Просто маленькая сказка о любви.
В шепоте ветра расслышать твои шаги. Придешь, не придешь? Еще один день без тебя. Лишь луна безучастно взирает на мои метания вокруг покосившейся беседки в старом заросшем саду. Сколько раз я закрывал тебя собой? Сколько раз вытирал твои слезы? Есть ли кто-то, кто любит тебя преданнее?
Отставка в день твоего совершеннолетия. Я всего лишь бывший телохранитель. А ты…
— Мой принц, — только тебе я кланяюсь с удовольствием. Я готов бросить к твоим ногам весь мир, лишь попроси.
— Встань.
Резко, как пощечина.
— Не присылай мне больше эти ужасные ромашки. По-твоему, это очень уместно — дарить принцу ромашки? Не говоря уже о том, что ты меня компрометируешь.
— Но ты же любишь ромашки…
Я ничего не понимаю. Неужели забыл, как в прошлом году, путешествуя, мы остановились посреди поля и ты сказал, что мечтаешь каждый день просыпаться и видеть перед собой ромашки?
— Я люблю? Я просто вынужденно терпел. Теперь нас ничто не связывает. Оставь меня в покое.
Лучше бы ты вонзил мне нож в сердце, чем произнес эти слова.
— Я могу… — голос сорвался, — сделать для тебя что-то на прощание?
Уже уходя с поляны, ты обернулся:
— Исчезнуть. Хотя… срази для меня дракона и принеси его шкуру, — тихий смех резал на кусочки мое сердце.
Ты ушел, а я долго стоял, глядя на холодный лик луны.
На рассвете стража и слуги видели, как дворцовые ворота открылись и выпустили одинокого всадника. И никто не узнал, как на верхней площадке башни, глядя вслед всаднику, взахлеб ревел принц.
— Я сделал, как ты сказал, отец, — бесцветный голос принца оторвал короля от бумаг.
— Отлично, — король улыбнулся. — Вот посмотри, это портрет твоей невесты. Нравится?
Принц, не глядя, кивнул.
Два месяца в пути. Стоило ли ехать так далеко, чтобы найти свою смерть? Стоило, ведь так велел Мой Принц. Пусть уже не мой. Воину сразить дракона? Действительно смешно. Даже сильнейшему магу не выстоять в одиночку.
В последнем человеческом поселении перед драконьими землями я остановился отдохнуть в таверне и попытаться выяснить, не знает ли кто, как попасть к драконам или хотя бы просто вызвать кого-то из них. Хозяин таверны улыбнулся и посоветовал спросить у рыжего парня, разминающегося с мечом во дворе.
Я вышел и действительно обнаружил во внутреннем дворе высокого юношу с шикарной копной каштаново-рыжих кудрей. Меч так и порхал в его руках, но мне было не до любования чужим искусством, и я окликнул его.
— Да? — парень направился ко мне.
Красивое лицо с тонкими чертами, явно аристократ. Когда он подошел совсем близко, я разглядел золотые глаза и судорожно сглотнул.
— Я вызываю вас на бой, — слетело с моего языка прежде, чем я успел обдумать, что говорю.
— Дурак или самоубийца? — хмыкнул дракон.
— И то, и другое, — мрачно ответил я.
— Пошли, выпьем и поговорим, — он подтолкнул меня к входу в таверну.
— Грейвогер ин Сиэр, — представился дракон, когда мы сели за стол.
— Макровен Тилдар, — назвался я.
— Рассказывай, Мак, как тебя угораздило вызвать на бой дракона.
И я рассказал. Был уверен, что никогда никому и слова не скажу, а ему — рассказал.
Выслушав, ин Сиэр попросил меня подождать, а сам поднялся в номер. Через полчаса он вернулся.
— В твоем королевстве сейчас неспокойно. Король убит, а принц коронован, но ходят слухи, что правит не он, а родня его жены, молодой король же — марионетка на троне.
Я сидел, не в силах сказать ни слова. Мысли разбегались как тараканы. Коронован? Жена?
Я сжал кулаки.
— Я должен вернуться.
