Три недели.

Именно три недели прошло с тех пор, как я потеряла свою работу. Должны были произойти сокращения, а я была самой молодой сотрудницей и проработала там меньше всех. Я не любила свою работу в отеле, но благодаря ей могла оплачивать счета. Теперь, я отчаянно нуждаюсь в другой работе. Я подала резюме во все места, что пришли мне на ум, и даже была на двух собеседованиях, но в ответ тишина. Мое резюме не настолько впечатляющее. Я окончила среднюю школу и сразу же устроилась администратором в «Западный отель». Проработала там в течение двух лет, прежде чем они уволили меня, и это единственный опыт работы, который у меня имеется. Я жила от зарплаты до зарплаты, и теперь у меня просрочка за арендную плату в три недели. Мой владелец квартиры дал мне еще одну неделю, прежде чем выгонит меня из дома. У меня нет сбережений или кредитной карты. Другими словами, я облажалась.

Думаю, что всегда смогу вернуться в родительский дом, но я не хочу. Они живут в Мельбурне, который находится на другом конце страны, и у меня совсем нет желания возвращаться туда, чтобы увидеть их в ближайшее время. Встав со своего места в автобусе, я подхожу к выходу и опускаюсь на ступеньку ниже.

– Спасибо, – обращаюсь я к водителю автобуса, после чего выхожу на улицу. Я одета в строгий наряд. По крайней мере, я так думаю. Черная юбка–карандаш до колен обтягивает мои бедра и прекрасно подходит к накрахмаленной белой блузке, которая не слишком демонстрирует декольте. Мои рыжие волосы убраны от лица в низкий конский хвостик, а на лице нанесен еле заметный макияж, состоящий из туши и подводки для глаз, подчеркивающих мои зеленые глаза. Мои каблуки издают постукивающий звук, пока я обхожу магазины, бары и рестораны, ища таблички «требуются на работу» или что угодно, что могло бы дать мне хоть какую–то надежду. Я на мели, у меня остались последние пятьдесят долларов, и это не выглядит ободряюще. Я существую на лапше быстрого приготовления, фруктах и водопроводной воде уже так долго, что это начало сказываться на моей некогда соблазнительной фигуре.

Это наименьшая из твоих проблем, Клара.

Я покупаю газету, когда прохожу мимо газетного киоска, затем сажусь на скамейку и просматриваю объявления по трудоустройству. Вытащив ручку из сумочки, обвожу несколько вакансий, с которыми, думаю, смогу справиться, большинство из них связаны со службой регистрации и обслуживанием гостей или розничной торговлей. Не думаю, что хорошо справлюсь с продажами, но в обслуживание клиентов у меня есть опыт. Убрав газету под подмышку, я обхожу несколько компаний, интересуясь, требуются ли им хоть какие–нибудь работники. Три отвечают «нет», а одна фирма говорит о том, что возможно они позвонят мне. Испытывая надежду, я направляюсь в ближайшую кофейню, чтобы разориться на латте. Оплатив его, я делаю глоток теплого кофе и направляюсь обратно к автобусной остановке. Однако, когда я выхожу из кофейни, то врезаюсь в кого–то.

Или он врезался в меня?

Мой латте падает на землю, обрызгав нас обоих.

– Дерьмо, – бормочу я, газета тоже падает. Вытираю рукой теперь уже не столь накрахмалено белую блузку, а затем оттягиваю материал от кожи, таким образом, она не обжигает меня.

– Черт, прости, – доносится глубокий мужской тон.

Я смотрю вверх на пару темных глаз.

– Все в порядке, – бормочу я. – Просто, кажется, такой у меня месяц.

Он проводит рукой по бритой голове.

– Твоя блузка испорчена.

– Я переживу.

Он наклоняется и поднимает газету, посмотрев на нее перед тем, как передать обратно.

– По крайней мере, позволь мне дать тебе свою рубашку, – говорит он, уставившись на пятно на моей левой груди.

Я приподнимаю бровь.

– Тогда ты будешь разгуливать без рубашки?

Он ухмыляется.

– Не совсем.

Он снимает свою черную рубашку, демонстрируя белую майку под ней.

Божественные мышцы.

Мои глаза раскрываются шире при виде его широких плеч и мускулистых бицепсов, и я не могла не заметить проблеск его гладкой накаченной груди через тонкий материал.

– Я не знала, что они бывают такими в реальной жизни.

– Что? – спрашивает он, слегка усмехаясь.

Я сказала это вслух.

– Что? Я ничего не говорила.

Его уголки губ приподнимаются, пока он вручает мне свою рубашку.

– В этом нет необходимости.

– Ты ищешь работу? – спрашивает он. – Я мог бы помочь.

Я подозрительно смотрю на него.

– О какой работе идет речь?

Он усмехается на это, проводя рукой по своей козлиной бородке. Мне никогда не нравились козлиные бородки, но на нем она смотрелась горячо. Все в нем.

– Ничего подобного, о чем ты подумала. Работа в баре. Почему бы тебе не прийти завтра вечером, и посмотрим, что мы сможем придумать?

– Правда? – спрашиваю я не в силах скрыть надежду в голосе.

Его глаза смягчаются.

– Да, правда. Ты когда–нибудь слышала о «Таверне Нокс»?

Я киваю. Я слышала о ней. В скором времени она станет одним из лучших баров в Перте.

– Приходи и найди меня там завтра днем, – говорит он, отступая. – Спроси Тэга.

– Спасибо, – отвечаю я, прижимая его рубашку к груди. – Мне действительно нужна эта работа.

– Как тебя зовут, милая? – спрашивает он, изучая меня.

– Клара.

– Клара, – повторяет он. – Увидимся завтра.

Я с трудом глотаю. Может ли это происходить, в самом деле, так просто?

Мне нечего терять, это уж точно. Бар был безопасным общественным местом, таким образом, ничего не может пойти не так.

Я наблюдаю, как Тэг уходит прочь, вероятно, не подозревая о том, что только что улучшил мое положение. Улыбаясь про себя, я направилась к автобусной остановке.

Возможно, моя ситуация с невезением изменится.

 Моя квартира находится не в лучшем районе, но также и не в худшем. Это маленькая однокомнатная квартира в многоквартирном доме. Для большинства людей она может показаться не такой уж и большой, но в ней чисто и она подходит для меня. У меня также имеется несколько удивительных соседей.

– Я знаком с этими квартирами, – говорит Тэг, поглядывая в окно. – Знал девушку, которая жила здесь.

Я могла только представить, как именно он «знал» ее.

– Спасибо, что подвез. Ты не должен был, но я ценю это.

Он опирается одной рукой на руль и поворачивается ко мне.

– Не мог позволить такой красотке пойти домой одной.

