел на бульвар. Сбоку, справа от меня, выстроились переулки, в них призрачно сиял тот жуткий неприятный свет, свет рентгеновских аппаратов, свет, который почему-то успокоительно называют дневным. Давно я не ходил этим бульваром, давно здесь не был, но помнил дорогу очень хорошо и ни разу не сбился. Я бы, пожалуй, и с завязанными глазами добрался сюда, в этот странный, горбатый, такой несовременный переулок, сплошь уставленный маленькими деревянными домиками, как в кинокартине из жизни дореволюционной провинции. Я вошел в калитку Тайного дома, свернул влево и обошел молчаливый садик из трех деревьев, со столиком для игры в домино и песочником для ребят. Тайно окно было плотно занавешено, и свет в этом окне погашен. Стучало мое сердце, я хорошо его слышал, стучало, ничего не поделаешь, а рука была мягкой и тяжелой, и мне показалось, что я с трудом ее подымаю. Я положил руку на подоконник и перевел дыхание два раза. Когда я стукнул по стеклу, тихонько, одними ногтями, свет за окном сразу вспыхнул и засиял мне, и я успел перейти к двери. Свет погас снова. В небе висела моя знакомая звезда, огромная, как камень, в чалме иллюзиониста, она надменно сверкала, холодная и отчужденная, и в эту минуту я озяб, меня трясло и знобило, а за этой дверью было тепло, там жила женщина, которая ждала меня, она теперь нашаривала ногой тапочки и снимала с крючка халат, и вот она накинула его на плечи и сейчас осторожно ступит в коридор, чтобы пройти по его ветхим половицам как можно тише и мягче, стараясь, упаси боже, не брякнуть чем-нибудь в темноте и не обеспокоить людей.</p>
   <p>Еле слышно щелкнул замок, дверь отворилась, на пороге стояла Тая. Она была в одной рубашке. Я смотрел на нее.</p>
   <p>— Явился, — сказала Тая.</p>
   <p>— Да, — сказал я, — вот он я.</p>
   <p>— Явился, не запылился.</p>
   <p>Она протянула мне руки из темноты.</p>
   <p>— Иди, — сказала она. — Скорей, мне холодно тут стоять раздетой.</p>
   <p>Я взял ее руку, и она притянула меня к себе.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>9</p>
   </title>
   <p>Хорошо было хоть на минуту представить себе, что ты вернулся в родимый дом, где долго и верно ждала тебя прекрасная женщина, что ты вернулся к ней через годы и грозы и что полная мера счастья назначена тебе теперь судьбой, раз ты вернулся под эту кровлю, раз ты сюда дошел. Хорошо было идти за этой женщиной, осторожно ступая ногами, всякий раз словно ощупывая колеблющийся под тобою пол. Хорошо было идти так по темной уснувшей квартире и на маленьких и неожиданных поворотах касаться Тайного тела и чувствовать его нежное тепло и живой трепет. Хорошо было знать, что она в одной рубашке и что ты сейчас обнимешь ее и поцелуешь, и хорошо было думать, что ты долго ее ждал и дождался. Да, хорошо все это было бы, если бы не было на свете реального живого мальчишки и его беспощадной трепотни сегодня в душе, трепотни, открывшей мне правду и перевернувшей жизнь.</p>
   <p>Мы вошли в комнату. Тая выпустила мою руку, и я боялся сдвинуться, мне чудились черные уступы и острые углы. Я сказал совсем тихо, почти шепотом:</p>
   <p>— Где можно сесть?</p>
   <p>Она вернулась ко мне и взяла двумя руками за плечи и подтолкнула. И потом повернула лицом к себе и нажала на плечи:</p>
   <p>— Садись.</p>
   <p>Я сел, и ее грудь коснулась моего лица, и сердце забилось быстро и сильно, и я услышал, как стучит в ответ и Тайно сердце. Она наклонилась и приникла ко мне, поцеловала, и когда целовала, я подумал, что лучше бы уж она меня зарезала, и собрал свою душу в кулак, и отодвинул Таю, оттолкнул ее легонько. Я сказал:</p>
   <p>— Подожди.</p>
   <p>Она отошла к окну. Там тьма не была такой густой, да и глаза мои, наверно, уже попривыкли, и я смутно видел Таю, как она стоит у окна в одной рубашке. Я сидел на стуле у стены и чувствовал, как откуда-то справа на меня веет, чуть слышно тянет каким-то тихим теплом. Я протянул руку и нащупал холодящий прутик. Это была маленькая кровать, в ней спал Вовка. И это его тепло овевало меня.</p>
   <p>Тая стояла у окна.</p>
   <p>— Что-то все не так, — задумчиво протянула она и закинула руки за затылок и постояла так, медленно покачиваясь. — Коля, — вдруг спросила она живо, — ты зачем пришел?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Визит вежливости.</p>
   <p>— А-а, — протянула Тая, — вот оно что… То-то, я вижу, ты сидишь как в театре… Ты, может быть, просто так посидеть пришел? Ну? Говори! — Она требовательно это так сказала, даже голос повысила.</p>
   <p>Но я сказал ей строго:</p>
   <p>— Тише. Разбудишь мальчика.</p>
   <p>— Ах, ты какой заботливый, — сказала Тая, — разбужу! Не бойся, не разбужу! Ему главное — уснуть, а там хоть из пушек пали, спит до утра на одном боку.</p>
   <p>— Ему теперь сколько? — спросил я.</p>
   <p>— Уже пятый, — откликнулась Тая.</p>
   <p>Мы опять замолчали. Между нами стоял стол. Я сидел неподвижно. На столе очень громко тикал маленький будильник. Тая все-таки подошла ко мне снова.</p>
   <p>— А я знаю, — сказала она шутливо, — я все про тебя знаю. Ты пьяный.</p>
   <p>Я не ответил. Она засмеялась, мирно, по-хорошему, и крепко и тесно прижалась ко мне, и вцепилась в волосы, и помотала моей головой, словно таску мне дала.</p>
   <p>— Ну, ничего, — сказала она, — бывает! В жизни всякое бывает, и не такое случается.</p>
   <p>Что она имела в виду? Наверно, сама себя прощала — всякое в жизни бывает…</p>
   <p>— Раздевайся, что же ты, — сказала она просто, — ведь не к чужой пришел. Ложись, отоспись… Иди сюда. — И она отошла от меня, и я услышал, как она откинула одеяло, легла и укрылась. Я еще не мог к ней подойти. Она подождала еще несколько. — Не выламывайся, — в голосе ее была какая-то словно бы угроза. — Коля, не выстраивай номеров, не надо, здесь не цирк…</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Посижу и уйду.</p>
   <p>Она приподнялась на локте и долго смотрела на меня.</p>
   <p>— Обидеть пришел, Коля? — сказала она горячим и сухим шепотом. Затосковал, да? В Ташкент потянуло? К своей, да? — Она говорила быстро, словно торопясь освободиться от какого-то груза, который жег ее немилосердно, она говорила быстро и зло, я знал ее в эти минуты, и так жалко, что в слабом этом свете не видел ее красивого лица. — В наездницу влюбился, она чем же тебя, интересно, завлекла? И как тебя Алимов там не прирезал, тебя на куски надо резать, ах, жалко, Алимов тебя пощадил. Или, может быть, он про вас ничего не знает? Так я напишу, я ему быстро глаза открою, дураку! Ишь, сидит — как я не я! Приехал, видите ли, поиграть со мной, как кошка с мышкой, — голос ее задрожал, в нем послышались слезы. Два года! Два года, — она словно обращалась к каким-то, окружавшим ее невидимым свидетелям, — я его жду, вот увиделись, а слово ласковое, хоть одно, где?</p>
   <p>Ах, как хотела она, бедная, защитить, спасти наше с ней самое дорогое, самое драгоценное, да, видно, не умела, не с той ноты взяла. И мне мучительно было слышать в темноте ее резкий голос, такой непохожий на ее душу, злой голос, произносивший в темноте колючие и мелкие слова, она не умела подбирать слова, и они тоже не похожи были на ее душу, ее душа лучше была и выше этих слов. Они свистели в душном воздухе и не попадали в мишень, они пролетали мимо, как говорится, за молоком, и жалость, острая и саднящая жалость к себе и к ней подняла меня с места и толкнула вперед, к Тае. Я встал, и быстро подошел к ней, и обнял ее, и поцеловал, и сказал, что никого у меня в Ташкенте не было, и это была правда. И она, когда услышала это от меня, то вдруг ухватилась за меня цепко и отчаянно, как будто защиты просила, и долго не отпускала меня, а я и не рвался от нее, и только когда стало рассветать, я услышал снова, как громко тикает будильник на столе…</p>
   <p>На дворе уже кончалась ночь, пора было приходить рассвету, и в плотно зашторенные окна Тайной комнаты втекал какой-то ослабленный серый свет. Стали видны стол и зеркало, и блестел уголок Вовкиной кровати. Тая снова закинула руки за голову, она лежала молча, у нее были нежные, трогательные виски, и она смотрела куда-то вверх, и брови были сдвинуты решительно и сурово.</p>
   <p>— Нет, — вдруг сказала она, — нет, нет. Хорошо с тобой, слов нет, хорошо, прекрасно, волшебно, а не склеится у нас, не сладится, все равно нет.</p>
   <p>«Правда, — подумал я, — все понимает».</p>
   <p>Она соскочила с кровати и, босая, в рубашке, пошла и оправила что-то на Вовке. Да, права она, ничего не выйдет, пора кончать.</p>
   <p>— Голова болит, — сказал я, — на воздух надо.</p>
   <p>Она несколько раз кивнула головой:</p>
   <p>— Беги, беги. Я вижу, опять потянуло куда-то. Опять бежать хочешь. А куда? Куда, отчего ты, все бежишь? Что ищешь? Кого? Не ищи, все равно не найдешь. Скажи правду, соврал про Ташкент? Ведь было же? Было? Говори! Ведь я тебя два года ждала, все ждалочки изгрызла… Ждала, ждала…</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Кинь мне рубашку. — Она подала мне одежду. — Ждала, говоришь? Верю. Но ведь ты же не одна ждала?</p>
   <p>— Что? — сказала Тая.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Ты в компании меня ждала, Тая. Поэтому тебе и хочется, чтобы у меня в Ташкенте кто-то был. А я тебе верно сказал, ты знаешь, если бы у меня кто был, я бы сразу сказал. А ты обмануть меня хочешь, а чувствуешь, что это не дело, не для нас с тобой поступки, вот и пророчишь, что, мол, у нас не сладится. Это совесть твоя за тебя говорит. И на том спасибо.</p>
   <p>Она отступила от меня подальше.</p>
   <p>— Ты что? Не протрезвел?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Выходи, Тая, за майора. Я тебе советую. За Лыбарзина не надо скользкий, ты дай ему атанде, а за майора иди.</p>
   <p>Она заплакала. Плохо дело. Я когда это говорил, я думал, что она мне по морде даст или на колени встанет, скажет, что неправда, что это все не так, не было и быть не могло. Во мне надежда жила целый день, что она мне в глаза плюнет, что я потом, когда встречу этого Славку из винеровской труппы, я все уши ему оборву, чтоб не трепался, не повторял черт знает какую чепуху. А теперь, когда Тая заплакала, закрыла лицо руками и слезы побежали уже сквозь пальцы, их было видно, много быстрых и мелких слез, только теперь я понял, что все это правда. Может быть, следовало мне промолчать, не признаваться, что мне все известно, не затевать истории, а то ведь как черство с моей стороны получается, ведь и ей небось горько сейчас. И когда я про себя пожалел ее, я понял еще и то, что она живет в моей душе и долго будет еще жить, что она, может быть, часть меня самого, и не скоро я сумею отделиться от нее, от этой части, и посмотреть на нее чужими глазами, и что теперь началась в моей жизни новая дорога, которая, может быть, будет потрудней всех других, по которым я ходил в этой жизни. Но так уж случилось, так выпало, так стасовалось, и теперь все. Ты ступил на эту дорогу. Иди же!</p>
   <p>Я встал и подошел к Вовкиной кроватке. Оттуда по-прежнему тянуло теплом детского тела, мальчишка лежал, отвернувшись к стенке, круглая, складная его головка темнела черной перчинкой на белой подушке. Я нагнулся и понюхал его волосы. Они пахли свежим июльским сенцом. Я прикрыл открывшееся Вовкино плечо, прикрыл его всего плотно, по шею. Когда я нагибался, услышал, как что-то брякнуло в кармане, и вспомнил, вынул пластмассовую собачку, купленную в ресторане, и положил к Вовке на одеяло.</p>
   <p>Таинственный это был ребенок, что-то вроде Железной Маски. Хотелось бы мне с ним познакомиться. Подумать только, я всегда видел его только спящим, ведь я приходил сюда по ночам и уходил на рассвете и всегда видел только круглую точеную детскую головку на белой подушке, слышал чистое дыхание, ощущал тепло его тела, а глаз не видел, голоса его не слышал, как ходил он — не знал, и жалко мне было. И сейчас я положил свою руку в Вовкину ладонь, чтобы проститься с ним, и пожал эту незнакомую ладонь. Он не проснулся, нет, только пошевелился, положил щеку поудобнее, и все-таки я ощутил почти неуловимое ответное пожатие — он спал и пожал мне руку во сне. Что ему снилось сейчас? Кто ему снился?</p>
   <p>Тая сказала от окна:</p>
   <p>— Тебе кто все это расплел? Кому я спасибо-то должна сказать?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Я пойду сейчас.</p>
   <p>Она подошла ко мне, и странная у нее была походка. Боялась она меня, что ли? Очень униженно она шла. Я обнял ее за плечи. Она подняла ко мне лицо. Глаза ее были прикрыты.</p>
   <p>— Что ты хочешь, скажи, — сказала Тая. — Я все сделаю.</p>
   <p>— Славная ты, Таюха, — сказал я, — а я, брат, тяжелый человек. Характер очень у меня тяжелый, не годится никуда.</p>
   <p>Глаза у нее все еще были зажмурены, и веки дрожали, словно она все-таки думала, что я прибью ее, и все у нас будет, как у людей.</p>
   <p>Будильник все еще тикал на столе.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Проводи.</p>
   <p>Она встрепенулась и снова взяла меня за руку. Я сжал ее горячие пальцы и пошел за ней. В квартире по-прежнему было тихо. Никто еще не просыпался. У дверей Тая слегка замешкалась и тихо, не звякнув, отперла замок. Она медлила отворять, видимо, считала, что не все еще сказано. Я молчал. Потому что сказано было все. Тогда она припала ко мне, ненадолго, наспех, и спросила:</p>
   <p>— Совсем?</p>
   <p>Я не ответил ей, толкнул дверь и вышел на волю.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>10</p>
   </title>
   <p>Звезда все еще стояла на большом, уже начинающем светлеть небе. Она только немного переместилась вниз и направо, но была такая же колючая и льдистая, в мелких, нестерпимо сверкающих лучиках — ощетинившийся небесный еж. Тихо было в переулке, он был как заколдованный в этом звездном свете, спящий, зачарованный, оцепленный кривыми ветками деревьев, протянувшими свои темные руки над маленькими крышами. Гулко стучали мои каблуки по асфальту. Когда я преодолел переулочный горбик и кривая резко пошла вниз, мне пришлось прибавить шаг, и сторожкая тишина взрывалась моими шагами, как пистолетными выстрелами. Я шел по улице, измотанный до предела, и душе моей было жестко, смутно, безрадостно. На пустынном, безлюдном бульваре ветер шумел в листьях и ворошил, взметал на дорожках скрипящую едкую пыль. У остановки троллейбуса стояла небольшая группа парней в коротких плащах, сигареты тлели в их мальчишечьих ртах. Они негромко разговаривали о каких-то шлакоблоках, и когда я проходил мимо, замолчали, как по команде. По их лицам видно было, что я выгляжу вроде как чокнутый. Впереди, у далекого светофора, уже сбегались первые стайки автомобилей, дорога была похожа на хлебный ломоть, и задние фонарики автомобилей покрывали этот ломоть красными икринками. Постепенно я согрелся, шел быстро и минут через десять пришел к цирку.</p>
   <p>В проходной было тепло, попахивало керосином и какой-то едой, и, когда скрипнула отворенная мной дверь, тотчас же в вахтерской комнатушке растворилось оконце и в него выглянуло сморщенное и подкрашенное личико Норы, цирковой артистки, состарившейся на манеже, старинной моей приятельницы, деятельной, разумной и веселой женщины, когда-то принадлежавшей к самой что ни на есть цирковой верхушке. Благодаря этой принадлежности к высшим сферам Нора была очень требовательна к людям, и далеко не всякого она одаривала своим расположением. Я же был сыном ее любимой подруги, и со мной Нора вела себя «на равных». Сейчас она посмотрела на меня своими пронзительными буравчиками и сказала тревожно:</p>
   <p>— В чем дело? Здравствуй, с приездом. Что с тобой?</p>
   <p>— Я разбудил вас? Ни в чем не дело. Все нормально.</p>
   <p>— Иди ко мне, — сказала она, — я не сплю на дежурствах. Вообще мне кажется, что я никогда не сплю. Читаю сижу. Иди сюда, посиди немного. Где ты шлялся?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Гулял.</p>
   <p>— Ну и ну, — она покачала головкой, — где так гуляют? Сломишь голову, смотри, у тебя такой вид, словно тебя живого пилой пилили.</p>
   <p>— Обойдется.</p>
   <p>И я вошел в ее маленький чулан. Мне с ней было просто и спокойно, как-то по себе. И вахтерка эта, котушок, и покрытая ватным лоскутным одеялом скамья, и сама тетя Нора — все это было кусочком цирка, ну, а цирк был мне дом родной. Здесь в этот поздний или, может быть, ранний час (старые ходики висели на гвозде с подвязанной к гире ложкой; они показывали сорок минут пятого) было тепло и тихо, рядом со мной сидела добрая, чудная старуха, мой верный товарищ, артистка с переломанным крестцом, и я повалился на бок, на одеяло, и вытянул ноги, и она тотчас подставила мне под них табурет. Я прикрыл глаза.</p>
   <p>— Грина вот сижу читаю, — сказала Нора негромко. — Я так: я дочитаю его книжку, закрою, переверну, снова открою и опять читаю. Не надоедает.</p>
   <p>— Дай чаю, — сказал я, — если есть. Да, Грин не может надоесть.</p>
   <p>Нора копошилась у покрытого газетой стола. Она сняла крышку с большого синего чайника.</p>
   <p>— Я недавно смотрела кинокартину «Алые паруса», — сказала Нора. Может, тебе крепкого заварить?</p>
   <p>— Не засну тогда, — сказал я, — а надо поспать. Ну, ходила ты, значит, на «Алые паруса»…</p>
   <p>— Да, — продолжала она, — ведь это ужас. Знала бы — ни за что не пошла. Все, что я внутри себя видела, когда читала, все это просто осыпалось как-то, оползло. Я не могла все это видеть, хотелось защитить то, свое. Я стала глаза закрывать, чтоб не видеть, а потом и вовсе сбежала. Нет, так нельзя. Не теми руками делали, — добавила она убежденно. Потом еще добавила: — Да я и вообще против этого…</p>
   <p>— Против чего?</p>
   <p>— Да против того, чтобы самые лучшие книги в кино ставили. Вот Чехова «Дом с мезонином» и «Даму с собачкой». Ведь жалко, понимаешь, жалко! Ведь я себе все не так представляю! И обстановку, и природу, и лица, и глаза, и голоса, и даже движения. Ведь это так у всех. И всем, по-моему, должно быть жалко, что все это в кино обязательно перекорежится… Или вот: артистка играет. Она, конечно, молодая, и красивая, и в моду вошла, но ты пойми — она вчера Каренину сыграла, а сегодня она Дездемона, а завтра Кроткая из Достоевского, а в «Кинонеделе» уже пишут, что теперь она снимается в кинокомедии «Заведующая булочной». Куда это годится?.. Тебе с сахаром?</p>
   <p>— Ох, строга, тетя Нора, — сказал я.</p>
   <p>Она сняла кружку с плитки.</p>
   <p>— Погорячей, да?</p>
   <p>— Нет, — сказал я, — это еще что за новости! Я не люблю. Теперь пусть стынет. Опять надо ждать.</p>
   <p>Я снова закрыл глаза, а она, немного озадаченная, засмеялась ласково и хрипло.</p>
   <p>— Капризы… — сказала Нора, — ему еще не нравится. Ох, забаловали тебя, Коля, бабы.</p>
   <p>— Ты в уме? — сказал я. — Не стыдно тебе, старуха? Что это ты несешь? Когда это меня баловали бабы? И вообще, где они, эти бабы? Что-то не видно!</p>
   <p>— И хорошо, что не видно, — горячо подхватила Нора, — я сама баба, а баб не люблю. Ты, Коля, мужик, и ты, конечно, вправе, ты можешь крутить романы, но я тебе так скажу: тебе друга надо одного-единственного, ты большой артист, самый человечный клоун, и тебя все эти романы будут держать, иссушат душу, растреплют тебя всего, как мочалку изжуют, тебе, говорю, друга, друга надо, женщину-друга.</p>
   <p>— Ты мой друг, — сказал я, — и все! Вполне, хватит, но горло сыт. Дай-ка мне, друг мой, женщина, чего-нибудь пожевать. И не заводи спасительных разговоров со мной больше никогда. Понял — нет?</p>
   <p>— Понял — да! — сказала Нора. — Съешь с сыром?</p>
   <p>— Ни в коем! — сказал я.</p>
   <p>— Вот есть полбублика, — сказала она, — возьми… Я взял, а она села у стола, облокотилась и подперла маленьким кулаком свое сморщенное личико, и подведенные ее глазки прикрылись какой-то тонкой пленкой, как у старых птиц, она смотрела прямо перед собой, и я не знал, спит она или нет, тетя Нора, и я пил ее чай, и жевал ее черствый бублик, и вспоминал далекое время, когда я был маленьким и мы жили в Полтаве, были живы отец и мама, и тетя Нора приходила к нам в гардеробную в розовом трико, туго натянутом на точеные ее ножки, и вся она была осыпана цирковыми драгоценностями из стекла и фольги, блестки сверкали на ее груди, тогда она была совсем еще молодая куколка, и они с моей мамой смеялись, и болтали, и грызли орехи, и орехи щелкали на их зубах, это были звонкие выстрелы, как из пистолета, и вырастали горки ореховой скорлупы. И я всегда просился сам убирать эти скорлупки и говорил стихи: «А орешки не простые, все скорлупки золотые», и приходил отец с манежа и размазывался перед зеркалом, и все косился на молодую куколку своим цыганским злым глазом, вот кто любил женщин и кого они тоже любили — это батя мой Иван Николаевич, и когда мама замечала эти его взгляды на Нору, она начинала смеяться еще громче, и мне слышалась в раскатистом этом смехе некоторая принужденность. И потом помню, как к нам зачастил бесстрашный капитан Сантино, он был смелый и дерзкий человек и работал с пантерами, а когда он видел Нору, он сразу становился шелковый, и большие его прекрасные глаза, обведенные какими-то тонкими тенями, становились грустными, и даже победный его нос повисал как-то очень жалостно, и я знал, что он просит тетю Нору поехать с ним в его родную Италию, но тетя Нора сказала ему, что она еще очень молодая и не поедет в Италию, а через некоторое время вышла замуж за рослого Сашку Пермитина, ассистента этого самого бесстрашного капитана Сантино. И капитан был на их свадьбе и плакал, и Сашка плакал, и тетя Нора тоже, а потом они с Сашкой стали репетировать, они целый год репетировали, и они стали называться мировыми снайперами — сверхметкими стрелками, объехали всю Россию и пользовались большим успехом. А капитан уехал в свою родную Италию, и там его все-таки растерзали эти подлые пантеры. И его ассистент дядя Саша бросил тетю Нору, и никто не знает до сих пор, что у них там вышло, просто тетя Нора снова стала работать одна и работала всю свою длинную, долгую жизнь, работала безупречно, всегда пользовалась успехом, но говорили, что ей очень полюбилось красное сладкое вино и это помешало ее работе, потому что она пила его слишком много. А в войну тетя Нора всегда стояла на крыше, дежурила, учила ребят тушить зажигалки и всегда палила вверх из своего оружьеца, все хотела сбить вражеский самолет. И когда нас отослали из пионерлагеря в эвакуацию, на Магнитку, там было голодно, и Нора била голубей, всех, наверно, в городе перебила голубей, и раздавала их артистам, на подкормку… А сейчас я уже давным-давно взрослый и скоро буду просто пожилой, и вот я сижу у нее в вахтерке, и я разбит сейчас душой, и Нора дремлет, и обута она в мужские ботинки, и какие-то кривые чулки сползают с ее высохших ног.</p>
   <p>— Еще налить, выпьешь?</p>
   <p>Она была готова кормить и поить меня, лишь бы я не уходил.</p>
   <p>— Все, — сказал я, — спасибо тебе, напоила.</p>
   <p>— Ты не думай, — сказала она, словно решившись, — не так страшно синее лицо, а так, в общем, все равно симпатичный. Я думала — гораздо хуже.</p>
   <p>Ах ты, тетя моя Нора.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Я привык, что ты. Пустяки. Ты прости меня, что я раньше к тебе не пришел. Завертелся. Там у меня платок для тебя, в общем, он ничего, он большой и мягкий и с этим… как его… с начесом! Я не успел распаковаться как следует, так что я тебе завтра отдам, ты извини.</p>
   <p>Мне было неловко видеть, как она покраснела и отвернулась, стараясь скрыть удовольствие.</p>
   <p>— Зачем тратишься? — сказала она.</p>
   <p>Я погладил ее морщинистую лапку.</p>
   <p>— Ну, пошел, досплю.</p>
   <p>— Иди, — сказал она. — Разбудить?</p>
   <p>— Я сам.</p>
   <p>— Часа два тому назад раскатовский багаж прибыл, — сказала Нора, десять ящиков огромных, завтра подвеска, послезавтра репетиция.</p>
   <p>— Вот и славно, — сказал я. — Конец второго отделения на месте. Они где остановились?</p>
   <p>— В цирке. В большой гардеробной. Им кровати поставили, все честь честью.</p>
   <p>— Ну-ну, — сказал я.</p>
   <p>И я вышел от Норы и прошел двором, и когда шел, чувствовал себя таким старым, еле ноги волочил. А что, молодой, что ли, скоро сорок, старый, он и есть старый. И я вошел в цирк и, шаркая подошвами, побрел на конюшню. В огромном здании цирка было непроглядно темно, я пошел чуть ли не ощупью. Вскоре немножко забрезжило, одинокая «экономная» лампочка почти не освещала конюшню. Но я знал, где выключатель, нашарил его, прибавил свету и пошел к Ляльке. Я прошел мимо аккуратно составленной пирамиды ящиков, новеньких и еще не грязных, на них было написано — на каждом: «Раскатов!» Меня насмешил этот восклицательный знак, я обогнул ящики, там в конце конюшни спала больная слониха, я шел к ней.</p>
   <p>Видно, суждено мне сегодня было и радость пережить. По закону справедливости. А то что ж на человека так наваливаться, брать за горло и бить под вздох? Надо дать человеку передышку, воздуху надо дать ему глотнуть. И этот воздух дала мне Лялька. Ведь я воображал, что эта несчастная спит под своим сеном, дрожит и зябнет, и тяжелые хрипы в ее груди делают свое страшное дело. Ничуть не бывало! Слониха встретила меня, стоя на ногах, с весело и задорно приподнятым хоботом, она покачивалась взад и вперед, словно разминая уставшие мышцы и перегоняя застоявшиеся ведра крови по всему могучему и здоровому своему телу. Увидев меня и сразу признав, Лялька торжествующе трубанула, и, наверно, в эту минуту многие в ужасе заткнули уши — и животные и люди. Я подошел к ней, и слониха обняла меня хоботом за шею и притянула к себе, от нее пахло сеном и цирком, и я обнял ее, широко раскинув руки, чтобы побольше захватить необъятного ее лица. Мы так постояли немного, обнявшись, потом Лялька повернула меня к себе спиной и несильно толкнула вперед. Я вспомнил про булочки и поглядел на пол, куда положил их вечером. Булочек не было. Ни одной. Я оглянулся и сказал:</p>
   <p>— Ай, браво! Все съела?</p>
   <p>Лялька не обратила на этот вопрос никакого внимания и снова хоботом толкнула меня. В чем дело? Я не понимал ее и поглядел в ту сторону, куда двигала меня Лялька. Оттуда шел какой-то запах. Я сделал несколько шагов и увидел ларь. Вот оно что! Я сразу ее понял и открыл ларь. Он был доверху набит свеклой и морковью. Эта чертиха хотела есть! Она была здорова и хотела есть! Как я сразу не догадался! Я набрал корма и стал таскать его и складывать у Лялькиных ног. Она занялась едой. Все было в порядке.</p>
   <p>Я пошел к себе.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>11</p>
   </title>
   <p>Моя гардеробная была без окон. В ней было совершенно темно, но я не стал зажигать свет, я и так отличнейшим образом нашел свою постель. Цирк еще спал, тишина владела цирком, и только изредка ко мне сюда доносилось легкое весеннее погромыхивание, словно невдалеке собиралась освежающая первая гроза и для начала рассыпала по небу, раскатывала над полями первые громовые шары. Но это было не так, сейчас стояла осень, осенью гроз не бывает, и я отлично знал, откуда эти мощные звуки, долетающие сюда под крышу, я знал, что это Цезарь, царь зверей, старый, с пломбированными зубами лев плохо спит, мучимый ревматизмом, и что сейчас бедняга, наверное, уснул и ему снится ростовский цирк — там было тепло и там у него осталась одна знакомая, больная астмой сторожиха. Он тосковал по ней.</p>