— А зачем? — спросил дракон. — Он с тобой наигрался и выгнал, ему плевать на тебя. Вот пусть сам и разгребает свои проблемы.
— Не надо, — хрипло попросил я. Больно. Больно, но он прав.
Ин Сиэр покачал головой.
— Все еще любишь? Ладно, не отвечай. Я тебе помогу, но с одним условием.
— Каким?
— Если твой принц не признается прилюдно в любви к тебе, ты уйдешь со мной.
— В любви? Прилюдно? Но у нас не принято мужеложство. Он не сможет в любом случае! Зачем я тебе? — я был шоке.
— А ты мне нравишься, — улыбнулся дракон. — Ты красивый, напоминаешь одного знакомого.
Да, мой принц тоже когда-то говорил, что я красив, от отца-аристократа мне достались густые черные волосы, светлая кожа, почти правильные черты лица и большие карие глаза. Только что в них толку? Был бы женщиной, мог бы остаться рядом с принцем в роли любовницы, но, увы, я родился мужчиной, а в нашем королевстве строго осуждаются однополые связи.
— Так ты согласен?
— Согласен, — какая теперь разница, мой принц все равно не любит меня, но я должен помочь ему, а что потом — неважно.
Дракон открыл для нас телепорт прямо к пригороду столицы, оттуда мы быстро добрались до Дворцовой площади.
— И каков план? — спросил ин Сиэр, казавшийся сейчас обычным человеком — глаза были прикрыты мороком.
— План? — удивился я. — Я должен поговорить с принцем… вернее, королем, и узнать, нужна ли ему помощь.
— Если ему действительно нужна помощь, тебя к нему либо не пустят, либо разговаривать вы будете при ком-то, и твой принц скажет лишь то, что ему велели. — Дракон посмотрел на мое растерянное лицо и махнул рукой. — Ладно, жди меня в таверне, где мы оставили лошадей.
Словно какая-то сила заставила меня отвести от него взгляд, а когда повернулся, ин Сиэр уже исчез.
В таверну он пришел ближе к вечеру и, заказав ужин в номер, стал рассказывать:
— Молодого короля водят под конвоем и запирают в башне. Не похоже, чтобы это делалось по его воле, правда? Старый король и королева погибли в результате заговора, который был раскрыт, а виновные якобы казнены. Принц и его супруга были поспешно коронованы, а ее отец занял место советника. Сразу же были введены дополнительные налоги и урезано жалование армии, потому что казна королевства пустует — якобы, растрачена покойным королем. Армия и народ ропщут, но открыто не выступают. В общем, ситуация ясна.
Я слушал, не перебивая. Ин Сиэр помолчал и продолжил:
— Думаю, достаточно было бы вытащить твоего принца из дворца и отправить к армии с речью о том, как советник незаконно узурпировал власть. Дальше они сами справятся, у советника тут не так уж и много преданных людей. Есть идеи, как это осуществить?
— Проникнуть во дворец, убить охрану… — начал я.
— Вдвоем? — хмыкнул ин Сиэр. — Я хоть и дракон, но в человеческом облике не всесилен, а охраны там много, в том числе, и магов.
— Но ты же можешь и драконом пойти, — возразил я. — Там много просторных галерей, а в залах и подавно места хватит.
— А охрану мы вежливо попросим собраться в залах и не разбегаться? И ты даже не представляешь насколько я крупный, я же красный, боевой, крупнее нас только черные, сомневаюсь, что после моего вторжения дворец устоит. И потом, ты подумал, какой мы устроим переполох? На нас же всю армию и натравят, как на агрессоров, покусившихся на законного короля, и попробуй докажи потом, что мы его спасаем. Ладно, делаем так…
— Подпиши.
— Нет.
— Их все равно казнят, это просто формальность, ваше величество, — обращение в устах советника звучало насмешкой.
Молодой король резким движением порвал приказ о казни приближенных покойного отца.
— Придется заново писать, — покачал головой советник. — Стража, отведите его в башню.
Король вышел на балкон, опоясывающий башню, ставшую его тюрьмой, и посмотрел на закатное небо.