Я закатываю глаза.

– Я справлялась до сих пор.

Его губы подергиваются.

– Никогда раньше не слышал, чтобы женщина отвечала «таким образом». Хочешь, я провожу тебя до дома?

– Думаю, что справлюсь, – отвечаю сухим тоном, который заставляет его смеяться.

– Дай мне свой телефон.

Я вручаю ему свой телефон, и он нажимает кнопки.

– Теперь у тебя есть мой номер. Позвони мне, если тебе что–нибудь понадобится, хорошо?

Я киваю.

– Конечно. Еще раз спасибо.

Я выхожу и закрываю дверь, удостоверившись, что не сильно хлопнула ей. Когда я поднимаюсь по ступенькам к своей двери, то поворачиваюсь и вижу, что он все еще стоит там и ждет, пока я зайду домой. Я открываю дверь, затем оборачиваюсь и машу ему. Только тогда он выезжает с автостоянки. Улыбаясь про себя, я закрываю дверь за собой.

 – Что смешного? – спрашивает он, облизывая губы.

Я смотрю на него, говоря сквозь смех.

– Смотрю на тебя. Крупный, лысый, мускулистый парень, покрытый татуировками. С козлиной бородкой крутого парня. И ешь розовую сахарную вату!

– Ты стереотипно воспринимаешь меня? – спрашивает он, веселье слышится в его голосе. – Так получилось, что я люблю сахарную вату. Чертовски сильно.

– Я заметила, – отвечаю ему, оторвав немного ваты от своей.

Мы сходили приблизительно на десять аттракционов, каждый приносил еще больше удовольствия, чем предыдущий. Я не помню, смеялась ли я так много за всю свою жизнь. Тэг такой веселый, всегда шутит и демонстрирует приветливую улыбку. Он очарователен, плохой парень с добрым сердцем. Как, черт возьми, я, предполагается, могу сопротивляться этому? Однако, мы коллеги и кроме невинного флирта, не думаю, что он увлекся мной в этом плане, что на самом деле хорошо.

Продолжай говорить себе это, Клара.

Сейчас у меня имеются проблемы и поважнее. Я должна заплатить арендную плату и встать на ноги, прежде чем даже начну думать о завязывание каких–либо отношений с кем угодно. И Тэг? Ну… он всегда одинок. Означает ли это, что даже если он и был с девушкой, но все еще оставался одинок?

– Сегодня я весело провел время.

– Я тоже. Спасибо, что привез меня сюда. Я действительно ценю это, – честно отвечаю я.

Он съедает вату, прежде чем говорит.

– Без проблем. Возможно, мы могли бы сходить куда–нибудь еще на следующей неделе.

– С удовольствием, – отвечаю я, облизывая палец.

Его пристальный взгляд следует за движением, и внезапно воздух между нами сгущается.

Он откашливается.

– Ты выглядишь так, словно умеешь веселиться.

Я киваю.

– Бывали времена.

– Твои родители живут здесь? – спрашивает он. – Ты ведь живешь одна, верно?

– Они живут в Мельбурне. Да, я живу одна, – отвечаю, прислонившись к скамейке. – Я переехала сюда два года назад, как только мне исполнилось восемнадцать.

– Тебе нравится здесь? – спрашивает Тэг, выглядя искренне заинтересованным.

– Да. Это – красивый город, – и он находится достаточно далеко от родителей, так что мне не приходится видеть их.

– У тебя есть братья или сестры? – продолжает он, наблюдая за мной.

– Единственный ребенок. А у тебя?

– То же самое.

– Это было также отстойно для тебя, как и для меня?

Он усмехается.

– Это не было так уж и плохо. У меня есть хорошие друзья. Моя мать умерла несколько лет назад, а отец живет на юге. Он ушел на пенсию.

– Сожалею, что ты потерял свою маму, – говорю, едва шепча.

Он пожимает плечами.

– Это было плохо, но ты не можешь все контролировать, понимаешь? Я скучаю по ней каждый день, но жизнь продолжается.

– А твоя дочь…?

– Изабелла, – говорит он, мило улыбаясь. – Ей шесть лет. Она такая чертовски милая. Подожди, я покажу тебе ее фото.

Он вытаскивает свою причуду, выглядящую телефоном, и показывает фотографию. Я смотрю на маленькую девочку с темными глазами и волосами, а на ее щеках появились ямочки оттого, как она улыбается.

– Она великолепна.

– Спасибо, – отвечает он. – Она – хороший ребенок. Лучшее в моей жизни.

Я хочу спросить про мать Изабеллы, но сдерживаюсь. К счастью, он продолжает.

– Кейли и я разделяем общение с Изабеллой в течение недели. Так как я работаю по ночам, то обычно вижусь с ней утром и отвожу ее в школу и обратно. Это совсем немного дополнительного времени, которое я могу провести с ней, понимаешь?

Как же это мило.

– Ты ладишь со своей бывшей? – ляпаю я. Вот тебе и «не спрашивай».

Он слегка кивает.

– Мы хорошо ладим.

Он не вдается в подробности, так что я спрашиваю.

– Может, мы поедем?

– Поехали, – говорит он, встав. – Ты хочешь еще что–нибудь съесть или выпить?

Я мотаю головой из стороны в сторону.

– Нет, но спасибо.

Когда у меня появятся деньги, я отплачу ему. Его доброта не будет забыта в ближайшее время.

Откуда мне было знать, что он спасет мою задницу снова спустя лишь тридцать минут.

 Этим же вечером я распаковываю свои вещи в комнате для гостей в доме Тэга. Не все, только основные, которые потребуются мне на протяжении всей недели или около того. Я не планирую оставаться здесь надолго, всего лишь столько, сколько потребуется, чтобы найти новую квартиру. Комната абсолютно белая за исключением черной простыни. Это – очень современная, опрятная комната, и мне она нравится. Я поняла, что мне нравится ее владелец намного больше. После того, как мы упаковали вещи, Тэг позвонил своему другу. Они вдвоем вынесли мебель и разобрали мою кровать за рекордно быстрое время.

– Клара, ужин готов, – кричит Тэг через закрытую дверь.

Я завязываю влажные волосы в узел на макушке.

– Иду!

Одетая в тренировочные штаны и майку, я чувствую запах чего–то восхитительного, пока иду босиком в его кухню.

– Ты еще и готовишь? – спрашиваю я, впечатленная его навыками.

Он закрывает духовку, прежде чем отвечает.

– Конечно, надеюсь, что ты голодна.

Я смотрю на стол, все блюда расставлены. Жареный цыпленок, соус, картофельное пюре, горох и спаржа.

– Это выглядит потрясающе, – говорю я, мой живот урчит. Я не могу даже припомнить, когда в последний раз у меня была такая еда.

