— Да, мистер Туттлер, по-видимому, никто не заметил их отсутствия, — терпеливо отвечала по телефону Кетлин на вопросы взволнованного шефа. — Мне очень жаль, но мы сами больше ничего пока не знаем. Мистер Крейн связывается сейчас со смотрителями парка. Мы хотим организовать поисковую группу. Конечно, мистер Туттлер, мы вам немедленно сообщим, если узнаем что-нибудь новое.

— Мы? — удивился Лестер, который в этот момент закончил телефонный разговор. — Уж не собираешься ли и ты отправиться в горы?

— Конечно, я пойду с вами, — ответила Кетлин и посмотрела на него своими сверкающими зелеными глазами. — А что ты думал?

— Это мужское дело, Кети, — заявил Лестер и снисходительно коснулся ее щеки. — Мы не сможем заботиться еще и о тебе, когда будем в горах.

— Мужское дело, подумаешь! — вспылила Кетлин и оттолкнула его руку. — Ты просто не хочешь, чтобы я там тоже была. Собираешься стать героем, когда вы найдете заблудившихся. Вот что скрывается за твоей якобы заботой.

— Ах, Кети, не будь ты такой подозрительной, — посоветовал Лестер, укоризненно качая головой.

Соперничество между ними существовало со времени их знакомства в «Кранс Монтане». Они оба были очень честолюбивы и хотели добиться успехов в своей профессии. «Кранс Монтана», роскошный отель первого класса, был отличной стартовой площадкой в гостиничном бизнесе. Здесь каждый мог показать, на что он способен, и поэтому оба стремились наилучшим образом использовать все возможности.

И Кетлин, и Лестер хотели как можно скорее стать главными менеджерами отеля. Они знали, что в новый отель, входящий в гостиничную сеть «Ашкрофт» в Орегоне, будет подобран молодой управляющий, хорошо зарекомендовавший себя в другом отеле.

Выиграет ли борьбу Кетлин или у Лестера шансов больше? Оба понравились друг другу с первого взгляда и со временем даже влюбились друг в друга, но что касается дела, они не отказались от своих планов, желаний и надежд.

В этом и заключалась вся проблема. Если один из них добивался успеха, то и другой старался как-то выделиться и заслужить похвалу руководства! Поэтому Кетлин при всем желании не могла упустить шанс выступить в роли спасительницы пропавших постояльцев.

У нее с Лестером не было больше возможности обсуждать этот вопрос. В то время когда подбиралась поисковая группа, появлялось все больше любопытных постояльцев, комментирующих случившееся.

Даже Скипп, который дежурил ночью и мог бы давно отправиться домой, пришел из служебного помещения, где он читал после завтрака газеты, в холл, чтобы поделиться своим многолетним опытом работы лесничим.

— Мне часто приходилось сталкиваться с тем, что люди слишком неопытны, чтобы выжить в горах, — разглагольствовал он, наслаждаясь вниманием, с которым проживающие в отеле слушали его мрачные прогнозы. — Они идут в горы и ничего не знают, — говорил Скипп и смотрел поверх голов в сторону Кетлин. Это ему доставляло удовольствие. Скипп находил ее самой привлекательной женщиной, которую он когда-либо встречал. — В такую ночь, как прошедшая, люди могут очень легко замерзнуть, — весомо произнес Скипп, отвечая на вопрос перепуганного туриста. — Ничего не замечаешь, просто такое чувство, что очень устал. И если немного расслабишься, то тут все и начинается. Человек замерзает и не понимает, что он умирает.

— Прекратите, наконец, свои жуткие истории, Скипп, — остановил его энергично Лестер. — Мы найдем заблудившихся в полном порядке и доставим в отель. Дамы и господа, ничего страшного не произошло. Нет никаких поводов для волнений.

Но оптимистические заверения Лестера не могли полностью развеять сомнения, которые посеял Скипп своими черными пророчествами. В холле воцарилась напряженная обстановка.

— Я знаю, о чем говорю, — пробормотал Скипп, который не хотел, чтобы последнее слово оставалось за Лестером. — Если бы я не потерял ногу, то бы пошел со спасателями. Я знаю, что надо делать. Я…

Лестер и Кетлин лишь обменялись тревожными взглядами. У них было столько дел, что просто не оставалось времени думать еще и о Скиппе.

Кетлин инструктировала Дана Ратера, молодого служащего, который должен был подменить ее за регистрационной стойкой. Она дала ему список постояльцев, покидающих отель, а также тех, кто должен прибыть.

— И, пожалуйста, позаботьтесь об отъезде миссис Вагенер, — попросила она Дана. — За ней прилетит в десять часов вертолет. Она, кажется, боится полета.

— Я позабочусь об этом, — заверил Кетлин молодой человек и восторженно посмотрел на нее.

Когда Кетлин и Лестер ушли, чтобы переодеться для необычной поездки в горы, руководство взял на себя Морган Туттлер. Благодаря своему непоколебимому хладнокровию и авторитету он мгновенно утихомирил бурю страстей. Одним движением руки директор заставил замолчать Скиппа и, сказав лишь несколько слов, успокоил взволнованных клиентов отеля.

Кетлин и Гаррисон добрались до хижины последними. Было ясно, что пропавшие туристы достигли водопада, но не отправились обратно по Тропе Игл.

— Из этого можно сделать только один вывод, — подвел итоги Гаррисон. — Группа Миллера, очевидно, попыталась найти путь через Ущелье Черта.

Кен Вамборов тихо ругнулся. Он с ужасом вспомнил случай, который произошел несколько лет назад. Два постояльца отеля заблудились тогда в Национальном парке. Три дня спустя после исчезновения поисковая группа обнаружила их трупы в Ущелье Черта.

Кен взглянул на Гаррисона и понял, что и он думает о том несчастном случае.

Лестер стоял на краю пропасти и смотрел вниз, затем осторожно сделал шаг назад и выпрямился. Обернувшись, он оказался лицом к лицу с Кетлин.

— Я просто не могу поверить, что человек может добровольно полезть туда, — признался Лестер.

Кетлин подошла ближе к краю пропасти. Она хотела заглянуть в ущелье. При этом инстинктивно протянула руку и уцепилась за Лестера.

— Ох, — воскликнула она. — Вот это пропасть!

— Отойди-ка лучше от края подальше, — предупредил Лестер и потянул ее к себе.

На мгновение их тела соприкоснулись. Кетлин прижалась к широкой груди Лестера, а он обнял ее за плечи. Ему очень хотелось поцеловать ее, но он знал, как бурно реагирует Кетлин на его нежности в присутствии других.

— Рой и я спустимся в ущелье, — сказал Гаррисон. — Альберт и Кен подстрахуют нас.

— А что делать нам? — спросила Кетлин, освобождаясь из объятий Лестера.

— Свяжитесь по рации с управлением, — посоветовал Джек. — Пусть они приготовят вертолет на случай, если будут пострадавшие.

Двадцать минут спустя стало очевидным, что все четверо были целы и невредимы. Как выяснилось, идея спуститься в ущелье принадлежала Сью Вадлингер.

Сначала все шло хорошо: спуск в ущелье был еще достаточно легким. Но затем они увидели, что без специального снаряжения дальше спускаться не смогут. И с ужасом поняли, что и подняться наверх тоже.

К счастью, группа обнаружила в отвесной скале пещеру, достаточно просторную, чтобы в ней переночевать.

Конечно, никто из них всю ночь не сомкнул глаз, но они были, по крайней мере, защищены с трех сторон от холодного ночного ветра.

— Мы вас поднимем одного за другим на специальном поясе, — объяснил им Гаррисон. — Сначала женщину.

Сью Вадлингер хихикала, когда Рой застегивал на ней пояс, но скоро перестала улыбаться. Трос, на котором Альберт и Кен поднимали ее наверх, раскачивался и вибрировал так, что молодую женщину несколько раз больно стукнуло о скалу.

Мистер Шнайдер и мистер Фолкерт также вздохнули с облегчением, оказавшись наверху. Они бурно благодарили своих спасителей и обещали в будущем не подвергать себя и других таким испытаниям.

Господин Миллер был человеком другого склада. Едва он оказался в безопасности, как сразу накинулся на Лестера Крейна и разразился потоком ругательств.

— Я подам на «Кранс Монтану» в суд, — кричал он. — На владельца, управляющего и его помощников. Я требую возмещения убытков, в том числе моральных.

— Но, мистер Миллер, — протестовала Кетлин. — Отель не может нести ответственность за ваши поступки.

— Еще как может! — прорычал Миллер. — Я приехал сюда не откуда-нибудь, а из Сан-Франциско. Я найму лучших адвокатов города.

Кетлин рассмеялась. Итак, Гаррисон дал Миллеру правильную оценку: он был жителем большого города и знал природу только по телевизионным передачам. Ее смех еще больше разозлил Миллера.

— Отель нарушил свои обязательства заботиться о безопасности постояльцев, — крикнул Миллер с красным от гнева лицом.

— Ничего подобного, — уверенно возразил ему Лестер. — Как только мы обнаружили сегодня рано утром, что вы не вернулись в отель, то сразу же снарядили поисковую группу. Вас нашли, сэр.

— Вы должны были бы уже вчера вечером организовать наши поиски, — настаивал на своем Миллер. — Уж не думаете ли вы, что я плачу в отеле эти сумасшедшие деньги, чтобы ночевать в пещере?!

— Было ужасно холодно, — добавила Сью Вадлингер.

— Но я же дал вам на всякий случай рацию, — сказал Кен Вамборов. — Почему вы не воспользовались ею?

— Ах, рация… — На какое-то мгновение Миллер потерял самообладание, но быстро взял себя в руки и снова кинулся в атаку: — Рация была слишком тяжелая и неудобная в обращении. Абсолютно не годится для туристического похода. Я ведь не вьючный осел.

— И вы ее просто выбросили? — удивленно воскликнула Кетлин.

— Конечно, я заплачу за рацию, — быстро проговорил Миллер. — Но теперь есть гораздо более удобные и компактные рации, не больше пачки сигарет.

— Но радиус действия таких раций здесь, в горах, очень ограничен, — попытался оправдываться Кен.

Кетлин положила руку на плечо инструктора.

— Слова здесь бесполезны, — прошептала она ему. — Этот Миллер просто хочет попортить нам кровь. Не надо поддаваться на его провокации. Иначе кто-нибудь из нас в конце концов скажет что-нибудь липшее.

— Что с вертолетом? — спросил Гаррисон, который как раз поднялся из ущелья.

— Он стоит наготове, — ответила Кетлин. — Нужно только связаться с управлением, и он вылетит.

Рой между тем тоже поднялся из ущелья. Теперь все теснились на небольшой площадке перед хижиной. Отсюда открывался великолепный вид на ледник, но это сейчас никого не интересовало.

— Что? — выкрикнул Миллер с наигранным возмущением. — Вертолет со спасателями еще не вылетел? Уж не думаете ли вы, что мы пойдем обратно в отель пешком? После всего, что пережили.

— Попридержите-ка язык, мистер Миллер, — произнес Лестер, с трудом сдерживаясь. — Вы должны благодарить небо, что мы нашли вас и ваших товарищей целыми и невредимыми.

— Вы становитесь просто наглым, молодой человек, — разозлился Миллер и сделал угрожающий жест рукой.

Это была последняя капля. Терпение Лестера лопнуло. Он схватил обеими руками Миллера за куртку и приподнял его в воздухе.

— А теперь послушайте внимательно, что я вам скажу. — Голос Лестера звучал тихо и угрожающе. — Это было более чем легкомысленно, спускаться в ущелье без снаряжения. Это было просто безумие. Из-за таких людей, как вы, лесничие должны подвергать риску свои жизни. Удовольствие не большое, замечу вам. Я не требую от вас благодарности за то, что мы вас вытащили, но ваша дурацкая болтовня начинает действовать мне на нервы.

