Danielle Navarro-Haudecoeur, Patrick Haudecoeur / Thé à la menthe ou t'es citron (2011)

Перевод Сергея Самойленко

ДОМИНИК (Виктор): Некий господин Анри Дюжарден желает видеть мадам. (Подает ей на подносе визитную карточку)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Анри Дюжарден? (в сторону) Ах да, это тот очаровательный молодой человек, которого я встретила на приеме у Дюфуров. Он был такой обходительный, к счастью, мой муж не заметил. Проводите его сюда, Виктор.

ДОМИНИК (Виктор): Слушаюсь, мадам Девиньяк. (выходит)

Входит Жюльен.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Мое почтение, мадам Девиньяк.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Месье Дюжарден, какой сюрприз! Прошу вас, садитесь!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Благодарю вас.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Чем обязана вашему визиту?

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): О! Любезная мадам Девиньяк, я принес ваш портсигар, который вы забыли на приеме у Дюфлуров.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): О! Благодарю вас, месье Дюжарден! Я нигде не могла его найти. Я думала, что потеряла его, и очень расстроилась. Знаете, это безделушка, но она дорога как память о моей двоюродной бабушке Леа, которая воспитывала меня до двадцати лет. Мир праху ее!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): О да, я знаю, что такое семейные реликвии. Я сам в отчаянии от того, что недавно потерял часы, доставшиеся мне от дедушки.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Для меня так много значат воспоминания.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) Вся наша жизнь состоит из воспоминаний!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): О да…

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): О да…

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Не желаете ли чашечку чая?

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Охотно.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк) Виктор! (берет со стола колокольчик, звонит)

Входит Доминик.

ДОМИНИК (Виктор): Да, мадам?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Будьте любезны, Виктор, приготовьте нам чаю.

ДОМИНИК (Виктор): Чай с мятой или чай с лимоном?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): С лимоном, Виктор, вы же знаете, что я питаю отвращение к мяте!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Мне тоже с лимоном.

ДОМИНИК (Виктор): Хорошо, мадам. (уходит)

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах! Чай мне напоминает об Индии, я привез из путешествия разнообразные сорта чая!

СОФИЯ (мадам Девиньяк): Мой муж как раз отправился в Нью-Дели на две недели, я просила его привезти мне чаёв. Надеюсь, он не забудет.

София и Жюльен натянуто смеются.

Жюльен встает и делает несколько шагов к авансцене для апарте.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) Нет лучше известий, чем муж в отъезде! Отлично, Дюжарден! Сработает твой пан и ты набьешь карман! Смелее, план или пропан! (Софии) Какой чудесный суаре был у Дюфлуров, вы были ослепительны. Что за прекрасные украшения были на вас в тот вечер, вы затмили всех!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): O! Я надела не самые роскошные, те стоят слишком целое состояние.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Надеюсь, они в надежном месте!?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Да! Но вам я могу сказать.

София и Жюльен смотрят сначала направо, потом налево, чтобы убедиться, что их никто не слышит.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Мой муж предпочитает хранить их дома. Здесь в сто раз безопаснее, чем в банке.

София и Жюльен натянуто смеются. Жюльен встает и делает несколько шагов к авансцене для реплики апарте.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Невероятно! Я не думал, что мне так повезет! (Софии) Ах, Мари-Аньес, мое сердце выскакивает из груди, я не могу противиться желанию…

Жюльен наклоняется ее поцеловать. В этот момент входит Доминик с подносом, на котором два бумажных стаканчика и кружка с водой, заменяющая чайник.

ДОМИНИК (Виктор): Ваш чай, мадам.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (спасая ситуацию) Ничего страшного, просто в глаз попала пылинка.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (чувствуя неловкость) Оставьте, Виктор, вы можете идти.

ДОМИНИК (Виктор): Хорошо, мадам. (уходит)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (наливая воду в стаканчики) Что за ужасная погода, все время дождь.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Дождь? В самом деле?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Как? Вы разве не слышите?

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Для счастливых нет плохой погоды, тебе всегда светит солнце. Ах! Мари-Аньес, не заставляйте меня страдать, я вас люблю!

Жюльен неловким жестом опрокидывает воду на Софию.

СОФИЯ: О, дерьмо! Ну и кретин!

ЖЮЛЬЕН: Мне очень жаль…

СОФИЯ: Да что ж это такое! Который раз репетируем эту сцену и каждый раз он обливает меня!

В зрительный зал входит Клара, идет к сцене.

КЛАРА: Спокойнее, дети мои, спокойнее!

ЖЮЛЬЕН: Я не нарочно…

СОФИЯ: Не хватало еще, чтоб нарочно! Нет, вы только посмотрите! (зовет) Брижитта!

БРИЖИТТА: (из-за сцены) Иду!

Брижитта входит одновременно с Робером. Брижитта промокает пиджак Доминика, Робер занимается каминной полкой.

КЛАРА: Ну что, ну что у вас тут случилось, дети мои?

СОФИЯ: Мы не можем изменить мизансцену с чаем? Иначе на прогоне я буду насквозь мокрая.

БРИЖИТА: (вытирая пиджак Доминика) Не страшно, уже почти высохло.

ДОМИНИК: Да не у меня! (показывает ей мокрое пятно на блузке Софии)

КЛАРА: (Жюльену) Ты хорошо понял эту сцену с чаем?

СОФИЯ: Дело не в понимании, дело в координации движений!

Клара поднимается на сцену.

ЖЮЛЬЕН: Я буду осторожнее.

РОБЕР: Лучше ничего не наливать в чайник, тогда и проблем не будет.

КЛАРА: Очень хорошо, так и сделаем!

Брижитта забирает у Жюльена стаканчики и кружку.

ДОМИНИК: Я не закреплю эту мизансцену, если будем репетировать без воды. Чайник будет весить меньше!

КЛАРА: Естественно, без воды он легче!

СОФИЯ: Да, но я не хочу, чтобы на каждой репетиции меня обливали.

ДОМИНИК: Тем более, что от чая остаются пятна.

РОБЕР: У нас сейчас не чай, а вода.

ДОМИНИК: Я знаю, просто говорю, что от чая остаются пятна.

РОБЕР: Пятна от чая! Да плевать на пятна от чая, раз это вода! От вина тоже пятна, на них тоже плевать!

БРИЖИТТА: Так это было вино?

РОБЕР: Нет! (уходит)

БРИЖИТТА: Что ж вы мне сразу не сказали! Если это вино, то надо было посыпать солью. Чтобы вывести винное пятно, надо как минимум три-четыре кило соли!

СОФИЯ: (косится на Жюльена) Если бы все можно было вывести солью…

КЛАРА: Ничего, все нормально, все даже очень хорошо. Мы нашли ритм, колорит, уже что-то чувствуется. Помните, что это комедия! Это бульварный театр! А если это бульварный театр — то это… Деревья, фонари, узкие боковые улочки, магазинчики, покупатели… Особенно это важно в начале, а к концу само пойдет! Понятно, о чем я?

ЖЮЛЬЕН: Не очень…

КЛАРА: Отлично, тогда продолжим! Повторяем сцену с чаем, дети мои.

НАНАР: (за сценой) Клара, в этот раз я ставлю шум дождя.

КЛАРА: Спасибо, Нанар.

ДОМИНИК: Клара, как я в этой сцене?

КЛАРА: Все прекрасно, дорогуша, все прекрасно!

ДОМИНИК: Ты мне скажи, если что-то не так..

КЛАРА: Главное, ничего не меняй! (Доминик уходит, забрав поднос) Брижитта, ради бога!

Брижитта, ворча, выходит

Входит Ришар

РИШАР: Клара, это сейчас мой выход?

КЛАРА: Нет, Ришар, не сейчас.

РИШАР: Ладно!

Ришар уходит.

СОФИЯ (мадам Девиньяк): Виктор!

Входит Доминик.

ДОМИНИК (Виктор): Да, мадам.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Приготовьте нам чаю, Виктор.

ДОМИНИК (Виктор): Чай с мятой или с лимоном?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): С лимоном, Виктор, вы же знаете, что я питаю отвращение к мяте!

А вам?

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) Мне тоже с лимоном.

ДОМИНИК (Виктор): Хорошо, мадам.

Доминик уходит.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах! Чай мне напоминает об Индии, я привез из путешествия разнообразные сорта чая!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Мой муж как раз отправился в Нью-Дели на две недели, я просила его привезти мне чаёв. Надеюсь, что он не забудет.

Натянуто смеются.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) (фальшиво смеется. Встает, выходит к авансцене, говорит в зал) Нет лучше известий, чем о муже в отъезде! Отлично, Дюжарден! Сработает твой пан и ты набьешь карман! Смелее, план или пропан! (Софии) Какой чудесный суаре был у Дюфуров, вы были ослепительны. В ваших роскошные украшения в этот вечер вы были элегантнее всех!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): O! Я надела не самые красивые, самые красивые стоят целое состояние.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Надеюсь, они хранятся в надежном месте!?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Да! Но вам я могу сказать.

