Звонок телефона. Ямина сняла трубку.

— Дядя Генри, — закричала она, узнав голос своего дяди. — Ты где — в Вашингтоне? Давай я заеду за тобой.

— Нет, принцесса, я только что сошел на берег и сейчас нахожусь в Тампе. Капитан тоже должен когда-нибудь попасть на сушу.

— Ты все еще на «Царице Савской»? — осведомилась Ямина. Уже много лет ее дядя бороздил на этом роскошном лайнере южные воды Тихого океана и Карибское море.

— Конечно, лайнер как раз встал на ремонт, а я оказался безработным. — Генри громко засмеялся. — Для меня это как наказание, — добавил он. — Ты же знаешь, вода — моя стихия. Без воды я чувствую себя как рыба…

— … на суше, — весело закончила Ямина. Это изречение она часто слышала от дяди.

— Не смейся, — сказал он. — Это правда. Мне уже сейчас недостает корабля.

Генри Андерсон был капитаном до мозга костей, что огорчало племянницу, так как из-за этого они редко виделись. Он был ее единственный дядя, и Ямина очень любила его.

— Слава Богу, через три дня все закончится, — объяснил он.

— И куда на этот раз? — спросила с любопытством Ямина.

— Сначала Косумель, потом через Мексиканский залив в Карибское море. Пуэрто-Рико, Антигуа, Сен-Мартен… ты же знаешь эти острова!

— К сожалению, только названия, — вздохнула Ямина. — Ты счастливый, я завидую тебе!

— Так поплывем вместе, — предложил радостно дядя Генри.

— Мне бы очень хотелось.

— Я говорю серьезно, поэтому и звоню. Хочу кое-что предложить тебе, принцесса!

С тех пор, как Ямина помнила себя, он называл ее принцессой. Любопытство девушки разыгралось.

— Выкладывай, дядя Генри! — Она отодвинула в сторону эскиз, над которым работала. Предложение дяди Генри наверняка связано с кораблем и плаванием, так как все его мысли вертятся вокруг этого… ну и, конечно, вокруг благополучия его пассажиров. Взгляд Ямины упал на рисунок, висевший над рабочим столом. На рисунке был изображен мужчина лет под пятьдесят с энергичным лицом, светло-рыжими волосами, короткими бакенбардами и сильной шеей. Взгляд его голубых глаз из-под кустистых бровей уходил куда-то вдаль. Таким запечатлела она дядю Генри во время одного из его редких визитов в Вашингтон.

— Скажи-ка, — спросил Генри. — У тебя, случайно, не каникулы? У вас, студентов, свободного времени всегда больше, чем в расписании.

Ямина училась в Вашингтоне в Академии живописи и вскоре должна была сдавать выпускные экзамены.

— Да, да, — засмеялась она. — Я знаю, что о нас думают. Говорят, мы лишь слоняемся из угла в угол и ничего не делаем!

— Так у тебя, случайно, не каникулы?

— Случайно, да.

— И как долго?

— Четыре недели!

— Замечательно, тогда слушай меня!

Ямина была сиротой и жила в Вашингтоне на небольшую стипендию и собственный заработок. Зимой она преподавала рисунок в одной школе, но уже давно была на мели. Она почти всегда была на мели и привыкла к этому. Девушка надеялась, что после окончания учебы положение изменится к лучшему.

— За две недели самым приятным образом ты можешь заработать пару долларов, — пояснил ее дядя. — Единственное условие: если согласишься, то уже не отказываться.

— Слишком хорошо звучит, чтобы быть правдой, а нельзя объяснить получше, дядя Генри?

— Ну, — начал дядя, — можешь себе представить, что на таком корабле, как «Царица Савская», делается все возможное, чтобы достойным образом развлечь пассажиров. Мы не только балуем их хорошей едой, но и предлагаем обширную программу, включающую различные курсы.

— Какие курсы?

— Гимнастические, косметические, танцевальные и… — Генри сделал маленькую паузу, — …курсы живописи!

— Курсы живописи? — Ямина насторожилась.

— Да. Преподавательница, которая обычно ведет эти курсы, неожиданно заболела, и я подумал…

— Ты подумал, что я смогла бы помочь? — перебила его Ямина.

— Конечно. Ты хотела бы?

— Хотела бы я? — закричала Ямина. — Я поплыву на твоем роскошном корабле по Карибскому морю, и ты еще спрашиваешь? — Она перевела дух. — Когда мне надо прибыть?

— Ты не хочешь сначала все хорошо обдумать?

— Здесь нечего думать?

— Но это не так просто, — предостерег ее дядя Генри. — Ты ведь будешь не пассажиром, а служащей. Другими словами, четыре часа в день придется сидеть на палубе и раскрывать тайны живописи дюжине начинающих, талантливых и бесталанных. Не боишься?

— А если ничего другого нет? — воскликнула Ямина, воодушевившись. — Нечто подобное я делала зимой в школе. Это была банда пятнадцатилетних, вряд ли твои пассажиры будут хуже.

— Но, если вступишь на борт, обратного хода не будет, — продолжал дядя Генри. — Во время рейса ты не сможешь покинуть корабль! Кроме того, должна быть очень внимательна, любезна и дружелюбна по отношению к пассажирам и не капризничать. Никого не выделять во время занятий, глубоко прятать свои личные чувства и, по возможности, не влюбляться. Словом, вести себя безупречно.

— Я сделаю все, что ты скажешь, — заверила Ямина. — Возьми меня с собой… пожалуйста!

— Ты не хочешь повременить с ответом до утра?

— Нет, нет!

— Хорошо, тогда договорились, я поговорю в пароходной компании!

— Это значит, я могу плыть?

— Да, принцесса. Четыре недели ты будешь учить живописи пассажиров «Царицы Савской».

— О, дядя Генри. — Ямина вздохнула. — Ты — сокровище, мне так хотелось бы обнять тебя.

— Это мы еще наверстаем. — Дядя засмеялся. — Итак, я жду тебя через три дня в Тампе. У тебя есть деньги на билет?

— Да, конечно, у меня отложено на черный день.

— Я тебе возмещу их! Билет закажи уже сегодня. Когда прилетишь в Тампу, возьми такси и поезжай в порт, там обратись в таможню. Я скажу, чтобы тебя доставили на борт. Меня ты увидишь, только когда мы войдем в море… Ты все поняла?

— Да, а что мне взять с собой?

— Только зубную щетку, — пошутил дядя. — Для занятий на корабле все приготовлено. А что касается одежды, то я побалую тебя. На корабле полдюжины магазинчиков, в которых есть все, что может только пожелать молодая дама.

— О, дядя Генри, я так счастлива, я безумно рада снова увидеть тебя.

— Я тоже. Как ты сейчас выглядишь? — Генри не видел племянницу три года.

— Как всегда, дядя Генри, как всегда!

— Я спрашиваю, сколько тебе лет? А то уже забыл?

— Двадцать семь!

— У тебя по-прежнему большие голубые глаза, принцесса?

— Конечно. — Ямина украдкой засмеялась. — И те же светлые локоны. Я должна выглядеть молодцом? Тогда я их постригу!

— Посмей только! Итак… через три дня в Тампе!

— Есть, сэр! — весело воскликнула Ямина. — Я буду на борту вовремя.

— Хотелось бы верить, но если ты меня подведешь, то… извини, я буду очень разочарован.

— Я приеду! И даже если над Флоридой разразится ужасный тайфун, он не помешает мне прибыть на корабль в срок, капитан.

— Тайфуны проносятся над Китаем и Японией, принцесса, ты имеешь в виду ураган.

— Тайфун или ураган — неважно, словом, до встречи, дядя Генри! — Ямина бросила трубку и, вскочив, пустилась танцевать. Две недели в Карибском море, это просто фантастика! Вконец обессиленная, она упала в кресло. Успокоившись, девушка подошла к телефону и заказала билет.

Основное, крайне простое, правило Люка Симмпсена гласило: только стопроцентные усилия приносят стопроцентную прибыль — во всяком случае, в профессиональной жизни. И его деловой успех подтверждал это. В прошедшие годы Люк превратил маленькую компьютерную фирму в калифорнийском Напа-Вэлли в признанную во всем мире и при этом заработал миллионы.

Затем он поставил перед собой другую задачу и стал совладельцем большой пароходной компании «Стар» на восточном побережье. Симмпсен поручил компьютерную фирму группе надежных сотрудников и переехал в Вашингтон, где находился постоянный офис компании. «Стар» владела большим количеством нефтяных танкеров и торговых судов. Однако основную часть дохода приносили роскошные лайнеры и прежде всего «Царица Савская», где капитаном был голландец Генри Андерсон.

Предпринимательский успех Люка объяснялся тем, что он не полагался на случай. В своем вашингтонском бюро Симмпсен две недели изучал права пароходных компаний и мысленно инспектировал один из роскошных лайнеров, чтобы составить собственное представление об управлении кораблем. Однажды последовал анонимный звонок, и Люк решил осуществить теорию на практике.

— Повторите еще раз слово в слово, что сказал звонивший, — попросил он свою секретаршу Люси.

Люси охотно выполняла любую просьбу шефа. Он был любезен, мил и, кроме того, сказочно выглядел со своей очаровательной улыбкой, зелеными глазами и темными волосами. Все в бюро завидовали ей и сходились в одном: Люси повезло!

— Этот мужчина сказал: дескать, в казино лайнера «Царица Савская» что-то нечисто, — объяснила Люси. — Я был в круизах трижды, сказал он, и всякий раз наблюдал, как одна дама выигрывала в «Блэк Джек» необычайно большие суммы. Не кажется ли вам, что это странно?

— Это может быть совпадением, — пробормотал Люк, задумчиво глядя в окно.

Его бюро было на двадцатом этаже. Отсюда открывался великолепный вид на широкие городские аллеи, которые, замыкаясь в виде звезды, выходили к Белому дому.

— Случайность, — повторила Люси.

— А может, нет. Когда-нибудь на «Савской» были неприятности с крупье?

— Никогда. Мы нанимаем исключительно британских крупье, а они известны своей честностью и безупречным поведением. Вы можете справиться в других компаниях. Вам это подтвердят.

— В этом нет необходимости, я вам верю. — Люк повернулся и испытующе посмотрел на Люси. — Может быть, нам проигнорировать анонимный звонок? — спросил он. — Как вы думаете?

Люси не привыкла к тому, чтобы шеф спрашивал ее мнение.

— Н-да, — произнесла она, смущенно покраснев. — Я не знаю… может, стоит разобраться с этим делом?

— Я тоже так думаю, — произнес Люк. — Именно это я и сделаю. Пригласите господ в мое бюро, мне надо поговорить с ними.

Господами он называл остальных владельцев компании. В угоду своему шефу Люси собрала их удивительно быстро.

— Господа, — Люк сразу перешел к главному, — хорошо все обдумав, я решил принять участие в ближайшем круизе «Царицы Савской». Вы, конечно, слышали об анонимном звонке, а я человек, который привык вникать в суть подобных дел. Кроме того, мне интересно, как управляются наши суда. Во время круиза я смогу зорко следить за командой и служащими казино. Я надеюсь, вы согласны с этим.

— Служащие казино безупречны, анонимные звонки мы обычно игнорируем, — возразил один судовладелец.

— Все-таки я поеду, — произнес Люк.

Когда остальные судовладельцы поняли, что Симмпсен не отступит от своего решения, то дали ему ряд советов — предостережений.

— Ведите себя на корабле как можно незаметнее!

— Мы ни в коем случае не должны рассердить капитана!

— Господин Андерсон совсем не любит, когда шпионят у него на судне.

— Господин Андерсон замечательный капитан!

— Мы совсем не хотим, чтобы он ушел к нашим конкурентам.

Их опасения были понятны Люку.

— Что вы скажете, если я отправлюсь в круиз не как судовладелец, а в качестве обычного пассажира? — предложил он.

— Инкогнито?

— А почему бы и нет?

Действительно, почему нет? Господа согласились.

В этот же день Люси попыталась заказать каюту для шефа на борту «Царицы Савской», однако все, за исключением единственной каюты-«люкс», было распродано.

— Тогда я беру «люкс», — решил Люк. — И если компания слишком скупа, чтобы оплатить мне ее, я заплачу сам. Как долго продлится круиз?