   <p>Я положил руки под голову, и уставился в темноту, и приготовился не спать, потому что, как ни верти, а сегодня произошел наш с Таей разрыв, и это, видно, нелегкое дело. Она была дорога мне, иначе с какой бы радости я, как дурак, вел совершенно чистую жизнь около двух лет? Может быть, я ее выдумал, всю ее с головы до ног, и любовь, свою к ней выдумал, и уж наверняка я выдумал ее, Тайну, любовь ко мне. Ведь она-то, оказывается, жила нечисто и не ждала меня, и майоры возили ее на своих машинах, да-да, майоры, ведь не обо всем же на свете может знать пятнадцатилетний мальчишка, у одного майора «Волга», и он его знает, а другой, может быть, берет такси, а четвертый пешочком, а Лыбарзин норовит в кабачок, послушать, как оркестр «дует стиляжку». А я-то себя настраивал, и перестраивал, и мучил, чтобы быть достойным ее, а сейчас вот пробыл у нее, а потом ушел просто так, переставляя ноги, самым обыкновенным образом, и не умер, и не было инфаркта и каких-то невыносимых сожалений. И если бы я хотел честно посмотреть в самого себя, то я бы, может быть, многое увидел, но я не хотел честно смотреть, я уклонялся, и все потому, что боялся там, в себе, увидеть, что ничего не испытываю, кроме обиды: обманули такого хорошего парня, и уж если совсем честно, — тогда так: я чувствовал, что мне после всего, что случилось, после того, как я ушел от Таи и побыл один, уже зная, что нашей с ней жизни конец, после всего этого у меня словно полегче стало на душе, словно расковали меня, отвязали от дерева, ошейник сняли. Это было новое чувство, такого не было до сих пор, и оно доставляло наслаждение, странное и острое, какое бывает, когда стукнешь руку или ногу о барьер, потом сидишь за кулисами, а оно проходит. Больно-то оно больно, но проходит. Да, мальчишка я все-таки старый, седой, а все-таки мальчишка, вот обрадовался, что на свободу вырвался, а дело-то в том, что у тебя просто никак не складывается, не устраивается то что люди называют личной жизнью. И тебе остается только ожидать чуда. Тебе остаются сказки в которых ты столько раз представлял шутов и скоморохов, сказки, в которых под звуки серебряных фанфар появляется Удивительная и Небывалая, Золотоволосая и Синеглазая Любовь. И тебе, дураку, пока ты сейчас один лежишь в своей комнате, и вокруг темнотища, и ты не можешь даже в зеркале увидеть свое покрасневшее уродское лицо, — вот только здесь и только сейчас тебе разрешается вообразить себе, что сказки иногда превращаются в явь, происходит редкостное чудо, и Синеглазая и Золотоволосая Любовь найдет тебя на конюшне и протянет к тебе руки, и ты, увидев ее, сразу узнаешь. Это я уже засыпал, а ведь думал не спать, а вот поди ж ты — засыпал, несмотря ни на что, самым бесстыдным образом, а где-то внизу взревывал тоскующий лев, мучимый старческой бессонницей, потомственный артист цирка, самый настоящий залуженный артист республики из отряда хищников.</p>
   <p>Да это я засыпал, и в моей голове закружились и смешались разные обрывки из детских представлений, елочных спектаклей и цирковых пантомим, и мгновеньями я снова просыпался и вспоминал, что Таи уже нет в моей жизни, совсем нет, как и не было, быльем поросло, а такое горячее было место в сердце, такое живое. И теперь я не буду ходить в буфет, не буду искать ее и не буду знать думает ли она обо мне, плачет ли. Пускай она поплачет, ей ничего не значит… Представления пойдут одно за другим, я так и останусь жить в цирке, ни в какую гостиницу не поеду, здесь я ближе к своей работе, к своей клятве манежу, это как объятие, лучше дать его разрубить, чем самому добровольно разжать руки. Высший смысл моей жизни, я говорил о нем сегодня в ресторане — вот в этом смысл моей жизни. Сегодня и ежедневно Я надеваю парик, иду в манеж, дети смеются я снимаю парик, иду в душ, сорок минут перерыва, я надеваю парик, иду в манеж, дети смеются, и в этой железной мерности есть то высокое, что делает меня Человеком среди Людей. Сегодня и Ежедневно встают к пылающим и гудящим печам сталевары, Сегодня и Ежедневно выходят на вахту матросы, Сегодня и Ежедневно тренируются космонавты и припадает к окуляру телескопа голубой астроном. Сегодня и Ежедневно состоятся первые роды, и последние строки стихов дописываются Сегодня и Ежедневно.</p>
   <p>Сегодня и Ежедневно идет представление на выпуклом манеже Земли, и не нужно мрачных военных интермедий! Дети любят смеяться, и мы должны защитить Детей! Пусть Сегодня и Ежедневно вертится эта удивительная кавалькада радости, труда и счастья жизни, мы идем впереди со своими хлопушками и свистульками, мы, паяцы и увеселители. Но тревога все еще живет в нашем сердце, и сквозь музыку и песни мы кричим всему миру очень важные и серьезные слова:</p>
   <p>— Защищайте Детей! Защищайте Детей!</p>
   <p>Сегодня и Ежедневно!</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>12</p>
   </title>
   <p>Под дверью кто-то долго возился и царапался. Я протянул руку и зажег свет.</p>
   <p>— Коля, ты спишь? — сказал кто-то робко.</p>
   <p>Это Нора. Боится, чтобы я не проспал. Я сказал:</p>
   <p>— Кошмарная ты все-таки дама, тетя Нора, я же сказал, что я сам. Входи.</p>
   <p>Она вошла, немного смущенная.</p>
   <p>— Лежи, лежи, — сказала она, — я пришла тебе сказать именно, чтобы ты спал спокойно. Утренник-то отменили. Скоро подвеска начнется — аппаратуру Раскатовых будут вешать. А завтра ихняя репетиция, а уж потом и начнем новую программу. Так что ты спи, высыпайся. Я пойду. Теперь послезавтра моя смена, увидимся. Будь здоров.</p>
   <p>И так же смущенно, как пришла, она направилась к двери. И ни взглядом, ни словом не напомнила. Но я-то помнил.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Тетя Нора, стой! Вот так и стой. Не оборачивайся. Я тебе что-то скажу!</p>
   <p>Она остановилась и стояла ко мне спиной у самой двери. На ней старенькая жакетка была. Я открыл чемодан, достал тот платок и кинул ей на плечи. Я сказал:</p>
   <p>— Носи на здоровье.</p>
   <p>Приятно, когда так радуются. Она обернулась, и вся зарделась, и быстро в него закуталась, роскошными такими движениями, вроде она графиня, а этот платок — соболевый палантин. Конечно, она тут же кинулась к зеркалу и вся словно помолодела лет на тридцать. Я, разумеется, не преминул:</p>
   <p>— Очень идет. Просто на редкость. Чтобы вещь настолько была к лицу! Ай-ай. Просто я тебя не узнаю. Разрешите представиться. Вы, случаем, не Симона Синьоре?</p>
   <p>Она сказала:</p>
   <p>— Ну, спасибо.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Угодил?</p>
   <p>— Еще как, — сказала она. Видно, ей хотелось меня поцеловать.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Ну, сна теперь уже не будет! Надо умываться! Так послезавтра увидимся? Приходи меня смотреть!</p>
   <p>Она сказала:</p>
   <p>— Обязательно!</p>
   <p>И когда она проходила, я взял ее за плечи и тихонько сжал. Она сказала:</p>
   <p>— Пусти, задушишь.</p>
   <p>Улыбнулась счастливо и ушла.</p>
   <p>А я оделся, привел себя в порядок и пошел в цирк.</p>
   <p>Напряженный, горячий денек предстоял сегодня всем артистам, нужно было распаковаться, прорепетировать, отгладить костюмы, приготовиться к манежу, договориться о своих особых «условностях» с Борисом, потолковать с электриком, занять гардеробную или место в ней, объяснить работу униформистам, в общем, сделать тысячу тысяч дел, таких мелких и таких важных, таких спешных и неотложных. И едва только я вышел из своей комнаты, меня тут же охватила эта бодрая, деятельная и рабочая атмосфера утреннего цирка, к которой я привык с детства и которую так любил. Уже на лестничной площадке я увидел, как разминалась Валя Нетти, это она делала что-то вроде утреннего класса, костюмчик на ней был самый неказистый, и вся она без грима была худенькая и мокрая, и работала она насмерть, не щадя себя, держась за перила лестницы попеременно то левой, то правой рукой. Увидев меня, она улыбнулась и помахала мне, и я не стал ей мешать, ответил ей и пошел в манеж. Занавески обе были раздернуты, униформисты сновали в разные стороны, взлаивали чьи-то собачки, лязгали какие-то никелированные столбики, кто-то кому-то что-то кричал, кто-то ругался, поминутно вспыхивал то красный, то синий, то зеленый и белый свет — это проходили партитуру эффектов засевшие в своей кабине электрики. В манеже сегодня было особенно шумно, потому что прорепетировать в манеже всегда лучше, чем в коридоре, а манеж редко бывает свободным; и хитрый Борис разрезал невидимым ножиком арену на точные дольки, как в конфетной коробке, и в каждой такой дольке артист репетировал, и повторял, и гранил, и шлифовал свой ответственный трюк. Да, здесь сейчас много артистов нашего всемирно прославленного цирка. Эти люди слышали горячие аплодисменты на аренах всего мира. И я знал, что я равноправный в этом горячем братстве, это поддерживало меня, помогало мне! Люди встречались, здоровались и окликали друг друга, и все это вместе взятое удивительно напоминало мне Запорожскую Сечь: «А, это ты, Печерица! Здравствуйте, Козолуп! Здорово, Кирдюг! А что Бородавка? Что Колопер?»</p>
   <p>Ей-богу, было здорово похоже!</p>
   <p>— Ну, как там сборы?</p>
   <p>— А как вы проходили?</p>
   <p>— Ты не встречал Валези?</p>
   <p>— У Маляренко умерла шимпанзиха!</p>
   <p>Мимо меня пробежал совсем запарившийся Борис. Он сказал:</p>
   <p>— После, когда кончится эта шебурда, найди меня. Не пропадай.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Ладно. — И пошел к форгангу, и встал, опершись плечом о стойку. Я хотел посмотреть на работу.</p>
   <p>Слева от меня, на местах, сидел высокий и седеющий, похожий на мексиканца из ковбойских фильмов человек. Перед ним стоял юноша в светло-сером костюме. У него был абсолютно не цирковой вид, особенно не нашими казались прямоугольные стекляшки пенсне, каким-то чудом держащегося на пипочке-носике юноши. Мексиканец же этот был популярным у цирковых артистов человеком, это был режиссер Артур Баринов, умница и насмешник, и сейчас в этом шуме и гаме он занимался со специально приглашенным драматическим артистом, который должен был читать монолог перед началом программы, — Артур был специалистом-постановщиком этих прологов, или, как говорят в цирке, парадов.</p>
   <p>— Ну! — сказал Баринов. — Читайте текст.</p>
   <p>— Сейчас, — сказал драматический артист; он встал, откашлялся и душевно прочитал:</p>
   <p>Пусть солнце нашей дружбы вечной</p>
   <p>Льет на арену яркий свет!</p>
   <p>Примите ж наш привет сердечный,</p>
   <p>Наш артистический привет!!!</p>
   <p>Сколько помню себя в цирке, всегда в прологе читают такие кошмарные стихи. Можете их заказать Мискину иди Зименскому, начинающему Кускову или академику Сельскому, все равно стихи для парада будут бутафорские, неживые, гремящие и фальшивые, прямо не знаю, в чем тут дело, просто заколдованное место.</p>
   <p>Сейчас Артур учил молодого артиста искусству чтения стихов.</p>
   <p>— Ну кто так читает? — спрашивал он, нещадно шепелявя. — Вас же не слышно! Когда читаешь в цирке, нужно орать! Понимаете — орать! И вертеться нужно вокруг себя, потому что, те, кто сзади вас сидят, они тоже платили деньги! Цирк-то круглый. — Юноша опять прочитал несчастные стихи, и опять Артуру не понравилось. — Кто вас учил?! — закричал он, и в углах его шепелявого рта сбежалась пена. — Где вы учились, я вас спрашиваю?</p>
   <p>Молодой человек холодно посмотрел на него. Из глаз его сочилось презрение.</p>
   <p>— Я учился во МХАТе, — надменно сказал юноша.</p>
   <p>— Это звучит драматично, — сказал Артур, — «Я учился во МХАТе!», «Я убит подо Ржевом!». Ну, ничего, не горюйте! — ободрил его Артур. — Здесь вас научат настоящему делу.</p>
   <p>Я отвернулся от них и стал смотреть в манеж. Там репетировал сальто на ходулях молодой Конойко. Это трюк исключительной силы, и, по-моему, я никогда такого не видел. Он повторил его несколько раз, и всякий раз безошибочно, точно, все выходило как нельзя лучше, ни разу не сорвался, и красивый какой парень, все вместе просто блеск. Лучшего и не надо. Конойко ушел спокойно и деловито, нисколько не рисуясь. Он прошел мимо Васьки Горюнова, тог стоял в «мертвой точке» — на левой руке, и Конойко сказал что-то Ваське, и тот ему ответил, а что, я не расслышал. Васька вот так, на левой руке, может пропрыгать на Центральный телеграф и обратно — это признанный чемпион жанра. Где-то слева репетировал Лыбарзин, видно, ему хотелось подтянуться, он кидал семь шариков, и у него даже иногда получалось. Хотя все-таки часто «сыпал», и мне смотреть на него все равно было тошно. В самой его манере есть что-то тошнотворное. Убейте меня, а есть. Прав «Пензенский рабочий».</p>
   <p>Я отвернулся и увидел дедушку Гарри. Он вышел в каком-то полувоенном пиджачке и в валенках, держа в одной руке лонжу, а в другой — ручку своей маленькой внучки Сони. Дедушка сел на барьер, как садятся в деревне дедушки на завалинке, быстро и по-хозяйски деловито снял с девчушки платьице, она осталась в детском трико. Затем дедушка опять очень сноровисто и ловко захлестнул лонжищу вокруг Сонечкиной талии, широко раздвинул ноги, уселся поуютнее и сказал:</p>
   <p>— Алле!</p>
   <p>Девочка стала крутить арабское колесо в таком темпе, что я глазам своим не поверил и пошел к ним и стал за спиной дедушки. Нельзя было даже разглядеть ее тельце, она вертелась, как спица в велосипедном колесе, такая маленькая! Это не по годам, ведь надо же и мускулы для этого иметь, а она вертелась, как огонек, мелькала, как белочка, гибкая и ловкая. Дедушка сказал:</p>
   <p>— Ап!</p>
   <p>Сонечка остановилась. Личико было у нее напряженное, но она улыбалась. Во что бы то ни стало. Она понимала, что она артистка, и она хоть умри, а должна улыбаться. Я сказал:</p>
   <p>— Ай, браво!</p>
   <p>Дедушка Гарри обернул ко мне свое доброе монгольское лицо. Увидев меня, он сказал удивленно:</p>
   <p>— Коля? Ты?</p>
   <p>— Я вчера приехал. Ну и девчонка у вас! Люкс!</p>
   <p>Он сделал равнодушное лицо, отстегнул девочку и сказал ей:</p>
   <p>— Ступай, отдохни. — И когда она убежала, укорил меня: — Нельзя. Не балуй. Испортить — две минуты.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Надо же приободрить.</p>
   <p>— Без тебя знают, — сказал он с неудовольствием. — Ну, как дела? Ты из Ташкента? Что там?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Все хорошо. Только старому Алимову Каурый руку откусил, кисть…</p>
   <p>— Знаю, — сказал дедушка Гарри, — это уже полгода известно. Остывшие новости.</p>
   <p>Он помолчал, пожевал губами и заявил:</p>
   <p>— Хорошему человеку не откусят…</p>
   <p>Не любил старика Алимова наш дедушка Гарри. Он у него в молодости берейтором служил, и, говорят, Алимов здорово затирал дедушку, не выпускал его в манеж, хотя дедушка был серьезный дрессировщик, почище своего хозяина. Далекая это была история, а вот, поди ж ты, еще горела обида в сердце дедушки, тлела под пеплом годов и сейчас дала искру, и я хотел было засмеяться, но не такое было лицо у дедушки, чтобы смеяться, и я сдержался. Мы еще побеседовали с ним о том о сем, но мне не сиделось, мне все хотелось найти Бориса и условиться о моем номере окончательно, и я совсем уже собрался идти, но тут ко мне подскочила сама наша огромная Амударья — она закончила здесь свои выступления и уезжала не сегодня-завтра. Огромная женщина, центнера полтора, не меньше, она подбежала и сунула мне свою мужественную руку. Мы не виделись с ней года три, но для Амударьи это было неважно, она затрещала, как будто мы ни на минуту не расставались с ней, прямо сходу:</p>
   <p>— Коля, очень хорошо, что я тебя встретила! Коля, ты возьми общественное поручение: здесь нужно усилить культработу. Коля, это безобразие! За два месяца, что я здесь пробыла, ты не поверишь, Коля, я знаю, но это правда, даю слово: здесь не было организовано ни одной лекции по эстетике. Коля, так нельзя! Мы артисты, Коля! Мы передовой отряд советской интеллигенции. Коля, обещай! Ты нажмешь, ты возьмешь их за горло, кровь из носа, а лекции и экскурсии должны быть! Коля, да? Коля?</p>
   <p>— Ладно, прослежу, — сказал я.</p>
   <p>— Вконец замоталась, — сказала Амударья, вновь устремившись куда-то, у меня еще сто дел — конец света. Пока.</p>
   <p>И она исчезла, а я подумал, что теперь увижу эту чудачку сравнительно скоро — еще годика через два, если не через три.</p>
   <p>— Вот, — сказал дедушка Гарри, — совсем недавно, на самаркандском базаре, в дырявом балагане у нее был оригинальный номер. Какой-то байбак палил в нее из пушки, и полупудовые ядра шлепались об ее спину, как груди об матрац. А теперь подавай ей эстетику, без эстетики эта интеллигентка сдохнет.</p>
   <p>— Люди растут, дедушка, — сказал я старику, — люди растут, и наша Амударья вместе с ними. Не по дням, а по часам.</p>
   <p>— Да, — сказал дедушка Гарри, — да, ты прав.</p>
   <p>И он медленно и печально закрыл глаза. Ему, наверно, уже больше восьмидесяти было, и вот из-за этого он и грустил. Я извинился перед ним, простился, еще раз похвалил внучку и пошел к Борису.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>13</p>
   </title>
   <p>Инспекторская комната у самого выхода в манеж, пять ступенек книзу, то ли ромб, то ли параллелограмм, столик, стулик, телефон, вешалка, зеркало, и все. Борис сидел за столом, рядом с ним Жек и, облокотясь на столик, стоял Башкович. Они все трое, как по команде, подняли головы и смотрели, как я спускаюсь. Борис сказал:</p>
   <p>— Посиди еще немного, вот сейчас программу утрясем.</p>
   <p>Жек улыбнулся мне, а Башкович подошел и пожал руку с серьезным и даже торжественным выражением.</p>
   <p>— Здравствуйте, Николай Иванович, — сказал Башкович торжественно.</p>
   <p>— Здравствуйте, Григорий Ефимович, — ответил я.</p>
   <p>Он еще торжественней повернулся и пошел к столу. Такая же узкая спина у него была, такое же приподнятое левое плечо, так же удивительно вразлет торчали уши, и так же неуверенно ступали ноги, как тогда, когда поразительно метко и на веки вечные окрестил его Долгов. Это было давно, шла война, я уже стал подрастать, и меня включили в фронтовую бригаду, уже и рыжим выходил и акробатом-эксцентриком — номерок смонтировал, и, в общем, в этот день нашу бригаду собрали в кабинете художественного руководителя Михаила Васильевича Долгова. Он славный был человек, высоченный, с козлиной бородкой, и он любил и понимал смешное. Да и сам был остер, горазд на словечко. Вот мы тогда сидели у Долгова в кабинете и слушали его напутствие. Долгов сказал:</p>
   <p>— Ну, вот и все. А бригадиром и, значит, вроде директором будет у вас Башкович, Григорий Ефимович.</p>
   <p>Мы уже знали тогда Башковича, знали, что он способный по административной части, простой, сговорчивый, и встретили это назначение сочувственно. Кто-то даже попытался похлопать, но тут встал сам Башкович и неожиданно сообщил:</p>
   <p>— Михаил Васильевич, я не смогу принять эту бригаду. Я сегодня получил повестку. Ухожу на фронт.</p>
   <p>Долгов ничего ему не ответил. Он набрал какой-то номер телефона.</p>
   <p>Он сказал:</p>
   <p>— Товарищ подполковник? Здравствуйте. Это Долгов говорит. Извините, что отрываю, но у меня к вам неотложное дело… А вот: вы прислали повестку тут нашему одному работнику, а он нами направляется на работу во фронтовую бригаду, так нельзя ли… Что? Какая у него военная специальность?</p>
   <p>Долгов сделал паузу, разом вобрал в себя и оценил горестную фигуру похожего на ржавый гвоздь Башковича и молниеносно подвел итог:</p>
   <p>— Его военная специальность — движущаяся мишень!</p>
   <p>Много есть прозвищ в цирке: Повидло, Карло, Дважды Пусто. Все это чепуха, самодеятельность. Вот Долгов Михаил Васильевич, тот умел прямо в яблочко.</p>
   <p>…Сейчас Башкович сидел за столом инспектора манежа, и все трое они устроили «совет в Филях». Они перекидывали нас, простых смертных, нас и наши номера с места на место, тасовали, примеряли, перетряхивали и раскладывали, как карты в пасьянсе. Трудно составить программу, чтобы она шла по нарастающей линии, чтобы интерес зрителя не падал и чтобы вся эта чисто художественная задача совмещалась бы с технической: с уборкой аппаратуры, с установкой ее, и тут сам черт ногу сломит, тут, брат, надо знать, как это сделать — и чтобы волки сыты были и овцы, по возможности, целы. Наука. Я сидел и терпеливо ждал Бориса и думал, что вот в другое время я бы спокойно сидел в буфете и дожидался решения своих дел, а теперь я туда не могу пойти, не надо, это и мне и ей будет очень несладко.</p>
   <p>— Ну, так, — сказал Борис, — в общем-то так, но возможны варианты. — Он поднял голову.</p>
   <p>— Коля, — сказал он, — ты переехал.</p>
   <p>— Куда? — спросил я.</p>
   <p>— В конец второго отделения, — сказал Жек, — вон куда.</p>
   <p>— После бронзовых Матвеевых вы пойдете, Николай Иванович, — пояснил Башкович. — Манеж будет уже убран, он будет чистенький, с рындинским ковром, аппаратура Раскатовых уже висит загодя, и вы сможете работать спокойно.</p>
   <p>— Ни граблей, ни клеток, ни лязга, ни грохота, — сказал Жек, санаторные условия.</p>
   <p>— Во время вашего выступления все внимание зрителей будет отдано вам, Николай Иванович, — снова вставил научную реплику Башкевич, — ничто не будет отвлекать зрителей, и вам будет легко контактировать с залом.</p>
   <p>— Куда угодно, — сказал я, — хоть к черту на рога.</p>
   <p>— Это вместо благодарности, — откликнулся Жек.</p>
   <p>— Не с той ноги встал? Что случилось? — Борис внимательно смотрел на меня.</p>
   <p>Я не отвечал.</p>
   <p>Зазвонил телефон.</p>
   <p>Борис снял трубку.</p>
   <p>— Да.</p>
   <p>Там кто-то квакал внутри, и Борис вдруг протянул трубку мне.</p>
   <p>— Тебя.</p>
   <p>О, черт! Неужели я жду от нее звонков? Я сам себя ненавидел, когда брал трубку.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Ветров.</p>
   <p>Там сказали:</p>
   <p>— Ты завтракал? Если нет, подымись ко мне.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Чтоб ты пропал! Пугаешь только. Не мог зайти за мной, что ли?</p>
   <p>Он сказал:</p>
   <p>— Придешь?</p>
   <p>— Сейчас, — сказал я.</p>
   <p>— Из буфета? — спросил Жек.</p>
   <p>— Русаков, — сказал Борис.</p>
   <p>— Я пойду поем, — сказал я. — Значит, все, как вы сказали. Принято к сведению и исполнению.</p>
   <p>Башкович подошел ко мне и пожал мне руку.</p>
   <p>— До свидания, Николай Иванович, — сказал он торжественно.</p>
   <p>— До свидания, Григорий Ефимович, — ответил я.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>14</p>
   </title>
   <p>Они занимали самую большую гардеробную в главном коридоре, и, когда я пришел, все они сидели за столом. Видно, хотели есть и ждали меня. Надежда Федоровна, хотя и пополневшая, но все равно красивая, хозяйничала. Она положила мне на тарелку огромный кусок яичницы — на столе стояла сковорода величиной с таз. Татка сидела напротив меня, она у них единственная была, мать тряслась над ней, закармливала и кутала немилосердно. И сейчас Таткина голова, шея, грудь и плечи были спеленуты цыганской шалью. На полу бегали дворняжки-щенята Нарзан и Боржом. Их жестоко щипал свирепый гусенок Иван Иваныч. Эта троица представляла собой личную труппу Татки. Сам же Русаков, вождь и глава этого табора, высокий и молодцеватый, немного обалдевший от перелета, сидел в нарядной стеганой куртке за столом, поминутно глотал слюну и сжимал ладонями уши. Он только что приехал с аэродрома. За его спиной, цепко держась корявыми лапами за спинку стула, торчал попугай Кока. Он, видимо, очень был рад приезду хозяина и в знак салюта ежесекундно приподымал и распускал на темечке свой хохолок. Как будто вырастали пучки молодого лука. Роза сидела на полу у ног повелителя и главы. Иногда она деликатно касалась его колена лапкой. Русаков давал ей сахару и не глядя пошлепывал по гладкой, лишенной шерсти коже. Она была африканская собака — Роза, и в лиловых ее глазах плясало веселье.</p>
   <p>Динка сидела в клетке. Ей было плохо. Негромкий, но сухой и скребущий грудь кашель мучил ее. Она завернулась в полосатое одеяльце и смотрела на нас укоризненно, неласково и отчужденно. Иногда она передвигалась, чтобы устроиться поудобнее, отворачивалась от нас к стенке, и тогда были видны два красных помидора ее задика. Вошел Панаргин и подробнейшим образом пересказал Русакову все наши вчерашние приключения.</p>
   <p>— Молодцы, ребята, — доктора, — сказал тот, великодушно помахав рукой, — выношу благодарность.</p>
   <p>— Служим трудовому народу! — сказал я и выпучил глаза. Специально для Татки. Панаргин еще стоял.</p>
   <p>— Вольно, оправиться, огладить лошадей! — крикнул Русаков с кавалерийской оттяжкой. — Садитесь, товарищ Панаргин. — Он пододвинул Панаргину табуретку, тот сел. Надежда Федоровна немедленно положила ему еды.</p>
   <p>— А вы почему синий стали, дядя Коля? — хрипло сказала Татка.</p>
   <p>— Чтоб смешней, — сказал я.</p>
   <p>— Вам сколько лет?</p>
   <p>— Сто одиннадцать, — сказал я.</p>
   <p>— Ничего, еще молодой, — сказала Татка, — я за тебя замуж выйду.</p>
   <p>— А пока давай ешь, — сказал я.</p>
   <p>— Она у нас артисткой будет, — сказал Панаргин. — Ты в балете будешь, Татка? Или в цирке, как папа?</p>
   <p>— Я певица буду, — прохрипела она. — Вон Петька Соснин стал певцом. Он, говорят, на верблюде скачет, а сам в это время поет. Лично я не видела люди говорят. Он способный. — Она поковыряла в тарелке и добавила завистливо: — Плевала я на его способства. Я в опере петь буду.</p>
   <p>— Дай Динке черносливу, — сказал Русаков, — ведь она голодом изойдет, ума не приложу, что делать.</p>
   <p>Татка пошла к клетке и стала совать туда лакомства. Динка с отвращением отталкивала их.</p>
   <p>— Она, папа, скучает, — сказала Татка, — она немножко хворает, но больше всего она скучает, папа.</p>
   <p>— Ты почему так думаешь? — сказал Русаков.</p>
   <p>— Она, бывало, и раньше кашляла, но когда ты отдал Лотоса, она заскучала. Я заметила.</p>
   <p>— Может быть, вправду? — задумчиво посмотрел на Панаргина Русаков.</p>
   <p>— Подсажу к другим, ведь не чахотка же у нее… Вдруг Татка права? откликнулся Панаргин.</p>
   <p>— А как же, — сказала Надежда Федоровна, — она папина дочка, она животных чувствует, яблочко от яблони…</p>
   <p>Она с гордостью посмотрела на Татку. И Русаков тоже.</p>
   <p>В это время, не знаю, ему есть захотелось, что ли, только мы вдруг увидели, что попугай Кока направился своей матросской походочкой к сковороде. Он шел, легонько посвистывая, и пошатываясь, и выставив свой нос, похожий на консервный ножик. Русаков закрыл лицо руками.</p>
   <p>— Ай! — сказал он громко, неподдельное горе и отчаяние были в его голосе. — Что я вижу? Кока опять на столе? Он залез на стол? Ай, как стыдно! Нельзя! Ведь воспитанные попугаи никогда не ходят по столу! Стыд! Позор! Срам! Кока на столе? Стыдобушка!</p>
   <p>Кока затоптался на месте, и я никогда в жизни не видел и, наверно, не увижу более смущенного попугая. Мне показалось, что он покраснел. Быстро и неловко ступая меж солонок и вилок, Кока воровато побежал со стола, прыгнул к Надежде Федоровне на колени, вскарабкался по ней на спинку стула, устроился там и вдруг захорохорился, в нем что-то забурчало, и мы услышали:</p>
   <p>Чижик-пыжик,</p>
   <p>Где ты был?</p>
   <p>На Фонтанке</p>
   <p>Водку!..</p>
   <p>Здесь он ни с того ни с сего устроил вдруг нелепую антимузыкальную паузу.</p>
   <p>— Пил! — вдруг крикнули Татка, Надежда Федоровна, Панаргин и Русаков. Они с полминуты напряженно смотрели на попугая. Но тот молчал.</p>
   <p>— Двух медвежат! — сказал с досадой Русаков. — Двух чудных медвежат слупил с меня этот алчный старик Кудряшов за такую бездарность… И я доверчиво ему их отдал. Я думал, не может быть, чтобы попугай не смог выучить только одно словечко — «пил». О, кто-кто, думал я, а я его выучу! И вот полюбуйтесь!</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Спасибо, Надежда Федоровна, пойду.</p>
   <p>— Уже? — сказал Русаков.</p>
   <p>— Ночь не спал, — сказал я.</p>
   <p>— Ты… еще приходите… — сказала Татка.</p>
   <p>Надежда Федоровна проводила меня до двери.</p>
   <p>— Ты что, Коля? — сказала она.</p>
   <p>— А что? — сказал я.</p>
   <p>Она долго смотрела на меня. Я молчал.</p>
   <p>Она сказала:</p>
   <p>— У тебя глаза как у Динки…</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>15</p>
   </title>
   <p>Я прошел к себе. Тихо было в моей комнате, как в каюте, корабль шел своим маршрутом, а здесь тихо и можно отдохнуть. Я сел на низенький стул, стоявший подле диванчика, и решил сделать генеральный осмотр реквизита, гардероба, бутафории и прочего моего имущества. Я выдвинул чемодан и стал вынимать вещь за вещью, встряхивать каждую и разглядывать ее на свет, и делал это придирчиво, чтобы, если что не так, отложить в сторону и починить. Я умел ремонтировать свои вещи без посторонней помощи; шил я не хуже любой мастерицы, и стирал, и гладил, и умел парик завить на любой фасон, знал картонажную работу, вертел и заряжал хлопушки, мастерил «батоны» — палки, которыми можно небольно ударить партнера, конструировал разные мелкие машинки для «чудес», например сковородки, из которых можно было вытащить живого кролика, все это было ерундой для меня, жизнь научила, товарищи, родители, потому что неинтересно бегать по городу в поисках мастера, который сумел бы сделать такой пустяк, как музыкальную суповую ложку или соску — она же автомобильный гудок. Все эти насущные вещи цирковой артист, если он любит дело и воспитывался в хорошей цирковой семье, должен делать сам.</p>