София и Жюльен смотрят сначала вправо, потом влево.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Мой муж предпочитает хранить их дома. Здесь в сто раз безопаснее, чем в банке.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (Софии) Невероятно! Я не думал, что мне так повезет! (встает, произносит в зал) Ах, Мари-Аньес, мое сердце выскакивает из груди, я не могу противиться желанию…

СОФИЯ: С ума сойти, он опять!..

ЖЮЛЬЕН: А что такое?

КЛАРА: Надо наоборот, малыш Жужу! Если ты говоришь свое апарте Софии, то зрители ничего не поймут!

ЖЮЛЬЕН: Ах да, я ошибся.

КЛАРА: Начинаем снова.

ЖЮЛЬЕН: (Софии) Извиняюсь.

СОФИЯ: (поправляя его) Извините!

ЖЮЛЬЕН: Да нет, это я извиняюсь.

КЛАРА: И еще, Жюльен, я бы хотела, чтобы твои выходы к авансцене для апарте были чуть легче… На визуальном уровне. Больше изящества, гибкости… Будто первый полет бабочки!.. Понимаешь?

ЖЮЛЬЕН: Да…

КЛАРА: Хорошо, продолжаем.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Мой муж как раз отправился в Нью-Дели на две недели, я просила его привезти мне чаёв. Надеюсь, что он не забудет.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) (жестами изображает бабочку) Нет лучше известий, чем муж в отъезде! Отлично, Дюжарден! Сработает твой пан и ты набьешь карман! Смелее, план или пропан!

Идет к стулу и садится.

КЛАРА: Жюльен!

СОФИЯ: (иронично) Может, он станцует на пуантах?

КЛАРА Нет, это как раз хорошо… А вот что надо изменить… Обрати внимание на дикцию. Не «пан сработает», а «план сработает». Не «план или пропан», а «пан или пропал»!

ЖЮЛЬЕН: Ах, да!

КЛАРА: Повторяешь, потом продолжаем.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (так же изображает бабочку) Нет лучше известий, чем муж в отъезде! Отлично, Дюжарден! Сработает твой пан и ты набьешь карман! Смелее, план или пропан!

КЛАРА Нет, Жужу! План сработает! Пан или пропал!

ЖЮЛЬЕН: Ах, да, пардон… Нет лучше известий, чем муж в отъезде! Отлично, Дюжарден! Сработает твой пан и ты набьешь карман! Смелее, план или пропан!

КЛАРА: Нет! (встает и подходит к нему)

ЖЮЛЬЕН: Нет лучше известий, чем муж в отъезде!

КЛАРА: Жюльен!!! Повторяй за мной! Мой план.

ЖЮЛЬЕН: Мой план.

КЛАРА: Сработает.

ЖЮЛЬЕН: Сработает.

КЛАРА: Смелее…

ЖЮЛЬЕН: Смелее…

КЛАРА: Пан или пропал.

ЖЮЛЬЕН: План или пропан.

У Клары нет слов.

СОФИЯ: Ну ты идиот, или притворяешься?

Доминик входит посмотреть, что происходит

ЖЮЛЬЕН: Клянусь, я не специально!

КЛАРА: Так, прошу вас!

ЖЮЛЬЕН Может быть, изменим реплику?

КЛАРА: Даже не думай, что скажет автор!

ЖЮЛЬЕН: Я мог бы произносить только начало. Вот это: «Нет лучше известий, чем муж в отъезде! … Отлично, Дюжарден! Сработает твой пан!..»

КЛАРА: Что сработает? Какой пан? Это бессмыслица!

ЖЮЛЬЕН: Тогда так: «И ты набьешь карман, как барабан!»

СОФИЯ: Как оригинально! Ты никогда не пробовал сочинять стихи?

ЖЮЛЬЕН: Нет!

СОФИЯ: А зря!

Клара возвращается к своему стулу

РОБЕР: (вмешиваясь в разговор из глубины сцены) Нанар, можешь мне дать немного света на ложи?

НАНАР: (из-за сцены) Даю.

КЛАРА: Во всяком случае, это мелочи, посмотрим потом. Напоминаю, дети мои, что премьера через два дня и что у нас еще полно работы! Теперь вперед!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах! Мари-Аньес, мое сердце выскакивает из груди!

Появляется Робер.

РОБЕР: Эй, Нанар, ничего нет!

НАНАР: Секундочку, уже даю.

РОБЕР: Уж постарайся. (уходит)

КЛАРА: Ну что, давай, Жужу!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах! Мари-Аньес, мое сердце выскакивает из груди!

РОБЕР: (снова появляясь) Нанар! Долго еще ждать?

НАНАР: Сейчас, немного перепутал.

РОБЕР: Сколько можно! Будто мне больше делать нечего …

Уходит

КЛАРА: (после паузы) Хорошо! Думаю, мы можем продолжить! Жюльен!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах! Мари-Аньес…

РОБЕР: (снова появляясь) Ты это только сегодня?..

КЛАРА: О нет, Робер!

РОБЕР: (удивленно) Что такое?

КЛАРА: Мы же репетируем, Робер!

РОБЕР: И что, я вам мешаю, что ли?

КЛАРА: Нет, ну что ты… Немного!

РОБЕР: (выходит с ворчанием) Какие все добрые! А как я буду работать, если не выставить свет?

КЛАРА: В самом деле, трудно работать, когда все время прерывают, …

Входит Ришар

РИШАР: Это я сейчас выхожу, Клара?

КЛАРА: Нет, Ришар, не сейчас!

РИШАР: Значит, не мой выход?

СОФИЯ: Тебе не мешает, что мы репетируем?

РИШАР: Мне нисколько, а тебе лишняя репетиция как раз не помешает.

СОФИЯ: Задолбал!

Брижитта пользуется паузой, чтобы снять мерку с Жюльена.

КЛАРА: Так! Тишина! Начинаем! Брижитта, ради бога!

Брижитта уходит с ворчанием.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах! Мари-Аньес, мое сердце выскакивает из груди! Я не могу…

Входит Доминик

ДОМИНИК (Виктор): Ваш чай, мадам Девиньяк.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Это ничего… Эта… как его… в глазу.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Оставьте, оставьте, Виктор, можете быть свободны.

ДОМИНИК (Виктор): Как скажете, мадам Девиньяк.

Уходит

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (жестами показывая, что наливает чай Жюльену) Что за ужасная погода, все время идет дождь.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Дождь? Где дождь? В самом деле?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Как? Вы разве не слышите?

Слышен очень громкий звук дождя. Жюльен не обращая внимания, продолжает говорить, но его слова заглушает шум. Доминик входит посмотреть, что происходит.

Клара встает и делает знак Нанару, который находится в глубине зрительного зала.

КЛАРА: Хватит! Нанар! Стоп!

Дождь прекращается

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Для счастливых нет плохой погоды…

КЛАРА и СОФИЯ: (Жюльену) Замолчи!

КЛАРА: Нанар, это что такое?

НАНАР: (из-за сцены) Ну… это дождь! А в чем проблема?

КЛАРА: Нет, все хорошо, все прекрасно визуализировано, но ты не мог бы поставить что-нибудь полегче, типа… Типа мелкой осенней мороси…

НАНАР: Ладно, мелкая осенняя морось.

КЛАРА: Да, именно! Во всяком случае, это мелочи, посмотрим потом! Ну что, продолжаем!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Для счастливых нет плохой погоды… Тебе всегда светит солнце. Ах! Мари-Аньес, не заставляйте меня страдать, я вас люблю!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Ах, молчите, негодник! Если нас услышат…

Она встает, Жюльен тоже.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Мое сердце пылает, и только ваша любовь может меня спасти.

Целует ее в щеку.

КЛАРА: Так, Жюльен, я тебе уже сколько раз говорила, в тексте указано точно: «Он заключает ее в объятия и дарит пылкий поцелуй». А ты чмокаешь ее по-дружески.

СОФИЯ: Может, я не вдохновляю месье на пылкий поцелуй?

ЖЮЛЬЕН: Нет, вовсе нет, но мы же на сцене, вот я и подумал, что целовать надо понарошку, не по-настоящему!

КЛАРА: Конечно, не по-настоящему, но это все равно должно быть правдиво. Правдиво, но не по-настоящему, понятно? Итак, еще раз! София, давай!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (холодно) Ах, молчите, негодник! Если нас услышат…

Жюльен колеблется.

КЛАРА: Давайте!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Мое сердце пылает… Только ваша любовь может меня спасти.

Скромно целует ее в щеку.

СОФИЯ: Ну да, и тут все сразу поняли, что он от меня без ума!

Робер входит с проигрывателем, ставит его на подставку.

КЛАРА: Ты такой пылкий, Жюльен… Ты вообще знаешь, что это такое — необузданная страсть?

СОФИЯ: В крайнем случае, Клара, пусть он меня совсем не целует, так будет гораздо проще.

КЛАРА: Нет, поцелуй в этой сцене главное.

РОБЕР: Да, поцелуй — это ключевой момент в бульварном театре. Это я вам говорю!

ДОМИНИК: Робер прав, это важно.

СОФИЯ: Только это должно быть хорошо сыграно, а иначе…

РОБЕР: Жужу! Поцелуй ее так, как ты целуешь свою подружку!