– Садись, – говорит он, указывая на один из стульев за обеденным столом. Я сажусь и жду, потом он приносит мне тарелку и устанавливает блюда в центре. Я жду, пока он начнет накладывать картофельное пюре себе на тарелку, прежде чем возьму и себе.

– Твои родители знают, что тебя собирались выселить? – спрашивает он, все еще смотря в свою тарелку.

Я ерзаю на своем стуле.

– Нет. Я не разговариваю с ними слишком часто.

Хотя они пытаются звонить мне через день.

– Почему нет? – спрашивает он, теперь накладывая цыпленка на свою тарелку. – Если бы они знали и им было все равно, то я был бы чертовски раздражен.

Внутренне съежившись, я говорю ему ту малую часть, которая поможет мне отмазаться.

– Я уехала ни при лучших отношениях с ними.

Преуменьшение года.

Я всегда думала, что у меня была идеальная семья – любовь родителей, которые всегда проводили время со мной и давали мне все, в чем я нуждалась и желала. Они пылинки с меня сдували, или просто я так думала. В действительности, я только видела то, что хотела видеть, и когда я узнала правду, то она задела меня за живое.

Тэг кивает, поднося свою вилку ко рту.

Я делаю то же самое.

Медленно жуя, он изучает меня с проницательностью, которая заставляет меня захотеть съежиться.

– Если тебе когда–нибудь что–то понадобится, то просто позвони мне, ладно? Сразу же. Если бы я не проводил тебя до двери сегодня, то ты скрыла бы это, верно?

Я пожимаю плечами.

– Так чертовски упряма, – ворчит он, качая головой. – Благодаря тому набитому поролоном единорогу тебе теперь не придется переживать об отсутствии квартиры, вот как бывает.

Мои губы дернулись от этого высказывания. Это правда. Если бы он не настоял на том, чтобы донести того единорога к моей двери, то никогда не увидел бы то уведомление, а я никогда не сказала бы ему или кому–либо еще об этом.

– Спасибо, – спокойно отвечаю я, пытаясь тоном выразить свою благодарность.

Тэг игнорирует его.

– Не за что. Я спрошу Райана и Рида, сможешь ли ты начинать свою смену в девять тридцать вместо девяти. Таким образом, я смогу увозить Изабеллу в школу, а затем подвозить тебя, чтобы работать со мной.

– Они не будут возражать? – спрашиваю я, хмурясь. – Немного слишком рано в моем положении просить об одолжение, не так ли?

Тэг смеется.

– Они – мои друзья. Поверь мне, с этим не будет проблем.

Я приподнимаю бровь.

– Как давно вы дружите?

– Годы. И на всю жизнь.

– Звучит хорошо.

Мы заканчиваем трапезу в комфортной тишине, а затем я помогаю Тэгу убрать посуду. Бок о бок мы стоим у раковины. Я мою, а он вытирает.

– Ты можешь мыть еще медленнее? – дразнит он, держа кухонное полотенце в руке, ожидая.

Я обрызгиваю его небольшим количеством воды.

– Если я сделаю это быстрее, то они не будут вымыты должным образом.

– Нам следует посмотреть фильм после этого, – говорит он. – Или ты пойдешь спать?

Я обдумываю это.

– Идея о фильме звучит отлично.

Даже при том, что я, вероятно, засну во время него.

Мы заканчиваем на кухне и уходим в гостиную. Тэг сидит с правой стороны дивана, одна рука согнута и прижата к его лысине.

– Почему ты бреешь голову? – спрашиваю я от любопытства.

Он смотрит вниз на меня, веселье отражается на всем его лице.

– Ты не считаешь это сексуальным?

Это не относилось к вопросу.

– Это подходит тебе, – признаю я. – Мне также нравится и козлиная бородка.

Его плечи трясутся оттого, что он смеется.

– Рад, что ты одобряешь, Клара. Я пару лет проходил так в армии, и это отчасти вошло в привычку.

Мои глаза открываются шире.

– Правда?

Он кивает, смотря обратно в телевизор.

– Правда.

Мой телефон звонит, и я знаю по рингтону, что это моя мать.

– Ты собираешься отвечать?

Я качаю головой из стороны в сторону.

– Нет.

– Почему нет?

– Это моя мать, а я не хочу разговаривать с ней.

Он замолкает на несколько секунд.

– Ты всегда можешь рассказать мне, ты же знаешь. Я – хороший слушатель.

– Я буду иметь это в виду, – бормочу, облокачиваясь на спинку дивана.

 – Тэг! – кричу я из ванной, где в настоящее время стою на закрытом сиденье унитаза. – Тэг!

Дверь внезапно открывается.

– Что? Что случилось? Ты в порядке?

Он оглядывает комнату, тело приведено в боевую готовность, словно в поисках злоумышленника.

– Там таракан, – говорю ему. – Ты можешь, пожалуйста, убить его?

– Таракан? – повторяет он, выглядя смущенным.

Я указываю на пол.

– Это не таракан, – говорит он, улыбаясь.

– Без разницы, что это, пожалуйста, ты можешь избавиться от него?

Он смотрит на меня, ухмыляясь. Затем как будто только что заметил, во что я одета, он медленно оглядывает меня с головы до ног.

– Что я получу за это?

Серьезно?

– Как насчет того, что я не пну тебя по яйцам? – предлагаю я.

Он делает вид, что обдумывает мое предложение.

– Нет, это мне не подходит. Как насчет поцелуя?

– Хорошо. В щеку, – отвечаю я.

Он усмехается.

– Договорились.

Он берет букашку, выкидывая ее из комнаты. Он даже не убил ее! Теперь она, вероятно, вернется и отомстит мне.

Я одеваюсь, и когда захожу в кухню, Тэг стоит там, смотря на меня выжидающе.

– Что? – спрашиваю я.

– Я хочу свой поцелуй.

Ах, да.

Мой желудок трепещет.

Я подхожу к нему и вытягиваю губы, чтобы поцеловать в щеку, но он поворачивается ко мне лицом, и мои губы приземляются на его.

Я отстраняюсь и качаю головой.

– Серьезно?

– Это стоит того, – бурчит он, его глаза сияют.

Когда он покидает комнату, я прикасаюсь пальцами к губам.

Я хочу большего.

 Моя мама снова звонит мне на следующее утро. Простонав, я ставлю свой телефон на беззвучный режим. Взрослея я всегда думала, что у меня самая лучшая семья, но потом я узнала правду. У моего папы была другая семья. У него была любовница и двое детей от нее – у меня есть две сводные сестры, с которыми я никогда не встречалась. Очевидно, все началось, когда мне было около пяти и все еще продолжается до сих пор. Когда мне было восемь лет, моя мать узнала правду обо всем; однако, вместо того, чтобы оставить моего отца, она осталась. Я узнала обо всем только два года назад.

