© Михалков С. В., насл., 2013

© Бордюг С. И. и Трепенок Н. А., ил., 2013

© ООО «Издательство Астрель», 2013

Жил-был один Носорог. Он имел привычку над всеми издеваться.

– Горбун! Горбун! – дразнил он Верблюда.

– Это я горбун? – возмущался Верблюд. – Да будь у меня на спине три горба, я был бы ещё красивей!

– Эй, толстокожий! – кричал Носорог Слону. – Где у тебя нос, а где хвост? Что-то я не разберу!

– И чего это он ко мне пристаёт? – удивлялся добродушный Слон. – Хоботом своим я доволен, и он вовсе не похож на хвост!

– Дяденька, достань воробушка! – смеялся Носорог над Жирафом.

– Сам-то больно хорош! – откуда-то сверху отвечал Жираф.

Однажды Верблюд, Слон и Жираф достали зеркало и пошли искать Носорога. А тот как раз к Страусу приставал:

– Эй ты, недощипанный! Голоногий! Летать не умеешь, а птицей называешься!

От обиды бедный Страус даже голову под крыло спрятал.

– Послушай, друг! – сказал Верблюд, подойдя поближе. – Неужели ты сам себя красавцем считаешь?

– Конечно! – ответил Носорог. – Кто же в этом сомневается?

– Ну тогда посмотри на себя! – сказал Слон и протянул Носорогу зеркало.

Посмотрел Носорог в зеркало и захохотал:

– Ха-ха-ха! Хо-хо-хо! Что это ещё за уродина на меня смотрит? Что у него на носу? Хо-хо-хо! Ха-ха-ха!

И пока он смеялся, глядя на себя в зеркало, Слон, Жираф, Верблюд и Страус поняли, что Носорог просто глуп как пробка. И они перестали обижаться.

– Теперь я сильнее всех! – сказал однажды Заяц.

– Ну уж и сильнее? – усомнилась Зайчиха.

– Не веришь? Хочешь, я сейчас Кабану пинка дам?

– Одумайся! – испугалась Зайчиха.

– Ничего он мне не сделает! Я такое волшебное слово знаю!

Подошёл Заяц сзади к Кабану и дал ему пинка. Рассвирепел Кабан. Обмерла от страха Зайчиха, глаза закрыла… А Заяц спокойно лёг на землю, лапки кверху поднял и закричал:

– Признаю свою ошибку! Лежачего не бьют!

Задумался Кабан… Ладно, коли так… Не тронул Зайца, отошёл.

– Во! Видала?! – сказал Заяц Зайчихе.

– Герой! – даже задохнулась от восторга Зайчиха. – Герой!!!

Совсем обнаглел Заяц. Ходит с Зайчихой по лесу, всем направо и налево пинки раздаёт… И ничего! Помогает волшебное слово!

Вот шли они как-то опушкой, видят: сидит Медведь на пеньке, морковку ест.

– Как мне хочется морковки… – мечтательно сказала Зайчиха.

– Морковки? Сейчас будет!

Подошёл Заяц к Медведю, дал ему пинка и вырвал морковку. Промолчал Медведь, только поднялся на задние лапы и взял прут.

– Стой! – закричал Заяц, повалившись на землю и поднимая кверху лапки. – Стой! Признаю свою ошибку! Лежачего не бьют!

– Знаю, – сказал Медведь. – А я тебя бить и не собираюсь. Я тебя высеку!..

И высек. Пребольно высек на глазах у Зайчихи.

Стыд-то какой!

Заприметил Заяц в дупле пчелиный улей. Решил медком посластиться. Раздобыл большую кадушку.

Пошёл в лес. По пути Медведя встретил.

– Куда ты, Косой?

– За мёдом, Косолапый! Я улей в лесу нашёл.

– Возьми меня с собой.

– Не возьму! Мне одному мало будет.

– И пчёлкам ничего не оставишь?

– А зачем им? Они себе ещё насобирают…

Полез Заяц в дупло. За мёдом. Забила тревогу сторожевая пчела.

Напали пчёлы всем роем на незваного гостя. И досталось же ему от пчёл! Уж так они его отделали, так нажалили, что он едва ноги унёс.

– Больно ты, Косой, бессовестный, – сказал Медведь. – Пошёл бы ты за мёдом с кружкой, глядишь, пчёлы тебя бы и не тронули. Они народ добрый!

– Хотел бы я посмотреть, как они тебя с кружкой встретят!.. – простонал Заяц.