— Я такого же мнения, — сухо проговорил Гаррисон.

— Вам еще придется вспомнить обо всем этом, — продолжал угрожать Миллер, после того как Лестер поставил его на землю. Но никто больше не обращал на него внимания. Он перегнул палку. Было очевидно, что его нахальное поведение шокировало Шнайдера, Фолкерта и Сью Вадлингер. Они старались не смотреть на Миллера.

— Примерно в миле отсюда есть большая поляна, — сообщил Гаррисон. — Там вертолет сможет приземлиться. Вы способны дойти туда пешком? — Никто не возразил, и Джек кивнул. — Хорошо, — сказал он, подав знак Кетлин. — Альберт проводит до поляны, где вас подберет вертолет. Я передам точные координаты в управление.

— А вы с нами не полетите?

Гаррисон отрицательно покачал головой.

— Я обнаружил в Ущелье Черта следы медведя, — объяснил он. — Хочу с Роем все подробно осмотреть.

— Спасибо, Джек, — поблагодарил Лестер.

— Не стоит, — возразил, смеясь, Гаррисон. — Мы всегда охотно помогаем там, где можем. Но ты вправе, при случае, угостить меня пивом.

— Это я обязательно сделаю, Джек, — заверил его Лестер.

Конечно, управление Национальным парком пришлет в адрес «Кранс Монтаны» счет за спасательную операцию и использование вертолета. Но отель, естественно, был застрахован от этого, так же как от последствий пожара или бурь.

— Счастливого полета, Кетлин. — Гаррисон пожал руку молодой женщине. — И позаботьтесь о том, чтобы туристов тотчас осмотрел врач. — Он понизил голос и наклонился ближе к Кетлин. — С Миллером и его компанией нужно быть всегда предельно осторожными, — прошептал он. — Типы, подобные ему, пытаются и позднее извлечь для себя выгоду.

По дороге к поляне Лестер и Кетлин шли за группой на таком расстоянии, что могли спокойно поговорить друг с другом.

— Мы-то ждали, что заслужили похвалу за наше участие в спасении туристов, а получим, по-видимому, хорошую нахлобучку. Ты считаешь это справедливым? — сетовала Кетлин.

Лестер обнял ее за плечи и нежно прижал к себе.

Кетлин не противилась его ласке, а, напротив, тесно прижалась к сильному телу Лестера.

— Я буду рада очутиться снова в отеле, — призналась она. — Теперь, когда ситуация стала спокойной, я чувствую, как устала.

— Я бы охотно понес тебя на руках, — прошептал Лестер ей в ухо, — но боюсь, что если Миллер увидит, то потребует, чтобы я нес и его.

— Ты ясно выразил свое мнение о нем. — В ее голосе слышалось восхищение, которое она и не старалась скрыть.

— Я знаю, мне не следовало бы давать волю своим чувствам, — вздохнул Лестер. — Это ведь означает еще один минус в моем личном деле.

— Глупости, — возразила Кетлин. — Я объясню мистеру Туттлеру, как все было. Морган Туттлер — отличный менеджер. Я уверена, что он поймет твое поведение.

Лестер задумчиво покачал головой.

— Как человек, Туттлер меня, может быть, и поймет, Кетти, но как руководитель — нет. Он всегда нам внушает, что хороший служащий отеля должен в любой ситуации сохранять хладнокровие. А я как раз и не смог. Этому трудно найти оправдание.

Кетлин прикусила нижнюю губу. Она знала, что Лестер прав. Он не должен был так разговаривать с постояльцем отеля.

— Мне понравилось, как ты себя вел с этим высокомерным идиотом, — произнесла она. — Хотелось броситься тебе на шею и расцеловать.

— Ну, это мы всегда сможем наверстать, — пообещал он и посмотрел ей в глаза.

Кетлин почувствовала легкую дрожь, которая пробежала по ее телу. Ей хотелось очутиться сейчас наедине с Лестером. Но, конечно, это были лишь мечты, так как в данную минуту она услышала шум вертолета, который, сделав высоко в небе петлю, пошел на посадку.

— Когда же мы наверстаем упущенное? — прошептал ей на ухо Лестер, помогая забраться в вертолет.

Кетлин ничего не ответила, но во время всего полета не отрывала глаз от Лестера.

Когда он встречался с ней взглядом, то замечал таинственное сияние в зеленых глазах Кетлин. Для него это и было ее ответом.

Проснувшись на следующее утро, Кетлин увидела Лестера, стоявшего одетым около постели и посылавшего ей воздушные поцелуи.

— Доброе утро, любимая.

Кетлин села в кровати, натянула до подбородка одеяло и зевнула.

— Сколько сейчас времени? — пробормотала она сонно.

— Шесть часов утра, — ответил Лестер бодрым голосом. — День обещает быть чудесным. Тепло и сухо.

— А почему ты уже такой бодрый? — спросила она, сладко зевая и глотая половину слов.

— У меня сегодня утренняя смена, — пояснил Лестер. — Через несколько минут я должен быть в холле за регистрационной стойкой.

Кетлин отбросила со лба прядь волос, обхватила руками согнутые колени и начала слегка раскачиваться взад и вперед.

— Твоя утренняя смена, конечно, может объяснить тот факт, что ты поднялся среди ночи, — промолвила она. — Но в чем причина твоей бодрости в такое время суток?

— Я люблю вставать рано, — признался Лестер.

Кетлин застонала и спрятала голову в подушки.

— Ужасно, — вздохнула она. — А я вот ярко выраженная сова. Если бы могла, то дрыхла бы каждый день до десяти часов и не ложилась спать раньше полуночи. К сожалению, работа не позволяет мне этого.

— Я уже заметил, что ты по возможности стараешься избегать утреннюю смену, — засмеялся Лестер.

— Но за это я охотно работаю добровольно в вечернюю, — защищалась Кетлин.

— Да, конечно, — согласился он. — Например, сегодня.

Кетлин с наслаждением потянулась. Одеяло при этом соскользнуло, и можно было видеть ее обнаженное тело.

— И у меня впереди еще целый свободный день, — промолвила она. — Я буду нежиться в постели — спать и читать.

— Когда я вижу тебя в таком виде, мне просто хочется взять отпуск и вернуться к тебе в постель.

Кетлин натянула на себя одеяло.

— Ты забываешь при этом одну маленькую деталь, мой дорогой!

Лестер наморщил лоб и вопросительно посмотрел на нее.

— Если ты возьмешь отпуск, то мне придется работать дополнительно и за тебя, — заявила Кетлин. — Точно так же, как и ты заменяешь меня, когда я отсутствую.

— Ты права. — Он вздохнул и кивнул головой. — Итак, мне совершенно бесполезно снова ложиться в постель, ведь тебе тогда придется вылезти из нее.

— Не пройдет и получаса, как Морган Туттлер пошлет за мной.

— Такова жизнь, — произнес Лестер нарочито напыщенно. — Жестокая и несправедливая. — И продолжил уже нормальным голосом: — Я буду весь день думать о ночи, проведенной с тобой, Кети. Это было самое прекрасное, что я пережил в моей жизни.

— Да, это было действительно прекрасно, — согласилась она. — Ты сделал меня очень счастливой.

— Когда мы снова увидимся? Сегодня вечером?

Кетлин помедлила с ответом.

— Я еще точно не знаю, — промолвила она задумчиво. — До двенадцати я на работе. Потом, очевидно, рано лягу спать, ведь завтра утром у меня совещание с директором и мистером Перкхемом.

Лестер кивнул. Он сам прекрасно знал, что из себя представляют эти совещания. Мистер Перкхем, бухгалтер отеля, был человеком, не терпящим возражений и очень несимпатичным. Он любил ставить своих собеседников в затруднительное положение, чтобы потом подтрунивать над их ошибками и недостатками. Можно было легко понять Кетлин, которая хотела быть на этом совещании в хорошей форме. Эти совещания проходили раз в месяц, и на них присутствовали поочередно Лестер и Кетлин.

— Давай подождем, — сказала Кетлин и взяла его за руку. — Наверняка в ближайшие дни у нас появится возможность побыть вдвоем.

Лестер помахал на прощание и ушел. Едва дверь за ним закрылась, Кетлин уютно устроилась в постели и тут же уснула. Когда она пробудилась, солнце стояло уже высоко и время приближалось к полудню. У нее было прекрасное настроение. Зайдя в ванную комнату, она включила холодный душ. Кетлин нравилось, когда холодные струи воды падали на ее тело.

Кетлин заглянула по дороге в бар, чтобы посмотреть, не ждет ли ее там Лестер. Но в баре, кроме Клинта-бармена, перед стойкой сидели только два постояльца. Они смотрели по телевизору повторение футбольного матча.

— Можно мне пригласить тебя выпить за счет заведения? — крикнул ей Клинт Хосс.

Кетлин отрицательно покачала головой. Хотя рюмка чего-нибудь крепкого, может, и помогла бы ей избавиться от неприятного осадка после разговора со Скиппом, но она подумала о завтрашнем дне. Завтра ей нужно быть в хорошей форме.

На ручке двери ее комнаты висел букетик цветов с запиской: «Возникли проблемы с нашим поставщиком мяса. Пришлось неожиданно поехать с Роджером Фарезом в Миссуолу. Вернусь завтра к началу утренней смены. Должен буду заменить Меттью Диллона. Ребенок действительно родился раньше, чем ожидали. Я уже радуюсь нашей встрече. С любовью Л.».

Теперь ей стало понятно, почему она целый день не видела Лестера. Кетлин взяла цветы, которые успели немного завять, и вошла в комнату. Она поставила букетик в вазу на своем ночном столике и легла в постель.

Усталости не было, и Кетлин включила телевизор — передавали ток-шоу. Через несколько минут она поняла, что тема ее совершенно не интересует. Стала переключать на другие каналы. Передавали еще два ток-шоу, несколько старых фильмов и документальную ленту о брачном периоде китов. Все это также не вдохновило ее.

Кетлин выключила телевизор, потушила свет и попыталась заснуть.

Прежде чем погрузиться в сон, она снова подумала о Лестере, который был сейчас в Миссуоле, на расстоянии трехсот миль от нее. «Что он сейчас делает? Вспоминает ли прошлую ночь? Или пытается уснуть в унылой комнате отеля, прежде чем рано утром вернется в «Кранс Монтану»? А может быть, сидит с шеф-поваром в каком-нибудь полутемном баре и смотрит скучный стриптиз?»

Кетлин почувствовала себя очень одинокой, и ей страстно захотелось, чтобы Лестер был сейчас рядом и держал ее в своих объятиях.

Когда она открыла утром глаза, то обнаружила, что снова проспала. Надо было торопиться, чтобы не опоздать на совещание с директором и бухгалтером.

— Завтра поставлю будильник на шесть часов, — пробормотала Кетлин вслух, быстро приведя себя в порядок. — Я сделаю несколько кругов в бассейне и начну день без стрессов и спешки.

Когда Кетлин бежала через холл, было четыре минут десятого. Совещание проходило в маленьком конференц-зале, рядом с другими административными помещениями. Кетлин помахала рукой Лестеру, который разговаривал с постояльцами, и помчалась вверх по лестнице.

Мистер Перкхем уже сидел за овальным столом. Перед ним лежали бухгалтерские книги, счета и две пачки компьютерных распечаток. К счастью, Морган Туттлер еще не пришел, так что опоздание Кетлин оказалось не таким уж страшным.

— Доброе утро, мистер Перкхем, — произнесла она, запыхавшись, и положила свой блокнот и шариковую ручку на стол.

— Точность — вежливость королей, — вместо приветствия сказал бухгалтер. — Так как вы не королева, то можете себе позволить опаздывать.

