В учебнике реализованы цели авторского курса, который продолжает традиции отечественного начального образования. Жанровые и тематические разделы содержат фольклорные тексты и художественные произведения, созданные авторами прошлого и современности, отечественными и зарубежными писателями и поэтами. К текстам предлагаются интересные вопросы и задания.
Учебник рекомендован Министерством образования и науки Российской Федерации, включён в Федеральный перечень.
v 1.0 – создание fb2 – Justis
Условные обозначения
• – вопросы и задания к текстам.
• 1. Чем похоже стихотворение Ю. П. Мориц на небылицу?
Когда я был дошкольником, я был ужасно жалостливый. Я совершенно не мог слушать про что-нибудь жалостное. И если кто кого съел, или бросил в огонь, или заточил в темницу, – я сразу начинал плакать. Вот, например, волки съели козлика, и от него остались рожки да ножки. Я реву. Или Бабариха посадила в бочку царицу и царевича и бросила эту бочку в море. Я опять реву. Да как! Слёзы бегут из меня толстыми струями прямо на пол и даже сливаются в целые лужи.
Главное, когда я слушал сказки, я уже заранее, ещё до того самого страшного места, настраивался плакать. У меня кривились и ломались губы, и голос начинал дрожать, словно меня кто-нибудь тряс за шиворот. И мама просто не знала, что ей делать, потому что я всегда просил, чтобы она мне читала или рассказывала сказки, а чуть дело доходило до страшного, как я сразу это понимал и начинал на ходу сказку сокращать. За какие-нибудь две-три секунды до того, как случиться беде, я уже принимался дрожащим голосом просить: «Это место пропусти!»
Мама, конечно, пропускала, перескакивала с пятого на десятое, и я слушал дальше, но только совсем немножко, потому что в сказках каждую минуту что-нибудь случается, и, как только становилось ясно, что вот-вот опять произойдёт какое-нибудь несчастье, я снова начинал вопить и умолять: «И это пропусти!»
Мама опять пропускала какое-нибудь кровавое преступление, и я ненадолго успокаивался. И так с волнениями, остановками и быстрыми сокращениями мы с мамой в конце концов добирались до благополучного конца.
Конечно, я всё-таки соображал, что сказки от всего этого становились какие-то не очень интересные: во-первых, очень уж короткие, а во-вторых, в них почти совсем не было приключений. Но зато я мог слушать их спокойно, не обливаться слезами, и потом всё же после таких сказок можно было ночью спать, а не валяться с открытыми глазами и бояться до утра. И потому такие сокращённые сказки мне очень нравились. Они делались такие спокойные. Как всё равно прохладный сладкий чай. Например, есть такая сказка про Красную Шапочку. Мы с мамой в ней столько напропускали, что она стала самой короткой сказкой в мире и самой счастливой. Мама её вот как рассказывала:
«Жила-была Красная Шапочка. Раз она напекла пирожков и пошла проведать свою бабушку. И стали они жить-поживать и добра наживать».
И я был рад, что у них всё так хорошо получилось. Но, к сожалению, это было ещё не всё. Особенно я переживал другую сказку, про зайца. Это короткая такая сказочка, вроде считалки, её все на свете знают:
И вот тут у меня уже начинало пощипывать в носу, и губы разъезжались в разные стороны, верхняя направо, нижняя налево, а сказка в это время продолжалась… Охотник, значит, вдруг выбегает и…
Тут у меня прямо сердце проваливалось. Я не мог понять, как же это получается. Почему этот свирепый охотник стреляет прямо в зайчика? Что зайчик ему сделал? Что он, первый начал, что ли? Ведь нет! Ведь он же не задирался? Он просто вышел погулять! А этот прямо, без разговоров:
Пиф-паф!
Из своей тяжёлой двустволки! И тут из меня начинали течь слёзы, как из крана. Потому что раненный в живот зайчик кричал:
– Ой-ой-ой!
Он кричал:
– Ой-ой-ой! Прощайте, все! Прощайте, зайчата и зайчиха! Прощай, моя весёлая, лёгкая жизнь! Прощай, алая морковка и хрустящая капуста! Прощай навек, моя полянка, и цветы, и роса, и весь лес, где под каждым кустом был готов и стол и дом!
Я прямо своими глазами видел, как серый зайчик ложится под тоненькую берёзку и умирает… Я заливался в три ручья горючими слезами и портил всем настроение, потому что меня надо было успокаивать, а я только ревел и ревел…
И вот однажды ночью, когда все улеглись спать, я долго лежал на своей раскладушке и вспоминал беднягу зайчика и всё думал, как было бы хорошо, если бы с ним этого не случилось. Как было бы по-настоящему хорошо, если бы только всё это не случилось. И я так долго думал об этом, что вдруг незаметно для себя пересочинил всю эту историю:
Вот это да! Я даже рассмеялся! Как всё складно получилось! Это было самое настоящее чудо. Не пиф! Не паф! Я поставил одно только короткое «не», и охотник как ни в чём не бывало протопал в своих подшитых валенках мимо зайчика. И тот остался жить! Он опять будет играть по утрам на росистой полянке, будет скакать, и прыгать, и колотить лапками в старый, трухлявый пень. Этакий забавный, славный барабанщик!
И я так лежал в темноте и улыбался, и хотел рассказать маме про это чудо, но побоялся её разбудить. И в конце концов заснул. А когда проснулся, я уже знал навсегда, что больше не буду реветь в жалостных местах, потому что я теперь могу в любую минуту вмешаться во все эти ужасные несправедливости, могу вмешаться и перевернуть всё по-своему, и всё будет хорошо. Надо только вовремя сказать: «Не пиф, не паф!»
• 1. Ты знаешь те сказки, которые мама рассказывала мальчику? Вспомни другие сказки со страшными событиями.
• 2. Этого мальчика можно назвать выдумщиком, фантазёром? Приведи примеры его выдумок.
• 3. Скажи, какое настроение у мальчика в первой части рассказа. Каким оно стало во второй части? Почему настроение мальчика изменилось?
• 4. Какой он, этот мальчик? Он:
Жил-был пёс Барбоска. У него был друг – кот Васька. Оба они жили у дедушки. Дедушка ходил на работу. Барбоска сторожил дом, а кот Васька мышей ловил.
Однажды дедушка ушёл на работу, кот Васька убежал куда-то гулять, а Барбоска дома остался. От нечего делать он залез на подоконник и стал смотреть в окно. Ему было скучно, вот он и зевал по сторонам.
«Дедушке нашему хорошо! – думал Барбоска. – Ушёл на работу и работает. Ваське тоже неплохо – убежал из дому и гуляет по крышам. А мне вот приходится дома сидеть, сторожить квартиру».
В это время по улице бежал Барбоскин приятель Бобик. Они часто встречались во дворе и играли вместе. Барбос увидел приятеля и обрадовался:
– Эй, Бобик, куда бежишь?
– Никуда, – говорит Бобик. – Так, бегу себе просто. А ты чего дома сидишь? Пойдём гулять.
– Мне нельзя, – ответил Барбос, – дедушка велел дом стеречь. Ты лучше ко мне в гости иди.
– А никто не прогонит?
– Нет. Дедушка на работу ушёл. Никого дома нет. Лезь прямо в окно.
Бобик залез в окно и с любопытством стал осматривать комнату.
– Тебе хорошо! – сказал он Барбосу. – Ты дома живёшь, а вот я живу в будке. Теснота, понимаешь! И крыша протекает. Неважные условия!
– Да, – ответил Барбос, – у нас квартира хорошая: две комнаты с кухней и ещё ванная. Ходи где хочешь.
– А меня даже в коридор хозяева не пускают! – пожаловался Бобик. – Говорят – я дворовый пёс, поэтому должен жить в будке. Один раз зашёл в комнату – что было! Закричали, заохали, даже палкой по спине стукнули.
Он почесал лапой за ухом, потом увидел на стене часы с маятником и спрашивает:
– А что это у вас за штука на стенке висит? Всё тик-так да тик-так, а внизу болтается.
– Это часы, – ответил Барбос. – Разве ты часов никогда не видел?
– Нет. А для чего они?
Барбос и сам не знал толком, для чего часы, но всё-таки принялся объяснять:
– Ну, это такая штука, понимаешь… часы… они ходят…
– Как – ходят? – удивился Бобик. – У них ведь ног нету.
– Ну, понимаешь, это только так говорится, что ходят, а на самом деле они просто стучат, а потом начинают бить.
– Ого! Так они ещё и дерутся! – испугался Бобик.
– Да нет! Как они могут драться?
– Ты ведь сам сказал – бить.
– Бить – это значит звонить: бом, бом!
– А, ну так бы и говорил!
Бобик увидел на столе гребешок и спросил:
– А это что у вас за пила?
– Какая пила? Это гребешок.
– А для чего он?
– Эх, ты! – сказал Барбос. – Сразу видно, что весь век в будке прожил. Не знаешь, для чего гребешок? Причёсываться.
– Как это – причёсываться?
Барбос взял гребешок и стал причёсывать у себя на голове шерсть:
– Вот смотри, как надо причёсываться. Подойди к зеркалу и причешись.
Бобик взял гребешок, подошёл к зеркалу и увидел в нём своё отражение.
– Послушай, – закричал он, показывая на зеркало, – там собака какая-то!
– Да это ведь ты сам в зеркале! – засмеялся Барбос.
– Как – я?.. Я ведь здесь, а там другая собака.
Барбос тоже подошёл к зеркалу. Бобик увидел его отражение и закричал:
– Ну вот, теперь их уже двое!
– Да нет! – сказал Барбос. – Это не их двое, а нас двое. Они там, в зеркале, неживые.
– Как – неживые? Они ведь двигаются.
– Вот чудак! – ответил Барбос. – Это мы двигаемся. Видишь, там одна собака на меня похожа?
– Верно, похожа! – обрадовался Бобик. – Точь-в-точь как ты.
– А другая собака похожа на тебя.
– Что ты! – ответил Бобик. – Там какая-то противная собака, и лапы у неё кривые.
– Такие же лапы, как у тебя.
– Нет, это ты меня обманываешь! Посадил туда каких-то двух собак и думаешь – я тебе поверю, – сказал Бобик.
Он принялся причёсываться перед зеркалом, потом вдруг как засмеётся:
– Глянь-ка, а этот чудак в зеркале тоже причёсывается. Вот умора!
Барбос только фыркнул и отошёл в сторону. Бобик причесался, положил гребешок на место и говорит:
– Чудно тут у вас! Часы какие-то, зеркала с собаками, разные финтифлюшки и гребешки.
– У нас ещё радио есть! – похвастался Барбос и показал радиоприёмник.
– Для чего это? – спросил Бобик.
– А это такая штука – она всё делает: поёт, играет, даже говорить может.
– Вот этот ящик?!
– Да.
– Нет, это уж враки!
– Честное слово!
– А ну пусть заиграет!
Барбос включил радиоприёмник. Послышалась музыка. Собаки обрадовались и давай прыгать по комнате. Плясали, плясали, из сил выбились.
– Мне даже есть захотелось, – говорит Бобик.
– Садись за стол, сейчас я тебя угощать буду, – предложил Барбос.
Бобик уселся за стол. Барбоска открыл буфет, видит – там блюдо с киселём стоит, а на верхней полке – большой пирог. Он взял блюдо с киселём, поставил на пол, а сам полез на верхнюю полку за пирогом. Взял его, стал вниз спускаться и попал лапой в кисель. Поскользнувшись, он шлёпнулся на пол, и весь кисель у него по спине размазался.
– Бобик, иди скорей кисель есть! – закричал Барбос.
Бобик прибежал:
– Где кисель?
– Да вот у меня на спине. Облизывай.
Бобик давай ему спину облизывать.
– Ох, и вкусный кисель! – говорит.
Потом они перенесли пирог на стол. Сами тоже на стол уселись, чтоб удобнее было. Едят и разговаривают.
– Тебе хорошо живётся! – говорит Бобик. – У тебя всё есть.
– Да, – говорит Барбос, – я живу хорошо. Что хочу, то и делаю: хочу – гребешком причёсываюсь, хочу – на радиоприёмнике играю, ем и пью что хочу или на кровати валяюсь.
– А тебе позволяет дедушка?
– Что мне дедушка! Подумаешь! Эта кровать моя.
– А где же дедушка спит?
– Дедушка там, в углу, на коврике.
Барбоска так заврался, что не мог уже остановиться.
– Здесь всё моё! – хвастал он. – И стол мой, и буфет мой, и всё, что в буфете, тоже моё.
– А можно мне на кровати поваляться? – спросил Бобик. – Я ни разу в жизни ещё на кровати не спал.
– Ну пойдём, поваляемся, – согласился Барбос.
Они улеглись на кровать. Бобик увидел плётку, которая висела на стене, и спрашивает:
– А для чего у вас здесь плётка?
– Плётка? Это для дедушки. Если не слушается, я его плёткой, – ответил Барбос.
– Это хорошо! – одобрил Бобик.
Лежали они на кровати, лежали, пригрелись да и заснули. Не услышали они даже, как дедушка с работы пришёл. Он увидел на своей кровати двух псов, снял со стены плётку и замахнулся на них.
Бобик с перепугу выпрыгнул в окно и побежал в свою будку, а Барбос забился под кровать, так что его даже кочергой нельзя было вытащить. До вечера там просидел.
Вечером вернулся домой кот Васька. Он увидел Барбоса под кроватью и сразу понял, в чём дело.
– Эх, Васька, – сказал Барбос, – опять я наказан! Даже сам не знаю, за что. Принеси мне кусочек колбаски, если тебе даст дедушка.
Васька пошёл к дедушке, стал мурлыкать и тереться спинкой о его ноги. Дедушка дал ему кусочек колбаски. Васька половину съел сам, а другую половину отнёс под кровать Барбоске.
• 1. Ты помнишь, как разговаривали Бобик с Барбосом о часах? Это очень смешной эпизод. Почему?
• 2. Кто из них понимает слова
• 3. Почему Бобик принял гребешок за пилу? Попробуй придумать загадку о расчёске, сравнив её с пилой.
1) Часы с маятником.
2) Гребешок.
…
• 5. Как ты думаешь, почему Барбос говорил Бобику неправду? Ведь сначала он просто показывал Бобику дедушкину квартиру. Можно ли назвать фантазиями Барбоскин обман?
• 7. Какие ещё весёлые рассказы писателя Николая Носова ты знаешь? А можно ли назвать фантазёром этого писателя?
• 8. Прочитай ещё раз первый абзац из четвёртой главы. Какой текст в этом абзаце – описание, повествование или рассуждение? Объясни.
На задний двор редко заглядывали взрослые. Там высились кучи дощатых ящиков, валялись бочки с налипшим на бурые бока укропом. Лежали груды извёстки и кирпича.
В марте, когда с крыш сбросили снег, задний двор превратился в недоступную горную страну, которую с криком штурмовали альпинисты, отважные и драчливые. Самыми бесстрашными среди них были Мишка и Кешка. Вскоре горная страна стала оседать. Острые пики обвалились. А в конце апреля задний двор превратился в громадную лужу.
Ребята уже не заглядывали сюда. Девчонки кидали в начерченные на тротуарах квадраты жестяные банки из-под гуталина, именуемые странным словом «Скетишь-бетишь», и без устали прыгали на одной ноге. Мальчишки, вытирая на ходу носы, гонялись друг за другом по всем правилам новой воинственной игры – «Ромбы». И только Сима из четвёртого номера остался верен заднему двору. Он выстругал из дощечек, отломанных от ящика, остроносые корабли. Приладил им клетчатые паруса из тетрадки по арифметике и пустил свой флот в далёкое плавание.
Плывут корабли, садятся на известковые рифы, причаливают к кирпичным островам. А адмирал Сима бегает по узкой полоске суши у самой стенки дома.
– Право руля!.. Паруса крепи!.. – Но нет у него сил помочь потерпевшим крушение. Лужа глубокая, а башмаки…
Заглянул на задний двор Кешка. Оглядел Симу с головы до ног, сказал, как говорят взрослые:
– Сима, у тебя здоровье хлипкое, а ты вон вымок весь. Подхватишь грипп – опять свалишься…
Сима насупился. А Кешка присел на корточки, стал смотреть. Один кораблик на суше лежит с поломанной мачтой; другой к кирпичу приткнулся; третий – зацепился за что-то посреди лужи и медленно поворачивался на одном месте.
– Сима, чего это корабль крутится?
– Это его гигантский кальмар щупальцами схватил…
Кешка захохотал.
– Ой, Сима… Да это же гнилая стружка, в какую яблоки упаковывают.
– Ну и что же? – тихо возразил Сима. – Всё равно. – Сима нахмурил лоб и сказал убеждённо: – Нет, кальмар. И экипаж корабля с ним сражается.
Кешка присвистнул, засмеялся ещё громче.
– Если б ты моторный корабль сделал, я понимаю. А это… – Он сплюнул в лужу и пошёл под арку, но на полпути передумал, вернулся. – Знаешь что, Сима, я всё-таки с тобой побуду, ладно?
– Как хочешь, – ответил Сима равнодушно, взял дощечку и стал, как веслом, разгребать воду. От дощечки пошли волны по всей луже. Кораблик, приткнувшийся к кирпичу, закачался, задрал нос и поплыл дальше. Корабль, что в стружке запутался, подскакивал на волнах, но стружка держала его крепко. Он кренился, палубу ему заливало водой.
– Пойду домой, – наконец решил Сима.
– А корабли?..
– Они в плавании. Им ещё далеко плыть.
Кешка покачал головой.
– Чудной ты!.. Брось, не ходи. Давай лучше полежим на ящиках, посушимся.
Они сняли пальто, разложили их на досках. А сами залезли в ящики из-под яблок. Лежат на спине, смотрят в глубокое, как Тихий океан, небо и молчат.
Солнышко пригревает хорошо. От Симиного пальто поднимается лёгкий пар. Кешка повернулся, стал смотреть на лужу. В воде отражается небо, и лужа от этого голубая. Если прищуриться да ещё загородить глаза ладошкой, чтобы не видеть стен дома и сараев, то на самом деле кажется, будто лежишь на берегу спокойного утреннего моря.
– Сима, а ты на море бывал?
– Нет. Где я раньше жил, только речка была.
Кешка скривил губы:
– А ещё корабли строишь. А я, кроме Балтийского, ещё на Чёрном был. Вот там да!.. А ты в луже каких-то кальмаров выдумал.
Сима обиделся, хотел уйти, но тут на заднем дворе появились двое: седой сутулый старик без шапки и кругленькая старушка с розовым лицом. Они вместе несли ковёр. Старушка посмотрела на лужу, сказала расстроенно:
– Вот видишь!.. Безобразники, не могут люк прочистить.
– Будет тебе, Катя! – хрипло забасил старик. – Тебе, конечно, лужа. А может, для кого – океан. – Он кивнул на Симины корабли. – Ты вообще воды, кроме чая с лимоном, не признаёшь, а здесь дело тонкое… – Старик пошире расставил ноги, опёрся о толстую бугроватую палку. Слегка затуманенные глаза его смотрели на Симин флот, на кирпичные острова, на известковые мели. Потом он поднял палку и показал ею на острые обломки, торчавшие из воды.
– На острова Зелёного Мыса похожи. Голое, дрянное место… А вон подальше, – старик наклонился вперёд, – видишь, вроде проливчика, горловинка… Гибралтар будто. А чуть южнее – Танжер. Я тебе этот ковёр из Танжера привёз. – Старик снова облокотился на свою палку. Лицо его стало задумчивым.
– Ну, хватит, – тронула его за рукав старушка. – Пойдём.
Старик вздохнул.
– Да, да… Ты, Катя, ступай домой, а я ковёр вот здесь на ящиках выколочу.
Старушка помогла мужу разложить ковёр на куче ящиков и ушла в подворотню. Старик проводил её немного и вернулся.
Он огляделся по сторонам, как мальчишка, который хочет созорничать, подошёл к луже. Он нагнулся, подобрал Симин кораблик, поправил мачту, клетчатый парус и легонько пустил его на воду. Кораблик побежал к кирпичным островам.
Старик разгребал палкой воду, как это делал Сима, и, нагоняя кораблик, по луже покатились волны.
Сима вылез из ящика, взял своё пальто и подошёл к старику сзади. Услыхав его сопение, старик вздрогнул, оглянулся.
– Ух ты!.. Думал, жена… – смущённо улыбнулся он и тронул всей пятернёй обкуренные усы. – Понимаешь, не любит она моря… хоть ты что… Это твой флот, что ли?
– Мой, – кивнул Сима.
По щекам старика разошлись глубокие складки, плечи он выпрямил. Теперь палка казалась ненужной в его руках.
– Чего это шхуна у тебя дрейфует?.. Вон та… На рифы села?
– Нет, – покачал головой Сима, – это её гигантский кальмар схватил.
Кешка подумал: «Засмеёт сейчас Симу».
Но старик ничего, не засмеялся, лишь озабоченно нахмурил лоб.
– Кальмар, говоришь?.. Вот тресковая смерть. Кашалота бы сюда. Против кашалота ни один кальмар не выстоит… Я, брат, на кашалотов охотился и на финвалов. Ты вот про единорога что-нибудь знаешь?.. Нарвал называется… Бивень у него метра три длиной впереди из носа торчит. Шлюпку он, словно шилом, протыкает…
– Будет тебе, будет!.. – раздался из подворотни тихий голос.
Старик покраснел, спрятал глаза в насупленных мохнатых бровях. Под аркой, прислонившись к стенке, стояла его жена.
– Да вот, видишь, Катя, моряка встретил. Поговорить надо.
Старушка поджала губы и критически осмотрела Симу.
– Вымок-то весь, как утёнок… Пойдём, что ли, чаем напою с вареньем… с малиновым.
– Греби, греби, – подтолкнул Симу старик. – Она только с виду сердитая. Она моряков уважает.
Сима оглянулся на ящики, хотел, наверно, позвать Кешку, но Кешка запрятался поглубже, чтобы его не заметили. Ему было очень грустно.
Когда двор опустел, он вылез из ящика, подошёл к луже.
В луже отражались облака. Они бежали по опрокинутому небу. Кешке казалось, что он медленно плывёт по волнам… Мелькают острова, потрескавшиеся от солнца. Над водой дерутся поморники и альбатросы. В морской пене хищно шныряют единороги. Что-то щекотное и тёплое подступало к Кешкиному горлу, как подступают слёзы, когда смотришь хороший кинофильм с хорошим концом.
• 1. Прочитай первый абзац. Расскажи, как выглядел задний двор. Зачем автор начинает рассказ с такой неприятной картины?
• 2. Найди и прочитай о том, как играл Сима на заднем дворе.
• 3. Какое волшебство превратило груды извёстки в известковые рифы, груды кирпича – в кирпичные острова, а дощечки от ящиков и бумажки – в корабли с парусами?
• 4. Докажи, что Сима настоящий фантазёр. Кто ещё в этом рассказе фантазёр?
• 5. Можно ли сказать, что фантазии Симы и взрослого моряка заразили и Кешку, что в нём тоже проснулся фантазёр? Прочитай последний абзац.
• 1. Какие стихи и рассказы о фантазёрах и фантазии ты прочитал в этом году? Назови писателей и поэтов, рассказавших о ребятах-фантазёрах.
• 2. Подумай, нужна ли человеку фантазия. Как она изменяет жизнь?
• 1. Какое время года изобразил поэт? Подтверди свой ответ строчками стихотворения.