ЖЮЛЬЕН: Да… но… она же не моя подружка…

РОБЕР: Вот представь, что ты со своей девушкой (заговорщицки) Лето, жара, вы едете в открытом лимузине, она блондинка, ее волосы развеваются в горячем ночном воздухе… Ты тормозишь на берегу озера, и там ее целуешь, нежно, но страстно …

ЖЮЛЬЕН: Да… Но у меня даже прав нет…

РОБЕР: София права, убирайте поцелуй.

Уходит

КЛАРА: Нет, может, у него получится.

ДОМИНИК: У меня с поцелуями на сцене тоже было поначалу не очень, меня будто паралич разбивал, сразу зажим. Один раз я должен был целоваться с партнершей, — ну просто отпад, настоящая модель, не то что ты, София. Я на нее так запал, что не мог произнести ни слова. (Жюльену) И знаешь, как я снял зажим? Представил ее в туалете, на очке. Очень радикальный способ! После этого она мне была до лампочки. Так что у каждого свои приемчики.

Жюльен осторожно поворачивается к Софии.

СОФИЯ: (сухо, Доминику) А ну-ка заткнись! Держи рот на замке, когда в следующий раз придет в голову что-то вякнуть, понял?

ДОМИНИК: Да я просто помочь хотел!

КЛАРА: Ладно, во всяком случае, это мелочи, решим позже. А сейчас я вам предлагаю на этом остановиться, сделаем паузу. Начнем снова через пять минут. Хорошо?

Входит Брижитта с галстуком-бабочкой для Жюльена.

ДОМИНИК: Ну как, у меня все нормально, Клара?

КЛАРА: Все прекрасно, дорогуша.

ДОМИНИК: А тебе не кажется, что в начале я мог бы немного акцентировать свою властность… Мне кажется, что…

КЛАРА: Нет! Главное, ничего не меняй, и так все очень хорошо.

ДОМИНИК: Ладно

Уходит

СОФИЯ: (Кларе) Когда я смогу порепетировать в парике?

БРИЖИТТА: В парике? У тебя что, есть парик?

СОФИЯ: Да! Клара? У меня же есть парик?

КЛАРА: Разве? Это совсем не очевидно!

СОФИЯ: Но в пьесе же говорится, что я ношу парик?!

КЛАРА: Ах да! Конечно!

БРИЖИТТА: У меня отмечена шляпка, а вовсе не парик.

СОФИЯ: К счастью, сейчас я тебе об этом говорю!

БРИЖИТТА: (помечает в блокноте) И один парик! Ты хочешь носить шляпку поверх парика?

СОФИЯ: А что? Ты рассчитываешь, что я надену парик поверх шляпки?

БРИЖИТТА: Нет, я просто спрашиваю. Парик плюс шляпка?

СОФИЯ: Нет, только парик!

БРИЖИТТА: Записала.

СОФИЯ: Премного благодарна!

София уходит. Робер возвращается, что-то ищет.

КЛАРА: А, Робер! Ты не мог бы мне поставить свет для этой парочки?

РОБЕР: Сейчас! (уходит)

КЛАРА: Мерси!

БРИЖИТТА: (Жюльену) Какой у тебя размер ноги?

ЖЮЛЬЕН: 39–42.

БРИЖИТТА: Так 39 или 42?

ЖЮЛЬЕН: Мммм… И тот и другой!

БРИЖИТТА: Хочешь сказать, что у тебя одна нога 39, а другая 42?

ЖЮЛЬЕН: Не знаю, когда я покупаю носки, на них написано 39–42.

БРИЖИТТА: Нет, с носками все по-другому. Я спрашиваю про обувь.

ЖЮЛЬЕН: А, обувь! 44!

БРИЖИТТА: 44! (записывает) Клара! Какой костюм ты ему хочешь?

КЛАРА: Не знаю… Что-нибудь очень простое, и в то же время изысканное, слегка романтичное, ну ты понимаешь! Классика, но романтичная.

БРИЖИТТА: Романтичная! Записано. (уходит)

КЛАРА: Лучше всего, мой маленький Жюльен, что твой Дюжардена начинает вырисовываться, проглядывает комизм… Продолжай в том же духе! Маленький совет: приделай своей змее ноги!

Жюльен не понимает.

КЛАРА: В том ритме, в котором тебе удобно, естественно, без всякой спешки.

ЖЮЛЬЕН: Пожалуй, я начну с задних ног…

КЛАРА: Самое главное — это двусмысленность твоего персонажа! Анри Дюжарден не только любовник мадам Девиньяк, прежде всего он джентльмен-грабитель.

ЖЮЛЬЕН: Ну конечно!

КЛАРА: И поэтому он хочет похитить у нее… что?

ЖЮЛЬЕН: Похитить у нее… у нее …

КЛАРА: Дра…

ЖЮЛБЕН: Дра…

КЛАРА: (будто об очевидной вещи) Драгоценности!

ЖЮЛЬЕН: Ах вот что, так это он?!

Входит Ришар

РИШАР: Клара, сейчас мой выход?

КЛАРА: Да, Ришар, сделаем маленькую паузу, а потом сразу же продолжим.

РИШАР: Отлично! Ну как, малыш Жужу, все нормально?

ЖЮЛЬЕН: Хорошо, спасибо!

Наливает себе стакан воды, потом предлагает его Ришару. Входит Брижитта.

БРИЖИТТА: Ришар, дай я сниму с тебя мерку!

РИШАР: Конечно, но не забудь ее потом снова надеть на меня!

Смеется в одиночестве над своей шуткой.

БРИЖИТТА: А ну-ка, повернись!

РИШАР: (Жюльену) Если тебе что-то нужно, совет-другой, еще что-нибудь, не стесняйся, я всегда помогу!

ЖЮЛЬЕН: Спасибо, вы очень добры.

РИШАР: Я знаю, что почем, я тоже начинал когда-то… Хотя я и тогда был очень талантлив, не мне критиковать тебя, я просто хочу поделиться с тобой опытом. (подходит к Жюльену)

БРИЖИТТА: (Ришару) Стой спокойно!

ЖЮЛЬЕН: У меня же главная роль, и естественно, что есть проблемы.

РИШАР: Естественно.

ЖЮЛЬЕН: Да, я ему об этом говорил.

РИШАР: Кому?

ЖЮЛЬЕН: Отцу, он же продюсер нашего спектакля.

БРИЖИТТА: Жюльен, пожалуйста!

Брижитта хочет измерить талию Ришара, она просит Жульена обернуть метром Ришара вокруг пояса. Жюльен заодно оборачивает метром и свою талию.

РИШАР: Ах, так ты…

ЖЮЛЬЕН: Да, вот так вот…

РИШАР: Главное, и самому получать удовольствие от игры, и заставлять зрителей смеяться.

БРИЖИТТА: Два метра двадцать! Это же сколько материала-то надо!

РИШАР: Придумывай гэги, это поможет. Например. Твой персонаж — джентльмен-грабитель, светский человек, из высших кругов. Во втором акте ты пьешь виски, так ведь?

ЖЮЛЬЕН: Да, только это яблочный сок.

РИШАР: Да, но в день премьеры в стакане будет настоящее виски.

ЖЮЛЬЕН: Да вы что!

РИШАР: И вот ты делаешь глоток, а потом выплевываешь виски, потому что ты не привык к нему! Таким образом создается контраст, противоречие — а это и есть гэг!

ЖЮЛЬЕН: Правда?!

РИШАР: Я тебе сейчас покажу.

Робер входит с каким-то предметом реквизита и смотрит на Ришара.

Значит, так. У тебя стакан виски в руке. Смотри! (берет стакан с водой и исполняет роль Жюльена) «Я не понимаю, почему ты не используешь такой удобный момент?» Видишь, светский лев, аристократ… (продолжая) «Очаровательная дама влюблена в тебя, виски сколько хочешь, и даже роскошный халат Луи-Филиппа на тебе». (Ришар делает глоток и выплевывает жидкость вправо от себя) Вот и гэг, понимаешь?

РОБЕР: Я что-то не очень понял!

РИШАР: Это нормально, это называется ситуационный комизм, это надо видеть в контексте, вместе с другими персонажами, тогда будет не так сложно.

ЖЮЛЬЕН: (Роберу) Не только ты не понимаешь… Я тоже не схватываю…

РИШАР: Ничего, Жюльен, сейчас ты нам это покажешь! (дает ему стакан) Давай!

ЖЮЛЬЕН: «Не понимаю, почему бы не использовать такой удобный момент?..»

РИШАР: Вот так, поиграй со своим персонажем…

ЖЮЛЬЕН: «Очаровательная дама влюблена в тебя, виски сколько хочешь, и даже роскошный халат Луи-Филиппа на тебе…» (Жюльен пьет и выплевывает воду вправо от себя, то есть прямо на Ришара)

РОБЕР: (смеясь) Вот теперь я понимаю! Супер, правда, Ришар? Надо это закрепить!

РИШАР: (мокрый и раздраженный) Да, очень смешно, сейчас умру от смеха! Ха-ха-ха!

ЖЮЛЬЕН: Я это по-другому сделаю, Ришар!

РИШАР: Нет, сойдет… В общем, ты понял, что я имел в виду! Контраст равен гэгу!

ЖЮЛЬЕН: Теперь понял!

Ришар садится на один из стульев к кофейному столику.

