Гонка началась.

Иона Делакруа изо всех сил отталкивался колесами своих роликов, быстро продвигаясь вперед и вырываясь из толпы гонщиков. Более сотни человек из южной части Лондона принимали участие в этом жестоком состязании, вопреки комендантскому часу проводимому под покровом темноты. Призом были звонкие метадоллары. Достаточная сумма, чтобы Иона и его мать могли не беспокоиться о еде и крыше над головой как минимум полгода.

Он должен был выиграть.

Иона был моложе и меньше остальных гонщиков. Не вырвись он из толпы, его бы просто сбили с ног и затоптали. Он рванулся вперед, чтобы оказаться на безопасном расстоянии от двадцати лидеров, с которыми до этого шел вровень. Иона чувствовал, как его ролики врезаются в дорожное покрытие. Его поза, равновесие, ритмичные движения – все было идеальным. По обочинам заброшенной дороги с головокружительной скоростью мелькали полуразрушенные склады. Он почти летел.

Почти.

Но это было лучшее, на что он мог рассчитывать в реальном мире. Когда он несся по дороге, когда ощущал, как ветер треплет его волосы, он почти верил, что находится не здесь, в распадающейся Британии, когда-то предположительно именовавшейся Великой, а снова в Метасфере, в виртуальном мире, который казался ему гораздо более реальным, чем эта дорога, эта ночь и эта гонка.

– Сосредоточься, – прошептал он самому себе. Иона знал, что если позволит себе думать слишком много, если даст сознанию беспрепятственно блуждать, то может споткнуться и упасть.

Он участвовал в этой гонке уже три раза и дважды был близок к победе, но упустил ее. В течение двух месяцев Иона тренировался каждый вечер. Он знал каждый вираж, каждый поворот, каждую кочку и выбоину на этой дороге. Ему были знакомы каждый поваленный фонарный столб и каждый переполненный мусорный бак из тех, что встречались на пути.

Он увидел автобусную остановку, значит, половина маршрута уже пройдена. Иона едва не засмеялся, так нелепо выглядело здесь это сооружение.

На этот раз он мог выиграть. Должен был выиграть. Чтобы принять участие в этой гонке, ему пришлось поставить почти все свои метадоллары, но игра стоила свеч. Призовых денег хватило бы, чтобы платить за еду и жилье на верхнем этаже целых полгода. Конечно, при условии, если он и его мать не будут слишком тратиться на еду. Это стало бы их первой удачей за последние годы.

Впереди маячили спины еще четырех участников, и Иона уже наступал им на пятки, выдавая лучшую скорость, чем когда-либо прежде. Но, попытавшись обогнать одного из крупных гонщиков, он заметил что-то сверкающее на его кожаной куртке. Лезвия!

Соперник замахнулся на Иону правой рукой, но тот успел вовремя пригнуться. Кулак пролетел над его головой, и Иона изо всех сил оттолкнулся левым коньком, чтобы ускользнуть.

«Сегодня я не могу проиграть».

Он снова рванулся вперед, чтобы поскорее оказаться вне досягаемости верзилы с лезвиями.

Впереди появилась большая выцветшая вывеска заброшенного магазина товаров для ремонта, которая обозначала начало последнего отрезка. «Сделай сам» – так назывался магазин. У Ионы сохранились достаточно четкие воспоминания о том, как он посещал это место с отцом. Маленький Иона стоял в тележке, которую отец толкал по центральному проходу, и ему казалось, что он парит над сверкающим полом, а мимо проносились ряды унитазов и различных инструментов. Это тоже было похоже на полет.

Когда Иона доехал до потрескавшейся вывески, он немного приободрился, прочитав выведенный на ней слоган: «Сделай сам! Достигни цели!»

Ноги Ионы заныли от усталости, но он снова заставил себя ускориться. Еще один рывок – и он действительно может выиграть. На полной скорости пройдя поворот, он приблизился к трем лидерам, постепенно сокращая расстояние до них.

Впервые за долгое время у Ионы появилась надежда.

Достигни цели!

Не подозревая о том, что вскоре мимо них пронесется толпа гонщиков, двое притаились у заброшенного здания магазина.

Сэм, меньшая и младшая из этой пары, семнадцатилетняя девушка с короткими рыжими волосами, понятия не имела, что означает вывеска, но слова придавали ей уверенности: «Достигни цели!» Именно это она и собиралась сделать. Даже если цель была незаконной и очень опасной.

В тесном черном комбинезоне, с черным рюкзаком на плечах, Сэм растворялась в окружающей ее темноте. Она наблюдала за пустынной улицей.

В нескольких шагах позади Сэм взрослый мужчина, вооружившись ломом, трудился над дверью заброшенного магазина. Устаревший инструмент для весьма старомодного занятия. У мужчины были седеющие волосы, всклокоченная борода и напряженный взгляд. Как и Сэм, он был одет в черный рабочий комбинезон. Его звали Аксель, но для Сэм он был просто «папа».

Наконец дерево поддалось, и дверь открылась. Аксель жестом велел Сэм следовать за ним внутрь. Девушка извлекла из кармана фонарик и щелкнула выключателем.

Ступив внутрь темного помещения, Сэм почувствовала, как холодок пробежал по спине.

Вокруг высились ряды неясных прямоугольных силуэтов. В свете фонарика она различала лишь тусклые серые поверхности. Центральные процессоры. Серверные шкафы. Они были старыми, возраст их исчислялся не одним десятком лет, но они все еще работали: самодовольно гудели и пощелкивали.

Сэм и не предполагала, что в магазине может быть такая низкая температура. Поток холодного воздуха от кондиционера на стене дул ей прямо в шею. Но несмотря на это в помещении было очень пыльно, и в носу у Сэм защипало.

В дальнем углу под потолком она заметила маленький красный огонек и потянула Акселя за рукав, привлекая его внимание. Тот кивнул.

– Датчики движения, – пробормотал он, – и они нас уже засекли. Ничего неожиданного.

– Не имеет значения, – сказала Сэм, – мы должны сделать то, зачем пришли. – Она скинула со спины свой рюкзак и принялась его развязывать.

– Спешить некуда, детка, – ответил Аксель. – Полиция сейчас на другом конце города. Отвлекающий маневр Брэдбери должен был сработать. Пока они доберутся сюда на своих велосипедах, мы уже закончим.

– Надеюсь, – отозвалась Сэм, – но что, если они не купились на вашу уловку? Что, если оставили патруль неподалеку?

Иногда ей казалось, что это она взрослая, а Аксель – подросток, о котором нужно заботиться, хотя в действительности все должно быть наоборот. Ее отец обычно сначала делал, а потом уже думал, что, по мнению Сэм, было довольно опасным, если принимать во внимание род их занятий. Однако Сэм должна была признать, что чутье его обычно не подводило.

Она достала первую партию взрывчатки из своего рюкзака и передала отцу. Это были грязно-белые «кирпичики» пластида. Аксель размещал их по периметру магазина, а тем временем Сэм разматывала шнур детонатора.

Ее руки дрожали. Усилием воли она заставила себя успокоиться. Пока сохраняется хладнокровие, бояться нечего. В любом случае отступать поздно, даже если бы она захотела.

Сэм и Аксель были Стражами. Для многих это означало, что они террористы или «интернет-боевики», но Сэм знала правду. Стражи боролись за свободу. Она верила в эту идею и готова была сражаться за нее.

Но готова ли она за нее умереть?

Внезапно Иона почувствовал, как под его коньками задрожала земля, шум взрыва оглушил его, горячая волна ударила в левый бок.

Иона потерял равновесие. Он попробовал удержаться, резко взмахнув руками, но тело предательски не слушалось. Ноги разъехались в разные стороны, и он, перевернувшись в воздухе, ударился о землю. Лежа на спине, Иона отчаянно пытался восстановить дыхание после падения.

Плотный слой клубящегося дыма поднимался от горящего магазина, заслоняя луну. Гигантскую вывеску искорежило огнем, и ободряющие слова на ней было уже не различить. Ночной воздух пронзил пульсирующий сигнал тревоги. Иона не знал, был ли взрыв случайностью или результатом террористического акта, но в данный момент это его не интересовало.

Несколько гонщиков также были вынуждены остановиться. У парня с лезвиями кровь шла из тех мест, где его опасные украшения вонзились в тело, распоров куртку. Но трое лидеров продолжали продвигаться вперед. Иона с трудом поднялся на ноги и снова толкнулся изо всех сил. Ему нельзя было сдаваться. Только не теперь.

На фоне оранжевого зарева пылающего магазина Иона заметил два бегущих силуэта. Они выскочили на улицу прямо перед ним.

Он попытался избежать столкновения, изменив направление, но врезался в мускулистого гонщика, который толкнул его прямо на одну из фигур.

Это оказалась девушка. Чтобы не упасть, Иона ухватился за нее, едва не стиснув в объятиях. Он заметил короткие рыжие волосы и широко распахнутые, встревоженные зеленые глаза. Девушка была красивой, но она стояла у него на пути.

Второй силуэт, мужчина в черной спецовке, оттащил девушку прочь. Они перебежали через улицу и исчезли в темноте.

Иона вновь сконцентрировался на гонке, но было уже слишком поздно. Он увидел, как лидер проехал мимо ряда контейнеров, обозначающих финишную линию. Гонка закончилась. Иона проиграл. Снова.

Он подъехал к организаторам, кучке наглых подростков ненамного старше его самого, и попытался протестовать:

– Нужно назначить повторный заезд!

Но они лишь отрицательно замотали головами. Верзила-победитель, который, судя по его пижонским шестиколесным роликам, в деньгах особо не нуждался, рассмеялся и провел кредиткой по портативному считывателю, получив несколько тысяч метадолларов на свой счет.

– Но был же взрыв! – закричал Иона. – Это нечестно! Это было… Я мог выиграть! Если бы вы только знали, как мне нужны…

Его голос сорвался. Никто его не слушал. Щеки Ионы отчаянно пылали. Все это было ужасно несправедливо, но он ничего не мог поделать.

Гонщики разъезжались. Один за другим их силуэты растворялись в сумраке ночи. Кто-то из ребят постарше подъехал к Ионе и посоветовал убираться как можно скорее.

– Похоже, очередной теракт, – сказал он. – Полиция и пожарные будут здесь с минуты на минуту. Лучше бы тебе поскорее отправиться домой, чтобы не встречаться с ними.

Само собой, он был прав. В довершение всех неудач Ионе не хватало только быть пойманным за нарушение комендантского часа.

В пяти тысячах миль от крошечной квартирки Ионы, в тесной тюремной камере, один состоятельный человек тоже не спал.

Мэтью Грейнджер, слушая стрельбу и взрывы снаружи, с удовлетворением отметил, что эти звуки обозначали не что иное, как падение американского правительства. Он в очередной раз взглянул на часы. Если Грейнджер рассчитал правильно, его сторонники доберутся сюда в течение следующих десяти минут. Через двадцать минут он выберется из тюрьмы и меньше чем через час покинет Калифорнию.

Грейнджер услышал торопливые шаги. Кто-то распахнул смотровое окошко в металлической двери, и он увидел юные голубые глаза, заглянувшие в камеру. Заметив его, глаза просияли.

– Вам лучше отойти немного, сэр, – сказал молодой человек. Грейнджер так и сделал. Он прижался к белой бетонной стене в глубине камеры. Небольшой взрыв сорвал с петель дверь, и в проеме появились его спасители, трое молодых людей в камуфляже.

Верные последователи Грейнджера, его Миллениалы. Он выпрямился на своем убогом подобии кровати, как будто сидел на троне, и обратился к ним.

– Нас ждет самолет? – это было скорее утверждение, чем вопрос.

– Да, сэр.

– А мои ноги?

Юные Миллениалы вкатили в камеру большой металлический кейс и извлекли из него две киберкинетические ноги. Тюремное заключение лишало Грейнджера возможности пользоваться ими, так как они были оснащены оружием.

– Надеюсь, не забыли положить на лед бутылочку «Cuvée de prestige»[2] две тысячи двенадцатого года? – Грейнджер улыбнулся своей тщательно отработанной чарующей улыбкой, способной открывать для него любые двери. Ему было уже под сорок, но он знал, что выглядит намного моложе благодаря своей ангельской внешности и копне непослушных светлых волос. – В этом месте невозможно достать хорошее шампанское, – добавил он.

– Для нас большая честь встретиться с вами, мистер Грейнджер.

– Не сомневаюсь. Могу ли я и дальше рассчитывать на вашу поддержку?

Трое Миллениалов принялись наперебой убеждать его в своей преданности.

– Видите ли, друзья мои, – сказал Грейнджер, – сегодня великий день для Метасферы. Слишком долго она находилась в руках дилетантов. Пора забрать у них мир, который я создал.

– Кое-кто… Кое-кто говорит, – нерешительно начала девушка, – что после освобождения вы собираетесь захватить власть над… над Четырьмя Углами.

Грейнджер защелкнул крепления ножных протезов и снова улыбнулся.

– Так и есть, – ответил он, – и пусть только попробуют меня остановить.

Вспыхнул резкий слепящий свет, и Иона прищурился. Его мать, Мириам, примостившись на краешке своей кровати в передней части автобуса, включила флуоресцентную лампу. С минуту она смотрела на Иону печальными глазами, не произнося ни слова.

Иона ненавидел эту тишину, которая все чаще воцарялась в их квартирке. Каждый день его мать молча сидела напротив него за завтраком, уставившись в пространство. Но сейчас все было по-другому.

Сейчас мать Ионы смотрела ему прямо в глаза со странным выражением, которое, должно быть, представляло собой смесь злости и разочарования.

– Я думал, что могу выиграть, – прервал он молчание, надеясь, что мать поймет.

– Это небезопасно, Иона, – в конце концов проговорила она. – Я слышала звуки взрыва, а тебя не оказалось в гамаке.

Она смахнула слезы рукавом своего халата:

– Я не могу потерять еще и тебя.

Иона не знал, что сказать. Он чувствовал себя виноватым.

– Это еще не говоря о том, что тебя могли поймать за нарушение комендантского часа, – продолжила она испуганно. – Возможно, если бы я запретила тебе вылазки в Метасферу…

– Ты не имеешь права! – оборвал Иона, не предполагая, что его слова прозвучат так резко. Он слышал подобные угрозы от матери и раньше. Она была метафобом и никогда не выходила в интернет. Но для Ионы все самое значимое находилось там: его школа, их сувенирный магазин и единственный из его родственников, бабушка. Он знал, что мама никогда не воплотит свои угрозы в жизнь.

– Мне жаль, – сказал Иона, – но я действительно думал, что могу выиграть, и тогда нам хватило бы денег, чтобы…

– Но я зарабатываю в банке, – возразила мать.

– Я знаю, мама, знаю, но в Метасфере ты могла бы заработать намного больше. Работа в реальном мире – это для…

Иона не позволил себе закончить фразу, но Мириам и так знала, что он хотел сказать. Она отбросила назад свои длинные темные волосы и медленно выдохнула, покачивая головой.

– Для неудачников? – спросила она. – Вот кем ты меня считаешь, верно?

– Конечно, нет, – возразил Иона. – Я просто думаю, что ты была бы гораздо, ну… счастливее, что ли, если бы выходила в интернет.

– Виртуальный мир – это не спасение от реальности, Иона.

Хоть в чем-то Иона был согласен с матерью. Для него виртуальный мир был не спасением, он был полной заменой реального мира. Он был ярче и лучше во всех отношениях; Иона хотел бы вообще никогда не возвращаться в реальный мир.

– Тебе придется продать магазин, – сказала мать безапелляционно. – Ты знаешь, что нам нужны деньги.

– Я могу достать деньги, – возразил Иона. – Я могу снова участвовать в гонке и…

– Нет! Я не собираюсь это обсуждать. Ты должен продать магазин. Другого выхода нет.

Иона знал, что когда-то этот момент настанет, и надеялся победой в гонке избежать или хотя бы отсрочить его. Но теперь мать все решила. Пришло время продать сувенирную лавку, созданную родителями сразу после свадьбы. Она была единственной вещью в Метасфере, которая напоминала Ионе об отце, и теперь он должен был расстаться с ней.

Утро наступило слишком быстро. Матери пришлось будить Иону дважды, прежде чем он наконец выбрался из своего гамака.

Парня ждал привычный завтрак: клубничный Про-Мил, протеиновая паста в пластиковом тюбике. Измотанный событиями прошлой ночи Иона буквально рухнул на одно из двух пластмассовых сидений. Столом им служила тонкая деревянная доска, торчащая из стены. Прямо из тюбика он поглощал безвкусную смесь с непонятными крупинками, явно не имевшую ничего общего с клубникой. Но нормальная еда давно уже была им не по карману.

Мама поставила портативный монитор рядом с локтем Ионы и включила любимый новостной канал. На экране мультяшные фламинго и носорог обсуждали последние новости. Иона подумал, что бабочка, должно быть, в отпуске.

– Мы можем подтвердить, что американское правительство признало невозможность выполнить свои обязательства и потерпело крах, – объяснил фламинго спокойным женским голосом.

– Власти других западных государств также находятся на грани банкротства, – взволнованно добавил носорог.

– Виртуальный мир, который до сегодняшнего дня считался единственным островком безопасности, защищенным от непостоянства реального мира, может стать новым полем сражений между Стражами и Миллениалами.

Стражи и Миллениалы!

В последнее время все только и делали, что обсуждали, кто из них прав. Будто могут быть какие-то сомнения. После того, что произошло с его семьей, Иона не понимал, как кто-то мог поддерживать этих Стражей. Этих террористов.

– Я думала, они скажут что-то про ночной взрыв, – произнесла мама.

– Это наверняка дело рук гнусных Стражей, – разозлился Иона. – Кто-то должен их остановить.

Мать Ионы выключила монитор и надела свое пальто:

– Мне пора на работу, а тебе в школу. Не забудь выставить магазин на продажу. И никаких отговорок!

– Мы не можем подождать еще пару месяцев?

– Подождать чего? Пока мы умрем с голоду?

– Но я уверен, что отец хотел бы…

– Его больше нет, – ответила мать резко, – и он не вернется. А нам нужно жить дальше. Ты сам знаешь, Иона.

Мириам поцеловала сына в лоб и спустилась вниз по лестнице. Иона услышал, как она сказала миссис Коллинз, что сегодня их магазин будет выставлен на продажу.

Иона смял тюбик, выдавливая из него последние капли «клубничной» мешанины, и бросил его в мусорный контейнер. Еле переставляя ноги, он спустился на нижний этаж и поздоровался с миссис Коллинз. Та посмотрела на часы и покачала головой с легким упреком.

Иона опаздывал в школу.

Снова.

В дневное время мистер и миссис Коллинз превращали свое жилище в метапаб. Они оставили большую часть покрытых искусственной кожей сидений автобуса на своих местах, и теперь клиенты, подключенные к сети, сидели рядами по двое. Иона зевнул, шлепнулся на свое обычное место в носовой части автобуса и нащупал сбоку сетевой кабель.

– Вы тоже не спали из-за взрыва? – спросил мистер Коллинз. – Уверен, что это были Стражи! Тоже мне борцы за свободу! Самые настоящие террористы!

Он передал Ионе упаковку со стерильным переходником для прямого доступа в сеть, продолжая бормотать себе под нос что-то о ситуации в мире. Иона зубами надорвал пакетик из фольги и воткнул интернет-кабель в гнездо переходника. Затем он задрал футболку и нащупал в районе поясницы маленькое пластиковое кольцо, закрывающее доступ в спинномозговой канал.

Для Ионы это было обычным делом. Как и большинство ровесников, он имел порт прямого доступа к интернету, вживленный прямо в тело еще в младенчестве. Это являлось частью его.

Иона Делакруа не представлял себе мир без Метасферы.

Англия, как и большинство стран, имела многое, но не горючее. Истощение запасов топлива сделало практически невозможным передвижение куда бы то ни было в реальном мире. Да и кому нужна эта реальность? Реальный мир был жарким, тесным и жестоким местом.

В Метасфере все было по-другому.

В Метасфере Иона мог летать. Он мог отправиться куда угодно, в свободное от школы время.

– Я немного задержусь сегодня. Мне придется выставить магазин на продажу, – частично объяснил, частично пожаловался Иона.

– Я знаю, дорогой. Мама сказала. Очень жаль.

Миссис Коллинз вбила координаты Академии Чанга на экране монитора Ионы и подождала подтверждения.

– Если бы только у нас были метадоллары, мы бы купили у вас это место. Но их нет. Вот так.

Иона осторожно вставил переходник в пластиковое кольцо на пояснице. Он проделывал это тысячи раз, но прикосновение холодного переходника каждый раз заставляло его вздрагивать.

Щелк. Переходник соединился с кольцом. Иона протолкнул его чуть дальше, чтобы установить связь со спинномозговой жидкостью.

Щелк. Переходник начал передавать информацию нервной системе, установив прямую связь с мозгом.

– Ты готов, – сказала миссис Коллинз, – и потрудись выучить там хоть что-нибудь.

На экране монитора Ионы она подтвердила выход в Метасферу. Одно прикосновение пальца, и привычная волна тошноты унесла прочь реальный мир, погрузив Иону в темноту головокружения.

Каждое из пяти чувств отключилось, а сознание погружалось все глубже в компьютерную сеть. Мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы адаптироваться к новой – виртуальной – реальности. Иона закрыл невидящие глаза и потерял связь со своим реальным телом, развалившимся в кресле метапаба. Там, куда он направлялся, ему не было нужно тело.

Чувства Ионы вернулись, начиная со зрения. Яркий трехмерный пейзаж раскинулся вокруг – вокруг его виртуального «я».

Он стоял в увитом плющом дворике перед величественным фасадом Академии Чанга для одаренной молодежи, одной из лучших и самых дорогих школ в интернете.

Иона успел как раз вовремя. Центральные двери уже закрывались. Он взмыл в небо, оставив парить позади гигантское золотое кольцо, его личный портал между двумя мирами. Иона ощутил прохладный свежий ветер и знакомое чувство возбуждения в животе. Здесь он был дома.

Иона полностью контролировал полет, управляя каждым мускулом виртуального тела. Он спикировал вниз, прямо в закрывающиеся двери. Сканер зафиксировал его прибытие.

– Иона Бенедикт Делакруа, – объявил металлический голос. Двери позади захлопнулись. Над ними появилась запрещающая иконка в виде замка, необходимая, чтобы студенты оставались внутри, а посторонние снаружи.

Раньше Иона посещал школу в реальном мире, но она закрылась, а другая ближайшая находилась на расстоянии шести километров. К тому же он ненавидел реальные школы, так как слишком часто проигрывал в драках на школьном дворе. Отец каким-то чудом раздобыл для него место в Академии, иначе он никогда не смог бы посещать подобное заведение.

Иона грациозно приземлился в холле. Летать по школьным коридорам было строго запрещено. Круглое красное диалоговое окно возникло рядом, чтобы сообщить, что его присутствие отмечено в школьном журнале, так же как и очередное опоздание. Взмахом руки он отогнал красное облачко и поспешил в свой класс, попутно стараясь следить, чтобы ноги касались пола при каждом шаге.