Взял Медведь небольшую кружку и полез в дупло. Забила тревогу сторожевая пчела. Налетели пчёлы на Медведя и давай жалить. Хуже Зайца искусали.

– Всё дело ты мне испортил! – сказал Медведь Зайцу. – Не полезь ты к ним со своей кадушкой, они бы меня с кружкой не тронули… Вот что значит жадность!

Расхвастался Попугай:

– Я умею говорить по-человечьи! Больше вы не услышите от меня ни одного слова на птичьем языке!

– Ах, ах! – разахались трясогузки. – Какая умница! Он будет говорить только по-человечьи! Он презирает птичий язык!

– Он умеет говорить по-человечьи? – переспросил старый Ворон. – Ну что ж! Это неплохо! Но это ещё не значит, что он умнее всех!

Я тоже знаю несколько человечьих слов, но я не считаю себя мудрецом!

– А вы поговорите, поговорите с ним по-человечьи! – заверещали трясогузки. – На птичьем языке он и разговаривать с вами не станет. Сами увидите!

– Попробуем! – сказал Ворон и перелетел туда, где сидел важный Попугай.

– Здравствуйте! – представился Ворон на чистом человечьем языке. – Здрррравствуйте! Я – Ворон!

– Попка-дурак! Попка-дурак! – важно ответил ему Попугай тоже по-человечьи. – Попка-дурак!

– Вы слышите? – восхитились трясогузки. – Он вас убедил?

– Да! – сказал Ворон. – Я с ним согласен!

Было это в давние-предавние времена…

Вернулся как-то поздно домой Мышонок и рассказывает:

– Только что нос к носу с соседским котом столкнулся!

Заволновались мыши:

– Ну и что? Рассказывай! Дальше что?

– Столкнулись мы лбами, – продолжал Мышонок, – ну и…

– Какой ужас! Ну и что дальше? – не терпелось узнать мышам.

– Понимаете… – вздохнул Мышонок и закатил глазки. – Такая ночь!.. Облачка по небу бегут… звёздочки горят… луна светит… ветерок тёплый веет… и настроение у меня было такое чудесное, такое хорошее, что…

– Что? Что? Говори скорее! Не тяни!

– …что я кота даже пальцем не тронул! Пусть себе живёт! – закончил свой рассказ Мышонок.

– Ах! Ах, как трогательно! – запищали мыши. – И мы тоже никогда не будем обижать котов и кошек!..

Так возникла эта красивая легенда.

С тех давних пор мыши никогда не обижают котов и кошек.

Раздобыл где-то молодой ленивый Грач пару белых перчаток. Кое-как натянул их на лапки и задрал клюв:

– Вот я какой!..

Полетели утром птицы на работу: жучков, паучков и мошек в лесах и на полях собирать. Грач дома остался.

– Летим с нами! – кричали птицы, пролетая мимо.

– Летите, летите! – отвечал им Грач. – Разве вы не видите, что я в белых перчатках? Не могу же я их замарать!

Наработались птицы в лесах и на полях, сами досыта наелись, прилетели домой птенцов кормить.

– А мне? – крикнул Грач. – Накормите меня! Я голодный! Весь день ничего не ел!

– Как же ты будешь есть в белых перчатках? Ты их запачкаешь!

– А вы мне прямо в рот кладите – я буду жевать!

– Ну нет! – отвечали птицы. – Ты уже давно не птенчик! Ты уже носишь белые перчатки!

Разлетелись птицы по своим гнёздам, перед сном песни пропели и легли спать. А Соловей-соловушка, так тот даже ночью пел – так славно он потрудился за день.

Только Грач да старый Филин не спали. Филин мышей ловил, а Грач в гнезде ворочался. Ворочался, ворочался, а потом взял и съел одну белую перчатку. Голод – не тётка!

Жил среди зайцев один Заяц. Многие зайчихи на него заглядывались: быстрее его никто в поле не бегал! Кажется, жить бы ему да радоваться, но… Заяц мучительно завидовал Черепахе.

«Вот живёт! Вот живёт! – думал Заяц. – Собственную нору на спине носит! Втянула голову и ноги – и уже дома. Да ещё какая нора! Крепкая, как камень, и с узорчиком. Эх, и повезло же глупой Черепахе!..»

И всюду-то Заяц поносил Черепаху, и всюду-то её ругал, рассказывал про неё всякие небылицы, смеялся над ней. От зависти даже расхворался.

– Что с тобой? – спросила Зайца Белочка. – С чего чахнешь?

