Еще никто не построил тюрьмы, из которой нельзя бы было убежать», — любил повторять он.
Звали его Роджер Дейрут. Он был невысокого роста — пять футов один дюйм, соответствующий вес — сто три фунта, шапка непокорных черных волос, длинный нос, широкий рот и блеклые выцветшие глаза, которые, скорее, отражали, нежели абсорбировали, все то, что попадало в поле их зрения.
Дейрут прекрасно знал название своей тюрьмы — Дальняя космическая разведка или просто Служба-Д. Он считался одним из ветеранов службы и по-своему даже любил ее. Но подобно мятежному изгнаннику, что нашел приют на белоснежных пляжах маленького острова в южном море, пристрастился к своему гамаку и скверному рому из сахарного тростника, но не утратил мечты о возвращении к зеленым холмам доброй старой Англии, Дейрут не уставал повторять, что рано или поздно пошлет к черту опостылевшую службу и вновь обретет долгожданную свободу.
Кстати, его одноместный Разведчик-Д не особо походил на гамак, а его маленькая каюта — на тропический пляж. Корабль представлял собой металлический кокон, чем-то похожий на гроб, и был оборудован лишь самым необходимым для своего пассажира.
Уже давным-давно Дейрут понял, что и он, и его товарищи-пилоты были всего лишь заключенными одной большой космической тюрьмы, расположенной поблизости от системы Капелла.
Незримыми стенами тюрьмы являлась специальная программа, получившая кодовое название «Ограничитель». Она внедрялась в подсознание пилотов психологами базы и неизменно обновлялась после каждого разведочного полета.
Средняя продолжительность одного такого полета, по требованиям инструкции, обычно не превышала пятидесяти стандартных суток.
Правда, большинство пилотов, среди которых преобладали преимущественно желторотые новобранцы, с неистощимым упорством пытались преодолеть влияние Ограничителя, но все они, как правило, терпели неудачу.
Непреодолимый страх перед космической бездной, заложенный в программе, в конце концов заставлял их поджать хвост и вернуться на базу.
«Но уж на этот раз я добьюсь своего!» — мрачно пообещал себе Дейрут, усаживаясь перед контрольной панелью Разведчика.
Он знал, что говорит вслух, по это обстоятельство мало смущало его.
Компьютер, автоматически фиксировавший поведение пилота во время полета, был предусмотрительно отключен.
Гигантское газовое облако, Великое Нуадж, лежало прямо по курсу его корабля.
Для осуществления своей цели ему пришлось вынырнуть из подпространства в опасной близости от газового скопления, но у игры, в которую он ввязался, были свои правила.
«Ты, парень, сошел с ума, — только и сказал ему Бингалинг Бенар, ветеран полетов и его старый друг, когда Дейрут поведал ему о своем намерении. — Ты хотя бы представляешь, с чем тебе придется иметь дело?»
«Я попытался было один раз, — признался Дейрут, — но Ограничитель заставил меня повернуть обратно».
«Там настолько темно, — продолжал Бенар, — что тебе сразу придется сбросить скорость до минимума, если ты собираешься остаться в живых. Даже я не выдержал в этой мгле больше восьмидесяти дней. Да и чего ради тебе идти на такой риск? Это всего лишь газовое облако, ни больше ни меньше. За ним — ничего нет!»
Между тем Великое Нуадж уже успело заполнить все передние экраны Разведчика, наглядно демонстрируя свои гигантские размеры.
«Там могут скрываться тысячи солнц, — подумал с тревогой Дейрут. — Бенар сумел выдержать восемьдесят дней. С моей скоростью мне не добраться и до центра туманности».
«Восемьдесят, максимум девяносто дней предел для самого опытного пилота, — припомнил он слова Бенара, — но обстановка там такова, что Ограничитель начнет действовать практически сразу, едва ты окажешься внутри этого чертового облака».
Дейрут сбросил скорость до безопасных цифр.
Состав газовой смеси давно уже ни для кого не был тайной. Облако состояло почти из чистого водорода, хотя его концентрация и превышала все мыслимые пределы.
Существовало предположение, что оно представляло собой эмбриональную стадию существования звезды, но было ли так на самом деле, никто не брался утверждать.
Дейрут бросил взгляд на экраны передних мониторов. Он прекрасно знал свой корабль и, в некотором смысле, составлял с ним единое целое.
Непосредственно за его спиной находилась крошечная криогенная камера, в которой безмятежным сном спали две макаки и с десяток белых мышей, обязательные участники поисковых полетов на случай высадки па незнакомые планеты.
Он включил экраны заднего обзора. Разведчик находился внутри облака не более часа, но свет знакомых звезд уже успел померкнуть за его кормой.
Дейрут почувствовал себя весьма неуютно. Пока еще рано было говорить о влиянии Ограничителя, но чувство дискомфорта не исчезало.
Правой рукой он ощупал покрытую ржавчиной металлическую идентификационную планку, закрепленную на его левом плече.
«Надо бы, черт возьми, наконец почистить ее», — подумал он, хотя заранее знал, что не станет этого делать.