Иона прошел мимо серебристого кентавра, который взглянул на него с неодобрением:

– Снова опаздываете, мистер Делакруа?

Голос кентавра был дребезжащим и женским.

– Да, мисс, – ответил Иона. – Извините, мисс.

Академия Чанга располагалась на собственном острове в море, недалеко от берега.

Иона направился к материку. Он миновал цепочку островов с песчаными пляжами, кокосовыми деревьями и коктейль-барами. Он взглянул вниз на праздных аватаров, наслаждающихся своими виртуальными отпусками. Достигнув материка, Иона увидел внизу лес, где в самом разгаре была многопользовательская игра. Он заметил внизу толпы аватаров, преследующих с винтовками и электрическими силками прозрачных призраков. Игра «Охотники за привидениями» была популярна среди многих одноклассников Ионы, но он предпочитал охоту на зомби.

Как только Иона набрал высоту, виртуальный мир внизу превратился в цветастое лоскутное одеяло. Любой мог купить клочок виртуальной земли в Метасфере и построить что угодно. В последнее время крупные разработчики начали скупать крупные участки и создавать гигантские тематические зоны, но основная часть ландшафта по-прежнему оставалась сборной солянкой из разношерстых проектов.

Иона взял левее и полетел над разноцветной, сверкающей популярной игровой зоной, из которой он давным-давно вырос. Привычный ворох визжащих рекламных буклетов устремился вдогонку, но он с легкостью оторвался от них.

В небе вокруг было множество аватаров разных форм и размеров: животные, люди, геометрические фигуры. Больше всего было птиц и крылатых насекомых; Иона заметил даже один зеленоватый вертолет. Чтобы летать, в Метасфере не нужны были ни крылья, ни винты, но те, кто имел их, наверное, наслаждались полетом больше остальных.

Дракон не отвечал. Иона приблизился еще на шаг, вглядываясь в фигуру у стены. Грудь сдавило, он не мог говорить, едва мог дышать, но он должен был узнать.

– Папа… Это ты?

– Иона… – произнес дракон низким голосом отца. Иона успел забыть, каким успокаивающим был этот голос. Так неужели отец прятался здесь все эти годы?

– Папа, но почему ты… – начал Иона со смесью облегчения, радости и злости, которые вызвало в нем это открытие. Но дракон продолжил говорить, и Иона с горечью осознал, что тот представлял собой лишь копию аватара отца, воспроизводящую аудиозапись.

– Если ты нашел этот аватар, значит, меня уже нет. И я прошу тебя простить меня за это. Сейчас нет времени объяснять, почему некоторые стороны моей жизни ты не знал. Для твоей же безопасности, Иона. Но, если сейчас ты смотришь эту запись, значит, я больше не могу защитить тебя. И поверь, мне очень жаль, что я не увижу, как ты взрослеешь. В тебе заложен огромный потенциал, даже если ты сам еще этого не осознаешь. Однако другие люди заметят это, и ты станешь борцом за свободу в этих двух мирах.

При жизни отец никогда не разговаривал с ним так, и Иона поймал себя на мысли, что прикасается к аватару, словно это может помочь вернуть отца.

– Но, Иона, есть вещь, которую ты должен сделать для меня и для достижения очень важной цели. Мне нужно, чтобы ты загрузил мой аватар в свой профиль. Найди моего друга Акселя, он знает, что делать дальше. Жаль, что я не могу рассказать тебе больше. Но чем меньше ты знаешь, тем лучше для тебя и Мириам. Пожалуйста, сделай это для меня, Иона. Я люблю тебя, мальчик мой.

Запись закончилась, и дракон протянул Ионе два своих когтя. Тот знал, что если прикоснется к ним, это запустит процесс загрузки, и Иона незаконно присвоит аватар своего отца.

Это было самым опасным решением за всю его жизнь.

Иона почувствовал тошноту и закрыл глаза. Перед ним вспыхивали странные образы, но они исчезали слишком быстро, чтобы он мог хоть что-нибудь понять. Он ощутил головокружение, как будто падал куда-то, и на мгновение испугался, что может вообще выпасть из Метасферы. Он попытался выпустить когти, но его руки бесконтрольно тряслись. Дракон рассыпался на пиксели от головы до хвоста, и красная волна устремилась к Ионе. Его всего трясло, он с трудом сдерживал нахлынувшую тошноту. Каждый новый пиксель врезался в него подобно осколку стекла. Когда боль утихла, Иона обнаружил себя стоящим на коленях в секретном погребе сувенирной лавки. В теле красного дракона. В теле своего отца. Он чувствовал драконьи крылья за спиной, словно пару дополнительных рук. Иона повел плечами и расправил крылья так, что их кончики коснулись стен подвала. Он прикоснулся руками – точнее, теперь уже лапами – к лицу, ощупал свою морду и осторожно коснулся острых зубов. Он до сих пор чувствовал тошноту и легкое головокружение. Мир стал казаться ему меньшим, чем раньше. Хотя Иона, конечно, понимал: причина в том, что он сам стал больше.

Но своего аватара Иона теперь не видел. Он осторожно развернулся, чтобы посмотреть позади себя. Он чувствовал себя огромным и неповоротливым, неспособным повернуть свою неуклюжую гигантскую шею. Он вообще с трудом мог двигаться в этом тесном пространстве. Его аватара нигде не было; он исчез.

Иона запаниковал.

Как можно было быть таким дураком? Всем известно наказание за использование чужого аватара: изгнание. Данные о ДНК Ионы поместят в черный список. Ему навсегда будет закрыт доступ в Метасферу. Он будет вынужден прожить всю свою жизнь в реальном мире, никогда больше не увидит своих друзей, потому что не знает, где их найти и даже как они выглядят в реальном мире. Это все равно что умереть. Нет, это даже хуже, чем смерть. Если бы он умер, то мог хотя бы пройти процедуру Переноса.

Ионе нужно было выбираться отсюда, прочь из Метасферы, пока кто-нибудь не узнал о случившемся. Он вылетел из погреба магазина и поспешил к своему порталу. Новые крылья давали ощущение силы и свободы. Ничего подобного он никогда не испытывал с прежним аватаром. Он возвращался к школе, со страхом думая о том, что кто-то из его знакомых или, еще хуже, кто-то из знакомых отца мог увидеть его.

Его портал парил во дворе академии, где и прежде. Это кольцо было лишь одним из многих, но оно засветилось при его приближении, как будто приглашая войти. Иона с облегчением констатировал, что портал по-прежнему узнавал его. Кольцо было единственным для него выходом из Метасферы, единственным способом вернуть сознание его отключившемуся телу. Без него аватар Ионы окажется навечно заключенным в Метасфере, пока тело будет медленно угасать в реальном мире.

Иона нырнул в светящееся кольцо.

Довольно скоро Иона понял, что совершил большую ошибку.

Днем улицы вокруг автобусного городка выглядели совсем иначе и казались незнакомыми. При свете солнца в глаза бросались грязь и мусор, граффити и разбитые стекла.

Здесь было полно народу. Рикши, велосипедисты и такие же, как он, роллеры – все, кто торчал в реальном мире, толкались в этом тесном пространстве.

Он не был на улице в дневное время уже около двух лет. Иона успел забыть, какими отталкивающими эти места могут быть до наступления комендантского часа.

Но в этом существовали и свои плюсы. В толпе он мог скрыться от своих преследователей-мотоциклистов. Однако и сам он в этих условиях продвигался нестерпимо медленно.

А что, если здесь его поджидают другие убийцы?

Иона подозревал каждого, кто к нему приближался, всех, кто, проезжая мимо, задевал его локтем. Он был окружен нищими, которые заметили, что его одежда лучше, чем их собственные обноски. И хотя он сказал, что у него нет денег, Иона боялся, что ему не поверили. Он слышал множество ужасающих историй о том, как людей убивали за горсть мелочи, лишь бы выйти в онлайн на пару часов.

Он услышал рев мотоцикла. Очень близко. Должно быть, его преследователи разделились, чтобы поскорее найти его. Он представил, как они гонятся за ним и давят всех, кто не успевает убраться с пути. Иона не должен был попасться им на глаза. Он знал, что если это случится, второй раз сбежать не получится.

В стороне от дороги он увидел зеленый пластиковый бак. Мусорный контейнер. Высотой ему по грудь. Иона не раздумывал ни секунды.

Он схватился за край контейнера, подтянулся и рухнул в кучу бумаги, жестяных банок, разбитых бутылок и еще чего-то, холодного и скользкого, о чем предпочел не думать. Иона зарылся в эту кучу так глубоко, как мог. Он лежал и слышал, как сердце колотится у него в груди, а из легких вместо дыхания вырывается хрип. И еще один звук: приближающийся рев двигателей.

Все ближе и ближе. Судя по звуку, мотоциклы поравнялись с контейнером и остановились. Иона затаил дыхание, думая обо всех людях, десятках людей вокруг, которые видели, как он запрыгнул в контейнер, о незнакомцах, которые могли выдать его.

Прошло несколько ужасающе долгих минут, прежде чем мотоциклы наконец тронулись с места. Рев двигателей удалялся и вскоре совсем затих.

Иона еще долго лежал неподвижно. Он не мог заставить свои мышцы работать, не мог заставить себя выбраться из своего убежища.

Он не мог вернуться домой. Что, если его там уже ждут? В любом случае его автобус сейчас представлял собой арену жестокого побоища. Ему нельзя туда возвращаться. Так же, как и его матери. Нужно рассказать ей о том, что произошло.

Вот только для начала было бы неплохо понять это самому. Почему-то он чувствовал себя виноватым в произошедшем. Было ли простой случайностью, что его автобус подвергся нападению вскоре после того, как Иона воспользовался аватаром отца? Из-за него ли умерли мистер и миссис Коллинз?

Иона услышал не предвещающий ничего хорошего щелчок и звук включившегося мотора. Мусор вокруг зашевелился. Он догадался, к счастью, не слишком поздно, что в мусорном баке заработал перерабатывающий механизм. Нужно поспешить выбраться наружу, пока его не затянуло в лопасти и не измельчило.

Теперь выбора не было. Дальше прятаться он не мог.

Первым, что ощутил Иона, был резкий запах специй и кожи.

Вокруг него материализовался огромный рынок, похожий на марокканский базар, который он однажды видел в кино. Вокруг толпились аватары, они громко торговались.

Терминал Сити Тауэра, где работала мать, автоматически отправил его в виртуальный торговый зал. Многие аватары, торгующие здесь, вероятно, принадлежали тем самым телам в гамаках, о которых заботилась Мириам.

Иона все еще был в аватаре своего отца. Развернув гигантские крылья, он взмыл в небо, осмотрел базар сверху и постарался запомнить место, где оставил свой портал. В незнакомой части Метасферы легко можно заблудиться.

Все его тело встрепенулось, когда он захлопал крыльями. Он почувствовал силу и мощь, и какая-то его часть, помимо воли, наслаждалась новыми ощущениями.

Но он был также испуган и сбит с толку – и даже немного зол. Он был зол на себя за то, что поспешил загрузить аватар отца; и он был зол на родителей, которые столько всего от него скрывали. Иона пытался осознать сказанное матерью. Его отец – Страж? Как такое могло произойти? Стражи убили отца; по крайней мере, он всегда так думал. И что такого знал Джейсон Делакруа, что его стоило убивать? Парящий в виртуальном небе Иона испустил крик разочарования. Его дыхание превратилось в огонь, и поток пламени окутал чешуйчатое красное тело.

Иона понял все практически сразу.

Он до сих пор не знал, можно ли доверять новым знакомым. Однако сейчас других вариантов не было. Он полетел за ними по многолюдным улицам, сквозь толпу бегущих в панике людей. Оглянувшись, Иона увидел позади Переработчики, преследующие его и его новых знакомых со скоростью ракет.

– Нужно как-то увести их от людей! – закричал Иона.

Переработчики уничтожали все, что попадалось на пути. И всех.

Иона поднял кверху драконью морду, хлопая крыльями изо всех сил. Грифон и единорог последовали его примеру, все трое набрали высоту.

– Они нас догоняют, – закричал единорог.

И действительно, Иона почувствовал, что его тянет вниз. Буры Переработчиков создавали вихри, угрожающие затянуть Иону.

Он увидел испуганного попугайчика, застывшего на пути, нырнул и пролетел под ним, надеясь, что Переработчики не тронут птаху, так как их целью был Иона.

Грифон приблизился.

– Время взглянуть правде в лицо, – проворчал он, – нам с дочкой конец.

– Нет!

– Наши порталы остались там, рядом с «Икаром». Нам никогда не добраться до них, нечего и надеяться.

– Но на самом деле им нужен только я! Я могу увести их от вас.

Грифон покачал головой:

– По одному на каждого, помнишь? Не знаю, о чем ты думал, Джейсон, когда явился сюда. Лучшее, что мы можем сделать, это вернуть тебя поскорее в реальный мир. Где твой портал? Надеюсь, где-то поблизости?

Иона посмотрел вниз. Гигантская полоса пустоты, словно шрам, прорезала сердце Зеркал. Значительная часть улицы Мета-Оксфорд была уничтожена. Иона подумал, что его портал, возможно, исчез вместе с ней, но затем с облегчением вспомнил, что материализовался в Метасфере на базаре. Нужно было вернуться туда. Сердце ушло в пятки. Это слишком далеко! Ничего не выйдет!

Тогда Иона свернул в сторону Парка Венеры, пролетел над головами романтических парочек и толпы митингующих, направляясь к магазину Делакруа, двери которого распахнулись при его приближении. Грифон и единорог следовали за ним.

Люк в полу магазина все еще был открыт. Они нырнули вниз сквозь проем, и Иона захлопнул дверцу погреба.

Грифон часто заморгал, оглядывая темный подвал:

– И где же он, твой портал?

– Не здесь, – ответил Иона, – у меня есть идея получше.

– Скажи, что ты шутишь! – взревел грифон.

– Нам не спрятаться от них, – сказал единорог, – они разрушат эти стены и…

– Я знаю. – Иона был спокоен. – На это я и рассчитываю.

Погреб начал сотрясаться под напором Переработчиков. Иона глубоко вдохнул, уперся лапами в стены и запустил вирус, полученный у одноклассника Гарри. Он почувствовал, как информация передается сквозь виртуальное тело, точнее, сквозь аватар отца, прямо в стены подвала, которые начали размываться и искажаться.

В ту же секунду появились Переработчики. Они пробили потолок и уже приближались к своей добыче. Иона и его друзья были загнаны в угол. Он обнял их своими гигантскими крыльями в безнадежной попытке защитить.

В спину уперся бур, он взвыл от боли и едва не изверг из своей драконьей пасти огонь, но сдержался, опасаясь обжечь кого-нибудь.

Внезапно буры остановились. Переработчики затряслись, распались на пиксели и исчезли. План Ионы сработал.

– Где ты взял вирус? – спросил грифон и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Ты инфицировал весь магазин, не так ли? Поэтому, когда Переработчики поглотили стены, они тоже заразились.

Иона не слушал. Он ткнул своей драконьей мордой туда, где раньше был пол сувенирной лавки, а теперь зияла пустота.

– Ничего не осталось, – прошептал он.

– Мне жаль, – произнес единорог. – Это место принадлежало тебе?

Иона не ответил. Он буквально онемел. Несколько аватаров слетелись поглазеть на то, что осталось от сувенирной лавки.

– Как… Как такое могло случиться? – спросил Иона. – Кто подослал к нам эти Переработчики?

– Это, должно быть, тот дрозд, – ответил единорог.

– Наверное, специально торчал все время в «Икаре» на случай, если ты там появишься, – добавил грифон.

– Мы с папой примчались, как только смогли, – продолжил единорог, – получив уведомление о том, что твой аватар зарегистрирован сканером на входе в «Икар», но…

– Слушай, дружище, – сказал грифон, – мне очень жаль, что это место разрушено. Я знаю, ты хотел однажды оставить его сыну. Но сейчас ты по прежнему в опасности.

– Папа прав, – поддержал единорог. – Миллениалам известно твое местонахождение в реальном мире. Они найдут твое тело. Тебе нужно поскорее вернуться и спрятаться.

– Но как я вас найду потом? – спросил Иона.

– Завтра на рассвете мы покидаем Англию. Ты должен уехать вместе с нами, – сказал грифон. – Встретимся в Дельта Хаус. Вспомни свою клятву Стража – пришло время ее исполнить! А сейчас поскорее выбирайся отсюда!

– Что за Дельта Хаус? – Иона посмотрел на грифона.

Грифон расхохотался, запрокинув свою орлиную голову, и шлепнул Иону по крылу львиной лапой.

– Рад, что ты не потерял чувство юмора! – сказал он. – А теперь вперед.

Иона понятия не имел, что такое Дельта Хаус, но собирался разобраться с этим позднее. Он понимал, что Сэм (так грифон называл единорога) была права. Ему нужно поскорее вернуться в реальный мир.

Иона сильно ударился о землю.

Он пролетел около пяти миль на юго-восток от Сити и приземлился на ровном участке дороги рядом с приютом Кристалл Палас. В воздухе ему казалось, что он летит медленно, но во время приземления он увидел, что трасса приближается с пугающей скоростью. Иона держал колени согнутыми, поэтому основной удар пришелся на резиновые колесики роликов, которые все еще были на его ногах.

Его внезапное падение с неба застигло врасплох велосипедистов и рикш. Иона слышал их крики, но не поднимал головы, чтобы никто не мог увидеть его лицо. Теперь он понимал, что любой может оказаться шпионом Миллениалов, охотящимся на него.

Чудом ему удалось удержаться на ногах и ни с кем не столкнуться. Если бы только ему повезло так и прошлой ночью. Если бы!

Как только Иона достаточно замедлился, он отстегнул снаряжение и сбросил рюкзак планера. Это была последняя вещь, которую дала ему мать, он не мог спокойно смотреть на него. Иона укатился прочь так быстро, как только мог. Он хотел оказаться насколько возможно дальше от Сити. Он ехал и ехал, пока ноги не заболели.

Голова у него шла кругом. Нужно было задать матери столько вопросов, пока у него был шанс.

Он нашел открытый метапаб и вкатился внутрь. Это было старомодное заведение с темными деревянными стенами и низким потолком. Тучный хозяин, расположившийся за барной стойкой, сердито взглянул на ролики Ионы.

– Сними-ка эти штуки, парень, – пробурчал он.

Иона послушался. Он ухватился за полированные перила и, оглядев помещение, принялся развязывать шнурки. Примерно с десяток посетителей, подключенных к своим терминалам, расположились по периметру тускло освещенного бара.

Иона бросил голодный взгляд на пакеты с Про-Милом и подошел к стойке, чтобы узнать стоимость подключения.

– Восемьдесят метадолларов в час, парень, – ответил хозяин, – А протеин – тридцать за пачку.

У Ионы не было достаточно денег, чтобы заплатить за все сразу. Ему было необходимо выйти в сеть, а реальное тело нуждалось в отдыхе. Еда подождет.

– Только доступ. – Иона занял последний терминал. – И мне нужен адаптер.

Хозяин бросил блестящий пакетик через комнату. Он наблюдал, как Иона вводит координаты того места, куда хочет попасть:

– Собираешься поболтать с покойниками? Ладно, только не пытайся перенести себя. У меня тут респектабельное заведение, а не притон для самоубийц.

Иона проигнорировал болтовню толстяка. Он подключил адаптер к своему каналу и покинул реальный мир.

Ионе пришлось катить на роликах всю ночь.

А что еще оставалось делать? От Лондона до Дувра более семидесяти миль. С тех пор, как ввели режим экономии топлива, поезд туда ходил раз в месяц. Впрочем, у него все равно не было денег на билет.

Солнце начало подниматься, когда Иона ехал по пустынным улицам. Он боялся не успеть. Но, движимый вперед инстинктом и адреналином, он вскоре нашел старую базу ВВС на восточной окраине города.

Базу закрыли несколько лет назад; теперь она представляла собой жалкое зрелище. Одна-единственная взлетно-посадочная полоса с покосившейся диспетчерской вышкой да парочка ветхих бараков. Асфальт растрескался и зарос травой. Ни один самолет не смог бы здесь приземлиться, если, конечно, самолеты вообще летали бы в Англию.

Над разрушенной взлетной полосой в воздухе висел дирижабль. Иона остановился у изгороди разглядеть его. Дирижабль был огромным, в длину не менее десяти автобусов. Покрытый зеркальными панелями солнечных батарей, он походил на гигантскую, сияющую черную черепаху.

Бородатый мужчина висел под дирижаблем на страховочных тросах. Достаточно худой, но, судя по тому, как он ловко перемещался по брюху дирижабля, силы ему было не занимать. К поясу черного комбинезона мужчины прикреплялся целый набор разнообразных инструментов. Порывы ветра, прилетающие с Ла-Манша, трепали седые волнистые волосы. Он возился с одним из винтов, расположенным под кабиной.

– Проверь-ка, Сэм, – закричал мужчина, оттолкнувшись подальше от винта. Тот закрутился, и мужчина остался очень довольным собой.

– О’кей, дочка! Теперь все готово.

– Тогда давай подниматься в воздух, Аксель, – крикнул незнакомый Ионе низкий голос.

Он донесся с земли и принадлежал крупному мужчине с темными усами и жесткими темными волосами, который удерживал страховочные тросы человека в черном. Поверх синего костюма на нем был надет длинный плащ. Ионе он не внушил доверия.

Аксель заколебался.

– Только рассвело, – сказал он, – вдруг он все же придет.

– Мы не можем ждать, – настаивал мужчина, – мы здесь, как на ладони.

– Ты не знаешь Джейсона. Он придет.

А вот и подходящий момент. Иона протиснулся через дыру в заборе и покатился по неровному асфальту. Приблизившись к дирижаблю, он уже открыл было рот, чтобы представиться.

Но здоровяк, должно быть, услышал его раньше. Для своих размеров он оказался невероятно шустрым. Резко развернувшись, он вытащил из кармана плаща пистолет и наставил его на Иону.

– На землю! – закричал он. – Руки за голову! Быстро!

Испуганный Иона сделал, что ему было сказано. Все равно он буквально валился с ног от усталости. Все еще висящий под брюхом дирижабля Аксель достал пистолет поменьше и тоже направил на Иону.

– Кто ты? – крикнул он. – Как ты нас нашел?

Иона не предполагал такого приема. Он, конечно, отдавал себе отчет в том, что эти люди ждут его отца, а никак не подростка на роликах. Он понимал, что к нему отнесутся с подозрением. Но оружие… Эти двое выглядели так, словно готовы применить его в любой момент без особых угрызений совести.

Сердце едва не выпрыгивало из груди Ионы. Он тяжело дышал.

– Вы сами позвали меня сюда, – еле выговорил он. – Д-дельта, Дельта Хаус.

Выражение ужаса появилось на лице Акселя.

– Это ты был в «Икаре»? – закричал он. – Ты был в теле дракона?

Здоровяк нахмурился:

– Ну, что я тебе говорил, Аксель.