РИШАР: У тебя и с Софией так же, ты перед ней пасуешь! Давай, надави сильнее! Не бойся пережать, она не заробеет! Слышал, какой у нее английский акцент? Обхохочешься! Не понимаю, почему Клара ей еще ничего не сказала! «О боже мой, месье Дюжарден, спасибо! Я нигде не могла его найти! Это конечно, безделушка, но мне он дорог как память о моей бабушке Леа!» (смеется) Что там дальше?

Входят София и Доминик, Ришар их не видит.

ЖЮЛЬЕН: (смущенно) Э… Не знаю…

РИШАР: Да ну, она же из кожи вон лезет, так старается…

СОФИЯ: «Она меня воспитывала до двадцати лет…»

РИШАР: Ну да, точно! «Она…» (понимает внезапно, что это София и резко вскакивает) А, это вы? Закончился перерыв? Ладно, тогда начнем… (напряженное молчание) Мы тут порепетировали немного…

СОФИЯ: Продолжайте! Не обращайте на нас внимания.

РИШАР: Да-да, но мы уже закончили… Так ведь, Жюльен, закончили ведь?

ЖЮЛЬЕН: Не знаю, я там не был!

РИШАР: Да, мы закончили.

СОФИЯ: Можно глянуть, что вы тут нарепетировали?

РИШАР: У Жюльена была одна проблемка…

Входит Клара, за ней Робер, который несет что-то из реквизита.

КЛАРА: Ну что, дети мои? Все готовы? Можно продолжать?

ВСЕ: Да, да…

Уходят

ЖЮЛЬЕН: (Ришару, уходя) Больше не репетируем, Ришар?

КЛАРА: Робер, ты помнишь про свет?

РОБЕР: Ах да, свет! Нанар, давай поставим свет!

НАНАР: (из-за сцены) Окей!

РОБЕР: Так, немного бледновато, не хватает теплоты… Э… добавь красного… И зеленого! Да, уже не так ужасно… Убери зеленый… Э… чуть больше красного… Стоп! Класс, Нанар! Больше ничего не трогай! Клара, так пойдет?

КЛАРА: Да, хорошо… Молодец, Робер, молоток! (входят остальные артисты) Так, деточки, все по местам, времени! Начнем еще раз с начала второго акта, готовы?

ВСЕ: Да!

София и Жюльен выходят. Доминик забирает с кофейного столика поднос и уносит за кулисы

РИШАР: (Доминику) Ты будешь репетировать в костюме?

ДОМИНИК: Да, чтобы лучше вжиться в образ.

РОБЕР: Пусть тогда и спит в нем!

Со смехом Ришар и Робер уходят.

ДОМИНИК: Идиоты!

РОБЕР: (возвращается к Доминику) Что ты сказал?

ДОМИНИК: Ничего, я сказал… пора за работу!..

Брижитта помогает Жюльену надеть халат

КЛАРА: Да, Брижитта, не забывай помогать Жюльену переодеваться.

БРИЖИТТА: А я что делаю, груши околачиваю, что ли? (выходит)

КЛАРА: Так! Дети мои, начали!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Все еще ничего. Даже крошечной побрякушки! Правда, я ищу только два дня и при этом прячусь от прислуги и от Мари-Аньес… Так что терпение, Дюжарден, терпение… (Появляется Ришар, делающий знак продолжать) Не понимаю, почему ты не используешь такой удобный момент? Очаровательная дама влюблена, виски сколько хочешь, и даже домашний халат Луи-Филиппа на тебе! (делает глоток виски и выплевывает).

КЛАРА: Что это ты сейчас сделал, малыш Жужу?

ЖЮЛЬЕН: Это гэг!

КЛАРА: Гэг? Это не пойдет, совсем не к месту!

ЖЮЛЬЕН: Это не я, это Ришар! (поворачивается к Ришару, который тут же исчезает) Ришар, объясни… (Кларе) Это для контраста с характером моего персонажа!

КЛАРА: Вот именно, это противоречит характеру твоего персонажа, а в бульварной комедии противоречие никогда не рождает комической ситуации.

ЖЮЛЬЕН: Да, но Ришар…

КЛАРА: Продолжаем.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Значит… Виски сколько хочешь и даже роскошный халат Луи-Филиппа на тебе! (Жюльен пьет) Мммм! (Кларе) Да, так лучше!

Напевая, направляется к проигрывателю. Достает из конверта пластинку, ставит на проигрыватель. Как только он кладет руку на пластинку, гаснет свет.

КЛАРА: (в темноте) Что случилось? Что-то с пультом, Нанар?

НАНАР: Э… Не знаю!

КЛАРА: Надо срочно дать свет, иначе…

НАНАР: Айн момент, посмотрю, что можно сделать.

ЖЮЛЬЕН: Что, света больше не будет?

Зажигается свет

КЛАРА: Вот! Давай, Жюльен, не теряй времени, начинай!

ЖЮЛЬЕН: Повторить с начала?

КЛАРА: Нет, с виски.

ЖЮЛЬЕН: Хорошо! Виски сколько хочешь, и даже домашний халат Луи-Филиппа на тебе. (Жюльен пьет из стакана) Мммм! (Кларе) Да, так правда лучше! (все так же напевая, направляется к проигрывателю. Берет в руки конверт от пластинки и к большому своему удивлению обнаруживает, что он пуст.) А, вот он! (кладет руку на пластинку в проигрывателе короткое замыкание, сноп искр, свет снова гаснет)

КЛАРА: Ну что такое, Нанар! Что там опять?

Свет зажигается. Жюльен сидит на полу, он в шоке, парализован, его ударило током.

КЛАРА: Жюльен! Жюльен! Ришар! Робер! Быстрее сюда! (все бросаются к Жюльену. Общий гомон) Как ты, Жужу, малыш?..

РОБЕР: Что тут у вас?

КЛАРА: С Жюльеном плохо.

Ришар и Робер поднимают его. Тело Жюльена согнуто под прямым углом. В таком положении его садят на стул.

РИШАР: Эй, Жужу, малыш, что с тобой? Приди в себя, старина!

ДОМИНИК: Жужу, это я, Доминик!

СОФИЯ: Вдобавок ко всему он сломал проигрыватель!

РОБЕР: Вот черт, проигрыватель!

Все, кроме Доминика и Жюльена, подходят к проигрывателю.

ДОМИНИК: Ты нас слышишь? Скажи хоть что-нибудь, Жужу! (с силой хлопает его по руке)

ЖЮЛЬЕН: Ты мне делаешь больно…

РОБЕР: Малыша Жужу слегка коротнуло!

СОФИЯ: Если бы это его встряхнуло!

БРИЖИТТА: (снимает мерку с Жюльена) Надеюсь, он от этого не стал короче…

КЛАРА: В чем там дело?

РОБЕР: А я-то откуда знаю! Сунул пальцы внутрь… Но проигрыватель работает!

КЛАРА: Робер, молодец! Прекрасно! Итак, деточки, все по местам, не будем терять ни минуты!

ДОМИНИК: (Роберу, выходя) А ты разбираешься в проигрывателях?

РОБЕР: Так, немного…

ДОМИНИК: У меня проблемы со стиральной машиной… Она сначала отжимает, потом стирает. Как думаешь, починить можно?

КЛАРА: Итак… (читает текст Жюльена) «И даже роскошный халат Луи-Филиппа на тебе». Отлично! Ты заканчиваешь свою реплику, малыш Жужу, и берешь пластинку.

ЖЮЛЬЕН: (еще не отойдя от потрясения) Что?..

КЛАРА: Заканчиваешь реплику и берешь пластинку.

ЖЮЛЬЕН: (испуганно) А током больше бить не будет?

КЛАРА: Обещаю, уже все в порядке, Жюльен!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (дрожащим голосом) И я… Э… И я не понимаю, почему ты не используешь такой удобный момент? Очаровательная дама влюблена, виски сколько хочешь, и даже роскошный халат Луи-Филиппа на тебе… (Пьет, давясь, через силу, из стакана, и вместо того, чтобы подойти к проигрывателю, собирается совсем уйти).

КЛАРА: Жюльен! Не туда! Сюда…

ЖЮЛЬЕН: Я хотел пройтись… (осторожно направляется к проигрывателю, его корежит от страха. Кладет руку на пластинку. Звучит музыка)

Входит София.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Анри, вы сошли с ума, выключите музыку!.. (выключает проигрыватель) Прислуга может нас услышать…

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Я думал, что Виктор ушел за покупками…

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Он может вернуться с минуты на минуту. Анри, будьте благоразумны! Если будете хорошо себя вести, то вечером вас будет ждать сюрприз.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Я всегда благоразумен!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Не всегда, негодник! Я оставляю вас, приведу себя в порядок, а потом — я ваша!

Принимает соблазнительную позу и выходит.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Я весь в вашем распоряжении, моя прекрасная Мари-Аньес… (апарте) Итак, возобновим наши поиски! Куда Девиньяки могут спрятать драгоценности? Они люди недалекие, но подозрительные и хитрые. Картина! Да, как я недогадлив, конечно же, картина!

Берет стул, ставит к стене и заглядывает под постер.