Кетлин воздержалась от ответа. Она взяла бутылочку апельсинового сока, которая вместе с другими прохладительными напитками и стаканами стояла в центре стола. Правда, охотнее Кетлин выпила бы чашку кофе, но ей не хотелось привлекать к себе внимание.

— Доброе утро, Кетлин. Доброе утро, Ричард. — Морган Туттлер вошел в конференц-зал и сел за стол. Он был в хорошем настроении.

Кетлин и мистер Перкхем поздоровались с ним.

— Я вижу, вы о себе уже позаботились, Кетлин, — сказал мистер Туттлер и указал на бутылочку с апельсиновым соком. — И, насколько я вас знаю, Ричард, вы вообще не будете ничего пить. — Мистер Перкхем чопорно кивнул. — Тогда я закажу себе кофе, — продолжал директор. — У меня не было времени позавтракать.

Он протянул руку к телефону, стоящему на столе, и передал заказ на кухню.

«Если бы я подождала одну минуту и не взяла этот идиотский сок», — подумала Кетлин.

Но откуда ей было знать, что мистер Туттлер закажет себе кофе.

Мистер Перкхем только начал свой отчет, когда принесли кофе. Его аромат был настолько соблазнительным, что Кетлин многое отдала бы, чтобы отпить глоточек.

Мистер Перкхем продолжал монотонно читать свои цифры. Кетлин с трудом заставляла себя сосредоточиться. К тому же бухгалтер говорил тихим голосом. Этой уловкой он старался привлечь внимание слушателей.

На телефоне вспыхнула лампочка. Очевидно, речь шла о чем-то важном, ведь у телефонисток на коммутаторе было строгое распоряжение не мешать работе совещания.

— Да? — На лице Моргана Туттлера было написано нетерпение. Он жестом попросил бухгалтера прервать отчет. — Чей вертолет только что приземлился?

Кетлин в это время рисовала человечков в своем блокноте, но она вовсе не была безучастной, как это могло показаться, а внимательно слушала, стараясь все уловить.

— Вы говорите — Ашкрофт? — переспросил директор отеля. Он посмотрел на свои часы. — Я ждал его позднее.

В голове Кетлин закружились мысли. По-видимому, только что прибыл Реджинальд Ашкрофт, властелин средств массовой информации и владелец отеля. Кетлин твердо решила использовать визит Большого Босса в своих целях. Она хотела произвести на него хорошее впечатление, чтобы он вспомнил о ней, когда будет выбирать кандидатуру на пост управляющего в новом отеле в Орегоне.

— Спасибо, Бетти, — поблагодарил Туттлер телефонистку. — Я сейчас же спускаюсь вниз, чтобы лично встретить мистера Ашкрофта и его гостей.

«Лестер как раз дежурит внизу за регистрационной стойкой, — подумала Кетлин. — Он, конечно, постарается показать себя с наилучшей стороны».

— Мне очень жаль, Ричард, — извинялся директор. — К сожалению, мне нужно уйти. Реджинальд Ашкрофт и его свита прибыли раньше, чем я их ожидал.

— Я тоже иду вниз, — произнесла Кетлин, вставая из-за стола. — Я так много слышала о мистере Ашкрофте. И рада буду познакомиться с ним лично. Не говоря уж о том, что наверняка могу пригодиться.

— Вы правы, Кетлин, — кивнул Морган Туттлер. — Вы можете очень даже пригодиться. Я ведь всегда могу на вас положиться.

Кетлин почувствовала, что краснеет. Морган Туттлер редко говорил комплименты.

— Просмотрите с мистером Перкхемом отчет за последний месяц, — продолжал директор. — Сравните с данными предыдущего месяца. Я хотел, чтобы вы информировали меня о слишком больших расхождениях в ту или другую сторону. Лучше всего, напишите мне короткий точный отчет, не более двух страниц.

Кетлин была просто потрясена от неожиданности. Она пыталась что-нибудь возразить, но ей не приходил в голову никакой весомый аргумент, который сделал бы ее присутствие внизу необходимым.

— Может быть, я вам понадоблюсь у регистрационной стойки, — крикнула она вслед мистеру Туттлеру, который уже спешил к двери.

— В этом нет необходимости, Кетлин, — ответил директор. — Насколько я знаю, сегодня там дежурит Лестер. Я поручу ему позаботиться о мистере Ашкрофте и его сопровождающих.

«Именно Лестер, — с огорчением думала Кетлин. — Ну, почему так получилось? Почему я слушаю отчет Перкхема, а Лестер принимает Большого Босса, а не наоборот?»

— Мне кажется, вы невнимательно меня слушаете, моя дорогая, — прошептал немного позже мистер Перкхем. — Такое чувство, что мои цифры вас вообще не интересуют.

— Вы ошибаетесь, мистер Перкхем, — поспешила заверить его Кетлин. — Я нахожу ваши цифры очень интересными. Они звучат так сухо, но за ними кроется вся жизнь отеля.

Бухгалтер бросил на нее сердитый взгляд. Он не был уверен, услышал ли комплимент или Кетлин насмехается над ним. Ее улыбка не прояснила картину. Перкхем откашлялся и поправил очки.

— Ну, тогда продолжим, — произнес он и снова начал читать свои бесконечные скучные цифры, которые нагоняли на Кетлин смертельную тоску.

«Мне, по крайней мере, удалось вывести Перкхема из равновесия», — думала она, довольная собой. Обычно побеждал бухгалтер и приводил собеседников в смущение.

Но радость Кетлин была преждевременна: мистер Перкхем отомстил ей за ее двусмысленный комплимент. Обычно он делал свой месячный отчет за полчаса, а сегодня он растянул его на целых полтора.

Кетлин сидела как на раскаленных углях, и ей хотелось только одного — поскорее отсюда удрать.

Наконец Перкхем закончил свой отчет. Кетлин улыбнулась, хотя с удовольствием свернула бы ему шею. Если у нее и были небольшие шансы встретить Ашкрофта в холле, то Перкхем свел их своими бесконечными цифрами к нулю.

Кетлин спрятала свою серебряную ручку в карман жакета, закрыла блокнот с записями и, едва переступив порог комнаты, побежала со всех ног по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

«Дзинь, дзинь, дзинь…»

Кетлин повернулась на другой бок. Она слышала странный звук, но не могла понять, что это.

«Дзинь… дзинь…»

Не поднимая головы, Кетлин пошарила рукой по ночному столику, стоявшему у кровати. Нащупав наконец телефон, сняла трубку.

— Алло, — произнесла она сонным голосом.

Никакого ответа. Услышав гудки в телефонной трубке, поняла: ей никто не звонил. Однако назойливый звон не смолкал и постепенно стал действовать ей на нервы.

«Дзинь, дзинь…»

Будильник! Кетлин перевернулась на спину и уронила телефонную трубку, которая с грохотом упала на пол между ночным столиком и кроватью.

С трудом сдерживая проклятья, она села в кровати, протерла глаза и попыталась их открыть. Кетлин всегда с трудом пробуждалась. Наконец ей удалось разомкнуть веки.

Сквозь задернутые занавески в комнату падал первый дневной свет. Но Кетлин все равно ориентировалась с трудом. Она поискала взглядом будильник, звон которого продолжал безжалостно терзать ей уши.

— Куда я спрятала этот чертов будильник? — бормотала Кетлин. Во всяком случае, на ночном столике этого орудия пыток не оказалось.

«Дзинь… Дзинь…»

Кетлин приподняла подушку. И там тоже нет. Она перегнулась через край постели, оперлась одной рукой об пол и заглянула под кровать. Но и здесь не обнаружила будильника.

Все эти поиски привели к тому, что она окончательно проснулась. И тут Кетлин вспомнила, куда спрятала будильник.

Она вылезла из постели и подошла к круглому журнальному столику, возле которого стояли кресла. На столике была ваза с фруктами. Кетлин сунула руку между персиками, яблоками и бананами и вытащила оттуда маленький черный будильник. Он прозвенел еще раз «дзинь», прежде чем Кетлин его выключила.

Она выпрямилась и вздохнула с облегчением, наслаждаясь наступившей тишиной, которую нарушало лишь тихое тиканье будильника. Его стрелки показывали без десяти шесть.

Кетлин встряхнулась. Она с вожделением посмотрела на свою мягкую, теплую постель. «Собственно говоря, я могла бы еще часочек вздремнуть, — подумала женщина, но тут же одернула себя: — Никаких вздремнуть!» После того как накануне она чуть было не опоздала на совещание, Кетлин твердо решила рано вставать. И, начиная с сегодняшнего утра, плавать в бассейне отеля.

Кетлин быстро почистила зубы, натянула ладно сидевший на ней купальник, связала волосы платком и, надев шелковистый халат, спустилась на лифте на нижний этаж.

По дороге она не встретила ни одной души. В эти ранние утренние часы весь отель был еще погружен в глубокий сон. Лишь на кухне полным ходом шло приготовление завтраков. Но стук кастрюль и сковородок, конечно, не был слышен в бассейне.

Прохладная вода действовала освежающе, и Кетлин почувствовала, что окончательно проснулась. Она плыла, с силой выбрасывая вперед руки, на каждом втором гребке погружая лицо в воду.

«Мне следует плавать каждое утро», — подумала Кетлин и перевернулась на спину. Ее ноги бороздили воду, как колеса старинного парохода на Миссисипи. Ее руки погружались в воду почти без брызг. По этому признаку можно было определить, что Кетлин — отличная пловчиха.

Она снова перевернулась, когда заметила, что в бассейн кто-то вошел. Уголком глаз Кетлин наблюдала за вошедшим. Это был высокий загорелый мужчина в белом купальном халате.

— Доброе утро, — крикнул мужчина, заметив, что Кетлин его рассматривает. Он махнул ей небрежно рукой и сбросил с плеч халат.

— Доброе утро, — ответила Кетлин. Она перестала плыть и болтала на месте ногами, чтобы удержаться на поверхности. Раньше ей не приходилось видеть этого человека. Очевидно, постоялец, который прибыл в отель лишь позавчера. У него были широкие плечи, а плоский живот свидетельствовал о том, что мужчина следит за своей фигурой.

— Разрешите составить вам компанию? — Мужчина положил свой купальный халат на шезлонг и подошел к бортику бассейна.

— Конечно, — сказала Кетлин. — Бассейн, правда, открыт лишь с семи часов, но я думаю, для нас двоих тут хватит места.

— С семи? Я этого не знал, — весело произнес мужчина. — А почему тогда вы уже в воде?

— Я принадлежу к персоналу отеля. Служащие могут пользоваться бассейном вечером с одиннадцати до двенадцати и утром с шести до семи.

— Кажется, служащие отеля не очень-то увлекаются спортом, — заметил незнакомец, потирая свой энергичный подбородок.

— Большинство моих коллег очень много работают, — возразила Кетлин. — И я могу понять, что они предпочитают хорошо выспаться.

— Ну я никого не хотел обидеть, — воскликнул незнакомец и поднял руки. — Ни вас, ни ваших коллег. Меня просто удивило, что в таком роскошном бассейне вы одна.

— Идите в воду, тогда нас будет уже двое.

— Я не хочу причинять вам неудобства, — сказал красивый мужчина. — Я могу и позднее проплыть свои круги.

— Глупости, — быстро проговорила Кетлин и подплыла ближе к бортику. — Здесь достаточно места, и кто может возразить против вашего плавания?

— Может быть, администрация отеля будет недовольна тем, что нарушают правила.

Кетлин засмеялась.

— Я не могу себе этого представить, — призналась она. — Я ведь сама отношусь к администрации. Меня зовут Кетлин Стоув. Я младший менеджер.

— Очень приятно, — ответил незнакомец. — Меня зовут Реджинальд. Реджинальд Ашкрофт.