– Я знаю. Я знаю, что должен был проверить его аватар, но у меня не было на это времени. За нами гнались Переработчики, и…

– Джейсон Делакруа умер три года назад, – произнес верзила, – а ты купился на трюк Миллениалов и привел их прямо сюда!

– Нет! – выдохнул Иона. – Я… Я не…

– Мы должны пристрелить этого мелкого шпиона прямо сейчас, – заявил здоровяк.

– Нет! Нет, стойте! – закричал девичий голос.

Иона с благодарностью посмотрел вверх. Он увидел девушку не намного старше его самого, которая высунулась из окна кабины дирижабля. У нее были короткие рыжие волосы. Он подумал, что уже где-то видел ее раньше.

– Разве вы не видите, что он напуган? – сказала девушка. – Он же ребенок, всего лишь ребенок. Зачем бы Миллениалы стали посылать за нами ребенка?

– Полезай-ка обратно внутрь, Саманта, – приказал Аксель.

Значит, это была Сэм, единорог.

– Ну, послушай же, папа, какой в этом смысл?

– Она права, – сказал Иона, к которому наконец вернулся голос. – Меня зовут Иона. Иона Делакруа. Я сын Джейсона. Это я был вчера в «Икаре» и в сувенирной лавке. Я спас нас благодаря вирусу. Нужно было рассказать вам сразу, кто я такой. Но я ехал сюда на роликах всю ночь, чтобы успеть вовремя. Отец велел мне найти вас.

– Я не знаю, – сказал Аксель. – Что ты думаешь по этому поводу, Брэдбери?

Здоровяк начал выходить из себя:

– Я думаю, мы должны пристрелить его!

– А если он говорит правду? – запротестовала Сэм.

– А если он лжет? – мужчина по имени Брэдбери по-прежнему держал его на прицеле. – Может, он и не из Миллениалов, но он точно не из наших. А раз так, его присутствие здесь ставит под угрозу выполнение нашей миссии. Я метко стреляю, Аксель. Только скажи.

Иона не мог в это поверить. После всего, что ему пришлось пережить, после жестоких нападений, в которых он едва уцелел, его застрелят прямо здесь те самые люди, к которым он пришел за помощью. Он закрыл глаза в ожидании выстрела.

Аксель тяжело вздохнул.

– Нет, Брэдбери, – сказал он, – опусти оружие. Опусти. Сэм права. Возможно, он говорит правду. Только посмотри на него! Бог ты мой, да он похож на Джейсона, как две капли воды.

Ионе никогда не говорили, что он похож на отца, поэтому он предположил, что этим замечанием Аксель просто хотел разрядить обстановку. В любом случае, это сработало. Брэдбери неохотно опустил пистолет, а Аксель спустился на землю, подошел к Ионе и протянул руку.

Иона с трудом поднялся с колен. Каждая мышца ныла от боли. Старательно избегая недружелюбного взгляда Брэдбери, он подъехал к Акселю, и они представились друг другу как следует.

– Тебе не стоило приходить сюда, парень, – сказал Аксель. – Не знаю, что там тебе сказали, но мы не можем с тобой нянчиться. То, чем мы занимаемся, очень опасно. Если хочешь совета, отправляйся обратно в Лондон и избавься от этого аватара дракона, чем скорее, тем лучше.

– Но я не знаю, как! – отчаяние захлестнуло Иону.

– Тогда не выходи в интернет. Миллениалам нужен не ты, а твой отец. Но пока ты скрываешься за его аватаром…

Глаза Акселя затуманились, и он отвернулся. Ионе стало понятно, что этим утром он ожидал встретить не просто единомышленника. Он надеялся воссоединиться со своим старым товарищем.

– Давай, Брэдбери, – сказал Аксель с печальным вздохом, – пошли!

В этот момент Иона услышал рев моторов, а Сэм закричала:

– Папа, сзади! Машины!

Иона обернулся и увидел два черных грузовика без опознавательных знаков. Те смяли проржавевшую ограду аэродрома и ехали по взлетной полосе. Через лобовые стекла Иона отчетливо видел, что водительские кресла обеих машин пусты. Парень застыл от ужаса. Он точно знал, какой смертоносный груз везут машины, но был бессилен предотвратить надвигающуюся катастрофу.

Затем он услышал голос Брэдбери:

– Взлетаем, Аксель!

Иона снова обернулся к дирижаблю и увидел, что Аксель, вскарабкавшись вверх по веревочной лестнице, нырнул в люк. Брэдбери отвязывал тросы от металлической тумбы, которая удерживала летающую громадину на месте. Как только он закончил с последним узлом, дирижабль стало относить в сторону. Брэдбери схватился за веревочную лестницу и двинулся наверх.

– Подождите! – закричал Иона. – Возьмите меня с собой! Пожалуйста!

Дирижабль поднимался все выше. Ионе было уже не дотянуться до лестницы. Он попытался поймать один из свисающих с корабля тросов, но не смог.

– Хватайся за страховочную веревку! – закричала Сэм.

Насколько возможно быстро перебирая ногами, Иона рванулся за веревкой снаряжения Акселя. Она волочилась за дирижаблем, извиваясь и танцуя перед глазами Ионы, словно насмехаясь над ним. Взлетная полоса заканчивалась, и Иона вдруг осознал, что сразу за ней обрыв. Если он не затормозит прямо сейчас, то перелетит через ограждение. А грузовики со смертоносным грузом были все ближе и ближе.

Иона пытался ухватиться, но по мере приближения к концу взлетной полосы ветер становился сильнее, оставляя все меньше и меньше шансов. Парень собрал остатки угасающих сил, пригнул голову, чтобы легче было противостоять ветру, и, выбросив руку вперед, наконец, поймал веревку.

Иона сразу закрепил одну руку в страховочную петлю. Правую ногу удалось также просунуть в снаряжение, левый ролик все еще катился по асфальту. Теперь не нужно отталкиваться, достаточно просто позволить дирижаблю тянуть его за собой. Вдруг его правый конек попал в выбоину, он споткнулся и упал навзничь. Подняться было невозможно, его потащило по полосе. Рубашка разорвалась, изломанный асфальт впивался в голую спину.

Иона взвыл от боли, но ветер унес его крик прочь.

Затем земля исчезла, и он полетел вниз.

Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем страховочные веревки натянулись, прекратив падение.

Под мощными ударами ветра Иона держался изо всех сил. Его мышцы свело от боли. Позади два черных грузовика достигли края обрыва и полетели в мутные воды Ла-Манша.

Один из них был прямо под Ионой, когда взорвался. Парень был готов к тому, что произойдет в следующий момент.

Горячая волна подбросила его и ударила об одну из солнечных батарей на брюхе дирижабля. Он ухватился за металлическую конструкцию и наконец нашел точку опоры. Подняв глаза, он увидел, что Аксель, Сэм и Брэдбери следят за ним из кабины.

Внизу второй грузовик ударился о воду и взорвался, не причинив никому вреда.

Оглянувшись, Иона увидел, как удаляется легендарный Белый Обрыв Дувра, теперь с черным пятном от взрыва. Здесь заканчивалась Англия.

Впервые в жизни он находился за пределами своей страны.

Пути назад не было.

Ионе казалось, что он закрыл глаза всего на минуту.

Сэм пришлось трясти его, чтобы разбудить.

– Эй, осторожнее! – вскрикнул он.

Все тело ломило. На нем был надет новый серый свитер, он лежал на кушетке в каюте без окон.

– Где я? – пробормотал он.

– Где-то над Францией, – ответила Сэм. – Ты отключился, как только мы втянули тебя внутрь дирижабля. Что, видимо, было к лучшему, учитывая состояние твоей спины.

Иона почувствовал повязку под свитером, и ему в голову пришла ужасная мысль. Сэм, должно быть, прочитала все в его глазах и поспешила успокоить:

– Не волнуйся, твой порт цел и невредим. Ты мог бы выйти в сеть хоть прямо сейчас, если бы захотел.

Она предложила Ионе пакет с Про-Милом. Он принял его с благодарностью, так как не ел со вчерашнего завтрака.

– Послушай, э… Иона, не так ли? – начала Сэм. – У моего отца и у Брэдбери есть много вопросов, которые не могут ждать. Думаю, ты предпочтешь, чтобы их задала я.

Иона кивнул, не отрываясь от еды. Идея беседовать с малосимпатичным Брэдбери ему точно была не по душе.

– Как ты нас нашел?

Спокойным голосом Иона Сэм описал все, что с ним произошло, начиная с момента, когда он нашел аватар отца, и заканчивая визитом в «Икар». Рассказал о возвращении к реальности в Сити Тауэр и о двух черных грузовиках, взорвавших башню, очень похожих на те, что они видели на аэродроме.

Он запнулся, когда рассказывал, как пожертвовала собой его мама. Сэм сжала его руку и ждала, пока он придет в себя и продолжит. Она не сказала ни слова, но Иона чувствовал, что она все поняла.

– Подожди, – сказала Сэм, когда Иона уже приближался к концу своей истории. – Когда ты выходил в сеть поговорить со своей бабушкой, ты был в метапабе?

Иона кивнул.

– Это все объясняет, – сказала Сэм. – Брэдбери прав. Он думает, что это ты привел к нам Миллениалов. Так и есть.

– Нет, – закричал Иона, – нет же! Ни за что!

– Все в порядке, малыш.

Она называла его «малыш», прямо как Аксель. Как будто была намного старше его.

– Я знаю, что ты этого не хотел. Просто терминалы в публичных местах не такие уж надежные. Твой разговор с бабушкой, видимо, засекли.

– О, – только и смог выговорить Иона. Он вдруг почувствовал себя тупым и неуклюжим.

Раньше его не беспокоила конфиденциальность в Метасфере. Насколько он знал, тайна частной жизни в интернете была еще одним мифом из тех, что рассказывал отец.

– Извини, я не знал. Думаешь… твой отец поверит мне? Что я не шпион?

– Это ведь именно мой отец завербовал твоего в Стражи, – ответила Сэм. – Он поверит тебе.

– А Брэдбери?

Сэм усмехнулась:

– Не парься из-за него, он всех подозревает.

– Так и есть, – послышался голос. – Работа у него такая.

Аксель вошел в комнату. Иона мысленно задал себе вопрос, как долго тот мог стоять за дверью, прислушиваясь к разговору.

– Брэдбери отвечает за безопасность, – сказал Аксель, – и подходит к этому серьезно. К тому же он лучший инженер, что я когда-либо видел.

– Папа, – повернулась Сэм, – думаю, он говорит правду. Иона, я имею в виду. Он не агент Миллениалов, он просто…

Аксель кивнул. Он выглядел раздраженным.

– Шпион или нет, Брэдбери был прав, парень будет для нас помехой. Из-за его присутствия здесь мы всем рискуем.

– Но… Но вы же сами позвали меня! – возмутился Иона.

– Тогда я думал, что ты – это твой отец, – проворчал Аксель, а потом вздохнул. – Я сам во всем виноват. Мне слишком сильно хотелось верить в то, что он жив. Возможно, мы высадим тебя в Тегеране. Там ты сможешь найти какую-нибудь работу, пока…

– Но я не хочу… То есть, хочу сказать, я могу помочь! Мой отец знал что-то, ведь так? Так моя мама сказала, прежде чем… Она сказала, папа знал нечто такое… Какие-то тайны. Она сказала, что теперь я тоже их знаю.

Глаза Акселя сузились:

– Какие еще «тайны»?

Ему ответила Сэм. Она повторила все, что рассказал Иона об образах в его голове. Аксель внимательно слушал, осторожно опустившись на кровать рядом с Ионой. И пока дочь рассказывала, в его глазах разгоралась осторожная искорка надежды.

– Так вот что он сделал, – произнес Аксель. – Я должен был догадаться… У Джейсона всегда был запасной план, и в этот раз тоже. Он не мог никому рассказать обо всем, что знал, поэтому и оставил копию своего аватара, чтобы мальчишка однажды нашел его.

– Я не мальчишка, – запротестовал Иона.

– Иона, послушай, – сказала Сэм, – это важно. Ты когда-нибудь слышал о Четырех Углах?

– Конечно. – Иона, может, и наломал дров, но полным идиотом все-таки не был.

– Что ты знаешь? – спросил Аксель.

– Это четыре группы серверов, которые обеспечивают работу Метасферы. – Иона будто отвечал на вопрос мистера Пэнга в школе. – Но только Мэтью Грейнджер знает, где они находятся. Он построил их и хранит местоположение в секрете.

– Это не совсем так, парень, – пояснил Аксель. – Прямо сейчас серверы находятся под контролем правительств четырех стран, что не очень хорошо. Они скрывают местонахождение залов.

– Все, что представляет собой Метасфера, – продолжила Сэм, – все, что с ней происходит, определяется Четырьмя Углами. И любой, кто получит контроль над всеми четырьмя…

– Получит власть над миром, – закончил Аксель, – виртуальным миром. Мы оба знаем, что это единственное имеющее значение сегодня.

– Грейнджер сбежал из тюрьмы, – снова включилась в разговор Сэм. – Мы думаем, вместе с Миллениалами он собирается вернуть себе Четыре Угла.

Иона едва сдержался, чтобы не воскликнуть: «И что?» Ведь, в конце концов, до вчерашнего дня он считал Мэтью Грейнджера полноправным владельцем Метасферы. Но потом Миллениалы убили мать Ионы и пытались убить его. Он узнал, что отец был агентом злейших врагов Миллениалов, Стражей, которых Иона ненавидел всю свою жизнь.

– Никто не должен иметь такую власть, – проворчал Аксель, ответив тем самым на немой вопрос Ионы. – Но мы не сможем остановить Грейнджера, пока сами не найдем Четыре Угла. А кроме него самого, в мире был всего один человек, который знал их месторасположение.

– Человек, которому Грейнджер не мог не показать дорогу туда, – продолжила Сэм.

– Его личный пилот, – закончил Аксель, – твой отец.

Иона взглянул на Акселя; тот смотрел на Сэм.

– Ты говоришь, воспоминания отца теперь перешли к тебе, – сказала Сэм, – а значит, ты можешь рассказать, где они находятся.

Иона не знал, что ответить. Он не понимал, что ему делать.

– Не могу, – запинаясь, проговорил Иона. – Мне сказали, что теперь его воспоминания у меня, и я видел какие-то фрагменты, но я не … я не знаю, как разобраться во всем этом.

– Попытайся! – потребовал Аксель.

– Пожалуйста, – мягко добавила Сэм.

Иона попытался. Он закрыл глаза и сконцентрировался, как мог. Он пытался снова и снова, пока не заболела голова, но толку не было. Просто ощущение, что когда-то он знал, где находятся Четыре Угла, а теперь забыл.

– Мы зря теряем время, – проворчал Аксель. Он собирался покинуть комнату, но в дверях обернулся и посмотрел на Иону. – О чем только думал Джейсон, когда решил доверить все, что знал, какому-то малышу? Неужели он думал, что ты сможешь разобраться в этой жуткой мешанине из своих и чужих воспоминаний, втиснутой в твою маленькую голову? Это никому не под силу!

Щеки Ионы пылали.

– Я сделал все, что мог, – промямлил он.

– Мы знаем, что все так и есть, Иона, – сказала Сэм, не сдержавшая вздоха разочарования.

– В любом случае, это не имеет никакого значения. Нужная нам информация, скорее всего, потеряна навсегда, – заключил Аксель.

– Подожди! Возможно, это не так, – предположила Сэм. – Иона, расскажи ему, как ты нас нашел, ну, в реальном мире.

– Я уже говорил, – ответил Иона. – Чтобы навестить бабушку, я отправился на…

– На Остров Перенесенных, да-да, и она рассказала тебе про учебную базу в Дувре. Но как ты нашел базу?

– Просто ехал по старым указателям на дороге, они привели меня в Дувр.

– А дальше?

– Я не знаю.

– Думаю, я знаю, – вмешался Аксель. – Эта база не используется уже многие годы. Сомневаюсь, что остались какие-то указатели, ведущие к ней.

– Я просто… – начал Иона. – Я не знаю. Просто нашел ее.

– Но как? – настаивала Сэм. – Раньше ты здесь быть не мог. Ты же сам сказал, что до вчерашнего дня не покидал Лондон ни разу в жизни. Ты спрашивал у кого-то, как попасть сюда?

– Не знаю… – беспомощно ответил Иона. – Я… Я просто… не помню.

Аксель обернулся к Сэм:

– Ты думаешь о том же, о чем и я, дочка?

– Я думаю, все, что знал Джейсон Делакруа, теперь знает Иона, – ответила Сэм, – он может обращаться к воспоминаниям отца, просто не знает, как. Пока не знает.

– Я знаю, как, – сказал Аксель.

Зеленые глаза Сэм в испуге распахнулись еще шире.

– Нет, папа, только не это!

– Другого пути нет, Саманта.

– И что это за путь? – Иону испугало выражение нарастающего беспокойства на лице Сэм.

– Должен быть другой способ, папа. Иона нашел дорогу к базе ВВС. Значит, он обратился к воспоминаниям своего отца, сам того не зная. Нам осталось только выяснить, как он это сделал, и мы сможем…

– У нас нет времени. – Аксель обернулся к Ионе, который следил за каждым его движением, охваченный неприятным предчувствием.

– Послушай, мальчик, – начал Аксель, но тут же исправился. – Я хотел сказать, Иона, послушай, в нормальной ситуации я бы не стал спрашивать, но сейчас у нас катастрофически мало времени. Ты хочешь нам помочь, верно? Именно поэтому ты нас и искал. И собираешься помочь нам остановить Грейнджера с Миллениалами, ведь этого хотел бы Джейсон…

– Что ж, значит, это правда, – проговорил Иона, – то, что мама сказала? Мой отец работал двойным агентом? Он действительно был… был Стражем?

– Ты не знал? – спросила Сэм.

– Иона был ребенком, – сказал Аксель. – Джейсон не хотел его впутывать в эту нашу войну, считал слишком маленьким для этого. Но даже не сомневайся, мальчик, все, что он делал, он делал только для тебя. Хотел, чтобы ты вырос в свободном мире.

Сердце Ионы пронзила боль, словно там образовалась дыра. Он начал понимать, что совсем не знал отца, как будто они были совсем чужими.

– Мы должны сказать ему, папа, – попросила Сэм. – Скажи ему, чем мы занимаемся. Он заслуживает этого, он должен узнать все прежде, чем…

Ее голос затих.

– Вы о чем? – нервно спросил Иона. – Что я должен знать? И что конкретно вы хотите от меня?

Аксель не успел ответить. Иона услышал приглушенный рокот реактивных двигателей, и в ту же секунду дирижабль сильно тряхнуло. Акселю удалось устоять на ногах, уцепившись за дверь, а Иона слетел с кушетки и грохнулся прямо на Сэм. Он очень близко увидел ее зеленые глаза и наконец понял, где они встречались раньше.

Девушка, из-за которой он проиграл гонку.

Старый динамик в одном из углов потолка ожил и голосом Брэдбери произнес:

– Тебе лучше подняться в кабину, Аксель. У нас проблемы!

Нос истребителя, похожий на орлиный клюв, несся прямо на дирижабль.

Иона в ужасе уставился на него. Он не видел настоящих самолетов уже многие годы, а теперь был на расстоянии вытянутой руки от одного из них.

Брэдбери вцепился в штурвал второго пилота, а Аксель рухнул в кресло первого, чтобы помочь, но оба мало что могли сделать. Их грузный, неповоротливый дирижабль был легкой добычей для стремительного серого хищника.

Однако в последнюю секунду истребитель резко изменил курс и убрался с их пути. Иона проследил за его движением через иллюминатор и встревожился, заметив, что самолет после резкого виража снова нагоняет их.

– Он с нами играет, – прорычал Аксель.

– Это ненадолго, – процедил Брэдбери сквозь зубы. – Он уже сделал предупредительный выстрел. Дает нам последний шанс предъявить коды разрешения на полет.

– Я думала, оно у нас есть, – проговорила Сэм, располагаясь между креслами.

– Мы предъявили коды, – ответил Бредбери, – но те, что у нас есть, уже не действительны.

– Видимо, изменились, – сказал Аксель. – Если на борту самолета кто-то есть, мы погибли. Хотя есть надежда, что это просто дрон. Мы способны?..

– Работаю над этим, Аксель. Но он может быть закрытым.

Стоя в дверях кабины, Иона чувствовал себя абсолютно беспомощным. Он боялся шелохнуться, боялся издать хоть звук, не хотел путаться под ногами. Для начала просто потому, что его сюда вообще-то не приглашали, он просто пошел за Сэм.

Аксель прижал ладонью наушник, чтобы отчетливее слышать звуки в своей гарнитуре.

– Самолет Миллениалов будет нас обстреливать, – объявил Аксель, – через пять, четыре, три…

Брэдбери отчаянно бегал пальцами по планшету, встроенному в панель управления судна.

Истребитель несся прямо на них, и дирижабль затрясся, словно предчувствуя катастрофу. Однако самолет пролетел над ними и начал удаляться.

– Ты сделал это! – закричала Сэм.

Аксель победно ударил кулаком в воздух.

Иона больше не мог сдерживаться:

– Что? Что он сделал?

– Вместо кодов разрешения, – ответила Сэм, – Брэдбери загрузил вирус в системы дрона. Вирус разорвал связь между беспилотником и его оператором на земле. Сейчас он летит на аварийном автопилоте.

– Я выиграл для нас время, – сказал Брэдбери, снимая свою гарнитуру и выбираясь из кресла, – чтобы убраться из этого чертова дирижабля.

– Нет, – ответил Аксель, – пока рано.

– Ты спятил, Аксель? Миллениалы восстановят связь с самолетом и пришлют его обратно. Не успеешь глазом моргнуть, как он будет у нас на хвосте.

– Я говорил с парнишкой, Брэдбери, я хотел сказать, говорил с Ионой. Он знает, или по крайней меры мы полагаем, что он знает, как найти Четыре Угла.

Брэдбери смерил Иону недоверчивым взглядом.

– Тем более, – сказал он, – еще одна причина свалить отсюда прежде, чем нас собьют.

– Нет, нет, нет. Ты так и не понял. Грейнджеру известно об Ионе. Вот почему они послали грузовики со взрывчаткой на базу, и по той же причине нас сейчас ищут в небе. Это не нас Миллениалы хотят убить, Брэдбери, а мальчишку!

Брэдбери бросил на Иону презрительный колкий взгляд:

– Значит, все-таки ты привел их сюда?

– Они начнут прочесывать территорию Франции раньше, чем мы успеем замести следы, – сказал Аксель. – У нас нет ни единого шанса, если мы…

– Если нам не поможет кто-то из местных, – закончила за него Сэм.

– Дельфина? – Брэдбери прищурил глаза.

Аксель кивнул:

– Дельфина знает местность, она поможет нам избежать любых встреч с Миллениалами и проведет через границу. Но ее будет не так-то просто разыскать внизу. Нужно сперва связаться с ней, чтобы она встретила нас.

– Я знаю, где ее найти, – сказала Сэм, – в Метасфере. Я выйду в сеть.

– Я с тобой, – быстро добавил Иона. Он ожидал, что Аксель и Брэдбери будут возражать, но те молчали.

