Василий Сигарев Чехов. Путешествие из футляра за садовое кольцо

Василий Сигарев Чехов. Путешествие из футляра за садовое кольцо сцена по мотивам письма А.П. Чехова

29 апреля 1890 г. Екатеринбург. Побелевший от ужаса и приступа мизантропии А.П. Чехов, завернувшись в одеяло, сидит в номере американской очень недурной гостиницы. За окном на аляповатых дрожках с оборванным верхом снуют около канав невообразимые по своей убогости извозчики. Грязные, мокрые, без рессор. Передние ноги у лошадей раскорячены, копыта громадные, спины тощие… Лица у извозчиков скуластые, лобастые, с маленькими глазками и преступные, как у Добролюбова, помыслы — тождественны.

Те, что пеши, тоже выглядят преступно и ужасающе, как Добролюбов, только с громадными кулачищами и широкоплечи. Некоторые в замасленных фартуках и бегут — то механики, спешащие на чугунолитейные заводы принимать роды, а потом колотить со всей дури в чугунные доски.

С низкого серого неба валятся на грязную землю дождь, снег и крупа. Мелькают в окне гостиницы, как в вертепе, чудовища.

А.П. Чехов на тонких трясущихся ножках крадется вдоль стены к окну. Ловким движением задергивает занавеску. Облегченно выдыхает. Но в следующий миг дверь растворяется, и на пороге возникает скуластый, лобастый, угрюмый, ростом под потолок, в плечах сажень, да еще к тому же в медвежьей шубе монстр-Добролюбов.

А.П. Чехов тоненько взвизгивает.

МОНСТР-ДОБРОЛЮБОВ. Деньги гони или зарежу!

А.П. Чехов вынимает из карманов все содержимое, протягивает. Монеты катятся по полу.

МОНСТР-ДОБРОЛЮБОВ. Кто таков?

А.П. ЧЕХОВ. Писатель-гуманист.

МОНСТР-ДОБРОЛЮБОВ. Какого тут делаешь?

А.П. ЧЕХОВ (сглотнув). Еду на Сахалин.

МОНСТР-ДОБРОЛЮБОВ. На кой?

А.П. ЧЕХОВ. С переписью.

МОНСТР-ДОБРОЛЮБОВ. А азиатчины не боишься?

А.П. ЧЕХОВ. Боюсь.

МОНСТР-ДОБРОЛЮБОВ. Чего ж тогда прёшься?

А.П. ЧЕХОВ (робко). А кто же их перепишет, если ни мы.

МОНСТР-ДОБРОЛЮБОВ. А на кой их тебе переписывать, коли не любишь?

— Люблю, — неуверенно, но гордо отвечает А.П. Чехов и тут же падает в обморок. Вернее, приходит в себя. А. М. Симонов в шубе, но не медвежьей, тычет ему в нос пузырь с нашатырем.

А. М. СИМОНОВ. Что ж вы, батенька, такой болезненный? Как я войди, вы так и рухнули. Воздуха вам не хватает — вон, как всё закупорили. Считай футляр. Давайте я вам экскурсию сделаю: у нас тут и музей, и заводы, и прииски…

А.П. ЧЕХОВ. Нет!!!

А. М. СИМОНОВ. Тогда приглашаю вас к вечеру на чай. Не извольте отказываться.

А.П. Чехов, соглашаясь, кивает бородкой.

А. М. СИМОНОВ. Ну, вот и добре. Берегите нервы.

Выходит.

А. П. Чехов бросается к столу, окунает перо в чернильницу. Дрожащая рука выводит: «В Москву, в Москву, в Москву, в Москву, в Москву, в Москву, в Москву, в Москву, в Москву, в Москву, в Москву, в Москву…»