У Кетлин перехватило дыхание. Она вспомнила слова Лестера: «Он моложе, чем я думал. Ему приблизительно тридцать пять, самое большее, сорок». Кетлин была так поражена, что на несколько секунд перестала двигать в воде ногами. Только когда погрузилась с головой и глотнула воды, она начала энергично работать руками и ногами.

Ситуация была достаточно глупой. А ведь она так хотела произвести при первой встрече с Ашкрофтом хорошее впечатление. Она хотела показаться ему с лучшей стороны. Но ей это, видимо, не удалось.

После того как она любезно разрешила мультимиллионеру плавать в его собственном бассейне, продемонстрировала свою полную беспомощность в качестве пловчихи. Начала жадно хватать ртом воздух, бить по воде руками и ногами, фыркать, плеваться и изо всех сил стараться не утонуть.

В эту же минуту Кетлин услышала, как Реджинальд Ашкрофт прыгнул в бассейн. В следующее мгновение он обнял ее за талию, поднял из воды, перевернул в воздухе и посадил на бортик.

— Что это за штучки? — удивился он, хотя его голубые глаза весело блестели. Он ведь прекрасно знал, что вывело Кетлин из равновесия. Это было колдовство, которое исходило от его имени. Реджинальд Ашкрофт уже давно привык к тому, какое впечатление оказывало на окружающих его имя. Одни начинали дрожать от почтения, другие просто цепенели. Но мало кто оставался спокойным.

— Спасибо, мистер Ашкрофт, — промолвила Кетлин, которая уже пришла в себя. Она старалась не показать, что это маленькое происшествие ей крайне неприятно. — Мне жаль, что я вас не узнала.

Реджинальд Ашкрофт покачал головой.

— А почему вы должны были меня узнать? Мы же никогда не встречались, а я очень тщательно слежу за тем, чтобы мои фотографии не попадали в печать. Вы никак не могли знать, кто я.

— Я должна была это знать, — возразила озабоченно Кетлин. — Лестер Крейн мне довольно подробно описал вас. Мистер Крейн тоже помощник администратора. Он очень наблюдательный человек, от него мало что ускользает, мистер Ашкрофт. А это важное качество для людей нашей профессии.

— Называйте меня, пожалуйста, просто Реджинальд, — попросил он. — И идите снова в воду. Мне интересно познакомиться с моими сотрудниками вне их рабочего места.

Кетлин заметила, что его взгляд одобрительно скользнул по ее фигуре. Некоторых женщин разозлил бы этот оценивающий взгляд, но Кетлин гордилась своей фигурой, которая выглядела особенно привлекательной в купальном костюме. Ей не нужно было ее скрывать.

Она была рада, что Реджинальд Ашкрофт пришел в бассейн, когда она уже преодолела остатки сна и могла смотреть на мир широко открытыми глазами. Кетлин соскользнула в воду и поплыла брассом, так быстро, как только могла.

Движения подействовали на Кетлин успокаивающе. Каждый раз, когда она поднимала из воды лицо, чтобы вдохнуть воздух, то видела на соседней дорожке владельца отеля. Он плыл кролем. Кетлин ускорила темп. Она хотела опередить его. Но Ашкрофту, казалось, не составляло никакого труда держаться рядом с ней.

— Как зовут вас друзья? — спросил он, когда они, одновременно сделав поворот, поплыли обратно. — Кетлин или Кети?

— Раньше в школе меня называли только Кети, — ответила она. — Но когда я училась в колледже, то все изменилось. Сегодня лишь Лестер Крейн зовет меня Кети. — По ее лицу пробежала улыбка, которая не осталась незамеченной Реджинальдом Ашкрофтом.

Но тут Кетлин вспомнила, что есть еще один человек, который зовет ее Кети. Это Скипп, ночной портье, который своими неуклюжими попытками сблизиться все больше действует ей на нервы. Ее улыбка мгновенно пропала, на что, конечно, сразу обратил внимание Ашкрофт.

Сбор всех видов информации было самым большим увлечением Реджинальда Ашкрофта. Он добился так много в жизни отчасти и потому, что накапливал всю информацию, которую получал. Большим подспорьем в этом служила ему его колоссальная память. Он помнил мельчайшие подробности, даже если те поначалу казались совершенно неважными.

Именно поэтому в деловых кругах боялись Реджинальда Ашкрофта. Ведь часто бывало, как в самый решающий момент он вспоминал вдруг о чем-нибудь таком, что все уже давно забыли. И тогда он был словно фокусник из варьете, который на глазах у изумленной публики вынимал из цилиндра живого кролика.

— Если позволите, я буду называть вас Кетлин, — сказал он при следующем повороте.

— Конечно, мистер Ашкрофт. — Кетлин кивнула головой. Она слегка задыхалась: быстро плавать было нелегко.

— Реджинальд, — поправил он и предостерегающе поднял указательный палец. — Для моих друзей я Реджинальд и очень надеюсь, что мы станем хорошими друзьями.

Кетлин засмеялась:

— За мной дело не станет, мистер Аш… Реджинальд!

Кетлин раздраженно посмотрела вслед Лестеру. Это было просто намеренно ложное обвинение. Как же Лестер допустил, что она может использовать свои женские прелести, дабы получить перед ним преимущества в глазах Реджинальда Ашкрофта?! Да это совсем не в ее характере. Ей казалось, что Лестер гораздо лучше разбирается в людях.

Кетлин увидела, как Лестер разговаривал с одним из рассыльных отеля. Рассыльный посмотрел в ее сторону и засмеялся. Было ж это просто совпадение или Лестер уже всему отелю поведал о ней историю, в которой ни крупицы правды.

В первую минуту Кетлин хотела поговорить с ним. Но гордость не позволила ей этого сделать. Ведь он только что вообще бросил ее. Если Лестер желает распространять о ней ложь — на здоровье! Она и с этим справится.

Высоко подняв голову, Кетлин пересекла холл и подошла к лифту, который поднимал в президентские апартаменты. Ожидая лифт, она услышала за спиной шепот двоих рассыльных, а затем раздался их громкий смех.

Кетлин приняла это тоже на свой счет. Она с трудом владела собой. Ей хотелось обернуться и призвать их к порядку. Только когда за ней закрылись двери лифта и стеклянная кабина поползла наверх, Кетлин с облегчением вздохнула.

Она была очень импульсивным человеком. От некоторых вещей заводилась с полуоборота. Но могла также быстро и успокоиться. С каждым этажом Кетлин рассуждала все разумнее. На четвертом этаже она уже была уверена, что Лестер рассказывал рассыльному лишь безобидную шутку. Когда она вышла из лифта на шестом этаже, то уже нисколько не сомневалась, что те двое у лифта смеялись над кем-нибудь из постояльцев отеля.

Кетлин остановилась перед большим зеркалом и внимательно себя оглядела. Волосы она причесала асимметрично на левую сторону. Это подчеркивало ее молодость и выглядело экзотично. Зеленое мини-платье выше колен было свободного покроя, без рукавов, с вырезом под горло. Брошь в стиле поп-арт подчеркивала элегантную простоту платья.

Кетлин улыбнулась своему отражению в зеркале и направилась легкими, пружинистыми шагами в сторону президентских апартаментов. От внешнего мира их отделяла двойная дверь с мягкой обшивкой. Кетлин нажала кнопку звонка и стала ждать, когда ей откроют.

— Входите, дорогая. — Реджинальд Ашкрофт приветствовал ее как старую знакомую и повел в гостиную.

— Еще раз большое спасибо за приглашение, — сказала Кетлин. Она нашла, что в одежде мультимиллионер выглядит еще лучше. Ведь в бассейне на нем были только пестрые «бермуды».

Сейчас он был одет в превосходно сидевшие светло-серые брюки с отутюженной складкой, плетеные кожаные мокасины в тон брюк и элегантную рубашку со стоячим воротником, расстегнутым у шеи. Засученные рукава придавали его облику элегантную небрежность.

— Я думаю, мы позавтракаем на террасе, — предложил Реджинальд Ашкрофт. — Вы согласны?

— Да, конечно, мистер Ашкрофт, — ответила Кетлин. — Такая прекрасная погода…

— Неправильно, — прервал он ее.

Кетлин с удивлением посмотрела на него.

— Почему? Ведь светит солнце, и термометр показывает уже семнадцать градусов тепла.

Мистер Ашкрофт рассмеялся.

— С погодой все в порядке, — промолвил он. — Но мы ведь договорились называть друг друга по имени. Не мистер Ашкрофт, а просто Реджинальд.

— Как глупо с моей стороны, — произнесла Кетлин и так тряхнула головой, что ее волосы взметнулись, словно от порыва ветра. — Я постараюсь, чтобы этого больше не повторилось.

Они прошли через гостиную и оказались на террасе.

— Я радуюсь каждой минуте, которую могу провести на свежем воздухе, — сказал владелец отеля и сделал глубокий вдох. — К сожалению, я так загружен делами, что вынужден основную часть времени находиться в залах заседаний и в бюро.

— Я предполагаю, что большинство людей ведут такой же образ жизни, — сказала Кетлин. — По крайней мере, в нашей части света.

— Да, это так, Кетлин, — признал Ашкрофт. — Но я и не хочу жаловаться. Ведь в моих офисах полно кондиционеров.

— Многие вам завидуют, — засмеялась Кетлин. — И не только из-за кондиционеров.

Ашкрофт улыбнулся.

— Успех всегда порождает зависть. — С этими словами он и положил свою руку на плечо Кетлин. — Пойдемте, я хочу представить вас моей хорошей приятельнице.

Кетлин сразу же узнала Дези Далтон. Певица и актриса высоко котировалась в средствах массовой информации. Не проходило недели, чтобы не появлялся репортаж о ней. Дези была родом из Техаса и сделала себе карьеру, исполняя музыку в стиле «кантри». Но огромным был не только диапазон голоса, но и объем груди Дези. Ее длинные, до плеч, волосы были сильно вытравлены, что очень подходило к светло-голубым глазам. Она была довольно близорука, и так как из-за кокетства не носила очки, ей приходилось часто моргать. Это придавало лицу Дези наивное выражение.

«Большая грудь — мало мозгов» — такого мнения придерживалась часть прессы о Дези Далтон. Но это не мешало ее популярности у публики — концерты Дези проходили с неизменным аншлагом. Ее фильмы не были шедеврами киноискусства, но с тех шести фильмов, в которых она снялась, было сделано и продано такое количество видеокассет, что с экономической точки зрения они имели колоссальный успех.

Дези сидела спиной к фонтану и просматривала газету. Она была в простом домашнем костюме, лицо — без косметики. Увидев Ашкрофта и Кетлин, женщина отложила газету в сторону.

— Я очень рада познакомиться с вами, — произнесла она и, улыбаясь, протянула Кетлин руку.

— Вы первая кинозвезда, с которой я здороваюсь за руку, — призналась Кетлин.

— Звезды ведь тоже только люди, — отмахнулась Дези. — Я надеюсь, что оправдаю ваши ожидания.

— Это самая большая ошибка Дези, — заметил Реджинальд Ашкрофт, пододвигая стул Кетлин. — Она хочет оправдать ожидания всего мира и никого не разочаровать. — Он сел рядом с Дези и ласково погладил руку белокурой женщины.

— Ты преувеличиваешь, Аш, — защищалась актриса.

— Совсем нет, мое сокровище, — возразил мультимиллионер, улыбнувшись, и коснулся пальцем кончика носа Дези.

Кетлин внимательно наблюдала за обоими. От нее не ускользнул ни один взгляд, ни одно движение, ни одна интонация. Иногда важнее самих слов оказывалось то, каким тоном это было сказано.