• 2. «Показались
• 3. «Царство восковое» – это что? А что поэт назвал «душистой кельей»? Почему он так назвал?
В стихотворении А. С. Пушкина пчелиный улей назван «восковым царством», а каждая ячеечка для мёда в улье названа «келейкой медовой». Поэт сравнивает улей и его обитателей пчёлок с монастырём, где в кельях живут монахи. Это
Этот текст – художественный. В художественном тексте используются образные выражения. Они делают текст интересным, выразительным.
В марте курица напьётся из лужицы.
В апреле земля преет.
Май не холоден, да голоден.
• 1. О чём говорится в народных приметах? Как ты их понимаешь?
• 2. Найди в приметах созвучия. А в какой из них есть противопоставление?
• 1. Как ты понимаешь выражения: «греет до седьмого пота», «бушует, одурев, овраг», «работа кипит в руках»? Скажи об этом иначе. А как интереснее?
• 2. Ты себе представляешь работу скотницы? Это тяжёлая и грязная работа: кормить, поить скотину, убирать за ней… Подумай, почему поэт сравнил работу весны с работой скотницы.
Вспомни, с чем и с кем сравнивают весну другие поэты.
• 1. Как ты понимаешь выражение «всё весною пахнет»? Здесь говорится только о запахах или о чём-то ином? Скажи по-другому. А чем действительно пахнет весна?
Полетела Зинька на реку.
Летит над полем, летит над лугом, слышит: всюду ручьи поют. Поют ручьи, бегут ручьи – все к реке собираются.
Прилетела на реку, а река страшная: лёд на ней посинел, у берега вода выступает.
Видит Зинька: что ни день, то больше ручьёв бежит к реке. Проберётся ручей по овражку незаметно под снегом и с берега прыг в реку. И скоро многое множество ручьёв, ручейков и ручьишек набилось в реку – под лёд попрятались.
Тут прилетела тоненькая чёрно-белая птичка, бегает по берегу, длинным хвостиком покачивает, пищит:
– Пи-лик! Пи-лик!
– Ты что пищишь? – спрашивает Зинька. – Что хвостиком размахиваешь?
– Пи-лик! – отвечает тоненькая птичка. – Разве ты не знаешь, как меня зовут? Ледоломка. Вот сейчас раскачаю хвост да как тресну им по льду, так лёд и лопнет, и река пойдёт.
– Ну да! – не поверила Зинька. – Хвастаешь.
– Ах так! – говорит тоненькая птичка. – Пи-лик!
И давай ещё пуще хвостик раскачивать.
Тут вдруг как бухнет где-то вверху по реке, будто из пушки! Ледоломка порх – и с перепугу так крылышками замахала, что в одну минуту из глаз пропала.
И видит Зинька: треснул лёд, как стекло. Это ручьи – все, что набежали в реку, – как понатужились, нажали снизу – лёд и лопнул. Лопнул и распался на льдины, большиe и малые.
Река пошла. Пошла и пошла – и уж никому её не остановить. Закачались на ней льдины, поплыли, бегут, друг друга кружат, а кто сбоку, тех на берег выталкивают.
Тут сейчас же и всякая водяная птица налетела, точно где-то здесь, рядом, за углом, ждала: утки, чайки, кулики-долгоножки. И глядь – Ледоломка вернулась, по берегу ножонками семенит, хвостом качает. Все пищат, кричат, веселятся. Кто рыбу ловит, ныряет за ней в воду, кто носом в тину тыкает, ищет там что-то, кто мушек над берегом ловит.
– Зинь-зинь-хо! Зинь-зинь-хо! Ледоход, ледоход! – запела Зинька.
И полетела рассказать Старому Воробью, что видела на реке.
И Старый Воробей сказал ей:
– Вот видишь – сперва весна приходит в поле, а потом на реку. Запомни: месяц, в который у нас реки освобождаются от льда, называется апрель. А теперь лети-ка опять в лес. Увидишь, что там будет.
И Зинька скорей полетела в лес.
• 1. Найди в тексте и прочитай о весенних ручейках. Какие слова и выражения помогают читателю представить ручейки одушевлёнными, живыми?
• 2. «Многое множество ручьёв, ручейков и ручьишек набилось в реку». Найди здесь однокоренные слова. Подумай, зачем писатель собрал их вместе в одном предложении.
• 3. Чем различаются в природе ручей, ручеёк, ручьишко? А чем различаются слова, их называющие?
• 5. Какую примету апреля сообщил Зиньке Старый Воробей?
• 6. Раздели текст на части по событиям, попробуй озаглавить части словами из текста. Например:
1) Полетела Зинька на реку.
2) Тут прилетела чёрно-белая птичка…
Продолжи.
Овсянка запела веснянку: «Покинь сани, возьми воз».
• 1. Найди созвучие.
• 2. Что такое веснянка? А овсянка – это кто? Почему песня овсянки относится к веснянкам?
• 3. Какие веснянки ты знаешь?
• 1. «Тронулся лёд». Как сказать по-другому?
• 2. Интересно рассказала поэтесса о ледоходе? Что помогло ей передать шум тронувшейся реки?
Можно так подобрать звуки и расположить их в художественной речи, что они усилят её звуковую выразительность. Звуками можно передать журчание ручья, пение птиц, шум деревьев и т. д. Это
• 1. Как поэт говорит о ветках черёмухи? А с чем он сравнивает кисточки цветов?
Поэты и писатели часто сравнивают один предмет с другим.
• 1. Видел ли ты георгины? Почему поэт назвал их горделивыми? Нравится ли тебе такое образное определение? А как бы ты сказал о георгинах?
• 2. С кем сравнивается подсолнух?
• 3. Поэт наблюдает свой садик в одно время года или в разное? По каким приметам ты можешь это узнать?
• 5. В каких строках последние слова созвучны (рифмуются)?
• 1. «Сыплет черёмуха снегом». Нравится тебе это выражение? Можно назвать его образным сравнением? Почему? Оно помогает увидеть изображённое? Расскажи, что ты представил себе.
• 2. «Никнут шелковые травы». А в разгар лета траву можно назвать шёлковой?
Март с водой, апрель с травой, а май с цветами.
• 1. Что такое «покатая крыша»? Ты легко ответишь на этот вопрос, если догадаешься, от какого слова образовано слово «покатая».
• 2. «Дух занялся у вороны». Объясни это выражение. Как об этом можно сказать иначе? А как интереснее?
• 3. «В воздухе – вешние звоны». О каких весенних звуках говорится в стихотворении?
Вороны купаются ранней весной к теплу, хохлятся – к дождю.
• Отгадай загадку. По каким признакам загадан предмет? С чем он сравнивается? Какие действия его характеризуют?
• 1. «Лес зардел». Скажи об этом иначе. Что такое «лазурь»?
• 2.
• 3. О чём поёт жаворонок? Ответь строчками стихотворения.
Василий Андреевич Жуковский был близким другом А. С. Пушкина. Он был старше Пушкина, и Пушкин считал его своим учителем в литературе. В. А. Жуковский был очень образованным человеком, прекрасным педагогом. Не случайно именно Жуковскому поручили воспитание царских детей.
Жуковский, как и Пушкин, ценил устное творчество народа. Некоторые его произведения написаны
• 1. Как поэт рассказал о дожде при солнце и сквозь солнце? Найди и прочитай нужную строфу.
• 2. В народе о дожде сквозь солнце говорят –
• 3. Как ты думаешь, откуда поэт наблюдает приближение дождя? Что он увидел, что услышал, а что уловил обонянием? Найди и прочитай нужные строчки.
• 1. «
• 2. «Пробудись». В прямом или в переносном значении употреблено здесь это слово? Можно ли назвать его образным? Какие ещё образные слова и выражения использовал поэт в этом стихотворении? Что тебе в нём особенно понравилось?
• 3. «Созови гостей». К кому обращается поэт? Какие слова и выражения представляют нам степь как живое существо? Подумай, кого может пригласить степь «праздновать весну».
• 4. К чему призывает поэт «степь широкую»? Ответь строчками стихотворения.
Вешний дождь растит, осенний гноит.
• Объясни, почему так говорят. Найди противопоставления.
• 1. О каком времени года рассказывают поэты и писатели в произведениях, собранных в этом разделе? Какие эти произведения по настроению? Подтверди свой ответ чтением какого-либо стихотворения. А есть ли среди них грустные?
• 2.
• 3. Выучи наизусть те стихотворения о весне, которые тебе больше всего понравились.
• 4. Какие весенние праздники ты знаешь?
Я часто вспоминаю мои детские годы. И бывает так, что мне стыдно за то, что я в моём детстве сделал, и, наоборот, бывает, что какие-то мои поступки я вспоминаю с радостью и мне за них не стыдно.
Вот мне и хочется рассказать вам о том, что мне вспоминать стыдно, и о том, что вспоминать радостно. Может быть, это будет полезно вам узнать.
Когда мне было лет восемь, мы с папой, мамой и моим младшим братом жили в Москве, в Сокольниках… Тогда не только асфальта, но даже и мостовой в нашем переулке не было, а просто земля. Автомобилей совсем мало. Очень редко проедет какой-нибудь автомобиль, и все на него удивляются.
Вместо автомобилей были извозчики. А раз были извозчики, то, значит, были и лошади, а раз были лошади, то, значит, на улицах часто был просыпан овёс из торбы – так назывался мешок с овсом, который подвешивался к морде лошади. Около просыпанного овса часто собирались воробьи.
Кто-то мне подарил тоненькую палочку, кончавшуюся острым металлическим стерженьком. Если кинуть эту палочку, то она непременно воткнётся в землю. Я кинул её прямо туда, где сидели воробьи.
И тут произошло что-то очень страшное. Кончик палочки проткнул насквозь воробья, и он трепыхался. Я подбежал, выдернул эту палочку, но, конечно, раненый воробей взлететь никак не мог.
Я стал кричать, плакать и взял этого воробья в руки. Края клюва у него были жёлтенькие. Значит, это был совсем молодой воробышек.
Я решил пустить его куда-нибудь на траву.
В соседнем заборе были ворота. Они не доходили до самой земли, и между воротами и землёй было видно, что во дворе было много хорошей травы. Я осторожно пустил воробышка под эти ворота. Он поскакал, лёг в траву, а я всё смотрел и смотрел на него. Воробышек тяжело дышал, потом весь затрепыхался и замер. Тогда я понял, что он умер. И без того я уже плакал, а тут заплакал ещё сильнее и побежал домой.
Дома меня встретила старая няня. Я ей рассказал, что случилось. Она нахмурила брови и сказала мне: «Это очень нехорошо. Это большой грех. Тебя боженька накажет».
Вечером пришла с работы мама, и я ей всё рассказал.
«…То, что ты сделал, – сказала мама, – это грех, настоящий грех… перед всем, что живёт на земле, значит, и перед воробьём. Нельзя так делать».
• 1. Мальчик кинул палочку туда, где сидели воробьи. Он сделал это:
• 2. Какое место в рассказе самое напряжённое, тяжёлое? Прочитай его ещё раз.
• 3. Как отнеслись к поступку мальчика взрослые? Как ты думаешь, правильно поступили няня и мама мальчика?
• 5. Какова главная мысль рассказа?
• 6. Что такое торба? Найди в тексте объяснение автора.
Прочитай выражения.
«Насыпь соли в торбочку».
«Носится, как дурак с писаной торбой».
«Дай ему хоть торбу с пирогами, хоть чёрта с рогами – всё одно».
Мне шёл уже семнадцатый год. Моего отца назначили начальником экспедиции… Отец взял и меня как рабочего.
Сперва мы километров, наверное, триста проплыли на лодке по реке Вычегде. Это очень большая река. Плыли много дней, ночью спали просто на берегу в спальных мешках.
Была уже поздняя осень.
И однажды произошёл вот какой случай. Мы заснули в спальных мешках на песке у реки, а проснувшись утром, увидели, что всё вокруг белым-бело от инея. Будто снег… И на нём – медвежьи следы. Оказывается, медведь подходил к нам ночью и, наверное, обнюхивал нас, а дальше следы пошли к реке и у самой воды кончились. Значит, медведь вошёл в воду и уплыл. Медведи плавают не очень хорошо, но всё-таки переплыть реку могут.
Потом мы плыли по реке Вишере, а потом по узкой речке Нившере. Но тут мы уже не гребли, а отталкивались шестами. А потом сто километров шли пешком через тайгу…
Это была сплошная тайга. Удивительная, как в сказке. Вы, наверное, читали Пушкина или мама вам читала:
В русских народных сказках есть такие же избушки на курьих ножках. В них живут Бабы-Яги и носом упираются в потолок.
Так вот, эти избушки есть на самом деле… Это склады добычи охотников. Они стоят на столбах или срубленных высоких пнях. Сверху такого пня положен кусок доски, а поверх доски опять такое же бревно. Это для того, чтобы мыши не могли залезть в избушку. Долезут до доски и стоп, по доске-то вниз головой да вверх лапками они ведь ползти не могут. Они же не мухи, а мыши.
Ни окон, ни дверей в избушке нет, чтобы медведь не мог выбить дверь или окно лапой.
Как же попасть в избушку? Оказывается, надо выдвинуть доску пола, и тогда можно туда влезть. Я даже как-то в такой избушке спал. Стоять там нельзя, а лежать или сидеть – можно…
Наш проводник часто убивал рябчиков и глухарей, и тогда мы варили их в котелке над костром. Этот проводник хотел научить меня стрелять. Мне почему-то не очень этого хотелось, а он всё время говорил: «Ну, попробуй, Сергей, попробуй. Конечно, в летящую утку ты не попадёшь, а в сидящую летягу попасть не так уж трудно».
Летяга – это замечательная белка, вся серая. Между передними и задними лапками у неё как бы перепонки из кожи, только все покрыты мехом. И если летяга растопырит все четыре лапки, то получается маленький квадратик, вроде как бы маленький меховой парашют, и прыжок летяги с дерева на дерево немножко похож на полёт, поэтому она и называется «летяга».
И вот как-то мы увидели летягу, которая перелетала с высокой сосны на лиственницу.
Лиственниц на севере много. Они огромные, как сосны, и осенью очень красивые. У них прямо-таки золотые иголки…
Сидит летяга на золотой ветке и на нас смешно посматривает. Небо синее. Прозрачное как стекло. Такое только осенью бывает. На небе белые облака. Над самой макушкой лиственниц пролетели три утки. Очень быстро махали крыльями. Будто торопились куда-то по важному делу. Летяга посмотрела на них, проводила их взглядом и потом опять стала на нас смотреть. Наверное, она людей первый раз в жизни видела.
Проводник дал мне ружьё и объяснил, как надо прицеливаться.
Хоть мне и было семнадцать лет, но признаться в том, что не хочется убивать летягу, почему-то казалось очень стыдно. И поэтому я сделал всё так, как сказал проводник. Прицелился и нажал на курок. Приклад больно ударил меня в плечо, а летяга сквозь ветви упала на землю.
Я подошёл к ней, взял в руки. Она ещё шевелилась, а потом умерла. Это было шестьдесят лет тому назад, даже больше. Но с тех пор я никогда никого уже не убивал – ни птицу, ни зверька. Я не могу это сделать.
Когда настоящие охотники убивают дичь, чтобы потом людям было что есть, – это понятно. Без этого люди не могут жить. Но это охотничья профессия, это их работа. А для развлечения, для удовольствия, по-моему, убивать никого не надо.
• 1. Почему белку назвали летягой?
• 2. Прочитай, как автор описывает белочку-летягу. Найди в тексте слова и выражения, которые говорят о том, что автору очень нравится белочка.
• 3. Говорит ли автор о своих переживаниях после выстрела? А как ты узнал, что он был потрясён смертью зверька?
• 4. Обрати внимание, как честно и откровенно автор рассказывает о своих плохих поступках. Есть ли в твоей жизни такие поступки, за которые тебе теперь стыдно? Ты можешь о них рассказать?
• 5. Прочитай в тексте слова, которые выражают главную мысль рассказа.
Когда мне было тринадцать, четырнадцать, пятнадцать лет, я летом часто жил в деревне, умел хороню косить, и крестьяне приглашали меня косить вместе с ними…
И травяные луга, и рожь, и овёс, и тимофеевку с викой – всё это косили косами. Большие заливные луга косила сообща вся деревня. Называлось это косить «всем миром».
Перед косьбой вечером по всей деревне раздавался металлический стук. Это косари отбивали свои косы молоточками, чтобы сделать совсем тонким остриё.
А утром рано, пока ещё роса, все отправлялись на луг. Вы, наверное, знаете такую поговорку: «Коси, коса, пока роса. Роса долой, коса домой». Когда трава высохнет, её косить уже трудно. Значит, на косьбу выходили ранним-ранним утром, чуть только взойдёт солнце. Все косари в белых рубахах. На поясе висят деревянные длинные ящички с водой. Такие ящички назывались брусочницами, потому что в них лежали бруски – точильные камни, чтобы точить косы.
Один косарь начинал косить первым, за ним шёл второй на шаг правее, потому что прямо перед ним уже трава была скошена, ещё правее третий, ещё правее – четвёртый и так целая шеренга.
Косить нужно было ровно, чтобы никто не отставал и взмах косы у всех был в одно время. Очень красиво.
В траве на лугу бывали и лягушки, и гнёзда жаворонков, а иногда и маленькие зайчата.
Конечно, случалось, что косарь не со зла, не нарочно закашивал лягушку. Жаворонок вспархивал и улетал, а вот зайчата никуда не убегали, они только прижимались к земле и думали, что так их никто не увидит. И конечно, было легко не заметить зайчонка и ранить его или убить.
Когда у зайчих родятся зайчата, то малыши сидят в разных местах. Там, где их родили мамы. Сидят и чуть-чуть попискивают. А зайчихи кормят зайчат, не думая о том, свой ли это зайчонок или чужой. Услышат писк и накормят. Получается, что у каждого зайчонка много мам, и у каждой зайчихи много детей.
И вот когда я косил вместе со всеми, то вдруг увидел прямо перед собой зайчонка. Он прижался к земле и не шевелился. А я ведь уже замахнулся. Еле успел удержаться. Положил косу, схватил зайчонка, побежал к мешку, где у меня был хлеб, вытряхнул этот хлеб и засунул в мешок зайчонка.
Конечно, все косцы меня ругали, потому что косьба остановилась, но ведь это было всего минуты три или четыре. Я вернулся в строй и продолжал косить.
Потом принёс зайчонка домой, и мы с братом выкормили его из соски. А когда он стал совсем хорошим, большим зайцем, поздним вечером отнесли его в лес и выпустили. Вот об этом зайчонке я до сих пор вспоминаю с радостью.
• 1. Прочитай ещё раз последнее предложение рассказа. Объясни, почему автор вспоминает о зайчонке с радостью.
• 2. Как ты думаешь, почему герой рассказа забрал зайчонка домой? Что бы могло случиться с зайчонком, если б он остался на скошенном лугу?
У слова
С миру по нитке – голому рубаха.
У них в доме мир и благодать.
С миром и беда не в убыток.
Мир дому сему!
Мир вам, добрые люди!
1)
2)
Определи значение слова
…Был у меня друг, не несколько месяцев, а несколько лет – рыжая беспородная собака, которую звали Дружок. Подарила мне эту собаку старушка учительница…
Мне рассказывали, что учительница эта болела какой-то нервной болезнью, и доктор посоветовал ей завести канарейку. Не смейтесь! Это был очень хороший совет. За канарейкой нужно ухаживать, каждый день её кормить, поить, но зато она каждый день поёт без умолку. Всё это успокаивает человека…
К тому времени, когда я пришёл к учительнице, она уже была известна в Москве как большой знаток канареек, а её нервная болезнь совсем прошла. Войдя в комнату, я увидел много клеток с канарейками, они прыгали с жёрдочки на жёрдочку и пели, а учительница улыбалась и гладила маленькую рыжую собаку, которая сразу завиляла хвостом и лизнула меня в нос.
Вот с этого дня Дружок стал моим другом.
Дружба была радостная, счастливая и очень долгая.
Мы всегда были вместе. Вместе купались. Переплывали реку. Дружок быстро работал всеми четырьмя лапами, сопя и отдуваясь, но отставал от меня. У него ведь лапы были и короче, и тоньше моих. Приплывал он к другому берегу чуть попозже, отряхивался, разбрызгивал вокруг себя воду фонтаном. Потом мы валялись в траве, обсыхали и опять с размаху прыгали в воду… Я нырял и долго плыл под водой, а когда выныривал, видел, как Дружок, шлёпая передними лапами по воде, испуганно вертит головой во все стороны, не понимая, куда я девался, а увидев, радостно плывёт ко мне и лижет мой нос. Мы опять валяемся и загораем, и опять кидаемся в воду…
Я сказал, что дружба у нас с Дружком была долгая, а раз долгая, значит, бывали и огорчения.
Как-то я ехал на велосипеде по Четвёртому просеку Сокольнического парка. Тогда этот просек был специально для велосипедистов.
Мы неслись с Дружком очень счастливые, но вдруг откуда-то на Дружка наскочили две большие собаки. Он побежал, они за ним. Я стал глядеть, куда они побежали, и налетел на дерево. Сломал велосипед и руку. Пришёл домой. Руку мне положили в лубок. Я о ней не очень беспокоился и плакал не от боли, а оттого, что был уверен, что Дружка загрызли собаки. К вечеру Дружок приполз во двор. Я отнёс его в кухню, он лежал несколько дней, ничего не ел, но потом поправился.
Поправился и опять пропал. Я думал, что он вернётся, но прошёл день, прошло два, а Дружка всё нет. И я подумал – вдруг его поймали собаколовы. Если это так, то они только три дня будут держать пойманную собаку. И если за три дня хозяин собаки не придёт, то, значит, её нельзя будет выручить.
И я поехал в то место, куда отвозят пойманных бездомных собак.
Это было где-то на окраине Москвы.
Вечер. Сарай, в котором стояли клетки с собаками, был уже заперт. Но сторож оказался добрым и отпер сарай, чтобы я посмотрел, нет ли там моего Дружка.
В сарае стояло очень много клеток. В каждой клетке сидели две, три, четыре собаки. Поднялся страшный лай.
Я шёл и глядел на несчастных собак и всё никак не мог увидеть Дружка. Уже решил, что его нет, и вдруг заметил в одной клетке, как что-то рыжее кидается на сетку и визжит. Это был Дружок.
Но взять его я не мог. Чтобы забрать собаку, нужно было заплатить штраф. Целых три рубля. Таких денег у меня никогда не было.
Я вернулся домой. На следующий день мама дала мне три рубля и тридцать копеек на извозчика. Ведь в трамваях возить собак было нельзя. А такси не было. Даже слова «такси» никто не знал.
Утром я поехал за Дружком и привёз его домой. Если бы вы только знали, как он был рад. Он прыгал на диван, на кровать, на стол. Он кидался в ноги, он облизывал мои руки. А я не прыгал, но был счастлив, наверное, не меньше, чем Дружок.
И когда я думаю о своём детстве, то всегда вспоминаю Дружка. Он был настоящим, самым настоящим другом.
• 1. Рассказ называется «Дружок». Как ты понимаешь смысл названия?
• 2. Опираясь на текст, докажи, что Дружок был настоящим другом. В чём выражалась его дружба?
• 4. «Когда я думаю о своём детстве, то всегда вспоминаю Дружка». Как ты думаешь, почему автор его вспоминает? Эти воспоминания:
• 6. Прочитай абзацы. Текст в этих абзацах – описание, повествование или рассуждение? Объясни.