— Четырнадцать дней.

— И какой маршрут?

— Мексика, Пуэрто-Рико, Антигуа, Сен-Мартен и Аруба. Из Арубы пассажиры на самолете компании «Пан Америкен» летят обратно в Тампу.

— Для меня это четыре недели.

— Нет, две, — возразила Люси.

— Для остальных пассажиров две, но не для меня.

Люси непонимающе смотрела на шефа.

— У меня есть дом на острове Сен-Мартен, — пояснил он, улыбаясь. — И если уж я попаду в Карибское море, то заеду туда. Таким образом, меня не будет еще две недели, понятно?

Люк давно уже не был на острове Сен-Мартен. Работа поглощала всю его жизнь, для развлечений не оставалось времени. «Это надо менять, — подумал он. — Если так будет продолжаться, то в сорок я получу инфаркт».

Несколько лет тому назад Люк довольно выгодно купил старый дом в колониальном стиле. С высокими окнами и видом на море, с деревянной верандой, с садом, где росли тропические растения. Сразу за домом начиналась холмистая местность. Люк практически ничего не менял. Лишь в саду он велел соорудить плавательный бассейн, в котором сейчас, наверное, купаются слуга и садовник.

— О, вас не будет целых четыре недели, — воскликнула Люси с явным разочарованием. Теперь ей придется привыкать к новому шефу. Люси покинула бюро и отправилась заказывать каюту-«люкс» и билеты до Тампы. Три дня спустя она отвезла Люка на машине фирмы в аэропорт, проводила в зал ожидания и хотела даже нести его чемодан, но Симмпсен не позволил. Однако не мог помешать секретарше бесцеремонно улыбаться ему все время, пока его не пригласили на посадку.

Пальто шефа было небрежно накинуто на плечи, темные волосы спадали на лоб, и Люси наслаждалась вниманием, которое он привлекал к себе. Ни один мужчина в зале не выглядел так великолепно, как Люк Симмпсен. Она с трудом могла поверить, что его не интересует впечатление, какое он производит на людей. Казалось, на окружающих Люк не обращает внимания.

Так ли это? Люси заметила вдруг, как шеф самозабвенно рассматривает молодую женщину в узком красном костюме из льна. Незнакомка стояла к ним спиной и смотрела, как взлетают и садятся самолеты. Вдруг она почувствовала взгляд Люка, неожиданно обернулась и устремила на него свой взор. Люси вздохнула. У девушки были самые прекрасные глаза, которые она когда-либо видела.

Разве она может не понравиться хоть кому-нибудь из мужчин?! Прекрасные темные глаза, фантастические волосы, длинные стройные ноги и милое лицо. Сплошное очарование. Если Люк будет сидеть в самолете рядом с этой сказочной женщиной… Люси могла вообразить, что тогда случится.

— Вы мечтаете? — Люк, улыбаясь, прикоснулся ладонью к руке Люси.

— Извините, господин Симмпсен.

— Я говорил, что буду регулярно звонить вам с борта лайнера и сообщать о своих наблюдениях.

— Конечно, господин Симмпсен.

И хотя он смотрел на Люси, мысли его были далеко, и Люси знала где.

— А если ваш разговор подслушают? — произнесла она.

— Подслушают? — На прощание Люк подарил ей все свое внимание.

— На пароходе нет телефонных кабинок, вам придется говорить из бюро, где сидит секретарша, а у секретарши есть шеф…

— Хорошо, хорошо, я понимаю, — перебил ее Люк. — Какой же выход?

— Вы должны говорить так, чтобы вас никто не понял, — рассуждала вслух Люси.

— И как это сделать? — спросил сбитый с толку Люк.

— Надо использовать код!

— Код?

— Да, вам необходимо придумать код! — Люси пыталась найти что-нибудь подходящее, но никак не могла сосредоточиться.

Светловолосая девушка медленно прошла мимо них, и запах духов был таким же пьянящим, как и весь ее облик.

Люк задумчиво смотрел ей вслед. Заметив, что Люси наблюдает за ним, он смутился, как влюбленный школьник.

— Код? — переспросил он поспешно. — Вы можете что-то предложить?

— Нет, — ответила Люси взволнованно. Она все еще надеялась напасть на удачную мысль. Между тем пассажиров пригласили к самолету на Тампу, и люди со всех сторон устремились к проходу. В середине толпы Люси заметила незнакомку в красном костюме. — Можно, например, сделать так, — сказала она. — Если никого рядом нет, вы будете разговаривать со мной открыто. Если же кто-то появляется, меняете тему и говорите о… погоде!

— О погоде?

— Почему бы нет? Это естественно. Вы в отпуске, а все люди на отдыхе обсуждают погоду.

— Нам стоило подумать об этом заранее!

— Это я должна была заранее побеспокоиться, господин Симмпсен, но и такой вариант подойдет. Счастливого полета, приятного путешествия. Теперь вам надо идти.

— Спасибо, Люси.

На прощанье Симмпсен одарил Люси своей обворожительной улыбкой, и секретарша печально побрела к машине. Она очень завидовала прекрасной незнакомке, которая летела вместе с Люком. «В Карибском море великолепно с таким мужчиной, как Люк Симмпсен, — подумала Люси. — Но такое всегда случается с кем-то другим, а не со мной».

Чего Ямина не переносила, так это красивых, напористых мужчин, действующих по принципу «Только я». До сих пор она обходила подобных типов стороной.

— Вы хотите сидеть у окна или у прохода? — спросил незнакомец. — Я охотно поменяюсь с вами. Только скажите.

— Спасибо, — ответила девушка. — Я останусь у окна. — Она демонстративно не повернула головы, наблюдая с преувеличенным вниманием, как к самолету подкатывали тележки с багажом и быстро разгружали.

— Фу! — Сосед укладывал пальто и багаж на полку. — Какая жара! Надеюсь, кондиционер работает, во Флориде будет еще жарче.

— Он начнет работать, когда мы взлетим, — ответила Ямина сдержанно.

— Позвольте заказать вам что-нибудь выпить?

Она покачала головой.

— Спасибо. Кроме того, буфетная закрыта.

— Да, конечно. Об этом я как-то не подумал. Как глупо с моей стороны!

«С этим он, по крайней мере, согласился, — подумала Ямина. — Не похоже, чтобы он летел в первый раз, и вообще… Почему он пытается втянуть меня в разговор? Или не видит, что я хочу, чтобы меня оставили в покое. Типично для таких мужчин! Они постоянно ищут подтверждения своему великолепию и бегают за каждой юбкой. В зале ожидания он флиртовал с хорошенькой блондинкой, сейчас со мной. Красивый мужчина никогда не принадлежит тебе одной. Все глядят на него во все глаза. Ну я уж не попаду впросак с таким красавчиком!»

Однако молчание девушки не обескуражило соседа.

— Как долго лететь до Тампы?

Ямина, конечно, знала. Да и он знал! Снова явная попытка завязать разговор. Она пожала плечами, делая вид, будто очень заинтересована разгрузкой багажа.

— Вы из Тампы летите дальше? — снова осведомился сосед.

Она бросила на него сердитый взгляд и заметила, что он уставился на ее голые колени. Ей с трудом удалось поправить свою узкую юбку. Незнакомец галантно отвернулся, но в его глазах сверкнули озорные искорки. «Если он скажет еще хоть слово, я пересяду на другое место».

В этот момент появилась стюардесса и попросила пассажиров пристегнуть ремни.

— Мы взлетаем через несколько минут, — сообщила она в конце. — Командир и экипаж самолета приветствуют вас на борту самолета и желают вам приятного полета.

— По крайней мере, мы взлетаем вовремя, — сказал незнакомец удовлетворенно. Увидев, что у Ямины возникли трудности с ремнем, он наклонился к ней и спросил с улыбкой: — Позвольте я помогу.

Его улыбка действительно обезоруживала. Она излучала то, чему Ямина не могла противостоять: сердечность, доброту и открытость. Невольно она позволила ему помочь. Когда он занимался ремнем, его узкое загорелое лицо было так близко, что девушка разглядела тонкие морщинки у глаз и почувствовала аромат его одеколона.

— Спасибо, — пробормотала поспешно Ямина. — Большое спасибо!

Сосед, однако, не торопился принимать прежнюю позу и пристально рассматривал ее.

— В чем дело? — спросила она, раздражаясь.

— Извините, — проговорил мужчина и наконец отодвинулся. После этого он неожиданно надолго замолчал.

Самолет давно набрал высоту, стюардесса толкала перед собой тележку с напитками, а сосед по-прежнему ничего не говорил. Ямина осторожно взглянула на него. Он был рассеян, и ей вдруг очень захотелось узнать причину перемены его настроения.

Люк никогда бы не поверил, что можно очертя голову влюбиться, но именно это и случилось с ним. Чувство поразило его как молния и совсем сбило с толку. Он знал только одно: девушка была его судьбой. Похоже, разум отказал ему. Ни одна из его прежних подружек не будила в нем подобных чувств. Люк молча любовался классическим профилем соседки. Она была очень красива. Рядом с ним сидела девушка, о которой он мечтал всю жизнь.

Стюардесса продвигалась по проходу с напитками.

— «Кампари», пожалуйста, — сказала Ямина, хотя ей еще ничего не предложили. Стюардесса не спускала глаз с ее соседа. Ямина рассердилась. — С содовой, — строго добавила она. — И побольше льда.

Мужчина ничего не заказал, однако заплатил за Ямину, несмотря на ее протест и, взяв у стюардессы напиток, бережно передал девушке.

Ямина пила «кампари», смотрела в иллюминатор на проплывающие мимо облака, предвкушая встречу с дядей Генри и две недели роскошной жизни на «Царице Савской». Уроки тоже доставят ей удовольствие. Но больше всего ее радовала встреча с Карибским морем, знакомым Ямине только по открыткам.

Она старалась забыть о присутствии соседа. После посадки он исчезнет, и она больше никогда не увидит его. Неожиданно для себя она осознала, что думает о нем, хотя сосед оставил ее в покое. Не обращался с пустыми фразами, не делал пошлых попыток к сближению, не бросал украдкой взгляды — сидел с отсутствующим видом и смотрел перед собой. Выходит, она перестала его интересовать?

Если бы Ямина знала, что Люк думал только о ней! Его судьба сидела рядом с ним, и он судорожно соображал, что же ему предпринять. На все нужно время, а времени у него вообще не оставалось. Люка охватила паника. Он посмотрел на часы — было почти одиннадцать, через час посадка, а через три «Царица Савская» выйдет в море. А он, вместо того чтобы использовать оставшееся время, сидит как остолоп.

Люк не узнавал себя. Куда же делись его решительность, находчивость, его обаяние и шарм? Наконец, собравшись с духом, он произнес:

— Позвольте представиться, меня зовут Люк Симмпсен.

— Очень приятно, — ответила девушка. — Ямина Джейбл.

— Ямина Джейбл? Какое необычное имя!

— Имена не выбирают, — возразила она раздраженно. — Мне нравится.

— Мне тоже, — поспешно заверил Люк. — Оно завораживает. Вы американка?

— Да.

— Позвольте заказать вам еще бокал?

— Нет, благодарю.

Ямина снова повернулась к окну, явно не расположенная продолжать разговор. Ему действительно было трудно с ней. Время между тем неумолимо бежало, до посадки оставалось пятьдесят две минуты.

— Вы живете в Вашингтоне? — спросил Люк.

— Да!

— Я тоже недавно переехал в Вашингтон. Я из Калифорнии.

«Поэтому он такой загорелый», — подумала Ямина. — Могу поклясться, в шортах или плавках он будет смотреться великолепно».

— Неужели?

— Да, — произнес он. — Из Калифорнии. К теплу привыкаешь, и в Вашингтоне мне его недостает. Зима здесь неприятная.

— А мне нравится.

— Зима хороша в горах.

— Разве?

«Боже! — думал Люк. — Что за уклончивые ответы! Или он совсем ей не нравится?»

О нет! Он нравился Ямине, даже очень, но она старалась уберечь себя от его обаяния. Кроме того, они сейчас будут в Тампе и флиртовать не имеет смысла.