Нет, под картиной ничего нет! Думаем, думаем… Если они не настолько глупы, то обратятся к столяру… Столяру или мебельщику… Мебель с двойным дном! Да, как я недогадлив, конечно же мебель с двойным дном! Может быть, шкаф? Слишком очевидно…

Полочка — слишком мала… Письменный стол! Тайник с двойным дном под бюро! О, как я недогадлив! (лезет под стол).

Входит Доминик.

ДОМИНИК (Виктор): Ах, это вы, месье Девиньяк! Здравствуйте, месье! Вы вернулись так рано, что-то случилось? Я ожидал вас только через пять дней. Надеюсь, дела ваши идут хорошо? Но что вы делаете под письменным столом? Клара!

КЛАРА: Что такое?

ДОМИНИК: Я бы хотел предложить другую интерпретацию… Мне кажется, она лучше подходит моему персонажу.

КЛАРА: Ну…

ДОМИНИК: Займет две секунды!

КЛАРА: Ладно, давай.

ДОМИНИК: Жюльен, можешь повторить свою реплику? (уходит)

ЖЮЛЬЕН: Э… Как я недогадлив! (снова лезет под стол)

ДОМИНИК (Виктор): (пропевает свои слова на манер оперной арии, не видя озадаченных артистов, постепенно выходящих на сцену)

Ах, это вы, господин Девиньяк! Здравствуйте, месье! Вы вернулись так рано, что-то случилось? Я вас ожидал только через пять дней. Надеюсь, дела ваши идут хорошо? Что вы делаете под письменным столом? Вы что-то ищете? О! У вас почечные колики?

(прерывается, видит остальных) Что-то не так?

ЖЮЛЬЕН: (Кларе) У нас музыкальная комедия?

КЛАРА: Нет, просто Доминик… Это неплохо… правда неплохо… Но я сомневаюсь, надо ли нам идти по этому пути, понимаешь?

ДОМИНИК: Мы не можем прямо сейчас оценить это, надо смотреть в контексте, в декорациях, с реквизитом….

КЛАРА: С реквизитом? Пожалуй… Может быть, с веником было бы лучше!

СОФИЯ: С веником это бы сошло.

БРИЖИТТА: Еще и веник! И куда мы его ставим? (выходит, за ней Робер)

РИШАР: Может, лучше пылесос?

КЛАРА: Нет, пылесосов в ту эпоху еще не было, зрители нас не поймут!

РИШАР: Зато отвлекутся немного! (уходят со смехом)

ДОМИНИК: Черт знает что!

КЛАРА: Ладно, дети мои, будем серьезнее! Доминик, мы обсудим твою мизансцену чуть позже. Над ней надо подумать, а сейчас продолжаем, у нас полно работы! (Обиженный Доминик уходит)

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ну и дал я маху, еще немного, и попался бы! И тогда адье, прощайте, драгоценности! Будь осторожней, Дюжарден, будь внимательней!

Входит София

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Анри, что происходит, вы с кем разговариваете?

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): И да и нет! Мари-Аньес, позвольте объяснить! Я спокойно сидел под бюро и искал драгоценности…

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Драгоценности?

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): То есть нет… Мои очки, они упали под стол… И вдруг вошел Виктор.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Боже мой, Анри, мы пропали!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Постойте! Этот идиот принял меня за вашего мужа!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): О нет!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Из-за халата… И он решил, что у меня почечные колики…

ДОМИНИК: (из за сцены) Чай с мятой, господин Девиньяк.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк) и ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах!

София бросается к шкафу, Жюльен — сначала к письменному столу, потом к шкафу, потом снова к столу. Входит Доминик.

КЛАРА: Что такое, Жужу?

СОФИЯ: Ничего, это он импровизирует!

Входит Ришар.

ЖЮЛЬЕН: Нет, просто я уже не знаю, куда прятаться.

ДОМИНИК: В шкаф. Я возвращаюсь, а ты прячешься в шкаф.

ЖЮЛЬЕН: Ах да, точно…

СОФИЯ: Может быть, тебе указатели сделать?

ЖЮЛЬЕН: Знаете, это так неудобно — сидеть в шкафу.

РИШАР: А он хочет, чтобы шкаф был со всеми удобствами! (один смеется над своей шуткой. Пауза) Точно, это не легко!

КЛАРА: Так, продолжаем!

РИШАР: Если позволишь, Клара, у меня есть одна идейка гэга со шкафом.

КЛАРА: Говори!

СОФИЯ: Будет смешно, я уже чувствую, что животики надорвем!

РИШАР: Ну значит, так. Двери шкафа…

ЖЮЛЬЕН: (смеется) Удобства в шкафу…

РИШАР: Короче. Двери шкафа заклинивает. (Он сильно дергает за дверцы) Жюльен пытается их открыть, стучит сбоку …

Входит Робер, чтобы заменить один из стульев у кофейного столика для 2 акта.

РОБЕР: Эй, полегче со шкафом, это тебе не игрушка!

РИШАР: Все нормально…

РОБЕР: Говорю тебе, хватит!

Пауза. Робер не шевелится

РИШАР: Благодарствую! Значит, дверцы шкафа заклинивает. (едва касается шкафа) Жюльен пытается их открыть, стучит сбоку… (Робер уходит со стулом) Но ничего не выходит. Он хочет спрятаться, залезает на шкаф… Залезает, и проваливается внутрь. Вуаля!

КЛАРА: (озадаченно) Да, неплохо…

СОФИЯ: Что мне нравится в Ришаре, так это его изысканное остроумие!

РИШАР: Плохая идея лучше, чем никакая!

СОФИЯ: Ума палата, да и та горбата!

РИШАР: У паршивой овцы язык без костей!

СОФИЯ: Дурак дурака хвалит издалека!

РИШАР: Плюнешь в колодец, вылетит не поймаешь!

КЛАРА: Стоп! Давай решим это позже, Ришар. Надо все обдумать. А сейчас продолжаем!

РОБЕР: (снова входит со стулом для второго акта) Знаешь, Клара, неплохо было бы вот так: Жюльен второпях вталкивает Софию в шкаф вместо себя… Это я тебе говорю! (выходит со вторым стулом)

КЛАРА: Да, интересно! Можно сделать еще лучше: вы оба прячетесь, а когда Виктор входит, ты, София, вылезаешь из шкафа, вся такая смущенная.

ДОМИНИК: А что, мне нравится!

СОФИЯ: Мне тоже, но до некоторых доходит, как до верблюда!

ЖЮЛЬЕН: Нет-нет, уже дошло.

СОФИЯ: Вот это-то меня и беспокоит.

КЛАРА: Ладно, деточки, попробуем! Жюльен, ты повторяешь реплику. (Доминику) А ты подхватываешь.

Ришар выходит

ДОМИНИК: Клара, а у меня все в нормально?

КЛАРА: Превосходно, дорогуша! (Доминик уходит)

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Подождите… Этот идиот принял меня за вашего мужа.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): О нет!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Из-за халата, а еще он подумал что у меня почечные колики…

ДОМИНИК (Виктор): (из-за сцены) Ваш чай с мятой, господин Девиньяк!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) и СОФИЯ (госпожа Девиньяк): О!!!

Жюльен и София влезают в шкаф. Жюльен закрывает дверцу, София кричит.

СОФИЯ: Ааааа! (все вбегают, толкаясь. София выбирается из шкафа) Козел, ублюдок!

КЛАРА: Что такое?

СОФИЯ: Этот кретин прищемил мне пальцы!

Доминик, Клара и Робер бросаются к Софии.

КЛАРА: Дай гляну!

РОБЕР: (Жюльену) Надо быть осторожней!

ЖЮЛЬЕН: Это не я!

ДОМИНИК: Наверно, очень больно…

СОФИЯ: (снова воет от боли) Ой-ой-ой…

ЖЮЛЬЕН: Я не нарочно!

СОФИЯ: Все что он может сказать — я не нарочно! Клара, я не смогу играть на фортепьяно!

РИШАР: Наконец-то хорошая новость!

СОФИЯ: Пошел ты!

КЛАРА: Руку под холодную воду, станет легче! Робер, будь добр, проводи ее. Так, давайте, дети мои, все по местам, иначе мы никогда не закончим! (возвращается к своему стулу)

РИШАР: (Жюльену) Я офигел от этого твоего гэга с дверью и пальцами! Браво, коллега!

ЖЮЛЬЕН: Да это не гэг…

КЛАРА: Так, переходим прямо к появлению мужа.

Жюльен и Доминик выходят

РИШАР: Теперь мой выход, Клара?

КЛАРА: Да, Ришар, начинай.

РИШАР: Так, значит, сейчас я вхожу?

КЛАРА: Да, Ришар!

РИШАР: Значит, вхожу?

КЛАРА: Да!

РИШАР: Хорошо, вхожу! (выходит. Из за сцены) Можно хоть немного помолчать?! Спасибо! Так, я иду. (пауза, потом он появляется) Что я здесь говорю? В точности?

КЛАРА: Э… Ты говоришь: «Виктор, Виктор! Дома никого нет!»