— Что господа желают — чай или кофе? — спросил официант, который неслышно подошел к столу. Это был Хамфри, старший официант ресторана, лично обслуживающий владельца отеля.

— Для нас кофе, — ответил Реджинальд Ашкрофт. — А что вам, Кетлин?

— Я тоже выпью кофе.

Хамфри кивнул головой.

— А что господа хотели бы из еды?

— Мне, пожалуйста, корнфлекс с медом и немного молока, — попросила Дези. — И, если можно, салат из фруктов, — добавила она.

— Конечно, можно, — проворчал Реджинальд Ашкрофт.

— Само собой разумеется, — кивнул Хамфри. — Фруктовый салат для мадам. А вам, сэр?

— Ну, мне нужен основательный завтрак, — ответил Ашкрофт, потирая руки. — Яичницу из двух яиц с беконом, слегка поджаренную, свежевыжатый апельсиновый сок…

— Подумай о своем уровне холестерина, — прервала его предостерегающе Дези. — Тебе не следует есть так много яиц и откажись лучше от бекона.

— Я чувствую себя превосходно, — возразил мультимиллионер.

— Аш, вспомни, что тебе говорил доктор Лаудердаль, — промолвила актриса просящим тоном и положила свою ладонь на его руку.

Кетлин с интересом следила за этим разговором. Реджинальд Ашкрофт выглядел блестяще, однако Дези казалась сильно озабоченной его здоровьем. Была ли эта забота о здоровье друга или скорее любимого человека?

Кетлин знала, что Дези Далтон была замужем за Бобом Трентоном, но в последнее время ей нередко приходилось читать о том, что Дези собирается разводиться с нефтяным миллионером из Техаса. Конечно, желтая пресса строила всевозможные догадки о том, есть ли у звезды любовник, который займет место мистера Трентона. Может быть, этим человеком был Реджинальд Ашкрофт?..

— Если слушать советы доктора Лаудердаля, то мне следует питаться только мюсли и овощами, — пробурчал Ашкрофт. — Но я просто не в силах есть на завтрак мюсли. Мне нужно что-нибудь основательное.

— Может быть, попробуете фирменное блюдо нашего шеф-повара? — предложил Хамфри.

— И что это за блюдо? — спросил недоверчиво Реджинальд.

— Блинчики, — ответил старший официант.

На лице Ашкрофта появилась улыбка.

— Я давно не ел блинчики, — сказал он. — Итак, первую полдюжины с огненно-острым чилийским соусом, а вторую с растопленным маслом и сиропом из настоящего кленового сока. Звучит очень соблазнительно, не правда ли?

Кетлин засмеялась. Фирменное блюдо Роджера Фареза не соответствовало представлению Ашкрофта.

— Я должна предупредить вас, Реджинальд, — сказал она. — Наши блинчики выглядят по-другому.

Владелец отеля озабоченно покачал головой.

— Никакого чилийского соуса и никакого сиропа из кленового сока? — вздохнул он.

— Но они тем не менее очень вкусные, — убедительно произнесла Кетлин. — Их делают из свежайшей муки грубого помола, без яиц и подают с начинкой из лука, шампиньонов и пряностей.

— Доктор Лаудердаль был бы в восторге, — улыбнулась Дези и ласково погладила руку Ашкрофта.

— Ну хорошо, Хамфри, — согласился владелец отеля. — Забудем о яичнице. Принесите мне это фирменное блюдо шеф-повара.

Старший официант кивнул.

— А что принести вам, мисс Кетлин?

— Я составлю компанию мистеру Ашкрофту и возьму блинчики, — ответила она.

Когда Хамфри удалился, Реджинальд Ашкрофт поведал смешную историю, которая произошла с ним в одном отеле в Мексике. Дези подхватила тему и рассказала о забавном ужине на борту роскошного парохода.

В течение всего завтрака атмосфера была дружеской и спокойной. Блинчики очень понравились Ашкрофту, он хотел даже заказать еще одну порцию. Но Кетлин, которая чувствовала себя с Реджинальдом и Дези, как со старыми друзьями, отсоветовала, и он ее послушался.

— Я думаю, мне, пожалуй, пора. — Кетлин бросила взгляд на свои ручные часы. — Завтрак с вами доставил мне большое наслаждение, но теперь — служба зовет. Начинается моя смена.

— Одну минуту, Кетлин, — сказал Реджинальд. — Я хотел бы кое-что обсудить с вами.

Кетлин почувствовала, как забилось ее сердце. Чтобы скрыть волнение, она откинулась в кресле и подперла подбородок рукой. В голове у нее проносились тысячи мыслей. «Может быть, сейчас он заговорит о новом отеле, который строится в Орегоне?» Конечно, отелю «Орегон Стар» потребуется хороший управляющий. Принятие окончательного решения оставил за собой Реджинальд Ашкрофт. Вопрос заключался в том, наймет он специалиста со стороны или даст шанс кому-нибудь из своих служащих. Важное слово будет принадлежать и Моргану Туттлеру. Он неоднократно упоминал в присутствии Кетлин, что склоняется ко второму варианту. Правда, Морган никогда не говорил, кого он порекомендует Ашкрофту на должность управляющего, но всем было ясно, что речь могла идти лишь о двух людях: Кетлин Стоув и Лестере Крейне.

— Как вы, вероятно, уже слышали, я прибыл сюда, чтобы поохотиться, — продолжал Реджинальд, раскуривая черную гаванскую сигару, взяв ее из деревянного ящичка, который поднес ему Хамфри.

Это был особый ящичек. Здесь сохранялись постоянные температура и влажность, чтобы не пострадало качество табака.

— Дези и мой адвокат Джим Бихер будут меня сопровождать, — сообщил Ашкрофт. — Это первая охота Дези, и мы не совсем уверены, что она ей понравится. Может быть, ей будет смертельно скучно, пока мы с Джимом станем часами преследовать какого-нибудь медведя.

— Кроме того, я ужасно боюсь змей и всех этих маленьких жалящих и кусающих тварей, — призналась певица.

Кетлин почувствовала, что ее внутреннее напряжение прошло. Она была разочарована и с большим трудом скрывала это. Реджинальд Ашкрофт совсем не собирался говорить с ней о должности управляющего в новом отеле, он хотел пригласить ее в качестве компаньонки для Дези Далтон.

— Охота продлится два или три дня, — продолжал Ашкрофт. — Это зависит от того, насколько быстро мы обнаружим медведя. Вылетаем сегодня во второй половине дня на вертолете в Сноу Редж Маунтенс, где и разобьем палатки.

Кетлин подняла руку.

— Минуточку, мистер Аш… ах, я хотела сказать, минуточку, Реджинальд. К сожалению, я не могу сопровождать вас и миссис Далтон на охоту.

— Почему не можете? По каким-то моральным соображениям? — Ашкрофт смотрел на нее с интересом. Он, конечно, знал, что Кетлин — кандидат на место управляющего в его новом отеле. О сотрудниках своей деловой империи преуспевающий делец знал все, что представляло какой-либо интерес.

— Да нет, — возразила Кетлин. — Это противоречит инструкции.

— Что это еще за смешная инструкция? — удивился мультимиллионер, качая головой.

— Инструкция гласит, что служащие отеля не имеют права принимать приглашения постояльцев в места, находящиеся за пределами отеля. Во втором пункте инструкции записано дословно следующее: «Это касается в первую очередь однодневных или многодневных экскурсий, так как подобные мероприятия могли бы нарушить дружескую рабочую атмосферу среди сотрудников». Конец цитаты.

Реджинальд Ашкрофт стряхнул пепел с сигары.

— Текст кажется мне знакомым.

— Неудивительно, — промолвила Кетлин. — Насколько мне известно, вы лично составляли инструкцию.

— Ну у этого правила, как и у любого другого, есть свои преимущества и свои недостатки, — согласился Ашкрофт. — Но для вас мы сделаем исключение. Вы ведь принадлежите к руководству отеля. И кто сможет что-либо возразить, если вы будете сопровождать меня с приятельницей на охоту?

— Конечно, никто вас не принуждает, — вступила в разговор Дези Далтон. — Если вам неприятно мое общество…

— Ну, что вы! — быстро отреагировала Кетлин. — Я только должна обговорить это с мистером Туттлером. Если он согласится, то я охотно отправлюсь с вами.

— Я не думаю, что у Моргана будут какие-нибудь возражения, — сказал Ашкрофт. — Поговорите с ним. И не забудьте, вертолет улетает в три.

Кетлин широко распахнула дверцы шкафа и начала выбрасывать оттуда на кровать свитера, спортивную обувь, белье и чулки. Она все еще была под впечатлением разговора с Лестером.

«С его стороны очень некрасиво подозревать меня в интригах. Он все время утверждает, что я стараюсь создать себе преимущества. Это просто смешно! Ашкрофт годится мне в отцы. И он совсем не интересуется мною как женщиной».

С недовольным видом Кетлин взяла с кровати гимнастические туфли и засунула их обратно в шкаф. Таким туфлям нет места в горах. Ей самой это приходилось частенько втолковывать постояльцам отеля. Да и не могла она появиться с большим багажом. Ее ведь пригласили на охоту, а не на демонстрацию мод. Все вещи должны были уместиться в дорожной сумке. И Кетлин начала ее энергично упаковывать.

Она мысленно отвлеклась от Лестера. Но некоторые слова, которые он произнес, все еще терзали ее душу. Она надеялась, что до отъезда не встретится с Лестером.

Так оно и вышло. Может быть, и сам Лестер не стремился ее увидеть. Во всяком случае, его не было ни в вестибюле, ни перед отелем, где отправляющуюся на охоту компанию ждал «лендровер» с шофером, чтобы доставить к вертолету.

— Ты уверена, что тебе действительно все это нужно, Дези? — спрашивал Реджинальд Ашкрофт свою спутницу как раз в тот момент, когда Кетлин подошла к машине.

Шофер уже разместил багаж Ашкрофта и Джимми Бихера, его адвоката, на багажнике «лендровера». Это были две дорожные сумки весьма скромных размеров.

Но рядом ждали своей очереди вещи Дези — два объемных чемодана и коробка для шляп. Погруженные чехол с ружьями и большой кофр, также принадлежавший Далтон, занимали почти весь багажник.

— Но я же могу взять с собой несколько личных вещей, Аш? — Дези наивно глядела на него своими широко раскрытыми светло-голубыми глазами.

— Но коробка для шляп, Дези! — Реджинальд Ашкрофт погрозил ей шутливо пальцем. — Ты ведь не хочешь испугать гризли последней парижской моделью, не правда ли?

— Конечно, нет, Аш! — засмеялась Дези Далтон. Она подняла с земли коробку для шляп, положила ее на дно багажника и открыла замок. — Надеюсь, ты не думаешь, что я спятила. Конечно, я не беру с собой на охоту шляпы. — Она откинула крышку, и все увидели внутри дорогой магнитофон с большим набором лазерных дисков. — Я только подумала о развлечениях вечером у костра. Мы ведь и в лесу не должны отказываться от достижений прогресса. Как ты считаешь?

— Тебе просто нет цены. — Ашкрофт обнял Дези за плечи и нежно прижал к себе. — Коробку мы берем, но два из трех твоих чемоданов ты должна оставить здесь.

— Но в них же мои меховые вещи! — Это прозвучало как вопль о помощи. — Говорят, ночи и вечера в горах очень холодные.

— Но у нас будет костер, миссис Далтон, — вмешался в разговор шофер. Его звали Тед, и он являлся также проводником в горах. — Кроме того, у нас достаточно спальных мешков на пуху. Вам не придется мерзнуть.

— Ну хорошо, если вы так говорите, — согласилась Дези с очаровательной улыбкой, — я оставлю кофр и этот чемодан в отеле. — И, обращаясь к Ашкрофту, добавила: — Но ты будешь виноват, если я что-нибудь отморожу на леднике.