– Из-за проклятой Черепахи, – ответил Заяц. – Просто видеть её не могу, до чего она меня раздражает! Какую нору на спине носит! С узорчиком…

А Черепаха больше, чем кому-либо, завидовала Зайцу, который умел так быстро бегать.

Два медвежонка возвращались домой с рыбалки и встретили по дороге Пеликана.

– Смотри, Пеликаша, сколько мы рыбки наловили! Приходи к нам в гости, к обеду. На славу угостим!

– Приду! – сказал Пеликан.

И пришёл. Сел к столу.

– Не стесняйся, Пеликаша! Ешь на здоровье! – угощали гостя медвежата. – Рыбки много – всю не съедим!

Но через минуту рыбки как не бывало: вся она исчезла у Пеликана в глотке.

Облизнулись медвежата.

– Как вкусно! Мы, кажется, ещё бы съели. А ты бы ещё съел? – спросил у Пеликана один из медвежат.

– Да! – открыл свой большой клюв Пеликан, и при этом у него изо рта выскочила одна рыбка.

– Так кушай ещё! – насмешливо сказали медвежата. – Вот как раз ещё одна рыбка!..

Больше почему-то медвежата к обеду Пеликана не приглашали. Кстати, Пеликан так до сих пор и не понял – почему?

Написал Заяц-художник портрет Тигра. Очень удачный портрет получился. Тигру понравился.

– Как живой! Лучше, чем фотография.

Увидел работу Зайца старый Осёл. И заказал свой портрет. Взялся Заяц за кисть и краски. Через неделю заказ был готов. Посмотрел Осёл на свой портрет и рассердился:

– Не то нарисовал, Косой! Совсем не то! И глаза не такие! Этот портрет мне не нравится. Ты меня как Тигра нарисуй!

– Ладно! – сказал художник. – Будет сделано!

Взялся Заяц за кисть и краски. Изобразил Осла с раскрытой пастью, из которой страшные клыки торчат, вместо ослиных копыт когти нарисовал. И глаза выразительные, как у Тигра.

– Совсем другое дело! Теперь мне нравится! – сказал Осёл. – С этого надо было начинать!

Взял Осёл свой портрет, вставил его в золотую раму и понёс всем показывать.

Кому ни покажет, всем нравится!

– Ну и портрет! Ну и Заяц-художник! Талант!

Повстречал Осёл Медведя. Показал ему портрет.

– Похож?

– На кого? – спросил Медведь.

– На меня! – ответил Осёл. – Это же я! Не узнал?

– Кто же это тебя так изуродовал? – покачал головой Медведь.

– Ничего ты не понимаешь! Все говорят, что я очень похож! – возмутился Осёл и, не сдержавшись, лягнул Медведя.

Рассвирепел Медведь. Вырвал у Осла портрет да как двинет им по Ослиной морде… Порвал Осёл мордой холст и выглянул из золотой рамы.

– Вот теперь ты похож! – проворчал Медведь.

Увидел Петух парящего в небе орла и захотелось ему перед курами орлом показаться.

– Чем я не орёл? – спросил он у своих пеструшек и хохлаток.

– Орёл! Орёл! – хором отвечали ему пеструшки и хохлатки. – Орёл!

– А я, дяденька, тебя знаю. Ты – Петух! – крикнул бежавший мимо Щенок.

– А может быть, я всё-таки орёл? – грозно спросил Петух и замахал крыльями перед самым носом Щенка.

– Орёл, дяденька, орёл! – прошептал испуганный Щенок.

– С маленькими ты орёл! – сказал Кот. – А сам и летать-то не умеешь!

– Это я-то не умею? – удивился Петух, подпрыгнул и взлетел на забор.

– Орёл! Орёл! – опять хором закудахтали куры.

– Подумаешь, удивил! – фыркнул Кот. – Я и без крыльев выше заберусь! – И залез на дерево.

Тут уж не на шутку рассердился Петух. Гребешок у него налился кровью. Он изо всех сил разбежался, замахал крыльями, оторвался от земли и… очутился верхом на свинье!

Испугалась спросонья Хрюшка, вскочила, бросилась бежать куда глаза глядят и… влетела под лавку, на которой ведро с водой стояло.

Накрыло Петуха ведром. Вылез он из-под него мокрый, жалкий. Перья обвисли, сам дрожит…

Обсушился на солнышке Петух – и опять за своё:

– Орёл я или не орёл?

– Орёл! Орёл! – отвечали ему куры.

Петух во дворе был один, и они не хотели с ним ссориться.

Жил-был в своём логове один Волк. Своё жилище он никогда не чинил и не чистил. Оно было грязное, старое – того гляди, развалится!