Сама каюта представляла собой не менее жалкое зрелище. Повсюду валялись зачерствевшие остатки пищи, пол устилали пустые консервные банки. Даже рабочая консоль была покрыта толстым слоем пыли.
«Что и говорить, дыра», — подумал он с отвращением.
Впрочем, ему было хорошо известно, что негласно говорили о таких, как он, в высших эшелонах Службы-Д.
«Из таких бродяг и выходят лучшие разведчики».
Бродяги плевали на дисциплину, по собственному усмотрению нарушали расписание полетов, игнорировали приказы начальства, и им все сходило с рук, не говоря уже о такой мелочи, как загаженные суда, но они блестяще выполняли свою работу.
Они же чаще других навсегда исчезали в бездне космоса, и никто уже не мог сказать, что с ними стало… И как они могли преодолеть действие Ограничителя.
Дейрут с отвращением потряс головой.
Что за наваждение? Его мысли неизменно возвращались к Ограничителю.
Скоро он покажет себя. Слишком скоро. Пилот уже ощущал его воздействие. Облако действительно было необычайным местом. Экраны заднего обзора уже давно оставались абсолютно пустыми. В сердцах он отключил их.
«Мне необходимо чем-то заняться», — подумал он.
Некоторое время он развлекал себя тем, что сочинял продолжение бесконечной баллады разведчиков космоса.
Но мозг Дейрута раз за разом возвращался к мысли, что если его замысел удастся, то эти лирические строки никогда и никем не будут услышаны.
Дни тянулись невыносимо медленно, превращая его существование в сущий ад.
«Восемьдесят дней, — вновь и вновь повторял он про себя, — Бенар повернул обратно на восемьдесят первый день».
На семьдесят девятый день его состояние приблизилось к критическому. Ограничитель трудился вовсю. Чтобы хоть как-то отвлечься, пилот попытался найти логическое объяснение этому феномену.
«Ты и так сделал все, что мог. Тебе нечего стыдится. Бенар был прав. Здесь ничего нет, кроме концентрированного газа. Ни звезд… ни планет».
Но он упрямо продолжал двигаться вперед, напряженно всматриваясь в экраны мониторов в поисках первых признаков неоткрытых звезд.
Прошел восемьдесят первый день.
Затем восемьдесят второй…
На восемьдесят шестой он заметил на экране перед собой едва различимое свечение.
К этому времени он уже не отнимал рук от кнопок панели управления, готовый в любой момент развернуть Разведчик на сто восемьдесят градусов.
Три тусклых светлячка в темноте пространства.
На девяносто четвертый день (он перекрыл существующий рекорд на целых два дня) его Разведчик наконец вырвался на открытое пространство. На экране монитора можно было различить три звезды. На максимальном удалении от него находился бело-голубой гигант; несколько ближе, у самого края экрана, — оранжевое тело, более скромных размеров; и прямо впереди него ослепительно сиял золотой шар, родной брат земного Солнца.
Дрожащими руками Дейрут включил масс-аномальные сканеры, прощупывая пространство вокруг золотого красавца.
Тем временем воздействие Ограничителя становилось совершенно непереносимым. Но Дейрут не мог повернуть назад, ведь он был так близко от желанной цели!
Перед ним лежал Новый Мир — хрупкая мечта всех разведчиков!
На экранах мониторов появились первые данные.
Вокруг золотой звезды вращалась единственная планета с небольшим спутником.
Масса 998 421 — близкая земным нормам… Период обращения 40 стандартных часов… Среднее удаление от светила 243 000 000 км… Возмущение 9 градусов… Орбитальные вариации +38…
На несколько секунд Дейрут застыл на месте от удивления.
Последняя цифра могла означать только одно.
Золотой красавец имел еще одного спутника, значительно большего размера, чем первый.
Он начал новые поиски.
Ничего!
Затем Дейрут увидел его.
В первый момент он подумал, что приборы Разведчика отметили выхлоп дюз еще одного корабля.
Пришельцы?!
Он мгновенно перебрал в памяти все то, что ему было известно о контактах землян с представителями инопланетных цивилизаций, инструкции, регулирующие поведение пилотов при встречах с чужими кораблями.
Но почти тут же понял, что ошибся. Это была вторая планета.
Дейрут снова взялся за измерения.
Невероятно. Тело двигалось со скоростью более 40 км в секунду!
Мониторы продолжали выдавать новую информацию.
Масса 321,64… Период обращения 9 стандартных часов… Среднее удаление от центрального светила 58 000 000 км… Возмущение (?)…
Дейрут активизировал визуальные сканеры.
Планета казалась странно знакомой, хотя он готов был поклясться, что никогда не видел ее прежде.
Он задумался, следует ли включать системы связи бортового компьютера и попытаться обратиться к обитателям планеты через своего Лингвиста (портативный автоматический переводчик), но неудачно. Ответ компьютера неприятно поразил его непробиваемой логикой:
Дейрут вернулся к изучению открытой им планеты.
Первые же результаты свидетельствовали о том, что ее атмосфера простирается до высоты, по меньшей мере, 125 км. Температурные коэффициенты указывали на существование обширного тропического пояса, протянувшегося между 30 градусами северной и южной широты.