Стюардесса молча взяла у нее пустой бокал, а Люк с очаровательной улыбкой сообщил, что они скоро пойдут на посадку. Ямина сморщила лоб. Но почему, собственно?

Когда пассажиров попросили пристегнуть ремни, она холодно отказалась от помощи соседа. На этот раз Ямина справилась сама.

Люк не продвинулся ни на шаг. Лишь выяснил, как ее зовут, больше ничего.

После посадки он шел за Яминой по пятам. Но по пути к залу для выдачи багажа она будто сквозь землю провалилась. Ее не оказалось ни около багажного транспортера, ни в таможенном зале. Люк искал девушку, но напрасно! Опустив голову, он поплелся в бар, таща за собой чемодан, и заказал двойную порцию виски. У него ничего не вышло. Люк был совершенно подавлен. До отплытия «Царицы Савской» оставалось около трех часов, но больше всего он хотел отказаться от круиза.

Где-то здесь, в Тампе, находилась девушка его мечты. Почему он не останется и не найдет ее? Однако чувство ответственности оказалось сильнее. Поэтому он сел в такси и поехал в порт. Там Люк сразу увидел белый корпус лайнера «Царицы Савской» и сияющих людей, которые плотно стояли, перегнувшись через поручни, и махали провожающим. Шофер такси внес его чемодан в зал таможни, сунул деньги в карман и исчез.

— Вы последний, — сообщил таможенник. — Мы уже готовились убрать трап. Еще пять минут — и вам пришлось бы догонять нас вплавь. — Он явно радовался собственной шутке.

Люк же оставался серьезным. Лучше бы он опоздал на корабль. Эти веселые люди! Ему самому было не до смеха, он потерял всякий интерес к мошенникам-крупье. Хотелось только одного — выспаться.

— Вам нужен носильщик? — поинтересовался таможенник, ставя штамп в паспорте.

— Нет, спасибо, я справлюсь. — Люк засунул паспорт в карман брюк, вышел из помещения таможни и потащил чемодан вверх по трапу.

— Хотите еще что-нибудь? — спросил стюард. Он с восхищением смотрел на Ямину. Так вот она какая, племянница капитана! До чего красива! Никакого сходства с ее рыжеволосым дядей.

Сияющими глазами Ямина оглядывала каюту капитана.

— Все великолепно, — промолвила она дружелюбно. — Мне ничего не нужно.

— Капитан велел всей команде буквально читать ваши желания по глазам, — пояснил стюард и улыбнулся. — Он очень рад вашему приезду. Однако просил извинить его: когда корабль выходит в море, он незаменим на капитанском мостике.

— О, представляю себе, — сказала Ямина. — Можно мне навестить его там?

— Конечно, после того как мы отчалим!

Она думала, что разместится в каюте дяди Генри, но стюард проводил ее в соседнее помещение, специально отведенное для Ямины. На столике, стоявшем посреди каюты, она увидела блюдо со свежими фруктами и пестрый букет цветов.

— Это от дяди? — спросила она. — Как чудесно! — Подойдя к иллюминатору, девушка отодвинула в сторону занавеску.

— Да, от вашего дяди, — сказал стюард. — Вам нравится здесь? Мы очень рады, что у капитана гости. Он настоящая рабочая лошадка. Может быть, вы его немного отвлечете.

— Рабочая лошадка? — Ямина засмеялась. — Тогда он заботится обо всем сам?

— Пожалуй, можно и так сказать, — согласился стюард. — Даже судовое бюро он велел сделать рядом со своей каютой. Раньше оно было ниже на один пролет. — Он провел ее снова в каюту дяди и показал узкую дверь в стене, которая была совсем незаметна на фоне деревянной панели. — Дверь в бюро, — пояснил стюард.

— Я позабочусь о нем, — заверила Ямина.

Стюард кивнул.

— Сейчас мы отплываем. Хотите посмотреть с верхней палубы?

— Конечно, хочу. — Она последовала за стюардом.

— И если вам что-нибудь понадобится… — повторил он еще раз, когда они поднимались по лестнице, — то, как говорится, я всегда к вашим услугам.

— Спасибо, вы очень любезны, — поблагодарила девушка.

Пассажиры толпились на палубе, как на ярмарке. Отсюда открывался великолепный вид на порт и город. Ямина с любопытством огляделась. Капитанский мостик находился над ними, выше на пол-этажа. Толстый канат был натянут перед узким деревянным трапом, ведущим вверх. Она запрокинула голову и прикрыла глаза от солнца. За штурвалом, выпрямившись, стоял дядя Генри. В элегантной белой форме он выглядел впечатляюще. Ямина охотно помахала бы ему, но Генри, устремив свой взор за горизонт, все равно бы не заметил племянницу.

Все пассажиры были на борту, и два матроса сматывали канаты с кнехтов.

— Подождите, — закричали вдруг сразу несколько человек. — Вон еще кто-то идет!

Они показывали на высокого мужчину в зеленом свитере и темно-серых брюках. Он нес коричневый кожаный чемодан. Пальто было небрежно наброшено на плечи. С понурым видом мужчина покинул здание таможни и бежал теперь к трапу. Матросы подождали опоздавшего и отдали швартовые. Трап был поднят. Наконец корабль медленно отошел от причала. Путешествие началось.

Сначала Ямина не обратила внимание на опоздавшего, выходившего из здания таможни, но потом оторопела: Это был… Не может быть…

— Мужчина из самолета, — прошептала она, наклонившись через поручни, чтобы лучше рассмотреть его. Нет, она не ошиблась. Это был точно он! Она бы везде узнала его высокую фигуру. «Ну что ж, прекрасно! — подумала Ямина и незаметно посмотрела вокруг себя. На борту толпились молодые дамы, и они будут рады Люку Симмпсену. — А почему, собственно, меня это беспокоит? Надеюсь, он не захочет брать уроки живописи. Это могло бы привести к осложнениям. Такой, как он, знает все лучше других, избалован вниманием и лестью». И тут Ямина вспомнила предупреждение дяди Генри. Надо быть любезной с каждым пассажиром. Если Люк Симмпсен начнет свои уловки, то ей придется трудно.

Корабль набирал ход. Берег удалялся, но пассажиры продолжали стоять и махать у поручня. Теперь можно было наконец пойти к дяде Генри. Хотя трап еще был перекрыт, Ямину это не остановило. Она нагнулась, шмыгнула под канат и побежала вверх. Старший офицер и два матроса, предупрежденные капитаном о визите племянницы, почтительно приветствовали ее. Дядя Генри продолжал внимательно следить за горизонтом, но это не помешало девушке броситься к нему на шею.

— А, это ты, — весело произнес дядя Генри, глядя мимо нее на море. — Хочешь, чтобы я посадил корабль на мель? — Он широко улыбался, глаза его радостно блестели.

— Нет, — засмеялась Ямина. — Я хотела только напомнить о себе. Можно я останусь?

Старший офицер и матросы завороженно смотрели на племянницу капитана, и ей это нравилось.

— Оставайся, — разрешил дядя Генри, — но только превратись на некоторое время в невидимку. У меня еще есть дела. Кроме того, посторонним запрещено находиться на капитанском мостике.

— Я буду бесшумна, как мышка, — пообещала Ямина. Она удобно устроилась в кресле и целый час сидела так тихо, что дядя Генри почти забыл про нее.

— Время сменить вас, капитан! — Старший офицер принял штурвал из рук дяди Генри и показал через плечо: — Работе конец! Вас ждут.

Ямина еще раз обняла дядю и поблагодарила за приглашение.

— Когда открываются магазины? — осведомился Генри у старшего офицера.

— После сбора, капитан!

Прежде чем пассажиры начнут придаваться радостям бытия, их собирают на палубе и объясняют, как пользоваться спасательными жилетами и шлюпками. Команда называет это «сбор».

— Тогда сразу после этого мы пойдем за покупками. — Дядя Генри вопросительно посмотрел на Ямину. — Ты согласна?

— Ты капитан, — промолвила она. — Как скажешь, так и будет.

— Да что это с тобой случилось? — удивился дядя Генри. — В детстве ты была менее сговорчива.

— В детстве. Это давно прошло. Теперь я послушна, как ягненок. — На мгновение девушка положила голову к нему на плечо и добавила с улыбкой: — Но это только для тебя. На самом деле мужчинам со мной приходится нелегко!

Вдоволь поговорить им так и не удалось. Едва они появились на палубе, как офицеры увели капитана.

Ямина отправилась одна в его каюту. Пока она ждала дядю, ее не покидали мысли о Люке Симмпсене. До сих пор она не хотела признаться себе, что он заинтересовал ее. Неи каждый день встречаешь такого роскошного мужчину, как Люк Симмпсен. Ямине захотелось выяснить, такой ли он поверхностный и самонадеянный человек, каким казался. Может быть, он совсем другой — милый, умный, непринужденный. Сколько ему лет? Чем он занимается? Почему он один отправился в круиз? Хотя на корабле у него, конечно, не будет недостатка в красивых поклонницах…

Ямина ждала дядю Генри, но мысленно была с Люком Симмпсеном. Ее любопытство росло. Как узнать что-нибудь о нем? Вдруг она сообразила, что на корабле наверняка есть список пассажиров. С него и надо начать. Девушка покосилась на дверь, за которой находилось корабельное бюро. Список пассажиров должен быть там. Искушение оказалось слишком велико. Ей необходимо получить информацию о Симмпсене.

Как раз в этот момент по радио пассажиров пригласили на палубу, чтобы получить спасательные жилеты и послушать, как ими пользоваться. Ямина заколебалась. Хотя ведь дядя Генри сможет в любой момент достать ей жилет, он ведь капитан. К тому же пассажиры и команда будут на палубе во время инструктажа, и она сумеет спокойно все выяснить. Девушка уже собиралась было тихонько открыть дверь, как услышала шорох. Через секунду она поняла, что в бюро находился мужчина, который звонил по телефону. Ямина прислушалась, но ничего не смогла понять. Она приоткрыла дверь, заглянула внутрь и вздрогнула. На столе сидел Люк Симмпсен, болтал ногами и с кем-то беседовал по телефону.

— Да, — произнес он. — Пока все в порядке. — Люк немного помолчал, затем продолжил: — Да, похоже на то. Нет… это я еще не выяснил… Конечно, буду, обязательно, я… минуту!

Неожиданно он поднял голову, и Ямину охватил ужас. Сердце готово было выскочить у нее из груди. Заметил ли он, что она подслушивает? Но потом, услышав шаги в коридоре, поняла: Люк прервал свой разговор из-за этих шагов. Несколько секунд он молчал, потом заговорил снова. Девушка улавливала лишь отрывки фраз, которые не имели для нее никакого смысла.

«Ну хватит», — решила Ямина и бесшумно прикрыла дверь. Шаги в коридоре удалялись, телефонный разговор закончился. Дверь открылась и закрылась. Симмпсен покинул бюро.

Теперь ее очередь. Эта была подходящая возможность, а если кто-то войдет, она скажет, что ей было скучно и она просто заглянула сюда из любопытства. Племянницу капитана вряд ли будут ругать за это, а дядя Генри ни о чем не догадается. Ямина осторожно вошла в бюро. На столе был некоторый беспорядок, но список она нашла быстро. Она уселась и начала его просматривать. Фамилии были расположены по алфавиту, и когда девушка дошла до буквы «Р», то начала бормотать: «Реннер, Рихардсон, Розебуд, Самсон, Симмпсен». Черным по белому было написано его имя. Люк Симмпсен, Вашингтон Ди Си Честнет-авеню, и все. Ни даты рождения, ни места работы.

Она так увлеклась изучением списка, что не заметила, как открылась дверь и кто-то вошел в бюро. Это был Люк. Он забыл на столе записную книжку и вернулся забрать ее. Увидев Ямину, он едва мог дышать. Вот она, женщина его грез. Стоило лишь протянуть руки, чтобы заключить ее в свои объятия…

Но это ей вряд ли бы понравилось. Он стоял у двери и восхищенно смотрел на Ямину. Она не замечала его присутствия, пока Люк не покашлял. Девушка растерянно взглянула на него. Прочитав восторг в глазах Люка, Ямина покраснела. В замешательстве она бросила список на стол и вскочила.