Будешь друг, да не вдруг.
Старый друг лучше новых двух.
Вы должны знать, что дружить – это значит жалеть, и поэтому нельзя поймать ёжика и принести его домой, нельзя поймать белочку и посадить её в клетку. Какая же это дружба! Какая же это любовь! Ведь каждому в неволе плохо.
Как бы вы хорошо ни кормили ёжика, как бы ни ухаживали за белкой, им будет плохо, и они в конце концов могут умереть. И вы будете в этом виноваты.
И навсегда запомните, что нельзя говорить: «Я люблю лес», а самому ломать живые сучья. «Я люблю животных», а самому стрелять из рогатки в воробья или в кошку, да ещё хвалиться: «Вот какой я сильный. Вот какой я ловкий. Вот какой я храбрый».
Знайте, что храбрый человек – это не тот, который бьёт слабого. Это не храбрость. Храбрый тот, кто защищает и спасает слабого.
А любить и знать природу и животных очень нужно. Только тогда интересно жить, когда ты знаешь всё, что тебя окружает.
• 1. Что самое главное ты понял из слов автора, сказанных им читателям «на прощанье»? Прочитай ещё раз и ответь.
• 2. Что нового ты узнал из рассказов С. В. Образцова? Поделись своими открытиями с другом.
• 4. Свою книгу автор озаглавил «Так нельзя, а так можно и нужно». Докажи, что это заглавие относится к каждому из рассказов. Ты, конечно, понял, что рассказы этой книги озаглавлены по персонажам («Дружок», «Зайчонок»…). Попробуй озаглавить каждый рассказ по его главной мысли.
• 5. Определи, какой это вид текста – описание, повествование или рассуждение? Объясни.
Автор этих рассказов – человек удивительно добрый и талантливый. Всемирно известен созданный им Московский театр кукол. В каких только странах ни побывали замечательные куклы Образцова!
Сергей Владимирович не только талантливый артист и режиссёр, но и замечательный писатель.
В своих спектаклях, книгах, беседах он говорил об одном и том же: людям нужны доброта и любовь ко всему живому.
Я учился очень давно. Тогда ещё были гимназии. И учителя тогда ставили в дневнике отметки за каждый спрошенный урок. Они ставили какой-нибудь балл – от пятёрки до единицы включительно.
А я был очень маленький, когда поступил в гимназию, в приготовительный класс. Мне было всего семь лет. И я ничего ещё не знал, что бывает в гимназиях. И первые три месяца ходил буквально как в тумане.
И вот однажды учитель велел нам выучить наизусть стихотворение:
А я этого стихотворения не выучил. Я не слышал, что сказал учитель. Я не слышал потому, что мальчики, которые сидели позади, то шлёпали меня книгой по затылку, то мазали мне ухо чернилами, то дёргали меня за волосы и, когда я от неожиданности вскакивал, – подкладывали под меня карандаш или вставочку. И по этой причине я сидел в классе перепуганный и даже обалдевший и всё время прислушивался, что ещё замыслили против меня сидевшие позади мальчики.
А на другой день учитель, как назло, вызвал меня и велел прочитать наизусть заданное стихотворение.
А я не только не знал его, но даже и не подозревал, что на свете есть такие стихотворения. Но от робости я не посмел сказать учителю, что не знаю этих стихов. И совершенно ошеломлённый стоял за своей партой, не произнося ни слова.
Но тут мальчишки стали подсказывать мне эти стихи. И благодаря этому я стал лепетать то, что они мне шептали.
А в это время у меня был хронический насморк, и я плохо слышал одним ухом и поэтому с трудом разбирал то, что они мне подсказывали.
Ещё первые строчки я кое-как произнёс. Но когда дело дошло до фразы: «Крест под облаками как свеча горит», я сказал: «Треск под сапогами как свеча болит».
Тут раздался хохот среди учеников. И учитель тоже засмеялся. Он сказал:
– А ну-ка, дай сюда свой дневник! Я тебе туда единицу поставлю.
И я заплакал, потому что это была моя первая единица и я ещё не знал, что за это бывает.
После уроков моя сестрёнка Лёля зашла за мной, чтобы вместе идти домой. По дороге я достал из ранца дневник, развернул его на той странице, где была поставлена единица, и сказал Лёле:
– Лёля, погляди, что это такое? Это мне учитель поставил за стихотворение «Весело сияет месяц над селом».
Лёля поглядела и засмеялась. Она сказала:
– Минька, это плохо! Это тебе учитель влепил единицу по русскому языку. Это до того плохо, что я сомневаюсь, что папа тебе подарит фотографический аппаратик к твоим именинам, которые будут через две недели.
Я сказал:
– А что же делать?
Лёля сказала.
– Одна наша ученица взяла и заклеила две страницы в своём дневнике, там, где у неё была единица. Её папа послюнил пальцы, но отклеить не мог и так и не увидел, что там было.
Я сказал:
– Лёля, это нехорошо – обманывать родителей!
Лёля засмеялась и пошла домой. А я в грустном настроении зашёл в городской сад, сел там на скамейку и, развернув дневник, с ужасом глядел на единицу.
Я долго сидел в саду. Потом пошёл домой. Но, когда подходил к дому, вдруг вспомнил, что оставил свой дневник на скамейке в саду. Я побежал назад. Но в саду на скамейке уже не было моего дневника. Я сначала испугался, а потом обрадовался, что теперь нет со мной дневника с этой ужасной единицей.
Я пришёл домой и сказал отцу, что потерял свой дневник. И Лёля засмеялась и подмигнула мне, когда услышала эти мои слова.
На другой день учитель, узнав, что я потерял дневник, выдал мне новый.
Я развернул этот новый дневник с надеждой, что на этот раз там ничего плохого нету, но там против русского языка снова стояла единица, ещё более жирная, чем раньше. И тогда я почувствовал такую досаду и так рассердился, что бросил этот дневник за книжный шкаф, который стоял у нас в классе.
Через два дня учитель, узнав, что у меня нету и этого дневника, заполнил новый. И, кроме единицы по русскому языку, он там вывел мне двойку по поведению. И сказал, чтоб мой отец непременно посмотрел мой дневник.
Когда я встретился с Лёлей после уроков, она мне сказала:
– Это не будет враньё, если мы временно заклеим страницу. И через неделю после твоих именин, когда ты получишь фотоаппаратик, мы отклеим её и покажем папе, что там было.
Мне очень хотелось получить фотографический аппарат, и я с Лёлей заклеил уголки злополучной страницы дневника.
Вечером папа сказал:
– Ну-ка, покажи свой дневник! Интересно знать, не нахватал ли ты единиц!
Папа стал смотреть дневник, но ничего плохого там не увидел, потому что страница была заклеена.
И когда папа рассматривал мой дневник, на лестнице вдруг кто-то позвонил.
Пришла какая-то женщина и сказала:
– На днях я гуляла в городском саду и там на скамейке нашла дневник. По фамилии я узнала адрес и вот принесла его вам, чтобы вы сказали, не потерял ли этот дневник ваш сын.
Папа посмотрел дневник и, увидев там единицу, всё понял.
Он не стал на меня кричать. Он только тихо сказал:
– Люди, которые идут на враньё и обман, смешны и комичны, потому что рано или поздно их враньё всегда обнаружится. И не было на свете случая, чтоб что-нибудь из вранья осталось неизвестным.
Я, красный как рак, стоял перед папой, и мне было совестно от его тихих слов. Я сказал:
– Вот что: ещё один мой, третий, дневник с единицей я бросил в школе за книжный шкаф.
Вместо того чтоб на меня рассердиться ещё больше, папа улыбнулся и просиял. Он схватил меня на руки и стал меня целовать. Он сказал:
– То, что ты в этом сознался, меня исключительно обрадовало. Ты сознался в том, что могло долгое время остаться неизвестным. И это мне даёт надежду, что ты больше не будешь врать. И вот за это я тебе подарю фотоаппаратик.
Когда Лёля услышала эти слова, она подумала, что папа свихнулся в своём уме и теперь всем дарит подарки не за пятёрки, а за единицы.
И тогда Лёля подошла к папе и сказала:
– Папочка, я тоже сегодня получила двойку по физике, потому что не выучила урока.
Но ожидания Лёли не оправдались. Папа рассердился на неё, выгнал её из своей комнаты и велел ей немедленно сесть за книги.
И вот вечером, когда мы ложились спать, неожиданно раздался звонок.
Это к папе пришёл мой учитель. И сказал ему:
– Сегодня у нас в классе была уборка, и за книжным шкафом мы нашли дневник вашего сына. Как вам нравится этот маленький врун и обманщик, бросивший свой дневник, с тем чтобы вы его не увидели?
Папа сказал:
– Об этом дневнике я уже лично слышал от моего сына. Он сам признался мне в этом поступке. Так что нет причин думать, что мой сын неисправимый врун и обманщик.
Учитель сказал папе:
– Ах, вот как. Вы уже знаете об этом. В таком случае – это недоразумение. Извините. Покойной ночи.
И я, лёжа в своей постели, услышав эти слова, горько заплакал. И дал себе слово говорить всегда правду.
И я действительно так всегда и теперь поступаю.
Ах, это иногда бывает очень трудно, но зато у меня на сердце весело и спокойно.
• 1. Почему Минька боялся сказать отцу правду? Назови несколько причин.
• 2. Расскажи, как получилось, что у Миньки оказалось три дневника.
• 3. Как Минька был разоблачён? За что папа похвалил Миньку и почему Минька плакал?
• 4. Прочитай конец рассказа со слов: «И я, лёжа в постели…» Какие слова здесь выражают главную мысль? Можно ли считать, что название рассказа дано по его главной мысли? А как можно было бы назвать его по персонажу, по событиям?
• 5. Расскажи о Миньке. Какой он? Что тебе в нём нравится? А как ты относишься к Лёле?
• 1. Общение с животными делает человека лучше. Подтверди это примерами из прочитанного.
• 2. Какой рассказ произвёл на тебя самое большое впечатление? Подготовь для пересказа какой нибудь эпизод из этого рассказа.
Анна Ивановна входит в класс. Говорит торжественно:
– Ну, девочки, сегодня у нас большой день. Садитесь. Посмотрела я дома ваши работы. Аня, Вера, Шура, Таня и Нюся, встаньте.
Пять девочек встают бесшумно.
– Все эти девочки, – говорит Анна Ивановна, – держат карандаши правильно.
Маруся быстро смотрит на правую свою руку и прячет её.
– И пишут они, – продолжает Анна Ивановна, – аккуратно, даже красиво. Ну прямо молодцы.
Девочки сияют.
– Все принесли ручки? – спрашивает Анна Ивановна.
– Да! Конечно, принесли! – хором отвечают счастливицы.
– Подойдите ко мне.
Девочки подходят к учительнице. Каждая получает по чернильнице. Возвращаются на свои места.
Маруся поднимает руку.
– Что, Маруся? – спрашивает Анна Ивановна.
– А я?
– Что ты?
– А мне когда?
– Что когда?
– Когда мне разрешите писать чернилами? Анна Ивановна! – продолжает Маруся очень, очень вежливо, чувствуя, что учительница не слишком довольна ею. – Пожалуйста! Я очень вас прошу! Я больше не буду.
– Что не будешь?
– Не буду держать карандаш, как сегодня.
– Значит, ты знаешь, почему я тебе не дала чернил?
– Знаю. Только мне очень хочется. Я не буду забывать, как держать этот… второй палец.
– Нет, Маруся, – говорит Анна Ивановна, – это не пустяк – начать писать чернилами. Придётся тебе ещё поработать.
Маруся садится. Мрачно смотрит на свою соседку Верочку.
А та установила чернильницу, достала из пенала ручку с новеньким пером и приготовилась писать.
– Не лезь локтём на мою половину! – шипит Маруся.
Верочка покорно отодвигается. Окунает ручку в чернила. Задерживает на миг ручку над листом – и вдруг клякса падает на чистый лист.
Весь класс вздыхает от ужаса.
– Ха-ха-ха! – ликует Маруся. – Кляксу, кляксу поставила!
Верочка горько плачет.
Анна Ивановна подходит к ней.
– Вера, Верочка, ничего! – говорит она. – Первый раз прощается. Сейчас мы возьмём чистый лист да и начнём сначала. А тобой, Маруся, я очень недовольна. Я-то думала – все девочки обрадуются за своих подруг. А оказывается…
– Я обрадовалась! – говорит одна девочка.
– Я тоже, – говорит другая.
– И мы!
– И я!
– А я как обрадовалась!
– Ну, что ты скажешь на это, Маруся? – спрашивает Анна Ивановна.
– Они врут! – отвечает Маруся угрюмо.
– Маруся!
– Они говорят неправду, – поправляется Маруся.
– Почему ты так думаешь?
Маруся молчит.
– У твоей мамы два ордена? – спрашивает Анна Ивановна.
– Да, – отвечает Маруся.
– Ты обрадовалась, когда маму наградили?
– Да, я очень обрадовалась, Анна Ивановна.
– А мамины товарищи поздравляли её? Расскажи-ка.
– Очень поздравляли, – рассказывает Маруся. – Они тогда в санитарном поезде работали, и даже машинист прибежал маму поздравить. На остановке. И телеграммы приходили. А повар к обеду сделал пирог. Мама говорит: «Это было прямо как именины».
– Вот видишь, – говорит Анна Ивановна. – В санитарном поезде понимали, что все они – одна дружная военная семья. Что одному радость, то и всем радость. А ты не веришь, что девочки могут радоваться за свою подругу. Ведь все мы – одна дружная, мирная семья. Первый класс. Верно, Маруся?
– Я вот этой не поверила, Нине… – бормочет Маруся.
– Почему?
– Не рада она. Она поссорилась на перемене с Верой. На всю жизнь.
Нина поднимает руку.
– А перед уроком мы помирились, – сообщает она торжествующе.
– Вот видишь! – говорит Анна Ивановна. – Садись, Маруся. Пиши карандашом. Пиши, старайся хорошенько.
Вечер.
Маруся сидит за столом, чертит что-то карандашом в тетради.
Бабушка расположилась у стола, поближе к лампе. Шьёт. Маруся начала было потягиваться и вдруг застыла от изумления – глядит, не мигая, на бабушкины руки.
– Бабушка, ты ловкая? – спрашивает Маруся.
– Довольно ловкая, – отвечает бабушка, не отрываясь от работы. – А что?
– Пальцы у тебя какие послушные, – вздыхает Маруся. – Тебе рано дали чернила?
– Не помню… – отвечает бабушка рассеянно.
– Не помнит! – удивляется Маруся. – Смотри-ка! Не помнит… Знаешь, бабушка, только две девочки в классе теперь пишут карандашом – я и Галя. Беда! Вдруг ей завтра дадут чернила, а мне нет?
– Возьми чернила да и пиши себе, – предлагает бабушка. – Постели на стол газету, чтоб на скатерть не капнуть, да пиши…
– Ой! – ужасается Маруся. – Анна Ивановна не позволяет ещё мне. Что ты!
– Ну, как знаешь, – говорит бабушка. – Не хочешь, не надо.
– Ох, скорее бы завтра! – вздыхает Маруся. – Завтра, наверное, дадут мне чернила.
И вот завтрашний день приходит.
Первый класс «А». Девочки сидят, пишут. Все пишут чернилами. Только Маруся и Галя пишут карандашами.
Анна Ивановна направляется к своему столу. Останавливается.
Все девочки смотрят на учительницу.
– Сейчас. Сейчас скажет! – бормочет Маруся.
– Галя! – говорит Анна Ивановна. – Подойди ко мне. Я дам тебе чернильницу.
Галя встаёт бесшумно. Идёт к столу. Получает чернильницу. Садится на место.
Маруся глаз не сводит с Анны Ивановны.
А та молчит. Читает что-то в классном журнале.
Нет, не получить сегодня чернильницы Марусе!
Маруся опускает голову. Пишет ожесточённо карандашом, не глядя ни на кого.
Анна Ивановна замечает это и улыбается.
Вдруг Галя падает головой на парту. Отчаянно плачет.
– Галя! – удивляется Анна Ивановна. – Что случилось?
– Be… ве… ве… – никак не может произнести Галя.
– Успокойся, Галя. Ты уже не маленькая. Говори, что случилось! – утешает её Анна Ивановна. – А вдруг мы придумаем, как тебе помочь?
– Ве… ве… вечером заказное письмо принесли… – рассказывает Галя всхлипывая. – Ма… мама… взяла ручку расписаться у меня из сумки. По… потом стала письмо читать… А ручку забыла обратно положить.
– Да! – вздыхает Анна Ивановна. – Что же делать-то? Ни у кого нет лишней ручки?
Девочки добросовестно заглядывают в свои сумки, в портфели, в пеналы.
Нет! Никто не захватил в класс ручки.
Нина поднимает руку.
– Что ты хочешь сказать? – спрашивает Анна Ивановна.
Нина встаёт.
– У моего папы на столе, – сообщает она, – наверное, ручек пять есть. В таком стеклянном высоком стакане они стоят.
– Так, – кивает головой Анна Ивановна. – Ну и что?
– Я завтра принесу ручку.
– Завтра!.. – бормочет Галя. – Завтра я сама принесу.
– Верно, – говорит Нина печально.
Пока идут все эти переговоры, Маруся то открывает пенал, где лежит её ручка, то снова закрывает, то прячет пенал в парту, то снова достаёт, кладёт перед собой. Сжимает его обеими руками… И вдруг решается. Достаёт ручку. Протягивает Гале.
– На! – говорит она угрюмо.
– Что? – ворчит Галя, не понимая.
– На, – повторяет Маруся решительно. – Я всё равно карандашом пишу. Бери ручку.
– Молодец, Маруся! – говорит Анна Ивановна. – Помогла товарищу в беде.
Маруся стоит, очень довольная.
– Но только я не знаю всё-таки, как быть? – продолжает Анна Ивановна. – Я и тебе хотела дать сегодня чернила. Ты теперь хорошо пишешь…
Маруся делает движение вперёд, чтобы вырвать ручку у Гали. Потом машет рукой.
– Пусть! – говорит она.
– Что пусть?
– Пусть она пишет. Или так лучше: она пусть немного попишет, а потом я немного попишу, потом опять она, потом опять я.
– Ну, Маруся, ты совсем у меня молодец! – радуется Анна Ивановна. – А теперь иди за чернилами.
Маруся идёт к столу. Получает чернильницу и чудную новенькую ручку.
– На, говорит Анна Ивановна, возьми мою ручку для такого случая.
Все девочки смотрят на Марусю с завистью. Подумать только, какая счастливая! Она будет писать ручкой Анны Ивановны!
Маруся возвращается на место. Окунает ручку в чернила и, чуть дыша, начинает писать. Осторожно-осторожно…
• 1. Ты, наверное, понял, что тогда, когда училась Маруся, в первом классе многое было по-другому, не так, как сейчас. Расскажи, какие ты заметил отличия.
• 2. В рассказе описаны события двух школьных дней. Какой из них был для Маруси несчастным, а какой счастливым? Как её настроение изобразил художник на рисунках?
• 3. Маруся была в этот день счастлива, потому что:
– ей разрешили наконец писать чернилами;
– она писала ручкой Анны Ивановны?
А может быть, ещё почему-то? Подумай и скажи почему.
• 4. Раздели текст на две части и озаглавь их.
• 6. Что ты узнал из рассказа о Марусиной маме? Расскажи.
Когда-то была у Алёши двойка. По пению. А так больше не было двоек. Тройки были. Почти что все тройки были. Одна четвёрка была когда-то очень давно. А пятёрок и вовсе не было. Ни одной пятёрки в жизни не было у человека!
И вдруг – пятёрка. И главное, за что? За пение. Он получил эту пятёрку совершенно случайно. Что-то такое удачно спел, и ему поставили пятёрку. И даже ещё устно похвалили. Сказали: «Молодец, Алёша!» Короче говоря, это было очень приятным событием, которое омрачилось одним обстоятельством: он не мог никому показывать эту пятёрку, поскольку её вписали в журнал, а журнал на руки ученикам, как правило, не выдаётся. А дневник свой он забыл дома…
На уроке арифметики у него созрел план: украсть журнал! Он украдёт журнал, а утром его принесёт обратно. За это время он может с этим журналом обойти всех знакомых и незнакомых. Короче говоря, он улучил момент и украл журнал на переменке. Он сунул журнал себе в сумку и сидит как ни в чём не бывало. Только сердце у него отчаянно стучит. Когда учитель вернулся, он так удивился, что журнала нет на месте, что даже ничего не сказал, а стал вдруг какой-то задумчивый. Похоже было, что он сомневался, был журнал на столе или не был, с журналом он приходил или без. Он так и не спросил про журнал: мысль о том, что кто-то из учеников украл его, не пришла ему даже в голову. В его педагогической практике такого случая не было. И он, не дожидаясь звонка, тихо вышел, и видно было, что он здорово расстроен своей забывчивостью.
А Алёша схватил свою сумку и помчался домой. В трамвае он вынул журнал из сумки, нашёл там свою пятёрку и долго глядел на неё. А когда уже шёл по улице, он вспомнил вдруг, что забыл журнал в трамвае. Когда он это вспомнил, то он прямо чуть не свалился от страха. Он пришёл домой и даже похудел за один вечер. А всю ночь он не мог уснуть и к утру, наверное, ещё больше похудел.
Во-первых, его мучила совесть. Весь класс остался без журнала. Пропали отметки всех друзей. Понятно его волнение. А во-вторых, пятёрка. Одна за всю жизнь – и та пропала. Нет, я понимаю его. Правда, мне не совсем понятен его отчаянный поступок, но переживания его мне совершенно понятны.
Итак, он пришёл утром в школу. Волнуется. Нервничает. В горле комок. В глаза не смотрит.
Приходит учитель. Говорит:
– Ребята! Пропал журнал. Какая-то оказия. И куда он мог деться?
Алёша молчит.
Учитель говорит:
– Я вроде бы помню, что приходил в класс с журналом. Даже видел его на столе. Но в то же время я в этом сомневаюсь. Не мог же я его потерять по дороге, хотя я очень хорошо помню, как я его взял в учительской и нёс по коридору…
Некоторые ребята говорят:
– Нет, мы помним, что журнал лежал на столе.
Учитель говорит:
– В таком случае, куда он делся?
Тут Алёша не выдержал. Он не мог больше сидеть и молчать. Он встал и говорит:
– Журнал, наверное, в камере потерянных вещей…
Учитель удивился и говорит:
– Где? Где?
А в классе засмеялись.
Тогда Алёша, очень волнуясь, говорит:
– Нет, я вам правду говорю, он, наверное, в камере потерянных вещей… он не мог пропасть…
– В какой камере? – говорит учитель.
– Потерянных вещей, – говорит Алёша.
– Ничего не понимаю, – говорит учитель.
Тут Алёша вдруг испугался, что ему здорово влетит за это дело, если он сознается, и он говорит:
– Я просто хотел посоветовать…
Учитель посмотрел на него и печально так говорит:
– Не надо глупости говорить, слышишь?
В это время открывается дверь, и в класс входит какая-то женщина и в руке держит что-то завёрнутое в газету.
– Я кондуктор, – говорит она, – прошу прощения. У меня сегодня свободный день, и вот я нашла вашу школу и класс, и в таком случае возьмите ваш журнал.
В классе сразу поднялся шум, а учитель говорит:
– Как так? Вот это номер! Каким образом наш классный журнал оказался у кондуктора? Нет, этого не может быть! Может быть, это не наш журнал?