– Не задерживайся там, – Брэдбери напутствовал Сэм. – У нас около пятнадцати минут, прежде чем истребитель вернется. И можно не сомневаться, на этот раз он сначала будет стрелять, а потом уже задавать вопросы.

Мэтью Грейнджер был не в настроении.

Его ужин – первая приличная еда за три года, стейк с кровью, приготовленный одним из лучших французских шеф-поваров, – был прерван.

Он приказал своим агентам немедленно поставить его в известность, когда Джейсон Делакруа будет мертв. Но Миллениалы снова могли предложить ему лишь сомнительные предположения.

– Мы обнаружили воздушное судно, сэр, – с усталым видом сообщил один из них.

– Выжившие есть? – спросил Грейнджер и аккуратно отложил в сторону вилку, не сводя при этом глаз с острого ножа.

– Мы не знаем наверняка, – ответил агент.

– Кто руководил этой операцией? – Грейнджер поднялся со стула. Он поместил нож в небольшой отсек правой киберкинетической ноги.

Еще один дрон появился в небе.

Стражи укрылись под чахлой живой изгородью. Иона лежал в грязи, ветки ежевики царапали его щеки. И все равно он был рад дать ногам отдых.

Когда шум реактивных двигателей стих, они встали, отряхнулись и продолжили свой путь. Ионе казалось, что они идут уже несколько часов. Но это было невозможно, так как солнце по-прежнему стояло высоко в небе.

Все приземлились недалеко друг от друга. Иона видел с воздуха, куда опустились Аксель и Брэдбери, и нашел их на земле довольно быстро. Они забросали парашюты землей и травой, чтобы нельзя было увидеть с воздуха. Затем они отправились пешком куда-то по французским полям.

Сэм шла впереди с компасом, который извлекла из кармана своего черного комбинезона. Она избегала проторенных тропинок, поэтому они огибали поля, а не пересекали их.

Иона никогда прежде не оказывался в реальном мире на таком широком участке открытого пространства. Было ощущение, что Иона, Сэм, Аксель и Брэдбери единственные люди в мире. Само собой, это было не так.

Им пришлось прятаться в канаве от неповоротливого трактора, которым управлял седой старик в джинсах. Ионе он не казался похожим на агента Миллениалов. Тем не менее Брэдбери извлек из кармана плаща пистолет и держал его наготове. Иона испытал огромное облегчение, когда трактор проехал мимо – его хозяин остался невредим.

Они продолжили свой путь и вскоре увидели невдалеке побеленный деревенский дом с зелеными и черными ставнями.

– Будем ждать здесь, – сказала Сэм.

Она ушла немного вперед, и Ионе пришлось поднажать, чтобы догнать ее. Аксель и Брэдбери плелись позади.

– Ты обещала рассказать о вашей миссии, – сказал парень, радуясь, что наконец появился шанс поговорить наедине, – перед тем, как дрон атаковал наш дирижабль.

Сэм кивнула:

– В Шанхае есть человек, который изобрел способ защитить Метасферу от контроля извне. Он называет это устройство Мостом Чанга.

– Вы собирались лететь в Китай? – спросил Иона. – На дирижабле?

– Этот прибор, – продолжила Сэм, – нужен Стражам, чтобы сделать Метасферу свободной. Проблема только в том, что мы можем найти его слишком поздно. Грейнджер сбежал из тюрьмы. А нам, чтобы запустить прибор, нужно добраться до Четырех Углов. Это мог сделать твой отец… но когда его… когда он погиб…

– Он унес всю информацию с собой, – завершил за нее Иона.

– До сих пор мы так думали.

– М-м-м, – начал Иона, – Аксель, твой отец… он сказал, что может быть какой-то способ?

– Можно сделать полное сканирование, – ответила она, – твоей головы.

– Это возможно? Каким образом?

– Есть кое-какое оборудование, разработанное пару лет назад, – ответила Сэм. – Мы подсоединим тебя к компьютеру, программа прочитает, систематизирует и запишет всю информацию, хранящуюся в твоей памяти. Когда это будет сделано, мы сможем искать что-то конкретное.

– Например, Четыре Угла, – предположил Иона.

– Если ты действительно знаешь, где они находятся, если эта информация хранится в глубинах твоего подсознания, мы сможем найти то, что нам нужно, с помощью нескольких нажатий клавиш.

– Вау!

– Не обольщайся, – сказала Сэм. – Этот процесс очень опасен для серого вещества, и он может…

– Может что?

– Разрушить твой мозг, Иона. Навсегда.

– Спасибо, что заступилась за меня, – сказал Иона, – перед твоим отцом.

– Без проблем, – ответила она. Иона улыбнулся. – Забудь.

Дельфина на большой скорости вела грузовик по извилистым деревенским дорогам. Подвеска была жесткой, и Иона подпрыгивал на кочках, словно резиновый мячик, несмотря на то, что пристегнулся ремнем безопасности.

– Итак, – заговорила она через некоторое время, – меня очень интересует твоя маленькая махинация. Расскажи, как получилось, что ты можешь использовать аватар отца?

Иона не знал, можно ли ей доверять, да и не хотел обсуждать эту тему. Он решил просто отмолчаться.

Когда на горизонте показались огни небольшого города, дорога стала шире и ровнее.

– Я так понимаю, ты решил присоединиться к Революции?

– Я… Я не знаю, – замялся Иона. – Возможно.

– Стражи борются за открытую каждому, свободную Метасферу. Думаю, это хорошо для всей нашей планеты. Здесь, во Франции, как и во многих других странах, все еще есть те, кто руководствуется устаревшими, эгоистичными, разрушительными принципами. А для жизни в интернете топливо не нужно.

– Так ты эковоин? – спросил Иона.

Дельфина скривила губы в ухмылке:

– Разве Саманта не сказала тебе?

– Только то, что ты союзник Стражей.

– ГеррВер[9], может, слышал что-нибудь об этой организации?

О да, он много чего слышал. Название заставило его вздрогнуть.

– Бомбардировка отеля в Вене в прошлом году. Разве не?..

– Я лично не принимала участия в той операции, но это был славный удар во имя нашей общей цели.

– Но… но множество невинных людей погибли из-за того взрыва. Случайные прохожие.

– Не такими уж они были невинными, – отрезала Дельфина. – Да и что значат жизни нескольких прохожих в сравнении с сотнями тысяч погибающих ежегодно из-за глобального потепления? В том отеле проходила конференция действующих мировых производителей топлива. Это они решили продолжать войну против нашей планеты, а в войне всегда бывают жертвы.

– Думаю, ты не права, – покачал головой Иона.

Дельфина указала на бардачок. Иона открыл его и обнаружил черный холщовый мешок.

– Надень его, – сказала она, – и это не просьба.

Остаток пути Иона провел в тишине и темноте.

Наконец Иона почувствовал, что грузовик свернул на дорожку, усыпанную гравием, проехал еще немного снова по ровной поверхности, остановился, и Дельфина выключила зажигание.

– Положи мешок, откуда взял, – скомандовала она.

Иона стащил с головы свой «капюшон» и обнаружил, что они находятся в гараже. Сэм, Аксель и Брэдбери выбрались из кузова, растирая ушибленные руки и ноги.

Дельфина заперла гараж и повела их по лабиринту темных переулков, а затем по вымощенной дорожке вдоль линии старых полуразвалившихся домов. Она поднялась на два пролета по старой проржавевшей пожарной лестнице и исчезла, скользнув в раскрытую створку окна. Сэм и Аксель немедленно последовали за ней, но Иона замялся.

Он все еще думал о ГеррВер.

Иона уже не колебался сопровождать Акселя; хотя тот и являлся Стражем, но был лучшим другом отца. А Сэм ему понравилась с самого начала. Иона почти принял тот факт, что всю свою жизнь ошибался, и Стражи не такие уж плохие парни.

Но ГеррВер… Не было сомнений, кем они являются.

Часть Ионы – и достаточно значительная его часть – хотела бежать куда глаза глядят, пока он не увяз в этих проблемах еще глубже. Возможно, он бы так и сделал, если бы не молчаливое присутствие Брэдбери, который за спиной ждал своей очереди взобраться по лестнице.

В любом случае, куда бы Иона побежал в этой незнакомой стране? У кого бы стал искать помощи?

Иона услышал назойливый стук в дверь.

– Убирайтесь! – крикнул он, лежа в своей постели ничком и обхватив руками подушку. Его сердце все еще бешено колотилось из-за сцены, которая разыгралась внизу, в столовой.

Дверь приоткрылась. Иона поднял голову, надеясь, что Сэм пришла навестить его.

Это был Аксель.

– Довольно жестко сказано, – начал он. – Хотя возможно, я это заслужил.

– Возможно? – возмутился Иона.

– Хорошо, не возможно, а скорее всего, – согласился Аксель, – но не более.

Иона не ответил. Он знал, что Аксель хочет залезть в его голову, и не собирался соглашаться на это.

Гость повернул стул и сел, облокотившись на его спинку. Иона не пошевелился.

– Слушай, я просто пришел убедиться, что с тобой все в порядке.

– Нет, – отозвался Иона, – не для этого. Ты пришел уговорить меня позволить порыться в моих мозгах. Чтобы найти нужную информацию. Чтобы взорвать еще больше зданий и убить еще больше людей. Но ты зря теряешь время.

– А теперь слушай сюда, сынок, – ответил Аксель.

– Я тебе не сынок, – ответил Иона. – Я больше никому не сынок. Никому!

– Знаю, ты расстроился из-за слов Дельфины, но я думаю…

– Я почти поверил вам. Там, на дирижабле, вы сказали, что мой отец был одним из вас и умер за Стражей. Но это не так. Он не умер за Стражей. Они убили его!

– Нет! Нет, Иона. Все было совсем не так.

– Если это сделали не Стражи, тогда кто-то типа ГеррВер, кто-то типа этой Дельфины, а вы… Вы сотрудничаете с ними, зная, что они собой представляют.

– Иона, никто так и не взял на себя ответственность за бомбардировку аэропортов, ты должен был слышать об этом, – ответил Аксель. – Газеты обвинили во всем Стражей, но…

– А кого еще они должны были обвинить? Миллениалов? Думаешь, те решили убить своего собственного лидера? Они знали, что Грейнджер должен лететь в Лондон в тот день. Знали, что мой отец поведет его самолет в Хитроу.

– Миллениалы убили твою мать, Иона. Это мы знаем точно.

Как будто Ионе надо было напоминать. Он зарылся лицом еще глубже в подушку, чтобы не заплакать.

– Вряд ли тебе станет от этого легче, – сказал Аксель, – но Дельфина тоже потеряла родителей. Ей было шесть, когда Маврикий окончательно ушел под воду. Спасательных шлюпок на всех не хватило. Она уплыла с другими детьми, мама обещала ей сесть в следующую лодку. Вот что движет Дельфиной, Иона. Каждого, кто летает самолетом, бурит нефть или производит пластик, она считает виноватым в уничтожении родины и убийстве семьи.

– Звучит вполне в ее духе, – ответил Иона, – бомбить аэропорт.

– Возможно, – согласился Аксель, – но если бы ГеррВер сделали что-то подобное, они, думаю, кричали бы об этом на всех перекрестках, разве нет?

Ионе было нечего возразить.

– Дельфина нужна нам, – продолжил Аксель. – Черт! Я хотел бы, чтобы все сложилось иначе. Ты же знаешь, она не входила в наши планы. Мы планировали долететь на дирижабле до Ирана и там сесть на самолет до Китая. Но теперь это невозможно. А наш соратник в Тегеране не станет ждать. Это слишком опасно. Только Дельфина сможет нам помочь.

– Как?

– Посадить нас на самолет до Москвы.

Иона поднял голову и посмотрел на Акселя. Тот усмехнулся:

– Она говорит, что все это ради правого дела…

Иона сел на кровати и подтянул колени к груди:

– А что мы будем делать в Москве?

– Там у нас тоже есть свои люди, – ответил Аксель.

– Такие же убийцы?

– Поверь, я понимаю, что ты чувствуешь, – сказал Аксель, – но Дельфина права в одном. Мы ввязались в войну за будущее нашего мира, обоих наших миров, и мы не можем проиграть. Возможно, для этого придется идти на компромиссы, возможно, из-за этого кто-то пострадает… Надеюсь, со временем ты поймешь это или, по крайней мере, сможешь принять.

– Я не хочу никого убивать, – твердо произнес Иона. – Это неправильно.

– Говоришь в точности как отец.

– Ты хорошо его знал, да? – спросил Иона.

– Мы были лучшими друзьями, – слегка улыбнулся Аксель, – еще когда учились в летной школе. Мы всегда прикрывали спины друг друга. Бывало, мы сопровождали нефтяные танкеры в Персидском заливе.

– Я помню, – сказал Иона. – Отец рассказывал, что танкеры были легкой добычей для пиратов, для конкурирующих правительств и… для экотеррористов.

– Не рассказывай Дельфине, – подмигнул Аксель, – но в свое время мы с твоим отцом потопили не меньше десятка кораблей ГеррВер.

– Почему отец ушел из Воздушных Сил? – спросил Иона.

– Разве это не очевидно? В те времена Метасфера набирала обороты. В свободное от полетов время мы с Джейсоном постоянно обитали там. Мы, как и все, верили в то, что строил Грейнджер. В реальном мире все меньше и меньше нефтяных танкеров плавало по морям, и уж тем более они плыли не в Британию. Продовольствия не хватало, начались беспорядки. Мы вели бессмысленную борьбу. Но однажды в виртуальном мире Джейсон встретил девушку.

– Мою маму, – закончил Иона. Он уже слышал эту историю.

– Он захотел вернуться в Лондон и встретить Мириам. Подал в отставку, устроился в коммерческую авиакомпанию, которая летала из аэропорта Хитроу. Он и мне там нашел работу. Это были хорошие деньки. Мы зависали в «Икаре». В этом и заключается прелесть Метасферы. Мы могли быть в Сингапуре или Гонконге, но все равно собирались по вечерам за виртуальной выпивкой.

– И тогда вы?.. То есть, я хотел спросить, как?..

– Хочешь спросить, почему мы связались со Стражами?

Иона кивнул:

– Это папа?..

– Сначала они подошли ко мне. Джейсон в тот момент нечасто там появлялся. Мириам как раз была беременна.

– А-а-а, – протянул Иона.

– Знаешь, что касается твоего отца, он всегда думал о будущем. Не то что я. Я особо не переживаю по этому поводу, спроси Сэм. Но Джейсон, он прекрасно понимал, как устроен реальный мир. Если люди перестанут летать, пилоты не будут нужны.

– Вы были последними в своем роде, – сказал Иона.

– Он говорил так, да?

– Не знаю. Я не уверен, мое это воспоминание или, может, его…

– Он был прав. Он знал, что однажды этот момент настанет, поэтому снял свою пенсию, поменял на метадоллары, купил сувенирный магазин и какое-то время неплохо на нем зарабатывал.

– Ты рассказывал про Стражей, – напомнил Иона.

– Джейсон видел, что Грейнджер желает все больше и больше. Он часто говорил, особенно после твоего рождения, что к моменту, когда ты вырастешь…

– …виртуальный мир поглотит такой же хаос, как и реальный, – процитировал Иона.

– Именно так.

– Я чувствую, – сказал Иона, – как разочарован был отец, как он хотел…

– Я присоединился к Стражам по воле минутного импульса, – объяснил Аксель. – Думал, будет весело. К тому же так я мог продолжать летать. Но это я. А Джейсон… из-за него я стал верить в нашу цель. Поэтому, когда им понадобился кто-то на должность пилота Грейнджера… Джейсон был единственным подходящим для этой работы, и меня попросили завербовать его.

– Сначала он не соглашался, – сказал Иона, – знал, что это будет опасно. Он не хотел, чтобы я… вырос без отца.

Ионе казалось, что он присутствовал в двух местах одновременно. Он видел Акселя, сидящего на чердаке, седеющего и утомленного, но он также видел его другим – молодым, полным энергии и энтузиазма.

– Ты нашел путь к его воспоминаниям, не так ли, сынок? – спросил Аксель.

Так и было. Иона переживал моменты из жизни своего отца. Вспышки воспоминаний: разговор с Акселем, спор, затем ссора с Мириам, а потом собеседование с Мэтью Грейнджером. Картины были разрозненными и запутанными, Иона не мог их контролировать, но они были там, в его голове. Они были в его памяти.

– Может, Сэм все же права. Может, нам не нужно сканирование. В конце концов, если ты можешь…

– Нет, – ответил Иона, – я вижу только обрывки, куски… Я хочу, чтобы вы это сделали. Хочу пройти сканирование.

Аксель поднял бровь:

– Ты в этом уверен?

– Уверен, – по правде говоря, он совсем не был уверен. Ни в чем. Но Иона прикоснулся к воспоминаниям отца и почувствовал, как глубока была его любовь. После всего, через что он прошел, после всех потерь этот дар имел особое значение.

Сын Джейсона Делакруа осознал, как сильно тот хотел создать новый мир, чтобы Иона мог жить в нем, чего бы это ни стоило.

Теперь парень знал, чего хотел бы от него отец.

– Давайте делать сканирование, – повторил Иона, – пока я не передумал.

– Идет, сынок, – ответил Аксель, – приступим.

На следующее утро они покинули гостиницу, спустившись вниз по пожарной лестнице. Дельфина уже ждала рядом со своим грузовиком, больше никого не было видно.

Иона не сказал Дельфине ни слова. На этот раз парень забрался в кузов вместе с остальными. Он отдохнул за ночь, и теперь ему было немного лучше, но он все еще чувствовал вину. Иона знал, что это не так, но ему казалось, что он всех подвел. Подвел отца.

Он спросил Акселя о дальнейших планах.

– Как я и говорил тебе прошлой ночью, – ответил тот, – Дельфина раздобыла для нас самолет.

– Так мы полетим в Москву?

– Я думаю…

– Мы не единственные Стражи, которые ищут Четыре Угла, – перебила Сэм, – есть и другие агенты.

– А когда они найдут их… – продолжил Аксель.

– Если найдут, – поправила Сэм.

– Рано или поздно это случится. И когда случится, мы должны быть полностью готовы. Нам нужен Мост Чанга.

Дельфина опять вела машину крайне агрессивно, поэтому Ионе пришлось держаться изо всех сил, чтобы его не швыряло по всему кузову. Он был очень рад, когда грузовик наконец остановился, и через мгновение дверца кузова распахнулась.

– Мы на месте! – объявила Дельфина.

Иона услышал звук двигателей. Он выпрыгнул из кузова на асфальтированную дорогу и открыл рот от изумления.

Он не видел столько самолетов за всю свою жизнь. Они стояли вокруг, восемь или девять штук – Дельфина проехала прямо в центр стоянки.

Грузовик с горючим заправлял один из самолетов. От незнакомого запаха – запаха авиационного топлива – в горле у Ионы запершило. Другой самолет выводили из ангара под руководством мужчины в зеленом рабочем комбинезоне. Здесь было еще несколько человек, все они перекрикивались по-французски. Паренек, который выглядел слишком юным для своих усов, подошел к Дельфине и провел своей метакартой по портативному платежному терминалу Дельфины. Аппарат звякнул, сообщая о завершении операции; только после этого мужчина поприветствовал четырех спутников Дельфины коротким кивком и повел их к воздушным судам.

К моменту, когда Иона осознал, что Дельфина больше их не сопровождает, она осталась уже далеко позади. Он увидел, что она вернулась в грузовик. Скатертью дорожка.

Было сложно представить, что сторонники ГеррВер могут владеть самолетами. Он был лишь немного удивлен, когда они миновали ряд серебристо-белых реактивных мини-лайнеров и остановились у старого потрепанного турбиновинтового самолета. Тот казался громоздким и безвкусным на фоне изящных сверкающих суперджетов, с его сколотой местами белой, красной и голубой краской.

– Хирам! – прокричал усатый юнец. – Ils sont ici![10]

Пилот выпрыгнул из кабины поприветствовать их. Это был седой мужчина лет пятидесяти с приятным бронзовым загаром.

На нем были рубашка без воротника и шорты.

– Здорово, народ! – сказал пилот, растягивая слова на американский манер. – Добро пожаловать на борт «Четвертого Июля». Я слышал, вы направляетесь в Москву?

Иона положил руку на фюзеляж самолета.

Его захлестнула волна воспоминаний, но не собственных. Он увидел себя за штурвалами сотен самолетов, подобных этому, выполняющих всевозможные фигуры пилотажа.

Воспоминания угрожали окончательно свести его с ума; он резко отдернул руку и встряхнул головой, чтобы вернуть ясность мыслям.

Грейнджер наконец добрался в пункт назначения.

Он летел в общей сложности более двадцати часов и сделал всего две остановки, на дозаправку частного самолета. В Париже было позднее утро, но здесь, в северной части Австралии, солнце уже садилось. Его угасающие лучи подсвечивали множество массивных отражателей, сплошь покрывающих ржавый песок красной пустыни.

Грейнджер с удовлетворением наблюдал, как внизу вдоль пыльного шоссе Лассетер ползли колонной военные джипы. Южная команда укладывалась в расписание, хотя силы оказались намного скромнее, чем он надеялся. Пилот получил приказ ждать дальнейших инструкций в Элис Спрингс, ближайшем городке, расположенном более чем в пятистах километрах. Затем Грейнджер открыл дверь в хвостовой части и выпрыгнул из самолета.

Широкая плоская вершина Айерс-Рок была единственным примечательным элементом местного ландшафта. Она была сплошь покрыта солнечными панелями, но Грейнджер целенаправленно снижался к зазору между ними. Он выполнил безупречное приземление. Киберкинетические ноги в значительной мере смягчили удар, и он грациозно скинул парашют, словно ненужное пальто.

Грейнджер сидел спиной к металлическому люку и наслаждался восхитительным закатом. В трехстах пятидесяти метрах ниже он видел своих людей, проходящих первое из двух заграждений. Мэтью поднялся на ноги и легко побежал по заросшей тропинке, ведущей вниз, к основанию скалы. Он мог бы приземлиться прямо туда, но ему нравилась идея сойти вниз с вершины скалы, чтобы встретить соратников. Это казалось ему символичным.

Возраст Айерс-Рок насчитывал несколько сотен миллионов лет. Эта скала устояла, хотя остальную часть горного хребта время превратило в пыль. Грейнджер был уверен, что его наследие просуществует в мире не меньше.

Поэтому он и разместил часть этого наследия именно здесь.

Грейнджер помнил времена, когда скала Айерс-Рок была популярной туристической достопримечательностью. Потом непомерно высокая стоимость проезда на транспорте развалила туриндустрию. Сегодня всем было известно, что это место служит для размещения столь необходимой солнечной электростанции.

Только горстке людей был известен секрет Айерс-Рок.

Улицы в Москве были шире лондонских, но такие же людные.

Однако людей на колесах здесь было меньше. Большинство, ссутулившись, плелось по тротуарам, не обращая друг на друга ни малейшего внимания.