Проходил как-то мимо Волчьего логова Слон. Едва-едва задел за крышу, она и покосилась.

– Прости меня, пожалуйста, дружище! – сказал Слон Волку. – Я ведь нечаянно! Я её сейчас починю!

Слон был на все руки мастер и не боялся работы. Взял он молоток, гвозди и починил крышу. Стала крыша крепче, чем была.

«Ого! – подумал Волк. – Да он меня, видать, испугался! Сперва передо мной извинился, потом сам мне крышу починил. Заставлю-ка я его поставить мне новый дом! Раз боится, значит, послушается!»

– Стой! – закричал он на Слона. – Ты что же это? Ты думаешь, от меня так легко отделаться? Своротил мне крышу набок, кое-как её гвоздиками приколотил и хочешь удрать? Изволь построить мне новый дом! Да поживей, а то я тебя так проучу, что ты своих не узнаешь.

Ничего не ответил Слон, услышав такие слова. Он легко схватил Волка поперёк живота и швырнул его в яму с гнилой водой. А потом сел на Волчий дом и раздавил его.

– Вот тебе новый дом! – сказал Слон и ушёл.

– Ничего не понимаю! – удивился Волк, придя в себя. – То он меня боялся, прощения просил, а потом так поступил… Ничего не понимаю!

– Дурачина ты! – прокаркал старый Ворон, который всё это видел. – Ты просто не видишь разницы между трусостью и хорошим воспитанием!

Это было ужасно приставучий Козлёнок с крохотными рожками. Делать ему было нечего, вот он и приставал ко всем:

– Хочу бодаться! Давай бодаться!..

– Отстань от меня! – сказал Индюк и важно отошёл в сторону.

– Давай бодаться! – пристал Козлёнок к Поросёнку.

– Отвяжись! – ответил Поросёнок и зарылся пятачком в землю.

Подбежал Козлёнок к старой Овце:

– Давай бодаться!

– Отойди от меня! – попросила Овца. – Оставь меня в покое. Не к лицу мне с тобой бодаться!

– А я хочу! Давай пободаемся!

Промолчала Овца и сама отошла в сторону.

Увидел Козлёнок Щенка.

– А ну! Давай бодаться!

– Давай! – обрадовался Щенок и больно укусил Козлёнка за ногу.

– Постой! – заплакал Козлёнок. – Я хочу бодаться, а ты что делаешь?

– А я хочу кусаться! – ответил Щенок и ещё раз укусил Козлёнка.

Прослышала где-то Кошка, что Тигр и Пантера принадлежат к семейству кошек.

– Ого! – обрадовалась Кошка. – А я-то, дурочка, не знала, какая у меня родня! Ну, теперь я себя покажу… – И, не долго думая, она прыгнула на спину Осла.

– Это ещё что за новости? – удивился Осёл.

– Вези, куда прикажу. Вези и не разговаривай! Знаешь, кто у меня родственники? – воскликнула Кошка, сидя у Осла на загривке.

– Кто же? – поинтересовался Осёл.

– Тигр и Пантера, вот кто! Не веришь – спроси у Ворона.

Осёл спросил у Ворона. Тот подтвердил:

– Да, действительно Кошка, Тигр, Барс, Рысь, а также Пантера и Ягуар и даже Лев – из семейства кошачьих!

– Теперь ты убедился? – воскликнула Кошка, вонзая когти в Ослиную гриву. – Вези!

– Куда? – спокойно спросил Осёл. – К Тигру или к Пантере?

– Не-е-ет! – неожиданно промяукала Кошка. – Вези меня к этим… как их… к ммм-мышам!..

И Осёл отвёз Кошку туда, где водились мыши.

Потому что Кошка – это всё-таки кошка.

Повстречал Бык возле речки Зайца. Поздоровались.

– Куда это ты собрался? – спросил Заяц.

– Да вот хочу на ту сторону перебраться, – ответил Бык. – Где бы мне тут брод найти?

– А на что тебе брод? Вон мостик рядом!

– Как бы он подо мной не провалился! – сказал Бык и посмотрел на мостик, что был перекинут через речку.

– Смело иди! – посоветовал Заяц. – Он и не такого, как ты, выдержит!

Пошёл Бык по мостику. До середины не дошёл, как мостик под ним рухнул.

– Эх, ты! – сказал Бык, выбираясь на берег. – Посоветовал!.. Как я только ноги себе не переломал. Остался бы калекой!

– Просто непонятно! – пожал плечами Заяц. – Да я по нему взад-вперёд целый день бегаю – и ничего!..