Кондукторша лукаво улыбается и говорит:
– Нет, это ваш журнал.
Тогда учитель хватает у кондукторши журнал и быстро листает.
– Да! Да! Да! – кричит он. – Это наш журнал! Я же помню, что нёс его по коридору…
Кондукторша говорит:
– А потом забыли в трамвае?
Учитель смотрит на неё широко раскрытыми глазами. А она, широко улыбаясь, говорит:
– Ну конечно. Вы забыли его в трамвае.
Тогда учитель хватается за голову:
– Господи! Что-то со мной происходит. Как я мог забыть журнал в трамвае? Это ведь просто немыслимо! Хотя я помню, что нёс его по коридору… Может, мне уходить из школы? Я чувствую, мне всё труднее становится преподавать…
Кондукторша прощается с классом, и весь класс ей кричит «спасибо», и она с улыбкой уходит.
На прощание она говорит учителю:
– В другой раз будьте внимательней.
Учитель сидит за столом, обхватив свою голову руками, в очень мрачном настроении. Потом он, подперев руками щёки, сидит и смотрит в одну точку.
Тогда встаёт Алёша и срывающимся голосом говорит:
– Я украл журнал.
Но учитель молчит.
Тогда Алёша опять говорит:
– Это я украл журнал. Поймите.
Учитель вяло говорит:
– Да… да… я понимаю тебя… твой благородный поступок… но это делать ни к чему… Ты мне хочешь помочь… я знаю… взять вину на себя… но зачем это делать, мой милый…
Алёша чуть не плача говорит:
– Нет, я вам правду говорю…
Учитель говорит:
– Вы смотрите, он ещё настаивает… какой упорный мальчишка… нет, это удивительно благородный мальчишка… Я это ценю, милый, но… раз… такие вещи со мной случаются… нужно подумать об уходе… оставить на время преподавание…
Алёша говорит сквозь слёзы:
– Я… вам… правду… говорю…
Учитель резко встаёт со своего места, хлопает по столу кулаком и кричит хрипло:
– Не надо!
После этого он вытирает слёзы платком и быстро уходит.
А как быть Алёше?
Он остаётся весь в слезах. Пробует объяснить классу, но ему никто не верит.
Он чувствует себя в сто раз хуже, как если бы был жестоко наказан. Он не может ни есть, ни спать.
Он едет к учителю на дом. И всё ему объясняет. И он убеждает учителя. Учитель гладит его по голове и говорит:
– Это значит, что ты ещё не совсем потерянный человек и в тебе есть совесть…
• 1. Расскажи, почему Алёша украл журнал. Что из-за этого произошло?
• 2. Почему учитель не поверил Алёше, что это он украл журнал?
• 3. Почему Алёша очень хотел, чтобы учитель поверил ему? Как это характеризует Алёшу? Понравился ли тебе этот мальчик? Если понравился, то чем?
• 4. В конце рассказа есть слова, которые выражают основную мысль рассказа. Найди их.
• 5. Рассказ назван по главной мысли. А как можно было бы озаглавить его по событиям?
Подоспела гимназия[2]. Тёма держал в первый класс[3] и выдержал. Накануне начала уроков Тёма в первый раз надел форму.
Это был счастливый день!
Все смотрели на него и говорили, что форма ему очень идёт. Тёма отпросился на наёмный двор[4]. Он шёл сияющий и счастливый.
Было августовское воскресенье. Семья Кейзера, вся налицо, сидит за обедом перед дверями своей квартиры. Благообразный старик, точильщик Кейзер, чопорно и сухо меряет Тёму глазами. Кейзеровна вся исчезла в доброй, ласковой улыбке, и её белый высокий чепчик усердно кивает Тёме.
– Здравствуйте, здравствуйте, Тёмочка! – говорит Кейзеровна. – Ну вот вы, слава богу, и гимназист… совсем как генерал…
Тёма сомневается, чтобы он был похож на генерала.
– Папеньке и маменьке радость, – продолжает Кейзеровна. – Папенька здоров?
– Здоров, – отвечает Тёма, смотря в пространство и роя сапогом землю.
– И маменька здорова? и братик? и сестрички? Ну слава богу, что все здоровы.
Тёма чувствует, что можно идти дальше, и тихо, чинно двигается вперёд…
У дверей своей лачуги сидит громадный Яков.
– Яков, я уже поступил в гимназию, – говорит Тёма, останавливаясь перед ним.
– В гимназию, – добродушно тянет Яков и улыбается.
– Это мой мундир.
– Мундир? – опять повторяет Яков и улыбается.
Наступает молчание. Яков смотрит на большой палец ноги, как-то особенно загнувшийся к соседу, и протягивает к нему руку.
Тёма идёт дальше. Появление Тёмы перед ватагой произвело надлежащий эффект. Тёма наслаждается впечатлением и рассказывает, с чужих слов, какие в гимназии порядки.
– Если кто шалит, а придёт учитель и спросит, кто шалил, а другой скажет – тот ябеда. Как только учитель уйдёт, его сейчас поведут в переднюю, накроют шинелями и бьют.
Ватага, поджав босые грязные ноги, сидела под забором и с разинутыми ртами слушала Тёму. Когда небольшой запас сведений Тёмы о гимназии был исчерпан, кто-то предложил идти купаться. Поднялся вопрос, можно ли теперь идти и Тёме. Тёма решил, что если принять некоторые меры предосторожности, то можно. Он приказал ватаге идти поодаль, потому что теперь уже неловко ему – гимназисту – идти рядом с ними. Тёма шёл впереди, а вся ватага, сбившись в тесную кучу, робко шла сзади, не сводя глаз со своего преобразившегося сочлена. Тёма выбирал самые людные улицы, шёл и беспрестанно оглядывался назад. Иногда он забывал и по старой памяти равнялся с ватагой, но, вспомнив, опять уходил вперёд. Так они все дошли до берега моря.
Ах, какое чудное было море! Всё оно точно золотыми кружками отливало и сверкало на солнце и тихо, едва слышно билось о мягкий песчаный берег. А там, на горизонте, оно, уже совсем спокойное и синее-синее, уходило в бесконечную даль. Там, казалось, было ещё прохладнее.
Но и тут хорошо, когда скинешь горячий мундир и останешься в одной рубахе. Тёма оглянулся, где бы уложить новенький мундир?
– А вот дайте, я подержу, – проговорил вдруг высокий, худой старик.
Тёма с удовольствием принял предложение.
– Да вы бы, сударь, немного подальше от этих… неловко вам, – шепнул Тёме на ухо старик, когда Тёма собрался раздеваться.
«Это верно!» – подумал Тёма и, обратившись к ватаге, сказал:
– Нам в гимназии нельзя… нам запрещено вместе… Вы здесь купайтесь, а я пойду дальше…
Ватага переглянулась, а Тёма со стариком ушли.
– Ну, здесь уже можно, – проговорил старик, когда ватага скрылась из глаз благодаря выступающему камню. Тёма разделся и полез в воду. Пока он купался, старик сидел на берегу и не мог надивиться искусству Тёмы. А Тёма старался.
– Я могу вон до тех пор доплыть под водой, – кричал он и с размаху бросался в воду. – Я и на спине могу, – кричал опять Тёма. – Я могу смотреть в воде!
И Тёма опускался в воду, открывал глаза и видел жёлтые круги.
– А я могу… – начал снова Тёма, да так и замер: ни старика, ни платья не было больше на берегу. В первую минуту Тёма и не догадался о печальной истине: ему просто стало жутко от одиночества и пустоты, которые вдруг охватили его с исчезновением старика, и он бросился к берегу. Он думал, что старик просто перешёл на другое место. Но старика нигде не было. Тогда он понял, что старик обокрал его. Растерянный, он пришёл к ватаге, уже выкупавшейся и одетой, и сообщил ей своё горе. Розыски были бесполезны. Всё пространство, какое охватывал глаз, было безлюдно. Старик точно провалился сквозь землю.
– Может, это нечистый был, – сделал кто-то предположение, и у всех пробежали мурашки по телу.
– Пойдём, – предложил Яшка, не отличавшийся храбростью, и, быстро вскочив, напялил шапку на мокрые волосы.
– А я как же? – жалобно проговорил Тёма.
Была одна комбинация: остаться Тёме на берегу и ждать, пока дадут знать домой. Но одному было страшно, а из ватаги никто не хотел оставаться с ним. Всех напугал нечистый, всем было страшно, все спешили уйти, и Тёма волей-неволей потянулся за всеми.
– У-ла-ла-а! Голый мальчик!
– Голый мальчик! Голый мальчик! – и толпа городских ребятишек, припрыгивая и улюлюкая, бежала за Тёмой.
Голый мальчик не каждый день ходит по улицам, и все спешили посмотреть на голого мальчика. Тёма шёл и горько плакал. Почти каждый прохожий желал знать, в чём дело. Но Тёма так плакал, что говорить сам не мог; за него говорили его друзья. Это было очень трогательно. Все останавливались и слушали, слушал и Тёма. Когда рассказ доходил до мундира, Тёма не выдерживал и начинал снова рыдать.
– Но почему же вы не возьмёте извозчика? – спросил Тёму господин в золотых очках.
«Извозчика?» – думал Тёма. Разве мало убытков папе и маме от пропавшего платья! Нет, он не возьмёт извозчика.
– Вы сын генерала?
– Да, – отвечал почти шёпотом Тёма.
– Генерала Карташёва? Николая Семёныча?
Тёма стоял ни жив ни мёртв. Это было на базарной площади, и говорил высокий, здоровый, немного пьяный старик.
– Батюшки мои! Да ведь это мой генерал! Я ведь с ним, когда он эскадроном ещё… Я и жив через него остался! Лизка! Лизка-а!
Подошла толстая краснощёкая торговка.
– Воз давай! – орал старик.
– Какой ещё воз?
– Давай воз! Генеральский сын! Того генерала, что жизнь мою… Помнишь, дура, говорил тебе сколько раз… Офицер на войне… Ну, вот из-под лошади… Э, дура!
«Дура» вспомнила и с любопытством осматривала Тёму.
– Ну, так вот сын его… Ну, давай, что ли, воз! Сам повезу… с рук на руки сдам. Вот что!
Так, причитая, размахивая руками, то наклоняясь к Тёме, то опять выпрямляясь, ораторствовал старик, пока дочь его, сидя на краю телеги, поворачивала лошадь в толпе.
Старик уже сидел на возу и только молча одобрительно кивал головой на сочувственные отзывы толпы. Сидел и Тёма, укутанный в свиту. Ватага не отставала от Тёмы и вся шла тут же возле телеги.
– Вы тут что? – накинулся было на них старик.
– Это мои мальчики, они со мной, – вступился Тёма. – Они у нас живут в доме.
– Вот как? Дружки, значит? Так что ж, айда в телегу и вы!
Ватага не заставила себя упрашивать и, живо вскарабкавшись, разместилась, кто как мог. Через несколько минут ребятишки весёлым шёпотом ещё раз передавали случившееся, но на этот раз передавая всё с комическим оттенком. Как ни был опечален Тёма, но и он не мог удержаться и фыркал, когда Яшка передавал, как они утекли от нечистого. Нередко на чью-нибудь меткую остроту раздавался дружный, сдержанный смех остальной компании.
И, откинувшись к ним, старик долго любовался своим грузом:
– Вишь, как они! Как мухи к мёду… Не брезгуешь?
И, повернувшись назад, старик убеждённо докончил:
– И Господь не побрезгует тобой.
Только через неделю была готова новая форма.
Когда Тёма появился первый раз в классе, занятия были уже в полном разгаре.
• 1. Поступление в гимназию для Тёмы важное событие? Как ты об этом узнал? Прочитай нужные строчки в тексте.
• 2. Зачем Тёма в мундире пошёл на наёмный двор?
• 3. «Ватага… с разинутыми ртами слушала Тёму». «Тёма шёл впереди, а вся ватага, сбившись в тесную кучу, робко шла сзади…» Подумай, чем вызвано восхищение, удивление и робость ватаги.
Как ты думаешь, эти ребятишки из городской бедноты могли стать гимназистами и иметь такой мундир? Почему? Объясни.
Всё ли в поведении Тёмы ты одобряешь? Когда тебе его было жалко, а когда его поведение казалось смешным?
• 4. Эта история
• 8. Озаглавь каждую часть текста по событиям. Перескажи текст по плану.
• 9. Прочитай первый абзац в третьей главе. Докажи, что это описание. Что здесь описывается?
В августе того года я уже носил синий картузик с серебряным значком на околыше. Просто Алёши не стало, – теперь был Арсеньев Алексей, ученик первого класса такой-то мужской гимназии…
Часто в то лето пугало предчувствие разлуки с матерью, с Олей, с Баскаковым[5] и со всем родным гнездом, находил страх перед одинокой, неизвестной жизнью у каких-то чужих, городских людей, перед тем, что называется какой-то гимназией с её строгими и беспощадными учителями в мундирах. То и дело сжималось сердце при взгляде на мать и Баскакова, у которых, конечно, тоже сжималось сердце при виде меня. Но сейчас же я с радостью говорил себе: всё это ещё так не скоро! И с радостью обращался к тому заманчивому, что ведь тоже таилось в моём будущем. Я буду гимназист, буду ходить в форме, буду жить в городе, у меня будут товарищи, из которых я выберу себе верного друга…
В начале августа меня повезли наконец – на экзамены. Когда послышался под крыльцом шум тарантаса[6], у матери, у няньки, у Баскакова изменились лица, Оля заплакала, отец и братья переглянулись с неловкими улыбками. «Ну, присядем», – решительно сказал отец, и все несмело сели. «Ну, с богом», – через мгновенье ещё решительнее сказал он, и все сразу закрестились и встали. У меня от страха ослабели ноги, и я закрестился так усердно и торопливо, что мать со слезами кинулась целовать и крестить меня. Но я уже оправился[7] – пока она, плача, целовала и крестила меня, я уже думал: «А может, бог даст, я ещё не выдержу…»
Увы, я выдержал. Три года готовили меня к этому знаменательному дню, а меня только заставили помножить пятьдесят пять на тридцать… попросили «чётко и красиво» написать: «Снег бел, но невкусен» да прочесть наизусть: «Румяной зарёю покрылся восток…» Тут мне даже кончить не дали; едва я дошёл до пробужденья стад «на мягких лугах», как меня остановили, – верно, учителю (рыжему, в золотых очках, с широко открытыми ноздрями) слишком хорошо было известно это пробужденье, и он поспешно сказал:
– Ну, прекрасно, – довольно, довольно, вижу, что знаешь…
Всё вышло гораздо проще, чем я ожидал, разрешилось с неожиданной быстротой, лёгкостью, незначительностью. А меж тем ведь какую черту перешагнул я!..
После экзамена нам с отцом тотчас же сказали, что я принят и что мне даётся отпуск до первого сентября. У отца точно гора с плеч свалилась, – он страшно соскучился сидеть в «учительской», где испытывали мои знания, – у меня ещё более. Всё вышло отлично: и выдержал, и целых три недели свободы впереди!..
– Ну-с, зайдём теперь поскорей к портному – и обедать! – весело сказал отец, выходя из гимназии.
И мы зашли к какому-то маленькому человеку, удивившему меня той ловкостью, с которой он снимал с меня мерку. Потом в «шапочное заведение», хозяин которого… выбрал мне… превосходный синий картузик, на околышке которого ярко белели две серебряные веточки. В этом картузике я и домой вернулся, – на радость всем.
• 1. Алёша едет сдавать экзамен в гимназию. Что его пугало? А чего он ждал с радостью? На что он втайне надеялся?
• 2. Прочитай, как родные провожают Алёшу. Почему все так тревожатся?
• 3. Расскажи, о чём спрашивали Алёшу на экзамене. А ты смог бы выдержать этот экзамен?
• 4. Зачем Алёша с отцом поехали к портному?
Тебе, наверное, интересно, какое стихотворение читал на экзамене Алёша? Вот отрывок из него:
Осенью 1902 года я должен был поступить в приготовительный класс Первой киевской гимназии. В ней учился мой средний брат, Вадим. После его рассказов я начал бояться гимназии, иногда даже плакал и просил маму оставить меня дома.
– Неужели ты хочешь быть экстерном? – испуганно спрашивала мама.
Экстернами назывались те мальчики, что учились дома и только каждый год сдавали экзамены при гимназии.
Со слов братьев я хорошо представлял себе кошмарную судьбу этих экстернов. Их нарочно проваливали на экзаменах, всячески издевались над ними, требовали от них гораздо больше знаний, чем от обыкновенных гимназистов. Ниоткуда экстернам не было помощи. Им даже не подсказывали.
Я представлял себе этих истощённых от зубрёжки, заплаканных мальчиков с красными от волнения, оттопыренными ушами. Зрелище было жалкое. Я сдавался и говорил:
– Ну хорошо, я не буду экстерном…
Я не завидовал, как другие мальчики, тому, что киевские кадеты[8] носили белые погоны с жёлтыми вензелями и становились во фронт перед генералами. Не завидовал я и гимназистам, хотя их шинели из серого офицерского сукна, с серебряными пуговицами считались очень красивыми. С детства я был равнодушен ко всякой форменной одежде, кроме морской.
Когда осенью 1902 года я впервые надел длинные брюки и гимназическую курточку, мне было неловко, неудобно, и я на время перестал чувствовать себя самим собой. Я стал для себя чужим мальчиком с тяжёлой фуражкой на голове. Я невзлюбил эти твёрдые синие фуражки с огромным гербом, потому что у всех моих товарищей – учеников приготовительного класса – всегда торчали из-под фуражек оттопыренные уши. Когда они снимали фуражку, уши у них делались обыкновенными. Но стоило им надеть фуражку, как уши тотчас оттопыривались. Будто нарочно для того, чтобы инспектор Бодянский, взяв приготовишку за ухо, мог сказать страшным своим голосом:
– Опять опоздал, мизерабль[9]! Становись в угол и думай о своей горькой судьбе!
Поэтому, как только мама купила мне фуражку, я, подражая старшим братьям, вытащил из неё маленький железный обруч и вырвал атласную подкладку. Такова была традиция – чем больше потрёпана фуражка, тем выше гимназическая доблесть. «Только зубрилы и подлизы ходят в новых фуражках», – говорили братья.
На фуражке полагалось сидеть, носить её в кармане и сбивать ею созревшие каштаны. После этого она приобретала тот боевой вид, который был гордостью настоящего гимназиста.
Мне купили ещё ранец с шелковистой спинкой из оленьей шкурки, пенал, тетради в клетку, тонкие учебники для приготовительного класса, и мама повела меня в гимназию.
Бабушка Викентия Ивановна в это время гостила у нас в Киеве. Она перекрестила меня и повесила мне на шею крестик на холодной цепочке. Трясущимися руками она расстегнула ворот моей чёрной курточки, засунула крестик мне под рубаху, отвернулась и прижала платок к глазам.
– Ну, иди! – сказала она глухим голосом и слегка оттолкнула меня. – Будь умным. Трудись!
Я ушёл с мамой. Всё время я оглядывался на наш дом, будто меня уводили из него навсегда…
…Мы вошли с мамой в здание гимназии. Широкая чугунная лестница, стёртая каблуками до свинцового блеска, вела вверх, где был слышен грозный гул, похожий на жужжание пчелиного роя.
– Не пугайся, – сказала мне мама. – Это большая перемена.
Мы поднялись по лестнице. Впервые мама не держала меня за руку. Сверху быстро спускались два старшеклассника. Они уступили нам дорогу. Один из них сказал мне в спину:
– Привели ещё одного несчастного кишонка!
Так я вступил в беспокойное и беспомощное общество приготовишек, или, как их презрительно звали старые гимназисты, в общество кишат. Кишатами нас прозвали за то, что мы, маленькие и юркие, кишели и путались на переменах у взрослых под ногами…
Я сел за низенькую парту, изрезанную перочинным ножом. Мне было трудно дышать. Кисло пахло чернилами. Назаренко[10] диктовал: «Однажды Лебедь, Рак да Щука…» За открытым окном на ветке сидел воробей и держал в клюве сухой лист клёна. Мне хотелось поменяться судьбой с воробьём. Воробей посмотрел через окно в класс, жалобно пискнул и уронил лист клёна.
– Новичок, – прогремел Назаренко, – достань тетрадь, пиши и не засматривайся по сторонам, если не хочешь остаться без обеда!
Я достал тетрадку и начал писать. Слеза капнула на промокашку. Тогда мой сосед, чёрный мальчик с весёлыми глазами, Эмма Шмуклер, шепнул:
– Проглоти слюну, тогда пройдёт.
Я проглотил слюну, но ничего не прошло. Я долго ещё не мог вздохнуть всей грудью.
Так начался первый гимназический год.
Против приготовительного класса был физический кабинет. В него вела узкая дверь. Мы часто заглядывали на переменах в этот кабинет. Там скамьи подымались амфитеатром[11] к потолку.
В физический кабинет водили на уроки старшеклассников. Мы, конечно, бились в коридоре у них под ногами, и это им, должно быть, надоело. Однажды один из старшеклассников, высокий бледный гимназист, протяжно свистнул. Старшеклассники тотчас начали хватать нас, кишат, и затаскивать в физический кабинет. Они рассаживались на скамьях и держали нас, зажав коленями.
Вначале нам это понравилось. Мы с любопытством рассматривали таинственные приборы на полках – чёрные диски, колбы и медные шары. Потом в коридоре затрещал первый звонок. Мы начали вырываться. Старшеклассники нас не пускали. Они крепко держали нас, а самым буйным давали так называемые «груши». Для этого надо было винтообразно и сильно ковырнуть большим пальцем по темени. Это было очень больно.
Зловеще затрещал второй звонок. Мы начали рваться изо всех сил, просить и плакать. Но старшеклассники были неумолимы. Бледный гимназист стал около двери.
– Смотри, – кричали ему старшеклассники, – рассчитай точно!
Мы ничего не понимали. Мы выли от ужаса. Сейчас будет третий звонок. Назаренко ворвётся в пустой приготовительный класс. Гнев его будет страшен. Реки наших слёз не смогут смягчить этот гнев.
Затрещал третий звонок. Мы ревели на разные голоса. Бледный гимназист поднял руку. Это значило, что в конце коридора появился физик. Он шёл неторопливо, с опаской прислушиваясь к воплям из физического кабинета.
Физик был очень толстый. Он протискивался в узкую дверь боком. На этом и был построен расчёт старшеклассников. Когда физик заклинился в дверях, бледный гимназист махнул рукой. Нас отпустили, и мы, обезумевшие, помчались, ничего не видя, не понимая и оглашая рыданиями физический кабинет, к себе в класс. Мы с размаху налетели на испуганного физика. На мгновение у двери закипел водоворот из стриженых детских голов. Потом мы вытолкнули физика, как пробку, из дверей в коридор, прорвались у него между ногами и помчались к себе. К счастью, Назаренко задержался в учительской комнате и ничего не заметил.
Старшеклассникам удалось всего раз проделать над нами эту предательскую штуку. Потом мы всегда были настороже. Когда старшеклассники появлялись в коридоре, мы тотчас прятались к себе в класс, закрывали двери и загораживали их партами.
• 1. От чьего лица ведётся рассказ? Как ты думаешь, как звали мальчика – героя рассказа?
• 2. Почему он не хотел поступать в гимназию?
• 3. Кто такие «кишата»? Прочитай, кто и почему так назвал детей.