Конечно, в России все еще было топливо, а значит, и общественный транспорт, но стоимость четырех билетов на ветхую скрипящую электричку, идущую от аэропорта Шереметьево до Савеловского вокзала, шокировала Иону.

Брэдбери заплатил потрепанной карточкой, той самой, благодаря которой усталый чиновник в аэропорту был снисходителен и закрыл глаза на отсутствие у Ионы паспорта. Парень решил не спрашивать, откуда на нее поступают деньги, – если вообще эта карта была настоящей.

Они прождали электричку час; вдобавок оказалось, что в ней есть только стоячие места. Состав осторожно крался по никуда не годным рельсам. До города они добрались только к вечеру, когда в воздухе уже повеяло прохладой. Иона радовался уходящему дню. В этой толпе он начал чувствовать себя в безопасности.

Однажды Иона был в мета-Москве. Та была много лучше реальной: идеализированная версия того, чем когда-то являлся этот город. В настоящей Москве из-за роста численности населения сказочные башни и старинные купола оказались вытеснены массивными бетонными коробками жилых комплексов. Они видели у зданий дипмиссий извивающиеся длинные очереди, в которых под наблюдением вооруженной охраны люди ждали гуманитарной помощи.

Примерно через полтора часа ходьбы Аксель наконец объявил, что они добрались до места назначения. Парк Сокольники выглядел заросшим и заброшенным, как и большинство парков реального мира, территорию которых еще не застроили. Палатки с фастфудом у входа давно не работали; с их деревянных ставней слезла вся краска. Над парком возвышалось ржавое колесо обозрения, оно напомнило Ионе «Лондонский Глаз», который когда-то нависал над Темзой. Во время одного из продовольственных бунтов колесо свалили и потопили в реке.

Отец водил Иону покататься на лондонском колесе в шестой день рождения. «Если тебе это нравится, – сказал он, когда их кабинка поднялась высоко над городом, – то и летать понравится по-настоящему!»

– Он опаздывает, – сказал Аксель через некоторое время.

– Приедет, – отозвался Брэдбери, – он знает, как это важно.

– Вы уверены, что на него можно положиться? – спросила Сэм.

– Скоро будет, – с уверенностью заявил Брэдбери. – Он верит в свободную Метасферу не меньше, чем все мы. Ограничения плохо влияют на его бизнес.

– Бизнес? – спросил Иона с опаской. – Какой бизнес?

Вопрос так и остался без ответа; Иона решил его не повторять.

Парень убивал время, пытаясь вызвать воспоминания, как научила его бабушка. Закрыл глаза и попробовал выбросить все из головы, но не смог. Его слишком беспокоили события реального мира, которые разворачивались вокруг. Он не мог полностью расслабиться.

Иона заметил, что Брэдбери неотрывно смотрит на него.

– Ну что, вспомнил что-нибудь об остальных Углах? – спросил тот.

Иона отрицательно покачал головой.

– Он знает месторасположение одного из них, – сказала Сэм, – это уже что-то.

– Достаточно, чтобы защитить четверть Метасферы, – добавил Аксель.

– Только если мы сможем заполучить Мост Чанга, – проворчал Брэдбери, – и если сможем добраться до места раньше Миллениалов.

Дискуссию прервал приближающийся звук двигателя.

Брэдбери первым вскочил на ноги и, как обычно, достал пистолет.

В следующую секунду их ослепил свет фар. Большой пыльный фургон черного цвета приближался по одной из дорожек парка, из-под колес летели камешки. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, машина резко остановилась. Ее задние двери распахнулись, и коренастый человек в черной одежде взмахом руки предложил квартету присоединиться к нему.

Едва они успели забраться внутрь, машина резко тронулась с места.

Внутри фургон был напичкан компьютерным оборудованием. Тускло светились работающие мониторы и огоньки жестких дисков. Четыре вращающихся кресла были привинчены к полу. Иона забирался в фургон последним, и места ему не хватило, поэтому он вынужден был устроиться на корточках между креслами.

– Извините за опоздание, – извинился мужчина. Ему было около двадцати. Сначала он показался Ионе старше из-за щетины на лице.

– Что стряслось, Дмитрий? – спросил Аксель.

– Андрей заметил за нами слежку. Пришлось убедиться, что мы избавились от хвоста, прежде чем приехать на встречу к вам.

Андреем, по-видимому, звали водителя. Иона мог видеть его профиль. Он был старше, крупнее и носил густую черную бороду. Мужчина был полностью сосредоточен на дороге и ни разу не обернулся при звуке своего имени. Они выехали из парка и повернули на юг.

– Шпионы Миллениалов? – спросил Брэдбери.

– Думаю, нет. У нас есть и свои враги, да?

Дмитрий обернулся к Сэм и представился ей, поцеловав руку. Акселя и Брэдбери он, похоже, уже знал, а Иону проигнорировал. Брэдбери спросил, все ли готово; Дмитрий ответил утвердительно. Самолет ожидал Стражей в частном аэропорту, в двадцати километрах от города.

– Для чего все это оборудование? – спросил Иона. – Чем вы здесь занимаетесь?

– У Дмитрия вещательная сеть, – ответил Аксель. – Как идут дела, Дмитрий?

– Опасный бизнес, но доходный, – объяснил Дмитрий. – Игра Люка Векслера выходит через несколько месяцев. «Зомби 4». Это будет очень удачно для нас.

– Вещание? – переспросил Иона.

– Да, – ответил Дмитрий. – Многие транспортные средства, подобные этому, имеют связь со спутником и, перемещаясь, постоянно загружают информацию в Метасферу. Круглые сутки.

– Вы имеете в виду пиратский контент, – догадался Иона. – Вы пираты, так ведь?

– Мы делаем информацию, культуру, новые идеи доступными для всех, – ответил Дмитрий, – а не только для буржуев.

– Можете называть это, как угодно, – запротестовал Иона, – но это все равно воровство.

Дмитрий нахмурился:

– Я думаю, наша философия не так уж отличается от вашей. Ты ведь Страж, да? Значит, ты хочешь, чтобы Метасфера стала свободной?

– Так и есть, – ответил Брэдбери, бросив на Иону негодующий взгляд, значение которого, как всегда, не вызывало сомнений. Иона предпочел внять немому предупреждению Брэдбери и замолчал, однако никак не мог перестать думать о том, что такая «свобода» все же должна кем-то ограничиваться.

Уже во второй раз за последние дни он почувствовал, что ему очень некомфортно с союзниками его друзей, Стражей.

Ионе показалось, что в этот раз школа выглядит по-другому.

Потребовалась пара секунд, чтобы понять, в чем дело. Конечно, он ни разу не был здесь с тех пор, как загрузил в свой профиль аватар отца. Он еще не до конца привык смотреть на мир желтыми глазами дракона. Теперь все казалось ему меньше, чем раньше, ведь сам он существенно увеличился в размерах.

Ему казалось, что он перерос это место.

На Иону нахлынула волна сомнений. В фургоне, сидя напротив Сэм, Иона чувствовал себя уверенно. Но теперь он снова был ребенком.

Перед ним появилось диалоговое окно. «ПОСЕЩЕНИЕ ТОЛЬКО ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЙ ЗАПИСИ». Школьная программа защиты безопасности больше не распознавала в нем учащегося.

На центральном входе висела иконка-замок. Но, даже будь ворота открыты, Иона не рискнул бы пройти сканирование. Зато у него имелся вирус Гарри-петуха.

Приложив когти к кирпичам, он передал вирус и спустя мгновение прошел сквозь стену в школьный холл. Иона заколебался, не зная, что делать дальше. Если кто-то из учителей застанет его здесь? Как он все объяснит? Если они пожалуются на него? Это грозит исключением.

Прозвенел звонок. Иона запаниковал и огляделся в поисках укрытия. Спрятаться было негде. Он был слишком большим. Коридоры уже заполнялись аватарами, выходящими с уроков. Некоторые смотрели на красного дракона с любопытством и даже с некоторым восхищением.

Однако для большинства он был обычным посетителем, который слоняется по школе; он не вызывал большого интереса. Немного приободренный этим фактом, Иона направился к своему кабинету.

Школьные часы показывали одиннадцать по «местному времени», которое менялось в течение дня, чтобы студенты из разных временных поясов могли проходить учебный процесс друг за другом непрерывно. На каждый день в реальном мире приходилось три дня в Академии Чанга. К счастью для Ионы, человек, к которому он пришел, работал два дня из трех.

Мистер Пэнг сидел за своим столом, просматривая классную работу в планшете. На его носу красовалось пенсне.

Иона робко постучал в дверь кабинета.

Мистер Пэнг поднял глаза от экрана и нахмурился:

– Чем могу вам помочь, сэр?

Иона сложил свои огромные крылья и шагнул в тот самый кабинет, из которого сбежал всего пару дней назад.

– Мистер Пэнг, – начал он, – это я. Иона Делакруа, – он знал, что теперь ему может помочь только правда, и решил выложить ее учителю, чего бы это ни стоило.

Мистер Пэнг поднялся со своего места и в изумлении уставился на Иону:

– Господи, боже мой! Мне кажется, я уже видел этот аватар раньше. Аватар твоего отца, не так ли?

Иона кивнул и с опаской оглянулся, убеждаясь, что их никто не слышит:

– Пожалуйста, не рассказывайте никому!

– Само собой, мальчик мой, даю слово! Но ради бога расскажи мне скорее, как…

– Нет времени объяснять, сэр. Я сейчас в Москве с… с друзьями, и мне нужно срочно поговорить с мистером Чангом. Его люди хотят убить нас, а я помню, однажды вы говорили, что знакомы с ним. И я думал, может, вы могли бы…

– Помедленнее, мальчик мой. Расскажи все по порядку. Твои друзья… кто они?

Иона не мог заставить себя произнести вслух, что его друзья Стражи. Он заодно со Стражами.

– А, – начал мистер Пэнг, заметив, что молчание затянулось, – мы говорим о сподвижниках твоего отца?

Иона очень удивился. Что еще мог знать его учитель?

– Во время наших дебатов в классе ты всегда выступал за жесткий контроль в Метасфере. Ты высказывал идеи, противоречащие позиции мистера Чанга и ему подобных. Могу ли я сделать вывод, что ты изменил свое мнение?

Иона подумал о том, что Сэм, Аксель и остальные, должно быть, наблюдают за ним по монитору.

– Мистер Пэнг, – сказал он, – пожалуйста. Мы в беде. Серьезно. И только мистер Чанг может нам помочь. Вы можете организовать мне встречу с ним?

– Я не могу тебе помочь, Иона. Я, к сожалению, не могу перемещаться так… свободно, как хотелось бы.

Значит, то, что говорили о мистере Пэнге, было правдой. Слухи ходили по школе все те годы, что Иона там проучился. Поговаривали, что учитель Ионы был политзаключенным в Китае. В реальном мире его свобода ограничивалась стенами тюремной камеры, а в Метасфере аватар был привязан к координатам рабочего места.

– Мы с мистером Чангом когда-то были друзьями, это правда, – сказал мистер Пэнг. – Я очень благодарен ему за то, что он устроил меня сюда. Но прошло немало времени с тех пор, как мы в последний раз связывались друг с другом, не говоря уже о личной встрече. Понимаешь, человек в его положении…

Иона тяжело вздохнул:

– Я знаю – не может позволить себе связаться с преступником.

– Предпочитаю слово «диссидент».

– Вы совсем ничего не можете сделать, сэр? – спросил Иона. – Может, вы объясните, как его найти? Или как-то передадите ему сообщение? Я знаю, он согласится, что это очень важно. Жизненно важно.

Мистер Пэнг задумался на пару секунд, а затем кивнул. Он закрыл дверь кабинета, чтобы никто не мог их увидеть, открыл шкафчик для хранения личных вещей и извлек оттуда маленькую золотую статуэтку, которую передал Ионе.

– Привлекает удачу, – пояснил он.

Иона посмотрел на статуэтку. Это был кот, золотой кот. У него было два лица, смотрящих в разные стороны. С одной стороны кот улыбался, поднимая лапу для приветствия; его второе лицо было хмурым, а в лапе он держал веник.

– Одна сторона привлекает удачу; та, что с веником, отгоняет зло, – объяснил мистер Пэнг.

– Я не понимаю, сэр, как?..

Мистер Пэнг снисходительно улыбнулся. Он забрал статуэтку и, ловко орудуя когтями, раскрыл двуликую голову кота. Внутри обнаружилась маленькая кнопка.

Мистер Пэнг передал статуэтку обратно Ионе.

– Нажми на кнопку, – объяснил он, – и программа доставит тебя к тому, кого ты ищешь.

Иона открыл глаза. Он был дезориентирован. Потребовалось несколько мгновений, чтобы чувства вернулись к нему. Так происходило всегда при переходе между реальным и виртуальным мирами. Однако в этот раз он оставался в виртуальном мире; по крайней мере, он так думал.

Парень взглянул вниз, проверяя, как он выглядит. Все еще дракон. Все еще в Метасфере, но в другой ее части.

Иона находился в храме. Он слышал мелодичные медитативные песнопения, но не мог понять, откуда идет звук. На деревянных стенах были вырезаны иероглифы, прямо под ногами у Ионы распростерся черно-белый символ инь-ян. Он видел освещенный алтарь, статуи дракона и тигра, аккуратно расставленные ящички с цветами. Но выхода из помещения не было.

Иона подлетел к окну, выглянул в него и обнаружил, что действительно находится в китайском храме на отвесной скале. Вывернув шею, он увидел вверху над собой многоярусную крышу пагоды. Храм был вырублен прямо в склоне горы, дороги вниз не было.

– Эй, – мягко позвал Иона, опасаясь, что один в храме. – Мистер Чанг?

Он все еще сжимал в своих лапах статуэтку с раскрытой головой. Парень сконцентрировался на ней, словно кот мог внезапно ожить и подсказать, что делать.

Тени вокруг зашевелились. Иона огляделся:

– Эй? Есть тут кто-нибудь?

Из-за бамбуковой ширмы выплыл золотой дракон, размером превосходящий даже аватар Ионы. Его тело было длинным, как у змеи, голову украшали два огромных рога; у него была тонкая белая борода и мудрые глаза. Он смотрел на Иону с улыбкой.

– Не могу поверить, что мы встретились, маленький дракон, – проговорил он.

– Вы… вы?.. – Иона никак не мог закончить вопрос, который, впрочем, казался ему бессмысленным. Конечно, это и есть таинственный мистер Чанг, кто же еще?

Иона сделал глубокий вдох и запретил себе лепетать. Времени не было. Он представил, что мама стоит рядом, положив руки на плечи и помогая успокоиться.

– Пожалуйста, сэр, – сказал Иона, – я объясню, кто я, объясню все, но сперва мне нужна ваша помощь. Это срочно. Мои друзья…

– Ваши друзья сейчас в безопасности, мистер Делакруа, – прервал дракон, – ибо я отменил приказ о нападении на пиратский фургон.

– Откуда вы?.. – еще один вопрос так и остался незавершенным. Конечно, золотой дракон знал, кто стоит перед ним. Мистер Чанг не уступал умом самому Мэтью Грейнджеру. Это был один из немногих фактов, известных о нем.

Правда, в отличие от Грейнджера мистер Чанг всегда держался в тени. За него говорили руководители его многонациональной корпорации.

– Как видите, – произнес золотой дракон, – всегда найдется время для чая и новых знакомств.

Откуда-то появились серебряный поднос и две большие неглубокие чашки. Послушный жесту мистера Чанга, парящий в воздухе чайник наклонился, чтобы наполнить чашки горячей зеленоватой жидкостью.

Еще один жест, и кружка подлетела в Ионе. Тот еще не пробовал пить в обличии дракона. Его руки были слишком короткими, чтобы поднести чашку к губам, поэтому, следуя примеру мистера Чанга, он просто позволил чашке себя поить. Чай был горьким и травянистым на вкус. Ионе он не понравился.

– Талисман, который привел вас сюда, хранился на всякий случай у одного моего старого друга. Сегодня, кажется, этот случай наступил, не так ли?

– Мистер Пэнг, – начал Иона, – мой учитель в школе. Я спросил его…

Улыбка золотого дракона стала еще шире.

– Можете не объяснять, – сказал он. – Надеюсь, вы понимаете, какой вы особенный, мастер Делакруа? Насколько мне известно, вы единственный человек, в чьем сознании способны одновременно сосуществовать два аватара. Само собой, вы это знаете. Поэтому вы и получили место в моей академии.

Иона не знал об этом. Ему только сказали, что отцу пришлось использовать все свои связи для получения места в академии.

– А теперь, – мистер Чанг пристально посмотрел на Иону, – может, вы будете столь добры и объясните свое присутствие в Москве. Я уверен, вы знаете, что связались с вором, который доставил мне немало хлопот.

Должно быть, все дело в статуэтке, решил Иона. Доставив его сюда, она не только известила мистера Чанга о прибытии гостя, но и передала информацию о личности Ионы и его координатах в реальном мире.

Парень рассказал мистеру Чангу всю свою историю: о том, как нашел аватар отца в сувенирной лавке, о нападении на автобус, о смерти матери, о том, как бабушка подсказала, где искать Стражей, и о путешествии в Москву через всю Европу. Он особенно подчеркнул, что они обратились за помощью к Дмитрию лишь из-за крайней необходимости. При упоминании Дмитрия глаза золотого дракона сузились, а из ноздрей вырвался едкий черный дым.

– Вы, конечно, находчивый молодой человек, – заключил мистер Чанг, когда Иона замолчал. Иона поблагодарил его, так как был весьма польщен. – Есть, однако, одна вещь, которую я понять не могу. Бабушка помогла получить вам доступ к воспоминаниям отца, и благодаря этому вы узнали расположение одного из Четырех Углов?

– Это так, – осторожно ответил Иона.

– Я полагаю, что воспоминания о всех Углах в сознании вашего отца должны быть связаны. Так что, узнав о местонахождении одного, вы должны были вспомнить и обо всех остальных?

– Я… я не понимаю, о чем вы говорите.

Золотой дракон усмехнулся.

– Вы еще слишком молоды, – сказал он, – еще не уверены, что выбрали правильный путь, но при этом еще мудры во многих отношениях. Я с нетерпением буду ждать нашей встречи в реальном мире.

– Так вы, – неуверенно проговорил Иона, – прикажете своим людям оставить нас в покое?

– Более того, я прикажу им сопроводить вас в аэропорт Мячково, к самолету, который доставит вас сюда, в Шанхай. Я также организую вашу доставку в следующий пункт назначения, если, конечно, вы скажете, где он…

– Я точно не знаю, – ответил Иона, – куда мы отправимся дальше.

– Да ладно вам, – сказал мистер Чанг. – Ваши соратники знают координаты одного из Четырех Углов и вскоре получат Мост Чанга, так куда еще они могут отправиться?

– Я хочу сказать…

– Вы хотите сказать, что еще не уверены, насколько мне можно доверять, чтобы раскрыть координаты. – Мистер Чанг был скорее весел, чем рассержен.

Иона хотел ответить, что это не так, но язык не слушался.

– Давайте посмотрим, – задумчиво проговорил мистер Чанг. – Если бы я был на вашем месте и обнаружил расположение Четырех Углов, о каком бы я рассказал Стражам? Какой должен первым оказаться в надежных руках?

Иона беспокойно переминался с ноги на ногу. Ему казалось, что проницательный взгляд мистера Чанга проникает прямо в его сознание, считывая мысли подобно тому, как он считывал воспоминания отца.

– Южный Угол, я думаю, – сказал мистер Чанг, – угадал? Судя по вашему озадаченному виду, так и есть.

– Как вы поняли? – спросил Иона.

– По тому, как вы говорили о своей бабушке, – ответил Чанг. – Я понимаю, она единственная, кто связывает вас с семьей, которую вы потеряли. Вы хотите ее защитить.

– Говорят… Говорят, именно на сервере Южного Угла хранится остров Перенесенных.

– Думаю, так и есть, – ответил мистер Чанг. – И еще я думаю, что Южный Угол затерян где-то в Австралии.

– Все верно, – тихо ответил Иона. Он не видел смысла дальше скрывать правду. – И нам нужна ваша помощь.

Заинтересованный Мистер Чанг склонил свою голову.

– Нам нужно добраться туда раньше Грейнджера, – сказал Иона.

Прошло не более пяти минут, но всем, кто был в фургоне, они показались часами.

Сэм лежала на спине в задней части фургона. Иона был рядом с ней, он все еще не вышел из метатранса. Аксель и Брэдбери тоже прижались к полу.

Все ждали, что слуги Чанга вот-вот откроют огонь, но ничего не происходило. Аксель решился поднять голову. Он осторожно выглянул в разбитое заднее стекло, увидел что-то, что ему не понравилось, и снова упал на пол.

– Все еще там, – прошептал он. – Их больше и оружия у них полно, мы загнаны в угол. Так какого же черта им просто не?..

Его прервал голос, усиленный каким-то устройством.

– Эй вы, в фургоне, – сказал голос, – выходите с поднятыми руками, мы не причиним вам вреда.

– Это ложь. – Дмитрий даже не оторвал головы от пассажирского сиденья. – Люди Чанга изрешетят нас, стоит только выбраться наружу.

– Мы не знаем наверняка, – не согласилась Сэм.

– Если бы их целью было нас убить, они бы уже это сделали, – подтвердил Брэдбери.

– Наверно, просто пока не поняли, кто я. – Дмитрий был сильно напуган. – Как только они увидят меня, точно…

– У нас есть другой выход? – раздраженно спросила Сэм. – Нам дают шанс, и я собираюсь им воспользоваться. Выйду первой и поговорю с ними.

Она поднялась на ноги, ощущая внутри сильную дрожь. Сэм ждала, что отец попытается остановить ее, ведь риск был велик.

Однако путь ей преградил Брэдбери.

– Нет, – сказал он твердо, – пойду я. Я отвечаю за безопасность и…

Опустив стекло, Дмитрий высунулся в окно и закричал:

– Живыми мы не сдадимся. У нас есть взрывчатка, много взрывчатки. Достаточно, чтобы разнести в клочья фургон и вас заодно. Так что бросайте оружие и убирайтесь отсюда.

Сэм в ужасе уставилась на него, не зная, блефует Дмитрий или нет. Оба варианта не предвещали ничего хорошего.

Они ждали ответа, затаив дыхание. Наконец голос произнес:

– Повторяю, мы не причиним вам вреда. У нас есть приказ мистера Чанга.

Пауза. Затем голос продолжил:

– Похоже, у вас с мистером Чангом есть общий друг. Некий мистер Иона Делакруа. Где он?

Иона надеялся, что фигурка кота вернет его в школу, к порталу в реальный мир.

– Эта штука работает только в одну сторону, – объяснил мистер Чанг. – Но ты сможешь найти путь к своему порталу здесь.

Он подвел Иону к гобелену, висящему на стене. На нем был изображен дракон, похожий на аватар самого Чанга, в окружении гор золота и драгоценностей.

За гобеленом обнаружилась потайная дверь.

– Спасибо, – сказал Иона, прежде чем прошел через нее.