— Я не хотел вам мешать. — Люк подошел ближе. — Сидите, пожалуйста!

— Однако вы уже помешали мне! — пробормотала она. — Что, собственно говоря, вы здесь делаете?

Ее смущение обрадовало его. Если бы она была равнодушна к нему, то вела бы себя по-другому.

— Тоже самое я хотел бы спросить у вас, — произнес весело Люк.

— Спросить вы, конечно, можете, — съязвила Ямина. Похоже, она овладела собой. — Но не ждите ответа, это вас не касается.

— Я просто забыл кое-что, поэтому и вернулся, — спокойно ответил мужчина. — Почему вы отталкиваете меня? Я вас чем-нибудь обидел?

— Отталкиваю? — Ямина запрокинула голову. Ее глаза горели. — Для вас это, наверное, неожиданно? — перешла она в наступление. «Вы привыкли к тому, что женщины возносят вас до небес, — с удовольствием добавила бы Ямина, — и ждете этого от меня? Вам не повезло. Не тот случай». Но это замечание она оставила при себе.

— Пожалуйста, не уходите, — попросил Симмпсен и схватил ее руку. — Я должен объясниться с вами. Я хотел бы…

— Что вы себе позволяете! Отпустите меня сейчас же!

— Конечно. — Он поднял руку успокаивающим жестом. — Но, пожалуйста, останьтесь!

— Не понимаю зачем.

— Прошу вас!

Ямина недоверчиво смотрела на него и незаметно отходила к двери, которая вела в коридор. Про дверь в дядину каюту ему не надо знать.

Люка охватила паника. Она снова хочет улизнуть? Он широко шагнул, чтобы остановить ее. Ямина двинулась быстрее и споткнулась о стопку газет, которые не заметила. Она наверняка упала бы, если бы Люк не подхватил ее. Он держал девушку в своих объятиях и не думал отпускать. Теплота ее тела околдовала его, он ощущал ее мягкую грудь и шелковистые волосы. О, как она влекла его! Не удержавшись, Люк наклонился и страстно поцеловал Ямину. Когда ее холодные губы открылись на мгновенье и ответили на поцелуй, Люк все бы отдал, чтобы продлить этот миг. Вдруг он почувствовал ее быстрый отпор.

С неожиданной силой Ямина уперлась руками в его грудь и прошипела:

— Что вы себе позволяете? Вы думаете, что вы… вы… вы…

— Скажите, — проговорил он хрипло. — Я признаю свою вину и не раскаиваюсь!

— Вы смеетесь надо мной! — рассвирепела она. — Вы, оказывается, еще наглее, чем я думала.

— Ничто мне так не чуждо, — произнес Люк, но Ямина уже открыла дверь и убежала.

Он обессиленно упал в кресло. Какая божественная женщина, какое тело, темперамент — и какое сопротивление… Люк облизал губы и ощутил на них сладость поцелуя Ямины. Он радостно рассмеялся. На какое-то мгновение она поддалась ему. Эта непроизвольная реакция окрылила его. Несмотря на ее сопротивление, он не будет ослаблять усилий, пока чудный миг не превратится в вечность. К счастью, они теперь на одном корабле и ей не удастся далеко от него убежать.

В этот вечер в ресторане она потеряла не только голову, но и самообладание, так как Люк ужинал с ней за одним столом. Будучи пассажиром, купившим самую дорогую каюту, Симмпсен обладал привилегией сидеть за столом капитана. Ямина пыталась спрятаться за сидевшего между ними дядю Генри, и его крупная фигура пришлась как нельзя более кстати. Она так тихо разговаривала с дядей, что Люк, даже напрягая слух, не мог ничего разобрать.

При появлении Ямины у Люка (и не только у него) перехватило дыханье. Она была очаровательна. Под шелком облегающего стройную фигуру розового платья изящно вырисовывались талия, небольшая грудь и стройные ноги. Люк смотрел, как Ямина с прелестной улыбкой приближалась к столику капитана, и едва сдержался, чтобы не вскочить и не обнять ее. Это сделал капитан. Он прижал Ямину к себе и поцеловал в обе щеки. «Хорошо еще не в губы», — подумал Люк облегченно.

— Позвольте представить мисс Джейбл, — произнес капитан.

Ямина поздоровалась с пассажирами, собравшимися на ужин, и тоже села.

— Добрый вечер, — тихо сказал Люк, привстал и поклонился Ямине.

— Добрый вечер, — ответила она холодно и так ловко спряталась за спину своего дяди, что Люк мог видеть только ее плечи.

Он был настолько разочарован, что с удовольствием ушел бы. Лишь любопытство остановило его. Люк решил выяснить, какие же отношения у нее с капитаном. Если она его любовница, ему придется ее забыть, а если нет… Еда была превосходная, но он лишь поковырял в тарелке без всякого удовольствия.

— Вам не нравится, — озабоченно поинтересовался капитан.

— О, нет! Очень вкусно. — Люк являлся гурманом и его похвала была искренней, но ему ничего не лезло в горло. Он попытался вовлечь в разговор капитана и Ямину. Капитан оказался словоохотлив, в то время как Ямина едва произнесла пару слов.

Как и Люк, Ямина не могла наслаждаться едой. Она вспоминала нечаянный поцелуй в бюро и предостережение дяди Генри вежливо обходиться со всеми пассажирами. «Корабль такой огромный. Почему она обязательно должна сидеть за одним столом с Люком Симмпсеном?» Постепенно беседа становилась оживленней, и девушка вынуждена была признать, что Симмпсен остроумный и забавный собеседник. Ее молчание начинало привлекать внимание, и она обрадовалась, когда подали кофе.

— Извини, — тихо сказала дяде Ямина после того как выпила кофе. — У меня разболелась голова. — Она встала и раскланялась с сидящими за столом.

— Тут поможет только свежий воздух, — посоветовал дядя Генри, пребывая в отличном настроении. — А воздуха у нас достаточно.

— Я попробую, — пообещала Ямина, поцеловала дядю в обе щеки и начала пробираться мимо столов к выходу, сопровождаемая восторженными взорами.

Выждав пять минут, Люк последовал за ней.

Дядя Генри задумчиво смотрел им вслед. Этот Симмпсен произвел на него очень хорошее впечатление. «Ямина, конечно, ошибается, считая его заносчивым петухом». Люк Симмпсен не был ни заносчивым, ни высокомерным, и капитан спрашивал себя, сколько же пройдет времени, прежде чем его племянница поймет это.

Но Ямина уже поняла. Да, она ошиблась. Он оказался совсем не высокомерным, не самонадеянным, напротив, интеллигентным, остроумным, скромным и очень милым человеком. Он был не таким, как те красавчики, которых она прежде знала, в общем, исключением из правил. Ямина потеряла покой, поэтому так рано и распрощалась. На палубе в одиночестве она хотела подумать о Люке Симмпсене.

Ямина стояла у поручня и смотрела на море, которое сияло в лунном свете, но не давало ответ на ее вопрос.

— Мисс Джейбл, позвольте принести вам что-нибудь выпить? — услышала она мужской голос и испуганно обернулась. Это был стюард, который провожал ее до каюты, когда она приехала.

— Ах, это вы, — произнесла она несколько разочарованно.

— Я вас напугал? — озабоченно проговорил стюард. — Сожалею, мне этого не хотелось. — Могу я что-нибудь для вас сделать? — спросил он. — Может быть, хотите выпить после ужина.

— Почему бы и нет? Принесите мне виски и побольше содовой, — попросила она.

— С удовольствием. — Стюард быстро удалился.

Ямина огляделась. Несколько молодых людей так же, как и она, молча созерцали бескрайнее море и ночное небо. Из бара доносилась музыка, а на капитанском мостике, этажом выше, два матроса разговаривали на непонятном языке.

Люк искал Ямину сначала на средней палубе, потом выше, там, где находился солярий. И нашел ее как раз в тот момент, когда она заказывала виски. Подождав в тени трапа, пока не исчез стюард, Люк задумался: как же лучше обратиться к ней? И тут ему пришла замечательная идея. Он побежал навстречу стюарду и поймал его на трапе.

— Позвольте, — сказал Люк и взял поднос из рук стюарда.

— Сэр, у нас не принято самообслуживание, — запротестовал стюард, но, получив от Люка щедрые чаевые, уступил.

— Возможно, вы знаете что-нибудь о даме, которую обслуживали? — спросил Люк тихо.

— Немного, — так же тихо ответил стюард.

— Она восхитительна, — прошептал Люк. — Я хотел бы познакомиться с ней поближе.

— Могу себе представить, — ухмыльнулся стюард.

— И что вам известно?

— Капитан просил меня лично выполнять все ее желания.

Люк достал еще денег и протянул их стюарду.

— Она его любовница?

Стюард едва сдерживал улыбку.

— Отвечайте, да? — голос Люка был хриплым от волнения.

— О, нет, сэр, — ответил наконец стюард. — С чего вы взяли? Она вовсе не любовница капитана, а его племянница. По-моему, у капитана нет любовницы, он обручен с морем и кораблем. — Стюард покачал головой. — Женщины его не интересуют. И если бы у него была женщина, он никогда бы не взял ее на борт. Он строго придерживается предписаний компании и…

Остальное Люка уже не интересовало. Что ему до предписаний компании? Он услышал то, что хотел услышать, и был счастлив. Ямина не любовница, а племянница капитана, это чудесно! Она свободна! Свободна для него! Никто не стоял у него на пути.

— Спасибо, — перебил он стюарда. — Это все. Вы можете идти.

Стюард кивнул и исчез.

Люк вышел из своего укрытия и быстро направился к Ямине.

— Мисс Джейбл, — произнес он. — Позвольте предложить вам виски.

Застигнутая врасплох, Ямина обернулась и посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Пожалуйста.

— Вообще-то я ждала стюарда, а не вас, — пролепетала она, но бокал взяла.

— Позвольте мне все-таки остаться, — попросил Люк.

— Пожалуйста, — смущенно ответила Ямина. — Корабль не мой, я не могу вам ничего запретить!

Знал бы Симмпсен, что все это время она думала только о нем, постепенно меняя свое мнение.

Люк чуть было не произнес: «Но корабль мой!», однако вовремя прикусил язык.

Ямина отвернулась и отпила глоток виски. Люк молча любовался прекрасным профилем. Ее облик будоражил его чувства, будил страстные желания, пугавшие его самого. Ему хотелось запечатлеть на полотне ее нежные плечи и спутанные волосы, освещенные лунным светом. Люк улыбнулся про себя. Какой абсурд! Ведь он совсем не умел рисовать. Люк вспомнил корабельную газету, которую после обеда принесли в каюту. Там пассажирам предлагалось заняться даже рисованием.

На борту «Царицы Савской» в собственной типографии каждый день печаталась газета, в которой сообщалось о том, чем можно заняться на корабле, и об экскурсиях на берег.

— Послезавтра мы будем в Мексике, — рассказывал он. — Запланированы купанье и пикник на пляже. А завтра на борту начнется культурная программа… Вы видели корабельную газету?

— Нет.

— Мы могли бы чем-нибудь заняться вместе? — произнес он. Его сердце билось, как у влюбленного школьника. Хоть бы она согласилась!

— Как это вместе? — нерешительно возразила Ямина. — О чем это вы?

— Мы могли бы, к примеру, заняться рисованием, — предложил Люк без всякой надежды. — Это наверняка доставит удовольствие.

Звонкий смех Ямины застал его врасплох. Он не понимал, что ее так рассмешило. Разве он сказал что-нибудь смешное?

Ямина смеялась от всего сердца, и недоверие, которое она все это время испытывала к Люку, постепенно растаяло. Она оживилась, повеселела и раскрепостилась. Ямина приняла решенье. Люк ей нравился, и она даст ему шанс. Он не виноват, что так красив. С ее стороны было просто ребячеством сердиться на него из-за этого. Все поведение Люка говорило в его пользу. Она внимательно слушала его за столом. Он был остроумен, интеллигентен и заставлял ее сердце чаще биться. А предложение заняться живописью показалось ей весьма забавным.

— Итак, — спросила она, — вы полагаете, что, рисуя, человек получает удовольствие?

— Полагаю.