Глупо было надеяться переиграть старых интриганов. Он хотел обхитрить всех, отомстить отцу, решившему за него его судьбу, а потом уничтожить подвернувшихся так вовремя заговорщиков, но в результате оказался в западне. И раньше никому ненужный, всего лишь послушная фигура на шахматной доске отца, теперь его жизнь и вовсе не стоила ни гроша. Он жив лишь потому, что советник боится волнений в армии. Как только появится наследник, короля уберут так же, как и его отца. А наследник появится даже без помощи законного супруга — благодаря участию в заговоре его незаконнорожденного брата, любой маг подтвердит в наследнике королевскую кровь.
А ведь когда-то он не хотел править… Как получилось, что чужие идеалы заменили его собственные мечты?
Как приятно просто лежать рядом на залитом солнцем поле…
— Хочу каждый день просыпаться вместе с тобой и видеть эти ромашки!
Смеюсь и осыпаю тебя белыми лепестками, ты ловишь мои руки и целуешь, а я думаю, что это и есть счастье.
Король потер сухие глаза, плакать он перестал с того дня, как «верные» союзники убили мать и сестру, а его самого…
— Мой принц! — король вздрогнул, так мог назвать его только один человек. Но он сам отвратил его от себя, сказав несколько жестоких слов.
— Мак? — нерешительно прошептал король, озираясь. Разум не мог поверить в то, что ему не послышалось, а сердце уже билось как сумасшедшее в предвкушении встречи.
— Голову подними, — раздался незнакомый голос. — Лови веревку, к тебе на балкон я не влезу, сам забирайся сюда.
С верхней площадки башни свешивалась знакомая черноволосая голова, а рядом болталась веревка. Второго человека видно не было.
— Обвяжись веревкой, а то грохнешься, — посоветовал тот же голос.
Кое-как забравшись наверх, король, не раздумывая, кинулся на шею своему бывшему телохранителю. Но тут же отстранился и принялся оглядываться. Как ни старался, разглядеть центр площадки не мог, какая-то сила не позволяла туда смотреть.
— На мне отвод глаз. Сейчас общий сделаю. Только не ори.
Перед глазами на секунду потемнело, а затем… прямо перед ним оказался огромный красный дракон. Широкая ладонь предусмотрительно закрыла королевский рот.
— Тише, мой принц, это друг.
— Цени, королек, я оказываю тебе огромную честь, сажая на свою спину!
Король смотрел на казнь, он был доволен. Армия приняла его речь на ура, дворец был очищен от предателей в рекордные сроки, вырывающегося из рук солдат советника, попытавшегося крикнуть, что заговор был спланирован самим наследником, король заколол собственноручно, остальных казнили на рассвете. Жена была сослана в монастырь, теперь ничто не мешало ему наконец-то пожить ради себя.
За плечом стоял верный друг, телохранитель и… нет, слово «любовник» король не позволил бы себе произнести даже в мыслях. Сейчас, когда все столь удачно сложилось, не стоило подвергать опасности свое положение, только общественного осуждения и отлучения от церкви ему не хватало. А Мак… кто запретит им встречаться тайно под покровом ночи? О порочной связи знал лишь отец (какой глупостью было признаться тогда!). Теперь никто не поставит его перед выбором — власть или сердце.
Король с улыбкой обернулся к Маку — и столкнулся с пристальным взглядом дракона. Скрытые мороком глаза казались карими, но король знал, кто перед ним.
— Пойдемте! Я хотел бы отблагодарить вас…
— Э, нет, — перебил дракон. — У нас с Маком договор. Он — моя плата за помощь тебе.
— Что? — опешил король.
— Но я не стану вставать на пути настоящей любви, — добавил дракон.
Король нервно оглянулся, но убедившись, что подслушать никто не мог, расслабился и благосклонно улыбнулся.
— Если ты прилюдно признаешься в любви, он останется с тобой.
Улыбка сползла с лица. Король бросил беспомощный взгляд на Мака.
— Выбор за тобой.
Бывший телохранитель отвел глаза.
— Садись, парень, я покажу тебе небо. Унесу далеко-далеко. Ты все забудешь. Знаешь, вообще-то драконы сажают себе на спину только свою пару…