   <p>И когда я подумал о семье, снова вечная тяжесть легла мне на душу, и сдавило грудь, и дернуло, словно кто кастетом ударил по голому сердцу.</p>
   <p>Зачем я уехал тогда из Львова в пионерский лагерь у моря? Ведь я не хотел, не хотел, и хотя я уже большой был и крепкий, и цирковой все-таки, и когда падал и расшибался на репетициях, никогда не ревел, — а тут ревел, не хотел ехать в лагерь, а мама велела, она говорила, что я счастья своего не понимаю, что я должен прыгать от радости и быть благодарным директору Проценко, и председателю месткома — не помню фамилии, — и всей Советской власти, что я поеду к морю, там загорю и отдохну, и что это счастье, и что месяц это не срок, и пусть я не дурю, они мне будут писать и ждать меня в июле обратно во Львов. Она меня проводила и держала Алешку за ручку, а ему было три года тогда, и я целовал его тугую щечку и все подтягивал ему съезжавший носок на толстую ногу, толстую, точеную и блестящую, как ножка какого-нибудь столика или дивана. Но я не вернулся тогда домой в июле, а лучше бы я погиб вместе с мамой и отцом и маленьким Алешкой, он так вкусно пахнул по утрам и такой был смышленый и нежный, и он погиб вместе со всеми тогда. Фашисты не пощадили их никого, и я этого не в силах забыть, пусть я тысячу лет проживу и потом умру и воскресну снова через две тысячи лет, все равно не будет, не будет, не будет в душе моей им прощенья, не будет во веки веков.</p>
   <p>Я сидел так и рассматривал свои парички и жилетки и прочие разные бирюльки, и это меня успокаивало и наполняло каким-то чувством Добра и Дома, теплым чувством Ремесла и Умения, ощущением общности с людьми, которые делают и умнейшие машины, и игрушки, и науку, и весь этот живой и трепещущий мир, и самое искусство делают вот так просто, этими своими двумя ловкими, все понимающими руками. Я подумал, что ничего на свете нет умней, и добрей, и одаренней человеческих рук. И еще я подумал, что эти мысли уже думались до меня, это тоже хорошо, значит, они общие для всех людей, и это еще лучше. Это меня вполне устраивает.</p>
   <p>Тяжелого реквизита у меня было мало, все вещи легкие, не громоздкие. Это мой непреложный закон. Я считаю, что я должен играть сам, должны играть моя душа, мое тело, мое лицо, а не преувеличенные, грубые, «смешные» предметы. Отсюда у меня и сложилась Главная Мысль, Главный Принцип, вся симпатия моя, влечение и направление в моей работе. Я терпеть не могу такие номера, где клоуна бьют по голове молотком, или разбивают о его лоб сырые яйца, или для вящей потехи ему вонзают в лысину топор, и короткая очередь выстрелов вылетает из его противоположной стороны. Я этого не люблю и стараюсь строить свое выступление так, чтобы люди не надо мной смеялись, а мне, моей выдумке, моему озорству, моему умению видеть смешное и показывать это смешное другим. Люди не жалеть меня должны, а гордиться мной, радоваться за меня, любить меня за то, что я ловкий и стою за правду, за то, что я сильнее подлости и коварства, что у меня есть достоинство и я умею его защищать. Они должны меня любить так, как они любят Солдата из народных сказок, смекалистого солдата, который сумел сварить щи из топорища. Они должны любить, меня так же, как они любят справедливо-плутоватого мужика, что делил гусей, или как работника Балду, который хоть и называется Балдой, а гляди ты — умнее и попа, и самого черта, и кого угодно. «Вот так, таким путем, в таком духе и в таком разрезе. Это, высокоуважаемые коллеги, на мой взгляд, самый верный путь в развитии нашей, советской клоунады. Все, товарищи, я кончил…»</p>
   <p>Я перестал возиться с чемоданом, все мое барахлишко было в порядке, я встал и снял со стены мой любимый алый парик. Он давно просох, и я принялся его расчесывать. Фанерная моя дверь неслышно приоткрылась, и в щель просунулась худенькая мордочка Вали Нетти.</p>
   <p>— Дядя Коля, — сказала она, — здравствуйте.</p>
   <p>— Я тебя уже видел сегодня, — ответил я, — имел счастье.</p>
   <p>— Дядя Коля, у нас у одной артистки разорвался тапочек. Мы занимались и вдруг подметка тррык! — и мешает заниматься. Прихватите ее, пожалуйста. Ведь вы умеете?</p>
   <p>— Я все умею, — сказал я. — Давайте сюда вашу тапку.</p>
   <p>Валя раскрыла дверь пошире и сказала, став к сторонке:</p>
   <p>— Ирина, иди!</p>
   <p>Та вошла.</p>
   <p>Я таких синих глаз никогда не видел. Постояв немного, она улыбнулась уголками губ и протянула длинную прекрасную руку. Я пожал ее.</p>
   <p>— Ирина, — сказала она.</p>
   <p>Я ответил ей. Она сняла с ноги тапочку, я взглянул: там было трехминутное дело. Я сказал:</p>
   <p>— Садитесь.</p>
   <p>Она села, закинув ногу на ногу. Маленькая ступня с тонкой лодыжкой и литыми, как пульки, плотно прилегающими друг к другу пальцами.</p>
   <p>Она сказала:</p>
   <p>— Это так неловко. Но Валя сказала, что вы хотя и большой артист, а добрый. Вот я и решилась. Еще раз простите меня.</p>
   <p>Я достал дратву, щетинку, воск и шильце.</p>
   <p>— Так вот вы какой, знаменитый дядя Коля, — сказала она. — И как это так получилось, что я никогда не видела вас в манеже?</p>
   <p>— Не велика беда, — сказал я, — еще успеете!</p>
   <p>— Еще нахохочешься, — сказала Валя.</p>
   <p>— Я вижу вас впервые, — сказал я, — какой жанр? Впрочем, постойте, я скажу сам.</p>
   <p>Я вспомнил, что сегодня сказала мне Нора, вспомнил ящики во дворе и снова увидел ее длинные руки и весь рисунок, все встало на место, и я сказал:</p>
   <p>— Воздух.</p>
   <p>Она спросила:</p>
   <p>— Вы знали?</p>
   <p>— Нет, — сказал я, — я не знал вас, но теперь знаю: Ирина Раскатова.</p>
   <p>Валя захлопала в ладоши:</p>
   <p>— Ой! Мнемотехника!</p>
   <p>— Да, — сказала Ирина, — просто чудеса…</p>
   <p>Просто чудеса…</p>
   <p>— Вы с Волги, — сказал я.</p>
   <p>— Опять чудеса! Откуда вы знаете?</p>
   <p>Откуда? Оттуда. Тебя твое «о» за три версты выдает. Раз. Борис говорил — два.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Да я вообще про вас все знаю. Наверное, мечтали быть физиком?</p>
   <p>— Нет, я думала — юристом.</p>
   <p>— Учились?</p>
   <p>— Третий курс… А потом художественная гимнастика в кружке, студии, встреча с Мишей… И вдруг такая перемена! Просто я везучая, — сказала она убежденно и строго посмотрела на меня. — Кем я была? Обыкновенная студентка с обыкновенными тройками. Никаких способностей — середняк. И вдруг эта встреча, он меня увидел, нашел, полюбил, стал учить, выучил, вытренировал, дал мне призвание, о! — Лицо ее разгорелось, она увлеклась и уже не стеснялась ни Вали, ни тем более меня. — Сколько в нем воли, и вообще какой он благородный и верный, замечательный, редкий человек Миша!</p>
   <p>Первый раз слышу такой отзыв о Мишке Раскатове. Великая сила — любовь. Недаром говорят: «Любовь слепа». Нет, стой, к черту соседкины приговорки. Это там, где кухня, котлетки, луковый дух, это там так говорят. А скорей всего, это у меня слепая душа, что я не разглядел его до сих пор. Не разглядел и пошел повторять за всеми: «пижон», «стиляга». А он, наверное, другой, где-то там далеко, внутри, недаром так любит его эта красивая, чистая девочка.</p>
   <p>Я закрепил узелок и протянул Ирине тапочку.</p>
   <p>— Готово, — сказал я. — Получайте ваш хрустальный башмачок.</p>
   <p>Она, не раздумывая, протянула ногу, и я обул ее.</p>
   <p>— Спасибо, — сказала она, вставая.</p>
   <p>— Не за что, — сказал я.</p>
   <p>Она подошла поближе и наклонилась ко мне низко, почти присела, ведь я сидел на маленьком стуле, и ее глаза были прямо против моих.</p>
   <p>— Я не за тапочку, — сказала она, и я увидел нежность и благодарность в этой огромной синеве, — я за хрустальный башмачок.</p>
   <p>Валя Нетти уже открыла дверь и держала ее распахнутой. Ирина пошла за ней, но в дверях остановилась и сказала мне уже совсем просто и дружелюбно, как говорят люди старинному своему знакомцу, приятелю и другу:</p>
   <p>— Приходите завтра в двенадцать нашу репетицию смотреть.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Обязательно.</p>
   <p>Тогда она как будто вспомнила:</p>
   <p>— А вы когда будете репетировать?</p>
   <p>И мы бы пришли.</p>
   <p>— Хочется посмеяться, — сказала Валя Нетти.</p>
   <p>— Вы меня уж прямо на представлении увидите, — сказал я, — вечером. Ведь я как раз перед вами иду по программе. Вот вы перед своим выходом и увидите меня. Через щелочку можно или сверху, где прожектор стоит, а еще лучше просто послушайте на ухо, как принимают.</p>
   <p>— Нет, послушать — это неинтересно. Я непременно своими глазами хочу, сказала она. — Ну, еще раз спасибо! До завтра!</p>
   <p>— До завтра, — сказал я.</p>
   <p>— До завтра, — сказала Валя Нетти.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>16</p>
   </title>
   <p>Я проснулся так рано оттого, что мне дьявольски хотелось есть. Вода под краном была студеная, голубоватая от холода, я умылся и вышел на улицу. Было уже часов восемь, я взял себе свежего хлеба в булочной и прошел на рынок, в молочный ряд. Жизнь уже кипела вовсю, и выстроенные в шеренгу стаканчики простокваши выглядели очень аппетитно. Я встал сбоку у прилавка и один за другим съел несколько таких стаканчиков. Потом я выбрал ряженку, она еще вкуснее простокваши, розоватая, нежная, освежающая, так бы и ел с утра до вечера.</p>
   <p>Дебелая молочница, хозяйка этого товара, смотрела, как я ел, и выражение ее лица было сочувственное и немного грустное, как будто ей все про меня было известно и понятно. Я расплатился с ней и прошел в другой павильон. Там пахло всем осенним Подмосковьем сразу — укропом, чесноком, рассолом, грибами и еще чем-то, и я купил десяток репок и вернулся в цирк, потому что мне нужно было повидаться с Лялькой. Завидев меня, она по традиции приветственно подняла хобот. У ног ее ползали Панаргин и Генка. Возле них, на полу, на промасленной тряпице, лежали огромные, похожие на кинжалы и серпы, ножи, железные щетки и рашпили.</p>
   <p>— Маникюр, — сказал Генка, кряхтя и кромсая Лялькину ногу. — Вот, дядя Коля, как слониха живет — почище любой графини!</p>
   <p>— Да, — сказал Панаргин. — В Индии недаром говорят: искусство танца, искусство живописи, ткачества, ювелирное искусство — все это ерунда по сравнению с искусством ухода за слоном. — Он кивнул мне головой и прополз под Лялькиным брюхом к другой, задней ее ноге.</p>
   <p>Ну что ж, выглядела она прекрасно, и мой утренний визит приняла благосклонно, и угощение проглотила молниеносно, все было в порядке, и я сейчас, пожалуй, только мешал им. Я отправился к себе.</p>
   <p>Чтобы сократить расстояние, я решил пересечь манеж, и как только вошел в зал, увидел, что в манеже уже работают двое каких-то мальчат, они репетировали партерную акробатику, и я остановился в проходе, у столба, чтобы, оставаясь незамеченным, посмотреть работу. Не очень-то они были способные, эти мальчата, или просто еще не очухались ото сна, только дело у них не ладилось, они падали ежеминутно, спотыкались, и простое арабское колесо выглядело у них у обоих, прямо скажем, кошмарно. Их тренировал Вольдемаров. Я смутно видел его горилью фигуру в первом ряду партера. Хозяйский сынок. До революции его папаша имел свой цирк где-то в провинции, хороший был жук, что и говорить. До сих пор наши старики вспоминают его с неприязнью. А сынок его теперь был руководителем номера «акробаты-прыгуны», и, видно, яблочко недалеко от яблони падает, дрянь был порядочная. Сейчас он орал на этих двух ребят за то, что у них не клеилась работа, объяснял, путано и нетерпеливо, и задергал бедняг начисто. Когда же наконец до него дошло, что мальчишки просто устали, он с досадой крикнул им:</p>
   <p>— Эх, плеточку бы сюда потолще! Живо бы все наладилось. Ну да ладно, черт с вами, отдыхайте.</p>
   <p>Мальчишки облегченно вздохнули и уселись на барьер. Один сел ногами внутрь, а другой ногами наружу. Ему этого делать не стоило, конечно. В цирке есть, до сих пор живет, примета, что нельзя сидеть спиной к манежу, ну, как нельзя свистеть на сцене, не принято это, неуважение к месту своей работы, за это часто влетает. И Вольдемаров сейчас же обрадовался поводу сорвать злость, подскочил к бедняге, сидящему ногами наружу, и дал ему довольно мощного леща.</p>
   <p>— Не сидеть спиной к манежу. Он тебя хлебом кормит.</p>
   <p>Мальчуган испугался и заплакал. Его товарищ обнял его за плечи, и они убежали.</p>
   <p>А меня бросило в жар. Мгновенно. Я этого не люблю. Ничего такого не люблю. Ненавижу. За это Я могу убить. Но в эту минуту я увидел, как из бокового прохода к Вольдемарову метнулась чья-то туманная тень.</p>
   <p>Раз, бац! Вальдемаров получил две классические, не цирковые, нет, а самые настоящие, жизненные оплеухи. Он зарычал, и страшные кулаки его сжались. Он двинулся вперед, совершенно закрыв от меня фигуру своего победителя. Я был уверен, что сейчас начнется грандиозная потасовка, но, к своему удивлению, увидел, что грозный Вольдемаров вдруг отступил и, громко захохотав каким-то картонным, деланным смехом, круто повернулся и вышел в главный проход.</p>
   <p>Теперь он перестал заслонять от меня эту незнакомую фигуру, которая только что, сейчас, надавала ему по морде, вступившись за ребенка.</p>
   <p>Я пристально вгляделся, и мне все стало ясно. Это была Ирина.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>17</p>
   </title>
   <p>Ровно в двенадцать часов манеж освободили — Раскатовы должны были прорепетировать свой номер, и в партере стали появляться все свободные от работы люди. И несмотря на то что их было побольше ста, все равно цирк казался пустым, огромным и плохо освещенным. Люди садились поближе, в первые ряды, но я знал, где нужно сидеть, чтобы как следует рассмотреть работу, и я сел подальше, ряду в десятом, немного слева от выхода.</p>
   <p>Ирина появилась, одетая в какой-то будничный серо-коричневый халат, небрежно накинутый на плечи. Она остановилась у форганга и заговорила о чем-то с униформистом, стариком Жилкиным, не знаю, о чем они говорили, Жилкин смущенно разводил руками и тряс головой, видно, в чем-то отказывал Ирине. Она отвернулась от него, спокойно и безразлично, и стала глядеть на Мишу Раскатова, который неизвестно почему с утра пораньше нарядился в черный вечерний костюм с крахмальным воротничком, при галстуке и при булавке. Волосы его были набриолинены и причесаны туго-натуго, волосок к волоску. Они прямо-таки сверкали, и на левой руке Мишки, на безымянном пальце, еще сильнее сверкало большое кольцо, мужской обольстительный перстень. Где этот парень нагляделся? Где нахватался этого дешевого шику производства тысяча девятьсот тринадцатого года? Все это раньше называлось костюмом в «салонном жанре» — так полагалось выглядеть высококровному «аристократу цирка» и «королю воздуха», но в наше время это выглядит уже смешным и нелепым, и как Мишка не понимал этого? И пока я все это думал, наш вездесущий Жек в последний раз опустил и проверил трапецию, неподвижно укрепленную, некачающуюся, так называемую штейн-трапе. Мишка тоже принимал участие в этой работе. Я понял, что на этой штейн-трапе Ирина для начала покажет серию обязательных для воздушных гимнасток трюков и только потом, в финале, она пойдет на рекордный трюк и продемонстрирует «гвоздь» своей работы, знаменитый, поставленный Раскатовым «номер смертельного риска».</p>
   <p>Мишка что-то покрикивал властным голосом и делал великолепные жесты, посылал в разные места униформистов, и когда посылал, протягивал костлявый, загибающийся кверху палец. Ирина все еще стояла внизу у входа, она курила длинную папиросу. Лицо у нее было веселое и светлое, и я долго смотрел на нее, все не мог глаз отвести. Да, это была очень красивая и очень юная артистка цирка, артистка от рождения, артистка с головы до ног, от узкой и тонкой щиколотки до маленькой изящной головки с синими, спокойными и странно огромными глазами. Да, это была настоящая артистка цирка с прекрасными сильными руками, перебинтованными у запястий, с таинственной, пленяющей сердце улыбкой на розовых, словно очерченных губах с благожелательно приподнятыми уголками. Она долго так стояла, и я все любовался ею, униформисты все еще возились в манеже, и, видно, ей надоела эта возня, она что-то сказала Жеку негромко и повелительно, потом решительно сбросила на барьер серо-коричневый будничный свой халат. Стали видны ее нескончаемые эллинские ноги, и гибкая талия, и втянутый мускулистый живот. На ней надет был черный костюм, плотный и прилегающий, обтягивающий всю ее безупречную фигуру. Она попрыгала немного на одном месте, чтобы восстановить кровообращение, дать ему хлыста, что ли, и потом, остановившись, повела вокруг глазами, рассматривая немногих собравшихся в зале. Я смотрел на нее, и мы встретились глазами, и, узнав меня, она опять-таки для разминки побежала ко мне, вверх по ступенькам. Я задыхался, глядя, как она бежит ко мне, и встал ей навстречу.</p>
   <p>— Будете смотреть? — сказала она и протянула мне обе руки.</p>
   <p>— Да, — сказал я, — буду смотреть. Интересно.</p>
   <p>— Я рада, — сказала она, — посмотрите.</p>
   <p>Я так стоял, я держал ее руки, и краснел, как мальчик, и, наверно, глупо выглядел, и она тоже покраснела. Не знаю, в чем тут было дело, не знаю, что нам почудилось в эту секунду, не знаю, до сих пор не знаю. Знаю только, что хорошо это было, но неудобно все-таки, нельзя же так стоять на виду у всего цирка, и она отняла руки и сказала:</p>
   <p>— Пора.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Да. Идите. Я смотрю.</p>
   <p>Она двинулась было, но я остановил ее снова.</p>
   <p>— Ирина, — сказал я, — кончится сезон, и вам, после успеха… успеха вашего с Мишей аттракциона…</p>
   <p>— Ой, — сказала она, — надо спешить…</p>
   <p>— Минуточку… одну, — сказал я. — Я думаю, что наше управление предложит вам интересное гастрольное турне. И вам будет нужен антураж. И вы организуете коллектив вокруг себя. Так вот, когда это случится, возьмите меня с собой. Если будет нужно, я пойду в коверные. Если очень будет нужно, согласен стоять в униформе.</p>
   <p>Она улыбнулась удивленно.</p>
   <p>— Вы? В униформе? А зачем?</p>
   <p>— Чтобы защитить вас, — сказал я. Не знаю, почему сказал.</p>
   <p>Ей все это показалось смешным, она рассмеялась.</p>
   <p>— Меня не надо защищать, — сказала она, — да и от кого? И потом, у меня есть Миша. Да я и сама сильная. Я постою за себя! Вы думаете, я слабая женщина? Как бы не так, сейчас увидите!</p>
   <p>И она побежала вниз, девушка из Спарты, с тонкими щиколотками и узкой талией, золотоволосая, с синими глазами, девушка, которая любит благородного, чудесного человека — Мишу Раскатова.</p>
   <p>— Открой проход! — крикнул внизу Мишка и картинно показал пальцем.</p>
   <p>Униформисты отодвинули две дольки барьера под оркестром, получилось как бы два выхода на манеж, один — старый и привычный, другой — с противоположной стороны, странный, под оркестровой эстрадой, его употребляют редко — во время пантомим, или для выпуска животных, или для какой-нибудь оригинальной режиссерской выдумки. Теперь всем нам, сидящим в партере, стал виден наш неприглядный утренний цирковой пол. Он был в этом месте цементный, серый и никак не радовал глаз. Ничем не был он застлан, но пришел какой-то человек и положил на этот пол тощий мат.</p>
   <p>— Жек! В оркестр! — снова крикнул Мишка, и я увидел, как Жек взбежал в оркестр и подошел к невысокому оркестровому барьеру, поставил на него левую ногу, согнутую в колене, а на ногу положил левую руку ладонью вверх и покрыл ее так же повернутой кверху ладонью правой руки.</p>
   <p>— Так стоять! — резко и коротко бросил Мишка.</p>
   <p>Пробор его сиял. Кольцо сверкало.</p>
   <p>Было тихо. Меня тошнило от этой показухи.</p>
   <p>— Смотри, какую устраивает продажу! — сказал Борис.</p>
   <p>Я не заметил, как он появился. Я все смотрел на Жека. Я сказал:</p>
   <p>— Боря, объясни, зачем он поставил Жека в оркестр?</p>
   <p>— На всякий случай, — сказал Борис.</p>
   <p>Сердце мое сжалось.</p>
   <p>— На какой это всякий случай? — спросил я. — Какой может быть случай? Ты допускаешь?</p>
   <p>Но Борис положил мне руку на плечо и сказал:</p>
   <p>— Ничего быть не может, не бойся. Она, видишь ли, должна сделать в воздухе, вот там, — он показал, где приблизительно, — двойной сальто-мортале. К ногам ее петлями прикреплены штрабаты, которые, в свою очередь, намертво своим основанием прикреплены к трапеции. И когда она после двойного сальто полетит из-под купола вниз, публика будет думать, что ей конец. Но штрабаты, — а это, по существу, простые веревки, особым образом свитые…</p>
   <p>— Учи, учи… Объясняй мне про штрабаты. Нашел новенького…</p>
   <p>Он продолжал:</p>
   <p>— Вот, вот, эти самые штрабаты ее самортизируют, во-первых, потому, что они далеко не достают до полу, до ковра на манеже, им не хватает двух или трех метров длины.</p>
   <p>— И она повиснет головой вниз? Так, что ли? — Меня уже начинало трясти. А он твердил свое:</p>
   <p>— Во-вторых же, они у Мишки — в этом и есть секрет, — они с резиновыми, где-то спрятанными амортизаторами. Итак, она летит вниз — штрабаты держат ее за ноги, а потом вступает резина и элегантно вскидывает ее обратно на трапецию. Она отстегивается и делает комплименты. Все рассчитано. Все проверено. В Ереване проделано пять таких полетов. Грандиозный эффект.</p>
   <p>— Да уж куда больше, — сказал я.</p>
   <p>— Там многие в обморок падали, — сказал Борис хвастливо, — в Ереване-то. Еще бы, прямо американский аттракцион. С жутью.</p>
   <p>— Сволочи вы все! — сказал я. — Теперь скажи мне, пожалуйста, зачем Жек стоит вон там, в оркестре, весь изогнулся и сложил руки на подстраховку? И зачем положили этот хреновый мат на полу, под оркестром?</p>
   <p>— А я что, знаю, что ли? Так Мишка приказал, ведь он же изобретатель, а не я. Уж ему-то она дорога, ближе, чем тебе, как ты думаешь? Зачем мат? Так. А вдруг… ну, допусти ты миллионную долю риска! А вдруг по каким-нибудь причинам изменится линия полета? Вдруг она полетит на оркестр? Тогда Жек толкнет ее руками, и она полетит вниз, в манеж, но уже с силой Жекиного толчка. Тут закон физики. Она первоначальную силу полета потеряет, понял? А получив новую силу от Жека, ей лететь останется два-три метра. Но Мишка сказал, что это один шанс на сто миллионов. Сиди спокойно, ясно тебе?</p>
   <p>— Ясно, — сказал я, — мне ясно, что риск есть. И большой. Один на сто миллионов. Это чересчур большой риск.</p>
   <p>— Да что ты! — сказал Борис. — Ну, я не знаю, как тебе объяснить. Тут, наверное, просто психология — этакая кроха мысли, осколок боязни, последний страшок, ну вот и мат — на всякий случай.</p>
   <p>— На всякий случай? Да на всякий случай нужно положить сто пуховых матов, и вывалить двести возов сена в проход и в манеж, раз уж у вас в голове гнездится такой случай, собаки вы и сволочи. Весь цирк надо обтянуть сеткой, раз у вас в голове есть допуск. Есть какой-то там, видишь, стомиллионный шанс, сукины вы дети, все вместе взятые, сволочи вы, распроклятые вы собаки, дерьмо, негодяи вы, мерзавцы и подлецы. Вот кто вы есть, если хотите знать…</p>
   <p>Борис встал и отошел от меня, я его здорово допек, мне кажется, в него проникло. Он обернулся.</p>
   <p>— Коля, — сказал он тихо, — брось, не бранись, без тебя тут не знают, что ли? Больше всех ему надо. — Он пошел.</p>
   <p>— Да, — крикнул я ему вслед, у меня что-то клокотало в груди, — мне больше всех надо!</p>
   <p>Ирина была уже на трапеции. Я был уверен, что она начнет работу с маленьких скромных трюков, постепенно перейдет к более сложным и так далее, потом подведут зрителей по нарастающей к сверхсложным и потом уже, на самый на финал, пойдет в этот разрекламированный двойной сальто-мортале. По традиции все должно было происходить именно так. Но не тут-то было, я ошибся, и как я был рад, что ошибся. Этот аттракцион, видимо, готовился на чистом сливочном масле, на высочайшем уровне, или уж это артистка такая была — самородок, не знаю. Без всяких проволочек Ирина в остром и вместе с тем чрезвычайно ясном темпе встала на трапецию и сделала труднейшую на ней круговую раскачку, ни за что не держась, ни к чему не привязанная, ничем не застрахованная, и затем сразу, без предупреждений, без продажи на нас обрушился ослепительный каскад чемпионских трюков: задний бланж, «флажок» на одной руке, баланс на спине, стремительный обрыв, снова спина и резкий выход на «флажок» с комплиментом. Это было как музыка, так пианист пробегает быстрыми своими пальцами весь рояль слева направо, сверху донизу, как бы балуясь, играючи, но четкость и чистота звука, бешеный ритм сразу поражают слушателей.</p>
   <p>После такого вступления, которое было под силу только законченному, совершенному мастеру, только железному, безотказному телу, только прозрачной и неукротимой воле и только бесстрашному, дерзкому сердцу, после такой небывалой заявки Ирина вновь встала на трапецию и очень скромно и вместе с тем величественно сделала нам комплимент приветственный жест нам, ее товарищам. Так в цирке редко случается, а сейчас случилось: все мы, сколько нас было здесь, сидящих в партере, все мы вдруг поднялись со своих мест и захлопали ей, по-братски, искренне, от горячей актерской души. Это были аплодисменты мастеров, признающих работу своего собрата-мастера, это были аплодисменты, венчающие самый конец строжайшего «гамбургского счета», и Ирина поняла это и улыбнулась, растроганная.</p>
   <p>Все сели. Меня знобило. Ирина сейчас копошилась где-то на штамберте, я вгляделся — это она отстегивала туго притянутые штрабаты. Наконец она освободила их и вдела в петли ноги, каждую поочередно. С глухим звоном съехала вниз эта первая, уже ненужная трапеция. В зале было тихо. Ирина выпрямилась и посмотрела вниз. В манеже было светло, электрики дали полный свет. Мы все, затаив дыхание, смотрели на нее, и она, конечно, видела всех нас, но потом она перевела свой взгляд и нашла Раскатова. Михаил стоял за матом под оркестровой эстрадой, у него в руках был конец длинной и тонкой веревки от карабина, держащего наверху привязанной вторую, свободную, трапецию. Я услышал, как звонко щелкнул карабин, и легкая трапеция соскользнула из-под купола и проплыла по воздуху, прямо к Ирине. Ирина нетерпеливо протянула к ней руки и взяла ее на лету, твердо и уверенно. Она держала трапецию обеими руками и ждала команды. Сматывая веревку, Раскатов перепрыгнул через барьер и встал у бокового прохода. Он поднял голову и не удержался, сыграл — припал на одно колено, чтобы еще раз прикинуть геометрическую точность линий предстоящего полета. Он смотрел вверх и, насладившись этой затяжкой, этим слышным ему трепетом зала, встал на ноги и крикнул сухо и коротко, словно выстрелил из стартового пистолета:</p>
   <p>— Алле!</p>
   <p>Вместе с этим звуком Ирина ушла в воздух. Сейчас в свете прожекторов она казалась большой черно-серебряной птицей. Она раскачивалась широко и свободно, плавно и мерно, радуясь полету и наслаждаясь им, и мне казалось, что я вместе с ней чувствую эту желанную невесомость, чувствую, как сладкий и хрустящий воздух бьется в грудь и как весело ей подгибать ноги и делать ритмические рывки ногами и животом, и амплитуда полета становится все шире и мощней, и тишина, и восторг, а внизу влюбленные и тревожные глаза. Не надо никаких упражнений и поз, не надо, не надо, вот так, вот так, еще и еще, непринужденно, раскованно. А теперь прибавь, пора, наступило время, мах!</p>
   <p>Мах!</p>
   <p>Ирина сделала резкий и мощный рывок животом и взлетела к самому куполу цирка. Здесь она бросила трапецию, тело ее сгруппировалось и перевернулось вокруг себя, через спину, свершился первый виток, и тут Ирина мягко коснулась лбом о неизвестно откуда появившийся железный фонарь. Звука я не услышал, я только увидел прикосновение маленькой золотой головки к железному абажуру. Полет был нарушен, Ирина стремглав полетела вниз. И в эту тысячную долю секунды я успел возликовать, я подумал: она коснется Жека, Жек изменит силу ее падения недаром он там стоит со сложенными для страховки руками!</p>