Иона оказался в пустынном переулке. Спиной к кирпичной стене, очень твердой на ощупь. Пути назад не было. Он не мог вернуться в храм. Вместо того, чтобы пойти вдоль по улице, Иона поднялся в небо и осмотрел окрестности.

Он находился в китайской тематической зоне парка. Он сновал между небоскребами и арками, украшенными небесными фонариками. Его с радостью встречали драконы всех форм и размеров; их здесь было великое множество.

Почти отчаявшись вернуться к Сэм в реальный мир, он поднимался все выше и летел быстрее, чем когда-либо прежде. Он пробивался сквозь плотные облака, пока не заметил в отдалении остров, на котором располагалась академия Чанга.

Внезапно чей-то портал открылся прямо перед ним.

Иона увернулся и продолжил свой путь, но секунду спустя справа открылся еще один портал. Он увидел три, затем четыре портала, висящих в воздухе вокруг.

Из ближайшего портала вылез аватар: огромный черный паук. У него были длинные клыки и восемь круглых блестящих глаз: четыре по бокам головы и четыре в ее центре. Все смотрели прямо на Иону.

У парня сердце ушло в пятки. Он узнал паука. Этот аватар был самым узнаваемым в Метасфере.

Мэтью Грейнджер отыскал его и лично пришел за ним.

Иона летел между порталами. Нужно поскорее убраться отсюда, пока Грейнджер не пришел в себя в виртуальном мире, пока к нему в полной мере не вернулись все чувства.

Вокруг начали возникать новые и новые порталы; из них начали вылезать новые пауки. И внизу тоже были пауки. Земля буквально кишела ими.

Выхода не было. Мэтью Грейнджер находился повсюду.

Самолет у Дмитрия был больше, чем у Хирама, и гораздо комфортнее. В нем имелся просторный пассажирский отсек с восемью мягкими креслами, расположенными вокруг стеклянных столиков. Был здесь и холодильник, заполненный едой и напитками.

Именно так Иона всегда представлял себе самолет Грейнджера. Тот самый, которым управлял отец. Похоже, деятельность пирата приносит неплохой доход.

Дмитрий управлял самолетом сам. Иона-то надеялся, что он и Андрей останутся в аэропорту. Ничего подобного. Парню не нравилось, как Дмитрий смотрел на Сэм, особенно когда приглашал присоединиться к нему в кабине пилота. «Возможно, позже», – сказала она и притворно зевнула.

Через двадцать минут после взлета Аксель решил выйти в сеть. Терминал располагался под его сиденьем, и он подтянул к себе провод, чтобы подключиться.

– Я сделаю небольшую вылазку, – сказал он, – посмотрю, что и как. К тому же мне нужно выпить, а в реальном мире я не могу себе этого позволить. Нужно сохранять ясный рассудок.

– Куда ты пойдешь? – спросила Сэм.

Аксель поморщился:

– Ну точно не в «Икар».

– Держись подальше от этого места, – сказала Сэм, – там повсюду шпионы Миллениалов. И они видели наши аватары с драконом Ионы.

– Знаю одно местечко в глуши, – заявил Аксель, – где не будут задавать лишних вопросов. Ты со мной, детка?

Сэм согласилась, но только на часок. Когда она подключилась к сети, Иона осознал, что ему придется остаться наедине с Брэдбери. Он еле удержался, чтобы не увязаться за Сэм, но очень устал и решил остаться отдохнуть. В конце концов, он не обязан вести беседы с Брэдбери.

Тот чистил и смазывал свой пистолет, который совсем недавно получил назад. Он хотел убедиться, что люди Чанга не сломали его. Иона растянулся в своем кресле и мгновенно заснул.

Высоко над землей они сидели под одним из деревьев атриума за переговорным столом.

Аксель все еще не мог осознать происходящее.

– Так вы и есть мистер Чанг, – повторил он недоверчиво, – генеральный директор корпорации Чанг, третий в списке самых богатых людей мира.

– Полагаю, уже второй, – поправил юноша, – если учесть сегодняшнюю стоимость акций.

– Но вы всего лишь ребенок! – воскликнул Аксель.

– Мой отец хочет сказать, – дипломатично поправила Сэм, – что Корпорация Чанг существует более двух десятков лет. Значит, вы еще даже не родились, когда…

– Мой отец основал компанию, – сказал юноша. – Его тоже звали мистер Чанг. Я унаследовал ее в мой четырнадцатый день рождения.

– И удвоили ее размер за два с половиной года, – заключила Сэм.

– У меня были прекрасные учителя, включая, конечно, и моего отца. В школе меня учили всему, что нужно знать о науке и технике, а дома отец объяснял, как устроена бизнес-сфера.

Иона не мог поверить своим ушам. Он до сих пор не знал, что делать со своей жизнью, а события последних дней запутали его еще больше. У мистера Чанга, напротив, все было предельно ясно.

– Так вы и есть изобретатель Моста Чанга, – сказал Брэдбери.

– Прямо в точку, – ответил юноша. – Мой отец одобрил бы это. Правда, с тех пор, как мы разговаривали с Ионой в Метасфере, кое-что изменилось.

– Наши планы остаются прежними, – заявил Аксель.

– Очень рад это слышать. Тот факт, что Грейнджер вернул себе контроль над Метасферой, плохо скажется на моем бизнесе.

– Это плохие новости для нас всех, – сказал Брэдбери. – Поэтому мы здесь, мистер Чанг. Мы должны действовать, и нам нужно ваше изобретение.

Из кармана своего пиджака мистер Чанг извлек маленькую серебристую коробочку. Она была не больше, чем внешний жесткий диск, имела три порта на задней панели и ряд светодиодов по передней панели. На верхней крышке был выгравирован золотой дракон, свернувшийся кольцами. Аватар мистера Чанга.

– Это оно? – спросил Иона.

– Разумеется. А вы ожидали чего-то?..

– Размером побольше, – ответила Сэм. – Намного больше.

– Да ты гений, парень! – присвистнул Аксель, но тут же поправился. – Я хочу сказать, если эта штука может хотя бы половину того, о чем вы говорили, мистер Чанг, то без разницы, сколько вам лет и в какую школу вы ходили. Вы гений!

Брэдбери взял у Чанга коробочку и покрутил в руках, осматривая.

– Что нам с этим делать? – спросил он.

– Устройство нужно физически связать с серверами одного из Четырех Углов, – объяснил мистер Чанг. – Если это сделать, остальное произойдет автоматически. На все про все прибору потребуется не больше минуты.

– Меньше минуты? – переспросил Брэдбери. Он смотрел на мистера Чанга с недоверием. – Чтобы скопировать четверть всей Метасферы?

– Боже мой, конечно, нет. Это невозможно.

Аксель и Брэдбери обменялись взглядами, затем оба вскочили на ноги. Краем глаза Иона заметил, что рука Брэдбери потянулась к скрытому под одеждой пистолету. К горлу парня подкатил ком. Он оглянулся, чтобы посмотреть, есть ли в помещении люди Чанга, но никого не заметил. Тем не менее те не могли быть слишком далеко. Меньше всего Иона хотел, чтобы эта история окончилась очередным столкновением с перестрелкой.

– Чего ты добиваешься, парень? – прорычал Аксель.

– Я не понимаю, о чем вы, – спокойно ответил мистер Чанг со своего места.

– Мы прилетели сюда не просто так. Нам сказали, что у вас есть прибор, который может скопировать всю Метасферу и…

– Мистер Кавана, – сказал мистер Чанг, – размеры Метасферы измеряются геопбайтами, даже саганбайтами. Устройство для хранения такого объема информации должно быть величиной с остров, не меньше. Размером со все Четыре Угла, собранные вместе.

– Это и так понятно, – прорычал Брэдбери. – Я же говорил, что все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Мы теряем время, Аксель.

– Нет, подождите, – остановила их Сэм. – Мистер Чанг, произошла какая-то путаница, но я уверена, что мы можем…

– Очевидно, так и есть, – мистер Чанг продолжал оставаться спокойным, – мне очень жаль. Я могу заверить вас, мисс Кавана, что в мои намерения не входило никого обманывать.

– Конечно, нет. Нет.

– Ситуация требовала, чтобы все наше общение до сих пор осуществлялось исключительно через посредников.

– То есть вы хотите сказать, что это не ваша вина, – вмешался Брэдбери. – Один из наших или ваших людей что-то понял не так? – спросил он с недоверием.

– Значит, пока мы были заняты этой игрой в кошки-мышки, – начал Аксель, – Грейнджер…

– Что он делает? – Иона говорил тихо, но все взгляды обратились на него. Аксель умолк на полуслове. Иона прочистил горло. – Мост Чанга. Вы прекрасно знали, зачем он нам нужен. Мы говорили об этом в храме. И вы сказали, что устройство нам поможет. А если этот прибор не подходит для резервного копирования, тогда зачем он?

Мистер Чанг ему улыбнулся:

– Вы действительно умный молодой человек, мастер Делакруа.

– Итак? – нетерпеливо спросил Брэдбери.

– Мое изобретение, – ответил мистер Чанг, – полностью оправдывает свое название. Оно создаст мост между Метасферой и новым виртуальным миром.

– Новым? – Аксель в замешательстве снова опустился в кресло.

– Который будет намного лучше, – продолжил мистер Чанг. – Мэтью Грейнджер – гений, но, поймите меня правильно, поглощенный защитой монополии на метатехнологии и подавлением любой конкуренции, он позволил своему детищу зачахнуть. Что касается правительств, чем меньше они вмешиваются в дела Метасферы, тем лучше.

– А этот новый мир, он действительно… существует? – спросила Сэм.

– Моя Чангосфера имеет в десять раз больше возможностей и использует их эффективнее. Ощущения пользователей реальнее, чем…

– Ваша Чангосфера? – переспросил Брэдбери.

– Считайте, что это ян, а Метасфера – инь, – объяснил мистер Чанг, но его гости так и не поняли, что подразумевается под этим сравнением.

– Нет, нет, нет, нет и еще раз нет! – Аксель схватился за голову. – Мы так не договаривались, мальчик. Мы хотим сделать Метасферу свободной, а не передать ее из рук одного диктатора в руки другого.

Глаза мистера Чанга потемнели.

– У меня нет жажды власти, мистер Кавана. Я надеялся, вы это понимаете. Исходный код будет доступен по запросу. Добавление новых приложений будет поощряться. И самое главное, у пользователей будет выбор между старым и новым мирами. Мистер Грейнджер потеряет свою монополию.

– Но управлять виртуальным миром снова будет один человек, вы! – возразил Аксель.

– Да, через мою корпорацию, – ответил мистер Чанг. – Я верю, что миру, любому миру, нужен лидер. Человек дальновидный. Иначе мы получим застой. Мы же видим, как…

– Даже если бы мы вам поверили, – прервал Брэдбери, – что нас ожидает в будущем? Например, если вашу Чангосферу унаследует человек с манией величия?

– Даже если и так, – ответил мистер Чанг, – к тому времени появится какой-нибудь новый виртуальный мир, который составит конкуренцию моему. Начнется новый круг.

Ионе казалось, что все звучит довольно разумно. Очень хорошо звучит. Возможность исследовать огромный новый мир. Более совершенный, чем Метасфера… Однако он видел, что Брэдбери и Аксель все еще колеблются. Они хотели освободить Метасферу, а не заменять ее другим миром.

Мистер Чанг поднялся на ноги.

– Конечно, вам нужно обдумать мое предложение. Думайте, сколько нужно. Однако имейте в виду, что мой прибор может дать вам то, что нужно, – свободу от мира, контролируемого Грейнджером.

– Где она? – спросила Сэм. – Если Чангосфера уже существует, где она?

– Где же ей быть? – усмехнулся мистер Чанг. – Я сказал, размером с остров. И я уверен, что вы слышали по новостным каналам о покупке, которую я совершил полтора года назад. Мое первое приобретение для корпорации Чанг.

– Гонконг! – вспомнил Аксель. – Вы купили Гонконг!

– И… – выдохнула Сэм, – вы превратили его в… Вы превратили целый город в серверную станцию?

Мистер Чанг ничего не ответил гостям. Он лишь поклонился с легкой улыбкой и исчез в сердце Шанхайской Башни. Минуту они сидели молча.

– Вверяю вам судьбу всего мира, мастер Делакруа, – мистер Чанг демонстративно передал свое изобретение Ионе, хотя Аксель уже протянул руку.

– Я использую его правильно, – пообещал Иона. Ему было неприятно обманывать нового друга, учитывая тот факт, что мистер Чанг хранил его секрет. Ведь тот догадался, что Ионе известно расположение всех Четырех Углов.

– Вы отправитесь в Австралию на одном из моих судов. Оно стоит в порту и готово отплыть, как только вы взойдете на борт.

– По морю? – запротестовал Аксель. – Это займет дней…

– Четыре с половиной, – ответил мистер Чанг.

– Слишком долго! – не унимался Аксель. – У Грейнджера будет куча времени для укрепления своих позиций.

– Зато это гораздо безопаснее, чем путешествовать по воздуху, – спокойно заключил Чанг.

Брэдбери наклонился к уху Акселя:

– Он беспокоится не о нас, а о своей коробочке.

Мистер Чанг проводил всю компанию до лифта. Иона, больше не способный сдерживаться, собрался с духом и спросил:

– Что вы сделаете с Дмитрием?

– Он послужит примером для других.

– Мне кажется, вы… вы не должны убивать его.

– Вы правы. У меня есть выбор, – мистер Чанг улыбнулся. – Это ведь хорошо, когда есть выбор. Не правда ли, мастер Делакруа?

Двери лифта открылись. Иона вместе с тремя своими спутниками шагнул в них. По пути на нижний этаж он размышлял над словами Чанга, но так и не смог понять их смысл.

Лимузин все еще стоял у выхода.

Водителю, должно быть, уже передали указания Чанга, так как о маршруте тот не спрашивал. Автомобиль вез Иону и его друзей на восток, к побережью. Уже начало смеркаться, когда они добрались до доков порта Яньшань. На фоне серого неба краны и портовые вышки казались призрачными тенями.

Люди в красной униформе выкрикивали приказы крановщикам. Краны, скрипя, поднимали тяжелые металлические контейнеры размером с автобус и складывали их на палубе – один на другой, словно кирпичи.

Аксель уверенно прокладывал путь сквозь толпу, остальные следовали за ним. Все поднялись на борт корабля; там их встретил невысокий бородатый мужчина, одетый в красный костюм с вышитым на нагрудном кармане золотым драконом.

– Капитан Тэнг, – представился он. – Мы плывем в Сидней. Мне поручено доставить вас туда в целости и сохранности. Это не пассажирское судно, но самые необходимые удобства у нас есть, например душевые.

Иона вдруг понял, что не мылся и не переодевался уже четыре дня. Это наверняка становится достаточно заметным.

Тэнг поручил одному из членов экипажа, молодому человеку по имени Квек, проводить всех по каютам, располагавшимся этажом ниже.

– Есть возможность выходить в сеть? – спросила Сэм.

Квек кивнул. Они спускались по металлической лестнице.

– Нам понадобятся бойцы, – шепнула Сэм отцу.

– А чтобы найти их, придется выходить в сеть, – ответил Аксель.

У Ионы не было времени предпринять что-либо, поэтому он просто стоял, разинув рот от удивления.

Он услышал стук тяжелых ботинок, палуба в одно мгновение заполнилась вооруженными людьми Чанга. Иона понятия не имел, откуда они взялись. Один крикнул, чтобы парень убрался с пути.

В следующее мгновение воздух наполнился отрывистыми звуками стрельбы. Люди Чанга вели огонь по яхте, оттуда ожесточенно отвечали.

Ионе не нужно было повторять. Он поспешил в укрытие. Дверь, которая вела к безопасным каютам, находилась всего в паре метров. Нужно было добраться до нее.

Пуля просвистела рядом с ухом Ионы. Он потерял самообладание и упал ничком на пол.

Судно, замедлившееся при входе в гавань, снова набрало скорость, пытаясь оторваться от преследователей. Но Иона не осмеливался поднять голову, чтобы посмотреть, удается ли это. Он не сводил взгляда со спасительной двери.

В перестрелке наступило короткое затишье; Иона приготовился сделать рывок к двери.

Прозвучала новая автоматная очередь. Пули засвистели над головой Ионы.

Два человека Чанга упали, один повалился на спину прямо рядом с Ионой. Его невидящие глаза уставились в небо. Он был мертв.

И перекрыл Ионе путь к отступлению.

Иона прижался к холодному металлу палубы и ждал. К его облегчению, стрельба начала перемещаться от места, где он лежал, ближе к корме. Он думал, что мощное грузовое судно легко оторвется от яхты, но пираты не сдавались, стреляя вслед неповоротливой цели.

Иона пополз к двери. Казалось, потребовалась целая бесконечность, чтобы добраться до нее, открыть и нырнуть внутрь, в безопасность. Иона бессильно привалился к стене. На его лбу выступил пот, сердце бешено колотилось.

Он поспешил к каюте Сэм и был очень рад увидеть ее выходящей оттуда. Девушка провела в сети значительную часть ночи. Теперь ее глаза покраснели, а комбинезон был измят, словно она спала прямо в нем. Она направилась туда, откуда он только что пришел, увлекая его за собой.

– Что происходит? – спросила Сэм.

Иона схватил ее за запястье и резко развернул к себе:

– Туда нельзя, это опасно!

Он рассказал о происходящем на палубе.

– Ну почему нам так не везет! – пробормотала Сэм. – Яхта, говоришь? С черными и зелеными полосами на корпусе?

– Я не уверен, – ответил Иона. – Кажется, так и есть.

– ГеррВер, – сказала Сэм, – они патрулируют гавань, нападая на дизельные корабли. Дельфина хвасталась, еще во Франции, сколько кораблей они уже потопили.

– Так это… не пираты, а экотеррористы? И груз им не нужен?

Сэм покачала головой.

– Они бы забрали его, если бы могли. Для финансирования своих операций. Но груз – не главная их цель. Они не успокоятся, пока…

Раздался свист, затем прямо над головами прозвучал взрыв. Иона попытался прикрыть Сэм собой, но корабль сильно тряхнуло, и они оказались на полу.

– Ракеты! – воскликнула Сэм, поднимаясь на ноги. – Они стреляют из ракетной установки!

– Что ты хотела сказать? – закричал Иона. – ГеррВер не успокоятся, пока?.. Пока что?

– Пока не отправят нас на дно, – ответила Сэм. Она посмотрела на Иону. Ее лицо побледнело. – Отец и Брэдбери! Они наверняка в Метасфере. Даже не понимают, что происходит.

Иона понял и кивнул:

– Нужно вытащить их оттуда, быстро!

Они побежали по коридору.

Иона увидел шлюпку с людьми и постарался привлечь их внимание.

Капитан Тэнг, не обнаружив их среди уцелевших, посчитал, что они могут быть в воде, и отправил людей на поиски. Двое членов экипажа помогли погрузить Акселя в маленькое красное суденышко. Иона и Сэм были усталыми и подавленными, но теперь, по крайней мере, не придется добираться своим ходом до Сиднея. Они все еще были далеко от города.

Довольно скоро они проплыли под знаменитым Сиднейским Мостом и миновали не менее известный оперный театр, который, разумеется, давным-давно не использовался по назначению. В школе Ионе рассказывали, что в здании располагалась опреснительная станция.

Капитан Тэнг ждал у старого причала. Он извинился, что оставил их, но не преминул напомнить, что приказал Ионе сесть в спасательную шлюпку.

Капитан заметил состояние Акселя и грустно покачал головой.

– Где мы можем подключиться? – спросил Иона. – Нам нужно найти аватары Акселя и Брэдбери, пока они не забрались слишком далеко от…

– У нас нет времени, – прервала Сэм. Ее голос был тихим, но твердым. Она повернулась к капитану Тэнгу. – Нам с Ионой нужно успеть на самолет.

– Ты же не серьезно? – воскликнул Иона.

Трижды он видел, как кто-то из одноклассников отсоединялся случайно. Каждый раз он помогал удержать аватары на месте, чтобы те не затерялись где-то в Метасфере. В последний раз он помог мистеру Пэнгу и остальным вытолкать Кейли Эллис на школьный двор. Им пришлось дожидаться, пока кто-нибудь найдет ее тело в реальном мире и подключит заново. Когда это наконец произошло, и ее портал снова стал активен, они протолкнули в него аватар Кейли.

Сэм отсоединила Акселя, когда рядом с ним не было никого из друзей, кроме такого же отключенного Брэдбери. Сэм знала это. Она также знала, что чем больше пройдет времени, тем сложнее будет отыскать эту парочку. Иона слышал ужасающие истории, как отсоединенные аватары навсегда оставались в Метасфере, блуждая, словно призраки, по ее просторам. В то время как жизнь их тел в реальном мире приходилось поддерживать искусственно.

– Я знаю отца, – упрямо сказала Сэм, – он хотел бы, чтобы мы продолжили путь. Он не хотел бы, чтобы мы сорвали миссию ради… ради его спасения.

– Может, и так, – ответил Иона, – но как мы справимся без него? И без Брэдбери?

– Выбора нет, – все также упрямо продолжила Сэм. – Люди рассчитывают на нас. Весь мир на нас рассчитывает. – Она замолчала и посмотрела на капитана.

– Все равно, как мы?..

– Иона, пожалуйста!

Иона снова посмотрел на Сэм. Ее кулаки были стиснуты, все тело напряглось, словно ей с трудом удавалось держаться на ногах. Он видел, как тяжело ей оставлять отца в таком состоянии, но он так же понимал, что она настроена решительно. У него появилась идея.

– Капитан Тэнг, вероятно, вы смогли бы?..

Капитан словно ждал его просьбы и сразу кивнул:

– Я ничего не знаю о вашей миссии, и это, наверное, к лучшему. Однако она важна для моего хозяина, мистера Чанга, иначе он не стал бы менять все расписание моих рейсов ради вас четверых. Так что я по-прежнему к вашим услугам.

Капитан Тэнг объяснил, что его команда останется в одном из хостелов Сиднея, пока какое-нибудь другое судно Чанга не возьмет их на борт. Он произносил свои слова настолько будничным тоном, словно привык к этому, словно уже бывал в подобных передрягах раньше и уже терял суда. Вероятно, так оно и было.

– Я вас правильно поняла? – спросила Сэм. – Мы можем оставить папу и Брэдбери с вами? Вы позаботитесь о них? Об их телах?

– У моего экипажа будет уйма свободного времени, – ответил Тэнг. – Я заставлю их прочесать всю Метасферу вдоль и поперек, чтобы найти аватары ваших друзей.

Сэм едва не заплакала от облегчения. Она посмотрела Ионе в глаза и беззвучно прошептала «спасибо». Затем поклонилась капитану, чтобы выразить свою благодарность. Тот протянул ей планшет, и Сэм набросала описание аватаров Акселя и Брэдбери, а также ввела их последние координаты.

Затем они попрощались, получив от капитана пожелания удачи. Иона не мог не задаться вопросом, был бы капитан также дружелюбен, если бы знал, кто они такие на самом деле и чем занимаются.

Когда Иона и Сэм вышли из самолета, девушка посмотрела на них с подозрением.