Неожиданно Дейрут заметил, что его руки сами протянулись к пульту управления корабля. Поддайся он сейчас воздействию Ограничителя, ему никогда бы уже не удалось вновь увидеть своей планеты.
Он сконцентрировал внимание на решении проблемы посадки и, не откладывая, ввел необходимые данные в память компьютера.
Компьютер привел несколько возражений, вызванных, по его мнению, проблемами безопасности корабля, но после повторной команды все-таки выдал свое заключение.
Дейрут передал данные на консоль управления, перевел корабль в автоматический режим и в изнеможении откинулся на спинку кресла. Последнее усилие его полностью истощило.
Разведчик-Д начал медленно снижаться и по пологой траектории вошел в верхние слои атмосферы. Тряска усилилась. Автоматически включилась система охлаждения. На экранах мониторов замелькали новые данные.
Состав атмосферы: кислород — 23,9 %, азот — 74,8 %, аргон — 0,8 %, углекислый газ — 0,04 %…
Когда дошло до содержания микроэлементов, у него уже не оставалось сомнений относительно ее тождественности атмосфере Земли.
Спектральный анализ подтвердил, что, ко всему прочему, атмосфера еще и необыкновенно прозрачна: от 3000 до 6 на 10 в четвертой степени ангстрем.
Этого было достаточно, чтобы понять: она пригодна для дыхания человека. Гидромагнетические показатели и величины содержания водяного пара он уже просто игнорировал.
Но вместе с ощущением полного счастья Дейруту пришлось испытать и новый, невероятной силы, удар Ограничителя. Он стиснул зубы и мобилизовал волю, дабы немедленно не отменить распоряжение о посадке.
На экране появилось изображение большого острова, над которым пролетал его корабль. Дейрут едва не застонал от восхищения, увидев стройную череду белоснежных зданий, возвышавшихся на берегу обширного залива, заполненного многочисленными яхтами.
И снова пилот испытал странное чувство, что все это ему поразительно знакомо.
Теперь его корабль пролетал над континентом.
Невысокая гряда холмов, строения, дороги, возделанные поля. Затем широкие прерии с бесчисленными стадами диких животных.
Дейрут впился пальцами в подлокотники своего кресла.
С ревом включились посадочные двигатели. Корабль перешел на более низкую траекторию и стал вертикально опускаться к поверхности планеты.
Если не считать небольшого толчка, посадка прошла вполне успешно.
Вверх поднялись клубы голубого дыма и тучи золы. Возникла даже угроза пожара, но распылительные автоматы, установленные на носу Разведчика, быстро справились с очагами огня.
На экранах мониторов Дейрут заметил крупных животных, испуганно бросившихся вo все стороны, подальше от места посадки. Они пронеслись по степи, словно большие прыгающие шары.
Странная грусть овладела им: уж слишком все это напоминало далекую Землю. Он даже невольно пожалел о своем недавнем отчаянном сопротивлении требованиям Ограничителя.
Автоматически включившееся радио начало прием сигналов местных радиостанций на привычных FM и AM волнах. Пришла в действие система Зондирования — Наблюдения — Оповещения, заработал и компьютер, отключившийся на время посадки.
Взвыла сирена ЗНО, свидетельствующая о приближении неопознанных объектов.
Было от чего потерять голову.
Почти в то же мгновение на экране телекамеры появились очертания машины странной конструкции: место колес занимали пять огромных пневматических шаров. Перевалив с севера гряду невысоких холмов, она направилась прямо к Разведчику-Д. Вслед за ней стелился сизый дымок: машина передвигалась с помощью парового двигателя. Характерные звуки, доносившиеся из установленных на корпусе корабля внешних микрофонов, как и показатели компьютера, подтверждали эту точку зрения.
Над ходовой частью возвышалась кабина голубовато-фиолетового цвета с пятью отверстиями во фронтальной части.
Слегка ошалев от этого зрелища, Дейрут забыл о возможной опасности.
Машина остановилась метрах в пятидесяти от круга выжженной при посадке земли и дала залп прямой наводкой из невесть откуда появившихся орудий.
Разведчик-Д содрогнулся на металлических опорах.
Оправившись от потрясения, Дейрут, больше не мешкая, включил систему автоматической защиты.
Но второго залпа не последовало. Словно удовлетворившись достигнутым, боевая машина развернулась и поспешно ретировались на восток, вслед за исчезнувшими животными.
Усмехнувшись, Дейрут протянул руку к кнопке с надписью «Меры предупреждения».
Гигантская туча взметнувшегося грунта пронеслась над отступающим механизмом и обрушилась на траву чуть впереди него, заставив машину мгновенно остановиться. Второй, не менее мощный выброс почвы блокировал бронированное чудовище справа и слева. На взгляд Дейрута, этого было вполне достаточно.
Служебные инструкции настоятельно рекомендуют пилотам избегать любых конфликтов с аборигенами.
Убедившись, что с этой стороны ему больше ничего не угрожает, пилот попытался оценить ущерб, нанесенный кораблю снарядами противника.