• 4. Расскажи, как мальчик старался превратить новую гимназическую фуражку в старую. Зачем он это делал? Одобряешь ли ты его поведение?
• 5. Расскажи о том, как бедных кишат старшеклассники заперли в кабинете физики. Постарайся передать страх, волнение, отчаяние ребятишек. Какие чувства ты испытывал к малышам и к старшеклассникам?
• 6. Как ты думаешь, с каким чувством автор вспоминает эту историю из своего детства?
Когда мать Малыша, Федосья, привела его в первый раз в школу, учительница с удивлением сказала:
– Какой маленький! Сколько же ему лет?
– Седьмой годок пошёл, – сказала Федосья.
Учительница покачала головой:
– Нет, матушка, я не могу его принять. У нас в школе и так тесно, большим места нет, а вы ещё младенцев будете приводить. Куда я с ним денусь? Нет, не могу!
– Прими, пожалуйста! – просила Федосья. – Что делать, родимая, уж очень мне с ними трудно! Муж у меня помер, а детей-то семеро, мал мала меньше…
Анна Михайловна молчала и глядела на Малыша. Он стоял перед ней такой крошечный, в рваном полушубке, с огромной, должно быть отцовской, шапкой в руках и серьёзно глядел на неё своими большими серыми глазами.
– Да что же я с ним делать буду? – сказала она улыбаясь. – Ведь он, я думаю, и говорить-то ещё не умеет…
Малыш потянул в себя носом, махнул шапкой и сказал:
– А у меня Жучка есть!
– Это ещё что за Жучка? – смеясь, сказала учительница.
– Да это он про собачку, – отвечала за него мать. – Собака у нас, Жучка, и собачонка-то дрянная, а вот, поди ты, привязалась, так за ним и бегает! Водой не отольёшь!
– И вовсе не дрянная! – обиженно возразил Малыш. – Она хорошая! И служить умеет и… Да вот она!..
И Малыш показал на окно, в которое с улицы заглядывала косматая, вся в репьях, собачья морда.
– Ишь, сидит! – с удовольствием сказал Малыш. – Это она нас дожидается. Эй, Жучка!
И, к ужасу своей матери, он вдруг засвистал что было сил.
– Ах ты, озорник! Ах ты, разбойник! – засуетилась мать. – Что ты делаешь, озорник? Что о тебе тётенька-то подумает? А? И в школу не примет.
Но Анна Михайловна смеялась до слёз и над Малышом, и над его Жучкой, которая на свист хозяина отвечала с улицы радостным лаем.
Посмеявшись, она сказала:
– Ну хорошо, так и быть, присылай его в школу. Вот я его вышколю!..
Когда на другой день Малыш явился в школу со своей верной Жучкой, ученики встретили его смехом и шутками:
– Гляди-ко, братцы, великан какой! Ай да богатырь! А шапка-то, шапка-то, словно у Ильи Муромца! И собака с ним… Вот так собака! Ха-ха-ха!
Малыш не обращал внимания на эти насмешки… Пусть их смеются! А ну-ка, у кого из них есть такая собака, как Жучка? И шапка тоже ничего. Её ещё покойный батя носил…
Но Анна Михайловна вступилась за Малыша.
– Маленьких обижать нельзя…
Малыш учился хорошо… Он не только не отставал от других, а ещё и перегонял многих. Одно ему никак не давалось – буква «ш». Как он ни старался, всё выходило у него вместо «каша» – «каса», вместо «Маша» – «Маса». Это его очень огорчало, особенно потому, что ученики подсмеивались над ним…
Несмотря на то что Малыш жил очень далеко от школы, он приходил в школу раньше всех.
В окна… едва-едва брезжит утренний свет, а в сенях уже слышится какая-то возня – кто-то осторожно обивает сапоги о порог…
– Это ты, Малыш?
– Я, тётенька.
– Озяб?
– Не, я-то не озяб, а вот Жучка, небось, озябла, – отвечает Малыш.
Анна Михайловна, улыбаясь, говорит:
– Ах, бедная Жучка! Ну что же, впусти её, пусть погреется!
Малышу только этого и надо! Он отворяет дверь, и Жучка тихонько, повиливая хвостом в знак благодарности, прокрадывается в школу и ложится в уголке у печки…
Учительница ставила перед Малышом чашку чая с молоком и клала большой ломоть ржаного хлеба. Малыш очень любил пить чай и пил его с чувством и удовольствием, причмокивая. Хлеб он съедал весь до крошки, а сахар оставлял. Это повторялось каждый раз, и каждый раз Анна Михайловна говорила Малышу:
– Малыш, а ты опять сахар-то оставил? Возьми его себе!
– Ну что ж! – говорил Малыш и, спрятав огрызочек в карман своих полосатых штанишек, прибавлял: – Я его Дунятке отнесу.
Дунятка была самая младшая сестрёнка Малыша, и он очень любил её. Когда вместо ржаного хлеба учительница давала ему баранки, он никогда не ел их, а непременно прятал и нёс Дунятке.
– Да ты сам-то ешь, – упрашивала его Анна Михайловна. – Я тебе для Дунятки ещё дам.
– Ну, вот ещё, стану я их есть! – возражал Малыш. – Я небось и хлеба наемся: я большой, а Дунятка маленькая!
Наступили сильные холода, завыли сердитые метели и засыпали село огромными сугробами. Учеников в школе убавилось, потому что многие жили далеко от школы, у них не было тёплой одежды…
Малыш продолжал ходить в школу. Когда разгуливалась вьюга или трещал мороз, учительница оставляла мальчика в школе ночевать.
Однажды у учительницы пекли хлебы. Ещё с утра Малыш всё толковал о том, что пойдёт нынче домой, а когда сели обедать и на столе появились аппетитные ломти горячего хлеба, от которого шёл душистый пар, он решительно заявил:
– Тётенька, я мамушке горяченького хлебца отнесу! Можно?
– Ну что ж, – сказала Анна Михайловна, – вот пообедаем, и пойдёшь.
Но не успели они ещё и кашу доесть, как повалил снег, да такой густой, что в школе сразу потемнело, будто сумерки.
– Ох, Малыш! – произнесла учительница. – Погляди-ка в окно, как ты пойдёшь?
Малыш опечалился и даже ложку положил.
– Нет, тётенька, я уж пойду! Небось я дорогу-то знаю!
Анне Михайловне очень не хотелось отпускать Малыша в такую погоду. Но он так глядел на неё, так просил отпустить его, что она не могла ему отказать.
Она укутала Малыша, обвязала тёплым платком, положила ему за пазуху хлеба, и он отправился. Жучка побежала за ним, и оба исчезли в вихре белых снежинок…
Небо совсем слилось с землёю, дорогу замело, и сквозь вой ветра чуть-чуть доносились унылые звуки колокола, в который звонили для того, чтобы проезжие и прохожие не заблудились. Потом начало быстро темнеть.
«Ах, и зачем я его отпустила? – в беспокойстве думала Анна Михайловна. – Или хоть бы сама с ним пошла…»
Наконец она не вытерпела, оделась потеплее и вышла на улицу. Но на пороге глаза её засыпало снегом, а ветер чуть не сбил с ног. Идти одной было невозможно. Она зашла к соседке и попросила кого-нибудь проводить её. Вызвался сын соседки, Иван…
Им отворила сама Федосья, удивлённая и испуганная.
– Малыш где? – спросила Анна Михайловна, вбегая в избу и оглядываясь.
– Малыш? – сказала Федосья, побледнев. – Да он, как вчерась в школу ушёл, с той поры и не приходил…
Анна Михайловна от ужаса не могла слова выговорить и без сил опустилась на лавку. Федосья глядела на неё во все глаза и бледнела всё больше и больше. Вдруг она всё поняла, ударилась головой о стол и зарыдала. Дети, гревшиеся у печи, тоже подняли крик.
Анна Михайловна опомнилась.
– Что же теперь делать? – проговорила она, вся дрожа как в лихорадке. – Иван, пойдём… соберём соседей. Искать надо…
Иван побежал к соседям. В Федосьину избу стал собираться народ.
– Жалко Малыша!.. Пропал малый… Эдакая вьюга! Большой – и то собьётся с дороги, – перешёптывались они.
Вдруг в избу вбежал мальчик и сказал:
– На гумнах собака какая-то воет… Так и воет, так и воет… Страсть!
– Постой, да не Жучка ли это? – крикнул кто-то радостно.
– Может, Жучка… Ведь она с ним была!..
Народ гурьбой повалил из избы.
А вьюга всё свирепела. Снег слепил глаза, ветер заглушал голоса.
– Сенька, где собака-то воет? Ничего не слышно…
– Право, выла, – уверял Сенька. – Вы постойте, слушайте. Стой! Вон она… вон она…
Все замерли… Сквозь завывания ветра со стороны гумна до них донёсся вой…
Шли очень долго. Ноги вязли в снегу, иногда кто-нибудь падал; фонари задувало ветром…
Но вот надвинулось что-то огромное, тёмное… Это была скирда хлеба… И вой раздался совсем-совсем близко…
– Жучка, Жучка! – закричала Анна Михайловна.
Вой прекратился. От скирды отделился какой-то тёмный комок и с визгом бросился к людям. Это была она, лохматая, неказистая Жучка. Она кидалась то к одному, то к другому, визжала, лизала всем руки и опять возвращалась к скирде. Народ рассыпался вокруг скирды и начал обшаривать её.
– Здесь… Нашёл! – послышался звонкий голос.
Все начали лопатами и руками разгребать снежный холмик… Жучка с визгом и лаем помогала людям лапами и мордой. Наконец Малыша отрыли. Мальчик сидел, прислонившись спиной к скирде, и спал мёртвым сном…
Малыша положили в сенях на соломе, раздели и стали оттирать снегом.
– Отходит… Тёплый стал… руки разгибаются.
Услышав, что Малыш оживает, сестрёнки его подняли крик и выскочили в сени. Между тем Малыш вздохнул – и раз, и другой, и третий… Жучка подняла визг и бросилась его лизать. А Малыш вздохнул ещё раз и с удивлением осмотрелся, не понимая, где он и что с ним. Но, увидев плачущую мать, он вдруг улыбнулся, попробовал подняться и едва слышно прошептал:
– Мамушка… не плачь… я тебе хлебца… горяченького…
• 1. Какой здесь Малыш?
• 2. Как Жучка доказала, что она преданный и верный друг Малыша? Расскажи.
• 3. Что ты можешь сказать об учительнице Малыша? Понравилась она тебе? Чем?
• 4. Как Малыш относился к насмешкам ребят? А ты смог бы поступать так же? Оцени его поведение.
• 1. Отгадай, что это.
• 2. Каждая отдельная строка может стать загадкой? А для чего их здесь четыре?
Попробуй переделать загадку по-другому, так, чтобы она состояла только из правых частей.
Пусть это будут загадки про школьные предметы, например тетрадь, карандаш, ластик.
• 1. На какую тему подобраны произведения в этом разделе? Какие из них рассказывают о школе? Кто рассказал о гимназии?
• 2. Как обычно готовились к поступлению в гимназию? Найди ответ в разных текстах.
• 3. Как выглядела гимназическая форма? Найди её описание.
• 4. Кто такие кишата? Кто их так звал и почему? В каком произведении ты о них прочитал?
• 5. Что нового ты узнал о старинной сельской школе? Вспомни, в каких ещё рассказах ты о ней читал.
• 6. Чем сельская школа отличалась от гимназии?
• 1. Что в этой народной песенке смешного? Над чем здесь смеётся народ?
• 2. А есть ли в ней серьёзный смысл? Если есть, то какой?
• 3. Как построена песня? Из каких частей она состоит? Озаглавь эти части по событиям и персонажам. Найди сходство и различие в первой и последней частях. Почему козёл особенно смешон в последней части?
• 1. Какой козлик в этом стихотворении? Здесь тоже над ним смеются?
• 2. Вспомни забавные народные стишки о животных. Для кого и зачем их сочиняют? Как они называются?
• 4. Чем стихотворение В. А. Жуковского похоже на детские потешки?
Кто с бородой родился?
– Собака, что лаешь?
– Волков пугаю.
– Собака, что хвост поджала?
– Волков боюсь.
Одним махом сто побивахом, а прочих и не считахом.
Хвалился, да с горы свалился.
Хвалилась синица, что море зажжёт.
Сердце соколье, а смелость воронья.
Воевать тебе на печи с тараканами.
Молодец против овец, а против молодца и сам овца.
• Выдели среди пословиц те, в которых народ осуждает: а) хвастовство и трусость одновременно; б) только трусость; в) только хвастовство. Какой из пословиц можно выразить главную мысль народной песни «Как у бабушки козёл»?
• 2. Над чем смеются и русские, и англичане?
• 1. Вставь слова-ответы. Что помогло тебе легко их угадать?
• 2. Это стихотворение серьёзное или шутливое? А может быть, и серьёзное, и шутливое? Что здесь смешно?
• 3. Как можно назвать поведение мышонка?
Стоял на столе ящик.
Подошли звери к ящику, стали его осматривать, обнюхивать и облизывать.
А ящик-то вдруг – раз, два, три – и открылся.
А из ящика-то – раз, два, три – змея выскочила.
Испугались звери и разбежались.
Один ёж не испугался, кинулся на змею и – раз, два, три – загрыз её.
А потом сел на ящик и закричал: «Кукареку!»
Нет, не так! Ёж закричал:
«Ав-ав-ав!»
Нет, и не так! Ёж закричал:
«Мяу-мяу-мяу!»
Нет, опять не так! Я и сам не знаю – как.
Кто знает, как ежи кричат?
• 1. Какие две части можно здесь выделить? Они обе смешные?
• 2. Какая из этих частей похожа на небылицу-путаницу?
• 4. Прочитай первую часть ещё раз без слов «раз, два, три». Что изменилось? Как лучше? Почему?
Жил старик со старухой. У них детей не было. Вот они надумали – сделали парня из глины. Ну, парень живой стал, заговорил, заходил.
И вот старик ушёл в лес дров сечь, а старуха сидит на печи, прядёт куделю. Веретено-то ажио напряла, а другое-то там, в задней избе. Она и запосылала:
– Глиняшка, сходи, принеси клуб с веретешко́м!
Глиняшка пошёл в заднюю избу. Приходит оттоль и говорит:
– Бабка, ты чего знашь?
– А чего мне знать? – отвечает.
– Бабка, – говорит, – я съел клуб с веретешко́м, семь печей хлебов, семь печей калачей и тебя, бабка, с прялкой съем!
И съел бабку с прялкой. И пошёл дальше. Идёт навстречу из лесу дедка с топорком.
– Ты, дедка, чего знашь?
– А чего мне знать?
– Я, дедка, съел клуб с веретешко́м, семь печей хлебов, семь печей калачей, бабку с прялкой. И тебя, дедка с топорком, съем!
И съел дедку, дальше пошёл. Идёт ему навстречу девка с ушатом, за водой. Он и говорит:
– Ты, девка, чего знашь?
– А чего мне знать?
– Я съел клуб с веретешко́м, семь печей хлебов, семь печей калачей, бабку с прялкой, дедку с топорком и тебя с ушатом съем!
И съел с ушатом девку. Идёт баба с коромыслом. Он и говорит:
– Ты, баба, чего знашь?
– А чего мне знать?
– А я съел клуб с веретешко́м, семь печей хлебов, семь печей калачей, бабку с прялкой, дедку с топорком, девку с ушатом. И тебя с коромыслом съем!
И съел бабу. И дальше пошёл. Идёт, а тут идут семь сенокосцев с косами. Он и говорит:
– Вы, сенокосцы, чего знаете?
– А чего нам знать?
– Я съел клуб с веретешко́м, семь печей хлебов, семь печей калачей, бабку с прялкой, дедку с топорком, девку с ушатом, бабу с коромыслом. И вас с косами съем!
И всех съел и дальше пошёл. Попадают ему семь гребцов с граблями. Он и говорит:
– Вы что, гребцы, знаете?
– А что нам знать?
– Я съел клуб с веретешко́м, семь печей хлебов, семь печей калачей, бабку с прялкой, дедку с топорком, девку с ушатом, бабу с коромыслом, семь сенокосцев с косами. И вас, – говорит, – с граблями съем!
И всех съел и дальше пошёл.
Вдруг идёт баран – золотые рога.
– Ты, – говорит, – баран, что знашь?
– А чего мне знать?
– Я, – говорит, – съел клуб с веретешко́м, семь печей хлебов, семь печей калачей, бабку с прялкой, дедку с топорком, девку с ушатом, бабу с коромыслом, семь сенокосцев с косами, семь гребцов с граблями. И тебя, баран, съем!
Тот отвечает:
– Коли съешь, – говорит, – так поди, стань под гору, а я на гору. Открой, – говорит, – рот и закрой глаза, я с горы-то побегу и прямо тебе в рот скакну.
Глиняшка и стал под гору, открыл рот и закрыл глаза. Баран разлетелся – и прямо рогами в живот ему. Глиняшка и рассыпался, и все побежали оттуда – и люди, и караваи покатились, и калачи, и все закричали:
– Спасибо тебе, баран – золотые рога!
– Спасибо тебе, баран – золотые рога!
• 1. Что натворил глиняшка? Сколько людей он поел? А тебе было страшно? Подумай почему. Что в тексте помогает понять, что глиняшка не страшный и что вся эта история – шутка?
• 2. Глиняшка съел бабку
Почему все, кого он съел, были с чем-то? Случайно ли это? О чём это говорит?
• 3. Какими обычно изображаются в русских сказках козёл и баран? Подтверди ответ примерами. А какой баран в этой сказке?
(Как нужно дразнить обжору)
• 1. Ты понял, как строится эта шутливая английская песенка? Попробуй сам закончить последние два куплета.
• 2. Похожа ли по построению эта песенка на русские сказки «Глиняшка», «Теремок», «Колобок»? Что у них общего?
Жили курочка с кочетком.
Пришли они в лес по орехи.
Кочеток залез на орешню орехи рвать, а курочке велел на земле подбирать.
Кочеток кидает, а курочка подбирает.
Вот кинул кочеток орешек и попал курочке в глазок.
Курочка пошла – плачет.
Едут мимо бояре и спрашивают:
– Курочка, курочка! Что ты плачешь?
– Мне кочеток вышиб глазок.
– Кочеток, кочеток! На что ты курочке вышиб глазок?
– Мне орешня портки разорвала.
– Орешня, орешня! На что ты кочету портки разорвала?
– Меня козы подглодали.
– Козы, козы! На что вы орешню подглодали?
– Нас пастухи не берегут.
– Пастухи, пастухи! На что вы коз не бережёте?
– Нас хозяйка блинами не кормит.
– Хозяйка, хозяйка! На что ты пастухов блинами не кормишь?
– А у меня свинья опару пролила.
– Свинья, свинья! На что ты у хозяйки опару пролила?
– У меня волк поросёночка унёс.
– Волк-волк! На что ты у свиньи поросёночка унёс?
– Я есть захотел.
• 1. Эта сказка шутливая? В чём тут шутка? Получается, что курочка осталась без глаза, потому что волк есть захотел. Согласен ли ты с таким объяснением?
• 2. Над чем смеётся народ, сложивший эту сказку?
• 3. Докажи, что здесь наказаны те персонажи, которые не были виноваты. А кто пытается свалить свою вину на другого?
Жили-были в одном доме мальчик Ваня, девочка Таня, пёс Барбос, утка Устинья и цыплёнок Боська.
Вот однажды вышли они все во двор и уселись на скамейку – мальчик Ваня, девочка Таня, пёс Барбос, утка Устинья и цыплёнок Боська.
Посмотрел Ваня направо, посмотрел налево, задрал голову кверху. От нечего делать взял да и дёрнул за косичку Таню. Рассердилась Таня, хотела дать Ване сдачи, да видит – мальчик большой, сильный. И ударила девочка ногой Барбоса. Завизжал Барбос, обиделся, оскалил зубы. Таня – хозяйка, трогать её нельзя. И цапнул Барбос утку Устинью за хвост. Всполошилась утка, пригладила свои пёрышки, хотела цыплёнка Боську своим клювом ударить, да раздумала. Вот и спрашивает её Барбос:
– Что же ты, утка Устинья, Боську не бьёшь? Он слабее тебя.
– Я не такая глупая, как ты, – отвечает Барбосу утка.
– Есть глупее меня, – говорит пёс и на Таню показывает.
Услыхала Таня.
– И глупее меня есть, – говорит она и на Ваню смотрит.
Оглянулся Ваня – сзади него нет никого. «Неужели я самый глупый из всех?» – подумал Ваня.
• 1. Как ты думаешь, Ваня действительно самый глупый? Объясни свой ответ. А кого бы ты назвал здесь самым умным? Почему?
• 2. Какой серьёзный смысл ты нашёл в этой шутливой сказке?
• 3. В сказке две части. Их можно озаглавить так:
а) «Что произошло однажды во дворе?»;
б) «Кто вёл себя глупее всех?».
Выдели эти части и перескажи каждую.
• 1. Подумай, что здесь сказано в шутку, а что всерьёз.
Старик раз нарубил дров и понёс. Нести было далеко; он измучился, сложил вязанку и говорит: «Эх, хоть бы смерть пришла!» Смерть пришла и говорит: «Вот и я, чего тебе надо?» Старик испугался и говорит: «Мне вязанку поднять».
Одному мужику захотелось есть. Он купил калач и съел; ему всё ещё хотелось есть. Он купил другой калач и съел; ему всё ещё хотелось есть. Он купил третий калач и съел, и ему всё ещё хотелось есть. Потом он купил баранок и, когда съел одну, стал сыт. Тогда мужик ударил себя по голове и сказал: «Экой я дурак! Что ж я напрасно съел столько калачей? Мне бы надо сначала съесть одну баранку».
• 1. Как бы ты назвал мужика? Какой он? А как можно назвать старика?
Видел мужик во сне кисель, да ложки не было; лёг спать с ложкой – киселя не видал.
Старуха ругала мальчишку, чтоб он не ходил на реку купаться:
– Ну смотри, коли утонешь, так и домой не приходи!
• Над чем смеётся здесь народ?
– Дедушка, у тебя есть зубы?
– Нет, мой мальчик!
– Тогда подержи бутерброд, а я поиграю во дворе с моим дружком.
Учитель рассказывает школьникам о свойствах металлов.
– Дети, вот сейчас я опущу в кислоту эту золотую монету. Скажите, как по-вашему, она испортится?
– Нет! – последовал решительный ответ.
– Почему?
– Если бы она могла испортиться, вы бы ни за что её не опустили.
– Почему ты плачешь? – спросил прохожий мальчишку.
– Мама дала мне лев[12], а я его потерял.
– Вот тебе лев, только не плачь.
Мальчишка взял лев и заплакал ещё горше.
– Ну что же ты опять плачешь?
– Потому что, если бы я его не потерял, у меня сейчас было бы два лева.
• 1. Какая из болгарских шуток показалась тебе самой забавной? Почему?
• 2. В какой шутке высмеивается жадность?
• 1. Это стихотворение серьёзное или шутливое? Объясни свой ответ.
• 2. Каких сказочных героев (героинь) напомнил тебе Лизочек? Чем? Как поэт сказал о его сказочно маленьком росте? Найди в тексте уменьшительно-ласкательные слова.
• 3. Зачем поэт повторяет первую строчку?
• Сравни мальчика из этой сказки и Лизо́чка.
• 2. Какие народные и литературные сказки, песни, шутки про маленьких человечков ты знаешь?