   <p>Ирина пролетела мимо Жека.</p>
   <p>Где-то со свистом мелькнула в голове еще одна надежда: «Штрабаты! Они короткие! Она не Долетит до пола! Повиснет!»</p>
   <p>Штрабаты оказались длиннее, гораздо длиннее, и Ирина пролетела в проход.</p>
   <p>— Мат!</p>
   <p>Она ударилась головой. Об пол. Она вонзилась головой в пол. Тук.</p>
   <p>Штрабаты все-таки подтянули ее и потащили из прохода в центр манежа, и она прыгала, как китайский мячик, волочась и ударяясь головой о пол.</p>
   <p>Тук. Тук. Тук.</p>
   <p>А потом без звука — о манеж.</p>
   <p>Тук. Тук.</p>
   <p>И о ковер.</p>
   <p>Тук.</p>
   <p>Мишка держал ее на руках. Он кричал. Все кричали. Мишка кричал ужасней всех. Он кричал и старался пальцами открыть ее глаза. У него не выходило. Он кричал и звал ее. Он целовал ее, и кричал, и звал ее. Кто-то обрезал штрабаты. Мишка побежал к проходу, он бежал, он нес ее, бежал к проходу и кричал. Появились носилки. Ее взяли у Мишки, и положили на носилки, и понесли в проход. За занавеску. Все побежали за носилками. Мишка бежал впереди всех. Он кричал. Он ужасно кричал.</p>
   <p>Я остался один.</p>
   <p>Внутри меня не было ничего. Пусто. Ни (сердца не было, ни легких, ни крови. Ничего. Кто-то выжег у меня все внутри. Лампа перегорела. Кожа есть, ребра. Больше нет ничего. Разве это было наяву — то, что произошло сейчас, две минуты тому назад? Еще качается трапеция. Я поднял глаза. Высоко над куполом цирка, точно повторяя круг барьера, висели железные фонари. Я сразу узнал главный фонарь. Он был безобразно измят.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>18</p>
   </title>
   <p>Золотой тогда день стоял над городом, прохладный, золотой и синий. Последние легкие листья бесшумно слетали с деревьев и, свернутые в трубочку, шуршали на сером асфальте. Золотые были листья, теперь они шуршат на асфальте, сухие, ломкие, рассыпающиеся в прах под ногой. Женщины в белых фартуках сгребают их в кучу и, неловко чиркая спичками, поджигают.</p>
   <p>Я стоял возле цирка в мучительном ожидании, и не было во мне ни мыслей, ни чувств. У подъезда вытянулись цугом машины, большая толпа стояла почти неподвижно, люди смотрели в распахнутые двери цирка, оттуда неслись приглушенные звуки оркестра.</p>
   <p>Мне захотелось услышать запах листьев, и я пошел на рынок и нашел то, что мне нужно было. Немолодая женщина с русскими серыми глазами продала мне огромную охапку последних осенних листьев. Она скорбно покачала головой, подавая их мне. Я вернулся в цирк, положил листья у Ирининых ног и снова вышел на улицу. Видно, я здорово огрубел — я ничего не чувствовал. Стоял возле цирка, смотрел на людей и слушал их бессвязные речи. Огромная машина стояла рядом. Первыми вышли музыканты, они выстроились сбоку, никаких дирижеров не было, музыканты, видно, наизусть знали эту музыку. И тут понесли венки, а за ними выплыл гроб, и я понял, что это Ирина, что это ее несут, что это Ирина так плавно движется на плечах поникших людей. Я узнал Жека, и Жилкина, и Бориса, и Генку, и других, и я побежал к своим товарищам. Я побежал, спотыкаясь, вперед и, как живое тело, обнял тяжелый, пахнущий листьями гроб.</p>
   <p>Трубная — Малый театр — кино «Ударник» — Калужская — Градские больницы — Донской…</p>
   <p>Как это бесталанно, как уныло, как мрачно придумано. Кто режиссер? Кто это ставил? Это надо изменить. Закрыть и укатать цветущим, вечнозеленым газоном эту безнадежную яму, сорвать и сжечь эту зловещую занавеску разве так должен уходить от нас близкий, любимый человек? Разве так должна уходить от нас смелая, сильная, дерзкая девушка? Высокий купол ярко-синего неба, звенящие тросы, круженье золотых листьев, мерцанье далеких звезд и милый облик, улетающий туда, в космос, чтобы ступить на Млечный Путь и светить нам оттуда вечной и светлой печалью.</p>
   <p>Я ушел оттуда, и долго плутал по Москве, и пришел наконец к цирку. Я взял в киоске газеты, остановился у главного входа и механически развернул одну из них. Там было фото ребенка, убитого во Вьетнаме. У его тела рвала на себе волосы мать. И вот здесь, на ступеньках цирка, впервые за эти дни что-то сотряслось во мне, и спазма схватила за горло, и я облился слезами. Я отвернулся к стене от людей и постоял так недолго. Кто-то дернул меня за руку. Это был мальчишка лет семи, в смешном картузе козырьком набок. У него были круглые блестящие глаза. Зубов не было.</p>
   <p>— Дяденька, — сказал мальчишка, — это на когда билет?</p>
   <p>Я посмотрел его билет и сказал:</p>
   <p>— Это на завтра билет. На утренник. В двенадцать часов начало.</p>
   <p>Он сказал:</p>
   <p>— Я приду. А клоун будет?</p>
   <p>Ах, вот оно что. Вы собрались на утренник, товарищ в кепке с козырьком набок? И вы, конечно, хотите увидеть тигра и Клоуна? Или слона и Клоуна? Или, на худой конец, собачек и Клоуна. Клоуна! Обязательно Клоуна!!! Ну, что ж, раз так, — я приду вовремя. Не беспокойся, не опоздаю. Можешь на меня положиться.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Конечно. Клоун будет.</p>
   <p>Он сказал:</p>
   <p>— А вы почему синий?</p>
   <p>— Чтобы смешней, — сказал я и выпучил глаза.</p>
   <p>— Я люблю клоунов, — сказал он благосклонно и рассмеялся.</p>
   <p>Он рассмеялся, мой маленький друг и хозяин, моя цель и оправдание, он рассмеялся, мой ценитель и зритель, и были видны его беззубые десны.</p>
   <p>Он рассмеялся, и мне стало легче.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>19</p>
   </title>
   <p>— Скажите Алексею Семенычу, что пришел Николай Ветров.</p>
   <p>— Ну и что? — сказала секретарша.</p>
   <p>— Мне нужно с ним поговорить.</p>
   <p>— Алексей Семенович пишет докладную. Сегодня неприемный день.</p>
   <p>Суровый у нее был тон. Но я сказал:</p>
   <p>— Вы ему скажите, что пришел Николай Ветров. Тогда он отложит докладную.</p>
   <p>Она посмотрела на меня. Я не внушал ей доверия.</p>
   <p>— Не знаю, товарищ, — протянула она, — я как-то не уверена…</p>
   <p>«Синее лицо, — думалось ей, — в крапочку. Ну и тип! Уж не бандит ли?» Эти мысли бегали по ее лицу, как световая реклама на «Известиях».</p>
   <p>— Вы, наверно, недавно на этом месте, — сказал я. — Понимаете ли, здесь специфика. Вы скажите, что пришел я, и он меня примет.</p>
   <p>Она передернула плечиками и пошла в кабинет. Через секунду она возвратилась. У нее было гостеприимное лицо.</p>
   <p>— Пожалуйста, — сказала она, — проходите.</p>
   <p>Я вошел.</p>
   <p>— Что скажешь? — сказал он, не подымая головы. Он что-то строчил.</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— У меня к тебе дело, понимаешь. Просьба. Ты ведь знаешь, я никогда ни о чем тебя не просил.</p>
   <p>— Давай, — сказал он.</p>
   <p>— Алексей Семеныч, припомни, — сказал я, — скажи, я когда-нибудь, ну хоть раз, отказался от поездки на фронт, если ты посылал?</p>
   <p>— Не хватало, чтобы отказывался от поездок на фронт, — сказал он саркастически и поставил точку, там, на своей докладной. — ЗдОрово, сказал он, подняв глаза. — Слушай, а испугался, когда изуродовал лицо?</p>
   <p>Он еще не видел меня с крапочками. Я сказал:</p>
   <p>— Да, конечно. Уж очень громко бахнуло. Так вот, когда меня отправили на сто двадцать представлений на целину, я отказывался? Говори.</p>
   <p>Он смотрел на меня спокойно, с минимальным интересом.</p>
   <p>— Ну, не отказывался. К чему ты это?</p>
   <p>— А в колхозы, на Магнитку, на Братскую ГЭС, на Хибины, в Каракумы, в Арктику, к черту, к дьяволу я отказывался?</p>
   <p>— Учти, Коля, — сказал он, — время дорого.</p>
   <p>— А у тебя есть ко мне претензии как к работнику, Алексей Семеныч? Может быть, у меня были выговора или нарушения дисциплины? А?</p>
   <p>— Слушай, — сказал он, — если ты выпил, так иди, не мешай работать. — И он снова взялся за ручку.</p>
   <p>— Нет, — сказал я. — Алексей Семеныч, вот она, просьба, ты посмотри свой график, вот сейчас при мне, посмотри, найди какой-нибудь «горящий» цирк и немедленно отправь меня отсюда. Объяснять ничего не буду. Я там живо подниму сборы. Я там буду давать вечера смеха. Отправь меня, друг.</p>
   <p>Впервые в его глазах я увидел настоящее удивление. Он весь подался вперед. Он ушам своим не верил.</p>
   <p>— Хочешь бросить программу?</p>
   <p>— Нет. Просто не могу. Нету сил, — сказал я. — Давай без скандала.</p>
   <p>Он помолчал, не спуская с меня глаз, и вдруг ему показалось, что он нашел, чем меня убедить:</p>
   <p>— Не дури, Коля, брось, — сказал он, — ты интереса своего не понимаешь, тебе надо быть в этой программе, надо! Ну, посуди сам, ты давно не был в Москве и вот появился. Новая программа, новая публика, центральная пресса, и снова все заговорят о тебе: Ветров, Ветров, вы видели Ветрова? Я вчера видела Ветрова, то-се, встречи с композиторами, Дом актера, а как же? Там, глядишь, министр в цирк заглянет, ну, пусть не сам, пусть его дети, — кто понравился? Опять Ветров! А тебе уже давно пора звание получать, а ты тут как тут, на виду у общественности столицы! И нам будет легче ставить вопрос. Не дури, Коля, брось…</p>
   <p>— Слушай, — сказал я, — подбери город подальше. И где сборы плохие. Я вам помогу.</p>
   <p>Тут он ни с того ни с сего игриво так покачал головой, двусмысленная улыбка пробежала по его губам, и он саданул меня с размаху:</p>
   <p>— Коля, никогда не поверю, что ты придаешь такое значение этому буфетному романчику…</p>
   <p>Я посмотрел на него. Он вскочил и побежал от меня, натыкаясь на стулья и на ходу опрокидывая их и ударяясь о косяки столов. Из дальнего угла он закричал, выставив руки, обороняясь:</p>
   <p>— Не смей! — кричал он. — Опомнись! Ты что? Успокойся!</p>
   <p>Он был белый как мел. Я отошел к окну и покурил немного. Постепенно сердце перестало стучать, кровь отлила от головы. В окно был виден наш старый бульвар и старое корявое дерево, к которому три года назад вышла ко мне на первое свидание Тая. Тогда шел снег, тяжелый и холодный, а мне было жарко, и мы с Таей шли с непокрытыми головами и ступали по талому снегу, не разбирая, где посуше, и она все смеялась: «Как маленькие».</p>
   <p>Я прокашлялся и обернулся, нужно было продолжать разговор. Алексей Семеныч сидел за столом и строчил. Видно, и он тоже поуспокоился. Я пошел к нему. Он сказал, не подымая головы:</p>
   <p>— Честное слово, думал, что убьешь. Делай как знаешь. На тебе приказ. Иди к Башковичу. Я сказал:</p>
   <p>— Спасибо. Будь здоров.</p>
   <p>Он ответил:</p>
   <p>— Приезжай в другой раз, Коля, мы тебе напишем.</p>
   <p>Я вышел в приемную. Секретарша сидела за столом тише воды, ниже травы. Теперь она убедилась, что я бандит. Я взял трубку и соединился с Башковичем, и прочитал ему по телефону приказ Алексея. Он выслушал и, как всегда, ничему не удивляясь, ответил вежливо и спокойно, тщательно выговаривая все буквы в моем имени-отчестве:</p>
   <p>— Все будет сделано, Николай Иванович. Билет я вам вручу лично.</p>
   <p>Я оставил приказ секретарше и попросил ее сделать копию для меня. Она кивнула головой. Я думаю, она боялась меня. Я поклонился ей и пошел из управления, пошел по крутой лесенке вниз, повернул в дверь налево и вошел в цирк. Хорошо, что я уеду. Здесь я бы не смог. Здесь все для меня погибло. Я пошел направо. С манежа доносилась затейливая, кудрявая музыка, барабан лупил вовсю. Шел детский утренник. Я прошел мимо буфета и встал у бокового прохода. Старая капельдинерша приготовилась открыть мне красную бархатную шторку, она думала, что я хочу пройти на места. Но я остался здесь. Музыка перешла на галоп. Потом наступила пауза. Сердце мое билось. Прошла секунда, и свежий, весенний, все оживляющий дождь пролился на меня: я услыхал спасительный плеск детских ладош.</p>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>20</p>
   </title>
   <p>Поезд отходил в ноль пятьдесят. Когда я вышел из такси, часы показывали половину первого. На вокзале было пусто и темно, мне показалось, что сегодня только я один уезжаю из Москвы. У вагонов не было ни провожающих, ни отъезжающих, лишь в еле мерцавших, наглухо занавешенных окнах киосков смутно мелькали силуэты продавщиц: там подсчитывали дневную выручку или убирали с витрин зачерствевшие шоколадные плитки. Громко и как бы вызывающе стучали наши шаги по сцепленному первым осенним заморозком перрону. Носильщик толкал впереди себя небольшую тележку с палкой-толкачом, тележка шла бесшумно, ею было легко управлять. Это усовершенствование мне понравилось, а то я всю жизнь не любил пользоваться услугами носильщиков, невозможно было смотреть, как чужой и частенько даже пожилой человек, наверняка уже больной и вообще усталый, тащит твой чемоданище, а ты не можешь ему помочь, потому что третьей руки у тебя нет, а эти две уже заняты через меру. А так мы шли, славно играя в эту перевозку, шли легко и быстро, и я сказал носильщику, что сундук, да и большой чемодан заодно, мы сдадим в багаж, а со мной поедет только маленький, лакированный. Носильщик сказал:</p>
   <p>— Ну-к что ж…</p>
   <p>Мы прошли мимо седьмого вагона, в котором мне предстояло ехать, и потом мимо темного вагона-ресторана вперед, к голове поезда, и там носильщик сдал мои вещи, а я проследил, чтобы их не швыряли уж чересчур-то и объяснил заспанному и сердитому багажному дежурному, почему это для меня важно. Он хранил недоброжелательное выражение на заспанном лице, но сундук и чемодан устроил так, как мне хотелось.</p>
   <p>Я заплатил носильщику, и он удивленно посмотрел на деньги, ему показалось много, и он подумал, что я ошибся и передал, но я сказал ему:</p>
   <p>— Все в порядке.</p>
   <p>Он приподнял кепку:</p>
   <p>— Большое спасибо.</p>
   <p>И заторопился к выходу. А я вынул папиросы и угостил дежурного, и мы покурили и постояли у багажного вагона и поговорили. Так, ни о чем. И потом он тоже ушел, и я остался один, совсем один, по-настоящему, и, пожалуй, не очень-то сладко было мне в эти минуты. Мимо меня по соседней колее прополз какой-то допотопный паровозик, остановился рядом со мной и вдруг взвизгнул, как старая кликуша-истеричка, и потом задышал лихорадочно и часто и стал выбрасывать в сторону плотные и осязаемые на вид клубы дыма кремового цвета. Я попытался взять себе на память немного такого отличного дымка и сжал ладонь. Часы показывали сорок минут первого, нужно было садиться, и я пошел.</p>
   <p>Возле седьмого вагона стояла Тая. Я подошел к ней вплотную, и она улыбнулась мне, подняв милое лицо, улыбнулась, как тогда, в самом начале, на бульваре, под деревом. Она положила мне на грудь свои руки в перчатках, не то собираясь оттолкнуть меня, не то притянуть к себе.</p>
   <p>— Я здесь недалеко была, на день рождения ходила к сестре, — сказала она смущенно. — К Полине, к своей двоюродной. Ну, выпили, конечно. А потом сижу и вспомнила: сегодня в цирке говорили, тебя во Владивосток направляют, дай, думаю, провожу черта синего, раз уж он сам не пришел попрощаться, не пришел, не нашел нужным. Как ты мог, какое у тебя сердце, я весь день в цирке, два утренника отбарабанила, еле на ногах стою. Не ожидала, Коля, что не зайдешь…</p>
   <p>Я ничего не ответил. Она еще немного постояла и, полуотвернувшись от меня, тихо сказала:</p>
   <p>— Переживаешь, да? За Ирину Васильевну переживаешь?</p>
   <p>Она снова стала смотреть на меня и приблизилась, словно всматривалась, и наконец заговорила:</p>
   <p>— Темный ты какой, весь темный, и глаза тоже. Осунулся как, подался, будто переехали тебя. Старый стал, совсем старый. Переживаешь… Я видела, как ты тогда с ней разговаривал и смотрел на нее, словно целовал ее, Ирину Васильевну. Молодой ты тогда стоял, вроде мальчика, не то что сейчас. Я тогда, Коля, каюсь, недоброго тебе пожелала, да и ей тоже, обоим вам, Коля, ведь меня словно кто ножом полоснул по сердцу, когда я увидела, что она тебя за руку держит. А теперь как каюсь… Ночей не сплю, ведь это ужас, ах, бедная, бедная! Мишка теперь совсем сопьется, а ведь хороший человек, он из-за нее, из-за любви-то к ней и вовсе было расцвел, а теперь пошел, говорят, закружился, опять соскочил с зарубки…</p>
   <p>— Зря, Тая, — сказал я, — зря ты ей недоброго желала. Она Мишу любила.</p>
   <p>Она задумалась и робко так сказала:</p>
   <p>— Теперь надолго уедешь, да?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Тая, прости меня.</p>
   <p>Она как будто вернулась откуда и вскинула на меня глаза:</p>
   <p>— О чем ты?</p>
   <p>Я сказал:</p>
   <p>— Я уже давным-давно хотел Вовке подарить коня. Красивого, как в цирке, чтобы в яблоках и из ушей дым валит, из ноздрей пламя пышет. Тая, ты возьми у меня денег и купи от меня, ладно?</p>
   <p>— Убери! — сказала она и ненавистно, и жалостно, и грозно. — Я куплю ему коня и скажу, что от тебя. А деньги убери! Мало ты меня обидел, да? Еще надо?</p>
   <p>— Ты что, Тая, — сказал я. — Я ведь хотел хорошего. Только хорошего, что поделать — не вышло, не моя вина.</p>
   <p>— Нет, — сказала она, и голос ее зазвенел и натянулся, — не надо, не говори, не надо врать, это ты говоришь так, чтобы еще злей моя мука была, а ты ничего не хотел хорошего между нами! Может быть, вообще в жизни ты мечтал, хотел хорошего, но не про меня, не ври. Не смеешь меня винить… На всю жизнь меня виноватой оставить…</p>
   <p>Она полуговорила, полуплакала, спешила, захлебывалась и комкала слова. Громкоговоритель заглушил ее, гулко пробасив что-то непонятное. Тая запнулась на полуслове.</p>
   <p>— Сейчас отправляемся, — сказала проводница строго и взошла на подножку.</p>
   <p>Я поднялся за ней. Тая смотрела на меня снизу вверх, и мне трудно, непереносимо трудно было уезжать. Если бы остаться и стать отцом ее Вовки, она ведь за это только добром ответит, и ни Лыбарзина не будет, ни майора с «Волгой», — никогда и я, наверное бы, не уехал, если бы в цирке под куполом все фонари были целые, и я увидел бы там счастливое от любви к Мишке Раскатову лицо, и низкий речной смех, и золото, и синь… Но я знал, что страшно изуродованный фонарь висит еще в цирке, и в ушах моих все еще жил этот жуткий, глухой и неясный звук. Китайский мячик…</p>
   <p>Тук. Тук. Тук.</p>
   <p>Поезд мягко тронулся. Тая пошла за ним.</p>
   <p>Я хотел сказать ей: «Жди меня, Тая», да ничего не вышло, только шевельнулись губы. Но Тая это заметила, поняла, что я хочу что-то сказать, и крикнула отчаянно и так громко, как будто я был на другом берегу.</p>
   <p>— Что? — крикнула она. Она уже шла очень быстро, почти бежала. — Что ты говоришь?</p>
   <p>Она устала от бега, и прижала руки к груди, и остановилась. Я сошел на подножку и оттянулся на поручнях. Она сделала еще несколько шагов вслед за убыстряющим ход поездом.</p>
   <p>Я напрягся изо всех сил и крикнул туда, в город, в перрон, в ночь, в мокрые и горькие глаза:</p>
   <p>— Прощай, Тая! Счастливо оставаться!</p>
   <p>Я постарался улыбнуться и крикнул еще:</p>
   <p>— А собачка дальше полетела!</p>
  </section>
 </body>
 <binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEASABIAAD/2wBDAAYEBQYFBAYGBQYHBwYIChAKCgkJChQODwwQFxQY
GBcUFhYaHSUfGhsjHBYWICwgIyYnKSopGR8tMC0oMCUoKSj/2wBDAQcHBwoIChMKChMoGhYa
KCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCj/wAAR
CAOUAlgDASIAAhEBAxEB/8QAHwAAAQUBAQEBAQEAAAAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtRAA
AgEDAwIEAwUFBAQAAAF9AQIDAAQRBRIhMUEGE1FhByJxFDKBkaEII0KxwRVS0fAkM2JyggkK
FhcYGRolJicoKSo0NTY3ODk6Q0RFRkdISUpTVFVWV1hZWmNkZWZnaGlqc3R1dnd4eXqDhIWG
h4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uHi4+Tl
5ufo6erx8vP09fb3+Pn6/8QAHwEAAwEBAQEBAQEBAQAAAAAAAAECAwQFBgcICQoL/8QAtREA
AgECBAQDBAcFBAQAAQJ3AAECAxEEBSExBhJBUQdhcRMiMoEIFEKRobHBCSMzUvAVYnLRChYk
NOEl8RcYGRomJygpKjU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6goOE
hYaHiImKkpOUlZaXmJmaoqOkpaanqKmqsrO0tba3uLm6wsPExcbHyMnK0tPU1dbX2Nna4uPk
5ebn6Onq8vP09fb3+Pn6/9oADAMBAAIRAxEAPwCwJGZlBBH1NMmytyAOfbFMlYCYH27mmsxa
6Bzz716trI+Y8yUn5WDZxihdu4/Jz9BTSxAIzyR2FIHJbknGOfamkQ5EzvlIxgqduMevNVwR
t+bB9M05nyEyOMd6YrZU/N+FNolMlj2gsTgepA4ppkzgc4FDHGTj/Co26A80WHceCpBPqT1p
pbaPlycjGOlCNz7kmm7kztAH1qRjycBQc+vJpWKBclR1HSmkqWX5m65pCwCEFQcY/CmBPMdg
TOcEZ61AWVjkqueCSetOl5Kc5+XGDTNpIwV5GKARNG30Bx1p3mHYAWIGf8ioSrYweMCkb5cA
ke1AXH5Td8oJp4k2qwHr1qAMCuec0oI3knnn/JppCuT5ymSOcYph6nK5P0puV465HagnOMBs
Z4oDYmjlAU4GMrjBqMgFsE5qNmIzxjgdTTwWzjOeKVhpgR8w2rz7VYBCybZFI6jr+lQByoHy
9MHpSzM7SHd/hTsK5IzBm9eeTULL1wOPpSqW3AcnPvQcqeVGO4zQK4mTuOTn9KesnB55IA5q
JSNxwo5NPONzcYPHFFh3E3AnPOM0ryHdlScZzx2psi5GApyTSLkEc5pWHcWJiUK5OORigrkA
Bc9sUvAjJ4zntUse1ivzYJPYUIVxd22NFZTxnj0oYhRsUDkUXDjhSxyCc8VBlm2EDPahBe5O
rPGwHOMZzSbmI7Hr3pDn5So4oD/L1APpTsK48ry24L0FJBkknI2/pTdxZjk5HXrTFYP0z9KL
BckYkvz82aX7oyDimbirqRnHemyOAq5OR6jtQFx+/G7ABwOlIuMn7uc9CKjXncUJxjGM07PI
JB4PpQFx3nbTlWCnbTDIW4OSeaRiHcnpx6UrJyMY6c80wuCKoAOAPwpVYLkYwMEUrEDb0GPS
oi4DnhgtAFnCmMNgcfrQxHOTkccUmVaPAySeeajkVhyF446mkK48OOCc0oYbjk457UxuoJ6+
1OUMAOmc+lAXFjAMgxk/jTmjxJnAAHtS7TGQcsCewphI8znn3zwKAuKgOBnIGcdcUuxWGN2e
/wBaYCq4HQehqWNgwI446UWHciRNpbt1qTYDHtcZJ/OmEspbpn2oL55Pp607XC4pUImMEA9K
UjlQPyPb2pHbKcbackjApwOPU0WC7EKHPI7dAKDxGAc5z61IZNxbjnBPFQhGePd0we9KwJjk
C7lY4B/Wnxu6tlWznORUClvOTgnFG/D/ADcfSmFyYAZyememaacZDHgdqHcZGOmaaW+bk4+h
pBcG2tgdaaBggFfzNEjAYycD3o+VhkZ60mhpsmj2ADjvjNNYruG3pnFMQk4APQ+lByODjg0W
GmSMAxJckj+dOjCHd07/AIVEuDknO7PFLGfmbJ4PPFIdx7YwACfyqMMVcYFPfJGcGmjIYY5N
DGmTYyfTvmkbJX1AGOtIpzggDj0pWPHXHtU7lJiBMv0565opTyRg54+lFZSWp0wloV5tgwd3
J6cVC7AXSknJxSzsNy8DB9KjkKi5TPpXSzkRPgMWBB+7mo2Utwq847U5wWc4yPlpB94nOccY
z7UIzYRo4UDtt/rSAj6t7GjK/LjHIwaTZ8uccYz0piFZznOM8447UA8EelJjKt0BzSDgKenp
zSHcQuSwAz1PakKENjI5Azil8slssw5Pem7M5CqM5x0oC49gFlX5j9acwDLznP0qPLBwG5+l
BLE9eAfX/PFAx7sQwAGe3PFB+7yQP600c4/Ln+VPQAscnIOOtAmPOWQEDgCo5QWAye+MU8bd
p4yB2zTWZcjHHPr+lAajPunnnjoe9KpJY4K+uakVtqklEORjOOn/ANekeX5+FUHOSQKAuNKt
s/hJ+tKhKHpzzxikzkAYIz6ninbiOdpPUdaYXFYb0wc5wMcUMRxy2PypUbaoGO1NZ2Z854+t
KwXEYZDdfzqRVAxuXIHYmmSH5T/TNIrZYAg9xg0AOZgJPkxt7c02Vjx6YpergbQKczYbhV6Y
5piGKfmOD3zxSliCc9eBzT1kIZsbe3QUsrHbnPORnNADDy+PmNBIXA29Tn6U1SG6lutSSfuw
mGB3c9OlADd4WLIUA5p8bFWHHX2qJuVx79M07GSMZoAc0gwDjBFMJJYbRwffrTPuEfSno5JG
AOvFIaHgMp5YcY7UpOB0FNODgEYORnFO6ZwDj0piBRlmwOf1pqHZyM4pzNliQSMmmqB6c0AI
GILAknJ9KazHC4A6+lLIVZiM/jTVX5xnJ6dKQEisBuCjg8YpS20kbeevSkA5zjoT0P6U1+Xb
njNMBQzHOSFOP8ilDfdB9+QaaiAk5zkjvUm3aMd+9AhnXGMGlXC5BGDk5FLKuwIMrnvQmMHI
IIJ6mhABPzDA/SlaQhTlMdBTmO7GFA989abIuFB47CmApJKg7iKb83Az3o42/fxj9aVFDADc
OtIY92+5jIwvrTAfnBY4B9sintGVCKQckdRSNt4BB4yfamIYyBmxyPcinqNjZySCKbyT04Hv
SgZX5s+tAxrOCWwef5U4jhevSkK8HAAHrQw9wfl70XFsOTG0dO/WoDnjO7Hp6VIFDAHNMJPy
gNwOMUDRPGyjcDnODTlIC4Hr3NQk4ySM8HigEjG3b+dILDw2XyeD60xzhgQQcg9qbyzj1p0h
K7cN1XNFxiPu29MgUsLBXy3b1ppyrcE8inKMn1OKAHS/OQwA9eBTXB5HGM9jUbEox54p+M8A
4JoFcdEPl4PND4HbpSYKIdtIQcD86Q0IrYf6+tSIQ2dvJ9aiROcgHr0NTRcgnpSHcSQHnAai
P7yBh160uMZxupIgWPIH40DTLCnDDBwO9DbQRwWPvSKzZHAHvT5trPnOecVJSYEYK8dR60UJ
nOTxgcUVDWprF6FG4DErzx6jjNRFVNzGSQKsXBHmIDjn+7UNxgXUezp71qzJDgDuPJII7dqk
Kgltw6UAZztHTr2ppQnf8wHPrTRmxDHlAecY/OhsEKMkjFLhimFbIx0wajiUc9cfSmSKQAG2
jv6Upx5at3NJsBcheuac4IAyCMUAMGSQCM8nk0xiRzt4BFSYBIJbjJ6nvTWAwcHjigY1m5Ge
M88Ub/m2jGcjvTj8zZx09BTZA6DChQffBxUybiro0glJ2bsDONuzGDk9KcXYYxg5x3qFAxKg
sWGeRgAkfXHWmn7UfmQxqMcbh79ax9rL+Vm3sYfzotNjqNoOOQKixhuG79KaySZDNKg7FQo6
+3tUrOqyKVDEZ5DHqPTp1o9tL+VgqEP50PHyxYY5J6UjLk5XHHU1C8lw5AUoBjk45z61IFfB
DyHOQRhQAKPay/lYewh/OiVfufdBbkEEGozncpA/HFMWV1OFOeuckDPoKVXcuu5VB7+9HtZf
ysPYR/nRMRkgYPQVFIdhJJyKkfy+AgkLZGScf4flVUySJI+8q6HOARgj0+tL2z/lY/YR/nRI
rFg27AGe1SBATwPXtUfmGRSI1CEf7ORTolkBxJIzE5/gA/yaFVdvhYewjtzofg5+Vuh9cUwh
mbrjtyaSLzUbBkLDPoBTy0jSFjtCcgLgcelHtpfysXsI/wA6FK4fblTkA1NDCsgK+ZgfjzUL
NI2ApUNznCD0/wA5pFkZQOh+Yc4APvT9tL+Vi9hH+dFl4YYW4lLgHkgVFLt3fIMgY5NMMj/7
LNg9B/KmM7EkjpjONvGf8KftX/Kw9hH+ZCk8dOM4xTlIUgkN161GXkBICR7c8BuuKkVtyLu+
8DzgcHij2r/lYvYx/mQA/MOo47UhYbl6kA9M0yN5QSF2Z2nk+vrTFlmyxJT2+Xmj2r/lY/Yx
/mRaJUYPQ8c1GGGW6nNQ+ZOFBYxnPouMUiyXO4/LCFz7k0vav+Vh7FfzIuDjJpnQZxg9xUav
MeXCY7kLz/OlLPtHlorAgff4xR7Z/wArD2C/mQhJ2k9ee1KT028YxTt8/lYKwhg3OMnP61Hv
nXO5YgeoIHQ/4U/av+Vi9gv5kSoGJZc/rUTg7z1z+NSxzsWyyqoGQdvf9ajeRzIVYrt9QOaP
bN/ZYewS+0gCsTjuB6U/ccAHIOetQvM4YqiRkYHzHOR68ULPPn5ljHPYE4o9q/5WHsI/zIsy
EnaQecjvSIqkbieSTxUUkkoZSEVlAHBGMn/CnCSTnZEqL1Hc0e2f8rD2C/mRYAyAQDjuaa68
YK5H1qItccDCnnJJHUdv/r0hmul2lYYD/vEih1n/ACsSoL+ZEgwRxj8qFlORtIGD6VGHkOPM
ZATncFXOB7c9aFMi8qEJzxxin7Z/ysHQX8yLMkrlUZuuMAA9qifHmDCnnnPpUK/ajy5gXngY
J/rTi7I3MSuQCcjjn/Cl7Z/ysf1dfzIk3fwnAH1pY2w2Nxwc/wCfrUDNc5VtkQjPBBySP1qV
3QEbUO3nGD196Pb/AN1h9XX8yAYAJDc0Ehhyvb1pokl3f6qLYQOpP41IWODlU6jkDqvfv1o9
u/5WH1dfzIaMKD2HrSBfkxz6U2SSQHKRow55PGPSmRPMXxMIwueAM9PSj2/91gsP/eRMig7s
5OB0PFKEzHuK/KDjOc4pUKLvIyTg4G3v2zUQuJmBjVQsROeSTzU+3/uv7i1h/wC8vvAYByOv
binTfKEJz93Jp6PFx5jkDOCVTnpwetMEquyeY/lqF5bbn9KPrH91/cH1b+8vvA8kH19qcR05
/CnXD24fELO3A+Zlxz6Y/rSBo2YHe23jP7s5/nR9Z/uv7geF/vL7yFi3nDIOME7h2qRTx1yf
SlDxCTALbcHLFOn4VLvgVGIZ5OOFCY/PmhYnpyv7geF/vL7yBCOd24etG85bHIB9ajKsck5A
PQUR4wASOvrW9zntYkGM98HtTogRkZPSoVwHJB/CnqxU56kjtQhMm2nkkMemKEDK4OabuOOj
dep7UrP+8B46CnYETryCSRSHO4duaarYGeMn0p5JLLnkZ9akpCh+do6dfeikU4JIOMeooqJb
msVoVbgAbTyTjtULkNNEDjA9aku8hYyT19KicnzocnIq2QiYqT8vt2p0IBfacdcfN0pgOG5J
xjtTsjdhc8nJq0YsmiZE8wPjbjjA681X56gHHJ9KHViuQwqNQw78AGgROuFbOAOemabICzHu
D3x1pApZunGemaCvzHk47CgAQDHzHJzTCueM5FP2gMpLE4Y00Bck4J+tAwGEAwec+lLKwAAP
XimBsHjqTxx+tNZW6tjGecmgaGEDcMDOaeCoVc9PrTV4BIOcgn60cBD9AeTS2AfMV27sD6Z4
pGXZIp25yB2ppG5flxwOlSXtxJIy7VLMoGMHH9OtYVqjprmSudFCkqkuVuxITnBJyfahhhye
9ZNtfXT3DKD8hXgkAnr94fyq+890UI83LA9goB9unSsIYxzV4xOqpgFTdpzSLAHycDqOnrSO
DuHGDVBtQvYZkQSRS7+20cD+6enIq0bn7UBIBgNVUcXGrLktZkYjAyox573RJggjjJ4qB9xn
OQDUqhScAcjFQPco7MtsfMfB+bBwCOp/Cta1WNNe8Y0KE6r90miBAORg+gqTdjnB6d6z2inm
QeczBv8AZyABT0hljUfvpWB4IJz/AD71CqytflLdCne3PqXVljT5pWIUnqB0/wD10ZG44yc1
lXM0jSxb02KGGNozk+v0NaBJIOwhWII5PSnSqOTbHXoqnGKZKQPMJGeKTGVwDj6mq0hu4yN0
ytkgnYo4Hr0yfemq1y64RxjPf0pLE68ttQeD93n5tC0WKkjPB7U1COSW/Son81Yshg3B6jnN
UI7m6aUeawGDhkVR+f0pyxHLuhQwvOvdkjU4BHB/Kn7gRwp/qKQuyxb4wu/oA/IqrcXUsYZS
M+mFGf1p1a3s9WiaOHdbRPUtZIYHAA20oCk8GqlhdNcxyeYoWRD0Hp/hVtEBGCcVdOqqiujO
tRdKXLIcB8gGehHNM2jzGxxz61Iq/uwQPQVWe4ZZNqIMBip/2uPp2qa1aNJalUMPKs7IscAk
bjQE2x5GOlRQyysuXCEEcsOPxH1qVZAsRJOMY64Ax3HufSpde0eezKWF5p+zUlcAudxYmicD
cMg9AOO1V/t8wOxVgdnJ2ttzkeo+lT7ndF80KJMDOBx9adHEKtshYnCPD/E0RqoHHT2qXyiz
fKy5GMDvQijB7D61UuWe4z5blEPIO7BI9etKviI0tOpWGwsq2vQsFcOcgg4xThjpgZziowoV
RwBhQODn9al+0qqhUiQbQcsxPJ9fwqnW5YKbRmqHNUcExxbbwoANIrNkBSQMdKpT3kzMPLWE
HONoJb9c1KJbkchE4PG4Hkfh3qY4qMldJmk8FKD5ZNJlyR2LDOTn0pqhiRkHHpSf6TlTLEAC
Bkq3QHoeTSziSMhY8b+nIrSniIVE+UyqYadJrn6iLwzEYNOVgW6pnNVy1+R8kUew5BJ9fUUs
ZujLtuI44SMgqB3/AF4xWUcXGU/Z21NZ4KUaftG1YsgAAYPWomBL8ZPfpxSrvAyp5x1IrJlv
51nMeFLj7xwAB79elaVsSqPxIjD4WWIvys1Ccrg+o70MAYgevWqVtLcsMmJDGW4zwQKtNu2Y
J5NVSqqorpGdaj7GXK2PiHOD34qSVfk4TPHJqKFCjAc56VQl1Jl1MxssnkgbCe3+9+FTWrxp
Wv1LoYaVa/L0NEKB97gU0EBto5I7USEk9vXPahCwYc9fXtWydznasOKEHgcbaaRtI6cU2aUR
RvLMzFQOAOrE9qjhunljaSOyRI+zOzE59Djua5a+Mp0Xyy3O3D4KpWjzrRAfmYYx09etWJkU
CPZ121ApZ2O54s4/hjbj8zU0Yn2xbY4WBHzfe+U/h69vesp46ENZJo2hl06jtCSYnlk53Ypx
+U8NxgY4pJQ+SHaNWBw0aq2R7EnuKYFHOTngciumhWjWjzRRyYihKhLlkxVDc/nnFIyvtAL4
7cmn9F6/hScAcg/Q1uc9xiIAqZYdaNq8Y65NSbV2DjJOOTTAcD7ueaRSEUBWPXPt3qUfMCeO
lMRTuViM570vPzZz6ccYoEyUAgA9eaAMtkn8qaXOzGTx70me5b3osNE7qMcUqnABJ5Haozzg
gk+tA24bHt1qdykSZQ5AGT1JopAAUz/Kis2bIq3QykbEjp2qFv8AWwcfhUty25Ygeg9Khc/v
ogcAA96shblsKMndz8tNVcSLhccgkZpFIJIBGCOopQ5R0ySeasxHY+UYPPpULKwOQB65p7P+
6zjJPOKggZmVSyMuR0PY0XAlfcrdQM0pQ7Sc4z3xTZDlgOwOOT+lSHBA2tnincTGEMGwCTyT
gU1CWLDBxgcf0pzFhISScn0pqng8tQAqhw2dpx1xTjFIXXjaPc1GeDnBJpcjzASpxxnJpDHr
FGCSxBPXHrTDt+YAA/560CQDIVQQeOOtLJu2ghducdv1pMaFTCjI61Dff6h2+YH1HWpDGxIB
I9OtQXi/uZNwzx2PJ/TrWNf+Gzow38aPqZtkhN3GrBWJO/coIBH94D9MVvlckkKBj0FYtkQs
8arFGuRkyKTz7j27VqyTXIDLE8alfunywcfX+lcWDm4020rno4+CnVSbsZV1FjUBGpZmK8qo
5z1GPfvV2xjkEZ8zOS2ST398dqpKzWkrNKPPJPzZG1n/ABA61qW0qTx7ogVI6qTgj3+lZ4Rx
dZylozXHRlHDqMNV3Ker3QhijhjB82X+Q6//AFqj0pDgMRtPfB4P6dR3p15GZr5ELJsKYY5y
QB368H0pdKEYMm0gkHqOn1/xpqXtMT7wnH2WE93qi84HOcj0/wAKbjI6fhjk1OH9Mjp3oY4w
Gb34r1jwTPvY3cRBIQX3DGF5+nT8qvFCrMpGD6ZoaMsqtk9eMd6EDYyeMeprKnS5JuXc6Ktf
npxj2MvWgwMDBkAU5z6+2P50uiK5eUyFCDjAHX+XT0pdaRpDEqA7skblb1/p606waWKNkhii
3AEs38R9un5e1cM5cuIuenTjzYSxcLRiXyg/z43AEdvWobiINPHu4CnqF/TPpUFjJK15IJjz
t3Yx19xWhgFuRg11Qf1iGpw1F9VqLl7DiV2qce3J/SqF0A96g77Om7jH0zWgVDL0OenNVHA/