— Тебе не придется мерзнуть, Дези. Я это обещаю. Посмотри-ка на Кетлин. У нее только дорожная сумка.

Кетлин немного разозлило, что Ашкрофт сталкивает ее с Дези. Она хотела найти общий язык с миссис Далтон. Однако, похоже, теперь это будет уже не просто.

Но Дези Далтон не обратила внимания на слова Ашкрофта. Она приветливо улыбнулась Кетлин. Эта улыбка не пропала даром. Напряжение Кетлин прошло, и она тоже улыбнулась.

— Пойдемте Кетлин, давайте сядем в машину, — предложила Дези и залезла на заднее сиденье «лендровера». Когда Кетлин села рядом с ней, Дези пожала ее руку с видом заговорщика. — Ну, если мужчины начинают свою бесконечную болтовню, то мы долго не тронемся с места, не правда ли?

Кетлин промолчала. Ведь отъезд задержали чемоданы миссис Далтон, хотя актриса искусно умолчала об этом.

Кетлин мало знала Джима Бихера, адвоката Реджинальда Ашкрофта. Этот пятидесятилетний мужчина оказался интересным собеседником и много повидавшим человеком. У него было бюро в Сент-Луисе, и он хорошо знал не только Средний Запад, но и Восточное побережье. Джим Бихер побывал и за океаном и интересно рассказывал о Европе и Азии, а также о последних событиях в гигантской империи, которой до недавнего времени был Советский Союз.

Полет на вертолете прервал беседу на добрых сорок минут. Кетлин и Дези надели наушники, которые должны были уменьшить шум мотора. Но мужчины пытались громкими голосами продолжать разговор, что им, правда, не очень удавалось.

Кетлин впервые летела на вертолете и наслаждалась этим чувством. Еще никогда она не летала одновременно назад и вверх, в сторону и вниз. И хотя полет доставлял ей большое удовольствие, она обрадовалась, когда пилот пошел на посадку: в вертолете было очень шумно.

Сразу же после посадки они пошли пешком в лагерь, который заранее был разбит. Два помощника и проводник несли весь багаж, так что участники охоты могли свободно наслаждаться прекрасными видами и густым лесом.

— Ледник совсем рядом, поэтому здесь так холодно, — сказал проводник.

Дези вздрогнула.

— Мне нужно будет что-нибудь теплое? — спросила она, плотнее запахивая свой длинный анорак.

— Нет, миссис Далтон! — засмеялся проводник. — Лагерь разбит в закрытой долине. Там собирается все солнечное тепло за день. Вам не придется мерзнуть.

Первого медведя они заметили, когда вышли на поляну, расположенную на краю обрыва.

Отсюда был прекрасный вид на узкий язык глетчера, спускающийся в долину. По блестевшему на солнце льду бродил огромный зверь в грязной бурой шкуре, которая казалась для него слишком большой.

— Колоссально! — воскликнул Джим Бихер.

— Великолепный экземпляр, — подтвердил Ашкрофт.

Дези Далтон опустила бинокль, с помощью которого она наблюдала близорукими глазами за зверем. Медведь, похоже, произвел на нее впечатление. Дези взглянула на Кетлин.

— Довольно большой, правда?

— Великан, — ответила Кетлин, кивнув головой.

Дези и Кетлин посмотрели друг на друга. Они были скорее напуганы, чем пришли в восторг при виде зверя. Обе не очень-то смыслили в охоте. Кетлин подумала, что такое великолепное животное вообще не следовало бы убивать. Однако она решила не высказывать вслух свои мысли. Ее взяли на охоту для того, чтобы гостья отеля Дези Далтон могла находиться в женском обществе даже здесь, в диком лесу. Никому не нужны были ее комментарии относительно этической стороны охоты.

Их пеший маршрут пролегал сначала через редкий сосновый, а затем темный старый пихтовый лес. Воздух звенел от тысячи насекомых, и тяжелый запах хвои охватывал их, когда они двигались в густой тени деревьев.

Кетлин шла очень легко. Вертолет высадил их наверху, но спуск к лагерю оказался очень пологим и не представлял трудностей.

— Ну, тебе нравится, Дези? — то и дело спрашивал Реджинальд Ашкрофт у светловолосой актрисы.

Дези Далтон каждый раз находила слова одобрения. Она восхищалась нетронутой природой и свежим воздухом.

Кетлин несколько удивило, что, хотя они были в пути уже три часа, миссис Далтон не потеряла хорошего настроения и оставалась оживленной. Сама Кетлин уже устала, Дези продолжала отважно шагать, стараясь не отставать от мужчин.

Кетлин и Дези мало разговаривали: каждая думала о своем, и они наслаждались природой. Между ними установилось определенное согласие, как это нередко бывает среди женщин, которые не соперничают друг с другом.

Дези Далтон даже внушала уважение. Избалованная женщина ничуть не утратила своего обаяния и веселого настроения, пробираясь по дикой чаще. Она ни разу не пожаловалась, не спросила, когда же они придут. Сама Кетлин вряд ли бы проявила подобную стойкость. Когда они наконец увидели лагерь, Кетлин не могла сдержать своей радости — она была сыта по горло прелестями дикой природы.

У Кетлин болели икры ног. Она была искусана мошкарой. Вдобавок ушибла бедро, случайно наступив на толстую ветку, и чуть было не вывихнула себе щиколотку, попав ногой в норку кролика.

Лагерь показался Кетлин оазисом комфорта и уюта. Он состоял из трех больших палаток: одна предназначалась для Ашкрофта и Бихера, другая для Дези и Кетлин и третья для проводника и носильщиков.

Когда они пришли, в лагере уже горел большой костер и для них был приготовлен горячий чай. Кетлин с благодарностью взяла стаканчик и начала пить маленькими глотками.

— Войдите, пожалуйста, первой в палатку и посмотрите, все ли там о’кей, — тихо попросила Дези. — Мне бы не хотелось встретиться с какой-нибудь тварью, будь это змея или какое-нибудь безобидное пресмыкающее.

— Я посмотрю, — согласилась Кетлин и поставила свой стаканчик с чаем на маленький столик, который установили проводники. Тут были также легкие складные стулья и много посуды. Очевидно, проводникам понадобилось пройти по маршруту раза четыре, чтобы доставить сюда все это. Такая комфортная охота понравилась Кетлин.

Палатка, не считая двух толстых спальных мешков, оказалась внутри пустой и очень чистой. Пол покрывал брезент, закрепленный так, что можно было не опасаться неприятных визитеров ночью. Кетлин осмотрела спальные мешки и никого там не обнаружила. Она вышла из палатки и заверила Дези, что все в порядке.

После того как все устроились, наступило время для охоты. Правда, Кетлин с удовольствием осталась бы сидеть у костра, где почти не было мошкары, и ждать возвращения остальных, но она не желала портить игру. Да и самой ей хотелось участвовать в приключениях.

Проводник говорил о трех бурых медведях, которые водились в этом районе. Это была мать с двумя почти взрослыми медвежатами, которые на будущий год уже будут жить самостоятельно.

— Кроме того, здесь есть еще старый гризли, которого мы, наверное, и не выследим. И это хорошо.

— Почему хорошо? — спросил Реджинальд Ашкрофт.

Джим Бихер тоже посмотрел на проводника с недоумением.

— Он очень опасен, — произнес рассудительно человек гор. — Он стар и опытен. Люди рассказывают о нем ужасные истории. Нам лучше не охотиться за ним, пока с нами леди.

— Я приехала на охоту за медведями, молодой человек, — напомнила ему Дези строго. — Меня не испугают несколько страшных историй. Если гризли вообще существует, мы должны с ним встретиться.

— Это вовсе не страшные истории, миссис, — уточнил Тед. — Я сам однажды встретился с ним. Он огромный. По меньшей мере, на две головы выше меня. И у него сверкают глаза, как у черта.

Проводник Тед был широкоплечий мужчина, ростом достигавший почти двух метров. Выше его на две головы — уже чудовищно много. Но сверкающие глаза черта — это просто смешно.

— Ничего смешного, мисс Кетлин, — сказал Тед, заметив ее улыбку, и неодобрительно покачал головой. — Эти старые медведи знают все уловки и очень быстро бегают.

— Не пугайте леди, Тед, — предупредил проводника Реджинальд Ашкрофт. — Пусть будет как будет. Если мы действительно встретим гризли, то я прошу вас, дамы, не паниковать. В конце концов, у нас ведь есть ружья. — Он похлопал по своей снайперской охотничьей винтовке, которую держал в руках, и подмигнул Джиму Бихеру, как раз внимательно осматривающему свою винтовку и щелкающему затвором.

— Я убил тигра в Западной Бенгалии, Дези, — заявил адвокат. — С гризли уж как-нибудь справлюсь. Вам нечего бояться, Кетлин.

— Кетлин вовсе не боится, Джим, — произнесла уверенно Дези Далтон. — Я тоже. И прекратим эту болтовню. Сейчас хорошее освещение для стрельбы. Если мы хотим иметь на ужин жаркое, то пора отправляться в путь. Вы что, собираетесь сидеть здесь в лагере и ждать, пока гризли сам не попадет вам на мушку?

Два часа пробирались участники охоты по лесу, пока снова не вернулись на поляну, где стояли палатки. Их добычей были два кролика.

Кетлин смертельно устала. Она снова выпила чаю. Над костром висел котелок, в котором варились аппетитно пахнущие овощи, а рядом лежал завернутый в фольгу печеный картофель. Ашкрофт похвалил своих помощников за хорошую работу и стал потрошить кроликов. Кетлин пила свежезаваренный чай и второй раз за день восхищалась поведением Дези Далтон.

Дези выпила с Ашкрофтом, Джимом Бихером и Тедом большую рюмку водки и начала готовить. Оказалось, что она умеет отлично жарить на гриле.

— Кролики, сами по себе, не особенно вкусные, — объясняла она Кетлин, которая помогала ей. — Чтобы получить отменное жаркое, нам придется их хорошенько приправить. — Дези использовала для этого горчицу, тмин, перец, мелиссу и много чеснока. Она натерла тушки кроликов таким количеством соли, что, по мнению Кетлин, ее хватило бы для целого быка.

Но результаты показали, что Дези была права. Мясо оказалось нежным, сочным и очень вкусным. Правда, каждому досталось лишь по небольшому кусочку: два кролика на семь человек — это был скудный ужин. Они насытились благодаря вареным овощам и печеной картошке.

Уже давно стемнело, и по лесу разносились звуки музыки из магнитофона, который Дези привезла сюда в шляпной коробке. Они пили густое красное вино, слушали музыку и вдыхали свежий горный воздух.

Реджинальд Ашкрофт позволил себе роскошь выкурить сигару, которую привез в стеклянной трубочке, так как не захватил свой дорогой, герметически закрывающийся ящичек для сигар. Джим Бихер рассказывал о своих путешествиях по миру.

Если не вспоминать о ссоре с Лестером, натруженных ногах и мошкаре, которая с первыми лучами солнца снова набросится на нее, Кетлин чувствовала себя превосходно и не жалела о том, что отправилась на охоту. И ей совсем не пришлось быть нянькой для Дези.

Дези принадлежала к тому типу женщин, которые сами могут со всем справиться. На следующее утро она очень рано поднялась и помогала варить кофе. Свои светлые, серебристые волосы Дези повязала в виде конского хвоста. Лицо без косметики сияло свежестью. Никто не дал бы Дези ее лет, и никто не мог бы предположить, что это избалованная кинозвезда. Дези Далтон выглядела как молодая довольная жительница Техаса, наслаждающаяся охотой в горах.