Вся моя жизнь являлась ложью. Принципы, которые сделали меня мной, были все основаны на лжи.

Я знаю, что должна быть рассержена на отца, так и есть, но я также разочаровалась в маме. Я просто хотела находиться подальше от всей этой ситуации, поэтому уехала и не возвращалась с тех пор. Я звоню маме в ее день рождения и по праздникам, и на этом все.

– Ты в порядке? – спрашивает Тэг, когда заходит домой, вырывая меня из моих мыслей.

– Все хорошо, – говорю я, широко улыбаясь, когда вижу, кто стоит рядом с ним. – Белла, ты такая красивая.

Она одета в розовое платье с черными туфлями и держит в руках крошечную сумочку.

– Привет, Клара, – говорит она, демонстрируя ямочки на щеках. – Папа сказал, что я могу приехать поиграть.

– С чем ты хочешь поиграть? – спрашиваю ее, вставая на колени, когда она встает передо мной и тянет за мои пижамные штаны.

– С тобой! – говорит она.

Я смотрю на Тэга, который пожимает плечами.

– Я подумал, что мы могли бы сходить в зоопарк или что–то вроде того. Если у тебя нет никаких планов?

Он использует свою дочь в качестве оружия. Я собиралась избегать его, насколько только возможно, и он знал это.

– Я вообще–то собиралась позвонить Саммер и…

– Пожалуйста, Клара, – просит Белла, выпячивая свою нижнюю губу. Я замечаю, как Тэг пытается побороть ухмылку, но у него не получается.

– Ладно, – говорю ей. Как я могу отказать такому личику? - Для начала позволь мне принять душ и собраться.

– Ура! – выкрикивает она, радостно ерзая на моих коленях. Ее энтузиазм заразителен, я начинаю хихикать и опускаю ее на пол.

– Дай мне десять минут, Белла, – говорю я, а затем смотрю на Тэга. – Мы все еще не станем разговаривать об этом.

– Хорошо, – отвечает он, его губы поддергиваются. – Просто проведем хороший день с моей дочерью.

Я киваю.

– Договорились, – отвечаю ему, направляясь в ванную, чтобы собраться.

 Поездка домой напряженная. Тэг молчит, а воздух между нами удушает. Когда тишина становится невыносимой, я открываю рот, чтобы заговорить.

– Тэг…

– Тебе понравилось? – спрашивает он равнодушным голосом. Я вижу, как его пальцы напрягаются на руле, пока он ждет моего ответа.

– Что? – спрашиваю я, мой пристальный взгляд все еще сосредоточен на его руках.

– Поцелуй.

Я сглатываю.

– Тэг, ты знаешь, что я…

– Тебе понравилось? – спрашивает он снова.

– Я не знала, что он собирался…

– Блять, – выпаливает он, прерывая меня еще раз. Как грубо.

– Просто послушай хотя бы секунду? – кричу я, потеряв самообладание. Желваки пульсируют на его челюсти, пока Тэг смотрит вперед на дорогу, но он молчит.

– Почему ты злишься сейчас? – спрашиваю тихим голосом. – Нет, я не хотела и не ожидала поцелуя, а Ксандер сделал это только для того, чтобы разозлить тебя, но Тэг, ты не хочешь меня. Ты не можешь не хотеть меня, но и желать, чтобы кто–либо еще не хотел. Так не пойдет.

Тэг глубоко вздыхает.

– Я не говорил, что не хочу тебя, Клара. Я просто не могу дать тебе то, что тебе необходимо.

– Я никогда не выдвигала никаких требований к тебе, – говорю. – Я просто хотела тебя, как бы ты не поступал. Я ничего не просила.

– Итак, что, – отвечает он. – Ты заинтересовалась бы чем–то случайным?

Заинтересовалась бы я?

Я облизываю губы, собираясь с мыслями, прежде чем отвечаю.

– Да.

Я предпочла бы это, чем вообще ничего. Отчаянно нуждаюсь в нем, любой его части, которую он даст. Насколько жалко все это? Я приняла бы все, что он дал мне, и была бы благодарна за это.

Он шепчет проклятья и бросает свой пристальный взгляд на меня.

– Ты уверена в этом, Клара? Я не хочу причинять тебе боль и говорю тебе прямо сейчас, что не хочу обязательств. Я не хочу привязанностей и дело не в тебе, потому что ты удивительная. Идеальная. Дело во мне.

Я киваю.

– Хорошо, я принимаю это.

– Принимаешь? – спрашивает он, протянув руку и взяв мою руку в свою. – Я хочу быть честным с тобой. Я хотел тебя с той секунды, как только увидел. Ты была так чертовски красива с таким невинным взглядом. С этими рыжими волосами, черт побери. Я стал твердым за секунды. Однако я все еще хотел тебя так сильно с той секунды, как ты вошла в мою жизнь, тогда я трахнул другую женщину той ночью. Вот кто я такой, и ты не сможешь изменить меня, поэтому если ты хочешь именно этого, то мы оба впустую потратим наше время.

Ауч, а это причиняет боль. Но с другой стороны, правда всегда больно задевает. Мне не нравилось думать о нем с другой женщиной. Это заставило ощутить боль в моей груди.

– Ты хочешь сказать, что по–прежнему собираешься трахаться с другими, если мы вместе? – спрашиваю, хмуря брови.

– Вот в чем дело, милая. Мы не будем вместе. Случайная интрижка означает случайную интрижку.

Таким образом, он хотел, чтобы я стала его сексуальным партнером? Разочарование наполняет меня, но я пытаюсь скрыть свою реакцию. Если он увидит это, то откажется от своего предложения и отправит меня обратно во френдзону, которая являлась последним, чего я хотела.

– Понятно, – бормочу я. – Что насчет возраста? Я думала, что это являлось проблемой для тебя.

Он вздыхает.

– Так и было. Вернее, так и есть. Но я хочу тебя сильнее, чем меня заботит твой возраст. Ты же не девственница, верно?

Я качаю головой. Я не была, но спала лишь с одним парнем дважды, так что в то же время я и не достаточно опытна.

– Ты не должен вести себя так, словно это доставляет тебе неудобство, – бормочу я, поворачивая голову, чтобы посмотреть в окно. Он проводит рукой по моему бедру, кружа своим большим пальцем.

– Дело не в этом, – говорит Тэг. – Ты мне очень нравишься, Клара, и я не хочу все испортить.

– Тогда не порть.

– Ты обещаешь, что независимо от того, что произойдет, ты не уйдешь просто так? – спрашивает он.

– Уйду?