РИШАР: Да-да, точно… (Выходит. Пауза. Возвращается) «Виктор, Виктор! Дома никого нет!» Эээ…

КЛАРА: (шепчет ему) Я так устал…

РИШАР: Я так устал… Это путешествие меня измотало…

КЛАРА: Я не рассчитывал, что вернусь…

РИШАР: Я не рассчитывал, что вернусь так рано, но…

КЛАРА: Мои дела не столь хороши, как хотелось бы… Виктор, Виктор! Решительно, ни одной живой души в этом доме!

РИШАР: В доме! Точно!

КЛАРА: Тебе надо будет еще раз посмотреть свой текст, Ришар, а то ты что-то…

РИШАР: Знаю, Клара, знаю!

КЛАРА: Да уж… Хорошо, теперь переходим прямо к сцене с серьгами. Ты ее знаешь?

РИШАР: Конечно.

КЛАРА: Отлично!

ДОМИНИК: (входит) А моя сцена?

КЛАРА: Потом, Доминик, потом.

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): (Доминику) Будь любезен… Мы же работаем… Спасибо. (Доминик выходит) Но где же Мари-Аньес?.. Ах! (достает из кармана футляр, открывает) Эти серьги… Традиционное украшение… Их изготовил специально для меня один индийский ювелир. Надеюсь, жене они понравятся. (делает широкий жест, серьги падают под бюро) О, черт побери! Куда они закатились? (встает на четвереньки, ищет их под столом).

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (входит) Анри, что вы там делаете? Можете встать, мы одни, я вам уже говорила… (Ришар поднимается) (в сторону) О боже! Мой муж! (падает на стул).

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Здравствуй, моя дорогая!

КЛАРА: Прости, прерву… София, все хорошо, ты очень точно нашла свою линию, но не надо на этой реплике вот так падать на стул.

СОФИЯ: А как?

Входит Жюльен

КЛАРА: Это же ключевая фраза всей пьесы: «О боже, это мой муж!» Это «быть или не быть» бульварной комедии! Настоящий, искушенный зритель это знает! Надо удивить его, надо как бы подмигнуть ему… Подмигнуть, но обеими глазами! Понимаешь? Давай, попробуй!

В этой мизансцене Ришар каждый раз с трудом залезает под стол, а Жюльен выходит.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Анри, что вы там делаете? Вы можете встать, мы одни, я вам уже говорила… О боже! Мой муж! (подмигивает)

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Здравствуй, моя дорогая!

Жюльен входит

КЛАРА: Да, так уже лучше… Намного лучше. Но я думаю, что ты можешь еще усилить! Отпусти себя, ничего не бойся, я с тобой! Скажи про себя: «Флуоресценция!» Понимаешь? Это должно помочь.

СОФИЯ: (с сомнением) Не знаю…

КЛАРА: Давай!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Анри, что вы делаете там? Вы можете встать, никого больше нет (замечает Жюльена) Он мне мешает!

КЛАРА Жюльен, прошу тебя! (Жюльен выходит, наталкиваясь на мебель)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк) Никого больше нет, вы можете встать, я вам уже говорила… О боже! Мой муж! (произносит до крайности трагически).

КЛАРА: (очень жизнерадостно) Прекрасно, отлично, ты поймала интонацию! Чувствуешь разницу?

СОФИЯ: Ну… Да.

КЛАРА: Разница — как день и ночь! Помни, это должно быть видно с самой галерки.

РОБЕР: (входит чтобы поменять стулья у письменного стола) О! Вы мне опять хотите устроить здесь бардак?

КЛАРА: Нет, Робер, не волнуйся.

РОБЕР: Я говорю — хватит!

КЛАРА: Ты так любезен, Робер!

РОБЕР: (выходя с репетиционным стулом) Хватит уже этого бардака, куда дальше-то!

КЛАРА: (Софии) Поняла? Продолжаем, и сразу подхватываем!

РИШАР: Прости, Клара, мы не можем перейти сразу к следующей сцене? Радикулит всю неделю… И мне трудновато…

КЛАРА: Конечно, Ришар, конечно…

РИШАР: Ты меня спасла! (идет и садится на стул возле кофейного столика)

КЛАРА: Итак, подхватываем!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (в сторону) Мне нужно найти Анри и предлог услать моего мужа из комнаты. (Подходит к Ришару) Во время вашего отсутствия, друг мой, в оранжерее я высадила герань, цветы просто чудесны. Я бы хотела, чтобы вы ее увидели, друг мой.

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Спешу, спешу, дорогая моя, но сначала позову Виктора, попрошу его найти серьги (звонит в колокольчик) Виктор…

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Оставьте, оставьте, друг мой, я займусь этим!

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Благодарю вас. Я ненадолго, моя дорогая

Уходит. Входит Жюльен, одетый в тогу

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Ах, Анри, боже мой, ты вовремя! (удивлена одеянием Жюльена)

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Что происходит? Мари-Аньес, я слышал мужской голос?

КЛАРА: (сбитая с толку) Секундочку! Жюльен, что это на тебе?

ЖЮЛЬЕН: Не знаю, Брижитта сказала мне это надеть.

КЛАРА: Это уже ни в какие ворота! (зовет) Брижитта!

БРИЖИТТА: (из-за сцены) Ау! (входит) Ну что такое?

Входят одновременно Ришар и Доминик

КЛАРА: (показывает на Жюльена) Это что такое?

БРИЖИТТА: То, что ты просила. Стиль классический, романо-античный. Не хватает сандалий, а все остальное в комплекте.

КЛАРА: О да, то есть о нет! Ты не поняла, я говорила «романтичный», а не «романо-античный»! Ро-ман-тич-ный, то есть чувственный, мечтательный…

БРИЖИТТА: А, вон оно что! Если сами не могут объяснить понятно, откуда ж мне догадаться?

КЛАРА: (призывая остальных в свидетели) Это я, оказывается, виновата, должна была уточнить.

СОФИЯ: Да! Античные римляне в конце 19 века, это вытекает из текста пьесы.

БРИЖИТТА: Точно, просто надо уточнять, вот и все! (Жюльену) Пойдем!

КЛАРА: Нет, переоденешься потом, малыш Жужу, это не важно, через секунду продолжаем.

БРИЖИТТА: (Выходит, ворча) Надо было говорить по-человечьи…

РИШАР: (Доминику) Интересно, что бы она предложила для костюма херувима?! (уходят, смеясь)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Ах, боже мой, Анри! Наконец-то!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Что случилось, Мари-Аньес, я слышал мужской голос!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Катастрофа! Муж вернулся из путешествия!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Как?! Это невозможно!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Возможно! Надо, чтобы вы срочно покинули этот дом, бегите или я пропала!

ДОМИНИК (Виктор): (из-за сцены) Прошу прощения…

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) и СОФИЯ (мадам Девиньяк): А-а-а!!! (Жюльен залезает в шкаф, а София бросается к письменному столу)

ДОМИНИК (Виктор): (входит) Я не мог прийти сразу же, у меня ужин на плите. (прерывается) Что мы делаем сейчас?

СОФИЯ: Он меня утомил, Клара! Утомил!

КЛАРА: Ну что еще тут у вас?

Входит Ришар

СОФИЯ: Этот Спартак не знает мизансцену!

ДОМИНИК: В этот раз он прячется под письменный стол!

КЛАРА: Ну да, конечно! Жужу! (пауза) Жюльен!

СОФИЯ: Он, оказывается, не только тупой, но и глухой!

Ришар стучит в двери шкафа

ЖЮЛЬЕН: Войдите!

(Ришар открывает дверцу шкафа и обнаруживает удивленного Жюльена. Жульен хочет сострить) Аве, Цезарь! Приветствую тебя!

КЛАРА: Ты снова ошибся, малыш Жужу!

ЖЮЛЬЕН: Правда?

КЛАРА: Под шкафом ты прячешься во второй раз, а сначала — в письменном столе!

ЖЮЛЬЕН: Ох, прошу прощения! (до него доходит, что только что сказала Клара) Разве? (озадаченно заглядывает под шкаф, потом вылезает из него)

КЛАРА: Неважно, потом изменим, сейчас продолжаем!

РИШАР: Если позволишь, Клара… Хочу предложить идею гэга с письменным столом.

КЛАРА: Да, Ришар!

Жюльен и Доминик возвращаются

СОФИЯ: Послушай, Клара, я не могу репетировать в таких условиях! Невозможно сконцентрироваться! Один поет козлетоном, другой все время встревает со своими дурацкими идеями! Клара, я не могу собраться!

РИШАР: Мои дурацкие идеи, как ты их удачно назвала, помогают улучшить твою бездарную игру!

КЛАРА: Так, ради бога, дети мои!

СОФИЯ: Говори, что хочешь, старый клоун! Тебя не зовут даже в массовку, ты отвратителен, как боров!

РИШАР: Вот видишь, Жюльен, все, что ты мне рассказывал про Софию, все оказалось правдой!

ЖЮЛЬЕН: (не в силах ничего сказать) Я???

СОФИЯ: (медленно поворачивается к Жюльену) Этот тупица сплетничает у меня за спиной?

ЖЮЛЬЕН: О нет, меня там даже не было, когда я это говорил!

СОФИЯ: Ах ты маленький говнюк!

КЛАРА: Дети мои, мы отклонились.

ДОМИНИК: Кроме того, теряем время.

СОФИЯ: А ты, пойми же ты, наконец, что слуга — это не главная роль! Тогда мы и сэкономим время!