Меньше чем через десять секунд с компьютера поступили весьма неутешительные данные. В носовой секции корабля имелась значительная пробоина. Все установленные там детекторы полностью уничтожены. Теперь уже Дейрут при всем желании не смог бы покинуть негостеприимную планету: кораблю требовался ремонт.
Но нет худа без добра. Занятый новой проблемой, Дейрут меньше ощущал влияние Ограничителя на свое сознание. Нельзя сказать, что оно исчезло совсем, но, во всяком случае, уже не причиняло прежних страданий.
Дейрут бросил взгляд в сторону застрявшей машины. Он не вынашивал планов возмездия. По его мнению, сделанного было вполне достаточно, чтобы показать им свою силу и предупредить новое нападение.
«Да и кто мог подумать, — спросил он себя, — что аборигены вооружены артиллерией, да еще откроют огонь без предупреждения?»
Оправдывать он себя не собирался. Очевидный ответ напрашивался сам собой: конечно, капитан корабля. Ему-то следовало знать, что орудия и паровые двигатели всегда существовали одновременно.
Ничего этого бы с ним не произошло, если бы не проклятый Ограничитель. Это он выбил его из колеи. Но все же, черт побери, что вызвало их агрессию?
Пока он размышлял над этим вопросом, орудия машины снова угрожающе шевельнулись в направлении корабля. Новый предупредительный выброс грунта заставил экипаж воздержаться от неосмотрительных действий.
«Имейте в виду, что пока это все цветочки, — пробормотал Дейрут. — Успокойтесь ребята, не надо нервничать!»
Презрительно улыбнувшись, он нажал голубую кнопку, расположенную у самого края боевого пульта. Над равниной пронесся ужасающий вопль, способный устрашить любое разумное создание, которому бы довелось его услышать.
Эффект был мгновенным. Люк кабины откинулся, и оттуда выбрались пять дрожащих фигурок.
Дейрут подключил свой микрофон к системе центрального компьютера и, одновременно направив его сенсоры в сторону противника, начал диктовать собственные впечатления. Совместная работа человеческого и искусственного мозга обычно давала наилучший результат.
«Предположительно гуманоиды, — начал он, — передвигаются на двух ногах в вертикальном положении. Тело в форме цилиндра, рост около полутора метров. Пользуются одеждой. Имеют при себе по пять приборов неизвестного назначения, прикрепленных к поясу. Не исключено, что число «пять» имеет символическое или ритуальное значение. Цвет кожи — голубовато-фиолетовый, бледный. Две руки, похожие на человеческие, с удлиненными предплечьями. Крупные кисти с шестью пальцами, из них по два больших, с каждой стороны ладони. Головы кубической формы, закругляющиеся к макушке. На них головные уборы, напоминающие береты десантников, интенсивного голубовато-фиолетового оттенка. Очень широко расставленные желтые глаза навыкате. Возможно, эти создания способны видеть происходящее за своей спиной, даже не поворачивая головы».
Пока он диктовал свои впечатления, аборигены успели спуститься вниз.
Воспользовавшись этим обстоятельством, Дейрут добавил еще несколько слов к своему описанию их внешности.
«Крупный рот, расположенный в нижней части черепа. Слабо выраженный подбородок. Они лишены губ и, по-видимому, зубов, хотя внутри рта и виднеется тонкая темная пластинка, возможно, являющаяся их эквивалентом. Обладают дополнительными небольшими отверстиями, ниже каждого глаза, предположительно предназначенными для дыхания.
Внимание!
Один из них только что повернул голову. На видимой боковой стороне черепа отчетливо заметно незначительное углубление неизвестного назначения. Никакой аналогии с ушами человека».
Между тем пятерка начала медленно двигаться в сторону корабля. Дейрут незамедлительно отрегулировал сканер, чтобы постоянно держать туземцев в поле зрения, и продолжал:
«Вооружены луками и стрелами, что непонятно, учитывая наличие у них артиллерии. У каждого на спине колчан с… пятью стрелами.
Снова число «пять»!
Кроме того, у каждого имеется короткое копье, украшенное голубовато-фиолетовой подвеской, расположенной чуть ниже наконечника. Подвеска украшена орнаментом, в виде перевернутой стилизованной буквы U, повторяющимся и на их туниках, того же цвета.
Итак, что же мы имеем?
Прежде всего обращают на себя внимание неизменный голубовато-фиолетовый цвет и число «пять». Ваш прогноз?»
Через пару секунд пришел ответ компьютера, раздосадовавший его полной банальностью.
«Беда с этими компьютерами, — раздраженно подумал Дейрут, — слишком много логики и никакого воображения».
Пять аборигенов остановились у границы выжженного посадочного пятна. Затем, словно по команде, они разом протянули свои руки в направлении корабля и одновременно издали протяжный вопль, донесшийся из центрального овального отверстия:
— Тугайала, тугайала, тугайала!
— Свалились вы на мою голову, — проворчал Дейрут. — Тугайалы несчастные.
Еще раз, для очистки совести проверив систему автоматической защиты, он вооружился с ног до головы, и, не забыв прихватить с собой обязательный в таких случаях трехдневный рацион, «пришелец» распахнул главный люк корабля.