— Вот ваш кофе, — сказала она Кетлин и протянула ей бумажный стаканчик с горячим напитком. — Мы отправимся в путь только после того, как каждый съест свой тост. — По лицу Дези было видно, что она рада предстоящим приключениям.

Но день прошел совсем не так, как предполагали охотники. Им не встретился ни один из трех зверей, хотя Тед обнаружил их следы. Но охотники упорно продолжали преследовать медведей.

Им вообще не везло с охотой. К тому же Дези чуть было не наступила на змею, гревшуюся в траве на солнце, и страшно испугалась. Сильному испытанию подверглись и нервы Бихера, Ашкрофта и Кетлин, когда в кустарнике что-то затрещало, будто сквозь него продирался огромный зверь. Конечно, они тут же подумали о старом гризли, о котором Тед рассказывал ужасные истории. Все, в том числе их проводник, стояли, вскинув ружья, когда из чащи появились три молодых забавных енота — виновники всего этого шума.

Охотники были далеко от лагеря, когда погода вдруг резко испортилась. Сначала пошел мелкий дождик, но постепенно он усилился. Пришлось вернуться, и они появились в лагере промокшие до нитки и в подавленном настроении.

— С меня достаточно охоты на медведей, — заявила Дези и встряхнула копной своих волос, прежде чем просушить их полотенцем. — Мы не увидели даже хвоста медведя, но зато сбили себе в кровь ноги. Я хочу вернуться в отель и выпить там хороший грог. Здесь, в горах, для меня слишком холодно.

Но не только Дези хотела в отель. Мужчин тоже не привлекала перспектива провести ночь под проливным дождем в лагере. По рации вызвали вертолет, и уже через несколько часов все снова оказались в отеле «Кранс Монтана».

В этот момент Кетлин положила свою ладонь на руку Реджинальда Ашкрофта и умоляюще посмотрела на него своими зелеными глазами.

— Нет, Реджинальд, он не слишком молод, — сказала она с выражением в голосе. — Лестер достаточно опытен. Он может управлять отелем. Поверьте мне, он один из самых способных менеджеров, которых я до сих пор встречала.

— Один из самых способных! Кого вы еще считаете способными, Кетлин? А как обстоит дело с вами?

У Кетлин перехватило дыхание. Что она могла сказать? Что они с Лестером вели борьбу за это место в Орегоне? Но она не хотела воспользоваться преимуществами, которые имела, поскольку была вместе с Реджинальдом Ашкрофтом на охоте и пила с ним кофе.

Кетлин поднесла чашку к губам, чтобы выиграть время. Ей следовало хорошо обдумать свой ответ на вопрос Ашкрофта. Она могла…

В это мгновение распахнулись двери и трое мужчин ворвались в комнату. Реджинальд Ашкрофт так поспешно вскочил с места, что с грохотом опрокинул свой стул.

Кетлин не двинулась с места. Она побледнела от страха, стараясь понять, что же происходит. Один из мужчин захлопнул дверь в коридор на замок.

— Быстро поворачивайся, Люк, — приказал он, в то время как Реджинальд Ашкрофт требовал объяснений.

— Гарри, но она не платиновая блондинка, — засомневался человек с видеокамерой. — И у нее не сумасшедшая грудь.

— Это не та, босс, — вмешался третий мужчина, который подошел к Кетлин.

— Заткнись, Фред, — проревел в ответ Гарри Чизхолм, проклиная себя, что попался на удочку позвонившего. То, что это не Дези Далтон, было ясно и слепому.

— Я требую, чтобы вы покинули мои апартаменты, — закричал Ашкрофт. Он поспешил к телефону и, раздраженно нажимая на вилку телефонного аппарата, пытался соединиться с регистрационной стойкой. Раньше это привело бы к тому, что на коммутаторе загорелись бы все лампочки. Но сегодня связь осуществлялась с помощью компьютера. И для этого требовалось набрать определенные номера. Если постоялец просто нажимал на вилку, то ничего не происходило.

— Ну, что будем делать, босс? — спросил Люк, который нерешительно переводил камеру с Ашкрофта на Кетлин и обратно. — Фотографировать мне эту кошечку или лучше не надо?

— Кетлин, ну сделайте что-нибудь! Как мне, черт возьми, связаться с регистрационной стойкой? — Ашкрофт протянул Кетлин телефонную трубку.

— С регистрационной стойкой… — Кетлин подумала о Руди, младшем посыльном. Звать его на помощь было бессмысленно. Она собралась было кому-нибудь позвонить, но не успела.

Гарри Чизхолм выхватил через плечо Кетлин телефонный аппарат. Вырвал розетку из стены и бросил аппарат на стол.

— Здесь никто никуда не будет звонить, девушка, — прорычал он и рванулся к спальне. Распахнув дверь, начал оглядываться по сторонам, словно ожидал увидеть еще кого-нибудь.

Терпение Реджинальда Ашкрофта лопнуло окончательно. Он сильно толкнул Люка в грудь кулаком и занес руку для удара в подбородок Фреда Миллара, когда тот попытался перегородить ему дорогу.

Кетлин вскрикнула, когда кулак Ашкрофта припечатал широкий подбородок невысокого детектива. Раздался глухой удар, и мужчина беззвучно опустился на колени. Одной рукой он держался за подбородок, другой опирался об пол, и казалось, вот-вот рухнет навзничь. По его широко открытым глазам можно было судить, что Миллар вряд ли продолжит борьбу.

В отличие от него Люк Данстен пришел в себя после удара и намеревался броситься на Ашкрофта. Однако Реджинальд Ашкрофт был не из тех мужчин, которых можно было удержать, если они пришли в состояние ярости. Он преподнес урок бокса Люку. Удар пришелся тому немного ниже правого глаза, и Кетлин увидела, как кожа на этом месте приобрела бордовый цвет.

Люк опустил камеру и ощупал свой глаз. Ему, по-видимому, было очень больно, и весь его боевой дух бесследно исчез.

Ашкрофт сделал несколько больших шагов в сторону Чизхолма. И, схватив его за шиворот, притянул к себе.

Детектив сжал кулаки и, согнувшись, стал пританцовывать на месте. Он был готов к бою.

Но Ашкрофт не дал себя спровоцировать. Он лишь громко расхохотался:

— Вы хотите драться со мной, парень? Выбросьте это из головы. Если вам повезет, то я изобью вас так, что вам придется лечь в больницу. Если не повезет и вы изобьете меня, тогда я подам на вас в суд и потребую денежной компенсации за нанесение телесных повреждений. Эту сумму вы будете выплачивать всю свою жизнь. Итак, у вас есть выбор.

Гарри Чизхолм не был глупцом. Он опустил кулаки.

— Пошли, парни, — позвал он своих товарищей. — Мы уходим.

Люк, чей синяк под глазом стал уже синим, помог Фреду Миллару, который с трудом поднялся на ноги. Реджинальд Ашкрофт раскрыл перед ними двойную дверь и показал сначала жестом, чтобы они побыстрее уходили, а потом и подбодрил их словами:

— Давайте, давайте, господа! Убирайтесь в темпе.

— Мы уходим, — сказал Люк Данстен и зло посмотрел на Ашкрофта. — Вы же видите, что он не может идти быстрее. Вы его здорово ударили.

Фред Миллар еле волочил ноги и смотрел вокруг затуманенными глазами. Он все еще не отошел от нокдауна.

Но его состояние, конечно, не вызывало сочувствия у Реджинальда Ашкрофта.

— Вы сейчас же покинете мой отель. И больше никогда здесь не появитесь. Вы в черном списке, все трое помните об этом. — Ашкрофт закрыл за детективами дверь и повернулся к Кетлин. Выражение его лица все еще было сердитое. Кетлин точно знала, что теперь будет. — В отеле, где администрация работает хорошо, ничего подобного случиться не может, — заявил Большой Босс, решительно сжав губы. — Соедините меня с регистрационной стойкой, Кетлин, — попросил он и сделал нетерпеливый жест рукой. — Я должен знать, кто отвечает за этот случай. Кто бы там ни дежурил, ему от меня достанется. Я не потерплю такого разгильдяйства.

Кетлин смущенно смотрела в пол. Она поступила безответственно. Нельзя было оставлять Руди за регистрационной стойкой. Если она не могла найти подходящую замену, то следовало сказать Реджинальду, что она придет позже, как только кончится ее смена.

— Почему вы не соединяете меня, Кетлин? В спальне есть еще аппарат. Вам плохо? Уж не получили ли вы шок от этого вторжения?

Ашкрофт выглядел таким озабоченным, что Кетлин невольно рассмеялась.

— Нет-нет, — произнесла она быстро. — Я не испугалась. Просто мне незачем звонить. Я сегодня сама там работаю. Я…

— И кто же там теперь? Ведь вас кто-то заменяет?

— Ну, в это время дня там немного работы. И я подумала…

— Кто сейчас дежурит за регистрационной стойкой? Не ходите вокруг да около.

— Руди, — сокрушенно промолвила Кетлин.

— Руди?

— Младший посыльный.

Лестер глубоко вздохнул:

— Вы сами знаете, Кетлин, что это непорядок.

— Да, я знаю это, — тихо проговорила она и пошла к двери. — Мне очень жаль.

Как это уже часто бывало, когда Кетлин работала в позднюю смену, Скипп пришел задолго до полуночи. Он крутился вокруг, пытаясь дотронуться до нее. Кетлин приходилось очень осторожно лавировать, чтобы избежать его прикосновений.

То он, как бы случайно, задевал ее бедро, то клал ей ладонь на руку, то приближался к ней так близко, что его нос касался волос Кетлин. При этом беспрерывно что-то говорил в своем обычном стиле: «Если бы я не был бедным калекой…»

Кетлин старалась не прислушиваться к словам Скиппа, и его глупая болтовня скользила мимо ее ушей. Но внезапно она насторожилась и посмотрела Скиппу в лицо.

— Что вы сказали? — спросила Кетлин. — Не могли бы вы это еще раз повторить?

Скипп довольно ухмыльнулся. Он был наблюдательным человеком и заметил, что отношения между Кетлин и Лестером в последнее время охладели. Если бы ему удалось вбить клин между ними, может быть, Кетлин окончательно отвернулась бы от Лестера и обратила бы тогда свое внимание на него. Кто знает…

Перспективы были достаточно хорошими. Скипп выведал у Мабель, что Морган Туттлер вызывал к себе Кетлин. Он наверняка дал ей хороший нагоняй, который она не так скоро забудет. Конечно, Кетлин была очень недовольна тем, что частные детективы проникли в президентские апартаменты во время ее смены. Но если она узнает, что это сам Лестер послал ищеек наверх, то она на него ой как разозлится! И разве это неестественно, что Кетлин будет благодарна Скиппу за то, что он расскажет ей правду? Он ведь не многого от нее требует. Приветливое слово, улыбка и иногда сходить вместе в бар или ресторан.

— Я хотел сразу же выселить детективов из отеля, — произнес Скипп с невинным выражением лица. — Но мистер Крейн запретил мне. Он сам хотел обо всем позаботиться. И еще он сказал, что эти ищейки ему сейчас на руку: дескать, с их помощью он хочет дать кому-то хороший урок.

Кетлин вздрогнула. Она не могла поверить в то, что ей рассказывал Скипп. Это было бы просто чудовищно. Но если это правда, то Лестеру придется ответить.

Она должна обязательно с ним поговорить и все выяснить. Кетлин посмотрела на стенные часы: до полуночи оставалось еще восемь минут. Это были самые длинные минуты в ее жизни, но она не оставит свое место за стойкой ни на секунду раньше. Она не даст больше повода упрекать ее в нарушении служебной дисциплины.

Освободившись, Кетлин заглянула в бар, где в этот вечер было много народа. Группа деловых людей проводила в «Кранс Монтане» свое ежегодное совещание. Клинт Госс, бармен, и два его помощника работали с полной нагрузкой.