– Да. Умчишься из дома и уедешь до того, как будешь готова. Если мы поругаемся или что–то в этом духе, ты все еще должна будешь остаться, потому в первую очередь мы друзья, несмотря ни на что.

Он паркует автомобиль около дома, пока я обдумываю все, что он сказал. Я не понимаю, насколько задумалась, пока Тэг не открывает пассажирскую дверь и не помогает мне выйти. Когда он берет меня на руки и несет, как невесту, то я обо всем забываю. Я забываю, почему это такая уж плохая идея. Забываю, что буду страдать. Все, о чем я думаю, так это, как приятно ощущать его руки вокруг себя, как это правильно. Как может что–то, что ощущается так приятно, быть неправильным? В объятьях Тэга я чувствую себя в безопасности. Чувствую, что я дома. Как так получилось, что он стал значить для меня так много за такой короткий период времени?

– Ты так и не ответила мне, – говорит он, как только мы заходим в его дом. Тэг идет в мою комнату и укладывает меня на кровать.

– На чт… что? – спрашиваю по глупости, отвлеченная его непосредственной близостью.

– Обещай, что не уедешь.

– Обещаю, – говорю я, прежде чем его рот опускается на мой. Я обхватываю его затылок обеими руками, поскольку мои губы наконец–то знакомятся с ним. Он жадно целует меня, его язык проскальзывает между моими губами и исследует мой рот. Меня никогда так не целовали. Так собственнически, влажно, страстно. Идеально. На вкус он как мята, и пахнет, как и всегда, свежим ароматом мыла и одеколона. Я думаю, что могу стать влажной лишь от его запаха. Он издает гортанный звук, который заводит меня еще больше, но затем отстраняется. Смотря на меня с нежным взглядом на его красивом лице, Тэг наклоняется и целует меня в кончик носа.

– Хотел сделать это так чертовски давно, – говорит он тихо, обхватывая рукой мою щеку.

– Тогда, почему не сделал?

– Ты знаешь почему, – бормочет он. – Пойду спать.

– Что? – ахнула я, приподнимаясь. – Но я думала…

– Что ты подумала? – спрашивает он, делая вид что удивлен.

На него не подействовал поцелуй так же, как на меня?

– Тебе не понравился поцелуй? – спрашиваю, чувствуя себя растерянно и слегка смущенной. Мне немного не хватает практики, но я думала, что поцелуй был чертовски волшебным.

– Что? Поцелуй был чертовски страстным, Клара. Конечно, мне понравился он. Ведь он был с тобой.

– Тогда, почему… я думала, что мы…

– Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо сейчас? – спрашивает он напрямик, выглядя слегка удивленным.

Я смотрю на свои руки.

– Я хотела бы этого. Я имею в виду, что этот поцелуй сделал меня довольно… ты знаешь…

– Влажной? – предполагает он, его голос становится тихим и хриплым. – Ты стала влажной, Клара?

Я чувствую, как мои щеки горят, но мое желание было под властью эмоций.

– Почему бы тебе самому не выяснить?

Слова проклятья слетает с его уст. Я терпеливо жду, пока он смотрит на меня всего мгновение, а затем тянет свою футболку через голову. Я с трудом глотаю, разглядывая его мускулистое тело. Свет, просачивающийся из прихожей, открывает мне прекрасный вид, я пользуюсь моментом, чтобы оценить его.

– Ты прекрасен, – утверждаю я, пока он расстегивает пуговицу на джинсах, это действие привлекает мой взгляд.

– Это моя реплика, милая, – отвечает Тэг, тихо посмеиваясь.

Джинсы опускаются, обнажив сильные, мускулистые бедра и эрекцию, напрягшуюся в черных боксерах. Когда он сбрасывает их, моя челюсть отвисает. Вау. Теперь, голубчик, член. Я имею в виду, что видела только еще один, но все равно знаю, что он идеален. Длинный, гладкий и толстый он торчит над его пахом, стоя высоко и гордо.

– Вау, – шепчу себе под нос.

– Клара, – говорит громко он, очевидно, потребовалось все его терпение. – Разденься для меня.

Переместившись на колени, я стягиваю свой черный топ и расстегиваю застежку лифчика. Полагаю, что мне следует попытаться сделать все это сексуально и обольстительно, но я просто хочу снять одежду с себя. Я хочу его во мне – сейчас же. Моя грудь покачивается, пока я бросаю лифчик на пол, затем встав с кровати, снимаю свои черные обтягивающие джинсы. Как только убираю их в сторону, оставшись только в черных стрингах, встаю перед ним и позволяю насладиться открывшимся ему видом.

– Никогда не видел никого столь же сексуального, – говорит Тэг, подходя ко мне. – Ты прекрасна, Клара.

Мне нравится, что он так думает.

Руки хватают меня за талию, а затем его рот обрушивается на мой еще раз, в это раз жестче, грубее. Требовательнее, его контроль теперь испарился. Как же я хочу его. Обхватив руками мою задницу, он приподнимает меня в воздух и нежно опускает на кровать. Скользя по мне, наши обнаженные тела соприкасаются, он дает мне последний шанс, чтобы передумать.

– Ты уверена? Будь, черт возьми, уверена, милая.

– Я уверена.

– Ты на противозачаточных таблетках?

Я киваю.

– Я могу войти в тебя без презерватива? – шепчет он мне на ухо, его сладкое теплое дыхание посылает мурашки по моей спине. – Я чист. Ты же знаешь, что я никогда не подвергну тебя опасности.

Я доверяю ему.

– Хорошо.

Он обхватывает руками мою грудь, ощущая вес каждой, и проводит большим пальцем по соскам. – Я заставлю тебя почувствовать себя так хорошо. Я заставлю тебя кончить в мой рот, затем с одним пальцем, потом с двумя. А в конце, заставлю кончить тебя на всей длине моего члена, и ты чертовски полюбишь каждую секунду всего этого.

Он опускает рот к моей груди, и я перестаю думать.

Я просто чувствую.

 Все мое тело болит, но по хорошей причине. Вытягивая руки над головой, я краснею, когда вспоминаю обо всех тех вещах, которые Тэг вытворял со мной вчера вечером. Он был ненасытен, и не имелось никаких пределов. Посмотрев на пустое место около себя, мне жаль, что он не остался на ночь. Хотя я понимаю, почему он не сделал этого, ведь это не было чем–то, что люди делают при случайных интрижках. Или делают? Я не знаю правила по поводу того, что мы делали, существуют ли они вообще. Все, что я знаю, так это то, что прошлая ночь была феноменальна, и я хочу повторения. Тэг умеет заставить меня чувствовать себя комфортно в своем собственном теле, а прошлой ночью я превратилась в кого–то, кого не знала, и даже не догадывалась, что могу быть такой. Я была дикой, неуправляемой, раскрепощенной. Встав с кровати, я направляюсь в ванную, чтобы умыться и принять быстрый душ. Почувствовав себя смелой, я иду на кухню абсолютно голой. Возможно, Тэг трахнет меня на кухонной столешнице.