При его появлении все пять туземцев рухнули лицом на землю, молитвенно простирая руки.
Дейруту понадобилось всего несколько секунд, чтобы еще раз осмотреть аборигенов, после чего его внимание переключилось на изучение окружающей обстановки.
Воздух был чистым и свежим и, без сомнения, пригодным для дыхания. Перед ним простиралась широкая равнина, освещенная лучами яркого солнца, упиравшаяся в гряду невысоких холмов. Мирная, прямо идиллическая картина.
Закончив предварительный осмотр местности, Дейрут обернулся к своему кораблю, возвышавшемуся, подобно некоей фантастической башне, и недовольно поморщился.
На месте носовой части, сразу над хорошо ему известным опознавательным номером 1107, красовалась дыра внушительных размеров. Выругавшись про себя, он снова повернулся к туземцам.
Они все еще продолжали лежать на траве, но теперь их испуганные глаза были направлены прямо на незваного гостя.
— Надеюсь, металлургическая промышленность у вас развита неплохо, ребята, — произнес он самым дружелюбным тоном, — иначе меня ждут серьезные неприятности.
В ответ грянул уже привычный хор голосов:
— Тугайала унг-унг.
Он включил своего Лингвиста и, не снимая левую руку с кобуры пистолета, поднял правую в универсальном жесте мира, принятом у людей.
В ответ снова прозвучала неизменная «Тугайала».
«Это уже становится однообразным», — подумал Дейрут.
Его портативный переводчик продолжал хранить молчание. Очевидно, одних «тугайала» и «унг-унг» ему было недостаточно, чтобы активно включиться в работу.
Дейрут сделал еще один шаг навстречу туземцам.
Те, в свою очередь, немедленно вскочили на ноги и, по всей видимости, приготовились к бою. Их выпученные глаза, не отрываясь, следили за каждым движением незнакомца. Дейрута в который уже раз охватило странное чувство, что их внешность была ему, определенно, знакома. Больше всего они напоминали гигантских кузнечиков, по странной иронии эволюции, превратившихся в человекообразных обезьян. Ожившие персонажи фантастических романов его юности. Неужели воображение человека способно лишь копировать причудливые творения матушки-природы?
Несмотря на угрожающее поведение туземцев, Дейрут рискнул сделать еще один шаг в их направлении.
— Давайте, ребята, поговорим спокойно, — предложил он. — Скажите хоть что-нибудь. У вас, что, языки отсохли?
Вместо ответа пятерка отступила еще на пару шагов.
Дейрут нахмурился. Поведение туземцев нравилось ему все меньше и меньше.
Неожиданно его внимание привлек слабый жужжащий звук, казалось, исходивший от туземца, стоявшего справа от него.
С криком «с’Чарича! с’Чарича!», существо выхватило из складок своей туники небольшой круглый предмет и высоко подняло его над головой. Остальные, словно ожидая этого момента, сгрудились вокруг него.
Дейрут, с пистолетом в руках, молча ждал дальнейшего развития событий.
Но туземцы, казалось, совсем позабыли о его присутствии, сконцентрировав внимание на маленьком предмете в руках товарища.
«Что здесь происходит?» — подумал с раздражением Дейрут, чувствуя себя все более неуютно.
И тут же, словно в насмешку над ним, все пятеро туземцев одновременно повернулись и, не оглядываясь назад, направились к своей машине.
«Я где-то дал маху, — мелькнуло в голове у Дейрута, — но где? Что же мне теперь делать?»
Над полем недавнего противостояния воцарилась странная тишина.
Зато, вернувшись на корабль, Дейрут дал волю языку. Когда же его раздражение несколько улеглось, он уселся перед главным компьютером для небольшой дружеской беседы.
— Лидер, так лидер, — небрежно бросил Дейрут. — Скажи мне лучше, есть ли у тебя какие-либо соображения о том, что может означать проклятая «тугайала», если она вообще что-либо означает.
После многих лет общения с Дейрутом мыслящая машина усвоила, как лучше всего реагировать на риторические замечания своего владельца, равным образом, как и на любой вопрос, который, по ее мнению, не имел ответа.
— Ты сейчас говоришь, как моя старая тетка Марта, — недовольно буркнул Дейрут. — Но ведь что-то заставляет их талдычить это слово. Несомненно, что за ним скрывается какой то смысл.
— И как же ты это можешь объяснить?
— Пять пальцев, — пробормотал Дейрут задумчиво. — Пять… пять… пять…
— Пять, — повторил Дейрут.
Дейрут задумчиво пересчитал свои пальцы, словно видел их впервые.
— Пустое небо, на котором видны всего лишь три звезды…
«А неплохо было бы пожить на этой планете, надежно скрытой от чужих глаз газовой туманностью», — промелькнуло в голове у Дейрута, и в тот же миг он почувствовал новый удар Ограничителя.
— Сможем мы отремонтировать наш корабль? — спросил он, стараясь унять дрожь.
— Может быть, ты объяснишь мне, что происходит? — рявкнул пилот. — Почему они не хотят разговаривать со мной?