Убедившись, что Лестера в баре нет, Кетлин отправилась в то крыло отеля, где жили служащие. Комната Лестера была на втором этаже. Кетлин не хотела ждать лифта и побежала вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

Перед комнатой Лестера она остановилась, сделала глубокий вдох и постучала два раза.

— О, вот это неожиданность! — воскликнул Лестер, когда открыл дверь и сделал шаг в сторону. Он был босиком, в вытертых джинсах и рубашке с короткими рукавами, распахнутой спереди. — Заходи же, — пригласил Лестер.

— Я хотела бы кое-что быстро обсудить с тобой, — ответила Кетлин, входя в комнату. — Поэтому не задержу тебя.

— Что касается меня, то можешь остаться здесь на всю ночь, — сказал он, улыбаясь. — Хочешь чего-нибудь выпить? Я как раз позволил себе рюмочку водки.

Кетлин покачала головой.

— Садись, пожалуйста. — Лестер указал на кресла, стоявшие перед окном. Шторы были задернуты. На столике между креслами стояла фотография.

— Откуда у тебя моя фотография? — спросила удивленно Кетлин.

— Я сам тебя сфотографировал, — ответил он. — Камеру одолжил.

На фотографии Кетлин сидела на солнышке на скале в парке, позади отеля. Она была полностью расслаблена и задумчиво взирала вдаль.

— Ты часто фотографируешь людей, не ставя их об этом в известность? — колко спросила Кетлин.

Лестер опустился в кресло, налил себе в рюмку водки и пригубил.

— Чем ты так недовольна, Кети? Вряд ли фотографией. Ты ведь о ней ничего не знала. Это все из-за этой дурацкой истории с детективами, да?

Кетлин кивнула. Она скрестила руки и мрачно смотрела на Лестера.

— Об этой дурацкой истории, как ты изволишь называть этот неприятный инцидент, я и хотела с тобой поговорить.

— Я могу себе представить, что эта история тебя довольно близко коснулась, — сказал он и поставил рюмку на стол. — Должно быть, отвратительно, когда незнакомые люди вдруг врываются в комнату и мешают тебе.

— Мистер Ашкрофт и я пили кофе, — ответила Кетлин. — Так что детективы немногому могли помешать. Гораздо интереснее вопрос, почему они появились в президентских апартаментах как раз в это время.

В голове Лестера раздались сирены тревоги. Он выпрямился в кресле и посмотрел Кетлин в глаза. Знала она, что он участвовал в этой игре? Есть у нее доказательства? Или это только ее смелые предположения?

— Не находишь ли ты странным, что эти люди ворвались именно тогда, когда я была у Реджинальда Ашкрофта? Ведь, в конце концов, ищейки хотели застукать с поличным Дези Далтон, нарушающую супружеский долг.

Лестер провел тыльной стороной ладони по лбу. Он уже давно сожалел, что зашел так далеко и впутался в эту историю с детективами. Если бы было возможно, он охотно бы все забыл. Увы! Самое лучшее — рассказать сейчас Кетлин правду. Но Лестер все еще надеялся, что ему не придется этого делать. Он готов был сквозь землю провалиться от позора. И если быть честным до конца, Лестер опасался и последствий.

Он смирился с тем, что репутация отеля сильно пострадала. Если станет известна его роль, то он может похоронить последние надежды относительно места в «Орегон Стар».

— Очевидно, эти типы видели, как ты вошла в апартаменты, — произнес Лестер. — Они, вероятно, перепутали тебя с Дези Далтон.

Кетлин засмеялась:

— Нужно быть слепцом, чтобы перепутать нас.

Лестер встал и подошел к Кетлин.

— Все прошло и забыто, — примирительно проговорил он и положил руку на ее плечо.

Легким движением Кетлин освободилась и отступила в сторону.

— Возможно, прошло, — холодно заметила она. — Но совсем не забыто. Скипп сделал несколько интересных намеков.

Лестер на мгновение закрыл глаза. «Конечно, — подумал он. — Как же я забыл про Скиппа. Он любит болтать и не может держать что-либо в секрете».

— Итак, ты знал, что в отеле находятся частные детективы и ничего не предпринял, — обвиняла Кетлин Лестера. — Ты только представь себе, какой бы разразился скандал, если бы этим мерзким типам удалось сделать снимки, компрометирующие Дези Далтон.

Лестер собрался с духом. Было бессмысленно дальше упираться. Он совершил ошибку, и теперь настало время сознаться в этом.

— Я замешан в этой истории больше, чем ты думаешь, — сказал Лестер тихим голосом. — Я сам подал знак Гарри Чизхолму и его людям.

Кетлин растерянно уставилась на Лестера. У нее в голове жужжало, как в пчелином улье. Она была настолько поражена, что не могла собраться с мыслями.

— Да, я сам послал детективов в президентские апартаменты, — повторил Лестер.

— Но зачем? Ведь это было бессмысленно! Ты ведь знал, что в комнате у Реджинальда Ашкрофта находилась я. Как ты мог ожидать, что детективы застанут Дези Далтон в двусмысленной ситуации?

— Я бы никогда не допустил, чтобы эти люди повредили миссис Далтон или кому-нибудь другому из постояльцев, — ответил Лестер.

— Но ты только сейчас сознался, что ищейки…

Лестер прервал ее взмахом руки.

— Я хотел, чтобы детективы помешали тебе и Ашкрофту, — выдохнул он.

Не сводя с Лестера глаз, Кетлин опустилась в кресло. Она взяла неполную рюмку водки, стоящую на столике, и выпила ее одним глотком.

— Ты хотел помешать нам пить кофе?

Лестер запустил обе ладони в волосы.

— Да, то есть нет. Я думал, ты и он… Ах, Кети, не усложняй мне жизнь.

— Ну ты и шутник! — вспылила Кетлин. — Ведь это ты все усложняешь. Скажи, наконец, ясно и четко, чего ты хотел добиться?

— Я ревновал тебя к Ашкрофту, — произнес Лестер.

— Ревновал? — медленно повторила она. — Ты действительно думал, что я и Ашкрофт…

Лестер кивнул головой:

— Ну, это не так уж и нелепо. Он, правда, на несколько четвергов старше тебя, но отлично выглядит и, без сомнения, сильная личность.

— Но я его не люблю, — возразила Кетлин.

— Вот именно! — Лестер кивнул головой. — Это и привело меня в ярость. Ты с ним плаваешь, едешь с ним на охоту, посещаешь в его апартаментах…

— И поэтому ты предположил, что у меня связь с Ашкрофтом. Хорошее же у тебя обо мне мнение.

— Я знаю, что вел себя как последний идиот, Кети, — признался Лестер. — Но я тебя люблю. А когда человек влюблен, он способен на самые нелепые поступки, которые остальные не могут понять. — Он стоял перед ней, опустив плечи и печально глядя своими большими карими глазами. — Я могу только просить у тебя прощения, — добавил Лестер.

Кетлин тихо вздохнула, тронутая его словами. Она почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Он любит ее. И уже однажды говорил ей это. Тогда она ему резко отказала и не прислушалась к своим чувствам. Но в последние дни Кетлин все больше осознавала, что ошибается. Она не могла отложить свои чувства до более благоприятного времени, как намеревалась это сделать раньше. Она тоже любит Лестера всеми фибрами души, всем сердцем.

Кетлин встала и подошла к Лестеру. Она обняла его за шею и нежно поцеловала.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

— Это хорошо, — ответил он с глубоким вздохом и крепко прижал ее к себе. — Это очень хорошо.

— Я хотела бы сегодня ночью остаться у тебя, — призналась она. — Я хотела бы по утрам завтракать с тобой, я хотела бы плавать с тобой и сопровождать тебя на рыбалку. Я хотела бы разделить с тобой всю мою жизнь.

— А как же «Орегон Стар»?

— Если ты получишь это место, то я поеду с тобой, — ответила Кетлин.

— А если ты станешь управляющей?

Она рассмеялась:

— Об этом мы будем думать, когда придет время. Может быть, ты тогда решишься поехать со мной.

— С тобой — хоть на край света.

Кетлин указала головой на кровать.

— А что ты думаешь о том, чтобы отправиться сначала туда?

Лестер поцеловал ее в кончик носа.

— Это блестящая идея, — согласился он и поднял ее на руки.

— Выключи свет, пожалуйста, — пробормотала Кетлин. — Нужно экономить электроэнергию.

За окнами было уже светло, когда они заснули, тесно прижавшись друг к другу.

Кетлин была очень взволнована, когда раздался телефонный звонок Ашкрофта. Он хотел поговорить с ней и Лестером об отеле «Орегон Стар». Значит, решение уже принято.

— Все о’кей, как бы Ашкрофт ни поступил, — успокаивал Лестер Кетлин. — Не думай об этом. Я переживу, даже если он отдаст это место тебе.

— Но ты заслужил его, Лестер, — сказала Кетлин, надеясь в душе, что Ашкрофт не предпочтет ее.

— Пошли, мы не должны заставлять себя ждать, — промолвил Лестер. Он взял ее под руку и повел к лифту, который доставил их в президентские апартаменты.

Реджинальд Ашкрофт был один. Надев очки без оправы, он просматривал какие-то бумаги, лежавшие перед ним на журнальном столике.

— Кетлин, Лестер, — Ашкрофт приветливо поздоровался со своими служащими. — Садитесь, пожалуйста. Вы, конечно, знаете, о чем я хочу с вами поговорить. Я принял решение.

Кетлин очень хотелось схватить Лестера за руку. Но об этом, конечно, не могло быть и речи. Это выглядело бы просто глупо.

— Я доверю управление отелем «Орегон Стар», — медленно произнес Ашкрофт, — опытной супружеской паре. Побережье в Орегоне — это центр семейного отдыха. Пляжи здесь просто рай для детей. Поэтому отелем должна управлять супружеская пара. Только супруги могут понять особые потребности людей, которые хотят провести отпуск со своей семьей. Если…

Кетлин больше не слушала, что говорил Ашкрофт. Супружеская пара! Значит, все это время они напрасно надеялись получить место в Орегоне. Его не видать ни Лестеру, ни ей. Если только… Она оставила эту мысль и испытующе взглянула на Лестера. И вдруг до нее снова стал доходить смысл слов Ашкрофта.

— …если вы решились бы пожениться, то я бы включил вас в список первых кандидатов. Собственно говоря, вы могли бы уже начинать упаковывать вещи, потому что при этих условиях место у вас уже в кармане. Ну, что вы на это скажете? — Ашкрофт выжидающе улыбался.

Кетлин и Лестер обменялись взглядами.

— Откуда вы знаете… я хотела сказать, как вы узнали, что… — Кетлин не закончила предложение. Она не знала, как сформулировать свой вопрос.

Но Ашкрофт уже все понял.

— Я знаю, сколько будет два плюс два, Кетлин, — сказал он с милой улыбкой. — Если такая женщина, как вы, оставляет свое место за регистрационной стойкой только для того, чтобы замолвить словечко за коллегу, то этот коллега должен для нее много значить. Обычно вы ведь не забываете о своих обязанностях, не правда ли?

— Значит, вы это заметили? — удивилась Кетлин.

Ашкрофт засмеялся:

— Дези тоже приняла в этом участие. У нее возникло впечатление, что между вами были какие-то трудности. Дези очень наблюдательна.

— Все трудности позади, — сказал Лестер и посмотрел на Кетлин сияющими глазами.

— Приятно слышать, молодой человек! — кивнул Реджинальд Ашкрофт. — Ну и как же все-таки обстоят дела? Можно говорить о свадьбе?

— На сто процентов, мистер Ашкрофт, — решительно заявил Лестер. — Получим мы место в «Орегон Стар» или нет, мы женимся!