– Святое дерьмо, – слышу я, как бормочет знакомый мужской голос.

Я поворачиваю лицо на голос в ужасе.

– Что ты здесь делаешь?

Я быстро ищу что–нибудь, чтобы прикрыть свое тело, и ничего не найдя, я убегаю обратно в свою комнату и быстро одеваюсь, мое лицо пылает от абсолютного унижения. Боже, он также увидел, как моя задница покачивается, когда я уходила. Как я посмотрю ему в лицо? Выйдя из комнаты, я подошла к Ксандеру и ткнула пальцем в него.

– Этого никогда не происходило, слышишь меня? – его губы поддергиваются, и я знаю, что он очень старается не рассмеяться. Толчок! – Ксандер!

– Видимо многое изменилось с прошлой ночи, – говорит он, а потом начинает смеяться, очевидно, не в состоянии остановиться в этот раз. – Тебе нечего стыдиться, Клара. Твое тело сногсшибательно.

Я закрываю лицо руками.

– Единственный раз я решаюсь сделать что–нибудь, выходящее за рамки моего привычного поведения и вот что происходит. Только со мной, клянусь!

Ксандер смеется.

– Я не жалуюсь.

Я убираю руки и одариваю его взглядом, который сообщает ему, что я совсем не в восторге от этого.

– В любом случае, где Тэг?

– В душе. Он пах, как секс.

– Черт. Просто перестань смущать меня. Убей меня теперь, Ксандер, – говорю я, садясь рядом с ним на кухонный высокий стул.

Он держится за живот, очевидно болящий от смеха.

– Все не так плохо. Мне нравится тот факт, что лобковые волосы того же цвета, что и на голове.

– Заткнись или ты не покинешь этот дом живым, – вышла я из себя, кипятясь.

– Ох, да ладно, я же просто шучу. Ты потрясающая, Клара. Если бы у большинства женщин было такое тело, то они тоже расхаживали бы с голой задницей по дому.

Не в этом дело.

– Да ну тебя. Вчера мы впервые встретились, но уже поцеловались, и ты видел меня голой. Ты уже знаешь меня лучше, чем большинство людей.

Его лицо смягчается.

– Мы – друзья. Я не буду дразнить тебя больше, ладно? Ну, я постараюсь.

– Я была бы тебе очень признательна, – отвечаю ему равнодушным тоном. – Что случилось с твоей губой?

Он касается рассечения указательным пальцем.

– Тэг ударил меня за то, что я поцеловал тебя, а что ты подумала?

– Он ударил тебя? – спрашиваю я, мои брови приподнимаются вверх к моей волосяной линии. Мужчина обескураживает меня так сильно, что даже не смешно.

– Хотя похоже это того стоило, – говорит Ксандер. – Он понял, что находится прямо перед ним, посмотрев на это под другим ракурсом.

Не совсем, но я не хотела рассказывать ему о деталях наших отношений. Или отсутствие таковых, зависит оттого, как вы посмотрите на все это.

– Что привело тебя сюда?

Он пожимает плечами.

– Разве друг не может зайти без приглашения?

Я медленно моргаю.

– Ты хотел увидеть, что произошло между нами, не так ли?

Он кивает, ухмылка играет на его губах.

– Да. Мне стало любопытно. Подай на меня в суд за это. Тэг является моим другом в течение долгого времени.

– Все же ты не заходил до сих пор, а теперь захотел немного поболтать, – дразню я, выгибая бровь.

– Виновен.

– Конечно, виновен, – говорю я, качая головой на его выходки, ухмыляясь. – Хочешь что–нибудь выпить?

– Не отказался бы от кофе.

– Разумеется. Какой тебе нравится? – спрашиваю, вставая.

– С молоком и двумя кусочками сахара, пожалуйста.

– Без проблем, – отвечаю, беря все, что мне необходимо, чтобы сделать его для него. Я делаю также и для Тэга – черный с одним кусочком сахара.

– Даже знаешь, какой он любит кофе, хороший знак, – дразнит Ксандер.

Я закатываю глаза.

– Я проводила с ним все свое время на протяжении последних двух недель. Ты удивишься, как много можно узнать о ком–то, когда ты живешь с ним. Да еще и работаешь.

Тэг входит в кухню, только что выйдя из душа, одетый в белую футболку и обтягивающие потертые джинсы.

– Доброе утро, – говорит он, его взгляд сосредоточен на мне.

– Доброе, – отвечаю я, протягивая ему кофе, а затем Ксандеру его. Я не знала, как себя вести. Мне позволено целовать его? Обнять его? Или же я должна вести себя, как и раньше, держа руки подальше от него за исключением ночи?

– Совсем не существует неловкости, – весело говорит Ксандер, делая глоток своего горячего кофе. – Черт, Клара! Ты делаешь хороший кофе.

– Спасибо, – говорю я, довольная его похвалой и решительно игнорирую его нелепый комментарий. Как будто мне нужен кто–то, чтобы сказать, насколько все неловко здесь происходит.

– Возможно, придется заглядывать чаще.

Тэг смотрит на Ксандера, прищурившись.

– Мы собираемся покататься или как?

Ксандер кивает, а затем смотрит на меня.

– Мы берем напрокат велосипеды для прогулки. Хочешь поехать с нами?

Ксандер пригласил меня, не Тэг.

– Нет, спасибо, – говорю я. – В любом случае, у меня есть кое–какие дела, которые мне нужно сделать.

– Какие? – спрашивает Тэг, выглядя заинтересованным.

– Просто дела, – отвечаю уклончиво. Я должна позвонить маме, потому что у нее сегодня день рождения, и я хотела побыть одна, чтобы сделать это. – Хорошо проведите время, ребята.

Я собираюсь повернуться и уйти, но Тэг нежно хватает меня за плечо.

– Ксандер, дай мне минутку.

Ксандер встает.

– Я подожду тебя снаружи.

Ксандер уходит, а Тэг разворачивает меня и прижимает к стене напротив стола.

– Все хорошо?

Я киваю.

– Все прекрасно.

– Уверена? Я же не был слишком груб прошлой ночью, не так ли? – спрашивает он, выглядя обеспокоенным.

– Тэг, – шепчу я. – Прошлая ночь была удивительной. Я любила каждую ее секунду.

– Тогда в чем дело?