Тридцать восемь минут спустя аборигены вновь вышли из своего парового чудовища и направились к границе выжженной травы.
Повторив все меры предосторожности, Дейрут вышел из корабля. Он не торопился, готовый к любым неожиданностям.
Аборигены, по-видимому, ожидали его. На этот раз они выглядели более спокойными, и, как ему показалось, даже успели обменяться несколькими фразами между собой, продолжая наблюдать за незнакомцем выпуклыми желтыми глазами.
Разумеется, их речь оставалась совершенно непонятной для него, но Дейрут не сомневался, что компьютер с помощью Лингвиста рано или поздно справится и с этой задачей.
— Рад снова видеть вас, ребята, — произнес Дейрут, останавливаясь примерно в восьми шагах от туземцев. — Надеюсь, вы неплохо отдохнули в своей колымаге.
— Давайте, ребята, поговорим спокойно, — немедленно откликнулся самый высокий из аборигенов, сопроводив свои слова кивком головы.
Дейрут ахнул и на мгновение потерял дар речи.
— Надеюсь, металлургическая промышленность у вас развита неплохо, — немедленно поддержал инициативу своего сородича абориген, стоящий слева, — иначе меня ждут серьезные неприятности.
— Рад снова видеть вас, ребята, — опять вступил в разговор высокий, — надеюсь, вы неплохо отдохнули в своей колымаге.
«Да они просто имитируют мои слова», — сообразил наконец Дейрут.
— Пожалуй, вы одна из самых забавных стаек мартышек, которую я когда-либо видел, — фыркнул Дейрут, с трудом удерживаясь, чтобы не расхохотаться. — Хотелось бы знать, каким образом ваши мамаши ежедневно выдерживают подобное зрелище.
Высокий туземец тут же слово в слово повторил всю его фразу без малейшей ошибки.
— Заткнись, пожалуйста, — вежливо посоветовал Дейрут.
— Заткнись, пожалуйста, — тут же повторил абориген слева.
С последним замечанием трудно было не согласиться.
— Ты прав, — прошептал Дейрут в нагрудный микрофон.
Наступила продолжительная пауза. Чтобы хоть как-то скрасить неловкость ситуации, Дейрут вымученно улыбнулся.
— Аугрупп сомиликан, — последовала немедленная реакция высокого.
— Тугайала, — откликнулся левый.
Дейрут повиновался.
— Тугайала, тугайала, — согласились туземцы.
Один из них тут же отправился в паровой фургон и, возвратившись, показал Дейруту черную металлическую статуэтку высотой примерно пятидесяти сантиметров.
Дейрут сделал несколько осторожных шагов вперед и принял из рук туземца загадочный предмет. Последний оказался неожиданно холодным и тяжелым. Он представлял собой стилизованную фигуру туземной женщины в тунике, украшенной традиционным орнаментом, с полуоткрытым ртом и характерными выпуклыми глазами. При всей неискушенности в вопросах искусства, Дейрут не сомневался, что держит в руках выдающееся произведение гениального мастера. Осторожно, чтобы не обидеть туземцев, он извлек из кармана миниатюрный анализатор и прикоснулся им к черному металлу.
Во рту у Дейрута мгновенно пересохло.
— Этого не может быть, — произнес он хриплым голосом.
— Цивилизация возраста двадцать пять миллионов лет, — медленно повторил Дейрут, — но подобного просто быть не может.
Новый удар Ограничителя положил конец их спору. У Дейрута подогнулись колени. Неожиданно он почувствовал настойчивое желание немедленно вернуться на свой искалеченный корабль и поскорее убраться из этого непонятного мира.
Туземец, вручивший ему статуэтку, протянул руку, требуя свое сокровище назад.
— Тугайала, — произнес он, прикасаясь к перевернутой букве U на груди девушки, а затем — к аналогичному символу на своей тунике.
— Но у них всего лишь жалкие паровые машины, — не сдавался Дейрут.
— Основное сейчас: способны ли они отремонтировать мой корабль.
Высокий туземец снова выступил вперед и осторожно коснулся пальцем переводного устройства.
— С’Чарича, — произнес он негромко.
— Унг-унг, — послушно повторил Дейрут.
Высокий моментально отскочил назад и вместе со своими товарищами возвел глаза к небу.
Туземцы были явно потрясены его ответом. Дейрут уловил несколько слов, произнесенных с различной интонацией: «Яуброн… с’Чарича… Аутога… Сриз — сриз…»
— Аутога! — позвал Дейрут.
Высокий немедленно повернулся в сторону пилота.
Дейрут повиновался.
Аборигены все, как один, уставились на своего гостя, и разразились звуками, весьма напоминающими хрюканье. Аутога свалился на траву, в возбуждении колотя по ней обоими кулаками.
— В чем дело? — поинтересовался Дейрут.
— Это безопасно?
— Почему же они смеются?
— Они смеются над собой. Вам удалось провести их, захватить врасплох, и теперь они потешаются над собственной глупостью.
Все еще колеблясь, Дейрут подошел к Аутоге и присел рядом.
Туземец успокоился и, положив шестипалую руку на плечо пилота, обратился с речью к своим компаньонам. С опозданием не больше чем на долю секунды последовал перевод компьютера.