ДОМИНИК: Может, это и не главная роль, но все же важная! Правда, Клара? (общий гомон)

КЛАРА: Тише, прошу вас! Тишина! (все замолкают)

Это понятно, что мы все перед премьерой нервничаем, я сама уже не могу спать!

ЖЮЛЬЕН: А я ничего, я могу.

КЛАРА: Мы можем стать крепкой труппой, первоклассной командой, у нас хорошая пьеса, волшебный театр.

ЖЮЛЬЕН: (думая всех рассмешить) Прекрасные костюмы! (остальные мрачно смотрят на него. Входит Робер)

КЛАРА: Нас ждет настоящий успех, так давайте же не будем все портить из-за пустяков, ни к чему, не надо! Ну что, вперед, дети мои!

РОБЕР: Правильно! Тем более, что через десять минут я закрываю лавочку!

Робер уносит проигрыватель.

КЛАРА: Вот, видите? А я, я бы хотела, чтобы мы закончили все-таки репетицию. Все лишнее в сторону, и продолжаем. Хорошо?

ДОМИНИК и ЖЮЛЬЕН: Хорошо!

СОФИЯ: Ну, я вас предупреждаю, что на премьере каждый сам за себя.

Выходит

РИШАР: (Жюльену) Можно подумать, это что-то изменит!

выходит. Жюльен направляется к выходу

КЛАРА: Жюльен! Жужу, иди сюда, малыш Жюльен, сюда, сюда… Давай, начни с того момента, когда ты находишь в шкафу драгоценности. Хорошо?

ЖЮЛЬЕН: Да, но я ничего не говорю в этот момент.

КЛАРА: Это не важно!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (берет сумку с драгоценностями в шкафу) Эврика! Они в шкафу! Драгоценности были в шкафу! Ах! Браво, Дюжарден, ты — король джентльменов-грабителей! Теперь подумай о том, как улизнуть, да побыстрее!

ДОМИНИК (Виктор): (входит с пистолетом в руке) Не двигаться, руки вверх! Считаю до трех, отдавай драгоценности! Вор! Вы злоупотребили доверием госпожи. Я все знаю! Все видел! Вас застали на месте преступления!

КЛАРА: Доминик! В этом месте зрители должны понимать, что ты тоже — джентльмен-грабитель, а не слуга. Будь агрессивнее в этой сцене! Понял?

ДОМИНИК: Да, Клара!

КЛАРА: Повторяем. Не двигаться, руки вверх! Считаю до трех, отдавай драгоценности! (кладет руку на плечо Жюльену, переигрывает, изображая решительность) Вор! Вы злоупотребили доверием мадам. Я все знаю! Все видел! Вас застали на месте преступления!

КЛАРА: Нет, Доминик, не пойдет! Не очень убедительно, дорогуша! Слишком комикуешь! (Робер, Ришар и София входят. Робер собирает со столика реквизит)

ДОМИНИК: Я думал, схватив его за плечо…

КЛАРА: Нет! Не хватает искренности!

ДОМИНИК: Честно говоря, не знаю…

РИШАР: Если не против, Клара, у меня есть одна идейка…

КЛАРА: Конечно, Ришар, конечно!

РИШАР: (Доминику) Будь добр, дай револьвер! Мерси! Все было очень хорошо, браво! Жюльен, давай! Не шевелись, ладно? Значит так, входит Виктор. (Становится позади Жюльена и сжимает ему горло предплечьем.) Не шевелись, считаю до трех, отдавай драгоценности! Видите? Он захватывает его внезапно, сзади, вот так. (делает тот же прием. Видно, что Жюльену это не нравится). Не шевелись, считаю до трех, отдавай драгоценности! Он может даже приставить револьвер к виску. Вот так!

ДОМИНИК: Не кажется, что так слишком грубо? Нет?

РИШАР: В самый раз!

КЛАРА: Меня это как-то не греет!

ЖЮЛЬЕН: Меня тоже, а давит сильно.

РОБЕР: А можно как делал Стивен Сигал в фильме «Берегись, убийца!» (берет Жюльена за воротник и сильно встряхивает несколько раз) Не шевелись, считаю до трех, отдавай драгоценности! Видишь, Клара, все спокойно, и револьвер не нужен! «Не шевелись, считаю до трех, отдавай драгоценности!»

ДОМИНИК: А что, так мне нравится!

РИШАР: (хватает Жюльена) Мне кажется, что визуально будет лучше вот так! Так они повернуты лицом к залу, их хорошо видно!

Жюльена толкают от одного к другому.

РОБЕР: (снова хватает Жюльена) Да, верно, но тут они должны быть лицом друг к другу? Понимаешь?

КЛАРА: Аккуратней, не забывайте, что у нас комедия!

ЖЮЛЬЕН: (в полном шоке) Хватит, хватит… В эту простыню завернут человек!

СОФИЯ: Может, так будет лучше, Клара? Чтобы создать атмосферу. (берет револьвер) Вот так: «Не шевелись, считаю до трех, отдавай драгоценности!» (Дает Жюльену оплеуху).

РОБЕР: Да, неплохо!

СОФИЯ: Видите, притом это в движении!..

ЖЮЛЬЕН: Нет, у меня же очки…

СОФИЯ: «Не шевелись, считаю до трех, отдавай драгоценности!» (снова закатывает оплеуху Жюльену)

РОБЕР: Мне нравится!

РИШАР: Нет, недостаточно энергично!

ЖЮЛЬЕН: Я бы предпочел вариант Доминика!

ДОМИНИК: Ага!

РИШАР: Но так смешнее!

РОБЕР: Можно просто… (берет Жюльена за плечи) И удар головой!

ЖЮЛЬЕН: Ай!

КЛАРА: (останавливая движение Робера) Нет! Во всяком случае, это мелочи, посмотрим потом! А сейчас продолжаем, все по местам!

Все выходят, кроме Жюльена и Доминика

ДОМИНИК (Виктор): Держите, он не заряжен! (отдает пистолет, забирает сумку с драгоценностями и выходит) Адье, Дюжарден!

ЖЮЛЬЕН: (все еще оглушен) Клара, в сцене, где он меня… Я не хочу!

КЛАРА: Да-да, конечно, не бойся…

ЖЮЛЬЕН: Надо пометить: «Я не хочу!»

КЛАРА: Продолжай!

ЖЮЛЬЕН: (сам себе) Я расскажу папе…

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): О! Он не заряжен! (Жюльен собирается уйти с револьвером в руке, входит Ришар)

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Ах! Воры! У меня ничего здесь нет, все в банке!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Нет, я не вор! Вор не я!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (входит, Жюльен ее не видит) Дюжарден! Я пропала!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Настоящий грабитель — Виктор, я вам все сейчас объясню! Виктор — джентльмен-грабитель… (София берет ведро, стоящее на каминной полке, и делает жест, будто бьет по голове Жюльена, он садится на стул, изображая, что потерял сознание) О-о-о!

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Ах, Мари-Аньес! Вы спасли мне жизнь!

Артисты «плюсуют» и пытаются переиграть друг друга.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): У меня не было выбора!

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Ах, Мари-Аньес, что бы я делал без вас!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Без вас, Луи-Филип, моя жизнь не имела бы смысла!

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Мари-Аньес…

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Да, Луи-Филипп.

РИШАР (Луи-Филипп Девиньяк): Я вас люблю! (крепко прижимает ее голову к своей груди)

КЛАРА: Браво! Браво! Браво!

СОФИЯ: (Задыхаясь, Ришару) Ай! Отпусти! Задушишь!

КЛАРА: Ну что, я очень довольна. Ве-ли-ко-леп-но! Вы были великолепны! Это так… закручено… И в то же время прямолинейно!

РИШАР: Флуоресцентно?!

КЛАРА: Вот именно!.. Вы очень точно ухватили суть пьесы!

СОФИЯ: Клара, а я не слишком влюблена в финале?

КЛАРА: В кого?

СОФИЯ: Вот в него (показывает на Ришара)

КЛАРА: Нет, как раз сколько надо! София, эта роль, она написана будто специально для тебя, ты великолепна!

СОФИЯ: Спасибо! Мне надо бежать, у меня кастинг!

КЛАРА: Беги, милочка, до завтра. (собирает свои вещи)

РИШАР: У тебя кастинг?

СОФИЯ: Нет-нет! Всем пока!!

РОБЕР: Пока, София!

СОФИЯ: (Роберу) У меня кастинг. (уходит)

РИШАР: С кем это у тебя кастинг? (идет за ней)

ЖЮЛЬЕН: (показывая на пластиковое ведро) Клара, можно спросить? Сейчас она меня бьет пластиковым ведром. А что будет на премьере?

КЛАРА: Будет настоящая ваза, но София только сделает вид, что разбивает ее об тебя.

ЖЮЛЬЕН: Да? А она сама в курсе?

КЛАРА: Надеюсь!

ДОМИНИК: А как я, Клара?

КЛАРА Отлично, дорогуша, отлично!

ДОМИНИК Скажи мне, если что-то не так!

КЛАРА: Все нормально…

ДМИНИК: Тебе не кажется, что в конце я мог бы слегка нажать на…

КЛАРА: (прерывая) Да, если хочешь! (к остальным) Ну, еще вопросы?