tCPC8hck56D1/pVYhaJeZOEbUm12M+0lWK8fcmwbsKxycjp+XpWz0PXnPrWTqCSfaXAZfmAw
7Hp7CtK23NbxsTuI4JA6kVz4V8snBnVjY+0pxqIlaRYbcu5wR0+tZj2omhZlDFiO45bv+f8A
SpbkrcXSRRgts++eMD260kp23DJuZFK5GP5dP8iorpVLye2xeGbpWgt92WbLK2qHO73xjPvi
m3wJtGBRWDcYIzn6e/pUtoAYVaMYB9Dx9R7U2/Vfs5Eg+Ucn5sH8PeuiS/2f5HJFt4r5kVhE
oZieqLgYHH64xirfJYDvx+FZ9lcK1yVDE7l98Edu3atq0iChpJTjHzDkYJ9Otc2FqqjRcmdW
NpOtXUV2GS25ht1Eg5cZxyDj06VlXaNEA4zHznKk9+/41fnuHlYszHnocf55qO8mZ8IgBl25
ZduMD+ua5sTSlCKnPdnVg6sZzcIfCiGMbgpI2nb0NPmXEbH5gRyMfzoXapAYEYGPmPP0pt9/
x7SfIW9Bj/61enP+B8jyYf7yvUghxleSGB+6xzt9uv41bXkdD3rI092N0oUMmTtIYdvQ+/et
l2SA7pZIQPdxXNgakY03zM7MxpSlVXKrjo9RjiTy2RhyQeTk/wD1jTmuEnkDxglenTp7d6yA
huLh2jKEHOGznb+IHQ9q0o0WNI05AGOBU4OC9rKcdgx82qMYS3K95qcloxSEMvOScfr06VaS
d7lVdiWOAMP1Hsaz76N2mzEGXYM7zgg+30pba7kjwBbO6Yzlmx+GAPxoi4wxDkypxdTCxjEv
KxUr24pftunKfIu2/eNkMSOFB7HnvUC3Tt832UkA4zuAyD0IzWbKk013JKiR7WGzYRy3tnHf
qKeNqxq07IWX0JUqjbNmSW3kVTZ7mi9T1OPWkduBjk1W0+J47dFkcStk/MpzmrKkuAFBz/Wu
3D2jSj6Hn4q8q8vUeQzRuFHUY4bB6dvpXPG2CzbTA5J5Ldcj1OB+darMZ7oIEbYuQeTgkevP
arEhe1xIEzgdD0/H29a8yupV+ap0Wx6+HksNy0ravcZbSNJbgNE0ZT5SrH8uvrUkandwATSj
V4plRJ4likbgEAcZ6Z9j2NPyS/PJ/nXXl9d1Kdpbo4Myw/sqnNHZmdrEc0gUL90HJwSM54x1
703Q3kdJIpJJNynO3qp98+vb6VognduwrKBggjhh6Vr6ZZ28paSOFo3YYZMjaR7e9ceLTw9d
VpK8Tuwc1iMO6EXaRhgbZDkkj1FQpdFZpEJZxtCjjp9fb0961ZmtIWlXG6RePlyQD+lWdJ0d
JpEuum4chiNpx278envUZhiY1KSkky8tw0qVVptN2MqRy2wZH3R9foenPrQwwMgA9Ks6zEsO
ouowAAMAdvr71AFXysmvWwjvRi/I8fG/x5eobsjGO1MLgMTgk+9KcJkA4yMcimAAZxk+tdJy
k0JDKhOMk9M00oeVx3NJDgH369acfXOTyaAGJkMRn360oXJOQPenKo6jt1PalbcGwwXgdKBi
4GfvGkxkkEZx6U5NxXAIAJ9Kd0DgEDpSGOKEFcAdejH9KJBlyBtH070jYwpPINKzAliQKQ0x
yAkHJoo2twAO2etFZM2WxRmxsjHXAqJ3UTxccA96dMSAmQOlMY5miq2TEteYASQBnHYUI4LA
cjngdKaASG5JOM8c0ka4b7nfqaoyHZYpnHHemoACpxxyakXAiIOBn3pkXDc9OSMdKokY3JVS
MUkZUBjyTTycnk/h/So1zgkMMfrSuMVj82enJowMHGOAOc0jL8+ACSc09lC5yQDgUihAuD1X
3p64IAB/Ck5U4yucelEZ+YZ5/CmSGM5/pTXXhSO2KcMFjuyB7VG5YcBe/WkO5ICCFX0qveti
OQ8tgZwvWpQxO0e1M1AbUdEk3SEBshTjb6gn+Vc+JqRhBpnXhKcp1E49CjZjF0jMCg6jZ93O
Oo46dq1e+T3IAxWXaw+TMjy7Y1U8gL0P15+X+tbRVI4QZcqrdAQc8Vx4KtCEXzOx35jQnUmu
RXMu/j2/KyszdB8vIPt7/wBKZpbBJHCqSzAHIG0Ed/wJ6Cn3kJ1CUPbqBbInys5wTz97Gevb
6VLa2qwp8iBG74/z0qKUfbV+eK0NK01Qw3s5PVlXUUVJPMG4OwyfmwOPfPUdvWk0IsbiaM/N
kbuDnj1HH51elXzECvmojbLBKJLf5XJyMnhT6cnkHvVYiEqNRVIq6M8LVhXoujJ2ZcO6PIU8
CmM5JYZH1pq3MWcTRvC+MYA3bj/9epEubLcrNJM+cnCxH8OvrXZHGUmr3OCWArKVkhUxkktt
A5ye3rUNpdxXaSeUsgwSPmHBHrTbqQ3eYkXykU4KEZz9TntU0CRQx4XIGOT1op1ZVJc20UOp
RhShybyf4FHWlBSJniPyn74bG0+nXoaNFRA03lIOgBYHP1H+FN1YxzbRGshYcFihAGe3Pr61
PpMsYDhj5YxjeSctjt17dPeuJVYvEc3Q9F0pLCcnUkS2KXTzrwWGDipZ5/IQvIF4HAY9fane
bECfLmEhHZBkVQ1O4eSMxiKRODuRjtJHYdOCetddTE04RahucNLCVas06myNGCRriFXAADjO
BVMAjU1Ozd8n3gSCv17YNXdOXzYY8kuduSfWqbtHBqLMSixgbd68jOOmR2/rSqVI8sU32CjT
lzz5VpqhdTh8y3B4wq855rOsZDZxNksuVyN3IJ7HP862yTsK5ByKzY4Hkn8qcjcp+UFuAvsP
fvUYmLU1OHU1wdROnKnPoTaXCyB5MHL85Y9ff8ag1FCZiTuVQNxYfl6/hj0rXwqIkaxjdgAY
7+1Zb7WmkkIbAPHzdD0zjP4Yp4iKjSUFuRhZynWdR7Fuz4tY8gLgdAOBTL1DPCyhtpwG3f3c
d/wqexyLULjkDp6f/Wpl2HaIhDtfjaQM4I71o2nh3bsZxTWLV+5mW0vlSgmMSIBgsOOfXvwe
9a0cz+QFAKgnJVj09j0qgkAVcfecn53GR+A579/StEqTHxnjFc2Ew7naU9lsdePxKheEN3uM
AJXPA70txp0kk+IhhzznZxj0/wAPenQxvISCyjv96tCdnCFFzgYAPXPtn09KzzN7JDylNc0m
ZboVYqDnAxzxUVzkQybRub096mZG3k+gwwIIwf8AGmXbIgC74TK5A8tnxkHsea65VIrD79Dk
hSm8Tt1M6zhIuEfB8tR95+pP+P8AStIwpIMZBAJbcBg5PXmqcew3ClQSpYge59fc/wBKvjcO
jZ68jNc+BjCceWR1ZjKpCanDQbCgRQiD5VwMe3pUnO5W+6OOlNVCpJOOvrU0bALliFVBk8dB
Xpe7TXZHke/Ul3Zkai8u/Yp+QEdM5z6H2q1ZqxhUOjq2cEP1/Gq13IJpy0W0xY27mJA9cEZ6
HrVzS8SW5BdmZSfvdWHqK8ujNLEOT2PZr05fVUktSVVyVBORjPSsrU2IuwAd3y4RUyDk9QeO
vpWwWGV+ZVXHJY4A/OsW/mMkzJCdydMqo5P1659K6MfJciS3OfLItzcnsXNMQRwKcuxOcluD
mpZHaCAtyXYlV2jj3PSorBo47dBdTlSvLEg/n/Sq7EzXu7a20HaAVI/r+NZTxCVFQT1NoYZy
xEqkloixBCxCu5JGAAu4rjHQduRSyW6yKASeuecnHr+B71Zwvm5EgIpHAGM5PH4V0wwlLlWh
x1MbX53rYy57Vo2/druDcELwT7dPy+laFpMbq0SXepcfK2D1I74qnqz7VVUY+YPmCLyx/wDr
1FYTfZiglJCy8sdoABzjI/l+dedFrDYjfQ9ScXi8MrrU1i6wxPJlC4HyqQcM3YfjVi18RSzg
QNAS7jk8jaemfw6Vk37CYGCBTLIW/wCWY3Afp+VM063khAVztdTlhjBzjgfhSxK+tYhRWqQs
NbC4Zylo2XcBXJ3YYd8dK6LTtUs47COO4lQsowQSfrjr1HWucjRmZiACcZyTgCub1GZ/tUqR
iYDODt4yR2H+NaZrCM4RhcjJ+ZTlO2h1+pXMVxeNJb7XRsYYd/8A69MRi0R7cdKp6YGuLKOT
AJA+b1z7j1q0Fwnp+Fehg7exikeZjk1Xk2uokhBx60Fh/D1p0i7jkkMMdBTVCg8enWuo5Bqj
kkc/hT1K7eopqHDH5SQetIdxcYwKAHowZ2w2Mego5Vee/vUcYLSEjPXnFL0BA3dOhpASkgbc
DqaVCTuwADiostwABxUikhh2bA70xkuflUMMn2FDnKngbc03jco3ZJB470M2VI7dallIl2kK
ATg4oqMEkk84x/kUVJoipcnKxg9cVA6N58OACc8CpZskIOSMZqMgC4gyOM9qGNFkZ+bJOPUE
U5FXaWxkg9jQR949M0I2M46E1aMZCkZQ8YIpgxyDxjj8aUkj+GjeVQhSef4aCRm3oQDg8UxT
w2Pm96k3AkDrn9aQHrzjr0otcdwAAfg/UUYJYkc8Z6UMvGQehoYDaT1OM4oQXAn5yWx+JpYh
vPTNJs+YcAZ7GlSR4ifLRHOMfNz/AJNTKTirpXKhFSdm7D8ARkDO7OcjtUZXDqCeeB6077TJ
tyFiyQckgfpx0pklxP5vypEFxgA84/Gsfay/kZv7CC+2hdoRzgZ4NRSIDyQST/nNTtJlAWT5
zk7hj9RikW6kTkRoxwOSAOfWk6je8GUqUVtUX4giYIyoHHRhn/IpGXeORwOgNPluXdz+6jUZ
4HUgemaa87RsDHEhXPR+p/Kkp/3Bumv+fi/ETy9g+XgYzxTuNoz16VG11K6N+6gDFccE8HPU
CnlnKqNiAk/wirVRr7LIdFPeaEEYG3B7ZpZE3YBH5mpUZ1G1oVJwfm6fSgzSb22QQgY4UseP
1p+1f8rF7GP86InQOyBySRjBPWkSBVJBJwKmWRto3hS+OSOn4U2OdljZXhjZ+zDOAKi8d+Qu
0rW9p+YKP3mFztqVgMnlhx6VGtxN5h2QQqOdoycj60SXVw7ruESqF525Ofeq9q7W5WZ+xV78
6HPCH+9k+5qLykUqVBDf3hT/ADpG+6q7sjqOMd//AK1K1xLgbLeD6tu/DvU8y/kL9m/+fi/E
VVOCqkjg52nj8ahnt0mctKodzgbm5zTvtNyC22O3Xtwp/wAaf507KPkiwSMkJyR6daOZfyBy
v/n5+YJuiA8olcd14IqFoE2KCAR6dqleW4IG2KLA7nOf50xJXIGRGD0wFzj9afMpbwBQa2qf
mOVdijAxkZqUKrbCSMr0z2pvm5QbxkgEDaoH0pEnn3ghIto5xzVe0/ukex/voW4jH7sHBz0N
RJGscjhAVAOeB0PrUm+VgjTBdpOBsHvz1oWaQu2CpznGf60nUT1cGNU3HRTQpzgYY88YzQ0Z
ODjOMGgSOoZWSMtnqGP5VIroFGEkZjwdwH6U+dJW5WL2d3fnRCuUXhF4bPNSMSYyDgbiM/4U
jXUkZZRZw7Q2N245IqVZ4mfMsTFDjG0AGl7ZrRQYfV09XNFcj59wPI6EGl3MZMNI4X0Bp002
0AW0AJIyzOenPYVCkknmN5yqB/dUf/XqXNPVwZapuOiqIHV2xkuwAzyaa8AY7iAfr71ZM1qA
AsUhOPUc08XUO0f6KSQcZL1LqK1uRjVN3v7RX9SkcgrhmxkYGakjX5uPQ9e1OeRHZCEKgH5g
oz+IOetHnEAgQqX6gk4HX/CiNSK1UH9wSg3o6i+8cBhueD6dqGQHAfOGAyD6Ux5rh2bEMS8n
bkk8e/PapYXdghlZcgfNhfyxzVutdWcWQqFndTRGFVDkKvOQeO3pTxukcffJznOfanGYBMCI
Pl+N3Hy/h3ojkUjc+7pwNv8A9eo5oJ/w/wAC+STX8RfeRlM53Dgggg03azKuHHy9McYx0oln
diojhULt5JJznvj2p6SgBS/OeGwvb2561UqkZfFB/cKNKUdI1F94yIMJE/eE7enFIpJOxpXx
zxnHvTRcEOMQA55yTjnPHSpRNGWf92FOOFAzg+hJNTzQ/wCff4Fcs/8An4vvECAg8nJ6k9ac
RuAXOMKSKb5qhSdu9h0G3Gf1qM3MvmcwxqmPu7if1rT21lZRZm6F3dzQkkKMSZFL0QqY1Hlf
LntSiTKsdo68AAnj8+tLDMrRnfGN46YzjP51lKUH9h/caqFRae0X3kcySNIh3n5PlAVug9Pp
TiNqLyepzip4njjRiyFpMZ2gcZ9M5ponDbd8Hlj2bP4041Yx+GD+4UqUp/FNfeQbSG4JFMkj
MiHcDk/KT7VZMkKOAyux24xjjP59KgmnccLbptH95jzSlKE3eUG/kOMKkFaNRL5iiHbIrjO8
DrnrkVMg/dHIP0qNJvlzKI1btgH/ABqwLi3CthJC2wdBxu9OtVGtGGkYNfIU6E6mspp/Mic5
ONuRTW4bsBUn2gMxJRcegBOf1pUuV8oA2hEh/jDYAq1iL/ZZm8Nb7S+8ZF9/BbjvgZol9V6Z
PNIxPO3jnpmnAHggHODk10HMiOFSJPvADPrT+E3kFvakIIY/1NLHtwcnOeMnrQOw5FGF3Z6+
tO2/MeCKVse/4CgZ2khSO3P8qQIcF3Mh2k59KkCKUO7IxSQv6jgg96U/Kvy4x9KBobIg54PT
p/SipHIxznpRUM0RmS5Cp1qKQgTw5PQ5qecLsQHpUM+wzRADih7FIn35DMcnPpT1YK4zk5PA
FNVhsJA6DqaMbyp9+1UmYtXYyR8OxA9+aUtlAce1KwPOcdKdwy449KExWsNRju5HH0oiUN82
4Ac9e1Cqdjc8cdabGuDkHjnjFUhMe7oq/KM89KQEkHAIO3PSkYYC+ualOQSAuTtzQBEXYOeO
enWlDE5B5PHXvTijc4U+/NPCj5sjPTqaAuQMMYA+vA6UmCw5z24qYIOucHmmg8Dk8YHWgLjG
jzg8g49KRl4A7Z56/nT8csdrEc9qjYHaxJ4OD0/WkGwoUA9cH36VMApwpORxUSglhyf51PsI
GOf60A2RMqjccnOPf86cuFUHn057UOuXbLcAdhTlVPKUc5zTEMLnd1zkUHoQQcGnNksODinh
MKxK856c0ARxjPXH+NSxQPIWCKCFBPakGACcdvSoL7UjaKkcJUuDukyo49B9P61zYmuqEOY6
8HhniZ8vQeQBIp9OOtShRjgdV65p20yW0dyn3XP0we4PHUVGj5bAA6GtqU1UipLYwq03Tk4P
dAoZ3CgAHpgCpvLJbByOB/D0quSRggKT6FapX0yQMsku3IHAC8fj7VhicROiuZK6OnB4aGIf
I5WZpiJyxCq2TxilMDDqj8EdjWfYOkqHbnG7kFiCPYkdafLDI7yEyP8AOuCCT+Y96yp4itUj
zRhp6mtTC0KU3CU9fQtxrJ85CfKQecdPemDLFdvJ44rMjN1bPGqzZCnOC3Hu39MVotuQAq5B
/lWlHESmpcys0ZV8LGm48srpkjRvtxtPvxS/MFxzj2FVo5BKWJllJZcHHAPv9fWlkLBMBuB0
x71lHFVZR5uTQ2ng6MJcjnr6FojcgDBjjGBikEW1SwBxzxiqBmklAiMk+w9ySPmHrk9u1OEB
Ri6yNnrtzxn1p08VOom4xHUwVOk1GU9y7sZlBIx25NEaqBzg9DWfayP5sgd8/wAIG/pjtj+t
Wo/nB5xxyT+prooV/aQ5paHJicN7KahF3uWCuUY+/GDSLAzqMBjnHSqVzeusJ+zx/JnBlB+b
noAPf1qRJJpUQEKQVAyclz79cA1h9clOXLRjc6PqEaUVKvK1+hZSAh2XaQRUFzPHafNIu7JC
Bc+/rTVE8cyNFIsZUkgquKLpmmUebNtUyDKkqWJHQdunXPesq+KqU42nG1+prhsHRqzvCV7d
GPALMQuSfan+S5GCCTnjimhjklV+uR1qGWciQrlh/CEU9c84/H17VpiMTKilpozPDYSNdtXs
0TlXjxuHXpQFLcjBb2FRwEylXEkjIfm2sx6/Sm3EMjxs24pEhySua1jVl7PnaMJUI+19mmXX
QgdzxggVA2VADBufWqkKzb0ZywHRotzAj0BOeoq0wwNo+775P86mjXqVX8NkXXw1Kjpz3Y47
flz/AJ9qmWPzANhBKjoe/wBKiUL5S9d3qO9Uby6ZLn9zLtEYDBgevqRz+GPSjF4r6vFPqLB4
N4mTXRFwH5gDheDTWMW8pIWbAB9Aakdkmt45ok2o/wA2COh7ioym+QEEAe9dMJqpFSRzTpul
Nxl0EtTCX2vE6gd89atOsJGEgP1zmqpcW8ZlcDA6ZzjP4dqZBeXE7/NccKMGMDbgZ6dPve/p
XHWxSpTVOKuztoYN1YOrJ8sS5hlICQjnGeKYyMx6c46CmSESH+Ic9nbg9z171F++tYv3Al+Y
7Swyc5/h9s9qKmJqUo80oaeoUsJRqz5IT19CcRn5lC5P0qIIUycD8BijdLkuXaSXBDuznaT6
AA9R0pSzStubYDnJ2Dj8K0wteVePM42Rli8PHDy5VK7F+dl+bGeR1pCqhQAwz1oVACQT696X
bjkDvmutnIiJcMzfzzxSMq7QSSTyKeoCs2AAT19M05cnAxxSGQkDcMD/AOvUkaZ6A49KcxBI
G7gH/JoTORt57cUxA4HOGwQfWlIwQc5A9qYz+vTNOYEnIX06UWEBUbsHJ56A0bfRWB9aUEg4
HHODzTnJA4PHPvTAYFbfj5QfenlSsYw2AeelMAIb36c04Y2nnJJ70DH8HHzn8qkWIbC3JHAP
aoCQHyTxUyFSpXJOcdTSBCqBgFRyR65zQQygZ4OAelKVVcFgcdcikY7lB29cdakpD2B2HPzc
UVG/Klc9vWis29TaKVtSjOSSmAMVBMMTxEY/Kp3BZUJPPcVDcKTPEMgCqewIkkbA4PanB8lc
Z4PUGkGNrbj0HFKcfLjge9BnYaSTknPHc044BCjvSYXGd34Y6VMcBQe/bJqkSyMFinBBH55p
0IIXcF45zQAOCDn6Uo+XgEY571RLHZ+YAio2c/N3wO1SZw3H401mDbjj+EdqADLMgyMD3NOL
hRjlulI7biFxgDtxUYkTdx0ouBIkgCk9Dn8qT5OOM89M1Gu3BPT8KeABwCAPr+lAEg+bBx+P
WmM5X7oB5zj+v0pAzhxg8H9aa5GeSeuf/r0bASFicY4x1Gadu4ORn3qHLBm4wv1qXA8snBJ9
6BAW2Kx46daiST5x0AzSspx098/1pnlEEHjg5oAs+aN3zc456U0PuY/XpnrRu2Lk46dxTYmY
Ek+vSgLD2ZY4y8hG0Lnryf8A69YU5mkgaYIpy3GW4H4+n9a1rpTKBEAePmyen169qcsMflCE
qpTBBHavOqU/rUn2R69Kr9ThHu9/QpaJcSPmGQDyX7nOQwHT6+9akZCZ5O0jqKwhbm22pvK5
PBxkEdug6jv7VswzrMgfJJAwxxgMfUD0NRgKji3SkVmVJTSrRDcOoUn61m60CVgJ+VM8/Lkj
36dBWopVuM/gaz9UhmLRmPZ5fQ72x/Tp610Y7+Ezmy3+Oh2iwtHDKuCoD9G7DH8j1q556G68
tSD8uc5zn6e9ULSMiKUAbCfl2gngf/X65punxSQ3Usb+byAc4yre+fXtXLSq1FGEUtLnbWo0
pTqSb1sXpYY5WDuFZk5Bx0PrTiPl9T6U/b8pyPekxjHBI+tenyxu9NzxueVlrsMVTsBcZOOc
d/r71HcMqRHsD3z61KQdxyOAPSo7lQIXycDHpnr2H1rKqlTpNLojahJ1a8XLqzPMnmXMWGb7
+Au44IHr9O3rWn/CeR+HGKpwOomVA7v0Bz93j8eoq1Pv+YJggHpiuPLpOUGd+bRUZxsLCkPz
MEBmPG/OOPTFVNUuxGUt42UM3L/LnA9en51ahDbQXAz24qrex/aZieDgAEnt6Ee3rVY39zS9
zqycv/f17z6Ii08IzNwdwyBkEYH/ANetNQMrjkmqdjG0IcbFCk8Edfx46elWtruU6k+grTAW
dK5lmd/bOJMrfMc4/Kqd1bia4jO/HqCeuOR3HSrSryQcflTZI/mwQCM+tdFamqseVnHQrOlP
nQIwxwOPWsyZwL2Y4Ds3y4zzj0/GtILjt0welYWqCb7U3liKRBy2CAcenTrXBmatTij1Mpd6
kmbkTrEqeaWYgchcZI+maexaaLEqhVUlgoHQ1Vty0lmjxMVdwDux3Ht+lS/bMTGO4RSTwWj4
2N7juP60o1OVR9tt0CdLncvYb9e5ZXITjPYAUxm3selTbXVTtXr2NQorbsHkt0FempK10eO4
u9uo19y27Mo3MTsQA4JJ7D3rNe0EaB/MOeSzKOQfUD9Kth1mvNnl7xGMKVzn349f6VK0kLFi
rXBUfxBMe2etePUlCu5Ob9D3aUKmHjGMF5sgsbh3Z4ZcsAOCf4T6f7vp71eCqCDjtjk1lxRC
GVVaR2eMjI9D6cZyPT3rVmPCyJxG3K8Y/n6Vrl1XT2bMs0oq6qr5lfUYyUQhVZgRtHbPv7Uz
TVXLQnYr7cgZAII52ngfN3+lWWXcFwUB9c1VvY4iir5g80nBVOvXucde/wBKMZS9nUVaLDA1
vaU3h5IsMjZ5BPIqrqO1fK3ZXJ2g7sD6fU+vapjGHUifbLg/fLMc+/J71HdQq0UQTeqqCvBH
T05H5U8TWnOi3KNkLCUadPEJRldi22xoiYumcZ9ccY/Dp708fK3A5Pp0qO12eWBGhIPV8k7s
e3qOlWCMnK4B6jiunBfwUcmYfx5Dd2MjB9etPjJbpkfXn8aa/C5Jxj3pVPdTk4zXWziQmD0z
jsQTTD1GWPOcc0qnkAYPtQTnbgE8mgYjDjkk96WMMJFweDTgrE8DH4+tN6MAeoHc5oAdghWI
B/CneWS3PTg8UisQv3sZ9BUmRg5HpjmmkS2MKnccnHPc0pwep9adJhmJB29OlLtByTyozQBE
6hSQD7UoDbSu386HJAHTHvQHOOufw60DAhuckZpYwcc4xwPWlK5B7fWnxEeXjjcT1NAIfCm5
wqk/hSYxhSWP9KI2MbtjqByaU8spO/gDrUlpDTuAYYHTrRU4UFecLwcgmioZpHYzGBwvGKr3
RxPH0/wqaTOFBNRTqPtCYBJNN7BHccjBT84yKmZxxgd+OeaiKYYg+mM0oX5+OmeuaFsRLcRu
jHGScU9R84yOnY0EgMSMYxTwC3XHXpVpEXECD5ju4601DnuMgnAFORRtPbH40kZUMeBnNO4h
WO1uTjPTmg8qxPPAp7Ab8546YqNvmjbHtQIDjPAIPpUa9PmUkZ61M5GxNq7SBg1FwUbmkUCJ
gbtvBOafnttHp1pFbaqnPfPrTzjaWpiYqKCudwHvSumWG1hxzkfzpqfNn1xT1PzcY4/SgQxl
ZerHp0P8qUDKnjcePxpTknpznGM0iZ2tt/8Ar0ANwVBwB6/SnrgdT0xxmgKwUAY4zk46UpGM
DB/lQA0HdnjIFI7CISSOPlQZ256nsPxqY3FtDboZIZGbOC25QBnp/wDXqjfxvewhTbosZOcb
sk/p+VcNbFLWnDc9LD4J6VZtcpHYM9wXllLjcclmP3vwz26Ve3rgYAOM1UVmt4lRIUIGFG1j
09ccVKk+UwYCDjoT39KdCcaUErP7gxNJ1qjkpK3qRajEhi3leB145+nTj3qtp12kc7BYisBG
MrkjJ6N0HBrQZnlQjyFCHgkvz/KslY5reTlCsLnkK24D+XB/SuSvf2ntIJnZhmvZOlUa+82y
o80Dn8apXjgSKCUbggKSM/Xp09abaagJZNhXLjgKeCQPU0XEMtw+wGJBj72D+R9vWtq9ZVqV
oq5jhsO8PWvNpDrJiYjkKBngY5A9z3q2JHGFDnacHFVUQ2kSqxEpOTnoV9jxz7VKLtt2Utt/
IABY/nToVIwppOLv6E4mk6lVyjJWfmWHfybYO275mwNo5A7t9KR5Ru2hjtzgZNZsyX083mSe
UxBA7bQPYY6e1aixx7ASfmPYj9KrDTnUqSlJWRGKhTp0owg031GbgRn2/OmXD7I2ZTj8PWnv
sCjZk1HcO5iVIUC7urEkkY7YA71vipWptW3ObBq9VO+wyGTMvlklmIGC3U4/HqP1qwoO8rzn
FVGDwyJmYyLw2VHB9B9RV1CsuHAK5HTOea48uTgnFo7s0am1KLQwkgBccehphbAAKxYPJLdf
p+PepDwoGMn8qjdGkQ4Azjn2rtxFFVoODODDV3QqKaLMRjZjGCqlgSuOBx2/wqFWZSu0kfQ1
ALdhEytv5IAZeo/z2qwL1xJGlyvmtn5plBUkep964MNKWF/dzWh6WLhDGWqU2r9h4yWAAwc8
k0kgjQNLM+yJOWYA/l9abLd+WjNDabnB27XlByfoO1Uporm/kDXTlUU8RhQAPw9a6ZYmVRWp
I5IYWNP3q0lbsWhMsyBgpiOMlW5x6H6Gs6/hWZ5vMiDbR1HHH+PpWpEIYlIwNoXgdOaz5I5Z
mcsoUZ3ABsE/T39K4ccpyhGG7R35fKnGcqmiT8y1bDbaQbWONowcVVuV3SuXc44CgcDPoeen
9atxOpiCBCu0feJ+99Bjt0pk1ukwDNnHGdtbzpuvh0ktUYU6qw+Jbb0ZaikcwpkEkfISeGOO
596ZcyeXCw3AM2FXI6k/jwPemWxFuH3Yk7kHILemff1qKdpJJQymLAGF+9x7H2NZ+2mqPs7O
5p7CDxHteZWJY4ESMABiehJ7mnEAAegPapM74xuUKSeikmkVMliK9Cgo8isjzMS5e0d2Vng8
xgybQ/Q5bGR/npViJSHeNFQRgZDZycj0/r70rxrLC0ewcjlyfu/oahNuoYh5kCrgIRkY9+PS
vNxHNCtzU0ephnGpQ5KkhzuIl3E8oM8nArMikMs+XPyv2YcuPTOPvevtWtII7y2ZGQI7cEn7
v4DHSq9parFuBDHaNqscZI9/fNOtGeJqxstEKhKGFoyu1dlgBWU4C8Y5qG/dVRN6Bo3/AHZY
gEcjp04PoasqFL4OceuarXNsLhSztEsajAQsSx9e3BPY10Y93pciWpzZarVfaN6CqqpHFtyQ
RjPAHHHapON3GMD0qO0aKKTZKBIox8y5zjHQdsip8RqzALnnirwMr01G2xGYx/euad0xpxty
RxnjimlioOBj8KflRGAV4z601j6Y4712tHBzDVBD5B56YppXc2QTUoYhyMelN6k8En1x1osF
xNp81ASeT+dSSxqHOPmA/OmSBt4IUqPypyqeeRn60xAHCp8o5Pf0pc8fN147USqRGTk59hTU
3Y5OOnBouA9iSCelSSQsY1Y5wcnOajIPHXGaWRn2nnp2qtxEZDEFenbmnAYjyDz3okJON3TH
50kZ+Urwc9zUXLSJgu35WGAec0wgEtjt0NNlbAODz06U3d8p53H3oAnxyxzjjqOlLuZiuegA
7VEr5Ocg8U/eW4AbGO/akykiUksGwABjvRUPOCByduOaKh2NEilJkqhPB+lMm3GdOakYAKhP
FRyZFyhB4x1pvYaJlBySAc4/ClxySAacoYDj07ipGjwQR1PtVJGLZEfuEZpxAO0KOM4OaQjA
OcEetL8px2FUTcU4VByMkUh9SBnHYVLkBEyw4/zmopGABwTjHTNCAaQ3B5wPwoA/dN7471IE
UrnkkmkOEHT86BDZDmNe/YU6JGcEoCcDJpJGBBGB7E1EjSKjEfKO+Bn+lRPmS900pqLfvbEy
RHyiWXgEknHSjYXUbAduOM1T2khA7NwTjJxwf6VIkCrgBeCayUqvZG7hQtu/uLgRtwBHUZ4o
MZ3AeWQf8/pUO3d8oXbnJJUde1QSW4bAdn2gBR83T2p81bshctDu/uLYikztCsByMU9YJdpO
xiCfvYqkEAOMZAXAz1x/jT/K3nczv2OVbH44ovW7IOWh3f3Fh4pEHKEUmC235SMY61UNsD1Z
m/3mzzT4k8tvlzngc80c1Xsg5aHd/cJfw+bGcEBlGRxnP/1j3p9gWks1fawY8Ebent/hUnzt
GIWK7D2PvUa2qgEKzYB4y2elZqnP2ntLI29tSdP2TbsTrGSB1B+lDW+OCTu6Y9PaotgICsRj
rkCnkBFCg4AGB69c9f61rer2Rz8tHu/uLDW52/KG3ewqjfAQWkjvG33SOR1JqwWyp3SyMd2e
D69TVdEG3bjKjpuO7+dRJVZRasi4OjCSld6EOk2vlICW81353EHp2GPatEW7sx2IW9ytVwoU
gxNtIwPl46U0qJGy0j5Axjce9TShUpR5UkXWqUq03OTZYFs+CDGSR1yOlHkPkcNj2FQmLaTj
JJGOTk07fIMHOCWB4AHSrvW7Iz5aH8z+4sLbsYWAXJz69KjEL4GUb8B1qN1PIVpAMEcHt6VF
5ZUELkFuuTTUq3ZfeLlofzP7i55MmeVOdvQCkaBgFyjDHcrUSM2NoJUYzkdaQK2wMZGc8D5j
mjmrdl94ctD+Z/cS+UQoyOuMHFO8t/LIKsMZ7VFJK+FUEBRjooHTvTWDtCwaaUHn+LqDS5q3
8q+8OSh/M/uHmNhgqhyfanrHKEztfJqnscKMAtzkFuTTzJO2MtjrgfWjmrdl94+Sh/M/uJxH
JjGD3zkVEsbkDhsg+lEe8Z3EN/Dg8inxSSRxkRyeWWYFiBk0nKr/ACr7xqND+Z/cOWKQu3y4
pUTAJ2k++KrBJGYh5ZSMYxuIH0ojiaFg6sxP+0c/pTUqttYr7xOFH+Z/cT+WxHKHpTnhk4/d
Dv2qPZI4LG4kU89D6/0okjXaRJPMSQOrH/Oal1Kv8q+8ap0f5n9xIYnC7QpXj060ixsFYFST
0HFJHdypwJGA4IY84ppLuqAzyhQDgKenehTqv7K+8HToreT+4kMbHJEfH0qOSGRsfKMDGDik
a3UkhpZmDc53HNPKOyk+ZIewAbAAPWq5qv8AKLlo/wAz+4eAw7eucClIIGduahMDO+8yMWwe
N39PWpfmCgM6hQ24YHenzVekfxFyUf5n9xKFYRn5cA9hVeSP5uOOaciFjlpXfjGCelSG6kQj
YkSnIOQo7f55qXKr/L+IKFH+Z/cRLGwYDZg/pQ0bLj5WzTGaYkETSAD+HdxzTxKyj5iX553H
NHPWX2fxHyUf5n9w4xyA52t05pPL9BmmF53l3+aVGc4BwB+HpT1lPygKg2jAPPf8aOet/L+I
ezo/zP7hNnXkg5wMDGaQRlXJZTn2psk85LJ5jbW9PbuPen7pQm1CQQQQck0/aVV9n8Rezo/z
/gK4Hzfu2wxOMjFMVCSOD61Gkc7MGkmmYD5cM5wKmZpFQBJAu05BGSaHUq/y/iP2dD+f8BZF
YlQoI9RTEUhRwTTIfNA2+dK3r8x/Kn+ZKqbVLFjyGySf50vaVv5PxH7Oh/P+A6QfMBgkZ/Wp
GTCKcdeOtVpmumcbpXQEcBRgc0K0vG6VzgcAt/nmmqlX+X8Rezo/z/gPdmAUlamZecnOfTtV
G4EsoTfcS4zn5elTwXEyKV3BsnGWGfw5NNTq/wAv4idOlbSf4CO23occ0ZLhsknrTmyRkjj8
aArBDjBPNb3OdakErEkKN3AqSNWZX+VsAZ6U4kqMgADpxTlkJSTc2cjnJpbj2IuCpHf3pegO
BkEU842tgAEdcAUElsjO7gUMLiKGzyOMdamVAR2yB3NMTjLFQDSluDz2xSZSJI1G4k8/L1op
iPhs7cnb1orN7mq2KTkhUwBimSEm5TaeakZcBATk01gPtSdOlWSh4Ykld2OOanUneDkHHX6V
GoGCOnPepgArgYy2eTmrRiyDrnipFVXIBzSKMM2FwT6dKcikkEtj8aBCFEVhtOPX0FLIy4+5
04pUU56qfwprjAB/QU0gF3bU6AnOcnr9aaTn7x59BTGILH7xyadlSFUIwPfmkAHBk7n60jbg
AABtxmkYln79aikBzgZPFS+xS7sJbiMMiySNkfLt2EAexqSGeF+d2APVT/nNUL2M+UeoZzt4
PXPajTzumCPO0rsM8nsOPzrhdSrGpyNnqRo0Z0vaJami0sao7hnBX0U/nUb3ECMA77GHysGH
Q1IsQxnbUF5aI8bZiTjjazYB9jWtRV4q6ZhSeGlJKUWvmTLskVWjcOhHBH+etSl4UXJcgjBJ
/rVTT1/0IKsaoCDxnnr/ADqUjyoWcSFWHfHGKbnN0edbkqnTVd02tLj/ADISMmT2GAcGhdjN
lCTzyCDxVOGVpH2x7Ac7Su7GP9nk9BVy3VfMIxyT1NYYOvVrNuXQ6cww1KgkoLVjkAMqg4xS
TzRW6MznnqEBwWqVlNurSFQ5ztRf7x/oPese4ZxLKXyZG5Xd2H1z27U8VjPZ+7DcWCwHtbSq
bGlC4liEm0KGHQHd+tSSBAgZmPzEjgEmorZmNogKohAHCHjPr/jUvGF3HIHU+ldEZTlRUk9T
llGEcQ4taXIHki+Vg4O7GMDrnvUuYVBYuSvTKoxH54qozsbtWS4YR56jJGDxnt16Yq383Cqz
DHRc8D8K4sNXr172aR34vD4fD2um7+ZG1zCGwXbjPVSOnX8qdDJHLH5kLBlyOvHX/Gq97YrO
pVick7s4zzTdOhMc0iuxdtoOOw//AF9q19pXhUjGezMVSw9SlKcLpougFhkEd+O9NYncO3f/
AOvSLnn5qfsZiAXXOeMCu7bVnmWvoiZTEkRe4PyZ25zjBPr7VHMvlttHIz1HcVRuU86ZlLOs
UeVZgCQT/dPPT3qxasHswsglZk6MwxuX/EfyxXm0sdz4hwe3Q9etl3JhlNfF1JeihiRgjn2p
JJo4I1eTCjPYZpMKFX5SM0/CkjzF4r0Z3cXyvU8qnZTXMroa15aBgVusvtDbVjJIH/1qsbo3
iJBYhuMsMVgCZBK+2KHJboEJ/wA+4rWVRxs2jI6AV52DrVq0mpPRHq4/DUaEE4rViuFG3BLY
6HNOiXIUkhR6k4pUh3yZOdoGWIHQVRvZ1meNY5VWCM+uD/8AXz+lbYvGKguVaswwWBeIfNLS
JcMsMzMlqrMFOCzY5PfjsKFJVVJwMHriqVi8fmSmLAYtgqO1XC22MFmCovzEkdPU1WEqudLn
myMbRjCtyU0OUl8hAQR2P9aZLJFGFLTK3fAP+eaz7i9eRQkMxRXO0KD19m579atRxlUUyM8j
92NRGvOvNxp6JdTSeGp4aClU1b6E0U0LShGR1B4+Ug/5BqaaFPMzFIrZ6LnB49qrlVLAEDbi
q935cEhldwAe3T/JHapr+2oLnTuiqCoYh+zceVlgADgjHfpUhmht4w0zFRnAAGaSyn/tCBjg
meIZLKDhh69O1V79S0SoZGCs4BX+97dR9af1pSoOpT3JWE5MQqVTYuiWCZfMhkaQY4CoxP8A
KoftUAUhmK4I+8pHXpTbdCAPmbb1GDt/Egd/Wq18XRUEUMboSRzkcn+Hj1rGpVxNKmqkmjel
RwtWr7KKZopLby5dZMDBJ+U5+n1pJpreNV3ysAcHmJgcevTpVPR2aVpWllZmAzubgnHHTPbp
SXiySBmR8SYwGPPHp9KqnUxNSn7SLQqtLC0qvspRf3mhG0EgPlPvA4OB39KbcbIlLHJjxu3q
px9fw71VshJHaRxyArgEKuMFRnoagvTHvIkc8gH5gNq+/TketKpiKsaUaie4UcNRlWlSa2LU
VxCxAVlzuAPH3f8A61SvIjBFjbzC3RFRs4/L8aqWkQaCMhSpHGGPP9OtWiZByGkH+0Dg+lax
eIqQU4tGNRYanNwlF6CId6nb6A8qRwe/PrUiBNjGRgigZz/Soo4VjtySA2WwNvBQ/l90j365
oZVbO4nHXmtMPUq1IS5tGjPEU6NOpHl1ixZJIs/JIXAXOQh5H6dKTcpZlBbK8FWGMH0qnezg
TJGsK/KvUPwvv0P41agt0jiIVCjd1I5HtmuXCYmtVquEnojsxmFoUqSnFasR5reBD5s3lnBP
QngfSorK/s5Jh5kwCk9SpHapL9IliVJFDyOcEOCdn1/w9KbaW0fn4CLtIw2MYPf8K0nWrTqO
NHVGUKGHp0lKtdPsTuqxkGJyQRkYGOPyppkZgMsRgcU6Vc+WQScjFM3xwQvLKwTYOOM5J6cV
1c7pU+ao9jjUI1qqhSW5IjJK7Rx5aSIAt6CkI/ix27msS2u5be6E4uvMBO1gVJ3KexOOnoa1
SULsyE7GHGf89a58Fi3VbjI7Mfgo0EpQ2JDhgh44pS20nB49KicYROSP1odgFwc9hjtXoHlj
ixxzyvXn60oc7zgkbsjilLADn0Hao3Bbb396AQ9+SR1z696fHtORg9PSon+9xnHH41Nanc3P
HXmkNiHaMk5GeKaWxwOV4pWViMgd8Z60+Q7kK5wRjJ9aYgbGff1oU5C4K5GOozT0QYJ6cde1
GBsHBzgdRxUlJgN3zD260U9RlT8p4GSRRUs0jsZZ+Yxk5psozdIAOKndW2pyMfWmbf8AS0Bx
TYIlQ8HlsEdKeoLSE7jyc/pSKhqSMDnnBPHt9asxZEEwGPPpxR0ZcEn3p8YUFh2x/kUE4bI6
eopkjfmDg5HJpxzk5yDjgUKctxjPpmnoG3ABM+9MCJhtJ5yc0mxmAPX2FSSkknsM9qZGSR34
FSPoBUgkENnNNI+YnA7USEBWyTnPahHGBxxigaKd/v8AIyoUkN0I6+1RWZJlUgNtwcY6E/4j
pU+osJIVVmKAOOnf2/Gm2LRyMZOQcY2knr61wVP4yR6tHTDtkouH25WDIBOSzYx79Ka+opv2
suzd1Bzx7c45qyTzwB78cVQv4Y3mG4HaeowPm9s9j71VZVILmUjPDOlUfI4l6IpLGGhbcpGQ
R3/+vTbs+XaSEnb8v3sZ/Sq2nyqxkVAM43AAYz79evtVm+509/mVDtxuIyBWkZupRbMp01Sx
CXmZ1rCxVX83LZwewx/cP09a3LdYlmLO7BV5JIrnLAN54yyOF4IPy7sdvwrUMolmQKWwMke/
v/ntXBQqOEXb4meniqSqTi5fCieTdLc72bJA2jGOB6dOnpVKVS944354yQT0x3+o7DvV+FHy
QMACq0yxrLKxZmkHoen+OKWLpexopdWwwNf29dvoloT2hVYF3DBxmllZSnyBs4P41DYjdbdR
k8/LyKkkD4+QE4Br0af8Feh5Vb/eX6mdDLsRWZ3OGyMDHXqR/LHar63CxyBDE7N3O7AArHAe
R42d5AAwbKDjJ/i/E8VuoAFbjBxznFedgoynzKLsermE40+VyVyu+ohSWeAKmflIYkt6/lU8
BjZHaM8Ejg8Hnpmqd+Nu2RFQlSDgoGz+GKZp02y78oJ8snUjOCfpgDmn7WdKv7ObuiPYwrYd
1Ka5WaERwTnHPSi/uBbQTSDJfbhccEE9/wAKeoQkgZ9Oar3fN8IP3J8rBJAVufy6etdmKqNR
UI7s4MFSUpuctolW2hZbMqWywBABbPvj6Gi1klVhsE5J6rnIb1HTr/StBAArAKQM4/8ArVQv
otimQfMmRuGOfqMnr/SuTFYZU4KcN0d+CxjrVJQnszTcfuUbgAjI+lROQzqvQ+gqvpjyPC8L
MoKHcB398Y7VYZMycnBHfNd9Gr7Wnc83EUPY1uXoZkJczTbXAGc/KOo/Lt3rVt/3jqBjkdeg
PFYbyyJeSRAwMcjIYA5HrnPQ961py6L5SRsS4+by+4/ujj8foK8zC1FRU5HrYyk67hFkMs6X
r+SP9SnO5WALj1Hv/So7tfKtVWJEXByGweP/ANdW7W1S3i2jPz/Oec8+tQ3yDbGT/u/d4/H+
nvV1aDjSdSfxMzo4lSrqlT+FDNPjYg7lycgseQSfTn0p+qXBtkjjEojaTvu/nx0pdObAcRhl
iyMDGOf8ah1k7hEXjVlB4OcZPoeenrRFtYQc0njtSCxEb3aLErIwPCk547joOp5rVZMEBu3J
rI0dy98u/wCUkHAY5z/9f09q2iEUs2OfWt8ut7NtHNmt1VSfYP4QdwXA7VBqEnl2/mAE4OVb
rsx3x3xUoAcg47VDqTlLRmbaACM5xx74749K6MX/AApHLgbuvEp2+ozC4XcwjVmxtK4Uk/U9
D1rWkijkXLruGc7a53m4eNSAcN03dj/j+nSuhjVigU5J964MsjdS00PRzeXK42eo9Ms5+79a
ydSjkaZGKR+WQVBABPuPY+lahBDnpjHWqd5p7SxiRU3BcsdhwT9eOT6VvmdvY69znym/tvkN
0pMecWCKSeqDGcd/6VbON2QcYI59apaYrKZRIQBnjb3GOv1HSrpBPQcZq8vf7hGeZ6YhhGQJ
HZiSxznPeqmpOqFGdEI6Av0x3+o9atqCJM7exzmszVYYDcBpQrybRgFgAv156HvWeZJRpJLu
a5XeVZt9i7ZMDbKd6IN2MSOoP4D09KSC7F20oWV2VX+UbcYFRWluDa7xG0WQUUkDOPY4/KrE
KsqEPJ5mTuLZ5Jx1P8qxw7q3p32N8SqVqvLuPAJbIUY9aUjcjZIBx0p6KvJ49OTxQwUBupIF
etdapHi2ejZQMEqXDALjJ3bwmVA9en51oIRAQkZO8gqS/O1sZAyT+tU7zzkbe8aBV5CliRyO
v49SPpSyorqMxlGIGQeoNfO4aFSpVmoOx9NialOlSg5q5JFG6EGQsxPJPXPv9aliQ+YW+Yiq
S3ZjnHnSq4fAYY6D+93wfX2q8VxNhWDr2I6Ee31r1sHXjNciVmjyMdh5wam3dMVi0gRQAFA4
96zr1pTciGDdiM4bPGM9WHHI7VoF1hieeQgKgyADyx9B71TsQd8kknlqSOGwxA/3cdqxxtTn
mqS1XU2wFL2cHVejeiuU7yPy50YFNgXaAy5/z7VoadIJLQxCJ1EY+TeMcdxj1H9ar3LtImGj
KscYK5+X65pULowyVJQhsKQcj14H51xVZexrKpFWR6VKHt6DpTabLTKwCk47+9I+DgBefSpb
gHzUCHK4yuPQ1HnBGM+nNe9CSnFSR8zUg4ScX0HJkL90H3Pam4/ecc5z7U8MWVjwenemE4Y5
/ID9KskVzucgc9OgqZVcRbic8kZx0qIEAnBI6U6Nz5DJjPOcUWAViCRuyTnGKST75xwOOKjL
kZHPXt1p8UMsisVUtx1/rQCHqd3A7ChSwUAvwByP6U+KFw3zbFP8qY2QBhgR0xj9KRSRPBIY
mLbScoeQKKj3ZXHcDqKKlo0i3YqMVCIe+Kgdj9qQgYz0qUnKpzxjrUMozdJyDQ9gRaK7Vbcp
6UqfKOcdeKYpJUkjIA7Uv3jk5AHqapGLHA5LZG49sCo9xLcgDnrnFMIywwOPrUuwFVGBgEnO
P1piQ5XIP8ApyO/I/Soc7SMjIFOjYbjnPHrincGLIxJPJx14OKjjJBwFJB9alK4cEA803opz
xjjtSGCRSSQTMqfcOTUQVj8zMMccVPG/l2kibiMsDUK4ZSTntSY0V7wAwhCoYFsYAyfpRbyA
TmPcd2M4wcfUfTpS3MC3TL5xO1T0RQOPz61F9hKgtDI4bqGAA/yK8+am6ilynq05U40nDm3N
NFznjkA+nNYt+7NfYBYx7NpQDl/9kYHWr8nnMuOiem4gkfWmfZgRlwjHHBySc+v1rSt7Sqkk
rGWHdKg3KTuN01F2O5BG7qemfcDtU96m+0kRNu4jA3YxT4goC4bA9h+tF0iyQMmSxIxjsa3V
Pkp8qOZ1vaVlN9zm0ULKiIobPAIA5/8Ar5roLSOSCILK3myZyWPc0kcMaHKhznjn+f1q1lcg
8nn6CscLh+T35bnTjsZ7T3IbC5O4DAx3xVEyqlxcBsAnng9ePp2q47MEHlBVyMElc8e3vVGe
zJkPzqWbkEr0NZ46M6i5YxKy6dOk3OcrE9plk3EbQe2f89almDBcqOgPIqO3aWNCnWNegGOn
f9afK0rKEBYK33sLz+B7GtYOao25dTKooSxHMpabmLDJI86rFJHGx5KhflPrgY6dhW/GuFOe
oHOaz4tLWMo6qWccnPTHoParBNyPMTKIMEDuR6c965sJGpRveL1OrHTp4i3LNaFTX5fL+zor
KSW3sOeBjjPsah0lXkuGke3IA4yRx+H9Par32fDZlYu5Ucs3X1/A+lTZOwDtkDjqB7ULD1J1
HVmvkJ4qlCkqFN/MS4lktYDNFt8zJ257epx7VFp8bGNpJMqWbOxifl//AF1BPbvPJukYuRxl
uMc8YGKt2pNuoVVBT35x7D2qo+0lW55R0Jl7KOHdOE9evmWFUeWx4znGP6VWuYWmixzjORx0
qwHXb3zzwKaZ3WJwipvPAZucH1613VVeDVrnnUHaad7GVHPLEytDEXMZxznGPT/d9Peth1YY
LfKcA471mx2bPGDcuGIBwRnP0PPSrUUK26IsRYAklw3f07da83DQq0pNNaM9fGVaFeKalqjI
Z2ikLKFLoxJG8Fefx6HvV/ShNIolnTaxyABySPr/AJ4psVgv2hpHxs7KCeueT+PcVpRsyuBt
Gfb0qsJg2pc8yMbjk4+zpih/u8Zx04rL1bDCNWDhskjGAPx/pWoHKseMY5qpcxtLKGkxj09O
f6dq6cZGUockUcmAlCFT2k3axHpPmGAl02ZIIIOTj/GrN3EHt2TdktgYP9arwRSRzs/mBc55
2g5Hb/69Wt/TPfHas8LTfsnSnE0xtWLrKtTlcpwPHHer9q+dUxy2AcdMj39PatSWLYDx75HQ
+/0quse5fm+o3DP41EkMtvuEVw5VjuKkDaD7DsKmjRnhpNRV0yq9eni4pydpInRSxGAemKp6
1Lsf7KwZWHzMxGcHt+XerzO0ihEYAnqdgzj6561QOnoHyXeQA5G8ZP4+9Fd1a65IxsvMWHVL
DPnlK78gsoWjJdzu4G0EfdB5P4HrV+LuccEd6YoCADHAA4p65OQM4weMV10KKoxsjixGIlXn
zMeoOdzEYzxWZd3UkNwFR1xtJZQM/wCT6VekMwGYiobqN3Ss2Sw8+Z5ZpH54wnb/AOuO1c2P
hOpDlirnXl04U5885WJtP3OWPy4J3Hb2/IdquZ5GcfnVXT7KKzkLhpPnyXAwM+nb86t8bh0A
zjrVYGMoQ5ZxtYjMJwqVOeDvcT+LnNZ2rhZJGQTMpAAwB6/wnnoa0kcRPvJzjOOAajR2+0uW
BkDjaN56A9Rx2P6VlmEKlWKhCNzXLalOjJznKxDYgmyXazFc4AbqOehqysYDMTnJ6kUy2eWE
kM7N2IwD9Oo4xU32q4RtysAy9GwPXriqpSq06ajybCrQpVKjl7TRhdM0UkUCkBgd8gJB+gIx
x7VHnORzkcY5qKTebvz3CMd2cMSx/OrcM72ztJHktt47fjU4eNaPPOcdWVipUJKnThLRbmLd
tGs3zRkYOdmCQD6nJ71ojPlg/Pzj7wwfxqK4V5pHZkGD82CxJ9/z606F2SAxHcyDAXdjI5+l
YYOjWpVXKUdzoxtehWpKMZbGbfbBOSWO3OWDHg/hnv3rZtJBJBE0YABXAXGMfT29KqvGGkL8
EgHrTrdTGhicyBCeQmBkenSr9jVo1nOCumT9Yo18Oqc5WaEmvc6hFFEzNGoyCvILf3uvbpip
TgADr/Kq0lvsJNq8iyZ3cvwD64GO1WfMeQFpRGpA6KMVrg4TjOUqi1ZljqlOUIxpS0XQe6hW
XoMjvVKaMxsrROgfOQG/n0PHrVk5k6t0FQvEZy3mM+0fdRQMD8cfnVY+m6lPlirszy6qqVXm
lKyJ9PcPFJDIFjki5Efseo56+tOKjgge3NZ8NtJBOjQkqqH5QW5HqD6gmtIv5iZcDd328VOA
VWEeSoi8xdGpL2lORHkgkHjNDJufknrSrzyfzzTcHcScYJ6V6J5iHMCCwyT0pE4zjA+lPwvz
HI4oBGOBg/pQA3cT0Lc9SKkM37vapbIpjKSRnPHYUmPmIyBii4IkiDeaMntTiQEGO+M02MgE
EsSRkYxTm5UEDjAqXcpWFBzjZjJooRhyOB7GiobNYrQrchUIx0qNhm6TJ5qQ/cTNRMP9LjIq
nsJEzHBbByPUCnq2MZXpimqwZWz79BSjoCfarSMWG8F+Bj6npQSSMgD8qaRlwAM8dKao2njH
rn0oDcduAPYfhSmTnIyc9aH6D0pmdqkgEjNIB8jHfkZz9KYDmNsLn2pxkbbnlcdxTY2Ygrnn
3NA2C5KEY2tT4owUY4PGKaflHzEHmhGkUMYZWT5cEAdaUrpaDgk37zsCq2eAT+FLzt4yD6gV
Em8uGMkhyMEbj83/ANen4YrgOUwQQQOay5qn8v4m3JS/m/AfDkDDBseppzDO4gcfT/PNVtsi
KR58jg9i5p0YK5IJ3FccknP/ANejmqfy/iPko/zfgSopwOMd+n61Pb/60JsByeaqoZRtBlbh
t2cf54qWNpA42yMDwCQev15o5qv8v4i5KP8AN+A51HIwdozimAMwYAsRn09qZLlxv3NuIxnc
c/8A66hQybgfNYHdnI+lHPV/l/EFTo/zfgWgpXrnOPSlk3Fxkj64qNVKEAbmIHVmJOadJJKf
9WwjGRwvHSkp1f5fxH7Oj/N+AZcbh0GPWhlOVOD061CElPJlkJHqaky0aopkkbHqxp89T+US
p0v5vwHsrAA+valjjJVtw+gNLFLsVgERg3OWySM+lQxvOiuBI5VvlO72pe0rfy/iP2VD+f8A
AnMRZx8p6dqFiKqG2H6YqqxlfKvdTAnoQ3T/AOtTUiKxkFppeBjLkYPtg8+1ZPE1efk5DZYS
i4c/tCyM7uhznP3aaQc/OyKg6ljgCoRCm5d3mKcHMm4nnsce1V/JupJdkzx+UnWPfu4PbGeh
65rOri6kWo8urNKOBpTTnz3SLZug6f6LAXX+87cH8KFa4OzekW3vhTn+dItudg25j2gjjPJ9
/enL5wBzNI5k6/NRGFbeX5jlUoLSG3oLuWSIFFII4KtwR/8AW96ftfI9Kq3SNHIki4WQ/LuP
OB6fSkEUoc7bmcAjBAbGcf1rSnWqaxa28zGrQo6SUrX8i6E469uQBmo5ZFgJDBncc7FHzVWa
F96gTvtXDMN/OT0yM9DUsduUZikhG4ENjkn8cUe3q1HaCGqFGlZ1Jb9CVLrEmGjdRnAYEHI9
f6URyRzqdhDY6juKaUcL887lSQQCcD0z9KiuraSMtNDH5b4wSAen59u1T7apDXcv2FKppa1y
0wwVAUfUCmgbI0L8FmAA7mkWaXyd6yBxgFTjr/nvSw6fNKwlmmbc2F5YAZPbNEsTN6RQoYSn
HWT/AAHb1C/clJB746VI+wyP5ZD7cZ9v8ahWFY2dVfzRgnBkzt/Wo7iISzh8BCoyNo4FCnWe
sdRSp0FpLT7yYEB8rnp6075ieBTI455NxFzIQF6ZxkDt+FOaWQAfORzweprWNec1pEynh4U3
rL8BrusMO+QM244AUZJNSwyKzjbE+3PRjgkf41nQxSPcSzLOys3y/LjOPfirmJIRtd3fIP3i
fz+tZc9Wpr+pq4UqWn6D3mjRsXI2AnAK5bHuaQxkKQT8o9OaYTKzHErKGOSAOBxjj2rOYziQ
QCeUgEDg9B+fbtR7WpRfvK9xqhSrq8XaxqKnA7c+lG0ZGVI5qNHeI4XkbuC2enuKEDYQSvLh
c8LIfm9j7e9autWSvyfiYxoUG7e0/Afwckg4HTjrTSR5ucYwKjG5G3FzkevP+TSvJMCAJ3Pf
jAxn+lV7Sr/L+JPs6N/j/AGBYk7GPQdKkBcA4479KYzz8FHKkDGcE5+ue9DPcI5LTD724gDF
L2tb+T8R+yofz/gSMobAHynGCN1BGSVZzwB0FNWeRxwEHPfJ/rUq3NzGBhoyOOqHOKFVrfyf
iL2NB/8ALz8Cu67Sc7jSvg42KxzUkl5NllIGM5xyBz+NV2mn3ptkAUDBHPze+expe1rfyfiP
2ND/AJ+fgSANuJZR0qXnlkCrjg4FV5JpWf7+MehPIoaWTZiMlOOu45J/OhVav8n4j9jQ6VPw
JZQucrwe+P501lJT/wCtTxdOJdzqGJA6MQM+v/1qa11IAQgVWbPUk49vpR7Wr/J+IvY0f+fn
4CZPTtwKfEy7zjJqMzP8octuxgsH70sVxJGCoCkDB+ck81Xtav8AJ+Iexpfz/gDLhuOfUGlU
FgflOBQ93M0aRyKmVPDrkH8cdael1cGIxkKynAJK5J/+vQqtW+sPxFKlStpP8BjL8vHX2NOj
AOQ2d3rTDuGSFH8qRvvcnGMng10HL1JUC5ILAc9fSkfaMAZYY/KkVQdw4PPWgg5bigYsm1Rh
cggimLznGKe+AnTkntSDJbgKpAoBCoRg8frTgRtwuCfSmxEBWBLe4/pT8g5x3xSGkOAXbnvR
SAc4B6jpRWbNY7FYphVz1puQLyMr6UrHCocGhN32yPb1xxVMESIhIZiDj6dacEw2ACBTnmdl
O4DI/U1ErEHIwD246VfQxY5l6cdqjCfMP54pWeRjjP5GlZsle+AaaQgYOvQH0x/SkYnZznJJ
prltwxj6f0pPNJGPTJzRYBTnI7DPOO1C5LLtz06YpS2FGD+QpkZYY42qfekMm2jd8wpmACdg
znjr0pTvLHjPOajDMpwFC8jjNADyo6DI9cUrrwCBg4ppyckYzTRkL85PTjApAOxmPPcHFRg8
9yTjmnD7nfIpSwGOOv6//XoAkxtCc+ppmdrccZ6ilDElSMcZ5zQvzMxPHTgHigQgbKZwx6/j
UayfIMfeJ+lSArsxtyD7/wCeabnOCOST+VAxyDk7+eMDmg8EbR39KM7RnjOKEwwBPc96LtDS
H7XK5wMe5pjAgrnpjsaduxhQM59aR+WGATx1zSAVVOQR0+lGCAR29MUoDMxCEVGpGWQj5gOa
dxDwAenH0pQm1MAZzTVXoScDnvTlI8puM9OaAHNw3BGc5zj9arFdrGSM7JcYz1DexH9akGN/
U+vSnd+fl7VjWpRqxszehXlQleIvmGQfOhzjBJGP0pkhZV3I+G7H096emNpJPrwakjiMqnah
wOp7D3p8qUOVvQSk3U5orUrQxPcW6mV4xtwq7nwfp70qukEmUzO56BeAh9SSOfpUrW5V0AXG
7jPrSztCsgPmNLkfMyrnafQ+9cKpOC5FLR/eek6yqPncdV32IYo2yXY/M5LEnnr1qwjgMRtJ
I7YqONjgqDkdqnWPYXMjYIxhT1Nda5KcLdDgkp1Z33ZCkhdmLjB3ZbA4J9R7USoZnWTzJAyg
gYbt6Ed6HmwfkiXpyWbqaA5AUSIV4++PuisFGEYWa+Z0uU5T5ov5FPMlt8pj3OxLxjb09G7/
AIirILyiP7SRI/U56A+1Ot5ZJ5vKRyyYJxksAPUenuKtRtbxqNqecx7tlQK58I0ruWrOnG8z
so6LqVWUKjHjcCDgHBx6+/0qeUqSWJUE9QO1Sz3auzYtLdF29FJyfxzUMRSZ28pDFIMfI3II
9QeldlNxhJykrXOCopVIKMWnb7yJiRkpu3Y6jipd0bx5kdUlHJGMA/T096HXBKMCrYxg057c
Z25Bk67QQT061dSKTU07fqTSlKS9nKN1+QLai1V5ZQDlMbQ4Gc9Oneq+1QgAJbg/MxOT+fen
lVSPAAU980hkCkqeSe4GaKdJc/O3qFSs3DkS0EWSSIfumZG/vL2pF3kMxyxPG4nLEdgfpSkn
dwcA9aVW+XGDWjoRdT2nUyWIkqfs+gjHC5AH4ijfkgYAOR3ppztIK9TShcAZHOfWtrmFiOUb
m5ycdRTzwRgYJ6c03aRLninH5mJyc9KQ2h2wk8qeoyalcAynPAHU1GCCR1b8akJGCGGTnrTt
ckauN3Ax7GmyYC4JHr0pxOF+6Px/lSOcgY479KAuRynAOM9O1DjkZB/z/WkYbmxkjApw+8CS
SOO3WgobtySxAwaNpDfN+QFSjGPz6mmSNkhRQIR025yf0qMDLcZ7j2qaUOrMOnTimqVz8xLc