— Этот так называемый бог оказался, на проверку, неплохим парнем, ребята. У него паршивый акцент, но он обладает чувством юмора.
— Ты уверен, что не переврал половины слов? — осведомился Дейрут.
— Если ты так уверен в этом, можно начинать, — согласился Дейрут.
В тот же момент из спикера, висевшего у него на груди, донеслась серия звуков, соответствующая примерно: «Аи-инг-ийя».
Ответ пришел незамедлительно.
— Не понимаю, — проворчал Дейрут. — Что это значит — свободное небо?
На секунду Дейрут окаменел.
— Они хотят сказать, что мой корабль?.. Они что… умеют строить космические корабли?
— О, мы сделали несколько штук приблизительно десять миллионов клурч тому назад, — последовал немедленный ответ Аутоги.
— Точнее, пятнадцать миллионов клурч, — поправил его туземец, стоявший слева.
— О, нет, Чун, ты снова преувеличиваешь, — возразил Аутога. — Ты должен простить Чуна, — продолжал он, обращаясь к Дейруту, — если послушать его, то всегда получается больше, лучше и величественнее, чем было на самом деле.
— Что такое клурч? — спросил Дейрут.
— Я рад, что вы столь миролюбиво настроены, — совершенно искренне признался Дейрут.
Его Лингвист немедленно перевел эти слова в серию щебечущих звуков, и только тут Дейрут обратил внимание, что уже в течение нескольких минут туземцы с удивлением разглядывают его.
— Ты всегда говоришь грудью? — поинтересовался Чун.
Дейрут с досады прикусил язык.
Аутога бросил взгляд на корабль.
— У тебя есть другие спутники? — в свою очередь, спросил он.
Подумав немного, Дейрут покачал головой.
Глупый компьютер!
— Они проницательные ребята, — произнес он вслух.
— Замечательный набор звуков, — заметил Аутога. — Нельзя ли повторить их снова?
— Сначала вы приняли меня за одного из ваших собственных подростков, — отвечал Дейрут. — Что вы думаете обо мне теперь?
— Мы обсуждали этот вопрос в присутствии с’Чарича, — сообщил Аутога. — Вы понимаете, что для этого нам пришлось укрыться в багряной темноте, поскольку у нас не было желания ронять наши семена под его воздействием. Большинство из нас пришло к выводу, что вы являетесь воплощением нашего представления о боге. Лично у меня другое мнение. На мой взгляд, вы представляете собой нечто пока еще неизвестное нам, хотя я и не оспариваю взгляды моих товарищей.
Дейрут облизнул пересохшие губы.
— У него пять пальцев, — возразил Чун.
— Этот аргумент ты уже использовал, чтобы убедить Тура и Лекки, — усмехнулся Аутога, — но ты так и не смог опровергнуть замечания Списпи, что наличие пяти пальцев может быть результатом генетического отбора, не говоря уже об обычной ампутации.
— Но его глаза, — стоял на своем Чун, — кто мог бы представить себе такие глаза даже в страшном сне?
— Не надо обижать нашего гостя, — предостерег своего оппонента Аутога, бросая испытующий взгляд в сторону Дейрута.
— Кроме того, у него отличное от нас строение ног и рук, — вступился за Чуна один из его сторонников.
— Ты только повторяешь свои старые аргументы, Тура, — напомнил Аутога.
На секунду Дейрут попытался представить, как он выглядел в глазах аборигенов.
Строение глаза туземцев несомненно имело определенное преимущество перед его собственными. Они могли видеть позади себя, не поворачивая головы.
Против воли он усмехнулся.
— Что еще за странный звук? — полюбопытствовал Аутога.
— Так я смеюсь, — объяснил Дейрут.
Дейрут не стал спорить.
— Создание, способное смеяться над собой, сделало основной шаг к вершинам цивилизации, — заметил Аутога с уважением. — Вы понимаете, что никто из нас не собирался вас обидеть.
— На мой взгляд, теория Пичека, утверждающая, что общая вера в бога может создать его воплощение, получила полное подтверждение, — заявил Чун и с чувством продекламировал: «Это не сам бог, однако, я был свидетелем того…»
— Почему бы нам не узнать у него самого, — трезво предложил Аутога и, повернувшись к Дейруту, спросил. — Ты — бог?
— Я всего лишь один из смертных, но отличной от вас расы, ни больше ни меньше, — улыбнулся Дейрут.
Лингвист безмолвствовал.
— Переводи немедленно, — строго приказал Дейрут.
— У нас нет ни единого шанса одурачить этих созданий, — взорвался Дейрут. — Они научились строить космические корабли задолго до нас самих. У них великолепная электроника. Ты сам слушал их радио. Их цивилизации больше двадцати пяти миллионов лет. Разве не так?
— Тогда переводи мои слова.
То, как внимательно, следили туземцы за их тайными переговорами, вызвало у Дейрута смутное ощущение, что они и без перевода начинают понимать его слова. Его подозрение тут же оправдалось.
— Слово «переводить» адекватно нашему «чтсуйоп», не так ли? — спросил Аутога.