— Я разделяю ваше мнение, — произнесла девушка веселым голосом. — Хорошо, будем рисовать вместе, надеюсь, и другие присоединяться к нам.

«Надеюсь, и другие, — размышлял Люк над ее словами. — Что она имеет в виду? Она так тщеславна, что ей необходима толпа поклонников? Конечно, она очаровательна, но не настолько же, чтобы он делил ее общество с другими?»

— Чем больше участников, тем лучше, — довольно продолжала Ямина.

Слово «участник» привело Люка в смятение.

Двусмысленность доставила Ямине огромное удовольствие.

— Чем больше участников, тем лучше… — повторил Люк разочарованно.

— Я действительно надеюсь, что многие примут участие в занятиях живописью, — лукаво усмехнулась девушка.

— Вы так думаете?

— Я не только так думаю, но и мечтаю об этом, — добавила она. — Учителю всегда приятно, когда он нужен.

— Учителю? — удивился Люк и тупо уставился на нее.

— Я веду занятия по живописи, — гордо объявила Ямина. — Скажите еще, что вы не знали.

— Вы?.. — Симмпсен был явно ошарашен.

— Я руковожу занятиями, — улыбалась Ямина. — Что вас так удивляет? Вы мне не верите?

— О, нет… нет, — заикаясь, пробормотал Люк. Вспоминая потом этот случай, Симмпсен спрашивал себя, был ли он когда-нибудь в жизни в таком дурацком положении.

— Почему вы тогда так удивлены? — забавлялась Ямина.

— Так как я… вы не похожи на учительницу!

— Если говорить точнее, я не учительница! Я учусь в школе живописи и буду давать уроки рисования по просьбе моего дяди.

— Капитана?

— А вы об этом знаете?

— Стюард открыл мне эту тайну.

— Значит, стюард! И вы полагаете, что я не похожа на учительницу? — Ее томные глаза сияли. — Советую не говорить этого ни одной учительнице! И как же я все-таки выгляжу?

— Это я объясню вам в баре за бокалом вина. — Люк снова взял себя в руки. — И не отказывайтесь, как в самолете, прошу вас!

Когда они уходили с палубы, Ямина даже позволила взять себя под руку. В баре она тоже не упрямилась, и Люк не мог поверить в собственное счастье. Он был так влюблен, что готов был свернуть шею каждому мужчине, бросавшему на нее взгляды. Он ревновал Ямину, несмотря на то что знал ее всего один день. Ревность была необычна для Люка. Ни одна из его прежних подружек не вызывала в нем этого чувства.

— Потанцуем? — предложил он после второй рюмки.

Ямина соскользнула с табурета и позволила увлечь себя на танцевальную площадку. Оркестр заиграл танго. Люк привлек ее к себе и прошептал:

— Сейчас я расскажу вам, как вы выглядите.

Девушка подняла к нему свое лицо и, улыбаясь, ждала.

— Сногсшибательно, — начал он. — И это я хотел сказать вам еще в аэропорту, в Вашингтоне. Вы выглядите сногсшибательно, чарующе, ослепительно, обворожительно…

— У вас удивительный запас слов, — перебила Ямина. — Этого вполне достаточно. — Хотел ли он польстить ей или думал так на самом деле? В любом случае слова подействовали. Она давно влюбилась в него. Ямина склонила голову к его плечу, и они заскользили по паркету. Танцевал Люк великолепно. Ямина ненавидела избитые фразы, однако чувствовала себя на седьмом небе. В два часа она решила отправиться спать. — Мои занятия начнутся в десять, — объяснила Ямина. — И участники имеют право видеть меня бодрой и свежей. Вы тоже.

— Я предпочел бы частные уроки, — пробормотал Люк, оплачивая счет.

— Частные… Частные уроки? — переспросила Ямина. Она слегка опьянела и ничего не имела против того, чтобы Люк обнял ее, когда они выходили из бара.

— Да, без остальных.

— Без остальных? — удивилась Ямина. Он непроизвольно гладил рукой ее голые плечи, и это мешало ей сосредоточиться. — Почему бы нет? Мы можем обсудить это, если у вас есть талант. — Через полчаса Ямина была уже в своей постели. Прощальный поцелуй Люка все еще горел на ее губах. «Да, целоваться он мастер», — подумала она, засыпая.

Люк пробудился от стука в дверь.

— Входите, — крикнул он.

Это был стюард.

— Вы будете завтракать в каюте или на борту? — поинтересовался он. — К вашим услугам бар для завтраков, буфет на верхней палубе или один из ресторанов этажом ниже.

— А сколько сейчас времени? — испугался Люк.

— Восемь часов, сэр.

— Только восемь, слава Богу… принесите, пожалуйста, в каюту апельсиновый сок и кофе, больше ничего. — Люк никогда не завтракал.

В девять часов он вышел из каюты. В газете было написано: встреча для занятий живописью на верхней палубе в десять. Люк побрел мимо буфета, плавательного бассейна в конец палубы и лег в шезлонг.

У него был час времени. В бассейне резвились ребятишки, а в шезлонгах напротив загорали пять длинноногих девушек. Люк поглядел на них и раздраженно заметил, что на его взгляд ответили. Он смотрел мимо них на море. Поверхность воды не была столь гладкой, как ночью. Дул легкий ветерок, Люк закрыл глаза. Он ощутил блаженство от тепла. Надо было надеть шорты, а не белые джинсы. Он сбросил с голых ног легкие матерчатые ботинки и засучил рукава своей голубой рубашки.

Девушки напротив него возбужденно переговаривались и хихикали. Он поневоле слышал из щебет и узнал, что они были танцовщицами, выступавшими вечером в ревю. И тут впервые за то время, что он провел на «Царице Савской», Люк вспомнил истинную причину своего участия в круизе. Он здесь для тайного сбора информации. И мог бы расспросить девушек, довольны ли они условиями труда, хорошо ли им платят. Если повезет, то среди них может оказаться девушка из казино.

Симмпсен решительно поднялся и направился к девушкам. Они очень обрадовались и сразу вовлекли его в оживленный разговор. Одна девушка вскочила и силой усадила Люка на свой шезлонг, а сама устроилась у его ног, с восторгом глядя на красавца-мужчину. Люк знал, как реагируют на него женщины, и старался избегать ситуаций, подобных этой. Но было уже поздно. Он решил все разузнать у девушек, а потом исчезнуть.

Завтракать капитан Андерсон любил рядом с капитанским мостиком под тентом. После этого он обычно немного отдыхал, но сегодня ему помешал месье Лабонн. Он пришел пожаловаться на странное поведение господина Симмпсена, а так как речь шла о пассажирах высшего класса, заплативших за круиз большие деньги, капитан был вынужден выслушать его жалобу. Потом ему пришлось искать господина Симмпсена, чтобы покончить с этим делом.

— Войдите, — крикнул Люк, услышав стук в дверь. Сначала он подумал, что это Ямина, но, увидев капитана Андерсона, понял: месье Лабонн уже успел нажаловаться.

— Господин Симмпсен, — начал вежливо капитан. — Я пришел с просьбой.

— Садитесь, пожалуйста!

— Спасибо, я спешу.

— О чем пойдет речь?

— Я хотел бы просить вас быть посдержаннее.

— Хороший совет, — Люк заулыбался.

— Тогда мы поняли друг друга, — заметил капитан и собрался уходить.

— Да, — согласился Люк.

Генри Андерсон удалился, и Люк подумал, что таким капитаном — психологом и дипломатом — компания может гордиться.

Утром танцовщицы сообщили ему, что на «Царице Савской» они работают охотнее, чем на других кораблях, плавающих по Карибскому морю. Условия работы и зарплата их устраивают. А капитан Андерсон — уравновешенный и справедливый босс. Это Люк должен сказать в следующий раз Люси. Судовладельцам необходимо знать, что пассажиры и команда высоко оценивают «Царицу Савскую». Впрочем, все ли пассажиры? Один-то уж точно был недоволен и, что самое парадоксальное, по его вине. Люк решил быть особенно вежливым с месье Лабонном. Но как вести себя с Яминой, он не знал.

Около четырех часов «Царица Савская» бросила якорь недалеко от мексиканского острова Косумель, и пассажиров отвезли туда на моторных лодках. «Савская» стояла на якоре в полумиле от острова, так как ближе уже была мель.

Лежа в своей каюте, Люк слышал шум голосов и гул моторных лодок, которые подплывали к кораблю, забирали пассажиров и снова удалялись. Ему тоже хотелось быть вместе со всеми, но он боялся, что, встретив Ямину в компании месье Лабонна, снова не сдержится. Он все-таки вышел из каюты в надежде увидеть девушку хотя бы издали Пассажиры как раз садились в очередную лодку, и Люку показалось, что он заметил светлые волосы Ямины и соломенную шляпу синьора Лабонна. Ямина позволила этому типу сопровождать себя. Настроение Люка упало. Кто знает, что они будут делать на острове! Чтобы отвлечься, он решил позвонить Люси Пройдя мимо своей каюты в конец коридора, вошел в бюро. К счастью, там никого не оказалось.

Поручив корабль старшему офицеру, капитан Андерсон вернулся к себе в каюту, чтобы немного поспать. Проснувшись, он услышал, что в бюро кто-то разговаривает по телефону. Генри решил, что это кто-то из команды.

— Люси? — кричал Люк в трубку. — В Вашингтоне все в порядке?

— Мистер Симмпсен! — обрадовалась Люси. — Здесь все о’кей. Что нового у вас?

— Собственно, ничего. Подходящая возможность еще не представилась. Пассажиры на острове, команду не видно.

— Пока вы довольны? — полюбопытствовала Люси.

— Более чем! На корабле отличный сервис. Генри Андерсон — образцовый капитан, и слух, вы знаете какой, вполне оправдан.

Капитан навострил уши, ему показалось, что он услышал свое имя.

— Вы уже были в казино?

— Еще нет, возможно, сегодня вечером я загляну туда.

— Желаю повеселиться, господин Симмпсен.

— Спасибо, Люси, я еще позвоню. — Положив трубку, Люк еще некоторое время сидел задумавшись. Вчера он поцеловал здесь Ямину. Его охватила болезненная тоска по ней. Эта девушка совершенно околдовала его. Что он знает о ней? Ничего! Перед ним лежал список пассажиров. Она должна быть в нем. Люк начал изучать список.

— Господин Симмпсен! — услышал он позади себя голос капитана.

Застигнутый врасплох, Люк вскочил и выронил список из рук.

— Послушайте, это зашло слишком далеко! — закричал капитан. — Что вы себе позволяете?

— Я… я звонил, — пролепетал Люк в страшном смущении.

— Звонили? — Капитан поднял список с пола. — А что это?

— Я только… я… хотел… — заикался Люк. Как ему объяснить свой поступок?

Неожиданно ему помог капитан.

— Можете не объяснять, — сказал он строго. — Непозволительно рыться в чужих бумагах. Вам это известно?

Люк молча кивал.

— И даже если каждый пассажир для нас — король, — продолжал Генри Андерсон, — существуют правила игры, которые следует соблюдать. Надеюсь, вы это понимаете?

— Понимаю.

— Прошу вас соблюдать эти правила. — Капитан строго смотрел на Люка. — Иначе…

— Иначе? — спросил Люк, хотя знал, что за этим последует.

— Иначе я буду вынужден воспользоваться своим правом и удалить вас с корабля. — Лицо капитана стало грустным.

— Второе предупреждение?

— Правильно, господин Симмпсен! Это второе предупреждение. И не доводите дело до третьего!

— Третьего не будет, — пообещал Люк, выходя из бюро.

Капитан разочарованно посмотрел ему вслед. Он считал Люка Симмпсена джентльменом, а тот дважды опроверг это мнение. Он обычно правильно оценивал людей, а с господином Симмпсеном явно ошибся. Ямина верно назвала его вчера самонадеянным петухом. «Нет, — капитан покачал головой, — это не так, он просто возмутитель спокойствия». Однако он предупрежден, еще один случай — и Симмпсен покинет корабль. И его богатство в этом случае не поможет.

Люк слонялся от одной палубы к другой, не зная, что предпринять. Казино, которое интересовало его больше всего, откроется только вечером, когда корабль будет далеко в море.