• 3. Какие слова и выражения помогают передать, какой у Мэри маленький муженёк?
• 1. Подумай, какие человеческие качества становятся чаще всего предметом шутки. Над чем смеются люди разных стран? Приведи в пример персонажей из произведений этого раздела.
• 2. Назови писателей, поэтов – авторов шутливых произведений, прочитанных в этом разделе.
Жила-была когда-то на свете вдова, и были у неё две дочери.
Старшая – вылитая мать: то же лицо, тот же характер. Смотришь на дочку, а кажется, что видишь перед собой матушку. Обе, и старшая дочь и мать, были до того грубы, спесивы, заносчивы, злы, что все люди, и незнакомые и знакомые, старались держаться от них подальше.
А младшая дочка была вся в покойного отца – добрая, приветливая, кроткая, да к тому же ещё красивая, каких мало.
Обычно люди любят тех, кто на них похож. Поэтому-то мать без ума любила старшую дочь и терпеть не могла младшую. Она заставляла её работать с утра до ночи, а кормила на кухне.
Кроме всех прочих дел, младшая дочка должна была по два раза в день ходить к источнику, который был по крайней мере в двух часах ходьбы, и приносить оттуда большой, полный доверху кувшин воды.
Как-то раз, когда девушка брала воду, к ней подошла какая-то бедная женщина и попросила напиться.
– Пейте на здоровье, тётушка, – сказала добрая девушка.
Сполоснув поскорее свой кувшин, она зачерпнула воды в самом глубоком и чистом месте и подала женщине, придерживая кувшин так, чтобы удобнее было пить.
Женщина отпила несколько глотков воды и сказала девушке:
– Ты так хороша, так добра и приветлива, что мне хочется подарить тебе что-нибудь на память. (Дело в том, что это была фея, которая нарочно приняла вид простой деревенской женщины, чтобы посмотреть, так ли эта девушка мила и учтива, как про неё рассказывают.) Вот что я подарю тебе: с нынешнего дня каждое слово, которое ты промолвишь, упадёт с твоих губ либо цветком, либо драгоценным камнем. Прощай!
Когда девушка пришла домой, мать стала бранить её за то, что она замешкалась у источника.
– Простите, матушка, – сказала бедная девушка. – Я нынче и вправду запоздала.
Но едва только она произнесла эти слова, как с её губ упали несколько роз, две жемчужины и два крупных алмаза.
– Смотрите-ка! – сказала мать, широко раскрыв глаза от удивления. – Мне кажется, вместо слов она роняет алмазы и жемчуга… Что это с тобой приключилось, дочка? (Первый раз в жизни она назвала свою меньшую тоже дочкой.)
Девушка попросту, не таясь и не хвалясь, рассказала матери обо всём, что с ней случилось у источника. А цветы и алмазы так и сыпались при этом с её уст.
– Ну, если так, – сказала мать, – мне надо послать к источнику и старшую дочку… А ну-ка, Фаншон, посмотри, что сыплется с губ твоей сестры, чуть только заговорит! Неужели тебе не хочется получить такой же удивительный дар? И ведь нужно для этого всего-навсего сходить к источнику и, когда бедная женщина попросит у тебя воды, вежливо подать ей напиться.
– Ну вот ещё! Охота мне тащиться в этакую даль! – отвечала злючка.
– А я хочу, чтоб ты пошла! – прикрикнула на неё мать. – И сию же минуту, без разговоров!
Девушка нехотя послушалась и пошла, так и не переставая ворчать. На всякий случай она захватила с собой серебряный кувшинчик, самый красивый, какой был у них в доме.
Едва успела она подойти к источнику, как навстречу ей из лесу вышла нарядно одетая дама и попросила глоток воды. (Это была та же самая фея, но только на этот раз она приняла облик принцессы, чтобы испытать, так ли груба и зла старшая сестра, как о ней рассказывают.)
– Уж не думаете ли вы, что я притащилась сюда, чтобы дать вам напиться! – сказала девушка дерзко. – Ну конечно, только для этого! Я и серебряный кувшинчик нарочно захватила, чтобы поднести воду вашей милости!.. А впрочем, мне всё равно. Пейте, если хотите…
– Однако вы не очень-то любезны, – сказала спокойно фея. – Ну что ж, какова услуга, такова и награда. С нынешнего дня каждое слово, которое сорвётся с ваших губ, превратится в змею или жабу. Прощайте!
Как только девушка вернулась домой, мать кинулась к ней навстречу:
– Это ты, доченька? Ну как?
– А вот так, матушка! – буркнула в ответ дочка, и в то же мгновение две гадюки и две жабы плюхнулись на порог.
– Ах, боже мой! – вскрикнула мать. – Да что ж это такое? Откуда?.. Ну, поплатится же она у меня!.. – И она кинулась на младшую дочку с кулаками.
Бедняжка в страхе бросилась бежать и укрылась в соседнем лесу.
Там и встретил её молодой принц, сын короля этой страны.
Возвращаясь с охоты, он нашёл в чаще прекрасную девушку и, подивившись её красоте, спросил, что она делает в лесу совсем одна и о чём так горько плачет.
– Ах, сударь, – ответила красавица, – матушка прогнала меня из дому!..
Королевский сын заметил, что с каждым словом девушка роняет из уст цветок, жемчужину или алмаз. Он изумился и попросил объяснить, что это за чудо. И тут девушка рассказала ему всю свою историю.
Королевский сын влюбился в неё. К тому же он рассудил, что дар, которым фея наделила красавицу, сто́ит дороже любого приданого, какое могла бы принести ему другая невеста. Он увёз девушку во дворец, к своему отцу, и женился на ней.
Ну а старшая сестра? Она с каждым днём становилась всё противнее и несноснее. В конце концов даже собственная мать не выдержала и прогнала её из дому.
Несчастная нигде и ни у кого не могла найти пристанища и умерла, отвергнутая всеми.
• 1. Найди и прочитай ту часть сказки, которую можно озаглавить «Как младшая дочка получила от феи подарок».
• 2. Продолжи деление сказки на части. Постарайся называть части также предложением-вопросом.
• 3. За что фея наградила младшую дочь? За что так сурово она наказала старшую?
• 4. Мать говорит старшей дочери: «Неужели тебе не хочется получить такой же удивительный дар? И ведь нужно для этого всего-навсего сходить к источнику и, когда бедная женщина попросит у тебя воды, вежливо подать ей напиться». Почему же Фаншон не справилась с таким поручением?
• 5. Сказка называется «Подарки феи». Объясни смысл названия.
• 6. Можно ли эту сказку назвать волшебной? Объясни почему.
Шарль Перро – знаменитый французский писатель-сказочник. Дети разных стран мира знают и любят его сказки «Золушка», «Кот в сапогах», «Спящая царевна», «Синяя борода» и другие. Писатель собрал и обработал народные французские сказки. Он издал их в книге «Сказки матушки гусыни» более 200 лет тому назад.
Шёл солдат по дороге: раз-два! раз-два! Ранец за спиной, сабля на боку. Он шёл домой с войны. И вдруг на дороге встретилась ему ведьма. Ведьма была старая и страшная. Нижняя губа у неё отвисла до самой груди.
– Здорово, служивый! – сказала ведьма. – Какая у тебя славная сабля и большой ранец! Вот бравый солдат! И денег у тебя сейчас будет вволю.
– Спасибо, старая ведьма, – сказал солдат.
– Вон видишь то большое дерево? – сказала ведьма. – Оно внутри пустое. Полезай на него, там наверху дупло. Лезь в это дупло и спускайся в самый низ. А я обвяжу тебя верёвкой вокруг пояса и вытащу назад, как только ты крикнешь.
– А зачем мне лезть в это дупло? – спросил солдат.
– За деньгами, – сказала ведьма, – дерево это не простое. Как спустишься в самый низ, увидишь длинный подземный ход. Там совсем светло – днём и ночью горят сотни ламп. Иди, не сворачивая, по подземному ходу. А дойдёшь до конца – прямо перед тобой будут три двери. В каждой двери торчит ключ. Поверни его, и дверь откроется. В первой комнате стоит большой сундук. На сундуке сидит собака. Глаза у этой собаки, словно два чайных блюдца. Но ты не бойся. Я дам тебе свой синий клетчатый передник, расстели его на полу и смело хватай собаку. А схватишь – сажай её скорей на мой передник. Ну а потом открывай сундук и бери из него денег сколько хочешь. Да только в этом сундуке одни медные деньги. А если серебра хочешь, ступай во вторую комнату. И там стоит сундук. И на том сундуке сидит собака. Глаза у неё, что твои мельничные колёса. Только ты не пугайся – хватай её и сажай на передник, а потом бери себе серебряные денежки. Ну а уж золота тебе захочется, иди в третью комнату. Посреди третьей комнаты стоит сундук, доверху полный золота. Сундук этот сторожит самая большая собака. Каждый глаз у неё величиной с башню. Сумеешь ты посадить её на мой передник – твоё счастье: не тронет тебя собака. Бери тогда золота сколько твоей душе угодно!
– Всё это очень хорошо, – сказал солдат. – Но что же ты с меня возьмёшь за это, старая ведьма? Ведь что-нибудь да тебе от меня нужно.
– Я не возьму с тебя ни полушки! – сказала ведьма. – Только принеси мне старое огниво[15], которое позабыла там, внизу, моя бабушка, когда лазила туда последний раз.
– Ну, ладно, обвязывай меня верёвкой! – сказал солдат.
– Готово! – сказала ведьма. – А вот тебе мой клетчатый передник.
И солдат полез на дерево. Нашёл он дупло и спустился по нему в самый низ. Как сказала ведьма, так всё и вышло: смотрит солдат – перед ним подземный ход. И светло там как днём, – сотни сотен ламп горят. Пошёл солдат по этому подземелью. Шёл-шёл и дошёл до самого конца. Дальше идти некуда. Видит солдат – перед ним три двери. А в дверях ключи торчат.
Открыл солдат первую дверь и вошёл в комнату. Посреди комнаты сундук стоит, на сундуке собака сидит. Глаза у неё, словно два чайных блюдца. Глядит на солдата и вертит глазами в разные стороны.
– Ну и чудище! – сказал солдат, схватил собаку и мигом посадил её на ведьмин передник.
Тут собака присмирела, а солдат открыл сундук и давай оттуда деньги таскать. Набрал себе полные карманы медных денег, закрыл сундук и опять посадил на него собаку, а сам пошёл в другую комнату.
Правду сказала ведьма – и в этой комнате на сундуке сидела собака. Глаза у неё были, что мельничные колёса.
– Ну, чего ты на меня уставилась? Как бы твои глазищи не выскочили! – сказал солдат, схватил собаку и посадил на ведьмин передник, а сам скорей к сундуку.
В сундуке серебра полным-полно. Выбросил солдат из карманов медные деньги, набил оба кармана и ранец серебром. Потом пошёл солдат в третью комнату.
Вошёл и разинул рот. Ну и чудеса! Среди комнаты стоял золотой сундук, а на сундуке сидело настоящее страшилище. Глаза ни дать ни взять две башни. Вертелись они, точно колёса самой быстроходной кареты.
– Здравия желаю! – сказал солдат и взял под козырёк. Такой собаки он ещё не видывал.
Долго смотреть он, впрочем, не стал. Схватил собаку в охапку, посадил её на ведьмин передник, а сам открыл сундук. Батюшки, сколько тут было золота! На это золото можно было бы купить целый столичный город, все игрушки, всех оловянных солдатиков, всех деревянных лошадок и все пряники на свете. На всё хватило бы.
Тут солдат повыкидывал из карманов и ранца серебряные деньги и обеими руками начал выгребать из сундука золото. Набил золотом карманы, набил ранец, шапку, сапоги. Столько набрал золота, что еле-еле с места сдвинулся.
Вот теперь-то он был богат!
Посадил он собаку на сундук, захлопнул дверь и закричал:
– Эй, тащи наверх, старая ведьма!
– А огниво моё ты взял? – спросила ведьма.
– Ах, ты, чёрт побери, совсем забыл про твоё огниво! – сказал солдат.
Пошёл он назад, отыскал ведьмино огниво и сунул его в карман.
– Ну, тащи! Нашёл твоё огниво! – крикнул он ведьме.
Ведьма дёрнула верёвку и вытащила солдата наверх. И очутился солдат опять на большой дороге.
– Ну, давай мне огниво, – сказала ведьма.
– На что тебе, ведьма, это огниво? – спросил солдат.
– Не твоё дело! – сказала ведьма. – Ты ведь получил деньги? Отдай же мне огниво!
– Ну нет! – сказал солдат. – Говори сейчас же, зачем тебе огниво, не то я вытащу саблю да отрублю тебе голову.
– Не скажу! – ответила ведьма.
Тогда солдат схватил саблю и отрубил ведьме голову. Упала ведьма наземь да тут и умерла. А солдат завязал все свои деньги в ведьмин клетчатый передник, взвалил узел на спину и отправился прямо в город.
Город был большой и богатый. Солдат пошёл в самую большую гостиницу, нанял себе самые лучшие комнаты и приказал подать все свои любимые кушанья – ведь он теперь был богачом.
Слуга, который чистил сапоги, удивился, что у такого богатого господина такие плохие сапоги, – ведь солдат ещё не успел купить новые. Зато на другой день он купил себе самую красивую одежду, шляпу с пером и сапоги со шпорами.
Теперь солдат стал настоящим барином. Ему рассказали обо всех чудесах, какие были в этом городе. Рассказали и о короле, у которого была прекрасная дочь принцесса.
– А как мне повидать эту принцессу? – спросил солдат.
– Ну, это не так-то просто, – сказали ему. – Принцесса живёт в большом медном замке, а вокруг замка высокие стены и каменные башни. Никто, кроме самого короля, не смеет войти туда, ни выйти оттуда, потому что королю предсказали, что его дочери суждено стать женой простого солдата. А королю породниться с простым солдатом, понятно, не очень хочется. Вот он и держит принцессу взаперти.
Пожалел солдат, что нельзя поглядеть на принцессу, да, впрочем, долго горевать не стал. И без принцессы зажил он весело: ходил в театры, гулял в королевском саду и раздавал деньги бедным. Он ведь сам испытал, как плохо сидеть без гроша в кармане.
Ну а раз солдат был богат, жил весело и одевался красиво, то и друзей у него стало много. Все называли его славным малым, настоящим барином, а это ему очень нравилось.
Вот тратил-тратил солдат деньги и видит однажды – осталось в кармане у него всего-навсего две денежки. И пришлось солдату перебраться из хороших комнат в тесную каморку под самой крышей. Вспомнил он прежние времена: сам стал чистить себе сапоги и зашивать на них дырки. Никто из друзей больше не навещал его – уж очень высоко теперь было подниматься к нему.
Раз как-то вечером сидел солдат в своей каморке. Уже совсем стемнело, а у него не было денег даже на свечку. Тут он и вспомнил про огниво. Достал солдат огниво и стал высекать огонь. Только ударил он по кремню, дверь распахнулась и вбежала собака с глазами, точно чайные блюдца.
Это была та самая собака, которую солдат видел в первой комнате подземелья.
– Что прикажешь, солдат? – спросила собака.
– Вот так штука! – сказал солдат. – Огниво-то, выходит, не простое. Не выручит ли оно меня из беды?.. Добудь-ка мне деньжонок! – приказал он собаке.
И только вымолвил, собаки и след простыл. Но не успел солдат сосчитать до двух, как собака уж тут как тут, а в зубах у неё большой мешок, битком набитый медными деньгами.
Понял теперь солдат, что за чудесное было у него огниво. Стоило ударить по кремню один раз – являлась собака с глазами, что чайные блюдца. А два раза ударит солдат – бежит к нему собака с глазами, как мельничные колёса. Три раза ударит, и собака, у которой каждый глаз с башню, стоит перед ним и ждёт приказаний. Первая собака тащит ему медные деньги, вторая – серебро, а третья – чистое золото.
И вот солдат опять разбогател, перебрался в самые лучшие комнаты, снова стал щеголять в нарядном платье.
Тут все его друзья опять повадились к нему и очень его полюбили.
Как-то раз пришло солдату в голову: «А почему бы мне не повидать принцессу? Все говорят, что она такая красавица. Что толку, если она век свой просидит в медном замке, за высокими стенами и башнями? Ну-ка, где моё огниво?»
И он ударил по кремню один раз. В тот же миг явилась собака с глазами, словно блюдца.
– Вот что, любезная! – сказал солдат. – Теперь, правда, уже ночь, но я хочу поглядеть на принцессу. Доставь-ка её сюда на минуточку. Ну, шагом марш!
Собака тотчас убежала, и не успел солдат опомниться, как она явилась снова, а на спине у неё лежала спящая принцесса.
Принцесса была чудо как хороша. С первого взгляда было видно, что это настоящая принцесса. Солдат наш никак не мог удержаться, чтобы не поцеловать её, – на то ведь он и был солдат, настоящий кавалер, с головы до пяток. Потом собака отнесла принцессу назад так же, как и принесла.
За утренним чаем принцесса рассказала королю и королеве, что она видела ночью удивительный сон: будто она ехала верхом на собаке и какой-то солдат поцеловал её.
– Вот так история! – сказала королева. – Видно, ей этот сон не очень понравился.
На следующую ночь к постели принцессы приставили старушку Фрейлину и приказали разузнать, был ли то в самом деле сон или что-нибудь другое.
А солдату опять до смерти захотелось увидеть красавицу принцессу.
И вот ночью в медный замок, как и вчера, явилась собака, схватила принцессу и помчалась с ней во всю прыть. Тут старуха Фрейлина надела непромокаемые сапоги и пустилась вдогонку. Увидев, что собака скрылась с принцессой в одном большом доме, Фрейлина подумала: «Теперь-то мы разыщем молодчика!» И она нарисовала мелом на воротах дома большой крест, а сама спокойно отправилась домой спать.
Но напрасно она успокоилась: когда пришло время нести принцессу назад, собака увидела на воротах крест и сейчас же догадалась, в чём тут дело. Она взяла кусок мела и наставила кресты на всех воротах города. Это было ловко придумано: теперь Фрейлина никак не могла бы отыскать нужные ворота – ведь повсюду стояли такие же белые кресты.
Рано утром король с королевой, старуха Фрейлина и все королевские офицеры пошли посмотреть, куда ездит принцесса на собаке по ночам.
– Вот куда! – сказал король, увидев белый крест на первых воротах.
– Нет, вот куда! – сказала королева, увидев крест на других воротах.
– А вон и там крест, и здесь! – сказали офицеры.
И на какие бы ворота они не смотрели, везде были белые кресты. Так и не добились они никакого толку.
Но королева была женщина умная, мастерица на все руки, а не только в каретах разъезжать. Она приказала слугам подать свои золотые ножницы и сшила красивый маленький мешочек. В этот мешочек она насыпала гречневой крупы и незаметно привязала его на спину принцессе. Потом проткнула в мешочке дырку, чтобы крупа понемногу сыпалась на дорогу, когда принцесса поедет к своему солдату.
И вот ночью явилась собака, посадила принцессу к себе на спину и понесла к солдату. А солдат уже успел так полюбить принцессу, что от всей души хотел жениться на ней. Да и принцем стать было бы недурно.
Собака бежала быстро, а крупа сыпалась из мешочка по всей дороге от медного замка до дома солдата. Но собака ничего не заметила.
Поутру король и королева вышли из дворца, поглядели на дорогу и сразу узнали, куда ездила принцесса. Солдата схватили и посадили в тюрьму.
Долго сидел солдат за решёткой. В тюрьме было темно и скучно. И вот однажды стражник сказал солдату:
– Завтра тебя повесят!
Грустно стало солдату. Думал он, думал, как от смерти спастись, но ничего не мог придумать. Ведь своё чудесное огниво солдат забыл дома.
На другой день утром солдат подошёл к маленькому окошечку и стал смотреть сквозь железную решётку на улицу. Народ толпами валил за город посмотреть, как будут вешать солдата. Били барабаны, проходили войска. И вот мимо самой тюрьмы пробежал какой-то мальчишка-сапожник в кожаном переднике и туфлях на босу ногу. Он мчался вприпрыжку, и вдруг одна туфля слетела у него с ноги и ударилась прямо в стену тюрьмы, около того решётчатого окошка, у которого стоял солдат.
– Эй, молодчик, не спеши! – крикнул солдат. – Я ведь ещё здесь, а без меня там дело не обойдётся! А вот если ты сбегаешь ко мне домой и принесёшь мне огниво, я тебе дам четыре серебряные монетки. Ну, живо!
Мальчишка был не прочь получить четыре серебряные монетки и стрелой пустился за огнивом, мигом принёс его, отдал солдату и…
Вот послушай, что из этого вышло.
За городом была построена виселица. Вокруг неё стояли войска и толпы народу. Король и королева восседали на великолепном троне. Напротив сидели судьи и весь государственный совет. И вот солдата ввели на лестницу, и палач уже собирался накинуть ему петлю на шею. Но тут солдат попросил минутку обождать.
– Мне бы очень хотелось, – сказал он, – выкурить трубочку табаку – ведь это будет самая последняя трубочка в моей жизни.
А в этой стране был такой обычай: последнее желание осуждённого на казнь должно быть исполнено. Конечно, если это было совсем пустяковое желание.
Поэтому король никак не смог отказать солдату. И солдат сунул в рот трубку, вытащил огниво и стал высекать огонь. Ударил он по кремню раз, ударил два, ударил три – и вот перед ним появились три собаки. У одной глаза были, как чайные блюдца, у другой – как мельничные колёса, у третьей – как башни.
– Ну-ка, помогите мне избавиться от петли! – сказал им солдат.
Тут все три собаки бросились на судей и на государственный совет: того схватят за ноги, этого за нос, и давай подбрасывать, да так высоко, что, падая на землю, все разбивались вдребезги.
– Меня не надо! Я не хочу! – закричал король.
Но самая большая собака схватила его вместе с королевой и подбросила обоих кверху. Тут войско испугалось, и народ стал кричать:
– Да здравствует солдат! Будь, солдат, нашим королём и возьми в жёны прекрасную принцессу!
Солдата посадили в королевскую карету и повезли во дворец. Три собаки плясали перед каретой и кричали «ура». Мальчишки свистели, а войска отдавали честь. Принцесса вышла из медного замка и сделалась королевой. Понятно, она была очень довольна.
Свадебный пир продолжался целую неделю. Три собаки тоже сидели за столом, ели, пили и вертели своими громадными глазами.
• 1. Чем сказка «Огниво» похожа на волшебную народную сказку? Есть ли среди персонажей фантастические, волшебные? Есть ли здесь волшебные предметы? Назови их.
• 2. Какие чудесные помощники есть у солдата?
• 5. В этой сказке используется троекратный повтор. Что здесь повторяется три раза?
• 6. Солдат был беден, потом разбогател, потом снова стал бедным и опять разбогател. Как изменялось при этом отношение к нему его друзей? Можно ли их считать друзьями? Почему ты так думаешь?
• 7. Подбери заголовки к каждой части:
Как солдат стал королём?
Что солдат увидел под землёй?
Как принцесса оказалась у солдата?
О чём ведьма рассказала солдату?
Почему солдат опять стал богатым?
Как солдат оказался в тюрьме?
Как жил солдат после выхода из подземелья?
В одном немецком городе жил портной, звали его Ганс. Целый день сидел он на столе у окошка, поджав ноги, и шил. Куртки шил, штаны шил, жилетки шил.