— Они сумели сделать это, не прибегая к вычислительной технике, ты, надутый ящик с электроникой, — не выдержал Дейрут. — Ты находишься во власти стереотипов, как какой-нибудь обыватель, для которого лук и стрелы — непременный атрибут каменного века. Неужели ты все еще полагаешь, что я смогу выдавать себя за бога?!
— Тогда переводи, — махнул рукой Дейрут. — Какая мне разница.
— Компьютер! — воскликнул Аутога. — Оказывается, в корабле находится компьютер. Как эксцентрично! Но в конце концов я оказался прав. Заметьте, что я пришел к этому выводу, не располагая другими данными, кроме внешнего вида корабля, покроя его костюма, ну и артефактов, конечно.
— Поэтому ты и являешься первым среди нас, — подтвердил Чун. — Я признаю, что был неправ и благодарю тебя за преподанный мне урок.
Аутога повернулся в сторону Дейрута.
— Что мы можем сделать для вас, помимо ремонта корабля?
— Разве вы не хотите узнать, откуда я прилетел к вам? — ответил вопросом на вопрос Дейрут.
— Зачем? — улыбнулся Аутога. — Существует старая теория, что за облаком водорода, которое создали наши предки, существуют другие звезды с планетами, на которых существует разумная жизнь. Ваше появление подтвердило правильность этой теории. Нам этого более чем достаточно.
— Но… неужели вы не хотите установить с нами контакт, торговать, обмениваться идеями?
— Ваше появление еще не опровергает другую древнюю теорию о пустой Вселенной. Однако даже такому примитивному существу, как вы, должно быть понятно, что такой обмен является бессмысленным.
— Но мы…
— Нам хорошо известно, что изоляция нашей Вселенной и сделала нас такими, какие мы есть, — вставил Чун, — если именно это ты хотел сказать. Но мы довольны своей жизнью.
— Он собирался долго и утомительно рассказывать о том, что его цивилизация может предложить нашей, — вмешался Аутога. — Я предлагаю немедленно приступить к тому, что мы должны сделать. Списпи, и ты, Тура, займитесь его компьютером. Чун и я…
— Что вы собираетесь делать? — спросил Дейрут, вскакивая на ноги.
Точнее, ему показалось, что он вскочил на ноги, потому что в тот момент, когда сознание вернулось к Дейруту, он по-прежнему сидел на земле вместе с пятью аборигенами.
— Весьма интересно, — заметил Аутога, — что ранее он уже имел контакт с цивилизацией нашего уровня. Обратите внимание на остаточные ограничения в его сознании на полеты далеко от дома. На этот раз нам придется сделать их еще более сильными.
Дейрут смотрел на беседующих между собой туземцев с выражением человека, временно утратившего память. Молчали Лингвист и компьютер. Он испытывал странное ощущение, словно миллионы муравьев одновременно ползли по его нервам.
— Как ты думаешь, с кем он мог иметь первый контакт? — спросил Чун.
— Безусловно, что не с мирами нашей группы, — ответил Аутога. — Но прежде чем мы покинем свет с’Чурича и начнем приготовления к следующему посеву, мы должны будем провести тщательное расследование.
— Кто станет разговаривать с нами? — вздохнул Чун. — Мы всего лишь простые пастухи.
— Может, нам надо чаще слушать развлекательные передачи, — сказал Списпи. — Иногда и в них можно найти что-нибудь полезное.
— Конечно, мы можем быть простыми скотоводами, чье расследование и не зайдет слишком далеко, — согласился Аутога, — но теперь нам хотя бы будет о чем поговорить. Подумать только, теория пустой Вселенной опровергнута!
Дейрут очнулся в каюте своего корабля, наполненной запахом пыли и его собственного пота. Одного взгляда на панель управления было достаточно, чтобы понять, что Ограничитель все-таки заставил его повернуть назад. Он так и не заглянул за пределы водородного облака и ничего не нашел внутри него.
Странное чувство печали охватило его.
«Когда-нибудь я все-таки найду мою планету, — подумал он. — Там будут белоснежные здания, возвышающиеся на берегу голубого залива и прерия, наполненная бесчисленными стадами диких животных».
Запись в автоматическом бортовом журнале подтвердила, что он лег на обратный курс на девяноста четвертый день своего путешествия.
«Все-таки я продержался дольше, чем Бенар», — констатировал он.
Он припомнил свой разговор с Бенаром и свои смутные воспоминания о том, что когда-то он уже пытался предпринять подобную попытку.
«Может, это было на самом деле? — подумал он. — Может, я просто забыл о ней под влиянием Ограничителя?»
Затем его мысли вернулись к базе в системе Капелла, и чем больше он думал о возвращении домой, тем меньше ощущал воздействие Ограничителя.
Проклятый Ограничитель в который раз возобладал над ним. В следующее путешествие он испробует новый маршрут. Кто знает, может там ему повезет больше.
«Кстати, почему мы прозвали его Ограничителем? — удивился он. — Пожалуй, правильнее было бы назвать его Тюремщиком».
Неожиданный вопрос взволновал пилота, и он задал его компьютеру.