Облокотившись на поручни, он наблюдал белые полоски за горизонтом и пляж Косумеля. Где-то там Ямина флиртовала со своим обожателем. Вдруг Люк вспомнил, что вчера, когда они танцевали, она поведала ему о своих предках, которые были родом из Алжира. Он ничего не знал об этой стране, которая как-то была связана с Яминой. Чтобы больше узнать об Алжире, Симмпсен отправился в библиотеку и обнаружил там книгу, которая называлась «История Алжира сквозь глубину веков». Он погрузился в чтение. Удивительно, чего только не случалось в стране на протяжении столетий. История Алжира показалась Люку очень интересной. Он растянулся в кресле, закрыл глаза и попытался мысленно представить себе эту страну. В библиотеке было тихо. Люк расслабился, книга выскользнула из рук, и он заснул.

Во время ужина дядя Генри заметил, что племянница за его спиной оживленно беседует с Люком Симмпсеном.

— Ты не поменяешься со мной местами? — предложила она, когда подали десерт.

— Извини, порядок есть порядок. — Свое место капитан не собирался никому уступать.

— Нет, так нет, — надулась племянница.

— Отчего такая перемена? — шепнул ей капитан на ухо. — Вчера ты его не переносила, а сегодня вы уже родственные души?

— Я изменила свое мнение, — сообщила задумчиво Ямина.

— Ты удивишься, но я тоже.

— Как это?

— Он шпик, — холодно ответил дядя Генри. — Я застал его, когда он проверял списки пассажиров.

— Но это же не преступление, — вспылила Ямина.

— Не преступление, но все же не положено.

— Значит, и я шпик, — пролепетала она. — Вчера я делала то же самое.

— Как? — возмутился дядя Генри. — Тогда я должен по справедливости и тебя предупредить.

— Ты сделал Люку Симмпсену предупреждение?

— Да, и из-за профессора Лабонна тоже.

— А что это за предупреждение?

— Что он может прервать свой круиз.

— Серьезно?

— А как же иначе? Или веди себя прилично, или будь любезен покинуть корабль. Хаос я не потерплю.

Ямина опустила голову. Дядя Генри то наклонялся к столу, то откидывался на стуле, и она не видела Люка. Как только он встал, девушка тут же поднялась.

— Что ты собираешься делать? — спросил дядя Генри. — Боюсь, в таком наряде ты всем на корабле вскружишь голову.

Ямина была одета в короткое черное платье из кружев. Талию стягивал красный шарф из тафты, завязанный сзади в широкий бант. Зачесанные за уши волосы были собраны на затылке в пучок.

— Так я всегда представлял себе Кармен, — восхищенно сказал капитан. — Разве подумаешь, что ты из простой голландской семьи!

— Наполовину. — Ямина поцеловала дядю в щеку, наблюдая за Люком. Высокий, темноволосый, широкоплечий, он явно мешал маленьким кельнерам, обходившим его.

— Советую посмотреть ночное ревю! Девушки великолепны, не хуже, чем в «Цезарь палас» в Лас-Вегасе.

— Я не была в Лас-Вегасе. — Ямина переминалась с ноги на ногу.

— Тогда сходи в наше казино.

— Я как раз туда собиралась.

— У тебя есть деньги?

— Денег, конечно, нет, — засмеялась Ямина. — Я не буду играть, а только посмотрю.

Дядя Генри собрался достать из кармана деньги, но Ямина остановила его.

— Не надо, ты и так много потратил на меня.

Люк, оказывается, все слышал. «У нее трудности с деньгами. Великолепно!» — подумал он. Наконец-то Симмпсен знал, на кого потратить свои доллары. Он засыплет Ямину подарками, будет угадывать все ее желания, если она только позволит.

— Пока, — прошептала Ямина на ухо дяде. — А если встретишь профессора Лабонна, не выдавай меня. Они с Люком не переносят друг друга, и я не хочу, чтобы они снова ссорились.

— Ты идешь с Люком Симмпсеном? — удивился дядя Генри.

— Да, а почему бы и не пойти? — поспешно произнесли Ямина и убежала.

Когда они выходили из зала, Симмпсен нежно обнял девушку. Дядя Генри должен был признать, что они красивая пара. Все с любопытством смотрели им вслед. Генри надеялся, что Люк будет вести себя достойно.

Профессор Лабонн поужинал в другом зале и стал искать Ямину. Она не сказала ему номер своей каюты, и он надеялся только на счастливый случай.

Проснулась Ямина поздно и не сразу могла понять, где она и чья это рука лежит у нее на груди. Потом сообразила — Люк! Она была в его постели, он рядом с ней, а за окнами давно уже царит день.

Она лежала, не двигаясь, и вспоминала прошедшую ночь. Это была лучшая ночь в ее жизни! Ямина и не предполагала, что мужчина может пробудить в ней такую гамму чувств, подарить ей безудержное желание и всепоглощающую страсть. Они любили друг друга нежно и страстно, с необузданной силой и самозабвенно, и наконец она заснула в его объятиях.

Девушка осторожно подняла голову. На полу валялась простыня, подушки куда-то исчезли, скомканное покрывало лежало в ногах. Ямина покраснела. Затем с нежностью посмотрела на Люка.

Почувствовав ее взгляд, он пробудился. Губы тронула мягкая улыбка, глаза горели нежностью и любовью.

— Хорошо спала, любимая? — Но прежде чем Ямина успела ответить, Люк начал осыпать ее поцелуями.

— Уже… поздно. — Она пыталась высвободиться из его объятий. — Нам надо вставать.

Но мужчина совсем не думал об этом. Она почувствовала прикосновение его ног к своим бедрам. Люк снова горел желанием обладать ею. Протестуя, Ямина подняла руки, но он страстно обнял ее и прижал к себе.

— Будь благоразумен, мы действительно должны вставать… — Но потом сдалась. Его страсть захватила ее. «И зачем им вставать! Зачем быть разумными? Что важнее? Конечно, Люк! Важно то, что она в его объятиях! Что он любит и страстно желает ее!» Девушка закрыла глаза и, ощутив на своей груди его страстные губы, застонала. — Люби меня, дорогой! — шептала Ямина.

Ее тело было послушным и легким.

— Ты знаешь, что мы должны? — нежно спрашивал Люк, улыбаясь. Его улыбке она не могла противостоять. Почувствовав, как он медленно входит в нее, задрожала от наслаждения, и приняла его. — Мы должны любить друг друга, только это важно!

— Да… да, любимый! — прошептала она, изнемогая от страсти.

Через некоторое время Ямина вскочила с кровати и побежала в душ. Прежде чем начать мыться, заперла дверь.

— Пусти меня… пожалуйста, — стонал Люк и стучал в дверь. Но девушка была неумолима.

— Я только побуду с тобой в душе, — уверял он. — Ничего больше. Честное слово!

— Нет, нет и нет! — с притворной строгостью отвечала Ямина. — Ты вышел из доверия. Rien ne va plus[8]. Уже двенадцать часов, мы должны быть на борту.

— Ты же на борту, дорогая!

— Я имею в виду на борту у дяди Генри! Он удивится, не найдя меня в нашей с ним каюте.

— Он догадается, ты же взрослая женщина!

Когда она открыла дверь ванной, Люк снова с силой привлек Ямину к себе, но девушка ловко увернулась и, несмотря на его протесты, быстро оделась.

— Будь же благоразумен, — строго сказала Ямина, но глаза ее сияли. — Я должна идти. Дядя Генри наверняка сердится на меня.

Люк страстно поцеловал ее на прощанье. Наконец она высвободилась из его объятий.

— Одевайся и поторопись, я сейчас вернусь, и мы позавтракаем, иначе я умру с голода. Пока.

Ямина была уже в коридоре, когда Люк вспомнил:

— Подожди, ты забыла деньги! — Он вошел в каюту и вернулся с толстым конвертом. — Твой выигрыш. Ты расскажешь об этом дяде Генри?

— Ах, деньги, про них я совсем забыла.

— Что-то не так? — спросил Люк, так как она не торопилась брать конверт.

— Нет… — Ямина запнулась. — Но у меня такое чувство, что дядя Генри не обрадуется.

— А почему?

— Не могу тебе объяснить. Это просто предчувствие. — Она покачала головой.

— Если у тебя будут неприятности, я поговорю с ним, — пообещал Люк. А когда она недоверчиво посмотрела на него, добавил: — Я серьезно.

— Ты поговоришь, — задумчиво молвила Ямина. Она очень сомневалась, что дядя станет разговаривать с Люком, но вслух этого не произнесла.

Выйдя из каюты, Ямина отправилась на верхнюю палубу. Ей не хотелось видеть дядю Генри и даже говорить с ним о каюте Люка. Сейчас ей было необходимо выпить что-нибудь освежающее. Бар на палубе оказался открыт, и Ямина, заказав себе кофе с мороженым, опустилась за круглый столик. Она много бы отдала, чтобы быть сейчас с Люком. А до встречи еще два дня. Целая вечность!

За соседний столик села молодая парочка. Они о чем-то переговаривались, хихикая, как вдруг девушка закричала:

— Смотри, Юлиан, самолет!

Подняв голову, Ямина различила в небе маленькую белую точку, которая, приближаясь, увеличивалась, и постепенно стал слышен шум мотора небольшого спортивного самолета.

— Здорово! — кричала девушка, — посмотри, что он вытворяет! Ты так сможешь?

Самолет сделал несколько виражей над кораблем и стремительно набрал высоту, чтобы перейти в пике. Это было очень смело. У Ямины почти остановилось сердце. При пикировании самолет пролетел настолько близко от поручней, что Ямине показалось, будто она ясно увидела лицо пилота — он был похож на Люка. Самолет снова взвился в высоту, ловко сделал восьмерку и пролетел так низко, что Ямине удалось увидеть руки пилота — это руки Люка! Она потерла глаза. Может, у нее галлюцинации? И ей везде мерещится Люк. Да, видимо.

Постепенно все больше пассажиров собиралось на палубе. Все махали отважному пилоту. «У него будут неприятности с дядей Генри, он угрожает безопасности пассажиров», — думала Ямина. Такие виражи мог делать только отважный пилот. Но были ли они действительно опасны, Ямина не могла судить. Самолет набирал высоту и становился все меньше. Ямина следила за ним, пока он не превратился в едва различимую точку.

После ужина Ямина поспешила в каюту. Она очень устала, к тому же хотела избежать встречи с профессором Лабонном. Девушка не видела его в течение дня и была несказанно рада. Из-за него Люку пришлось покинуть корабль, этого она профессору никогда не простит.

Ямина проснулась лишь утром. После завтрака она давала свой урок рисования и наказала профессора, который хотел вовлечь ее в разговор, холодным презреньем. После занятий Ямина снова отправилась в свою каюту. В дверную щель была воткнута газета. Девушка легла на кровать и стала изучать корабельные новости.

— Что? — закричала она вдруг и вскочила. — Это не может быть правдой! — Ямина уставилась на открытую газету. Буквы расплылись у нее перед глазами. Прошло некоторое время, прежде чем она успокоилась и смогла прочесть текст до конца.

«Уважаемые дамы и господа! Капитан просит вас правильно отнестись к изменению маршрута. По техническим причинам мы зайдем сначала на остров Сен-Мартен, а не на остров Антигуа, согласно расписанию. Капитан надеется, что это необходимое изменение маршрута найдет у вас понимание и одобрение. Экскурсии на оба острова состоятся, как и было предусмотрено…»

Ямина опустила газету, вздохнула: «Мы просим понять… Мы надеемся на ваше согласие… Мы просто меняем цели местами. Я не думаю так, дядя! Ты даже не представляешь, что наделал!»

Значит, она больше никогда не увидит Люка? Она бросилась на кровать и разрыдалась.

— Нет, только не это! — всхлипывала девушка. — Этого не должно случиться! — Она представила, как на Антигуа Люк напрасно будет ждать ее. В сильном волнении Ямина вскочила с кровати и хотела уже броситься из каюты. Нужно срочно поговорить с дядей Генри. Он должен отменить свое решение! Ее лицо было мокрым от слез, платье измято, краска размазана и волосы растрепаны. — Нет, так не пойдет, — сказала она своему отражению в зеркале. — Я похожа на клоуна, он будет смеяться надо мной, вместо того чтобы говорить серьезно. — Ямина вымыла лицо, освежила макияж и причесала волосы. — А теперь берегись, дядя Генри! — пообещала она и с решительным лицом вышла из каюты. Ее темные глаза горели, лицо раскраснелось. — Посмотрим, как ты меня переубедишь, послушаем, какие у тебя причины.