Yx6UgAqwK5xxSNlj1p8mzClAevGTUbAZHzHn1p2C41QSwBPTtUiEnKnOPWjABHy8e5pWYh+A
CD7c0DEGSxzjrxikP3iMHB4x6UqOQSdoz7U/I5OADQFhpOwHheo6U8NnPB+meKbuDHGQBnqB
Sk4U4HH1pAG7HbHtQuSeuB1zipJNvyFSTwM1HuKkjHI7ZoGSQlQDnPQ0wNhRxwfSnpjkbfzp
si5UYwc1LKRKp2qDnp0BopobKgYBwMc0VLNUQyAfL8w/CoxM0V9E6dV6U9jggYzg1AzH7Sny
5/SqZKLEkrSbmI7k0gOQwxjBFG1imOmfXvQIyCy980zMdLu+7hR8oJpsaEsenGeaHBU4Y9qc
o6kbhTQiPac9cdAKCmUAyc9SDTiM4zkik/hB7nufSmIQ/LjA/wAKcWOM4AHTAP6UkhzjB5Ho
KewO0KOOfWhAyJssWyOlIkeCDgnpUjocHLD1qEYI680MEShTtbkZ5PX/ADzQFG0EkEEc4pqH
IbOcGjKg/hSGKduOBx79vaiTYFXqfp3/APr0jtxg4/OllBcp344/z60CGgZYBB7k/wBaUqy5
HAzilYfOARjHtQSMkkn068UXCwgA2DK5yOvT/JpqyDgHr61IV3LjkjkdaaqgZ+XpjvQMVQcE
hRjHWmMfu9MZqSNztK8BTyQaXIZhkgY9aQyMYDLgA5p7kYGN1AA3Y3c06YZySSR64oAah2tj
1py/dbg98g0+C3ZlMp2iNPvOw4B9KYZoYywkEzMOCqpg1zVMVTpO0mdNLB1aq5oLQWFC7KoX
Oc4xUz2riM7YwcYztIOPyqEyMy77R3UgZIbg4P8AQ0kUrRN5kQ257E7se/1qHiJS96nqjWOF
jF8lXSTJ4rVpg8jDbEgy8h6KKheZMAW9rv5xukYj9BTrmWRiI1ePyepGPvHHJAI6f1qHPlkh
C6HGPlOPwrOjUliLyWiNK1KOFtGWre5YuEiGzYDtZdxDYyD6cUM7fZxH5nybt2B6461FvWOM
y3DMc9Ax5c+g461LbmSWJJGQklvvBTitFOLapT1Zm6c0nWhomZt9NJGETzAVcYBfufTr+tWr
d4VT52O3AAOKlmkUK0ckStjje3TP90c8Y9aZ8qxvIxB28jAzk9q5oJRc5p2XQ66knNQpyV5d
SSS6hgVNqrJK3GA33Seh/H9KItzby4dmPLM+SQPrWZYKTfIsYKu/UtnDZ9MAcHtWi24Mwyw5
7cUsI5Vuab36CxsY0eWmtuo5hGZVCyqxbkHYVUjpkE/lTHaaOUIQvlrkY7n/APV2pksGRvPl
hgMAsMjnj0qxDINiny1zt2kEk4Pv9Ktzk5ulUf3EKEVBVaSt66lBVZ59sfPO5mDZx/8AX9av
RFyrRyESbsbTjBHt75qKLKyMEdAVyQAmc+557+napmU7Bk/Mw2nHXn09DWOEjGMHLqmb4yU5
VFHo0ORYjIVaaPdjP3hTLm3RjtZSVPII6VEbZEbCoAAOueamAAiVN2dp4J569vpXfFVHpUs0
zzZOknendNFezvkkkMM8rSSDhd4JZQP4Sehx61dnjAVVZkdXGflIzj39KxLhZ47mfy40dcj7
uAeOvPqO9bCgGJZBkq4DBvWuPDOUm6beiO/FqMIxqpasqSW7b2UtmIdEPLJ7HIHWrDSNIqLg
DaPvHgn61HbIWeY7t5BHBX5gP9r+lTmYAqsyBlY4BH3h9K1oKNKCk90YYhzrVHFbNDYI0MhM
0mxQM5wTk0+3a3lyk26JhwCDkfj6UFMbWjkDqehA4PrTIY8q2GfdtzkdR/8AXreXNO84ysuh
zx5YWhKN31GyR7ZNpAxmnCB9pbawUHHtUFvdD50kwzxtiMN1b69cj1qWC4mV8yFnyQGUnAI9
Kzhi5TXuRv3NKmDjTdpysnsNIXgZ7mmn5W45Ge1TCNnBcKQuSc9hTltZWhMijcmeoNdftYLR
vU5FSm9UrorBvlwAQPWn8hScdT1FM27Rhu56A1IBtVeQF61pcyY0nGOPakf7owTnrTm56H8K
R+ccHOPSi4WG7Sfx6A0SKqN3JyKcexxyfU00kFhnlqAFjbGRnkknmpGVWJI7elRPlcfMMj2p
wcZzlsmmIdMG3buD3qLBIxntTmBLZHemMSCCuc4xTQEkhGEHcdhUZOeRknrzzTmQblx+f+e9
K5KgYY571IDRJuwT16YpCAzAnn+dBBIyRj9KcEw3HPHXvRcoRFAYljwPSnKBuOTwc96Ci84G
fXHSheA3AyPemIGEeeOOaFyPlzgH3pTg/fwMkdBQSA2Avf1pDBiSw44FCZJyOnTFI7YOR1pI
SXAZhg+h7UXCxN1zuHanDb5Y5zz2pkajOM5+lK+NwGCCfSkykOHDHA496KXAJwRkZoqGrmiK
wYls7cVA5IuUHBJqXK/LnOahkI+0qT09KpiWhYPK8n3zmnY3HIYccUgxtA9qXb74ANUjJi8b
MMxyBQjDa2CWNAJIJHTbTck7h047UCGuVDfdbtx/SkyAoyPpzQyFIwx6HuaMfJkkD0oAczBm
U9Oc9KczAAsR+dROfugcYp/JU9aaBkszLs4xk46CoHCiPhRmpC2V2t2ximhPlIwTnHNADIzh
SMEnNI6nHUDkZ4p/QnIxTZFyMnAPWlsFwJ7HJI7H+VSDJycEgdf8+tM4A5yCfel/hOC2Tj8f
egdwc/NnH6USEAHt260hVjjIIxmnOu1eTgHAPP6UBa4hIIPrmlRfmI9famBd5Vstxn/9dPBA
6jr7UkwasK0X8WeAMUkYGBkgHNKVwQo9O1TMghkAYo23krnv6Gk2kUotifZmOxmYKrcAucZp
7Q4X5m3KRnhgfx61BIPOw8+CxbcMHp7Yx+VMkhYoxjfbg7hjvXIp1pw5kvkdrp4eE1Bt+o9p
xJ5ojX/Rx8iBsfe7k4P5GqixEYVixI7/ANenWn2MTlHOVwhwF3ZKj0/D196kj4YhgxBOOeMe
/SubC0YODqTV29zqxlepGoqVN2S2Gw+ZHJGWk2pkjeWIGT14A71b2pHCXBzgcDHP169qj3RC
fy1lPlqfmODhv079j2ochwFXJw2c5x+AH+c1nShL34U1ozStOLUKlV6oSB5B8y7QSOG2jP8A
+qpDuREluizKTtBzjefT/wCvU32gqpysEcgGUO3p7kc8etVJ3jdjLNI4AwhGNxJ64PQc0e0j
Tfs4aPuP2U6q9rU1XRDVWOdxId2wnP3iQPoO2KnksnBEimRk/hdc4IpEmtSpx5hIbk7eMY64
Hf2pxujgCKPkDCOR0/8Arf1q43SXJHmfUiVm3zz5V0sJFZySgbduOrF2CgetQyTRPc7I5JlR
ATlSMfXr36H2qAxuxG+Zs+mffNOWBRKSWc5JJ/Grq0K1ayaSj2M6WIw9C7Tbl3LBRU53BDgY
wM7QemPQelCXtoVPm+a784KdGx3ye/aoFjXBXGVAxye3+FKoTBGAFHoK0+rVd1JL0MvrdG1p
RcvUVruGSUK6vDAowcgSZbt26f1qWJljUhUlVWHKADnv69qjjXkZ6DvinkqpBAzxRHBzi2+b
V+QTx1OSUeTReZF5kMc5YI+HwR0zz3Izx71Zhe3ltz5coVjxjy/mzn6dfSoMB3Zio55yKVSo
PC8cdan6nK1ub8CvrsG78v4k81y29vtMByoyXXjIHU4PftUTX8TkLBuic4O98YHt3qJ41Yli
FPXmnG1U7hk7cDgdKPq1flsp6C+t4fm5nDUkWALESpQg+pHX3qa3dYIvLuNxtzkhgPuH8+Qe
p9KqTRrKCHJ3Y25HBwPem7VVBHuLoGzhie/X8+9FSjWdmkrrsOnXoK6bdnvcuARtl4drjGM5
p6wiWUu7Iin+++AMenvVALtXbtRVOSQoxkE9Mn9DSh5Bje+/cctkZ6dx74qH7W95Q17lL2Nr
Rnp2LaSiB3MuwRk/wcqO3Bxz/jUwMipmMkZ5BB9P61BCUnERVViJbGHKtzj0/r61Gzy27bo5
HjibIIzgEj274qOeENFquzL5J1LN6PuhJn8uSLEYUnIZ89M/0PeiMHaOOc4+tS3DNKFZkUgg
cryG45/D2p0cymFhMpV1OQyn73tjpXRQSpXlFe6/wOeu3WtGT95fiQzGSSYJlBGihsZyT74z
36U8uQyOiRggk4Rdp+majt973L7SPKP98hT9Rz+lSygRgbJFYnIIA6e1Y0aNKrKXOru5vXr1
qUI+zdlYk82O5gLOCt0jDcAvDD1+o6UptZyFxE4J6HGM022uvsyZJVnf7qEHt/Fwe3pUErSS
vvlaRm78/wCeK3pyqq8IK6XVmFWNGVp1NG+iHzRvG22QMjDgg8GopMZxkYxWhLKklokcr+bO
AMFmywHp0/U1VkzsK7V5A64rooVXUjdqzRy16KpSSTumViuSQCce1OC4HQ4/z+tLyMjOB04p
GKtwWz/WtzAdngYIHJoIBIO8E46ZphB2jAXjsAKMZIPOB70CJduen14quUywy3bHXpUyNgZx
mhUOTz9Of0pXH0EwoKlzn6U1uxzwexqVwOMjPrzTGKgAgD2piuKcYGBmkLbpDjP1FO3/ACDa
O/amo5Zjnr6g0AMbJO0KeKegbnIx1pSd+flA9cUm5gdwwMGmCBuZQeMg9MUqqcng9emaRtxc
FmUikUMpOw4PTBFSNA+dw+uakUkLz24ppwHGdx70dVyu3k9zQMkAYgEHk0089Cc+386chO1Q
Me+KRtwXJJA9u9DHEkUZKgjOcDHTPtRTUBGCFB6cGis3c0RWAAC5JzUU3NwuOmKlKkICOv1q
u5P2lCfSqYJFls7ck5PbFOdiFxgAZ74pAVAJIHPcUoDGJjkADHFUjFioSigBu2acoDB2aQ57
1CDwMHPHNOVgC5weR+FUIRyhX5QXU8YPFIzAge3PBo252bV4NKe/A+opAKDl/ujA/GmvuUY2
8fSlb5XGDgf54pwJIGeRg00AKcuMk4/3qQsc8Ant1pQdvJ/SmfKeoyB6mgB/UFgMUjr8o3Ad
B0NKSWUjGOajcZyFx296GBIyZAI4xxjmlIXLcjGB/wDrpoXHqT34pyncHx6Z9PxpXAY+0fd5
57UrsNgGTj/PFJncu3HQ8mnDAGADjIH/ANagZGpBHGePelUBnGFGT6VOkJ8p3dsIvc9T9Bnk
0wzsrFLePyxjG4HJOa5p4hRfLHVnVTwzlHnm7IJY5IovMGyNtpK8/Nke1U7S7QI/no4kDbi4
wQ2e5/rVhl8iIGZW2qM5PX/9dOCq+DBsJPqM/mK5nzzmm5JNHZDkhTceVuL6sekkBUHc24jI
Upg1IJY0UswY9fu4/PmoJNkDLwrSKv8Aql+8f0pH2yqr3DxmMZYME4H/ANaiVST91T1/AUaM
Eudw06dyGWSVJomtQ6n7rh8EY9MA9P61bRoZh8ymJs8qT78fj680oWOHYXlUKzbQFIJPH1/W
qtxcyuW+zARrnG5xliM1nGHI/wB3JtvtsaSn7SP72KUV33JriTyiEhhEkpbH71SBj8Ox7VFc
POytGrxRggbvLTkH0DZ7U37MDI0su5mIHU8D2AqygGcKvYVrDCVJvmqy+RlUxtKmuWjD5soW
9kVkZ5ZTk4ONvGRVjyIwzEK2Sep5zVkudu0jPXtQgIJLAYzgg8V2Qw1OGyOGpiq1XSTI8KQR
gmjbjGRj8aZNfwRuctuPOcVWk1GNYQ8Q3PnAX3rblJVGo+hZl2Rqhf5QB1LfpUB1O2CkHJIP
XFUvImumDMzbccVM2nKSMliT3z2p2SNfZ0oaSd2WoLqKVwFcA9MVYZ0XPmFsZ9awWHkT4IyV
Pyg9xVhI7i6dZHyq9snp+FFkVPDxWt7I1UliJAVhn65qV02x527gRwM1ivpzE5SQA9Tmi2uJ
7VtkuWQ9QfT1FKyZPsIy+CWpqx/MGyAD+dCoBu9scf0oj2NGXUjnpx1ojRQh4PpU2Od6aMfs
+RjlRnNIwKqcew60HGz5h685ocnawxwMcZ7VRA0IQMA44oVRvyeTmhThRjHI7CnuCeQST65p
MaBVVnHQ/n+VSvEM/T2/WsTxJ9oOkT/Z5dkgXOScZHoPevNm1rUXRIzdS7UOR81Y1Kqg7M7c
Pg3XjzJnrpVSQBxj6Yp5IWJBuxg5GRnHNeVTeJdUl+VbjYAAuFqhNqd5IP3lzKeepY1jOrTl
urnXTwNWOqlY9iPVCAPlfdnJIPrkZxz3qQQ+bKWimLRg8jaqk+wHPOT+QryHTtevrFiUld1P
VXORXaaf4otHs4prj907vsIznB9a53RhP+G3Fmr9rSfvpTX4nVG2CQmSSUuQT2wceuOOKjCr
MrGMbQOCzEdR1AAyfpUUV2k0KvBKHQElXXHf3/pUkW0uQckn7pA/THf2qJRrwVpysu6JjLDz
d4x97sxDEkZMjSmRsZ3LGeg+g7VYhiaTAVjnsCCD9DVdnESjcTsPXbyOtSpICm2Tg5yHJ/Q+
3vVp1KatCSsZuNOo7zi+YWWGNNrGUAH0BzT5XVSY7bEkmAc7cjb/APXquxKsAfm9f/re9Fu8
aXBaFEUoOhPY9s1EvrLa95W/MuH1ZJvld1+A51cdUII9RzTFXLLkE59KutqLEcxptPBX738/
0qBSZemFcc8H5SPUZ7+1dccTZ8tWNvyOOWF5lzUpX/Mj27zwo44pzIyYbH4gUoDrG2eCB0NN
UOed/A7YrsXkcTv1Fj5OOcH1pHQq3Tkdc05sZ4xnjjNRsxIIPUdqYgJHU8/SncFU45AqFi5x
yMfSnoZCo9jjjigAZOnXj9adtUkktyB68/Wm9Rg5Jz609Av7xicsAMc0gIVUhxgcE1LgruGD
jdTBnA++fpSgESZ6dTyeaYBIPmIyBz9aUEL25pr89MDnrimr124Oec0hksmC4PryKao6jg80
kh2txxigFgVBA6889KAJEIOOnpxQVLKCx+nNBRgQFUk08DIQFefrUspISIrv2vjnGaKkIbB2
gHttH8qKhs1RSdSFXPAqFthuVzkjFSTsQYxGOO+ail4uEGKpiRORjcMdOc07PJ3HHSkZCN20
cY/CnYYDkEZPSqRk9x3JHB5I7CmHByMn0pWQZHGWx0FKdu0hl57HNMka+0YB5IApMjJ6A05n
UrzyeOaY2QT8vHWgY/C5JP5dqRjhl2g/WjOXAUHGelNcrnIoAlJyCWx19etNbAUgjPHemA5b
v7Zppct2OOlAWJVbrg4HUYprlivORn3p3IzgDH0pp+7g5B9jQIcFyx7cVIHKo4OORzjj8ahJ
zIWySPelYDDEpv8A89aWg9RdmeQQMHpmpk8uMNJIxEa4J/2vYccE1XY7Yt7R5ycBQO/51V1K
5VlRJzsA/wCeaADH+NceJxHJFqO56GDwqnKLnt+ZcE73EjSu4yAduzsvt/KmmQL+7UFZH4Uj
FVdOuFd9qAAMnDIgxn6+lWCG8xHXJI4IJ4x6da48PFyoNx3vqduKko4hKWitoSzbn4lBOFAy
Bg8e/rVa2GxpE+eN1PJ3cNkcHr3qw+95SzFSoXaNq4H1I9ao2kirNO/y+WM7ADyT6Zx3q5qN
OcZctiaTnUhOCle3UvMN2Xdhg9XJqujTNCIoWJjBIA3AgH16dMdqmdmnhjD8IDv2A9D/APWp
5C4AHBOeK29h9YalJWRz/WfqqcYu7IliIEauu4R/KuRjA/xqUpjJO0qfcZqQqgUfL0OPekU5
zwD713U6cYK0UedUqyqO8ncZtwx5OeOvSpEXJHzHgDpTWlRFZ2AAHr0rMnvpbhikZMaDoFHJ
PvWqQ6dJz16Go2wJzJk88Gsi4lku5ysBPl9MevvULxTqC7DAPXmr2kLvUnHO7AyOtGiOhRjS
i5rVhHp8MaEuwcnjOKeLSLai8/K2c/57VbIw3GePSlHyLjA5/GlfU53Wm9bjSCAMdMY4FIRw
PnJ59acx3Y47Y/8ArU5WG5Vz174pMyKT2kckgdlwfXNXY0C5wcjr06UpKB8cH3pW2kZI4Jxx
2osNzctyMAZxkfQjpVPU4laBmPBXpWjvXIG0dhyKzNXlVYdm35iewoS1NaF3NWH6bJvswBnI
bH0q4rFRgnOSDis/T98cCg8ZOcdOtWlGcE8HNJ7jrWc3Yexz823pk/8A16UsSjDkAY6UxiwT
HsTwKWMsVf8AAYpGVgJyvI7e9NuZ/s1rJLt3sqk7QepxQq5O3DHj8ayfGC3H9hXIgXJyCcdc
d8UpOyuXSipTSZ57resXOpXLtM5C54QHgfhVSG3uNjssMuMZYgdv8KdZWoa4je7WRbbd8zAc
n6V6NoV9Z3DLZ+TLEyplfMGdw9a4Yx53ds92rV9jG0FoecQq1wBDbws8+eOc4HpUtxp2oWS7
pYHRAcliMjNehfZdH0zUTK0ywTOv+rzgda0ZBbXFo5XZJGR1JBBFWqPdmDxrTVo6HlNzH5LY
abcWAMoGOM9qqZTBC7jzxz2qa/WP7XNsGFVjgA9RntVVjuclQQK55bnow1R3fgTUp2X7D5RM
Qy3mDjb9a7UqQAQfmBrgPh9dFJ57fHDgMMetd7tyBg8g9Oprtou8NTw8auWq2tBwLKu7cy7j
njseze9OaR7lPlwoBwSq7Mn+6Tnkd6jAIUZPfOcUsbFScAAHqOx9jWFTCq/ND7uhVLGO3LU1
8+o7LoDt4c8ZwMgflSNhAWIKgc46kk/5/CnJcI7EyEIBgEg5P19TRKhDK2/IA+7n17/jSvCX
S0irVI63vEgVptxZlXYD93HX15qxLGqFSZNxIDBkyQaFlwQNoA54Heo8CMFmJUH5iRVyo2up
O6a6kRr81nFWaelixBdpcwPDPta4UnawOcj+6foOh/Cm424yMZrPihuFxMY1Rgesj4285wcn
8c+taUMcc8YZJkeTG7avOB9f51zYLEcn7up8jpx+F9parTXqNJG8dMAdTzUZce/OeOlPXaZA
Acn/ADxUVwGf5Yhgk9etetc8e1giyQpc8j0PFP8Amz8ucfpRGNiY2EbRwM0FwcHBHHShAwOS
FwMn2pnlsGz5jIOpwvX/AApyyNnrke9O6lvQjOe1MSHKCUUdyPX9KVVZZAM++cU3Koq9QMDp
SeZmUYBA9TRYAcMzEZA9j2pOAwGD+Oac3ptHXuaZGxEinAPsaQxxOOoG7rwO/wCNOGWHQ8Yw
KWXO4kAjPp3psRG07iScetIYqjOeTkDninfdU8n1601WPIPHGeKGGcc9D6UDRImMkiikjI3E
NnrRWbuapFSU4AA5NQS8XK/SrDLlF571DKALqP1xVMSLCkhTyAf/AK9PJzghiOcdKDg9juxj
H40Hg4IPJqlsZPcCcjvnB5qPouQQCTg8U/zApwOB+lJn5Sfl5pkhy2AD75zTJTvc7e3pSo3P
yntzxS7TvxnB+tIYzBDBQT+I5pWUFR83XuaWSMLghiWNNwNvLD6ZouNisyhiF/MU0NgEEnnF
ObBxg45pYwAxPU8UCFUcdTjPSk3MIzz29KmU4RsKTznOOlRsflPBHGKYtBHXODuqedI1t4me
ZAz8AAHj3PtTAPOYBPm47dajmRBkbgzDjaOcVjVk1onY6aMU9ZRuiOYMLoKeNox7DPY+5pkt
w0LKA28HqrrkY/xpyQyQTLGFfk4J64z/AAn69c1HfxyKF2MSCOQp7eo968xtypSv3PXUVGtC
21ggISR5QFQey8J7471KZ4yyB5du373zYz9RSwqFJ3oWDjBZVxt9/pSvboEVnjB/hHA+vr+N
XTh7OPoZ1antZ+vVCyTQvGVikDMRyQuQKit4kSMAkuAc5ZR1/wAPT0p0aKQSdoGSQqjHXv8A
Wpc9Bt6dua6KNGU37Wrv2OXEYiNOPsaO3V9xAfm46EetOYHCnjHvUF3dJbqPlXeV4GOlZebm
8bJGBnvwBXckckKPMuZ6I25JkCcOud2CMjNJv4BHzA9xWWdNDICzDcD1A4osd8N75MjMUPft
TL9jCSbi9ULqkpeRYVJycH8av2tssEQIXMgALGq4tS+pGYcxjGcjvV4kYIII/Cn0Jq1EoqES
Nx8hzz161JGME4HH0oLHbgE9MUu1csRubOKRz3EDYbJ4Gc8U1mYleD26mpehPAHqcU0qSwKk
Aehai4kAXc6qQee5p7AL+fXNUNR2XCmOOUeYBkgVRjuLiFFQrlQeQV6fjTtodEaHNG99Tdjw
WYEDG0/WlBkVTtOzBznHTisf7fcMcRoAeg+Q0kkdzcthmYDqd3A/Ki3cPq9vidi3d3qRZAYS
Sn05AqpBbvcymabI74x1qa3tEWQEgMxOTVwfKM5HPrzRdLYbqRgrU/vFRQXAzjHqacXB4/ka
YCSeuD9KUBgnB4qDnDAIJVeMUquUSQDdggChQ23p+IpJdqo4LhAQOTxQ2Uo3EUZBJJz9adIq
NFgjPPWuU1jxbFZO0NkPtEwO0sfuj6etYl7e+IGtZLu4doIRjjhevoKylWSOungpys3oaXiC
6S5kurGCJD9nj8wSIcEN6VkeGLwrqNpsZ1LZSQucqfTFWvCVpb6hZ3pumJkJyzA4IH1q/oel
xSQSQw3MclqGLcLh1btzWKTk1I7G4U4um+hR1a+uD4gmjWCGdY+PLZckqB61u6bbGytbmeEH
7PKgkWBh90+gqCLSJ7TVpLqHy5cgYMpO7NW/E5uF0ab7OHMjAfd5471ai1dsxlUjJxhHY8zv
Z/Pu5JioUsxOFHSopSmEKbiSPmyOh9qmW3Uxs7yoHB4Q/eNWdM0i71JgLdf3e7DOei1x2bZ6
7lGCu3oja8AbPt0vykybRjAyBzXoRJ6A896yND0W301P3CFmONzE8n/61a/Rzx39a76UHFWZ
4GKqqrUckAHAbK9uc0oUkYJ9sn+VJkkAL0zSopCkcnHHStLHM2M2AEnHUfnTYYP3yjIEajcq
9B7jpzntU4x1zzn1pZgDjAPA9ayrUFUXZm9HEOk+6HQGNn+RTyDjPXj+eKWSVnDJKY1jJDH5
RgY9OOlROwh/elWL7slg3I9/wqX/AFbt8kTFzyxUMMe1calUk+SaTaO2UacUqkJNJlWU+YCq
hWGP4iRn269utK6Yi2r5SHg5HIPuev4inrEjhgASScZL7Rx2+o60hjWMZVogFBO7qp9z1/Gu
ZKXtJuXZnXKUfZQUe6LaoskuVcRqQGzIQuKjkiCxJNHKkiMcAqeh9/eoYvLeMBmDN/cK4I+v
HWniMAHfuYE5I9a7cPOrJRfQ4MTCjGUlZ3DO1hhsn1ozkYKknFOBT0wfXNDPuOVA/EV3nnES
88Ed+1SBG2Zzj0IppVz+PNKCygjI46HHFAEh2jYB0wOp5poAyc9QT1olAZEJbBAA4FIQN/XP
P5UCQLyQT6454pAuHHU9eaaPvcHIB6U9CSygc/zoAkkBDY6c+tRrnP1OOKknB8w5xjPUVCoy
Rjk59aAQ9gQfrTWIABx075qQrnA70hAC9ce1IoVctzzzRThnGQWP0orNmq2KrcRg5zzVecjz
kxxgetWFP7rBHOe4qvccXKEAdO9PoCLjRyCJX24UjikBJcn34qaS4/0dYyQeOMdqqBgDnH8X
cdapbamckrlg85yOme9Q5BIGAeowBUu7dIckgYPSoo03qTtJ2nsKLiSFXdkbQRikfcXyB9cG
gvg8A5pWJPsfTNMQ3GcED8DS9SPf/OaVSSACPwHWlHIyW96LBcjKkHjvUkQOcbvTilyD35z0
HSnp945AZqdhNiBioKbs/NSeWArFTwR2oAJJ5GMmnQqzBwvJx6UPQEm9BkkskalEGN/V8kED
8KcNrIQqpuJ+6v8AnpTpkOV3Z3Y55/WomEsasVjG0sASG/n7Vx1IqL9onud9Gcpr2UlohhDL
KCVP93Kgfkfc+tMnuXiO2OR9zYO1T09x7+1WXjlVgYh3+bKjAHp9ar3Jk3BVl4Hzn5emP4s/
piueqlCMrbXR10W6koX3sx0ryLDI4UEYySRkL7kd6ZBvkAdwMkjaPSlYCYhFc7By+Dwfy7f1
qYYCdM4IropQ9rP2j26HLWn7GHslv1EkBB68EdqTKxo0jZwM9fWnFvlznjOaq6gwNuV28FuT
jpXYkccFzSSZUhja7uHeTkDlufyxWogXaBkL7VT0r5/MTpjkcYz71f8AJd1z8uB6npVMuvJu
Vg25yQrcnqaZ5eXyVwuOvSnhSuTwx9aZPIyRI0jYO2pMkm9iQN2UdD0o3n0Htx0rDe7leYtE
zKo5AxjdWuG3KGYjcQCapqyLqUXBJse7NjHGfpQW2p8zE5powRjpngUMoIOCTn1qbmdhyPxx
1600AswII9OTRsSGPc7BVz3rLubrcSkIbafvHkH8KFqa06MpkcoxeBYDn5uxzzWuFyAe/wBM
VQtLfYVklGCemD0H+NXfOihG6RlRF6sTwKJSNKz5mkuhIpQORg5yO9OfG5yF78GsY+KtIF2s
KTOckfPt+UGtdZFYMVwQxzkc5qVNPYynSnDWSFiYq+VQHIxTkGBudlUAE89KZvQAscADuTiv
NvEup3mo6pJbWs0kkCnCrGeDUznyq5rQw7rO2yO2uPEWlQSvG92m9OuBnNZF14vmnR00myaU
JgtI2T+grmk8K6gbYSlBvP8AyzJw1ZkUl9pl2VQyQTDqDxXPKrProejTwlF/C7s2D4k1a9uF
g+1LAWO0cYAPpTPENlf2kSy318JJGOPL38isq/vZL1lmdUV14JUYLH1qrJK0rbpWd/Uk5NYu
d9GdcaKTTSsNWRlkDoxDA5BBq1PeXFxCFnkdxnIyScmqked/ynBB4NW4JGt9k4COFJ2q3zAH
3FQjWVjU8KXj6fqkYuFKRT/KeMfQ10HhuzkTXrx3E8S5JCFflI9zXJ3Fzcardxyu0Yk4RQOM
emK6iXS9WRV8zVwkQGCSSMVvTenocVeKe7s2dVcPHBG0k7LGgGTu9K4f/hIRJq1wZJpRYuCq
jrjjg4rC1SRhO0a3Mlyi8ByTiotOsnv7tIIiAW6knp70TrOTsgo4SNOLlJk1zBanYtk8s0zH
BBXr9Peu78I6VJY2GZyfMlO4r/drjdT02fQ7uNhKGzyjrwa73wvfvf6bHKzAyKdrY659adFL
m13M8Y26ScXoaoTABHJ9B2p2CME8c+tRLnHI7mnAHPA6nua7Dxx4KqQDtzmnbTg81EkO7kkc
cipYxgknmjYQgADfez7058rkDnAxSc7ic59KWQkEZx0zTCwjKcYHcVCA0CFQUCk/LkZCn/Cp
TIwxjFNBLY3FRWFel7RaaM3w9b2UtdUN8qOO3GOuSWycFT/iKdNIGQyKUZTz83Q+5/rTGkKR
4kG7B+U5xn2+opbl2lVyBESw4yPl/EV50dW11serLRKXRyEtZDJG4RfKycDPDAe/H+RWjAS8
pE8izLIpYnIJHoR/h6VnW5cRBvLy46R9D19aey4fejdehFXRpc0Yxi7PcivW5ZylJXV7WJGQ
Bs8j1xScbmwCT6UKCF3MpHPY0hHfBr1I7Hjy3HuxJIyQfQVGDzycGg8vyc0K4KZx06nFMRIv
3F65HamEBpc7h170nUZ5ApzYIOAevWgQ5dqMOeDQu0MpBNMYYPOO3U0h5CkdPpQgLErDzDgY
J9ahAzwcYNKxJkLU4kFRxzxmhghEwCDz/j9KdgbDknAP5U3ouVIzng1JnfHk+3OKRSFjZRkD
kiimADJGCTjrRUNamsXoQKfkHHJNV5T/AKSmfzqVWbygMZ5qFx+/U8D3o6AtyyzcDaDnGMUg
PzDjJzSjGeOg4o4JGAcg9apGbEZjgnv7U0OwxzT3JAY5PAzkCow2WHQZoEGVBGSAT6in8FPc
HHWkGDtOefenkYjzt4zigBArbc+v60YJYE8E+lODEEAJTncsdxO3HOB0qhDSCMkA9elSIwwf
lG4DtURy5BGQc9c0qA/Pkjpz60AKZCNpPPJ602ebEMiRLEHlGAWOPrj3p8eHwPvEk0x0VgPl
yF5GeoPt71jXj7SDgtzfDS9lNTa0ILDMXmI8irIvIZRtH4e9TkKZG/ej5eCN+ePSofNAz5yY
xzuXJB9/apX8tQdrIxXHyrz/AJFcsVGKV3sd0nObbSvftsSFhKx2IwA4x3P1qtOVkZPJ8w4U
MrAEbT6/XtipIjJJgNDtDcYB+b+X5U+LO47pNwByccc+uPUdKxqJ15xpx+E2pv6vCVSfxbDI
YwFIOBk80m3nAI44qZc7SeCM9/8APSm9sADOe9eqoqKsjxZScndjWAC/LyaZNH5kRUDGeKmC
NnGcnB/GgH5sqD054oBNrUxImltpuflYHj0xVw6oQgJjJzxw1X1iV1O/pjPSo3tIweFXr2q7
mzqwlrJGbJqF1KSIoyPXAzSQWk0pD3JYc5/CtcRqpCgcDvUjhWCqwA44I70rg8RZWgrGNqUT
KVeMHgYwO1PtbwLAPOUMRxkEVpTBWk9CccVDJZQuiuUA5wcHk0k+jKjVi1yzRXa9izwrZHNR
TX8jH5AihhnOc1MunxZ6MVzwCaFto1Iwq9etO6Ww+ektkUVjnuXB+bbjq/QVct7Lyjlvmf1N
W0BU54GDSKcgc+3NLmbJnWctEIVKxqST64BrlPHks0VnDs4jLENge1dg2cYLZ4qnf2yXNuY5
lBVgR0zWU4tqwUanJNSZ5DbhDMplPyg5NdDMbmxsxdafdTJGSN8ZbJU+/tWXqunT6Xd7WVtv
VHx1H+NXLXU44rVYRaA2r8Sd2Y/WuOPu6M9ub50pR1RetG1DxPMEmn8qCMAOV4B/+vW5Hc6P
oMfliSMyKP4fmY1i3ssKRWFnpztbw3IzLt+9nOOTW3p/hCyh+ecvcSdfm6flW0L9NzirOCXv
6LsijfeN4gpFpbEsOhkPH5VxV/dy3t0885y7nPTpXpOpeFbK8KlU8oqMZj4zTbLwpptuVZ4z
Iw7uc/pROlUluFLFUKSvFanCabol9qXzW8Z2f3m4Fa8Pgu6/5bzIgz25rvYoYoEVYwFUAgAD
ipGwo3NwB1PTFUsPFbmU8wqSfuaHA6x4btdN0xpzJI0oxyen5VX0W2hn0G+WMobk/wB7rgel
WPF2rLql3HZWjFo1bBP95qxNStUsZhBDMHkVf3hHHPce9YSsn7qO6kpyglN6spwS/Z7pJY+q
MGAPtWzPqUurXH+l3XlQj5unAPoB3rEYSQ8lGQ9QxHSmyNuwcEe1ZptHS4RlqaFhZz6jePHA
D8xO5j2HvU+q6dDpSqv2nfd91ToPxp1jLqWlWbXEMflxvglnA59KyLi5e5kd5jukc7ixNN2S
8yFzSlo9B0lxLNgSSM4HTcc4ruPh7FIsUsr4MTYAHQ8d64awt/tF1FECcuwWvW9JgS0t0iiB
CIBjHFa0I3fMc2PqKMORdSyy9BjPJp6ja3TFA3HGcAZp3fAHftXaeIyUNuIxtXHpUf0Ge3/1
qerA9QAeKMDIGB1oExm7Jxt4p20E/KOQKUDk4z15NLu2cEmmIi5BGcY96cvIGcEZ9KDyAeMf
XNNVx0x0P4UhiTMVhIYFkU52jg+vHuOtObLx7xg+p45z0J68+tJj5Dx69aaCISPJXGQcjd19
z7ev4V52Kg6VRVoryZ6mEmq1N0JPzQlukwldNo8tvmB6Y9c1PI0ku1iV27cfKvX3pCEeMSI6
gdCjHkH056/WnqZJBtI8zd2YZx9KqFlrCz/Qmpdu000/zIlvZIZ44TtMHRiQeM8fQ9vpT2XB
IOOCRRNHHEjCRBmXgY6D8B+VJjadoAxjH/1qrDRkpybe5OLlFwikrNfkJ0YcZPtTnXjgY460
km7cPU0ju2wZOMegruPPExgD+lKxBYb/AF6mkAygxnml+YMScjBPUUgH/Ie3TgVHuHQZIz1o
35JBJA/SkZkXCgnPpmgCUtl+AaAo3DjI4zSMQCM569aUFckYzk+tMBT2HHNOGdhHbOf/AK9J
jIAU4PNHzbCMHcOTxSGgx8pznOKKdEwZSOQ2PSioe5omVvLYR5HrUE+TcIPapkyFBJ79zUUj
A3KkcHFD2KQ8AnOOBjpnpSgnnAP5daEcKuPbpT92Oink9aaehm9xAGYYOR8tAUcH245oEuFw
AM49KTcQOM1RIYUqBtHPOakztRggOSef8KiQg43HAHelLZHfFANDsk5JIP161ICAvUBuegqH
b04PJ6ZoLBQCB260BYfnH8X1GaEKEtx2645pmRwSADxUoIAOWb6UCIS0kaP5TbCwK7gKQzxF
AZS+4gAgr1PtUyRllJ4Az17AetVWLSSllb91jCgd/c/0rhrpxnem/eZ6WGalT5ai91B9qEzM
kEfyHgOwwffjPBqX5YIAplVI+mCT9fyqKxI82YeasrdTtp0y7wFwpOcgFckD0+lTT5nT5nqz
SryxrKCuo+ROJsARtIgA6ALyAexPv69qbb4BxyfxqJQVdVJXcPQYOPQ1MpAbJGRj8avBw3mz
PMKi92Eew75mUdRz/n8KRW24474pqsQM9sk5xTl+7kcHjvXceYSFiW4xn1NIFYuecdacgbdn
rnuRTpRtJAIGPSgCJty8H05NITweM/jTgQ5bJPQUmweX/jTuFiNG2k8HtUrSk4HqKasa9ApJ
p7Aqq5ODj/JoERvycY5yKlZCIYhjvnJpAcHJ654pzksi7uB2pDI9vzYzxntTHwCADkZpMBRw
STmmPgjd83WpuWkyXkMo7c0gC5zSRnJ9FBoLLkAkAd8nFK41EepyMcmmMc7cDFULnXLGyQNL
coWz0B3Gse58WrJj7DZTTN6kYFJzijWFCcuhoa9aC80yaPHzbcqT2IrzJNyjjkbsEHt712ba
zrsq4j00KCO6msWCOfTriQatbskFyCpIH3fcVzVLSd0elhb0ouLdza8IaTbyoL2ZhLMrELjo
P/r11Vxd29sB5s6xjH8ZAzXncq3uiTqlrcstpNgrIDkNW5baBbarH9onv5btiOSp6f4VpCdl
ZLUxr0VKXPOWhszeJNLt5P3l0rHnOwZpqeJNJdCRdKMdiCKyJfBVqUyssqk+wNchJpsseptZ
ZXzA20E9M0pVJx3QUsNh6vwtnptvq+m3GfIu4mYc7en8643V9Zu9bvfsNkGSF227c8t9a568
t5ba48uSN42HByO9TiC706WC4+4ceYjetZyqylozppYWnT96Lu+hJrOkzaPJEJZkZnG4be1P
0FrQ36SX7fulO7lc7m9KWE3PiHV1ErgM3fso9hUniO2srG6EFmCWUYc571nb7S2N+a69nLcl
8R6q2rypBaQkRIcLgcsapromoC3M7wPtQdz0AqtpzXX2tfsW4z9AV6108i+IUsWVtkgZcEdW
UU0ubVkTfsrRi0czqOo3F4EjldmjXhQQBVPGBnI4OKdJHtB3H5skFe4qbTrObUrpIbdck9Wx
wB6ms3eTsdF4wjfob3gax+0ai07gbIRwcfxGvRIvlGS2TntWboemxadarDEAW6sx/iNaC/Ng
cDnsK76UOWNjwcTW9rUutiTKk/j6U9j0yOM9u9QAlSDz1qUspwCpPJ49K0OZkhKbU+U5704B
cZIOOnWoAQCuCOfQVK21V2BiM5OKZNxN4BxyQTSMUGd2BSZUH16dTQzjpwPwoAFIBU+p6UFx
gcnk9hSHkKcihQQMnFAEbsOgHPPWmbmyCrBCCOSucVIyk9h371GF4HAB+lRUjzxaZpTnySUk
S3ManJUAll53DBHt7VXUfKmZFlQ/MzFufr9atW8cy2mRtwDgYxxnsfeq7rIZCz4yecAda82N
NVNeqPVlWdJW6MmCBz+7fcg5B6dehGe1SvJ9nk+ZFlAxvTrx9R0qN/MC+ZJhN3OxABx6/Q/p
T7aOSeEY3k4+57CojXqTjyN28y50KVOXtIq/kEzq0mUBAPIz6UhPONoyOfpSEbZMsB35pHbL
HadvHp0r11tY8WWruO8xguM7fbPSmE5k5JJzTVG1AOeaMFWPOfrVE2DeNxAJA9KUhWPQ7s/e
NMAAwM59c/yp5VlIOCFJpIbJV64J+vvTgV3DHSowPnySc5/ChNpcEN3oETFgAME4FRsxzjLA
delSuWAAAwM5zj9aY+4OSx4XHSgdhyrkZDH6UUmc9yc+lFSzRbFVSDCvXOeagkbE4xwcVOg+
XaD3qvKCLke4xUy2LhuOSQlcf1qfcfLPcnj61WUD1IPT2qVCqo3BznioTshuOo4MQ39RSljt
pisDnGSQPWnFjt4VcewquYhxFU4A55phYg7c5+lPBYqoBAPc4oYYBAwT9apXJehIBwAFJOe9
MJAIz0FPRXLYVe/emMWCjj3qiR0h5A256fhSqTgj+KmvuwuFz/SiFSzheVHfI6UnLlV2VGLk
7IWdiE8lWGG5fPp6de/ekA2gqFA44A9PSonkYtI0ZyVPyrIOB6Y56GnxSu0KtKoWUjkE+nbg
flXBRndupJbnpYinaKpRexU2Tfa5GhYI/XBHDds0955zPH5ioCnXy1zn3+nrV60XywzOQZJO
WNVb1UeVSm0lOSVGSv8AiPWsMRQcYcye/Q6cNiFOrytaJbijqrHOc9SADUqvlzjn5fWkUttA
PT26VKCpY7Rg7epr06EeSmonj4mfPUlIRQPLHb3xTlQgADj8aZztPOT9KUhljU4yMge9bGBI
nU+lBUEtyBzUbsQR1A96cABk8FieuaaJAHCHDEH2pxwUXqSKaGZgRhce1ATg8gc+nai47Do8
K2dvPpmmytvGe31oA5Pv2NNP3V5P09aAQ4ENkccd6r6nqUNjp5MrqCmWGTyfauW8S+KHtJGt
dP4cfK7nnB9q4w3JuJw15I8nOSS3auWpXS0R6VDASkueWx1Nr43nEg+02sboD/CcHFXZ/GVu
VDLayux689P/AK9cveS2E0SfZLeSFU6scncfStvwreWi6dMLxow0T7svjp7VlGUm7XOqpRpq
PMolmXxHqDIHs9NkVOoZxniuWutR1DUbhUllkZydoUHHXtXU3nim08h47WOV5MELxxXI21tf
m5SWGCXzd25Tt70Tbb0dyqEVFNuNjt9H8O21tbo1zH5055JbkD2FdBHHHGoCqqKOgUYFcYLP
xJKMtcFVbn7wpo0LWZz++vsA9fnNaqVtonHOCk7zqHaST28aDzJlGPVsVj6zeaNcxNFd3ERB
7jkg+tZI8GuT+/vXY9eB/iar69olnpen+cHkeQtgZPBNOUpW1QU6dLmSUtTHnm2j7JHc+dak
/KGXG0evNWUW/wBHEd1ZsHhzw8eSr/Wq0AS/SK22pFKoJaZm6rjpUFre3lgTHDISh6L1B/Cu
a/U9JxurHZ6f4vtZowL1DA/qoJBrA1O4hvPFET2shKOyAsB0NZlpbRXE7R3E32ckcF143elW
306/0qeO6WJZgjbhIvzKapzlJamSo06cm47s9ElsoZwBLEj46blzWb4i0IanDEkbeW8Ywo7f
Ss6y8aRn5b23aN/VORRqviaW4mjt9I+9Jx5rVu5waOGNCvGd0c7caFqem3ClI3bPzB4eaq6V
Fd3t3KkCb3kBV3YZwO9dhO99dabJbWt8t1dqQJGQYCg+h71bsxYeH9OQXLhZSNzknJY+grL2
av5HW8RJRs1eRLo+j2+nxKEX94Ry5HJqh4g8RRWReC0xLc5xkDhayNT8T3OpTi3siLaFjjeT
yR7ntWOJX0nUHKGGeROh+8pz3olUSVok08NJvmq6vsVZBmfN0JUMhy+RgkE9q9D8LW9ilgx0
751J+Zm+9mvO724uLyfzZcyO3QgfpXS+AbwxXE9vIyqjrnk45qaUrSNsVTc6Xod6q7ivOMZ7
U4N35+ppyqQqgHn0FN2Y++T+Fdt7nhbCmPKqWxgmkAJOO4Pc075RGB3z09Kdn58Ac+tNCYzZ
nGCvbij+I5HNO9Dxx+tDkuD0H4UCEGSmSRmlZD5YJwfSmE8AZ6H1qQ/dxkYHvQAzrtB4xRn5
RtXgHnNOdscDt6UxCGjwzEtmmwFz1AXjnio8dGBHWnY/2PbBppyMADv1xSAbtBYpwC+AT6j0
/rSEwl2dbqNgPmwx+c/hzz7Usoby/wDVlyewH+eaZDtlVGVflPOem4+uO1eTUjOGJtD7R7VK
VOeF5qn2R8RLPKjHCBsjHv3BwOKdG5t5hMgJwenX8vep4fJIeKeQooJKnqAf/r1C4UAKBkkD
H+c1oqUVB0ZbmTrSdRV47Fm6IlWK4WNkSUE4Pr3xVf1PamWcr5uYZIthX5wVHy+mRTx0YEhe
nvW+Dm507S3Whz46nGFS8dnqIWCjGMEmgdSx/CnBAGGT37ihsscqGPX6V1nFcFibeMD8/wCV
OYjC9AOeDQI5CVBGB05NDZ4CkYyfxoAWTAIxznqBSKMMPl4+tEmN+7OWxzSId7HpQArEjkZP
NSOGIbAx0PSmEZXG7I/n7089G+X9KBpjUJCnGBx60VIBuTr+tFQ0aRehUhU+WTgdagnO24B3
EYFTQEbOSSc96hlwbjn061L2NI7igbl4zQqHrtOKdHyOvQd6cAWbBBqUhORHGVBYbcZ5zVhQ
Ng4WmxABznpij5VB9M1aRDY6Us6gKxHHUCkH+rAI3H1p6MrDqRx2pkmeBk4zWiM2WY32Y+Ud
cdKimdm+YkAe1NcsFUjJpu75QM575NACtnOD24oaQJG7AEkL2A49/wAKQD5jx7VBfIWtnQbt
zL/B1/l2rDE6U5WOnCa1o37i25ZoUcktuPsP5VJcFlk8uJQGAG7cDx7U2zVY9OhKZYnn5z0/
+safbLtj8xVYgk53H35APp6VhRd4Riux1V42qTnLuK0siBSQrqAdwwAT+NRswVQVz82Dx6f5
61LudgN8ajBOGH8X/wCqoY2QMybRtHIx1B/+J9amq9Fy7N2Lor3nzbpXFztPXjNPQfOxAzlQ
KDuPUd+KcoY5HcivQ2R5T1YHcAMKeOc0qltuCSOemaQkbCOhz3pqkAjAOMii5NiWVAzZJHHr
1p0e0BvmIOeoFNILEkkY9aRCMsDjrxTvcVh3y4IV2PH0/rQfnIGQPxpFwBnIGemBSO2T+lAW
JFCg/MOB7011BI2n5vc0mSCAASPXrTipdRjIx7frQGx5t4m0G8GozzRI00cjFsr1U+hrIi0a
/k5S1kx6kV6+kCM5Ukg+9RSIoQIOAK55YZN3PRhmM4xSsefwaNq81iLRhHFAO3AJq/p/hGJR
m6kZ2B5CcCuyitwGH68U5o+Cc9OeP51SoJGcsdUei0M6w0a1tV/c26IeuSMmrojUFAAD+OKk
lu7aEfvbiKM4OQzAVSfVtOyu67hIH+3VpRiYtVJ66lgcrxginKmAMEcHk4qjJrGnRoWN7DsX
/arEHji0+0NG1u/k5OHGP5UnOK3ZUcPVnsjqGJHOTjiuZ8Syi/uY9LhCtJIdzt1CCrWpeJrZ
bIDTyZrmQAIoH3fc1kz3LaJY4fZJql0dxJI4z61E5pqxvQoSg7ta9Dm9W0/+zL7yDL5nGQen
4Vd8NiN9ZhleAyKTyFHCH1rJ8wS3e+5LuCfm7k+tdRF4itNPjKWljswBntzXNG17np1efk5U
rs6LU9Ctb9d8qASHOHXg1z/9i6xpbFtPn8yPqFPf8DTX8aXHl7VtogDyCWziqh8ZX/VVhHPp
Wkp02clOjiIq3TzINVvPOXZfWIinx8zqu0g/TvWQszLkJ8pAI+o/xp+q6hPqdx51w3OMbQMA
CtnQ/C/2+zM88pj3/wCrxz+NY6zeh2txowvMpaPqZtJR+8dY0O7avBkPoT6VJ4kuob66jlTc
JNmZFHOw0+88J30L/uMSrngg4rHnRreYxSKyunyuCacuZKzFD2dSXPB6ixGFEVnBZiTvUDoK
s2X2XzwtwkkpyAiLxkeho0q3smZ2vbgRxqeg5L+1QXMscVy7WTsE3ZXjBqVpqW/ebRtajcTw
WRFrprWtueDIV5/Om2mixahZCbTbj/SF5dX+XB9qhl8RXkumNbSuHydpZk+YisSOWSJyIyw7
Eg4BqnJXIjTla2xu2niLVNKnMMr+aF4Kyc/ka7zw/rUGr27sg8uRSNyE9PevOtJ0G71JgwHl
xnne3T/69d74Z0OLS0fDl5WxucjGBW1Fzv5HFjVR5bfaNw7SEH49OacRhiRmmhuBznHGKUlf
mJye9dR5I/jA3HH0qN9o4IBYjrShwBt244HNZ95qdlaIXnmQdeMgmhtLcqMJSdkXTgFeB/nv
S7hyDjHtXI3njKFhss4HeU8A+9U1PiLUwesEbf8AAaydZdNTqjg5bzdjsUvbR7t7cTr54H3O
+atIoUHeR2zXmWraNfaI8V6ZTI275mGflPvXf6FeR6hp0U4YZIAYDsfQ0QqOTsxV8PGEVODu
i6doByx56Ac0hYFQFORnqak3AEjadvvxTTn2P41qchG5LFRjK9yOtTwqX/1shaIfO7RjBOeM
gHFMXjk4/HtTHmEsrDMbFeAY1wD7j0+lcFfStFLqelhlehJvoI7DaxUbiDkAnA/HFTiEPGHQ
gheuBge+M+lNCpHG6vExkONpzgL+HekjZkODhtwPyk9Pce9KbcLTg+oU0p3pzS2+4nVP4Wkz
gMSvAI46jPb1/Coo8EMMdMY70yYq11GZELMAWB5wvHXpT7cDZJnsOBninhH+8qLzFjF+7pvy
EVX6gEHPpS/Njl8dc5NR7tvc0Zx1ya7zzkPfG0fOPT/61NfBVeT1NK+MjaM49etKclBxk0AQ
suGOQcU+IfMQKV8bT3A9OlNQN/D6UhkjOd3Jx15FPOTGR6ComXnnJJpZMLnsfammA9MjJJHT
HJ6UU0D5Rnp9KKiTVzSKdiugAXqM5qvKc3AI9OatRGPy+c9fSoJP+PkYXtxSexpEdGD90E8i
pSNrDk0kZHABydtK2d4HLY701sZvcWIgFjg5+tAJzyqgZ4B70+NCWY4wcelMYAYznjtmqIQ5
C2STgfpSO27HUe1Iv3gTwcetDDLDg46YzTQh0mGTgE/WmrjZgYJ71KrAfKEU5HOetI7NkkcH
2FAhnUjb+VRzKDG28NgDnA5p4XkDJBpZMLbu+9C+MKmRkn1x6VjXaUHc6MMm6iaK2nzRyWzp
FgMj5IC4wD798/pU6SFFIK7jxjJ4/wA+lQ29uY2R4kBnzjg7Qc9QfY1K8nzqHhIBHXIwD3H4
VxUrQiqdTdbHo1r1JOrR2e4bCHLNzn07VGCfNIwAFwMkjIPYDnpVwSx7gIo+VBLPuyD7jjt3
qDBVCBsRR/F3JP8AD+NKpJTso7JjpwcOZz1bQ4ZfIKjrTl+UgkDpwTUe7Oc5zTxuwu7kY4PS
vTPHsMcnnBA5pqcrkkjmn44Gcde9NQN1xx60nqCHnktg5zQM8jjGetOckNk49eKWP0AA5poG
iJeeCMY4zVggEAjbTWXaucKOlIeY+MZyapEMCQp9fcd6kJOwAMMYycVCmN4+bOOuBUokVQAO
ePTpTQmN3AOv6GnZztJP59KjnmO9cDIxgUxX3KMg59CaV9R2J+5ycUcLnDE5HNROFjRpJThF
+8T0Fcl4g8ZJDvg03Dv0MpHA+lTKoorU2o0J1XaKHa3pGkxXM13fXbgPyIs85rh9R+y/aG+w
+aYe2/rTHe51G5JJkllc/UmtSLQ5IIGOp3KWsbc7Ty5/CuGT53oj3KcVRXvSuzIjVWQs3Tpn
096f9klMBnSJmiB25xwaS58pJStvI5XOCxXHH0ra8Pa/Hp9u9rLB5keS27v+tRFJuzNpyko3
grmMkpimUo+1l+YN3HtTtQunvbkzTuWZ/U9K3dTfRNSj3w77S4/vbPlP1xXNTBo5GVsE9OO9
ElbQKcufVqzHbVMe7f0bG3v9aWYKsp8skrxgk0tlayXlykMIBdzgZ4qW+s5bK7aKdcSdQBip
tpcvmV7CWVqby5SGN0Vm6FjgV09v4MZRvublVGMnaua5CJikwcEgg54rtNZ8RGa0Wxs0Eksi
KGcduOQK0p8v2jnxHtbpQehh6TpQvdZMELF4I2yXIxkCvTLeJIY1RAFVRgAD+VYvhXSjptsW
c/6RKPm9vatLVtTi021M9w3PRR3Y1004qEbs8zE1HWqKMdSp4k1aPSbPOQbhxhF/rXnK215q
M7SJFLK7nOQOv41fi1SC71Ka81VWlwPkj7H0H0qW68UXUmEtES1jH3VQVjOSnu9Duo0pUVaK
17kcXhjVTFloVVc5ALCqyGXS55Y7i3jdgMMsgyBn0robfUbrT9P+16hctJJKv7mEn9TXMStN
f3bNhppmOSFH3vapkktjWnKc2+fYhjga4kVYt7yueFArsNE8MxWyifUim7GQhPA+tL4KhtBa
XFy2EmRiGZj90VHdR6UZne/1WW5JPCpnH6VUIJLmZjWqym3COljduNd0uzHlmZCRxtj5/lVN
vGFqm4QW80pH+ziqVveafEMadpMk4HAfZnP4mnf2hqzsTb6OqY5JK4rTnZzKjDqvvZZHiTUJ
ivkaayx5GWc9qs3viu0tnMaAzvjpH0z9a5O9vb6e8RNVE0NsDhkQYFdPoI0Vwps0i8wHgMPm
/WlGcnomVOlTglJxv6GW99r2ry4t4nt4yMZxgY9yadZ+GIXfN/fZc/wqc/rXV6gzJauYxjoD
XPE5bHQHmtoUVLWTuaUZOcfd903bPRrKwCfZ7dQQM7zyT75rN1C7laZghKohwADitbSy7W6e
ZnjpnsKgvtMV52eNgO/tWkUonLTmoVH7R3KMEpvrWWzuRvSReprH8LXMmk6zJptxuEUjYTce
h7H8a6awsVhfLksw/IVk+MtLaSFL21AE0B+bHUis6y15kaqrTnNwWz/M6w43HByKdkMOffms
Tw3qP9qackjcyp8r/X1rYT8Dz1NXGSkrnnVIOEnFguNp2cDPSnsdyOnyB0O75OAwP8Q/lUW4
YKjaOe4okA3boygOd2UU7G9wDiuHFX9rFrpc78Jb2U0+tiSIRu2WlKEdTJzn2HtSXJX5EiZ/
LxuPbJ+ntTtqvnCPGV+8uCcceoHSkDmGSPCbww4JU4H4eoqPa0rXTv5F+xrc1mrd2OnmRWEA
ilLlcs38OfUew71GieWoLEKGHGTnNKbgfagCCIiSFLMTsJ+vb1ouomglaNmQlcfdbcBRgeaM
pc+jeoY/llGHs9UlYQdAoYEHHajapyCzHmkVgPpQMjqP1r0jyhGC5GM/j/KnIxABRvXtTN43
Y4x9OtPUjbj+lA7AW+XknHpjFJjPbPFK+QMYJpM9Mjt3NAXHBhkckY9KaTyep4qRB0bkDrxS
suX+Xg+npQCISxHbpRUgOD0xg0VmzSL0IFXMfrzUMuTcAccCrAPynHrVdyTcjOAcUPYuJPGd
pHIxtxUu8bvvHg9qgUMT1HI7CnpuLYLdTn/69NbGbWpICSp2ZAPcimFR9aewGzAyc9qRQy53
AemBV20IGRnJBA6c0DJfpk5p8nykhRkEDiosup5THPpQgHNyuR6de9Iucc8+lS87cnHQcZpo
UBc4FAgIYHOcUBQ2GyCcUrD5QMnFETKuHPOATk45/M1M5csXI0pxc5KK6lW7HmTeX83lqfmU
DOfr7elDSqmVYFTjGW9qlhiXy5XdlDDkgHGfYevtTIriCZwIt28D7sgwc+nua4YNx1k9WelP
lmuWMbxRKuQiErjvnHBFQvKzys5jKrnA+bOM9voaRyIx+8UeW5+bI+77/wCNWY9sDDaoGV2j
nHX/ABqKz5pXejX4l0LRi1HVP8DHv9fstOkMd0zCXGcBc8VX/wCEx00sF8xzx12UzW/D8eoX
hmkkdXwF4GRVP/hD7Uc+ZKOOvHHvXZep0OaKw1vevcvnxbpnl48xy3TlTSDxVpicLKWJI6LV
N/BtswLfaZsnhs460xfBlsT/AMfEpGfQUv3vYdsL3ZrjxNpjoH+1gZHQ5yKRPEmmAZ+1IPrW
a3gy2ckNJICBw2Kik8DRsv7u4YH/AGgDQ3U7Ao4Z9WdImradKMpdQHp1cVZW6tpEXZNGwJOM
NXFHwPNtGy6TPupqvL4M1CL/AFVwhHsSMU+ep2F7DDvaZ6HuQYJl69/60AKpx1x37V5s/h7W
k5WUt6fvOtIP+Ekts8z4B/3qPbNboX1OD+GaPRnBZxwT71DqF9DYWbT3LbVX9fYVwx8V6taq
FuoUz0y6EGsTWNXutWkBnY7BwqL0pSrpLTc0p4CTl7z0LOv+I7nU5HjV2jt88ID1HvUGj6NN
fkyykQ2qcvK3QD29atafp0FhAL3Vxx1jh7v9aH1B9ZuRDNPFaWvYYwF9sd6593eR335Vy09F
3Jm1WOxJttAh+c/KZiuWb6VXGj6jdpJd38jRKOWeUnJ+grrNEi0exQeTcwNMfvOxAJ/wrC8X
a2LqVrW2cmBOpHO41pKKSu2YU6knPlgvmznIreSe6WGL94zEAEV2y+Dbd7JfmdbjbjcDwT9K
d4L0TyIRezr+9cfICOg9a7BY9qcnj2qqVFWvIxxWLkp8sHseN6lZTWFy9tPkEHOex96rOmD9
/J9q7f4g+QYoBkfaM5HHJX3rilJKDbye3GOc1hUjyux6FCo6kFJm94MtBJqD3Dn5YF3c+tL5
aXem6rfTqrSFwqs38PNO8Hysk96jfMzRFse4rHluiLaWHGGdgflPy4+lO6UUZuLlUfyKDDnj
GfWuv8CacJrh7yQj90cLxnk965a2ikklRUU5k+Ue9eq6FYx6fp0cK8twWPqT3p0Ic0rk46ty
Q5erLdxNFZ28ksz7UQZNeX+I9Ym1W7LOxESn5F9BWv46vpJNQFojEIg5UHqTVKHQmttMkvb8
EMRiKPOCSehP+FXVk5vlRlhaUKMVOW7Kvh/R31W52M2yJR8zdce1XdUlsra+jtYY1FvbcucZ
LsPWtrjw/wCGgSQLqUcA9QT/AIVymk6dPq13sjztJy7noKhx5Uorc2jPnbnJ+6hl1czX8pnd
izZ2gY4Uen0q34XZo9atWjXjdt5+nNWfEiR6Tt0+0OAVDSHuT9aj8Kqsb3F7LyluhKg92NK1
pFuSdO62NnwzDHcajqlrIpeBzllHHeukt9CsIMmO2iBHc8/zrmPDuqW+nQSz3CyyXdw28Igy
cdquvqWuXoP2Sw8hT0Z/T8a3hKKWp59aE5S0dkdTHCixbUXbz0XpSqGAPQjNco2l69cBTNqI
jyOQpI/lWn4e0u6sp2a4u5JwRgDHA961Um+hyzpxSvzXZry26vFtkjDg5yGGa57UfDNpNhrY
m3mzncn+FdPwoK49f/1U3aG6Yz/Sm4J7kQqyh8LOJe217SyRbyfaoAcbW5zVWDX0iuAmp2LR
kdShI/Q13zIx6r3FZ2rW9obSWW5hSQRqW+b+lQ4uOzOuniuZ2kt+xLpupWN5Ggtp0LH+HPI/
Cr0m0gZOOK8YaQrOzxEpzkYPSuisdR1y2tYrja09qem4Z4qI1+jRdXAW1i9zs9TvDbgCE4Zu
rYqnDdvcq0Fy25HBU5rCuPEtrdKvnJJFKOCOorS0U29xIrrNG4HO0H+ddEZwlE1VONOl7y1M
nw/cNoviGazlyIZTtH9DXfL8wH8ya5DxxYGSKG+t1/eRHDFfT1rX8M6wNR05WZszINr/AF/+
vWNN8rcWc2Ij7SCqr5mwFAbJKseOKnFy3lkRmEA/e2NyT/fHA47YqCIIzjfJtHc+lCxKjFgY
lAJAdV4Pt06VxYyPNVjfZbnRgZctKXd7BGWDBVZto4xnNLIkyhQwdADuXnFI9wWj8oIiD1HU
j0psQcLsVmCferblc1pFWOfmjB6zbfkTMsciFypVx94DnB9fpUCgKSBhenFPg+1m7jjicYY4
Ib+IHqCf1p7w7JmXk7Tjmqw0226ct0TiqdkqkXoxu0MT8oH86AcE5OeeKcuCXzz6UnlEp1Cn