– Где Аксель Кавана? – спросила она с акцентом, которого Иона прежде не слышал. Девушка была юной, моложе Ионы, и он предположил, что она из австралийских аборигенов – исконных жителей континента.

– Я Сэм Кавана, а это Иона Делакруа.

– Меня зовут Кала. Но где же Аксель?

Сэм объяснила, почему Аксель не смог прилететь.

– Мои люди согласились следовать за Акселем, – объяснила Кала, – но не за детьми.

Иона не мог поверить: она назвала их детьми! Более того, она могла бы проявить больше сочувствия по отношению к Сэм.

– Старейшины должны пересмотреть договор, – ворчала Кала, пока вела Иону и Сэм к двум странным автомобилям.

Иона никогда раньше не видел ничего подобного. Машины выглядели гибридом гоночного болида, лодки и ракеты. Блестящие металлические кузова были узкими, длинными и низкими; в сияющих поверхностях отражалась красная пыль. Каждый автомобиль стоял на четырех огромных колесах, а позади кабин поднимались десятиметровые паруса, похожие на плавники.

В одной из машин ждал водитель. Кала махнула ему, как только Сэм и Иона забрались с ней в другую. Уже мгновение спустя они скользили по пустыне. Иона был впечатлен набранной скоростью, учитывая, что шума двигателя он не слышал:

– Это невероятно! Мы плывем по земле.

– Наземная яхта, – подтвердила Сэм. – Не нужно волноваться о топливе. Это великолепно!

– Ветер – настоящий подарок для нас, – загадочно произнесла Кала.

Они сидели друг за другом. Сэм из-за спины Ионы сказала:

– У племени Калы целый флот этих машин, они имеют решающее значение в наших планах.

Той ночью Ионе не удалось выспаться как следует.

Дело даже не в том, что спать на жестком полу комнаты было неудобно. Он волновался из-за завтрашнего нападения.

Он не особо задумывался о своей роли в нападении до того, как услышал речь Сэм.

Иона успокаивал себя тем, что за последнее время уже много раз попадал в опасные ситуации и до сегодняшнего дня чаще всего не мог их предвидеть. Поэтому у него не было времени на обдумывание и волнения, он мог лишь действовать, чем быстрее, тем лучше.

На этот раз все было по-другому. Иона видел оружие, самое разное, от копий до пулеметов, которое Стражи распределили между собой. Но он знал, что у Миллениалов тоже есть оружие. И преимущество, ведь они уже закрепились на Айерс-Рок.

После того, как Сэм закончила свою речь, слово взяла Кала. Она говорила резче и грубее, чем Сэм, напомнив своим людям о цели, за которую те должны сражаться, – возвращение священного места, – и не скрывала, что кому-то завтра придется погибнуть.

«Здесь скоро станет по-настоящему жарко, а ты к этому не готов», – сказал Брэдбери на корабле Чанга.

Иона начал понимать, что Брэдбери был прав, когда сказал парню, что ему не следует принимать участие в этой битве. Однако очевидно, что Сэм инженер ничего подобного не говорил. А как сейчас поднять этот вопрос? Иона будет выглядеть трусом, который подвел Сэм.

Больше всего Иона сейчас хотел бы увидеться с бабушкой. Не только ради себя (ведь она всегда помогала ему взглянуть на вещи под другим углом), но и ради нее тоже. Иона спрашивал себя, кто станет ее навещать, если с ним что-нибудь случится. Поймет ли она, несмотря на спутанность сознания, что осталась одна?

Возможно, она будет счастлива наедине со своими воспоминаниями. По крайней мере, он надеялся на это.

Внезапно Иону, лежащего в темноте без сна, посетила идея.

На причале, от которого шел паром до Острова Перенесенных, собралась целая толпа аватаров. Они кричали и размахивали плакатами.

Подлетевший ближе Иона увидел, что они протестуют против перекрытия Грейнджером доступа к Острову. Дракон приземлился в самую гущу толпы, тут же сомкнувшейся вокруг него. Один стервятник едва не ткнул клювом в лицо Ионы:

– Ты за Миллениалов или за Стражей?

– Мэтью Грейнджер убил мою мать, – ответил Иона с горечью. – Ну как, сам догадаешься?

Очевидно, ответ был правильным. Аватары расступились, и Иона смог добраться до раздвижных дверей паромного терминала.

Атмосфера внутри терминала отличалась разительно. Как только двери за спиной Ионы закрылись, голоса протестующих стихли. Воздух здесь был прохладным и стерильно-безвкусным. Повсюду стояли пластиковые скамейки, электронные табло на стенах отражали текущий график «рейсов для усопших». Очередной отбывал через сорок пять минут.

В терминале находились несколько небольших групп. Скорбящие собрались проводить в последний путь своих друзей или родственников. Некоторые плакали. За окном Иона заметил баржу, отбывающую на остров, и содрогнулся от одного его вида. Стоявшее рядом с длинным деревянным причалом судно было гладким и черным, над ним развевался один-единственный флаг – белый знак бесконечности на черном фоне.

На глазах у Ионы небольшая группа скорбящих проследовала к кораблю; они по очереди обнимали и целовали старую сгорбленную голубую лягушку. В конце концов она развернулась и, наполовину прыгая, наполовину прихрамывая, направилась к посадочной площадке. Скорбящие двинулись обратно к терминалу и нашли местечко у воды, откуда махали своим близким, отправляющимся в последнее плавание.

Человек, скрывающийся за аватаром синей лягушки, в реальности сейчас, скорее всего, лежал в комфортной кровати Центра Копирования Сознания. Когда скорбящие вернутся в реальный мир, тело уже заберет похоронное бюро Центра. Но близкие будут знать, что в виртуальном мире его аватар продолжит жить.

Как и догадывался Иона, Грейнджер не прекратил рейсы на Остров. Ему было выгодно, чтобы все новые и новые аватары прибывали туда, ведь с ростом их числа росла значимость как Острова, так и его владельца. Поэтому он оставил открытым этот путь на Остров, зная, что оттуда никому уже не выбраться живым.

Однако Иона отчаянно надеялся, что Грейнджер ошибается.

Красный дракон стоял у него за спиной, уставившись на Иону желтыми глазами.

В отличие от их первой встречи в подвале сувенирной лавки на этот раз дракон не был записью. Он был отцом Ионы. Или, по крайней мере, его цифровым эхом.

– Это ты, – сказал дракон. – Ты нашел меня. Я знал, что ты меня найдешь. Мне столько нужно рассказать тебе. Ты должен знать. Я так рад видеть тебя, сынок.

Сердце Ионы сжалось.

– Папа? – прошептал он. – Не могу поверить, что ты здесь. Я думал, я никогда…

Иона бросился к дракону и обнял его. На несколько восхитительных секунд он снова стал маленьким мальчиком, укрытым от всех невзгод окружающего мира огромными красными крыльями отца.

– Нужно было рассказать мне обо всем раньше, папа, – сказал Иона, – о Стражах, о Четырех Углах. Я бы понял.

– Ты всегда был смышленым парнем, – ответил Джейсон Делакруа.

– Без тебя я наломал дров. Но теперь все в порядке.

– Посмотрим, что мне удастся сделать, я имею в виду ту школу. Виртуальную.

– Теперь мы вместе, пап. Ты вернулся. Скажи, что мне делать.

– Ты ведь хочешь пойти в Академию Чанга, так, сынок? Будущее за Метасферой.

Иона разомкнул объятия.

– Папа… Я уже гораздо старше. Ты устроил меня в эту школу, с тех пор прошло много лет.

Но отец, кажется, не слышал его. Он огляделся вокруг, как будто впервые заметил, где они находятся.

– А здесь мило, – сказал он. – Где это мы?

Конечно. Его сознание теперь было таким же спутанным, как и у других аватаров на борту парома. Иона видел это по их затуманенным глазам. Чем дальше баржа уплывала от берега, тем бессмысленнее становились взгляды. Процесс Переноса затуманивал разум. Может, это и к лучшему. Что же касается отца…

Он был мертв уже долгое время. И теперь жил лишь воспоминаниями, как и бабушка Ионы. Но, по крайней мере, это уже что-то.

– Все хорошо, пап, – произнес Иона с улыбкой. – Мы просто отправились в небольшое путешествие на корабле. Только ты и я. Все в порядке.

– Я знал, что ты меня найдешь, – ответил Джейсон.

Едва Грейнджер успел закрыть глаза, как заверещал внутренний телефон рядом с кроватью. Он схватил трубку и злобно рявкнул:

– Что еще?

Взволнованная девушка-программист извинилась, что нарушила сон Мэтью, но объяснила, что выполняет его собственный приказ.

К моменту, когда Грейнджер положил трубку, он уже не злился.

Он улыбался сам себе, прилаживая киберкинетические ноги. Наконец-то он наступил, день, которого Грейнджер так ждал.

Датчики Южного Угла, активизированные всего три дня назад, засекли приближение со стороны пустыни порядка двадцати неизвестных транспортных средств. Стражи были на подходе.

Он ждал их раньше, но, похоже, переоценивал. Враги дали ему уйму времени на подготовку.

Просто великолепно. Он лично собирался руководить Миллениалами в бою. Стражи будут разбиты, и новость об их поражении распространится по всему виртуальному миру. Это послужит уроком для остальных. Все увидят, кто такой Грейнджер. Все поймут, что его власть и его сила неоспоримы.

Солнце уже садилось. Значит, ждать оставалось совсем недолго.

Через прозрачный пластиковый верх кабины наземной яхты на расстоянии нескольких миль можно было четко видеть Айерс-Рок. На то, чтобы добраться до места, времени потребовалось гораздо больше, чем предполагала Сэм. Она недооценивала гигантские размеры горы. Теперь она могла разглядеть и защитные ограждения, окружавшие скалу.

Сэм обернулась и посмотрела на Иону. Тот все еще сидел, раскинувшись в своем кресле, погруженный в метатранс.

Затем она взглянула на пистолет, лежащий на коленях. Пистолет ее отца. Она достала его из кармана бесчувственного тела Акселя. Вскоре ей придется воспользоваться оружием.

На протяжении двух последних дней, с тех пор, как отец затерялся в Метасфере, ей все время приходилось притворяться. Изображать уверенность, которой на самом деле она не чувствовала. Она должна была казаться сильной, иначе Стражи не пошли бы за ней.

Правда заключалась в том, что Сэм никогда прежде не стреляла в человека.

О, она прекрасно знала, как все делается. Отец научил ее обращаться с разными видами оружия, они провели долгие часы в виртуальных тирах и участвовали во множестве боевых симуляторов. Сэм могла разобрать, почистить и снова собрать пистолет Акселя за пару минут. Но прицелиться в кого-то живого – дышащего человека, а не компьютерный персонаж – и нажать на курок…

Она не знала, способна ли на это.

Контрольно-пропускной пункт на пустынном шоссе, единственный проход, который вел через находящуюся под напряжением ограду, охранялся двумя вооруженными мужчинами в темном камуфляже. Сэм видела и другие фигуры, спускавшиеся по склону горы. С такого расстояния они казались точками, не больше муравьев.

Сэм снова обернулась к Ионе.

– Если ты хочешь как-то помочь, – сказала она сквозь стиснутые зубы, понимая, что он не услышит, – сейчас самое время!

Сэм напряглась, готовая ощутить смертельный удар электротока.

Само собой, этого не произошло.

Заграждение содрогнулось от удара, металлическая сетка погнулась, но выдержала. Двигатель упершейся в преграду яхты работал на пределе, колеса зарывались в песок.

Еще одна яхта врезалась в ограждение, вторая, третья, затем сразу десять. Тросы во многих местах были разорваны, столбы выломаны из песка. Наконец ограда рухнула. Последние из Миллениалов нырнули в укрытие.

Второе заграждение располагалось в ста метрах от первого. Яхта Сэм потеряла значительную часть своего ускорения, чего нельзя было сказать об остальных машинах флота. Они продолжили триумфальный бросок и снесли второй забор.

Между Стражами и Айерс-Рок не осталось препятствий. Лишь пять километров песка разделяло их. Ошеломленные Миллениалы остались позади. Лишь малая их часть смогла опомниться, встать на ноги и открыть огонь вслед удаляющимся противникам.

Яхты немного замедлились, позволяя Сэм снова занять позицию во главе.

Она прокричала водителю, что делать дальше, и он прибавил скорости. Атакующие приближались к смутным красным очертаниям широкой южной стороны Айэрс-Рок, но постепенно стали отклоняться к западной оконечности. Теперь от охранников их отделяли три километра и основание горы.

Пришло время перейти к следующему пункту плана.

Яхты остановились, их пассажиры спешились. Все, кроме одного. Иона все еще находился в метатрансе. Сэм отправила ему сообщение, а затем обернулась к водителю:

– Мне нужно, чтобы вы остались с ним. Если он не вернется к моменту, когда сюда придут Миллениалы…

Пожилой абориген кивнул:

– Я буду защищать его.

Сэм обернулась и оглядела остальные яхты. Семнадцать, включая собственную. Значит, потеряно еще две. Наверное, стали жертвами гранатометов, когда атаковали второе ограждение. Могло быть намного хуже.

Стражи знали, что делать. Они выстроили яхты лицом к Айерс-Рок и начали настраивать катапульты. Сэм взволнованно посмотрела на ту, которая крепилась на ее яхте.

Водитель достал лазерный дальномер и направил его на скалу, отмеряя расстояние до точки, отмеченной лазером, а также ее высоту. Затем задумчиво пощелкал языком и опустился на колени рядом с катапультой, корректируя ее настройки согласно данным дальномера.

Сэм не проронила ни слова. Не хотела рисковать, отвлекая его.

Момент, которого они так боялись, наступил. Сэм натянула снаряжение, что-то наподобие маленького парашюта, призванного немного смягчить падение.

Водитель обернулся к ней:

– Все готово.

Сердце Сэм бешено заколотилось. Она прошла к задней части яхты, опустилась на сиденье катапульты и откинулась назад. Теперь девушка не видела ничего, кроме черного неба, на котором мерцало столько звезд, сколько ей никогда не приходилось видеть прежде.

Водитель внес очередные корректировки под ее рост и вес. Тем временем она услышала, как сработали первые катапульты. В темноту над головой унеслось несколько человеческих фигур. Из своего положения она не могла увидеть, благополучно ли приземлились соратники или нет. Но тут с вершины послышалась перестрелка; по крайней мере, некоторым удалось оказаться на скале.

Затем водитель Сэм выпрямился и велел приготовиться. В горле пересохло. Ее очередь.

Ионе потребовалось очень много времени, чтобы добраться до своего портала. Он чувствовал, что его собственный аватар намного медленнее, чем красный дракон, аватар отца.

Однако в конце концов он увидел сияющее кольцо, отражающееся в поверхности моря.

Иона в последний раз обернулся, но не увидел Острова за плотным туманом, вновь сомкнувшимся вокруг него. Парень нырнул в портал, разум начал возвращаться к реальности.

В эти несколько секунд между реальным и виртуальным мирами ему показалось, что он слышит выстрелы.

Придя в себя, он с ужасом осознал, что стрельба была настоящей.

У подножия скалы Иона ходил взад и вперед между яхтами, время от времени поглядывая на катапульты.

Он забрался на сиденье катапульты в яхте, доставившей сюда его и Сэм, надел снаряжение для приземления и настроил катапульту под свои параметры. Правда, он совсем не был уверен, что сделал все правильно.

Иона нащупал пальцами кнопку с левой стороны.

Но не смог заставить себя нажать ее.

Парень выпрыгнул из кресла. Он все еще слышал стрельбу на вершине скалы, но намного реже, чем прежде. Какого черта ему там делать без оружия? И вообще, разве он недостаточно сделал?

А что, если Сэм попала в беду?

Наверное, можно просто взобраться на скалу. Это займет некоторое время, но, во всяком случае, он попадет на вершину целым. По крайней мере, хоть попытается что-то сделать.

Парень принял решение. Он направился прочь от яхт, вдоль основания скалы, но не успел сделать и пары шагов, как услышал за своей спиной голос:

– Иона? Иона? Ты здесь? Ты меня слышишь? Ответь, Иона!

Это был день их триумфа.

Стражи захватили один из Четырех Углов.

Сэм добралась до зала управления, но даже в страшном сне не могла представить себе, что там обнаружит.

– Сэм? Это ты?

– Иона! – Сэм нашла программу связи и теперь контролировала частоту приемников наземных яхт. – Послушай, я в зале управления, но у нас очень большие проблемы!

Огни в помещении мигали из-за перебоев с электричеством.

– Зал управления? – повторил Иона. – Значит, вы…

– Да, Иона. Мы это сделали. Несколько Миллениалов еще сопротивляются в коридорах, но мы это сделали. Мы выиграли. Однако то, что ты сделал на Острове…

– Сработало, Сэм! План сработал. Я заставил Перенесенных вспоминать, и они…

– Я знаю, что план сработал, Иона. Он сработал чересчур хорошо. Серверы в гораздо худшем состоянии, чем мы предполагали. Они не справляются!

– Не справляются? Но… Что это значит?

– Это значит, что четверть Метасферы сейчас на грани исчезновения. На самой грани. Это значит, что все аватары, которые находятся на территории Южного Угла, погибнут.

– Что мы можем сделать?

– Ты должен вернуться туда, – сказала Сэм.

– Я не могу. Я хотел бы, Сэм, но…

– Ты должен остановить Перенесенных, прежде чем они…

– Это убьет меня, Сэм. Тот путь, которым я попал на Остров, если я попробую еще раз, я умру.

– Это их единственный шанс, Иона. Мы можем эвакуировать большинство живых, но Перенесенные… они не могут покинуть Остров. Они привязаны к нему.

– Туман! – воскликнул Иона. – Барьер, который установил Грейнджер. У тебя теперь есть доступ к системе, вероятно, ты сможешь?..

– Посмотрю, что можно сделать, – ответила Сэм и отключилась.

Все в зале управления находились в смятении. Двадцать Стражей беспомощно склонились над мониторами и клавиатурами. Еще около двух десятков начали паниковать. В большинстве своем Сэм окружали бойцы, а ей требовались программисты. Технари. Ей нужен был лидер.

Ее отец.

На главном мониторе отображался поток цифр. Прогноз был неутешительным. Даже если Иона попадет на Остров и остановит Перенесенных, это лишь отсрочит неизбежное.

Ущерб уже нанесен.

Иона, возможно, кричал, когда катапульта выстрелила его в воздух, но точно не знал. Любой звук, который он издавал, обжигающий ветер уносил прежде, чем тот мог достичь ушей.

Когда это сделал водитель яхты, казалось, все далось ему легко. Он полностью контролировал свое тело, словно летел. Однако это совсем не было похоже на полет.

Иона не мог управлять руками и ногами, они болтались сами по себе. Вершину горы он видел далеко внизу. Иона летел слишком быстро и оказался слишком высоко. У него не было шансов.

Иона сердито посмотрел на Грейнджера:

– Не вижу ничего смешного.

Грейнджер вытер глаза рукавом:

– Ребенок. Все это время я охотился за ребенком.

– Я не ребенок, – сказал Иона.

– Нет, – согласился Грейнджер. – Конечно, нет. Ребенку никогда бы не удалось зайти так далеко. Ты загрузил аватар отца в свой профиль, я полагаю?

Мягкий ночной ветерок обдувал плечи Ионы. Во всем мире не слышно было ни одного звука, кроме его собственного дыхания и голоса Грейнджера. Они были совершенно одни здесь, на вершине Айерс-Рок, под разбитыми солнечными панелями.

– Не только аватар, – продолжил Грейнджер. – Раз уж ты нашел это место, Южный Угол, значит, получил доступ и к его знаниям.

Иона ничего не ответил. Он нервничал и был измотан; к тому же он начал бояться, что сболтнул лишнего.

– Итак, – сказал Грейнджер, – ты скрывался за аватаром отца. Это ты был в «Икаре», в башне Сити Тауэр в Лондоне и в летной школе. Это ты встречался со Стражами в Дувре.

– Я все им рассказал, – солгал Иона. – Стражи знают координаты всех Четырех Углов, так что убивать меня бессмысленно.

– Я не собираюсь убивать тебя, Иона, – ответил он. – Ты же Иона, не так ли? Маленький Иона Делакруа… Джейсон все время рассказывал о тебе. Он очень гордился тобой.

– Не смейте говорить о нем так, – запротестовал Иона, – будто вы были друзьями!

– Насколько мне известно, – сказал Грейнджер, – мы были друзьями.

– Отец работал на вас, это все. И только потому, что…

– Потому что Стражи его попросили. Да, Иона. Сейчас мне известен этот факт. Но в свое время твой отец играл свою роль хорошо, может, даже слишком.

– Что вы имеете в виду?

– Джейсон был моим пилотом почти десять лет, – сказал Грейнджер. – Я доверял ему. Должен был доверять. А мое доверие не так-то легко заработать, Иона, поверь мне.

– И?

– Я собрал подробнейшее досье на твоего отца.

– Не сомневаюсь.

– Да, я послал агентов в вашу новую сувенирную лавку, в «Икар» и даже к вам домой. Все десять лет Джейсон и шагу не мог ступить без моего ведома.

– И все же одурачил вас.

– Да, Иона, – согласился Грейнджер. – Так оно и было. Скажу больше, он одурачил нас обоих. Возможно, для тебя станет большим шоком в конце концов узнать правду о нем.

– Я не понимаю, что вы…

– В твоих школах у меня также были агенты. Ты никогда не высказывал и намека на согласие со взглядами твоего отца. Твоя преданность мне была… вдохновляющей.

– Это… так было потому, что…

– Все нормально, Иона, – улыбнулся Грейнджер, – я понимаю.

– Мой отец не стал бы… Я знаю, он не стал бы лгать мне, если бы не…

– Я верю тебе. Есть вещь, в которой я уверен на все сто процентов: твой отец был хорошим человеком. Он делал то, что считал правильным.

Иона сомневался в реальности происходящего разговора. Это же человек, который убил его мать и много раз пытался убить его самого.

Много раз с момента ее гибели Иона представлял встречу с Грейнджером. Представлял совсем иначе. В его мечтах Грейнджер был крикливым и хвастливым монстром, не знающим, что такое раскаяние. Не таким спокойным. Не таким вдумчивым. Не таким разумным. И совсем не таким… убедительным.

Лучше бы он оказался монстром.

– Твой отец спас мне жизнь, – сказал Грейнджер. – Ты знал об этом?

Иона покачал головой.

– Это случилось в тот самый день, ужасный день. Мы приземлились в Хитроу. Я шел по взлетной полосе. Джейсон позвал меня назад к самолету. Сказал, что нужен мой отпечаток пальца в заявке. Первый взрыв сбил нас с ног.

– Он был с вами, когда?..

– Джейсон побежал в здание аэропорта, – ответил Грейнджер. – Видел, что там люди, и не раздумывал. Хотел бы я быть настолько смелым.

– А я бы хотел, чтобы он был не настолько смелым, – пробормотал Иона.