Ямине не пришлось его долго искать. Он стоял на капитанском мостике, и она обрушила на него бесконечный поток слов.

— Если бы я только мог предположить! — вздохнул Генри. — Вы хотели встретиться в Антигуа, а я, значит, спутал вам все карты?

— Он любит меня, — объявила Ямина гневно. — И я люблю его.

Стоя за рулем, дядя Генри был абсолютно спокоен.

— Итак, он любит тебя, — сухо вымолвил он. — И ты веришь!

— Я это знаю!

— Ты фантастически упряма, — проворчал он.

— Всегда была такой. А теперь объясни, наконец, почему ты изменил маршрут!

— У меня есть на то причины.

— Какие причины?

— Очень уважительные причины, дитя, или ты и правда веришь, что я могу изменить маршрут огромного корабля шутки ради. Я бы охотно раскрыл тебе причину, но это служебная тайна.

— Я буду нема!

— Клянешься?

— Клянусь!

— Видишь ли, существуют люди, готовые впасть в панику из-за безделицы. Все дело в пустяке, но реакция пассажиров непредсказуема.

— Я буду молчать. Честное слово!

— Я верю тебе. Словом, у нас небольшая неисправность в машине, а ремонт возможен только на Сен-Мартене.

Вот в чем дело! Ямина поняла, что дядю переубедить нельзя. Из-за нее он никогда не будет рисковать пассажирами.

— Тогда напрасно просить тебя? — разочарованно произнесла она.

— Просьбы, мольбы, принцесса! Завтра машина будет исправлена на Сен-Мартене.

— А что будет с нами, со мной и Люком?

— Послушай, дитя, если эта горячая голова имеет серьезные намерения, то он найдет тебя.

— Хорошо тебе говорить! — Ямина печально смотрела на дядю. — Но где и когда?

— Земля круглая. И поверь моему опыту: любовь заставляет быть изобретательным. А Люк Симмпсен скорее сорвиголова, чем болван. Если он захочет, то найдет тебя!

— Надеюсь! — Голос племянницы был безнадежно унылым, и ему стало жаль ее.

— Мне не нравится, что он с тобой сделал, — ворчал Генри, чтобы скрыть сочувствие. — Ты была радостным, самостоятельным человеком, а превратилась в мимозу и плаксу. Я хочу, чтобы ты забыла Люка Симмпсена.

— А я хочу, чтобы ты привык к нему! — вспылила Ямина. — Я его никогда не забуду.

Она снова разрыдалась, а дядя Генри попытался ее успокоить:

— Перестань реветь, — приказал он резко. — Я, кажется, нашел выход.

— Ты?

— Да, я! Почему же нет? Я могу, например, связаться с таможней в Антигуа и попросить их подкараулить твоего донжуана и передать ему сообщение.

— Ты это сделаешь? — просияла Ямина и хотела обнять дядю Генри.

— Только не падай мне на руль, — предупредил он. — И почему молодые люди воспринимают все так трагически!

Ямина осторожно прижалась к его плечу, и оба замолчали.

Из бара доносились музыка и смех, несколько пассажиров сидели с бокалами вина у освещенного бассейна. «Савская» медленно скользила по глади воды.

— Ты действительно придаешь такое большое значение встрече с ним? — осторожно поинтересовался дядя Генри.

— От этого зависит моя жизнь, — уверенно ответила племянница.

— Тогда я дам знать таможенникам на Антигуа, чтобы они завтра нашли его и передали от тебя сообщение.

— Спасибо, дядя Генри, — прошептала Ямина. — Ты увидишь, я буду счастлива с ним, хоть ты в этом и сомневаешься.

— А ты сама веришь в это? — спросил он. — Ладно, время покажет, — скептически добавил Генри. — Но для тебя, моя дорогая, круиз не заканчивается на острове Сен-Мартен. Ты заключила контракт и должна его выполнить. Тебе придется остаться на борту до Арубы, хочешь ты или нет.

Ямина кивнула. Она слушала вполуха, так как девушку вдруг осенило. От этой мысли ей стало легко и радостно. Почему она не подумала об этом раньше?! Даже если Люк не застанет ее ни на одном из островов, он может написать ей в Вашингтон на адрес судоходной компании. Рано или поздно она получит его письмо. Ямина облегченно вздохнула. Если это пришло в голову ей, то уж Люк и подавно сообразит. От радости у нее закружилась голова. Она поцеловала дядю Генри и побежала в каюту. Она снова увидит Люка, а если дядя Генри сдержит свое обещание, то это случится уже послезавтра на Сен-Мартене.

Она тотчас же увидела его, как только корабль вошел в гавань. Его высокую фигуру нельзя было не заметить. Люк тоже сразу узнал Ямину. Она стояла высоко на палубе, тонкая, одетая в белое, и усиленно махала. Вдруг девушка исчезла. Белый корабль медленно приближался. Потом бросили якоря, спустили трап и пришвартовались. Несколько темнокожих таможенников вбежали вверх по трапу, и офицеры «Царицы Савской», приветствуя, пожимали им руки. Люк предполагал, что формальности займут не меньше получаса. И когда только кончится бесконечное ожидание?

— Люк… Люк, — закричала в этот момент Ямина. С развевающимися волосами она бежала вниз по трапу. Люк раскрыл объятья. — О, любимый мой. — Девушка смеялась и плакала одновременно. — Ты, правда, пришел! Люк, Люк, мне так тебя не хватало! — Она прижалась к его груди, дрожа от волнения.

— Дорогая, — нежно шептал он, успокойся!

— Мисс, — закричал кто-то с трапа. — Вы не имеете права покидать корабль, мы должны сначала проверить ваши документы.

Но Ямина уже ничего не слышала.

— Если бы ты знал, как я счастлива, — вздыхала она у Люка на груди. — В последние минуты мне казалось, что я просто умру от ожидания.

— Тоже, дорогая, — в волнении лепетал Люк. — Я тоже. — Он нежно обхватил ладонями ее лицо. — Дай я посмотрю на тебя, ты еще прекрасней, чем в моих воспоминаниях. В твоих глазах я читаю любовь.

— Я так боялась никогда тебя больше не увидеть. — Ямина чувствовала тепло его тела, и волнующие воспоминания вновь нахлынули на нее. Снова проснулась страсть и желание, она хотела любить его и быть любимой. — Крепко держи меня, — прошептала она, — и поцелуй.

Забыв обо всем на свете, они слились в поцелуе.

— Эй, мисс, вы что, глухая? Мне нужен ваш паспорт! — кричал таможенник сверху, состроив понимающую гримасу.

— Все в порядке, Жак, — закричал ему один из служащих. — Малышка — племянница капитана, он ручается за нее!

Ямине пришлось пообещать дяде, что в шесть она вернется на «Савскую».

— Чего мы ждем? — спросила девушка, когда Люк отпустил ее наконец. — Пошли! — Она нежно пожала его руку. — У тебя есть какие-то планы? Пойдем купаться или погуляем? — Больше всего ей хотелось лежать в объятиях Люка и наслаждаться его поцелуями. Она отдалась бы его страстной нежности и любила бы его — но где? Ямина не была чопорна, но стеснялась предложить пойти в гостиницу.

Люк рассмеялся.

— Надеюсь не все сразу? — полюбопытствовал он весело. — Я думаю, что мы поедем в глубь острова.

— В глубь острова?

Тесно прижавшись друг к другу, они шли по набережной.

— Да, дорогая. Сен-Мартен — волшебный остров с плантациями сахарного тростника и экзотических фруктов, с допотопными мельницами и старыми домами времен французской и голландской колонизации и прежде всего с тропическими растениями и птицами, которые тебе понравятся.

В этом Ямина не сомневалась, но сейчас ее не очень интересовали красоты острова. А его? Или он не хотел остаться с ней наедине?

— Мы поедем на машине. — Люк остановился перед платной стоянкой. — Как насчет вон той? — И он указал на свой красный «лендровер».

— Согласна. — Ямина согласилась бы на любую машину, предложенную Люком.

— Ты взял ее напрокат? — спросила она, садясь в машину. — А как добирался из Пуэрто-Рико до Сен-Мартена? Теперь ты мне расскажешь все по порядку.

— На самолете. — Люк завел машину. — На маленьком спортивном самолете. Ты разве не видела меня?

— Это был ты?.. — Она смотрела на него в такой растерянности, что Люк рассмеялся.

— Да, это я летал над «Царицей». У меня есть удостоверение пилота.

— О Боже, я ничего такого не знала о тебе, — тихо сказала Ямина. — Ты состоишь из сплошных сюрпризов. В порту Антигуа тебя предупредили? Тебе было так же грустно, как и мне? На Сен-Мартене ты живешь в гостинице?

— Не спеши. Я расскажу тебе все по порядку.

— Куда мы едем? — Ямина прильнула к нему.

— Позволь сделать тебе сюрприз!

— Сюрпризы я люблю. Вот! — Она стала рыться в своей сумочке. — Я тебе кое-что принесла. — На корабле Ямине вдруг пришло в голову, что по вине дяди Люк понес большие дополнительные траты, и она решила восполнить их с помощью выигрыша. — Вспоминаешь? — Она вытащила конверт из сумки.

— Выигрыш? Конечно!

— Выигрыш мой, день рождения твой, значит, будем тратить вместе.

— Десять тысяч долларов? — Люк был так тронут предложением Ямины, что резко нажал на тормоза и поцеловал ее, несмотря на то, что они находились на центральной улице. Машины вокруг них непрерывно сигналили.

Ямина покраснела как рак и, смутившись, оттолкнула Люка от себя.

— На нас смотрят, — пробормотала она. — Поезжай!

— На такую красивую женщину, как ты, смотрят всегда, — заметил Люк и отпустил тормоз. — Убери деньги, дорогая. Они нам не нужны.

— Гостиницы на острове, должно быть, очень дорогие!

— Это действительно так, но гостиница нам не понадобится!

По обеим сторонам дороги уже тянулись лимонные и апельсиновые плантации, цепь зеленых холмов приближалась.

— Куда мы все же едем? — полюбопытствовала Ямина.

— Позволь удивить тебя!

Она положила голову ему на плечо. Если Люк хотел сделать ей сюрприз, она готова к любому сюрпризу. Пейзаж менялся. Они ехали мимо плантаций сахарного тростника, а дорога медленно уходила вверх.

— Красота просто подавляет, — призналась Ямина. — Она доведена почти до абсурда. Описать невозможно, только нарисовать.

— Как в Раю. — Люк обнял ее за плечи. — Могла бы ты жить здесь со мной?

— Я бы извела тонны красок и дюжину кистей, — засмеялась девушка. — Я бы упивалась живописью, это точно.

Они проезжали небольшую деревню. Посреди дороги куча ребятишек и большая собака устроили потасовку из-за красного мяча. Когда Люк посигналил, дети с шумом и смехом разбежались в стороны. А собака еще некоторое время бежала за машиной и отчаянно лаяла.

Влюбленные добрались уже до самого высокого подъема в горах, где у края дороги стояло здание брошенной таможни.

— Позади осталась голландская часть острова, — объяснил Люк. — А перед нами — французская. Таможня означает границу, однако ты видишь, что она заброшена, и никого не волнует, что ты едешь из Голландии во Францию. В Европе все по-другому!

Через несколько минут он свернул с основной дороги на боковую, которая была едва различима среди банановых кустов.

— Начинаю понимать. — Ямина прикинулась испуганной. — Меня похищают!

— Да, а твоему дяде придется платить большой выкуп. Пары долларов в твоей сумке недостаточно. Так что придется отказаться от возвращения в цивилизацию, и ты останешься у меня навсегда!

— Это ты серьезно?

— Это было предложение руки и сердца, дорогая.

— Люк, так не шутят!

— Я вполне серьезно!

Ямина недоверчиво смотрела на него. Они практически не были знакомы. Какой мужчина сделает женщине предложение, если он ее не знает.