РИШАР и ЖЮЛЬЕН: Нет.

КЛАРА: Очень хорошо! Значит, у нас остаются только поклоны! Нанар!

НАНАР: (из-за кулис) Да?

КЛАРА: На поклонах я хочу добавить световых эффектов. Как только они кланяются, ты делаешь затемнение — и тут же даешь свет.

НАНАР: Будет сделано!

КЛАРА: Отлично! На поклоны выходим два-три раза. Готов?

НАНАР: Готов!

КЛАРА: (остальным) Внимание! Поклоны! (пауза, свет не гаснет) Гаси свет, Нанар!

НАНАР: Что? А, все! Я просто не понял!

КЛАРА: Хорошо! Еще раз… Внимание… (свет тут же гаснет)

ВСЕ: О нет!

КЛАРА: Зажги свет, Нанар!

ЖЮЛЬЕН: Слишком рано, Нанар!

РИШАР: Ну он и тормоз, этот Нанар.

ЖЮЛЬЕН: У него все время с поклонами проблемы.

РИШАР: А ты что, его знаешь?

ЖЮЛЬЕН: Ну да, это же мой брат! (остальные пораженно смотрят на Жюльена).

РОБЕР: (за сценой) Свет! Свет! Затемнение!

Свет гаснет. Потом круг света на короткое время выхватывает Софию с книгой в руке, ищущую на ощупь выход и шарящую по дверце шкафа. Снова затемнение, потом опускается занавес. Пауза.

РОБЕР: Дамы и господа, руководство театра просит прощения за независящие от нас легкие неполадки. Артист Доминик Брюне, исполняющий роль слуги, только что пал жертвой внезапной болезни. Если руководство не найдет решение, спектакль, к сожалению, придется отменить. (Публика выражает свое недовольство) Эй, вы что! Я здесь ни при чем!

Выходит Клара, одетая в длинное вечернее платье, что-то говорит на ухо Роберу

РОБЕР: (зрителям) Попрошу спокойствия, потерпите несколько минут. Спасибо за понимание! (уходят)

20 секунд звучит интерлюдия, что-нибудь вроде «Зимы» Вивальди, в конце концов музыка глохнет. Робер возвращается.

РОБЕР: Дамы и господа, руководство театра радо сообщить, что спектакль начнется через несколько минут. (публика выражает радость) Да я здесь ни при чем! Заранее благодарю за терпение и понимание!

Раздаются три звонка. Музыка. Занавес поднимается. София снова на месте. Она вдруг осознает, что забыла книгу за кулисами — и изображает чтение без книги. Входит Клара, в белом переднике поверх вечернего платья. Она заменяет Доминика.

КЛАРА: (Софии) Некий господин Анри Дюжарден желает видеть мадам. (подает ей на подносе визитную карточку)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Господин Анри Дюжарден? (в сторону) Ах да, это тот очаровательный молодой человек, которого я встретила на приеме у Дюфуров. Он был такой обходительный, к счастью, мой муж не заметил. Проводите его сюда, Софи.

КЛАРА: Хорошо, мадам. (уходит)

Входит Жюльен.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Мое почтение, мадам Девиньяк. (идет поцеловать ей руку, замечает зрителей и цепенеет. Пожимает руку Софии и хочет снова уйти)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (удерживает его) Месье Дюжарден, какой сюрприз! Прошу вас, садитесь! (Жюльен идет к стулу, очень смущенный) Чем обязана вашему визиту?

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): О! Любезная мадам Девиньяк, я принес ваш портсигар (садится) А-а-а! (быстро поднимается, обнаруживает на сиденье стула молоток, берет его. Озадачено рассматривает, пытается его спрятать во внутреннем кармане пиджака) Ваш портсигар… который вы забыли на приеме у Дюфлуров. (В конце концов подает Софии и портсигар и молоток)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (незаметно прячем молоток под стул) О! Благодарю вас, месье Дюжарден! Я нигде не могла его найти. Я думала, что потеряла его, и очень расстроилась. Знаете, это безделушка, но она дорога как память о моей двоюродной бабушки Леа, которая воспитывала меня до двадцати лет. Мир праху ее!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): О да, я знаю, что такое семейные реликвии. Я сам недавно потерял дедушку, доставшегося мне от часов… И…!!! И вот!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Для меня так много значат воспоминания.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Вся наша жизнь состоит из воспоминаний!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): О да…

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Да, да, да…

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Не желаете ли чашечку чая?

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) Охотно!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (звонит) Виктор! (Пауза) Софи…

КЛАРА: (входит с подносом, на котором чайник и чашки) Да, мадам?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Будьте любезны, Софи, приготовьте нам чаю.

КЛАРА: (замечает промах и пытается спрятать поднос от публики) Чай с мятой или с лимоном? А вам?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Конечно с лимоном, дорогуша, вы же знаете, что я питаю отвращение к мяте!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (занятый тем, что поправляет усы) Как? А… Чай… Чай с… И того и другого!

КЛАРА: Хорошо, мадам (выходит с подносом)

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах! Чай мне напоминает об Индии, я привез из путешествия разнообразные сорта чая!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Мой муж как раз отправился в Нью-Дели на две недели, я просила его привезти мне чаёв. Надеюсь, он не забудет.

София и Жюльен натянуто смеются.

Жюльен встает, выходит к авансцене для апарте, изображая бабочку.

ЖЮЛЬЕН: Нет лучше известий, чем муж в отъезде! Отлично, Дюжарден! Сработает твой план и ты набьешь карман! Смелее, пан или пропал!

Гордый оттого, что удалось правильно произнести реплику, раскланивается. Под аплодисменты публики отступает к середине сцены, совершенно забыв о Софии. Она растеряна. Пауза. Жюльен в панике выскакивает на сцену и пытается исправить промах.

Пардон, мадам, я неудачно припарковался!!! (Продолжает) Какой чудесный суаре был у Дюфуров, вы были ослепительны. Что за прекрасные украшения были на вас в тот вечер, вы затмили всех!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): O! Я надела не самые роскошные, те стоят целое состояние!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Надеюсь, они в надежном месте!?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Да! Но вам я могу сказать.

София смотрят направо, потом налево, чтобы убедиться, что их никто не слышит. Жюльен делает наоборот. Они сталкиваются лбами.

Мой муж предпочитает хранить их дома. Здесь в сто раз безопаснее, чем в банке.

Жюльен еще не пришел в себя, держится за лоб, и не успевает продолжить.

София натянуто смеется

Жюльен, пока не слышит смех Софи не понимает, что это сейчас его реплика. Встает, чтобы произнести свою реплику апарте.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Невероятно! Я не думал, что мне так повезет! (поворачивается и наталкивается на столик. Софии) Ах, Мари-Аньес, мое сердце выскакивает из груди, я не могу…

КЛАРА: (входит) Ваш чай, мадам!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Ах!

делает неловкий жест, цепляет парик Софии и роняет его. Растерянная Клара ставит поднос на столик

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (сбита с толку и испугана, кое-как надевает парик, делает Кларе знак уйти) Оставьте, оставьте, Виктор… Вы можете идти.

КЛАРА: Хорошо, мадам. (уходит)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): (мрачно смотрит на Жюльена) Что за ужасная погода, все время дождь.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Дождь? В самом деле?

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Как? Вы разве не слышите?

Раздается музыка, звучит 4 секунды.

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Да… Накрапывает… Где-то далеко… Для счастливых нет плохой погоды, тебе всегда светит солнце. Ах! Мари-Аньес, не заставляйте меня страдать, я вас люблю! (целует ей руку)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Ах, молчите, негодник! Нас могут услышать!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (выпрямляется, усы остаются приклеенными к руке Софии. Они не замечают этого) Мое сердце горит… Только ваша любовь может меня спасти.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Ах, месье Дюжарден, оставьте меня, прошу вас, уходите!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Нет, уже слишком поздно, Мари-Аньес. Я не могу оставить вас.

Замечает, что потерял усы, начинает их искать, совершенно забыв о партнерше.

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Одумайтесь! Мой муж… (Жюльен занят поисками усов и не отвечает) Одумайтесь! Мой муж…

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден) : (понимая, что зрители видят его без усов, прикрывает рот ладонью, будто кашляет. Это дает эффект громкоговорителя в следующей реплике) Э… Ваш муж так далеко, а нас уносит настоящее!

Вдруг замечает свои усы на тыльной стороне ладони Софии

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): О, Анри! Молчите!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (не сводя глаз с усов) Воспользуемся его отсутствием! Две недели вместе!

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Вы потеряли голову! А прислуга? (кладет Жюльену руку на предплечье)

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Отошлите их! (пытается завладеть усами)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк) (не замечая, широким движением отводит руку с усами) Но я не могу! Они что-нибудь заподозрят!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): Значит, я буду прятаться от них! (хватает ее за руку, завладевает усами и отворачивается, чтобы скрытно их приладить)

СОФИЯ (госпожа Девиньяк): Это чистое безумие! Забудьте об этом!

ЖЮЛЬЕН (Анри Дюжарден): (поворачивается лицом к зрителям с усами под носом)

Ах, Мари-Аньес! Две недели в раю!