– Понимаю, почему ты меня ненавидишь. Правда, – сказал Грейнджер. – Я знал твою мать. Мы встречались с Мириам несколько раз. Она мне нравилась. Могу я спросить, как она?..

– Сити Тауэр, – ответил Иона. – Она работала в Сити Тауэр.

Грейнджер устало кивнул.

– Я не знал, – сказал он. – Но если бы и знал… Как и твой отец, я верил, что делаю то, что должен. Поступаю по совести.

Иона отвернулся, закусив губу. Он не хотел слышать никаких оправданий.

– Чего я не понимаю, – сказал Грейнджер, – так это твоего союза со Стражами. В конце концов, это они взорвали аэропорт в тот день. И виноваты в смерти Джейсона.

– Но не те, с кем я работаю, – не согласился Иона.

– Это они тебе сказали?

– Это правда.

– Полагаю, в этом и заключается преимущество групп без лидера. Некому нести ответственность. Если что, никто не виноват.

– Они сражаются за то, во что верят, – сказал Иона.

– Как и все мы, – возразил Грейнджер. – Но скажи мне, Иона, ты ведь уже достаточно времени провел с Акселем Каваной и Стражами…

– Полагаю, что так.

– Так вот, можешь ли ты с уверенностью сказать, что никогда не сомневался в их методах?

Иона вспомнил о ГеррВер и русских пиратах. А еще о мистере Чанге.

– Метасфера должна быть свободной, – ответил он. – И Стражи сделают ее свободной.

Прозвучало неубедительно, даже для него самого.

– Ты будешь бороться ради этой цели? – спросил Грейнджер.

– Да.

– Будешь рисковать жизнью ради нее?

– Буду.

– И убивать ради нее?

В горле Ионы пересохло.

– Возможно, сам ты и не стрелял сегодня, – сказал Грейнджер, – но этой ночью погибли многие люди. Стражи, Миллениалы. И ты сыграл в этом свою роль.

– Мы… мы должны что-то делать, – пробормотал Иона. – Мы не можем позволить вам… взять контроль над Метасферой.

– Ты действительно в это веришь? – спросил Грейнджер. – Веришь, что виртуальному миру не нужна организация, не нужен лидер? Некто мудрый и дальновидный?

– Ему не нужны вы. Вы просто хотите… получать с людей деньги и указывать им, что делать.

– Ты видел реальный мир, Иона. – Грейнджер покачал головой. – Ты видел, что происходит, когда рушатся институты власти. Люди теряют надежду. А когда это происходит, остается только бесконечно катиться вниз. Ты этого хочешь для Метасферы?

– Я… Я не…

– Я построил Метасферу для нас, для всех тех, кто потерял в реальном мире надежду. Моя Метасфера – это мир, где мы можем снова ее обрести. И я уверен, что глубоко внутри ты согласен со мной, Иона, в том, что за это стоит сражаться.

– И стоит убивать? – прошептал Иона.

– Будь осторожен в своих суждениях, парень. Во многих отношениях мы с тобой похожи. Мы оба пережили потерю родителей. Оба умеем сосредоточиться на цели и идти к ней, даже иногда быть жестокими, если необходимо. Я просто прошу тебя подумать еще немного над выбором. И хочу, чтобы ты решил для себя, стоит ли эта цель всех отнятых сегодня жизней.

Повисло долгое неловкое молчание.

Грейнджер стоял, глядя сверху вниз на Иону. Тот сидел, прислонившись к холодной стальной балке, и смотрел на свои руки.

Грейнджер шевельнулся первым. Он двинулся к краю скалы, и Иона вскочил на ноги, протестуя.

– Я не могу остаться здесь, ты же знаешь, Иона, – сказал Грейнджер.

– Я не могу… Я не позволю вам сбежать… Я… я закричу и позову остальных.

– Кричи, если хочешь. Но сначала подумай, Иона. Ты знаешь, если они поймают меня, то убьют. Стражи убьют меня.

Иона хотел закричать.

– И тогда моя смерть будет на твоей совести, Иона, – продолжил Грейнджер. – Спроси себя, не хватит ли крови для одного дня?

После разговора с отцом Иона думал, что ему все понятно. Он думал, что знает, на чьей стороне. Теперь он запутался, как никогда раньше.

Времени подумать не было, требовалось сделать выбор. Нужно или позволить своему злейшему врагу сбежать, или нести ответственность за его смерть, потому что Грейнджер был абсолютно прав – Стражи обязательно убьют его при первой же возможности. Может, не Сэм, но остальные точно…

– Знаешь, – сказал Грейнджер, – есть одна вещь, которая не дает мне покоя.

– Какая?

– Когда Джейсон спас мою жизнь в тот день в аэропорту, – начал Грейнджер, – понимал ли он, что делает? Знал ли, что бомбы вот-вот взорвутся?

– Нет, – сказал Иона, – наверняка он…

– Да, вряд ли он был в курсе. Но когда Стражи решили уничтожить меня, они не могли не знать, что подвергают опасности и жизнь твоего отца. Он был очень важен для них. Само собой, они должны были предупредить его о своих планах.

– Вы говорите… Вы думаете?..

– Я правда не знаю, Иона, – сказал Грейнджер. – Было ли простой случайностью, что Джейсон так вовремя отозвал меня?

– Но зачем… Зачем он?..

– Спас мне жизнь? Я же сказал, Иона, Джейсон долгое время был моим пилотом. Я доверял ему. Я думал, мы стали друзьями. И возможно…

– Нет.

– Возможно, он начал чувствовать то же самое…

– Нет!

– Твой отец умер, – сказал Грейнджер, – спасая жертв взрыва, устроенного Стражами. Не похоже на действия их приверженца, верно? Мне кажется, в тот день, когда взорвались бомбы… в тот день Джейсон Делакруа задумался, правильный ли выбор он сделал.

Иона услышал голоса со стороны люка.

– А теперь мне действительно нужно уходить, – сказал Грейнджер. – Но мы встретимся снова, Иона. И до того момента я хочу, чтобы ты подумал кое о чем. Я просто прошу тебя поразмыслить еще раз над твоим выбором. Я хочу, чтобы ты хорошенько подумал о возможности присоединиться к моему движению.

– Что?.. Вы хотите, чтобы я?..

– У тебя есть задатки Миллениала, Иона. И задатки лидера. Из нас с тобой получилась бы отличная команда. Вместе мы можем спасти мир!

С этими словами Мэтью Грейнджер развернулся и заскользил через лабиринт балок, поддерживающих солнечные панели. Он исчез, словно мимолетная тень, оставив Иону наедине с целым ворохом мыслей.

В одиночестве парень пребывал недолго.

Его нашла Сэм. Она бежала к нему, а по пятам за ней следовали два вооруженных Стража.

– Иона? Иона, это ты? Ты с кем-то разговаривал? Мне показалось, я слышала…

– Он был здесь, – тихо сказал Иона.

– Кто? – спросила Сэм. – Кто здесь был?

Иона молча смотрел на нее. Она нахмурилась; затем ее глаза расширились. Она догадалась:

– Мэтью Грейнджер!

Двое вооруженных Стражей тут же пришли в движение.

Они вынырнули из-под солнечных батарей и подбежали к краю скалы. Прозвучало несколько выстрелов. Затем один вернулся, покачивая головой.

– Слишком поздно, – сообщил он. – У Грейнджера был глайдер. Он уже далеко, мы не смогли его подстрелить.

Сэм обернулась к Ионе:

– Почему ты ничего не сказал? Почему не закричал, когда услышал, что мы приближаемся?

Иона беспомощно пожал плечами. Он и правда не знал, что ответить.

– Грейнджер угрожал тебе? – спросила Сэм. – Он припугнул тебя, да? Ну конечно, так и было. Я должна была догадаться, – вздохнула она. – Грейнджер был нашей последней надеждой. Нам нужны его коды доступа, чтобы опустить завесу тумана над Островом. Без них…

Слова Сэм напомнили Ионе о том, что он собирался сделать, и заставили почувствовать себя виноватым. Он так увлекся разговором с Грейнджером, так запутался, что едва не забыл. Иона сунул руку в карман и достал Мост Чанга:

– У меня есть другая идея.

Иона надеялся, что еще не слишком поздно.

Атмосфера в зале управления была напряженной.

Иона ходил взад и вперед, стискивая руки от волнения. Уже несколько минут все молчали. Теперь ничего невозможно было сделать, только ждать и надеяться.

Как и обещал мистер Чанг, с установкой устройства проблем не возникло. Иона открыл серверную панель и просто воткнул Мост в свободный разъем. Один за другим на верхней части прибора загорелись зеленые огоньки.

Сэм сидела перед монитором и сообщала всем, как продвигается процесс.

– Сейчас он создает мост… Теперь я переписываю координаты входа…

Сэм согласилась неохотно. Она напомнила Ионе слова Акселя в Шанхае: я позволю установить этот прибор только через свой труп. Но Иона возразил, что у них нет выбора, и это единственный шанс спасти Перенесенных. Потом будет еще много времени, чтобы подумать о последствиях.

– Готово! – Сэм откинулась на стуле. – Мост создан.

– И что происходит теперь? – спросил Иона.

– Хотела бы я знать, – ответила Сэм. – Но, во всяком случае, Мост прошел сквозь туман. Он построился в небе над Островом.

– То есть у Перенесенных теперь есть путь для эвакуации, – вздохнул с облегчением Иона.

Сэм кивнула:

– Надеюсь, они это понимают.

– Потеряно еще несколько серверов! – закричал кто-то в другом конце комнаты.

Стражи столпились вокруг экрана, который показывал с высоты птичьего полета всю южную четверть Метасферы. Огни во многих зонах замигали и погасли. Иона встревожился.

Серое пятно распространялось, захватывая все больше виртуального пространства. Иона вспомнил атаку Переработчиков на «Икар» и сувенирную лавку. Он знал, что означали серые пятна. Разрушение. Уничтожение.

– Как вы думаете?.. – выдохнул кто-то. – Они все спаслись?

– Должны были, – голос Сэм звучал чуть неуверенно. – Мы сделали столько предупреждений. Я не беспокоюсь о живых, они сами могут о себе позаботиться. А вот Перенесенные…

– Мы должны поддерживать работоспособность серверов, отвечающих за Остров, до последнего, – согласился Страж.

– Столько, сколько сможем, – подтвердила Сэм. – Чего бы это ни стоило. Нужно дать Перенесенным достаточно времени, чтобы они могли найти мост и покинуть Остров.

Иона стоял несколько в стороне, терзаемый ужасным предчувствием. Он присел рядом с одним из мониторов, подключил планшет и ввел координаты бабушкиного пляжа на Острове. Как и раньше, все было закрыто серым туманом. Ничего неожиданного, и все же он едва не расплакался.

Затем, к удивлению Ионы, туман рассеялся. Лишь на секунду, но за это время он увидел и синее небо, и желтый песок, и зеленые деревья.

Парень вскочил на ноги.

– Туман! – закричал он. – Ну конечно, туман тоже контролируется этими серверами, и он рассеивается! Мы сможем пройти сквозь него! Сэм…

– Иона, я не знаю… – Сэм взглянула на монитор Ионы, но там снова не было ничего, кроме сплошной серой завесы. – Даже если бы мы и могли… Иона, ты не можешь вернуться туда.

– Я должен! Ты сама сказала, Сэм, что Перенесенные плохо понимают происходящее вокруг.

Сэм кивнула:

– Конечно, но…

– К тому же они привыкли к Острову… Они даже не помышляют его покидать. Это запрограммировано в них. Мы открыли им путь к спасению, Сэм, но они им не воспользуются. Не раньше, чем мы покажем и расскажем, что делать…

– Система может выйти из строя, пока ты будешь там!

– Другого способа нет, Сэм.

– Но это самоубийство!

– Кто-то должен это сделать. – Иона не отступал. – И это должен быть я. Именно я создал проблемы. И я уже раз совершал самоубийство.

Сэм молча посмотрела на Иону, затем вздохнула и кивнула:

– Хорошо. Я ведь все равно не смогу тебя отговорить, да? Но один ты не пойдешь. Не спорь со мной, на это нет времени. Я тоже приняла решение и отправляюсь на Остров вместе с тобой.

В Метасфере они материализовались в небе, недалеко от Острова.

Сэм удивилась, увидев аватар Ионы. Конечно, ведь прежде она видела его только в образе дракона. Зато теперь она точно не перепутает парня ни с кем другим. Ведь аватар Ионы был точной копией его образа в реальном мире.

Он было пустился в объяснения, но Сэм-единорог махнула своим копытом, дав понять, что это может подождать. Она захлопала крыльями, направляясь к Острову, Иона поспешил за ней.

Как и прежде, все окутывал холодный серый туман. Парень с трудом различал силуэт Сэм в паре метров впереди. Он подумал, что идея вряд ли сработает. Завеса все еще была слишком плотной. И действительно, через несколько секунд они выбрались из тумана и увидели Остров позади себя.

Иону очередная неудача очень расстроила, но Сэм положила копыто ему на плечо, успокаивая. Она предложила подождать.

Иона услышал зловещий раскатистый гул, похожий на гром, море внизу задрожало. Стена тумана разошлась, прямо перед ними неожиданно появился залитый солнцем Остров.

– Вперед! – закричала Сэм, и они вместе бросились к берегу.

Из-за перегрузки серверов они летели очень медленно. Иона думал, что затея провалится и туман снова сомкнется, отрезая путь к Острову.

Он был почти в восторге, когда приземлился на берег и из-под его пяток брызнул песок. На пляже, как всегда, было многолюдно. Тысячи аватаров бродили по берегу, не обращая внимания на их появление. Но некоторые узнали Иону и двинулись к нему.

– Ты тот мальчик, который рассказывает историю? – спрашивали они. – Тот самый, который может помочь нам все вспомнить?

– Нет, – сказал Иона. – То есть да, это я, но… Нужно перестать вспоминать. Пожалуйста. Послушайте меня. Вы в опасности.

Сэм потянула Иону за рукав. Она парила рядом, но смотрела не на него, а вверх. Иона проследил за ее взглядом и затаил дыхание.

В небе светилось окно.

Свет был настолько чистым, ярким и сияющим, что Ионе пришлось зажмуриться. Рядом с окном он видел силуэты сотен аватаров. Они парили вокруг, словно мотыльки у лампы, вглядываясь в его свет.

Значит, вот как выглядит в виртуальном мире Мост Чанга.

– Ты был прав, Иона, – сказала Сэм. – Им любопытно, но они не решатся войти в Мост.

– Послушайте, – Иона обратился к столпившимся вокруг аватарам, – послушайте меня все, пожалуйста. Вы должны покинуть Остров. Вы должны…

– Покинуть?

По толпе прокатился шепот:

– Покинуть Остров?

– Но как мы?..

– …не помню, когда я в последний раз…

– …никогда не слышал…

Аватары недоверчиво переглядывались и пожимали плечами. Некоторые из них устремились прочь, покачивая головами.

Иона заговорил громче в надежде достучаться до них:

– Я знаю, вы в смятении. Некоторые из вас провели здесь очень долгое время. Но вы вспоминали… другие места, другие миры.

Ему удалось привлечь внимание.

– Вы знаете, – это был фиолетовый дикобраз. – Я уже забыл, сколько времени здесь провел. Я потерял счет дням. Разве не странно?

– Странно, – согласился синий шар.

– Но мы же замечательно проводим время, – прощебетала желтая канарейка.

Иона снова услышал грохот и почувствовал, как Остров задрожал под ногами. Небо вокруг светящегося окна потемнело, в воздухе появилась прохлада. Изменения погоды отвлекли Перенесенных. Они, ворча, заскользили в глубь Острова в поисках укрытия.

Все, кажется, забыли об Ионе.

– Проблема в том, – закричала Сэм, – что вам нельзя оставаться здесь! Вы же видите, что происходит. Землетрясения и бури. И будет только хуже.

– Я знаю, всем здесь было хорошо, – добавил Иона. – Но долгое и счастливое лето закончилось. Пора уходить… – Он едва не добавил «домой», но вовремя остановился. Домой этим аватарам уж точно никогда не попасть.

– Вы видите свет наверху? – спросила Сэм. – По ту сторону вас ждет огромный новый мир. Он больше и ярче, чем этот! Так пойдемте туда!

Девушка поднялась в воздух, призывая Перенесенных следовать за ней. Часть последовала, неуверенно оглядываясь на товарищей, оставшихся на земле, некоторые тут же повернули назад. Иона испугался, что в конце концов вернутся все, но тут произошел еще один толчок, сильнее предыдущих. Море забурлило, и огромная волна накатила на берег. Вода добралась до Ионы и промочила его ноги.

Узкая трещина разрезала пляж. Бездонная серая трещина.

Теперь Перенесенные по-настоящему встревожились. Многие стали подниматься в небо, полагая, что там безопаснее.

– Все верно! – закричал Иона вслед, пользуясь их нерешительностью. – Летите за Сэм! Летите на свет!

Медленно, мучительно медленно процесс начался. Перенесенные вняли его словам. Сэм собрала их в большую группу и повела к Мосту. Иона замыкал шествие, попутно подгоняя отстающих. По мере того, как они приближались к окну, ситуация чудесным образом изменилась: все больше и больше аватаров решались влиться в их ряды.

Иона слышал, как они переговариваются между собой.

– Что происходит? – спрашивали они. – Куда мы направляемся?

Никто не знал ответа на эти вопросы. Похоже, они следовали друг за другом, просто поддавшись какому-то стадному чувству.

Сэм добралась до Моста. Но Иона не мог разглядеть ее как следует, ослепленный потоками яркого света.

Девушка парила на фоне светящегося окна и призывала аватаров к переходу в новый мир. На мгновение Иона испугался, что те не пойдут. Но они один за другим ныряли в потоки света и исчезали.

Чем больше аватаров ныряли в окно, тем больше появлялось желающих последовать их примеру. Теперь они стекались отовсюду: с пляжей, из лесов и полей, похожие на миллионы железных опилок, притянутых мощным магнитом. Сработало. Впервые за историю своего существования Перенесенные покидали Остров.

Но были еще двое, которых Иона должен был спасти.

Парень нашел аватар отца на земле, в лесу, недалеко от места, где они расстались.

– Ты нашел меня, – обрадовался Джейсон. – Я знал, что ты меня найдешь.

– Что ты здесь до сих пор делаешь, папа? – спросил Иона.

– Я так рад снова видеть тебя, сынок.

– Нужно выбираться отсюда. Остров рушится и…

– Я делал, что мог. Рассказывал всем твою историю.

– Я знаю, – ответил Иона. – Я знаю, папа, ты отлично справился. Но теперь нужно остановиться. Я хочу, чтобы ты покинул это место вместе с остальными.

– Я помогал им вспомнить все.

– Я знаю. Папа, пожалуйста…

– Но землетрясения… Из-за них стало так трудно сосредоточиться. Я пытался вспомнить. Есть какая-то важная вещь, которую я должен сказать тебе.

– Да, и я должен кое-что спросить у тебя, но все это подождет.

Небо стало черным, как смоль. Остров теперь трясло непрерывно. Серых трещин становилось все больше, и там, где они пересекались, исчезали целые участки Острова. Ионе приходилось быть очень осторожным, чтобы не коснуться трещин, иначе процесс разрушения перекинулся бы и на него. Он заметил, как рядом с ним распадается на пиксели целое дерево, и отпрыгнул в сторону.

Позади Ионы появилась Сэм. Она увидела аватар красного дракона.

– Ты нашел его! Я очень рада! Но, Иона…

– Знаю, – ответил Иона. – Папа, мне нужно, чтобы ты сделал для меня еще кое-что.

– Конечно, сынок. Все, что могу.

– То белое окно в небе; я хочу, чтобы ты пролетел через него. Вместе со всеми остальными аватарами.

– Мне нельзя просто остаться здесь с тобой, Иона?

– Я найду тебя снова, папа. Обещаю. Я найду тебя на той стороне. Там безопасно, и там мы сможем быть вместе.

– Прямо как в старые добрые времена, – сказал Джейсон Делакруа.

– Прямо как в старые добрые времена, – эхом отозвался Иона, надеясь, что не солгал отцу. Парень знал: ничто и никогда уже не будет по-прежнему. Но этот аватар со спутанным сознанием все же лучше, чем вообще не иметь отца.

– А теперь вперед! Лети!

Джейсон расправил драконьи крылья и полетел к свету. К Мосту. Иона смотрел вслед, пока Сэм не отвлекла его, вцепившись зубами в руку.

– Нам тоже пора уходить. – Она была несколько взволнована.

– Я не могу. Еще нужно найти Нэн.

– У нас нет времени!

Но Иона уже летел сломя голову к той части Острова, которую знал лучше всего: к пляжу его бабушки.

Сэм следовала за ним по пятам:

– Она наверняка уже прошла через Мост. Почти все уже прошли.

– А что, если нет? Что, если она не поняла? Что, если все еще пытается заставить аватаров вспоминать? Что, если?..

Пляж был уже недалеко, Иона слышал, как волны бьются о берег. Но звук был какой-то неправильный: он монотонно повторялся снова и снова. Иона полетел между деревьями, но вскоре был вынужден остановиться.

Моря не было, и берега тоже не было. Впереди не было вообще ничего. Ничего, кроме пустоты, в которую Иона едва не влетел.

Сэм выкрикивала его имя. Она тянула его прочь, подталкивала рогом. Еще один кусок Острова рядом с Ионой исчез. Теперь пустота захватила бо́льшую часть леса. Иона увидел, как несколько серых пикселей попало на его руку, и в испуге закричал. К счастью, терминал, находящийся в Южном Углу, смог перезагрузить аватар. На этот раз смог.

– Пора! – сказала Сэм.

Иона не стал с ней спорить.

Это стало самой значительной новостью за многие годы:

Семья воссоединилась на вершине горы в Чангосфере.

Воздух был холодным, свежим и чистым, а пейзаж захватывающим, множество цветов и текстур. Реки струились по долине между гор и уносили свои воды к сверкающим башням городов на горизонте. Аватар-слон развернул длинный хобот и радостно протрубил.

Красный дракон поцеловал слона в морщинистый лоб, затем обнял крылом худенького веснушчатого парнишку с копной темных волос, а тот засмеялся и сказал обоим, что любит их.

Они не замечали, как надвигаются грозовые облака.

Мраморная арка (англ. Marble Arch) – триумфальная арка возле Ораторского уголка в Гайд-парке в Лондоне. Поблизости находится одноименная станция метро. Здесь и далее прим. переводчика.

Cuvée de prestige – шампанское, произведенное особой партией. Выпускается в исключительные годы из винограда лучших виноградников одного урожая.

Directeur d’hôtel (фр.) – управляющий отелем.

C’est exact (фр.). – Это точно.

Petit garcon (фр.). – маленький мальчик.

Merci de nous rencontrer (фр.). – Спасибо, что приехала.

Les quatre coins (фр.). – Четыре Угла.

Avec moi (фр.). – со мной.

GuerreVert (искаж. франц.) – Зеленая Война.

Ils sont ici! (фр.). – Они здесь!

Шотландская порода лошадей-тяжеловозов, выведенная в XVIII веке.