+ddhwics4IwQf84qRGyME5/OmLwyg5OP1pRx0znn6CgBZBzxgHHtRLwF7nA5Bp77VZQefl6k
9KYo3tgZJP5UAhMZGTx3oLY607JwVIywzQfmHOMfWkUhoYbeDkjviikYDqDzRUs0SG4BjBx3
9agIzdAEDJHFTYIQn1NVyc3a4znFJ7FR3Jc7Qdo59hUgY5OcA/55qJlOR1JOelCttGT1z6U4
mbLDHCDGB9R0pyNxgOMevpUAbnqTx60vAOQODV3IsTFxyd2SajZcoM800Y3cenanEnyTkZyf
SgWwfKB1OfUcUu47NoOcdqaoAUcnB9P50MwH3QT8vp0oAc2Dwf5VFNmMDBUA9SemDUqspjJA
AzjtTZCrDaVBBFTUhzxcTSlP2c1LsSiMH5gAFPTHOPaqN2rPIEiIOOTnquO/XqKn8yVdqCR9
q/KAPT0/wpMJu3NJErnjqM8ep9a4aqnJKnNWXc9Ki4Qk6tNtvsTSrujTfs3EZYDBGf8APaoN
yw+Wq4wpAUDqo7g8d+3pT1Z2Uru3IvK88AH0/rUEqD5izbWK4yRnP+z+PrWdePPR5o7xLw8/
Z1+SS0kWJVVWYHOc4waRY8jt/hTnYSJFKrFt4/IjgihcdD+Fd9GfPTUjzMRDkqOIKuVxgGkU
AJ179KkKncQo496arnbzjGRmtjEFbLbj1x+FAJ8tyDg5pxA35OAOTwKaAOQMdenrQA35zznP
GeKV1bIJBPtSDnvinOAFHBPvSAjZcMDnj2qtPJHDG0kjbUUEksasMM5zwfavO/GOsGWZrO3f
9yhw5B6n0rKpNQVzqw1F1pWM/wAR6w+p3RwNsCH5QO/uazYJSjqyr86sCM1CCa2vDGnDUtQE
chAjT5mHc+1cKvOR7z5aUPJGto2lXGt3ZvdQJ8rsM9centXS3Ph/T5cq1sgwBynFaUUYiUqo
CoowAKyvE2sxaZbHDq1w4+QDt7/Su3ljCN2eK6tStUtDQ4/xFb6dby/Z9PBMqZLktx9KqaPo
9zqm5ojsRP4j0z6U3SNNn1e/287Scu57V6dptlHZ2ywxBQqjoO/v9axhT9o7vY7a+I9hHkTu
zlVHiPTY/wB1Is0ajI6HioB4r1m3Yi6jTGOjriu3k2RqGchVVSS3pXAeJtS/te7S0sV3IrfK
ccuauonBaMxw8/bP3oq3cxr+8l1K5eac5kf7uOij0qv5YEIZSR65/mK3tV08aRo0aSEG5uGy
+OwHYVhXMglhiH3Si4Ax1Fc8lZ6no05KS93Y3fB4Z9Rk4BxG2TnlqwLlStwwYbWzyPStPRY5
LeB9QdykUB4AONzHt9KzZ5DM7P8AedzlicdaH8KFBe+2je8Gae9xfi4KjyojwT613epXken6
fLcOR8o455J7Vn+FrNrXRow42O/zMK5zx1qfmTrZQEeXHy+O5rdP2cLnnSTxNe3RGLaSy6hr
sTyHc8koJz9a6/VZ45tbt7WVgLaAedKSfyzXF2F6La9t7hokKwjoON3/ANel1HUJby/mnYNG
Zeo6/LWUZ2R3VKLnJdkjW1GWbxNqwitVPkp8q8cAeprtdPsrfRtNPARVGXc8En1rC0rV9H0r
TgLd2kkx8w24LNWJ4j1K9vYo5Zz5VtJkxRA8keprRSUVzbs5ZUp1WobRRnaxcnVdXlkjXJkb
ag9ugrW1GL7NawaTZxl58b5tvUmqfhiIR3ct3cLhLZC+D69q6DwfatdzXGoy5ZpGKjvWcY83
zN601TWmyIbWPX5Aot4ILcAD5iADW1o9vq0VwX1G5SWPbgAdjW9HEMDpwKbIABhu1dUaaXU8
qeJc1ayFziMAcepzTlO3kEZHUioyQiFjgLyTXPyeL9Ojcx/vCAcEhaqUlHczhSnU+FXOk4I3
KfWmtuzkA9KxrDxLpl25VZzG3bzOM1tvIrgFSCMdQcimpJ7CnSlD4kMIbgY9OK5/xzdrHooi
BCyOwGB3HeuknUZUBOMCvNvHN6LjVfJXlIRjI9e9Z1pWidGDp89VeRgwRNNMkaDLMwUc161p
1qLazhhwCEQA8YrgPB1qLjUlcrxCNxz69q9HXb/E3OKzoR0udGPq3koLoZGpaLY3jZkhXdj7
y8GsG68HvGzSafcMpJG1W7fjXaMNxJA49qdjhcg59DWrpxkckMTUhszhJJtd01HiuY/tNvjD
bhuBFUvCN39l1vaV2wzEqUHb0r0kgM5UgAelZt1olhcXKStEFdW3fJxk+9Q6TvdM3ji4uLjK
O5qwsgikOOAOTnBA9eooL7lKxLGEQckAHH4+lPEE3lxLAcbyWGAM4HBbntzjFQeQEfbjYB8u
Cc9PWvOblVxTtsjsXLRwivuyQ8L5kuVXoqqcEmhJZQwI2NsOVO3+frQ65kDhvnAATBzgDt9e
9SqyTEvMxjfOGZudx9fX610c15KdT4TncOVOFP4iJpdzPJJJtJPIxw/+yenBpPmZiwU5Papj
cIIGhh+cSH5nPBA/u49DUMfPG1iB61tQXNOVRbbHNiJctONN77i/Mu45wPrQoO0gkfTrQTnd
gChOh6dD1rsOIC2Gypbb9KI2Yk7gMDpSjOxskdjSqg2H5xSGD/KecHjoaA3zAgdORSsAcDJP
tikKnPI4NMBzjIYnr3qMFAGz1HapCueBnHTBpDHtxkr+BqSkMYZ5Hp+dFSMQI24G0+9FQzRP
QYQGQnIJz0xVbpeDOMYqZztUg+tQHi7XjPy9KHsVHcmYDOTnB/OkxhcZ5BzS5+YAgk+4pznP
3unXgVS2MnuNJUnC9qM4PA60dDjuRTRn9fSgByEjPIxinFgwAwc5pu1vmAHGOtNUZyeefemh
MkCkRggkYPanJ90jjp0pqrjqwwMHj+dAwGO0kHFAWEIXYfmA6cAUHAXIYk9elPYAIO5z+NI3
3Wz09qBMZt468nuDTY40EaIECqowPU+596lVS7hQRknpUpj+VVPBHqMYrKUIc3PI3hOpyckd
mVo0WGVQXJifOc9EPr9CetLdRInyuhPqPWiSN3uCq52AbSeMc/j0pI4pGiZXBKpwrHn8K4KU
1aVvhbPSrQfuX+JJCwSCSN1UcoeMDHHp+H60ByMkAe5xSW84jYO5JXBD5z8w9Ovapnj2k45G
AVOO3rV5dVvH2b6EZpRtJVF1GoS27HXHfvUab9mStSjcAeOvFNjBkZV3GvSPIGMSGGOOPSnK
CMn37GlVSG5xxnrSKdrEEde1MYgyR3PFPfcQhAJ7dKaXHXGc+1JeTpawmScsEUZP0qW7IEru
yMHxdrY060eGMj7RIMDHb3rzBss27qav61eNfajNMSxUsdufSqgj4DZyD19q8+pNzZ9HhqKo
w8yfSrGTULxIIQck8n0HrXWapoL2MEN3poImiA3bere9LoeoaPo9urK5a4IG9gpJz7U7VPFk
c1s8VnBJvIwHPatYxjGOu5zVJ1Z1FyrQH8XZ08FI/wDTehUjj61gWNhea9fNI5yCfmkPIHtW
S4PmZYFW6nd61raDrUmlTllw0ch+eP0qOfmdpbG/sfZxbpLVnoukabFp1ssUK4A6+rGrcjxQ
xNJIwWNRuJJ6VhDxfpmULO/Pbb0+tc5rusXGu3i2enhvJzjA43n1PtXS6kYrQ8uOFqVJ3qaI
TX9cuNXufstiG8jOAAOW+tdD4b0FNOhWab5rluuRwv0qXw9oMWmRh2Aecj5mPOPYe1WvEN+N
N0t5sFWPyp7mpUbe/PcupV52qNHY4vxXcfb9ZeME+VbqckH8zXNE5yBkip/tMrCUbseYfmwP
vUyOVo1KgDBIJyOeK5Zvmdz16cOSKj2BLiRImiLOYzztzxn1pIHZXVygIUgnPGafNKbh/uIM
Doq4Favh/RTrMkqq5RUHUjPNJJt2Q5yjCLcjcl8XQGyKwQskxXgseAa5K3uxDO8skUc+8EFX
yce9auraHHp91b273AxKeWYfd961tU8NWcGmPLACZVTI+b71ayU5b9DkhKjTty/aOPebeq7Y
41wMdOvv9afbwedOsRdUY/xk8LSIHmmWKLcz9I1HJrqdO8HExLLfSFWPJRR/WojFyehvUrQp
LVnK3USQT7I5llUcZXpSA5ALkuOQoPJ+ta+uyWVrJ9k0+PKA4kbPLH0zWMGOQeR6c1MlZ2Lg
3KNzTjnMGgSxquTNLgt04Aq5onii402JIGhSSBeg6H86xDKTF5f8AOQPeu78P2tnqmixeZAj
vH8rHGDn61pC8noznxHLTheauiez8Z6fMdsweDvlhkZrYttSsrsAw3EbAnAG4ZrEu/CVjKco
HiPH3Tx+tYt14QuYmLWs4OOgPBrfmqR3RwcmHns7Hf3XlsjjHyEYOTXnGiWdtd6xcWZUSQtu
w3cY9KryHXNPBVjcBMYPVhUehaydJmd/s4kdjy2cED0rOU1Jq6OmlQdOEuR3ubl/4L5Y2k3P
ZXHf61kqNc0U4AniXtxlTXT23jDT5yomEkJPUsMgVuRX1rcoGjmikU9MEVfJCWsWY+3rU9Ks
bo4238ZXSqUvYQ/GNynB/KuVlle4nkkIJZiSe9epXui2N6A0tuu71Xg1z1/4O+Vnsp+f7jD9
M1FSnNrXU2oYmjF6KzZa8EWyRacZSy75W9eQB2NdSm3eAxOO9eZS6TqmmsSI5OO6MSB+VW7L
xRqVphZgJVH95efzpwqKKs0Z1sM6snODuehztmVjGDtzxSL82PXjqK52z8XWNwQs26Bz1DdM
1uW1xBcDdDIsmRn5TW8ZJ7HDUozhui9tyu7djkjpUbqgwOrH0NOQ7e470uFVd7Asq84Xr9KK
klCLkRRg6k1FdRv2vybxo4gCqgYLY5I6kdOM9qWNwrb327VyxPUAVStFiaWbcD56/TH1HT6Y
qxK/yFEKFRnJzkE/h2/rXj4aVqc5Ldnt4qnepCHRWJoHMSkrACW5/e5JH16c1NB5k8u140II
AJUbdv8AtE+nrUIzLGjqWweobkgjqCfWk8lpkKhS2evNdqpqVFSjLU4ZVZQrOMo6dgAAYKWD
EMRgHirBePgKoztwT61WVQjBWHTjFOUZ3464ruWx50twU4ZuPx6U7ZuGSeOe3X2pmDk7TijB
2jc3TpVCBguOSfyx+NLGAucY/HpSOMr19/8A69PXOMZ4x68UgFz83GBjHGOaHb5hnd0z14pj
HDnDY6duaQfMc5JxQA8kBVLYz70HaUz1yOlKwBHJyOcAUg2lBkngd6BoVmJjGB8veincCLJO
B6UVDLTfQhlGD0zVV2/0rIA6dKtFSQTjPPeqzj/SAOASOlJ7GsdyYnceCQPpQuRngY/n70pX
A+bGD+dLkA46E/rVIxluM2/MTjB9ucUrjpxT2wA2M59M0KG2njIosIiDkFsjGR60pUsMAHr0
pyLuLcBTj14ppZhwW4pgKMjIOcADoKD8mc56HvTR168cdBSuCAO9MVgOCUOT1z15NSMOeAAM
5JzTS3C8Dp2pyHpkfLzQBG4LFlI4PGRSbHCIXkkK9x16dP8A69SMxBYZwPc0odhHGwOcZwMV
zYulGdNt7o6sFWlCoop6NkMUm6U552nA59f8afJI6DeACp+Vlwefp7+lRW8hUbl2k7u1PaVZ
Y3juFdjnKsBjcPQ+/pXBF8mH5bdNz05R58Vz82ztYiiYebuBCyf7uM4/qK0EmN3aHPFxD94A
YBXPX/GqUaIHHCqcHABHzAf1Hf1ojklS6R0CAj65b2Pse9YYefLSVVdGdGKp+0rOk9mvxJWG
exJz60RvgjO7g9asXUOxgQG2ONy8YzVUttGC3Ga9yE1OKlHqfOzpuEnGW5MoBVNvGSck84FR
cq3JwPpThkdOwxz0pSMYyvfirIGcs3D5/Gub8f33kaYsAZvMlb17CukPB3A9e1eY+Nbv7Vq8
iqx2R/Lye/esa8uWJ2YGlz1bvoYiYxmQcc9Dzmul8IaQL52muI90C8AHoxrmbaFpp440GWch
QK9g0i0WxsIrdB9xecDqa56MOd3Z6GOr+yjyx3ZXi0OwU5FpFnGelTx2FugGyBFx0wtX2yBk
9OuaydV12w0+MebKHkPHlocmuxqMTyIupUdldi3ei2NyyyTW6Mw5ziuF8WaQLC6M0CxpA/AC
v0Pfito6rq+slhYRC1tsE+a3p9a4+8EhnMXm+ec/e9T6Vy1ZRa0R6eEpzi7yl8ipu4HGT2rt
vh9FgXE5jHBAD96WDwZDPBCTLJE5UbxjPPtRbS3HhW5MMyGWxc5DqMEUqcHB3kaV60a0HCD1
OzkYLtJyBg9TXmXi7VjqN8Y0Y+TCSF56+9dL4n8QQHS1WzkLSTjAOfujvXnpJ3HuTTr1Psoj
A4fl9+SHlR5fmKQoBxjPP1pi5ILdx61IYpgizsmEJwGI4Jq1Y2TXE6RxliXP7vjgnvn6VzpX
Z6Dkoq7IPJbyXlJUKMcjtntWv4S1FbLVcvIscDqQ24/55qvripCRZwNlIeXYd3PWq11ZpaRw
lZ0d5FyVH8I96pXi7roZu1SNpdTQ8U6ml9qSmEBoohgN13e9QajbTw6bazTzFjLnamTwvan+
GNN/tLUlWTmGP5mJ9PSr3iAJeXl6RxBaIETHAzmr1knJmScYSVOPQj0u1jsP7Mv2cgSyEP7V
0PjDW0tLf7NbOPPcfN/sisfVZoV8L2MG7NwMOAozgeprnboZKyM5cuM5NNz5VZERpKrJTn0I
YkknlCICzscADqa7WHwdHJpse92S56luo+mKf4L0QpH9tnQb2H7sMOg9a7FEk8vCr0Pp1rSl
RTV5HPisZJS5afQ86Pg29SYASRFD/Fmu10TTE0u2EMQJBOWJ7mtGZDGoeV1QAAnJxWbc6zps
Dfvr2M+wOf5VpGEIanNOtWrrlZpEZ4BP50x1Kg5HGfrVCx1vT7ucR2s+6T0wea0mwyfMMH0r
RNPY5pRlB2aIWQFASMZPpWbd6NYXKnzLdBnuowf0rWXiPPIyfSonlRAS7Koz1LYpNJ7jjKa+
E5W98GQyHdazNH/suM1z954a1OxfKKXHUGI9K9HS+tZZAiXERf03ZNTNjPDYrN0YvY6o4yrT
0lqeYQatrGnH948hX0mFbdj42QJi8tmDf3o+RXX3NtFPCBMiuP8AaGax73wtp90hKx+S3XKd
PyqeScdmX9Yo1PjjYsWOu6begbLhQ391zg/rU81ha3aZliSQHvxXG3Xg25TcYJo354zwapoN
b0fBHnBB6/MtLna0mivYQlrSmdLfeE7CRWaBmibtzkCuU3z6FqSmCdZAOcqcgitZ/F8j6fLD
NAROy7Qy9KoeFdOttSuSbyZQQcLHuwWNRLlbXIdFJVIRbrao9FsZxd2cNyvAkXdj0q3cAMiR
khhwWQAHPt7YptrapCnlxbVWNcKMcewpqDKhpTK0xOHPBOfQY9O1RXmpyVL7znoU3BOsl5Io
2jlJ2cb0DHO7ZjZ/tDAHHb61d2Kp5CbOflHNVi6vOqiJmZOS3T/gWMfhj1q6vlL8rNlzngcg
H3rlwfLFS5vQ68fzylHl9SDSXZZXDMDCTzE5JP4YA+YDk1ZuxZTYKmfepLKdoK8dM/WqrbEu
YmWFlL5BK4AOP6+tWOTk5HSqwtB1FKEm7Jk43EezlGcUrtCJJlvmHOOeMClVj85ByCPSgcZG
RgDBFDKQFOTz0969dJRSSPEbcm2x/mn1HPU4pG/hJwcU0t8uPlzQVYbckZ6dKZI6UIANuc9e
O1C8uAEHSlLKwIP5/wBaVXB+7xj8aAEKkOQeCOMelKgADcngZ6UjsS5JznNNQksecDrmgCXG
VHr0prRkA5INO3dMcgU1uQBtJzSY0IGXGGYBcEdKKJMhFzjB7UVJomN3ApwMc1XBH2kZGePW
psDBwc81XkP7/jBO3p60pbGkdywW3IOAR655pQMnJ46Gm/L5akAjjpn9aFJ3jqR600zKS1Hn
A3Dp7HvR1HT0p0gxhsHJ/WmYOW5A96ZKQHgHoM+9J1Tr1OOtOUjpnPHU96aTwQTkZxTEMwcg
t0HtTmU7dwJx7npQMA56e9OUHY249umaENjUAYgkZx0yacQApzz7gUgwDk5/GkbgHAAHXrTE
PyAWycH0NMulBt4tuScHoaRwd2eM5+tPw21e2M9qTSasCbi7oLEW8drtY7mBzjZkio5FR+Wj
OzPTAzj/ABp6D98AHwXOAQevt+NLIm1RxjjHNclOnbmp30O+pVvyVUrMbbmNxgRvg5wSOuOn
bqO9MvSUgUZUMxHOeg9/Y0glCTqX8sL1fBPT1A46d/Wpmdbn5ygKD7uwHH159a8vDQlKMqMe
562KnGEo4iXbQLQOIxbOUJLZV1ycn0+h7UEEPhycg4xioJlMQ3gNnPA7E9h0/KrcMj3UbE7v
PUbmz/EB3HuK6sNKWGm6M3p3OPFwjioKvBa9hF2htpGAM0PtJPLZz0xUaMQ3IHWh3IY4xnvX
qXPIsNd1RSck8Z68V49qsnm387jOGcn9a9Yv5dtpKcZOxj0ryJ8M7EnnPArmxL2PUy2NuZm5
4PS3h1H7RdypGkS7gW7k11Fx4tgDGPT4JLmToMLxWL4X8PRXtv8AaLoFhuwEHT8a7O106CzV
hBCqDHIUdaqlGXLpoRiqlJzu9Wjm5F8Q6sCJJhawsfug4OKs6d4Ys7b97dsZ36ln6CukjRiM
gc+p61yXiXUZb2ZNL0w75D/rGXp9KuUYx1erMadSdR8sdES314+sXJ0zSiI7RABLKo7egrNj
0+J/E8FnBGPJtsFz6n1NdFpNlHomlsTyyqXkbHU4rK8H28tzd3WovuDSNhffnNQ1qrmyqWjJ
x2R1u8KwUKSBxmszxBcW9vpsr3QDKRgIe59K0nZYUeSRgiqCWLV5j4n1h9UusLxBGSEH9aqp
NRRjhaDqzv0RkGTc33QVzwM9KmsrN767itox85OGYc/jUUSmVwq5MhwqgDrXoGmadFoOkSXU
yhp9uWP9BXLCPOetXqqmrLdnMeI5IjPb6dbkJDbLtLerdzS+Grm3tYrmaV181UxErHv7VjXM
kkskjPkB33Nn1pixOQcA7lGcegpc2tyvZ3hysSZm85zJ1LEn60scLTSrHH8zMQFAPU+lMzuy
W5b1q8iCKKO5tJjujxuB4Ib2qVqzR6Kx3en2kWgaFI7480Jvc+/pXJ/bYE0OWJQZLq5k3MP7
oFJPrd5f2ZtLmVWUkFmPBA/rVfUha2wFvZ5lbALy47+g9q2lNNabHHSpOLfPu2V7mZViWOJ9
5IG5z39h7CtPwzor30yzzLtt1Oef4v8A61QaFo8+pSrwRbg5Zz/T3r0q1tIrWCNIkUIoAxTp
U+Z3ZGKxCprkjuYd9rGpQXBtbCwL7RgMwOCKrEeJ71QrSLbJnPHGa6uQfKyh9rbSAfSuUutN
mc/6Rrrbfr6/jW01bqctGSa2S/EUeHS+TqmpySexbA/WlFt4csARI0Mh77m3GoI9N0UHE1+Z
myOsnWtaLw1puxQbcNznJJzSUb7IqdRR+Jv8ihH4h0m1bNlabpB93y4wKcNZ1q5YfZtN2Ang
yZNdBa2Ftaj/AEeFEHsKsjgAYAGfxq1CXcwlWp9I39Tjri18TXrZeeOFSeinGKgXwrqFwCby
9yc8gMWru+f4RtA9qYAyjOQc+9L2S6sPrc0vdSRyln4Rjgkjm+0yllbPAxXVgENweO+KRl3L
vHOevNSDaCMnB/nWkYKOxhUrTqfEKyAoPmx+NOCqQQcAU0FAMEZz6UFxjgcjmqMkMULnAH4G
mMgIII4PY1JvAPT5uwJpeSM8dPSkykzA1Pw7ZXu9jGI5Cc7o+KwW8H3q3KHTpRI2RtB+Vs13
i9ceueacU8pVQqWkm4IBOUX8up7e1ceKcKUeZ7no4KdWcuVPQbbq0VnCrSncqYeTbn5uhYeo
PSnTgKNwyq4yvGeMdqYgMLMVc5OcnHJ7f5FPLbohEzYxnbg/p/gK4KUKlJurU2Z3VqlOvalT
3T+8o24YlXhlJb72QMD3YDj6fWpoIJ5pwIVL56qBnNLHAEVWLIxx/AOOO4OO3TFTQBFljLKr
x5OQxOKrBNqlKa1Jx9pVoU3oLLstlaBVKzk7ZwT0I6D61FG2WPzdutOZF85zHlkycbuuP8aa
gVSTnn616WHgoxv31PJxM3OVu2hMfkODg5FQuxfpuwOgNSt85GCOe1MbBGOvP410HOR4wxzg
1Kpyi5HFSbGYZCnHqacyFUJbZ7c9aAIQAd5JGcZzmljBBxwR9aN/3+nI7CkjJLdPwzQIllVV
lIBO0HjFAZR91Rn1qNyQcnHXgmlJwq4P1FAEiscnpz/nFIwPoOlHG1ePyozxweKBoJFwgweu
eBRSgZiUgheuaKg0WxXQBU75zVeUH7QPcVZA+QjGOahZW+04Xk46VMtjSG5JGQU5BPB6HmnR
7kCkdc1HGCDznFPBUAdffinHa5EtwMmUJwSemM/pSFsvk5wewpvBXIBHXilXLOf4vencmw9S
eSD2p5izAXZsDrjPNRp8o4Yg46YpWYtEBuYgHoKZIAKQMDHTmlDLtI24zxSLgADBHTknpR8q
nBUntyaoQuPu8AfXH509g2GO4Z78cUwMCR8oGO+acp4JBAGM9KBDV5zubpxilVdzck9KMA5O
0huMY6U5doOf4SOtMGEkIMYZZP3gJI/z70yITvApmYNj2HP41JkZHpmokeSGR2TlSMMpPHsf
qK5a1L3lUitUdeHrLldKb0ZA5dbgER88ZB/ix0xx271Z8x0ToCvUgd/br0NRq7yMsbtk5GTt
6+4OPzqyDEqM0jAbRhQe5PTiuGlCKdTm01PRr1JNUlDsVzum2goIlzypwc/j/KpY1eB/Ohbl
eRxx+NFmweQG5UMF/wCeYxn2+tK7TPcMS7KARtB/hxWzinenFXb3uYKTVqk3aK2sTSKky+YE
Kv8Axx4xsP8Ah6VC+AxG05zjrRDIY2BYksBjJbhhnof89ammjV3eSIN5ecEH7y+xqsPXal7K
ruiMVh04+2o6xf4GbqHz28qAjcykDnvXkMiFXbd2OK9juFXcRjNeTa1A1rqdwuNnznavt2rX
ELZmmWz1cT0PwkFOiW+3HT+tbDfuyQT17Cua8AXKzaY0BPzxN+hrS8R6sumWeRzM+RGMd/Wt
YyXJc5atOTrOKM/xJrv2dPsdm5a7lO3j+DP9an8PaTHp8e5stcyL87E5/KqPhzRW3rf3gY3M
nzYf+HPeul24UAL8w4z60opt8zHVlGK9lAxPG1ybfShAobfO20e4q/oEf9l6NCs7AbF3MScY
zziub1fVLafxKjXLn7PaAkKOcsKxdf16fU3KrmO2B4QH+dZyqJNs6YYaU4Rhst2W/FniF9Tk
MVsSlsD24LH3rmOS2eppQee/NWUgiaJ3E4DA/KhU5PvXM5Obuz0oQjSjyo63wlooh23d5tDk
fu0J5H1q545l2aRtXOXcDPtXL2txa27LI73dxIMEYO0A1d1jVL3VbLyfsDqg+bcASeO9bqSU
OVHDKlJ1lNs5mGFppVQZyxAzn1roNLSzsbqWy1aLBPHm+lYMO6OZWXIZTkcd67Zdb0W9tEbU
oh54GDlcn86yppdTqruVrJXXkc5q9hZ2zObG6WYH+Erkr+NZbKQqlkKjoMDANdJPq2kWuTp9
mZJW6tN0H4Vg311NfS75OccKqjAH0oml0HScrWl+IXMkDLGsCFML8zZyWNOtbaZpELW0rpnO
ADz+NNtbO6uW2wwuzey10VtpGvzxKjStCgwACccfhRGLetgqVYwVrlxNX1GKFIrPTVgAGPnq
nNcaxMc3V/FbjsN4/pVlfCVwwJnvsnvjJq7b+ErOM7pWklGOhPFbcs2cTq0Y7fkc+fLcE3Ws
SOf7qAmmqtgmSlte3Zx/F8o/Su1tdHsoG/dW8YIHcc1oCAHkKAFqlSfUyeMXRHFWYuyiPZaD
EjAgbnH+NdD4cGrGaZtTK7D91NwOD7VriNQAMcnBxSou0kjA5q1Dl6nPUxHOrWJT0yCKUYKY
YY5pFB2DkHPt+tBwq8MR7Voc47IHQ/jTN3yjimscgHjOaTOUGBRcOW48PuBA249fWl+6OcD8
Kar/ACAEY9z3px4xnA9sU7isN696eF68DPXio2UbfvE+44qRCAOcH+lK4NWD5d44+tI4w3GM
GnqQXztA9qnWAMpZ3RVwSCxH54z0qKtaNKPNI0o0pVpcsUR2+EDSMSwU4AVd3J6ZHpULPL5o
aXfnOc45Pvz3qYT+S8irnJ+8yPhXPfp29Ka0qs7yzF2dupZs8fj0PYV5t5VH7ScdD1OWFNey
pytL8x3kxyxsRdCAt3bqPXoPwqBGw4w+3tkdaV9iSAP1J4CjJ/ShkUI/mMUG09uR/wDXrRqF
pe9fTYzi6l4rlsr7ka+X5krBwWKru4/UH09ferMb7IciKM5yo3fNz+fH1qC3i+yRZeNGfG7C
Y2+3PP40rXG5t5QIo4C4/QnvWGEpuVNR6M6MZViqrn1WiDlTjqDyc01Cd3zEEUud3uD370vG
37/617CSR4jbb1HDOOV46UzHGd3PsaXGRgc+xpVUYyOmR0qiQ3ZwvXn1puQwYY707+IsVHWn
bgDnGAcjigQDdtIz0OeBTY87yM4HPen7sq3BwMcj+dNOMZA9utMBjjJz1x60pbJGMDgd6ewA
jHemyEbht+XAGBUjJFIIGTzg8U5guAQSfSoiARwccd6MA4wOAPXNA0SZCxep7A0UnReOaKh6
mi2IcYQknndUcSn7YcE/dqY7SCOSd1RqcXZAAzih7FR8iWAMzkbiOCcmomLOwVm+UVLhgTg5
x3pVAyCcHHqaa2MnuVDEwTnOOevFIjHcPQ96sMd6gcjGeMVCy8ryQM56daTj2LU7rUmXpgFe
RSDAYLk8+lN2jHoe9OQAFSCDmmkQ2h2cKuMdR1o6j5V9e9IVKr06HrRkNtwDjpVJkjscnJGe
DTQmEPOTj6il3Zz+fWnAEjA4piAcKBnHNIOSueflNAwDgk9fSmnBYkZJ9c0ASDGc4wM4ppY8
jHbuetCglkXqM9O1NJB3c4AyMY60ANZzG6sVwMg5Hb/PepWA3wtI+Vzy6Lxg/XtTW+ZV6/Wl
gdShjlfaOi5Hc9voa4MRDknzPaR6eGm6lPlW8fyHyW8u1hG25TnBXkH6GkBaMqkvUgYAH3ff
/GlCsgYeY4B4wGODSW0AVtxDOB8xz29amVOTaqSsrdRxqRSdON3fp2EKK77T908cUIvkXO2H
eeNoZv4h6dOtTSF97NAjK2SEUtzn/wCt1qAK0jHcXck7s55z6/4+1c+M/ez5o9EdeB/dQ5J/
aZKU81S6KxA6/wCI9q4TxxpEjsLyFM7QRJg9AO9d2sU32nZH8zueidD9Kiv1V1dJcknIPy8H
1z9P1rb2/KlCo9HszGFJ8zqUVqt0eTaBqj6VfCVeUPDL6iui0WeDWdZlvb6REWP/AFUTtRrH
hE7Wm08jGM7Ox+hrkZ7ee1P76N4z/tAirUnHzR0NQrXa0kei+Jddi0+wK2cyNcscDac7feuY
n8W3klksS4WUDDSjqa5vzAe4JqxBZXdx/qbeV/cKacqs5PQIYalTXvEEkhdi7MWYnJJ70gG4
4wea2YvDOpS4JhCZ/vNV+DwbdsQHljUn6moVOb6GjxNKP2hltYaNaQKdQuRNM3OIzwKck/hu
I7hDLIc9Oa0oPBUSEGe4dvUKAM1oQ+F9OUf6gv7sa3jTl2OGeIpfzNmI3iSwjCJb6YNqn5c4
pzeK72QlbazQc91LV1cGi2USqY7SJSO5HNW4reNOiLjPYVoqcu5zvE0r6RPNrrTdV1S8Nw9t
5bN3ChQKt2ng+5kx58yR57Dk16BsVOCnPsOKUoQRnjnjFL2EeoPH1GrR0ORtvBUW799cM3sq
4rbs9D0+zA8u1R2HdhkmtpYxuGOvcntSCLkHnnt61pGnFbIwqYmpPRsrWsahgFRQD3xjFPVC
q9myMD2p4XB6nA54pVXK8c9qvlMeYhAG75h35p0vUYx+VPGcHrjPQ96WRQzjA9O/Sp5R85GU
wOM9PT9KdnBPX1qZUJUnA6etNZcseeafKLmI9qll43exoAUcknBNPCgOP4uBSKpMhPbOev60
MFYaDtABIznvTSuQTyPrTmUkqBjj1NMx8wAIz0pMasIq/MOmB71IEwOhH0HWgjDYOOT2NPC4
RQDnnGKVirkJGTjrnn60/acAYH0pGyrdaeyuygr9OlMQv3QuTgd6cYvmO0Z5470sMLyICdoA
5JYgAVdjns7ZGjbBlXndu3DPoMZ49TXHXxcKOm7OyhhJ1tdkRx24hbdcjGOo6HPYdOv9KinC
SSMVPQbjtwO/Y+n8qY5kuHMkgZzjIXG3NVpWIjLKTuYY+Ugc/wBPeuSrCVX3pu7Sv5HbQnGl
7sFZN28yXaodlVQo6ccgU9mVSEG4hhgyD7w9x71XjkRgASyueCMHGfQdue1WI/IKMZzKX/hK
4OR75rq541IK2y3scns5Upu+/S5EEDNkfKv1plwWSNg7ZZRgANyPx4yRVhZEABiR1c5B3YZT
+lRzosaKGAJB557j29qxrLm0St0R0UJcurd+rI4iXGST90YyaTYhBRuxp6E8FRzjPSkLYH3c
E9Aa9GlBU4KKPMq1HUm5vqCKF4A+nNLnkfd60sY/eHOAMdcUqYB+9k5rS5iJu2kbjkHPAFG7
KtjGOuR296Cm8ZJBHNEbKu9cDJAoAaANqn19qVeQ2eeelGWxjjr0xS7QAxyR7CmIGUgNgjPX
gVIgwmMEDHc0h4Rhx+HakGc7cnHTGaAGNnJAGc96dOgyoHGAOtIV2kMTke5pSBgHOPTIpMaB
VBXGcmpAihQRyCOcUyPAyQSeD6U9GAUZWkO4nzBuBgHtRT+Hk56HNFSzRFcDCkrzlqjUD7Zj
/Z5qRM8gHjNQxgi6bP8AdoexcWTt+7OCentTFIyM4H1pHYsSSaRSFYAjPbntVowZKQGQDHTr
700JkcHp6ChecDGRzTlwCRuPWnYVxu0gEYP4CkUMSCFP405ckjilWRg+AMe+KLABjkaLnbty
M5NRiLb36+1TK7rAUBOGIz71Gw3EBj6/jRYLijcCeT603nGCcHnr/Kg4J96ecbcDAOMc/wAq
BEQUE+jZp52jlc59ccUi7QpODkHr0o/iALAEjPWgCWD5RwOpNMUIoO0nJySDSqMEd+vAqMLy
evTJFAxxIxkcknilnjVgrFSCBwRS5ATJ55p7bSVG3PHehxUlZhGbi+aLGWrsQF8wgKDncMg+
nFPDqyje4J65RMD8qU7Ah2r68VFE4C4GAeOOuK4Z4CEurS7HoU8zqR3im+5N5jSDaECx9Fzx
j2zTJVaN8ZKkHkqck1Lbq10TBGoEq5ZQx++PQe/9KkFsYkaWZgMHdtDjd+WelY8ypqVO1l+L
N+V1XCpe7/BFfyy0RcIcAlSR2+nHT0pDtVdoUhj1bZnAHfp27+tTW+ZYZQWAx8wQd/r/AEqA
uM7HUHJ4O7BHv06etZShz0FGS1Tsbwn7PEOUX7rVyKJpBGxiQeSDjEhPPtj3605Ibe4dlmVV
wCf3g4b6e9TwbYizkKxwMIT94+lNd5ZJvMaQk4P0rSNOdP3KerMZVqdX36uif3mc+h2ySZ+y
RKOGyE/WrUdsqr93AHUinQzS2sjH5fJIzg8rn3HPFW45EaLMqiCRgTtUEj6f1rWli1dxqRs0
ZVsFJpTpyumQJGoAJ5GabsXdwDjjAxV1oCiKBJFICNwKsDwaq7WXOQRjHBrthVhPWLPOqUql
PSSsOKgAbT1OOlMO1OAc8jqOtSBvQ8ZyajfLA5wR9K0MyV2GwZU8cYxioyQ2AM5+vFNCsMhR
x0xilU4bOAPxoCwoRRkgdKcTyuMgZ/KiQ/fAGeO3Sk2nIJwKBCrgyjJyD1BNODjgbfXBpoxu
B9BQqhm+72OPegNxu4jv+QpUyyjjPI7UDcBgg4BznvT1wIiR1zxQMjIYcHGM0qnDncN2Bjr0
pH353DnPTmgbgzbgucUwBioXLZyRyMUqlRyD+tIcMAMEgjBIFIARzuOPSkA1jzxuJ4GKcCcZ
x3zUZbLsMN07mnx4GTuGM9hSGP3D5MGNcnHJqLBBz/nrTwBlSTuPQZpEX5htyxPPJpO3Ua12
HMnIwCBnrTkVfLGclgelTNC7YJHGemfXp+dIFCxgxq8r5+6oBwB1/GuaeJpwT1v6HVDC1JtK
1vUgKFjuyAvqegqdhGgK7g5DbSRjHvj19qbNc72jZVQOo5yowO3SljYTbYpAoI+64B/L/Cue
VSrUXNa0fxOqNOjSfLfml+AkTyBiJ5yICfl3jOMdMADt3okdkLFUMeTtOX6d/wAQetQSABSC
cEH0oYbWwz5fjKHjaO3PfNY/Uowqxle9zb67OdKUbWsKzLINs4DiQ85HP546/wBKbIPkCAZG
KR4wZojIzbeCoDdPfPY/0q2E8tm3DcmM7lPQZ69vpWka0abm2vQzlQlUUIxevX5laMRKOD5Z
U8HG4YHb6+lSJJFKskjh2285jH3h9CRzUMkiyEbF24JBB60sasGDnoCDnNVRw117Wm3G5NbF
cr9lVSlYDOAw8mOSNgM5kUflimnLDe2M/TFSyJv+Y4JOfvHNNK7I+XHOOBXXCgovmerOKeIc
1yxVkIjYbOR0+ooIBBJJ9MUzOSw74pAAFPUn6VvYwHMi+Z3I+tOJAwqrxSRnc+4+lK3J+Vf0
pDDcWYjgZB9KQD58knIxzSqWLfNkDH0oA4z0IPGaBCDlhwOT+NBLAkAYFKrAHn8ABmkYj5s/
qKYgbGfnyOlIqgsQpNPkK/MoXnjqaaq54x19uaBkrrgAM5x6gVGUUgDJOBxn+VPORx2FNIO/
KntiixKY4cIMkd6QfKAVRsY609TtTPOecGk2sTyDgDIx2pMpbgkmMbVHQjk0UkceOvpRUSsa
ojDcHLd+mKiQ/wClHA7VOu0ocjJz60yLAuXygxtxQyokbp8pGDmnqoAHynJHRqWRWQ54x9Kc
BuwTzxxgVSMmIjnYFyMZyKaSQck4OeeKWUHauMnJNMQEZ+XGec1RIsRZWJY5GeOccUsgDnIB
POetOXkdMUfdGeuT1NIYqEnaNox702QLvGMn6daUcFWI59MdaUN8wJbr0xTERLHuOTxUh4Ug
g8ihcZz3pXQsACfbmgBhAOQATn1pQNoyD27UoXJAP5mpFRUwM44PSgTGoM4I6c00AEn5e3c4
p2AO5xn1ppICn5SSOMU7iHFicADvnrxQM7wGIx9KRHO0FUA570/dubPGaEwsBACscnOeaF2b
s8DI9KN2EOSRz09aQHIBU49qAAhdwwGzQ5Ut87DIPG4859qaOcdR16CpWwVBODzn/wCvUuEW
7tFqckrJi25KTqSoCHg56D3ovoPIk3xDehO9GIxuH+etMbLZ5GO1LFMkwaGVNjKSc9gfXHp6
1wYlezqcz+GWjPSwr9rT5Y/FHVD2heaJbm3X5CwyndT6f/XqOS5jWUh1Kc5yx4x3I/lT1tpI
3JO5dw+8h6ikcM5IY7kJ3YVQOneo9lUb5oy+ZarUkuWUX6eZEcMzsq/LjOD0xUrBY4g7h2OM
DejYz6E+tBRC+xHDHg8NxUTgGTarMVBxyen1965p1PaYjlpvpZs66dL2WF5qi63SGYZhiSOL
IPytkjHrx71btmldgkMm5scRsoI98E/pRdLtdUEYXae55PvUCJIWLg8rz8pI6Vv9VpOn7Sno
c31urGr7OpZllHaWNiYQpj/1j7iB+VJc/Z422rMzNkdvy71AUMrEoDtY557/AFqq8ZWdlh/d
qeG3Ac+w56Gsq9Srh2nCWj6GuHpUcTzKcbNdS8iJITiVc5xgnGPb61J5boPu7gcEEHP41nNG
+Xw+5WGM7eT/APXqxbQymMOHaIpyWL4x2zXRGviErzSsc08NhW7U5O5OyszMCuDjoRxQy7WG
Rx2qETyQhmWaWQqdvltyM+nX8amnupZIkby8uVOcKB9P/r1UMdKW0G/QmeXRj9tL1DjdlTn5
elICSRkA9uBTLe7ZAqvbo8jAcZPHsfc9qf8AaDvYNHFtXpgkFvzP4U/7QinZxZP9mTaupIYe
vBIB9qcpxHjnAPrURuHL4+yopPOST1qbzmQBJIY4y3I4Y4H/ANarnjYxWsWRDL5S+GSGuBjJ
65zQCcnPAwKiMhkWRgu4DgbFGcnocE9PWgyy5winAwCDjp+VKONU1eEWxzwDg7TmkS4wDjnI
7Ujbgi/KSM9cU0u2Yw9y0at94rHnb7jnv0qwq5BcksqtyVUcA/X9Kj67OT5VDXzL+oQiuZzu
vIrsMDBYewzzUkcB+/KxVepxGSQPXp0qsWlQu5ct024XBHoeMcj9akR2YDcAZFOSCc8fmfxr
CeKxDkoJWbOmnhMMoud+ZImlMClRFvdv9pcf1qeR3jDJmMHaChXGMere9Ud7IAwRmIH3V4/p
TsmUhyeSPXrV+wlOolUbehn9YjCm5Uopa2JHdTGNsfIYnGTjPf8AOmHCp+7LfNjccYwO5HPb
pQgZBsYMy5JBOPyJ/lUUnnkIUPyxnd8vVT/e6f5zWNaKhTbhor2aN6Dc6iVTXS6ZNbpGZFUu
FDHBJ7flSSFYZTxvIJUBc5B/TpT1iLRCQphs/MvdfrTC0iSJJEwDL/FgZ49fWuyTnUgvZNWO
GCp0qj9snckWMiJpZNrYx8oIByen0FRQxPJKBGkknU4blj7cVNGk9xtUncOuWOAM09pI4kaK
KNZDyC7D8z6g+lZScoOz1l0XY2gozV0rRWrfcguJFkYFEKALgqT378Z4NVipb6fWnqDwBkL1
zmnOu0AMRz75rsp0VGCi1c4aleUpucXYWNBsPqO1M2YBP3uRzUqsoYqDjimSHI2jjNbLTQwv
d6gT16g+hqMIS3Y49KkOeTjHHekyVZSMdqAQxPlcZBB7A0/PynA5J4NDnOAOT34pG+5ktxk9
6BisT3LAYzQc89emOTQArMvHQdaeFUE96YhsagOTkdCaQMORwPapBtVmIHGDzSIw25+Xj9KB
DlA2AbWPHaom3YIwcdeRUvmFhjJAIxTNozjdyc9aYrgxyDkY4A6/pSj7zdDxSyJsVse3FQqc
uQcdM+9IpakxYE52gfQdaH7cgnHcU0/KeMZ7VJnMZ3ctgfjQKw1h+7HOD16UHBJBJyPyoxlA
ACDnNOwWBHp/nFS3cpIRV53Anp2zxRSIMAkZ6Z4oqHuaIYmW4GOtNgX/AEt1JyNtCDI49abG
M3LfSmyok8hDIqj3BpgxuwPTFLLjHTApvy55GDjHSrRiw3kbeeOelIm5gw469hQSFUEc9elN
3YHXHzdqYiSPA4OQec0jDPYnmmooI5JGadnkgEnB65oBiYLBRjuBjNOXYBtPbPNPjHzKSe44
poVd2D90k0CuJ8gP8uKdvGCArccCmMAOemPSkVuucntz/KgLjmZmJwMnPWmgnaM/ypwAJYg8
g01QSARz+FMBRu98Z9aao3RuD0p6Bi2PwxTrdgm/KA8GpY1YjAHy4Y4p5K4654x1qJc7evft
Tl24PUnHFAD5CpUdcZp6sAB0zjgHtUGRggjHNTSxxqBtIJYDnng07isMXBx7c4p7HcoxnG70
qJdueenanoQwI3DGecd6YmKpXcKjlQNJuUYYHOcD/OKkAAwMkCkUBjzzmplFTXLIqE3B80dB
I7qaGMAo+8cHysKGHuPWnreSPGGkaYvg8ZwP89qNpBwFPSmmMhxt6euK4nl1J9Xb1PQWaVey
uNkmYsVQeWmMBc549M+lWgguLEyBcPGcMqrjIPcn1zULRFmGFPHrS2t0+nz+aMvEykSRjBB/
A8ZqamFjSSlSWxVLFyrOUKz3/AfDdlbdbeeISRIcIV+Uj6nHNNNzCJJEj8xeBk55x7HIq039
n3hjNrcpE78+Q/JB7jIFRT2apJhpYsgc/MO39RWTVKa92fL5G0XWg7zp83mON1EYVNrbzBsE
PIxBwexGKrW1h5rHZEXcHd0+760+J1hkKpMysnO0EAHPrnrUyS+bxguR/BGdgx37cn0rB1VT
d0ueXfodHsnUVr8ke3UaUVY1VGO8knJXIwOp69qrrG8l2u9MyrwQ4Bwfb2p6RbWLowXJyEBI
24/iP0pVP+jygfO78FjzUpVKk5SrdOnqVJ06cIxoac3X0EjUIXKp8q5DZBHPp/Wn+bIAuAvT
uuaiVQvmKv3SO/J/Orsjrawx7UVndckkkED29q7eR01+81b2SOD2iqStSdklq2Vp41uEcqjL
tUbuP1FRfvPLRxIFlB4IHSpWdiRjPIwwOeff6inxHaSzj5FBY+1XGN4ydRbETnacVSe+vzGh
xKhYFPtKnG1iMFvxPp+tRxY2uSW9eBgk+p/rUEcshdt4HLY2uensT6d81OsJ+bjv361zYG9a
/tOh1ZhbD8vs9Lu7JIk+V5pMYzzjAJJ9qaCDKwVSY/7pxu/OkMnXaMODjPoO4/GkeUEANtyR
1HXr3HrXSu0k0uhytPeLTe7EjkUqRIhjdV5c8g+/0pHZ1BXcFGME56+g69u1OPTIIPHPHSkJ
UFQH3HuT2PpUeybXJPXt3LVaKanTVtr9hIikh2KP3h6D1x39vcU4M6NtBPAxgHjHofaoyCUc
qsZYYO4KOvr/AI0wO8qqmSrN8oB6fifQ+tZRqSULVVfszedKDnei7d0SBvMcJHE5Pcjn8PrT
+Ii4fce4IXHbjH1qURhwNvmuW5HBycf1/pUTAKBuYDPfPrVxakk3UM5JwbUaYjjLAhywIwR0
/CkyYztUlVH3j6n8ug7j1qaYeUnDrlumPm/keCKqltx3YUHj7o/WrhFVbRj8K3fcznN0k5T+
J6Jdh0TssqyK3K5HJ4I9D7VOLlHxvi3ScgMMAe2Rj86rpuzxnaDzUZBBBwcetdMsNCTvsckc
VUStuWZ7mSXykJCBBgBWwPf86ZuB4Jye/qaibkjAFOPTOMiqhRhT+FEzrTqfEx/GMDAGMj/G
ozjgEfjTzgKMDt60wjnLDHYVpcysKMN6DOeppu7kjGcCnqhxuCnbmlZAcklRgcYORRcGhoc7
COQCOmKaASuTgY9akwNpAI6dPWkTGfn6YpgiNWBDcYzTgykYJyKRVwScHn1pSQQc/Xg0ITHO
uXUA44pcAo3PT1pjcklSB2zjOKFcgYJ7UASxIS/BAGOtMQEHHb3oDBRxyf0oRgWHTOOhNAEi
kbwcn6UpY7jwCOoyKQ4Aweh70hyFzkEE0xDi43MCD078Uw4LE98dc0ORk4+b1zSqPlZj1x1p
MdwkBPXb+NOWbavQE4HSiQlQBwR9OKhk3ZPfgdKTGlckaUSDJBBB70oOAfm2jp1qJAwIGQPf
GalOSo6VJeghAz947T3FFNUndnHHrtoqWXHYbbHI9zTIWP21juOQOtPtuVPy5x0xSQITfHI7
etNlRFZ95b5ievFSvgYxk/KKjI+9gY7cUpA4GO1WjFiMTgBc+tK3zDawA2n0pAMcg4xnp2pZ
EOVPHPNMkaqnYQQacqYUnPf1pBgLwCTj0pxzxg9+9AmOiwVyTzkcDvUZB83PQc05eSuOme3W
kOOfXnnFABt3KSccjoKCu08DmnRgBWJ4IA6mgENLg84yc/570AJ1dmH3epxSAgqMBTjPFORy
Sy9Ae4FNjG1AeSeaYh6rlsk7aDsSMlX+fpzTXbLDp1poyQ3b3FIYKMHjHB7DpTg2CSeSRimD
k8+o4FOKDdzngd6YCsv7vc3TPWhyuFHO3sPWhsbiDuxntSjHGBzwOaVhXEDAkcHPrUke7BBC
Y9hTVyGXB/KnKQOoHWnYGxm3LZy2PpSxrtQZZm5P/wCqpWQCJMEEnP4UqDO1d3enoLVDAckY
3HilLYxkYPNK4PJBpjDleck5+goAlRyMgnsBgd/aoWVc85qTkAZGc46GmZBXJJ5oAZLbQyIP
kViD1AqutoiE4BHPrWko/cde/QVAgIYDOM+1Q6cZbouNWcdEyFIR5gOBuB6nmr9tcQ22Uljn
aRhwUAP/AOo1EBg5z39aYoZT1GD6VFShGpHl2RpSrypz59yKUOrJKq5ZTnkcEf57VetTaiVJ
7e7iKg4khm/dlh3HPb3qq20LhieuaaY43ChuR7jIrKrhua7i7Nm1LF8llJXsW5vsrBmhlDFj
kR7skDPcjvTY/LniZQ58xD9wnOc9x9f6VXMexjsAAx0xjvSgMGLIdrYwSDjINKVCpyp815Ic
cRT55XjaLHRSGFxgducgHA79affSxsnyJsTliWP3j26dvaohPclnw0ABU8lc/l71EVL/AHyG
zycLWM6dSpJu1vnobwq0qUV710vLUbbfviI3RVz0Yt09iamVnQ+W/GOM4+bPYnPembMjkAYP
Q1Ikrg5KqwHqOfzqlhfZ6R1X4kvF+11k7P8AAIYwSMuxJJzSSxIkh2cswAwTnH196sy3xKbE
toUBPJyc/wA+hqswLSHcQWI59avknUaTVkjP2kKSbTvJ/gSQwYVpW4iX7zDnFL9n3qzrNEMk
7FLhTge3tVZUYqQx+WneWBJkBc1pUpTnK6ehnSrU6cdVdiR/KT3B6ex9elSMAxAG3I4OBgZ/
GmgFSMDqM0fNnBzjPQ8VUaCi077ESxEpRaa3dyRXdVwkkigc8Nj8frUSwgKDsGM9cVKhbYwD
Y7daeAfswUt0POKv2cL7GftJ7XIWXt05+lMXhu2eORTwDjJPOfSmgnqcdutVbsTfuO2k98c4
+lMZDwcEgdz3qVXAwuB19aVsvg55zQFysAM9Acn8qdKAx+XkdPemlgrYODz9KcJNwIByc5zQ
MBuByAR3zim7vmXIOMd6GcgLtJ9c0jsCFJJpAGfqTnqaXA2kAAccgUYLdjjJxQAc4Pp60DHl
mBYDgYxgimdTjinEAk89B070ncnqD70CEbIJwOPekxlvr+FSYIB75wKGdnjwD09BTAjbAz1F
KcMCeh9KVUB++OKXscE4xQAjnaBjH4CiLDY4OfQ8ClIHOcUuNqABQM/5xQIUEYGMke9Jkegx
n1puB1JOKcoBO3svqaYCPhnOB6cUZOH7n3qRsMxOB2600g5YlwfcCkArHKgMeeKTAAJ68Ur8
o3HOcDBpIzgfKCGAzk0AKucLx+lAk2qVx+fb2pQThSSCSehNBjAYAD61JaBRk5DDnpmikZTk
bQMetFQ0aR2I4FIB6delMiKtfhSMAjtS2ikkg5pLV1j1IMQSB1FN7DjuTxlY2fKgkZGDTcjf
naBxTW5eR8dSetEilhnGMj15q1ojLqO+UEcjFLK4ygABPTmotpABxyO9KCRIM7eKaJY4ZAIw
Pyo+UkEgDB6ikickHHvSZ+Y5POaAHxkEdfwpHdefXmmx4J7U3bgtj3PNAiRWBB7ZAHFOyN/G
7v8AWohnnjpj/wDVTwWUkYJB9qAEX7x9BzmgEFAcqevGKd1yQSD6imMqiMZxn60xD2PKkHHP
pUfLIxzz71Mu0MrHaQMcDvTGcbGHTPPHagCKJPn5wB9elOE8RuDCpG/GcelSmMGQAH5dvenx
2ihjIGVnA6Y5xSdyk1bUhHO7B+UNTlOQuFbNPOVBwTzTdoznPoMZqiBCHZgS3H5UsSfPgmnD
hxyOnJoJG/O0Ae1JDCTaNoyTxjNKvBUg554FG3ft4zmpVTaMNyM+tUIjJJySTnFHfcRnvTgA
c8np60xgVJxtHP4UCCPBPIOB0H9KN52gc460xD84yAexFSb12DFIY5cttIBx7UgBVhxxn8aV
ZMAAr8ue1J5oLKME8+lAhwDMzHKjmogpVst0yMYpcgSEeh9aUyFlC7VwD2oGEkbhScgHqD60
sZJT5hnpimuwwMngZ6CkiYbMFuB0GeKLAOuEO5ioPI4FMiZ9hJ6mnZyX4J4pFXaBzweTSQCk
ZiTGM855pu8I2GA9jQRlQAc8cc0mPmwRz1pFIRCCWCqD9W/SnD7vJ59KZn0ABzz6CkAIAGeK
Ewa0JlI6jBxTncBskAcUzYVDbe5prH5uSOlMQ8fIo+YE4znFOBDPtOAQOeahCrtJzinKcHPJ
HcZpiEkVsjBBAApyqQeTiklZSV256DIpyHoNvfoTSAaCQvBJOfWlGRvBA6dc03n39acVIRuB
yOuKAFGNmfekVsRHj+Icmp8fuFjj6sSSfSqoBwQcHkGgaAli4AHr+FLCH8xcfMc00hs5VTjO
KeMhwVPPHegdhJFxJjbxupoALYz+vJqQ48te/NNX73JH1pAD/wCrGMEd+KYxUFccHH+RSsBx
jnPqeKa/Yn07UNjSFyewJyetKMqrK2RkU0HcBgnPPekTGfm/KpH5EuRuzhenXvSNFKHDMCMj
j0OaRTu3eg/OhncpnqPrTFsG0hiGOc44FNVSq8cDnvS5Kgk559TSZ+XHY+lMBwRmYgsqj1z7
U0LtUYbnHakcFTxn6U9QO5I4FAhDjnmlC7jxxjsTTWAzwcijPzdPwP8AKmA4g7fu5+tKRggi
kLZAOMcUFiVxwcccd6QDj90gA5JFABw2cZPPFM35xknnHelXgk/qKAFY8Mp657n9KN2F5A4F
NJ+f8e5pevHU9yDSGh3zbQBjH1pGyDjnPTFPXIU4xjNAGGGQCKRSGNu2qN5HuKKkcgliuBzw
TzRUstBGRk9MVBGwW7bAB+X8qWJxkimRAi8OfT0pvYpEpPoT34prEu3OTTiCWOf0prE7h2z0
561Sehk1qG3AyOn8qfhTj5eR0BpA37thkUwgk+hHagQ7AAG0gnvzSLjdjABz2pgxtGd3X0py
ECQZHAPWmhMcW+cYAP4c0HI3kDj2xRgZJzwaj55PPegBysfoOBipHbB5bPXpUO4DGevA7UrM
G6ZPWgB6EknAPAz0oyCq5zyPWmg45/X0pSTsU7R0xyKYh5X0weRTTgD7wzRljuGMHjHFMfcy
84470gJHfLLkYwAOlS28nlsGAywBquw2shJwe2acATuY5PtVCsP5ZyxIHc5oxgDgHp0odi7A
sx9KaqZY7csKBEg+VuvYnNMUDHPUH8KeqfvFHfk4FIDgHjAB6YoGK+VK/KelSM+4oMYz2qI/
Nt69OuKXf8y4UkA/SmIcjfMwAPT1ppG3P49acr/MTyBiml9zEe/U0MBqoCFwDz7fpSKmF2kj
H1qUqyADHXBxUZG0feJ59KkBVBViuRjPODmnBzgAHPTpSFAOeeewpIwQ3G3t3pgPCnHUZJPe
mbMlflJ57VKhBYkrk54HNSOyjaSNvPagVyuWAyASOfSnKFzwfwpZAGyflHOaRGXA+fn60AC4
2nGfp3pImGDnr/OppADHlSWOew61CsZAJ2496ARCzE5yOB704g55PPPaj7oBx1680oK47Hr3
qSyEAqwGCBnnNORWIOTwPWlYrxtHfB/wqRZMKf4velbUd9CRQQ2A2R3FJMhRsP1AzyKNwYgk
YPbinTEuWJPO0c1aJY1EBUngcHGajVATgE/Snl1CAc/0pI3K5ODj1pANEXz52kninqrAnKkY
PPFRmZyx+fpzgUOGYgjJ55xQBIzNheSM0rMNvByRxUTKQAehFOAwP4R+NAxy9B15z0qNB8x6
jpTnOAG3Y/DrUaNufnPbmkFgOOgyATzQSSeCCM96a3HP3iT+XtSo/wBMUXHYlYfuwQDnNRAH
dnt3NOIOABz2pu7HHQnvmhCHuRkBcfzqNzggE44xUiE9B1x6U2VSoTA6jqaQxkbAbc59zTdw
80gZqSJAcDPOfrTtmJMEke1FhoWKXaW2ruAHcUSneSxULn06UEAE8kg+opODnAOf0pAJHG20
KDuz7U4bwuCp47gU4OQBgFSB69aNxYvx0HQc1VibjZR8wBGPr/KgdPfHUCnHuDn6U0qAAfbv
QAjj5zk4PbijbtA57YA/pSsu0bumePpSM/OMAgj8aBgFUKTtzTQhI4Hy5py/cbk8e1AxtAIJ
+bpmiwrjS4V/mOQCPxoJ6nj6CnSgKc7OOP8A9dJIxweFVc8ADpQAjNkgD8j2qRVyhAwSR1FQ
lsHI4p6kNGec96ksl2ERYx7VFjO3aM08EbcAHPvxTWGADgD6dTQgHKoDkd/Qmim5H0PriipZ
aBF4OPWoV3fbcZ6r1qaLO0jtmoEB+3YHTHehlxJWHzYJ5FKyEbcYPekwHfHHel/i68davoY9
R75YEAgf0phz82MZ4HNBG7GPcUSREL154FMQxSo2nBzmg5O/2NKchVyeSc5NKoyZPY0gGjAJ
3HPSlKrzjinKo2nv+FNC/McYye9NCGsNuARn9KeMH5Qq560x87iM8j1FP3YIIPOOtMBSQFGB
znqB0oJYqOeBx16UhOQOCeaAGGPlGfrSEKmQ33iRn86GxtPHr0HSnAnIzt69jTWwMkY79qYC
OvC89OxoUYb73anE/MoB3cDjFIFJLZUkeoFAEo7klec0xNuQAScYp6sWBAUZpqDA4GOfWgXQ
mt+Z4wxOOe9RSMfNK44z0z+lSW7gPEFXoSSaYXxM2QQpOMUBYTgsMoc49M09lA8sbW3ZIwBU
bAgqAT0znNIWLKmSSM4oFYl7n5WJ/lSbsdOB6E03r7D+VLAoLAEcZPencZG7EuOegGMd6fkm
M4xwfSmt1GP0o2krxwAfSkwDew4weDxml3Y+8fQ9aa6nPOPzpHA9V6DpQMlRhuP170oO8qOm
D1FQFsngcA0quAygk9e1CYmiV8lD3GaYmARwAc+tGSD0GM56UqllYEA9Rx61QuhP5gWEqcly
cnFQ4fBIHB/KiR2kJJbB65FJtJXBJJPTigSEPC4OB+NA+Yjkdxio3TBBOcVIhAccmoLE24/h
5zzmnxhWVsnn1prMMghTgn160sZUqTnvTEPZxgEg4zinSH92MEDPBpjgKATjqaQtlBkjbigQ
jEYAGDjv6UsWADtHWo2+6AASBmkQ46A4z3pDQ9hluAMnBzmmn5XAAHXmkTiUk/XinF9zNuyS
TmgoGdtwJIwO9KXLIQemKH+6CBg/pUR4GGJHGAKm47EmA2R+RpBgH0x+tMA2g4bJzTR6Yz60
wsSjgqcjr2FNZmZidx5Pr+tIH2oDjvjNOUgjPJ5+lAhxY7QBz/OlYHIO7HPBFMJ5APFI2/fn
GBnIOKbYJEpdjgFlx05P6Ux8FRkfjSYIbnGfrSt1GemKVx2Ft8AZTOc9hS5yc7SfrSK64B3H
PNKGDgYB3bgBxQFgcnnj8aSNdrMQc5HSnMSxKjv37UKPmZSQMcdc0ITHKOOp6dqYy8EY/I0s
ZJYnOBjmmlyrHPr0qiR4VhkfhQ3yqOT0phbbIGYHHv1oLblyvA9DSHYZKQE+968Uow4XGTxz
TXwT6HB4p3PQcjH50APHAYgcnqc0D5yOnU9KaAMNnFNDDdxnjsKBE0oyTg8cVHIqheAT3pz5
IGf0oK/KMj8ulAyM+469vSljbEZz0pzLz0IpVBweRUliKc8YJ7D/AApHyRxx9KenBznAJxTT
nGVJOe4pMaHoh28nAxzmiiPgMG4FFJotMaow3B4qBMfaywPb86tIoC5znn0qmoP23tRIcCUg
FiRgmnNxnvx1FChg55zyRS7Cz4yMY7CrRk9xm8AKuMk5q5bxGWNl2HPb3qo25dwXJ9BWhp8v
lxOJAxGM8dQaHoIpOMgZHzA9KYN4d9x4pzAZLAd80fxk5HXGM0xMSPcT7cdqCGycHGDSB+SB
wKQck5JOPWgQjYD85BI6+tPC4wyk4x1qKROcg8Y6VKGKxnnn1pgOIAxximMOoxzTTubGWHWl
CnGQCR2pAOClHKkgnPrQxOOTj8OlRop35981Jg+XgY9iRQAkgYOuDnOOpp65weuCM8UhOQBl