Вот как-то сидит портной Ганс на столе, шьёт и слышит – кричат на улице: «Варенье! Сливовое варенье! Кому варенья?»
«Варенье! – подумал портной. – Да ещё сливовое. Это хорошо».
Подумал он так и закричал в окошко:
– Тётка, тётка, иди сюда! Дай-ка мне варенья!
Купил он этого варенья полбаночки, отрезал себе кусок хлеба, намазал его вареньем и стал жилетку дошивать. «Вот, – думает, – дошью жилетку и варенья поем».
А в комнате у портного Ганса много-много мух было, прямо не сосчитать сколько. Может, тысяча, а может, и две тысячи.
Почуяли мухи, что вареньем пахнет, и налетели на хлеб.
– Мухи, мухи, – говорит им портной, – вас-то кто сюда звал? Зачем на моё варенье налетели?
А мухи его не слушают и едят варенье. Тут портной рассердился, взял тряпку да как ударит тряпкой по мухам, так семь мух сразу убил.
– Вот какой я храбрый! – сказал портной Ганс. – Об этом весь город должен узнать. Да что город? Пусть весь мир узнает! Скрою-ка я себе новый пояс и вышью на нём большими буквами: «Когда злой бываю, семерых убиваю».
Так он и сделал. Потом надел на себя новый пояс, сунул в карман кусок творожного сыра на дорогу и вышел из дому.
У самых своих ворот увидел он птицу, запутавшуюся в кустарнике. Бьётся птица, кричит, а выбраться не может. Поймал Ганс птицу и сунул её в тот же карман, где у него творожный сыр лежал.
Шёл он, шёл и пришёл, наконец, к высокой горе. Забрался на вершину и видит: сидит на горе великан и кругом посматривает.
– Здравствуй, приятель! – говорит ему портной Ганс. – Пойдём вместе со мною по свету странствовать.
– Какой ты мне приятель! – отвечает великан. – Ты слабенький, маленький, а я большой и сильный.
– А это ты видел? – говорит Ганс и показывает великану свой пояс. А на поясе у Ганса вышито крупными буквами: «Когда злой бываю, семерых убиваю».
Прочёл великан и подумал: «Кто его знает, – может, он, и верно, сильный человек. Надо его испытать».
Взял великан в руки камень и так крепко сжал его, что из камня потекла вода.
– А теперь ты попробуй это сделать, – сказал великан.
– Только и всего? – говорит портной. – Ну, для меня это дело пустое.
Вынул он потихоньку из кармана кусок творожного сыра и стиснул в кулаке. Из кулака вода так и полилась на землю.
Удивился великан такой силе, но решил испытать Ганса ещё раз. Поднял с земли камень и швырнул его в небо. Так далеко закинул, что камня и видно не стало.
– Ну-ка, – говорит он портному, – попробуй и ты так.
– Высоко ты бросаешь, – сказал портной. – А всё же твой камень упал на землю. Вот я брошу, так прямо на небо камень закину.
Сунул он руку в карман, выхватил птицу и швырнул её вверх. Птица взвилась высоко-высоко в небо и улетела.
– Что, приятель, каково? – спрашивает портной Ганс.
– Неплохо, – говорит великан. – А вот посмотрим теперь, можешь ли ты дерево на плечах снести.
Подвёл он портного к большому срубленному дубу и говорит:
– Если ты такой сильный, так помоги мне вынести это дерево из лесу.
– Ладно, – ответил портной, а про себя подумал: «Я слаб, да умён, а ты силён, да глуп. Я всегда тебя обмануть сумею».
И говорит великану:
– Ты себе на плечи только ствол навали, а я понесу все ветки и сучья. Ведь они потяжелее будут.
Так они и сделали.
Великан взвалил себе на плечи ствол и понёс. А портной вскочил на ветку и уселся на ней верхом. Тащит великан на себе всё дерево, да ещё и портного впридачу. А оглянуться назад не может. Ему ветви мешают. Едет портной Ганс верхом на ветке и песенку поёт:
Долго тащил великан дерево, наконец устал и говорит:
– Слушай, портной, я сейчас дерево на землю сброшу. Устал я очень.
Тут портной соскочил с ветки и ухватился за дерево обеими руками, как будто он всё время шёл позади великана.
– Эх ты, – сказал он великану, – такой большой, а силы, видать, у тебя мало.
Оставили они дерево и пошли дальше.
Шли, шли и пришли наконец в пещеру.
Там у костра сидело пять великанов, и у каждого в руках было по жареному барану.
– Вот, – говорит великан, который привел Ганса, – тут мы и живём. Забирайся-ка на эту кровать, ложись и отдыхай.
Посмотрел портной на кровать и подумал:
«Ну, эта кровать не по мне. Чересчур велика».
Подумал он так, нашёл в пещере уголок потемнее и лёг спать. А ночью великан проснулся, взял большой железный лом и ударил с размаху по кровати.
– Ну, – сказал великан своим товарищам, – теперь-то я избавился от этого силача.
Встали утром все шестеро великанов и попели в лес дрова рубить. А портной тоже встал, умылся, причесался и пошёл за ними следом. Увидели великаны в лесу Ганса и перепугались.
«Ну, – думают, – если мы даже ломом железным его не убили, так он теперь всех нас перебьёт».
И разбежались великаны в разные стороны.
А портной посмеялся над ними и пошёл куда глаза глядят.
Шёл он, шёл и пришёл наконец к королевскому дворцу. Там у ворот он лёг на зелёную траву и крепко заснул. А пока он спал, увидели его королевские слуги, наклонились над ним и прочли у него на поясе надпись: «Когда злой бываю, семерых убиваю».
– Вот так силач к нам пришёл, – сказали они. – Надо королю о нём доложить.
Побежали королевские слуги к своему королю и говорят:
– Лежит у ворот твоего дворца силач. Хорошо бы его на службу взять. Если война будет, он нам пригодится.
Король обрадовался.
– Верно, – говорит, – зовите его сюда.
Выспался портной, протёр глаза и пошёл служить королю.
Служит он день, служит другой. И стали королевские воины говорить друг другу:
– Чего нам хорошего ждать от этого силача? Ведь он, когда злой бывает, семерых убивает. Так у него и на поясе написано.
Пошли к королю и сказали:
– Не хотим служить с ним вместе. Он всех нас перебьёт, если рассердится. Отпусти нас со службы.
А король уже и сам жалел, что взял такого силача к себе на службу.
«А вдруг, – думал он, – этот силач и в самом деле рассердится, воинов моих перебьёт, меня зарубит и сам на моё место сядет. Как бы от него избавиться?»
Позвал он портного Ганса и говорит:
– В моём королевстве в дремучем лесу живут два разбойника, и оба такие силачи, что никто к ним близко не смеет подойти. Приказываю тебе найти их и одолеть. А в помощь тебе даю сотню всадников.
– Ладно, – сказал портной. – Я, когда злой бываю, семерых убиваю. А уж с двумя-то разбойниками я и шутя справлюсь.
И пошёл он в лес. А сто королевских всадников за ним следом поскакали.
На опушке леса обернулся портной к всадникам и говорит:
– Вы, всадники, здесь подождите, а я с разбойниками один справлюсь.
Вошёл он в чащу и стал оглядываться кругом. Видит: лежат под большим деревом два разбойника и так храпят во сне, что ветки над ними колышутся.
Портной, недолго думая, набрал полные карманы камней, залез на дерево и стал сверху бросать камни в одного разбойника. То в грудь попадёт ему, то в лоб. А разбойник храпит и ничего не слышит.
И вдруг один камень стукнул разбойника по носу. Разбойник проснулся и толкает своего товарища:
– Ты что меня бьёшь?
– Да что ты, – говорит другой разбойник. – Я тебя не бью, тебе это, видно, приснилось.
И оба они опять заснули.
Тут портной начал бросать камни в другого разбойника.
Тот тоже проснулся и начал кричать на товарища:
– Ты что в меня камни бросаешь? С ума сошёл?
Да как ударит своего приятеля по лбу. А тот его. И стали они драться камнями, палками и кулаками.
И до тех пор дрались, пока друг друга насмерть не убили.
Тогда портной соскочил с дерева, вышел на опушку леса и говорит всадникам:
– Дело сделано. Оба убиты. Ну и злые же эти разбойники – и камни они в меня швыряли, и кулаками на меня замахивались, да что им со мной поделать? Ведь я, когда злой бываю, семерых убиваю.
Въехали королевские всадники в лес и видят: верно, лежат на земле два разбойника, лежат и не шевелятся – оба убиты.
Вернулся портной Ганс во дворец к королю. А король хитрый был. Выслушал он Ганса и думает:
«Ладно, с разбойниками ты справился, а вот сейчас я тебе такую задачу задам, что ты у меня в живых не останешься».
– Слушай, – говорит Гансу король, – поди-ка ты опять в лес, излови свирепого зверя-единорога.
– Изволь, – говорит портной Ганс, – это я могу. Ведь я, когда злой бываю, семерых убиваю. Так с одним-то единорогом я живо справлюсь.
Взял он с собой топор и верёвку и опять пошёл в лес.
Недолго пришлось портному Гансу искать единорога, – зверь сам ему навстречу выскочил – страшный, шерсть дыбом, рог острый, как меч.
Кинулся на портного единорог и хотел было проткнуть его своим рогом, да портной за дерево спрятался. Единорог с разбегу и всадил в дерево свой острый рог. Рванулся назад, а вытащить не может.
– Вот теперь-то ты от меня не уйдёшь! – сказал портной, набросил единорогу на шею верёвку, вырубил топором его рог из дерева и повёл зверя на верёвке к королю.
Привёл единорога прямо в королевский дворец. А единорог, как только увидал короля в золотой короне и красной мантии, засопел, захрипел. Глаза у него кровью налились, шерсть дыбом, рог, как меч, торчит.
Испугался король и кинулся бежать. И все его воины за ним. Далеко убежал король, так далеко, что назад дороги найти не мог.
А портной стал себе спокойно жить да поживать, куртки, штаны и жилетки шить. Пояс свой он на стенку повесил и больше ни великанов, ни разбойников, ни единорогов на своём веку не видал.
• 1. Почему к Гансу плохо относятся король и его слуги? Почему они старались от него избавиться?
• 2. Знаешь ли ты русские сказки, где действуют великаны? Назови их.
• 3. Как ты думаешь, что в этой сказке высмеивается? Объясни ответ.
• 4. «Я слаб, да умён, а ты силён, да глуп». Можно ли эти слова считать выражением главной мысли? Объясни почему.
• 6. Составь к тексту сказки простой план и перескажи её по плану.
Раз после ужина мальчик прибежал к старому негру, чтобы послушать ещё про Братца Кролика и его приятелей.
Дядюшка Римус был очень весел в этот день.
Только Джоэль сунул голову в дверь, он услышал песенку:
– Дядюшка Римус, – спросил Джоэль, – а Кролик совсем удрал, когда отлепился от Чучелка?
– Что ты, дружок! Зачем ему было совсем удирать? Такой человек, как Братец Кролик, да вдруг удирать! Конечно, он посидел дома, пока не выскреб из шерсти смолу; день, другой посидел и опять за своё: скачет то здесь, то там, как ни в чём не бывало.
Все соседи посмеивались над Братцем Кроликом.
– Ну-ка, ну-ка, Братец Кролик, расскажи, что случилось у тебя со Смоляным Чучелком?
Уж так-то ему это надоело. Вот зашёл он раз навестить свою соседку, Матушку Мидоус с дочками, а девчонки ну потешаться над ним, ну хохотать. Братец Кролик сидел спокойно, будто оглох.
– А кто это – Матушка Мидоус? – спросил мальчик.
– Не перебивай, дружок. Ну, просто так говорится в сказке: Матушка Мидоус с дочками, а больше я ничего не знаю.
Слушал, слушал Братец Кролик, как они потешались над ним, потом положил ногу на ногу, подмигнул девочкам и говорит:
– Милые вы мои, да ведь Братец Лис у моего папаши тридцать лет был верховой лошадью; может, и больше, но тридцать – это наверное.
Так он сказал и встал, и откланялся, и пошёл прочь медленным, важным шагом.
На другой день заглянул к Матушке Мидоус Братец Лис.
Только стал он вспоминать про Чучелко, Матушка Мидоус и скажи, что говорил тут Кролик.
– Вот как! – сказал Старый Лис. – Ну, ладно. Я заставлю Братца Кролика разжевать и выплюнуть эти слова тут же, на этом самом месте.
С тем и ушёл.
Выбрался на большую дорогу, отряхнул росу с хвоста и пустился прямёхонько к дому Братца Кролика.
Но Кролик ждал его, и дверь была на запоре.
Старый Лис постучался. Никто не отзывается. Опять постучался. Опять никого. Тогда он постучал покрепче: блям! блям!
Тут Кролик откликнулся слабеньким голосом:
– Это ты, Братец Лис? Будь добр, сбегай за доктором. Поел я утром фасоли, уж так мне от неё стало худо! Пожалуйста, Братец Лис, беги быстрей!
– А я за тобой, Братец Кролик, – говорит Лис. – Нынче у Матушки Мидоус праздник будет, я обещал им тебя привести.
– Куда мне! – говорит Кролик. – Я и встать не могу.
– Ну, далеко ли тут идти? – говорит Братец Лис.
– Да я слаб, не дойду.
– Ну, я понесу тебя.
– Как, Братец Лис?
– Ну, на руках, Братец Кролик.
– А если я свалюсь?
– Не свалишься.
– Ну, ладно, так и быть, только ты на спине меня повези, Братец Лис.
– Хорошо, Братец Кролик.
– А седла-то нет у меня, Братец Лис.
– Ну, я достану седло, Братец Кролик.
– Как же я буду сидеть в седле без уздечки?
– Ну, я достану уздечку.
– Только тебе ещё нужно наглазники, Братец Лис, а то чего доброго, испугаешься по дороге, я и вылечу из седла.
– Ладно, и наглазники будут, Братец Кролик.
– Ну, тогда хорошо, Братец Лис.
Старый Лис сказал, что довезёт Кролика почти до самого дома Матушки Мидоус, а там ему придётся слезть и дойти пешком. Братец Кролик согласился, и Лис побежал за седлом и уздечкой.
Конечно, Братец Кролик знал, что Лису верить нельзя, вот он и решил перехитрить его. Только успел Кролик шерсть причесать и усы закрутить, глядь, воротился Лис с седлом и уздечкой, смирный с виду, как пони в цирке. Подбежал к двери, остановился, лапой землю скребёт, грызёт уздечку, совсем как лошадь.
Братец Кролик сел в седло, и они поскакали. Старому Лису в наглазниках не видно, что делается сзади, но вдруг он чувствует – Братец Кролик поднял ногу.
– Что ты там делаешь, Братец Кролик?
– Стремя подтягиваю, Братец Лис.
Немного погодя Кролик поднял другую ногу.
– Что ты теперь делаешь, Братец Кролик?
– Штаны поправляю, Братец Лис.
А всё это время Кролик привязывал шпоры. Как подъехали они близко к дому Матушки Мидоус, где Кролику надо было слезать, стал Братец Лис останавливаться. Тут Кролик как всадит ему шпоры в бока, и пошёл, и пошёл!
Подъехали они к дому. Матушка Мидоус со всеми дочками сидела у порога. Братец Кролик проскакал мимо, прямо к коновязи, и привязал Лиса. А потом входит в дом, пожимает ручки девочкам, сидит, раскуривает свою сигару.
Затянется, пустит колечко, а сам говорит:
– Разве я не рассказывал вам, что Братец Лис ещё моего папашу катал? Он потерял немножко резвость, но я натаскаю его снова за месяц-другой.
Тут Братец Кролик усмехнулся, а девочки хохотать, а Матушка Мидоус знай похваливает лошадку – Братца Лиса.
• 1. «Сказки дядюшки Римуса». Эту книгу написал американский писатель Джоэль Чендлер Харрис. Но сами истории о Братце Лисе и Братце Кролике он не придумал, а пересказал. Ты ведь помнишь, чьи сказки, сказки какого народа он пересказал?
• 2. Кто такой дядюшка Римус, ты не забыл? А мальчик Джоэль?
• 3. А кто такой
а) слова автора;
б) слова персонажа-рассказчика.
• 4. Почему Братец Лис согласился везти на себе Братца Кролика к Матушке Мидоус?
• 6. А в какой русской сказке один зверь хитростью заставляет другого везти себя?
– Вздумалось однажды Братцу Лису посадить горох, – начал дядюшка Римус. – Поплевал Старый Лис на руки, взялся за лопату – и готово дело!
А старый Братец Кролик всё сидел и смотрел, как он работает. Один глаз прикрыл и спел своим деткам:
Ну и, конечно, как стал горох поспевать, придёт Братец Лис на свои грядки, а кто-то уже лакомился тут сладеньким.
«Не иначе как Братец Кролик», – думал Братец Лис. Но Кролик так ловко путал свои следы, что Старый Лис никак не мог изловить его.
Вот как-то обошёл Лис свои грядки кругом и нашёл в заборе лазейку. Тут и поставил он ловушку. Пригнул ветку орешника, что рос у забора, привязал к верхушке верёвку, на другом конце верёвки сделал затяжную петлю и приладил петлю защёлкой против самой лазейки.
На другое утро шмыгнул Братец Кролик в свою лазейку, подхватила его петля под мышки, соскочила защёлка, орешник распрямился – как рванёт его кверху!
Висит Братец Кролик между небом и землёй и думает: «Ну, как упаду? Ну, как не упаду?»
Упасть страшно и не упасть тоже страшно.
Стал он придумывать, чего бы это соврать Братцу Лису. Вдруг слышит – кто-то бредёт по дороге. Это Братец Медведь возвращается из лесу – он ходил искать медовые дупла.
Кролик окликнул его:
– Как поживаешь, Братец Медведь?
Медведь поглядел вокруг – никого нет.
Поглядел ещё – видит, Братец Кролик болтается на ветке.
– Здравствуй, Братец Кролик! Ты-то как поживаешь?
– Да так, ничего, спасибо, Братец Медведь, – говорит Кролик.
– Чего это ты делаешь там, наверху? – спрашивает Медведь.
– Денежки зарабатываю, Братец Медведь.
– Как же ты их зарабатываешь, Братец Кролик?
– Да вот нанялся к Братцу Лису пугалом. Ворон отгоняю от гороховых грядок. А ты бы не хотел подработать, Братец Медведь?
– Как не хотеть, Братец Кролик! Семья-то у меня большая, никак не прокормишь.
– А пугало из тебя будет знатное, Братец Медведь! – сказал Кролик.
Он объяснил Медведю, как пригнуть ветку орешника; вот, не прошло и минутки, Братец Медведь повис над гороховой грядкой вместо Братца Кролика.
А Кролик – со всех ног к дому Старого Лиса. Прибежал и кричит:
– Братец Лис! Скорей, Братец Лис, я покажу тебе, кто у тебя горох таскает!
Старый Лис схватил палку, пустились они вместе к гороховым грядкам. Прибегают, а Братец Медведь всё висит.
– Ага! Попался, наконец! – сказал Братец Лис, и, прежде чем Медведь успел рот раскрыть, Братец Кролик поднял крик:
– По зубам его, Братец Лис! По зубам!
Старый Лис размахнулся своей палкой и – блип! блип! блип!
Только Братец Медведь раскроет рот, чтобы объяснить, как дело было, Братец Лис – блип! блип! блип!
А Кролик тем временем улизнул и схоронился в болотце, так что только одни глаза были наружу, потому что он знал, что Братец Медведь побежит искать его.
Глядь-поглядь – бежит Медведь по дороге. Добежал до болотца и говорит:
– Как поживаешь, Сестрица Лягушка? Не видала, не пробегал тут Братец Кролик?
– Вот только что пробежал, – отвечает Братец Кролик.
И старый Братец Медведь пустился вперёд по дороге, а Братец Кролик выбрался из болотца, обсушился на солнышке и пошёл домой к своим деткам, как ни в чём не бывало.
– А Медведь не поймал Кролика – потом, потом? – сонным голосом спросил мальчик.
– Спать, скорей спать, воскликнул дядюшка Римус. – У тебя совсем уже слипаются глазки.
• 1. Расскажи, какой в этой сказке Братец Кролик. А какой Медведь?
• 2. Ты знаешь русские народные сказки про медведя? Медведь в русских сказках похож на этого Братца Медведя?
• 3. Встречал ли ты в русских сказках хитрого зайца?
Жил однажды плотник, которого все звали Пуговка. Может быть, его звали ещё Джакомо или Наполеоне, но Пуговкой его прозвали так давно, что никто уже и не помнил настоящего имени, даже он сам.
Жил он в бедном-пребедном селе, где у людей не было денег, чтобы покупать новую мебель. И если в этом году кто-нибудь заказывал ему стол и четыре стула, то в следующем только табуретку.
– А шкаф вам не нужен?
– Это же очень дорого!
– А комод?
– Нет, комод мне не по карману!
– А вешалка?
– Хорошо бы, конечно, только что на неё вешать?
Всю одежду, какая была у людей, они носили на себе.
Как-то Пуговка подумал: «Надо, пожалуй, перебраться в какое-нибудь другое село. Но на новом месте мне придётся купить дом или взять его в наём. Нет, лучше я сам построю его, поставлю на колёса и буду возить за собой куда захочу. А когда разбогатею, женюсь. А женюсь – отдам домик детям, пусть играют в нём».
Приняв решение, он взялся за работу. Он был очень хорошим плотником, мастером на все руки.
Надо вам сказать также, что Пуговка был очень маленького роста и очень худенький и дом ему нужен был совсем небольшой. Он и построил его совсем маленьким – умещались в нём только он сам, молоток да рубанок. А вот пила уже не помещалась – её пришлось повесить на гвоздь снаружи возле двери. Над входом Пуговка написал своё имя. Потом он поставил домик на колёсики и приделал к нему оглобли, чтобы можно было тянуть на себе.
– Смотрите-ка, смотрите! – смеялись люди. – Пуговка построил дом с ручками!
И потешались над ним. Но Пуговка притворялся, будто ничего не слышит. А когда отправился в путь, потащив на себе домик на колёсиках, люди говорили:
– Смотрите, смотрите, какой у Пуговки «мерседес»! А бензин куда заливать станешь? Бака-то нет! Может, пить его будешь?
Пуговка помахал на прощание шапкой и ушёл. Домик был лёгким. На спусках Пуговка садился в него, словно в тележку, и катился под горку.
Так шёл он и ехал, пока не настал вечер.
– Переночую прямо на дороге, – решил Пуговка, – за день я проделал немалый путь и очень устал.
Ночью его разбудила гроза. Проливной дождь стучал по крыше, всё небо озарялось яркими молниями.
Вдруг сквозь раскаты грома он услышал стук в дверь и чей-то голос:
– Открой, пожалуйста! Впусти меня, Пуговка!
– Кто там?
– Я промок насквозь! Впусти скорей!
– Попробуй войди, – сказал Пуговка, открывая дверь. – Я строил этот домик только для себя одного, но если и ты поместишься, буду рад. Где есть место для одного, хватит и для двоих!
Вошёл какой-то старичок, отжал бороду, с которой ручьями стекала вода, и лёг отдыхать.
– Видишь, хватило места и для меня.
– Вижу, вижу. А кто вы такой?
– Не узнаёшь? Да я же твой дядюшка Карамелла. Один я остался на всём белом свете, некому позаботиться обо мне, некому накормить, вот я и вспомнил о тебе. Как же я огорчился, когда узнал, что ты покинул село. По счастью, ребятишки видели, в какую сторону ты пошёл, и показали мне. Построил новый дом? Выходит, дела у тебя идут хорошо?