— Тебе же ничего не известно обо мне, — пробормотала она робко.

— Конечно, поэтому я и хочу жениться на тебе, чтобы наконец узнать тебя, дорогая.

— Обычно делают наоборот.

— Для меня это слишком долго.

— И где ты хочешь жить со мной?

— Здесь!

От удивления Ямина широко раскрыла глаза. Они ехали среди высоких зарослей алтея по направлению к роскошному старому дому с французскими окнами и колоннами.

— Здесь? — воскликнула она, когда Люк остановил машину перед воротами. — Это твоя гостиница?

— Нет, дорогая, это мой дом! — Он обежал вокруг машины и помог ей выйти.

— О, Люк, — закричала она. — Это лучший дом, какой я когда-нибудь видела, и он, правда, твой? — Девушка недоверчиво смотрела на него.

В саду и на террасе царили тишина и покой.

— Пойдем, я покажу тебе его. Это очень старый дом. Внутри он весьма романтичен, я ничего не менял, даже мебель.

В доме была приятная прохлада. Люк показал Ямине столовую и кабинет на первом этаже и небольшой салон. Потом он взял из холодильника на кухне бутылку шампанского, протянул девушке два бокала, и они стали подниматься по скрипящей деревянной лестнице на верхний этаж.

— Ты хочешь осмотреть сначала террасу или спальню? — поинтересовался Люк наверху в коридоре.

— Сначала спальню, — смущенно ответила Ямина. Люк открыл дверь, и она вскрикнула от восторга.

— Тебе нравится? — спросил он, когда они вошли в комнату.

Жалюзи были слегка приоткрыты, и в комнате царил полумрак. Но старинную кровать с балдахином и кружевными подушками можно было ясно различить.

Люк поставил шампанское и бокалы на ночной столик и привлек Ямину к себе.

— Наконец! — Он поцеловал ее. — Я бы не выдержал больше ни минуты.

— Я тоже. — Она позволила увлечь себя на кровать.

Люк оголил плечи девушки и коснулся щекой нежной кожи. Его руки скользили по ее груди. Он начал медленно раздевать Ямину. Ее тело томилось в ожидании. Розовые соски напряглись от его поцелуев, и вся она затрепетала возбужденно.

— Помоги мне, — попросил Люк, запутавшись со своим ремнем, и Ямина попыталась дрожащими пальцами расстегнуть пряжку.

На протяжении многих дней она ждала мгновения их близости, они упали друг другу в объятия, отдавшись страстному, безудержному желанию. Ямина вскрикнула, когда он вошел в нее. Наконец она целиком принадлежала ему. Наконец снова обрела его. Теплая волна нежности охватила все ее существо.

— Любимая, любимая, — шептал Люк, и она раскрывалась ему.

— Да, — повторяла Ямина, — люби меня!

Их движения становились все более бурными, и они вместе оказались наверху блаженства.

— Люби меня, — всхлипывала Ямина, когда все было кончено. — Слышишь, Люк, никогда не переставай меня любить!

Потом они еще долго лежали обнявшись. Ямина закрыла глаза, и Люк решил, что она спит. Ее голова покоилась у него на груди. Он долго смотрел на нее, затем нежно провел ладонью по ее волосам. Ямина подняла веки и улыбнулась.

В спальне было удивительно тихо, и их охватила сладкая дремота. Проснувшись, они так страстно приветствовали друг друга, как будто не виделись целую вечность. Потом вместе приняли душ. А затем Люк показал ей весь дом и сад. У Ямины постоянно вырывались возгласы удивления. Она бегала туда-сюда, нюхала цветы, пробовала фрукты и пирожные. Люк наблюдал за ней с улыбкой. Ему был приятен восторг девушки.

Шампанское они пили на террасе.

— Согласись, что здесь прекрасно, — просил Люк.

— Так прекрасно, как нигде в мире, любимый.

Вдали лежало море, а между островами ходили маленькие, словно игрушечные, яхты.

— Я думаю, что компьютеры приносят большой доход, — произнесла задумчиво Ямина.

— Да, особенно если ты владелец фирмы.

— У тебя собственная компьютерная фирма? — спросила она ошеломленно.

— Да, в Напа-Вэлли.

— В Калифорнии? Я ничего не понимаю, любимый! Ты работаешь в Калифорнии, а живешь в Вашингтоне? Это же неудобно. К примеру, между Вашингтоном и Сан-Франциско три тысячи миль.

— Я работал в Калифорнии, — весело ответил Люк. — Но потом я передал компьютерную фирму своим сотрудникам и переехал в Вашингтон, чтобы заняться новым делом.

— Не компьютерами?

— Нет, не компьютерами, а пароходами!

— Пароходами? Ты имеешь в виду такие корабли, как «Царица Савская»?

— Я имею в виду «Царицу Савскую»!

— Ты имеешь в виду… — проговорила она в замешательстве. — Повтори еще раз!

— Я говорю о «Царице Савской», — произнес Люк.

— Ты хочешь сказать, что «Царица Савская» принадлежит тебе?

— Только часть. Я владею долей акций компании «Стар».

— У тебя есть… — Ямина закинула голову и звонко захохотала. Люк подлил ей шампанского и подождал, пока она успокоится.

— У тебя есть… ты говоришь… — наконец с трудом произнесла она. — Ты хочешь сказать, что дядя Генри выгнал судовладельца?

— Да, он сделал именно это, — ухмыльнулся Люк.

— И ты не защищался?

— Нет. Иначе пришлось бы признаться в том, что я хотел тайно кое-что разведать на корабле. А я пообещал судовладельцам остаться инкогнито, так как мы ни в коем случае не хотели сердить твоего дядю.

— Ты так и сделал, дорогой. Но что ты хотел тайно разведать?

Люк рассказал Ямине об анонимном звонке в Вашингтон.

— Я не могу радоваться этому, — призналась она. — Дядя в любом случае узнает обо всем, а это еще одна причина для ворчанья. С другой стороны, — она отпила глоток шампанского, — он будет счастлив, узнав, что мы поженимся. Или это была только шутка?

— Лучше сегодня, чем завтра!

— Ну такой спешки нет, — пробормотала девушка. — Во всяком случае, это успокоит дядю Генри. Ты же хочешь основательно познакомиться с кораблем?

— Да, я хотел посмотреть, как работают крупье.

— И именно тебе пришлось покинуть корабль, не забавно ли это?

— То же самое подумают в Вашингтоне.

— А кто была та девушка в аэропорту? — спросила Ямина безо всякого перехода.

— Какая девушка? — Люк непонимающе смотрел на нее.

— Милая молодая женщина, с которой ты прощался в Вашингтоне.

— Милая молодая женщина? — Люк задумался. — А, ты имеешь в виду Люси?

— Ее зовут Люси?

— Да, если мы думаем об одном и том же человеке. Это Люси, моя секретарша.

— Она, кажется, влюблена в тебя.

— Люси? Не может быть.

— Абсолютно точно. Я разбираюсь в этом. Мне подумалось, что она твоя подруга, и поэтому показалось странным, что ты заговаривал со мной в самолете и пригласил выпить.

— Тут я не виноват.

— Бедняжка! — засмеялась Ямина. И тут она вспомнила о телеграмме, которая лежала в бюро. — Она прислала тебе телеграмму из Вашингтона, — сообщила Ямина. — Подписано: Люси и «Стар»…

— Имеется в виду совет, — перебил ее Люк.

— Дядя послал бы ее тебе, но у него не было адреса.

— А что она хотела?

— Тебе нужно было связаться с ними. Они, кажется, очень беспокоятся о тебе.

— Так и должно быть.

— И ты им не позвонишь?

— Каким образом это сделать без телефона?

— У тебя нет телефона? — не поверила Ямина.

— Нет, и я не хочу проводить телефон! Ты не представляешь, как это приятно, когда никто не может связаться со мной! Все кажется незначительным… замечательное чувство! А вот и Жак. — Люк позвал слугу, который как раз входил на террасу. — Что случилось, Жак?

Слуга вежливо поклонился и спросил:

— Вы поедете куда-то ужинать или я должен что-нибудь приготовить?

— Ужинать? — Ямина вскочила. — Сколько же сейчас времени, ради Бога?

— Шесть часов, мадам!

— Шесть часов? — Ямина побледнела и уставилась на слугу широко раскрытыми глазами.

— Да, мадам, шесть часов.

— Это ужасно! Я обещала дяде Генри вернуться в шесть. — Ямина выглядела очень несчастной. — Что мне теперь делать? Я должна ему позвонить. А как же без телефона?

— Не волнуйся, дорогая. — Люк гладил ее по щеке, пытаясь успокоить. — Но не оторвет же он тебе голову?

— Конечно, нет, но я ведь обещала, — причитала Ямина. — Дядя Генри такой обязательный, такой честный. Он мне этого никогда не простит! Умоляю, пойдем. Сколько тебе нужно времени?

— Час. Если ехать как сумасшедший, то, может быть, сорок минут.

— Так поезжай как сумасшедший! — умоляла Ямина. — «Савская» выходит в море в семь часов, вдруг мы еще успеем.

Девушка помчалась в дом и потянула его за собой.

— Я только возьму мою сумку. Заводи машину!

Люк охотно удержал бы ее, но Ямина была столь решительна, что он даже и не пытался.

В спальне она схватила свою сумку и на мгновение задержалась. «А что, если сейчас просто завалиться на кровать?» Искушение было огромно. Нет, она не имеет права огорчать дядю Генри. Девушка помчалась вниз по лестнице, вскочила в машину, и Люк тронулся в путь.

По дороге они почти не разговаривали. Люк с головокружительной скоростью брал повороты, а Ямина, как загипнотизированная, смотрела на свои часы.

— Когда мы снова увидимся? — спросил печально Люк. — Завтра на Антигуа?

Внезапно Ямина осознала, насколько она эгоистична. Она заставила Люка торопиться, думала только о своих проблемах с дядей Генри и даже не заметила, как расстроен возлюбленный ее поспешным отъездом.

— Извини, — прошептала она тихо. — Мне очень жаль, что я так тороплю тебя, но постараюсь, чтобы потом все было хорошо.

— Я знаю, дорогая, все будет хорошо, мы увидимся завтра на Антигуа.

— Да, в два часа.

Люк доехал за тридцать пять минут. Но когда они въезжали в ворота гавани, он был совершенно мокрым от пота.

— Вот она! — закричала Ямина. — Смотри, она еще здесь. Мы успели!

«Царица Савская» стояла в порту.

Ямина повисла у него на шее и хотела поцеловать, но Люк, смотревший мимо нее, сказал:

— Обернись, дорогая, это не твой дядя?

Девушка поспешно обернулась. Да, к ним действительно подходил дядя Генри и дружелюбно махал рукой.

— Привет, принцесса, у тебя есть время, мы выходим ночью!

Он не сказал почему, но Ямина решила, что это связано с ремонтом.

— О, дорогой, как я рада. — Она снова повисла на Люке. — Дядя совсем не сердится!

— А у меня блестящая идея!

— Выкладывай!

— Ты живешь еще в моей каюте?

— Да. — Ямина быстро сообразила, куда он клонит. — Ты полагаешь… — захихикала она. — Ты рискнешь?

— Мы рискнем, — ответил Люк. — Пойдем!

Никто не видел, как эти двое вошли на корабль. Они поднялись на лифте и прошмыгнули в каюту.

— Все в порядке! — Люк закрыл дверь изнутри. — Я останусь здесь до отплытия корабля.

— Ты не поедешь домой?

— Нет. Мне надоело расставаться с тобой, — признался он. — Ночью мы отправимся с бутылкой шампанского на капитанский мостик, и дядя Генри обвенчает нас.

— С этим не шутят!

— Я серьезно, дорогая, у капитана есть такое право.

— А если он нас выгонит!

— В открытое море?

— Нет, — пробормотала Ямина. — Этого он, конечно, не сделает.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Моя малышка Ямина (франц.).

Я люблю тебя, моя любовь (франц.).

Ищите женщину! (франц.).

Красный, черный, четный, нечетный, пропуск (франц.).

Делайте ваши ставки (франц.).

Ставки не принимаются (франц.).

Ваше здоровье, моя девочка! (франц.).

Я тебе не верю (франц.).