uP8AOKailifUL2pgSLyWwCP60gDbRk4pIgAxGD/jS9QScgZA+lAhwyoUrtDUh4Ykk5z0pDwR
gD+dSFuuQ2emP6UANZsquckY7GmkfKoC8AnvT2IwNuR3PvTSp+Qg4BzSGNRflJ5A60sbhWHH
HpmnKFHXr2qMHBAIB68UASA/3QDxwCKGY7CdvvxUYdt69R6Uu/jBxTuKwnGf4jTSMZO3HAqU
5LDaM/QU0gg57gD8aVxjNoJ5HXtRn5gCMYPanDBY4xnJ96TkOmcrgjnFAxyn5ckKcH8qFY7x
jGM9KeBlWGOhpmMAEZxxniqRDFMgD5AOR71IWDsPLQL655prEb+mM8k0JxgZ5z0zSAbIQcHp
9BSD5j1PpjNOdBngfjikQENnt0P+FIoa3QcEgHHWiMDBPqeopjDzG6n8qQA446/Sk2NIkyDg
Ed/WlZANvHUdaZg9zt5qSSMALyMgChMGgAKlRwccYz+lKmMDPXPTAppXEigjrT1CleNxP05p
iGJjzsd/0pGyH5B68GlRQJR8nU9KfcFTKuCfrmkMY2AF6ZPvTMHccdMVIwJVOV/GmtuzjHJ7
UDIXGTn3puzAyFPPHWp3j7jjn1pjbQe+DipKEI3Ic8c9KcHI2jA68+9NO0bcA49qTaQQeCM9
O9FwtceX+bafTg06QE4ORTVOecdP0pXK4BAGfSncVhqEDHOOamLRFRvyWxUG/BAA60M4XGT1
9BSGKgAI6Y9+9AO0BgT97jFRhlDBgCM8VIrdO5pDBclmOOCfyqSMHewxg4pkeck46dakU4Jy
ecdM1SIY9UY4IH40yTIJDYHbGacZCFAPGKifHPqfaqZIAZOO2O1PVCQAcgg96iPJycke9SBi
VXBG2kMewGcKFzzkmkx2zz/Og4LN3FKAp6Zz/KmIAigue/rSblB4FKh25O3OajdiSfp60ASA
yEqRwPpikzn5T+QNImSoLE8EdKfwrHgA9BzQATDBUYIGOtRg5ViTU0zc8gtiohnJwAO/NAxR
jdj1NSHiIbR07+tNiUnJ7Z7ClcMUGen+eallIYDnOV60UIOORgUVLZauCMxUnkYNRKf9LHUH
FSIxZX5H5VCuTc44JIoepcVYmGWLgc1ImVIOFzgdB0qJ/MRhtOAePlp7BhJtZxgY71aMGOkV
lclScEdDRF5jRksxwR60x1/e9evGP6U3dkDJOfYUxCkbTgkevFAVcnBIIHTH6UZJbGDSFgp5
yTnGKBiqACSAOg5xTiQQece2Kj5ZuCBj1pQmAxwR1oEDBTjJOeKRwqfU+nY0udpJZt5PfFIS
PMwQM+1ADS2PX8+tGdxAG4mhuCT0Oe9PU9PXrwf1piEQlTgDH4UI/wAgHc+vShkIbINA3eWM
5xjuaAFflVA557UiNuJGecUm053HpmnhQAxGc460ASICrgYXAUmo48sD0APrTkfJAIBHSmB1
GQR+nNAh78MozwOMGh/mwRznt/nvRnJXjgUBwF43HnPWkMVQ3lhgvX2pJN4WMD5Rk8UgckYx
nvSH5nBKjg96BoTDDnA6gc04rypwCOeAetOjIClNq785BzTWOAoBGOckVIxAcspPGf096mg8
kufPIjQd8Ek+2KgLD5eenfFG4gZ6eopTTashwaUk2rmpizglUi4KgjKsY+o9eveopGt3kZlk
YD+8Ux19cdB6VRkmKyIo7jnkEjP+elMYiFmDDdleVPAI/wA9K8iGIq8kpOWqZ7k8LR9pGCjo
0TgeVMQ4K/Ng9zU37oyjy5M9+QBmoIypQBVCr0xnJ47VEwPmr867QeQxwPx/rXXiKs40lUWj
OLC0aU60qTV0WJDGFHltuJPPbB9KjAZuASSSKTbzwvftU8cnlIG+YSt9zjOP9rr2rplV9nTu
9WcsaPtavLHRD2SGNyCT5+M7ccCmRGAriR2jIPQDt61FvZpMmTdjOc44Pt14pjDIYL17AVzU
qs6lGU72Z11qFOlXjTSuiZ/L4Bdzjn5Rng9+v50kKgs25sccALksfQe9Rxg/IoLDj7ue/c5P
rUyzJDGwCb5DwGB6f/XqaVapKne95Mqth6catrWihQlsmWNw4JGQDERn8/yqvCYWyJWIbnoM
0xzIV3sSd3c0B8qAyjK8cGtOStZJy1MfaUbt8unQnt44ZGkDy7QuCOCcj/61WLtLaMIY59+Q
Oi9P/wBdVYghZw0Yfjhcd/ypsmwoNsfl4HIPHNZqVT23s76G0o0vYe05dSbYjqjIxZh1XaRj
noTTbaJnySyqo6lnwBTVIYoAoOM9OpqQyuFVWYsq58v5cBc9T7/jVudWmuW922ZRp0qj5krJ
IRY4/tKDzEOD2yR+BxUskUbS/uZtzAknjaBj3NVI8LKhIxzzUzFBO244XP3u3HTtVVY1YR5o
y1RNGVGpPklGyYjnKgYxg96mitI5TlZOMcHaST7cd/6VBcS+ZwwIZcDa3Ydue9EDgAj5uT+X
uPf+lY1a850VUp6M3pYeEK7pVFdD2ghZwqz5OckkEAen50l1ZyQqCwBjJxuXkH8ahnG6V9zK
2e46GpxcYtmiDyMowBkccfmfp7VLrVacoXd0yo0KVWM+VWcSoOMckc1G/GTxjPank7eBwc5o
K5woGcmvRZ5iGICSeuB3zS7vQYxTvLK5AU+9NYH6Y7ZoAGGcE4phYAk55xTiAVGeuKjPQ8jP
tUtloepOR147GndlyefrTOcgdKkRuP6+tNCaHp/snmnjZubcSKb8oXkZPqKd5gIxs/CqMxp+
bGO3GcUfd4PcHgmjaCAOtOkIKjC4IHrVCGlGY/d5oAO1VBxQXyeSf8adnCjnPtipsO4rKxAI
Ptil2knjFNblhgn6GngZz1496okYQ2GyB+A96R0Y8DNPzhSFGfal3uB6YpgLHkAKQM5BoKru
IJwc9KepLMPmA5BJ9KaQFLZ7+/WgQMUWXkFgetRq4KNgdPehgPNBAODSJx5g2j86TKRIi7kP
POelM3ZG0ZyPSnxAfdIxnpSIGHqMDP8A9epY0MA+TBHbriinKO2MiioZrHYcmMNgA81EvF3y
OMelTpja+OCDUK/8fXzAkYpyHElc4blT7dqaxJYlsZIA5NPkwSFAxjnOKZyMZI+lWmYy3GOv
70Y5/ChN+DzkDnOOlPc4kbBOf88U1cnJ68+lO4mKSQTleRSSLhgUZSDg+9DvjIzTWOSxyMD2
5oCxKiM2Sxyfc9aNoAbkc8cAGo1l+9yMUkvHuOlMQHggfTn+tOODnP6mo8tx16jnFL6k529P
/rUhisMkgY7Z/wA+tIhO7k5696Ccnpxxz60qSDAxkdcnFMQE4HOM9u9KoUITk8j0owu3fkE5
4H4U0NhASDyOlAAW3IAATz1qeJSByvbFVmY7QVHJNPViOSMfhTJLKxk7sKvB7mmbMDnbQWOG
UfLkjgU0cxZ5Jz+dAiUkYwF9v/rVGNuPvk85603nZzkZ9qQcxdefWkUA2ADKk/jSyYDAquOe
9NCggAHLAUhUhuT36Uh3FBwQxAI9KUsCPuD8KTlQcHt0poxxnP4VJQ487egyfSkLfLg8UmQF
U8g5HWnRp5qgEgZOMmk2krscU5NJCHLTqBvUgZIJ/X8aSRpBLuJyw+UlxuwP89KnwRIdvzHo
CSPz+lNmiIyGZd31B/CvIoxp8k+fue7XnUdSHs9rahgYBUEZzk/0+vtUEmHCjltp6Z45/wAf
0qUEKMA5GfQD6Z96UlvLR1x8vJJ4xk/XvWsnUdBcy1uYwjTWJlyPSw2M84YhT27/AIVIW+cs
33uBgADioAQx5OSTzVlFB3fNtVcEmuxRtHnqHC5Xl7Ont+ZDGwCuseV7bSc49h7Um7D85BHO
QOlTJG2RGx2seACQFA64Jz+NRuoGZM52njB5P6VyYeSVCSe524qLeJg1toPDvgbhknkgjAIP
f8f0qRYlcny2ZhjgkAfh/hUcWZFCsyKQCcDOP8mmRyCObvsbhmHUe4HrWNOnL2aqU/iRtVqx
dV0qvwvb1G5OMMe/5U1ejcZB96uMm9N5KoRyT2I9RVNWBL8V6dKqqkbo8mtRdKVmSKFw+5M8
dR1H+e9OfcygeW64UDLDBNOwscYZnQAgZ2/eH+e9PfzBaE7vlOOCckVyRmniTslB/VfMgRW8
1QS3Pdev4e9SKQm+JgeCDkD+Z/zzmmKFEisSTkdutJaBRPvkYqvQBR19jWmKjKMlUjsjLCSj
KMqUuuwNw49frSDPmAAoeep5FTSQlmJiwQM5XcCR7Unl+QUaUqC3K5GQPc8fpWtSvBw0ZnSw
81UV1ZIY5AQ/KpJYcnt/jmkh+bIDAkZ4I/Ue/wDSiWcyqsY+4nOPc9aaHjRRls5545x7/X+l
ckoOFG3VnbGoqmI5uiHrOFLbo43bIw3Y/h6VGHdy2WJBxxn9KfNCcearKY2ORjj9KSHlDk9x
XTRpwklPc469WcW4bIbINhHOKGG0g5zzTrnhvlyPwqLfnYCT1xk10nIKjnLHBzSuSO4+lIeO
g5obLelA0RlhsGAPc00qSPlAyfSnshx3zSjcME59RzU2uWnYYqncAw5B4qRBnqMfjTmjLSFh
zxk8VEOD83C+vShKwN3JgcADA78UqkcfrUUigng9PenqUA+6TkcZJpkjnYBgVyeO9RhgxYcg
1MxCoowMgdDUKu3zD5fyqkSScORtyT3xSrvPABzn0pUlYseTn1FJk7izE8GgB0sLKd7EHOQO
aRMc/QfMM0KxYk9c5pw+U/e/LtTJY3BI+7z9KX5nzge/WjJEfy5zSbCwJAx1piHLuQjKqORT
mYgdGPtTBEVj3F17cE0rDrgH8aAIyxLA06NMkseAfSl59MkjOc1GN4AHFAyeN9vH1oD7U+6S
SOpoGdnJGfahFYqvJpMaGnkA9exFFPGMdRn86Kye5tHYVW4fjr61AG2zkLk5XoDVjPyEgdag
jGZmPAO2qkOA4csD2FNGCRjGfekjIySCOp7ZpRjdwT+Rpoye4N/rD7egpFbKsWY9ug6e9EuF
OAWqLcSD6cc0XCw5gCxx19KNv3uOvT1oHA7bu4pWbK5IX+tCAFAHX0pzENjqe3FAb5T8xH04
pCp25Df1qiQ2tyCCR1oXgMGUKR27UjjrwCBz0oY4JAXHGMUBcCgCHONxx9KeoKrwy49h1pCc
7dwHQdO//wBemh+Qc+vamSOO1hkZH1xSICYwG5GMYz1pAdzf400ORnikNEowAobHX/JpQFye
fy6VX3M3QDOc9asrHIFLBOMdccUnJR3Y1CUvhQuB8xHTNCOuO/4n9aCSFIYVEhPJ9feruRYm
cruHQ8HtzQN2zIIB6jt+NSpFJuG2PO4emaa0EqhiysNvJ/xrN1YdzRUpvoQJk8lu3rTinIO4
cmmqHb7oJGMY9KR2y68YNNSUtmEoSjuhxQbjgjNG1dg/vGmFgO3FOUZK7cnr060Oy1ZKu9EN
C42ZIAzQ3+qAXpn8qc6kIm44HUEio1bgj5qSakroppxdnuSRwsZD29fekZMHGeQR3pyBpWba
G4GTinCOUkYic9O1TeC3KtNq6I1Rdz9TlqkSPeQoGc8UssDiUgKQCTTFVg4G1v8A69VzRfUn
kmugskAhcJJjdu6CjaM/iKJFcv8AMjZzQUcgMQQM9cU+aL6i5ZLWwi4wc89eKYw+cA9P1p4Q
yS7VUs3YCnvBIHIMbKc9CpobitxpTeqIPlCgFsk9vSnNGygDqD6ipVgZSFYEEdB0p8tvIy/L
yvvU88V1K5JvoVkTt0pVgyrBmAx0G6nGBoW+c+/ApsCkkhVcsR0xQrWuJ817DdmPvkEe1SKA
BgcDA60GNhndG2c9DTjG0Y+ZCo2jg9KFKDBxmu4w/fXnrmlUgKoz1NDnkEBfTpk1JDHIYVfB
2A9cdKttLcmMW9iPlQQCQOuB60kgYsCWIOc5NPlBPTJJ96DBMGBMTAHnOMis70+ljS1Trchw
MnBHTuaaqgqRgEDODUwXDY+XJ9aamQDwfyp3j1ElLoNUED17UqEg4ww5AIFS5f5SQRg59Kai
vLI2Bkk9OtCa3QOMr2YXA3yZIG2oto3KRgipZEcHkEc56U0xu0qouSR/DRzLuChJdCM4ByFP
40iEGQcdanNtKVyY2Hb7pqPY6OcjB6dKXOnsx8klq0NzlmAHf0pxHy9T9TTgAT1JGRQ2G4HX
HSqIQwEg4GD2okyxU8AUsgMZ2sMH0pFDBgVGfcCpbW5ai9gPJ69sYpdjghyhKngHFKrbZdxj
34/gz1qwZIrjIkKREEHdjr7YA/OuatifZyStodVHC+0i5X1K+GZueePWm55bOcYqxJLGkbRx
ZZv744xUMUbENtVmXGSepFa06nNd2sjKpS5LJO7AKGl4z1+n40mMlu+D0FLn94Rnv1pNhzxg
5rZGDY5QoIyeTmlKgLkZo53Z9vpSlcqOQDnPtVEjgp2cnA+tKsQDBQwIPJqHBAHUU9mO7OTQ
mImeNRxu/IUwkA4HP170u0KAe5wOTUm0YO4En0piK+4k8AH3oRTtBAx+FSBDu5PB96RUUqen
T1oAXBPJOPegBcDd2pANoUAjGe1KoBJ4GAPyqSho75GcA/hRUnBXB5wCKKzZqtiEoQDkc1Cg
/wBIwRxirRzuIxUQUNc+nFORUBEGM7W5yeMVKDkrwCPr0qGPhiCTgk09DyMYx71aMnuITljk
HGai3YbGOPXHSpAOcg5GTwKQIOpbPQ59KQDVy3QkdeDUj8jCrk5pDtPCjnFOOVBI6mqJuNBJ
BLYFIwJYgEkCnDb5ecZ+lJv+bqAPrTENbKgkKDnn/wCvSsfmICgD0pWCk8MPwH60hAL4GPTG
KBAVZ1B7DsP89ajbIAC4BGe1TK20OACcgVFyTuJI60gETcV5PFIuAM8c8YPenquAP600/dH+
FAwQgsACQOv/ANeiSdwWVdrAnll6D9Onp71LACVZiSABnII496YQpjYAEDHrx/n0rysbF1Hp
tE9rL5RpJc28i3HGHhlfaSf4R/n0qsF5wxI+tPgY+Rs2lTnHJ7UwspK4wTnuK78PP2lNM8zE
0/ZVXEngkdXZRkgjp3/DjrTQzLHvV8uxyWFIGTIBQvkHK46+w96UjptjIU9zx+VedOEfrVrH
qU6kvqbd9RLSRgxG5VOOpPb0pZ1PBcqXHXA/n7+tNiQlwCF/E4H55pbiTe5+bO45x2+p9/Wr
UOTE/u9iHPnwn73foQhsHoCPftUyuq87trZ4b/PeoeMYAqW88kqhSQkjlsHv+faunFybjyLd
nLgopTdR7RB23RLj7obuOn09qhRsK21Se1SxbNoO/aeAcgkAen0p20ojrjOD6YzXPl8/ddJ7
o6Mzp+8qy2ZBvkDsUJH49auQzuSrK+PTnjA7f4VXPLtjPrmpicqMEtgYOW4B7fl2NZZkknF9
zbKm2pLoiNpZmYnec5+lErlhzIfMPJHPH/66iOMjGc+tKPlGQQSetd31aD5Wlsef9bnFSi3e
5LBvlwAemdx9f/r+lTTMyAqJBsLDhR6VVSYxt8oIGcHFWyu9CcruPzEBcfjXFKKoYhX2Z6EZ
vEYV23RB0dsFwfUHGKdIzxHBLF25OT29/ekRTI+AME+p/wA8UrurliATjgZHJrrr041akY2O
LDVZUaUpJ+Q0SMm3bgnocnt6VdmDSxuxMZ5wecH8BnrWcwIQZIx6dKt4YvgyIeDyx4xj69fS
uLMIRjKNtDvyypKUZ3dytC7KSN/yjofSgyOydSMDjH1qWK0d8mNgQMcjpT2sJFjw5VSOMFsf
1r0FWpW5bo8uVCtzc1mSxF5IchS7nluAfx6cH1qq4YswJ4VcelSwwkScscBc5V+P/wBfrTHU
72yCB71wYNRdaVtkeljXJYeN92PtUQuvnEiM5zjqfp70k0zOu1TyMggAYU/lT3aMIC/f05xj
uBn8Kg6ybgB65A4p074us3LZE1V9SoJQ+J9RommiK+TK24KOcelSRXs2AkmWUMWODg5+vp60
53IUN39hUbMPM+bJY816MsNTkrWPMhiqkZXuLLG6SoGi2MeobrT0PmpK8spOfvDjOPUc9e1V
8sZBk56damgk2phMls9hyPpXNXpclFLsdmGrc9dvownkKnYC2xeBkdfyFNT7ocNtYNnrg4qY
q9y28I3lpgZ5IHsP6UySRmQoRtAP3R/nrU0rcipQ36lVbqo609lsJPcKvCKCwbkk5UfSoTK2
9GBw3Y+lKYhk4yTTpE+Vdq98c9q6KeFhTjZI5auMqVZXbLQmjlRd7OGJBOSSC3r/AI1SV2Mr
RsVIUk/L0z9fSpGQqTtcR5x23KPc/wBRSQFUmcNg7gQMdD9K8zAU17WTfQ9TMaj9jBJ77kYL
b+MHp2rRs7WcEyLGQwHynafl9CeOlJFEiRGSVeMZxnkj/H2p0d28iPucpGOBk52j39RW+MxE
pRcKXTdmGBw8VJTq9dkU71SZwr4Djg85wR2NT2E9yJvKhbjH3lXOAO/Tp61DKQZ16YXAGBx9
Pf6021bZchyXA6kqR/n8KqcP9l17Ewn/ALXp3JrpnSJ/nfezEccbQecfj1rPjONxxk9fWrl1
N5gykZA/vFsgZ7f1qvBE8jAKh5POB+tGBSVLnYY9ylW5EKmWYnjkVZScqjRxjCYJJPBP/wBf
29KGcW/7pIwX9WyMj8+hpI1kMf8ArAIypY5IyT/j6e1cmKruo420VzswmHjTjK/xWKxb5+eu
ewpQMjkH6VFk7lIJOTUq5Y47V7cdjwJ7jvun196AcYOQB9KRwApKnvTo8begOO/WrIGM/wAp
6ntgVJg7BgFu9RyKQM5OfTNKPuZ5P1oStoMfhlHQDp1pzyZYgMSpH400LjJ246Akmkb7x5Wm
TYlJA2EdPWogeOc4x3p8hxt5AA9KRXIPGOncZoCwqkYBOcj0pGHAIU5xnino+AMYH4Unmnad
zdB1FK1yk7Do0YLyox33NRUbNtQk/NkUVm1qax2HMwJIAFRqAbnnGMUqEHOCMn3pjLmfGR0p
scRycFiw9egpYlLHAxnjqKSLazENx1OaRVIcBQQDjNNGbHvCPmGec80xgFfIYEDoQKV2JLbj
yD60KV4O5R9BVWJuIq/M2Dge9JKflJBzz+dKW6gZxjGDxTWA2YwT9aZIiLuQgYzQzYO0dSfS
hRjgD9aAGZwM8ZoGN56+4qXJ74x9ahdcHeDzn0p+WAxjnpzxQIXO3jqD7/55pobAOeMVGQ3X
cuD70rLg4J+XrkCkMfjkck49elRkkrgDt19aeCVwRnHTFWNuF3HJOM7QOTWVWtGkryZtQoTr
StFFYbiAi5J64B5+tSrlQCV4A7rn9KkXGGdmxnkjHI/2vpRjITkc5A5rjpVqTpvmerO6vQqq
quSOiGRlVkChXXIPDDr/APXoi6r82RmlVJZGYGEgnH8AJx6/X1p+1R952POfu8H3+lY4LERg
3Tlt0OjMMLKqlUiteoyFcyup5ByM9/w96NxREZGbd2wcYHrTmhQ5YYIOTjIz/wDrpzRjywQ6
hup54+vApTqR+tX6Dp05LBtLcrSySSYDtkIMDntSBcnOf0pZVO7B6jsKI4zIwVVOSa9WMYQV
0jxpTnN2k7ksSEyAEFh/ninzyRvMcx4IGC2eT749acYlRfKO4seTt7D8qglR4yCxBBGQQc1w
RccRWeu2x6LUsLQWmr3LETxERoipnHJfj8OvSmXI+ZudwIxkHOfbOKjjYKQS0Y7bWJwfy7VK
0iSr5e9ckZ+XJyf8a5pWw+JTTunudcb4rCNSVmtiFR1zznpSp8iHPmMM7MN0J9OvampE6yMC
cEYJ9s1ISUkIb7x42hhgVWPnGTikyMspzgp3RCRyvAPPWl3AdcCnS25UKSQyk8EGogpK54Jx
XrU5KUU4njVYOEmpCl93HB5qxCWc8NGpTn0P16dKhjUvIAATz0FWBGFuAXYIQeCVBx9a5MdT
56ba3Wp2ZdV9nVSls9A4jduSDj5f85ppAY9cnPPrUss5CqgDEDggkYqLLZJAwM9xRgXKpH2s
gzBRpS9lHpqRgdsmrkef9WZQTyc8L0/w6e9QLGzRlwRtBxzxyanSQEDdt5yGyc5I7/hXLmMk
5xXY7cri405SfUppI+Spf5RilYfLyx9eTSvFsn5wR6rSxpvOMgZ/vdK9JRpuPNY8mUqily3d
y5ayKiRq7FVGWUjufT/GoJF+dxgCngRovzPH6DHJ+o/rTpdwMjAcYHKjA5rzME0q8+zPWx6k
8PDutwR9yqVA8wHPy9SB6e/tUEww2ezcj6UsbgqysMq3UjqPce9WVRZoNqvkJ3A5T8AOlVFv
B1WpL3X1ImljqK5X7y6FJ2xEpyMe1OYhnyuCKe9k4jUtwAcYJ5/LNPNsu4lzwAOF5/lXoSxN
JK/MeZHCVnLl5Ssy7SuQM06GWRY3ePaQvJBOD9R6nt9KdITLIqqzGMYCqTkD2phUrld3HXkZ
A9xz+FcuKqqdG+1ztwlHkr2WqROZCR5u3KSY3KDhT9Pb0oLkxKxG0FsIMc4H49R+tL5I+xBo
0fIYlvQeuPaoonCph9wRsA9cr7j3FZqlzU1UpvVGjq8lWVKqvdYTBlbsCD160r4kjU9wcfpU
svlblRNqnP3sjB/nTbmMRAAFXB6lT7dK7KGJjWj5nFiMJKjLy7jVbAAVWRwudwBIx6/40xB5
b+ZIqt3GR8p/wzU/yC3bBcKq7gN+ct7Anv3FVJZZJjh87AeFwBj8q8rCxqTqT5dF3PXxkqVO
lBy1a6D7iaScrvVVHXC1Lb72gdAwCZySRyOOv9KqoXMqhcZPGO9aMMG1d0ioSDuBJ4X3IxyK
68coUqHKjjwDnVr8zKLKSqhmLYGADjI9qIY8yAEFMc78EhffgdqnuI5UBduUzhRxwPT8PWoU
GQcCTkclTwPc8dPWhzUsJp2BQccbr3GlDK4VST2GScfqe/WrCyNYKoQr5p5BwG496YcW2BGP
3pHr90dfT8c1XcNLIWcbmPJPcmssLSlWglLSP5muLqwo1G46y/IRAxkDE7mYir5kTdJiON0I
KlmXlz3PU4b+lURGywNKUzGmM4469quWcfmxljtKuP8AJ69R096yzFxjOC7G2WqUoTb6lNM5
zv8Ay7U9cY+ZcgZ4pZYHgf5yOe69D9KapKt0HOQBXtU2pJNHhVE4yaY88KQQPXmhWU8DaDx0
6Ukkm5WJIDdP0pkQG3cBz3rQyHOM4zjFJ1ODkjPekkBypyePeggsG6g570DHEcNkcZHU0KCc
5OfrTMEA5BHTrT0ydxJwKQCzbMDqTSRgDBxz06U8oV5OR+FEYUMu1hx2OKBD1UA/MD16io3+
Z+flA9OamO0ODnPNQyEeZluT+lBSCRQQdr57Yop23GcLn0FFQ1qax2ERSpPHWog3+kYY84qV
GYMRiodwF3yMnHc0McR24kkDcetEYO5QAPTGakUqHzg8ZHSmQnEgPTHSqSMWNcZ3/N3pFDcY
/OpsbpGzxk9KRiWbt9cVQhiEjcrLwfWlYcN0x60ikAkY5PbFLLg5wpPvQIFAPUjr2pu30J4J
xQjAKPlGT60bmDDr1oARV4Bxg9jinbAyjqD0PP6UhY4PX15oLAqARTAYVXPJPvzSsPmUjAAH
IpMDPA/+vTtxB6AfhSsAZ7AcA0+aRHjEaqpb2/x/nTW5cHdz9f0pmAOi8HJ6dawq0VUlFvod
NHEOlGUVuwaBhgtwOo2mnKhA5zQ74Y7eRwfSkZvlA/ka05I9jHnl3Bx87bHOPfOakUFbZPnD
5OAvdc9/xqIEHce+ehpkAxKpOM/SsqtBTt5G1HEOnfrdWJEUFsZJ5xyaVkCgfhTlyJckcDPa
lJBA5xnn/wCvWyiuxg5PuNdMg52j0FOI2qOnpQwGFBIP40kxG3gjOetPclXQ0orHrzinf6td
in5ev1ppBIC9elKw3cbqXKlsU5Se7EdVZgWHzY/CmPCREdoCk9OM1IrHgHsuOf8APSkAyMDJ
pOKfQam1pci2fKSfrnFKEx0IB96XaQfmz15pDjccemOaXKn0K55dxyrhhkEnJp6dPmzyKSMf
OABTsAZ9aqKSVkRKTbuwDiN92cDOCQOlXJZY5rZHLKAgGSoz+NU41BJB5GetSRoqngDIPpXN
Ww0pz5oysddDFRpw5JRv1BnMn3zjC4UH0pvC5759etSOvI5OSOnSkeNWGffvXTTpqnFRRyVa
jqTc5dSORl2AE4B6gUKikbsnOcZFDIA+0jjrxUkYAUcY5NHKr7BzSS3EHX2A4OelM4ORjp2p
5YhSMDjmgfdOBgng1VlawuZ3uNK5YYXgelNRm35YnPAqZXO7BqNiS3Az64FJQXYOeW1x/K7s
k4qMqPK5OffFSKxLbXY7TzSyJgADgfnTcU1ZiTad0NgeSDa0chTPUjrQzMS6bmK53YJ9e9I0
m1FB6ilZt0gKgj+tZqjTTvyo1deo1bmYzA2KOh6YqMqhHy1YZNi/dwT2qNBlTxjA5q3FPdGa
k1sydSPsq/O+c4Izxj0poxgbidoxTGz5ZxuwcU1BjgnmhRUdgcpS1bJDwxKOFye1Pl+6B1Jb
Jz16VBn59vU04owYHb+NTGMb3SKc5vRsad7KFaVygOQpPA+lIMBj16/nTwQB8xGc8UrE5GOD
34pxio7IUpuXxMYEbKshYMOhHWlkidl3MzksOdxJGKkctuBLndjjmlZdqjDAnHc0OEZatAqk
o6JlbDIpG/HOMbqWNiFcK7AEYPvSgFSPl6nrTgAc7cZ70vZxta2hXtZ3vfUiX5MDqcVIAeD0
GOtPUcKAuQOxFPBw2NuMiq5exPNrdkOGMYUtuQ9V6CmHIwy7hj0bFSbeORntxTQobj09ah0o
t6otVZrRMQOS20k7VPBznFKT64A54oWMqxyB1/ClAAzkYIz3q0lFWREm5O7E++hJH5ULhR3H
tTlUbX6ZPpTTk9S2Mf5FAhCxKgdBT1I3Ekd+tC4A+Yk04lSSBk5od+glvqKwA3decUYyWy+c
d/Smvu9Dngc0oJJY5BpgKzjuDn1xSRMMHgZHFOm5xz+lRLkEgDPHegCU5YBhjg5pME7vYdBS
/OVGeMn0oyApHA44pFIACBuILE0UvYcEj2NFS0WmyCNgS3PNV5HJuQOhq2gwTng+5qnMc3Qx
j86bQ0TMTnqT9aB94Zx04p4yHJ2g47YzTcOHXHTGelNEMcgYvxljnt2pNjGQ/N068VJHksec
fjUQDKxORzxnOaZA5GKFhk9+KGcFff2NIoIcjOOOmaMqSQ35/wBaAYi5PQjP0oO7cTnPPPPN
NUjtjihmJGcn6UDH5BUcduTQSigAD8KjXG0Y4+tOPLYA/KgQu73z0470hzvGen0puWJJXPv6
09Ey4BYd+SOlAxnlkgEnP1NOIURjBzyelKSyqBuyM4FG0GI5Pc9+aBCFPlx14zn+tHyhVGBx
SquRgnGe9NUgHjOOnT9KAHLyGOT16UIcrx165zSAjcygHGfXk09F+UZU/nQAhHHJyeaXHI4I
6dP50jkYxkZ5oYnf+RBxQApwMdOvc0rlW6hccc01QQQWOexFOlYFm2DgmlcdhM4+6AQOOBT/
ADCfl6fSmDI7HPfmm8+YfzpXBolZhkbjnGBio+CTycUIQAchfSiLGSNwJNUIhcAk9aGAHC5p
0qOMgEAH2pgJA2EsKhotMlTmQ8Zz6VLtPHHGOhqGNA8uDn61MDjHB6YxVRJkAwc/MQc9jSKc
EtkdRzQ+Qoz0zxTVxtboKpEj2cZIZjnpUrsobqT9e9QlDjd+mKVzgjg9O/FMLCsw+XJ9eMUg
zj060HBIyB0OPanLyMFTkcipGAIAIyenTtTo1zxsOOhzSMzcAcAY6ml+cxk5HHtTEI4+YLkL
700YXrzjinMemME/Smr1BbNAhQRz1HXoKdG+4ZHysPWmsvfPrT4iNwxn0oAif5tuOO2RTpTt
ONuOnWnyKAFZRkfSlkILD5Tk/wAqYDIiwU5G7cMUwcEjnNPONo4Ge1IMuCcgEZPSgYOfkAIp
sYwcjp/Kl3YQbiAehFGNwxnApAIBiQsQCc+tShsjABIPr2qBQdwz61KAQRjJ5zSSXQYhABAJ
yM0S43EgcZpWAKDp154qNyQfUUxD9x3++M5zTiMkZA6dSaYi4YHH40/nPGAaAIyQAGK8k+tC
nI4HBNKwyo6g5oVQQMnPPTNAyRCUXrk84GKQ/eBbk49aQjj5QM80n8QLHt2oFcQDGAFpWbA6
j8OtOGSmcZPTrUf8JOR9c0hiE5J3HNNQA9iDT1ByCuAfUDilKllDHkcg80BcVRkYxkdeKcML
kMo6d6YB6ZHXvSE8ggjJFFguCYLgO3y+lSTINx+faBUYVWGSfnFOZgScnJ7mkkFxQOMgNnpk
0IAf4icnvTY8lRjlcinbs5w+MH1pgSzfKewI9KiDKRxngYpZiBt5J78VHH1JA7dM0gJPQFeM
55oADZJzj6dKUN0J4oXGDkc0DF2ggdcUUhznOCe1FJlohBIc4/lUEgP2tfzqzgb2Gciq0g/0
kFT+tA0TzsQXxkAnpUeRkbhnjAxUoRXdtzYAzzTJcBuMngdKaIFXap4GDTAW3cZ6U8MFk4yK
aWCkZIx7mmJCqxCtweR3pjjkkgCnGQYAHU0ZIyBwPUUANVQT0ANPYcr8wBpg3DJ4HOO1KGBy
M9+9AhHUbQVbPtQMhgQM9evWl5K46Uxskgjn8KYEqvkHPGRng/rTW+983PJpYyRkAY96dt6Y
4Oedx6e1IAEeVGCaTBVAcknnI/wpBuGMnn2709gTGN/A5PHb3oAaMEZOePTt707KbQcAnPIp
UBCdAMHApoB4wvFMRHgiRjtyuc9OaVQSBhW/CngkuxYnb60i8YA/+vSACuAc46dTTlYF1yQG
9acAMnCHJ6HNI6gHp0xxmgY8hmztUkY5PtTGxtyfzqZj+7ULkDbz61GwQAZz1pAmQEDI6/hz
ShQWJ5z6ipMDGOR6UMSvZc47UWG2MwSQQpP1NCL97nmpPOKr0UHH6UjEsGPGevFMW5HJnnkf
TOaYygrnOPwp7krjI49KUkN7GkMFwJMZOCOop2wBu5A9KR8ecOTxTnJJwMjjFNEsUHoFyBup
u7Eb45OeTQG2kYyMNTlwQc4yetUCEcAjGeKCi5JGTzTpSoGFFRsck7TkA88VIInKAJ94ce/W
mQ8OoZhzTQCR2AA9aIxgbuOtA7Djw5DHHtTlG5eGO0n1pj4zkjPAoRhtIHancGO2rvAA/wDr
0EDbwaWJf3mO/wBKJMjjBHr7U0SwBJZdpHekySvBz+NPV9jgoFBBzkimhmYkn16UBYCeACDj
6UrDDk89PWmg5YZ596U4UtjIoABzGGK8EYHvSAHB7DrQzEqq7sgDgZph6H1pDHn7oB45oGMD
AGfXvQ5BQAk8Gm5B55/GkMcApbpk/lQm3zFUZyTQXG0fIOuOTSwsQwdcUAITkgAd+eaQkc5w
D704ttVdrfNnnFMZt+4kHOfWmIdjOPm/EUiN0B69OTSc7QRx74oA4XpnkUhiAjI9c07coAI5
NN27SOvNKpVVI5J/lQFgaQ7jgcAGiP5uTwAM9aDyTzjjpjrTuSQB0xQA3a2BjBOO1Mwcnn3p
+TkDB/CmuSCcnmgBQSHGMY9cZFKwIHJx7U3hX5xihSdmMetNAKNpcgZPBoGFHGOnelVT5g9c
H8OKarELnINAD4yMZJwM9cUTEAOQ2aa5JHH6CmycIxOCMHtSBDoxmNB1JA704Y3HJyM0xWCq
mQMYHINOAGTywGfSgb3JJDuUdOB09KbEV5yozzwKCNsYz39qIxtHQdD3oEPwMAnAPbigMSO+
fagsGYBhgDvSAkqcdulK47E7IDEMfMxPSioiD6ZOaKlvU0itCBc72zj8Kryf8fS5OPpVwMQx
z+lQPJEJcFct64p7DWpLyqyKvKseRioyEBGc54wKfwWxjPPamuFUArkfjTRm9AZVVs5Gd3Bz
THHIwM57Zp3DSdM855NIpHzZGO2KBDdmVGR71IxxgKPrTHI8sFTQ3X7pyPyoQMfGQucRg57H
JpG4LEIo564FMVT17085YnkZz600IOSmAfwFBBO35iD60zDA8kEe1OZuVJYgD0oACoOd3J45
pcDy8gD0ANNXcc9SMZ5pyuTHjbnOf/1UAJ/GCfTsaegbylGQ3JIwKiA2suScY/E05HO1TnGM
0ASbscdfUf0ocjyUYgZOR70wjdk98/5zTyAy4Azj9aBACMn254pu05B6cU4LktyM0phKjn6Y
oAV5ORyPrihmOSPy5pABuG7H1xSSEFtoGOnP9KAFc/KMD2NRvlkIA9Oc0uMKMEkelHyZOeo9
KBiKmOp/EmlIJzgClJLKDzx6UHdjoeemDxQIRk3YyMenFKAVYgfpSvuEYyowBTRu+9kD3xQw
Q1uSA2QM96RgC3BJB7gc0uN2Cx4B9aUncODQhjgjbmycnHU0hVQcZzxSKMScN75xSsARg5OB
TEIANw5AGecilOdr9vpQmOQfXvUmQYmBwDkDINIYyRkaKPkluc0pUbeMVGwXAwf/AK9OdgME
AMcjPNAh6Hb2wMd6AdoPQiosnbhuPoad64H5ikMUt05PPGKcCCD1OM9aaoIBPYdBUmQY2yOc
9elMBquBISfXsacWyCdw7cUjbG4CkEHrnjNNAGGGMf0poTQ7A3j37mnRqNpI6571DuGQCMjn
mnRpwTxgCgCSQ46svrn1ppILHBHPtTAmA2WFP4KnHYimBGxyeBnjtQh++duAKc4yOOuPxpGx
8xPWoKHFioHzYGcUqhecknNMOCvAHakVsE5IxTESHnGBwCc5pUKhhkcYpAxI7dehprKzMvXI
9BQAPkAnjHWkVRtbjPPNI5POSBk805WbGQQe1IAJwAf5Ui8uMjjPenDOwZ4P060gUnHbGaAE
bBwMDGep7UDIXKj8aQjCqe+adzjCnIPOKaBidByQD6etKrbmXJ7ZocYbpx6Uka5fcMHjrmgB
AVO0Ebh9akVgQ2QCPeo8A5zgAZ6CgEEEBj7cYoAnYBnB2KFyD0qEnLHGRnsTQr4btx7U0HIO
Mj6UAOgJNxtHdT2oQfIQWAx2p0QJkygJ+UiokjwMk0xEu0MDyfzqOYYicAk9/rT48BJCW7dq
ZIC4ZSeppDQRjavzKeo4/pUyMWznJA+tR5KMBg8VICMsQSaAFckBeBj6VGOWxuGee9OdgwAw
c5pY85JGO/egBGQA5yKFYAnFKxJbII60AHBwQcdc0ihWcEkHt+FFKyrkdCT6UVm9zRCxxhkY
s/zdh60rW0TDezbSPShGBJHSp3O2HpTkVFFBwgbAUHHemHoDnA9v5VLIoLn244FR5/dgD5cn
rVLYyluI4VXyCOaarEuR04/OpNnOBjJOaSGMKrEsCx4HHSmJDDKwAw3HpT3Yljkc/XimhDgY
JpGzvwQcr3oEKwAyCCPagL97HqOadI+VUICOOc/WmZzuBbjPrQFhygDIJHSlJBA3N+I61CMg
dRj6daeenB/KmApJH3fSl27FXJ5P5j2pANuAetOkJ2rjnHGCcUxB91lIycilAGwADHJ59KI8
kjcR0Helx2BXG706UgYhGF6cZxnP6UuOOACSPy/+vSNyMA/h2FIuV4AyeaEIegAVmJGR3pA7
FAWJ/KnbS0ZfOTntUZZiqgg5Hf0pgKPlPzc5zRGAx79Oh7U4qSoYk557UxcqD8x57UhjmIA+
UjdnvQ4GScZ5H4VGyg5z6+lSDAz1xQDQrEqRg4/GlLE4wTnPrUZyQGBPtzSt8vQ9+RQKw6Us
yqD0705mGwjaAeoIqN3+VQ2OnSlJwDzx/KkMa2R128ds0HLbiD04xTicL0HWkz1yGJNMBBtJ
I3flTyqqR85PH5VGCUl/HvTzzk85AoATaBnGTk05Av2d8gb9w+mKi7/jUqqvzcAZx1oARlB+
7TiWIwcdc9KaQSGHv6UH5VxnkmgSEbKp06+9C4KZxznipZW34zgDGMA1GI8enB70ikyMkheC
Oe1LvYZ+brzSGNhnngnpTwnyk+ntSAQli7YHGetOBbbSKp3k5A75pxb90FBG4j8qpCYbeQWP
IPWnqBjIOD6dqam44zjPvUkEZaN2cgAY/GgQ35RCSSMk/jTCPvE5pxGR1B600hvmxkdKLgNU
AkEnBx0JpXBCscAc96DkEDJ6euaRhhcFlxnrQMRWJ4J74x/SnHlu1I3BQDa2Panqy71Ix83p
QDGqDj5sZzUhUEfxE0jsM8nPPSlLDeMBufWjUBgXA5pGIx8o496QvgcDuelI7blGBg9zSGSq
+AoA565Hb3qJ5CqEgEnpgU5D8oIpgZwSAOPegB2flU44z6c0Bm9R7e1JglAdo6+tHXAzzj1p
iHup9cn0pyBVk+ncUwEh+ue3IoZfmJJxyDmgQmMngc4ppJGOwp8gG7IPX3phwpBDE9+lIoHI
yDkZ9TzTJJRCv3WYk4CipHCh1bJyfbpT25zhQMZ4Y0wuhsDHZkgqxzkZppBVFxg57VId3B/l
SswZY1xjAweevNMQxSdpGOo5omJAxjByOc0qkbGA6k46UTZABPTNDBCEdBweR61IOA4DE5PG
aj2/Njg5/On5w33ifwxSGPPCpjHSmqSenHbmldflU8k4/KgKMdOfQmgQIMyAYPJpVxyKE5JO
O/elH3M5Oc9qRSExkADk+3U0UgCliCP8TRUM0Q+I/Oec1NISY/ao4FO84alnO0ABgSaGVF6l
d8lvmHGc1HhdowCDmnupDg7sjNRYVTxnPSqRk1qSOylxjkg+lRAH5s557HinfxjrkUoOfcnj
60ySMOQAM4x705mGCpII45oKHAyeSTwKanyuc4NAxpztIDc49KkH3TnJOcmhmHXPOOmKQtkn
HNJggXo3f39aMAtx25ojJHO1SDTiQCTkc+1MT0EGNwxjFOlwIxz046dKYCcgg459KfJ9wDJ9
MGmIRCT6k/rQrnap+6Ax5psLtHKpPQHuOtKJcADAHzE8UhgCSvH5inDIbpx70KSYiQOMjnHS
lwy/eA5GBk0CHIQrEt3PUUwkkY/SmhsjrzSrkg/w07hYd827Hc5PSmc9+opzPx1+YHrimhmL
Y3ZFIofjMZyaeqkbj29aYRnJJ4HrTi6YICnr1pksSXAHBOOlMkQEKx9acybcgHjPrSsGwpbo
DigBjRLhSTnI/EVMqAklmwpHpUMoOF25poLCM560hkzKqkYPI/IVG7dQDn36UoYBTux7Y/z0
qNmz1BP14oBBjMhIYn3qUn5OpyRio1HzHk49qmjtpJiBFGXwM4GaTajuNRctEMBwQOQc80uT
ub6jvUklrNFhmhIGfSofmHUjrzQpKWwShKO6Jjjy2wMknvTUGR2AzT4IpJXMcal2JzgD2pbi
GSNwJVx0wc5H6Uc8b8t9Q9nK3NbQjYZZgeB9aaMj1Iz1NPZOST09xTdxzgL0JqmybERY4weB
kU98hSVJ5qwIUNoXD/vUGSp4GCfWoFbKHOOnpWUKkZ35XsazpSp25luIinzNx4FLwGG709aM
Ekcj1qRUklI2DdwKtyUVdkKLk7JBGSdpCkHrnFSBmVGJPB4xTH3xy4f5SPX+dICMADnNNST1
QnFrRiehzwfekwNzZPpTyjZHyMR64okVl3HYR0xRzK+4cr3sMYcgYI44prg+Sc9j2pHd3PQ9
ABTTkH5jzTEPU4OO/T2pyx5A5GevqaSJWZxgfmaUKz7mXjH40BceyqCxJBwaYTukUEZz70jJ
z3ODz7UrffBJP50wEbbgKGHU8AUxhgdT19Kcm087sc+lK2Oc5OD2pWHcVGxyT/8AXphIyCB6
9aOhBHH40nytgjAOehoQhwwbcN0O76UiAgDnpzSsQyKCOnpTg23GCcexpiHMjH6/TmmbGJJB
AHHPSpJDvYHJP1pm4f3Rj1FADo4H+Y5VuDjnPSo8ZHcj2qQNjBTgEEGnIAD/APWoSHcgIUyj
jp+VTvgDhMH65qOUESnAXtx1p7DCk980WC4HBJzxjmkdRgAAeoOaHBJJJ64zTcHuPbrTECN9
7cME9+tNeMsQ2SBn6U/YcnnPHelcEhckikxpiNk7cjpxnrQw+ZiMZ69KaQSV69RUgYYYNyw6
GkAHHy72OMdKQMoOQOMnvSFgWXjpSBg2MdMmgY9ZAXYckk56VLDHlGbGSOaijVWdtxwfWpUk
QW5X+LjvSGhHAXkgD6d6KHwVz68YoqGjRMSE4Ykcmop/mYBjz1p0PfGR9ailOZRnnApscRWy
uCMcnOaicMfrmp39iM5zkComzknJPb6U0Q9QwckdKbtI6jpSIxAORz708dj0OOlMVhgOGHUc
9BSLguTgg44p2eQO5PQU3GGPHOOo/nQIDycZ56YNO2ZJ9jg5pCdrHkA+hNSpyeSDnn/PvUjI
gDsJ3cVLt3Jzjr+NRBj5ZAOD7ClLBs5ySfSmgYEbX9uv/wBelcgAY5HTB7Uu07nGOQAc0uz5
ASQPrVEkYOcDGR0pyqAqAkg7ieP50oTqMdPanKx+UZxznIoENJHI9+1OG3IyDjpjNRNkDr9f
b/61Ju+bBB/GkUkSHBJKgHvQQeMnJoQ5JwT60HkgYzQA3q3pQEy3Jzx60uCMk55NJnIHp69q
QEhxyBnHoaUlQnzH+KhBknINGPl56ZzTEEh28DmkJ3bQSRgmkILE5OOT3pjDLDjuaAF39AMY
HrU8cRdQ3y888tVUjCgL/KnwTPCrcK2c4yeVrCtKol+7V2dGHjScv3rsiZ4JGcBVXj8qa1rK
qk7P161Dh3GCeT70xiy8iRw3brUP21uhovq9+po26Iod503ADoCMmmPBdzZbICj5QqsAB7cU
QXXnHaSRKvUg44/vDnr7VHHYyrKwJIXPDKeD9K81VZzqP21lboeq6MKdKPsLu/VEyW13bgNH
JLHk4+91x25qSRPOAJREmH3gCMHnr1rPljVpCdzMobqSeaWF2t28yIK2MAqx4YV1ujUj+8p2
/wAziValL93Vv/kW18xFeOMlWbgj+8PT60qW8+CGwVzkAsABUiQeePtVph4wdxQuC49eKhe2
SQF42Cc5KMTx+NYRq2qc0mrs6ZUlKlyRTsu3XzLHzhjHheflIYcD/PY1GLQRtmQk852gYJ/T
86Ybby3w04X1Ctu/lS3BRWRCzyk8hjyfofb2rOVSpTTVOV2zWFKlUadWHKkOjkCyN91ox8rD
Pr27fhSNZKV3JPFs6853fl60+4RYkZ8FSCBsHy/Xt09KY8STwBorjc5yWycZ+nv2rlwlSpC7
vZM6cbSpTsmrtdPIQrJKpQIzheQQu0Aeo9qgdZdqgOEUnP3x1H40rafM5UeWcY4OeP8A9VPO
mm3USAKZM4VQe/8A9au1N04OLkpXOFpVaimoONiQrLdPGMbjGNvUEY/CnbXtyqRwh5v4w4wF
Ht796hRItPDeZIJbkjhAcgZ9cVUkBkYySDcx65Oa0pRq1I8kdkZ15Uac+eS1ZbkjuyygtID1
UZH51KrXUTKJ0aSL+6T/AIVUgEjMGVmU4zkHpUkkTtOBvcngcmqnRdraJkU60d9WvwHXcIRl
YNtRlzgnlfb8KRbaRhlUJUc5H86nuJjbgbZN0jDjPPA9vb9aoneyKpdyozwScCqwtavVhey9
ScZQw1Kdrv0RbijeKUFwQMcDPeoQHw7FSVOOc5qNUZMfvCD6H1qa4uGmZQYo4kA5Mf8AEfU/
4V0KVdTSaVjmcMO4Npu5Ccg8A5z0p7Bt3JOfamMgxkgde5p5werHbntXUcdiP7nGRyafjOck
demaa208Ljr0pdgLYAP1IoARsA9ewNPyFj24U5Ock/pSHHl/dJNNDDuq49znFAAvIQcDHpUq
hSq/MevpUSMwQfKBg+lOV2GAHI5zQBOypxhj15pjBQSTnFDnLYyx71F91zvxQBIW4QYAHX3p
wJ8wtwOfSmyODsIAxjHSoXlO44bv1ouFiXcN2COevSlkbPYg57mo8Fm+Xrjn2pzQvjnPHrTu
Iczlo2HVsimsT7A0oQ7T15xyaXaDnrgdaAGAt85Dfp1pjuxlxuPTtUwT+6DzTJVKkY6+1A0N
6MGC+nU05cszcgcUgC7QGH+fSnp95gw/h4welIY2RCW9h6U8Ii28ZGN247gaWWMAcgemM0ke
AvtQAigCQkHNOUZTjrTMAnPJ9/WptqpGvH3h0pD6AR8oGf8A69FAAcEY7dqKTLWwQgMM4yMV
DNH+9wqkn0pYywX72PoKilOZNwPPvQxocxK7hu5yM1DJznGMd6eCWHXvn0puTt5A6nkmhE9R
iJxkkkZ44qTuR2x0NAJKbR3Oc4pUU7jjaBxzmiwrjSnzjAOM9KYxwTg/KepAqy2C5Pp29aqn
IP3gRkZpgJhSee3Spk4YEe9NPQj16Ck2/OD1pAx0fCHBHTrmhRwfm60g4XnA4pV5HB707CFV
l3ORknFBO5Bjt2JphwOv556e9TxsoiIVQee/UUxMYgJJBGCe1PjPHzZAx2H60oA8zI6Z9KQH
KjDMO/8A9egCLBJzilcKHx07c/yoIBG7kEcHn/PFBxnG38DSGOBx349c0BgCM0Ofk456dv1p
qsu3B54oFYmwVIJHyk8Y71HJg5zS72KgE4w3FNdjuAGeMZoBDolGznrmnjG0kpkD3P51GCMk
YbJ9qdt3DAzkUIGBcEDEagZ55psTLKxUjGM9qVPlwGT9aQgK7EDnrnNAXFYMoX5lw2eAKETC
n5j3NRuMhc81IuVTnPcn2osFxijBA9/WhyDgdqDkMBwOgprnsD161LGtRkiCR9wJHOcjj8ad
LNcvHsa5l2EdAcdPpSDGSCcE/wCc1KYwU+XkgVnKjCbvJXN41501aLsNRVOwKOR6mnsBnJA/
xqEllkAHHPfrUucsSTz9a2Ssc7bZJFGoBbcVcg4K8ZoS4nU7QYwfdM0p3BVzz1prDMny5xjN
Y1MPTqayjc2p4qrS0hKxIJ2ZlE8jCMcHaAP5Va8i2CLN5yhFP977x7Y+ves/lvlzkYI5NR+S
B0XoT+FYVMJ/z6fKdNLG/wDP5czNS4MSxlp0f5+NxOfw6f5FVpVghjXZMTcMMqYzxj39DUU9
09zDDDLGqCEbQ3GXPrUMSKoIXA+lc+Ewc4QtJ6X1R0YzHQnO8VrbRkpuLlAEWQADjJQGo5JL
1jhrqTaQOAAOlPJ5HGec5AoY9TzwK7PqdG9+U43j69rczI4owrg5O8nljzVhEO3HHXqeMVFG
TuGc55NSocqQV6mulRSVkcspNu7GF5Itsin5hyPep/7SuWJCrGrEbQ2zt7VGwxEpwPz60Bgr
Nnk/SsamHp1HzSWprTxVSlHli9Bp8x5QXJdyeW7mlZGxk8d8miRzlCSfqKfksm/gYzW0YqKs
jGUnJ3ZEV4A3CngnjPNMDFh1weP/ANVNOC+SxJx60xEhQnJC8Z705drxsQMkNg4NRcbSOev5
U9MBCFJ5OeB+tAxAxUcEdcY7UpYbiDkj/PFBO0H5RjNAPGfwxnNIBFLDPHHXNAzlRgfzpdxz
wAOM9KRnO1Rk+nJpgIoOOAetOKHyx2xyeajAwo65PfNSjBiUEnNAhcZ5OD9aYWOcj07Chh75
54A604Rn0PA60hkTHhQc7TTuWYg0gUYTnn9albDO2fXoKAvYQSKrfKM8CnggqW2nOe5pkSDJ
JyfQelORSM5Q5yetUSDuSrcA5PehnbBI2r8vNJJyvPGD+dJ/Ijp60IBCWYAs3BH50r4HQ/XF
NBXIOCRg1KWXb/dNDHchTHUkmng/e4B4oUOU4XI78U7kk/LgY/KkMGYnZ04GKNxxsxx15qQj
P8SAehqFcFmz6dKAQ4AGPJwacSGjQbcn05poGYwMjjmnI7EAdD06UirEmQEyy84xhaKaVYA8
89DiioZaIoyMHPbpxULZLnI7VKRtUHcDk9O4qNiN+4qcDrxVMSBs549c1A0hDFSo/D+VWSQZ
Nw4BNRlQCSqZPuf51Lv0BWvqIpwD/D+HJpVZVVsDkkd+tBYjoqkH2zTlQnGe49KtMh+Q18CT
PemFMFiQBkjkCpCOoOevrTfLYPkZ7dKATBcDI9u9OA+cYOc5pMNzkdf4akXCyDrk0BcgHIIJ
JI9KkR+NoABz1IpWbHQ8d/ahPmccfjQIYC2Rjkd8CnHJUgduKVMZIx09qeJAoYKABjGCaYXG
pvXGd3J5GKjyRtxwRzn+tOVnIznOT0o3Y25YL/nrQAuGK9hj09f8KTB2+2OlSDY0JK/fDDp2
FMQ7Q24Z+UjFG4Ijb/VZ7ZpEO08hST2pf4OSOcUhxlQ2OMjj61KKHBsdDjmnSDPqeP4aawJ4
U5GaHySM9MDgGmIcgJYEFsjtTiF3MTwT6Cm8DIAP0zzTVGffJ60CHnHyk/TntQHO8jOTzTZA
BgAED2okG1uuAe9AWBuQA3p3FOyVjOQec1G65wAR0p65CEHOB6dqLjGsckEgDoDzTJDz6jFS
YAHAHPXNJIoZQCuRg/WlYaYBVOGx15z/AFpwYbW7H3qJY0QDaSo46fzqeOMtFIo29M9elAmR
cEk9ORT84zk0zG0YVgMevU0rNk55JP5U0waHF2cAdRz2qQABlK+gyfeo1IxyeeafIoVu2OvS
gQjgq+D79en0pUGQePemfxYIyAD3p0RwwOc+1MQAKw4B596Cvyd88/jSoG3Z24JPSlbdHG24
HnPOaAEVD6Dj8hSyK6rlhnIpgJKngfSlaT91jJzt6DtQDHQALIpbByPSliQcgDv1NMiYhQWB
J7elSxA7JDtPb6UOwEJPyFTngk8d/egr82ee1KSwQ4/nigKd+S/1HWhgOOQUznPtTgT5ePf8
qbtyyAMwwc0gAG8dhnBzQAAHBJbk8Y6U0DknPHr3pyAcAEdO/FIABzuH50AB4bpzmlkYELtD
AUx0IfI5weoqWUlFiBYjcM8fzoAQPkEcAZ7CmFtvTuf8insFwehIPOKYwx9KBokJO4MRzjik
fO1cqPx/lQFb5TgkH1FMbGATtHbk0AIj5AyBkHsKlyAqnIFRR9jgY7HFOB+VcsV47CgTHmRs
5BzjoajUsWPv6UK2A3XGM8nmkBUgEHjHJpXQ7D9uGFISQxJYD6UIwPGcevFHmICcjIz60IGO
3BcD5iTzUkaruDODjnvTTNGAAEB5HX+VDuGIwhxzjAqkSxoO7JJ4zS87shcCjcFwQQeelNJ+
bA6HtQAuPlySO9HIz9aI9qxn196Qn723HHpRYB+XVeVbPGaZkkuMU5WJPzHJOMUpUlmwuR7U
hhuAQE4+nWlVQzHjjH0pvzAAenYmlUE7+MnFDGh4YLxjPpk0n3hkYBz2FCxnIyeOoxxScYx1
P1qWUiRAMcE/gaKdb/cI2gYGeaKlmiInRlQZXk81AR97ocj06VpApLCgyCcZrOuYwjMO2OtU
2TsNKsThcZxngU0KwRsHg8Hnr7U0sBgr19ac74UgA+mM0Ili7SWAHJzketKN4bG3tTNx35G7
r+NCPtZsg8UxExOBj5vwNNMmx8BuOM89KTPzNkkAjio2BaTGR26UxDw3IGM+1KX/AHmcc/z9
6aT91c546U1m2scdPWkBMAGyMgfypuVB6mqvmM1xsKHaRyRjA9qtDBAAB/E0Axuc7sZx1+lB
649fX+VKckcAAfSgDK8HGAeMUAxyYJHI4PWmydQR2746e9KD8oG4nntS8Ywc8de+P/rUwIIT
IN+9QBn5e/51Lhip45x/kU0v8hAwOgFSYYjFIYBcKp/GoyBkHgcGpN2F+XsOuah804KkDGMf
SkNC45+919qVjgjHQY70xckghc++aU4XPJ4FFwHkncxLAcHr3pUHyhsADPpxTXkUgbl5HU05
WULjvnPWgRJjIUgY461FI4VcEZO7O6msxAJPA9M0/fCV/ecelIY0MAo5ySOlKpB3Yxgio2CM
cBUGRSoNpcA4x14oAe3yPjb6d6dIwIyQCCPxqNs8dOCPwo4w38XHrzTuKxIAMEluQQcgcUIV
CPyRntTN5AyAO3/66YjgsVPbOBnrU3KSuOJVmJGevenZA5HGfyqJ2AI68nvTgyhCV+lUTYkG
cknGKkdxvHHTHbioi644/wD10pkBkyBz7DihMLEsRCklwCMEYzTN2cbQevamO5+UA9RjFPxj
gH680XCwAMAOO/rSYJT5jx16/rTV/wBYAeRUkSl1bBwAM5FO5NhEj/eEDGV/Sk2nJ+lDf6xt
oPUUh3BuDj5aBkhUeWMkZzQrFUO1cAkAj1qNnPGccGpT6gDt0xQA2RsEgsRxnmo3GSdp5pXP
mHJJzQoyTkc560CJc4UHBzj1pi8qCQBgmnb1CjggjvTFkJJ4z6U7hYD8qqcYz0pnmEdMnJpS
W7hhjtilKsFBByDzz/OlcdhGBYkAE88VNNwkRzg7eTUTAgjjJz0FOnb5UyQBjrQFgQBAeRjP
OKCSTgueTUSnJ7YzzUiEK3JBx+tFx2H/ADcKSeKjkPGBjjjrSnYzk56jpUbmIDCoWPuf0pXB
IIlkKgryP1NNSRt2DwR7VJE5KhflGOeKZuIIOR37UASc45B5PamqmPWmtKcjeGp3BB2hgR70
aArgo/2cMKa2DxwvP+TT1xkbV7dzTSCclgAvtUlX0DdsA5yP5e1TIysBjcx5piJuQY4AHf8A
lShlJUc9+cVcbkMnDKEOT1NMZcyDAPTgYppfBGPXtQX/AIhkZFWSOGfL6AHPQ0MmGIyB60m8
kAA8ZpWPDcgEn60mAhIB4OOnanxlssR39KYuGIAOeKVMZIJoGOZTnGck8GnKMlgCM00jkHAI
pHchyYxx+tICf0yxyB2pgUngjOR60wbySwGPU5xQc8D5SenBpMtImTCqMHnPaikQgKOSD14/
nRWTbNUihbSMqkA9OatDEkMzMBlRxRRT6DnuZyOXY8Ac54FS7cR5BP3iPyooq0ZDPMOAe/rS
L865Pr2oooEy9dgrnk/KvFU0cmXoOoooojsD3LQiG7qe9QOcP65weaKKYh3lgMSOOn60hLK/
DHv+lFFIaI/NZmYk9qnCDaevT+dFFMCESEMgHc1PbneHzxjPSiigFuQXZMBOwk8jr3p1u7Sg
bjjJI4oopDZPtzbMxJ3daoSSvuIzxRRQwRJCx2Kc9Sc/hUjIFHBPIBooqC3sRMx3Z+tPDdGw
OlFFNkkiRhkOfUio5kAweT0NFFAdSIyEAYA4JFTR/PE7k4O7tRRTQh8nyLgdyBVaSQ/Njg4P
NFFTLZgh6LuQuSc7d341UuwQ6EEg+1FFcz2NqW4JIxC5PU1ZYYQt34/Wiit1sS9wZtq5Hv1q
W2bfgkAfSiirRmx8qCNgRk4z1qJ7h93bk0UUAODFjEOm484qaDKRvtJGAT+tFFUthMg85/MZ
c8DFWGQFyp6AUUUxdCC4PlTIFAwccGnId5APALY4oooAnlQIG2kj5d361U3kH8aKKGIkBOzO
eQCfyqKKZ89fWiikykSw/My5PU/0pu47GbPPWiikDF/1hJb26UuwGJG5yeaKKTK6kW84cDgC
p41DDJ/SiigYwtsc4APAPNL5YaMlucGiihgiurtu60scjNtBxxRRTRD3LFwNkSMCcnNLAcke
4ooqhIUxgop78/pTX+VcDpRRSQBjKY+lJa/Oyg8cnpRRVCLEp2R7l6jmotod/m9v1oooERFi
pAHA5qboM0UUdRojdsP0FSQ/OzE8YXPAoopDLbRKowCeoH6VGeZMHuKKKQEsUasCT2AP61Hg
eZtxxkiiikyojnHlhCvBxmiiis3uao//2Q==</binary>
</FictionBook>