– Хорошо, хорошо, – вздохнул Пуговка.
– Молодец, я рад за тебя, – продолжал дядюшка Карамелла. – А теперь извини, я очень хочу спать. Поговорим завтра утром.
– Спокойной ночи, – сказал Пуговка. Сам он, однако, уснуть не мог, а чесал в затылке, размышляя: «Бедный старик, готов поспорить, что он и не ужинал сегодня. Совсем как я».
А гром всё гремел и гремел. Но опять сквозь раскаты он расслышал стук в дверь, и снова кто-то просил:
– Откройте, пожалуйста! Откройте!
– Кто там?
– Бедная женщина с тремя ребятишками. Гроза застала нас в пути, и нам негде укрыться.
– Входите, если сможете, – пригласил Пуговка, открывая дверь. – Я строил этот домик только для себя одного, теперь нас здесь двое, но если и вы поместитесь, буду рад.
– Там, где есть место для двоих, хватит и для троих. А детей я подержу на руках.
Вошла женщина, вошли дети, улеглись спать – все поместились!
– Спасибо вам большое, – поблагодарила женщина, – как у вас хорошо тут!
– Извините, но куда вы шли в такую непогоду?
– Шла куда глаза глядят, – ответила женщина и заплакала. – Вдова я с тремя ребятишками. Мне нечем платить за жильё, вот хозяин и выгнал меня. Что-то с нами дальше будет?
– Там будет видно, а пока не тревожьтесь. Попробуйте уснуть.
Сам Пуговка, однако, уснуть не мог и думал: «Бедняжка! Несчастные дети! Готов поспорить, что они и не ужинали сегодня! Совсем как мы с дядюшкой Карамелла». А гроза всё не кончалась. Дождь лил как из ведра. Гром прокатывался с одного края неба до другого. В дверь то и дело стучал кто-нибудь, прося укрытия, и Пуговка впускал всех со словами:
– Где есть место для пятерых, найдётся и для шестерых… Где есть место для шестерых, хватит и для семерых… Где есть место для одиннадцати, хватит и для двенадцати…
Так в Пуговкином домике набилось много народу. Был тут лесник, у которого горный поток снёс хижину, были двое парней, которые покинули родное село и собрались за границу искать там работу, был несчастный старик, которого прогнали из дома, потому что он уже ничего не мог делать, был королевский слуга, которого выставили за ворота, потому что он заболел, а мажордом не захотел лечить его.
А на рассвете, когда небо было ещё мрачным и тёмным и гром грохотал сильнее прежнего, кто-то так сильно забарабанил в дверь, что домик даже задрожал.
– Откройте! – приказал чей-то властный голос.
«Мог бы добавить «пожалуйста», – подумал Пуговка. Но всё равно открыл дверь и увидел перед собой…
– Впусти меня!
Да это же…
– И коня моего тоже!
Нет никакого сомнения… Мантия промокла, но корона при свете молний сверкала, как новенькая. Это был король.
– Где есть место для двенадцати, найдётся и для тринадцати, – пробормотал Пуговка, кланяясь королю. А про себя добавил: «А где есть место королю, найдётся и для его коня».
– Снаружи, – сказал король, – твой домик кажется таким маленьким…
Он вошёл и осмотрелся.
– Действительно, – объяснил Пуговка, – я строил его только для себя одного.
– А какое дерево использовал?
– Каштан, Ваше Величество.
– Каштан – не резина. Что-то здесь, видимо, не так!
– И слава богу, что не так, – ответил Пуговка, – иначе как бы тут поместилось столько народу!
Его Величество король Бернардино Четвёртый задумался.
– Может быть, – промолвил он наконец, – всё дело не в том, из какого дерева построен домик, а в том, как он устроен?
– Что вы хотите сказать?
– Сердце само по себе маленькое, величиной с кулак. Но если человек захочет, он может вместить в него всех людей на свете, и даже ещё много места останется. Видно, твой дом устроен так же, как доброе сердце.
Пуговка промолчал.
– А что это за люди? – спросил король, указав на спящих.
– Вот дядюшка Карамелла, это вдова с детьми, это… – Пуговка про всех рассказал королю, и тот, слушая его, всё мрачнел и мрачнел. А когда увидел больного слугу, стонавшего во сне, снял свою корону, словно та неожиданно стала слишком тяжёлой.
– Я думал, что я хороший король, – вздохнул он, – а вот, оказывается, сколько в моём королевстве несчастных людей. Что я сделал для них? Гораздо меньше, чем ты. Ты хотя бы приютил их на ночь. Выходит, мне пора отправляться…
– В такой дождь, Ваше Величество?
– Нет, я не то хотел сказать. Пора отправляться на пенсию! Если человек не умеет управлять страной так, чтобы его подданные были счастливы, лучше снять корону.
Он подумал ещё немного и добавил:
– Впрочем, я, пожалуй, ещё кое-что могу сделать. Кончится дождь, пусть все эти люди придут ко мне. Ты, насколько я понял, хороший плотник, и во дворце у тебя не будет недостатка в работе. Подумаем и об остальных. Больного вылечим. Кому нужна работа – найдём. А ты взамен отдашь мне свой домик на колёсиках, и я буду ездить в нём по всей стране и разыскивать людей, которым нужна моя помощь. Согласен?
Неизвестно, что хотел ответить Пуговка, потому что как раз в это время раздался автомобильный гудок.
Ночью домик отнесло ветром на середину дороги, и автобус не мог проехать.
– Эй вы там, цыгане! – закричал водитель. – Проснитесь! Подайте в сторону!
А пассажиры выглядывали в окна и смеялись:
– Да это же Пуговкин домик!
– Домик? Вы хотите сказать «мерседес»!
– Проснись, Пуговка!
Пуговка вышел из домика и обрадовался, увидев, что дождь кончился. Следом за ним вышел дядюшка Карамелла, расчёсывая свою бороду. За дядюшкой Карамелла вышла вдова с ребятишками, самый маленький из них выбрался на четвереньках.
– Да это не дом, – смеялись в автобусе, – а цилиндр фокусника! Вот увидите – под конец появится белый кролик!
А люди выходили и выходили из домика.
– Но как вы там умещались? Вы же не плоские, как сардины!
– Смотрите, даже конь там ночевал! Белый конь! Не какой-нибудь вам белый кролик!
А следом за конём вышел король. Тут все сразу притихли.
– Ну так вот, – сказал король, – пусть все эти добрые люди сядут в автобус. За билеты плачу я. А Пуговкин домик прицепите сзади, возьмите на буксир. Я же поеду следом за вами на коне и скажу, где остановиться.
Если в учебниках истории пишут правду, то это был первый случай, когда автобус въехал в столицу с таким эскортом – в сопровождении короля на белом коне. Случай первый, но и последний.
А Пуговка женился на вдове и, для того чтобы детишкам было где играть, построил им ещё один деревянный домик на колёсиках. Он тоже был очень маленький, но в нём свободно умещались все дети, какие жили в городе, и если в него хотел забраться ещё и котёнок, то и для него находилось место.
Понравилась ли тебе сказка «Пуговкин домик»? Какую русскую народную сказку она тебе напомнила и чем? А чем она от этой сказки отличается?
• 2. Хозяин домика – плотник Пуговка. Попробуй сказать одним словом, какой он.
• 3. Почему в крошечный домик поместилось так много народу? Найди в тексте и прочитай.
• 4. Какой тут король? Подтверди свой ответ словами сказки.
• 5. Что из настоящей жизни отразилось в сказке? А какие свои мечты выразил автор?
• 6. В какое время живут сказочные герои – в стародавнее время или в наши дни? Почему ты так думаешь?
• 7. Ты заметил, что Дж. Родари о многом рассказывает с юмором, с доброй шуткой? Над чем ты посмеялся в этой сказке?
• 1. Ты ещё раз встретился с литературными сказками. Их сочинили зарубежные писатели. Каких ещё зарубежных писателей-сказочников ты знаешь? Назови их произведения.
• 2. Какая из сказок раздела тебе особенно понравилась? Почему?
• 3. Какие сказки Ш. Перро ты знаешь?
• 4. Какие сказки X. К. Андерсена ты знаешь?
• 5. Какие произведения Дж. Родари ты читал?
Бабушка разбудила меня рано утром, мы попели по землянику…
Деревня ещё тихо спала.
На лугу стелился туман, и была от него мокра трава, и ромашки приморщили белые ресницы на жёлтых зрачках.
Было так тихо, что мы боялись кашлянуть. Бабушка держала меня за руку, будто боялась, что я могу вдруг исчезнуть в этой белой тишине, а я прижимался к ней, к моей живой и тёплой бабушке.
Местами мы низко пригибались, чтобы пролезть под наклонившуюся сосенку. И тогда из белых чашек цветков выливалась мне за воротник и на голову студёная роса.
Я вздрагивал, ёжился, облизывал горьковатые капли с губ.
Бабушка вытирала мою голову ладонью, уверяла, что от росы да от дождя люди растут большие-большие.
Мы брели по туману, выбрели из него медленно и бесшумно. Вот он уже по грудь нам, по пояс, до колен, и вдруг навстречу плеснулось яркое, и празднично заискрилось, заиграло в лапах пихтача, на камнях и в каждой травинке.
Над моей головой встрепенулась птичка и пропела звонким, чистым голосом, как будто она и не спала, будто всё время была начеку: «Тить-тить-тить-рри-и…»
– Что это, баба? – спросил я шёпотом.
– Это зорянкина песня.
– Как?
– Зорькина песня. Птичка зорька утро встречает, всех птиц об этом оповещает.
И правда, на голос зорьки (так в наших краях называют зорянку) ответило сразу несколько голосов – и пошло, пошло! С неба, с сосен, с берёз – отовсюду слышались птичьи голоса. Их было много, и были они один звонче другого, и всё-таки Зорькина песня слышалась громче, яснее всех.
– Зорька поёт! Зорька поёт! – закричал я и запрыгал неизвестно отчего.
– Зорька поёт, значит, утро идёт, – сказала бабушка, и мы поспешили навстречу этому утру и солнцу. Нас провожали и встречали птичьи голоса.
В росистой траве загорались от солнца красные огоньки земляники. Я наклонился, взял пальчиками шершавую ягодку и осторожно опустил её в кружку.
А птицы всё так же громко и многоголосо славили утро и солнце, и Зорькина песня, песня пробуждающегося дня, вливалась в моё сердце и звучала, звучала, звучала…
• 1. Почему рассказ называется «Зорькина песня»?
• 2.
• 3. «Ромашка приморщила белые ресницы на жёлтых зрачках». Как ты понимаешь это выражение? Скажи об этом другими словами. А как интереснее, выразительнее?
• 4. «Птичка зорька утро встречает, всех птиц об этом оповещает». «Зорька поёт, значит, утро идёт». Почему эти выражения звучат складно? Можно ли назвать эти выражения народными приметами?
• 5. Прочитай в тексте, как мальчик с бабушкой шли в тумане. Почему мальчик прижимался к бабушке? Приходилось ли тебе видеть туман? А идти в тумане? Расскажи, где и как это происходило.
Туман стелется утром по воде – к хорошей погоде, подымается вверх – к дождю.
Туман исчезает после восхода солнца – будет хорошая погода.
Над лесом стоит туман – будет дождь.
Ласточка день начинает, соловей кончает.
• 1. Какие ты знаешь русские народные сказки, где героиня – девочка-сирота?
• 2. Какое отношение народа к сиротам выражено в произведениях устного народного творчества?
– Чёрная?
– Нет, красная.
– А почему она белая?
– А потому что зелёная.
• Отгадай загадки. Объясни, по каким признакам загаданы предметы.
Век живи, век учись.
Жapa стояла над землёй уже месяц. Взрослые говорили, что эту жару даже видно.
– Как это можно увидеть жару? – спрашивала всех Таня.
Тане было пять лет, и поэтому она каждый день узнавала от взрослых много интересных вещей. Действительно, можно было поверить дяде Глебу, что «сколько ни проживёшь на свете, хоть триста лет, а всего не узнаешь».
– Пойдём наверх, я тебе покажу жару, – сказал Глеб. – Оттуда лучше видно.
Таня вскарабкалась по крутой лестнице на мезонин[17]. Там было светло и жарко от нагретой крыши. Ветки старого клёна упрямо лезли в окна. На мезонине был балкон с резными перилами. Глеб показал Тане с балкона на луга и на дальний лес.
– Видишь жёлтый дым? Как от самовара. И весь воздух дрожит. Это и есть жара. Всё можно увидеть человеческим глазом. И жару, и холод. Что хочешь.
– А холод, когда снег? – спросила Таня.
– Нет. Даже летом можно его увидеть. Вот будут прохладные дни, тогда я тебе покажу, как он выглядит.
– А как?
– Небо вечером бывает зелёное, как мокрая трава. Холодное небо.
• 1. Что нового ты узнал из этого отрывка?
• 2. А ты видел жару? Понаблюдай летом, как в жару дрожит и переливается над землёй горячий воздух. А зеленоватое холодное небо ты видел? Действительно ли от него холодно?
• 3. Ты согласен, что «сколько ни проживёшь на свете, хоть триста лет, а всего не узнаешь»? Что об этом говорит пословица?
• 4. Кого в этом произведении можно назвать очень наблюдательным человеком?
• 5. Озаглавь отрывок словом или выражением из текста.
• 1. Объясни, почему поэт сказал о росе, что она бриллиантится. А почему она весёлая?
• 2. Докажи, что поэт изобразил раннее летнее утро и что оно ему очень нравится. Какие слова и выражения передают настроение поэта?
• 3. Почему петух «горлан»? Можно ли ещё о какой-либо птице так сказать?
• 4. Слышал ли ты эхо в лесу? А знаешь ли ты стихи или песни про эхо?
• 1. Как поэтесса передала разговор девочки с эхом? Назови созвучия.
• 1. Внимательно посмотри, как расположены все созвучные (рифмующиеся) строки. Подумай, как это связано с загаданным предметом.
• 2. Произнеси в каждой паре рифмующихся слов созвучную часть.
• 2. Почему дубровы «немые»?
• 3. Какие признаки знойного жаркого дня поэт
Белеющие поля с медовым запахом – это поля цветущей гречихи. Гречиха цветёт в середине лета душистыми белыми цветочками. Пчёлы собирают с этих цветов нектар. Гречишный мёд тёмного цвета и очень душистый.
• 4. Озаглавь стихотворение.
• 2. Это стихотворение о нашем времени или о старине? Объясни свой ответ.
Веселей, Савелий, сено пошевеливай.
• 1. Почему дети кричат о дожде: «Золото, золото…»? Как называют в народе такой дождь?
• 2. Как ты понимаешь две последние строки?
• Почему М. И. Цветаева назвала августовскую рябину ржавой?
А как бы ты ещё назвал август?
• 2. Какие ты знаешь народные «летние» приметы? Какие из них проверены тобой или твоими родными?
• 4. Какие бывают летние дожди?
• 5. Какие стихи и рассказы о лете ты знаешь? Кто их написал?
• 6. Чем тебе нравится лето?
Богата и прекрасна земля русская. Прекрасны её реки и озёра, степи и горы, города и сёла. Богаты её леса и нивы, её воды и недра.
Но богаче всего земля русская талантами народными. Ты познакомился с замечательными произведениями устного творчества русского народа – его сказками и песнями, пословицами, поговорками, меткими присловьями и загадками.
В этом разделе ты узнаешь о некоторых старинных промыслах. Во всём мире знают русскую хохлому, русскую матрёшку, замечательную дымковскую игрушку.
Ты, конечно, видел произведения хохломски́х мастеров. Может быть, это был детский стульчик, весь лакированный и загадочно красивый? Или стол, за которым удобно сидеть и рисовать, но который сам так расписан, что его можно долго-долго разглядывать? Может быть, это были расписные золотые ложки? А может быть, прекрасные круглые блюдца, которые теперь вешают на стену для украшения?
Нижегородский край – родина хохломы́. Россияне любят хохломские изделия и гордятся ими. Бывая в других городах и за границей, помнят они, что нет лучшего подарка, чем нарядная, весёлая хохлома. И в самых разных странах есть в домах ложки и кружки, ковши и чашки, любовно расписанные нашими мастерами. Красота наших лесов и лугов живёт в их причудливых узорах. Они дарят людям добро и красоту.
Какая тайна в этих простых деревянных изделиях?
Главная тайна – секрет: в золотой хохломе нет ни капельки золота. Вот как мастера делают её золотой.
Выточат деревянную заготовку, например кружку. Она белая («бельё»). Покроют жидкой глиной. Она становится красновато-коричневой. Покроют льняным маслом и натрут алюминиевым порошком. Станет кружка серебристой. Ещё раз покроют маслом и распишут. Теперь лаком покроют и поставят в печь. Там-то и произойдёт с ней чудо: запечётся лак в жёлтую плёночку, и через неё-то серебристая алюминиевая поверхность и кажется золотой.
Знаешь ли ты, почему эти красивые вещи называются «хохломой»?
Обычно изделия народных промыслов называются по месту изготовления. Городецкую роспись делают в Городце, семёновские игрушки – в Семёнове, вологодское кружево плетут в Вологодском крае.
Где же делается хохлома? Сейчас она делается в городе Семёнове и в селе Сёмино Нижегородской области. Так почему она хохлома?
Это тоже название села. Только в нём не делали игрушки и посуду, а продавали их на ярмарке. Хохлома – старинное торговое село Нижегородского края. Но слово «хохлома» как-то очень подошло к золотой расписной утвари. Оно само какое-то необычное, интересное и весёлое.
• 1. Что ты узнал о хохломе? Расскажи.
• 1. Как ты думаешь, почему поэт назвал эти потешки Матрёшкиными?
Матрёшки – деревянные куклы, вложенные одна в другую. Они нравятся всем, приносят радость и взрослым, и детям. Матрёшка – самый распространённый русский сувенир, её знают и любят во всём мире.
Очень хороша нижегородская матрёшка. На многих международных выставках и ярмарках демонстрировали её, и всюду она получала очень высокую оценку. Более 30 стран покупают нижегородскую матрёшку.
В Нижегородском крае матрёшек делают очень давно. Есть семёновская матрёшка, её родина – город Семёнов (там делают и хохлому). Есть матрёшки, сделанные в селе Полховский Майдан (или Полхов-Майдан). И те и другие хороши, но различаются формой и росписью.
Ласково и нежно называют эту игрушку – дымка. Игрушку называют дымковской по месту происхождения. С высокого берега реки Вятки, на котором стоит город Киров, видно заречную слободу Дымково. Зимой, когда топятся печи, летом в пасмурные дни, когда туман, слобода вся – будто в дыму, в дымке. Здесь в далёкую старину и зародилась эта игрушка.
Вначале были свистульки. Всю зиму женщины Дымкова лепили их для ярмарки.
И вот – на лотках и прилавках многолюдной ярмарки торгуют весёлым товаром. Охотно разбирают его взрослые и дети. Оглашается свистом вся округа. Шумит народ, народное гулянье. Но громче всего слышится заливистый свист. Оттого и прозвали этот весенний праздник – «Свистунья».
Приходила зима, и снова в Дымкове принимаются за дело. И так каждый год. Много, много лет. Сто. Сто пятьдесят. А может, и более того. Вот уже придумали лепить из глины другие игрушки, не только свистульки. Своё умение бабки передавали внучкам, а внучки – своим внучкам. Так и дошло оно до наших дней. Теперь в городе Кирове, в центре его, – художественные мастерские дымковской игрушки.
Давайте зайдём туда. Груды глины. Мешки с мелом. Ящики с красками, коробки с яйцами. Молоко. Вот почти и всё, что нужно для создания глиняных коников, сказочных, похожих на жар-птицу, индюков, баранчиков в штанишках. Нянек и деточек, барышень и кавалеров, водоносок. Диковинных оленей, козу и семерых козлят. А то и дрессировщиц с собачками, весёлую карусель.
Когда наблюдаешь за работой мастерицы, кажется всё просто. Вот она отщипнула от глины кусочек, раскатала его колбаской, вот взяла глины побольше, расшлёпала в лепёшку, вот свернула лепёшку воронкой – оказалась это юбочка. Сверху приделала голову, руки, колбаску изогнула коромыслом, вылепила ведёрки. На голову налепила высокий кокошник, крохотный носик приделала и… поставила фигурку сушиться.
На лавке уже много глиняных влажных водоносок сохнет. Ждут обжигания в печи.
Из печи они выходят закалённые, крепкие, звонкие.
Потом разводят на молоке мел и белят игрушки. И тут-то наступает пора расписывать их. Если посмотреть на узор, он необычайно прост: кружочки, прямые и волнистые полоски, клеточки, пятна, точки… Зато краски яркие-яркие: малиновые, красные, зелёные, жёлтые, оранжевые, синие. И потому пёстро, весело от такого хоровода красок!
Но, оказывается, ещё не всё закончено. Предстоит довольно хитрая работа – «сажать золото».
Мастерица легонько касается золотого квадратика кисточкой, смоченной в сыром яйце, подносит его к игрушке и сажает на нужное место: водоноскам и барыням на кокошники и шляпы, петухам на гребешки, оленям на рога, волшебным деревьям на ствол и яблоки…
И вот игрушки засветились и окончательно стали ненаглядными. И впрямь на них не наглядеться. На душе становится радостно, празднично! И ведь это всё из глины.
• 1. Расскажи, почему дымковская игрушка так называется.
• 2. Найди и прочитай, как мастерица делает водоносок.
• 3. Расскажи, каким бывает узор на дымковских игрушках. В какие цвета они раскрашены?
• 1. Что ты знаешь о хохломе?
• 2. Какие народные игрушки ты знаешь?
• 3. Расскажи о дымковской игрушке.
• 4. Подумай, почему хохлома, русская матрёшка, дымковская игрушка так нравятся людям разных стран. Какие игрушки изображены на иллюстрациях?
Дю́жий – здоровый, сильный, крепкий.
Гимна́зия – школа в дореволюционной России. В гимназии учились восемь лет. В подготовительный класс принимали детей в возрасте 9–10 лет. Дети к этому времени уже должны были уметь читать, писать, считать.
Держал в первый класс – сдавал экзамен для поступления в первый класс. Те, кто поступал в гимназию сразу в первый класс, без подготовительного, сдавали экзамены. К экзаменам их готовили дома родители или нанятые учителя.
Наёмный двор – так называлось место, где стояли лачужки, которые отец Темы сдавал внаём бедным людям. С ребятишками наёмного двора Тема дружил, они ходили всегда вместе, ватагой.
Баска́ков – домашний учитель Алёши.
Таранта́с – крытая повозка.
Опра́вился – успокоился, пришёл в себя.
Каде́ты – воспитанники кадетского корпуса. Там учились будущие офицеры.
Мизера́бль – несчастный (французское слово).
Назаре́нко – фамилия учителя в приготовительном классе.
Амфитеа́тр – места в зале, в классах, расположенные возвышающимся полукругом: каждый следующий ряд выше предыдущего.
Лев – болгарская монета.
Фаэто́н – экипаж, карета.
Одноко́лка – двухколёсный экипаж.
Огни́во – приспособление для высекания огня.
Ермо́лка – маленькая мягкая круглая шапочка.
Мезони́н – надстройка над серединой дома.
Бриллиа́нт – прозрачный драгоценный камень; бриллиа́нтиться – блестеть, искриться.