– Думаю, что просто не знаю, как вести себя, понимаешь? Могу ли я просто целовать тебя каждый раз, когда захочу? Обнять тебя? Или ты подумаешь из–за этого, что я хочу большего…

– Дерьмо. Я действительно облажался по этому поводу, не так ли? – стонет он. – Ты можешь целовать меня, когда пожелаешь. Нам нужно поговорить, когда я вернусь, хорошо? Не заморачивайся, Клара. Просто наслаждайся этим, не подвергая сомнению.

– Ладно, – полагаю, что могу попробовать это.

– Саммер отправила ланч для тебя, – говорит он, целуя мои губы дважды.

– Хорошо.

Затем Тэг улыбается, и это украшает все его лицо.

– Не могу дождаться ночи.

– Ночи? – спрашиваю, затаив дыхание.

Он наклоняется вперед и покусывает раковину моего уха.

– Когда я буду внутри тебя снова.

Ох.

Я тоже не могу дождаться.

 – Так у него была другая девушка и двое детей? – спрашивает он, находясь в шоке после того, как я рассказала ему всю историю. – И он думал, что это нормально иметь две семьи?

Я пожимаю плечами.

– Если обе женщины мирятся с этим, почему он должен отказываться? Он довольствовался тем, что есть.

– Мне так чертовски жаль, что он поступил так с тобой. Кусок дерьма.

Я издаю чрезвычайно несексуальный звук в качестве согласия.

– Это уже не имеет значения. Я просто хочу забыть его. Как прошла поездка?

– Хорошо, – отвечает Тэг, повернув голову на подушке в мою сторону. Он лежит на спине со скрещенными руками над головой, в то время как я сижу наполовину на коленях, наполовину на заднице по другую сторону кровати. – В следующий раз возьму тебя на прогулку.

– С удовольствием.

– Теперь о том, что произошло ранее, – говорит он, вглядываясь в мое лицо. – Тебе было неловко рядом со мной этим утром. Мне не нравится это, так что перестань.

Мой рот широко открывается.

– Ты негодяй, знаешь это?

Он усмехается, его глаза светятся.

– В первую очередь мы друзья, помнишь? Если тебе есть что мне сказать или спросить, то сделай это. Если ты хочешь прикоснуться ко мне, то сделай это. Я не хочу, чтобы ты задумывалась об этом, находясь рядом со мной.

– Ты устанавливаешь правила, – отвечаю я, хватаясь пальцами за простыни. – Ты ясно дал понять, что это случайная интрижка, но я не знаю, означает ли это, что я могу быть вскользь ласковой.

– Ты слишком много думаешь, – бурчит он. – Теперь иди сюда и поцелуй меня. Я скучал по тебе.

Неужели?

Улыбаясь, я направляюсь вперед и наклоняюсь, нежно целуя его губы.

– Я тоже скучала по тебе.

– Спасибо, что рассказала мне о своих родителях, – шепчет он напротив моих губ. – Знаю, ты любишь держать все в себе, и понимаю, что для тебя это огромный шаг довериться мне настолько, чтобы все рассказать.

– Я доверяю тебе, – отвечаю ему, понимая, что это является правдой. – Я не знаю, почему, но так и есть.

Вот только не свое сердце.

– Я – достойный доверия парень.

– Тэг?

– Хмммм?

– Какое у тебя полное имя? – внезапно спрашиваю я. – Тэг – сокращенный вариант?

Он проводит губами по линии моего подбородка.

– Ты только сейчас спрашиваешь меня об этом?

– Я лишь сейчас задумалась об этом.

– Это не сокращенное имя. Ппросто Тэг.

– Мужчина, малость презирающий условности? – дразню я, заставляя его смеяться.

– Черт, ты милая, – бормочет он, проводя губами по моей шее. – Я хочу вкусить тебя снова, позволишь мне?

Он спрашивает разрешение?

– В любое время, Тэг, в любое время.

Он отстраняется, и я наблюдаю, как его губы формируются в ехидную улыбку.

– Сними эти штаны и раздвинь ноги шире для меня, милая.

Мои глаза распахиваются шире. Твою ж мать.

– Да, сэр, – мгновенно отвечаю я.

Тэг усмехается, демонстрируя свои белые зубы, его взгляд темнеет.

– Просто Тэг приступит к делу.

Это озорство слышится в его тоне?

Или я начиталась слишком много сексуальных любовных романов?

– Клара…

Ох, точно, мне же сказали раздеться.

Встав с кровати, я снимаю свою футболку, штаны, затем лифчик и трусики. Забравшись обратно на кровать, я ложусь лицом к нему и целую его.

– Ты такая красивая, Клара, – говорит он, перекатив меня на спину и прижав к матрасу.

– Ты такой одетый, – отвечаю я, мои глаза полуприкрыты. – Думаю, тебе необходимо раздеться, чтобы мы стали на равных.

Его глаза сияют от удовольствия.

– Сначала я хочу свой рот на тебе.

Я сдерживаю волнение.

– Ладно.

Он целует меня интенсивно, одной рукой запутываясь в моих волосах, а другой направляясь к киске. Тэг поглаживает меня, после чего скользит пальцем внутрь, а затем играет с моим клитором, в то время как я стону в его рот.

Так хорошо.

Он знает, как прикасаться ко мне – единственное преимущество быть с мужчиной с таким большим опытом.

Влажные поцелуи начинаются на моей шее и заканчиваются на тазовой кости, прежде чем он начинает покусывать внутреннюю сторону моего бедра. Затем наконец–то его рот опускается на меня.

– Черт, – шиплю я, мои руки вцепились в его голову, безмолвно прося большего.

Он дает это мне.

И когда я кончаю, то выкрикиваю его имя.

 – Итак, сколько лет тому парню? – спрашивает Тэг, как только я выхожу из душа, обернутая в пушистое белое полотенце.

Я вздыхаю.

– Не знаю. Я лишь знаю, что он ходит в универ. У меня нет никакой другой информации.

– Так он может быть гребаным насильником или кем–то в таком духе?

Я поджимаю губы.

– Тэг, перестань. Я не могу просто жить здесь с тобой всю жизнь.

– Почему нет? – спрашивает он, его глаза расширяются, словно он сам удивлен от сказанного.

– Тэг, – говорю я спокойно, наклоняя голову набок. – Я не знаю, чего ты хочешь от моего проживания здесь. Ты все также не хочешь быть со мной в отношениях, но и не хочешь, чтобы я съезжала.

Он потирает затылок.

– Ты уже живешь здесь, поэтому вполне можешь остаться. Ты прекрасно знаешь, что мне нравится то, что ты проживаешь здесь. Тебе нет необходимости жить с каким–то гребаным похотливым незнакомцем.

– Вот о чем ты переживаешь? Я страстно увлечена тобой, Тэг. Ты думаешь, я стану обманывать тебе при первой же попавшейся возможности? Поскольку я не такая. Даже, если ты не серьезно относишься ко мне, то я серьезна по отношению к тебе. Я твоя Тэг, даже если ты и не мой.

Он изучает меня в течение нескольких секунд, в его глазах вспыхивают разнообразные эмоции, которые я не могу точно определить.

– Я не могу дать тебе то, что ты от меня хочешь, – отвечает он, его голос кажется хриплым.

Каково его отношение к обязательствам? У него были плохие отношения? Возможно что–то связанное с мамой Беллы? Такое ощущение, что я расплачивалась за ошибки другой женщины. Не думаю, что он понял, что мы находимся в отношениях, только без огласки. Но я, безусловно, не собираюсь поднимать эту тему, потому что это, вероятно, заставит его сбежать в испуге.

– Я знаю, Тэг, – бормочу. – Но тогда не ожидай, что я буду поступать так, как ты хочешь. Если я захочу переехать к кому–либо, то сделаю это. И теперь уж ты точно не можешь ничего сказать, не так ли?

Желваки заходили на его скулах.

– Ты только что сказала, что ты моя.

– Так и есть, и я имела в виду именно это. Но я также сказала, что я твоя, но ты не мой. Что ты однажды сказал мне? Ах, да, что ты всегда одинок. Так ты одинок, Тэг? Даже сейчас?

Мой голос надламывается на последних нескольких словах.

– Я не был ни с кем, кроме тебя, с тех пор как мы переспали, – говорит он, вглядываясь в мое лицо.

Он просит меня читать между строк? Обратить внимание на поступки, а не слова? Я могла бы так поступить, но в конечном итоге, мне захочется услышать слова от него.

Внезапно, он встает и подходит ко мне. Ухватившись за полотенце, Тэг стягивает его с меня и роняет на пол.

– Ты моя, Клара. Я рад, что ты понимаешь это.

Затем его рот обрушивается на мой, и я забываю, что мы вообще спорили.

 Неделю спустя

 Настало время съезжать. Тэг загружает мои вещи в свой автомобиль, молчание между нами заполнено напряженностью. Знаю, что он не хочет, чтобы я уезжала, но я хочу сделать это ради себя.

– Это все? – спрашивает он, его тон приглушен.

– Да.

Тэг открывает дверь для меня, и я сажусь, в то время как он обходит автомобиль и садится на водительское сиденье.

– Она лишь в пяти минутах езды отсюда, – говорю я, повернувшись, чтобы оказаться с ним лицом к лицу.

– Знаю, – говорит он. – Ты же позвонишь мне, если тебе что–нибудь понадобится, верно?

Я киваю, но не уверена, что так поступлю. Тэг уже сделал многое для меня, и я не могу продолжать просить у него о помощи. Он проводит рукой по моей, а затем кладет ее на мое бедро, оставляя там до конца поездки.

Тэг паркуется, затем выходит из машины и берет мои сумки. Мы проходим один лестничный пролет, а затем я ищу квартиру под номер двадцать восемь.

– Сюда, милая, – говорит Тэг, указывая направо. Я иду рядом с ним, пока мы не подходим к двери. Постучав, я смотрю на лицо Тэга, пока мы ждем. Уставившись на желваки, подергивающиеся на его челюсти, я поворачиваюсь, когда дверь открывается. Мужчина стоит перед нами, одетый только в баскетбольные шорты, низко сидящие на его скудных бедрах. Его тело подтянутое, стройное. Тело спортсмена. Он один из моих соседей по квартире?

Его глаза раскрываются шире.

– Ты Клара?

Я киваю.

Он протягивает руку.

– Брэндон.

Я пожимаю его руку, а затем он подносит ее к губам и целует.

– Приятно познакомиться.

Тэг откашливается и придвигается поближе ко мне. Брэндон понимает его намек и отступает.

– Это – Тэг, – говорю я.

Тэг улыбается во все зубы.

– Моя женщина будет здесь в безопасности?

Брэндон кивает, сглатывая.

– Да.

– Хорошо, – отвечает Тэг самодовольным тоном.

Брэндон проводит нам быструю экскурсию. В квартире имеется три спальни и две ванные, и она довольна милая и просторная. Тэг несет вещи в мою новую комнату, затем садится на кровать, оглядываясь вокруг.

– Мне он не нравится.

– Тэг…

– Знаю, ты хочешь поступить именно так, но для справки, Клара, мне чертовски не нравится это.

– Ясно, – отвечаю я, мои губы подергиваются.

– Мне также не понравилось, как этот ублюдок смотрел на тебя. Он хочет тебя.

– Тэг, будь серьезен.

– Я серьезно, – он скрежет зубами, словно это признание убивает его. – Если он начнет приставать к тебе или изводить, неважно, ты съедешь, Клара.

– Тэг, прекрати быть пещерным человеком и трахни меня в моей новой комнате.

Это заставляет его заткнуться.

 Я игнорирую Тэга на протяжении следующих нескольких дней, хотя это очень сложно, потому что он не отступает. Он звонит мне, заходит и посылает цветы. Тэг делает все возможное, чтобы вернуть меня. Я сама добираюсь до работы, уезжая раньше, чтобы не пришлось сталкиваться с ним. Работа – единственное место, где у меня нет выбора, кроме как поговорить с ним, но другие люди всегда рядом.

– Я скучаю по тебе, – говорит он мне, когда проходит мимо. – Когда ты собираешься простить меня?

– Ты никогда не изменишься, Тэг.

– Я не был ни с кем, с тех пор как мы были вместе, и это, по–твоему, не изменился? – отвечает он, выглядя расстроенным. – Я не был идеальным, но черт, Клара, у меня раньше была женщина каждую ночь. Ты неправа. Я изменился.

– Почему она находилась в твоем доме? – я веду ответный огонь.

Он вздыхает, съеживаясь.

– Она пригласила меня на свидание. Я сказал «да».

Я вскидываю руки вверх, беззвучно говоря «разумеется».

– В моей голове творился хаос. Ты переехала в квартиру к тому парню, который по возрасту подходит тебе больше, и я не переставал думать о тебе. Разве не все заслуживают второго шанса?

– Все, – медленно отвечаю я. – Но когда мое сердце на кону, это не так уж и легко, не так ли?

Он протягивает руку и проводит пальцем по моей челюсти.

– Я облажался однажды, но не сделаю этого снова. Обещаю тебе.

Я не знаю, что и думать, но, черт возьми, лед вокруг моего сердца начинает таять.

Тэг целует меня в лоб, а затем уходит.

– Черт, – бормочу себе под нос, когда понимаю, что уставилась на его задницу.

Я хочу его, но он сделал мне больно.

Могу ли я доверять ему снова?

 Год спустя.